Последние произошедшие события принудили написать меня краткое вступление к книге. Это вынужденная мера, так как цикл продолжается достаточно, чтобы стали ясны цели и действия главного героя. Будут и неожиданные повороты сюжета, но магистральное направление ясно.

Стоит пояснить некоторые позиции, которые преследует книга. Критически необходимо развить самостоятельное аналитическое мироосознание, чтобы у наивной части нашего общества — наконец-то спали шоры с глаз. Никогда мы не были, и никогда не станем своими в крошечной Европе. Мы в двадцать раз их больше, и они всегда тормозили, и станут тормозить впредь наше развитие. Это определено их геополитическими интересами. Мы обязаны рассчитывать лишь на свои силы. Так было и так будет, «У России есть только два союзника — её армия и флот», — так говорил российский император Александр III, Миротворец.

Канцлер Горчаков очень любил свои грёзы о «европейском концерте», но России там по своей воле никогда не желали дать права голоса, разве что произнести — «Кушать подано». Ей всегда была уготована безмолвная роль источника ресурсов. Чем тогда для Горчакова и всей России закончились его мечтания — история чётко показала. Пора всем сбросить пелену с глаз и посмотреть на себя трезво.

Мы самодостаточны! Мы целая цивилизация! Мы — Север!

У нас солидарная цивилизационная модель, основанная на взаимопомощи и отзывчивости, что в корне не соответствует европейскому менталитету. Никогда мы не сможем мыслить своекорыстно, то есть по-европейски, а кто уже мыслит так, тот давно перестал принадлежать к русскому миру.

Это я о, так называемой, «российской интеллигенции», которая всю дорогу была инородной для России и продвигала в умы чуждое мировоззрение. Извините, не зря же их в своё время приложил вождь пролетариата, назвав, сами знаете, кем нации. Весьма уважаемый мной историк Лев Николаевич Гумилёв как-то ответил на пассаж журналистки, указавшей что он ведь интеллигентный человек: «Ну, какой же я интеллигент — у меня профессия есть, и я Родину люблю!»

Так что относящим себя к данной аудитории можно не утруждаться чтением.

Много воды утекло за прошедшие полгода. Всё и не упомнить, но сегодня я иду на выпускной бал в школу, а после него мы будем встречать рассвет вместе с учениками моих десятых классов. На торжественном собрании в школе мне вручат мой аттестат зрелости, а ещё, как подозреваю, золотую медаль. Это нисколько не странно, так как по всем предметам у меня — только отличные отметки. Иду на празднование со всей семьёй и гувернанткой наготове (то есть с табельным оружием). Двое из ларца тоже следуют за нами по пятам, но стараются сильно не отсвечивать.

Сегодня местное телевидение будет снимать последнюю часть ролика о проведении выпускных экзаменов в нашей школе. Без излишней скромности замечу, что на них я являлся гвоздём программы. Оттого и сотворил на них настоящее цирковое представление. Мог бы ещё Алексея попросить фокусы показать, но здесь это совсем не в тему, так как мне надо было продемонстрировать абсолютную честность в проведении этих экзаменов. А фокусы, что ни говори, — это вид надувательства.

На устные экзамены я всегда заходил первый, и просил одноклассника, избранного с помощью обычной детской считалочки, тянуть за меня экзаменационный билет с закрытыми глазами. Всё это снималось телевидением, чтобы стало абсолютно ясно, что никаких подмен билетов не происходит. Отвечать тоже выходил первый, пока все прочие готовились, и таким образом сдал все устные экзамены. Все присутствующие могли лично чётко убедиться в уровне знаний, так как затем тянул ещё один билет, и почти без подготовки отвечал и на него. Всё это документировалось, и впоследствии может быть показано по телевидению.

Понятно, что я играл на публику, представляя театр одного актёра. При этом применял ещё мало известные в это время приёмы из читаных когда-то книг по НЛП[2]. Можно долго спорить о научности этого учения, но в ряде случаев применение практических методик даёт ожидаемые результаты. Я же не хотел отказываться ни от одного полезного инструмента, так как «Show must go on», и должно быть зрелищным и успешным.

Думаю, что этот репортаж протолкнут и на Центральное Телевидение. А где ещё найдётся двух с хвостиком летний малыш, закончивший среднюю школу? Пусть Запад страшится — «Русские идут!», а детей с самой колыбели превращают в профессоров. Так что, пусть ссутся от страха — гады! Шутки шутками, а недавно в одном уважаемом заведении мне предложили звание почётного профессора за ряд книг, написанных одним из виртуальных учёных.

Как и следовало ожидать, золотую медаль мне вручили вместе с аттестатом зрелости, и даже вполне материальную, в отличие от имевшихся в той жизни семейных традиций. Пришлось принять, и поблагодарить за высокую оценку моих трудов, а также пообещать добиться ещё больших успехов в Университете. Деваться некуда — это политический момент, и пора напомнить злобным янки, что я следую к заявленной цели. Глядишь, через годик смогу вызвать выпускников «лиги плюща» на обещанное соревнование.

Пусть попрыгают, как блохи на раскаленном железном листе. Там у них и так проблем в изрядном количестве с их вновь избранным президентом, так ещё наглый русский пацан подпортит им кровь своими напоминаниями. А я стараюсь никак не обходить их своим вниманием. Книжку про Шрека наше издательство уже выпустило. Очень красочную, с замечательными иллюстрациями, так что в первую очередь я послал её к ним с дарственной надписью — «I wish you twice, what you wish me!»[3]. В штаб-квартиру CIA, и в администрацию президента. Пусть президент полистает в своём Оральном кабинете.

Петрович долго хмыкал, когда я ему продемонстрировал книжку с надписью и указал адресатов. Однако, только махнул рукой с досады, да пробурчал, что я опять лезу на рожон. Но он уже порядком свыкся с моими заскоками, а я ему несколько ранее дал почитать «Сказку о тройке», и просил особо обратить внимание на образ клопа Говоруна. При этом, напомнил свой девиз: — «Мал клоп, да вонюч!»

Ему оставалось только хмуриться, но препятствовать отсылке книг и отговаривать не стал, учитывая мою природную впэртость, унаследованную от предков. Книги я отправил заказной почтой с нашего Центрального Почтамта, и там сильно удивились адресам получателей. Но бандероли приняли без каких-либо возражений, когда я пояснил что отправляю авторские экземпляры с дарственной надписью.

А ещё я приятно удивился чёткой работе советской почты. Помнилась мне история из следующего века, когда открытка из Индии, отправленная знакомой из круиза, пропутешествовала почти год, по ошибке сначала попав на Мальдивы, и только потом, проделав долгое странствие, была переправлена по правильному адресу — чётко на ней указанному. Мы тогда долго вместе с знакомой смеялись над этим курьёзом, переговариваясь в видеочате, и я ей продемонстрировал открытку-путешественницу с кучей почтовых штемпелей разных стран.

Наша же почта в течение десяти дней доставила мне уведомление, что мои почтовые отправления были вручены адресатам. Не уверен, что их доставили лично главе CIA, или президенту Америки, но мне думается, что адрес отправителя должен их заинтриговать, и напомнить о провальной попытке нашего убийства. Не каждый день там получают бандероли из Советского Союза.

С Фиделем Кастро мне по-любому не равняться в популярности у CIA, уж его они пытались убить столько раз, что Оливер Стоун, снимавший о нём несколько фильмов, перечислил лишь самые занимательные из множества.

К тому же я сам нарываюсь, но напомнить этим сволочам про их должок перед нашей семьёй — просто необходимо. А также, что я прекрасно знаю — чьих это рук дело, кто заказал и оплатил устранение всей нашей семьи. Таких долгов я не прощаю, и это им уже аукнулось, и будет аукаться впредь и впредь. А глава разведывательного управления вылетит из своего кресла, как пробка из бутылки, вслед за своим президентом. Пусть порадуются, напоследок, пролистывая действительно красочную книжку и читая мою дарственную надпись. Надеюсь, что её смысл до них тоже дойдёт.

На суде — были расставлены все точки над и. Из показаний бандитов и их непосредственных главарей следовало, что было оплачено и приказано устранить всех. Слава богу, этим исполнителям никогда уже не представится такая возможность. С ними решили не миндальничать и за открытый бандитизм с применением огнестрельного оружия, нападение и ранение на сотрудников при исполнении служебного долга — всем дали вышку.

Но пока я отвлекся, торжественная тягомотина, наконец-то завершилась, и все действие медленно перетекло в банкет. А уж на самом выпускном вечере я повеселился от всей души, нисколько там не теряясь. Подкатил и пригласил на танец самую эффектную девушку, при этом отшив нескольких кавалеров, которые стали протестовать. Мы покружились с ней под звуки вальса, но вела в танце она, так как мои ноги не доставали до пола, и девушка плотно прижимала мены к своей весьма аппетитной груди.

В танце я с ней познакомился ближе, и не преминул сделать комплимент, что меня прельстила её замечательная улыбка и ямочки, появляющиеся при этом, на нежных ланитах, а также яркий блеск изумрудных глаз. Похвалил очень стильную прическу, говорящую о её изысканном вкусе.

Затем, уж и не знаю, кто кого проводил до места, где я раскланялся с ней галантно поцеловав ручку и поблагодарил за незабываемое удовольствие вальсировать с ней. Чем сразу обрёл множество завистников среди окружающих её выпускников. Не теряясь, испросил у неё согласия сопровождать её для встречи рассвета на Комсомольском озере.

Она сразу согласилась. Возможно, что ради смеха, но после завершения вечера мы все пошли пешком к озеру, и я весь путь нежно держал её за руку. По дороге я стал кадрить её не по-детски, чем вызвал взрыв негодования у окружающих парней, так как у Алины среди них было немало поклонников. Но я, в отличие от них, мог до бесконечности рассказывать ей различные забавные истории, не утомляя девушку унылыми воздыханиями. И даже подарил ей свою подписанную книгу, чем окончательно похоронил остальных воздыхателей под плинтусом.

В какой-то мере я её даже спасал от этих назойливых ухажёров, не умеющих красиво сказать комплимент девушке и постоянно путающихся в своём языке. А у меня наоборот рот ни на минуту не закрывался и вскоре идущие поблизости девушки уже внимали моим рассказам и шуткам — порой не очень скромным, но в рамках приличий. Да и обвинить младенца в похабщине, вряд ли кому-то пришло в голову. Вот я и заливался перед девушками, токуя словно тетерев.

Первоначально многие из них чурались моей охраны, и вели себя несколько скованно. Но мне удалось постепенно расшевелить их, и временами слышался живой и задорный смех то одной, то другой из девушек. Таким образом, весь путь до озера, я без устали развлекал всю окружающую компанию, а мы продвигались очень неспешно, чтобы я мог поспевать за всеми прочими, совершая три шага на их один. Спасибо моим тренировкам и отличной спортивной форме, что я нисколько не устал от ходьбы и одновременной болтовни.

А для великовозрастных балбесов я показал наглядный мастер-класс по охмурению девиц. Женщины любят ушами, и надо им лить туда поток красочной лести. А всем девушкам, окружившим нас с Алиной, пришлась по вкусу моя болтовня, потому что я витийствовал, искренне восхищаясь их молодостью, юной свежестью и красотой.

И только несколько влюблённых парочек шли от нас поодаль, увлечённые друг другом, не обращая никакого внимания на шум и смех, доносящийся от нашей компании. На скамеечках у озера я собрал окружение из большинства девушек, развлекая их своими рассказами до самого рассвета, который в это время года очень ранний. В это время, я переходил, как почётный приз, с одних коленей на другие, и девушки крепко меня расцеловывали, всячески тискали, прижимая к себе, и уделяя тем самым массу внимания.

Я уже привык к такому обожанию со стороны женской аудитории, так как милая мордаха и младенческий возраст создавали мне необъяснимую притягательность в их глазах. Редко кто мог устоять, чтобы не расцеловать такого чудного кроху. Так что перед обратной дорогой моя гувернантка тщательно оттирала меня смоченным платком от губной помады и туши, так как стал похож на размалеванного паяца в гриме.

Расходились мы по домам очень весёлые, и надеюсь, что в том была и моя небольшая лепта, а не только потреблённого на вечере алкоголя. Наверно я был единственный, кто его вообще не потреблял в зале. Впоследствии им будет, чем похвастать перед знакомыми, так как встречали рассвет новой жизни в компании такого уникального младенца, который к тому же веселил их своими байками, а также разыгранным представлением некоторых историй.

Алину я проводил до самого порога её многоэтажки, и на прощание попросил «ручку облобызать» — по бла-а-родной традиции. Смею надеяться, что на сегодняшний вечер партнёр у неё был не из самых скучных, а даже несколько забавный. Притом, не смог удержаться, и зачитал великолепное пушкинское стихотворение, как нельзя подходящее к моменту:

В прочтение я вложил настоящую экспрессию, весь свой артистизм и прочувствованность, так что девушка рассмеялась и расцеловала такого милого лжеца в обе щечки.

Вот таким образом, я зажигал на выпускном балу, а дома на меня насела моя гувернантка и стала допытываться, откуда знаю столько красивых слов и историй, а также — где научился их так занимательно рассказывать? Пришлось напомнить, что я писатель, сиречь — властитель читательских дум. Это моя профессиональная обязанность — «profession de foi»[4]. Но моё объяснение её явно не удовлетворило, и она подозрительно косилась на меня ещё несколько недель, пока сие не изгладилось из её памяти.

Конечно, я дал слабину и размяк в обществе юных прелестниц, вот и захотелось тряхнуть стариной и распушить перед ними свой павлиний хвост. Но погуляли мы и отдохнули действительно отлично. Даже Людмиле понравилось, хоть она и стремилась никак не показывать вида.

Думаю, в её классе все парни опасались либо её отца, либо её саму. Уж больно она серьёзная и наверно им не раз наваляла, за их шуточки в адрес фамилии. Ох, надо ей поскорее выскакивать замуж и менять её. Но пока она не делает никаких встречных шагов, и все ухаживания Алексея проходят втуне. Оченно зря, они бы уравновесили друг друга, если конечно не сцепились в самые первые дни совместной жизни.

Теперь, по Центральному Телевидению следует ожидать репортаж о вручении младенцу золотой медали об отличном завершении средней школы, и это будет точно по-нашему, то есть от всей широты славянской души. На выдающегося я уж точно не тяну, но противника надо подавить психологически. Уж насколько Борис Спасский вёл в начале партии с Бобби Фишером[5], но тот его порвал, как тузик грелку. Не боец оказался Спасский, и нервная организация хлипкая.

Правильно Высоцкий сразу среагировал на атмосферу матча и написал по этому случаю песню. На матче целенаправленно проводилось психологическое давление на советского шахматиста и был использован целый ряд приемов из тогда ещё мало известного НЛП.

Песня у Владимира Семёновича в этот раз получилась очень похожей, но некоторые строки были иными. Однако на разных выступлениях он часто изменял слова по обстановке, и на многих плёнках слова песен ощутимо разнились. Так что данные изменения я нисколько не связываю со своим вмешательством, ибо такова природа творчества, а момент творения всегда уникален и неповторим.

Потому я решил давить сам, не дожидаясь новых покушений с их стороны. А в том, что они будут, я даже не сомневался. Нагло-саксонская нация на них собаку съела и всю свою историю на них строила свою внешнюю политику. Специализировалась на подлостях — то апоплексический удар табакеркой по голове[6], то отказ принять семью близкого родственника — Николая Александровича, что завершилось подвалом Ипатьевского дома в Екатеринбурге. И отовсюду, торчат их длинные уши.

Как-то обыденно для меня, но время пролетело абсолютно незаметно. Не мной одним подмечено, что в детстве дни длинные, а месяцы и годы долгие. В старости же — всё наоборот: не успел оглянуться, а год пролетел. Вот и у меня такой же парадокс, что мои сверстники ещё учатся бегать, и лишь самые смелые осваивают трёхколёсные велосипеды, а я вкалываю, как тот папа Карло, с утра и до ночи.

Мне всю эту трёхколёсную фигню осваивать некогда, и так постоянно зашиваюсь. Весь день кручусь, что та белка в колесе. Мне бы сутки по 72 часа, и то, боюсь, не хватило бы. Круг идейных соратников вырос, но и его катастрофически недостаточно для всех намеченных проектов. Хорошо, что джуниор успешно завершил первый курс, несмотря на всю свою занятость в исследовательских проектах.

Этому я нисколько не удивляюсь, когда было необходимо, мы в институте работали от восьми и почти до полуночи, лишь бы успеть на последний транспорт. И так получалось, что такая необходимость присутствовала практически всегда. Правда, ранее я списывал это на армейскую закалку, выработавшую стойкий характер. Оказывается, характер присутствовал и до неё, просто нивелировался природной ленью. С другой стороны и до армии на заводе вкалывали почти круглосуточно для выполнения плана в конце месяца. И тогда мою работу почти не контролировал ОТК, зная, что всё сделано верно, а блоки можно сразу отправлять на наладку. Даже хотели присвоить личное клеймо качества, но потом передумали, и перевели работать в наладку.

Теперь джуниор проявляет те же задатки, и весь состав кафедры кличет его не иначе, как юным гением. С моей стороны ему сейчас поступает не столь много подсказок в его исследованиях, даю лишь направление поисков, а дальше он копает самостоятельно. Техпроцессы производства микроэлектронной продукции я теоретически неплохо изучил, но это всё без знания тонкостей и ноу-хау, Чисто по книгам, статьям и публикуемым исследованиям, а детали впоследствии мне разъясняли специалисты. Так что работы ему выдался — непочатый край, а всё, чем мог помочь, я ему передал, и отсёк тупиковые направления.

Вот и сейчас, летом после удачно сданной экзаменационной сессии, он сидит, как проклятый в своей лаборатории, проводя исследования. Пришлось, чуть ли не приказным порядком, отправить его отмечать окончание первого курса со своими сокурсниками. Видишь ли, у него прорисовался определённый прорыв в исследованиях, и он пожелал скорее получить результат.

Однако, общаться со сверстниками и хорошо отдохнуть — не менее важно. Уже сейчас надо искать таланты и определить, кто бы мог плодотворно подключиться к работам по данной тематике. Пора присматривать нужные кадры, которые решат всё. Светлые головы необходимо поскорее загрузить работой, чтобы выбить из них безалаберность, дурь и лень.

Безусловно приятно, что работы движутся даже опережающими темпами, и уже подготовлен десяток заявок на патентование и несколько научных статей в видные научные журналы. В этом вопросе очень помогает заведующий кафедрой Виктор Николаевич, который не лишён здорового честолюбия и рвётся начистить физию тем, кто столько лет затирал его научные работы.

Это хорошо, молодой задор полезен, а то те старые пни уже мхом обросли. И в нашей действительности они окончательно угробили отечественную электронику, и в первую очередь самостоятельные разработки, перейдя к технологии копирования западных образцов. А этого ни в коей мере нельзя допускать. Лучше ошибаться, идя своим путём, чем плестись в хвосте, подбирая объедки впередиидущих.

Успехи джуниора полезны ещё и тем, что технологические процессы нас уже подпирают, так как Петрович недавно мне сообщил, что в Институте Кибернетики всё готово по проекту нашего микроконтроллера. Они завершают передачу документации в отраслевой институт для изготовления масок и проработки технологии производства изделий. Комитет со своей стороны проследит, чтобы работы проводились только допущенными сотрудниками и ни в коем случае не затягивались.

Понятное дело, ведь они в первую очередь заинтересованы в тех возможностях, что открывают такие решения, и какую аппаратуру для их ведомства можно создать на этой основе. Это уже следующее поколение разработок, а проект кластерной суперЭВМ их особенно интересует. Я досконально расписал все эти аспекты применения в своих заметках, где указал все открывающиеся возможности и направления использования в сфере деятельности их конторы.

Уверен, что тянуть с реализацией микроконтроллера они не позволят. А мне это только на руку. Позарез нужны персоналки! Не могу без них производительно работать. Написал кучу книг по языкам программирования и созданию операционных систем для ЭВМ. Но, боже мой, как это утомительно возвращать каретку и забивать ошибки, печатая слова вновь. На игры с быстросохнущим составом для замазки ошибок — нет времени, поскольку знания из головы так и изливаются на бумагу, и невозможно ждать пока он подсохнет.

Некоторые книги уже напечатаны с грифом ДСП, и распространены по институтам соответствующей направленности, чтобы они не маялись дурью, разрабатывая проекты однодневки и убогие ОС-и. Пусть работают с учетом полувекового опыта в данной сфере. И то, что они на этом себе нарисуют докторские или кандидатские диссертации, то и наплевать — лишь бы не вели отечественные разработки, как тот Сусанин — в болото.

Также я серьёзно занялся проектами создания программируемой логики ПЛИС[7], и специальных языков описания аппаратуры: Verilog и VHDL. А для плодотворной работы необходимо ещё создать соответствующие IDE[8], и мне одному всё это просто не осилить.

Я отметил и застолбил лишь основные моменты. Для чего написал несколько книг по этим вопросам и языкам описания аппаратуры, чем поверг научную общественность данной отрасли в полный ступор. Они не знали, как поступать. То ли в член-корреспонденты выдвинуть, то ли объявить безумным учёным. Так что путеводных вешек, отмечающих столбовой путь, я накидал множество, а дальше талантливые и трудолюбивые учёные пусть самостоятельно развивают и воплощают это в жизнь.

Разработка программируемой логики тоже проходит ускоренными темпами, так как в ней сильно заинтересован тот же комитет. Для их аппаратуры это замечательное решение. Цена в данном случае не столь важна, а важна гибкость присущая ПЛИС. Вот я и стараюсь вывести Союз в лидеры по данным направлениям науки и техники. А всего необходимого у нас в достатке, и талантами наш народ всегда был необычайно богат.

Несколько отечественных институтов моим виртуальным авторам предлагали почётные звания, должности и прочее, прочее, прочее. Было забавно наблюдать, как зашевелились академические столпы, чувствуя опасность для своих авторитетов. Пусть воюют с моими виртуальными альтер-эго, тем самым подтвердив свою научную несостоятельность. Умные быстро оценили перспективу и влились в процесс разработки и углубления идей. Так что ссылки на эти труды в научных статьях стали весьма многочисленны и востребованы.

Весна этого года оказалась весьма богата на события, тем более для меня. В самом её начале научный мир потрясло обращение советских учёных к учёным всех стран мира, к их правительствам, и самой ООН: — «О международном проекте по мирному использованию термоядерной энергии». Под ним стояла, в том числе, моя подпись, а подавляющее большинство моих замечаний было учтено в заключительном варианте.

Самое неожиданное, что его одобрило Политбюро, отчего правительства большинства развитых капиталистических стран стали кричать об отказе сотрудничать с этим проектом, так как это хитрая ловушка коммунистов, и те хотят заставить учёных всего мира работать на развитие своей военной программы, под видом этого мирного проекта.

Правда, далеко не все страны так отреагировали. Движение Неприсоединения выступило в поддержку международного сотрудничества для создания термоядерных энергетических установок. Понятно, что для них дешёвая энергия более необходима, чем для развитых стран.

Многие учёные из развитых стран тоже прореагировали совсем иначе, чем их правительства, осознавая необходимость совместных работ в данной области. Большинство были согласны принять участие в этой деятельности, но правительства их стран запретили участвовать в этом международном проекте.

Получилась знатная мина под общественное мнение развитых стран. Проклятые «комми» предлагают международное сотрудничество по созданию термоядерных электростанций, которые значительно безопаснее ядерных и наносят меньший вред экологии, а правительства капиталистических стран усиленно противятся этой международной инициативе.

Я к тому же подняпряг комитетских, чтобы подыскали талантливых пропагандистов, не связанных догматикой всех этих идеологических отделов ЦК, чтобы срочно начать наступательное вещание на европейские страны, поясняя цели и задачи этого сотрудничества, а также абсолютно мирный характер проекта. Радиостанции разместить в центре континента, и пусть страны «свободного мира» вдоволь подегустируют собственного дерьма, которым издавно нас кормят. Так сказать, по принципу зеркального действия. Замшелое цэковское руководство категорически неспособно родить подобное, и как следствие — организовать действенную и наступательную пропаганду на страны Запада.

А в свете всего этого наступательного вещания, подзасохнут их брехливые «голоса». Для слушателей же из европейских стран всячески подчеркивать, что объекты международного проекта будут экстерриториальны и находится под управлением Международного Конгресса учёных. Местонахождением которого будет — страна с абсолютно нейтральным статусом, чтобы не втягивать их в политические игры.

Вот пусть лживый «свободный мир» и отвечает своим гражданам: отчего мирное сотрудничество над международными проектами недопустимо, если его предлагают учёные «комми». Пусть громоздят новые горы лжи, и их позиция будет становиться всё более и более шаткой, а в конце концов — похоронит их под горами этой лжи.

А совсем недавно я получил покаянное письмо от Андрея Дмитриевича, что он при нашем давешнем разговоре не поверил мне, что именно США станет во главе борьбы против этого международного проекта, и их учёные не смогут принять в нём участия. Извинялся за неверие и благодарил за присланный реферат по этой тематике, многое они уже обсудили с нашими отечественными специалистами. Нашли несколько интересных идей, так что они сейчас стремятся теоретически определить их перспективы.

Отказать своим учёным для европейцев оказалось сложнее, так как в той же Франции, в конце 60-х, проходили широкомасштабные левые выступления, и большинство студентов принимали в них активное участие. А в настоящий момент многие из них стали учёными, и совсем не против участия в подобном мирном международном проекте.

Подкоп под их хвалёную «демократию» получился основательный, впрочем как я того и ожидал. Именно со стороны развитых капиталистических стран и должно было последовать самое ожесточённое сопротивление, и они сделают всё возможное, чтобы торпедировать мирное сотрудничество в использовании термоядерной энергии. У многих наших номенклатурных умников, так желающих влиться в мировую элиту, станет меньше козырей для негативного отображения протекающих в нашей стране процессов.

Политбюро тоже призадумается, и при проведении международных экономических проектов и возможно не посадит СССР на иглу газо- и нефте- проводов. Абсолютно ни к чему нам становиться сырьевым придатком развитых стран, их бензоколонкой. Лучше пусть запланируют подачу газа в большинство населённых пунктов нашей страны.

Нам же необходимо развивать высокотехнологичные отрасли промышленности и всё требуемое для этого имеется, плюс некоторые мои плюшки из будущего. Запад надо побеждать достижениями науки и техники, а не ракетами и танковыми колоннами, хотя и они настоятельно необходимы.

Я уже начал экспансию в области жидкокристаллических панелей, так что в нашей республиканской академии наук создали для этого целое направление. Как оказалось и в ней есть немало светлых голов, в отличие от того будущего. Пусть усиленно работают, а я уговорил первого секретаря заложить в республике производство по выпуску таких панелей. Постараемся миновать этап мониторов с электронно-лучевыми трубками, и сразу перейти к жидкокристаллическим панелям, пусть и монохромных в первое время.

С органическими светодиодами (OLED[9]) пока решил не связываться, там и в 21 веке не все проблемы ещё были решены, а технология производства очень сырая. Сами панели тоже очень быстро деградировали. Однако многие заметки — всё что смог извлечь из памяти, касающееся светодиодов и лазеров я собрал и направил Жоресу Алфёрову. Опять же по тому конторскому каналу, и с указанием формы секретности — «перед прочтением сжечь». В самом учёном я был стопроцентно уверен, что это наш человек, но следует ему напомнить о важности сведений заключённой в них. А впоследствии, я скорее всего разрешу организовать нашу встречу.

Ему я могу рассказать всё, то есть абсолютно. А пока у него должны возникнуть правильные вопросы по отосланному талмуду о трехстах листах. Там содержится много информации к размышлениям. Особенно для молодого учёного, не закосневшего и безусловно талантливого.

Думаю, что через парочку лет в CIA забьют тревогу из-за небывалого расцвета советской науки, так как в ней буду корпеть не я один, а сотни и тысячи талантливых учёных. Неважно, что все лавры достанутся им, они к тому времени их заслужат своим трудом. А может быть кто-то и подхватит мой почин не столбить для себя деляночку в науке, а станет подключать талантливых учеников, чем создаст научные школы в данных направлениях. У нас должна быть коллективная наука, и в ней не вкладами меряться, а работать на достижение общего результата. Сам действую подобным образом и своим примером надеюсь подтолкнуть к тому наиболее талантливых. Им не страшно поделиться своим талантом, на их век убудет.

С нашей академией наук я работаю исключительно через контору, и им приходится верить предоставленным мной бумагам, а какие фантастические теории они станут строить — это уж их дело. Главное чтобы быстрее продвигались исследования, и, как можно скорее, был положительный выход в технологии. Петрович даже посмеялся, что некоторые с семьями посмотрев фильм «Девочка из будущего» и везде там увидев плоские панели, стали нечто подозревать и обсуждать между собой.

А премьера фильма выдалась громкая и прошла в самом большом кинотеатре города. Жаль, что на ней было совсем немного детей, и я не смог определить их реакцию на фильм. Для этого пришлось ещё несколько раз сходить в кинотеатр на дневные сеансы. Благо выход фильма подгадали к весенним каникулам в школе, и дети смогли спокойно посмотреть его.

Даже появились некоторые фанаты, которых я встречал на нескольких сеансах. А так как фильм до того видел несколько раз, то разглядывал в основном детскую публику. Мне была интересна их реакция на фильм и на его отдельные сцены. Что удалось, а где не было ожидаемой реакции зала. Оттого, что я в зале сидел вместе со своей охраной, то нас после окончания сеанса администрация кинотеатра вытаскивала на сцену и просила рассказать детям о съёмках самого фильма. Вот и приходилось моим секьюрити отдуваться, отвечая на детские вопросы. Мне также приходилось изредка, но я сценарист и остался за кадром, к тому же был готов к большинству из них.

Но на самой премьере фильма «Девочка из будущего» всё было очень торжественно, так как присутствовали самые высокопоставленные лица республики, плюс приглашенные на премьеру члены съемочной группы и школьники, снявшиеся в картине. Присутствовал композитор Евгений Крылатов, написавший музыку к фильму. Попутно ему в культурную программу включили не только посещение Криковских винных подвалов, но в дополнение — нашего театра оперы и балета. Там ему показали репетицию музыкального спектакля «Призрак оперы», и спросили его профессиональное мнение о самой постановке.

И это всё неспроста, так как уже начинал реализоваться сценарий «Лилового шара», а за ним — конечно же «Приключения Электроника» с «Крылатыми качелями». Музыку я постарался ему подсунуть очень незаметно, в фоновом режиме, когда разговаривали о постановке музыкального спектакля. Очень надеюсь, что мелодия у него отложилась в подсознании, а когда ему дадут текст песни, она у него всплывёт, и он будет абсолютно уверен в своем авторстве.

В снятом фильме была указана только его фамилия, как композитора, и очень надеюсь, что все будут ассоциировать песню «Прекрасное далёко» именно с ним. Собственно, так изначально и было задумано. Нам с ним ещё сотрудничать и сотрудничать, так как в голове зреет масса новых задумок для фильмов.

По завершению премьеры фильма меня вытянули на сцену вместе со всеми принимавшими участие в его создании. И зал был шокирован, когда режиссёр картины Павел Арсенов подошел ко мне и представил всем присутствующим, как автора сценария фильма. Также он немного остановился на нашем сотрудничестве при съёмках, и только затем перешёл ко всем прочим участникам съемок. Я стоял в сторонке и только аплодировал всем остальным, а особенно сильно, когда представляли Алексея и Людмилу. Как ни посмотри, а у Алексея получилась одна из центральных ролей в картине.

Однако просмотреть сразу весь фильм в кинотеатре оказалось для меня несколько утомительно. Наверно сказалась привычка к просмотру фильмов с дивана. А тут на премьере демонстрировались сразу обе части — с получасовым перерывом между ними, чтобы публика могла отдохнуть. Почти четыре часа экранного времени, хотя сам фильм получился более динамичным и сжатым. А иначе, для кинотеатров пять серий по часу стало бы явным перебором. Но к плюсам следует отнести, что цветопередача и качество изображения была на высоком уровне. Благо мне удалось договориться с немецкими друзьями и для съёмок фильма добыть немецкую пленку ORWO[10], которая была значительно лучше Шосткинской.

На следующие фильмы буду добывать тем же путём, надо развивать взаимное сотрудничество, а к тому же уже целая группа переводчиков переводит картину на немецкий язык и летом она будет демонстрироваться на экранах кинотеатров ГДР. Именно с таким прицелом я и добывал плёнку для фильма, к тому же расширив его аудиторию за счёт немецких школьников. Им будет полезно познакомиться с жизнью наших советских сверстников.

На премьеру «Призрака Оперы» прибыло с десяток московских гостей, а также двое немецких — Мартина с их представителем Хорстом Шульце[11]. Довольно представительный дядечка, к тому же привыкший ко всеобщему вниманию. Как впоследствии мне объяснила Мартина — он известный актёр кино и снимался во многих фильмах, а ещё он оперный певец и педагог, вот его и привлекли для оценки спектакля.

Всё время спектакля они внимательно следили за действием на сцене, а после его завершения Мартина вместе с герром Шульце поспешили ко мне, благо мы располагались неподалёку друг от друга. Мартина выступила в качестве переводчика, и стала переводить мне его похвалу. Представление оставило у него самое приятное впечатление, хвалил отличное исполнения партий, а также отметил хорошую хореографию, высоко оценил отличные костюмы и декорации к спектаклю. Детально остановился на музыкальных аспектах постановки, что для Мартины оказалось перевести совсем непросто. Отметил новаторскую концепцию и заверил, что это произведение будет весьма интересным для немецкой публики.

Я их провёл за кулисы театра, чтобы он смог высказать свои комплименты исполнителям главных ролей. Так что там Мартине снова пришлось активно поработать переводчиком, но некоторые моменты ей приходилось переспрашивать, когда они касались специфических терминов. Но как-то они между собой разобрались, и исполнители остались весьма польщены его оценкой.

Остальные вопросы с администрацией театра станут решаться в другие дни. И я тем временем похитил Мартину, и, отведя в сторонку, на ушко шепнул, что в этом году чета Горбачёвых, скорее всего, будет отдыхать летом в Ницце по туристической путёвке. Так произошло тогда, и Горби всячески избегал отвечать, кто и за какие заслуги его наградил этой путевкой. Шепнул также, что эту информацию надо обязательно передать Маркусу Вольфу не откладывая, а сразу по возвращению.

У него должен быть свой зуб на Горбачёв, хотя бы по той информации, что я написал ему в личном письме. И он вряд ли упустит столь прекрасную возможность свести эти счёты. Пусть в этом мире всего этого может не произойти, но такие хвосты надо рубить жёстко и без сантиментов.

По Раечке тоже ни одна душа в России не проронит слезинки, если она случайно пострадает при этом. А французы получат ноту протеста от советского правительства, что тоже не может не порадовать немецкое руководство, на генетическом уровне не любящее заносчивых галльских петушков.

И только затем перешёл к личным вопросам. И сразу напомнил, что стоило бы вытащить джуниора из его лаборатории, где он пропадает дни и ночи. Почаще с ним встречаться, пока есть такая возможность и они находятся с визитом в нашем городе. У него готово ещё несколько песен для их союза, которые он снова хочет передать им в дар.

Сами переговоры немецких товарищей с администрацией театра оперы и балета, а также представителями министерства культуры состоялись только через два дня, и мне также довелось присутствовать на них. Честно говоря, технические вопросы меня мало занимали. Даты проведения гастролей первоначально были определены лишь приблизительно, и впоследствии станут уточняться. Что касалось моей персоны, то немецкая сторона выразила сожаление, что автор не сможет посетить ГДР во время гастролей театра, так как я вежливо отказался, сославшись на свой возраст и несамостоятельность. Правда, я их заверил, что в ближайшие пару дней постараюсь составить обращение к немецким публике, которое смогут зачитать перед спектаклем.

А следом, перейдя на немецкий язык, произнёс заготовленную реплику, что самым моим горячим желанием являлось, чтобы зарубежная премьера «Призрака оперы» непременно состоялась именно на сцене всемирно известной Берлинской оперы.

После этой маленькой лести герр Шульце расплылся в улыбке, а я извинился, что ещё не в должной мере владею немецким языком. Но стараюсь с помощью прадедушки и немецких студентов, овладеть им лучше, в знак уважения к своей прабабушке Гретхен Хоффман, являвшейся урождённой немкой, и принёсшей в нашу семью сродство с немецкой культурой. Гастроли этого спектакля в ГДР мне бы хотелось посвятить её светлой памяти.

Я думал, что ещё шире расплыться в улыбке нельзя, но герр Шульце это сумел, и его улыбка стала совсем схожа с улыбкой Чеширского Кота, а он рассыпался в ответных любезностях. Думаю, что теперь он точно будет лоббировать наши совместные интересы, так как автор спектакля в какой-то степени является потомком истинной немецкой фрау.

К тому же мой немецкий был уже не столь плох, хотя ещё оставлял желать значительно лучшего. Но герру Шульце явно польстило, что я не забываю своих немецких корней и изучаю язык предков. Ну, так это и есть проявление народной дипломатии. Публике всегда нравится, когда с ней говорят на их родном языке, и деятели культуры на это тоже падки.

Я подчеркнул, что гастроли нашего театра, в очередной раз подтвердят все достоинства мирного сотрудничества наших народов, которое длилось многие века, и немцы всегда хорошо обживались в России, вростая в неё корнями. Поэтому я необычайно рад представить своё творение впервые именно на суд немецкой публики.

Мартину я по завершению переговоров попросил, чтобы на премьеру представления в Берлинской опере обязательно пригласили наших родственников в ГДР. Она пообещала выполнить эту просьбу, а затем щипнула меня за бок и сказала, что я делаю видимые успехи, так как ей пришлось приложить титанические усилия для того, чтобы уговорить Хорста Шульце приехать на премьеру нашего спектакля. Он чрезвычайно занятый человек, а в Берлинской опере с его мнением серьёзно считаются. Я же сумел затронуть его сентиментальную струнку, сыграв на уважении к своим немецким корням. В целом она почти уверена, что гастроли состоятся в ближайшее время, и ГДР станет первой зарубежной страной, где будет показан этот музыкальный спектакль.

Лезть не в свои дела и выспрашивать, как у них продвигаются дела с джуниором не стал, тем более, что разведка мне донесла, что тот пару ночей не появляется дома, что, впрочем, не редко бывало и раньше, когда он проводил их в своей лаборатории на кафедре. Да и не собираюсь я во всё это вникать. Влюблённость это, или нет — покажет время. Главное, чтобы им было хорошо вместе. А надоесть друг другу, им уж вряд ли грозит, так как они встречаются для этого слишком редко.

* * *

Однако, было бы неверно считать, что я всё это время занимался только своими проектами или день напролёт просиживал за своей печатной машинкой и сушил мозги. Абсолютная ерунда, я продолжал усиленно заниматься спортом, и мои физические кондиции только укрепились. Я всегда помнил и был полностью согласен с латинским изречением — «Mens sana in corpore sano»[12].

Очень скоро мне может очень понадобиться эта отличная спортивная форма. Оттого-то я, как одержимый, налегаю на тренировки, чем сильно изумляю мою гувернантку, а по совместительству и моего тренера. В настоящее время скорее просто тренера, так как учить меня чему-либо иному у неё уже нет необходимости и соответствующих познаний.

Однако я всегда открыт для полезных сведений, но на данный момент в выбранной мною области она вряд ли сможет оказать мне ощутимую помощь. Читать статьи в иностранных журналах мне значительно проще самому, без ошибок перевода. Тем более что и в изучении немецкого языка уже отметились заметные успехи. Я пока сносно понимаю немецкую речь, и могу свободно читать, правда — ещё со словарём. Но, лиха беда начало[13].

Пока в августе я парился, сдавая вступительные экзамены в Университет, в Берлине состоялась зарубежная премьера «Призрака оперы». Публики собралось изрядно, а зал был полностью заполнен. В отличие от меня, немцы сообразили пригласить на эту премьеру Всеволода Никитича и Веронику Степановну. Я ранее отказался от поездки на премьеру, но совершенно не допёр до такого правильного рекламного хода.

Аж обидно стало за свою соображалку. Так как именно их приглашение являлось самым оптимальным вариантом, а немецкие товарищи попросили именно Всеволода Никитича зачитать моё обращение к публике. И правильно всё провели, объявив его выход на сцену для зачитывания приветственного обращения автора к немецкой публике, потому что он является его прадедом.

Всеволод Никитич обратился к залу на чистом немецком языке, почти не заглядывая в сам текст обращения, так как многолетний опыт преподавания и хорошая память позволили запомнить его без затруднений. Робости или неуверенности от выступления перед столь большой аудиторией он не испытывал, а на сцену вышел при всём своём иконостасе боевых наград. Уверенным, ровным и твердым голосом он произнёс приветствие, сохраняя полный достоинства вид. Ему ли, ходившему в разведку за линию фронта и представителю поколения победителей было переживать из-за такой ерунды, как выступление перед публикой в зале.

В завершение, он прибавил несколько слов о насущной необходимости дружбы советского и немецкого народов, позволившей достичь от сотрудничества самых отличных результатов. С большой теплотой говорил о своей доброй и ласковой матери — Гретхен Хоффман, и, что с самой колыбели, немецкий язык и культура стали для него родными и близкими. Рассказал, что прямо перед спектаклем общался со своими родственниками из ГДР, также находящимися в этом зале, и попросил их встать, чтобы все в зале смогли увидеть. А когда те поднялись со своих мест, прозвучали аплодисменты, сначала одиночные и нестройные, но затем усилившиеся и дружные.

Особо подчеркнул, что именно сотрудничество в сфере искусства и культуры позволяет крепить дружбу наших народов и скорее оставить в прошлом печальные и горькие страницы истории. Так что ему особо приятно было обратиться с приветственной речью ко всем собравшимся на премьере музыкального спектакля написанного его правнуком.

В завершение он сообщил публике, что зачитанное обращение на немецком языке самостоятельно составил его правнук, уже год изучающий язык предков, и тот очень желал, чтобы зарубежная премьера спектакля состоялась именно в зале всемирно известной Берлинской оперы. Сам он не смог приехать из-за своего слишком юного возраста, ведь ему ещё не исполнилось и трех лет, и, кроме этого, он сейчас сдает вступительные экзамены в Университете. Но ему крайне интересно будет узнать оценку этого представления, данную взыскательной немецкой публикой, и я буду рад передать ему её, благодаря полученному любезному приглашению нам с супругой присутствовать на первой зарубежной премьере «Призрака оперы».

Публика была слегка шокирована такими подробностями, так как ранее специально не делалось сообщения о возрасте автора и что он является вундеркиндом. Впрочем, в Германии уже имеются определённые традиции в этой области, и это не так сильно выбивается из примеров в истории.

Вероника Степановна не всё из его речи сумела разобрать, кроме хорошо известного ей обращения, так как остальное он произнёс без подготовки и предварительного составления речи. Но она со мной поделилась огромной гордостью за всех нас, когда наблюдала его уверенное поведение на сцене известного Берлинского театра оперы и балета, что огромный зал тепло с аплодисментами встретил его выступление. Что она никогда в жизни не могла рассчитывать, что её муж — обычный школьный учитель, будет стоять перед таким залом и зачитывать обращение правнука к публике.

Смотрел я на рассказывавшую все это прабабушку и скромно сидящего рядом Всеволода Никитича, на гордые взгляды, которые она время от времени бросала на мужа, и думал о человеческих судьбах и близких мне людях.

Воистину — «невозможное — возможно», и я радовался за неё, так как ей было нелегко все прошедшие годы наблюдать небрежение и покровительственные взоры сверху вниз направленные на её Севу, постоянную недооценку со стороны окружающих и его рядовую должность в школе. Разве только школьники уважали и любили своего учителя, что служило ей лишь слабым утешением.

Нетрудно такое понять, если вспомнить рассказанную прадедом историю, о предложении перейти на работу в министерство, а также чем всё это завершилось, несмотря на его высокие профессиональные качества и обилие боевых орденов и медалей.

Вероника Степановна выросла в совсем иной среде в иное время, так что ей было трудно спокойно принять, что её замечательного мужа всячески обходят почестями и продвижением по службе. Что поделать? Подкачало у них обоих происхождение, а него — и вовсе из эксплуататорского класса.

И вот наконец-то, он уверенно выступил со сцены такого замечательного театра и ему внимал весь зал, в котором находились представители советского посольства и множество иностранных представителей.

Она, конечно, несколько излишне честолюбива и обращает слишком много внимания на почести, в отличие от того же прадедушки, но она такая как есть и перевоспитывать в таком возрасте — совершенно бесполезная затея. Нет, честолюбие у Всеволода Никитича также имеется, но он, как в том мудром изречении о военных, умеет публично его не демонстрировать. Что говорит о большом жизненном опыте и отличном воспитании.

Надо будет и ему сделаться известным писателем, и я кажется знаю какую замечательную фэнтезийную сагу стоит начать создавать — «Песнь льда и Пламени». Она подойдёт в самый раз, а про её историческую основу — «Войну Алой и Белой роз» можно будет указать в предисловии к ней. Опять же, я её знаю назубок из-за увлечения переводом на русский язык. А это потребовало кропотливого прочтения всех книг в оригинале, чтобы ознакомиться с авторским стилем, и также позволило ощущать намеки и завязки интриг.

И напечатать её тоже не доставит проблем, так как она полностью обличает пороки аристократического общества, и он отлично может это осветить как-бы изнутри своей сословной принадлежности.

К тому же мне в книге просто нравится Тирион Ланистер. Он такой же недомерок, как и я, но борется со своими недостатками, в том числе и физическим, а также с окружающим его миром, так несправедливым к карликам. При всём этом, по своим умственным способностям в книге он является самым выдающимся.

Так что мы с ним в чём-то родственные души, хотя не со всеми его поступками и решениями могу согласиться. Но он является плодом своего времени и среды, а потому унаследовал множество неприятных черт и привычек. Однако он честен с друзьями и соратниками, а также беспощаден к своим врагам. Но обделённый природой столь многим — материнской любовью, уважением родственников и окружающих, он в свою очередь познал и оценил всю важность милосердия.

А пока я невольно отвлёкся от рассказа прабабушки, фиксируя лишь основные моменты, они с прадедушкой успели поведать как смотрели весь спектакль вместе с немецкой публикой, и наблюдали овацию зала после его завершения, когда исполнители вышли для поклона на сцену, и публика долго не отпускала их аплодисментами. Так что премьера явно удалась, и была отлично принятии немецкой публикой. Музыкальные критики приняли его несколько неоднозначно, но все отметили, что это безусловно очень смелая постановка, в которой сочетались классическое и современное начала.

Однако на посещении премьеры культурная программа их поездки ничуть не завершилась, так как их вместе с ведущими представителями театра пригласили на передачу в телевизионную студию, где они ответили на многие интересующие зрителей вопросы. Там Вероника Степановна рассказала, как проводилась работа над декорациями и костюмами к постановке. Оживленно поведала, как я пытался пояснить и неуклюже показать хореографу и артистам кордебалета некоторые па. Что со стороны это выглядело очень уморительно, когда маленький мальчик пытался изобразить хореографию спектакля, имея лишь малейшие познания в данной области.

Правда присутствовавший там хореограф театра не согласилась с высказанным ей мнением и указала, что большинство моих предложений было учтено, и она не может не отметить, что мальчик способен стать отличным танцором и хореографом, если решит посвятить этому жизнь. Движения были несколько неуклюжими, но гармоничными и не лишены некоей пластики и грации.

Затем прабабушке задали закономерный вопрос, как маленький мальчик смог написать либретто и музыку такого музыкального спектакля? Как это происходило, и попросили рассказать об этом подробнее.

Прабабушка бойко начала отвечать, что сам момент создания она не имела возможности наблюдать, так как мы проживаем в разных городах, но впоследствии смогла видеть, как на репетициях в театре писал партитуры для различных инструментов и обсуждал эти моменты с дирижером театра. Пояснила, что музыку мне приходится сразу записывать на нотные листы, так как подавляющее большинство инструментов не предназначены для столь юных исполнителей. Поэтому мне приходится всё изначально расписывать в партитурах, и только затем на репетиции я могу услышать звучание этой музыки в зале.

На вопрос ведущего, чем я увлекаюсь и как провожу свободное время? Она ответила, что свободного времени у меня почти не остается, так как я много времени выделяю на образование, а в настоящий момент закончил школу и поступаю в Университет. В оставшееся время — пишу книги, и продемонстрировала мою изданную книгу, немного рассказав о её содержании. Продемонстрировала перед камерой иллюстрации из книги… В завершение ответа, рассказала что ежедневно занимаюсь спортом. Из других увлечений, следует особенно отметить классическую музыку, но совсем не чужд современной. Оттого этот музыкальный спектакль стал своеобразным сплавом классической музыки и современных ритмов.

Перед завершением передачи их спросили, что им больше всего понравилось и поразило в Берлине? Тут Вероника Степановна ответила за всю группу и стала рассказывать, в то время, как дедушка едва поспевал переводит её слова. Она поведала, как её поразил сам город, его прекрасные улицы, аллеи, парки замечательные памятники зодчества. Затем без остановки перешла к рассказу о великолепных музеях и картинных галереях города, о полотнах великих художников и замечательной коллекции произведений немецких и голландских мастеров находящейся там. Провела познавательный экскурс и очень хвалила музейных работников ГДР за бережное отношение к произведениям искусства и отличные экспозиции. То есть оседлала своего любимого конька, а бедному Всеволоду Никитичу приходилось всё это переводить для немецких зрителей. И могла так говорить часами, так что ведущему пришлось остановить её речь, так как передача завершалась.

В результате передача получилась даже интереснее, чем это было задумано организаторами этой встречи с деятелями культуры и искусства нашей страны. Зрителям очень понравилось с какой любовью и высокой оценкой отзывались об их замечательном Берлине, что в свою очередь отразилось на популярности самого спектакля. Так что все выступления на гастролях театра проходили при заполненном зале.

Эта передача заинтересовала и представителей берлинских музеев, так как они сразу распознали в Веронике Степановне своего коллегу и пожелали пообщаться с ней на профессиональные темы, так что после передачи к ней посыпались предложения повторно посетить берлинские музеи и там встретиться со своими коллегами.

И хоть на передаче Всеволод Никитич больше всего выступал в роли переводчика, но, на заданный ему вопрос, ответил, что работает учителем физики в одной из московских школ, а в ГДР намерен посетить своих родственников, от которых получил приглашение побывать у них в Лейпциге. Там он намерен познакомится с ними поближе, так как семейные связи прервались с начала 20-х годов, когда после революции его дед вернулся в фатерлянд.

Правда и ему поступило несколько предложений посетить ряд школ города и там встретиться с коллегами и школьниками, пока он находится в Берлине. Предложений о встречах было так много, что им пришлось продлить своё пребывание в ГДР, и запросить продление отпуска на работе. Разрешение было предоставлено и они плодотворно послужили укреплению советско-германского сотрудничества, как в сфере культуры и искусства, так и в сфере образования.

Они там совместно проделали больше, чем все эти атташе по вопросам культуры и искусства из нашего посольства, которые просиживают штаны и пользуются предоставленной синекурой. Польза от усилий была реальной, так как не какой-то чинуша согласовывал вопросы формального сотрудничества, а были приложены реальные усилия, что продемонстрировало пример народной дипломатии и было особенно хорошо воспринято простыми гражданами ГДР.

Всеволод Никитич быстро наладил плодотворное сотрудничество с коллегами и главное с немецкими школьниками. Им он поведал о жизни их советских сверстников, о том, что на экранах их кинотеатров вскоре пройдёт фильм «Девочка из будущего» сценарий для которого написал его правнук. Что ему тоже довелось принять участие в подготовке и съёмках этого фильма, выступая в роли консультанта. Рассказал о нескольких забавных случаях на съёмках фильма, и многих других, с которыми сталкивался в своей школе. Говорил о том, чем живут и увлекаются ученики в Советском Союзе. Много было вопросов о войне, и он старался пояснить детям, что в этой войне не было выигравших. Пострадали оба наших народа и понесли тяжелейшие потери. Тогда как нашим народам следует жить в мире и дружбе, укрепляя взаимовыгодное сотрудничество, как это было на протяжении веков, а немцы приезжая в Россию, дружно проживали там бок о бок со всеми населяющими её народами. Также и его дед инженер приехал жить и работать в Россию, а его дочь вышла замуж за директора одной из московских гимназий. Рассказал о своей матери, как она учила его немецкому языку, читала ему литературу и также преподавала немецкий язык в оной из московских школ.

Выделили они несколько дней, чтобы посетить Лейпциг и навестить проживающих там родственников. Это послужило восстановлению семейных связей, а также определённому укреплению дружбы между народами. Так как телевидение и там подсуетилось, засняв встречу с родственниками в доме у тех. Снимали только момент встречи и начало общения, а затем они смогли спокойно поговорить на различные темы без телекамер. Всеволод Никитич в свою очередь пригласил их приехать в Союз и побывать у них в московской квартире. Там они смогут показать им город и музеи столицы.

Вероника Степановна развила бурную деятельность с коллегами из берлинских музеев и занялись согласованием вопросов по обмену выставками: российских живописцев из музеев Москвы — в музеях Берлина и других городов страны, а встречно о выставках немецких и голландских мастеров — в музеях Москвы, Ленинграда и столицах нескольких республик, в том числе и нашей. Благо со многими руководителями наших музеев она была хорошо знакома и не раз в них бывала. Там также высоко ценили её мнение и часто приглашали для работы над экспозициями произведений искусства.

Бумаги впоследствии завизируют чиновники и советник по вопросам культуры советского посольства, но основную работу и согласование провели именно она с немецкими коллегами. Так что ей заслуженно вручили орден — Золотая звезда дружбы народов, совместно с несколькими другими участниками гастролей.

Вот уж дали немцы, я такого от них совсем не ожидал, но ход был абсолютно верный. Это не дежурное награждение очередного чиновника или почётного гостя страны, а жены практически соотечественника, проживающего в Союзе и не забывшего о своих корнях, и тоже немало сделавшего для развития дружбы народов. Не думаю, что забыли и о моих заслугах, так что был рад за прабабушку, что ей удалось с таким успехом провести время в этой поездке. Она — молодец, и поддержала марку семьи.

Замечательно, что им удалось выкроить немного времени после возвращения, и прилететь к нам на пару деньков. Веронику Степановну так и распирало от новостей, которые она жаждала поведать нам. Телефонная связь не столь информативна как личный контакт, да и не в последнюю очередь ей хотелось похвастаться своей обновкой перед близкими.

Мы все и особенно бабуля очень горячо поздравляли Веронику Степановну с давно заслуженной наградой и высокой оценкой её заслуг немецкими товарищами и закатили по этому поводу пир горой.

Я от всей души порадовался исполнению её желаний, и теперь ей будет, чем сразить всех своих знакомых. Мне это давало большой плюс в копилку, так как при вербовке для реализации задуманных мной проектов в сфере культуры и искусства, а на её награждение иностранным орденом станут обращать особое внимание и считаться станут с значительно большим уважением. В той среде звания и награды очень значимы и из них проистекает статус самого деятеля искусства.

Наши долбодятлы из Минкульта тоже могли бы что-то вручить со своей стороны, хотя бы звание и почётный знак — Заслуженный работник культуры РСФСР. Впрочем, от этих вряд ли дождёшься, они привыкли только друг друга ими обвешивать с головы до пят.

Тем паче это станет наглядным укором нашим чинушам, которые известному искусствоведу за сорок лет безупречного труда не вручили ни одной награды и даже завалящего звания, а немецкие товарищи оценили сразу и наградили наряду с тремя представителями гастролировавшего с таким успехом театра оперы и балета. И вдвойне заслуженно, так как она немало труда и таланта вложила в создание этого музыкального спектакля, а кроме этого много работала над вопросами организации обмена выставками произведений искусства между Советским Союзом и Германской Демократической Республикой..

К их возвращению в родные пенаты, я уже не только стал студентом первого курса Университета, но и смог посетить некоторые лекции, а затем наступил ожидаемый перерыв и студенты отправились в колхоз, а у меня выпало почти месяц свободного времени. Вот теперь упорно размышлял, как лучше быть. Сразу сдавать экзамен экстерном сразу за два курса летом следующего года, или сдать за первый курс зимой и нагнать джуниора. Проще будет бегать на лекции совместно. Больше сможем общаться с ним, а то он засиживается в лаборатории допоздна, а я корплю дома и роскошь общения нам почти недоступна.

Там будет виднее, но сам склоняюсь ко второму варианту, так как многие из предметов я уже изучал, и их надо только освежить в памяти. За этот месяц думаю управиться, благо полный багажник книг из Университетской библиотеки мы уже вывезли домой. Просто так приходить на лекции для галочки мне время не позволяет, да и сдружиться с первокурсниками при нашей разнице в возрасте необычайно сложно. По внешнему облику я им не компания, разве что девочки станут баловать маленького кроху, но их на физмате всегда совсем немного. Не их это специальность.

Впустую транжирить время мне просто совесть не позволяет и проявлять инфантильность также. Опять же внутренний демон постоянно твердит «Время не ждёт!» и этот голос всё четче проявляется во мне, не позволяя расслабиться. Нет, по некоторым причинам старики могут впадать в детство, но это, как правило, клинические случаи и происходят в результате деменции. Что при моём детском мозге категорически невозможно.

Вот и приходится поддерживать облик юного вундеркинда, крайне невнимательного и не от мира сего, что не способствует дружеским отношениям с сокурсниками, разве только пробуждению материнских чувств со стороны представительниц прекрасной половины человечества.

Поэтому игры в обучение в высшем учебном заведении надо проводить, но в них не заигрываться. Далеко не все лекции одинаково полезны! Похожу и определю, что желательно посещать, а что является пустой тратой времени. Все общественные дисциплины чохом занёс во вторую категорию и появлюсь лишь на зачётах и экзаменах. Не желаю повторно тратить время на эту ахинею с догматами веры, с первого раза осталось достаточно после сдачи на кандидатский минимум, плюс институтский курс. Высшую математику посмотрю на преподавателя, толкового стоит посещать, даже если он преподает уже известный материал, в противном случае тоже нечего время терять.

А пока у всех первокурсников любимый колхоз дело добровольное, но меня естественно от этого освободили, и я помогаю джуниору в его исследованиях, чтобы освоиться с Университетом поближе, так сказать изучить университетскую жизнь изнутри.

Татьяна успешно защитила диплом, и её оставили в аспирантуре, так что я уговорил свою гувернантку подтянуть её в английском для сдачи кандидатского минимума прямо в этом году. Так как защиту кандидатской ей назначили на весну следующего года. Многие остряки шутят, что из той кандидатской можно сделать три докторских. Сама диссертация практически готова, но для защиты надо выполнить некоторые па Марлезонского балета. Сдать минимум и подготовить всю наглядную документацию и получить рецензии.

Одну согласилась дать моя знакомая — профессор Елизавета Николаевна ………. надо же было мне при ней обмолвиться о том, что в Университете ведутся работы по расшифровке генома человека и это очень прогрессивное направление для создания новых медицинских препаратов и методов лечения большинства заболеваний.

С тех пор она с Татьяны не слазит и постоянно бывает у неё в её лаборатории. Допытывается о подробностях исследований, и постоянно предлагает перейти для работы в медицинский институт, где защищать сразу докторскую диссертацию. Во всяком случае, она организовала в медицинском институте целое направление исследований и предлагала Татьяне возглавить сразу после защиты.

Но не только хлебом единым жив человек, но и всяким словом. Кроме написания научных трудов, и чтобы не ломать поставленный себе график. Я принялся за написание «Летописей Черного легиона»[14]. И уже написал две первые книги из первой части — «Летописей Севера». На данный момент писать «Летописи Юга» не планирую, так как они несколько уступают первой части, но всё будет зависеть от наличия у меня свободного времени, С другой стороны они интересны более зрелой аудитории.

Первую книгу — «Чёрный легион» уже даже удалось протолкнуть в печать, что потребовало немалых усилий и изворотливости. «Чёрное фэнтези» в Советском Союзе — это безусловно самая фантастическая из всех фантазий. Но я там поработал над довольно объёмным предисловием, и пояснил, что это наш ответ на их «Властелина колец», где наша страна почти открыто — именуется Мордором. Подвёл идеологическую базу под «наш ответ Керзону».

В том что книга станет бестселлером, я даже не сомневался. Не было у нас в Союзе таких книг, и её новизна вызовет взрыв читательского интереса. Сам помню, как взапой читал эти книги в начале 90-х, и очень многие — не дожидаясь перевода. Благо тогда стало возможным скачивать из сети: вначале FIDO-шной, а Релкома и вскоре интернета. Иногда получалось в командировках прикупить несколько печатных книг, благо стоили они тогда вполне доступно..

Конечно, автором «Летописей Черного легиона» пришлось снова выступать отцу, не поймут пристрастия к столь странному жанру у младенца, пишущего сценарии для светлых фильмов о будущем. В чём-то книги перекликалась с повестью — «Трудно быть богом», но это уже был взгляд с оппозиционной стороны. А главные герои книг, являлись по своей сути — «джентльменами удачи», по большинству из которых верёвка плачет. Братство отверженных, и тут весьма подошло бы название — «Легко ли быть дьяволом?!»

Об этом и многом другом я написал в предисловии к этим книгам.

Подозреваю, что не будь за моими плечами могущественной тени (Темного властелина), то протолкнуть её в печать вряд ли удалось. Однако, слава богу, у нас необходимо в высоких сферах — не столько быть, сколько казаться. Так что эту книгу со скрипом, но запустили в печать, и надеюсь местным не прилетит из Москвы за самоуправство. Так как я в ней несколько сгустил краски, и изобличал подобных «искателей удачи». Только к концу второй книги, думающий читатель начинает сочувствовать героям этих книг, а вот Ворон и там вызывает только омерзение, несмотря на всю его заботу и привязанность к подобранной немой девочке — Душечке.

«Тени сгущаются» уже очень скоро тоже передам в издательство, и стоило бы поискать хорошего критика, чтобы правильно преподнёс книгу для власть предержащих. В принципе там показывается, что на каждое иное зло — есть ещё более концентрированное проявление этого самого зла. Не всегда выступая на стороне «добра», ты достигаешь победы добра на самом деле, так как ещё большее зло может рядиться в «белые одежды».

Ну а имперского духа в книге более чем достаточно, чего не отнять — того не отнять.

Сами эти книги, на мой взгляд, очень полезны и многому могут научить наше подрастающее поколение. Сорвут с них некую флёр невинности и покажут грязную изнанку политики, что во всём стоит искать скрытые от глаз механизмы управления обществом и сознанием людей.

Как было сказано в священном писании: «Берегитесь лжепророков, которые приходят к вам в овечьей одежде, а внутри суть волки хищные. По плодам их, узнаете их»[15]. И в первую очередь сказанное относится к сладкоречивым «западным голосам». От их пагубных влияний следует всячески уберечь нашу молодёжь.

Однако, чтобы не впасть в одно только «Чёрное фэнтези», решил для разнообразия попробовать запустить параллельно юмористическое фэнтези, а именно — «Сладкозвучный серебряный блюз», Посмотрю как такое воспримут в нашей стране. В конце концов, ведь напечатали в Союзе — «Заповедник Гоблинов» Клиффорда Саймака, а он написан в том же жанре, правда с большим уклоном в фантастику.

На данный момент находился только на середине книги, но я уже освоил печать в таком темпе, что и бывалой машинистке не грех поучиться. Была в этом году очень обильная практика, но печатать приходилось в основном научные книги и трактаты, и множество по языкам программирования и ОС-ям.

В отличие от наших горе-патриотов, которых угораздило даже PC-DOS перевели на русский язык и затем извращаться в нём, я сразу предпочёл заложить всё на английском. Он больше подходит в данном качестве, к тому же более компактен в подавляющем большинстве случаев, а это немаловажно при написании программ. В книгах по ОС-ям я тоже везде вводил английские термины, так как они более уместны и исключают путаницу в терминологии. А если человек решил стать программистом, то первым делом должен знать или выучить английский, а затем уж языки программирования.

Однако я не только сидел дома, корпя над научными и литературными трудами, так как жизнь продолжалась, а мне не чужд был спорт и отдых. В беге мы с Людмилой уже одолевали вдвое большую дистанцию, чем весной, но она бежала лёгкой трусцой, а я налегал во всю мочь, чтобы угнаться за её длинными ногами. Бегали мы одни, поскольку её соревнование с джуниором не выявило явного лидера, а он по утрам стал бегать ещё раньше, так как требовалось поспевать в срок на лекции в Университете, а мы могли себе позволить слегка покопаться утречком.

Чтобы ему было не так скучно бегать в одиночку, я взял за привычку выгонять из дома Верочку, которой также нужно было поспеть на лекции. А боевую раскраску она сможет нанести в машине по дороге в Университет. Не стоять же той на приколе у дома. Права у джуниора были ещё с уроков НВП, где все желавшие могли сдать на них под эгидой ДОСААФ.

А если машина нам срочно понадобится, то её пригоняли обратно в посёлок, а что делать, теперь и у них тоже была закреплённая охрана. И они представляли интерес для конторы не только в качестве моих родственников, но и за их личные достижения. К тому же Верочка взяла над ним шефство и старалась следить за графиком работы и питания, а то он мог заработаться и забыть про всё на свете. Так что у него стало ещё одной старшей сестрой больше, и она им с Татьяной доставляла еду прямо в лабораторию, если не удавалось вытащить их на обед и ужин.

Мы же с Людмилой по большей части оставались дома и могли после утренней пробежки немного позаниматься разминкой в зале, и только потом бежали в душ и на завтрак. К нашему приходу все кроме бабули давно уже разбегались по своим делам и мы спокойно завтракали обсуждая планы на день. Третью книгу я своими словами пересказал бабуле ранее, и она приступила к самостоятельному её написанию, лишь давая нам прочесть готовые главы. Получалось в целом недурственно и даже более зрело, чем в оригинале. Правда судить могу лишь по фильму, так как книгу не читал. Но в сравнении с первыми двумя книгами прогресс был явно налицо.

После завтрака все расходились по своим рабочим местам и занимались каждый своим делом, не мешая друг другу, так как фронт работ у нас был огромен. Людмила при содействии Верочки уже приблизилась к двум третям перевода второй книги, и через полтора месяца планировалось начало её публикации в газете «Moscow News». В этот раз мы уже так не спешили с переводом на английский, так как было много других дел, а я практически перестал принимать участия в переводе, а только просматривал его и записывал замечания, если находил неудачные моменты. Вполне себе редакторская работа и не отнимала слишком много времени, а его был острейший дефицит.

Но и об отдыхе я не забывал и после начала летних дождиков в июле, я погнал всю свою охрану вместе с ними бабулю в лес по грибы. Дано уже хотелось побродить на природе по лесочку и вспомнить любимое занятие. Охота меня никогда не прельщала, как и наверно рыбалка, за исключением детских лет. А вот побродить по лесу с лукошком — самое милое дело для занятых умственным трудом. Очень помогает все вылезшие проблемы спокойно и методично разложить по нужным полочкам, а не метаться по клетушке комнаты, как загнанный зверь. А тут ещё попутно попадаются грибочки, прячась под листочками и в траве то там, то сям, но чаще целой грибницей.

Вот и гонял своё сопровождение по лесам, по холмам — нынче здесь, завтра там. Нашёл гнсколько хороших грибных мест, потому грибов набирали предостаточно, к тому же самых различных. Много лисичек и груздей на засол, но и немало боледовых. Маслята так иной раз полный рюкзак Николаю грузили, он даже слегка покряхтывал, хоть и здоровенный лось. Много встречалось поддубков и подосиновиков. Изредка попадались белые, но в наших краях они редкость. Про сыроежки и шампиньоны даже не говорю их иной раз и собрать было затруднительно. Шампиньоны иной раз выскакивали даже в палисаднике прямо возле дома. Грибы мы обычно разбирали и чистили в тенёчке возле дома и наверно споры переносились на участок.

И надо же мне было как-то проговориться, что их можно отлично выращивать в погребе, и даже рассказал технологию, так как и сам пробовал такой метод. Но меня промышленный способ выращивания грибов никогда не прельщал, пропадала прелесть общения с природой и лесом. Но бабуля ухватилась за мои слова и после пары длительных прогулок по лесу, где мы с Людмилой их вымотали окончательно, она забастовала и потребовала освободить её от этого удовольствия.

Вот ведь — дитя городских кварталов, я то всегда помнил детство в Виннице, где под самым боком у наших домиков располагался отличный лес. А мы — детвора, проводили в нём большинство времени, и с младых ногтей знали все грибы наперечёт. Взрослым оставалось вечером их только пожарить, так как мы всё сами чистили и подготавливали. Даже иной раз готовили маремуху[16], то есть мухомор серо-розовый. А он при правильном приготовлении вполне хороший гриб. Правда редко их собирали, так как очень уж они червивые, и приходилось в солевом растворе вымачивать целую ночь, чтобы избавиться от червей.

Бабуля отказалась впредь с нами бродить по лесу и припахала пару мастеров на выходные, для того чтобы в подвале организовали стеллажи на которых ставить ящики для выращивания грибов, и обеспечить все необходимые условия. Даже потребовал у Татьяны в аренду приборы-самописцы для контроля температуры и влажности воздуха, а также pH-метр[17]. Продиктовал методику приготовления компоста и требуемые ингредиенты. Принесли из леса с десяток хороших и здоровых грибниц.

Бабушкины усилия и внедрение научных знаний дали отличный результат, и первый урожай она получила больше, чем давали наши лесные походы. При этом подшучивала над парнями, когда те возвратились из наших походов, вымотанные и уставшие. А ещё кормила нас своими шампиньонами: супом из шампиньонов, и жаренными на сливочном масле со сметаной. Вкуснятина. Но на засол её шампиньоны никак не годятся, но растут в подвале практически круглогодично.

Их было так много, что она половину раздала по посёлку, а часть я отнёс своим знакомым дедам, как делал и после своих прогулок по лесу. Они часто были занятии на дежурстве и не могли отлучаться для прогулок по лесу.

Соседи, распробовав её грибочков, задумались и также стали сооружать в подвалах стеллажи для выращивания грибов. Технология несложная, но требующая тщательного контроля и четкого следования технологии. Так что не у всех сразу это получилось удачно.

Но стимул был, а вкусная и полезная прибавка к рациону в любое время года никому не помешает. Но сам я предпочитаю по старинке топтать лесные тропинки в поисках грибков, что затруднительно поздней осенью и зимой из-за дождей. Предсказания погоды, к великому сожалению, по-прежнему оставляют желать много лучшего, и по достоверности могут соперничать разве, что с предсказаниями погоды Мерлина[18]. И в эти времена года там кроме опят да вешенки мало что можно встретить.

Кабинет Генерального секретаря ЦК КПСС.

Моим охранникам, вернувшимся из поездки на премьеру фильма в ГДР, предоставили ещё четыре дополнительных дня отдыха. Настолько напряженным у них там оказался график пребывания. Они посетили несколько городов и выступали во многих кинотеатрах перед школьниками, рассказывая о съемках фильма и отвечая на их многочисленные вопросы.

Алексею повсеместно приходилось показывать различные фокусы перед собравшейся детворой, а с Людмилой рассказывать о съёмках в фильме и своих планах на будущее. Более известные актёры не все смогли поехать со съемочной группой фильма, так как были заняты на съёмках в других фильмах или в театральных спектаклях. Вот мои товарищи и отдувались за всех отсутствующих. С другой стороны для немецких школьников, слабо знающих наших киноактёров, в том не было особой разницы. Тем более, что у Алексея была основная и очень запоминающаяся роль в первой серии фильма.

Много вопросов также поступало в адрес снявшихся в фильме школьников от их немецких ровесников. Благо, что встречи проводились отдельно от показа самого фильма, и нашим товарищам не приходилось смотреть фильм вместе с публикой. Потому им удавалось выкроить толику времени, и с экскурсоводами осмотреть достопримечательности городов, которые они посещали.

Конечно более детально им удалось ознакомиться с самим Берлином. Для них были организованы несколько экскурсий по музеям города, и в исторические места столицы. Были запланированы многие другие мероприятия в программе пребывания в ГДР. Посетили несколько воинских городков, в которых размещались части ГСВГ[24], и там встретились с детьми служащих там военных. На этих встречах они могли уже без переводчика пообщаться с многочисленными юными зрителями фильма. Ребятам из группы было интересно пообщаться проживающими в воинских городках ребятами, и узнать об их жизни и о самой ГДР.

Эх, знал бы я заранее, точно бы попросил разыскать моего друга. Ему как раз исполнилось двенадцать лет, а его отец служит в одной из воинских частей расположенных там. Наплел бы чего-нибудь про дальнее родство, отчего и возник такой интерес.

Не мог он пропустить такого события, так как всегда любил фантастику, а книги глотал со страшной скоростью. Точно посетил одну из таких встреч, на которые ребят свозили из ближайших гарнизонов или сразу из школ, где они проходили обучение.

Интересно бы было узнать его мнение о снятом фильме, его оценку. С ним мы познакомились значительно позже, уже на курсах изучения иностранных языков, но его огромная эрудиция всегда заставляли меня с особым вниманием относится к его суждениям о книгах или фильмах.

Школьников из делегации возили для встреч с их немецкими ровесниками в несколько школ Берлина. И в эти моменты у взрослой части группы появлялось время пройтись по магазинам или просто посмотреть город, побродив по осенним улочкам и паркам города.

Моим охранникам дополнительно пришлось выполнять функцию молчи-молчи, но зато к ним в группу не добавили с этой целью никого постороннего. Так что все смогли расслабиться и свободно общаться, не опасаясь брякнуть что-то не то. Поэтому поездка всем понравилась и в немалой степени потому, что все могли свободно беседовать друг с другом, не опасаясь представителей комитета, так как те давно стали для всех своими.

Алёнка, когда зашла к нам через пару дней вместе с Мариной Павловной, долго восторгалась и рассказывала, как их тепло принимали в разных городах. Как они там общались со своими сверстниками, и сколько у них всех там появилось новых друзей, с которыми они договорились переписываться. Посмотрим, возможно подкину идею нашему республиканскому руководству, и пригласим тех следующим летом приехать и отдохнуть в лучший пионерский лагерь республики, чтобы они там состояли в одном отряде со снявшимися в фильме ребятами. Провести всех ребят по нашей киностудии и показать мечта, где снимался фильм, а также предоставить возможность присутствовать на съёмках новых фильмов нашей киностудии. Думаю, им будет крайне интересно.

А пойду я вместе с Алёнкой с таким предложением сразу на самый верх к Ивану Ивановичу, где буду просить, чтобы к такому полезному начинанию подключили пионерскую организацию республики, и поручили ЦК комсомола республики курировать всё это мероприятие. На себя возьму обязанность договориться с представителями союза свободной немецкой молодёжи, которые с немецкой стороны станут курировать эту мероприятие и подключат их пионерскую организацию имени Эрнста Тельмана. Пусть там сами решают, каким должен быть состав отдыхающих школьников из ГДР, в дополнение к представленному нами списку. И критерии отбора пусть устанавливают сами, но желательно, чтобы присутствовали ребята из школ с углублённым изучением русского языка, для облегчения общения школьников.

Рассказал об этом предложении Марине Павловне и Алёнке, а также спросил их мнение о присутствии обеих на встрече с первым секретарём. Было видно, что я сильно огорошил женщину таким предложением, так как у неё в голове с трудом укладывалось, что малыш, так ничтоже сумящеся планирует встречу с первым лицом республики. Не укладывалось это в голове у взрослого и очень уважаемого педиатра. Она, мне кажется, до сих пор ещё немного робеет в присутствии Елизаветы Николаевны, и даже наверно слегка побаивается нашего профессора. Ну да, та строга и чрезвычайно требовательна, но мне трудно об этом судить, так как на меня не давит её авторитет.

Согласие, после некоторых её колебаний, всё же было получено, когда я немного детальнее рассказал о своей задумке., и даже ощутил некоторое одобрение с её стороны. Пообещал с ними созвониться, чтобы предупредить о времени встречи. Думаю, что десяток минут нам выделят для изложения нашего вопроса. Тем более, что для республики — это станет весьма полезной инициативой в политическом плане. Опять же есть у меня для первого свой крючок с такой заманчивой наживкой, что, подозреваю, он её заглотит прямо с грузилом, леской и поплавком.

Здание банка уже практически освободили, и там начат ремонт и переоборудование. Я могу предложить способ посодействовать в скорейшем получении люстр из богемского стекла, самого органа, а также многих других необходимых для зала предметов из социалистических стран. Для этого стоит включить в состав отдыхающих в лагере детей работников соответствующих предприятий. Думаю, что на таких условиях многие предприятия нашей страны и стран социалистического содружества не откажутся посодействовать изготовлению замечательных предметов интерьера и убранства органного зала и фойе.

Фильм пользуется огромным успехом в ГДР, а многие немецкие школьники пожелают узнать и посмотреть, где и как снимался этот фильм. И тем более на съёмки других детских фильмов. А уже стали готовиться к съёмкам «Лилового шара», и они стартуют следующей весной и продолжатся летом.

Фильм «Девочка из будущего» пользуется неизменным успехом в нашей стране, и неплохо пригласить представителей всех союзных республик в этот же пионерский лагерь для укрепления дружбы между ребятами из разных мест огромного Советского Союза. Для всех проводить экскурсии на киностудию, где снимаются фильмы для школьников.

Прихвачу с собой законченный сценарий «Приключений электроника» и ещё парочку других на всякий пожарный, хотя вряд ли это понадобится. Кредит доверия у меня большой и я его не собираюсь подрывать… С режиссёрами этих лент Вероника Степановна ещё не успела связаться, но если будет одобрение от первого, то дела пойдут много быстрее и съёмки на нашей киностудии можно будет начать в самом скором времени.

Памятуя, что новое — это хорошо забытое старое я решил пройтись по лунной программе штатов. Но фильм снять в несколько иносказательной манере, чтобы не вызвать правительственного скандала, так как были сведения, что состоялся джентльменский договор между советским и американским руководством, запрещающий у нас высказывать сомнения в реализации американской лунной программы и самой высадки на Луну.

Так что я взял за основу древний фильм — «Козерог один»[25], но сильно изменил сценарий фильма. Сделал его более динамичным и зрелищным, а действия американских властей ещё более аморальными. Мой сценарий, что хочу то и ворочу. Фильм и так был достаточно откровенный, но в нём не были отражены самые высокие должностные структуры, типа администрации президента и спецслужб. Так что подправил эту ошибку и ещё раз свёл счёты с моими врагами в этих структурах, изобразив их предельно правдиво.

А следом сразу же приступим к съёмкам фильма «Военные игры»[26], там изменения будут не столько идеологического, сколько технического плана. Фильм фантастический и я могу легко показывать многие технические тупики из будущего, чтобы подбросить иностранцам заведомо вредные идеи.

Надо бы разузнать, что в настоящий момент делает Владимир Мотыль, так как с преподавательской карьерой ему пора завязывать, а до «Звезды пленительного счастья» ещё пару лет, к тому же я ему могу и сам подкинуть этот сценарий. Попробую уговорить его на съемки этих фильмов, а не получится уломать, буду выходить на Станислава Говорухина и Бориса Дурова, чтобы сняли фильм, схожим с «Пиратами ХХ века». Динамики и погонь в сценарии предостаточно, а можно и пару драчек вставить с приёмами восточных единоборств.

Раз мистер президент, похоже, имеет шанс удержаться у власти, то не грех им о себе почаще напоминать. Стать тем камешком в обуви, что не представляет угрозы, но приносит чертовски много неудобства.

У меня благая цель — сделать жизнь американского президента как можно более интересной. И актёра на роль подберём похожего, а также нанесём грим, где потребуется. Эх, снять бы «Железное небо», но боюсь мало кто в мире поймёт все заложенные в нём намёки. До такого морального упадка западные страны пока ещё не докатились.

Однако надо серьёзно наращивать темпы съёмок фильмов, и работу с пионерами тоже нельзя забрасывать. надо В пионерском лагере необходим будет хороший состав воспитателей и пионервожатых, чтобы у детей осталось замечательное впечатление от поездки в этот уголок нашей республики. Красивых мест у нас множество, а к тому же отдыхать в одном лагере и постоянно встречаться с ребятами, снявшимися в таком культовом фильме, станет для ребят запоминающимся событием. А над программой отдыха я подумаю и постараюсь вспомнить все заманухи из будущего. Игровые автоматы точно надо будет в него установить и организовать соревнование между отрядами по таким дисциплинам. Жаль с персоналками не успеть, так как первую партию самого микроконтроллера обещали выдать только в конце года. Кристалл получился слишком большим для этого времени, и выход годных изделий в первое время будет, что называется штучным. Но технологию мы улучшим и ошибки первых инженерных образцов устраним. Но это произойдет не ранее конца следующего года, а пока придётся работать с этими инженерными образцами.

Слава богу, что авторитет мне помог, и приёма у первого секретаря не пришлось ждать долго. Через недельку мы с Алёнкой и Мариной Павловной находились в приемной возле кабинета первого секретаря ЦК компартии республики.

Больше всех волновалась именно мой педиатр, так как Алёнка уже бывала в этом кабинете ранее, а за прошедшее время пообвыкла общаться с самыми разными людьми. Я ещё раз повторил им о чём предстоит говорить в кабинете первого, и постарался успокоить своим уверенным видом и поведением. Мне Марина Павловна понадобилась, в своём профессиональном качестве, а также как мать Алёнки. И когда нас пригласили в кабинет, я уверенно пошел к двери, пропустив там их вперёд.

— Здравствуйте, Иван Иванович, — начал я уверенно в кабинете первого, — Хотелось бы вам сразу представить маму нашей звезды экрана Алёны. Это Марина Павловна, без ложной скромности — лучший педиатр, сам в этом не раз убедился.

— Добрый день, товарищи. Проходите, присаживайтесь к столу. С чем вы ко мне на сей раз пришли? А то из секретариата мне не сообщили тему нашей встречи, и я несколько заинтригован.

— Я специально не стал сообщать её, так как предварительно хотелось бы предоставить слово Алёне, которая совсем недавно вернулась из поездки в ГДР, где состоялась премьера фильма «Девочки из будущего». Группа, участвовавшая в съёмках фильма, много раз встречалась с немецкими зрителями, и Алёна расскажет о том, как фильм был принят в ГДР. Вам наверно уже доложили об успехе, но это будет свидетельством участника этих встреч.

— Да, интересно будет выслушать мнение исполнительницы главной роли, и я внимательно выслушаю её мнение, — а затем, обратившись к девочке, продолжил, — Алёна, расскажи о своих впечатлениях от поездки, как вас встречали немецкие школьники.

— Спасибо Иван Иванович. Я вкратце, чтобы не отнимать много времени. Принимали нас замечательно и показали, много достопримечательностей столицы и других городов, где у нас состоялись встречи со зрителями. В школах мы встречались с ребятами из разных городов, и у нас появилось среди них множество друзей. Всем необычайно понравился снятый фильм и они засыпали нас вопросами о его съёмках. Как и где это происходило, понравилось ли нам сниматься в нем? Было ли интересно участвовать в съёмках? Фильм вызвал большой интерес у школьников, и они спрашивали нас будет ли его продолжение?

— Иван Иванович, можно я немного дополню, рассказ Алёны, и внесу наше совместное предложение. Интерес к фильму очень высок и не только в ГДР, но и на просторах нашей необъятной страны. Многие школьники непременно захотят посмотреть места, где проводились съёмки, побывать на киностудии, где был снят этот фильм. Посмотреть на съёмки новых фильмов и ближе познакомиться с нашей республикой. И это наш шанс. В Голливуде есть специальные экскурсии, которые проводят в съёмочных павильонах и городках-декорациях, оставшихся от съемок прежних фильмов. Показывают съёмки некоторых новых лент. Теперь перейду к самой сути. В самом лучшем пионерском лагере нам стоит организовать отдых ребят, снявшихся в этом фильме, и пригласить отдыхать в нём их друзей из ГДР, ребят из других социалистических стран, а также школьников из всех наших союзных республик. Для всех организовать интересную программу пребывания в этом пионерском лагере, с обязательным посещением киностудии и мест съёмок, а также встреч со снявшимися в фильме ребятами и взрослыми. Показать съёмки новых фильмов, а у меня уже накопилось несколько новых сценариев для съемок детских фильмов и не только. Кроме того у нас в республике есть санаторий проводящий лечение болезней сердечно-сосудистой системы и почек с помощью сокотерапии натуральным яблочным соком местного производства. У нас в республике расположены огромные яблочные сады, а многие ребята проживающие на Севере, в Сибири и на Дальнем Востоке не имеют возможности полакомиться свежими овощами, фруктами и ягодами прямо из сада, или с полей. Но о пользе свежих овощей, фруктов, ягод, и также соков из них может более подробно рассказать Марина Павловна.

— Я так понял, что вы предлагаете организовать в нашей республике местный аналог всесоюзного Артека, с кинематографической спецификой. А по поступившим ко мне сведениям, фильм действительно вызвал огромный интерес у школьником всей страны.

— Не только с кинематографической спецификой, но сценической, литературной и изобразительной. надо приглашать талантливых ребят для общения друг с другом. Однако стоит выслушать мнение педиатра об организации отдыха школьников с наибольшей для них пользой.

— Я могу уточнить у коллег, и затем порекомендовать наилучший для ребят режим отдыха, занятий спортом и коллективными играми. Правильный рацион питания для оздоровления и укрепления сил перед новым учебным годом. Организацию санитарно-профилактического контроля за здоровьем ребят. Есть много студентов старших курсов медицинского института, которые с удовольствием будут работать в этом лагере, слелить за здоровьем ребят и оказывать им своевременную помощь, в случае необходимости.

— Очень хорошо, мы не должны забывать заботится об их здоровье, и искоренять вредные привычки, например курение, проводя разъяснительную работу с подростками.

— А я, Иван Иванович, подготовил некоторые предложения по проведению культурно-массовой работы с пионерами, которые можно внедрить в этом пионерском лагере, чтобы ребятам понравился и надолго запомнился отдых, а за пионерским лагерем закрепилась заслуженно высокая репутация. Для этого необходимы инициативные и знающие специалисты системы образования, чтобы выслушать их предложения по организации досуга ребят и изложить им наши. Я совершенно уверен, что организация такого пионерского лагеря сильно поднимет престиж нашей республики. В том числе на международной арене, если к школьникам из ГДР прибавятся школьники из других стран социалистического содружества.

— Вот смотрю я на вас и удивляюсь, а почему ко мне с такими предложениями не пришли из нашей республиканской пионерской организации или из ЦК комсомола. А именно вы заботитесь о той работе, которой должны заниматься эти общественные организации.

— Так именно эти организации станут осуществлять реализацию этого проекта, назначив для этого самых достойных и инициативных представителей. Нам самим такой объём работ просто не осилить. Однако в силу публичности нашей деятельности, мы заметили, каким образом можно использовать сложившийся в данный момент высокий интерес к фильму. А я очень надеюсь, что новые фильмы станут не менее популярны у зрителей. Съемки одного фильма уже намечены на весну следующего года, и ведутся переговоры о съемке ещё нескольких. Многие школьники мечтают сняться в одном из них, или хоть одним глазком глянуть, как проводятся съёмки этих фильмов.

— Да, вы меня вновь удивили. Я обязательно дам задание, чтобы с вами связались представители ЦК комсомола и пионерской организации, и внимательно отнеслись к вашим предложениям по организации отдыха ребят в таком пионерском лагере. А затем они доложат мне своё мнение и предложения по этому вопросу.

— Иван Иванович, я думаю, что предложения будут нашими совместными, и мы всегда с большим вниманием относимся к отличным идеям. А теперь можно нам с вами наедине обсудить пару небольших вопросов, и отпустить Марину Павловну с Алёной.

— Хорошо, всего вам доброго Марина Павловна и Алёна, спасибо за ваши ценные предложения, а мы с Константином обсудим ещё пару вопросов.

Когда они удалились из кабинета я перешёл к следующим вопросам повестки.

— Огромное спасибо, Иван Иванович, что в городе уже приступили к оборудованию органного зала, и это шаг навстречу чаяниям всех любителей органной музыки нашей республики. Но этот органный зал обязан стать визитной карточкой нашей столицы, и на его оснащение всем самым лучшим не стоит скупиться. Однако могут возникнуть затруднения, и у меня есть предложение, как улучшить его оснащение. Люстры надо обязательно заказать из богемского стекла, и я думаю, что этот процесс можно будет значительно ускорить и улучшить, если приглашать в наш пионерский лагерь детей работников соответствующих предприятий. Это может положительно повлиять на исполнение наших заказов изготовителями. Например Чехословакия уже запросила разрешение на дублирование и демонстрацию нашего фильма в своих кинотеатрах. А там кроме получения богемских люстр, можно ускорить получение высококлассного органа от известной фирмы «Ригер Клосс». Таким же образом можно договориться и с другими поставщиками материалов и предметов интерьера. И уже только от наших усилий будет зависеть, чтобы ребятам понравился и надолго запомнился отдых у нас в республике, что положительно повлияет на отличное выполнение наших заказов..

— Хм, о таком использовании популярности фильма я не думал, к тому же можно будет расширить культурную программу и провести посещение школьниками нашего театра оперы и балета. В ГДР спектакль также вызвал очень горячий интерес, и я могу так утверждать не только из поступивших ко мне докладов, но и из рассказа Светланы, которая была с театром на гастролях.

— Да, Иван Иванович. Мне тоже много рассказали прабабушка и прадедушка. Думаю, что ребятам это также будет очень интересно, так как в ГДР на представления смогла попасть только десятая часть желающих, и немецкие товарищи обратились с просьбой о постановке этого спектакля на их сцене. Я не решился им дать ответ, так как не берусь единолично решать вопрос, без учёта мнения более компетентных лиц. Не знаю, сможем ли мы показать школьникам этот спектакль, так как нашему театру поступило множество предложений о проведении гастролей по всему Советскому Союзу, и даже несколько из социалистических стран.

— Мне доложили об этом, и действительно образовалась непростая проблема выбора мест гастролей для нашего театра. Министерство культуры и администрация театра пытаются её решить, и составить оптимальный график.

— Однако, не страшно, если в тот момент театр будет на гастролях. У нас есть очень популярная молодёжная группа «Мираж», так что послушать их выступление для школьников станет не менее интересно. Сейчас на всесоюзной фирме «Мелодия» производится запись их первого альбома, и работа продвигается очень успешно. А после его выхода о них услышит вся страна. Специалисты в области эстрадной музыки весьма высоко оценили их творчество, а в прошлом году они заняли третье место на всесоюзном конкурсе любительских коллективов.

— Да, мне Светлана о них говорила и очень хорошо отзывалась об их репертуаре. Она также подчёркивала, что их ждёт всесоюзная известность.

— Совершенно верно, и я в этом совершенно уверен. А напоследок у меня есть небольшая шкурная просьба, наверно лично к вам.

— Интересно, это первая личная просьба от вас, обращённая ко мне.

— Не совсем личная, но личный интерес точно присутствует. Мне хотелось бы организовать съемки мультипликационного фильма по моей книге. Самому заняться этим затруднительно из-за загруженности другими проектами, да и я не специалист в данной области. Мне стало известно, что Наталья Ивановна завершила обучение по специальности режиссера-мультипликатора, в классе патриарха советской школы анимации — Ивана Петровича Иванова-Вано. Возможно она сможет принять участие в работе над ним. Вот я принёс авторский экземпляр книги с дарственной надписью для неё Она сможет ознакомиться с книгой, но, на мой взгляд неспециалиста, это почти готовый сценарий для отличного мультфильма, и иллюстрации в книге выполнены на очень высоком уровне. Книга издана у нас, и скоро будет издана в издательстве «Детская литература». Так что школьники всей страны будут с ней знакомы. Не только же по произведениям английского писателя Милна, ставить у нас в стране хорошие мультфильмы.

— Интересное предложение и супруга хвалила и показывала мне такую книгу. Так что я обязательно передам её дочери. Надеюсь, что ей она тоже понравится. и она согласится участвовать в работе над этим мультипликационным фильмом.

— Огромное спасибо, а то в плане мультипликации у меня как-то не обнаружилось никаких знакомств, и возникло затруднение с созданием такого полнометражного мультфильма. А у Натальи Ивановны намного больше контактов в данной области, и можно будет привлечь к работе талантливую молодёжь и опытных мастеров. А теперь прошу прощения, что отнял у вас столько времени, и больше не смею отнимать ваше драгоценное время.

— Эх, если бы все так отнимали моё время, то я был бы совсем не против. А у вас всегда интересные идеи, и сразу готовые предложения по их реализации.

— До свидания, Иван Иванович. Заранее благодарю, за ваше содействие.

Дедов Сережу и Колю я таки раскрутил на дополнительное обучение, и они осознали его необходимость, тем более что мои охранники стали совсем знаменитыми, и слишком заметными для исполнения своих обязанностей. Люди так и собирались, чтобы поглазеть на них, стоило появиться где-то кроме посёлка. Это хорошо, но сильно мешает исполнению основных обязанностей, и наверно пора со временем отпускать их на вольные хлеба.

А спасение утопающих — в первую очередь дело рук самих утопающих, так что деды согласились с такой постановкой вопроса… Я даже обнаглел и попросил научить меня качать маятник и стрелять по-македонски. У Петровича попросил достать мне для тренировок пистолеты 22 калибра, разных производителей, желательно дамские образцы с малой отдачей.

После того как пояснил про популярность охранников и толп народа собираемых ими в людных местах, он также вынужден был задуматься. Скорее всего у охранников старшим назначат Николая, и в подчинении у него оставят новеньких. Жаль конечно отпускать людей с которыми сработался и которые успели стать друзьями, но я не собираюсь их бросать на произвол судьбы, а буду впредь подкидывать им роли в новых кинофильмах. Новенькие ребята конечно ещё совсем зелёные, но старательные и вроде очень ответственные. Да других Петрович не допустил бы. Понимает огромную ответственность за сохранение тайны.

Пару грязных приёмчиков я знал и до подготовки у дедов, но они только для ближнего боя и совершенно неосведомлённого киллера. Удар я уже хорошо поставил и каждый день снимаю по одной газете на моей доске для тренировок, по которой луплю кулаками со всей дури. При моём росте, такой удар для мужика может оказаться даже летальным.

А ещё я у Марины Павловны выпытал точные места нахождения паховых и других тазо-бедренных артерий. И при наличии даже маленького лезвия могу их без проблем вскрыть, так как с её помощью раздобыл медицинский тренажёр и окончательно расковырял его, отрабатывая такие удары. Потренировался и на области сонной артерии, как ударами руки, так и режущим инструментом.

Марина Павловна пришла в ужас когда увидела этот медицинский тренажёр на которым жирными линиями фломастера были нанесены расположения артерий в наиболее уязвимых местах. Так чему удивляться — покоцал я его очень основательно, превратив в своеобразную макивару.

Она сильно опечалилась такой моей нацеленности на нанесение летальных ударов, и мне пришлось напомнить ей, что именно на нашу семью было нацелено нападение бандитов. А если в следующий раз их будет в пять или даже десять раз больше? Выходит я не должен изображать из себя стоячую мишень, а стать крепким орешком.

Пояснил ей, что достать сумею только до определённых мест, и потому отрабатывал большинство ударов по ним. Стандартным стрелковым оружием к сожалению вряд ли смогу воспользоваться, ибо не удержу от отдачи. Так что отдавал преимущество тренировкам с холодным оружием. Рассказал, что мне помогли мои инструкторы, в военное время проходившие службу в рядах СМЕРШа.

Все равно её это ужаснуло, что трехлетний ребёнок задумался о таких вещах, а тем более, что стал отрабатывать летальные удары и приемы. Хороший она педиатр, очень знающий и талантливый. Но молода, и дитя мирного времени, почти не помнящая прошедшую войну. Своеобразная женская версия доктора Айболита.

Ей меня не понять с моим прагматическим взглядом из будущего, привычного к киллерам и разгулу бандитизма. Вот пришлось её успокаивать, что применять стану только против врагов. А по поводу списания медицинского тренажёра переговорю с Елизаветой Николаевной, и та поможет это сделать. Достаточно над ним уже поиздевались студенты медикусы, делая уколы и оказывая первую помощь. Оставлю себе для проведения дальнейшей тренировок.

Как я и предполагал, с профессором проблем не оказалось, и она посодействовала в списании этого медицинского тренажёра. Но сильно подивилась, зачем мне понадобилось всё это. Однако после моего пояснения о возможности возникновения опасных ситуаций для жизни, смилостивилась над моими усилиями и научила меня ещё кое-чему полезному для самообороны.

Сказала, что мои задумки в целом неплохи для дилетанта, но есть и более простые способы отправить охотников за моим скальпом в места вечной охоты. Это что-то сродни техникам восточных единоборств, и не требует приложения большой силы. Нужно просто следовать наставлениям, а также правильно и точно всё выполнить.

Вот никогда бы не подумал, что она такое знает и умеет. Не только жизни спасать, но и отправить к праотцам. Хотя это больше по части отличного практического знания анатомии и физиологии человеческого организма. И наверно был у неё свой учитель в её младые лета. Времена были не самые спокойные, особенно для интеллигентных людей, так как она практически ровесница века.

Правда предупредила меня и взяла обещание, что применять стану только в крайнем случае, при угрозе для жизни людей, и только против напавших. Этого могла бы и не требовать, зная меня и моё отношение, но слово дал и намерен его держать. То-то она в Африку помчалась не опасаясь никаких нападений, и частых тамошних заварушек. Никто бы не предположил, что такая старушка «божий одуванчик» может угрохать двухметрового громилу, даже не притомившись.

Но спасибо ей огромное за науку, и теперь мне даже не нужна мелкашка или пистолет, хотя и они тоже смогут пригодиться при работе с дистанции. А мне — октябрёнку или пионеру достаточно будет вплотную приблизиться к нужному деятелю, и тому неожиданно станет плохо, вплоть до летального исхода. Уж это-то я отработаю до полного автоматизма.

Совсем неожиданно, спустя парочку дней после нашего визита к первому секретарю, в доме прозвенел звонок, и бабуля, поднявшая трубку, долго что-то обсуждала по телефону. Я не обратил на это особенного внимания, ведь ей поступало множество звонков из-за широкой известности книг о Гарри Поттере. Поступали они из издательств, а часто из учебных заведений и детских домов, куда её приглашали выступить перед детьми. Мы к этому уже привыкли, и она часто пропадала на таких встречах с читателями.

У меня своих дел было невпроворот, чтобы отвлекаться на каждый телефонный звонок. К тому же я возобновил посещение лекций в Универе, и времени для выполнения этих проектов оставалось всё меньше. Однако после этого разговора бабуля зашла в мою комнату и сообщила новость: Мы с ней на завтра приглашены в дом первого секретаря на обед, а только что звонила его супруга, чтобы договориться с ней о времени.

Однако, переборщил я с прогибом. Слишком много посулил интересных перспектив. Не ожидал, что так быстро отзовётся. Скорей всего сработала моя книжка, и теперь желают обсудить дальнейшую работу над мультипликационным фильмом. В целом я полностью за тесное сотрудничество, так как это открывает хорошие перспективы для финансирования съёмок, а полнометражный мультипликационный фильм обойдётся в очень немалые суммы. Компьютерных технологий в данной области даже в помине нет, а художникам-мультипликаторам приходится всё делать по старинке — вручную.

Вот на что я совсем не рассчитывал, так это приглашение на подобный светский визит. Чиновная свора о таком десятилетиями мечтает, как о величайшей удаче, которую следует схватить за хвост. А я опасаюсь, что нахождение на их территории будет не лучшим местом для установления (выстраивания) рабочих и равноправных отношений.

С другой стороны, такое приглашение несет большие плюсы в местной иерархии, а то, что это станет известно многим, нисколько в том не сомневаюсь. Но зато это сильно сужает мне свободу манёвра. Очень бы не хотелось стать полезным ресурсом у власть имущих, мне дороже свобода и отсутствие кабальных обязательств.

Придётся в гостях очень аккуратно общаться, чтобы не угробить сложившееся позитивное впечатление, но и избежать излишнего сближения с семьёй первого. То есть проскочить между Сциллой и Харибдой.

Мне необходимы ровные и уважительные отношения, для успешного продвижения съёмок, но входить в когорту прихлебателей совершенно не намерен. Так что придётся балансировать на этой острой грани, а некоторая непосредственность в поведении ребёнка вполне простительна.

Бабуле же стоит поддерживать темы о семье, литературе и дальнейших планах.

— Не скажу, что я сильно рад такому приглашению. Ты же знаешь мой любимый принцип: Подальше от командования и поближе к кухне. Но отказаться мы не можем, тем более, что позвонили не просто так, а по моей инициативе. Ты же знаешь, что я давно пытаюсь начать работу над мультипликационным фильмом о Шреке. Но Веронике Степановне никак не удается выйти на указанных мною режиссёров-мультипликаторов. К тому же в Москве у меня минимум возможностей повлиять на сами съёмки мультфильма. Вот я и передал свою книгу дочери Ивана Ивановича, а она как раз завершила обучение по специальности режиссёра-мультипликатора. Сама она вряд ли сразу сможет выполнять обязанности режиссера, но ей известны много молодых художников-мультипликаторов и также опытных режиссеров.

— Теперь стал понятен такой к нам интерес, и отчего мы получили приглашение на обед. А ты мне не упоминал о такой своей инициативе.

— Так кто знал, выгорит ли? Наше дело предложить — их дело согласиться или отказаться. Я это расцениваю, как шанс для создания отличного мультфильма, который посмотрело несколько миллиардов зрителей в большинстве стран мира. Но я не могу предугадать поступки совершенно мне неизвестных людей. Мне было бы много удобней, если бы встреча состоялась на нейтральной территории и без всего этого официоза.

— Я так думаю, что работа над этим мультфильмом заинтересовала дочь первого секретаря. А ты правильно решил, что это сильно посодействует скорейшему началу полноценной работы над ним. А для начинающего режиссера-мультипликатора — это отличный шанс принять участие в столь интересной работе и набраться неоценимого опыта.

— Эх, видела бы ты сам мультик! Было бы замечательно создать фильм сравнимого уровня. Я его отлично помню, смотрел неоднократно, отчего предельно четко представляю требуемый результат. Только бы режиссер-мультипликатор стал прислушиваться к моим предложениям, и тут необходимо, чтобы Наталья Ивановна стала моим союзникам в этом вопросе. Я с собой возьму все иллюстрации к книге, и остальные Танюшкины наброски, чтобы показать их специалисту.

— Тебе виднее, это твой проект и только ты можешь оценить соответствие оригиналу.

— Нет, ты же знаешь, что я не стремлюсь к банальному копированию, и если получится лучше и интереснее, то я ни за что не стану противится только потому, что мне тот вариант привычнее.

— Да, знаю я! Последнюю книгу ты мне только изложил, правда, с большим количеством деталей, но написание полностью оставил на моё усмотрение. Мы иногда спорим по некоторым моментам, но всегда приходим к согласию, и в наших спорах рождается истина.

— Хорошо, что ты не оцениваешь споры, как проявление диктата с моей стороны, но я действительно не читал последней книги, и только видел её экранизацию. Вот мы и бродим в тумане постоянных поисков. Ладно, о теме возможного разговора ты теперь знаешь, но ещё надо бы позаботиться о внешнем виде. Ты известная детская писательница и должна соответственно выглядеть. Строгий и элегантный костюм у тебя есть. Так что звони нашему волшебному мастеру, чтобы он занялся твоей причёской.

— А сам как пойдёшь?

— А по мне и хвостика достаточно. А так надену недавно привезённый из Одессы джинсовый костюмчик. Он мне даже чуть навырост, но зато буду выглядеть очень стильно.

— Хорошо, пойду звонить Абраму Исааковичу. Ты ещё не хочешь обедать, или пока ещё рано?

— Позже, ты сначала договорись, а то вдруг придётся срочно ехать к нему. Сама знаешь, что у него расписано на дни вперёд, но нам он никогда не отказывает и всё косится на мою косичку. Всё пытается уговорить сделать красивую стрижку.

Сам визит в гости оставил двоякое впечатление. Слава богу, официоза почти не было, и обед прошёл в довольно свободной обстановке, но за едой не принято много разговаривать, и я строго придерживался правил приличия. А когда он завершился, и мы перешли в другую залу, рассевшись там, то я взял на себя смелость предложить общаться по-деловому, без всяческих экивоков. Наверно в этом доме никто не позволял себе такую вольность, но мне простительно, как не совсем воспитанному малышу.

— Знаете ли, я не невежа и слегrа научен пользоваться столовыми приборами, спасибо моей бабушке Надежде Всеволодовне, но меня напрягает слишком неукоснительное следование этикету, и в жизни предпочитаю вести себя более непринуждённо. Если на то будет ваше согласие, то предлагаю общаться более свободно, что упростит обсуждение рабочих моментов.

И затем стал терпеливо ожидать, когда они перейдут к обсуждению самой причины для нашего приглашения в гости.

— Для меня стало некоторым потрясением увидеть маленького мальчика не только правильно пользующегося вилкой, ложкой и ножом, но и разговаривающего подобным образом. Я много наблюдала за поведением детей сокурсников, как их приходилось кормить с ложки и уговаривая поесть, — начала беседу Наталья Ивановна, — но когда я прочла переданную книгу, я уже невольно ожидала чего-то подобного. До последней минуты сомневалась, хотя мне рассказали немало замечательного о Константине.

— Большая часть либо не соответствует действительности, либо сильно преувеличена, как и любая подобная известность. «Обо мне придумано столько небылиц, что я устаю их опровергать. Между тем биография моя проста и обычна»[27]. Родился я в машине скорой помощи три года назад, и рос в обычной семье трудящихся интеллигентов. Оттого возникло раннее понимание жизни, а из множества прочитанных книг — познания в мировой литературе, истории и науках.

— Интересная трактовка обычности, но перейдём к основной теме разговора. Можно было бы провести встречу в любом другом месте, но нам с мамой было очень интересно посмотреть на мальчика написавшего книгу «Приключения Шрека» и музыкальный спектакль «Призрак оперы». Спектакль пользуется большим успехом у нас и в ГДР, а Светлана исполнила в нём все партии для органа и очень его хвалила. Жаль она сейчас в отъезде, а то сама высказала бы свою высокую оценку. Нам с мамой книга тоже очень понравилась, а иллюстрации в ней самобытные и очень талантливо выполнены. Вот мы и решили в простой домашней обстановке поближе познакомиться с самим чудесным ребёнком и его бабушкой — известной детской писательницей. Я первую книгу о Гарри Поттере прочла в прошлом году, и даже помечтала о съёмках мультипликационного фильма по ней.

— Очень хорошо, что я захватил с собой целый альбом с иллюстрациями. Они не все вошли в книгу, но мы с художником-иллюстратором, сразу работали над планами для будущих съёмок мультфильма. Сам я не умею рисовать, и она выполняла эти рисунки по моим объяснениям, прилагая всю свою фантазию и мастерство.

— А где она обучалась?

— Она училась в художественной школе нашего города, а сейчас на биологическом факультете Университета, и мы с ней там часто встречаемся после лекций. Мне трудно сказать, почему она выбрала обучение именно на этом факультете, но у неё несомненный художественный талант, и она уже создала отличные иллюстрации к нескольким книгам, выпущенным в наших издательствах. В том числе и к бабушкиным книгам о Гарри Поттере. В папке несколько иллюстраций и к ним.

— Хорошо, передай мне, чтобы я могла их внимательно посмотреть.

— Только перед просмотром мне хотелось бы сказать пару слов, о том, почему задумал именно «Приключения Шрека». Как ни странно, но это книга и обо мне. Шрек — огромный великан, которого окружающие считают тупым и злобным, а я маленький карлик, которого люди считают милым и талантливым. Мы с ним тем самым сильно отличаемся от прочих, и потому нам отлично живётся вдали от шума городов. Мы заняты своими делами и стараемся никому не мешать, но хотим, чтобы и нам никто не мешал. Я думаю, вы поймёте, что не так уж приятно, когда с самых пелёнок все вокруг называют тебя умным малышом, и разглядывают, как в паноптикуме[28] или же, как восьмое чудо света. Книга именно о том, что все мы разные, со своими привычками и талантами, не стоит из-за этого считать нас экстраординарными и делать изгоями. Книга как раз о том, как таким многослойным людям обрести верных друзей и любовь. Вот и всё, что мне хотелось рассказать о книге и её важности лично для меня.

А пока она смотрела иллюстрации и рисунки мы продолжили разговор о литературе и музыке с сидящей рядом Клавдией Петровной. Бабуля её поведала, как продвигается написание третьей книги о мальчике-волшебнике, и о сложностях в работе над ней.

Я, в свою очередь, решил пожаловаться, что мне сложно научиться играть на музыкальных инструментах, изготовленных для взрослых исполнителей, и могу исполнять только собачий вальс одним пальцем. А для детей никто не производит инструментов, разве — только игрушечные. Но я не могу слушать их фальшивое звучание, из-за своего абсолютного музыкального слуха.

Рассказал, что разрабатываю схемы электронного органа, и для него можно будет изготовить клавиши под детские руки, но для этого необходим спецзаказ на фабрике музыкальных инструментов, а для взрослых они смогут изготовлять нормальные полноформатные инструменты. До этого я завершил разработку некоторых других электронных устройств для профессиональных музыкантов. Но для выпуска всего этого необходимо профильное производство, или производить их в качестве ширпотреба на одном из крупных предприятий города. А лучше всего создать специализированное производство для выпуска только электронных инструментов, в нашей стране ощущается их нехватка и приходится закупать импортные.

Однако, светский разговор пришлось завершать и вернуться непосредственно к обсуждению иллюстраций и созданию полнометражного мультипликационного фильма. Танюшкины иллюстрации Наталье Ивановне очень понравились, в том числе к книгам о Гарри Поттере. Когда она увидела иллюстрации к ним, то желание встретиться с их автором стало ещё большим. Она искренне сожалела, что в книге они отсутствовали.

Не проблема, я могу вытащить Танюшку на следующую нашу встречу, но попросил, чтобы она проходила уже в рабочей обстановке, и мы смогли свободно беседовать на профессиональные темы.

Постепенно ко мне подобрался и мой третий день рождения и соответственно очередной сезон празднований. Кроме годовщины Великой Революции у соседей намечалось ещё дня рождения, а мне требовалось позаботиться о подарках для них.

Мне, как и джуниору, самый большой подарок сделал дедушка Павел, и месяц назад на предприятии был запущен лабораторный комплекс, оснащённый отдельным чистым опытным производством. Так что теперь он сразу после лекций мог спокойно возвращаться домой и, пообедав, отправляться в свою лабораторию. А там мог засиживаться сколько угодно, и никто не отрывал его от работы, пока мама выгоняла его домой. На кафедре его недавно повысили, и перевели в младшие научные сотрудники. Как это провернул заведующий кафедрой — одному богу ведомо, так как у джуниора не только отсутствовало высшее образование, но не было даже незавершённого высшего, которое учитывали только после третьего курса.

А с другой стороны у него немалое количество печатных работ в солидных журналах, написанных хоть и в соавторстве с другими сотрудниками кафедры, но по данному параметру он даже более чем соответствовал занимаемой должности. Зато мне теперь, чтобы зайти к нему в лабораторию, не требовалось ехать через полгорода, а всего лишь пройтись двадцать минут.

Наверно можно считать это подарком маме, но вряд ли она оценит это подобным образом, так как ей это добавило немало новых хлопот, к огромному количеству уже существующих. Ведь только к концу лета на предприятии удалось выйти на нормальный ритм выпуска продукции в чистом производстве. А его дедушка Павел завершил аж полгода назад.

Тогда же — возникла жесточайшая кадровая проблема: набора сотрудников и организации работ. В первую очередь следовало назначить начальника чистого производства и были многие кандидатуры. В том числе на кафедре Университета, но они были чистыми учёными, и как выразились бы в будущем — ботаны. А для производства, и тем более столь высокотехнологичного это никак не годилось. Там должна быть железная дисциплина, но притом не палочная.

Перебрали много кандидатур, но так и не смогли найти подходящую, даже думали найти заместителя с характером, чтобы подпереть учёного. Но отказались от неё, и пришлось срывать маму с привычной ей места работы и должности заведующего КБ. Уговаривать взять это производство под свой контроль. Она от исполнения положенной технологической дисциплины не позволит отойти ни на шаг, ни на дюйм. Пусть ей хоть директор предприятия приказывает для спасения плана. Её такой мелочью, как приказы руководства не пронять и не заставить исполнять глупые приказы.

Она долго отказывалась, поясняя, что совсем не специалист в этой области и ничего не знает о ней. На что ей напомнили, что при приходе на работу в КБ она тоже многого не знала, но не только освоилась, но и показала прекрасные результаты. Специалистов данного профиля в городе от силы с десяток человек и все они учёные, а не производственники. А у неё в доме есть свой специалист, пишущий научные статьи в данной области, и она имеет возможность всему у него обучиться или в любой момент проконсультироваться..

Мы её уговорили на это назначение только совместными усилиями с джуниором, и она взялась очень рьяно. Первоначально даже не верила в необходимость таких драконовских мер. Однако после моего рассказа, как на производстве приходилось на наладке блоков приборов и установок просто сажать монтажницу и показывать микросхемы с какими значками производителей менять по одной в первую очередь, как единственный способ скорейшей наладки блоков. Она осознала необходимость строжайшего контроля за технологическими процессами и дисциплиной при производстве микроэлектронной продукции.

Освоилась со своими обязанностями необычайно быстро и в производственном процессе разобралась лучше многих учёных специалистов, не без помощи самого джуниора и моей в том числе. А производственную дисциплину поддерживала жесточайшую, так что некоторые работники ушли или их перевели на другие участки производства, но оставшиеся постепенно втянулись и заработали чётко, как швейцарские часы.

Наладчики оборудования производственных технологических линий от неё просто стонали, так как она заставляла их выполнять всю работу только на высочайшем уровне и не допускала ни малейшей халтуры. А попытки споров с ней привели к тому, что подключался джуниор и на высоком научном уровне доказал, что должно быть именно так, как от них требуют. Не только у нас, а повсеместно и существуют установленные производителем оборудования нормы и ГОСТы.

На их возмущённые вопли, что ещё всякие студенты им станут указывать, как нужно выполнять их работу, им были предъявлены научные статьи под его авторством в некоторых научных журналах. Их аргументы, что нигде до этого к ним не выдвигали столь строгих требований к наладке производственных линий и выполнению технологической дисциплины, просто отметались, как несущественные. Им пояснили, что — «Здесь вам, не тут!!!»[29].

А когда джуниор при них разобрался в их хомутах и заставил сделать всё как следует, то они чуток подзасохли со своими необоснованными претензиями. Ну, так я ему как-то привёл классический пример халатности на орбитальном телескопе Хаббл, и что смогла натворить простая подложенная техником шайба[30]. Процитировал прекрасно запомнившуюся мне саркастическую фразу: «Телескоп превосходный, вселенная оказалась расплывчатой!» Он после этого сильно проникся пониманием необходимости соблюдения строжайшей технологической дисциплины, что не раз с тех пор помогло ему в научной работе, и он даже стал в некотором роде фанатом её соблюдения.

Однако наладчики наше производство в своих разговорах или в запале ругани обзывали концлагерем, так как никаких перекуров, болтовни и перекусов на рабочем месте не допускалось, до работы допускались только после осмотра врачом, и ни в коем случае под алкогольными парами. Пытались даже организовать сидячую итальянскую забастовку. Но после проникновенных бесед с представителем первого отдела предприятия и подключившихся сотрудников комитета. Быстро взялись за ум и стали работать, как и было положено. Им ненавязчиво разъяснили, что при неисправности или поломке оборудования их вызовут повторно, но они не отделаются простой халатностью или недосмотром с их стороны, так как уже заведено дело о попытке саботажа проведения наладочных работ на нашем производстве.

В своей среде поездку к нам они прозвали ссылкой «во глубину сибирских руд», и по телефону всячески отговаривали всех коллег. Правда и премиальные за качественное выполнение работ им выплатили в двойном размере.

Нам удалось в виде эксперимента выбить форму оплаты, что всё время работ в чистом помещении оплачивалось в двойном размере, а смена была разделена на две части. Это было сделано не просто так, ведь в чистое помещение допускались только абсолютно здоровые и трудоспособные работники. Никаких перекуров или посторонних разговоров в данных помещениях не допускалось, как и отлучек в столовую или же в туалет. Так как потом вернуться к работе можно было только после тщательного медицинского осмотра и переодевания в чистый спецкостюм. Остальная часть смены работала на других подготовительных операциях или же на перемещении готовых изделий дальше по технологической цепочке. Дублирование позволило иметь достаточный резерв для замены работников в чистом помещении.

Мы там установили такие строгости, что медики не сидели занимая свое время бездельем, а действительно отрабатывали свой хлеб. Благо наш «добрый медицинский гений» — Елизавета Николаевна посоветовала нам ответственных выпускников медицинского института, и они хорошо справлялись со своей работой. А когда к концу лета выяснилось, что выход годных изделий на участке производства микросхем TTL лучший по Союзу, то к нам на предприятие зачастили комиссии из профильных институтов и предприятий. Удалось добиться даже более высокого выхода, чем предполагался в проекте, и потому никто из работников не роптал на строгую дисциплину, получая неплохие премии за хорошую работу или заслуженный нагоняй за разгильдяйство.

Наверно, даже неплохо, что было немного опытных специалистов, работавших ранее на других предприятиях отрасли, и новички легче восприняли такое ужесточение дисциплины, в отличие от опытных, развращённых повсеместным её нарушением.

Затраты на производство были несколько выше раза в полтора, чем на других аналогичных производствах, но высокий выход годных изделий с лихвой окупал все это повышение затрат. Думаю, что на других предприятиях отрасли осознают выгоду и постараются организовать высокую технологическую дисциплину производства полупроводниковой продукции.

И вот теперь, наконец, появился дополнительно лабораторный комплекс с небольшим производственным участком с внедрением более тонкого технологического процесса. В лабораторном комплексе удалось достичь даже ещё более высокой чистоты помещения, так как не приходилось заниматься выпуском массовой продукции. Часто заносить исходные пластины и выносить готовые изделия.

Именно в этом комплексе у джуниора появилась своя лаборатория, а на экспериментальном участке работали самые высококвалифицированные и аккуратные работники. В перспективе там будут работать студенты старших курсов и выпускники кафедры, проявившие соответствующие склонности к научной деятельности.

Вот так у них появилась семейственность, но лабораторное производство, хоть и находилось в подчинении, но это была достаточно свободная административная единица. Но как ни посмотри, а джуниор трудился под руководством матери, и теперь они часто вместе уходили с работы и почти всегда самые последние. Благо и к ним была приставлена охрана и она ожидала их выхода с предприятия.

Соседний домик почти опустел на все дневное и вечернее время, так как все трудились настолько напряженно, что домой появлялись только поесть и выспаться. Поэтому я попросил бабулю, и подключил в помощь Людмилу, чтобы хоть в малейшей мере обеспечивать нормальный быт соседей. Готовили мы сразу на обе семьи и также загружали продуктами их холодильник. Да это и было несложно, так как для закупок продуктов использовали машину и здоровенных охранников для их переноски.

Празднование дней рождения и годовщины Революции, тоже легло на наши плечи, так как все понимали, что у соседей самые горячие деньки и им не до этого, а мы были людьми свободной профессии и немного могли сманеврировать резервами времени. Так уж получилось, что соседи поголовно были заняты глобальными задачами науки и техники, а мы строчили книжонки, сценарии, ставили спектакли и фильмы. Тем не менее, в конечном счёте, это являлось не менее важной и стратегической задачей.

Особенно пышных празднований в этом году не устраивали, да и круглых дат не наблюдалось, потому отмечали почти в узком кругу среди домашних и немногочисленных приглашённых. Большинство правильно поняли и восприняли такой подход, так как знали, насколько серьёзным делом мы все заняты.

Разве что Петрович заранее забежал меня поздравить, и я заманил его за стол, где потчевали нашими фирменными блюдами из шампиньонов и моими солёными и маринованными грибочками. Бабуля, как обычно, расстаралась и блюда были очень вкусными и доступными в любое время года. Петрович оценил стряпню, и, зная, что многие из комитетских тоже принялись за выращивание шампиньонов в подвале, попросил провести экскурсию по производственным помещениям. Бабуля повела его в подвал, где с гордостью всё показала и рассказала гостю. Похвасталась урожаями и навязала ему с собой целую корзину грибов для семьи, а в неё вложила записку с рецептами их приготовления.

Бабуля так загорелась выращиванием шампиньонов, что нам пришлось пригласить несколько знакомых микологов[31] из Универа и продемонстрировать им наше хозяйство, а также попросить у них консультации по условиям выращивания и оптимальном составе почвы, и не менее подробно о болезнях и вредителях грибов.

Я им рассказал, что планируем автоматизировать процесс выращивания и создать систему контроля и поддержания оптимальных условий в этом помещении Они сами видели там приборы и регистраторы, а бабуля рассказала, как действует для поддержания наилучших кондиций урожая.

Они даже были несколько ошеломлены столь научным подходам к решению проблемы и обещали поискать в литературе про выращивание грибов в помещениях.

Спасибо и на том, а кроме этого разъяснили мне часть рекомендаций, о которых я ранее читал, когда сам пробовал заняться подобным. Но у меня не пошло, так как я ценил именно поиск грибов в лесу, отдых на природе и полезные прогулки.

Последними с поздравлениями нас посетили ребята из группы «Мираж». Зашли к нам поздравить меня и джуниора с нашими днями рождения, и занесли нам в подарок свой первый альбом, сразу в двух десятках экземпляров. Это они молодцы и правильно рассудили, что у нас найдётся — куда и кому всё это отправить, с немалой пользой для их популярности не только в Союзе, но и за его пределами. Потому заставили всех участников группы расписаться на конвертах, так как станем рассылать альбом очень известным людям.

Им всё-таки удалось уговорить Александра Градского солировать при записи этого диска, и даже так его улестить, что он исполнял, как было рекомендовано самим автором баллад. Что, на мой взгляд, сродни одному из подвигов Геракла, так как тот на всё имеет своё собственное суждение, отчего постоянно не выступает ни с одним из музыкальных коллективов.

Самостоятельное суждение — вещь замечательная, и я всячески уважаю людей имеющих собственные взгляды, но в данном случае можно легко разрушить то совершенство, которое выкристаллизовалось и принесло этим балладам мировую популярность.

Впрочем, прослушав альбом, убедился, что Александр всё равно не удержался. Однако его самодеятельность оказалось к месту, и не подвёл отличный музыкальный вкус, так что результат получился даже лучше оригинала. Ни в чём не упрекнёшь. Воспринимается несколько непривычно, но после нескольких раз я оценил, что даже сильнее.

А потому мы с джуниором спроворили небольшую посылочку из элитных вин и коньяков, чтобы отправить Александру в знак нашей благодарности. От нас написали в записке, что потрясёны его исполнением и похвалили внесённые им новации, улучшившие звучание баллад. Высоко оценили его профессионализм и великолепный голос. Всячески приглашали приехать к нам в республику и обещали замечательную «культурную программу» пребывания в ней.

Тут ему покажем мюзикл «Призрак оперы», и мне кажется, что он поведётся и пораньше приступит к написанию своего долгомучимого «Мастера и Маргариты». Возможно, что он ещё не прочел саму книгу, лишь немногим ранее вышедшую не очень большим тиражом. Если что дам почитать и постараюсь заронить мыслишку после просмотра спектакля и тем самым ускорить работу над его «Мастером и Маргаритой». Всего я не слышал, только отдельные фрагменты, но зато времени впереди — целый вагон. Пусть работает без излишней спешки, а для затравки я подброшу ему известные мне фрагменты.

Нам ещё с ним много сотрудничать и крайне необходимо выстраивать с ним хорошие отношения. Мне позарез нужен его замечательный голос для озвучивания планируемых музыкальных мультфильмов. Да и к записи следующего альбома группы необходимо подключать именно его. А ещё я не до конца отбросил замысел мюзикла — «Собор парижской богоматери». Может быть стоит рассмотреть данный проект позднее, когда появится время и соответствующие знакомства в рок тусовке.

Встреча с представителями ЦК комсомола и пионерской организации предполагалась совсем непростой. Не люблю я этих комсомольских вожачков, и вполне заслуженно. Необходимо с самого начала задать правильный ход обсуждения и опустить их в прямом и переносном смыслах. Опустить с их аппаратных высот на землю, намекнув на большую волосатую руку[32], и изначально жёстко обозначить свою линию. Церемониться с этими субчиками я не намерен, и вполне обошелся бы в данном деле без их участия. Но пионерская организация несамостоятельна, и станет неуклонно исполнять все указания ЦК комсомола, а тем более партии.

Впрочем, моё жесткое поведение было направлено также на подавление в самом зародыше их малейшей попытки вякнуть, чтобы они чётко для себя уяснили — аппаратных плюшек лично для них не предвидится, а приписывать себе чужие заслуги не получится. Мне нужны были от них формальные кураторы, или же редкие исключения, не вписавшиеся в их руководящие структуры.

После уяснения моих предложений полностью, они и сами побоятся связываться с этим начинанием во избежание карьерных потерь, а отправят на заклание кого-нибудь малозначительного. Возможно, что это как раз и окажутся те самые алмазы в навозе, что мне необходимы. Мечтатели — искренне верящие в идеи с которыми зарождался и креп комсомол в 20-х — 50-х годах. Конечно, могут попасться и просто никчемушники, но они хоть не смогут мешать работе.

С пионерской организацией немного проще, там «фантазеров» должно быть несколько больше, так как заниматься работой с пионерами без явно выраженных карьерных перспектив станут именно такие. Те, кто своим призванием видит работу с детьми. Очень надеюсь, что они ещё не попали в «Красную книгу», как редкий и исчезающий вид.

А чтобы окончательно запугать аппаратных функционеров начал со знаменитой гоголевской фразы.

— Я пригласил вас с тем, чтобы сообщить вам приятнейшее известие. Иван Иванович выказал поддержку нашей инициативе, — и я указал широким жестом руки на сидящих одесную Марину Павловну и Алёну, — Где мы предлагали организовать в республике международный пионерский лагерь. Именно по его распоряжению мы собрались здесь вместе, чтобы обсудить представленные нами предложения и со всем вниманием выслушать ваши. Сразу оговорюсь, что всё будет делаться не для отчётности и получения поощрений, а для организации в нашей республике интересного оздоровительного отдыха для пионеров из всех союзных республик и социалистических стран. Иван Иванович сразу подчеркнул, что видит это республиканским аналогом всесоюзного Артека, и мы должны оправдать его ожидания. Работы будет очень много, и она целиком будет направлена на обеспечение отличного и интересного отдыха ребят. Ответственность очень высока и необходимо полностью отбросить формализм в работе. Найти неординарные и новаторские формы организации детского досуга. Только одержимым любовью к подрастающему поколению и неравнодушным людям такое по плечу. Нам нужны Макаренко и Ушинские, а не какие-то аппаратчики, исполняющие всё ради галочки.

На попытку что-то возразить одного из представителей ЦК комсомола, жёстко его прервал и потребовал дослушать.

— Я ещё не завершил сообщение, так что извольте помолчать, пока я продолжу излагать задачи и предложения. Если ЦК комсомола не видит необходимости в своём участии в данном начинании, то выделите несколько формальных кураторов, и остальное мы станем обсуждать только с представителями пионерской организации, а также займёмся поиском отличных воспитателей и пионервожатых для этого пионерлагеря. С ними мы станем обстоятельно разрабатывать все культурно-массовые мероприятия для запоминающегося и весёлого отдыха школьников. Предложений у нас много, но их стоит обсуждать только с указанными людьми.

— Вы неправильно нас поняли, мы готовы работать с ребятами, но нам нужна ясность в данном вопросе.

— Ясность одна, и она же окончательная. Данное начинание идет из самого народа, и оно инициировано вовсе не для получения аппаратных преференций, лишь для организации полноценного отдыха пионеров перед учебным годом. Необходимо организовать им интересный и здоровый отдых, чтобы пребывание в нашей республике стало для них выдающимся событием полным интересных встреч, новых друзей и хорошего времяпровождения. Такой мы видим основную цель для организации этого пионерского лагеря. А что касается культурно-массовой работы с пионерами, то у меня напечатана целая методичка о многих листах. Зачитывать её и сразу приступить к обсуждению почитаю абсолютно бесполезным. Необходимо время, чтобы возникли вдумчивые вопросы, на которые мы ответим при следующей встрече, но хотелось бы на ней видеть непосредственных участников работы в нашем проекте.

Комсомольцы немного ещё поворчали, но против ясно выраженного пожелания первого секретаря ЦК компартии республики выступить не посмели. А одна из представительниц пионерии, взяв методичку, сразу принялась её листать, время от времени наматывая кончики волос на палец. Пробежав пару страниц, она подняла на нас удивленный взор.

— Вы серьёзно намерены реализовать всё написанное в этом пионерском лагере? Все запланированные встречи и экскурсии?

— И многое другое, если поступят интересные и оригинальные предложения от вас. У вас больше опыта работы с ребятами, а мы с Алёной из их среды, да и Марина Павловна отличный педиатр и постоянно с ними работает. Так что все мы в теме, как говорится.

— Да, но тут посещение киностудии. Встречи с актерами, режиссёрами и сценаристами, присутствие на съёмках фильмов, встречи с писателями и работниками культуры.

— Извините, представьтесь пожалуйста. Я вижу, что вас очень заинтересовала наша методичка, и мы с удовольствием продолжим с вами дальнейшую работу над ней. Но нам будет неудобно обращаться к вам не по имени и отчеству.

— Меня зовут Елена Петровна, но мне больше нравится неформальный и простой стиль общения.

— Тогда подсаживайтесь к нам поближе со своим стулом, вот здесь — ошую от меня, и тогда мы в тесном кругу немного разъясним заинтересовавшие вас пункты и выслушаем по ним ваше мнение.

Вот кстати, и песня для исполнения в пионерском лагере всплыла в памяти. До её написания ещё целых пятнадцать лет, и хорошая песня будет продолжать пылиться в памяти просто так?!

Такое коллективное исполнение песен с попеременным солированием участников надо вводить из пионерской среды. С записью музыки обращусь к ребятам из группы «Мираж», и, думаю, что она им понравится. И сам пионерский лагерь можно назвать нетрадиционно — «Замыкая круг». А то все эти юные ленинцы и прочая штамповка уже достали окончательно. Думаю, Крис Кельми меня простит, а если совесть замучает, то подкину что-то равноценное.

— Извините товарищи, мне тут спонтанно пришла в голову песня, и я быстренько её запишу, чтобы не забыть. Алёна, пожалуйста, принеси из моей комнаты нотные листы со стола, а я пока что запишу текст. Это своеобразный лозунг или гимн нашего пионерского лагеря. Ведь в нём станут отдыхать дети из всех концов нашей страны и даже из-за её рубежей.

Прямо на оборотной стороне методички записал слова, а тем временем Алёнка принесла нотные листы. И через четверть часа передо мной лежала готовая песня «Замыкая круг»[33].

Я продемонстрировал текст и предложение по наименованию лагеря, сидящей рядом Елене Петровне. Чем, наверно, совсем порвал шаблон у присутствующих. Она почти сразу стала напевать слова на мотив песни. Пришлось срочно её остановить, чтобы не запомнила неверное звучание — без аранжировки, которая сильно изменит её восприятие.

— Елена Петровна, не спешите, песня совсем иначе звучит в моей голове. А ребятам её стоит петь по одной строке, и как бы передавать эстафету в песне друг другу, а последний куплет поется всеми вместе, встав полукругом, и в начале припева крайние протянут руки в зал, чтобы он подпевал исполнителям.

— Получается своеобразное театральное представление, в которое вовлечены и зрители.

— Так в зале и на сцене находятся пионеры и они должны продемонстрировать своё единство и сплочённость рядов. А работа со сценическими представлениями — это мой хлеб. Я пишу сценарии к кинофильмам и там необходимо указывать, как представляется та или иная сцена фильма. Режиссер картины может видеть это совсем иначе, и тогда приходится обсуждать с ним такие вопросы. Я именно таким вижу правильное исполнение песни. А музыку к ней мне помогут записать друзья из группы «Мираж». Думаю, не откажут в такой малости.

— Так вы и с ними знакомы?!

— Отлично знаком и уверен, что они не откажутся выступить перед пионерами, если не будут заняты на гастролях. У меня даже есть их новый альбом, который скоро выпустит в продажу фирма «Мелодия». Могу поставить послушать, если желающие останутся у нас на чай. Кто интересуется — милости просим, чая и пирожных хватит для всех.

Большинство пионерских представителей осталось и даже один парень из ЦК комсомола. Альбом произвёл на них исключительное впечатление, хотя несколько девушек оказались поклонницами группы и уже слышали исполнение многих баллад. Но новое исполнение их реально потрясло. Они так и просидели всё время, не проронив ни слова, пока мы сервировали стол и заварили свежий индийский чай со слоником.

Изначально я не планировал поить чаем представителей ЦК комсомола, но они и сами к этому времени испарились по своим сверхважным делам. А за чаепитием, установилась более непринуждённая и конструктивная атмосфера. Все с удовольствием обсуждали альбом, а девушки отметили совсем иное звучание, которое им показалось более сильным. Пришлось указать им, что в альбоме указан солист — Александр Градский. У него самый лучший голос на нашей эстраде, а ему по плечу даже оперные партии. К тому же студийная запись всегда чище от посторонних шумов, и перезаписывается многократно для получения наилучшего результата, как дубли в кино.

На следующую встречу в большинстве пришли совсем другие люди, и у нас получился более предметный разговор. Было заметно, что все они внимательно ознакомились с составленной методичкой и не стеснялись задавать нам вопросы. А вопросов оказалось так много, что пришлось дополнительно собраться ещё на следующий день.

На первый взгляд только двое из присутствующих не вызвали у меня доверия. Очевидно, чиновники поняли, что начинание сопряжено с немалым риском и есть возможность получить не поощрение и продвижение, а наоборот выговор за срыв столь важного проекта республиканского значения. Потому отошли в сторону и перевалили ответственность на тех, кого не жалко.

Однако, среди агнцев на заклание могут попасться не только мечтатели, но и просто не соответствующие требованиям к осуществлению общественной деятельности. Те два, похоже, из их числа. Посмотрю ещё немного, да возможно попрошу заменить их.

А вот представители пионерской организации меня больше порадовали, нашлось несколько человек вместе с Еленой Петровной, которые действительно были заинтересованы работой со школьниками. Вымирающий вид в аппаратном окружении, но без таких массовые организации тоже не смогут обойтись, так как они тащат на себе львиную долю работы, занимая самые рядовые должности каких-либо пятых помощников, третьих инструкторов. Только в таких и остался живой дух этих организаций. Парочку девушек я сразу отметил за их неординарные вопросы и интересные предложения. Попрошу по своим каналам дополнительную информацию о них, для чего записал их данные и все предложения. Похоже, они действительно любят детей и откровенно переживают за их будущее.

Как раз с ними мы стали обсуждать фильм «Девочка из будущего», так как мне хотелось досконально выяснить их мнение. Само по себе — это также сможет многое сказать о самих девушках. В любом случае я взял их на заметку.

Из комсомольских руководителей подходящей показалась только одна девушка, а остальные скорее из разряда бесполезных и не смогут мешать. У неё же прорезался интерес к предлагаемой программе отдыха пионеров, и даже наметилось понимание задач этой работы.

Я снова подчеркнул, что для нас основной задачей является создание условий для развития творческих способностей самих подростков, и именно творческие личности в первую очередь заинтересуются предложенной нами программой отдыха. А мы должны предоставить им соответствующие возможности в нашем пионерлагере.

Например кружки технического творчества, и их оснащение должно быть достойным и современным, а руководить ими стоит пригласить известных изобретателей. Непременно будут литературные кружки и встречи с известными детскими писателями. Двое уже дали согласие встречаться со школьниками. Это автор книг о Гарри Потере и ваш покорный слуга. Тут же представил присутствующим бабушку и рассказал о своей книге.

Приятно было, когда подавляющее большинство присутствующих прочло не только книги о Гарри Потере, но и многие читали «Приключения Шрека» и положительно её оценили. Но я пообещал, что постараюсь найти ещё писателей для проведения литературных встреч с ними.

Особенно выделил театральный и кинематографический кружки, а также встречи с актёрами театра и кино. Среди ребят будут отдыхать ребята снявшиеся в фильме «Девочка из будущего» и других фильмов к съёмках которых вскоре приступят. Так что встреч с киноактёрами будет предостаточно. Запланированы посещения киностудии и самих съемок фильмов. Если театр будет не на гастролях, то порошу выступить перед ребятами артистов театра оперы и балета, и обязательно драматического театра.

В пионерлагере организуем посещение концертов или выступление в нём музыкантов, коллективов, а также поэтов песенников и композиторов. Талантливых музыкантов у нас в республике предостаточно, и они смогут рассказать ребятам о своей профессии и самом творчестве.

Главное поселить в подростках уверенность, что творчество это нормальное состояние человека. И оно должно составлять цель жизни будущих поколений, где бы ни трудился конкретный представитель этого поколения.

После многих встреч и согласования задач и организационных моментов мы выработали единый подход по вопросам организации деятельности предложенного пионерского лагеря. Отняло это немало времени и я мысленно чертыхнулся, подумав сколько других дел мог бы завершить за это время.

Но теперь все согласования позади, и далее они доложат наши совместные предложения высокому руководству, и начнётся конкретная работа по воплощению их в жизнь. Там много рутинной работы по подготовке самого лагеря к летнему отдыху школьников, по оснащению всем необходимым, а также по подбору кадров для работы в лагере. Всё это должно быть безупречно выполнено.

Наверно совсем бы стал зашиваться с этими дополнительными хлопотами, но наконец-то дела стали выполняться сами по себе и без моего постоянного присмотра, а это для меня огромный плюс и подспорье. Не в состоянии я разорваться на тысячу маленьких медвежат, а дел для одного слишком много, чтобы выступать в каждой бочке затычкой[34].

Однако книгу «Гарри Поттер и секретная комната» девушки перевели практически без моего участия. И её уже стали печатать в «Moscow News». Молодцы Верочка и Людмила, это целиком их заслуга! Надо будет их чем-то вознаградить и поощрить.

Бабули уверенно движется к завершению третьей книги «Гарри Поттер и узник Азкабана». Ей осталось дописать самую малость. Всё практически самостоятельно, так как я выступаю скорее в роли критика, а никак не соавтора, что происходило в первых двух.

Джуниор тоже вполне справляется со своими задачами, и сам процесс производства на предприятии работает без перебоев, хотя срок освоения новых линий на других предприятиях занимает значительно больше времени. Приезжие представители с других предприятий и институтов отрасли удивляются такому скорому прогрессу. Не говоря об очень высоком выходе годных микросхем на осваиваемых производственных линиях.

Что сказать — отлично! И на других направлениях дела сами продвигаются понемногу, а мне, слава богу, не приходится следить за каждым чихом. Наверно окружающие люди научились понимать мои предложения сразу и без лишних расспросов. А возможно, что я научился более точно и четко формулировать свои мысли или возникшие образы. А скорее действуют совместно все факторы, и самое замечательное — это оставляет мне несколько больше времени на иные важные начинания и проекты.

Для бабули, чтобы не произошло перерыва в творчестве, стал надиктовывать цикл книг «Чернильной трилогии» Корнелии Функе[35]. Полностью воспроизводить книги не стал, а только изложил основные сюжетные повороты и события книги. Далее пусть понемногу пишет их самостоятельно. Они в данном случае очень подходят — хорошие детские сказки, к тому же написаны женщиной. Книг там ещё туева хуча и разных авторов, я далеко не все читал.

Так что бабуля, глядишь сама, начнёт сочинять книги цикла «Чернильный мир», не одному же Александру Волкову резвиться в волшебной стране OZ Фрэнка Баума. Есть у меня и дальний замысел снять пару фильмов по этим книгам, могут получиться хорошие сказочные фильмы. Думаю и детвора их станет смотреть с удовольствием..

Людмиле, чтобы та не скучала после завершения работы над переводом второй книги, я тоже подыскал работу. Она мониторит и составляет для меня обзор американской прессы, но думаю, что отправляет его также по месту службы, что не менее полезно. Меня интересует все новости по расследованию дела об Уотергейте. Выбранные ей статьи я прочитываю раз-два в неделю, чтобы контролировать изменение давления пара в котле.

В этом задании двоякая польза: во-первых она практикуется в американском варианте английского, а во-вторых высвобождает мне немного времени, которое у меня в постоянном дефиците. По-моему она вполне осознала мою загруженность и не раз у меня интересовалась, отчего я не смотрю телевизор или не отдыхаю иным образом?

Хотя мой ответ и так вполне ясен, так как многие написанные мной книги, именно она редактирует перед передачей в печать. Их содержимое она очень поверхностно улавливает, и только правит явные грамматические ошибки, и стилистические обороты. Но их объём и количество её неизменно удивляет и заставляет исподволь меня жалеть. Если бы она ещё знала, что авторам за них предлагалось, какие научные звания и награды, то выпала бы в осадок.

Так что пусть остается в блаженном неведении и бережёт душевное спокойствие. Для таких сведений её допуска недостаточно, а большее доверие требуется ещё заслужить, и это происходит совсем не сразу. Спасибо ей и за эту посильную помощь, которую она оказывает в нашей работе. Я своих грамматических ошибок, как правило, не вижу, а свежий взгляд позволяет их быстро обнаружить.

Однако суммируя всё сведения из этих обзоров американской прессы, я для себя уяснил, что всё оказалось намного сложнее, чем виделось мне изначально. И хорошо, что я сам не полез мешать ложкой в этом котле, а то получился бы гигантский фэйл. Тут должны действовать профессионалы, имеющие куда более детальную информацию, чем можно почерпнуть из одних газет и журналов.

Но судя по прессе, президенту Никсону не удалось достаточно полно поставить FBI под контроль CIA, через своего ставленника из этого ведомства, назначенного на место почившего в прошлом году Эдгара Гувера. Не получилось у него получить желаемые рычаги влияния, и задействовать секретные службы для заминания дела Уотергейта.

А под постоянным давлением со стороны демократов и ведущегося расследования ему пришлось проявлять гибкость, и остерегаться широкого использования спецслужб для прекращения этого дела. Оттого очень многие из событий, приведших к досрочному сложению им своих полномочий просто не произошли, а именно они стали чуть ли не ключевыми в обвинениях против него.

Теперь при удачном стечении обстоятельств он сможет даже выкрутиться и не слетать со своего поста, если станет проводить очень взвешенную политику. Изменившийся расклад на выборах и продолжающееся расследование привели к тому, что он не посмел так нагло задействовать административный ресурс — карманные CIA и часть FBI для погашения скандала. А в целом эти действия более всего привели к импичменту и сенатскому расследованию действий CIA, после чего руководителей поставили в подчинение сразу обеим палатам Капитолия. А сам президент, без ведома сената, не может отдать разведке ни одного приказа.

Правда американские избиратели стали клониться в сторону демократической партии и это показывали все опросы общественного мнения, и республиканцы сильно озабочены промежуточными выборами следующего года. Стараются набрать очки в области внешней и внутренней политики.

Главного союзника штатов — Великобританию тоже сильно лихорадит. Правительства меняются как перчатки, но условия жизни трудящихся масс в соединённом королевстве становится всё хуже. Пришлось даже написать несколько критических статей для «Moscow News», с анализом ситуации в туманном Альбионе. Кое-что я помнил об этих событиях, и как сложно им предстояло выбираться из этого затяжного кризиса. Пару советов по экономическим проблемам я туда поместил и посоветовал некоторые пути выхода из большого пике.

Они в корне отличались от тех, что применили консерваторы, придя к власти, но должны были принести хороший результат. Правда, в данном случае трудно предсказать, как они сработают, но уж точно лучше стратегий МВФ убивающих экономику всех принявших их стран. Мои рецепты хорошо себя показали в некоторых странах, но «что русскому хорошо, то немцу смерть». Так что нельзя недооценивать существенных различий между странами и народами.

В настоящее время Великобритания теряет остатки своего колониального могущества и экономика построенная на обработке дешёвого сырья из колоний испытывает жесточайший кризис. Они стараются всяческими методами тормозить развитие промышленности в освободившихся колониях, и в ряде мест им это удаётся. Но тут всё большую роль начинают играть страны социализма, оказывая содействие в развитии этих некогда отсталых колоний.

Так что сейчас наступил самый разгар соревнование систем, а советское руководство захотело спокойно доживать свой век, не ставя перед собой глобальных задач. Доллар уже не выдерживал соревнования с самим собой и недавно отошел от золотовалютного покрытия, а потому является ничем не поддерживаемой бумажкой.

Оттого-то все страны стараются загнать под полог этой резервной валюты, чтобы наполнить эту бумагу практическим содержанием. И тут наше руководство вместо наращивания усилий по устранению резервной валюты бросилось её поддерживать нефтью, газом и прочими природными ресурсами. Эти умники из вражеских институтов при правительстве им ещё и не такого насоветуют.

Все их доводы необычайно убедительны, а поставленные цели весьма заманчивы. Но как было сказано о лжепророках — «по плодам их, узнаете их». А плоды эти будут слишком горьки на вкус для большинства советского народа.

После некоторого нарушения привычного графика жизни, возникшего из-за неотрывной работы с комсомолом и пионерией, мне удалось вернуться в нормальную рабочую колею и подналечь на занятия. Однако с этой публикой иначе нельзя, и без волшебного пенделя[36] от вышестоящих они даже не станут шевелиться.

В результате долгих раздумий, я наконец-то решил во время зимней сессии сдать экстерном экзамены за весь первый курс, чтобы догнать второй к летней. В целом два первых курса включают общеобразовательные предметы, и только с третьего начинается специализация.

Там уже не получится так легко сдать экстерном, хотя многие дисциплины мне известны. Но не желаю спешить, и далее стану обучаться вместе с остальной группой. А пока надо нагнать джуниора, и программа первого курса с давно известными предметами — не является проблемой.

По английскому я получил автозачёт, а экзамен станет простой формальностью, и мы с преподавателем побеседуем на заданную тему. Высшая математика и физика также не представляют никаких затруднений. Хотя занятия по ним я при возможности посещаю. Там хорошие преподаватели и могут изложить аудитории много занимательных сведений не включённых ни в один из учебников, а также научить правильному подходу к подбору материала, его анализу и синтезу нового знания. Посредственно учиться — по плечу любому, а системно осваивать знания — это навык, передаваемый от хорошего преподавателя к его слушателям.

Мне в своё время этот навык привили, и смею надеяться — совсем неплохо, что и подтвердила вся последующая деятельность с освоением многих смежных и не очень — научных дисциплин. Нас досконально обучали методологии научной работы, умению мыслить и находить решения. Этим и отличается советское образование. Не забивать голову знаниями по предметам, а анализировать известное и синтезировать новое знание.

Не стану отрицать, что не всем это даётся. Наверно лишь тем, кто очень хочет и прикладывает все свои способности, а не спихивает экзамен — с глаз долой, из памяти вон. У опытных преподавателей всегда полезно чему-то научиться, даже в хорошо знакомых дисциплинах. К тому же заниматься самосовершенствованием — никому не рано, и никогда не поздно.

Что самое удивительное, я даже на физкультуре ухитрился сдать все положенные нормативы, чем сильно удивил преподавателя и большинство сокурсников. Меня хотели полностью освободить от занятий и имели к этому самые веские основания, так как не существовало норм ГТО для моего возраста, а университетские были рассчитаны на совершеннолетних студентов. Однако я твердо решил попробовать.

Спортом я занимаюсь ежедневно и мне не надо таких поблажек. Некоторые — безусловно были. Бег я сдал, хоть и пришёл к финишу только с девушками и даже не среди лидеров. Прыжки в высоту и длину от меня не стали требовать, но когда я добился рекордных, относительно своего роста, достижений в них, то преподаватель мне автоматом поставил отлично, только за одно старание и проявленный характер. А я даже не продемонстрировал борцовских практик и боевых дисциплин. Но это — моё секретное оружие, и светить его просто ради хвастовства и самолюбования совсем не намерен.

Остальные предметы первого курса также были мне известны и не представляли затруднений. Разве кроме разборок с преподом кафедры марксизма-ленинизма. Но там придётся не с ним одним вести дискуссию. Однако для этого мне будет достаточно знания первоисточников, предмета, окружающей действительности и здравого смысла.

Посещение занятий давало ещё один большой плюс, я узнавал студентов из своей группы и со всего факультета. Для меня это крайне необходимо и является насущной задачей. Нельзя сказать, что джуниор завалил подбор кадров для научной работы, но успехи пока что очень скромные и несколько кандидатур я после беседы отверг, а оставшихся слишком мало для реализации моих планов.

Наверно я неправильно распределил задачи, и неоправданно ожидал понимания ключевых требований к научной деятельности от студента, лишь год назад приступившего ней, и вряд ли обладающего достаточный опытом подбора сотрудников. Такое приходит только со временем, как опыт — сын ошибок трудных.

Так что рекрутингом придётся озаботиться самому, а ведь только успел обрадоваться, что от меня стало требоваться меньше присмотра за текущими работами. Вот так жизнь нас ежеминутно может снова вернуть от наших мечтаний к суровой реальности. И как сказано в замечательном тосте, где птичку жалко — не стоит возноситься слишком высоко в эмпиреи[37]], и отрываться от коллектива.

По мере установления нормального ритма жизнедеятельности, мне удалось вытащить к нам Петровича, чтобы начать обсуждение давно назревшей проблемы в организации моей охраны, а точнее поговорить о Людмиле и Алексее. Их присутствие в Универе на лекциях и в прочих людных местах создавало нездоровый ажиотаж и привлекало к моей персоне никому ненужное внимание.

Хорош малец, у которого в охране состоят два киноактёра. А их узнавали практически повсеместно. И если Людмила могла мне помочь в работе с источниками информации, а также в переводе новых книг на английский, то Алексей был ещё более узнаваем и только выполнял функции охранника.

Об этом я и поведал Петровичу, хотя уверен, что он и сам давно это понял и решил дать мне своеобразный урок моей недальновидности. Заставить меня осознать свою ответственность за сложившееся положение дел и признать собственную неосмотрительность.

А почему бы не пойти навстречу хорошему человеку и думаю другу?

— Ты прав Петрович! Mea culpa! — и постучал сжатым кулачком по груди в районе сердца. — Мой отец обычно произносит: «Чтобы я был такой умный, как моя жена потом!». В этом есть своя сермяжная правда и некий одесский колорит студенческой молодости. Да, я действовал необдуманно и непредусмотрительно! Сам же поставил себя в дурацкое положение — клоуна весь день на манеже. Но делал это из лучших побуждений, заметь! — и победно поглядел на Петровича. — Руководствуясь общественной пользой и конкретным благом для окружающих. Помог людям из близкого окружения найти себя и раскрыть свои таланты. В Алексее актёр погибает, а Людмила была стишком зажатой и замкнутой в своём мирке. Вот я и дал им шанс! — немного остановился и завершил. — Виноват, о грядущих неудобствах даже не задумался!

— Хорошо, что сам сознаешь возникшие проблемы. Но это далеко не всё. А об их дальнейшей службе ты подумал? Где теперь можно использовать, если их знает каждый встречный поперечный?! — и, задав этот кардинальный вопрос, он выглядел как кот, обожравшийся сметаной.

— А вот об этом я подумал, было несколько месяцев, — сразу возразил я, чтобы стереть это довольное выражение с его лица. — Людмила станет штатным переводчиком, в том числе для наших книг. Сейчас она подтягивает американскую версию английского и будет очень востребована и в этом качестве. Да, её, скорее всего, и планировали на эту работу, а её навыки самбо пришлись впору лишь для моей охраны. — и сам решил нанести ответный рипост[38]. — Уж извини, но медовую приманку из неё не сделать, и в этом качестве для засылки она полностью бесполезна. Коммуникабельность тоже неподходящая для агентурной разведки. Теперь они оба с Алексеем засветились, так что ей стоит остаться в роли переводчика, и может быть аналитика, но тут — надо пробовать. А Алексея предлагаю сделать лицом республиканского управления — для общения с журналистами и зрителями. Ведь некоторые вещи вам необходимо сообщать, а он хорошо узнаваем зрителями и пользуется популярностью. В будущем это называлось пресс-секретарь, и тот доводил до общественности события, достижения и успехи в проведении операций, подлежащих огласке.

Петрович потер подбородок и задал вопрос, — Не совсем понятна роль этого пресс-секретаря, а название мне сильно не нравится. Отдает рабским заимствованием с господского стола или пустым обезьянничанием.

— Да хоть горшком назовите, только в печь не ставьте[39], — и я, быстро обдумав, предложил. — Сотрудник КГБ по работе с общественностью. Так наверное лучше звучит, но суть та же; он ваша говорящая голова, и должен обладать известным актёрским талантом.

— Название мне понравилось, но функции не до конца ясны. — отпарировал Петрович.

— Кроме доведения информации до общественности, он станет олицетворением вашего ведомства в глазах подростков, и позволит создать яркий, положительный образ, — и особо выделил следующие слова. — И ему будет не только можно, но и нужно продолжать кинематографическую карьеру. А ещё у него есть правительственная награда за проявленное мужество, что суммарно позволит оказать положительное влияние на зрителей. Кто из мальчишек не мечтает стать отважным индейцем — таким, как Гойко Митич[40]? Возможно кто-то из них, смотря на Алексея в форме с наградами, а затем на экране кинотеатра в образах положительных героев, станет мечтать сделаться отважным чекистом, и приложит к этому все свои старания, — и в заключении фразы вопросительно поднял бровь для усиления театрального эффекта.

— Опять, семь бочек арестантов[41], и воспитание подрастающей смены? Оседлал своего любимого конька? — ехидно осведомился Петрович.

— Нет, ты всё-таки подумай хорошенько и потом ещё раз вернёмся к этому предложению. А пока спустимся на грешную землю и подумаем о моей охране. Прикрепи ко мне новеньких, а старшим назначь Николая. Парень заслужил, и звездочку на погон тоже. Они, по сути, охраняют не только наш дом, но и соседний, и это не менее важно в плане предотвращения утечки сведений.

— Да согласен я, чёрт языкастый! — сделал он паузу, и улыбнулся загадочно, — Давно уже так решил, вот только ждал, когда в тебе заговорит совесть, — завершил, бросив на меня ироничный взгляд.

— Дякую за добре слово. Совесть у меня, стало быть, лентяйка и молчит? — не остался я в долгу, спросив с таким же ехидством.

— Не лезь в бутылку! — весомо произнес Петрович, — Какой урок лучше запоминается? Наверно наглядный, или я не прав?

— Прав ты, прав. И вообще — прав тот, у кого больше прав. Получилось — наглядно и доходчиво. Я на своей шкуре осознал, — и, вздохнув, продолжил, — Но у творческих натур всегда так; «Нам не дано предугадать, чем наше слово отзовётся…». Оттого, для ваших многоходовок, я абсолютно неподходящий кандидат.

— Я бы ни за что не взял! Это — то же самое, что удержать непредсказуемый разгул стихий, или лёд и пламень одновременно.

— Петрович, признайся — ты в детстве стишки не крапал? — поинтересовался у него умиленным голосочком. — А?

— Отстань! — рассердился Петрович. — С тобою беседуем о серьёзных вопросах, а ты снова со своими подначками.

— А чего сразу подначки?! Мудрец ещё в прошлом веке сказал: «Кто в молодости не был либералом — у того нет сердца, а кто к старости не стал консерватором — у него нет ума»[42], — попытался я урезонить собеседника. — Я, так остался во второй категории.

— Ладно, извинение принято, а насчёт Алексея подумаю, обсужу этот вопрос с руководством, если сочту это предложение полезным.

— Ну и отлично. Спасибо за понимание. — и сразу решил перевести дискуссию в позитивное русло. — А теперь прошу отобедать у нас, чем Бог послал. Домашние грибки и украинский борщ точно гарантирую. Бабуля готовила, под четким присмотром и при содействии вашего сотрудника, — приглашающее повел рукой в направлении кухни. — И правда — время обеденное, так что присоединяйтесь… присоединяйтесь…

За столом весело обсуждали последние события, но серьезных проблем не затрагивали. Ощущалась некоторая скованность, так как за столом сидели полковник и подчиненная ему лейтенант, Что налагало некоторые ограничения на беседу и поведение за столом.

Петрович тоже это ощутил и поддерживал светское общение. Поздравил бабушку с принятием её в Союз Писателей республики. Стал усиленно уверять, что внимательно прочёл все её книги, и они ему очень понравились. А ещё больше его внучке, и жена по просьбе девочки читает их каждый вечер перед сном.

А пока они тренировались в ведении светских разговоров, мне припомнились перипетии этого дела. Лучше бы уж это было мирное перепитие.

Там в СП, хоть и ощущался зубовный скрежет местных писателей (которых мало кто читает), но они были вынуждены проголосовать за приём. Две напечатанные книги у бабули уже имеются, к тому же переведенные на иностранные языки. Так как не только наши девочки занимались их переводом на английский, но и во многих странах социалистического содружества книги переводились и публиковались. А недавно к нам обратились из Италии и Франции насчет публикации их переводов.

Деятелей из СП это бесит неимоверно, но формального повода для отказа нет, а наоборот имеются — популярность и переводы на многие языки мира. Им на такое и надеяться не приходится. Так что действо проходило, как в Вороньей слободке: если отвернуться, то в кастрюльку обязательно плюнут, но предпринять что-то серьёзное не в их силах.

Теперь бабуля представитель творческой профессии и никто не вправе упрекнуть её в тунеядстве, так что из школы она может уволиться. И это очень своевременно и хорошо, а то я школу закончил, и её трудоустройство учителем потеряло всяческий смысл. Время на преподавание вряд ли найдётся, так как пропадает на встречах с читателями, и, как ни странно, всё чаще в трудовых коллективах. Книголюбы оценили её книги, а выполнять план по встречам с нашими писателями необходимо. Сам был в их шкуре и организовывал такие встречи. А тут книгу перед встречей читать не нужно, так как все давно прочли и смогут принять активное участие в обсуждении.

Бабуля уверяет нас, что ей такое общение помогает в работе. Позволяет более четко оценить читательский интерес и возможные шероховатости в тексте. Это способствует совершенствованию, и не позволяет застыть на месте. В целом, можно заключить — «Верной дорогой идёте, товарищи!»

Конечно, она засланный казачок и к национальной литературе не имеет отношения, но республика многонациональная и таковой оставалась издревле. До татарского нашествия была преимущественно заселена славянскими населением, и город Бельцы в XIII веке входил в состав Галицкого княжества.

Сейчас компактно проживают болгары и гагаузы, не говоря о многих других народах. В самом нашем городе — точно как в Одессе, Бердичеве и других городах черты оседлости, по довоенной переписи евреи составляли более половины населения города.

Так что писателям в интернациональном государстве невозможно было использовать их беспроигрышный козырь о неизбежной гибели национальной культуры. А их, таких ценных, непременно надо спасать и больше платить за книги. Пусть сначала научатся достойно писать, а потом будут плакаться, что мало читают, и ещё меньше покупают их книги.

Наверняка на них ещё и надавили сверху, так как в нашем и центральном издательствах вышла вторая книга цикла, и снова большими тиражами. Так что в нашей республике бабуля по количеству напечатанных экземпляров книг переплюнула всех.

Вот она нам за столом показывала в лицах, как выглядели многие видные мэтры при проведении голосования. Я там сам присутствовал и отметил, что получилось у неё — вполне схоже.

Я вовсе не «пикейный жилет», и у меня времени на пустопорожнее обсуждение мировых проблем никогда не находится. Но так и хочется высказать отлитое в бронзе — «Петрович голова, я лично свой палец ему в рот не положил бы»[43].

Пока я маялся с неожиданно свалившейся популярностью Алексея и Людмилы, настоящий полковник давно спланировал и действовал. Спустя пару дней Людмиле позвонила наша хорошая знакомая — заведующая кафедрой иностранных языков Университета, и сообщила, что той следует приступить к работе преподавателя кафедры в начале следующей недели.

Вот тебе бабушка и Юрьев день[44], а я так рассчитывал оставить её переводчиком и редактором у нас. Ан, нет. А пока ей следовало зайти на кафедру для оформления трудовой деятельности. И мы с ней туда и отправились.

Там нам показали оборудованный лингафонный кабинет и сказали, что со следующей недели Людмила будет ответственна за проведение занятий со студентами старших курсов и сохранность оборудования. Расписание занятий для групп уже составляется.

Если говорить об удивлении моей спутницы, написанном на её лице, то на ум приходит только: «Без меня, меня женили», если это к ней применимо.

Она рассматривала аппаратуру лингафонного кабинета и вряд ли могла понять для чего та предназначена и как ею пользоваться. Потому я похлопал её одобрительно по руке и сказал, что она обязательно справится, и я ей обязательно помогу в этом вопросе, так как хорошо разбираюсь в современной технике.

Сам внимательно просмотрел и отметил некоторые моменты, на которые придётся обратить внимание руководства кафедры в ближайшее время. Пока Людмила будет осваивать технику и знакомиться с методикой они обязательно выплывут. Тогда и поставим вопрос перед руководством. Я-то примерно стал вникать в замысел Петровича.

Помнится, что я рассказывал о своих занятиях в лингафонном кабинете на курсах иностранных языков и также изложил методику их проведения. А он, оказывается, намотал всё на ус, и рассудил, что погружение в языковую среду поможет скорому освоению языка или некоторых различных диалектов.

У нас занятия в лингафонном кабинете проводили только на третьем году обучения, когда из нескольких групп оставалась одна сборная, так как кабинет был один, а групп было несколько. И только желающим потратить на совершенствование знания иностранных языков целых три года был необходим в первую очередь.

Намёк совершенно ясен, и мне следует поделиться своим опытом проведения таких занятий с новым преподавателем кафедры. Совместно составить и улучшать методику их проведения. Судя по имеющемуся оборудованию, Петрович слушал очень внимательно, и ещё тогда задумал организовать подобный лингафонный кабинет.

И преподавателя протолкнул из своих, то есть проверенного. А когда тот накопит должный опыт с отработанной методикой, то его смогут привлекать для проведения занятий у себя в конторе.

Нет слов — всё продумал. У-у-у — Большой Змей — Чингачгук! А со мной Ваньку валял! Ждал, когда приползу каяться. Кабинет за три дня не оборудовать, и тем более аппаратуру не закупить. А о новой штатной единице на кафедре не стану даже упоминать, такое пробивается особенно сложно.

К предложенной кандидатуре — тоже не придраться. Имеются выполненные переводы книг, опубликованные в центральной англоязычной газете. Заведующая кафедрой хорошо её знает, в том числе и по совместной работе над переводом, который лично курировала.

Уверен, что и лаборант для работы в лингафонном кабинете уже утверждён, и им станет Верочка. Так что Петрович легко прикрепил Людмилу к ней для присмотра, если не для охраны. Теперь они станут проводить вместе значительно больше времени при проведении занятий в кабинете и подготовки к ним. Сама лаборант сможет проходить этот курс наряду со студентами, и гораздо чаще других.

Мне остается только утешительный приз, что для Алексея наилучший вариант предложил именно я, ведь в настоящее время такое никому в голову не пришло бы.

Теперь понятно, почему Петрович — заместитель начальника управления. По — армейски — начальник штаба, и его задача — планировать действия сотрудников, и корректировать оперативные планы при изменении ситуации. Я и раньше замечал, что у него уже всё готово ещё до поступления просьбы или предложения с моей стороны. А он просто работает на опережение и предвидит мои очевидные действия. Но есть для меня — легкое утешение: такое происходит только с предсказуемыми действиями, а у меня семь пятниц на неделю, и ему со мной приходится совсем непросто.

Однако в целом партию я позорно слил, как школьник гроссмейстеру. А он к тому же проводил сеанс игры на многих досках. Ладно, мне простительно, я в шахматы играл полвека назад, а то и более. После младших классов школы подсел на преферанс и больше в нём практиковался. Но в отличии от Парамоши из «Бега»[45], никогда не был азартен.

Спасибо тебе, кто там есть, за моих друзей. Я бы и не подумал о таких стратегических перспективах, и за меня всё продумали и сделали. Не стали от меня ждать появления манны небесной или скрижалей завета[46]. Просто, взяли и самостоятельно всё организовали.

Вероника Степановна, слегка разобравшись со свалившимся ворохом проблем культурного обмена выставками с ГДР, нашла для меня нескольких человек из моего списка, и даже договорилась об их приезде в наш город для проведения переговоров. Я её снабдил сценариями для заманухи, и она сообщила, что к выходным на этой неделе в город прилетит Владимир Басов.

Ну что же, отлично! Буду его уговаривать скорее взяться за «Приключения Электроника», а то его белорусы скоро просватают на роль Дуремара в фильме «Приключения Буратино». Нет, там ему надо сыграть обязательно, но это займёт не столь много времени. Лучшие и неповторимые в том фильме стали Ролан Быков и Елена Санаева в ролях кота Базилио и Лисы Алисы. Остальные сыграли также великолепно и неподражаемо: бесподобная Рина Зелёная в роли мудрой черепахи Тортилы, Владимир Этуш в роли Карабаса-Барабаса, Владимир Басов в роли Дуремара, Николай Гринько в роли Папы Карло и Юрий Катин-Ярцев в роли с Джузеппе «Сизый нос». Все-все сыграли замечательно, и детишки в фильме смотрелись очень органично. Мало кто из них стал известным актером, но свой посильный вклад они тоже внесли.

Соревноваться с таким культовым фильмом задача не из простых, и нам предстоит снять такие «Приключения Электроника», чтобы на фоне того фильма не смотрелись бледно. А потому наш фильм должен стать лучше того, что я видел. Это не проще чем пройти сквозь стену, но методика мне уже известна: «Вижу цель, верю в себя, не замечаю препятствий![47]»

А препятствия появились сразу же в номере гостиницы, куда мы к нему зашли с охраной. Его сильно удивило моё окружение, и я вкратце поведал о нападении бандитов на наш дом в посёлке. Что в поселок пускают только по пропускам и его сложно оформлять. Меня же повсюду сопровождает охрана. Представил ему коллег Алексея и Людмилу, которые уже снимались в кино.

Затем у нас состоялись очень непростые переговоры с Владимиром Павловичем Басовым. Не говоря о нашей видимой разнице в возрасте, была ещё и непростая судьба самого актёра и режиссёра. У него выработалось своё отношение к людям и изрядная доля скепсиса, что сильно мешало продвижению наших договорённостей.

Он постоянно подвергал сомнению, что мне удастся довольно быстро пробить разрешение на начало съёмок и обеспечить должное финансирование картины. Сказывался его опыт работы в кино, в большинстве скорее негативный. Поэтому, он ставил телегу впереди лошади, и требовал предварительного утверждения картины в планах киностудии, и только потом соглашался говорить о деталях.

Что же, передо мной сидел уставший и немолодой человек, выкроивший немного времени для приезда в наш город. Скорее всего, сценарий ему понравился, и он желает участвовать в съёмках фильма. По простому и практичному одеянию было видно, что ему привычна кочевая жизнь актёра. И скепсис его тоже понятен, так как, несмотря на возраст, его не так часто задействовали в главных ролях фильмов. А тут переговоры с каким-то мальчишкой.

Позиция крайне неконструктивная, и мешающая скорому началу работы над фильмом. Но я не ставил целью переупрямить его. А то бы в этой речке утром рано утонули два барана. Я старше и надеюсь мудрее, а потому повёл разговор о самом сценарии, что в него стоит добавить или изменить к началу съёмок? Как он относится к тому, чтобы стать режиссёром этого фильма?

Этим я смог его сильно огорошить, так как ему ещё не приходилось работать со сценаристом, который бы добровольно спрашивал мнение режиссёра. Да ещё соглашался учитывать мнение того при внесении изменений в сценарий. Несмотря на весть его скепсис по отношению к младенцу, лезущему во взрослые игры, в мою пользу говорил снятый по написанному мной сценарию фильм, и отзывы режиссёра той картины Павла Арсенова.

Знал бы он, что я и так изменил сценарий и переработал многие сцены. Сама книга Велистова мне даже в детстве не нравилась, и потому от неё ушёл как можно дальше. Прибавил философскую проблематику, почерпнутую из «Искусственного разума», для чего мне и понадобился другой режиссёр ленты. Близкий по мироощущению к требуемому, так как Спилберга мне никто на блюдечке с голубой каёмочкой не предоставит.

В сценарии я поменял хронологию событий фильма. Элик изготовил Рэсси сразу после побега от профессора, когда зашел случайно сначала в детский парк, и починил детскую карусель. Узнал у смотрителя, как по мнению того — стать человеком. Потому отправился в магазин помочь в восстановлении и улучшении игрушек, и там одной из них изготовил Рэсси.

А потом её сломают дети, пытаясь дома вырвать из рук друг у друга, так что Рэсси вернут в магазин, куда Элик вернётся после хоккейного матча, считая, что не справился с задачей стать человеком. Там он починит Рэсси, и тот станет его другом, аналогичным медвежонку Тедди из «Искусственного Разума».

В остальном сценарий того фильма был вполне хорош, кроме нескольких уточнений и дополнений в сценах за границей, о которых мне известно значительно больше, чем советским людям. Я в таком мире прожил изрядную часть своей жизни, и знаю его отличительные черты. Потому могу изобразить его более органично, чем это было сделано в фильме.

Мне с головой пришлось погрузиться в занятия, следуя плану досрочной сдачи экзаменов за весь первый курс. А ещё дополнительно на нас свалились обязанности по подготовке девушек и лингафонного кабинета к проведению первых занятий. Обучать предстояло обеих наших девушек, так как я правильно допетрил, что Верочку назначат лаборантом для проведения занятий в этом кабинете.

И не странно. Она уже на третьем курсе и всём давно ясно, что она лучшая на потоке. По расписанию для следующего семестра занятия в лингафонном кабинете должны начинаться утром и завершаться поздно вечером, чтобы полностью использовать представившуюся возможность.

Одной Людмиле просто не справиться, несмотря на то, что на самих занятиях много преподавать не приходится. Но двенадцатичасовой рабочий день запрещён КЗоТом[48]. С кафедры могли бы назначить ещё кого-то из преподавателей, но никто из них не знал специфики проведения таких занятий.

Вот молодёжи и поручили осваивать это новшество, и мне предстояло обучить первых специалистов в данной области. К этому постоянно добавлялись какие-либо организационные и технические неувязки, неизбежные при внедрении нового и неиспытанного. Так что все мы носились в мыле, включая мою охрану.

Занятия для старших курсов начнутся только со следующего семестра, а пока девушкам поручили вести занятия с двумя лучшими на своих курсах группами для отработки методики. Поэтому я стал спешно готовить девушек к работе с ними, и тогда вылезли некоторые ошибки в монтаже, почти неприметные с первого взгляда.

Слава богу, не разучился ещё держать паяльник и пользоваться инструментами. Однако мне пришлось подыскать паяльник, подходящий для моих рук, самый маленький 25-ваттный. Вот только нам пришлось из дома привезти для него 36-вольтовый трансформатор.

В предвкушении скорого появления первых микроконтроллеров, я оборудовал дома рабочее место, оснащённое всем необходимым и даже антистатическим браслетом[49]. Первые инженерные кристаллы будут наперечёт, и убить такой статикой очень бы не хотелось. До первых патентов на подобные антистатические изделия должно пройти с десяток лет, и я заставил джуниора вместе с мамой оформить патент на антистатический браслет.

Устройство простейшее, но выход годных микросхем существенно повышает, особенно для CMOS-структур. Сейчас заставляю оформить патенты на антистатическую рабочую форму, перчатки и обувь, а также контейнеры, пакеты и коврики. У них на производстве требуется неукоснительное их применение по всей технологической цепочке вплоть до отгрузки.

В лингафонном кабинете предстояло перепаять некоторые провода на всех местах слушателей, поэтому я целиком сосредоточился на рутинной работе и совсем не отвлекался на творящуюся вокруг суету. Часто забегали любопытные из первых групп, или наши помощники что-то заносили, выносили или переставляли. Нормальная рабочая суета при организации нового направления.

Со многими тяжёлыми работами нам помогали мои новые охранники Олег и Леонид. Девушки их усиленно гоняли, как ударников кому-нести-чего-туда. И те им переставляли или перетаскивали мебель в кабинете, проявляя достойную похвалы исполнительность. А девушки всё больше и больше грузили их заданиями.

Правда не всё рабочие моменты нашего с девушками обучения можно было им открывать. Грешен и приходилось иной раз покрикивать на обучаемых, если те не сразу понимали сказанное. Парней такое явно удивило бы, поставив в тупик. Вот и приходилось отправлять их в коридор, чтобы не смущать младые умы гротескной картиной, как яйцо курицу учит. Да и картина трехлетнего младенца ловко управляющегося паяльником и инструментом тоже не добавляла ощущения реальности окружающим.

Мы так сильно увлеклись работой: я пайкой, Людмила освоением аппаратуры за столом преподавателя, а Верочка проверкой уже перепаянных рабочих мест, что оказались полностью застигнуты врасплох. И охранники, как назло, находились за дверью, когда эта сука прошла в кабинет, представившись преподавателем кафедры, и запудрив парням мозги своим английским выговором.

Я только услышал вскрик Верочки и оторвав взгляд от пайки заметил её падение, когда эта гадина ринулась к моему столу. Для того чтобы соскочить с высокого для меня стула потребовалось ещё пару секунд, и та оказалась совсем близко от меня. Тут-то мне и помогла наука Елизаветы Николаевны, так как ничего подходящего под руками кроме паяльника не было, а размахивать им с подключённым к трансформатору проводом крайне неудобно.

Но эта штучка сама виновата и подскочила ко мне почти вплотную. А во мне всколыхнулась такая злость за мою внученьку и родимую кровиночку, что я не раздумывая воспользовался одним из показанных профессором ударов. Да ещё и сила утроилась от эмоционального взрыва (эмоций). Короче, коль сдохнет эта гнида, так сдохнет!

Все окружающее меня запомнилось не очень чётко, так как мозг напрочь замкнуло, а я сидел рядом с Верочкой на полу, и прислушивался к её дыханию, отслеживая пульс. Он был ровный и чистый, что меня несколько успокоило. Но трогать её после падения и перемещать я опасался, а потому только следил за доступными мне проявлениями жизнедеятельности и стараясь влить в неё больше жизненной силы из своей руки.

Сам я весьма критически отношусь ко всяким экстрасенсам и мало в них верю, но в период телевизионного разгула и зарядки всея посредством телевидения мне сказали что индикатором такого излучение является сворачивание новеньких денежных купюр.

У меня они заворачивались в плотное кольцо а сотрудницы утверждали что чувствуют мануальное воздействие и я помогаю снять напряженность и головную боль. Вот и вливал энергию, ожидая прибытия врачебной бригады скорой помощи.

А им рассказал что она упала и ударилась и возможны повреждения, при которых требуется особая осторожность. И только затем подпустил к ней для осмотра. Доложил им частоту и наполненность пульса и дыхания. Проследовал с ними до машины скорой помощи и в ней отслеживал все действия бригады медиков.

Когда они попытались выгнать неуёмного пацана, то я заявил, что никуда от мамы ни на шаг не отойду, а в больнице сразу позвоню профессору Старцевой. И этот звонок я произвёл первым же делом, пока Верочку регистрировали в приёмном покое. Мне пришлось вытащить Елизавету Николаевну прямо с лекции, но она, узнав подробности, прибыла почти молниеносно. Хорошо, что больница находится поблизости от самого медицинского института.

После прихода профессора, все закрутились в утроенном темпе, а она взяла руководство в свои руки. Тщательно осмотрела Верочку и срочно вызвала для консультации лучших специалистов по черепно-мозговым травмам. Пациентку, тем временем, привели в чувство, и проверяли её реакции на раздражители, а мне позволили перемолвиться с ней парой слов.

Благо меня успокоили, и заверили в благополучном исходе, но подчеркнули, что больной нужен покой, так как у неё сильное сотрясение мозга. Её не стоит сильно беспокоить и расспрашивать, так как ей следует хорошо отдохнуть.

Затем меня выгнали, чтобы не мешался под ногами, и я помчался к телефону, чтобы срочно сообщить бабуле все полученные сведения. Предварительно успокоив, я заверив, что Верочку наблюдает наша знакомая профессор и всё находится под её личным контролем. Нервничать совершенно не о чём. И затем я быстро ввел в курс дела.

Сообщил, что в больницу приехала Людмила, и мы обо всём сами позаботимся. Елизавета Николаевна даёт полную гарантию, что будет сделано всё возможное для полного выздоровления Верочки.

Бабуля весь разговор всхлипывала на той стороне провода, но, под конец разговора, мой уверенный голос и заверения медицинского светила заставили её немного успокоиться. Я сообщил часы посещения и попросил, чтобы они вместе с дедушкой пришли проведать, но не утомляли и не тревожили Верочку. Поэтому сейчас следует выпить валерьянки и успокоится, а особенно перед приходом в больницу. За руль им сейчас садиться не стоит, так что пусть попросят Николая подвезти их в больницу.

Раздав все распоряжения, я поспешил вернуться в палату к Верочке. Но меня снова оттуда выставили, так как там врачами производился внешний осмотр повреждений, и они должны были решить необходимо ли срочное проведение рентгена. Да будто я Верочку раздетой не видел, эка невидаль. Но подчинился их медицинскому диктату.

Тем более, что прибыла Марина Павловна по вызову неутомимой профессора. И первым делом вчинила мне полный медицинский осмотр с прослушиванием лёгких, сердца и прочими манипуляциями. Провела неврологический осмотр и проверила реакцию на раздражители. А напоследок дала выпить успокоительного и порекомендовала расслабиться.

Елизавета Петровна после завершения тщательного осмотра Верочки, отыскала меня и отвела с собой в ординаторскую. И всех оттуда выгнала, для проведения конфиденциальной беседы. Мы оба были на взводе и потому она расхаживала по комнате, а я стоял и ждал начала разговора.

— Ты правильно выполнил показанный удар, но зачем вложил в него столько силы?! Иначе осталось бы больше надежд, вывести напавшую из комы, — и, помедлив, заключила. — А так у неё почти нет никаких шансов.

— И не жалко, так и надо твари! Она замахнулась на самое дорогое, а такое прощать я не намерен! — а затем, понизив накал страстей, поблагодарил доктора. — Огромное спасибо за помощь Верочке! А также за вашу науку, что спасла нас в критической ситуации!

— Нисколько не жалею, что научила. А то неизвестно, а точнее известно, что дальше могло произойти. Но впредь, постарайся соизмерять силы.

— Уж извините, но находился в состоянии аффекта, да и сейчас ещё не совсем отошёл. А тогда увидел падающую Верочку. Мозги напрочь отключились, и готов был руками порвать эту гниду. Но отработанные навыки не подвели и помогли в стрессовой ситуации.

— Да, я понимаю Константин. Бывали и у меня схожие обстоятельства. Будь сама без греха, то первой бросила в тебя камень, — профессор горестно вздохнула, вспомнив что-то давно прошедшее. — Но постарайся впредь контролировать себя, и не превращаться в зверя.

— Кто бы был против?! Если бы она не ударила Верочку, то и я бил бы совсем иначе, а её удалось задержать и допросить. А так, просто сорвался с катушек.

— Непростая наверно была жизнь, раз так ожесточился.

— Нет, я не ожесточился и люблю людей, что очевидно из моих действий. Но там приходилось делать чёткое разграничение — друг перед тобой или враг, — и, слегка сглотнув пересохшим ртом, продолжил. — В настоящее время это почти не актуально, а вот в случае исторического катаклизма — всё дерьмо обязательно всплывает вверх.

— Сама такое наблюдала в своё время, но всё же постарайся себя держать в рамках, сейчас совсем иная обстановка и не стоит превращаться в берсерка опасного не только для врагов, но и для своих, — после собравшись с мыслями, продолжила. — Ты даже бригаде скорой помощи мешал проводить первый осмотр.

— Просто я помнил наших специалистов, что получали дипломы, а не знания. Они могли такое вколоть, что потом приходилось вызывать повторно и ехать в больницу для устранения интоксикации организма, вызванной этим уколом. Я впоследствии многое прочёл про этот препарат, и для определённой группы людей интоксикация в порядке вещей, — затем бодрее продолжил. — Но для всех современных медикусов — это оказалось благим событием, так как я стал ещё тщательнее изучать поставленные диагнозы и все прописанные врачами препараты. Этот акт недоверия и подарил вам многие обрывочные сведения в области медицины будущего! — и с грустной улыбкой завершил, — Воистину. Нет худа, без добра!

— Я склонна полностью согласиться с твоим последним утверждением. Но давай освободим комнату, а то ординаторы топчутся в коридоре и гадают, отчего их туда выгнали.

С-суки-янкесы никак не успокоятся. Жаль, что более точные сведения пока получить сложно, и напавшая дамочка находится в коме. Трудно прогнозировать, выживет ли? Ну да, не рассчитал я свои силы, и врезал ей со всей дури. Но мне в тот момент стало не до контроля и каких-либо расчётов.

Вот так мне напомнили о своём существовании из-за лужи. Но теперь пострадала моя внученька, и это увеличило стократ их задолженность. Комитет пока расследует, каким образом спланировали такое авантюрное нападение, так как в помещении лингафонного кабинета я находился чисто случайно. Да, мы все там пропадали последние полторы недели, но использовать столь случайный фактор в планировании операции практически невозможно.

Вечером к нам зашёл Петрович со своими извинениями, что не сумели уберечь Верочку, и изложил неизвестные нам подробности нападения. Он руководил проведением следствия и не хотел преждевременно сообщать, пока не прояснялись все детали..

Оказывается, напавших было двое. И когда Ольга прошла в кабинет, представившись преподавателем кафедры её напарник остался следить за обстановкой в коридоре. И только когда за дверью послышался шум падения, и охранники кинулись внутрь. Стоявший неподалёку незаметный мужичок финкой со спины ударил Леонида, но тот среагировал на резкое движение и стал разворачиваться, так что удар пришёлся вскользь, вспоров мышцы на спине. Вдвоем с Олегом они его обезоружили и скрутили.

Когда Олег заглянул в кабинет, там всё уже завершилось, и Людмила послала его срочно вызвать скорую помощь. А сама оказала помощь Леониду, наложив тугую повязку на рану.

Я в коридоре ничего не отметил, ни столпившихся там людей, ни гомона их пересудов, так как внимательно следил, как Верочку переносят в машину скорой помощи.

Возможно Леонида стоял среди них, а может его отвели в медпункт, чтобы остановить кровь, но я никого не заметил.

Петрович нас успокоил, что рана оказалась поверхностной, так что Леонид потерял немного крови, пока ему в больнице не наложили швы и, сделав качественную перевязку, отправили домой поправляться.

Опять из-за этих мерзавцев получают ранения и травмы близкие мне люди. И пусть я новых охранников знаю ещё не так хорошо, но всё равно они меня защищают и пострадали при этом. А мужичок оказался уголовником, и ещё тем докой по обращению с финкой. Выполнял разовые поручения Ольги, и очень сожалеет, что в этот раз не отказался, но уж очень много денег платит Ольга.

Теперь на допросах поёт, что тот соловей, понимая, что попал под серьёзную статью, и особо его вдохновляет решение суда по нападению тех бандитов. Однако он был всего на подхвате, и знает сравнительно немного.

Меня планировалось усыпить, и для этого у Ольги был шприц со снотворным. А далее они под видом семьи с малолетним ребёнком должны были выйти к машине и скрыться. Меня надлежало доставить в Одессу и там передать иностранцам, заменив их младенца. А того ребёнка они должны были оставить в людном месте и разъехаться в разных направлениях.

Сам Скворцов всего этого не должен был знать, но его сильно насторожило, что Ольга выставила его перед встречей с высоким, лощёным блондином, состоявшейся незадолго до их отъезда сюда. Поэтому он постарался подслушать их разговор, так как опасался, что его могут убрать, уж очень много обещала заплатить Ольга.

Главной была Ольга, а по ней и не скажешь. Вполне интеллигентная внешность — типичный «синий чулок»[50]. Да и сам задуманный план имел неплохие шансы на успех.

Кто из пограничников стал бы будить младенца, чтобы проверить интуристов на выезде? Тем более, что у них в документах был вписан мальчик моего возраста.

Эх жаль, но этих птичек не удастся задержать, и они, скорее всего, упорхнут. А их приметы и место встречи были известны только Ольге, да и предъявить им нечего.

Да, обидно, что слишком её приложил, а то возможно узнали бы больше., но откуда тянутся следы этого нападения предельно ясно — из того же гнусного центра. Ох, и разбудят они во мне зверя, Ольге это удалось.

Перед уходом Петрович подсластил мне горькую пилюлю и сообщил что моей творческой паузе подходит конец, и порадовал меня доброй новостью. Разработчики Глушкова получили первые образцы кристаллов нового микроконтроллера. Не все микросхемы набора уже готовы, но они приступают к проверке инженерных образцов.

Буду держать за них кулачок на удачу, а то очень соскучился по нормальному процессору.

«Intel» только собираются в следующем году анонсировать свой микропроцессор i8080, с которым у меня связано столько тёплых воспоминаний о своих первых проектах. Однако кроме ностальгической грусти, тот микропроцессор у меня не вызывает особого энтузиазма.

Вот доработанная японцем Масатоси Сима версия Z80 фирмы «Zilog» могла бы заинтересовать. И то для воспроизведения моего любимого ZX Spectrum. В остальном и он не дотягивает до нашего микроконтроллера, хотя его CMOS-версия была неплоха и позволила дотянуть его выпуск до конца века. Теперь такое вряд ли произойдёт из-за явного превосходства нашего микроконтроллера. И законодателем мод в этой области на некоторое время должен стать именно он.

Патентов на все его архитектурные новшества киевляне получили около полутора сотен. Всё закрыть патентами наверное не удалось, но пусть теперь «Intel» попробуют их обойти. А то привыкли воровать наши технические разработки без зазрения совести. Слава богу, наши проекты и море напечатанных книг не позволили маститым старцам принять стратагему копирования западных образцов и тупого следования за ними.

Теперь передовые технические решения и литература, наоборот находятся в нашей стране. И Петрович мне неоднократно рассказывал, что в первую очередь он следил, чтобы мои напечатанные книги отправлялись в Институт Кибернетики к Глушкову.

Тамошние специалисты их активно изучали, и просили ещё добавки. Но, увы, я не робот, чтобы стучать по клавишам двадцать четыре часа в сутки. Для этого нужен уже искусственный разум. Я же устаю, и мне нельзя отменять режим многозадачности, чтобы самому не превратиться в подобие Artificial Intelligence. Вот, не надо мне такого счастья!

Микроконтроллер — это хороший подарок к наступающему Новому Году. Теперь у них есть кремний и куча литературы, чтобы приложить к нему разумные усилия. И, тем самым, как и нашим предкам сотворить первое кремниевое орудие для нашей победы.

Я ещё, на прощание, попросил Петровича — не распространять сведения о том, кто вырубил Ольгу. И сведения о моих способностях не стоит светить даже в конторе. Преступников обезвредила охрана, что является чистой правдой, так как с тем уголовником я мог и не справится, ведь ему не нужно было приближаться ко мне вплотную.

Петрович меня правильно понял и не сдаст, а вот с Людмилой пришлось очень непросто объясняться. Наплёл, что это тайные техники Ушу[51], хранимые буддийскими монахами. Они секретные и никто не должен знать о том, что я их использовал. В следующий раз враги могут быть готовы к такому повороту событий. Никогда нельзя их недооценивать, ибо это прямой путь в страну вечной охоты.

Людмила меня не сдала, а вот мои охранники занимаются у того тренера по джиу-джитсу, и Олег проболтался сэнсэю, что женщину остановили без их участия… Тот посчитал, что это сделала Людмила, и в спортзале подошел к нам выспросить подробности отражения нападения.

Я его послал, и посоветовал не лезть не в свои дела. Без них обходились ранее и самбо обойдёмся впредь. А я со временем натренируюсь, и ещё надеру его воспитанникам. задницу. Людмила даже покраснела от таких моих выражений.

А к чему нам его расспросы, и не доверяю я его отношению к людям. Гнильцой попахивает. А проболтавшемуся Олегу пусть сам Петрович ставит ведёрную клизму. Это его епархия, пусть сам и решает.

Вскоре произошло ещё одно примечательное событие — первое телевизионное крещение Алексея. Надумал-таки Петрович, и видно получил на это добро от руководства. Алексей вел себя перед камерой очень непринуждённо, сказался его уже немалый опыт публичных выступлений. Опять же он предстал перед зрителями в подогнанной с иголочки форме и с боевыми наградами на груди.

И тема была взрывной. Сообщение о нападении группы преступников с целью похищения малолетнего ребёнка, произошедшее в нашем Государственном Университете. Был показан сам лингафонный кабинет, и Алексей изложил отредактированную версию происшедшего.

Рассказал о тяжёлой травме нанесённой преступницей лаборанту кафедры, об аресте одного из нападавших и обезвреживании второй. Сообщил о ранении, полученном одним из сотрудников, при задержании преступников. Прибавил, что целью нападения являлся трехлетний ребёнок, который находился в кабинете со своей мамой, и только уверенные действия сотрудников органов предотвратили худшее.

Молодец, хорошо выглядел и говорил! Орёл!

И следующим по контрасту дали отрывок из показаний задержанного преступника, где он раскололся до самой попы. На фоне Алексея он выглядел особенно непрезентабельно. И сообщил о намеченном похищении младенца для передаче его иностранным гражданам. Скорее всего для вывоза за рубеж, так как имеющегося при них ребёнка следовало оставить в людном месте..

Потом последовал небольшой рассказ о талантливом ребёнке, который написал сценарий для известного фильма «Девочка из будущего», создал музыкальный спектакль «Призрак оперы» и сочинил книгу «Приключения Шрека». Вот такого удивительного ребёнка вознамерились похитить и вывезти из страны, так как он ранее отказался от их предложения выехать со всей семьёй для проживания за пределами Советского Союза.

Показали перед камерой мою книгу.

А затем мне предоставили слово. И я постарался сыграть мини-спектакль. Изобразил свой испуг, рассказывая, как на маму напала и ударила какая-то незнакомая женщина. Что мама находится в больнице с сильным сотрясением мозга, и врачи делают всё возможное, чтобы её вылечить. И тем временем пробил слезу на глазах, и завершил рассказ тем, что всегда старался приносить людям радость и добро. Написал книжку для мальчиков и девочек, чтобы им было её интересно читать. Она пользуется большим успехом, и два авторских экземпляра я лично с дарственной надписью послал Президенту США и директору ЦРУ. И пожелал я им вдвойне, чего желают они мне. Последние фразы были оставлены по моему требованию, хотя их пытались вырезать.

Петрович плюнул и согласился на мои кровожадные пожелания.

Скандал разразился после показа этой передачи по Центральному Телевидению. Последовал протест от посольства США в Москве. На который я ответил, что ничего противоречащего истине не говорил, а на воре и шапка горит. И настоял на публикации этого ответа, так как это уже второе покушение на нас и пострадала моя мама.

Андрей Андреевич Громыко нормально воспринял передачу, и заявил для прессы, что никаких обвинений в чей-либо адрес, он в передаче не усмотрел, а практику похищения детей всецело осуждает.

Ему, скорее всего, сообщили, что это повторное нападение на ребёнка и доложили об основных его деталях. А киднеппинг совсем не приветствуется на Западе, так как внука американского миллиардера Поля Гетти не так давно похитили в Риме и требовали выкуп за его освобождение.

Вот пусть теперь гады и отмываются от всего своего дерьма. А в целом международная политика СССР стала более наступательной, а не того мелкотравчатого, что царила в эпоху застоя.

Изменения сфере советской экономики происходили неспешно и без тех необдуманных рывков, как происходило в эпоху катастройки. Вернулись старые артели, но теперь они стали акционерными компаниями и принадлежали трудовым коллективам. Но сейчас всё происходило не так необдуманно и глупо, как это было проделано тогда, акции не выдавались на руки и были именными, а выплаты дивидендов производилась только работающим на предприятии сотрудникам. Было полностью исключено право передачи акций и их аккумулирования в одних руках. Единственными исключениями для выплаты дивидендов являлось правило пожизненных их выплат для пенсионеров проработавших на предприятии не менее 20 лет, или инвалидам, получившим производственную травму и не способным далее работать. Пенсионерам, проработавшим на предприятии более 10 лет, выплачивалась соответствующая доля дивидендов.

Данная мера поднимала заинтересованность людей в результатах своего труда и исключала их закабаление собравшими пакет акций воротилами. Трудовым коллективам акционерных предприятий было предоставлено право избирать руководителей предприятий и заслушивать отчёт о результатах их деятельности. Но, были предусмотрены санкции к нечистоплотным руководителям, и им выдавался волчий билет, запрещающий занимать такие посты.

В городе несколько предприятий легпрома переходил с нового года в категорию таких акционерных компаний. Была проведена апробация этого метода на некоторых предприятиях страны, и по результатам их деятельности выработаны рекомендации для реализации таких проектов. Слава богу, что акции чисто номинальные, а вот пьяниц, дебоширов и нарушителей трудовой дисциплины можно было решением собрания акционеров лишить выплат дивидендов, и те направлялись на развитие предприятия или в сферу соцкультбыта.

Возможно такое неспешное внедрение новшеств и углубление заинтересованности трудящихся не вызовет такого взрыва дерьма, какой произошёл в известной мне истории. При Сталине прекрасно работали и укреплялись артели, производили много товаров и предметов быта для советских людей. Ценообразование для таких акционерных компаний можно производить по отработанной тогда методике и регулировать производство их продукции Госпланом. Необходимо произвести достаточно товаров народного потребления высокого качества, а вот каких — решали сами трудовые коллективы по согласованию с Госпланом. Различные виды формы и производственной одежды производилось по централизованному заказу, и тут разнообразие было даже вредно, а важно было соблюдения государственных и отраслевых стандартов и норм. А вот товары народного потребления и предметы быта производились в соответствии с запросами и требованиями потребителей. Об этом уже заботились проектные отделы акционерных компаний и предприятий.

Одним из таких акционерных предприятий нашего города стал новый завод электромузыкальных инструментов, которому отошли старая территория и расположенные на ней строения одного из развивающихся предприятий приборостроения. Там же ему осталось установленное в помещениях оборудование.

Меня повезли показать строения и имеющийся парк станков и производственные линии. Оборудование оказалось вполне подходящим, и для начала выпуска инструментов требовалось провести конструкторскую проработку, и я настоял на привлечении художников для создания эффектного внешнего облика инструментов и приспособлений. Сами схемы у меня были давно готовы, и я даже поручил изготовление нескольких простейших приспособлений кружку юных техников Дворца пионеров.

Парочку они изготовили с помощью своего руководителя кружка. И он мне понравился своим азартом работы с детьми, и пробивными качествами в обеспечении материалами и инструментами.

Музыканты из группы «Мираж» о тех приспособлениях отзывались в очень восторженных тонах и не хотят их возвращать пионерам. Так что выступил переговорщиком и составил взаимовыгодные условия. Пионерам предоставят по несколько билетов на концерт группы и каждому вручат подписанный ими альбом. Заведующего конструкторским бюро предприятия я познакомил с руководителю кружка из Дворца пионеров, чтобы тот поделился своими эскизами и наработками.

Если всё закрутится оперативно, то возможно мне удастся вскоре получить инструмент годный для моих небольших размеров и сделанный по моим схемам, воплощающим многолетний опыт развития данной области.

При показе передачи по Центральному Телевидению, мне удалось вышибить слезу у многих сердобольных женщин. Сцена была подана верно и взята небольшая актёрская пауза, прежде чем посетовать на удары судьбы. Даже не на то, что хотели меня похитить, навсегда разлучив с родной семьёй, с моим отечеством, а что напали на самое дорогое для ребёнка — на его маму, чуть не сделав круглым сиротой.

После шумихи с нотой из американского посольства, скандал неожиданно получил новый импульс и продолжение. Следствие продолжилось в Москве, потому что Ольга была сотрудницей МИД-а, и родственницей одного из ранее арестованных высокопоставленных номенклатурных чиновников. А высоким, лощёным блондином оказался один из сотрудников того самого посольства, и его по фотографиям опознал отконвоированный в столицу Скворцов.

Самое интересное, что дипломат никогда ранее не был замечен в шпионских операциях, и потому не попал под плотную опеку КГБ. Очевидно, что состоявшаяся недавно чистка их агентуры, оставила CIA без толковых агентов, завербованных среди граждан СССР. А этого новичка привлекли именно из-за его непричастности к их прежним операциям, из боязни утечки планов от нераскрытого предателя.

Дипломат был сразу же объявлен persona non grata и в 24 часа выдворен из страны, а вместе с ним выслали ещё группу ранее подозревавшихся в шпионаже. Американской стороне пришлось стерпеть этот демарш СССР на фоне такого фиаско их тайной деятельности.

Сама операция была спланирована и исполнена крайне непрофессионально — почти на любительском уровне, и всем стало очевидно, насколько серьёзно прошлась по рядам вражеских агентов недавняя чистка. Американцам бы стоило обратиться за помощью к МОССАД, у которого с агентурой — полный порядок, а в нашем регионе, так даже переизбыток её.

Ольга также являлась не лучшим выбором для проведения такой операции, хотя обладала некоторыми навыками обращения с оружием и владения рукопашными приемами. Мотивации у неё также было хоть отбавляй — давняя ненависть к советскому строю плюс арест высокопоставленного родственника, дотоле оказывавшего ей протекцию. Но это являлось и ахиллесовой пятой в данной операции, поскольку она не могла трезво оценивать ситуацию из-за своих кипящих эмоций.

Очень удивительно, что сама она не попала под подозрение контрразведки, и контора явно лопухнулась, приняв их частые встречи за проявление простых родственных отношений, а не для осуществлению антисоветской деятельности, как это было на самом деле. Возможно прокол произошёл из-за незначительной занимаемой ею должности в МИД-е. Хотя через руки Ольги вполне могли проходить очень интересные для вражеских разведок сведения.

Но я склонен оправдывать такой промах следствия, так как привлечённая группа была слишком малочисленна, а объектов для сбора по ним сведений насчитывалось много. Надеюсь, что хоть теперь контора прошерстит всех родственников и просто знакомых ускользнувших из поля зрения.

Вот и мне самому, после полученной от Петровича информации, стало понятно, отчего Андрей Андреевич Громыко выступил со столь жёсткой риторикой в адрес Государственного департамента и непосредственно посольства США в Москве. В этом деле оказались сильно замараны многие служащие этого посольства.

Оттого-то и мне было дозволено от души облаять главнюков из Вашингтона. А ответное предъявление дипломатического протеста на слова трёхлетнего ребёнка стало бы новеллой и свежей струёй в практике всемирной дипломатии. Придало комичности ситуации и породило множество издевательств в адрес самого Госдепа США.

Уж и не знаю, существуют ли подобные исторические прецеденты. Хотя, а почему бы и нет?! Приказал же царь Ксеркс высечь море. И он был не единственный, а лишь первый, о котором повествуют исторические труды и анналы.

И поделом им паразитам, ведь творят в мире полный беспредел, прикрываясь своим дипломатическим иммунитетом. Прямо банда гопников из Госдепа. Очень недалеко они ушли в своём мировоззрении от политики канонерок, так талантливо описанной пером О’Генри. До сих пор рассматривают весь мир, как свой задний двор.

Обстоятельная информация доведенная до советских телезрителей, помогла их правильно подготовить к заявлению советского МИД-а, последовавшему сразу же за высылкой из страны ряда американских дипломатов. Припомнили штатам и Патриса Лумумбу, и Фиделя Кастро, и ряд других лидеров суверенных государств, на которых США готовили и совершали покушения. Заклеймили позором их порочную практику подготовки и совершения нападений на граждан других стран с целью их похищения или убийства. Риторика заявления была выдержана в очень жёстких тонах. Из неё стало очевидно, что политика мирного сосуществования может иметь место, только при уважительном отношении к мировому сообществу со стороны самих США. Никто не намерен идти к ним на поклон, а сдерживание гонки ядерных вооружений должно быть обоюдным и паритетным для обоих военных блоков — НАТО и Варшавского договора.

Есть некоторые вещи, от которых просто невозможно отказаться. В Америке — это миллион баксов, а в СССР — это вызов Генерального Секретаря ЦК КПСС Леонида Ильича Брежнева. Тут уж никакая броня или бронь не поможет. Вот в такой напряжённый момент жизни нас пригласили посетить Завидово[52] для участия в «королевской охоте».

Приглашение частного порядка, и это абсолютно правильно. Не в кабинете же расположенном в Кремле принимать и беседовать с малолетним ребёнком? Несолидно, вот и нашли такой оригинальный выход — пригласить отдохнуть на природе в прекрасном природном заповеднике. Это не столь официально и позволит поговорить с глазу на глаз, без формальностей. Трудно сказать какие резоны на мой счёт возникли у Леонида Ильича, но лишняя публичность им ни к чему.

Отказаться от такого почётного приглашения немыслимо, и только извращённый мозг — вроде моего, мог до такого додуматься. Грешно даже предположить, что мне такое бы позволили. И поэтому мы с дедушкой быстро собрались в дорогу и отправились в Москву. Колебались в выборе сопровождающего недолго, потому что женщинам на охоте делать нечего, да и собираться они станут долго. А мужикам что? Покидал в чемодан походную одёжку, запасное бельишко, да и в путь!

А сама «королевская охота» — это что-то вроде «королевских фантов» из фильма «Золушка»: «Никто никаких фантов не назначает, никто никаких фантов не отбирает. Что король захочет — то все и делают». Однако я предварительно проинструктировал дедушку, что стрелять он должен достойно, но не лучше дорогого Леонида Ильича. Так принято, и не стоит со своим уставом соваться в чужой монастырь. А понравившимся Брежнев выделяет часть добычи в знак своего расположения, и это высоко ценится в «придворных» кругах.

Дедушка как раз и понадобился мне для участия в той самой охоте. Он ей промышлял в тяжёлые послевоенные годы, чтобы хоть как-то разнообразить скудный рацион семьи. Ведь он остался единственным мужиком, и чувствовал свою ответственность за её пропитание.

В поездку он прихватил верный «карамультук», с которым уже изрядно поупражнялся в стрельбе. Так что пулял из него, что тот Натаниэль Бампо по прозвищу Кожаный Чулок. Само ружьё нам без проблем позволили везти даже в самолёте, так как с нами ехали Алексей с Николаем, а у них при себе имелось их табельное оружие. Вот они отвечали за провоз нашего ствола.

До Москвы мы добрались достаточно быстро. С советских авиалиний уже сняли все АН-10 на пассажирских перевозках, и все рейсы выполняли только реактивные лайнеры. Самолёт доставил нас во Внуково всего за час и сорок пять минут, а на регистрацию мы прибыли почти перед самым рейсом, потратив на неё менее десяти минут. Так что проснувшись в пять утра и вылетев первым рейсом на Москву мы прибыли туда к девяти часам.

Там нас поджидала ведомственная машина, и хотели сразу везти всех в гостиницу, где нам были забронированы номера для проживания. Но я упёрся и просил отвезти меня на квартиру к прадедушке с прабабушкой, так как сильно по ним соскучился. А затем они смогут завезти в гостиницу дедушку и сами там устроятся.

Так и поступили. А каково же было изумление Вероники Степановны, когда она, отперев двери, увидела нас на пороге своей квартиры. Я тут ещё ни разу не гостил и представлял её только по рассказам Верочки и джуниора. Да-а-а, вот что значит старая застройка, ещё дореволюционная.

Высокие потолки, местами с лепниной, высоченные окна с арочными проёмами над ними. В углу залы изразцовая печь. Стены сплошь увешаны полотнами мастеров. Сразу понятно, что попал в дом известного искусствоведа. Прямо домашняя галерея, и это всецело заслуга самой Вероники Степановны. Что мне особенно польстило и порадовало — на видном месте находятся Танюшкины иллюстрации к книгам Надежды Всеволодовны и моей книжонке.

Вся окружающая обстановка — мебель, стол и прочая мелочёвка в основном начала века. И странно, как ещё не сгорела в печках во время войны? Стулья, так почти как в фильме «Двенадцать стульев», и, как бы, не того же самого мастера Гамбса. Сразу ощущается дыхание веков и пыль времён. Хотя уж пыли прабабушка ни за что не допустит в своём доме.

Я сразу же испросил у неё разрешения остаться и пожить у них в квартире, до поступления распоряжения свыше. Так как ни в какую гостиницу я не поеду, пусть уж дедушка там один управляется. И получив согласие от хозяйки дома, мы первым делом отчитались ей о здоровье Верочки. Она о нем и так была хорошо осведомлена из ежевечерних звонков бабули, но мы постарались добавить новые детали.

Я был отлично обустроен, и мужики заспешили в гостиницу. Но Вероника Степановна не соглашалась их отпустить, пока не угостит всех чаем. Так как мы только что с дороги, а пока они в гостинице дождутся обеда — пройдёт много времени. Чаепитие стало недолгим, поскольку гостям хотелось поскорее зарегистрироваться в гостинице, пока нас не объявили в розыск, как пропавших.

Мы им торжественно пообещали, что сегодня никуда ни ногой из дома, и они могут за нас не беспокоиться. Маловероятно, что нас смогли отследить до этой квартиры, ведь даже не планировалось сюда заезжать. Однако ребята решили, что надо проявить максимальную бдительность, а я им не начальство, чтобы отдавать приказания. Тут уж им самим решать возникшие вопросы. У подъезда остался дежурить Николай, и мы договорились с ним о взаимодействии. в то время как остальные поспешили в гостиницу, где должны остановиться.

Проводив их до двери и оставшись вдвоём, я первым делом рассказал прабабушке подробности нападения. Как опасался за жизнь Верочки, ничего кругом не замечая. Порассказал о заказчиках этого преступления и об их ближайшем будущем. Обрисовал их мотивы и планы, как меня намечали похитить и куда вывезти за рубеж.

О скандале рассказывать почти не пришлось, так как в Москве о нём известно, как бы ни больше чем мне. Ольга, а полностью Ольга Александровна, закончила МГИМО и работала в министерстве иностранных дел. Сама состояла в родстве с одним из недавно разоблачённых высокопоставленных сотрудников этого ведомства. Некоторые знакомые Вероники Степановны имели родственников в кругах дипломатов и знали этого родственника Ольги.

После сообщений в передаче телевидения и выдвинутых ему обвинений по столице начали расползаться слухи, что она могла помогать ему в сборе шпионской информации, и такой же непримиримый враг. Но все недоумевали, как она могла стакнуться с явным уголовником, чтобы по заказу вражеской разведки выкрасть из страны уникального ребёнка. Вот об этом теперь гадают и судачат московские кумушки.

А прабабушку замучили вопросами обо мне и моих достижениях, и о самом нападении, о его деталях. Фильм «Девочка из будущего» смотрели многие, а книгу сейчас и днём с огнём не сыскать. Хотя она вышла немалым тиражом в 50 тысяч экземпляров в издательстве «Детская литература», но её смели с прилавков, а спрос не ослабевает.

Вероника Степановна на работе всем желающим демонстрировала эту книгу с дарственной надписью автора, а также отличные иллюстрации к ней, подаренные мною. Детально рассказала о нашей совместной работе над костюмами и оформлением декораций музыкального спектакля. Показывала фотографии с премьеры в Германии, которые ей подарили немецкие товарищи. Разворачивала немецкую афишу с указанием фамилии ее правнука — автора музыки и либретто. Дамы охали и ахали, а также коллективно осуждали попытку похищения такого талантливого ребёнка из семьи их сотрудницы.

Эти рассказы тоже стали гулять по столице, и сплетаясь с предыдущими слухами породили новый жанр городского фэнтези. Так как от рассказчика к рассказчику претерпевали трансформацию и в результате превращались в полную ахинею, имеющую мало общего с исходным видом.

Вот так и рождаются нездоровые сенсации, и мне сразу припомнился необъятный кумачовый лозунг из «Сказки о тройке» братьев Стругацких: «Народу не нужны нездоровые сенсации. Народу нужны здоровые сенсации». Впрочем, услышав от прабабушки один из подобных вариантов, я, как и Эдик Амперян, был полностью сражён, а моё лицо исказилось от накатившей волны гомерического хохота[53].

Конечно её рассказы разошлись по определенным кругам творческой интеллигенции, работников культуры и искусства, вызвав неизбежное удивление, отчего мальчик не поспешил сбежать из страны при первом же предложении, как это сделали Барышников, Нуреев, Годунов и прочие. Скорее всего, списали на юный возраст и глупость. А затем, не откладывая в долгий ящик, принялись творчески плести небылицы, про неразумного отрока. В их рассказках я и стал тем самым Иванушкой-дураком.

Именно такие рассказки и способны были дойти до более высоких сфер московского общества. Значит теперь меня заочно знают и там, чему я вовсе не рад. Оттого настоятельно требуется заручиться поддержкой заслуженного бровеносца, от нападок всей этой чиновной швали. Ведь известно издревле: — «Жалует царь, да не жалует псарь…»[54]

Жаль, что прадедушка с самого утра ушёл в школу, и вернётся только после обеда. Так что прабабушка сама осталась со мной дома и только позвонила предупредить на работе, что сегодня остаётся дома. Причину сообщать не стала, чтобы не привлекать ненужного внимания к квартире.

Я ей торжественно пообещал, что мы с ней обязательно побываем у неё на работе, ведь мне страшно любопытно посмотреть, чем она там занимается и освоиться в специфике её труда. К тому же просто побродить по залам музеев и послушать рассказы о произведениях искусства от ведущего специалиста столицы — тоже немалого стоит.

Но это станет возможным только после того, как мы освободимся. А сам на ушко ей шепнул — куда, кем и зачем мы приглашены. Просил об этом молчать, так как нас самих оповестят лишь в должное время. А пока нам дан день для обустройства в столице, и отдых после дороги.

Поэтому мы культурную программу перенесём на более позднее время, так как мне не хотелось бы в спешке знакомиться с её коллегами. А, наоборот, хотелось бы обстоятельно пообщаться с ними в неформальной обстановке и за хорошим угощением. Мы тут понавезли конфет, шоколадок и пару бутылочек отличного коньячка специально для таких встреч, и они у меня сейчас с собой среди вещей в чемодане.

Прабабушка явно обрадовалась, что мы подольше задержимся и погостим в Москве, а она сможет поводить меня по различным музеям столицы, чтобы немного развеять моё дремучее невежество. А пока выдалась свободная минутка, она продекламировала стишок, возвращая меня на грешную землю:

У нас и вправду накопилось изрядно вопросов по совместным проектам. Первым делом я добавил ей срочных просьб с моей стороны, а вдруг что-то успеем решить, пока я нахожусь в столице. Некоторые предыдущие наоборот отменил из-за сменившихся обстоятельств.

Например, мультфильмы решено было снимать на своей республиканской студии мультипликации. Небольшой коллектив молодых и амбициозных художников-мультипликаторов уже подобрался, а некоторые обещали ещё подумать. Однако условия будут созданы достойные, так как делом заправляет молодая режиссёр-мультипликатор, только по случайности оказавшаяся дочерью первого лица республики. Я сразу же предложил название студии — «Мельница», и шуточный девиз — «Мели, Емеля, твоя неделя»[56].

Ждать завершения полнометражного Шрека слишком долго, и надо показать свой потенциал на коротких и запоминающихся мультфильмах. А первый у меня на очереди — «Жил-был пёс». Поэтому надо постараться срочно найти и пригласить режиссёра-мультипликатора Эдуарда Назарова[57].

Ему сейчас едва за тридцатник, и он ещё не достиг возраста Христа, а стоит свершить что-то значимое к этому возрасту. Пока что ему удалось снять лишь свой дебютный мультфильм, и он легко вольется в компанию творческой молодёжи. А с достижениями я ему так и быть пособлю. Нет у меня морального права запороть этот культовый советский мультфильм.

Поэтому мне крайне необходимы Георгий Бурков и Армен Джигарханян, чтобы сделать запись звуковых сцен мультфильма, для прорисовки их мультипликаторами. Уж каждую интонацию в голосах пса и волка я помню наизусть. И тут надо танцевать именно от этой печки, для достижения полного успеха.

Поисками я озадачил Веронику Степановну, чтобы она обзвонила знакомых и узнала, где их можно выйти и поговорить с ними. А остальное, если навалиться молодыми творческими силами, можно снять очень скоро. И под талантливую озвучку работа станет спориться куда лучше, а текст от автора пусть сам Назаров зачитает.

Пока я тут в Москве, мне выбраться на «Союзмультфильм», чтобы увести у них из стойла этого талантливого режиссёра-мультипликатора. Думаю, что такой мультфильм его привлечёт, а творческую обстановку новой студии он оценит сразу же, как только там побывает. У меня на него огромные планы по богатырям. Отличная серия, за немногими исключениями.

Веронику Степановну я просто снёс своим напором, и прорвал плотину всяческих возражений про плановые дела на работе. Там работа не волк, и в лес не убежит. Вечные ценности ждали века, ещё немного подождут. Раз уж меня вызвали в столицу, то я должен её покорить и ограбить на требуемые мне таланты. И вовсе не на таланты[58] серебра и золота, а более ценные и незаменимые.

Вот моя прабабушка и засела за телефонные переговоры и временами подзывала меня для разъяснений. Несколько знакомых её знакомых нам отыскать удалось, и даже узнать, как встретиться с Георгием Бурковым. Уже неплохо! А в своей актёрской среде уж они лучше знают, как и к кому добираться. Сценарий был под рукой, и слов для озвучивания совсем немного, а атмосферу сцен мультфильма, я постараюсь передать благодаря таланту рассказчика.

В последнее время многие проблемы решаются значительно проще при задействовании Вероники Степановны. У неё теперь совсем иной вес в творческой среде. С ней обговариваются многие вопросы, что раньше происходило значительно реже. И теперь не её вызывают на ковёр, а подходят посовещаться в тех или иных вопросах.

Иностранный орден европейской страны придал ей такой вес в глазах коллег и знакомых, что не прислушаться к её мнению им стало непросто. Тем более, что после возвращения из поездки она побывала на приёме у самой Екатерины Алексеевны Фурцевой и они как две женщины с твёрдым характером быстро нашли общий язык. Детально обсудили перспективы советско-германского сотрудничества в области культуры и искусства, а также наметили дальнейшие планы.

Вот такие пироги. Так что теперь Вероника Степановна почитается специалистом в весьма специфическом вопросе развития советско — германского сотрудничества в этом направлении. К этим вопросам она подключили Всеволода Никитича, как наиболее олицетворяющего плоды мирного сотрудничества и толмача. Смело берусь заключить, что она попала в тренд.

Все желающие поучаствовать в этом благородном деле культурного обмена с братской ГДР, теперь стараются быть очень полезными моей прабабушке. Это во многом упростило наши поиски и переговоры. А я в тех кругах теперь проходил почти на одном с ней уровне, как автор нашумевшего и высоко оцененного музыкального спектакля, и также очень громкого дипломатического скандала. Кому же из деятелей культуры не захочется поймать удачу за хвост? Все они жутко суеверны, и верят в приносящие удачу талисманы.

Вскользь нам удалось поговорить о приезде в наш город Владимира Павловича Басова. Пришлось её огорчить, что пока с ним не достигнуто взаимопонимания, и вопрос повис в воздухе. Но у меня сейчас нет ни времени ни желания кого-то упрашивать и вдохновлять. Навалилось слишком много неожиданных событий.

Пока этот фильм подождёт, а я жажду поквитаться с заморскими бандитами, и для этого наметил пару очень зрелищных картин, предельно неприятного им содержания. Осталось лишь поскорее приступить к их съёмкам, а для этого мне необходим ряд режиссёров. И я дописал их к списку, проставив восклицательные знаки за срочно требуемыми мне товарищами. Думаю она мне всецело посодействует в свершении праведной мести.

Мы не дикие ковбои, чтобы вершить банальный мордобой, как их духовные наследники в США. Мы близки с Востоком, и восходим корнями к Византийскому наследию. Так что ответ будет очень ассимметричный, чтобы перекособочило их гнусные рожи.

После совместного обеда с прадедушкой и прабабушкой я не утерпел и передал Всеволоду Никитичу отпечатанную мной книгу — «Игра престолов». Изменять в ней ничего не решился, потому что Джордж Мартин перфекционист, и обсасывает каждую фразу по сотне раз. Я своим вмешательством могу нарушить эту гармонию. Благо знаю книги отменно и прочел не единожды, в том числе и оригинал. Сразу могу выдать перевод книги на английский, о чем и поведал обалдевшим родственникам.

Пояснил, что стиль написания абсолютно иной, а потому отдать эту книгу некому, просто очень узок круг моих доверенных людей. Всеволоду Никитичу эта книга должна подойти, и мне не хотелось бы навязывать своё мнение. Но мне нужен будет определённый ответ ещё до нашего возвращения домой, а потому я немного раскрыл своё видение книги.

— Я могу понять колебания и некоторые принципы, впитанные с молоком матери и воспринятые в своей среде, но если возникнет внутреннее согласие с книгой и её содержимым, то этого вполне достаточно. Сам я никак не могу быть её автором из-за своего возраста, а книга повествует о природе власти. Жанр определяется как темное фэнтези, отчего ней практически нет положительных героев. Есть симпатичные читателю и поступающие достойно и благородно, но они рабы своих представлений. В том числе личных понятий о чести и достоинстве. А справедливость — почитает только равных.

— Есть у меня сомнения, и не в последнюю очередь о честности такого поступка, — сказал всеволод Никитич. — Ведь книга написана не мной.

— И не мной тоже, но она должна выйти в свет. А никто не может гарантировать, что она вообще будет написана. Слишком много времени должно пройти, и окружающий нас мир меняется, — возразил я на его сомнения. — Я заимствую, можно сказать, из ноосферы Земли. И никоим образом не присваиваю гонорар.

— Да, я заметил, и Наденьку к тому же приучил. Мы тут по-стариковски это обсудили с Вероникой и решили, что это правильно. Люди получат книги, и не так уж важно, кто их написал, если не использовать для личного обогащения, — подвёл итог Всеволод Никитич.

— Я рад, что вы ставите обогащение культуры превыше славы и известности. Я принципиальный противник шкурного авторского права, служащего только для выкачивания денег. Писатель, как и любой трудящийся должен на что-то жить, чтобы создавать новые книги. Но гонорары не должны становиться самоцелью, иначе это перестает быть творчеством. О душе печься и пожертвовать кажущейся пользой людской.

— Мы так и поняли ваши поступки, но неоднократно видели, как вас не одобряют ваши коллеги по цеху. И я ещё выбрал самое мягкое определение, — улыбнулся прадедушка.

— И не рассказывайте. А то я в лицах изображу приём бабули в СП республики. Там на сто вёрст окрест всё молоко скисло.

— Ладно, с этим правнучек разобрались, пора и дальше двигаться.

— Точно, Всеволод Никитич. Меня постоянно заносит не в ту степь, — и перешёл на английский к пословице. — «Let’s return to our muttons», — и продублировал на языке родных осин. — «Вернёмся к нашим баранам», то есть Ланкастерам и Йоркам — войне Алой и Белой Роз. Именно она и стала исторической основой при написании книги. Там и в реальной истории мало положительных героев, и обе противоборствующие силы вели себя недостойно. От Шекспира досталось только одному Ричарду III, но остальные были ничуть не краше, если прочесть реальные хроники и документы того времени, — я приостановился, чтобы чуть передохнуть. — Аналогии в нашем недавнем прошлом и братоубийственной гражданской не станем обсуждать. Я видел и слышал разные точки зрения, и они как флюгер менялись вместе с политической конъюнктурой. Но всегда на нашей земле были истинные герои независимо от их социального происхождения. В некоторых хороших фильмах сейчас это стали показывать. В «Офицерах» — командир заставы, с замечательным кредо — «Есть такая профессия — Родину защищать», и смена у него выросла достойная. В «Белом солнце пустыни» — Пал Артемьич Верещагин, которому «За державу обидно». Достойные примеры из дворянской среды. А вспомнить полководцев и адмиралов чьими именами названы наши ордена?

— Мне было приятно услышать правильную оценку от представителя совсем иного поколения, отстоящего от нашего почти на полвека. Действительно были хорошие и достойные люди с обеих сторон в том трагическом противостоянии. И боролись они не за власть, а лишь за свои представления о достойном и верном.

— Многие заблуждались, как Роман Хлудов в фильме «Бег», и его исторический прототип Яков Слащёв. А вот в Войне Роз всё обстояло гораздо гаже, так как была простая борьба за власть и никакой иной парадигмы[59]. Не было в той войне положительных героев. Хотя встречались благородные, но благородство распространялось для них только на равных. А вот на грязь под ногами, именуемую простонародьем, смотрели со своих дворянских позиций! — и упредил возражения прадедушки. — Я не говорю обо всём дворянстве, а говорю о привычных для среды стереотипах. Ведь как большинство смотрело на крестьян-лапотников и пролетариат? — и сам же ответил на риторический вопрос, — Как на серую безликую массу — малообразованную и забитую.

— В целом, как ни обидно для меня соглашаться, ты прав. Нас с теми же гимназистами учили не равняться даже с учащимися реальных училищ. Я могу подтвердить, ведь сколько было драк на этой почве. Впоследствии со многими мне пришлось вместе преподавать, и все они — достойные и образованные люди.

— Вот именно! Но у меня дедушка из простых крестьян с его четырьмя классами ЦПШ. Какая доля его ждала?! — и снова поспешил ответить на свой же вопрос. — Тёмного и невежественного землепашца! А он занялся самообразованием, потому что путь к дальнейшему образованию ему был заказан. Указ о «кухаркиных детях» и прочих разночинцах не станем обсуждать, достаточно просто финансовых препятствий. А ведь он отлично знал астрономию и многие другие науки. У него на книжных полках располагалась полная энциклопедия Южакова, и много других дореволюционных учебников и книг. В детстве я многократно их перечитал, — и с горечью продолжил. — В иное время или в советской стране, он стал бы учёным или инженером, но пришлось в царское время стать хорошим плотником. Именно за равенство возможностей и бились простые люди России, а на поверхность вынесло мутную пену, и её олицетворяли со всем нашим народом.

— Ну спасибо, что ты меня взялся за советскую власть агитировать! Я и без тебя давно это понял, и с простыми крестьянскими парнями мы делили свой хлеб и кров на фронте. Сам не раз замечал, какие замечательные таланты встречались среди них. Жаль, что очень многих забрала война, а многие не имели за плечами даже семилетки. Оттого и выбрал стезю преподавателя, как мои отец с матерью, чтобы всем талантливым детям удалось получить хорошее образование, и состояться в жизни.

— Опять меня занесло на поворотах! Просто меня всегда возмущает, что благородство принято проявлять только среди равных, а как же Пушкинское — «и милость к падшим призывал»? — прокашлялся, и поспешил вернуться к теме. — Я понимаю, и сразу скажу, что высоко ценю, столь почётный труд на ниве образования. Это достойное продолжение семейной традиции. Потому-то и обратился с такой сложной книгой. Ведь многие гимназисты из вашего детства — примкнули к Белому движению и воевали против чаяний простого народа. Некоторые честно заблуждались, видя лишь одну серую и безликую массу не стоящую их уважения. Они эмигрировали, а некоторые затем поддержали гитлеровское нашествие и служили врагу, считая себя благородными людьми и освободителями России.

— Да, были и такие неприятные встречи с былыми кумирами, — и, вздохнув, прадедушка продолжил. — Впрочем, это дело былое, но тогда я понял, сколько ненависти к нашим людям и стране скопилось в душах таких приспешников фашистов. Они хуже и значительно опасней тех же простых немцев, которые пришли лишь за поместьем со славянскими рабами.

— Вот именно, и книга частично об этом, — подхватил я его слова. — В ней есть симпатичные и благородные персонажи и читатель как бы сочувствует переживая за них. Однако из всего цикла мне более всех понравился Тирион Ланистер. У него тоже масса отрицательных черт и поступков, но он всегда платит свои долги! У него есть стремление к достойным поступкам. И насколько же должен быть изуродован описанный мир, если карлик с физическим уродством выглядит в нём исполином?! И бастард Джон Сноу проявляет лучшие черты личности, также будучи отверженным тем обществом!

— После твоих слов точно прочту книгу вдумчиво. Захотелось проверить твои оценки персонажей. Насколько они мне покажутся верными, — заверил меня Всеволод Никитич.

— Ну, я немного пристрастен, и нам карликам положено держаться друг друга. Такая своеобразная корпоративная солидарность. Жаль, но следующие книги я не успел напечатать — они довольно объёмные.

— Ничего, начну с первой, а там посмотрим. Вдруг не понравится?

— На нет, и суда нет. Мне понравилось, но я тогда жил в столь же жестоком и беспросветном мире, как и у героев книги, с присущей тому миру подлостью и несправедливостью. Сейчас тоже не всё с этим в порядке, Но это скорее отклонение из-за прогнившей элиты, чем сама наша жизнь. А там пришлось вновь видеть как в костры летят книги русских классиков и сносятся их памятники, а дикая орущая толпа, потерявшая человеческий облик, ненавидит всё, что только окажется выше её серости и тупости. Как будто смотришь кинохронику третьего Рейха с факельными шествиями зигующих «сверхчеловеков».

— У меня нисколько не возникает желания завидовать тому будущему и стремиться к нему. Ты мне и раньше многое рассказал, но столь откровенного разговора ещё не случалось. Теперь мне понятно твоё мистическое отношение к песне «Прекрасное далёко», такой светлой и пронзительно грустной. Эти её слова, или скорее мольба — «Прекрасное далёко — не будь ко мне жестоко. Не будь ко мне жестоко — жестоко не будь!»

— Текст совсем не мой и в песне я не посмел тронуть ни слова, хотя сам фильм несколько изменил. Она просто шедевр и он принадлежит всему народу, и я не вправе единолично решать её судьбу.

В Москве мы пробыли полтора дня, прежде чем нас с дедушкой повезли на охоту. Своих Алексея и Николая пришлось оставить в городе, так как туда никто кроме приглашённых не допускался. Я и так охране объекта изрядно спутал все карты своим непредсказуемым поведением и привёз дедушку, который отправится туда с охотничьим оружием. Вот им и пришлось тщательно изучать его послужной список, характеристики и всю подноготную.

Охрана в машине недружелюбно посматривала на гостей, доставивших им столько проблем одним своим появлением. Меня они не рассматривали в качестве представляющего хоть малейшую опасность, и, слава богу, хотя очень в том ошибались. Дедушка же вызвал явную настороженность у сопровождающих нас, и я даже одобрил их параноидальную недоверчивость. Это их профессиональная обязанность.

Я попытался было растопить ледок недоверия, царящий в автомобиле, но не сильно в том преуспел. Попытки завязать непринуждённую беседу о погоде и возможных её переменах не вызвали никакой ответной реакции на окаменевших лицах охранников, и смена темы на фильмы или литературу также. Возникло впечатление, что мы едем в машине с истуканами острова Пасхи, а охранники глухи и немы, будто те изваяния.

Пришлось бросить сие безнадёжное занятие и любоваться окружающим машину пейзажем. Давно я не наблюдал картин густого зимнего леса с огромными шапками снега, лежащими на нижних ветвях громадных елей. У нас такого и не встретишь, разве кто-то ухитрится посадить несколько ёлочек возле частного дома. А тут кругом на километры и километры раскинулся густой лес.

Однако наблюдать из окна машины бесконечную вереницу заснеженных деревьев усыпляло, особенно под медленное покачивание машины. Говорить с дедушкой при посторонних совсем не хотелось, а больше и нечем было заняться. Вот так, проскучав в машине, мы наконец-то добрались до места назначения, где нас провели к двухэтажному дому, в котором и разместили в одном из шикарных номеров.

А я наивно рассчитывал, что нас предварительно посвятят в распорядок, и подскажут правила поведения на охраняемой территории. Вдруг у них тут: «шаг вправо, шаг влево — попытка бегства, прыжок — попытка улететь»? Доказывай потом всем встречным, что тебя застрелили ни за что. Оно нам надо?

Вот я и набрался наглости, потребовав встречи с начальником охраны, или с кем-то, кто ещё не разучился по-людски разговаривать. Ответом мне стало только молчание, и недовольные взгляды, предназначенные мне. Я повторил просьбу на английском, решив их подтроллить как следует. Нет, ну вот истуканы! Моих охранников взять не позволили, а кто будет передавать нам необходимые сведения? Эти немые?!

Я так рассчитывал, что удастся удивить и развлечь самого генерального и остальных охотников фокусами и юмористическими миниатюрами в исполнении Алексея, для чего и вытащил с собой в столицу.

Однако, не судьба. И, по-моему, Алексей с Николаем нисколько не опечалились, что им не позволили сопровождать меня в поездке за город. По их загоревшимся взглядам я сразу понял, что они строят наполеоновские планы на незапланированные выходные, так неожиданно преподнесённые им Фортуной.

Будь я раньше в курсе такого поворота, то точно бы испортил им всю малину своими поручениями. А так, за десяток минут выстроить планы действий не получилось, но дольше машина ждать не стала.

Жаль, а то отрядил бы в помощь прабабушке, которая эти дни работала, как проклятая, отыскивая и уговаривая нужных мне людей. Двое помощников из такой авторитетной конторы ей бы не помешали. Но, что не сложилось — вместе не сложишь! Пусть ребята просто отдохнут вволю и погуляют от души. Они это точно заслужили.

Благо сопровождающие оказались только немыми, а не глухими, и через десять минут к нам в номер пришёл кто-то из их коллег, одетый в отлично подогнанный костюм. К тому времени дедушка, несмотря на мои яростные возражения, пошёл осмотреть весь особняк. Как я понял, у него проснулся чисто профессиональный интерес. Ещё бы, таких объектов ему строить не приходилось, и он пожелал тщательно изучить данное строение.

Зашедший парень уже собирался было уйти, осведомившись у меня о взрослых, и где их можно найти. Однако я его удержал, потребовав рассказать мне о правилах и порядки проживания в этом особняке.

— Товарищ, мы здесь впервые. К тому же приехали из глухомани, по московским меркам. Ничего не знаем, и правил поведения не ведаем. Просветите «дикарей», чтобы не вышло конфуза. Дедушка уже пошёл осматривать саму домину, которой заинтересовался чисто профессионально, как строитель. Я всячески пытался его удержать, но разве взрослым можно что-то объяснить? Они только и умеют, что сетовать на непослушных детей. А вот мне желательно получить наставления в вопросах внутреннего распорядка, «и инструкцию б послушал — что нам можно, что нельзя».

Очевидно, что мне попался не самый большой начальник, или же был не в курсе, кто именно приглашён для встречи. Так что он застыл в некотором ошеломлении, не отводя от меня застывшего взгляда.

— Товарищ, не стоит изображать их себя статую командора из «Каменного гостя». Вы можете выполнить мною маленькую просьбу или нет? — съязвил я, а в голове попутно промелькнул фрагмент из того самого Мюнхгаузена, когда герцог гневно вопрошает у главнокомандующего: — «Они у вас что, газет не читают?![60]»

Просто не предполагал, что кто-то может не опознать меня после всей недавней свистопляски. Скорее всего, виновен мой эгоцентризм. Совсем запамятовал, что для взрослых — все дети на одно лицо. Нагличане, те малолеток определяют местоимением it! Что на языке родных осин означает неодушевлённый предмет. А мнить себя центром мира — очень постыдная черта, для мыслящего человека.

Но, похоже, охране никто не удосужился довести к сведению — какой особенный мальчик к ним пожаловал.

Ещё немного полюбовавшись онемевшим лицом товарища, я прибавил, — У вас тут конкурс на занятие должности включает обязательный пункт на немоту? Вещь, безусловно, полезная для правителей. Некоторые исторические личности подбирали охранников исключительно из глухонемых, или немых и безграмотных.

Как я и рассчитал, парень взорвался. Ну, наконец-то прорвало, а то я уж стал за него опасаться.

— Я прекрасно расслышал с первого раза. Просто собирался с мыслями, — и он немного замялся. — Обычно, все кто сюда приглашён, прекрасно осведомлены о традициях и как себя положено вести на охоте.

— Ну, извините молодой человек. Мы — это не «все»! О чём я вам сразу же поведал, — и после, перейдя на простонародный дореволюционный говор, продолжил. — Издаля приехамши, да проголодамшись. А порядка тутошнего — не знам. Тёмные, значиться, барин.

Парень молодец, видно как его подмывает перекинуть меня через коленку, да выдрать по попе. Однако сдержался, и только ответил, — Я зашел к вам, чтобы дать разъяснения, но не застал вашего спутника и решил вернуться позднее, когда он будет на месте.

— Рассказывайте мне, а я всё передам. И, как я догадываюсь, вас к нам определили — приглядывать за новичками и быть нашим Вергилием[61]. Так что давайте знакомиться. Меня зовут Константин. А вас как величают? — и протянул ладошку для рукопожатия.

— Виктор. Виктор Александрович, — поправился собеседник, быстро пожимая мою руку. — А поесть можно будет через час, Вы спуститесь в зал ресторана, или пожелаете в номере?

— Спасибо, Виктор Александрович. Мы лучше спустимся в зал и заодно осмотрим убранство особняка. Мне интересно посмотреть и его окрестности, — сразу адресовал я парню, интересующие меня вопросы. — Можно ли нам выходить и передвигаться без сопровождения? Куда можно и нельзя ходить? — и сразу, поспешил дать подсказку. — С сопровождающими мне проще и привычней. Опять же, они хорошо знают местные правила, и не дадут попасть впросак.

Виктор внимательно на меня глянул, и согласился, — Наверно, с сопровождающим вам будет правильнее, но по дому можно передвигаться свободно. Только не заходить в другие номера. В остальном особых ограничений нет, но вам лучше поступать так, как делают остальные гости, и постараться не выделяться, — а потом задорно улыбнулся. — Но последнее, по-моему, абсолютно невозможно.

— Вы ещё не знаете, какой серой и незаметной мышкой я могу казаться. Это мимикрия, известная в животном мире форма приспособлятства.

И стал наблюдать за лицом собеседника, а также за реакцией на мои последние слова. Лицо он выдержал, и даже не улыбнулся. А так как предпочёл смолчать, то я продолжил.

— Вы не обижайтесь на своеобразную форму проверки в начале нашей беседы. Стараюсь определить характер тех, с кем мне некоторое время придётся тесно сотрудничать. У вас характер стойкий, выдержанный, можно сказать нордический, что очень ценно для вашей службы, — и сделал попытку сближения. — Я с годовалого возраста привык к присутствию охраняющих меня людей, и предпочитаю считать их товарищами или же друзьями. Думаю, что мы сработаемся. Я буду слушаться ваших советов, и стараться не лезть на рожон.

— Постараемся сработаться, и я приложу все силы к этому, — ответил Виктор. — Немного странно, вот так серьёзно разговаривать с маленьким мальчиком, и я никому бы не поверил, сам не столкнувшись с таким.

— Э-э-эх, Фома неверующий. «…подай руку твою и вложи в рёбра Мои; и не будь неверующим…», — сказал Фоме Господь, — процитировал я отрывок из Евангелия. — Неужели не смотрели по телевидению передачу обо мне? О ней, похоже, судачит вся столица.

— Обычно, у меня нет возможности смотреть телевизор. Я либо на службе, либо тренируюсь, а на остальное остается слишком мало времени.

— Это — да! Тут мы с вами коллеги по несчастью. Я телевизор смотрю урывками, только новости и хорошие фильмы.

Тут в двери зашел дедушка, и я ему представил Виктора, пояснив, что он нас будет опекать и подсказывать, как следует себя держать.

В то время, как Леонид Ильич и ряд других приглашённых охотников, отправились в лес и с ними последовал дедушка Павел, я попросил Виктора сопровождать меня на прогулке.

Географическим кретинизмом никогда не страдал, и дорогу находил даже в глухой тайге. Однако окружающий нас лес достаточно густой, а при моём малом росте вряд ли удастся влезть на высокое дерево, чтобы оглядеть окрестности.

Играть в сказку «Маша и медведи» мне было недосуг, а вот мультики про Машу и Медведя непременно надо будет поставить, серий десять хотя бы. Пусть Котёночкин продолжает — «Ну, погоди!», а мы выпустим нашу — «Машу». Мы с этой оторвой в чем-то схожи. Возможно напором и своей неуёмностью.

Пока Виктор сопровождал меня на прогулке, я постарался выяснить местные порядки и традиции. Однако, далеко не на все вопросы тот стал отвечать, но хотя бы не играл в молчанку на каждый заданный вопрос. И я предложил ему благородный обмен сведениями. Я по возможности отвечаю на его вопросы, а он в свою очередь на мои. Так что прогулка по морозному лесу доставила не только удовольствие, но и чуточку пользы. Я ему поведал о двух нападениях, а мне удалось вытрясти из него некоторые сведения о здешних обычаях.

Немного постарался узнать о самом парне, так как нам ещё немало контачить и желательно знать с кем имею дело. — Виктор, у меня несколько нескромный вопрос, как вы попали в охрану первых лиц страны? Огромная ответственность и доверие. Проходили ли специальную подготовку или осознанно со школы к этому стремились? Не подумайте обо мне плохо, у своих я уже давно выведал и мне интересно сравнить жизненные установки, — приостановился на тропинке и посмотрел ему в глаза. — Я чисто по-человечески интересуюсь, мои ребята сейчас освободились, и наверно пустились во все тяжкие, отдыхая в столице. Обычно, им это не часто удаётся, и служба опасная — уже двоих ранили.

— По твоему рассказу и вправду так получается. Но, наверно, мы более профессионально работаем, и до такого никогда не доходит.

Знал я про это не доходит, и про покушение пятилетней давности в самом Кремле. Но светить излишней осведомлённостью глупо, а потому быстро перевёл разговор на другие темы. — А как у вас с личной жизнью? А то, как я понял, либо на службе, либо на тренировках, и телевизор посмотреть некогда. Есть ли жена или невеста, и как она с этим мирится?

— Да нет, как-то пока не успел обзавестись. В институте была девушка, но когда меня взяли сюда, то стали редко встречаться. А потом она нашла другого. Сказала, что не хочет растратить всю свою молодость в ожидании.

— Это проблема, — поддакнул я. — Их можно было бы понять, так как красота недолговечна, но ведь шли же в ссылку за декабристами, а позднее за революционерами. Но, на сей счёт есть хорошая и задорная песенка 60-х, и бодро запел:

А потом во всё горло заорал припев «Эй, рулатэ, рулатэ, рулатэ, рула».

Однако не похоже, что смог хоть как-то развеселить Виктора, но я честно старался. Сколько в жизни наблюдал спустя десятилетие, как многие с громадным облегчением произносили, что чуть было не женились. Такое ему ещё рано рассказывать, не стоит лишать иллюзий… Пусть скажет спасибо, что не спел ему песенку из «Особенностей национальной охоты», там уж точно финская жесть.

На память себе завязал узелок — сдать эту финскую польку ребятам из «Миража». Приставучая зараза, мочи нет! Мне ещё там дырку в мозгах проколупала, но слова возьму не из фильма, а те, что без особого членовредительства.

Жаль, что сам фильм ни один худсовет не одобрит, за повальный алкоголизм героев и искажение образа нашей армии и военнослужащих. А как бы хотелось снять «Особенности национальной охоты». И что если припрятать туза в рукаве? Я же не обязан честно играть с этими чиновниками от кинематографии?

Наблюдая, как парень призадумался и загрустил, я решил дать ему возможность самостоятельно разобраться со своими переживаниями, которые невзначай разбередил своими расспросами. Так молча, мы и возвратились с прогулки.

Он думал о своих печалях, а я прокрутил в мозгах сценарий фильма и не обнаружил ничего предосудительного с политической точки зрения. Некоторые моменты можно снять более целомудренно и усилить осуждение пьянства в сцене с медвежонком. Данелия скоро станет снимать своего «Афоню», а там обаятельный Борщёв практически не просыхает, да и герои «Иронии судьбы» тоже не в результате трезвости отправили товарища в другой город. Значит шанс есть. Раз тогда уболтали, то мне точно удастся.

В номере я без промедления засел за написание сценария и только сожалел, что привычной машинки нет под рукой. Писать ручкой значительно медленнее, и осведомился у Виктора о печатной машинке, чем поставил в тупик всю обслугу особняка. Оказался первым, кто на охоте потребовал электрическую печатную машинку.

Вот и пришлось, как и в старину корябать пером, благо хоть не гусиным. Мне выдали отличный «Паркер» для работы. Так что продолжил изливаться чернилами на стопку листов, пока в коридоре не стало шумно, а охотники не возвратились с охоты. К тому времени я почти застенографировал весь сценарий, а сам фильм я отлично помню, и все реплики выдам хоть спросонья.

«Наши пальчики писали, и устали, и устали», а я поспешил поглядеть, где там застрял дедушка Павел, а то многие вернулись и только он где-то застрял. Вот мы и отправились на его розыски с Виктором, и обнаружили в месте сбора удачливых охотников. Там занимались разделкой дичи и её свежеванием.

Мне даже понравилось, как ловко и умело дедушка выполнял эту работу, а самому припомнились наши армейские потуги. Если с зайцев мы как-то научились снимать шкурку и потрошить их, то с более крупной дичью приходилось изрядно повозиться. И, похоже, не я один оценил его сноровку, так как Леонид Ильич одобрительно отозвался о его умении и спросил, где тот научился так ловко управляться с дичью?

Дедушка рассказал, что после войны остался единственным мужиком в доме, и пришлось охотиться, добывать дичь, а затем её свежевать и готовить. Старые охотники его этому научили. Позднее когда занимался строительством объектов в разных местах Советского Союза, то приходилось охотиться в различных климатических условиях и на различной местности. Там также учили особенностям местной охоты.

Охотничьих баек из разных концов страны он, оказывается, знал немало, и пересказывал их, продолжая работу. Как по мне, то байки на охоте — самое главное. Даже не добыть особый трофей, а красиво расписать сам процесс, наврать с три короба.

Замечательное полотно русского художника Василия Перова тому прекрасный пример.

Как у рассказчика бойко льётся речь о трофеях, и как заинтересованно слушают его остальные. Один с явной лукавинкой, но оба внимают очень сосредоточенно.

Так оказалось и здесь, когда дедушка стал напропалую рассказывать всё услышанное на охоте в разных краях необъятного Союза. А в речи его не проскальзывало ни капельки робости перед столь высокопоставленными лицами, слушающими эти рассказы. Он просто и естественно общался со всеми окружающими, не выказывая особого пиетета. Держал себя уверенно, с достоинством, но и приличествующим уважением к старшим, как издревле повелось в нашем народе.

Если не считать меня шпендика, то он был моложе всех присутствующих минимум лет на десять-пятнадцать, но тут в компании охотников преобразился прямо на глазах. Совсем иной человек, чем тот которого я каждодневно привык видеть дома. Душа компании и балагур, фонтанирующий массой охотничьих баек.

Мы долго засиделись, слушая его рассказы, которые не только меня заворожили, но привлекли всеобщее внимание и интерес. Словно рыба в воде, он лавировал в таких опасных водах. Правда, столь мелкий пескарик вряд ли привлечёт особое внимание всех этих акул и мурён.

* * *

Утро дня я по привычке начал с пробежки, так как ещё вечером при прогулке приметил маршрут и предупредил Виктора, что по утрам бегаю. Такие службы очень не любят всяческие сюрпризы, что я отлично знаю по своему немалому опыту общения с ними.

Меня на пробежке конечно же сопровождал Виктор, и несомненно узнал вчерашний наш маршрут. Затем мы, разгорячённые столь ранней пробежкой, вернулись коттедж, где в спортивном зале я проделал упрощенный комплекс упражнений, чем довольно-таки удивил своего сопровождающего.

У нас с ним сразу завязался специфический разговор, и мне пришлось пояснить, что моя тренер занимается самбо с юного возраста и потому знает, как необходимо проводить такие тренировки с детьми. Здесь отсутствует привычное мне снаряжение, вот я и выполняю только разминку.

Парень в ответ кивнул и стал выполнять разминку со мной рядом. Похоже, он когда-то занимался самбо, но чувствовались и иные техники. Я заинтересовался, каким стилем борьбы он сейчас занимается? И был сильно удивлён, когда он назвал, мало кому известный в Союзе стиль Тхеквондо[63]. Ну правильно, девятка[64] в охрану самого генерального направляет лучших и самых проверенных.

Попросил его, если возможно, показать мне разминку без приемов, чтобы я мог перенять систему духовной тренировки и концентрации, наряду с оздоровительным эффектом. Виктор с уважением поглядел на меня и спросил от кого я узнал о тонкостях, так как соревнования по этому виду борьбы проходят всего лишь пару лет.

Пришлось заняться привычным навешиванием лапши, про тренера самбо, который дополнительно интересовался некоторыми восточными стилями и о них рассказывал дочери.

Парень попался хороший, и видно фанат своего стиля борьбы. Показал мне начальные техники духовной тренировки, предупредив, что двигаться дальше без полного освоения этих начал бессмысленно. Спасибо и на том, так что я внимательно запомнил его пояснения и тщательно за ним всё повторял.

Так мы с ним прозанимались более полутора часов, и дедушка, не на шутку обеспокоившись моим исчезновением, отправился меня разыскивать, застав в зале.

Я лишь успел наскоро принять душ и смести с тарелки свой завтрак, как меня вызвали на встречу с Брежневым, которая состоится при утренней прогулке Леонида Ильича. И когда мы приблизились, я первым делом поспешил поздороваться с Леонидом Ильичом, чтобы продемонстрировать воспитанность и уважение.

— Доброго утра, Леонид Ильич. Сегодня отличная погодка для прогулки, и я с утра уже намотал пару километров пробежки. Тут отличный, целебный воздух, а места просто замечательные.

— Доброе утро. Приятно видеть, что молодежь старается расти здоровой и с таких лет начинает заниматься спортом, — но прибавил с подначкой. — Охрана мне на тебя жаловалась, что совсем их загонял со своей энергией и энтузиазмом.

— Никогда не упускаю случая узнать что-то новое и это освоить. С детства жаден до познания тайн окружающего мира, — и, так беседуя, мы неспешно продолжили передвигаться по тропинке.

— Я сам приметил, и мне доложили о твоих разнообразных интересах и талантах. Поэтому стало интересно встретиться с таким уникальным ребёнком. Не стану спрашивать о здоровье твоей мамы, так как мне сегодня утром доставили последние сведения, и она уверенно поправляется. Дома передашь ей мои пожелания скорейшего выздоровления.

— Спасибо, Леонид Ильич. Обязательно ей передам. Её лечат самые лучшие врачи нашей республики и делают всё необходимое. Профессор Старцева известна не только врачам всего Союза, но и в медицинских кругах всего мира. Она выяснила причины возникновения язвенной болезни, и предложила очень действенный метод её лечения. За что была удостоена государственной премии в области медицины.

— Гм, тогда твоя мама в очень надёжных руках, мне этих подробностей не докладывали.

— Она заведует излечением мамы с самого начала. Мы с ней давние знакомые, потому что её первую заинтересовал мой случай раннего развития. Она часто заходит к нам в гости, чтобы провести медицинский осмотр. Кроме того меня постоянно наблюдает лучший педиатр республики.

— Да, серьёзно у вас поставлено дело. Молодцы! Проявили должное внимание к такому редкому случаю. Мне сказали, что они встречаются не чаще раза в столетие. И до сих пор не встречалось, чтобы в твоем возрасте ребёнок постигал науки в Университете.

— Я со своей стороны также интересовался схожими случаями, и не всё было благополучно с такими детьми. Потому занимаюсь спортом и придерживаюсь установленного распорядка занятий.

— Мне говорили, что ты весьма сообразителен для своих лет. Вон, даже дедушку догадался привезти на охоту. Молодец! Отличный у тебя дедушка, и охотник знатный..

— Так, Леонид Ильич, я никоим образом не могу участвовать в охоте. Ружьё и то не удержать, да и стольких охотничьих рассказов не знаю. Не довелось мне поколесить по стройкам в разных местах необъятной страны. И вы знаете, я дома его таким не видел. У нас из взрослых только женщины, а им охотничьи байки малоинтересны. А тут он оказался среди таких же охотников, чего с ним давно не бывало. Какая у нас охота? Кроме кабанов никакой крупной дичи и нет. Потому он соскучился по настоящему мужскому коллективу.

— Хм, а я смотрю, ты любишь дедушку и относишься к нему с пониманием. Но меня предупредили особо не удивляться. Расписали все твои достижения, и они вполне впечатляющие. Ознакомили с подробностями нападений на вас. И как, ты не испугался?

— Нет, Леонид Ильич. А точнее испугался, но за маму, которую ударила напавшая. Я преклоняюсь перед подвигом всех тех девушек, что защищали нашу страну, в годы Великой Отечественной Войны. Мне необычайно жаль погибших, ведь какими замечательными матерями и женами они могли бы стать? И вырастили бы достойную смену. Сейчас идёт холодная война, но она всё также — остается войной.

— Да, это ты правильно сказал, и в передаче говорил очень верно. Даже подумалось, а не взять ли тебя в штат идеологического отдела ЦК КПСС? — решил пошутить генеральный секретарь. — В целом правильно оценил международную обстановку.

— Леонид Ильич, разрешите начистоту и по-простому. Я знаю, что вы человек умный и демократичный в общении, никого не наказываете за высказанное мнение. Мне так сказал наш сосед перед самым отъездом в Москву. Он был направлен после окончания института на работу в свою республику для укрепления национальных кадров. Там его сразу хотели назначить директором радиотрансляционного центра столицы. А он упорно отказывался, утверждая, что должен сначала стать хорошим инженером, и лишь затем занимать ответственные должности. Его привели к вам в кабинет первого секретаря компартии республики, где вы ему объяснили высокую ответственность и политическую важность данного поста, большое доверие оказанное ему, так как он прошёл войну и отлично характеризуется. Он отказался, не полагая, что сможет достойно справиться с такой ответственностью.

— Постой. Я его припоминаю. Редкий случай, чтобы кто-то отказался от занятия высокой должности. Такой бравый парень, кажется военный лётчик. Да, редкий упрямец, и ведь он был готов к занятию этой должности, у него были самые отличные характеристики. Все были уверены, что он справится. И как у него дела?

— Да у него всё отлично, Он до недавнего времени был главным инженером крупного предприятия связи столицы, — и уверенней продолжил. — Сейчас руководит отделом, проводящим серьёзные разработки в области секретной связи.

— Всё так же не хочет быть крупным начальником. Но это его право, лишь бы был на своём месте и приносил пользу стране.

— Сейчас он приносит максимальную. Подготовлена к выпуску аппаратура секретной связи второго поколения, а первого поколения, наверно установлена в вашем рабочем кабинете в Кремле, и может быть тут. Это самая совершенная и новейшая аппаратура, не имеющая аналогов в мире.

— Понятно, а ты откуда столько знаешь? — и Леонид Ильич нахмурился. — Ведь аппаратура секретная и о ней никто не должен знать.

— Никто и не знает, кроме разработчиков. Я же пытаюсь помочь по мере сил в её разработке. С самой колыбели увлекаюсь электроникой и много статей читаю в этой области.

— Значит, вот как серьёзно. Не только книги и фильмы, а и более секретные вопросы.

— Да Леонид Ильич, но об этом мало кто знает. У меня первая форма допуска, именно для участия в таких проектах, а работы проводятся с соблюдением всех мер секретности. Поэтому я категорически против переезда в Москву, которая пронизана посольствами, напичканными официальными шпионами, — а затем, слегка поколебавшись, продолжил. — Среди номенклатуры, уж извините, — Авгиевы конюшни. Отлично, что их стали чистить, но это один из подвигов Геракла, и он не может быть выполнен очень скоро.

— Странно видеть у столь юного гражданина такое понимание ситуации в стране и мире, услышать одобрение последних мер по очищению рядов партии. Ведь больше других этим возмущаются именно деятели культуры и некоторые учёные. По книгам и фильмам тебя следует отнести к первым, а по недавно рассказанному и ко вторым.

— Не совсем так, деятельность в области культуры для меня только детское увлечение. И я её всячески выставляю напоказ, чтобы не стало заметно второй и основной деятельности. В неё посвящены только самые доверенные лица. Вам я открыл своё основное призвание, чтобы максимально смогли использовать мои способности во благо Родины. Хотелось бы приносить ощутимую пользу народу. Однако, если вспомнить старую поговорку, что «царские милости в боярское решето сеются», то хотелось бы добиться взаимопонимания по большинству вопросов, — и замолк, ожидая ответа Брежнева.

— Нет смысла часто организовывать такие встречи. Это привлечёт слишком много внимания, — веско заключил генеральный. — А будет ли польза, неизвестно?

— Польза будет, у меня очень нетрадиционный взгляд на проблемы, и я вижу некоторые аспекты, ускользнувшие от других. В настоящий момент я инкогнито сотрудничаю со многими учёными нашей страны, и если состоится международное сотрудничество по созданию термоядерных реакторов, то под письмом наших учёных есть и моя подпись, Я там высказал целый ряд новых предложений по термоядерному синтезы и сопутствующим вопросам.

— Даже так. И как много людей знает об подобных проектах?

— Полностью никто, кроме моего куратора, а он заместитель руководителя республиканского управления КГБ. Что касается открытой тематики, то её стараюсь согласовывать с первым секретарём компартии республики, и он оказывает мне большое содействие. Недавно в городе было организовано производство электромузыкальных инструментов моей разработки. Коллектив предприятия работает по принятым недавно постановлениям об акционерных компаниях и предприятиях. Скоро освоит выпуск самых высококлассных инструментов, и смею надеяться, они будут пользоваться неизменным спросом у профессионалов. Можно будет производить инструменты для детей и под их пропорции. Я не могу освоить инструменты, сделанные для взрослых, а при написании музыки они необходимы, — и посетовал. — Никто не изготавливает их для таких маленьких детей.

— Мне упоминали про твой музыкальный спектакль, и о его широком успехе в ГДР. Это вы молодцы, что укрепляете культурное сотрудничество. Нам бы достичь такого же взаимопонимания и сотрудничества по политическим вопросам.

— Мои прабабушка с прадедушкой всемерно содействовали развитию этих культурных связей. У Всеволода Никитича мать урождённая немка, и он отлично владеет немецким языком, что помогло установлению дружеских контактов, а Вероника Степановна известный московский искусствовед, и, приглашенная на премьеру спектакля, затем организовала обмен выставками произведений искусства с музеями ГДР. Её там даже наградили орденом дружбы народов за вклад в её развитие! — завершил я с явной гордостью за предков.

— Я смотрю у вас замечательная семья. Бабушка детский писатель, дедушка охотник и рассказчик охотничьих баек. У него явный талант, и многих из них я ранее не слышал. Про тебя не стану говорить — уникальный случай во всей мировой истории. Теперь вот оказалось, что прадед с прабабушкой совершили очень полезное дело по налаживанию культурных связей с ГДР.

— Так у нас многие семьи такие же талантливые. Наш народ неизмеримо богат ими, их надо только открыть, и дать возможность развивать. Я стараюсь помогать людям, если обнаруживаю зерно таланта, — и продолжил вздохнув. — А номенклатура из-за своей узкоспециальной направленности этому никак не содействует. Им приятны лишь деятели культуры, которые их восхваляют, хотя те за глаза говорят обратное. Но таких послушных и приятных — продвигают и пестуют. А те строчат все эти письма. Сами знаете, что у большинства обласканных — дуля в кармане.

— Хм, хм. Совсем не детский у нас пошёл разговор.

— Так надо спасать наших учёных и инженеров от их тлетворного влияния. Надо дать им другие ориентиры и вехи. Над этим работаю, и стараюсь находить новые таланты, помогая им. Они совсем иные, и не станут воскуривать фимиам лести, — а затем жёстко завершил. — Но такие не нравятся номенклатуре, им «умные не надобны, надобны преданные»[65]. Так именно эти преданные, и предают, как правило. Так как преданность не распространяется дальше слов. Я же готов идти вплоть до костра, и не исключительно, как это было написано у Франсуа Рабле.

— А это не детская похвальба? Точно готов?

— А давайте поспорим, что готовлюсь. На исполнение одной просьбы.

— Давай, и заклад хороший.

— Леонид Ильич, пусть принесут мои пистолеты, которые я сдал охране. Тут, думаю, есть место в окружающем лесу, где можно пострелять, чтобы никто лишний не увидел?

Удивил я Леонида Ильича, и очень сильно, когда качнул маятник и по македонски с двух рук расстрелял мишень установленную в двадцати метрах. Эх, дважды промазал, зацепив лишь краешек. А на похвалу Леонида Ильича, просил сохранить в тайне мои умения.

— Я это никому такое не демонстрирую, и об этом знают только обучавшие меня бывшие сотрудники СМЕРШ-а, с которыми проживаю в одном посёлке. Пока другие мальчишки бегают с игрушечными пистолетами и автоматами, мне необходимо быть готовым в любой момент ответить нашим заокеанским оппонентам на их поползновения. Они никогда не успокоятся, пока не уничтожат Россию. Это у них идея-фикс с самых давних времён. Их геополитические интересы того требуют. Вон как после войны ободрали своих английских кузенов, словно липку.

— Да, потряс ты меня старика. Это же надо, такие серьёзные вопросы поднял, а это удивляет даже больше, чем твоя меткая стрельба. Стрелков предостаточно, а вот с пониманием глобальных проблем не всё в порядке.

— Леонид Ильич, все мои книги и фильмы со спектаклями, это как раз и есть частица патриотического воспитания молодёжи, чтобы было чем гордиться в своём отечестве, а не раболепствовать перед западными кумирами, — и, видя, благожелательное отношение собеседника, решил копнуть глубже. — Мне нравится творчество Джона Леннона и его борьба за мир, я бы и сам присоединился к ней в их условиях. Необходимо остановить их военно-промышленный комплекс, так как для него все войны — это доходы. А для нас — это отвлечение денег от насущных программ улучшения жизни народа. Нам невыгодна гонка вооружений, но мы не имеем права от неё устраняться. В противном случае они, как при Третьем Рейхе, объединят все страны в НАТО и станут диктовать нам свои условия или просто нападут, — и, приметив легкое недовольство на лице Брежнева, сменил тему. — Но оборона должна быть разумной и экономной. Например, танки начинают играть меньшую роль на поле боя, чем в Великой Отечественной войне, При обилии противотанковых средств неразумно клепать десятки тысяч танков и тратиться на их содержание. Так как их можно угробить удачным выстрелом из ручного гранатомёта РПГ. Более того, военные не спешат внедрять динамическую защиту, известную у нас с конца сороковых годов. А это очень простая и эффективная вещь, устраняющая поражающее действие кумулятивной струи за счёт её рассеяния и встречного взрыва. Для старых моделей танков может сократить потери в 3–4 раза, при относительно небольшой стоимости. Последние разработки проводились в Ленинграде в конце 60-х.

— Мне никто из военных об этом не докладывал. Действительно так снижает потери?

— Проверить очень просто, Оснастить ей несколько старых танков и провести испытания на полигоне в Кубинке. Меньшее число танков оснащённых ей, станет эффективнее большего числа одноразовых танков. А можно разработать защиту новых поколений предохраняющую от снарядов противотанковых орудий. Оснастить ей можно все имеющиеся модели танков. Новые необходимо разрабатывать, с учётом её установки. А у меня есть ещё целый ряд предложений по разным оборонным разработкам, — а затем заключил. Количество танков должно быть именно достаточным, а не чрезмерным, так как у них есть грозный противник — авиация, и вертолёты могут стать истребителями танков. Противотанковые управляемые ракеты, в том числе и ручные, могут поражать танки с больших расстояний, и по ним у меня тоже целый ряд предложений.

— Я дам задание собрать информацию по указанной динамической защите и проверить её эффективность, заключил Леонид Ильич. — Если дела обстоят именно так, как тут говорилось, то прикажу устанавливать такую защиту на все имеющиеся танки. У нас их более, чем достаточно.

— Обновлять модели необходимо, но разумно. Значительно повышая тактические характеристики, и лишь затем станет оправдан массовый выпуск нового единого танка, — и далее подчеркнул. — Однако необходимо увеличить выпуск перспективных бронетранспортёров и боевых машин пехоты, оснастить их противотанковыми ракетными комплексами для уничтожения вражеской бронетехники. Более того, устаревшую или списанную технику можно будет широко использовать в народном хозяйстве. Они очень пригодятся в геологоразведке в труднодоступных местах, иди при борьбе со стихийными бедствиями. Необходимо создать Министерство Чрезвычайных Ситуаций и сделать его военизированной структурой, ответственной за устранение последствий стихийных бедствий и оказание срочной помощи населению. Они должны быть всегда готовы вылететь на устранение стихийных бедствий и пожаров. Они смогут оказывать такую помощь за пределами нашей страны социалистическим и дружественным странам. Кадры министерства лучше всего формировать из военных, уволенных в запас. Ведь многим чуть более сорока лет и они имеют бесценный опыт командования воинскими подразделениями. Уверен, что большинство согласятся на пенсии продолжить служение своей стране в подразделениях МЧС.

— Знаешь, Константин, запиши мне все твои предложения, и я обсужу их при встрече с военными. Такие военизированные подразделения позволят иметь хороший резерв, и при этом будут приносить пользу народному хозяйству. Сейчас мы часто привлекаем в таких случаях армию, но она не имеет навыков и необходимой техники для устранения последствий стихийных бедствий.

— Слушаюсь, Леонид Ильич, но хотелось бы особо подчеркнуть, что ракетное вооружение и авиацию необходимо развивать опережающими темпами. Они очень эффективны на поле боя. У меня также есть целый ряд предложений в космической отрасли. Тут мы не имеем права ни на шаг отстать от НАТО. А устаревшие образцы оружия необходимо продавать дружественным странам. Например — той же Индии, у которой давний конфликт с Пакистаном.

— Теперь я понимаю, зачем тебя пытались выкрасть американцы.

— Нет, Леонид Ильич. Об этом они и не догадываются. — съязвил я, — и пусть по-прежнему считают меня литературным и музыкальным талантом. О секретных проектах и впредь будут знать только три человека, включая меня, куратора и получателя. И то получатель не будет знать происхождения доставленных сведений. Слава мне не нужна, я и так уникальный. А эту деятельность лучше оставить в самой глубокой тайне, как это осуществлялось ранее.

— Взрослый и ответственный подход. Даже не верится, — и Леонид Ильич стал мять в пальцах вытащенную из пачки сигарету.

— Хорошо. Я вызову Андрея Гречко и обсужу с ним вопросы динамической защиты. Выясню, почему она до сих пор не применяются на наших танках. Если разработки велись и дали положительные результаты, то узнаю мнение специалистов, по данному вопросу. Тогда посмотрю, как быть со всеми остальными предложениями.

— Я прекрасно понимаю, что вначале должен заслужить доверие, основанное на тщательной проверке предложенного. Но в любой момент готов отложить все другие дела, чтобы принести наибольшую пользу своей стране Единственная просьба это полная анонимность, как это было прежде. Учёные даже не догадываются с кем они сотрудничают, и очень бы хотелось сохранить такой же стиль в будущих проектах.

— Удивительное пожелание, но понятное. — а затем прибавил весомо. — У меня просят почести и награды, а ребёнок по молодости от них отказывается.

— Леонид Ильич, разрешите процитировать слова верховного демона из романа Булгакова «Мастер и Маргарита», я давно действую согласно им, и ни разу о том не пожалел: «Никогда и ничего не просите! Никогда и ничего, и в особенности у тех, кто сильнее вас. Сами предложат и сами всё дадут», — улыбнулся Леониду Ильичу, намеренно подводя к завершению разговора. — И знаете? Так и есть. Мы отлично ладим с Иваном Ивановичем, и он оказывает большое и своевременное содействие в открытых проектах.

— Редко в творческой среде можно услышать искреннюю признательность партийному руководителю высокого ранга. В большинстве случаев просто тошнотворную лесть. А у тебя это прозвучало очень искренне.

— Леонид Ильич, я стараюсь говорить правду, или же промолчать. Ложь мне противна, и оттого я так не люблю западных политиков, у них ложь в каждом втором слове, если не в первом.

— Интересное заявление, но, учитывая некоторые события твоей личной жизни, ты имеешь право на такое мнение.

— Мнение было таким же и до первого нападения, просто сейчас накал вырос после травмы полученной мамой. Она до сих пор в больнице и. такого я им никогда не прощу. Стану для них в меру возможностей камешком в ботинке или острой занозой.

— Посмотрев на твою стрельбу, я бы посоветовал им избегать встречи с таким противником. При следующей встрече с Никсоном обязательно его предупрежу, — пошутил он.

— Только не открывайте ему секрет Полишинеля. В посёлке меня и так кличут «вождём краснокожих», как в замечательном фильме по О’Генри. Но о стрелковых занятиях знают только мои наставники. Мой тренер по самбо — девушка, и именно она остановила напавшую женщину. Только немного перестаралась, и та находится в коме.

— Да, охрана и подготовка у вас на должном уровне. Молодцы! Надо будет дать задание наградить отличившихся. А тебя? Может отважную медаль, за доблесть на фронте холодной войны?

— Не награды ради, а токмо пользы для — служим мы Отечеству. Но на отважную медаль согласен, чтобы их там в Белом Доме перекосило от злости. Это станет крайне выразительно — политически. Как там звучит у Василия Тёркина:

«Нет, ребята, я не гордый. Не загадывая вдаль, Так скажу: зачем мне орден? Я согласен на медаль»[66]

— Ну, хорошо. Вот и договорились, — подтвердил Леонид Ильич.

— А вы заметили, справедливость цитаты из Булгакова? ничего же не просил. Но если честно, то просьба у меня всё же есть, но не за себя, а за сценарий к фильму. Я его тут в Завидово написал для фильма «Особенности национальной охоты». Хотелось бы, чтобы фильм сняли режиссёры Данелия или Гайдай. Вот послушайте! — и стал пересказывать, в лицах изображая героев фильма.

Похождения бравых охотников очень заинтересовали Леонида Ильича. Местами он улыбался, а местами заливался громким смехом. Особенно понравились странствия бедной бурёнки, и фраза «Захочешь жить — не так раскорячишься![67]» И наблюдая довольное лицо Брежнева, «я понял — город будет, я знаю — саду цвесть!»

— Ну, порадовал старика, давно так не смеялся! — сказал Леонид Ильич, вытирая слёзы от смеха. — И как все верно подметил про охоту. Где как не тут можно отбросить все дела и посидеть дружной компанией? Смотрю у вас это семейное — умение травить охотничьи байки. Признавайся, от дедушки научился? Но вот пьют у тебя охотники слишком много. Но это же шутка и комедия. Готовый сценарий перешлёшь мне, а я посодействую скорейшим съёмкам фильма. Раз бился об заклад, то и выполнить обязан.

— Спасибо Леонид Ильич! Очень обяжете, ведь автору сценария всегда хочется, чтобы его творение скорее воплотили в жизнь. С режиссёрами мне не впервой работать, и мы постараемся сделать фильм ещё забавнее.

— Ступай пострел, а то ещё чего наобещаю. Умеешь ты своего добиться.

Фу-уф! Наконец-то добрался до квартиры предков, и вот сижу на кухне, гоняя чаи с Вероникой Степановной. Попутно делюсь впечатлениями о поездке. Кто ей ещё это поведает? Дедушка, сославшись на сильную усталость, сразу поехал отдыхать в гостиницу. А я тут, под рукой, хотя тоже устал. Даже не как собака, а ще гирше. Называется, дорвался до халявных познаний.

Утро сегодня началось, как обычно, с пробежки, на которой моим спутником выступал всё тот же Виктор. Зато после… Пустили козла в огород. Кто из двоих этот недостойный зверь пока не ясно, но все мои мышцы после тренировки ноют и сворачиваются в тугие узлы. Правда, следует отдать сэнсэю должное, что он сделал мне отличный массаж, но и тот мало чем помог.

Наверно я его вчера впечатлил, когда устроил в лесу пострелушки по мишеням. И он решил сегодня на разминке преподать мне самые азы борьбы, осознав, что для меня это вовсе не детская игра или забава, а лишь средство выживания.

Вчера Виктор был полностью свободен с самого обеда, пока я удалился в свой скит, где предался подвижническому служению. А пока я выполнял взятые на себя повышенные соцобязательства, он смог навести обо мне дополнительные справки.

Никогда не поверю, чтобы здесь не было моего досье. Возможно другие сотрудники, более подверженные магическому притяжению зомбоящика, поведали ему содержание передачи и других сообщений о разгоревшемся скандале. Слухами земля всегда полнится, а какие гротескные формы они приобрели в этот раз — одному господу ведомо.

Мне вчера после обеда доставили наконец-то привычную электрическую пишущую машинку, и я полностью погрузился в пучину работы. Вначале занялся завершением сценария фильма, с тщательным описанием сцен и их раскадровкой, а по завершению, взялся за обещанные мною предложения, над которыми пришлось много думать, чтобы структурировать их подачу.

Вывалить бессистемно — стало бы пустой тратой времени и подрывом моего реноме. А тем и другим я привык весьма дорожить. Поэтому очень серьёзно подошёл к поставленному Леонидом Ильичом заданию. Отметил цели и оптимальные пути их достижения, описывая образцы оружия, которым предстояло появиться значительно позднее. Некоторые возможно уже стали разрабатывать, но я, насколько смог это сделать, постарался отсечь все тупиковые направления.

Упирал на то, что сложнейшая военная техника, требующая больших человеческих трудозатрат, может быть выведена из строя более простыми и менее затратными противодействующими системами вооружений. Однако с ещё большей вероятностью — неумелыми действиями самих обслуживающих её военнослужащих. А потому задачей номер один является создание высокопрофессиональной армии и сохранение обученного, опытного состава.

Двадцать тысяч танков — неподъёмный груз для экономики. И не только из-за производства, но более из-за их содержания. На что требуется не только десятки тысяч танкистов, составляющих их экипажи, а в пять раз большая численность бронетанковых войск, чтобы те имели должную боеготовность.

Для Советской Армии такая численность по плечу, но сами танки отходят в прошлое, и стоит сокращать их численность, значительно повысив защищенность. Но более всего следует улучшить боевую выучку, чтобы не терять ценные боевые машины из-за поломок, связанных с неудовлетворительной подготовкой экипажей.

А вот за ракетными комплексами вооружений, в том числе и переносными — будущее. Представил предложения по реализации их электроники, на чём и сосредоточил основные направления доклада. Неуправляемые ракетные снаряды (НУРС) вещь очень полезная и недорогая, но противотанковые управляемые ракеты (ПТУР) значительно лучше, и я знаю, как помочь стране с их разработкой.

Противокорабельные ракеты (ПКР), на радость моим друзьям из Вашингтона, имеют для меня наибольший приоритет. Надо гонять ссаными тряпками их авианосные армады, и для этого они насущно необходимы. ПКР уже разрабатываются, но я могу добавить вишенку на торт, сделав их более интеллектуальными и летальными.

Указал на ведущую роль основного врага бронетехники — штурмовиков и вертолётов. Тут ещё «Крокодилов»[68] нет в должных количествах, а о насущной необходимости «Грачей»[69] надо трубить во все трубы. Необходимо срочно разрабатывать и увеличивать выпуск этих вооружений.

Только они и спасали наши войска при засадах в горных местностях Афгана. Надеюсь, что ввод советских войск туда не состоится, поскольку руководство чётко предупреждено, что за речку ни ногой. Но кто может предсказать, как далее повернутся события и какие решения будут приняты руководством страны?

Таким вот образом, пока охотники снова предавались своим забавам, я сушил мозги над бумагами. Даже не пошёл полюбоваться, кого им удалось завалить за сегодняшний день. Пусть сами развлекаются, а у меня — делу время, потехе час[70]. Даже ужин попросил доставить в номер, что никого не удивило и не затруднило.

Мы с дедушкой быстро перекусили, и на его многочисленные расспросы я не ответил, сославшись на срочное задание генерального секретаря, чем сразу указал на приоритетность выполнения. Дедушка озадаченно хмыкнул, и отошёл прилечь, чтобы не мешать работе.

Мужик сказал — мужик сделал, и лишь поздно вечером я перестал стучать по клавишам машинки. Затем вызвал по телефону Виктора и просил зайти, чтобы передать бумаги лично Леониду Ильичу. И если сценарий фильма был в самой обычной папке, то мои военные предложения я запечатал в плотный конверт, и наклеил на него секретки со своей росписью.

Я сильно удивил Виктора своим столь поздним вызовом и тем, что потребовал ни в коем случае не вскрывать конверт. Пришлось пояснить, что получил задание от Брежнева и внутри содержится информация лично для него. Никакие секретари не должны её распечатывать, и тем более знакомиться с ней.

Сегодня утром, после нашей длительной и очень познавательной тренировки, Виктор занёс мне ответ, в сходном конверте с секретками, выполненный в лаконичном стиле. Да, чувство юмора у дорогого Леонида Ильича на должном уровне. В записке было лишь, что он пролистал мои предложения, но недостаточно времени для детального изучения, а вдумчиво просмотрит их уже в дороге.

Большинство гостей, к тому времени, уже разъехались, а некоторые охотники отправились по домам ещё вечером или же спозаранку, пока мы топтали дорожку на пробежке или же занимались в спортзале. Блин, до сих пор всё болит, но под проницательным взглядом прабабушки нельзя растекаться киселём по стулу, а необходимо держать марку.

Садюга всё-таки этот Виктор! Людмила тоже не сахар и на тренировках выжимает из меня последние соки, но парень никогда не работал с малолетками, а потому не представляет их реальных возможностей. Пусть они у меня в разы лучше, чем у крепышей моего возраста. Остается только утешаться аглицкой мудростью — «No pain, no gain».

Чтобы не только одному — молча страдать, я не мог не сыпануть соль на сахар Веронике Степановне, и расписал похвалы Леонида Ильича в адрес её зятя. Опасная затея, но себя не переделать, но я счёл необходимым указать на её прошлые ошибки.

Правда, «теперь в советской стороне, она самый яростный попутчик» и очень деятельный помощник. Пока мы прохлаждались в Завидово, прабабушка завидно продвинулась в поисках нужных мне людей. А потому, сделав рукой прости — прощай усталости, я дождался прибытия из гостиницы своих охранников с машиной, и в их сопровождении направился на розыски.

Первым делом заскочили на студию «Союзмультфильм», где по разъяснениям от прабабушки знал, как отыскать Эдуарда Назарова. Самое смешное, что на студию нас не хотели пускать! Но я проявил твёрдость и потребовал проводить меня к директору студии, так как приехал их юный зритель и настоятельно желает провести встречу с создателями мультфильмов.

Подействовали мой натиск и одесская привычка отвечать вопросом на вопрос, так как сотрудники отдела пропусков стали уступать одну позицию за другой. А когда мои сопровождающие предъявили свои удостоверения, то и вовсе подняли лапки в гору, и только отрядили с нами сопровождающего до нужного строения. Где нам пришлось самостоятельно немало странствовать по коридорам в поисках неуловимого режиссёра.

В конечном счёте удалось его отловить, и, приперев к стенке, начать колоть. Предъявил Эдуарду Васильевичу обличающую улику — сценарий мультика «Жил был пёс», который он сам написал в иной истории, и, не давая опомнится, стал живописать ему творческую обстановку и дружеские отношения на нашей студии мультфильмов. Обещал чуть ли не карт-бланш под моим творческим присмотром, потому что знал, как сильно он тяготится обстановкой затхлости, царствовавшей на союзной студии мультипликации.

Сразу его уговорить не удалось, но зерно сомнения я заронил. Выудил у него обещание, что через пару недель приедет в наш город, и на нашей студии состоится детальное обсуждение совместной работы. Понятно, что ему хотелось убедиться, что мои слова не блеф и не розыгрыш юного балбеса. Но один плюс уже можно смело ставить этой поездке — мы его заманили. А там — «никуда не денется, влюбится и женится».

Распрощавшись с охраной всесоюзной студии, я картинно поблагодарил их за предоставленную возможность посмотреть, как именно снимаются мои любимые мультики. Далее расшаркавшись ножкой, мы поспешили к машине. Знали бы они, что за лису пустили в курятник, но вроде бы наш налёт остался незамеченным руководством студии. Тут я всецело придерживался доктрины грубого Витьки Корнеева с мелко-уголовными наклонностями — «Хватать и тикать, а не турусы разводить!»[71]

До возвращения домой было необходимо заехать на встречу с Георгием Бурковым. Он уже наслышан обо мне от коллег при съёмках «Девочки из будущего». Сцены в больнице снимались в Москве, и потому мы ранее лично не встречались.

Пока он не столь известен, как после роли в «Иронии судьбы» и замечательной фразы — «Паша положись на меня! Я никогда не пьянею!» К тому же из «Современника» он ушёл пару лет назад, и сейчас у него не столь плотный график съёмок как в следующие годы. Главное, что у него есть некоторый опыт заочного сотрудничества, и желание его продолжить.

Встретиться с Георгием Ивановичем мне оказалось значительно проще, так как договорились пересечься в одном из московских кафе. Мне было не очень удобно вваливаться в гости с такой оравой сопровождающих, и поэтому он выбрал привычное кафе, где можно было перекусить и посидеть в расслабляющей обстановке.

Он уже находился на месте, когда мы подъехали к кафе и прошли в зал. Около занятого им столика, мы тепло поздоровались и пожав руки присоединились к нему. Я представился сам и представил своих спутников. Алексей с Николаем решили поужинать и сделали заказ официантке, а я попросил принести мне минеральной воды и печенья.

Прежде чем приступать к разговору, мы немного выпили за знакомство, и лишь затем я стал расписывать задумку мультфильма «Жил был пёс». Пересказал содержание и в лицах показал, как должен выглядеть и говорить старый пёс, выгнанный хозяевами за профнепригодность. Разыграл сценку с жеванием зелени и планируемым суицидом. Перешёл к сцене встречи с волком, и озвучил голосом Джигарханяна козырную фразу — «Бог в помощь, приятель»[72].

Постарался описать и обстановку и передать реплики персонажей с запомнившимися мне деталями. Поведал о родственном понимании со стороны хищника — «ну да, работа такая», а под конец даже изобразил «Щас спою», и стал подвывать. Отчего все присутствующие в зале оглянулись на наш столик, но ненадолго, мало ли отчего капризничает мальчонка. Однако мои ребята постарались закрыть мне рот, почти тем же способом, что в самом мультике.

У Георгия Ивановича оказалось отличное чувство юмора, чего и следовало ожидать по его колоритным ролям в кино. Чего только стоила фраза — «Ерунда, бандитская пуля» из фильма «Старики-разбойники», и многие другие. Потому ему очень приглянулся ироничный сюжет мультфильма и сама роль пса, которую он сравнил со своим творческим путём в театре и кино.

Я пояснил, что встретился с ним так как работа над мультфильмом скоро начнётся, а для этого необходимо записать реплики персонажей, чтобы художники-мультипликаторы прорисовывали артикуляцию под рабочую запись. Сама качественная озвучка будет проводиться позднее, после завершения съёмок мультфильма.

Сформулировал свою просьбу разыскать и договориться с Арменом Джигарханяном, чтобы удалось записать рабочий вариант ещё до моего отъезда. И я рассчитываю, что несколько деньков, на это имеется. Договоры им позднее вышлют по почте, а по готовности пригласят для озвучивания.

Как оказалось — известность, хоть и скандальная, имеет некоторые плюсы, и уже на следующий день мы смогли провести пробную запись в обычной студии звукозаписи. Не думаю, что Армен Борисович соглашается приезжать по каждому приглашению, но любопытство — самый старинный из всех человеческих грехов, если верить святому писанию.

В студии звукозаписи немало удивились, когда разглядели известных актёров, а с ними не менее нашумевшего мальчика. Мои бравые охранники вызвали у них не меньшее обалдение, тем более, что в одном вполне угадывался робот-андроид из фильма «Девочка из будущего».

Такое нашествие знаменитостей в скромную студию, до того записывавшую только отсылаемые по почте звуковые приветы родственникам или подрабатывавшую подпольным копированием популярных песен иностранных исполнителей, сильно смутило и насторожило работников. Особенно нервировало присутствие моей охраны, и оттого пришлось им вкратце разъяснить ситуацию, а также показать, размахивая перед ними сценарием, для чего все собрались.

Посоветовал работникам студии после выхода мультфильма на экраны, повесить плакат с кадром, изображающим волка и пса, и на нём написать, что первая пробная запись звукового сопровождения производилась в их студии звукозаписи. Директор сразу же смекнул, какие это сулит выгоды, а потому по его команде все работники закрутились, как заведённые.

Все наши просьбы и предложения исполнялись без промедления, а коллектив студии был предельно сосредоточен и профессионален. Актёры, до того участвовавшие в озвучивании художественных фильмов или на студии «Союзмультфильм» остались довольны, особенно отметив оперативность проведения работ.

Я же поблагодарил всех участвовавших в работе, и особенно Георгия Ивановича и Армена Борисовича. А далее предложил сделать общую фотографию всех присутствующих, а также попросил актёров оставить автографы работникам студии. Сам подал пример, подписав афишу фильма «Девушка из будущего», которую вслед за мной подписали Алексей и Георгий Бурков. Затем мы оставили сотрудникам автографы на фирменных открытках студии.

Если до этого на нас взирали как на небожителей, то после автографов коллектив глядел влюблёнными глазами. Думаю, что о нашем лихом абордаже их скромной студии, будут рассказывать долгие годы, демонстрируя плакат и автограф, а также добавляя всё новые подробности встречи.

Как было сказано в одном замечательном мультфильме — «Делай добро и бросай его в воду! Оно не пропадёт. Добром к тебе вернётся!»[73]

Когда мы вышли из студии, я процитировал эту фразу, а также сообщил всем о задуманном мультфильме по сказке «Говорящая рыба» армянского писателя Ованеса Туманяна. Сразу предложил Армену Борисовичу и Георгию Ивановичу поучаствовать в его озвучке, когда напишу полный сценарий. Георгий Бурков тут же согласился, и наверно мне удалось прошибить Армена Джигарханяна, потому что он также согласился без разговоров и условий. А ведь именно о нём написал эпиграмму Валентин Гафт — «Гораздо меньше на земле армян, Чем фильмов, где играл Джигарханян».

Отлично! Ещё одно дело удалось сделать в столице, и всё с лихого кавалерийского наскока. Наверно эта черта, доставшаяся от предков, дремала во мне до поры до времени.

Блин, что мне теперь открывать филиал «Арменфильма»? Ранее я решил немного переработать армянскую народную сказку под наш национальный колорит и вместо находчивого внука в ней выступит Гугуцэ[74]. Для молодой студии необходим мультфильм с национальной спецификой, развивающий народные традиции.

Пусть ловкий и сметливый мальчик перехитрит жадного богатея. А мультфильм «Ишь ты, масленица!» по армянской сказке подходит для этого, как нельзя лучше. Правда придётся договариваться со Спиридоном Вангели на использование его персонажа в нашем мультипликационном фильме, а с республиканским союзом писателей у нашей семьи давно побиты все горшки.

Добравшись домой, не преминул рассыпаться в благодарностях моей основной помощнице, которая забросила свою работу ради исполнения просьб правнука. И каково же было моё изумление, когда в комнате за столом, заваленным рукописью книги, застал незнакомое и юное создание с несколько великоватым, но очень милым носиком. По чертам лица, явно угадывалось сходство с Вероникой Степановной, а сама девушка внимательно вслушивалась, как я расточаю елей в адрес прабабушки.

Когда нас представили, то оказалось, что это внучка её брата — Елена Степановна, и как оказалось это чудо-чудное закончило Литинститут[75] и работает в Ленинке. Они с Всеволодом Никитичем до моего появления разбирали литературные особенности «Игры престолов», и он выслушивал её мнение о книге..

На ловца и зверь бежит! Правда, после некоторых уточнений оказалось, что она занималась не на кафедре литературного мастерства, а на кафедре зарубежной литературы. Однако я уже вцепился в неё как клещ, не отдерёшь. Потому сразу попросил дать оценку произведений её двоюродной тёти, Какая книга ей больше нравится — первая или вторая? Потребовал литературный разбор произведений и особенно напирал на критические замечания и целостность образов основных персонажей.

Такой специалист — неоценимый подарок судьбы, а ещё, когда это милая девушка и родственница, то вдвойне. К тому же волшебное создание, пышущее молодостью и здоровьем, не обделенное интеллектом, специфическими познаниями и даром словесности. Меня прямо-таки потянуло к ней словно магнетизмом, и я не смог противостоять этому притяжению, так что наш разговор затянулся до позднего вечера, и решено было оставить девушку ночевать у нас. Тем более, как оказалось, что ей не в первый раз оставаться ночевать в этой квартире.

Семья у Вероники Степановны действительно непростая. Брат — Алексей Степанович, известный учёный этнограф и часто вместе с женой путешествовал по многим странам мира. Он всего на пару лет старше прабабушки, но сразу же обзавелся семьёй, прямо с университетской скамьи.

Его сын — Степан Алексеевич также нередко оставался в этой квартире, когда его родители уезжали в свои экспедиции, и они с бабулей практически росли вместе, и тот занимался с младшей сестрёнкой, помогая ей по многим предметам. Теперь отец Леночки довольно уважаемый специалист по истории античного мира.

Он часто пропадал на археологических раскопках городов-полисов в Причерноморье, а девушка по семейной традиции оставалась у родственников. Оттого в квартире для неё всё знакомо и привычно, что я и не преминул отметить, наблюдая за тем, как уверенно она готовится ко сну, расстилая постель на кушетке в нашей комнате.

Мне вполне хватило места на небольшой софе для того, чтобы отлично выспаться, но мне едва удалось добудиться тетушку. Оказалось, что она любительница сладко поспать по утрам, и точно не жаворонок. Однако, если мне что втемяшится в голову, то я не отступлю, и потому её неумелые отмашки руками меня нисколько не остановили, а лишь заставили прибегнуть к отработанному ещё на Верочке приёму.

Защекотал девушку так, что она с визгом бросилась в ночнушке искать защиты у Вероники Степановны. Однако я наседал, не давая расслабиться, пока не загнал в ванную — умываться и одеваться. Ох, и любят же эти книжные черви поспать утречком! Но им отправляться в библиотеку позднее, чем всем прочим труженикам, вот и позабыли золотое правило — «Кто рано встаёт, тому бог даёт».

За тётушкой я достаточно погонялся по квартире, а бегать по улицам Москвы не сильно-то хотелось из-за ощутимой загазованности воздуха. И это несмотря на то, что транспорта пока что совсем немного. Наверно ощутимо добавляют дымящиеся трубы заводов и фабрик, которых много в столице и округе.

Решил заменить пробежку словесным марафоном и за ранним завтраком стал наседать на свою тётушку. За ночь у меня в голове сложился весь паззл, в следствии чего я принялся беззастенчиво наседать на родственницу, не привычную к такому напору.

— Теть Лен, а вам не обидно отставать от своей тётушки Нади, тем более при наличии профильного образования в области литературы? В вашей семье множество видных учёных. Дедушка — известный этнограф, а отец — авторитетный историк. Так почему отстаём? Давай совместно устранять это упущение. Согласна или нет?

— Костик, приятного аппетита. Как ты спал, нормально? И какая пчела тебя с утра укусила? — решила меня отшить воспитанная девица.

Ага, щаз. Меня не пронять светскими штучками, и я её уверил, — Этими отличными манерами не сбить меня с взятого курса, я всё равно добьюсь намеченного. Не веришь, спроси у бабушки.

— Я до сих пор не вполне проснулась, а то с самого утра ты наскочил на меня, и мне пришлось спасаться бегством. И сейчас ничего не понимаю из твоей речи.

Тут вмешалась Вероника Степановна, — Постой, Костик. Ты гонял внучку в неглиже по всей квартире, пока она не заперлась от тебя в ванной. А сейчас, даже не дав отдышаться и спокойно поесть, непонятно что предлагаешь.

— Чтобы пробуждать поцелуями спящих красавиц надобны принцы, а я действую как привык, но не менее эффективно, — и ответив на претензии прабабушки обратился к девушке. — Я без околичностей предлагаю расти над собой, и тем самым поддержать семейную традицию. У меня есть два отличных сюжета романов для молодой девушки. Уж не обессудьте, но опять фантастика, и даже антиутопия. В первом есть много исторических аллюзий, и тётя Лена сможет консультироваться со своим отцом. Он как раз специалист по античности.

— Да он изучает причерноморские полисы, — ответила прабабушка. — А что?

— Первый сюжет сильно перекликается с эллинским устройством мира, и в нём царит типичная для таких отношений модель: метрополия и множество дистриктов, по сути являющихся колониями и лишёнными множества прав. Капитолий, поддержанный двумя первыми дистриктами, победил в продолжительной войне, а остальные — побеждённые в войне, обязаны платить за это поражение — «Голодными играми», сходными с гладиаторскими, где выживает единственный участник. Более точно и детально я смогу расписать сюжет за несколько оставшихся дней. А уж писать и наполнять страницы жизнью предстоит самой Елене Степановне. И не надо застывать соляным столбом. На моей голове змеи не шевелятся, и взглядом в камень также не превращаю.

Сами фильмы по трилогии «Голодные игры» мне не сильно понравились, испоганенные игрой актрисы, исполнявшей роль «сойки-пересмешницы». Совсем не такой она мне представлялась после прочтения книг, а в фильмах получилась какая-то истеричка, особенно ближе к финалу.

Остальные актёры были подобраны гораздо лучше, и играли очень достойно. Но с главной героиней вмешались родственные связи, и известный режиссёр пристроил дочку на главную роль, чем и угробили фильмы.

Книга значительно лучше и сильнее, колебаний и рефлексии в ней тоже предостаточно, что меня несколько напрягает, но это дамский роман и не мне оценивать со своей колокольни.

Пока я задумался над книгой и её экранизацией, Леночка очнулась и принялась рефлексировать, — Это всё очень неожиданно. Я только пару лет как закончила институт и не набралась должного жизненного опыта.

— А ты не страшись, и делай. Рефлексия до добра не доводит. Помнишь чем закончил Гамлет — принц гадский? — и с большим напором продолжил. — «Кто умеет, тот делает; кто не умеет, тот учит»[76]. По историческим деталям тебе поможет отец, а вот по быту и социальному устройству дедушка этнограф. Они же подскажут нужные детали. Главная героиня восемнадцатилетняя девушка, так что её переживания, мечтания и грёзы должны быть тебе известны, как никому из взрослых. Мне уж точно не описать внутренний мир девушки. Ведь пропадёт же отличный сюжет!

— Хорошо, я подумаю, — согласилась наконец-то тетушка.

— А чего думать? Трясти надо, как в старом анекдоте, — и более настойчиво продолжил. — Кто же ещё возьмётся за дальнейшее прославление вашей замечательной фамилии. Чтобы стала известна не только в узких научных кругах, но и в самых широких читательских массах! — а ещё, прибавив в голос нотки змея-искусителя, продекламировал, — Только вслушайся, как замечательно звучит: «Голодные игры», автор Елена Загоскина.

Всё время этой обработки, прабабушка и прадедушка, улыбаясь, наблюдали наглую вербовку во властители читательских дум. Конечно я мог бы написать книгу от корки до корки, но пусть тетушка сама попробует. А уж критиковать написанное мне не впервой, и если окажется необходимым, то подправим на первый раз. Вслед придёт опыт, а теории их пять лет учили в институте.

Сюжетов для девичьих произведений помню немало, и никоим образом не ЛыР, так как с него меня выворачивает. Следующими подкину «Дивергент», а там можно и на «Timeless» переключиться. Это уже десяток книг, а есть множество других, с той же «Трилогии о Видящих» можно начать. Так что сюжетов для юной писательницы больше чем ей успеть написать. Не Донцова же она, в самом деле, ту Дарьей зовут.

А так вырисовывается правильный охват женской аудитории. Бабуля специализируется на детской литературе и сказках, а на молодёжной и женской станет заправлять тётя Лена. Эх, хоть снова отправляться в Завидово за пишущей машинкой, а то совсем отучился писать ручкой. Но решился позвонить своим орлам и у них уточнить вопрос по добыче этой техники.

А пока я решал вопросы с машинкой, дедушка ушёл в школу, а затем и Леночка стала собираться на работу. Благо здесь до Ленинки значительно ближе, чем от нового района, где расположена их квартира. Она и так смогла подольше задержаться для нашего детального разговора, и я ей кратко пересказал сюжет первой книги — «Голодные игры».

Пришлось даже сделать ей неожиданное предложение: съездить летом с отцом на раскопки, чтобы ощутить всю прелесть неустроенного, спартанского быта героев данной книги. А то я даже удивился, что она ни разу с ним не ездила в полевой лагерь. Меня бы точно за уши оттуда не оттащили. Да и греческие полисы располагались во множестве на морском побережье, где после тяжёлой работы так приятно смывать соленый пот морскими купаниями.

Когда изрядно изумлённая Леночка убежала в свою библиотеку, мы с прабабушкой также стали собираться на работу, и она саркастически спросила.

— Что ещё одну писательницу растишь в нашей семье? — и уже более строго. — Леночка замечательная девушка. Тонкая и чувствительная натура, склонная к романтизму. Я поддерживаю твоё стремление сделать её писательницей, но не слишком ли много получается в одной семье? Вот и Севу тоже хочешь определить в писатели. Не станет ли это слишком заметным, не насторожит ли многих?

— Был же известный «делатель королей» в Англии[77], почему бы мне не стать «делателем писателей», а будете подкапываться с критикой, я вам «Барраярский цикл» навяжу. Он для вас подходит более всего, — и после этого устрашения, которое абсолютно не подействовало, продолжил. — Книги берутся писать самые неожиданные люди, никогда дотоле не помышлявшие заняться этим делом. В данном случае — пока не попробуешь, нельзя предугадать, есть к тому талант или нет. У Леночки соответствующее образование, и знаний теории в разы больше, чем у прочих.

— Я не против, и даже за это. Просто очень переживаю за неё, и опасаюсь разочарования в случае неудачной попытки.

— Предложенные книги стали мировыми бестселлерами, и я мог бы написать их полностью. Если понадобится то мы с ней поработаем над ними совместно. Пока что рано посвящать её во все наши секреты. Нет ясности, не проболтается ли в компании или перед каким-нибудь молодым человеком.

— К сожалению, у неё не было парня ни в институте, ни теперь на работе. Трудно найти в их сугубо женском коллективе. Леночка девушка скромная, и я бы сказала излишне добропорядочная.

— Странно, а мне она очень приглянулась. Вот честно, сразу бы женился, будь лет на двадцать старше. Есть у нас какое-то непонятное мне сродство. Как увидел, так словно током прошило. У неё очень милое лицо, И даже выдающийся носик придает ей особенную индивидуальность. Вы с ней очень похожи и она такая же красавица.

— Спасибо Костик, за твои добрые слова, но с молодыми людьми у неё пока что не сложились серьёзные отношения. Всегда найдутся более бойкие и расторопные девицы, а её внутреннюю красоту надо суметь разглядеть.

— Так нам и нужен именно тот, кто разглядит. Для Тургеневской барышни необходим соответствующий спутник жизни. Нос нетрудно подправить под классические римские пропорции, и если Леночка пожелает, то могу посодействовать, — и продолжил заколебавшись, — Но вот в чём вопрос: не пропадёт ли после такой пластической операции её индивидуальность? А знаете, попробуйте сделать зарисовки с различными формами носа, и может быть некоторые окажутся интересными.

— Ладно, хватит болтать, а то на работу даже к обеду не поспеем, — остановила наш разговор Вероника Степановна. — Обсуждать это без согласия Леночки бесполезно, а мы и так опаздываем.

— Музей никуда не убежит, но вынужден согласиться с тем, что мне хочется побыть там подольше и ближе познакомиться с сотрудниками. У них потом ещё не один месяц будет тема для разговоров. Постараюсь не ударить в грязь лицом, — а затем прикрыл один глаз, как при нацеливании, и всё-таки спросил. — А как насчёт Барраяра? Может всё-таки подкинуть этот цикл? Хорошая и добротная science fiction.

— Ну, вот же привязался! — и прабабушка сделала вид, что сердится на меня. — Пристал как банный лист, и не отлепишь.

— Нет, вот если представить литературных критиков и литературоведов будущих времён, разбирающихся с литературным наследием семьи. Тут Дюма-отец и Дюма-сын покажутся легкой разминкой перед настоящим ребусом. Кто из писателей в каком родстве состоит с остальными?

Наши отношения, и ранее бывшие хорошими, ещё более потеплели после моего проживания в квартире прабабушки и прадедушки. Не зря я решил наплевать на забронированный номер в гостинице, а предпочёл поселиться под кровом предков. Так что теперь к поезду нас с дедушкой провожали уже Всеволод Никитич и Вероника Степановна. На перроне Киевского вокзала мы расцеловались, и я пригласил их навестить нас на новогодние праздники.

Тепло распрощавшись, мы отпустили их домой, а сами стали устраиваться в нашем купе. Заняли его целиком, хотя для меня можно было бы не брать отдельного места. Однако в целях безопасности всё купе было полностью в нашем распоряжении. Попутчики нам без надобности и сутки в дороге мы просто отдыхали под мерный стук колёс, который навевал сонливость.

Я же вспоминал все события последних суетных дней и походы в разные музеи Москвы. Перезнакомился там с множеством прабабушкиных знакомых и коллег, но характер держал в узде, хотя не все из представленных мне понравились. Но это коллеги и знакомые Вероники Степановны и не мне становиться на пути их многолетних и ровных профессиональных отношений.

Некоторые меня просто выбешивали своей демонстративной «возвышенностью над толпой», эстетством и позёрством. Но и тогда я старался произвести благоприятное впечатление приятного малыша, приехавшего из глухой провинции и не имеющего светского лоска. Эта роль соответствовала действительности, так как современного изобразительного искусства я не понимал и даже не стремился, почитая мазнёй.

Возможно, что адепты вникали в его глубины, а мне в них виделась только пустота и эпатажность. Но я держал своё мнение при себе и исполнял роль китайского болванчика покачивавшего в знак согласия головой, что производило благоприятное впечатление на ораторов, любивших послушать себя в обществе. Ну, так мне не три годика, и такое в жизни я видел не раз, попробуй меня удивить.

Вероника Степановна даже поблагодарила меня за проявленную сдержанность после завершения всех этих встреч, так как актёр я никудышный, и не заметить моего отношения мог только токующий тетерев или интеллигент. Я вёл себя в совершенно несвойственной мне манере — молчал и безропотно внимал всему сказанному, что сильно её настораживало, и она ожидала неминуемого взрыва.

Я ей даже процитировал одно из высказываний Виктора Пелевина — «„Духовность“ русской жизни означает, что главным производимым и потребляемым продуктом в России являются не материальные блага, а понты. „Бездуховность“ — это неумение кидать их надлежащим образом».

Она долго смеялась над определением и заключила, что сказано если и очень едко, то не менее точно подмечено, если вспомнить некоторых из встреченных нами. Поспешил успокоить Веронику Степановну, что очевидной ереси никто из них не нёс, а мне приходилось видать, как толпы людей внимали откровенной ахинее и иступлённо подхватывали её, прозомбированные средствами массовой информации.

Оттого у меня выработался стойкий иммунитет и некая приспособленность — пропускать мимо ушей всякую белиберду. Очень трудно идти против своей критической натуры, но впустую сотрясать воздух тоже не выход. Можно стараться помочь тем, кто хочет разобраться, но навязывать всем прочим иное мнение — пустая трата времени и нервов.

Предпочитаю действовать через книги, являющиеся универсальным источником для тех, кто старается самостоятельно мыслить, а также разобраться в окружающем его мире.

Как же приятно наконец-то оказаться в родных пенатах, даже после непродолжительной отлучки. А ещё приятнее, когда у тебя все дома. Верочку выписали из больницы, но временно запретили посещать лекции и много заниматься. Так что мы после возвращения все дружно собрались за праздничным столом, чтобы отметить воссоединение нашего маленького мирка.

Верочка выглядела отдохнувшей, а на щеках появился здоровый румянец, так как они с бабулей последние несколько дней прогуливались на улице и дышали свежим воздухом. Да именно свежим и чистым. Только после Москвы это возможно осознать как никогда, тем более, что мы проживаем не в самом городе, а на самой его окраине.

Если бы ещё прикрыть или вытурить на сто первый километр завод кожзаменителей, то и запахи всегда оставались бы — благоуханными. Но в целом можно подчеркнуть, что в любом случае я бы не смог жить в Москве. Наверно надо быть коренным москвичом, чтобы рваться на эти галеры.

У нас-то на улицах машину, вслед проехавшей ранее, можно увидеть лишь спустя минуты и совсем не в ночное время. В центре города их несколько больше, но всё равно на порядки меньше чем полвека спустя, когда на некоторых улицах вставали километровые пробки и только загаживали атмосферу выхлопными газами.

Вот мы и пользуемся привилегией чистого воздуха с отсутствием вредных примесей в нём. Пастораль, да и только.

После праздничного застолья командировочные мужики побаловали присутствующую прекрасную часть человечества московскими конфетами и шоколадками с московских фабрик им. Бабаева, Рот-фронт, Красный Октябрь и прочих.[78].

Были и другие подарки из столицы, но их вручение мы отложили на время после застолья. Дедушка привёз с собой несколько авторских экземпляров второй книги — «Гарри Поттер и Тайная комната», напечатанных в издательстве «Детская литература». Думаю, бабуля обрадуется и сможет тщательно рассмотреть и затем водрузить на почётную полку, где у неё подбирается коллекция изданных в различных издательствах разных стран.

В книгу поместили Танюшкины иллюстрации, и осталось только сожалеть, что в первой книге цикла не удалось их напечатать, так как они появились только после её выхода. Книга с ними стала значительно красочней и имела более приятный вид. Быть может, при повторном тираже первой книги нам удастся настоять на включении иллюстраций и в неё.

Кроме этого прабабушка с прадедушкой передали свой подарок Верочке, хотя я и настаивал, чтобы они его вручали сами при следующем приезде к нам. Но они очень настаивали, и мне пришлось очень бережно делить свое спальное место в поезде с картиной, переданной для Верочки.

Насколько мне стало известно, это полотно одного из русских художников конца XIX начала XX веков. Пейзаж на ней прямо приковывал к себе взгляд, а сама картина находилась на одном из самых почётных мест квартиры предков. Вероника Степановна действительно совершила очень широкий жест, и я даже не посмел поинтересоваться стоимостью картины, чётко осознавая её немалую ценность. Ну ничего, посёлок у нас режимный, и думаю, что картина будет в не меньшей сохранности, чем в картинной галерее.

По приезде меня уже поджидали сразу два письма. Одно пришло по линии конторы и вскоре после нашего отъезда в Москву, а второе пришло позднее от академика Сахарова на домашний адрес. Он выражал своё сочувствие по поводу совершённого на нас нападения, о котором узнал из передач телевидения. Пожелал скорейшего выздоровления Верочке и посетовал на современное мироустройство, где позабыты священные традиции чести, а секретные службы ведущего государства организовывают нападения с целью похищения младенца у его матери.

Умнейший человек, но наивен, аки дитя. Ещё со времён Макиавелли и его «Государя» всем трезвомыслящим людям стало понятно, что для государя или государства — «Цель оправдывает средства, для её достижения»[79]. Так что сложно ожидать чего-либо иного от современных политиков «свободного мира».

Собственно, кроме выраженных благих пожеланий здоровья и благополучия, в письме было конкретное приглашение на первое организационное заседание «Всемирного Конгресса ученых для создания и мирного использования термоядерных источников энергии», намечающееся в марте следующего года. Оно состоится в Швейцарии, которую было решено избрать местом размещения штаб-квартиры организации согласно нейтрального статуса данного государства.

Меня пригласили принять участие в заседании организационного комитета и выступить на пленарном заседании конгресса. Наверно учли тот немалый вклад, который внесли мои и не только научные, но и организационные предложения.

Несколько стран мира, в том числе Советский Союз, согласились выделить необходимые суммы для начала работ над проектом термоядерного реактора и создание целого ряда исследовательских центров, размещённых как в самой Швейцарии, так и в иных странах поддержавших этот проект.

Это приглашение заставило меня серьёзно задуматься. С одной стороны — это риск, связанный с выездом в капиталистическую страну, а с другой — это ещё одна пощёчина могуществу США. Так как они выступают основным противником международного сотрудничества учёных из разных стран в этом мирном проекте.

Уж такое-то я точно не упущу, только необходимо обговорить с властями Швейцарской республики вопросы обеспечения моей безопасности на их территории и предоставляемые ими гарантии на сей счёт. Отвертеться будет для них крайне непросто, так как последний скандал получил международную огласку, а посольства США оказалось в нём замарано по самые уши. Вот пусть подсуетятся и разрешат присутствие моей личной охраны на их суверенной территории. Ведь позволено же это для монарших особ, а их в той куцей Европе — хоть пруд пруди. С другой стороны такой уникальный младенец — один и единственный во всём мире.

Пришлось созвониться с Петровичем, и мы договорились с ним о скорейшей встрече, где я и вывалил на него возникшие проблемы. К тому же несколько дополнительных проистекающих от другого письма. Радости на лице Петровича я что-то не приметил. Ни по поводу первого вопроса, ни второго.

Последний был многократно проще, но требовал принятия ответственного решения самим Петровичем При этом лишь основываясь на моей рекомендации из послезнания будущего. Мне пришлось детально ему поведать, как стойко себя вёл Жорес Алферов[80] в будущее непростое время.

Достойный человек, не убоявшийся идти против течения, и остаться убеждённым коммунистом, когда многие видные руководители КПСС в купе с самим генеральным секретарём сожгли свои партбилеты и всячески открещивались от прежней деятельности в рядах партии. Так что я всецело доверял Жоресу Ивановичу и попросил Петровича организовать нам личную встречу.

Из письма самого учёного стала видна его горячая заинтересованность в сообщённых сведениях, но попутно возникла сразу целая гора вопросов, которая грозила погрести нас под обвалом, если срочно их не разъяснить Жоресу Ивановичу действительного положения дел. Многое из того, что мне известно, может быть извлечено на свет только рядом наводящих вопросов, и задавать их должен специалист, имеющий опыт и представляющий реальное положение дел в данной области.

Я, что тот Оракул, и мои откровения туманны для современников. Необходимы мудрые толкователи, чтобы извлечь из них зерно истины. Знаний мной накоплено изрядно, но всплывают они лишь при необходимости, в разрешении той или иной проблемы. В противном случае они так и продолжат пылиться на дальних полках памяти.

Короче, Петровича я уболтал, ну или почти что уболтал. Так как он пообещал дать ответ в скором времени, после тщательного обдумывания. А вот по поводу моей поездки в Швейцарию сразу указал, что не в его компетенции принимать столь ответственное решение.

Такое может быть одобрено только на самом верху, а вопросы моего безопасного пребывания придётся согласовывать по каналам МИД.

Лично мне нисколько не жаль мидовцев, пусть порастрясут свои раскормленные тухисы, а то привыкли сидеть сиднем на своей синекуре. В последнее время я всё более не любил деятелей из этого ведомства. И мадам Ольга явное тому подтверждение.

Оказалось, что у Петровича было и третье письмо, о котором он мне и сообщил, но оно было, по старинной традиции, адресовано на деревню дедушке. То есть по конторскому каналу недавно получено от Глушкова Виктора Михайловича. В нем тот сообщал, что институт приступил к тестированию полученных инженерных образцов микроконтроллера, и те функционируют практически без сбоев, если не учитывать парочки ошибок в маске литографии, из-за чего кристаллы оказались не до конца кондиционными.

Однако большинство возможностей реализовано и уже проверено, что явилось огромным шагом вперёд. В настоящее время производится тестирование кристаллов при экстремальных условиях эксплуатации, и они показывают соответствие техническим требованиям к изделию.

Безусловно, это замечательная новость. А уж памятуя знаменитую ошибку деления FDIV[81] в первой версии процессора Pentium, то такое — весьма обнадёживает.

Большинство команд микроконтроллера исполняются верно, однако есть парочка регистров после обращения к которым происходит сбой. Но для инженерного образца раннего степпинга — это вполне достойный результат.

Безусловно, хотелось бы иметь процессор лишённый всяческих ошибок, но подобное есть — чистая маниловщина. Главное, что даже такой, пусть и не совсем кондиционный инженерный образец, может использоваться для целого ряда задач, а главное доказывает правильность всего взятого направления работ, так как получена великолепная производительность в сравнении с теми же убогими поделками «Intel».

У меня даже зачесались руки, получить парочку «инженерных образцов» и начать ваять первый персональный компьютер в своей домашней лаборатории (гараж занят нашей ласточкой). Однако позднее поостыл и решил не пороть горячку. Запросил сроки выполнения исправлений в фотошаблонах, а также изготовления нового степпинга кристаллов. Ознакомлюсь с ответом, и тогда буду решать: сей же час дёргаться, или же немного подождать, чтобы получить полностью функциональный кристалл.

Главное, чтобы орлы из Института Кибернетики максимально выловили все баги в имеющихся кристаллах, и далее не случилось привычной мелкософтовой рутины, где исправление старых ошибок обязательно влечёт внедрение множества новых.

Я в прошлом сам проверял принципиальные электрические принципиальные схемы, после их перечерчивания в соответствии с требованиями ГОСТа. Оттого-то прекрасно помню, сколько ошибок приходилось на них вылавливать. К тому же на подобную рутинную проверку затрачивалось чуть не больше времени, чем на само их вычерчивание.

В остальном жизнь стала понемногу возвращаться на круги своя. Мы с Людмилой возобновили утренние пробежки и стали вытаскивать на них Верочку. Пока что не сильно грузим физическими упражнениями, а предоставляем бежать легкой трусцой, в то время как сами наматываем круги.

И как же приятно вновь почувствовать дыхание утреннего ветерка с морозной свежестью. Этого так сильно не хватало в Москве, но мне даже не хотелось там бегать на улице. Сие проистекало из различных причин, и не в последнюю очередь из-за проживания родственников в старой застройке исторического центра Москвы. Там совсем не те условия, а также обилие пешеходов на улицах. Все они нервные и спешащие по своим важным делам, а тут на их голову целая процессия бегунов — я и мои шпики. С другой стороны дома отличный воздух, не загрязнённый никакими выхлопами и безопасная дистанция возле спорткомплекса в посёлке. Опять же привычная компания. Никто не суетится под ногами и не мешает равномерному бегу.

Правда мы с Людмилой, после её назначения преподавателем, совершаем лишь привычную пробежку, а вот разминку мне приходится делать самостоятельно в компании молодых охранников, которых я также начал подключать к самим занятиям. Девушке утром необходимо быстро принять душ после пробежки, и, позавтракав темпе вальса, убегать в Университет.

За время моего отсутствия она уже стала проводить начальные занятия с выделенными ей группами, и мы на бегу обсудили с ней достигнутый прогресс. Постарался вникнуть в суть возникших проблем, и попытался посоветовать пути их разрешения. Как выяснилось, выплыли несколько вопросов и недоработок, К тому же остались не переделанными несколько рабочих мест в лингафонном кабинете. А я за всей этой нервотрёпкой последнего времени о них совсем запамятовал.

Пообещал девушке, что в пару ближайших дней постараюсь завершить доработку. А также лично посмотрю, какие проблемы обнаружатся на самих занятиях с группами.

Ранее меня в Универ не пускали из опасений, и там велись следственные действияв кабинете, а затем я был в поездке. Однако терпеть не могу незавершёнку, и по мне так — мужик сказал, мужик сделал! Своих долгов с совести не списываю, тем более, что в каком-то роде сам являлся инициатором данных работ.

Теперь, когда с Верочкой, тьфу-тьфу-тьфу — всё налаживается, думаю, что станет не так сложно выбраться в Универ. Необходимо завершить начатое дело, чтобы не подводить нашего молодого преподавателя.

А пока мы обсуждали эти накопившиеся проблемы и вопросы, положенная дистанция как-то сама незаметно закончилась. Людмила поспешила домой готовиться к работе, а я в спорткомплекс на разминку. Меня теперь на пробежке сопровождали наши молодые охранники Олег и Леонид, и замечательно, что последнему после его ранения уже разрешили заниматься физическими упражнениями. Мне на разминке удалось детально разглядеть оставшийся шрам, когда мы переодевались для занятий в зале. Выглядел он ещё совсем свежим, и четко выделялся рубцом на спине у парня.

Скорей всего вид более устрашающий, чем есть на самом деле, но поинтересовался у Леонида, когда сняли швы? Не мешают ли последствия ранения заниматься активными физическими упражнениями? С ними я решил начать разучивание нового комплекса, а затем уже подключить Людмилу к нашим занятиям. Теперь она может тренироваться лишь вечерами после работы.

Я к этому времени уже основательно разучил комплекс, показанный мне Виктором. С памятью у меня и так слава богу, а свою природную лень я давлю на корню. Вот за прошедшие с отъезда из Завидово дни, я по утрам отшлифовывал его исполнение в московской квартире, смущая тем своих родственников. Увы, не всем выпал же шанс на возрождение в юном теле, и им заниматься таким комплексом было бы практически невозможно. К такому надо приобщаться с самого младенчества.

Ребята довольно сильно удивились новому комплексу, но спорить не стали и старались его повторить в меру сил и умения. В нескольких случаях я подправлял неверные движения, и разъяснял систему духовной практики. Уж и не знаю, учил ли их местный тренер таким аспектам японской борьбы. Да и они сравнительно недавно начали заниматься в его секции, так что трудно ожидать от них освоения всех тонкостей.

Домой с разминки я вернулся усталый и голодный, когда все наши кормильцы уже отбыли по делам. С этими восточными заморочками всё великолепно, и польза несомненная, но времени они отнимают целую прорву, а для меня это самый дефицитный ресурс, расход коего следует весьма скурпулёзно учитывать. Как неофит в данной области, я досконально повторяю всё то, что мне успел показать Виктор. Но подозреваю, что необходимо разделить освоение на различные комплексы, иначе все моё время будет уходить лишь на выполнение самих упражнений.

За завтраком мне компанию составила одна лишь Верочка, которой позволялось и даже рекомендовалось спать, сколько душа пожелает и не разрешалось выполнять никакой домашней работы, а также перенапрягаться умственно в своих занятиях. Не просто так ей запретили ходить на лекции, и занятия ограничили всего несколькими часами в день.

Насколько мне помнится, то просмотр телевизора и чтение книг тоже не очень рекомендуются после сильного сотрясении мозга. Жаль, что в данный момент не существует аудиокниг. Оттого я решил заняться этим вопросом и устранить сей досадный пробел. Решил ходатайствовать о производстве записи книг на магнитофонную плёнку. Заодно актёры смогут подзаработать, озвучивая шедевры мировой литературы для аудитории слабовидящих и пожилых людей. Наверно придётся ходатайствовать о создании студии в нашей республике, а затем подключить всесоюзное общество для распространения инициативы по всей стране. Тут и должны сильно помочь воссозданные акционерные предприятия.

Несмотря на свою большую загруженность множеством работ и планов, мне до конца не удалось погасить свою жажду справедливого возмездия вашингтонским центрам принятия решений. А чтобы она кислотой не разъедала мне душу, то я решился сильно поменять свои творческие планы. И пока Владимир Басов раздумывает над моим предложением и сомневается в его скорейшей реализации, сам решил ответно засветить пиндосам не по-детски.

Благо, будучи в Москве, я очень просил Веронику Степановну срочно отыскать Станислава Говорухина[82]. Нечего ему и далее пребывать в относительной безвестности. Фильм «Вертикаль» и песни Владимира Высоцкого привлекли зрительское внимание, но этого недостаточно. Пусть уже сейчас оправдывает то высокое доверие, что я ему оказал в будущем, именно за него проголосовав на выборах президента Российской Федерации.

Параллельно я на месте созвонился с дядей Витей и просил начать розыски режиссёра на Одесской киностудии, где Станислав Сергеевич снимал ряд своих фильмов.

В данный момент мне необходимы режиссёры, снявшие наши советские триллеры. К тому же до Одессы от нас всего три часа на дизеле. Так что если понадобится, то смогу туда ездить и на нашей машине. Да и тут мы всегда сможем устроить режиссёра в отличную гостиницу, и провести переговоры с ним на нашей киностудии в кратчайшие сроки.

К вящему везению Станислав Сергеевич оказался на одесской киностудии, где его и удалось перехватить. Уж и не ведаю, как дяде Вите удалось уговорить, но Станислав Сергеевич согласился заехать к нам на денёк-другой проездом. Самолёты в Москву летают и из нашего аэропорта, а билеты мы всегда для него достанем без каких-либо проблем.

Предварительно ознакомить со сценариями фильмов не представилось возможности, так как я срочно дописывал их. Вот мне и придётся рассказывать и на пальцах показывать, как будет выглядеть фильмы и их основные моменты. Благо мне заблаговременно удалось отловить Танюшку, пока я колупался с пайкой проводов в Универе. И она мне набросала некоторые футуристические кадры фильмов, следуя моему чуткому руководству. Эскизы были довольно беглые, но могли дать представление о некоторых сценах этих фильмов. С этим я и приступил к представлению сценария режиссёру.

— Добрый день, Станислав Сергеевич. Меня зовут Константин, а вас, смею надеяться, я весьма неплохо изучил заочно, — и чтобы Станислав Сергеевич не стал ответно представляться или здороваться, я остановил его жестом руки. — Давайте сразу перейдем к делу, ведь вы сильно спешите, как мне стало известно.

— Тогда, давайте приступим. Я вас внимательно слушаю, — ответил режиссёр.

— Мною почти завершены два сценария фильмов, и мне хотелось бы поскорее увидеть их на экранах кинотеатров. Жаль, что не удалось своевременно ознакомить вас с ними, но отчего-то мне кажется, что вы и эти сценарии, как бы созданы друг для друга, — и протянул режиссёру несколько эскизных рисунков к фильмам. — Я всегда, при написании сценария, представляю себе фрагменты фильма, и думаю, что они очень подходят к вашему авторскому стилю.

— Да уж, удивили вы меня, Константин. Предложение очень неожиданное, и мне думается: А не продают ли мне кота в мешке? — после чего улыбнулся, и серьёзно продолжил. — Я не могу говорить о фильмах и самих сценариях, так как совершенно не знаком с ними. Судить подходят ли они мне, и того более. Также меня занимает вопрос: Чем таким выдающимся смог привлечь внимание к своей скромной персоне?

И пока он говорил, то бегло просматривал, переданные мною эскизы. Стало заметно, что те ему приглянулись. Так что я стал ковать железо, не отходя от кассы.

— У меня свои критерии подбора режиссёров для кинолент, — ответил на прямой вопрос таким же ответом. — Павел Арсенов до нашего совместного фильма снял всего несколько лент, а самой известной была сказка-притча «Король-олень». Но ведь замечательно же справился с постановкой фильма! Вы смотрели «Девочку из будущего»?

— Не могу возразить, фильм получился очень зрелищный, фантастический, и вместе с тем очень реалистичный, — при этом прошелся рукой по шевелюре, где только наметилась будущая лысина. — Не чувствуется бутафории, и все футуристические устройства очень функциональны и практичны. Это я смею утверждать, как геологоразведчик с полевым опытом.

— Мне польстила столь высокая оценка от практика, который знает цену каждого грамма экипировки для экспедиции, и обязан разбираться в функциональности отобранных инструментов и оборудования. А их, как и патронов — много не бывает. Бывает или очень мало, или просто мало, но больше уже не утащить[83], — попытался я пошутить, хорошо зная сказанное по опыту жизни в тайге. — Я не стану вас торопить с вашим согласием, так как спешка здесь неуместна. Вот сценарии, — и подвинул две папки по столу в его направлении. — Более того, если появятся стоящие дополнения то фиксируйте их на полях. Полагаю, что мы встретимся, когда вы будете готовы к полноценному обсуждению. С нетерпением жду вашего звонка, а номер телефона указан на обложке папок.

— Хорошо, наверно это оптимальный вариант на данном этапе, — согласился режиссёр. — Станем придерживаться этой договорённости.

— И ещё один организационный вопрос, — решил я уточнить некоторые детали, — Как долго вы намерены пробыть в нашем городе. Если несколько дней, то мы постараемся организовать культурную программу. Поездку в Криковские подвалы, где бывали все работники культуры, посетившие наш город. Билеты на спектакли театров и экскурсии по городу для ознакомления с ним.

— Да, я много слышал о Криковских подвалах от своих одесских знакомых, но в данный момент вынужден отказаться. Времени в обрез.

— Хорошо, Станислав Сергеевич. У подвалов ног нет, и никуда они от нас не убегут. Если Магомет не идёт к горе, то потом она сама придет к Магомеду. Несколько бутылочек отличного коньяка у меня хранятся именно для презентов, и я перешлю их вам в гостиницу. С билетом на самолёт тоже смогу помочь при отсутствии в кассах.

— Хорошо, я подумаю над вопросом о билете, но многое будет зависеть от того, что прочту в этих папках.

— Безусловно. Вдруг вам не захочется улетать, а наоборот сразу приступать к съёмкам!

— Константин, а кто-то тебе говорил, что вы излишне самоуверенны? — и Говорухин поспешил смягчить своё высказывание. — Это сказано не в плане критики, а просто личное наблюдение.

— Есть такое дело, — и, поморщившись, прибавил, — Но это проистекает из поставленных перед собой практически неисполнимых задач. Колебаться и браться за подобное без должной уверенности — значит завалить дело ещё до самого начала.

— Оригинальная трактовка, а в народе говорят что-то про пользу от второго счастья. Но будет правильней дать оценку лишь после ознакомления со сценариями.

— Очень мудрые слова, и почти библейские: По плодам их — узнаете их. Это я так скромно намекаю на пророческий дар. Так что давайте прощаться, и очень жду вашего звонка. До скорого свидания!

После чего мы распрощались, и его отвезли в гостиницу, а я остался на студии, где всегда были вопросы по другим фильмам и подготовке к съёмкам «Лилового шара». Пора мне обзавестись личным кабинетом на студии, а то приходится бегать по различным помещениям.

Разговор со Станиславом Сергеевичем у нас выдался непростой А как же ещё? Творческая личность, блин! Сам такой же, и не менее ершистый. Опять же, мой младенческий возраст заставляет всех с предубеждением относиться к моим предложениям. Особенно, в начале нашего знакомства.

Намеченные мной для Станислава Сергеевича фильмы «Военные игры» и «Козерог один» подходят ему как нельзя лучше, в них есть интрига и захватывающее действие, так что могут получиться ничем не хуже «Десяти негритят». И смею надеяться, что станут значительно лучше оригиналов этих лент.

Звонок от Станислава Сергеевича последовал уже следующим утром, когда мы едва успели закончить пробежку и зарядку и приступили к завтраку. Эк его забрало, что всё прочел за одну ночь, и не утерпел, а созвонился, когда мы только собирались отправляться на учёбу. А с другой стороны он поступил очень правильно, иначе моей охране пришлось бы вытаскивать меня с пары в Универе.

Благо, что джуниор с Людмилой ранее выехали в Универ, а то мне понадобится машина, чтобы добраться в гостиницу. Заодно реквизировал — несколько бутылочек отличных коньяков из старых толедских запасов, и загрузил их в дипломат, для народной дипломатии. И, пока машина возвращалась обратно, я успел одеться и собраться, так как планировал ехать на занятия после завершения нашей встречи.

Она протекала в более теплой обстановке и без того налёта официальности, что присутствовал на киностудии.

В целом Станислав Сергеевич высоко оценил оба сценария в нашем разговоре по телефону, и потому будто Буриданов осёл[84] разрывался между ними, не зная какому отдать предпочтение в первую очередь.

— Доброе утро, Станислав Сергеевич. Я понял по нашему телефонному разговору, что у вас возникла дилемма из-за выбора сценария для съёмок в первую очередь? — и сразу же ответил на свой риторический вопрос. — Почему бы не пригласить для реализации другого сценария вашего однокурсника Бориса Дурова[85], с которым вы совместно работали над фильмом «Вертикаль» и несколькими другими?

— А как быть с финансированием одновременных съёмок двух фильмов? Как скоро станет возможным приступить к работе над фильмами, а также утвердить их на художественном совете киностудии?

— Мне очень импонирует ваш подход. Вы даже не спросили об оплате и не запрашивали дополнительные преференции. Так что давайте в работе обойдемся без выканий, и сразу перейдём на ты, для ускорения процесса. Я уверен, что утвердят самые скорые сроки начала съёмок на киностудии. Именно поэтому предпочёл снимать фильмы у нас, а не поехал со сценариями на Одесскую киностудию. Мне памятно, что писали в «Золотом телёнке» о мытарствах Остапа Ибрагимовича на её просторах. Так что решил не идти по стопам «великого комбинатора» и не обивать те же бюрократические пороги.

— Это зря вы наговариваете на Одесскую киностудию. Я там много работал, и могу утверждать по собственному опыту. — ответил на мою реплику Станислав.

— Только не вы, а ты. И возможно, что с тех блаженных времён НЭПа, там многое поменялось. Однако смею надеяться, что вы будете приятно удивлены оперативностью решения возникающих проблем. Тут, в нашей республике, у меня сложился определённый авторитет, и он помогает успешно решать возникшие вопросы. Я, так сказать, не самая последняя лягушка в этом пруду.

— Да, я много наслышан о твоих свершениях из телевизионных передач и газет. Такое можно пропустить лишь полностью оглохнув и ослепнув, — саркастически заметил Сергеич.

— Чтож, знай наших! Мне так и не терпится сделать приятное моим лыбшим другам Дику и Уиллу.

Не разобравшись в тематике, Сергеич переспросил — А кто это Дик и Уилл? Что они сделали, чтобы возбудить столь пламенную любовь с твоей стороны?

— Так это мои закадычные друзья. Ричард Никсон и директор ЦРУ Уильям Колби коим я послал свои книги с самыми теплыми пожеланиями получить вдвойне того, что они для меня планируют. Не привык оставаться в долгу, и оттого спешу порадовать их своим творчеством. Сценарии вполне для этого подходящие, а фильмы должны получиться очень зрелищными и захватывающими.

— Да, сценарии очень необычные для нашего кинематографа, Не будет ли препятствий со стороны государственного комитета по кинематографии? — сразу задал кардинальный вопрос Сергеич.

— Не вижу никаких оснований для запрета. Фильм будет обличать пороки общества нашего идеологического противника, — а затем, усмехнувшись, добавил. — Тут даже пробу ставить негде. Более того, очень постараюсь обеспечить импортную плёнку — ORWO COLOR для достижения наилучшего качества. Часть съемок заграничного антуража можно будет провести в Прибалтике, Львове, Ужгороде или даже в ГДР. Однако большинство сцен фильма павильонные, и самих съемок предвидится не так много. Так что в несколько съёмочных месяцев можно будет уложиться.

— Вот мне странно проводить обсуждение узких профессиональных вопросов со столь юным сценаристом. Весьма необычно, и к тому же сценаристы не сильно погружаются в специфику режиссёрской работы.

— Есть некоторый опыт по съёмкам «Девочки из будущего», а многие планы фильмов предстают у меня перед мысленным взором. С Павлом Арсеновым мы их тщательно обсуждали, но именно он принимал решения и снимал фильм. На режиссёрские лавры я нисколько не претендую. Не дорос, да и не управился бы с самим процессом съёмок. Не моё. Просто описываю, как мне представляется сцена, а далее режиссёр либо соглашается с моим видением, либо нет. В общем, как в том анекдоте: Когда наше с женой мнение совпадает, то поступаем по-моему. В противном случае, как говорит супруга.

— Понятно, но в сценариях много передовой техники, в том числе и из будущего. Как ты её себе представляешь? — спросил Сергеич.

— А вот тут — никаких проблем, я живо интересуюсь техникой, и многое изучаю дома и в Университете. Само будущее мне представить значительно проще, чем взрослым. У меня еще не выработались определённые стереотипы, как у взрослых, у кого за плечами огромный прошлый опыт. Я же чистый лист и открыт для фантазирования. Могу некоторые из фантазий изобразить, но лишь как курица лапой. Те эскизы, что я вам передавал, рисует моя знакомая из Университета, и все иллюстрации к книгам — тоже её. К съёмкам фильма постараемся набросать ещё ряд футуристических видов для него. Думаю, что это поможет работе.

— Безусловно, но пока преждевременно. Нужно вначале решить какой фильм снимать первым. — задумчиво заключил Говорухин.

— А это всецело на усмотрение режиссёра, — поспешил ответить на его невысказанный вопрос. — Мне хочется, чтобы были поскорее сняты оба. Фильмы злободневные и больно ударят по самолюбию администрации Белого Дома. На этих деятелей у меня огромный зуб и совсем не молочный, так что со временем не выпадет. Мама до сих пор остаётся дома, и ей временно не разрешают посещение занятий. Проблем со сдачей экзаменов для неё не предвидится, так как она лучшая студентка курса. Правда она жалуется мне, что скучно сидеть просто так — без дела.

— Да, я видел репортаж об этом нападении. Такое даже в голову не укладывается. Посреди бела дня в аудитории Университета произошло нападение с целью выкрасть трёхлетнего ребёнка. Это само по себе — захватывающий сюжет для фильма.

— Такова, уж, их мораль. А, получив от нашей семьи отказ переехать для жительства в их «свободный мир», они стали действовать привычными методами, абсолютно не церемонясь. Год назад попытались устранить всю нашу семью, а недавно выкрасть меня, — и повысил голос, для выражения своего крайнего возмущения. — А вы знаете, что, по их «замечательным» законам об опеке малолетних детей, меня могут насильно определить в приёмную семью, не спрашивая на то моего согласия, а просто по решению суда. И затем делать с несовершеннолетним всё, что заблагорассудится «приемным родителям». Это считается законным, а моё желание вернуться на Родину и к своей семье никого бы даже не заинтересовало. Я ребёнок и не имею права выражать своё мнение, а обязан выполнять то, что сочтут нужным «приемные родители» или опекуны! — вскипел я от возмущения подобной гнусностью, прозванной ювенильной юстицией. (сомневающихся отсылаю к фильму «Одарённая» снятом о гениальном ребёнке).

— А вот у меня вопрос Костик. Только не обижайся. Откуда ты столько знаешь про их жизнь и законы?

— Это элементарно, Ватсон. Если у вас имеются враги, то вы обязаны изучить их досконально. Сунь Цзы в «Искусстве войны» писал: «Если ты знаешь врага и знаешь себя, тебе не нужно волноваться за исход сотни сражений. Если ты знаешь себя, но не знаешь врага, за каждую достигнутую тобой победу ты расплатишься поражением. Если ты не знаешь ни себя, ни врага, ты будешь проигрывать всегда», — и подмигнул Сергеичу. — У нас с ними непримиримая война мировоззрений, и это осознают обе стороны.

— Кажется, до меня дошло, отчего им не хочется допустить твоего соревнования с выпускниками их ведущих Университетов. Из тебя цитаты сыплются, как зерно из прохудившегося мешка.

— Так Сергеич, я же говорил о своей памяти. Не скажу, что запоминаю всё подряд, но штудировал очень внимательно не только Сунь Цзы, но также Суворова и Клаузевица. И это лишь только о стратегиях, прочего прочёл также немало.

— Да, по сценарию и направленности фильма «Военные игры» это ощутимо, — подчеркнул Сергеич.

В целом он оказался нешуточно удивлён моей осведомлённостью и широтой познаний, так что пришлось повторно напомнить про чудесную память, и что подготовку домашних заданий меня приучили выполнять тщательно со школьных лет. А затем мы вкратце обсудили наше взаимодействие, а я пообещал нажать на все доступные мне рычаги для скорейшего начала съёмок.

С трудом выкраиваю время в своём плотном графике, но не бросаю попыток заниматься изучением немецкого языка. Не нужны мне «сложности перевода», а сотрудничать с немецкими камрадами планирую ещё многие и многие годы. На данный момент наибольшая отдача в проектах на международной арене получается именно от этого нашего взаимодействия..

Да и научные проекты развиваются, так что будет неудобно поминутно бегать с просьбами перевести, тем более при общении на научные темы и в быту. Поэтому при первой же возможности продолжу заниматься немецким языком с Хайди. И расписание скорей всего сохраню устоявшееся — два раза в неделю, по воскресеньям и средам.

К тому же совсем не хочется забрасывать наши контакты с Мартиной и Cоюзом свободной немецкой молодёжи.

Не знаю, на каком стадии находится работа по организации международного пионерского лагеря в нашей республике. Как-то не до того было, чтобы этим поинтересоваться, но лето наступит в свой срок, и станет стыдно, если оно по старинной традиции, наступит неожиданно как зима. Задел для организационной деятельности пионерской организации мы создали немалый, но пускать всё на самотёк никак нельзя. Иначе извратят всё начинание и превратят в очередное мероприятие для галочки.

Пора подключать к работе немецкую сторону и тогда возможностей для отступления не останется. Это подстегнёт к активной деятельности насмерть забюрокраченные руководящие органы комсомола и пионерии. Надо, так сказать, подкинуть им лягушку за пазуху, и пусть подергаются.

Но реальность оказалась сурова, и в первое же посещение общежития иностранных студентов, пришлось каждому встречному и поперечному рассказывать о Верочкином самочувствии, а также отвечать на их многочисленные вопросы. Пояснить, что она возможно до самой экзаменационной сессии не появится на занятиях, потому что врачи беспокоятся из-за последствий при сильном сотрясении мозга и прописали ей домашнее излечение. Наверно они правы, и для избегания осложнений стоит прислушаться к советам медиков. Поэтому я отправился на занятия к Хайди в одиночку, так как Верочке пока не рекомендуется излишне напрягать мозг.

Все высказывали пожелания её скорейшего выздоровления. Ещё бы, столь дерзкое нападение всколыхнуло весь Университет, и студенты сочувствовали пострадавшей. Не везёт что-то нам, то силой уводят из учебного корпуса представители «золотой молодёжи», а то она получила травму при этом наглом нападении.

Студенты в общежитии совсем не удивились, что меня повсюду сопровождают два охранника, и теперь проходят в само общежитие, а не ожидают на улице, как случалось раньше. А молодые охранники ещё и настаивают на своем присутствии в комнате при занятиях, а это дьявольски для меня неудобно. Мне же надо получать некоторую корреспонденцию, о которой им знать точно не следует. Правда, голь на выдумки хитра, и мы с Хайди сделали книжку-тайник, именно для такой корреспонденции.

Она мне на дом задаёт выполнение упражнений из неё. В ней и переношу письма из Германии, и мои им ответы. Тайник не бог весть какой изощрённый, уж слишком банален и примитивен. Но все кому положено и так догадываются о моих контактах с немецкими камрадами как они осуществляются, так что это лишь дань соблюдению внешних правил приличия и хорошего тона, чтобы не вовлекать в такие игры непосвящённых.

Хайди также не была оригинальна и первым же делом осведомилась о здоровье Верочки, так что я пообещал, что в следующий раз самолично вывешу на проходной возле охраны листок с ответами, так как по меньшей мере с десяток раз рассказывал одно и то же всем подряд. В следующий раз стану умнее и составлю подробный бюллетень перед самым выходом в общагу.

А когда поостыл, то передал ей свою просьбу о командировании Мартины для решения многочисленных накопившихся вопросов. Не в последнюю очередь для координации взаимодействия пионерской организации имени Эрнста Тельмана[86] с нашей пионерской организацией в подготовке совместного отдыха пионеров в лучшем пионерском лагере нашей республики. Передал также согласованную программу мероприятий для их пребывания и отдыха в этом пионерлагере. Приложил список школьников состоящих в переписке с нашими пионерами, снявшимися в фильме «Девочка из будущего», для их первоочередного приезда в лагерь.

Дополнительно у меня возник ряд вопросов, касающихся съёмок новых фильмов, в решении которых мне требовалась помощь немецких товарищей. Начиная от поставок отличной немецкой плёнки и до возможности проведения съемок в одном из немецких городков. Для нашего зрителя это будет выглядеть заграницей. И станет изображать небольшой американский городок, где с начала века проживает множество немецких переселенцев. Так что архитектура может оказаться сходной с уютными немецкими городками.

Мне нужно согласие немецкой стороны для проведения подобных съёмок, а может и совместного советско-германского производства этих фильмов с киностудией «DEFA».

Да, шок — это по-нашему. Бедная Хайди немного подзависла от обилия вываленной на неё информации. В ней нет ничего секретного, и потому я решил слегка её потроллить. Припугнул, что в фильме обязательно найду роль и для неё. И, наверно, это завесило процессор окончательно, так что добился полного ступора.

Ну вот! Чего она такая робкая и стеснительная? Пришлось мне усиленно извиняться перед девушкой, за свою неудачную шутку. Пояснять, что у меня сейчас слишком много агрессии, не растраченной после перипетий последнего времени. Так что извинялся и умолял простить засранца, посыпая притом главу пеплом.

Хайди — добрая и мягкая девушка, а тут такой скифский натиск и беспардонность. Слава богу, она быстро отходит и вскоре меня полностью простила. Даже вместе со мной улыбнулась, вспомнив о своём испуге. Так что занятия прошли нормально, и мы в завершении немного с ней посудачили на различные бытовые темы, чтобы я не утрачивал навыков обиходного общения на изучаемом языке.

После занятий я её искренне поблагодарил и обещался передать Верочке её теплые и искренние пожелания скорейшего выздоровления. Хороший она человечек, но вот что поделать с её стеснительностью? Ведь действительно мог выхлопотать ей роль в новых фильмах, и совсем не в шутку.

А затем, не выходя из общежития, завернул к вьетнамским студентам, чтобы поделиться нашей общей ненавистью к американской военщине, конгрессу, правительству и администрации президента. Тут мы братья и соратники…

Обычно мне неудобно встречаться с ними в коридорах общежития и университета. При встречах они ведут себя так, словно я какая-то реинкарнация живого Будды. Вот тебе и шутка про «Золотого мальчика». Как только меня завидят, то ещё издали начинают кланяться, что тот китайский болванчик. А когда стараюсь им всем пожать руку и побеседовать, то ведут себя точно терракотовые статуи, застыв в полном обалдении.

Однако в данный момент мне необходимо было выплеснуть всю свою злость на руководство Соединённых Штатов, и вьетнамцы стали самой подходящей аудиторией для моей брани в адрес американского истеблишмента и администрации президента. Мы могли дружно предаваться своей предельной к ним ненависти, и отдаться процессу со всей душой, не выбирая выражений.

Вьетнамцы многое от меня почерпнули из неформальной русской лексики, хотя в обычной жизни я не применяю дикую мощь русского матерного из-за своего интеллигентского воспитания. Однако, в данном случае произошло исключение из правил, которое только его подтверждает. Так что наши души слились в полном резонансе.

А так, то мне обычно только с одним Нгуеном и удается продуктивно пообщаться, но он сейчас на последнем курсе и в следующем году окончит Университет. Конечно, он тоже проявляет ко мне уважение и неизменно благодарит за посещение, но с ним хоть можно поговорить просто по-человечески, а также узнать последние новости из Вьетнама.

Как я и думал, марионеточный режим в Сайгоне долго не протянет и наверно в ближайший год его окончательно сковырнут. Хунта удерживает только ближайшие окрестности столицы, и то лишь благодаря мощной поддержке Штатов.

И ещё он мне поведал следующую радостную новость: Пол Пот таки откинул копыта, и думаю не без содействия вьетнамских товарищей, а возможно нашей агентуры. Кажется, мои намёки восприняты правильно, и решили загодя устранить столь неадекватного деятеля. Не к чему дожидаться создания отрядов тех самых «красных кхмеров», чтобы потом бороться с ними долгие годы. Вьетнам самый верный наш союзник в том регионе и пусть доминирует, оказывая помощь соседям.

Старый Год неуклонно катится к своему завершению, а в доме, что называется — конь не валялся[87]. Необходимо готовиться к празднованию Нового Года. А где же наряженная ёлочка? Где подготовка к пиршеству, где наконец-то уборка дома к приезду прабабушки и прадедушки? Я спрашиваю, где?!

Ну да, это я так спускаю пар в котле. Из всех наличествующих осталась одна-единственная немочная сила, более-менее свободная от забот по выполнению плана, и на коего можно возложить дежурство на праздники.

Верочку мы давно общим голосованием отрешили от всех забот и запретили колупаться по хозяйству.

Людмила с головой погрузилась в освоение новой и незнакомой для неё области трудовой деятельности и растёт над собой в этой специальности. А также мы по традиции на Новый Год и другие праздники отпускаем её домой.

После возвращения из Завидово дедушку Павла мы дома практически не видим во все выходные. Он теперь самый известный и почётный охотник республики. Как же — с самим дорогим Леонидом Ильичом охотился, и даже удостоился похвалы. А в будние дни у него конец года на стройке и этим всё сказано. Он бы и в выходные не вылазил с площадки, но отказать столь уважаемым людям нет никакой возможности, а потому в будни он не возвращается с работы до самой полуночи.

О бабуле даже не заикаюсь. У неё начался «новогодний чёс» по причинению добра, и она разъезжает по детским домам разных районов республики. Она и ранее часто бывала в двух ею опекаемых. Дарила детям подарки и регулярно беседовала с воспитанниками этих детских домов. Старалась оказывать им всяческую помощь.

А теперь эти встречи проходят в различных частях республики, и зачастую она не ночует дома, если слишком далеко возвращаться назад. Так что эти утренники, ёлки и встречи с юными читателями продлятся почти до самого Старого Нового Года.

Подтянуть резервы из соседнего домика тоже не удастся. У старшего поколения привычная в конце года запарка, а у сестры на носу сдача кандидатских минимумов и скорый выход на защиту диссертации. То же самое можно отнести к джуниору — он весь в своих исследованиях и если бы не шефство, взятое над ним сотрудниками а в лаборатории матерью, то и поесть бы забывал.

Вот так мы с котом и дичаем без присмотра. Разве что Пирата припахать к подготовке? Но из него ещё тот «помошничек» — из чашки ложкой. В общем — бяда! Две слабосильные особи, да к тому же с совсем не созидательными наклонностями. И хоть уже выпустил часть пара, пообщавшись с вьетнамцами, но явного успокоение до сих пор не наступило, а «пепел Клааса стучит в моё сердце»[88].

Пират же совсем подрос и приобрёл чертовски независимый нрав, а домой приходит только пожрать, да поспать. И то, только когда прохладно на улице, а так обычно растягивается на крыльце, греясь в лучах солнышка и дрыхнет себе в удовольствие. А то носится по окрестностям, охраняя территорию и отваживая всех прочих котов.

Из маленького ласкового котёнка вырос здоровенный котяра, хотя ещё подросток-двухлетка. Что правда не мешает ему терроризировать всю живность поселка, и гонять своих конкурентов.

Пришлось как-то дико извиниться перед пенсионеркой, чьего домашнего мопсика он исцарапал, когда тот с радостным лаем поприветствовал его на улице. Но, то ли настроение у Пирата было неважное, то ли не отошёл от очередного выяснения отношений с котами, но этот паразит набросился на милую собачку. Сильно не исцарапал, но обратил в паническое бегство, сопровождаемое её неистовым визгом и воем самого Пирата.

А с женщиной мы потом душевно побеседовали о домашних любимцах, и оказалось, что она завела собачку, чтобы не скучать на пенсии. До того она продолжала работать шеф-поваром в ресторане гостиницы Интурист. Они с мужем проживали неподалёку в самом центре города, но так как тот готовился к скорому выходу на пенсию, то решили, что им следует перебраться жить ближе к земле и природе. Ей пришлось отказаться от продолжения работы в ресторане, так как стало затруднительно возвращаться домой поздней ночью на окраину города.

Тут у меня возникла, а точнее реанимировалась идея об организации пункта питания в нашем посёлке или в его окрестностях. Типа модных сейчас кулинарий: с выпечкой, полуфабрикатами, и готовыми блюдами для сильно загруженных работой тружеников.

Учёные с их секретного объекта возвращаются домой очень поздно, и времени на готовку остается мало. Хорошо у кого работящие жёны, что после работы успевают приготовить, и за детишками проследить.

А памятному мне учёному, с его предельно ленивой супругой, скорее всего, приходится совсем несладко, и питается он всухомятку. Жена даже когда просиживала дома дни напролёт и то мало готовила, а теперь после возвращения с работы наверно даже пальцем о палец не ударит.

Оттого я взял инициативу в свои руки и предложил ей основать за оградой неподалёку от трассы небольшое всесезонное кафе с кулинарией при нём. И так как сейчас модно организовывать акционерные компании или предприятия, то можно без труда взять ссуду в банке на его строительство. У нас в посёлке освоено круглогодичное выращивание шампиньонов, и можно подавать в кафе грибной суп, пироги с грибами, пирожки и массу других вкусных блюд. Грибы домашние и появление несъедобных, а тем более ядовитых абсолютно исключено. Так что можно смело готовить и предлагать посетителям. А ещё можно готовить пиццу, и в том числе с грибами, а также осуществлять доставку на заказ по телефону.

И подробно ей рассказал об этом весьма распространённом итальянском блюде и его разновидностях. Позднее, к открытию кафе передал ей несколько известных мне рецептов приготовления. Там указал и исконные итальянские, слегка адаптировав их к нашей действительности. Сыр моцареллу[89] смело порекомендовал заменить нашим сыром моале[90], или ещё лучше — овечьей брынзой[91].

Посоветовал не забывать наши традиционные национальные блюда и включить их в меню кафе. Для помощи рекомендовал подыскать нескольких помощниц, возможно и из нашего посёлка. Опыт у неё огромный и остались налаженные знакомства в сфере обслуживания, что значительно поможет в успешной организации дела.

Внешний облик кафе и интерьер посоветовал оформить в национальном стиле, декорировав народным антуражем и огородив плетнём возле которого поставить крестьянскую телегу с водружённой на неё бочкой от вина. У заведения появится этнографическая окраска, и это поможет привлечь туристов или же просто любителей старины.

С Танюшкой мы приготовили эскизы внешнего облика кафе и одежды официанток. Как раз пригодилось её прежнее увлечение изготовлением кукол и созданием для них национальных костюмов различных стран мира.

Деда в свободное время разработал проект этого строения, согласно Танюшкиным эскизам и использованием стандартных строительных конструкций, что удешевило строительство. А бабуля вычертила все планы необходимые для утверждения проекта в горисполкоме.

Сам же оказал существенное содействие для максимального ускорения в оформлении документов и получении ссуды в банке. Так что оказывали помощь всей семьёй. Прям как какая-то мафия, что по-итальянски и значит семья.

В возведении постройки снова помог дедушка Павел и порекомендовал ей толковых строителей и в свободное время присмотрел за проведение работ. К тому же сама контора тоже оказала своё содействие, так что кафе построили очень быстро и качественно.

Это принесло ощутимую пользу в решении множества проблем. Многие с тех пор пользуются услугами кулинарии, для экономии времени и упрощения быта. А в случае празднования событий сопряжённых с приглашением множества гостей используется зал кафе, так как в самом посёлке строгий пропускной режим, который неукоснительно соблюдается.

Я и сам не раз назначал там встречи со своими сокурсниками и другими студентами Универа. Именно в это кафе приглашал для переговоров по рабочим вопросам, чтобы не заморачиваться с заблаговременным выписыванием для них пропусков. Ребят из «Миража» тоже не раз привечал в нём, и там была отличная возможность спокойно общаться на профессиональные темы без излишнего ажиотажа и публики. Всё-таки они достаточно известны и многие узнают их при встрече.

Очень мудро отмечено в армянском мультике: «Делай добро и бросай его в воду. Оно не пропадёт — добром к тебе вернётся!». И потому я обратился к Марине Николаевне в кафе, с просьбой пособить в моём затруднении с приготовлением к новогоднему пиршеству. Иного выхода из данной ситуации, я не просматривал. Взрослым точно будет некогда этим озаботиться.

Благо у нас отличные отношения с этой милой женщиной. И что особенно ценно, она хорошо помнит сделанное добро. Так что расстарается, как для себя. У нас с ней давно полное взаимопонимание, так как я провёл убедительное внушение своей кошатине, и он более не трогает её мопса, и даже выказывает тому своё покровительство.

Ведь может же, если захочет. К тому же именно благодаря ему сложилась столь полезная ассоциация, что подтолкнуло меня к решению назревшей проблемы. Предложу и соседям поступить таким же образом, им явно не до домашних забот и все предельно загружены. А виноват снова — всё тот же маленький засранец.

К тому же не чужие они мне, хоть и не каждый день удаётся с ними повидаться и просто посидеть в компании. Я словно штандартенфюрер фон Штирлиц на встрече с женой в кафе. В переносном смысле — сижу за разными столиками и обязан соблюдать некоторую конспирацию.

Так что можно было относительно расслабиться, «заговорить демонов и лечь спать. На предмет самовозгорания».

Наступающий новый 1974 год встречали в привычном формате. Незадолго до него 30 декабря приехали прабабушка с прадедушкой. Они решили погостить у нас несколько дней. Остаться на все школьные каникулы не получится, так как у Вероники Степановны в самом начале года намечено решение нескольких срочных вопросов в области советско-германского сотрудничества в области культуры. А Всеволод Никитич не хочет отпускать её обратно одну.

Квартиру они оставили на Леночку, тем более что там так и осталась печатная машинка, вытребованная мной из конторы. Пока что за ней так и не явились забирать. Для тетушки это очень кстати, а то на работе в Ленинке её пару раз застукали, когда она в обеденное время сидела и стучала по клавишам их разболтанной машинки.

Начальство встревожилось и потребовало предъявить написанное. В Союзе вся подобная техника под строгим учётом органов, а потому руководство учреждения отвечает за её сугубо целевое использование. В противном случае могут полететь головы. А кому из руководителей этого хочется на своих тёплых местечках?

Правда, когда вчитались то поняли, что девушка занялась написанием романа-антиутопии, а совсем не антисоветских листовок и прокламаций. Тогда они слегка успокоились и даже сменили гнев на милость и разрешили ей использовать машинку в нерабочее время. Библиотечным работникам всегда обидно перебирать книги авторов, а самим даже не дерзать — писать оные. А тут появился молодой талант, и можно записать на свой счёт, что вырастили юную писательницу в чутком коллективе ведущей библиотеки страны.

Леночка с таким энтузиазмом накинулась на работу, и проявила столько юного задора и энергии вкупе с упорством, что и уже изрядно продвинулась в написании первой книги трилогии. Молодец, прошедшее время написала почти десяток авторских листов. Для современности это очень много, если учесть, что книги пишутся годами. А она именно писала, пусть и по моим развёрнутым, но лишь наброскам сюжета книги. Прабабушка привезла мне копию для ознакомления и сама усиленно нахваливала написанное Леночкой.

Так она пристрастна и та является её любимицей, родной кровинушкой самолично ею выпестованной. С родной внученькой ей стойкость характера не позволяла общаться, вот и переключила всю свою любовь и заботу на Леночку. Ну да — «кто старое помянет, тому глаз вон», а кто забудет тому оба. Надо-надо помнить о её крутом нраве, а то фейерверк от нашей сшибки может быть ещё тот. И этого нам не надо, следует использовать энергию исключительно в мирных целях.

Однако читать в первые дни до и после Нового Года было совершенно некогда, так как навалилось множество мероприятий и встреч со знакомыми и друзьями, так что отложил чтение на более поздний срок. Опять же мне бы хотелось привлечь бабулю в качестве литературного эксперта, а её мы целыми днями дома не видим из-за детских ёлок, утренников в детских домах. Таково тяжкое бремя славы, и необходимо делиться теплом с воспитанниками этих домов. Она детский писатель и пишет именно для таких же мальчиков и девочек, но у тех есть родные семьи, чтобы отпраздновать этот семейный праздник.

Благо на сам Новый Год она возвратилась в семью и мы отпраздновали его за накрытым праздничным столом. А он благодаря моим своевременным действиям оказался совсем не скуден. Блюда хоть и были непривычные не бабулиного приготовления, но замечательно вкусные. Не посрамила Марина Николаевна честь своего заведения.

Так что все остались сытыми, пьяными и нос в табаке. К тому же бабуле и всем нашим труженикам удалось просто отдохнуть от трудов и забот праведных и расслабиться за новогодним столом. Так сказать отряхнуть прошлогодние заботы.

А я под шумок во второй части марлезонского балета, когда остальные погрузились в семейные предания и воспоминания былого, быстро шмыгнул в соседний домик и повторно отпраздновал Новый Год, а также вручил всем подарки запасённые ещё из самой Москвы.

Они тоже вняли голосу разума и тоже заказали себе блюда из кафе, разве что прибавив несколько фирменных. Но особо рвать жилы никому не хотелось, а желалось расслабиться, отпуская накопившееся напряжение от суматохи на работе.

Так что я душевно посидел с ними и прекращал все попытки разговоров на производственные темы, хотя бы и накопилось немало проблем, решать которые в конце года было просто некогда. «План — закон, выполнение — долг, перевыполнение — честь!»[92]

Отложили эти проблемы на более поздний срок и просто поболтали, вспоминая события прошедшего года. Посмеялись над моим развёрнутым пересказом участия в царской охоте, и прочих моих московских коллизиях, над моими пародиями на поведение некоторых встреченных там работников музеев. Заинтересовались рассказом о записи фонограммы к мультфильму в студии грамзаписи, и о встречах с актёрами кино.

Для них это уже не диво, но они во многом оставались в стороне от этой стороны моей деятельности и не принимали в ней большого участия. Так мы же черная кость — техническая интеллигенция, кою творческая себе ровней не считает. Одно слово — инженегры.

Правда по прошествии некоторого времени пришлось отправляться в постель, ну да — бурно растущий организм требует своего и обижать его не следует нарушая распорядок дня. Да и хозяева начали зевать от накопившейся усталости. И так поработал для них «новогодним огоньком», что засиделись далеко за полночь. Кабы не рассказывал о своих московских похождениях, то все давно бы уже кивали носом.

Распрощался с ними и отправился в домик, чтобы предаться заслуженному отдыху. И так ложился спать позже других. Так что пробрался тихонько в комнату, чтобы ненароком не разбудить Верочку, которая на время перебралась ко мне в комнату.

Ничто не бывает вечным и время отдыха пронеслось незаметно. Так что Вероника Степановна даже сетовала, что не может вволю наговориться с дочкой. Однако, чётко осознавала насущную необходимость её деятельности.

К тому же бабуле самой нравится общаться с подрастающим поколением, и она остро ощущает свою полезность, когда пишет для них книги и затем видит задорный блеск детских глаз при их обсуждении.

Она окончательно подсела на этот стимулятор, и это так не схоже с её предыдущей работой, на которой трудилась хоть и хорошо, но без огонька и такой увлечённости. Просто выполняла положенное, а уделяла основное внимание своей семье.

А сейчас дочка выросла и стала почти самостоятельной, тогда как внучок оказался вдвое старше её самой. Вот такой парадокс, а истина как обычно рядом: и она состоит в служении многим людям, так что блаженны те, кто сие осознал. Вот из домохозяйки превратилась в творческую личность, и дарит свой огонь подросткам.

Прабабушка на меня тоже не наседала и не торопила с прочтением Леночкиной рукописи, осознавая, что моё мнение, основное и решающее, а потому не следует его выносить в новогодней спешке и кутерьме.

Вот он наступил 1974 год, запомнившийся мне совсем другим и страна уже ощутимо другая. Многие изменения уже заметны в сравнении с памятными мне деталями. Хорошо это или плохо покажет время.

Сам я пока что успел очень немногое, и это при условии, что подключил всех близких, друзей и знакомых к реализации этих проектов. Положительные влияния уже ощущаются, но этого очень мало, чтобы изменения набрали достаточную инерцию и смели номенклатурную сволочь с пути развития страны.

Каждый по отдельности они может быть и полезны, но вместе как класс безусловно вредны для дальнейшего нарастания позитивных преобразований. Среди них немало вполне приличных людей, не лишённых некоторых недостатков, но приятных в общении и исполнительных. Но как массовое явление они являются могучим тормозом прогресса, так как в первую очередь заботятся о своих классовых интересах.

Дедушка ухитрился найти общий язык со многими из них на охоте, и прослыл в их среде чуть ли не за своего, тем более, что к нему благоволил сам Брежнев. За эту краткую поездку он приобрёл столько полезных знакомств и влияния, как не приобрёл за всю свою предыдущую деятельность.

Это не справедливо, когда не учитываются реальные трудовые заслуги, а только принадлежность к узкому кругу и кастовость. А в таких высоких сферах, только это и имеет значение. Так что руководитель крупного строительного треста, начальник ответственной стройки и обычный прораб кажутся одинаково мелкими букашками и винтиками.

Использовать подобные знакомства он и не намеревается, поскольку это было бы словно из пушки по воробьям, но у него появился свой читерский ход на высшие уровни игры. Да и слухами мир полнится и теперь в родимом министерстве осознают, что простой начальник строительства, пусть и важного, не так прост а вхож в круг охотников во главе с самим дорогим Леонидом Ильичом.

Это такой неубиваемый туз в рукаве, что даже светить его не придётся. Все и так будут о нём догадываться и принимать в расчёт при раскладе игры. А год и так для его строительства завершился успешно. Всё запланированное было выполнено в срок и с высоким качеством, что зафиксировала не одна комиссия из разных ведомств.

Их побывало немало на предприятии, особенно, когда оно вышло на передовые позиции по выходу годных изделий в отрасли, и значительно опережал предыдущие достижения. Так что премирование всех работников строительства оказалось на высоте, что позволило стимулировать ответственное выполнение технологии в строительстве.

Не обошли премиями и самих работников предприятия, хотя вначале с учетом неопытного коллектива и освоения нового оборудования всем представлялось совершенно невозможным и объяснялось приписками.

Но после многочисленных комиссий и проверок вплоть до ОБХСС выяснилось, что цифры соответствуют достигнутым результатам. Тогда и началось награждение непричастных и наказание невиновных. Правда таковых не было найдено и им простили упущения, правда ОБХСС отметил некоторые нарушения по оплате труда на предприятии, однако разрешённые сверху в виде эксперимента.

При этом документация и расходование средств полностью соответствовали установленным там правилам.

Опытные следователи кинулись копать с удвоенным тщанием, но ничего не нашли. Их это абсолютно обескуражило. Опыт диктовал, что ошибки намеренные или же нет в документах просто неизбежны. Однако их не было. Посрамлённые они обратились за помощью к Петровичу, и тот долго смеялся, рассказывая мне эту историю.

Ему-то смешно, а маме эти проверяльщики чуть всю кровь не выпили и очень мешали выполнять свои обязанности. Требовали срочно запустить их в производственные «чистые помещения» подозревая укрытие улик именно там.

Требование пройти полноценный контроль врачей и экипироваться в костюмы были им непонятны и вызывали ещё больше подозрений, не требуется ли время работникам для сокрытия улик. Короче паранойя цвела и пахла.

Так что пришлось, поскрипев зубами, провести полную врачебную проверку и запустить несколько слонопотамов, запретив им к чему-либо прикасаться без разрешения от сопровождающих. Мама лично их повсюду сопровождала, по всем интересующим их местам, а после этой экскурсии вытурила обозлёнными.

Ничего они не нашли, а в непривычной одежде и шлемах ещё и запарились не имея привычки. Это недовольство они снова попытались выплеснуть на работников предприятия.

Пришлось по просьбе матери подключить артиллерию Ставки, чтобы их утихомирить. И ведь остались обиженными, что им не дали возможности раскопать злоупотребления.

Странные люди, нашли где копаться в поисках криминала. Во-первых порядок на производстве был установлен образцовый и без каких-либо отступлений, во-вторых не меньший в финансовой сфере.

А это семейное, её мать была отличным главным бухгалтером на различных стройка тридцатых, и у неё всегда баланс сходился в копеечку, за что очень высоко ценили. В то время просто грамотного найти было сложно, а бухгалтеры умеющие так оперировать финансами и материальными ценностями, чтобы ни одна ревизия «не могла носа подточить» являлись редкостью.

Мама же при ней с младых лет училась бухгалтерской отчетности и помогала в работе. Так что порядок в финансовой отчетности по её производству был идеальный, что и зафиксировала проверка со стороны ОБХСС. По иным направлениям и участкам были некоторые упущения, но на самом производстве где проводился разрешённый эксперимент по оплате труда не смогли найти ничего.

Нельзя сказать, что Петрович не позлорадствовал неудаче «коллег» из других органов. С ними успешно сотрудничал при необходимости, но и дух состязательности присутствовал. А тут те так прокололись и были вынуждены обратиться в комитет не обнаружив нарушений законности. И это грело ведомственную гордость комитетских.

После новогодней суматохи мне наконец-то удалось сосредоточиться на чтении рукописи, ранее переданной Вероникой Степановной. Да, порадовала меня тётушка Елена свет Батьковна, успела написать изрядную часть первой книги трилогии «Голодные игры». И, на мой взгляд, так совсем не хуже Сьюзен Коллинз.

Да, во многом иначе и более динамично, так как не стала обильно размазывать сопли по лицу главной героини. Именно это и коробило меня в самой книге американской писательницы. Слишком уж главная героиня предаётся своим чуйвствиям (рефлексии) и упивается своими переживаниями, отчего её бросает из одной крайности в другую. Так что в целом не складывается образ крутой вумен крушащей прогнивший режим диктатора Сноу. Слишком уж много метаний томящейся души Китнисс Евердин.

Скорее всего, на этой оценке сказывается моя гендерная принадлежность[93], а с женской точки зрения всё может выглядеть оправданно и органично. Как у той Анны, что кинулась под паровоз, или же Анны Адамовны из фильма «Покровские ворота» и отлитое фразой: «Я вся такая несуразная, вся угловатая такая, такая противоречивая вся…»[94]

А потому непременно дождусь мнения бабули, а то кому-то из знакомых девушек подкину на рецензирование. Возможно, это я не понимаю женской натуры и мятений героини, не попадаю в резонанс с ними по причине мужской ограниченности?

Я не никогда не считал произведение Сьюзен Коллинз безупречным, так что написанное Леночкой мне понравилось даже более оригинала, где у героини семь пятниц на неделе. Даже становится непонятно, как она со своими тараканами дожила в столь сложных условиях до своего возраста и смогла поддерживать на плаву всю свою семью после гибели отца.

Однако, в данный момент воздержался высказывать Веронике Степановне мнение о рукописи, только уверил что прочёл внимательно и желаю дождаться оценки от бабули. Все свои замечания и предложения записал и позднее сравню с мнением нашей детской писательницы. У неё уже есть некоторый опыт, и она принадлежит к той же прекрасной и лучшей части человечества.

А так в литературном плане мои советы неуместны, и сама Леночка в разы знает больше всех нас вместе взятых о теории литературного творчества и рекомендациях маститых литературных гениев по написанию произведений. Им на лекциях в институте этим всю головушку проклевали, талдыча о том.

Единственное моё преимущество — это отличное знание оригинала произведения, а у бабули преимуществом является наличие опыта практического литературного творчества и общения с читателями её книг. И как не странно, но это не всегда дети, для которых те писались.

К тому же в литературе многое поменяется за те полвека, что пройдут до написания книги. Произведения станут наполненными действием и менее литературными с профессиональной точки зрения, в них окажутся отринуты многие табу довлеющие на писателей современности. Станет не принято велеречиво восторгаться красотами рассветов и закатов на протяжении нескольких листов книги.

Так что, на мой взгляд, сюжет должен оставаться динамичным, но и не превратиться в телеграфный текст. В этом ключ к успеху произведения — надо различить ту тонкую грань, по которой предстоит пройти к нему.

Однако я заверил Веронику Степановну, что жажду, чтобы этот бестселлер обязательно выстрелил, и поэтому без колебаний укажу на все видимые мной недостатки. Однако категорически настаиваю, чтобы Леночка не бросала начатое и довела до успешного завершения. У неё есть всё для этого необходимое — талант, трудолюбие и познания, и не только самой девушки, но и её родных.

У меня на Леночку огромные наполеоновские планы. Необходимо осваивать богатейший пласт молодёжной женской литературы. И не с сопливыми дамскими романами, чьё действие не выходит за рамки альковов, а героиня находится в поисках к кому бы удачно прислонится, для дальнейшего существования не ведая забот. Наоборот, с совсем иными, что заставят мыслить и действовать самостоятельно, категорически отрешившись от пассивной роли в обществе.

Нам непременно удастся пробить книгу в скорейшую печать, ведь она яростно обличает неоколониальную политику Соединённых Штатов по отношению к дистриктам, читай развивающимся странам. И Капитолий также пойдёт лыком в строку, как недвусмысленный намёк на политическую структуру американского общества. Я грешным делом уже прикинул политический отзыв на книгу, и думаю, что в ведомстве Суслова никто не посмеет даже вякнуть в её сторону.

Я даже решил изменить концовку в трилогии и на смену карманному наполеону — президентше Альме Койн, приходит пламенный борец за справедливость из самого народа, и устанавливает республиканскую форму правления, в которой власть передаётся Совету дистриктов.

Думаю, что этот экивок в сторону Советов — придётся по вкусу чинушам из идеологического отдела ЦК КПСС. Умный в гору не пойдёт, умный гору обойдёт. Не хочу самостоятельно создавать трудности, для их последующего преодоления.

Такое и так слишком уж часто со мной происходит. «Пора, пора мне быть умней …», как писал классик, коего впоследствии зачислили в компартию, для декоммунизации согласно принятому закону. Впрочем подобный сюр — ни в какие разумные рамки не лезет, разве что у прозомбированного насквозь населения, а до этого пока что в Союзе весьма далеко.

Думаю, Леночка девушка умненькая и учтёт замечания, так что прекрасно справится с возложенной на неё ответственностью, стать рупором молодого поколения. По присланному тексту это хорошо ощущается. Мы все через вас приглашаем её заезжать к нам в гости почаще, тогда появится возможность обстоятельного разбора деталей произведения и возникших замечаний. Всегда будем рады с ней повидаться и помочь, чем сумеем.

А затем я взялся за прадедушку Всеволода Никитича и поругал, что слишком долго возится с рукописью и до сих пор не отдал её в издательство. С другой стороны, может это и к лучшему. Сейчас у нас есть время детально обсудить всю эпическую сагу «Песнь Льда и Пламени».

Надеюсь, что он тщательно прочёл и погрузился в содержание «Игры престолов», а мне, к сожалению, не удалось завершить печать первой части второй книги «Битва королей».

Однако надеюсь это наверстать вскоре после их отъезда, и сейчас для меня важнее дать полное понимание всей этой саги, вкратце пересказав содержание всех книг. При понимании целостной картины эпического повествования его выбор станет более осознанным. А также станет проще отвечать на замечания и предложения редакторов.

В том числе я дорассказал и о незавершённых автором книгах. Вот за эти недописанные книги у меня огромный зуб на Мартина. Так что очень постараюсь, чтобы тот пролетел на премиях Хьюго и Небьюла в 1975 году со своей «Песнью о Лии». Ей противопоставлю «Игру престолов» из другой песни, для чего срочно представлю хорошо мне памятный англоязычный вариант. Может пойти для печати в ту же «Moscow News». А вот нечего обещаниями скорого выхода «Ветров Зимы» кормить переводчиков и читателей целый десяток лет. К тому же «Ветры зимы» и «Грёзы о весне» мне придётся воссоздавать по известным отрывкам и дописывать за него, на что потребуется немало времени и труда.

И к таким литературным дебатам мы возвращались неоднократно, посвящая тому всё своё свободное время. Я пересказал практически всю сагу «Песнь Льда и Пламени» и она произвела на Веронику Степановну и Всеволода Никитича сильное впечатление, так как раскрыла целый мир с его тайнами и интригами, лишь слегка приправленными толикой магии.

В завершении я их проинструктировал о жесткой линии поведения в отношении блюстителей морали, и их воплям про обилие фривольных намеков в тексте книг. Следует отшивать сих критиков примерами из классики отечественной литературы, где немало подобных упоминаний, и многие такие произведения даже включены в школьную программу по литературе.

А уж в переведенных произведениях классиков мировой литературы их встречается и того более. Кроме того книга пишется исключительно для взрослой аудитории, и не следует её отдавать в издательство «Детская литература», где у нас сложились отличные отношения. Это не их профиль и в данном случае скорее подойдёт издательство «Художественная литература» и толстые литературные журналы. В наших республиканских издательствах мы также обязательно станем печатать книги этой саги.

Хотя у меня и была у масса прочих, не терпящих отлагательства, дел, но я постарался запихнуть их в долгий ящик и сосредоточиться на родных мне людях. Надо позаботиться о том, чтобы они могли двигаться дальше и выполнить своё предначертание.

Раз уж волею судьбы и моей они оказались втянуты в тот водоворот судьбы, что пенится вокруг попаданца, то следует помочь им выплыть наверх и удержаться на поверхности, чтобы далее могли стать мне надёжным оплотом в стремительно меняющемся мире.

Однако время неудержимо утекало, и их краткое пребывание подошло к завершению, наступило время возвращаться домой в Москву. Мы всей своей семьёй провожали их на перроне вокзала и даже бабуле удалось выкроить толику времени, несколько переместив мероприятия в своём напряжённом графике. Детишкам ведь безразлично, когда начнётся Новогодняя Ёлка с вручением подарков. Утром, либо же после обеда.

Она обильно прослезилась, провожая и целуясь с родителями, в чём её несложно понять. Из нас всех она меньше других имела возможность с ними общаться, ибо так легли для неё звёзды. И конечно ей было обидно, за эту несправедливость судьбы.

Ну да ничего, вскоре ей предстоит поездка в столичное издательство, и уж там, надеюсь, она всё наверстает. К тому же поживёт в стенах квартиры, где выросла. Сможет подышать воздухом улиц своего детства и неспешно по ним пройтись, вспоминая забытые маршруты юности.

Наше общение с Леонидом Ильичом дало ожидаемые результаты, отчего воспоследовало, так сказать. Многие из моих предложений нашли подтверждение, и закономерно вызвали ещё большее количество вопросов и уточнений. Генералы и маршалы оказались весьма недовольны появлением неизвестного им военного эксперта в окружении генерального секретаря, поэтому стали землю рыть для обнаружения этого неизвестного знатока. Уж очень многим планам он сумел помешать.

Дали запрос в комитет, подозревая внедрённого вражеского агента, но сложно искать черную кошку в темной комнате, тем более, когда её там нет. Вот и произошёл у них на сём поприще полный облом. Все задействованные каналы не смогли выявить этого эксперта, да и кто бы мог подумать на малыша писавшего сценарий к «Особенностям национальной охоты»?

А тем временем к нам в гости зачастил Виктор. И мы уже несколько раз демонстративно проводили в спортзале занятия по тхеквондо. Именно такое прикрытие этим поездкам придумал Петрович, и потому просил меня всячески поддержать эту легенду.

Всё логично: Леониду Ильичу понравился шустрый малец, а также его тяга к спорту и освоению боевых искусств со столь юного возраста. Вот Виктор и растит из меня олимпийский резерв, для чего приезжает и даёт для изучения всё новые комплексы упражнений.

А он и действительно на тренировках гоняет нас с Людмилой в хвост и гриву, сгоняет по десять потов. А отказаться или проявить слабость абсолютно невозможно. Все присутствующие внимательно следят за проведением занятий. А поглазеть на эти представления сбегается чуть ли не половина нашего посёлка. Виданное ли дело, ведь для их проведения к нам приезжает тренер из самой столицы. Да и сама борьба малоизвестна.

Ну, уж удружил мне Петрович, аж кулачки чешутся влепить ему разок-другой. Понятно, что затея выглядит достаточно правдоподобно. Юный вундеркинд загорелся желанием постичь основы восточных единоборств и к нему отправляют тренера из самой Москвы.

Слишком ему жирно? Так меня и не на помойке нашли, и где ещё такого уникума встретишь? В какой ещё стране? В посёлке прекрасно всем известно о попытке выкрасть меня с целью вывоза за границу.

И даже выдумывать ничего не нужно — мальчик захотел научиться защищать маму от всяческих нехороших дядь и тёть. Оттого проявляет такое рвение в освоении приемов самообороны.

Тут ещё и Людмила разошлась, и такой режим тренировок завела, что и продохнуть некогда. Ей бы шарфюрером в лагере служить, блин! Все задания Виктора неукоснительно исполняются с энтузиазмом и исполнительностью. А с меня снимается кило стружки.

У меня и так запарка, я должен сдавать экстерном экзамены за весь первый курс. Вот зачастую и прибегаю сдавать экзамен весь в мыле, сразу с тренировки. Сама-то на время экзаменационной сессии освободилась от ведения занятий в лингафонном кабинете, вот и может меня гонять не только по вечерам, а ещё и утром.

А ещё мне кажется, что дрогнуло девичье сердечко и она втюрились в Виктора. Больно подозрительно она розовеет в его присутствии. Кто другой бы не отметил, но я её каждый день вижу и дольше всех прочих. К тому же это далеко не первый пример брутальной воительницы, что отдавали своё сердце только победившему их воину. Та же арийская бестия Брунгильда[95] отдала свою руку Гунтеру, лишь, когда под его обличьем, Зигфрид победил валькирию в честном поединке.

Тут и разгадка её стараний. Она и раньше была со мной строга на тренировках, заставляя выкладываться полностью, но чтобы так — никогда! Наверно стремится привлечь его внимание, и завязать более тесное общение. Опыта у неё в этой сфере человеческих отношений никакого, и я бы даже сказал что отрицательный. Спасать надо девку, а то мало что сама пропадёт, так и меня сдуру угробит такими тренировками.

Подошёл с этой деликатной проблемой к бабуле. Она-то уж знает, как мужиков охмурять — ведь за ней в институте бегала половина студентов потока. Кому как не ей взять шефство над нашей спортсменкой? Обучить навыкам нежно подвести и поставить в стойло. Чтобы при этом не лягался и не вставал на дыбы, норовя огреть копытом.

А так, у неё отличная стать — сам любовался. Всё самого высшего сорта и весьма аппетитное, а на тренировках, ощущаются очень рельефные округлости. Притом на теле ни грамма жира, что как студень колышется при малейшем шлепке. Целлюлит это не про неё, ни сейчас, ни в будущем. Налитое тело античной нимфы, однако нрав с повадками к сожалению соответствующие. Загонит что того оленя[96] никакой жалости к нему не испытывая.

Но с другой стороны один из приездов Виктора меня порадовал особо, а мне потрафило лицезреть как он раскатал нашего дзюдошного гуру в тонкий блин на их показательном спарринге. Так и надо тому старому козлу. Ведь не захотел нас с Людмилой тренировать раньше, а теперь пусть себе локотки кусает, так как ко мне тренер из самой столицы наведывается, чтобы оценить наш прогресс в освоении комплексов и дать дальнейшие наставления.

Реальная же подоплека таких поездок была банально проста — Виктор доставлял мне корреспонденцию, а я через пару дней отсылал с ним ответы. И выглядело все очень натурально, а тренировки были совсем не липовые.

Ну, так я не против, разве что чуть-чуть, а просто ворчу по-стариковски, так как эти представления серьёзно отрывают от других дел. Но я обещался дорогому Леониду Ильичу, что буду откладывать все прочие дела и проекты, а потому должен держать слово.

Другое дело что уточнения и вопросы никак не иссякают, и только увеличивается их количество, так как генералитет упирается из всех своих сил нововведениям. Так что, понимая всю важность и актуальность, прилагаю все свои силы для наиболее полных ответов и разъяснений. Но таким образом я вскоре ничем иным не смогу заниматься и все планы полетят псу под хвост.

Но всё же, змий Петрович, удружил таки мне, с этими показательными тренировками. Тут уже из Москвы дошла новая сплетня, что оказывается, ни много, ни мало, а являюсь побочным внуком генерального. И тот по моей просьбе отправляет занятых сотрудников для удовлетворения моей блажи и проведения занятий со мной.

А что иное может прижиться в той среде и вызвать интерес у всякой чиновной шушеры и прочих бездельников? Ох, подозреваю, что возможно не сами они додумались до этого маразма, и возможные источники слухов мне прекрасно известны. Либо это вражьи козни, либо хитрый змий тем удумал меня прикрыть от супостатов — внутренних и внешних.

Ладно, понимаю я подобные резоны этих слухов. Поднять руку на родственника дорогого Леонида Ильича не у каждого хватить пороха в пороховницах. Надо быть, как та Ольга, достаточно отмороженным. И усиленная охрана не только не выбивается, но и подтверждает подобную версию.

Генеральный на старости лет обнаружил потерянных отпрысков и решил их облагодетельствовать. Душок у этой сплетни отвратный, хотя я ничего не имею против бастардов. Дети как и все прочие, и шекспировские сентенции из «короля Лира» о бастардах кажутся мне предвзятостью, что не раз обыгрывалось и в той же «Песни Льда и Пламени». К тому же эта сплетня нешуточно прикрывает всю нашу семью.

А ещё у меня теперь есть «генеральный пропуск-самоход» для вхождения в любые двери, так что все мои пожелания выполняются с отменной скоростью и пояснять свои хотелки совсем не приходится.

Это сильно упрощает работу, и даже, может быть, значительно ускоряет её продвижение. Во всяком случае — на нашем местном, республиканском уровне. На союзный, я со своими запросами пока что не выходил, но думаю, что и там это упростит мне жизнь.

А в целом по данному поводу могу высказаться, как и король Эдуард III: «Honi soit qui mal y pense», что в моём вольном переводе звучит: «Пусть устыдится дурно о том подумавший»[97]. Да, мне абсолютно наплевать на мнение досужих кумушек разносящих данные слухи. В одном они пока не могут сойтись. Кто является отпрыском Леонида Ильича — дед или бабуля. Появились и третьи, которые начали плести про саму Верочку с намёками на неверность Надежды Всеволодовны.

Первой же такой, моей старой знакомой, я пробил по костяшке голени и она с криками уканала — вопя и разоряясь о молодом хулигане. Как приготовить поесть мужу, просиживая дома задницу, то на это у неё времени не хватает, а как разносить и подхватывать всякие мерзкие сплетни, то тут она первая.

Опосля пришкандыбала жаловаться на меня и попала на саму бабулю, открывшую ей дверь. Так та ещё послала её туда, куда солнце не светит. И пообещала в следующий раз спустить сплетницу с крыльца.

Нет, ну вот наглая кумушка! Обвинила бабулю в супружеской неверности, а ещё имела глупость прийти к ней жаловаться. Дураков ни сеют, ни жнут, а урожай собирают. Совесть бы хоть поимела, дура! Она уже давно напрашивается на неприятности, но это наш проверенный канал слива дезы вражьим разведкам. Ведь она искренне верит в то, что тем вредит нашей семье. И хоть по требованию мужа пошла-таки работать, но ума не приобрела, а злость только пуще вскипела и так в ней пышет.

Как же не позволили сидеть на попе, да жить в своё удовольствие пока другие дураки вкалывают. Вот и где мужик нашёл себе такое сокровище? Долго надо было искать?

Не была бы она так нужна, так точно бы просил укатать в Сибирь, там надо возобновлять строительство БАМа, стройки века. И уже есть за что, а записи её откровений перед иностранцами мне Петрович давал послушать, когда я предложил подобное.

Ну, так пусть своим знакомцам из-за лужи наплетёт с три короба небылиц собранных бабиси. Одной сплетней больше, одной меньше. И это сильно исказит реальную картину для западных аналитиков. Напустит тумана, пусть уж считают меня уркаганом и побаиваются.

А вообще-то дошло и до полного бреда, и через пару недель, местные распустили что я — побочный сын побочной дочери Леонида Ильича, только воспитывающийся в другой семье. Поэтому сейчас она оставила столицу и переехать на работу в наш город, чтобы заняться созданием мультипликационных фильмов на нашей студии.

Версия настолько же бредовая, как и непотопляемая. К тому же многим известно, что нас приглашали на обед с её участием и в узком кругу, и совсем немногим, что ранее давалось задание подыскать мне героического отца для отличной биографии.

Шила в мешке не утаишь, и все тайное становится явным. Это и подпитывает подобные небылицы. Рассказать правду ещё опаснее, там всех сметёт волной новых и более бредовых домыслов.

Опять же, мы часто общаемся с «матерью» по вопросам организации съёмок мультфильмов и творческим планам студии «Мельница». Даже поругаться успели «по-родственному», так как она у меня Танюшку уводит, и та всё чаше сразу с пар в Универе отправляется на студию мультипликации, чтобы влиться в кипящую работу.

Ребята молодцы и энтузиасты, а мне приятно находиться в их компании энтузиастов мультипликации. Там заряжаюсь энергией и положительными эмоциями.

Танюшка органично вписалась в коллектив, ведь именно по её эскизам и рисуется культовый мультфильм «Жил-был пёс», а сама она принимает активное участие в работе над ним. Её даже устроили художником-мультипликатором студии на полставки.

Там она и пропадает безвылазно всё свободное время. «А как же я? Малыш, ведь я же лучше. Лучше собаки…» — так и хочется мне воскликнуть. Теперь чтобы что-либо воплотить на листе ватмана мне приходится становиться в очередь, или же отлавливать Танюшку непосредственно на лекциях, отрывая от них девушку.

Ездил бы сам чаще на студию, но там их не оторвёшь от процесса съёмок. Да и они меня сразу атакуют своими вопросами и предложениями, так что продохнуть некогда. К тому же слишком много времени отнимает, вот так колесить на другой конец города. Так что бываю там значительно реже, чем самому хотелось бы.

Но слухов это не уменьшает. Вот не устаю дивиться обилию талантов в народе. Мне бы до такого даже не додуматься, при всей кажущейся исключительности и гениальности Появляются всё новые и новые полностью одна другой противоречащие.

Петрович мне пересказывает их при встречах, и я посоветовал выпустить сборник а отчисление авторских требовать отправлять в контору. Ведь собирал же свои сказки в сборник Афанасьев, а чем они хуже? Мне пусть процентик гонят с этой суммы, как главному герою. Скоро стану знаменит вровень с Василием Ивановичем и Петькой.

Так что поржали мы над идеей со сборником этих сплетен. И всё было бы смешно, не будь так печально. У народа есть поводы, чтобы плести чё им в башку взбредёт. Родился не в роддоме, и свидетелей кот наплакал — только врач да фельдшер в машине скорой помощи. К тому же они за три года этот случай наверно забыли.

Дежурства у них очень интересные. Друг со мной делился впечатлениями, когда, учась в медине, подрабатывал на скорой фельдшером. Так что простые роды в машине скорой, совсем не повод для воспоминаний на годы вперёд. Это их будни.

Нет, я похлопотал через нашего профессора медицины об анонимном награждении бригады скорой. Даже ей было непросто найти эту бригаду, по прошествии столь длительного времени. Но я помог в опознании по фотографиям. Ведь они внесли неоценимый вклад в моё появление на свет, чем сильно помогли продвинуть отечественную медицину.

Уж как эти премии обставила сама медицинское светило, то это её епархия. Я в чужой монастырь со своим уставом не лезу. В каждой избушке свои погремушки.

Однако, оказывается что в моей, казалось бы — образцовой, биографии столько проколов и поводов посудачить, что азохен вей[98]. Потому отношусь к этой суете сует — философически, с должной долей юмора. Как это там было, у Горина: «Умное лицо — ещё не признак ума, господа. Все глупости на Земле делаются именно с этим выражением. Улыбайтесь, господа, улыбайтесь!»

Вот под таким постоянным прессингом с разных сторон я сдал все зачёты и экзамены по программе первого курса. Не обошлось и без эпического махача с комиссией принимавшей экзамен по истории КПСС. Вот уж, где окопалось врагов. Только лозунги и умеют скандировать, да речи произносить политически выверенные, а сами догматики, да ещё и не верящие этим самым догматам. Гниль сплошная.

Одного я даже узнал, хоть и плеши еще у него не появилось. Но рыжий сволочь, как и Чубайс. Я и в прошлый раз также с ним бодался, когда он мне предложил, чтобы сокурсница из моей группы пришла к нему на пересдачу не в аудитории. Она-то была согласна, когда передал ей требование, но меня уже понесло, и я устроил скандал на их кафедре. Меня стали убеждать, что я неправильно понял, и просто у преподавателя не было времени приходить ради одной студентки.

Так что он впоследствии старался отомстить мне всяческими способами. Потому политические предметы пришлось учить без дураков, чтобы не дать повода себя засыпать. Без явной причины поставить неуд старосте группы у них не получалось. Вот так и воевали до старших курсов пока не избавился от таких предметов..

Оказывается, «на западном фронте без перемен», тот же окоп и лица те же. Ну да ничего прорвёмся. Тогда справился, а теперь и подавно снесу их на фик. Однако я сильно недооценил разложение считая, что только препод нашей группы — паршивая овца, а вот и ещё один вырисовался. Остальные же либо такие же, либо из корпоративной солидарности пытались на меня наседать.

Закончился этот экзамен походом к ректору Университета, где я потребовал комиссию, состоящую из преподавателей иных учебных заведений, и включающую представителей ЦК компартии республики. Для объективной оценки моих знаний.

Ректору естественно не светило выносить сор из избы, и он сам стал разбираться с этим вопросом. Благо оказались в комиссии пару приличных преподавателей старшего поколения, которые отметили мою дерзость и споры с комиссией, но при этом охарактеризовали мои знания, как превышающие требования программы. Правда указали что многие мои заключения и выводы являются очень неожиданными и спорными.

Так что в результате разбирательства поставили мне нормальную оценку, однако ленинским стипендиатом мне не стать. А не очень-то и хотелось такое счастье, и прибавка стипендии мне право ни к чему.

Но теперь у меня с этими доктринёрами вооруженное перемирие. Совсем берега попутали. Заело их, что я лекции не посещал, заявив что пустая трата времени с таким преподавателем. Наверно это и завело всех прочих присутствовавших на экзамене. А подумать, отчего со мной на экзамен пришли охранники из конторы? Или они решили, что это конвой сопровождающий меня? А сделать банальные заключения из имеющихся предпосылок? Это же основы логики, их родного предмета.

Так и я не стеснялся и чётко указывал, если коверкали цитаты классиков, или приводили неполно, что изменяло смысл написанного в первоисточнике. Где им было знать про такой мой бонус, как младенческий мозг и отменную память? Они просто не представляют, какие дети гении, и какие объёмы информации осваивают за первые годы жизни. Просто не было таких исторических прецедентов.

Вот как помянешь некие силы, и они — тут как тут. Мы как раз недавно вспоминали, что Верочке скоро необходимо приступать к занятиям при начале следующего семестра, и нужно бы заручиться рекомендациями врачей по этому поводу. И тут неожиданно, словно снег в феврале, удостоились визита медицинского светила. Вот уж, помянёшь всуе.

Нет, взаправду — именно светила, так как она принесла и передала мне авторитетный медицинский журнал, в котором была помещена объёмная статья учёных Ленинградского НИИ эпидемиологии и микробиологии имени Пастера, а первой была указана фамилия нашей гостьи.

Конечно же — нет в этом ничего неожиданного. Она явилась инициатором экспедиции и лично отправлялась с ними в африканскую глушь. Статья оказалась очень содержательной, так что на её прочтение мне потребовалось немало времени.

Материал меня не разочаровал, так как в ней методично и научным языком было передано многое из того, что я отметил по этой теме в своих сумбурных заметках обобщивших мои познания в данном вопросе. Я тогда вывалил всё, что припомнил из прочтённого в будущем по тематике, а систематизировать и подвести научную базу — это уже сфера деятельности специалистов данной области.

Они с работой отлично справились, и привели результаты многочисленных исследований. Впрочем, в приведенном я не до конца разобрался, так как статья была адресована учёным, работающим в данной области. А я в своё время читал научно-популярные статьи направленные к другой целевой аудитории. Что же, наши учёные проделали грандиозную и отличную работу, чем застолбили приоритет в данной области и далеко продвинулись в изучении самого ретровируса иммунодефицита человека.

Льщу себе надеждой, что не лишней оказались мои фрагментарные познания из будущего, что позволило сразу значительно углубиться в раскрытие механизмов распространения и передачи вируса иммунодефицита человека. Многие положения моих записок нашли отражение в этой статье. Остальные, надеюсь, будут использованы в последующих работах.

Группами наибольшего риска в статье были названы лица с нетрадиционной сексуальной ориентацией и неразборчивые в половых связях. Предлагалось вести просветительскую работу с целью разъяснения необходимости более широкого применения индивидуальных защитных средств и искоренении беспорядочных половых связей.

Особо подчеркивалась опасность плохой стерилизации медицинского инструментария, и предлагалось повысить личную ответственность персонала медицинских учреждений. Однако коренной перелом возможно ожидать лишь при скорейшем и повсеместном внедрении одноразовых шприцов и инструментов. Для чего по целевой программе необходимо построить множество предприятий по изготовлению такого одноразового медицинского инструментария.

Были предложены и другие методы профилактики и борьбы с распространением данного заболевания. Особо подчёркивалась его крайняя опасность для всего человечества, так как объектом поражения является сама иммунная система человеческого организма, что практически исключает полное излечение и ведение полноценной трудовой деятельности.

Однако в статье указывался целый ряд методов поддерживающей терапии, а также возможные направления исследований с целью разработки средств борьбы с самим недугом. Правда отмечалось, что на данный момент перспективы кажутся слишком отдалёнными, а перед медицинской наукой до сих пор не стояло задач подобной сложности и масштаба.

В статье я даже встретил знакомый термин — «Чума XX века», который, скорее всего, перекочевал в неё от самой Елизаветы Николаевны. Думаю, что и остальные мои воспоминания послужат во благо человечеству.

А в то время, как я продирался через медицинские дебри и вчитывался в изобилующий медицинскими терминами текст, сама профессор занялась осмотром Верочки, для чего они удалились в её комнату. Я же остался в зале и продолжил ломать голову над статьёй, но дождавшись их возвращения, не утерпел и разразился пространной речью о её содержании.

— Блин, Елизавета Николаевна, у нас же, так называемый, «железный занавес»! Вот и нужно использовать все его преимущества. На фига нам пущать всех этих «пра-а-аивных», прибывающих из западных стран? Чтобы разносили эту чуму двадцатого века, и заражали наш трудовой народ? И кстати, — сообщил я ей мимоходом, — ни за что не стоит отказываться от вакцинации против оспы. Эти гомо и зоофилы ухитрятся огуливать бебезьян, после чего в «свободном мире» разразится эпидемия «оспы обезьян». Не столь пугающая, как ВИЧ, однако трудно предугадать опасность мутации вируса при распространении в человеческой среде. Эта оспа уже известна, но в её ареал распространения расположен только на африканском континенте. и вспышки будут периодически повторяться каждое десятилетие. Однако нельзя недооценивать стараний этих «любителей», так что заболевание может быть легко занесено в европейские страны, а также Австралию и Америку. Особенно с повсеместным развитием средств авиационного сообщения.

— Ты прямо предлагаешь установить тотальный санитарный кордон на границах, — ответила мне Елизавета Николаевна. — К сожалению, это невозможно осуществить на практике. Для реализации не хватит ни медработников, ни оборудования для проведения лабораторного экспресс-тестирования. Но в твоём предложении содержится рациональное зерно, и стоит запрещать представителям, относящимся к группам риска въезд в нашу страну, а также ввести соответствующую картотеку при предоставлении въездных виз.

— Вот-вот не стоит расслабляться и мнить о всякой там мирной разрядке. Мы не в состоянии позволить себе тратить огромные суммы на борьбу с подобными эпидемиями и пандемиями, лучше всего не допускать их возникновение. А в самом зародыше, карантинные меры являются наиболее действенным средством. Когда носитель заболевания содействует его распространению, то либеральную хрень о его правах следует оставить западным демагогам. В чём виновны, и как быть с правами тех, кого он заразил? Особенно если он осведомлён о заразном характере своего болезни?

— Ну, в этих вопросах, у нас, слава богу, не всё так плохо, как у них. Карантинные меры исполняются достаточно жёстко. — и она попыталась резко сменить тему разговора. — Ладно, давай теперь приступим к твоему осмотру, — произнесла твердым голосом профессор, — Пока ты тут углубился в чтение, я успела провести тщательный осмотр Веры, и авторитетно заявляю, что она может вновь приступить к полноценным занятиям в Университете. Осложнений, связанных с сотрясением мозга, удалось благополучно избежать, и она достаточно окрепла для посещения занятий.

— Это прям, как почерпнутое из медицинского юмора. — подметил я, язвительно. — Здоровых людей не бывает, есть только недообследованные.

— Ты мне зубы не заговаривай, твоя вредная натура мне хорошо известна. Я поспешила порадовать тебя приятной новостью, зная, как ты переживал за её здоровье. А у тебя с языка только колкости слетают. — разобиделась Елизавета Николаевна. — Больше не стану тебе ничего сообщать.

— Жутко извиняюсь и прошу пардону. — протараторил, быстро пойдя на попятную. — Натура берёт своё, а к тому же, я уже с месяц и сам не сомневался в этом. Мне ли не знать, когда довелось самолично пройти через подобное. Симптомы и возможные последствия вполне разумею. Главное, чтобы имелось то, что там сотрясать в черепушке, — и более серьёзно продолжил, — но сам всецело поддерживал столь строгое следование рекомендациям врачей и неукоснительно следил за этим. Прекрасно осведомлён о неприятных последствиях легкомысленного отношения к такому вроде бы плёвому делу, как сотрясение мозга..

— Хоть это усвоил. И то хлеб, — и вновь профессионально построжевшим голосом скомандовала, — Давай разоблачайся, и приступим к делу. Мне Марина Павловна докладывала, что твоё физическое развитие соответствует пяти шести-летнему возрасту, а по некоторым показателям значительно превосходит. Хочу лично удостовериться.

— Так смотреть нужно в спортзале, а не здесь. Там я выкладываюсь по полной. Так что нет ничего удивительного в таких показателях физического развития. — отпарировал я её тираду, — Мне Людмила такой режим тренировок установила, что скоро я превращусь в какого-то терминатора и стану легко проходить сквозь стены. У-у-у валькирия, амазонка отмороженная! Загоняла до предела!

— А что твой личный педиатр не могла остановить это издевательство над детским организмом? — и в голосе светила послышались командные интонации, а затем она обратила свой гнев на меня, — Да и сам должен бы понимать всю пагубность перенапряжения сил хрупкого растущего организма. — а далее извергла заключительный тезис, — Я же требовала тщательно контролировать нагрузку и соблюдать режим отдыха! Совсем вы тут разболтались и ополоумели?! Ну, так я быстро наведу порядок!

— Да ладно, Елизавета Николаевна, успокойтесь, — начал я проникновенно, — Не знает, Марина Павловна, об этом, Лишь недавно началось эта свистопляска и мы справимся народными средствами… К тому же ничего экстраординарного не произошло, просто больше устаю, но не на пределе сил. — и пояснил стенания. — Просто выпустил пар через предохранительный клапан. Надо же кому-то пожалиться на свою жизнь. В будущем для подобного введут институт психотерапевтов, чтобы расплетать пациентам извилины. И одна часть нации станет периодически выслушивать другую, а также рекомендовать поведение и отношение к окружающим действительности. И неудивительно, всё западное сообщество превратится в сплошной Бедлам. А уж ставить диагноз отдельному сумасшедшему будет абсолютно бесполезно, когда все окружающие невменяемы. «Quis custodiet ipsos custodes»?[99] Ведь и сторожа — сами являются неотъемлемой частью того самого безумного общества.

— Неужели всё так плохо и запущено? — спросила выбитая из колеи профессор.

— Даже хуже, ибо безумие будет навязываться в качестве нормы. Сейчас на западе начинает внедряться в психиатрии методы нейролингвистического программирования, для коррекции поведения личности. Но как врач, вы прекрасно понимаете, что любой инструмент можно использовать и во вред. Сейчас это подаётся как способ возвращения в общество людей с оздоровлённой психикой, а в будущем станет применяться в кардинально противоположных целях, для превращения всего общества в бесноватых. — а далее печалью подытожил. — То что сотворили с германской нацией при Третьем Рейхе покажется детским лепетом, так как там не существовало отработанных методик столь убойного программирования. Были хорошие манипуляторы общественным сознанием типа доктора Геббельса, но воздействие не было столь тотальным, а также столь глубоко не затрагивало личностные установки.

— Знаешь ли, Константин, я не психиатр, но мне становится жутно. Я была знакома с одним целителем от бога, и ему удавалось излечивать, казалось бы, самых неизлечимых пациентов психиатрической клиники. Возвращать им психическое здоровье. Эх, жаль Александр уже ушёл из жизни, а то именно он мог бы оценить высказанные тобой опасения. — и сразу переспросила — А сам ты изучал эти методики, раз берёшься так уверенно о них рассуждать?

— Читал литературу, интересовался практическими приёмами. Да тот же старина Дэйл Карнеги приводит в своей книге некоторые начальные методики манипулирования. Они чисто интуитивные и основаны на наблюдательности и знании психологии обывателя, но, тем не менее, работают. А специалисты способны добиться значительно более глубокого программирования психики. Старая добрая мораль тоже является инструментом программирования, но ведь появляются же среди нас аморальные типы. И наоборот: жуткая мораль фашизма, что только арийская раса имеет право решать судьбы всех унтерменшей. на краткий исторический период также сработала для целой нации.

— Я даже не рассматривала возможность психокоррекции личности с данной стороны. — быстро ответила гостья. — Для меня всегда на первом месте стоит клятва Гиппократа.

— Ага, ага. — продекламировал я саркастически, — «направляю режим больных к их выгоде сообразно с моими силами и моим разумением, воздерживаясь от причинения всякого вреда и несправедливости. Я не дам никому просимого у меня смертельного средства и не покажу пути для подобного замысла». — при завершении этой тирады, зло усмехнулся, — А докторов Менгеле и Исси Сиро с его отрядом 731 вам мало? Они же утверждали, что исследования ведутся для пользы грядущих поколений, а гибнут всего лишь унтерменши. А узаконивание эвтаназии во многих европейских странах в будущем? Как это всё вяжется с принесенной клятвой Гиппократа? Да её скоро отбросят за ненадобностью.

— Не могу поверить! А что это за отряд 731? Я о нём ничего не слышала?

— Странно, Исси Сиро был микробиолог и изучал воздействие болезнетворных организмов на живом материале, также производил опыты по созданию биологического оружия, начиняя бомбы бактериальной массой чумы, сибирской язвы, тифа и дизентерии. Ваши коллеги из Ленинградского НИИ должны знать его работы. А судебный процесс над преступниками проходил в Хабаровске в пятидесятых и вы могли просто не слышать о нём, Самого Исси Сиро американцы отказались выдать советской стороне для проведения суда.

— О таких пробелах в моих познаниях я не подозревала, и скорее поверю твоим словам, чем нет. Ты утверждаешь, что на западе разрабатывают и психологические методики для устранения сопротивления противника?

— Не только противника, но и пуще всего программирования своего населения на установки выгодные правящим кругам. Население станет верить в совершенный бред и почитать нормой совершенно неестественные вещи. Более того, традиционно мыслящих, то есть действующих в соответствии с естественными установками, вложенными в природу человека, станут преследовать за высказывание негативного отношения ко всяким извращениям.

— Да ладно, что за чушь?! Я в такое никогда не поверю, — отрицательно закачала головой медицинское светило. — Это же всеобщий психоз!

— Вот именно, но как же вы медики порою слепы. Напомнить историю падения римской цивилизации и сопровождавших её извращениях? Тогда Рим пал под пятой варваров, и его загнивающая цивилизация была разрушена. — но вздохнув, продолжил. — Я даже бы смирился с приходом ислама с его законами шариата, или китайской модели. Однако при наличии гор стратегического вооружения — на кону само существование человечества. И даже утверждение, что «четвёртая мировая будет вестись дубинками и копьями», является излишне оптимистичным.

— Я пришла поделиться информацией, что наши усилия помогут действеннее противостоять распространению «чумы двадцатого века», а ты тут дополнительно такой тоски и жути нагнал. Надо тебе срочно попить витамины и развеяться. Зимняя слякоть и авитаминоз провоцируют твою хандру.

— Если бы, если бы. Впрочем, не берите в голову, мне просто вспомнилось будущее. А, с другой стороны, забывать о нём — никак нельзя, оно уже стучится в дверь. Вы не лицезрели всех тех гей-парадов, всей той бесовщины проходящей под покровительством правящих кругов западных стран. Даже шабаши ведьм с их невинным оголением в своём кругу покажутся невинными. Они хоть собирались на междусобойчики, а не шествовали беснующейся толпой по главным улицам и площадям городов. Под взглядами малолетних детишек, которым с пелёнок вдалбливали, что именно это и является нормойА говорить следует — родитель один и родитель два, и ни в коем случае не мама с папой, как установлено испокон века. Как бы невзначай не обидеть ранимой души представителей однополых семей, чьим благословением не погнушается и сама церковь! Чеховская палата номер шесть, с банальным подсиживанием тёплого местечка, и последующим помещением в неё самого бывшего главврача, покажется невинными играми. В палату номер шестой там поместят всё человечество, а гений корыстолюбец вручит ключи держиморде-охраннику.

— Тебя послушать и жить не хочется, а пуще всего делать что-либо. — однако, затем продолжила твёрдо, — У настоящих медиков есть установка бороться за жизнь пациента до последней возможности, и никогда не сдаваться.

— Мне бы вашу уверенность в благополучном исходе, Я-то хлебнул того «дивного нового мира», что нам готовят хозяева Земли. Я дам вам почитать Олдоса Хаксли и его — «О дивный новый мир». Очень, знаете ли, пророческая антиутопия. Человечество будет отупляться методиками НЛП до уровня гамм, дельт и эпсилонов, на благо процветающей элите альф. Она была издана ещё в 1932 году, когда мы в нашей стране проводили усиленную индустриализацию, а в широкие массы трудящихся повсеместно внедряли достойное образование, мечты же были устремлены «Всё выше и выше и выше». В будущем эта модель оказалась разрушенной, и в первую очередь усилиями самих партийных функционеров, для получения корыстной выгоды. А прочим для жизни была оставлена лишь звериная сущность «дивного мира» и удел париев. Правда для задурманивания сознания подчинённых масс вместо «сомы»[100] вполне достаточно оказалось зомбирующего воздействия отупляющих социальных сетей и СМИ.

— Э, да вас милейший, срочно требуется лечить от хандры и упаднических настроений, — заинтересованно воскликнула профессор.

— Всё бы вам медикусам людей таблетками пичкать, да превращать в подушечку для иголок, — огрызнулся я на шуточное предложение Елизаветы Николаевны, — Я ведь прекрасно понимаю подоплёку подобных врачебных приёмов. Дескать, надобно в болящего сперва вселить волю к излечению, а уж затем и терапия поможет. Не нужно на мне применять эти эскулапские штучки. Не меня требуется насущно лечить, а мировое сообщество. И тут одними таблетками и укольчиками не отделаться, требуется оперативное вмешательство, В будущем вся западное общество сидело на Ксанаксе и подобных препаратах, однако не сильно это им помогала при дисгармонии внутреннего и внешнего. Приходилось перманентно подвергать дополнительному зомбированию, то есть подсадить на ту же хрестоматийную «сому». О духовном здоровье такого общества прекрасно говорит тот факт, что президентом ведущей страны мира являлся больной с синдромом Альцгеймера, за которым, как вам прекрасно известно, нужен постоянный медицинский уход, так его планировали ещё переизбирать на повторный срок!

Потом помолчал, собираясь с мыслями, а профессор терпеливо ожидала продолжения словоизвержения.

— Тогда я сдался, видя всё сумасшествие окружающего мира и ощущая абсолютную невозможность поднять на борьбу офисный планктон и хомячков. Негодный, знаете ли, материал для формирования освободительного движения. Вот и поплыл по течению, отринув высокие идеалы. Существовать текущим днём. Жизнью такое не назовёшь. — а затем, уверенно продолжил забивая гвоздь по самую шляпку. — Но пусть выкусят! Сейчас такого не дождутся! А понадобится, то по совету пиита, я «с радостью выгрызу бюрократизм». Здесь и сейчас ещё не поздно, страна всё ещё стремится к звёздам, а не в теплую уютную лужу.

— Вот-вот, это уже лучше! — одобрительно сказала собеседница, — Узнаю того самого Костика, который готов сражаться со всем миром для достижения поставленной цели. В самом начале нашего знакомства, это меня жутко бесило, а сейчас, наоборот заставляет успокоиться. — уверенно заключила доктор. — Вселяет уверенность, что в здоровье теле — здоровый дух. Однако, как я догадалась, ты вместо раздевания для медосмотра, решил провести духовное оголение, а я здесь выступаю в роли внимающего излиянию душевных стенаний и обид.

— А чем иным, по-вашему, станут заниматься все те патентованные психотерапевты? Именно, тем самым, да ещё «колёса» пациентам выписывать.

— Мне трудно сказать, я там не была. А по выплеснутому тобой, не могу составить цельную картину той жизни. Неужели станет так плохо жить?

— Не плохо, а тоскливо и беспросветно. Сытно и комфортно будет «золотому миллиарду», а главное что ему внушат, не следует о чём-либо беспокоиться или мыслить о грядущем. Обо всем позаботятся власти при помощи Artificial Intelligence[101] (AI). А само человечество морально изготовится продать своё первородство за миску чечевичной похлёбки. Зачем думать, к чему ещё стремиться? Все гаджеты будущего в первую очередь направлены на предельное упрощение управления таковыми. Я даже в свой будущий фильм «Приключения электроника» обязательно включу песню: «Позабыты хлопоты, остановлен бег. Вкалывают роботы, счастлив человек»[102]. И для меня основополагающей является строчка — остановлен бег. Это равносильно концу человеческой цивилизации и началу искусственной! — и поспешил дополнить, пока профессор меня не прервала. — И если человек даже не станет придатком окружающей его машинерии и электроники, то уж действующим лицом и субъектом быть перестанёт. За всем мудро присмотрит искусственный интеллект и приставит к деградирующему человечеству самообучающихся и перепрограммирующихся слуг. Именно слуг, а не помощников. Активная роль человеческого гения останется в прошлом, и помощники ему станут ни к чему. Этот проект — «назад к обезьяне» уже вскорости будет запушен, и окончательно ускорится с падением Советского Союза.

— Теперь у тебя главный враг искусственный интеллект и восстание машин.

— Вовсе нет, не нужно никакого «восстания и диктатуры машин». Всё произойдёт почти буднично, а непонятых гениев упрячут в психушки на психокоррекцию. «Всё есть яд, и ничто не лишено ядовитости; одна лишь доза делает яд незаметным»[103]. Вы же прекрасно осведомлены, что всё зависит от намерения и дозировки. Мы же не судим оружие за совершённое убийство, так и искусственный интеллект нельзя судить за убийство человеческого интеллекта. Весь вопрос лишь в его преступном использовании.

— Твоя аналогия понятна. Действительно трудно осудить инструмент за пути его применения. Но тогда необходимо предупредить людей о возможной опасности.

— Да, да — «Praemonitus, praemunitus» — предупреждённый вооружён. Старая добрая латынь. Куда ж мы без неё? Но кто из оболваненного населения в состоянии сделать правильное заключение, и составить прогноз развития тенденций? Фантасты давно бьют набат, но кто их слушает? Кто поверил в уэллсовских элоев и морлоков. А если и поверил, то — когда же сие произойдет, через какие миллионы лет? И это лишь некоторые чисто риторические вопросы. — и намеренно поставил проблему с головы на ноги, — А ответ прост и он в исследованиях ваших коллег из Института Мозга Человека им. Н. П. Бехтеревой. Они в следующем веке определили, что, рождённых после 80-го года этого столетия, на 20 % ниже, чем у появившихся на свет ранее. Это статистические данные, но тенденция явно выражена и может быть экстраполирована. А от их рождения до проведения исследований прошло всего-то сорок лет. Столько Моисей водил свой народ по пустыне. Так что вождение человечества по пустыне человеческого духа — дало столь ошеломляющий результат.

— Это действительно ужасающе, а ошибка исключена? Мне даже страшно подумать о таком будущем.

— Так это вам, а у Эразма Роттердамского в «Похвале глупости» сказано: «не лучше ли всего живется той породе людей, которые слывут шутами, дураками, тупицами и болванами, Укоров совести они не знают, призраков и прочей нежити не страшатся, боязнью грядущих бедствий не терзаются, надеждой на будущие блага не обольщаются». Вот правители и низведут всё население к такому состоянию. Ими значительно проще править.

— И все-таки, я верю в человеческий разум и его пытливую природу помогающие раскрывать тайны мироздания! — возбуждённо отпарировала собеседница.

— Так вы же ни за что не согласились бы продать первородство за миску чечевичной похлёбки! А то человечество, легко его уступит искусственному интеллекту. И сытая, комфортная жизнь является пределом их стремлений. Мы-то с вами прекрасно сознаём, что достаток — это необходимое условие, но лишь условие, а никак не конечная цель человечества! Иначе человечество быстро проделает обратный путь к обезьяне, окружённое целой толпой киберслуг.

— Картина, прямо скажу, устрашающая. Неужели такое реально? И наших потомков ждёт столь бесславный конец?! Конец для всего человечества! В голове такое никак не укладывается! — воскликнула профессор, — Это противоречит всей теории происхождения и развития видов!

— А кто сказал, что целью эволюции является человек разумный? Как сказал бы грубый Витька Корнеев из произведения братьев Стругацких: «Откуда мы знаем, что цель природы — создать товарища Амперяна? Может быть, цель природы — это создание нежити руками товарища Амперяна». А развитый мозг не так уж необходим, при наличии приглядывающего за всем AI. И я нисколько не против самого искусственного интеллекта, даже, более того, написал целый ряд научных трудов по этой проблематике, а сам начинаю работы по его практической разработке и внедрению в народном хозяйстве и других областях человеческой деятельности. Но только для содействия, и никак не для замещения самого человека. Он должен содействовать свершениям и научным поискам человека, а не замещать их. В этом и состоит различие наших целей и их англо-саксонских идеалов получения слуг, выполняющих за них всю работу.

— Всё! Хватит! Мы забрели в такие дебри, что далее плутать нет никакого смысла. Вопросами искусственного интеллекта я никогда не интересовалась, и более того не смогу дать корректную и всеобъемлющую формулировку, что есть человеческий интеллект[104]. Да наверно никому не под силу. Ещё, начиная с Платона, необычайно трудно оказалось дать определение, что есть человек. А это напрямую связано с его интеллектом, который отличает наш вид от всех прочих животных.

— Хорошо, согласен. Мы, на сегодня, явно переборщили с мировоззренческими вопросами. Давайте вернёмся на грешную землю. — и продолжил предельно официально. — Мне тут сорока на хвосте принесла, что вас намечается сделать членом-корреспондентом или же даже действительным членом Академии медицинских наук СССР. Так что у меня нижайшая к вам просьба, найдите энтузиастов из профессионалов, для изучения и разработки методов противодействия приёмам НЛП и им подобным. Очень жаль, что ваш знакомый уже не сможет оказать в этом содействие. Но может быть остались ученики или продолжатели дела? А иначе человечество запрограммируют счастливо хрюкать у корыта отрубей с теплой лужей под боком. Это смерти подобно, и смерти окончательной — смерти человеческого духа!

— Не агитируй, я уже давно впечатлена глубинами разверзшейся пропасти. Мне ли не знать то состояние, что иногда наступает после инсульта или глубокой комы. Жизнью — такое вряд ли можно назвать. Физиологически организм жив, но надежды на возвращение разума исчезающе малы.

Почувствовав, что цель достигнута и страшилок о будущей реальности вполне предостаточно, я решил прекратить дозволенные речи. Отчего и поспешил завершить дискуссию. «Запоминается последняя фраза», как утверждал Отто фон Штирлиц и наш советский разведчик Максим Исаев.

Однако профессора «на хромой козе не объехать»[105] и она в зародыше подавила мои попытки замять для ясности вопрос об осмотре. Оттого жёстко настояла на своём, проведя доскональное обследование, раз уж выдалась такая оказия.

Повздыхав, я обречённо принялся разоблачаться. Не всегда удаётся одновременно добиться всех поставленных целей. Конечно, теплилась надежда ускользнуть из цепких докторских рук, однако не свезло. Значит, отмщение будет ассиметричным. И она никуда не денется от проведения у нас совместной трапезы.

Благо Верочка в самом начале дискуссии сбежала из нашего общества, и наверняка приготовила всё к тому надобное. Она после больницы откровенно побаивается нашего профессора, так как неоднократно наблюдала наведение железной рукой порядка среди медицинского персонала. Таких нам страстей потом понарассказала, как страшна Елизавета Николаевна во гневе. Уж точно, Айболита не с неё писали.

Я уже думал, что сюрпризов вполне предостаточно за последнее время, но к нам приехал наш любимый Александр Градский — дорогой. Встречу с выступлением цыганского хора, как в фильме «Жестокий романс», мы ему не смогли организовать, но в гостиницу устроили по высшему классу. Определили в «Интурист» по связям бывшего шеф-повара. Номер люкс со всеми благами.

Быстро организовали дежурную программу посещения. Мы уже начинаем свыкаться с действиями экспромтом и потому некоторые заготовки, как положено хорошему экспромту — имеются. Благо машина своя, а всяческие согласования максимально упростились из-за моего известного и мнимого статуса. Помогла наша недавняя поездка в Москву и встреча с дорогим Леонидом Ильичом.

Но нет худа без добра, и добра без худа. Дедушка Павел почти перестал бывать дома по выходным. Ни одной, блин, барской охоты не пропускает. Прямо как в планируемом фильме про особенности русской охоты. Накаркал ведь в сценарии, Он теперь навроде «свадебного генерала» на этих сборищах.

А разве возможно отказаться от участия в охоте с первыми лицами республики? Ещё та ярмарка тщеславия. А ведь любой мало-мальски видный номенклатурный прыщ ведает, что деда бывал на охоте с самим Брежневым, Вот и добирают веса в таком соседстве. Типа охотился в компании с участвовавшим в «царской охоте», и лично тем обласканным.

Мы скоро дедушку так совсем позабудем, и в лицо узнавать перестанем. Бабуля ворчит и уже совсем не помаленьку, что тот дом совсем забросил и мы его дома видим только поздними вечерами, да ранним утром. Приходит с работы полностью вымотавшийся, и проку с него, как с козла молока.

Так что осталась у нас в доме чисто бабское воинство, три бабы да малец. Тот хоть и боевитый, но до мужика ему ещё расти, да расти. Вот и пришлось оперировать сокращённым составом. Гидом и сопровождающим назначили Верочку. Раз наша прохфессор сказала полностью функциональна — значит в бой. Неча на печке бока отлёживать. Заодно отвлечётся от вынужденного заточения в четырех стенах. Ей полезно поездить и пообщаться со свежими лицами, а то на нас уже вдоволь насмотрелась за последнее время.

Её же назначили ответственной за культурную программу посещения. Пусть обзвонит выбранные места и узнает когда можно посетить мероприятия. Александра просили задержаться хоть на недельку, чтобы всё успеть и всё посмотреть. Сходить в театр оперы и балета вдвоём могут, надо только уточнить, когда они играют «Призрака». Ему полезно посмотреть спектакль. В Москве небось его не посмотришь, когда ещё до их захолустья театр доберётся с гастролями. А Верочке повод надеть шикарное вечернее платье, которое в шкафу пылиться с прошлой осени. Вероника Степановна привезла внучке из ГДР, а также пару обалденных туфелек на шпильках к нему.

Следующим пунктом станет посещение группы «Мираж», надо бы собрать ребят на репетицию, чтобы показали композиции из нового альбома. Надеюсь, что Александр загорится и будет рад, участвовать в его записи на фирме «Мелодия». В том что она состоится, я даже не сомневаюсь. Первый альбом группы разошёлся как горячие пирожки, и даже допечатки найти невозможно в музыкальных магазинах. Всё уходят из-под прилавка.

К тому же к фирме «Мелодия» обращались звукозаписывающие компании многих социалистических стран и просили предоставить им возможность выпустить альбом в своих странах. Музыканты группы мне этим хвастались, такое было редким событием. До западных лэйблов ещё не дошло, как и до того жирафа. Однако альбому к ним попасть значительно сложнее, разве что с какими-нибудь туристами или журналюгами.

У меня свой чисто шкурный интерес. Хочется снять отличный клип на балладу «Maybe I, Maybe You». Для того и нужен соответствующего уровня исполнитель. Для визуального ряда, я думаю взять нарезку кадров из «Войны и мира» Сергея Бондарчука[106]. Кое-что доснять, если понадобиться. Но думаю, достаточно смонтировать существующие отрывки. И попрошу этим заняться кого-нибудь из знакомых режиссёров. Надо знакомить застоявшийся мирок с качественными советскими видеоклипами. А этот получится красочным, и ничем не хуже виденного в будущем[107].

Я помню его прекрасно, и сценарий набросаю за часок. Всеми деталями и раскадровками, можно будет заняться позднее и с режиссёром. Главное чтобы отлично прозвучала сама баллада. Она уже сейчас неплохо звучит в исполнении группы, но солист слабоват, где ещё найдёшь такой золотой голос, как у Александра? Единственное, что придётся записывать исполнение на двух языках — русском и английском. Благо у нас есть кому поставить правильное произношение, специалисты прямо под рукой имеются. Так что возможно будет включить а альбом оба исполнения.

Думаю, что Сергей Федорович не будет против такого романтического использования кадров из фильма с Наташей Ростовой и Андреем Болконским. Покажем мир и покажем войну, всё вперемешку. И донесём до зрителя, что любовь преодолевает расстояния и попирает саму смерть. Фильм красочный и материал для клипа найдётся. Западному зрителю он тоже известен, раз завоевал Оскара. Так что и сам клип будет воспринят хорошо.

В тайне надеюсь, что он порвёт мировой музыкальный рынок, и может быть даже на «Грэмми»[108] засветится. Мечтать не вредно, вредно не претворять мечтания в жизнь. А уж я расстараюсь. Главное, чтобы и Александр не подкачал.

Планы наполеоновские, как и всегда. А пока, пусть Верочка сводит его на предприятие производящее электронные музыкальные инструменты, а также всяческие примочки к ним. Там пока что не так много готовых образцов, но показать уже есть что, не хуже, а даже и лучше, чем выпускаемое на Западе. С отделкой и дизайном художники ещё продолжают биться, и перебирать эскизы. Однако кое-что можно уже испробовать на эскизных образцах.

Думаю, что на первое время достаточно, а потом и я выкрою время, чтобы лично сводить его на другие важные для меня объекты. Сейчас у меня полная запарка и времени абсолютно нет. Надо выкраивать и менять ближайшие планы.

Конечно, именно я являлся инициатором приглашения, и даже очень заинтересован был в его приезде, но в данный момент я бы ему не посоветовал ехать к нам в так называемую зиму. На улице стоит сплошная мряка. Дождь, перемежающийся снегом и на душе тоскливо. Английская погода, и соответственно порождает сплин[109]. Мне так и вспоминается Завидово с отличным морозцем, огромными сугробами и искристый блеск свежевыпавшего снега. Там, именно зимняя сказка, а тут за окном лишь слякоть и тоска зелёная.

Конечно жаль, что погода такая лондонкая — «смо-о-ог сэр». Эх, не снят ещё замечательный фильм, но надеюсь, что Игорь Масленников вскоре порадует весь советский народ народ этими шедеврами. Сценарий-другой, я ему уже отправил, и толстые намёки по актёрскому составу также. А дальше дело остается только за творческой обстановкой на съёмочной площадке.

Но пока приходится искать решение, проблем занятости у всего наличествующего состава. Остальные кроме Верочки загружены работой выше крыши. У бабули завершающий этап подготовки к печати второй книги о Гарри Поттере. Ей недавно прислали из редакции отредактированный текст, и она усиленно бьётся над ним. А сроки очень сжатые, скоро передавать книгу в тираж.

Людмила крутится в Универе, осваиваясь в лингафонном кабинете. Там всё новое и непривычное. Ей дали пары для работы со старшими курсами, и она с работы приходит выжатая словно лимон, и с таким же цветом лица. Правда на нашей совместной тренировке, отводит душу и отмякает.

Про дедушку и не заикаюсь, он у нас из разряда неприкасаемых. Теперь большой человек и водится с республиканским истеблишментом. И его никак оттуда не вытащить, а от работы никто не освобождал. Так что сидит на двух стульях одновременно.

Сам я, также, лишь временами отрываюсь от работы и лишь урывками смогу включаться в культурную программу. Не очень удачное время выбрал для приезда Александр. Особенно в привязке к моей текущей загрузке. Но в пару мест его сопровождать должен именно я.

Как назло, я итак недавно сдвинул и отложил все свои дела в долгий ящик. А сам целиком погрузившись в мир электроники и схемотехники с программированием. Ушёл с головой в настройку и отладку плат микроконтроллера. Благо, что схемы, разработал без лишней спешки и заблаговременно, так что некоторые из них уже были смонтированы и только дождались долгожданного часа.

Есть своя магия во всём этом компьютерном хламе. И она состоит совсем не в том, что малознакомый с отраслью посчитает волшебством, впервые столкнувшись с сим чудесным предметом — компьютером. Нет, она, скорее всего, осознается лишь гиками[110], так как с помощью собственного мозга и толики знаний они могут приспособить его для выполнения любых своих немыслимых и странных задач.

Есть в этом определённая кастовость и замкнутость, но не все же рождаются прирождёнными гениями, однако — сила и труд всё перетрут. Поэтому истинная одержимость данным делом не менее важна, чем врождённый талант. Поэтому чрезвычайно важно обнаружить и развить эти ростки призвания.

Оттого и планирую в первую очередь оснащать такими персоналками дома пионеров, кружки технического творчества, научные и образовательные учреждения. Идти по стопам Билла Гейтса, чтобы каждая кухарка смогла управляться с компьютером — это не мой путь. Такое может обеспечить наиболее широкий охват и массовость, но на данном этапе сие не является главной целью. Мне насущно необходимы именно гики, которые станут создателями будущей операционной системы и прикладных программ к ней. А уж затем наступит пора допускать к готовому компьютеру чайников[111].

Всё указанное может быть реализовано только в открытой архитектуре компьютера и свободной операционной системе. К тому же детище Билла будет годиться для широкого применения пользователями только к середине последнего десятилетия века. К тому времени, и значительно ранее — наш Линукс преодолеет детскую стадию роста, перерастёт все сопутствующие ей болезни, а потому станет удобен не только гикам, но и массовому пользователю.

В аналогичный отрезок времени в нашем мире ядро Линукса трудилось практически в каждом смартфоне, телевизоре и роботе-пылесосе. А 99, 9 %: кластерных компьютерных систем работало под управлением этой операционной системы. Серверы и дата-центры тоже предпочитали её.

Более того сама ось создавалась не только трудами самого основателя, но и сотен тысяч малоизвестных широкой публике программистов. И это более всего подходит для коллективистской модели советского общества. Книг по данной тематике я уже настрочил немало, а впоследствии напишу ещё, по мере необходимости. Так как убеждён, что появится необходимость коррекции развития самой оси по мере её развития и становления.

На данном этапе предпочтительна относительная свобода развития для выявления наиболее жизнеспособной реализации. Слишком разнятся условия зарождения этой операционки в том и в этом мирах. Тут ещё не существует сам UNIX, и потому некоторые моменты можно задать иначе, пока они не стали слишком очевидны и привычны. Нет ещё груза накопленного опыта.

Вот эта магия и энтузиазм первопроходца затянули меня полностью. В стране пока ещё очень востребован этот дух и эта романтика[112] первооткрывателя. Пионеры станут моими первыми последователями и апостолами компьютерной эры. Эх, жаль но пока я им не могу дать им их «ковчег завета», то есть мой любимый Синклер. Правда видеоадаптер я слизал оттуда и ещё некоторые простые и оптимальные решения. На данном этапе и их было непросто реализовать, и пришлось изрядно напрячься для преодоления проблем. Ну, так «голь на выдумки хитра»[113].

Однако смею думать, что и той персоналки, что я сейчас ваяю станет вполне достаточно для первоначального старта в этот волшебный мир для множества ребят страны советов, и их сверстников из социалистических стран.

Остальное они соорудят своими руками и посредством пытливого ума. А я дам им лишь первоначальный импульс для отрыва от Земли и направление разработок. Учебник Бэйсика — уже напечатан, а встроить интерпретатор этого языка в создаваемый компьютер — это лишь дело времени и таланта.

Где-то по просторам необъятного Союза бегают в школу или ходят в детские садики будущие компьютерные гении, в том числе и злые хакеры успешно впоследствии грабившие западные банки. Последних я точно поручу заботам конторы, пусть с младых лет натаскивают их для битв на полях кибервойны с нашим соперником. Нельзя разбрасываться такими талантами, а тем более отдавать их врагу.

Вот так в глобальных рассуждениях и практической работе по реализации первой в мире персоналке, и проходили все мои дни. Только на тренировки и посещения ряда лекций я отвлекался от поставленной цели. Однако и они приносили ощутимую пользу, так как лучший отдых — смена деятельности. А упёршись в преграду, следует немного отойти и поискать пути её преодоления. К тому же прошлый опыт дает мне огромное преимущество, так как схожие проблемы приходилось не раз преодолевать в прошлом-будущем.

Но вот на слишком большое время отвлечься от работы мне также нельзя, так как тянет к ней с огромной силой. У меня как бы магнит установлен в домашней лаборатории, и только по ночам с трудом выпускает меня на сон праведный. И то не без воздействия гувернантки.

Попробуй Людмиле возрази, она на тренировках быстро всю дурь выбьет напрочь. И утром на пробежку и разминку подымет, а лишь затем отпустит наверх к моим компьютерным железкам. Остальные уже махнули рукой и поняли, что она единственная со мной управляется. Их люблю и стараюсь слушаться, но так тяжело не поддаться магнетизму увлечённости.

Некоторое время назад меня весьма огорчил ответ, что исправленные кристаллы появятся относительно нескоро, и ждать мне стало просто невмоготу и совершенно бесполезно. Вот и впрягся бежать наперегонки с целым коллективом глушковского института кибернетики.

Сейчас работаю над проектом самой персоналки и её операционки, а время от времени сливаю им некоторые результаты своих трудов. Сам-то я хорошо знаю, как должна выглядеть ось[114] и интеллектуальная среда программирования (IDE), в том числе и для микроконтроллеров. Вот потому и лично курирую все эти вопросы. К тому же у меня огромный личный интерес в этом вопросе.

Тяжко мне жить без персоналки, а этого неизбалованным детям текущего времени совершенно не понять. Слишком я развращён удобствами предоставляемыми в работе личным компом и всеми прибамбасами к нему.

А, ведь сам — сколько в будущем ёрничал над младым «поколением пепси», которое без своего смартфона и на толчок сходить не сможет. Чтоб ему лайки проставили за селфи на унитазе, снятое с отображением процесса. Выходит и сам я несколько зависимый. Правда, скорее в хорошем смысле зависимый, и без компа мне сложно производительно работать. Вот и ваяю себе этот мегадевайс. Очень он нужен, но и не только мне, который с пониманием, а и той же бабуле.

Текстовый редактор с дополнительными возможностями — неоценимый инструмент писателя. Как посмотрю на её пошехонские страдания в вёрстке текста книги, так сердце кровью обливается. «Рукописи», они конечно, «не горят», но как же это муторно — печатать их на машинке, по десятку раз страницу. Исправлять и перепечатывать.

Так что тружусь без дураков, и во благо всех последующих поколений. Без меня определённо смогут создать персоналку, это просто неизбежно. Но сколько шишек набьют, и нелепостей нагородят в процессе?! Я-то обогащён послезнанием и многочисленными ноу-хау в данном вопросе. Это мой хлеб насущный.

Однако, «не только хлебом единым жив человек, но и всяким словом…» Так что я свои «скрижали Завета» направляю в институт кибернетики к Глушкову, пусть идут к цели кратчайшим путём. Но это уже после успешного запуска персоналки и первоначально отладки ядра.

Теоретические вопросы проектирования осей и сред программирования я ранее рассматривал в целом ряде книг и их направляли во многие институты. Но уж, следуя народной мудрости, — «если хочешь, чтобы было сделано хорошо, то сделай это сам», я сам и корплю дни напролёт за их практической реализацией. Конечно, ошибок и багов[115] там ещё изрядно, нет времени и оборудования для их выявления и устранения. Всё делается на коленке.

Ну да — «лиха беда начало». Я не господь бог и ошибаться имею полное право, однако, как же чертовски замечательно чувствовать себя творцом, неким демиургом. Я суммирую плоды работы поколений разработчиков компьютерной техники и тем самым ускоряю прогресс развития в столь важной для человечества области. И абсолютно не ради того, чтобы некие недоумки смогли странствовать по просторам «всемирной помойки», и хапнуть там крутой порно-сайт.

Без этого не обойдётся, так как свинья везде грязь найдёт. А в их капиталистическом рае на поток поставлено именно взращивание такого образа жизни, где только и нужно, что свинье её хлёбово. Как в нашей стране сейчас говорится, «Шурик, это же не наш метод».

Кстати, вернёмся к нашим баранам. К Шурику, а точнее Александру. Пока я тут ваяю будущее, они с Верочкой занимаются выполнением культурной программы.

Криковские подвалы посетили и прогулялись по улицам разных вин. Провели дегустацию продукции винодельческих хозяйств республики. Посетили интересные места города, в том числе зашли в бывший банк, где шло переоборудование в органный зал. Проехались по городу и прогулялись в центральном районе. Там же прошлись по паркам, где в своё время гулял и поэт. Спустились к дому музею Пушкина. Верочка показала по дороге многие пушкинские места — дома в которых он бывал.

Сводила затем в свою альма-матер и познакомила со своим местом работы. Погуляли у комсомольского озера парке. Всё расположено неподалёку, а Верочке полезны пешие прогулки.

Посидели в кафе, благо, что погода улучшилась, и стало даже по-весеннему тепло, более пятнадцати градусов на солнце… Обидно, что деревья стоят голые без зеленеющей листвы.

А на другой день заехали на фабрику музыкальных инструментов и там застряли почти на весь день. Понятно, ведь Александр дорвался до электронных инструментов новейшей разработки. Все надо было увидеть и испробовать.

Таких аналогов нет и у известных брендов этой отрасли. Они их ещё только подумывают создавать и разрабатывают элементную базу. Некоторые решения, применённые мной, несколько спорны, так как иначе получался бы неподъёмный комбайн. Пришлось прилагать недюжинную выдумку. Правда и ряд решений был взят мной из будущего. Такие тут ещё неизвестны. Над их реализацией и пришлось попотеть. Однако, победителей не судят.

Александр был в восторге и сразу попросил несколько первых образцов оставить лично для него. Мог бы и не просить, но теперь знаем, что ему необходимо для работы. Мастера и инженеры фабрики смогут их доделать в первоочередном порядке. Заодно и учтут высказанные им замечания и предложения. В том числе — по оценке дизайна самих инструментов.

К тому же, он в своей музыкальной тусовке сможет порассказать коллегам об этих новинках и показать их в действии. Главное, чтобы всё нормально отработали и прогнали тесты на климатику и тряску. На этом я настаивал твёрдо, так как при кочевой жизни музыкантов сие необходимо. Рекламации совсем не украшают инструменты и предприятие их изготовившее. А все работники фабрики материально заинтересованы в высоких продажах своей продукции. И это ростки будущих преобразований в стране.

А сами Александр с Верочкой иногда после насыщенного дня наведывались к нам, и тогда бабуля отрывалась от своей рукописи, устраивая чаепитие с разговорами о книгах. Так называемые литературные посиделки.

Я ему постоянно капал на мозги по поводу творческий планов, и даже подарил дефицитного «Мастера и Магариту» Михаила Булгакова. Естественно бабуля презентовала свои книги с автографом. А чтобы ещё повысить престиж семьи, ему продемонстрировали экземпляры «Гарри Поттера» изданные за рубежом и в разных странах. А похвастать уже имелось чем, даже пару капиталистических стран напечатали.

Но разговоры за литературу — это скорее для души. А так мы с ним много спорили о современной музыке, и путях её развития. Я не преминул поездить по ушам восторгами ллойдовской рок-оперой «Иисус Христос — Суперзвезда». Рассказал, как это меня вдохновило, в том числе на создание «Призрака оперы». Тепло отозвался о самом Ллойд Уэббере[116], как о своём гуру, и заявил, что учился на его произведениях написанию современных рок-опер и мюзиклов.

Короче всячески подталкивал Александра к скорейшему началу работ над «Мастером и Маргаритой». Нужно живее шевелиться, а не растягивать процесс на десятилетия. Может быть, ему станет стыдно, и он ускорит процесс написания. Уж если может карапуз, то отчего не справиться состоявшемуся музыканту и композитору?

А ещё в один из дней я затащил его на студию мультипликационных фильмов и показал работу над полнометражным мультфильмом «Шрек». Там подарил книжку с автографом, и закинул удочку на предмет исполнения нескольких песен для саундтрека. Меня немного грызло сомнение, а сможет ли он также лирично исполнить «Аллилуйю». Потому долго и упорно описывал сцену и атмосферу действия. Даже постарался изобразить пение своим детским голосочком.

Народ на студии даже обалдел, так как я им ещё не показывал песни из мультфильма, как-то не пришлось к случаю, и до озвучки масса времени. К тому же над литературным переводом текста песни пришлось немало повозиться. Настоящий текст — вряд ли бы утвердили, учитывая окружающую атеистическую атмосферу. Так что пришлось вспоминать исполнение на русском языке Александра Романова, случайно найденное в интернете. Тогда запечатлелось близкое мне смысловое наполнение текста и само настроение. Хотя пришлось несколько допилить для лучшего наложения на музыку. Сильно меня огорчили некоторые провалы в ритмике:

Всё исполнение прошло почти экспромтом и акапелла, но душу в исполнение я вложил сполна, чтобы показать Александру чего я от него добиваюсь. Но как ни удивительно, а согласие на исполнение песен для мультфильма мы от него получили сразу же. Мультипликаторы потребовали от меня, чтобы я обязательно исполнял бэк-вокал хотя бы в припевах. Очевидно, что мое исполнение их достаточно впечатлило.

На слуху нашего народа всё ещё был золотой голос Робертино Лоретти. Он звучал из каждого репродуктора и по радио. Мне, конечно, до него как до звёзд, но мнение слушателей польстило. Мне сказали, что голосок хоть и не очень сильный, но чистый и звонкий, как горный хрусталь, словно ангелочек исполняет песню.

Вот никогда в своей жизни не отмечал за собой вокальных способностей, а тут, вдруг получилось кого-то впечатлить. Правда у Верочки голос хороший, и она вполне прилично поёт. Наверно голос мне достался в наследство, а уж абсолютный слух ещё в школе отметила моя учительница пения.

Вот и пришлось в пожарном порядке прямо на студии писать партитуры, благо оркестровки, как таковой, в песне почти что нет. Вся она исполняется под сопровождение рояля, а единственное, что можно добавить так это скрипку в некоторых моментах. Так что наш поход на студию оказался совсем не напрасным.

В целом же, в беседах с Александром я усиленно создавал современные апокрифы о себе любимом. Надо же в музыкальной среде распространять нужные мне сведения и налаживать творческие связи в других городах.

Сильно при этом поругивал своего соседа, что углубился в учёбу с наукой, отчего совсем забросил написание рок-баллад. Кроме того организовал им краткую встречу, когда он был на одном из чаепитий в нашем доме.

Александр ранее посетил с Верочкой две репетиции ребят из «Миража», где ему показали новые композиции из следующего альбома. Ему понравилось, и я поведал ему свои планы по выпуску клипа к балладе «Maybe I, Maybe You». Отметил, что сейчас она звучит недостаточно сильно, чтобы выйти на мировой музыкальный рынок. Поэтому желательным является именно его исполнение.

Он выразил готовность поучаствовать в записи альбома на студии «Мелодия» и работе над клипом. Думаю, что он сам кровно заинтересован показать, что не только на Западе могут создавать хиты. В этом мы с ним полностью солидарны, и это достойная цель.

Но все-таки с Александром мы встречались не столь часто, сколь мне хотелось бы. Не позволяла загруженность в свой проект, а с ним преимущественно общалась Верочка. Им вдвоём интереснее и легче найти общий язык из-за небольшой разницы в возрасте. Верочке интересно проводить время в компании столичной знаменитости. Так пусть использует эту возможность, а мне нужно трудиться, трудиться и ещё раз трудиться, как завещал нам вождь мирового пролетариата. Вместо меня такую работу точно никто выполнить не сможет. Думаю, что представятся ещё возможности впоследствии потолковать в более свободное время.

С другой стороны Верочке тоже было, что порассказать Александру о свалившихся на её голову приключениях, начиная с первых дней в Университете и до последнего. Она и выдала по нему отредактированную редакцию, а охранники подтвердили своими рассказами и пояснили этим постоянную их охрану.

С другой стороны Александр был удивлён, встретив в качестве моей гувернантки девушку, исполнявшую роль учительницы английского в фильме «Девочка из будущего». Пришлось пояснить, что она и на самом деле преподаватель английского языка, только на кафедре иностранных языков нашего Университета. И именно она спасла Верочку во время нападения, за что мы все ей очень благодарны.

А впоследствии, он ещё больше удивился, повстречавшись с Алексеем, снимавшемся в том же фильме, но теперь в форме и при полном параде с наградами, Для закрепления достигнутого результата, пригласили Александра посмотреть нашу вечернюю тренировку в спортзале, где Людмила будет мной выбивать пыль из матов. Думаю, этим мы его вполне впечатлили такой лихой безбашенностью..

Ко всему ещё порассказали, что с младых ногтей рос под бубнёж на аглицкой мове, когда Верочка готовилась к поступлению в Университет. Отчего для меня он является вторым родным языком, и что изъясняться на нём стал — чуть ли не раньше, чем ходить. Легко с Верочкой продемонстрировали беглую беседу, к которой непринуждённо подключилась и Людмила. А как же — знай наших! Мне необходимо создавать себе определённую репутацию и вес в музыкальных кругах столицы.

Пусть лучше ходят подобные байки, чем всякие измышлизмы, что я чуть ли не побочный внук Леонида Ильича. О последних я них также понарассказал Александру, и мы все дружно посмеялись над сими досужими вымыслами. Вкратце поведал о поездке в Завидово и реальной встрече с генеральным секретарём.

Что приглашение явилось результатом моих способностей, а не мнимого родства. К тому же поплакался, что сидел как проклятый, работая над сценарием к фильму, что пришёл мне в голову прямо там на охоте. Затем усугубил интригу, намекнув, что фильм скоро начнут снимать.

Короче создавал новые апокрифы, для воплощения необходимого мессианского образа. Безусловно, что ОБС (одна бабка сказала) мне никак не пересилить. Ведь там: лично знакомы с теми, кто самолично слышал, как кто-то видел.

Но, очень надеюсь, что впечатления от разговора со мной Александр распространит в творческой среде. И думаю, что сведения сами по себе будут достаточно чудесны, чтобы клином клин вышибить, выбив почву из-под тех сплетен. Родственные отношения с первыми лицами страны являются достаточно банальными и таких родственников много в творческой среде. А вот наш бенефис думаю был интереснее и занимательнее подобного.

Боюсь, что сам Александр не в последнюю очередь приехал к нам из-за моей скандальной популярности в среде московской богемы. Отчего так скоро последовал моему приглашению, переданному ему музыкантами группы.

Однако, после предоставленных им сведений, даже до самых тупых должно дойти, что не липовое родство, а творческие достижения стали для юного вундеркинда причиной приглашения на охоту с Леонидом Ильичом. Правда для зашоренных представителей творческой интеллигенции — ни один факт, не вписывающийся в их представления, доказательством не является. И всё меркнет перед сияющим светом «абсолютной истины».

Питаю надежды, что после всего увиденного Александр уже не удивляется такому созвездию талантов, собравшихся под одной крышей, и в ближних окрестностях. А я ему также передал от соседей книги фантастики с автографом автора. И пришлось привести пример из курса химии про кристаллизацию в перенасыщенном растворе. Стоит лишь стоит внести первую крупинку.

Я и мои способности стали той самой крупинкой, и разбудили в окружающих дремлющие таланты. Недаром творческая среда способствует появлению новых звёзд, и они тянуться друг к друг в созвездие талантов.

Ну, так лапшу на уши вешать меня учить не нужно. Политики будущего прекрасно демонстрировали эти таланты, так что и сам насобачился, слушая их велеречивые заявления. Однако, для меня было крайне необходимо запустить подобную историю, так как количество талантов на единицу поверхности у нас действительно зашкаливает.

И лишь под самый конец его визита я почувствовал настоящую поклёвку и живой интерес с его стороны, и тогда решил окончательно его повязать, чтобы столь свободолюбивый и независимый талант никуда не делся. Для этого поместил замечательно вкусную наживку в мышеловку, поведав, что с осени работаю над новым мюзиклом по одному из самых знаменитых произведений Виктора Гюго «Нотр-Дам де Пари».

Работа ещё далека от завершения, но несколько партий главных действующих лиц готовы. При этом подсунул ему подготовленные за несколько часов партитуры. А сверх того даже осмелился пропеть некоторые фрагменты, памятуя высокую оценку моим талантам со стороны простых слушателей. Верочке пришлось спеть партии цыганки Эсмеральды, которые мы в спешке с ней разучили.

Извинились перед гостем за наше непрофессиональное исполнение, так как работа ещё не завершена. Отметили, что это лишь слабая тень настоящего звучания в исполнении настоящих певцов. А также пояснил Александру, что для этой постановки необходимы не оперные исполнители, а скорее эстрадные. Так как это музыкальный спектакль иного жанра, чем «Призрак оперы». Для мюзикла важен сценический образ представленных персонажей, их движение и пластика, а оперные певцы статичны при исполнении партий.

Что сказать, представление понравилось весьма требовательному зрителю. Однако он был особенно поражён, когда ему предложили исполнение любой из главных ролей на выбор, а также самому поработать над подбором остальных исполнителей, так как он лучше нас знаком с ведущими эстрадными исполнителями.

А мне видится, что эта постановка должна стать нашим ответом на требование времени, то есть советским аналогом всемирно известной рок-оперы «Иисус Христос — Суперзвезда». Трудно предсказать насколько удачной получится вся постановка, но мы должны создавать свои произведения данного жанра и близких к нему. Стремиться приблизиться и даже превзойти признанные мировые образцы.

Теперь, надеюсь, Александр никуда не денется. От участия в таком проекте вряд ли откажется, и по остальным вопросам станет намного проще с ним сотрудничать. На этой позитивной ноте и закончилось его посещение нашего города. А уж информации к размышлению я ему высыпал более чем достаточно. В одном точно уверен, что бредовые слухи о моём происхождении больше нисколько его не интересуют.

Думаю, что и работа над «Нотр-Дам де Пари» намного ускорится, а скелет обрастёт плотью и воплотиться в жизнь. Знакомства Александра в среде эстрадных исполнителей значительно превышают мои, и он там не чужой в отличие от нас.

Моя же известность отдаёт провинциальностью и довольно скандальна по своей природе. Известные эстрадные исполнители могут не согласиться сотрудничать с тёмной лошадкой. А с представителем своей тусовки работа станет продвигаться значительно быстрее. И к тому же, чем чёрт не шутит, может быть и сам Александр сможет предложить что-то стоящее в развитие этого мюзикла, и я нисколько не против соавторства. Будь такая возможность, то полностью отстранился от этого. К тому же осуществить постановку мюзикла на столичной сцене ему будет значительно проще.

Вот с хореографией я конечно же помогу и зашлю ему нашего хореографа из театра оперы и балета, предварительно объяснив ей чего добиваюсь от кордебалета в данной постановке. Сам оригинал мюзикла я смотрел не раз и в постановках разных лет, чтобы выделить наиболее удачные моменты спектакля.

Уверен, что «наш ответ Керзону» выйдет вполне достойным. Только с финансированием постановки может возникнуть некоторые затруднения, но подобные мелочи станем решать по мере их возникновения. В конце концов, «внук я, или я не внук»? Попрошу содействия у «дедушки». Особенно если съёмки «Особенностей национальной охоты» пойдут успешно,

Наконец-то удалось организовать встречу с Жоресом Ивановичем. Он предельно загружен своими исследованиями, и я подкинул ему ещё уголька в топку своими материалами. У самого на носу скорое отбытие в Швейцарию на конгресс. Добили мы всё-таки их швейцарскую бюрократию, и получено разрешение на мое сопровождение нашей охраной.

Оттого-то кроме моих привычных охранников, добавлены еще несколько сотрудников из московской девятки. У них больше опыта в организации международных поездок и осуществлении там охраны лидеров. Так что прибыли они заранее, чтобы подтянуть моих провинциалов в вопросах охраны за рубежом. Там немало своих заморочек.

Нам всем необходимо с прибывшими знакомиться, притираться и налаживать тесное сотрудничество. Благо один из них оказался мне очень хорошо знаком. В Москве учли, что у нас уже налажено хорошее взаимопонимание.

А я сразу же подкатил к Петровичу и заявил, что мне в поездке понадобится моя гувернантка, и её необходимо подключить к обучению. Думаю, что бабуля уже успела поднатаскать её за прошедшее время. Это их женские тайны и трюки, и я в них даже не хочу соваться.

В конторе проявили полное понимание моих требований, и в Университете оно нашло полное согласие. Меня там любят, и особенно на кафедре иностранных языков, где с недавних пор трудится Людмила. Станет моим ближним рубежом обороны от врагов.

Вот в такой предпоездной запарке и неразберихе состоялась наша первая встреча с Алфёровым. И тем не менее я был ему несказанно рад, ведь именно сам добивался возможности нашего серьёзного разговора наедине.

У нас не только смежные отрасли научных дисциплин, и оттого разговор может дать большую пользу исследованиям самого Жореса Ивановича, не только сэкономит время и объём нашей переписки, а также уменьшит риск утечки серьёзных сведений на сторону, но и позволит поговорить начистоту, раскрыв все карты.

Полностью уверен, что родство стремлений и взглядов это позволит. Зная правду, Жорес Иванович сможет правильно сформулировать свои вопросы, а они, как известно, содержат половину ответа. В остальном, уже как повезёт. Многое зависит от того сталкивался ли я с подобным в своей практике, или же в статьях и книгах.

А ещё дорогого стоит иметь ещё одного соратника, которому можно полностью довериться. Мне одному и за сто жизней не перелопатить те объёмы работ и исследований, что могут быть ускорены моими знаниями из будущего.

Мы всей семьёй постарались сгладить начальную неловкость и лёгкую оторопь гостя — организацией застолья с чаепитием, где я за столом представил ему всех присутствующих и обозначил сферу их деятельности. Разумеется, ему тут же были вручены бабушкины и книги с автографами, а затем и моя. А после чаепития, где упоминались все мои творческие достижения, как говорится — клиент размяк и поплыл. Так ему станет легче воспринять правду, что я не просто младенец, и даже не вундеркинд, а пришелец из иных времён, и, скорее всего, уже совсем иной, как хотелось бы надеяться, реальности.

Он ведь ехал на встречу с автором материалов переданных ему через комитетские каналы, чьё происхождение осталось для него тайной. Шоковая обстановка при встрече с нашим товарищем, мне совсем ни к чему. Потому-то серьёзный разговор мы начали только после чаепития, когда все остальные разошлись заниматься своими делами.

И конечно же я не преминул позаимствовать начало у классика:

— «Я пригласил вас, чтобы сообщить», что мы с вами, уважаемый Жорес Иванович, в какой-то степени являемся коллегами, и работаем в смежных областях науки и техники. Оттуда у меня взялись все сообщённые вам сведения. Более того, если вы читали статьи и книги некоторых советских учёных, которые вызвали у вас живой интерес и желание пообщаться в последнее время, однако вам встретиться и связаться с ними не удалось, то возможно их написал именно я под различными псевдонимами. Только написал, но не являюсь их автором. Немного добавил, слегка дополнил, однако не более. И предвосхищая ваши вопросы, сразу скажу, что не украл, а скорее доставил из будущего. Такое оказалось возможным, но уникальным событием.

После этой тирады, я дал гостю несколько прийти в себя, и предложил ему.

— Спрашивайте, уважаемый Жорес Иванович. Вам я готов поведать многое из известного мне. Оговорюсь, что круг, посвящённых в эту тайну, чрезвычайно узок, и даже моя гувернантка, не знает более того, что я уникальный ребёнок. Впрочем, в их конторе не принято задавать лишние вопросы и проявлять ненужный интерес. Она мне много помогает в другой области, и даже совместно с Верочкой переводила на английский язык бабушкины книги.

— Да, прямо тайны мадридского двора. Даже не знаю с какого из множества возникших вопросов начать. — сказал, Жорес Иванович. — Наверно начну с того, что как же удалось получить все эти сведения из будущего?

— Довольно тривиальным путём — день за днём, год за годом занимаясь научной деятельностью и изучая многочисленные статьи, монографии и сборники, литературу по собственной специальности, а ещё более по смежным. Так и дожил до дней, что все научные познания, да и сама наука оказалась никому не нужними в странах быстро скатывающихся в третий мир. — и далее, вздохнув, печально продолжил. — Зато оказалась востребованной возможность кратковременного путешествия в своё юношеское тело, для получения давно позабытых ощущений — молодости, здоровья и сексуальности. Какой же старый хрыч на такое не клюнет? — вновь обратился я к гостю, — Вы ещё молоды, и возможно не до конца поймёте. Я был не первым, но возможно одним из немногих, кто задумался головой, а не действовал иным органом. Поэтому мне и удалось вскочить в последний вагон уходящего поезда, воплотившись в этом младенческом теле, но «тайна сия велика есть»[118]. Многие гипотезы посещали меня: в юношеском теле, а затем в этом, но на единичном явлении построить достоверную гипотезу сложно. Наверно просто помогли русские авось, да небось. Однако я на такое даже не рассчитывал в случае успешного вмешательства в реальный ход истории. Ведь в этом случае, вероятность случайного события по открытию способа путешествий — превращается в исчезающе малую величину. В результате чего я не обращусь в бюро подобных путешествий будущего, а следовательно — возвращаться мне просто некуда. Парадокс времени недопустим, и Мироздание должно всячески препятствовать его возникновению.

— Интересная гипотеза. Жаль, что нет достаточного времени обдумать все её детали, — потерев подбородок, сказал учёный. — Возможно, что помогло наше родное авось. Тогда мне становится понятным происхождение тайного знания. И приходит на ум, а возможен ли плагиат всего того, что ещё никем не создано и не открыто, и сам вопрос авторства невозможно установить? Но мне становится ясным, отчего книги вышли под разными псевдонимами. В научной среде не любят присвоивших чужие заслуги. И полностью понятно и оправданно наличие столь бдительной охраны и неразглашение сведений об источнике материалов.

— Так вот и функционирую в стеллс-режиме, как «человек-невилимка» Герберта Уэллса. И поверьте, не только вам отправлял информацию к размышлению. Об этой стороне моей деятельности даже охрана не в курсе. — улыбнувшись ответил гостю, — К тому же сама ценность моих познаний с каждым часом становится всё меньше. Особенно в плане мировой политики. Многое я уже поведал, ещё находясь в своём юношеском теле, а остальное передаю в книгах сейчас. Вы знаете мою мечту? — и поспешил, сам же ответить на этот риторический вопрос. — Иметь машинку для переноса информации из памяти на какой-либо носитель. Однако такое даже в будущем не было доступно. Разработки находились лишь на самой начальной стадии, и в них, как мне приятно вам сообщить, использовались результаты ваших исследований и открытий. Совсем, совсем не просто так, именно вас я выбрал для столь откровенного разговора. — и далее, сменив настрой беседы, перешёл к следующей части. — Однако всё это мечты, мечты, а пока что печатаю со скоростью, которой позавидуют многие профессиональные машинистки. Сама жизнь того потребовала, а «нет в мире таких крепостей, которых не могли бы взять трудящиеся, большевики»[119]. Однако, к моему сожалению, это занимает очень много времени, хоть и значительно меньше, чем проходить весь этот путь методом научного поиска, проб и ошибок. Но у меня к вам просьба, прошу обращатся ко мне на ты, и для всех окружающих — я мальчик трёх лет от роду.

— Не могу с тобой не согласиться, надо вести себя естественно в общении с малолетним мальчиком. И огромная от меня благодарность, так как переданные тобой материалы очень сильно помогли построить стройную теорию, и значительно продвинуться в изысканиях.

Тут я не дал ему возможность продолжить благодарности, и прервал, — Помилуйте, Жорес Иванович, среди них было изрядно ваших собственных открытий, вы даже Нобелевскую премию за них получили в будущем. Чего тут может не произойти, вот не захочет этот нобелевский комитет премировать советского учёного. В то время Советского Союза уже не было, и он распался на пятнадцать стран. Но вы продолжали вести себя очень достойно и остались верны своим идеалам и народу, хотя была простая возможность уехать на Запад к почестям, славе и высоким окладам. Всё это дополнительно подвигло меня открыться именно вам. Так как мне очень хочется, и я делаю всё от меня зависящее, чтобы вам в следующем веке так и не досталась эта Нобелевская премия, как учёному из Советского Союза. Позвольте, так за что же меня тогда благодарить?

— Никак не могу привыкнуть к подобным поворотам в беседе. Надеюсь, ты мне поведаешь подробности этой великой катастрофы? — с болью спросил Жорес Иванович.

— Увы, но это слишком долгое повествование, а вкратце скажу, что всё произошло не без откровенного предательства руководства КПСС. Тогда к власти пришли «птенцы гнезда Никиткина», освобождённые от всяческого контроля со стороны народа и органов, его манифестом о вольности дворянской, принятого ещё в середине 50-х. Они возомнили себя новой аристократией, и оттого им понадобились капиталы и предприятия в частную собственность. Сами отлично знаете поведение молодой поросли тех кругов. Они и поделили общенародную собственность при активном содействии криминальных кругов. Остальным повесили морковку к носу. Беги ослик, беги. Советский народ целенаправленно был доведён до голодных бунтов и полного отчаяния их политикой и хозяйствованием. Это было для буржуазии легко в семнадцатом, не сложнее оказалось в конце восьмидесятых.

— Да, не стану оспаривать. Поведение многих представителей партийного руководства вызывают много вопросов и возмущения. И чем дальше — тем больше. Но наш народ очень терпелив — он вынес на своих плечах все тяготы индустриализации страны, и последовавшие тяготы войны, а далее снова воспрял. Но при социальном взрыве может снести все преграды и сам существующий строй, как это произошло во время Октябрьской Революции.

— Ну так грамотно и своевременно канализировать накопленный гнев в своих интересах — дело несложное, как и вызвать его целенаправленно. Проще простого создать устойчивое ассоциирование советского строя, как причину всех бед — тотального дефицита, пустых полок магазинов, вызывающего поведения советской и партийной номенклатуры. А имея чужих игроков в команде, и тренера, который легко сдаст «договорной матч» просто невозможно стать победителем. Ведь секретарём по идеологии ЦК КПСС был назначен партийный функционер, завербованный вражеской разведкой ещё в прошлом десятилетии, а многие другие были ничем не лучше. — и затем подытожил. — Прогнило что-то в Датском королевстве, и мне как Гамлету подручней маски применить. Многих врагов недавно арестовали, но — сколько таких же осталось в руководстве? К сожалению, таковых гнид резерв неисчерпаем. Карьеристы забрались на тёплые руководящие места, а до народа им нет дела. Он лишь ресурс для их процветания. — завершил я на минорной ноте.

Некоторое время, припоминая будущее скотство, я поведал гостю печальную участь советского народа, брошенного на вымирание и геноцид. После недолгого экскурса в будущее мы решили завершить эту печальную часть общения, и вернуться к интересующим Жореса Ивановича научным вопросам.

И когда он вошел во вкус, то засыпал меня ими, словно горной лавиной. Так что вскоре пришлось запросить пардону, и я предложил перенести оставшуюся часть на следующие дни. К тому времени утрясу некоторые проблемы и освобожу достаточно времени для формулирования более связной и полной информации по интересующим его вопросам.

Мне требуется время на их осмысление и извлечение информации из закоулков памяти, где она может скрываться и ассоциировании её с другими необходимыми данными.

Круг интересов и первостепенных проблем мы уже определили. По нему и стану вспоминать, систематизируя известные мне сведения. Нельзя одномоментно — объять необъятное.

А пока я приглашаю его в святая святых — свою лабораторию, куда имеют вход лишь доверенные лица из ближнего круга. Сразу извинился за рабочий беспорядок, и само состояние представленной техники. И затем стал хвастаться своими последними наработками, то есть почти функционирующим компьютером. Рассказал, что железо оживил, но написание софта находится на самой начальной стадии. Пока отлажен только первоначальный зародыш ядра операционной системы.

Над ним работать ещё годы и годы, не прекращая процесса, и того будет мало. Собственно — это перманентное состояние его разработки. Ядро модернизируется, развивается и исправляются обнаруженные ошибки. Всё это осуществляется усилиями большого коллектива программистов. Главное правильно заложить первый камень постройки и указать направление его развития.

Пока что эта задача легла на меня — раз сам его создатель программист Линус Торвальдс[120] карапуз, и только на годик ранее родился. Так что не премину наблюдать далее за парнишкой, и при возможности привлеку к работе.

Само ядро и операционка безусловно будут свободным софтом значит открыты для всех участвующих в их разработке. Книги по данной тематике я уже отдал в печать, и они будут иметься в изобилии. Надеюсь, дойдут до всех заинтересованных и в том числе до него. Неплохо будет организовать международное сотрудничество в вопросах создания свободной операционной системы и прикладных программ.

Алферов удивился такому проекту международного сотрудничества в данной сфере, но я ему привёл пример конгресса, на открытие которого убываю вскоре. Он много о нём слышал, и станет внимательно следить за его работой. Удивился, что целому ряду учёных, имеющим в прошлом допуск к засекреченным сведениям позволили принять участие в этом международном проекте.

Я удовлетворил его интерес и вкратце рассказал, о мирном сотрудничестве в исследованиях и разработке термоядерного реактора. Обозначил целый круг проблем чьё решение не по силам ученым одной страны. Рассказал о международном сотрудничестве в теоретических вопросах физики высоких энергий[121] и строительстве большого адронного коллайдера[122], в которых принимали участие более 10 тысяч ученых и инженеров из 100 стран мира.

Сказал, что он будет построен в окрестностях Женевы, где состоится открытие нашего конгресса. В будущем я планирую в рамках нашего Международного конгресса ученых за мирное использование термоядерной энергии, поставить вопрос о расширении круга задач и в том числе строительства большого адронного коллайдера.

Развитые капиталистические страны запретили своим ученым принимать участие в нашем проекте, однако после расширения круга вопросов, можно будет привлечь их к сотрудничеству посредством вопросов физики высоких энергий. Властям будет сложно отказать своим физикам выразившим желание участвовать в теоретических изысканиях. И таким образом мы привлечём новые страны к международному сотрудничеству.

Подивившись грандиозности изложенных планов, Жорес Иванович одобрил международное сотрудничество учёных разных стран. Я ему повторил, что разработку свободной операционной системы и программ тоже можно организовать под эгидой этого конгресса, что ещё расширит его ряды и позволит создать действительно широкую международную кооперацию учёных, минуя все частные тресты, корпорации и концерны.

После этого мы вернулись к компьютеру расположенному на столе, и я похвастался перед гостем демонстрацией пока ещё слегка ворочающегося персонального компьютера, Но и тем безмерно удивил Жореса Ивановича, который привык, что ЭВМ — это залы с огромными стойками, неудобоваримым вводом программ и выводом информации. Набивка перфокарт — это ещё та развлекуха, и не дай бог уронить пачку таких. Я застал те времена и сам такое испробовал. Спасибо, но не надо, лучше привычной клавиатурой и монитором обойдусь. Они сейчас — ещё те монстры, но что удалось слепить, то я и юзаю. Благо заранее озаботился соломки постелить. Мне их давно изготовили по моим схемам, так что лежали в ожидании поступления камня[123].

Таким образом хоть всё едва дышало и временами сбоило и висло, но зато всё было организовано правильно. До мышки ещё как до Луны пешком, но пока и это творение — чудо-чудное. Даже для профессионального взора специалиста данной области. Так что и тут мне удалось удивить гостя, и почувствовать живой интерес с его стороны.

Тогда раскрыл ему детали и указал, где проводилась разработка и с кем надо контактировать для получения образцов микросхем. Однако слегка остудил пыл гостя, сообщив, что это инженерный образец начального степпинга, и в нём присутствуют ошибки. А изготовление фотошаблонов следующего степпинга задерживается, чтобы киевляне могли выловить все баги в нём.

Они напряжённо работают с микроконтроллером, но в создании компьютера я их сильно опередил, так как мне не впервой и наличествует должный опыт разработок. Но оказалось бы полезным, если бы он посодействовал ускорению работ над фотошаблонами и со своей стороны просил изготовителей отнестись со всей ответственностью к порученному заданию.

Самому киевскому институту кибернетики пока ничего рабочего в собранном виде оживить не удаётся, а о моём прорыве им неизвестно, Пока не завершил начальный этап работ, не стану сообщать и отправлять результаты своей работы, так как могут вылезти некоторые огрехи и лучше их исправить до отправки.

Вот и сейчас работы застопорятся на некоторое время из-за поездки в Швейцарию с группой советских учёных работавших над «Токамаком». Но я буду гнать разработку, как только смогу. Сам без нормальной техники, как без рук. Избаловался в будущем.

Гость долго не хотел уходить из лаборатории и уговорил меня разрешить немного поработать на этом чуде. Пришлось обучать его самым азам компьютерной грамотности. Я пока не писал никаких пособий для начинающего юзера, а по нашему — чайника. К тому же обучающих игрушек естественно тоже.

Концепции в построении компьютера и операционки были абсолютно новыми, и для их освоения требовалось время, так что провозились мы с ним ещё пару часов, пока не пообещал, что обязательно предоставлю ему возможность поработать в следующие дни.

Далее мы так и общались, попеременно занимаясь проблемами электроники или приступали к практическим вопросам применения компьютера с освоением его. Благо он прочел ряд изданных под моей редакцией книг, и быстро схватывал основные понятия и идеи. Чайник он может и чайник, но голова золотая, мне даже стало завидно.

Так прошло и завершилось плодотворное для него и для меня общение, а мы расстались почти друзьями. Научные контакты установились, и у меня появился соратник, намного превосходящий меня по возможностям. Для исследований и открытий в его арсенале имеется целый штат учёных, инженеров и лаборантов, а также помещения и многообразное оборудование.

Перед самым расставанием я ему напомнил, что Глушков не знает источника сведений, которые к нему поступают, и о моих последних достижениях также. Я обязательно ему передам после возвращения из поездки все схемы и разработанный софт, но мне потребуется время, для завершения и оформления результатов, Так что напирайте на то, что узнали о микроконтроллере от разработчиков шаблонов и изготовителей самих микросхем.

Пока что рано сильно расширять круг посвящённых я не планирую, несмотря на наличие достаточной формы допуска. Для пояснения рассказал Жоресу Ивановичу, как был создан процессор Intel Pentium бывшим советским инженером Пентковским, использовавшим наши наработки в его дизайне.

Тут перед скорым нашим отправлением, всего за декаду, к нам заехала Леночка и со всем радушием была принята тётушкой. Они долго обсуждали своё родственное и обменивались новостями о родне. Я в это не лез, да и не смог бы при желании. График был расписан — прям по часам. Никогда не думал, что международный вояж — это так хлопотно.

Змий Петрович только посмеивался надо мной и отвечал, что я сам выразил горячее желание и просил организовать. А они лишь пошли навстречу просьбе трудящегося.

Ничего, я ему ещё этот сарказм припомню. Будет, будет повод расквитаться, и на моей улице праздник. Чесслово, кабы я знал, какие хлопоты связаны с организацией охраны моей персоны за границей, в ихней капстране, то сам бы лёг и помер. Ох-хо-хо-хох, штож я маленький не сдох?! Всем было бы значительно проще, и хлопот поменьше.

Хотел сгоряча вовсе отказаться от всяческой охраны, а пусть эти гады убивают маленьким. Им не впервой, и совесть не проснётся. Она в длительной летаргии, если не ещё окочурилась. Однако, нельзя вернуть выплеснутую воду. На верхах всё утверждено, и хоть застрелись.

Припомню я Петровичу, что он не упредил о таком геморрое, а также своевременно не отговорил. Мне теперь необходимо знать все жесты и устные распоряжения охраны для незамедлительного их исполнения. Куда укрываться и как себя вести в случае тревоги. Затем всё отработать до автоматизма на многочисленных совместных тренировках и занятиях.

Нет, тут совсем не так, как в анекдоте из будущего — «при опасности все падают на землю, и последним с пулей в башке охраняемый». Но и времени на всё это уходила целая прорва, а я ничего не успевал и приходилось всё бросать на середине.

А еще они возжелали подучить меня этикету, странные?! Это при моём-то к нему наследственном отвращении! С молоком матери впитал, а она своей. Той сильно досталось в постпредстве в Персии, куда она поехала жить к сестре, из разрушенной гражданской войной страны, Так решила семья, что хоть пусть младшенькая поживёт там сытно.

Её сестра Лидия Михайловна была женой не последнего человека в нём, так что присутствие на приёмах и званых обедах добивало молодую пятнадцатилетнюю девчонку. Чопорность в общении, и церемонии за столом. Прямая осанка, как если бы кол вогнали. За столом пользоваться чётко определёнными столовыми приборами, и молча, сосредоточенно жевать пищу — будто жвачные, а ещё большую часть необходимо оставить на тарелке. А для изголодавшейся девочки с растущим организмом, такое являлось просто пыткой.

Она, конечно, бегала на кухню, где её втайне подкармливали, особенно повар перс, который очень сокрушался, что она такая худенькая. За эти вылазки бабушка неоднократно получала нагоняй от старшей сестры, так как нельзя ронять достоинство зятя перед местной обслугой.

Лучше всего весь подобный маразм описан у Кэрролла в «Алисе в Зазеркалье»:

«— Я не хочу знакомиться с пудингом, — быстро сказала Алиса, — а то так мы вообще не пообедаем. Отрезать вам по кусочку?

Но Черная Королева посмотрела исподлобья и произнесла:

— Знакомьтесь! Пудинг, это Алиса. Алиса, это Пудинг. Унесите пудинг!»

На званых приёмах в посольствах прочих стран было значительно хуже. Все эти фуршеты только разжигали аппетит, а этикет не позволял мести всё со столов. Так что бабушка Нина часто оставалась голодной после всех этих балов и празднований.

Петр Петрович, муж сестры, хоть и являлся партийцем с большим дореволюционным стажем, но происходил из обедневшего графского рода, так что требовал от юницы всегда вести себя прилично и сохранять достоинство, чтобы не позорить молодую страну Советов, только начавшую обретать мировое признание.

Сбежала она оттуда, при первой же возможности, не прошло и года, Домой, в голодную Россию, лишь бы подальше от всяческих приёмов, церемоний и этикета! А у нас в семье так и было принято шутить, если кто-то не доедал с тарелки — «Ты что тут за китайскую церемонию оставил»?

Мне тоже прилетело отголоском. Хорошее воспитание мы в семье восприняли нормально, а вот этикет возненавидели. Однако при визитах тети Ольги, родившейся в Персии, и там с младенчества вкусившей всего этого, приходилось соблюдать все эти условности и не позорить её двоюродную сестру.

Отец, крестьянский сын, отговорившись производственной необходимостью, постоянно пытался срочно отбыть на работу. Так как знал все подводные камни таких встреч. Их лётчиков «Сталинского резерва» обучали качественно, так как они встречались с союзниками и иностранными журналистами.

Ими и усилили основные направления ударов к решающему наступлению на Берлин. И затем они оставались там до следующего года. Так что многое повидали.

Но в одном замке одного чешского аристократа, который радушно угощал освободителей от фашизма, произошёл конфуз. Знания этикета оказались слишком поверхностными, и один лётчик взял и выпил воду, которую служанка принесла для омовения рук.

Ничего страшного, во время войны и не такую пили во фронтовых условиях. Но местный хозяин был ошарашен, но только посмотрел удивленно, и продемонстрировал, как надо полоскать руки в поданной ёмкости.

Так что отец благоразумно уклонялся от таких застолий, ну а нам из дома бежать было некуда, и подобной отговорки не имелось.

Так что старались изо всех сил держать себя в рамках и не посрамить честь семьи. И постепенно стало получаться всё лучше и лучше, тем более под её бдительным руководством.

Она была по-своему одинока, и общество родных по духу и стремлениям людей доставляло ей истинное удовольствие и радость. Трудно было такой утончённой и воспитанной тургеневской барышне найти достойную пару, оттого наверно не сложилась её личная жизнь. И в обществе родных, она отдыхала душой и получала недостающее ей сердечное общение и любовь.

В остальном тетя Ольга была очень образованной, интересной и доброй. Замечаний практически никогда не делала, а только могла некоторыми неуловимыми знаками показать, что мы сделали что-то неверно, а затем на собственном примере продемонстрировать, как это необходимо осуществлять.

При этом мы осознавали насколько ещё далеки от настоящего знания этикета, и более того от его применения в избранном обществе. Но такой тренинг нисколько не являлся обидным, а только очень познавательным и помогал быстрому усвоению всех этих премудростей.

Зато позднее она могла рассказать множество познавательного и интересного, так что мы заслушивались этими рассказами, что с избытком перекрывало все перенесённые неудобства. Оттого мы всегда встречали её радостно, приветливо и с большим радушием.

Для создания комфортной обстановки всегда старались не огорчать тётю Ольгу своим неуместным поведением, и стоически терпели все муки этикета. Ради хорошего человека не жалко напрячься и постараться некоторое время выполнять все эти церемонии и правила.

Она безусловно замечала, что нам не просто даётся такое следование требованиям, поэтому легко прощала некоторые отступления, сознавая, что стараемся ради её удобства.

Только иногда при сервировке стола, она могла изменить порядок вилок или ножей или с огорчением упомянуть, что не хватает нужных приборов — разнообразных ложек, вилок, ножей, щипчиков и прочего, прочего, прочего.

Благо моя старшая сестра с мамой, будучи во Львове в гостях, дополнительно обогатились познаниями в некоторых тонкостях. К тому же маму бабушка Нина приучила с детства и юности ко многому из того, что сама изучила за время пребывания в Персии, и мы с детства также постигали эти основы.

Однако в этих Европах не собираюсь снова так напрягаться, выполняя все эти дурацкие требования этикета. Конечно — не стану: хлебать щи лаптём, выхватывать руками из блюд, пить воду для омовения, а также сморкаться в салфетку, но на этом всё — баста!

Вот потому я самым категорическим образом отказался от удовольствия проходить всё вновь, а тем более придерживаться всех этих правил. Пусть считают меня русским медведем — диким и невоспитанным. Собственно я и похож на маленького медвежонка такой же крупный, плотный, статный и с довольно рельефной мускулатурой.

И вот такому молодцу не дали даже времени вдоволь пообщаться с прибывшей тётушкой. Блин, только успел, обняться и облобызаться с милой девушкой, а сие мне так понравилось, что захотелось многократного повторения, как меня уже другая подгоняет на совместные занятия по отработке взаимодействия.

И сочувствия у неё — ни на грош. Распоряжение руководства будет выполнено в срок и неукоснительно. К тому же у неё там имеется свой магнит, так как было заметно, что она нетерпеливо переминается с ноги на ногу. Поэтому мне пришлось наступить на горло собственной песне и оторваться от столь приятного времяпрепровождения, подчиняясь неодолимому року уносящему вдаль, и оставив родственниц разбираться самостоятельно.

Так что им только оставалось общаться в тесном женском кругу. Скорее всего, также они станут разбираться с самой рукописью — на троих, не дожидаясь меня.

Верочка к этому времени уже значительно поднаторела в литературных вопросах, на должности штатного переводчика маминых книг. К тому же Надежда Всеволодовна на встречи с читателями и детишками в последнее время, вместо меня брала Верочку, чтобы та смогла развеяться при оказии. Думаю, что на них она приобрела опыт и уверенность.

А так как Леночка заехала ненадолго, и ей скоро заступать на почетный пост сторожа и обитателя московской квартиры предков, то они, махнув рукой — на меня и мою загруженность, решили углубиться в обсуждение Леночкиного творения.

Нет, я честно не ожидал такой оперативности, ни от бюрократии, ни от власть предержащих, но Леночку успешно прописали в московскую квартиру предков и оформили все бумажки.

А самих Всеволода Никитича и Веронику Степановну разве что не выпнули в ГДР, на работу в посольстве. Вот что значит пришло указание с самого высокого уровня. Я же ранее лета не мыслил себе каких-либо подвижек в этом вопросе.

Чтож, «теперь моя коровка будет вдвое больше давать молока», никто девушке не станет мешать допоздна стучать по клавишам пишмашинки. А энтузиазма у неё и так выше крыши. Вошла во вкус, и на неё теперь вся Ленинка смотрит. Так что она их гордость, и наступает пора оправдать ожидания сотрудников.

Правда Верочка не преминула мне вечером попенять, что с ней самой я так не целуюсь, как со своей тётушкой. Женщины, они сердцем чуют оттенки эмоций, и сразу обижаются.

Ну и что? Ну, целовался. Так в конце концов я не монах, хоть и слишком мал для всего прочего.

Верочка для меня внученька — любимая. А тут, такая симпатуля появилась. Наверно я на неё запал ещё с Москвы, с первого взгляда. Это что-то вроде первой влюблённости в детском садике. Кто же не помнит ту девочку? И возраст тому не помеха, и тело ребёнка этих лет, а о старом сатире, сидящем внутри, и не говорю — пустили козла в огород.

Так что обязательно выкрою время, передвинув все мыслимые и немыслимые графики и прочие тренинги. Да хотя бы, чтобы просто налюбоваться на неё. Совместно поработать над романом также обязательно необходимо, а дополнительно заберу его с собой в поездку. В дороге будет время почёркать и вставить свои правки.

А пока что приходилось, извинившись перед Леночкой, убегать по делам, лишь слегка обнявшись и поцеловавшись перед выходом. Я так загружен, что даже в свою альма-матер носа не кажу — «не до грибов мне Петька, не до грибов». Один чёрт экстерном сдавать за весь курс. Но вот где бы времени на всё занять? Хоть с процентами?

Ох, грехи наши тяжкие:

Эх, правы вы, Александр Сергеевич. И правы были, сказав, что «Любви все возрасты покорны».

И вот оно — от горшка два вершка, а всё туда же. Или это на меня так весна действует, но гормонов-то нет и в помине, я же совсем не в пубертатном возрасте. Да ладно, «тушите свет утром разберёмся, — как заявил Мишутка, в пошлом анекдоте про Машу и медведей, — неожиданно обнаружив, что кто-то спит в его кроватке».

Вот так и проходили все мои дни, к тому же беспросветно. Жаль, а сама девушка вскоре умчалась в Москву, так как через пару дней прадедушка с прабабушкой отбывали в ГДР. Успехов ей в творческом процессе, а предкам отлично обосноваться на новом месте работы.

До сих пор удивляюсь, и как их уговорили на эту авантюру с работой в посольстве? Ума не приложу. Нет, Вероника Степановна ещё та авантюристка в исходном смысле этого слова. Ей только подавай новую обстановку, страны, приключения и интересные встречи. А за последний год у неё появились дружеские связи с немецкими товарищами, сильно окрепли и расширились, так как всё контакты по линии культурного обмена проходили через её руки.

Но сам Всеволод Никитич, от него я такого не ожидал! Что он бросит своих школьников и любимую школу, из которой не захотел уходить, даже выйдя на пенсию? Однако, зная нашу grandgrandma, я вновь поверю Александру Сергеевичу. Что как во все времена — «третий раз позвал старик рыбку».

Нет, «владычицей морскою и чтобы рыбка была у нее на посылках» Вероника Степановна стать не возжелает, но вольною царицей — это точно по ней! Характера, стати и честолюбия для того у неё вдосталь. Что поделать, у каждого есть маленькие недостатки, являющиеся большими достоинствами, будучи уместно применёнными.

Поэтому она мне и нравится именно такой, как есть. И точка! Как гласит принцип айкидо — силу ударяющего следует обратить в свою пользу. Перевоспитывать человека, а тем более женщину такого возраста — занятие неблагодарное и абсолютно бесполезное.

С Леночкой я передал им самые наилучшие пожелания и просил прощения у Всеволода Никитича. За что, — он поймёт. На прощание расцеловал девушку многажды, передавая от себя поцелуи прадедушке, прабабушке, всем остальным родственникам персонально, никого притом не запамятовав, и конечно от себя печального в завершение.

Бабуле пришлось меня даже оттаскивать и приструнить, а то на вокзале народ стал изумлённо оборачиваться, переговариваться, спрашивать и недоумевать — чего этот карапуз так расцеловывает взрослую девушку, что его оттащить невозможно.

Блин, кто их спрашивает совета. Ох уж эти советчики, всю малину мне обломали. Ничего, бог даст — как-нибудь наверстаем. Но чувствую, бабуля поставит мне ведёрную клизму с битым стёклышком и песочком, чтобы не позорил прилюдно. Дурного народ не подумает, тут о таком явлении как педофилия, и не ведают, и не знают. Экий неизвестный науке зверь.

А Верочка, тем временем, стояла отдалившись в полном одиночестве и «дулась, как мышь на крупу»[124]. Так что расставание с Леночкой у них получилось сухим и не очень родственным. Приревновала она меня, что ль?

Ей скорее всего обидно — она меня выносила, родила и выняньчила, а я вон с Ленкой целуюсь. Блин, вот чисто бабские заморочки: выдумают себе повод для обид, сами в него поверят и потом будут за него на мужика дуться.

Люблю по-прежнему внученьку Верочку, и ничего от этого не убавилось, а к Леночке у меня чисто платонические чувства. Да и как может быть иначе? Но с другой стороны Верочка много эффектней, и любой встречный мужик это подтвердит незамедлительно. Зуб даю, но правда свой молочный.

Однако ведь обиделась, и теперь думай, как её улестить, угодить и помочь делу. Пора, ой пора её замуж сплавлять. Засиделась в девках, Скоро Универ закончит, а главной задачи высшего образования так и не выполнила, не выскочила за перспективного студента. Был там у неё какой-то воздыхатель, упоминала мельком. Надо бы узнать, что у них на сердечном фронте, и присмотреться хорошенько.

А бабуля, тоже хороша, углубилась в свои писательские заботы и про дочкины проблемы подзабыла. Надо бы сваху подыскать — «У нас товар, у вас купец». Этим я нагружу Петровича, а то ходит змий, да надо мной потешается, Пусть займётся полезным делом и поищет сваху, да кандидатуры проверит, Абы кому не позволю отдать свою внученьку.

Вот ведь весна. Только началась и доставила столько хлопот. Прям полон рот. Я что та Крыловская мартышка — «тружусь я много, только польза где»?

На обратном пути потребовал по дороге завезти меня к Петровичу, вот и буду безотлагательно творить свою мстю, выносить ему мозг своими хотелками. Не всё ему надо мной потешаться. Ведь это — ахтунг, как важно. Кого попало в дом приводить, или в чей дом отдавать посвященного в тайну — на такое я никак пойтить не могу!

Испорчу тем настроение Петровичу и надолго. Не все мне контору слушать перед поездкой, пусть и мои проблемы услышат и помогут. Они меня ещё и этикету учить вздумали! Выкусят! Руками буду жрать из принципа, если не подсуетятся в разрешении моих проблем.

И пока я себя накручивал, для боевого настроя. Не глотать же мухоморы взаправду, и не грызть же щит? Мы успешно добрались до места моего рождения возле Планетария, соседствующего с конторой, так что я отпустил всех прочих домой. А охрана за мной впоследствии заедет на машине.

В последнее время я приходил в контору как на работу, так что на проходной меня приветили и пропустили без вопросов, так что далее поспешил к Петровичу. Его кабинет найду без сопровождающего по сим кругам, даже с завязанными глазами.

План наступления и охвата противника набросан, ручка двери передо мной. Avant! Авантюристы мы, или где?

И только позднее в машине, после длительных споров с Петровичем, где я у него выпил литр крови своими требованиями и запросами, я на освобождённую от этих проблем голову сообразил, что у Верочки может быть обида лично на меня. И я — гад, точно в этом виновен.

Все вокруг выбились в писатели, и только она единственная, как бедная родственница, осталась на бобах. «Mea culpa» и поздно бить себя в грудь, посыпая главу пеплом. Надо исправлять учинённую несправедливость, ведь сам терпеть не могу подбого.

Вот и будет она писать книги немецкой писательницы Керстин Гир, самостоятельно и как миленькая. Тапока что в песочнице куличики лепит. Начну с цикла книг «Timeless» или «Трилогия драгоценных камней». Однако, для нашего читателя понятней назвать цикл «Любовь через все времена».

Кроме того — романов у писательницы немеряно, так что наш век хватит. Но сопливых женских не отдам. Прибью, если такое писать вздумает. Пусть разрабатывает подростковую фэнтезийную литературу, которая сейчас совсем не охвачена вниманием авторов.

Леночка возделывает ниву жесткой молодёжной фэнтези и друг другу они конкуренции не составят. Бабуля пишет сказки, для детишек и может передать своих читателей далее в хорошие руки.

Дома, я сходу собрал семейный женсовет. Бабулю поставил председательствовать, Верочку назначил секретарём, пусть ведёт протокол заседания. На обиженных — воду возят. Вот пусть впахивает, а не лелеет свою обиду ко всему свету, а тем более ко мне.

Испросив слово у председателя я приступил:

— Я обнаружил беспорядок и расхлябанность в наших тесных рядах. Отчего Верочка мотается хвостиком на всякие встречи с читателями? Ей что — заняться нечем? Так я быстро найду, чем загрузить разболтавшуюся за время болезни особу. Хватит прохлаждаться! Будем приступать к делу, — и подавил в зародыше попытки возмутиться моими словами, — Сейчас поясню развернуто. Будет, как миленькая, писать книги для подростковой аудитории, от утра и до забора. У меня на примете, начать с цикла «Любовь через все времена». Там, всего лишь трилогия, а первый роман «Рубиновая книга» я настрочу за пару вечеров. В мое отсутствие станете её править и приводить к настоящей действительности, убирая все артефакты будущего. Это юношеское фэнтези, и как вы поняли о любви в страданиях непонятых сердец. Так что флаг вам в руки и барабан на шею! Хау, я всё сказал бледнолицые скво! — завершил я свою речь с непроницаемым видом.

Вот нравиться мне видеть эти огорошенные лица, это тайная струнка моей души. И правда, посмотреть было на что. Мой кавалерийский наскок никого не оставил равнодушными.

Они уже ко многому привыкли с таким подарочком, но надеюсь и впредь удастся удивлять их вновь и вновь. На глазах старшей даже появились слезинкн. Значит проняло.

А я, чурбан неотёсанный, не замечал, что не только Верочка обижена на меня, но и бабуля. Оттого-то таскала дочку на все эти встречи с читателями, в надежде постепенно подтянуть к своему уровню.

Упс! Отчего не подумал? Больше беспокоился о физическом здоровье Верочки, и не позаботился о духовном. Однако дать им понять, что просёк и каюсь. Да ни за что!

Родные-то они родные, мне все очень дороги, но только дай женщинам повод, так ввек потом из кабалы не выберешься. Всю оставшуюся жизнь попрекать станут такой промашкой.

Так что будем грубыми солдафонами, у которых «только одна извилина, и та — от фуражки». Так легче обойти неловкий момент.

В данном случае — извинение хуже провинности, а потому ни за что в том не признаюсь. К тому же извинения — чущь сплошная, необходимо что-то весомое, хотя бы помощь.

Э-эх, мужик — он задним умом крепок, а что бы мне вперед не подумать? Закрутился в своих проектах и проблемах, а о главном не подумал, о своих родных.

Пока в голове крутились все эти мысли, на лице Верочки проявилась целая гамма чувств — от обиды, и до признательности. Хороший она человечек — чистый, наивный и бесхитростный, однако последние надеюсь со временем испарятся. Нужно ей взрослеть, чтобы стать хорошим писателем, а то придется переводить в раздел дошколят.

Одно замечательно, что никто посторонний меня во всё это носом не макнул, вот стыдобища-то была бы. Берусь мыслить о проблемах глобальных — всей страны и мира, а под носом не углядел. Хорошо сам догадался, так что проехали, но заметочку поставил — никогда не забывать своих!

Сестре тоже после защиты и утряски на новом месте работы, тоже что-нибудь подкину. Быть может серию книг её коллеги про всяких космо- и так далее олухов. Как раз ей по тематике её специальности.

Не только мозги ей наукой высушивать. Так что пусть сама решает, лежит ли у неё душа к такому занятию. К науке — так точно, а вот к сочинительству не у всех есть склонность. Я вот никогда не планировал и не мечтал, и ведь пришлось по-необходимости.

Предложу обязательно, но сейчас отрывать от дел не стану. Соседний домик и так стоит заброшенный, и все приходят с работы поздно. Затем быстро поев падают спать.

Отловить для простого человеческого общения на посиделках практически невозможно, а всех вместе собрать нереально. Вот ведь эксплуататор трудового народа —.всех, всех приставил к столь важным и срочным делам, что грех отрывать. Ответственность на всех лежит огромная.

Швейцарские власти долго боролись, с целью недопущения такого беспокойного ребёнка в свою страну, так как советский МИД требовал от них твёрдых и определённых гарантий моей неприкосновенности на их суверенной территории. К тому же настаивал на постоянном моём сопровождении собственной охраной, предоставленной советской стороной.

Горным гномам очень не хотелось что-то гарантировать, а ещё меньше допускать присутствие моей личной охраны, что допускается только для самых важных и высокопоставленных лиц. Но, к их великому сожалению, им нечем было крыть довод, что под обращением к учёным мира стоит моя подпись, и я являлся одним из инициаторов создания Всемирного конгресса ученых за мирное использование термоядерной энергии.

С другой стороны для властей Швейцарии было лестно, что такая международная организация, объединяющая учёных многих стран мира, выбрала местом своего пребывания и работы их нейтральную страну, что сильно подымало её статус на международной арене.

Знали бы ещё эти гады, что именно я настаивал на варианте размещения такой организации именно в нейтральной стране, что позволило привлечь многих учёных капиталистических стран к сотрудничеству в этом международном проекте.

Но этим властям такое знать, вовсе не обязательно, вот они и сопротивлялись присутствию главного лоббиста.

К огорчению принимающей стороны, отвертеться от столь большой радости им не удалось, и пришлось примириться с весьма проблемным участником конгресса. Потому в аэропорту у встречавших нашу делегацию официальных лиц были уж очень постные рожи, особенно когда они узрели мою персону в окружении охраны.

Похоже, что они своим чиновничьим нюхом предчувствуют, что скучно всем не будет. И лишь одна дамочка поспешила к нам и стала проявлять неумеренную активность, приставая именно ко мне.

Представившись фрау Нагель, она стала требовать своего присутствия рядом со мной на всех публичных выходах и мероприятиях, так как представляет швейцарские органы опеки несовершеннолетних, и приставлена ими для всемерного соблюдения всех моих прав ребёнка.

Этой припадочной разве не довели до сведения, что я тут являюсь делегатом конгресса в составе группы советских учёных?! Или она с головой не дружит?! Так что попытался вежливо донести до неё этот факт, и отвязаться от этой прилипалы. Но дамочка упёрлась, что тот мул, и не собиралась сдавать назад, талдыча, что ей поручили меня опекать, так как каждого ребёнка, если с ним нет родителей, ближайших родственников или других ответственных за него лиц, должен сопровождать опекун.

Она что, специально меня злит? Я бы с величайшим удовольствием потоптался по всем мозолям их приютов средневекового мракобесия и садизма. Так как из будущего вынес столь жгучую ненависть к этой организации, что готов был бороться с ней в самом зародыше, чтобы не смогла набрать той силы и чудовищной дури, которую наблюдал в своём будущем.

Нет, я готов сделать совершенно фантастическое допущение, далеко превосходящее по своей смелости все остальные, что в данное время сия цитадель порока ещё реально заботится о детях и их интересах. Но, к сожалению, — это далеко превосходит фантастичностью все мои прочие фантазии.

Тут не последнюю роль играет моё недоверие и знание будущей системы торговли детьми, осуществляемое под маской ювенальной службы. И не только за то, что дети принудительно отторгаются из родных семей, вопреки их явному нежеланию. А более за их передачу в приемные семьи — также без учёта пожеланий самого ребёнка. А во многих случаях по причине корыстного интереса оформляющих данные документы лиц.

И ещё большое счастье, когда ребёнок в результате этой сделки попадает в нормальные семьи, а не оказывается передан на органы. Слава богу, что в это время ещё нет трансплантологии донорских органов, но зато малолетние рабы у приёмных родителей — совсем не редкость.

Поэтому, испытывая антипатию к ювенальной службе, и, в частности, к сей назойливой особе, я не стал церемониться, и тут же представил сопровождающую меня фройляйн Людмилу, несколько лет состоящую моей гувернанткой, и, отметил, что она прекрасно справляется с этими обязанностями. Так что в услугах представителя органов опеки их страны, я нисколько не нуждаюсь, и она может быть свободна.

Безусловно, это граничило с некоторым хамством, но мне такие прилипчивые особы, всё время ошивающиеся поблизости, а также сующие нос не в свои дела, — абсолютно без надобности.

Однако, моё определённо выраженное нежелание принимать услуги их органов опеки нисколько не остановили эту бойкую особу, и не произвели никакого действия. Так как она заявила, что не может оценивать профессиональные качества моей гувернантки. Но та может быть неподготовленной для выполнения своих обязанностей в их стране с совершенно другими законами и порядками. Её же ко мне направили по распоряжению властей, и она не может ослушаться распоряжения.

Все это произносилось невозмутимым, ледяным голосом, в котором ощущался многолетний опыт, навязывания своей воли детям, нисколько при том не учитывая их пожелания.

Эх, оставить бы их на десяток минут с Людмилой, то сколько бы искр полетело, а какой ураган бы разразился. Но я уверен, что у дамочки нет никаких шансов уцелеть в столкновении и выйти столь же уверенной в себе.

Послать бы её подольше и ещё дальше, чтобы шла не останавливая cь до прибытия по адресу. Но ведь не поймёт «великого и могучего», а на других языках мне не хватает выразительности. Э-эх, великий и могучий, где ты?!

И всё же, несмотря на промелькнувшие перед мысленным взором приятные картины, пришлось играть по правилам принимающей стороны, и смириться с некоторыми её загибами. Однако я сразу начистоту высказал своё мнение об их организации, ювенальной службе а также их реальных, а не провозглашаемых целях.

Указал, что в случае успешного завершения моего похищения, эти же законы им предоставляли полное право распоряжаться мной как вещью, поместив в приёмную семью, совершенно без учета моего требования вернуть на родину к любящей семье.

Таковы их волчьи законы в отношении несовершеннолетних, а тем более младенцев, чьим мнением даже не поинтересуются[125].

Попросил фрай Нагель впредь поменьше путаться у меня под ногами, так как она не вызывает у меня никакой симпатии и доверия. С её присутствием буду мириться, но крайне неохотно, так как у меня, слава богу, есть присутствующая здесь фройляйн Людмила, а также любящая семья, дающая мне весь необходимый запас теплоты и понимания.

А когда дамочка стала настаивать на своих условиях, я уже нисколько не стесняясь выразил мнение на всех известных мне иностранных языках, и особо забористо выражениями из репертуара докеров Ростока.

За прошедшие несколько месяцев занятий я заметно продвинулся в изучении «хох-дойч», но далеко не одного высокого немецкого, а посему выдал эти познания фрау Нагель, так что моему непрошеному опекуну пришлось морщиться, стерпев выходки самого малолетнего участника конгресса — наглого как обезьянка.

Конечно сама обстановка выглядела полной буффонадой, и как могло быть иначе? Если участнику Всемирного конгресса ученых, навязывают сопровождение представительницу органов опеки — ни уха, ни рыла в науке не петрящую.

Весь идиотизм такого решения пёр из всех дыр, но их закон гласил, что малолетний ребёнок не считается дееспособным лицом и должен находиться с родителями, или же их доверенным лицом, а иначе находиться на попечении органов опеки. Вот мне по такому закону и определили временного сопровождающего, полагая, что наша сторона не предусмотрит возможности использования подобной лазейки в законах.

В отеле, куда нашу делегацию привезли для заселения, она вновь попыталась порулить моим распорядком дня и размещением. На что мне пришлось вновь высказать своё негативное мнение: о всей их ювенальной службе, органах опеки и всей их «заботе о детях». Тираду я произнёс на английском языке, чтобы проще язвить, иронизировать и проявлять сарказм, так как на немецком языке до неё не дошло с первого раза, так как видно овладел им не в должной мере. Но это ничего, до жирафа также доходит позже, чем до иных парнокопытных.

После этой тирады и обличений в адрес органов опеки, приставивших ко мне столь неприятную и липучую особу, У дамочки глаза потемнели от гнева, и несколько слегка перекосилось лицо. Но она усилием воли подавила клокотавшую в ней ярость и ровным голосом произнесла, что предоставляет нашей стороне самой заняться размещениям, и только настоятельно требует предупреждать её о намеченных отлучках из отеля, позвонив в снятый для неё номер или сообщив лично. Она также настаивает на своем непременном присутствии при всех перемещениях вне его стен.

«Гвозди б делать из этих людей: Крепче б не было в мире гвоздей», сразу припомнились слова поэта в ассоциации с её фамилией. Скорее всего она последователь идеологии Третьего Рейха. Приодеть в форму — так вылитая унтершарфюрер СС Барбара Крайн из фильма «Семнадцать мгновений весны».

Да и что тут удивительного? Ведь их организация является духовным наследником той садисткой идеологии превосходства высшей расы, а значительная часть западноевропейцев по-прежнему именно так смотрят на всех советских.

Пожалуй, в одном я всё-таки сильно погорячился, так как их рандеву с Людмилой было бы значительно более продолжительным, чем мне показалось вначале. Она враг и матёрый, но невольно вызывает уважение её умение владеть собой и сила воли.

А меня эмоции так и носят от одной крайности в другую, что даже порой не знаешь «… Какой ногой… Об какие берега?» Вот такой вечный перехлёст моих страстей через край. Отчего же — эта может, а мне не дано?!

Мировая несправедливость какая-то. очевидно для этого необходимо быть такой же скользкой и холоднокровной, что та весенняя гадюка.

А тем временем, она спокойным голосом продолжала вещать, что всё это делается в благородных целях обеспечения должных условий необходимых малолетнему ребёнку и осуществления помощи советской стороне для правильной ориентации в местных условиях жизни, а также защиты моих законах прав. В то время, что я совершенно неверно понимаю цель опеки со стороны компетентных специалистов для юного гостя страны, и тем более даю извращённое толкование их законов в сфере опеки над детьми.

Ну да! Пой ласточка, пой. Перед тобой ведь малыш, и хоть уши у него вполне небольшие, правильной формы, но порцию лапши на них всегдаведь можно повесить, пользуясь детской наивностью.

Не стерпев всей пурги что несла эта фрау, я сунул ей под нос справку (как чувствовал, что может пригодится на всякий случай), и пояснил, что наша семья оказывает спонсорскую помощь двум детским домам, перечисляя очень значимую часть гонораров и других денежных поступлений из-за рубежа. Мы постоянно посещаем их воспитанников, проводя встречи и обсуждая литературные произведения. Я обычно беседую и забочусь о самых маленьких — своих сверстниках. Так что в реальной опеке понимаю поболе её самой и всей их службы, так как сам её постоянно осуществляю. И мы перечисляем личные средства на поддержку оставшихся сиротами детей. В их службе, вряд ли кто может заверить в чём-то подобном.

Личное участие в судьбе детей мы считаем наиболее верным и полезным подходом к вопросам опеки над детьми лишёнными родительского тепла. Наше государство достаточно заботится о детях, оставшихся сиротами, но мы добавляем крупицу своего тепла и ласки.

А вот навязывание непрошеного опекуна я считаю излишним, а также нарушающим права самого ребёнка.

Дамочке это ещё больше не понравилось, так что меня она бы точно определила в один из их детских концлагерей до полного перевоспитания. Но тут я ей указал на дверь и заявил, что сейчас в её услугах больше не нуждаюсь, так как с шестимесячного возраста привык сам одеваться и зашнуровывать шнурки на ботинках.

Фрау Нагель пришлось с гордым видом удалиться в свой номер, сохраняя остатки былого достоинства, на котором только что усиленно потоптался несносный дикарь.

Не будь она навязанным мне соглядатаем, и не веди себя так настырно, я никогда бы не позволил себе такого поведения, которое роняло в той же мере моё достоинство. Но зато она перестала маячить у всех нас перед глазами.

Обсуждать какие-либо важные темы в отеле мог бы додуматься только полный имбецил[126], а таковых в номере не наблюдалось, Поэтому я всех поблагодарил за бдительную охрану и сказал, что вскоре завалюсь спать, чего и им от всей души желаю. Перелёт был длительный и приём оказался слишком назойливым, что меня даже несколько утомило.

Ребята, зная своё дело, быстро распределились по номеру, ведь пробу ставить негде, что номер нашпигован «жучками», а она сама подработает на их спецслужбы, и будет прослушивать все записи.

Вскоре Виктор мне продемонстрировал места закладки некоторых подслушивающих устройств. Благо, сейчас в их Европах ещё не знают до какой степени миниатюризации дойдёт прогресс в будущем, а сами жучки для прослушивания не станут зависеть от питания из внешних сетей.

Ну, если хозяева ко мне «со всей душой», то и я с ними также. Поэтому громко прокашлялся и стал обсуждать все пороки капитализма, высказывая всё то, что думаю об их замечательном «свободном мире» и их «плутократии».

В выражениях притом нисколько не стеснялся, и охранники только ухмылялись при особо забористых оборотах. Среди своих, я высказывался исключительно на могутном русском языке, а пусть остальные попотеют, переводя непереводимые идиомы русского матерного языка.

Дома мне ни за что бы не позволили такого, да и сам никогда бы до этого не опустился, памятуя о данном воспитании и уважении к окружающим меня людям. А тут замечательно отвёл душу по полной, расширенный круг слушающих обеспечен..

После получасовой политинформации о пороках капиталистического мира я предложил всем идти ложиться спать, кто сейчас не заступает на дежурство. Ибо нам всем завтра предстоит не самый простой день. Беготня в организационной неразберихе, связанной с подготовкой к открытию конгресса. Так что всем желаю спокойной ночи и радостных сновидений.

Скандал, конечно, получился немаленький, так как не принято менять содержание выступления или доклада без предварительного согласования — это жуткий моветон. В научной среде поступок крайне предосудительный. Так я же сразу в самом начале выступления заявил, что не могу считаться полноправным учёным, а только учусь.

Таким образом, представ перед вновь избранным президиумом, я повинился в этом грехе и попросил простить по молодости лет, и отсутствию опыта участия в столь крупных международных конгрессах. Заявил, что это был мой порыв души сказать то, что давно наболело и жгло меня изнутри, как кислота.

Опять изобразил китайского болванчика, и отработал на бис номер «кланяюсь и каюсь, каюсь и кланяюсь». Неизвестно все ли поверили этому представлению, так как я даже не учусь в театральном, как мне советовал Ильич, но смотрели на это действо благожелательно.

Я украдкой бросал взгляды на всех присутствующих, и мне показалось, что около четверти смотрели даже одобрительно. Расклад неплохой — для начала, где положено было бы послать, чтобы всыпать по первое число, двадцатого начать и первого кончить. Так что есть шансы заручиться поддержкой некоторой части президиума.

Поэтому я поднапрягся и изобразил огорчение своим проступком и желание загладить свою вину. Стал уверять всех, что более такого не произойдёт, и моё поведение в зале проведения конгресса и комиссиях будет выше всяческих похвал. Я усвоил урок и постараюсь впредь не нарушать принятых в научной среде норм, а сей случай будет мне уроком, который надо тщательно запомнить.

На сей раз по моим оценкам благожелательных взоров стало больше, и у меня отлегло на душе. Многое будет зависеть от позиции занятой президиумом. Поддержат они мои опасения и предложенные проекты, или отвергнут как домыслы рассчитанные на сенсацию.

И наконец, после воспитательного момента, мы смогли перейти к самому содержанию моего выступления. И тут мне пришлось попотеть. Вопросы касались конкретного подтверждения выдвинутой гипотезы и её научной обоснованности. Благо я ещё в том мире изучил этот вопрос досконально, и все формулы, выкладки и доказательство просматривал неоднократно.

Эти доказательства я и стал излагать, попутно приводя формулы и результаты расчётов по памяти. Мои листки пошли гулять по рукам членов президиума, и брови некоторых поползли вверх, а лоб стянуло морщинами. Как говорилось в фильме «Ну, барин, ты задачи ставишь… За десять дён, одному не справиться. Тут помощник нужен. Гомо сапиенс…» Так что лица у многих стали точно такие же, как у того кузнеца Степана.

Проверить все формулы и результаты понадобятся месяцы работы, да не одного человека, а целой группы. Компьютерную модель достаточно детально отражающую картину, не удастся запустить даже на новеньком суперкомпьютере CRAY-1[130], а того дожидаться ещё пару лет.

Оттого президиум оказался весьма озадачен. Громогласно заявить, что опасения высказанные в моём выступлении беспочвенны станет опрометчивым поступком, но проверить все выкладки и формулы, а также провести повторные расчеты, требуется неимоверно много времени и затрат труда учёных.

А потому они пошли проторенным путём. Создали группу из учёных, на которую будет возложена обязанность провести всестороннюю проверку изложенных доказательств и расчетов. И только по результатам её работы можно будет сделать окончательный вывод.

Правда, бойко мною изложенные доводы вкупе с формулами и результатами резко поубавили скепсис некоторых членов президиума и почти убедили склонявшихся в сторону поддержки.

Иного я и не ожидал. Это наука детка, и махание заветным мечом-кладенцом никого не убедит. Разве что поубавит количество голов скептиков, но проблему это не решит, так как за стенами их миллионы.

Ну-ну, данную гипотезу и в будущем никто не опроверг, но и окончательно не доказал. А проводить натурный эксперимент — скептиков не нашлось. При наличии неопровержимых доказательств она стала бы теорией, но и опровергнуть окончательно невозможно. Там настолько сложные процессы в разных слоях атмосферы, что создание модели учитывающей все влияющие факторы потребует немалого времени и затрат компьютерного времени.

На худой случай, если заклюют скептики, и смогут подтвердить свои слова доказательствами не столь глобального урона, а также прогнозом выживания 10–15 % человечества, не думаю, что такая оптимистичная модель очень порадует человечество. Большей части коего ничего не светит.

Я же легко сползу на то, что не только учёный, но ещё и творческая натура, пишущая книги, сценарии и музыкальные спектакли, где неизбежен разгул эмоций и драматизма. А пусть считают тем же Карлом Саганом[131], мне с того не холодно и не жарко.

Пострадает научная репутация? Так на что мне она, если мир останется прежним? По мне обмен своей репутации на изменения в лучшую сторону — совсем мизерная плата. Тем более, что научные публикации выходят совсем не под моей фамилией, и в несколько иных областях.

А пока я взвешивал все pro et contra[132]. И наблюдал за реакцией участников обсуждения, за меня неожиданно вступился Андрей Дмитриевич, который тоже присутствовал в помещении президиума.

Он рассказал, что весной прошлого года в беседе я изложил ему сценарий «ядерной зимы» и привёл свои первоначальные выкладки, без строгих формул и расчётов. Уже тогда ему показалось заслуживающим внимания, высказанное мной опасение о судьбе человечества.

Он самостоятельно в свободное время также проводил изучение и обоснование этого сценария «ядерной зимы». К сожалению, продвинулся в своих изысканиях не столь далеко, но уже обработанное вызывает очень серьёзную тревогу. Подтвердить или опровергнуть приведенную мной картину последствий он не в состоянии, вполне возможно она будет несколько иной, не столь фатальной. Однако сильное изменение климата и поведения атмосферных потоков сопровождающееся сильнейшими и невиданными до сих пор ураганами, а также небывало резким похолоданием приведёт к гибели всего сельского хозяйства и последующему голоду.

Отдельные очаги цивилизации могут сохраниться, обладая стратегическими запасами продовольствия, но остальное человечество будет обречено на гибель. А если рассмотреть большие перемещения целых народов в полосу более мягкого климата, и сопутствующие этому войны, то трудно предсказать количество выживших.

А я добавил, что попадания нескольких современных МБР с мегатонными зарядами в кальдеру на территории Йеллоустонского национального парка может вызвать пробуждение дремлющего супервулкана, извергавшегося несколько раз за последние два миллиона лет. Рванёт так, что извержение вулкана Тамбора произошедшее в Индонезии на острове Сумбава в 1815 году, всем покажется детской шалостью со спичками. Выбросы пепла из его кратера, а также сажи с копотью от горящего природного парка создаст такую сильнейшую загрязнённость атмосферы, что мало никому не будет.

А еще это извержение может вызвать сильную тектоническую активность, что в регионе близком к Калифорнии, итак славящейся своими землетрясениями, подскажет дальнейшее развитие событий. Это очевидно для любого грамотного человека.

Все учёные, присутствующие в помещении, сразу же стали меня останавливать и упрашивать более никому не рассказывать об этом сценарии. А то репортёры газет немедленно за него ухватятся, и разнесут по всему миру, тем самым усилив истерию.

А ещё стали наставлять, что настоящие учёные не должны заниматься политикой и позволять себе высказывания столь близкие к политике, которые я допускаю по молодости и неопытности. Они категорически настаивают на соблюдении мной норм этики учёного, и бога ради более не касаться политических тем.

Пришлось ответить им словами соотечественника Наполеона писателя Мошпаламбера: «Вы можете не заниматься политикой, все равно политика занимается вами», при этом довольно дерзко посмотрел на всех присутствующих. Ну, нет уж им, дудки! Этого форпоста я не сдам, ишь задумали мне рот затыкать!

Этика учёного напрямую о занятии политикой ничего не говорит, но это считается моветоном и поиском легковесной популярности. Вот пусть сами и держатся за свою полновесную научную репутацию, а мне её на кон поставить не жалко. Я не азартен, но в русскую рулетку при астрономической ставке можно сыграть. Собственно всё моё второе воплощение, это суть и есть такая русская рулетка.

Газеты разных стран на следующий после выступления день, и во все последующие дни разразились морем статей, но лишь некоторые добросовестно воспроизвели полностью мою речь, либо близко к тексту. Остальные несли привычную ахинею, повыдёргивав с мясом самые жареные моменты. Оттого и заголовки были от самых диких, и до фантастических.

Желтые листки выдали заголовки типа «Русский вундеркинд предсказал конец света». Взвешенные «Младенец призывает прекратить ядерное безумие угрожающее всему человечеству» и «Учёные склоняются к подтверждению опасений, высказанных советским участником конгресса».

Посмешил Ватикан, напечатав в «L’Osservatore Romano» статью «Христос сказал: Пустите детей и не препятствуйте им приходить ко Мне». Тоже мне миротворцы. А «Крестовые походы», в том числе Тевтонского ордена на Русь? А молчаливое благословение работорговли, а политика невмешательства во времена национал-социализма и геноцида многих народов? Не нужны мне такие союзнички. Следующего «улыбающегося папу» — Иоанна Павла I, у которого был отец социалист, примучили в 33 дня, а на смену поставили истого русофоба[133]. С такими союзниками и никаких врагов не надобно.

Французская «Le Figaro» выдала статью «Устами младенца?» и непонятно, что хотели тем сказать. У нас франкофонов в номере отеля не нашлось, а искать было лениво. Одобряли или издевались, так и осталось невыясненным. У них там смена пажеского караула в президентском дворце и неясно откуда ветер дует.

Индийская «The Hindustan Times» разместила статью «Бодхисаттва из России, указал учёным мужам и человечеству путь к миру и процветанию». Эта газета, слава богу, на родном англицком, и мы её прочли. Лестно быть названным «стремящимся к пробуждению», и жизни для блага всех существ. Что же, постараюсь оправдать.

Туда же понесло японскую «Асахи симбун» с их статьёй «Маленький гений или же ками?». А далее в статье расписывалось, как я в своей речи осудил виновников трагедии городов Хиросима и Нагасаки. Теперь я прямо-таки Константин-но ками, и смело погреюсь в лучах Аматэрасу-о-миками.

Подводя итоги всего обзора попавшей к нам прессы, осталось только написать всем — «дорогая редакция, я хренею». Или как у Владимира Семёновича «Дорогая передача, во субботу, чуть не плача, вся Канатчикова дача к телевизору рвалась»…

«Известия» поместили текст выступления полностью, и ограничились лишь несколькими редакционными строками к ней, а «Правда» промолчала, так как была поставлена в тупик, являясь органом печати ЦК КПСС. Так иного я и не ожидал. После такой новости необходимо время, чтобы всё уложилось и осмыслилось, а лишь затем наступит понимание и поступят указания.

Между тем журналисты некоторых зарубежных изданий попытались вести себя с привычной наглостью, но быстро усвоили урок, после того, как один не в меру ретивый резко сунул мне микрофон к лицу, а оказался на земле и сверху Людмила давила ему на кадык предплечьем руки. После этого больше умников не нашлось, а они усвоили, что «здесь вам не тут».

Вот и тащились всегда на почтительном отдалении от нашей группы, но не отставали, а при случае кричали оттуда свои вопросы. На умные я старался давать серьёзные и пространные ответы, отчего град глупых вопросов типа — не являюсь ли я воплощением Будды или других божественных сущностей быстро сошёл на нет.

После этого наше взаимопонимание с этой братией постепенно установилось, и они усвоили, что ко мне с привычными для них вопросами лезть не стоит. А я всё чаще при возможности давал нужную мне информацию, избегая всяких скользких тем, вроде: перевоплощением какого божества или родственником каких известных лиц являюсь. Уже и сюда докатились сплетни с далёкой родины.

Как известно, «Пока правда надевает башмаки, ложь успевает весь мир обежать», а я постоянно повторял в ответ на их вопросы эту цитату из «Правды» любимого мной Терри Пратчетта. Так что журналюги бульварных листков, падкие до жареных фактов, быстро отсеялись, а остались наиболее вменяемые. Именно оттого сведения, сообщённые им, искажались лишь в меру их некомпетентности в сложных вопросах физики и современной действительности.

Поэтому информация становилась всё более определённой и внятной, доступной различным кругам мировой общественности. Студенчество и молодёжь первыми откликнулись на высказанные мной предостережения и мирные инициативы.

Стало шириться и крепчать, почти затухшее с выводом американских войск из Вьетнама, антивоенное движение. Плакаты и лозунги на демонстрациях были очень актуальны и требовали немедленного прекращения «гонки ядерных вооружений» и немедленного сокращения арсеналов всех ядерных держав.

Начались стычки демонстрантов и пикетчиков американских военных баз с полицией. И каждый арест или задержание манифестантов разжигал страсти и ширил движение за мир во всём мире. Эти группы возникли во всех странах, и быстро активизировали деятельность, расширяя свои ряды.

Лидерам стран блока НАТО стало всё сложнее обходить эти насущные вопросы молчанием, и они заявляли, что также проведут исследование данной проблемы с целью опровержения высказанных обвинений и панических заявлений малолетнего, безответственного лица, который провоцировал тем самым скандал в поисках дешёвой популярности.

И безусловно подобные заявления подлили масла в огонь, так как такие скользкие ответы не устроили ни студенчество ни руководителей и широкие круги антивоенного движения. В то время как журналисты сообщалось из Женевы, что группой учёных проводится полная проверка всех сообщённых мною доказательств этой гипотезы, и многие из состава группы, не высказываясь напрямую, сообщали о своей крайней озабоченности представленными им выкладками, формулами и результатами расчётов, которые выглядят весьма правдоподобно и научно.

Большинство журналистов, также не убедили высказывания лидеров развитых капиталистических государств и их официальная позиция, отрицающая всякую возможность достоверности сообщённой мировой общественности информации. Высказанная ими некоторая обеспокоенность, могла быстрее сбить накал страстей, так как учёные из многих стран мира подтверждали возможность такого сценария мирового катаклизма и правдоподобность высказанных научных доказательств.

Таким образом, скандал продолжал разрастаться, и к нему подключилась волна протестных выступлений студентов и молодежи ведущих капиталистических стран. Эти выступления ширились и росли, приобретая интернациональный характер. В первую очередь во Франции, обладающей собственным арсеналом ядерного вооружения.

В нашей истории выдвижение гипотезы «ядерной зимы» прошло десятилетием позднее, поэтому осталось почти незамеченными широкой общественностью на фоне затеянной в СССР гласности и катастройки.

Но и тогда был заключён целый ряд соглашений по сокращению ядерного оружия и ликвидации сторонами ракет средней и меньшей дальности.

Тут же получилось прямо как по лозунгу: «Шок — это по-нашему!» И весь мир сотрясали выступления протестующих, с требованиями скорейшего проведения переговоров по ограничению и сокращению вооружений, учитывающие высказанные опасения возникновения «ядерной зимы», при которой пострадают не только стороны конфликта, а может погибнуть всё человечество.

Всем было очевидно, что я произносил речь, наметив её в Белый Дом, как основного противника Всемирного конгресса учёных. А потому Госдепартамент США попробовал предъявить ноту протеста в адрес президиума Всемирного конгресса учёных за прозвучавшие в его стенах обвинения в адрес властей США.

Но их подняли на смех, ответив, что самим разве не смешно адресовать претензии в адрес трёхлетнего ребёнка? Это выступление целиком являлось его личной инициативой, в чем все члены президиума убедились в результате тщательной проверки.

Проверка была всесторонней и непредвзятой, и в ней принимали участие представители многих стран принимающих участие в работе конгресса. Выступивший смог представить расширенные доказательства высказанной им гипотезы, которые будут тщательно проверены. Его доказательства выглядят достаточно обоснованными, а результаты научных расчётов пояснили гипотезу возникновения «ядерной зимы» в случае массированного применения ядерного оружия.

Остальные приведённые им сведения тоже нашли своё подтверждение. Так что никакой диффамации не произошло. Или же представители посольства США хотят отрицать произошедшую бомбардировку японских городов, и последовавший за этим ядерный шантаж других стран мира? А может то, что торговля нефтью преимущественно за доллары является его фактическим обеспечением?

Все присутствовавшие учёные убедились в компетентности докладчика в научных вопросах, и сами многое почерпнули из его пояснений и научных доказательств. По остальным пунктам была проведена столь же строгая проверка.

Поэтому президиум почти единодушно пришёл к заключению, что гипотеза нуждается в скорейшей и компетентной проверке независимой группой, и она была незамедлительно создана. Ей были переданы все представленные докладчиком доказательства и результаты расчётов.

И в заключение, представителю посольства США был передан заблаговременно переданный в организационный комитет текст моего выступления, сданный для размещения в материалах работы конгресса.

Те смогут убедиться сами, что в нём нет ни единого намёка на произнесённое мной во время выступления с трибуны конгресса. Если они пожелают выдвинуть в суде обвинение в адрес трехлетнего мальчика, то президиум может только пожелать им попытать удачи.

Попробовали эти деятели из посольства передать ноту протеста нашему МИДу в адрес руководителей и всей делегации советских учёных. Но работникам посольства СССР удалось отбрехаться, что дескать согласованный текст выступления был передан заранее. Они ознакомились с его содержимым и не нашли ничего предосудительного. Таким образом, он был передан для помещения в материалы работы конгресса.

Однако, мальчик есть мальчик, и его понесло говорить отсебятину. Я естественно поддержал эту позицию, и снова, посыпал главу пеплом, чистосердечно признавшись, что не выдержал нервного напряжения, и язык сам стал озвучивать мои мысли. А сами знаете — устами младенца глаголет истина.

Присутствующих сильно позабавило использование в качестве оправдания известной в большинстве народов пословицы. Не позабавило это только подавшую ноту сторону. Так пусть тоже обижаются, я же не подавал в суд на их коллегу из посольства в Москве, так как у него дипломатический иммунитет. А у меня иной — я по всем их законам не отвечаю за свои слова и действия, просто не имею права.

В целом и по частностям мы смогли отбрехаться от их дипломатического наезда, и я далее принял участие в работе конгресса. А уж среди участников стал мега популярен. С некоторыми придерживающимися иных взглядов на мироустройство пришлось даже прилюдно подискутировать.

Благо мог делать это на трёх и даже немного более языках. Так как в школе изучал, правда без блеска и приложения усилий, ещё язык романской группы, что позволяло более-менее поддерживать разговор и понимать вопросы до того, как их озвучит переводящий.

Не ведаю, кто из участников конгресса сливал информацию журналистам, но перипетии всех этих дипломатических баталий стали достоянием прессы. Ох, и зарекутся впредь Швейцарские власти меня пускать в пределы государства. Это Владимиру Ильичу всегда были открыты двери. Ну да я не в обиде, что запланировал, то и осуществил.

Для меня — сделал янки гадость, то на сердце радость. А кто им говорил, что я толстовец и подставлю вторую щёку? Нет, голубчики просчитались. По-плохому, значит по-плохому! Я их не трогал и собирался спокойно работать над своими проектами в Союзе, так сами напросились, а попытки убийства родных, я им ввек не прощу!

Всемирный конгресс учёных тем временем почти спокойно продолжил свою работу по выработке многолетней программы исследований и работ для реализации мирного использования термоядерной энергии. Сами учёные держались как можно дальше от скандала, и доставалось только участникам группы по проверке предоставленных мною сведений.

Мне не разрешили провести пресс-конференцию для журналистов, этому воспротивились как руководство делегации наших учёных, так работники здешнего посольства и представитель МИДа. Под таким трёхсторонним давлением пришлось отступить на подготовленные позиции и приступить к маневренной обороне.

Досталось отвечать на пресс-конференции лишь Андрею Дмитриевичу, упомянутому мной в своём выступлении. Но он воробей стреляный, и в ответах на вопросы журналистов ограничился пересказом того, что поведал президиуму Всемирного конгресса учёных, а привёл даже меньше конкретики, отметив, что продвинулся в работах по этому направлению не так далеко, как ему бы того хотелось.

На данный момент не может ни подтвердить, ни опровергнуть приведенных сведений. Из исследованных им самостоятельно, подтверждение нашла часть сообщённых сведений, остальные требуют дальнейшей доскональной проверки, которой занимается целая группа учёных, в состав которой он также входит.

Отвечать от её лица он не имеет права, так как избран руководитель этой группы, и только тот может говорить от её лица. К тому и следует обращаться с вопросами о мнении работающей по данной проблеме группы.

Попытка журналистов опросить руководителя группы индийского физика Роддама Нарасимха[134] не дала им никаких результатов. Так как учёный заявил, что группа только приступила к работе, и, несмотря на напряжённую деятельность, результаты станут известны не ранее чем через несколько месяцев. Настолько огромен объём информации и расчётов, который им следует проверить и обработать, прежде чем будет получен конкретный ответ на вопрос журналистов.

Автор выступления, их коллега из СССР, передал им достаточно полный пакет доказательств. Их перепроверка и исследования в смежных областях потребуют напряжённой работы участников группы на весь указанный им срок. Они освобождены от проведения всех прочих исследований на весь необходимый отрезок времени. Всемирный конгресс учёных осознаёт свою ответственность перед всем мировым сообществом в скорейшем проведении проверки очень тревожной гипотезы, сообщённой их советским коллегой.

После такого сдержанного заявления газетчики сорвались с цепи, и их издания захлестнула волна истерии. От которой учёные так ловко отстранились, не поддержав, а наоборот заявив о тщательной проверке гипотезы. Правда, сами их слова содержали довольно серьёзный намёк на научность сообщённых сведений.

Лидеры стран «свободного мира», попытались обвинить учёных в предвзятости, но на их беду в группу учёных в основном входили представители стран «Движения неприсоединения»[135], а единственным представителем стран социалистического лагеря был известный диссидент Андрей Дмитриевич Сахаров. Так что «руку Москвы» мог увидеть только сбрендивший или умалишённый.

Однако этот наезд сразу поставил на дыбы само «Движение неприсоединения» и их представителей в ООН. Те потребовали созыва Совета Безопасности по этому вопросу, и обвинениям в адрес учёных их стран со стороны лидеров развитых капиталистических держав.

Как всегда западные лидеры не сочли, что учёные могут проявить политическое чутьё и подстраховаться от лишних упрёков в свой адрес, если в состав группы войдут представители социалистических стран. Теперь лидеры вновь расхлёбывали своё очередное знакомство с граблями.

Я даже одобрил некоторое отстранение меня от данной тематики, и потому, в даваемой журналистам информации, оставался строг и корректен по-научному, без политизации сведений о своей гипотезе. Своё мнение я уже изложил, а потому не считал, что повторение что-то изменит. «Глухим обедню дважды не служат», отвечал я на попытки журналистов, развести меня на слабо.

Тем временем конгресс продолжал работу в комиссиях и группах и на этих рабочих встречах моя ювенал-фашистка совсем приуныла. Я бы испытывал к ней некоторое сочувствие, не следуй она за мной повсюду, как пустая банка, привязанная к хвосту. Гремит и больше никакого проку, одно неудобство.

Так что пусть слушает обсуждения вопросов настолько заумных, что у неё мозги должны свернуться, как то прокисшее молоко. А ещё я получаю истинное удовольствие, как она дёргается на наших встречах в комиссиях, когда рядом садятся выходцы из Африки, Юго-Восточной Азии, индусы или латиноамериканцы.

Мы с ними на равных бойко обсуждаем проблемы, нисколько не чинясь, и обмениваемся шутками и подковырками. Короче ведём себя абсолютно естественно, не замечая границ, цвета кожи, разреза глаз, возраста и прочих мелочей.

Мне особенно приятно работать со своими товарищами из социалистического лагеря, Нравятся кубинцы за их темперамент и искромётные шутки. Я даже просил их при случае передать моё глубочайшее почтение команданте Фиделю, и всем их борцам с американским империализмом.

Примерно те же слова я адресовал дедушке Хо, и всему вьетнамскому народу с честью выдержавшим нелёгкое испытание и одержавшим победу в этой тяжкой борьбе.

Соседку эти мои просьбы и пожелания всего наилучшего свободолюбивым народам, вырвавшимся из колониальной зависимости, так коробили, что я настаивал на её присутствии в работе комиссий и групп, хотя мог бы выставить вон, за пределы помещения, где поблизости оставалась большая часть моей охраны.

Зато я отлично слышал, как хлопает дверь её номера, когда сразу же выставлял её из номера отеля при каждом туда возвращении. Но всё-таки — «железная дева», нервы как из стальных канатов свиты. Держит себя в руках, хотя иногда ловлю на себе её кровожадные взгляды. Точно бы меня придушила за расовые преступления и урон нанесённый образу «белого господина».

А пусть знает нашу русскую мудрость — мал клоп, да вонюч! Её никто не держит, но ведь таскается за мной повсюду, и видно какое ей это доставляет отвращение.

Просто так работник органов опеки такое терпеть не стал, и давно бы сбежал, а у неё видно иная цель, которая её удерживает прочнее всех прочих её душевных порывов.

По её виду, я заработал наверно сотню расстрелов, и двадцать повешений. Наверно и десяток костров также. Однако пунктуально тащится за мной и не отстаёт ни на миг. Вцепилась мёртвой хваткой, что тот бойцовый бультерьер, Не отцепить, так что мне пришлось перейти на режим дня «отель — конгресс и обратно».

Мне, как и медвежонку Вини, у которого в голове только опилки, а потому ему всё пофиг, тоже кажется: «Это ж-ж-ж-ж, неспроста! …зачем тебе жужжать, если ты не пчела?». Вот и не подставляюсь, к тому же охрана не позволяет. Даже по городу прогуляться не дают, не говоря об окрестностях или поездке в другие места.

Так что монотонно продолжались рабочие будни конгресса. А по вечерами мы совместно с Людмилой под руководством Виктора осваивали новый стиль борьбы, и скучать не приходилось. Зарядка получалась отличная, так как бегать по Женеве, как вошло в привычку дома, было слишком опрометчиво.

Серое течение буден прерывали только ответы на вопросы Роддама Нарасимха от которых приходилось изрядно попотеть, отвечая на очень въедливые. Ему бы впору исполнять должность своего тёзки — Верховного Инквизитора Руки Света из «Колеса Времени» Роберта Джордана. Такой же дотошный фанатик, но только науки.

Он вывернул меня наизнанку, благо я подготовился и высыпал ему список использованных мною материалов при подготовке доказательств. Мне пришлось всё тщательно проштудировать перед поездкой, так как предполагал, что вопросы будут. Но никогда не думал, что такие дотошные.

Но зато он умница журналистов и политиков отгонял, не позволяя перевирать предоставленные сведения. И к тому же это было хорошей встряской в рутине рабочих обсуждений.

Большинство учёных осознавало, что Советы, вопреки приписываемому им тотальному контролю, наоборот открывают учёным возможность свободного международного сотрудничества, в то время как «свободные страны» запретили своим учёным участие в таком Всемирном конгрессе учёных.

Всё чаще в мире стали задавать вопросы о природе «железного занавеса», и кто на самом деле прилагает все силы для его возведения. Собравшиеся учёные в кулуарах часто обменивались своими мнениями по данному вопросу, а их недоумение только возрастало. Особенно, когда отмечали, что я свободно общаюсь со всеми учёными из разных стран мира. Единственное что вызывало у них удивление, что меня постоянно сопровождают несколько охранников, но после пояснения, чем вызвана эта мера предосторожности, ещё больше удивлялись, как могли цивилизованные страны провести такую беспрецедентную операцию по похищению и даже попытке убийства младенца. А вот пусть не обманываются внешним обликом «свободного мира», а глянут на истинный — отраженный в портрете Дориана Грея[136].

Людмила мне через десяток дней принесла американскую газету с интервью Джона Леннона и Йоко Оно, в которой тот выразил одобрение моей обеспокоенности судьбами человечества и моим призывам остановить безумие ядерной гонки. Он также высказал полную поддержку моему предложению ко всем странам мира, чтобы их предприятия военной направленности вместо оружия уничтожения занимались вопросами зашиты нашей планеты от космических тел угрожающих всему человечеству. В конце он отметил, что был сильно удивлён тем, что в своем возрасте я высказываю такую зрелую позицию, и отказываюсь принимать участие в разработке оружия массового уничтожения..

Это неудивительно, ведь недавно он записал песню «Imagine», в которой поёт о мире, где нет больше войн, религий и государств. Представляет — каким он может и должен быть[137].

Вот только не шлёпнули бы его ещё раньше того срока, о котором я не преминул бы его предупредить. Теперь даже не знаю, какие далее ожидать события.

Поддержка столь видного борца за мир меня очень порадовала. Жаль не представится случай обменяться с ним рукопожатием, разве, что его удастся пригласить в СССР. Мне такие слова во много крат дороже всех прочих похвал от правительства и руководства.

Надо будет обязательно засесть за благодарственное письмо товарищу Джону, и в нём выразить своё высочайшее к нему уважение, а также высокую значимость для меня его слов поддержки. Хоть так отблагодарить, потому что в Америку мне теперь дорожка навсегда заказана, и я у них «враг государства». Номер даже не важен, я могу скромно и за товарищем Фиделем постоять. Хотя бы в одной с ним достойной компании.

Обидно, что в испанском почти не петрю, а то бы интересно узнать мнение команданте о моем выступлении в адрес их северного соседа. Его отзыв для меня стоил бы не меньше. Жалко мнение Че узнать невозможно, но равняться на таких людей необходимо, или же в результате окажешься хрюкающим в одной луже с хряками.

Вечером в холле отеля я попросил одного из советских коллег исполнить сопровождение на рояле, и мы записали на плёнку моё исполнение этой песни Джона. Я сопроводил его словами, что «Imagine» является моим программным документом и руководством к действию, можно сказать гимном, исполняемым на утренней заре.

На том мы отослали заказную бандероль товарищу Джону. Пусть умники из CIA поломают свои аналитические головы, и что бы это значило? Может хоть в их кругах разойдется моя запись, а то коллега учёный сильно нахваливал меня, и сказал, что совсем не ожидал столь лирического исполнение после моего выступления на трибуне конгресса. Там я был совсем иным — пламенным борцом, обличающим пороки американских империалистов.

Я посмеялся и ответил, что это разные грани моего внутреннего я. И они зависят от окружения и темы. Сегодня я был мечтателем, вместе с Джоном Ленноном, именно это придало такой оттенок моему исполнению. Думаю и надеюсь, что оказалось созвучным мысли автора, вложенной в это музыкальное произведение «всех времён и народов».

Конечно, я не преминул посетить все ленинские места Женевы, раз представилась такая возможность. Фрау Нагель пришлось сопровождать меня с каменной физиономией, и разумеется за мной увязался с десяток журналистов и папарацци. А пусть отметят там в своих листках, что в Женеве чудо-ребёнок, кроме конгресса посетил только места пребывания Владимира Ильича. Ни чудеса природы, ни горы, ни Женевское озеро не удостоились моего внимания.

Так у нас на Кавказе и тем более Тянь-Шане места получше имеются, там и стану любоваться природой и вкушать заслуженный отдых, вдали от туристов и любопытствующих. Природа там первозданная не приспособленная для ожиревших бюргеров.

В первый же выходной день работы конгресса я наметил этот поход по ленинским местам Женевы. Разумеется, я непременно отметился, оставив букетик цветов у барельефа на башне Молар, что отмечает заботу Женевы об изгнанниках. Она была водружена ещё при жизни вождя. А скульптор Поль Бо, создавший его по заказу муниципалитета города, по-видимому, изобразил Владимира Ильича, уж очень велико портретное сходство. Так что будет впредь ленинским местом.

Затем всей процессией направились к зданию университета. В чьей библиотеке Владимир Ильич проводил львиную долю времени, прочитав гору книг. Подошли к расположенному напротив дому, в котором проживал в те годы Плеханов, и в гостях у коего некоторое время пребывала чета Ульяновых.

Затем посетили дом на авеню Май, где их семья обитала в пансионе с 1903 по 1905 годы. На закуску я оставил квартиры, где они проживали более длительное время, и находились без малого семь лет. Прогулка вышла продолжительной и следовавшие за нами журналисты стали отставать и жаловаться.

А ничего, пусть поноют. Это их профессия, а волка ноги кормят. Сиднем сидючи, как Илья в Карачарове, славы не добыть. Удивила лишь следовавшая по пятам дамочка, не выказывавшая никакой усталости. Нам-то что с Людмилой — «бешеной собаке и семь вёрст не крюк», мы за день не меньше на кроссах наматываем, а вот нехай остальные хилые иностранцы тоже побегают.

Были на Рю де Плантапорре, где красовалась мемориальная доска, водружённая к 50-летию создания нашего государства. Там, я также оставил букетик цветов и почтил место, где Владимир Ильич написал столько своих трудов, чей гранит я грыз впоследствии, в школе, ВУЗе и аспирантуре. Оттуда направился в самый русский район Женевы, где проживали не только семья Ульяновых, но также Бонч-Бруевича, Лепешинского, Мандельштама, Ильина, Абрамова и многих других.

На Каружке мы задержались подольше, обходя русские места. Где я попутно рассказывал окружающим о тех кто жил в этих домах и какой вклад позднее внёс в политике и искусстве. Журналистам полезно послушать про русский след в Женеве, где и когда обитали видные представители нашей страны.

Закончил, своё турне по Женеве, у памятной доски, водруженной на улице Шпигельгассе, где, созвав следовавших за мной журналистов, выразил свою озабоченность и удивление тому факту, что в Женеве не нашлось до сих пор места для дома-музея создателя нашего великого государства столько лет прожившего и писавшего свои труды в этом городе. Здесь же оставил ещё один букетик цветов около мемориальной доски. Бог любит троицу.

Не зря же вся эта братия тащилась за мной по пятам всё это время? Вот и дал им материал для завтрашних репортажей. Что-нибудь да попадёт на страницы их газет.

Думаю, что другой Ильич не осудит меня за проведение подобной промо-акции или променада по ленинским местам. А также прикроет от гнева идеологического отдела ЦК КПСС и лично Михаила Андреевича. Я тут собственно выполняю их работу и громлю идеологического противника прямо в его логове близ достопамятного Давоса. К тому же значительно успешнее, коль разразилась такая буря дерьма от Госдепа и прочих их МИДов.

Раз уж власти Швейцарии сочли меня неудобным младенцем, то пусть до конца осознают, как сильно просчитались — явно недооценив меня. А что, мне в Давос не наведываться, чтобы принимали с распростёртыми объятьями. Для работы в исследовательских программах и построении термоядерного реактора они вынуждены будут меня пускать со скрежетом зубовным. Правда я в ближайшем будущем такие вояжи не планирую, других дел невпроворот.

После этого памятного для многих, я так надеюсь, дня посещения мест, связанных с жизнью и деятельностью Владимира Ильича, я сидел, вновь как суслик, не высовывая носа из отеля, разве что для участия в дальнейшей работе Всемирного конгресса учёных. Работа продвигалась достаточно плодотворно, и наметились определённые планы на будущее.

Однако это была обычная для учёных рутина, и руководители нашей делегации, придя в себя в привычной для них обстановке, стали усиленно переживать. А какой же приём ждет нас на родине? И какие последуют оргвыводы в отношении них и меня. Они не смогли вовремя удержать малолетку от столь опрометчивых заявлений, а я его произнёс.

Тогда я им подкинул идею на обратном пути заглянуть в ГДР, по приглашению наших коллег из этой страны. С целью конкретного согласования нашего более тесного сотрудничества в намеченной области. Тут почти по пути, и нас будут очень рады принять у себя наши немецкие коллеги.

Нам следует лишь запросить согласие в Москве на такое изменение маршрута и планов. С немецкими товарищами я берусь договориться об изменении нашего маршрута и пребывании в ГДР на необходимое для обсуждения сотрудничества время.

Слава богу, видно нас в Москве в данный момент были не очень рады видеть, пока не утрясутся проблемы по дипломатическим каналам и не спадет ажиотаж, вызванный выступлением участника нашей делегации.

Что же, когда пыль уляжется, станет проще отбрыкаться от критики и выволочек. К тому же у меня на сию поездку были свои резоны и огромное желание повидать прадедушку с прабабушкой обосновавшихся в Берлине.

Вот я до перелёта и старался не появляться на публике слишком часто, следуя советам опытных сотрудников охраны, тем самым не желая изображать бегущую, а тем более падающую мишень.

Позлил я многих, но маловероятно, что агенты ЦРУ и других разведок успеют так срочно организовать операцию угрожающую моей свободе или жизни. Только моссадовцы умеют так шевелиться, но их жизнь заставляет. Я же их не трогал, и ничем не задел.

Однако — «бережёного Бог бережёт, а не бережёного конвой стережёт». Лезть на рожон оставим рисковым людям мечтающим пить шампанское и иметь королеву. Ни того ни другого по малолетству мне не надь.

Разве что предложил провести на телевидении совместную пресс-конференцию, но эту инициативу на корню зарубило руководство делегации и представитель МИДа.

Я у них сейчас не в особом доверии, так что спускать меня с короткого поводка, они откровенно опасаются.

В аэропорту перед вылетом меня снова выловили журналисты и стали выспрашивать о моих планах на будущее, и о том, что мне понравилось в Швейцарии и какое самое запоминающееся событие произошло во время моего пребывания в стране.

Планы я им изложил по конспекту ленинских работ. Ответил, что за время пребывания отстал от своего графика занятий в Университете и мне теперь предстоит: «Учиться, учиться и ещё раз учиться», как завещал великий Ленин. Все остальные проекты я отложу на лето, а то ещё оставят на второй год на втором курсе.

Самой запомнившейся за это время, для меня стала поддержка моего выступления на открытии конгресса со стороны Джона Леннона, о которой он сообщил в своём интервью их американским коллегам.

Из понравившегося в Швейцарии, то я фактически ничего не видел. Хотелось бы много где побывать, но занятость на конгрессе не позволила даже хорошо осмотреть Женеву. Однако очень жаль, что не смог побывать в ущелье Шёлленен в швейцарском кантоне Ури, где расположен памятник генералиссимусу графу Суворову-Рымникскому, и под которым покоятся наши чудо-богатыри, погибшие при переходе через Альпы и в сражении с наполеоновскими войсками у «Чёртова моста».

До меня дошли слухи, что он содержится в ненадлежащем состоянии, но так как собственность на этот объект была передана России, то мне бы хотелось передать часть средств которые поступят в качестве гонораров за бабушкины книги или иных заграничных поступлениё на его реставрацию.

Призываю российских подданных проживающих в Швейцарии, или их потомков побывать там и сообщить мне об объёме работ и необходимой для реставрации сумме. Возможно, часть необходимых средств нам удастся перечислить. Русские люди тем временем смогут привести место русской славы в должное для проведения реставрационных работ состояние. Это наша обязанность, как русских заботиться памятниках нашим героям.

На том я расстался с журналистами и распрощался с не столь уж гостеприимной ко мне Швейцарией, а мы спецрейсом вылетели в аэропорт Шёнефельд[138] под Берлином.

Пока летели из Женевы в Берлин, появилось толика времени подвести итоги поездки в Швейцарию и обдумать сложившуюся ситуацию. До последнего момента и посадки в легендарный Ту-104 мне не верилось, что полетим в Берлин. Даже кулак держал на удачу.

И вот в полёте появилась возможность набросать некоторые наметки и планы на пребывание и плодотворную деятельность в ГДР. Составить план-минимум и план-максимум, Дай бог, чтобы получилось выполнить хоть половину.

Замечательно, что есть кому перепоручить некоторые заботы в Берлине. Наш семейный десант высажен там заблаговременно, и меня ждёт уже подготовленный плацдарм. Есть проверенные люди — фронтовой разведчик и железная леди. И они же — мои прадедушка с прабабушкой.

Я заблаговременно в Женеве, озадачил руководство нашей делегации пообщаться в самолёте с руководством немецкой, возвращающейся в Берлин тем же бортом. И сам сумел освободиться хоть от этих забот. А то — всё сам, да сам!

В полёте им вполне достанет времени обсудить некоторые начальные планы на пребывание нашей делегации в ГДР и определить первоочередные задачи. Впереди долгие-долгие годы совместной работы над термоядом, и потому неформальное общение пойдёт только на пользу учёным обеих стран.

Тем самым, заняв руководство полезным времяпрепровождением в полёте, мне удалось сосредоточиться на свёрстке своих личных планов. При этом не стал уделять много внимания точному просчёту тактики, а лишь установил очерёдность стратегических задач, так как маловероятно, что удастся реализовать задуманное за краткий срок пребывания в ГДР.

Первым пунктом следовало общение с прадедушкой и прабабушкой, недавно обосновавшихся в Берлине и работающих в советском посольстве. Следующим пунктом расположил общение с немецкими товарищами из союза свободной немецкой молодёжи (ССНМ) для решения множества вопросов сотрудничества в задуманных и реализуемых проектах.

Мне в последнее время пришла в голову шальная мысль удивить их не только количеством совместных проектов. А более того размахом и разносторонностью их направленности. Так что скучать им точно не придётся.

И только после этого располагалось общение с коллегами учёными. Во-первых, уже достаточно пообщались в Женеве, а во-вторых кроме меня есть кому налаживать с ними плодотворное сотрудничество. На то имеется руководство делегации, и опыта у них в данной сфере значительно больше.

Тут собраны учёные, отдавшие этой работе не один год жизни и накопившие солидный опыт. А немецкие коллеги смогут стать полезным подспорьем в этом грандиозном проекте. Их учёные-физики всегда славились.

Ещё в Женеве я изложил руководителю делегации советских учёных — Евгению Павловичу Велихову[139] известные мне проблемы и досадные ошибки, допущенные при создании термоядерных реакторов, и особенно Токамака, так что смею надеяться, что в этот раз им удастся избежать таких просчётов уже в первой опытной установке.

И на сей момент большинство из известного мне в данной области уже передано учёным. А то, что осталось за кадром, там и должно оставаться, вплоть до получения обнадёживающих результатов при исследованиях в Союзе.

Это технологии двойного назначения и их открытая публикация может сыграть лишь на руку врагам нашей страны. Оттого этим станут заниматься в наших институтах и по закрытой тематике. А вот готовые изделия смогут впоследствии использоваться в том числе и в международных разработках установок термоядерного синтеза.

Так что на данный момент моя роль стала довольно символической, и я скорее служу олицетворением будущего нашей советской науки. Но уже неплохо успел «ударить автопробегом по бездорожью и тунеядству», и моя речь на открытии конгресса запомнилась многим, а ещё не раз икнётся супостатам в их Оральном Кабинете.

Уж не знаю, какие норны мне ворожат, но узоры в судьбу они вплетают крайне лихо, и их содействие воистину неоценимо. Хорошо быть любимцем норн и состоять «внуком» дорогого Леонида Ильича. Много круче, чем в тех же детях лейтенанта Шмидта.

Легко реализуются самые смелые и даже бредовые затеи, так что просто диву даёшься. Вот и согласие на этот вояж в ГДР было получено чуть ли не с самого верха. А может быть сам «дедушка» решил подыграть моим начинаниям. Надеюсь, что сам я пришёлся ему по душе при наших прошлых встречах в Завидово, так как наше общение проходило очень по-доброму и доверительно.

И сценарий фильма ему очень понравился, так что к съёмкам уже приступили. И потому в Москве мне непременно предстоит заехать на студию, где расставить все точки над и, пояснив некоторые нюансы картины.

Сам абсолютно уверен, что Леонид Гайдай замечательно справится. С самых первых короткометражек, приключения по пьянке получались в его лентах очень убедительными, красочными и смешными. Так что эта тема ему хорошо знакома и близка.

А фильм «Особенности национальной охоты» построен вокруг подобных приключений на охоте, но вдобавок несёт великое множество других смысловых нагрузок, что принципиально отличает хорошие, умные комедии.

Так что материал для работы режиссёру представлен намного благодатней, чем то же «Спортлото — 82». И надеюсь, что у него возникнут свои замечательные режиссёрские находки, а мне следует лишь пролоббировать известные мне, а также остановиться на глубинных, философских смыслах фильма, чтобы сохранить их.

Про начало съёмок этого фильма мне рассказал Петрович, чуть ли не на ступеньках аэропорта перед самым выездом на конгресс. Даже поведал, как изумился сам режиссёр, когда ему принесли полностью утвержденный сценарий. И предложили стать режиссёром данной картины.

Сперва Гайдай сомневался, какого кота в мешке ему подсовывают, и колебался. Но ему намекнули, что вопрос находится на контроле у самого генерального. И после прочтения сценария, тот бодро взялся за дело. Такой карт-бланш выпадает крайне редко, а уж киношной ли братии не знать, как на экраны наших кинотеатров попала гордость отечественной кинематографии — фильм «Белое солнце пустыни».

Но не только фильмой единой жив человек, у меня и других творческих планов громадьё. Только бы успеть в ГДР запустить их в работу. Надеюсь что-нибудь зрелищное и феерическое понравится немецкому зрителю, вызвав недюжинный интерес.

Решил предложить постановку мюзикла «Нотр-Дам де Пари» на немецком языке, и надеюсь, что немецкая молодёжь с радостью примет такой подарок. Да и публика постарше не останется в стороне.

Либретто мюзикла я давно дописал и партитуры также. Ещё до своего отъезда отослал их Александру Градскому. Так что предложу одновременную премьеру на двух сценах — Московской и Берлинской. Соответственно на двух языках, и получится весьма убедительная демонстрация крепнущей германо-советской дружбы.

А переложить весь текст на немецкий, даже у меня не вызовет трудностей — подобного недоучки. Разве что впоследствии неплохо бы шлифануть огрехи, передав немецким товарищам, одарённым поэтическим даром.

А поможет мне с организацией данной грандиозной премьеры, конечно же Вероника Степановна. Её вотчина в посольстве — это атташе по культуре[140]. Ну а прежние деловые контакты с министром культуры Екатериной Фурцевой позволят и в Союзе сдвинуть сей воз с места.

С одной стороны, Виктора Гюго очень ценят, а книги выпускаются огромными тиражами. Ценят за идеологически верные взгляды, высказанные ещё в начале и середине прошлого века. Так что в Союзе печатают охотно, и постановку должны одобрить.

В будущем та с огромным успехом прошла на подмостках множества стран мира и была очень популярна. К тому же — это совсем не рок, к которому Екатерина Алексеевна несколько неровно дышит, если не сказать более.

С другой стороны, такая постановка станет отличным подарком любимой прабабушке. Яркий и запоминающийся совместный проект придаст авторитета и солидности на её новом поприще, так как, прибыв в страну лишь недавно, она сразу включилась в работу и смогла наладить тесное взаимодействие с немецкой стороной.

«Эх, мне бы только бы это суметь! Она бы весь рот открыла!», как говаривал незабвенный Вовка в Тридевятом царстве. Нет, не останется наша царица у разбитого корыта! Не с таким правнуком — затейником. У неё будут и другие столь же громкие проекты. Мне думается, что она ожидала нечто подобное всю свою жизнь, и это станет для неё очень приятными хлопотами.

Ну а мне ещё очень многое необходимо перетереть с руководством союза свободной немецкой молодёжи по вопросам организации отдыха школьников из ГДР в нашем международном пионерлагере, и обязательно подключить к этому разговору представителей немецкой пионерии.

Они давно приступили к работе над этим, и вскоре должны будут прибыть в нашу республику для окончательной координации совместных планов и действий. Но часть этих планов можно и даже нужно обсудить здесь, на месте.

Напрошусь на встречи с юными зрителями фильма «Девочка из будущего», и там поговорим о впечатлениях школьников и возникших вопросах к сценаристу данной картины. Общение должно стать очень интересным и откровенным, ведь у нас с ними нет пресловутого возрастного барьера.

На тех же встречах можно определиться с некоторыми кандидатурами для поездки в наш лагерь отдыха. Мне нужны творческие натуры и талантливые школьники, чтобы в самом пионерлагере организовать работу над совместными творческими проектами.

Я же не просто так желаю их туда вытащить, а ещё и получить пользу от нашего сотрудничества. Мне нужен их юный задор, энергия и буйная фантазия, а то я сам после поездки в Женеву словно выжатый лимон. И на душе накопилась усталость от каждодневной настороженности и мобилизации всех нервных сил.

К тому времени, как самолёт стал заходить на посадку, я ощутил подъём настроения и бодрость. Легко и приятно протекали размышления об удавшемся, и намеченном на будущее. Общий настрой превратился в самый боевой, и все указатели гласили — «На Берлин». Так что с кавалерийского наскока постараюсь завоевать любовь немецкого народа.

И организованная нам встреча в аэропорту, определённо не разочаровала, а предоставила возможность побежать обняться и расцеловаться с Вероникой Степановной и Всеволодом Никитичем. С плеч словно целая гора свалилась, а скорей весь Альпийский хребет.

Приятно оказаться на дружественной территории, среди родных мне людей. Разделить с ними радость нашей встречи. Однако пришлось попросить их обождать с нашей беседой до дома, когда представится возможность вдоволь наговориться.

А сам поспешил далее к небольшой группе официальных лиц, среди которых приметил Мартину, и, скорее всего, других представителей ССНМ. Там мы с Мартиной также облобызались в уста сахарные, как было принято при официальных визитах в дружеские страны. Она стала представлять меня остальным, как старого и доброго друга. А мы тепло пожимали и трясли друг другу руки.

Вежливые немцы дождались, пока я грубо нарушал программу приветствия делегации советских учёных, и только затем началось официальная часть. Правда моё самовольство не сильно сорвало планы встречающих, так как я убежал далеко вперёд солидных учёных, которым не пристало спешить и утрачивать степенность, и они лишь недавно добрались до нас.

А пока длились официальные речи от встречающих и ответные от встречаемых, мы успели перезнакомиться со всеми окружавшими меня, а также пошептаться с ними на разные темы. Общение я старался проводить только на немецком языке, дабы оценить приобретённые мной навыки разговорной речи.

И оттого наше перешептывание приобрело ещё более неформальный характер, так как меня вполне понимали, и без помощи переводчиц. Не пришлось останавливаться в ожидании перевода сказанного, или ждать перевода слов собеседника.

А когда весь официоз завершился, мы стали прощаться и уговорились о времени нашей следующей встречи. Попутно они обратились ко мне с просьбой, рассмотреть возможность участия в нескольких общественных мероприятиях, организуемых как в столице, так и в других городах.

При прощании мы с Мартиной снова обнялись и расцеловались, а она шепнула мне на ушко, что я очень популярен в ГДР, как последовательный и непримиримый борец за мир во всём мире. А моё присутствие на тех митингах привлечет много публики. А я в ответ проворчал, что ещё припомню ей намёки про старого друга, и некоторые другие пикантные подробности нашего знакомства.

Она засмеялась и только потрепала мои длинные волосы и дёрнула за хвостик. Вот что значит верный друг — поделилась столь полезной для меня информацией. Всегда хорошо, когда есть что-то ценное для взаимовыгодного обмена. А мне от их союза понадобится очень многое, так что будем торговаться и договариваться.

Окрылённый такими перспективами, я принялся напропалую целоваться со всеми остальными девушками и женщинами, и надеюсь для них это было не менее приятно, чем для меня.

Хорошие и тёплые отношения никогда не помешают, так как нам с ними ещё много общаться и прорабатывать совместную реализацию замыслов. А спрашивается: какой женщине может не понравится расцеловать симпатичного киндера? Это же вложено в их природу, а немецкое три К включает — киндер, кухне, кирхе.

Несколько насторожено я вел себя только с Ангелой. В данный момент она камрад, но мне ли не знать насколько всё переменчиво в этом мире. И предстоит вежливо прощупать её на предмет — наша она, или уже нет. Надеюсь для этого представится время и сложится подходящая ситуация.

Сразу после завершения торжественной встречи, делегации наших и немецкая учёных были приглашены на приём в советское посольство, и посол объявил, что дата и время приёма будет уточнена с руководством делегаций.

А затем всех наших учёных повезли для заселения в отель, а мне представилась возможность вернуться к Веронике Степановне и Всеволоду Никитичу, которые заждались меня, чтобы ехать к ним в квартиру.

С мной остались только Людмила и пара сопровождающих, а большинство охраны отправилась в отель для отдыха. Но не успели мы пройти к дожидавшимся машинам, как нас перехватила группа журналистов телевидения ГДР, попросив дать небольшое интервью.

Они уже отсняли всю официальную церемонию встречи, и теперь хотят задать несколько вопросов самому молодому участнику международного конгресса.

Сложно было не дать согласие на столь вежливую просьбу и интервью затянуло наш отъезд почти на час. Он не прошёл для меня даром, и я смог определить темы, более всего интересующие общественность ГДР, так как не только отвечал на заданные вопросы, но и по старой одесской привычке часто отвечал вопросом на вопрос.

Было интересно узнать, что одной из наиболее популярных тем являлось моё заявление с трибуны международного конгресса учёных, и последовавшие вслед за ним выступления молодёжи и пацифистов с требованием резкого сокращения ядерных арсеналов всех противостоящих сторон.

Волна протестных акций прокатилась по улицам и площадям большинства столиц западных стран. И хотя рассчитывал на такой отклик, но сам не ожидал подобного размаха антивоенного движения.

Меня это порадовало, а вот правителей тех стран совсем даже наоборот, и они разразились бурной критикой и даже оскорблениями в адрес безответственного юнца. Следовательно мне необходимо крайне ответственно подойти ко всем своим заявлениям и действиям, не давая им ни малейшего шанса придраться к моим поступкам. Самому же скрутить им дулю в кармане, для собственного удовлетворения.

Думаю, что из этой беседы, журналисты смогут сделать неплохой репортаж, смонтировав подходящие фрагменты. А в целом я высказывался очень осторожно, неоднократно упомянул своё горячее и давнее желание посетить ГДР, и что ранее этому препятствовал лишь мой юный возраст и слабое знание немецкого языка.

Высказал радость, что наконец стою на немецкой земле и смогу запросто беседовать с её жителями. Упомянул о многовековом проживании немецких поселенцев в России, где они корнями врастали в наше общество. У нас много общего и одной из моих пра-пра бабушек была дочь немецкого инженера, работавшего в Москве.

И я всегда мечтал посетить её родину, узнать поближе народ. А дома прочёл множество книг видных немецких писателей и по ним составил свое представление о стране и её народе. Будет очень интересно сравнить его с действительностью.

В настоящий момент я вижу много плодотворных направлений для сотрудничества со своими немецкими товарищами, и о некоторых из них очень скоро станет известно. Но пока это останется секретом.

Всё общение старался проводить бойко и чётко, но к завершению интервью устал, что не преминули заметить репортёры. И потому они тепло поблагодарили за столь интересное общение и сделали комплимент, что я очень хорошо говорю по-немецки.

На что не преминул отшутиться, что было бы стыдно отставать от своего прадеда Всеволода Никитича, который говорит значительно лучше, так как языку его с самых пелёнок учила мать. И сразу перевёл стрелки на своих родных дожидавшихся меня.

Общение быстро переключилось на него так как журналисты пожелали узнать больше о моей семье. И Всеволод Никитич рассказал про свою работу в посольстве, где занимается вопросами сотрудничества в сфере образования, а также организацией обучения советских школьников из семей офицеров ГСВГ. Рассказал о жене, которая занимается в посольстве вопросами сотрудничества в области культуры и искусства. В завершение отметил мои успехи в освоении немецкого языка и достигнутый за год прогресс.

За это время я достаточно передохнул и в завершение поспешил выразить благодарность всем своим друзьям и близким оказавшим помощь в освоении мной немецкого языка. Поблагодарил замечательную девушку и моего хорошего друга — Хайди, ставшую моей наставницей и много сделавшую для этих успехов. Выразил благодарность всем немецким студентам, всегда помогавших мне, а также с теплотой и радостью встречавших в их общежитии.

Все они являются достойными представителями современной немецкой молодёжи, и со своей стороны я намерен расширить своё плодотворное сотрудничество с союзом свободной немецкой молодёжи, чтобы таким образом отплатить за проявленную ими заботу и помощь.

«Доброе слово и кошке приятно», а я нисколько не покривил душой. Я буду им очень полезен, и они также станут мне крепким подспорьем в совместных начинаниях. Брак по расчёту может быть крепким, если расчёт оказался верным. Мы представляем взаимный интерес друг для друга, а даст бог то сыщутся и мои немецкие единомышленники. Особенно по вопросам правильного воспитания подрастающего поколения.

Это задача не менее, а даже более значимая, чем всякие технические задумки. Правда в технике также необходимо создать организацию и подтягивать в неё гиков, а лучше всего объединить одних и других некой общей идеей.

После официальной встречи и интервью, расслабиться и отдохнуть мы смогли только в квартире предков. Быстро накрыли на стол и тепло отметили их новоселье в Берлине и нашу теперешнюю встречу.

Квартирка оказалась небольшой, уютной и расположенной в хорошем районе. Радовало, что не на окраине, а недалеко от центра. С близко расположенными остановками транспорта. Для всех четверых места было маловато, но при моём росте метр с кепкой много простора и не требовалось и нас разместили с Людмилой в одной комнате.

В отеле мне предоставили бы отдельный номер, но дома и стены помогают. А мне к тому же очень хотелось потолковать с Всеволодом Никитичем и Вероникой Степановной. Так что засиделись мы далеко за полночь, обмывая встречу.

Все чертовски устали от речей и официоза и сказывалось отсутствие у нас навыка толкать многочасовые речи. А еще говорят, что слушатели засыпают оттого, что больше устают. Ну уж — дудки, я словно пару вагонов разгрузил! Вымотался полностью.

Говорить не хотелось, а наоборот — хотелось сидеть и слушать. Вот и пришло в голову, спихнуть рассказ на Людмилу. Как она видела наш вояж по заграницам со стороны. Ведь практически сопровождала меня повсюду и даже на конгрессе.

Девушка попыталась детально пересказать наши приключения, но ей не хватило мастерства рассказчика. Не всегда на мой взгляд она выделяла важные моменты и делала правильные акценты. Взгляд со стороны показался достаточно чуждым, хоть в рассказе присутствовали те же самые события. Но они давались с точки зрения стороннего наблюдателя и часто отличались от моих собственных впечатлений.

Да и её рассказа надолго не хватило, а она стала повторяться и перескакивать с одного события на другое. Так что мы пожалели девушку и отпустили её спать. Вряд ли ей станут интересны наши семейные разговоры, а она всё время пребывания в Швейцарии несла охрану моей тушки, а в некоторых местах практически единолично. Отчего сильно вымоталась и устала.

Сами продолжили наши посиделки в тесном семейном кругу, и я постарался очень вкратце изложить свои впечатления от поездки. Посетовал, что интересовавших меня природных красот Альп посмотреть не удалось, а сам преимущественно находился в помещении. Так что самой Швейцарии практически не видел.

Не получилось у меня простого общения с её людьми, и страна осталась чужой и незнакомой. Но от себя могу добавить, что заходы их органов опеки меня окончательно выбесили, так что сам, на манер слона, постарался перебить всё в их швейцарской лавочке, и как можно больше дорогих им безделушек.

Пусть любуются, как ведёт себя дикий русский медвежонок, вырвавшийся из своей глухой тайги в их европейский город, и разгуливающий пьяным, в ушанке и с балалайкой. Ведь такие стереотипы у них прививают населению.

К ним, там в Давос, обычно стекается на свои сходняки вся мировая финансовая элита. Вот я постарался оставить им объёмную и благоухающую медвежью кучку у порога их фешенебельных хором.

Первой на мою тираду среагировала Вероника Степановна, заключив, что нечто подобное они с Севой и решили, читая западную прессу. Это очень сильно не походит на вполне вежливого и воспитанного мальчика, присутствовавшего на сегодняшней встрече в аэропорту. Согласно заверениям их прессы, в меня там прямо бес вселился.

Пришлось пояснять, что терпеть не могу идиотов, которые восхищаются русскими классиками и искусством, но свято верят, что по улицам наших городов бродят медведи, а народ сплошь тёмный, невоспитанный и вечно пьяный.

Вкратце пояснил им значения термина тролль и глагола троллить, а свою книгу о Шреке привёл примером лютого троллинга их расхожих киношных и литературных шаблонов. Если бы её там прочли те же журналисты, то возможно не стали задавать мне столь тупые вопросы, и не писали ещё более глупых статей.

Так что в их буржуазном рае я с самого прибытия занялся троллингом. И вся их писанина — это лишь наветы и брехня, сам же сидел пай-мальчиком в номере отеля и высовывал оттуда нос лишь для участия в конгрессе и общения с коллегами.

Единственный раз прошёлся по Женеве, а журналюги столько шума понаделали вокруг этой прогулки. Сам себя не узнавал в их статьях. «Слушай, обидно, клянусь, обидно, ну, ничего не сделал, да, только вышел!»

А что неожиданное совершил? Как примерный советский турист прошёлся по всем ленинским местам. Поддержал реноме верного ленинца, и возможно меня за это досрочно примут в октябрята!

А что критиковал магистрат Женевы, так поделом им! Вождь революции у них столько обретался, а ни одного дома-музея скопидомы не открыли, ни одного памятного места. Газеты всё это преподнесли, что я намерился чуть ли не организовать компартию и учинить Великую Швейцарскую Революцию. Вот, брехуны!

Нет, революцию я к ним экспортировал. Не отрицаю, но ведь только научно-техническую. И международное сотрудничество в столь важной области, того определённо стоит. К тому же сами согласились на проведение конгресса и работу учёных на своей территории. Чего тогда пищать?

Разумеется в тех действиях присутствовала изрядная доля буффонады[141]. Таки нечего им расслабляться, и клювом щёлкать. Я ещё не раз намерен посетить их тихую богадельню. Пусть привыкают!

А вот моё прощальное обращение к соотечественникам за рубежом, с призывом о помощи, в деле реставрации памятника, посвященного легендарному переходу русских войск через Альпы. Так это стало, как озарение свыше, и его выдал экспромтом перед посадкой в самолёт.

Ни в посольстве, ни руководство нашей делегации его явно бы не одобрили, без долгих консультаций с Москвой. Потому решил действовать смело и решительно, по-суворовски. Так что теперь возникло некоторое затруднение и большая просьба. Не смог бы Всеволод Никитич взять на себя координацию действий с соотечественниками, которые откликнутся на этот призыв о помощи в реставрации памятника русских воинам и самому знаменитому походу под предводительством генералиссимуса Суворова.

Ему это будет проще сделать, так как призыв был обращен к русским проживающим в странах Европы. Многие из них являются потомками видных дворянских родов, а им проще будет общаться с потомственным дворянином из приличной московской семьи, нежели со мной — крестьянским внуком.

Прадед совсем не был обрадован такой перспективой и отметил, что его они будут воспринимать предателем их дворянских традиций, но согласился помочь, если справится. Имелся у него негативный опыт подобного общения со своими детскими приятелями во время войны.

Я же предложил ему «перековывать тех на советский манер». Доказать и показать, что именно он остался верен своему народу и отечеству. Продолжает служить им верой и правдой! Чем и им не грех бы заняться.

И сам русский народ уже давно не тот грядущий хам, которым они друг друга стращали все прошедшие годы. Специалистов с высшим образованием в Союзе не меньше, а значительно больше, чем в большинстве развитых стран Запада. Его правнук, и по другой линии внук простого земледельца выступил на всемирном конгрессе учёных и принял деятельное участие в его работе.

А вот МИДовцам я такую координацию действий не доверю. Нет у них понимания тонких моментов. Да и кто находится на высоких постах в посольствах? Зачастую бывшие партийные функционеры сосланные в изгнание за провинности, а иногда молодая номенклатурная поросль, исключительно которой и открыта дверь в элитный МГИМО. Ни те, ни другие тактом и воспитанностью никогда не славились.

Тут я задел болезненную тему, и разговор перешёл на обсуждение их первых впечатлений о местном серпентарии.

Да, уж! Подсуропил я им со своей протекцией, и не говори. Трогать побаиваются, ибо известно по чьему хотению и велению они оказались в ГДР, но за спинами шепчутся и бросают косые взгляды.

Из всего состава посольства им удалось установить более-менее нормальные отношения лишь с несколькими сотрудниками, И скорее всего с такими же изгоями, как они сами.

Я выразил им свою непреклонную уверенность в их способностях, что они замечательно справятся с возникшими сложностями. А за Всеволодом Никитичем прабабушка, как за каменной стеной. Он и её, и себя защитить сумеет, и не даст спуска любому хаму, будь тот отставной козы барабанщиком или сынком высокопоставленных шишек.

Они не на синекуру приехали, а их сюда направили по указанию самого генерального секретаря, которому я сдуру сболтнул про их успехи в культурном обмене с ГДР. Повинился перед ними, что «сознаю свою вину, меру, степень, глубину» но плечо своё подставлю, и дрекольем подмогну. В прямом и переносном смысле. Не думаю, что среди посольских найдутся маньяки с суицидальными наклонностями, чтобы на практике проверять возможные последствия.

Но ежели чего, то злопыхателей легко заткнуть собранным компроматом. А сбором я знаю кого можно озадачить, есть у меня на примете.

Да и общаться излишне часто им не грозит, так как рассиживать в посольских кабинетах им не придётся. Просто не будет на это времени, как и на встречи со всеми посольскими бездельниками. И тут же вывалил на опешивших родственников все свои задумки и конкретное их участие в реализации оных.

Под конец этого моего монолога возмутился уже стойкий Всеволод Никитич. Он упрекнул меня, что я тут выдал план работы посольства на несколько следующих пятилеток. Они уже успели достаточно ознакомиться с достижениями своих предшественников за довольно долгий период.

Мне осталось пожать плечами и сказать, что не просил им «хлебного места». Вообще ничего не просил, но так вышло и с этим придётся смириться. Если им удастся найти волонтёров из числа посольских, и те смогут быть полезны в реализации проектов, то всех милости просим.

А вот Вероника Степановна в целом поддержала большинство моих начинаний, лишь бы поменьше общаться с новыми коллегами из МИДа. И сама призналась, что всегда готова оказать мне самое деятельное содействие, так как мои задумки приносят успех.

А мне палец в рот не клади, и я взвалил на неё дополнительные обязательства — уговорить чешского певца Карела Гота исполнять понравившуюся ему роль в мюзикле. Голос у того просто замечательный, что придаст созданному образу запоминающиеся черты.

А пока мы обсуждали все мои прожекты прошла почти вся ночь. И только тогда я смог приступить к расспросам о «Песне Льда и Пламени». Оказалось, что Всеволод Никитич передал Леночке рукописи и все полномочия для ведения переговоров с издательством.

Той весьма полезно обрастать опытом и знакомствами в издательских кругах. К тому же у неё есть бывшие сокурсницы, работающие в разных издательствах, а Вероника Степановна со своей стороны присовокупила свои ранее налаженные связи.

Что же — приятно, что дело наконец-то сдвинулось с мёртвой точки и Рубикон перейдён. А то я стал было сомневаться. Мне ведь надо успеть за оставшиеся два года перебежать дорожку самому Джорджу Мартину с его «Песней о Лии». Вот и готовлю наш ответ — «Песню Льда и Пламени».

Нечего — нехорошему человеку, а по-нашему — редиске, более десяти лет кормить читателей своими обещаниями завершить «Ветры зимы». Мы их ожидали, чтобы впрячься в перевод. Ждали, ждали: но так и не дождались. Сбрасывать одёжку не стали и кидаться в бушующее море также. Вилочки возможно найдутся, а вот осадок остался.

Нельзя так относиться к читателям. Вот и хочется преподать ему хороший урок на будущее, чтобы пролетел со своей премией Хьюго. Ну не потянет его «Песнь о Лии» против нашей «Песни».

А буду в Москве, так обязательно забегу с Леночкой в редакцию «Moscow News», чтобы договориться о печати перевода этой саги в их газете. Туда можно будет поместить более жёсткий вариант, без околичностей для отечественного читателя.

Думаю, серьёзных препятствий не предвидится, так как тираж газеты сильно подрос после печати книг о Гарри Потере. Внутрисоюзный не сильно — из-за специфики, что саму газету выписывали образовательные учреждения, для углублённого изучения английского языка. А вот за границей тираж вырос в пять раз. Так что смею надеяться, что редактор пойдёт мне навстречу и в этот раз.

Идеологам тоже можно будет пояснить, что печать идёт для заграницы, а там совсем иные моральные устои. Сам роман раскрывает присущие их обществу пороки, показывая тёмную изнанку их пышных одежд. А в вопросах детального отражения язв того общества не может быть никаких возражений.

В то же время «наши люди на такси в булочную не ездят» и газет на английском языке не читают. Для нашего читателя будет выпущена версия «light». Без описания сцен насилия и пороков, и наоборот для зарубежного необходимо их красочно отразить.

Обидно, что именно из-за такой беззубой позиции идеологов весь советский народ оказался впоследствии «младенцами в джунглях», так как не знали реалий мира капитализма, не представляли всю глубину его пороков, весь дикий оскал.

Тепличным растениям сложно выживать в столь отличных условиях. Возможно, что эти идеологи преднамеренно задумали подобное с целью принесения народа на заклание их златому тельцу. Даже такое не могу исключить, зная их моральный облик, и то как они этим потом похвалялись.

Подумав об этих рулевых, почувствовал во рту мерзкий привкус, и захотелось махнуть рюмашку-другую. Но не время расслабляться и детский организм нельзя травить алкоголем. И потому перевёл разговор на иные темы.

Попросил предков рассказать о дореволюционных временах, а затем и сам немного рассказал о грядущих. Не сильно останавливался на деталях, так как считаю, что в силах изменить некие трагические моменты нашей истории.

Такая беседа с переходом из века прошедшего к веку грядущему навеяло некое неуловимое настроение быстротечности и неумолимости рока. Я даже осмелился а капелла исполнить один из своих любимых романсов «Пара гнедых».

Они ещё ни разу не слыхали моего пения, так как сей талант прорезался недавно, и совершенно неожиданно для меня самого. Разумеется я не профессионал, но сумел пробить слушателей на обильную слезу[142].

Предки сильно расчувствовались, и я посоветовал им накатить по рюмочке сосудорасширяющего, и затем продолжились наши беседы о временах забытых и затерянных в глубинах времён. Рассуждения об истории и культуре России.

В них вкраплялись личные воспоминания о временах, когда сами были примерно в нежном и юношеском возрасте Для меня открылся целый пласт истории с неизвестной мне стороны, из воспоминаний очевидцев тех событий и лет, точно передавших живые приметы того бурного времени.

Посидели повздыхали о быстротечности времени, что в детстве оно тянется бесконечно и хочется поскорее повзрослеть, а затем проносится всё стремительнее и мелькает лишь калейдоскопом событий. К сожалению, лишь прожив долгую жизнь можно понять эти истины, и осознать великую ценность каждого мига и особенную подобных мгновений человеческого общения.

Но на улице к этому времени начало постепенно рассветать, и мы решили отправляться спать. Хоть им дали отгул на сегодняшний день для обустройства правнука, но возраст уже не юношеский и годы берут своё.

Другое дело я — вольный художник. Лишь ближе к вечеру пойду с делегацией учёных на встречу с коллегами из ГДР, где всяко можно будет подремать в уголочке, если что. Никто не станет упрекать младенца, что тот прикорнул, на обсуждении скучных деталей.

А утром к нам за поздним завтраком, а скорее ранним обедом, постучали в дверь. Все мы были не до конца проснувшимися, и только Людмила сбегала к двери открыть.

Пришли немецкие товарищи и передали мне просьбу задержаться в Берлине на более длительный срок. Сам Эрих Хонеккер выразил пожелание встретиться со мной, но в настоящий момент у него слишком напряженная программа международных встреч и визитов.

Наша встреча состоится обязательно, как только у него появится такая возможность. Всю организацию этой встречи немецкая сторона целиком берёт на себя, и уже обратились в наше посольство с ходатайством о моей более длительной задержке.

А уж зная, что в такой просьбе руководителям стран не принято отказывать, мне стало ясно, что наш посол немедленно свяжется с руководством МИДа, и перенос моего возвращения домой будет согласован.

Теперь у меня появилось значительно больше времени для решения текущих вопросов, но в этом есть и свои минусы. Полетят мои планы по сдаче экстерном экзаменов за второй курс, и что самое обидное, пострадает работа над моим маленьким чудом — персональным компьютером.

Некоторые подготовительные работы и теоретические проработки можно будет проводить здесь на месте, в Берлине. Но полноценно заняться только дома с работающим образцом.

После неожиданного утреннего визита у нас нашлось достаточно времени, чтобы продолжить прерванный завтрак и обсудить свалившееся на голову известие. И лишь затем мы с Людмилой занялись обустройством в выделенной нам комнате, а также распаковали и подготовили свои вещи. Некоторые пришлось выгладить и развесить на плечиках в шкафу.

А уж после этих домашних хлопот, мы решили оторваться по полной и отправились на так давно не совершаемую нами пробежку. Благо к нам приставили двух немецких сопровождающих, которые в основном были призваны служить нашими путеводителями по городу и гидами.

Я очень положительно оценил такую помощь принимающей стороны, так как это сильно упростит ориентирование в неизвестном нам городе. Мои родные не сильно могли в этом помочь, так как лишь недавно стали изучать столицу ГДР, и ещё не сильно в ней ориентируются.

Спустившись на улицу, мы сразу направились к нашим гидам и расспросили, где можно вволю побегать и размяться, нисколько не мешая окружающим? Есть ли поблизости подходящий парк или стадион?

Немецкие товарищи нас сразу проводили к ближайшему стадиону, где мы сразу присоединились к занимающимся там школьникам, и смогли пробежать обычную для нас дневную дистанцию. Далось это не совсем чтобы легко, так как за проведенное в Швейцарии время серьёзно отвыкли от таких ежедневных физических нагрузок. А занятия в помещении отеля не могли их полноценно компенсировать.

Запыхавшись после бега, я отправился походить ровным и неторопливым шагом, чтобы остыть и отдышаться. При этом делал привычные дыхательные упражнения, подымая и разводя руки в стороны. Это привлекло внимание окружающих нас школьников, если не сказать того, что и до этого нас разглядывали, когда мы пробегали вблизи.

А потому я направился к тренерам, проводящим занятия с подростками, и попросил собрать всех ребят вокруг, чтобы мы смогли спокойно с ними пообщаться. А то они меня рассматривают, как некую невиданную диковинку.

Тренеры немного смутились и рассказали, что вчера в вечерних новостях показывали встречу делегации наших учёных, и дали небольшой отрывок из моего интервью. Вот ребята сгорают от любопытства и ошеломлены, что рядом с ними, вот так запросто, занимается спортом такая знаменитость.

Тренеры быстро созвали ребят, и вокруг меня собралась галдящая стайка школьников. Я поднялся на ближайшую скамейку стадиона и предложил всем успокоиться и задавать вопросы строго по порядку. Для этого сказал ребятам, что всегда представлял себе немецких школьников очень воспитанными и дисциплинированными, в отличие от своих бывших одноклассников из школы.

Ребята быстро успокоились, и я произнёс небольшой спич о важности и необходимости занятий спортом. Рассказал, как, находясь в Швейцарии, скучал по своим ежедневным пробежкам. И сейчас, оказавшись в дружественной стране, с огромным удовольствием возобновил прерванные ранее ежедневные занятия.

Затем предложил им задавать интересующие их вопросы, а сам постараюсь ответить на них как можно полнее. Но и сам также не премину задать им свои вопросы, ведь мне хочется побольше узнать об их жизни, интересах и увлечениях. У меня довольно давно не было юных собеседников с кем мог бы пообщаться на интересующие нас юных темы.

Град посыпавшихся вопросов накрыл меня с головой, и нам с Людмилой даже пришлось показать небольшой комплекс упражнений, который проделывали в помещении отеля, дабы окончательно не утратить спортивную форму.

Наше общение с ребятами явно затянулось, и я сорвал-таки проведение их тренировок. Правда позднее мне пришлось извиниться перед ребятами и объяснить, что вскоре должен отправиться на встречу ученых двух наших стран. Возможность свободно поговорить по душам с немецкими школьниками доставила мне большое удовольствие. Все они просто замечательные, задорные и весёлые ребята, и я приятно провёл время в их компании. Надеюсь, что это не последняя наша встреча, так как я планирую ежедневно заниматься на этом стадионе.

Затем подошел к тренерам, извинился перед ними за сорванную мной тренировку, и поблагодарил за возможность поговорить с их воспитанниками. В свою очередь те стали уверять, что наоборот им было очень интересно наблюдать нашу беседу и они узнали немало нового из нашего общения с ребятами.

Так что расстались мы с ними удовлетворёнными друг другом. И пожав всем руки я предупредил, что буду и впредь выбираться на пробежки, когда представится достаточно времени. Они в ответ заметили, что я являюсь хорошим примером для всех подрастающих ребят, и они поражены моим столь серьёзным отношением к спорту.

Даже попросили провести на этом стадионе встречу с репортёрами спортивных изданий, чтобы я рассказал тем о своих занятиях спортом и каким образом добился высоких результатов в своём возрасте. Многим читателям будет интересно прочесть такой рассказ, и это привлечёт к занятиям спортом ещё больше школьников и взрослых.

Я конечно же согласился на такую встречу, так как это несомненно отвечало моим собственным задумкам.

На следующий день к нашим сопровождающим присоединилась молодая девушка, представившаяся журналистом молодёжной газеты «Junge Welt»[143] Эрикой Штраус, и зардевшись пояснила, что ей о моем общении со школьниками рассказал её парень Курт.

Для неё показалось очень интересным написать статью о моём общении с немецкой молодёжью и подрастающим поколением, а в её редакции сразу одобрили эту инициативу.

Как я догадывался, то руководство Курта также её одобрило, если не само осуществило через него такой преднамеренный вброс информации.

Впрочем, я был совсем не против такого симпатичного сопровождающего с милой улыбкой и задорными ямочками на щеках. Она составляла разительный контраст с серьёзной Людмилой, и смеялась по всякому поводу. Легко включалась в беседу и направляла её в нужное русло. Так что вполне вероятно, что могла состоять в той же конторе, что и её парень. Все данные и необходимый шарм у неё имелись.

Она очень хорошо знала город и легко показывала нам дорогу к месту куда мы добирались. Заплутать с таким вожатым казалось просто невозможным. И с ней просто приятно было беседовать, а она снабжала меня многочисленной информацией о городе и его жителях.

Вполне возможно, что при этом была отличной журналисткой, и записывала в блокнот все случавшиеся у меня разговоры с прохожими, с ребятами на стадионе и на встречах во всех прочих местах.

Таким образом у меня появился летописец всех моих деяний в славном граде Берлине. А несмотря на весьма легкомысленный облик, девушка оказалась очень целенаправленной и собранной. Курта она не раз при мне строила, и он ходил у неё по струнке. Так что такая девушка точно не бросит своего начинания и добьётся успеха в поставленной задаче.

Но вообще-то в этот день занятия спортом у меня не очень клеились, и Людмиле даже пришлось делать разогревающий массаж всем моим задеревеневшим мышцам, так как начав утреннюю пробежку я почувствовал, что не до конца владею конечностями. Дай бог если не придут боли от скопления молочной кислоты в мышицах ног. Иначе буду передвигаться, что тот инвалид.

Нет, мы с охотки вчера явно переборщили с бегом, слишком длинным оказался перерыв в пробежках, а разминки в номере отеля не компенсировали потерю подвижности. Это не смертельно, но несколько неприятно. Так что в этот день мы выбрали щадящий режим тренировки, и больше внимания уделили разминке.

Хотя было ещё довольно рано, но на стадион пришло несколько ребят с которыми мы встречались вчера. Они подошли к нам, когда мы завершили бег и поздоровались. Вполне естественно, что за прошедшее время у них появился ряд вопросов, на которые я постарался ответить.

Не преминул пожаловаться на собственную глупость, и пояснил что же произошло. Я вчера слишком переоценил свои силы и сегодня за это расплачиваюсь. Процитировал слова песни из советского фильма «Первая перчатка», переложив их на немецкий, отчего они стали звучать не столь гладко:

Суть песни ребята поняли, и наш разговор продолжился, а я предложил им повторять наши движения и осваивать этот комплекс упражнений из восточных единоборств. А после его завершения, мы с Людмилой показали небольшой демонстрационный бой.

Потом я рассказал им, что вражеские спецслужбы западных стран не раз организовывали на меня покушения, а последнее было организовано посольством США в нашей стране. И мне поневоле, кроме занятий в Университете, приходится посвящать часть своего и так загруженного времени занятиям самообороной без оружия. Так как от последнего покушения меня спасло лишь вмешательство Людмилы, которая преподает в нашем Университете английский язык, а мы вместе находились в одной аудитории. Так что я ей обязан своей жизнью.

Эрика внимательно слушала наши разговоры и чудесным образом, прямо на ходу, ухитрялась строчить что-то в своём блокноте. Так что после тренировки, я посоветовал ей упросить Курта получить служебный диктофон, чтобы он его везде за ней таскал и использовал.

Она очень мило рассыпалась в благодарностях, И мне затруднительно было сказать: а знала ли она, что один из наших сопровождающих, Курт или его напарник Клаус, скорее всего имели при себе портативную модель подобного назначения.

Я просто облегчил их работу и подал сигнал, что не стремлюсь что-либо скрывать от Штази в ходе своего пребывания в Берлине. Думаю, что кому нужно поймут мой посыл и организуют наш обмен информацией.

В этот день очередное заседание делегаций учёных должно было состояться в то же время, а до него руководство общалось в узком кругу. Так что я поспешил использовать это время в личных целях и с пользой, попросив Клауса отвезти нас в здание ССНМ.

В один «Trabant»[144] мы конечно же не умещались, и потому нам выделили сразу две машины. Но так как к нам прибавилась ещё и Эрика, то пришлось немного потесниться. И так как не хотелось обижать нашу журналистку, то мы усадили её в нашу машину, отправив одного из наших охранников в машину к его коллегам из ГДР. Другого посадили на переднее сидение. А меня поместили между двумя девушками, так что в дороге нам удалось немного поболтать о том и о сём.

Эрика уверенно показывала нам дорогу и рассказывала о достопримечательностях города, которые мы проезжали. Получилась занимательная экскурсия, правда очень беглая, и я решил, что в следующие разы мы пройдемся пешком, если будет на это время. Всегда любил осматривать новые места именно при пешей прогулке по ним.

Наши учёные тоже наверно обрадовались сегодняшней возможности до заседания посмотреть город или побегать по магазинам. Надеюсь, что в посольстве не проявили скаредности и подбросили им денежки на расходы. Так как думаю, что в Швейцарии они скорее всего потратили всё до последнего франка.

А я наоборот, на манер кота Матроскина, решил, что «я экономить буду». И эти деньги сразу же пригодились. Я отдал их Всеволоду Никитичу, как первый свой взнос на реконструкцию памятника. Это являлось скорее символическим взносом, так как учёным выделялась не столь большая сумма командировочных в валюте. Однако, курочка по зёрнышку клюёт и фонд пополнился на несколько сотен швейцарских франков.

Первый наш визит в здание ССНМ был обставлен с неким флёром официоза, и меня сразу же пригласили к руководителю, ответственному за культуру и культурные связи, где высоко отметили мои заслуги в данной области, и поблагодарили за переданные Мартине в аэропорту песни и права на распоряжение ими. Их успели передать исполнителям, и те хорошо о них отозвались.

Я поблагодарил за столь высокую оценку стараний моего соседа, и уверил что обязательно передам ему их благодарности. Он со своей стороны благодарен им за радушный приём оказанный ему в прошлом году, и потому постарался выделить достаточно времени для написания этих песен. Я со своей стороны помог ему с их переводом на немецкий язык и записью нот.

Но мне бы хотелось предложить ещё один, но уже собственный проект развития культурного обмена между нашими странами. Я знаю, что написанный мной музыкальный спектакль «Призрак оперы» скоро будет поставлен на сцене Берлинской оперы, усилиями артистов этого замечательного театра.

Для меня это очень приятно, и является высшей оценкой моих стараний… Однако я хотел бы предложить и другую совместную постановку спектакля по произведению Виктора Гюго «Нотр-Дам де Пари». С одновременной его премьерой на московской и берлинской сценах, как знак тесного сотрудничества наших народов.

Этот спектакль больше обращён к молодёжной аудитории и мне кажется разумным, чтобы к его подготовке и постановке активно подключился их союз свободной немецкой молодёжи. Я только недавно завершил его написание и лишь отправил либретто с партитурами в Москву нашим советским эстрадным исполнителям. Вы также сможете к его постановке в Берлине привлечь своих молодых и талантливых эстрадных исполнителей.

Очень желательно, чтобы премьера спектакля состоялась в один и тот же день в обеих столицах, и для этого необходима чёткая координация творческих планов друг с другом. И поскольку при его постановке я подразумеваю сотрудничество самих молодых исполнителей и постановщиков с каждой стороны, то это укрепит дружеские связи молодёжи двух стран.

Присутствующие выслушали меня очень внимательно, и затем повисла длительная пауза. Они обдумывали предложение, и им явно была непривычна моя манера сразу же брать быка за рога.

Определённый опыт такого сотрудничества имелся лишь у подчинённых, но те ожидали решение своего начальства. Так как обычно на столь высоком уровне вопросы тщательно готовятся, прежде чем выносить их на обсуждение.

Однако, я почти не сомневался в благоприятном решении данного вопроса. Потому подчеркнул, что с нашей стороны этим вопросом займётся моя прабабушка Вероника Степановна занимающаяся в нашем посольстве именно вопросами сотрудничества в области культуры и искусства. С ней я этот вопрос обсудил вскоре после прибытия в Берлин.

После этого неожиданного предложения, мы с руководителем обсудили ход подготовки к открытию международного пионерского лагеря в нашей республике. Проверили график подготовки и выполнение заложенных сроков и пунктов. Я со своей стороны выразил убежденность, что ребятам там будет интересно и мы подготовили большую культурную программу для отдыхающих в пионерлагере.

В нём будут отдыхать ребята, снявшиеся в фильме «Девочка из будущего». Они уже гостили в ГДР, где у них появилось множество друзей среди школьников. Было бы замечательно, чтобы эти друзья могли встретиться на отдыхе в этом лагере. Смогли проводить вместе много времени, и поведать друг другу больше о жизни в своей стране.

Я подготовил песню для пионеров данного пионерлагеря. Называется она «Замыкая круг», что символизирует дальнейшее сплочение наших рядов и дружбу между будущими поколениями. И сразу напел её, памятуя неплохие оценки моих вокальных способностей. Правда внёс некоторые коррективы в текст, и один куплет пропел на немецком языке.

Потом пояснил, что ребята из разных стран, встретившись в пионерлагере будут исполнять один куплет на своём родном языке, что ещё более сплотит их ряды, показывая полное равноправие их отношений.

Высказанная идея понравилась руководителям союза, и они одобрили её, а также похвалили саму песню, сказав, что для пионерлагеря будет замечательно иметь такую отличительную черту — свой гимн. У «Артека» такая песня есть, и хорошо, что у нашего пионерлагеря будет своя собственная. Это популяризирует отдых в нём детей из разных стран.

Расставались мы удовлетворенными состоявшимся разговором. Мне понравилось, как пунктуально немецкие товарищи проводят подготовку к отправке детей на отдых в пионерлагерь, а также достигнутое взаимопонимание по вопросу сотрудничества в постановке нового мюзикла «Нотр-Дам де Пари».

Мой визит завершился приятными пожеланиями в адрес друг друга, и на прощание мы пожали друг другу руки.

А затем на улице я попросил Эрику показать мне место, где вкуснее всего готовят истинные немецкие блюда — рульку или айсбайн и штрудель[145]. Мой прадед их столько расхваливал, как вкусно готовила их его мама, что мне хотелось бы попробовать эти блюда на их родине.

Моя бабушка также неоднократно готовила их дома, но Всеволод Никитич говорит, что у его матери получалось значительно вкуснее. Мне скоро отправляться на заседание к учёным, а ехать домой не имеет смысла. Так что желательно поесть где-то в городе. И хотелось бы поесть вкусно, испробовав настоящих немецких блюд.

Эрика не оплошала и показала дорогу к одному небольшому частному кафе, можно даже сказать Gaststätte[146], так как интерьер был выдержан в соответствующем стиле. И блюда там стоили недёшево, но я не сомневался, что мой бюджет выдержит, так как мне денюжки подкинули мои предки.

Мы все поели там очень плотно и с большим аппетитом, пригласив сопровождающих присоединиться к нам и нашей беседе. В завершение обеда, я прошёл на кухню, и тепло поблагодарил всех готовивших нам обед. Попросил у них книгу посетителей и оставил в ней благодарственную надпись.

Безусловно в этом жесте присутствовала определённая доля популизма и рисовки, направленной читающей публике. Но покормили нас действительно отменно, а мне категорически необходимо продемонстрировать разительное отличие моего пребывания в двух зарубежных странах, расположенных почти по соседству.

Далее на заседании делегаций учёных двух стран подводились результаты визита наших учёных в ГДР, и уточнялась договоренность о командировках ученых обеих стран друг к другу, с целью большей координации усилий в наших исследованиях и изготовлении термоядерного реактора. Я всячески рекомендовал критически важные детали изготавливать на предприятиях ГДР, отличавшихся высоким качеством исполнения работ. И это моё предложение было услышано и одобрено всеми собравшимися.

А на завтрашний день нам всем предстоял прием в советском посольстве, и следом в воскресенье вылет наших учёных в Москву. Поэтому заседание завершилось небольшим фуршетом и неформальным общением учёных.

А я, переговорив с интересующими меня людьми, распрощался со всей компанией и откланявшись отбыл. Пить мне нельзя, а сыт я был с самого обеда. К тому же стали побаливать мышцы ног, и завтра мне были обеспечены не очень приятные ощущения. Нужно было добраться домой, и там провести массаж для снятия этих болей.

Но несмотря на боли я следующим утром всё равно выбрался на пробежку, и на, ставшее привычным, общение со школьниками, но не смог задержаться там надолго. Так как нужно было подготовить всё к приёму в посольстве, а самому принять душ и обсушить волосы.

На приём отправился в смокинге, который предусмотрительно прихватили из Женевы. И там на приёме, после завершения официального приветствия делегаций наших и немецких учёных, сам посол отвёл меня в сторонку и спросил, не задумывался ли я о дипломатической карьере?

На что со смехом я категорически открестился от такого счастья, и пояснил, что согласен только на общественных началах, и только в качестве голубя мира. На более серьёзное я никак не потяну по размерам.

В ответ он мне улыбнулся, и после недолгой беседы отошел к остальным сотрудникам посольства. В целом пообщались мы достаточно непринуждённо. Он часто улыбался и был приветлив, но с этими дипломатами всегда надо держать ухо востро. А то, вдруг возомнил, что я его подсиживаю, раз к ним в посольство направили для работы моих родственников.

В любом случае мой ответ должен был рассеять его опасения, и может быть поможет наладить их ровные взаимоотношения с моими родными. Мне это потребуется для удачного завершения моих проектов, а к тому же не хотелось бы серьёзно испортить отношения с коллегами прадедушки и прабабушки.

Все они присутствуют в этом зале, и чутко отслеживают реакцию руководства на мои действия. Ни для кого из них не секрет, что меня просил остаться в Берлине сам товарищ Хонеккер. Ведь такая новость, что шило, и в мешке её не утаить, тем более при таком небольшом коллективе посольства.

Мои предки тоже были в центре общего внимания, и одеты очень строго и элегантно. На Веронике Степановне было вечернее платье пошитое с большим вкусом, а на Всеволоде Никитиче классический костюм с его боевыми наградами.

Было заметно, что прабабушка никак не скрывает гордости своим правнуком, а прадед молчаливо одобряет моё сдержанное поведение на приёме. Он-то знает в этом толк, всё-таки белая кость и воспитание получил очень достойное.

Вот я и постарался вести себя сдержанно и достойно, что разительно отличалось от уже сложившегося образа юного ниспровергателя условностей. И хотя соблюдение этикета меня утомляет, но я в состоянии сообразить не плевать в колодец, откуда предстоит водицы напиться. Вот и представлялся тут этаким няшкой — белым и пушистым. Прямо анимешный пупсик.

Всем мило улыбался и раскланивался, заводил любезные разговоры о погоде, что является самой светской темой беседы. Не знаю скольких мне удалось обаять, но старания я прикладывал нешуточные. Тем более, что кроме газировки ничего не пил, а сладкое не очень любил.

Ну, не создан я для такого гламурного времяпрепровождения — тупого и бессмысленного. Так что нашёл себе компанию в кружке физиков из ГДР, откровенно скучавших на этом приёме. Мы вскоре стали травить анекдоты и байки из жизни физиков наших стран, а я между делом спросил, не знаком ли из них кто-то со Стивеном Хокингом[147], так как мне хотелось бы наладить с ним дружескую переписку.

Меня очень интересует проблема коллапса звёзд и возникновения нашей вселенной, а в целом многие проблемы астрофизики, и они тесно перекликаются с тематикой наших исследований, только в звёздном масштабе.

Но к сожалению, никто из этого кружка не знал Хокинга и не встречался лично. Однако они обещали поинтересоваться у своих коллег, работавших в той области. И вскоре сообщат мне результат.

Так что пока вокруг проходила ярмарка тщеславия, мы занимались полезным трепом по специальности. Хотя несколько представителей из посольств зарубежных стран пытались вытянуть меня для разговора тет-а-тет. Однако для меня такие беседы были неинтересны.

Если у них честное предложение или вопрос, то окружающие меня физики не помещают этому разговору. А на иные я не дурак вестись и подставляться. Знаю их заходы с попыткой подставить и следом вербануть.

Отошёл я только с кубинским послом, из особого уважения к острову свободы. Говорили с ним по-немецки, так как я не знал испанского в должной мере. Он сразу передал мне приветствие от самого Фиделя Кастро, и пригласил посетить их посольство, когда у меня возникнет такая возможность.

Я ему пообещал, что обязательно зайду в несколько позднее, когда изыщу для этого достаточно времени. И тогда передам им свой ответ команданте Фиделю, которого очень уважаю и кем откровенно восхищаюсь.

Поведал послу, что на меня также организовывали покушения спецслужбы США, но мне очень далеко до того количества покушений, какое было совершено на самого Фиделя Кастро. Так что мы с ним собратья по борьбе с американским империализмом, и я всецело поддерживаю такую борьбу мужественного и свободолюбивого народа Кубы.

На самом приёме мне пришлось пробыть до самого завершения, так как все сотрудники посольства были на работе и исполняли свои обязанности. Вероника Степановна постоянно отвлекалась на беседы со многими присутствовавшими и тогда её сопровождал Всеволод Никитич, зачастую исполняя роль переводчика. Ну а я был представлен самому себе и свободно кочевал по залу в сопровождении одной Людмилы, прибиваясь то к одному кружку общения, то к другому.

Домой мы вернулись очень поздно и я наконец-то понял и на собственной шкуре осознал причину нелюбви своей бабушки Нины Михайловны к этому чёртову этикету. Не моё это, и даже скорее не наше фамильное.

Достаточно, что я не шокировал окружающих своей невоспитанностью. И ко мне даже пытались подольститься представители Франции. Похвалили и поинтересовались кто обучал меня этикету, что я в столь раннем возрасте придерживаюсь строгих правил и веду себя достойно.

Я им указал на своих прадедушку и прабабушку, а также прибавил, что Всеволод Никитич потомственный дворянин, а их семья издревле служила на ниве народного просвещения в первопрестольной. Так что мы щи лаптем не хлебаем.

Эти перцы осмелев решили продолжить свои заходы предложением постановки «Призрака оперы» во Франции, и отметили что при создании спектакля я выбрал произведение их французского писателя. Поэтому французскому зрителю будет очень интересно увидеть такую трактовку готического романа Гастона Леру.

А я им ответил, что мне необходимо очень серьёзно обдумать их предложение, так как в подготовке постановки мне неоценимую помощь оказала Вероника Степановна. И труппа Берлинской оперы также сотрудничает с ней в подготовке спектакля на их сцене.

Во Франции некому будет оказывать им такую помощь. Так что порекомендовал им дождаться премьеры в Берлине, и сотрудничать с труппой Берлинской оперы, при постановке французской версии.

Заносчивые галлы остались не сильно довольны таким моим предложением. Но ведь я же к ним, как говориться, пошёл навстречу со всей душой. Ну а следование этикету как раз и подразумевает любезно сделать такое предложение, за которое благодарить совсем не хочется. Ведь для них сотрудничество с немцами, а тем более с социалистическими — это словно серпом по гениталиям.

А на следующий день начался новый этап в моей заграничной жизни. Мы провожали отбывающую делегацию наших ученых, пребывая в компании с немецкими учёными. Так как я задерживался в Берлине единственный из всей нашей делегации. Здесь буду ожидать встречи с высшим руководством ГДР. Небось навесят мне какую-нибудь висюльку, вроде персидского «Льва и Солнца», за укрепление дружбы между нашими народами. И разумеется сделают это широко известным — в пику Западу.

А ещё меня ждёт Берлинский театр оперы и балета, где меня очень хотят увидеть, чтобы показать репетицию «Призрака оперы». В этом им никак нельзя отказать, так как приглашение было передано через Веронику Степановну, а своих подводить никогда нельзя.

Хватит и одного раза. Уже обжегся на этом, и совсем недавно. Так что выполню их просьбу в первую очередь. Поприсутствуем на их репетиции вместе с прабабушкой. Оценим саму постановку и может быть окажем некоторую помощь и поделимся опытом.

К тому же, мне самому интересно, как спектакли прозвучит в их исполнении. Как ни посмотри, а класс их театра оперы более высокий, чем у нашего театра. А выступления нашего несомненно понравились немецкой публике, хотя исполнение было в английском варианте, следовательно слова были понятны далеко не всем присутствовавшим в зале.

Берлинский театр готовит постановку на немецком языке и сразу на английском, что я посоветовал им при заключении соглашения на постановку этого спектакля в ГДР. Думаю Берлинский театр сможет гастролировать с ним в куда большем количестве зарубежных стран, чем наш провинциальный.

Так что на этой неделе нам с Вероникой Степановной предстоит посетить их репетицию и высказать там свои предложения по постановке. И спасибо за подаренное время товарищу Эриху Хонеккеру, а иначе как бы всё успел без его приглашения задержаться подольше.

Рабочая неделя началась для меня с визита к друзьям из союза свободной немецкой молодёжи. Предстоял обычный рабочий визит, и я по дороге попросил Эрику показать мне лучший книжный магазин столицы. Он оказался не очень далеко, и мы заглянули туда. Я прошёл в отдел художественной литературы, где попросил продавщицу продать мне двадцать экземпляров первой книги о Гарри Поттере.

Она бедная замялась и извинившись сообщила, что у них в продаже нет этой книги, а все экземпляры давно были распроданы. И тогда я спросил, где можно достать нужные мне книги и пояснил, что они необходимы мне для подарков, так как это книги моей бабушки. А мне бы хотелось подарить их с дарственной надписью от себя всем моим немецким друзьям.

Это заставило девушку ещё больше смутиться, и она поспешила пригласить к нам заведующего отделом. Пришлось ещё раз поведать свою душещипательную историю этой седой и благообразной даме, которая выслушав меня, пригласила в свой кабинет. Там она созвонилась со своей знакомой из издательства и описала сложившуюся ситуацию.

Книги я получил уже через сорок минут и сразу надписал один экземпляр заведующей, со своей благодарностью от всего сердца Хильде фон Мариендорф, и один её знакомой из издательства. Тут же в магазине я подписал и вручил книги Эрике с Куртом и Клаусу.

Остальные раздарил, оставив в них свои автографы для друзей, в здании ССНМ, и попросил один экземпляр передать принимавшему в прошлый раз руководителю. И у меня оставалось ещё несколько экземпляров, и я знал каким образом их использовать с умом. Даже пожалел, что не приобрёл больше книг, но адрес магазина мне известен, а если что — обращусь прямо в издательство.

Затем я отозвал Мартину в сторонку и попросил организовать мне экскурсию на киностудию ДЕФА и познакомить с теми, кто руководил съёмками замечательного совместного немецко-чешского фильма «Три орешка для Золушки». Он мне необычайно понравился, и хотелось бы поговорить с его создателями и обязательно с самим режиссёром фильма, если такое удастся устроить.

Поэтому я передал ей остальные подписанные мной книги, и сказал, что хочу предложить им поставить фильм по данной сказке. Возможно они согласятся снять ещё один совместный фильм по книге моей бабушки.

Помощь в написании сценария я им гарантирую, и бабушка также подключится к этой работе. А сейчас уже написана и готовится к изданию следующая книга и неплохо было бы поставить продолжение сказки также на вашей студии.

Мы с Мартиной давно знакомы и никогда не водили друг друга за нос, и всегда придерживались честного и прямого общения. Так что она замявшись ответила мне, что слишком маленький начальник, чтобы решить столь масштабные вопросы. Но она доведёт мою просьбу до всех, кому необходимо об этом знать, и их ответ она мне сообщит незамедлительно.

Короче повторилась сцена из фильма «Формула любви» — Ну, барин, ты задачи ставишь! За десять дён одному не справиться, тут помощник нужен — хомо сапиенс!

Знаю я её помощника, и что на связь с ним не сразу выйдешь, а потому согласился подождать и подмигнув передал свой привет. Пока у меня есть чуток времени, так как думаю, что меня бы не стали просить задержаться, если бы вопрос мог решиться в течении нескольких дней.

А пока немецкие камрады организовали мне многочисленные мероприятия и встречи с жителями столицы, где я присутствовал и даже выступал на всех. Мне самому было интересно оценить и увидеть отношение простых немцев ко мне и моим словам.

По завершению митингов я часто спускался с трибуны и шёл в народ. Пожимая всем руки, я интересовался их жизнью и стремлениями. И не только из популизма, но и больше для удовлетворения своего любопытства. В той жизни у меня была высокая форма допуска, что почти исключало выезд за рубеж.

Да и не было для этого времени. Иной раз накапливалось столько отпусков, что отдел кадров чуть ли не в принудительном порядке заставлял писать заявления на отпуск. Но нисколько не мешали выходить на работу в дни этого самого отпуска. А тут я дорвался до свободного общения с народом другой страны, и мне это понравилось, так как для себя я узнавал много нового и неожиданного.

Ещё мне и моим родным организовали поездку по ленинским местам ГДР. Мы побывали в Лейпциге, являющимся местом проведения знаменитой Лейпцигской ярмарки. Посетили места непосредственного пребывания Владимира Ильича, и повсюду я оставлял свои отзывы.

А иногда экспромтом произносил небольшие спичи, если там присутствовали люди из других экскурсий и просили сказать несколько слов. Легко цитировал вождя и приводил отрывки из его работ, написанных в Германии. Память никогда меня не подводила, чем не раз удивлял работников этих музеев.

В завершении я всегда благодарил немецких друзей за бережную память о местах работы и жизни создателя нашего государства, и опять же подпускал шпильку в адрес богатой соседки, у которой никак не найдётся времени и желания проявить хоть малую долю того внимания к этому вопросу, которое с радостью обнаружил у наших друзей в ГДР.

Конечно в этих поездках нас всегда сопровождала Эрика, а иногда и съёмочная группа телевидения. Они запечатлевали такие мои благодарственные речи, и многочисленные встречи с работниками предприятий, а также с простыми прохожими на улице.

Ещё я попросил Мартину провести меня к их местным хиппи, так как хотелось бы поговорить с их заблудшими овцами и указать им путь к храму. И потому сопровождать меня к ним снова послали мою верную спутницу Мартину и пару представителей союза работавших с хиппи.

Там меня мало чем смогли удивить, так как субкультура хиппи была мне знакома, и я в своё время даже прошёл через непродолжительное знакомство с некоторыми из них. Вот и пришлось вспоминать свою молодость и свои тогдашние контакты с хиппи.

А когда парни и девушки, выряженные очень цветасто и разнообразно, собрались неподалёку от нас, а затем обступили со всех сторон, я поприветствовал их вспомненным из юности приветствием и обратился, попросив выслушать меня не перебивая.

— Я пришёл к вам, так как всецело разделяю вашу озабоченность судьбой мира, и считаю очень важным напомнить, что мне близок ваш лозунг «Любовь вместо войны». Это чувство всегда движет мной и моими поступками. Те, кто прочел заметки обо мне в прессе, наверно знают о моём выступлении на Всемирном конгрессе учёных. Однако та речь была обращена к ним, и говорила о проблемах понятных и близких учёным. К вам же я обращаюсь с совсем иными словами.

Кто изучал марксизм знают работу Ленина «Три основных составляющих, три первоисточника марксизма». Я знаю три ваших составляющих и источника — это секс, наркотики и рок-н-ролл. Сам я прекрасно обхожусь без них всех, но тем не менее во сто крат опаснее, для всех желающих развязать новую войну и сделать людей рабами своей мещанской идеологии.

Вы можете видеть тут мою охрану. Но она не от вас, вы для меня братья и сёстры. Она от тех империалистических акул, что порабощают весь остальной мир. Меня уже неоднократно пытались похитить или убить. Чтобы не смог провозглашать то, что несу людям. Некоторые газеты прозвали меня «новым мессией». Это неправда, я не верю ни в одного бога, я верю только в людей и в творческую силу всего человечества. К ним я и хочу достучаться, и оттого-то столь неугоден всем притеснителям.

У меня свои три источника, три движущие силы — это любовь, творчество и движение. Первым пунктом идёт любовь. И она подразумевается, как любовь к каждому отдельному человеку, так и ко многим людям, ко всему человечеству. Она важнее войн и всяческих религий. Любовь способна спасти саму Землю и всё человечество от всех напастей на его пути, а я лишь пытаюсь обратиться ко всем людям, так как спастись можно только объединившись всем вместе против поработителей, видящих в них только придаток к станку. Я говорю о капиталистах. Вы для них не люди, а лишь обслуга для сложных машин и станков, дающая им высокую прибыль. И я знаю, что именно такой эксплуатации избегают хиппи в своей субкультуре.

Теперь о втором пункте. Не верьте в наркотики и «расширение сознания». Вы так не освободитесь от зависимости, а попадёте лишь в новую, более страшную. Но теперь уже от этих расширяющих сознание веществ. Этот путь ведёт в никуда и к смерти. Не спорю, что все пути человеческие ведут к ней, и не отрицаю. Однако есть пути на которых можно сотворить добро окружающим, а есть и тот бесполезный путь. Он немногим лучше, чем путь зла, так как ступив на него вы несёте горе и печаль своим близким, всем тем, кто вас любит и ценит.

Выберите вместо наркотиков творчество, оно затягивает и поглощает куда сильнее. Я выбрал его и нисколько о том не сожалею. Всяческие «расширители сознания» — это те же костыли, ни бегать, ни вознестись ввысь с ними нельзя! Моё сознание в процессе творчества и так расширено естественным путём без применения всяческих стимуляторов. Мне не нужны никакие вещества, а лишь своё стремление творить. Творить для людей и не требовать от этого никакой личной выгоды. Те, кто стремятся к личной выгоде — просто заблудившиеся в пути. И озарение их зачастую покидает, оставив опустошёнными. Вот им и приходится подстёгивать себя искусственными стимуляторами. Оттого-то столь многие из утративших искру прибегают к наркотикам. Однако те не в состоянии помочь им вернуть дар, а только окончательно губят его. Не следуйте этим порочным путём, лучше дарите плоды своего творчества людям, и тогда источник никогда не иссякнет.

Я совсем не призываю вас работать бесплатно. Это совершенная чушь. Но полученные средства можно и нужно по большей части отдавать нуждающимся в помощи. Например — детям и немощным старцам. Я пошёл именно этим путём, и муза меня пока не покидает, также как и близких мне людей.

В жизни следует придерживаться активной позиции. Не уединяться или отстраняться от жизни, а наоборот творить во благо людям, во благо всему человечеству. Много приятней прожить свою жизнь так, нежели грезить в забытьи и дурмане. Очнитесь и ступите на верный путь, станьте моими спутниками. Вначале вам будет очень трудно и сложно не оступаться, не сойти с пути. Но только подумайте, если это доступно трехлетнему ребёнку, то чем вы хуже?!

Теперь о третьем пункте — о движении. Если вы мне приведёте сюда девочку дошкольного возраста, то я с удовольствием станцую с ней рок-н-ролл. Это тоже движение и зарядка положительными эмоциями. Вы даже подивитесь, как хорошо у меня это получается. Но я вам говорю не о простом движении, являющемся лишь частностью. Я говорю о ежедневном движении из вчера в завтра. И только от всех нас будет зависеть каким оно станет — это самое завтра. Станет ли оно лучше или хуже, чем сегодня!

Можно отстраниться от жизни и уйти в ваши городки, не служа злу, но и не творя добра. Не того — простого человеческого, а именно активного добра от которого вашим близким, вашим товарищам, всему человечеству станет завтра жить лучше. Меня всегда интересует вопрос — что для завтра сделал я? Сам лично, и сколько добра смог принести окружающим людям, знакомым или нет.

Именно это я и зову движением из вчера в завтра. Именно ради этого живу. И очень многим правителям на Западе это совсем не по нраву, а поджигатели войны давно назначили цену за мою голову. Они ранее пытались выкрасть меня, чтобы использовать в своих целях. И тогда моя голова могла бы принести множество бедствий, если применить имеющиеся знания и способности во зло. И тут я перехожу к личной свободе и праву выбора.

Для меня это основополагающие столпы — быть свободным от чужого диктата и иметь право свободного выбора пути в жизни. Некоторые выбирают зло, тем самым служа поджигателям войны и экономическим поработителям человечества. Это путь в тупик и гиену огненную. Можно выбрать средний путь и уйти от действительности в ваши городки, отгородившись от всего окружающего мира. Не делать зла, но, увы, притом не творить добра всем окружающим. Это не самый плохой путь, но что тогда останется после вас людям? А есть третий путь — он тернист и труден, на нём ждут сложности, непонимание и даже порой осуждение. Но на нём вы сможете совершать добро людям, всему человечеству. Это непросто, но если по силам трёхлетнему ребёнку, то отчего же не вам?! Идите смелее в мир, творите добро и дарите его всем.

Увидите, что рано или поздно оно к вам вернётся сторицей. И произойдёт это в тот миг, когда все окружающие осознают эту истину, когда её осознает весь мир! И на этом мне бы хотелось завершить своё обращение к вам. Ведь мы с вами выбрали свободу, и мы свободны! Пусть и несколько по-разному, но свободны.

Я немного более, так как не отрёкся от своего внутреннего я, о котором наш соотечественник Иммануил Кант написал: «Две вещи наполняют душу всегда новым и все более сильным удивлением и благоговением, чем чаще и продолжительнее мы размышляем о них, — это звездное небо надо мной и моральный закон во мне».

Для меня обе эти вещи необычайно важны, и я призываю вас также высоко ценить их. Устремить свой взор к звёздному небу. Там столько неизведанного и интересного, и нам с вами необходимо обязательно побывать там. И не в грёзах после дозы, а наяву в звёздных кораблях. А это уже целиком зависит только от нашей активной позиции и работы во имя этого.

Я к этому стремлюсь с самого рождения и призываю вас следовать тем же путём. Вместе мы огромная сила и свободны в своём выборе принести к звёздам то лучшее, что есть в нашем человечестве, — неодолимую жажду познания нового и прекрасного. Правда для этого необходимо много знать и изучить, многое сделать — в научной лаборатории, в конструкторском бюро и на производстве. Чтобы эти звёздные корабли могли унести нас вдаль к неизведанному.

А на прощание я хотел бы спеть для вас известную песню товарища Джона Леннона «Imagine», а кто знает её, то подыграйте мне пожалуйста. И я не зря назвал его товарищем, так как у нас общие цели и общие увлечения — это наша музыка и борьба за мир. Он недавно в своём интервью весьма положительно отозвался о моём выступлении и прозвучавшем там обращении по объединению человечества для защиты всей нашей планеты от космических угроз, вместо производства гор оружия взаимного уничтожения.

Спев этот гимн мечтателей, я решил на этой мажорной ноте завершить своё выступление, а далее только отвечал на многочисленные вопросы хиппи. Многие из них могли бы поставить в тупик, не будь у меня прошлого опыта, но мне удалось с честью ответить на большинство.

Эрика всё время строчила в своём блокноте, как заведённая. Совсем позабыв, что Курт включил диктофон на запись и только успевал менять кассеты. Так что репортаж об этой встрече, вскоре присоединился к другим её репортажам в газете «Junge Welt». А затем его перепечатали и в нашей «Комсомолке», как и большинство предыдущих.

Прочитав об этой встрече в немецкой газете, Всеволод Никитич улыбнулся и подытожил, что я пошёл призывать своих апостолов среди хиппи, и обратился к ним со своим вариантом нагорной проповеди. Странно что в результате меня не распяли, но может быть это последует позднее, уже в Союзе. Так как в ней я заявил, что нужно освободиться от любого диктата, и что в момент творчества у меня сносит крышу, почище чем от ЛСД[148]. А в конце призвал усадить всех в звездолёты и проваливать подальше, неся это добро всей остальной галактике.

Я немного даже обиделся такой оценке моих стараний, но поостыв, сказал, что спорить не намерен, так как сам Иисус и не такое нёс своим апостолам и слушавшим его проповеди, сами апостолы были не лучшими представителями рода человеческого, но в результате получился бестселлер всех времён и народов. До сих пор разные церкви продают его слова.

А я тогда возьмусь за написание своего нового учения, и назову его «Автостопом по галактике». Раз меня здесь не понимают, и не ценят. Ударю этим автопробегом по бюрократизму и разгильдяйству. Я и ранее не раз задумывался над написанием такой книги, как весьма ироничного произведения, высмеивающего весь западный образ жизни и пренебрежение их властей к судьбе простого человека.

Раздражение и обида — это неплохой стимулятор, а я ещё подластился к Веронике Степановне и выпросил немалую сумму на покупку привычной мне немецкой пишущей машинки. У неё имелись свои планы на трату этих денег, но, пересилив земноводное, она отдала их мне.

И не зря. За пару дней я настучал всю первую книгу «Автостопом по Галактике», и, приходя домой, быстро закидывался едой, а затем удалялся в нашу комнату стучать по клавишам. Людмила мне не мешала, и пропадала на кухне с хозяйкой дома, обсуждая свое девичье, ну а Всеволод Никитич в другой комнате что-то читал.

Так и прошли эти несколько дней, а я всё обдумывал его слова, и они никак не шли у меня из головы. Поэтому выпустив пар и проникнувшись сатирическим духом книги, смог посмотреть на всё со стороны.

Следующим утром за завтраком, когда предки уже собирались на службу, я поблагодарил прадеда за преподанную науку, и что вовремя он стянул меня за портки с небес на землю.

— Спасибо Всеволод Никитич, за своевременно протянутую руку помощи. Я применял отработанные популистские методы, и сам постоянно находился в центре всеобщего внимания. Вжился в эту роль и подхватил распространённую заразу — зазвездился, — а следом пропел известную всем фразу из советской киносказки, — «Ох, и вредные трубы медные!» — и следом прибавил «Славушка, славушка, сладкая отравушка!»[149]

Всеволод Никитич улыбнулся и заметил, — Для того и нужны близкие люди, чтобы подсказать в нужный момент, а также помочь оступившемуся. У меня, Константин, большой опыт в данном деле, — и, слегка смутившись, прибавил. — Я сорок лет проработал со школьниками.

Мы с ним переглянулись, и я кивнул, принимая его слова, — И всё-таки огромное вам спасибо за своевременную подсказку. Наверно сказались грехи присущие подростковому организму и гормональный взрыв.

На том мы распрощались, а я пожелал им успехов на службе — в их нелёгком труде. Вероника Степановна наблюдала за этой нашей перемолвкой и воспитанно не перебивала диалог. Не знаю, что она затем скажет Севе, и не моё это дело. Они вместе не один пуд соли съели[150].

Людмила тем временем сделала вид, что страшно увлечена поглощением завтрака. Хотя наверняка приметила, что несколько последних дней у нас с Всеволодом Никитичем натянутые отношения, и мы очень аккуратно выбираем выражения в наших разговорах.

А когда предки удалились на службу, я этой тихушнице напутственно сказал, — Учись и мотай на ус, как нужно строить крепкие семейные отношения и вовремя осаживать излишне возомнивших. — и даже слегка упрекнул, — Могла бы и сама мне напомнить о должной скромности. Всегда ведь рядом со мной находишься. Впредь подходи и шепчи мне на ухо «Memento mori»[151], а уж я — пойму.

И сам также понадеялся, что данная прививка создаст у меня устойчивый иммунитет, так как очень хотелось в это верить. И вслед за тем быстро завершил завтрак, и мы с ней тоже отправились сеять разумное, доброе, вечное. Не знаю оценит ли эти наши старания русский народ, но хотелось бы верить, что ростки не пропадут, а дадут пышные всходы.

Ведь не хотелось бы вслед за Остапом Сулейман Ибрагим Берта Мария Бендер-беем констатировать: «Мне 33 года — возраст Иисуса Христа, а что я сделал до сих пор? Учения не создал, учеников разбазарил, бедного Паниковского не воскресил!»

Благо у меня ещё есть достаточно времени дабы справиться, и на то мне отведено в десять раз больше времени, чем я прожил в этом теле.

В целом я лишь попытался поучать в духе речей Иисуса: — «Если пребудете в слове Моем, то вы истинно Мои ученики, и познаете истину, и истина сделает вас свободными»[152]. Что очень смахивает на банальный плагиат и позёрство. Ведь меня точно бы распяли в финале, а все призванные апостолы предали меня.

Очевидно что произошел резкий выброс мочи, и она ударила в голову. Насмотрелся фильма «Революция Иисуса»[153], про возникновение нового культа в среде хиппи Калифорнии. Вот и решил последовать проторенным путём. Потянуло разыгрывать из себя мессию, и о финальном расчёте с владельцем всей лавочки позабылось.

А потому стало необычайно стыдно. Мне понятны такие завихрения у зелёных юнцов, но сам-то уже не первый срок тяну на свете. Пора, пора уж быть умней, и зорко следить за рецидивами такой звезданутости. А ежели чего, то просить Людмилу тщательно выбить все маты спортзала моей тушкой.

А пока решил ограничиться лишь строгой епитимьёй, которую наложил «почётный святой, и почетный папа римский» моего культа, то есть — я сам. Буду отрабатывать и трижды в день произносить покаянные слова десять раз подряд. Думаю — это мне поможет, в церквах же опробовано веками.

А теми временем продолжались ставшие вполне обычными нам встречи и митинги, и я ходил на них, как на работу. Правда постоянно старался нарушить присущую рутину этих мероприятий, и не раз тем ставил их организаторов в затруднительное положение.

А нечего им брать пример с нашей партноменклатуры и обрастать бюрократизмом в сфере общественных отношений. Нечего превращать научное учение в разновидность культа с признанными святыми и клиросом. Не стоит идти советским путём и взращивать свою номенклатуру, а тем более не вводить правило, — что попу можно, то дьякону зась!

Заскучав от подобной рутины, я в один из дней попросил Мартину организовать мне встречу в одном из воинских городков ГСВГ, так как соскучился по своим соотечественникам пребывая более месяца в других странах. И указал, куда мне хотелось бы поехать, где встретиться со своими соотечественниками.

Мартина подсуетилась и через пару дней разрешение было получено, и мы отправились туда всей нашей компанией. А у нас к этому времени сложился вполне сработавшаяся бригада, с четким разделением полномочий и обязанностей.

Мы с Людмилой оделись в спортивную одежду, как я её загодя предупредил. Скорее всего ребятам из семей военнослужащих придётся демонстрировать всё то же самое, что и немецким школьникам. Подростки они и в Африке подростки, и я убедился, что их интересы мало чем отличаются друг от друга.

Прибыв в часть мы первым делом обратились к замполиту и комсоргу, дабы собрать всех ребят пионерского возраста. А мы проведём с ними отдельную встречу до назначенного в клубе части собрания.

Надо отдать должное их оперативности, сработали они очень хорошо, и школьники собрались очень быстро. Видно уже до нашего приезда сбились в свои компании ожидая встречу в клубе.

Вот мы и отвели всех ребят в спортивный городок части, где я, взгромоздившись на скамеечку судьи волейбольной площадки, приветствовал этих наших мальчиков и девочек.

А затем им рассказал, что здесь в Берлине познакомился с многими немецкими школьниками, занимающимися спортом на близлежащем мне стадионе, и с многими уже успел сдружиться.

А теперь мне хотелось бы узнать, кто из собравшихся быстрее всех пробежит дистанцию 6 километров? Пришедшим к финишу первыми я обещаю путёвки в наш международный пионерский лагерь. В нём этим летом будут отдыхать ребята из многих социалистических стран.

Будут там отдыхать и немецкие школьники, так что мне хотелось бы, чтобы там присутствовали ребята, из семей наших военнослужащих в ГДР. Но для этого вы должны доказать, что не посрамите свою страну, доведись в лагере соревноваться с ребятами из других стран.

Большинство из вас дети офицеров и должны понимать всю важность занятий спортом. Так что приготовьтесь и оденьте спортивную форму, а через пятнадцать минут мы стартуем здесь в спортгородке. Я тоже с удовольствием побегу вместе с вами, но надеюсь, что буду наблюдать только ваши засверкавшие пятки.

Я не надеюсь угнаться за вами, на слишком коротких ногах, но и отставать не дам, ибо всем станет стыдно не обогнать в беге трёхлетку.

Приводите также своих младших, пусть составят мне компанию на дистанции. А для пионеров три первых мальчика и три девочки получат путёвки в лагерь этим летом.

Наш забег действительно оказался весёлым и шумным. Ребята привели вместе с собой много малышни, и мы побежали. Я не очень-то налегал, и Людмила приноравливалась к этой скорости бега.

Вокруг собралась галдящая стайка младшеклашек и также несколько самых бойких дошколят. Мы все весело обменивались шутками на бегу и подзадоривали младших, так что скорость бега оставалась очень невысокая.

Вокруг места нашего забега собралась небольшая группка взрослых и было заметно, как они болеют за того или иного школьника, лидировавшего в забеге, как поддерживают их восклицаниями. Те лидеры уже несколько раз обогнали нашу компашку мелюзги, и отмотали почти половину всей дистанции.

Я честно пробежал все положенные 6 километров, и когда отсеялись все неготовые, то даже нарастил темп бега. А затем скомандовав спутникам не пытаться угнаться за нами, продемонстрировали с Людмилой впечатляющий спурт на финише.

Тем самым доказав всем, что есть ещё порох в пороховницах. Правда отдыхать после бега нам было совсем некогда, и мы приступили к уточнению фамилий победивших пионеров.

Затем обратились к замполиту части оформить всё правильно, и мы возьмём этот список с собой, чтобы впоследствии выслать им путёвки.

Я же поспешил к упитанному парню, который обтирал обильно выступивший на лице пот, и протянул ему руку. Он мужественно держался на всей дистанции, хотя пришёл к финишу практически последним, уступив многим девчонкам. Но я проследил, что с дистанции тот не сошёл.

Я поинтересовался его фамилией и подвёл его к замполиту. Затем указал на парня, что он тоже должен быть в этом списке. Так как не всем людям даны достойные физические данные, но проявленная сила воли и желание не сдаваться — характеризуют лишь с положительной стороны.

Я совсем не изобретал велосипеда, и на большинстве гонок пришедшему последним, но не сдавшемуся — присуждают утешительный приз. И я это сделал не с намерением сделать из приза — booby prize[154], а именно с намерением показать, что стремление достичь цели и победить свою слабость — куда важнее, чем победа на дистанции.

После загрузки этой работой замполита и комсорга части, мы показали всем собравшимся наш демонстрационный бой. Я нападал, а Людмила только оборонялась от моих выпадов. Эти движения и связки мы отработали на тренировках почти до автоматизма, так что при этом шутили и улыбались зрителям.

А так как данная часть являлась обычным гаубичным дивизионом, то все наблюдали наш спарринг с большим интересом и удивлением. Тут служили артиллеристы, а не какие-то ниндзя или спецназ, и оттого наши приёмы были для них в совершенно в новинку.

Ребята с восторгом смотрели на наш танец и пытались изобразить что-то схожее, но без гибкости и долгих тренировок это выглядело весьма комично.

После завершения показательной программы, мы попросили возможность умыться и переодеться перед началом выступлением в клубе части. А затем вымывшиеся и посвежевшие отправились туда.

Народ уже подтянулся в клуб, и многие из собравшихся были из числа наблюдавших наш забег и показательные выступления. Но появилась большая группа новых лиц и расположилась довольно компактно.

Зал оказался почти битком набит, и на дальних рядах расположились служащие срочной службы, рядовые и сержанты. Офицеры с семьями сели на передних рядах.

Оценив, что большинство уже собралось, мы не стали задерживать начало, и замполит части выступил с приветствием от лица всех собравшихся. Затем он представил всех из нашей делегации и сказал, что я сам просил встречи с военнослужащими и их семьями, и следом предоставил мне слово.

Я начав выступление приветствием всех присутствующих в зале, решил сделать небольшое объявление.

— Так случилось, что мой прадед Всеволод Никитич занимается в нашем посольстве вопросами образования, и он знает не понаслышке, насколько сложно организовать процесс обучения наших школьников за пределами родины. У него огромный опыт работы в школе — более сорока лет, и он прекрасно знает, что необходимо для организации качественного обучения подростков. Во время войны он служил в разведке переводчиком и не раз ходил в тыл врага. Так что отлично представляет все тяготы воинской службы. Если у вас есть какие-то вопросы или проблемы с обучением детей военнослужащих, то в конце нашей встречи передайте мне свои записки, и я их передам ему. Безусловно он постарается разобраться в вопросе и оказать возможную помощь семьям наших защитников.

Затем переждал пока немного уляжется шум от разговоров в зале и продолжил:

— Я проявил личную инициативу и пожелал встретиться с вами, несущими службу на самом переднем крае противостояния с империалистическими странами. Я думаю для вас не секрет, что их спецслужбы не раз совершали покушения с попытками выкрасть или убить меня, моих близких. Об этом много писали в газетах. Немного постараюсь пояснить их интерес к моей персоне. По случайности у меня стожилась очень редкая комбинация генов, позволившая развиваться значительно быстрее своих сверстников. Я выгляжу выше и более развитым умственно и физически. Многие из вас видели, как я без усилий пробежал дистанцию, и сейчас общаюсь с вами без бумажки или подсказок.

Послышался шепот обмена мнениями в зале, и я переждал его:

— Наверно сейчас мне можно дать на вид полные шесть-семь лет. Вполне возможно, что в процессе эволюции все дети станут развиваться значительно быстрее, так как снят ограничитель со стороны окружающей среды и нет необходимости оберегать и охранять младенцев от опасностей. Наверно нечто подобное произошло и со мной, а в истории уже известны подобные редкие случаи. Они чрезвычайно интересны учёным изучающим подобный феномен. Их интересует, как можно ускорить развитие всех младенцев, и какие факторы сказываются при этом? Возможно меня хотели выкрасть для проведения таких бесчеловечных опытов. Для них я являюсь не личностью, а только занимательным лабораторным объектом — подопытной крысой, как тот же Элджернон.

В нашей стране мне наоборот предоставили возможность спокойно расти и развиваться, а сейчас я учусь на втором курсе нашего Университета и стану физиком. Врачи наблюдают за моим развитием и проводят периодические медицинские осмотры, с целью выявления возможных негативных последствий столь быстрого взросления. Однако это лишь забота обо мне и моём здоровье, и со мной никогда не проводили никаких углублённых медицинских исследований. А вот в Швейцарии ко мне попытались приставить представителя их органов опеки, чтобы она диктовала мне: что можно, а что нельзя делать, и куда ходить, а куда нет. И это без малейших знаний особенностей моего организма и его развития. Более того, анекдотичным выглядит само приставление опеки за малолетними к участнику Всемирного конгресса учёных.

После этого пассажа в зале даже послышалось некоторые смешки. Я использовал эмоциональные качели. И в начале застращал зверским оскалом капитализма, а после дал разрядиться эмоциям, перейдя на шутливый тон.

— Мне очень кажется, что та фрау Нагель, которую они пытались приставить ко мне надсмотрщицей, также работает и на их спецслужбы. Лично я — совсем не отвергаю таких опасений. Поэтому меня повсюду охраняют от подобных происков. Это несколько стесняет в жизни, но это тот крест, что приходится нести мне и моим охранникам. А в Швейцарии мне лишь раз удалость пройтись по улицам Женевы, а всё остальное время проводить либо в номере отеля, либо принимая участие в работе конгресса. Только здесь в ГДР я смог свободно перемещаться куда мне вздумается. Вот посетил вашу часть, и уже пообщался с вашими школьниками до начала этой встречи. И это замечательно. Оттого, здесь в дружественной стране, я чувствую себя по-настоящему свободным.

У меня уже появилось множество новых друзей — школьников и взрослых, с которыми я свободно встречаюсь и общаюсь. Мне никто не указывает, что и когда делать, а наоборот я тут зашиваюсь от обилия дел и встреч. Теперь вполне неплохо стал ориентироваться на улицах Берлина и посетил многие его музеи, осмотрел много памятников в столице ГДР. Да если у вас есть неразрешимые проблемы с организацией поездок школьников для посещения музеев и памятников, то также передайте мне свои записки в завершении встречи. И я их передам своей прабабушке Веронике Степановне, и она постарается помочь в разрешении таких проблем.

Затем я перешёл к рассказу остальных подробностей своей поездки в Швейцарию и далее в ГДР. Остановился на рассказе о нашем международном пионерском лагере, и главное на тех вопросах, которые интересовали слушателей.

Я не просто так напросился именно в эту часть, здесь проходил службу отец моего друга и большого эрудита, глотавшего книги библиотеками и знавшего ответы на массу различных вопросов. Да и потянуло просто пообщаться с ним и его сверстниками — детворой наших советских офицеров.

Глазами я отыскал во время выступления его рядом со своими родителями, такими молодыми и непривычными. Странно, что их не было раньше, когда я устраивал забег. Ну да ничего, и сразу после окончания выступления я спустился в зал и пошел прямо к их компании.

Спросил отчего не видел многих из них до собрания в клубе и поинтересовался не забыли ли им сообщить заранее. Затем выразил сожаление, что вижу многих ребят пионерского возраста не участвовавших в забеге, и они не смогли побороться за путёвки в наш пионерлагерь.

И потому я объявил ещё один конкурс среди опоздавших пионеров. На сей раз на лучшее знание немецкого языка. А так как в нашем пионерлагере будут отдыхать ребята из ГДР, то понадобятся свои толмачи с немчин, чтобы пионеры смогли общаться, не испытывая затруднений.

Судить будет журналист молодёжной газеты «Junge Welt» Эрика Штраус, а шестеро лучших мальчиков или девочек также получат свои путёвки.

И пока собирали пионеров для участия в соревновании, я выяснил, что все опоздавшие из соседней части, в которой всё значительно строже с проходом на их территорию, вот к ним и запоздало оповещение.

Вскоре все пионеры собрались вокруг нас, и экзамен начался. А так как он должен занять весьма немало времени, то я напросился в гости к Людмиле Павловне на настоящий украинский борщ, так как знал, что она замечательно его готовит по своим семейным рецептам.

Даже в желудке при этом немного заурчало, что совсем не осталось незамеченным окружающими, и меня сразу пригласили в гости. Туда мы сразу и направились в гости к родителям друга, чтобы приготовить борщ и другие угощения.

Эрика с Мартиной осталась судить, но борща мы так и быть им оставим достаточно, а от Людмилы я потребовал, чтобы училась секретам приготовления борща, за что будущий муж скажет только спасибо.

По дороге я рассказал Николаю Петровичу, что так соскучился по своим открытым лицам в той клятущей заграниччине, и тут просто отдыхаю душой, знакомлюсь со страной. Вот захотелось повидаться с семьями наших офицеров ГСВГ. И ещё поесть своих родных блюд, а то немецкие я почти все перепробовал. Очень многие понравились, но по нашим временами скучаю.

Предложил им не замыкаться с нами в узком кругу. А моя охрана нисколько не станет возражать, если за столом также соберутся их друзья и сослуживцы с семьями.

Предварительные сборы были проведены очень оперативно и по-военному чётко. Занесли несколько столов и массу стульев с табуретками от соседей. А часть подготовительной работы отдали поварам части.

Я было приготовился продемонстрировать, как умею чистить картошку, лук и морковь, и шинковать их мелкими дольками. Но меня освободили от всех кухонных работ и усадили за стол начав беседу. Вскоре появилось несколько бутылок водочки и выставили на стол закуски — соленые огурчики с помидорами, грибочки соленые и маринованные.

Я тут же тормознул хозяек и рассказал им про нашу домашнюю грибную фабрику. Про выращивание шампиньонов, и пообещал поделиться секретами её оборудования в погребе.

А потом мы в чисто мужском коллективе и под закусочку выпили за встречу, и естественно мне наливали только боржом. Уж и не знаю где они его раздобыли, и каким чудом. Но все остались довольны встречей и понемногу расслабились.

Постепенно развязались языки и по некоторым оговоркам я понял специфику их части, а также отчего не всех служащих части пускают в определённые места. Физику многого не нужно, чтобы это уловить. Правда сделал совсем невинный вид, дескать ничего такого не слыхал.

А осмотревшись в комнате, приметил в углу стоящий аккордеон. Выяснил кто на нём играет, и попросил сыграть мелодию песни «Враги сожгли родную хату». Мне она очень нравится, и особенно в исполнении Марка Бернеса, что всегда продирает аж озноб по коже.

Я спою её в осовремененном варианте, и многие слова будут иными. Она посвящается солдатам третьей мировой, не дай бог такому произойти! Я делал, делаю и буду впредь делать всё возможное и невозможное для предотвращения этой катастрофы.

Многие знают мою речь на конгрессе, и она была произнесена экспромтом, без бумажки. Я её самостоятельно произнёс, зная очень серьёзные последствия такой ядерной войны. Мы никогда первыми не применим столь страшное оружие уничтожения, а вот американская администрация его уже применяла ранее по беззащитным городам, и нисколько не заколеблется применить впредь.

И когда аккордеонист заиграл вступление, то вступил, и детский голос разносился очень звонко и проникновенно:

А далее пришлось импровизировать, подстраиваясь к текущему моменту, но завершил песню согласно канона.

Закончив петь, спросил нужно ли кому-то объяснять мою особую любовь к Белому дому и его хозяину, или газеты все читают? Мужики сидели посерьёзневшие, а затем стали спорить и шумно обсуждать песню. Потом решили накатить ещё по одной, и на меня поглядывали очень серьёзно.

Песня их зацепила, и точно пойдёт странствовать из части в часть, а слова скорее всего изменятся. Вряд ли кто из них запомнил дословно, так как все они уже слегка навеселе.

Да так и лучше, пусть народ занимается творчеством, а правильное направление я задал. Но так как мы тут не в меру расшумелись, то с кухни пришли серьёзные жёны и стали упрекать, что они де готовят, а мы здесь уже изрядно набрались. Быстро построили мужиков и стали командовать подготовкой стола.

К этому времени подтянулись пионеры и Мартина с Эрикой, и мы все расположились на застолье. Ребят сгруппировали за одним столом и пришлось немного потесниться, так как на застолье собралось очень много народа.

Моих охранников посадили к мужикам Им также необходимо отдохнуть, а на столь охраняемой территории ожидать каких-либо казусов не приходится. С меня и бдительной гувернантки, расположившейся рядом, вполне хватает. Так что посидеть за столом с нашими офицерами и расслабиться: для них было то, «что доктор прописал».

Вот так мы зависли на длительное время, и дали себе возможность отдохнуть в кругу своих соотечественников. За обедом я всех повеселил рассказами о муках соблюдения правил приличия и этикета на приёме в посольстве, и продемонстрировал всем наглядно.

Атмосфера была самая непосредственная и располагающая к общению, всё шутили и смеялись. Я обратился к Эрике и попросил передать мне свой блокнот. Здесь она товарищ Эрика, а не журналист газеты, и пусть ведёт себя соответственно. Ничего не строчит в блокноте, и попросил женщин забрать у неё все салфетки — во избежание.

Затем встал и провозгласил тост за нашу встречу и замечательную компанию собравшуюся за этим столом. Мартина попросила больше мне не наливать, а то я уже и так набрался газировки, скоро начну буянить. Схвачу балалайку, натяну ушанку и пойду шататься по части, распевая нецензурные частушки. Что я так пол-Швейцарии распугал.

Вот ведь вспомнила мои байки, которые не раз при ней представлял в лицах о своём житии-бытии в Швейцарии. Как бродил по Женеве, горланя похабные частушки. Один чёрт остальные немцы не понимали большинства слов частушек.

Так что решил и тут исполнить такие заграничные частушки, и затем запел — «Мимо ихнего Давоса — просто так я не хожу. То засуну нос в окошко, а то уши покажу», — и руками изобразил треньканье на балалайке. Все за столом рассмеялись, так как большинство знало настоящую частушку, а вот про Давос в Союзе знали лишь единицы. Пришлось пояснить про тамошние сходняки финансовых воротил со всего мира.

Следующей стала: «Вот плывёт по Миссиписи презент из Кукуева, ну и пусть себе плывёт деревяшка туева». А затем сказал, что стоит мне напялить ушанку и прихватить балалайку в руки, то меня просто несёт частушками, но я же понимаю, что тут дети и не стану петь похабные. И спел ещё несколько. Все заливались громким смехом на моё исполнение задорных частушек, особенно школьники. И строгие мамы сразу стали наводить порядок среди чрезмерно расшалившихся подростков. Меня также заткнули, добавив в тарелку побольше всяческих вкусностей.

А мне отчего-то взгрустнулось, глядя на улыбающихся офицеров, их жён и детей. Отлично сидим и веселимся. А припомнилась катастройка и брошенные Меченным в голом поле части из ГСВГ. И больно стало думать о том, как таких же офицеров с их семьями в жуткой спешке выводили из благоустроенных военных городков, и оставляли на произвол судьбы — замерзать там в непогоду. Катастройка мать её, перемать!

Одно грело душу, что камрады упокоили этого иуду. Но разве он один такой был среди номенклатуры? Среди молодой поросли — таких, к сожалению, большинство.

Окружающие отметили, что я резко погрустнел и стали интересоваться с чем сие связано, не обиделся ли я на шутки Мартины? И мне пришлось списывать всё на усталость после пробежки, что их пионеры очень хорошо бежали, а я за время пребывания в Швейцарии несколько потерял форму и только стал навёрстывать упущенное.

Благо вкусный обед и отличная компания, а также тёплое внимание присутствующих вновь подняли мне настроение, и мы продолжили перебрасываться шутками и армейскими байками. К тому же я вовсю смаковал борщ и другие блюда, выставленные на стол.

Тосты активно продолжали звучать и часто промелькивало немецкое прозит. Мартина явно вписалась в нашу дружную компашку и все барьеры пали, Эрика также старалась не отставать от выпивающих, но в отличие от Мартины у неё не было должной закалки, и вскоре она немного захмелела, и Мартине пришлось взять над ней шефство.

Под тосты я даже выдал некоторые не совсем приличные из своих студенческих времён, и они пошли на ура. Но по просьбе Мартины мне стали наливать не газировку, а компот. И я был нисколько не против такой замены. Впрочем, компот пили также и все остальные школьники.

А наевшись до отвала я начал застольную беседу, и предусмотрительно перевёл разговор на нейтральную тему про прежние места их службы, куда судьба забрасывала семьи офицеров части, и какие там были условия проживании.

Дважды просить не пришлось, все они поминали почти всю географию Союза, Спорили где было служить сложнее всего, так как перед посылкой в ГСВГ необходимо было отслужить во многих точках нашей необъятной страны.

Разошедшись, Николай Петрович стал рассказывать о службе и жизни подле Игарки, в непосредственной близости от Полярного Круга. О сложностях и заботах, связанных с размещением и эксплуатацией многоканальных радиостанций и несением службы в столь сложных климатических условиях.

Так связь во все времена была непростым делом, и как коллега, в армейскую бытность служивший замком взвода связи своей части, запомнил главный девиз связистов — «Кто п. дует в дождь и в грязь — наша доблестная связь!»

Поддержал бы от души беседу о наших военных радиостанциях, но палиться перед всеми нельзя. Оттого молчал, а только поддакивал, да кивал. Мне тоже довелось испить такую чашу. Было о чём вспомнить, когда часть бросили в декабре следующего года на строительство Байкало-Амурской железнодорожной магистрали, на её восточный участок. Непосредственно на перевал Дуссе-Алиньского горного хребта и тоннель[157] завершённый руками зэков из БАМЛАГа ещё в далеких 50–53 годах, Про его строительство столько брехни затем наплели не бывавшие там ни разу шелкопёры, что аж диву даешься. А тех кто там был — так это наш батальон.

Тоннель то мы и увидели одним из первых, прибыв на место, и лишь следом нашли зэковские бараки и начали их сразу ремонтировать дабы в них разместиться, хотя брехуны понаписывали, что посносили все. Их бы в те условия и без жилья, стали бы сносить единственное на много миль кругом?

Латать и восстанавливать их пришлось не один день и дров на их протопку уходила целая прорва. Благо кругом раскинулась безбрежная тайга и сухостоя в ней было немало.

Офицеры обустраивались в домиках лагерной охраны, отлично сохранившихся и требовавших лишь незначительного ремонта. Конечно они привлекали для их ремонта и солдатиков.

Но мне самому некогда было всем этим заниматься, были более срочные дела. В вагончике, разделённом с начальником штаба части, разместили коммутатор, и сутки напролёт тянули линии связи из полёвки на самые важные объекты.

В холод пятидесятиградусного мороза сращивать полёвку и крепить на столбах или деревьях — это ещё то удовольствие. А прокладывать до соседних частей на 15–20 километров и вовсе жесть.

Часть пригнали из подмосковной Шатуры, и в том обмундировании. И каким чудом все не помёрзли вначале, даже непонятно. На месте выдали полушубки и валенки, но в них особо по столбам не полазишь. И приходилось работать в сапогах и куртке, а первоначально и вовсе в ватнике и ватных штанах.

Даже не знаю кому из высокого командования пришла в голову такая мудрая мысль о перебазировании части в самое холодное время года с минимальным световым временем. В тёплом кабинете с паркетом всё выглядит совсем иначе, чем в заиндевелом вагончике.

А сколько головотяпства было проявлено, когда прикрыли стройку БАМа и бросили почти завершённым на многих участках. И как всегда при жопе с ушами, думали этим самым местом. И впоследствии тоннель зарос льдом полностью.

Первое время до начала 60-х его протапливал один из бывших сидельцев, оставшийся жить в одном из домиков охраны. Ему там немного платили, и он следил за тоннелем. А как помер, то и зарос тот льдом, а на его очистку потребовалось затратить огромные деньги.

И мы этот долбанный тоннель потом очищали от льда почти полтора года, а ребята из нашего взвода минёров перевели прорву аммонала на микровзрывы по его очистке. И не только самого тоннеля, а и его штреков вентиляции. Только позднее, когда ствол был насквозь пробит, запустили теплогенераторы для вытапливания остатков.

Многое нам рассказывал о предшествующей стройке ещё один бывший зэк — якут Володя. Он там работал линейным надсмотрщиком воздушной линии связи, и был нашим гражданским коллегой. Он давно освоился, обзавёлся семьёй и детишками, жил — не тужил. Охотился, собирал и заготавливал ягоды брусники, а мы ему помогали и со связью управляться, и собирать ягоду, и охотиться.

Рыбачили запросто. Пару шашек амонала связывали и забрасывали в речку. А потом собирали всплывшую рыбу. Благо морозить её можно было запросто, даже летом. Кругом вечная мерзлота и только взрезать ковёр мха и брусничника, и холодильник готов.

Он же нас этому и многому другому научил. Как жить и выживать в тех суровых условиях. Как обнаруживать и быстро устранять обморожение. Мороз, красный нос — это отлично, а вот белый нос надо срочно растирать и немедленно в тепло. Научил нас ходить в тайге, и на кого можно охотиться, а с кем ни в коем случае не связываться.

Без него возможно не обошлось бы без потерь освоение этого сложного участка БАМа. Они были, но уже по разгильдяйству, то солдаты выпьют тормозную жидкость, приняв за вино из-за красного цвета, то дитя городов в самые морозы пошагает в тайгу и заблудится. Там ничего не видно, никаких ориентиров, а сопки только усугубляют положение.

На все окружающие части было лишь несколько таких случаев, а чего не отнять у связи — она знает всё происходящее, а дежурный на коммутаторе обязан отслеживать разговоры, чтобы разъединить по окончанию. И мало кто помнил в наше время, что Владимир Ильич и Феликс Эдмундович никогда не забывали крутить ручку индуктора после разговора.

Что такое пилить хлеб пилой и рубить сливочное масло топором — так порассказать об этой таежной романтике могу вагон и малую тележку. Одно нам подфартило, но очень крупно, — это высокогорье и вечная мерзлота, а значит полное отсутствие комаров и прочей летучей мошкары. Зато части расположенные ниже страдали от них по полной.

А ещё там ареол обитания энцефалитного клеща, который эту болезнь переносит с милых бурундучков и прочих грызунов к человеку. Так что перед наступлением теплого сезона всем поголовно поставили, и именно поставили, прививку от энцефалита и прочей местной заразы.

От этого адского коктейля, рука, под лопатку которой сделали прививку, у всех не подымалась пару дней, а место прививки нагрелось будто туда действительно прилетел приветик из адского пекла. А ко всем этим прививкам, добавочно требовалось осторожность. То есть застёгиваться на все пуговицы, будто человек в футляре и тщательно осматривать все участки тела по возвращению в жильё.

Николай Петрович продолжал рассказывать о своих проблемах с установкой антенного хозяйства крупных радиостанций, о надёжном их креплении в вечной мерзлоте, чтобы та не поплыла, и антенна не навернулась, завалясь на КУНГ[158] с аппаратурой связи.

А мне вспоминалось, как сами крепили растяжки, пытаясь вогнать их крепления глубже в камень, а то грунт мог потечь и превратиться в болото. Как рыли ямы в вечной мерзлоте протаивая их костром, как долбили киркой и ломом. Запомнилось насколько нелёгок был труд в этих экстремальных условиях.

Паркетным шаркунам такого не понять и не представить, а потому легкость у них в мыслях необыкновенная, и они тяжкий труд миллионов могут запросто загубить своим тупоумием. Только первопроходцы «стройки века» могут понять простых русских зэков, почти построивших БАМ в таких условиях.

Однако их труд легко перечеркнули жопа с ушами и Ко, не заморозив строительство, а просто бросив разрушаться и приходить в негодность. Да было множество случаев приостановки строительства, и рельсы с нашего участка БАМа были сняты в далёком 1942 году и пошли на строительство подводной магистрали на левом берегу Волги непосредственно близ Сталинграда, именно там, где тогда служил отец. Вот такая получилась связь поколений.

Были в части и два старожила, помнившие эту передислокацию рельсов и самих зэков на рокаду от Сталинграда до Саратова через Сызрань, Ульяновск до Свияжска. Тогда они были молодыми бойцами железнодорожных войск.

Это командир нашего батальона — подпол, которого мы за доброту и понимание прозывали между собой Батей, а также командир взвода охраны прапорщик Арканаев, с которым можно было неплохо поговорить о былых временах в располагающей компании.

А так как он жил в одном домике с якутом Володей, нашим коллегой, то мы к тому часто наведывались в гости, чтобы пособить в его профессиональных и не только делах. Там и начинались разговоры о прошлых временах, да судьбах человеческих, о лагере и о войне.

Спасибо Володе за то, что, пробыв в том лагере, он затем, после его закрытия, не раскатал все домики и постройки на брёвна, чтобы спалить их в печке. А наоборот приглядывал, чтобы не случилось пожара.

А то высохшая за десятки лет лиственница горит лучше пороха. Сам наблюдал, как загорелась одна избушка, приспособленная под склад, и столб пламени бил в небо на двадцать-тридцать метров с ужасающим рёвом.

Так что, пока Николай Петрович и его семья рассказывали о службе на Крайнем Севере, я мысленно унёсся на свои Севера, и к своим воспоминаниям о них. Надо будет обязательно поведать джуниору, что ждало бы его этой осенью, не поменяйся столь круто его судьба.

К нам там в гости на радиостанцию Р-605 заглядывал не фантишный «Мишка на Севере», а настоящий косолапый. Харчевался остатками наших трапез и тёрся боком об КУНГ, чуть не переворачивал весь ГАЗ-51 набок. Благо мы его загодя прочно поставили на колодки, как требуется по нормам постоянной дислокации радиостанции.

А так за время этого нашего застолья и рассказа, Николай Петрович увлёкшись выкурил за столом несколько сигарет, что ему в обычное время запрещалось делать в доме. Остальные также дымили вовсю, и представляю сколько они выкуривают на службе.

А потому я вежливо прервал разговор и заметил, что мужикам необходимо срочно бросать курить, для них это очень вредно и уже превратилось во вредную привычку. Попросил внимательно отнестись к этому моему предупреждению, так как устами младенца глаголет истина.

Порекомендовал им сублимацию в виде леденцов и порекомендовал первое время использовать специальный никотиновый пластырь, для облегчения отвыкания.

А сам решил после застолья накрутить Людмилу Павловну, что с этой заразой надо срочно завязывать, и обрисовать невесёлые картины последствий столь дурной привычки.

А сейчас ещё совсем не поздно. И я ничего не понимаю в людях, если она плешь не проест, пока не заставит Николая Петровича бросить курение. Не такой она человек, чтобы остановиться на полдороги и повернуть.

Ничего, что сам Николай Петрович и другие курильщики мне спасибо не скажут за такое вмешательство, и не раз «пом’янути незлим тихим словом». Ладно я перенесу, когда икнётся лишний десяток раз. Но жена у него медработник и не слезет с темы, пока своего не добьётся.

После моего предупреждения беседа продолжилась, но курить мужики перестали, а их жёны даже посмотрели на меня очень одобрительно. Правда беседа за столом перестала носить столь сердечный характер, так как старшее поколение стало смотреть друг на друга осуждающими взглядами. И видно разговор на эту тему уже заходил не раз, а теперь я бросил на одну чашку весов свой международный авторитет и учёность. А с таким попробуй не посчитаться.

Так что мы с Юркой и другими подростками уединились в другой комнате, чтобы не мешать взрослым и завели свой непринуждённый разговор. Обсудили их школьные и пионерские дела, я выспросил про проблемы в школе и не нужно ли им чего для лучшего обучения.

Юра пожаловался на слишком малую школьную библиотеку, а другой поблизости нет. Семьи военных также не могут перевозить с места на место большие личные библиотеки и книг совершенно не хватает.

Думаю, что в этом вопросе мы им поможем, и я пообещал выслать ребятам книги своей бабушки с автографами, когда их удастся закупить в достаточном количестве. А также попрошу Всеволода Никитича выяснить в посольстве, где расположены крупные гарнизонные библиотеки и можно ли пополнить запасы в других воинских частях.

Мы с ребятами также разговорились о любимых всеми немецких фильмах об индейцах и лишь затем я поинтересовался их мнением о «Девочке из будущего». Очень внимательно выслушал их мнение о фильме. Многие выиграли путёвку в пионерлагерь и мы с ними ещё встретимся там этим летом.

Там они смогут пообщаться со снявшимися в фильме ребятами, а с Алёной я их сам лично познакомлю. А вот Юрке не повезло он на экзамене оплошал. Я даже не ожидал такого, но семью не так давно перевели сюда, и он ещё не успел достаточно освоить язык.

Однако очень скоро за нами пришли взрослые и нам настала пора расставаться, и отправляться в Берлин. На прощание я за проявленное гостеприимство и доброту предложил семье дополнительную путёвку в наш пионерлагерь.

Людмила Павловна и всё ещё обиженный Николай Петрович поблагодарили за это предложение, сказав, что планировали отправить Юру на лето к дедушке под Харьков, но с благодарностью принимают путёвку в пионерский лагерь. А я со своей стороны заверил, что мы его после окончания отдыха отправим в Харьков на самолёте, где его смогут встретить родственники.

Простит мне Николай Петрович мою невольную подлянку или нет, то время покажет. Но я всенепременно хотел побывать в их воинской части, как только выяснилось, что времени окажется больше чем я рассчитывал, приехав в ГДР.

А на обратном пути в Берлин, сидящая рядом Эрика спросила можно ли ей печатать мои слова из выступления про проведение опытов, так как на меня могут подать в суд за клевету.

Я только посмеялся над этим, и спросил, что это посмеют сделать похитители, что ли? Будет новым словом в юриспруденции, но на Западе и такое не исключено. Однако я потребую представить доказательные документы, что меня планировали похитить в исключительно благородных целях, и указать таковые.

Вот вместе и посмеёмся над представленными доводами, так что может смело печатать мои слова. Подтверждающая запись на пленке у неё имеется, и ни один суд не привлечёт её за клевету.

А ещё порекомендовал ей проконсультироваться с медицинскими светилами по высказанным мной соображениям, и найти информацию о жившем в XVIII веке немецком вундеркинде из Любека[159], и о его судьбе. Я ей кратко рассказал всё мне известное, а также, что судьба его была очень печальной, так как его просто загубили неправильным образом жизни. Оттого я так старательно занимаюсь спортом и собственным физическим развитием.

Она очень заинтересовалась и обещала поискать такую информацию. На что ей ответил, что для неё это окажется значительно проще на родине этого младенца. А вот мне было значительно сложнее, но я был кровно заинтересован этим вопросом. И не только из простого любопытства, а мне критически важно было выяснить и понять, как такие младенцы жили и позднее проявили себя.

Я даже прочёл немало медицинской литературы, порекомендованной знакомым профессором. Нет, это тогда она была профессором, а недавно Елизавета Николаевна стала член-корреспондентом академии медицинских наук СССР, и я ей даже направил поздравительную телеграмму из Швейцарии.

Эти разговоры с Эрикой заняли изрядную долю поездки в Берлин, и я решил оставить эту скользкую тему на неё. Однако был абсолютно убеждён, что та выяснит всё досконально. И разумеется использует при написании статьи. Так что мои обвинения похитителям получат дополнительное историческое подтверждение. Хотя кто может знать, не были ли эти редкие младенцы подобны мне? Кто сможет ответить? Только не я.

При всём желании нам не удалось организовать встречу с режиссёром фильма «Три орешка для Золушки» Вацлавом Ворличеком. Он сейчас отдыхает после съёмок этого фильма, и не соглашается начать работу над следующим так скоро. Короче к нам спланировала экзотическая птица обломинго.

Первая из причин отказа, что приходит мне в голову — это «Пражская весна»[160]. Но я сам, в некотором роде, выступаю с подобными же инициативами. А вот переносить своё негативное отношение на сотрудничество с трёхлетним мальчиком, коего тогда ещё на свете не было, — плохой признак. Тогда ему нужно серьёзно лечиться, и мне такие создатели фильмов без надобности.

Ну а ежели ему просто лень и накопилось желание отдохнуть, то время ещё имеется и до начала съёмок его немало. Однако взял на заметку и попросил Мартину точнее прояснить позицию режиссёра и причину его отказа. И когда мне её сообщат, то тогда и будем посмотреть.

Но зато меня свозили на киностудию «ДЕФА», где я мог её осмотреть и сумел пообщаться со многими создателями этого фильма с немецкой стороны. И затем, уж совсем для меня неожиданно, состоялся разговор с президентом Академии искусств Конрадом Вольфом[161], который отлично владел русским языком, и наш разговор протекал очень непринуждённо.

Камрад Конрад очень высоко отозвался о сказке «Гарри Поттер и Философский камень», которую он прочел на русском языке. Он также считает отличной идеей — экранизацию этой сказки здесь, на киностудии «ДЕФА». Для съёмок в Хогвартсе можно подобрать отличное место в любом из средневековых замков на выбор, и их предостаточно на территории ГДР.

Вся группа, работавшая над «Тремя орешками для Золушки», будет в нашем полном распоряжении, и другие понадобившиеся тоже. Он считает очень верным решением совместное создание такого фильма, и с советской стороны к съёмкам могут быть подключены все необходимые для того силы.

Тогда-то мне и подумалось, — А может быть — ну их! Этих братьев-славян, раз они ломаются, как та девка на панели: «Что вы, что вы! Я совсем не такая, а на пару монет дороже».

Не хотят, и чёрт с ними! А коль передумают — то милости просим, но без этих своих фокусов. Отличного режиссёра я могу и в Союзе найти, только свистнуть осталось.

А когда мы распрощались с Конрадом Вольфом, и поблагодарили его за выделенное нам время беседы, то Мартина по пути к машине шепнула мне на ушко, что это младший брат Маркуса Вольфа. Он много лет прожил в СССР и закончил наш ВГИК.

Вот ведь — тихушница, а раньше предупредить не могла? Фамилия мне конечно очень знакома, но мало ли в их германщине местных Волковых?

С другой стороны, стало ясно, что сама идея очень понравилась и они станут добиваться её воплощения в жизнь. А потому я отложил все иные дела и стал вечерами писать черновик сценария фильма.

С тем или иным режиссёром, но они добьются финансирования фильма. А на этой студии снято много отличных фильмов-вестернов об индейцах, которыми сам засматривался в юношестве.

Потому дал задание Мартине — собрать информацию о всех режиссёрах, снявших индейские фильмы на студии «ДЕФА», и как можно скорее мне представить. А сам тем временем подготовлю черновик сценария и затем побеседую с выбранными режиссёрами.

Вот таким образом моя печатная машинка практически раскалилась, пока я работал над сценарием все последующие дни. Эх жаль, нет персоналки! И в корзину летели куски напечатанного текста или целые листы, а мне приходилось кроить и склеивать отредактированные фрагменты, а следом перепечатывать всю полученную простыню.

И пока в нашей квартире мужики были заняты работой, а я изрядно подкинул прадеду, привезя множество просьб и замечаний из воинской части, то наши женщины совсем отбились от рук, и что-то своё затевали на кухне.

Правда кормить нас стали ещё вкуснее и изобильнее, чем прежде. Так что мы с Всеволодом Никитичем не препятствовали их замыслам, так как «нас и здесь неплохо кормят». Ну, а камикадзе среди нас как-то не находилось. Не осенил нас этот — «божественный ветер»[162], чтобы становится между женщиной и её замыслом, особенно если этой женщинами являются моя прабабушка и моя гувернантка.

Появился в меню и фирменный украинский борщ, так что девушка всё же научилась у Людмилы Павловны его стряпать. И желание, следовательно, оказалось действительно сильным.

И вот вечерами к нам на огонёк как-то подозрительно часто стал захаживать Виктор, и долго засиживался с ними на кухне, когда мы с прадедом расходились по своим комнатам и делам. И пока мы так вовсю ишачили, то «ксёндзы окончательно охмурили нашего Козлевича».

Во всяком случае, когда мы с тем раскланивались перед его уходом, то удалялся Виктор слегка ошалевший. Очевидно его круто взяли в оборот. И уж не знаю теперь: помогать ему выплыть, или притопить поскорее, чтобы не мучился выбором.

Людмила на него давно глаз положила, а как известно «именно женщина выбирает себе жертву, и только затем позволяет на себе жениться». А тут подключили такую тяжёлую артиллерию, и уже кормят его обедами.

Дело его, он взрослый мальчик и пусть сам думает: идти ли ему в расставленную западню, или тикать со всех ног. Я ни в коем случае не стану мешать планам нашей женской парочки. Одна из них может из меня запросто весь дух о маты выбить, хоть и сохранит от любой иной напасти. Другая же — мой самый главный союзник в реализации творческих планов.

Вот и приходится для себя решать: какую же сторону принять? Или просто плюнуть и пустить всё на самотёк. Разве не сам рекомендовал девушке обратиться за советом к моей бабушке? А тут и труба повыше и дым погуще. У прабабушки даже проявившая своеволие Надежда Всеволодовна — ходит по струночке.

Жизнь же шла своим чередом, и в прочих обыденных делах продолжалась рутина. Дела почковались и множились, как заведённые. Я уже начал в них тонуть, а хвататься за соломинку — это совсем не мой выбор. Пришлось просить у немецких камрадов пардону, и выцыганить несколько дней отдыха, для завершения прочих начатых мной дел.

Я и так с этими встречами объездил полстраны и много где побывал от Ростока и до Дрездена. В последнем меня не могли за уши вытянуть из их знаменитой картинной галереи, где я переговорил с доброй половиной работников музея, устроив там очередную незапланированную встречу.

А так как Эрика не оставляла меня ни в одной из поездок и строчила свои статьи, то моя внешность стала знакомой и узнаваемой жителям ГДР, хотя бы раз в месяц читающим газеты или смотрящим телевизор.

Да и само пребывание затянулось на добрые пару декад от планировавшегося. И тем самым я добивался реализации своих первоначальных планов по завоеванию симпатий жителей страны.

Немцы вели себя очень дружелюбно, и все остановленные прохожие вполне охотно со мной беседовали. Сразу же меня узнавали и очень приветливо поддерживали разговор. Многие просили дать автограф, и немецким камрадам пришлось напечатать фотографии с наиболее представительных мероприятий, и я раздавал их, оставляя автограф.

Думаю, что после такой кампании ни у одного из граждан ГДР не останется сомнений посылать ли своих детей в наш пионерлагерь и нашу страну. Я всеми своими действиями пытался разрушить остатки стены отчуждения и недопонимания между нашими народами.

Очень жаль, но Берлинскую стену я пересечь не мог, так как в Западном Берлине, продолжала оставаться оккупационная зона. Надеюсь её жители могут смотреть репортажи телевидения ГДР. Я даже поинтересовался у девушек могут ли жители Западного Берлина смотреть передачи ГДР?

Пояснил им, что очень бы хотелось обратиться к жителям этой оккупированной зоны, так как не одобряю существование данного анклава в самом сердце ГДР. Хотелось бы призвать жителей Западного Берлина требовать вывода оккупационных властей с их территории.

Прошло почти тридцать лет со времени войны и пора прекратить оккупацию территории Западного Берлина. Его жители без особых затруднений могут посещать Восточный Берлин, а вот мне попасть в Западный не удастся, и так же просто поговорить на улицах с его жителями, как я это делаю в любом месте ГДР.

Спросил можно ли мне у одного из пропускных пунктов встретиться с жителями Западного Берлина, посетившими ГДР? Расспросить об их жизни, и рассказать им правду о своей. Показать, что меня не держат в изоляции, как расписывают их газеты, и не заставляют говорить с людьми по бумажке.

Я уже предвидел серьёзные возражения со стороны моей охраны — о возможном риске быть застреленным, как Джон Кеннеди. Но необходимо объединять Берлин, и я могу сделать необходимый первый шаг на этом пути. А переход и место можно подобрать, чтобы не просматривались с оккупированной территории.

Охрана мне возражала достаточно настойчиво, когда я довёл до них свою затею. Пришлось отдать им на откуп определение места и времени проведения, и они этим занялись, наворчавшись вволю. До сих пор, щадя их нервы, я старался сильно не сближаться с оккупационной зоной и во всём слушаться рекомендаций.

День, час и место X держались от всех в строжайшем секрете, и я, отправившись на одно из запланированных мероприятий, совершенно неожиданно оказался возле одного из переходов и там же нас ожидала съемочная группа телевидения.

Им тоже не сообщили куда и зачем они выехали. Уже там, на месте мы случайным образом останавливали перешедших или проехавших из Западного Берлина, а я вежливо просил у них возможности поговорить с ними, узнать из их уст про жизнь в оккупированной зоне, что им известно обо мне и кем меня считают? Как относятся к высказанным мной мирным инициативам?

Встречались среди них и оголтелые, напрочь зомбированные прессой и телевидением. Таких без всяческих усилий удавалось легко посадить в лужу с их надуманными доводами о невозможности для меня принять самостоятельно хоть единое решение и ответить без бумажки на простейший вопрос.

Это напоминало игру в поддавки. Они блеяли и несли очевидную чушь, а я прекрасно знал жизнь при обоих системах: и социалистической, и капиталистической, проведя по половине жизни в одной и другой. Знал недостатки каждой. Знал превозносимые «достоинства», и что те представляют из себя на самом деле.

Советовал всем прочесть Марка Твена «Янки при дворе короля Артура» и пример политэкономии преподанной янки жителям маленького королевства. Что много денег, совсем не значит благополучия при высоких ценах, отнимающих всё заработанное. А особо упёртым называл гонорары своей бабушки в их марках и рассказывал, как и на что она тратит все эти деньги.

Большинство упёртых не хотело верить, и я каждому предлагал заключать пари на сто марок, а разрешение вопроса предоставить их судам, которым передам заверенные справки о доходах семьи и сколько остаётся после передачи средств в детские дома.

Многих собравшихся удивил сам этот остаток — сумма меньшая, чем заработок многих собравшихся и наблюдавших беседу. Только трое самых оголтелых согласились на такое пари, и мы его запечатлели на плёнку съёмочной группы, а я сумел взвинтить сумму пари до 500 западногерманских марок с каждого.

Потом потребовал четко зафиксировать, что выигранная мной сумма должна быть ими перечислена на реставрацию памятника суворовскому походу для освобождения Швейцарии от наполеоновских войск, оккупировавших тогда территорию страны.

Вот тогда-то у многих нижняя челюсть отпала аж до мостовой, и они наконец-то сообразили, что те простаки попались — на слабо. Спорщики попытались сразу же дать задний ход, но я был неумолим и заверил, что заключённые пари не расторгаются, это моветон и ни один истинный джентльмен их не поймёт. Я со своей стороны честно выполню условия пари, хотя совсем не уверен в честности их органов юстиции, подмандатных оккупационным властям.

Возле нас уже собралась немалая группа жителей как одного, так и другого Берлина, и они также заспорили между собой. Весси никак не могли поверить, что мальчик без разрешения взрослых может решать такие вопросы, и ставить на кон столь крупные суммы. А осси было известно, что я создатель двух музыкальных спектаклей, пишу книги и сценарии фильмов, а также совместно с их учёными работаю над созданием термоядерного реактора.

Слушавшие весси обалдевали и не верили, вступая в яростный спор с такими заверениями. Мне надоел весь этот гомон, и я предложил Фомам неверующим также заключить свои пари со мной. Большинство из них сразу же сникло, памятуя суммы, выставленные на пари. Такого раскованного поведения ребёнка они точно не ожидали.

А я обратился к жителям Западного Берлина с просьбой пересказать всем нам, что их свободная пресса и телевидение пишут и передают обо мне и моих мирных инициативах. И нашёлся среди весси один смельчак, по виду — хиппи, который вышел вперёд и поведал все тамошние страшилки про меня. После этого отметил, что никогда им не верил, а особенно после общения со своими здешними друзьями.

Они ему подробно рассказали о моем посещении городка хиппи, и передали рассказы присутствовавших там друзей. Вот таким неожиданным образом, тот разговор с хиппи принёс свои плоды.

Весси пришлось отнестись серьёзно к его рассказу, и в них стали зарождаться некие сомнения о сорте того дерьма, которым их пичкает западная пропаганда. Прямо перед ними находился «кремлёвская марионетка», а ему никто не подсказывает ответов на каверзные вопросы. И наоборот он постоянно задаёт свои встречные вопросы и выслушивает ответы на них.

А им внушали десятками лет, что ни один советский не сможет высказать мнения, трижды не оглянувшись на партийных руководителей или приставленных надзирателей от KGB, и никоим образом не волен делать что ему захочется или ходить где вздумается.

А оказалось, что перед ними стоит мальчишка, которого они ни за что не отпустили гулять в одиночку по улице, а он ходит где вздумается и свободно общается, к тому же на весьма неплохом немецком языке. Так что созданный образ не выдерживал никакого столкновения с реальной жизнью.

Конечно абсолютно непривычно, что ребёнок не слушается взрослых и вступает с ними в спор. И это слишком сильно отличалось от привитых им стереотипов и представлений, а также подрывало всю их шкалу ценностей.

Эрика и съёмочная группа работали не покладая рук, давая крупные планы и опрашивая присутствующих зрителей. Я бы на месте телевидения смонтировал фильм и без изъятия передал в эфир, чтобы его смогли посмотреть не только в ГДР, но и на западной половине города.

Встретились правда среди перешедших пара интеллектуалов, что вели себя значительно умнее. Не стали спорить и с пеной у рта доказывать, а приводили действительно веские доводы и высказывали обоснованную критику.

Но этих я добил тем, что с некоторыми пунктами их критики согласился, при этом указав, что у них с этими вопросами дела обстоят значительно хуже. Им до сведения доводят искажённую и совершенно ложную информацию, в чём они смогли убедиться сами. И призвал совместно работать над устранением таких искажений с обеих сторон.

Необходимо выявлять недостатки и совместно стремиться к их преодолению, а не создавать свои «королевства кривых зеркал». Привёл примеры из их прессы, и особенно выдержки, подготовленные для меня Людмилой и Всеволодом Никитичем. Чем макнул своих ярых оппонентов, и призвал посмотреть трезвым взглядом на меня и все россказни в их прессе и на телевидении.

Сообщил, что недостатки есть у каждого, у меня они также присутствуют. Есть они и у любой системы. Иначе те стали бы идеальными, а такого просто не может существовать в нашей вселенной подверженной энтропии. И это я им авторитетно заявляю, как физик.

А вот стремиться к наибольшей «сумме счастья» необходимо и обязательно. И именно это я пытаюсь делать. «Любовь вместо войны», под такими словами Джона Леннона я могу подписаться в любое время. Необходимо защитить нашу планету от реальных угроз со стороны космических объектов, а не создавать и разрабатывать оружие взаимного уничтожения.

Народам мира надо очнуться и отправить в отставку всех правителей, мечтающих и желающих начала новой войны. В первую очередь это относится к народу Соединённых Штатов, так как нас с ними разделяют именно их правители.

Совершенно нечего их войскам делать в Европе, пусть отправляются к себе за большую лужу, а мы европейцы сможем договориться о снижении напряжённости и взаимном сокращении контингентов размещённых в Европе войск.

Мы можем по-разному смотреть на жизнь и её проблемы, но мы живём на очень маленькой и уязвимой планете. Сейчас я пишу вторую книгу из цикла «Автостопом по галактикам», и уже задумался над третьей. Она посвящена «основному вопросу жизни, Вселенной и всего остального». Ответ на этот вопрос, читатель узнает из книги, где его вынесет созданный людьми вселенский супермозг. Возможно этот ответ удивит большинство читателей, но он нисколько не хуже, а даже лучше всех прочих[163].

Универсальной формулы счастья не существует. Для меня и моих близких счастьем является творчество и возможность приносить пользу людям. Для других счастьем является забота об окружающей нас среде, растениях и животных. Их опасения мне очень близки, и я целиком разделяю их стремление сохранить нетронутой окружающую среду.

Для третьих счастьем стало следить, как растут их дети и внуки, чтобы все родные и близкие также были счастливы. Я очень уважаю таких людей и желаю им успехов в этих стремлениях.

Но для некоторых счастьем является лишь погоня за преходящим, земным богатством, за златым тельцом. Таких я не понимаю и не одобряю, так как их деятельность не приносит счастья никому кроме них самих, даже окружающим их и их семьям. Они убивают всё духовное в себе и в своём окружении. Ибо сказано, что проще верблюду пройти в угольное ушко, нежели богачу проникнуть в царство божие. Слишком много зла и горя приносит людям их жажда наживы.

Заключившие пари сильно погрустнели, стоя рядом и выслушав моё выступление. Они нарвались на совершенно непонятное им явление. Я ниспроверг все сложившиеся стереотипы, и никоим образом не укладывался в их привычную картину мира. Такую уютную и понятную, где лишь «деньги делают тебя счастливым и свободным», а их отсутствие заставляет работать на других. Альтернативы они не видели и не могли представить.

А вот хиппи, наоборот, приблизился и стал активно поддерживать высказанные мной мысли. Таким образом у меня появился неожиданный союзник в данном споре. А мы с ним, и поддержавшими нас девушками спели «Imagine» Джона Леннона. А вернее пел я сам, а они подтягивали припев. Да, в нескольких местах они сфальшивили, но главное передали призыв самой песни. И я поспешил перевести слова песни, и пригласил всех представить мир без многого им привычного и понятного.

После мы ещё немного поговорили с собравшимися людьми, но охрана стала настаивать на прекращении беседы, так как прошло слишком много времени и вернувшиеся через переход могли сообщить западным разведкам место проведения встречи. А здесь мы находимся слишком близко к переходу, и операцию захвата или устранения провести достаточно просто.

Пришлось извиниться перед людьми и пояснить им опасения охраны. Привести примеры их обоснованности, как западные спецслужбы нисколько не колебались организовать нападение на трехлетнего мальчика и его семью. А последнее направлялось непосредственно из посольства США в Москве.

С тем мы и распрощались. Однако весси ещё предстоит ответить на многочисленные вопросы следователей их спецслужб, так что вволю познают все прелести свободы мнений и высказываний. Им там быстро преподадут уроки толерантности, и возможно они поймут смысл спетого нами гимна всех мечтателей.

Очень жаль, что мало кто из осси знает о такой «светлой перспективе» весси. Так как до конца не осознают, что есть разница между туризмом и миграцией. Не всякая красочная лакированная обложка заключает качественное содержание, а в большинстве случаев скорее всего наоборот.

Только знание может дать почву для сравнения, но к сожалению история не знает сослагательного наклонения и поздно каяться, когда грехопадение свершилось. Искупать его придётся в боли и страданиях, или что значительно хуже — влача пустое существование, привязанное к зомбоящику.

Съёмочная группа телевидения быстро нас покинула для работы над снятым материалом, а наша сплочённая компания отправились в гости к знакомым хиппи. Нам необходимо было укрепить наметившееся взаимопонимание.

Обстановка квартиры оказалась весьма непритязательной, но необыкновенно цветистой, как и собравшаяся в ней компания молодых парней и девушек. Я среди них оказался почти своим, такой же длинноволосый, как и все окружающие.

Мне предложили плетёную тесёмочку — headband, и я, распустив хвостик, перетянул ей волосы на лбу. А ещё подарили цветастые фенечки — плетённые браслетики на руку.

Нашим девушкам также сделали такие же подарки, а вот представительным охранникам не решились что-то презентовать. Да и не подошли бы тем в их строгом прикиде эти фенечки от хиппи. Испортили бы весь стиль.

Ну а мы с девушками быстро влились в пёструю компанию, и я повязал Людмиле её band и браслетики на руки. Нам же отдариться было нечем. Но я всем присутствующим раздаривал автографы лично подписанные каждому.

А пока я был занят этим делом, приведший нас Уве, рассказал своим друзьям о встрече. Иногда его рассказ дополняла Эрика, профессионально умевшая выделять главные моменты. Изредка вступали мы с Мартиной. Но мне приходилось ещё отрываться от разговора и переводить для Людмилы и наших охранников основной смысл беседы.

Курт, как обычно внимал речам Эрики и мало что решался возразить или дополнить, а Клаус и так слыл молчуном, так что чаще отмалчивался, лишь прислушиваясь к разговору.

Мы все очень легко нашли общий язык в компании хиппи, но от выпивки, травки и прочих релаксантов дружно отказались. Я пояснил хозяевам, что отрицательно отношусь к таким веществам и ни в коем случае не употребляю, чего и всем советую.

Правда в кругу хиппи мне удалось отлично отдохнуть от словесных баталий, и впитать толику отрешённости от проблем. Однако долго такой пофигизм продолжиться не мог. Мы и так сегодня отвлеклись на общение с жителями Западного Берлина, а намеченные на дела пришлось отложить в сторону.

Так что дел у нас накопилось такое множество, что прямо отсюда предстоит отправляться дальше. А всё моё пребывание в ГДР предельно насыщено и расписано буквально по минутам.

К своему сожалению, в отличие от осси и хиппи я так и не отметил у весси стремлений, близких и интересных мне. Одно сплошное накопительство всё больших сумм денег, а меня сие совсем не интересует и никак не впечатляет. Счастлив не тот, у кого много денег, а тот кому их достаточно. А как показывает жизнь, богачам всегда не хватает денег, и они тщатся загрести ещё больше, становясь рабами своих богатств.

А вот хиппи понимают и отвергают этот порок достойнее многих. В них отсутствует суетное стремление к накоплению ненужных побрякушек и роскоши.

Когда я в очередной раз посетил здание ССНМ, то меня неожиданно препроводили к руководителю, с которым мы уже встречались после моего приезда в ГДР. Он меня внимательно оглядел, а затем сказал.

— Мы допустили просчёт в своей работе и стали слишком методичными. Это сильная черта нашего народа, и мы привыкли полагаться на порядок и дисциплину. Все организованные нами совместные встречи и массовые мероприятия принесли много пользы, хотя исполнители не раз отмечали внесённые вами изменения в их проведение. Это проявилось некое стихийное творческое начало, и мы старались организовать встречи так, чтобы приспособиться к таких неожиданным изменениям, — и приостановившись, продолжил. — Но недавняя встреча показала, что мы неверно использовали ваш потенциал и риторические способности. Без подготовки и в будничной обстановке на улицах города, встреча переросла в жёсткую полемику представителей двух систем, и победа оказалась на нашей стороне. Это отмечено не только нами, но и западными СМИ, брызжущими ядом по поводу очередной провокации.

— Собственно это и было провокацией с моей стороны. Мне хотелось обсудить реальную жизнь с их гражданами, а также задать свои и ответить на их вопросы. Такая возможность у меня имеется лишь на территории ГДР, и я этим воспользовался. Я был бы не прочь подискутировать с их политическими деятелями, но они не приедут сюда, а мне заказан путь в оккупированную западную часть города. Я давно задумывался о таком общении с простыми людьми из западных стран, с которыми нам нечего делить. Я никак не записывал свои мысли на бумаге, разве только в книгах, однако в голове они зрели достаточно давно. С тех самых пор, как сам задумался о смысле жизни, Вселенной и всём-всём-всём. После осознания «ядерной зимы» я решил, что наращивание оружия взаимного уничтожения — это путь в никуда. Наши страны познали это, как никто другой. Но к сожалению, человека невозможно изменить за десяток лет, а геополитические интересы хищнических стран и тем более, — и завершил. — Мне просто повезло родиться в достойной семье и с особыми способностями. Поэтому с самого начала осознал, что станет преступлением потратить доставшийся дар впустую — лишь на удовлетворение эгоистических стремлений. Кому много дано, с того больше и спросится, и с самой колыбели мне прививали такие взгляды и более всего — личным примером.

— Да, семья действительно исключительная, бабушка известная детская писательница, и многое делает для оставшихся сиротами детей. Семья живёт довольно скромно, а большую часть средств направляет на благотворительность. Мне предоставили сведения, и я абсолютно уверен в вашей победе в том пари. Даже их суд не сможет отрицать представленные документы. Это серьёзный удар по всей той клевете, распространяемой в их прессе. — отметил собеседник. — Я внимательно посмотрел вашу полемику на встрече и очень высоко её оцениваю, так как вижу и чувствую, что она идёт из сердца и от сознания. — произнёс хозяин кабинета. — Умение участвовать в диспуте является большим плюсом для общественного деятеля, но мне странно: отчего в ваших газетах и телепередачах вам так редко предоставляют слово?

Ответить было совсем несложно, — Побаиваются из-за плохой управляемости, никто не желает брать ответственность за сказанное мной. Мне и самому не всегда ясно, о чём я стану говорить. Многое рождается спонтанно в момент выступления. А многие наши партийные и комсомольские руководители не любят неожиданных высказываний, и не готовы к происходящим в стране переменам. Они слишком давно оторвались от народа и превратились в изолированную касту брахманов[164] с монополией на высказывание истины. Привыкли вещать словно с амвона, и народ обязан внимать их словам. Они более не ведут его за собой, как обязаны поступать лидеры, а посылают вперёд торить им дорогу. Потому-то неспособны творчески развить учение Маркса, Энгельса и Ленина. Лишь знание реальной жизни и участие в процессе её преобразования может дать необходимый опыт для подобного развития. А им слишком привычен устоявшийся порядок вещей, ну а я его постоянно нарушаю своими действиями и высказываниями.

— Даже становится странно. Смотрю, и не могу поверить своим глазам. Перед ними маленький мальчик, а слышу речи философа. И теперь окончательно осознал, что так сбивает с толку всех оппонентов. Они не могут выйти из своей парадигмы, что монополия на истину принадлежит только им. Это же наблюдается и у некоторых наших советских коллег. А вы с легкостью отбрасываете авторитет тех и других. Наверно это присуще крайней юности и её максимализму. И в своей речи не используете затасканные примеры и доводы, а наоборот берёте их из жизни. Это очень близко и понятно людям, побуждает их задуматься о жизни и своей роли в ней.

— Да-да, весь мир театр все люди в нём актёры, как отмечал великий бард. И от самого человека зависит какой будет его роль в ней. И нам, прилагающим силы для развития культуры и искусства, намного легче понимать жизнь опираясь на опыт поколений. Знать чаяния простого народа, его стремления и цели. Изучать их и пытаться воспитывать на достойных примерах. Вы очень проницательны и понимаете, что действительно необходимо народу, помимо громких лозунгов, за которыми зачастую мало что стоит. Необходимо повышать культуру, так-как только образованный и всесторонне развитый человек может быть действительно свободным, от своих страстей и слабостей, от людской молвы и зависти. Диоген был свободен в своей бочке, и Эзоп в рабском ошейнике был свободнее своего хозяина. Лишь культурному человеку открываются новые горизонты, и некоторые сами становятся творцами. Именно в повышении образования и культуры я вижу основную свою задачу, и наши совместные проекты считаю своим маленьким вкладом в эту копилку.

— Тогда мы друг друга правильно понимаем и это поднимает наше сотрудничество на более высокий уровень. — на прощание сказал хозяин кабинета. — Очень приятно, что мы нашли общий язык и укрепляем наше сотрудничество.

Затем он вышел из-за стола, и мы обменялись с ним крепким рукопожатием.

Вскоре на киностудии «ДЕФА» у меня состоялась встреча с немецкими режиссёрами, снимавшими немецкие вестерны. Информацию по ним мне ранее представила Мартина, так что я приблизительно знал с кем имею дело и какие у них заслуги. Большинство этих фильмов я смотрел в юности, и они мне понравились, несмотря на их некоторую шаблонность.

Но особо винить в том режиссёров не стоило, так как подобная традиция закладывалось ещё в прошлом веке самим Карлом Маем[165]. Тот был ещё тем сочинителем и в жизни, и на бумаге. Не раз судимым за обман и отбывавшим тюремные сроки, но в глубине души верившим во все эти вымыслы романтиком.

Сами эти произведения иначе чем фэнтези и не назовёшь. Правда в них действуют не остроухие, гномы и орки, а индейцы и бледнолицые. И хорошими парнями назначены: Олд Шаттерхенд[166] друг индейцев и сами индейцы. В целом сплошная выдумка и сказки для подростков.

Постановка именно такой киносказки нам и требуется. Ведь в книгах о Гарри Поттере прослеживается та же направленность, тот же чёткий водораздел между хорошими волшебниками и плохими. А режиссёру требуется снять красочную выдумку про благородных маленьких волшебников и их занимательные приключения.

Следовательно режиссёры немецких вестернов подойдут как нельзя лучше, а личная беседа и готовность самих режиссёров к съёмкам фильмов о Гарри Поттере решат на ком остановить свой выбор. Очень не хочется устраивать чехарду со съёмками последующих фильмов разными режиссёрами, так как в них должна присутствовать явная преемственность.

Из состоявшегося разговора мне больше всего подошёл Конрад Петцольд[167]. Он выразил живую заинтересованность, так как у него наметился творческий перерыв, в то время как Готфрид Кольдиц[168] в настоящее время был занят съёмками «Апачей», а в ближайших планах у него стояла «Ульзана».

Так что с режиссёром мы кажется определились, и дело сдвинулось с мёртвой точки. Ему я передал черновой вариант сценария, предупредив, что автор книги может внести в него некоторые правки и изменения, о чем его обязательно поставим в известность.

Сам порекомендовал с вопросами обращаться к Веронике Степановне, сказав, что она мать автора книги, и тем самым наиболее доверенное лицо. С ней можно решать текущие проблемы, не требующие нашего немедленного вмешательства. К тому же в советском посольстве она занимается вопросами культурного обмена, и по роду деятельности курирует совместные проекты в области культуры и искусства.

На режиссёра сообщенное мной произвело должное впечатление, и он заинтересовался деятельностью прабабушки. Я ему назвал другие свои проекты и указал, что большинство из них реализуются совместно с союзом свободной немецкой молодёжи. Так что ему тоже неплохо поддерживать более тесные контакты с присутствующей здесь Мартиной, которая занимается этими проектами со стороны их организации.

В целом после этой встречи моя уверенность в благополучных съёмках фильма сильно возросла, а в ГДР появился весьма заинтересованный человек, с которым мы приступили к обсуждению некоторых деталей и поиску места для съёмок школы волшебников.

Я ему описал методику съёмок парящих сцен фильмов Чжана Имоу[169], о которых много читал и смотрел документальный фильм со съёмок фильмов, там это очень впечатляюще выглядит в «Герое» и «Доме летающих кинжалов».

Компьютерная графика нам ещё долго будет недоступна, но на ум пришёл Павел Клушанцев[170], который очень талантливо проводит комбинированные съёмки. Его я и посоветовал подключить к съёмкам таких сцен.

Конрад смотрел некоторые наши фантастические фильмы и знал его работы. Так что думаю они сработаются. Да и сцены полёта на мётлах можно изменить, дав больше крупных кадров лиц с развевающимися волосами для имитации быстрого движения. Хотя данные вопросы следует оставить на мастеров.

В завершении беседы я передал ему книгу с автографом и порекомендовал начать с её прочтения, и если успеем ещё раз встретиться, то я отвечу на все возникшие вопросы. Пожелал ему творческих успехов, и посоветовал проводить съёмки фильма совместно с киностудией детских и юношеских фильмов имени М. Горького, одной из старейших в СССР.

Такое сотрудничество ему помогут организовать присутствующая Мартина, а в советском посольстве моя прабабушка Вероника Степановна. Так можно будет скорее приступить к съёмкам совместного фильма для юношества.

Единственное, что в титрах фильма необходимо будет указать, что его съемки проводились при содействии союза свободной немецкой молодёжи, а их содействие сможет оказать реальную помощь в продвижении работы над фильмом и финансировании съёмок.

После встречи я шепнул Мартине свои соображения и посоветовал чаще напоминать руководству, что сотрудничество в работе над фильмом поможет наладить более тесные и дружеские отношения между деятелями культуры наших стран, и придерживаться такой линии в пропаганде данной идеи.

Мартина кивнула и согласилась, что эту линию необходимо будет обдумать и правильно сформулировать в дальнейшем. Вот и ладненько, а то я забеспокоился, вдруг и эта ноша также навалится на мои плечи?

Приглядывать стану непременно и по возможности попробую выбраться на сами съёмки, но не могу разорваться на сотни маленьких медвежат, чтобы самому поспеть повсюду и всегда.

Многое они смогут решить с Вероникой Степановной, которая остается моим резидентом и у неё имеется приличный опыт работы над декорациями и костюмами для «Призрака оперы», да и по новому мюзиклу всё остается на её усмотрение. Она профи в области искусства и её эти вопросы ближе и понятней.

Как было сказано в фильме — «Трудно с тремя, а когда трёх научишься организовывать, дальше число уже не имеет значения». Так что мне необходимо этому учиться и больше использовать. Тогда не придётся в будущем дёргаться самому на каждый чих.

Ну вот, кажется моё пребывание в ГДР подходит к завершению, и мне наконец пришло приглашение на торжественную церемонию награждения главой государства. И значит пора доставать свой смокинг и провести тщательную подготовку к этому визиту.

Я сразу обратился к Всеволоду Никитичу и попросил ещё раз тщательно погонять меня по вопросам этикета и приличного поведения. Это не те встречи с трудящимися или прохожими на улице, и не посиделки на квартире у хиппи. Тут нужно высоко держать марку: быть вежливым, благовоспитанным и представительным.

Женщины сразу занялись подготовкой моего костюма, и после примерки оказалось, что за прошедшее время я вытянулся на пару сантиметров и немного вырос из него. Ну да ничего страшного, для ребёнка это простительно. Не затевать же сейчас шитьё нового в самом деле? Да и за пару дней я из прежнего окончательно не вырасту.

Ещё данное приглашение послужило мне сигналом, что следует организованно и без спешки сворачивать здешние дела, и за оставшееся время распрощаться со всеми своими немецкими друзьями и товарищами.

Совместных проектов начато множество, и теплится некая надежда, что мне ещё удастся ненадолго вырваться для их скорейшего продвижения. Правда мой график и так трещит по всем швам, а ещё добавляются всё новые и новые заботы. Хоть бросай учёбу из-за тотальной нехватки наиболее ценного ресурса — времени.

Это оборотная сторона известности, и все встречи и общение с людьми отнимают массу времени. А я к тому же поставил себе целью завоевать любовь жителей ГДР, и укрепить взаимопонимание наших народов. На это мне не жаль никакого времени. А ещё подверг в выступлениях жёсткой критике многие страны Запада и их руководителей, под лозунгом — «новые поколения бросают вызов старым демократиям». Но это уже бальзам для души.

На церемонию вручения наград меня сопровождала только Людмила. Остальную охрану оставили ждать в нашем транспорте. Прибыли немного загодя назначенного срока, чтобы не возникло проблем из-за пропуска сопровождавшей меня девушки. И то пришлось её оставить скучать в одной из соседних комнат, а самому направиться в зал, где будет происходить вручение наград.

Наверно это первый случай в мировой практике, что происходит награждение трехлетнего ребёнка. Такое встречалось раньше лишь в венценосных семьях, где новорождённых обвешивали орденами словно новогоднюю ёлку игрушками. Однако из заслуженных: вероятно это первое.

В книгу Гиннесса заносчивые наглы такой рекорд точно не внесут. Скорей всего отговорятся историческими прецедентами. Ну да, какой-либо высокородный отпрыск дал себе труд родиться, за что и был тут же награждён. Как там в «Понедельнике» у Стругацких: «Франсиско-Каэтано-Августин-Лусия-и-Мануэль-и-Хосефа-и-Мигель-Лука-Карлос-Педро Тринидад. (род. 16 июля 1491 г. н. э., ум. 17 июля 1491 г. н. э.). Португалец. Анацефал[171]. Кавалер Ордена Святого Духа, полковник гвардии».

Вот с подобным скептическим настроем я и проследовал в зал. Атмосфера там оказалась очень торжественной. Присутствовало с полтора десятка человек, очевидно награждаемые лица. Все одеты с иголочки, и мой немного коротковатый смокинг мог бы привести в смущение, если бы я обращал внимание на такие мелочи.

У хиппи мне было куда комфортней, и очень удобно сидеть кружком прямо на полу, беседуя о жизни. Но негоже кукситься в новом обществе, так что постарался влиться в собравшуюся компанию. Подошел поближе и бодро всем представился. С мужиками обменялся рукопожатием, а дамам галантно приложился к ручке.

Всё согласно этикету. При представлении громка щёлкал каблуками туфель, как это принято у господ гусар. Правда звяканья шпор всё равно мне не добиться, как штафирка не выделывайся.

Затем завел разговор о том, что погоды нынче стоят предсказанные и солнышко пригревает с каждым днём все теплее. Затем стал интересоваться кто и за какие заслуги награждается. Надо же было проявить вежливость и поддержать беседу. Не стоять же словно три тополя на Плющихе.

Собравшихся было немного и видимо существует ранжирование, кто из руководителей вручает какие награды, и соответственно глава государства вручает только наиболее выдающимся. А стало быть в зале собрался цвет страны.

Оказалось, что трое из них учёные, и мы быстро перешли на обсуждение наших научных проблем. Физиков не было, но было два химика и один математик. Химикам я быстро выдал одно из высказываний Резерфорда на вручение ему Нобелевской премии по химии: «Все науки делятся на физику и коллекционирование марок»[172]. И стал им излагать физические основы квантовой химии[173] согласно последним достижениям нашего времени в данной области. Кое — что осталось в голове из прочтённых тогда научных статей.

Многое их удивило и озадачило, а у нас разгорелся нешуточный научный спор. В химии я им никак не ровня c моим-то куцым багажом из прочтённых ранее книг Лайнуса Полинга, но в статьях всё было довольно понятно изложено, и я доводил эти сведения до своих собеседников. Правда очень многое из того в данный момент просто неизвестно.

Мы так разошлись, что все остальные невольно прислушивались к нашему спору, и не услышали, как открылась дверь и в зал вошёл Эрих Хонеккер. Благо один из соседствующих заметил, и быстро сообщил о том разошедшимся спорщикам. А жаль, я только начал излагать новые данные о строении ядра и каким образом это сказывается на химических свойствах элементов.

Все присутствующие быстро приосанились и вытянулись, чуть ли не по стойке смирно. Ох уж это вбитое поколениями понятие о дисциплине. Пришлось тоже соответствовать и вытянуться во весь свой рост. Что по соседству со взрослыми выглядело весьма комично, как в басне Крылова.

Глава государства прошёл к трибуне и зачитал приветственную речь собравшимся. А следом стал приглашать для награждения, зачитывая заслуги. Я хлопал всем награждённым, и поддержал аплодисментами выражение их благодарности за высокую награду.

Так дело дошло и до меня. Как ни странно, но оказался далеко не последним, а то собрался пошутить: «The last, but not the least», намекая на свой наименьший рост в ряду остальных награждённых. Пришлось срочно перестраивать своё благодарственное слово.

Тем не менее уверенно подошёл, и товарищ Эрих Хонеккер вручил мне орден — звезду дружбы народов высшей степени[174]. А затем прибавил, что ему недавно сообщили, что награждённый инициировал ещё два новых проекта, в которых станут участвовать деятели культуры ГДР и Советского Союза. Так что награждение этим орденом, как нельзя более точно отвечает заслугам награждённого.

В ответном слове я поблагодарил весь немецкий народ и его руководителей за столь высокую награду, многократно превышающую мои скромные заслуги, но я буду стараться и впредь прилагать все силы для укрепления дружбы между нашими народами, развивать сотрудничество в сфере науки и культуры.

Ну вот, хоть не опозорил свою страну. А орден у меня покруче, и стало быть обошёл свою прабабушку. В прошлом году таким же наградили Фиделя Кастро. Так что это о-о-оч-чень круто. Впредь Веронике Степановне будет к чему стремиться. Я тепереча тоже орденоносец, и перед «бровеносцем» будет чем похвастать, и подковырнуть при случае.

Я правда рассчитывал на встречу в совсем узком формате, чтобы можно было поговорить о многих вопросах, выполнение которых хотелось бы ускорить. Однако не мне диктовать свои условия руководителю страны.

Правда обо мне совсем не забыли, и подошли после завершения всей церемонии награждения. Пригласили пройти с ними в кабинет, где состоится личная встреча с Эрихом Хонеккером.

Это устроило меня как нельзя более, и я решил, как в «Коньке-горбунке», ухватить жар-птицу за хвост. Попросил о беседе с глазу на глаз без переводчика, так как за проведённое в ГДР время вполне убедился, что прилично овладел языком Гёте и Шиллера. Беседовал с многими людьми, и хоть не всегда до конца понимал некоторые диалекты, но мой «хох-дойч» понимали нормально.

Эрих Хонеккер согласился и отослал своих помощников, а мы остались с ним наедине. На этом я исчерпал весь свой запас решимости и далее вежливо дожидался, когда начнёт разговор сам хозяин кабинета. Всё гадал знает он или нет? И что обо мне известно? Уж больно высока награда — Großer Stern der Völkerfreundschaft. Такое награждение совсем не схоже с дежурным пожалованием, к которому сам приготовился.

Вначале он ещё раз коротко упомянул о моём большом вкладе в дружбу между нашими народами и борьбу за мир во всём мире. Отметил, что в такой семье, поддержание традиций очень похвально, так как моя прабабушка также была награждена орденом звезда дружбы народов.

Продолжил перечислять с какой пользой я провёл время вынужденной задержки, и извинился, что не смог принять меня ранее. Он высоко ценит мою активную жизненную позицию, и надеется, что впредь я приложу не меньше усилий для налаживания наших дружеских связей и борьбу за мир.

Слова были для меня вполне ожидаемыми, и соответственно подготовился, чем ответить на них. Засим поблагодарил за высокую оценку моих скромных усилий и заверил, что впредь буду стараться сделать ещё больше, чтобы оправдать такую полученную награду.

На этом завершил обязательную программу в фигурном катании на паркете, и решил переходить в лихую кавалерийскую атаку.

— Товарищ Хонеккер, можно я буду говорить начистоту, как привык с детства. Мне действительно очень понравилась Германская Демократическая Республика и её жители. Я ощутил сопричастность к её будущему и судьбе. Хотелось бы внести реальный вклад в её развитие, и, если вы позволите, то постараюсь высказать некоторые свои соображения и предложения.

— Хорошо, Константин. Я не просто захотел провести награждение и эту встречу, а надеялся, что твоя энергия и открытость позволят нам беседовать прямо и откровенно, — поддержал меня собеседник.

— Спасибо товарищ Хонеккер. Тогда я продолжу. Мне было необычайно интересно изучить вашу страну и общаться с её народом. В результате возникло собственное видение происходящих в ней изменений. Замечательно, что ваша страна получает всё более широкое международное признание. Это необычайно важно для вас, и в то же время для всего мира. Необходимо доказать всем, что вы совсем не копия советской модели развития, не марионетка, а идёте собственным, отличным от нас путём. Есть непреложные исторические закономерности, но нельзя зацикливаться на единой модели, загонять всех в прокрустово ложе. Это губительно. У каждого народа свои отличительные особенности и своя история. И вы демонстрируете всему миру собственную модель социалистического развития. Возможно, что многим странам она приглянется значительно больше. Собственно, сейчас у нас в стране тоже происходят преобразования и постепенный уход от излишней зарегулированости в экономической области. Ваша страна избежала многих наших ошибок, допущенных за последние полтора десятка лет, и это хорошо. Не вижу смысла повторять все эти метания: семилетки, совнархозы, огосударствление артелей и подрыв приусадебного хозяйства. Не чувствуется в том разумной руководящей и направляющей роли партии, а лишь шараханье из стороны в сторону, — выпалил всё одним махом и дождался реакции хозяина кабинета.

— Да, теперь мне понятно нежелание переезжать в Москву, становиться частью этого механизма и встраиваться в него, — кивнув, промолвил хозяин, — Хорошо продолжай. Очень интересно ознакомиться с твоим мнением. Оно сильно отличается от официальной позиции.

— Собственно по политике и экономике это всё, я не специалист в данной области, а просто анализировал проделанный страной путь. На мой взгляд он за последние двадцать лет не очень последователен. Но мне хотелось бы больше времени уделить позитивным моментам, и поделиться своей мечтой. А в данной области необходимым условием является тесное взаимодействие учёных, инженеров и рабочих наших стран, расширение кооперации наших усилий. Мы уже сотрудничаем с немецкими учёными в нескольких крупных проектах, включая создание термоядерного реактора, так что необходимо и далее расширять это сотрудничество. Хотелось бы попросить выделить некую толику средств для их скорейшей реализации. А при случае я постараюсь выцыганить усиленное финансирование и у Леонида Ильича. Ученым занятым в реализации совместных проектов необходима помощь государств. Их усилия необычайно важны для наших стран и для всего человечества. В сфере науки — это сотрудничество вышло на стратегический уровень, а реализуемые проекты рассчитаны на целые десятилетия, — завершил длинный пассаж, и дождался подтверждающего кивка Эриха Хонеккера.

— Такое же совместное сотрудничество деятелей культуры и искусства также нуждается в некоторой поддержке со стороны государства, но здесь очень трудно определить критерий полезности данных проектов. Так что в данной области я больше полагаюсь на мнение своей прабабушки, занимающейся данным вопросом в нашем посольстве. — перевёл стрелки на Веронику Степановну. — Во многом эти проекты должны быть самоокупаемы, а поддержка того или иного из них является прерогативой государства.

Хозяин кабинета снова кивнул, предлагая продолжить изложение моих соображений. И я решил идти напролом.

— Товарищ Хонеккер, вы были в зале современных вычислительных машин, видели их работу? — а когда он снова кивнул в знак согласия, поделился с ним своей насущной мечтой. — А я мечтаю увидеть их на столе каждого учёного и инженера, в кабинетах информатики наших школ. Сейчас в данной сфере царит дикое средневековье с узкой гильдейской организацией и замкнутостью. Пора ломать эти отжившие формы производственных отношений: мастера — программисты, инженеры — подмастерья, операторы — ученики, а все прочие ничего не смыслят в делах данной гильдии.

Эрих Хонеккер улыбнулся и сказал, — Очень образное сравнение. Я бывал в крупных вычислительных центрах и замечал некоторую замкнутость этого мира, но мне она показалась совершенно оправданной. Там работают очень высококвалифицированные специалисты, потратившие много лет для обучения.

— Так же точно происходило в средневековых городах Ганзейского союза[175], который славился своими мастерами далеко за пределами своей территории. Но только создание мануфактур и фабричного производства смогло привести к промышленной революции. — и продолжил сразу, не давая времени прервать. — Сейчас мы находимся на пороге новой революции — информационной! И только от нас зависит: возглавим ли мы её, или останемся далеко на обочине. Дети должны изучать информатику на уроках в школе, а каждая кухарка управляться со своим электронным помощником. И не менее важно, чтобы это происходило на родине первого в мире свободно-программируемого раухера — «Z3» Конрада Цузе[176], продемонстрированного публике здесь в Берлине ещё в 1941 году. И ваш соотечественник, родившийся в этом городе, создал и первый в мире язык программирования. Необходимо поддержать эту прекрасную традицию, и на предприятиях ГДР изготавливать первые в мире персональные раухеры, с которыми сможет работать каждый обучившийся. Открою некоторую тайну, у меня дома на столе уже работает подобное устройство. Он мне крайне необходим в разных областях моей деятельности, и то же смело могу сказать о большинстве учёных и инженеров. Высококвалифицированный рабочий также в состоянии освоить работу с такими раухерами, — и приостановился в ожидании ответа собеседника.

Товарищ Хонеккер немного подумал, а затем спросил, — Я так понял, что прототип создан и работает. Отчего же подобные вычислительные комплексы не производятся на предприятиях СССР? Отчего вы предлагаете организовать их производство в нашей стране? Разве в СССР не смогли наладить их производство?

— Там ещё мало кто знает о существовании такой малогабаритной ЭВМ. Я не успел завершить все пуско-наладочные работы до своего отъезда на международную конференцию, а сам проект является очень секретным и известен до конца только мне одному. Но зная наш бюрократизм, я опасаюсь, что организация производства затянется на долгие годы, и нас обгонят те же янки. — а далее с убеждённостью продолжил, — Немецкие рабочие и инженеры проявляют высокую аккуратность и строжайшее соблюдение технологической дисциплины на производстве, что позволит в самые краткие сроки наладить широкий выпуск раухеров, чтобы обеспечить ими не только научные институты с вычислительными центрами, но также школы. И не только в ГДР, а поставлять значительную часть продукции в СССР. Мне думается, что Леонид Ильич не будет против такой межгосударственной кооперации труда, и она пойдёт на пользу обеим народам.

— Что же, это государственный подход к вопросу, но насколько проект может быть реализован в кратчайшие сроки, о которых идёт речь? Открыть производство такой техники дело не быстрое. Нужны подготовленные кадры, подходящее производство и комплектующие. Тем самым всё это повлечёт немалые финансовые затраты. И это в области, где революцию видит один лишь маленький мальчик. — скептически отметил руководитель ГДР. — Но мне очень хочется ему поверить и поддержать такое начинание. Что-то мне подсказывает, что он прав в своих прогнозах, а нашей стране очень пригодится такой промышленный комплекс.

— Я приоткрою ещё одну тайну: сердце этого изделия — его микропроцессор намного превосходит по своим возможностям аналогичный от американской фирмы Intel, и уже производится пробными партиями в СССР. Вскоре будет налажен выпуск более производительной версии этого микропроцессора по прогрессивной комплементарной технологии. Нашим странам будет выгодно всемерное расширение выпуска данных микропроцессоров и их применение в различных изделиях, а не только в вычислительных комплексах.

— Да очень объёмный проект и глобальное сотрудничество между нашими странами. Оно обещает многое, но содержит множество проблем. Я серьёзно подумаю над ним, и посоветуюсь с нашими специалистами. — произнёс Эрих Хонеккер, — Но сам очень заинтересовался таким предложением и верю, что это явится прорывом в новое тысячелетие. Есть у меня такое предчувствие. Действительно объём сведений неуклонно растёт из года в год, и это требует новых методов и средств обработки таких объёмов информации.

— Нам необходимо ввести в мировую практику понятие раухер для персонального вычислительного средства. Мне очень близки идеи доктора Цузе поставить раухеры на службу социалистическим идеям, и его работы по созданию концепта высокотехнологичной плановой экономики, базирующейся на управлении мощными, современными раухерами. Думаю, что ГДР могла бы взять на себя выпуск персональных раухеров, которые можно легко разместить на столе, и занять одно из лидирующих мест в мире по из применению и производству. В данный момент основной проблемой является создание операционной системы для данного персонального вычислителя, и в этом значительную помощь могут оказать немецкие учёные, и как ни странно школьники. Я спроектировал операционную систему открытого типа, чтобы в её разработке и улучшении мог принять участие любой желающий, обладающий должным уровнем компетенции. Для школьников освоить программирование и создание такой операционной системы может оказаться даже проще, чем для программистов с большим опытом. Тем может помешать именно большой накопленный опыт работы с имеющимися системами. В СССР выпущено много интересных книг по данной тематике, и я многое позаимствовал из них при проектировании архитектуры новой операционной системы. Их несложно перевести на немецкий язык и сделать доступными для немецких программистов и школьников.

После этой моей тирады Эрих Хонеккер задумался и спустя несколько минут произнёс, — Это очень большое и сложное начинание. Нам необходимо досконально изучить имеющиеся у нас возможности. Для меня это первый случай, когда ко мне с таким глобальным проектом обращается не глава другого государства или его правительства, а просто юный учёный. Впрочем, я ожидал нечто из ряда выходящее от нашей беседы, так как был впечатлён речью, прозвучавшей на международном конгрессе. Но такого точно не ожидал.

Прошлось пошаркать в смущении ножкой и признаться, — Я зачастую действую очень импульсивно, под действием эмоций данного момента. Накатывает некое вдохновение. Вот и сегодня я ощутил вашу искреннюю заинтересованность нашим разговором и изложил свою давнюю мечту. Понадеялся, что трудящиеся, учёные и школьники ГДР смогут оказать реальную помощь в её осуществлении. Это станет и неким восстановлением исторической истины, когда на родине вычислительной техники начнётся действительно массовый выпуск персональных вычислителей. В ближайшем будущем я предвижу десятки и сотни тысяч в год, а возможно и более.

У товарища Хонеккера был очень сосредоточенный вид, и я понял, что дальнейший напор не принесёт успеха. Как говорилось в наше время: надо переспать с данной идеей. Чтобы всё устаканилось и расположилось по местам.

Но возможно наконец-то реализуется эта моя задумка. А то устал жить без нормальной персоналки, но самому единолично не вытянуть весь этот проект. Работы выше крыши для тысяч и тысяч гиков.

А тем временем сам продолжал сидеть примолкнув, и боялся сбить собеседника с мысли. В данный миг решается грандиозный вопрос. Далее предстоят другие обсуждения, в том числе на высшем уровне, но решающим станет этот момент. Решит ли руководитель страны взвалить на себя такой объёмный проект или нет.

Это не гараж двух Стивов, планируемые объёмы совсем другие. Они были далеко не первыми, на звание персоналки претендуют многие прочие системы, а массовыми они стали только с появлением IBM PC и его клонов. А у нас объёмы выпуска будут никак не меньше.

Наконец Эрих Хонеккер посмотрел на меня и произнёс, — Многое ожидал от нашей беседы, но такого количества навалившихся проблем совсем не ожидал.

Я улыбнулся и произнёс, — У меня такой талант, загружать всех творческих людей работой. Уже многие мне о том говорили. Даже пошутили, что я в этом очень похож на женщину, так как «женщины не устают, они только других утомляют».

Мы вдвоем немного посмеялись над этой нехитрой шуткой, но чувствовалось, что его мысли заняты иным. А потому встречу можно было считать завершённой успешно. Я поспешно откланялся и быстро удалился из кабинета Эриха Хонеккера.

Я и так весь разговор сидел, как на иголках. Ожидал, выдаст ли он, что знает обо мне всё, доложил ли ему обо мне Маркус Вольф? С тем-то у меня нет никакой возможности встретиться и перемолвиться хоть словечком. Мимо охраны такое не пройдёт, и её не оставишь ожидать в другой комнате. Так что случай подобный сегодняшнему вряд ли повторится.

Впрочем, у главы внешней разведки свои резоны для любого решения, я же не посвятил Леонида Ильича при личной встрече во все подробности, посчитав это преждевременным. Сначала мне необходимо доказать делом, что смогу самостоятельно принести немалую пользу, а не только с помощью первых лиц страны. Тогда и отношения станут более равноправными, чего мне очень хотелось бы добиться.

Конечно свои предложения по внешней политике и направлению главных сил туда, где ожидаются важные события государственного масштаба, я изложил и незаметно передал Мартине. И через некоторое время от неё получил благодарность и ответ, что с ними внимательно ознакомились. Необходимые меры будут предприниматься, и до исполнителей будут доведены нужные им сведениями. Вот и хорошо, а то в мире много болевых точек, и надо оптимально использовать имеющие в распоряжении ресурсы для их исправления.

На следующий день после награждения пришлось пожаловать в родное посольство с целью уведомить, что задержка завершилась, а сам должен в ближайшее время отбыть в Москву. Ещё необходимо было ходатайствовать об использовании дипломатической брони, так как оказалось проблемно приобрести необходимое количество билетов на один рейс для меня и охраны.

Тем более, что бронировать билеты заранее не представлялось возможным. Вот для решения этого вопроса я явился в полном параде и при ордене. В посольстве с таким негусто, всего несколько человек награждено орденами, и среди них мои прабабушка и прадедушка. А с иностранными и того меньше, и по статуту мой самый старший среди прочих.

Вот мне и предстояло обежать с полдюжины кабинетов с данным прошением, а прабабушка словно Вергилий сопровождала меня по этим кругам. В кабинетах и коридорах посольства многие разглядывали орден, несколько человек открыто и от чистого сердца поздравили нас. Некоторые отделались дежурными словами, а другие сделали вид, что ничего не замечают. Правда зачем же тогда тусовались в коридоре, осталось неясным?

А в завершении мы посетили кабинет посла, чтобы завизировать бумагу, и посол проявил должную вежливость поздравив меня. Отметил большую работу, проделанную за время вынужденной задержки, и похвалил за активные действия по укреплению дружбы и взаимопонимания между народами СССР и ГДР.

Затем поздравил Веронику Степановну с таким замечательным правнуком. Но главное, что билеты нам всё-таки забронировали на послезавтрашний рейс. Так что пора собирать чемоданы и паковать свои вещи. Засиделся я за границей, пора и честь знать.

Отвальную решили отмечать скромненько, в узком кругу. На рестораны и шикарные банкеты я ещё не заработал, а к тому же подчистую просадил всё жалованье родственников. Мне выплачивали небольшие суммы, но при моём размахе и расходах этого не хватило даже на карманные. Казалось бы, совсем немного: приобрёл печатную машинку и пару десятков книг для дарения, а ещё затраты в кафе и харчевнях при поездках и на наших перекусах в городе. Однако набралась немалая сумма.

Правда на скромную вечеринку деньжат мы наскребём. Да и квартирка маловата, чтобы гулять с купеческим размахом. Присутствовали только Эрика с Куртом, Мартина, Клаус, Людмила и хозяева квартиры, а меня посадили во главе стола, так как заодно обмывали мой орден. Я традиционно погрузил его в стакан с водкой, но пить её — горькую не стал, а обошёлся простой минералкой.

Остальные потребляли также очень умеренно: девочки что называется нюхали пробки от бутылок, а Курт под строгим присмотром Эрики вёл себя образцово. Один Клаус поддерживал компанию Всеволоду Никитичу, и они много не говорили, но понимали друг друга, и чередовали тосты.

Разговоры шли об искусстве, как и положено в квартире атташе по культуре. Прабабушке и Людмиле переводил прадед. Я же нахваливал немецкие музеи, посещённые во время поездок по стране, особенно дрезденскую картинную галерею, и на русском посоветовал Веронике Степановне посетить её в ближайшее время, назвав имена нескольких искусствоведов с которыми там беседовал.

Утолил голод сравнительно быстро при своих размерах, а потому решил развлечь собравшуюся компанию. Громко произнёс — «Щас спою!», и выдал песню из мультика, благо уже напевал её в студии для художников-мультипликаторов, чтобы они уловили атмосферу и правильно отобразили её. Немного рассказал и о самом мультфильме. Пообещал, что скоро в СССР он выйдет на экраны.

По просьбе Вероники Степановны и Всеволода Никитича ещё раз спел романс «Пара гнедых», который Людмила в прошлый раз благополучно проспала. Затем спел «В лесу прифронтовом» из фильма «Офицеры». И уж опосля потянуло спеть белогвардейскую «На сопках Маньчжурии»[177].

Народ за столом приутих и внимательно слушал исполнение. Ну а в завершение мне захотелось для наших немецких друзей грянуть «Розамунду», в стиле незабвенного Саввы Игнатьича. С тем же напором и жаром, что в фильме. Жаль не имелось аккордеона, а то бы порвал меха, выдавая в полную мощь. Слова-то я давно выучил, настолько она органично прозвучала[178].

Мартина, Эрика и Курт смеялись, и взялись мне активно подпевать, когда я, следом за русским, спел весь немецкий текст, а потом я по их просьбе исполнил ещё раз на бис. Они мне сказали, что такого самобытного исполнения ещё ни разу не слышали, и мне следовало бы хоть раз исполнить её на публике.

Всеволод Никитич решил исполнить пару немецких народных песен и даже колыбельную, что в детстве ему пела мама. Так что в общем очень дружно посидели, и расходились в отличном настроении — все абсолютно тверёзые.

Немного тоскливо было расставаться в аэропорту с прадедушкой и прабабушкой, ведь за прошедшее время я с ними совершенно сроднился и почувствовал настоящую близость. Не только по голосу крови, но и по духу. Мы с ними пережили слом на вид незыблемых общественных систем и последовавшую затем смуту. Нас единило, что посетили мир в его минуты роковые, испытав на себе проклятье азиатов — жить в эпоху перемен.

Правда, сам я вывернусь наизнанку, но сделаю всё, чтобы не пришлось вновь пережить мрак 90-х, и последующее беспросветное существование. С прадедом по этому вопросу мы точно нашли общий язык.

Он хоть и непросто, но принял происшедшие в начале века перемены, сумел увидеть свет в конце тоннеля. Ему помогло то, что семья всегда служила на ниве образования, а советская власть озаботилась этим вопросом с самых первых минут своего существования, неся свет образования в широкие народные массы. Всеволоду Никитичу осталось лишь следовать семейным традициям и верно служить своему народу.

Ну а прабабушка вся в искусстве и для неё не представляет большого значения существующий общественный строй. Главное, чтобы можно было заниматься любимым делом. Наверно это вполне допустимая аполитичность. Женщина является хранительницей домашнего очага и создательницей уюта. Не её стезя заниматься политикой.

Это извращённые политиканши будущего всеми силами без мыла лезли в политику. Одну такую народ её страны величал не иначе чем ведьмой, и радовался её провалу. Даже Индире Ганди, несмотря на высочайший авторитет её отца, не удалось долго удерживаться у власти.

Не стану говорить о прочих политических пигмеях, привыкших всё видеть в …… а если выразиться толерантно в вагине. Дотуда они все дела и доводили, или же бодро направляли туда.

Трудно сказать, чем это определяется, ведь существовали же отличные императрицы, умевшие подбирать правильных мужчин в своём окружении. У них хорошо получалось расставлять их на нужные посты и предоставлять возможность творить историю отечества.

В любом случае у меня в ГДР остаётся надёжный тыл, и совместные проекты не заглохнут на корню. В чём ручательством является энергичное содействие моих родных, а теперь в большей степени ещё и единомышленников.

Кроме родных меня там провожали мои друзья Мартина, Курт с Эрикой, и Клаус. За последнее время мы с ними столько времени проводили вместе, что почти сроднились. Я их всех пригласил этим летом в наш пионерлагерь, и если есть у них родственники пионерского возраста, то вместе с теми. Смогут там разместиться, а ещё поработать пионервожатыми немецкого отряда. Особенно полезным это станет для Эрики, ведь она сможет написать целую серию репортажей о нашем пионерлагере и об отдыхе в нём подростков.

По загоревшимся глазам Эрики стало понятно, что мое красноречие не пропало втуне и приглашение попало в самое яблочко. Ну а Курт словно нитка за иголкой не преминет последовать за ней, если ему предоставят отпуск на службе. С Клаусом сложнее, он редко говорит и не так открыт эмоциям, но думаю, что и он не откажется погостить в нашей республике.

Так мы с ними обсуждали все эти вопросы, присев в зале отправляющихся, где к нам постоянно подходили другие пассажиры, приветствовали и интересовались не лечу ли я с ними одним рейсом в Москву? Завязывались новые разговоры и люди делились своими планами: куда и зачем они летят, по каким вопросам.

Большинство пожимали руку и поздравляли с высокой наградой, так как в газетах про моё награждение сообщили, и перечислили многие мои достижения. Даже наверно излишне подробно. Теперь меня точно все встречные станут поздравлять. Понятно, что в этом была изрядная доля пикировки с западными политиканами, которые меня сразу зачислили в исчадия ада. Особенно в этом постарались американские церковники. Точно снимут новую версию «Омен» в своем ГолыйВуде.

Многие пассажиры интересовались отчего я не ношу орден и пришлось достать его из багажа и продемонстрировать всем. Отговорился, что он для самых торжественных случаев, а в дороге совсем иная обстановка. Показал на прадеда и прабабушку сообщив, что у них также имеются ордена, но они их носят только на парадном платье и сегодня без них. А я беру пример со старших.

В довершение наш рейс задержали по погодным условиям в Москве. Поэтому со мной перезнакомилась добрая половина зала, чтобы скоротать это время. Встречались люди с других рейсов и других направлений. Поговорил с многими пассажирами, и потому решил, что покоя мне не дождаться и надо брать стихийное общение в свои руки и перевести в организованное русло концерта.

Развёл на слабо наших немцев, упомнив им вчерашние слова, и предложил тем, кто не испугается, исполнить для нашей аудитории вчерашнюю «Розамунду». Куда ж они денутся с подводной лодки? Пришлось им мне подпевать.

Пошла она на ура, и ребята отлично подтягивали мне, отрепетировав песню за вчерашний вечер. Жаль знаю мало других немецких песен, да и те из фильмов про фашистов и не подходят для этого случая. Русские петь тоже не резон, их мало кто поймёт. А потому спел пару народных, что вчера слышал от прадеда, и рассказал о том слушателям.

Затем исполнил старинную колыбельную, которую мало кто знал из слушателей. В результате получился мини-концерт. Стюардессы с других рейсов и экипажи самолётов тоже присоединились к слушателям. Потом стали выходить другие пассажиры, пели свои песни, а я старался им подпевать в припевах, хотя большинства ранее ни разу не слышал.

Время пролетело незаметно, и уже непосредственно перед посадкой я обнялся и расцеловался со всеми друзьями. Пообещал держать всех в курсе дел через Веронику Степановну и Всеволода Никитича. И обратную связь поддерживать также через них.

Писем писать не стану, и подвигнуть на написание меня могут только очень важные происшествия. А потому постараюсь чаще звонить по телефону, и очень надеюсь, что для меня постараются установить льготный тариф на международные разговоры, а то быстро вылечу в трубу с тем количеством необходимых мне переговоров.

Своей прабабушке шепнул, чтобы проследила и не позволяла Всеволоду Никитичу перерабатывать, как он это обычно делает. А ему, пожимая руку, сообщил, что первый том «Битвы королей» находится в тумбочке подле пишущей машинки. Ждёт его авторских правок. Но совсем негоже так дома усердствовать, как он это делал в недавнее время, и необходимо больше отдыхать.

Лишь расположившись в кресле авиалайнера, я смог по сложившейся традиции погрузиться в обдумывание дальнейших планов и списка первоочередных московских дел. Лететь нам куда дольше, чем из Женевы, и в пути будет представится время для отдыха, и для раздумий.

В Мосфильме мне предстоит посетить съёмки фильма про особенности национальной охоты. А далее галопом по редакциям изданий художественной литературы. К настоящему времени набралось три книги из серии «Автостопом по Галактике», ну и не стоит забывать про ту, что родственники оставили Леночке перед отъездом в ГДР. Да и в редакции «Детской литературы» стоит переговорить про новую книгу о Гарри Поттере.

Уж и не знаю насколько продвинулась сама Леночка в написании «Голодных игр». Я пропадал за границей слишком долго, что при своей скорости она вполне могла выйти на финишную прямую. И пора готовить почву и для печати её книги.

В одном издательстве столь разные книги вряд ли станут печатать, так что придётся изрядно побегать. А если центральные издательства заартачатся, то свои могу разместить в наших республиканских. Но вот «Песнь Льда и Пламени» необходимо печатать только в центральных, чтобы её заметили за бугром. Ох как мне нужно отжать Хьюго для этой песни.

Безусловно, что поселимся с Людмилой в квартире предков у Леночки. За последнее время мы с ней привыкли ночевать в одной комнате, и при этом испытывали не так много неудобств. А сколько мы там пробудем, то одному богу известно, так как кроме очевидных задач всенепременно возникнет множество новых, совсем непредвиденных. Нисколько в том не сомневаюсь, и сейчас очень трудно предвидеть каких.

Майские праздники прошли, и страна уверенно вошла в трудовой ритм, а у меня быстро приближаются экзамены в Университете. К сдаче которых я по большей части не готов. Правда это экзамены экстерном за весь второй курс, только сейчас эта сдача подвисла в воздухе.

Я форсировать события не желаю, сдавая некоторые из предметов на госоценку. Они и того не заслуживают, но нельзя понижать планку, ибо за это сразу ухватятся западные журналюги или же их спецслужбы. Пусть лучше помаются любопытством до осени, тогда и сдам всё чохом.

Торопыжка очень обаятельный персонаж у Носова, но уподобляться ему очень не хочется. Лучше хорошо подготовиться летом, если конечно не придётся срочно передавать проектную документацию для выпуска персоналок. Тогда всё лето буду вкалывать, как тот папа Карло, и медным тазом накроются все мои прочие планы.

В полёте я так погрузился в свои планы и мысли, что даже не сразу отметил, как самолёт стало немного покачивать и появились воздушные ямы. Слава богу с вестибулярным аппаратом всё обстоит замечательно и меня не беспокоят ни качка ни болтанка.

В жизни я столько налетался на самых различных самолётах: начиная от кукурузника и знаменитого Дуглас ДС3 (ЛИ-2) до всяких там «Боингов», что даже не замечал некоторую суету и нервозность стюардесс и пассажиров. Оказалось что в Москве нелётная погода и нас переправили для посадки в Киев.

Хорошо что мы отказались от того, чтобы Леночка нас встречала в Шереметьево, а то бог знает сколько проторчим в аэропорту, пока погода не улучшится. Пока что о всепогодности полётов говорить слишком рано. Нет той техники и авиадиспетчеры не готовы сажать борт в дождь, снегопад или туман.

А о точных прогнозах погоды, тем более говорить не приходится — «темна водица в облацех». На крайний случай до Москвы поездом менее двенадцати часов. Странно что в середине мая погода дождливая и распространился такой большой фронт облачности. Лучше бы нас посадили в Минске, там до Москвы ближе и он расположен по трассе перелёта.

Спросил об этом у стюардессы, но та сослалась, что не знает отчего направили сюда, а не в Минск. Пришлось обратиться к летчикам. Оказалось циклон пришёл со стороны скандинавского полуострова и накрыл весь северо-запад европейской части. И родина встречает нас не столь любезно, как того хотелось бы. Уж не догадываюсь отчего же впал в такую немилость?

В Борисполе нас промаринуют не менее пары часов, и я попросил охрану по своим каналам сообщить причину нашей задержки, чтобы близкие не беспокоились. Там сообщат всем заинтересованным лицам. Куда менее вероятно дождаться междугороднего разговора на переговорном пункте, а автоматическая междугородная связь делает лишь свои первые неловкие шаги, и в будний день все каналы обычно перегружены.

Так что собрались в кружок и устроили маленькое обсуждение. А пока ломали копья и спорили, вернулся Виктор и сообщил, что в Москве сильный дождь. а по прогнозам маловероятно скорое его окончание. Эх, где же Гисметео[179] с его картами облачных фронтов, чтобы трезво оценить наши шансы?

Ситуация такова, что можно прождать несколько суток пока борт выпустят в Москву. И то не факт, что нас там примут. Так что сам предложил троим бросить монетку и решение возложить на волю случая, чтобы никому не стало обидно и не было на кого пенять.

Так что последующие десять часов мы ехали в сторону Москвы на нескольких «Волгах». Контора расщедрилась и выделила их нам, после поступившего распоряжения с Лубянки.

Я вполне уютно разместился в машине между Виктором и Людмилой, и посапывал в дороге на её плече. Она также дремала рядышком на заднем сидении. А прибыли мы в Москву только глубокой ночью в три часа. Подняли на ноги ни свет, ни заря бедную Леночку, которая покормила и напоила нас чаем с дороги, пока сама собирала и стелила нам постели.

Ну, здравствуй знакомая комната, в которой не первый раз останавливаюсь. А вот привычное кресло-кровать на котором мне очень просторно и привольно. К тому же нас совсем не нужно уговаривать спать, мы и так все клюём носом, включая поднятую с постели хозяйку. Так что отключились на диво быстро, а утром даже не расслышали, как Леночка убежала в свою Ленинку.

На кухне нас ждала только записка в которой указывалось, где и что находится в холодильнике. В ночи мы сонные только успели с ней обняться и расцеловаться при встрече, а затем она оставила нас на кухне насыщаться, и занялась нашим обустройством.

Единственное, что не забыл ей наказать, чтобы оформила несколько отгулов на ближайшие дни, а то у нас предстоит необычайно много дел. Это я помню точно, а вот на её полупрозрачную ночнушку даже не среагировал. За последнее время снова привык спать в обществе молоденькой девушки и перед сном любоваться очаровательными изгибами лёгкого стана.

Везли нас в Завидово привычным для меня маршрутом, но хоть бы единое словечко мне не удавалось выдавить из конвоиров. Чурбаны деревянные какие-то. Слова им сказать лень. Сами вытащили нас с важных переговоров в издательстве «Художественной литературы», где дело было почти на мази. Редактор уже начал поддаваться под нашим с Леночкой совместным натиском.

И тут эти бравые ребятки, без всяческих объяснений, выволакивают нас из кабинета и уводят с собой. Благо хоть руки за спину не стали заламывать, и демонстрировать своё «маски шоу — спецназ на захвате». И за то им наше сердешное спасибо, и низкий поклон до земли. К машинам проводили очень бережно, но никто не ушёл обиженным, ибо взяли всех моих спутников.

Я сперва забеспокоился, что это очередная акция западных спецслужб, но из-за неподражаемой лексики сразу расслабился. Такое могут отчебучить лишь наши спецы. Я в их среде уже не первый год вращаюсь, а в поездке вообще постоянно контактировал с ними.

Когда выехали из Москвы, то признал и саму дорогу, хотя вокруг стоит почти лето и помина нет от прежних сугробов. Пробовал ещё раз прояснить у них основания для подобных действий. Но заразы молчат, как пни. Нет, пожалуй, те даже разговорчивей будут!

Сделал попытку возмутиться и качнуть свои права, но мне продемонстрировали кляп, и стало понятно, что церемониться не станут, а путём скандала ничего от них не добиться.

Ну и чёрт с ними! Как писал наш мудрейший визир-мухтар Александр Сергеевич Грибоедов:

Но притом такая злость вскипела на всех этих истуканов, что стал истошно горланить Мурку, подражая Промокашке из «Места встречи». Притом изгалялся, как только смог. Затем перешёл к следующей по очереди «А на чёрной скамье». И продолжил зэковской классикой «По тундре, по железной дороге». И это уже из собственных армейских впечатлений, пришлось там поваляться на зэковских нарах в их бараках и общаться с бывшими сидельцами.

Но эти дубины стоеросовые только ещё шире заулыбались. Тогда я уж совсем взбеленился и выдал им парочку реплик на блатном жаргоне, и улыбки как рукой сняло. А сидевшая рядом Леночка аж запунцовела.

Блин! В запале совсем о ней подзабыл и сумел сдержаться. Сразу же повернулся к спутнице и принялся сокрушённо извиняться, и умильно просить прощения с видом котика из Шрека. Все окружающие сразу перестали для меня существовать.

Ссылался на стресс от неожиданного задержания, вот и погорячился. Взбесили меня эти молчуны. Ну да, я понимаю, что служба у них такая, но ведь сорвали нам почти завершившиеся успехом переговоры в издательстве.

Вот и сейчас ничего не желают нам объяснять. Так что у меня полностью сорвало предохранительный клапан. Я ведь никогда подобным образом не выражаюсь, и сейчас тоже выражался не я. Это кричал проснувшийся зверь, когда я вжился в образ, полностью растворяясь в личине блатного.

В общем всю оставшуюся часть пути мне пришлось извиняться и исправлять подпорченное впечатление. Стал читать ей возвышенные стихи. Перебрал многих поэтов золотого и серебряного веков. А затем оседлал любимого Сергея Есенина и читал подряд из его «Москвы кабацкой».

Пооткровенничал, что для понимания этой страницы его поэзии мне пришлось ознакомиться с весьма своеобразным языком, и научиться даже по фене ботать.

Есенин ведь прослыл гулякой, бабником, хулиганом и бунтарём. А вместе с тем оставался тонким лирическим поэтом. Вас в Литературном институте совсем иному учили, не так ли? Или же просто оставили в стороне его кабацкую лирику, часть которой просто запрещена цензурой.

Вот мы с этим белым пятном в его творчестве мы и стали разбираться. Да так бойко спорили, что конвоиры стали очень внимательно прислушиваться к беседе. Иной раз уважительно поглядывали на девушку, сыпавшую научными терминами. Та вся раскраснелась и превратилась в валькирию, отстаивающую своё видение творчества поэта.

Тогда я взял, и в качестве аргумента спел «Мне осталась одна забава». Одновременно напористо, но и с лирической тоской.

Девушка даже застыла, да и окружающие спецы навострили уши. Такой песни здесь явно не слыхивали. А голос мне в Берлинской опере всё-таки поставили. Точнее даже не голос, а просто научили им правильно пользоваться и дыханию. Выдали целый комплекс вокальных упражнений оперных певцов. Заодно подтвердили, что у меня абсолютный слух[181], что мне и раньше прекрасно было известно.

Так что такого пения от мальчонки никто не ожидал. Конечно же у меня далеко не золотой голос Робертино Лоретти, но тоже вполне себе заполнил всё пространство и вытеснил остальные звуки.

Затем у меня отлично пошла лирическая «Не жалею, не зову, не плачу…». И далее меня стало уже не остановить. В последнее время появился явный кураж, и выступления на публике давались с каждым разом всё легче.

Девушка поплыла на третьей песне «Клён ты мой опавший». А уж когда запел «Письмо матери», то полезла в сумочку искать платочек. И при звучании «Отговорила роща золотая», она выбросила его как полотенце на ринг, признавая своё поражение.

Но я из природной вредности прочёл ещё пару запрещённых цензурой стихотворений. А первая песня также была из них. Леночке пришлось со мной согласиться, что в Литературном институте творчество Есенина преподавали совсем иначе.

На что я ей ответил известной фразой Бернарда Шоу: «Кто умеет, тот делает; кто не умеет, тот учит других». И это относится ко многим из их преподавателей. Они прекрасные специалисты, но большинство бескрылы. Им не дано воспарить до есенинских высот. В нем всё было намешано: и ангел, и бес. Трудно определить кто из них выступал на первый план в тот или иной момент его творчества.

Приплёл фразу из Терри Пратчетта: «Ад — не трясина зла, точно так же, как Рай — не водопад добра: это просто имена игроков в великой партии. А вот настоящее, неподдельное, неповторимое добро — и равно кровавое, кошмарное, катастрофическое зло — можно найти только в глубинах человеческого сознания».

Дал ей время переварить эту фразу полностью, прочувствовать весь её смысл. Пока глаза девушки не зажглись огнём понимания. И уже не понадобилось дальше рассказывать, что за проказник был наш Сашка Пушкин в юности, про его амуры с девицами и замужними дамами нашего города, правда в первопрестольной и многих других местах и весях он также отметился. Такие моменты старательно обходили в советские времена.

Она девушка тонко чувствующая — тургеневского типа. И лишь под воздействием написания «Голодных игр» в ней стала прорезаться стальная семейная струнка. Идеализма в ней ещё навалом, но ступать стала уже не по облакам. Как там писал великий бард в одном из бессмертных сонетов: «Не знаю я, как шествуют богини, любимая ступает по земле».

Леночка с нашей предыдущей встречи стала ближе к жизни и одновременно сильнее. Даже по изменениям происшедшим в тексте книги это чётко ощущается. В первой книге вполне уместно наличие метаний, непоследовательности, как у юной и наивной барышни. А вот во второй Леночке придётся бескомпромиссно вытеснять её из себя, и потребуется быть значительно жёстче.

Ничего, мы ещё сделаем из неё сойку-пересмешницу к третьей книге. Она уже сейчас стала понимать, что мир значительно сложнее и люди в нём не всегда однозначны, а куда более многогранны. Вот и сегодняшний наш спор также пойдёт в эту копилку.

Но какой она всё же молодец! Ведь практически завершила первую книгу всего за полгода, и мне понравилось. Героиня получилась более жизненной и цельной, без лишних истерик, что отличает от оригинала. Быть может я сужу предвзято и субъективно, но читатель нас потом рассудит. Думаю, что книга им понравится и наделает немало шума.

Образ Кориолана Сноу в её романе очень узнаваем и почти списан с отца народов. И в целом это показывает, насколько разными путями может идти судьба человека, из-за всего лишь одной маленькой точки бифуркации.

В приквеле Кориолан также начинал «нищим семинаристом» с некими своими идеалами, но стоило ему оступиться разок-другой, слегка изменить свою систему ценностей и получился абсолютно противоположный результат. Он превратился в монстра. А его бы способности, да на благое дело.

Но в романе американки положительных героев фактически не существует: антагонист Кориолана Сноу — президент Альма Койн. Но она представляет лишь его зеркальное отражение. Недаром в фамилии заложен смысл, что монета-то поддельная — fake Coin.

Сойка-пересмешница совсем лишена талантов руководителя, и самый симпатичный герой — это алкаш Хеймитч. Он изначально держится подальше от власти, чем для меня значительно ближе прочих героев книги.

Так мы всю оставшуюся дорогу проспорили с ней о творчестве и её книге в том числе. Зато, когда приехали в Завидово, то я сразу же принес извинения мужикам, — «Был неправ, вспылил: и теперь считаю своё поведение безобразной ошибкой. Раскаиваюсь, прошу дать возможность загладить, искупить». Вы увели нас в самый ответственный момент переговоров, ещё бы с десяток минут и мы дожали редактора. А теперь судьба романа повисла в воздухе, а в редакциях такие сквозняки, что унесёт его ветром.

Мужики только улыбнулись и кивнули в ответ. Типа — наше дело исполнить приказ и доставить всех в целости и сохранности. После чего отвели нас в знакомое мне здание. Там меня поместили в тот же номер что и ранее, а Леночку в соседний. Своих сотрудников они сразу же оставили в караулке.

Мне обживаться в своём номере не требовалось, а вот к девушке сразу же забежал, чтобы успокоить и разъяснить, где мы находимся и у кого в гостях. Глаза у Леночки стали размером с пятак, и губы немного задрожали. Наслушалась страшилок в своих интеллигентских кругах. Вот ведь, точно малые дети, рассказывающие на ночь страшные истории в окружающей их темноте.

А ведь я только недавно потратил большую часть поездки, чтобы её успокоить. И вот снова-здорово, приходится ободрять по-новому. Примостился рядышком с кроватью и приобнял сидящую девушку, а в ушко стал шептать успокаивающие слова, — Я срочно потребовался, сам не знамо по какому вопросу, а время у генерального секретаря расписано буквально по минутам. Вот нас сюда и доставили, где мы станем спокойно дожидаться приезда Брежнева. Ничего страшного или тревожного в том нет, а ей стоит брать пример с меня. Вот её героиня — Огненная Китнисс Эвердин совсем не столь пуглива и робка, в чём нужно на неё равняться. Здесь можно лучше всего ощутить и прочувствовать атмосферу приглашения и разговора героини книги со всесильным Сноу. Огромная удача для писателя!

Попытался вербально и эмоционально внушить ей своё спокойствие и уверенность. Отвлёк описанием сцен из следующей книги. О личных встречах героини с антигероем. Увлекся, и пару часов пролетело почти незаметно. Я бы успел пересказать ей добрую часть следующей книги, но вокруг стала ощущаться некая суета, и по коридору зазвучали спешные шаги.

Вскоре появился Виктор, и прямо с порога меня обругал. Насел на бедного ребёнка, что того нельзя хоть на пару часиков оставить одного, как что-то очередное отчебучит. Вся охрана обменивается мнениями о поездке, и о концерте, состоявшемся по дороге на дачу. Рассказчикам не все верят, хотя те вовсю крестятся и мамой клянутся.

Затем на меня насел, — Ты нас с Людмилой зачем отпустил гулять по городу? Чтобы я показал его, сводил посмотреть фрески Новодевичьего монастыря, пройтись по музеям. Заглянуть в парк отдыха и на ВДНХ, показать Останкинскую телебашню, где подняться в ресторан «Седьмое небо», и показать ей столицу с высоты птичьего полёта, — скорбно продолжал перечислять Виктор, — Мы по возможности выполняли твои пожелания. Там нас в башне и разыскал Олег. Сообщил, что тебя срочно потребовали доставить в Завидово, когда вы с Еленой Степановной ушли в редакцию. Туда они и направили приехавших. Благо, что рация всегда при ваших охранниках.

Оставалось только пожимать плечами и делать невинную мордочку. Я не я, и лошадь не моя, но горячо ему возразил, — Не сам же я арестовывал себя без всяких объяснений. Нам ни единого слова за всю дорогу не сказали. Ты первый кто с нами заговорил. Что мы с Леночкой должны были подумать? — и продолжил гневно. — Девушку совсем запугали, а мне приходится успокаивать! Такое теперь у нас оказывается разделение труда? Да, я отправил вас смотреть фрески Новодевичьего монастыря. Так ведь ни сном ни духом не предвидел такого наисрочнейшего приглашения. А тем более его характера!

Виктор осознал, что меня всё одно не переспорить, и посоветовал прикрыть фонтан красноречия, а самому собираться на встречу с Леонидом Ильичом. Именно за тем он и пришёл. Скоро прибудет сам Брежнев, и повсюду выставлены усиленные посты, так что гулять без сопровождающих по территории не рекомендуется. Когда поступит вызов, то он меня проводит.

А то я сам бы заблудился! Бывал и не раз, но совершенно ясно, что это Ж-Ж-Ж-Ж неспроста. И без сверхъестественного чутья предвижу, что будут бить, и может быть, даже ногами. Блин, не хотелось бы присутствовать при порке, и ещё больше в качестве её объекта. Что могло произойти, и какая редиска на меня настучала? И по какому поводу? Одно приятно, что не повезли сразу на экскурсию по подвалам Лубянки. Оттуда в окошко Сибирь видать.

Небось спецам приказали не сообщать причины, и не беседовать со мной, чтобы нагнать страху и оказать психологическое давление. Дабы объект поплыл перед встречей, сам стал выискивать грехи, в которых можно покаяться дорогому Леониду Ильичу.

Ну уж дудки — плохих следователей я уже насмотрелся, и вряд ли куплюсь на этот банальный приём. Я словно жена Цезаря — вне всяческих подозрений. И заменить меня, словно очередную жену божественного Августа, не так-то просто. Да и Сибири насмотрелся вдосталь — меня ею не удивить.

Ну вот дотащил я наконец-то свой крест до светёлки Брежнева, и вошёл, не дожидаясь особого приглашения. Оно и так доведено донельзя ясным способом.

— Здравия желаю, Леонид Ильич! — обратился, представ пред хозяином домика, — Разрешите войти? — приложившись рукой к пустой голове, изобразил бравого солдата Швейка одновременно пожирая начальство взглядом.

— Заходи, — радушно произнёс хозяин видного домика, — Располагайся поудобнее. Сейчас принесут чай и всего к нему потребного, чтобы мы могли продолжить разговор. За чаем, это будет намного удобнее. И не напрягайся так: пороть не стану и в угол ставить тоже, хоть проявил излишнюю прыть и избыток инициативы. — завершил приглашение Леонид Ильич.

В дверь тихо постучались, и мы переждали пока сервируют стол, чтобы продолжить беседу, когда двери затворятся за последним из вышедших.

— Угощайся, выбирай что тебе приглянулось. Я знаю, что вас доставили давно, а аппетит у тебя отменный, ведь ты спортсмен. Виктор мне о том докладывал. — приветливо продолжил Леонид Ильич.

Это совсем не походило на ожидаемую мной взбучку, и я слегка расслабился. А пока гоняли чаи, мне припомнилось, что согласно законам гостеприимства, преломившего с хозяином хлеб, никогда затем не казнили, и отпускали с миром. И распознав заложенный намёк, осмелел настолько, что задал первый вопрос, — Леонид Ильич, вы меня пригласили только чаи с вами гонять? Или были другие основания для столь категоричного вызова?

— Ишь как завернул. Поднабрался политеса за границей. Докладывали мне о твоих достижениях. Всё время был на глазах у публики, а репортажи не сходили с газетных полос. Не загордился ли ненароком? — прозвучал вопрос, и мимолётная улыбка промелькнула на лице генерального.

Ну-ну, а я было собрался потягаться в подковёрных играх с профи, «Здесь вам — не тут» промелькнули в голове отлитые в бронзе слова одного управленца последующих времён. Человек, достигший таких высот власти в аппаратных играх, не может быть прост. Сам же писал, что в последние годы его посадили на барбитураты, что сгубило его самого и возможно всю страну. Но и прогибаться не собираюсь, а буду так же недоговаривать. Не знаю отчего он такой добрый, но расслабляться рано.

— Хорошо, не станем играть в эти «кошки-мышки», ловя друг друга на вырвавшемся слове, — и продолжил более напористо, — Скажу прямо. Не влечёт меня публичная жизнь, слишком в ней много забот, что перестаёшь сам себе принадлежать. А я вольная птица. Хоть и воробей, но зато стрелянный.

— Значит не понравилась жизнь у всех на виду. А в ГДР вон как повсюду поспел. Даже орден отхватил. Чего же не носишь? Заслужил — носи! — поощрительно произнёс Леонид Ильич.

— Так нас выдернули прямо из кабинета редактора издательства, и ни слова ни сказали. Собраться тоже не дали, и пояснить куда везут. Знал бы, так явился при полном параде и в смокинге. А то в издательство был простой рабочий визит. Нам почти удалось убедить редактора напечатать книгу прадеда. А теперь вот придётся по новой его уламывать. А у меня накопилось три своих новых книги, одна бабушкина и у тёти почти готова. Так что ждёт ещё нас беготня по многим издательствам.

— Ладно, нечего из меня слезу выжимать, — усмехнулся Леонид Ильич. — Мне рассказали, как ты в машине это проделывал. И на ребят нечего обижаться, они за тебя очень меня просили, чтобы простил мальчонку, если чем провинился. Паша даже сказал, что давно не слышал такого хорошего чтения стихов Есенина, а песни просто замечательные. Они давно так интересно не развлекались. Утверждал, что в Кремлёвском дворце съездов на торжественных концертах не видел таких выступлений.

— Я очень польщён их оценкой, но те больше заслужены работниками Берлинского театра оперы и балета. Они мне поставили голос и посоветовали, как нужно его разрабатывать и улучшать. Пытался им показать своё видение исполнения некоторых арий из музыкального спектакля. Специалисты сразу определили, что голос хороший, но абсолютно отсутствует какая-либо техника и вокальное образование. А впоследствии ещё и хвалили, что схватываю на лету и за полгода смогут сделать из меня оперного певца.

— Да, наш пострел, везде поспел. — серьёзно произнёс Генеральный секретарь. — Я, собственно, из-за чего приказал так срочно тебя доставить. Мне, вот больше, нечем заниматься, как следить за таким бойким сорванцом. Хоть больше за границу тебя не выпускай. Мне сегодня с самого утра позвонил товарищ Хонеккер, и завёл разговор о сотрудничестве наших государств в широкомасштабном выпуске вычислительной техники, — и укоризненно продолжил. — А я понять ничего не могу. О чем он говорит и какой такой техники? Я уж подумал, что он перебрал вчера, но знаю, что у него нет такого пристрастия. Потом он рассказал про ваш разговор и твои предложения. Уверял, что у тебя дома находится рабочий образец новейшей малогабаритной вычислительной машины, помещающейся на столе. Что учёные с инженерами испытывают острую нехватку именно таких персональных вычислителей в своей деятельности. Он собрал своих специалистов и провёл совещание по данному вопросу. Все подтвердили твои слова. А ещё им очень понравились твои высказывания про возвращение Германии исторического приоритета в данной области, где был разработан и продемонстрирован первый работающий образец раухера, значительно раньше появления американских аналогов. Все ухватились за идею производить такие персональные вычислители в ГДР. — и затем приостановился, бросив на меня суровый взгляд. — А теперь поясни мне, отчего я это должен узнавать такое от товарища Хонеккера? Что мы сами не в силах организовать такое производство? Ты где живёшь, и в какой стране?! Что-то я совсем не понимаю!

Пришлось сделать виноватый вид и пролепетать, — Леонид Ильич, так сложились обстоятельства. Перед выездом на международную конференцию в Женеву, я не успел полностью завершить пуско-наладочные работы на первом образце. Операционную систему только начал лепить. В работе показал только нашему замечательному учёному Жоресу Алфёрову. Его очень сильно заинтересовал такой вычислитель, и он просил меня, как можно скорее, организовать выпуск столь нужной техники. И тут в ГДР представился такой замечательный случай. Вот и камрады также заинтересовались. Немцы аккуратисты и очень дисциплинированный народ. У них куда меньше бюрократии, а вопросы решаются стремительно. Сами смогли убедиться. Инженеры и рабочие у них очень высококвалифицированные. Так что такая техника сможет появиться на год или даже два ранее. До этого собирался передать всю документацию в Институт кибернетики АН УССР Глушкову. И в городе наладить её выпуск на заводе аналоговых вычислительных машин «Луч». Но боюсь из-за нашей бюрократии и расхлябанности проваландаемся лишних год-два. А по приезду в Москву, тем же утром написал вам отчёт о своей поездке, где указал, что в Берлине обсуждал очень важный вопрос, о котором смогу доложить только лично вам. Он наверно утонул в недрах бюрократического аппарата.

Ильич немного оттаял и сказал, — Не читал, у меня бумаг целые ворохи и секретари их сперва разбирают для представления мне. И всё равно ты поторопился. Должен был здесь всё обстоятельно рассказать, продемонстрировав рабочий экземпляр, а только потом мы вышли бы на товарища Хонеккера и решили вопросы по международной кооперации. Будь я монахом, то отпустил бы тебя с миром — «иди и впредь не греши», но у меня ты так просто не отделаешься. Чтобы через день тут стоял работающий образец и полная документация на него. Всё расскажешь и покажешь, а я приглашу заинтересованных лиц с нашей стороны. Понял?! — грозно произнёс генеральный секретарь, сдвинув брови, что они превратились в одну.

— Яволь, разрешите идти исполнять! — гаркнул, вскочив по стойке смирно, и развернувшись строевым шагом направился к двери.

— Ладно, хватить паясничать. Садись на место. У нас с тобой серьёзный разговор и он ещё не завершён! — одёрнул меня генеральный секретарь.

— Тогда я тоже попрошу присутствия со своей стороны заинтересованных лиц. Лучше всего если доставкой и представлением рабочего образца займётся мой сосед. Он полностью в курсе этой работы, а сам разрабатывает новый процесс литографии, по которому будет производиться усовершенствованная версия центрального микропроцессора этой системы. Я ему показывал работу персонального вычислителя, и он крайне заинтересован в таком же для своей научной деятельности. Второй экземпляр мы собрались изготавливать для него. Он знает где всё лежит и может проследить, чтобы крайне аккуратно доставили. Опытный экземпляр требует особо осторожного обращения.

— Хорошо. Дельная мысль и укажешь задействованным для доставки людям, что и как нужно проделать для осторожной перевозки. На твоего соседа также выпишут пропуск и его разместят тут же. — отчеканил генеральный секретарь.

— Есть проблема, Леонид Ильич. Он учится на втором курсе Университета, имеет целый ряд научных работ, но экзаменационная сессия прямо на носу. Понадобится освобождение от экзаменов, и их перенос на некоторое время. Первая форма допуска у него имеется, но он не комсомолец, что может помешать оформлению пропуска.

— Я думал, что ты один такой оригинал. А тут молодой учёный, допущенный к секретным работам, и не комсомолец, — удивился Ильич.

— А он, как и я, не любит нашу бюрократию, и комсомольскую в том числе. С немецким союзом свободной немецкой молодёжи у него замечательные отношения. Мне они для него передавали огромную благодарность. — скромно ответил и потупил взгляд.

— И он туда же, нет в вас ни капли патриотизма и любви к родине. Всё вам заграничное подавай. Эх молодёжь, чего вам не хватает. — проворчал собеседник.

— Разрешите начистоту, по гамбургскому счёту, — и проследив реакцию генерального секретаря продолжил. — Патриотизма и любви к родине у нас хоть отбавляй. Трудимся и создаем для её пользы. и всё самое передовое в мире. А вот у бюрократии есть явный дефицит того и другого. Большинство лишь о собственном благе печётся. Они такие же проститутки, как творческая интеллигенция, оттого что зажрались со своими спецраспределителями импортных качественных товаров. Я желаю скорейших успехов академику Глушкову и его ребятам, чтобы заменить всех этих чинуш нормально функционирующей вычислительной техникой, объединённой в ОГАС[182], — выпалил, не удерживая эмоций.

— Товарищ Хонеккер мне говорил о твоих словах про использование вычислительной техники на службе социалистическим идеям, и созданию высокотехнологичной плановой экономики, базирующейся на управлении мощными, современными вычислительными системами. Мне понятна твоя позиция и похоже её разделяют многие. Спишем это на юношеский максимализм. Но негоже твоему соседу оставаться в стороне от жизни своей страны, от своих сверстников. Ведь подавляющее их большинство — комсомольцы. — наставительно завершил генеральный секретарь.

— Да он нормально с ними общается, зато ему не приходится общаться с их руководством, к тому же не вешают на него дурацких заданий, мешающих научной работе. И так я его не могу выгнать на вечер с однокурсниками. Днями и вечерами пропадает в своих лабораториях, что света белого не видит. — решил защитить джуниора от наезда.

— Всё равно плохо отрываться от коллектива, не участвовать в его жизни. — наставительно напомнил мне Леонид Ильич.

Я не вытерпел и даже перебил генерального, — Леонид Ильич, вся эта видимость бурной общественной деятельности отнимает массу времени и сил на показуху, а вот внедрение нового и передового происходит с неимоверными усилиями. Приходится отдавать все без остатка силы на то, чтобы заставить исполнять необходимое. Вы знаете, как джуниор и его мать добились лучшего во всей микроэлектронной промышленности выхода годных изделий? — задал я риторический вопрос, и сразу продолжил рассказывать, — Его мать начальник производства микроэлектронных компонентов на нашем предприятии. И они совместно увеличили выход годной продукции не на доли процента, а более десятка процентов. И знаете, чего это стоило? — снова задал риторический вопрос. — Неимоверных усилий по внедрению множества сопутствующих изобретений и применения железной воли для выполнения требований технологической дисциплины на производстве. Наладчики оборудования для выпуска этих изделий назвали такую дисциплину концлагерем, и отказались работать в таких условиях. А сейчас на это производство приезжают делегации с других предприятий отрасли заимствовать передовой опыт. А вот в ГДР с исполнением технологической и трудовой дисциплины нет никаких проблем! Немцы очень дисциплинированный народ, так что они освоят выпуск персональных вычислителей значительно ранее нас.

— Из того, что ты сказал, далеко не всё понятно. Мне нужно будет самому дать задание разобраться в данном вопросе. Но поясни, как они сумели самостоятельно решить проблему и устранить препятствия. — спросил генеральный.

— Возможно помогло, что предприятие новое, только строящееся и кадры на нём не имеют опыта работы в данной области. Изначально удалось их приучить работать, строго придерживаясь выполнения технологической дисциплины. так как они не обладали отрицательным опытом нарушения этой дисциплины. И это не помогло бы без дополнительных экономических стимулов, а работники просто уволились. Вот тут и пригодились мои знакомства. Я вышел на первого секретаря ЦК Компартии республики Ивана Ивановича Бодюла, и он разрешил провести эксперимент с оплатой труда работников этого производства. Многие занятые в «чистом помещении» сотрудники получают больше своего начальства, поскольку обязаны неукоснительно выполнять все жёсткие требования технологии производства. Такие дополнительные затраты себя вскоре окупили полученным результатом и принесли немалую прибыль предприятию. Но ещё раз подчеркну, что это совсем не возможность легкого получения вдвое большей зарплаты, но предъявленные требования то оправдывают.

— Да, мне настоятельно необходимо разобраться в данном вопросе и внимательно рассмотреть данный почин. Военные давно мне жалуются на низкую надёжность некоторых образцов электроники, и полезным может оказаться опыт твоих знакомых. — внимательно посмотрел на меня Леонид Ильич.

— Там не только опыт, а сплав практики с теорией. Так получилось в их семье, что начальник производства требует неукоснительного выполнения требований, а её сын знает какими должны быть сами требования, и что возможно изобрести для улучшения условий производства. — ответил незамедлительно на выраженную заинтересованность. — У нас необходимо внедрять научные достижения как можно скорее. А в армии в первую очередь. Те же персональных вычислителей следует выпускать в разы больше, чем их станут производить в ГДР, но пока наше производство их освоит, пройдут годы, а военным и большинству ученых с инженерами они необходимы уже сегодня для обороны и космических исследований в том числе. А вся суета и показуха только мешают работе, умеющие красиво рапортовать в ней абсолютно бесполезны, пусть их и любят в райкомах и горкомах.

— Я вижу от кого у него такой настрой по отношению к общественной жизни. Сам волк-одиночка и других сбиваешь с пути. Ему надо обзаводиться друзьями и единомышленниками, чтобы те оказывали ему помощь в его деятельности и в отдыхе тоже. А он сидит бирюком в своей лаборатории, и это ненормально и вредно., сурово отчитал меня генсек.

— Да уж что хорошего? Сам постоянно его ругаю, при каждой встрече. Но без его научных работ и отработки нового техпроцесса литографии — на нашем предприятии не смогут производить усовершенствованную модель микропроцессора, а это сердце той персональной вычислительной системы, которую станем демонстрировать. Мы с ним находимся на своём научном фронте и должны идти вперёд как можно скорее. — отпарировал его слова.

— Ну вот, ведь. Ему слово, а он два в ответ. Что за привычка старшим перечить?! Я твоему соседу сам лично вручу комсомольский билет, здесь же перед показом! А если он успешно завершит работу по научной тематике, то представим её на соискание премии ЦК ВЛКСМ. И на этом закончили препирательство. Позор! Молодой подающий надежды учёный, и не комсомолец! Чтобы я больше не слышал об этом, — и добавил с угрозой в голосе. — А если заикнёшься ещё хоть разок, то тебе я вручу партбилет. И никуда от этого не денешься. Тоже мне моду завели — старшим перечить!

Я почувствовал, что сильно перегнул палку, и решил сбавить обороты. Незачем по мелочам ругаться. Затем дождался пока собеседник продолжит. — В чём-то ты, возможно, прав. Но не распускай язык и не лезь на рожон. Не только за океаном у тебя враги имеются. Знаешь сколько их здесь окопалось? Приходится постоянно балансировать, в поисках согласованного решения. Одним повторением тридцать седьмого проблему не решить. Тогда пытались, но лекарство оказалось не лучше недуга, и повторение никому не понравится, — нахмурив лоб произнёс Брежнев.

— Не стану спорить с фактами, но мне известно высказывание одного ненавистника СССР, что утверждает: «Если ваша элита хранит деньги в наших банках, то она уже не ваша, а наша элита». А большая часть нашей номенклатуры только и мечтает, как поместить свои капиталы в их банки и завладеть реальной, непреходящей властью, даруемой очень большими деньгами. Вспомните сколько было таких случаев, что продавали страну за стопку зелёных бумажек. Знаете ли слышал, такой анекдот: Что вы призываете членов ЦК КПСС на пленуме «У нас всё есть, пора бы подумать о людях!» — а они бойко подхватывают: — «Правильно! Нам бы каждому душ по двести-триста!» — и после краткой паузы продолжил. — К сожалению, такое можно сказать про достаточно большую часть нашей партийной и советской номенклатуры. После пятьдесят третьего и выхода манифеста о вольности дворянской, они вошли во вкус такой жизни. Я прекрасно понимаю, что резким рывком их в стойло не загнать: просто растопчут.

Леонид Ильич посмотрел серьёзно и не торопясь произнёс, — Раз уж пошёл такой откровенный разговор, то отвечу начистоту. Реку, вышедшую из берегов, не повернуть вспять одним лишь дуновением тридцать седьмого. И пытаться не стоит, тут ты тоже прав. Приходится осторожно преобразовывать систему управления народным хозяйством. Возможно, что ОГАС также поможет в этом, но это очень дальняя перспектива.

— Я бы наверно всех загнал на Колыму, приносить реальную пользу стране. Однако сам понимаю, что в теперешнем виде управление страной просто рухнет. Есть среди них нормальные хозяйственники с огромным опытом работы, наверно даже приносящие пользу на своём посту. И помню, как товарищ Сталин ответил Константину Федину: «Других писателей у нас для вас нет»!

— Хорошо, что это понимаешь. Действительно, других управленцев у нас сейчас нет. С этим приходится считаться. И одним пожеланием не изменить текущей ситуации. Приходит молодой, талантливый руководитель, и через некоторое время становится точно таким же. — пожаловался на объективную реальность товарищ Брежнев.

— Так система удельных княжеств к тому подталкивает, и распределение дефицитных ресурсов по принципу: ты мне, а я тебе. Это маленькая человеческая слабость — стать вершителем судеб, пусть и крошечным. Насладиться дарованной ему властью. Эти человеческие слабости недоступны вычислительным системам, во всяком случае пока. Нужно заменять руководителей электронными схемами, оставив лишь самый минимум человеческого вмешательства. Другого мне в голову не приходит, что не смогло бы принести побочного вреда. Не разбираюсь я во всяких тайнах Мадридского двора, а вот в системах с обратной связью наоборот разбираюсь, и в принципах их саморегулирования.

Леонид Ильич улыбнулся и пооткровенничал, — А ведь знаешь, сперва я сильно осерчал и решил примерно наказать, всем прочим для острастки. Лишь затем поостыл. Слишком ты прямолинеен для нахождения во власти, к тому же совсем не стремишься. Наверное, это и ценно, нет в тебе подхалимажа и лизоблюдства. Думаешь мне приятно общаться с такими? Я же их насквозь вижу. А тебя вот очень хвалит товарищ Хонеккер, весьма положительно характеризует. Отметил твой большой вклад в развитие германо-советских отношений. И с этим не проспоришь, мне делали подборку по данному вопросу.

— Да ничего особенного я не сделал, Леонид Ильич. Просто искренне интересовался жизнью народа и старался понять интересы и мечты. Стремился организовать и укрепить наше сотрудничество во многих сферах деятельности. У нашего народа есть свои сильные черты, а у них другие. И правильно соединив положительные качества наших народов можно добиться отличных результатов в сотрудничестве. Этим я старался заниматься во время пребывания в ГДР. У них есть подготовленные кадры для скорейшего развёртывания производства вычислительной техники, а моей целью является скорейшее появление персональных вычислительных устройств на столах учёных и инженеров, а также в кабинетах информатики наших школ. Дети легко осваивают такую технику и на производство придут подготовленные кадры для широкого использования там вычислительной техники. За этим будущее, и нельзя упустить момент, когда мы можем вырваться далеко вперёд других развитых стран. Я говорил об этом же на международном конгрессе учёных. Здесь очень важна массовость специалистов, имеющих качественное образование в данной области.

— А знаешь, ты меня почти убедил. — несколько удивлённо произнёс Леонид Ильич, — Я не люблю спешки и необдуманных решений, но твой пыл и напористость могут убеждать. Наверное, товарищ Хонеккер тоже попал под такое же влияние. Это неплохо, так как нам необходимо расширять взаимодействие со странами СЭВ, и предложенная тобой область кажется довольно перспективной, — с улыбкой произнёс Леонид Ильич, — И не скрою, порадовал меня. Порадовал за нашу систему образования. Я читал отзывы о твоей речи на конгрессе, в том числе из западных стран. Ты их сильно задел своими мирными инициативами, но отрицать глубины твоих познаний не решились. И оспорить приведённые тобой доказательства пока что не смогли. А если учесть, что выступавшему всего три года — это их полностью добило. И твою фразу «Устами младенца глаголет истина» подхватили участники антивоенного движения во всём мире. Мне подобрали и представили ряд фотографий с такими плакатами.

— Ничего особенного я не сказал в той речи, многим учёным и философам это давно известно. Я лишь собрал воедино и высказал с международной трибуны свою озабоченность судьбами нашего мира, всей нашей такой хрупкой планеты Земля. — поспешил поскромничать в ответ на явную похвалу.

— Ну хорошо, скромность положительная черта. Пили, ели, веселились; подсчитали — прослезились — перешёл к серьёзному тону генеральный секретарь, — А теперь вместе подумаем, что делать с этими твоими заявлениями на Конгрессе учёных. Как-никак, а подразумевалась речь от лица делегации советских учёных, и лишь в нарушении признанной традиции — слово предоставили самому младшему участнику конгресса, ознаменовав огромную важность освоения термоядерной энергии для будущих поколений. Им предстоит жить в следующем тысячелетии и пользоваться плодами вашей работы. Со мной согласовали этот очевидный намёк всему миру. И официальный текст речи был безупречно выверен, а ты взял и всё вывернул наизнанку. За такое можно и партбилет на стол положить! — грозно произнёс хозяин, а я сжался, приняв виновный вид, и изобразил полнейшее раскаяние, которого на самом деле не испытывал.

На что Ильич продолжил, — Не верю! Напускное у тебя раскаяние и всё на лице написано. Актёр из тебя никудышный. Такое раскусит любой аппаратчик с должным стажем. Надо бы тебя определить в театральный, вроде бы интересуешься театром и даже пишешь сценарии и музыку для спектаклей. Вот и актёрскому мастерству надобно подучиться. — и замолчал, ожидая моего ответа.

— Так я же не против, но только после физмата. Первым делом самолёты, ну а девушки. А девушки потом, даже очень красивые. Сам знаю, что не гожусь управлять, вон со своим окружением управиться не могу, всё время что-либо упускаю из вида или допускаю досадные промашки. Наверно нет таланта, а без него одним лишь трудолюбием не стать Мастером, — отклонил вежливо предложение, — И в Москву я ни ногой, только наскоком, как татарин.

— Да, знаю твоё нежелание, и не настаиваю. Мне было бы удобнее держать всё под контролем и чаще встречаться. Но тебя не заставить петь в клетке, даже в золотой. Как я знаю деньги и драгоценный металл тебя нимало не интересуют. Пока что тебе удавалось пускать пыль в глаза своей киношной и театральной деятельностью. Так поступай и впредь. Твою политику в этом вопросе одобряю. Скажу больше, одобряю большую часть твоего выступления на конгрессе. Михаилу Андреевичу добавить бы твоей широты взглядов и разносторонности. Но в данном случае, ты мне оказал немалую услугу. Слова ребёнка никак не смогут связать с инициативой Политбюро, и у меня появилось несколько дополнительных козырей на переговорах. А американцы зашевелились и сейчас неофициально прощупывают для них почву. Ширящиеся во всём мире протесты, и причастность известного диссидента Сахарова, привело к достоверной подаче сведений о «ядерной зиме». Мне об этом давно известно, как и о многом прочем, ещё до заключения нами договора ОСВ-1. Даже тогда нам удалось выторговать важные уступки от американцев. Сейчас у меня есть козыри в рукаве, а проситель платит разумную, но назначенную цену, — и, вновь, хитро глянул с ленинским прищуром.

— Я рад, что удалось принести хоть небольшую пользу стране. Но те заключенные договоры во многом являются вынужденными и находятся лишь на грани паритета. Однако всё таки в пользу американцев и их союзников по НАТО. Из них исключены другие ядерные державы. Необходимо добиваться паритета блоков, учитывающего ядерные арсеналы Англии и Франции. Полезно было бы устранить лазейку с размещёнными ядерных зарядов вне территории США и на их кораблях.

— Мне интересно с тобой беседовать, и только здесь, на охоте, получается поговорить с людьми так запросто. Мне понравился твой дед, и тебе с ним повезло. Хороший мужик — прямой и не лебезит, не заискивает. При случае может своими байками рассмешить. Вы как-нибудь ещё заезжайте с ним в Завидово. Буду рад. А сейчас ступай готовься к показу, спрошу строго если что. А хулиганить прекращай, ты думаешь мне не доложили про ту песню, что ты пел в нашей части. Твое авторство за версту видать. И нельзя называть главу великого государства алкоголиком! А если Ричард Никсон пожалуется на тебя? Мне тебя что, в угол ставить? Так что прекращай дёргать тигра за хвост. Тоже мне хохмач выискался. Тебе лучше книги писать, вот скажем составить сборник ходящих о тебе слухов и сплетен, да представишь его в дар «дедушке». — шутливо произнёс собеседник.

Я понял, что на этом генеральный секретарь ставит точку, и высказал всё, что на данный момент был намерен произнести. Оттого сам стал быстро прощаться и обещал непременно заглянуть на огонёк в компании с дедушкой.

Мне пока что уезжать рановато и работы предстоит куча, одному никак не управиться. Пойду готовится к прибытию персоналки и подготовки рабочего места с оборудованием для него. Там должен быть список длиной в целую скатерть.

Застращаю всех здешних чинуш и вволю погоняю охрану. Отыграюсь за свою сюда доставку. Пусть знают, что мальчик совсем не такой белый и пушистый, а то ишь удумали — заступаться за меня. Приятно, что нормальные ребята и не используют во зло предоставленную им власть. Так что не стану сильно гнобить. Однако необходимо доставить столь многое к началу работ, что иначе никак не управиться.

Видно после небольшой нахлобучки колёса бюрократического аппарата завертелись быстрее. Уже нашлась моя записка и её представили Леониду Ильичу. Меня же провели в комнату правительственной связи, откуда смог переговорить с Петровичем, которого попросил аллюр три креста отыскать мне джуниора, и доставить на тот конец линии для проведения с ним секретного разговора.

Стоило мне только упомянуть откуда я говорю, и Петрович развил бурную деятельность для розыска джуниора. Но мне всё-таки пришлось просидеть в той комнате почти час, пока того доставили на пункт секретной связи в управление. Я дал ему все необходимые указания, что и как делать. Передал, что самолёт за ним и оборудованием вылетает с часу на час, так что времени мало, от слова совсем. И напутствовал того хорошо всем знакомыми «Цигель, цигель! Ай лю-лю!»

Он вообще-то молодец, не перебивал меня и внимательно выслушал, а затем спросил один экземпляр с собой везти или оба? Выяснилось, что, покамест я находился в чужих палестинах, он проявил инициативу и отдал монтировать блоки своей персоналки. Уже успел их отладить до рабочего состояния. Осталось только собрать всё в корпус.

Я отменил сборку и дал задание везти оба, а также весь ЗИП. Тут на месте всё соберём и отладим, а ежели чего, то будет «горячий резерв»[183] при демонстрации. Дал задание прихватить с моих полок побольше литературы данной тематики, и дуть сюда со всем этим. Проследить, чтобы носили и упаковывали, нежнее и аккуратнее фарфора эпохи Мин[184].

Это хорошо, что он проявил разумную инициативу. Голова! И главное, что разумную, так как был полностью в курсе дел. Знал, что места разрезов дорожек у меня обозначены красным фломастером, пайки дополнительных перемычек зелёным и перепутать достаточно сложно. Сам в работе тоже приучился применять дифференциацию по цвету, так что все цвета и их значения знает.

Это полезный для него опыт, так как ни одна новая схема с листа ватмана не работает, как-то планировалось. Доработки неизбежны — это закономерное проявление закона Мерфи[185]. Всегда возможны «гонки» в логических элементах схемы, как их не просчитывай в момент проектирования, да и просто ошибки проектировщика и остальных исполнителей: от разводки печатной платы и до самого монтажа.

Ну что же, если две системы заработают стабильно, то это хорошая заявка, что и впредь не будет серьёзных проблем. Во всяком случае до проведения серьёзной «климатики», но благо частоты работы микропроцессоров относительно невелики, и едва достигли пока одного мегагерца. А вот при гигагерцовых понадобилось бы считать длины и топологию дорожек, плюс паразитные ёмкости и индуктивности. Пока что нас бог миловал и этого не требуется, но методы борьбы с такими недугами электронных схем мне известны и отработаны давным-давно. Правда здесь о них только начинают задумываться и нарабатывать опыт.

Затем я отпустил джуниора собираться в дорогу, и попросил передать трубку Петровичу. Тот ожидал окончания нашего разговора поблизости, и я просил его лично проследить за всем, а также посветить там своими полковничьими звёздами на погонах, чтобы их сотрудники осознавали важность данного задания. Им тут накрутят хвоста, но лучше если и там будет очень представительный начальник, а то к джуниору они вряд ли проникнутся должным уважением. Слишком молод и нет в нём нужной представительности.

А то может быть Петровичу и самому возглавить эту перевозку, так как вопрос на повестке дня очень серьёзный, и даже по такой связи нельзя от том говорить. На месте всё расскажу, а его приезд выдадим за инициативу для наилучшего выполнения задания самого генерального секретаря.

Петрович задумался и потом заверил, что доложит своему начальству и решение они примут незамедлительно. А на месте он обязательно лично за всем проследит, а также выделит достаточно транспорта для доставки грузов в аэропорт.

Два дня нас особо никто не дергал. Леночку вскоре отвезли домой в Москву, взяв с неё соответствующую подписку. К сожалению, без этого никак. Раз она состоит в родстве с нашей семейкой, то придётся ей тоже потерпеть. Она оказалась краем втянута в серьёзные вопросы, разглашать которые не имеет права, хоть и не знает ничего определённого.

Посоветовали ей сообщить всем, что была на обычной прогулке за городом. Зато мы с джуниором в её комнате сварганили свою мастерскую, и там вовсю пилили, паяли и собирали образцы для показа.

Внешний вид у техники получался не сильно презентабельный, так как я изначально ваял модель типа утюг: что на неё не урони, или с какой высоты не сбрось, после установки на стол техника должна продолжать работать.

Да и не изысками дизайнерской мысли был занят при изготовлении и наладке. Не внешней притягательностью, а её функциональностью столь необходимой учёным и инженерам. И над этим мне ещё работать и работать. А дизайном пусть занимаются те, кому это по должности положено. По мне всё и так нормально выглядит.

Спасибо Петровичу, он прибыл вместе с джуниором и вовсю гонял местных, заставляя выполнять наши мельчайшие требования. Это значительно ускоряло доставку требующихся приборов, материалов и деталей. Он же организовал тщательную охрану данного помещения.

Вечером к нам в мастерскую пожаловал сам Леонид Ильич, и я заставил джуниора показывать персоналку и рассказывать перспективные направления её развития. В некоторых местах подправлял его сообщение. Под завершение показа, когда генеральный выглядел удовлетворённым проведенным показом, ненароком подвел к нему Петровича и представил, как человека, положившего начало всему этому проекту, и ещё пару лет назад поверившего в его реальность.

С его ведома проводились все работы по начальной разработке самого микропроцессора и изготовления данного образца. Он лично курировал их все лично, тщательно избегая преждевременной огласки проекта. Леонид Ильич оглядел бравый вид полковника и поблагодарил его за правильное и своевременное осуществление этого проекта. Пожал ему руку.

Когда Брежнев вышел из помещения мы все вздохнули с облегчением и стали более детально обсуждать готовящийся доклад джуниора. Заставили прогнать его пару раз перед нами. Кроме того, я потребовал от него рассказать перед докладом о новом техпроцессе, который уже прошёл проверку в лабораториях на производстве.

Джуниор захватил с собой черновик статьи, которую хотел попутно сдать для публикации в журнале. С этим я его тормознул и потребовал вкратце на докладе рассказать о её содержании, так как на показе скорее всего будут присутствовать руководители отрасли. Вот пусть они решают, когда публиковать результаты данной работы.

Я к тому же помнил, что генеральный обещался представить работу на соискание премии ЦК ВЛКСМ. Сам же последних результатов не знал, и познакомился с ними только здесь. Вот так долго был оторван от всех таких известий из дома. Да и раньше не сильно вникал в детали незавершённой работы, чтобы выработать у джуниора самостоятельность в научных изысканиях.

Представленные им сейчас результаты меня даже больше чем просто порадовали. Они оказались куда лучше, чем мои планы на данный период. Особенно впечатлили кристаллы памяти полученной по новому техпроцессу.

Они намного снижали количество микросхем ОЗУ[186] в результирующем варианте персоналки. Даже не упоминаю об их мизерном потреблении энергии по сравнению с имеющимися в данный момент серийными экземплярами импортного производства. На этом моменте следует особо остановиться в выступлении.

Джуниор стал спорить, что кристаллы ещё не прошли всесторонней проверки, требуемой в отрасли, и не могут выступать в качестве образцов серийной продукции. Пришлось на него цыкнуть и порекомендовать передать их для проведения проверки руководителям отрасли. Так значительно ускорим процесс их сертификации.

Джуниор встал в третью позицию и стал требовать, чтобы сам тогда докладывал, раз не прислушиваюсь к его мнению. Что — бунт на корабле? Юнга видно подзабыл, кто тут первый после бога и капитан? Это надо давить в самом зародыше.

И потому встречно наехал на него, напоминая у кого имеется опыт работы в данной отрасли. Значит мне, стало быть, лучше известно, что нельзя тормозить, это будет и так происходить и без всякого нашего участия. А нам наоборот предстоит протаскивать через тернии к звёздам.

Сегодня проходит генеральная репетиция выступления, вот я и подсказываю на основе имеющегося собственного опыта, И лишь по причине отсутствия достаточного у него, я все его работы незримо продвигал и пусть не заблуждается, что новое само пробьёт себе дорогу. И давай на этот раз поступим по-моему, а там ему самому предоставлю судить — прав я был или неправ.

В любом случае доклад читать именно ему и представлять образец тоже. Я светиться не могу, а стану фигурировать под маркой виноватого в разглашении секрета. Что можно взять с малолетнего ребёнка?

Постою наказанным в углу, если понадобится. Откуда буду подавать при необходимости обиженные реплики. Если нашим сановным чиновникам представить автором трехлетнего пацана, то те упрутся похлеще Валаамовой ослицы[187]. С места их тогда не сдвинешь. А джуниору хотя бы двадцатник должен стукнуть, и выглядит он даже солиднее. Приобрёл некий лоск и опыт выступлений на научных конференциях.

Петрович также одобрил подобный план, согласившись, что знать действительное состояние дел необходимо лишь единицам, а для всех прочих — болтун находка для шпиона. Правда проявленная заинтересованность немецких товарищей поможет нам также сдвинуть наших деятелей с места. Раз уж те заинтересовались, то и нам негоже от них отставать.

Мы для комиссии продемонстрируем работу одной персоналки, и следом, переключив периферию, сразу же второй. Дополнительную периферию сейчас в срочном порядке монтируют и должны доставлять сюда по мере готовности. Может быть сегодня, а может в ближайшие дни. Благо периферию я отлаживал ещё до прибытия микропроцессоров и там все схемы исправлены, а все имеющиеся доработки задокументированы.

На следующий день к нам прибыла целая группа товарищей, и среди них я разглядел академика Глушкова. Отлично, хотя бы одна разумная голова уже имеется. Да и его сразу же заинтересовала представленная на столах техника, и от неё нельзя было даже арканом оттащить. Он всё рассмотрел и попробовал разве что не на зубок.

Я кивнул джуниору, и тот стал показывать Виктору Михайловичу, что да как устроено и каким образом функционирует. Его заинтересовала сама вычислительная техника, пока остальные присутствующие были заняты сановной тусовкой, и отирались поблизости от генерального секретаря.

Глушков облизывался на персоналку, что тот кот на сметану. И удивлялся, как мы успели так быстро собрать вычислительную систему, когда его орлы ещё заняты тестированием и доработкой самого микропроцессора.

У них с джуниором завязалась научная беседа о тонкостях технологии производства, а джуниор на пальцах пробовал пояснить особенности новой комплементарной полевой технологии производства. А когда тот узнал, что мы ещё и разогнали существующий ныне микропроцессор на 30 % и используем в его в таком режиме, то очень сильно удивился.

Не объяснять же ему про большой опыт оверклокинга, и привычку выжимать из системы всё до капли, тем более что модернизированный процессор будет функционировать на в разы большей частоте, а потребление иметь в разы меньше. Правда корпус и разводку мы постараемся сохранить прежние — для совместимости с предыдущей моделью.

Так что пока чиновники крутились вокруг генерального, мы смогли спокойно пообщаться с Виктором Михайловичем, и наладить рабочие контакты. Джуниор сообщил ему, что в наших планах стояла передача документации их институту кибернетики для изготовления персоналок на заводе в Киеве.

Правда не знаем, как много времени отнимет пробить это в среде наших бюрократов. Оттого передаём документацию нашим немецким товарищам, и они успеют освоить массовый выпуск персоналок значительно раньше нас. Увы такова сегодняшняя ситуация с нашим бюрократическим аппаратом, и мы всецело уповаем на его ОГАС для снятия остроты данной проблемы.

А первое время нам придётся закупать у ГДР, пока будут неторопливо вращаться колёса отечественной бюрократической машины. Виктор Михайлович был вынужден согласиться с нашим пессимистичным сценарием, на собственном опыте не раз испытав чиновную волокиту.

Наконец-то все расселись по местам, и Джуниор вышел на первый план для доклада перед собравшимися. В целом он придерживался обсуждённой стратегии доклада. Фурор произвело сообщение о разработке нового технологического процесса производства и продемонстрированные микросхемы памяти, на которых он обкатывался.

Докладчик пояснил, что из-за своей регулярной структуры именно кристаллы памяти являются наилучшими образцами для отладки новых техпроцессов литографии. А когда он сообщил емкость полученных кристаллов памяти, то в комнате поднялся гомон обсуждения. Руководителям отрасли и ведущим специалистам не верилось в достигнутые результаты.

И джуниор передал им имеющиеся образцы этой памяти, и сообщил полученный на данном опытном этапе выход годных изделий. Это также потрясло присутствующих специалистов, и они вступили в дискуссию с докладчиком.

Остальные порядком заскучали при этом, и я громко закашлялся, отвлекая внимание на себя. А затем с детской непосредственность заявил, что уже заскучал от научного узкоспециального спора, и его вполне можно отложить до завершения показа новой техники.

Страсти улеглись и джуниор спокойно завершил свой доклад. Далее приступил к демонстрации персональных вычислителей в работе. Перечислил достигнутые в данный момент технические характеристики. Всем передали листки с указанными параметрами и многие удивлённо и недоверчиво поглядывали на маленькую персоналку, легко уместившуюся на столе.

Они сравнивали её с параметрами выпускающейся ныне вычислительной техники, занимавшей целые машинные залы. Потому вновь засыпали джуниора вопросами и не хотели верить, что сборка и наладка второй наличествующей персоналки заняла у него около недели, а он привлёк для этого лишь пару монтажников для пайки печатных плат.

А он ещё гордо им заявил, что эта вычислительная система может порвать, как тузик грелку, очень многих производящихся монстров отечественной техники.

И тут на защиту нашего детища выступил академик Глушков и разъяснил всем собравшимся, что микропроцессор данной персональной ЭВМ разработан в его институте, и он может лично подтвердить такие его характеристики. В настоящий момент этот микропроцессор проходит всестороннюю проверку перед запуском в массовое производство.

А нам достались образцы из опытной партии, и на их основе мы успели создать этот персональный вычислитель. Это просто неслыханный результат по скорости внедрения новинок в жизнь. В их институте это запланировано на последующие этапы.

Большинство приглашённых знали про успехи Института кибернетики АН УССР и вынуждены были согласиться, что такое возможно. Большинство сановников остались удовлетворены проведённой демонстрацией новой техники, и наметившимися планами международной кооперации для её производства.

Далее основная часть комиссии удалилась для обсуждения глобальных вопросов, а задержались лишь специалисты и с ними состоялся долгий и обстоятельный разговор. Джуниор представил им черновик статьи, которую планировал отдать в печать, и они пустились в обсуждение отдельных деталей.

А мы с академиком Глушковым просто продолжили детальное рассмотрение самого персонального вычислителя. В то время как он быстро осваивал работу на нём, и чувствовался огромный опыт работы в данной сфере.

Я ему пожаловался, что из-за поездки на конгресс не успеваю в срок завершить работу над операционной системой. Показал какие решения из имеющейся литературы принял за основу и чем при этом руководствовался.

Попросил Виктора Михайловича подключить специалистов из их института к разработке и тестированию ядра этой системы, к её развитию. Архитектура мной выбрана открытая и каждый желающий может внести свой вклад в развитие такой операционной системы.

Но требуется единый центр для координации всех действий, и мне идеальным решением представляются сотрудники их института кибернетики. Там можно создать отдельную группу, занимающуюся именно этими вопросами.

Со своей стороны Виктор Михайлович также одобрил подобный подход, и пообещал по возвращению сразу же заняться этим вопросом. Тем более, что ему будут к тому времени предоставлена вся имеющаяся документация на сам персональный вычислитель. Он скорее всего также будет присутствовать на показе рабочих образцов в посольстве ГДР, и сможет наладить контакты с немецкими специалистами.

Так что он надолго задержался с работающим экземпляром досконально изучая его работу, и я просил его представлять для немецких товарищей эту работу совместно с нами, так как её сердце разработано в возглавляемом им институте. Они же в дальнейшем будут продолжать работу над микропроцессором и операционной системой.

Уже сейчас насущно требуется переработка блоков памяти персоналки под полученные образцы новой памяти. Это значительно сократит количество требуемых микросхем и самих блоков памяти.

В целом весь показ прошёл успешно, что и подтвердил последующий визит генерального секретаря. Он похвалили всех участников работ, а джуниору вручил его комсомольский билет, на котором стояла и его личная подпись. Он же выступил в качестве давшего рекомендацию для вступления и потребовал, чтобы тот впредь не подводил его.

Петрович слегка обалдел от всего происходящего, когда первое лицо государства даёт рекомендацию для вступления в ряды ВЛКСМ. Но Леонид Ильич ему что-то тоже шепнул на ухо, отчего тот совсем поплыл. Сколько мы после визита не пробовали выведать, что ему сказал генеральный секретарь, но Петрович молчал как рыба.

Да и бог с ним нам, ещё о стольком предстоит позаботиться до показа в посольстве ГДР, а времени осталось всего три дня. Единственное что потребовал Леонид Ильич, так это не останавливаться на самых свежих разработках, о них немецким товарищам будет сообщено в нужное для этого время.

Понятно, что тут уже началась политика и не все карты в партии решено сразу же открыть. Руководству виднее — это их уровень ответственности. Они в таком лучше разбираются и умеют делать. На нас успешное проведение показа и выделение одного из рабочих для немецкой стороны, и это даже не обсуждается.

Собственно, к чему-то подобному я был готов, а в самом пессимистическом прогнозе ожидал, что отберут оба. Один для наших специалистов, а второй для передачи немецкой стороне. Слава богу у меня есть подобный опыт и я сразу заказал по десятку комплектов плат персоналки. Не все могут оказаться рабочими и потому подготовил солидный запас. Он, как известно, карман не тянет.

Показ в посольстве также прошёл успешно, и следует отметить только более высокую дисциплину немецких специалистов, участвовавших в нём. Они дождались окончания доклада джуниора, который я синхронно переводил им на немецкий язык. И лишь только после показа рабочих образцов приступили к накопившимся вопросам.

Тут нам пригодилась прихваченная джуниором литература. Меня им представили программистом этого персонального вычислителя, и я сразу им заявил, что будущие программисты этих персоналок сейчас находятся за школьными партами и им наиболее просто будет освоить новый стиль работы с персональной вычислительной техникой.

Многое из того, чем в прежние годы занимались сами программисты будет возложено на саму операционную систему, и не потребует ввода со всяких перфокарт, перфолент и прочей мути, предназначенной для ввода программ и данных. И пояснил на пальцах, притом отметив, что только приступил к созданию самой операционки. Большинство идей почерпнул из этих книг, а созданием её могут одновременно заниматься десятки и даже сотни программистов.

Структура самой операционной системы известна и взаимодействие расписано, осталось только написание кода, для её реализации. С этим легко справятся даже обученные школьники, заинтересовавшиеся этим занятием. Конечно же всё понадобится всё проверять и иногда дорабатывать опытным программистам, но система открытая и в её разработке могут принять участие все желающие.

Основным координирующим центром станет институт кибернетики АН УССР, возглавляемый присутствующим здесь академиком Глушковым. Можно с ним сразу договориться о сотрудничестве в данной области. Я же им передаю эти книги, которые они могут перевести и издать в ГДР.

Такая организация работ над операционной системой их удивила не меньше, чем разработка кода самими школьниками. Тогда я при них написал маленькую программку и показал в действии. Некоторых это убедило.

Подковырнул остальных задав им вопрос: кто из них сомневается в возможностях увлечённых и грамотных школьников проделать такое? Особенно если те предварительно изучат представленную здесь литературу. Оттого-то следует срочно озаботиться широким выпуском специальной литературы и написать учебники по информатике для школ.

Такой постановкой вопроса я их совсем добил. Напомнил всем ленинское — «Учится, учиться и ещё раз учиться», только применив к нужным мне дисциплинам. А под конец заявил, что через пару десятков лет даже грудные младенцы смогут пользоваться подобной техникой. Жизнь движется и развитие не стоит на месте.

Напомнил и про наследие проклятого феодализма в сфере программирования, что их нужно срочно изживать. Молодёжь должна сталь локомотивом прогресса в сфере обработки информации и больших данных[188].

Возразить им было чем, и видно, что очень хотелось, но не вступать же в спор с трёхлеткой, доказывая, что школьники неспособны заниматься программированием. И это сразу после показа, как такое сделал трёхлетний программист. Идиотизм подобного был столь всем очевиден, что сомневающиеся скромно молчали в тряпочку.

Собственно, это их внутреннее дело допускать ли школьников к передовой технике. Но думаю, что пример как подобное осуществляется в наших школах подтолкнёт их в нужном направлении. У меня солидный опыт в данной области и помню, что даже младшеклашки, начиная с игр на «Синклере», переходили к программированию на встроенном интерпретаторе BASIC.

И это им давалось довольно просто. Так что программирование совсем не удел хардкорных математиков, как это происходит в настоящее время. Этого они пока не могут принять по причине узкой кастовости своей профессии. А вот когда зелёные новички надерут им задницы в соревновании, то тогда призадумаются.

Нет в целом ряде задач они останутся непревзойдёнными специалистами и с этим стал бы спорить только дурак. Но в большинстве областей можно заниматься программированием, не изучив этих особых разделов вычислительной математики.

В любом случае после успешного завершения показа в посольстве ГДР, мы вновь смогли заняться своими делами, а джуниор поспешил отправиться домой, чтобы сдавать экзаменационную сессию.

Мы в аэропорту провожали его на самолёт в сопровождении Людмилы и Леночки и моей охраны. Вот тогда-то мы вновь узрели Петровича, который на время куда-то просто запропастился.

Зато на нем теперь красовались погоны без просветов, и на них по одной большой звезде. Оказалось, что он был представлен к присвоению нового звания и оформлял документы. Мне стало ясно, что ему прошептал на ушко генеральный секретарь. Такое происходит необычайно редко, что партийное руководство вмешивается в представление новых званий в комитете, но данный случай стал явным исключением.

Действительно без его помощи проект до сих пор находился в колыбели, а сейчас он вышел на уровень международного сотрудничества. И этом присутствует его огромный вклад. И вряд ли кто иной мог более заслужить такое повышение.

Я сразу подскочил обниматься и поздравлять товарища генерал-майора. Теперь его как-то даже неудобно называть Петровичем, а придётся переходить к уже подзабытому Виктор Петрович, или же товарищ генерал-майор. Так солиднее будет, тем более со стороны такого ниспровергателя авторитетов как я.

Немного тормознув, к поздравлениям присоединился и джуниор. Последним, но отнюдь не менее приятным для Виктора Петровича стало поздравление от Леночки. Охрана первоначально немного остолбенела, но потом дружно по-уставному поздравила товарища генерал-майора и к ним присоединилась Людмила.

Для них такое повышение тоже стимул, что инициатива иногда находит поощрение от руководства. К тому же он курировал не только данный проект, но и не менее важные проекты в области защиты информации. И они также ускорятся при наличии микроконтроллеров отечественного производства. Уже сейчас происходит проектирование специализированного защищённого от взлома кристалла.

Правда Виктор Петрович мне в сторонке на ушко шепнул, что при нём приказ и в нём есть поощрения для большинства участвовавших в данном проекте. Его начальник получил орден, а многие повышение звания. Людмила теперь стала капитаном, я аж обомлел от такого. Действительно очень серьёзно повысили девушку. Но до возвращения в родные пенаты ничего ей не скажу, пусть станет сюрпризом.

Присвоение производилось не только за этот проект, но и в целом за всю нашу поездку на конгресс. За правильные действия во враждебном окружении. Ладно, пусть охранники тоже узнают такую новость от своего начальства, если ранее не произойдёт какая-то утечка из конторы.

А в оставшееся нам время мы сосредоточились на решении творческих вопросов, и по совету Леонида Ильича я на них приходил с орденом ГДР, что пробивало нам дорогу словно ледокол.

В редакции «Moscow news» удалось договориться, как о печати книги прадеда, так и трёх моих, чередуя их публикацию. При этом я перешёл к общению на языке газеты, и редактор привёл в качестве примера для своих подчинённых, как ребёнок свободно владеет иностранным языком и использует его для проведения переговоров.

Мне удалось пробить печать более жесткого варианта «Игры престолов» для западного читателя. Если цензура станет цепляться, то обращусь за помощью к «дедушке», чтобы за нас заступился. А пока что представил им Леночку как начинающего писателя, и порекомендовал им почти готовый роман-антиутопию для молодёжной аудитории.

С помощью ордена нам действительно удалось решить все вопросы необычайно скоро, и сам пожалел, что сразу не использовал такой полезный инструмент. Заехали ещё раз на киностудию и уточнили с Леонидом Гайдаем некоторые небольшие детали снимающегося фильма.

Дружно посмеялись над его находками для него, и я полностью их одобрил. Показал, как сам вижу некоторые моменты фильма, и изобразил в лицах. Режиссёр посмотрел и без энтузиазма сказал, что подумает над этим. Пришлось извиниться за полное отсутствие у меня актёрского мастерства, а то удалось бы убедить его сразу.

Предложил предоставить для пробы сыграть такой фрагмент известным актёрам, занятым в съёмках. Тогда это станет выглядеть совсем иначе. И одну сценку по моей просьбе сняли, как я предлагал. И она заиграла совсем по-другому.

На роль Кузьмича Гайдай утвердил Георгия Буркова и тот замечательно сыграл фрагмент утреннего воспитания медвежонка зачитыванием русской классики. Актёр сразу же ухватил правильную трактовку отрывка из «Подростка». Похмельного мишку я изобразил сам, на это у меня хватило мастерства.

Режиссёра мы убедили, и сыгранная сценка ему понравилась. А затем я спел всем оба варианта финской польки, Один из фильма с тем же переводом, а вторым русский вариант, который впоследствии звучал из каждого утюга. И он понравился всем больше первого. Очень уж задорно прозвучал.

Надо мне учиться актёрскому мастерству, а то в отличие от песен, не все показанные сценки получают одобрение. Меня даже попросили дополнительно спеть второй вариант для записи, а я быстро набросал им ещё и партитуры для инструментов. Чем серьёзно удивил окружающих.

Пришлось показать им свои руки и спросить какой музыкальный инструмент кроме угольника приспособлен для таких маленьких рук? Вот и приходится сразу записывать из головы на нотный лист. Сыграть пока что не смогу. Вот к моему возвращению домой возможно уже изготовят инструмент, подходящий для детских рук. Я очень на то надеюсь.

На публике мы отлично работали тандемом с тётушкой, а вот зато дома до хрипоты спорили о её книге. Я высказывал ей своё видение, а она излагала свой авторский подход. Часто мнения не совпадали, и мы продолжали приводить доводы в пользу своей позиции.

Людмила часто выступала в роли силового рефери, растаскивая нас в разные стороны ринга. Мне доставляли удовольствие такие споры, и я зачастую преднамеренно их провоцировал. Ещё полгода назад Леночка бы ни за что не осмелилась мне возразить, а уступала бы как вода, и лишь потом возвращалась бы тихой волной.

Теперь же она твёрдо стояла на своих позициях и пыталась отразить все мои атаки. Иногда даже переходила в контрнаступление. И я очень позитивно такое оценивал. Вечером за день до отъезда я поведал ей всю свою провокационную стратегию и для чего это делал.

Пришлось пережить битву на подушках, которую затеяли по этому поводу. А Людмила благоразумно не вмешивалась, выступив в привычной роли рефери. Даже присудила мне победу по очкам, так как плотно зафиксировать девушку не смог, а применение болевых приёмов даже не рассматривал.

Людмила похоже давно догадалась о наших далеко не родственных отношениях, во всяком случае с моей стороны. И снова развела нас по противоположным сторонам ринга. Конечно, это обычная платоническая влюблённость, учитывая реальную разницу в возрасте. И в том, и в другом смысле.

Для неё я малолетний племянник, с которым можно поиграть во взрослые куклы. Забавный и очень ершистый, но прилагающий усилия быть милым и внимательным. А мне она представляется юной девушкой, только вступившей во взрослую жизнь, отчего вызывает покровительственно-нежное отношение и даже любовь.

Жаль, что нам вновь предстоит расставаться, но рано или поздно, а возвращаться домой необходимо. Да и ей возможно вскоре встретится хороший парень — её ровесник, который сможет сделать её счастливой. А иначе пусть сам заранее готовит себе верёвку и кусок мыла, я не буду с ним так добр, если хоть в чём-то обидит Леночку.

Многое дома требовало моего немедленного вмешательства, но хвататься за всё и сразу не стал. Навестил альма-матер и договорился на сдачу экзаменов за второй курс в конце августа. Сейчас я просто не готов после столь длительного отсутствия.

Джуниор проявил редкое благоразумие и никому ни слова не проронил, где был и чем занимался. Это хорошо, не стоит лишним знать этих перипетий. Сам также сослался, что в Швейцарии всё время находился в номере отеля или же на конференции. Следовательно, рассказывать нечего. А мои похождения в ГДР полностью описаны журналисткой Эрикой, которая повсюду бывала вместе со мной.

Но в университете мне удалось навестить лишь некоторые кафедры, и затем поспешил перейти к более важным делам. Пока в Москве бегал по всем издательствам, то джуниор под крылышком Виктора Петровича развил бурную деятельность, и на данный момент практически смонтированы все заказанные мной комплекты плат персоналок.

Потихоньку он даже занялся их наладкой, хотя лучше бы готовился к экзаменационной сессии. Часть зачетов и лабораторок он уже успел нагнать, и думаю к экзаменам подойдёт наравне с остальными второкурсниками. Это я у них пока что отстающий и мне стоит хотя бы получить зачеты по лабораторным работам, а то летом не хочется беспокоить преподавателей такой мелочью.

По нескольким предметам мне вообще проставили зачёты автоматом, где преподаватели были уверены в моих познаниях, которые проявил при посещении их лекций. Но на экзаменах всё равно придётся отвечать по всем предметам. А день защиты детей не за горами, всего лишь через несколько дней. А там и лето, и значит — здравствуй пионерлагерь.

Потому сразу же из университета поспешил в пионерскую организацию. Мне с ними куда приятнее общаться чем с комсомольскими предводителями. Да и толка от такого общения значительно больше. Они всё знают конкретно и погружены в реальную деятельность по подготовке к открытию этого международного пионерского лагеря.

В самой пионерской организации мне очень обрадовались и попросили дать интервью их корреспонденту «Пионерской правды». И пока мы обсуждали готовность пионерлагеря к приёму школьников и в особенности из-за границы, подоспела сама репортёр. Очень молоденькая девушка, на вид так чуть ли не со школьной скамьи.

Я при всех рассказал о своих контактах с их коллегами из ГДР, о наших обсуждениях взаимодействия по этому направлению. Рассказал о многочисленных встречах с пионерами ГДР, хотя очень многое уже описывалось в газете Эрикой. Рассказал о встречах с нашими пионерами из семей служащих в ГСВГ.

Поведал им за что и по каким критериям приглашал школьников в наш лагерь. Списки я им ранее переслал. Все отличные ребята и некоторые смогут выступить в качестве переводчиков при общении ребят из разных стран.

Мне рассказали, что лагерь уже полностью подготовлен к приёму школьников, а с ответственной за это девушкой мы быстро на моей машине поехали туда, чтобы на месте убедиться, и может быть предложить что-то новое в оборудовании лагеря.

Несколько моих немецких друзей точно туда приедут. Эрика также подтвердила, что станет в нём работать с самого открытия. Я предложил с нашей стороны откомандировать ту девушку из «Пионерской правды» для их совместной работы. С такой известной ныне журналисткой наша дебютантка сможет набраться опыта и уверенности.

Я их представлю друг другу и предложу работать совместно, вот только кто бы смог выступать для них переводчиком? Сам я навряд ли смогу, к моему сожалению. Настолько поменялись мои планы на лето, не говоря уже о пропущенных мной экзаменах летней сессии. К ним мне ещё предстоит готовиться.

Думаю, что нужно будет подыскать их паре пионерку со знанием обоих языков, и кажется среди наших пионеров из ГДР была такая. Эрика сама отмечала её отличное знание немецкого языка, так как лично судила соревнование среди наших школьников.

Попросил также выделить просторную комнату для моих личных целей, где смогу расположить свою технику. Мне ещё нужно будет подъехать на наш завод музыкальных инструментов, где обещали выделить некоторые инструменты для музыкального творчества пионеров.

Желательно для них тоже предусмотреть несколько комнат и пригласить преподавателей музыки для проведения занятий с пионерами. Ответственная девушка сразу же записывала все мои пожелания и обещала вскоре решить данные вопросы. Ещё раз напомнил ей, что для исполнения песни нашего пионерлагеря, специалистам тоже придётся заняться с пионерами вокалом.

Рассказал ей, как в Берлинском оперном театре меня обучали вокалу и поставили голос. Пообещал впоследствии показать достигнутый результат, когда в зале соберутся обитатели пионерского лагеря. Эта работа с подростками также очень важна.

Но все эти лихие налёты я производил в очень беглом режиме. Нужно было поспеть в разные места и решить тысячу вопросов. А накопилось их нисколько не меньше за время столь длительного отсутствия.

Мне ещё необходимо срочно подскочить на киностудию. Так как некоторые сомневавшиеся режиссёры согласились приступить к работе над фильмами, и мне предстояло обсудить с ними сценарии самих картин. Высказать свои пожелания и предложения. Но на это уйдёт масса времени, сил и ещё больше терпения.

А к такому я пока что не готов. Необходимо сперва разгрести дела полегче. Но на киностудию я всё-таки наведался, правда к мультипликаторам. У них уже должно быть готово несколько коротких мультфильмов, и мне хотелось посмотреть, насколько продвинулась работа над полнометражным «Шреком».

Большинство спорных моментов с ними давно оговорено и не думаю, что визит отнимет у меня слишком много времени. И сами мультипликаторы мне очень обрадовались, так как давненько я у них не показывался. Наталья Ивановна лично взялась меня сопровождать по всей студии, и попутно решить целый ряд накопившихся вопросов.

Я их ранее отпустил в свободное плавание из-за сильной перегруженности в последнее время, и мне попеняли на это. Наталья Ивановна упрекнула, что совсем их забыл и давно не приходил к ним в гости домой. Передала мне приглашение от матери для всей нашей семьи, и мы с ней сразу же уточнили точную дату и время.

Мои акции явно пошли в гору, и это вхождение всей семьи в «высший свет». За такое многие чиновники готовы удавиться. Пришлось сразу же из студии звонить домой и предупредить женщин, чтобы заблаговременно позаботились о нарядах и причёсках. Благо собственный мастер имеется, и никогда им не отказывал, принимая вне всякой очереди.

На такие великосветские приёмы не принято опаздывать и нам ещё предстоит подумать над подарком. В такой дом являться с пустыми руками не принято. Иван Иванович мне много раз помогал в решении различных вопросов, а неблагодарность не входит в число моих недостатков. Что-нибудь придумаю и на семейном совете решим.

А после обсуждения таких срочных вопросов мы приступили к посещению рабочих помещений студии. Поговорили с мультипликаторами, и я поинтересовался имевшимися проблемами. Пока дела двигались очень успешно и пара мультфильмов действительно готова и уже озвучена.

Я буквально на десять дней разминулся с Арменом Джигарханяном и Георгием Бурковым, которые озвучили «Жил-был пёс». Что-то сам Георгий мне на «Мосфильме» даже не упомянул об этом, но там у нас была другая сценка и не было времени на обсуждение посторонних проблем.

С удовольствием посмотрел сам мультик и с от души посмеялся. Получилось отлично. Думаю, что он вновь станет культовым мультфильмом, а также хорошей заявкой от начинающей студии мультипликации.

Полностью одобрил его выход на широкие экраны и показ по телевидению. Сам с удовольствием подпевал народной песне, прозвучавшей в нём, и меня сходку потащили записывать в студию, чтобы добавить мой голос к уже звучащим в мультфильме.

Раз нужно и им кажется правильным, то не стал ерепениться. Я себя слышать не могу, а значит им видней. Пришлось правда несколько раз повторить пение в студии, пока звукорежиссёр не удовлетворился звучанием. Я лично в результирующей версии не почувствовал особых улучшений, но, впрочем, им виднее.

Со «Шреком» продвижение также было весьма ощутимым. Мультипликаторы похоже тут днюют и ночуют, что столько успели снять. Молодцы! У меня, к сожалению, слишком мало времени, чтобы задержаться у них на студии подольше. И так непредвиденно тут застрял для записи песни.

И вот такая беготня у меня продолжалась всю неделю и даже больше. Бегал по издательствам, так как значительно ранее должен был быть у них, но слишком задержался в поездке. Пришлось извиняться и срочно решать вопросы, а то могли пострадать планы издательств, а мне с ними ещё работать и работать.

Вот и ещё несколько книг появилось за время пребывания в ГДР. Кроме центральных издательств их можно напечатать и в наших республиканских.

Чёрт! Пора бы мне нанять литературного агента. На Западе сами авторы не бегают по издательствам, ну во всяком случае известные. А то вон сколько времени отняло это занятие в Москве, и здесь снова-здорово то же самое начинается.

Подговорю-ка я Людмилу. Пусть этим хоть здесь занимается. Я-то её всячески улещаю последнее время. Вот и по приезду прямо с порога вручил капитанские погоны, прежде чем хоть кто-нибудь успел ей сообщить такую новость. И дома мы все совместно обмыли её повышение и звёздочки.

Вот пусть товарищ капитан теперь стращает всех в литературных кругах своим званием. Не у каждого автора литературным агентом выступает капитан из комитетских. Всё равно её пора отпускать с должности моей гувернантки. Слишком уж я подрос и за мной не требуется больше ходить по пятам.

К тому же ей нужно улаживать личную жизнь, и очень похоже подвижки в этом плане определённо есть. Перед Виктором Петровичем я походатайствовал за неё и пояснил возможные изменения в её семейном положении, что ей нужно озаботиться своей будущей жизнью. Как говорится совет да любовь молодым.

Я совсем не против, если и дальше она станет одним глазком приглядывать, но не в ущерб своей личной жизни. Моя прабабушка столько сил к тому приложила, что жаль если эти усилия пропадут даром.

Товарищ генерал-майор согласился с высказанным мной мнением и пообещал озаботиться её будущностью. Тем более что полезные для конторы навыки у неё имеются в области проведения лингафонных занятий с сотрудниками комитета.

На назначенный раут мы отправились всей семьёй в назначенный день. Наши женщины были восхитительны в строгих нарядах и с отличными причёсками. А вот для меня даже пришлось немного отпускать смокинг, настолько я подрос и уже полностью вырос из него. Но сейчас затеваться с кройкой и шитьём некогда. Зато на этом смокинге красуется орден, и подобным не сможет похвастаться никто из приглашённых.

Зато подготовка к этому визиту у наших женщин заняла несколько дней. Заодно обновили наряды, пересланные им Вероникой Степановной. Нет, в этом плане нам мужикам значительно проще. Оделся прилично — не в ежедневное рабочее, и уже готов к светскому приёму.

И разумеется, что гвоздём программы сегодня выступает сам путешественник, и от меня потребуют изложить свои похождения за границей, а также продемонстрировать всем мой заграничный орден.

Благо я никак в поездке не оплошал, чем поднял престиж всей нашей республики, и это особенно ценно сейчас. В остальном мне придётся подстраиваться по мере развития общения.

С подарком всё достаточно просто решилось. Из ГДР мы привезли несколько картин современных художников ГДР, подобранных лично Вероникой Степановной. И она выразила согласие одну из них подарить семье первого лица республики. Так что мы с собой привезли это полотно.

На приёме присутствовало довольно много приглашённых и наш подарок был очень высоко оценён собравшимися. Ну так знай наших, мы тоже не щи лаптем хлебаем. Я на ходу вспомнил все правила этикета и очень вежливо общался со всеми собравшимися.

Бабушка с Верочкой присоединились к разговору дам, и Верочка показалась мне несколько зажатой и смущённой. Отчего вскоре подлетел к ним и подбодрил её, напомнив, что она мать приглашённой звезды этого приёма, так что стоит быть раскованней и смелее.

Дедушку Павла сразу включили в свою компанию заядлые охотники, с которыми он не раз уже охотился, и у них быстро завязалось непринужденное обсуждение охотничьих трофеев. А сам я поспешил далее обходить и знакомиться со всеми присутствующими. Надо отрабатывать свою роль. Такова уж стезя публичной персоны, что особенно четко мне удалось осознать в ГДР.

Приходится работать на свой имидж, чтобы впоследствии он работал на тебя. Да и хозяев дома нельзя подводить, у нас с ними наметилось отличное сотрудничество и хорошее взаимопонимание. Потому я попросил Светлану Ивановну аккомпанировать мне на рояле, и обговорил с ней репертуар, передав нужные партитуры.

Затем мы устроили маленький концерт вплоть до начала застолья. А чего зря пропадать нашим талантам. Она известная органистка, а я каждый день немножко времени уделяю упражнениям по вокалу.

Так что смогли очень достойно исполнить несколько партий из «Призрака оперы», и также из нового спектакля «Нотр-Дам де Пари». Этих точно никто из присутствующих ещё не слышал. А после серьёзных произведений я спел несколько немецких народных песен и том числе понравившуюся мне «Роза мунде».

Под конец концерта объявил, что впервые на широкой публике исполню песню из нового мультфильма, над которым сейчас работает наша студия мультипликационных фильмов и указал рукой на Наталью Ивановну.

Я ранее уже исполнял «Алилуйя» на студии, но тогда у меня были лишь весьма отдалённые понятия о вокале и технике исполнения. Сейчас же постараюсь реабилитироваться за то исполнение, и конечно же избегая упоминание мифических сущностей, заменив их жизнью и судьбой[189].

Наталья Ивановна сразу же по завершению подошла к нам и потребовала быть в студии для записи этой песни. Лучшего исполнения она себе не может представить. Звучит очень проникновенно и нежно. Похвалила возросшую мою технику исполнения. И несмотря, что ей прежде нравилось моё исполнение, но теперь оно прозвучало достаточно профессионально.

Как тут откажешься, ведь они первые отметили мой неплохой голос и посоветовали заняться вокалом. Тем более, что сама песня проходит лейтмотивом лирической тематики в самом мультфильме, и является её квинтэссенцией. Ну вот и ещё одно занятие нашлось на мою голову, среди многих прочих.

Публике также очень понравилась наша программа и неожиданный концерт. Хозяйка дома присоединилась к нашей компании и особенно тепло меня поблагодарила за такую отличную инициативу, которая позволила собравшимся отлично провести время. Сделала комплимент, что мне каждый раз удаётся её удивить чем-то новым и неожиданным.

Далее на приёме пришлось много отвечать на расспросы о поездке и пребывании за границей, и соответственно пребывать весь вечер в тонусе. Устал будто бы вагоны разгружал, и дома отрубился почти моментально.

Женщины остались на кухне обсуждать прошедшие события, а мужики практично завалились спать. Нам то что? Солдат спит, а служба идет. Для меня вся эта тусовка была продолжением моих публичных мероприятий в ГДР, и тут также потребовалось поработать знаменитостью. Старался соответствовать ожиданиям присутствующих и даже где-то превзойти их.

Заматерелый — твердый, ожесточённый.

Нейролингвистическое программирование (НЛП, от англ. Neuro-linguistic programming) — псевдонаучный подход к межличностному общению, развитию личности и психотерапии. НЛП было разработано в 1970-х годах американцами Джоном Гриндером и Ричардом Бендлером. Практикующие нейролингвистическое программирование считают, что нашу субъективную реальность определяют убеждения, восприятие и поведение, и, следовательно, возможно проводить изменения поведения, трансформировать убеждения.

I wish you twice, what you wish me! — Желаю вам всего вдвойне, чего желаете вы мне!

Отрывок из к/ф «Иван Васильевич меняет профессию» 1973 г. https://youtu.be/Khug_HozZ6k

Матч за звание чемпиона мира по шахматам 1972 года между Борисом Спасским и Робертом Фишером состоялся в столице Исландии Рейкьявике. Матч сопровождался скандалами и психологической войной между его участниками и закончился со счётом 12½: 8½ в пользу Фишера. Этот матч, в котором в разгар холодной войны встретились граждане СССР и США, неоднократно назывался в западной прессе того времени «матчем столетия». К началу этого матча шахматисты СССР в течение долгого времени удерживали шахматную корону.

Убийство Павла I, переворот 1801 года — гибель российского императора Павла I в ночь с понедельника 11 (23) марта на вторник 12 (24) марта 1801 года, в результате заговора с участием гвардейских офицеров в здании Михайловского замка. Финансировалось Великобританией, недовольной разрывом отношений с Россией и её союзом с Наполеоном. Осведомлённость цесаревича Александра Павловича о грядущем убийстве его отца находится под вопросом. На территории Российской империи информация о данном событии была под цензурным запретом до 1905 года, хотя активно освещалась зарубежной и эмигрантской прессой.

Программируемая логическая интегральная схема (ПЛИС, англ. programmable logic device, PLD) — электронный компонент, используемый для создания конфигурируемых цифровых электронных схем. В отличие от обычных цифровых микросхем, логика работы ПЛИС не определяется при изготовлении, а задаётся посредством программирования (проектирования). Для программирования используются программатор и IDE (отладочная среда), позволяющие задать желаемую структуру цифрового устройства в виде принципиальной электрической схемы или программы на специальных языках описания аппаратуры: Verilog, VHDL, AHDL и других.

Интегрированная среда разработки, (англ. Integrated development environment — IDE), также единая среда разработки, ЕСР — комплекс программных средств, используемый программистами для разработки программного обеспечения.

Органический светодиод (англ. organic light-emitting diode, сокр. OLED) — полупроводниковый прибор, изготовленный из органических соединений, эффективно излучающих свет при прохождении через них электрического тока.

ORWO (сокращение немецких слов Original Wolfen) — торговая марка продуктов фирмы «Filmfabrik Wolfen» из города Вольфена под Биттерфельдом в ГДР, которая позже стала синонимом для всей фабрики. Марка ORWO была введена в 1964 году. Входила в объединение фотохимических предприятий стран СЭВ «Ассофото», поставляла в СССР чёрно-белые и цветные кино- и фотоматериалы

Хорст Шульце (нем. Horst Schulze; 26 апреля 1921, Дрезден, Германия — 24 октября 2018, Дрезден, Германия) — немецкий актёр театра, кино и телевидения, оперный певец и педагог.

Mens sana in corpore sano — В здоровом теле здоровый дух, (лат. «Mens sana in corpore sano») — крылатое латинское выражение. Его автор — Децим Юний Ювенал. Этой фразой он подчёркивал необходимость гармоничного развития тела и духа человека.

Лиха беда начало — всякое начало трудно; стоит только начать, а там пойдёт.

По иным переводам «Хроники Чёрного отряда», состоит из двух частей: «Книги Севера» и «Книги Юга».

Берегитесь лжепророков, которые приходят к вам в овечьей одежде, а внутри суть волки хищные. По плодам их, узнаете их. Нагорная проповедь, Евангелие от Матфея.

Мухомор серо-розовый (лат. Amanita rubescens) — гриб рода Мухомор (лат. Amanita) семейства Аманитовые (лат. Amanitaceae). Сырой гриб содержит термолабильные ядовитые вещества. При правильном термической обработке и вымачивании вполне съедобен.

pH-метр (произносится «пэ аш метр», англ. pH meter) — прибор для измерения водородного показателя (показателя pH), характеризующего активность ионов водорода в растворах, воде, пищевой продукции и сырье, объектах окружающей среды и производственных системах непрерывного контроля технологических процессов.

В книге «Янки из Коннектикута при дворе короля Артура» янки назначил Мерлина предсказывать погоду, чтобы окончательно подорвать его авторитет мага.

Praemonitus, praemunitus — Предупреждён — значит вооружён. Пословица, смысл которой состоит в том, что будучи предупреждённым о близкой опасности (или возможности), человек теперь к ней подготовлен и должен с ней справиться.

Гильотина (фр. guillotine) — механизм для приведения в исполнение смертной казни путём отсечения головы. Казнь с использованием гильотины называется гильотинированием. Использовать гильотину предложил в 1791 году врач и член Национальной Ассамблеи, Жозеф Гильотен. Эта машина не была изобретением ни доктора Гильотена, ни его учителя, доктора Антуана Луи; известно, что подобное орудие употреблялось до того в Шотландии и Ирландии, где называлось Шотландской девой.

Царица доказательств (лат. Regina probationum). — в римском праве так называли признание вины самим подсудимым, которое делает излишними все иные доказательства, улики и дальнейшие следственные действия.

«Боже, Царя храни!» (Молитва русского народа) — официальный государственный гимн Российской империи с 1833 по 1917 годы, заменивший предыдущий гимн «Молитва русских».

Группа советских войск в Германии (ГСВГ; нем. Gruppe der SowjetischenStreitkräfte in Deutschland, GSSD) — оперативно-стратегическое формирование войск Вооружённых Сил СССР, дислоцировавшееся в ГДР. Крупнейшее в мире оперативно-стратегическое объединение вооружённых сил за рубежом.

«Козерог один» (англ. Capricorn One) — приключенческий художественный фильм 1977 года режиссёра Питера Хайамса. Сюжет фильма обыгрывает детали теории, известной как «Лунный заговор», применительно к вымышленной экспедиции на Марс.

«Военные игры» (англ. WarGames) — американский кинофильм 1983 года. Фильм выдвигался на премию «Оскар» в трёх номинациях — «лучший сценарий», «лучшая операторская работа» и «лучшее звуковое оформление».

Обо мне придумано столько небылиц, что я устаю их опровергать. Между тем биография моя проста и обычна. к/ф «Формула любви» 1984 г.

Паноптикум — музей, коллекция разнообразных необычайных предметов (например, восковых фигур, причудливых живых существ, редкостей, кукол и т. п.). В переносном смысле — сборище чего-то невероятного, жуткого.

Здесь вам не тут!!! — Одна из 60-ти крылатых фраз Виктора Степановича Черномырдина.

Официальная комиссия нашла ошибку монтажа, техник криво установил зеркало, а непонятно откуда образовавшуюся щель в 1.3 мм компенсировал — шайбой. Ну, а почему бы и нет?!

До и после ремонта.

Микология — раздел биологии, наука о грибах. Поскольку грибы длительное время относили к царству растений, микология была не самостоятельным разделом биологии, а входила в ботанические науки. И в настоящее время в ней сохраняются научные традиции, характерные для ботаники.

Волосатая рука — означает, могущественного покровителя в каких-то учреждениях, чиновничьих структурах, чтобы можно было воспользоваться этой связью для решения какого-то своего вопроса.

https://www.youtube.com/watch?v=EkZwyOT9szo

В каждой бочке затычка — вездесущий, суетливый человек, которому до всего есть дело.

Уильям Иган Колби (англ. William Egan Colby, 4 апреля 1920 — 27 апреля 1996) — американский государственный деятель, Директор Центральной разведки США (1973–1976). В 1968 году был направлен во Вьетнам под прикрытием должности американского представителя Агентства международного развития. Участвовал в проведении операции «Феникс», в ходе которой были уничтожены десятки тысяч вьетнамцев, подозревавшихся в сочувствии к коммунистам.

Жаргонное, молодёжное, шутливое словосочетание — стимул, толчок к действию; мотивирующий пинок ◆ Гордеев: — После смоленского совещания «Был хороший толчок, извините, волшебный пендель». «Комсомольская правда», 20 сентября 2011 г.

Эмпирей, также Эмпиреи — в античной натурфилософии одна из верхних частей неба, наполненная огнём. В схоластике Фомы Аквинского, эмпирей (лат. Empyreum) — это изначальное светлое и пламенеющее (лат. igneum) небо (лат. caelum), сотворенное на первый день. Упоминая это небо, Фома ссылается на Страбона. Эмпирей населён ангелами и противопоставлен низшему звездному небу (лат. caelum sidereum), сотворённому в последующее время.

Рипост (фр. Riposte) в фехтовании — ответный удар или укол после взятой защиты.

Поговорка выражает особенность семиотического процесса, состоящую в том, что любой предмет может быть обозначен любым знаком любой формы. Независимо о того, каким знаком обозначается предмет, его свойства (как необходимые, так и случайные) никоим образом не изменяются. Вы можете назвать, что сейчас называете яблоком, горшком, но былое яблоко не приобретет ни одного свойства горшка, соответственно не сможет выполнять и функции горшка.

Поговорка предписывает не ожидать магической функции по преобразованию действительности от приёма переозначивая предметов. Их свойства от этого не изменяются.

Гойко Митич (род. 13 июня 1940) — югославский, сербский и германский киноактёр, режиссёр и каскадёр, стал знаменитым как исполнитель ролей индейцев. Всего сыграл в пятнадцати фильмах, где ему довелось исполнить роли Чингачгука, Текумсе и других.

семь бочек арестантов — очень много нарассказать о чем-либо неправдоподобном; наговорить с три короба. У рыбаков Белого моря была снасть, которую они называли арестега. Она представляла собой короткую бечёвку с крючком, привязанную в числе многих к верёвке. Рыбёшка, пойманная на арестегу, скорее всего, как считает автор толкового словаря, и называлась арестант. Затем этим словом стали называть вообще всю мелкую сушёную рыбу. Возможно, и ударение в нём оставалось на первом слоге — арестант.

Обыкновенно выражение приписывается Бенджамину Дизраэли (в редакции «У того, кто в шестнадцать лет не был либералом, нет сердца; у того, кто не стал консерватором к шестидесяти, нет головы») и Франсуа Гизо («Кто не республиканец в двадцать лет, у того нет сердца; кто республиканец после тридцати, у того нет головы»),

— Я скажу вам откровенно, — отвечала панама, — Сноудену пальца в рот не клади. Я лично свой палец не положил бы.

И, нимало не смущаясь тем, что Сноуден ни за что на свете не позволил бы Валиадису лезть пальцем в свой рот, старик продолжал:

— Но что бы вы ни говорили, я вам скажу откровенно: Чемберлен все-таки тоже голова.

Пикейные жилеты поднимали плечи. Они не отрицали, что Чемберлен тоже голова.

«Золотой теленок» И. Ильф и Е. Петров.

Вот тебе бабушка и Юрьев день — неожиданная напасть, разочарование. В этот день был разрешен переход крестьян от одного помещика к другому. Но в 1590 году, при Борисе Годунове, это правило было отменено. Именно тогда то и появилась поговорка «Вот тебе бабушка и Юрьев день», означающая неожиданную напасть.

https://youtu.be/oQg6OcjrCv0

Манна небесная — согласно Библии, пища, которой Бог кормил Моисея и его соплеменников во время 40-летних скитаний после исхода из Египта.

Скрижали Завета или Скрижали свидетельства (в синодальном переводе: Скрижали откровения) — две каменные плиты, на которых, согласно Библии, были начертаны Десять заповедей.

https://youtu.be/3HuBoUIX3EQ

Кодекс законов о труде. В основу Кодекса были положены Основы законодательства СССР и союзных республик о труде 1970 г. В проверенные временем нормы ранее действовавшего КЗоТ, вводилось много нововведений.

Антистатический браслет имеет на себе металлизированную площадку, которая всегда контактировать с кожей на руке, и гибким проводом подключена к заземлению.

Есть много других мер по защите от статического электричества. Это могут быть антистатическая одежда (халаты, перчатки, обувь и так далее), мебель, контейнеры, пакеты, коврики.

Синий чулок (англ. bluestocking) — характерное для эпохи Просвещения насмешливое прозвище учёной женщины, лишённой обаяния и всецело поглощённой книжными интересами. В более широком смысле — ироническое обозначение женщины, внешний вид, личные качества, поведение, деятельность, интересы и/или образ жизни которой в значительной степени не соответствуют фемининному стереотипу о них в её окружении — как правило, считаясь подобающими или положительными для мужчин и неподобающими либо ненормальными для женщин.

Ушу — термин, употребляемый для обозначения как китайских боевых искусств, так и созданных на их основе современных видов спорта. Существуют сотни стилей ушу.

Завидово — особо охраняемая природная территория со статусом национального парка. Брежнев очень любил охотиться в «Завидово», где для него в посёлке Козлово был построен 2-этажный коттедж, отделанный внутри и снаружи гранитом, мрамором, ценными породами дерева, терем из соснового бруса, а также гостиница на двенадцать номеров «люкс» с кинозалом и бильярдом.

Гомерический смех — неудержимый, громкий хохот. Часто используется для обозначения смеха над чем-нибудь крайне несуразным или глупым. Эпитет «гомерический» употребляется также в значении: обильный, огромный.

Возникло из описания смеха богов в поэмах Гомера «Илиада» и «Одиссея». У Гомера вечные боги смеются над трагедиями смертных, в этом смехе выражается их сущность.

Жалует царь, да не жалует псарь — многое зависит от благосклонности непосредственного начальника, а не высшего руководства. Царские милости в боярское решето сеются.

Отрывок из стихотворения «Морж и Плотник» Л. Кэрролла.

Мели, Емеля, твоя неделя — молоть вздор, молоть чепуху. Емеля, традиционное имя доброго, сметливого и удачливого лентяя, «косящего под дурачка». На самом деле умного, обводящего вокруг пальца своих противников. Емеле лишь бы поспать и поболтать.

Эдуард Васильевич Назаров (23 ноября 1941, Москва — 11 сентября 2016, там же) — советский и российский мультипликатор, режиссёр, художник, сценарист. Создатель культового мультфильма «Жил-был пёс».

Талант (лат. talentum) — единица массы и счётно-денежная единица, использовавшаяся в античные времена в Европе, Передней Азии и Северной Африке.

Талант был наивысшей весовой единицей в таблице греческих мер (собственно слово означало «весы»; затем «груз»). Как определённая весовая единица, талант упоминается уже у Гомера, причём везде взвешиваемым предметом является золото.

С конца же 1960-х годов этот термин стал преимущественно использоваться в философии науки и социологии науки для обозначения ведущей системы идей, взглядов и понятий, исходной концептуальной схемы, модели постановки проблем и их решения, методов исследования, господствующих в течение определённого времени в научном сообществе.

https://youtu.be/_hfDtuIxns8

Во вводной песни «Божественной комедии» Данте Алигьери рассказывает, как он, достигнув середины жизненного пути, однажды заблудился в дремучем лесу, и как Вергилий, избавив его от трёх диких зверей, преграждавших путь, предложил совершить странствие по загробному миру.

Финская песня «Рулатэ» 1961 г. Русский текст составил Владимир Войнович, музыкальная обработка Оскара Фельцмана.

Тхэквондо, также таэквондо (транслитерация с англ. Taekwon-do) — корейское боевое искусство. Характерная особенность — активное использование ног в бою; причём как для ударов, так и для защитных действий. Тхэквондо означает систему духовной тренировки и технику самообороны без оружия, наряду со здоровьем, а также квалифицированным исполнением ударов, блоков и прыжков, выполняющихся голыми руками и ногами для поражения одного или нескольких соперников.

Девятое управление КГБ СССР — структурное подразделение Комитета государственной безопасности СССР, ответственное за охрану руководителей Коммунистической партии и Правительства СССР.

Умные нам не надобны. Надобны верные. «Трудно быть богом» А. и Б. Стругацкие. В книге приведена в изменённом виде, для поддержания дальнейшей игры слов.

О награде. «Василий Теркин» Александр Твардовский.

https://youtu.be/V6pbD6RQqS0

Ми-24 — советский/российский ударный вертолёт разработки ОКБ М. Л. Миля. Неофициальное название — «Крокодил». Стал первым советским (европейским) и вторым в мире (после AH-1 «Кобра») специализированным боевым вертолётом. Серийный выпуск начался в 1971 году. Имеет множество модификаций, экспортировался во многие страны мира.

Су-25 («Грач») — советский штурмовик, бронированный дозвуковой военный самолёт. Штурмовик предназначен для непосредственной поддержки сухопутных войск над полем боя днём и ночью при прямой видимости цели, а также уничтожения объектов с заданными координатами круглосуточно в любых метеоусловиях. Су-25 впервые поднялся в воздух 22 февраля 1975 года. Самолёты этого типа эксплуатируются с 1981 года.

Делу время, потехе час — История пословицы берет свое начало на Руси. Алексей Михайлович (Тишайший) — царь из династии Романовых, являлся большим фанатом охоты. В 1656 году был издан его свод правил «Урядник», где написано: «… помните: делу время и потехе час».

Хватать и тикать, а не турусы разводить! «Сказка о тройке» А. и Б. Стругацкие.

https://youtu.be/qP7uiX9i_9k

Ух ты, говорящая рыба! — советский рисованный мультфильм 1983 года. Демонстрировался на армянском и российском телевидении под названием «Эх!». По мотивам сказки Ованеса Туманяна «Говорящая рыба».

https://youtu.be/sOF_9F7KBg8

Мальчик Гугуцэ — легендарный персонаж сказочника Спиридона Вангели, появился на свет в 1966 году. Творчество Спиридона Вангели, в котором не были ни грамма идеологии, высоко оценили еще в советский период.

Литературный институт имени А. М. Горького (Литинститут) — всесоюзное высшее учебное заведение для подготовки литературных работников. Находится в Москве, в усадьбе на Тверском бульваре. Основан в 1933 году, современное название получил в 1936 году.

Кто умеет, тот делает; кто не умеет, тот учит (других) — Из статьи «О воспитании», помещенной в иронических «Правилах революционера» (1903) английского писателя Джорджа Бернарда Шоу.

«Делатель королей» (англ. Kingmaker) — впервые так был обозначен граф Уорик; во многом благодаря его усилиям во время Войны Алой и Белой розы сначала стал регентом Ричард Йорк, а затем вернулся на престол Генрих VI.

Фабрика им. Бабаева (бывшее товарищество «Абрикосов и сыновья») — старейшее из ныне действующих кондитерских предприятий России. Расположено в Красносельском районе Москвы. Основано в 1804 году.

«Рот Фронт» (бывший «Торговый дом Леновых») — шоколадно-кондитерская фабрика в Москве, в районе Замоскворечье.

«Красный Октябрь» — российская и советская кондитерская фабрика на Берсеневской набережной в Москве. Построена фирмой «Эйнем» в 1890-е годы; после Октябрьской революции была национализирована и получила настоящее название.

«Цель оправдывает средства» — крылатая фраза, часто приписываемая итальянскому писателю и политическому деятелю Никколо Макиавелли (итал. Il fine giustifica i mezzi), поскольку мысли, схожие с идеей «цель оправдывает средства», он высказывал в сочинении «Государь» в 1532 г. Но, согласно другим источникам, эта цитата могла принадлежать Игнатию де Лойоле, основателю ордена иезуитов. Кроме того утверждается, что эта фраза (лат. Finis sanctificat media) иезуитского казуиста Антонио Эскобар-и-Мендоза (1589–1669) вошла в книгу «Книга нравственного богословия».

Жорес Иванович Алфёров (15 марта 1930, Витебск, Белорусская ССР, СССР — 1 марта 2019, Санкт-Петербург, Россия) — советский и российский учёный-физик, политический деятель. Лауреат Нобелевской премии по физике (2000 год, за разработку полупроводниковых гетероструктур и создание быстрых опто- и микроэлектронных компонентов). Академик АН СССР (1979; член-корреспондент 1972). Лауреат Ленинской премии (1972), Государственной премии СССР (1984).

Ошибка Pentium FDIV — это ошибка в модуле операций с плавающей запятой в оригинальных процессорах Pentium, выпускавшихся фирмой Intel в 1994 году. Ошибка выражалась в том, что при проведении деления над числами с плавающей запятой при помощи команды процессора FDIV в некоторых случаях результат мог быть некорректным. Согласно заявлению Intel, причиной проблемы послужили неточности в таблице поиска, используемой при проведении операции деления.

Как оказалось, в Intel знали об этой проблеме, но молчали. К тому же в Intel считали, что, поскольку этот дефект существенен лишь для узкого круга пользователей (математиков и других учёных), то пользователи, которые хотят заменить процессор, должны обратиться в компанию и доказать, что именно им эта замена необходима.

Станислав Сергеевич Говорухин (29 марта 1936, Березники, Молотовская область — 14 июня 2018, Барвиха, Одинцовский район, Московская область, Россия) — советский и российский кинорежиссёр, актёр, сценарист, продюсер, политический и общественный деятель. В 1966 году с отличием окончил режиссёрский факультет ВГИКа. До 1967 года работал ассистентом режиссёра, режиссёром, кинорежиссёром-постановщиком художественной кинематографии высшей категории на «Одесской киностудии художественных фильмов».

Но патронов много не бывает. Бывает или очень мало, или просто мало, но больше уже не утащить. «Выживатель» Андрей Круз.

Буриданов осёл (лат. Asinus Buridani inter duo prata — буриданов осёл между двух лужаек) — философский парадокс, названный по имени Жана Буридана, несмотря на то, что был известен ещё из трудов Аристотеля, где был поставлен вопрос: как осёл, которому предоставлены два одинаково соблазнительных угощения, может всё-таки рационально сделать выбор?

Борис Валентинович Дуров (12 марта 1937, Славянск — 5 апреля 2007, Москва) — советский и российский кинорежиссёр и сценарист. Заслуженный деятель искусств России (2000). Режиссёр фильма Пираты XX века.

Пионерская организация имени Эрнста Тельмана (нем. Pionierorganisation «Ernst Thälmann») — детская политическая организация в ГДР, существовавшая при Союзе свободной немецкой молодёжи.

Фразу «конь не валялся» используют по отношению к делу, которое уже стоило бы закончить, а к нему даже не притрагивались. Процессу изготовления валенка предшествовало валяние войлока и создание из него основы, которую называли коном. Это же слово означало любую основу или начало чего-либо. Таким образом, фраза «кон не валялся» означает, что мастер даже не приступал к работе.

Частица праха отца дает Тилю Уленшпигелю силы бороться с врагами за свободу родной земли. Всякий раз перед ответственным шагом он повторяет: «Пепел Клааса стучит в мое сердце». Это иносказательное напоминание о погибших и призыв к их отмщению.

Моцарелла, моццарелла (ит. Mozzarella) — молодой сыр итальянского происхождения, родом из региона Кампания, один из наиболее известных видов вытяжного сыра (паста филата). Классическая моцарелла (Mozzarella di bufala campana) производится из молока чёрных буйволиц, однако в продаже практически всегда присутствует моцарелла из коровьего молока. Этот сыр продают в виде белых шариков, замоченных в рассоле, так как он долго не хранится. Также моцарелла бывает твердой, как обычный сыр, такую используют для горячих блюд. Выпускается и копчёная моцарелла.

Моале — это продукт отечественных сыроваров. Относится к мягким рассольным сырам, изготовляется из пастеризованного и нормализованного по жиру козьего молока. К нему добавляются закваска и сычужный фермент. Некоторые производители предпочитают использовать обычное коровье молоко.

Брынза — это сыр из овечьего, козьего или коровьего молока (или из их смеси), выдержанный в рассоле. Брынза отлично зарекомендовала себя в легких овощных салатах. Является ингредиентом некоторых овощных блюд, используется для начинки пирогов и вареников, подается к мясным блюдам, супам, чаю, часто выступает в роли закуски.

План — закон, выполнение его — долг, перевыполнение — честь. Этот лозунг существовал в СССР. Но сейчас он широко известен благодаря замечательному авторскому тексту Гоблина (ака Дмитрия Пучкова) к фильмам трилогии «Властелин колец».

https://www.youtube.com/watch?v=cpWnQIwKJtQ

Гендерная принадлежность — это совокупность признаков человека, определяющих его принадлежность к мужчинам либо к женщинам, главным образом в культурном и социальном плане. Гендерная принадлежность раскрывается через определенные обществом роли, усвоенные и ожидаемые модели поведения, которые ассоциируются с мужчинами и женщинами.

https://youtu.be/Pi21LEMjC3s

Брюнхильда (Брунгильда, Брюнхильд, Бринхильд — «кольчуга+битва») — воинственная героиня германо-скандинавской мифологии и эпоса, одно из основных действующих лиц древнегерманского цикла поэм о Нибелунгах; валькирия; супруга Гунтера, короля Бургундии. Брюнхильда давно поклялась выйти замуж лишь за того, кто её одолеет, — тогда валькирия потеряет свою сверхъестественную силу. Зигфрид, обернувшись Гунтером, одолел её и взял в доказательство её пояс и кольцо.

Согласно мифу, однажды Актеон во время охоты случайно подошёл к месту, где Артемида купалась со своими нимфами в реке. Вместо того чтобы в священном страхе удалиться, он, зачарованный, стал наблюдать за игрой, не предназначенной для людских глаз. Заметив охотника, разгневанная богиня превратила его в оленя, который попытался убежать, но был настигнут и разорван охотничьими собаками самого Актеона.

Самая известная легенда рассказывает о том, что орден был назван в честь предмета женской одежды, который графиня Солсбери уронила во время танца с королём. Когда окружающие засмеялись, король поднял подвязку и повязал её на собственную ногу со словами: фр. «Honi soit qui mal y pense», ставшими девизом ордена Повязки.

У фразы «азохен вей» перевод на русский язык может отнять немного колорита, но дословно она может звучать как «когда хочется сказать ох и вей». Ох и вей — чисто национальные восклицания означающие предельный накал страстей.

Quis custodiet ipsos custode? — латинская крылатая фраза, в переводе означает «Кто устережёт самих сторожей?» или «Кто наблюдает за самими наблюдателями?» Употребляется для описания ситуации, когда люди, поставленные охранять те или иные законы и правила, сами же их нарушают, расхищают имущество, которое должны сберечь. Впервые встречается в Сатирах (сатира VI, 340) Ювенала. Древнеримский поэт говорит о том, что если сознание людей развращено, никакими внешними преградами нельзя помешать им совершить аморальный поступок.

Сома — в ведийской культуре опьяняющий ритуальный напиток, персонифицируемый как божество. Аналог хаомы в древнеперсидской культуре.

В «Новом дивном мире», созданном Хаксли, все принимают сому — наркотическое вещество, которое помогает развеселиться и забыть о заботах. Это одновременно и способ заставить людей замкнуться на получении удовольствия, вместо того чтобы что-либо менять, и сладкая морковка, ради которой низшие касты готовы послушно выполнять тяжёлую работу.

Искусственный интеллект (ИИ; англ. artificial intelligence, AI) — свойство искусственных интеллектуальных систем выполнять творческие функции, которые традиционно считаются прерогативой человека. Искусственный интеллект связан с задачей использования компьютеров для понимания человеческого интеллекта, но не обязательно ограничивается биологически правдоподобными методами.

Позабыты хлопоты, остановлен бег, Вкалывают роботы, а не человек! — припев к песне из фильма «Приключения Электроника». Слова Ю. Энтина, музыка Е. Крылатова.

Парацельса считают предтечей современной фармакологии, ему принадлежит фраза: «Всё есть яд, и ничто не лишено ядовитости; одна лишь доза делает яд незаметным» (в популярном изложении: «Всё — яд, всё — лекарство; то и другое определяет доза»). В другом изложении эта фраза звучит более поэтично — «Лекарство — яд, но яд — лекарство. Одна лишь доза превратит лекарство в яд, и яд в лекарство…».

Интеллект (от лат. intellectus «восприятие»; «разумение», «понимание»; «понятие», «рассудок» или ум) — качество психики, состоящее из способности осознавать новые ситуации, способности к обучению и запоминанию на основе опыта, пониманию и применению абстрактных концепций, и использованию своих знаний для управления окружающей человека средой. Общая способность к познанию и решению проблем, которая объединяет познавательные способности: ощущение, восприятие, память, представление, мышление, воображение.

На хромой козе не объедешь — выражение обозначающее что кого-либо Не обманешь, не проведёшь, не перехитришь.

Сергей Фёдорович Бондарчyк (25 сентября 1920, Белозёрка, Херсонский уезд, Херсонская губерния, Украинская ССР — 20 октября 1994, Москва, Россия) — советский и русский актёр театра, кино и озвучивания, кинорежиссёр, сценарист, педагог. Герой Социалистического Труда (1980), народный артист СССР (1952), лауреат Сталинской премии (1952), Ленинской премии (1960), Государственной премии РСФСР им. братьев Васильевых (1977), Государственной премии СССР (1984) и кинопремии «Оскар» за фильм «Война и мир» (1969). Кавалер двух орденов Ленина (1967, 1980). Участник Великой Отечественной войны.

https://my.mail.ru/mail/pc.orel73/video/_myvideo/921.html

«Грэмми» (англ. Grammy) — музыкальная премия, вручаемая ежегодно американской Национальной академией искусства и науки звукозаписи (NARAS). Награда присуждается по результатам голосования активных членов академии. В их числе артисты, музыканты, продюсеры, студийные звукоинженеры и другие профессионалы из мира звукозаписи. Таким образом «Грэмми» по своей сути является высшей наградой музыкальной индустрии, что концептуально роднит её с «Оскаром» в кинематографе и «Эмми» в телевизионной сфере Сама награда представляет собой статуэтку в виде граммофона.

Сплин (англ. Spleen, от греч. селезёнка) — хандра, депрессия (состояние, которое прежде объясняли заболеванием селезёнки).

Гик (англ. geek) — сленговое выражение, употребляемое относительно людей увлечённых технологиями, в том числе компьютерными.

Чайник — начинающий пользователь компьютера, однако способный на освоение и понимание оного.

Романтика — эмоционально-возвышенное мироощущение, создаваемое различными идеями, чувствами, эмоциями, и условиями жизни. Также романтика может восприниматься как образ жизни, который отличается оптимизмом, альтруизмом, положительными эмоциями, высокими чувствами, возвышенным отношением к человеку и исповеданием ценностей. Противопоставляются «серым будням», материальным ценностям, в том числе прагматизму, а также политической деятельности и другим «серьёзным занятиям».

Голь на выдумки хитра — изобретательность рождается тогда, когда иные способы решения проблемы исчерпаны. А «голь» — это именно те, у кого возможностей: денег, связей, нужных материалов, необходимых инструментов и даже времени — не имеется. Вот им и приходиться «крутиться» — мыслить нестандартно, соображать быстро, действовать хитроумно.

Ось — компьютерный сленг. Обозначает операционную систему (ОС) и пошёл от OS/2 (ось пополам или полуось). Разработки самой IBM в противовес существовавшей в то время MS-DOS от MicroSoft.

Баг (англ. bug — первичные значения: клоп, любое насекомое, вирус) — жаргонное слово, обычно обозначающее ошибку в программе или системе, которая выдает неожиданный или неправильный результат. Большинство багов возникают из-за ошибок, допущенных разработчиками программы в её исходном коде, либо в её дизайне.

Э́ндрю Ллойд Уэ́ббер, барон Ллойд-Уэ́ббер (англ. Andrew Lloyd Webber, Baron Lloyd-Webber; род. 22 марта 1948 года, Кенсингтон, Лондон, Великобритания) — английский композитор, старший сын органиста Уильяма Ллойда Уэббера и брат виолончелиста Джулиана Ллойда Уэббера. Ллойд Уэббер начал сочинять в возрасте шести лет, своё первое произведение опубликовал в девять лет. Несколько из его песен, в частности «The Music of the Night» из мюзикла «Призрак Оперы», «I Don’t Know How to Love Him» из рок-оперы «Иисус Христос — суперзвезда», «Don’t Cry for Me Argentina» из «Эвиты» и «Memory» из «Кошек», стали хитами.

https://www.realrocks.ru/sanya1970brat/music/957367/

Тайна сия велика есть — выражение из Послания апостола Павла к ефесянам (5, 32), которое читается во время православного обряда бракосочетания. Употребляется как образное определение чего-либо тайного, скрываемого. Синонимы: неведомо, неизвестно, об этом история умалчивает, покрыто мраком неизвестности, тайна сия велика, тайна, покрытая мраком, темна водица во облацех.

Нет в мире таких крепостей, которых не могли бы взять трудящиеся, большевики — отрывок из речи 4 февраля 1931 года. Сталин повторил это выражение в своей речи на Первой Всесоюзной конференции работников социалистической промышленности: «Говорят, что трудно овладеть техникой. Неверно! Нет таких крепостей, которые большевики не могли бы взять».

Линус Бенедикт Торвальдс или Турвальдс (швед. Linus Benedict Torvalds род. 28 декабря 1969, Хельсинки, Финляндия) — финно-американский программист. Создатель ядра Linux.

Воодушевлённый прочтением книги Эндрю Таненбаума, посвящённой операционной системе Minix, Линус создал Linux — ядро операционной системы GNU/Linux, являющейся на данный момент самой распространённой из свободных операционных систем, а также наиболее популярной серверной ОС.

Физика высоких энергий — раздел физики элементарных частиц, изучающий взаимодействия элементарных частиц и/или ядер атомов при энергиях столкновения, существенно выше, чем массы самих сталкивающихся частиц.

Большой адронный коллайдер, сокращённо БАК (англ. Large Hadron Collider, сокращённо LHC) — ускоритель заряженных частиц на встречных пучках, предназначенный для разгона протонов и тяжёлых ионов (ионов свинца) и изучения продуктов их соударений. Коллайдер построен в ЦЕРНе (Европейский совет ядерных исследований), находящемся около Женевы, на границе Швейцарии и Франции. БАК является самой крупной экспериментальной установкой в мире. В строительстве и исследованиях участвовали и участвуют более 10 тысяч учёных и инженеров более чем из 100 стран, в том числе из России — 12 институтов и 2 федеральных ядерных центра.

Профессиональный жаргон компьютерщиков. Пошёл от английского термина Chip — полупроводниковый кристалл с интегральной схемой, применяемого к центральным процессорам, микропроцессорам и микроконтроллерам.

Надулся, как мышь на крупу — этими словами обычно принято насмешливо и даже слегка раздраженно констатировать чью-то неоправданную и никому не интересную обиду. В. И. Даль приводил вариант этой фразы, но с пояснением «Надулся, как мышь на крупу, всё съесть хочет, грозен».

Всех сомневающихся отошлю к фильму «Одарённая» режиссёра Марка Уэбба на сценарий Тома Флинна, хорошо демонстрирующему всю процедуру подобных процессов, и их результат. Комментарии излишни.

Имбецильность (от лат. imbecillus «слабый, немощный»; англ. imbecile) — средняя степень олигофрении, слабоумия, умственного недоразвития, обусловленная задержкой развития мозга плода или ребёнка в первые годы жизни. По мнению ряда психиатров, термины «имбецильность», «имбецил» — устаревшие и не рекомендуемое к использованию определения, так как они вышли за сугубо медицинские рамки и стали носить социальный (негативный) оттенок.

Гунны — кочевой народ, вторгшийся в Европу из степей Центральной Азии в конце IV века. Их нападение стало первоначальным толчком для Великого переселения народов. Гипотеза о происхождении гуннов от центрально-азиатского народа хунну, упоминаемого в предшествующее время в китайских источниках, принимается большинством учёных.

Noblesse oblige [ноблес оближ] — французский фразеологизм, означающий буквально — «благородное (дворянское) происхождение обязывает». Переносный смысл — «честь обязывает» или «положение обязывает» — власть и престиж накладывают известную ответственность.

Фраза из советского фильма «Золушка». Её произносит юный волшебник — ученик крёстной феи Золушки. Такой замечательной фразе Костик не мог дать залежаться, тем более, что она пришлась совершенно к месту.

Cray-1 — легендарный суперкомпьютер, спроектированный Сеймуром Крэем и созданный компанией Cray Research Inc. в 1976 году. Пиковая производительность машины — 133 Мфлопса.

Карл Э́двард Саган (9 ноября 1934, Бруклин, Нью-Йорк, Нью-Йорк — 20 декабря 1996, Сиэтл, Вашингтон) — американский астроном, астрофизик и популяризатор науки. Саган был пионером в области экзобиологии и дал толчок развитию проекта по поиску внеземного разума SETI. Получил мировую известность за свои научно-популярные книги и телевизионный мини-сериал «Космос: персональное путешествие», автор научно-фантастического романа «Контакт».

Возможность возникновения ядерной зимы впервые была предсказана Г. С. Голицыным в СССР и Карлом Саганом в США. Рассуждения К. Сагана носили качественный (описательный) характер «на основе общих соображений и очень приближённых расчётов, что в совокупности с его известностью не только как учёного, но и деятельного популяризатора науки, при этом у ряда коллег возникали претензии по поводу точности научного обоснования его рассуждений».

Pro et contra — (лат.) за и против. Схоластический. метод ведения дискуссии, при котором выдвигаются два ряда противоречащих аргументов. Философский энциклопедический словарь. Малая Советская энциклопедия.

Личное мнение автора вынесенное из деятельности Кароля Войтылы, но есть и другие подтверждения.

https://ruskline.ru/news_rl/2011/05/03/beatifikaciya_ioanna_pavla_ii_nosit_antirusskij_i_antipravoslavnyj_harakter

https://ruskline.ru/news_rl/2023/03/24/o_strashnyh_zlodeyaniyah_papy_ioanna_pavla_ii

Роддам Нарасимха (англ. Roddam Narasimha; 20 июля 1933, Бангалор — 14 декабря 2020, Бангалор) — индийский учёный, специалист в области гидроаэродинамики. Исследовал различные аспекты явления турбулентности, уделяя особое внимание механизмам реламинаризации, посредством которых первоначально турбулентный поток становится ламинарным. Вместе с сотрудниками разработал лабораторную модель формирования облаков и её численное описание, провёл измерения свойств атмосферного пограничного слоя и получил важные для описания муссонов данные, предложил концепцию индо-французского спутника Megha-Tropiques[en], запущенного в 2011 году для изучения тропических облаков.

Движение неприсоединения (англ. Non-Aligned Movement) — международная организация, объединяющая 120 государств мира на принципах неучастия в военных блоках (под которыми на момент основания организации подразумевались, прежде всего, Организация Североатлантического договора и Организация Варшавского договора, а также Организация Центрального Договора, Организация Договора Юго-Восточной Азии, АНЗЮС и т. п.). Движение неприсоединения официально создано на Белградской конференции в сентябре 1961 года.

«Портрет Дориана Грея» (англ. The Picture of Dorian Gray) — роман ирландского писателя и драматурга Оскара Уайльда. Любуясь своим изображением, юный Дориан выражает желание, чтобы портрет старел, а он всегда оставался молодым. Поддавшись далее дурному влиянию, Дориан предаётся порокам и разврату. Он видит всё новые изменения на портрете, сам он при этом сохраняет всю красоту молодости.

https://youtu.be/VOgFZfRVaww

В 1947 году вышел приказ № 93 Советской военной администрации в Германии о строительстве в Шёнефельде гражданского аэропорта. После завершения строительства до 1990 года аэропорт несколько раз перестраивался, став центральным аэропортом Германской Демократической Республики, который должен был обслуживать до 18 миллионов пассажиров в год. Аэропорт Шёнефельд был объявлен «молодёжной стройкой».

Евгений Павлович Велихов (род. 2 февраля 1935, Москва, СССР) — советский и российский физик-теоретик, общественный деятель. Доктор физико-математических наук (1964), профессор. Вице-президент АН СССР (1978–1991) и РАН (1991–1996). С 1961 года работает в Институте атомной энергии им. И. В. Курчатова. В 1971–1978 годах являлся директором филиала института — Магнитной лаборатории АН СССР (в будущем Троицкий институт инновационных и термоядерных исследований

Атташе по культуре является специалистом, занимающимся развитием и укреплением культурных связей между двумя странами. Атташе по культуре — это не только представитель своей страны, но и посредник между двумя культурами. Он оказывает поддержку и помощь в различных областях, связанных с культурным обменом, а также реализует программы и проекты, направленные на популяризацию и привлечение внимания культуры своей страны. Атташе сотрудничает не только с дипломатами, но и с художниками, писателями, учеными, археологами и представителями разных сфер искусства, науки и образования.

Буффонада (от итал. buffonata — шутовство, паясничанье) — утрированно-комическая манера актёрской игры. Основана на резком преувеличении (гротеске), окарикатуривании действий, явлений, черт характера персонажа, благодаря чему создаётся сатирический эффект.

https://youtu.be/CbhNMESQmek

«Юнге вельт» (нем. Junge Welt — «Юный мир») — межрегиональная ежедневная газета в Германии, целевой аудиторией которой являются в основном молодые читатели из левого спектра. Газета была основана 12 февраля 1947 года в Советской зоне оккупации Германии. Она выходила еженедельно, с марта 1950 года — 6 раз в неделю. С 12 ноября 1947 года была Центральным органом Союза свободной немецкой молодёжи.

Trabant (нем. Trabant — Спутник, полное название — Sachsenring Trabant) — марка восточногерманских микролитражных автомобилей, серийно производившихся народным предприятием Sachsenring Automobilwerke. «Трабант» стал одним из символов ГДР.

Рулька (нем. Haxe — «рулька») — свиная голяшка, часть свиного окорока (сырого или копчёного), прилегающая к коленному суставу; голень или предплечье. Состоит главным образом из соединительных тканей и грубых мышц.

А́йсбайн (нем. Eisbein — букв. «ледяная нога») — сытное мясное блюдо немецкой кухни из свиной ножки — рульки. Считается исконно берлинским блюдом и классикой хаусманнскоста.

Штрудель (стру́дель) (нем. Strudel — «вихрь, воронка, водоворот») — кондитерское изделие в виде рулета из пресного, тонко раскатанного и вытянутого теста с яблочной начинкой. Штрудель является традиционной выпечкой австрийской, немецкой, венгерской, чешской кухонь.

Gaststätte — предприятие общественного питания. Особо колоритные встречаются в деревнях и малых населенных пунктах. Часто посещаются местными жителями.

Стивен Уильям Хокинг (англ. Stephen William Hawking; 8 января 1942, Оксфорд, Великобритания — 14 марта 2018, Кембридж, Великобритания) — английский физик-теоретик, космолог и астрофизик, писатель. Хокинг первым изложил космологическую теорию, в которой были объединены представления общей теории относительности и квантовой механики.

ЛСД (ЛСД-25, LSD, от нем. Lysergsäurediethylamid — диэтиламид d-лизергиновой кислоты) — полусинтетическое психоактивное наркотическое вещество из семейства лизергамидов. ЛСД долгое время считался самым известным психоделиком, использовавшимся или используемым в качестве рекреационного препарата, а также в качестве инструмента в различных трансцендентных практиках, таких как медитация, психонавтика, и в запрещённой законом (но легальной в прошлом) психоделической психотерапии.

Песня из советского кинофильма «Огонь, вода и медные трубы» 1967 года.

Не один пуд соли съели — ‘то выражение действительно говорит о преданности и крепких отношениях между людьми, с учетом того, что пуд соли — это 16,38 кг. Чтобы вместе одолеть такой объем, потребуется от 2 до 4 лет. Если же пуд не один — и того больше.

Memento mori (на латыни — помни о смерти) — выражение, ставшее крылатым. В Древнем Риме эта фраза произносилась во время триумфального шествия римских полководцев, возвращающихся с победой. За спиной военачальника ставили раба, который был обязан периодически напоминать триумфатору, что, несмотря на свою славу, тот остаётся смертным. Возможно, настоящая фраза звучала как: Respice post te! Hominem te memento! («Обернись! Помни, что ты — человек!») глава 33 «Апологетики» Тертуллиана.

Если пребудете в слове Моем, то вы истинно Мои ученики, и познаете истину, и истина сделает вас свободными. Евангелие от Иоанна. Глава 8, стих 31–32.

Революция Иисуса (англ. Jesus Revolution) — американский фильм режиссёров Джона Эрвина и Брента Маккоркла. Релиз фильма по всему миру состоялся 24 февраля 2023 года. Основан на фактах из жизни американского писателя и пастора Грега Лори, и его книге «Революция Иисуса», повествующей о движении Иисуса в Калифорнии 70-х годов.

Booby prize — приз «отстающего», утешительный приз (который в шутку дают тому, кто пришёл последним к финишу или набрал меньше всего очков).

Желающие могут сами найти в интернете информацию об этой пагубной привычке Ричарда Никсона. В 1969 году он приказал сбросить ядерную бомбу на Северную Корею, придя в ярость, находившись в состоянии алкогольного опьянения. К счастью, Госсекретарь — Генри Киссинджер позвонил по телефону, уговорив подождать с исполнением приказа, пока Никсон протрезвеет. И наутро тот поменял своё решение.

Супервулкан — вулкан, извержение которого может спровоцировать изменение климата на планете (8 баллов по VEI). На Земле существует около 20 известных науке супервулканов. В среднем извержения происходят раз в 100 000 лет.

Так, крупнейший из известных и наиболее «созревший» для извержения Йеллоустонский супервулкан, кальдера которого имеет размеры 55×75 км, географически может быть описан как слабо всхолмлённая местность, окружённая горами.

https://youtu.be/t8k2apkiWwA

Горный хребет Дуссе-Алинь является одним из самых красивых уголков Дальнего Востока (хребет является продолжением Буреинского хребта), большая его часть является заповедником. Место нахождения — центр Хабаровского края, на стыке Верхнебуреинского с другим районом этого края.

Дуссе-Алиньский тоннель — железнодорожный тоннель на Байкало-Амурской магистрали, на участке Ургал — Комсомольск-Сортировочный. Тоннель, расположенный на территории Хабаровского края, пересекает Буреинский хребет (точнее, хребет Дуссе-Алинь). Длина тоннеля 1852 м. На протяжении тоннеля имеются две шахты для вытяжки выхлопов локомотивов проходящих поездов. Он был построен в 1939–1953 годах силами заключённых (см. Бамлаг). Проходка велась с двух сторон навстречу друг другу. После этого тоннель был брошен на двадцать один год. Отчего после смерти смотрителя в начале 60-х полностью зарос льдом. Смотритель его протапливал в зимнее время кострами и печками по краям тоннеля.

КУНГ — аббревиатура, кузов универсальный нулевого (нормального) габарита. Стандартизованный по габаритам тип закрытого кузова-фургона военных грузовых автомобилей и прицепов, состоявших на вооружении Советской армии ВС Союза ССР и армий стран Варшавского договора. Предназначались для размещения в них различных радиостанций, мастерских, аппаратных, лабораторий, полевых кухонь и т. п.

Кристиан Генрих Хейнекен (нем. Christian Henrich Heineken), иногда Кристиан Фридрих Хейнекен (нем. Christian Friedrich Heineken) (6 февраля 1721 — 27 июня 1725) — вундеркинд, известный как «младенец из Любека». В возрасте 10 месяцев он начал говорить и повторять каждое услышанное слово; в возрасте одного года он знал и помнил все основные события из пяти первых книг Библии; к двум годам он развил память до того, что мог воспроизвести все факты библейской истории; в возрасте трех лет он добавил к своим познаниям мировую историю и географию, сочетая это с изучением латыни и французского языка, интересовался математикой и биологией, а на четвёртом году своей жизни он начал специализироваться на изучении истории церкви и религии. Некоторые упоминания о нём приведены в третьей книге цикла.

«Пражская весна» (чеш. Pražské jaro, словацк. Pražská jar) — период либерализации в ЧССР с 5 января по 21 августа 1968 года, связанный с избранием первым секретарём ЦК КПЧ Александра Дубчека и его реформами, направленными на расширение прав и свобод граждан и децентрализацию власти в стране.

Конрад Вольф (нем. Konrad Wolf, Конрад Фридрихович Вольф; 20 октября 1925, Хехинген, Германия — 7 марта 1982, Восточный Берлин, ГДР) — немецкий кинорежиссёр, президент Академии искусств ГДР (1965–1982). Лауреат Национальной премии ГДР (1959, 1968, 1971, 1979). Младший брат руководителя внешней разведки ГДР Маркуса Вольфа.

Камикадзе (камикадзэ, симпу: ками — «божество», кадзэ — «ветер») — «божественный ветер», название тайфуна, который дважды уничтожил корабли монгольской армады хана Хубилая на подступах к берегам Японии. В середине XX века слово «камикадзе» стало использоваться для обозначения японских пилотов-смертников, появившихся на заключительном этапе войны в Тихом океане. «Камикадзе» — часть более широкого японского термина токкотай, которым обозначали всех добровольцев-смертников.

https://youtu.be/JCVaSZ6nUUM

Брахманы — высшая каста. Брахманы в Индии — это священники и жрецы в храмах. Их положение в обществе всегда считалось самым высоким, даже выше, чем должность правителя.

Карл Фридрих Май (нем. Karl Friedrich May; 25 февраля 1842, Эрнстталь, Саксония — 30 марта 1912, Радебойль) — немецкий писатель, поэт, композитор, автор приключенческих романов (в основном вестернов), многие из которых экранизированы.

Олд Шаттерхенд (англ. Old Shatterhand — старина «Разящая рука») — персонаж ряда произведений Карла Мая, праведный белый человек, друг индейцев. Фантаст Станислав Лем писал: «Для двенадцатилетнего мальчика Олд Шаттерхенд — это воплощение всевозможных добродетелей, феномен интеллекта, авторитет в области антропологии, географии, военного искусства и непревзойденный знаток охоты, одним словом, ходячее совершенство».

Конрад Петцольд (нем. Konrad Petzold; 1930–1999) — немецкий кинорежиссёр и сценарист, автор приключенческого кино, известный в первую очередь по участию в создании вестернов киностудии ДЕФА с участием Гойко Митича: «Белые волки», «Смертельная ошибка», «Оцеола», «Вождь Белое Перо».

Готфрид Кольдиц (нем. Gottfried Kolditz; 1922–1982) — немецкий (ГДР) кинорежиссёр и сценарист. Получил широкую известность как режиссёр цикла вестренов на индейскую тематику студии ДЕФА с актёром Гойко Митичем: «След Сокола», «Апачи», «Ульзана».

Чжан Имоу (род. 14 ноября 1951) — китайский актёр, режиссёр, продюсер, сценарист. Признание широкой публики ему принесли монументальные полотна-противопоставления на историческую тему «Герой» и «Дом летающих кинжалов», собравшие соответственно около 177 миллионов долларов и 90 миллионов долларов кассовых сборов по всему миру. В этих фильмах режиссёр продемонстрировал умение играть цветовыми оттенками, превращая каждую сцену в произведение искусства.

Павел Владимирович Клушанцев (25 февраля 1910, Санкт-Петербург — 27 апреля 1999, там же) — советский кинооператор, кинорежиссёр, сценарист, писатель. Заслуженный деятель искусств РСФСР (1970). Автор множества изобретений, кинотрюков, технических приспособлений, методов и приёмов комбинированных съёмок, многие из которых заимствовали кинематографисты разных стран.

Анэнцефалия (др. — греч. ἀν- «без» + ἐγκέφαλος «головной мозг») — внутриутробный порок развития плода, который возникает на ранних сроках беременности и связан обычно с воздействием вредных факторов окружающей среды, токсических веществ или инфекцией; грубый порок развития головного мозга — полное или частичное отсутствие больших полушарий головного мозга, костей свода черепа и мягких тканей. Тут братья Стругацкие допустили ошибку в использовании медицинского термина, и корректор это не заметил.

Все науки делятся на физику и коллекционирование марок. — произнесено Эрнестом Резерфордом после получения известия о присуждении ему Нобелевской премии по химии. Allscienceis either physics or stamp collecting. (Все науки или физика, или это коллекционирование марок) Многие закономерности являются общими для всех материальных систем. Физика — фундаментальная наука, поскольку такие естественные науки как химия, биология, геология и др. описывают некий класс материальных систем, которые подчиняются законам физики.

Наиболее радикальные приверженцы сциентизма пытаются преобразовать все науки в соответствии с положениями математики и физики, как самых точных наук.

Квантовая химия — направление химии, рассматривающее строение и свойства химических соединений, реакционную способность, кинетику и механизм химических реакций на основе квантовой механики. Разделами квантовой химии являются: квантовая теория строения молекул, квантовая теория химических связей и межмолекулярных взаимодействий, квантовая теория химических реакций и реакционной способности и др. Она занимается рассмотрением химических и физических свойств веществ на атомарном уровне (моделях электронно-ядерного строения и взаимодействий, представленных с точки зрения квантовой механики).

Орден «Звезда дружбы народов» (нем. Stern der Völkerfreundschaft) — орден ГДР, основанный 20 августа 1959 и вручавшийся по представлению Президиума совета министров ГДР за заслуги по достижению мира и взаимопонимания между народами.

Ганза (нем. Hanse, Hansa, лат. Hansa), также Ганзейский союз, Ганзея — крупный политический и экономический союз торговых свободных городов Северо-Западной Европы, возникший в середине XIII века. Союз германских городов Любека и Гамбурга, который путём удачных войн на Балтийском морском театре с датскими и шведскими королями к 1367 году развился в обширный Ганзейский союз в составе 57 городов. Позже в регистр Ганзы были включены 130 городов, из них — около 100 портовых, а под её влиянием находилось до трёх тысяч населённых пунктов.

Конрад Эрнст Отто Цузе (нем. Konrad Ernst Otto Zuse; 22 июня 1910, Берлин, Германская империя — 18 декабря 1995, Хюнфельд, Германия) — немецкий инженер, один из пионеров компьютеростроения. Наиболее известен как создатель первого действительно работающего электро-механического программируемого компьютера Z3 (1941) и первого языка программирования высокого уровня Планкалкюль (1948).

Политически Цузе относил себя к социалистам. Кроме прочего, это выразилось в стремлении поставить компьютеры на службу социалистическим идеям. В рамках «эквивалентной экономики» Цузе, совместно с Арно Петерсом, работал над созданием концепта высокотехнологичной плановой экономики, базирующейся на управлении мощными современными компьютерами. В процессе разработки этого концепта Цузе ввёл термин «компьютерный социализм». Результатом этой работы была книга «Компьютерный социализм. Беседы с Конрадом Цузе».

https://youtu.be/Y0Wvn0qokik

https://youtu.be/Evgb-Xs3Pgw

Гисметео (Gismeteo.ru) — популярный интернет-ресурс о погоде в тысячах населенных пунктов по всему миру. Сайт Gismeteo.ru имеет более, чем 10-летнюю историю, и на сегодняшний день предоставляет информацию о погоде в 13 тыс. населенных пунктов каждые 3 часа (по некоторым населенным пунктам каждый час).

Слова служанки Лизы из пьесы в стихах «Горе от ума», написанной Александром Сергеевичем Грибоедовым.

Абсолютный слух — способность достаточно точно помнить высоту звука, позволяющая носителю определять и называть любые услышанные ноты без предварительного прослушивания заранее известных звуков. Эта способность может формироваться в раннем детстве и зачастую считается врождённой.

Общегосударственная автоматизированная система учёта и обработки информации (ОГАС) — предложенный, но так и не реализованный проект системы автоматизированного управления экономикой СССР, основанной на принципах кибернетики и включающей в себя компьютерную сеть, связывающую вычислительные центры сбора и обработки данных во всех регионах страны.

Горячий резерв (англ. Hot Spare) — технология резервирования электронного оборудования, в которой резерв подключен к системе и подменяет вышедший из строя компонент в автоматическом режиме, или, хотя бы, без прерывания работы системы. Чаще всего применяется в системах автоматизации технологических процессов (контроллеры, модули ввода-вывода, системы электропитания) и в IT-сфере (жёсткие диски, оперативная память компьютеров).

Расцвет производства фарфора как искусства пришелся на эпоху правления одной из известных китайских династий Мин. В период 1368–1644 годы императоры Китая самолично контролировали процесс производства фарфоровых изделий, поэтому они отличались высоким качеством. Особое внимание в то время уделяли росписи данных изделий.

Закон Мерфи (англ. Murphy's law) шутливый философский принцип, который формулируется следующим образом: Если что-нибудь может пойти не так, оно пойдёт не так (Anything that can go wrong will go wrong).

ОЗУ — Оперативное запоминающее устройство (ОЗУ) — техническое устройство, реализующее функции оперативной памяти. ОЗУ может изготавливаться как отдельный внешний модуль или располагаться на одном кристалле с процессором, например, в однокристальных ЭВМ или однокристальных микроконтроллерах.

В дороге ангел с обнажённым мечом, незримый для Валаама, трижды преграждает дорогу ослице. Когда она стала сворачивать в сторону, Валаам начал бить ослицу, и она вдруг запротестовала человеческим голосом.

Большие данные (англ. big data) — обозначение структурированных и неструктурированных данных огромных объёмов и значительного многообразия, эффективно обрабатываемых горизонтально масштабируемыми программными инструментами, появившимися в конце 2000-х годов и альтернативных традиционным системам управления базами данных и решениям класса Business Intelligence.

https://yandex.ru/video/preview/6205790544596729869

Инфлюэнсер, также инфлюенсер (от англ. influence — «влияние») — человек, мнение которого является важным для большого числа людей, «лидер мнений»; лицо, которое может влиять на мнение многих; обычно это знаменитость, эксперт в своей области, в социальных сетях — пользователь (блогер), имеющий обширную и лояльную аудиторию.

Мене, мене, текел, уфарсин = в церковнославянских текстах «мани́, Ѳекел, фарес» (от греч. μανη θεκελ φαρες), согласно ветхозаветной Книге пророка Даниила = слова, начертанные таинственной рукой на стене во время пира вавилонского царя Валтасара незадолго до падения Вавилона от рук Кира. Объяснение этого знамения вызвало затруднения у вавилонских мудрецов, однако их смог пояснить пророк Даниил: «Вот и значение слов: мене — исчислил Бог царство твоё и положил конец ему; Текел — ты взвешен на весах и найден очень лёгким; Перес — разделено царство твоё и дано Мидянам и Персам» (Дан. 5:26–28). В ту же ночь Валтасар был убит, и Вавилон перешёл под властъ Персидской империи (Дан. 5:30). Вероятно, библейский рассказ основывается на реальных событиях, сопровождавших вступление персидской армии в Вавилон в ночь на 12 октября 539 до н. э.