Ruth Anne Byrne

DIE DUNKLEN BÜCHER – VERGISS DEN VAMPIR!

© G&G Verlagsgesellschaft mbH, Wien 2021 ill. Timo Grubing Alle Rechte vorbehalten.

© Привалова Е. П., перевод на русский язык, 2023

© Издание на русском языке, оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2024

Нет ничего хуже лета! Сидя высоко в ветвях старой ели, Виктор ждал. Сквозь плотную листву поблёскивал серебристый свет луны. Снизу на лугу слышался смех. Человеческий запах бил в нос. Кровь! Виктор вздохнул и облизнулся, проведя языком по одному из острых клыков.

В животе урчало уже которую ночь подряд!

Удержаться практически невозможно. Но пока ещё слишком опасно! Слишком многолюдно, слишком много вокруг болтовни и веселья. Его губы презрительно сжались в узкую полоску. Ну неужели не может хотя бы какой-нибудь из этих лакомых кусочков заблудиться в кустах, один-одинёшенек?

Вдыхая манящий аромат, Виктор отодвинул в сторону ветку и, выглянув между листьями, обнаружил компанию.

В темноте лица людей освещались отблесками костра.

– Да ты боишься! – произнёс, поднимаясь, один из мужчин.

– Ну почему, папа! – темноволосый, коротко стриженный мальчик бросился за ним на берег озера. – А вот и не боюсь!

Высунувшись ещё сильнее из-за листьев, Виктор внимательнее разглядел мальчика.

«На вид ему столько же лет, сколько было мне тогда», – подумал он.

Стоя рядом с причалом, мужчина вытащил на воду надувной матрас. Чернильно-чёрная поверхность озера поблёскивала в свете луны. Мальчик стянул с себя футболку. Оставшись в плавках, он приготовился, выжидая, когда надувной матрас окажется у края причала.

– Боится! Боится! – донёсся девчоночий голос со стороны костра. Девчонка дерзко хохотнула. Она так громко жевала жвачку, что сидящий на дереве Виктор слышал её чавканье.

Мальчик бросил на неё сердитый взгляд. А потом с криком ринулся на причал и прыгнул.

Матрас скользнул в сторону. Боевой клич оборвался громким – ПЛЮХ! Люди смеялись, а громче всех хохотала девчонка.

Уголок рта Виктора тоже пополз вверх. Интересно, что это за ощущение? Холодные капли на коже.

Он расправил рюши на кружевном рукаве рубашки. Тётка Ундина ни за что бы не позволила купаться в озере! Виктор сердито надул губы и покачал головой. А ведь это кажется таким весёлым занятием! Наверное, вода обладает какой-то магической силой, вот и манит людей. Чего не скажешь о кустах под ним. Ну когда же, скажите на милость, кто-нибудь туда наконец-то забредёт?

Подплыв обратно к берегу, мальчик отряхнулся и пригладил пальцами мокрые волосы.

Взгляд Виктора остановился на его шее. Он сглотнул. При одном этом виде у него потекли слюнки.

Ага! Глаза Виктора расширились. Мальчик прошёл мимо ели прямо под ним и исчез за кустом. Наконец-то! Он облизнул губы, напряг мышцы. Расправив плащ, беззвучно соскользнул на землю. Ну и где же он?

Обернувшись в полотенце, мальчик что-то рассматривал в свете карманного фонарика – это был ночной мотылёк! Тем лучше, что он отвлёкся! Виктор подбирался ближе, тихо переступая с ноги на ногу, словно дикая кошка. Вот он уже слышит, как бьётся сердце мальчика… Лакомая кровь! Приоткрыв рот, Виктор обнажил клыки… и вдруг – ХРЯСЬ – наступил на ветку.

Что за чертовщина? Виктор замер как вкопанный.

Мальчик обернулся.

– Эй! Кто здесь? – Яркий свет фонарика ударил Виктору в глаза.

Слишком яркий свет! Виктор шикнул и закрылся рукой.

Сделав шаг назад, мальчик оглядел Виктора сверху до низу:

– Что за чудной наряд? До Хэллоуина ещё несколько месяцев.

– Что-что? – Виктор отважился выглянуть из-за рукава и тут же зажмурился.

– Да ты на себя в зеркало смотрел? Сейчас напугаешь мою сестрицу! – махнул он в сторону лужайки. – Ей хоть и пятнадцать, но трусиха она ещё похуже меня!

Виктор откашлялся. Своего отражения в зеркале он не видел уже больше ста лет. Да и зачем?

Мальчик попытался оттолкнуть его, но, коснувшись плеча Виктора, тут же отдёрнул руку.

– Ты совсем холодный!

Виктор сглотнул. Он начинал паниковать. А парень, ничуть не испугавшись, продолжал болтать.

– Это же гениально! Ты что, настоящий вампир? А летать ты умеешь? А в летучую мышь можешь превратиться? И в темноте видишь? Вот это да!!! – Его голос срывался от радости.

Виктор, мигая, всматривался в световой шар. Чему парнишка радуется? До сих пор ещё ни одна его жертва не была рада встрече.

– Ну наконец-то что-то интересное за всё время этих скучных каникул! – Мальчик разглядывал Виктора с ног до головы. – Значит, вы действительно существуете, как в книжке, которую я как раз читаю! Там и про оборотней, и про вампиров есть. Называется «Энциклопедия нежити».

Виктор приподнял брови. Вот какие книжки, оказывается, читает этот парнишка! Но разве он не должен испытывать надлежащее уважение к ночным существам? И что же он чеснок с собой не носит, а ещё современный человек!

Вдруг в голове Виктора раздался голос тётки Ундины, который уже в тысячный раз повторил: «Ни один человек не должен знать о нашем существовании!» Значит, мальчишка должен забыть о нём. Виктор вдруг очнулся от своего оцепенения, словно его ударила молния. Он схватил мальчика за руку, отодвинул в сторону телефон, сделал шаг вперёд и заглянул ему глубоко в глаза:

– Ты слышишь мой голос, и это всего лишь голос. Ты никогда не встречался с вампиром и не вспомнишь об этом разговоре. А теперь закрой глаза!

Мальчик повиновался.

Виктор нырнул за ближайшее дерево. Во время прыжка он расправил плащ и, превратившись в летучую мышь, упорхнул прочь – сквозь кроны деревьев, вверх по скале холма, на котором возвышалась крепость, и, протиснувшись через щель в крепостной стене, скрылся под сводом подвала замка.

Снова приняв человеческий облик, Виктор прислонился спиной к стене, откинув голову назад. И со стуком ударился:

– Вот подстава!

В животе по-прежнему урчало. Надо было хоть немного присосаться! Была бы такая ненавязчивая игра. Он сглотнул. Без тётки Ундины всё не так. Обычно во время их совместной охоты она брала это на себя.

Тёткин голос успокаивающе пронёсся у него в голове: «Никогда не стоит рисковать!»

Она говорила ему эти слова, пожалуй, каждую ночь на протяжении всего его небытия. И вот, через пятьдесят тысяч раз они въелись в его сознание на веки веков. Несмотря на всю предосторожность, эти проклятые охотники за вампирами всё-таки подкараулили тётушку. Она еле вырвалась из их лап, но была уже сильно ранена. Вот почему Виктор на протяжении многих дней не решался выйти из замка, пока в конце концов голод не заставил его сделать это сегодня ночью. И теперь ему ничего не остаётся, только ждать и ждать, теряя время.

Собравшись с силами, Виктор побрёл вниз по лестнице. На следующей площадке он перепрыгнул через скрытый в полу люк и остановился в стороне, перед стеной скалы. Там он сунул ладонь в щель, нащупал рычаг и одновременно нажал ногой на камень, утопленный в стене. Дверь со скрипом открылась. Виктор отодвинул в сторону плотную паутину, словно занавес. Тётка Ундина держала здесь гигантского паука и заботилась о нём. Он был хранителем очага. Вытянув указательный палец, Виктор почесал паучий волосатый животик.

– Прости, Серафина, сегодня у меня для тебя ничего нет. Мы с тобой оба с пустыми желудками.

Подавленный, он вошёл в зал, где пол был застелен персидскими коврами, а отвесные стены украшали длинные ряды картин в золочёных рамах.

Виктор повернул тяжёлое металлическое колесо.

Ворота со скрежетом закрылись. Он потупил взгляд. Главное – не смотреть на первую картину!

На портрете был запечатлён он сам: уложенные воском чёрные волосы, кроваво-красные губы, а рядом с ним – волкодав, принадлежавший раньше тётке Ундине, ростом доходивший Виктору до плеча.

И кому будет приятно, если ему будут напоминать, что он навсегда застрял в тринадцатилетнем возрасте.

Виктор остановился перед картиной с изображением музыкального ансамбля. Под картиной, на комоде лежали его скрипка, рядом – виолончель тётки Ундины.

Вздохнув, Виктор отодвинул в сторону красный бархатный занавес. В склепе стояло два гроба.

Он подошёл к левому и провёл пальцами по деревянному барельефу с изображением женщины. Тётка Ундина будет спать, пока не заживут её раны. Но сколько это продлится? Годы? Десятилетия? Пусть будут прокляты эти охотники за вампирами!

Над горами показались первые серые тени рассвета.

Наконец-то! Желудок набит, с голодом покончено!

Над озером поплыл туман. Какая здесь тишина! Накануне вечером всё было совсем по-другому. Людской гомон теперь исчез. Виктор отважился выйти из своего укрытия под старой елью. Наклонившись вперёд, он стал смотреть вниз, на поверхность воды.

«Держись подальше от озера», – тут же раздался в его голове голос тётки Ундины.

Он закатил глаза. И почему от озера нужно держаться подальше? Только потому, что достопочтенные старейшины не умели перебираться через водоёмы, где есть течение? Но в отличие от графа Дракулы, Виктор умеет! Чтобы доказать это тётке Ундине, он нарочно много раз перепрыгивал через ручеёк у горы, на которой возвышается замок. После этого его лицо побледнело ещё сильнее обыкновенного.

И потом, это всего лишь озеро, здесь и течения никакого нет!

Виктор беззвучно опустился на причал и осторожно уселся по-турецки. Склонив голову набок, он стал размышлять. Вот если он ненадолго опустит в воду большой палец ноги, ничего же не произойдёт? Развязав шнурки, он аккуратно поставил кожаные ботинки рядом с собой, начал снимать чёрные носки. Но тут что-то хрустнуло на мостике за его спиной. Виктор обернулся.

Да это вчерашний парнишка… наметать и зашить! Опять он!

«Беги!» – слышится голос тётки Ундины. Слишком поздно.

Мальчик уже увидел его и преградил ему путь на берег.

– Разве ты не должен спать в это время? – запинаясь, пробормотал Виктор.

– Хм… – Мальчик провёл рукой по непричёсанным волосам.

Это что на нём надето, пижама? На майке написано «Гол!», и на шортах изображено множество футбольных мячей. В этом наряде он похож на пятилетнего переростка.

Виктор ухмыльнулся. Он поспешно подтянул носки. С опусканием пальца в воду придётся подождать.

Усевшись рядом с ним, мальчишка принялся – вот так запросто! – болтать ногами в воде. Виктор, как зачарованный, смотрел на круги, которые расходились вокруг пальцев на ногах мальчика.

– Не спится, – еле слышно проговорил он. – Вчера вечером произошло что-то странное… Но я не могу вспомнить, что именно.

Виктор откашлялся. Он поспешно натянул ботинки. Облака над вершинами гор затянулись, окрасились в красноватый оттенок. Скоро взойдёт солнце. Скорее прочь отсюда!

Мальчик оглядел его:

– Ты что, был на маскараде?

– А-а-а… – нарочито сладко зевнул Виктор, прикрыв рот ладонью, и поднялся. – Ночь была такая длинная. Пойду отдыхать. Хорошего дня!

– Ха-ха! Ты отлично вжился в образ! Наверное, сейчас превратишься в летучую мышь и полетишь к замку? – подмигнул ему мальчишка.

Виктор оторопел: откуда ему это известно?

Парнишка вскочил, дружелюбно улыбаясь ему:

– Да ладно, я пошутил! Придёшь вечером в деревню на праздник? Только в нормальной одежде! Кстати, меня зовут Паскаль.

Виктор протянул ему руку и тут же отдёрнул её. Мальчик не должен заметить, как холодна его рука!

Но вот по его лицу пробежала улыбка. Судя по всему, мальчишка его ни капельки не боится.

Это даже может оказаться очень удобно, если вдруг на Виктора опять нападёт непреодолимый голод. Получится своего рода «фастфуд»! Ну и будет с кем поговорить…

Такие воспоминания в любом случае придётся стереть из памяти мальчишки. Почему бы и не поболтать немножко? Ведь Паскаль не вспомнит потом никакие, даже самые потаённые секреты вампиров!

Виктор расправил плечи:

– Очень польщён! Моё имя – Викторианус Урбан Удомар Вильгельм фон Блутштайн.

Паскаль прыснул:

– Удомар… ты серьёзно? А как тебя лучше называть – Удо или Вилли?

– Вилли?! Об этом не может быть и речи. Приемлемое для меня имя – Виктор.

– Ну хорошо, Виктор! А почему у тебя столько имён? Ты что, правда, из знатного сословия?

Виктор пожал плечами:

– У нас… так принято.

– У всех твоих родных так много имён?

– Не только много имён, но и все они начинаются на буквы В.У.У.В.

Он улыбнулся Паскалю и постучал указательным пальцем сначала по правому клыку, потом по обоим резцам, а потом по левому клыку. Глаза Паскаля расширились, и он слегка отшатнулся от Виктора.

– Но ведь имя Дракула начинается на «Д»?

– Это не имя, а фамилия. Его зовут Владимир Умран Владиславус Всеволод Дракула.

Паскаль вдруг побледнел, как окружавший его туман.

– А он… правда существует? И ты… ты… тоже настоящий? Ты что, будешь сейчас пить мою кровь? – Дрожащими пальцами он натянул ворот футболки на самый подбородок. Теперь надпись «Гол!» пролегала прямо поперёк его шеи.

Вот это приглашение! Виктор улыбнулся, блеснув клыками. Почему парнишка не сделал это вчера вечером? Аж слюнки потекли…

Он сглотнул:

– Спасибо, я сыт.

Паскаль с облегчением выдохнул.

– Значит, сегодня ночью ты уже кого-то… э-э-э… – Мальчик провёл ребром ладони поперёк шеи, высунув язык в уголке рта.

Виктор закатил глаза. Конечно, да! Но с разносчиком газет всё хорошо! Он даже подарил Виктору утреннюю газету, по собственному желанию.

– Нет, мы никого не убиваем.

Паскаль всё ещё глядел на него широко раскрытыми глазами, но теперь уже не со страхом, а скорее с любопытством:

– А те, у кого ты пьёшь кровь, тоже становятся вампирами? Так написано в моей книжке.

Виктор расхохотался:

– Пфф, что только люди не навыдумывают! Если бы это было так, то весь мир уже состоял бы из одних вампиров!

– А как ты стал вампиром?

– Мне подарили кое-что самое драгоценное.

– Кровь вампира?

Виктор кивнул. Вдруг он почувствовал покалывание на коже.

Чёрт возьми и укуси! Солнце!

Он быстро приблизился к Паскалю – жаль, он такой милый!

– Мне очень жаль! Ты слышишь мой голос, и это всего лишь голос. Ты никогда не встречался с вампиром и не вспомнишь об этом разговоре. Забудь о вампире и иди спать! В твоей памяти это будет не более чем сон.

В нормальной одежде?!. И как Паскаль себе это представляет?

Виктор оглядел себя с ног до головы. Рубашка с рюшами, брюки, плащ, до блеска вычищенные ботинки – всё чёрного цвета. Самая что ни на есть нормальная одежда! Разве он виноват, что в теперешние времена люди носят только синие рабочие штаны и пёстрые футболки?

Впрочем, Паскаль не так уж не прав. Если Виктор на самом деле хочет смешаться с толпой, то нужно привлекать как можно меньше внимания. Виктор стоял в абсолютной растерянности перед платяным шкафом.

«Во имя графской крови, что ты задумал?» – наверняка сказала бы теперь тётка Ундина, но она молча лежит в своём гробу и не говорит ни слова. От этой тишины даже больно в ушах.

Хорошо, что он поболтал с Паскалем. Только жаль, что тот всё забыл. Может быть, им всё равно можно будет поговорить ещё разочек?

«Забудь об этом!» – сказал Виктор самому себе, захлопывая дверцы шкафа. Это действительно слишком опасно. Только вот в склепе опять воцарилась эта мёртвая тишина.

Виктор беспокойно шагал взад-вперёд. Не помогала даже игра на скрипке – не хватало второго голоса, тётки Ундины с её виолончелью. Но иметь про запас комплект из рабочих штанов и футболок ему не помешало бы. Хотя бы для того, чтобы ходить среди людей, не привлекая к себе излишнее внимание. Да и охотиться стало бы легче!

Внизу, на набережной, во время деревенского праздника поставят палатки, где можно купить разноцветную одежду. Причём эти магазинчики будут открыты и сегодня, в эту летнюю ночь. Уникальный шанс!

Но даже чтобы пойти туда, нужно переодеться. Быстрым движением Виктор снова распахнул дверцу шкафа и достал из его недр одну из своих рубашек, украшенных кружевами.

Искоса бросив взгляд на гробы, Виктор потихоньку открыл верхний ящик комода и вытащил ножницы из сумочки для рукоделия, принадлежавшей тётке Ундине. Он осторожно положил и то и другое на стол. Вздохнув, стал разглядывать сначала ножницы, потом рубашку. Вот ведь чеснок! А если тётка проснётся в эту минуту… уж тогда ему грозит такая солнечная ванна, мало не покажется!

Каждый предмет его гардероба представлял собой произведение искусства, будучи сшитым в долгие зимние ночи самолично тёткой Ундиной специально по его меркам. В продаже такого сто лет как было не найти.

Но деревенский праздник уже наверняка в самом разгаре!

Кивнув, Виктор пробормотал:

– Сейчас как раскружимся!

Взяв ножницы в руку, он решительно отрезал украшенные кружевами рукава. Когда Виктор в третий раз раскрыл ножницы, на пол полетели рюши с воротника.

Виктор разглядел результат своего труда. Ну что же, сойдёт за рубашку с коротким рукавом.

Он быстро надел рубашку и стал осматривать свои бледные руки.

Они белели в тусклом свете свечи, словно полная луна в темноте ночи. Наверняка он будет слишком заметен среди всех этих загорелых гостей.

Хотя… тот тип, который каждую ночь играет на компьютере с открытым окном, по меньшей мере так же бледен.

Виктор открыл крышку тяжёлого сундука. Сундук был до краёв наполнен золотыми монетами давно прошедших эпох. Только у задней стенки слева выглядывали купюры евро.

«Хммм… какую взять? Три зелёных или лучше фиолетовую?» – задумался Виктор. Уголок его рта поднялся в хитрой улыбке. Если уж покупать разноцветную одежду, то на деньги всех цветов радуги! И он сунул в карман по купюре каждого цвета.

Слетев вниз к подножию холма, Виктор остановился между двумя припаркованными автомобилями, чтобы принять человеческий образ. На площади перед церковью слышались звуки музыкальной капеллы.

– Что за шум?

Не сравнить с нежными мелодиями, которые Виктор играл на скрипке. Он осторожно выглянул из-за капота. Толпы людей брели на праздник – парами, семьями и группками. Виктор улавливал сверху их голоса. Наблюдать за людьми, укрывшись в тени, как это всегда делала тётка Ундина, было ему недостаточно. Быть среди них – вот к чему его тянуло.

Собравшись с духом, он выпрямился, но остановился как вкопанный. Чуть поодаль на парковке стоял белый фургон, на котором красовалась до боли знакомая надпись:

Виктор снова пригнулся, спрятавшись между машинами. По спине пробежали мурашки.

Слово «вредители» подразумевало не только моль, тараканов и крыс. Вот уже несколько поколений этого семейства охотились на вампиров!

Их прадед Иеронимус Экзенбергер был виноват в том, что у тётки Ундины сломался правый клык. Ей даже пришлось после этого отказаться от первого имени – Вивиана.

А в ныне живущем поколении целых два Экзенбергера, и они близнецы! Совершенно очевидно, что после битвы, состоявшейся на прошлой неделе, Ансгард и Родерих рыщут в поисках тётки Ундины, ведь она едва вырвалась из их лап.

Виктор наблюдал за происходящим вокруг сквозь стекло автомобиля, за которым прятался. Братьев не было видно у фургона. Наверняка они на празднике.

Виктор сжал губы. И что теперь делать? Там Паскаль, там яркая одежда… больше такого случая не представится!

Он ходил туда-сюда между машинами.

Наконец-то принять облик обычного мальчишки? Или всё-таки лучше вернуться в замок?

Позади раздался какой-то треск. Виктор снова пригнулся, присев между автомобилями. Волоски на его затылке встали дыбом. Неужели его заметили?

Он осторожно покосился, выглядывая из-за капота машины. Ах вот оно что, это всего лишь хлопнула автомобильная дверца.

И всё же: в борьбе с двумя могучими, высоченными братьями он вряд ли сможет победить. Тётка Ундина сражалась отчаянно. И даже взглядом успела предупредить Виктора, чтобы он не выходил из укрытия, чтобы Экзенбергеры его не заметили.

Минуточку! Экзенбергеры ведь ничего не знают о нём… Зачем же им его разыскивать?

По-прежнему прячась между машинами, Виктор шмыгнул в направлении деревенской площади. Только не останавливаться перед Экзенбергерами! При одной этой мысли у Виктора подкашивались ноги. Он оглядывал толпу, отыскивая глазами двух коротко стриженных великанов с выдающимися подбородками. Хорошо, что их нигде не видно.

Какие же нарядные сегодня люди! Мужчины сменили синие рабочие штаны на украшенные вышивкой кожаные брюки и клетчатые рубашки, а их жёны облачились в немецкие народные платья. И всё-таки в сравнении с тётушкой в её усеянных жемчугом одеяниях, они скорее были похожи на деревенских служанок.

Виктор встал в очередь в кассу. Он провёл рукой по волосам, переминаясь с ноги на ногу. «Спокойствие! Главное – не привлекать внимание!» – говорил он сам себе. Скоро подойдёт его очередь.

Кассир оглядела его:

– Привет, Йоханн! И ты уже здесь? Что это ты сегодня на себя нацепил? Чёрный цвет тебе не к лицу, слишком бледнит. Себастьян просил передать, что будет ждать тебя у раздачи напитков.

Это она с ним говорит? Виктор огляделся, инстинктивно сделав шаг назад. Тут он натолкнулся на человека, стоявшего за ним в очереди.

– Эй, поаккуратнее! – рассердились сзади. Виктор оцепенел.

Так много людей, так много взглядов! Больше всего на свете ему хотелось бы сейчас превратиться в летучую мышь и исчезнуть.

Но на глазах у толпы это невозможно! Он старался сохранять спокойствие.

– Извините! – пробормотал он.

Дама в кассе по-прежнему смотрела на него.

– Пунктуальность – не твой конёк, не так ли?

– Простите, кто такой Йоханн? – пролепетал Виктор. Он улыбнулся самой невинной улыбкой, стараясь не показывать клыки, не глядя, вытянул из кармана брюк купюру и подал ей 100 евро.

Дама удивлённо вскинула бровь:

– Ах вот как! Вы – постоялец гостиницы? Видимо, я вас перепутала, прошу прощения! – улыбаясь, она протянула ему браслет на вход. Виктор не реагировал, тогда дама сказала: – Дайте ваше запястье!

Виктор снова замер.

Дотрагиваться нельзя!

– Я сам! – С этими словами Виктор выхватил у неё из рук браслет и как можно скорее скрылся в толпе.

– Невоспитанный грубиян! – донёсся до него голос дамы. Другие стоявшие в очереди согласились с ней. Виктор спиной чувствовал их взгляды. Он побежал по набережной, минуя торговца воздушными шариками, батут, тир и прилавки с напитками.

Повсюду плотной толпой стояли люди. Он ещё никогда не бывал в толпе. Человеческий запах – запах крови – был таким сильным, что у него закружилась голова. Как было бы соблазнительно угоститься кровушкой какого-нибудь посетителя! Может, вот того мужчины, который стоит в сторонке и, судя по всему, кого-то ждёт? Виктор тряхнул головой, чтобы избавиться от наваждения. Он постарался сосредоточиться на жареных колбасках, аромат которых долетал до него с соседнего лотка. Когда он уловил запах чеснока, ему чуть не сделалось дурно. Ночной туман, ну и гадость!

Но лучше, чем не сдержаться прямо сейчас!

Скользнув взглядом по толпе, он выискивал коротко стриженных великанов.

А вот и они! Клянусь графской кровью, это один из Экзенбергеров! По затылку Виктора снова пробежал холодок. Он остановился как вкопанный. Хоть бы мужчина не посмотрел в его сторону! Но он наблюдает за капеллой. А вот и второй? Или просто похож?

Да, ещё один. Клянусь мраком склепа! Повсюду сплошные коротко стриженные великаны! А ведь до прилавка с пёстрыми футболками рукой подать. «Прячься! Превращайся в летучую мышь! Быстро домой!» – звенел в ушах голос тётки Ундины.

Ну уж нет! Покупка займёт не больше пяти минут. До сих пор Виктора никто не заподозрил! Он глубоко вдохнул. Не то чтобы ему нужен был воздух, но это помогало успокоиться. Собрался с духом и как можно небрежнее зашагал к прилавку, как самый обычный мальчишка, и остановился прямо перед россыпью индийских статуэток и ароматических палочек, между которыми возвышались стопки футболок всех цветок радуги – точь-в-точь как купюры у него в кармане. На большинстве футболок на груди красовалось одно-единственное слово или короткая фраза: «Счастливчик», «Моя сладость», «Уникум». Ну да! «Соня». Виктор скривился в ухмылке. О нет, а вот ещё лучше: «Солнышко» – гласила надпись на ярко-жёлтой футболке. Виктор вытянул руку, но тут же отдёрнул её – а вдруг обожжётся? В такой футболке его уж точно никто не примет за вампира! Виктор набрал футболок нужного размера, и тут волоски на его руке встали дыбом. Кажется, кто-то наблюдает за ним? Экзенбергеры! Он резко обернулся: в нескольких шагах от него стоял Паскаль! Паскаль уставился на него, словно не мог понять, кто он такой.

– Мы знакомы? – тихо спросил мальчик.

По лицу Виктора скользнула улыбка, но потом он снова посерьёзнел. Неужели трюк со стиранием памяти не сработал? Вот ведь чеснок! Тётушке это не понравилось бы.

Сжав губы, он помотал головой. И вдруг раздался резкий звук. Такой, от которого лопается голова. Виктор зажал уши руками. От боли ноги его подкосились, и он опустился на землю.

Звук прекратился. Виктор застонал и медленно поднял голову. Паскаль, недоумевая, огляделся по сторонам. Некоторые люди тоже потирали уши. Они тоже слышали звук? Видимо, да, но он не доставлял им таких страданий.

Виктор поднялся. Люди столпились вокруг него, образовав круг, настоящую непреодолимую стену. Руки помощи потянулись к нему.

Одна женщина присела прямо рядом с ним:

– Что с тобой? Ты так побледнел! Тебе плохо? – Она пощупала его лоб, потрепала волосы.

Виктор отмахнулся и отполз от неё.

Сквозь толпу пробирались двое высоких светловолосых мужчин. Один из них оттолкнул локтем Паскаля. На их шеях болтались связки чеснока, а в руках они держали по непонятному прибору. Нагло ухмыляясь, один из них стал крутить какую-то кнопку. И снова в ушах у Виктора зазвенело так, как будто вот-вот лопнет барабанная перепонка.

Виктор скорчился от боли, схватившись за голову, готовую разорваться. Да что же это такое?!

Он сопротивлялся, заставляя себя держать глаза открытыми. Он должен видеть, что делают эти охотники за вампирами. Второй мужчина направил на него камеру и смотрел на экран своего прибора.

– Прямо в точку! – победоносно провозгласил он.

Паскаль встал на цыпочки, заглядывая через могучую руку. Открыв рот, он переводил взгляд с Виктора на изображение в камере. Виктор с трудом удерживал глаза открытыми – такое мучение причиняла ему головная боль.

Паскаль закусил нижнюю губу. А потом со всей силы пнул Экзенбергера в колено, так что тот даже вскрикнул! Великан покачнулся, потерял равновесие и выронил прибор. Завывая, он принялся прыгать на одной ноге вперёд-назад. Паскаль пригнулся и скрылся в толпе.

В суматохе звук утих.

Прочь! Беги отсюда!

Виктор нырнул под прилавок, планируя проползти насквозь, и натолкнулся на стену из коробок.

Клянусь графской кровью!

Огромная сильная рука принялась шарить под столом. Вот она схватила его за ногу! Виктор начал брыкаться, но рука держала его крепко, как тиски.

Тут показалось налитое краской лицо одного из Экзенбергеров.

– Попался, чёртово отродье! – В другой руке он держал кол.

Резко дёрнув, он потянул Виктора за ногу. Виктор выскользнул из-под прилавка, но крепко ухватился за одну его ножку. Экзенбергер принялся забивать кол, но Виктор молниеносно увернулся. Кол задел его рубашку, но вошёл в землю.

Виктор пнул Экзенбергера по руке и вывернулся, порвав при этом рубашку. Ухватившись за край скатерти, он резко дёрнул. Горы футболок посыпались на мужчину, а сверху, звякнув, упала индийская статуя. Экзенбергер стонал из-под груды вещей. Виктор откатился в сторону, поспешно обернулся летучей мышью и, скользнув между коробками, упорхнул в темноту.

Едва удрал! Это был настоящий риск!

Сидя на крыше замка, Виктор смотрел вниз, на опустевшую деревенскую площадь. Теперь, когда Экзенбергеры знали его в лицо, они могли подстеречь его где угодно. И они не сдадутся, пока не расправятся с ним раз и навсегда. Для них все средства хороши. Виктор потёр уши. Что это всё-таки был за странный прибор?

В животе опять урчало. Проклятый голод! Может, сделать кружочек в облике летучей мыши? Во всяком случае, в этом виде Экзенбергеры его точно не узнают. Здесь, на берегу озера, всё кажется таким спокойным. Расправив плащ, Виктор полетел низко над кронами деревьев.

Минуточку! А это что такое?

На краю причала, где он сидел позавчера, лежала газета. Виктор подлетел ближе. Газета раскрыта, её края прижаты камешками так, будто кто-то нарочно приготовил её. Одна статья отчёркнута красным карандашом.

«Нарушители покоя снова в деле», – прочёл Виктор на лету заголовок, напечатанный большими буквами.

Он закружил над газетой. В человеческом облике читать было бы легче. Он быстренько залетел за ближайший куст и вскоре, пригнувшись, вышел из-за него. Чтобы дощатый причал не заскрипел, он осторожно ставил одну ногу, потом другую. Присел рядом с газетой и поднял её в воздух. Под ней обнаружился луч света. Да это же карманный фонарик! Проклятые охотники за вампирами! Ловушка!

Тут же бросив газету, Виктор обернулся, готовый снова превратиться в летучую мышь.

– Подожди! – раздался голос с берега.

Из-за толстого ствола старой ели показался мальчик. Он подбежал к Виктору и перевёл дух:

– Привет!

Он что-то помнит? Проклятье!

Виктор откашлялся:

– Добрый вечер! – холодно ответил он.

– Значит, мне это не приснилось! – Паскаль ткнул пальцем в чёрный плащ с высоким стоячим воротником. – Значит, ты правда настоящий вампир?

Виктор водил носком по деревянной доске причала. Тут в нос ему ударил запах мальчика. В желудке всё сжалось в предвкушении вкуса крови, которую он вот уже столько времени не пил. Кровь пульсировала на шее Паскаля, такая вкусная, живая, тёплая! Как глупо с его стороны подходить к нему, когда вокруг никого нет!

Угощение, поданное на блюдечке!

Рот Виктора как бы сам собой открылся. Острые клыки блеснули между губами.

Глаза Паскаля расширились. Он поспешно прикрыл шею рукой, защищаясь:

– Ох! Вода… Вампиры же не любят воду, правильно? – вспомнил он и поскорее прыгнул в озеро.

Брызги полетели в разные стороны. Несколько капель попали Виктору на лицо, пробуждая его от дурмана. Виктор вздрогнул:

– Прости! Ты меня спас! Я тебя не укушу! – Он примирительно засмеялся, но при этом его правый клык стал виден во всей своей красе. Паскаль не собирался возвращаться. – Да правда не укушу, обещаю! – Даже если это будет вовсе не просто.

Он протянул Паскалю руку. Паскаль нерешительно ухватился за неё, и Виктор вытащил его из воды.

– Спасибо за твою помощь на вчерашнем празднике! – Сняв плащ, он накинул его промокшему до нитки Паскалю на плечи. Как Паскаль теперь неожиданно похож на него: такого же роста, зачёсанные назад тёмные волосы, бледный, с синими губами от холоднющей воды.

Некоторое время они стояли молча. Потом Виктор спросил:

– Почему ты это сделал?

Паскаль пожал плечами:

– Просто… потому что надо помогать тем, кто попал в беду. Слушай, я даже не знаю… Разве мы не встречались с тобой раньше?

Ага, значит, он всё-таки не помнит наверняка.

– Это ты положил для меня газету?

Паскаль кивнул:

– С тобой хочет поговорить полиция!

– Что?! Полиция? Они что, хотят меня арестовать?

Только не это! Виктор сел на причал. Ухмыляясь, Паскаль опустился рядом.

– Нет, они просто хотят поговорить с тобой. Читай! – И он кивнул на газету.

– Ультразвук… – пробормотал Виктор, потирая ухо. Это кое-что объясняет.

– А ты слышишь так же хорошо, как летучие мыши? Папа говорит, что мы, люди, не улавливаем высокие частоты – по крайней мере, настолько хорошо.

Виктор поднял взгляд на Паскаля.

Не дожидаясь ответа, Паскаль продолжал болтать:

– А ещё у второго охотника был тепловизор. На экране людей было видно, а тебя – нет!

Чёрт возьми и укуси! Значит, эти Экзенбергеры нашли-таки способ не только распознавать вампиров, но и обезоруживать их!

– Но ты запросто можешь помочь посадить их в тюрьму! Просто нужно сходить в полицию! – Паскаль ткнул пальцем в газету, оставив на бумаге мокрое пятно. Виктор, искоса взглянув на него, дочитал статью:

Виктор опустил газету:

– Я… я не могу идти в полицию.

– Почему не можешь?

Виктор растерянно ткнул себя в грудь:

– А что, если они меня арестуют и устроят дознание? Попросят назвать имя, адрес? Вот тогда вскроется, что всё это на самом деле так! И что Экзенбергеры правы!

– Слушай, ну ты же выглядишь как обыкновенный человек. Особенно если наконец-то оденешься в нормальную одежду!

– У меня нет другой одежды, – Виктор провёл рукой по волосам.

– Я мог бы дать тебе что-нибудь из своей одежды. Хотя нет… у меня как раз всё грязное. Но если хочешь, я схожу с тобой в магазин.

Виктор засопел:

– Средь бела дня? Ты шутишь?

Паскаль вытащил телефон и принялся нажимать на нём кнопки.

– Завтра обещают дождь на весь день. Если ты будешь в дождевике, под зонтом, и намажешься кремом от солнца – такой защиты будет достаточно?

– Не знаю… – Тётка Ундина никогда не предлагала ему таких прогулок. И была права. Ведь она мудрая вампирша и уберегла его от множества проблем. В этот раз следует всё-таки послушать её. Хотя, с другой стороны, если он не остановит охотников, то совсем скоро они… По спине Виктора побежали мурашки.

Но вот чего они никак не могут ожидать, так это того, что он будет шпионить за ними в разгар дня, одетый как обычный мальчик. Может быть, эту проблему удастся решить и без вмешательства полиции. Если бы не кое-что ещё…

Виктор закусил губу:

– Я ведь не выгляжу как взрослый. Кто меня примет всерьёз?

– Ну и что? Я тоже не выгляжу как взрослый, но многие вещи делаю самостоятельно. И пусть только мои родители попробуют меня ограничить! – Паскаль оглядел Виктора с головы до ног. – Сколько тебе лет?

– Сто тридцать один.

– Что, правда?! И ты не вырос?

Виктор вздохнул:

– Нет. И никогда не вырасту.

– В моей книжке написано, что запрещено превращать в вампиров детей.

Виктор сжал губы, потом процедил:

– Да, и на это есть причина.

– Но… – Паскаль вопросительно указал на Виктора.

Закатив глаза, Виктор поджал ноги и обхватил руками колени. Об этом он ещё никому не рассказывал.

– Если бы тётка не спасла меня, я бы умер от чахотки.

– Ты был болен?

Виктор кивнул:

– Туберкулёзом, лёгочной болезнью. За это граф лично изгнал мою тётку из Трансильвании. С тех пор мы живём здесь.

– Тётка? Но она на самом деле тебе не тётка? Скорее твоя создательница?

По лицу Виктора скользнула улыбка.

– Она на самом деле моя тётка. Несмотря на свои способности, она по-прежнему общалась со своей сестрой, моей матерью, мир её душе… Она не могла смотреть, как я… – Он сглотнул. – Я многим ей обязан.

– А где она теперь?

Виктор машинально перевёл взгляд на замок.

Но успел быстро отвести глаза. Ни один человек не должен знать, где находится склеп!

– Она… она будет спать долго.

– Ой, – вырвалось у Паскаля. На некоторое время воцарилась тишина.

Было так тихо, что Виктор услышал, как урчит у него в животе, и тут же вспомнил о своём неутолённом голоде.

– Мне нужно уходить! – пробормотал он, стягивая с Паскаля свой плащ. При этом он подошёл ближе и заглянул ему глубоко в глаза.

Паскаль улыбнулся:

– Куда мне зайти за тобой завтра утром?

Виктор откашлялся, переминаясь с ноги на ногу.

«Во имя графской крови, тебя что, покинули все духи? Да сотри ты из его памяти все воспоминания раз и навсегда!» – пронёсся в его голове голос тётки Ундины.

Но тут он услышал другой голос:

«Он спас тебя от Экзенбергеров. Он твой друг. Ты можешь доверять ему!»

– Ну хорошо! В проулке перед магазинчиком сувениров в замке?

– В девять?

Виктор кивнул и побежал прочь.

Виктор поспешно преодолевал один этаж из другим, взбираясь вверх по лестнице на внутреннем дворике замка, и наконец оказался перед тяжёлой деревянной дверью. Обычно он не пользовался этим путём. И зачем, если в облике летучей мыши можно гораздо проще проникнуть внутрь через щель в крепостной стене?

Пришёл ли уже Паскаль? Хоть бы ещё не пришёл!

Плохо, что они договорились встретиться здесь, на территории замка. И уж ни в коем случае Паскаль не должен узнать о существовании прямой дороги к склепу.

Виктор вставил огромный металлический ключ в старый замок, повернул. Дверь со скрипом открылась. Виктор выглянул наружу.

Клянусь мраком склепа! Как же здесь светло! Несмотря на то что по подъёмному мосту барабанит дождь.

Ослепляющий белый свет проник сквозь крепостные ворота в тенистый проулок. Виктору стало дурно от этого яркого света.

Тут он почувствовал прикосновение руки к своей руке. Виктор вздрогнул. Он ничего не мог разглядеть и поспешно отпрянул.

– Не бойся, это я, – прошептал Паскаль.

Он отодвинул Виктора обратно на тёмную лестничную площадку и закрыл за ними дверь. Виктор застонал и принялся тереть глаза до тех пор, пока к нему не вернулось зрение.

Паскаль осветил фонариком своего телефона тёмную лестницу, ведущую вниз.

– Ничего себе! Снаружи я бы и не догадался об этой лестнице. Отлично она спрятана! Ты живёшь там, внизу?

Чёрт возьми и укуси! Он так не планировал! Виктор осклабился и опёрся спиной о крепостную стену.

– Может, всё-таки не пойдёшь? Давай я схожу и куплю для тебя вещи?

– Что? Нет, я хочу в любом случае попробовать!

Надо во что бы то ни стало остановить близнецов Экзенбергеров!

Паскаль сунул Виктору в руки куртку с капюшоном и дождевик.

– Ну, тогда одевайся!

Пока Виктор собирался, Паскаль, улыбаясь, извлёк из рюкзака флакончик.

– Крем от солнца с защитным фактором 100, купил специально в аптеке! Давай, намазывай!

Виктор скептически открыл флакончик и принялся разглядывать густые капли, падавшие на его кожу. Сморщив нос, он намазал кремом лицо, шею и руки:

– Какой противный, такой липкий!

Паскаль бросил на него сочувствующий взгляд и посветил Виктору в лицо фонариком, так что тому пришлось снова зажмуриться.

– Надо наносить равномерно. Вон у тебя поперёк щеки полоса!

Виктор, ворча, растёр крем.

– А ещё пятно на лбу!

Виктор вскинул на Паскаля раздражённый взгляд.

– Ну ладно, ладно, я просто сказал. Готов?

Виктор осмотрел свои руки, всё ещё ощущая липкую плёнку. Он пожал плечами. Разве можно быть по-настоящему готовым к такому? А вдруг он превратится в пыль с первым лучом солнца? Но вот он натянул поглубже капюшон и кивнул.

– Ой! У меня же есть для тебя ещё кое-что! – вспомнил Паскаль и протянул Виктору солнечные очки.

– Спасибо! – выдохнул тот, надевая очки. Он слегка приоткрыл дверь и отважился снова выглянуть наружу. Дневной свет слишком ярок, однако…

– Теперь я могу разглядеть хоть какие-то очертания. Ну ладно, давай попробуем!

Виктор остановился неподалёку от подъёмного моста, прямо на границе между светом и тенью. Он осторожно выдвинул вперёд одну ногу. Даже сквозь облака и одежду солнце было ощутимо горячим и тяжёлым.

«Тебе что, жить надоело? Для этого я тебя спасала? А ну поворачивай обратно!» – завопила бы в этот момент тётка Ундина и принялась бы рвать волосы на голове! Наверное, она сейчас перевернулась в своём гробу.

– Я не рассыпаюсь в прах, – с облегчением выдохнул Виктор.

Паскаль раскрыл огромный чёрный зонт, удерживая его над собой и Виктором.

– Ну, готов?

Виктор кивнул. С опущенной головой, на подкосившихся ногах он следовал за Паскалем по подъёмному мосту. Они шли вниз по крепостному холму к главной улице. Как же здесь шумно! Отовсюду до Виктора доносились звуки хлопотливого дня людей.

– Так много машин! Ночью гораздо тише. Почему ты остановился?

– Пешеходный переход – зебра. Светофор горит красным. Ты хочешь в магазин футболок всех цветов радуги? Это тут рядом… – Вдруг Паскаль задержал дыхание.

– Что такое? – Виктор осторожно выглянул из-под капюшона.

Перед ним на светофоре стоял белый фургон с хорошо знакомой надписью.

– Клянусь графской кровью, Экзенбергеры!

– Зелёный! – Паскаль потянул Виктора на дорогу. Они оказались прямо перед капотом фургона. – Идём! Надо делать вид, что всё в порядке! – шепнул он.

Виктор споткнулся о бордюр. Опустив голову, он переступал дрожащими ногами.

– А если они меня заметят?

– Спокойно!

Вдруг раздался гудок.

Виктор замер.

– Это другая машина. – Паскаль потянул его вперёд.

– Когда же эта проклятая дорога закончится?!

– Сейчас уже перейдём.

Наконец противоположный тротуар!

Двигатели взревели, и фургон уехал.

В магазине Виктор осторожно снял с носа солнечные очки и тут же зажмурился.

– Почему у вас всегда так светло?

Даже в примерочных имелось отдельное освещение, да ещё и зеркало! Целая уйма зеркал!

– Классно! – одобрил Паскаль, глядя на отражение. – Там стоят дождевик и две штанины.

Виктор поспешно пригнулся, спрятавшись за ближайшей стойкой с одеждой. Осторожно выглянул наружу. Смотрит ли на него продавщица?

Продавщица подошла к нему. Между её бровей пролегла глубокая складка. Вид у продавщицы был такой, будто она не могла поверить в то, что только что увидела.

Силы великие, мрачноночные!

– Э… здрасьте! – пробормотал Паскаль.

– Я могу вам чем-нибудь помочь?

– Нет, спасибо, мы пока посмотрим. – Паскаль ткнул Виктора, чтобы тот вышел из своего укрытия.

Но продавщица не собиралась уходить. Вместо этого она, исполненная любопытства, наклонилась над стойкой.

Виктор откашлялся и встал, стараясь улыбаться как можно вежливее.

Дама переводила взгляд с него на отражение в зеркале и обратно. Её рот открылся и закрылся, а потом из него всё-таки вырвался вопль.

– Во имя графской крови! – простонал Виктор. Он рванул и оказался прямо перед продавщицей. – Ты слышишь мой голос, и это всего лишь голос. Ты никогда не встречалась с вампиром и не вспомнишь об этом разговоре. Перед тобой стоит обыкновенный живой мальчик. Вернись к кассе и не смотри ни в одно зеркало до тех пор, пока я не оплачу покупку!

Продавщица кивнула, развернулась и ушла.

Паскаль глядел на него, широко раскрыв глаза:

– Это правда действует?

Виктор сделал вид, что ничего не произошло.

– Мне нужны футболки и что-то вроде этого, – сказал он, показывая на куртку с капюшоном, которую одолжил ему Паскаль.

– Но ты… ты только что…

– Тссс! Это было необходимо. Давай быстрее, заклинание не будет действовать вечно.

Виктор подошёл к полке с футболками.

Где же «Соня»? Виктор просмотрел стопку. Вот она! А вот и «Солнышко». Он вытащил одну из жёлтых футболок.

– Слушай, друг, это для девчонок, – возмутился Паскаль. В его голосе всё ещё слышались нотки крайнего удивления. Но теперь не время для объяснений. Виктор положил футболку обратно на полку.

На одной из стоек он заметил худи с капюшоном, большинство из них чёрного цвета. Очень симпатично!

Он спешно отодвигал плечики за плечиками. Чаще всего на спине виднелась какая-нибудь надпись. Виктор отодвинул ещё одно худи. Тут его лицо озарила улыбка. Идеальная фраза! Она снимет с него все подозрения: «Верь мне, я веган!» Виктор перекинул кофту через руку. Теперь не хватает только одного. Он побежал через весь магазин. Паскаль поспешил за ним:

– Что ты ищешь?

– Плавки.

– Плавки? То ты ужасно торопишься из-за гипноза, то плавки хочешь найти?

На запястье Виктора болтается большая сумка с покупками, в ней лежит худи Паскаля. Все новые вещи Виктор надел сразу же в магазине, включая плавки.

– То, что надо! – С этими словами Паскаль сунул ему под нос тёмно-синие плавки с изображением Бэтмена на логотипе.

Теперь Паскаль снова держал над ними обоими зонт.

– И ты действительно собираешься пойти плавать?

– Да.

– Слушай, ты какой-то ненормальный вампир!

Виктор сжал губы. Можно подумать, Паскаль разбирался в том, какими вампиры должны быть!

– Так написано в твоей умной книжке?

– Ну да! Вампиры суперсильные и быстрые, они даже владеют гипнозом. С ума сойти! Но они не заходят в воду и уж тем более не бывают на солнце. Как и у всех супергероев, у них есть суперсилы и слабые места.

– Как у супергероев? – Мда, этот задавака всё слишком упрощает. Попробуй-ка жить никогда не взрослея, страдая от жуткой аллергии на чеснок, в постоянных гонениях! И как можно этого не бояться? А потом ещё опасности, например, вот, дневной свет. Хотя… как бы то ни было, а Виктор только что был на ярчайшем горячем солнце и не рассыпался в прах! Разве это не смелость?!

Но «ненормальный вампир» – это уж слишком! Пора и честь знать!

– Спасибо, что проводил меня! Дальше я дойду сам. – Поклонившись, Виктор поспешил в тень деревьев, вверх по холму. Он мчался с такой скоростью, что Паскаль не мог угнаться за ним.

Перед крепостными воротами стояла толпа туристов.

Что-то произошло? Если это машина скорой помощи, то почему на ней нет мигалки с синим светом, а на боку не красуется красный крест?

– Клянусь мраком склепа! Это же белый фургон… Тётка Ундина!

Виктор продирался сквозь толпу. В этот момент один из близнецов Экзенбергеров закрывал дверь фургона. С довольной ухмылкой он похлопал по металлической двери и плюхнулся на пассажирское сиденье рядом со своим братцем. Заработал двигатель.

– Прочь с дороги! – заорал один из них в окно. Толпа загудела, но люди остались стоять на месте. Протяжный гудок, поданный другим братом, всё-таки заставил их освободить путь.

– Слушай, это же были Экзенбергеры, да? – прохрипел Паскаль.

Но Виктору было не до него. Он вбежал в ворота замка. Потайная дверь!

Ветер раскачивал открытые створки двери, болтавшиеся в петлях. Замок был взломан. Спотыкаясь, Виктор дошёл до лестницы и побежал вниз по ступенькам. Повсюду валялись щепки. Перед последним поворотом он остановился, прислушиваясь.

Снизу ничего не слышно.

Виктор сжал зубы. Эти Экзенбергеры явились прямо сюда, в его дом!

Сверху послышались шаги лёгких ножек, спускавшихся по лестнице. Виктор закатил глаза.

– Они что, ворвались к вам? – Паскаль хотел миновать Виктора и заглянуть за угол.

– Тссс! – шикнул на него Виктор, отстраняя Паскаля назад. – Если тётка проснулась, для тебя это может плохо кончиться! Уходи!

Паскаль остановился:

– Но…

Виктор знаком снова показал ему, что нужно молчать. Дрожащими ногами он ступал вперёд, удерживая Паскаля за собой.

Поперёк проёма откидной двери, на полу лежала сломанная крышка гроба. Резные орнаменты на ней были искорёжены.

Тяжёлая каменная дверь распахнута, сеть, сплетённая Серафиной, порвана, в помещении за дверью – следы погрома. А ещё – жуткий смрад!

Запах чеснока! Повсюду разбросан чеснок!

Виктор сглотнул и опёрся о стену.

В желудке всё сжалось. Он схватился пальцами за холодную каменную кладку. Больше ста лет они с тётушкой Ундиной прожили здесь! Тётушка!!

Прикрыв рукавом рот и нос, он нырнул под тёмный свод. Бархатный занавес перед склепом сорван. Виктор остановился в дверном проёме. Гроб с тёткой Ундиной исчез! Его здесь просто нет! Его забрали, погрузили в фургон! Виктор едва не лишился чувств. Он бросился обратно на лестничную площадку. Там он сполз вниз по стене, уткнувшись лицом в руки.

Паскаль присел на корточки рядом с ним.

– Повезло, что тебя здесь не было!

– Повезло? – возмутился Виктор. – Как же повезло? Как ты можешь так говорить?

Паскаль откашлялся.

– Представь себе, что они ворвались бы, когда ты спал. А так мы хотя бы можем обратиться в полицию!

Виктор снова поднялся. Проклятые Экзенбергеры!

Он сжал кулаки. Надо спасать склеп, а прежде всего – тётушку Ундину!

– Я выслежу логово Экзенбергеров!

– А что насчёт полиции?

Виктор пнул носком головку чеснока. Описав полукруг, она приземлилась на другом конце зала.

– Это невозможно, пока тётушка у них.

– Ладно, тогда я иду с тобой!

– Нет, не надо! Ты даже не представляешь, во что ввязываешься! Это опасно, очень опасно!

– А ты? Ты вообще знаешь, где их дом?

Виктор переминался с ноги на ногу. Нет, этого он не знал, только приблизительно. Тётка Ундина всегда обходила стороной ту часть деревни.

Паскаль, хитро улыбаясь, вытащил телефон и стал что-то искать в нём. На дисплее появилась карта, на которой был отмечен адрес:

– Балбесов переулок, 8. Совсем недалеко отсюда. Видишь, я тебе могу пригодиться!

Губы Виктора сжались в узкую полоску.

– Ну пойдём! Мы же команда – как Бэтмен и Робин!

Даже в пасмурный и дождливый день дом охотников за вампирами было невозможно cпутать ни с чем. Огромный, неуклюжий, с гигантской вывеской во весь балкон: «Братья Экзенбергеры». «Служба дезинсекции». Виктор сглотнул. Теперь самое главное – быть начеку! Он пригнулся, спрятавшись за забором палисадника, и потянул за собой Паскаля.

– Надо застать их врасплох!

Белый фургон припаркован перед домом. Его задняя часть прижата к двери гаража. Паскаль смахнул с носа дождевую каплю:

– Ты слышишь голоса? Кажется, они там, внутри.

Виктор кивнул. Конечно, он тоже слышал голоса. Братья ругались. Виктор подал Паскалю знак следовать за ним. Пригнувшись, он прокрался вдоль забора, подождал, посмотрел и беззвучно прошмыгнул за калитку. Остановился за мусорными баками и, казалось, слился с тенью. В отличие от Паскаля. На мокрой дорожке был слышен каждый его шаг. Он бросился за мусорные баки к Виктору, и баки тут же закачались. Паскаль победоносно смахнул со лба мокрые пряди волос и улыбнулся Виктору:

– Просто супер! Как в кино!

Сумрак ночи! Виктор зажал ладонью рот Паскаля. Тащить его с собой было не лучшей идеей. Похоже, они пришли. Во всяком случае, Экзенбергеры продолжали о чём-то спорить.

Он перевёл беспокойный взгляд на ворота гаража:

– Оставайся здесь! Я пойду осмотрюсь.

Паскаль схватил было его за рукав, но Виктор мягко отстранил его за баки.

– Я скоро вернусь! – можно было прочитать по губам Виктора, при этом он не произнёс ни звука.

Скользнув вдоль фургона, Виктор пробрался мимо приоткрытой дверцы в освещённое помещение. Чесночный смрад вновь обдал его с головы до ног. Виктор отчаянно боролся с приступом дурноты. Вдруг голоса умолкли.

– Ты слышал? Иди-ка посмотри, что там!

– Иди сам посмотри!

Шаги. Клянусь графской кровью!

Виктор прыгнул в ближайший куст, зажав рот и нос рукавом. Только ни звука!

– Ну что там? – заорал из гаража второй Экзенбергер. Сквозь ветви Виктор видел стоптанные ботинки, приближавшиеся к нему. Они ходили по кругу.

– Никого не вижу! Пока ещё светло! Гадёныш это не может быть, наверное, один из соседских пацанов.

Стоптанные ботинки снова исчезли.

Виктор выдохнул и перевёл взгляд на Паскаля. Его тёмная макушка как раз мелькнула за мусорным баком. Виктор подал знак, что ему стоит пригнуться посильнее.

В гараже Экзенбергеры продолжали спорить.

– Зачем ждать! Давай сделаем всё сразу! – громыхал один.

– Солнце ещё не село. Если мы откроем гроб сейчас, она рассыплется в прах! Закрой хотя бы ворота, если тебе так невтерпёж!

Чёрт возьми и укуси! Ведь они говорят о тётке Ундине!

– А что, если в темноте… она возьмёт и набросится на нас?

– Да что ты мелешь? Ты же её видел! В ближайшие годы она не встанет на ноги! Передай-ка мне шприцы!

Шприцы? Они хотят взять у неё кровь! Силы великие, мрачноночные! Они что, тоже захотели обрести бессмертие? Или собираются продать кровь на аукционе?

Виктор прокрался обратно к гаражу. Поднявшись на цыпочки, он попытался заглянуть в окно, но его роста оказалось недостаточно.

Сделав шаг назад, он опустился на колени, а потом одним движением запрыгнул на крышу гаража и повис, зацепившись за дождевой сток, вниз головой.

– Ух ты! Вот это да! – раздался голос из-за мусорного бака. Виктор вздрогнул и ещё сильнее вцепился когтями.

– Опять что-то! Иди-ка посмотри ещё раз!

Один из Экзенбергеров, ворча, зашлёпал мимо фургона.

Виктор застыл без движения, отчаянно цепляясь за сток. Если он сейчас обернётся, всё пропало!

Паскаль! Его макушка исчезла за баком.

О нет! Неужели Экзенбергер его заметил?

Великан брёл вдоль въезда, напевая песенку. Оказавшись на дороге, он посмотрел сначала в одну сторону, потом в другую. И вдруг его могучая рука, скользнув за баки, вытащила дрыгающегося Паскаля:

– Так-так! И кто тут у нас?

Бледный, промокший насквозь Паскаль свисал с его вытянутой руки.

– Я так и знал, что рано или поздно явишься, парнишка! Молодец, что пришёл! – Ухмыляясь, Родерих потащил его в гараж. – Ансгард, погляди-ка, кого я нашёл!

Второй Экзенбергер хлопнул в ладоши:

– Вот это да! Заходи-заходи, маленький кровосос, кушетка тебя уже ждёт!

– Отпусти! – закричал Паскаль. – Ой-ой-ой! Они хотят привязать меня! На помощь!!!

Виктор скатился с крыши на мягкую траву. В груди было тесно, как будто гигантская рука одного из Экзенбергеров схватила и душит его.

Паскаль! Как это могло произойти?

Как его освободить?

Что, если они забьют ему кол в сердце? Ему, беззащитному человеку?

От этих близнецов Экзенбергеров всего можно ожидать!

Но как же быть, звать полицию? Нет, ни в коем случае!

Они же осмотрят гараж и найдут гроб и тётку Ундину в нём! Виктор раскрутился вокруг своей оси и стал рвать на себе волосы. Что они собираются сделать с Паскалем? Не думают же они всерьёз, что он – вампир?

– Ой, только не шприцы! Ненавижу уколы! – завопил Паскаль.

Виктор сжал кулаки. Надо что-то делать, да поскорее!!

Экзенбергеры уже одержали верх над тёткой Ундиной. Эту борьбу можно выиграть только хитростью. Только вот как? Виктор раскинул руки и, превратившись в летучую мышь, полетел к окну. Да это же не обычный гараж! Там внутри настоящая лаборатория!

Паскаль лежал на металлическом столе со связанными руками и ногами.

Он извивался всем телом. Один из Экзенбергеров положил ему на шею плотно сплетённое ожерелье из чеснока. Уже при одном виде этой связки у Виктора всё переворачивалось внутри.

Рядом стоял гроб с тёткой Ундиной. Гроб был закрыт, но на крышке высились груды чесночных связок. Кроме того, на полу лежал телефон Паскаля. Видимо, он выпал, когда Родерих нёс Паскаля.

– Ну что, парнишка! Твоя кровушка будет посвежее, чем у старой кошёлки! – С этими словами Родерих постучал рукой по крышке гроба.

Ухмыляясь, оба брата склонились к негромко рыдающему Паскалю.

Сейчас или никогда! Виктор собрался с духом и бесшумно перелетел сквозь отрытое окно, устроившись под столом.

Как прутья тюремной решётки, вокруг него возвышались четыре ноги в синих рабочих штанах.

Глаза его слезились, кожа зудела.

И тянет во всём теле, тянет… проклятый чеснок!

Есть ли здесь вообще пути отхода? Можно бежать через открытые ворота гаража, если протиснуться мимо фургона. Ещё одна дверь ведёт в жилую часть дома, и ещё одна – за дом, в сад.

До телефона Паскаля меньше полуметра.

Виктор взмахнул крыльями. Теперь ему нужны руки!

Он свернулся калачиком, хотел было превратиться обратно, но не смог!

Наметать и зашить! Чёрт побери этот чеснок!

– Помогите! Слышит меня кто-нибудь! Меня похитили! – вопил Паскаль.

– Да никто тебя не хватится, гадёныш! – пробасил мужской голос.

Можно подумать, много они понимают! Виктор сжал зубы. Кожа начала стягиваться – гораздо медленнее обычного, крылышки обратились в руки. Он подавил стон – таким болезненным было это превращение. Теперь он протянул руку к телефону.

Паскаль кричал изо всех сил.

– Закрой-ка на всякий случай ворота, – скомандовал Ансгард.

– Всё время я! Иди сам! – Родерих шагнул в сторону и встал, ещё шире прежнего расставив ноги.

Виктор быстро отдёрнул руку и застыл.

– Давай, поторапливайся! Иди!

Родерих, ворча, исчез между стеной и фургоном.

Паскаль продолжал кричать, но вдруг резко замолчал. Неужели Ансгард зажал ему рот?

Клянусь графской кровью! Виктор судорожно оглядывался по сторонам.

Что делать? Шнурки! Дрожащими руками он развязал шнурки и привязал их к ножке стола.

На улице завёлся двигатель, и фургон отъехал, чтобы можно было закрыть ворота. Сжав кулаки, Виктор бросился к отверстию.

Он вскочил, схватился за ручку и с грохотом захлопнул ворота.

– Э? – Ансгард в недоумении перевёл взгляд с Виктора на Паскаля и обратно. Оба одного роста, темноволосые, бледнолицые… В его мозгу закрутилось множество колёсиков, пока его не осенило.

– Чёртово отродье!

Он хотел было броситься к Виктору, но покачнулся и грохнулся поверх связанных шнурков, с трудом удержался, опершись о стол, и вытянул свою мощную лапищу, чтобы схватить Виктора.

Виктор стоял, вжавшись в ворота гаража. Оружие! Ему нужно оружие!

Метла?

Стеклянная бутылка?

Велосипедный насос?

Огнетушитель!!

Виктор ринулся за угол, схватил красный баллон.

Паскаль извивался и громко кричал прямо на ухо Ансгарду.

Тем временем Виктор активировал огнетушитель, направил шланг и нажал на кнопку. В Ансгарда ударила струя белой пены.

Он грохнулся на пол, напоминая тающего снеговика.

Паскаль выплюнул белую пену и вытер лицо плечом.

– Виктор, как я рад…

Снаружи стали дёргать за ручку ворот.

– Это второй! – выдохнул Виктор. Он бросился к кушетке, поставил огнетушитель рядом с Паскалем и освободил одну его руку.

– Вызови полицию! – прохрипел он, поднимая с пола телефон.

В доме послышались тяжёлые шаги. Вот-вот сюда войдёт Родерих!

Перепрыгнув через гроб тётки Ундины, он потащил его за собой к садовой калитке. В лицо ударил свежий воздух, а дождь смыл остатки чесночного смрада.

– Помогите! Меня похитили Экзенбергеры! – прокричал Паскаль в трубку. На какое-то мгновение их взгляды встретились, потом Паскаль взялся за огнетушитель.

В комнату ворвался Родерих. В следующую секунду его пригвоздила к стене струя белой пены.

Виктор потихоньку прикрыл за собой дверь и, оказавшись в саду, поспешно осмотрелся. Ровный газон, окружённый высокой изгородью. Всё мокрое от дождя, хмурое, безнадёжное. Куда же спрятать гроб?

Полиция скоро будет здесь. Если в подвале обнаружатся ещё какие-нибудь трупы, то тётка Ундина не должна оказаться среди них.

Недолго думая, Виктор протиснул гроб через самшитовую изгородь, так что он оказался в соседском саду.

Затем прислушался. Звук сирены!

– Я скоро вернусь за тобой! – прошептал Виктор тётке Ундине и побежал назад.

По дороге он превратился в летучую мышь.

Как же здорово просто вскинуть руки и ощутить, как растут крылья, без чеснока и без боли.

Виктор полетел над домом.

У въезда на улице остановились несколько машин. Из них выскочили полицейские и теперь осторожно подходили к дому.

Виктор подлетел к небольшому окошку и, зацепившись за водосточный жёлоб, повис вниз головой.

Родерих и Ансгард стояли все белые как мел, повернувшись лицом к стене, со сложенными на спине руками в наручниках.

– Клянусь тебе, их было двое! – прошептал один из них другому.

Полицейский ходил за их спиной туда-обратно.

– Похищение ребёнка, господа, это очень серьёзное преступление! За это вам грозит большой срок! Уведите их! – Он подал знак другому полицейскому, а потом обратился к Паскалю: – Ну, а ты? Ты действительно смог сам освободиться?

– Конечно, здесь же не было никого, кто мог бы мне помочь! – Паскаль невинно пожал плечами и, повернувшись к окну, подмигнул Виктору.

Виктор присел на крышку гроба. Тётка Ундина снова в склепе, дверь наверху, в за`мке, худо-бедно отремонтирована, заперта на два засова и завешана тяжёлыми цепями.

Он глядел на луну, поднимавшуюся из-под последних облаков.

Придёт ли Паскаль? Его ждёт свежая газета.

Волны в озере тихонько бьются об опоры причала. По лицу Виктора скользнула улыбка. Настал тот самый день!

– Эй, Бэтмен! Я надеялся встретить тебя здесь.

Виктор тут же вскочил.

– Как я рад! О тебе пишут в газете! – И он протянул Паскалю газету. – Ну что же, твои каникулы получились не такими уж скучными!

Паскаль протянул руку, чтобы дать Виктору «пять».

Виктор, улыбаясь, сделал ответный жест:

– Спасибо, ты нам так помог!

Паскаль кивнул. Потом, прикусив губу, выдохнул:

– Как там у вас, в замке? Всё снова в порядке? – Он махнул в сторону крепости. – Как ты избавился от всего этого чеснока там, в склепе?

Виктор поморщился. От одной только мысли ему стало дурно. Но он улыбнулся:

– С помощью кочерги.

Паскаль вопросительно посмотрел на него.

Виктор замахнулся рукой с воображаемой клюшкой, как будто он собирался что-то сбить на полу.

– Как в мини-гольфе?

Виктор кивнул:

– Лункой была откидная дверца.

Паскаль засмеялся, но потом снова посерьёзнел.

– Что случилось?

– Из-за вчерашнего происшествия мои родители не хотят оставаться здесь. Мама говорит, что отпуск закончился. Она упаковала вещи ещё ночью, и с рассветом мы отправимся в путь.

Виктор сник. Он сглотнул.

– Где ты живёшь?

– В Аннингене. Вообще-то не так далеко отсюда. Приедешь в гости?

– Мне придётся лететь полночи.

– Поезжай на поезде! Через час будешь на месте!

В толпе людей? В ярко освещённых купе? Трудно представить себе, что сказала бы на это тётка Ундина! Но прежде чем Виктор успел вообразить это, он выпалил:

– Почему бы и нет?!

– Кое-что нам нужно успеть! – вспомнил Паскаль, стягивая через голову футболку.

Прямо сейчас? Даже если раньше никогда не опускал в воду и пальца? А что, если тётка Ундина права?

– Да ты боишься! – улыбнулся Паскаль. В одних плавках он остановился на краю причала, готовый прыгнуть в воду.

Ну что же! Нельзя утонуть, если ты уже мёртв.

Одежда Виктора полетела во все стороны с такой молниеносной скоростью, что невозможно было проследить глазами, пока не показалась нашивка с Бэтменом на его плавках.

– А вот и не боюсь! – раздался ответ, и Виктор с Паскалем дружно прыгнули в воду.