Столица Тереской Империи встретила меня хмурым небом и снегом с дождём. Проще говоря, погода была отвратительной. И вот это вот безобразие продолжалось последние два дня, что их небольшой отряд проезжал по центральной части страны.

С собой взяла только двух самых надёжных и верных лично мне эльфов. Отец, князь Ларенс, отправляя меня для переговоров, просил выбирать тщательно, боясь предательства. Наше княжество находится сейчас практически на грани уничтожения, и только ум, хитрость и невероятная изворотливость Кайла Ларенса пока ещё спасали всех нас.

Княжество Ларенс стало единственным, кто отказался от открытого объявления войны с Тереской Империи. Даже те, что не имели общих границ с Империей, все равно подтвердили свое намерение вступить в войну. И пока князь Кайл каким-то чудом смог отсрочить принятие решения, которое от него требовали на Княжеском Круге, собранном, чуть ли не впервые, после Великой войны. Все уцелевшие в той ужасной войне главы кланов на том совете снова решились пролить остатки эльфийской крови, и только мы с отцом понимали, что нам пора меняться, менять мировоззрение, иначе наша раса станет достоянием истории.

Они закостенели в своём укладе и образе жизни! Даже мой отец слыл большим чудаком, потому что воспитал меня не в традиции нашего народа. Он дал мне серьёзное образование, обучил сражаться и защищать себя, привил мне гордость, умение самостоятельно думать и принимать решения. Казалось бы, что тут такого? Я же единственная наследница княжества. У людей образование, в некоторой степени, доступно абсолютно всем, и мужчинам, и женщинам. Но мы эльфы! И наши женщины практически бесправные красивые куклы, целью жизни которых является забота о муже доме и рождение детей. С последним, кстати, с каждым годом все хуже. Эльфийкам вовсе не обязательно думать хоть о чем-то, за неё всё решит сначала отец, а потом муж. Меня же воспитали другой. Более того, отец официально сделал меня наследницей, что вообще неслыханно для нас. Казалось бы, это должно было выстроить очередь перед моим домом из желающих связать жизнь со мной. Но! Все произошло строго наоборот. Отца молча порицали как за такое воспитание, так и за наследование, поэтому из завидной невесты я превратилась практически в отшельницу и изгоя. Никому из благородных эльфов не нужна думающая жена, которая еще и поспорить может с мужем.

Теперь же я понимаю, что это не зря. Возможно, именно мне удастся изменить жизни нашего народа навсегда. Поэтому сейчас я ехала к нашему самому главному врагу, по мнению большинства эльфов. Сама я так не считала. Правитель Тереской Империи по сути нам ничего не сделал, более того они многие годы пытаются найти точки соприкосновения между эльфами и людьми, но князья остались все так же слепы и заносчивы. Война, практически уничтожившая нашу расу, их ничему не научила. Есть только горстка эльфов, которые понимают, что былой расцвет нашего народа прошёл, мир давно изменился, и сейчас пришла пора подстраиваться под текущие обстоятельства, а не наоборот. И теперь мне жизненно необходимо оказаться на территории империи. Как жаль, что княжича Анфареса убили. Все могло бы измениться, останься он жив. Друзьями мы не были, но он поддерживал идеи моего отца, да и в целом был куда более разумным и прогрессивным, чем большинство князей.

Сейчас же по факту это измена своей расе, очередной раскол между эльфами, и будет новая гражданская война, но это жертва, которую необходимо принести, чтобы у наших детей появилась сама возможность появиться в этом мире. И я постараюсь договориться с императором Георгом.

На въезде в столицу произошла заминка. Документы от отца, что я гонец с важным донесением с пометкой "лично в руки", не возымели должного эффекта, и нас практически уже задержали, когда появился молодой парень в обычной одежде и что-то шепнул на ухо начальнику караула. Тот покивал и без каких-либо объяснений вернул бумаги и пропустил нас в город. От такого поворота событий я немного растерялась и только и смогла, что отойти со своими спутниками с проезда, чтобы не мешать другим. Я-то уже приготовилась отстаивать и доказывать свою важность, как нас просто отпустили. Теперь стояла, сжимая и разжимая пальцы на поводьях лошади, пытаясь успокоиться. Мои спутники молчали и только поглядывали по сторонам, следя за обстановкой, для того я их и взяла. Сама же пыталась взять себя в руки, не так-то просто оказаться одной среди людей, без отца, без поддержки верных и знакомых эльфов, только два стража и все. Если что-то пойдёт не так, я даже передать отцу ничего не смогу. Мы поставили на кон все! И нужно спешить, потому что вечно отсрочка с ответом для Круга длиться не будет. А отказ без поддержки Империи, равнозначен гибели всего княжества Ларенс. Решительно тряхнула волосами, огляделась, пытаясь сориентироваться, куда надо ехать, чтобы попасть во дворец, как рядом остановился высокий широкоплечий незнакомец:

— Добро пожаловать в Империю, княжна Ларенс, — он вежливо склонил голову, приветствуя меня как равную. И я его узнала.

— Меня зовут Дарий Торн, — да личность примечательная, и хоть раньше мне видеть его не приходилось, но я узнала его по описанию отца. — следуйте за мной. — Он запрыгнул в седло вороного скакуна и неспешно поехал, даже не оглянувшись следуют ли мы за ним.

Я ожидал гостью в своём кабинете, не стал переходить в зал для официальных приёмов. Раз она приехала тайно, то пусть встреча пройдёт в рабочей обстановке, без помпезности. Вообще не люблю официоз, но я император, а значит, без всей этой мишуры никак не обойтись.

Раздался короткий стук, и мой личный секретарь Артур Вирн с поклоном пропустил в кабинет молодую девушку. На вид эльфийке едва исполнилось двадцать лет. Но я уже знал, что возможно она моя ровесница, а то и старше. Эльфы живут дольше простых людей. Девушка была слегка растеряна, сначала она обеспокоенно огляделась. А потом спохватилась и с достоинством поклонилась мне.

— Добрый день, княжна Ларенс, — я встал и жестом пригласил её пройти в другую комнату, где вокруг небольшого чайного столика стояло два кресла, девушка заколебалась, — вы, верно, устали с дороги. Прошу, присаживайтесь.

Она села на краешек, нервно комкая в руке кожаные перчатки, а мне вдруг подумалось, что либо она хорошая актриса, либо эта девушка и впрямь всего лишь гонец с вестями. А ещё неожиданно я вспомнил, что совсем недавно в этом кресле сидела совсем другая девушка, и вот она как раз не играла, боялась немного, но была честной и смелой, и этим завоевала моё уважение. Что ж за Танаис Остевой было любопытно наблюдать, сейчас посмотрим, что нам покажет Регина Ларенс.

— И так, что вас привело ко мне? — Мне даже стало как то неловко, видя смятение эльфийки, настолько она выглядела искренней, чего я никак не ожидал от наследницы целого княжества, пусть и совсем небольшого. А ещё должен отметить, что она красива, но красота какая-то хищная: эти темно-зелёные глаза с вертикальными зрачками, резкий росчерк бровей, островатый небольшой нос, упрямо выдвинутый подбородок и копна темно-медных волос, стянутых в тугой хвост на затылке, открывая вид на остроконечные ушки — весь образ словно дикий зверь вдруг стал человеком. И тем более такая внешность плохо вязалась со столь искренними эмоциями, которые она выражала, что для мало эмоциональных эльфов вообще не характерно.

Девушка смущенно кашлянула, а потом вздернула подбородок:

— Мой отец прислал меня к вам, — я кивнул на очевидную констатацию факта, разливая чай. — Мы не хотим участвовать в войне, которую затеяли остальные.

Пододвинул к ней чашку и отпил из своей:

— Как ни странно, но я тоже не имею ни малейшего желания в ней участвовать, — я позволил скупой улыбке проявиться на своем лице.

Девушка собралась, выдохнула и уже увереннее продолжила, подбодренная такими словами:

— Мой отец предлагает мир и сотрудничество.

— И в чем же будет наше сотрудничество? — я задрал одну бровь, не понимая, что одно пусть и довольно удобно расположенное княжество может предложить Империи.

— Мы поможем найти артефакт, — чуть не подавился от таких новостей, но годы тренировок позволили не показать степень моего удивления. Значит, у нас тут самые опытные и знающие маги не могут обнаружить ни следа или зацепки об этом пресловутом артефакте, чтобы точно сказать, что он действительно был? А тут какая-то девчонка сходу заходит с козырей в обычном, в общем-то, разговоре. — А взамен Империя обеспечит защиту княжества, которое войдёт в состав вашей страны как суверенная территория со своим управлением. Залогом станет наш династический брак.

Каким-то чудом мне удалось удержать лицо, чтобы оно не вытянулось от изумления, это была первая реакция. Второй стало большое желание рассмеяться. Так и хотелось ей сказать: «Кто ж так разговаривает с политиками?»

— Вижу вы девушка решительная. Только кто вам сказал, что мне это интересно? — такое не решается просто так.

— Мы знаем, что вы ищете все возможные упоминания об артефакте, — девушка на глазах становилась все более уверенной и быстро успокаивалась, становясь все больше похожей на хищницу. — Точнее вы даже не уверены, что это артефакт, а не что-то ещё, и существовал ли он вообще.

— А это артефакт?

— Я расскажу вам все, если вы согласитесь на наше предложение, — скупо улыбнулась эльфийка, чуть прищурив зеленые глаза.

Я оказалась права, уже ближе к вечеру император пригласил меня выпить с ним чаю. Хорошо, что платье успели отгладить и принести. Я разгладила юбку. Жаль, что наша мода отличается от людской. Здесь чаще женщины носят широкие юбки, а у нас ширина юбки небольшая, только чтобы было удобно ходить. И материал все больше струящийся, лёгкий. Такой силуэт платьев лучше подчеркивал стройную фигуру, потому что с весом у эльфов никогда не было проблем, в отличие от людей. Ладно, будем надеяться, что я успела хоть немного понравиться Георгу, ведь это значительно облегчило бы мне задачу. Украшений никаких надевать не стала, хоть и во дворце, но все же это просто чаепитие, а не официальный прием. Отец говорил, что Георг не любит официоз. И это можно отнести к плюсу. С человеком, не прикрывающимся строгими правилами этикета, гораздо проще общаться.

Ещё раз оглядела себя в зеркало и вышла в коридор, где меня ожидал лакей, принесший приглашение. Молодой человек учтиво склонился в поклоне и пошёл по коридору. На этот раз я внимательно следила, как мы идём, запоминая дорогу.

Путь был не долгим, и мы снова оказались у того же кабинета.

"Он что совсем не отдыхает? Так и трудиться весь день здесь?" ‒ подумалось мне. На самом деле это многое говорит о характере человека. Отец даже с некоторым восхищением рассказывал мне о Георге.

Мы прошли внутрь, молодой человек, сидящий в приемной, видимо секретарь, кивнул, оторвавшись от бумаг и быстро встав, вошёл в ту же небольшую гостиную или комнату отдыха императора.

— Прошу, — слегка поклонился он, придержав для меня дверь.

Георг сидел в том же кресле, что и утром, закинув ногу на ногу и расслабленно откинувшись.

— Добрый день, — он жестом пригласил сесть напротив. — Как вы устроились? Успели отдохнуть?

— Спасибо, все прекрасно, — несколько скованно ответила я. Чай уже был налит, и я взяла чашку и пригубила, чтобы сбросить неловкость. — Я совсем забыла уточнить, где расположили моих людей?

— Они представились как воины, — Георг пить чай не спешил, но на меня с чашкой в руке смотрел благосклонно, а мне просто надо было как-то скрыть волнение, а вовсе не потому что пить хотелось. — Их и поселили вместе с дворцовой стражей. Не переживайте, там очень хорошие условия. Среди гвардейцев так же есть дворяне, поэтому проживание там более чем комфортное, — видимо император подумал, что я беспокоюсь, как бы моих охранников не оскорбило место, где им предстоит жить. Но меня волновало совсем другое:

— Это моя личная охрана. Этих эльфов выбирала в спутники я, и одобрил отец. Я бы хотела, чтобы они были ближе ко мне.

— Ваш путь окончен, вы прибыли по месту назначения, — холодно начал Георг, — здесь, во дворце, вы находитесь под моей личной защитой и охраной, и можете ничего не бояться.

Что ж, этого следовало ожидать. Было бы странно, если бы он согласился. Я отставила чашку. Нервы не утихли, но мне следовало учиться лучше справляться с собой.

— Я бы хотел узнать все, что вы знаете об артефакте, — прямо спросил император.

— Я уже озвучила свои условия, — сдаваться нельзя. Мне кажется, что Георг такой человек, который чувствует слабость, и не упустит возможность воспользоваться этим.

— Свадьба требует подготовки, — хмыкнул он, — тем более императорская.

— Значит, придётся подождать, — я тоже откинулась на спинку кресла. Надеюсь разговор о подготовке к свадьбе правда, а не блеф.

— Заключение брачного договора вас устроит?

Глупо было бы думать, что обойдётся без него. Отец это предполагал и дал несколько ценных указаний, на каких пунктах следует настоять.

— И потом, мне нужно будет переговорить с вашим отцом о судьбе вашего княжества.

— Думаю, что после заключения договора, я смогу ответить на некоторые вопросы. И отец согласиться прибыть на нашу свадьбу. Следует как можно дольше держать в тайне его решение от Княжеского Круга.

— Интересно, каким образом мы сможем сохранить это в тайне? Свадьба императора ‒ это не парень деревенский в храме обряд прошёл, — ехидно высказался Георг. Сарказм в голосе мужчина даже скрыть не пытался, притом было заметно, что это вовсе не кичливость длиной своего рода, а констатация факта. — И естественно князья поймут, что такой неравный брак, простите за сухие факты, — просьбой о прощении тут даже не пахло, впрочем, я не обиделась, на правду не обижаются, — несёт за одной из сторон значительные уступки. А вы, как наследница, как раз и можете предложить собственно свое наследство, — сейчас Георг уставился на меня, сцепив пальцы рук в замок, словно выискивая на моем лице следы отрицательных эмоций. Он словно проверял меня всей этой речью. — Конечно, свадьбу мы сыграем "по-тихому", но и это, повторюсь, требует времени. Да и все равно князья не глупы, быстро все узнают, к тому же среди нашей аристократии есть пособники эльфов.

— Почему же они ещё живы? ‒ я старалась держаться отстраненно, хотя сам император вызывал некоторую дрожь, настолько от него веяло силой уверенного в себе человека.

— При всех моих достоинствах, и удивительных способностях моих помощников, мы все же не всесильны, и не можем влезть в голову к каждому, — снисходительно улыбнулся Георг.

— У меня слабый ментальный дар, я могу попытаться вам помочь, — как то ведь надо налаживать контакт. Поэтому я и выложила один из своих козырей, но сразу поспешила убедить его в своей безопасности, — ничего такого, всего лишь могу почувствовать ложь, понять, есть ли скрытые мысли, а так же ментальные амулеты, но и только. Более серьёзные манипуляции мне не доступны.

— Хм, — склонил голову на бок мужчина, — я подумаю над вашим предложением.

Он наконец-то тоже взял чашку и отпил сразу большой глоток, ополовинив её. Сервиз был просто прекрасен, надо сказать, тонкий изящный, с красивым рисунком на блестящих боках, но в руках императора он все равно смотрелся как-то по игрушечному.

— Вернёмся к нашим переговорам, — он снова сцепил пальцы, вернув полупустую чашечку на столик, — вы же понимаете, что должны дать мне хоть какую-то информацию? Я должен убедиться, что покупаю не кота в мешке.

Он прав, получается, что я пообещала объяснить из-за чего, по сути, началась война, попросив взамен для своего княжества немалые привилегии, а вот гарантий, что информация того стоит, нет никаких. Поэтому, я и выложила ещё один козырь:

— Вы ищете информацию об артефакте, который когда-то у нас существовал, и ключевое слово в этой фразе "существовал".

— И что это должно значить?

— Всего лишь то, что ныне его нет, но его можно создать. И именно для этого они создают тёмных магов и так хотят попасть на вашу территорию.

Магистр Танаис Остева

На юге я не была с тех пор, как нас спасли из замка Корвана. И да, как я и помнила, зима тут мерзкая. Мы вышли из портала у окраины небольшой деревушки. В лицо сразу же задул пронзительный холодный ветер, снега практически не было, а над головой нависало серое хмурое небо, которое казалось вот-вот разразиться снегом с дождём.

— Мда, — протянула, оглядывая унылый пейзаж, втягивая шею в воротник кожаной куртки на меху. Не смотря на то, что температура воздуха не была такой уж низкой, ветер пробирал до костей.

— Ненавижу юг зимой, — пробормотал кто-то за спиной.

— Поддерживаю, — прошептала сама себе.

Из всех переброшенных магов я знала только Морофа и магистра боевки из академии. Остальные были членами ложи или специалистами в узких направлениях темной магии, некоторых я знала только в лицо. Всего нас было восемь человек. Кроме меня была ещё одна женщина, та самая, которая осадила нас на совете по делу Корвана. Наверное, из-за этого она у меня вызывала неприятные чувства. Да и холодный взгляд бледно-голубых глаз не способствовал началу дружеской беседы. Надеюсь, мы хотя бы сможем ужиться на одной территории, потому что, скорее всего, ночевать нам придётся вместе.

Мужчины подхватили свои вещи, я тоже со вздохом взяла сумку на плечо, перевязь с мечом покоилась на спине, сегодня так было удобнее. Верховых прогулок не предвиделось, да и ножны, закрепленные за плечами, я любила куда больше, чем на бедре. Думаю, что оружие нам вряд ли пригодиться, но раз ректор сказал "вещи и оружие", значит надо взять. К тому же можно будет поупражняться, а то давно я меч в руки не брала.

Магистр Патер пошёл первым вниз с небольшого пригорка, поросшего жухлой травой с небольшими проплешинами ноздреватого грязного снега, по тропинке, едва угадывающейся и ведущей к деревеньке. Поскольку Патер преподавал боевые дисциплины, то габаритами он был не обделен. Высокий, крупный, с огромными кулаками, даже Торн выглядел на его фоне куда как изящнее, хоть тоже был обладателем крупного телосложения. Ларс Патер при всем при этом умел ходить совершенно бесшумно, мог двигаться стремительно и был наделен сильным даром. А ещё он среди нас был единственным классическим магом. И не удивительно, что его Горский отправил вместе с нами. Ведь и Патер, и сам Горский были членами Совета магов, и видимо ректор доверял магистру как самому себе.

За ним потянулись все остальные. И как то так получилось, что я шла предпоследней, а за мной следовал Мороф. Целитель нес небольшую сумку, а через плечо была перекинута перевязь с пятью метательными кинжалами, и при этом вид имел совершенно не серьёзный и даже слегка напевал какую-то мелодию на грани слышимости.

— Как твои дела, Танаис, — спросил он, заметив, что я несколько раз на него посмотрела. Я знаю, что тёмные, независимо от выбранной специализации умеют обращаться с оружием и знают боевую магию, но, все же, видеть главного целителя столичной больницы так открыто несущего оружие, для меня почему-то показалось странным.

— Все хорошо, — смутилась я. Действительно глупо так рассматривать другого человека.

— Я слышал о твоих последних приключениях, — архимаг поравнялся со мной, — ничего не беспокоит? Кошмары, тревога, беспокойство? — профессионально начал задавать он вопросы. Все-таки профессия оставляет неизгладимый след в характере человека.

— Нет, что вы, — ровно ответила, понимая, куда он клонит. — Я совершенно здорова и физически, и эмоционально.

— Не обижайся, Танаис, — мягко улыбнулся маг, — просто не каждый может столкнуться вновь со своим самым большим страхом и остаться прежним.

— Я не обижаюсь, — открыто посмотрела ему в глаза, — даже наставник заметил, что я стала увереннее и спокойней.

— А ты стала?

— Не знаю, — пожала плечами, — но раз он говорит, наверное, стала. За себя могу сказать, что мысли об убийстве Корвана меня не тревожат и не вызывают никаких сильных эмоций. Это просто пройденный этап моей жизни.

— Вот и отлично.

Мы зашагали дальше. Мороф больше не делал попыток заговорить, да мне и не хотелось.

Идти было не далеко, и вскоре наша небольшая колона подошла к запертым деревенским воротам. Ворота хоть и заперты, забор добротный и створки крепкие и высокие, зато калиточка открыта, а в ней проделана дырочка, через которую спускается верёвочка, и, пройдя через неширокий проход, обернувшись, я убедилась, что верёвочка эта прикреплена к обычному крюку. Такой нехитрый способ открыть калитку, никого не беспокоя. И вот эта житейская хитрость сводит на нет всю крепость забора и ворот. Впрочем, сомневаюсь, что на них тут массово нападает нежить, на юге её не так много, а разбойничьих шаек, способных напасть на деревню уже лет двести, как повывели.

Дом старосты найти оказалось не сложно, большое подворье на перекрестке двух единственных улиц. Деревенька навскидку была домов в тридцать, не сказать, чтобы маленькая, но до приличного села не доросла. Место у них хорошее, по другую сторону холма виднелась неширокая река, а с противоположной стороны начиналась рощица, рядом с ней были разбиты общинные поля, перемежающиеся высаженными деревьями, спасающими от ветра посадки. Ну а дальше начиналась ровная, как стол, степь. Даже снег не прибил кое-где торчащие жёсткие стебли ковыля.

На юге обычно строили по два дома друг напротив друга. Один зимний, сложенный из добротных бревен, хорошо утепленный и с большой печкой, а другой, так называемый, летний, лёгкая постройка, где в жаркие дни спасались от зноя. В нем не было печи, только просторные одна или две комнаты, а еще открытая кухня с каменным очагом. Подворье старосты было именно таким, с двумя домами и хозяйственными постройками за ними. Из тёплого дома лениво шёл дымок из печной трубы. Само владение деревенского старосты было обнесено забором из тонких жердин, высотой по пояс, скорее всего, чтобы живность не разбрелась, чем попытка отгородиться от соседей, калитка была приоткрыта, и к дому вела утоптанная тропинка. К крыльцу пошёл магистр Патер в одиночку, остальные маги остались ждать на дороге. Патер громко постучал в дверь, и, через какое-то время, она открылась явив нам крепкого сухого, как палка, и загорелого до чёрна мужика лет пятидесяти с накинутым на плечи теплым кожухом.

— Ааа, господа маги, — протянул староста, — проходите, сейчас мы вас устроим, — он посторонился, а Патер махнул нам рукой. — Мы ждали вас к вечеру, но раз вы уже прибыли, то давайте отобедаем, а уж потом будем устраивать вас на ночлег, ‒ на его загорелом и морщинистом лице ярко сверкнули зубы в дружелюбной улыбке.

Дом хоть и был большой, а все равно наличие одновременно восьми человек в сенях, создало тесноту. И тем не менее, все молча поскидывали одежду и развесили на вбитые в стену крюки перед массивной дверью, не испытывая никакого неудобства от тесноты и простоты. Староста гостеприимно распахнул дверь, и мы потянулись в тёплое нутро дома.

— Ох, ты! — воскликнула такая же загорелая, как муж, стройная и высокая женщина, с уже заметными морщинами на лице, но все ещё красивая. — А мы вас позже ждали! — всплеснула она руками. — Ну-ка, Ярис, неси лавки из сеней, а то все не усядутся! — крикнула она старосте, который уже собирался входить в двери. — А можно я вас попрошу мне помочь? ‒ она вежливо, но довольно смело обратилась к Патеру, и ведь не испугалась мага. Впрочем, что староста, что жена старосты какие-никакие, а представители власти в деревне, то есть должны уметь разговаривать с разными людьми.

— Вот тут ещё один стол есть, поставьте его, пожалуйста, к этому, — она показала, где взять стол, и куда его поставить. На большой кухне, выполнявшей так же роль столовой, стоял большой стол, человек шесть за ним бы уселись, но накрыто было только на трех. — Меня Аста зовут, — представилась женщина, обращаясь ко всем сразу. Магистр Патер же без труда принес ещё один такой же стол.

Мужчины помогли старосте внести лавки. Все расселись. Я вызвалась помочь хозяйке, и мы в четыре руки быстро расставили тарелки и приборы. Потом Аста водрузила на стол большой котелок с толченой картошкой, кусок отварного мяса на круглом блюде, несколько глубоких мисок с солеными грибами, огурцами и квашеной капустой, и тонко нарезанное сало на плоской тарелке. В общем, простая сытная еда. А ещё был домашний серый хлеб, традиционно выпеченный в виде большой кирпичной буханки.

Староста же вытащил из-за печи бутыль с самогоном, на что Аста с укором посмотрела на него, мол, господа маги по делу приехали, а ты им такое предлагаешь, и ещё связку острого перца, нанизанную на крученую нить.

— Это только, чтобы прогнать промозглый ветер, — хитро подмигнул он, — только для здоровья.

Как ни странно, никто отказываться не стал.

Хоть мы и пришли порталом, фактически из родных домов, однако все с удовольствием перекусили и выпили по стопочке от хозяина. Больше Ярис не стал разливать, отставив бутыль на край стола, видимо действительно хотел только для аппетита, так сказать, принять.

— Мы можем всех вас у себя разместить. Единственное, что господам придётся в летнем доме расположиться, — заговорил староста о деле, когда все поели, а Аста начала прибирать со стола, и выставлять плошки с вареньем и мёдом к чаю, — но там есть небольшая печь, если топить несколько раз в день, то будет тепло. Ну, а леди могут занять свободную комнату в этом доме.

В который раз убеждаюсь, что старостой становится не только самый умный и оборотистый, но ещё и самый лояльный. Простой народ тёмных магов побаивается, наша магия малопонятна и малоприятна. Но ни Ярис, ни Аста никак не показали хоть какого-то негативного отношения. Хотя, кто знает, может они уже сталкивались с нами и знают, что, в общем-то, ничего опасного мы не сделаем.

Комната, которую нам отвели, была по-деревенски оформлена: на полу цветастый половичок, который плетут на юге из остатков старых тканей, по противоположным стенам две кровати, заправленные лоскутными покрывалами, на единственном окне красовались короткие красные занавески. Здесь, на юге, красные занавески и дверная занавесь, которую вешали летом вместо двери, считались защитой от дурного глаза. У нас дома тоже такие висели на всех окнах. Внутреннее убранство старостиного дома мне в принципе напоминало о доме. Отсюда до моей родной деревни, наверное, всего дня два конного перехода на запад. Но туда меня совершенно не тянуло. Дом в деревне Старая Ость давно перестал быть для меня тем местом, куда хотелось бы когда-нибудь вернуться. Даже наоборот весь юг страны воспринимался мной, как нежелательное и негативное направление. Поэтому даже если мне доведется когда-нибудь переехать, это точно будет не юг!

— Какую кровать выбираете? — спросила я у леди Вайлет. Со всеми, кого не знала, познакомились за обедом. Может от того, что леди Вайлет Мирт аристократка и всячески это демонстрирует, мы с ней не очень-то похоже поладим. Мы ведь с Оривом из простой семьи и, хоть и получили достойное образование, да и маги приравнены к дворянству, но некая черта все равно сохраняется. И с некоторыми благородными магами это совершенно незаметно, как, например, с Вестаром, а с другими, такими как магистр Вайлет Мирт — нет. По большому счету, мне все равно, я здесь только для того, чтобы сделать свою работу. Потом возможно, мы с ней больше никого не окажемся так близко.

— Эту, — леди бросила на кровать по правой стене кожаный саквояж. Надо отметить, что вела она себя довольно просто, без заносчивости, только все равно в каждом её движении сквозило благородное воспитание. Возможно, я сама неправа, ведь никто не знает, какая была жизнь у этой женщина, как она получила свою магию, и вот так негативно относится к ней, я не имею права. Как любой темный, я просто обязана быть нейтральной ко всем. Вот и буду равнодушно относится ко всему, связанному с этой женщиной.

Я молча заняла левую. Как по мне, так эта даже лучше, стенка примыкает к печи и потому тёплая. Я хотела уступить её магистру Мирт, но раз она сама выбрала, то и ладно, я люблю тепло домашнего очага.

Мужчин Ярис повел в летний дом, все согласились остаться у старосты, чтобы не разбредаться и не тревожить селян. Мы тоже расположились, заправили постели. Я собрала в небольшую сумку через плечо, которую специально взяла с собой, чтобы не таскать большую, все, что, как мне кажется, может пригодиться там, в лаборатории: несколько артефактов, зелья, небольшой блокнот и самописное перо.

Магистр Мирт тоже собрала небольшую сумку и сменила юбку на брюки. Увидев, как она притягивает к бедрам парные кинжалы, я тоже решила взять меч, хотя первоначально хотела оставить его в комнате. И все же, надеюсь, оружие нам не пригодиться, ведь не зря же там выставлена охрана, да и не мы первые туда войдём.

Где-то через час, все снова собрались во дворе старостиного дома. Магистр Патер уточнил дорогу, и мы отправились пешком, благо идти оказалось не далеко, зато прямо через ту рощу, которую я приметила сразу. Дорога, наезженная местными огибала её по довольно широкой дуге, а вот напрямик оказалась меньше часа спокойным шагом. Сомневаюсь, что здесь водились крупные звери, на вид роща была светлой, деревья стояли на расстоянии и подлесок тоже не был густым, совсем не тот лес, где можно повстречать медведя или кабана.

Идти оказалось даже приятно. Ветер разогнал хмурые облака, и небо затянула белая пелена с прорехами голубого. В лесу слышались пересвистывания птиц и шелест голых ветвей деревьев. Дышалось легко, и даже имелась утоптанная тропинка, Ярис сказал, что деревенские иногда относят военным еду и свежее молоко.

Вскоре среди деревьев показались большие походные шатры, количеством в три штуки, расположенные полукругом возле небольшого холма, в основании которого был лаз, сейчас ничем не прикрытый, но думаю, что раньше он был хорошо замаскирован.

— Кто старший? — громко спросил Патер, завидев солдата, стоявшего в тени большого дерева.

— Проходите к центральной палатке, господа маги, — козырнул, вытянувшись в струнку, молодой парень, и снова положил руку на рукоять меча.

— Спасибо, — кивнул магистр.

У центральной палатки стоял высокий и не уступающий габаритами Ларсу Патеру военный в форме капитана, что-то объясняющий такому же молодому солдату, как и парнишка в охранении.

— Добрый день, капитан, — окликнул Патер, — мы маги, прибывшие для исследования лаборатории.

— Добрый, — обернулся капитан, оказавшийся владельцем роскошных вислых усов и кустистых бровей. — Да, мы вас ждём, но все же могу я посмотреть на ваши документы, — магистр передал сопроводительные документы. Усатый капитан внимательно их осмотрел, после чего продолжил, ‒ проходите. Внутри есть пара магов, которые вам все расскажут.

Магистр Орив Остев

Город Эрев насчитывал менее тысячи человек, и мог бы вообще считаться всего лишь разросшейся деревней, но здесь был собственный градоправитель, городская стража, небольшой храм и даже школа при нем. Да и вообще Эрев был каким-то организованным, ухоженным, словно с красивой картинки. Но ключевое слово именно "был".

Теперь я смотрел на побуревший снег, что тянулся широкой полосой прямо по центральной улице, на обуглившиеся некогда украшенные резьбой аккуратные одноэтажные домики, на разрушенное здание городской администрации, на разбитые окна храма и эльфийские руны на его двери. "Честный обмен", — вот что было выведено белой краской на храмовой двери.

Какой честный обмен? Что на что они здесь обменяли? Или мы обменяли? И какая в этом честь?

Я смотрел на это все и не находил слов. Ни слов оправдания, ни ярости, ни горя. Война всегда бесчеловечна: это грязь, боль, страх. Но то, что они сделали с Эревом вообще за гранью.

— Магистр, а где все? Или тела? ‒ шёпотом спросил молоденький мастер некромант, вчерашний выпускник, доставшийся мне в напарники просто потому, что все опытные заняты в других местах, а молодёжи сейчас нужно в ускоренном темпе набираться опыта.

— Говори нормально, здесь никого нет.

— А где… — как то растерянно начал парень.

— Ты разве не чувствуешь сколько здесь некроэнергии и тёмной магии? — казалось в глазах парня вот-вот появится испуг. Эх, мальчик, сколько ещё ты увидишь за жизнь некроманта.

— Чувствую. Но неужели здесь все мертвы? — поразился он.

— Абсолютно, — бесстрастно ответил, продолжая шагать по пустынной улице.

— Как же так? — парнишка немного отстал, но потом догнал меня.

— Просто, мастер Лорев, просто, — у меня вырвался тяжёлый вздох. — Здесь порезвились несколько ликшей, а вот тут гаркал, видишь характерный след когтей на стене, — указал я парню на отметины. Пусть учиться, вдруг однажды это спасёт ему жизнь. Во рту почему-то было кисло, и, честно говоря, не хотелось не то что учить, а даже просто говорить. Но надо. — Тут поработало тёмное заклинание "звезда тьмы", — дом словно был схлопнут изнутри. Вообще-то довольно редкое заклинание, что наталкивает на мысли о возможной поддержке и кого-то из настоящих тёмных, не кукол. У каждого человека есть своя цена, в очередной раз напомнил я себе. Если правильно найти рычаг давления, то любой способен на предательство. Обстоятельства могут быть сильнее чести.

— А где же трупы? — снова спросил поникший Лорев.

— Как думаешь, много ли надо времени пяти ликшам, чтобы уничтожить сотню человек?

— Это риторический вопрос?

— От чего же? — я удивлённо посмотрел на парня.

— Но ведь ликшей никто не видел больше одного.

— Поверь мне, видел, — уверенно кивнул, — сейчас много что изменилось. Буквально за последние месяцы. Так сколько времени им нужно? — снова повторил свой вопрос.

— Я не знаю, — парнишка пожал плечами. — Пара часов?

— Боюсь, что всего несколько десятков минут. Да прибавь к этому наличие пары сильных городских магов числившихся в Эреве, и их попытки противостоять нежити. И получится, что даже без атаки тёмной магией здесь через час уже было побоище, и мертвых было больше, чем живых.

— Вы имеете виду, что магам не следовало защищать город от нежити? — возмутился парнишка.

— Конечно следовало, по-другому они бы все равно не поступили, но в их ситуации пользы не было никакой, — я и сам понимаю, что мои слова сейчас кажутся жестокими, но в этом вся правда. — Возможно, если бы они не атаковали магией ликшей, то смогли бы продержаться немного дольше.

— Разве это им бы помогло?

— Вряд ли.

Какое-то время мы шли молча. Честно говоря, я даже не знаю, что нам здесь искать. Тут три дня уже никого нет. Остаточный фон хоть и мощный, но понять что к чему уже нельзя, фон просто выровнялся, смазав все тонкости. Пепел от тел, захваченных ликшами, не подлежит никакому магическому воздействию. Над остальными телами потрудились другая нежить и нападавшие, об этом мне сообщили по прибытии. Поэтому сейчас я ощущаю себя каким-то сторонним наблюдателем.

Бурый след свернувшейся крови, наконец, привёл нас к небольшой площади, служившей центром города. А вот и все жители…

— Боги… ‒ выдохнул Лорев и так побледнел, что я уж думал, что в обморок грохнется, но нет, стоит смотрит.

Мне вообще не хотелось открывать рот, потому что такое никак нельзя выразить словами. Огромная куча тел, перемешанных и изуродованных, сваленных как попало. Похоже, управляемая нежить просто стаскивала их в одно место, наваливая друг на друга. Своеобразный курган уже слегка припорошил снег, ну а воронье и падальщиков разогнали маги и военные, прибывшие на место. Кстати, как раз таки вороны и помогли обнаружить этот кошмар. Они кружили над телами, образуя галдящую траурную воронку.

Я смотрел и замечал отдельные фрагменты, которые, знаю наперед, будут мне сниться: вот детская рука, торчащая из этого месива, проломленная голова некогда красивой девушки, чьи волосы сейчас трепет ветер, изломанная старушка, смотрящая пустыми глазницами в небо, голова молодого парня без тела. Я смотрел и чувствовал, что внутри начинает скручиваться тугой узел злости. Знаю, что сейчас все мои чувства разделяет Камила, но не могу взять себя в руки. Никто не должен так умирать! Никто!

— Магистр, что нам делать? — подал хриплый голос Лорев.

Я не стал отвечать, просто взмахом руки создал стену тёмного пламени, которая охватила этот курган, без дыма и жара уничтожая мёртвые оболочки. Надеюсь, Ситар, ты подаришь им лёгкое посмертие! И, развернувшись, пошёл обратно к лагерю военных, который разбили за городскими воротами.

Приближается время связи с Торном, но говорить совсем не хочется, даже не знаю, что ему сказать? Что мы опоздали? Что просмотрели заговор и эти смерти наша вина? Что из этого он не знает?

Лорд Дарий Торн

— Есть выживший, — голос Орива был усталым, — мальчик пяти лет. — на этих словах император, присутствовавший при нашем разговоре через связной аппарат, сморщился и прикрыл глаза. Рейв, которого я отозвал с границы, решив, что после Эрева война вряд ли будет выглядеть как обычные боевые действия, а его трезвая голова нужнее здесь, встал со стула и пришёлся до окна, где застыл соляной статуей.

— Он что-нибудь видел?

— Мальчик истощен, простужен и психологически травмирован, — холодно перечислил Орив, — он молчит. Чудо, что он дался мне в руки, потому что от солдат он отбивался как мог.

— Попробуешь его разговорить? — малыша было жаль. По слова Орива в Эреве был сущий ужас, и бедный мальчик все это видел, но также он мог видеть и что-то важное, и поэтому нужно попытаться его разговорить.

— Может считать его память? — спросил Рейв от окна, чуть повысив голос, чтобы Ориву было хорошо слышно.

— Гарет, ты действительно предлагаешь лезть в мозги маленькому мальчику, используя заклинание, которое и у взрослых порой вызывает необратимые изменения? — казалось голос Остева заморозит всех нас прямо через передатчик.

— Я предлагаю только то, что эффективно в данной ситуации, — Рейв даже не пытался оправдаться, полностью уверенный в своей правоте. Он повернулся и посмотрел мне в глаза, — можно попробовать усеченное заклинание, которое коснется только последних дней. Быть может для него это благо, что он забудет эти события.

— Ты уверен, что заклинание подействует как надо?! — все-таки вспылил Орив.

Вот поэтому я и не могу оставить кого-то одного из них после себя. Гарет приверженец радикальных методов, а Орив оценивает все через призму своего дара.

— Нет, — просто ответил Рейв, — но это наиболее действенно сейчас.

— Я против! — рявкнул Остев.

Георг, молчавший всю перепалку, неожиданно подал голос:

— Я поддерживаю магистра Остева. А вам, лорд Рейв, следует не забывать, что цена некоторых жертв может быть слишком высока. Помниться, у вас тоже есть дочь, — слегка прищурился император, а Гарет отвел глаза, — ничто в мире не стоит детской жизни. Этот малыш пережил достаточно за свою короткую жизнь. Привезите его сюда, магистр, — обратился он к переговорнику, — возможно, моя невеста сможет чем-то помочь, все же ментальный дар намного более щадящий, чем топорное заклинание.

Я с императором был полностью согласен. Есть вещи, на которые я никогда не смогу согласиться, и брать ответственность за эту маленькую жизнь я не готов.

— Слушаюсь, — просто ответил Орив.

— Орив, активируй портальный маяк. Я отдам приказ, чтобы вам открыли портал, как только уловят сигнал маяка.

Отмокнув в ванной, хоть я и не любитель в ней сидеть, ко мне, наконец, пришло расслабление, пусть не моральное, но хотя бы физическое. Никто не может постоянно находиться в напряжении, и даже самому выносливому человеку нужен отдых. Эмоциональный прессинг продолжался бесконечно, но это уже просто мои демоны, с которыми, я надеюсь, мне поможет справиться дед. Кажется, что вот прямо сейчас нужно вскочить, куда-то бежать, что-то делать! Срочно, быстро! А еще лучше, чтобы это "где-то" было как можно ближе к Исе.

Я все чаще пытался препарировать свои чувства к ней, разделив их на свои до и после пробуждения крови оборотня. Но чем больше проходит времени, тем сложнее мне разобраться. И, честно говоря, я сам не могу уложить у себя в голове все эти чувства, которые теперь так ярко испытываю. Более того, иногда мне кажется, что они всего лишь иллюзия. Ведь так не бывает, чтобы из симпатии, пусть и сильной, словно по щелчку пальцев, разгорелся настоящий пожар из нежности, любви, страсти и тоски, будто кусок души оторвали. И при этом я отлично понимал, что она то всего этого не чувствует, и даже не знает, что мне без неё теперь не жить.

Я бы потешил себя надеждой, что от этого всего можно избавиться, да только мы с братом ещё в детстве, как потенциальные носители крови оборотней, изучали легенды этого народа. И везде и всегда исход один: если оборотень признал свою спутницу жизни, то он будет пытаться её добиться чего бы это ни стоило. Никогда и нигде не было такого, чтобы оборотень добровольно отказался от неё. И только если добиться не получится, то только тогда, возможно, со временем чувства угаснут. Но и тогда это будет совсем не просто и быть может больше никогда не повторится.

От этих мыслей, у меня разболелась голова, и совершенно пропал аппетит, хотя Кларисса наверняка уже накрыла ужин. Часы показывали всего девять вечера, но я просто завалился на кровать, прямо поверх покрывала и дал себе команду спать. Усталый организм с радостью отключился, и только последней мыслью было: "Только бы не было снов!"

Магистр Танаис Остева

В последнее время немного распогодилось, стало чувствоваться скорое приближение весны, но пока что стояла чуть морозная, но солнечная погода, делая любой день намного более приятным. Сегодня я встала раньше всех и разминалась с мечом во дворе. Надо сказать, что этим занимались все, когда была свободная минутка, даже целители не гнушались сделать комплекс упражнений для поддержания общей формы. А уж боевики и подавно, их тренировки могли быть образцовыми для военных подразделений. Я же делала те комплексы, которые помнила со времен учёбы. Темным в принципе важна физическая форма, поэтому мало кто из нас отлынивал от этого. Классическим боевым магам сами боги велели быть в отличной форме. Тем более, что и до нас дошли вести о городе Эреве. А значит, скоро все мы можем оказаться на передовой. Правда в свете последних событий, становится совершенно непонятно где эта передовая будет. Что-то подсказывает, что вовсе не на границе.

Делая шаги и взмахи мечом, прокручивала в голове все, что мы узнали из этой лаборатории. В основном информацию дали те самые эльфийские расшифровки дневника Корвана. Насколько же нужно быть больным уродом, чтобы пытаться сделать такое с людьми. На миг зажмурилась, отгоняя воспоминания. Если убрать мои личные эмоции, то общий вывод можно сделать такой: Корван искал способ создать идеального раба с силой тёмной магии. Более того, он пытался облегчить способ ментального контроля или вообще удаление личности. Не думаю, что он делал это только для эльфов. Скорее уж он делал это для себя. Прочитав его дневник и сумев кое-что там разобрать, мне стало ясно, что главной причиной такого сумасшествия стало запечатывание магии. Он искренне не понимал за что ему такое наказание, ведь все что он делал — это для науки, для будущих поколений. Изначально он пытался понять принцип зарождения тёмного дара для того, чтобы появилась возможность повысить выживаемость тяжёлых случаев. Но потом его благородная цель стала обрастать все более сомнительными причинами, вылившись, в конечном итоге, в создание рабов с магией для людей или эльфов ради личной выгоды.

После того, как ему заблокировали дар, в его изысканиях появилась новая причина: попытка вернуть магию. Он писал, что самого себя он с легкостью подвергнет трансформации, как он это называл, но только после того, как процент пробудившегося дара превысит отметку восемьдесят. Боялся рисковать, демонов ублюдок. Кое-где опять же проскакивали упоминания о нас с Оривом, как о самых удачных подопытных.

Его способы заставляют шевелиться волосы на голове. Что он только не пытался сделать! Приживлял артефакты, пытаясь встроить их в энергетическую структуру тела, хвала богам, это оказалось невозможно. Повреждал мозг, пытаясь удалить личность, но оставить общие телесные навыки и подчинение командам, это тоже не удалось, по крайней мере, на момент записей. Пока что эльфам не удалось упростить управление марионетками, и это радовало и вселяет надежду на то, что мы не столкнемся с армией тёмных магов, подчиненных эльфам. Те два новых человекоподобных создания были самыми удачными экземплярами, но, опять же, абсолютно неподконтрольные, не способны к самовоспроизведению и атакующих способностей также крайне мало. И потому, кроме научного интереса, другого они не вызывали, разве что сочувствие погибшим людям, чьи тела так трансформировались.

Эксперименты над нежитью у них были более успешными. Курт Орбус был в восторге и одновременно в ужасе от идей Корвана. До такого не дошли ни одни химерологи, а уж получить живой образец тем более. Жалел только, что их придётся уничтожить, потому что сейчас совсем нет времени на их изучение. Боюсь, что скоро мы вдоволь насмотримся и наэкспериментируемся с ними, потому что, в отличие от проблем с людьми, недостатка в нежити никогда не было, да и она намного более живуча. А уж пройдя трансформацию Корвана и подавно.

— Разминаешься? — магистр Патер стоял на крыльце и щурился на пока ещё тусклое солнце. — Похвально! Только удары делай четче, а то от таких взмахов мало толку, любой более сильный противник с лёгкостью отобьет такой удар, — кажется, он уже по привычке наставляет, — но вообще неплохо. Кое-чему я тебя все же научил, хоть думал, что это вообще глупая идея такой девушке, как ты становиться боевым некромантом. А оно вон как вышло, ‒ и он с каким-то бурчанием под нос пошёл в сарай.

Сначала я удивилась, что он вообще помнит, как учил меня, а потом на его фразу о "такой как я". А что со мной не так? И тут он сам и ответил, вернувшись из сарая с собственным мечом:

— Впрочем, выбора у вас, можно сказать, и нет. Но ты стала хорошим магом.

Он встал в позицию напротив меня, и жестом предложил продолжить тренировку вместе.

— Спасибо, — я даже смутилась немного от его слов.

— Атакуй, я покажу тебе эффективную для твоей комплекции связку, — он с лёгкостью увернулся от прямой атаки, и парой быстрых шагов оказался у меня за спиной, — вот так, а потом быстрая атака со спины, без жалости. Как и для любой женщины, если противник мужчина, то без магии ваша задача, как можно быстрее обезвредить его, иначе ты труп.

— Что магия может быть не всегда, я убедилась на собственном опыте, — согласно кивнула, — можете ещё раз показать переход?

Мужчина кивнул и снова повторил движения. Мы ещё какое-то время тренировались. Магистр Патер научил ещё нескольким интересным движениям.

— Думаю, здесь мы пробудем ещё пару дней, максимум три, — неожиданно заговорил он, когда я умывалась из умывальника, прибитого к стене сарая. Солнце хоть и пригревало, но водичка все равно была бодрящая, хорошо, что без льдинок.

— И куда мы? — вытирая покрасневшие руки, висящим рядом полотенцем поинтересовалась я.

— Если ничего не случится, то в Садалию, а если что-то произойдёт, то по указанию совета магов.

— Понятно, — значит, боевые действия все же будут, да и вряд ли хоть один правитель простил бы то, что сделали с Эревом.

Лорд Дарий Торн

— Ты должен был встать на мою сторону, — прозвучало как то капризно, и, кажется, сам Георг это понял, — я имею в виду, что неправильно пока показываться Регине на людях, это опасно, — быстро исправил и тон, и смысл он.

— Если ты хотел, чтобы начальник тайной канцелярии всегда с тобой соглашался, то выбрал не того человека.

— Ты понял, о чем я говорю! — сердито плюхнулся в кресло император.

— Наоборот, думаю, что как раз сейчас никто не ожидает, что княжна может появиться практически в центре города, все думают, что мы охраняем её, как драконы яйца, — я тоже расположился за столом. Уже вечер и скоро я покину свой кабинет. Теперь мне следует ночевать дома, ведь дед может прибыть в любой момент, хотя работы меньше не стало и еще несколько лишних часов могли бы помочь разгрести хоть что-то. Завтра попробуем связаться с князем Ларенс, и к этому тоже следовало бы подготовиться.

— Хочешь сказать, что все на что ты надеешься — это элемент неожиданности? — вот не люблю, когда Георг в таком настроении, сейчас что не скажи, в ответ получишь одно бурчание.

— Нет, конечно, — успокоил я взвинченного правителя, — Георг, с ней Орив, там полно наших людей и стражи, их охраняют лучшие воины. Успокойся. К тому же, как ты уже знаешь, в народе пока спокойно, никто не призывает резать эльфов направо и налево. Есть несколько слухов, что к гибели жителей Эрева причастны темные маги, но наши агенты уже работают в этом направлении. Нам совсем не нужна агрессия в сторону темных магов.

— Если с ней что-то случится, все пойдёт к демонам на рога! Что касается темных, не думаю, что это может вылиться во что-то действительно серьезное, их и раньше не любили. Слухом больше, слухом меньше. Но ты все равно работай с этим, — я кивнул, соглашаясь, что нельзя оставлять все на самотек.

Георг согласно хмыкнул и спросил о другом:

— Что с предателями?

— Пока все без изменений. Нормально допросить без применения увечий Урмана я просто не смогу. Его манера разговора выводит меня из себя, и я боюсь, что в нынешнем своем состоянии, разорву этого гнусного старикашку на части. Так что им займется Гарет. С Ниртом легче. Думаю, если предложить ему сделку, то он согласится. Авар Нирт никогда не был смелым.

— Какую сделку?

— Как предатели страны, они должны быть лишены титула и всего имущества, — император согласно кивнул, — вот только у рода Нирт очень хорошая плодовитость. Без их состояния все они окажутся не просто на улице, а боюсь, что довольно быстро переедут в самые бедные районы, без надежды хоть когда-нибудь выбраться оттуда. К тому же они, как настоящие дворяне, — в голосе все же прорезалось все презрение, которое я испытывал к таким людям, — жить как то по-другому они просто не умеют, и ничего полезного делать не могут. Авар хоть и маг, но никогда не работал по специальности, используя дар чисто в личных целях. Поэтому если ему предложить оставить деньги в обмен на информацию, думаю, он согласится.

— Что ж это может быть разумно. Но он же должен понимать, что их лишат всех источников доходов? И что деньги достаточно быстро кончатся.

— Это будут уже не наши проблемы, — едко улыбнулся я, — никто ведь не просил его с таким умом лезть в дворцовые интриги.

— Да, Авар Нирт никогда не славился блестящим умом, — рассмеялся император. — Он здесь только как пешка и представитель одного из крупных дворянских родов. Урман сыграл им втемную, Авар в жизни бы не догадался, слишком он себя любит и даже не подозревает, что глуп.

Лошадей мы действительно сумели найти в деревне. У нескольких семей, в том числе у старосты выкупили парочку. Хоть обычно в таких небольших поселениях много скотины не держат, вместо лишнего скакуна лучше иметь ещё одну корову или несколько коз. Здесь же на удивление сразу в нескольких дворах держали не по одной лошади.

С конями пришлось покупать и упряжь. Впрочем, никто не жаловался на неказистые седла и старенькие чересседельные сумки. Так же радостные селяне продали нам шкуры, тёплые попоны, котелки и припасы, ведь ничего для пешего перехода мы не брали, так что весь вечер посвятили походу по домам под руководством Яриса, выкупая все, что нужно для поездки до города.

За ужином добрая Аста под причитание выставила большого гуся, забитого в честь нашего отъезда, собственноручно поставила бутыль с самогоном, "на дорожку" как она сказала, уже знакомые разносолы и свежие пироги с капустой, картошкой и яйцами с луком. Так же она бесплатно собрала сумку с едой в дорогу, объяснив свои действия, что для господ магов, защищающих их всех, ей ничего не жалко. Но совсем бесплатно брать угощения мы не стали, и в благодарность их с Ярисом осмотрел магистр Тужев, исцелив больные спины, натруженные руки и ноги и слабоватое сердце у старосты.

Последний ужин в гостеприимном доме деревенского старосты был по-домашнему тёплым. За те несколько дней, проведённых вместе все маги, собранные в эту группу, так или иначе, подружились между собой. Пропала первичная скованность при общении.

— Есть хоть какие-то подробности о том, что нас там ждет, — задал мучавший всех вопрос Курт, — или мы просто заявимся порталом, кстати, откуда он в эльфийском княжестве, и скажем: " Вот они мы, кого защищать?" ‒ немного кривляясь, спародировал он кого-то.

— Ну не так, конечно, — ответил Патер.

Все уже доели и просто сидели за столом, обсуждая все ли собрали, и что можно докупить в пути.

— Приказ очень четкий и сухой, передали, что более подробно скажут на месте. Приказ военный, так что мы, считай уже, призваны на службу.

Кто-то хмыкнул, я не увидела кто. Не все, конечно, рады служить в императорской армии, многие с радостью осели бы в какой-нибудь глуши и колдовали бы от случая к случаю. Но наш редкий дар определил нашу судьбу за нас. И даже богатые дворяне, по сути, себе не подчинялись, так или иначе, служа короне.

— Что ж этого следовало ожидать, — спокойно проговорил пожилой целитель Тужев, — где война, там тёмные маги. Не зря ж на всех приграничных стычках обязательно есть целитель и некромант из тёмных. Меня вот больше интересуют эти союзники. Странно, что это именно Ларенс.

— Чем странного? — оживился Зак Хорн.

— Ты разве не знаешь?

— Не знаю чего? По мне так все эти княжества одинаковые: маленькие, озлобленные и населены эльфами, — пожал широкими плечами боевой некромант.

— Но княжество Ларенс среди своих отличается широтой взглядов, да ещё к тому же до эльфийского раскола они были кастой храмовников.

— Так они служители богов? — спросил магистр Патер.

— Были когда-то, — кивнул Тужев.

— Ну и что нам это даёт? — все так же непонимающе задал вопрос Зак.

— Немного, в основном то, что похоже у эльфов нелады с собственным духовенством. Но сдаётся мне, что там гораздо более глубокие распри. Ведь толком ничего не известно из-за чего произошёл раскол.

Я навострила уши, так как совсем недавно уже обсуждала вопрос войны с эльфами и их требований.

— В любом случае, нам до большой политики далеко. Сомневаюсь, что нам сообщат что-то столь ценное. У нас есть приказ охранять границу княжества, вот этим мы и займемся! ‒ закруглил обсуждения Патер, — а всякие домыслы оставим совету магов и императору.

Княжна Регина Ларенс

С отцом наедине нас не оставляли. И вроде бы все наши помыслы были чисты, и никаких поводов для недоверия ни я, ни он не давали, однако куда бы мы не пошли в парке, и где бы не присели побеседовать ‒ везде кто-то присутствовал. В парке натыкались на придворных и стражников, в комнатах то лакеи внезапно появлялись, то служанки. А один раз даже лорд Рейв, который и скрывать не стал, что будет подслушивать.

Я злилась, а отец, как ни странно оставался спокойным. Говорил, что наоборот было бы странно, если бы мы спокойно могли поговорить в одиночестве. Мы оба чужаки в Империи и пока ещё не заслужили полного доверия. А я-то практически поверила, что между нами с Георгом что-то есть, что-то большее, чем холодное уважение. В последнее время мне казалось, что и он испытывает ко мне симпатию. Мне же стоило только чуть лучше узнать императора, привыкнуть к необычной для эльфа внешности и властной манере общения, как взамен настороженности пришло некое восхищение. Мне нравилась сила этого человека, его холодный разум и скорость реакции на все беды, что обрушивались на его страну. Георг готов умереть за свою родину, и меня такая самоотдача восхищала. И, тем не менее, раздражала эта слежка и постоянное постороннее присутствие.

— Регина, успокойся, — улыбнулся отец. — Георг и начальник его тайной канцелярии все делают правильно.

— Но ведь он сам предложил помощь нам, почему же теперь столько недоверия?

— Ты ещё так молода. Никому нельзя верить безоговорочно.

— Как же тогда жить? Спать вполглаза, есть, постоянно опасаясь яда в блюде? — молоденькая девушка служанка вздрогнула при этих словах.

— Нет, конечно. Просто надо подождать. Доверие не строится за несколько дней. Для этого могут уйти годы. И даже тогда, все равно надо ожидать предательства. Просто быть к нему готовой. Ты будущая правительница, ты должна быть сильной.

Я поджала губы, на это ответить мне нечего. В его словах есть правда, и к жизни во дворце полном если не врагов, то недоброжелателей, готова. Вот только всего на миг я поверила, что может у нас с Георгом может получится что-то большее, чем политический брак, что-то вроде семьи, о которой я так много читала. Но видимо отец прав, не стоит желать невозможного.

— Регина, прошу тебя, только не наделай глупостей. Нам очень нужен этот союз, ‒ отец серьёзно посмотрел мне в глаза, — обратной дороги уже нет.

Я столько же серьёзно кивнула, однако все же решила поговорить вечером с Георгом. Неужели я не заслужила даже капельки доверия?

Так уж сложилось, что на самом деле я толком и не путешествовала по стране. После выпуска по распределению отправилась в Ривель. И кроме его окрестностей, столицы, родной деревни и ее предместий да ещё пары мест, больше нигде и не была. И вот теперь мы уже два дня едем в Игрен, откуда отправимся в эльфийское княжество.

Интересное у нас будет положение: защищать эльфов от эльфов, которые веками с нами враждовали. Что-то тут непонятное. Но нас ведь и не просят что-то понимать, у нас есть приказ, который мы должны выполнить.

— Через пару часов остановимся на ночлег. — Ларс Патер так и остался негласным лидером в нашей группе, пока нас официально не прикрепят к какому-либо военному подразделению.

Мы продвигались быстро, ночевали недалеко от дороги, не заезжая ни в одно поселение по пути. Сроки у нас стояли четкие, поэтому ехали быстро и к вечеру изрядно уставали. Общим же решением выставляли часовых на ночь. Поскольку нас много, то дежурства выпали всего по разу. Я вызвалась вчера первой, всегда предпочитаю выполнить то, что не очень люблю делать, сразу. Так что сегодня надеюсь, что высплюсь и отдохну. Готовку и общую организацию лагеря даже не распределяли. Все мы не раз и не два оказывались в пути и ночевали под открытым небом, поэтому уж сварить кашу и развести огонь мог каждый из нас.

Еще из головы не шли слова магистра Тужева о княжестве Ларенс. Почему они попросили помощь у Империи? Как смогли договориться с императором? Да так, что границы княжества будет охранять имперская армия с магами. Что же такого пообещал князь?

Дорога однообразная, смотреть не на что, разговоров среди нас особо не поддерживалось. Хоть все мы немного сдружились за последнее время, но тёмные есть тёмные, не больно-то мы любим общество других людей, так уж вышло.

Все устали, и поэтому споро разбили лагерь и занялись приготовлением ужина. Стемнело недавно, кое-что ещё можно увидеть без света, но совсем скоро мир погрузится в полную тёмноту, которая бывает только в конце осени перед самым снегом или в начале весны, когда снег уже почти сошёл, но тепло ещё не вернулось.

— Тана, иди к костру, все готово, — окликнул меня Курт.

Как только мы остановились на этой полянке, с краю от дороги, с уже сложенным и обложенным камнями кострищем, расчищенными местами под ночлег, меня не покидало чувство тревоги, еле ощутимая дрожь где-то внутри. Ощущение знакомое, раньше уже бывало, и совсем не всегда означало, что-то плохое, просто неприятное чувство. Иногда так выражалась усталость или общая нервозность. Скорее всего, это от длительного перехода. Если разобраться по-честному, то я в принципе не большой любитель странствовать. Мне нравится удаляться от дома на некоторое расстояние, даже на несколько дней, но вся прелесть в возвращении. Это самое приятное, возвращаться домой, к дорогим сердцу вещам, дому, городу. Нет во мне той любви к дорожной романтике. Не тот я человек, которому нравится переезжать с места на место, работая по мере собственной необходимости. Есть среди нас странствующие некроманты, те, кто живет дорогой, заглядывая в самые дальние уголки Империи. Как раз они часто привозят в академию одаренных с темной искрой дара. С классическими магами намного проще, магия проявляется раньше и, как правило, без разрушений и серьезных последствий. Поэтому школы для обычных одаренных детей есть в каждом более-менее крупном городе. Темные же обучаются только в академии и находят их по-старинке.

Кашу сегодня готовил Зак Хорн и, судя по слипшимся комочкам крупы, но неплохому вкусу, готовить он умел, но не любил. Да и ел он сам отрешенно, механически закидывая ложку за ложкой, глядя в огонь. Что-то все сегодня какие-то тихие, не иначе погода переменится. Пока нам везло, и стояла безветренная прохладная практически весенняя погода. Снега почти не осталось, а небо пока радовало нас отсутствием осадков.

— Так, — хлопнул по коленям Патер, — сегодня первым заступает Вуров, его сменит после полуночи Орбус, а ближе к утру магистр Тужев, вам ведь все равно не спится с утра? — он посмотрел на пожилого целителя, который согласно кивнул, допивая чай из железной кружки.

Возражений не последовало, и все как то быстро стали раскладываться на ночлег. Хоть по времени было относительно рано, часов семь вечера, но делать все равно больше нечего, говорить видимо никому не хотелось, а потому я, также как и все, раскатала теплую шкуру недалеко от костра, завернулась в плащ, накрылась сверху тонким, но теплым шерстяным одеялом и закрыла глаза, постаравшись отбросить неприятное чувство беспокойства и отдохнуть. Даже если не усну, то хотя бы полежу спокойно.

Уснуть, и правда, удалось только спустя часа два, когда все вокруг затихли или наоборот стали оглашать пустую обочину тракта раскатистым храпом. Всегда подозревала, что чем мужчина крупнее, тем громче он храпит, и вот Ларс Патер тому яркое подтверждение. Мне его храп ни капли не помешал, и я медленно погрузилась в крепкий сон без сновидений.

— Какие новости?!

Ирн вздрогнул от моего неожиданного появления и ошарашено уставился на меня.

— Эээ, — глубокомысленно изрек он, — вы о чем?

— Недавно должны были поступить срочные новости от группы магов, направляющихся с юга в княжество Ларенс через Игрен.

— Эм, — секретарь начал просматривать документы, лежащие на столе, — лорд Торн, сегодня никаких важных бумаг не поступало.

— Не бумаги, — отрицательно качнул головой, раздражаясь от его недогадливости, — срочный вестник, вызов через аппарат связи или даже может быть сообщение через портал.

Редко, но иногда срочные послания отправляют через портал. Это очень растратно в плане магии, расходуется куча энергии и все ради того, чтобы один человек прошёл с посланием. Магические вестники не передают послания на большие расстояния, аппараты связи есть не везде и не всегда удаётся связаться с нужным человеком, а вот послание, отправленное порталом лично в руки, самостоятельно дойдёт до адресата.

— Нет, лорд Торн, — Ирн уверенно ответил, — сегодня ничего срочного не передавали, аппарат молчит, — недавно Ирн получил доступ к моему аппарату, который теперь занял почетное место на столе, более его не убирали в походный вариант, — гонцов не было, даже от Его Императорского Величества ничего не было.

Разочарование было не самой сильной эмоцией, больше всего мной владело беспокойство и нетерпение. Дед сказал, что если боли больше нет, то значит не все так страшно, просто что-то случилось с Танаис. И это вроде как должно было меня успокоить, но получилось наоборот. Это ещё больше вызывало беспокойство, потому что случиться может что угодно: от лёгкого испуга, до серьёзного ранения, ведь она тёмный маг и такое ранение могла стянуть временно магией, пока не получится вылечить нормально.

— Ирн, отправь кого-нибудь порталом в Игрен. Пусть идёт прямым порталом, скажешь, что я распорядился. Пусть он узнает, проезжали ли там маги и переправились ли в княжество Ларенс. Если нет, то пусть вышлют поисковый отряд по южному тракту.

— Вы думаете с отрядом что-то случилось? — мой секретарь уже привычен не задавать вопросы о способе получить нужную информацию, когда я в таком состоянии. Если сказал потратить массу энергии на портал, значит так надо.

— Я уверен в этом.

— Ты не имел права! — я так был зол, что чудом удерживался, чтобы не дать в морду, спокойно сидящему за своим столом, начальнику.

Буквально несколько минут назад я наконец-то понадобился Торну, и он меня вызвал в свой кабинет. Вот только оказалось, что вызвал он меня не для очередного задания, а для того, чтобы совершенно спокойно сообщить, что на Тану и её группу было совершенно нападение марионеток и нежити, которое они в целом пережили и продолжают свой путь. И более того, Торн знал об этом ещё со вчера, и не посчитал нужным сообщить это мне, родному брату!

— Ну, в чем-то ты прав, — спокойно протянул он, — да, не имел.

Мне показалось, что я аж зарычал от злости. Одним богам известно, каким чудом мне удавалось оставаться на месте!

— Мне не нужна была твоя паника ещё до того, как все прояснится.

— Она моя сестра!!!

— Да брось, Орив, — криво ухмыльнулся Дар, — она ‒ боевой некромант, её задача влипать в разного рода сложности и истории.

Наверное, мне одному едкая ухмылка Торна показалась какой-то приклеенной. Любой, кто хоть немного его знает, точно сказал бы, что лорд начальник тайной канцелярии сейчас как обычно распекает очередного работника. И только я видел в его глазах, что он точно так же переживает, как и я сам. Вот только он почему-то переживает дольше, и знал обо всем гораздо раньше меня! Улегшаяся было злость, снова закипела в крови.

— Дар, она мой единственный родной человек! Это было низко проигнорировать меня, — в моём голосе проскользнули нотки разочарования. Никогда не думал, что человек, вызывавший во мне восхищение умом, холодностью и расчетливостью, в конечном счёте, применит все эти качества ко мне. Что ж Орив, не ты первый, не ты последний.

— Послушай Орив, — Торн словно что-то почувствовал в моём тоне и как то устало облокотился на стол, сложив руки перед с собой и уставившись на них невидящим взглядом, ‒ честно, сначала я даже не подумал о тебе, так перепугался. Но потом, разобравшись, понял, что скорее всего серьезных ранений она не получила, и потому принял решение ничего тебе не говорить, пока точно не буду в этом уверен.

— Погоди-ка, а откуда это ты узнал? ‒ среди всего, что он сказал в своё оправдание, я уловил только то, что он каким-то образом узнал обо все ещё до того, как стало достоверно известно о нападении.

Дар сморщился, будто уксуса хлебнул и, отведя глаза, ответил:

— Мы, как бы это сказать…В некотором роде связаны.

— В смысле? — опешил я. Когда это моя сестра успела связать свою жизнь с жизнью Торна? Я что чего-то о них не знаю?!

— Ты вроде бы в курсе, что Танаис мне нравится, — весь вид начальника выдавал, как ему этот разговор неприятен, ‒ ну вот теперь уже не просто нравится.

— Да что ты все загадками говоришь! — взбесился я. — Что происходит?!!!! — ненавижу, когда я чего-то не понимаю.

— Она моя избранница, — после моего крика тихо сказал Дар так, будто бы это все мне сейчас объяснило, и я выжидательно уставился на него, ожидая продолжения. Он с тяжким вздохом пояснил, — я оборотень, и у нас есть определённые критерии, при которых мы выбираем себе спутника жизни. Одним из них является то, что его должен принять зверь внутри нас.

— Иии? — уже зная, что услышу, поторопил его.

— И он принял Ису, — тоскливо ответил Дар. Было видно, что он и сам растерян. Вот этот вот здоровый мужик, который не первый год заправляет сильнейшей опорой императора, растерян и словно бы отчитывается перед собственным подчинённым. На миг мне стало его жаль, Тана та ещё штучка, но это был всего лишь миг. Он имеет виды на мою сестру!!! Да он же начальник тайной канцелярии, хуже пары и не придумаешь! Оборотень, про которых мало кто вообще что-то внятное знает! Да и, в конце концов, как они вообще смогут ужиться!

Так, стоп! О чем я думаю? Какое ужиться? Они и не виделись толком. О чем сейчас можно говорит? Ах, да, вот о чем:

— И почему же я узнаю об этом сейчас? Когда ты скрыл от меня важную информацию о сестре?

— Собственно говоря, она тоже пока не в курсе.

Сказать, что он меня сейчас удивил ‒ это ничего не сказать.

— В смысле? — что-то часто у меня этот вопрос возникает.

— Да я как бы не успел ей об этом рассказать, — пришлось взглядом потребовать объяснения, чтобы снова не задать этот дурацкий вопрос. Дар обреченно закатил глаза и продолжил, — сначала я и сам не понял. Ну, нравилась мне девушка, и что с того? Женщин кругом полно.

— Ты о моей сестре сейчас говоришь, — я перестал нависать над столом и присел в гостевое кресло.

— Да я не о том, — отмахнулся Дар, — Иса, несомненно незабываемая девушка, но сам понимаешь не с нашей работой заниматься исправлением всего, что у неё в душе осталось после пережитого. Да вообще кому я это объясняю?

— Продолжай, — подбодрил начальника, по которому было видно, что ему жутко не по себе, вываливая на меня все, что в душе было спрятано от других. По себе знаю, снимать маски тяжёло.

— Вот только оказалось, что уже поздно. Что та часть, которая, как я думал, мне досталась только в минимальных проявлениях оборотнической крови, уже сделала свой выбор. И, к сожалению, перебороть этот выбор очень сложно.

— Но возможно? — зацепился я за эту оговорку.

— Возможно, — кивнул он, — но я не буду. Ты хоть представляешь что это такое?

— Честно? — каюсь, спросил, просто ради издевки, но Дар, как ни странно, кивнул утвердительно. — Нет, конечно. Откуда? Об оборотнях известны только какие-то крохи, которые уложить в единую цельную картину просто невозможно.

— На это есть свои причины. И сейчас я тебе немного приоткрою эту тайну: как оказалось, даже капля крови оборотня в человеке, почувствовавшая свою половину, способна преобразоваться в полноценного оборотня. То есть сейчас я оборотень на столько на сколько это возможно. И все мои способности тоже при мне, такие как полноценный оборот, полный иммунитет к магии и связь со своей спутницей. Проще говоря, любовь усиливает все способности.

— Что-то ты не выглядишь довольным.

— Знаешь ли, я не считаю это таким уж благом. Представь, что ты большую часть жизни был трезвомыслящим, в какой-то степени хладнокровным, а потом внезапно вместо тебя появляется вечно раздраженный, злящийся и постоянно думающий о женщине, которую видел то всего ничего, человек.

— Ты прям описал моё обычное состояние, — пошутил я, — так обычно ощущает себя тёмный маг. Ну, большая часть, — отмахнулся от непонимающего взгляда Торна. — Видишь ли, это только внешне мы стараемся сохранять спокойствие. На деле же, всех нас можно считать сумасшедшими. В той или иной степени. Поэтому душевные метания нам совсем не чужды. Я бы даже сказал наоборот.

— А вот для меня это внове, и не сказать, чтобы нравилось. Да и иммунитет к магии скорее доставляет неудобства, чем защиту. Полный оборот тоже не очень-то просто совершать. Да и вообще я даже не представляю, как мне все это Танаис объяснить, — Дар обреченно закрыл глаза.

— Но ты же сказал, что не будешь отказываться. Пока я только услышал отрицательные стороны.

— А ты бы отказался от Камилы?

— Конечно, нет. Я ведь жизнь с ней разделил, — веселиться отпало желание.

— Вот и для меня это примерно так же ценно. Просто пока я с этим не сроднился.

— Я услышал тебя. Препятствовать не буду, но и больше не спущу утаивание информации о ее жизни. Ты меня понял?

Уж не знаю, насколько я был убедителен, и вообще возможно ли запугать Дария Торна. Но он серьезно ответил:

— Я понял.

— Хвала богам, ты пришел! — к порогу подлетела взволнованная и явно расстроенная Камила.

— Что случилось, — придержал за локоть, собиравшуюся уже куда-то бежать, девушку.

— Ильен, он… Что-то не так… Я не знала, что делать и пока оставила все так, — пока Мила говорила, она все-таки привела меня к гостевой спальне, где жил мальчик.

Вход перегораживал щит, питаемый из артефакта. А за ним клубилась тёмная магия.

— Я зову его, зову, но он молчит, — по лицу Милы потекли слёзы.

— Давно это началось? Почему ты никого не вызвала? — взяв в руки артефакт, я начал сворачивать заклинание.

— Нет, — покачала головой жена, вытирая слёзы, — я не вызывала никого, надеясь, что получится справиться самой. Сначала выброс был небольшим, лёгкая дымка. Мы с Ильеном поужинали, и он был уже сонным, поэтому я предложила ему ложиться. Я почиталась ему сказку, — в последнее время я все чаще задумывался, чтобы оставить Ильена с нами. И пусть идея будущей императрицы мне очень нравилась, но к этому мальчику мы привязались оба. Боюсь, Мила уже не сможет его отпустить. — Он быстро уснул, потом пока я прибиралась, то услышала, как малыш заплакал тихонько. Я вошла, Ильен спал и плакал во сне. Хотела его разбудить, но увидела, что начался неконтролируемый выброс энергии. Сначала дымка, и я ещё пыталась дотронуться до него, но магия стала высвобождаться быстрее, и мне пришлось отступить. Потом я звала его, но кошмар никак не отпускает мальчика. Орив, сделай что-нибудь, меня его магия не пускает! — Мила расплакалась и на секунду прижалась ко мне, я погладил её по волосам.

— Сейчас посмотрим.

Магия Ильена была так же враждебна мне, но при таком выходе, она причиняла пока лишь дискомфорт. Будь энергия оформлена во что-то, то пришлось бы создавать щит. А пока я с некоторым трудом, но все же вошёл. Оказывается, в итоге мы мало знаем о нашей магии. Мила, после обряда, вообще не ощущает никакой агрессии от моей магии, и даже более того, боевые заклинания просто на неё не действуют. Торн тоже говорил, что после того, как он получил способности оборотня и признался сам себе, что Тана ему дорога, то её магия так же стала для него совершенно безвредна. К тому же оборотни и так имунны к магии, только мощные тёмные заклинания ещё хоть как то способны на них воздействовать. И мне все ещё не дают покоя мысли о словах сестры, о том, что на Тропе возможно колдовать. Жаль, что сейчас такое беспокойное время, сесть бы и разложить все по полочкам и заняться вплотную изучением всего этого.

Пока в моей голове приносились все эти мысли, я прошёл те пару метров, что отделяли меня от кровати мальчика. Магия Ильена создавала давящий кокон, но он не мешал мне разглядеть что же происходит с малышом.

Как знакомо, я грустно показал головой, сны… Сны, которые бередят нашу память, не дают боли уняться и освободить наш разум и душу. Сейчас мальчик лежал тихо, и только быстрое мельтешение глаз под закрытыми веками выдавало, что сон совсем не спокойный. Я нежно погладил его по волосам и тихо позвал:

— Ильен, Ильен, просыпайся.

Мальчик еле-еле шевельнулся.

— Давай, малыш! Надо проснуться.

— Дядя Орив? — мальчик приоткрыл глаза, — что случилось?

— Случилось, что мы с тобой напугали Милу.

— Я не понимаю, — мальчик сел, и потер глаза, тем жестом, который умеют делать все дети, и который бесконечно умиляет даже самое черствое сердце. Моё сердце далеко не так черство, как хотелось бы, поэтому я почувствовал волну тепла к этом маленькому человеку.

— Что тебе снилось?

— Я не помню, — Ильен немного лукавил, это чувствовалось во взгляде, который он отвел и в том как сжался в кулачок на кровати.

— Совсем?

— Что-то непонятное, но очень страшное, а потом стало плохо-плохо, — мальчик все же решил раскрыться немного. И это хорошо. В идеале со временем он научится извлекать пользу из этих кошмаров. Путь этот будет долгим, но он ещё маленький и есть шанс, что эти сны не будут мучить его всю жизнь.

— Это пройдёт, — я сжал его ладошку. А магия начала потихоньку рассеиваться. — Смотри что случилось.

— Ой, а что это? — он удивленно воскликнул и свесился с кровати, рассматривая медленно распадающуюся тёмную энергию.

— Это твой сон высвободил твою магию.

Мальчик поражено уставился на меня.

— Я маг? — выдохнул он.

— Да, — кивнул я.

— Но я ничего не чувствую.

— Ты пока и не должен. Так будет лучше.

— Значит, я как вы?

Интересно, он осознаёт разницу между классическими магами и тёмными?

— Подрастешь и станешь. Только обещай, что постараешься больше не пугаться и не будешь пытаться ощутить свою магию.

— Я обещаю, — истово закивал он головой. — А она не исчезнет?

— Нет.

Я постараюсь, чтобы с тобой теперь все было хорошо. В слух я это говорить не стал. Но решимость оставить Ильена у себя только окрепла. Теперь главное, чтобы Камила не была против.

Сегодня над столицей сияло солнце, настоящее по-весеннему яркое и согревающее. Здесь уже вовсю начали распускаться ещё совсем тоненькие и хрупкие яркие зелёные листочки. Но сейчас всего этого великолепия не было видно. И хоть окна малого тронного зала выходили на площадь, по периметру которой росли редкие арденские клёны, имевшие изумительный изумрудный цвет листвы, но за окном было уже тёмно. Весенние вечера по-прежнему начинаются рано. Ещё пару месяцев нужно подождать до того, как солнце будет садиться намного позже и намного раньше вставать, делая летнюю ночь короткой.

Я всегда больше любил именно лето, как раз из-за коротких ночей. В юности мне нравилось просиживать светлые летние вечера на балконе загородной резиденции, любуясь закатом и слушая сказки старой няни. Как давно это было. И как мало. Этих воспоминаний совсем короткий отрезок моей жизни. Детство членов правящих семей обычно всегда крайне коротко. Как только ребёнок более или менее начинает осознавать собственные поступки, то его начинают обучать всему, что может пригодиться правителю. А потом, как правило, отправляют в военную академию. Можно было бы поступить в дворцовую, где обучение легче, да и преподают в основном то, что необходимо знать дворянину. Но отец определил для меня другую, и я с ним согласился. Уже там я нашёл, наверное, своего единственного друга ‒ Дария Торна. Отец словно знал, что мне рано придётся сесть на трон. Мама умерла ещё тогда, в далёком детстве, сожалению не все болезни можно излечить даже с помощью тёмной магии. А отец дожил до моего совершеннолетия.

Я отвернулся от окна, за которым почти ничего сейчас нельзя было разглядеть, когда в зал вошёл первый приглашенный. Им оказалась Регина. Помимо воли мои губы дрогнули в улыбке, и девушка так же мило и светло улыбнулась, и приветствовала меня:

— Добрый вечер, Георг. Как твои дела? Сегодня мы не виделись ещё.

Она подошла на расстояние шага, и я почувствовал лёгкий аромат луговых цветов, нагретых полуденным солнцем. Эльфийка всегда так пахла. Нежно и еле заметно.

— Добрый, — ответил я на приветствие, и мне очень захотелось сократить это положенное этикетом расстояние, обняв и прижав к своей груди эту хрупкую девушку. — Дела, как обычно, одни дела, — пожал плечами, кривовато улыбнувшись. Совсем ей не обязательно знать, что дела у императора могут быть как очень важными, так и очень мерзкими, как казнь преступников, например. — Как идёт подготовка твоего наряда к свадьбе?

Девушка ещё немного наклонилась ко мне и доверительные шепотом сказала:

— Не знаю, — а потом она рассеялась и уже нормальным тоном продолжила, — вот как мерки сняли, так больше меня и не беспокоили.

— И тебе не интересно? — а я почему-то этому даже не удивлён.

Эта девушка удивительна во всем. Включая и то, что важно многим из представительниц прекрасного пола, но совершенно игнорируется одной конкретной эльфийкой. Она практически не пользуется услугами горничной, одевается сама, пусть и в платья по эльфийской моде, которые женщина вполне может надеть сама. Из причёсок я тоже заметил лишь самые простые. Украшения скорее как дань статусу, чем искреннее желание нацепить на себя драгоценные камни. И я все больше начинаю верить в свою удачу. Слишком это похоже на сказку, но, тем не менее, вот она, девушка, которая начинает занимать в моём сердце все больше места.

— Не особо, — пожала она плечами. — Не думаю, что госпожа Филиса сделает что-то, что может посрамить твою или мою честь. А потому не вижу смысла вмешиваться в дела профессионала. Мне больше интересна та задача, которую ты мне задал.

— О чем ты?

— Ну как же? — деланно удивилась она. — А самой найти людей, которые займутся организацией жизни маленьких тёмных магов, оставшихся без родных? А самой созвать заседание Тёмной ложи по этому вопросу?

— Кстати, как продвигается? — я подыграл её удивлению, помимо воли расплываясь в улыбке.

— Пока удалось только договориться о заседании, правда, через магистра Остева, потому что больше я никого не знаю. И он же сказал, что оно состоится только после нашей свадьбы, потому что ложа заседает в здании академии, а меня из дворца не выпустят, до того как мы поженимся.

И хоть в её голосе слышалось недовольство, но она благоразумно оставила его при себе.

— Что касается надёжного человека, который мог бы этим заняться, то я пока ума не приложу к кому бы обратиться.

— Я подскажу тебе за небольшое вознаграждение, — не удержался от маленького шантажа. И, похоже, Регина мой маневр разгадала, потому что её глаза с вертикальными зрачками блеснули, а на губах заиграла хитрая улыбка.

— Буду благодарна.

— Обратись к благотворительному обществу, — став вновь серьёзным посоветовал я, — есть у нас и такое, совершенно новое образование. Заведует им попечительский совет, состоящий из нескольких благородных дам, весьма прогрессивных взглядов. Так что посмотри, поговори. Возможно, тебе даже не придётся создавать новое учреждение, а использовать их общество, как главный надзорный орган за всеми детскими домами. К тому же это жирный плюс к твоему образу, который нам ещё предстоит создать для народа.

— Ах, ну да, я ведь эльфийка, — чуть расстроено протянула она, словно забыла о нашей разнице в расовой принадлежности.

— Мнением людей можно управлять, — уверенно ответил я.

Тут нас прервали вошедшие в зал несколько тёмных магов, члены Тёмной ложи. Среди них был и архимаг Арвен, с достоинством поклонившийся нам обоим. Остальные так же поприветствовали, и я пригласил всех занимать места за длинным столом для переговоров.

Ещё через несколько минут зал заполнили и остальные приглашенные. И мы с Региной были вынуждены занять свои места. Я сел во главе, как и полагается, а моя невеста заняла кресло по левую руку. Торн и оба его заместителя расположились справа от меня. Далее рассеялись тёмные маги. А на противоположной стороне сидел князь Кайл Ларенс.

— Добрый вечер господа и дамы, — поздоровался, ещё раз приветствуя всех. Я намеренно на каждом более или менее значимом совещании уравнивал всех и титулованных и выходцев из обычных семей, обращаясь к ним не как лордам и леди, а как к обычным гражданам. Ещё дед, в своё время говорил, что вода камень точит, и чем больше я буду подчеркивать их равенство друг перед другом, тем проще им будет принять расширение прав простых людей. И пусть сегодня здесь присутствовали только лишь дворяне, ведь маги приравнены к этому сословию, но и им не мешает напомнить о равенстве. Хотя, наверное, тёмные самые непредвзятые маги в империи. Большинство распрей между дворянами и простым народом им глубоко по боку. К тому же изрядная часть из них — это как раз таки обычные граждане.

— Сегодня вас собрал не я, — со всех сторон на меня обратились удивленные взгляды. — Со всеми нами желает говорить мой будущий родственник и правитель союзного нам княжества князь Ларенс.

Эльф встал и слегка поклонился всем присутствующим.

— Добрый вечер, — он так же поприветствовал всех и снова присел. Однако внимание собрания уже было приковано к нему. — Я, с позволения Его Императорского Величества, хотел бы обратиться ко всем вам для принятия совместного решения, — он прервался на секунду, обведя всех сидящих за столом взглядом, — все вы знаете, что когда-то существовало единое эльфийское государство, расколовшееся впоследствии на несколько княжеств, и потерявшее большую часть своих территорий просто потому, что их некому было населять. Знаю, что в ваших книгах не сохранилась причина вспыхнувшей войны. Сейчас и многие эльфы не знаю её достоверно. Но я, как главный хранитель религиозных обрядов эльфов, говорю вам её: несколько веков назад был утрачен сильнейший артефакт, способный генерировать темную магию, достаточную для того, чтобы любой не тёмный маг мог войти на Тропу за Грань.

Князь договорил, но в малом тронном зале стояла тишина. Казалось, все замерли, и не раздавалось ни единого шороха.

— Кхм, — откашлялся архимаг Арвен, разрушая создавшуюся тишину. — Вы уверены, что это именно так? Что существовал некий артефакт, способный открыть Тропу?

— Это совершенно точно.

— Просто это противоречит основам тёмной магии. Наша энергия не способна держаться в сколько-то бОльших объёмах, достаточных для столь затратных расходов, ни в одном известном материале, пригодном для изготовления тела артефакта. А вы утверждаете, что она не просто там хранилась, но и генерировалась. Все известные, даже очень мощные тёмные накопители не способны выдать необходимое количество энергии для перехода на Тропу. Более того, это вообще зависит не от количества энергии, а скорее от того, кто эту тропу создаёт. Ни один человек, эльф или кто-либо ещё, не тёмный маг, не способен открыть переход. Это аксиома.

— И, тем не менее, — спокойно возразил Кайл Ларенс на всю тираду Арвена.

— Допустим, что это так, — заговорил другой маг из ложи, — для чего вам возможность перехода на Тропу? Мы открываем переход лишь для того, чтобы отпустить чью-либо душу. Для чего это вам? На сколько знаю, у эльфов нет проблем с намоленной землёй, ваши покойники лежат смирно, погребальные традиции мало отличаются от наших. Так зачем вам Тропа? — мужчина пытливо уставился на эльфа.

— Для привязки души к новорожденным, — просто ответил князь, не став темнить. Я и те несколько человек, что присутствовали при первом разговоре с Кайлом Ларенсом, это уже знали. Остальные пораженно молчали.

— Вы хотите сказать, что рождаетесь без души? — хорошо поставленным, словно преподавательским, голосом спросила дама с правой стороны от меня.

— Не совсем так, — князь сцепил кончики пальцев перед собой, — мы рождаемся с душой, но связь с ней так слаба, что она фактически остаётся на Тропе. То есть она, как бы застревает там. Прошедшая перерождение душа преодолела Грань, но осталась на полпути, на Тропе. Там, куда могут попасть лишь тёмные маги. Иногда привязка крепнет сама по себе, и ребёнок выживает. Но чаще она разрушается за несколько дней, и тогда тело без души погибает. Почему это касается только эльфов, никто из нас не знает, и никаких древних летописей не осталось. Но с древнейших времён у нас существовал ключ к Тропе, тёмный артефакт. Есть даже предположение, что это один из даров богов.

Я усмехнулся. Есть в нашей религии сказание о дарах богов. Что существуют четыре предмета, по одному от каждого из божеств, которые они передали в дар своим творениям. Но легенда остаётся лишь легендой. Никаких достоверных фактов об этих предметах нет, никаких изображений или хотя бы описаний, поэтому и считается, что их вовсе не существует.

— И как же мы вам можем помочь, если вы сами сказали, что артефакт утерян много веков назад. Если уж вы сами не смогли его найти, то что можем мы? — подал голос магистр Остев.

— До недавнего времени мы сами не знали где он, и как вообще могло произойти, что столь ценную вещь потеряли. Но недавно в одном из тайников в главном храме моего княжества был найден манускрипт, в котором рассказывается о заговоре среди каст. Не буду выдаваться в подробности причин войны, но, помимо всего прочего, там упоминается, где сокрыт ключ и, как его можно найти.

— И где же он спрятан?

— По сути, он вообще не спрятан. Он разрушен. Но, — многозначительно обозначил князь важность своих слов, — его можно восстановить. И для этого нам нужен тёмный маг, способный пробыть на Тропе достаточно долго.

Магистр Орив Остев

Ален, столица княжества Ларенс, был совсем крошечным, впрочем, как и само княжество. В городе помимо резиденции князя, храмового ансамбля и нескольких богатых домов знатных эльфов было всего не более десятка улиц с жилыми и торговыми домами. Но, как ни странно, тут было уютно, не смотря на промозглую весеннюю погоду, решившую сегодня порадовать хмурым небом, ветром и дождевой пылью.

Дома не стояли близко друг к другу, как в Садалии, кругом было полно клумб и деревьев, пока ещё только собиравшихся выпустить на свет тоненькие молодые листочки. Дороги вымощены светлым камнем, дома тоже преимущественно светлые, что давало какую-то лёгкость всему городскому облику, хоть день обещал быть темным и пасмурным.

Вчера князь ознакомил и помог разобраться в том самом древнем свитке. И вроде бы нет там ничего сложного, но меня не отпускает какая-то неуверенность, что-то словно цепляло изнутри неправильностью, и я никак не мог сопоставить в голове, что не так. Наставник видел мои сомнения, но по-прежнему списывал их на упрямство и недовольство тем, что меня выбрали без моего согласия. По началу так и было, но теперь я ощущал что-то ещё, что-то. что не давало спокойно и осмысленно заниматься порученным делом. Я даже о Камиле и Ильене позаботился, попросив присмотреть Гарета лично. Знаю, что за моим домом и без того присматривают, должность сама по себе опасная и лишние глаза и уши не помешают, помимо магической охраны, но все же Рейву я доверяю больше. И между нами давно уже такие просьбы не являются чем-то необычным. Он тоже не раз просил приглядеть за своей дочерью, когда отбывал из столицы по делам. Так что красоты Алена я рассматривал мельком, так и эдак крутя в голове возможные проблемы.

— Орив, тебя что-то беспокоит? ‒ прервал мои мысленные метания архимаг. — Или ты все ещё недоволен полученным заданием?

— Да что-то не так, — выдал я свои переживания, — что-то не вяжется. Кажется, что это слишком просто. Почему тогда никто не сделал этого раньше? — Мы шли в сопровождении эльфа к храму. После перехода порталом никто не стал ходить вокруг да около, а сразу же после приветствия нас повели к главному храму, чтобы мы на месте осмотрели и дали распоряжения обо всем необходимом.

— Может потому что эти знания были утрачены столетия назад? Или потому, что эльфы с людьми никогда не союзничали? А может потому, что мы сами не знали до недавнего времени, что на Тропе можно применять магию? Ты сам это недавно доказал, — старый маг посмотрел на меня, — выбирай любую причину. — Наставник и сам был хмур и задумчив, чувствовалось, что и его одолевают сомнения.

— И все равно что-то не так, мы что-то упустили, — упрямо повторил.

— Возможно, — кивнул, соглашаясь Арвен, — да только выбор у нас небольшой: или делаем, или конец всем соглашениям. За такое Император по голове не погладит.

— Да я все понимаю. И что мандражирую, как девчонка перед свиданием. Но голову то не выключишь.

— А ты и не выключай. Глядишь, походишь, да и поймешь, что тебя гложет.

Мне оставалось только вздохнуть, бессмысленный какой-то разговор получился. Вроде и поговорили, а толку никакого ‒ ни решения, ни облегчения.

Подготовка к ритуалу была самой простой. Необходимо было расчертить защиту, выстроив по схеме контуры, и перейти на Тропу. А там уже нужно было делать то, что до этого мне делать не приходилось. Уже там, на переходе в мир мёртвых, нужно снова начертить контуры, стабилизирующие потоки энергии, экранирующие мою собственную магию от магии Тропы, и буквально из ничего создать артефакт. Вот на этом месте моя фантазия иссякала. Как я не пытался понять князя, объясняющего о принципе создания артефакта, так и не понял его. Более того, князь даже примерно не представлял какой этот артефакт имеет материальный вид. Что это: кинжал, медальон, посох? И потом, когда артефакт появится, его нужно будет перенести в реальный мир. До этого с Тропы ничего вынести ни у кого никогда не получалось, все что там есть ‒ суть творение тёмной магии, энергии смерти, потому что Тропа лишь переход за Грань, во владения Ситара, мир мёртвых. Энергия материальна лишь относительно, это не металл и не камень. Князь же утверждает, что артефакт вполне реален, и что его нужно будет перенести из нематериального мира Тропы, в реальный мир. И как это сделать я пока не понимаю. Но, как сказал наставник, выбор у нас невелик.

Лорд Дарий Торн

Путь до княжества меня совсем вымотал. Все-таки очень неудобно, когда портал пропускает тебя только всего на несколько переходов, чуть более дальнее расстояние требовало большего напряжения магического поля, которое соответственно не могло воздействовать на меня. Так что приходилось прыгать на короткие расстояния, благо что в отряде хватало сильных магов, способных создавать подобные порталы.

Когда мы вышли уже к окраине приграничного городка, то попали на самое интересное. Военный лагерь представлял собой побоище. Тут и там шли сражения. Среди людей и эльфов мелькали быстрые и юркие тела нежити разных размеров и видов, которая нападала на тех и других. Только приглядевшись, мне удалось различить, что нежить нападала не на всех, некоторые эльфы в темных одеждах оставались невредимы. Стоял невероятный шум, среди которого отчетливо был слышен усиленный магией голос тысячника Черского, пытавшегося командовать разрозненными войсками. Очевидно, лагерь оказался застигнут врасплох.

— Внимание! В атаку! Не разделяться! Следовать за мной клином. Старайтесь не задеть наших. Эльфы в темной форме нам не союзники. Постарайтесь помочь объединиться малым группа, чтобы они следовали за нами дальше. Маги пусть отступают за линию нашего следования и поддерживают нас магией по возможности. Передавайте приказ по мере продвижения. Боюсь, Черский не сможет так организовать единое ядро. Раз не получиться создать центр, пройдем атакующим клином. Ну, всем удачи и пусть Ситар хранит нас всех! — с напутственным приказом я обернулся в боевую форму, а, следовавший со мной отряд, построился боевым клином.

Маги активировали боевые плетения и вытащи клинки. Бойцы приготовили оружие и активировали защитные амулеты, способные удержать несколько скользящих ударов. Осмотрев подготовившуюся группу, я легким бегом направился в сторону боя. Разгоняться нельзя, нужно беречь силы и дыхание.

Я и раньше никогда не был обычным человеком, а теперь обретя весь спектр способностей своей расы, мир стал словно глубже. Нет, я не ощущал себя всесильным, могучим или безупречным. Свое тело, пусть и изменённое, я по-прежнему ощущал своим, единым и гармоничным. Сознание вот немного изменилось, в нем будто упала какая-то сдерживающая преграда, и окружение расцвело запахами, яркими красками, которые я мог улавливать в мельчайших подробностях. Кроме того, я стал ощущать и других оборотней, находившихся от меня на приличном расстоянии. Где-то на задворках сознания я даже ощущал деда, который сейчас находился от меня в половине империи пути. И я чувствовал ее, где-то там, в самой гуще событий. Конечно, она не останется в стороне.

Боги, ну почему мне не приглянулась какая-нибудь спокойная девица? Почему боевой некромант?

Врезавшись в лагерь, я сходу сломал шею встретившемуся на пути эльфу, который атаковал прикрывавшегося щитом молоденького солдата. Парень молодец, что продержался хоть сколько-то против матёрого эльфа. Останавливаться не стал, продвигаясь дальше. За спиной отдавали команду мои ребята.

Продвинувшись ещё немного, мне удалось разглядеть Черского, орущего команды в окружении более менее организованного сопротивления. С этим удалым мужиком я оказался знаком еще будучи студентом академии. Он уже тогда командовал гарнизоном пограничной крепости. Через несколько лет его повысили в звании, назначив тысячником, и не прогадали. Все же опыт пограничной службы для него был бесценным. Актор Черский умел и любил строить людей. Вот и сейчас солдаты, услышав его голос, оставляли панику и следовали его громогласным командам. Быстро оценив это, я решил, что там и без меня тысячник организует людей через несколько минут, а вот помочь разрозненным краям линии боя, действительно стоит. Не отвлекаясь, отклонился от центра, забирая влево, расшвыривая мелкую нечисть, просто разрывая их. Некоторым, конечно, удавалось ухватить меня, но изменившаяся кожа стала гораздо плотнее, чем человеческая, плюс ускоренная регенерация оборотней. Небольшие раны затягивались, конечно, не на глазах, но значительно быстрее, чем могло бы быть.

Вот перед лицом возникло смутно знакомое лицо перепачканное кровью и не понять, чья это кровь, своя или врага. С секундной задержкой я опознал Ривираса Морофа. Он стоял спиной к спине с пожилым человеком, который ловко орудовал длинным кинжалом, помогая себе ритуальным клинком некромантов. Сам Мороф дрался короткими метательными ножами. Видимо от комплекта, что висел в ножнах на груди осталась только эта пара, но для темного очевидно это не было проблемой, как и то, что сражаться такими короткими клинками неудобно.

Оба темных с успехом отбивались от кишащих вокруг них тварей, размерами от мелкой шавки до приличного кабана. Но, думаю, от помощи они вряд ли откажутся, поэтому я с пинка отправил в полет ближайшую мелкую пакость, выглядевшую, как крыса с щупальцами вместо пасти. Боги, откуда берутся такие страхолюдины? Крупной особи какой-то нежити я свернул голову, но она почему-то почти не почувствовала этого, продолжая клацать зубами задом наперед. Выглядело одновременно жутко и забавно. Пришлось по-простому оторвать ей голову, надеюсь, без этой части тела она больше не сможет ничего делать.

Некроманты вздохнули свободнее и немного замедлились, когда мои ребята ещё проредили окружающую мужчин свору.

— Вы очень вовремя, — устало вздохнул Мороф, — я уж думал, что нам конец.

Кивком головы указал темному целителю на следовавшего за мной капитана отряда, который поняв мой жест, быстро передал отданные мной ранее команды, потому что говорить в такой форме мне не очень удобно, да и другим не слишком понятно. Маги согласно кивнули и направились в указанный капитаном резерв. А мы продолжили путь по краю лагеря.

Следуя своим ощущениям отклонился немного вправо и среди внезапно расступившихся дерущихся тварей, людей и эльфов увидел, как Иса отлетает с коротким хрипом спиной назад от скалящегося эльфа. В голове словно взорвалась вспышка нестабильного заклинания, на миг я ослеп и оглох от эмоций, но на одних рефлексах рванул в ту сторону и просто смел этого эльфа, который медленно шел к пытающейся подняться девушке. Он даже пискнуть не успел, когда моя туша обрушилась на него, переломав половину костей в теле.

Иса, наконец, смогла встать, придерживая руку у живота, явно отбиты внутренности. Еле сдержал порыв наподдать ей еще. Куда она лезет, здесь война! Но сам себя осадил. Она не просто девушка, она магистр боевой некромантии, темный маг, не раз сражавшийся, видевший смерть и боль, она не поймет такие мои порывы, даже если они продиктованы чувствами.

— Убирайся отсюда, — злость все же прорвалась в словах, — маги поддержки там, — жестом указал направление.

Она стояла напротив и словно не верила, что я здесь.

— А ты как здесь оказался?

— Не сейчас, уходи! — не до разговоров сейчас, позже мы с тобой еще все обсудим, но точно не здесь и не в этой моей форме. — Иди! — придал ей ускорение рукой, чтобы явно поняла мои немногочисленные слова.

Девушка пошла, сначала немного неуверенно, но потом шаги стали четче, и она двинулась в нужную сторону, а я продолжил помогать войскам справиться с нападением.

Занятно шутят боги, в который раз убеждаюсь в этом. Буквально несколько дней назад экстренно открывали портал в эльфийское княжество и все для того, чтобы вещь, которая могла бы закончить распри между нашими народами, оказалась в самом сердце Империи. Я вертел в руках жезл с крупным навершием, вполне себе материальный и даже весьма увесистый, и все никак не мог взять в толк, как эта вещь может помочь связать что-то настолько нематериальное как душа с материальным телом? Наверное, чтобы это понимать, надо быть магом или родиться эльфом.

— Осторожно, ваше императорское величество, — немного равнодушным, но все же предостерегающим голосом сказал мне мой новоиспеченный родственник, — это, конечно, не боевое оружие, но весьма могущественный артефакт, а потому играть с ним не стоит.

— Безусловно, — я осторожно вернул реликвию эльфов в деревянный футляр, обитый темным бархатом. — Что будем делать дальше?

Вопрос прозвучал, но никто не рвался ответить на него среди всех присутствующих в моем кабинете. Гарет Рейв, новый глава тайной канцелярии, хранил задумчивое молчание, его заместитель и правя рука магистр Орив Остев был по прежнему слаб и было заметно, что даже сидеть в удобном кресле ему тяжело. Архимаг Арвен с интересом смотрел в окно. Князь Ларенс не отрывал сияющих глаз от футляра с артефактом. Раз никто не хочет озвучить свои мысли придется всех поторопить:

— Гарет, что у вас?

— Заговорщики затихарились, и пока с уверенностью обвинить еще кого-то не удастся. Но на примете есть несколько родов, за которыми мы приставили соглядатаев. Как только появятся более или менее твердые доказательства, приступим к значительным мерам.

Я кивнул, принимая его позицию, и перевел взгляд на магистра Остева. Некромант постарался сесть более почтительно, чем слегка расслабленно, как сидел до этого.

— Как вы себя чувствуете? — поинтересовался его состоянием.

— Спасибо, уже значительно лучше, но, к сожалению, магия пока не вернулась ко мне в полной мере.

— Чудо, что она вообще к тебе возвращается, — вставил архимаг Арвен, отворачиваясь от окна и обведя нас всех хмурым взглядом.

— Это да, — кривоватая улыбка отразилась на лице мага.

— А как ваша жена?

— В целом неплохо, но очень возмущена тем, что опять осталась без сил на несколько месяцев. Хотя это однозначно лучше, чем быть мертвой. — Я согласно кивнул.

— Вы написали подробный отчет, однако хочу прояснить один момент: каким образом вам удалось вернуть вашу жену из-за Грани?

— Ее вернул не я, — мужчина посерьезнел, — точнее я стал причиной, что она вообще там оказалась. Камилу вернул мальчик, который выжил в Эреве, и которого мы взяли на воспитание. И предвосхищая ваш вопрос, отвечу, что беру на себя ответственность за обучение и контроль столь юного темного мага.

— Мальчик представляет серьезную опасность? — этот вопрос я адресовал архимагу Арвену, так как уже понятно, что магистр Остев без боя мальчишку в обиду не даст.

— Вполне, но при должном контроле и воспитании, опасность нивелируется, — серьезно ответил пожилой маг, — к тому же у сестры Орива тоже дар проснулся раньше, чем у многих темных. Я помогу Ориву и Камиле всем, чем потребуется.

— Прекрасно, тогда, надеюсь, этот вопрос больше подниматься не будет. Князь, думаю, теперь стоит обсудить наши дальнейшие ходы.

— Считаю, что мне следует созвать Княжеский Круг.

— Вы уверены, что вас вообще в нынешних обстоятельствах хоть кто-то послушает, — я тоже разделял сомнения Рейва.

— Это возможно, но я сомневаюсь, что предъяви я жезл той армии, что стоит под стенами моего княжества, как они тут же повернут восвояси, — возразил князь.

— Нет конечно. Те, кто стоит за всем этим преследует совсем другие цели, — архимаг обвел всех взглядом, — теперь их не остановит ничего, только полное уничтожение, или хотя бы уничтожение основной идеи, потому что они распробовали каково это абсолютная власть над другим человеком, что значит создать и управлять совершенной существом, без сомнений, мыслей, но с огромной силой. И пока мы не уничтожим корень, саму идею, нам придется бороться с этим до конца наших дней.

Я тоже уже думал об этом, да и Регина высказала похожие мысли, когда я поделился с ней своими мыслями. Близость определенно пошла нам на пользу, мысленно улыбнулся, но не позволил эмоциям проявиться на лице, обсуждаемые темы совсем не способствовали романтичному настроению, но оно все равно плескалось внутри.

— Согласен с вами. Здесь нужно будет выжечь все и всех. Кто-то погибнет во время боя, кого-то настигнет суд и казнь, но нужно будет очень пристально проследить, чтобы ни один способ создания марионеток не сохранился. Даже в секретных архивах империи, — просверлил взглядом Гарета Рейва, зная его любовь к радикальным мерам, и то, что он вполне мог бы сохранить такое на самый крайний случай. — С таким не стоит шутить. Мы не боги, чтобы иметь столь мощное оружие. Поэтому я думаю, что вам князь все же стоит попытаться собрать хотя бы какое-то количество. Если у вас появится хоть сколько-то сторонников, то это, как минимум, убавит наших врагов. Что вам потребуется от нас?

— Да в общем-то ничего, — ровно ответил князь, — охрану я возьму свою. Сомневаюсь, что кто-то из князей захочет присутствовать на Круге в моем княжестве, поэтому мне придется прибыть туда, куда укажет большинство.

— Так рисковать мы не можем, — не согласился я, — с вами будут отправлены наши люди.

— Да, я подберу лучших кандидатов, — поддержал меня Рейв.

— Боюсь, это вызовет негативный настрой среди тех, кто согласиться.

— К вам в любом случае будет негативное отношение, потому что вы попросили помощи у Империи, — озвучил я очевидный факт. — Эльфы столетиями воевали с людьми. Большим подспорьем вам мог бы стать княжич Анфарес, но его устранили. Поэтому считаю, что отсутствие или наличие в вашей свите людей большого резонанса не вызовет, а вот сохранить вам жизнь и целостность артефакта может.

— В таком случае, я согласен. Лорд Рейв, я возьму трех эльфов, лучше если людей будет столько же.

— Я подберу кандидатов.

— Все маги будут разбиты на боевые десятки. Состав десятки будет смешанным. Десятников назначу лично. Все целители от боевых действий отстраняются и вступают в бой только при обороне полевого лазарета. Дополнительную охрану также выделю ввиду малого количества темных целителей, — строгий мужчина с темными глубоко посаженными глазами перевел взгляд на рядом стоящих Морофа и Тужева, а так же еще трех женщин, которые сегодня пришли в лазарет и отрекомендовались, как магистры и мастер целители. — Старшим назначается архимаг Мороф. — Ривирас вышел и козырнул командиру магов архимагу Марию Огресу. — Прошу оказывать целителям поддержку, во время боевых столкновений тяжело раненных транспортировать в лазарет без промедления, легкораненым направляться своим ходом. Для этого тысячник Черский сформировал несколько отрядов из наших союзников эльфов, — он указал на молодых эльфов, которые стояли обособленно, с отсутствующим выражением лиц. — Обратите внимание, что на этих солдатах повязаны синие ленты на рукавах. Кроме того, всех союзных эльфов обеспечили имперской военной формой. Таким образом, нам удастся избежать случайных ранений.

Действительно все эльфы переоделись. Форменные кители и теплые куртки им удивительно шли. Все маги тоже были одеты по форме, отличавшейся только яркими нашивками на обоих руках. Некроманты среди всех отличались более темным цветом формы. Я тоже переоделась в новенькую форму, которую выдавали с прибывшего сегодня обоза.

— Теперь по тактике боя, — архимаг прошелся вдоль ровного ряда, — масштабных и энергоемких заклинаний не использовать, своих можем зацепить. В связках тоже старайтесь не работать, потому что мощность поражения возрастает, а в суматохе нельзя точно рассчитать попадете вы в того, в кого целитесь. Рекомендую стандартные заклинания боевой школы. Просто и без прикрас. А вообще старайтесь в дуэли не вступать. Коллеги некроманты прошу вас освежить для всех нежетеведение: как, куда и с какой силой бить. Поскольку на нежити мардрид, то всем иметь при себе оружие. Магией можно воздействовать на окружение, но думаю легче разрубить мечем, чем ворочать камни.

Инструктаж продолжался еще несколько минут. После чего архимаг разбил всех на десятки и назначил командиров. Нашу команду особо не разделяли. Я, Зак и Курт остались в одной команде. К нам добавили еще семерых, а командовать назначили Патера, что и не удивительно. В нашей десятке темными остались только мы, остальные были классическими магами, в основном мастерами, среди всех только один магистр. Но видно, что ребята опытные, все военные. Темных вообще составляла всего треть от всех магов. И даже этого много. Похоже, что император перебросил сюда всех ближайших темных магов с окрестных городов и пограничных крепостей.

После этого нам выдали одну большую армейскую палатку на всю десятку, которую мы шустро установили. Ранее мне никогда не доводилось устанавливать настолько большие шатры. В палатке легко разместились десять походных кроватей. Стола не было, но он и не нужен. В лагере быстро организовали столовую, в которой были дежурные и очередность приема пищи. Патер назначил дежурных и велел разойтись до ужина, поскольку его пригласили для обсуждения тактики в командирскую палатку.

Часть нашей десятки осталась в палатке, растянувшись на кроватях, пользуясь возможность отдохнуть и побездельничать. Мне же отчего-то совсем не лежалось, и я решила прогуляться по лагерю и навестить Морофа и Тужева. Курт и Зак куда-то ушли, может решили поискать еще какие-нибудь захоронения. Хотя особого смысла в этом не было. Даже прибывшие некроманты пришли с пустыми рука, если так можно сказать. Все были просто обвешаны амулетами, но своих подчиненных никто не привел. Так что в этой войне мы будем воевать собственными силами и магией, а не телами поднятых. Можно было бы поднять погибших, но своих не позволяла честь, мы еще не дошли до крайних мер, а эльфов бессмысленно. Таких поднятых пришлось бы тоже переодевать, иначе было бы сложно отличить, где враг, а где труп, которым управляет некромант.

Под такие размышления я дошла до полевого лазарета. Мороф что-то писал, сидя за походным столом, магистр Тужев что-то смешивал в большой миске, обставив вокруг нее все какими-то баночками и бумажными пакетиками. Две из трех женщин у входа в палатку целителей осматривали двух солдат, и к ним стояла небольшая очередь из страждущих. Видимо не все раненые были осмотрены сразу же после сражения, кто-то дошел только сейчас, а может кого-то сразила банальная простуда, все-таки весна только-только начала пригревать ясным солнцем землю, но ночи были еще по-прежнему холодные. Еще одна дама с пышными формами и миловидным лицом с добрыми глазами осматривала тех немногочисленных раненных, которым нужен был постельный режим. Всех самых тяжелых отправили с обозом до ближайшего стационарного портала в городе, чтобы переправить в госпиталь, оборудованный получше, чем палатка посреди поля.

— Ты чего тут? — поднял голову от записей Мороф, заметив мое присутствие, — нечем заняться? — улыбнулся мужчина.

— Ну, почему же? — деланно удивилась я. — Есть, Патер найдет занятие, как только освободится. А пока он занят, мы свободны, — пожала плечами, — а вы тут как?

— Нормально, — Мороф совсем отложил то, что писал и жестом пригласил присесть рядом с ним за стол. — Особенно если учесть, что нас больше не пытается кто-то загрызть.

— Тяжко пришлось?

— Думал, что мы уже не выберемся. Вовремя нам лорд Торн помог. Еще бы чуть-чуть и все. Сожрали бы.

Опять Торн. Я старательно гнала от себя мысли о нем и о том разговоре, который недавно состоялся. Это ж надо такое сказать, опять вспыхнули в голове его слова, вызывая возмущение и еще какое-то неопознаваемое чувство, вроде самолюбования. Иногда проскакивала мыслишка, что-то типа: «Смотри Тана, какой мужик на тебя клюнул». А потом приходили отрезвляющие мысли: «На кого клюнул? На тощую, маленькую, полуседую некромантку, у которой шрамов на теле было больше, чем кожи? На ту, у которой от души одни клочья остались? На это?» Быть такого не может. И я старалась гнать от себя все это, не углубляться, чтобы не думать, не раниться и не надеяться. Не может этого быть и все. Есть люди, для которых на роду написано быть одними и оставаться довольными такой долей. И я одна из таких людей. Я давно сама так решила. Так с чего покоя не дают совсем другие мысли?

— Да, вовремя они успели, — ровно ответила Морофу. — Ладно, пойду еще погуляю.

Настроение говорить пропало. Пойду и правда похожу, посмотрю, может удастся избавиться от ненужных мыслей в голове. Ривирас проводил меня странным взглядом, в котором читалось: «И зачем приходила?»

Лагерь жил своей жизнью. Солдаты ходили туда-сюда по своим делам. Некоторые отряды занимались. Отдельно выделялись эльфийские отряды, с которыми проводили строевые занятия, уча двигаться единым строем. С содроганием вспомнила собственный опыт таких занятий. Не то чтобы это было сложно, скорее нудно. В академии к этому подходили тщательно. Несмотря на то, что наше основное оружие магия, все маги умеют ходить строем, драться врукопашную и с оружием. Не как профессиональные бойцы, но хотя бы так, чтобы не мешать опытным воинам.

— Составить компанию? — неожиданно прозвучало со спины.

Вздрогнула, потому что голос принадлежал Торну, а у меня мелькнула мысль, что он внезапно узнает о моих мыслях. Хвала богам, я не умею краснеть.

— Да я уже ухожу, — протянула, отводя взгляд от улыбающегося Дара.

— И куда ты идешь? — сложив руки на груди, вкрадчиво спросил мужчина.

Я лихорадочно пыталась вспомнить хоть какое-нибудь дело, чтобы отвязаться от ненужного внимания.

— К Морофу, спросить, вдруг им нужна помощь? — решила вернуться, а там что-нибудь придумаю.

— Ты только что оттуда, — усмехнулся он. — Не надо ничего выдумывать. Мы можем просто пройтись или если тебе совсем не нужно мое общество, то можешь продолжить в одиночестве.

Я задумалась на несколько мгновений, взвешивая за и против. С одной стороны, нет тут ничего такого, чтобы пройтись по военному лагерю рядом с мужчиной, это же не свидание в ресторане. А с другой, сама ведь только что думала как бы избавиться от ненужных мыслей в голове. Совсем я себя уже запутала. Хоровод противоречивых мыслей!

— Хорошо, — выдавила из себя, сама удивляясь тому, что согласилась.

Ну, вот зачем он все мне рассказал. Ведь раньше было гораздо проще. А теперь я все время об этом думаю и никак не могу найти правильное решение.

Тот разговор с отцом меня значительно успокоил, поэтому следующим же днем я занялась тем, что на меня возложил Георг.

Прямо с утра вызвала дам, которые занимались благотворительностью. С ними мы уже были знакомы, правда первая встреча прошла в основном настороженно. И хоть эти леди занимали при дворе значительные места, но и они были посвящены только в общие детали. При первой встрече им было сообщено, что я почетная гостья императора, залог успешного союза наших государств. Такое встречалось частенько и поэтому они не очень удивились тем, что я занялась вопросом создания школ для одаренных детей с темным даром.

Вообще я заметила, что при дворе Георга были только те аристократы, которые умели держать свои мысли при себе, а язык за зубами. Что, в общем-то, и не удивительно, ведь императорский род славился своей лояльностью к простому народу, но не терпел смут и интриг своих дворян, расправляясь с ними быстро и жестоко. Даже странно, что те несколько несчастных решились на то, чтобы провернуть за спиной Георга такое. Можно сказать, они все подписали себе смертный приговор, как только начали действовать против страны. Я уже знала, что Георг казнил одно из заговорщиков. Что ж туда ему и дорога. Надеюсь Ситар воздаст ему по заслугам.

Раздавшийся стук в дверь моего небольшого кабинета отвлек меня от этих мыслей.

— Леди Ларенс, — дверь приоткрыла Ариса, девушка, которую я выбрала своим секретарем. Молодая, не слишком красивая, но со строгими серыми глазами, за которыми скрывался немалый ум. Ариса была из небогатой семьи, поэтому согласилась занять эту должность. — К вам дамы из благотворительного общества. Могу их пригласить?

— Да, Ариса, будь добра.

Я встала, приветствуя благородных леди, что друг за другом входили в мой кабинет. От обилия пышных платьев в нем сразу же стало тесно. Все они одевались по моде своей страны, я же старалась сочетать традиции своего народа с веяниями моды Тереской империи. Поэтому ходила в платьях умеренной пышности и без волн кружев на лифе, что так любили здешние дамы. При этом с каждым днем я замечала, что похожие наряды стали появляться и на других дамах, что посещали дворец.

— Добрый день, леди! Пожалуйста, присаживайтесь, — я указала на пару кресел и небольшой диван у стены. Четыре дамы вполне успешно разместились вокруг стола, и я присела. — Как продвигается наше с вами общее дело?

— Мы, по вашей просьбе, объехали все приютские дома в столице вместе с одним из темных магов. — Взяла речь полноватая женщина с приятным располагающим к себе лицом и копной светлых волос, уложенных в высокую прическу. — Пока выявились лишь два ребенка с зачатками темного дара, но зато нашлось около десяти с задатками классических магов. Всех их зафиксировали, но пока не переводили.

— Что с подготовкой здания для школы-интерната? — я посмотрела на другую даму, которая обещала подобрать что-то из свободных особняков неподалеку от академии магии в столице.

— Подходящее здание я нашла, — щеки невысокой дамы, которая была значительно моложе остальных, порозовели, очевидно, от внимания всех собравшихся, — но осмелилась нанять строителей и ремонтников. Зданию необходим ремонт, требуется хотя бы освежить стены. В особняке никто не жил несколько лет.

— Вы выкупили здание или взяли в аренду?

— Пока взяли в аренду. Видите ли, — слово взяла третья дама, пышногрудая с приятным низким голосом, — у совета не так много спонсоров.

— Не беспокойтесь, — кивнула я, понимая, о чем они, — скоро император проспонсирует полностью весь проект.

— В таком случае мы можем также объехать окрестные деревни и маленькие городки, расположенные в дне от Садалии. Там тоже есть приютские дома.

— Леди Ларенс, — снова заговорила светловолосая баронесса Таринг, — будут ли готовы официальные бумаги? Поймите нас правильно, — сразу же попыталась оправдаться баронесса, поскольку вопрос прозвучал с ноткой настороженности и недоверия, — мы понимаем, что его императорское величество всецело вам доверяет. — Она оглянулась на своих соратниц. — Дворец полниться слухами. Но нам понадобятся официальные бумаги, подтверждающие расходы, и все действия благотворительно совета.

— Не беспокойтесь, — я благосклонно улыбнулась, прокручивая в голове мысли, что все попытки утаить свадьбу императора оказались бессмысленны, дворец не конюшня, где конюх бутыль припрятал в сене, тут все на виду, — вот весь проект, — я показала на папку перед собой. — Сегодня же вечером эти документы будут направлены на подпись его императорскому величеству.

— Это великолепная новость, — тепло улыбнулась баронесса Таринг.

— И что же за слухи бродят по дворцу? — улыбка несколько померкла, видимо баронесса рассчитывала, что я не задам этот вопрос.

— Леди Ларенс, вы наверняка и сами догадываетесь.

— Нет, — скосила под дурочку, чтобы услышать сплетню.

— Люди говорят, что вы скоро станете нашей императрицей.

— И что люди не возражают против эльфийки на троне? — я улыбнулась шире, продемонстрировав кончики клыков.

— Кто как, — пожала плечами баронесса, а остальные дамы переглянулись, но негатива от них я не почувствовала, — лично нам, — она окинула подруг взглядом, — нравится то, что вы проявляете заботу о детях, а значит вы не станете вредить и остальным. В любом случае, его императорское величество знает что делает, — ловко ушла от прямого ответа баронесса. Но мне понравился такой подход к собственной оценке.

— Что ж, — я решила больше не мучить женщин, — в таком случае, встретимся с вами через пару дней, как только император Георг подпишет документы.

Дамы встали и попрощались, исполнив принятые при дворе Георга реверансы. Я тепло всем улыбнулась и выразила благодарность за визит.

В целом дела обстоят неплохо. И надо бы действительно отдать документы Георгу на подпись.

Нас подняли рано утром. Сначала вроде бы все было как обычно, но чуть позже я заметила, что среди командиров есть какое-то напряжение. Нас построили, но в этом тоже не было ничего необычного. Зато потом Огрес скомандовал всем разбиться на свои десятки и заняться тренировочными боями в малых связках. За те пару дней, что он командовал, мы в основном тренировались или своей десяткой или единым строем вместе с солдатами, чтобы в горячке боя иметь понимание что и как делать.

Мы встали тройкой с Куртом и Заком. Все-таки с ними мы уже не один день вместе, худо-бедно сдружились и сработались. Остальные тоже разделились. Против нас встали новенькие. Парни крепкие, сразу видно, что не в первый раз в военном походе.

Патер прошелся вдоль связок, одобрительно кивнул и определил, кто нападает, а кто защищается. Нашей тройке выпала оборона. Мы, не сговариваясь, встали в боевой порядок. Курт растянул щит с поглощающим эффектом, потому что против нас оказались стихийщики, которые разворачивали какие-то хитрые заклинания из смешанных стихий. Мы с Заком встали в атаку, так как из нас троих слабее был Курт, имея специализацию по нежити, хоть и являясь боевым некромантом. Я не стала заморачиваться и активировала любимое и самое простое заклинание — темную плеть. Сначала оценим потенциал, технику и тактику противника, используя простейшие атаки, так нас учили. И я не удивилась, когда увидела, что Зак тоже выбрал простое атакующее заклинание — сфера тьмы. По сути это аналог пульсара классических магов. Просто сгусток магии, уплотненный и с заданными координатами движения. В руках Хорна материализовался туманный шар небольшого размера, во второй руке он сжал вытащенный из кармана кастет, не столько из-за опаски схватки врукопашную, сколько потому что кастет был артефактом физического щита из арсенала классических магов. Противники это заметили, ухмыльнулись ехидно. Обычные маги с избытком изготавливали различные артефакты и амулеты, но сами ими пользовались редко, уверенные в своей магии. Темные же, ограниченные в использовании только теми заклинаниями и действиями, что позволяла наша магия, использовали подручные средства с заемной магией с большим удовольствием. Я с запозданием подумала, что тоже могла бы прихватить что-то подобное. Сейчас на мне были лишь несколько амулетов последнего шанса с активными заклинаниями слабого поражающего эффекта, рассчитанные на ближний бой.

Патер скомандовал бой, и наш щит тут же загудел, принимая на себя сразу два пульсара. Затем без передышки под ноги нам стекло что-то хитрое, проникая под щит. Земля стала вязкой, сковывая движения. Как некроманту, ограниченному только своей темной магией, победить обычного мага, который может использовать всю мощь стихий и собственные резервы? Просто — атаковать! Наша магия мощна в атаке и почти все заклинания смертельны. Поэтому Зак быстро сориентировался, что в защите мы не удержимся, скованные заклинание из стихии земли и еще чего-то, он активировал физический щит, увеличив его площадь, и бросил нам под ноги. Мы с Куртом забрались на тонкую слабо мерцающую пластину, Орубс быстро схлопнул защиту и, не ожидавшие такого стихийщики, отпрянули от заброшенной костяной игрушки некроманта в их троицу.

Поскольку правила не оговаривались, то мы посчитали, что использование всех наших плюсов не считается нарушением. Курт ловко управляя тонкими нитями подчинения погнал по ноге одного из атакующих костяного паука, заставив того сбиться с атаки и сбросить все заготовленные заклинания, пытаясь стряхнуть даже на вид неприятную нежить. Я усмехнулась и с размаху хлестнула плетью. Ребята шарахнулись в стороны, увеличивая расстояние между ними. Этим воспользовался Зак, мгновенно впитав сферу и активировав спрятанную заготовку силков. Обычно это заклинание используют на нежити, заранее устанавливая контур ловушки на земле. Но Зак его слегка изменил, просто накрыв троицу сверху. Невесомые тонкие нити накрыли парней, которые поначалу не поняли, что это. А когда спохватились, их уже парализовала темная магия. Бой окончен.

— Неплохо! — похвалил Ларс Патер. — Теперь сменим партнеров.

Он махнул рукой, подзывая других парней. Наши же противники ничуть не расстроились, а отошли к другой паре с задумчивым видом.

Мы провели еще несколько тренировочных боев. Прежде, чем магистр скомандовал строиться. Он прошел вдоль небольшого строя, осмотрел всех.

— Сегодня появились сведения, что возможно вечером будет прорыв через линию обороны в сторону города. Командованием были приняты несколько стратегических маневров, чтобы враги, прежде всего, не сразу заподозрили, что мы в курсе их планов, но и сдержали прорыв. По полученным данным, эльфов стянули достаточно, их поддерживают порабощенные темные маги, следовательно, эльфийских магов здесь тоже будет достаточное количество, а также управляемая нежить, с которой мы уже сталкивались.

Он снова прошелся вдоль ряда, остановился посередине, прямо напротив меня.

— Наша десятка отправляется в город. С нами также отходят целители вместе с раненными.

— Мы уходим с линии обороны? — не сдержался один из новеньких. Судя по возмущенному лицу, ему хотелось принять самое непосредственное участие в сражении. Мне вот не очень хотелось. Я бы лучше в Ривеле нежить гоняла. Хотя тут тоже прилично разгуливает нежити, вот только ее натравливают целенаправленно.

— Мы уходим защищать город, — ровно ответил Патер.

— Я и мои ребята идем с вами, — раздалось внезапно откуда-то справа. Голос Торна я узнала сразу еще даже до того, как увидела. — Командованием принято, что часть магов отойдет за стены, чтобы защитить город, если не удастся удержать их здесь.

Мы практически синхронно склонили головы, приветствуя лорда. Патер тоже склонил голову, прижав правую руку к сердцу, отдавая честь, как старшему по званию. Хоть Торн сейчас и не занимал высокий пост, но он оставался аристократом и лордом по крови, потому среди военных было принято приветствовать благородных господ как старших по званию.

— Магистр, — также склонился в приветствии Патеру, отдавая честь Торн, как равному, — Господа, нам нужно скрытно отойти за стены города. Командующий Огрес организуют иллюзорное прикрытие отхода наших групп. Операция начнется через два часа. Пока можете разойтись и собраться к бою. А мы с магистром обсудим нюансы.

Мое внутреннее чутье меня не раз выручало. Очень часто я заранее знала, что меня ждут неприятности. Сейчас же мое чутье просто вопило, что просто так мы за стенами города не отсидимся. Да и судя по тихим разговорам остальных, почти все думали также. Даже разговор с Даром меня не успокоил, а словно еще больше подстегнул беспокойство. Эта его просьба будто уже точно определила, что сражению за город быть, и я в нем сыграю немалую роль.

Я всеми силами сейчас старалась гнать от себя эти мысли. Не хочется мне воинской славы. Вернуться бы в Ривель в свой дом и объезжать окрестные деревни, охотясь на редкую нежить. Но внутренне я уже сейчас понимала, что ничто больше не будет так, как было раньше. Хотя бы потому, что Дар своими признаниями разбудил во мне ненужные мысли и сомнения. И теперь я волей неволей следила за ним, всматривалась в его профиль, когда он не видел. Пыталась понять нравится он мне или нет. Все большая часть меня склонялась, что он мне нравится и мне приятно его внимание. Если я доживу до конца этой войны, то, пожалуй, дам себе шанс на счастье. Вдруг все не так страшно, как я сама думаю? Эта мысль вызвала у меня легкую улыбку.

Шум начавшегося сражения долетел до нас уже в полной темноте примерно за час до полуночи. Мы сразу же подобрались. Освещение в городе было хорошим, по улицам стояли красивые резные фонари, в которых загорался ровный не слишком яркий магический свет, разгоняя ночную мглу.

Торн поднялся на стену, чтобы лучше рассмотреть обстановку в лагере. Но вернулся достаточно быстро и помрачневший.

— Всем готовиться! — приказал он, команда быстро ушла в обе стороны к двум другим группам. — Их много и там несладко. Думаю, они в любом случае проведут подсадную группу, я бы точно провел. Хорошо, что с другой стороны город защищен рекой. Нежить не пойдет через текучую воду, лед уже вскрылся, так что с той стороны не должно быть сюрпризов. Но все же, — он обратился к эльфу командующему городской стражей, — вы с ребятами будьте там. — Эльф кивнул, и молча ушел вглубь по улице, быстро свернув в проулок через несколько домов.

Неширокая река действительно протекала за городом. С той стороны въезда не было, только несколько мостков, спускающихся к реке от городских стен. Видимо жители особенно не пользовались этой рекой. А может рыбы в ней было мало. Но я видела ее со стены сегодня, когда мы обходили город. Неширокая и течение в ней резвое. Середина русла была без льда, ближе к берегам тонкий его слой еще держался, но через несколько дней исчезнет и он. Дар прав, нежить не пойдет через реку, даже если ее заставлять. Твари не очень любят воду, а уж с быстрым течением и подавно.

Торн собрал всех, кто был в нашей группе и расставил по ключевым позициям. Сам поднялся на стену и затаился там, как то сразу потерявшись на фоне темного неба, хотя с его крупной фигурой достаточно сложно оставаться незаметным.

Мне показалось, что прошло не больше часа, когда внезапно со стороны группы во главе с Патером послышались хлопки пульсаров, а потом и лязг оружия. В затаившейся тишине испуганного города эти звуки были отчетливо слышны. Дар сразу же оказался внизу, став рядом со мной и пока отрицательно качая головой ребятам, настороженно смотрящим на него. Все верно, пока нет смысла сниматься с места, вдруг это уловка и там только парочка вражеских лазутчиков, отвлекающих внимание от основного прорыва.

Спустя минут десять мы все поняли, что там завязался нешуточный бой. Уж с парочкой и даже пятеркой группа Ларса Патера точно справилась, а значит там их гораздо больше и нужна помощь.

— Никалс, — Торн спокойно позвал высокого парня, тот быстро подошел к нам, — беги к Вальдесу и скажи, чтобы они отходили в центр города к площади. Мы попробуем отбить Патера с ребятами и тоже втянем их в бой на главной улице.

Парень побежал в сторону последней группы.

Наш план был прост. Мы не собирались отважно загородить грудью путь неизвестному количеству врагов, прорвавшихся в город. Часть домов по окраине и вдоль главной улицы освободили заранее. А мы за то время, что у нас было, расставили там артефакты с ловушками и навесили заклинания, активирующиеся по команде. Теперь оставалось надеяться, что нам удастся втянуть их в бой и убрать большую часть группы прорыва.

Торн, а за ним и все остальные двинулись в сторону группы Патера. Мы не спешили, я бы даже сказала почти что крались. Торн осторожно шагал, по дороге сбросив рубашку и частично обернувшись, используя свою самую боевую форму. Надо отметить, что выглядел он более чем устрашающе. Полностью обернувшимся в медведя я Дара не видела, но уже несколько раз сталкиваюсь с его частичной трансформацией. Зрелище специфическое. Раздавшееся и преобразившееся тело, частично выступившая шерсть, которая была не пушистой, а словно жесткой и немного длиннее, чем у обычного медведя. Эта шерсть прилегала плотно к мускулистому телу. Подозреваю, что она тоже была не так проста, и, вероятна, способна была держать удар магии или стали. Голова вытягивалась в смесь морды и человеческого лица, обрастая внушительными зубами, но сохраняя человеческие глаза. Уши съезжали на макушку и увеличивались в размерах, больше даже похожие на волчьи, чем на скругленные медвежьи. Руки-лапы с когтями, как небольшие ножи. Вкупе к этому шли звериная скорость и невероятная мощь. Почему-то я, когда читала об оборотнях, представляла себе всех этих лис, волков, медведей и котов, как реальных животных, пусть и большего размера из-за большей массы человеческого тела или наоборот чуть меньшего, как в случае медведя. Но я никогда даже не думала, что это может быть просто очень приближенное название совершенно другого вида. Это точно не люди, хоть и очень похожи на нас.

Дар шел, бесшумно ступая и тщательно принюхиваясь к воздуху. Мы тоже, как могли, шли скрытно. У угла, за которым открывалось небольшое пространство, где осталась группа Патера, он остановился и сделал жест всем замереть. Звуки боя было уже ни с чем не перепутать, но в основном слышался звон мечей и редкие хлопки заклинаний.

Торн сначала выглянул за угол, а потом жестом позвал нас, с ходу разгоняясь и просто снося тараном сразу двух противников, наседавших на Патера. Магистр остался с парой парней из своей группы. Еще одного я заметила среди кучи нежити разной степени поврежденности. Некоторые туши еще шевелились, вращая остекленевшими глазами, а парень не подавал признаков жизни, придавленный поперек телом зорга. Парнишка еще сжимал кинжал воткнутый промеж позвонков на спине твари, а из разорванного плеча уже не текла кровь. Окинув это взглядом, усилием воли заставила себя переключиться. Ему уже не помочь, а вот остальные еще живы.

Подскочила к Патеру и ударом темной плети отбросила эльфа, который пытался пробить защиту магистра. Отвлекшись на мое заклинание, эльф неудачно подставился, и Патер проткнул ему бок своим мечем. Остальные ребята быстро разобрались с оставшимися врагами.

— Спасибо, но это вы зря, — устало выдохнул Патер, — основная группа ушла дальше. И с ними четыре марионетки. Боюсь, наши ловушки для них ничего не значат.

— Почему? — спросила я, так как Торн, оказавшийся сзади, кивнул мне своей жутковатой головой, как бы давая слово говорить за него.

— Они все с мардритом. Их могут задержать только физические ловушки, а таких там только пара, остальные большей часть основываются на магии.

Дар снова мне кивнул, словно говоря глазами, и я, как будто, и правда стала понимать все его жесты и бессловесную мимику.

— Выдвигаемся к центру, — озвучила его приказ.

Проходя по улице, мы поняли, что часть ловушек все же сработала, но видимо сильной задержки не дала. А вот одна физическая значительно помогла, запущенное воздушной волной обычное копье пригвоздило эльфа в темной одежде к стене дома. Эльф безвольно повис, а рядом бесформенной кучей валялось еще одно тело. Пустые глаза смотрели в небо, и я вздрогнула, когда оно моргнуло, и с холодком по спине поняла, что это марионетка, оставшаяся без кукловода. Ужасное зрелище. Мы пронеслись мимо, но этот момент отпечатался у меня в голове, прибавив еще один сюжет для кошмарных снов.

Впереди показались вражеские спины, но они тоже оказались не дураки, и с боковой улочки на нас выметнулась свора нежити. Слаженный залп магов сбил часть из них, вернув обратно на боковую улицу. Оставшиеся с рычанием бросились на нас. Я быстрым броском воткнула меч в бок зорга, тварь оказалась крупной и моя рана для нее не стала смертельной. Зато добавленная в морду темная звезда разворотила ей башку так, что ошметки взметнулись вверх. Хорошо, что не в стороны, как то не хочется ходить увешанной остатками мертвой нежити. Прямое воздействие на нежить магией практически не срабатывало, но темная звезда это скорее физическое, чем магическое воздействие. Фактически оно взрывается в том месте, где его создаешь. Задать вектор движения можно, но чем дальше, тем не стабильнее становится заклинание, просто распадаясь. А у меня есть отличный амулетик, поглощающий ударную волну, моя подстраховка от всяких воздушных кулаков и прочего, сгодился и сейчас. О боги, о чем я думаю?

А тем временем Торн и остальные успели расшвырять оставшуюся нежить. Часть из них еще поднималась и собиралась атаковать, но нам было некогда и мы подгоняемые в спину несколькими тварями бросились к центру, стремясь объединиться с оставшейся группой.

Враги почему-то не атаковали группу Вальдеса, по видимому один из эльфов что-то говорил молодому парню. Маг стоял, чуть склонив голову к плечу и сложив руки на груди, его ребята стояли немного позади. А напротив него стоял тот самый эльф и рядом с ним две марионетки в темных балахонах. Я так наловчилась определять подчиненных людей, что определила это еще на подходе. Еще одна кукла стояла рядом с высоким светловолосым эльфом, который холодно улыбался, осматриваясь вокруг. Еще примерно с десяток эльфов стояли рядом, чуть растянувшись и перекрыв два других выхода из небольшой площади. Мы как раз выбежали с третьей стороны и услышали окончание фразы эльфа:

— Сдавайтесь, нас больше и с нами темная магия и нежить. Вам не выстоять. Тем более такой кучке, — усмехнулся эльф.

— Да мы уж как-нибудь сами разберемся! — нагло возразил Вальдес. — Не переживай, на вас нас хватит!

— Значит, мы сотрем город вместе с вами. Магом больше, магом меньше, — спокойно пожал плечами эльф и отошел на шаг.

И этот шаг стал командой к атаке. Свора нежити, удерживаемая кем-то из эльфийских магов, сорвалась в короткий забег. Наши маги успели выставить щиты, но с мардритом нежить пролетела, не замечая преграды. Впрочем, этого мы ждали, щиты скорее были рефлексом, чем осознанным действием. А вот я и еще несколько некромантов слаженно сплели уже куда более эффективные темные щиты, так как марионетки не остались без дела и начали атаку простейшими заклинаниями.

Остальные схватились в рукопашную с эльфами и нежитью. Из открывшегося прохода, который больше никто не загораживал, к нам присоединились стражники. Все это я отмечала лишь краем сознания, внезапно оказавшись за спиной того эльфа, который как-то умудрялся управлять сразу двумя марионетками. Но попытаться ударить ему в спину без лишнего благородства, у меня не было возможности. На меня насел третий кукловод, который надо отдать должное освоил куда больше боевых заклинаний из темной магии. И я только и успевала вертеться, подставляя то щит, а то плеть. Создать что-то более мощное он мне просто не давал, постоянно атакуя.

Остальные ребята отошли на второй план, я уже не видела ни где Торн, ни Патер или кто-то из знакомых. Даже беспокойство об их жизни тоже отошло куда-то. Остался только эльф и его живое оружие.

В какой-то момент мне удалось сбросить плеть, тут же растаявшую серым дымом, и вырвать с руки браслет-артефакт с огненным заклинанием. Швырнув его под ноги атаковавшим меня, я отскочила назад, щитом отбросив прыгнувшую тут же тварь, и сменила плеть на темное копье. Метнув его в эльфа, решив, что бесполезно атаковать куклу, пока жив кукловод. Эльф усмехнулся, когда копье расплылось туманом и, издеваясь, покачал передо мной кулоном с камнем. Боги да где они столько его взяли. Залежи мардрита весьма ограничены, и стоит очень и очень много.

Но я не сбилась и без передышки метнула выхваченный с пояса некромантский кинжал. Трехгранный стилет пролетел быстро и, незаметно блеснув темным камнем в навершии, вошел в бок эльфу. Жаль не в сердце, но от боли менталист потерял контроль над куклой, и та, бывшая когда-то симпатичным парнем с простоватым лицом, просто застыла посреди сражения. Я выхватила клинок со спины и собралась добить эльфа, который пытался неверной рукой вытащить свой меч, но со спины у него оказался Патер и быстрым росчерком перерезал ему горло.

Осмотреться мне толком не дали, на меня сразу же набросился здоровенный гаркал, но я уже была с мечом, развеяв щит и перехватив оружие двумя руками. С тварью удалось расправиться быстро, нежить была уже кем-то подранена в ногу и прыть поубавила, позволив снести ей башку, прибавив магией силы замаху. И вот сейчас мне удалось осмотреться. Торн и Вальдес насели на главаря, который разговаривал с нами, но тот не только мастерски управлялся с двумя марионетками, но еще и атаковал их, используя еще одного мага. Наверное, в первый раз я видела мага-эльфа такой силы. Он, не напрягаясь, создавал атакующие заклинания из классической школы, и бил ими в закрывшегося щитом Вальдеса и Торна, на шкуре которого пока оставалось лишь несколько проплешин, которые на глазах зарастали шерстью. Патер и еще несколько наших, объединившись, отражали атаки нежити и оставшихся эльфов. Капитан городской стражи и еще трое выживших эльфов сражались с другой стороны площади. И так получилось, что я осталась посередине.

Быстро прикинула, что Торну и магу поя помощь нужнее, я рванула к ним. Пока эльф-маг не заметил меня, я набросила на него темную сеть, особенно не рассчитывая на успех магической атаки из-за мардрита. Но неожиданно сеть спеленала мага, ощутимо причиняя боль, отчего даже хладнокровный эльф, который атаковал с бесстрастной маской на лице, застонал в голос. А я воодушевленная таким успехом решила добить его темной звездой. Вдруг и рядом стоящих зацепит.

Рано обрадовалась. Заклинание сработало как надо, разметав эльфийского мага, который уже ничего не смог сделать против ловчей сети из темной магии, однако главаря заклинание не зацепило, развеяв остаточную магическую волну о мардрид, а марионеток он успешно прикрыл малыми щитами, приказав их создать. Опытный, зараза! Видимо, один из сильнейших манталистов, возможно даже самый опытный за всю мою жизнь. Как бы нам тут не прилечь с остальными погибшими.

Я перебежала к Вальдесу и Терну, опасаясь оставаться в одиночку против этой странной троицы.

— Все еще хотите продолжать? — неожиданно решил поболтать эльф.

Мы промолчали, настороженно следя за ним. Вальдес принялся выплетать что-то замысловатое, а я попыталась рассмотреть атакующие и защитные заклинания, заготовленные и свернутые у марионеток. Не мог этот менталист быть настолько обучен боевой темной магии. И только у меня мелькнула эта мысль, как меня поразило. Боги, ведь он атакует только темной магией! Он не применяет некромантию! Тут полно трупов, поднимай любой! И я принялась за дело, надеясь, что этот остроухий поболтает еще.

— Посмотрите, вас осталось треть от всех, кто решил защитить город. Мы все равно уничтожим его!

— Зачем? — решил все же озвучить вопрос, который, видимо, очень интересовал Торна, раз он ради этого даже обернулся, сбросив личину зверя.

— Такова наша месть! — пафосно произнес эльф.

— Месть за что? — определенно Торн собрался тянуть время. Понял, что мне нужна небольшая передышка?

— Вы веками притесняли мой народ! — боги, у него что кроме пафосных изречений больше ничего нет в арсенале?

— Интересно как? — усмехнулся Дар, складывая руки на голой груди, рубашка и куртка остались где-то на улице. — Помнится, обычно эльфы нападали на наши границы. Вроде бы это вы считаетесь одной из самых воинственных рас нашего мира.

— Вы заняли наши земли.

— Мы пришли на пустые земли, — поправил Торн.

— Из-за вас нас осталось слишком мало.

— Не из-за нас, — снова поправил его Дар, — а потому, что вы утратили священный артефакт.

Эльфа проняло настолько, что на бесстрастном лице промелькнуло удивление.

— А тебе не сказали, что мы его вернули? Что нет смысла калечить и убивать людей, создавая темных, — он жестом указал на две безучастные фигуры. — Примерно сейчас, князь Ларенс должен сообщить Княжескому Кругу о найденной реликвии.

— Ларенс трус и предатель! — выплюнул эльф.

— А ты глупец, — констатировал факт лорд. — Сдавайся! Забирайте войска, отзовите нежить, сдайте лаборатории и все наработки, и может быть вам удастся увидеть рассвет вашей расы.

— Это мы еще посмотрим, кто из нас глупее, — едва слышно проговорил эльф, отдавая какую-то команду марионеткам.

Но ничего больше сделать он не успел. Сзади к нему практически неслышно подошел относительно целый эльф, отсутствие одной руки не мешало ему держать в другой меч, и без замаха вогнал его в спину менталисту. Маг пораженно обернулся, уставившись в пустые глаза забрызганного кровью собрата, а чуть в стороне я помахала рукой, удерживая управляющий контур поднятого. Менталист рухнул как подкошенный, и я уже ожидала, что и марионетки тут же осядут кучами тряпья с безвольными телами, но они остались стоять. А потом я с ужасом увидела, как из-под плащей начинает расползаться темная дымка.

— В сторону, скорее! — заорала, что есть сил.

Сама же наоборот бросилась к куклам, создавая вокруг них щит.

— Уходите! Чего встали?! Торн, забирай скорее всех отсюда! Уводите людей из города, кого успеете. У вас есть несколько минут. Активируй портал, — я сорвала с шеи крупный медальон и бросила Вальдесу, тот ловко поймал, — он не большой силы, но десятка два людей успеете пропихнуть, а если поддержишь рамку, то и побольше.

Сама же продолжала наращивать щит, закрывая марионеток в купол. А когда оглянулась, то увидела, что Вальдес побежал собирать остальных. Некроманты, что были в нашем отряде оглянулись на меня, но поняли, что тут уже ничего не сделать. Я сама поставила щит, теперь мне его не снять, не погибнув от той магии, что уже сконцентрировалась внутри него. А им бесполезно его питать, сдвоенный выброс от развоплощения не сдержать кучке магистров.

Силы уходили быстро. Из ауры энергия пошла куда как хуже, организм сопротивлялся, не хотел умирать. А я питала купол и думала, что глупо подставилась. Мне его не удержать, многие все равно погибнут, и я погибну с ними. Глупо. Надо было уходить.

— Я с тобой, — сзади шепнул тихий голос, и сильные руки обняли, согревая меня от холода, который распространялся от большого количества темной магии.

— Уходи, Дар, еще есть несколько минут. Я все равно не выживу, а ты можешь, — я почувствовала, как на глаза навернулись слезы, я ведь почти собралась попробовать полюбить этого оборотня.

— Я останусь с тобой, — мягко произнес он.