— Нет, нет и еще раз нет!

Занай Джеймс покачала головой в знак протеста, отчего черные длинные волосы слегка растрепались, и несколько прядей упали на ее смуглые, цвета молочного шоколада, плечи. Она скрестила руки на груди, глядя сверху вниз на свою лучшую подругу, Морган Грандин. Учитывая улыбку, появившуюся на губах подруги, Занай сомневалась, что Морган восприняла ее возражение всерьез. В зеленых глазах Морган горели хитрые искры, а рыжие волосы только подчеркивали ее озорной характер.

— Давай, Занай, — заныла подруга, выходя из-за прилавка своего бутика «Девушка с ранчо» и становясь перед Занай, — это вечеринка года. Люди к этому маскараду начинают заказывать костюмы почти за год. Ты очень долго сбегала от этого события, тебе пора перестать прятаться.

Стесняясь правды, которую говорила ей подруга, Занай опустила взгляд на свои простенькие туфли.

— Морган, я ценю то, что ты пытаешься сделать. Но это не сработает. Я не вписываюсь в подобные мероприятия. Книги, наука, исследования — я живу только этими интересами. Светская беседа и флирт для меня как чужой язык. Черт, я даже не умею хлопать ресницами. Попытки состроить глазки больше похожи на приступ косоглазия, чем на флирт.

— Занай, — фыркнула Морган, положив руки ей на плечи, — ты красивая и умная. Люди полюбят тебя, если ты просто дашь им шанс узнать тебя ближе.

Занай покачала головой:

— Люди считают меня неуклюжей и скучной.

— Эй, не говори так о моей лучшей подруге.

Занай улыбнулась Морган, наслаждаясь тем, какой заботливой она была:

— Я не говорила, что я неуклюжая и скучная. Я сказала, что люди считают меня такой.

Морган удивленно приподняла бровь, тем самым показывая, что подруга не поняла различия, Занай продолжила:

— Морган, это не было самоуничижительным комментарием. Мне нравится тот факт, что я ботаник. Я с гордостью ношу этот ярлык. Просто я достаточно умна, чтобы понимать: другие люди не ценят во мне это качество. Поэтому я держусь от них подальше.

Морган грустно улыбнулась ей. Занай знала, что подруга не жалела ее. Морган просто не понимала, что кому-то может быть комфортно проводить так много времени в одиночестве.

— Занай, ты обещала своей тете, что не позволишь работе и этой стае волков, маскирующихся под твою семью, погасить твой свет.

Чувство вины и горе сжали сердце Занай при упоминании о единственном любящем человеке, который был в ее жизни. Мать умерла, когда Занай была ребенком, и сестра ее матери, Дежа, стала единственным источником света в ее унылой жизни. Тетя Дежа тоже недавно скончалась, и Занай тяжело переживала потерю. Она задавалась вопросом, сможет ли когда-нибудь по-настоящему оправиться от этого горя.

— Это удар ниже пояса — использовать мою покойную тетю, чтобы манипулировать мной. Теперь я понимаю, почему вы с Райаном так часто ссоритесь.

— Райана вряд ли можно назвать образцом добродетели. Он тупоголовый неандерталец. — При одном упоминании имени Райана Картера Морган потеряла всю свою сдержанность. Хотя ее подруга никогда бы в этом не призналась, Занай подозревала, что неприязнь Морган к этому мужчине была больше связана с взаимным влечением, чем с чем-либо еще. — И мы говорим не о Райане или о том, насколько он меня бесит, — продолжала Морган, — мы говорим о том, какая ты замечательная и как тебе нужно немного пожить для себя.

— Я понимаю. — Занай фыркнула и подошла к ближайшему дивану в примерочной. — Я просто не знаю, как себя вести. Я не вписываюсь в это общество. Пока другие девочки выясняли, как быть истинными леди, я уткнулась носом в книгу. Я не знаю, как вести себя или одеваться на такого рода мероприятиях. Я там буду лишней.

Морган села рядом с подругой, обнимая ее за плечи, защищая и утешая.

— То, что ты уткнулась носом в книгу, помогло тебе стать выдающимся детским психиатром. Хорошая новость в том, что ты достаточно богата, чтобы заплатить за прическу и макияж. Кроме того, твоя подруга, — Морган показала на себя, — владеет бутиком и может найти одежду, подходящую для королевы. Так что, если ты позволишь, я позабочусь о том, чтобы ты была самой красивой девушкой на балу.

Занай скептически посмотрела на подругу. У Морган был решительный взгляд. Занай закрыла глаза и собралась с силами, чтобы сказать «нет», когда ее взгляд упал на лицо Морган, светящееся от предвкушения. Занай никогда ни в чем не могла отказать Морган, если это заставляло ее радоваться, как детскому празднику.

— Хорошо, Морган. Уговорила.

— Райан, — сказал Вик несколькими минутами позже, — никто не знает мою сестру так, как я. Все это раздражение — временно. Ты ей действительно нравишься. Она просто не думает, что это чувство взаимно, поэтому сердится.

Краем глаза Джейден увидел вспышку ярко-красной ткани. Он обернулся и заметил свою красавицу, идущую в противоположном направлении.

— Извините, я на минутку, — быстро сказал Джейден и удалился быстрыми шагами.

— Вот ты где. Я наконец-то нашел тебя.

Слова Джейдена заставили королеву остановиться, ненадолго замерев, прежде чем она повернулась к нему лицом.

— Нашел меня? Я не знала, что заблудилась.

— Это я заблудился без тебя.

Услышав эти слова, красная королева улыбнулась. Улыбка согрела Джейдена, и он приблизился к незнакомке.

— Потанцуй со мной, дорогая.

Девушка посмотрела на него, ее молчание тянулось так долго, что Джейден забеспокоился, не отклонит ли она его просьбу. Но в последний момент незнакомка протянула ему руку, и он сжал ее нежно, но уверенно, прежде чем притянуть королеву в свои объятия. Музыка была медленной, когда они раскачивались взад-вперед, тесно прижавшись друг к другу.

— Ты все еще не сказала мне своего имени. Кто ты под этой маской, моя дорогая королева?

— Хочу сохранить интригу.

Джейден усмехнулся ее ответу:

— Правда?

— Прелесть этой ночи в том, что мы можем быть кем захотим. Так что не имеет значения, кто я на самом деле. Важно только то, кем я хочу быть в этот момент.

Джейден посмотрел вниз, в ее пристальный взгляд, чувствуя себя немного взбудораженным. Он выпил слишком мало, чтобы винить в этом ощущении алкоголь. Единственное, откуда могло взяться это странное состояние, была соблазнительная женщина в его объятиях.

— И кем вы хотите быть в этот момент, миледи?

Она снова улыбнулась, и Джейден начал тонуть в этих глазах.

— Женщиной, танцующей с тобой.

Джейден был осторожен, обнимая ее, как будто касался чего-то хрупкого. Блеск жгучего желания, вспыхнувший в ее глазах, был очень ярким. Джейден посмотрел на незнакомку сверху вниз, медленно двигая рукой по ее спине, затем по плечам и волосам, пока его пальцы не нашли путь к мягким прядям ее волос.

Она почти замурлыкала в тот момент, когда кончики его пальцев коснулись ее головы, и звук ее удовольствия был таким соблазнительным, таким чертовски сильным, что полностью завладел его чувствами. Его большой палец задел одну из ее сережек с рубинами и бриллиантами. Камни были вспышками огня и льда, связанных вместе в замысловатом узоре. Тело Джейдена напряглось при мысли о том, что их тела переплетутся, подобно узору на сережках. Он отбросил ненужные мысли. Он только что встретил эту женщину и не понимал, чем она его так заворожила.

— Ты самая изысканная незнакомка в этом зале.

Королева улыбнулась ему, и Джейден не мог отвести глаз от ее соблазнительных матовых губ, которые притягивали его все сильнее.

— Я уже танцую с тобой. Зачем же нужны еще комплименты?

Джейден положил руку на изгиб ее талии, глядя на нее сверху вниз:

— Чтобы ты позволила…

— Что?

— Это…

Джейден наклонился, прижимаясь губами к ее губам. Это был целомудренный поцелуй — в конце концов, они стояли посреди Техасского клуба скотоводов, и Джейден не хотел, чтобы назойливые дамочки рассказывали его матери, как ее младший сын снова позорится. Однако даже в этом легком касании к ее губам заключалась дикая страсть, и Джейден почувствовал, что эта страсть взаимна. Джейден решил углубить поцелуй, но музыка смолкла и свет стал ярче. В этот момент он почувствовал, как незнакомка отстраняется от него.

— Мне жаль. Я не должна была этого делать. — Она отступила, увеличив между ними расстояние. В ее глазах было что-то похожее на панику. Джейден насторожился. — Мне жаль. Мне нужно идти.

— Подожди, я сделал что-то не так? Я переступил черту?

Она покачала головой, неуверенно улыбнувшись:

— Ты не сделал абсолютно ничего плохого. Мне просто пора.

С этими словами королева развернулась и пошла сквозь толпу. Джейден хотел догнать ее, но чья-то рука схватила его сзади за плечо, отвлекая внимание. Это был Вик. Джейден отмахнулся от друга, чтобы броситься вдогонку за незнакомкой, но было уже слишком поздно. Его таинственная леди исчезла.

Джейден опустил голову, пытаясь подавить растущее раздражение из-за друга.

— Ты чертовски не вовремя, Вик.

В этот момент что-то сверкнуло на полу. Джейден быстро наклонился и поднял такую знакомую сережку. Мало того, что его Золушка сбежала из объятий, как в сказке, она потеряла украшение — пусть и не туфельку, но тоже очень памятную вещь.

— Что это? — спросила Обри, невеста Вика. Только теперь Джейден заметил ее присутствие.

— Единственная зацепка, которая у меня есть, чтобы выяснить, кто скрывается за маской леди в красном.

Вик бросил на него полный раскаяния взгляд:

— Извини, чувак, я не хотел мешать. Я просто хотел показать тебе, насколько хорошо работает наш план.

— Наш план? — Джейден скрестил руки на груди и наклонил голову. — Не втягивай в эту авантюру меня.

Вик указал на дальний угол комнаты, где Райан и Морган стояли рядом и — о чудо! — не ссорились, а очень мило болтали.

— Я надеюсь, что все получится так, как ты хочешь, Вик. Но дальше я тебе не помощник.

— Что происходит, Джейден?

Джейден провел пальцем по большому рубину в серьге, будто это был магический кристалл, способный найти прекрасную незнакомку.

— Мне нужно отыскать Золушку.

— Ты собираешься пить кофе или будешь просто смотреть на него?

Джейден вырвался из своих грез и увидел, как его старший брат Джонатан тянется к его кофейной чашке.

— Братоубийство — это реальная вещь. Не заставляй меня убеждать тебя в этом.

Джонатан отдернул руку от чашки Джейдена с язвительной ухмылкой на лице.

— Ты все еще хандришь из-за своей таинственной леди? Ты уверен, что она вообще была настоящей? Может быть, ты выпил слишком много коктейлей в клубе и просто придумал ее?

— Вик и Морган тоже ее придумали? Потому что они тоже ее видели.

Джонатан широко улыбнулся и засмеялся.

— Что? — Джейден даже не потрудился скрыть раздражение в голосе. Обычно Джейден подкалывал своего старшего брата, но сейчас они явно поменялись ролями, и Джейдену это ни капельки не нравилось.

— Просто я никогда не видел, чтобы ты так сильно о ком-то переживал. Прошло три дня с бала-маскарада, и ты не можешь перестать зацикливаться на той особе.

— Я не могу найти никого, кто бы ее знал. — Он положил руку в задний карман джинсов, вытаскивая серьгу с рубином и бриллиантом. — Ее серьгу тоже никто не узнал. Как будто она исчезла.

— В таком маленьком городке, как Ройал, где все знают друг друга, найти эту женщину должно быть легко.

— Возможно, она не хочет, чтобы ее нашли.

Замечание его брата было логичным.

— Тогда пусть она скажет мне это в лицо. А сейчас я хочу разыскать Морган и заставить ее хоть в чем-то признаться. Красная королева упомянула, что они подруги. Я полагаю, Морган должна что-то знать, но я не застал ее ни дома, ни в бутике.

— Я надеюсь, что эта женщина окажется достойной всех усилий, которые ты прилагаешь. Потому что, как бы ты ни был привязан к ней и каким бы бесполезным ты ни был в работе на ранчо с тех пор, как встретил ее, я боюсь, что это сломает тебя, если ты найдешь тыкву вместо королевы.

— Мистер Латтимор, хотите я принесу вам меню?

Джейден ненадолго оторвал взгляд от лица Занай, чтобы ответить официанту, стоящему около их столика.

— Нет, спасибо, — ответил он, — я заскочил на полчаса.

Когда они снова остались одни, Джейден постучал пальцами по столу, ожидая, когда Занай хоть что-то скажет, но она не собиралась прерывать тишину.

— Как уже сказал, я не планирую долго здесь сидеть, но это не значит, что я уйду без ответа. Что случилось три дня назад, Занай? Ты провела ночь, флиртуя со мной, а потом, после того как я поцеловал тебя, ты убежала. В какую игру ты играла?

Занай опустила густые ресницы. Джейден заметил, что она не пользуется косметикой, если не считать нежно-розового блеска, делающего ее губы особенно соблазнительными. Элегантный образ — вот как он описал бы ее. Джейден не мог понять, почему раньше не замечал красоту Занай.

— Ни во что я не играла.

Джейден приподнял бровь, словно молча уличая ее во лжи.

— Ладно, хорошо, — сдалась Занай, вскидывая руки, — я играла в игру и просто увлеклась.

Джейден наклонился к ней:

— Увлеклась? Чем же?

Взгляд Занай оторвался от его, и, опустив глаза, она сосредоточилась на одной точке на столе.

— Ощущением, что кто-то желает меня. И он настолько заинтересован во мне, что ищет меня в переполненной комнате. — Занай пожала плечами, поднимая глаза к Джейдену, чтобы он мог увидеть слегка смущенный румянец, окрасивший ее щеки. — Мужчины, подобные тебе, не смотрят так на таких женщин, как я. Когда ты с такой страстью отнесся ко мне, это было опьяняюще.

Джейден покачал головой. Что-то в тоне Занай задело его за живое, но Джейден не понимал, что именно.

— О чем, черт возьми, ты говоришь, Занай?! Мы знакомы много лет.

— Да, — ответила она, — но за все время, что мы знакомы, мы никогда не разговаривали дольше пары минут. Мы почти не знали друг друга.

До тех пор, пока я не наложила немного макияжа, не надела маску и красное платье, ты едва ли знал о моем существовании. Черт, как бы близко мы ни были на танцполе, ты даже не узнал меня! Вот какой невидимой я была для тебя все эти годы.

Джейден выпрямился в своем кресле, тщательно обдумывая ее слова.

— Ты не можешь обижаться на меня за то, что я не узнал тебя в том сногсшибательном образе.

Занай прикусила нижнюю губу, а затем провела по ней розовым кончиком языка, успокаивая там, где ее зубы нежно царапнули кожу. Каждый мускул в теле Джейдена сжался от желания, наблюдая за ее движениями. Чего бы он только не отдал, чтобы снова прижаться губами к ее губам.

— Я не обижаюсь на тебя, — сказала Занай, — это просто факт. Я не в твоем вкусе. Я не такая, как большинство людей. Я понимаю это. Было просто приятно хоть раз увидеть, как живут другие люди. Прости, если я немного увлеклась, позволив тебе поцеловать меня.

Занай не ошиблась, сказав, что она не в его вкусе. Она была интеллектуалкой, академиком. Она выполняла важную работу. Но Джейдену казалось, что Занай не интересны свидания и балы. Джейден думал, это из-за ее застенчивости. Но после того, как он провел с Занай время на балу, он уже не был в этом уверен. До Джейдена вдруг дошло: возможно, Занай была такой отстраненной, потому что думала, что никто не хочет быть с ней рядом.

— Я извиняюсь, — сказал Джейден, глядя прямо в глаза Занай.

Занай нахмурилась и удивленно посмотрела на Джейдена:

— За что, черт возьми, ты извиняешься?!

— За то, что раньше не осознал, насколько ты привлекательна.

Ее глаза расширились, Занай несколько раз моргнула, пока, казалось, переваривала то, что он сказал.

Джейдену понравилась ее реакция. Занай всегда была сдержанна и редко показывала эмоции. Факт, что он смог выбить такую женщину из колеи, придал Джейдену сил и азарта. Он хотел продолжения этой игры, но теперь он был ведущим.

— Позволь мне исправить мою ошибку. Поужинай со мной, Занай.

Она хотела что-то сказать, но немного растерялась:

— Ты приглашаешь меня на свидание?

— Да.

— Когда? — От растерянности Занай не смогла придумать более уместного ответа.

Джейден наклонился, демонстрируя кривую ухмылку, которую его бабушка называла «слаще сахара».

— Чем скорее, тем лучше. Сегодня вечером.

Джейден собирался встать, когда Занай потянулась через стол, чтобы схватить его за руку. На нем была рубашка на пуговицах с длинными рукавами, но даже сквозь материал он чувствовал, как жар ее прикосновения обжигает его кожу.

— Джейден, ты не можешь просто пригласить меня на ужин. Я имею в виду, мы знаем друг друга пятнадцать лет и никогда не проявляли друг к другу никакого интереса. В этом нет никакого смысла.

Это было зрелище, на которое стоило посмотреть. Великий психолог Занай Джеймс взволнована и не в своей тарелке.

— Занай, я не ценил брюссельскую капусту, когда мне было шестнадцать. Это не значит, что мои вкусы не созрели к тридцати одному году. Ты великолепная, состоявшаяся женщина. Почему бы мне или любому другому мужчине не заинтересоваться тобой?

Занай покачала головой, и ее брови нахмурились от смятения.

— Тебя привлек костюм, Джейден. Не женщина в нем. Это была не настоящая я.

— Я в это не верю.

Занай уставилась на него с открытым ртом, ее язык, казалось, прилип к нёбу.

— Конечно, костюм — это то, что привлекло мое внимание. Я не думаю, что когда-либо видел более прекрасное зрелище, чем ты в этом красном платье. Но после разговора я захотел узнать женщину в красном поближе.

Он потянулся через стол, нежно накрыв ее руку своей, прежде чем слегка сжать ее в ладони. Даже такое простое прикосновение разжигало его желание, как бензин, подлитый в лесной пожар.

— Может, ты просто впервые была собой? Этот костюм дал тебе свободу показать себя настоящую. И, откровенно говоря, я хочу потратить больше времени на знакомство с этой женщиной. Встретимся сегодня вечером в «Шине» за ужином. Моя подруга Шарлотта там шеф-повар. Я уверен, что она сможет найти нам столик.

Широко раскрыв глаза, Занай оглядела Джейдена, как будто пыталась понять, как сложить кусочки головоломки воедино.

— Ты серьезно об этом говоришь? Ты хочешь пойти со мной на настоящее свидание?

— Дорогая, в моей жизни есть лишь несколько вещей, к которым я отношусь серьезно, и среди них моя семья, друзья и еда занимают первые места. Поэтому да, я говорю серьезно. Но что скажешь ты?

Занай бросила на Джейдена еще один оценивающий взгляд, и уголок ее рта изогнулся в полуулыбке.

— Я говорю «да».

— Как я позволила тебе уговорить меня на это?

Занай могла слышать веселое хихиканье Морган, доносящееся из блютус-наушников, когда она нервно разглаживала руками свое платье.

— Меня даже не было в кафе, когда ты приняла приглашение Джейдена. В чем же моя вина?

— Если бы ты не подтолкнула меня пойти на этот дурацкий бал, я бы не начала общаться с Джейденом.

— Неправда, — возразила Морган своим будничным тоном. — Ты все время в моем доме и рядом с моей семьей. Ты все равно рано или поздно заговорила бы с ним. Но на балу ты не смогла спрятаться в моей комнате, как обычно.

— О чем ты? Я не прячусь от Джейдена. Да, у нас много общих знакомых, но он едва замечал меня все это время. Он никогда не обращал на меня особого внимания. А сейчас мной заинтересовался только потому, что ты надела на меня платье, подчеркивающее мою грудь.

Громкий вздох Морган — признак того, что Занай испытывает ее терпение, — послышался в наушниках.

— Твоя грудь всегда выглядит потрясающе. Джейден обратил на тебя внимание не из-за груди, а потому, что ты не ограничилась обычным приветствием, а начала с ним разговаривать. Поэтому иди на встречу с ним и продолжай общаться.

Занай еще раз взглянула на себя в зеркало. Мода никогда не была ее сильной стороной. Она не знала, что было в тренде в этом сезоне, но простое облегающее платье с квадратным вырезом и бретельками-спагетти подчеркивало ее скромные формы.

— Просто будь собой, Занай.

Если она собиралась быть самой собой, то наряд надо было дополнить. Занай подошла к шкафу, где висели ее кардиганы, и сняла с вешалки красный. Когда она взглянула на свое отражение в зеркале, то почувствовала, как ее окутывает спокойствие. Она будет сегодня собой. Настоящей Занай. И Джейден Латтимор увидит ее такой — хорошо это или плохо.

— Морган?

— Что?

— Спасибо тебе за то, что всегда подталкиваешь меня жить на полную. Я знаю, что не облегчаю тебе задачу, но ценю это. Независимо от того, как сложится сегодняшний вечер, я не жалею, что пошла на этот бал.

Занай тихо сидела в зале ожидания ресторана.

Она пришла немного раньше, и их столик еще не был готов. Похоже, она уже выглядела отчаявшейся. Их свидание еще даже не началось, а она уже вела себя странно. Все было ошибкой. Она встала, намереваясь выйти из ресторана, взять свои ключи у парковщика и убежать до того, как Джейден придет. Но когда она повернулась к двери, увидела Джейдена, и план побега был отвергнут.

— Занай… — Голос Джейдена был глубоким и ровным, как хороший скотч со льдом. Он окинул ее внимательным взглядом. Занай чувствовала, как его дразнящий взгляд скользит по каждому дюйму ее тела с головы до ног. — Ты выглядишь… потрясающе.

— С-спасибо. — Занай прочистила горло, надеясь, что ее заикание больше напоминает кашель, а не нервный трепет, которым она была охвачена.

— Ты долго ждала?

Она покачала головой:

— Минут пять. Я помешана на пунктуальности, так что не волнуйся.

Джейден не ответил. Вместо этого он снова окинул ее пристальным взглядом. Этот парень выглядел голодным. И если Занай ничего не выдумывала, он хотел именно ее. У Занай в жизни было немного мужчин. Она пыталась строить отношения, но дальше нескольких свиданий дело не заходило. Она никогда не видела, чтобы мужчина смотрел на нее с таким желанием, а сейчас Занай почти чувствовала, как его горячий взгляд буквально лижет ее кожу.

— Мистер Латтимор, добро пожаловать в наш ресторан. — Молодой человек, одетый в дорогой костюм, подошел к ним, разрушая чары, которые Джейден плел вокруг Занай. — Ваш столик готов, сэр. Прошу вас и леди следовать за мной.

Джейден кивнул, положив руку Занай на поясницу. Это был простой жест, который он, вероятно, делал тысячи раз. Но это чуть не привело к короткому замыканию в мозгу Занай, и все, что она могла делать, — это идти рядом с Джейденом.

Официант проводил их в угловую кабинку, и они оказались скрыты от посторонних глаз. Занай была рада: ей совсем не хотелось, чтобы весь город обсуждал ее отношения с Джейденом Латтимором.

Занай мысленно одернула себя. Отношения? Нет. Джейден был очарован платьем, макияжем и причудливой прической. В обычном образе она бы ему быстро наскучила, как и всем остальным.

— Все в порядке?

Голос Джейдена донесся до нее, и она почувствовала его ладонь на своей руке. Приятное тепло растеклось по ее коже и распространилось по всему телу, как горячий чай в обжигающе холодный день в Европе или на северо-востоке.

— Да. — Занай удалось стряхнуть с себя оцепенение, вызванное его прикосновением. — Почему ты спрашиваешь?

Джейден позволил своему взгляду скользнуть по ее лицу, как будто пытался оценить нечто большее, чем ее слова.

— Ты просто не такая, как на балу.

Внутри ее словно замигала сигнальная лампочка, ей вдруг стало тревожно.

— Бал был игрой. Я надела чужое платье и танцевала с самым завидным женихом в королевском дворце. Но когда пробило полночь, магия моей Феи-крестной рассеялась, и я снова превратилась в тыкву. Обычно так и происходит в сказках. Почему ты так удивлен?

Занай ждала дискомфорта, который обычно возникал, когда люди понимали, что она не обладает способностью вести вежливую светскую беседу. Но, к ее удивлению, Джейден не отступил. Вместо этого он просто кивнул. Сначала Занай подумала, что он соглашается с ней, и ее настроение начало таять. Но когда в его темных глазах вспыхнула озорная искорка, а губы изогнулись в дерзкой усмешке, она поняла, что Джейден совсем с ней не согласен.

— Все это полный бред, — с вызовом произнес Джейден.

Глаза Занай расширились от удивления. Не из-за того, что Джейден так выразился, а из-за того, что он, казалось, не дистанцировался, как она ожидала. Вместо этого он наклонился, встретившись с ее удивленным взглядом, прежде чем провести большим пальцем по тыльной стороне ее ладони.

— То, что я увидел в тебе в ночь бала, невозможно подделать. Я думаю, что это была настоящая Занай Джеймс, наконец-то позволившая себе раскрыться.

Занай потратила годы, учась сохранять бесстрастное выражение лица, когда слышала вещи, которые ее шокировали. Но, сидя здесь, перед проницательным взглядом Джейдена, ей было трудно не показать эмоции.

— Если бы я тебя не знала, я бы решила, что ты тоже защитил докторскую по психологии. Но ты ошибаешься. Я не та женщина, с которой ты провел несколько минут на маскараде. Это был просто образ.

Джейден откинулся на спинку стула, все еще нежно поглаживая большим пальцем ладонь Занай. Движение было ритмичным и успокаивающим.

— О, я позволю себе не согласиться. — Улыбка Джейдена стала ярче, и Занай поймала себя на том, что тоже улыбается, будто выражение ее лица каким-то образом синхронизировалось с его. — На самом деле я думаю, что она действительно существует, что тот твой образ на маскараде — настоящая ты. А та Занай, которую я знал пятнадцать лет, — это лишь придуманная личность. И мне непонятно, зачем ты под ней прячешься.

— Чем мы будем заниматься остаток нашего вечера, если ты обнаружил все мои скрытые причуды в первые десять минут общения?

Джейден наклонился, его улыбка заряжала. Он поднес ее руку к своим губам и одарил пальцы нежным поцелуем.

— Не волнуйся. — Его глаза горели сдерживаемой страстью, и Занай пришлось напомнить себе, что они находятся в общественном месте. Пылкая страсть его взгляда была подобна спичке, и ее тело было готово загореться. — Я уверен, что смогу что-нибудь придумать.

Занай сглотнула, пытаясь протолкнуть комок, застрявший в ее горле.

— Теория о том, что внутри меня заперта принцесса, необоснованна. Я не хочу тебя разочаровывать, но я скучная и очень простая, Джейден. Начиная с моей прически и заканчивая едва заметным блеском для губ… я настолько предсказуема, насколько это возможно.

— Но что, если ты ошибаешься? — Вопрос Джейдена сбил с толку, отчего Занай инстинктивно захотелось согнуться пополам. — И для протокола, я не думаю, что ты прячешь. Я думаю, что ты и есть принцесса.

По крайней мере, этот мужчина однозначно умел сказать женщине то, что она хотела услышать. Потому что даже Занай не могла отрицать, как сильно хотела, чтобы его слова были правдой.

— Выслушай меня, прежде чем полностью отвергнешь мою теорию. Я думаю, королева была на виду в ту ночь потому, что ей дали волю. Когда ты ее показала миру, у всех вокруг тебя, и прежде всего у меня, не было другого выбора, кроме как испытывать благоговейный трепет.

Занай должна была признать, что теория Джейдена понравилась ей намного больше, чем ее собственная. Но она никак не могла согласиться с его словами.

— Значит, из-за того, что я так красиво оделась и чувствовала себя как королева, люди относились ко мне так, как будто я была королевой? Звучит заманчиво, но я на это не куплюсь. Это слишком нелепо, чтобы быть правдой.

— Это правда. И если ты дашь мне шанс, я не сомневаюсь, что ее величество появится снова.

Занай покачала головой. То, что говорил Джейден, не имело абсолютно никакого смысла. Но даже несмотря на это, его слова зажгли внутри что-то яркое, и это невозможно было игнорировать. Там, где когда-то была тихая сдержанность, теперь горела новая, пламенная надежда.

— И после того, — продолжал Джейден, — как мы закончим нашу трапезу, я планирую убедить тебя последовать за мной домой, чтобы я мог доказать это.

Занай посмотрела на Джейдена. Ее не оскорбило это предложение, скорее наоборот. Она надеялась, что Джейден прав.

«Занай, как, черт возьми, ты сюда попала, девочка?!»

Если бы у нее был ответ на этот вопрос, ей не нужно было бы повторять его снова и снова в своей голове. Ее вечер начался с прекрасного ужина в одном из самых популярных новых ресторанов в городе, и каким-то образом она перешла от обычного ужина и напитков к тому, чтобы заняться сексом с Джейсоном прямо на его диване. Причем она была сверху.

Джейден, должно быть, заметил, что она пребывает в растерянности, потому что оставил дорожку обжигающих поцелуев на ее коже. Бедра Занай дернулись вперед в поисках прикосновения, в котором она так отчаянно нуждалась.

«Кому-то не терпится», — подумал Джейден.

Нет, нетерпение — слишком слабое слово. Занай горела от желания, она готова была взорваться, но Джейден продолжал ласкать ее, не переходя к самому интересному.

Занай напряглась, услышав голоса отца и мачехи, доносящиеся из кухни. Она уже направилась к выходу, но, похоже, встреча с отцом была неизбежна. Обычно Занай уходила до того, как все проснутся, но после вечера с Джейденом Латтимором она не услышала будильник.

Конечно, в двадцать восемь лет можно не искать одобрения родителей, но отцу Занай не нравилось в дочери все. Это и была причина, по которой Занай старалась уходить из дома до того, как все проснутся.

Понимая, что не может стоять посреди коридора весь день, а пройти мимо кухни незамеченной ей вряд ли удастся, Занай разгладила одной рукой рубашку, а другой крепче сжала свою сумку. Расправив плечи, она продолжила свой путь по коридору к намеченной цели — входной двери.

Она уже миновала дверной проем в столовую, когда услышала, как отец требовательно и нетерпеливо выкрикивает ее имя. Занай остановилась на полушаге, делая вид, что она не слышала Стенфорда.

— Я знаю, ты слышала меня, девчонка.

Отец знал, что Занай ненавидела, когда ее так называли. Слово «девчонка» в ее адрес чертовски раздражало, потому что так отец пытался принизить ее, поставить на место. Она знала это, и ее отец тоже. Она повернулась на каблуках, зашла в столовую и увидела Стенфорда и его жену Эстель, сидящих за большим столом в центре комнаты.

— Отец, Эстель, доброе утро.

Ни один из них не поднял глаз от своих тарелок и не заговорил. И, как всегда, тишина вызвала у Занай желание переступить с ноги на ногу от дискомфорта.

— Ты пришла довольно поздно прошлой ночью, — наконец прокомментировал ее отец, нарезая еду на своей тарелке. Стенфорд Джеймс не задавал вопросов. Он делал заявления таким образом, что заставлял окружающих давать объяснения.

— Я работала. — Занай старалась говорить нейтральным тоном, надеясь, что ее отец ничего не заметит. — Клиника нуждается в финансировании, поэтому вчера вечером мне пришлось поговорить с потенциальным благотворителем.

Стенфорд медленно поднял на нее глаза, его холодный, жесткий взгляд пронзил ее насквозь, как кинжал.

— Опять эта чертова клиника. Ты дочь Стенфорда Джеймса. То, что ты просишь подачки у этих старых денежных снобов из Ройала, выставляет меня в плохом свете, Занай.

Она покачала головой, чувствуя, как внутри бурлит разочарование.

— Отец, мы это уже обсуждали. То, что я работаю в клинике, не имеет никакого отношения ни к тебе, ни к твоему бизнесу.

— Вот тут ты ошибаешься, — вмешалась Эстель. — Это клиника для малоимущих. О чем говорит статус твоего отца, если его дочь каждый день имеет дело с отбросами общества?

Острый взгляд Занай впился в Эстель. Обычно она делала все возможное, чтобы держаться подальше от этой женщины. Навлечь на себя гнев мачехи всегда означало вызвать гнев Стенфорда. Однако этим утром Занай, казалось, не могла должным образом справиться со своим раздражением.

— Быть бедным — это не преступление, Эстель. Я работаю с невинными детьми, а не с преступниками. Они не должны быть наказаны просто потому, что не были рождены с привилегиями.

Эстель моргнула, на ее лице читался шок. Занай на мгновение ощутила прилив гордости, прежде чем поняла, что натворила.

— Не говори так со своей матерью, Занай.

— Она не моя мать. Она твоя жена. — Слова вырвались прежде, чем Занай смогла их остановить, и ей пришлось задаться вопросом, что, черт возьми, происходит с ней сегодня! Несколько часов в присутствии Джейдена уже вскружили ей голову. Что же будет дальше?

— Не говори так об Эстель. Она слишком многим пожертвовала, чтобы заботиться о тебе.

Занай, однако, не могла припомнить ни одного случая, чтобы Эстель ради нее чем-то жертвовала, и уж тем более, чтобы мачеха о ней заботилась. Для Эстель падчерица, казалось, просто не существовала.

— Я не хочу спорить. Все, о чем я прошу, — это чтобы вы уважали мой выбор работать в клинике. Это то место, где я больше всего нужна.

— Я лучше знаю, где ты нужна. — Голос Стенфорда вдруг раздался в комнате. — Тебе нужно использовать свой талант, чтобы помочь мне завоевать расположение здешних шишек. Если ты этого не делаешь, ты напрасно тратишь время.

Занай слышала эти слова раньше слишком много раз, чтобы быть шокированной количеством жестокости в них. Но все равно они причиняли ей боль. Занай просто кивнула и тихо сказала:

— Да, отец.

После этого она повернулась к двери и выскользнула из дома.

Она сидела в своей машине, безумно желая обладать теми качествами, которые в ней видел Джейден. Если когда-нибудь и было подходящее время для проявления ее внутренней королевы, то именно сейчас. Но королева не спешила появляться, и Занай снова испугалась, что этот образ был плодом воображения Джейдена и ее самой.

Ранчо Латтиморов было огромной зеленой равниной, простирающейся насколько хватало глаз. Занай медленно ехала по дорожке, любуясь красивым садом. Дома у Занай тоже был сад, но стиль Стенфорда и Эстель был показным и холодным, как в музее, а дом Латтиморов даже снаружи выглядел гостеприимным и обжитым, как будто хозяева действительно нашли время насладиться своим богатством.

Занай медленно подъехала к дому и заглушила двигатель. Ей потребовалась минута, чтобы собраться с мыслями, — Занай очень боялась облажаться. Она все еще не оправилась от того, как они с Джейденом провели время в его квартире. Ей хотелось продолжения. Почему бы и нет? Она никогда в жизни не чувствовала себя такой желанной.

Сексуальная жизнь Занай никогда не была насыщенной. Она встречалась с несколькими мужчинами во время учебы в колледже и аспирантуре, но время, проведенное с ними, не имело ничего общего с горячими прикосновениями Джейдена. Несколько мгновений в его объятиях — и Занай не могла перестать думать о нем.

Это было проблемой. Если Джейден мог так обжигать прикосновениями, каково это — чувствовать, как их тела соединяются? Занай всем сердцем хотела это узнать. Однако желание беспокоило ее. Если она уже так нуждалась в Джейдене, то что будет дальше? Джейден не из тех парней, с которыми можно остаться навсегда. Для него это просто забава. А потом он может разбить ее сердце.

Словно почувствовав, что Занай думает о нем, Джейден показался в дверях дома и подошел к машине Занай.

— Привет, красавица. — Его лицо светилось.

Скольким женщинам он дарил эту благодушную улыбку?

Стараясь не думать об этом, Занай широко улыбнулась ему в ответ:

— Держу пари, ты говоришь это всем девушкам, которых приглашаешь сюда.

Джейден наклонился к ее окну, быстро поцеловав ее в губы.

— Ты проиграла это пари. Я никогда никого не приводил на ранчо.

Пока Занай пыталась понять, говорит ли Джейден правду, он сжал ее руку, снова одарив ее той плутоватой улыбкой, которая, казалось, согрела ее изнутри. Он что, специально учился так улыбаться?

— В главном доме сейчас мои брат и сестры, которые воспользуются любым шансом, чтобы выставить меня в дурном свете перед девушкой. Так что я предлагаю посидеть на террасе моего домика. Ты не против?

Занай еще не пришла в себя от признания Джейдена, поэтому просто кивнула.

— Ну и замечательно, — ответил он ей совершенно спокойно, — следуй за мной.

Джейден сел в свой пикап и тронулся с места, и Занай выехала за ним на гравийную дорогу, ведущую прочь от главного дома. После короткой поездки они прибыли к месту назначения.

Домик Джейдена сочетал в себе разные стили. Деревянные стены, вмонтированный телевизор с плоским экраном, большая секция в центре комнаты и декоративные произведения искусства повсюду. Открытая планировка этажа была привлекательной и стильной.

— А в главном доме у тебя разве нет комнаты?

— Конечно, есть, но я люблю уединение.

Занай последовала за Джейденом на большую веранду квадратной формы. Доски были выкрашены в красновато-коричневый цвет, а в трех из четырех углов стояли плюшевые диваны для отдыха, наполненные пестрыми подушками. В четвертом углу располагался большой гриль, достойный шикарного ресторана.

— Ты — любитель барбекю?

Гордость сияла на лице Джейдена. Даже на тускло освещенной веранде Занай все еще могла видеть искорки, светящиеся в его глазах.

— Я техасец, дорогая, и просто не представляю своей жизни без мяса на гриле.

Занай кивнула, указывая в сторону гриля:

— Ты хорошо управляешься с этой штукой? Или это просто для украшения?

У Джейдена отвисла челюсть, и он приложил руку к сердцу:

— Ты ранишь меня своими словами, женщина. Я — мастер барбекю в шестом поколении. Может, я и бесполезен на кухне, но на гриле я король.

— У тебя есть доказательства, или я должна просто поверить тебе на слово? — с хитрой улыбкой спросила Занай.

— Вызов принят! Присаживайся, а я принесу все из дома.

— Похоже, ты уверен в своих навыках.

Джейден пожал плечами:

— Потому что я потрясающий во всем, что я делаю.

Он поцеловал Занай и исчез в доме, и улыбка долго не сходила с ее лица.

— Это было лучшее мясо, которое я когда-либо пробовала.

— Я говорил тебе, что мои кулинарные навыки не оставят тебя равнодушной.

Джейден наблюдал, как Занай откинулась на спинку сиденья, положив руку на живот.

— Я не могу вспомнить, когда в последний раз так наедалась. Ты действительно мастер кулинарии, Джейден.

— Я знаю.

Плечи Занай затряслись от смеха, и Джейден улыбнулся: иногда его манеру общения принимали за высокомерие, но с Занай он мог быть собой.

— Я не думаю, что смогу двигаться. Я объелась.

— Хорошо, это значит, что сегодня вечером я выполнил свою работу мастера гриля. Отдохни несколько минут, пока я уберу со стола.

Занай попыталась встать, чтобы помочь ему убрать посуду.

— Нет, — предостерег Джейден. — Ты гостья, и с твоей стороны было бы невежливо что-либо делать. Я живу, чтобы служить тебе, моя королева.

Последнюю фразу Джейден сказал, глядя в глаза Занай и одарив ее своей фирменной улыбкой. Занай эта фраза поставила в тупик. С одной стороны, слова прозвучали слишком уж напыщенно, такая реплика могла украсить любой спектакль. С другой стороны, в этой фразе, в глазах и улыбке Джейдена было столько искренности, что Занай почти восприняла это обращение всерьез… Неужели это могло быть правдой? Никто в жизни Занай не обращался к ней даже с десятой долей уважения и благоговения, которые исходили от слов Джейдена. Потрясенная, Занай могла только сидеть и наблюдать за этим необыкновенным мужчиной.

Джейден двигался так быстро, как только мог, чтобы убрать со стола и запустить посудомоечную машину. Он не хотел проводить ни минуты дольше, чем необходимо, вдали от Занай, но засохший соус барбекю на столовых приборах отмыть не очень-то просто, а Джози, семейная экономка, оторвала бы ему голову, если бы обнаружила на тарелках хоть каплю засохшей пищи.

Когда машина загудела, Джейден достал из холодильника две бутылки пива и направился обратно на веранду, к Занай. Он не мог понять, почему даже несколько мгновений вдали от нее стали таким испытанием. Мысль о том, что он может быть так привязан к какой-либо женщине, ему не нравилась, во всяком случае, обычно. Но с Занай Джеймс все было иначе.

Джейден нашел ее стоящей у лестницы веранды, которая вела во внутренний дворик. Занай смотрела на беседку, в центре которой была яма для костра.

— Сегодня достаточно прохладно, можно развести костер, если хочешь.

При звуке его голоса Занай оглянулась и посмотрела на него:

— Не хочу доставлять тебе лишних хлопот.

— Я сказал, я живу, чтобы служить тебе, — вновь глядя ей в глаза, произнес Джейден. — Но на самом деле развести костер — совсем не проблема.

Он взял Занай за руку, помогая спуститься по нескольким ступенькам с веранды, прежде чем отвести в беседку. Джейден отдал Занай пиво, которое держал в руке, и принялся разводить огонь. Вскоре маленькое пламя начало согревать прохладный ночной воздух, и он сел рядом, расслабившись на диванчике.

— Итак, как у тебя дела на работе?

Лицо Занай изменилось, и Джейден испугался, что случайно задел больную тему.

— Ты не обязан этого делать, — сказала Занай.

— Что делать? — озадаченно произнес Джейден.

— Спрашивать о моей работе, как будто тебе действительно это интересно.

— Я в замешательстве. Почему бы мне не интересоваться твоей работой? Ты практически создала клинику с нуля и дала детям, нуждающимся в хорошей психиатрической помощи, возможность получить ее, даже если их семьи не могут себе этого позволить.

Занай сделала большой глоток пива, и Джейден предположил, что это вызвано нежеланием отвечать на вопрос, а не жаждой.

— Да, все так. Но вряд ли после обильного ужина интересно говорить о психиатрии. Джейден взял ее за руку.

— Занай, ты могла бы выбрать лечение богатых светских львиц, которые относятся к терапии как к модному аксессуару. Вместо этого ты лечишь специфическую группу населения, которую часто упускают из виду. Не говоря уже о том, что, несмотря на все богатство Ройала, все еще есть районы, которые борются с бедностью. Я же заметил, что ты открыла свою клинику в районе, где девяносто процентов населения живут почти за чертой бедности.

Джейден не преувеличивал. Клиника находилась на окраине города, в удалении от красивых центральных районов Ройала.

— Дело не только в этом, — продолжил Джейден. — Ты знаешь о проблемах малоимущих. Многие страдают от не диагностированных психических расстройств, но никогда не обращаются за помощью.

Расширенные глаза Занай сказали Джейдену, что он снова попал в точку.

— Именно по этой причине я решила стать психиатром. Ты прав, все эти проблемы действительно есть. Но… Не только поэтому. — Она поерзала на стуле, отрывая этикетку от пивной бутылки. — Моя мать умерла от не выявленного психического расстройства.

Ее голос и слова были отстраненными, как будто она говорила о ком-то постороннем. Но Джейден чувствовал, что за холодным тоном скрывается отчаяние. Он наклонился, обнял Занай за плечи и притянул к себе.

— Моя мать была такой красивой, щедрой и доброй. Она действительно любила жизнь. Но нездоровые отношения с моим отцом в конце концов сказались на ней. Мама любила меня и была самой лучшей на свете. Но, оглядываясь назад на то время взглядом врача, я могу точно указать на множество депрессивных эпизодов, которые у нее случались. Моя тетя умоляла маму обратиться за помощью, а когда она отказалась, просила моего отца вразумить ее. К сожалению, он был слишком занят, пытаясь построить свою империю. Он считал, что жена, лечащаяся у психиатра, поставит его в неловкое положение и это негативно скажется на его бизнесе.

По коже Джейдена пробежала мелкая дрожь. Он крепче прижал Занай к себе, давая ей понять, что он рядом.

— Когда мне было одиннадцать, она попала в автомобильную аварию, в которой получила травмы спины. Травмы были не очень серьезными, но врачи дали ей обезболивающие таблетки, чтобы облегчить дискомфорт. — Занай снова пошевелилась, сильнее прижимаясь к боку Джейдена. Он провел ладонью по ее руке, пытаясь успокоить. — Мама пристрастилась к этим таблеткам. Поскольку они были прописаны врачом, никто не понял, что постоянное их употребление было не из-за боли, а из-за их наркотического эффекта. Да, мама говорила, что принимает их от боли в спине. Но, оглядываясь назад, я вижу, что она просто пыталась справиться со своими депрессивными эпизодами. Год спустя она умерла от того, что было задокументировано как случайная передозировка прописанного лекарства. Но дни, предшествовавшие ее смерти, заставляют меня думать, что все не было случайностью. Мама постоянно говорила мне, что, несмотря ни на что, она любит меня. Что ее дурное настроение из-за ее собственных недостатков, а не из-за моих.

— Ты думаешь, она покончила с собой?

— Хочешь правду? — фыркнула Занай, как будто наконец-то сбросила тяжелый груз. — Я не знаю. И никогда не узнаю. Поскольку ее смерть была зарегистрирована как несчастный случай, страховая компания выплатила три миллиона долларов. Две трети из них перешли мне в трастовый фонд, который оплатил мое образование и помог мне открыть клинику, оставшийся миллион достался Стенфорду. Он использовал эти деньги, чтобы продвинуть свой бизнес. Он построил свою империю на смерти жены.

Джейден мало общался с отцом Занай, однако то немногое, что он знал об этом человеке, ему никогда не нравилось.

— Из-за смерти мамы у меня появилось много вопросов о моем собственном психическом здоровье. Поэтому, когда девочки моего возраста вели нормальную жизнь, общаясь с ровесниками, я читала все, что могла, о депрессии и других психических расстройствах.

— Потому что хотела убедиться, что у тебя самой нет таких же симптомов?

Возникла долгая пауза. Это не было неловким молчанием. Джейден крепче обнял Занай за плечи, притягивая к себе, а она обвила руками его талию, как будто этот мужчина был якорем. Джейден был рад, что Занай понимала: она может опереться на него.

— Прости, — прошептала Занай, прижавшись лицом к его груди, и, хотя это было произнесено тихо, слово просочилось сквозь грудную клетку Джейдена и обвилось вокруг его сердца.

— За что, черт возьми, ты извиняешься?!

— Я испортила вечер. Ты спросил, как дела на работе, а я все рассказываю и рассказываю о своей неблагополучной семье. Я думаю, теперь ты понимаешь, почему я не хожу на свидания. Я не знаю, как правильно себя вести.

— Занай, посмотри на меня.

Она подчинилась, устремляя на Джейдена свой проникновенный взгляд. Во взгляде была боль, которую Занай носила в себе много лет.

— Никогда не извиняйся за то, кто ты есть. С тобой все в порядке, и тогда, и сейчас. Светских львиц переоценивают. И если бы я заботился о том, чтобы быть с одной из них, я бы точно не был здесь с тобой. Я хочу тебя, и ничто из того, что ты можешь рассказать мне о своем прошлом, не изменит этого факта.

Занай смотрела на Джейдена, словно изучая каждый дюйм его лица. Он видел, как темно-карие глаза наполнились вопросами. Неужели отношение людей убедило Занай, что никто не хочет быть рядом с ней?

— Твой маленький социальный эксперимент не сработает.

— Занай, если бы это был социальный эксперимент, я бы попытался превратить тебя в то, чем ты не являешься.

Она пожала плечами, в ее глазах заплясала неуверенность.

— Разве ты не это пытаешься сделать?

Джейден покачал головой. Совсем недавно он доказывал своей сестре, что не пытается изменить Занай. Но, очевидно, нужно было подобрать другие слова, если обе женщины понимали его неправильно.

— Я не пытаюсь превратить тебя в ту, которой ты не являешься, Занай. Я пытаюсь донести до тебя то, что я уже там вижу. Сила, царственная красота, отвага помогать нуждающимся. Вот такой я тебя вижу, Занай. И я хочу, чтобы другие это тоже увидели. Поэтому, пожалуйста, перестань сравнивать меня со всеми глупыми людьми, которые так усердно трудились, чтобы затмить это.

Выражение лица Занай было непроницаемым, и Джейден испугался, что она снова отдалится от него. Поцелуй был единственным выходом. Если Занай не верит его словам, то пусть почувствует его нежность.

Джейден хотел, чтобы поцелуй был нежным и ободряющим, но вышло не совсем так. Как только его губы прижались к ее губам, страсть забурлила внутри. Джейден оторвался от нее в попытке вернуть себе самообладание. Он был в огне, и, если бы не взял ситуацию под контроль, то раздел бы и овладел Занай прямо здесь, в беседке. Но эта женщина была достойна лучшего. Страсть поцелуя, похоже, захлестнула и Занай, поскольку она тяжело дышала, а ее глаза горели.

— Ладно, выкладывай. Мне нужны все подробности. — Морган внимательно смотрела на подругу, стоявшую у прилавка магазина.

Занай оторвала взгляд от журнала мод, который она взяла с соседнего столика. Она прищурилась, пытаясь понять вспышку гнева своей лучшей подруги.

— Ты о чем?

— Ты встречалась с Джейденом Латтимором почти каждую ночь на этой неделе и ни разу не позвонила мне, чтобы рассказать, как идут дела.

Понимание вдруг пронзило Занай.

— Это было здорово.

Морган вышла из-за прилавка и перевесила табличку на двери в положение «Закрыто», прежде чем сесть рядом с Занай в пустом магазине.

— И это все? Ты встречаешься с самым завидным холостяком в Ройале, и все, что можешь сказать, «это было здорово»?

— Главное, я ни в чем тебе не вру, — пожала плечами Занай. — Джейден — идеальный джентльмен, идеальный прекрасный принц. Он обаятелен. Он знает, как заставить людей чувствовать себя хорошо рядом с ним, особенно женщин. Но… Это все не всерьез.

Ее мысли вернулись к вечеру, когда она ужинала в его коттедже несколько ночей назад. От хорошей еды и разговоров до того, как глубоко Джейден поддерживал ее, когда она рассказывала о смерти матери, каждая секунда этого вечера была волшебной.

Морган просто покачала головой и всплеснула руками:

— Не всерьез? Я знаю Джейдена, он не встречается с одной девушкой дважды. Он не приводит женщин на ранчо Латтиморов. Тем не менее он сделал для тебя и то и другое. Почему ты говоришь, что это не всерьез?

— Джейден не ищет серьезных отношений. Он ясно дал это понять. Пока мы просто наслаждаемся обществом друг друга. Нет необходимости усложнять все, пытаясь выяснить, искренен ли мужчина в своем стремлении ко мне.

Морган раскрыла глаза, не в силах скрыть удивление. Ее недоверие было очевидным и оправданным. Но Занай не хотела говорить правду. Она и так неизбежно будет плакать на плече Морган, когда Джейден наконец закончит играть со своей новой игрушкой и разобьет ей сердце.

— Только ты могла заполучить мужчину, о котором мечтают все остальные незамужние женщины в этом городе, и говорить, что это «не всерьез». Как ты можешь быть такой незаинтересованной?

— Я просто не позволяю своим эмоциям взять надо мной верх. Это не одно и то же.

Искра озарения осветила глаза Морган.

— Так у тебя действительно есть к нему чувства?

Конечно, есть. Особенно после той ночи в его беседке. Было так чудесно, хотя бы на мгновение, переложить свою ношу на его плечи. Однако, когда Занай вернулась домой одна той ночью, она так сильно тосковала по нему, что почти не спала. Ей безумно хотелось быть с ним, и Занай нужно было с этой потребностью бороться, потому что она не хотела становиться зависимой от мужчины, который никогда не сможет любить ее. Занай видела, как это уничтожило ее мать, и поклялась, что в ее собственной жизни ничего подобного не повторится.

— Ты же из Нью-Йорка, как ты можешь не ориентироваться здесь? — удивился Джейден, пока они пробирались сквозь толпу людей на Таймс-сквер, направляясь обратно в свой отель.

Занай рассмеялась:

— Я из Бруклина, а туристы под Нью-Йорком подразумевают Манхэттен. Когда ты из Бруклина, ты приезжаешь на Манхэттен только по большой необходимости.

— Видимо, Бруклин похож на Дикий Запад Нью-Йорка, — пошутил Джейден.

Занай покачала головой:

— Нет, Бруклин к востоку от Манхэттена.

Ее будничный тон произвел желаемый эффект, вызвав на лице Джейдена широкую улыбку.

Болтая о жизни Нью-Йорка, они добрались до гостиницы и поднялись на свой этаж. Джейден вытащил ключ-карту и открыл дверь, затем отступил в сторону и позволил Занай войти первой.

Почти сразу же она заметила: что-то не так. Свет был приглушен, а сияние свечей освещало всю гостиную. В центре комнаты стоял небольшой квадратный столик, накрытый бархатной скатертью, с хромированным ведерком для шампанского и элегантными хрустальными бокалами.

— Что это, Джейден?

Когда Занай обернулась, он стоял в расслабленной позе, широко расставив ноги и засунув руки в карманы брюк, выглядя настолько невозмутимым, насколько это было возможно.

— Ты много работаешь, и, насколько я могу судить, у тебя почти нет времени, чтобы побаловать себя. Не говоря уже о том, что после работы с коровами и лошадьми и их соответствующими ароматами, мне тоже хочется уюта и комфорта.

Занай посмотрела Джейдену в глаза и чуть не утонула в его взгляде. А когда, спустя вечность, отвела взгляд, она увидела их. Лепестки роз, разбросанные по полу, ведущие от стола в комнату в их люксе.

— Ты действительно выложился по полной, да?

Джейден шагнул ближе:

— Я же говорил тебе, королева заслуживает самого лучшего. Давай поедим, а потом подумаем, как провести остаток ночи.

Джейден подошел к столу, открыл шампанское и наполнил бокалы. Он нежно прикоснулся своим бокалом к ее бокалу, прежде чем сделать глоток шипучей жидкости и поставить бокал на стол. После этого Джейден внимательно посмотрел на очаровательную, но очень напряженную женщину, стоящую перед ним.

— Занай, тебе не нужно нервничать. Я устроил все это, потому что думал, что тебе понравится. Это вовсе не способ затащить тебя в постель. Проведем ли мы ночь, поедая закуски и смотря телевизор или ублажая друг друга до тех пор, пока оба не устанем двигаться, это твой выбор.

Джейден наклонил голову, как будто о чем-то напряженно размышлял. К какому бы выводу он ни пришел, выражение его лица немного смягчилось. Джейден протянул руку, его ладонь коснулась щеки Занай, и с ее губ невольно сорвался вздох.

— Что происходит в твоем прекрасном уме?

Занай прижалась лицом к теплу его руки, прикосновение мгновенно успокоило ее.

— Мне хорошо с тобой. Каждое твое прикосновение заводит меня, и да, я хочу тебя.

— Тогда что с тобой? Потому что я определенно вижу нерешительность в твоих глазах. Я хочу тебя, но это должно быть взаимно. Так что же тебя сдерживает?

Занай сглотнула, ненадолго закрыв глаза, чтобы собраться с силами, прежде чем встретиться с ним взглядом.

— Это будет звучать так незрело и бесхитростно, но я просто боюсь, что отношения между нами изменятся навсегда. — Занай увидела, как Джейден нахмурился. Она сделала глоток шампанского. — Я никогда не была так счастлива, как в эти дни, с тобой.

— И ты думаешь, как только мы переспим, все это исчезнет?

Высказанное вслух, ее предположение звучало нелепо, но от этого не становилось менее правдивым.

— Я бы солгала, если бы сказала, что не боюсь такого исхода.

Занай ожидала увидеть, как лицо Джейдена исказится от гнева. Однако вместо гнева огонь в его глазах смягчился до теплого сияния, которое, казалось, проникало сквозь ее кожу, успокаивая страх, который пытался укорениться внутри ее.

— Занай, я хочу тебя. Я не делал из этого секрета. Но я обращаюсь с тобой так не только для того, чтобы затащить тебя в постель. Мне на самом деле нравится проводить с тобой время. — Убрав руку с ее щеки, Джейден шагнул ближе, забирая бокал с шампанским из пальцев Занай и ставя его рядом со своим на стол. — Я не буду лгать тебе и говорить, что ищу вечную любовь. Но что бы между нами ни было, одной ночи определенно будет недостаточно.

Голос Джейдена был хриплым, он притянул Занай к себе, нежно прижимаясь губами к ее губам, как будто боялся напугать ее. Но то, как простой поцелуй заставил расплавленный огонь заструиться по ее венам, опалив каждую клеточку ее тела, не оставило Занай ни единого шанса отступить. Словно желая доказать это самой себе, она скользнула руками вверх по груди Джейдена, затем ее руки обвились вокруг его шеи. Он заключил Занай в свои объятия, провел ладонями с ее плеч вниз к талии, притягивая ближе к себе. Она углубила поцелуй, отчаянно нуждаясь попробовать его на вкус, всего его, если он позволит. Страх неудачи, который был ее постоянным спутником на протяжении всей жизни, исчез.

Занай слегка отстранилась, наконец прервав поцелуй, и подняла на него глаза. Ее обычная потребность прятаться исчезла. Она хотела, чтобы Джейден увидел ее. Не только ее тело, но и ее сердце, где скрытые эмоции покоились глубоко в пещерах ее души. Тяжело дыша, пытаясь втянуть живительный воздух в свои горящие легкие, она заговорила прерывистым голосом:

— На нас… слишком много одежды.

— Ну, эту проблему легко решить.

Его кривая улыбка была на месте, и вся неловкость улетучилась. Джейден снял рубашку, Занай избавилась от платья. Она стояла в своем кружевном бюстгальтере и трусиках, открытая и почти голая, но вместо того, чтобы чувствовать себя уязвимой, она чувствовала себя наделенной силой. Джейден не мог оторвать от нее восхищенного взгляда.

— Если ты просто собираешься пялиться на меня всю ночь, то я расстроюсь, — хриплым шепотом произнесла Занай.

Джейден протянул ей руку, притягивая ее в свои сильные объятия:

— Вот тут ты ошибаешься. Я планирую наслаждаться каждой чертовой секундой этой ночи.

Занай вздрогнула. Это были не просто красивые слова. Это было обещание, клятва, что они оба получат удовольствие от времени, которое проведут в объятиях друг друга.

Когда Занай посмотрела на Джейдена, все, что она могла сделать, — это улыбнуться. Потому что впервые в своей жизни она была готова насладиться всеми приятными ощущениями, которые только могла найти в его объятиях. Джейден изо всех сил старался держать свое желание под контролем. Они добрались из гостиной до большой двуспальной кровати в его комнате быстрее, чем он успел бы произнести свое имя. Они ласкали друг друга, срывая оставшуюся одежду. С первого момента, как Джейден увидел Занай, даже под маской, он знал, что эта женщина заставит его сгорать от страсти к ней.

Джейден отстранился, желая замедлить события. Он провел так много времени, мечтая об этом, фантазируя о том, каково это — наконец-то ощутить ее обнаженной под собой. Джейден почувствовал вкус ее страсти, когда довел до оргазма пальцами в своей квартире. Но тот вкус лишь подстегнул его желание.

Джейден смягчил их неистовые поцелуи, медленно лаская ее губы, как если бы пил изысканное вино. Когда Занай застонала, требуя большего, Джейден отстранился, наслаждаясь тихим звуком отчаяния, сорвавшимся с ее губ. Он поцеловал ее ухо, двигаясь вниз к шелковистой коже обнаженной шеи, а затем прикусил ее зубами, наслаждаясь жаждущей дрожью, которая вибрировала по телу Занай.

Джейден нетерпеливо провел руками по ее бокам и стройной спине, быстро управившись с застежкой бюстгальтера. Но, увидев ее полностью обнаженной, он уже не смог сдержать желания. Он схватил Занай за бедра, приподнимая ее, пока ее ноги не обвились вокруг его талии. Держа ее на весу, Джейден добрался до кровати. Как только Занай улеглась на мягкую постель, он поцеловал ее полные губы, прокладывая дорожку, которая вела вниз по ключице, через ложбинку между грудями. У него возникло искушение продолжить спуск прямо к своему призу, но твердый сосок привлек его внимание, заставив свернуть с пути.

Одно движение его языка — и Занай выгнулась дугой, ища большего контакта. Джейден лизал, посасывал и ласкал руками ее нежные груди. Под звуки ее удовольствия, усиливающие его собственное, Джейден быстро спустился вниз по изящному торсу, мимо изгиба талии, и достиг губами лона. Одно нежное прикосновение его языка к ее клитору вызвало у него дрожь во всем теле, которая подстегнула его возбуждение.

Никогда еще реакция партнерши в постели так сильно его не возбуждала. Джейден не осмеливался думать о последствиях этой реакции. Если бы он задумался, у него могло возникнуть искушение увеличить дистанцию, чтобы он мог снова обрести контроль над собой. Но оторваться от возбужденного тела Занай было выше его сил. Она была такой мягкой, такой горячей, отзывчивой, ее реакция на его прикосновения была такой же пьянящей, как и ощущение ее плоти на его теле.

Джейден ласкал языком ее клитор, просовывая один палец внутрь и постанывая от обжигающего жара, который встретил его. Его член напрягся при мысли о том, каково было бы чувствовать все это восхитительное тепло. Стремясь выяснить это, он добавил еще один палец, поглаживая и двигаясь внутри ее. Сладкие звуки ее наслаждения наполнили комнату, Джейден сосредоточил свои усилия, решив, что Занай достигнет оргазма хотя бы один раз, прежде чем он удовлетворит свое неукротимое желание. Он был уверен, что не придется ждать слишком долго.

Занай неистово двигала бедрами, подстраиваясь под ритм, который он задавал пальцами и языком, и тогда Джейден добавил третий палец, растягивая ее. В этот момент Занай собственнически запустила пальцы в его волосы, притягивая его ближе к себе. Ее тело сжалось, а хриплый голос пронзил тишину, когда она распалась на части под его прикосновениями. Джейден, не теряя времени, отстранился от нее. Он быстро нашел презервативы, которые положил заранее в ожидании этого момента. Надев защиту, он забрался обратно на кровать, захватывая рот Занай своим языком. Джейден лег сверху, и Занай нетерпеливо двинулась, раскрываясь ему навстречу. Он подался вперед, раздвигая ее складки, пока ее тепло медленно окружало его.

— Черт возьми, детка!..

Занай сжала его, требуя, чтобы он пошевелился, и Джейден никак не мог сопротивляться. Он отдался их взаимному желанию, входя в нее. В какой-то момент Джейден погрузился так глубоко, что не понимал, где заканчивался он и начиналась она. Каждый удар, каждое отчаянное прикосновение, каждый мучительный звук заставляли Джейдена напрягаться, борясь с кульминацией, которая приближалась к нему слишком быстро. Он взглянул на Занай сверху вниз и увидел что-то похожее на озорство, мерцающее в ее глазах. Именно тогда он заметил это — искру своей красной королевы, которую он встретил на маскараде. Занай обвила руками его шею, притягивая Джейдена ближе к себе, обхватила ногами его бедра и перевернулась вместе с ним, оказавшись сверху. Долгий вздох, сорвавшийся с губ Занай, когда она скользнула вниз по его длине, едва не погубил Джейдена.

— Делай все, что хочешь.

— Я именно это и планирую.

Джейден не смог сдержать улыбку, которую вызвало ее заявление. Когда Занай начала двигаться быстрее, подводя его все ближе и ближе к краю, Джейден потерял себя в движении ее бедер и обжигающем жаре ее тела. Когда их взгляды встретились, Джейден понял, что этот момент был намного больше, чем просто физическое удовольствие. Было что-то, что просто радовало его душу, когда он видел снисходительную, дерзкую ухмылку, расплывшуюся по ее лицу. И когда Занай посмотрела на него сверху вниз, лукаво подмигнув перед тем, как крепче обхватить его, он забыл обо всем на свете.

Ее сладостная кульминация привела к его собственному оргазму, Джейден поднял бедра навстречу своей королеве. Нуждаясь в большем контакте, большем удовольствии, он боялся приближающейся волны наслаждения очень сильно, но так же сильно он ее ждал. Его бешеный темп вызывал у Занай чувственные крики, такие распутные, а потом она позвала его по имени. Страстный звук подтолкнул его к краю блаженства, и Джейден рассыпался на миллион кусочков. Он не был уверен, что его когда-нибудь снова можно будет собрать воедино. Джейден упал на кровать, притягивая Занай к себе и наслаждаясь ее близостью, она обняла его и вздохнула.

— Ты уверен, что это хорошая идея — привести меня на пикник? — спросила Занай, когда Джейден припарковал машину около главного дома на своем ранчо.

— Моя семья знает, что ты приедешь, Занай. Мне пришлось предупредить каждого из них, чтобы они вели себя наилучшим образом, или же я обрушу на них свой гнев.

Занай попыталась сохранить невозмутимое выражение лица, но через две секунды после его заявления разразилась приступом смеха. Джейден был самым беззаботным человеком, которого она знала. Честно говоря, она не верила, что он способен на гнев.

— Перестань беспокоиться. Все будет хорошо. К тому же кто-нибудь из Грандинов обязательно придет к нам. Они ни за что не пропустят пикник.

Эта мысль действительно заставила Занай почувствовать себя лучше. Она была бы счастлива, если бы Морган поддержала ее на таком мероприятии.

— Ты готова?

Занай кивнула и положила руку на дверную ручку, быстро вызвав у Джейдена хмурый взгляд.

— Ты не заставишь меня плохо выглядеть перед моей мамой, самостоятельно выйдя из машины. — С этими словами Джейден быстро встал с водительского сиденья и, обойдя автомобиль, распахнул дверь перед своей королевой.

Занай изо всех сил старалась сжать губы в ровную линию, но хорошее настроение заставило уголки ее рта изогнуться.

— Значит, ты ведешь себя по-рыцарски только потому, что твоя мать может видеть?

Джейден наклонился, украдкой поцеловав ее, прежде чем одарить сияющей улыбкой.

— Конечно нет. Я слишком эгоистичен для этого. Просто это повод лишний раз взять тебя за руку.

Джейден положил ее руку себе на предплечье, прежде чем одарить дьявольской ухмылкой:

— Давай сделаем это.

Занай кивнула. Несмотря на то что ее собственный отец был богатым человеком в этом городе, до сих пор у нее не было возможности пообщаться с великим семейством Латтиморов. Странно, но обычно в незнакомых ситуациях ее сковывала неловкость. Сейчас же этого чувства не было.

Они поднялись по ступенькам и вошли в дом. Первое, что заметила Занай, оказавшись внутри, был уют. Ее встретила длинная и широкая веранда с качелями, так и хотелось сесть и немного отдохнуть. Занай поняла, что это место, где живет любящая семья.

Они быстро прошли через большую, светлую кухню с ее бесконечным рабочим пространством, заставленным алюминиевыми противнями с крышками. Занай искренне улыбнулась, увидев такую посуду, ведь в ее доме каждый предмет просто кричал о богатстве. Посуда Латтиморов была самая обыкновенная, без пафоса, но очень удобная, и это искренне удивило и порадовало Занай.

Занай с Джейденом вышли в раздвижную дверь, которая вела во впечатляющий внутренний дворик из кирпича и камня. Дворик был простой, но элегантный, как и мебель, расставленная по всему пространству. Джейден повел их в самый дальний уголок, где стояли его родители. Занай никогда не общалась ни с Беном и Барбарой Латтимор, ни с кем-либо из их других троих детей. Это была известная семья, поэтому Занай знала всех в лицо, но это был первый раз, когда ее по-настоящему представили. Когда они подошли к грилю, Барбара, шестидесятилетняя женщина с плотным и пышным телосложением и ослепительно-седыми волосами, в которых еще оставалось несколько темных прядей, сердечно улыбнулась. Эта улыбка успокоила Занай. Общаться с богатыми и знатными людьми в этих краях может быть непросто — по разным причинам многие не особенно приветствовали чужаков. Но приветствие в глазах этой женщины заставило Занай почувствовать себя как дома еще до того, как они сказали друг другу свои первые слова.

Барбара похлопала своего мужа Бена по руке, чтобы привлечь его внимание. Он был крепко сложенным мужчиной, высоким, с коротко подстриженными волосами цвета соли с перцем. Когда он обернулся, чтобы посмотреть, на кого указывает его жена, его темно-коричневое гладко выбритое лицо расплылось в той же непринужденной улыбке, что и у мамы Джейдена.

— Мама, папа, я хотел бы познакомить вас с моей подругой. Это доктор Занай Джеймс. Занай, мои родители, Бен и Барбара Латтимор.

Занай протянула руку, но Барбара не обратила на нее внимания, а заключила Занай в теплые объятия. Когда Барбара отпустила ее, Бен обнял Занай за плечи.

— Здравствуйте, мистер и миссис Латтимор. Спасибо, что пригласили меня в свой прекрасный дом.

— Милая леди, — лаконичный тон Бена противоречил широкой улыбке на его лице, — мы здесь не церемонимся. Я Бен, а это Барбара.

— Он прав, — подхватила Барбара, — ты среди друзей.

Занай ответила на их дружелюбные улыбки взаимностью.

— Бабушка и дедушка здесь? Я хочу представить их, — сказал Джейден.

Его отец покачал головой, и в его глазах мелькнула грусть.

— Твой дедушка был немного взволнован, поэтому бабушка отвела его наверх вздремнуть. Если он почувствует себя лучше, я уверен, что они спустятся позже.

Джейден кивнул, затем подвел Занай к длинному прямоугольному столу. Они быстро наполнили свои тарелки, и Занай увидела спокойное счастье, которое, казалось, охватило Джейдена. С тяжелыми тарелками и бутылками воды в руках они подошли к длинной скамейке для пикника в центре дворика, где старший брат Джейдена, младшие сестры и их семьи уже вставали, чтобы поприветствовать их.

— Занай, это мой брат Джонатан и его лучшая половина, Натали. Это моя сестра Алекса и ее муж Джексон, а это Кейтлин и ее муж Дейв. Знакомьтесь, это доктор Занай Джеймс.

— Доктор, да? — спросила Алекса, стройная смуглая красавица с длинной гривой черных как смоль кудрей. Если бы не дразнящий блеск в ее глазах, ее вопрос мог бы вывести Занай из себя. — Это значит, что ты умная, верно? — Не дожидаясь ответа Занай, она продолжила: — Поэтому, пожалуйста, объясни, какого черта ты делаешь с этим парнем?!

Занай не смогла сдержать искреннего смеха.

— Ну, он заставляет меня смеяться. Это очень важно для меня.

Глаза Джонатана расширились, когда он протянул руку Занай:

— Ты слышишь это, Джей? Она действительно думает, что ты чего-то стоишь. — Он игриво подмигнул Занай, прежде чем пожать ей руку. — Я его старший, гораздо более привлекательный брат, Джонатан. Очень приятно наконец-то познакомиться с тобой поближе.

— Мы видели тебя в городе с Морган, но ни у кого из нас не выпадала возможность по-настоящему пообщаться с тобой, — добавила Алекса.

Ройал был маленьким городком, и даже Занай не смогла остаться в нем незамеченной.

— Я домоседка, — с улыбкой ответила Занай.

— Я, конечно, могу это понять. — Кейтлин протянула ей изящную руку для пожатия. — Общение с людьми отнимает много энергии, которой у меня тоже не всегда хватает.

Кейтлин похлопала по пустому месту на скамейке рядом с собой. Почувствовав родственную душу, Занай приняла приглашение и села рядом с Кейтлин, в то время как Джейден сел на противоположной стороне стола, где сидели Алекса и Джонатан.

— Теперь ты понимаешь, как мне тяжело общаться с этими людьми, — весело спросил Джейден. — Пожалей меня.

Жалеть его? Нет, жалость была совсем не тем чувством. Занай завидовала ему. Когда его семья отпускала шуточки на его счет, все делалось с любовью. Занай никогда не знала таких отношений между родственниками, даже когда ее мать была жива. Наблюдение за тем, как тепло общается семья, когда они любят друг друга, затронуло тайную тоску, которую она прятала годами.

«Я могла бы привыкнуть к этому».

Эта мысль словно окатила Занай ледяной водой. Каким бы приятным ни было общение с этими людьми, она не могла позволить себе привыкнуть к ним. Джейден был здесь ради веселья. Забыть об этом было бы худшей ошибкой, которую она могла совершить.

Нет. Стоп. Не важно, насколько все было опасно, Занай наслаждалась каждой секундой. Она заплатит за этот поступок позже, в этом она была уверена. Но прямо сейчас к черту последствия, она позволила себе раствориться в теплой атмосфере этой семьи.

Они едва успели войти в домик Джейдена, как принялись срывать друг с друга одежду. Они воспользовались короткой передышкой, чтобы достать презерватив из сумки Занай, и, как только упаковка из фольги оказалась в ее руках, они снова прижались друг к другу. Слишком страстно желая оказаться внутри ее, Джейден приблизился к большому дивану в центре гостиной. Они поспешно сбросили с себя остатки одежды. Джейден на мгновение остановился. Стоя позади нее, он поцеловал изящный изгиб у основания ее шеи, в то время как его руки сжали ее бедра. Занай была хрупкой, но в то же время такой сильной. К тому же эта женщина имела над ним огромную власть. Знала она это или нет, но она быстро становилась зависимостью для Джейдена. Отказываясь позволить своим мыслям уменьшить пылающий между ними жар, Джейден подтолкнул Занай на диван, и она наклонилась вперед, прислонившись грудью к его спинке.

— Ты не любишь кровать? — горячим шепотом спросила Занай.

Джейден тихо застонал, наклоняясь, чтобы прикусить мочку ее уха зубами, прежде чем прошептать:

— Если бы ты видела, как выглядишь отсюда, ты бы поняла, почему я хочу тебя именно здесь.

Прежде чем Занай успела ответить, Джейден надел презерватив. Затем он скользнул нетерпеливыми пальцами по нежным складкам между ее ног. Ее скользкий жар обжег подушечки пальцев, и ему пришлось собраться с силами, чтобы не упасть на Занай.

— Это все для меня? — спросил Джейден, наслаждаясь количеством смазки.

Он наслаждался дрожью, которая прошла по телу Занай, когда он вдавил в нее два пальца, а затем громким стоном этой жаркой женщины, когда двигал пальцами внутрь и наружу.

— Нет, это для меня, — игриво ответила Занай.

— Такая властная.

— И тебе это нравится.

— Чертовски верно.

Джейден медленно вошел в нее сзади, чтобы дать ее телу приспособиться к нему. Когда Занай прижалась к его животу ягодицами, Джейден зарычал от удовольствия. Поставив колено на диван, а другую ногу оставив на полу, он схватил ее за плечо одной рукой и за бедро другой. Ее тело ласкало его, сжимая очень крепко, Занай стонала от неподдельного желания, когда он двигался внутри ее. После нескольких медленных движений он, наконец, дал ей то, чего они оба хотели, увеличив свой темп. Она уже была близко. Ее тугой жар дрожал вокруг него, и он мог сказать, что она изо всех сил пыталась удержаться, отодвинуть кульминацию, которая подкрадывалась к ним обоим.

— Не сдерживайся, — прошептал он, накрывая ее спину своей грудью.

Джейден переместил руку с ее бедра на жаркие складки между ее ног. Он ласкал пальцами ее клитор, пока Занай не вскрикнула, утопая в оргазме. Ее тело было напряжено, когда она выкрикнула его имя. Занай зарылась лицом в подушки, заглушая звуки, продолжая распадаться на части под его прикосновениями. Звуки, которые она издавала, подливали бензин в огонь, который уже угрожал поглотить их.

Джейден тоже был близок к кульминации. Теперь голова Занай лежала на подлокотнике, приподняв и выставив ягодицы. Ее вид наэлектризовал развратную часть личности Джейдена, призывая его погрузиться во влажный жар и покончить с этой пыткой. Он вошел в нее, наслаждаясь громким повторением слова «да», когда его плоть ударялась о ее, издавая непристойный звук влажной страсти, созданной их телами. Джейден мог чувствовать, как Занай снова содрогается, прижимаясь к его плоти самым восхитительным образом, приближая его пик. Электрический разряд пробудил каждый его нерв, пока все его существо не почувствовало себя живым. Он поднимался выше и выше, пока требовательное тело Занай не сжалось вокруг него, а затем он потерялся. Движения Джейдена замедлились, и в самый последний момент, когда его разум отключился, а тело взяло верх, он отдался неизбежной силе охватившего его оргазма, в то время как неумолимое удовольствие, которое предлагало ее тело, поглотило его. Джейден рухнул под его тяжестью, упав на спину Занай, крепко обхватив руками ее грудь, когда волны оргазма запульсировали в его теле. Когда все закончилось и он наконец смог обрести ясность и силы, чтобы вернуться в сознание, его мышцы не выдержали. Он собрал остатки своих сил, чтобы отделиться от тела Занай, избавиться от презерватива и притянуть ее к себе на грудь. Собственнически обхватив ее руками, он убрал прядь волос с ее лица, взял за подбородок и посмотрел в довольные глаза.

— Мы определенно сделаем это снова.

Его слова вызвали у нее сонную улыбку как раз перед тем, как она уронила голову ему на грудь и прижалась к нему.

— Конечно.

— Подробности, пожалуйста.

Занай моргнула, слегка ошеломленная вихрем, который был ее лучшей подругой, Морган. В последний раз она видела Морган перед тем, как они с Джейденом уехали в Нью-Йорк; перед тем, как он привез ее домой, чтобы познакомить со своей семьей.

Казалось, это было так давно.

Красивая рыжеволосая девушка скрестила руки на груди, ее губы искривила улыбка без малейшего намека на веселье.

— Занай, я устала и поэтому очень раздражительна. Пока я разбиралась с загруженным магазином и надоедливыми покупателями, ты пропадала с Джейденом Латтимором. Мне нужны подробности, и они нужны мне сейчас.

Смех Занай зазвенел, сорвавшись с губ, чем вызвал резкое недовольство Морган. Она резко подняла бровь и зло посмотрела на подругу.

— Ты действительно сегодня не в настроении. Все в порядке?

Морган вздохнула, часть ее раздражительности вытекла вместе с долгим вздохом, который она испустила.

— Со мной все в порядке. Как я уже сказала, в эти выходные в магазине было очень оживленно, и я просто чувствую себя немного уставшей. Однако я не посмею жаловаться. Лучше быть измотанным платежеспособными покупателями, чем сидеть в пустом магазине.

Занай увидела проблеск обычной жизнерадостности своей подруги, который помог ей немного расслабиться.

— Впрочем, хватит обо мне. У меня не так много времени, прежде чем мне нужно будет вернуться. Я просто хотела встретиться с тобой и узнать, как прошли твои выходные.

— Это было прекрасно.

На лице Морган появилась злая ухмылка.

— Что именно — прекрасно?

Занай медленно отхлебнула из чашки кофе, просто чтобы подействовать Морган на нервы. Когда она увидела, как Морган нахмурила брови, то поняла, что зашла слишком далеко.

— Это было чудесно. Мы посмотрели спектакль, пообедали в модном ресторане и провели большую часть ночи, распивая шампанское и занимаясь любовью в его гостиничном номере.

Лицо Морган озарилось.

— Ого, да у вас все серьезно.

— Все серьезно? Мы провели ночь в Нью-Йорке. Я бы вряд ли назвала это чем-то серьезным.

Морган не ответила. Ну, во всяком случае, не на словах. Ее плотно сжатые губы говорили за нее.

— Мы обе знаем, что Ройал — маленький городок. Если бы Джейден увозил отсюда любого другого жителя для ночных поездок в Нью-Йорк, мы бы об этом знали. Единственная причина, по которой это еще не разнеслось по всему городу, заключается в том, что ты не сплетница, и я бы никогда так не предала твое доверие.

Факт, за который Занай была очень благодарна. Последнее, что ей было нужно, так это весь город и, следовательно, ее отец и его жена, узнающие о ней и Джейдене. Если все будет продолжаться так, как сейчас, в конце концов об этом узнает Стенфорд. Но пока что Занай хотела насладиться отношениями с Джейденом, не думая о проблемах, связанных с ее отцом.

— Я думаю, ты действительно нравишься Джейдену.

Боже, Занай надеялась на это. Внимание, которое он уделял ей, время, которое они проводили вместе, — все это было волшебно, но она отчаянно боялась, что видит только то, что хочет видеть.

— Он мне тоже нравится.

— И почему это тебя пугает?

Занай чувствовала, как улыбка сползает с ее лица, когда Морган спросила. Когда подруги были так близки, как они, пытаться что-либо скрыть было бесполезным занятием.

— Джейден великолепен, и я безмерно наслаждаюсь его компанией.

— Но?

— В конце концов, это закончится, и он найдет другую женщину, чтобы очаровывать.

Морган положила руку поверх ее руки, успокаивая боль, которую Занай отчаянно хотела скрыть.

— И тебя это устраивает?

— А что я могу сделать? Нет смысла нервничать из-за чего-то, что я не могу изменить. Вместо этого я просто собираюсь наслаждаться этим замечательным человеком так долго, как только смогу. Я заслуживаю этого.

Впервые в своей жизни Занай действительно поверила этим словам. Она заслуживала, чтобы с ней хорошо обращались. Она знала это так же хорошо, как знала свое собственное имя.

— Ты заслуживаешь большего.

Занай кивнула:

— Я знаю.

Лицо Морган озарилось мягкой улыбкой, которая согрела Занай гораздо сильнее, чем несколько глотков кофе, которые она выпила.

Джейден вошел в гостиную и обнаружил, что его брат и сестры, их родители и их соседи, Грандины, сидят с Джонасом Шоу, частным детективом, которого они наняли, чтобы разобраться в этой проблеме.

— Хорошо, что ты выяснил?

— Джейден, не нужно быть грубым. Где твои манеры?

В голосе его матери звучал тот же резкий тон, что и тогда, когда она отчитывала его в детстве.

— Извините. — Он прочистил горло, прежде чем занять свободное место рядом с Алексой на одном из больших диванов в гостиной. — Всем привет.

Когда все в комнате ответили на его приветствие, он повернулся к детективу:

— Джонас, у вас есть для нас какие-нибудь новости?

Джонас ободряюще улыбнулся ему, показывая, что не обиделся на отсутствие манер.

— Да, Джейден. У меня действительно есть новости. Но я не уверен, что это что-то даст, скорее вызовет еще больше вопросов. Я разговаривал со старым землемером, — начал Джонас, подбирая интонации, как будто хотел смягчить удар от того, что он собирался им сказать. — Генри Лоуренс проверил свои документы и подтверждает, что на земле нет нефти.

Джонас взял папку и передал ее отцу Джейдена, Бену.

— Это копия записей Лоуренса. Там все в порядке. По обе стороны от земли нет ничего, что могло бы объяснить передачу прав Виктора-старшего и Огастуса. Права бесполезны.

— Вы сказали, что сейчас на земле нет нефти. А была она когда-нибудь? — спросил Джонатан. Джейден мог сказать, что все остальные в комнате думали в том же духе, что и его брат.

— Нет, — ответил Джонас.

— Честно говоря, я не вижу в этом никакого смысла, — сказал Джейден.

Алекса кивнула, отвечая:

— Потому что в этом и нет никакого смысла. Если там нет нефти, зачем Огастусу и Виктору-старшему передавать на нее права?

Джонас пожал плечами:

— Я боюсь, что единственный человек, который может дать тебе какие-либо реальные ответы, — это твой дедушка, Огастус. Если он ничего не может тебе рассказать, тогда…

— Тогда мой дедушка, Виктор-старший, унес эти секреты с собой в могилу, — продолжил Вик.

Джейден отнес Занай к своей кровати. Увидев себя в зеркале, такую раскрепощенную и уверенную в себе, она решила, что больше никогда не упустит ни одного мгновения счастья, погрязая в постоянных сомнениях, которыми Стенфорд кормил ее большую часть жизни. Занай наконец поняла, что Джейден хотел донести до нее. Он хотел ее. За этим не стояло никакого плана, и ему было наплевать на то, что скажут по этому поводу богатые и знаменитые жители города. Все, чего он хотел… была она.

Джейден, быстро сняв с себя одежду, расположился между ее ног, перенеся вес на руки, нависая над ней.

— Каждый раз, когда я вижу, как ты демонстрируешь свое неверие в меня, я словно получаю удар под дых. Я сделал все, что мог, чтобы показать тебе, что ты значишь для меня, и я искренен. Тот факт, что ты все еще думаешь, что я мог бы играть с тобой в игры, это оскорбление, и, честно говоря, это действительно выводит меня из себя. Ты назвала меня лжецом. Я больше не позволяю тебе сомневаться в моих мотивах, в моей честности. Это так просто, — его голос понизился, глубокий баритон пронзил ее, разрывая все сомнения, — я хочу тебя, потому что ты для меня — все, Занай.

Джейден произнес ее имя шепотом, словно оно было молитвой. Это придало Занай смелости, заставляя тянуться к нему, обхватывать руками его широкую грудь и притягивать к себе. Она обвила Джейдена ногами и, к его удивлению, оказалась на нем верхом.

Занай могла понять потрясение в его глазах. Она так долго сдерживалась, позволяя проявиться лишь проблескам своей истинной сущности, опасаясь, что он отвергнет или, что еще хуже, высмеет ее. Но сегодня вечером она перестала сдерживать себя. Желание, горящее в его глазах, было единственным разрешением, в котором она нуждалась, чтобы делать то, что она хотела. И прямо сейчас она хотела побаловать себя удовольствием, которым был Джейден Латтимор. Она начала с того, что захватила его рот в свой. Не было ни колебаний, ни преамбулы, только явное вожделение. Ее губы были настойчивыми, требуя проникновения, которое он охотно дал ей. Его уступчивость была топливом для пламени потребности, пожиравшей ее. Стремясь утолить жажду внутри себя, она оторвала свои губы от его, целуя его шею и грудь, облизывая и покусывая его великолепную темную кожу. Она спустилась вниз по его торсу, пока не добралась до грубой поросли волос в паху.

— Занай, ты не…

Она не дала ему шанса закончить предложение. Она была полна решимости взять то, что хотела, и единственное, чего она хотела, — это поглотить удивительного мужчину под ней. Она нетерпеливо продолжила, облизывая его по всей длине от корня до кончика, наслаждаясь дрожью его тела и грязным ругательством, сорвавшимся с его губ. Удовлетворенная тем, что он был так же увлечен происходящим, как и она, Занай обвела языком головку, собирая жемчужину его возбуждения, постанывая от восторга. Слишком голодная, чтобы задерживаться, она обхватила рукой основание его члена, наслаждаясь ощущением его толщины в ладони, и медленно взяла его в рот, внутренне радуясь долгому стону удовлетворения, сорвавшемуся с его губ. Занай начала ритмичные движения, которые заставили Джейдена раздвинуть ноги. Он уперся ступнями в матрас, и его бедра присоединились к чувственному ритму, который она установила. Занай ускорила темп, положив одну руку на основание его члена, а другой нежно сжимая яички.

— Занай…

Это было предупреждение, смешанное с мольбой, и все в ней хотело ответить на его потребность дать им обоим то, чего они так отчаянно желали. Она взглянула на него, наслаждаясь прекрасным напряжением мышц его тела, его лица, искаженного удовольствием, понимая, что никогда в жизни не была так возбуждена и не чувствовала себя такой сильной.

Джейден запустил пальцы в ее волосы, когда толкнулся вверх, выкрикивая ее имя резкими, ломаными слогами, проваливаясь в блаженство. Занай прижалась к его плоти, когда его тело расслабилось под ней. Она отпустила его, прокладывая поцелуями дорожку вверх по его телу, обратно к его рту, наслаждаясь тем, как он прижался губами к ее губам с таким отчаянием, даже испытав такое мощное освобождение.

Когда они, наконец, оторвались друг от друга, в глубине его глаз было что-то настолько сильное, что она чуть не отстранилась. Он запустил пальцы в ее волосы, убедившись, что она не сможет отвести взгляд, когда заглянул ей в душу и сказал:

— Я люблю тебя.

У нее не было шанса ответить. Он снова поцеловал ее, отключив ее мозг и уничтожив все страхи, которые пытались заполнить ее пугливое сердце. И когда он прижал ее к себе, она поняла, что это именно то место, где ей нужно быть. В его объятиях, где ничто и никто во внешнем мире не мог прикоснуться к ней.

Джейден сидел за своим столом, держа сложенный листок бумаги между пальцами, как будто это была бомба замедленного действия. Каждый раз, когда он открывал его, перечитывая снова и снова, чтобы убедиться, что прочитал правильно, ему казалось, что таймер отсчитывает время с каждым ударом его сердца.

«Дорогой Джейден, спасибо тебе за то, что показал мне, кто я есть. Прости, что ухожу, не попрощавшись, но мне нужно кое-что сделать, кое-что, что я слишком долго откладывала. Это был трусливый способ убежать, как вор в ночи, но, если бы я увидела твой властный взгляд или твою теплую улыбку, я бы ни за что не смогла добровольно уйти от этого даже на несколько коротких мгновений».

Джейден сидел с письмом в одной руке и телефоном в другой, переводя взгляд с одного на другой. Он не знал, что делать, он хотел позвонить и потребовать ответов, но в глубине души он знал, что, если услышит голос Занай, ему придется умолять ее вернуться. И он не мог этого сделать. Он бы этого не сделал. Конечно, Джейден хотел ее. Нет — он нуждался в ней. Он нуждался в ней, заключенной в его объятия, так же как его мозг нуждался в кислороде. Но если бы он попросил Занай вернуться, он никогда бы не узнал, хочет ли она сама быть вместе с ним. После всего, после каждого мгновения наслаждения, которое они выжали из тел друг друга, после того, как он обнажил перед ней свою душу всеми известными ему способами, она все равно ушла. Единственным выходом для него сейчас было уважать ее решение и оставить ее в покое. В противном случае он был бы ничем не лучше ее отца, который пытался контролировать ее, манипулируя ею, заставляя поверить, что она недостойна его любви. Он никогда бы так с ней не поступил. С этим твердо принятым решением единственное, что могло сделать его больное сердце, — это продолжать изливать свою любовь и радость, пока его внутренности не превратятся в кровавое, неоперабельное месиво. Он подумал о том, насколько сломленным он был в этот момент, и его лицо исказилось в насмешливой усмешке. Он сказал себе и Занай, что это было просто для забавы. Но каким-то образом весь его мир перестал вращаться, потому что она ушла.

Вдалеке он услышал стук во входную дверь, но не смог найти в себе сил встать и ответить на него. Кто бы ни был по ту сторону двери, Джейден знал, что не хочет никого видеть. Он не годился для компании, особенно с кем-то из членов семьи, кто мог бы с одного взгляда понять, что что-то не так. Как он мог объяснить, что он, мастер расслабленности и невозмутимости, настолько обессилел из-за женщины, что каждый вдох казался непосильным занятием? Стук не прекращался, усугубляя его и без того скверное настроение. Он заставил себя подняться на ноги, заставляя пол вибрировать от тяжести его шагов.

— Джонатан, если это ты, я беру выходной.

Его брат не ответил, поэтому Джейден рывком распахнул дверь, едва не потеряв равновесие, когда увидел, кто был с другой стороны.

— Джейден, ты в порядке?

Вид Занай был как вода для человека, бесцельно блуждающего по пустыне. Он протянул руку, желая увидеть, реальна ли она или это жестокий мираж, созданный его разбитым сердцем, но остановился на полпути между ними.

— Что ты здесь делаешь?

Нахмуренные брови Занай сошлись на переносице, когда она пристально посмотрела на него:

— Разве ты не прочитал мою записку?

Джейден ответил со слабым смехом, который был наполнен сарказмом:

— Конечно, прочитал.

Он отошел от двери, оставив ее открытой, чтобы Занай могла войти, если захочет. Даже сейчас, когда он страдал от этой странной смеси гнева и потребности, он не мог найти в себе силы отвернуться от нее. Он плюхнулся на диван, вытянувшись во всю длину, так что Занай пришлось сесть на одно из кресел. Ее запах уже был слишком соблазнительным, находиться с ней достаточно близко, чтобы к ней можно было прикоснуться, было невыносимо.

— Ты же собралась уйти от меня. Зачем вернулась?

Боже, он чувствовал едкую горечь на своем языке с каждым произнесенным словом. Она изменила его на химическом уровне, и теперь его мозг тупел от разочарования и боли, из-за чего он не мог сдерживать свою речь и скрывать эмоции в словах.

— Уйти, чтобы кое о чем позаботиться, — ответила Занай, притягивая его взгляд к себе. Было что-то в том, как она произнесла эти слова, что заставило Джейдена задуматься, не упустил ли он что-то важное в записке.

— Но в твоей записке сказано, что ты уехала.

— Ненадолго, да. Мне нужно было увидеть Стенфорда этим утром и уладить кое-какие дела, прежде чем я смогу вернуться сюда. Я надеялась, что ты все еще будешь спать, и я смогу незаметно проскользнуть обратно к тебе в постель. Но я не знала, что замок запирается автоматически… А у меня не было ключа, отсюда и громкий стук.

Джейден сел, встретившись с ней взглядом, пока обдумывал то, что она сказала.

— Ты собиралась вернуться?

Джейден мог видеть момент, когда что-то щелкнуло в голове Занай, как будто она наконец поняла его слова. Она встала и медленными шагами преодолела небольшое расстояние от своего кресла до дивана, на котором сидел Джейден. Добравшись до него, она опустилась на колени между его ног, положив руки ему на бедра.

— Ты думал, я не вернусь? — Это было сформулировано как вопрос, но строгий блеск в ее глазах превратил это в утверждение. — Джейден, ты вчера сказал мне очень важные слова. Позволь мне отплатить тебе тем же. Нет ничего и никого, кто когда-либо заставит меня уйти от тебя. Больше нет. Я потратила так много времени, сосредоточившись на проблемах других, чтобы избежать решения своих собственных проблем. Как бы сильно я ни любила свою работу и то хорошее, что она приносит, она стала щитом от ран, которые я всю жизнь пыталась скрыть.

Джейден открыл рот, чтобы заговорить, но Занай подняла руку, заставляя его замолчать.

— Пожалуйста, — взмолилась она, — позволь мне разобраться с этим, пока я еще могу.

Джейден коротко кивнул ей в ответ, и она продолжила:

— Сомнения в тебе и в себе в придачу, все это было потому, что я боялась превратиться в свою мать. Ты вложил в меня свою веру, и это было не напрасно. Когда я узнала, что мой отец пытается встать между нами, я уже не боялась.

Вместо этого я разозлилась и высказала ему все, что думаю. Я дала ему понять, что он не сможет настроить тебя против меня. Что ты никогда не уйдешь из-за того, что он сказал. Что я никогда не отпущу тебя по его приказу.

— Вряд ли он адекватно на это отреагировал.

— Нет, конечно. Он пытался запугать меня.

Джейден напрягся, мысль о том, что Стенфорд или кто-либо другой причинит Занай вред, заставила каждый его мускул напрячься, готовясь к драке. Но она подняла руку к его щеке, нежно потирая большим пальцем кожу, медленно прогоняя его гнев.

— Запугать не вышло, поэтому он вышвырнул меня из дома.

Джейден закрыл глаза и сделал медленный, глубокий вдох, изо всех сил стараясь держать свой гнев под контролем. Гнев затуманил его разум, и он отчаянно нуждался в ясной голове, чтобы выслушать то, что Занай хотела ему сказать.

— Ты забрала вещи? Можешь пока оставить их у меня.

— Спасибо за заботу, — она наклонилась и коротко поцеловала его, — но он не позволил мне ничего забрать.

— Твои вещи, Занай…

— Это просто вещи, Джейден.

Ее улыбка была такой яркой и очаровательной, что он не увидел в ней ни боли, ни переживаний. Что бы ни произошло между Занай и ее отцом, это, похоже, не вызвало огорчения.

— Я всегда знала, что Стенфорду рано или поздно надоест, что я путаюсь под ногами. Поскольку мне не приходилось платить за квартиру, живя с ним, я скопила достаточно денег, чтобы обзавестись собственным жильем. Все действительно важные вещи, такие как драгоценности и памятные вещицы, доставшиеся от матери, мое удостоверение личности, мои дипломы и лицензии, я давным-давно положила в сейф. В том доме остались только одежда и вещи, которые можно легко заменить. И поскольку моя лучшая подруга владеет бутиком одежды, подобрать новый гардероб не будет проблемой.

Джейден хотел что-то сказать, но она приложила нежный палец к его губам, заставляя его замолчать, прежде чем слова успели сорваться с языка.

— Тебе не нужно беспокоиться обо мне, Джейден. Та хрупкая женщина, которая боялась жить своей жизнью за пределами тюрьмы, в которую ее запер Стенфорд, она ушла.

В ее глазах была решимость, какой он никогда раньше не видел. Сила, которая, казалось, всегда кипела где-то под поверхностью, сейчас была проявлена в полной мере, опьяняя его чувства.

— Я уже связалась с риелтором. Завтра я начну искать квартиру. Мне просто нужно где-нибудь переночевать сегодня.

Джейден быстро поднял Занай с пола, усадив к себе на колени, затем обхватил рукой ее затылок, притягивая к себе. Прежде чем она успела сказать еще хоть слово, его губы прижались к ее губам в яростном поцелуе, от которого у него закружилась голова. Эта женщина, эта умная, сексуальная и бесконечно способная женщина наконец-то стала самостоятельной, и стала еще сексуальнее.

— Отмени это.

Она отстранилась, ее темный вопрошающий взгляд упал на его лицо.

— Отменить что?

— Встречу с риелтором. Оставайся здесь.

Он притянул ее к себе для еще одного поцелуя. Теперь она была свободна. Наконец-то свободна, чтобы полностью принадлежать себе, и он не хотел пропустить ни секунды этого.

— Ты имеешь в виду, не на одну ночь?

— Я имею в виду, переезжай ко мне.

— Я не мо…

Он снова поцеловал ее, останавливая любую чушь, которую она собиралась сказать.

— Я люблю тебя, Занай. Больше, чем я думал, что когда-либо смогу любить. Я хочу, чтобы ты была со мной все время. Если это не то, чего ты хочешь, или если ты не чувствуешь того же самого, я, конечно, пойму. Но мне нужно, чтобы ты знала, что мои намерения — быть с тобой, и только с тобой. Просто дай мне шанс, и я докажу тебе, как много ты для меня значишь.

Занай убрала его руку со своей шеи, уткнувшись в нее щекой и простонав его имя. И то, как каждый слог слетал с ее полных, мягких губ, заставляло Джейдена хотеть ее еще сильнее. Но перво-наперво ему нужно было убедить Занай, что ее место здесь, рядом с ним.

— Ты уже доказал мне это, Джейден. Теперь я хочу тебе кое-что сказать. — Она пристально посмотрела на него, как будто хотела убедиться, что завладела всем его вниманием. Правда, ей не нужно было беспокоиться об этом — внимание Джейдена всегда было приковано к ней. — Я люблю тебя, Джейден. — Эти четыре слова, произнесенные так тихо, раскололи его грудь, оставив его сердце уязвимым и незащищенным. — Я ничего так не хочу, как провести с тобой остаток своей жизни, — продолжила Занай.

— Это прозвучало как предложение, — хитро глядя на нее, сказал Джейден.

Занай тихо хихикнула.

— Жить вместе, а не жениться. По крайней мере, пока. Давай посмотрим, понравится ли нам жить вместе, прежде чем будем строить более серьезные планы.

Томное ощущение счастья, струящегося по нему, изогнуло его губы в игривой улыбке.

— И тогда ты мне подаришь кольцо?

— Тогда, — Занай сделала паузу, наклоняясь, чтобы поцеловать его, скользнув языком в его жаждущий рот, — тогда я дам тебе все, что ты захочешь.

— Ну, поскольку ты не даришь мне кольцо прямо сейчас, может быть, ты хотя бы примешь от меня небольшой подарок.

Джейден наклонился, чтобы открыть ящик кофейного столика, и вытащил красную шкатулку для драгоценностей. Он протянул ее Занай, и ее лицо озарилось предвкушением. Она осторожно открыла шкатулку, и ее глаза остекленели от благоговения перед тем, что она обнаружила внутри.

— Джейден, когда ты… Почему?…

Он взял у Занай открытую коробочку, снял ожерелье с подушечки и осторожно надел ей на шею, пока она поправляла волосы.

— После того, как ты так хорошо вписалась в мою семью на пикнике, я понял, что хочу, чтобы ты была рядом со мной как можно чаще. И я хотел быть рядом с тобой. Поэтому я дал ювелиру фотографию серьги, которую ты тогда потеряла, и попросил его создать ожерелье. Я хотел подарить тебе что-то, что напоминало бы обо мне и о том, как мы встретились, и чтобы это было близко твоему сердцу.

Слезы потекли по лицу Занай, когда неуверенная улыбка изогнула ее губы.

— Это потрясающе, — прошептала она, — мне очень нравится. Я люблю тебя.

Его сердце заколотилось в груди, лишая его дыхания и способности говорить. Эта женщина изменила его, заставила стремиться к чему-то большему, чем «хорошо провести время». Она навсегда вложила в него свою любовь. Его красная королева наконец-то прибыла, чтобы править его сердцем, и он не мог быть счастливее.

— Да, доктор Джеймс, — он подкрепил свои слова мягкими поцелуями вдоль изгиба ее шеи, — это именно то, что я хотел услышать.