Меня зовут Вера Милс, и это моя история.

Началась она двадцать пять лет назад, когда этот мир встретил рождение маленький светловолосой и розовощекой девочки, которую родители назвали Вера. Все последующие годы я жила тихой и размеренной жизнью, все несколько дней назад все изменилось.

Я — единственная и любимая дочь своих родителей. Мала домохозяйка, но она любит себя называть “светская львица”. Отец — владелец небольшой, но очень амбициозной фирмы, которая в последние пару лет стремительно развивается. Чему я, откровенно говоря, не особо то и рада. Чем больше отец видит перспективу для бизнеса, тем больше, мы с мамой как выставочные собачки, ходит следом за ним по всяким приемам.

Будучи обыкновенным финансистом в крупной компании, жизнь псевдо “золотой молодежи” мне было совсем не близка. Я старалась избегать этого, прикрываясь работой, да чем угодно, лишь бы по минимуму светиться на камеру.

Внешность у меня была совершенно обычная: русая коса до пояса, зеленые глаза и светлая кожа. Красивой назвать меня сложно, подойдет скорее “миловидная”. Но после каждого светского раута меня обсуждали в контексте паршивой овцы, по ошибке затесавшейся в стойло породистых скакунов. Было обидно. Да я как-бы и не просила.

Все изменилось, когда отец познакомил меня с Давидом, сыном его будущего партнера. Он понравился мне сразу. Высокий, статный голубоглазый блондин притягивал взгляды всей женской половины, где бы он не находился. Женским вниманием он никогда не был обделен и, насколько я успела заметить, никогда не упускал шанса воспользоваться возможностью.

И я, как бабочка, полетела на этот огонек.

Наши отношения развивались стремительно. Отец был счастлив даже больше меня, когда мы объявили, что собираемся пожениться. Папа уже просчитывал перспективы и называл отца Давида, Петра Сергеевича, родственником. Меня такое положение дел очень раздражало. У нас не договорной брак, как принято в высших кругах Земли, у нас любовь! Взаимная и искренняя!

Давид очень красиво ухаживал: романтические ужины, поездки за границу, дорогие подарки. Мы были искренне счастливы. И поэтому спустя год наших отношений я листаю каталог и выбираю свадебное платье, обсуждаю с дизайнером макеты свадебных приглашений.

Знала бы я тогда, что все это не больше, чем иллюзия.

Все изменилось за месяц до нашей свадьбы.

Я потеряла сознание на работе, коллеги вызвали скорую помощь меня экстренно доставили в больницу. А дальше начался сущий кошмар. Я была беременна. Но что-то пошло не так и ребенок умер. Врачи предположили отправление плода каким-то препаратом. Но я не смогла вспоминать принимала ли что-то, по их мнению, токсичное, скорее нет, чем да. Я не знала о беременности, соответственно не могла знать что что-то пошло не так. Несколько дней у меня было плохое самочувствие: слабость, температура, озноб, боль в животе… Но я списывала все на вирус, которым сейчас болели все.

Дальше были прогнозы врачей, срочная операция, а потом мне вынесли приговор:

“Вера, вы больше не сможете иметь детей. Земная медицина не способна исправить нанесенный вред. Но если у вас будет возможность посетить одну из закрытых планет, очень рекомендую ухватиться за этот шанс. Они изучили проблемы репродуктивной системы как никто в нашей галактике, и если есть шанс на излечение, то только там.”

Закрытые планеты. На то они и закрытые, чтобы никто не шастал туда. Туда можно попасть только по программе переселения, с дальнейшим получением гражданства, либо по рабочему пропуску. Переселенцем мог стать не каждый желающий. Мужчины и женщины, желающие перебраться на закрытую планету, могли обратиться в управление по межгалактическим миграциям, и заполнить специальные анкеты-заявки. Через время с ними связывались и озвучивали результат. По какому конкретно критерию происходил отсев претендентов никому не озвучивали. В узких кругах ходили слухи, что этих переселенцев использовали как доноров органов, а от тел избавлялись, выкидывая на задворках галактики, потому что, опять же по слухам, на связь с родными выходили лишь единицы из приехавших. Видимо те, кому посчастливилось выжить.

Звучит странно. Лично я не встречала жителей закрытых планет, видела только трансляции в сети очередных политических саммитов, где присутствовали все разумные представители других планет. Внешне они все были очень похожи на землян. Разве что в плечах немного шире, да ростом повыше. Суперспособности также не были замечены.

В любом случае, путь туда для меня закрыт. Скоро свадьба. Как только сказать Давиду о случившемся? О детях мы не говорили, я даже не уверена, что он хотел этого ребенка. А теперь детей не будет.

Смирится ли он с этим? Конечно. Он не бросит меня. Не бросит же…?

Я слышала истории о том, как женщины, оказавшиеся бесплодными, были брошены своими мужьями после долгих лет брака, а общество сочувственно называет “бедняжками”, каждый раз надавливая на больную мозоль.

Почему-то в Давиде я уверена, как в самой себе. Он не такой.

Через пару дней меня выписали из больницу. Посетителей у меня не было. Несмотря на наличие семьи и жениха, каждый жил своей очень насыщенной жизнью. Давил отбыл в командировку и должен вернуться со дня на день. Отец занят своим бизнесом, а мать играет в аристократку, примеряя платья из новой коллекции.

Все эти причуды моей семьи были мне на руку. Слишком болезненной и неожиданной оказалась новость о ребенке. Не уверена, что справилась бы с эмоциями при родных. А теперь, придя в себя, я наведаюсь в родительский дом.

Я живу отдельно от них уже давно. Сначала, пока училась в университете, снимала квартиру напополам с моей лучшей подругой Элеонорой. Она из очень-очень-очень обеспеченной семьи, которая в наказание за ее очередную выходку на несколько месяцев лишила ее денег. Ей пришлось работать официанткой в ночном клубе, чтобы не умереть с голода. Но когда знаешь, что твои мучения скоро закончатся, стоит прийти и попросить прощения у папы, то вся эта ситуация оказывается не больше, чем просто увлекательным аттракционом. Так она и относилась к происходящему.

Окружающие удивлялись нашей дружбе, мы слишком разные. Она богатая тусовщица и прожигательница папочкиных денег, а я студентка- отличница, живущая на стипендию.

Бизнес родителей уже тогда шел в гору, но я жила скромно, как и всегда, несмотря на количество денег у папы. Считаю, что каждый должен уметь заработать на кусок хлеба самостоятельно. Бизнес — вещь непредсказуемая и множество факторов может повлиять на стоимость акций, поэтому подобием Элеоноры становиться не собиралась. Несмотря на разные ситуации и характеры, мы действительно были близки.

Сев в машину, отправилась в дом к родителям.

Жили они в элитном районе столицы, в красивом особняке, который всем своим видом кричал, что у обитателей этого творения есть деньги. Честно говоря, выглядел он несуразно. Много лепнины, позолоты, имитация стиля средневековых королевских замков. Долго в этом месте находиться было сложно, начинала болеть голова от количества сверкающих вещей на квадратный метр.

А еще у родителей были слуги. Не обслуживающий персонал, не помощники по хозяйству, а именно слуги. Меня напрягал факт того, как сильно родители заигрались в самодельных аристократов, но людей не обижали и платили хорошо, поэтому я не вмешивалась.

Дверь открыл дворецкий, пропуская меня внутрь. Еще в холле я услышала капризный голос матери:

— Милочка, ну я же просила цвет фуксии! А это розовый! Поросячий розовый! — она обмахивалась веером лежа на диване, и отчитывала какую-то девушку. По ее виду можно сделать вывод, что разговор идет уже по десятому кругу, все как любит мама. Нужно морально уничтожить противника, чтобы он сдался и сделал как она хочет.

— Мама, здравствуй! — решила прервать эти пытки.

— Дорогая, ты здесь! А почему так плохо выглядишь? Эта бледнота на твоем лице выглядит омерзительно.

Спасибо, мама.

— У меня кое-что произошло, мне нужно поговорить с вами. Где отец? — спросила оглядываясь.

— Он у себя в кабинете, пойдем. — поднялась, расправила полы своего домашнего платья и мы направились на второй этаж, в кабинет к отцу.

Он был очень занят и сначала хотел нас выгнать, но я настояла на диалоге. Что бы я не говорила о нашем браке по любви, я знала, что было заключено брачное соглашение. Суть его состояла в том, что в подарок на свадьбу отец Давида делает моему отцу подарок в виде внушительного количества акций с правом голоса в совете директоров. А мой отец, после рождения моего первого ребенка в браке с Давидом, отдает Петру Сергеевичу землю на одной из недавно освоенных планет.

Не знаю чем его так заинтересовал этот кусок земли в богом забытом месте, но судя по рассказу отца, Петр Сергеевич был крайне взволнован и настаивал на приобретении. Отец пытался выяснить что не так с этой землей, но ничего не нашел. Планету еще толком не освоили. Все скупали участки земли в надежде, что когда-нибудь их можно будет выгодно использовать.

По известным причинам первенца не будет.

— Отец, у меня случилась трагедия. — и я рассказала все, с момента попадания в больницу.

Он был в бешенстве. Я никогда не видела его в таком состоянии.

— Глупые курицы! Неужели так сложно понять есть у тебя ребенок или нет? Я запрещаю тебе говорить об этом Давиду и его семье. Мне нужен этот брак, у меня уже весь бизнес под это распланирован. А уже после свадьбы пусть выяснится, что детей не будет. К этому времени акции будут у меня. — отец ходил по комнате из угла в угол, заложив руки за спину.

Сказать что я была шокирована, это не сказать ничего. Он предлагает мне… Я кто по его мнению? Породистая собака для красоты? Или игрушка, которую можно продать или обменять на что-то более выгодное?

От переизбытка эмоций я стояла и молчала. Не хочу верить, что мой отец оказался таким человеком. А что же мама? Обернулась и нашла ее взглядом.

А мама сидела и рассматривала свой маникюр.

— Мам? — жалобно позвала ее.

Она подняла на меня глаза:

— Я согласна с отцом. Вера, на детях свет клином не сошелся. Если у тебя их не будет — это не проблема. Жить для себя не так плохо. Я не понимаю твоей реакции!

— Дело в моем диагнозе, а в том, что вы заставляете меня обманывать Давида. Я уверена что он не бросит меня из-за этого, а останется на моей стороне, и именно поэтому он должен знать правду до свадьбы! — выпалила с жаром.

С родителями я спорить не любила. Не бунтовала даже в подростковом возрасте. Как-то в моем сознании отложилось еще с детства, что родители — авторитет и они знают как будет лучше для меня. Но то, что происходило сейчас, переходило все моральные границы.

На мою, пышущую справедливостью, речь, мама только рассмеялась:

— Какой ты еще ребенок. Вера, вопрос с тем как мы поступим, уже решен. Закрыли тему. — поднялась и вышла из комнаты.

— Свободна. — это уже отец.

Борясь с невольными слезами я выскочила из дома и села в машину. Это катастрофа. Ни слова о моем самочувствии! А я ведь операцию перенесла. Про моральное состояние я вообще молчу. Все еще кажется, что это чья-то страшная шутка, или что врачи ошиблись, и минуты на минуту мне позвонят из больницы, и сообщат что результаты обследования перепутали и я здорова.

Вернулась в свою квартиру, не раздеваясь, упала лицом в подушку и от всех души расплакалась.

Что теперь делать? Я не могу пойти против собственной совести. Это мой брак и моя ответственность. Как только Давид вернется, я обо всем ему расскажу.

Следующие несколько дней я прожила на автомате: как-то ходила на работу, улыбалась коллегам, ждала Давида.

Коллеги, вызвавшие скорую интересовались моим сочувствием, пришлось соврать о разорвавшемся аппендиците. Подробности своей жизни раскрывать на публику не хотелось, тем более, что с Давидом мы работали в одной компании. Он — директор нашего филиала, а моя подруга Элеонора, директор другого филиала этой же фирмы в нашем городе.

Сама организация принадлежит отцу Элеоноры, при устройстве на работу я об этом знала, но пошла на собеседование на общих основаниях, не сообщив подруге, которая на тот момент уже была директором филиала. Как можно понять, она помирилась с отцом и тот пристроил ее на хорошее место.

Но я не осуждала, нет. Если такова их жизнь, то кто я такая чтобы вмешиваться.

Слухи про Элеонору сходили своеобразные. Буквально каждый считал ее расчетливой сукой, которая при этом ничего не понимала в своей работе. Но лично я с ней пересекалась крайне редко в пределах офиса. Иногда она приезжала к Давиду с документами, и она часто ругались до хрипоты, не сходясь по каким-то рабочим вопросам.

Наконец вернулся Давид, злой как стадо буйволов. Сотрудники обходили его кабинет десятой дорогой, но я знала, что в общении со мной он всегда смягчается, поэтому не раздумывая прошла к его кабинету.

Приемная была пуская. Усмехнулась про себя. Секретарша — первая кто получает по шапке, когда босс недоволен, вот и Анечка решила наверно изобразить важные дела и скрылась в неизвестном направлении.

Подошла к двери и прислушалась, внутри явно кто-то был. Немного приоткрыв дверь, я заглянула внутрь, даже будучи невестой Давида, наглеть не хотелось, вдруг у него там важное совещание.

Шок пригвоздил меня к месту. У противоположной стены, спиной ко мне и со спущенными штанами стоял Давид и ритмично вбивался в какую-то женщину. Ну почему в какую-то? Голос моей лучшей подруги Элеоноры я узнаю из тысячи.

Это как понимать? Давид и Эля? Они же терпеть друг друга не могут.

Я просто стояла и смотрела на их секс, пытаясь осознать увиденное, но в голове звенела пустота. Как так вышло? Почему?

Тем временем активные действия закончились и Эля томно протянула:

— Ну я же лучше чем она, может все-таки сделаешь правильный выбор пока не поздно? — провела ногтями по его голой ягодице.

— Ты же знаешь все. Не могу. Отец уже обо всем договорился. Послушай, ты же не собираешься замуж. Нам не обязательно прекращать отношения.

— Я не хочу быть любовницей. Это скучно. Хочу быть женой. — капризно надула губы.

— Брачный договор подписан. Развестись отец позволит только после первого ребенка. Ты его знаешь, против него я не пойду.

— Хочешь я решу твою проблему?

— Это каким образом? Умеешь изменять прошлое и не дать подписать злополучный контракт?

— А вот и нет. Проблемы я решаю кардинально…

Они говорили о чем-то еще, но я отшатнулась от двери и больше ничего не слышала. Аккуратно сняла туфли с ног и на носочках вышла из приемной. На пороге столкнулась с секретаршей, которая побледнела при виде меня и бросила быстрый взгляд на дверь кабинета. Она знает! Боги! Она все знает!

Кто еще в офисе знает что они спят? Какое унижение.

Вернулась на рабочее место и под предлогом визита к врачу покинула офис. Мне нужно обо всем подумать.

Свадьбы не будет. Это решение пришло ко мне еще по пути к дому. Я уйду сама и на своих условиях, не дожидаясь пока меня выбросят как мусор на обочину жизни. Очень хочется надеяться на порядочность Давида и на то, что он не будет мстить за отмену свадьбы. Она ему не нужна, это стало понятно из диалога с Элей.

Но зачем тогда все эти ухаживания? Глупость какая-то. Он что целенаправленно сблизился со мной? Но зачем?

Или это я просто ищу причины для объяснения его гадкого поведения?

Сейчас же отправлюсь к отцу и все обговорим. Он настаивал на свадьбе, но я хочу уговорить его передумать. Этот брак будет ошибкой. А отец Давида — страшный человек. Даже его родной сын его боится. Обман, который предложил отец, может очень плохо отразиться на мне в будущем, если будущий свекр узнает о том, что я скрыла все с самого начала. И ему будет плевать на то, что я поддалась на уговоры третьих лиц.

Иллюзий на его счет я не строила. Даже будучи обычным офисным финансистом, которые дальше монитора с отчетами ничего не видят, слышала жуткие слухи о том, как его конкурентов находили по частям, тщательно упакованных в полиэтиленовые пакеты.

Не зря говорят, что у влюбленных один мозг на двоих, иначе как объяснить то, что я зная об этих слухах, все равно хотела войти в эту семью?

Отец моего решения не одобрил. Более того, я впервые в жизни получила пощечину с требованием прийти в себя. Изменяют все, и это правда жизни с которой нужно смириться. Не в моем случае выделываться и срывать мероприятие из-за такой ерунды.

Когда я не поддалась на угрозы и уговоры, он вызвал охрану и сопроводил меня в гостевую спальню, где меня закрыли. Напоследок отец сказал, что свяжется с отцом Давида и объяснит ему ситуацию. Невеста переволновалась, поэтому чтобы не срывать договоренности уважаемых людей, распишут нас прямо завтра. А сама свадьба уже дело второстепенное. Можно и без нее. Главное, чтобы к зачатию наследника приступили.

Спустя некоторое время отец зашел и сказал, что семьи обо всем договорились. Давид очень сожалеет об этом недоразумении и надеется на мое благоразумие. Завтра в дом к родителям приедет регистратор, нас распишут, а после Давид, по настоянию своего отца, берет отпуск и мы отправляемся на курорт поправлять мое эмоциональное состояние.

Я пыталась приводить разные аргументы в пользу прекращения этого безумия, но отец будто ослеп и оглох. Тогда я завела разговор о земле, которую он обещал после рождения первого ребенка. Попыталась намекнуть, что может дело в том, что земля эта важна? Просила еще раз подумать и все обсудить. Но ничего не помогло.

С наступлением ночи я осталась одна, закрытая в гостевой спальне.

И это жизнь, о которой я мечтала и к чему стремилась?

Я не буду счастлива с Давидом. До настоящего времени я пребывала в полной уверенности, что мы любим друг друга, но это оказалось просто сделкой. Наверное это звучит глупо, но к роскоши я не стремлюсь, мне не нужен богатый и успешный муж. Мне нужна обычная семья, где все друг друга любят, ценят и уважают. Если этого мне не обещают даже в самом начале брака, то значит и брака не будет.

Даже если от меня откажутся мои родители. Переживу. Любящая семья так не поступит со своим ребенком. А вот насчет родни Давида… Тут ни в чем нельзя быть уверенной.

У меня нет связей для того, чтобы скрываться на планете. Нужно бежать. Но куда?

А может… Ну нет… Или все-таки…?

Служащий протянул мне три тонюсенькие папки. Хотя чего я ожидала? Подробной биографии точно не будет.

Открыта каждую по очереди, пробежалась глаза по тексту, и закрыла. Открыла снова, но уже все вместе и разложила открытыми на столе, рядом друг с другом. Так сказать, для наглядного сравнения.

Они мне трех братьев подсунули что ли? Все трое мужчин были неуловимо похожи между собой, будто родственники. Нет, фамилии разные. Или это у них расовая особенность такая? Тогда у меня точно проблемы. Есть риск спутать мужа буквально с любым представителем артов.

Итак, что мы имеем: трое мужчин возраста 40 лет, приятной внешности, обеспеченные (приложили справку о доходах). Это кстати интересный момент, неужели переселенки такое требовали? Или же это способ мужчин показать, что жизнь в шалаше посреди леса не планируется?

Разница в возрасте меня не пугала. На Земле, как и на многих других планетах, срок жизни около ста пятидесяти лет, а при хорошей медицине и уровне жизни, можно еще лет двадцать сверху накинуть.

Профессии у потенциальных кандидатов в мужья были разные: бизнесмен, военный и преподаватель.

Бизнесмен сразу попал в немилость из-за профессии. Я тут анкеты эти листаю в семь утра только потому что в жизни не повезло крутиться в одном кругу с бизнесменами. От мужа такого избавьте, пожалуйста. Несмотря на то, что у них якобы к женщинам хорошо относятся, не доверяю я предпринимателям. Больше не доверяю. Отец родную дочь продаст за перспективу развития бизнеса, что уже говорить о жене.

Военный тоже не подходит. Будет воевать где-то на задворках космоса, а я обзаводиться ранней сединой. Мне семья нужна.

Преподаватель тоже не подходит. Причин не придумала. Просто не подходит и все.

Как будто бы мое подсознание противится связать жизнь с кем-то из этих мужчин. Интуитивно чувствую: не мое.

И что делать? Нужно выбирать. А я не хочу. Не могу себя заставить и все. Внутри что-то переворачивается вверх дном, когда думаю, что нужно ткнуть пальцев в любое фото и через пару минут он будет моим мужем.

А может…?

Нет, я точно головой приложилась, пока до управления добиралась. То есть мужчины из этих папок мне не подходят и я соглашусь на кота в мешке от Совета Мирады? Наверное, да. А кто говорил, что я искала легкий путь? Если бы боялась трудностей, сидела бы сейчас в спальне и ждала этого блондина парнокопытного, чтобы расписаться и отбыть на курорт зализывать душевные раны.

Немного помолчала и подняла глаза на сотрудника, с удивлением отметив, что тот наблюдал за мной с понимающей улыбкой.

— Я так понимаю, ни один из них? — спросил, кивнув на папки.

— Ни один из них. Я совершаю ошибку? — спросила в надежде, что он меня отговорит… Или на крайний случай скажет как правильно поступить.

— Ну почему сразу ошибку? Теперь вы отправитесь на Мираду. Все в руках Судьбы. Если она ведет вас таким путем, значит для чего-то это нужно. — сгреб папки со стола, убирая в верхний ящик. Видимо таким образом поставил точку в моих метаниях.

Обсудили еще несколько вопросов, я получила дальнейшие инструкции по отбытию и направилась сразу в космопорт. Приняв во внимание мое положение, служащий пошел на встречу и забронировал на мое имя ближайший рейс на Мираду, отбывающий через несколько часов.

Было страшно. Я без денег и вещей лечу на неизвестную планету. Это даже не страх, а ощущение приближающейся катастрофы.

Если бы я выбрала одно из тех мужчин, то уже на Мираде меня бы встретил муж и отвез в свой дом. А сейчас? Служащий управления договорился о том, чтобы его коллеги на Мираде встретили меня и заселили в гостиницу на пару дней, пока я не попаду в Совет и мне не назовут имя мужа. До тех пор, я сама по себе.

И сейчас, сидя в космопорту я тряслась от волнительного ожидания полета. На рейс уже прошла регистрация, и через каких-то несколько десятков минут я взойду на борт космопорта, навсегда прощаясь со старой жизнью.

Рейс задерживали и я начинала нервничать, поглядывая на уведомления, приходящие на смартфон. Меня потеряли. Бесконечное множество пропущенных звонков от родителей, Давида, Эли и даже Петр Сергеевич звонил. Мне нечего им ответить. Родители знают правду, но сомневаюсь, что отец рассказал о моем диагнозе.

Немного подумав, я решилась на глупость, ну или честность… У меня на почте была выписка из больницы в электронном виде, где сообщалось о диагнозе и проведенных манипуляциях. Решила отправить это Давиду, так сказать, поставив точку в выяснении этих отношений. Будет понятно, что условия контракта не могут быть выполнены по причинам, не зависящим от меня. Против природы не пойдешь. Отправила.

Ответ не заставил себя ждать. Я в очередной раз убедилась, что вся эта клоунада с браком продолжается только потому, что Петру Сергеевичу что-то нужно. И тон его письма даже не предполагал скрытую угрозу. Он угрожал. Я должна вернуться и выполнить договоренности, иначе… Что? Он не уточнил, но ясно дал понять, что хорошего для меня ничего не будет.

А по поводу ребенка вот какой комментарий вставил: “ …если твоему отцу нужен внук, я найду кто его родит и без твоего участия..”

Дайте-ка угадаю. Элеонора? Почему-то я не сомневаюсь, что отец в курсе похождений своего сына. Такой отец, как Петр Сергеевич, держит в ежовых рукавицах не только свой бизнес, но и семью.

Интересно, сколько у Давида длится роман с Элей? Весело наверно было наблюдать как я уговаривала каждого их них не ссориться с другим. Расписывала положительные качества, предлагала совместных отдых, только чтобы два моих близких человека нашли общий язык. Не хочу считать себя дурой за то, что не замечала. Не я идиотка, а вокруг меня предатели, я просто доверяла…

Наконец нас запустили на борт. Мой билет предполагал отдельную каюту со своим санузлом, что было очень удобно. Я планировала освежиться в душе и постирать хотя бы нижнее белье, лететь нам около суток, все успеет просохнуть. С этими мыслями прошлась по каюте, раздеваясь, а потом поплелась в душ, не дожидаясь пока объявят окончание посадки.

Пока стояла под струями воды в душе, краем уха слышала что-то про очередную задержку вылета в связи с технической неисправностью, прогнозируемое время устранения — один час. Да что такое? Вылетим мы или нет? Я уже устала волноваться.

Закончила все свои дела в душе, вышла в каюту, замотанная в полотенце, и планировала сделать вылазку на разведку обстановки. Кушать хочется, а я не уточнила входит ли питание в стоимость билета или нужно было что-то взять с собой на борт.

Не успела одеться, как прозвучал сигнал открытия каюты. Что? Я не заблокировала дверь? Нет же, точно помню что блокировала. Вообще о чем я думаю, когда прямо на моих глазах в каюту заходит какой-то грязный на вид мужчина в рабочем комбинезоне. Я видела такие у сотрудников космопорта. Что он делает здесь? Неужели…

— Вера Милс?

Я не стала отвечать, а ринулась, как была в полотенце в сторону двери, надеясь на эффект неожиданности. Что ж… Не повезло. Меня ухватили за волосы и дернули обратно. От неожиданности схватилась руками за руку мужчины в моих волосах, пытаясь отобрать у него мои волосы, и совершенно упустила из вида, что была в одном полотенце, которое упало к моим ногам и теперь я была полностью обнажена.

— Уууу, какая крошка! — присвистнул оглядывая меня масляным взглядом. — Куда ты так спешишь? У меня к тебе важный разговор.. — а потом провел второй рукой по моей обнаженной груди, — и не только…

Я сжалась в комок от страха, стараясь прикрыть руками все стратегически важные места, забыв о том, что меня держат за волосы. Мужчина вытащил смартфон и кому-то позвонил по видео звонку. Кто бы сомневался, что на том конце провода оказался отец Давида.

— Верочка! — окинул меня заинтересованным взглядом, — Куда же ты собралась? Так взрослые девочки не поступают. Возвращайся обратно и исполни свои обязательства перед Давидом. Дядя Петя не будет тебя ругать, если ты вернешься в компании этого приятного молодого человека. — мужчина, держащий меня за волосы, неприятно усмехнулся.

— Я никуда не поеду.

Неужели он думает, что я после этой выходки возьму и сойду с корабля? А что будет дальше? Каждый мой шаг будет сопровождаться угрозами расправой? Нет, это закончится сейчас.

— Уговори ее. Всеми возможными методами. Но оставь живой, она должна сама сойти с корабля, добровольно. По лицу не бей. — и отключился.

По лицу он действительно не бил, но летала я по каюте как волейбольный мячик, из угла в угол. Пока он бил меня, сознание будто абстрагировалось от происходящего, и я думала о совершенно посторонних вещах. Не знаю сколько это длилось по времени, но с какой-то периодичностью он спрашивал готова ли я пойти с ним, на что получал отрицательный ответ, и все продолжалось. Я просто надеялась на то, что рано или поздно он вынужден будет уйти. Не может же он находиться здесь вечно.

Отбиваться попробовала только в тот момент, когда поняла, что он подтащил меня к кровати с явным намерением. Не знаю откуда во мне взялись силы к сопротивлению после всех издевательств, но я несколько раз болезненно укусила его, а потом расцарапала лицо, хотя длинных ногтей отродясь не носила. Адреналин, не иначе.

В разгар моего сопротивления по громкой связи прозвучал голос капитана судна, сообщающего что поломка устранена и через пять минут планируется вылет.

Мужчина, как ошпаренный, вылетел из каюты, а я встала и заблокировала дверь. Осмотрелась в каюте и заметила, что он выронил свой смартфон, убегая. Заберу себе. Не знаю зачем, может как трофей, знаменующий мое спасение.

Подняла с пола полотенце и поплелась к зеркалу в санузле. Мда. Видок не очень. Синяков будет тьма… Уже сейчас видны следы рук на запястьях, шее, бедрах. Ощупала себя, больно везде, но переломов нет точно. Буду надеяться, что все обойдется, возможность обратиться к врачу появится не скоро.

Полет прошел спокойно. Этого мужчину я больше не видела, подозреваю, что он был работником космопорта, ну или прикинулся им, раз при объявлении отлета, так быстро сбежал.

Мирада встретила меня ярким солнышком и легким цветочным запахом. Космопорт был еще более оживленным, чем на Земле. Странно, я думала это закрытая планета, а значит, как мне представлялось, людей будет минимум, а коспорот будет окружен колючей проволокой или вроде того, чтобы не пропустить недругов. Но все оказалось оживленно, даже слишком.

Служащий из управления Земли сказал, что меня тут встретят по прилету, но никого из встречающих не наблюдалось, и я начала волноваться. Заглянув в смартфон увидела письмо, предположительно от встречающего, в котором он извинялся, и сообщил что попал в небольшую аварию и не успевает меня встретить, зато сказал, что могу арендовать машину на парковке и заселиться в гостиницу по указанному адресу. Так, а денег-то у меня совсем немного, кто знает какие тут расценки, хватит ли мне на такую роскошь..

Ага, вот он дальше пишет, что на мое имя Советом планеты открыт счет, на который перечислено единовременное пособие для переселенцев. Оплатить можно отпечатком пальца на платежном терминале или предъявив документы любому сотруднику.

Превосходно. Мне не придется спать на скамейке и есть листья, чтобы не помереть с голоду.

Нашла парковку по указателям и, выбрав машину, отправилась по указанному адресу.

Город удивительно красивый. Столица Мирады — Асим. Чем-то отдаленно напоминает нашу земную Италию. Красивые мощеные улочки, летние столики, за которыми неторопливо пьют кофе посетители, и просто море цветов вокруг.

Все это создавало какую-то уютную атмосферу, в которую хотелось окунуться головой, забывая о проблемах. При случае нужно намекнуть сотруднику управления на Земле, чтобы добавили в свои брошюрки фотографии этих красивых улочек — это будет лучшей рекламой.

Гостиница порадовала взгляд, она больше похожа на какой-то небольшой курортный отель: трехэтажное красивое здание с широкой террасой на каждом этаже. И снова цветы, везде цветы.

В холле гостиницы меня встретил молодой человек в форме сотрудника гостиницы. Показав ему документы, получила ключ-карту от номера, а также выяснила приятный бонус: номер уже оплачен Советом планеты. Жить в нем могу до тех пор, пока муж не перевезет меня в свой дом. Поднялась в номер, распахнула балконную дверь настежь и полной грудью вдохнула сладковатый приятный цветочный запах, чувствуя как мое тело постепенно избавляется от накопленного эти дни напряжения.

Может все не так плохо?

Совет явно экономит свой бюджет, иначе как объяснить, что спустя пятнадцать минут моего пребывания в номере от них поступило уведомление о том, что сегодня вечером меня ждут по указанному адресу на заседание. Даже пары дней отдохнуть не дали. Размечталась.

Хотя… Быстрее начнем, быстрее закончим. Волнение по поводу будущего мужа начинает прокрадываться в мои мысли. Какой он будет? Красивый ли? Какой характер? Понравлюсь ли я ему? Сможем ли мы поладить?

Пока вопросов было больше, чем ответов. Но ждать осталось недолго.

Спохватилась, что мне даже не во что переодеться. Немного подумав, полезла в местную сеть. Если на Земле можно было заказать одежду с доставкой на дом, то здесь наверняка есть что-то подобное. Я не ошиблась, и была приятно удивлена ассортименту вещей. Все-таки подсознательно переживала: вдруг тут придется ходить в одном мешковатом платье, сшитом своими руками? Планета-то закрытая. Звучит глупо, но стереотипы и не такое творили с сознанием людей.

Немного изучив ассортимент, выбрала себе несколько сарафанов, погода стоит теплая, можно разгуляться в выборе одежды, ну и, конечно, нижнее белье, ассортимент которого поверг меня в шок. У нас все-таки популярны удобные модели, в которых будет комфортно, а кружевные тряпочки — это парадно-выходной наряд. Здесь же о таком не слышали: сплошь одни кружева. Пришлось выбирать из того, что дают.

В ожидании курьера с одеждой, залезла в сеть почитать новости на Земле. Хм… Данил не особо грустит. Вот он, с улыбкой на очередном светском рауте под ручку с какой-то блондинкой. А где Элеонора? Или это их маленький секретик?

Удивительно, но сейчас я не чувствовала к нему ничего. Как будто не было года этих красивых ухаживаний и признаний в любви. А может я и не любила? Или во мне говорит обида? На кого? В моем положении сложно разграничить ощущения и понять что я чувствую по отношению к каждому из предавших меня.

По большому счету, я и полноценным человеком-то себя не чувствую. Жених не любил, а брак, как я теперь понимаю, инициатива его отца. Элеонора? Мы были близкими подругами. Очень хотелось спросить, глядя ей в глаза: “как ты могла? За что ты так со мной? У тебя же есть все в этой жизни, зачем тебе мой мужчина?” Но мне страшно услышать ответ. А что если для нее не существовало этих лет дружбы?

Родители… В погоне за своими интересами воспринимают меня только как очередную ступеньку, ведущую к цели. Чего только стоит только вспомнить парочку последних разговоров…

Устало прикрыла глаза. Нужно крепиться, по-другому не выжить.

Курьер привез вещи с большим опозданием. Я уже подумывала над тем, чтобы по пути в Совет заехать и купить что-нибудь приличное, переодеться на ходу. К счастью, не пришлось.

Для заседания выбрала строгое платье приглушенного зеленого цвета. Оно хорошо сидит на фигуре, показывая, что она у меня есть. Украшений пока нет, но нанесу немного макияжа, чтобы скрыть усталость на своем лице. Хочу выглядеть хотя бы симпатично, все-таки первая встреча с мужем. Пусть пока в статусе “потенциальный”, но фактически — это решенный вопрос, а хорошее первое впечатление поможет наладить контакты в будущем.

Надеюсь.

Здание Совета встретило меня тишиной, что немного насторожило. Я не вовремя? У входа, за стойкой регистрации, находился один-единственный человек во всем этом громадном холле. Каждый мой шаг гулко разносился по помещению, отбивая набатом по барабанным перепонкам. Если так пойдет, то о своем приходе я извещу все три этажа здания, просто пройдясь на каблуках до стойки регистрации.

Девушка в странной серебристой униформе, напоминающей костюмы земных актеров в фильмах про космос, посмотрела мои документы, и взглянув в монитор своего устройства, пригласила следовать за ней. Прошли мы буквально за поворот, где она оставила меня у громадных деревянных дверей, которые больше похожи на ворота в средневековом замке, нежели на дверь внутри здания.

С трудом открыв дверь, протиснулась внутрь, пока они меня не придавили, и попала в большой зал, в центре которого располагались несколько кресел, видимо для посетителей. Сам Совет расположился полукругом у стены. Я прошла и села в одно из свободных кресел, напротив мужчин из Совета. Ощущения не из приятных, чувствую себя маленькой букашкой в этом огромном и пустом помещении. Для чего такая планировка? Чтобы много у Совета не требовали, а скорее стремились покинуть это место? Тогда и кресла не нужно было ставить.

Был у нас в фирме один из начальников, который крайне не любил посетителей, но к нему, будто назло, всегда притаскивались с кучей отчетов и выпроводить этих посетителей было сложно. И он решил убрать стулья из своего кабинета. Решение оказалось гениальным: дольше пяти минут никто не задерживался. Офисные сотрудники стоять не любят, и стараются в таком неудобном месте надолго не задерживаться. Начальник счастлив, работа делается вовремя.

Может подать им идею с креслами?

— Приветствуем вас, Вера. — подал голос седовласый мужчина посреди этого полукруга. Всего восседало восемь человек, и еще один сейчас устанавливал на полу, недалеко от Совета, какой-то полукруг, направленный на меня. Убивать будут? Страшновато.

— Добрый вечер, старейшины. — Или они не старейшины? Черт. Надо было узнать как к ним обращаться.

— Объявляем внеочередное собрание Совета в связи с назначением мужа переселенке Вере Милс. Земное управление по межгалактическим миграциям передало нам документы, указывающие на то, что вы обратились с запросом на переселение указанного числа, в указанное время, и сделали вы это добровольно, без принуждения?

— Да. Все добровольно и без принуждения. — к нашей беседе подключили еще кого-то: появилась голограмма высокого брюнета. Рассматривать его не хотелось, чтобы не выглядеть совсем дикой. Я и голограммы в жизни не видела, не говоря об остальном. Сделаю вид, что так и планировалось.

— Вам были переданы на ознакомление анкеты трех молодых людей — кандидатов в мужья?

— Так и было. — Что ж вопросов-то столько!

— И вы отказались от всех троих?

— Именно так.

— С какой целью? — на меня уставились все, кто были в помещении.

— Эмм… В каком смысле? — что-то я не поняла вопроса. Меня в чем-то подозревают?

— Что вас не устроило в кандидатах?

А, может они какую-то анкету заполняют, как у нас на Земле, вроде как для улучшения сервиса, а там кто его знает… Но ответила:

— Как вам сказать… У меня нет конкретного ответа. Просто не смогла выбрать ни одного их них. — замялась… Сейчас, когда произнесла это вслух звучит откровенно странно, но на момент просмотра этих злополучных анкет, все казалось очень органично. И такой ответ для меня самой звучал вполне логично.

— Вы осведомлены о том, что Совет обязан назначить вам мужа? — этого седовласого мужчину что-то веселило: сидит улыбается, поглядывая на меня. Может мне уже диагноз поставили по-тихому?

— Да.

— Прекрасно. — хлопнул в ладоши, немного подпрыгнув в кресле от нетерпения.

Я чего-то не понимаю… Ощущение, что сейчас мне подложат большую свинью, бодренькую, розовощекую. Такое подозрительное воодушевление представителя власти откровенно напрягает. На Земле я бы уже попыталась сбежать от греха подальше, но здесь я даже дверь с трудом открываю, сомнительный побег получится…

— Вера Милс, вашим мужем назначается генерал Александр Хант. — и показал ладонью в сторону голограммы.

Так это был он!

Повернулась и постаралась как можно подробней рассмотреть, теперь уже, моего мужа. Статный, высокий, широкоплечий. По фигуре сразу видно, что занимается спортом. Подняла взгляд на лицо и обомлела! Господи! Это… Что с ним случилось?

Мужчина был изуродован. Левая половина лица была буквально располосована от глаза, спускаясь вниз по щеке, будто огромный дикий зверь ударил его когтями. Из-под воротника тоже выглядывали шрамы, уходящие вниз, под одежду. На левой кисти был ожог… И это только то, что видно невооруженным взглядом. Сомневаюсь, что при таком лице тело осталось нетронутым.

Не хочу никого оскорбить… Но какого…?!

Я не боялась его шрамов, мне не было противно. Меня пугала история, стоящая за этими шрамами. И то каким стал его характер. В моей душе поселилась уверенность, что при такой внешности он не будет “душечкой”. Да и то как он смотрел на меня…

После каждой войны на Земле, было множество мужчин, обезображенных шрамами во время боевых действий. И только на одном ранении дело не заканчивалось. Без психологической помощи и поддержки семьи, такой мужчина мог стать озлобленным на весь мир, и вымещать боль и злость на близких.

Вот это моя судьба? Может я обратно?

Ладно, что это я расклеилась. Выкарабкаемся. Земные женщины и не с таким справлялись.

Нацепила на лицо доброжелательную улыбку:

— Здравствуй, Александр. Предлагаю сразу перейти на “ты”, мы ведь теперь женаты. Я — Вера. Очень рада познакомиться с тобой. А почему ты не присутствуешь лично? — спросила у всех сразу.

Мужчина мне ничего не ответил, только сверлил нечитаемым взглядом. Нутром чувствую, злится. Может не нужен ему этот брак? Да наверняка не нужен. А может… может я зря навешала ярлыков и он уже давно и счастливо занят другой женщиной? Неет, у них же жрецы, судьба.

Кстати о них. Где эти божественные вестники? Может я кому-то их дорогу перешла? Или в прошлой жизни согрешила? Видно уже по красноречивому молчанию Александра как он мне рад и что недолго мне порхать счастливой птичкой.

Эх..

Взял слово все тот же старейшина:

— Александр сейчас находится на вашей родине, на Земле, по поручению первых лиц Мирады. Вернется он в ближайшее время. И раз вы познакомились, предлагаю вам проследовать в кабинет напротив для завершения процедуры и подписания необходимых бумаг.

Попрощавшись, вышла, так и не услышав ни одного слова от мужа. Ну и не надо.

Я уже вторую неделю находился на Земле по поручению главы Совета.

И почему именно мне так не повезло? Я генерал, а не бизнесмен и не политик, так какого черта я здесь делаю? На эти вопросы был один ответ от заинтересованных лиц: принять к исполнению.

Сколько бы не сопротивлялся, меня все равно сослали сюда. Они забыли как я выгляжу? Да и договариваться не умею. Вот если переговоры зайдут в тупик, тогда можно и мной пугать.

Моя задача состоит в следующем: Земля хочет заключить договор на поставку ампирия- материала, использующегося в производстве военной электроники. Его добывают только на нашей планете, поэтому Земле нужен этот эксклюзивный контракт. Они подали запрос властям Мирады и получили положительный ответ. Вопрос оставался только в компании, которая будет перевозить для продажи ампирий.

Земля предложила несколько вариантов компаний, пока выбор остановили на самой крупной и перспективной. Но переговоры затягиваются, и я начинаю откровенно раздражаться.

Мальчик, который является исполнительным директором, понимает в вопросах бизнеса еще меньше меня, и компания начинает вызывать подозрения. Как он будет сотрудничать с нами, если не в состоянии даже на обсуждение контракта прийти вовремя?

Я что-то слышал, пока бродил по его фирме, что у него сбежала невеста из-за его измены с ее лучшей подругой. Характеристика сомнительного человека. В бизнесе важна репутация, и когда мужчина меняет женщин как перчатки, есть вероятность, что долгосрочные связи не входят в его привычку. Предложу-ка я поставить на паузу эти переговоры, изучим другие варианты. Не нравится мне происходящее.

За этим мальчиком, по данным от властей, стоит его отец, крупный бизнесмен, монополизировал несколько ниш бизнеса. Опасный мужчина. Не знаю зачем наши решили связаться именно с ним.

Переговоры шли уже третий час, а мальчик все продолжал путаться в данных, постоянно заикаясь и исправляя свои нечаянные оговорки. Выглядело жалко. Да и меня откровенно побаивался. Внешность моя оставляет желать лучшего, и к такой реакции я давно привык, людям неприятно на это смотреть или прикасаться, но лицо нужно уметь держать, мы все-таки не на дружеской встрече. Здесь обсуждаются интересы двух планет. У меня может тоже нет желания слушать его на это нелепую речь.

На смартфон пришло уведомление, в котором Совет планеты по распоряжению Правителя, и по совместительству, моего друга, отзывал меня на Мираду, давая мне несколько дней на завершение переговоров. Если не успею, то за дело возьмется кто-то другой. Хорошая мысль с приостановкой переговоров под предлогом отлета, а там и мальчишку этого проверим.

Но настораживала срочность, с которой я должен вернуться обратно. Что-то произошло. Но почему не указали причину сразу? Неужели в целях секретности? Наверняка что-то произошло с Арсом, нашим правителем и моим давним другом. Только новости, связанные с его персоной никогда не озвучиваются даже по зашифрованным каналам.

Больше двенадцати часов длились наши переговоры. Точнее будет сказать, что переговоры проводили наши юристы, мальчик нервничал, а я наблюдал — это получалось лучше всего.

Следующим утро, обозначив всю срочность земным партнерам, вылетел на Мираду. В душе поселилась тревога и я мысленно пытался просчитать что могло произойти, разрабатывые различные варианты решения возможных проблем. Но то, что ждало меня дальше, повергло в шок всех, включая меня, бывалого военного.

На середине полета пришел срочный запрос галосвязи из зала Совета. Ну все. На планете переворот и сейчас будем на срочном заседании Совета выяснять как спасать мир.

Когда меня подключили, председатели Совета уже допрашивали молодую девушку, задавая ей вопросы о просмотре каких-то анкет. Неужели она может опознать преступников? Мысленно потирая руки, стал прислушиваться внимательней. И перестал понимать что происходит и зачем здесь я, ровно до следующей фразы:

“Вера Милс, вашим мужем назначается генерал Александр Хант”.

Занавес.

Я в был чертовски зол. Что за подлые выходки? Арс, скотина, убью! Очередная охотница за лучшей жизнью сейчас будет биться в истерике и кричать, что не будет жить с чудовищем. Зачем он так со мной? В моей жизни и так осталось слишком мало хорошего… После прошлой личной истории я зарекся больше связываться с женщинами для долгосрочной перспективы.

Как и у каждого мужчины, у меня были свои потребности, я не был монахом, даже после всего произошедшего в моей жизни. Я мог позволить себе только любовь за деньги. Но даже им было неприятно прикасаться ко мне. Что ж… Могу понять.

На моем лице были шрамы от порезов, как и по всему телу, а кисть украсил ожог, ну хоть какое-то разнообразие.

Я свыкся с мыслью, что буду один до конца своей, надеюсь не долгой, жизни. Больше в личных драмах я не был заинтересован.

Но что происходит? Прямо сейчас меня рассматривает, уже моя жена, а потом доброжелательно улыбается, давая понять, что рада знакомству. Она психически больная? Чему она радуется? Или может у нее со зрением не очень? Вот сюрприз-то будет, когда рассмотрит.

Председатель выпроводил ее из зала заседаний и обратился ко мне:

— Это было распоряжение жрецов. Эта женщина предначертана тебе Судьбой, и не тебе идти против ее воли. — с намеком посмотрел на меня. Да понимаю я. — Ты все слышал: она отказалась от всех представленных кандидатов в мужья без веской причины, значит Судьба вела ее сюда. Задолго до уведомления из земного ведомства о том, что к нам едет женщина, отказавшаяся выбирать мужчину, с нами связался глава Ордена жрецов. Мне четко дали понять кто ей нужен, поэтому ты был экстренно отозван. Я к тебе отношусь как к сыну, и добровольно не стал бы проводить через этот ад снова, но в этом случае мои полномочия ограничены. Посмотри, она вроде не так плоха. Улыбчивая, собранная. Я прислал ее личное дело тебе. Обрати внимание на состояние ее здоровья, тебе будет о чем подумать. — и махнув рукой отключил связь.

Вера. Моя жена. Пока звучит как приговор.

Зарылся в письма на почте, в поисках личного дела Веры. Итак: двадцать пять лет, финансист, увлечений нет. Здоровье… Интересно. Проблемы с репродуктивной системой, не может иметь детей. Не поэтому ли она согласна даже на такого мужа, как я? Ради возможности иметь детей в принципе.

Для медицины Мирады — это не проблема. У нас лечат практически все, было бы время и финансовые возможности. У жителей нашей планеты есть и то, и другое. Были прецеденты, когда обеспеченные граждане других планет подавали запрос на Мираду с просьбой пройти тот или иной курс лечения в наших больницах. Такие разрешения давались в крайних случаях, когда стоял вопрос о жизни пациента, но такие вопросы как бесплодие, получали неизменный отказ. Помочь всем нельзя, а перегружать медицинскую систему может быть чревато последствиями для самих артов. Для нашей власти ее жители — это приоритет перед любыми другими.

Не нужно быть гением, чтобы понять: меня просто напросто выпроводили из помещения. Будут беседовать с Александром, надеюсь ему распишут какая я хорошая и все преимущества семейной жизни, иначе у меня намечаются проблемы.

Прошла, как и сказали, в кабинет напротив. Встретила меня улыбчивая пожилая женщина, ставшая для меня гидом в мире миранской бюрократии, которая может составить жесткую конкуренцию земной, это я как финансист заявляю. Когда передо мной выложили массивную стопку бумаг, поначалу решила, что это какой-то свод законов планеты или устав для ознакомления на досуге. В реальности все оказалось менее радужно: все это нужно подписать прямо сейчас.

Среди бумажек я увидела интересные документы: по закону, после замужества я становлюсь совладелицей всего имущества, имеющегося в распоряжении мужа. Новость конечно хорошая, но слишком много бюрократии. За этими приятными хлопотами я провела не меньше полутора часов. Ближе к концу, пальцы уже сводило судорогой от количества подписанных бумажек.

Наконец, меня отпустили. Только вот куда? Мне было сказано, что в гостинице я могу оставаться до тех пор, пока не вызовут в Совет и не озвучат имя мужа, дальше я перехожу под его ответственность. Ну и где муж? И что теперь делать? Куда идти? Мне выплатили единовременное пособие, но могу ли я позволить себе проживать и дальше в гостинице? Не думаю, это наверняка дороже. Нужно искать съемное жилье и работу. Финансовые дела ведутся на всех планетах, голодной не останусь.

Вышла из здания и, сев на ближайшую скамейку, погрузилась в поиски квартиры. А может попробовать комнату снять на первое время, так дешевле будет? Я не знаю смогу ли рассчитывать на мужа и его финансовую помощь. Он не заинтересован в браке, невооруженным глазом было видно его раздражение и недовольство. Но что я могу сделать? Его персону в мужья я тоже не просила. Может выбери я кого-нибудь из тех троих, еще в управлении, то сейчас бы выбирала шторы в новом шикарном особняке, а муж любовно сдувал с меня пылинки.

Естественно, я утрирую. Выбор уже сделан. Но я хочу себя обезопасить на случай, если с браком не выйдет хорошей истории.

Кстати, а про развод я не спросила… И никто не сказал. Неужели тут не разводятся? Нужно изучить законодательство. Будет ужасно, если мы не сойдемся характерами, но будем вынуждены жить вместе. Хотя в отличии от земных браков, здесь есть гарант качества — жрецы. Раз одобрили, значит есть надежда на хорошее будущее.

Поиск квартиры неприятно затягивался. Вариантов для аренды было много, но складывалось впечатление, будто артам не знакомо слово “умеренный”. Квартиры были, но что это были за апартаменты! Самый скромный вариант — двухэтажная квартира с собственным бассейном на крыше, и, естественно, такая красота стоила своих денег. Денег, которых у меня сейчас нет. Кто знает как обстоят дела с работой, поэтому полученное пособие нужно растянуть по максимуму.

Несмотря на бумаги, находящиеся в моей сумке, и подтверждающие наличие моей доли в недвижимости и счетах Александра, не буду запускать руку в этот “карман” без разрешения хозяина. А ведь у меня даже контактов мужа нет, чтобы спросить разрешение.

Ну что сказать? Если бы я так работала, как переезд на другую планету организовала, то погнали бы меня грязными тряпками еще в первый день. На меня это совершенно непохоже. Я всегда гордилась тем, что продумывала все до мелочей, каждую деталь. Начальники хвалили мою работу, ссылаясь на превосходное внимание к мелочам.

А тут: переехала на другую планету, о жилье не позаботилась, о муже знаю только имя. И совершенно без понятия что делать дальше. Хихикнула, не выдержав комичности ситуации.

От мыслей отвлек громкий голос эффектной блондинки неопределенного возраста, пронесшийся мимо меня в здание Совета.

— Эрик, это немыслимо! Это позор! Я узнаю обо всем из поздравления секретаря! — женщина эмоционально размахивала руками.

— Нина, успокойся. Мы не знаем почему так произошло. Сейчас мы узнаем ее контакты и все будет нормально.

Мужчина явно пытался ее успокоить. Муж, наверное. Нина? Земное имя. Она тоже переселенка? Интересно, сколько еще тут землян проживает? Никогда не интересовалась вопросами переселения, будучи уверенной, что моя жизнь проста и предсказуема. К слову о моей жизни: пока я подписывала бессчетное множество бумажек, на смартфон приходили уведомления от Давида. Открывать сразу не стала, чтобы не портить себе настроение, уверена, там угрозы или что-то подобное. Разойтись красиво у нас не вышло.

Всегда с восхищением смотрела на пары, который разошлись по какой-то причине, но сделали это цивилизованно, без скандалов, без последующих сплетен друг про друга. До Давида у меня были всего одни отношения, и все закончилось печально. Оглядываясь назад, могу смело делать вывод, что мужчин выбирать совершенно не умею.

Он был из уважаемой семьи, хорошие родители, да и он казался приятным. Подсознательно к таким как он испытываешь доверие. Но спустя год отношений я узнала, что он наркоман. Семья подозревала, но не вмешивалась. В период отношений со мной, он решил завязать, и вот тогда начался настоящий ад… для меня: я решила его поддержать в этом нелегком деле.

Он постоянно срывался, долго без “дурмана” находится было сложно. Выяснилось, что его тонкая душевная организация не способна вынести тяготы этого мира, и любой эмоциональный всплеск провоцировал новый срыв. Я выслушивала гневный и очень трогательный монолог, в очередной раз осознавая, что он снова сорвался. И в этот раз, с его слов, все было по моей вине. Я сотворила страшное: пригласила его в кино. В тот период вышел новый фильм, очередная экранизация английской классики, и фильм этот оказался со смыслом. После просмотра ему стало грустно, и все началось по новой.

Я винила себя. Да что там говорить: я практически растоптала собственное Я, чтобы только ему помочь: терпела все его выходки, закрывала глаза на оскорбления, списывая все на затуманенный ум.

“Скоро он поправится, и ему станет лучше. Это не он говорит, а дрянь внутри него. Он поправится и поймет, что я всегда буду на его стороне.” Так я говорила себе каждый раз, утирая слезы обиды. Глупый ребенок.

Тогда мне было семнадцать лет. И я сломалась.

Моя семья, как я сейчас понимаю, была слишком равнодушна ко мне, не замечала страшных перемен, а они были. Именно в тот период, не в силах справиться с давлением и обвинениями, я решила покинуть этот мир. К счастью, попытка не удалась. Тогда, в больнице, пожилая женщина врач-психиатр, в чью смену я попала в отделение, впервые объяснила мне, что в происходящем нет моей вины, и очень долго что-то эмоционально выговаривала моей матери.

После этого случая, я очень долго собирала себя по кусочкам.

Естественно, поддержки от молодого человека я не дождалась, напротив, он меня бросил. По телефону, в двухминутном разговоре.

По сей день с ужасом вспоминаю тот период и очень благодарна, что он меня бросил. Неизвестно в какой канаве я бы закончила свою жизнь, если бы осталась рядом с ним. Больше мы не виделись, я ничего не слышала о нем. Но если бы меня сейчас спросили стоит ли с ним связываться какой-либо девушке, я бы ответила: ни в коем случае!

Он был старше меня, опытнее, но тем не менее решил самоутверждаться за счет молоденькой девочки, практически доведя ее до смерти. Считаю, что такие люди не меняются, принимают они что-то или нет.

Хорошим человеком, в самом положительном смысле этого слова, ты делаешь себя сам, а не списываешь на обстоятельства, в которых оказался.

Погрузившись в невеселые воспоминания, совершенно потеряла счет времени.

Давид. Точно! Полезла проверять, что же он мне настрочил, внутренне содрогаясь, от воспоминания о последнем разговоре с его отцом.

“Вера, я был дураком”

“Пожалуйста, возвращайся. Надеюсь, ты не наделаешь глупостей.”

Ты посмотри. Какой актерский талант в землю зарывает, сидя в фирме. Не знай я предысторию этих сообщений, прослезилась бы, и помчалась на обратный рейс, роняя туфли на бегу.

Удивительный народ: сначала в душу наплюют, измарают все светлое, что было между нами, а потом “вернись, я все прощу”. Бегу, аж пяточки сверкают. Я не самый злопамятный человек, но после всего произошедшего, кем я должна быть, чтобы вернуться? Не на помойке же я себя нашла, в самом-то деле! И теперь возникает закономерный вопрос: кем я являюсь в глазах семейки Давида, если позволяют себе такое поведение по отношению ко мне? Неужели я давала повод так с собой обращаться? Я всегда старалась угождать окружающим, мне не сложно сделать что-нибудь хорошее для человека, ничего не ожидая взамен. Очевидно такое поведение другими принимается безвольность и слабость характера.

На Земле говорят, что все происходящее рано или поздно обернется в лучшую сторону. Начинаю понимать тайный смысл этого утверждения. Останься я с Давидом, закрыв глаза на все, то прав у меня было бы не больше, чем у коврика, расположившегося у входа в дом.

Зазвонил смартфон, подсветив на экране незнакомый номер. Отвечать было боязно, но любопытство пересилило.

— Верочка, здравствуй! Меня зовут Нина, я мама Александра! Как я могу с тобой встретиться? — удивительное совпадение. Вторая Нина за последние полчаса. Может здесь популярно это имя?

— Добрый вечер, я нахожусь у здания Совета.

— Вот как? А где именно?

— На скамейке у входа. — мда… прозвучало как-то жалко. Почти что “прошу милостыню у церкви, моя табличка “подайте на хлеб” третья слева”…

— Вижу тебя. — и отключилась.

Прозвучало зловеще, заставив меня нервно оглядываться. В мою сторону неслась, как локомотив, все та же эффектная блондинка Нина. Значит не совпадение. И что там было для нее позором? Брак, я полагаю. Отличное начало. Что за семейка мне попалась?

— Вера! Как я рада тебя видеть! — ухватив меня за плечи, расцеловала в обе щеки. — Я Нина- мама Алекса, а это Эрик — его отец. Мы так рады, что теперь у нас появилась дочь! Это такое замечательное событие! Я уже и не думала, что когда-нибудь в своей жизни смогу приветствовать жену Алекса.

— Мне тоже очень приятно с вами познакомиться. — по я не особо понимала что происходит и чего ожидать от неожиданных родственников.

— Представляешь, мы не знали о браке! Мне позвонила Мелинда из приемной, сказала, что ей в руки попали документы, согласно которым Александр теперь женат! Удивительно! Но как так вышло, что нет никакой церемонии? Где вообще Алекс? Он не отвечает на мои звонки. Как случился такой стремительный брак?

Как много вопросов. Ну и что мне ей отвечать?

— Брак был неожиданным и для меня. Алекс, насколько мне стало понятно из объяснений, находится с важной миссией на Земле, когда прибудет неизвестно. Пока я как-нибудь сама, а дальше мы решим что делать.

Нина замялась, будто не зная как спросить что-то, тревожащее ее, но потом все же решилась:

— То есть ты с ним лично не общалась? Вы не знакомы?

— Нет, не знакомы, но на заседании Совета я успела с ним поздороваться. — ответила уклончиво.

— По голосовой связи? Как все происходило? — продолжила допытываться. — Мы должны были присутствовать от лица нашей семьи.

— Нет, подключили галосвязь, Алекс, можно сказать, присутствовал на заседании. Мы виделись.

Она резко обернулась, внимательно изучая мое лицо. Что она хочет услышать? Не понимаю ее странную реакцию: она будто ждет от меня чего-то, выискивает известные только ей эмоции.

А может… Дело во внешности Александра? Она ждет истерики? Или пренебрежения? Глупость какая. От наличия шрамов на лице и теле, симпатичным мужчиной он быть не перестал. Характер правда вызывает вопросы, но пока судить слишком рано, а делать выводы из парочки раздраженных взглядом, как минимум глупо. Надумаю раньше времени ужасов, а потом окажется, что он спит в обнимку с розовым зайцем. Нехорошо получится.

— Все прошло нормально? — Нина продолжала внимательно вглядываться в мое лицо, и теперь, осознав с чем связан ее интерес, я заметила в ее взгляде хорошо прикрытое беспокойство.

— Да, вполне. Алекса уведомили о наличии у него жены, мне же сказали ждать его. — пожала плечами.

— Замечательно! Где ты разместилась?

— Мои вещи со мной. — показала рукой на небольшую дамскую сумочку, болтающуюся на моем плече еще с Земли. — До вашего звонка изучала рынок недвижимости для съема на первое время.

Несколько мгновений она будто переваривала информацию, а потом обескураженно уставилась на меня:

— Хорошо… Нам многое нужно будет обсудить, а пока поедем домой.

— Хотелось бы сразу уточнить о каком доме речь? Я пока жильем не обзавелась..

Нина перебила, не дав возможности проложить:

— О чем ты говоришь? У тебя два варианта: предлагаю тебе до возвращения Алекса побыть в нашем доме. Это самый предпочтительный вариант. Мы бы помогли тебе освоиться и привыкнуть к новому месту. Либо сразу можешь переехать в квартиру Александра, но я боюсь, что будет сложно одной, мы не знаем когда он вернется. Сама понимаешь, его род деятельности предполагает некоторую секретность.

Его род деятельности? Боги… Я не знаю ни рода занятий Александра, ни даже его возраста. Да кроме его имени и внешности мне ничего о нем неизвестно. Вот это я понимаю взрослый подход к отношениям. К чему условности, когда можно сразу под венец. Остальное решится потом. Мысленно хихикнула. По-моему я становлюсь совершенно другим человеком. Ну или у меня просто напросто поехала крыша от стресса. Это еще предстоит выяснить.

— Я предпочту квартиру Алекса, чтобы не смущать вас моим присутствием.

Нина в ответ хмыкнула, задумчиво осмотрев меня:

— Ну поехали, сразу покажу квартиру.

Квартира радовала глаз. Дизайнерский ремонт, оснащена техникой последней модели под завязку. Но бросалось в глаза, что квартира будто нежилая. Не хватало личных вещей, которые добавили бы уюта. Но Нина говорит, что Алекс живет именно тут, что позволяет дать определенную характеристику: осмелюсь предположить, что он — военный. Чаще всего у них входит в привычку существовать с минимумом необходимых вещей.

В первые минуты решила, что квартира четырехкомнатная, но стоило поднять голову, как стало ясно: есть второй этаж. Двухэтажная квартира. Первой мыслью было не восхищение дизайнерскими решениями или наличием огромного жилого пространства. Первая мысль возникла бы у каждой обычной женщины: это же сколько тут убирать! Я надеюсь сюда наведываются наемные работники, иначе я не разгибаясь буду намывать эту квартиру. Пока дойдешь до конца, первая часть квартиры уже обрастет пылью и нужно начинать все заново.

Зашла в первую попавшуюся комнату наугад и попала в рабочий кабинет, обстановка существенно отличалась от увиденного в гостиной. Здесь все кричало о том, что именно этой комнатой пользуются чаще всего, на нее наложился отпечаток личности хозяина квартиры. Одну из стен полностью закрыл стеллаж с бумажными книгами. Пребывая в легкой эйфории, прошлась стены, проводя пальцами по корешкам. На полках располагалась чья-то, тщательно собранная, коллекция. Большая часть этой коллекции состояла из сборников первых изданий классики. Тут были в том числе и земные авторы.

Взяла одну из книг, аккуратно раскрывая переплет, пробегаясь глазами по тексту. В какой-то момент накатила такая волна ностальгии, что стало тяжело дышать. Слезы застилали глаза, и я убрала книгу на полку, чтобы не испортить.

Прошло слишком мало времени, чтобы забыть события последних дней. Глядя на земные книги, будто впервые осознала, что Земля далеко, и путь обратно мне закрыт. Моя жизнь перевернулась с ног на голову, вытряхнула меня из вакуума, в котором я была сколько себя помню, и бросила в океан событий, без права на ошибку.

— Дорогая, как тебе квартира? Что будем менять? Мы поможем тебе с ремонтом. А вот сюда можно повесить морской пейзаж.. — Нина прошлась по комнате и начала разглядывать стены.

— Нет, нет, все устраивает. Ремонта не будет, но я закажу парочку вещей. Чувствуется что женской руки тут не было. — улыбнулась ей. Такая вовлеченность в мое обустройство была приятна.

Выпроводив всех, я отправилась кухню сварить себе кофе. Хороший, сваренный вручную, приправленный специями даст мне сил для последнего, на сегодня, рывка — заказа необходимых мелочей и поиска работы.

Только поднесла чашечку кофе ко рту, как в дверь позвонили. Интересно кто бы это мог быть?

Подойдя к двери, порадовалась: тут был дверной звонок с видеонаблюдением. На экране отобразился мальчик лет десяти, видно было что он нервничает.

Открыла дверь.

— Здравствуйте, а вы у себя змею не находили? — спросило это чудо.

Змею? В глазах потемнело. Этих ползучих гадов я боюсь до смерти. И сейчас этот милый мальчик намекает, что в моей квартире есть эта дрянь. Пока пыталась не упасть перед ребенком в позорный обморок, к нему подошел мужчина.

— Добрый день, меня зовут Эван Дант, а это мой сын Пирс. Мы живем в в соседней квартире. — махнул рукой в сторону другой двери, — У нас потерялся питомец, вы у себя никого не находили?

Сидела на кухне, пытаясь удержать стакан с водой в руке и косилась на мужчину, изучающего мое жилище.

Оказалось, что Эван — ученый, работающий в команде моего мужа, и по совместительству отец-одиночка. А еще он — землянин. Из его краткого рассказа выяснила, что правительство его переманило и он живет тут уже несколько лет. Даже получил гражданство. Это как раз мне понятно — раз научные открытия сделаны гражданином Мирады, значит и открытие можно приписать планете.

Как оказалось Пирс, его сын, приловчился скрывать от отца, что выпускает поползать лабораторную змею. Она не ядовита и в целом не опасна, но крайне ценна как лабораторный образец. Клятвенно заверила, что если встречу Снежинку, так звали этого чешуйчатого гада, обязательно сообщу. Не стала уточнять, что мой крик, переходящий в ультразвук они услышат сами, даже если при этом будут с очередной экспедицией в соседней галактике.

Мужчина с сыном произвели приятное впечатление. Для ученого Эван выглядел эффектно, и если бы он не озвучил сферу деятельности, никогда бы не подумала, что он ученый. В моей голове портрет типичного ученого выглядел как небрежный, взлохмаченный ботаник. Обязательно должны быть очки и рассеянный взгляд, как бы говорящий, что он не понимает как оказался в твоем обществе.

Эван же выглядел полной противоположностью. Высокий мускулистый шатен с красивыми карими глазами. Глядя на его фигуру, скорее решила бы, что он спортсмен ну или на крайний случай, военный.

Необычное знакомство.

Открыв глаза, долго рассматривала потолок, в попытках сообразить где это я проснулась. Из головы совершенно вылетело, что теперь живу в новом месте.

Поднялась, накинув шелковый халат, поплелась в ванну приводить себя в порядок. Для меня это немыслимый поступок. Не только купить такую вульгарную вещь, но еще и носить на себе.

Если бы меня видел Давид, сказал бы, что выгляжу как куртизанка. И это я еще культурно выразилась.

Несмотря на то, что женщины липли к нему, как мухи на мед, он был крайне консервативных взглядов, как на отношения в целом, так и на внешний вид своей избранницы. Я никогда не покупала себе откровенных нарядов, не носила шелковые халаты, а кружевное белье было только как атрибут к красивому платью для очередного светского мероприятия. И Давида все устраивало. Вспоминая наши совместные выходы в свет, сложно вспомнить были ли у нас общие темы для разговоров, кроме как его бесконечные комментарии по поводу очередной красотки в коротком платье. В моем мозгу, забитом розовой ватой, тогда не возникало вопросов, почему же мужчина, так яростно порицающий таких женщин, до встречи со мной неоднократно был замечен именно в компании таких красоток. Не хочу присваивать себе лавры “перевоспитания” бабника, как можно увидеть, бабники не меняются. Просто учатся лучше скрываться.

В этом Давид точно может дать фору любому шпиону. Так уверенно играть на публику свою неприязнь к Элеоноре, и так страстно заниматься с ней сексом прямо на рабочем месте. Да и моя подруга не лучше. Они подходят друг другу. Надеюсь, Петр Сергеевич сделает правильный выбор и поженит их. Они заслуживают друг друга.

С покупкой этого злополучного халатика, я открыла в себе новые грани. Женственность. Уверенность.

Да я нравлюсь себе, черт побери!

Неужели это и есть вкус свободы?

Когда ты не боишься своих желаний, мыслей и чувств. Когда можешь позволить себе одеваться как нравится, говорить что хочется и не бояться, что не вписываешься в чей-то образ хорошей женщины.

Если это и есть свобода, то я выбираю этот путь.

Приняв и осознав перемены в себе, пританцовывая, готовила яичницу. Это единственное, что я в состоянии приготовить, при этом не разрушив половину города. Что бы не говорили другие, считаю, что готовка дана не всем. Ты можешь вымерять по весам граммовки, засекать время до секунды, выбирать самые лучшие ингредиенты, да, по итогу это будет съедобно, но не более.

Но есть категория людей, которые готовят божественно. За какие бы продукты не взялись, получается шедевр. Даже обычный омлет — произведение искусства.

И если я знаю, что у кого-то получается лучше, то предпочту обратиться к нему, чем переводить продукты. Поэтому в квартире ингредиенты были только для приготовления яиц и бутербродов.

На Земле из поколения в поколение сохраняется традиция готовки домашней еды. Только работающие слои населения заказывают доставку, и то, только по причине нехватки времени. От них чаще всего слышишь, пока они уплетают заказанную итальянскую пасту, что дома его ждут домашние пельмени.

И никакие технологические прорывы и попытки всячески облегчить жизнь населению доставками еды, разными электронными приспособлениями для готовки, не способны искоренить земное желание поесть домашней еды.

Но я не такая. И мне не стыдно.

Сегодня по плану у меня стояло посещение больницы. С удовольствием отложила бы визит до лучших времен, но от очередного, жутко важного, ведомства пришло официальное письмо, уведомляющее, что я как новый житель плане обязана пройти полное медицинское обследование в первые сутки нахождения на планете.

Было бы здорово, если бы предупреждали об этом сразу, а не в угрожающем письме, намекающем на проблемы в случае неявки. Мне только проблем с властями не хватало. Но как идти к врачу, когда твое тело похоже на окрас земной собаки — долматинца? Синяки не собирались оперативно покидать мое тельце, наоборот, сейчас они налились разными оттенками бордового цвета. Предвижу массу вопросов от врача, на которые он не получит ответа.

Все вышло как и ожидалось.

Больница встретила меня гомоном голосов, и была больше похожа на огромный восточный рынок, нежели на больницу. Вокруг сновали доктора, на бегу что-то вторковывая пациентов. По зданию носились стайки детей, играющих в какие-то шпионские игры, и никому до этого не было дела.

Понаблюдала за этим бардаком какое-то время и отправилась на поиски врача. Ей оказалась приятная пожилая женщина-артка, выслушав мою историю болезни и просмотрев медицинские записи, которые так удачно оказались у меня в электронном виде, отправила меня на кушетку для физического осмотра.

Ну что сказать. Вопросов было много. Ответов она, естественно, не получила, но исходя из тона разговора, она решила будто я подверглась сексуальному насилию. Расположение синяков рассказали этой проницательной женщине о произошедшем нападении, если не все, то очень многое. Было странно отрицать очевидное, когда она показывая пальцами на каждый из следов на моем теле, озвучивала обстоятельства, при которых можно получить такие повреждения. Удивительная женщина. То, с какой легкостью она определяла что происходило со мной, наталкивает на определенные мысли. На Земле есть категория врачей, являющихся экспертами, работающими с полицией. При обращении жертвы нападения, они фиксируют повреждения, выдавая также и свое заключение по ситуации, при которой могло это произойти. Чаще всего — это врачи с колоссальным опытом. И что такой врач делает здесь, работая врачом общей практики? Странно.

И я призналась в нападении, но уточнила, что произошло оно на Земле, и в силу определенных обстоятельств, я не могла обратиться к властям или за медицинской помощью.

Нет, муж не замешан. И никто из жителей Мирады тоже.

Обращаться за помощью в поимке преступника я также отказалась. Прошлое пусть там и остается. Пострадала я не сильно: несколько гематом и трещина в одном ребре. Больше пострадала психологически: после этого случая поселилась неясная тревога в душе, с которой сложно справиться. Доктор посоветовала больше отдыхать и торжественно вручила мои первые в жизни успокоительные таблетки.

Здоровье же было в порядке, не считая моей, уже известной, проблемы. Для местной медицины это оказалось сущим пустяком, и выписав рецепт на препараты, отпустила с миром.

Путь будет длинным, но плодотворным. После парочки курсов лечения, мой организм вернется в первоначальный вид, и у меня будет ребенок.

Если удастся наладить отношения с мужем.

Утром следующего мне позвонила Нина, неприятно удивив меня вопросами про Алекса. Он вернулся. И, как я успела понять, домой возвращаться не собирается. И что это за новости? Свекровь была уверена, что первым делом он отправится приветствовать жену, и была в предвкушении трогательного рассказа нашей первой встречи.

Что сказать… Неприятно. Он где-то в городе, но при этом не дал о себе знать. Теперь точно очевидно его отношение ко мне и к этому браку. Боюсь, что при таком раскладе мы точно не поладим, а мне нужна семья, полноценная. Если у меня и появится ребенок, то у него будет отец. Будет им Александр или кто-то другой покажет время, а пока изучим семейное законодательство.

Первая приятная новость за сегодня: разводы практикуются. Правда только с разрешения жрецов, на особых условиях, но надежда есть. Не хочет брака, значит пойдет на все четыре стороны. Я тоже его в мужья не просила, и навязываться не буду.

Пока я раздраженно пыхтела над статьями в сети по поводу развода, мою квартиру посетил неожиданный гость.

На пороге стояла молодая девушка с чемоданом. Ну привет. Только не говорите мне, что это дама сердца Алекса. Да ей же лет шестнадцать, не больше.

Это создание по имени Мила оказалось племянницей Нины. Девочка потеряла родителей, и единственным родственником осталась Нина, забравшая девочку с Земли на Мираду. Она здесь уже больше полугода.

На моем пороге она оказалась по причине бунта, а если говорить точнее: поругалась с Ниной и решила уйти из дома. Идти некуда, поэтому Мила решила, что добрая жена Алекса приютит ее у себя. Здорово конечно, но кто ей сказал, что я добрая?

Милу я действительно приютила, расположив в одной из гостевых комнат. Алекс тут появляться не планирует судя по всему, а значит оккупируем все доступное пространство. Девочка долго раскладывала вещи, развешивала плакаты, расставляла какие-то безделушки. За час, проведенный за этими делами, она умудрилась настолько захламить комнату, что создавалось впечатление, будто Мила живет здесь уже несколько лет.

После мы решили все-таки познакомиться друг с другом. Она оказалась немного старше, чем выглядит — ей девятнадцать. Сейчас она учится в военной академии, и домой к Нине приехала на несколько выходных. Общение не задалось, как выяснилось, Нина давит на девушку из-за прогноза жрецов.

Ей подобрали мужа. Нет, она не против брака как такового. Она против кандидатуры мужа. Ой, как я тебя понимаю, девочка. В избранники ей выделили Максимилиана, старше ее на семь лет, служит под командованием моего мужа-генерала, и был этот Макс редкостным кобелем, знаться с котором Мила не хотела, и всячески проклинала день, когда Нина оформила опекунство и Мила вынуждена была переехать на Мираду с ее верованиями и жрецами, будь они неладны.

Для жителей Мирады процедура брака выглядит не так, как было в моем случае. Проживая на планете, каждый имеет на руках свой “прогноз” или свой путь, предначертанный Судьбой, и если находится подходящий спутник жизни, жрецы уведомляют об этом счастливых избранников, который на момент уведомления живут насыщенной холостяцкой жизнью. Да, до брака навязанного жрецами, разрешалось вступать в краткосрочные любовные романы, обществом это не порицалось.

Когда же становилось известно имя, одобряемого жрецами, избранника, все отношения в срочном порядке завершались, и будущие супруги должны начать знакомство и потихоньку привыкать друг к другу. Жениться в срочном порядке никто не заставлял, пара могла хоть десять лет встречаться и притираться.

И Мила отказывалась “притираться” с кобелем, соблазнившим не один десяток ее знакомых.

— Да с ним в одном помещении находиться страшно без риска подхватить “постельную” инфекцию! А они хотят его в мужья для меня! — кричала она, бегая передо мной по комнате и размахивая руками.

Я тебя прекрасно понимаю, Мила. Лучше чем хотелось бы.

Наш эмоциональный разговор был прерван звуком шагов. В квартире никого быть не должно! Сказать что я испугалась — это не сказать ничего.

Даже не пыталась выяснить кто же ко мне пожаловал, судорожно оглядывала взглядом комнату на предмет того, чем смогу обороняться, как шаги дошли до гостиной. Вскочила и обернулась к вошедшему. От шока горло свело спазмом и я не могла вымолвить ни слова. Просто стояла и смотрела. Это был Александр- мой муж.

Он стоял напротив и пристально разглядывал мое лицо, переодически пробегая глазами по моей фигуре в полный рост. Злорадно подумала, что пусть смотрит от чего отказался.

Он усмехнулся уголком губ:

— Ну здравствуй, жена. Что здесь происходит? — оглядел взглядом нас с Милой, взъерошенных и эмоциональных после нашего разговора.

— Обсуждаем женские вопросы. — сразу насупилась Мила.

С того момента как Алекс вошел в комнату, она сразу будто обросла защитной броней. Кажется они не ладят.

— Нам нужно кое-что обсудить. — кивнул взглядом на диван. — Наедине. — это уже предназначалось Миле.

Она вышла из комнаты, но я слышала шаги под дверью — подслушивает.

— Итак, что ты хотел обсудить?

— Наше будущее, наш… брак. — усмехнулся.

При ближайшем рассмотрении шрамы выглядели непривлекательно, будто их не зашивали, а раны срастались сами, и были эти раны какими-то рваными. По галосвязи узор из шрамов на лице казался следом от когтей дикого животного, но в реальности все оказалось не так. Не знаю, что произошло с ним в прошлом, но сделал это с ним человек. Руки рассмотреть не удалось, перчатки спрятали все его шрамы. Уж не поэтому ли он их носит?

И почему он не избавился от шрамов? Не мог или не хотел? Всем известно, что свежие шрамы убирать лучше всего, и чем дольше ждать, тем грубее и уродливее они становятся. Александр совершенно точно не прикладывал руку к избавлению от них.

— Мне кажется или ты недоволен сложившейся ситуацией?

— Тебе не кажется, я действительно недоволен. Как так вышло, что ты не смогла выбрать мужа из тех трех кандидатов? Я знаю, что анкеты там состоят сплошь из обеспеченных и симпатичных молодых ребят. Зачем же тебе понадобился неизвестный навязанный муж?

— Я не знаю как ответить на твой вопрос. Поверишь, если я скажу, что просто так получилось? Я не планировала ни переезд, ни неожиданное замужество. Обстоятельства сложились так, что я в случае отказа от всех планет, просто купила бы билет в один конец куда-нибудь и надеяться на чудо.

— Беглая преступница? — улыбнулся.

Не сдержалась и захихикала.

— Пора облагораживать историю, иначе однажды меня действительно заподозрят в преступлениях. — в ответ на его недоуменный взгляд пришлось продолжить, — так вышло, что похожую историю я рассказала при подаче заявки на участие в программе переселения, и служащий управления тоже принял меня за преступницу.

— А что за обстоятельства вынудили тебя уехать?

— Я бы не хотела об этом говорить. На мою жизнь здесь это никак не повлияет. Так о чем конкретно ты хотел поговорить?

— Брак для меня был неожиданностью. Каюсь, не очень приятной. Поэтому я предлагаю сразу перейти от криков “чудовище” и “я не буду с тобой жить” к раздельному проживанию и уточним у жрецов условия развода. А пока пусть каждый из нас живет своей жизнью. Ты не вмешиваешься в мои дела, а я в твои.

Вот так сразу. Неприятно, даже несмотря на то, что сегодня я сама пришла к мысли, что развод будет неплохим решением проблем, слышать это из уст мужа очень обидно. Где-то в глубине души я надеялась, что он придет и скажет “давай попробуем” и у нас все получится совместными усилиями. Но он даже не захотел дать нам шанс.

Слезы непроизвольно выступили на глазах, вынудив отвернуться. Не хочу показывать свою слабость перед ним.

— Поступай как знаешь.

— Я пришел собрать свои вещи. Временно остановлюсь в съемной квартире. — и вышел из комнаты.

В комнату фурией влетела Мила.

— Козлина рогатая! Чувствуется что Макс работает с ним — такой же мерзкий персонаж. Не переживай, проживем и без них.

Действительно, проживем. Я надеялась на лучший исход до последнего, но если судьба поворачивается филейной частью, выбора нет, придется сделать из нее хороший, сочный земной шашлык.

Растоптать себя я не позволила ни моей семье, ни тем предателям, воткнувшим нож в спину. Не будет поблажек и Алексу.

Возможно у него есть любимая женщина, раз он всеми силами противится этому браку. Или я ему настолько не понравилась. Красавицей себя назвать не осмелюсь, но и прибедняться тоже не буду — внешность у меня обычная. Но если он такой же как и Давид, моралист, любящий губастых размалеванных женщин, то нам точно не по пути.

Подскочила на кровати от крика на первом этаже. Что происходит? Крик повторился. Попыталась выпутаться из одеяла, но попытки не увенчались успехом и я просто скатилась с кровати, больно ударившись об пол. Но времени разлеживаться не было. В доме не было никого, кроме нас Милой. Доступа ни у кого не было.

Накинув халат, ринулась вниз, и пока бежала к лестнице звук голоса снова повторился, но на этот раз я уже расслышала:

— Девочка моя, ты где? Неужели ее нет дома. Эрик, ты же смотрел, может ошибся?

— Судя по информации с панели управления, дома кто-то есть. — прозвучал хрипловатый мужской голос в ответ.

— И этот кто-то — мы? — хохотнула в ответ женщина.

Спустилась вниз под звуки разговора и узрела толпу людей в гостинной. Бросилась в глаза эффектная блондинка — моя свекровь. Одета была в яркий желтый сарафан, а на голове была огромных размеров шляпа. Рядом с ней стояли еще две женщины. По внешности ничем не уступавшие блондинке. Все они были одеты в сарафаны, чем-то напоминающие пляжную одежду. И сопровождали трое рослых мужчин в гавайских рубашках. Кажется я догадываюсь кто эти люди. Новоявленная родня.

Замерла, стоя на лестнице, разглядывая их. Меня, конечно, сразу заметили и женщины не стали тратить время на знакомство, а ринулись ко мне, чем немного напугали. Сдержала порыв сделать прыжок в сторону. Меня сгребли в охапку три пары рук и затискали до обморочного состояния.

— Детка! — укорила меня Нина. — Какая ты худенькая, миниатюрная! Ты уже освоилась? Алекс связывался с тобой? Как у тебя дела? Расскажи мне все в подробностях! — замялась на мгновение и продолжила. — Мила сказала, что останется у тебя… Ты не против? Мы приехали забрать ее…

Ухватив меня за руки, буксиром потянула к дивану в гостинной. Усадила рядом с собой, приобнимая за плечи. На оставшуюся часть дивана уместились остальные две женщины — бабушки мужа. Мужчины расположились в креслах и с интересом разглядывали меня, один из них не выдержал:

— Нина, дорогая, ты доведешь девочку до нервного срыва. Дай ей рассмотреть нас. Вера, здравствуй. Меня ты должна помнить, я — Эрик, отец Александра, а это Стивен и Сэм. А девушки рядом с тобой — Илана и Мариса, бабушки Алекса. Мы очень рады наконец познакомиться.

Нина в возмущении всплеснула руками:

— Что ты из меня монстра делаешь? — обернулась ко мне, — Детка, ты уже освоилась? Прости нас за отсутствие гостеприимства. Все произошло слишком неожиданно, и нам пришлось собирать всех родственников по галактике. Многие еще в пути, и у тебя есть время подготовится к грандиозному семейному ужину в вашу честь.

Мысленно хмыкнула. Родители, полагаю, не в курсе происходящего. Волна радости от мужа была так очевидна, что они чуть зубы не стер, пока расписывал как сильно ему не нужен брак.

В этом театре у меня билет на первый ряд. Облегчать мужу задачу и прикрывать его выходки я не буду, но и целенаправленно не буду выдавать. Стравливать между собой родителей и детей нельзя. А то, что лежит на поверхности, не скроешь при всем желании. Я просто отойду в сторону и не буду мешать шоу разворачиваться. А мужу предстоит большая работа, чтобы реабилитироваться в моих глазах, если он захочет перемирия.

— Как прошел разговор с Алексом? Вы уже связались друг с другом? — всматривалась в мое лицо Нина, цепко отслеживая мою реакцию на вопрос. Эта женщина не так проста, как хочет казаться.

— Да, мы вчера встречались, продуктивно поговорили и остались довольны друг другом. — отвечала обтекаемо, стараясь не вдаваться в подробности.

Она буквально препарировала меня нечитаемым взглядом.

— И к чему вы пришли? Что он тебе сказал?

Не думала, что она решит спросить вот так в лоб. Выходнула. Соврать ей сейчас — плохое решение, поняла я, разглаживая несуществующие складки на халате. Как поведет себя мой муж при совместной встрече, мне неизвестно, как неизвестны и отношения внутри этой семьи. Если они ничего не скрывают друг от друга, а я совру ей в лицо, то в глазах семьи испорчу репутацию бесповоротно. Да и зачем мне врать? Я плохого ничего не сделала. Если кому и открутят хвост, то явно не мне.

— Мы пришли к тому, что у нас холодный нейтралитет. Жениться он не хотел, переменам не рад. Мы определили границы дозволенного и прояснили ожидания и перспективы нашего “брака”. В целом, мы действительно остались довольны друг другом. Мне нужно твердо стоять на ногах, а ему свобода. Мы в состоянии дать друг друг желаемое. Хочу сразу уточнить: с большой долей вероятности мы разведемся, если одобрят жрецы.

Нина пыталась совладать c эмоциями, но сквозь маску добродушия пробивалась ярость. В гостинной воздух трещал от напряжения.

Побледневшие Илана и Мариса обмахивались бумагами. Мужчины напряженно буравили взглядом Нину. Судя по всему, она — предводитель в этой компании и инициатор всего происходящего безобразия.

— Ты хочешь развода?

— Я? Нет. Поймите меня правильно… — замялась не зная как правильно продолжить разговор, чтобы не скатиться в позорное “это все ваш Алекс виноват”, — Я не против брака с Алексом, и готова была попробовать, но вчера он четко выразил свою позицию. Я не могу заставлять его. Возможно у него уже есть своя жизнь, в которую не вписывается мое появление. Я не могу судить его за такое решение. Брак был действительно внезапным.

— То есть наш мальчик тебя устраивает в качестве супруга и это не твоя инициатива? — все обескураженно обернулись на меня.

Они думали, что это я тут права качаю? Усмехнулась. Ребята, ваш «мальчик» руку по локоть откусит и не подавится.

— Именно так. Инициатор — Александр. Также он собрал вещи и съехал в съемное жилье до лучших времен.

— Да козёл он! Я все слышала вчера! — Мила ворвалась ураганом в гостиную. — Он с ней говорил, как с мусором! Да я бы его! Я бы его! Мерзавец! Вот вы все говорите — обвела пальцем всех сидящих в гостиной, — Макс, Макс! Такой хороший мальчик! Вы посмотрите на его друга! Да Алекс вчера так с ней разговаривал, что даже мне хотелось дать ему пощечину! Он довел Веру до слез!

Ну вот. Маленькая шпионка. Она даже интонации разговора передала.

Что-то наш диалог все время сворачивает не туда. По-моему, в этой семье нельзя ничего утаить, наружу выплывет самая суть вещей благодаря вот таким невольным свидетелям. Вот так парой точных прямых фраз Мила помогла родне увидеть цельную картину происходящего.

На какое-то время в гостиной воцарилась тишина. Каждый обдумывал сказанное. И глядя на напряженные лица родственников, понимаю что кому-то влетит.

Вернувшись с прогулки, квартира встретила меня тишиной. Интересно, Мила дома? Она решила взять несколько дней отгулов, у нее какие-то дела, я старалась сильно не лезть в душу, но складывалось впечатление, что она чем-то обеспокоена. Немного подумав, решила оставить все как есть. За дни, проведенные с ней, мы подружились, но все еще не настолько близки, чтобы она открывала мне свою душу. Захочет расскажет сама.

Пошла к комнате Милы. Постучав, долго топталась под дверью. Слышала как в комнате кто-то ходит, но дверь не открывает. На мгновение мне показалось, что послышался всхлип. Она плачет? Может я обидела ее чем-то? Как бы это выяснить? Не вламываться же… Решила брать измором.

— Я слышу, что ты внутри, и не отойду от двери, пока мы не поговорим.

Дверь открылась практически сразу и мои глазам предстала тревожная картина: Мила была опухшая от слез. Увидев меня, она снова всхлипнула, а потом и вовсе началась истерика.

Взяв ее под локоть, поволокла на кухню. Усадила ее на стул и побежала изучать содержимое полок. На глаза не попадалось ничего, что можно было использовать как успокоительное. Теперь паника захлестывала и меня. Что же могло произойти, чтобы довести эту стойкую девушку до истерики?

Неужели дружок Алекса? Вот нечисть мелкая! Она сказала, что отказала ему, но не сказала как он отреагировал на эти новости. Он ведь мог быть против, и теперь изводит ее. Шепотом материлась на Макса, покрывая такими эпитетами, о существовании которых в своей голове я даже не подозревала.

Открыла потайной шкафчик и наткнулась на тайник с алкоголем. То что нужно! Взяла первую попавшуюся бутылку, потому что совершенно не разбираюсь в нем, плеснула янтарную жидкость в бокал и сунула Миле под нос.

Выпив содержимое бокала залпом, она закашлялась и вытаращила глаза.

— Зато в чувство пришла. Рассказывай что случилось. — села напротив нее и выжидательно посмотрела на нее.

Некоторое время она колебалась. Было видно, что делиться она не хочет, и причины этих сомнений для меня были загадкой.

Еще раз осмотрела ее. Опухшее красное лицо, отсутствие косметики и отчетливый след чьей-то руки на нее запястье. То есть действительно случилось что-то серьезное.

— Говори мне, это Макс? — кивнула на ее запястье.

Она непонимающе посмотрела на меня, а потом проследила за моим взглядом и натянула рукав водолазки так, чтобы он скрывал след.

— Причем тут он?

— А кто еще? Мстит за отказ? Поганец! — с каждым словом распалялась все сильнее. Не знаю откуда во мне это обостренное чувство справедливости, наверное, стресс или мой межпланетный побег сыграл свою роль.

— Ты бы себя видела! — она наконец успокоилась и расхохоталась. — Выглядишь как воинственный воробушек. Это правда не Макс. С ним я не общалась с тех пор как послала его. Ты переоцениваешь уровень наших отношений. Никто не стал бы мстить друг другу.

— А кто тогда?

— Когда я шла домой, ко мне подошел какой-то мужчина. Он позвал меня по имени, и я остановилась. Решила, что это кто-то из знакомых. Но это оказалось не так.. — На какое-то время она замолчала. — Он не представился, но дал понять, что он знает кто я и передал пожелания хорошего дня от моего… бывшего. Я испугалась и хотела уйти, но он схватил меня за руку и не отпускал, пока не договорил все, что хотел.

Бывший? Это что за новости? Она не хочет посвящать меня в подробности, но я обязана знать что происходит, во-первых, я была в ситуации, когда окружающим было все равно и все закончилось попыткой суицида. Не прощу себя, если у меня под носом произойдет нечто подобное.

Во-вторых, если ей угрожают, значит дело обстоит скверно. Неизвестно что там за бывший, как они разошлись и что ему нужно.

— И что он хотел от тебя? Если твой бывший не на Мираде, то они до тебя не дотянутся. — уверенно ответила на ее волнительный тон.

— Я тоже так думала. Но он очень уверенно сказал, что у моего бывшего парня достаточно денег и связей, чтобы заставить меня сделать так, как он говорит. Намекнул мне, что если он без труда нашел меня, значит найдет и кто угодно. А на Мираде у бывшего есть друзья, которые будут рады сделать ему подарок.

Так. Бывший судя по всему, землянин. И ему что-то нужно от нее. Что же это может быть? Видимо, мне придется связаться с Ниной и узнать что происходит с этой девочкой.

— Вот мерзавец! — воскликнула возмущенно. — Думаешь у него действительно есть здесь связи? — с сомнением протянула. — Может это просто попытка запугать?

— Мне не хочется проверять правдивость его угроз. Выглядел он очень уверенно.

Она сидела за столом и крутила бокал в руках. Мила устало потерла ладонями лицо и посмотрела мне в лицо.

— Вера, как думаешь, может все-таки сделать то, что он хочет? Я так сильно устала. Кажется, что я борюсь с ветром в поле: ничего не получается сколько бы я не сопротивлялась.

Бедный мой ребенок! Что же с тобой случилось?

— Знаешь, когда я увидела тебя напряженную и настороженную одну в этой квартире, то мне было очень жаль тебя. А потом услышала твой разговор с Алексом и решила, что завидую тебе. — непонимающе уставилась на Милу. — Жизнь пинала тебя в самом прямом смысле. Ты выглядишь очень хрупкой, но в твоем взгляде сталь. Ты одна противостояла и неизвестной опасности на Земле, и одному озлобленному мужчине здесь. Не смотри так на меня, я же сказала, что слышала весь разговор. И у меня есть предположение почему девушка с синяком на шее в виде мужской руки бежит без оглядки на другую планету. Я слишком хорошо знаю, что бывает, когда убегаешь без оглядки в надежде, что тебя не догонят.

Меня слова Милы озадачили. Неужели я так уверенно выглядела, когда от обиды и непонимания было сложно сделать хоть один вздох? Я прекрасно помню ощущение от разговора с мужем. Слушая равнодушный монолог Алекса, хотелось упасть в обморок от нахлынувших эмоций. Но такая роскошь доступна не всегда.

Бывают такие моменты, когда слабость показывать нельзя, тебя растопчут, постараются сделать как можно больней. Закон природы: слабые всегда погибают первыми.

Жаль, что приходится узнавать все только на личном опыте.

— Мила, ты очень сильно переоценила мою выдержку. Мне страшно. Иногда настолько, что становится тяжело дышать. Утром, открыв глаза, не могу избавиться от ощущения нависшей надо мной гильотины. Страшно сделать неверный шаг, довериться не тем людям… Чувство напряжения не отпускает ни на минуту… — опустила глаза. Жаловаться я не планировала. Пожалуй, спишу это все на стресс.

— Ты решила что будешь делать дальше? — уточнила у нее.

Она подняла на меня заплаканные глаза, некоторое время помолчав, практически прошептала:

— Я не знаю что делать… Совершенно не знаю…

Мы поговорили еще немного, я всеми силами постаралась успокоить девушку, придать уверенности, что она не одна и всегда может обратиться к любому из нас за помощью. Историю своей жизни она мне так и не рассказала. Этим же вечером отбыла обратно в академию, чему я втайне была рада: кто бы не преследовал ее, пробраться в военную академию будет сложно даже будь он трижды шпионом, в чем я крайне сомневаюсь.

Пришлось звонить Нине и просить встретиться. Услышав о причине, побудившей меня к этой просьбе, она через тридцать минут примчалась ко мне. И не одна, а в компании ее жениха — Макса. Было интересно посмотреть кто же он.

Парень приятно удивил. Не знай я о том, что он отъявленный сердцеед, никогда бы так не решила. Очень приятный в общении кареглазый брюнет, симпатичный, высокий, статный. Да, такие действительно могут пользоваться вниманием женского пола. Но также я заметила, что он крайне напорист, создает впечатление арта, добивающегося своей цели. Что ж… Миле можно только посочувствовать, он ее измором возьмет, пока не добьется согласия на брак.

Макс намекнул мне, что мы уже виделись. А потом признался, что летел со мной одним рейсом и видел меня как на корабле, так и на Мираде. И в его взгляде было: “я все знаю”. В душу закралось неприятное подозрение: он действительно знает. Он видел меня. Прилетев на планету, я подбирала гардероб так, чтобы моя шея, руки и ноги были скрыты, как минимум пока не сойдут синяки. А там, на корабле, я об этом и не думала, не рассчитывала что в первые минуты на борту встречу первого шпиона, знакомство с которым может обернуться лишними проблемами.

Неприятно получилось. Надеюсь вопросов задавать он не будет.

Подробно рассказав о случившемся с Милой, узнала интересную новость: Макс работает в разведке. Приехали. С утроенной силой пыталась сделать вид, что не замечаю пронизывающих взглядов.

Вскоре я все-таки узнала историю Милы. Как бы мне хотелось оказаться неправой, но реальность слишком жестока. Этой девочке в столь юном возрасте тоже досталось.

— Родители Милы погибли при трагедии на космическом корабле. Ты же слышала об Эринской кампании?

Я кивнула, переваривая услышанное. Об этой трагедии знали на каждой планете, и она послужила толчком для ужесточения правил безопасности в космопортах. Около шести лет назад группа активных и, на мой взгляд, не очень вменяемых людей, а по факту являющихся агрессивно настроенными религиозными фанатиками, запустили искусственно выведенный вирус в систему вентиляции космического корабля. Спустя несколько часов полета, люди, находящиеся на борту, начали терять сознание, потом начинались судороги и остановка дыхания. Погибли все кто был на корабле. Власти сначала подозревали захват судна, когда экипаж перестал выходить на связь, но военные технологии позволили выяснить, что живых существ на корабле нет.

Ученые, совместно с военными, проникли на борт корабля, где увидели ужасающую картину. Опытные бойцы, сопровождающие ученых, принимавшие участие в боевых действиях, теряли сознание при взгляде на то, что творилось на борту. А позже и несколько ученых заработали проблемы с сердцем и психологические проблемы после этой операции.

Спустя время ученые выяснили что послужило причиной смерти. А после были найдены виновные. Но обществу и семьям погибших легче от этого не стало. Горевали все. Все кто слышал эту историю.

Даже сейчас, спустя шесть лет, меня бросает в дрожь только от одних воспоминаний. А теперь я лично познакомилась с семьей, пережившей это горе.

— После их смерти Мила стала закрытой, а позже и агрессивной по отношению к окружающим, — продолжила она. — И мне очень приятно видеть, что он начинает оттаивать, что поделилась с тобой произошедшим. Никому из нас она пока не открылась.

После трагедии с родителями, Мила не сразу попала на Мираду. Некоторое время она жила у дальних родственников, отказываясь переезжать. У нее были свои друзья, школа и круг интересов, несмотря на разногласия с этими родственниками, она продолжала так жить, потихоньку ввязываясь в неприятностями. С Ниной родня связалась, когда было совсем плохо. Мила попала в плохую компанию. Начала встречаться с главарем какой-то местной группировки, занимавшейся наркотиками и разбоем. Сам парень, помимо проблем с законом, был наркоманом с многолетним стажем, подсадив на вещества и Милу. Родня стала замечать перемены и определили ее в клинику, где ей помогли избавиться от зависимости.

Но стоило вернуться в родной город, как этот “влюбленный” снова находил ее и все повторялось. Снова наркотики и криминал. Девочка откровенно погибала. Это была не любовь, а больная зависимость. От этих отношений и от препаратов она не могла отказаться самостоятельно, поэтому было принято решение забрать ее на Мираду. После курса реабилитации, она изъявила желание поступить в военную академию и делать карьеру в этой сфере.

Все родные радовались ее успехам, а теперь объявляется приспешник этого уголовника, и пытается снова затащить ее в этот ад, вынуждая вернуться.

Макс был в бешенстве. Подробно расспросив где и что произошло, смачно выматерился: это была слепая зона. Ни камер, ни свидетелей. Складывалось ощущение, что эти люди знают свое дело. Но что будет, дальше? Они же не могут заставить Милу вернуться? Сейчас у нее есть стимул жить хорошо — это будущая карьера в среде военных. Все что сейчас у них есть — просто угрозы. Похитить ее никто не рискнет. Да и в Максе почему-то я была уверена. Он присмотрит и не даст в обиду.

За завтраком на смартфон пришло уведомление из моей компании. Заявление на увольнение отправила по электронной почте, ссылаясь на непредвиденные обстоятельства. Руководство сокрушалось что так неожиданно потеряли из вида перспективного сотрудника. Оказывается, мне собирались предложить место начальника в одном из филиалов компании.

Чтобы не погрязнуть в мыслях об ушедших возможностях на Земле, решила погрузиться в поиск вакансий на Мираде. Раз документы уже у меня, пора двигаться дальше. Нельзя финансово зависеть от мужчины, с которым непонятные отношения. При желании он может перекрыть ресурсы, и тогда я точно останусь на обочине жизни.

Сварила ароматный кофе, устроилась на широком диване в гостинной и полезла в сеть.

На десятой просмотренной вакансии задалась вопросом, а работают ли вообще местные жительницы? Везде требовались молодые мужчины. Легкая паника охватила сознание. А если ничего не получится? Если меня не возьмут на работу, как я буду здесь жить? Просить милостыню? Есть ли здесь вообще попрошайки, чьи ряды я собралась пополнить? Не видела ни одного… Даже здесь карьера провалилась, не успев начаться.

Еще раз пробежалась глазами по открытым вакансиям и решила рискнуть. Я ничего не теряю, даже если мне откажут.

Выбрала несколько подходящих: финансист в военной академии; начальник отдела финансов в двух государственных организациях, занимающихся военными разработками. Да, замахнулась сразу на престижные заведения, но и у меня рекомендации позволяют претендовать на такие места.

Буквально через несколько секунд по первой вакансии пришел ответ. Меня пригласили на собеседовани в военную академию! Радостно вопя, ураганом пронеслась по квартире.

Мой фокус внимания целенаправленно сместился в сторону Военной академии, потому что там Мила. Узнав его историю, хотелось максимально возможными способами помочь ей. А поддержка во время учебы — не самый плохой вариант.

Собеседование назначила на завтрашнее утро, поэтому есть время подготовиться и изучить гардероб. Нужно выглядеть достойно.

Открыв шкаф, уставилась на два брючных костюма, купленных еще в первые дни на Мираде. Хвалю себя за предусмотрительность.

Выбор пал на костюм бежевого цвета. Приталенный пиджак и прямые, слегка облегающие на бедрах, брюки, создавали лаконичный элегантный образ. Жаль, что у меня нет украшений. Можно было бы добавить штрих в виде сережек. Нужно взять на заметку, и докупить аксессуары.

День прошел в суматохе. Несмотря на то, что я была уверена в своих силах, волнение не отпускало до самой ночи.

Утром, наспех позавтракав только чашкой кофе, нарядила в выбранный вчера костюм. Да, образ действительно мне идет. Немного подвела карандашом глаза, легкий слой туши сделал акцент на мои зеленые глаза. Волосы собрала в высокий хвост, что окончательно создало впечатление собранной, элегантной женщины.

Глядя на себя в зеркало, в своих глазах в прочла только одно: уверенность. Это — хорошее начало.

Спустя пару минут умчалась на собеседование.

Территория Военной академии встретила меня наглухо закрытыми воротами и высоким забором, за которым ничего нельзя было рассмотреть. Задрав голову, увидела наверху вышку, в которой был человек, рассматривающий меня. Покрутилась на месте, пытаясь понять что делать дальше… Постучать?

Подойдя ближе к воротам, заметила, что сбоку есть небольшая металлическая дверь, на которой располагалось что-то вроде магнитного замка. На Земле я видела нечто похожее в архиве компании, к замку нужно было прикладывать магнитный пропуск и только тогда дверь открывалась, пропуская внутрь.

Пока я разглядывала дверь, местные обитатели, видимо, решили, что я не опасна, поэтому прямо перед моим носом дверь открылась, и наружу вышел человек, с оружием на поясе. Разглядеть этого человека я не смогла, взгляд прикипел к бластеру на поясе.

Как бы метко не стрелял человек, как бы не соблюдал меня предосторожности, оружия я боялась где-то на уровне инстинктов. Даже незаряженный пистолет вызывал во мне подсознательное чувство опасности, а тут целый бластер! Что-то я передумала работать на военных. Пожалуй, мне пора домой. И я даже развернулась, чтобы побежать обратно, да, именно побежать, но громкий басовитый голос пригвоздил к месту. Даже голову в плечи вжала для надежности.

— Девушка, что вы делаете на военном объекте?

Медленно обернулась и проблеяла:

— Меня зовут Вера Милс и я на собеседование.

Он поперхнулся воздухом и осмотрел с ног до головы, скептично приподняв бровь.

— Позвольте узнать должность, на которую претендуете.

Снисходительный тон, взгляд, как бы говорящий: женщина, ты в своем уме?!

Все это заставило меня моментально закипеть. Если я молодая женщина, то я не могу быть специалистом? Я зря потратила пять лет своей жизни, проживая в библиотеке, зубря все до чего дотягивалась, чтобы какой-то … какой-то… хрен! одним взглядом меня унизил?

Это помогло мне прийти в себя и выдохнуть. Да я из принципа проберусь внутрь и пойду на это собеседование. Но не нужно, стоя на пороге, оскорблять меня своими предположениями.

— Пожалуйста, ознакомьтесь. — открыла приглашение на смартфоне и развернула к нему.

Следующую минуту он несколько раз перечитывал письмо, а потом полез к себе в планшет.

— Ну что ж, — усмехнулся, — допустим вы не ошиблись. Но поверьте, девушке здесь делать нечего. Тем более молодой и неопытной.

— Давайте я самостоятельно разберусь с дальнейшей жизнью, но спасибо за совет. Если что-то случится, буду сокрушаясь вспоминать вас, и причитать какой была глупой.

Ответом мне был раскатистый хохот.

Мужчина посторонился, пропуская меня на территорию. Это я сейчас сильно утрирую. До самой территории нужно было еще добраться. За дверь оказалось что-то вроде КПП. Внутри находилось еще несколько мужчин в военной форме, а впереди маячил сканер, через который мне нужно пройти с вещами. Он определит есть ли со мной запрещенные вещи.

Хотя у меня никогда не было клаустрофобии, путь через этот агрегат откровенно пугал. По сравнению с ним, я была маленькой букашкой. Казалось, что если оттуда вывалится хоть один винтик, то меня расплющит до состояния блинчика. Насмешливый хмык сопровождающего меня мужчины придал мне уверенности.

Уверенно прошла вперед, оглянувшись спросила:

— Дальше куда?

— Идите по дорожке прямо, к главному корпусу. Там вас должны встретить.

Зашагала по дорожке, проходящей через всю территорию. Что сказать… Когда представляла себе Военную академию, то в моей голове было что-то вроде земного университета. Но здесь же раскинулся целый город. Множество разных зданий были разбросаны по территории. Старалась сильно не глазеть, но сбоку взгляд все же выхватил из общего фона … полигон. На котором явно происходили какие-то тренировки.

Засмотревшись, поняла, что даже остановилась посреди дорожки. В этот момент мимо бегал стройный отряд… нет, не курсантов. По крайней мере в моем представлении курсанты — это мальчики- подростки, юноши. А сейчас мимо меня синхронно бежали взрослые, красивые мужчины.

Возраст определялся с трудом, но то, что я была младше лет на десять-пятнадцать было фактом очевидным. Интересно, на каком курсе эти дяденьки? Даже не представляю кем нужно быть, чтобы быть для них авторитетным преподавателем. А уж как выглядят родительские собрания страшно представить. Не смогла сдержать улыбку.

Когда они, наконец, освободили дорогу, увидела что мне навстречу по дорожке идет высокий, широкоплечий мужчина в военной форме. Множество медалей и нашивок показывало, что передо мной не простой работник академии, а человек в высоком звании и с колоссальным боевым опытом.

— Добрый день, Вера. Меня зовут Киран, и я заместитель ректора этой академии. Пойдемте, провожу вас для беседы с ректором. — развернулся и пошагал обратно, призывая следовать за ним.

Если этот, впечатляющий количеством медалей, мужчина — заместитель, то какой же здесь ректор?

Академия встретила нас тишиной.

— Сейчас у всех идут занятия, предлагаю немного ускориться, чтобы не петлять среди курсантов, у которых через несколько минут закончатся лекции. — бросил через плечо.

Кивнув ему, засеменила рядом. Хорошо, что не надела каблуки, иначе передвижение в таком темпе было бы проблемой.

Спустя несколько минут добрались до приемной.

Киран открыл передо мной дверь, пропуская вперед. Шагнула в комнату и огляделась. Вещей было минимум. Войдя, практически уперлась в стол, за которым сидел молодой парень, секретарь ректора, которого было практически не видно за стопкой бумаг на его столе.

— Ирвин, Вера Милс к ректору на собеседование. Доложи. — прогрохотало за моей спиной, заставив меня подпрыгнуть.

Паренек выглянул из-за стопки, изумленно посмотрел на меня, а потом за мою спину, побледнел и быстро застучал клавишами. Через несколько секунд произнес:

— Входите, ректор ждет.

Киран попрощался со мной перед кабинетом, сославшись на то, что беседа приватная, а он и так завален делами, поэтому лишает меня своего общества. Выхода нет в любом случае, хотя я уже привыкла к тому, что он стоит где-то рядом. Казалось, что его присутствие придаст уверенности.

Вздохнула и вошла в кабинет. Помещение ничем не отличалось от приемной. Разве что большим креслом за рабочим столом. Это было единственное отличие, и, видимо, показатель обитания “большого босса” в этом помещении.

Никаких картин, ковров или массивной деревянной мебель. Пусто и безлико — так я бы охарактеризовала кабинет ректора.

Сам мужчина оказался ближе к тому, что я себе представляла: пожилой мужчина, с огромным количеством медалей, большим, чем я насчитала у Кирана. Впечатляет.

Неудивительно, что он возглавляет это заведение. Он добродушно мне улыбнулся, хотя глаз эта улыбка не коснулась, они цепко отслеживали каждую эмоцию на моем лице.

— Здравствуйте, Вера. Меня зовут Рей Дэлли, и я — ректор этой академии. — кивнула, подтверждая что осведомлена. — Признаюсь, был удивлен получив отклик от вас. Почему вы хотите работать и почему именно здесь?

— Добрый день, Рэй. Мне нужно обеспечивать себя, как и всем остальным. — пожала плечами, — А касательно причин выбора… Насколько я успела изучить предложения, вы — лучшее учебное заведение не только в этом городе, но и на всей Мираде. Любой хотел бы работать у вас, поэтому и я решила попробовать свои силы.

Разговор продлился около часа, Рэй задавал мне множество вопросов как проверяя мои знания, так и прощупывая почву. Слишком по многим вопросам он спрашивал мое мнение, какие бы я предпочла способы решения и почему. Стало понятно, что в команду они набирают людей с определенным типом мышления и характером. Для работы здесь хорошее образование — только вершина айсберга.

Но на вопросы отвечала предельно откровенно, и мои ответы пришлись по душе Рэю. По итогу нашего долгого разговора мне предложили должность. Но было одно небольшое уточнение:

— Соглашаясь на работу здесь, вы должны понимать, что среди документов, которые вы должны будете подписать, будет пожизненное соглашение о неразглашении, а также отказ от претензий в случае несчастного случая. И еще, Вера, у нас иногда проходят учения. Раз или два в год. Но если во время тревоги вы окажетесь в академии, вы останетесь здесь на все время учений, а это около двух дней. Лично вам не нужно будет защищать академию или что-то в таком духе. Вы будете с младшими курсантами, будете следить, чтобы малышня не лезла к взрослым.

Опешила от перспектив. Будь я в другой ситуации, отказалась бы. Страшно как-то. Но жить на что-то нужно, поэтому подписала контракт и согласилась на все условия. Все-таки я гражданская, поэтому если сравнивать с военными, то поблажек для меня, хоть ковшом загребай.

Окрыленная перспективами, выпорхнула с территории академии.

Следующие дни пролетели в суматохе. Я металась между домом и работой.

Однажды вечером ко мне пришел гость. Именно этого несносного мужчину я вспоминала чаще остальных. Александр. Как бы он себя не повел тогда, в наш первый и единственный разговор, я все еще надеялась, что все наладится. Глупо, да? Но так по-женски. Хочется верить, что я не совершаю ошибку, возлагая надежду на возможное совместное будущее.

И вот он объявился на пороге моей квартиры. Уставший, измотанный попросился переночевать, так как со съемной квартирой какие-то проблемы. Я не злопамятная, поэтому без пререканий впустила его внутрь.

Я не представляю как себя вести с ним. Делать вид, что ничего не произошло? Вероятно, это будет самым верным решением. Навязываться я не буду, как и выяснять отношения. Это не в моем стиле.

Он говорил о разводе, но когда же мы посетим жрецов? С того многострадального разговора прошло немало времени, однако никаких активных действий не предпринимал. Если у них система схожа с Земной, то мое присутствие обязательно для урегулирования такого серьезного вопроса. Следственно, он не обращался никуда. Почему? Передумал? Или обратился, но получил отказ? В таком случае он должен поставить меня в известность, а не заставлять томиться в ожидании “приговора”.

Моя проблема решилась сама собой: Алекс практически не появлялся дома. Его присутствие обозначалось только наличием грязной посуды в раковине. Несколько раз мельком застала его возвращение домой посреди ночи, но идти на контакт первая не пыталась. Жили мы как обыкновенные соседи по квартире. Разве что оплату продуктов и прочих счетов он взял на себя, чем я была очень благодарна.

Несмотря на наличие работы и напряженного графика, я еще не полностью освоилась и вошла в рабочий ритм, поэтому очень переживала, что меня могут уволить, если не буду справляться. На этом фоне проблемы личного характера отошли на второй план.

Напряженные рабочие будни изредка прерывались вестями с Земли. Родители наконец-то “оправились” от моей выходки, как выразилась мама, и готовы уговорить семью Давила все исправить, только бы я взялась за ум. Пришлось сообщить, что я счастлива и замужем, поэтому договорной брак с Давидом отменяется.

Отца не удовлетворил мой категоричный отказ, поэтому раз в несколько дней он давал о себе знать, уговаривая вернуться, и тонко намекая, что брак можно оспорить, так как в состоянии стресса я не отдавала отчета своим действиям.

То есть сумасшедшая.

А что дальше? Вернусь, меня по-быстрому выдадут замуж ради акций и земли на открытой плане, после чего мне состряпают удовлетворяющий всех диагноз, а потом я тихо мирно умру от неизвестной болезни в какой-нибудь, закрытой от чужих глаз, психушке? А предприимчивый Петр Сергеевич оперативно подсуетится и женит своего Давидика на какой-нибудь хорошей девочке, например, Элеоноре, которая будет активно поддерживать молодого горюющего вдовца. Общественность будет в экстазе.” Какая история любви! Они через столькое вместе прошли!”

И никому совершенно не будет дела до одной-единственной человеческой жизни — моей. А ведь я, вообще-то, гвоздь программы.

Тем временем земные СМИ выворачивали грязное белье Давида, все же подкараулив его с моей бывшей подругой после очередного “свидания”. Элеонора мелькала на страницах газет, кокетливо намекая на помолвку. Надеюсь так и будет, наконец от меня отстанут.

Как ни крути, Эля лучшая из возможных партия для Давида, если говорить о договорном браке. Обе семьи весьма обеспеченные, крутятся в одних и тех же кругах, да и в бизнесе будет больше плюсов, нежели в моем случае.

Чтобы не погрязнуть в ненужных мыслях, снова окунулась с головой в работу. И в один из дней случился апокалипсис. Каюсь, наивно надеялась, что это пройдет мимо меня, что они услужливо устроят это в мой заслуженный выходной, но увы.

Учения.

Началось все с сигнала тревоги, звуком чем-то напоминающим звук корабельной сирены. В обморок не упала только чудом. Уж не знаю какие умельцы подбирали звуковое сопровождение, но когда услышала этот звук, думала что все, смерть пришла. После осознания, что все еще жива, наступил животный ужас. Этот сигнал пробуждал внутри какой-то первобытный страх, хотелось куда-то бежать и прятаться.

С большим трудом взяла себя в руки, когда по громкой связи объявили, что это учебная тревога. Только это уточнение позволило сохранить связь с реальностью.

Тем временем моих распоряжений ждала кучка детей-курсантов, которых я должна была взять на себя во время учений, как и договаривались. Ребята же напротив, совсем не растерялись, выстроились, и стройным рядочком промаршировали в бункер — на инструктаже мне сказали туда уводить детей.

Выводя детей в коридор, очень переживала, что снаружи будет паника и нас просто затопчут воинственные мужчины, защищающие академию. Но нет. Ничего такого не было и в помине. Все, кого успела увидеть в коридоре за время нашего шествования, были предельно собраны, казалось, это не академия, а один живой, слаженно функционирующий организм.

В бункере оказалось еще несколько групп детей, сопровождаемых своими преподавателями.

— Внимание преподавателям! — перед нами появился ректор. — В академии с настоящего момента проводятся учения. При успешном прохождении всех препятствий, срок окончания — сутки. Дальше смотрим по ситуации. Но хочу заверить, что больше двух суток точно не задержимся здесь. Преподаватели, имеющие боевой и оперативный опыт должны направиться к курсантам, принимающим участие в учениях, и координировать работу. Не подсказывать! Не пытаться вытянуть свои группы! Иначе уволю. За учениями наблюдают первые лица планеты. Не позорим лицо академии! — и под оглушающую тишину вышел из помещения.

Я покосилась на смартфон, понимая, что связи нет.

— Связь будет отсутствовать на протяжении всех учений. — раздалось рядом.

Кто у нас такой любитель ткнуть носом в очевидные факты? Обернулась на говорившего.

Оказалось, что рядом со мной стоял мужчина средних лет. Было в нем что-то отталкивающее, что не вызывало желания стоять рядом и продолжать диалог. Хотя внешне он был привлекательным мужчиной: волосы, цвета воронова крыла, и пронзительные серые глаза, казалось, сканируют саму душу.

Решила бы, что он представитель спецслужб, если бы не объявление ректора о том, что люди с опытом военных дел должны выйти к курсантам. Значит гражданский. Но ведь одет в военную форму… Может какой-то низший чин? Да какая мне, собственно, разница?

Ушел или нет, не имеет значения.

А вот то, что застряла я здесь на сутки — очень даже.

Но мужчина решил, что сейчас самое время для знакомства:

— Уно Симонс. Преподаватель ботаники.

А, ученый значит.

— Вера Милс, финансист.

— Я знаю кто вы, следил за вами.

Кто-нибудь, скажите ему, что это звучит скорее как угроза, нежели комплимент. Решила не отвечать на такую сомнительную реплику, но этого оказалось недостаточно.

Следующие несколько часов я всеми силами пыталась избегать общества этого Уно. Мне вот что интересно, в контракте подобной информации не видела, но может где-то в правилах есть… Случайно не запрещено ли подкатывать к коллегам? Может за это его ивовым прутиком по пяткам отхлещут на плацу, а? Ну это уже невыносимо.

Напрямую не грубила, но всячески старалась уйти от диалога, а мужчина будто бы не замечал моих попыток. Интересно, он не в курсе что я замужем? Точно! Вот я глупая, нужно было ему сразу сказать, не портила бы себе вечер.

— Уно, мне очень лестно ваше внимание, но я замужем, поэтому ответить на ваши знаки внимания не могу.. — наивно похлопала глазками, глядя ему в лицо.

— А хотелось бы? — так же наивно уточнил он.

Чего? Это что за номер такой?

— Не понимаю вас.

— Хотелось бы ответить на мои знаки внимания? Я знаю, что вы замужем..

— К чему тогда весь этот разговор? Разве непонятно, что ваши намеки неуместны? — я начинала откровенно закипать.

Он сграбастал мои ладошки своими лапищами и проникновенно заглянул в глаза:

— Я знаю также, что брак у вас несчастливый. А вы так молоды и красивы… — начал он.

— И что вы предлагаете себя в роли нового мужа? — усмехнулась, выдергивая свои руки. Неприятно как, чем бы продезинфицировать…

— Ну что вы… Брак — дело святое, разрушить которое — только Судьбу прогневить… — с намеком посмотрел на меня.

Ты посмотри какой. Значит как замуж звать, так мое нынешнее замужество — почти что святой артефакт, а как предложить в постель прыгнуть, так не такой этот артефакт и святой.

Неужели я создаю впечатление девушки, которой можно предложить подобное? Или это он просто охамел окончательно? Тоже мне, дамский угодник. Смотри чтоб угодилка не отпала, если будешь и дальше так неосмотрительно приглашения раздавать.

Представила лицо мужа, если бы завела такого слащавого ученого-любовника и захихикала. Вот она — коварная женская месть. Но нет, до такого я не опущусь. Раз я выбрала стратегию общения с ними, где я в роли локомотива, несущегося на недругов и хамов, то этого и буду придерживаться.

От Уно удалось отделаться далеко не сразу, а только с появлением Кирана — заместителя ректора. Он будто почувствовал неладное, и подошел, заслонив меня от настойчивого собеседника.

— Если бы знал, что стервятники налетят, постарался бы раньше подойти. — усмехнулся, глядя на меня, сканируя состояние.

— Вам бы таблички какие-нибудь развесить, оповещающие о такой живности на территории, а то у неподготовленных людей выдержка может оказаться не так хороша. Пришибут от радости, где вы потом в разгар учебного года нового ботаника найдете?

Мужчина весело захохотал.

— Я слышал, что на Земле есть одна поговорка, она очень запомнилась мне: муж и жена — одна Сатана. Раньше не понимал как такое может быть, но вы открываете новые грани.

Только ухмыльнулась в ответ на его комментарий. Знал бы он, что я не шутила. Еще немного и он бы правда меня довел. А поговорка и правда хорошая. Мужа моего знает, значит. Что ж, в принципе, логично. Они тут все вращаются в одном кругу.

Целые сутки я промаялась в этом академном бункере. Утром выползла оттуда еле живая, проклиная весь белый свет.

Связь появилась только на подъезде к дому. Они что полгорода сети лишили со своими учениями?

Возмущаясь поплелась в душ и отдыхать, по пути проверяя уведомления. О, Александр потерял меня. Судя по хронологии событий все выглядит так: сначала позвонил, потом потерял, потом нашел, как-то узнав что я на учения, а под конец просто обозвал глупой, что полезла в это заведение.

Спасибо. Без твоего мудрого совета не разобралась бы. А главное — как вовремя. Если бы не ты — попала бы на учебную тревогу и меня бы замуровали на сутки в академии. Спасибо, Алекс, спасибо!

Настроение было гаже некуда. Была бы драконом — плевалась бы огнем.

Помимо самого факта существования последних суток в моей жизни, очень бесил этот Уно. Если вы думаете, что он отстал от меня, то вы сильно заблуждаетесь. Он будто коршун, кружил вокруг, в ожидании когда мой очередной собеседник оставит меня одну. К счастью, Киран улавливал атмосферу и в одиночестве я не оставалась.

Но так продолжаться не может. Что делать дальше? Как работать с ним? Откуда он вообще выполз? За время работы в академии, я его увидела второй раз.

Поток раздраженных мыслей прервало письмо от Милы:

«Говорят, ты от мужа скрываешься? Не ожидала, хвалю! Проучи этого засранца!»

Выдохнула. И у кого такой длинный язык?

«Нет, была замурована в академическом бункере на сутки. Ждала пока прекрасные мужчины спасут красавицу из лап дракона!»

«Какого дракона?»

«Этого драконо-стервятника зовут Уно. Сразу говорю, что хотел в любовники, отшиваться не собирается. А я, видимо, во избежание проблем уйду жить в лес. Чтобы не пришибить его в порыве дружелюбия.»

«Вечером буду у тебя. Закажи еды».

Понятно. Отсыпаемся в ускоренном режиме, потому что Мила — ураган, и явно планирует остаться у меня. Да и, по всей видимости, Алекс навел панику из-за моей пропажи. С чего бы это, кстати говоря? Не удивлюсь, если сегодня, в ритме бодрой лани, ко мне прискачет и Нина, дабы разведать обстановку.

Грустно вздохнула. С детства терпеть не могу гостей. Прийти придут, но потом домой дорогу забывают, а мне сиди и выжидай когда они вспомнят прописную истину: гостеприимство не резиновое.

Разбудил звук дверного звонка. Поплелась открывать дверь и впускать эту возмутительницу спокойствия.

Мила чувствовала себя свободно в моей квартире, так как оставалась у меня регулярно, чему я была рада где-то в глубине души. Все-таки присутствие дружеской поддержки делает нашу жизнь немножечко приятнее. И когда кажется, что все, ты достиг дна, сил больше нет и ты никому не нужен, оглядываешься на них и понимаешь: нужен. Мы все нужны друг другу.

За парочкой бокалов вина, в красках рассказала о приставания Уно, его странных намеках, и о том, как Киран меня героически спасал.

Какое-то время обсуждали варианты решения проблемы, но ничего дельного так и не придумали. Сошлись во мнении, что нужно подождать и посмотреть как он будет вести себя дальше. Может это была разовая акция и больше он со мной здороваться не будет. Лишь бы не обозлился за отказ.

Плавно вечер перетек в обсуждение женских проблем, когда я услышала как хлопнула дверь. Что за…? Алекс, точно он!

— Ой, Нина? А как вы вошли? — спросила удивленно, воззрившись на вошедшую свекровь. Ее точно не ожидала тут увидеть, тем более без звонка. И откуда у нее доступ в квартиру? Я же сменила коды при заселении. Проходной двор какой-то!

Она препарировала нас суровым взглядом. Если бы можно было провалиться сквозь землю, мы бы расщепились на атомы и исчезли бы с пола, на котором оказались к концу вечера. Нас сейчас будут ругать?

Но сначала нужно освежиться, а то что-то я переволновалась. Извинившись, вышла из комнаты и прошла в ванную. Несколько раз умылась холодной водой и вроде стало легче. Самое время идти и спасать Милу из лап чем-то недовольной свекрови.

Вернувшись в гостиную, обнаружила Нину стоящей у окна, Мила, по видимому, убежала в комнату. Мне показалось, что Нине грустно. Но с чего бы? Неужели наш маленький девичник так вывел ее из равновесия? Или здесь что-то другое. Не успела я погрузиться в раздумья, как она обернулась ко мне:

— Вера, расскажи мне почему ты решила податься в программу для переселенок? Только правду.

Мда… Умеет свекровь задать тон разговора. Увиливать я не собиралась, это не государственная тайна, и я рассказала все, утаив только моменты с избиением, чтобы не травмировать женщину.

Нина, как в принципе и муж, имеет право знать мою тайну, так как у меня нет полной уверенности, что для меня все закончилось. Да, сейчас жизнь налаживается и я чувствую себя уверенной в завтрашнем дне. Но ищут ли они меня? Если да, то что будут требовать? Как попытаются давить? Да и будут ли? Может для них ситуация изменилась, а я, сидя на Мираде не в курсе происходящего. Прелести изоляции этой планеты работают в обе стороны: да, до меня никто не дотянет свои ручки, по крайне мере я на это надеюсь, но также я сижу в изоляции, и за последними событиями могу следить только по сети.

— Ты просто удивительная девушка … — рассеянно пробормотала, получив мой вопросительный взгляд. — Я знаю, что вы с Алексом живете вместе… — и посмотрела на меня, выискивая и запоминая каждую эмоцию на моем лице.

— Именно так. Не переживайте, все в порядке.

— В прошлый раз вы тоже продуктивно пообщались, да так, что вспоминать страшно. Скажи мне, что ты решила?

— А что я могла решить? Мы женаты. Не буду лукавить, и обещать вам прямо сейчас, что все будет хорошо, но со своей стороны препятствовать не буду, если по итогу Александр попробует получить второй шанс.

Она облегченно выдохнула, и села рядом со мной на диван. Немного поколебавшись, она все-таки взяла меня за руки, и, заглядывая в глаза, начала:

— Понимаешь… Я очень прошу тебя… как мать… как женщина… дай ему шанс!. — недоуменно уставилась на нее. Как-то странно у нас разворачивается разговор. — У него в жизни случилась очень неприятная история… и не одна.

Рассказанное Ниной повергло меня в шок.

В молодости Александр был крайне своенравным молодым человеком, отвергающим верования и законы Мирады. Он отказывался верить в предсказания жрецов и старался всячески идти им наперекор. Семья поначалу не придала большого значения его выходкам, но с каждым разом они настораживали все сильнее. Нина лично обратилась в храм к жрецам для разговора о судьбе сына, те, в свою очередь, отказались давать какие-либо советы, лишь уточнив, что все произошедшее в будущем и есть его сложный путь, часть его судьбы. Никто не в силах отговорить его или изменить предначертанное. Нужно принять и пережить все уготованное Судьбой.

А потом в его жизни появилась она. Женщина.

Это была младшая сестра одной из переселенок, оказавшаяся на планете не совсем законным способом, со временем ее смогли оставить легально на Мираде, но жрецы четко дали понять: она не для этого места, ей нужно покинуть планету. Все были крайне удивлены такому исходу, так как несколько сотен лет жрецы никого не изгоняли. Все гадали, что же с ней должно произойти, что жрецы хотят избавиться от нее как можно быстрее. Такое решение жрецы выносили только тем, кто мог как-то пагубно повлиять на планету и на ее жителей в целом, например, спровоцировать войну или стать жестоким убийцей.

К тому времени она уже познакомилась с Александром и закрутился бурный роман. Он любил ее и хотел связать с ней жизнь. Естественно, ее не одобрили жрецы и им было запрещено вступать в брак. Она была его погибелью, в прямом и переносном смысле.

Александр снова решил пойти против Судьбы, и сбежал с планеты вместе с девушкой. Долгих полгода никто не знал жив ли он, что с ним. Вестей от него не было. Семья этой девушки тоже была в неизвестности, и винила Александра в побеге их кровиночки. “Ужасный молодой человек задурил голову наивной девушке”,именно такие разговоры ходили долгие месяцы, но родители не верили, что сын просто сбежал. Не в его стиле было не давать о себе знать. С родителями у него всегда были хорошие отношения, поэтому пару строк, но он бы обязательно написал, чтобы мама не волновалась.

А потом, в одну из очередных бессонных ночей, раздался звонок, разделивший жизнь семьи на “до” и “после”.

На связь вышли власти планеты Трун. Эта планета пользовалась дурной славой. Там находилось множество игорных заведений, борделей и всякого сброда. Честный человек, не связанный с теневым миром, там не появится. Обычно туда слетались представители криминального мира для заключения сделок, покупки чего-либо запрещенного на черном рынке или для найма людей, готовых выполнять “черную” работу.

Александр был найден на этой планете, чудом оказавшийся живым. Прибывшие на место власти не сразу осознали что «изуродованное нечто», представшее перед ними, все еще дышало. Его лицо и тело было изрезано, раны были рваными, будто кто-то намеренно старался нанести как можно больше вреда от повреждений.

Нина с мужем экстренно вылетела на Трун, и при поддержке властей и медиков Мирады, смогли перевезти его домой. Восстановление было длительным. Речь не шла о сохранении внешности и избавлении от рубцов, в те долгие месяцы под вопросом оставалась сама жизнь Алекса. Слишком много повреждений. Врачи с осторожностью давали прогнозы, уверяя, что даже если он выкарабкается, то останется инвалидом до конца своих дней.

Но этот упертый мужчина не просто выжил, он встал на ноги и продолжил карьеру на военном поприще, снова и снова защищая свою планету.

Около года длилось расследование нападения. По стилю нанесения ранений, установили причастность одной из криминальных группировок Труна. А дальше выяснились вещи, которые едва не сломили Алекса: во всем виновата его возлюбленная.

Она была членом одной из банд, и закрутив роман с Алексом, решила использовать эту возможность по максимуму. Когда они сбежали с Мирады, она, под вымышленным предлогом, заманила его на Трун, где долгие месяцы, с помощью своих преступников- друзей, пытала его, стараясь узнать информацию касательно безопасности Мирады.

Алекс на тот момент уже работал на военных, пусть в небольшом звании, но определенной информацией владел. Эти ушлые ребята хотели через пытки заполучить секретную информацию, после чего продать на черном рынке заинтересованным людям, а такие всегда найдутся.

Естественно, виновные были найдены, в том числе и та девушка. Она была приговорена к двадцати годам работы на рудниках в какой-то космической дыре. Больше о ней никто ничего не слышал.

Александр погрузился с головой в работу, абсолютно игнорируя окружающий мир. Некогда симпатичный мужчина был жестоко предан, а после изуродован. Он не мог смотреть на себя в зеркало. Сочувствующие взгляды выводили его из себя, но постепенно они сменились на равнодушно- брезгливые. События забывались, а шрамы продолжали украшать лицо, делая его изгоем.

Не скажу, что на Мираде был культ красоты, но определенный вес она все же имела. Арты не стеснялись в выражениях комментируя его внешность, но он старался с понимаем относиться к этому. Со временем, он чаще вызывался в длительные командировки, стараясь появляться на планете как можно меньше.

За долгие годы такой жизни он сделал себе головокружительную карьеру.

В один из дней, когда он гостил у родителей, из Совета поступил срочный вызов на заседание. По прибытии выяснилось, что ему нашли жену. Все произошло так же, как и в случае со мной.

Алекс был обескуражен, но рад. События прошлых лет понемногу стерлись из его памяти, а предательство любимой отошло на задний план. Он в предвкушении ожидал заседания, надеясь получить долгожданный шанс на счастье, пряча это глубоко в своей душе.

На заседание Совета ворвалось семейство Хантов в полном составе. Родственникам не только разрешалось присутствовать в такие моменты, а даже поощрялось, делая из простой бюрократической процедуры некую торжественную церемонию.

В первые минуты все шло неплохо, девушка улыбалась, слушая Совет и была на все согласна, ровно до момента, пока Алекс не показался перед ней. Дальше начался его персональный ад. Девушка закатила фееричную истерику: падала в обморок, кричала и плакала, что она наложит на себя руки если ее заставят жить с таким чудовищем, уродом.

Несмотря на то, что по закону было нельзя отказаться от названного мужа, председатели Совета были вынуждены связаться со жрецами. Те, в свою очередь, дали добро на отмену этого брака и сообщили имя другого мужчины, за которого ее обязали выйти замуж незамедлительно.

А вот Александра это сломило морально.

Он закрылся, стал одержим работой, озлобился. Со временем к нему приклеилось прозвище Палач. Он слыл очень жестоким и беспощадным воином, его откровенно боялись, его презирали, и, очевидно, его все устраивало. Все шло по накатанной, пока Нину не уведомили, что Алекса снова женили. По ее словам, она искренне испугалась, да что кривить душой, она была в ужасе, и летела на всех парах в Совет, чтобы хоть как-то попытаться решить возникшие проблемы, а что они будут Нина не сомневалась.

Прибыв на место, ей сообщили что церемония завершена, никто не умер и все, по словам очевидцев, оказались вполне довольны, Нина не могла поверить в чудо.

Остальным событиям мы стали очевидцами.

Теперь стали понятны причины такого поведения Алекса и попыток меня оттолкнуть. С таким-то багажом за плечами удивительно как он умом не тронулся или на стал агрессивным женоненавистником. С избранницами ему катастрофически не везло, здесь даже спорить бесполезно. Но если ему попались две паршивые овечки из стада, не значит что все такие. Да, опыт ужасающий, но невозможно жить без близких людей рядом, без доверия и поддержки. Карьера — это здорово, но она не поддержит тебя когда ты будешь сломлен и одинок. Карьера не будет ждать тебя дома, или звать «папа».

Все это невозможно без доверия. И я постараюсь показать ему, что бывают женщины, достойные этого доверия.

Несмотря на всё желание моего мужа оказаться от меня подальше, мы стали пересекаться дома, частенько ужинать вместе и много разговаривать. В один из таких дней, посмеиваясь над шутками друг друга, мы направлялись на светское мероприятие, устроенное правителем.

Я не любительница этих пафосных сборищ, где местная знать меряется у кого больше капитал, но приглашение, переданное через мужа, звучало как добровольно- принудительное. Несмотря на хорошие отношения с правителем, показать неуважение и не явиться по приглашению просто не рискнула.

Находясь в огромном зале, раскачивая в руках бокал шампанского, мысленно проклинала весь этот маскарад. Правителю меня представили сразу по прибытии, мы некоторое время пообщались. На первый взгляд он показался мне на удивление адекватным мужчиной, сказывались мои стереотипные взгляды на персонажей, находящихся у власти. Чаще всего сначала в помещение заходило самомнение, а потом и сам “персонаж”. Арсом же я будто встретила давнего друга, с которым было приятно пропустить бокальчик вина, обсудив дела минувших дней.

На какое-то время меня оставили одну: Арс увел мужа в кабинет обсуждать вопрос о каком-то землянине, с которым власти Мирады заключили важный контракт. Насколько поняла по обрывкам фраз, Алекс не хотел заключать контракт с какой-то фирмой, но из-за брака со мной, был вынужден уехать, а его предшественник по какой-то причине решил, что оперативное заключение контракта — лучший вариант из возможных. Не стала вдаваться в эти политические игры, поэтому в одиночестве и тишине дожидалась мужа у столика с закусками.

Тишиной наслаждалась недолго: ко мне подошла очередная особа, желающая познакомиться с новым лицом и, по возможности, поживиться новыми сплетнями. Поддерживать диалог не было никакого желания, поэтому говорила рублеными фразами, лелея в душе надежду, что до собеседника дойдет нежелание общаться. Не посылать же ее, может она жена того же правителя, я человек новый в этом обществе, не в курсе кто есть кто, в связи с этим, приходится быть осторожной.

Все мои корректные слова и мысли улетучились после следующей реплики:

— Представляете, говорят, этот урод женился. Хотела бы я посмотреть в лицо этой бедняжки. У него не только лицо в шрамах, но он и в жизни садист!

Резко обернулась в впилась взглядом в говорившую. Сомнений нет, она говорит о моем муже. Я знаю, что его побаиваются, но такие явные шрамы были только у него, ошибиться было сложно.

— Откуда такие познания?

— Меня чуть не выдали за него. Я чуть рассудка не лишилась. Он еще там, в здании Совета, начал говорить как он любит постельные игры с болью, ну вы понимаете.. — с намеком посмотрела на меня, дескать, додумывай сама.

Ах ты дрянь!

— И что бы вы сказали в лицо этой бедняжке?

— Посочувствовала бы ей. От всего сердца. Не удивлюсь если она наложит на себя руки, а его за это посадят, за то что довел бедняжку.

— Если я и наложу на себя руки, то в записке обязательно укажу, что одна милая молодая особа была так любезна, что вложила мне веревку в руку. И попрошу отправить тебя, паршивка, следом за мной на тот свет. Если я услышу еще один подобный слух, ты свою репутацию перед всей галактикой не очистишь. Вера Хант. — протянула ей руку для приветствия.

Девушка резко отшатнулась и побледнела, устремившись от прочь меня сквозь толпу.

— Дорогая жена, ты хочешь лишить меня репутации самого кровожадного арта Мирады? Я с таким трудом зарабатывал ее, а ты парой фраз забрала лавры первенства. — голос мужа заставил меня обернуться.

Вот его я была рада видеть как никогда.

— Из нас получится замечательный тандем, Алекс. Семейная пара, наводящая страх и ужас на жителей Мирады. Превосходная перспектива.

— Да, пожалуй отказаться от такого будет сложно.

— Так не отказывайся.

Мы долго смотрели друг другу в глаза. Алекс сделал первый шаг, притянул к себе в объятия, и приобняв, уткнулся носом в макушку.

— Вера, мне сложно поверить что ты есть и ты настоящая. Я сотню раз корил себя за тот отвратительный разговор, и в душе надеялся, что ты не прогонишь меня. Но я уже ошибался и обжигался, слишком долго собирая себя по кусочкам после каждого предательства. Если ты тоже отвернешься от меня, то боюсь, в этот раз будет сложно выкарабкаться.

— А с чего ты взял, что я хочу чего-то запредельного? Почему я должна отворачиваться от тебя?

Обернулась, проводя ладонью по его лицу, запоминая каждую черточку. Он как большой кот ластился к моей ладони, склоняясь все ниже, пока его губы не накрыли мои. Первый поцелуй получился осторожным, нежным, невесомым, а дальше нас захлестнула страсть, и отрезвило нас только вежливое покашливание где-то рядом. Макс, ну какого черта тебя сюда занесло?

Чертыхнувшись, пришлось отпускать мужа решать государственные дела. Но обиду на Макса затаила.

После разговора с Ниной прошла почти неделя. И все эти дни я ходила задумчивая, слишком неожиданная информация об Алексе давала пищу для размышлений

Был правда один фактор, который бесцеремонно вторгался в личное пространство, не давая обдумать все досконально. Муж. Поняла для себя одну вещь: я действительно привыкла к нему. Мы общались все чаще, иногда выбирались в кино или рестораны. Это был определенный прогресс.

Пока в один из дней я не проснулась в его объятиях.

Сквозь сон осознала, что прижимаюсь к источнику тепла и инстинктивно прижалась к этому источнику сильнее, стремясь быть еще ближе. В комнате было прохладно, и эта грелка казалась единственным спасением. Пока эта самая грелка не хмыкнула мне в макушку. И тут я испугалась до ужаса и попыталась вскочить, но меня удержали, поэтому просто завалилась сверху. Конечно же это был Алекс, без капли раскаяния на своем наглом лице.

И вот лежу я на нем, вся такая красивая, осознавая что меня все устраивает. Мы разглядывали друг друга, будто увидели впервые, стараясь запомнить каждую черточку, каждую эмоцию на сонном утреннем лице. Это было чертовски приятно, просто лежать в объятиях своего мужа, ощущая безопасность и защищенность. Что бы не происходило там, за пределами этой комнаты, все это не важно, пока есть мы. Пока есть это мгновение.

Решила, что терять уже нечего, поэтому подняла руку и медленно, едва касаясь кончиками пальцев обвела контур его лица, коснулась морщинки между нахмуренных бровей и разгладила ее пальчиком… зачем так хмурить лицо? Провела пальцами по уголку его губ, задевая нижнюю губу и провожая каждое движение взглядом. Он как большой дикий кот, тянулся к моей ладошки, ластился, прося ласки еще и еще..

В какой-то момент мы встретились глазами и я поняла, что окончательно пропала. В них было столько нежности, что перехватило дыхание, а еще был голод, дикий голод. И через мгновение его губы накрыли мои. По-началу он целовал аккуратно, нежно, будто спрашивая разрешения, а потом все сомнения и запреты слетели. Это была никому ненужная шелуха.

Из постели мы выбрались к обеду, довольные и счастливые. Не знаю единение ли это, но если это и есть проявление эмоций этого мужчины, то я согласна на все.

Следующая рабочая неделя в академии началась с поездки на экскурсию. При такой формулировке, будь мы на Земле, я бы решила, что мы поедем в какой-нибудь музей. А курсантов военного училища повезли бы в музей, но уже с военным и историческим уклоном, то наша академия действительно подошла основательно. Это была экскурсия на военный корабль. Таким образом детям наглядно показывали работу определенных групп военных на своих рабочих местах, так сказать своеобразная профориентация. И таких экскурсий за время обучения будет еще очень много, чтобы к старшим курсам они могли определиться в выборе профессии и делать упор на определенные предметы и навыки, которые будут нужны.

Сама же экскурсия занимала по времени практически сутки. Несколько часов дорога в один конец и нахождение целой рабочей смены на самом корабле. Я смутно себе представляла что и как там будет происходить.

Прибыв на корабль, я чувствовала себя таким же желторотым птенцом, как и мои курсанты. Да что лукавить, относились ко мне так же, как к ребенку, но я и не обижалась, потому что так и было. План экскурсии составляли сами военные с корабля, даже своего экскурсовода выделили. Моей задачей было просто присматривать за детьми и следить, чтобы они не нарушали приказы.

Детки были очень активные, поэтому я немного переживала, что их неуемная энергия и здоровый интерес, прибавят мне седых волос на голове, а деткам проблем. Но на удивление, они прониклись атмосферой и ходили с такими серьезными лицами, чеканя шаг, что я невольно улыбалась. Маленькие мужчины. Удивительно как иногда дети профессионально мимикрируют под окружающую среду. Нашей собранной серьезной компанией прониклись все, и мне кажется, показали и рассказали даже больше, чем планировали изначально.

В один из таких внезапных порывов показать что-то новое, нас всех провели на капитанский мостик, где явно шло какое-то важное обсуждение, но при появлении нашего сборища все притихли, разглядывая нас, а мы, в свою очередь. разглядывали их.

Не знаю что это был за корабль, в целях безопасности нам заранее не сказали куда именно везут. Детям сообщили только модель этого боевого корабля. Но я сейчас смотрела на людей, собравшихся на капитанском мостике, и понимала, что это действительно действующий боевой корабль и самый настоящий генерал, судя по количеству нашивок на его форме. И ради нас они на сутки прервали то, чем занимались, чтобы показать детям все что им интересно. Масштабы просто поражают воображение. Я будто могу дотянуться до чего-то важного и значимого.

Обдумывая происходящее, затылком почувствовала чей-то острый взгляд, и ощутила беспокойство. Встреча с обладателем этого взгляда не предвещала ничего хорошего, поэтому постаралась резко не оглядываться, а сделать вид, что осматриваю обстановку и повертела головой, пробегая взглядом вокруг себя. И нашла его. Мужчина, расовую принадлежность сложно определить на глаз, но от землян ничем не отличается, около пятидесяти лет, количество нашивок выдает колоссальный боевой опыт. А еще я поняла, что где-то уже видела это лицо, вернее запомнила я небольшой шрам, что пересекал его глаз, из-за него его лицо выглядело зловеще.

Вспомнила! Это был прием у родителей Давида, этот мужчина — давний друг его отца, полковник.

Что он здесь делает? Неужели узнал меня? Даже если он и не знает о произошедшем со мной, то мое появление на этом корабле с делегацией военных курсантов из Военной академии Мирады точно вызовет вопросы. Я попала. Паника захватила меня, я почувствовала как кровь отлила от лица, а ноги подогнулись. Нужно возвращаться домой. Срочно. Глупая была затея с этим сопровождением детей, нужно было отказаться сразу, мне давали шанс. Но это мое любопытство… Мне тоже хотелось посмотреть на военный корабль… Звучит по-детски, но мне не стыдно признаться, что несмотря на жизненные обстоятельства, исследовательский интерес во мне не угас.

Кое-как дотерпела до конца экскурсии, нервно подгоняла детей к стыковочному коридору с кораблем, который отвезет нас домой. Понимаю, что таким образом привлекала к себе ненужное внимание, ловя на себе недоуменные взгляды. Такое поведение было несвойственно для меня, но ничего поделать с собой не могла. Это было где-то на уровне инстинктов — оказаться от опасности как можно дальше.

Только когда мы погрузились в корабль и пристегнулись в своих креслах, я смогла облегченно выдохнуть. Теперь с планеты ни ногой.

Масла в огонь подлил внезапный вызов к ректору, по прилету на планету. Страх потерять работу вытеснил другие переживания из моего сознания и я понеслась в его кабинет.

Рэй встретил меня внимательным взглядом и указал на кресло. Без долгих предисловий начал:

— Вера, расскажите-ка мне почему вы подали заявку на переселение? Я понимаю, что это личный вопрос, но позже я объясню свой интерес.

— У меня были семейные проблемы, решить которые я была не в состоянии, поэтому вынуждена была уехать, но происходящее там никак не влияет ни на работу, ни на мою жизнь здесь! — эмоционально заверила его.

— А вот с этим я бы поспорил.

Замолчав на некоторое время продолжил:

— Понимаете ли, наша академия — военный объект. — кивнула давая понять, что в курсе, — Разведка и служба безопасности следит на нами, как за стратегически важным объектом для того, чтобы ни шпионы, ни диверсанты не пробрались в внутрь поисках секретных сведений. Вера, за время работы здесь, на вас было покушений больше, чем на меня, да и по разнообразию вы меня перещеголяли: тут попытка похищения, отравления, убийства. Не сказать чтобы я соревновался за пальму первенства, но выглядит это настораживающе. Вы офисный работник, один из штатных финансистов, так откуда к вам такое внимание наемников с Земли? Не смотрите так на меня, мои люди умеют вести допросы.

В общих чертах пришлось рассказать ректору о моей прошлой жизни. Он удивился, узнав, что наемников вероятней всего нанимает несостоявшийся свекр.

Отпустив меня домой, посоветовал не переживать: за мной приглядывает служба безопасности и на Миране мне ничего не грозит.

По возвращению домой беспокойство снова охватило меня. Точную причину тревоги с уверенностью назвать не смогла бы, даже если бы меня спросили. Но, к счастью, в квартире я оказалась одна. Алекс написал, что находится на какой-то встрече, и вернется поздно. Это было хорошей новостью. Мне нужно прийти в себя и не пугать окружающих своими заморочками.

Остаток дня пыталась разложить по полочкам свои страхи и переживания, мысленно разговаривала сама с собой, объясняя, что страшного ничего не произошло и мне ничего не угрожает. Зачем Петру Сергеевичу это все? Наш с Алексом брак является законным на любой из планет. Никакой выгоды у него нет от моего убийства. А может это не он? Тогда кто? Только он настолько безжалостен, что его конкуренты пропадают и даже их тел не находят. Да что они мне сделают? За мной приглядывают. Покушения были, а я даже не заметила ничего, нужно просто не высовываться с планеты и все будет нормально.

Но ничего не помогало. Даже осознание того, что теперь у меня есть внушительных размеров семья, не могло успокоить мое воспаленное сознание.

В какой-то момент стало тяжело дышать. Было ощущение, что на грудь опустилась тяжелая бетонная плита. Сердце колотилось так, будто вот-вот сломает ребра изнутри, а сознание помутилось. Я смутно осознавала где нахожусь, согнулась пополам, хваталась то за сердце, то пыталась оттянуть воротник, будто это могло помочь сделать долгожданный вздох.

“Если я не сделаю этот вздох — умру.” — пронеслось в голове, и накатила новая волна страха и паники, смывая остатки рациональности. Я умираю. Я одна в квартире и никто мне не поможет.

Если бы в тот момент я знала, что в прививке, сделанной мне в больнице, был чип, фиксирующий жизненные показатели, как и у всех артов, то хотя бы не прощалась с жизнью, потому что спустя несколько минут в мою квартиру буквально ворвались люди в медицинской форме, что-то вкололи мне, а потом вынесли на носилках. Смутно осознавала, что какой-то молодой мужчина, вломившийся к ней, говорит что-то про помощь, больницу и что скоро мне станет легче. Осознать сказанное им была не в силах. Мысли были похожи на вязкое желе, а мое сознание уплывало во тьму.

Открыла глаза уже в больничной палате. Рядом находился мой доктор, который просматривал что-то на планшете и хмурился. Увидел, что я пришла в себя, подскочил и взволнованно протараторил:

— Вера, вы нас очень испугали! Не переживайте, вам вкололи успокоительное, вы проспали несколько часов. Сейчас все в порядке.

— А что со мной было?

— Это паническая атака.

— Паническая атака? — с недоверием переспросила. Звучит слабовато для тех ощущений, которые я испытала. Врач только кивнул, подтверждая свои слова. — Но мне казалось, что я умираю. Я задыхалась! Хотите сказать, что я истеричка и все выдумала?

— Нет, нет, что вы! — с волнением перебил. — Такова реакция нашего организма на стресс. Это может реакцией как на только что возникшую стрессовую ситуацию, так и на длительное нахождение в состоянии эмоционального напряжения, недосыпа, перегрузок и прочего.

Кивнула, давая понять, что принимаю объяснение и ругаться больше не планирую.

— Вера, в коридоре находится ваш муж и друг. Пожалуйста… не могли бы вы… позвать их к себе и успокоить. — с недоумением посмотрела на врача. С чего такие просьбы? — Дело в том, что они запугали весь персонал. Работа стоит. Они собрали консилиум из всех врачей больницы, чтобы они решали вопрос с вашим состоянием. Но вам нужен только хороший отдых, а также исключение стрессовых ситуаций из своей жизни.

— Зовите! — откинулась на подушку и прикрыла глаза.

Через минуту в палату вбежали Алекс и Макс. Оба белые, как мел. Что ж за слабые нервишки у этих мужчин.

Муж подбежал и сгреб меня в охапку:

— Милая, я так волновался! Не переживу есть с тобой что-нибудь случится! — бормотал, уткнувшись носом мне в макушку.

— Знаю, родной, знаю. Все будет хорошо. Доктор сказал, что просто нужно больше отдыхать.

Видимо меня накачали успокоительными, потому что меня снова клонило в сон, хотя я только недавно проснулась. Но сопротивляться желаниям организма не стала и уплыла в сон.

Вызов смартфона застал меня посреди совещания, и я собирался его проигнорировать, так как шел действительно важный разговор, но вовремя обратил внимание, что вызов с номера с пометкой “больница”.

Незнакомые номера государственных служб, совершающие вызов на устройства, автоматически подписывались системой, уточняя к какой именно службе принадлежит данный контакт. Благодаря этой функции я и узнал, что моя жена попала в больницу. И не просто попала, сотрудники экстренной помощи вскрывали дверь в квартиру, потому что показатели чипа были критическими. Не знаю что именно это означает, на звучит слишком страшно, чтобы тратить время на раздумья.

Ничего не объясняя подчиненным, пулей вылетел из здания, только по пути крикнул своему заместителю, что сегодня он остается за главного..

У входа в больницу столкнулся с Максом, тот тоже куда-то бежал сломя голову. Оказалось, что этот ушлый жук уже успел как-то познакомиться с Верой, потому что был в ее списке контактов на экстренный случай.

К палате буквально бежали. Но к моменту нашего прибытия, ее уже привели в норму, оказалось что это паническая атака. Что? Какая атака? У нее все хорошо. Вчера она была на экскурсии. Может там что-то произошло, но связавшись со знакомым из академии, Кираном, выяснил что все было в пределах нормы. Под конец экскурсии она была немного раздражена и торопила детей, но это все можно списать на всеобщую усталость. Что же случилось?

А может этот молодой доктор просто некомпетентен? Решено. Соберу их всех. Нужно второе мнение. Нет, чем больше врачей ее осмотрим тем лучше. Еще какое-то время потратил, чтобы собрать их, Макс усердно мне в этом помогал. Все в один голос сказали, что это действительно симптомы панической атаки.

Как я недосмотрел, что она находилась в стрессе? Вопросов было много, но ответы могла дать только сама Вера.

Макс какое-то время тактично держался в стороне, контролируя, чтобы я не разнес больницу по камушкам, а потом неожиданно задал вопрос:

— Алекс, что ты знаешь о своей жене? О ее прошлом?

— Как что? То, что есть в ее личном деле… Возраст, образование и тд… Какое может быть прошлое в двадцать пять-то лет.

Макс как-то недобро усмехнулся:

— Ты не хочешь узнать при каких обстоятельствах я увидел ее впервые?

— Я знаю что Мила жила с ней долгое время, поэтому ответ очевиден. — я тоже не совсем в изоляции был и кое-чего знаю, хотелось кинуть это ему в лицо. Бесило, что он явно знает больше меня, нутром чувствую это.

— Нет. Я увидел ее впервые в космопорту на Земле. — и замолчал, интриган.

— Подожди… Как это на Земле? — я не мог сложить в своей голове картинку, как будто не хватало пазлов.

— Я был в космопорту, спешил на посадку, пройдя все регистрационные процедуры мы долго торчали в зале ожидания, рейс задерживали несколько раз. Тогда-то я и обратил внимание на девушку, которая выглядела слишком нервной, она постоянно оглядывалась, словно выискивая кого-то из толпы. Сначала я решил, что она кого-то ждет и ее спутники опаздывают, но с каждой минутой начал понимать: она спешит покинуть планету и нервничает из-за задержки. Вскоре нас запустили на борт, но и тут началась чертовщина: вылет снова задержали, теперь уже по причине поломки. За годы моих полетов гражданскими рейсами, впервые с одним несчастным вылетом было столько проблем. Позже я узнал, что причины задержки были липовыми, на самом же деле кого-то искали на борту. Сложив два и два я понял все. В следующий раз я увидел Веру покидающей борт Мирады. Но в этот раз я заметил, что движения ее были скованными, рублеными, будто ей что-то мешало при ходьбе, и присмотревшись, я обратил внимание на след чьей-то пятерни на ее шее, а по походке стало понятно, что ее били. Лицо было не тронуто, но по общей картине можно судить, что работал профессионал. Она меня заинтересовала в связи с моей сферой деятельности, ты и сам понимаешь, я знал, что если за девушкой отправляют наемников, проблемы не заставят себя ждать, поэтому намеренно добавил свой контакт в список экстренных. Остальное ты знаешь.

Молчал я долго. Сказать было нечего. Это был тот момент, когда в каких-то сферах жизни ты с легкостью решаешь проблемы, можешь просчитать шаги конкурента на несколько лет вперед, можешь с точностью до мелочей проанализировать ситуацию, а в каких-то моментах ты оказываешься таким идиотом, что и рассказать кому-то стыдно.

Но почему она не сказала, что у нее проблемы? Как же, сказала бы она. Я четко дал понять в том злополучном разговоре, что она может рассчитывать только на себя. Она так и поступила. Какой же я придурок. Никогда не прощу себя за это.

— Запроси ее медицинские документы. Ты на правах мужа можешь это сделать. Может там есть какая-то информация об этом. — заставил прийти в себя голос Макса.

Сразу же отправил запрос и моментально получил ответ. У нас такие аспекты документооборота давно роботизированные, на поступивший запрос робот моментально вышлет ту информацию, которая в наличии.

Открыв документы, я опешил. На ней действительно не было живого места на момент осмотра. Гематомы по всему телу, трещина ребра. Что? Подождите… След ботинка на ребрах, док даже фото приложила… Много фотографий…А вот и заметки дока к итоговому заключению:

“… изучив ушибы мягких тканей, могу сделать вывод, что пациентке были нанесены телесные повреждения. Прослеживаются четкие контуры кулаков, а также следы ботинок, предположительно, с металлическим носком. По расположению ссадин и гематом, предполагаю попытку сексуального насилия. При дальнейшем осмотре внутренних повреждений не было. Исходя из формы, силы удара, степени проявления, осмелюсь предположить, что подозреваемый — мужчина… “ Далее шло примерный рост и вес нападавшего, способного нанести такие повреждения.

А вот еще интересный факт:

“…пыталась сделать вид, что просто упала. Видела, что ей не поверили, но все равно придерживалась этой версии событий. Попросила заблокировать доступ к медицинским записям всем, кроме нее и врачей. Было отказано. К властям не обращалась. Заявила, что муж или другие граждане Мирады к этому не причастны. Заметки к выписке были оставлены на случай, если пациентка решит обратиться к властям.” В конце стояла электронная подпись Мирта Эри.

Этого дока я знаю лично, она лечила меня после одной, не очень удачной операции. Мировая женщина. Её опыту можно доверять. А чего стоят только её заметки… Не уверен даже, что Вера в курсе того, что с нее сняли побои и зафиксировали все по протоколу. Если бы она только призналась, Мирта могла бы обратиться от ее лица к властям, еще там, в больнице. Но без ее признания у него связаны руки. Пока она вменяема и в сознании, она вольна принимать такие решения, которые были ей угодны. Заставить ее никто не мог. Даже я, ее муж.

Меня выписали из больницы в тот же день, снабдив новой партией успокоительного. Это уже входит в традицию: после посещения больницы все новые и новые формы успокоительных появляются у меня в шкафчиках.

Вернулась в квартиру вместе с Алексом, Макс покинул наше общество еще в больнице, сославшись на срочные дела, но как-то он подозрительно переглядывался с Алексом. Вникать в эти закулисные игры не было ни сил, ни желания. Я просто хотела тишины.

Несмотря на индивидуальную палату, в больнице было шумно. Множество пациентов, врачи, снующие туда сюда, писк оборудования в палате. Хотелось просто сесть на диван в гостинной, сделать глоток ароматного кофе, и, наконец, выдохнуть.

В последнем искренне сомневалась, потому что муж решил будто я хрустальная. Сопровождал меня из комнаты в комнату и буквально боялся дышать на меня. По его настоянию, а точнее после полуторачасового спора, связалась с Кираном и сообщила, что по состоянию здоровья ухожу на больничный. В целом я была согласна с ним, просто мне не нравится, когда на меня давят, но здраво оценивая произошедшее, а также мое положение, понимала, что передышка необходима.

На утро следующего дня Нина порадовала меня тем, что сегодня состоится незапланированный семейный ужин. Явка обязательна. А так внезапно он организуется…. в честь воссоединения семьи… А мы семья? Несмотря на явное улучшение наших отношений, я затруднялась ответить будет ли развод. Мы не говорили с Алексом об этом, только намеки и переглядывания. Но четкой фразы: “Вера, дай мне шанс”,я не услышала.

Волнение перед семейной встречей начинало захлестывать, и я испугалась до ужаса, решив, что это может быть новым приступом панической атаки.

Рванула к шкафчику, выбрала нужные таблетки, закинула все в рот и судорожно начала жевать. Выписали мне жевательные успокоительные, мотивируя тем, что сам процесс жевания тоже успокаивает. Не знаю так ли это или подействовала таблетка, но через пару минут я была спокойна.

Чего волноваться? Того, что не в моих силах, я изменить не могу. Все недовольные браком, мной и жизнью в целом, сами выбирают свой путь. И если Алексу это не нужно, удержать я никого не смогу. Остается только плыть по течению и надеяться на чужое благоразумие. На крайний случай у него есть много замечательных родственников, которым не сложно потратить пару часов своего времени, чтобы вбить в голову правильные мысли.

Пожив на Мираде, я все же изучила вопрос браков. Разводы действительно были, но только в том случае, если это дозволял “прогноз” на жизнь. Такие вещи четко прописывались, дескать, развод сильно на жизнь не повлияет. Что там предначертано Алексу, дословно я не знаю, но по оговоркам осведомленной Нины, развод нам не светит. Хотя он может попытать судьбу и просто перестать общаться.

Вероятнее всего наш брак на всю жизнь, и к этой мысли я постепенно привыкала, находя ее привлекательной.

Если бы что-то подобное было на Земле, то люди подходили бы более ответственно к выбору второй половины. Вспоминая некоторых своих земных знакомых, складывается впечатление, что для некоторых людей брак — не повод для знакомства.

Так моя университетская знакомая вышла замуж едва ей исполнилось восемнадцать лет за такого же молодого паренька-шалопая. Аргументы в пользу брака были убийственные: Вера, Вера! Ты просто посмотри какой у крутой байк и татушки! А как он целуется!». Сопровождалось это восторженным заказываем глаз. Они расписались через месяц после знакомства. О каком-то торжестве речи не шло. А еще через месяц оказалось, что злополучный байк принадлежит его брату, а крутость татуировок меркнет на фоне того, что он — наркоман, и продал всю технику в квартире ее родителей за очередную дозу.

Это я к тому, что если бы на Земле знали, что выбор супруга нужно совершить один раз за жизнь, многие пристальнее бы приглядывались к своему партнеру, и потом не выяснилось бы, что ты всю жизнь готовишь ему его любимые голубцы, а он смотрит на них, сдерживая тошноту, так как терпеть их не может. Или когда он дарит тебе любимые розы, которые ты уже видеть не можешь, а всю жизнь любила ромашки.

Все это очень утрировано, но, думаю, суть вы уловили. Иногда люди настолько не ценят то, что имеют, будь то мужчины или женщины, что кажется будто никто и заморачиваться с решением проблем не спешит. Зачем узнавать друг друга, находить компромиссы, когда в случае чего я просто могу уйти? Грустно.

В таком философском настроении я собралась на ужин. Так как предстояла важная для меня встреча, хотелось выглядеть на миллион.

Ужин будет проходить в семейном кругу, поэтому вечернее платье, одно единственное, купленное уже тут, я отложила в сторону. Для поездки выбрала сарафан в пол, белого цвета, с приталенным верхом и свободным низом. Смотрелась я как миниатюрная фарфоровая куколка. Исходя из реакции мужа, можно сделать вывод, что образ мне идет. А это главное.

К особняку родителей мужа мы подъехали за несколько минут до назначенного времени. Несмотря на то, что внешне храбрилась, и даже разложила по полочкам все в своей голове, полностью исключив повод для волнения, с инстинктам ничего поделать не могла, и откладывала выход из дома до последнего.

Моментально находились какие-то важные дела, которые никак нельзя отложить до возвращения. Когда я по третьему кругу протирала пыль с подоконников, Алекс буквально на рука меня вынес из квартиры, обозвав меня маленьким грызуном, который бегает в своем колесике без цели. Я и была с ним согласна. Как хорошо, что у меня есть, и что он сейчас со мной. Если бы не он, то сейчас я бы не стояла у входной двери, и не ждала бы, пока нам откроют.

Ждать долго не пришлось, Мариса будто стояла под дверью. Как только дверь открылась, меня сгребли в охапку и, как Олимпийский факел, передавали по эстафете новому подошедшему родственнику. Наконец, запас родственников иссяк, меня больше никто не обнимал и не тискал, а в помещении воцарилась какая-то напряженная тишина… Воздух в помещении будто наэлектризовался. Оглянувшись, я поняла, что ощущения не врали, и причина этому была прямо передо мной. На меня смотрела пара глаз, таких родных и одновременно чужих. У входа в комнату стоял мой муж и прожигал меня взглядом, в котором невозможно было прочесть эмоции.

Вот и все. Сейчас он объявит, что нам не по пути и он снова решил отвернуться от судьбы.

Молчание затягивалось. Никто не решался нарушить напряженную тишину и задать тон нашей встречи.

Муж шагнул в мою сторону. Я невольно дернулась, пытаясь сделать шаг назад, отгородиться от тех слов, что он сейчас скажет. Не могу ответить почему так получилось, интуитивно я понимала, что физического вреда он не причинит.

Муж подошел и взял мои руки в свои, потом склонившись над руками, поочередно поцеловал тыльную сторону ладоней и после приложил к своему лбу, замерев так на какое-то время. Среди многочисленных родственников тут и там звучало восторженное “аахх”… Я же не понимала что происходит. Положение спасла, как обычно Нина. Склонилась к самому уху и прошептала так, чтобы и муж услышал:

— Вера, этот жест на Мираде означает выражение наивысшей степени почтения и уважения. Этим жестом он даёт понять, что вручает тебе власть над своей жизнью и судьбой. И, конечно же, просит прощения.

Я опешила. Как удобно! Сначала в грязи изваляли, гадости наговорили, а потом лбом к ручке приложились и свободны.

Ладно, во мне это обида говорит. Умом понимаю, что сложно при многочисленных свидетелях сделать такой шаг, особенно таким самоуверенному и закрытому мужчине, как мой муж. Мне достаточно было бы простого “извини”, но нужно учитывать разницу менталитетов. Он решил таким образом показать, что сожалеет о содеянном. И я принимаю эти извинения.

Подошла и обняла, крепко прижавшись к родному мужчине. И это не казалось чем-то глупым, он с удовольствием ответил на объятия.

Когда эта трогательная сцена закончилась, обернулась и заметила, что вся женская часть родственниц тихонько утирают слезы. На их глазах только что помирилась и воссоединилась семья, для всех это радостное событие.

Ужин прошел весело. Меня перезнакомили с огромным количеством родственников, их было человек тридцать. Удивительно как люди умудряются поддерживать такие крепкие отношения. На Земле часто бывает так, что и родные братья и сестры семьями не собираются, про двоюродных и упоминать не стоит.

Из-за недостатка семейного общения, где-то на подсознании мне хотелось большую семью. Чтобы было много детей, внуков. Чтобы каждый праздник был шумный, невозможный, но такой близкий, домашний…

Мирада дала мне эту семью и я очень благодарна судьбе за все.

Если до этого вечера и были переживания, то сейчас я окончательно успокоилась. Мы можем быть семьёй. Каждый из нас готов приложить к этому усилия.

Домой мы поехали всей толпой. Отделаться от Макса и Милы не смогла, хотя очень старалась. Они без конца выясняли отношения, даже на семейном ужине. Окружающие только посмеивались над их перепалками.

Вернувшись, мы расположились в гостинной, ребята достали вино, разливали по бокалам, а я быстренько собрала небольшие закуски.

Время за весельем и разговорами пролетело незаметно и меня потихоньку клонило в сон, в отличие от моих навязанных гостей: эти молодые люди были полны энергии как и прежде. Очередная пикировка колкими фразочками постепенно переросла в ссору, когда терпение Алекса дало трещину. Он не особенно церемонясь, начал выпроваживать их из квартиры, а я ошарашенно за этим наблюдала. Никогда не видела разозленного мужа, занимательное зрелище.

В этот момент краем глаза я заметила как что-то спускается с потолка, из отверстия для вентиляции и замерла уже в недоумении. Это что такое? Алекс проследил за моим взглядом и тоже замер в напряжении. То есть у меня не галлюцинации. Это змея. Снежинка, мать его! Да какая же это Снежинка? Это Снежинеще! Если бы мне раньше сказали, что эта Снежинка будет длиной в несколько метров, то я бы съехала отсюда в первые же минуты после такой шикарной новости. А еще, судя по толщине этого чудовища, я бы проверила все ли соседи выходят на связь, нет ли пропавших. Слишком она была упитанной.

Переварила полученную информацию, поняла что пора бояться и закричала. От моего крика ошалели все, в том числе и Снежинка.

Муж в ужасе взирал на этого откормленного чешуйчатого монстра, спускающегося с потолка, и не знал что делать, как ее отлавливать. Все-таки не каждый день у себя в жилище находишь такого квартиранта.

Я пулей вылетела в коридор, где столкнулась с ребятами, которые толком не успели отойти от квартиры, когда услышали мой крик, и вернулись оказать помощь. Кроме паники при виде змеи, помощи конечно же оказано не было. Поэтому я со всего размаха начала колотить в закрытую дверь своего соседа, от страха забыв, что у него вообще-то есть звонок, и начала орать:

— Эван, твою мать, Эван! Выходи!

Обалдевший, заспанный сосед открыл дверь и уставился на перепуганную компанию снаружи.

— Что происходит?

— Снежинка нашлась, свисает из отверстия в вентиляции в потолке. Забери ее, пожалуйста.

— Как? Я думал она уже по трубам в город выползла. Уже потерял надежду… Думал эксперимент по новой начинать.. — и причитая, побежал к нам в квартиру.

Творилась какая-то вакханалия. Оказалось, что пока я паниковала, муж вызвал что-то вроде спецназа. Ребята в масках и при оружии отцепили коридор. Муж оглядывался, пытаясь понять откуда все-таки ждать угрозу, одним глазом отслеживая меня и мое состояние, а другим — чешуйчатую звезду нашего вечера. Мила и Макс просто обтекали. В прямом смысле. Бледные, как смерть, они сползли по стенке в коридоре. Хмыкнула, тоже мне “военные”.

В это время Эван, ласково нашептывая что-то своей змее, вытягивал ее из вентиляции, не замечая никого вокруг.

Я вертела головой туда сюда, а потом расхохоталась. Это точно какой-то дурдом. Если я не сойду с ума раньше, то моих внуков ждут увлекательные истории.

От страха за жену я сам чуть не умер. Когда громадная змея начала падать с потолка, мне показалось что мир замер, а потом завертелся с неимоверной скоростью. Каюсь, вызвал своих ребят. Перенервничал. Не каждый день воссоединяешься с женой, а дома тебя встречается чудовище из фильмов ужасов.

А главное как быстро Вера сориентировалась и побежала к хозяину зверюги… К которому у меня много вопросов. Откуда он знает Веру? Ладно, они соседи, но что, обязательно было знакомиться? Живут же люди и годами соседей не знают! С чего вдруг она побежала к нему? Значит знала, что у него сбежала змея. А раз знала почему осталась дома, подвергая себя опасности? Женская логика поистине необъяснима.

Главное что все закончилось хорошо.

Какой-то сумасшедший день. Сначала этот внезапный ужин. Мама как обычно все решила за нас и форсировала события. Скорей всего, если бы не этот ужин, мы с Верой еще какое-то время ходили вокруг да около, не решаясь сделать шаг навстречу друг другу, а сегодня все вышло донельзя хорошо. Сегодня — один из тех редких случаев, когда я от всего сердца рад, что мама вмешалась и не позволила совершить ошибку.

Вера выглядела как миниатюрная тропическая птичка, которая по случайности оказалась в нашем обществе. Такая легкая, красивая и очень хрупкая.

На протяжении многих дней изводил себя разными мыслями: как я мог так облажаться; что теперь делать, как вымаливать прощение?

Сначала мама дала понять, что в случае необходимости может что за эту девушку по-тихому прикопать где-то в лесочке. Потом Мила, а теперь и Макс с ней за компанию заявляются к ней на порог с вином в обнимку, как у себе домой. И нагло заявляют мне: «Мы дружим!».

Наверное со стороны покажется странным, что человек может так измениться за несколько недель, при этом не пересекаясь с объектом своего, на тот момент, раздражения? Для меня нет ничего странного, просто я узнал много нового. Много о ее характере, увлечениях, а потом … и о тех событиях, которые подтолкнули ее к побегу на Мираду. А я пытался всячески ее оттолкнуть, только чтобы мне было спокойно. Но разве можно оставить такую как она?

Извожу себя мыслями, что было бы, выбери она там, на Земле, кого-то из этих молоденьких перспективных мальчиков? Я бы никогда не познал окрыляющее счастье своей собственной семьи.

Но раз она приняла меня и дала второй шанс, я его не упущу и сделаю все от меня зависящее, чтобы она стала счастливой.

Следующую неделю Алекса видела очень редко, что меня очень расстраивало, я скучала по нему. Но он все еще был причастен к заключению контракта с Землей, и так как правительство было заинтересовано в этом сотрудничестве, шла подготовка к визиту этого партнера.

Планировался банкет в посольстве, куда были приглашены все заинтересованные, а это почти вся моя семья, родственники, и даже Мила с Максом, в роли пары. Планируется что-то грандиозное. Хочется, чтобы этот банкет уже побыстрее закончился, и Алекс снова вернулся ко мне.

Платье для мероприятия доверила выбрать свекрови и бабушкам мужа, они проявили маниакальную заинтересованность в подборе этого платья, поэтому подумала и решила, что самоустраняюсь. Они вытрепали друг другу все нервы, пока шел выбор злополучного наряда. Каждая из них нарисовал в своей голове мой образ, и каждая старался “продавить” свое мнение. Иногда мне казалось, что они недалеки от кулачного боя. Пришлось даже обращаться к Миле за консультацией по их поведению. В ответ она посмеялась и предложила дать родственницам немного свободы в самовыражении, мол если хотят немного поругаться, стоит им это позволить. Даже если поругаются, то это ненадолго и не критично.

К счастью платье было выбрано, все были целы, а вот на счет психического состояния не уверена.

Выбор пал на черное бархатное платье, которое обтягивало фигуру, показывая что она у меня есть. Как украшение выбрала жемчуг: серьги и ожерелье. Образ был строгий, но в то же время элегантный. Лично я осталась довольна.

Светское мероприятие планировалось в здании посольства, куда мы и выехали нашей дружной компанией. Алекс нас ждал уже на месте, как и Мила с многострадальным спутником.

Здание посольства встретило нас невообразимым шумом. Было слишком много людей, все активно переговаривались друг с другом еще на входе. Мы долго задерживаться не стали, а коротко кивая встреченным знакомым, родственницы сразу провели в зал, где расположились столы с закусками и выпивкой. Тут и там собирались стайки людей по интересам и что-то живо обсуждали, из каждой отдельной компании ежеминутно слышались восклицания и смех. Обстановка казалась непринужденной, поэтому мое напряжение и нежелание тут находиться постепенно поутихло.

Наконец, к нам пробрался муж. Не представляла, что смогу скучать по другому человеку так сильно, несмотря на то, что не виделись мы всего несколько дней. Не удержалась и пробежала эти несколько шагов, разделяющих нас. Бросилась ему на шею и выдохнула:

— Я так скучала… Не бросай меня так надолго..

Договорить не смогла, он меня поцеловал. Это было так жадно, так страстно, что перехватывало дыхание. Нас не волновало то, что окружающие искоса поглядывают на нас с интересом. Мы наслаждались друг другом. Поцелуй прекратился, а я уткнулась носом в его шею, не в силах отпустить от себя.

— Я понимаю, что ты занят сегодня, но давай постоим так немного, я просто не могу сейчас тебя отпустить. — пробормотала ему в куда-то в шею.

Он ничего не ответил, но крепко обнял, утыкаясь носом в макушку. Макс подошел и шепотом о чем-то говорил мужу, я не вслушивалась. Между тем Алекс потихоньку отстранился, и еще раз поцеловав напоследок, ушел. Нужно было представить всем нового партнера. Отпускать его не хотелось, и в какой-то момент я даже всхлипнула от обиды, что он ушел. С чего это я стала такая тактильная? Да я с Давидом за год отношений столько не обнималась, сколько с мужем за один день.

Я расположилась недалеко от столика с закусками, потому что во мне проснулся зверский аппетит. Стресс, не иначе. Хорошо быть женщиной: истеричное настроение — это гормоны, а не плохой характер; много ешь- это все стресс. Главное правило — уверять всех в этом с умным лицом и делать вид, что все так и планировалось.

Я стояла и поедала очередную закуску, мысленно молясь, чтобы до конца вечера платье не разошлось от моего “стресса”, когда увидела как ко мне пробираются сквозь толпу Мила, моя единственная подруга здесь. Она искусно лавировала между уже подвыпившими гостями, держа в руках полный бокал вина. Когда дело касается вина — эта девушка проявляет потрясающую ловкость. Та, кто сейчас грациозно пробиралась ко мне, умудряясь на ходу в толпе салютовать мне полным бокалам, перебила в моем доме все чашки, аргументируя тем, что не одарена природной ловкостью. Все понятно, чтобы чашки были целы, в них нужно наливать вино.

Занятая этим удивительным фактом я пропустила интересную вещь: Макс проследив взглядом за тем, кому я махала, кинулся ей наперерез и утащил в неизвестном направлении. Тааак. И как это понимать? Украл подругу. Подло и нагло.

— Ты чем-то встревожена?

— Макс увел Милу! Да я ее уже столько времени не видела! Думает, если он жених, то ему все можно? — в сердцах воскликнула, не сумев справиться с эмоциями.

Нина обескураженно выслушала мою эмоциональную речь и пообещала помочь всеми силами.

Пока мы разговаривали со свекровью, на секунду показалось, что увидела в толпе знакомое лицо. Давид. Не, не может быть… Он не может быть здесь, не должен… В глазах на секунду потемнело. “Это не может быть правдой” — убеждала себя, но реальность твердила обратное. Недалеко от нас, в компании Алекса, стоял Давид. И Элеонора.

Только не говорите мне, что он тот, с кем заключили контракт власти Мирады. Я пропала.

Нина заметила мою бледность и нервозность, но не успела выяснить в чем дело. К нам спешила вышеупомянутая компания. Я вцепилась в руку Нины, как в спасательный круг, надеясь, что она не уйдет, и не оставит меня.

Страшная ситуация и очень сложная. У меня с этими людьми своя история, но Алекс… С его стороны замешан его бизнес, да и правительство Мирады руку приложило к этому сотрудничеству. Куда уж мои проблемы до сотрудничества меж планетарного масштаба. Нужно максимально постараться и сделать вид, что все в порядке. Если муж что-то заподозрит… Не очень хотелось бы посвящать его во всю эту грязь… Он может натворить много дел на эмоциях.

Они подошли и остановились напротив нас. Чувствовала на себе, прожигающий ненавистью, взгляд Элеоноры. Сама же взглядом встретилась с Давидом. Его лицо ничего не выражало. Взгляд медленно опустился с моего лица, прошелся по фигуре, а потом снова вернулся к лицу. На мгновение я заметила раздражение на его лице, которое он мастерски спрятал. Уже и забыла как он мастерски умеет держать лицо на публике.

Муж подошел ко мне и приобнял за талию:

— Давид, Элеонора, знакомьтесь, моя любимая жена — Вера. Вера, это Давид- о нем я тебе говорил, его компания будет заниматься продажей минерала, и его невеста — Элеонора.

— Мы пересекались на Земле. — проговорил Давид. — Здравствуй, Вера. Рад видеть тебя в полном здравии.

Я непроизвольно напряглась под руками мужа. Какой мерзавец! Дает понять, что знает больше моего мужа. Если бы я хоть раз поинтересовалась с кем работает Алекс! Но разве я могла и в страшном сне представить такое ужасающее совпадение. Ну почему из всех бизнесменов Земли, он выбрал именно эту адскую парочку? И что теперь делать? Не могу же теперь сделать вид, что незнакома с ними.

Пусть это невежливо по отношению к Давиду и его спутнице, но первоначально мне хотелось обратиться к мужу:

— Любимый, мы действительно пересекались на Земле. Удивительное совпадение. Здравствуй, Давид.

Элеонору приветствием не удостоила. Много чести. Да и Давид тоже не особо заслужил. По большому счету, сейчас он не получил плевок в лицо только из уважения к моему мужу и его труду.

Надеюсь, Алекс не поймет что что-то идет не так. Нина своим взглядом-сканером, я уверена, уже все поняла. Слишком пристально она следила за взглядами Эли и Давида, которые они бросали на меня. Ее приподнятая бровь и взгляд, как бы говорящий собеседнику: вас прикопать прямо здесь? Или до ближайшей клумбы прогуляемся?

Простояв некоторое время и не принимая участие в беседе, извинилась и вышла освежиться. Нужно было выйти на воздух, иначе был риск просто задохнуться от напряжения. Это оказалось страшнее, чем я себе представляла. Они — страшные люди. И теперь они здесь, в одном здании со мной. Нет уверенности в их следующем шаге.

Шла по коридору в сторону выхода и старалась глубоко дышать, чтобы не заплакать. Этого точно допустить нельзя, иначе будет скандал.

— Вера! Подожди! — прозвучало со спины.

Господи. Пожалуйста, только не это! Если я сейчас побегу- это будет слишком неуместно? Где мой муж? Где кто-нибудь, кто спасет меня? Так. Меня же не убьют в конце концов. Не убьют же?

Тем временем шаги становились все ближе, а я продолжала делать вид, что не слышу обращения.

— Да подожди ты! — прокричал Давид, обхватывая меня за локоть. Догнал. Я пропала.

— Давид? Ой, я тебя не заметила. — усиленно притворяемся дурочкой. Он знал меня прежнюю, когда от его голоса я замирала как кролик перед удавом. Сейчас перед ним другой человек, и он об этом не догадывается.

Мне чертовски страшно вот так стоять перед ним после все что было, после всего, что сделала его семья со мной. Но, если проблема настигла меня лицом к лицу, и избежать этого не получилось, я буду смотреть в глаза своему страху.

У каждого человека заложены древние реакции на стресс, и у всех они примерно одинаковые. Разделить их можно на три типа: бей, беги, замри. Каждый из типов говорит сам за себя.

Если раньше, до всех этих событий, моей реакцией на стресс было «замереть», сделать вид, что я часть мебели в комнате и надеяться что буря обойдет меня стороной. Это не работало, но я продолжала так себя вести, каждый раз надеясь на лучший исход.

После известия о предательстве Давида и моих родителей, после избиения, моя реакция изменилась. Теперь от проблем я сбегала. И на тот момент это был единственный и адекватный способ выжить.

Сейчас я хочу прямо смотреть своему страху в глаза.

Каждая реакция на стресс — нормальная. И иногда там, где уместен только побег, сопротивление может оказаться смертельной ошибкой. Для того, чтобы осознать, что «замирать» и убегать — не стыдно, что я не трусиха, которая позорно сбежала, не сумела дать отпор, я прошла слишком длинный путь.

Поэтому этот требовательный тон Давида, которым он прямо сейчас пытался давить на меня, проскальзывал где-то на фоне. Перед собой я больше не видела человека, которого любила, родного человека. Я видела бесчувственную машину. Да ему же плевать на всех, кроме себя, кроме своего обожаемого отца и его бизнеса. Это с ним я хотела семью? Это к нему я бежала домой? Какая глупость.

Если бы не мой муж, я могла никогда не узнать что такое настоящий мужчина, для которого его женщина — настоящая драгоценность.

— Как ты могла не заметить? Я громко звал тебя.. — он в своем репертуаре. Нудит по любому поводу. Раньше эту дотошность я находила его изюминкой. Мол если он такой, значит мимо него ничего не проскочит на работе. Ну-ну.

— Ты что-то хотел? — не стала отвечать на его замечание.

— Что это за выходка с отъездом сюда и этим нелепым браком? — начал раздраженно.

— Это не твое дело. На все вопросы — не твоё дело!

— Если ты хотела показать, что на тебя обращают внимание мужчины, то я тебя понял, увидел, оценил. Заканчивай спектакль и возвращайся. Поиграла в самостоятельную и хватит. — он говорил с полной уверенностью в своей правоте.

Простите, что? Он рехнулся? Это я местных называла сумасшедшими. Давид даст фору любому.

— С чего ты взял что это спектакль? Я счастлива замужем, и люблю своего мужа.

— Его-то? Не смеши меня. После меня разве ты сможешь принять другого мужчину? Я бы поверил, если бы он хотя бы выглядел как человек, а не как ошибка природы.

Звук хлесткой пощечины разорвал пространство. Мерзавец!

— Закрой свой грязный рот, подонок! Ты не стоишь и волоска с его головы. Если посмеешь сказать еще хоть слово, я напишу жалобу властям по поводу своего оскорбления. Посмотрим насколько они здесь ценят женщин. — сказала с намеком, уж он должен понимать что за это его не похвалят.

— Как ты посмотрела! — схватил меня за запястье и понянул на себя.

— Убери руки, пока они не стали моим трофеем в рамке на стене. — прозвучал голос Милы.

Я вырвала свою руку и отскочила от Давида. Огляделась по сторонам и поняла, что свидетелями этой сцены Мила и каким-то образом оказавшийся тут Эван, мой сосед.

Он стремительным шагом подошел к Давиду и стал что-то нашептывать, отчего его лицо стало серого цвета, и он стремительно покинул нашу компанию.

— Вера, это был он? Он? — Мила ухватила меня за плечи и встряхнула. Конечно она сразу поняла кто это. Врать было бессмысленно. Я не знаю сколько они слышали.

— Да. Я не знаю какую именно часть разговора вы застали, но я прошу никому не рассказывать об услышанном. — с мольбой посмотрела на окруживших меня людей.

После недолгих уговоров они согласились и сопроводили меня в зал.

Вернувшись в зал, нашла мужа и наспех объяснила, что чувствую себя неважно от усталости и отбываю домой. Вдогонку он крикнул, что пришлет Нину для компании.

Понимала, что мероприятие важное и уйти со мной муж не может, поэтому даже не заикалась об этом. Компания Нины будет хорошим вариантом. Она поняла что что-то происходит, тем более она знает мою предысторию, а значит я могу открыться ей.

В волнении добралась до квартиры. Скинула платье и отыскала в шкафу пижаму с поросятами. Не знаю зачем купила ее. Почему-то она на тот момент показалась очень забавной и какой-то домашней что ли. Казалось, надень ее, и свое проблемы будет изгнаны розовощекими свинками.

Поплелась на кухню и сделала себе какао в ожидании Нины. Прошло совсем немного времени, я успела сделать всего пару глотков напитка, как в дверь позвонили. Открыла не глядя, приглашая свекровь в внутрь.

Каково же было удивление, когда оказалось, что по своей глупости я впустила далеко не Нину. Эля. Зачем она поехала за мной? Следила? Зачем ей это?

Холодок пробежал по спине.

Остается надеяться на ее благоразумие и молиться всем святым, чтобы она не решила мне навредить. Слишком уж обезумевшей она выглядела. В моем положении вряд ли я смогу оказать сопротивление при необходимости.

— Что ты здесь делаешь?

— Пришла посмотреть как ты здесь устроилась. Когда Давид сказал, что ты теперь подстилка для какого-то урода, я не поверила. Решила посмотреть своими глазами.

— Посмотрела? Больше не задерживаю. — показала взглядом на дверь.

— А ты не очень-то гостеприимна. — ухмыльнулась Кира.

— А есть повод? Делить нам нечего, поэтому повода для общения не вижу. — пожала плечами.

— Нечего? Ты думаешь я такая идиотка? Отстань от Давида! Иначе ты подохнешь вместе. — прошипела мне в лицо, а потом на мгновение задумавшись продолжила, ехидно улыбаясь, — А может это и не самый плохой вариант.

— Кому нужен твой Давид, я замужем! У меня все замечательно.

— Я не верю тебе. Эта отвратительная история должна была закончиться еще на Земле. Вместо того, чтобы наслаждаться помолвкой, я вынуждена приезжать сюда и разговаривать с тобой.

Она прошлась по гостиной, осматриваясь. И вид ее не предвещал ничего хорошего. Через мгновение поняла как оказалась права.

Она начала громить мою гостиную. Перевернула стеклянный столик и он разлетелся на мелкие осколки. Дальше в ход пошла ваза, которую она запустила уже в меня. Больше бить тут было нечего и она перешла на кухню. Здесь ее душа уже разгулялась.

На пол летело все: чашки, тарелки, разбивались бутылки с алкоголем, баночки со специями и крупами. Я стояла и просто смотрела. Она выглядела безумной. Может у нее действительно поехала крыша? Какая адекватная женщина будет так себя вести?

Вместо того, чтобы стоять и бояться, я усиленно думала и вспоминала о том, что я вообще слышала о ней. Вспоминала нашу первую встречу, ее слова, реакции. То, как она вела себя на сегодняшнем банкете… Она действительно неадекватна. Это все походило на какую-то личную месть. Я ей озвучила, что не претендую на бывшего, но она не поверила. На мой взгляд, аргументы были разумные. Я замужем.

Но то, как она уверена в своей правоте и безнаказанности… наводит на определенные мысли. Для нее это что-то личное. Что может быть более личное, чем предполагаемый роман с другой женщиной, спросите вы? Нужно смотреть на вещи откровенно. У каждого есть прошлое, и понятно, что Давид монахом не был. Там до меня такой список, за всю жизнь не прочтешь. Ну припугнула ты его бывшую, очень внушительно припугнула. Она сбежала, претензий не имеет. Но нет, ты прожигаешь ее взглядом, преследуешь до дома, а теперь громишь ее квартиру. Это как-то слишком.

Чтобы окончательно от нее избавиться, нужно постараться понять ее мотивы.

Эля громила все, до чего дотягивалась. Я ушла в гостиную, села на диван и просто стала ждать пока это прекратится. Не драться же с ней в самом деле? Квартира все равно уже мало пригодна для ночевки. Сложно сказать сколько времени это продолжалось. Если судить по ощущениям- вечность.

Из шокового транса меня вывел звук шагов по битому стеклу. Сидела и прислушивалась к хрусту под ногами, пытаясь понять что происходит там, в соседней комнате. Выходить никуда не хотелось. Просто буду ждать пока она уйдет.

Оказалось, что в квартире уже нет Эли, в своей невольной медитации на диване, упустила момент, когда она ушла. Сейчас обстановку изучала Нина, приехавшая по просьбе мужа. Она вошла в гостинную и увидела меня. Несколько мгновений мы молча смотрели друг на друга, кажется шоковое состояние немного притупило наши реакции.

— Девочка моя! Ты в порядке? — подбежала ко мне, схватив меня за плечи.

— Да, да… Я не пострадала. — рассеянно оглядела помещение.

Теперь, в спокойной обстановке, можно было адекватно оценить произошедшее. Квартира была похожа на испытательный военный полигон: разодранный диван, везде валялись осколки, когда-то бывшие столиком. Кухня выглядела еще печальней. Собственно, понять что это кухня можно было только по варочной поверхности, разбитой, но дающей ориентир, что в этом помещении еще сегодня утром готовила еду. Шкафчики и их содержимое были безжалостно разгромлены. Сил смотреть на это больше не было.

Сейчас мне нужна была помощь и поддержка, которую Нина готова была оказать в полной мере, тем более, что с моей ситуацией она была ознакомлена, в общих чертах, естественно. А сегодня имела честь лицезреть и действующих лиц, которые произвели на нее неизгладимое впечатление.

Всей душой не хотел присутствовать на приеме в честь визита на Мираду этого Давида. Чувствовал, что все пойдет наперекосяк. Так и вышло. Хотя по началу все казалось шло хорошо.

Представил Веру этому мальчишке-Давиду и его разряженной кукле. Они оказались знакомы и напряжение, витающее в воздухе, мне совершенно не понравилось. Чутье подсказывало, что за этим что-то есть. После банкета обязательно переговорю с Верой.

После непродолжительного разговора, Вера пошла освежиться, и немного выждав, решил пойти за ней. Не стоит тратить время, если она чем-то обеспокоена, лучше выяснить это сейчас.

На выходе из зала столкнулся с Максом.

— Что-то случилось? — спросил у обеспокоенного друга.

— Случилось. Я выяснил информацию по Вере. Друг, это ****! Давайте найдем тихое место и все обсудим.

Мы стремительно ворвались в один из кабинетов, по счастливой случайности оказавшийся пустым. Это оказался малый конференц зал.

— Рассказывай. — бросил, усаживаясь на один из стульев, стоящих у длинного стола.

Макс был напряжен, и видимо пытался собрать мысли воедино, чтобы начать рассказ.

— Я посвятил тебя в курс дела, касательно состояния Веры на момент прибытия.. — не то спрашивал, не то утверждал Макс, но на всякий случай кивнул, подтверждая осведомленность, — Я выяснил некоторые подробности. Если это так можно назвать. Известно следующее: на Земле Вера около года состояла в отношениях с неким мужчиной, все было стабильно. Спустя некоторое время появляется информация о помолвке, а следом и о предстоящей свадьбе. Примерно в этот же промежуток времени происходит госпитализация Веры, где судя по анализам, видна замершая беременность с последующей операцией и лечением. Через пару дней после выписки она, по словам свидетелей, застает измену жениха со своей подругой, после чего скандалит с родителями, те в свою очередь, закрывают ее дома пытаясь насильно выдать замуж. Интересная история получается, будто средневековый роман, но нет, современная Земля. В день подачи заявки на переселение, ее видели вылезающей из окна особняка, предположительно принадлежащего ее родителям. Этим же утром она подала заявку и прямо из управления по межгалактическим миграциям направилась в космопорт, без личных вещей. Побег.

На несколько минут замолчал, обдумывая что-то, а потом продолжил:

— По записям из космопорта Земли видно, что с ней на момент посадки все в порядке. — показал мне эти самые записи. Действительно, на видео с ней было все хорошо. — Записей за время полета не оказалось. Что очень странно, архив хранится несколько лет, на случай возникновения непредвиденных разбирательств. Исходя из имеющихся данных можно сделать вывод, что на нее напали уже на борту, за время задержки, когда нас уже запустили в каюты либо же все происходило во время полета.

Даже во время нападения пиратов на мой корабль, я не ощущал такого ужаса. Давид Краснов, в компании которого несколько десятков минут назад была моя жена. Какого черта? Разве это может быть совпадением? Мог ли он все подстроить, чтобы оказаться здесь? Что если она бежала именно от него?

Черт, черт, черт.

Нужно срочно найти Веру и поговорить.

Дом Нины встретил меня тишиной. Не было ни души, что было странно, закралось подозрение, что она намеренно распустила обслуживающий персонал и выгнала мужа.

Да, у нее дома были приходящие помощники по хозяйству и повара. Я бы не хотела, чтобы по моему дому ходили постоянно посторонние люди, но вариант с приходящими работниками почему-то не приходил на ум.

Разместили меня в бывшей комнате Алеса. Просторная спальня явно давала понять, что владелец — мужчина. На рабочем столе стояли несколько моделей военный кораблей, это явно конструктор. Эх, мужчины такие дети. Эти мысли заставили улыбнуться и отвлечься от негатива.

Вечер прошел спокойно, а вот ближе к ночи в дом Нины буквально ворвался мой мужчина. Очень злой мужчина. А потом дом сотряс яростный крик моего любимого мужа:

— Вера, как это понимать? Ты почему ничего не сообщила?

А может Нина возьмет удар на себя? Что-то мне не хочется спускаться. Сейчас он ругаться начнет, придется оправдываться, а меня уже и в сон клонит. Села обратно на кровать и сделала вид, что оглохла. Если будут придираться, скажу, что от его воплей меня контузило, вот сижу, жду пока отпустит. Или проблема решится сама собой.

Свекровь не подвела.

— Я не поняла твоего посыла, сынок. Пришел ко мне в дом, нет не пришел, а по-хамски ворвался! Я женщина немолодая, а если с сердцем плохо станет, слягу, что делать будем? Кто о вас всех позаботиться? — слышу она уже всхлипывать начала. Мировая женщина. — Я растила тебя, не жалея своего здоровья… — опустим факт того, что у него помощников среди родственников больше, чем солдат в армии правителя. — А в старости, ожидая просто парочку ласковых слов, я не получаю даже элементарного уважения, как к человеку, даже не как к матери?

Голос уходил куда-то вглубь дома. Муж явно не ожидал такого напора и необоснованных претензий, а слезы — просто контрольный выстрел. Это не слишком правильно по отношению к нему, но зато это даст немного времени, чтобы успокоиться, а может свекровь вообще сделает доброе дело, и расскажет все за меня.

Отмалчиваться не получится, он явно был в квартире. А я сглупила, нужно было написать ему, что останусь у Нины, чтобы Алекс сразу ехал сюда. Но кто из нас идеален? Тем более в стрессовой ситуации.

Уже около получаса не слышно голосов. Может он уехал? Нужно идти разведывать обстановку.

Спустилась вниз, и застала картину: слов не разобрать, но свекровь что-то напряженно выговаривает мужу. Сложно сказать о чем шел разговор, но они сидели задумчивые и напряженные. Первым меня заметил Алекс и через секунду я была подняла на руки и усажена на диван. Сидела я на коленях у мужа, который поглаживал меня по спине, крепко прижимая к груди. Со стороны казалось будто он делает это рефлекторно, не задумываясь.

— Родная, почему ты ничего не сказала сразу? — пробормотал муж.

Ну как ответить на этот вопрос? Все слишком долго и сложно, чтобы ограничиться двумя словами.

— Он все знает. — донесла до меня его посыл свекровь.

— Что именно? Чтобы понимать, чего не хватает для общей картины.

И Алекс рассказали что выяснили с помощью Макса. Что ж. Впечатляет. Ощущение не из приятных, когда кто-то, пусть даже твои родные, копаются в самых неприглядных событиях твоей жизни. От себя добавила ту информацию которой не хватало: кто был инициатором нападения на меня, в общих чертах описала само нападение. Ну и инцидент с квартирой.

Оказалось, что Элеонора попала на всевозможные камеры. Месть настолько захватила ее, что она не думала о последствиях, а на этой планете они могут быть для нее. Но тут нужно понимать, если я хочу привлечь ее и отца Давила к ответственности, то мелкое происшествие с квартирой только спугнет их. И доказательства, которые можно найти, пока они об этом не подозревают, они могут попытаться скрыть, если начать их преследовать сейчас, по всякой ерунде.

За то, что она разгромила мне квартиру, так как она женщина, сурового наказания не будет. Вот вам и обратная сторона. “Женщины — наше сокровище.” А кто защитит женщин от других женщин?

Эле грозит штраф с последующим запретом на посещение планеты. Негусто.

Но хочу ли я начинать какие-то тяжбы с их семьями? Не уверена. Если все закончится само собой, то зачем лишний раз наводить смуту? Ключевое в этой фразе “если”….

Нужно все хорошо обдумать, прежде чем принимать какие-либо решения. Семья была со мной согласна.

Прошел месяц с тех пор, как мы в гостиной Нины обсуждали дальнейший план действий. И это был месяц затишья.

Давид и Эля благополучно покинули планету. Больше не было ни угроз, ни попыток встречи. Казалось обо мне забыли, но тревожное чувство внутри не отпускало. Было ощущение, что эта тишина не принесет ничего хорошего в будущем, но повода озвучивать свои мысли не было, поэтому оставила переживания глубоко в душе.

На следующий день после того злополучного банкета, Александр предложил построить наш дом.

— Вера, если ты не против.. — взглянул напряженно, — я взял на себя смелость спроектировать новый дом… для нашей семьи… для нас двоих. Посмотришь?

Я была обескуражена. Он собирался строить новый дом? На Земле так уже не делают. Обычно оперативно присмотрят готовый вариант и въезжают. И это если позволяют финансы. Часто так и живут в квартирах с бабушками, дедушками и родителями, не имея возможности получить свой угол.

А сейчас у нас будет свой дом. Построенный специально для нашей семьи. Может для кого-то это показалось бы мелочью, но чувство благодарности затопило меня. Никто и никогда не относился ко мне так хорошо, как муж. Никто никогда не делал для меня столько хорошего, ничего не требуя взамен, а просто потому что я — это я.

Кинулась к мужу с воинственным писком, чем изрядно его напугала, но когда я принялась целовать везде куда дотягивалась, он расслабился и отдался этому приятному моменту.

За этот месяц мы успели перебраться в наш новый дом. Методы строительства поражали воображение! Всего тридцать дней назад мы выбрали участок и оформили документы, а сейчас я стою на своей кухне и готовлю ароматный кофе, с нотками цитруса, для своего самого впечатлительного мужа.

Кто бы мог подумать, что этот мужчина окажется таким паникером. Когда очередное совместное утро началось с того, что меня начали преследовать резкие запахи, от которых тошнило, он вызвал домой бригаду врачей. Было стыдно смотреть им в глаза и объяснять, что я у меня есть подозрения о причине появления утренней тошноты и не считаю себя смертельно больной. Каково же было их удивление, когда они осознали, что вызвала их не напуганная молоденькая беременная девушка, а генерал, имеющий колоссальный боевой опыт и прослывший среди коллег бесстрашным.

Да, я действительно была беременна. Это было удивительно и казалось невозможным. Александр чуть с ума не сошел, пытаясь осознать он станет отцом. В таком радостном предвкушении мы проживали каждый новый день.

Наша семейная идиллия была нарушена появлением на моем пороге взъерошенной Милы.

— Он женил меня на себе! Женил, Вера! — кричала она, проносясь мимо меня как гоночная машинка.

Как я и предполагала, Макс оказался находчивым парнем и решил немного ускорить процесс завоевания Милы. Несмотря на их романтические отношения, да, они уже именно в таких отношениях, Мила всячески избегала разговоров о браке. В личном разговоре она призналась, что влюблена в Макса и не против брака, но ей страшно от факта самих перемен в ее жизни.

Тогда же добрая девушка Вера порекомендовала будущему родственнику быть немного настойчивей. Результаты его настойчивости Мила верещала мне в лицо.

Надеюсь она не узнает, что к этому и я приложила руку, правда косвенно, но женщину в гневе не будут волновать такие мелочи как оценка степени виновности.

Мы обсуждали происходящее сидя в гостинной, когда в дверь снова позвонили. Новым гостем оказался мой будущий родственник — Макс. Выглядел он очень взволнованным, и я только собралась спросить что же случилось, как он ураганом пронесся через помещение и обнял Милу. Никогда не привыкну к этим сценам.

— Дрянь! Мелкая паршивая дрянь! — бросила смартфон в стену.

Очередной, нанятый за огромные деньги, человек присылает отчет о жизни Веры. Почему пока я страдаю, она радуется жизни? Она отняла у меня все!

Я любила Давида сколько себя помню. Наши семьи часто пересекались на светских мероприятиях, и еще тогда, будучи несуразной девочкой-подростком я влюбилась в него. Он всегда был любимцем женщин. Красивая внешность, изысканные манеры, толстый кошелек. Его хотела любая. И он получал их всех. Я даже не возьмусь предполагать сколько женщин было в его жизни, несмотря на то, что он всегда находился в длительных отношениях с какой-то серой мышью, которая была ширмой для его настоящей жизни.

А потом он объявил об отношениях с Верой. Обыкновенная серая мышь, ничем не примечательного. Почему же он не разорвет эти отношения? Он любит эффектных женщин, развязных. Она не его типаж. Может поэтому он регулярно ей изменял? Я много лет следила за его жизнью, поэтому с уверенностью могу сказать, что каждый новый месяц была новая любовница. Эта серая мышь либо прикидывается не осведомленной о его похождениях, либо она еще и дурочка. Давид ведь даже не скрывал ничего. Каждое новое мероприятие он посещал в компании новой постельной грелки. Их совместные фото не видел только слепой.

И я решила соблазнить его, забрать себе свой долгожданный трофей. Наши отношения длились почти весь тот год, что он встречался с Верой. Несмотря на то, что вместе нам было хорошо, разрывать с ней отношения он не спешил, а ведь я хотела брака с ним. Я лучше нее во всем. И в постели, и в бизнесе, да и во внешности.

Я всячески старалась подтолкнуть его к разрыву отношений с ней, но он ссылался на распоряжение своего отца. Тогда-то я узнала о брачном договоре, и о первенце, который прописан в условиях. Я планировала переговорить с отцом, знавшим о моих чувствах к Давиду, чтобы переманить Петра Сергеевича на нашу сторону и показать, что лучше меня невестки ему не найти.

Но все пошло наперекосяк.

Эта мерзавка забеременела.

Только у меня будут дети от Давида! Он только мой!

Эта курица была настолько глупа, что даже не следила за своим организмом, а я, будучи осведомленной во многих аспектах заметила ее беременность раньше нее самой. Посоветовавшись с отцом приняла сложное решение: нужно избавиться от ребенка.

Папа всегда меня поддерживал, и я знала что могу обратиться с любой просьбой, поэтому яд, которым я методично травила беременную Веру, помог достать мне именно он. Его знакомые использовали его для устранения конкурентов.

В душе я надеялась, что Вера по итогу тихо мирно умрет в своей обшарпанной квартире, но она выжила. Яд повредил ее репродуктивную систему настолько, что детей она скорее всего иметь не сможет. Превосходно. Осталось донести радостную весть до Петра Сергеевича.

Отец Давила дал понять, что Вера ему нужна. Все дело в каком-то клочке земли, обещанном Петру Сергеевичу после рождения первенца. Открыто пока не объявлялось, но на этой планете нашли залежи какого-то жутко ценного минерала. Его план был прост: Давид и Вера женятся, ребенка родит суррогатная мать, чтобы отец Веры передал земли, а дальше мою милую подружку отправили бы в круиз, по пути на который она бы трагически погибла.

И я согласилась подождать. Недолго.

Но он посмела сбежать! Маленькая дрянь.

Мои люди долго не могли найти след Веры, а потом отец Давида случайно проговорился о том, что мою подругу его друг-полковник увидел на военном корабле в делегации с Мирады.

Неужели? Она сумасшедшая?

Я должна убедиться, что она больше не угроза для наших отношений, поэтому сделаю все, чтобы добраться до нее.

Посетила Мираду и видела ее. Замужем. Слышала их разговор в коридоре посольства. Давид позвал ее обратно. Какая же она дрянь! Я была права, она разрушит нашу семью. Сделаю все возможное, чтобы она заплатила за то, что сделала со мной.

Очередной наемник сообщил, что нет возможности добраться до Веры. Ее муж, служба безопасности планеты и родственники защитили ее со всех сторон.

Я платила большие деньги проверенным людям, чтобы они сделали хоть что-нибудь: выкрали, отравили, покалечили. Ничего не вышло. Но я не оставлю попыток избавиться от нее. Давид станет свободным от ее дурмана и у нас будет счастливая семья.

Уже несколько дней мой дом гудит как растревоженный улей. Все дело в новых доказательствах, раскопанных подчиненными Алекса. Не перестаю удивляться всемогущей силе разведки. Они не просто смогли найти свидетелей произошедшего, но и раздобыли “пропавшие” таинственным образом записи с камер.

Найденный свидетель был начинающим блоггером, и записывал в коридоре корабля очередной ролик, когда на меня произошло нападение. Страсть молодого поколения к фиксированию каждого шага своей жизни иногда приносит пользу. По инерции он заснял интересный случай. Но произошедшее оказалось настолько шокирующим, что он не решился выкладывать видео в своем блоге, зато охотно поделился им с разведкой, чтобы помочь бедной девушке.

Его мучила совесть за то, что не попытался вступиться или помочь. Осуждать его было бессмысленно. Он еще совсем ребенок, парень-подросток. Не каждый взрослый человек вмешался бы в происходящее, не боясь последствий.

На представленной записи не видно было происходящего в каюте, но зато был хорошо слышен наш диалог о том, кто передал мне такое душевное послание и звуки борьбы. Отцу Давида не отвертеться в покушении на меня.

Посмотрели мы и записи из коридора корабля. Одна из камер по касательной захватывала вход в мою каюту, в которой я тогда останавливалась. Вот мы увидели как в него вошел мужчина в комбинезоне, используя внутренний код доступа. Значит кто-то из экипажа помог ему найти меня, дали доступ, а потом и избавились от компрометирующих кадров.

А я и не знала, что дверь в каюту осталась открытой. Происходящего внутри не видно полностью, камера захватывает совсем маленький угол обзора. Но без труда можно увидеть как мое тельце летает по номеру от ударов. А вот и член экипажа проходит мимо, усиленно делая вид, что не видит через открытую дверь моего избиения.

На сегодняшний день моя психика отгородила меня от травмирующих воспоминаний. Помню само событие, но каких-то мелочей уже не припомню.

Просмотренные записи заставили ужаснуться даже меня, хотя я лично прошла через все эти события. Глядя на ту девушку, которой раз за разом наносили удары, я могу сказать, что отделалась легким испугом. Я ведь могла умереть. Происходившее на экране было слишком бесчеловечно для одной маленькой и очень одинокой девочки.

Отвлеклась от экрана и заметила, что мужчины из разведки, а также мой муж, смотревшие это со мной, беззвучно плакали. Смотрела них до тех пор, пока не осознала, что собственные слезы застилают глаза.

Мы живы. Мы вместе. Это лучшее, что могло случиться с нами со всеми.

Даже если никого не привлекут к ответственности, у меня есть моя семья, которая не допустит чего-то подобного в будущем. В этом я уверена.

Я обратилась к властям с обвинениями Элеоноры и отца Давида в нападении и покушении на убийство, подкрепив все записями и медицинским заключением дока. Во враче я не ошиблась, она оказалась опытной и предусмотрительной, весь осмотр был зафиксирован на бумаге как избиение, то есть я могла использовать это в качестве доказательств. Сама бы до такого точно не додумалась. Нужно разыскать ее и отблагодарить. Ее вклад оказался бесценным.

Власти планеты, ознакомившись со всеми доказательствами, пришли в бешенство. Каждый представлял на моём месте своих жен, матерей, дочерей. Каждому хотелось не допустить подобного в будущем, а факт того, что с этими чудовищами власти сами подсобили в заключении контракта, произвело эффект разорвавшейся бомбы.

Меня настоятельно попросили немного притормозить продвижением обвинения в массы. Совет планеты планировал более подробно ознакомиться с фигурантами, что означало следующее в переводе на человеческий язык: “когда накопаем столько, чтобы могли подать запрос в межпланетный суд, тогда и сделаем все одним разом”.

Совет не подвел. Нашлось действительно много интересного: убийства, вымогательства, махинации, взятки, похищения, избиения. Это очень обобщенно. Список преступлений был настолько длинным, что на его изучение межпланетному суду понадобилось несколько недель.

Что ж, работали Петр Сергеевич и Эля продуктивно. Уважаемых людей впечатлили настолько, что видавшие многое, судьи выходили подышать после просмотра записей их зверств и показаний очередной жертвы.

Не могла прийти в себя от того, какими ужасными созданиями могут быть люди. Я же знала отца Давила лично. Он производил впечатление опасного типа, но и в страшном сне не могла представить масштабы его преступлений.

А Эля … На мой взгляд, она безумна.

Единогласным решением судей было принято призвать их к ответу.

Суд длился несколько месяцев. Отец Давида с момента предъявления обвинений отправился под стражу, был лишен всех активов в пользу пострадавших. Бизнес бывшего жениха тоже был “проектом” его отца, поэтому теперь он если и сможет восстановить свою репутацию, то начинать будет с нуля. Теперь он беден, как церковная мышь. В его случае хорошая родословная сыграла с ним злую шутку. Он не был повинен в преступлениях отца, но когда общественность это волновало?

Эля признали невменяемой и отправили в закрытую лечебницу до конца дней. Из которой она впоследствии сбежала.

Не знаю действительно ли врачи решили что она больна, или таким образом ее родственники пытались смягчить ее наказание, но своего мнения не изменила. Для меня — она безумна. Здоровая и психически адекватная женщина никогда не сотворит ни одного пункта из ее длинного списка зверств. Если Петр Сергеевич больше специализировался на взятках и вымогательствах, то все физические преступления: убийства, похищения, избиения и даже пытки — были ее поприщем.

Надеюсь, Давид сможет спать спокойно, зная, что безумная женщина, которая считает его центром своей вселенной, сбежала из лечебницы.

Спустя 10 лет.