Люди готовы идти на войну и даже отдать свои жизни по какой-либо причине, но они не могут отказаться от своих страданий.

Непостоянство — сущность нашего человеческого состояния. Оно управляет не только нашими жизнями, но оказывает влияние на космос — на все звезды и планеты, а также на нашу земную среду. Мы можем видеть результаты непостоянства, наблюдая подъем и спад наций, нашего общества и даже акций на рынке. Непостоянство пронизывает все наше существование. Мы видим перемены в нашей жизни и жизнях наших друзей и семей, но наиболее опустошающая перемена в человеческой жизни — смерть. Она всегда удивляет, застает нас врасплох.

Почти каждый из нас боится смерти, но чтобы оценить жизнь полностью, мы должны стать лицом к лицу с реальностью. Непостоянство и смерть — интегральные части живого бытия, это понимание может вибрировать в нас и пробуждать… Мы видим, что хотя наша жизнь дорога нам, но она не длится вечно. Родиться человеком — очень редкая привилегия, поэтому очень важно ценить нашу жизнь и уметь пользоваться этой возможностью.

С осмыслением непостоянства многие аспекты нашей жизни, обычно рассматриваемые как очаровательные, более не кажутся такими. Мы приобретаем возможность и способность видеть все насквозь и обнаруживаем, что фактически не все так уж удовлетворительно. С большой легкостью мы отходим от наших привязанностей и страхов, наша собственная маленькая оболочка от защиты. Мысли о непостоянстве жизни пробуждают нас, мы сознаем, что в данный момент мы действительно живы. Но борьба все еще остается, так как мы обнаруживаем, что желаем вещей, которые, как известно, причиняют нам боль или вводят во фрустрацию. Наши привычные паттерны очень трудно сломать, и даже когда мы пытаемся это сделать, препятствия, по-видимому, возникают всегда, наши желания и привязанности толкают нас к повторению тех же разрушительных паттернов, привычек. Наши эмоциональные потребности приучают нас не только к материальным вещам, но и к нашей самоидентичности (тождественности с самим собой). Мы не хотим терять ощущение самих себя, своего окружения или даже других людей. Но до тех пор, пока мы не дадим уйти собственным привязанностям к личности или образу самих себя, трудно даже увидеть эти паттерны, не говоря уже о том, чтобы изменить их.

Пока существуют определенные отношения и предпочтения, которых мы не хотим лишиться, мы продолжаем вовлекаться в трудные ситуации и испытать внутренние конфликты. Иногда можем без больших трудностей отказаться от необходимых вещей — денег, дома или имущества. Но такие эмоциональные чувства, как привязанность к лести или порицанию, приобретению или потере, удовольствию или боли, приятной или неприятной работе, очень тонки. Они существуют за пределами физического уровня, находятся в личности или в образе себя. И мы не желаем отпустить их. Нам также свойственны определенные отношения и предубеждения, обычно скрытые, которые мы даже не хотим признать. Наши привязанности имеют магнетическое притяжение, которое удерживает нас на одном месте так, как если бы мы находились в тюрьме. Трудно сказать, пришла ли эта контролирующая сила из наших прошлых действий или из страха перед смертью, или какого-либо другого источника: однако мы не можем двигаться — настолько сильно все виды фрустрации и конфликтов обрушиваются на нас, создавая все больше фрустраций и боли.

По какой-либо причине люди готовы к войне и даже отказываются от своих жизней, но они не в состоянии отказаться от причины своих страданий. Это тайна — каким образом определенные психологические установки доминируют над нами так сильно, что мы не можем отказаться от них, даже если разумом понимаем, что они несут с собой боль. Мы спрашиваем у себя: "Почему это? Зачем мы так крепко держимся за эти паттерны и привычки,… за эти отношения,… за этот особый образ себя?" Внимательно наблюдая за нашими жизненными паттернами, мы признаем, что даже самые незначительные трудности и неприятности вынуждают нас страдать. По мере того, как наше понимание и наше осознавание возрастают, мы воспринимаем важность работы посредством наших эмоций, привязанностей и отрицаний, и видим, что окончательное решение приходит изнутри. В то время, как мы искренне пробуждаемся от нашего болезненного состояния, мы можем начать изменять наши установившиеся отношения, и даже может иметь место некоторый реальный прогресс. Хотя часто трудно даже признать, что является здоровым и благотворным, до такой степени наше окружение и ежедневный опыт искусственны; все же, когда мы, наконец, решаемся действовать естественно и уравновешенно, наши жизни оказываются в новом паттерне, чтобы произвести перемены. Нам уже не нужно покидать наши дома и семьи, так как перемены происходят внутри нас.

Обычно нас учат, что быть "духовным" означает отказ от мира. Но духовная личность может жить в комфорте, наслаждаться своей работой, заботиться о семье и иметь в обществе успех. Нас также учат, что не следует быть эгоистичными. Фактически же мы можем быть "эгоистичными", заботясь о себе, приводя, насколько это возможно, наши тела и умы в состояние гармонии не самовлюбленным, алчущим или меланхоличным образом, а глубоко заботливым, внимательным действием. Когда мы внимательно наблюдаем наши ощущения и чувства, мы учимся принимать и понимать ценность самих себя и быть открытыми для других.

Благодаря интеграции и уравновешению наших умов и тел, можно достигнуть внутреннего мира и радости, которая сама по себе есть любовь. Но обычно мы только продолжаем следовать тем же отрицательным стереотипам, редко находя удовлетворение, поскольку не наслаждаемся искренне каждым данным моментом жизни. Часто мы испытываем неудобство в настоящем и чувствуем себя терпящими бедствие, так как все происходит несколько неожиданно. Нам трудно воспринимать ситуацию открыто или непосредственно. Проблема в том, что, фокусируясь на прошлом или будущем, мы никогда целиком не отдаемся делу в настоящем, и, таким образом, оно поистине никогда не приносит нам удовлетворения. Мы всегда в ожидании того, что в будущем будет нечто более великое, высокое, глубокое, более совершенное. Потому мы никогда не бываем особенно счастливы и удовлетворены, так как вся наша жизнь состоит из беспокойных приготовлений: к семейной жизни, любовным делам, развлечениям.

Как правило, наше время распределено между работой и удовольствием, физически мы работаем для подготовки к удовольствиям, всегда высматривая впереди развлечения, уикенды или каникулы. Находим ли мы настоящее удовольствие в таком времяпрепровождении? Имеет ли оно реальную ценность? Нет ли у вас возможности научиться заглядывать внутрь себя и принимать самих себя, вместо того, чтобы продолжать искать свершения вне нас? Когда мы вдохновлены, открыты и уравновешены внутри, тогда наша жизнь становится поистине счастливой и ценной, тогда мы находим счастье даже в своей работе. Вместо растрачивания энергии в бесполезных мыслях и действиях, мы начинаем действовать конструктивно, так как основой духовного пути является развитие в нас самих того, что подлинно уравновешено, естественно и исполнено смысла.

Мы можем жить, принимая каждый момент нашей жизни и наслаждаясь им, но большинство из нас не знают, как это сделать. Радость жизни может быть крайне важной для нас, однако слишком часто, когда мы испытываем удовольствие, наш ум проецирует удовлетворение на будущее, в результате чего наша жизнь наполняется пустыми мечтаниями, которые никогда не материализуются. Трудно что-либо правильно выполнять в настоящем, когда наш ум постоянно ориентирован в направлении какой-то будущей цепи. Это не значит, что мы не должны строить разумные планы на будущее; это значит только то, что мы должны более полно жить в настоящем. Если — мы стараемся развивать самих себя в настоящем, мы приближаемся к нашим будущим целям до тех пор, пока они не будут достигнуты. Настоящее естественно ведет нас в будущее, а будущее изменяется согласно тому, как мы живем в настоящем. Если мы уверены во всем, что бы ни делали, и все наши действия исполнены смысла, то не только ежедневная, но и будущая наша жизнь будет уравновешена и гармонична.

Открываясь нашему переживанию в настоящем, мы осознаем, что прямо сейчас можем радоваться нашей жизни… именно сейчас мы имеем возможность! Нет нужды особенно сосредоточиваться на будущем — настоящее введет нас туда независимо от того, что мы делаем. Но большую часть времени, из-за того, что наше осознавание настоящего момента вяло и неясно, нам кажется, что нечто происходит в тени, позади нашего осознания, а мы плывем по течению, следуя за ним. Между тем, время и энергия теряются, а мы можем не осознавать, что произошло вчера, сегодня утром или даже сейчас. Мы не осознаем большую часть происходящего. И когда мы думаем об этом, мы можем обнаружить, что по существу не осознаем того, как мы стали тем, кем являемся сегодня. Когда мы были детьми, мы смотрели и разговаривали по-другому. Каким образом мы изменились? Трудно отследить перемену. Мы помним некоторые переживания, через которые прошли, но удивительно много вещей мы не помним или помним неотчетливо, и это похоже на попытку вспомнить сон последней ночи. Вот таким образом мы проживаем свою жизнь!

В некоторых областях нашей жизни (таких, как бизнес или профессия), где нами мотивирует эгоизм мы бываем очень проницательны и умны. В других же сферах у нас нет ни цели, ни задач, ни устремлений, и наше осознавание кажется очень неопределенным или затуманенным. Если мы оглянемся назад и увидим того ребенка, которым были, и подумаем, есть ли то, что жалели бы мы для него? Мы едва осознаем то, что случается вокруг или внутри нас, и временами не намного более самодостаточны, чем были в двухлетнем возрасте. Часто мы работаем и действуем определенным образом только потому, что именно этого от нас ожидают… В наших делах и наших отношениях мы имитируем других, так как очень трудно принять собственное решение, особенно если мы не знаем полной перспективы нашей жизни. Неуверенные в том, что это реальность, мы все же не пробуждаемся к настоящему и, таким образом, не способны определить, что же важно и почему важно. Через определенное время мы даже прекращаем всякую заботу об этом и просто оставляем все как есть, будучи в отчаянии.

Имеется два вида "оставления" (отказа или "отпускания"). Есть оставление (отказ) от привязанностей и есть оставление (отказ) из-за трудностей или разочарований. Личность, обладающая внутренней силой и открытостью, не "оставляет", она оставляет хватание и привязанности и, следовательно, достигает свободы и уверенности. Поскольку у нее нет привязанности к тому, чтобы существовать определенным образом, она просто следует истине в глубине своего сердца, и никакое препятствие или разочарование не может превозмочь ее. Личность, которая оставляет, из-за того, что не может контролировать свою жизнь или управлять собой, не полностью оставляет, она сохраняет определенную решимость продолжать далее, но она не имеет силы или смелости следовать своим наклонностям — она только уступает тому, что происходит. Будучи не способной отказаться от собственной алчности (схватывания) и отрицательных эмоций, она не может определить, какой путь правилен, а какой нет, поэтому страдает в нерешительности. Хотя она не обязательно испытывает физическую боль, тем не менее она претерпевает психологические страдания — от неспособности схватить то, что желает.

Жажда ощущения преобладает в ней, и внутри нее происходит разделение. Страдание не исходит только от физической боли, оно может появиться от некоторого внутреннего ощущения неуравновешенности. Если у нас большой конфликт или мы испытываем давление, принятие даже простого решения может быть очень трудным. Наше осознавание может стать таким ограниченным, что у нас даже появляются "провалы" в памяти. Но и тогда, когда нам удается принять решение, мы страдаем, не достигая того, что надеялись осуществить. А если мы преуспеваем в чем-то, то можем возгордиться и привязаться к этому, и тогда страдаем из-за страха потерять его. Иногда мы, возможно, бываем очень напряжены в попытке достичь определенной цели или стараемся материализовать свою надежду или ожидание. Мы чувствуем себя фрустрированными, поскольку никогда не получаем в достаточной мере того, чего хотим, будь то одобрение, любовь, достижение или успех. Не имеет значения, каким способом мы действуем, налицо конфликт и нерешительность, мы попали в промежуточное положение и не знаем, каким путем идти дальше.

Такая неопределенность, нерешительность создают внутри нас повторяющиеся снова и снова нарушения равновесия, и наш ум уподобляется часам, стрелки которых непрерывно двигаются по кругу без того, чтобы когда-нибудь остановиться и указать время. В конце концов, мы оказываемся неспособными принять какое-либо решение, продолжаем существовать совершенно бессмысленно, не имея никаких особых мыслей или направления. Мы становимся пассивными и невнимательными, нами овладевает отчаяние, что может продолжаться до бесконечности.

Поскольку наша способность самонаблюдения обычно не развита, мы часто слепы к собственному страданию. Поэтому мы должны уметь заглянуть внутрь, чтобы вскрыть тонкости нашего настоящего переживания, но обычно мы считаем это дело очень трудным.

Большинство из нас испытывает много страданий в своей жизни, поскольку мы проходим циклы стресса, тупости и беспокойства. Мы стараемся избежать этого страдания, но оно настигает нас снова и снова. Однако, когда мы имеем силу и мужество заглянуть глубоко в самих себя, в нашу боль, то встречаемся со странным парадоксом. Мы хотим оставить, отказаться от страдания, но мы не готовы — и крепко держимся за него. Затем, когда ближе познакомимся с нашей болью, мы можем твердо решить, что больше не хотим страдать. В этой точке мы отпускаем наше страдание и пробуждаемся— происходит внутренняя перемена, и мы ясно видим глупость бесчисленных самобичеваний, которые мы создавали для самих себя. Эта внутренняя перемена — реальный обучающий процесс.

Большую часть времени мы проводим в волнениях, принимая то, что кажется нескончаемым страданием, однако в некотором смысле страдание является одним из лучших учителей. Благодаря внимательному наблюдению за стереотипами нашей боли и страдания мы можем научиться понимать самих себя физически, эмоционально и ментально. Идеи часто имеют некоторую связь с нашей жизнью, но иметь боль и чувствовать ее — это источник подлинного обучения.

Фрустрация и страдание ведут к глубокому пониманию самих себя и осознаванию, что невозможно избежать боли, кроме как пройти через нее и за нее. Если мы удовлетворены, то часто даже не заинтересованы в том, чтобы взглянуть сколько-нибудь дальше, но чем больше фрустрации, боли и замешательства мы чувствуем, тем настоятельнее ищем выход. Страдание само по себе не дает нам, в конечном счете, каких-либо ответов, но оно может внутренне подтолкнуть нас к пробуждению — к началу медитации, к развитию нашего осознавания. В таком случае страдание можно рассматривать как положительное переживание, поскольку оно дает нам возможность трансформировать, преобразовывать наши эмоции и ближе подвести нас к освобождению. Постигая это, мы сможем пробудиться и обнаружить внутреннюю силу и энергию, которые будут поддерживать нас всякий раз до конца наших дней.

Существует тибетская пословица о том, что личность, которая не помнит о непостоянстве жизни или неизбежности своей смерти, подобна королеве. В древние времена при дворе королева должна была поддерживать образ выдержанной и самоуверенной женщины, заботиться о защите своей репутации. Однако в ее сердце существовали все виды желаний и страхов: о королевском удовольствии или неудовольствии, о власти, о потере своего положения. Так что ее поведение, по существу, было притворством с целью защитить себя.

Подобное происходит и с нами, мы можем посвятить свою жизнь духовному пути в поверхностном, внешнем смысле, но внутри нас скрыто множество желаний — власти, положения, славы и т. п. Мы забываем о временности, непостоянстве жизни, неизбежности смерти и, таким образом, мы не в состоянии защитить самих себя от наших желаний. Осознавая же непостоянство наших желаний, мы с большей готовностью сможем адаптироваться ко всем ситуациям, не будем привязываться к ним или затягиваться ими.

Созерцая смерть, мы воспринимаем ее не обязательно как конец, а как продолжение, естественный переход. В понятии смерти момент смерти — момент настоящего, в наш жизненный опыт — прошлое. Смерть или настоящее переживание — суть приглашение в будущее. Те, кто искусен в медитации, рассматривают смерть как возможность достичь прекрасного переживания или даже освобождения от всякого страдания. Но большинство из нас смотрит на смерть как на потерю. Мы боимся потерять наше эго, чувствуем тот же страх, когда оставляем наши привязанности и привычки, паттерны, мы можем быть напуганы или сбиты с толку, потому что без них мы не являемся с определенностью теми, "кто мы есть". В это время всякое переживание может быть в действительности свежим и новым, но мы обычно оказываемся неподготовленными к тому, чтобы жить без наших привычных эго-защит.

Если факт нашей смерти мы держим в уме, это может дать нам нечто вроде "заряда" — что-то внутри дергает нас, вдохновляет предпринять что-либо конструктивное с нашей жизнью. Каждый ее момент становится очень важным. Мы постигаем, что как бы долго нам ни оставалось жить, треть нашего времени мы тратим на сон, затем три раза в день должны принимать пищу, проводить время в разговорах, работе, иметь дело с эмоциональными проблемами, приноравливаясь ко всем видам деятельности, составляющим нашу жизнь.

Тщательно планируя, как проводить свое время, мы можем заметить, что у нас осталось немного времени для использования позитивной энергии, чтобы помочь как самим себе, так и другим. Поэтому важно установить структуру или жизненный паттерн для самих себя. Самодисциплина важна, если мы собираемся научиться вести конструктивную жизнь, свободную от бурь наших эмоций, отрицательностей и боли. Полезно также периодически проверять нашу концентрацию и осознавание. Всякий раз, когда мы вовлечены в физический или ментальный конфликт, мы можем сфокусироваться на нем, накалить его, войти в его центр. Способ, при помощи которого мы реагируем в таких ситуациях, есть хороший показатель силы нашего осознавания. Возможно, мы способны сохранить спокойствие в большинстве ситуаций, но переживание и превозмогание, трансцендентирование ситуаций могут быть очень трудными, и, все же, без этих способностей мы будем испытывать фрустрацию и много боли не только в этой жизни, но и после смерти. Несмотря на то, что жизнь предоставляет нам трудные ситуации — состояние после смерти намного большее испытание нашей силы и осознавания. Даже если мы внимательно наблюдаем за собой, — никогда не можем знать момент наступления своей смерти.

Ложась спать, мы не уверены, что проснемся. Когда мы выдыхаем, может случиться, что наше дыхание не вернется. А наши поползновения к удовольствиям — выпивке, курению, принятию наркотиков или вождению автомобиля — могут явиться причиной смерти. И даже здоровая пища не сможет поддерживать нашу жизнь постоянно. Трудно предсказать, как долго мы можем прожить. Поэтому важно сейчас начать уравновешивать и мотивировать нашу жизнь, так как при старении наши ощущения увядают, глаза не могут хорошо фокусироваться, а вкус перестает быть острым.

Друзья часто не откликаются, и из-за нашего возраста общество не может уделять нам много внимания, поэтому мы больше не чувствуем себя частью общности. Очень редко можно увидеть молодого человека и старого вместе в течение долгого времени — они обычно имеют разные интересы и энергии, и поскольку налицо такая незначительная коммуникация, старые люди часто становятся совсем изолированными и одинокими. Но каждый из нас старится. Этого нельзя избежать. Время проходит быстро и мы будем глубоко сожалеть, если упустим имеющиеся у нас сейчас возможности наполнить нашу жизнь смыслом. Так, часто от старых людей мы слышим: "Хорошо было бы услышать об этом 20 лет назад" или "Истрачены все эти годы, а сейчас уже слишком поздно". Конечно, никогда не бывает слишком поздно, но мы не знаем, как много времени мы упустили. Так почему же нам не начать сейчас?

Эти идеи кажутся очень простыми, но они являются результатом долгой, исторической традиции, сделавшей жизнь значимой для людей многих поколений. Время от времени мы с благодарностью вспоминаем, что мы живы и имеем возможность для внутреннего роста. Что касается фрустрации и непостоянства — мы должны быть признательны, что они существуют и пробуждают нас. В жизни мы часто сталкиваемся с трудностями, но если мы будем сильны и уверены — то признаем свой потенциал. Мало-помалу мы сможем контактировать с нашим собственным внутренним осознаванием и включить мужество и уверенность в наши достижения.

Чем больше мы думаем о всепроникающих непостоянстве и несубстенциональности всего того, что бы мы хотели удержать возле себя, тем лучше пониманием свои склонности относительно очаровывания и алчности. Следовательно, мы обнаруживаем, что нас не так легко отвлечь и что мы не так быстро попадаем в сети того, что бы ни случилось в ближайшее время. Мы можем даже произвести полную перестановку приоритетов в нашей жизни. Когда мы начинаем достигать большего понимания и сострадания, наша жизнь становится бодрее и наполняется положительной энергией, которая может явиться помощью и вдохновением для других. Фрустрации — это жесты жизни, с помощью которых мы растем в знании. А непостоянство — это круговращение наших жизней, пережитое как игра, смысл которой открывается в равновесии.

Мы боимся учиться, потому что боимся роста и принятия на себя большей ответственности, приходящей с ростом.

Можно быть уверенным в одном: мы многого не знаем. У нас нет определенных знаний прошлого, из которого мы пришли, и будущего, в которое мы переходим. Мы даже не знаем данного состояния наших тел, умов и чувств. Из-за того, что наше понимание так ограничено, мы должны иметь дело со скрытыми тревогами, подозревая, что попали в сети собственного невежества. Такое восприятие реальности похоже на экран в кинотеатре, происходящее за которым от нас скрыто.

Опыт дал нам некоторые знания, в то же время мы редко смотрим честно на то, что знаем. Какое-нибудь особенное действие могло бы быть явно полезным, а мы чаще всего делаем противоположное, если оно легче или предъявляет меньше требований. Затем мы извиняемся за наш выбор. Возражения, мнения и суждения занимают наш ум настолько, что мешают нашим положительным действиям. Часто, когда мы пытаемся сделать что-либо полезное, мы подкрепляем нашу неуверенность предположением, что действуем неверно. Мы можем так долго критиковать самих себя, что в конечном итоге отступаем в сторону, отказываясь встретиться лицом к лицу с самим собой.

Итак, присутствуют два фактора: первый — мы не знаем некоторых вещей, а второй — мы знаем ряд вещей, но не хотим признаться самим себе, что знаем. Даже когда мы действительно ясно видим ситуацию, часто пытаемся смотреть на нее с точки зрения нашей выгоды и, следовательно, обманываем самих себя. Наша духовная стойкость не может быть достаточно мощной перед лицом окружающей действительности, поэтому мы забываем то, что знаем или отказываемся на это смотреть. Мы становимся ленивыми, направляем свой ум к другим вещам и делаем это преднамеренно. Таким образом, мы оказываемся пойманными двумя разрушительными привычками: неведением и убеганием Скрытой причиной этих привычек — паттернов является страх, вызванный недостатком силы. Этот страх разъединяет наше внимание, мотивировку и таким образом препятствует нашей способности видеть ясно. Страх — одно из самых мощных орудий эго в целях самосохранения, поэтому как только появляются чувства страха и несостоятельности — мы не хотим встретиться лицом к лицу с самим собой.

Мы учимся прятать наши истинные чувства и мысли, а способ, при помощи которого мы говорим, думаем, чувствуем и действуем — не искренний. Мы прячем свои чувства по отношению к себе и к другим, не желая осознать, насколько мы далеки от подлинного понимания. Если же кто-то вздумает предположить, что наше эго играет в игры и что мы растрачиваем нашу жизнь на пустяки, мы бы нашли бесчисленные оправдания. Но, внимательно наблюдая, нам придется признать, что очень часто мы прячемся от самих себя. Бывает мы чувствуем такую угрозу, что нам легче постоянно отрицать потребность в перемене, чем действительно сделать нашу жизнь значительной и достойной и осознать, как это сделать. В сущности, мы просто слишком слабы, чтобы начать. С детства в семье мы учимся, как играть в "игры".

А играем в игры по двум причинам: первая — это наша потребность выжить социально и экономически, и вторая — вовлеченность нашего эго, желание быть принятым. Если мы искусно следуем социальным правилам, хорошо играем и преуспеваем в жизни, скорее всего мы можем никогда так и не коснуться более глубоких уровней нашего сердца. Нередко мы так втягиваемся в игры, что не можем больше отличить себя от них и, таким образом, мы теряем контакт со своей внутренней природой. Из-за постоянных хватаний и борений мы даже можем заболеть физически или умственно. И хотя мы крайне устаем от участия в играх, — все же играем в них — с друзьями, семьей, обществом. Мы даже можем знать, что мы играем в игры, но наши обстоятельства создают напряжение или ситуации, которые по-видимому, мешают нам действовать в согласии с нашим внутренним руководством.

Интересно наблюдать свое эго и видеть, как умно мы играем в игры, а также — успешно играем или нет. В профессиональных кругах, где каждый посвящен в правила, участие в играх принято, а хорошая игра вызывает восхищение. Каждый знает, как манипулировать другими, как быть хитрым и скользким, как искусно действовать на поверхности, в то же время скрывая истину под поверхностью. Существует много видов игр, и почти все каким-либо образом вовлечены в тот или иной вид игр. Важно выиграть, все равно во что. Никто, по-видимому, не заботится о том, подвергается ли в этом процессе кто-либо или что-либо разрушению, наносится ли ему вред. Все, что имеет значение, — это выигрыш. Даже если нас сопровождает успех, давление наших обязанностей заставляет наши физические и ментальные энергии так сильно сжаться, что может показаться, что они держат нас в рабстве. Мы даже можем почувствовать ограничение нашей личности. Давление, разочарование и страхи начинают ограничивать нашу способность к творческой и эффективной работе, и мы не знаем, как прорваться к свободе. Мы чувствуем боль, одиночество и замешательство. Пытаясь избежать этой ситуации, мы занимаемся путешествиями, ездим на уикэнды, развлекаемся на вечеринках. Тем не менее наша ментальная боль и внутреннее беспокойство продолжаются. Не желая поверить, что наши собственные действия и отношения явились причиной этой боли, мы в конце концов, больше не можем игнорировать этот конфликт. И отчаянии осознаем, что должны измениться.

Возможно, мы решаем следовать по пути внутреннего развития, но колеблемся, чувствуя, что сначала должны закончить начатую работу, и лишь потом, оставив ее и свое положение, будем практиковать внутреннюю работу. В конце концов, мы так никогда к ней и не подойдем. У нас может быть множество красивых мечтаний, однако за всю жизнь мы так ничего духовного и не сделаем. Всюду в мире люди тратят жизнь на мечты о духовном развитии, но никогда не прилагают к этому никаких усилий. У вас в стране особенно нужна сильная воля для внутреннего развития. Мы охвачены состязаниями за обширные резервы силы, которую современная технология сделала доступной для нас. Чтобы приспособиться к правилам и ограничениям нашего "цивилизованного", урбанистического общества, нам приходится выдерживать интенсивное давление. Эта структура организована таким образом, что если мы не приспосабливаемся, то очень трудно выжить.

Многие из нас в тревоге, но только небольшое количество людей способно принять решение изменить свою жизнь, а еще меньше тех, кто имеет силу воли сделать это. Поэтому даже если мы начинаем духовный путь, то это вовсе не значит, что мы будем продолжать его. И не потому, что требуется железная дисциплина, а потому, что нам не хватает мужества и уверенности. Мы игнорируем способности и свой потенциал для развития личной силы, которая нам необходима для прохождения через переживания ломки эго. Следовательно, хотя многие из нас пытаются открыть истину, очень немногие преуспели здесь. Это не означает, что духовность ничем не может помочь нам или что что-то не так с учениями или нашим пониманием их. Проблема в том, что поддерживание духовной позиции значительно отличается от нашего привычного способа мышления, и мы оказываемся пойманными в конфликт между ними обоими.

Наши ощущения притягивают нас к суетному житейскому пути, а интеллект и интуиция заставляют следовать духовному пути, так как последнее в конечном итоге более значимо. Так что мы пытаемся идти по двум конфликтующим путям. Некоторое время мы можем пройти по духовному пути, но затем обязательно столкнемся с трудностями: наши фантазии не исполняются, или мы думаем, что достаточно научились и возвращаемся, таким образом, к нашему старому образу жизни. Однако мы способны обнаружить там многие проблемы и привычки, которые, по нашему представлению, остались позади. Разница между нашими ожиданиями и опытом может заставить нас почувствовать, что время, проведенное нами в духовных занятиях, было потрачено напрасно. Но, когда мы следуем только по материальному пути, мы в конечном итоге испытываем что-то вроде духовной глухоты, которую невозможно игнорировать. Как только мы начинаем изменяться, трудно становится возвращаться к нашему прежнему образу жизни. Даже если мы хотим этого — что-то пробуждается внутри нас и позитивная сила изменения создает импульс, который побуждает нас продолжать. Тогда мы открываем, что духовный путь — прямо здесь, и что бы мы ни делали, мы можем оказаться неспособными идти по пути сознательно, поэтому путь пришел к нам.

Даже если мы не верим, что продолжающийся цикл желаний и обладания разрушителен, наши разочарования и фрустрации в конечном итоге отрезвят нас и помогут встретиться лицом к лицу с реальностью наших желаний. И здесь не важно, с какими трудностями или препятствиями мы должны встретиться на духовном пути, главное — мы не должны останавливаться, иначе нам просто снова придется встретиться с ними позднее. Все, в конечном итоге, исходит из нашего собственного решения, но если мы двигаемся то назад, то вперед, проявляя нерешительность — мы только теряем ценное время. Нам необходимо сейчас же решить честно смотреть в лицо нашей жизни. Мы постоянно стараемся как прямо, так и косвенно защитить свое эго, веря, что существует путь внутреннего развития без нанесения ущерба эго, без анализирования, медитирования и настойчивости. Мы бы все обязательно полюбили его, если бы не должны были работать над собой. Но, к несчастью, без ясного видения нелегко прогрессировать. Даже когда мы считаем, что наш ум ясен, в действительности он может быть не нормальным, замутненным или даже преисполненным чувства "утраты". Иногда кажется, что мы не хотим ничего видеть. И если это и есть то, чем мы являемся, то каким образом можем мы пробудиться ото сна?

Совершенные учителя смотрят на все живые существа с большим состраданием, потому что видят, как истощают себя эти существа постоянной алчностью, жаждой обладания. Большинство из нас слабо управляет своей жизнью, все, чего мы хотим достичь, — это удовлетворить свои желания, пребывать в комфорте, чувствовать себя счастливыми, расслабившимися (релаксирующими) или же очень возбужденными и чувственными. У нас может быть много подобных желаний, но удовольствия пожирают нашу энергию подобно пламени, привлекающему и поглощающему мотылька. Не подозревающие, не сознающие, что алчное обладание и привязанность не дают длительного, а тем более окончательного удовлетворения, мы страдаем еще больше и в этом случае боремся за то, чтобы удержать причину нашего собственного страдания. Мы становимся похожими на старого беззубого пса в тибетской деревне, который привязался к кости и грызет ее до тех пор, пока не станут кровоточить десны. Ощущая вкус крови, он думает: "Ах, какая сочная и вкусная кость!" Даже когда мы знаем, что существуют действия, более достойные, чем наши привязанности, мы продолжаем играть сами с собой в игры и позволяем нашему эго господствовать над нами. Теперь, когда мы имеем возможность порвать с нашими привычными паттернами, почему бы нам не позаботиться о самих себе, признать наши игры и измениться? Почему мы непрерывно стараемся одурачить самих себя?

Мы боимся учиться, потому что с ростом боимся принять на себя больше ответственности. На поверхности мы думаем, что хотим учиться, но глубже на более тонких уровнях рост и изменение угрожающи для нас. Поэтому, несмотря на то, что мы постоянно стараемся улучшить самих себя и наши отношения с другими — наши действия разбросаны и мы достигаем малых результатов. Например, мы решаем медитировать: совершаем все виды приготовления: приводим в порядок комнату, зажигаем благовония, садимся и даем себе указания: "Я буду пребывать в молчании, полностью релаксированный и сознающий… не хватаясь за мысли и не удерживая их". Но на протяжении всей медитации мы играем тщательно разработанную роль. Мы редко удерживаем свой ум на настоящем моменте и лишь занимаем себя прошлыми воспоминаниями или будущими планами, а то и можем просто уснуть. Даже после нескольких годов изучения и дисциплины мы мало что делаем, кроме постоянной подготовки и инструктирования самих себя — утомление, докучливость мыслей так сильны, что мы никогда не можем поистине начать.

Тем не менее, переживание опыта — отличный учитель, мы многому можем научиться из всех страданий, фрустраций и замешательств, через которые мы проходим. В конце концов, мы так истощимся нашим самообманом, алчными желаниями обладания и отрицательными эмоциями, что мы можем измениться автоматически. Но сначала нам нужно признать и понять результаты наших действий. Даже после окончания жизни результаты этих наших действий остаются, так что если мы не удалим губительную отраву сейчас, не будет никакого способа избежать еще большего страдания в будущем. Мы будем постоянно находиться в ловушке между двумя крайностями — алчностью и страданием, будем попадать в многоуровневый цикл прошлых раскаяний, будущих надежд и присутствующего в настоящем замешательства. Чтобы признать нашу боль, замешательство и беспорядок — нам необходимо огромное мужество, поскольку все это время мы культивировали наше страдание, и это нам временами даже нравилось. Кажется, мы еще не готовы выйти из страдания. Мы продолжаем совершать ошибки, создавать неразбериху, замешательство и накапливать фрустрацию. Эго играет с нами во множество игр и пропитывает все наши чувства, ощущения и идеи, однако мы даже не осознаем, каким образом эго создает эти стереотипы и как развиваются у нас всякого рода отрицательные отношения и мотивации. Все, что мы знаем, это то, что мы будем продолжать страдать от нашей боли и проблем до полного изнеможения.

Необходимо честно наблюдать нашу повседневную жизнь и лицом к лицу встречать все слабости и проблемы. Не имеет значения — это духовный путь или религия. Важно только, чтобы наши действия были непосредственны, а умы свободны от участия в играх. Если мы честны и искренне любим истину, то можем преобразить свою жизнь. Нет нужды слепо следовать особой системе, мы можем найти свой собственный путь, слушая свои сердца и следуя истине, которую мы открыли благодаря нашим собственным переживаниям. Полная отдача самих себя поиску истины может быть положительным, мощным шагом. Независимо от нашего прошлого, мы можем прямо сейчас сделать выбор нашего будущего. Если мы полны решимости работать над собой честно и с понимаем — может произойти значительный рост. Честность нужна, чтобы научиться заботиться о себе наилучшим образом, разумность нужна, поскольку существует множество препятствий, которые нам предстоит преодолеть. До тех пор, пока не станем неумолимо честны, мы, в конечном счете, будем обманывать самих себя, скорее пытаясь скрыть свои ошибки или стараясь убежать от всяческих трудностей, нежели смело пойти на встречу с самим собой и совершить значительные перемены. Если мы хотим достичь внутреннего мира и равновесия, мы должны начать с честности.

В конечном итоге, принимая ответственность за других, мы не имеем пути к бегству.

Все мы хотим быть счастливыми и жить полнокровной жизнью. Это не так уж и много, учитывая, что по утрам мы просыпаемся большей частью беспокойными, озабоченными и проводим наши дни, чувствуя себя расстроенными или бесполезными. Вероятно, можно найти временное облегчение в различных формах удовлетворения эго, но в конце концов, мы постигаем, что такие удовольствия скоропреходящи. Если вместо этого мы научимся принимать ответственность за самих себя и жить в равновесии и гармонии, то ощутим глубокое чувство внутренней свободы, которое придаст нашей жизни смысл и поддержит нас в трудных ситуациях.

Если внимательно понаблюдать каждый аспект нашего тела, ума, чувства и все, что случается с нами в течение только одного дня, мы приобретем способность видеть и даже предсказывать образ нашей дальнейшей жизни. Вглядываясь в то, как мы проводим наше время, часто обнаруживаем, что поскольку мы не намечаем дел, которые хотели бы осуществить, то несмотря на то, что наши дни заняты, большая их часть проходит беспорядочно и в дневном сновидении. Мы даже беспокоимся из-за этого, но все равно ничего решающего не предпринимаем, не имеем никакой цели и не осуществляем никаких планов.

Каждый день — это звено в цепи, составляющей нашу жизнь. Так что, практически нам бы следовало всегда осознавать: все, что мы делаем, мы делаем не для того, чтобы стать богатым и могущественным, но для того, чтобы жить в равновесии и радоваться бытию.

В этой золотой стране нам представлена редкая возможность быть самодостаточными, великодушными и никого не обременять. Заботиться о самом себе не так трудно, если мы открыты и устремлены. Если бы мы брали на себя ответственность за нужды 200 или 300 человек, то могли бы возникнуть проблемы, но так трудно принять ответственность даже за одну личность — самого себя. Мы весим всего сто или двести фунтов, наш рост составляет лишь пять или шесть футов, однако большинство наших проблем сосредоточены в наших головах, шириной всего лишь по семь дюймов — вот об этом, как мы считаем, нам тяжело позаботиться!

Многие из нас не научились быть ответственными за себя после того, как выросли, и знания, достигнутые за десять и более лет школьного обучения, практически не имеют большой ценности. В результате, мы обнаруживаем, что не знаем, как вести уравновешенную, исполненную значения жизнь. Даже считая себя самодостаточными и ответственными, но до тех пор, пока мы не поймем, насколько сковывают нас эмоции и эго, мы можем только обманывать самих себя. В момент, когда стоим перед кризисом, мы, независимо от того, достаточно или нет развита наша внутренняя сила, учимся проводить себя через трудности.

Иногда мы пытаемся сражаться с нашими проблемами, обвиняя других в наших бедах. Это ведет к путанице, замешательству и создает внутри и вокруг нас отрицательную и плотную атмосферу. Так легко критиковать других, а встретиться лицом к лицу и преодолеть собственные слабости и ошибки намного труднее. Часто мы говорим себе, что наши проблемы разрешатся сами собой, если мы на время сможем "улизнуть" или подумаем, что сможем удрать от наших проблем и проблем других, следуя по духовному пути. Но, в конечном счете, нет никакой возможности сбежать от принятия ответственности за самих себя.

Когда мы учимся справляться непосредственно со своими трудностями, тогда романтические идеи о духовном пути не имеют никакого значения. Мы видим, что самое важное — принять ответственность за самих себя и всегда осознавать свои мысли, чувства и действия. Мы можем эффективно решать свои проблемы, развивать свой потенциал и осознать значение и ценность нашей жизни. Это может выглядеть упрощенно, но иногда полезно просто на короткое время забыть все проблемы. В результате мы видим, что большая часть того, чем мы так хвалились, сужает нашу перспективу. Тревоги, волнения и несчастья сами по себе стали препятствием к нашему внутреннему равновесию и развитию и мешают нам конструктивно разобраться с нашими трудностями.

Эмоциональные циклы и привычные паттерны трудно разрушить, поскольку наша ментальная неразбериха часто делает нас слишком жесткими, чтобы мы могли отличить здоровое от вредного. Это особенно очевидно тогда, когда люди живут в плохих условиях и вступают в различные конфликты, что приводит к появлению чувства безнадежности, отсутствия выхода. В конце концов такое положение ведет к недостатку жизненности и полному равнодушию.

Поэтому важно осознать силу наших эмоций и взять ответственность за них, создавая вокруг себя светлую и положительную атмосферу. Атмосфера радости помогает облегчить состояние безнадежности, одиночества и отчаяния. Наши отношения с другими, таким образом, улучшаются и мало помалу все общество становится более положительным и уравновешенным.

Наблюдая за нашими эмоциями, мы видим, насколько они заразительны. Если кто-либо смеется, мы чувствуем себя подобно смеющемуся, если кто-либо плачет, мы также чувствуем печаль. Те же ощущения охватывают нас, если кто-либо находится в угнетенном состоянии. Угнетенность (озабоченность) подобна инфекционной болезни — если одна личность находится в негативном состоянии, другие также становятся беспокойными и угнетенными.

Так что давайте будем находить время для развития осознавания, освежения своих умов и чувств, так как мы не в состоянии позволить себе тратить время на грусть или замешательство. В то же время мы должны принимать на себя ответственность за самих себя. Это — не идеал или цель на будущее. И мы можем начать прямо сейчас.

Жизнь — это постоянное движение, непрерывное изменение. Один ее момент проходит, переходя в другой и никогда не повторяясь. Каждый момент наши тела подвергаются физиологическим и психологическим переменам, которых мы не осознаем. Когда мы осознаем эти перемены, у нас появляется возможность легче общаться с другими и ценить жизнь. Однако, если мы не осознаем того, что случается в нашей жизни, мы можем вдруг увидеть, что жизнь наполовину прошла, а наши движения к освобождению самих себя и прогресс в развитии наших позитивных качеств незначителен. Поскольку жизнь — это постоянное движение, более быстрое, чем течение реки, нам нужно использовать каждый ее момент. Поэтому важно осознавать все — сначала взглянуть и подумать о том, что мы делаем, и лишь потом действовать. Спонтанность, которая приходит из уверенности в себе — позитивное качество, но нередко, когда мы, реагируя на что-либо, отвечаем не подумав, мы подобны клочку хлопка, который разлетается повсюду, куда его гонит ветер. Спонтанное действие часто непредсказуемо и поэтому в результате может привести к путанице и замешательству, наши помраченные умы могут привести нас к крайностям. Поэтому нам нужно контролировать нашу импульсивность, полагаться вместо этого на внутреннюю силу и убеждение. И все-таки большинство из нас предпочитает следовать всему, что бы ни очаровывало нас в этот момент, не учитывая последствий.

Однажды жил король обезьян, который, взглянув на берега каньона, увидел яркую луну, отраженную в реке. "О, какой драгоценный камень. Я должен завладеть им!" — подумал он. Когда он сказал об этом другим обезьянам, те ответили, что достать его очень трудно, но король обезьян воскликнул: "У меня есть идея: одна обезьяна ухватится за дерево, а остальные, одна за другой образуют цепочку, крепко держась за хвост обезьяны впереди себя. Тогда мы сможем опуститься до самой воды, и последняя из обезьян сможет достать драгоценность".

Пятьсот обезьян свесились одна за другой к воде, но вес всех обезьян был слишком велик для одной, державшейся за дерево, и все пятьсот обезьян упали в воду и утонули.

Наши умы часто похожи на обезьяньи — если мы заранее не проанализируем наши действия, мы окажемся неспособными четко предвидеть последствия, а наши "драгоценноподобные" фантазии, мечты и эгоистичные желания ввергнут нас в беду. Если наши действия совершаются вслепую без всякой практической или логической направленности, мы можем оказаться в ловушке ситуаций, даже более запутанных, чем существующие теперь.

Так что осознавайте свой ум и чувства, выходите из тумана мечтаний о будущем или оживления памяти прошлого. Откажитесь от эмоционального романтизма и просто сознавайте то, что происходит в вашем уме и в ваших чувствах. Как только найдете равновесие, вы сможете сохранить его, независимо от того, что случится в вашей жизни.

Паттерны повседневной жизни могут стать вашим образованием. Время от времени анализируйте свои мысли и рассматривайте события настоящей жизни; практикуйте осознавание каждый момент.

Если вы будете делать это постоянно каждый день, вы разовьете здоровое качество неподдельности, искренности, ваша жизнь станет менее хаотичной и запутанной, и вы уже не будете так заинтересованы в поиске удовлетворения вне вас самих. Смело, с осознаванием смотрите в лицо каждой ситуации — это один из наилучших путей принять на Себя ответственность за себя и свои действия.

Как только наши сердца открыты, все существование проявляется естественно, прекрасно и гармонично.

Основные учения духовного пути произрастают изнутри наших сердец. Когда наши сердца становятся нашими учителями и дают нам уверенность, духовная пища изливается через сердечный центр и освобождает целительные энергии. В это время другие удовольствия и ощущения кажутся кратковременными вспышками. Итак, очень важно контактировать со своим сердцем, прислушиваться к своему внутреннему молчанию.

Однако часто наше изучение или медитация контактирует с нашими мыслями и чувствами только поверхностно. Мы не принимаем себя такими, какими есть, а лишь проводим нашу жизнь в мечтаниях и жажде удовольствий. Эти фантазии гипнотизируют нас и мешают коснуться сокровенных чувств — чувств, которые покрываются в этих случаях слоем разочарования, созданного нашими неисполнившимися ожиданиями. Таким образом, фантазирование создает трещину между нашим умом и телом.

Если наши сердца закрыты, жизнь представляется довольно пустой. Мы читаем книги, просим совета у друзей и любимых или ищем убежище в материальных объектах, и все же, мы остаемся беспокойными, с неосуществившимися надеждами. Развлечения более не дают нам так много удовольствия, и мы не можем найти ничего прекрасного, чтобы каким-то образом не разочаровывало нас; любовь ускользает, ничто абсолютно не кажется нам значительным или стоящим. Мы только барахтаемся в наших проблемах, высматривая некий метод или технику, которые облегчат наше напряжение и давление нашей неуверенности и страха. В конце концов, нам остается только втихомолку плакать.

В океанах есть такие скалы, которые тысячи лет скрыты под водой, однако внутри они остаются сухими. Подобным образом и мы пытаемся понять себя, погружаясь в различные идеи и философии, но если наши сердца закрыты и холодны, их реальное значение в действительности не коснется нас. Не важно, где мы находимся или что мы делаем, если мы не открыты, никто, даже величайший учитель, не может пробиться к нам.

Хотя мы — взрослые, в каждом из нас есть нечто от инфантильного ребенка. Это дитя хочет расти, танцевать, достичь зрелости, но ему недостает надлежащего питания. Единственный путь к удовлетворению, который оно знает, — это требование и хватание. Поэтому эго стоит позади каждого его действия — направляющее, манипулирующее и владеющее.

Иногда мы не ощущаем недовольства, но проходит время и наши воспоминания создают новую жажду. Мы пытаемся повторить наши прошлые переживания, ища новые способы угодить или получить удовольствие, удовлетворить или быть удовлетворенными и, все же, большую часть времени жизнь все еще кажется фрустрированной и безнадежной. Хотя все мы желаем счастья, немногие из нас достигают его вследствие, по-видимому, бесконечного цикла ожиданий и разочарований. Но этот цикл может завершиться, если мы сможем избавиться от нашей привязанности и алчности. Тогда возможен духовный рост и открытие подлинной радости.

Имеется также путь, который не затрагивает эго. Тогда мы просто существуем. Можно забыть эго, отбросить его и совершенно расслабиться. Нам нет нужды думать обо "мне", о "вас" или о том, чего достигаем и что теряем, мы можем только расширить наши чувства, нашу релаксацию, наши спокойствие и радость. Осознание может быть расширенным, свободным от эго, ожиданий, суждений и отождествлений. Когда мы совершаем это, то действительно начинаем расти. Как только ясно поняли, что наши ожидания ведут лишь к разочарованию и фрустрации, постоянная алчность более не связывает нас, и мы больше открываемся нашим переживаниям. Удовлетворение можно найти где угодно— простая прогулка доставит больше удовольствия, чем любое другое развлечение. И до тех пор, пока мы не откроем наши сердца, инспирация, внутренний свет или теплота будут недостаточно велики, чтобы поддержать нас, так как мы постоянно подтачиваем сами себя.

В конечном итоге, никто не окажет нам помощи, пока мы не сделаем первый шаг, не прислушаемся к себе, не ободримся и не придадим себе уверенность, признав убежище в наших сердцах. Итак, начните слушать свое сердце, чувства, мысли и внутренний диалог. Придавайте большое внимание тому, что происходит внутри вас. Возможно, вы почувствуете тупость и холод, ваше сердце может оказаться зажатым и вы с трудом сможете вообще что-либо почувствовать. Но очень мягко и искусно прислушивайтесь к вашим чувствам. Это важно. Прислушивайтесь к вашему сердцу — буквально, прислушивайтесь к его биению. Обычно мы даже не осознаем, насколько быстро или медленно бьются наши сердца. Но чем отвлекаться на мысли и концепции, послушайте лучше свой внутренний голос, и вы обнаружите, что вы становитесь более релаксированный и радостным.

Вслушиваясь очень внимательно, иногда вы сможете даже услышать звук внутри молчания. Это не стремительный звук, который вы слышите тогда, когда ваше тело проходит через естественный процесс облегчения от напряжения, но это звук ваших говорящих мыслей. Когда ваши ощущения совершенно спокойны, а вы релаксированы и сконцентрированы, тогда можно услышать различные тона. Иногда вы можете услышать высокий, пронзительный тон или глубокий голос, но это во многом зависит от вашего индивидуального переживания. Фактически существует десять различных тонов, каждый из которых имеет особую вибрацию. Чтобы ощутить их, необходимо сначала развить свою концентрацию и осознавание, пока не станете абсолютно внимательными и открытыми.

Важно не стремиться достичь какого-либо особого переживания, так что релаксируйте без отвлечения и без потери осознавания. Иногда после длительного периода медитации, если вы безмолвны и очень бдительны, можно услышать в своем теле красивую, нежную музыку — что-то вроде музыки молчания между мыслями. Посредством медитации и вашей собственной чуткости вы можете контактировать с этой безмолвной внутренней музыкой.

Прежде чем вы услышите высшее "Я" внутри, нужно научиться принимать и любить самих себя. Со временем сердечный центр открывается естественно, что является началом пути открытости, сострадания и самоотдачи. Когда открываются различные центры тела, мы обнаруживаем определенные ментальные и физические знаки или энергии, которые воздействуют как на наши эмоции, так и на нашу нервную систему. Мы действительно чувствуем, насколько сердце открыто и насколько хорошо мы с ним общаемся. Как только сердце открывается, все наше существо выступает естественно прекрасным и гармоничным. Это не просто еще одна фантазия, что можно видеть или чувствовать и естественным, это суть духовных учений. Сердце открывает нам все знания. Почему сердце, а не ум? Потому что наше эго управляется головой, а наше сердце более свободно. Если наши сердца открыты, не существует никакой проблемы. Даже теряя свое имущество и друзей, оставаясь без чьей-либо поддержки или руководства, мы находим успокоение в наших глубочайших чувствах, в нашем внутреннем молчании. Но, используя наши внутренние источники, мы можем более легко справляться с эмоциональными и интеллектуальными ситуациями, поскольку мы больше не втягиваемся в драму вокруг нас. Даже если мы смотрим в лицо смерти, мы можем остаться умиротворенными, спокойными и уравновешенными.

Поэтому нам необходимо приободрять сердечную теплоту и положительные чувства. Эта теплота не поверхностна и это не сентиментальная эмоция, вроде той, которая ведет к неуравновешенности и часто создает вместо спокойствия "панику". Это — истинная открытость, которая чувствуется, как внутреннее тепло в центре сердца, которое есть внутренний храм (прибежище), наш собственный дом.

Именно в сердечном центре наша внутренняя природа взрастает в своей полноте. Как только этот центр открывается, все блоки растворяются, и дух или интуиция струятся сквозь все наше тело, так что все наше существо оживляется. Об этом "духе" часто говорят как о сути человеческой энергии или сути истины. Но как бы это ни называлось, пока мы не позволим ему пропитать нас, наши тела могут быть активными, но наши сердца останутся закрытыми и мы будем оставаться чужими сами себе.

Когда мы будем способны интегрировать наши умы с нашими сердцами и наши действия с нашими интуициями, мы сможем найти подлинный смысл наших жизней. Эмоциональные трудности и проблемы автоматически убавятся, и у нас откроется инспирация, внутреннее постижение, внутренняя мотивация и сила. Мы станем уверенными в себе. Так что давайте взглянем, что происходит в наших сердцах. Это — существенная подготовка к переживанию истины наших собственных жизней.

Подобно солнцу, испускающему бесчисленные лучи, сострадание является источником всякого внутреннего роста и позитивного действия.

Вскоре после рождения мы близко знакомимся с нашим состраданием и замешательством. Однако даже после многих лет жизни мы обнаруживаем, что все еще не можем осознать страдания других людей. А способность общаться даже с теми, кто нам наиболее близок, ограничена. Нам бывает трудно понять их, а они часто не могут понять нас. Несмотря на то, что мы живем в тесной близости к сотням и даже тысячам людей, разделяем с ними такое множество человеческих проблем, мы все-таки не проявляем большого участия друг к другу.

Многие из нас ищут пути к пониманию и удовлетворению самих себя и других. Но обычно мы находим только готовую, кем-то собранную информацию, концепции и теории мало относятся к человеческому развитию и пониманию. И все же, изучая такую информацию, мы думаем, что открыли реальные знания. Если то, что мы изучаем, помогает нам расти и внутренне прогрессировать, это может оказаться правильным. Если же нет, через год мы увидим себя такими же вялыми, в тех же тяжелых ситуациях, будем следовать тем же тупым привычкам, растрачивая свою жизнь на сбор информации, мало представляющей реальную пользу для кого-либо. Так что важно сейчас вплотную подойти к наблюдению нашей жизни и научиться извлекать пользу из тех знания и понимания, которые находятся внутри нас.

Если честно взглянуть на себя, что мы увидим? На поверхностном уровне мы выглядим счастливыми, а жизнь кажется комфортабельной. Однако мы не можем быть по-настоящему удовлетворены. Хотя мы улыбаемся и действуем так, как будто нас ничто не беспокоит, и можем страдать, не получая чьей-либо помощи или руководства. За щитом наше позиции л или образа себя мы усиливаем изоляцию и создаем свою собственную маленькую оболочку в абсолютно личном миге, не позволяя кому-либо еще проникнуть в него. Здесь мы переживаем радость, а также крушения и фрустрации. Здесь мы можем совершать любые, какие хотим ошибки, и никто никогда не узнает о них, здесь мы можем скрывать тайные обиды и нетерпимые мысли, забывая, что такое отношение подобно отраве и приведет лишь к еще большей фрустрации и отрицательности.

Итак, с одной стороны, мы чувствуем потребность в отношениях с другими людьми, хотим быть с ними в дружбе и радоваться. С другой стороны, мы воздвигаем стену, чтобы защитить себя от конфликтов, поэтому редко доверяем друг другу или по-настоящему принимаем участие друг в друге. Когда мы были моложе, то вероятно, пытались быть более открытыми в наших чувствах, затем были кем-то поруганы, и с тех пор мы не делаем этого. Наше эго было слишком уязвимо или наша симпатия к другим была недостаточно велика, что, в конце концов, привело к изоляции. Даже теперь, имея близких людей, семью, друзей, если мы честны с самим собой, видим, как мы одиноки. Мы редко открываемся кому-либо, и даже если о ком-нибудь заботимся, часто эта забота исходит из чувства долга или из эгоистичных ожиданий взаимности.

Каковы бы ни были наши отговорки, мы можем научиться заботиться об этой испуганной и одинокой личности, кем мы временами являемся. Забота о самих себе может быть громадным источником для защиты против страдания и фрустрации. Уверенность в себе может помочь нам применить наш интеллект и знания, чтобы сделать нашу жизнь более уравновешенной и гармоничной. Посредством самовоспитания и развития мы устанавливаем дружбу с самим собой, в этом случае наши сердца открываются естественно, и сострадание вырастает изнутри. Когда уверенность в себе и самолечение начинает развиваться, мы проявляем реальную доброту к. себе и к другим.

Принятие заботы о самом себе не является еще одним эгоистичным актом с духовным ярлыком. Имеется возможность дать самим себе реальное тепло и поддержку без того, чтобы проявлять самовлюбленность, поскольку жажда удовлетворения во многом отличается от обучения заботе о самом себе. Без сострадания мысли и действия сосредоточены на себялюбивой или эгоистичной удовлетворенности. Но истинное сострадание, которое является противоядием эго, вырастает из смиренной и бесстрастной позиции открытости и великодушия.

Сострадание — это мел, духовное основание мира, гармонии и равновесия. Эго-препятствие, разыгрывание игр, становление умным, и остроумным; по сути, оно управляет нашей жизнью. Эго так жестко программирует нас физически и ментально, что только сострадание может прорвать оболочку эго и позволить развивать полный потенциал наших человеческих качеств.

Познав глубокое страдание и одиночество, нам нутрудно представить других, испытывающих те же чувства. Мы видим, что условия возникновения такой боли появляются снова и снова, не только в этой жизни, но и во время многих других жизней. Таким образом, мы осознаем, что нужно постараться изменить эту ситуацию. Если мы сопоставляем свои качества с качествами других и находим много общего, то у нас пробуждается чувство сострадания, и мы более не можем равнодушно относиться к другим. Нам легче понять их проблемы, а когда мы научимся лечить самих себя, мы начинаем использовать наши знания, чтобы помочь также и другим. Мы приветствуем их с теплом и радостью в сердце, так как больше не чувствуем себя обороняющимися. Мы замечаем, когда другие относятся к нам так же — их глаза живые, а лица светятся. Несмотря на то, что сострадание и имеет эту открывающую силу, часто мы даже не сочувствуем нашим собственным родителям. Может быть, это оттого, что когда мы были детьми, наши отношения с ними не были открытыми и теплыми, и поэтому сейчас мы можем отвергать или даже ненавидеть наших собственных матерей, которые дали нам жизнь. Но отношение к родителям есть основа психологического благоденствия любой цивилизации: родители заботятся о своих детях, а дети — о своих родителях. Эти отношения очень важны, однако во многих семьях существует большое непонимание и обиды, которые продолжаются на протяжении всей жизни.

Мы можем развить сострадание к своим родителям, думая о том, как много они вынесли, чтобы защитить и поддержать нас, как много они помогали нам, даже когда жили в трудностях. Возможно, они, воспитывая и понимая нас, могли бы проявить больше мудрости; возможно, они были невежественны или охвачены собственными потребностями и желаниями. Но они сделали все, что могли соответственно их ограниченной способности. Так что мы можем чувствовать симпатию по отношению к ним, как если бы мы жили их жизнью, имели их родителей, их детство, образование и переживания. Можно представить себя живущими раньше: двадцать, тридцать, сорок лет назад. Мы были малы и слабы, но все же каким-то образом пришли к зрелости. Когда росли, то проходили через множество переживаний и сейчас, взрослые, можем делать все, что хотим. Но важно помнить о своих первоначалах и о том, как много боли, беспокойства и страданий пережили наши родители, чтобы поддержать нас и дать возможность вырасти. Как только мы оглядываемся назад и вспоминаем это, наши сердца становятся более открытыми к родителям.

Сострадание — это здоровое психологическое чувство, оно не затрагивает ожиданий или требований. Даже если мы не способны выполнить очень многое на физическом уровне, то, по крайней мере, можем иметь желание быть любящей личностью с чутким сердцем, — желанием помогать другим бескорыстно, без каких-либо оговорок. Такое отношение автоматически раскрывает наши сердца и развивает наше сострадание. Тогда можно искренне сказать самим себе: "Если есть какой-либо путь для меня научиться взращиванию моего сострадания или понимания человечества, то я желаю получить это учение, что бы это ни было, где бы оно ни существовало, и принять ответственность за использование этого знания в помощь другим".

Когда мы разовьем сострадание, мы начнем жертвовать и уступать в наших сердцах. Нам даже нет дела, знает ли другая личность о нашем отношении или наших действиях, она может даже не подозревать о них. По мере того, как мы умеряем свою страсть все тянуть к себе, углубляется чувство полноты и удовлетворения, которое может расширяться далее и придавать нашим жизням значение. Что еще в человеческом существовании имеет такую ценность?

Мы можем быть довольно интеллигентными и властными, культурными и подвижными, оперативными, но какая в том ценность? Это подобно проходящему сну. Любой опыт воображения имеет ту же непосредственную природу; только сострадание дает длящееся счастье. Непохожая на кратковременные моменты "счастья", которое мы обычно испытываем, радость, вырастающая из сострадания, не сентиментальна и не романтична. Она не дуальна — без различия между дающими и получаемыми.

По меньшей мере раз в день полезно думать об одиночестве, путанице, страдании и невежестве, которые мы переживаем. Это ведет к пониманию, каким образом болезненные состояния — от рождения до настоящего момента — приходят и существуют у нас.

Понимая эго, мы становимся более релаксированными и открытыми.

Наши проблемы не выглядят такими серьезными, и мы способны радоваться жизни и даже смеяться над собой, потому что мы понимаем и правильно расцениваем наши жизни.

Сострадание чувствуется в нашем сердце и источник сострадания это наши чувствования, наше живое переживание. Пока положительная энергия сострадания не протекает через наши сердца, наши усилия представляют мало реальной ценности. Мы можем просто овладеть различными науками или философией, но без сострадания мы пустые ученые-схоласты, пойманные в порочный круг алчности, и беспокойства. В наших жизнях мало реального смысла или удовлетворения. Но когда наша энергия пробуждается, отношения с другими становятся здоровыми и не требующими усилий — мы более не имеем чувства долга или обязанности, поскольку чувства возникают естественно и спонтанно "правильными".

В наше время, когда человек обладает разрушительной мощью и тем самым угрожает существованию земли, особенно важно развивать понятие прекрасного, полезного и значимого, культивировать сострадание. Вначале сострадание подобно свече; постепенно его нужно развивать, чтобы оно стало лучистым, как солнце. Тогда сострадание становится для нас таким же близким, как дыхание, живым, как наша кровь; и тогда мы поймем, что значит жить в мире и быть полезным себе и другим!

Прикасаясь к сущности своей природы, мы открываемся друзьям, родителям и семье, В конце концов, мы углубляем это чувство и разделяем его с каждым живым существом, распространяя свою открытость на все окружающее нас: горы, воду, ветер, солнце и звезды. Когда мы чувствуем открытость ко всему сущему, наши отношения естественно становятся гармоничными. Состраданию нет нужды проявляться физически — оно просто возникает от принятия и расширения открытого умственного напряжения.

Итак, попытайтесь мысленно представить себе всех живущих в мире, особенно тех, у кого есть проблемы и кто испытывает боль. Вспоминайте своих родителей и друзей, независимо от того, живы они еще или их уже нет, а затем всех остальных. Освобождайте себя от эгоистичных мотиваций и трансформируйте свои проблемы и эмоции в глубокое сострадание ко всем существам и всем вещам в природе так, чтобы вселенная наполнилась состраданием. Позвольте этому состраданию излиться наружу из каждой поры вашего тела, давайте вместе пошлем нашу силу и энергию всем существам, чтобы они смогли преодолеть свои препятствия и стать здоровыми и счастливыми.

Это чувство расширения намного более сильнее, чем физическое оглушение радости — оно глубоко, огромно, безгранично.

У всех нас имеются источники здоровья и равновесия, вопрос состоит в том, как надлежащим образом направлять и использовать наши энергии. Однако это «направление» — дело не насильственного или дисциплинарного контроля. Это — естественный процесс, начинающий функционировать тогда, когда мы учимся релаксации и используем определенные методы дыхания, чувствования и мышления, которые помогают управлять нашим внутренним равновесием и позволяют нашим энергиям протекать более свободно.

Релаксация — это целительная система, которую можно использовать для облегчения наших тревог и фрустраций-давлений, которые столь часто вызывают застаивание, стагнацию наших энергий и, таким образом, мешают расширять нашу медитацию и осознание. Благодаря глубокой релаксации мы очищаем наши внутренние энергии. Можно начать релаксироваться, просто осознавая любые чувства, которые мы испытываем зажатость, скованность мускулов, утрудненное дыхание или внутричерепное давление. Нам необходимо осознавать и иметь дело со всеми чувствами, которые мы переживаем в наших ежедневных жизнях. Тогда при использовании массажа и некоторых упражнений мы можем научиться расцеплять эти физические и ментальные зажимы. Когда мы усваиваем релаксацию тела, дыхания и ума, — тело становится здоровым, ум ясным, а наше осознавание уравновешенным.

Как только мы релаксированы, а наш ум свободен и не отвлекается, мы начинаем чувствовать себя более открыто и естественно. Пришло время заставить замолчать внутренний диалог и концептуальное мышление. Когда они безмолвны, улучшение качества нашей медитации совсем простое дело. Тогда на протяжении дня мы можем продолжать питать наше чувствование энергией, с которой мы контактируем, и таким образом продолжать развивать бдительное, позитивное осознавание.

Итак, сядьте, прислонившись к спинке стула, глубоко вздохните десять или пятнадцать раз и медленно расслабьте свое тело. Начните с глаз, рот остается открытым. Следуйте за вашим дыханием вниз по своим рукам, ногам. Полностью отпустите себя. Дайте себе время и ощупайте свое тело от кончиков ног до макушки головы. Можете ли вы почувствовать биение своего сердца? Чувствует ли вы пульс в носках своих ног? Тогда очень мягко и медленно массируйте свою голову, шею, грудь, руки, ноги и ступни так, чтобы в каждой клетке вы почувствовали теплый ток энергии. Таким образом дайте своему телу полностью релаксировать.

Вначале полезно сконцентрироваться на особом участке, таком как голова. Наши головы заняты более длительное время, чем остальные части тела, а чувствам свойственно сковывать и зажимать наши шеи, плечи и лицевые мышцы — так что начинайте с массирования головы и чувствуйте энергию, двигающуюся через ваше тело. Во время массажа лучше всего не обращать внимания, хорошее появляется ощущение или плохое, просто чувствуйте его. Очень важно, насколько это возможно, всем вашим мускулам быть свободными. Поэтому во время массажа своего тела, спросите себя: "Есть ли здесь какой-либо зажим, какое-либо мышечное напряжение?" Если есть, уделите особое внимание напряженным участкам, пока постепенно не расслабится каждая часть вашего тела. Затем отведите время, чтобы прислушаться к своему телу в молчании, и где бы энергия ни блокировалась, где бы ни ощущалась напряженность или боль, отпустите себя и релаксируйтесь.

Так релаксируйте свое дыхание, чтобы оно стало спокойным и неосознаваемым. Сделайте несколько вдохов и выдохов, затем вдохните очень медленно и глубоко, задержите дыхание только на один момент, совершенно безмолвно, а далее выдохните очень тихо и мягко в равной степени через рот и нос. Чувствуйте энергию, циркулирующую в потоке вашей крови и очень легко и осторожно наблюдайте свои ощущения. Вам не нужно сосредоточиваться на дыхании, просто дайте чувствованию быть и позвольте вашему сознанию испытывать это чувствование, ощущение. Если вы просто не обращаете внимания на ваше дыхание, оно естественно становится релаксированным и спокойным, а энергия вашего тела оживляется довольно тонкими, теплыми, чуткими ощущениями, подобными тем, которые возникают при излучении солнца, освещающему и согревающему ваше тело.

Когда вы спокойны и релаксированы, теплое ощущение поднимается изнутри. Все тело начеку, и вы чувствуете себя почти пустыми, как если бы тело постепенно исчезало, тяжесть и плотность более не существует, а есть очень открытое безмолвное чувствование расширяющегося пространства. Нет никаких инструкций для воспоминания, нет концентрации — вы только часть этой огромной открытости. Чем спокойней вы становитесь, тем больше энергии можно почувствовать. Таким образом, вы можете воспринимать свое тело как открытое пространство и жить внутри этого чувствования. Расширяйте чувствуемую энергию как можно больше, без комментирования или интерпретирования ее. Когда вы развиваете это расширение, пространство, совершенно уравновешенное, подобно изысканному рисунку или прекрасному произведению искусства, само по себе раздвигается. Стоит только коснуться этого внутреннего чувствования, как вы забываете о своем теле и дыхании. Фактически вы становитесь этим чувством, и тогда расширьте его так, как если бы вы покидали утробу… Это чувство может быть почти безграничным. Далее кажется: ничто более не существует — только это переживание чувства. Вы можете всецело существовать внутри этой энергии. Так что куда бы ни вело это чувствование, вы только следуете за ним… Дальше и дальше, как рябь, распространяющаяся вокруг брошенного камня, пока она не покроет всю поверхность озера. На этом пути вы становитесь абсолютно безмолвным — только ваши клетки, ваша энергия, ваше дыхание и ваше осознавание.

Наконец, релаксируйте свой ум. Обычно ум очень неспокоен, так как различные интерпретации, концентрации и суждения пульсируют в наших внутренних диалогах. Наблюдайте эти движения ума, не следуя какой-либо особой мысли и не выполняя какого-нибудь специального действия. Не старайтесь концентрироваться слишком жестко. Осознавание всегда здесь, но оно не пребывает в каком-то особом месте, осознавание не привязано ни к какой "вещи". Так что просто переживайте непосредственное чувство — нечто вроде "чувствительной энергии". Если вы не цепляетесь за суждения или мысли, вы можете испытывать чувство, ощущение как часть вашей ментальной деятельности, подобно плаванию посреди океана, в вашем сознании может не быть ничего, кроме тотального чувствования.

Вначале вам кажется, что только воображаете эту энергию, но чем больше вы ее познаете, тем больше вы можете управлять ею. Спустя некоторое время вы будете переживать ее как некий вид жара или тепла и, наконец, как чувствование глубокой любви и радости. Эта энергия освежает ваше сознание и изменяет ваши мысленные привычки. Мышление становится значительно уравновешеннее, а энергия более свободно поднимается и циркулирует через всю вашу систему.

Можно расширить релаксацию даже внутри мысли. Попытайтесь удержать одну единственную мысль, а затем расширить ее, дойдите до "дна" этой мысли. Расширьте и распространите ее, без суждения о ней и не называя ее, без удерживания ее в качестве субъекта или объекта. Чувствование или энергия все еще остаются, но без различия или концептуальных ограничений. Однажды, коснувшись или испытав это более глубокое чувствование, вы сможете затем внести это ощущение в каждую мысль и переживание.

Таким образом, вы сможете научиться тому, как расширять осознавание. Во-первых, на физическом уровне — посредством массажа и физических упражнений, во-вторых, на ментальном уровне — через дыхание и испытывание этих ощущений более глубоко и в-третьих, на уровне тонкого осознавания — благодаря прямому переживанию. Зная вкус этого чувства, мы замечаем, что оно само по себе становится бесконечным.

Таким образом, когда бы мы ни имели хорошее чувствование, нам следует расширить его, качество этого чувствования не нужно терять, так как радость, любовь и красота очень удовлетворяющи и совершенны. Например, у нас прекрасное чувствование, когда мы думаем о любовном отношении, если мы расширим это чувствование и коснемся его глубоко, тогда оно будет длиться дольше. Обычно, когда мы чувствуем себя счастливыми и радостными и переживаем приятные ощущения, мы стараемся продлить это чувствование схватыванием мысли. Однако это более великое, расширенное чувствование намного огромнее мысли, и, таким образом, мы ограничиваем его, пытаясь заключить его в форму мыслей.

Вначале очень важен физический контакт — через массаж, но позднее физическое тело становится почти символическим, поскольку чувствуемое переживание продолжает расширяться за пределы тела. Если мы в состоянии сохранить наше переживание, тогда мы знаем, что это не просто воображение — переживание действительно имеет место. Это более тонкий уровень более высокого осознавания, которое имеет экстатическое качество — здесь нет такого большого чувствования, лишь осознавание. Позднее мы можем интегрировать это чувство или осознавание внутри физического тела.

Но опять, чувствуемое переживание не является исключительно физическим — оно становится всеохватывающим переживанием. Когда тело очень тихо и спокойно, мы можем открыть переживания и понимания, которые едва ли могли быть возможны прежде… Без слов, без концепций… Подобно чистому знанию.

На этом, более высоком уровне осознавания возвышенные чувствования, подобно внутреннему массажу, воспроизводят сами себя спонтанно, как поднимающиеся и опускающиеся волны океана. Когда в нашей практике мы находим это место, то можем развить и увеличить это чувствование. Это чувство расширения намного более мощно, чем физическое ощущение радости — оно глубоко, огромно, безгранично. Наши тела и дыхание могут чувствоваться очень малыми, но наши умы переживают — без слов или концепций — множество различных тонов и качеств, прекрасных образов и даже тончайших ощущений. Первый вид радости, который поднимается — невинный как детская радость. Она расширяется до чувства счастья, а позднее становится почти переполняющей.

По мере того, как мы развиваем это прекрасное и равновесное переживание, можно обнаружить, что оно совсем близко к тому, что иногда называют "мистическим переживанием". Трудно сказать, "физическая" это энергия или "ментальная", но все живые организмы разделяют характерные паттерны такой энергии — эту чистую энергию. Она всегда там, даже если мы в общем не знаем, как контактировать с ней. Часто мы для контакта с этой энергией нуждаемся в тихом месте, легкой диете или психологических упражнениях. Но раз испытав это переживание и почувствовав его непосредственно, мы можем воскресить все в памяти, внеся в осознавание, и найти чистую энергию или чистое знание повсюду.

Чтобы развить более высокое осознавание, необходимо интегрировать тело, дыхание и ум.

Обычно мы воспринимаем тело только как физическое существо, состоящее из кожи, костей, мышц и внутренних органов, но сами по себе они тоже разделяются последовательно на клетки, молекулы и атомы. Исследуя природу атома, мы обнаруживаем некоторые силы, которые удерживают атом в целостности. Когда мы рассматриваем тело само по себе более близко, мы находим похожие неуловимые силы, или энергетические паттерны.

Внутри тела на очень тонком, едва уловимом уровне каждая клетка или атом имеет ядерную энергию, идентичную энергии поля снаружи тела. Собственно, мы не можем сказать, что тело подобно "пространству", поскольку наша физическая структура кажется вполне плотной. Но в конечном смысле, пространство снаружи тела и пространство, которое тело занимает, неразделимы. Это целостное пространство образует естественное единство как струя воды, ассимилирующаяся в водоеме.

Но бывают моменты, когда мы теряем восприятие плотности. И тогда мы полностью релаксированы, положительные энергии увеличены настолько, что можно почувствовать, как внутреннее и внешнее пространство становятся единым. Чувствуемое в результате единения очень важно, поскольку если наши тела полностью отпущены и релаксированы, энергия внутри клеток начинает течь гладко и естественно через всю нашу систему без какого-либо манипулирования или экстра-усилий с нашей стороны. Эта энергия проявляется как равновесие, радость или даже любовь.

Для достижения релаксации мы можем концентрироваться на особом чувствовании, таком как физическое спокойствие, затем постепенно расширить это ощущение настолько, чтобы оно простиралось снаружи во внутрь и за пределы физического тела. Мы можем концентрироваться только на нашей телесной тишине, спокойствии или только на нашем дыхании или на молчании наших мыслей. И расширяя это ощущение внутреннего безмолвия, мы можем чувствовать энергию, циркулирующую через наше физическое тело и за пределы его.

Эта энергия имеет три элемента, которые в совокупности образуют основной "паттерн", "привычку" нашей жизни. Наши отношения и действия зависят от того, насколько хорошо уравновешены данные три элемента. Наше здоровье, счастье и даже длительность нашей жизни также зависит от этого равновесия.

Первый элемент — это физическая структура или "телесный паттерн", через который течет энергия. Второй называется "дыханием", но это не просто дыхание. Он имеет качество подвижности, это движущийся, текучий вид энергии. Третий элемент — это "тонкая телесная энергия," которая, в отличие от дыхания, неуловима. Все три энергии неразрывно связаны и не способны функционировать одна без другой, однако каждая из них имеет свои собственные характеристики и качества. Вместе они создают основную структуру физического тела, смешиваясь сложным, чудесным образом, чтобы создать то, что мы называем жизнью. В некотором смысле их можно сравнить с телом, дыханием и умом, но они — намного больше того, что обычно подразумевается под этими понятиями.

"Телесный паттерн", через которую течет энергия, намного больше, чем просто "тело". Ментальная энергия наших отношений и действий создает определенную "атмосферу", которая аккумулируется вокруг нас на уровнях и за пределами нашей физической субстанции — это иногда называют "тонким", или "эфирным телом". Даже если обычно его невозможно видеть, оно всегда есть часть нас. "Тонкое тело" можно уподобить верхней атмосфере Земли, которая является продолжением нижней атмосферы, но состоит из различных элементов и имеет другое качество.

"Дыхание" — это намного больше, чем наша обычная концепция дыхания, оно связано с другими энергетическими потоками, и. его качество изменяется в зависимости от наших эмоциональных состояний. Когда мы дышим слишком поверхностно или слишком тяжело, то это воздействует на всю остальную систему; когда мы уравновешиваем дыхание, приведя в равновесие наши эмоции, тело и ум также уравновешиваются. Дыхание подобно мосту, связывающему тело и ум.

"Тонкая телесная энергия" может быть приравнена к уму, но не к уму в нашем понимании. Обычно ум формулирует, облекает накопленный опыт и концепции в субъект и объект. Но есть другой путь переживания, который не создает этого дуализма. Когда ум уравновешен, для него нет ни времени, ни сознания, ни осознавания чего-либо, имеется только весьма специфическая энергия, которая всегда присутствует.

"Телесный паттерн", "дыхание" и "тонкая телесная энергия" взаимосвязаны с четырьмя центрами нашего тела — головой, горлом, сердцем и пупком. "Тело" связано с пупочным центром, "дыхание" с горловым центром, а "ум" с головным центром. Тело, дыхание и ум, все объединяются и интегрируются в сердце.

Каждый из телесных центров функционирует на многих уровнях. В то время, когда наши сердца открыты, а наши умы не просто участвуют в интеллектуальном процессе, наша энергия движется к более глубоким уровням и постепенно — в подлинное осознавание — равновесное, устойчивое состояние, являющееся одним из высочайших человеческих переживаний. Это осознавание чувствуется в сердце, а также в уме.

Каждый центр тела способен трепетать от позитивной энергии, такой как доброта, любовь и сострадание. Каждый центр также способен к очень угнетающему и опутывающему беспокойству или тупости.

Когда три элемента энергии движутся через центры, продуцируются определенные состояния или отношения — физические болезни, ментальные блокировки, эмоциональные расстройства, неприятности или чувства легкости, лучистости и всецелой открытости. Основные паттерны (привычные модели нашего физического функционирования) как определяют, так и определяются способом прохождения энергии через эти очень тонкие центры. Как бы мы ни были больны, неуравновешенны или имели бы негативные чувства, они всегда указывают паттернам, движением и сутью энергии внутри тела. Поэтому, чтобы быть здоровым, следует научиться уравновешивать свое тело, дыхание и ум.

Мы способны уравновесить и помочь излечить себя с помощью концентрации на различных частях нашего тела. Практики такой концентрации просты, но весьма специфичны. Если наши тела разбалансированы или наша физическая энергия блокирована, когда мы больны или напуганы, полезно концентрироваться на животе, в точке ниже пупка.

Если мы чувствуем себя одинокими, оторванными от других людей или если мы желаем войти в сострадание или радость, нужно концентрироваться на сердечном центре. Чтобы достичь эмоционального равновесия или преодолеть нервозность, алчность или неудовлетворенность, необходимо концентрироваться на горловом центре.

А поскольку центры взаимосвязаны, то чем больше концентрироваться на горле, тем уравновешеннее становится сердце.

Если наше ментальное осознавание или сознание не сильны или недостаточно сфокусированы, если мы чувствуем себя сонными, потерянными или неудовлетворенными нашим дуалистическим умом, нужно концентрироваться на верхушке головы или точке на лбу между глазами. Если мы хотим достичь великодушия или ясного ума, полезно концентрироваться на головном центре.

Поскольку тело, дыхание и ум приходят в равновесие в сердечном центре, именно в нем необходимо развивать больше открытости. В сущности, если сердечный центр становится более открытым, то телу и уму очень легко функционировать совместно, а также поддерживать, правильно оценивать и понимать друг друга.

Фокусируясь на специфических участках тела, можно исследовать различные ощущения или тона, которые возникают, и тогда мы сможем увидеть наиболее сильные и наиболее слабые участки. Это поможет определить, как работать с нашей энергией. Например, если какой-либо участок очень зажат или скован, нужно сфокусировать там нашу энергию и попытаться релаксировать и снять напряжение. Или же если другой участок особенно активен, либо слишком вял, безжизнен, мы можем поработать так, чтобы отвести от этого участка энергию или ввести ее туда. С этой энергией можно работать многими способами.

В разное время физические упражнения могут быть полезными в уравновешивании и повторном оживлении различных участков тела, дыхания и ума, но если эти упражнения выполняются лишь механически или мы увлекаемся каким-то особым методом, наши рост и открытость могут подвергнуться опасности вследствие сужения возможности и перспективы. Более того, не всякая техника подходит для каждого человека, поэтому важно иметь надлежащее руководство в выборе лучших методов для практики и на какой период времени.

Эти практики и упражнения полезны для интеграции самих себя и развития более высокого осознавания. Они помогают высвободить через наше тело поток энергии, которая обогащает наши ощущения, успокаивает наш ум и приносит нам мир и равновесие.

Когда положительные и радостные чувства и отношения проходят через всю нашу систему, наши физические и химические энергии трансформируются и уравновешиваются.

Наше тело и ум постоянно взаимодействуют. Большая часть того, что приходит в ум, поступает через ощущения, поэтому большинство наших чувствований, хотя и пережитых физически, интерпретируются ментально. Когда эти взаимоотношения тела и ума неуравновешенны, а чувствования не текут через тело равномерно, создается напряжение, способствующее росту отрицательных эмоций, которые могут привести как к физическому, так и умственному заболеванию.

Для достижения и поддержания здоровья и равновесия важно обходиться с телом и умом как с интегрированной системой. С этой целью полезно внимательно понаблюдать их взаимоотношения и узнать, каким образом происходит это взаимоотношение. Ум относится к ощущениям (чувствам), которые принадлежат телу, тогда как тело относится к миру. Одно вытекает из другого, каждое имеет свой собственный паттерн, привычку, и все вместе они действуют очень быстро, но каждый процесс также следует по особым каналам. Когда ощущения сообщают информацию уму, последний начинает принимать решения, которые вовлекают суждения, концепции и дуальности, а те в свою очередь, создают разделенность и конфликт. Поэтому, как только начинается этот процесс, то автоматически возникает конфликт — конфликт в пределах самого ума, конфликт между телом и умом, конфликт между ощущениями и умом… Сначала внутренний, затем внешний.

Некоторые чувствования в одних участках тела сильнее, чем в других и различаются интенсивностью в разное время, поэтому сначала важно точно определить местоположение участка и интенсивность чувствования. Однако обычно чувствования накапливаются подобно пыли и так все вместе перемешаны, что мы не можем различить их. Чувствования могут быть положительными, отрицательными, нейтральными; иногда они возникают без какой-либо видимой разумной причины. Они подобны скрытому осадку, который долго накапливался в физическом теле, и мы не можем предвидеть, когда он проступит наружу.

Когда наше осознавание неразвито, наши ощущения часто даже не регистрируют полученные впечатления — впечатления просто размываются, как буквы, написанные на воде. Однако, можно сознательно развить свою чувствительность, которая улучшит также наше осознавание. Например, когда мы обладаем мастерством, то можем по глазам другого видеть, уравновешен ли он или она умственно и физически.

Следует начинать со следующего наблюдения наших собственных мыслей и чувствований. Наблюдая за нашим умом, мы можем проследить почти неограниченный поток образов и концепций, и этот поток сам по себе указывает на отрицательное, неуравновешенное состояние, поскольку, когда бы мы ни занимались классифицированием или интерпретированием, ум сам ограждает себя от переживания, принуждая нас держаться в бесконечной прогрессии мыслей. Как только возникает одна мысль или образ, она ведет к другой, которая может быть интерпретирована и ассоциирована с еще одной, и эту цепочку очень трудно прервать. Так что наши умы улавливаются постоянным движением, и им не дается никакой возможности отдохнуть и восполнить их энергию. В результате наши тела и умы истощаются, а ментальное возбуждение и волнение накапливаются.

Наблюдая этот процесс вплотную, мы можем заметить, что первая реакция при восприятии объекта — схватить его, что ведет к привязанности, что обрекает нас быть фиксированными в определенных паттернах, привычках поведения. Всякий раз, когда ум движется в направлении объекта, мы теряем энергию, хотя иногда это трудно почувствовать, потому что степень потери зависит от интенсивности ситуации. Когда истощение энергии становится слишком большим, мы теряем наше равновесие, и тогда легко поднимаются отрицательные эмоции, которые могут повлиять как на наши чувствования, так и на восприятия. Например, если мы грустны или подавлены и слышим прекрасную музыку, мы часто не можем по достоинству оценить ее. Когда нам предлагают очень вкусное блюдо, мы не можем насладиться им.

Иногда давление беспокойств и страхов, воспоминания и фантазии сжимают нашу энергию до точки, что наносит ущерб нашим телам или душам. Мы можем настолько потерять связь с самим собой, что тело не будет осознавать ум, и наоборот — ум не станет осознавать нашего тела. Так что, несмотря на то, что наши умственные и физические трудности вызваны в действительности разбалансировкой наших систем, мы склонны обвинить в наших трудностях внешние влияния. Мы подавляем или отвергаем наши симптомы и таким образом обращаемся сами с собой как с объектом или как со своим собственным врагом.

Как только мы обучимся релаксации и разовьем положительное отношение, мы сможем прорвать состояние внутренней стагнации, застоя, так что энергия высвободится для естественного и гармоничного течения. В Гималаях носильщики переносят более сотни фунтов веса в горах, днем и ночью, вверх и вниз. Когда багаж наконец снят с их спин, шаг становится плавным и легким. Подобное происходит, когда мы развиваем положительную энергию, проявляющееся в результате этого внутреннее осознавание облегчает нашу психологическую кошу, и мы начинаем чувствовать легкость и радость. Когда мы обучаемся успокаивать и интегрировать тело, дыхание и ум, вся наша система оживляется и оздоравливается.

* * *

Процесс самолечения нуждается в прочном основании, построенном на релаксации, радости, любви и сострадании. Нам требуется релаксировать тело, уравновесить эмоции и отводить нашу энергию от отрицательного мышления к положительному. Тогда мы сможем начать разбивать наши ментальные и физические зажимы — нашу тревогу, напряжение, озабоченность и страх. Если мы более открыты, то переживаем ощущение освобождения, и энергия свободно струится внутри нас. Имеется множество специфических методов, которые мы можем употребить для исцеления, такие как концентрация, мантра, визуализация и различные физические и умственные упражнения, но основной процесс — расслабление и уравновешивание нашей энергии. Когда вы находитесь в повышенном эмоциональном или возбужденном состоянии, сядьте и дышите свободно, мягко и нежно. Не обращайте внимания на эмоции, а просто отслеживайте ваше дыхание и его ритм. Следование за потоком вашего дыхания, когда оно течет через ваше тело, поможет успокоить и исцелить как ваше тело, так и ум.

При физическом или эмоциональном блоке воспроизводите радостное воспоминание, визуально представьте прекрасный сад или что-либо вам приятное и делающее вас счастливым. При этом действии ваши ум и тело будут естественно успокаиваться и релаксировать. Благодаря релаксации вы сможете начать отбирать и работать с вашими ощущениями и эмоциями, а также наблюдать их нарастание и падение, подобно волнам океана. Напряжение и скованность снимутся, и вы станете спокойными и умиротворенными.

Эти две простые практики релаксации помогут вам интегрировать ваши тело, ум и чувствования так, что они станут функционировать гармонично. Такая интеграция тела и ума существенна для здоровья и счастья.

Поэтому подобно плотине, которую следует строить в сухой сезон, чтобы обеспечить защиту во время наводнения, нам нужно в достаточной степени подготовить наше осознавание таким образом, чтобы мы не были сметены при накале наших эмоций. Только успокаивая эмоции и тревоги, мы сможем оставить позади ненужные нам искусственные привычки поведения и связать их непосредственно с нашим мгновенным переживанием, таким образом мы закладываем основание. Истинно ценное для нашей жизни выявляется, беспорядок и замешательство уменьшается, а наши жизненные паттерны становятся более благодатными и целеустремленными. Как только мы научились утихомиривать наш ум, а также умственную и физическую жизнедеятельность, здоровье и равновесие становятся вполне возможными.

Ныне большинство из нас в своих попытках поддерживать здоровье и освободиться от боли зависит от внешних искусственных средств. По когда мы возвращаем самих себя к равновесию так, что наша энергия течет ровно, наши тела и умы имеют источники для своей защиты. Лекарство от болезни — внутри нас, поскольку естественное состояние суть равновесие. Мы сами для себя являемся лекарством, средством к восстановлению внутреннего равновесия, потому что все наше тело по сути едино со всей вселенной. Химически вся наша система естественно самодостаточна — мы можем открыться положительным энергиям и провести их по всему телу. В чем бы мы ни нуждались, все это имеется исключительно в нас самих — и рецепт, и лекарство. Когда мы развиваем эти положительные энергии, они очищают и преобразовывают наши тела в здоровые, чистые, открытые каналы. Тогда, независимо от формы переживаний, положительных или отрицательных, мы можем сохранить равновесие.

Благодаря процессу развития энергий уровни наших переживаний превосходят, трансцендентируют физический план; в конце концов, мы далее можем переживать ум и материю как единое. Это постижение по характеру очень напоминает бесконечность, поскольку чистая энергия переживается повсюду.

Такие уровни присутствуют всегда и, как близкие друзья, всегда доступны нам. Реализуя, постигая это, мы можем конструктивно использовать каждую возникающую ситуацию, и тенденция быть поглощенными отрицательными эмоциями снижается. Мы начинаем жить без хватания, алчности или привязанности и. таким образом, не развиваем дальнейших связывающих привычек. Положительная энергия сама по себе становится лекарством, и процесс самоисцеления происходит естественно. Физические блоки, которые вызывали множество психологических проблем, начинают растворяться, и когда тело здоровеет, освежается и очищается от ядов, ум также становится ясным и прозрачным. Мы учимся использовать и извлекать пользу из нашей энергии посредством проживания внутри нашего настоящего, присутствующего переживания. Как только у нас будет контроль над нашей тонкой энергией, мы сможем распределять ее на физическое, эмоциональное и психическое тела, стимулируя и направляя положительные, радостные переживания и чувствования паттернов (привычек). Когда положительные или радостные чувствования проходят через каждый орган и циркулируют через всю нашу систему, наши физические и химические энергии преобразуются и уравновешиваются. Другими словами, благодаря положительной энергии, мы имеет возможность воссоздавать наши тела.

По мере переживания более глубоких уровней медитации мы обнаруживаем, что медитация — это природа самого ума и что это переживание само по себе уже есть переживание просветления.

Почти во все духовные дисциплины входит практика какой-либо формы медитации. В обычном смысле медитация рассматривается как форма мышления, используемая в комбинации со словами, образами и концепциями. Но медитация не есть мышление о чем-то. Медитативное переживание может показаться субъективным — мое сознание, мое осознавание. Однако по мере того, как мы всматриваемся глубже в медитативное состояние (осознавание), мы обнаруживаем, что осознавание не субъективно и не объективно, оно не может также подвергнуться концептуальному анализу. Осознавание есть естественная искренность, открытость, которые имеют место, когда уму предоставлена возможность функционировать свободно, самому по себе — без прерываний, искажений или ожиданий.

Медитативное осознавание подобно совершенно открытому пространств). Но не месту в обычном понимании, поскольку осознавание — не место, оно также не имеет и какой-то формы. Это пространство и ни вне тела, и ни внутри ума. Оно ни ментальное, ни физическое, и, все же, в то же самое время оно является глубоким интегральным ощущением тишины, открытости, искренности и равновесия — что составляет суть переживания медитации.

Традиционно начало медитации включает определенные практики, такие как интенсивная концентрация, визуализация различных образов или повторение мантр. Учителя отдают предпочтение той или иной практике в зависимости от того, что необходимо ученику. К примеру, учитель может предложить одному ученику отправиться в уединенное спокойное место и оставаться совершенно молчаливым в течение получаса или трех четвертей часа, а другому — пойти в горы или на берег океана и очень громко произносить мантру. Кому-то еще будет предложено взирать на небо и просто оставаться открытым. Другим будут даны ритуальные практики или практики поклонения. В общем же в основе нашей практики было бы все то, что снимает напряжение и успокаивает нас, что лучше всего работает, создает тишину и развивает концентрацию.

Медитация помогает нам быть спокойными и счастливыми, радоваться жизни, быть бодрыми и эффективно справляться как с физическими, так и с ментальными проблемами. Жизнь наша становится уравновешенной, когда мы способны сочетать все, что переживаем со своей медитацией. Мы можем включить нашу радость и счастье, так же как и наш гнев и обиду, фрустрацию и несчастье-все эмоции, которые мы чувствуем в течение дня. Мы можем обратить все свои эмоции в снятые напряжения и спокойствие медитации. Вначале медитация кажется простой — быть спокойным, релаксированным и, вероятно, следовать особым инструкциям. Но постепенно, по мере очищения и углубления нашей медитации, мы начинаем понимать, что она включает много больше, чем просто расслабление и возможность заняться своими мыслями и эмоциями. В действительности медитация— это процесс поиска истины или понимания, попытка открыть природу существования человеческого ума. Чтобы обнаружить такое знание, мы должны очень глубоко войти в медитацию и найти ответ на вопрос о том, кто же мы реально есть.

Итак, как вы медитируете? Прежде всего, тело должно быть сухим и очень спокойным. Физически расслабьте свои мышцы, позвольте уйти всякому напряжению. Теперь сидите в удобном положении и оставайтесь полностью неподвижными. Дышите очень тихо, мягко… Вдыхайте и выдыхайте медленно и ровно. Полностью расслабьтесь настолько, насколько вы можете, чтобы вся ваша нервная система стала спокойной. Есть различные пути сделать это, но так как слишком много инструкций может сбить с толку, то следует просто естественно отпустить свое тело, дыхание и мысли. Тело утихнет, дыхание уравновесится, а ум и чувства станут умиротворенными. В это время вы глубоко чувствуете и радуетесь своим оживающим чувствам и ощущениям. Вы видите, что медитация— это не трудное упражнение или что-то чуждое или важное — это часть нашей природы. Нет нужды стараться достичь какой-то цели, поскольку сами старания становятся препятствием к расслаблению. Можно создать проблемы, подталкивая себя стишком сильно или пытаясь следовать слишком узкому набору инструкций. Ведь если вы прикладываете излишнее усилие, то можете оказаться пойманными между получением и неполучением желаемого, отчитываясь перед собой внутренне и пытаясь одновременно быть молчаливыми. Когда вы стараетесь концептуально испытать "совершенную медитацию", вы создаете бесконечные внутренние конфликты или внутренние диалоги.

Поскольку понятия необходимы при входе в медитация, вначале медитирующий отделен от переживания. Но когда вы становитесь включенными в действительную практику медитации, вы обнаруживаете, что медитация выходит далеко за пределы концептуализации. Если продолжить релаксацию и успокоение ума, в конце концов, не потребуется никаких усилий для вашей медитации. Когда вы только учитесь медитировать, то лучше всего прочувствовать себя полностью, не отрицая и не отвергая какой-либо части себя. Все мысли и чувства могут стать частью вашей медитации — можно попробовать на вкус каждое из них, затем постепенно двигаться дальше. Так вы сможете открывать различные тонкие слои и состояния ума. Ум просто наблюдает свой собственный естественный процесс; каждая мысль, желание и мотивация служат естественной помощью этому основному виду медитации. На относительном уровне есть еще различие добра и зла, но когда вы реализуете медитативное состояние, вы уже не воспринимаете относительное различие как правильно понятое, определенное переживание. Медитация выходит за пределы дуализма. Все, что переживаешь, может рассматриваться как совершенное, так как критерий совершенства лежит внутри нашего ума, а не в чем-то внешнем.

Когда возникают воспоминания или чувство дискомфорта, вы можете почувствовать себя несколько неспокойно, но это чувство проходит, если не держаться какой-то отдельной мысли. Просто оставайтесь спокойными и непривязанными и не думайте о "медитации". Просто принимайте себя. Вы не пытайтесь учиться медитации, ведь вы есть сама медитация. Ваше тело целиком, дыхание, мысли, чувства и осознавание — все ваше существо — есть часть медитации. Вам не следует беспокоиться о ее потере. Вся ваша энергия-поле является частью медитации, так что нет нужды следовать какой-либо особой инструкции или беспокоиться о достижении какого-либо особого переживания.

Знаменитый тибетский лама однажды сказал о медитации: "Лучшая вода есть горная вода". Когда вода течет среди скал, она очищается и ее свойства улучшаются. Так и медитация лучше та, что свободна и текуча. Сколь чудесно свобода струится в высокие медитативные состояния! Одного мастера спросили: " "Когда вы концентрируетесь, где ваша концентрация?" Он ответил: "Нет ни объекта, ни позиции, ни цели".

Когда мы переживаем более глубокий уровень медитации, мы обнаруживаем, что природа ума есть медитация. А это в действительности есть переживание просветления. Это переживание свободно от всего и одновременно проявляется все. Само по себе это-освобождение.

В настоящем прямом моменте переживания нет ничего, о чем можно сказать, подумать или что можно обозначить.

Одни медитации включают в себя анализ, тогда как другие сосредоточиваются прямо на непосредственном переживании, так что каждый вид открывает различные области осознавания. Аналитическая медитация особенно полезна для развития концентрации и осознавания. Однако аналитическое понимание и ментальная подготовка могут подвести нас только к определенному пункту, поскольку на более глубоком уровне останавливается сама идея. Идеи не могут функционировать без слов и понятий, которые сами по себе являются частью рационального ума; когда "идея" останавливается, все что остается — это выражение непосредственной уверенности, основывающейся на переживании реализации, на понимании переживания. Оставляя интеллектуальный рациональный ум, мы касаемся более глубокой, более тонкой энергии, которую непосредствен но переживаем.

Некоторые медитирующие могут сразу пройти за пределы мысли и эмоций и войти в переживание медитативного осознавания. Но другим вначале полезно подвергнуть анализу происходящее в данный момент— каковы отношения между медитирующим и медитацией, как устанавливается отношение, кто наблюдает, кто интерпретирует переживание. Чем тоньше этот анализ и чем глубже наше исследование, тем скорее мы открываемся медитативному переживанию. Каждый задаваемый вопрос расширяет видение и уменьшает количество сомнений, вопросов или проблем. И когда прекращается этот анализ, медитация совершенно естественно становится спонтанной, непосредственной и прямой.

Очень хорошим начальным упражнением аналитической медитации является подсчет количества мыслей приходящих к нам в течение часа. Запишите их и рассортируйте на положительные, отрицательные и нейтральные. Просто посмотрите, сколько мыслей пройдет в вашей голове сейчас и попытайтесь делать это каждый день в течение хотя бы одной недели.

Затем выберите какую-нибудь отдельную мысль и, удерживая ее столько, сколько возможно, думайте ее. Это может быть любая пришедшая мысль, отрицательная или положительная. Задержите ее сколько сможете, не давайте ей уйти. Иными словами не должно быть других мыслей — просто концентрируйтесь на одной единственной мысли. Не пытайтесь оценивать ее, искать ей место, — просто дайте ей быть. Когда кончится эта мысль и возникнет другая, попытайтесь сделать тоже самое… Снова и снова пытайтесь выяснить, как долго вы в состоянии удержать одну мысль. Делайте это четыре-пять раз в день.

После этого упражнения наблюдайте внутри и исследуйте свое отношение к тому, кто наблюдает или узнает ваши мысли, понятия и чувства. Кто наблюдает? Вы можете сказать, что наблюдает "ваше осознавание" или "интуиция", ваше "сознание" или "субъективный ум" или личность, к которой вы относитесь как к "Я", "Мне" или "Самость". Но как это "Я" относится к мысли и как они взаимодействуют? Каковы различия и конфликты между этим "Я" и этим "умом"?

Теперь попытайтесь вместо аналитического исследования данных вещей изучить их в переживании. Чем больше вы наблюдаете свое собственное переживание, тем больше вы найдете прямых ответов на эти вопросы. Если же вы не наблюдаете тщательно мысль, то можете обнаружить себя оценивающим переживание и наклеивающим на него ярлыки. Когда это случается, вы не можете обнаружить более глубоких и тонких уровней переживания, и ваши ответы являются тогда чем-то весьма поверхностным.

"Я" есть "субъект", что означает: "Я" воспринимаю и пережинаю образы, чувства, идеи, воспоминания. Как "Я" и "переживание" связаны одно с другим? Если они различны, — в чем разница между ними? Если "Я" имеет особое "переживание", интерпретируется ли оно прямо без слов и образности или только обозначается а оценивается?

В пределах непосредственного переживания нет ничего, о чем вы можете сказать, подумать или что можете назвать. Нет ничего ощутимого, что можно передать словами или понятиями — там нет даже переживания! Можно обнаружить, что и само переживание растворяется, а вместе с ним и все проблемы… И это становится медитацией. Другими словами, после растворения внутренних слов, мыслей, отношений вы просто остаетесь в состоянии переживания — без испытывающего это переживание — столько, сколько хотите.

Не формируйте каких-либо особых идей, как должно протекать это "переживание", не думайте даже, что вы медитируете или имеете переживание. Просто позвольте переживанию быть, не заботясь о том, что случится или как случится. Нет необходимости давать себе отчет о переживании, поскольку более не остается какого-либо "Я". Если же возникает какое-то отдельное слово или образ, понятие и вы думаете: "Это хорошо", или "Теперь я это ясно понимаю" — тогда у вас снова появляется потребность в анализе мысли, в исследовании ее, пока не останется ничего для интерпретаций, слов или объявлений.

Даже опытные медитирующие могут потратить много лет медитируя, прежде чем освободят свои умы от непрестанной вереницы мыслей. Поэтому можно сберечь много ценного времени, получив точные инструкции и научившись медитировать должным образом. К примеру, без детального знания атомной энергии, вы сотни лет можете пытаться произвести взрыв. Но когда у вас есть точное знание атомной энергии, у вас не останется затруднений, чтобы быстро вызвать ядерную реакцию.

Тайная формула или "путь", ведущий к более высоким уровням медитации, — идентифицировать, не занимать позиции, не держаться за что либо в медитации. Если мы знаем, как правильно войти в медитацию, то можем быстро выйти за пределы дискурсивное мысли а с надлежащим руководством за короткое время трансмутировать многие жизни негативней кармы. Это тайное знание медитации становится источником вдохновения, поддерживающим само себя. Мы просто становимся свободными от центра, без субъекта, без объекта и между ними нет ничего, что нарушило бы наше состояние уравновешенности.

Медитация выходит за пределы времени, чувств и субъектно-объективных отношений. Превосходя все это, медитация уводит нас на интеллектуальные или рациональные уровни сознания. Это похоже на то. как если бы мы смотрели через ширму: на одной стороне сознания все существование, экзистенция — мысли, эмоции, негативность и наши жизненные шаблоны, на другой — очень тонкий энергетический уровень — глубокое медитативное состояние.

Используя проникающее качество прямого осознавания, мы можем стать чувствительными к нашим эмоциям прежде их проявления и таким образом раз рушить шаблоны привычек и нашего с ними отождествления.

Осознавание всегда находится в пределах доступа в нас самих, внутри нашей энергии. Но когда мы сбиты с толку, запутаны или эмоционально пойманы в ловушку, у нас может не оказаться никаких идей относительно того, что в действительности происходит внутри нас. Все происходит как во сне, и мы можем вдруг обнаружить, как меняем одну деятельность за другой, мрачны и озабоченны или возможно, привязываемся к ложному чувству спонтанности и свободы, в другое время застаем себя за бесконечным размышлением о прошлом или будущем, в борьбе с текущими "проблемами", неадекватностью, нерешительностью, самообманом, страхами, слепыми увлечениями, чувством вины, — наши энергии оказываются настолько серьезно пойманы различными эмоциональными ловушками, что мы чувствуем себя запутанными, усталыми, наполненными напряжением и тревогами. Работая с этими эмоциями в медитации, можно научиться выходить…

У эмоций нет ни слез, ни рта, ни желудка, И тем не менее, они могут высасывать из нас энергию, гипнотизировать, разрушать наше естественное состояние равновесия. У эмоций есть сила заманить нас в искусственные области ощущений, которые способны захватить контроль над нашими положительными энергиями. Оказывается, что люди испытывают нужду в эмоциях подобно тому, как они нуждаются в соли для пищи. Но эмоции опасны и нестабильны, поэтому то, что начинается как удовольствие, часто заканчивается болью, И когда мы находимся в центе эмоциональной ситуации, то можем оказаться ослепленными динамикой ситуации настолько, что наши восприятия и предвкушение омрачаются.

Одной из наиболее трудных в управлении эмоцией является тревога. На поверхностном уровне она не кажется такой уж серьезной проблемой, но тогда, когда это касается нашего человеческого сознания, она может расстроить нашу медитативную открытость до такой степени, что мы полностью утрачиваем равновесие. Мы даем ускользнуть положительным возможностям, теряя осознавание, тревога давит на нас, создает разделение, замешательство и неудовлетворенность. Если мы не следим внимательно за своей тревогой, то становится все труднее управлять ею.

Нужда может оказаться весьма требовательной. Мы непрерывно испытываем потребность в том, чтобы удовлетворять и меня, мое эго, мои ум, чувства, ощущения. Отсутствие уверенности заставляет нас чувствовать потребность в поддержке или стимуляции — посредством друзей, интеллектуальных восприятий или материальных объектов. Иногда мы не получаем таких контактов, и тогда можем почувствовать себя настолько одинокими и лишенными поддержки, что тревога уносит из тела буквально всю энергию. Когда же энергия ушла, мы ощущаем себя опустошенными, подавленными и даже иногда впадаем в отчаяние.

Оказывается, что мы знаем только один путь поиска удовлетворения и заполнения себя — путь бесконечно страстного стремления. Хотя мы иногда и умудряемся временно удовлетворить свои желания, но обычно удовлетворение длится лишь короткое время, и мы остаемся разочарованными, что ведет к еще большим тревогам. Большинство людей испытывают тревогу. Желание и владенье подобны свече, а тревоги подобны пламени. Слово, обозначающее эту непрерывную фрустрации — сансара — означает, что мы неудоволетворены и несчастны, потому что редко получаем то, что хотим. Мы все время идем, двигаясь к тому., что лежит вне нас.

Если в нас недостает уверенности в себе, то наша жизнь проходит однообразно день за днем, лишенная значения и ценности. В конце концов, мы понимаем, что не можем позволить себе потратить всю жизнь качаясь между удовольствием и болью, и что истинная полнота приходит тогда, когда оставлено стремление владеть и найдено удовлетворение внутри самих себя.

Не важно, как выглядит наша жизнь на поверхности, проблемы всегда существуют на более глубоких, тонких уровнях сознания. Есть разные способы, которые можно использовать, чтобы вынести их на поверхность, но как только мы думаем, что решили одну проблему, возникает еще больше фрустраций и неудовлетворения. Это похоже на рытье в песке на берегу — стоит только вычерпать пригоршню воды, как ее просачивается еще больше. Так что мы просто оказываемся пойманными бесконечной вереницей проблем, временных решений и еще больших проблем. Мы можем облегчить некоторое поверхностное напряжение эмоциональным взрывом и после него можем даже почувствовать себя легче и раскованнее. Но это скорее похоже на перетаскивание груза с одного места на другое, проблемы все еще остаются, даже если мы и хотим уверить себя в изменении к лучшему. Поскольку не разрешены лежащие в основании причины, продолжают возникать те же проблемы и паттерны.

Мы можем решить бороться с этими отрицательными силами, но часто борьба лишь продлевает отрицательные энергии и еще больше отчуждает нас от самих себя. Оказывается, чем больше мы сражаемся со своей отрицательностью, тем сильнее она становится.

Итак, мы хотели бы отыскать положительный подход к нашим проблемам. Но прежде следует понять, что сознание — это лишь совокупность привычных паттернов. Не важно, насколько устойчивыми и фиксированными они могут показаться, паттерны не являются ни устойчивыми, ни субстанциональными, — мы можем изменить и перестроить их. Отрицательные реакции создают силы, формирующие паттерны, но эти паттерны могут быть разрушены. Когда мы понимаем пути, какими действуют внутри нас эти паттерны, и когда начинается процесс пробуждения осознавания, тогда осознавание проникает и трансформирует наши проблемы и препятствия. Если мы внимательны вместо того, чтобы утратить себя в конфликтах или в потакании себе в страдании, в проклинании себя, в самооправдывающей меланхолии, то мы легко и скоро сможем со стороны увидеть проблемы свои и находящиеся за ними, и трансформировать отрицательную энергию в положительную. Это требует некоторой практики, но когда мы воспользуемся подлинным осознаванием, чтобы научиться видеть и быстро менять разрушительные ситуации, наши проблемы прояснятся, а внутри нас начнет расти мир и свет.

Когда проблемы возникают во время медитации или в повседневной жизни, а мы захвачены эмоцией или пойманы привычным шаблоном поведения, что заставляет нас страдать, — это как раз время для практики искренности, открытости и равновесия, время пробуждения полной внимательности. К примеру, если мы, будучи очень рассержены или печальны, должным образом сосредоточиваемся на эмоции, интенсивно разглядывая ее сверху донизу, а затем глядя на нее прямо, — она может на самом деле исчезнуть, поскольку мы видим, что она в действительности "ничто". Приобретя опыт, мы можем быстро уравновесить ситуацию депрессии или фрустрации, переключая ум туда и обратно, делая его то счастливым, то несчастным, а затем снова счастливым, наблюдая все время, что происходит внутри нас. Сначала мы можем делать что-то положительное, а затем отрицательное. Один раз подключить ум к депрессии и плакать. Затем немедленно подключиться к смеху. Чем же в действительности являются эти эмоции? Почему мы должны подчиняться этим чередующимся ментальным состояниям?

Это упражнение может показаться почти шизофреническим, но по мере работы над ним мы обнаруживаем, что в нашем сознании происходит важное изменение: меняются также наши взгляды на самих себя и на жизнь. Печаль не так серьезна, а счастье не столь безобидно и беззаботно.

Жизнь движется и меняется быстрее, чем даже несколько лет назад. Множество удивительных и очаровывающих вещей случается ежедневно — все это весьма прелестный танец, и каждой ситуации, любой деятельности, всякой мысли найдется место в нашей практике. Любое переживание может показать нам, как глупо быть столь серьезным и принимать вещи так драматически, что даже наши трудности можно оставить позади, поскольку нет ничего постоянного.

Однако вместе с тем это понимание не так просто реализовать практически. Мы так связаны отрицательными привычками, что можем даже оказаться перед лицом увеличивающихся отрицательных эмоций, даже не подозревая, что идем к ним. Когда мы несознательны, огорчены, подавлены или несчастны, то похожи на пчел, пойманных в горшке, где они жужжат, неустанно кружась и не имея путей бегства. И все же, мы пойманы неокончательно. Наши эмоциональные проблемы и отрицательное отношение являются в определенной степени частью нашего процесса обучения.

Путем осознавания мы можем стать чувствительными к своим эмоциям по мере их возникновения и тем самым начать разрушение своих эмоциональных шаблонов и привязанностей к ним. Чем более растет чаше осознавание, тем больше времени оказывается у нас для положительных действий — три недели для осознающего человека то же самое, что три месяца для того, кто лишен такого осознавания. Когда мы напоминаем себе о необходимости поддерживать наши тело и ум в гармонии со своим осознаванием, то улавливаем каждое изменение наших мыслей и настроений и можем вспомнить, что нужно ввести свое осознавание немедленно в самую сердцевину всякой ситуации, которая может поколебать наше равновесие. Эта практика подобна обучению плаванию. Осваивая начальные приемы, постепенно с практикой мы окажемся способными плавать не просто пять или десять минут, а столько, сколько захотим. Подобным же образом мы сможем развить непрерывную медитацию, если будем поддерживать открытое отношение ко всякой деятельности, в которую вовлечены.

Поскольку сознательно или неосознанно тревога является причиной многих наших проблем, важно иметь с ней дело, как только она появляется. Лучшее противоядие против тревоги — это медитация. Когда мы осваиваем управление эмоциями с помощью медитации, то оказываемся менее обремененными проблемами, наши тело и ум становятся совершенно спокойными, и тревога начинает растворяться в спокойной релаксации и тишине. Тогда мы можем начать работать с нашими проблемами непосредственно, поскольку больше не чувствуем необходимости бежать от них. Напряженность и задержки уходят естественно. Таким образом мы более не находимся в цикле страстных стремлений и тревог и можем радоваться жизни. Это первая стадия медитации.

Когда мы проходим истинный процесс самооткрытия, ничто не может отнять у нас уверенности в себе, вдохновение приходит изнутри, и мы знаем об этом, не нуждаясь в чьей-либо подсказке.

Достичь духовной уверенности значительно труднее, чем уверенности мирской. Мы легко можем научиться водить автомобиль, починить косилку для стрижки газонов или рассуждать на различные темы. Но как можно научиться достигать уверенности? Нет специальных дорог, чтобы к ней прийти. И все же, используя проницательность, силу и уверенность, приобретенные во время медитации, мы естественным образом открываем истину, которая всегда внутри нас. И становясь более уверенными в своем переживании, мы начинаем видеть, что сентиментальная вера и преданность не столь уж важны. Мы учимся верить и доверять себе.

Когда мы смотрим на наш обычный опыт с позиции открытости, свободы от суждений или разъединяющих концентраций, мы видим "субъект" и "объект" естественно как единое целое. Таким образом, духовный путь становится частью нашей жизни, а не просто абстрактным идеалом, припасенным для особых случаев. Когда медитативное переживание является поистине частью нас, духовные качества выражают себя естественным образом в нашей повседневной жизни, и мы можем быть уверены, что наше медитативное осознавание проведет нас через любую ситуацию, с которой мы столкнемся.

Если нашим учителем становится это вдохновение и уверенность в себе, и если мы контактируем с этим внутренним проводником, мы всегда больше можем положиться на наш опыт и понимание, нежели на то, что вне нас. Наша повседневная жизнь поставляет нам материал нашего процесса обучения. В ней сырой материал — наша плоть, наше дыхание, наше окружение. Когда мы учимся принимать себя и оценивать без эгоизма и цепляний за свое "Я" вместо того, чтобы барахтаться в отрицательности или проклятиях в свой адрес, мы развиваем положительные качества: силу, уверенность и чувство внутренней легкости.

И, хотя потенциал для просветления всегда присутствует внутри нас, большинство не чувствуют его. Мы в плену нашего двойственного ума. Различные культуры и религии имеют тенденцию прививать дуалистический взгляд на существование, и большинство из нас встают перед трудностями освобождения себя от жестких понятий этих систем. Вследствие нашей основополагающей тенденции поляризовать переживание, мы забываем пользоваться своим осознаванием в трудных ситуациях. Мы теряем время и энергию. Однако, по мере углубления медитативного переживания мы испытываем меньшую потребность разделять и судить. Мы начинаем преодолевать наши идеалистические тенденции, развивая стабильность и равновесие и реализуя понимание того, что духовная истина пребывает в нас и нашей повседневной жизни.

У нас могут быть некоторые идеи относительно места пребывания окончательного понимания, но небеса вовсе не обязательно находятся где-то. Они — в природе наших умов, и мы достигаем их через медитацию. Мы просто принимаем каждую ситуацию, как она приходит, и следуем своему внутреннему проводнику: своей интуиции, своему сердцу. Чтобы пробудить внимательность и улучшить свое осознавание, полезно исследовать свой образ, спрашивая себя: "Где я/ Что я делаю?" Это поможет нам остаться "в" медитации и увеличить нашу бдительность к особым ситуациям, в которых мы часто оказываемся. Это может выручить нас от туманных ментальных диалогов и порождения образов и тем самым помочь нам жить более наполненной и осмысленной жизнью.

Чтобы убедиться в том, что наша медитация или осознавание имеют прочную основу, мы должны проверять их время от времени. Когда мы медитируем во время неподвижного сидения, наш ум может показаться нам очень спокойным, положительным и преисполненным мира, но когда мы выходим вовне (в мир), возвращаемся к нашим домашним делам или в конторы, или когда сталкиваемся с трудными или угрожающими ситуациями, мы замечаем, что отрицательные эмоции все еще одолевают нас. Но вместо того, чтобы избегать такие ситуации или предпринимать попытки укрыться от них, мы можем научиться приветствовать их и использовать, так как они могут помочь нам испытать и усилить внутреннюю проницательность и силу нашей медитации.

Случаются даже особые высокие (пиковые) переживания в моменты тревоги, гнева или негодования, так как присутствует основная энергия, готовая к трансформации. Поскольку потенциал для реализации внутренне присущ нашим умам, он имеется и в самих наших эмоциях. Этот потенциал есть в каждом мгновении нашей жизни и путем медитации мы учимся как достичь реализации.

Полезной практикой может оказаться одинаковая медитация на наших положительных и отрицательных чувствах, не хватаясь за то, что приносит умиротворение, и не избегая того, что болезненно. Таким путем мы можем открывать и использовать положительные качества, существующие даже в отрицательных состояниях нашего ума. Тогда мы не чувствуем более необходимости отождествляться с любой нашей эмоцией или же отвергать ее; мы испытываем эмоции непосредственно, не делая никаких предпочтений. Развивая и улучшая свое осознавание, мы можем выйти за пределы отрицательных эмоций, тогда они начинают терять свою силу над ними, и мы начинаем чувствовать себя светлее и увереннее. С помощью таких переживаний мы можем даже проникнуть в природу реальности… И в эти редкие моменты, мы можем испытывать величайшую радость.

Постоянное осознавание всего того, что мы делаем, даже более важно, чем формальная медитация или практика, так как когда мы внимательны каждый момент, увеличивается некая наша уверенность, доверие к себе и равновесие. И в конечном итоге мы поймем, насколько важной, решающей для нас и для других является каждая мысль, слово и действие.

Распространяя это понимание на свою повседневную жизнь, мы можем научиться непрерывно поддерживать качество открытости. Если мы будем открыты, бдительны и внимательны, то наши проблемы и эмоции окажутся не в состоянии взять верх над нами. Мы можем позволить им возникать, не хватаясь за них, что не даст нам быть пойманными в эмоциональные бури.

Так же как ученые в лабораториях проверяют свои теории, мы сможем испытывать себя в повседневной жизни. Когда мы уравновешены и наш ум ясен, а сердце открыто, тогда мы знаем, что начинаем касаться истины внутри себя.

Укрепление нашей веры и доверия к медитации является одной из важнейших составных частей развития духовной жизни. Каждый может поддерживать интерес к осознаванию на короткий период времени или даже на год или на два, но чем сложнее и противоречивее становится мир, тем труднее выжить духовно, выжить внутренне, так как все, оказывается, отвлекает нас своими соблазнами от медитации и внутреннего покоя, от нашего чувства внутренней силы и мудрости. Временами мы теряем мужество относительно нашей медитативной практики и думаем, что просто теряем понапрасну время и энергию, что ничего не случается и что нам следует бросить все это. Но важно быть внимательным к каждому действию в каждой ситуации и ободрять себя, поскольку даже одна отрицательная мысль может изменить наше направление. Каждый момент наделен потенциалом для просветления, но каждый момент обладает также и потенциалом, который может стать разрушительным.

Когда человечество, как оказывается, непрерывно потакает себе в бесконечных ощущениях и приманках, мы можем защитить себя и нашу целостность твердой решимостью увести себя от нездоровых и опутывающих ощущений-влияний. Важно слышать голос своего внутреннего проводника, чтобы не оказаться под влиянием других, ибо мы можем довольно легко сойти с пути самых верных реализаций и решений относительно положительных действий. Так что нам нужно поддерживать свою изначальную преданность истине, не придавая важности ничему, что бы ни случилось: эмоциональные бури или угрожающие ситуации. Человек, отдающий себя истине и подлинному пониманию, никогда не сдается, эта стойкость является одним из важнейших оснований для обнаружения реальности. Иногда даже умные люди по привычке бездумно следуют за другими. Если это случится с нами на к, кой-то период времени, то мы можем утратить присущие нам доверие к себе и равновесие и можем даже почувствовать себя допустившими ошибку. Проявляя эту слабость, мы становимся доступными воздействию отрицательных эмоций и разрушительных ситуаций, уводящих нас еще дальше от равновесия. Это похоже на инфекцию, которую очень трудно вылечить. Наши психологические конфликты оказываются столь хорошо защищенными, что наш ум как бы вращается в бесконечных кругах.

Если мы отвергаем своего внутреннего проводника, то нелегко найти его снова, потому что наши взгляды и мотивации могут измениться. Подобно бредущему человеку, нашедшему ощупью в темноте проводника, нам при налаживании контакта со своей внутренней силой и осознаванием не следует его (контакт) оставлять. Это важно, так как бывают времена, когда мы чувствуем себя особенно уязвимыми и слабыми. Не всегда легко иметь веру в свое собственное суждение, но когда мы следуем истине, как мы ее понимаем, мы учимся доверять себе и радоваться каждому моменту истинности нашего суждения. Пройдя жизнь таким путем и оглянувшись, мы поймем, как много нам удалось достичь, осознать; мы поймем, что часто нам сопутствовало везение. Но даже теперь нашего опыта достаточно для того, чтобы иметь доверие к себе, и это — важнейший источник для обретения внутреннего проводника и охранителя. Каждый день мы можем расширять нашу открытость-искренность так, чтобы осознавание лилось свободно и естественно. Нам не требуется какой-то другой подготовки. Мы можем пытаться медитировать многие годы безо всякого успеха, но будучи достаточно открытыми, за очень короткое время мы можем в совершенстве научиться медитировать, не испытывая никаких забот. Когда мы медитируем с такой открытостью и оставляем все сомнения и колебания, наш внутренний проводник автоматически направляет нас к учению внутри себя: чем больше развивается наше осознавание, тем больше мы открываемся спонтанному переживанию ума.

Однажды один из моих учителей рассказывал, что великие воины, подобно самураям, прежде чем вступить в битву, совершенствовали каждое движение и жест так, что когда они встречались с противником, то были полностью готовы к бою. У них не было сомнений в маневре, они об этом уже не думали. Они просто совершали действия, и каждое движение было до автоматичности совершенным,

Так и в медитации, пока у нас полное доверие и нет вопросов, все — в практике и подготовке. Не важно, что мы делаем, мы можем практиковать, оставаясь осознающими в спонтанности настоящего момента. Нет нужды спрашивать: "Как это? Кто это?" Мы учимся просто медитировать совершенно и без каких-либо ограничений и задних мыслей. Тогда спрашивается, зачем нам нужны предварительные очищения: физическое и ментальное, почему необходимо учиться специальным техникам? Эта практика нужна в связи с тем, что так трудно сразу выйти на "тайный путь" медитации. Но когда мы понимаем медитацию, когда у нас есть ключ, мы можем интуитивно оставаться в этом состоянии независимо от того, что мы делаем.

Если мы открыли для себя что-то ценное, то это всегда остается с нами, мы не получим эту уверенность от кого-то еще. Итак, мы должны развить доверие к себе и ободрить себя, осваивая понимание, что наши жизни драгоценны и что наш повседневный опыт — это и есть истинный путь знаний. Когда мы знаем что то, что мы делаем — "правильно" и что мы двигаемся к нашей цели, мы перестаем зависеть от других и по-настоящему начинаем свою жизнь.

Практикуя медитации и исследуя свои в них переживания, мы постигаем значение высказывания: "Истина подобна золоту; чем больше его нагревают и куют, тем более повышается его качество". Когда мы проходим истинный процесс открытия себя, никто уже не сможет лишить нас доверия к себе, вдохновение тогда приходит изнутри, и мы знаем и не нуждаемся в том, чтобы нам что-то говорили о нас. В некотором смысле это единственное учение, имеющее смысл и оно всегда готово для совета, так как истина передается через познание себя. Итак, мы можем оставаться уверенными: следует доверять нашей медитации и доверять своему переживанию.

Мы можем узнать, пережить ум как живой, чувствительный и сверкающий, подобно бриллианту… Подобно сияющему солнечному свету.

Пока мы на самом деле не окажемся способными понять наш ум, мы останемся чужими самим себе, не сознающими свои собственные силы. Мы можем потратить многие годы, пытаясь постичь природу ума, но фактически все, что мы переживаем, есть ум. Это означает не то, что внешние объекты есть наши умы, но то, что наши проекции переживания как таковые являются частью ума.

Если бы я вернулся в Тибет и кто-то спросил меня: "Скажи мне, на что похожа американская культура?" Я не смог бы ответить одной фразой. Подобно этому — есть множество путей объединения ума, так как ум проявляется по-разному различными индивидуумами и есть бесчисленные типы, степени и уровни рассмотрения ума. Ум, подобно художнику, весьма разносторонен, — порождающий замешательство, заблуждение, страдание, величественный порядок и невыразимую красоту. Он строит все формы и поддерживает все внутренние драмы, он может выразить абсолютную истину столь же хорошо, как и все наши мысли и эмоции. Ум — это не одно, и не многое, и не какая-либо вещь в себе. Мы можем использовать различные слова для описания масштаба ума или обсуждая его явные функции, иногда мы можем обозначить ум "сознанием", а иногда "осознаванием", но чем больше мы исследуем и наблюдаем ум, тем более сложным он оказывается.

Большинство интерпретаций ума ограничены, так как соотносят ум с некоторой другой концепцией — ум подобен этому, сознание подобно тому. Имея дело с умом, наши эго категоризируют наше переживание мира в особые формы, структуры и очертания. Все это становится тесными шаблонами, управляющими нашим существованием, подобно конституции, управляющей страной. Они накладываются на умы, а не являются самими умами.

Честно пытаясь вскрыть природу ума, мы совершаем ошибку, устраивая погоню за значением. Мы чувствуем, что если поймем значение определенных концепций, слов или переживаний, тогда мы доберемся до точки опоры настоящих знаний. Но значения зависят от других концепций и сами по себе субстанционального основания не имеют. Поиск смысла или значения могут таким образом стать увековечивающим себя циклом, мы становимся похожи на кошку, ловящую свой хвост, или на бегуна, подвергшегося гипервентиляции и не способного больше контролировать свое дыхание.

Поскольку имеется совсем немного информации относительно внутренней работы ума, трудно найти надежные знания относительно ума. Мы можем рассматривать ум в его физическом смысле, как относящийся только к мозгу и к серии нейроголических паттернов. Или же на интеллектуальном уровне можем интересоваться тем, как осуществляется перцепция с помощью физических чувств или как мы формируем понятия и принимаем решения. Исследуя ум с точки зрения медитации, мы увидим, что ум много больше чем мозг или фильтр для перцепций, обширнее, чем просто набор понятий. С помощью медитации мы можем выйти за пределы значений и категорий и войти в непосредственное переживание внутренних уровней ума. Мы можем почувствовать ум живым, восприимчивым и сверкающим, подобно сияющему солнечному свету. Сознание или простое осознавание имеет дело с ощущениями, восприятиями, образами и эмоциями, но это лишь фрагменты, которые будучи сложены вместе, не составят ум в целом. Ум много больше, всего этого. Буддийская психология указывает на более чем 50 особых ментальных явлений, но даже и они являют собой лишь поверхностный уровень ума. Мы можем выйти за пределы сознания, чтобы обнаружить не концептуальные уровни ума, мы можем исследовать все слои, подобно тому, как мы раздвигаем лепестки розы. Мы можем исследовать ум за субстанциональным уровнем — даже за уровнем существования или несуществования, так как ум невообразимо велик.

Когда мы более глубоко всмотримся в ум, то обнаружим, что сам ум не имеет субстанции. У него нет цвета и нет формы, нет местоположения характеристик, нет ни начала ни конца. Он ни внутри и ни снаружи и поэтому не может быть обозначен, как то или это. Он не смешан с другими вещами, и тем не менее он не отделен от них. Ум нельзя изобрести, разрушить, отвергнуть или принять. Он за пределами обычного времени и всякого существования. Если мы практикуем медитацию, то начинаем узнавать, какая огромная активность совершается в уме. Мы можем начать работать с отдельными мыслями и проблемами и по мере прохождения нами процесса конфронтации, принятия, подавления или изменения этих мыслей и проблем, мы приобретаем понимание относительно ума и того, как он работает.

Одним из главных препятствий на пути открытия и оценки глубины и качества ума служит то, что мы принимаем свой ум, как само собой разумеющееся и не относимся к нему с должным уважением. Это уважение вовсе не обязательно должно носить характер эгоизма, но весьма важно понять, какую ценность представляет наш ум. Обычно, какой бы положительный опыт мы ни пережили, мы хвалим скорее эго, чем ум, поскольку рассматриваем эго в качестве агента интеллекта. Когда же возникают проблемы или трудности, мы обвиняем ум, присваиваем наименования нашим различным неврозам и принимаем их как нечто реальное, как часть ума, хотя сам ум здесь невиновен. Это отвергание ума как чего-то нам чужого и даже вредного нельзя считать здоровым отношением. Мы часто выказываем огромную озабоченность относительно своего тела, — приукрашиваем себя и создаем впечатляющий образ, и в то же время редко в такой же степени оцениваем спектр, область и тотальность нашего ума.

Ум — источник всякого знания и вдохновения. Если мы становимся просветленными — это ум просветлен, если мы печальны — это ум печален. Когда мы начинаем ценить и уважать ум, мы обнаруживаем, что сам ум может трансформировать наше повседневное переживание. Наши проблемы оказываются менее реальными, потому что мы обнаруживаем, что все наши проблемы в действительности являются самосотворенными. Чем глубже мы исследуем умы, тем дальше мы идем за пределы проблем, слов и понятий, чтобы открыть истину и понимание. Нет необходимости слепо следовать чьими-то идеями, мы можем исследовать наш ум глубже, пока не откроем природу ума — просветляющую, сияющую, животворящую.

Поскольку ум в своей истинной природе лишен двойственности и не отделен от единства всего, что есть, наша жизнь становится нашей медитацией.

Те, кто не привык к медитации, часто воспринимают ее как нечто чуждое, необычное и неестественное — некое экзотическое переживание, которое нужно вызвать, или что медитация в чем-то отлична от того, кто медитирует, или же что это просто другое лицо восточной психологии или философии, которое следует подвергнуть изучению и исследованию. Однако медитация не является чем-то чуждым, отдаленным и внешним.

Медитация — это естественное состояние ума, и вся в целом природа ума может быть нашей медитацией.

Медитация начинается, когда мы даем своему телу и уму расслабиться глубоко и полно, когда мы испытываем чувство, приходящее от простого отпускания, без всякого напоминания себе так поступить. Когда мы позволяем быть всему просто так, как оно есть и слышать тишину внутри нашего ума — это становится нашей медитацией. Эта тишина — не только отсутствие звуков или просто свобода от искажений, это — полная открытость, присутствие ума. Если в какой-то момент мы просто остаемся молчаливыми, не хватаясь за чувство безопасности, не пытаясь выяснять свои проблемы, то все, что остается — это осознавание.

Медитация — это процесс самооткрытия. На одном уровне медитативный опыт демонстрирует нам наши жизненные привычки — как мы, начиная с детства, пронесли свои эмоциональные характеристики. На другом же уровне медитация освобождает нас от этих шаблонов, облегчая видение наших внутренних возможностей. Оглядываясь назад на стереотипы своего мышления, мы иногда можем увидеть и идентифицировать заблуждения, порожденные нашим образом себя. Мы можем научиться видеть сквозь позы и претензии ума и сквозь все наши объяснения и оправдания. А еще мы можем понять, что все еще просто играем в игры и далеки от истинного влияния на себя. Мы непременно накладываем на себя произвольные пределы и ограничения, глядя на мир и переживая его с фиксированной точки зрения, и считаем, что переживание, не связанное с нашими органами чувств или их проекциями, не имеет ценности. Но когда мы выходим за пределы объективирующих понятий, за дуализм, за время и пространство, что мы тогда теряем? Есть ли что-нибудь, кроме наших страхов, наших жестких неподатливых идей, прочных привязанностей к нашему воображаемому "Я" и его воображаемой безопасности? Естественному состоянию ума нечего терять. И лишь вследствие нашего отчуждения от самих себя мы потерпели неудачу в реализации понимания, что можем пребывать в осознавании, которое есть наша подлинная природа или собственный дом.

Хотя мы и "заявляем" о своей подлинной природе, это вовсе не значит, что мы ее переживаем. Вместо этого большинство из нас почти всегда находятся в плену процессов генерирования идей и объяснений, создающих еще большее число идей и объяснений … Наш ум продолжает это до бесконечности. "Я" постоянно ассоциирует себя с различными чувствами, понятиями и психологическими рефлексиями. Эго всегда готово спросить нас, достигли ли мы чего-либо, так что нам все время приходится "отчитываться" самим себе — и мы оказываемся снаружи своего переживания, глядя на него.

Несмотря на то, что мы стараемся сделать все от нас зависящее, чтобы оставаться внимательными и осознающими, наши внутренние диалоги и проекции создают препятствия, искажающие непосредственность нашего переживания. Чем больше мы пытаемся интерпретировать переживание и облечь его в слова, тем дальше отодвигаемся от него. Мы же остаемся с "фиксированной" концепцией и дуалистическим взглядом на мир, так что наши ответы и реакции на повседневные ситуации не исходят из естественного состояния. Это подобно тому, как если бы мы жили в центре прекрасного цветущего сада и тем не менее не осознавали бы этого. Можно потратить долгие годы на объяснения, размышления и анализ, так и не обнаружив этого естественного состояния.

Реализация этого состояния трудна, потому что мы верим в то, что наши мысли и чувства являются "моими", мы судим о них в отношении к "моей" ситуации, "моей" жизни. Но мысли и чувства вовсе не являются "мной". Одна мысль просто ассоциируется с другой, а затем с третьей. Мы идем чуть глубже и находим еще одну. Каждая мысль включает в себя различные слова и образы, подобно кинокадрам, движущимся непрерывно так, что картины овладевают нашим вниманием и истощают нашу энергию. В итоге, осознавание утрачивается. Мы становимся похожими на детей, смотрящих мультфильмы, которые, тараща глаза, оказываются потерянными в движущихся картинках.

Когда мы наблюдаем свой ум, то замечаем, что наше сознание с легкостью фиксируется на мыслях или сенсорном входе. Например, когда мы неожиданно слышим скрип двери или звук сирены, наш ум тотчас строит образ или понятие, а переживание, связанное с этой идеей или образом, приобретает весьма определенный настрой чувств. Воспринимая непосредственно этот момент, мы можем войти "в" это переживание. Одновременно мы обнаруживаем определенный тип внутренней атмосферы или окружения, которое не имеет ни форм, ни особой характеристики или структуры. Нет ни слов, ни образов, ни понятий, нет позиции, которой следует придерживаться, поскольку всякая позиция, будь то позиция удерживания, исследования или даже "за пределами" позиции, ссылалась бы на что-то, что безусловно находится к нам в отношении объекта. Поэтому, чтобы стать свободным от привычек двойственности нашего ума, важно выйти за пределы относительных пониманий и верований, взглянуть "внутрь" и, насколько это возможно, оставаться в самом начальном переживании.

Поскольку ум по своей истинной природе дуалистичен и не отдален от единства всех вещей, то наша жизнь становится нашей медитацией. Медитация не является техникой убегания от этого мира — она хороший друг и добрый учитель, который может направить, поддержать и помочь нашему уму прикоснуться нашего наиглубиннейшего существа прямо, без преград, отделяющих нас от нашего осознавания, вдохновения и интуиции. С помощью этого переживания мы можем найти контакт с нашей целостностью.

Итак, в каждый момент мы можем быть друзьями с медитацией и, благодаря возникающему из медитации взгляду, мы сможем переживать всю полноту и красоту существования, поскольку все обладает красотой — то как мы работаем, думаем, говорим, каждая ситуация имеет еще внутренне присущую ценность и значение. Когда мы вносим свет медитации в нашу жизнь, она становится богаче, значительнее и целеустремленнее, а мы приобретаем способность иметь дело со всякой ситуацией открыто и прямо.

Это естественное осознавание просто и непосредственно, открыто и отзывчиво. Оно немедленно и спонтанно, без какой-либо неопределенности, нет ни страха, ни вины, ни проблем, ни желания бежать или быть как-то иначе. "Естественное" означает "нефиксированное", не имеющее ни ожиданий, ни принуждения, ни интерпретаций, ни предопределенных планов. Если медитация углубляется, нет нужды фиксировать, улучшать или совершенствовать ее. Нет смысла продвигаться куда-либо, поскольку все движется к естественному состоянию реальности.

Когда мы способны испытывать это непосредственное осознавание, то нет ничего более между нашими умами и медитацией. Переживание всегда ново, свежо, ясно и чудесно. Хотя оно и за пределами нашего обычного чувства времени, тем не менее имеет место непрерывность. Все есть, как оно просто есть — нечего ни добавить, ни отнять.

Если в своей медитации мы можем остаться в настоящем моменте, тогда можно испытать это более высокое состояние осознавания. Но когда мы держимся за ментальные построения или пытаемся вспомнить особые инструкции или определенные процессы, мы лишь продолжаем следовать за движением ума на сознательном уровне. Мы можем годами заниматься изучением и практикой на концептуальном уровне, совершить множество положительных действий и собрать большое количество информации, но все еще не подойти к реальному пониманию. Поэтому необходимо распространить осознавание за пределы области внутреннего диалога, отпустить себя и открыться настолько, насколько возможно для нас, оставаясь в полном молчании. Это все еще просто понятия, но позже, с практикой, мы сможем выйти за пределы этих идей и концептуальных привычек и войти в состояние целиком лишенное центра, так как все ограничения, делающие необходимым центр, растворяются — и это есть медитация.

По мере развития медитации нам больше не следует полагаться на интеллектуальные объяснения, чтобы оправдать кто мы такие, поскольку наша ограничивающая нас само идентичность уходит прочь, подобно туману под лучами солнца. Когда мы понимаем это, нам нет нужды бороться со своими эго и отрицательными эмоциями или с различиями хорошего и плохого, положительного и отрицательного, духовного пути или привычного действия. В медитативном переживании спонтанное осознавание возникает само по себе и эмоциональные конфликты и проблемы начинают терять свою удерживающую силу и становятся похожими на облака. Когда мы прекращаем питать наши проблемы, они исчезают в самом осознавании. В это время мы сможем действительно увидеть, что вся в целом природа ума и есть наша медитация. И благодаря этому наш ум просветляется чудесной могучей энергией, или мы непосредственно переживаем неописуемое всепознающее понимание.

Когда мы медитируем должным образом, мы можем делать это с большим сосредоточением и в то же время не прикладывая каких-либо усилий.

Если у вас есть вопросы — о чем бы то ни было — я бы хотел их услышать. Кто-то сказал мне: "Прекрасно, медитация оказывается простой…", но если у вас есть какие-то вопросы относительно вашей медитации, вашего опыта или поверхностной жизни, и если я могу помочь прояснить что-то, я готов. Давайте поговорим и поделимся друг с другом.

Вопрос: Когда я медитирую, можно ли мне использовать мантру, освоенную у другого учителя?

Ринпоче: Это зависит от вас. Если мантра помогает вам войти в контакт с более глубокими слоями медитации, у вас естественно остается желание продолжить пользоваться ею. Мантры могут помочь релаксации, есть также и аспект преданности мантре, который может помочь в развитии наших внутренних качеств.

Мантры могут быть весьма эффективным инструментом помощи уму в концентрации и устранении рассеянности, С другой стороны, поскольку ум все еще задействован в "упражнении", произнесение мантр может ограничивать нас, удерживая наше внимание на различии объекта и субъекта. Так что каждый из нас должен решать для себя, когда мантра полезна, а когда нет.

Мантры используются также при визуализации определенного цвета и форм. Если мы практикуем мантры громко или в молчании достаточно долгое время, даже после того, как мы прекратили их произносить, они продолжают вибрировать внутри нас на более тонких уровнях. Мантры обладают очень мощным воздействием и полезны при устранении как физических, так и ментальных трудностей.

Вопрос: Есть ли специальная медитация для выздоровления?

Ринпоче: Медитация уже сама по себе есть самоисцеление. Это процесс более полного понимания нашего ума и нашей собственной природы. Путем анализа ума можно научиться видеть, как мы обрабатываем информацию и как реагируем на те или иные ситуации. Когда ум спокоен, подобно пруду, мы можем ясно видеть, как возникает и исчезает рябь. Аналогично можно увидеть отражение всех наших образов себя, а в итоге, если исчезает "наблюдатель", так же как и наши мысли, мы можем переживать ум прямо.

В начале медитации мы стараемся "приколоть ум", чтобы держать его в удобном для наблюдения положении. Но по мере развития нашей медитации, мы можем начать освобождаться от зажимов, позволить всему идти своим чередом и просто быть — без усилий и привязанности. В это время мы обнаруживаем, что сам "ум" не существует, его нигде нельзя найти. Это естественное состояние непосредственного переживания и есть самоисцеление.

Вопрос: Я читал статью о враче, который использует медитацию и визуализацию для лечения больных раком.

Ринпоче: Это не удивительно. Определенные заболевания являются результатом задержек в нашем физическом теле, вызванных эмоциями. Когда мы освобождаемся от внутренних зажимов благодаря медитации, становится возможным преодолеть болезнь. В Тибете были очень редки случаи рака, так как обстановка была спокойной, преисполненной мира, жизнь была значительно легче и поэтому существовало меньше болезней. Но и в этом случае каждый должен в конце концов встретиться лицом к лицу с болезнью и смертью.

Здесь же окружающая среда часто является шумной толпой и трудно отыскать спокойное место, так что единственным решением является поиск нашего внутреннего мира. Современная технология обеспечила нас многими удобствами, ко наши потребности и привычки поймали нас, стали до такой степени частью нашей жизни, что мы не в состоянии от них отказаться. Хотя технология и принесла некоторый комфорт, она не излечила наших трудностей. Мы столкнулись с таким изобилием материальных благ и имеем такой обширный выбор, что многие из нас оказались в полном смущении перед всем этим. Даже если мы будем настойчиво сражаться всю свою жизнь, вкладывая огромную энергию в свою работу, мы придем к весьма ограниченным результатам. Оказывается, мы пойманы в петлю удовольствия и боли, ожидания и разочарования. Почему это происходит?

Есть история о двух братьях. Один был скаредным, но очень хитрым. Другой — упрямым и в то же время очень глупым. Однажды они вдвоем работали в поле. Хитрый брат решил немного повеселиться и предложил: "Ты сиди здесь внизу, а я поднимусь в гору и пришлю тебе большой подарок. Он будет издавать странные потрескивающие звуки, но ты должен держать его до тех пор, пока я не вернусь". Затем он залез на гору, нашел большой белый камень, нагрел его до красноты, а затем толкнул вниз с криком: "Эй, брат — это твой подарок. Лови его! Не отпускай, пока я не опущусь!"

Глуповатый брат так хотел получить подарок, что бросился за камнем и поймал его. Мех звериной шкуры, в которую был завернут камень, трещал, сгорая. Камень прожег звериную шкуру и сильно обжег его, но он не бросил его. Он думал, что камень чрезвычайно ценный, и приговаривал: "Делай мне, что хочешь-я тебя не брошу, пока не вернется мой брат". Он упрямо держал его, крепко ухватившись, считая подарок очень ценным.

Подобным образом мы привязываемся ко всему, что любим невзирая на то, что наши привязанности порой бывают болезненны и загоняют нас в тупик. Так же мы держимся и за медитацию, пытаясь увидеть цвет, пережить видения, теплые чувства, ощущения, приобрести опыт высоких состояний. Наши умы все еще жаждут идентифицировать, удерживать переживания и манипулировать ими так, как будто есть что-то несущее радость, о чем необходимо отчитаться перед собой. Однако когда мы оставляем нашу привязанность к ощущениям и чувствам, мы можем стать самим переживанием, а это по-настоящему оздоравливающий процесс.

Вопрос: Вы считаете, что гнев — это плохо?

Ринпоче: Гнев вовсе не обязательно плох или хорош. Это зависит от вашей интерпретации. Но гнев разрушает ваш мир и равновесие. Его энергия остра, и он усиливает эмоциональные реакции. Так что утрачивается более глубокая, более естественная гармония, и в результате возникает неудовлетворенность и расстройство. Но на более высоком уровне каждый, кто знает, как использовать энергию, получаемую в результате медитации, может пользоваться гневом как источником энергии, чтобы развить более глубокую медитацию.

Вопрос: Когда я действительно сержусь и проявляю это некоторым образом, если, конечно, гнев не слишком взрывной, позднее я испытываю некоторую удовлетворенность.

Ринпоче: Это не совсем так. Личность, освобождающая гнев, до этого в течение некоторого времени удерживала его и подавляла. Когда она дает ему излиться, ощущается физическое облегчение при стимуляции некоторой заблокированной в теле энергии, а это временно приносимое чувство возбуждения, не более глубокий гнев, источник гнева не растворяется и в некотором смысле становится сильнее, так как обнаружил путь взять управление на себя и самовыразиться. Так он снова вернется. Этот мир только временный, иллюзорный — причина более глубокого неудовлетворения ждет своего устранения.

Вопрос: Может ли гнев рассматриваться как здоровое проявление, как выражение естественного процесса?

Ринпоче: Да, в некотором смысле эмоции естественны. Но что означает на самом деле такая "естественность"? Мы ведем себя в соответствии с различными привычками: тела, речи, ума — все имеет свою особую привычку. Мы считаем их хорошими или плохими, правильными или неправильными в зависимости от того, насколько хорошо они на нас работают. Наша культура и общество так же следуют определенным эстетическим канонам, с которыми можно согласиться или не согласиться в соответствии с тем, что мы хотим или считаем лучшим.

Каждое человеческое существо накапливает физические и психологические задержки, или привычки, которые очень трудно изменить. Когда мы стараемся освободить себя от этих личных, наработанных в культуре привычек поведения, нас могут принять за ненормальных или сумасшедших. Но и поведение, считающееся нормальным в личных ситуациях или отвечающее данной культуре, совсем не обязательно будет являться здоровым или положительным.

Вопрос: Можете ли вы сказать что-либо в отношении сексуальных чувств?

Ринпоче: Мы можем найти в сексе радость, почувствовать себя раскованными, удовлетворенными, а можем кончить глубоким неудовлетворением. Многое зависит от индивидуальности и отношений в целом. Секс может быть целительным, когда не вовлечено эго. Если вы очень чувствительны и можете полностью расслабиться, не связаны ни чувством обладания, ни страстной или эгоистической привязанностью, тогда сексуальность может оказаться освобождающей. Большую часть времени, однако, сексуальные чувства включают страстное желание. Потребность в ощущении потрогать, а как только это страстное желание удовлетворено, оно просто исчезает. Секс сам по себе, вероятно, не имеет слишком большой ценности. В некотором смысле человеческим существам не повезло. У нас так немного удовольствий, и они так мимолетны. Есть столько трудностей и препятствий, такое множество проблем. Мы приходим нередко к фрустрации и лишь частичному исполнению своих желаний. Редко все бывает в порядке. Лишь поверхностное очарование, но не то, что мы могли бы назвать "счастьем".

Попытка облегчить нашу напряженность подобна попытке чесать сыпь на коже. Хотя кажется, что становится легче, источник возбуждения, тем не менее, все еще остается под кожей. Вот почему мы говорим, что природа нашей человеческой ситуации — неудовлетворенность. И тем не менее мы должны научиться находить удовлетворение в каждом настоящем моменте, а не только в коротких чувственных встречах.

Вопрос: Я как-то никогда не чувствовал удовлетворения самим собой.

Ринпоче: Вы не единственный. Большинство из нас испытывают то же чувство.

Вопрос: Означает ли это, что каждый так и должен жить или есть пути найти спокойствие?

Ринпоче: Бывают времена, когда мы ненадолго бываем счастливы, так же как и периоды, когда мы довольно пассивны и не осознаем чего-то в частности. Но мы не в состоянии поддержать свои счастливые чувства и часто даже не знаем, куда они уходят. Наше будущее становится повторением нашего прошлого. Даже совсем не будучи счастливыми, мы продолжаем тот же образ жизни, надеясь, что будущее станет в какой-то степени другим, а жизнь в конце концов проходит. Некоторые из нас несчастны, но мы даже не понимаем этого. Наконец мы ощущаем неудовлетворенность. Это действительное начало ухода от страданий.

Вопрос: Эмоции и чувства — это одно и то же?

Ринпоче: Эмоции и чувства различны в своей основе Когда мы впервые имеем контакт посредством наших органов чувств, то можем получить начальное или интуитивное чувство о нем. Но тотчас мы судим, категоризуем его, причем то, что есть, тем, чем мы хотели бы, чтоб он был. Это часть наших человеческих образцов концептуальности. В конце концов мы хотим выйти за пределы уровня интерпретации и стать более чувствительными к самому переживанию. Эмоции имеют больше силы, чем чувства, и более волевые, тогда как чувства не имеют такой силы и ближе к физическому. Нам нужно скорее пережить эти различия, а не просто анализировать их. Недостаток в том, что мы только наблюдаем свои эмоции и физические ощущения. Сам наш опыт — вот что главное.

Вопрос: Иногда я нахожу себя после медитации в хорошем состоянии, иногда чувствую себя уставшим.

Ринпоче: Возможно, что вы прикладываете слишком много усилий. Наверное вы делаете это несколько интенсивнее — слишком большая серьезность делает вас усталым, когда вы сокращаете мускулы, напрягаете тело, направляете энергию в определенном выбранном вами направлении — все это тоже может привести в некоторое усталое состояние, поэтому просто сделайте несколько глубоких дыханий, расслабьтесь и освободите себя от всех зажимов. Отпустите мысли, проносящиеся в вашей голове и создающие напряжение и тревогу.

Бывают периоды, когда вы естественны, свободны от зажимов, когда вы радуетесь медитации и преисполнены мира. В другое время вы можете оказаться сонливыми или ментально испытывать либо очень темные, либо светлые чувства. Вне зависимости от того, что происходит, вам следует все время быть бдительным и осторожным, чтобы не навязывать своему уму чего бы то ни было слишком жестко. Медитация — это деликатный процесс, вот почему весьма существенно научиться медитировать должным образом с самого начала: иначе достижение полного контакта займет долгое время. А лучший путь начать — это ослабить напряжение.

Вопрос: Хорошо ли прекращать медитацию в случае усталости?

Ринпоче: В этом случае у вас есть несколько возможностей. Когда вы устали или чувствуете сонливость, а ваш ум блуждает, то в этом случае могут помочь физические упражнения в течение короткого времени — прогулка, дыхание или растяжение с целью усилить кровообращение и ослабить мускульное напряжение. Затем можно снова взяться за медитацию. Можно также освободиться ментально, отойти от каких бы то ни было напряжений и проблем, попытаться проникнуть внутрь задержки и пройти за нее.

Вопрос: Нужно ли устанавливать продолжительность медитации?

Ринпоче: Это зависит от индивидуума. Некоторые предпочитают дисциплину и любят медитировать в установленное время ежедневно в специальном месте и в определенной позе. Другие медитируют какой-то срок, когда позволяет время. Но важнее всего научиться быть внимательным, наблюдать себя и окружение все время, тогда медитативное осознавание вдохновляет все, что вы делаете.

Вопрос: Важна ли поза?

Ринпоче: Традиционна поза со скрещенными ногами, но она необходима в Индии, где люди с детства сидят таким образом.

Однако, с другой стороны, поза очень важна. Физиологически весьма ценна поза с прямым позвоночником, потому что она обеспечивает спокойствие тела и делает возможным поток определенных энергий. Но, опять же, поза зависит от вашего предпочтения. Определенная поза может оказаться весьма неудобной, и если ваш ум непрестанно возвращается к этой боли, будет лучше изменить позу или отмассировать себя, проделать определенные упражнения, с тем чтобы расслабиться и медитировать удобнее. С другой стороны, иногда вам следует войти в боль, сконцентрироваться на ней и научиться идти за ней.

Вопрос: Требуется ли настойчивость идти против чего-то, что неестественно?

Ринпоче: Мы можем оказаться перед необходимостью упорно преодолевать различные препятствия, если наше естественное состояние выведено из равновесия, или нарушено. С другой стороны, личность с глубоким пониманием всегда может найти естественные состояния в самой настойчивости. Наше усилие всегда испытывает влияние со стороны нашего "Я", и когда нет больше никакой настойчивости, нет более никакого "Я". Вначале мы понимаем это, затем переживаем это, или же можем сначала иметь переживание, ведущее к пониманию. Но, если у нас переживание без понимания, то оно быстро исчезает, подобно внезапной вспышке света. Поэтому мы нуждаемся в руководстве.

Вопрос: Как вы рассматриваете потребность в попытке защитить себя перед медитацией так, чтобы не собирать отрицательную энергию?

Ринпоче: Возможность подхватить отрицательные энергии есть, когда вы "гуляете" в "медитативных полях", но доверяющая себе личность может трансмутировать отрицательные вибрации в хорошее переживание.

Вопрос: Когда получаешь энергию от медитации — как ее реализовать?

Ринпоче: Это естественный процесс, так что следует беспокоиться и заботиться об этом. Просто быть открытым и не пытаться слишком сильно концентрироваться. Путь к освобождению энергии — это не оценивать переживание, не отождествлять его со своим "Я" и не воспринимать слишком серьезно, что бы ни происходило в этот момент.

Учитесь чувствовать, что все существование — лишь сновидение. Вы есть и тот, кто видит сон, и само сновидение. Почувствуйте, расслабьтесь, дайте себе возможность быть свободным и не медитируйте слишком интенсивно. Во время медитации нет медитирующего, нет никого, кто комментирует или ждет информации. Информация означает суждение о том, хорошая или плохая была медитация, счастливые или несчастливые чувства — все это лишь рефлексии некоторого "эго", наблюдающего с заднего плана. Ракета после приземления должна передать информацию об успешной посадке, но в медитации нет нужды в обратной связи. Обратная связь только нарушает медитацию. Когда вы свободны от ожиданий и надежд, тогда медитация протекает не будучи ни жесткой, ни серьезной. Однако вы серьезны, так как практикуете весьма концентрированно и очень бдительно.

Вопрос: Оказывается, что медитация требует усилий, а вы тем не менее подчеркиваете полное расслабление.

Ринпоче: Когда мы медитируем правильно, мы можем делать все с огромной концентрацией и, все же, в то же самое время, не делая никаких усилий. Другими словами, мы не фиксируем свой ум на чем бы то ни было, поскольку нет ничего, на чем можно было бы сфокусировать свое внимание, никакой цели, к которой мы стремимся, никакой потребности совершать усилие. И, все же, если мы не начнем и не пожелаем, то не будет никакого прогресса. Мы должны делать что-то, но делание — это почти недеяние, так как для "Я" не остается никакого действия — нет "Я", чтобы что-то делать.

В наши дни ударение делается на том, как умудриться делать все, а это затрудняет понимание "естественного", "медитации", "абсолютного". Хотя и нет ничего, что должно было бы фигурировать, тем не менее, нам нужно развить очень острое, новое и точное осознавание. Когда "Я" отступает прочь, мы можем пережить "медитацию". Но затем опять можем обманывать себя, думая, что наша медитация идет хорошо, тогда как практически такая мысль сама по себе есть более тонкое цепляние за "позицию" в нашей медитации и таким образом она удерживает нас от медитации.

Когда вы расслабляетесь, вам нужно позволить уму оставаться полностью открытыми с уравновешенной свободной энергией. Ум всегда так оживляется. Мы привязываемся к определенным путям мышления, видения, выражения себя и других. Все это часть образа себя, пытавшаяся увековечить себя; когда мы оставляем образ себя, наш ум освобождается к "медитации".

Вопрос: Видите ли вы связь между результатами медитации и творчеством?

Ринпоче: Да, я думаю, что она есть. Когда ваш ум счастлив и исполнен мира, тогда все — всякое действие — есть творчество. Когда же ваш ум в медитативном состоянии чистого осознавания, тогда всегда есть ограничивающие суждения, концепции или интерпретации, тогда всегда есть искусство, музыка, красота. Если мы свободны от отрицательных взглядов и фиксированных поведенческих паттернов, то все наши действия становятся открытыми, спонтанными и свободными. Каждое действие тела и ума становится проявлением и выражением универсальной энергии, которая по внутренне присущему ей качеству прекрасна и радостна.

Не все совершенные йоги, например, много пишут, рисуют, поют или исполняют музыку, потому что они свободны находить красоту во всем существовании. Там музыка, так же как и живопись, все существование есть воплощение истины, все естественно и внутренне совершенно, так что нет необходимости для имитаций или усилия со стороны самости.

Когда вы постигаете вселенную в отдельной перспективе, ваше виденье ограничено. Но когда вы осуществите понимание, что все это есть универсальное энергетическое поле, вы узнаете, что ум безграничен, и что все существование есть часть "небес". В действительности "небеса" обозначают то, что вы достигли полного понимания и более не отделяете себя от своего переживания. С этой точки зрения субъект и объект, положительное и отрицательное, мирское и сверхмирское — все становится одним в уравновешенности.

Вопрос: Как мы можем узнать, растем ли мы духовно?

Ринпоче: Духовный рост — это открытость и совершенство. Большей частью мы ищем мирской свободы и удовлетворения, но если нет "Я", тогда кто удовлетворен, кто освобождается? Освобождается тотальное "Я", Без "Я", без конфликтующих эмоций, отношений и привычек. Мы освобождаемся от всего, что связывает нас, но мы не можем дать себе в этом отчет — там нет "Я", чтобы выслушать этот отчет. С "Я" очень трудно развиваться, без "Я" мы имеем возможность прогресса. Но если нет "Я", тогда кто прогрессирует? Когда люди это спрашивают у себя, они иногда путаются.

Без "Я" нет ни субъекта, ни объекта, ни времени; некоторые могут почувствовать, что это сумасшествие, но без "Я", нет того, кто может сойти с ума, нет демонического влияния личности, чтобы отреагировать на это — нужно только осознавание. Чтобы достичь этого состояния, нам просто нужно оставаться открытыми, нам нет необходимости делать сверхусилие. Такое переживание уже имеет место, когда мы не позволяем себе сбиться со своего естественного состояния бытия. Когда мы можем оставаться уравновешенными, в естественном состоянии осознавания, тогда ничто не может повредить нам. Мы можем функционировать хорошо и гармонично без "поддержки" эго.

Вопрос: Как мне освободить свою медитацию от влияния эго?

Ринпоче: Простой подход медитации состоит в том, что "все становится медитацией". Не думайте: "Это — часть медитации, а это не относится к медитации". Такого разделения не существует. Медитируйте самым простым, легким и наиболее прямым способом. Будьте естественны, естественно осознающим, естественно открытым, естественно бодрым. Чем больше вы будете стараться понять это интеллектуально, тем дольше вы не сможете это понять. Пока же вы остаетесь в своей самости, медитировать даже нежелательно, так как медитирует только "Я", и именно это "Я", думающее, что оно медитирует, удерживает вас от истинной действительной медитации.

Если вы поняли естественное осознание, каждая часть вашего ума уже пребывает в осознавании. Так что эго не загрязняет вашего ума, эго не давит на вас, не приказывает вам и не перебивает вас.

Однако эго очень умно. Оно постоянно ищет внимания и всякое переживание относит на свой счет. Это самосознание, или "мышление" цепляется за идентичность: "Моя медитация, мое осознавание, мое переживание", все разделяя на субъект и объект.

Есть различные лица эго: гордые, доминирующие, угрожающие. Иногда эго интерпретирует переживания или же защищает себя, тогда как в другое время оно создает "тайные" намерения и маневры, а затем их комментирует. У эго много аспектов, создающих каналы через органы чувств — через глаза, уши и чувства. Когда вы входите в медитативное состояние, вам не нужно полагаться на органы чувств, фактически у вас есть возможность выйти за их пределы. В то же время вы можете открыть дверь каждого чувства — зрения, слуха, запаха, тактильного ощущения. Чувства, сознания — в медитации все функционирует гармонично.

Вопрос: Как можно разрушить эго?

Ринпоче: Иметь дело с эго похоже на попытку тронуть тигра за хвост — эго опасно до тех пор, пока вы не знаете, что делаете. Часто мы только играем, когда пытаемся встать лицом к лицу со своим эго, так что в итоге мы оказываемся задетыми и глубоко обиженными. Чтобы бросить вызов эго, нам необходима искусная мудрость, мягкая в начале и борющаяся с ним не прямо, поскольку если мы сражаемся с ним, то рождаем фрустрации, ведущие к еще большему страданию. Вместо этого нам следует подвергнуть эго мастерскому наблюдению — прямому, а когда мы наблюдаем его, мы видим, что сражение не обязательно.

Часто мы во всем обвиняем эго, но пока мы его обвиняем, создаем конфликт. Конфликт есть тогда, когда у нас недостает мастерства в наблюдении эго и тогда, когда сражаемся мы с ним лоб в лоб. Мы можем временно преуспеть в контроле над эго, но оказываемся неспособными по-настоящему выйти за его пределы. А если мы не в состоянии сделать это, эго возрождается еще более сильное и более обиженное, чем прежде. Борьба и фрустрация становятся полярностями, увековечивающими друг друга. Мы должны умело коснуться эго, а не бороться с ним. Нам нужно острое и ясное самонаблюдение.

Вопрос: Как используются мысли?

Ринпоче: Мы имеем дело с мыслями двумя способами. Когда мы "схватываем" мысли, мы идентифицируем, но не узнаем их. Когда мы научимся их узнавать, то начинаем развивать осознавание.

Мысли некоторых похожи на змей — они свертываются в узлы, но даже эти мысли могут быть развязаны. Змеи свертываются в кольца, но если у них есть свобода выбора — они полностью распрямляются, автоматически расслабляясь.

Когда ум свободен, мысли подобны рисункам на воде — прежде чем он закончен, он расплывается. Некоторые могут проследить мысль, когда она возникает, а затем подобно снегу в Калифорнии, она исчезает, прежде чем коснуться земли.

Если мы медитируем, то наш ум должен быть похож на пещеру Миларепы, наш ум должен быть незахламленным. Когда Миларепа жил в пещере, его единственным достоянием был глиняный горшок, в котором он варил крапиву. Двое охотников, увидевших дым от его костра, явились в пещеру ночью, чтобы украсть пищу. Когда они начали обыскивать пещеру, Миларепа засмеялся и сказал: "Я йог и днем могу найти немногое, чтобы поесть. Как вы надеетесь найти что-нибудь ночью. Это темное пустое место — здесь нечего взять". Подобно этому, когда мы не даем нашим умам заполняться мыслями, отрицательным силам нечего взять, и они не могут принести нам никакого вреда.

Вопрос: Можете ли вы что-нибудь сказать относительно мистических или эзотерических переживаний?

Ринпоче: Часто встречаются отрицательные побочные значения, связанные с так называемым "мистическим переживанием" и со всем тем, что является личным, тайным или "оккультным". Но это тайное понимается неправильно. Если не завершен определенный рост или процесс развития, преждевременно говорить о нем или конкретизировать его. Поэтому дальновиднее оставаться молчаливыми. Нам необходимо культивировать то, что мы узнали, и позволить ему расти и взрослеть.

Чтобы понять эти учения, мы должны испытать их сами и проверить их в своих повседневных жизнях. Этот огромный потенциал— это неисчерпаемое сокровище и не где-то в далекой стране, оно внутри вас самих. Сами учения непосредственно действуют внутри вас. Когда мы знаем это, непосредственное переживание становится нашим учителем, а осознавание делает нашу жизнь положительной и радостной.

Если мы смотрим на жизнь с точки зрения осознавания, то видим, что наш ум являет собой великий источник защиты, он может принести нам безопасность и уверенность в себе, доверие к себе, он может стать нашим убежищем. Можно утратить контакт с осознаванием, а затем мало-помалу забыть — и все же осознавание доступно в каждый момент, у нас есть шанс, затем другой — если мы упустим один, есть следующий. Ум — это наш дом. Но знать, что ум — наш дом, недостаточно, мы должны войти в дом. Пока мы этого не сделали, "бытие" — это просто еще одно слово, такое же как и "знание", "мудрость" или "эзотеричность". Не имея переживаний, мы не придаем им большого значения.

Более глубокая медитация не может быть выражена на человеческом языке, так как коль скоро мы вербализируем и концептуализируем переживания, они застывают, и осознавание прекращается. Так что пока наша практика не развита полностью, лучше говорить о наших медитативных переживаниях лишь с опытным гидом, который может нам помочь, иначе наши переживания могут потерять свое значение и силу.

Обычно же у нас сильная тенденция вербализировать наши, переживания. Мы чувствуем, что пока не смогли интерпретировать или обсудить их, они не реальны. Мы находим трудным просто позволить себе оставаться в молчании, потому что тишина беспокоит нас. Хотя обсуждение наших проблем временами и бывает полезным, вместо помощи в их интерпретации и понимании, разговор в действительности может усилить нашу привязанность к ним. Поэтому прежде чем последовать импульсу вербализировать свое переживание для себя или для других, лучше молча поработать с ним.

Как только мы используем язык и слова для построения концепций, мы автоматически притупляем и замораживаем настоящее, у нас не остается шансов прямо переживать этот момент. Нет путей, по которым мы могли бы выйти "за пределы" чего-то с помощью слов. Это значит не то, что слова не имеют ценности, но лишь то, что нет способа прямо переживать настоящий момент, если мы полагаемся на слова, интеллектуальные концепции или попытки сосредоточить наше внимание определенным образом.

Итак, с этого момента помните: каждая отдельная мысль драгоценна, смысл уже присутствует в самом первом состоянии. Если вы хотите испытать действительное мистическое переживание, оно не далеко от вас, оно в ваших мыслях в вашем осознавании и в самый первый момент. Исследуйте его. Как только вы сделаете это, изменится целиком вся ваша позиция, ваша зажатость, ограничение, самоотождествление, а восприятия и образы преобразуются. Все это подобно тому, как мы открываем окно свежему воздуху.

Визуализация добавляет новую размеренность нашему восприятию мира и открывает нам новую перспективу видения нашей обычной реальности.

Визуализация — это хорошая помощь в развитии осознавания концепций и ясности. Сосредоточивая свое сознание на особых образах или символах, мы можем ослабить ментальные конструкции, определяющие и ограничивающие наше восприятие. Таким образом, мы открываемся более широким размерностям переживания и становимся менее уязвимыми перед лицом своих эмоций.

Но прежде чем это будет иметь место, несколько раньше мы учимся освобождать свой ум от дуалистического мышления. Когда мы только еще начинаем развивать концентрацию и визуализацию, полезно фокусироваться на специальных объектах.

Традиционно как концентрация, так и визуализация начинаются с сосредоточения на символической букве, затем они перемещаются на различные символы, образы, мандалы и божества, каждое с особыми орнаментами и качествами. Мы начинаем процесс, концентрируясь на предмете визуализации в течение периода от десяти или двадцати минут ежедневно, пока не достигнем в целом сорока или пятидесяти часов. Когда мы смотрим на образ очень раскованно и полностью расслабленными глазами и очень спокойным телом и дыханием, будучи очень восприимчивыми, образ, в конце концов, соединится с нашим осознаванием.

Иногда в самом начале визуализационной практики мы визуализируем хорошо, во некоторое время спустя образ может стать неустойчивым или совсем исчезнуть. Однако значительно чаще визуализация трудна вначале, но по мере продолжения образ становится более четко сфокусированным, и визуализация улучшается. Тогда мы можем обнаружить, что при попытке визуализировать особый образ, возникает отличный от него образ, и это беспокоит. Так что следует практиковать терпеливо, так как требуется время для совершенствования этих способностей.

Визуализация впервые появляется перед нами, как если бы мы смотрели через длинный туннель или расширяющуюся трубу. Хотя это видение или осознавание весьма гибко, часто мы забываем образ или не осознаем его, так что не в состоянии точно осуществить визуализацию. Однако иногда, когда мы закрываем глаза, визуализируемое предстает перед нами во всей своей полноте "тай". Такая визуализация не нуждается в построении части за частью подобно тому, как плотник строит дом, она возникает спонтанно-совершенный образ. Когда мы это видим, нам не нужно что-либо менять. Мы можем просто позволить этому быть. И эта спонтанность — семя визуализации.

К примеру, внутренне попытайтесь визуализировать исцеляющий цвет бирюзы — если вы не можете его увидеть, почувствуйте, что вы его видите. Это видение прекрасно, так что просто примите его. Если вы его все еще не видите, тогда мягко убедите себя, что вы видите прекрасно и полно. И хотя вы все еще можете ничего не видеть, почувствуйте качество и значительность переживания. Останьтесь в моменте, и визуализация в конце концов придет к вам.

Визуализация и воображение имеют некоторое сходство. Воображение, однако, подобно памяти или ментальной проекции, тогда как визуализация становится спонтанной и похожа на видение во всех трех направлениях трехмерного пространства. Визуализация — более тонкий, более высокоорганизованный процесс, динамический. В воображении мы никогда не можем встретить яркость цвета, форм, звуков и ощущений — визуализация же иногда столь ярка и отчетлива, что превосходит наше обычное восприятие. В этом поле визуализации нет объектов, похожих на мирские.

Когда мы начинаем нашу визуализационную практику, образ в основном — только слабый абрис, постепенно мы можем научиться сосредоточивать цвет и форму более отчетливо. Трудно сразу всю целиком визуализацию сделать резкой, но постепенно цвета становятся очень живыми и ясными — цветовой спектр оказывается богатым подобно электрическому цвету, а фигуры появляются не как безжизненные образы, а как живые формы.

Если наши способности улучшаются, наши визуализации могут стать очень сложными — многие образы соединяются в оды, а оды распадается на многие. Мы можем развить один единственный образ или мандалу так, чтобы включить всю вселенную-все в совершенстве сочетается одно с другим. И мы можем начать понимать природу всего существующего и всех феноменов — времени, пространства и знания. Во время визуализации мы можем пережить экстраординарные события, которые рациональный ум не в силах объяснить. Но известно: то, что мы видим, истинно, так как мы переживаем гармоничную работу естественных законов.

Вначале в визуализации мы смотрим на форму и цвет, но позднее образ входит в сознание естественно, спонтанно. Вначале мы просто наблюдаем образ как часть нашей медитации или концентрации, но с практикой мы в конце концов можем настолько натренировать свой ум, что сможем видеть образ внутри себя. Позднее нам не нужно будет даже смотреть на картину или закрывать глаза, и тем не менее мы будем видеть образ. Он как живой возникает в нашем осознавании.

Практикуя визуализацию, мы, видим нашим осознаванием, а не нашими глазами, таким образом, то, что мы видим, оказывается отличным от нашего обычного видения. Хотя мы и начинаем с видения образа или изображения некоторым особым способом, но когда мы разовьем визуализацию, точная форма образа даже не имеет значения, потому что наша визуализация переходит в новое качество — "способность видеть". Сам образ превзойден, но осознавание остается и питает наш ум и чувство, это осознавание несет большой смысл в нашу повседневную жизнь.

Целью визуализации является развитие осознавания настолько, чтобы в любое время и в любом месте мы сохраняли внимательность и бдительность оленя. Когда мы познакомимся с процессом визуализации, мы можем сравнить свой опыт со своим обычным способом восприятия и тем самым собрать информацию, как лучше понимать обычную бодрствующую реальность. Мы хотим и можем довести осознавание до уровня, когда можно увидеть, как действует заблуждение внутри нас, мы можем развить это осознавание, чтобы постигнуть все знание в пределах нашего сознания. Итак, визуализация добавляет новую размерность к нашему восприятию мира и дает новую перспективу, в которой можно видеть нашу привычную реальность.

Чем больше мы привыкаем к визуализационной практике, тем больше осознаем: то, что мы называем "реальным", само по себе подобно визуализации. Эта визуализация может изменить весь наш способ мышления, увеличить способность видеть прозрачное качество эго и материальных предметов. Когда мы видим это, то можем трансформировать даже наши эмоциональные препятствия и задержки в положительную энергию.

Мы можем использовать эту визуализационную способность видения для того, чтобы концентрироваться на различных уровнях осознавания, на различных центрах тела. Это помогает нам открыть энергии наших физических тел и освободить напряжения, созданные эмоциями. Часто, работая со своими проблемами, мы рассматриваем их только с одной точки зрения или в одной размерности и не способны увидеть другие альтернативы. Если сложная визуализация состоит только из одной мысли, мы можем начать видеть что каждая мысль имеет множество различных качеств.

Благодаря визуализации, осознавание может открыть три, четыре, пять измерений для каждого переживания. На одном уровне мы можем испытывать физическую боль, на другом — ту же боль переживать как нечто приятное, на третьем уровне восприятие может восприниматься, как нейтральное — ни боль, ни удовольствие. Однако на следующем уровне может не произойти ничего — ни боли, ни удовольствия, само переживание трансцендентируется. Если мы в состоянии посмотреть на переживание в этих различных перспективах, то мы можем научиться направлять положительную оздоровляющую энергию в области, где есть трудности. Можно трансформировать то, что воспринимается, как вредное в то, что окажется полезным.

Когда мы практикуем визуализацию, мы переживаем прямое "видение". В достаточной степени расслабившись, можно обнаружить это "видение" через наше непосредственное переживание. Это делается путем расслабления мышц вокруг глаз; не моргая, надо дать взгляду стать мягким, смотреть так, как мы смотрим, будучи удивлены или восхищены. После этого прямо в первую четверть секунды — наблюдайте. Это и есть "видение".

Органы чувств непрерывно интерпретируют все объекты в сознании. Но когда чувства становятся легче и острее, не привлекая сознание к какому-то отдельному объекту, тогда это становится осознаванием. Когда развивается такое сознание, качество "виденья" проявляется естественно. Сознание есть вид смотрения тогда как осознавание — это вид видения. Чем больше мы развиваем осознавание, тем легче и более восприимчивым становится его качество. Чем более мы развиваем чувство-сознание, тем темнее и более подавленным становится наше осознавание. В своей жизни мы часто переживаем большое количество напряжения, вины и горя; мир может казаться ужасным, работа тупой, а семейные проблемы и экономическое давление трудным для нас. Но когда мы развили способность видеть, всякая ситуация становится весьма интересной и стоящей того, чтобы над ней поработать. Переживание становится более гибким, и мы можем открыть для себя наши мысли и найти для себя в них много ценнейших качеств. Обычно наши мысли настолько тонки и быстры для нас, что мы не можем ухватить их, но когда мы входим в эту новую размерность, мы становимся более чувствительными к этому новому виду реальности — нам нет необходимости формулировать ее концептуально, поскольку мы можем знать её прямо. Вначале это воистину фантастическое открытие — прямо с данного момента осознавания достигать другого энергетического уровня другой вселенной. Мы можем обнаружить, что человеческий ум обладает потенциалом и огромными ресурсами, что ум — это наш лучший друг.

Переживая это для самих себя, мы можем удивляться, как мы могли быть когда-то такими несчастными и хаотичными. Но в отношении некоторых проблем и ситуаций мы можем все еще оставаться в пределах ограниченного видения, так что нам необходимо проработать это. Мы знаем, что есть другой способ смотреть, переживать, быть. Так зачем же продолжать искажать наше настоящее переживание, если мы замечаем контраст между нашим старым способом переживания и этим новым открытым путем? Мы видим, как мы заблуждались и как вводили себя в смущение. Когда мы развиваем осознавание, мы учимся отпускать наши обычные пути обращения и обхождения с ситуациями. Мы видим, как старые привычки начинают захватывать нас, и тотчас останавливаем их. Всякий опыт становится новым, даже если на физическом уровне наша ситуация могла и не измениться.

Вопрос: Осознавание и видение — это одно и то же?

Ринпоче: Да. В конечном итоге, когда разовьется наше понимание, все отвечает совершенному образцу. "Смотреть" и "видеть", однако, разные вещи, "осознавать" и "осознавать что-либо" — также различны, "Осознавать что-либо" — значит быть на страже, наблюдать за мыслями и пи объектами ощущения. Совершенное же осознавание не имеет содержания. Оно ни с чем не входит в соприкосновение — это просто полностью осознавать.

Вопрос: Является ли визуализация частью памяти?

Ринпоче: На относительном уровне время существует. На более высоком уровне времени нет. Осознавание это целое, подобное шару — внешнее и внутреннее, прошлое, настоящее и будущее — одно и то же. Так что визуализация — это не воспоминания, но иногда мы можем принимать их за таковые или так их интерпретировать.

Вопрос: Я не уверен, что понимаю разницу между вызыванием образа, обращением к памяти и просто "видением". Это все кажется мне одним.

Ринпоче: Один вид видения базируется на прошлом опыте — восприятиях, образах и воспоминаниях. Другой вид виденья не имеет особой формы, но и тогда образы из памяти могут вмешиваться. Когда бы мы ни подумали о чем-либо, мы немедленно создаем образ мысли. Мысль и образ существуют одновременно — подобно матери, вынашивающей ребенка. Все мы связаны нашими воспоминаниями, так что "видение" может включать много специфических образов, основывающихся на нашем прошлом опыте. В общем случае образы затемняют прямое переживание, задерживают спонтанный поток мысли и отнимают положительную энергию из медитативных состояний. Но мы можем и трансмутировать их форму, так что ее больше не останется. Образы становятся чистым знанием, чистым видением, чистым осознаванием. Однако, мы можем "видеть" и без всяких образов так, что наша способность смотреть преобразуется в осознавание. Так мы проникаем в природу экзистенций — мы выходим за время, реализуя понимание, что прошлое, настоящее и будущее являются одним. Если мы поняли это, то можем понять, как действует ум.

Вопрос: Визуализируя образ, я испытываю сильный запах цветущих яблонь моего детства. Интересно, не включает ли визуализация также и чувство, осязание, вкус и запах?

Ринпоче: Да, все. И все же я думаю, что, вероятно, вы затрагиваете только поверхностные аспекты без ясного схватывания основного. Пусть запах остается, но вы можете увидеть также и окружение: сад и деревья, контур ландшафта, что вы делали во время прогулки, утром или вечером; могут всплыть воспоминания, которые, вы думали, уже забыты.

Вопрос: Однажды я попытался визуализировать цветок, мне трудно было увидеть его. Тогда я подумал, что если я зажгу спичку, я, возможно, смогу увидеть его.

Ринпоче: Но "видение", о котором мы говорим, — не обязательно физическое зрение. "Видение" — это то, что немедленно приходит к вам, когда вы убираете рациональный ум и остаетесь раскованными и уравновешенными. Что-то необычное. Это и есть путь к тому, чтобы начать "видеть".

Вопрос: Может ли это быть осознаванием звуков или других вещей вокруг нас?

Ринпоче: Да, но осознавание не обязательно ограничивается объектами восприятия. Различие состоит в том, что когда мы "осознаем" видимое или слышимое, предметы зрения и слуха, мы все еще зависимы от объекта вследствие связи с ним. Это осознавание имеет тонкую энергию хватания, которая поддерживает осознаваемый нами объект и тем самым привязывает нас к нему. Мы постоянно теряем энергию в этом процессе. Однако когда мы осознаем не какую-то вещь, когда мы просто полностью сознательны, наша энергия и наше знание свободны и интегрированы.

Когда качество визуализаций становится очень редактированным, происходит "видение", хотя мы вовсе не обязательно увидим образы. Видение есть переживание, а не его интерпретация. Если "видение" становится частью нашей жизни, мы продолжаем видеть мир вокруг нас, но мы более не привязаны к тем формам и образам, которые видны. Хотя это может оказаться для вас сейчас не слишком ясным, когда-нибудь вы поймете — переживание скажет само за себя.

Вопрос: Иногда кажется, что осознавание прекратилось и стало очень спокойным…

Ринпоче: Правильно. Это качество переживания. Также иногда вы можете почувствовать это качество переживания, когда вы очень сердиты или взволнованы, так как в эти моменты ум очень бдителен и все, на что вы смотрите, особенно ярко. В моменты, когда ваше осознавание однонаправленно, отрицательные силы не могут вытащить вас из центра. Осознавание имеет качество целостности… Никто не может разделить его. Оно имеет совершенное качество сияния, подобно алмазу. Один из видов упражнения по увеличению и очищению осознавания в медитации — это возбудить гнев, не будучи внутренне пойманным им. Некоторые сострадательные божества могут принимать ужасные формы, но их внутреннее отношение всегда преисполнено мира. Чувство может быть чрезвычайно интенсивно, но без агонии и дискомфорта, без боли и отделенности, без разрушительности и связанного с ней запустения. Эта гибкость важна, но выполнение этой политики продолжительное время ведет к трудностям в сохранении равновесия, так что лучше не делать эти упражнения слишком часто и слишком долго.

Каждый момент на протяжении дня несет в себе эмоцию, с которой можно работать, и всякая ситуация очень полезна для обновления и перезарядки вашей энергии. Это не означает, что нужно напоминать себе осознавать — осознавание уже там. Вам не обязательно говорить себе об этом, так как, делая это, вы утрачиваете осознавание. Очень трудно быть все время внимательным, но даже когда вы несколько возбудитесь, вы всегда можете начать снова в следующий момент. Сам момент есть осознавание.

Важно попытаться быть осознающим и гибким в каждой ситуации вашей повседневной жизни. Вы можете решить, что следует уединиться, а затем практиковать, но учения не зарезервированы, не приучены к какому-либо определенному времени. Нужно практиковать все время — полезен всякий аспект опыта и нет никаких периодов, когда, как вы чувствуете, можно отложить это на некоторое время. Сама жизнь — это живая практика.

Вопрос: Когда вы говорите, что каждая мысль драгоценна, вы имеете в виду, что нам не следует дифференцировать мысли на хорошие, плохие, безразличные?

Ринпоче: Правильно. Ценно всё наше переживание. Мы уже рождены в своей истинной природе. Всякая отдельная мысль несет послание, силу, знание. Поэтому каждый отдельный аспект нашего опыта драгоценен, нет ничего, что следовало бы отбросить.

Ум продуцирует вид движения, когда мысли и образы постоянно двигаются через него, а это движение порождает определенную энергию. Мы можем также сказать, что на самом деле ум приводит себя в действие, это — самоподдерживающее течение. Далее ум не является твердым. Он так же и не просто собрание перцепции или самоотождествления, а развивающийся процесс — нет ничего, наблюдающего с заднего плана, направляющего послание ума; ум действует, не имея какого-либо основания, фундамента или субстанции. Нет ничего реального в себе, человеческий ум может показаться почти магическим в своей работе.

Подобным же образом действует визуализация. Возникает образ, и мы думаем, что должно быть нечто вызывавшее его появление, но ничего нет. Это магическое качество ума. Когда мы увидели эту силу ума и познакомились с ней, тогда мы можем направить ее и использовать для более высоких целей. Например, когда мы пользуемся водой реки, она может быть весьма полезной в производстве электричества, но река сама по себе не имеет особой ценности, пока она не запружена, не "запряжена". Когда мы неправильно используем ум, мы допускаем утечку энергии. Но когда мы используем его правильно, ум открывает нам значительно большие ресурсы, чем мы могли бы себе вообразить. Существует огромный потенциал человеческого ума, но поскольку умы наши весьма не дисциплинированы, обычно мы можем иметь дело только с одной идеей или образом в одно время. Визуализация может быть очень полезной для направления энергии и силы, необходимых для испытания, усиления и развития ума.

Лучшие визуализации развиваются естественно. Если визуализированный процесс начинает работать по-настоящему, могут произойти различные естественные феномены. Некоторые практики могут привести к очень мощным эффектам, а некоторые из них, будучи усиленными, могут стать опасными, как физически, так и ментально, если мы не понимаем, что мы делаем. Когда эти энергии не используются конструктивно, они либо застаиваются, либо тратятся впустую — даже хуже, они могут причинить вред. Так что важно с такими энергиями работать осторожно и так их интегрировать, чтобы они на самом деле могли питать нас.

Ментальная энергия, направляемая путем визуализации, очень действенна и иногда может оказаться очень пугающей. Некоторые неприятные формы могут возникнуть перед нами — но эти формы не для того, чтобы ужасать нас, а лишь учить тому, что состояния, которые они выражают, составляют часть природы наших умов и что эти состояния при правильном использовании могут продуцировать положительную энергию ума. Визуализация учит использовать весь ум.

Когда мы узнаем, как использовать визуализацию, сама визуализация будет учить нас, как двигаться дальше. Объяснения на концептуальном уровне больше не обязательны, так как цель, ценность и значение обнаруживает себя как в системе автоматической обратной связи. Визуализация работает естественно, без ввода новой информации. Уму не нужно говорить, как медитировать или визуализировать, он уже сам делает это в совершенстве.

Как только мы пришли в соприкосновение с медитативным осознаванием, наши вопросы растворяются, так как и вопросы, и ответы на них пребывают внутри медитации.

Медитативное осознавание имеет три начальных качества. Первое — спокойствие и умиротворённость, второе — открытость и третье — гармония. Практикуя медитацию, мы естественным путем ускоряемся, освобождаемся от напряжения и чувствуем себя удобно, обнаруживая, что медитация несет радость и утешение.

Когда мы устанавливаем основной фундамент релаксации появляются такие качества, как открытость и принятие, свободное от забот, сомнений и суждения. Нас не слишком занимает "медитация" и "медитирующий", "верная" и "неверная" процедуры, В этом естественном состоянии медитации не остается вопросов.

Если мы освобождаемся от привязанностей и перестаем хвататься за что бы то ни было, мы переживаем чувство ясности, гармонии и полноты — пробуждённое ощущение, прекрасное само по себе. В такое время мы можем очень ясно видеть свои мысли и эмоции и не смущаться ими, не беспокоиться о них.

Переживая эти три качества медитации, мы видим, как они влияют на каждую мысль, слово и действие в нашей повседневной жизни, у нас есть "пробудившееся" чувство радости, ясности и совершенства в виде истинного видения. По мере переживания медитации осознавание растет и на самом деле становится частью нас.

В чистом осознавании наша медитация подобна открытому небу, подобна пустому пространству. Нет ни объекта, ни субъекта. Когда мы сосредоточиваемся на отдельных объектах, мы относимся к пространству двойственно: мы смотрим на объекты через ментальные шаблоны, развитые нами, чтобы судить и отличать нашу версию реальности. Эти ментальные паттерны устанавливают разнообразие субъектно-объектных отношений. Тогда приходит страстная жажда, желание удержать и тревога, которые дают рождение эго. Чистое осознавание существует в самый первый момент, прежде чем возникают эти печальные паттерны. Например, когда мы просыпаемся утром, наше зрение, слух, осязание воспринимают наше окружение очень остро, свежо, но затем мы творим "ощутительные выдумки", подобно детскому творчеству — сказкам. Наше осознавание спрашивает: "Кому принадлежат эти органы чувств?" И неожиданно приходит мысль: "Кто, принадлежит к этому "Я"? Кто видит, слышит и осязает?" Мы не знаем, что это всё — часть естественного, интегрального процесса. Вместо этого мы вмешиваемся и заявляем: "Я вижу, я ощущаю, я чувствую" — и начинается субъективное концептуирование, ибо этот "принадлежащий" всегда нуждается в ком-то или чём-то, к чему привязаться или на что опереться.

Это самое начало эго. Оно начинается с установления "Я" или "Себя", который не осознает своего изначального состояния свободы от самости, так что вместе с эго приходит отделённость и зависимость. Вот так в теории развивается эго. Практически происходит то, что каждый прошедший момент постоянно усиливается в настоящем так, что эго развивает очень сильные привычные эмбрионы-шаблоны и продолжает делить и разделять переживание, пока не разовьет особый взгляд на мир. Затем наши восприятия с помощью органов чувств приспосабливаются к этому взгляду так, что когда мы смотрим, в действительности мы уже "не видим". У нас возникают трудности [с тем, чтобы] вернуться назад к чистому осознаванию, поскольку мы уже управляемы нашими идеями, а идеи порождают отделенность. Другими словами: "Кто делает?" Делатель — это "Я". Эта самость в действительности — часть осознавания, так как она проявляется изнутри осознавания. Но мы больше не видим связи, так что наши интерпретации и понятия порождают плотный ограниченный ум.

Нелегко выйти за пределы концептуализации и действительно испытать не дискурсивное (т. е. понятийный, логический — прим. ред.) состояние. Ум и сознание всегда общается, относится ко "мне" — к субъективной точке зрения. Когда мы медитируем, то чувствуем, что инструкции приходят ко "мне", потому что я — "медитирующий", или потому что "Я" как субъект нахожусь внутри медитации. Нам трудно принять тот факт, что способ медитирования" — это просто жизнь в настоящем, а не озабоченность воспоминаниями о прошлом и ожиданиями будущего. Но нам следует быть осторожными и не цепляться за настоящее, нам нужно отпустить всякую позицию, даже позицию настоящего.

Куда бы мы ни шли, что бы мы ни делали, если мы перестаём хвататься за переживание, то сможем развить наше осознавание и отпереть огромное хранилище знаний, которые спонтанно поведут нас дальше. Когда мы уже больше не держимся, то можем выйти за пределы эго и таким образом пережить осознавание. Медитативное сознание не занимает позиции, не имеет принадлежности к чему-либо или к кому-либо — ни к уму, ни к сознанию. У осознавания нет ни концепций, ни инструкций. Оно не фокусируется ни на каком отдельном объекте, осознавании мы освобождаемся даже от "идеи медитации".

В своей медитации нам нравится чувствовать, что мы делаем нечто существенное, испытываем особое переживание, такое как красота, радость или умиротворёние. Эта привязанность к переживанию связывает нас с нашим обычным сознанием. Поэтому нам нужно избавиться от такого цепляния — коллекционирования переживаний и комментариев к ним. Следует отрезать эти очень тонкие уровни привязанности и выйти за пределы любой занимаемой нами позиции: за сферу ощущений, за концепции, за медитацию.

Пока мы не разовьем не привязанности, то всегда будем вынуждены бороться с нашими понятиями, сомнениями и эмоциями, с вопросами, медитируем ли мы правильно, осуществляем ли мы прогресс, достигаем ли просветления. И все же просветление никогда не наступает, потому что мы держимся за наши желания так упорно, что наше осознавание не свободно.

Итак, первое — важно проникнуться нашей концентрацией и настолько, насколько мы можем отпустить нашу даже самую тонкую ментальную привязанность. Когда мы переживаем осознавание и не мешаем раскрыться естественным энергиям ума и тела, тогда могут возникать мысли, но они — часть осознавания, так что если мы не хватаемся за них, они вспыхивают, подобно искрам, по мере прохождения, мы утрачиваем равновесие и осознавание, только когда очаровываемся этими мыслями и держимся за них. Всякий раз, как мы тянемся, чтобы достичь мысли, мы еще дальше отодвигаемся от осознавания. Это похоже на хождение по ветви дерева с целью дотянуться до облаков — тогда мы отходим слишком далеко, теряем равновесие и падаем.

Так вот, когда бы ни возникла какая-либо мысль или ощущение, мы можем просто не мешать им пройти, можем отпустить медитирующего, медитирование и любую возникшую в медитации "вещь". По мере того, как мы позволяем спокойно течь положительным энергиям этого естественного состояния ума, наши телесные энергии тоже начинают свободно двигаться. В этот момент легко медитировать, потому что нечего практиковать, нечего делать, нечего свершать, есть просто полнота бытия. Наше переживание, таким образом, — это наша медитация, а медитация — наше переживание. В осознавании мы можем пережить другую область, другой вид мира. Это начало развития наших "психических" потенциалов, которые суть естественная часть нашего существа. Когда мы достигаем некоторой открытости, то у нас появляются необычные переживания, которые могут испугать нас, если мы не знаем, как иметь с ними дело или как пройти за их пределы; есть возможность очень быстро развить потенциал для этих переживаний, особенно если мы правильно входим в соприкосновение с определенными энергиями. Итак, важно действовать с большой осторожностью и оставаться осознающими и уравновешенными, иначе можно оказаться пойманными этими феноменами или развиваться в нездоровом направлении.

В такие моменты особенно важно иметь рядом учителя или верного друга, пережившего или переживающего эти уровни, который может познакомить вас со своим путем. Есть определенные инструкции в традиционной литературе, которые могут быть полезны, но у каждого индивидуума различные переживания и поэтому инструкции будут разными для каждого человека. Так что нам нужно быть осторожными, иначе наша фантазия может смутить и сбить с толку. Ведь если мы хотим "летать", то хороший учитель покажет нам карту и мы приземлимся в подходящем месте.

Иногда, даже когда наша медитация идет хорошо, мы можем начать беспокоиться в связи с тем, что нет каких-либо "мистических" или "психических" переживаний и мы не продвигаемся. Не следует тревожиться относительно видения цвета или образов, или относительно того, можем ли мы совершать полеты астрально через всю вселенную, так как эти переживания не очень важны и в действительности могут принести нам озабоченность.

Переживания, оказывающиеся за пределами нашего обычного постижения, изумительно прекрасны. Они могут быть испытаны естественным образом некоторыми хорошо подготовленными медитирующими и даже нами, но они вовсе не обязательно будут указывать на то, что мы "продвинуты" или "духовно развиты". Эти переживания всецело зависят от качества нашего сознания. Даже когда они случаются естественно, если мы остаемся привязанными к таким переживаниям, они могут оказаться задержкой истинному прогрессу. Мы можем не захотеть идти дальше, возможно даже не будем знать, что можем это сделать.

Действительный критерий нашей силы и продвижения — это наша способность преобразовывать препятствия и эмоции в положительные переживания. Когда наша повседневная жизнь становится более уравновешенной и отрицательные эмоции теряют свою силу, не причиняя нам горя, тогда польза и прямые результаты медитации начинают действовать на очень тонких уровнях. Если мы относительно легко справляемся со своими проблемами, можем уравновесить свои эмоции и трансформировать что бы то ни было негативное в положительное и радостное, то тогда мы действительно получаем результаты от своей медитации.

Основная идея состоит в том, что наша медитация — во всем. Мы можем обнаружить некоторую красоту даже в своих отрицательных эмоциях, маниях или концепциях — внутренняя красота улыбается нам и воспринимается нами. А кто это "мы"? Само осознавание. Прежде мы не видели или не замечали, что теперь обнаруживаем, что осознавание уже здесь. В момент каждого осознавания наша политика, наша жизнь и работа становятся и входят в это качество открытости. Мы более не воспринимаем проблемы в своей жизни и медитации как непреодолимое препятствие, и знай мы это раньше, то не нужно бы было так долго бороться.

Как только мы соприкоснулись с медитативным осознаванием, многие вопросы растворились, так как и вопросы, и ответы на них — внутри медитации; например, если мы не бывали в каком-либо особом месте, то у нас относительно него имеется много вопросов, но если мы его посетили, то наш опыт становится ответом на наши вопросы.

Даже несмотря на то, что время от времени мы оказываемся неспособными удерживать контакт с медитативным осознаванием, мы никак его не потеряем, поскольку всегда можем снова пробудить наше осознавание, отпуская "субъект" и "объект" и входя в нашу внутреннюю тишину. Там естественно развивается более глубокий уровень осознавания. Когда мы испытываем эти учения на себе так, что понимаем их изнутри себя, когда мы практикуем серьезно и преданно, тогда осознание доступно нам.

Чем больше мы развиваем это осознавание, тем более живым и освежающим оно становится для нас. Мысли больше не отвлекают нас, и мы можем оставаться открытыми, ясными и уравновешенными. Это качество открытости, проницательности подобно солнечному свету, сияющему во всех направлениях. Когда мы не занимаем какой-либо позиции, дверь к просветлению полностью открыта и мы совершенно естественно являем собой то, что именуется "универсальным умом", бесконечностью и истинным пониманием.

Так что если вы даже немного поймёте, продолжайте, не останавливайтесь и тогда, почувствуете, что ваша ноша становится легче, а вы — увереннее, искреннее. И тогда вы сами становитесь учением, потому что вся вселенная — это осознавание вашего собственного ума.

Когда мы приобретём медитативное осознование, то знаем, как войти в контакт с каждым переживанием, а поэтому мы не втягиваемся и не оказываемся пойманными ожиданиями, разочарованиями или обещаниями.

В абсолютной перспективе есть лишь чистое осознавание. Само осознавание не имеет каких-либо неясностей, так что оно принимает все привычки, все переживания. Как только "переживания" пройдут фильтры органов чувств и начинают накапливаться привычки восприятия, тотчас все образы, воспоминания и рефлексии формируют то, что мы называем "сознанием". Это не означает, что вступает в бытие субстанциональное, оригинально специфическое сознание. Мы думаем, что имеет место сознание, однако это лишь набор паттернов, накапливающихся подобно пыли; это накопление есть то, что мы называем "Я". Если бы можно было внести все эти привычные шаблоны так, чтобы пространство ума стало пустым, мы не смогли бы найти никакого сознания вообще. В "конце" сознания само сознание более не функционирует. Оно трансцендентировано. Остается только осознавание — настоящее осознавание, которое имеется налицо в наших телах, в нашей энергии.

Вопрос: Как мне узнать, что я осознаю? Скажут ли мне мои чувства?

Ринпоче: Нет. Чувства внутри сознания. Есть осознавание внутри сознания — осознавание некоторой вещи, и есть осознавание за пределами сознания. Когда мы осознаем что-то — это внутри сознания, мы сознательно осознаем существование деревьев и т. д. Мы абстрактно организуем наше переживание в определенные паттерны посредством слов и понятий, образов и идей, но мистическое или более высокое медитативное состояние осознавания не существует в пределах сознания. Оно выходит за пределы понимания органов чувств, за символы, понятия, идеи. Без этого более глубокого осознавания мы всё ещё в тисках наших привычек и действий, даже несмотря на то. что в наших медитациях мы можем переживать довольно легкие положительные чувства.

Вопрос: Я весьма озадачен относительно медитации, сосредоточенной на чём-то, как в случае визуализации или инструкции учителя медитировать определенным образом.

Ринпоче: Визуализация — один из путей медитации, очень полезна вначале. Однако продвинувшиеся на другой уровень медитирующие понимают, что никто ничего не делает. Это то, что подчеркивается в наставлениях и когда мы реализуем такое понимание, то нет нужды в инструкциях, потому что мы уже "там".

Вопрос: Какова связь между "концентрацией", "сознанием" и "осознаванием"?

Ринпоче: Когда мы концентрируемся, мы можем быть сознательными, но не осознанием. Сознание без осознавания подобно молоку без сливок или апельсину без сока.

Вопрос: Можно ли иметь осознавание без концентрации?

Ринпоче: Да. Это то, что мы пытаемся развить. Первое — мы концентрируемся, второе — мы осознаем сознательно и третье — наше медитативное осознавание развивается пока, в конце концов, осознавание не становится неограниченным. Важно разбить наши концептуальные строительные блоки, так как концентрация некоторым образом воздвигает стену вокруг медитации. Нечто ощущаемое и субстанциональное — то, с чем мы можем ассоциировать. Прямое осознавание пытается проникнуть сквозь эту оболочку.

Вопрос: Как это — оставить сознание и тем не менее опять иметь сознание?

Ринпоче: Нам нужно отпустить любую позицию, любое качество концентрации, к которому привязываемся. Мы ограничиваем осознавание, прячась в свои мысли. Опасность состоит в том, что все эти образы и спонтанные мысли в медитации становятся настолько очаровывающими, что нам не хочется их оставлять, в результате мы просто остаемся внутри их, считая, что мы могущественны, что всё под нашим контролем — наш ум, наши мысли, наши медитации. Определенные визуализации и мантры помогают построить мост между сознанием и осознаванием, чем способствуют тому, чтобы оставить этот вид сознательной медитации. Подобным же образом, совершая положительные действия, мы можем очистить своё тело, речь и сердце.

Вопрос: Может ли концентрация быть путем построения нашего сознания?

Ринпоче: Да, постепенно, но это занимает очень много времени — создать устойчивую концентрацию и развитие сильной концентрации вовсе не означает, что мы также развиваем и осознавание.

Вопрос: Как узнать, что мы медитируем правильно?

Ринпоче: Более низкий уровень медитации всегда правильно включает дуалистичное "Я", осознающее некоторую "вещь", тогда как более высокий уровень медитации находится за осознанием. Различие имеет место между осознаванием объекта — категориальной перцепцией и просто осознаванием — подлинным осознаванием. Сознание собирает ментальные впечатления, тогда как осознавание — нет. Когда мы все время в медитации осознаем мысли, образы и объекты, то привязаны к ощущаемым категориальным перцепциям сознания. А поскольку мы внутри сознания, то переживаем различные физические ощущения, эмоции, интерпретации: высокие, низкие, счастливые, несчастливые, уравновешенные, неуравновешенные.

Медитируя, мы часто ощущаем, что у нас меньше остается эмоциональных сдвигов, искажений и беспокойств. Но это не означает, что мы вышли за пределы обычного уровня, так как прошлые отрицательные привычки всё ещё остаются. Наблюдая свои мысли, исследуя чувства и концентрируясь на очищении наших перцепций, мы лишь используем временные инструменты, которые могли сделать нас счастливыми и радостными. Но если мы хотим развить медитативное осознавание, то следует выйти за пределы "ощутительного" или интеллектуального осознавания, которое сосредоточивается на объектах. Другими словами, нам нужно выйти за пределы сознания.

Вопрос: Как вы выходите за пределы сознания?

Ринпоче: Прямое осознавание! Однако оказывается, что, медитируя, мы все время хотим что-то делать, коснуться чего-либо субстанционального. Мы всегда хотим достичь результатов, иначе чувствуем, что переживание наше мало чего стоит. Можно медитировать четыре или пять лет кряду и не найти ничего ощутимого и наша медитация может оказаться темной, тупой и наводящей скуку. И тогда можно разочароваться и прекратить медитацию. Так что это трудная ситуация: то, что ищем — мы оставляем.

Вопрос: Вы имеете в виду, что познаваемое нами в медитации может привести к тому, что мы бросим свою практику?

Ринпоче: Что мы оставляем — так это наши ожидания. Это может расстроить нас, так как мы обычно чувствуем, что если нельзя завладеть чем-либо, то этому "чему-либо" нечего делать со "мной".

Вопрос: Тогда какая же польза от медитации, если этому нет дела до меня?

Ринпоче: Пользу нельзя ощутить, потрогать. Она состоит в том, чтобы не занимать позиции и выйти за пределы эго настолько, насколько возможно. Осознавание — не некая ощущаемая "вещь", эту "не вещь" нельзя ни удержать, ни указать на нее. Даже "ничего" — ничего не значит. Осознавание не имеет рук. Если мы говорим о нем, то это только шум. Когда мы понимаем это более глубоко, то можем неожиданно прийти к мысли: "Что я делаю? Нет явной ценности быть здесь". Но это — нездоровое отношение.

Вопрос: А вы так чувствуете?

Ринпоче: Я упоминаю об этом, потому что люди часто спрашивают: "Были ли у вас какие-либо переживания?" Мы верим, что иметь переживания — это очень важно, так что мы непрерывно судим о медитации и изводим себя в плане: имеются или нет "переживания". Это может стать страстью. Мы хотим чувствовать приятное, спокойное, умиротворенное и быть уравновешенными. Некоторые чувствуют, что важно иметь видения, выходить в другие пространства или общаться с невидимыми духами.

Вопрос: Это намного приятнее, чем, скажем, быть в депрессии.

Ринпоче: Правильно. Но когда мы входим более глубоко в медитацию, этих чувств больше не оказывается. Чем больше мы переживаем более высокие уровни, тем больше мы становимся осознаванием, переживание не сбивает нас. Мы не станем тащить его к себе и не оттолкнем его прочь.

Вопрос: Это звучит так, как если бы вы сказали, что человек, ставший просветлённым, оказался разочарованным.

Ринпоче: Я думаю так. Мы разочаровываемся, потому что наши ожидания не исполняются. Мы создаем невероятные фантазии — все то, что можем себе представить или на что надеяться, но чем больше мы развиваем более высокое осознавание, тем больше понимаем, что эти допущения, мечты и фантазии просто не существуют.

Разве не странно отбросить свои наиболее заветные иллюзии? Мы могли медитировать один или два часа ежедневно в течение шести или семи лет и думать, что достигаем чего-то, но теперь мы понимаем, что и добиваться-то нечего.

Вы могли бы спросить: "Зачем же беспокоиться относительно медитации? Если медитация не приносит пользы ни моим чувствам, ни восприятиям, ни телесным и ментальным состояниям, тогда что же в ней хорошего?"

Вопрос: Так на что она годится?

Ринпоче: Она может помочь вам быть радостным и свободным от всякого стресса. Она может помочь уравновесить ваши тело и ум. Но как свидетельствуют более глубокие переживания, мы видим, что этот более высокий вид медитации просто есть, он не имеет в себе цели.

Вопрос: Так зачем бы учите медитации?

Ринпоче: Цель обучения — показать людям разочарование. Люди нуждаются в разочаровании. Если мы чего-то ожидаем, в этом всегда есть разочарование.

Вопрос: Я ожидаю разочарование? Да зачем оно мне нужно?

Ринпоче: Это единственный путь для того, чтобы проснуться. Как только накопится достаточно разочарований, вы пробуждаетесь.

Вопрос: Я должен бы быть очень пробуждённым.

Другой слушатель: Это похоже на то, как если бы жизнь, переполненная любовными делами, должна была бы быть легче, чем медитация.

Третий слушатель: Жизнь обеспечивает нас значительным количеством разочарования.

Ринпоче: Согласен. Действительно, хороший медитирующий всегда учится и всегда работает с разочарованием. Он знает, как иметь дело с миром и с каким бы то ни было переживанием, которое сложится в жизни. Это — реальный процесс обучения. Действительное вглядывание в свою жизнь есть умный путь медитирования, иначе мы просто проживаем свою жизнь, не извлекая пользы из нашего духовного понимания.

Так что я утверждаю, что медитация возвращает нас назад к жизни. Мы можем сопротивляться, но если нам предопределено пройти через препятствия, а не пытаться избежать их, то мы можем испытать все: виденье, слышанье, осязание, ощутить вкус, запах и оставаться осознающим, исполнить танец с каждой ситуацией, а не пытаться прятаться от нее. Обладая медитативным осознаванием, мы знаем, как войти в соприкосновение с каждой ситуацией прямо и, следовательно, мы не оказываемся втянутыми и пойманными ожиданиями, разочарованиями или утраченными иллюзиями. Когда мы живем именно так, то можем увидеть жизнь, наполненную смыслом и ценностями.

И все же обычно мы ощущаем, что тупость и беспокойство отрицательны, тогда как счастье и ободрение — положительны. Мы всегда занимаем определенную позицию. Однако осознавание — это состояние, которое не является ни счастьем, ни печалью, оно ни положительно, ни отрицательно. Осознавание не занимает никакой позиции, кроме равновесия. Например, можно научиться очень быстро двигаться между разного рода эмоциональными состояниями. В течение двух минут можно сердиться и две минуты оставаться умиротворенными. Две минуты пребывать в депрессии, а две — в радости, смещаясь туда и обратно много раз, от отрицательного к положительному и от положительного к отрицательному. Постепенно можно развить такую гибкость, что мы легко сможем занимать любую позицию. Теперь у нас есть выбор.

Вопрос: Кто имеет выбор?

Ринпоче: Ум имеет выбор. Если мы сердиты, подавлены или в каком-то другом состоянии и можем резко изменить это состояние, то неожиданно для себя открываем гибкость и равновесие. Обычно мы просто выражаем эмоции и оказываемся загнанными в одну эмоцию, драму или отношение. И нам требуется затем длительное время, чтобы успокоиться, проанализировать или продумать, переварить ситуацию и трансформировать ее в нечто более приемлемое. Но осознавание остро. Оно подобно электрическому заряду. Мы можем немедленно изменить ситуацию.

Вопрос: Значит, вы утверждаете, что когда приходит ситуация, то вместо того, чтобы просто реагировать на нее, нам следует экспериментировать с ней? Если нам что-либо говорят, мы можем радоваться или сердиться на это? Мы можем экспериментировать?

Ринпоче: Верно. Экспериментируйте со своими мыслями и реакциями. Вы обнаружите, что один раз это делает вас счастливыми, другой раз расстраивает. Вы можете привязаться к определенному образу себя или не желать честно узнать о себе правду. Вы можете посчитать, что для вас неудобно быстро двигаться из одного состояния в другое. Вероятно, вам трудно стать спокойным, а затем, когда вы наконец успокоились, обнаруживаете, что очень трудно стать сердитым, а затем трудно стать спокойным. Так что иногда необходимо даже быть упрямым, чтобы преодолеть своё сопротивление. Внимательно обследуйте того, кто задерживается и где находятся корни задержки. Потренируйтесь в движениях туда и обратно как можно быстрее, исследуя противную сторону.

Вопрос: Но что происходит с процессом принятия решений? Что мне делать со своей жизнью? Какое действие в ситуации лучшее?

Ринпоче: Доверьтесь своему осознаванию, а ваши ум и тело позаботятся о себе сами.

Вопрос: Вы имеете в виду, что не важно что делать или какой вид работы вовлекаться?

Ринпоче: Вы не можете сбиться с пути или потерпеть какой-то урон, потому что осознавание подобно солнцу, которое всегда дает свет и никогда — темноту. Почему столь важно подчеркнуть осознавание? Потому что оно не собирает эмоции или помрачения, не накапливает привычные шаблоны, не творит страдание. Осознавание подобно лотосу — оно корнями в грязи, а сам цветок всегда чист. Так, насколько возможно, каждодневно приумножайте осознавание.

Чтобы развить осознавание, первое — вы должны знать, как должным образом медитировать. Второе — вы должны знать, как войти в медитацию. И третье — в более продвинутом обучении, как оставить медитацию. Если я говорю: "Оставить медитацию!", — то подразумеваю, что у вас может быть концептуальная идея о медитации. Именно это вам нужно оставить. Я не говорю, что вам не следует медитировать. Вам нужно оставить концептуальную идею медитации, но продолжать оставаться осознающим. Прежде вы могли медитировать 30 минут или час — утром и вечером, но теперь вам нужно медитировать все время.

Вопрос: Вы говорите, что нам следует, возможно, оставить другую медитативную практику?

Ринпоче: Да. Каждый раз, когда вы отождествляетесь с "вашей" медитацией. Если у вас есть чувства, определения, идеи или понятия относительно медитации, то вам следует оставить их. У медитации нет структуры, она не "ваша". Другими словами, когда вы развиваете осознавание, то более не остается какого либо "Я". Вы понимаете? Ваше осознавание разъединяет ваше эго.

Это вызов. Вам не следует делать какого-то сверхусилия. Просто оставайтесь полностью уравновешенным умственно и телесно и одновременно держите открытым своё осознавание. Медитация не принадлежит нашей голове. Медитация — это не идея. Головы лишь создают идеи, больше ничего. На уровне осознавания себя идеи не имеют ценности, так как вы находитесь внутри мысли, вы становитесь осознаванием, вы продолжаете быть целиком осознающим, но вовсе не обязательно даже осознавать это. Поэтому садитесь и медитируйте — это чудесно, но вы должны оставить понятие и определение своей медитации. После того, как вы оставите это, расширьте, что бы там ни осталось, не удерживая его. Это осознавание. Сохраняйте его живым, ежедневно практикуя умно и тщательно. Когда осознавание увеличится, то ничто уже вас не ограничит, даже медитация. Таким образом, вы можете полностью открыться и уравновеситься.

Трудно найти квалифицированного учителя, и столь же трудно принять ответственность за то, чтобы быть хорошим учеником.

Это означает не просто старательно работать, но и быть также восприимчивым, открытым и преданным учителю.

На Западе огромная жажда и уважение к знанию, но оно трактуется обычно односторонне, только как образованность — накопление информации, которая, по существу, игнорирует понимание, приходящее из прямого переживания. Важность передачи знания, взаимосвязи учителя и ученика в динамическом процессе, в сущности, опускаются. Часто оказывается, что к обучению люди относятся как к чему-то механическому: внеся определенную плату, они надеются получить одну или две умных точки зрения или некоторую полезную "технику". Традиционное отношение учитель — ученик, базирующееся на обучении и соучастии, искренней преданности и благодарности, имеет здесь немного сторонников. Студенты получают информацию от учителей, которые успешно прошли через такой же процесс сбора и лишь ответственность с обеих сторон влечет за собой обмен информацией. Редко имеет место какое-либо личное включение одной из сторон и часто оба — и ученик и учитель — забывают друг о друге, как только завершается курс.

Традиция передачи непосредственного опыта от учителя к ученику была утрачена здесь, на Западе, хотя это отношение существовало в некоторых европейских эзотерических традициях несколько столетий назад. Но когда рвется связь учителя и ученика, ее трудно восстановить и тяжело добиться передачи переживания. Хотя это и естественное состояние ума, наблюдаются лишь редкие случаи спонтанного контакта с таким осознаванием, и без подходящего гида трудно развить осознавание, необходимое для поддержания, освоения и введения такого опыта в нашу повседневную жизнь.

В последние годы в Америке практикуют учителя различных традиций, некоторые из них пустили уже корни. Определенно помог этому "революционный" дух страны — здесь живы и открытость, и принятие со стороны различных людей и всевозможных способов мышления. Но "традиция" часто воспринимается с недоверием, так что, хотя принесенное сюда восточными учителями знание и сохраняет определенное очарование, есть тенденция обходиться традиционными путями, то есть попытаться внедрить нововведение, используя западные системы, вместо традиционных восточных методов, которые порой воспринимаются как иррациональные и неэффективные.

Несмотря на бытующую всеобщую неприязнь к схоластике, мы все же более привыкли подходить к оценке многих вещей с ее позиции. И поэтому испытываем даже большее неудобство, соприкасаясь с теплотой традиционных отношений "учитель — ученик", которые зовут к более тесной связи во взаимодоверии и уверенности в себе, В Тибете есть особый вид оленя, который вырабатывает мускус, весьма ценный в изготовлении парфюмерии и лекарств. Охотники покрывают огромные расстояния, чтобы получить это вещество, совсем не заботясь о жизни оленя. Иногда, как оказывается, подобным же образом ученики ценят учителя только за то, что он дает им — они думают, что могут использовать его голову. Но такое отношение расстраивает процесс обучения, тогда как развитие здорового чувства взаимного уважения существенно как для учителя, так и для ученика. Это особенно важно для ученика, поскольку нет других способов достичь истинного понимания, кроме как через непосредственное переживание, а это — обучающий процесс и он нуждается в руководстве со стороны учителя.

Часто мы пытаемся собирать учения, подобно коллекционированию марок: мы думаем, что получив немного информации здесь и там — что-то из индуизма, суфизма, Кагью, Нингма, Дзэн, мы достигнем знания. Но простое накопление случайного ассортимента определений, понятий и техник может быть скорее вредным, чем полезным, фрагменты, взятые из контекста, часто теряют смысл и могут дать искажённое представление об этих учениях.

Учителя — это разные личности. Они применяют различный стиль и могут даже не соглашаться друг с другом на обычном уровне, но это всё правильно, это может быть даже ценным. Если бы не было потребности в таком разнообразии, осталось бы только одно учение и практики только одного вида. Но ученику не следует очаровываться этим многообразием и перебирать учителями. Главная забота ученика в том, чтобы культивировать положительное отношение с учителем и сохранять его до установления взаимопонимания. Так что оказывается важным прежде всего подумать весьма тщательно, что делает учителя хорошим, а затем поверить, что учитель, которого мы выбрали, есть тот, кому доверяем, за кем можем последовать, даже если путь станет более трудным, чем ожидали. Следование наставлениям учителя не означает слепого принятия всего того, что вам говорится. Но после того, как вы посвятили необходимое время тщательному выбору учителя, вдохновившего вас и вселившего веру и доверие, важно подчеркивать открытость к его руководству. Нам следует быть осторожными, чтобы не ограничиться предвзятостями относительно того, каким должен быть учитель. Внешние образы часто столь много для нас значат, мы хотим угодить своим органам чувств, или же мы хотим "хороших вибраций". Мы желаем, чтобы путь был приятным и легко проходимым. Но учитель, как и президент, не выбирается по его внешности.

Учитель, которому мы можем доверить руководство собой, должен в своем опыте реализовать учение, слитое с состраданием. Важно также, чтобы он понимал своих учеников и действительно хотел бы их учить и был бы свободен от эмоциональных и эгоистических мотиваций, ибо последние могут исказить отношения. Другими словами, он должен знать, что делает.

Учитель должен быть уравновешен, тогда он сможет научить этому своих учеников. Многие традиции имеют тенденцию выделять отдельные аспекты обучения более, чем другие. Часто учитель не может предложить законченной системы обучения — ударение может делаться на медитации без необходимого философского осмысления или же эрудированность может не сочетаться с достаточным практическим опытом, чтобы сложилось равновесие. Поэтому важно, одинаковое ли ударение делает учитель на теорию и практику.

Трудно найти квалифицированного учителя, и столь же трудно принять ответственность за то, чтобы быть хорошим учеником. Это означает не только напряженно работать, но и быть отзывчивым, открытым и преданным учителю. Такие качества не слишком поощряются в западной системе образования, поэтому их трудно поддерживать.

Когда мы впервые вступаем на духовный путь нас часто обуревает огромный энтузиазм, но нам недостает необходимой устойчивости и настойчивости проявить постоянство, если начальное очарование сходит на нет. Нас привлекла лампа учителя, но мы спасаемся бегством, когда тепло становится неудобным. Новизна отношений может некоторое время удержать нас, но спустя некоторое время наши преувеличенные ожидания не исполняются или же учитель предлагает нам делать то, что нам не нравится, или требует дисциплины, которая, как нам кажется, ограничивает нашу свободу. Так что мы можем сказать себе, что получили достаточно из учения и отказаться — часто, чтобы искать нового "лучшего" учителя.

Но если мы оставляем одного учителя вследствие трудностей, возникающих в наших с ним отношениях, то это редко помогает перейти к кому-нибудь другому, так как трудность, которую мы не хотим и не можем разрешить, часто есть лишь проявление причин, лежащих в нас самих. Если мы доверяли и серьезно относились к учителю, то разрыв с ним может привести в результате ко многим разочарованиям как со стороны ученика, так и учителя. Мы можем даже почувствовать горечь, думая, что напрасно потратили проведенное с учителем время. И ценная возможность роста может, таким образом, обратиться в весьма отрицательную ситуацию. Так что, когда у нас есть учитель, лучше твердо решить отдать себя отношению с ним, чтобы можно было добиться истинного прогресса на пути. В некотором смысле даже не имеет значения, каким нам кажется учитель, поскольку таким подсчетом занимается отношение. Это отношение уникально, оно не похоже на обычную дружбу в обществе, которая редко длится долго, оно продолжается до тех пор, пока мы не достигли полного просветления. Это его цель, и если мы могли добиться такого отношения, мы должны работать, чтобы защитить его. Наш "путь" возникает тогда, когда мы создали этот контакт, когда мы встретились на дороге, где нашли хорошего компаньона.

Даже если учитель, с вашей точки зрения, в чем-то неправ и кажется далеким от совершенства, когда мы вспомним, что эти различия не столь важны, как кажутся и единственное, что имеет значение — это шанс расти и учиться, тогда мы можем использовать эту возможность прилежно познавать себя и видеть, где лежат наши слабости, в конце концов, мы можем обнаружить, что мы есть одно целое с недостатками, ошибками и проступками, и что учитель только показывал нам самих себя. Когда мы принимаем это и учимся доверять советам учителя, даже если они входят в конфликт с нашим собственным пониманием и желаниями, тогда начинает завязываться плод отношения и начинается реальный прогресс.

Опытный учитель может видеть больше, чем в одном направлении, видеть не только настоящие действия, но и их последствия. Поэтому, когда мы следуем его совету, даже если не понимаем его в данный момент, позднее мы обнаруживаем, что он был нам полезен в том смысле, который мы не могли постичь. Тогда было трудно себе представить, как это мы могли бы игнорировать помощь, предлагаемую учителем — новые пространства, которые он открывал для нас.

Отношение "учитель — ученик" может быть самым стимулирующим переживанием нашей жизни, ускоряющим и обогащающим процесс роста в новых направлениях, которые мы не могли предположить. Что ободряет нас на открытое отношение, делая возможным получение всего того, что может предложить учитель. Нам могут быть предложены непростые задачи, но иногда некоторые разрушительные привычки могут быть сломаны только в результате проявления огромной настойчивости с нашей стороны. Тогда учитель нужен рядом для того, чтобы показать нам наш потенциал и наши способности. Когда же, в конце концов, мы свяжем советы учителя с нашим опытом и придем к пониманию его наставлений, мы сумеем увидеть самих себя более ясно и будем в состоянии, таким образом, работать со своими проблемами более эффективно. Глядя в перспективе на свои изменения, мы окажемся способны постичь мастерство учителя в преобразовании отрицательных факторов в то, что здорово и ценно. Так что не следует терять веру в учителя и доверие к нему, тогда будет иметь место действительное обучение, часто осуществляющееся неожиданным путем или сначала приносящее разочарование.

В отношениях между учителем и учеником есть внутреннее, внешнее и тайное учения, которые все могут быть переданы только скрепленными воедино нитью отношения. Без контакта с этой линией учений интимным личностным путем трудно пережить то, что называется словом "реализация". Но когда мы делаем это, мы понимаем доброту учителя и развивается весьма утонченное отношение, основывающееся на честности, заботливости и доверии. В это время сострадание проливается из нашей открытости, и мы начинаем понимать ответственность по отношению к себе и другим.

Учитель, учение и мы сами есть основания, необходимые для нашего духовного развития. Эти три составные части должны быть внутренне сомкнуты ради истинного прогресса и если есть хотя бы один недостаток, наш рост задерживается. Вместе же они, как хорошие друзья, которые доверяют друг другу и опираются друг на друга. Для того, чтобы учение было передано, нам следует оставаться открытыми и восприимчивыми, подобно белой мантии, окрашенной в цвет учения. Или же, подобно фотопленке в аппаратуре, мы трансформируемся в образ учителя, будучи подвергнуты свету учения.

Если передача от учителя к ученику полна и открыта, то мы действительно переживаем себя, учителя и учение как одно целое. Когда мы реализуем такое понимание, это похоже на то, как если бы раньше мы жили в крошечной маленькой комнатке с единственным фонарем и вдруг неожиданно были приглашены в огромное безграничное, залитое солнцем пространство. Радость и ясность этого переживания оправдывает все трудности отношения "учитель — ученик". Нельзя переоценить это отношение. Если же преемственность опытного знания прервется в каком-либо поколении, то огромные запасы мудрости будут потеряны.

Безусловно, наш лучший учитель — это мы сами. Когда мы открыты, бдительны и осознаём, тогда мы можем должным образом направлять себя

Ученик: Как мы можем развить необходимую нам открытость, чтобы отыскать, что правильно для нас как индивидуальности? Что может стать катализатором ускорения процесса?

Ринпоче: Обычно нам нужен учитель, но учитель не может знать, что для нас правильно за одну или две недели — это долгий процесс взаимной притирки. Прежде всего мы можем получить различные упражнения, так как учитель должен узнать наше сознание и то, как реагируют наши органы чувств. После практикования этих упражнений в течение некоторого времени, мы описываем свое переживание нашему учителю и получаем личные инструкции. Тогда мы опять упражняемся, а затем снова советуемся с ним.

Квалифицированный учитель необходим нашему внутреннему росту, поскольку некоторые вещи трудно освоить без руководства того, кто достиг определенного понимания и реализовал его. Однако некоторые учителя могут знать много, но всё же не понимать переживания каждого, они могут знать некоторые вещи о личности, и тем не менее не воспринимать более тонкие различия между индивидуальными сознаниями. Более тонкие различия могут быть видимы лишь тому, кто полностью реализован.

Есть система ментального диагноза, которая может быть использована учителем для определения особых потребностей каждого ученика. Следование этой системе есть подлинный путь продвижения как ученика, так и учителя, однако в последние годы этот весьма точный метод редко применяется. Теперь классы обычно включают сто или двести студентов, и учителю нелегко узнать своих учеников без тесного контакта и взаимоотношений.

Ученик: Думаете ли вы, что всегда на духовном пути необходимо иметь личного учителя?

Ринпоче: Трудно делать обобщения. Некоторые нуждаются в руководстве со стороны учителя, но другие могут обойтись и без него. Когда у нас нет больше заблуждений и мы владеем собой, то можем обходиться уже без учителя, но до этого времени, мы должны, по крайней мере, иметь духовных друзей, которые смогут нам помочь.

Духовный путь имеет много препятствий, таких, как наши внутренние диалоги, наши чувства, наши тревоги и заботы и даже наши друзья и семья. Так что хорошие влияния являются решающими. Когда у нас просыпается интерес к духовному пути, связь с наделёнными похожей натурой может помочь, поддержать и создать меньше замешательства для нас. У начинающего множество проблем, поэтому трудно без такой помощи удерживать путь в поле внимания. Если мы можем сами позаботиться о себе, это прекрасно, но пока мы не в состоянии этого сделать, важно выбрать несущее поддержку гармоническое духовное окружение. Это вовсе не означает, что нам следует избегать мир, а только то, что мы должны до некоторой степени защищаться. По мере развития нашей внутренней силы мы можем позаботиться о других так же, как и о себе. Однако преждевременная работа с другими может вызвать потерю силы, которую мы завоевали, и может даже принести нам вред.

Пока мы не научились защищать себя, мы легко можем снова впасть в свои прошлые привычки и забыть то, что вынесли из практики. Поэтому нам нужно ободрять себя и быть сильными. Самодисциплина означает "правильное действие", что значит делать для себя лучшее, на что мы способны. Если наш ум не уравновешен, наши действия окажутся несбалансированными, и мы можем впасть в крайность и создать множество фрустраций как для себя, так и для окружающих.

Лучший путь дисциплинировать свое эго — это подружиться с самим собой. Когда мы радостны, тогда эго становится спокойным и не создает фрустрации и досады. У нас есть проблемы, потому что мы думаем, что они у нас есть. А поскольку мы верим в них, то оказываемся во фрустрационных ситуациях. Конфликт возникает тогда, когда мы не слушаем свой собственный внутренний голос.

Ученик: Есть ли такой момент, когда ученик должен оставить своего учителя и идти сам по себе даже прежде, чем его практика полностью развита?

Ринпоче: Я думаю, прежде всего, необходимо, чтобы мы оказались способны балансировать и не впадать в заблуждение. Потом, возможно, мы можем оставить учителя. Если мы знаем существенное, если мы стабильны и уверены, то можем постепенно развиваться и учиться расти на любых совершаемых нами ошибках.

Ученик: В чем разница между преданностью и зависимостью?

Ринпоче: С интеллектуальной точки зрения, преданность не рассматривается в качестве высокой добродетели, поскольку большинство не понимает ее психологической пользы. Преданность создает отзывчивость так же, как силу и энергию, которую, хотя она и эмоциональна, можно использовать для развития и увеличения осознавания. В духовном отношении преданность ценна, так как выражает чаяния и идеалы нашего внутреннего ума, она создает открытость, которая питает самое себя.

Ученик: Могут ли иногда эмоции быть мотивирующей силой? Допустим, у нас есть огонь. Если мы начнем вдувать воздух, он разгорится лучше. Эмоция в подобном случае окажется конструктивной.

Ринпоче: Правильно. Вот почему в религиозных системах преданность считается столь важной. Хотя преданность при внимательном рассмотрении основываться на слепой вере и указывает на отсутствие интеллекта, преданность и молитва весьма эффективные и мощные инструменты работы и контакта с более тонкими уровнями осознавания. Путем преданности вдохновение и учение преемственной цепи делаются внутренне известными медитирующему.

Ученик: Я заметил, что очень озабочен, обеспокоен идеей учителя. Я искал учителя и думаю, что ищу того, кому могу предложить свое благоговение, кто исполнит все мои желания. Можете ли вы несколько больше рассказать о функции учителя?

Ринпоче: Несколько столетий назад мир с огромным уважением относился к религии и духовности. Но с тех пор. как люди стали больше ориентироваться па науку, это отношение изменилось. Всё должно получить интеллектуальное и научное доказательство, а поскольку знание или понимание, полученное с помощью интуиции или веры, научно непредсказуемо, вера и преданность приобрели побочное значение, они квалифицируются как слабость. Так что в наши дни даже попытка быть преданным вызывает у нас множество внутренних конфликтов. Исключительная вера в кого-то подвергает опасности независимость личности. И когда это случится, отношения между учителем и учеником могут стать трудными. Мы видим, что с учителем ведут себя, как если бы он был над учеником, а это тревожит наше чувство равенства. Мы не видим в этом ценности. Но если личность действительно столь квалифицирована, чтобы быть учителем, мы можем многое получить благодаря вере и преданности ему, и наше доверие не пропадет даром. Опытный учитель берёт на себя ответственность за руководство и поощрение нашего внутреннего роста и развития.

Отношения между учителем и учеником зависят от взаимного доверия и взаимной отдачи себя друг другу. Природа этого отношения во многом зависит от нас. Если, следуя учителю, мы считаем, что нами манипулируют, делают из нас дурака или что учитель играет с нами в какую-то игру, наша преданность может оказаться не совсем здоровой. Мы хотим руководства, но не хотим, чтобы нам говорили, что нужно делать, так как это угрожает нашему эго. Мы не любим попадать в ситуации, где, как оказывается, другой знает больше нас. Мы хотим иметь чувство, что обучаемся самостоятельно, так что определённая информация или советы, которые дает нам учитель, особенно когда они входят в противоречие с нашими желаниями, могут вызывать негодование к учителю, или мы можем почувствовать нечто, подобное разрыву наших с ним отношений. Но если, вследствие некоторого нежелания честно взглянуть на себя, мы разорвем отношение доверительности и отдачи себя, то совершить истинный духовный прогресс будет очень трудно. Это такие ученики, которые имеют огромное уважение к учителю. Но важно познать учение и учителя, как одно целое.

Ученик мог бы пожелать попытаться последовать за учителем и даже подставить, чтобы увидеть, будет ли это работать, но такое отношение не является достаточным основанием для начала серьезных отношений. Это может привести лишь к потере ценного времени как учителем, так и учеником. Так что важно развивать искренне отказ от себя и отдачу себя учителю, основывающиеся на взаимном доверии и уважении.

На внешнем уровне учитель обладает вдохновением (инспирацией) всей линии учителей прошлого и такое понимание прямо передается ученику. Эта "идея передачи" проходит на матрице для печати: когда мы наносим текст на матрицу, он будет печататься без изменений каждый раз. Эта передача имеет силу зарядить нас таким родом электричества, что мы становимся подобны "свету", а через него можем обнаружить, что сами есть линия. Когда учитель передает учение ученику, ученик врастает в образ учителя, пока сам не становится учителем.

На более глубоком уровне «учитель» означает «внутреннее осознавание», «наша собственная внутренняя природа». Наше знание, реализации и повседневное переживание также могут быть названы нашими учителями, но это требует протекции и вдохновения «реального» учителя. Если наше сердце открывается, тогда наша преданность и сострадание развиваются в глубокую безмятежность. К этому времени учитель может быть просто символом положительной энергии, освобождающейся, когда исчезают препятствия и раскрываются богатства внутреннего переживания.

Вследствие ощущения внутренней правды, мы можем стремиться найти учителя, который даст нам понимание безусловной истины. Так как такого, кто никогда не делает ошибок, бывает очень трудно найти или он может оказаться недоступен. В результате мы можем оказаться в состоянии глубокого разочарования.

Так что, прежде всего нам следует отбросить все наши ожидания. Когда мы открываемся, мы несравненно скорее можем узнать положительные качества учителя и эти качества раскрываются в этом открытом пространстве — в нашем сознании. Поэтому не имеет большого значения, поврежден ли или несовершенен внешний инструмент передачи. Мы можем, тем не менее, получить исполненный смысла опыт, благодаря работе с этим инструментом. Когда мы развили осознавание внутри себя самих, тогда все в наших отношениях с учителем окажется подходящим.

Наверное, учитель — это просто катализатор, тот, кто показывает дорогу, руководит и даже подталкивает к реализации нашей истинной природы. В таком случае отношение с учителем становится целостной ситуацией, благодаря которой мы растём.

В сущности, учитель — это добрый друг, тот, кто может провести нас и помочь выйти из трудных ситуаций. В этом смысле каждый человек и всякая ситуация могут быть нашим учителем, другом и проводником, даже несмотря на то, что временами мы должны проходить очень болезненные и непривлекательные ситуации и пространства.

Есть еще один аспект, который следует здесь упомянуть. Так как мир состоит, главным образом, из воды и человеческое существо здесь не является исключением, а вода имеет свойство растворяться, то человек по преимуществу эмоционален и стремиться раствориться в ситуации, а это эмоциональное качество ощущает потребность в питании радостью и любовью. Все это вызывает в человеке устремленность к контакту, привязанность к другому. Мы нуждаемся в поддержке, мы нуждаемся в полноте, целостности, но часто мы не можем положиться на друзей и любимых, на общество или даже на своих собственных родителей. Нет никого рядом с нами, кто бы на самом деле дополнял нас самих. У нас могут быть друзья и родные, мы можем добиться успеха в бизнесе, но все еще оставаться неудовлетворёнными внутри себя, потому, что мы одиноки. Мы жаждем исполнения наших желаний… В результате горечь и фрустрация вырастают. Когда мы прекращаем поиски целостности вне себя, тогда мало-помалу наши желания начинают убивать, и мы меньше отягощаемся нашей жаждой.

Когда мы очень чувствительны, преходящие и эгоистические «привязанности» более нас не удовлетворяют, нам нужно найти кого-то, на кого мы действительно могли бы положиться, кого мы можем любить без страха быть отвергнутыми. Тогда мы можем свободно действовать в соответствии со своим собственным пониманием, открытым сердцем и пробудившимися энергиями. В этом случае учитель — это зеркало нашего высокого "Я". Он активизирует источник нашего внутреннего сознания и наше чувство совершенной полноты. Когда мы обладаем открытым сердцем, тогда внутри нас возникает «пробуждённое переживание» и мы безошибочно узнаем его.

Ученик: Как учитель, можете ли вы помочь нам развить нашу медитацию после того, как мы узнали, как правильно медитировать?

Ринпоче: Прежде всего, учитель намечает определённые ступени в практике и вселяет в ученика мужество следовать за собой, так что тот может постепенно подойти к тем же переживаниям, что и учитель. Это традиционный путь. Поскольку учитель хорошо знает местность, он может предложить карту и направить ученика. Ответственность ученика состоит в том, чтобы точно следовать карте. Когда он этого не делает, тогда переживания или реализации не наступает.

Некоторые могут прямо войти в медитативное состояние. Они полностью готовы принять указания учителя. Но другие неспособны следовать инструкции, или, возможно, их желание войти в эти состояния недостаточно сильно, хотя они и читают книги по медитации и практикуют ежедневно, они всё ещё не в состоянии медитировать.

Когда мы будем следовать инструкциям учителя, то сможем увидеть их, как вид передачи, имеющей определенный магнетизм, притягательность, которая помогает нашему пониманию. Мы сможем обнаружить, что все идеи и теории — только инструмент или проводник, чтобы помочь пониманию. Если это понимание само становится прозрачным и безмолвным, то нет нужды для дальнейших вопросов и ответов.

Есть такое время или определенные дни, когда мы сами естественно находимся в медитативном состоянии, и тогда не остается проблем — просто происходит медитация. В такое время мы можем хорошо медитировать, и сама медитация заботится о нас и становится нашим учителем. Безусловно, наш лучший учитель — это мы сами. Когда мы открыты, бдительны и внимательны, тогда мы можем быть надлежащими проводниками для самих себя.