Я вошла в управление полиции, неся на себе в кенгуру прекрасного шестимесячного Энтони, от чего уже на входе охранники, которым я показала свой полицейский значок, поперхнулись воздухом, поскольку для них такая картина была неожиданной.

— Капитан, я написала рапорт на отпуск, подпишите, пожалуйста, — с этими словами я вошла в его кабинет, давясь от смеха с того выражения лица, которое сейчас было у Ронни Кларка, хотя я его предупреждала, что нужен месяц отдыха, однако о ребенке ничего не говорила.

— Это кто? — приходя в себя, медленно вставая из-за стола, спросил капитан, не спуская глаз с улыбающегося малыша, которого я поцеловала в голову.

— Сыночек. Славненький? Вам нравится?

Кларк провел рукой по своим волосам, видимо, пытаясь понять, когда я успела стать матерью, почему он ничего не знает, и что со мной делать.

— Кто отец?

— Капитан, вы само воплощение бестактности, — усмехнулась я, но не стала мучить больше уже вспотевшего шефа, — Племянник. Расслабьтесь, капитан, надо помочь родственникам, посидеть с мелким.

— Еще раз так пошутишь, выгоню из отдела, — буркнул он, косясь на Энтони, — давай рапорт, подпишу.

— Перейду в другой отдел, — равнодушным тоном пошутила я, на что у Кларка дернулся левый глаз, пока он подписывал бумагу.

После общения с капитаном, мы с «сыночком» прошли в наш отдел в управлении, подходя к которому встретились с сержантом Логаном Муром, взгляд которого на нас был просто потерянным. Я знаю, что нравлюсь сержанту, и в эту секунду захотелось узнать, о чем его мысли, ведь ситуация просто тестовая получается.

— Привет, Джуди, — его голос был, как мне показалось, чуть неуверенным.

— Здравствуйте. Шеф подписал мой рапорт на месяц отпуска, все дела я закончила, срочного ничего у меня по работе нет, — я смотрела на Логана, не отрывая взгляда, а он в этот момент совершенно не слышал меня, рассматривал малыша, который улыбался во весь рот, смешно демонстрируя один нижний зуб.

— Джуди, это кто? — все-таки не выдержал и спросил сержант.

Вообще-то мое появление с ребенком на работе вызвало столько эмоционального потрясения у коллег, что я еще несколько дней, вспоминая их лица, буду смеяться.

— Сын. Правда, ведь хорошенький? Похож на меня?

Мужчина оторвал свой взгляд от Энтони, перевел его на меня.

— Я не знал, что у тебя есть ребенок.

— А это что-то меняет, сержант?

— Нет. Но как-то неправильно, что я ничего не знаю, ведь я твой непосредственный начальник в отделе и вообще…

— Но мое материнство ведь никак не отражается на качестве работы или есть проблемы? — позволила себе перебить его.

— Нет, не отражается. Можно задать вопрос? В личном деле указано, что ты не замужем.

— Сержант, вы невежа. Открою тайну: чтобы иметь ребенка, не всегда нужен муж, — и я погладила мелкого по голове, поцеловала его в макушку, ему это нравится. В этот момент ребенок смешно прикрывает глазки и делает губки бантиком.

Логан смотрел в недоумении на всю эту картину, но ничего сказать не мог, как я понимаю, переваривая полученную информацию о моем ранее неизвестном ему моральном облике.

— Нам пора, сержант, у нас режим, — с этими словами я развернулась и направилась в сторону выхода, но, пройдя метров 10, меня окликнул и догнал сержант.

— Прости за мою реакцию, так неожиданно все. Тебе очень идет материнство. Если чем-то могу помочь, напиши или позвони. Я с радостью все сделаю.

— Спасибо, сержант. Учту. Но должна справиться сама, — я засмеялась, помахала коллегам в отделе рукой, и мы с «сыном» вышли из управления.

— Ну что, сыночек, вот ты и побывал на работе у своей временной мамы, — усмехнулась я, обращаясь к улыбающемуся малышу, одновременно снимая с сигнализации свою машину, боковым зрением обратив внимание на то, что недалеко стоит автомобиль, в котором сидит якобы парочка, и из-за спины девушки парень снимает на видео меня и мелкого.

— Наверное, друзья твоего папы, — сказала я малышу, вытаскивая его из кенгуру, укладывая в кресло для транспортировки малышей в автомобиле, и помахала этим двоим «наблюдателям» рукой, мило улыбнувшись, на что парень так растерялся, что помахал мне в ответ.

— Смешная «наружка» за нами, сыночек, — обратилась я к мелкому и дала ему попить воды из бутылочки.

Пока ехала в сторону дома, куда уже должны были доставить весь арсенал того, что мне потребуется для совместной жизни с шестимесячным ребенком, в зеркало заднего вида следила за двумя автомобилями, которые меня сопровождали. Я же держала наготове свое оружие.

Придуманная легенда о том, что родственникам срочно понадобилась моя помощь, и они оставили мне маленького ребенка, возымела свое убедительное воздействие, мне дали отпуск, и я начала осваивать роль новоиспеченной мамы мальчика.

Частная медсестра приходила к нам раз в неделю, я четко следовала ее указаниям по уходу и кормлению малыша, и мы с ним хорошо поладили. Энтони оказался спокойным, улыбчивым ребенком. Он любит бывать на свежем воздухе, ему нравится массаж, которому меня научила медсестра, купаться, а еще спать у меня на груди. Кстати, делюсь секретом, если сесть в кресло-качалку, а ребенка положить животом себе на грудь, у него не болит живот и он быстро засыпает.

Вот и сейчас он в этой позе, пока я слегка раскачаюсь в кресле, сладко спит, причмокивая губками и держась пухлой ручкой за амулет, висящий у меня на шее, на цепочке, к которому я никому никогда не даю прикасаться. А я невольно чувствую тепло, исходящее от амулета и его руки, и на душе спокойно, и невольно вспомнился разговор с отцом, состоявшийся какое-то время назад.

АВТОР

— Малышка, помнишь, я тебе рассказывал историю этого украшения, которое мама хотела тебе отдать, когда ты вырастишь? — Филиппо протянул дочери подвеску-амулет из платины в виде половины Дерева Жизни, — она символизирует энергию рода и связанную с ним защиту.

— Пап, а разве это не славянский символ? И почему половина Дерева? Это тоже что-то символизирует? — Джемма искренне не понимала некоторых вещей.

— В принципе, не имеет значения, к чьей культуре относится этот символ. Когда ты услышишь его историю, поймешь, что его сила в другом. Эбигейл и Эми познакомились в университете. Эми была на три года старше твоей мамы. Так получилось, что после университета Эми уехала работать на север Италии, где познакомилась и вышла замуж за Антонио Марино, возглавляющего соответствующий клан. На их свадьбе я и познакомился с твоей мамой. В семье Марино родился мальчик, которому дали имя Андрэа. Твоя мама стала его крестной. А спустя 4 года после его рождения и через 2 года после нашей с Эбигейл свадьбы появилась ты. Так вот, малыш Андрэа, когда увидел тебя через несколько дней после выписки из роддома, сказал, что ты будешь его женой, он будет тебя любить и защищать, подождет, пока ты вырастишь. Мы тогда смеялись с его слов от души. Оказалось, что ваши мамы еще в юности мечтали, чтобы дети были как минимум дружны, а если родятся разнополые и мальчик будет старше, то влюбились друг в друга и всегда были неразлучны, желали вам неземной любви. И когда ты родилась, Эбигейл и Эми заказали для вас с Андрэа половинки этого амулета, которые, если их соединить, станут одним целым. Все это время я хранил амулет и сейчас хочу, чтобы ты его приняла и носила, не снимая, такова была воля твоей мамы, — Филиппо сел рядом с дочерью, обнял ее, а она положила свою голову ему на плечо, сжимая в ладони амулет.

— Я буду его носить, пап. А все-таки, судьба несправедлива. Они обе оказались в одном самолете, потерпевшем крушение. Теперь ни у меня, ни у Андрэа нет мамы. Но у меня есть ты и дедушка — лучшие в мире, вы мое сердце и душа, — девушка посмотрела в глаза отцу, положив свою ладонь на область сердца, на что отец погладил дочь по голове.

Какое-то время они сидели, молча, потом Джемма спросила: «А где сейчас Андрэа? Между нашими кланами мир или есть недопонимание?»

— Все в порядке. После авиакатастрофы Антонио Марино сильно сдал, он и по возрасту ведь старше меня, Андрэа уехал в 17 лет в Америку. Отец переживает, что тот не хочет продолжать дело клана в Италии. Была ситуация, когда нас пытались поссорить, но дружба не позволила посторонним вмешаться в наш союз. Мы ладим.

— Мама и Эми хотели, чтобы мы с Андрэа были вместе, а если я его не полюблю, это будет предательством мамы, она бы обиделась, что ее мечта не сбылась? Или мы с Андрэа должны пожениться? — искренность дочери умиляли отца, он ласково погладил ее по голове и улыбнулся.

— Нет, конечно, милая. Вступать в брак нужно только когда оба человека любят друг друга безгранично, верят и берегут это чувство.

— Как вы с мамой?

— Да. Я твою маму и сейчас люблю, и любить буду всю жизнь. Надеюсь с ней встретиться и после смерти. Если ты не полюбишь Андрэа, то никто не заставит тебя выйти за него замуж. Мама тоже считала, что без взаимной любви в брак нельзя вступать. Так, что не думай об этом.

— А Антонио Марино женился после гибели Эми?

— Нет, солнышко. Он тоже оказался однолюбом. Мы с ним одинокие волки теперь. Наши жены в наших сердцах, а в детях — продолжение.

— Знаешь, я тоже хочу, чтобы меня так любил мой муж, но с моим характером лучше не выходить замуж, зачем человеку психику травмировать, — пошутила дочь, сильнее прижавшись к отцу, — Кстати, есть анекдот, прямо про меня: «Бог пообещал мужчине, что хороших и послушных жен можно будет найти в любом уголке земли. А потом сделал землю круглой … и смеялся, смеялся, смеялся».

Филиппо на слова дочери искренне улыбнулся и артистично произнес: «Слабакам не место рядом с моей красавицей!»

ДЖУДИ МИТЧЕЛ

На ножке у ребенка действительно оказался браслетик с медальоном в виде гепарда в прыжке, и, как я поняла, в него вмонтирован датчик слежения, по которому нас и должен был найти папа или тот, кто придет за Энтони.

Я четко понимала, что нас вычислят быстро, и некоторое время будут наблюдать, чтобы убедиться в моей надежности, что и подтвердилось в день, когда я приехала с малышом на работу.

Когда подходил к концу второй месяц моего «материнства», мне на мобильник поступил звонок с неизвестного номера. Мужчина сказал, что по поручению отца Энтони приедет за ним. Я задала несколько вопросов, на которые мог ответить только тот, кто реально знает мальчика и его отца, а также обстоятельства происшествия, и назначила встречу на конкретную дату.

К визиту незнакомца я тоже подготовилась, оружие было при мне, не доверяю людям в их большинстве, тем более, когда вопрос касается моего хоть и временного, но почти что «сына», к которому я искренне и всем сердцем привязалась, и в глубине души мне не хотелось расставаться с ребенком.

За Энтони ровно секунда в секунду прибыла целая свита во главе с высоким, крепким и суровым мужчиной, представившимся Алексом Харрисоном — предпринимателем, близким другом отца ребенка.

В квартиру я впустила только его и одного охранника, заставив вытащить и оставить оружие в коридоре. Мужчина показал свои документы, а также бумаги отца мальчика. Это был именно тот человек, который и просил спрятать ребенка, документы малыша Энтони, а также совместные фотографии.

Ребенок спал в соседней комнате, мы договорились, что его я отдам только тогда, когда он выспится и поест, то есть часа через три.

Алекс Харрисон показал татуировку, действительно один в один такую же, как и на медальоне на ножке малыша, и сообщил, что усыновит мальчика, о чем он перед смертью успел сказать отцу ребенка.

Пока разговаривали, Харрисон и его охранник внимательно следили за мной, а я, соответственно, за ними. Моим гостям уже было известно, что я действующий сотрудник полиции, так же, как и мне, что он не предприниматель.

— То, что вы близкий друг господина Форда, верю. Но зачем представляться предпринимателем? Вы так стесняетесь своего криминального настоящего, господин Харрисон? — пристально смотря на последнего, задала я вопрос в процессе нашего разговора, в ходе которого мы оба «прощупывали» друг друга, после чего на лице собеседника слегка дернулась мускула.

— Быстро вы меня разоблачили, детектив, — усмехнулся он, не без интереса рассматривая меня.

— Издержки профессии. Я должна знать, кому передаю ребенка, вот и получила полную информацию на вас, вашу группировку и ее босса Роберта. В настоящий момент мне известно, что вы с погибшим были как братья, татуировки сделали, когда вам было 19 лет, и вы должны были стать крестным отцом Энтони. Крестины планировались через два месяца и 13 дней.

Пока я это говорила, Харрисон, не моргая, смотрел мне в глаза. Я тоже не отводила своего взгляда от него, чувствуя его напряжение. Мужчина не ожидал такого уровня моей подготовленности к этой встрече.

— Вы убрали банду «Ночных странников» и уничтожили бизнес и самого Тэйлора, — продолжила я, прерывая молчание.

— Столько вопросов, детектив, — произнес Харрисон, но в его взгляде чувствовалось беспокойство.

— Это не вопрос, а утверждение. Расслабьтесь, я сейчас не на работе и тоже молчу о том, что ребенка увезла с места перестрелки и он мне не сыночек и не племянник. Не удивляйтесь. Иногда то, что морально правильно, не обязательно законно. Я сохраню вашу тайну и тайну малыша Энтони.

— Вы не осуждаете, что я бандит?

— А разве у меня есть право на это? — вопросом на вопрос ответила я, — Поверьте, мне даже все равно, почему вы выбрали себе псевдоним Алекс Харрисон, он вам не очень подходит. Уверенна, у вас другое имя и фамилия, вы не американец, больше похожи по темпераменту на итальянца. Главное, чтобы вы дали счастливое настоящее и будущее ребенку погибшего друга, обеспечили его полную безопасность. Желание усыновить его — благородно, это поступок, достойный мужчины, а чем вы занимаетесь — это ваша головная боль. Кстати, у вас есть навыки общения с такими маленькими детьми? — решила я немного разрядить напряжение.

— Нет, но лучшую няню с опытом 20 лет нашел, частный врач тоже есть, детскую оборудовал. Буду учиться быть отцом, — усмехнулся он, — вот только Энтони придется снова жить без матери, — и в его взгляде я уловила оттенок печали.

После его слов мне тоже как-то стало грустно. У ребенка должна быть мама. По себе знаю, как ее не хватает, особенно в детстве.

— Если возникнут проблемы, и ваша супруга или девушка будут против, если этот ребенок станет тяготить или в силу специфики деятельности вы не сможете уделять ему внимания, найдите меня. Я его с радостью усыновлю, — даже не знаю, но у меня эти слова вырвались просто непроизвольно и искренне, и они задели самолюбие моего собеседника, что ему не удалось скрыть.

— Вы меня сейчас унижаете таким словами, — в голосе Харрисона прямо чувствовалась обида, злость и железные ноты, в его черных глазах появился блеск, как у хищника.

— Мне все равно, как вы на это реагируете, — также жестко огрызнулась я в ответ, — просто запомните мои слова, жизнь часто бывает непредсказуемой. Предлагаю вам прийти за малышом через три часа, — этими словами наш разговор на щекотливую тему был мною прекращен.

По истечении чуть больше трех часов у меня уже не было в квартире и в жизни сына по имени Энтони. Честно говоря, прощаться с ним было тяжело. Я не могла от него оторваться и даже не скрывала от посторонних своих эмоций и чувств. И признаюсь, когда за Харрисоном, на руках которого был Энтони, закрылась дверь, в моих глазах появились слезы, что случалось пару раз за всю жизнь.

На следующий день я вышла на работу и окунулась с головой, а точнее всем своим существом в бездну правового мракобесия, преступности и охоты на ведьм.

АЛЕКС ХАРРИСОН

Я поручил нашим людям следить за Джуди Митчел, к которой попал ребенок моего хорошего друга Форда — предпринимателя, погибшего при нападении на него наемников, нанятых конкурентом, и собрать на нее всю возможную информацию. На момент нашей встречи с этой девушкой я знал о ней достаточно много.

Друг воспитывал ребенка один, суррогатная мать родила его, причем, не зная, кто отец, ей это, в принципе, было не интересно. Ему нужен был ребенок, а ей — деньги. С Фордом мы выросли, он был мне как старший брат, заставил получить высшее образование, но позже он продолжил коммерческую деятельность, а я ушел в криминальный мир. Так сложилась жизнь. Но Форд никогда меня не упрекал, просто принял таким, какой я есть. Мой отец живет в Италии и тоже занимается нелегальной деятельностью, имея огромные связи в правительстве и деловых кругах, одним словом, он возглавляет один из итальянских кланов. Видимо, гены дитя мафии неискоренимы.

Когда я прибыл на место преступления, Форд еще был жив, он как будто ждал меня, чтобы попрощаться. В последние минуты его жизни я держал друга за руку.

— Потерпи, брат, медики уже здесь, — обратился я к Форду, всматриваясь в его глаза.

— Алекс, мне помогала отстреливаться и прикрывала собой Энтони девушка. Не знаю, откуда она здесь взялась, но она спасла сына, обещала не сообщать в полицию и быть с мелким. Её тоже ранили, она уехала на джипе.

— Я найду ее, пока ты будешь восстанавливаться, — на мои слова Форд тяжело сглотнул и поморщился от боли, а у меня внутри все сжалось.

— Забери у нее Энтони, прошу. Передай моему брату, если умру.

— Нет, я буду с ним. Ты мне его доверяешь?

— Буду счастлив. Девушка знает, что у того, кто придет за ребенком, на плече будет такая же татуировка, что и на кулоне у Энтони, куда вмонтирован датчик слежения. Брат, я не выживу, чувствую. Позаботься о мелком, я его очень люблю. А девчонка боевая, тебе такая нужна, — попытался пошутить Форд, бледнея на глазах.

— Я клянусь, что воспитаю Энтони как своего сына и никому его не отдам, — я не отпускал руку друга из своей, чувствуя, что силы его покидают.

Форд в последнюю секунду чуть сжал мне руку в знак благодарности и навсегда закрыл глаза.

Я хоть и бандит, но оказался ни морально, ни физически не готов к потере единственного в жизни друга. И если бы не его сын, меня бы после смерти Форда не переставало преследовать чувство тотального одиночества.

Сейчас Энтони — мой ребенок, я начал процесс его усыновления и отношусь к нему как к родному. Должен признаться, что роль отца мне нравится. Правда, ему всего 1 год, из которого 2 месяца он провел в обществе детектива Джуди Митчел.

За ребенком к Митчел я приезжал лично. Дело в том, что еще в юности мы с Фордом набили одинаковые татуировки на плечах — изображение гепарда в прыжке. И такой же кулон он сделал для своего сына. По нему мы и вышли на Джуди Митчел.

— Алекс, — раздался голос входящего ко мне в кабинет начальника службы личной охраны, — вызывал?

— Да. Что выяснили по девушке?

— Детектив отдела расследований особо тяжких преступлений управления полиции Шарлотт — Мекленбурга нашего штата. Взяла дополнительный отпуск, чтобы быть с ребенком, сообщив на работе и в органы опеки и попечительства, что малыш — ее племянник, который временно будет с ней. В принципе, поскольку Митчел из полиции, ни у кого подозрений на этот счет не возникло. Энтони находится у нее, от мальчика не отходит, везде с оружием, осторожна, передвигается по городу на бронированном джипе и чертовски красива, — сказав это, на мой стол парень положил стопку фотографий, на которых была не только Митчел, на большинстве — она вместе с ребенком.

— Муж, парень есть? — поинтересовался я, рассматривая фотографии.

— Пока никто активно не мелькал из мужчин около нее. Только коллега пересекается иногда с ней во время ее прогулок с ребенком. Дальше посмотрим.

Я откинулся на спинку кресла, крутя шариковую ручку в руке. Для меня было неожиданным, что ребенок попал копу, и она до сих пор не сообщила о случившемся. Это выглядело подозрительно. Не верилось, что детектив полиции сдержит слово, данное Форду, и не сообщит в свое ведомство о том, что у нее ребенок погибшего в перестрелке, которому она помогала, участвуя в ней. Для нее это чревато не просто увольнением, а большими проблемами.

— Продолжайте наблюдение, но аккуратно. Уверен, что она уже знает о слежке, у нее взгляд жесткий, — рассматривая фотографии, сказал я, — отчет ежедневный и никому из подозрительных лиц не давайте к ним приближаться. Курьеры доставки чего бы то ни было должны быть нашими людьми. Все тщательно проверять, обеспечить полную безопасность.

— Понял, все сделаем. Не переживай, — с этими словами начальник службы охраны вышел из моего кабинета.

За детективом мы наблюдали круглосуточно, чтобы не только обеспечить безопасность, но и убедиться в ее благонадежности.

И вот, что я вам скажу… Если бы не знал, что у Джуди нет своих детей и она суровый полицейский с репутацией непреклонного, жесткого человека, не идущего ни на какие компромиссы, и не знал, что Энтони не ее ребенок, подумал, что она самая любящая мать на свете. У меня теперь целая коллекция ее фотографий, сделанных при осуществлении наблюдения за ней моими людьми, где детектив вместе с малышом Энтони. Самая моя любимая — где она в кресле-качалке, а ребенок спит у нее на груди, распластавшись, а она его нежно обнимает и целует в голову. Жаль, что я не умею рисовать, а то написал бы картину с этой фотографии и повесил у себя в комнате. Хотя, может быть, и закажу художнику такую картину.

Пока Энтони был под присмотром детектива Джуди Митчел, мы установили и уничтожили всех, кто был причастен к смерти Форда, в живых никого не оставили, ни конкурента — заказчика преступления, ни его исполнителей, такой банды теперь в Америке просто нет.

Предварительно созвонившись с детективом, обговорив время и условия встречи, я в сопровождении своей охраны прибыл к квартире Джуди Митчел.

Нам открыла дверь сама девушка, которая оказалась невысокого роста, с очень «колючим», пронизывающим до костей, взглядом. На ее теле была кобура с пистолетом, что я, если честно, сразу оценил.

— Я Алекс Харрисон, здравствуйте, Джуди, — протянул ей руку. Она ответила на рукопожатие, и меня удивила сила в этой маленькой и такой мягкой руке.

— Вас слишком много. Извините, но в квартиру можете пройти вы и кто-то один из вашей охраны, — ее тон был безапелляционным.

— Хорошо, — согласился я, нас действительно было много, — Оливер, ты со мной, остальные по периметру и около двери, — дал распоряжение, а в это время Джуди внимательно смотрела на мое выражение лица, потом пропустила в квартиру.

Когда мы вошли в просторный коридор, больше напоминающий холл, Джуди сразу указала на места на нашей одежде, где находилось оружие, чего я не ожидал, поскольку левша, и мое оружие находится с другой стороны, ни как у тех, кто стреляет правой, сказала, что в комнату впустит только без оружия. Бросились в глаза спортивные тренажеры в холле, гантели разного веса, большая боксерская груша.

— Неужели мужик все-таки есть? — мелькнула мысль, и по моему взгляду детектив вопрос «считала».

— Нет, мужчины в этой квартире нет. Это мои «игрушки», — на что я кивнул головой, а про себя отметил, что она очень внимательная и уверенная в себе и мне это нравится.

Мы выполнили ее требования, и только тогда она позволила нам пройти вглубь помещения.

Поразила атмосфера, царившая в квартире. В ней сразу расслабляешься и чувствуешь себя защищенным невидимыми силами, уходить не хочется совершенно. Наоборот, появляется желание остаться и почувствовать себя ребенком. И энергия в доме особая, какая-то чистая и светлая.

Я был удивлен ее спокойствию при общении со мной. Девушка сразу поняла, что я один из преступных авторитетов, озвучила мне это, все время пристально за мной наблюдая и «сканируя». Со своей стороны я рассказал о связи с отцом малыша и что дал тому слово усыновить его.

Энтони сладко спал в соседней комнате, куда Джуди после того, как мы познакомились и я показал татуировку и совместные фотографии с Фордом и совсем маленьким Энтони, пригласила пройти, показав жестом, чтобы я не шумел. В комнате пахло детством, чем-то сладким, ванильным.

Оказавшись рядом с кроваткой со спящим ребенком, у меня начало колотиться сердце. Перед глазами появился образ погибшего друга, на что я еле заметно улыбнулся, и видимо грустно, но снова Джуди поняла мою эмоцию, догадавшись, о чем я сейчас задумался.

— Вам надо быть сильным, — шепотом сказала мне она, внимательно, но по-доброму, посмотрев своими такими красивыми зелеными глазами, и я как-то внутренне собрался.

Джуди же при виде ребенка стала совершенно домашней и расслабленной, и даже оружие на ее теле не могло испортить образа любящей детей, мило улыбалась, глядя на спящего Энтони, который начал ворочаться и чмокать губками, потеряв во сне соску, которую она ему снова дала в рот. Потом жестом показала, что нам пора выходить.

— Он проснется через час, я его покормлю, переодену, и тогда вы сможете его забрать, — Джуди посмотрела на меня, а я снова просто кивнул головой в знак согласия, поражаясь тому, что, глядя в глаза этой девушки, сложно подобрать слова.

— Скажите, у вас все подготовлено к встрече сына? Детская комната, вещи и т. п. есть? — очень деликатно поинтересовалась девушка, — и что с медицинским обслуживанием? У Энтони скоро полезут остальные зубки, ему бывает трудно.

Услышав от меня ответы, которые ее устроили, детектив немного расслабилась. Еще она передала мне тот браслет с кулоном, который и стал опознавательным знаком, при этом прямо сказала, что ей известно про маячок, что мы за ней наблюдаем, и попросила теперь уже снять видеокамеры, установленные с целью слежения за ней и ребенком, напомнив, что это незаконно в отношении сотрудника полиции.

Оказалось, и это стало для меня несколько шокирующей информацией, детективу известно, кто учинил расправу над организатором и исполнителями убийства Форда, а также над заказчиком преступления. Хотя она не могла этого знать. Преступление считается нераскрытым, никаких зацепок у правоохранительных органов нет.

На мой напряженный взгляд в ответ на то, что она знает, что месть была именно с моей стороны, девушка процитировала Конфуция: «На добро следует всегда отвечать добром, а вот на зло — по справедливости и никак иначе!» — произнеся это, она пристально посмотрела на меня, но в этом взгляде я прочитал одобрение того, что мною было сделано. А то, что она каким-то образом поняла, что у меня псевдоним, вот реально шокировало, я еле сдержал эмоции. Детектив Джуди Митчел меня поразила и заинтриговала.

Через три часа я выходил из ее квартиры, держа на руках шестимесячного Энтони, теперь уже моего сына. Пока ехал в машине, всматривался в его лицо, и на душе возникло ранее неизвестное чувство. А в течение уже длительного времени не могу забыть картину, как Джуди прощалась с малышом. К этой сцене я возвращаюсь снова и снова: она так ласково поцеловала Энтони, и в ее глазах было столько грусти, что у меня по коже прошла дрожь, будто я отнимаю у матери ребенка.

— Берегите его, Алекс, — она подняла на меня свои глаза, полные слез, не стесняясь своей минутной слабости, — я его очень полюбила, — она гладила малыша по голове, а когда поцеловала в лоб, он смешно прикрыл глаза и надул губки, а у меня, держащего мелкого на руках, возникло чувство, что мы семья, от чего меня аж передернуло внутри. — Можно попросить вас как-нибудь увидеть Энтони?

— Конечно, мы решим этот вопрос.

— Спасибо. Удачи вам, мальчики, живите дружно, — были ее слова с нежной улыбкой, и прозвучали как благословение. А у меня кольнуло в груди, точно так нам с отцом говорила моя мама.

Эта картина мне уже несколько раз даже снилась, причем в мельчайших подробностях, я даже чувствовал легкий ванильный аромат, который исходил от Джуди и малыша. Он до сих пор пахнет также сладко и нежно, как и эта девушка.

— Надеюсь, я не схожу с ума, — говорил я себе, просыпаясь после таких снов.

Должен признаться, меня мучает совесть за то, что разозлил детектива Митчел своим предложением компенсировать понесенные расходы за время нахождения у нее Энтони. Она на меня в тот момент посмотрела так сурово, что я думал, провалюсь или от меня останется горсть пепла.

— Еще раз такое предложите, я в вас выстрелю, — была ее реакция на мое предложение, и я понимал, что она выстрелит, это не просто угроза. Такие люди словами не бросаются.

И только после того, как я извинился, пояснив, что не хотел ее обидеть, она смягчила свой тон и взгляд, но осталась напряженной и холодной.

Несмотря на то, что прошло несколько месяцев с того дня, я не переставал интересоваться детективом, собирал сведения о ней, круге ее общения, службе. И не могу даже четко сказать, зачем я это делаю. У меня есть стойкое ощущение, что я уже встречался с этой девушкой до того, как попал к ней в квартиру.

А еще она мне стала интересна с первого ее «колючего» взгляда в мою сторону. Так, как Джуди смотрела с первой секунды встречи до расставания с малышом, на меня не смотрела и не смотрит ни одна женщина. Во взгляде детектива не было ни малейшего намека на то, что это взгляд женщины на мужчину. Она была совершенно безразлична ко мне. И это отношение зацепило. И не потому, что я так уверен в своей неотразимости, просто привык, что женский взор всегда на мне задерживается, чей-то из страха, что чаще всего из-за моей суровой внешности, отсутствия эмоций на лице и тяжелого взгляда черных глаз, а кому-то хочется привлечь мое внимание.

Как Джуди смотрит на мужчин, так я смотрю на женщин, то есть без особого интереса. Я не верил и не верю женщинам, чувствам и в любовь. Наверное, это результат того, что я видел, как предали Форда, который после этого принял решение, чтобы суррогатная мать родила ему ребенка, и воспитывать сына в одиночку. Да и то, что я — правая рука руководителя преступного сообщества нашло свое отражение на моем отношении к людям в целом, и женщинам, в частности.

Но вот с того самого времени, как узнал о существовании Джуди и стал за ней наблюдать, увидев ее отношение к чужому ребенку, как-то иначе посмотрел на некоторые вещи. Да и мысленно часто возвращаюсь к ее персоне. К тому же, мне ужасно интересно, почему она так равнодушна к мужчинам и людям в целом, что закалило ее характер.

Из того, что выяснил о детективе, живет одна, специалист отличный, работает непозволительно много, прекрасный аналитический ум, профессиональный уровень выше всех в отделе, неподкупна, принципиальна, неоднократно шла на конфликт с руководством, отстаивая свою позицию, в управлении ее немного побаиваются, занимается спортом, в совершенстве владеет каратэ. А вот что касается ее родственников, тут информация минимальна. Узнал, что она родом из Италии, хотя на итальянку совершенно не похожа, в возрасте 16 лет приехала в Америку, где и проживает до настоящего времени. Об отце сведений вообще никаких ни в Италии, ни в США, а что касается матери, она погибла, когда девочке было 5 лет.

Еще удивился такому грустному совпадению, я тоже остался без матери, которая погибла, только был чуть старше Джуди.

Что касается личной жизни детектива, то на этот счет сильно «не копали», но совершенно очевидно, что у нее в управлении есть поклонник — сержант ее же отдела, всячески оказывающий Джуди внимание, которого даже не смутило наличие у детектива ребенка. И пока она была в отпуске, и мы за ней наблюдали, он старался ей помогать, бывал в выходные с ними на прогулках и по его глазам видно, что он влюблен в Джуди. Хоть детектив не проявляла явного интереса к этому мужчине, но в его обществе чувствовала себя комфортно, улыбалась ему, они много о чем-то беседовали. И скажу честно, мне эта ситуация крайне не нравилась, прямо напрягала.

Вообще, из того, что стало известно об этой девушке, и что я увидел при личном с ней общении, она похожа на гордую, смелую и одинокую волчицу. Загадочная какая-то и лично для меня притягательная, как я стал осознавать последнее время.

И вот сегодня тот день, когда я решил показать своего сына Джуди, как мы с ней и договаривались.

Встреча состоялась в парке, в той его части, где была обеспечена полная безопасность и отсутствие людей.

— Мы на месте и ждем вас, — сказал я, разговаривая по телефону с детективом.

— Буду через две минуты. Вижу вас, — в ее голосе чувствовалась радость предстоящей встречи, а у меня от этих слов приятно заныло сердце.

Я посмотрел по сторонам, и охранник указал кивком головы на движущуюся в нашу сторону девушку, на которой были надеты джинсы, толстовка, светлые кроссовки, волосы собраны в густой каштановый хвост, за плечами небольшой рюкзак.

Поразительно, но сидящий на моих руках Энтони при виде приближающейся девушки, стал подпрыгивать и издавать звуки, похожие на восторг, и тянуть к ней руки в ответ на то, что она тоже протянула руки навстречу ребенку.

— Неужели он ее помнит? — внутренне сам себя спросил я и удивился.

— Добрый день, — сказала она, улыбаясь так, будто это ее малыш, — Мой мальчик, мой сладкий, — произнесла девушка, принимая из моих рук Энтони, который просто запищал от радости, а я случайно в этот момент задел ее руку и ощутил нежность, которая исходила от нее.

Джуди его обняла, расцеловала, потом начала кружить. И эта картина порадовала мой глаз и душу, вызвав восторг не только у меня, но и у моей охраны, что мне крайне не понравилось, и я кинул злой взгляд в их сторону.

— Боже, у него вылезло два зуба! — Джуди радовалась, как ребенок, и была так искренна в своих эмоциях, — Как я по тебе скучаю, мой ангелочек. Я смотрю, твой папа тебя хорошо кормит, такая сладкая попка, — она весело тискала мелкого, а он неожиданно назвал ее мамой.

Сначала думали, что нам показалось, но Энтони повторил еще раз. Мы замерли, переглянулись с Джуди, которая прижала к себе малыша и, как мне показалось, вздохнула, на секунду устремив свой взгляд куда-то внутрь себя. И вроде мы оба взрослые люди, а как правильно реагировать на эту ситуацию, не знали, просто стояли и смотрели друг на друга. Потом девушка поцеловала в щечку малыша, села с ним на скамейку, а он стал смешно гладить ее по голове и лицу, она же целовала его ручки, а Энтони раз за разом называл ее мамой.

— Алекс, подержите, пожалуйста, его пару минут, — она передала мне ребенка, а сама из рюкзака достала пакет, — это для него, там мягкая игрушка и несколько вещей. Понимаю, что ваш сын ни в чем не нуждается, но от души.

— Спасибо за подарок.

Все это время Энтони тянул к девушке руки и даже начал хныкать, чему я очень удивился, ведь сын спокойный парень.

Джуди снова забрала у меня ребенка, и он успокоился. Потом она поставила его ногами на землю, держа двумя руками, и начала с ним делать совместные шаги. Оба смеялись, а я не мог отвести глаз от девушки. В голове не стыковалась строгая и немного жестокая в работе детектив и та Джуди, которая сейчас с нами, с ребенком.

— Какая она естественная и нежная, — подумал я, и тут случилось то, чего я ждал с нетерпением. Джуди отпустила руки ребенка, с которым она стояла лицом ко мне, сидящему на корточках, и сын сделал три шага, смешно балансируя. Я подхватил Энтони на руки и поцеловал: «Мой ты хороший. Ты пошел».

— Поздравляю, папа, ваш сын сделал свои первые шаги именно вам навстречу! И наконец-то, Алекс, вы улыбнулись, — Джуди искренне радовалась, смотря на нас.

Потом Энтони снова стал проситься к ней на руки, произнося слово «мама», и Джуди взяла его.

— Он хочет пить. Есть бутылочка с водой? — она вопросительно на меня посмотрела, и рядом стоящий охранник передал ей бутылочку с водой.

Энтони, попив воды, стал укладываться спать, прижимаясь к груди девушки. Она улыбнулась: «Помнишь, как спал». Мелкий распластался на ее груди и через несколько минут под ее нежные похлопывания по спине уснул.

— На мне ему так жестко спать, кряхтит всегда, — улыбнувшись, сказал я, глядя на эту идиллию.

Джуди промолчала. Мы сидели несколько минут в тишине, девушка о чем-то задумалась.

— Из вас хорошая мама получилась, — я решил нарушить молчание.

— Спасибо, что дали повидать ангелочка, — но ей не дал продолжить вибрирующий телефон в кармане толстовки, прямо под ножкой спящего Энтони.

— Если не трудно, вытащите телефон, пожалуйста, я не дотянусь, — обратилась она ко мне.

Я на нее посмотрел, даже не знаю, что меня смутило, но просунул руку в карман толстовки и на секунду ощутил тепло ее тела и сына, вроде как оказавшись между этими двумя родными энергиями. Вытащив телефон, кинул на него беглый взгляд и прочитал смс: «Убийство. Приезжай», но сделал вид, что ничего не видел и передал телефон в руку девушки. Она прочитала смс, улыбнулась, посмотрев на Энтони.

— Мне пора на работу, дела. Еще раз спасибо, что дали повидаться. Берегите сына. Вы отличный папа, — с этими словами она встала, а я остался сидеть, поскольку у нас очень большая разница в росте с этой девушкой. Она аккуратно начала перекладывать спящего ребенка мне на руку, и ей пришлось ко мне наклониться. Я почувствовал такой потрясающий аромат духов и самой девушки, с нотками ванили, как и у моего сына, что сердце забилось часто и как-то громко. Джуди поцеловала малыша, попрощалась и быстрым шагом стала от нас отдаляться в сторону парковки, один раз обернувшись, и что-то в ее взгляде было не то.

— Твоей маме надо работать, — сказал я тихо спящему сыну и сам удивился тому, что вырвалось из моих уст, — И как мне ее теперь забыть, ведь она ни на кого не похожа? Она особенная.

Раздумья и воспоминания, связанные с детективом Джуди Митчел, каждый раз приобнимают меня ностальгической грустью, в то же время, вызывая приятное послевкусие.

— Что у тебя с детективом полиции? — спросил босс, отрывая свой взгляд от бумаг, когда я сел в кресло напротив, — Это она спасла мелкого? Еще не выдала вас?

— Это она. Не выдала и не выдаст, у нее суровые моральные принципы, насколько я понял. Вчера возил ей показать сына, обещал, когда его забирал.

— Судя по тем видео, что я посмотрел с вашей встречи, она слабо похожа на полицейского, но хорошая мать, — пристально смотря на меня, продолжил босс.

— Вы снимали мою встречу? С каких пор недоверие? — я не скрывал своего недовольства и раздражения.

— Алекс, не кипятись и следи за эмоциями. Я не тебе не доверяю, а копу. Для меня важна твоя безопасность и ребенка. Ты моя правая рука и доверенное лицо. Я не могу просто так позволить тебе встречаться в парке с копами. Ты ей доверяешь?

— Доверяю, — мое настроение было подпорчено этим разговором, — Если она до сих пор скрывала все события, то теперь и подавно не выдаст ни себя, ни нас, — сухо ответил я.

— Понравилась? — босс пристально смотрел на меня.

— Нет. Она не в моем вкусе, — на эти слова босс пристально посмотрел на меня.

— Алекс, не ври, я ложь не потерплю, — его тон стал злым, — Посмотри на себя на видео. Себя не обманешь. А вот ты точно не в ее вкусе. Но с копами связываться запрещаю. Это табу у нас. Надеюсь, напоминать не надо об этом.

Потом мы обсуждали текущие вопросы и проблемы, и спустя полтора часа я вышел из кабинета Роберта — моего босса. Настроения не было никакого, в душе как-то ныло, и появилось чувство тревоги, что никогда не увижу Джуди. А мне хотелось увидеть ее улыбку и блеск зеленых глаз, а еще вдохнуть ее аромат.

Вечером, выйдя из душа, улегся в кровать с ноутбуком, на котором решил посмотреть видео с нашей встречи с сыном и Джуди. Смотрел и сердце замирало. Получился семейный, добрый фильм. Девушка естественна и незабываема. Но босс прав, у меня слишком пристальный и какой-то влюбленный взгляд на нее, стоит это признать, что меня пугает, я никогда никого еще не любил. А вот Джуди, действительно, равнодушна ко мне, абсолютно никаких эмоций на мой счет. И это меня несколько озадачило или расстроило, не знаю, как правильно определить свое состояние по этому поводу.

Всю ночь видел во сне какую-то девочку лет 7, себя в детстве, когда мне было лет 10–11, и что я поклялся на ней жениться.

— Что происходит в моей голове, что за сны в последнее время? — сам себе задаю вопросы после очередной ночи загадок.

ДЖУДИ МИТЧЕЛ

Как я была рада увидеть, что Энтони здоров, подрос и по-прежнему улыбчив! Ехала на встречу с ребенком и его отцом, волнуясь. Но малыш меня узнал. Никогда не думала о детях, не интересовалась ими и вопросами материнства. А вот когда Энтони стал меня называть мамой, стало и радостно, и грустно одновременно. Сердцу так приятно от этого слова, но я не его мама и не имею права принимать его на свой счет.

Алекс Харрисон — хмурый и грозный мужчина, и как мне удалось узнать, жестокий в вопросах сообщества, мстительный и замкнутый по натуре, оказался по отношению к своему сыну очень ответственным и добрым человеком, который даже умеет улыбаться. В его глазах я увидела счастье, когда сын сделал ему навстречу несколько шагов. Но Алекс подавляет свои эмоции, они очень глубоко в его душе.

Но встреча была и тяжела тоже. Из того, что я заметила, наше общение снималось на видео с нескольких ракурсов. И у меня сложилось впечатление, что Алекс Харрисон не знал об этом. Для меня, как полицейского, очевидно, что мне не доверяет кто-то, подозреваю, что это босс Алекса. Но это вполне понятно. Чтобы коп промолчал, что участвовал в перестрелке с бандитами, спас чужого ребенка и не сообщил об этом, — в голове не будет и не должно укладываться.

Еще мне стало ясно, больше встречаться с Энтони не стоит, он начнет привязываться ко мне, а я к нему. А этого допустить нельзя. Во-первых, он — сын преступника, а я — действующий детектив полиции. Любая последующая встреча — риск как для них, так и для меня. И если я и без того белая ворона в управлении из-за своего характера и принципов в службе и готова к любым провокациям в свой адрес, то подвергать опасности ребенка нельзя ни при каких обстоятельствах, как бы сильно я его уже не обожала. Во-вторых, у Алекса Харрисона начнутся проблемы в преступной организации из-за меня, ведь сложно доказать факт, что встреча с полицейским просто для того, чтобы повидать ребенка. Алекса могут посчитать предателем и убрать свои же.

Я приняла решение, что больше никаких встреч. У них все будет хорошо. Я свою миссию уже выполнила.

— Логан, ты только посмотри, — она с искренним изумлением и восторгом в глазах указывала своей ладонью в направление леса, — там лось! Я так близко их никогда не видела, только в детстве и то в зоопарке. Какой же он огромный! — а я не мог отвести взгляда от ее лица, на котором сейчас было детское выражение.

— Это же заповедник. Давай подойдем ближе и покормим его, — я взял Джуди за руку и повел в сторону лося. А когда животное пошло нам навстречу, девушка сильнее сжала мою руку, это было немного неожиданно, зная бесстрашие этого детектива в работе, но мило и приятно. Но как только животное взяло с ее ладони, которую я придерживал своей, яблоко, Джуди расслабилась и погладила лося между глаз. И вот в этот момент уже напрягся я, неожиданно для себя испугавшись за девушку.

Мы долго гуляли по территории заповедника, кормили животных. Джуди много их фотографировала, а я фотографировал ее, девушка невероятно фотогенична и естественна.

Около пруда с рыбами Джуди задумалась, глядя в сторону горизонта. Я подошел к ней со спины и почувствовал, как она напряглась, несмотря на то что я даже не прикоснулся к ней, потом повернулась ко мне лицом и пристально посмотрела в мои глаза. И видит Бог, я не могу упустить из своей жизни Джуди, этой колючей и непредсказуемой девушки, смотреть в глаза которой я могу всю жизнь.

— Джуди, ты мне нравишься, — произнес я, продолжая тонуть в омуте ее зеленых глаз, потом взял в свою руку ее ладонь и немного притянул девушку к себе, провел по ее волосам рукой и просто почувствовал все напряжение Джуди, в глазах которой промелькнул, как мне показалось, испуг.

— Логан, нам не следует переступать грань рабочих и дружеских отношений. Если честно, я ни тебя, ни других в управлении не рассматриваю как мужчин, извини за игру слов, имею в виду мужчин — потенциальных кандидатов на отношения. Я тебе уже это говорила. К тому же, как только об этом станет известно в коллективе, у тебя будут неприятности, ты же знаешь нелюбовь капитана ко мне.

— Ради отношений с тобой я готов перевестись в другой отдел, чтобы не быть напрямую твоим шефом. Подумай над моими словами, не делай поспешных выводов. Тебе нужно время, — я смотрел на Джуди и видел растерянную девочку.

Она ничего не ответила, кивнула головой и пошла в сторону выхода с территории заповедника, на парковку. Мне показалось, что она может отдалиться от меня, ее мои слова напрягли, а это может быть только в том случае, если у нее ранее не было отношений.

— Неужели в наше время еще есть такие недоступные, серьезные и чистые в этом вопросе девушки? — размышлял я, вглядываясь в Джуди, которой кто-то позвонил, и она ответила на звонок, но тут и мне позвонили из управления.

— Логан, звонил дежурный, сказал приехать на работу.

— А мне позвонил капитан. Но не сказал, что случилось. Весь оперативный состав нашего отдела подняли. Поехали.

— Но я успела покормить лося, — торжественно и гордо произнесла девушка, и я не мог сдержать улыбки.

— Тебе очень идет улыбка, — сказала она, садясь в машину.

— Вот и помни о ней, пока будешь думать над моими словами, мисс Джуди, — подмигнув девушке, я сел за руль, пристегнулся, и мы поехали в управление.

Пока были в пути девушка несколько раз внимательно смотрела на меня, а когда я чуть развернул свое лицо к ней, ответила на мой взгляд своей лучезарной улыбкой и хитрым блеском прекрасных глаз.

— Она станет моим наказанием, — подумал я, — такую девушку любить сложно, но она как магнит.

Мы приехали в управление полиции, куда подтянулись все сотрудники нашего отдела и криминалисты.

Капитан Ронни Кларк поставил в известность, что в одном из элитных игорных клубов города совершено убийство его владельца, которому принадлежит целая сеть таких клубов. Выходные и отпуска, кто на них рассчитывал, отменяются. Дело находится на контроле в главке и мэрии, поэтому основная задача — быстро установить виновных, получить санкцию прокурора округа на их арест.

Поскольку убойными преступлениями занимается наш отдел, мне было поручено организовать сбор доказательств и начинать надо прямо сейчас.

На место преступления со мной выехали двое детективов, включая Джуди Митчел, которой я поручил основной блок следственных действий по делу, и криминалисты.

Элитный клуб был из той категории, куда, не имея несколько сотен тысяч долларов, заходить даже не думай. Ставки в играх сумасшедшие, публика от политиков до бандитов.

— Вау! — произнесла Джуди, обводя взглядом антураж и обстановку клуба, проходя внутрь помещения, где лежал труп мужчины, — Думаю, сержант, с мотивом убийства здесь проблем не будет.

Я посмотрел на Джуди, у которой, когда она работает и начинает полностью погружаться в раскрытие преступления, всегда особый блеск глаз. И он мне так нравится.

Осмотр места преступления проводился в течение нескольких часов. Потом здесь же, на месте, допрашивали персонал, администрацию клуба и часть посетителей. Остальных вызвали в управление полиции. Детективы изъяли всю документацию клуба и записи с камер видеонаблюдения.

Когда криминалисты закончили осмотр, а труп увезли, мы всей следственной группой выдвинулись в сторону отдела. Джуди ехала со мной в машине.

— Что думаешь по поводу убийства?

— Уверена, что начнут мешать. Кстати, кто «крышует» сеть этих клубов? Бандиты или кто-то внешне благороднее их? — свой сарказм детектив не скрывала, — Хотя, как только начнутся помехи, сразу поймем, чей интерес. Уверена, что видеозаписи нам не помогут, их «подчистили» до нашего приезда или они висели для отвода глаз, как говорят наши криминалисты, «пустышки».

На часах было около 3 часов ночи, я подошел к дверям кабинета, где работала детектив Митчел, сидя за монитором, обложившись кипой документов.

— Домой не сбираешься? — поинтересовался, ставя на ее стол стакан с кофе.

Джуди оторвала взгляд от компьютера, посмотрела на меня красными от напряжения глазами, улыбнувшись.

— Спасибо, шеф.

— Логан, а не шеф. Мы сейчас одни.

— Хорошо, Логан. Обожаю ночной кофе.

— Заканчивай, отвезу тебя домой, — произнес я и подошел ближе к ее столу, всматриваясь в чертеж с какими-то обозначениями в виде буквенных сокращений и цифр на мониторе, — Это схема взлома системы охраны Пентагона? — шутка вырвалась сама по себе.

— Почти, — усмехнулась девушка, делая глоток кофе и мурлыча от удовольствия, — Ты со мной на захват объекта? — эта хитрюга не спускала с меня глаз.

— Даже не сомневайся, с тобой, — я тоже смотрел на нее, облокотившись о край ее стола.

— Проверку прошел успешно! Вообще-то это пока то, что мы собрали из доказательств на месте, плюс схема вторым планом — все те действия, которые совершал потерпевший, где бывал и с кем общался до момента убийства. Но здесь многого не хватает. Свидетели, допрошенные сегодня, врали.

— Умница. Но кроме тебя это минное поле информации никто не поймет.

— На это и рассчитано, Логан, — она стала серьезной. Ты знал, что клуб посещали люди мэра?

— Нет, — соврал я, так как пока не готов сообщить Джуди все то, что знал, она сразу рванет в бой, а мне тревожно за нее. Слишком бесстрашная, пострадает. И, услышав мой ответ, девушка мне не поверила, я это почувствовал по ее взгляду сейчас острых и злых глаз, от чего в душе все сжалось, — Тебе пора отдохнуть, поехали.

— Я еще поработаю, моя машина здесь, сама доберусь. Но за предложение спасибо, — сухо, я бы сказал даже отстраненно, ответила девушка и демонстративно отвернулась от меня, начав что-то читать в документе, после чего повисла гнетущая пауза. Я вышел из кабинета, но не покидал отдел до тех пор, пока не уехала Джуди, наблюдая за ней со стороны.

АВТОР

Джуди просидела на работе, погрузившись в анализ доказательств, до 6 утра, потом все данные скинула на флешку, убрала бумаги в сейф, села в свой джип и поехала домой.

— Почему он мне не сказал правду? — рассуждала мысленно девушка, — или ему поступило какое-то указание по делу, или за меня боится. Но думаю, что первый вариант. Логан бывает излишне осторожным, чем меня бесит. А может он с ними за одно? — этой мысли она сама удивилась и немного испугалась, — Неужели он может поступиться честью мундира и выполнить незаконное указание? Нет, он не такой. Мужчина с такими красивыми синими глазами и обворожительной улыбкой должен быть воплощением… — мысль была прервана звуком смс сообщения, пришедшего на телефон от этого красавца: «Ты меня неправильно поняла. Поговорим на работе».

— Да пошел ты! — за малым не подумав, чего более резкого в его адрес, девушка не стала отвечать на сообщения от Логана и выключила телефон, — Козел он и есть козел, — с этими словами она надела на руки боксерские перчатки и несколько минут со всей злости наносила удары по груше.

— Теперь я в полном порядке, — сказав сама себе эти слова, Джуди пошла принимать ванну, в которую погрузилась с головой, а после приготовила завтрак, сварила кофе и под классическую музыку, раскачивая ногами, сидя на высоком стуле за барной стойкой, просто расслабилась, ни о чем не думая.

Зайдя в кабинет одной из первых, Джуди увидела на своем рабочем месте букет цветов — нежных ромашек, но, понимая, что это от сержанта, выбросила их в урну у себя под столом и села работать.

Первую половину дня Манчини допрашивала свидетелей. Этим же занимались еще двое детективов ее отдела. Забыв пообедать, Джуди села в свой автомобиль и вместе с коллегой — детективом Дональдом Кингом поехала снова в тот клуб, где было совершено убийство, ей надо было еще раз осмотреть кабинет потерпевшего.

Подъехав к клубу, обратила внимание на несколько тонированных автомобилей, приготовила оружие, переглянувшись с Дональдом, который нравился Джуди своим спокойствием, упертостью в характере и решительностью, с ним они понимали друг друга без лишних слов и часто вместе выезжали на задания и задержание подозреваемых.

Первое, что насторожило, их не хотели впускать в помещение клуба, несмотря на то что оба полицейских были в форме. Но после того, как детектив Митчел пригрозила оружием охраннику, сказав что-то на ухо, последний покраснел и отошел в сторону, позволив детективам войти. Затем, и об этом Джуди, пока ехали на осмотр, предупреждала Дональда, двое в масках напали на них, оказывая сопротивление полиции и препятствуя их работе.

Вот зря они это затеяли, очень зря. У Джуди сейчас настроение было не очень располагающим к мирным, законным методам установления истины после слов Логана и бессонной ночи, и просто «чесались» кулаки начистить кому-нибудь физиономию. Боксерская груша не смогла утихомирить взрывной характер мисс Митчел. Причем ей настолько требовалось отвести душу в легальной драке, что она запретила Дональду вмешиваться, и он просто стоял и любовался тем, как милая девушка в форме полицейского избивает, именно избивает, а не отражает удары, двух мужиков, крупнее и выше ее.

Этих двоих она оставила пристегнутыми наручниками сзади к металлическим сваям в помещении одного из залов клуба, запретив кому бы то ни было подходить к ним на расстоянии 5 метров, иначе задержит всех. Девушка была настолько злой и уверенной в себе, что появившийся к концу драки начальник службы охраны клуба, желавший увидеть победу своих бойцов, а по факту имевший возможность лицезреть их поражение, был вынужден капитулировать, заверив детектива Митчел, что сам лично сдаст этих двоих полиции, на что Джуди усмехнулась ему прямо в лицо, и через 5 минут двое нападавших были ее коллегами на патрульной машине доставлены в участок, задержаны за нападение на полицейских. А детективы Джуди и Дональд приступили к повторному осмотру кабинета потерпевшего.

Пока детектив активно расследовала это дело, фигурантами которого стали непростые люди, на мобильник Джуди стали поступать «интересные» смс сообщения, сначала с намеком на то, что красивым девочкам не стоит лезть в грязные дела ночных клубов, потом пошли угрозы убить, похитить, взорвать и т. п. А в один из дней, когда Джуди была дома, ей в окно выстрелили. Но она ожидала этого и именно в этот самый день, в который арестовали сына одного из сотрудников мэрии по обвинению в совершении умышленного убийства владельца игорного клуба.

— Детектив Митчел, вас просит зайти в кабинет сержант Мур, — сказала одна из коллег Джуди, заглянув к ней в кабинет, просунув только голову, при этом подмигнула и показала кулачок «держись».

— Спасибо. Иду.

Джуди постучала и вошла в кабинет Логана, который стоял спиной к ней и смотрел в большое окно.

— Садись. Есть разговор.

Джуди села в кресло напротив стола сержанта, который в этот момент повернулся к ней лицом и внимательно и напряженно посмотрел ей в глаза.

— Я предупредил тебя не лезть на рожон, — его тон был суровым.

Джуди молчала, тоже смотря на сержанта.

— Почему не выполнила мой приказ и задержала сына помощника мэра? Ты смерти хочешь?

— А если да, то что? — достаточно дерзко ответила детектив, — Отстранишь от дела или поможешь им меня убрать?

— Замолчи, Джуди! — грозно крикнул Логан и побледнел, — Все улики указывают на то, что убийство совершено одним из членов преступного сообщества штата. Вот кого надо было задерживать!

— Не замолчу, сержант Мур! — вскочила с места детектив, — в расследовании надо опираться на факты, а не на эмоции. И хватит идти на поводу у тех, кто покрывает убийцу и подставляет невиновного, кем бы он ни был. Преступное сообщество не причастно к этому убийству, и вам, как начальнику отдала, это известно. Не забывайте, сержант, разница между ложью и правдой в том, что у лжи всегда есть свидетели, а у правды никогда. Ложь часто опирается на поддержку со стороны других, в то время как правда стоит сама по себе. Я пойду, если это все, ради чего вы меня вызвали. Иначе наговорю гадостей или ударю вас, сержант.

И Мур понимал, глядя на Джуди, что она не просто ударит, а может убить, ее кулаки сжаты до белизны в костяшках.

— Мелкая правдолюбка, — про себя подумал Логан, — Ты не понимаешь намеков этих опасных людей, для которых убить тебя, как прихлопнуть комара. Стреляли в окно твоей квартиры неслучайно! — повысив тон, сказал он.

Детектив Митчел после этих слов так посмотрела в глаза сержанта, что у последнего пробежала дрожь по коже.

— А откуда вы знаете, что мне в окно стреляли? Я только сейчас написала рапорт на имя капитана, но ему еще его не передали. С вашей подачи стрелок оказался в доме напротив? Снайпер, правда, хреновый, промазал. Или это для устрашения? А может быть это ты, Логан, так решил меня «защитить» от всего преступного мира? — Джуди сделала шаг, приблизившись к сержанту, — Не мешай мне, сержант! Пристрелю! Ты меня знаешь. И сожалеть не буду. Спасай свою задницу, а меня не трогай!

Митчел вышла из кабинета сержанта, еле сдерживая свой гнев. А Мур остался стоять, как вкопанный, понимая, что не надо было повышать на Джуди голос, и он проговорился по поводу осведомленности о выстреле.

— Придурок. А еще сержант в отделе убийств, — сам себя корил Логан, понимая, что выпал из доверия девушки в считанные минуты вместо того, чтобы приблизиться к ней.

А детектив Митчел, погруженная в свои невеселые мысли, шла по коридору, отдаляясь от кабинета сержанта.

— Ты выглядишь злой. Сержант еще жив? — раздался голос Дональда, идущего ей навстречу.

— Пока да. Ты тоже к нему?

— Ага. Вызвал только что. Видимо по делу. Не уходи, давай после работы перекусим и чего-нибудь выпьем.

— Хорошо, я буду у себя, — ответила детектив и пошла дальше.

Через час эти двое сидели в небольшом молодежном клубе с ритмичной музыкой.

Дональд заказал стакан виски, а Джуди бокал красного полусладкого вина. Перед ними стояла большая пицца.

— Я только сейчас поняла, что сегодня еще не ела, — усмехнулась Джуди, а у самой было стойкое ощущение, что за ними наблюдают, причем чужаки.

— А я давился гамбургерами весь день, — смеялся Дональд.

Какое-то время они ели молча, Джуди в такт музыки качала ногой, а потом и вовсе вышла и начала танцевать в группе посетителей клуба. Когда девушка вернулась и села за стол, Дональд заказал еще виски.

— Слушай Джуди, мне сержант сказал не усердствовать в этом деле.

— А ты что? — она вопросительно посмотрела на него, — Тебе угрожают?

Дональд в ответ открыл свой телефон и показал 3 смс, пришедших от неизвестного.

— Номер одноразовый.

— Знаю, я тоже проверяла. Мне пришло больше 20 штук, а еще выстрелили в окно квартиры, — подмигнула ему детектив, на что Дональд отставил свой стакан и посмотрел на девушку, побледнев.

— Слушай, может ну их к черту с этим делом, давай не будем мешать, — предложил мужчина.

— Мешать чему? Невиновных отправлять за решетку с пожизненными сроками? Только не говори, Дональд, что обосрался, получив эти смс, — детектив начала злиться, — Если так, вали из группы и из этого клуба.

— Не свалю. Буду с тобой в одной команде, — буркнул Дональд и сделал большой глоток виски.

— Дональд, у тебя какая семья? Родители есть? — девушка с интересом посмотрела на коллегу, откинувшись на спинку стула.

— Да. Оба, а еще два брата — студенты. А что?

— Просто спросила. Давай, тебе пора, — и она указала кивком головы на экран мобильника Дональда, который сейчас в темноте зала светился надписью «мамочка», — про себя подумав, что это очень ласковое и непривычное слово. И как надо любить человека, чтобы так его называть.

— Джуди, я пойду, — извиняющимся тоном сказал коллега, — но я с тобой в этом деле до конца.

— Хорошо. Иди, а я еще посижу, музон классный.

Когда Дональд ушел, Джуди, обдумав состоявшийся с ним разговор, приняла решение сделать все, чтобы его убрали из ее дела, ему нельзя рисковать. И, в итоге, его убрали, поручив расследование другого дела.

АЛЕКС ХАРРИСОН

Вот стою, смотрю на нее с балкона второго этажа этого ничем не примечательного молодежного ночного клуба и на душе тепло. Просто от того, что ее вижу. Но она напряжена, и я знаю, почему, и волнуюсь за ее безопасность. Она начала опасную игру не только со своим руководством.

Как только мне доложили, что детектив вышла с работы и с коллегой направилась в этот клуб, приехал сюда. Хоть заведение не моего формата, но здесь уютнее, чем там, где я часто бываю, и люди проще, у них радость естественная, не наигранная.

Несколько раз отправлял Джуди смс с предложением встретиться с Энтони, который как-то раз, сидя у меня на коленях, в тот момент, когда я рассматривал фотографии детектива, увидел ее и снова стол повторять слово «мама», тыча пальчиком в ее изображение. Но девушка их игнорирует, даже не читая. Раньше я ни одной девушке не писал смс, не звал на свидание и не думал о них дольше времени нашего небескорыстного «общения», хотя в это время я о них тоже не думал. А вот познакомившись с Джуди, стал прокручивать в голове варианты, как с ней встретиться, посмотреть со стороны. Сегодня как раз такая возможность.

Как только коллега детектива ушел, я спустился в зал вместе со своими парнями, которые рассредоточились в толпе танцующих, в числе которых была и Джуди.

— Она очень сексуальна в ритмичном танце, двигает телом просто потрясно, — подумал я, приближаясь к ней со спины. Но неожиданно девушка резко развернулась ко мне лицом, ехидно улыбаясь, а в ее глазах просто плясали злые искорки.

— Я думала, вы раньше спуститесь потанцевать, Алекс, — и только она это сказала, заиграла медленная композиция, которую любит, как я выяснил, Джуди, и которую заказали мои парни. Я взял в свою руку ее ладонь, а второй рукой обнял за талию и придвинул к себе, почувствовав, как напряглось все ее тело.

— Ждал медленного танца, Джуди, — смотря сверху вниз прямо ей в глаза, ответил, крепко удерживая девушку в своих руках, поскольку эта особа решила освободиться от меня, — Нет, детектив, не лишайте меня счастья с вами танцевать. Почему не отвечаете на мои сообщения?

— Игнорирую, — она была честна, тоже смотря мне в глаза, и почему-то в них уже не было злых искорок, а читалось любопытство.

— Мне нравится ваша честность во всем, — я не мог не улыбнуться, — А можно узнать, почему? Так не нравлюсь?

— Угадали, Алекс. Вы не в моем вкусе.

— Энтони скучает. Не хотите встретиться с ним? Надеюсь, мой мальчик вам нравится, в отличие от его отца? — все это время я с удовольствием ощущал под руками тепло этой девушки, которая все равно осталась напряженной, как пружинка, — Что-то ее очень напрягает, — промелькнула мысль, и я глазами дал знак своим парням усилить наблюдение за обстановкой.

— Мальчик нравится, вам это известно, но вы игнорируете запрет своего босса пересекаться и следить за копом, хотя знаете, что за это вас уберут свои же, — ее слова меня поразили, я не ожидал такой осведомленности девушки, — Вам наверняка показали видео с нашей встречи в парке, и Роберт дважды повторять не будет. Вам ли рассказывать о его решительности. Не удивляйтесь, я сразу видела, что нас снимают как минимум с двух ракурсов.

Пока Джуди говорила это, я непроизвольно стал поглаживать большим пальцем наружную часть ее ладони, лежащей в моей руке, и на сердце стало спокойно. Маленькая, теплая ручка, а счастья в душе, как будто обнял весь мир.

— Невероятно, детектив.

— Но факт, — усмехнулась она, посмотрев на меня, — Сколько зубов вылезло у Энтони? — вопрос был неожиданным, но приятным, значит, о ребенке она думает.

— Два. Он, когда засыпает на руках, говорит слово «мама», наверное, вас вспоминает.

— Запрещенный прием, Алекс. Но у меня не развит материнский инстинкт, поэтому этот метод манипулирования не работает. Зачем меня искали? — сейчас она серьезно посмотрела на меня и, надеясь на то, что медленная мелодия закончилась и сможет выскочить из моих объятий, хотела опустить руку, но снова заиграла медленная композиция, и мы остались в толпе танцующих парочек.

— Вам может угрожать опасность.

— Знаю. Это нормально для копов.

— Хочу вам помочь, потому что вы мне нравитесь и моему сыну тоже, — сказав это, мне хотелось увидеть в ее глазах хоть миллионную долю согласия на помощь, вполне мотивированную, на мой взгляд. Я бы свернул для нее горы. Но не увидел, а встретил жесткий протест со стороны девушки.

— Алекс, если вы меня не оставите в покое, я вас пристрелю, — после этих слов я почувствовал, что к моему боку приставлено дуло пистолета, который Джуди держала в той руке, которая до этой секунды была на моем предплечье, так как девушка ниже меня ростом и до моего плеча не дотягивается. При этом она мило улыбалась, и со стороны могло казаться, что мы просто влюбленная пара, потому что я реально так на нее смотрел, а эта мелкая террористка хорошо играла свою роль.

Я же в этот момент был… не поверите, счастлив. Чему? Тому что, наконец, в жизни встретил настоящую свою половину! Вот она — боевая, резкая, смелая и умная девочка! Я должен сделать все, чтобы она обратила на меня внимание, чтобы нашла во мне свою вторую половину.

— Хотя если вы продолжите свое неоправданное и беспечное наблюдение за мной, Роберт вас убьет и тогда я смогу с ним договориться и заберу себе Энтони, — этой фразой она усилила мои восторженные мысли о ней.

— Если это сделает вас счастливой, нажимайте на курок, детектив, — я не мог налюбоваться этой девочкой, но моя фраза на нее никак не подействовала.

— Алекс, я уйду первой, выстрелю в следующий раз. Роберт прислал людей следить за нами. Готовьтесь к разбору вашего недостойного преступного сообщества поведения. И запомните, не попадайтесь мне на пути. Я могу сама со всем справиться. Полицейский плюс бандит не образуют равенства. Прощайте, — с этими словами она незаметно растворилась в толпе.

— Она моя. Только моя! — твердил я, выходя из клуба и направляясь на нашу базу.

ДЖУДИ МИТЧЕЛ

Я всеми фибрами души чувствовала, что посиделки с детективом Дональдом перерастут во что-то еще. Им оказался Алекс Харрисон, который появился в клубе через 30 минут после нашего туда прихода.

Мне нравится, что он не отступает от своих мыслей и выражает их прямо, не юлит. А еще с ним рядом необычные ощущения безопасности: все внутри расслабленно и хочется чувствовать его руку рядом. Странно это. Особенно когда он смотрит своими абсолютно черными глазами в мои. Они напомнили мне глаза мальчика, с которым мы общались некоторое время в детстве, пока моя мама не погибла. Так вот у него были такие же глаза. И когда мне хотелось плакать, он говорил: «Малышка, смотри мне в глаза, тебе станет легче». Я смотрела, и мне реально было легче и морально, и физически.

— Может, так действуют на меня черные глаза, как у папы и дедушки? — задумалась я, садясь в автомобиль, обратив внимание, что люди Алекса продолжают меня охранять и следовали за мной до самой квартиры, — Но в следующий раз я в него выстрелю точно, чтобы не подвергал себя и ребенка опасности в лице своего же босса.

— Теперь к одной проблеме в лице сержанта Логана Мура добавилась вторая — бандит Алекс Харрисон, — выдохнув, вслух сказала я, раздеваясь в квартире.

Уже ложась в кровать, увидела, что светится экран мобильника, пришло смс: «Меня не убили, не радуйтесь». Я в голос рассмеялась.

— Он как ребенок, хотя сам уже стал папой.

Утром проснулась с мыслью: «Что день грядущий нам готовит?»

Ответ на этот в моем случае бестолковый вопрос я получила сразу же, как меня вызвали в кабинет к капитану управления полиции.

— Детектив Митчел, — начал капитан Ронни Кларк, — послушай, из мэрии поступила обязательная для исполнения просьба не допрашивать сотрудника секретариата, который был в клубе в момент убийства. Он сын одного высокопоставленного чиновника. Не трогай его.

— Да знаю, что он сын помощника мэра. Один сын наркоман, второй — убийца. Лучше бы их отец занимался воспитанием сыновей, а не участием в махинациях с федеральными деньгами. А почему, капитан, вы настаиваете на удовлетворении «просьбы» помощника мэра? — думаю, что в моем красноречивом взгляде капитан прочитал всю степень сарказма, на которую я могла быть способна.

Капитан проигнорировал мой вопрос, закурил, бросив в мою сторону напряженный взгляд.

— Так повелось: рожденный ползать всем объясняет, как летать, — усмехнулась я, — Уже поздно рассматривать этот вопрос, — продолжала, пристально и угрожающе смотря на шефа, — Он дал показания, признался, что подсыпал порошок потерпевшему в коктейль, а потом убил, пока тот находился в «отключке». А все из-за денег. Сын помощника мэра страдает игроманией, завсегдатай игровых клубов, принадлежащих погибшему, а проигрыш составил миллион долларов. Отдавать не хотел, вот и решил убийством «списать» должок. Как ни странно, но шериф со своей командой подсуетились, записи с видеокамер во всем квартале уничтожили, а в клубе они оказались непригодными для экспертизы, клуб ведь по факту нелегальный. Но есть пара любительских видеосъемок. Доказательств достаточно. Так, что, капитан, вуаля! Можем дело передавать окружному прокурору.

После моих слов Ронни Кларк стал просто серого цвета, впился в меня глазами, сжимая челюсти так, что казалось, они треснут.

— Джуди Митчел, ты в своем уме? — прорычал он.

— Не поняла вас, капитан? С утра была в своем. У вас иное видение перспектив этого уголовного дела?

— Оно не уйдет окружному прокурору и в суд ни при каких обстоятельствах! Я еще хочу пожить, сержант. И вам рекомендую об этом задуматься. Иначе пожалеешь!

— О чем? Вы меня пугаете? Не стоит, капитан, недооценивать своих подчиненных, пуганая, — усмехнулась я, глядя на шефа, который начал меня изрядно напрягать, — Несколько дней назад мне в окно квартиры уже стреляли. И что, начать бояться работать? Я полицейский. И меня просто так не испугают.

— Почему не доложила о стрельбе? — тон капитана становился все злее, голос громче, а меня это в некоторой степени стало веселить.

— Доложила и рапорт зарегистрирован, просто вам некогда его читать или не хотите, — я не скрывала своего ехидства, умноженного на ненависть.

Капитан покосился в мою сторону.

— Митчел, почему не задержала Итана Брауна? Я был уверен, что он станет подозреваемым по делу об убийстве в клубе.

— Вам так хотелось. Но этот человек невиновен. На него нет ни единого доказательства и, к тому же, у него нет мотива для этого преступления. Только лишь потому, что он из преступного мира на него можно повестить всех «собак»? Это незаконно с нашей стороны.

— Я приказываю тебе вывести из дела нынешнего подозреваемого, взять ордер на арест Итана Брауна. И не говори сейчас ни слова, иди, исполняй приказ! — его глаза горели, и он указал мне кивком головы на дверь.

Уходя, зная, что капитан смотрит мне в спину, я громко процитировала Шекспира: «Трус умирает при каждой опасности, грозящей ему, храброго же смерть настигает только раз».

— Еще совсем недавно ты был образцом чести офицера, порядочности и так быстро поставил свою должность на коммерческие рельсы, — рассуждала я, проходя по коридору в сторону лифта, — но невиновный не должен нести ответственности. Капитан, я перепутаю тебе все карты, получу ордер на арест сыночка помощника мэра и тогда посмотрим. Зря ты так, Ронни Кларк, в этой партии, разыгранной тобой и мэрией, я выступлю Джокером и тебе лучше бы узнать, какова роль этой карты в колоде, но ты этого не узнаешь. Мне вас всех жаль.

Мне действительно удалось убедить прокурора в виновности подозреваемого, и он выдал ордер на арест старшего сына помощника мэра. В общем, я все сделала с точностью наоборот. И виновный был задержан. Уверена, что ненадолго, но все же. Маленькая, но победа справедливости и закона!

Логан Мур продолжает попытки загладить тот неприятный в их общении с Джуди момент, который имел место в кабинете, когда он сорвался. Но детектив вот уже три недели игнорирует его, как мужчину, выбрасывает в урну цветы, вне рабочих вопросов не общается вообще. Это его злит, расстраивает, и стала неожиданностью злопамятность девушки.

Джуди сидела на диване с попкорном на коленях и смотрела боевик с Джеки Чаном, часы показывали 01.30, когда в двери квартиры раздался громкий стук, больше похожий на удары всем телом. Девушка встала, взяла пистолет и подошла к двери, на мониторе камеры увидела облокотившегося о косяк Логана Мура.

— Зачем пришел? — задала она вопрос, открыв дверь, обратив внимание, что сержант выпивший, но на ногах стоит уверенно.

— Можно зайти? — Логан выглядел подавленным, но было ясно, что без разговора он не уйдет. Девушка пропустила его в квартиру и закрыла дверь. А Логан разулся и остановился, Джуди указала ему на комнату, куда он и пошел.

— Так что надо, сержант? — детектив стояла в дверном проеме, скрестив руки на груди.

— Прости за тот день, Джуди. Я сорвался, — Логан сделал шаг навстречу к девушке, но она рукой показала ему не двигаться, продемонстрировав пистолет под майкой, что вызвало смешок сержанта.

— Я люблю самую боевую девочку в мире, — он смотрел на Джуди, лицо которой не выражало никаких эмоций.

— Люби хоть черта. Что от меня-то нужно? Пришел запугивать или петь песни о том, что обо мне волнуешься, поэтому продался? Если это так, вали из моей квартиры.

— Послушай меня, Джуди. Они страшные люди. Я не хочу, чтобы ты пострадала.

— Фильмов пересмотрел? Говоришь шаблонными фразами: «Страшные, испугался». Логан, кончай сцену разыгрывать, я далека от сентиментальности и тебя не прощу, ты выпал из доверия. Я предателей убиваю обычно. И могу это сейчас доказать.

— Джуди, не игнорируй меня. Хочешь, я уволюсь или перейду в другой отдел? Только будь со мной, — Логан сделал резкий шаг в сторону девушки и обнял ее, — Все для тебя сделаю. Давай начнем с чистого листа.

— Сержант, жизнь можно начать с чистого листа, но почерк изменить трудно, — девушка попыталась пошевелиться в его объятиях, но сержант прижимал ее к себе очень крепко, уткнувшись своим лицом в ее волосы.

— Ты сладкая, — вздохнув, сказал Логан, перехватив взгляд Джуди, которая смотрела на него снизу вверх, и стал приближать свое лицо к ее в надежде поцеловать, не отрывая взгляд от губ девушки. Но она резко вырвалась из его объятий.

— Уходи, пока я не применила силу. Нас ничего не может связывать, кроме работы и то только в рамках закона, но и здесь у нас с тобой разное представление о нем. Ты сам все разрушил. Даже не дал себе шанса развить начинающиеся отношения.

Логан посмотрел на Джуди долгим взглядом своих красивых синих глаз, которые нравятся девушке, но даже он не смог изменить ее мнение о сержанте как предателе. Если Джуди разочаровалась в человеке, она никогда не вернется с ним на прежний уровень отношений и не изменит свою точку зрения на его счет. У нее есть железный принцип: «Одиножды предавшему веры нет».

— Прости меня. Но тебе все равно надо держаться подальше от этого дела, — он развернулся и вышел из квартиры.

Следующие две недели прошли в режиме нон-стоп. Убийство в клубе его владельца потянуло за собой выявление многочисленных фактов незаконного оборота наркотиков в ночных клуба, но этими преступлениями занимался другой отдел. А Джуди со своими коллегами работала без выходных над серией убийств, произошедших с интервалом двое суток. Все это время сержант и детектив общались исключительно как начальник и подчиненный через письменные и устные доклады. И сейчас по поведению Джуди невозможно было сказать, что ранее она смотрела на Логана как на мужчину с красивыми глазами и улыбкой, заставляющей чувствовать флюиды влюбленного человека. Он же не терял надежды и украдкой наблюдал за детективом, иногда даже из своего автомобиля около ее дома, когда она приезжала после дежурства или тренировки по каратэ.

Логан Мур наблюдал за детективом, а Алекс Харрисон или его люди — за ним. И каждый раз у Алекса сводило челюсть, когда он видел влюбленный взгляд сержанта на Джуди.

Алекс признался сам себе, что беспокоится о безопасности детектива, которая, участвуя на днях в задержании серийного убийцы, вступила с ним в рукопашную схватку, выступив в роли «наживки» — девушки, которая должна была стать очередной жертвой маньяка. То она участвует в перестрелке, то спасает женщину от домашнего насилия, сегодня задержала грабителя прямо в торговом центе, который, угрожая оружием, требовал деньги из кассы.

— Я с ней сойду с ума, — рассуждал вслух Алекс, стоя перед панорамным окном рабочего кабинета, — Она огонь просто. И спалить может все на своем пути, если ей мешать. Джуди создана для меня.

— Разговариваешь сам с собой? — прозвучал грубый голос Роберта, на который Алекс обернулся, — Никак не отпустишь детектива из головы?

— Из сердца, — был ответ Алекса.

Роберт сел в кресло, закурил и внимательно посмотрел на Алекса.

— Сколько раз тебя предупреждать, что с копами ни-ни.

— Так я и не с ней. Со стороны только наблюдаю. Иногда пишу смс, но она игнорирует. Даже не читает.

— И что пишешь? — Роберт прищурил глаза, на что Алекс разблокировал свой телефон и протянул его боссу.

— Посмотри сам. Пытаюсь сыном заманить, скрывать от тебя нечего, — Роберт взял в руки телефон Алекса.

— Я тебе верю. Читать ничего не буду. Но ее ребенком не проймешь. Привычные манипуляции с ней не работают. Железная девочка. Вон как против руководства полиции «прет», как локомотив. Что думаешь делать?

— Попытаюсь предугадать ее шаги, чтобы обезопасить. Мне она нравится, босс, очень.

— Не получится предугадать. Насколько я понял, она непредсказуема. И когда взорвется вулкан по имени Джуди Митчел, не известно никому. Ладно, — вставая с кресла, сказал Роберт, — ты мужик взрослый, у тебя сын, перед тем как делать, думай. Но никаких отношений с копами. Ты наши правила знаешь.

— Знаю. И Джуди знает. Она так и сказала, что вы меня пристрелите за то, что нарушил правила преступного сообщества и связался с копом, — на эти слова Роберт рассмеялся и два раза хлопнул в ладоши.

— Если когда-нибудь она меня удивит еще больше, и я признаю, что равных ей нет, позволю тебе за ней ухаживать и добиваться. Но, вот захочет ли она? — сказав это, босс вышел из кабинета Алекса, продолжая о чем-то думать и улыбаться при этом.

— Ну что, милая детектив, давай удивим Роберта и станем парой?

Фабрицио с нескрываемым удовлетворением результатами своей работы, а несколько парней из Семьи Манчини с интересом и восторгом рассматривали аристократичную пару: Богиню по имени Каролина, в которой невозможно узнать ни Джуди, ни тем более Джемму, и Самоэля, под маской которого скрывался Адольфо.

— Ребята, а вы хорошо смотритесь вместе, — Фабрицио поправил локоны блондинке и сделал шаг назад, всматриваясь в ее макияж, — Выглядишь сногсшибательно! Не волнуйся, грим продержится даже при страстной ночи и совместном принятии ванны, — он подмигнул девушке, от чего напрягся и нахмурился Адольфо.

— Страстной ночи и ванны ни с кем не допущу точно. Мне проще всех взорвать, — грозно сказал мужчина и выругался на итальянском, потом посмотрел на девушку, которая с благодарностью во взгляде смотрела в его глаза.

— Все будет хорошо. Моя задача соблазнить на расстоянии капитана полиции, запасть ему в душу, а при следующей встрече узнать то, что мне нужно. Хотя, может, и в этот раз получится все совместить.

— Куда ты спрятала «сыворотку правды Гарри Поттера»? — Адольфо вопросительно глянул на блондинку, которая улыбнулась и пальцем показала на область декольте, что вызвало смех присутствующих парней.

— Так, все помнят свои задачи? — Адольфо строгим взглядом обвел парней и услышал утвердительные ответы.

— Джемма, выйдем на несколько слов, — он взял ее за руку, и они прошли в соседнее помещение. Мужчина повернулся к ней лицом, — Не волнуйся, я рядом. И не раскрывай свои навыки игры. Сейчас не время. Все условные знаки помнишь?

— Адольфо, я же полицейский, справлюсь, — она взяла его руку в свою и накрыла второй ладонью, — а еще я прирожденная актриса, не забыл?

— Ты для меня не коп, а беззащитная девочка, которая мне дорога. Ну что, пойдем, «Королева блефа» и временно моя возлюбленная? — мужчина внимательно посмотрел на девушку и подмигнул ей, а она в ответ кивнула.

На закрытую территорию одного из самых дорогих и криминальных карточных клубов подъезжали автомобили, из которых выходила непростая публика. В сам клуб пропускали только по специальным именным пригласительным билетам.

Адольфо и Джуди знали, в каком зале и за каким карточным столом будут играть капитан Ронни Кларк, мэр и его помощник, несколько криминальных авторитетов, среди которых оказался Роберт. Большинство из них уже разместились в помещении, где стоял стол для игры в карты, и ощущался запах дорого спиртного и сигарет.

Когда на пороге этого зала появились Каролина и Самоэль, все без исключения взгляды были прикованы именно к ним, другие входящие остались просто незамеченными. Как и рассчитывалось, мужчины сглотнули, уставившись на умопомрачительный разрез на юбке платья, из которого при ходьбе была видна стройная, подтянутая и белоснежная ножка. Это было первое, на что упал их взгляд. Но когда взоры присутствующих стали подниматься вверх, напряжение усилилось, поскольку перед ними стояла грациозная блондинка с фигурой Богини Афродиты, глазами цвета бирюзы в обрамлении густых, черных ресниц и пухлыми губами с нежным блеском. На лице незнакомки была легкая улыбка, она держала под руку высокого мужчину атлетического телосложения с внешностью латиноамериканца, на котором был надет дорогой и изысканный костюм. И чувствовалось, что мужчина горд своей спутницей и бросает на нее влюбленный взгляд.

Сначала представились присутствующие, потом Самоэль, который сообщил, что Каролина его девушка. Каждый из мужчин поцеловал ей руку, которую в своей ладони дольше допустимого продержал Ронни Кларк.

Капитан был психологически выбит из колеи присутствием девушки, типаж которой всю жизнь считал идеалом красоты, мечтая о такой. Джуди, хорошо зная психотип и слабости своего начальника, правильно подобрала этот образ. Уже в самом начале игры, еще до раздачи карт, полицейский выпил стакан виски, продолжая нескромно смотреть на Каролину, получив несколько раз угрожающий взгляд в свой адрес со стороны ее спутника.

Но был еще один человек, который, куря сигару, прищуриваясь от дыма, страстно рассматривал девушку, — Роберт. Его взгляд несколько раз на своих губах поймала Каролина и в душе посмеялась, что в ней нераскрытый потенциал актрисы, что обязательно нужно исправить за несколько театральных выходов в «свет».

Игроки расселись вокруг игорного стола, а Каролина, как любящая девушка, села на подлокотник кресла своего парня, закинув нога на ногу, еще больше оголяя свою идеальную ногу, а Самоэль положил свою руку ей на бедро. Девушка одной рукой обняла своего спутника за плечи, приблизила к нему свое лицо и томным голосом, так, чтобы услышали рядом сидящие, сказала: «Любимый, удачи», а когда он театрально потянулся ее поцеловать, она своими тонкими и длинными пальчиками с роскошными украшениями взяла его за подбородок, смотря на него влюбленными глазами, потом наклонилась совсем низко и шепотом на ухо, что выглядело очень интимно, произнесла: «Я не умею целоваться», на что рука Самоэля чуть сильнее сжала ее бедро, а в глазах промелькнула улыбка и нежность. А публика услышала из его уст: «Люблю тебя».

Этой недолгой, но чувственной сцены хватило, чтобы Ронни Кларк начал сходить с ума от зависти и нескрываемого желания получить эту Богиню. Роберту, которому Каролина понравилась с первого шага, сделанного в этот зал, и он тоже хотел ее, не просто не нравилось, что капитан слишком откровенен в своих эмоциях, а возникло желание закрыть глаза этому копу, причем навечно. Но обоих смущало, что Каролина со спутником и, судя по всему, они страстно влюблены. Кроме того, эти двое, как и все здесь присутствующие, пришли в клуб с охраной, пристально наблюдавшей за всеми.

— Боится за свою девочку, — подумал Роберт и кинул томный взгляд на Каролину, которая в этот момент на него посмотрела, — Я бы тоже ее охранял. Такой бриллиант нуждается в надежной огранке, — но его мысль была перебита капитаном.

— Мисс Каролина, а вы не составите нам компанию в игре в покер?

— Господин Кларк, если не ошибаюсь? — она смотрела в лицо капитану, — я не очень сильна в картах, но не исключаю, если вникну в ваши партии, и мой спутник будет не против, попробую удачу на вкус, — она мило улыбнулась и сексуально облизнула нижнюю губу, а своими изящными пальчиками левой руки, лежащей на плече любимого, нежно помассировала его шею, поцеловав в висок.

— Я научу тебя играть, малышка, — ответил он, посмотрев ей в глаза.

— Не боитесь, что ваша малышка проиграет и потратит кругленькую сумму, ведь стартовая цена немаленькая? И учить играть в таком дорогом заведении, не рискованно ли? — задал вопрос помощник мэра, ухмыляясь и выдыхая дым от сигареты.

— У меня много денег. Она может тратить все, включая и ваши денежные запасы, я ей разрешаю. Моя любимая должна учиться играть сразу на высоком уровне. Этот клуб как раз нам подойдет, — Самоэль засмеялся, а тот, кто задал вопрос, просто заткнулся, поскольку посчитал, что ответ был с недобрым подтекстом.

Игра продолжалась час. За это время Каролина внимательно, но при этом, мило улыбаясь и периодически раскрывая от удивления свои изумрудные глазки, наблюдала за техникой игры участников, отмечая их слабые и сильные стороны. В перерывах Самоэль, обнимая за талию свою девушку, рассказывал ей правила игры, и они о чем-то тихо переговаривались, а мужчина незаметно переглядывался со своей охраной.

Сейчас за покерным столом сидело 10 человек, включая Каролину, которая под аплодисменты за смелость решила сыграть партию Техасского Холдема, и Роберт предложил девушке раздать карты, то есть выступить баттоном. Она открыла новую колоду карт, раздала их участникам, себе в последнюю очередь 2 личные карты. А поскольку слева от нее сидели Роберт и капитан, они сделали свои обязательные ставки. Потом в несколько раундов прошла торговля.

— Господин Кларк, перестаньте смотреть на мою грудь, вы свернете себе шею, сидя сбоку, — подколола капитана Каролина во время игры, после чего послышался особенно громкий смех Роберта, который не скрывал своего восхищения девушкой, чья острота в адрес копа сейчас была не первой во время игры.

В результате этой партии в покер малышка Каролина «случайно», как посчитали участники и те, кто наблюдал за игрой, забрала банк, на вскрытии показав комбинацию карт, которая побила покерные комбинации оппонентов, чему лично театрально удивилась, но сорвала аплодисменты других игроков и зрителей и легкий поцелуй в губы от Самоэля.

Потом была партия, в которой участвовал Самоэль, и тоже взял банк.

— Малышка, мы уйдем с большими деньгами, — шепнул на ухо девушке ее спутник, а она повернула лицо к нему и улыбнулась, загадочно подмигнув. Смотрящий в их строну Кларк расценил это как сексуальный намек между этими двумя, что его очень раздражало.

Их идиллию снова прервал Роберт предложением попробовать девушке сыграть еще, ведь первый раз ей повезло, как это часто бывает с новичками, на что Каролина, получив одобрительный кивок Самоэля, согласилась и в результате сделала ставку, которую никто не уравнял, и все сбросили свои карты.

— Я в восторге от вас, Каролина, — целуя руку девушке, сказал капитан и, воспользовавшись тем, что Самоэль беседует с двумя криминальными авторитетами и мэром, позволил себе погладить ее ладонь, — Мы можем встретиться как-нибудь и пообщаться, вы меня впечатлили всем: красотой, манерами и везением в игре. Я капитан полиции и могу быть вам полезен, юная леди.

Каролина томно посмотрела на капитана, который просто впился взглядом в ее глаза, нежно ему улыбнулась: «Мне нравится ваша прямота. Когда встретимся?»

— Можем поехать в ресторан, а потом…

— Потом я буду решать сама, что делать, капитан. Вас устраивает, что я люблю быть главной во всем? — она облизнула свои губы.

— Меня устраивает все в вас, милая леди. Но как быть с вашим спутником? Он ревнив, как я понял.

— Но я же не собираюсь с вами спать, Ронни. Вокруг меня всегда много мужчин, Самоэль привык. Сплю я только с ним. И люблю только его.

— Вас трудно удивить. Но я постараюсь. Вы юная, а я с опытом, не пожалеете, — он смотрел на нее так, будто уже раздел, и она в его кровати.

Этот похотливый взгляд девушка считала быстро и в душе прикончила своего шефа уже несколько раз, радуясь тому, что их спектакль удался.

Адольфо внутри был напряжен, контролировал взгляды и действия всех присутствующих, про себя отметив, что малышка — прекрасная актриса. А еще он держал в голове ее слова о том, что она еще ни с кем не целовалась. И понимал, что гордится Джеммой — дочерью их Семьи.

Спустя два часа после окончания игры Каролина и Ронни Кларк сидели в одном из дорогих ресторанов города. Пока ждали заказ, капитан не спускал своего взгляда с лица девушки, прикасаясь к ее руке, одаривая комплиментами, поставив около ее ног корзину потрясающих алых роз. Спустя еще тридцать минут Кларк стал абсолютно раскрепощен, более разговорчив.

— Каролина, мне интересно, ваше платье быстро снимается? — произнес он, с жадностью смотря на девушку, чем вызвал ее смешок.

— Хотите это проверить? — она сексуально облизнула вилку, понимая, что еще 20 минут и препарат будет действовать активнее, и этот болтун как на детекторе лжи ответит на все ее вопросы, — Вы что-то говорили о комфорте номеров в гостинице на верхнем этаже этого здания. Может, поднимемся туда, пока Самоэль на деловой встрече, и у нас есть несколько часов?

После этой фразы Ронни отошел, расплатился за ужин и заказал номер. Администратор — молодой мужчина подмигнул Каролине, проходящей со своим спутником мимо, взглядом показав на часы, дав понять, что через 10 минут можно приступать к «допросу».

Уже в номере капитан попытался поцеловать Каролину, но она не позволила ему это сделать, напомнив, что любит доминировать и это касается всего без исключения.

— Мне нравится, когда девушка задает тон встрече, — сказал Ронни Кларк, сняв пиджак и галстук.

— Вы послушный, меня это тоже возбуждает, — девушка протянула капитану бокал красного вина, из которого он сделал большой глоток, а она положила ему в рот виноградинку. Каролина держала в руке свой бокал и, чуть наклонив голову на бок, улыбнулась.

Капитану стало душно, и он начал расстегивать рубашку, но девушка вопросительно подняла брови, садясь в кресло, напротив мужчины, забросив нога на ногу, полностью оголив ту, где был разрез на платье. Ронни Кларк вздохнул и впился глазами в белоснежную кожу на ноге.

— Расскажите о себе, капитан. Я никогда не спала с полицейским. Не думала, что в полиции могут быть такие сексуальные мужчины.

— Я смогу вас удивить не только внешностью, — он провел своим большим пальцем по подбородку, на котором сфокусировала взгляд девушка. С каждой минутой мужчина становился расслабленнее и сейчас, сидя в кресле напротив Каролины, недвусмысленно давал понять, что заинтересован в более тесном «диалоге».

— У вас красивые женщины в подчинении? Вам кто-нибудь нравится? — Каролина носком своей туфли провела по ноге капитана.

— Женщины есть, но не такие красивые, как вы, Каролина, — он хотел встать, но она ему не дала этого сделать, положив свои стройные ноги ему на колени, — А вы сильны в соблазнении, — приглушенным, возбужденным голосом сказал Ронни Кларк.

— Вы часто играете в покер в этом клубе и с этой компанией? — поинтересовалась соблазнительница, — Мне показалось, что вы все друзья. Но некоторые похожи на бандитов, — Каролина своими изумрудными глазами в эту минуту сводила с ума капитана, на которого начал активно действовать препарат, добавленный в вино в ресторане и в номере.

— Тот, что на вас пялился, милая, это Роберт — глава крупного преступного сообщества. Надоел. Не подчиняется нам с мэром. Но мы его решили проучить, — в этот момент девушка подошла и села на подлокотник кресла, в котором расположился капитан, так как видела его зависть в глазах, когда она так сидела рядом с Адольфо, и начала поглаживать своей прохладной рукой его голову, слегка массируя, — У него в соседнем городе живет 6-летняя племянница. Родители девочки успешные предприниматели. Роберт называет ее ангелочком и очень любит свою двоюродную сестру, ее мужа и эту девочку. У мэра есть люди, которые похитят ребенка, а у меня на примете классная наемница. Потом подбросят улики о похищении руководителю банды «Пилигрим» Фишеру, туда же привезут девочку. И тогда Роберт и Фишер начнут войну. А нам достанутся сливки, — он поцеловал пальчики на руке девушки.

— Ты так умен и хитер, — она на ухо прошептала ему эти слова, от которых капитан покрылся мурашками, — И так легко возбуждаешься, мальчик, — она сильнее стала массировать его шею, — А кто же похитит девочку? Ты как будто рассказываешь детектив, так интересно, — она снова прошептала это в ухо мужчине, слегка дунув ему на шею.

— Сначала хотел подставить свою подчиненную — детектива Джуди Митчел. Она мне стала мешать. Строптивая и правду везде ищет, задержала сына помощника мэра. Нам дорогого стоило освободить его.

— Она красивая? — девушка наклонилась и посмотрела в лицо капитана.

— Не рассматривал. Детектив бесит.

— А почему передумал?

— Слишком умна и опасна. Все сделает наемница.

— А наемница красивая? Есть ее фото? — капризным голосом спросила Каролина, на что мужчина улыбнулся, достал из кармана брюк фото женщины в камуфлированном костюме и протянул девушке, чью руку он сейчас целовал, поднимаясь от кисти к локтю.

— Не ревнуй. Каролина, тебе нет равных, — сказал капитан.

После этих слов девушка, зная, что через несколько минут капитан «вырубится», стала медленно от него отходить спиной в сторону роскошной кровати, взглядом приглашая Ронни Кларка к ней присоединиться, что тот и сделал. Он шаткой походкой направился к девушке, расстегивая по пути ремень на брюках.

— От твоих прикосновений у меня кружится голова, чертовка, — произнес он, подходя к Каролине совсем близко. Она легла на спину на кровать, а капитан просто рухнул рядом с ней лицом вниз и окончательно отключился.

— Masclazone (Моральный урод. итал), — выругалась Джуди, — Прострелить бы тебе одно место, но карма сама тебя догонит, — она устало поднялась с кровати, и в этот момент в гостиничный номер вошли двое людей Адольфо, переодетые в работников гостиницы, доставивших праздничный ужин, спиртное и цветы.

Парни внимательно посмотрели на девушку, которая дала знак, что все отлично. И за пять минут они втроем обставили в номере все так, словно всю ночь здесь проходили нешуточные сексуальные баталии.

«Работники гостиницы» покинули номер через пять минут, а девушка пробыла в нем еще час, потом, как только в гостинице на несколько минут отключили видеокамеры и потух свет, тоже выскочила в коридор и с черного хода покинула здание, села в ожидавший ее автомобиль.

— Малышка, — Адольфо обнял ее прямо в машине, — Ты великолепна. Анджело порадуется, когда узнает, что его принцесса, как всегда, на высоте, — мужчина не переставал обнимать девушку, которая прижалась к нему и тоже крепко обняла.

— Я так устала, Адольфо. Они готовы подставить ребенка ради кровопролития между двумя группировками. Я этому мудаку чуть не прострелила причинное место. Веришь? Правда хотела убить.

— Верю. Ты все сделала идеально, есть видео и аудио. Вся колода в наших руках! Да еще и куча выигранных сегодня денег, — он засмеялся, а за ним и все, кто был в джипе.

— Вот знаете, парни, — обратилась Джемма к присутствующим, пока они ехали, — никогда не думала, что роковым красоткам так тяжело жить на свете, — после этих слов итальянцы еще долго смеялись, поскольку видели, с каким выражением лица это было сказано.

Через 40 минут они зашли в помещение, где размещаются Адольфо со своими людьми, где сейчас их ждала вся остальная команда, точнее члены Семьи.

Когда Каролина и Самоэль стали вновь Джеммой и Адольфо, смыв с себя лишнее и переодевшись, все сидели за большим столом и ужинали. Валерио приготовил, пока их ждал, много итальянских блюд. Фабрицио восхищался фотографиями со всех мероприятий, которые сегодня посетили Джемма и Адольфо сначала вместе, а потом девушка и капитан полиции.

— Если бы не мерзкая, неэстетичная физиономия капитана полиции, мелькающая часто в кадре, можно подумать, что Каролина и Самоэль страстные любовники. Ребята, давайте выпьем за ваш талант и успех первой партии в покер, — Фабрицио поднял бокал, и все выпили.

— Боже, какая вкуснятина! — пищала от удовольствия девушка, пробуя блюда, — Валерио, у тебя не просто талант, ты волшебник.

Компания за ужином обсуждала произошедшие события, от некоторых деталей просто катаясь от смеха.

— Этот бокал предлагаю выпить за всех вас, ребята. Ваша поддержка и талант Фабрицио нам помогли, я чувствовала себя в безопасности, — девушка сделала небольшой глоток вина и прислонилась головой к плечу Адольфо, который улыбнулся и поцеловал ее в висок.

Потом они много смеялись над своими же коллективными изобретениями на скорость оставлять синяки на теле других и следы от помады.

А после ужина, когда в комнате остались только Джемма и Адольфо, они просто завалились на большой диван и смотрели на потолок.

— Я так волновался, ты себе не представляешь, — Адольфо взял девушку за руку, — но актриса и обольстительница из тебя просто супер. Я думал, во время игры в покер некоторые не смогут встать из-за стола. Ты чертовски хорошо играешь роль роковой красотки. Да еще так шустро обошла их в покер.

— Я же «Королева блефа», помнишь? — усмехнулась Джемма и повернула голову в сторону мужчины, — Ты всегда со мной в сложные моменты.

— А как же! Я же тебя люблю.

— Адольфо, хотела предложить свой выигрыш отдать нашим ребятам в качестве премии. Они надежные и столько времени работают на чужой территории. А Фабрицио вообще бог маскировки. Можно так сделать?

Мужчина посмотрел самым добрым на свете взглядом на Джемму: «Хорошо. Им будет приятно. Но сумма очень большая. Может, на оставшиеся деньги купишь квартиру?»

— Смеешься? На кой черт мне здесь квартира, Адольфо? Мой дом в Италии. Давай оставшиеся деньги отправим в Семью. Как тебе такой вариант?

— Отличный вариант. Ты истинная дочь своей Семьи.

Так они болтали какое-то время, пока девушка не уснула, повернувшись на бок к Адольфо лицом, придвинулась к нему и крепко обняла за руку, выше локтя, уткнувшись в нее носом.

— Коварный Джокер, твоя ирония уничтожит этот гнилой мир. Спи сладко, — Адольфо погладил ее по голове и тоже уснул. Ему спокойно, когда его любимая малышка Джемма рядом и под его защитой. Так было и так будет всегда.

На четвертые сутки Алекс Харрисон, вернувшись в Америку, получил от Роберта информацию о том, что сержант Логан Мур продолжает добиваться детектива Джуди Митчел, снова пришел ночью к ее квартире, но девушка избила его и выставила. За это он внедрил ее для работы под прикрытием в уличную банду, где она находится вторые сутки.

В своем кабинете Алекс метался, как хищник, посаженный в клетку. Не зря все время в Италии было предчувствие сгущающихся над детективом туч. Ему хотелось пристрелить Логана Мура, а лучше пытать его сутки и выбросить. Алексу с самого начала не нравился этот человек. И вот сейчас, после услышанного от босса, ему надо сосредоточиться и подумать, как защитить Джуди, поскольку по имеющейся информации от агентов, капитан Ронни Кларк и Логан Мур, оба имеющие «зуб» на детектива, да и мэрия, решили не просто внедрить девушку в банду отморозков, так еще и «слить» ее этим уголовникам, разгласив, что она коп. Причем узнать ее в банде должен был подставной наркоман за дозу от сына помощника мэра. Соответственно, какой бы боевой ни была эта девочка, с целой бандой она не справится.

Прошло два часа, Алекс Харрисон вышел из своего кабинета черный, как грозовая туча, но с четким планом действий. Сейчас основной целью его жизни было спасение детектива Митчел.

И если Алекс мог предпринять активные действия для защиты Джуди, то Адольфо не находил себе места из-за невозможности что-либо сделать для малышки Джеммы на чужой территории. Тем более капитан и сержант должны были «смотреть» на все со стороны, а попасть в их поле зрения, значит усугубить положение девушки в тылу врага. Умом понимал, что она справится, а душа ныла.

— Не забывай, Адольфо, наша малышка «Королева блефа». Ей нет равных, она не просто справится, а еще возглавит эту банду, — на полном серьезе сказал Валерио, на что Адольфо кивнул головой и с нескрываемой злостью начал разбирать пистолет.

Джуди Митчел, попав в банду, сразу получила кличку «Тигрица Лу» за то, что чуть не сломала шею одному из членов банды, предложившему переспать с ним, так как она ему, видите ли, понравилась, и избила до полусмерти двоих, пытавшихся помочь этому придурку. И в результате она понравилась самому главарю банды, которым оказался достаточно взрослый для этой «компании» 38-летний бывший уголовник по кличке «Мурый». Чем понравилась? Дерзостью, злостью, уверенностью и отличной игрой в карты. Оказалось, что главарь задолжал другой банде «немалую» по мнению уличных банд сумму — 100 000 долларов. И ему было поставлено условие либо деньги отдать сразу, либо отыграть. Но в случае проигрыша, за такие деньги банду расстреляют.

— Дегенераты, — ругалась про себя Джуди Митчел, пока слушала эти условия, обсуждаемые в банде, и, наконец, она не выдержала пустого трепа.

— Шеф, — обратилась она к Мурому, — попробуете сыграть? — она стояла, засунув руки в широкие рэперские джинсы, во рту с чупа-чупсом.

— От них играет шулер со стажем.

— А вы честно играете? — прищурившись, спросила девушка, но на нее посмотрели так, будто она предлагает написать явку с повинной всем членам банды.

— Я похож на честного? — на что девушка отрицательно покачала головой.

— Мурый, кто из твоих людей хорошо играет? — Джуди не унималась.

— Никто не сможет обыграть их человека. Проще напасть на них и решить вопрос кровью.

— Я смогу обыграть, — она вытащила конфету изо рта и вопросительно посмотрела на главаря, который выплюнул окурок сигареты на землю, встал, медленно подошел к девушке, пристально рассматривая ее с ног до головы, оценил и рассмеялся неприятным, глухим голосом.

— Малявка, ты еще не прошла испытательный срок, чтобы тебе доверить игру на целую банду. Не смеши меня.

— Ты все равно проиграешь и потеряешь всех людей. Так в чем риск моей игры? — детектив знала особенности каждой из банд. Так вот, люди Гонца часто попадались за азартные игры и мошенничество, из-за чего было несколько крупных стычек этой банды с другими группировками, которых они «разводили» на деньги.

— Смелая значит, Тигрица Лу? — Мурый низко наклонился к лицу Джуди, но она не отклонилась и не отвела от него своего взгляда, а впилась своими глазами в его и выиграла этот зрительный поединок.

— Так что, рискнешь доверить своих людей Тигрице Лу или примешь поражение без попытки отыграться?

Мурый нахмурился, исподлобья глядя на девушку, которая не вызывала доверия. Но сегодня как раз надо дать ответ на поставленные условия по 100 000 долларам. И главарь решил рискнуть, но его условием было: если Тигрица Лу проиграет, он ее прикончит лично. А ее условие — если она выиграет, он ничему не будет удивляться, что связано с Тигрицей Лу.

— А если я не только отыграю долг, но и принесу выигрыш? — девушка с вызовом смотрела на главаря.

— Выигрыш? Мелкая, не бери на себя много.

— Ну же, Мурый, что сделаешь? Слабо попробовать честно жить хотя бы месяц?

— На слабо меня не бери! Честно жить банда не может, — рявкнув это, он увидел в глазах Джуди презрение и смех, подошел к ней, взял за подбородок, — Ты кто такая, чтобы мне ставить условия? — на что Джуди дерзко засмеялась ему прямо в лицо и одним приемом сжала его руку, которой он держал ее подбородок, да так сильно нажав на одну из болевых точек, что у Мурого онемела рука, а сам он побелел от боли.

— Я на улице росла, не пугай меня своей рожей и не прикасайся. Тебя убить не составит труда, и твоим людям глотки перегрызу с удовольствием. Хочешь посмотреть, как я это сделаю? — она продолжала давить на болевую точку главаря, — Если не опустите стволы, я его пристрелю на ваших глазах, — с этими словами она приставила дуло пистолета Мурого, который незаметно оказался у нее в руках, к его голове, спокойно обведя взглядом людей, которые направили на нее свое оружие.

— Опустите стволы! — заорал Мурый, и его приказ был выполнен.

— Мурый, ты не дорожишь своими людьми? — девушка перестала давить на точку и отпустила главаря, — Мне будет жаль, если все их жизни будут стоить каких-то сраных 100 000, — с этими словами она вернула Мурому его пистолет, достала жевательную резинку и положила в рот, садясь на стул, вытягивая ноги вперед.

Молчание нарушил главарь банды, потирающий руку, которая еще не отошла от онемения.

— Годится. Если принесешь выигрыш, месяц не будем совершать ничего противозаконного, ляжем на дно, — Мурый и девушка пожали руки, — Не подведи Тигрица Лу, — сказал он, и как раз раздался звонок на его мобильный телефон.

— Мы принимаем условия. Будем играть, — ответил он и сбросил звонок, — Игра через час, — сообщил он присутствующим членам банды. И все посмотрели на абсолютно спокойную Тигрицу Лу.

— Зря ты ей доверил игру, — тихо сказал Мурому его помощник.

— Рискнем. Чем черт не шутит! — был ответ главаря.

Когда в подвальном помещении, где должна была состояться игра, появился Мурый со своими людьми, среди которых была девушка на вид лет 20 в широких штанах с накладными карманами и цепочками, в черной толстовке и накинутым на голову капюшоном, Гонец и его люди расхохотались.

— Мурый, ты с собой дочь привел? Хочешь вызвать жалость или смерти ей желаешь? — Гонец стал всматриваться в девушку, которая сняла капюшон и прямо посмотрела ему в глаза, — Она хорошенькая, — прошипел он, — Может, изменим условия игры и вместо долга в 100 000 на нее сыграем?

— Условия не меняются! Таковы правила. Тигрица Лу будет играть с твоим человеком, — жестко и громко ответил Мурый и кинул взгляд на Джуди, которая смеялась глазами.

— А я меняю! Иначе вы все умрете! — гаркнул Гонец.

— Шеф, — обратилась Джуди к Мурому, но так, чтобы слышали все, — если он сейчас положит на стол миллион долларов, я согласна на его условия. Нам в банде деньги не помешают, — и она дерзко посмотрела на Гонца, который не ожидал такой реакции и такого ответа.

— Она в твоей банде? — Гонец смотрел на девушку, а не на Мурого.

— Да. Есть проблемы? — Мурый был раздражен, тем более не понимал, почему девчонка согласилась на последнее условие.

— Вы боитесь проиграть девушке? — провоцировала Гонца Джуди, — Может хватить трепаться и начнем игру? Деньги есть или предложили, не имея бабла? — она цинично, унижающе посмотрела на Гонца, проведя своим взглядом от его макушки до пяток, как бы оценивая. И этому взгляду удивился даже Мурый.

Гонец на секунду задумался, было видно, что его челюсти сжаты от злости. Он подал знак одному из своих людей и через 15 минут, в течение которых все взгляды были направлены на девушку, которая во рту снова держала чупа-чупс и выглядела безразличной, принесли деньги.

— Наши люди должны проверить, есть ли фальшивые, — вставая со стула, сказала Джуди, — Мы вам не верим.

Гонец жестом показал, что люди Мурого могут осмотреть деньги.

Перед началом игры человеком из банды Гонца была вскрыта новая колода карт, их перетасовали и начали раздавать. Все напряженно следили за начинающейся азартной игрой, и тут Тигрица Лу кинула в лицо раздающему несколько карт и направила на второго игрока пистолет.

— Сейчас ты у меня сожрешь эту колоду с краплеными тузом пик и дамой треф! — девушка была в ярости, ее глаза просто сверкали злостью, — Выворачивай карманы и вытаскивай «левые» карты или я тебе прострелю то, что явно тебе не нужно в этой жизни будет после игры! — на что игрок вытащил несколько карт и бросил их на стол, вжавшись в стул, и хотел вытащить пистолет, но на него направили оружие люди Мурого.

Гонец и его люди не ожидали такого развития событий и понимали, что сейчас начнется «замес». Их обман раскрыт в самом начале.

— Это невероятно, — подумал Гонец, но подал знак своим людям не делать резких движений.

— Не по понятиям живешь, — обратилась к Гонцу девушка, — Или я сейчас в него выстрелю, и тогда играть сядешь, ты, или играем одной из новых колод, которые принесли мы, — она достала из карманов толстовки четыре новые, запечатанные колоды карт и положила на игорный стол, — Выбирайте.

Гонец лично выбрал колоду и передал человеку, начавшему их раздавать.

— Слава богу, а то я думала, мы никогда не начнем эту долбанную игру, а я хочу чая, — про себя бурчала Джуди.

Тигрица Лу своей игрой довела до нервного тика оппонента, у нее все время выпадали выигрышные комбинации. Она искусно манипулировала вторым игроком и совершенно не проявляла признаков усталости, в отличие от сидящего напротив нее игрока, который уже заметно психовал, теряя уверенность.

В результате абсолютная победа была за Тигрицей Лу, не только вернувшей долг за Мурого и его банду, так еще и пополнившей казну преступной организации такими приличными деньгами.

Когда Джуди вместе с Мурым и его людьми проходили мимо, Гонец не спускал с девушки глаз, в которых читался восторг.

— Тигрица Лу, может, перейдешь в мою банду? — крикнул он девушке.

— Извини, Гонец, мне больше нравится банда Мурого, у тебя не останусь, — а у Гонца от злости дернулись мышцы лица, когда он увидел, что Мурый взял за руку девушку и повел к выходу.

И тут Джуди резко отталкивает Мурого и стреляет в сторону человека из банды Гонца, только что выстрелившего в ее «шефа». Затем чередой выстрелов очертила линию перед собой и Мурым, не позволяя остальным даже попытаться что-либо сделать, за считанные секунды перезарядив пистолет, из которого она стреляла. А сейчас она стояла, направив оружие на их главаря.

Гонец рассмеялся и захлопал в ладоши: «Ты станешь моей, Тигрица Лу. Ты торнадо, которого я долго ждал!» — а своим крикнул не двигаться с места.

Мурый и его люди вышли, наставляя все свое оружие на банду Гонца, и те не посмели им помешать уехать с выигрышем в миллион долларов.

— Они нападут на нас, шеф, — сидя в машине, предупредила главаря девушка. Мурый ничего на это не сказал, только посмотрел на своего помощника, и тот все понял.

В первые же сутки, как только Алекс узнал, где Джуди, и что затевают полицейские, неизвестными был избит Логан Мур, у которого было похищено табельное оружие. И, несмотря на то что он с повреждениями находился в больнице, в отношении него началась служебная проверка. Капитана Ронни Кларка «дернули» для дачи объяснений в ФБР в связи с поступившей жалобой о незаконной слежке, организованной им в отношении иностранных граждан. Не в пользу Кларка были обнаруженные в его телефоне указания, которые он давал с целью установления некой Каролины, и ее многочисленные фотографии.

И вот сейчас капитан под аудиозапись сообщал федералам, что провел ночь с проституткой и хотел еще раз с ней встретиться, этим и объяснялись его поиски блондинки. Такими пояснениями он, соответственно, подорвал свою репутацию и поставил под угрозу карьеру, из-за чего мэру пришлось спасать своего подельника, приложив к этому много усилий и подключив свои связи.

Джуди Митчел уже некоторое время назад ожидала подлянки от сержанта и капитана. Логан никак не мог смириться с ролью отвергнутого, несколько раз вламывался к девушке среди ночи с признаниями в любви и извинениями. Но Джуди не просто не простила, а последний раз врезала ему в челюсть и кулаком под дых. Ронни Кларка Джуди не устраивала давно, он взъелся на нее с момента ареста сына помощника мэра — его собутыльника и компаньона по стриптиз-клубам, игорным заведениям и подельника по продаже и фальсификации доказательств по уголовным делам.

Но не случайно же Джуди играет в шахматы! Прогнозирование действий противника наперед — интересное для этой девушки занятие. К тому моменту, когда ей озвучили засекреченный приказ о внедрении в уличную банду, она, проанализировав оперативную информацию на все группировки и банды города, уже имела четкое представление, что это будет либо банда во главе с Мурым, либо та, которой руководит лидер по кличке «Гонец». Но Джуди склонялась к тому, что попадет к Мурому. Ну а догадаться, с какой это было сделано целью, абсолютно несложно, даже аналитический ум задействовать не требовалось. Конечно же, чтобы «слить» ее, а потом в самой краткой и самой лестной служебной характеристике — некрологе написать, что погибла при исполнении долга.

— Какие наивные, — смеялась Джуди, — Джокер еще станцует на ваших могилах.

В банду Мурого Джуди попала с легендой, что она — подружка одного из преданных ему людей, убитого месяц назад, и пришла с целью отомстить за смерть любимого, который был застрелен как раз таки кем-то из банды Гонца. Эти преступные группировки воевали последние лет 5 точно.

— Сдать информацию, что я коп может либо подкупленный член банды, либо кто-то пришлый. Попытаюсь сыграть на опережение, — в этом логове у девушки был постоянный мыслительный процесс.

После того, что произошло во время отыгрывания карточного долга у Гонца, к ней в банде Мурого стали относиться двояко: уважали за безбашенность и то, что принесла такие деньги, спасла босса, и настороженно, считая, что с ней лучше не связываться.

Это были третьи сутки пребывания детектива в банде. Джуди была уверена, зная капитана, который руководил ее внедрением, что сегодня должен наступить момент, когда ее попытаются разоблачить. И она не ошиблась в своих прогнозах. Вот только Ронни Кларк ничего не знал о ситуации с бандой Гонца, который затаил зло на Мурого и Тигрицу Лу, и того, что наркоман, которого нашел сын помощника мэра, находится под прицелом Алекса Харрисона, который понял план офицеров против детектива, и уже сутки его люди пасут «стукача». Но самому Алексу не было известно о том, что Гонец планирует напасть на банду Мурого, но не с целью забрать деньги, а чтобы похитить Тигрицу Лу.

— Мурый, тут тебе передали вот это, — один из людей главаря протянул ему конверт, в котором оказалась игральная карта с изображением Джокера и конфета чупа-чупс.

— Тигрица Лу хочет встретиться, — усмехнулся Мурый.

В этот же день он сидел вместе с десятком своих людей в подпольном клубе, где чаще всего собираются отъявленные бандиты. Сюда должна была прийти и Тигрица Лу. Пока они заказывали выпивку и закуску, в помещение зашел «пацан» в широких штанах и короткой куртке, с кепкой на голове до самых глаз и со скейтбордом под мышкой. Он подошел и сел к ним за столик, чем вызвал в свой адрес несколько грубых фраз с предложением валить отсюда, поскольку мал и не нюхал пороха.

— Привет, Мурый. Привет парни. А хамства вам не занимать, — усмехнулась девушка, приподнимая козырек кепки, что вызвало одобрительные возгласы.

— Тебя, Тигрица Лу, не узнать, пацан пацаном. Хорошо, что мои люди не врезали тебе, хотя вряд ли у них это получится, — усмехнулся главарь, — мы видели тебя в деле. Где была?

— У меня для вас есть информация, Мурый. Специально попросила, чтобы взял парней, — и по серьезному выражению лица девушки всем стало понятно, что новости не очень хорошие.

— Только не говори, что Гонец откинулся? — пошутил один из парней.

— Точно, сегодня. В камере стало плохо, — ее ответ оказался неожиданностью.

— Это правда? — уточнил Мурый, на что Джуди кивнула.

— Но я по другому поводу. Только не делайте резких движений, я не промахиваюсь и у меня с собой два ствола, — она усмехнулась, глядя на лица присутствующих, — Буду честна.

— Ты коп, — перебил ее Мурый, а его парни дернулись, но он их остановил жестом, а девушка даже не шелохнулась.

— Да. Детектив. К вам в банду меня внедрили с целью устранить меня вашими руками, — она продемонстрировала на поясе жетон, — Я с самого начала знала о целях моего руководства. Но все пошло не по сценарию организаторов этого спектакля, вмешался ваш карточный долг и неожиданное желание Гонца получить Тигрицу Лу, вы меня не убили, это попытался сделать Гонец, которому помешали. Комиссару полиции я доложила о вашей непричастности к тем преступлениям, которые на вас хотели «повесить» вместо Гонца, и что именно он напал на вашу банду. По официальным документам благодаря вам я выжила в перестрелке, и вы меня защищали, до сих пор не зная, что я полицейский.

— Теперь понятно, почему всех наших отпустили, — сделав глоток алкоголя, сказал Мурый, посмотрев на девушку.

— Пока вы держите данное мне слово месяц не светиться, на вас в полиции ничего нет. Мурый, подумай, что делать с территорией Гонца. Ей нужны жесткие руки, а люди готовы исполнять приказы, — и главарь понял, что она ему сказала «между строк».

— Почему решила все рассказать? — Мурый и девушка смотрели в глаза друг другу.

— Хотелось быть честной. И вас, и меня планировали использовать. А это уже нечестная игра, как крапленая карта в колоде. Я этого не люблю, вы же знаете.

— Поэтому Гонец мертв? — Мурому нравилось поведение и как держится детектив.

— Карма, — и в ее глазах промелькнула ненависть.

— Джокер значит, — Мурый начал крутить в руке карту, — А ты действительно можешь заменить любую карту, Тигрица Лу, — Не думал, что скажу это, но спасибо за честность.

— Выпивка и закуска на этот столик за мой счет, — крикнула официанту Джуди, — Я пойду, парни, — она встала из-за стола, подошла к официанту, оставила деньги и не торопясь, держа в одной руке скейтборд, вышла из полуподвального помещения на улицу, натянув кепку до самых глаз.

До того момента, пока официант не принес заказ, за столиком все молчали, потом налили себе в стаканы спиртного и посмотрели на Мурого, который в этот момент рассматривал карту Джокера и чему-то улыбнулся.

— Давайте выпьем за иронию Джокера. За самого непредсказуемого злодея в мире.

Пацан на скейтборде лихо мчался по дорожке парка недалеко от дома Джуди Митчел и видел, что охраны около дома стало больше, а еще стоял джип с тонированными стеклами.

— Снова Алекс Харрисон? Тогда погуляю еще. Давно не была в кино, — и «пацан», разогнавшись на своей доске, наперегонки с каким-то подростком стал двигаться в противоположном дому направлении.

Посмотрев фильм, перекусив в кафе, где любят бывать тинэйджеры, в районе полночи Джуди возвращалась домой. Как и предполагала, охранников около дома снова было только трое, но они не обратили на подростка никакого внимания, но девушка услышала, что их шеф был здесь и чуть не поубивал охранников.

Приняв душ, Джуди легла в кровать и включила висящий на стене телевизор, по которому шел британский детективный сериал «Пуаро» по произведениям Агаты Кристи. Почему- то он расслаблял девушку, а интеллигентность Эркюля Пуаро вызывала умиление.

Прошло не более двух часов, и на мобильный телефон детектива пришло смс от дежурного: «Всему оперативному составу срочно прибыть в управление». А следом смс от Дональда: «Буду ехать, заберу тебя, выходи через 20 минут», на что был отправлен ответ: «ОК»

— А вот и тревога. Что на этот раз?

Быстро собравшись, одевшись и завязав волосы в тугой пучок на затылке, ровно в 03 ч 15 мин Джуди Митчел вышла из квартиры, обратив внимание на скрывшийся за поворотом силуэт мужчины, про себя отметив, что Алекс не дает покоя своим людям, заставляя их следить за ней круглые сутки.

Когда Джуди быстрым шагом вышла из дома, к нему уже подъезжал Дональд, к которому она практически на ходу прыгнула в машину, и они быстро скрылись в направлении управления полиции.

— За ней заехал мужчина, и они на большой скорости уехали. Следуем за ними.

— Докладывайте о каждом ее шаге! — Алекс поднялся с кровати, его разбудил звонок охраны, и быстро оделся, — Твою мать, что на этот раз? Куда ночью, да еще с мужчиной? Решила, что я ничего не узнаю? — Харрисон слишком напряженно воспринимал все, что касалось Джуди, и он это осознавал в полной мере, но ничего не мог и не хотел с этим делать, даже со своей ревностью.

Через 25 минут ему доложили, что детектив прибыла в управление полиции вместе с другими сотрудниками, поднятыми по тревоге, и уже в форме, бронежилете и с оружием.

— Ну, а что ты хотел, Алекс? Ты влюбился в детектива полиции, — сам с собой рассуждал мужчина, — Интересно, от любви кто-то еще, как я, сходит с ума, разговаривая сам с собой? — но даже подобные мысли не могли заглушить чувство тревоги за Джуди, ведь с ней может случиться все, что угодно. Это ведь полиция, будни которой по опасности ничем не отличаются от разборок и «стрелок» бандитов.

— Шеф, они выдвинулись бронированными автобусами вместе со спецназом и движутся в сторону соседнего штата. Туда мы сунуться не сможем, — докладывал один из охранников Алексу, — Там вроде как беспорядки и перестрелка.

— Понял. Чужую территорию не пересекайте. Возвращайтесь на базу, — Харрисон устало опустился в кресло и запустил руки в волосы, сжав голову.

Двое суток, в течение которых детектив с коллегами находилась на выезде, оказывая помощь полицейским соседнего штата в пресечении беспорядков и задержании пятнадцати заключенных, которым удалось сбежать из местной тюрьмы, Алекс не находил себе места, был не просто злой, а на грани поубивать всех, кто принесет недобрые вести или же попадется ему под горячую руку. А эта рука была уже раскалена до предела, чему поражался даже Роберт.

— Эта девчонка тебя погубит, — глядя на Харрисона исподлобья, достаточно сурово сказал Роберт.

— Пусть. Ради нее можно и погибнуть, — Алекс крутил в руках стакан с виски, не сделав еще ни одного глотка.

— Щенок! — гаркнул на него Роберт, вставая со своего места, — какого хрена ты ребенка усыновил, раз так легко готов с этой жизнью расстаться? — Алекс ничего не ответил на это, только тяжело вздохнул и зло посмотрел на своего босса, — Мы не можем туда сунуться, там беспорядки и вооруженные столкновения банд между собой и с полицией.

— Знаю, но душа не на месте.

— Разберись со своей душой и просто жди.

— Я пойду, босс, — Алекс поднялся с кресла, а Роберт кивнул в знак согласия, после чего Харрисон вышел из его кабинета.

Он все эти дни отвратительно спит, а еще неосознанно, когда тревожные мысли возвращаются к Джуди, теребит свой амулет и от этого немного успокаивается.

Алекс заметил, когда он слишком сильно думает о детективе, с его рук не слезает сын, прикасается к его амулету и говорит «мама», потом засыпает на его груди, как приучила Джуди.

— Он прав. За детектива можно и в огонь, и в воду, — вслух произнес Роберт спустя минуту после того, как ушел Алекс, — Но Митчел — крепкий орешек. И зубки нужны здесь особенные.

Когда стало известно, что среди полицейских из управления полиции Шарлотт — Мекленбурга штата Северная Каролина есть раненые и их доставили в центральную больницу этого штата, но кого именно, неизвестно, Алекс сразу же примчался туда в надежде, что среди этих двоих нет Джуди Митчел. Но блок, в котором находились раненые полицейские, охранялся, проникнуть туда можно было, только переодевшись в костюм санитара, подкупив кое-кого, что и сделал Харрисон, на лице которого была медицинская маска, чтобы скрыть лицо. Он уверенной походкой шел по коридору и около операционного блока услышал разговор двоих полицейских, из которого понял, что одна из пострадавших — женщина.

АЛЕКС ХАРРИСОН

Когда услышал, что сейчас врачи борются за жизнь женщины из управления полиции, впервые понял, что значит выражение «ватные ноги». Спасла стена позади меня, на которую пришлось опереться. Сердце не хотело верить тому, что это Джуди, мозг пытался бороться с эмоциями, а тело отказывалось слушаться. Сейчас мне казалось, что время замерло. Я слышал стук своего сердца, и мне не хватало воздуха. Никогда не думал, что так буду реагировать на информацию, касающуюся кого-либо. Я не боюсь смерти, в меня много раз стреляли, был ранен и сам убивал, но почему-то больше всего на свете страшно потерять Джуди.

С этими мыслями я дернул дверь, ведущую из коридора на лестницу, и вышел, чтобы хоть как-то прийти в себя. Тут же боковым зрением увидел, что на подоконнике на площадке между этажами сидит Джуди, закрыв глаза, прислонившись спиной к холодному стеклу.

Я думал, что мое сердце разорвется от счастья! В два шага преодолев лестничный проем, подбежал к ней и обнял, начал судорожно целовать ее лоб, щеки, гладить по голове, не веря еще до конца, что вижу девушку живой. И по тому, что Джуди никак не сопротивлялась моим действиям, понял, что она вымотана настолько, что у нее нет никаких сил.

На секунду чуть отклонился от девушки и увидел ее белое, как полотно лицо. Она смотрела на меня своими зелеными глазами, в которых была пустота и это пугало.

— Что же она должна была пережить? — ныло мое сердце. Я взял ее лицо в свои ладони и пристально посмотрел на нее.

— Малышка, смотри мне в глаза, тебе станет легче.

И тут из глаз Джуди покатились слезинки. Мне захотелось всю боль этой девочки забрать себе, лишь бы снова увидеть ее острый взгляд, смешинки зеленых глаз, в которых хотелось утонуть. Большими пальцами рук стал аккуратно вытирать слезы с этих нежных щек, потом прижал ее голову к своей груди, начал гладить ее волосы, слегка массируя голову. И через время девушка стала успокаиваться, чувствовалось, что она немного расслабилась.

Я взял ее ледяные руки в свои ладони и крепко сжал, вглядываясь в глаза сейчас такой уязвимой девочки. Хотелось прочитать ее мысли, найти ответы на мои вопросы о том, что произошло, и кого мне убить первым. Меня пугало, что Джуди продолжает молчать.

— Я могу помочь? Скажи, что произошло. Не молчи, прошу тебя.

— Почему ты здесь? — она внимательно смотрела на меня, продолжая сидеть на подоконнике, и это позволяло нам на одном уровне держать зрительный контакт.

— Испугался, что ты пострадала, — я массировал ее ладони, путаясь согреть их.

— Тебе идет медицинский костюм, — она попыталась пошутить, но сейчас у нее это получалось плохо, она слишком устала, — У тебя теплые руки, — улыбнулась она, — Спасибо.

Я позволил себе не бороться с нежностью, которой хотелось окутать эту девушку, снова прижал ее к себе, такую маленькую, промерзшую и вымотанную изнутри.

— Вас подставили? — почему-то это была первая мысль, как только я увидел, в каком состоянии Джуди, и сейчас я решил ее озвучить, на что получил в ответ кивок головой девушки, подтверждающий мои предположения. От этого мое тело напряглось и чувство мести просто вспыхнуло внутри, что, по всей видимости, не осталось незамеченным девушкой, потому что она внимательно посмотрела на меня с благодарностью, но отреагировала иначе.

— Даже не думай об этом. Но за заботу спасибо, — а я поразился тому, как мы без слов поняли друг друга.

Тут у нее в кармане завибрировал телефон, Джуди ответила. На том конце сообщили, что ее коллега выжила, операция прошла успешно. После чего она глубоко выдохнула и решила слезть с подоконника, но как только опустила ноги на пол, ее сильно качнуло, но я успел ее придержать.

— Тебе плохо? — я прижал ее к себе.

— Кружится голова немного, — сказав это, Джуди потеряла сознание.

Подхватив ее на руки, надев маску на лицо, понес ее в отделение, где сразу же наткнулся на медсестру, которая до того, как я успел сказать, что девушка потеряла сознание, вскрикнула: «Несите ее сюда», — указав на кабинет, куда я и зашел с Джуди на руках.

— Я же ее предупредила, что с ранением ходить нельзя! — возмущалась она, вызывая дежурного врача.

— Каким ранением? — я был потрясен этой информацией, ведь даже не подумал, что она могла пострадать.

В кабинете, где лежащей на кушетке Джуди уже ставили капельницу, вошел дежурный врач, который сразу начал ею заниматься. Я стоял чуть в стороне и не мог отвести взгляда от бледной Джуди.

— У нее серьезное ранение? — я проклинал себя, что не подумал о возможной травме у девушки.

— Ранение не тяжелое, пуля по касательной задела ей левый бок, но она не сразу обратилась за помощью, спасала коллегу, которая и выжила сегодня во время операции только потому, что эта детектив сама практически прооперировала ее на месте, вытащив пулю и обработав рану, пока они были заблокированы. Сама потеряла хоть и не очень много крови, но физически истощена. Они двое суток отстреливались и были отрезаны от своих.

— Прооперировала? — переспросил я, а в голове параллельно стояла картина, что эта девочка была окружена и могла погибнуть.

— Вы тоже удивлены, как и мы? Оказалось, что Джуди Митчел имеет диплом медицинского работника. Это и спасло ее коллегу. Иначе ее бы сюда не довезли. Но самой надо восстанавливаться. Будем ее здесь держать, пока не поставим на ноги.

Врач дал распоряжения и ушел. Меня выпроводили из кабинета, где пока будет находиться Джуди под присмотром медсестры до перевода в палату.

Только я вышел от Джуди, как увидел, что по коридору практически бежит встревоженный Логан Мур.

— Убью прямо здесь, — я еле сдерживался, чтобы не осуществить это. Но остался на месте, прямо около кабинета, в который вбежал сержант.

Он показал значок полицейского, задал с десяток вопросов медсестре, потом подошел к Джуди, сел рядом с ней на стул и стал гладить ее руку, что-то нашептывая.

Единственное, что сдерживало меня от убийства Логана Мура, это то, что мы в больнице и здесь Джуди.

— Гражданин, — пользуясь тем, что я в медицинском костюме санитара, обратился я, — Вам стоит покинуть помещение, пациентке требуется покой, — чем вызвал удивление во взгляде медсестры, которая по моим глазам поняла, что рот лучше не открывать.

— Да. Да. Конечно. Я все понимаю, — с этими словами Логан поцеловал руку Джуди и вышел из кабинета. Я же проводил его взглядом, полным ненависти и презрения, дав знак своим людям проследовать за ним и «повисеть на хвосте» у этого козла.

— Вам нравится эта детектив? — неожиданно спросила медсестра, которая по моему виду даже в маске поняла ответ, — Посидите пять минут с ней. Я вас оставлю. Но только пять минут, — и она вышла, закрыв за собой дверь.

Сев рядом с девушкой, я погладил ее по голове, коснулся щеки, а потом взял ее руку в свою и стал целовать каждый пальчик, поражаясь тому, что она такая ледяная.

— Бесстрашная моя малышка, возвращайся. Я люблю тебя.

И сейчас я почувствовал удушающий ком в горле и то, как слезы стали собираться в уголках моих глаз.

Услышав, как открывается дверь и заходит медсестра, я снова надел на лицо маску, встал, поблагодарил ее и вышел с желанием перевернуть мир, лишь бы Джуди быстро восстановилась, а еще с намерением выяснить все до мелочей и наказать виновных.

Выставив незаметную охрану девушке, я вышел из больницы, сел в машину и поехал на базу, по пути сделав порядка десяти звонков.

ДЖУДИ МИТЧЕЛ

— Как-то неожиданно в тот момент, когда мне было так плохо на душе и физически, в больнице появился Алекс. И какие у него теплые руки. Они показались такими родными, как и его глаза, которые действуют успокаивающе. Харрисон своей фразой напомнил мне мальчика из детства, — я смотрела в окно больничной палаты на улицу, где сейчас шел дождь, — Вот уже третьи сутки, как я здесь. Рана, на мой взгляд, пустяковая, заживает хорошо, я выспалась и очень хочу домой, безумно соскучилась за Адольфо, хоть плачь. Но больше всего мне хочется увидеть Анджело и Филиппо. Это самые главные люди в моей жизни.

Я решила пройтись до палаты, в которой сейчас восстанавливается после операции детектив Элиза, с которой мы и попали в засаду, но вышли из нее победителями, хоть и раненые, но несломленные духом. Выходя из своей палаты, увидела охранников, которые максимально старались походить просто на посетителей, но мой наметанный взгляд сразу выцепил их из общей массы людей на этаже. И стало понятным, что это люди Алекса. За это ему спасибо. С ними реально спокойнее. Да и Адольфо знает, что он меня охраняет. Ему тоже будет не так тревожно, хотя могу себе представить, что он чувствует, ведь наши возможности здесь ограничены. Но если Адольфо разозлить, мир для него перестанет иметь границы. И за это тоже я его обожаю.

— Привет, — тихо сказала мне Элиза, когда я появилась на пороге ее палаты.

— Ну и как процесс омоложения? — улыбнулась ей в ответ, подходя к койке, рядом с которой на тумбочке стояла фотография, на которой изображена Элиза с молодым мужчиной.

— Джуди, спасибо тебе за все: что не послушала меня и вытащила пулю еще там, что тащила раненую и закрывала собой. Это из-за меня тебя ранили, прости.

— Элиза, не уподобляйся гражданским, — хихикнула я и схватилась за раненый бок, — мы на задании, как на войне. И мы с тобой победили. Царапины — мелочи жизни.

— Джуди, — коллега выглядела несколько растерянной, — я хотела тебе открыть секрет, но прошу, не считай меня трусихой или слабачкой.

— Ты решила уйти из полиции, — я перебила ее, поскольку видела, как тяжело даются эти слова Элизе.

— Как догадалась? — девушка удивленно смотрела на меня, стоящую напротив.

— Мне кажется это правильным и логичным для тебя. Вообще странно, как ты со своим мягким характером оказалась в полиции. Хотела доказать, что ты сильная и самостоятельная? — я старалась искренне улыбаться и не смущать коллегу. Для меня все было очевидно. Второй такой ситуации как та, что мы с ней пережили, Элиза не вынесет.

— Ага, — улыбнулась она. Думала, что стану сильнее, смелее. А по факту, если бы тебя со мной не было тогда, сейчас уже не было бы меня. Мой парень сделал мне предложение прямо накануне нашего выезда в тот штат. И я его приняла.

— Поздравляю. Вы хорошо смотритесь вместе, — я кивнула головой в сторону фотографии. И решение ты приняла верное, никогда не сожалей о нем.

Потом мы еще минут 15 поболтали, и я пошла на перевязку. А еще через двое суток уже заходила в свою квартиру в сопровождении Логана Мура, который под предлогом того, что он мой непосредственный начальник, лично решил отвезти меня домой, по дороге сообщив, что в связи с ранением мне дали неделю оплачиваемого отпуска.

Пока мы ехали в машине Логана, обратила внимание, что за нами следят, причем автомобили слежки менялись трижды, видимо с той целью, чтобы не было очевидным их присутствие.

— Ты на меня все еще сердишься? — Логан на светофоре повернулся ко мне, хотел прикоснуться к моей руке, но я этого ему сделать не дала, убрав руку, и отвернулась, смотря в окно. Он вздохнул, и чувствовалось, подбирает слова и обдумывает свои дальнейшие действия.

— Я так сожалею, что ты получила ранение. Тебя представят к награде, — он снова тяжело вздохнул, бросил на меня свой взгляд, видимо не понимая, почему я все время молчу и никак даже мимикой не выражаю своего отношения к тому, что он говорит.

— Сожаление не возвращает потерянный момент, и тысяча лет не вернет что-то потерянное за один час, — единственное, что я сказала, выходя из машины.

Сержант встал передо мной, когда подошли к дверям квартиры, и сказал: «Джуди, прости. Я не могу тебя забыть, мне трудно без тебя. Дай мне шанс. Мы же могли быть вместе».

— Жизнь, Логан, слишком коротка, время слишком дорого, и ставки слишком высоки, чтобы останавливаться на том, что могло бы быть.

— Я сожалею, что тогда так все получилось, — Логан был бледен и немного рассеян, как будто ощущал, что мы не одни, хотя на самом деле это так и было.

Уже открыв двери ключом, я повернулась к сержанту с намерением прекратить бестолковый разговор.

— Логан, признайся сам себе в том, что твое сожаление не о зле, которое было совершено, а ты боишься сейчас зла, которое могут тебе причинить в ответ. Спасибо, что подвез. Встретимся в отделе после моего отпуска.

Сержант что-то хотел сказать, это было видно по его глазам, но зашумел лифт, открылась его дверь, кто-то вышел на моем этаже. Логан кивнул, пожелав выздоравливать и отдохнуть, и зашел в лифт. Я же в эту секунду увидела тень, которая падала от человека, стоящего за поворотом. Но мне известно, что это люди Алекса, поэтому я зашла в квартиру, закрыла дверь и выдохнула.

Не успела я включить свет, как чьи-то большие и теплые руки аккуратно обняли меня. От неожиданности я вздрогнула, но тут же поняла, что это тепло исходит от Алекса.

— Напугал? — его голос в тишине и темноте звучал мягко, а от его тембра по телу побежали мурашки.

— Немного. Почему ты здесь?

— Соскучился, — мы так и стояли в коридоре, он меня обнимал, а я согревалась его теплом, и в душе было спокойно, ведь я сейчас не одна.

— Давай пойдем в комнату, — предложила я, попытавшись пошевелиться в его руках, но Алекс не отпускал.

— Еще минутку. Просто постой, прошу, — он положил свой подбородок мне на макушку, мы так стояли несколько минут. И обоим было спокойно.

— Подзарядка закончилась? — усмехнулась я, на что он сказал: «ага», и прямо чувствовалось, что Харрисон улыбается.

— Пойдем, — с этими словами он наклонился и помог мне снять кроссовки, чему я очень удивилась и не знала, как отреагировать, но молчать не могла и сказала: «Я сама».

— Ясный пень, что сама. Но мне приятно поухаживать. Иди, мой руки, а я пойду готовить ужин, — и он пошел в сторону кухни.

— Но меня долго не было дома. Холодильник пустой. Давай закажем что-нибудь.

— Джуди, я все купил. Тем более врач сказал, что тебе сейчас нужны витамины, никакой вредной еды, все домашнее и вкусное, — он мне подмигнул и открыл холодильник. И тут- то я увидела, что он полностью заполнен продуктами.

— Не очень понятна причина твоей заботы, но спасибо, — на мои слова Алекс нахмурился и пристально посмотрел мне в глаза, которые я отвела в сторону и пошла к себе в комнату, из которой вышла минут через 10 и направилась в ванную, чтобы принять душ.

— Джуди, ты куда? — Алекс, стоял с кухонным полотенцем на плече, чуть выглядывая из дверей кухни.

— Душ принять.

— А разве рану можно уже мочить? — он укоризненно смотрел на меня.

— Точно. Нельзя, — на секунду задумавшись, я вспомнила, что есть пищевая пленка и протиснулась между Алексом и дверным косяком, услышав смешок мужчины, с интересом наблюдавшего за тем, куда и за чем я лезу уже во второй кухонный ящик.

— Ура. Нашла. Обмотаю себя пленкой и вуаля! — я победоносно подняла вверх рулон с пленкой.

— Давай помогу. Самой неудобно будет, — Алекс, не дожидаясь моего ответа на его то ли утверждение, то ли предложение, но больше склоняюсь, что первый вариант, взял у меня из рук рулон, сел на стул на кухне и жестом показал, чтобы я подошла к нему и встала между его ног, что я и сделала.

— Поднимай майку, — он начал разматывать пленку, а я держала майку, оголив свой бок, на котором сейчас была повязка, и мужчина не смог скрыть того, как сильно сжались его челюсти от увиденного.

Он приложил часть пленки к моему телу и начал меня обматывать, а я поворачивалась вокруг своей оси, чтобы легче было меня заматывать. Но неожиданно, когда я стояла спиной к Алексу, он замер, я услышала тяжелый вздох, а потом его теплая рука, еле касаясь, провела по моей оголенной спине, от чего я напряглась.

— Что это? — его голос был полон тоски.

— Ты будишь меня заматывать? — решила уйти от ответа.

— Джуди, я спросил, что на спине?

— Синяк. Мне его не видно. Но медсестра сказала, что он большой.

— Он на всю спину! — Алекс развернул меня к себе лицом, а я продолжала стоять, придерживая поднятую майку, боясь, что он увидит еще что-нибудь. В глазах мужчины было столько нежности и заботы, смешанных с грустью и сожалением, что мне стало не по себе.

— Так ты будешь помогать? — я попыталась быть строгой.

Алекс взял себя в руки, и мы закончили меня обматывать, но в полной тишине.

В душе я была долго, вышла с полотенцем на голове, в домашних мягких штанах и просторной футболке. Алекс за это время не только приготовил ужин, но и накрыл на стол. И я поймала себя на мысли, что это приятно и трогательно, если знать, что Алекс — правая рука и доверенное лицо руководителя преступного сообщества, которое «держит» весь штат. В таком абсолютно домашнем виде я зашла на кухню. Алекс посмотрел на меня, улыбнулся.

— Прошу к столу, — и он подвинул стул.

— Спасибо. Но когда сижу, болит сильнее. Я постою, — моя улыбка не возымела на Алекса должного воздействия, он с тревогой посмотрел на область моей раны.

— Тогда будем ужинать стоя, — и он протянул мне тарелку.

АЛЕКС ХАРРИСОН

Сейчас Джуди как маленький ребенок с искренним восприятием мира. Она с таким наслаждением ела приготовленный ужин, и мне было очень приятно слышать ее похвалу. Честно. Готов всю жизнь готовить ей, баловать, чтобы видеть ее счастливую улыбку. Но в моей душе поселилась тоска от увиденного синяка на всю спину у этой девочки. Мне страшно представить, что произошло, и как она справилась с этой болью. Тем более что я узнал все обстоятельства нахождения Джуди и ее коллеги в засаде, как оказывала последней помощь. Еще стало известно, что отправили этих двоих туда специально, в надежде, что Джуди убьют. А идея провернуть такой план принадлежала капитану Ронни Кларку, поскольку на устранении детектива настаивал мэр и сын его помощника. И как же сильно они боятся этой девочки, что нанятые ими люди, выдавая себя за местных бандитов — участников беспорядков в штате, пытались заблокировать двух женщин на заброшенном небольшом складе, подвергая обстрелу. Но, как оказалось, девушки были хорошо вооружены, особенно детектив Митчел, которая, как сказали пятеро из тех, кто напал на нее, которых мы выловили и пытали перед тем, как убить, с оружием обращается как герой самого крутого боевика. Она же и взорвала склад, когда выносила раненую коллегу, чтобы их не стали преследовать.

Восторг, любовь и страх потерять — вот то, что я чувствую к Джуди.

Когда мы поужинали, я отправил ее из кухни, все убрал, а она в это время загрузила стиральную машинку и стала сушить волосы, потом мы расположились в комнате на диване.

— Джуди, — начал я разговор, — расскажи, откуда синяк?

— Упала, — она не смотрела мне в глаза.

— Ты не умеешь врать, — я не спускал с нее глаз.

— Дралась с преступником и вместе с ним упала с высоты, он меня придавил. Поскольку сгруппировалась, переломов нет, только синяк, — она выглядела школьником, на которого нажаловался учитель, и сейчас она родителям пытается все объяснить.

— Чем-то мазать надо? — поинтересовался я.

— Да, в сумке мазь. Перед сном намажу, — она так спокойно говорит о своих ранах и синяках, что мне становится грустно. Но я же понимаю, что она сама никак не намажет себе синяк, который во всю спину, поэтому решил, что буду настаивать на своей помощи.

— Алекс, зачем ты в больнице выставил мне охрану и здесь тоже? — она, полулежа расположилась на диване, — Прости за позу.

— Волнуюсь за твою безопасность.

— Значит, ты выяснил, кем все было подстроено, — она держалась за бок, вставая с дивана, как я понял, ей было легче только стоя, и от вида этого в душе заныло сильнее, — Дай мне слово, что ничего в отношении их не будешь пока предпринимать, они мне нужны, — она смотрела на меня, стоя напротив, потому что я встал вместе с ней и был совсем близко.

— Хочешь повоевать? — я неосознанно заправил прядь ее волос ей за ухо и провел большим пальцем руки по ее щеке, от чего на ней выступил румянец, а девушка напряглась, и сделала шаг назад. Меня же ее реакция тоже смутила.

— Да. Хочу. Но не повоевать, а поиграть, — в ее глазах промелькнула злость, и Джуди задумалась, да так, что не сразу расслышала мое обращение к ней.

— Прости, впала в мыслительный ступор, — пошутила она, глядя на меня, — Ты что-то сказал?

— Уже поздно, принимай лекарства, они на столе на кухне, и ложись отдыхать, — я постарался быть спокойным, а сам начал нервничать, даже не знаю, почему.

— Хорошо, — с этими словами она пошла принимать таблетки, выписанные врачом.

А я подумал: «Какая послушная девочка. Но она редко такой бывает», и сам же в душе усмехнулся этой мысли. Я взял мазь, которую выписал врач, и когда Джуди вернулась в комнату, продемонстрировал ей тюбик, кивком головы предлагая приступить к процедуре.

— Даже не думай, что я позволю к себе прикасаться! — зло ответила Джуди, — Спасибо за заботу, но тебе пора, Алекс.

— Я тебя спрашивать не буду даже. Вся спина фиолетовая! Быстро, подойди сюда и не выступай! — я и не заметил, как повысил голос, на что девушка скрестила руки на груди, надула губы и посмотрела на меня исподлобья.

— Не дуй губы, ты уже взрослая девочка. Я тебе ничего не сделаю плохого, — как ребенка стал ее уговаривать, а в душе смеялся от ее реакции. Надутые губки просто хотелось съесть, — Не бойся меня.

— Алекс, никто тебя не боится. Сама справлюсь. Завтра придет медсестра и намажет.

— Это завтра. А сейчас я это сделаю. Если стесняешься, буду мазать с закрытыми глазами, — я был серьезен, и Джуди начала сомневаться в своем отказе.

— Ладно. Только быстро.

Пока я пошел мыть руки, решил с ней поговорить.

— Сколько времени продлится больничный?

— Пять дней. Потом неделя отпуска. Так сказал сержант.

— Логан Мур? — я посмотрел на Джуди, которая явно злилась, — Ты его видела?

— Он меня из больницы привез.

— Что собираешься делать в отпуске?

— Еще не решила, самочувствие покажет, — ответила она, глядя на тюбик с мазью у меня в руках, сморщив носик (О, боги, я могу смотреть на это вечность!), и подняла голову, глядя на меня снизу вверх, — Может не надо? — ее детская реакция вызвала мою улыбку.

— Надо, детектив! Поднимай майку, — я ей подмигнул, а она обреченно вздохнула и одной рукой стала поднимать одежду, повернувшись ко мне спиной, но пришлось ей помочь, у нее это плохо получалось.

И вот что я понял. Это был самый трепетный и волнительный момент. Я растер между ладонями мазь, чтобы она была теплой, и стал, слегка касаясь, наносить лекарство на эту бархатную кожу, от прикосновений к которой у мены колотилось сердце и стучало в висках. Чувствовалось тепло от области, где был синяк, и сильнейшее напряжение Джуди. Понял, что ей с трудом дается эта процедура.

— Или ей так больно, или она не любит прикосновений, или… — мое дыхание сбилось от мысли, что к ней ранее никто из мужчин так не прикасался.

Но Джуди прервала мои мысли вопросом, долго ли еще подвергаться экзекуции. Но даже ее голос был напряжен до предела, и чувствовалось, что она испытывает неловкость от всего происходящего.

— Все, миссия выполнена, — я встал во весь рост, а девушка опустила майку.

— Спасибо, Алекс Харрисон! Страна вам этого подвига не забудет! — артистично сказала она и подмигнула.

Если бы она знала, что это действительно было тяжело. Сдержаться и не обнять такое нежное тело, не покрыть его поцелуями — не просто подвиг.

В тот момент, когда я передал тюбик с мазью Джуди, в ее дверь раздался громкий стук. Джуди подошла к столу в комнате, вытащила пистолет и привела его в боевую готовность, собираясь идти в коридор, но я ее остановил, укоризненно посмотрев ей в лицо, на что она удивленно подняла брови. Я же глянул на часы, которые показывали начало первого ночи.

— Ждешь гостей? — сухо обратился к ней.

— С ума сошел, какие гости ночью? Да еще после больницы.

— Может любимый пришел? — меня начало «заносить» от проявляющейся ревности, а Джуди подкатила глаза, давая всем своим видом понять, что я придурок.

Между тем стук стал более настойчивым. Мои люди стояли внизу, я их сам туда отправил. И тут мне поступило смс от охранника, который сообщил, что в дом зашел сержант Мур. Но Джуди не видела, что я доставал телефон, и пошла в темный коридор, к входной двери. Я за ней, тоже держа в руке пистолет. На мониторе домофона было видно, что это действительно Логан Мур. И по выражению его лица было ясно, что он не намерен уходить и уверен, что хозяйка квартиры внутри.

Я вопросительно посмотрел на Джуди, на лице которой было выражение ненависти и брезгливости, что меня порадовало.

— Ты его приглашала? — даже не знаю, зачем сам нарываюсь на гнев этой малышки.

— А если да, то что? Тебе не пора уходить? — Джуди была спокойна, что меня удивило, я ждал иной реакции.

— Если я выйду, то буду должен его пристрелить.

— Валяй! Скажу спасибо!

— Ты же хотела с ним поиграть? — я наклонился совсем низко, говоря прямо ей в ухо, хотя мы и так разговаривали шепотом. Просто захотелось быть к ней ближе и снова ощутить этот ванильный аромат и тепло. Она фыркнула и резко повернула голову в мою сторону, наши лица были совсем близко. Мы смотрели в глаза друг другу. А дальше…

А дальше я не сдержался, увидев, как она облизнула свои губы от неловкости ситуации, наклонился и прикоснулся своими губами к ее горячим, мягким и нежным губам, придерживая девушку одной рукой за талию. Но Джуди стояла, как онемевшая, с открытыми глазами, в которых читалось непонимание и испуг. И от осознания того, что произошло, у меня закружилась голова. Я провел своей рукой по ее щеке и почувствовал, какая она горячая, наклонился к ней и снова произнес фразу, которая вырвалась из меня: «Малышка, посмотри мне в глаза». Джуди стояла и молчала, но сейчас ее глаза смотрели на меня.

— Я это сделал, потому что люблю тебя. Не бойся меня. Мне проще взорвать мир, чем обидеть тебя. Это был твой первый поцелуй, — констатировал я, а Джуди только захлопала ресницами и собралась уйти в комнату, но я ей этого сделать не дал, обняв и прижав к своей груди, из которой могло выскочить мое сердце. Я целовал ее макушку, гладил по волосам и за долгие годы испытал счастье. Простое человеческое счастье.

Мы не заметили, как Логан Мур своим стуком в двери разбудил соседей, которые устроили скандал и угрожали ему вызвать полицию. После этого он покинул здание, о чем мне доложила охрана.

Я обнимал самую нежную девочку на свете, и мне не хотелось прерывать этого момента. Но я понимал, что она и так испытала небольшой стресс и мне не следует совсем уж злоупотреблять ситуацией.

— Тебе надо отдохнуть, — после этих слов я погладил Джуди по волосам, — Ложись. Только тогда я уйду. Охрана будет на этаже. Спи спокойно.

Девушка кивнула и пошла в свою комнату, сняла покрывало и медленно легла в кровать, поморщившись от боли. Я накрыл ее одеялом. Она не отводила своего взгляда от меня, но ощущалась ее настороженность.

— Люблю тебя, Джуди. Спокойной ночи, — после этих слов, не дожидаясь ответа, точнее сказать, боясь категоричного отказа, я вышел из комнаты, а потом и из квартиры, захлопнув дверь, дав знак своим людям не спускать глаз с объекта.

Сел в машину и понял, что у меня от волнения трясутся руки. Это первый раз в жизни со мной. Я чувствую на себе тепло и запах любимой девушки, а еще перед глазами стоит ее лицо после моего поцелуя. Ее первого поцелуя в жизни. И я стал первым мужчиной, которому выпала честь поцеловать это чистое, нежное и такое прекрасное создание.

ДЖУДИ МИТЧЕЛ

Лежу и не могу понять, что со мной. Сердце колотится, щеки горят, а перед глазами его черные глаза, от которых не хочется отрывать взгляда. И как неожиданно он меня поцеловал. Это было так трепетно и нежно, и на сердце стало тепло. Его слова о любви ко мне звучат как-то по-особенному. Мне хорошо рядом с Алексом и одновременно тревожно, и мне кажется, что так не должно быть. Мы разные, мы все равно не можем быть вместе.

— Спасибо, Алекс, за первый поцелуй. И как успокаивают твои слова: «Малышка, смотри мне в глаза», — с этими мыслями я крепко уснула под воздействием препаратов.

Спала я до самого обеда. За это время у меня разрядился телефон, на котором, когда я поставила его заряжаться, увидела порядка 50 звонков и смс сообщений. И тут же раздался входящий Алекса Харрисона.

— Алло, — я еще лежала в кровати, и вставать не было сил и желания тоже.

— Привет. Как самочувствие? Поела? Лекарство приняла? — голос Алекса был тревожным.

— Только открыла глаза. Сейчас буду вставать. Что-то случилось?

— Я могу позвонить только, когда что-то случается? — усмехнулся он, — Волнуюсь. Спина болит?

— Не знаю, — честно ответила, — Я ее не чувствую, всю ночь в одной позе, — мой смешок явно его не порадовал.

— Давай приеду, помогу.

— Нет, Алекс, спасибо за заботу, но дальше я со всем справлюсь сама. Ко мне ежедневно будет приходить медсестра делать перевязку. Если понадобится, закажу доставку всего необходимого из супермаркета. Так, что не отвлекайся от своих дел и можешь убрать охрану, пусть люди чем-то существенным занимаются. Я все равно никуда не буду выходить и к себе никого не впущу, — на том конце повисла пауза и даже на расстоянии я почувствовала напряжение и обиду мужчины.

— Охрану не уберу. Выздоравливай, — его голос звучал сухо, он еле сдерживал свои эмоции.

— Спасибо, — сказала я, потом попрощалась и отключилась.

Через два часа в дверь постучали, на пороге стояла медсестра с медицинским чемоданчиком. Я открыла, и мне был задан вопрос, здесь ли проживает Джуди Митчел. Я ответила утвердительно и пригласила девушку войти. Пока медсестра заходила, я обратила внимание, что охранников на этаже двое.

Уже в комнате медсестра осмотрела меня с ног до головы тревожным взглядом, затем раскрыла свои объятия, и я прижалась к ней, уткнувшись головой в грудь.

— Малышка, привет, — голос медсестры стал мужским и хорошо знакомым.

— Густаво, родной, как я рада, что ты пришел.

Мужчина погладил меня по голове, а потом по спине, от чего я съежилась, он понял, что есть проблемы, отклонился и посмотрел мне в лицо.

— Джемма, давай, показывай раны, — он подошел и открыл свой медицинский саквояж, в котором было все, что нужно, — Адольфо потребует отчет о твоих повреждениях, — Густаво пошел мыть руки в ванную, откуда крикнул, чтобы я раздевалась.

Почему пришел Густаво обрабатывать раны? Дело в том, что он не только мой персональный тренер по каратэ, который готовил меня к ответственным соревнованиям и воспитывал боевой дух, он еще и дипломированный врач, и ему я себя могу доверить на все сто процентов.

— Ложиться не будешь? Стоя решила перевязку делать? — удивленно посмотрел на меня он, улыбнувшись, и ласково погладил мои волосы.

— Лечь не могу, все делаю стоя, — после этого ответа улыбка в секунду исчезла с лица мужчины.

— Не понял, — он впился в меня глазами, — Поднимай майку.

Я подняла и показала бок, на котором была повязка.

— Спину покажи, — я повернулась к Густаво спиной, он поднял майку и выругался на итальянском, присвистнув, потом повернул меня к себе лицом, аккуратно обнял и поцеловал в лоб.

Мы смотрели друг на друга. И было видно, что Густаво расстроен и зол одновременно.

— Начнем с раны, — и он, надев стерильные перчатки, начал снимать повязку, осмотрел повреждение, прощупал все, обработал и снова наложил повязку.

— Раз этой раной занимался мой любимый Густаво, она заживет в два раза быстрее, — хихикнула я.

— Теперь снимай майку и показывай весь синяк, — командовал мужчина, а я возмутилась, что надо снимать одежду.

— Джемма! — голос Густаво был не просто строгим, — Быстро снимай или сам сниму! Синяк на всю спину, как я его осмотрю? — я покорно сняла майку, отвернувшись от Густаво, он тяжело вздохнул и начал осмотр. Потом достал какой-то препарат и стал его втирать, уговаривая меня потерпеть.

— Мне не больно.

— Ага, не больно. Врунишка. С какой высоты упала спиной и что тебя придавило?

— Вау, Густаво, ты как детектив. Все четко определил, — я постаралась шуткой разрядить напряжение, — Высота метра полтора, а сверху упал бандит, придавил меня собой, — Рука мужчины напряглась, но он продолжил заниматься синяком.

— Он жив? — зло поинтересовался мой доктор.

— Убила его потом, когда он хотел в меня выстрелить, — мой равнодушный тон вызвал восторг Густаво.

— Малышка, я тобой горжусь! Настоящая дочь Семьи! Все, надевай майку, — Густаво снял перчатки и стал набирать шприц с каким-то лекарством.

— А это зачем? У меня уже на попе нет живого места от уколов, — я надула губы.

— Я буду лечить тебя по своей схеме. То, что написал местный врач, хорошо, но мы будем лечиться эффективнее. Ты мне доверяешь?

— Конечно. Ты же мой любимый Густаво, мой гуру и друг. Что оголять?

— Попку, — усмехнулся он и сделал мне укол так, что я даже не почувствовала.

— Спасибо, — я подтянула штаны, — Густаво, давай поедим? Я еще не ела сегодня.

— Давай, — и мы пошли на кухню, где мужчина начал хозяйничать, — И кто забил тебе холодильник полезными продуктами и наготовил столько еды? — он удивленно, прищурившись, посмотрел на меня.

— Алекс Харрисон, — на мой ответ Густаво только одобрительно покивал головой и стал разогревать обед.

Потом мы ели, и Густаво напрягало то, что я все делаю стоя, чувствовалось, что увиденное на моем теле его расстроило. И представляю, что будет, когда он все расскажет Адольфо!

— Джемма, встреча в игорном клубе с сыном помощника мэра состоится не раньше, чем через три недели. Ему кто-то начистил физиономию в ночном клубе. Он был под кайфом и ничего не помнит. Товарный вид подпорчен и нам это на руку. Как раз и ты восстановишься.

— Отлично. У меня пять дней больничный, а потом капитан отправил меня на неделю в отпуск.

— Какие планы на время отпуска? Тебе лучше быть под контролем.

— Так Алекс своих людей посадил около меня. Двое на этаже — это мелочи. Они повсюду.

— Любит он тебя так, видимо, — Густаво посмотрел с хитринкой в глазах на меня, но я никак не отреагировала.

— А я его нет. Он бандит, а я коп. Густаво, я бы хотела хоть на пару дней слетать к дедушке и папе. Поговори с Адольфо, можно это провернуть или нет. Я так соскучилась по ним!

— Хорошо. Все передам. А пока из дома не выходи. Завтра приду часов в 12, — он меня обнял, а я его в ответ.

— Спасибо, Густаво. Ты моя фея.

Медсестра ушла, пожелав мне ангельским голосом выздоровления, и попрощалась до завтрашней перевязки. А у меня на душе стало тепло, легко. Густаво — часть нашей Семьи, а значит, все будет хорошо.

АВТОР

Хмурый Алекс Харрисон весь день пребывал в своих мыслях, проявляя несдержанность в отношении подчиненных, и последние из-за этого старались не появляться у него на пути.

Ему доложили, что к девушке приходила медсестра, пробыла в квартире около часа, потом ушла, но завтра придет снова, Джуди никуда не выходила, никто к ней больше не приходил. Он несколько раз набирал ее номер, но телефон был выключен.

— Почему она меня игнорирует? Неужели это реакция на вчерашний поцелуй? — Алекс невольно вспоминал каждое мгновение вчерашнего вечера и до сих пор ощущал ее мягкие губы на своих. От воспоминаний ее румянца смущения приятно сжималось в груди, — Но я же ее люблю, люблю всем сердцем! Она это почувствует обязательно, просто ей требуется время. Для нее это все впервые. В принципе, как и любовь для меня. Значит, пройдем путь первой любви вместе. А пока дам ей пару дней отдыха, не буду беспокоить.

В этот же вечер машина Алекса стояла под домом девушки. Он просто сидел и смотрел в ее окна.

Возвращения Густаво ждали все. Но когда он рассказал о том, что увидел и как обстоят дела у Джеммы, показал фото повреждений, Адольфо впал в ярость. Ведь никто и никогда не смел прикасаться к его любимой Джемме, но это чертово полицейское управление постоянно строит его девочке козни. С ее строптивым характером правдолюба и борца за справедливость руководство начало бороться открыто. И это бесило всех членов Семьи.

— Адольфо, люди Алекса Харрисона дежурят круглосуточно. Он ее охраняет капитально, — доложил один из парней.

— Кстати, он ей забил холодильник продуктами и лично готовил, — Густаво посмотрел на Адольфо, который просто кивнул головой на эту информацию.

— Видно действительно так любит, — при этих словах, сказанных Валерио, Адольфо помрачнел. Ему тяжело признать тот факт, что девушку любит какой-то посторонний тип.

— Я то же самое ей высказал как предположение, но она фыркнула и сказала, что его не любит, он бандит, — на эту фразу Густаво все рассмеялись, и даже Адольфо улыбнулся, но всего на секунду.

— Найдите мне того, кто хотел ее убить, я лично отрежу ему кое-что, — Адольфо крутил в руках огромный нож.

— Невозможно. Джемма его убила еще там, — спокойно, как само собой разумеющееся ответил Густаво.

— Наша умница, — Валерио довольным взглядом посмотрел на Адольфо.

— Она хочет на несколько дней домой. Скучает по Дону и Анджело, — Густаво внимательно смотрел на Адольфо.

— Хочет, значит поедем. Продумаем, как обойти людей Алекса и полетим домой. Сколько дней ей желательно побыть тут?

— Пару. Потом можем лететь.

— Тогда, парни, за дело! — Адольфо решительно встал и вышел вместе с остальными в соседнее помещение.

Когда в очередной визит Густаво сообщил, что поездка домой состоится, и Адольфо уже все подготовил, Джемма, которая прекрасно восстанавливалась, запищала от радости, обняла Густаво и чмокнула его в щеку.

— Как же я вас всех люблю! Но, Густаво, что делать с людьми Алекса Харрисона? Они не отходят от меня.

— Послезавтра ты должна быть в больнице, показаться лечащему врачу. А оттуда, через запасной выход, в одежде медицинского работника вместе со мной выезжаем на частный аэродром, где нас будут ждать остальные. Дон и Анджело ждут тебя, — Густаво погладил девушку по голове, а потом усмехнулся.

— Что такое? — Джемма не могла понять, чем вызван смешок Густаво.

— Мои визиты к тебе в женском прикиде как тренировка перед нашим выходом в свет в качестве подружек — соблазнительниц. Знаешь, кого я себе напоминаю?

— Кого?

— Дафну или Жозефину из фильма «В джазе только девушки», — смеялся Густаво, глядя на свое отражение в зеркале.

— Ты лучше, поверь мне.

Пока девушка была дома к ней приходила только медсестра. Джуди по телефону общалась лишь с Дональдом и Элизой. На звонки Логана Мура, Алекса Харрисона не отвечала, от чего оба на нее злились, только каждый по своему поводу. А ей просто хотелось домой.

В день, когда Джуди надо было показаться врачу в больнице, она заказала такси, не маскируясь, вышла из квартиры и спустилась на лифте вниз, обратив внимание, что около дома, как и на ее этаже, стоят люди Алекса. Но она сделала вид, что их не замечает.

Уже через три часа после визита к врачу детектив со своими сопровождающими села в частный самолет, который поднялся в небо, увозя ее в родную Италию. Поскольку время в пути составляло 9 часов 27 минут, Джемма и Адольфо с остальными членами Семьи успели обговорить детали предстоящих мероприятий, вспомнить смешное из жизни, пообедать, а потом девушка уснула, обняв за руку сидящего рядом Адольфо, как всегда, уткнувшись в него носом.

Валерио подошел, аккуратно опустил кресло со спящей девушкой и кресло Адольфо, а последний посмотрел на нее самым нежным взглядом, поправил ей волосы, и тоже закрыл глаза. Сколько бы лет не прошло, только так они оба высыпались. Она чувствовала защиту, а он был спокоен, что малышка рядом, а значит, с ней ничего не случится. Сейчас его душа была на месте.

Пока самолет с детективом был в воздухе, Алекс Харрисон лично приехал в больницу, откуда его охрана сообщила, что девушка пропала. Её нигде не было. Только наличие большого количества людей в больнице сдерживало Алекса от того, чтобы не выплеснуть свой гнев здесь же.

— Куда делась? Что задумала? От меня не убежишь, малышка. Я тебя никому не отдам. Я за свою любовь буду бороться.

Получив информацию, что детектив была на приеме у врача, и тот остался доволен результатами лечения и отличным заживлением раны, Алекс предположил, что девушка могла отправиться по магазинам и вернется домой, куда он и поехал.

Прождав около дома примерно часа два, один из охранников указал на Логана, который шел к входу в дом, где проживала детектив, неся в руках букет нежных роз.

— Ухажер хренов явился, — подумал про себя Алекс, а его глаза блеснули черным огнем. Когда сержант вошел в подъезд, об этом дали знать охранникам около квартиры.

Логан в течение получаса пытался достучаться и дозвониться по телефону до Джуди. Через дверь просил ее открыть, признавался в любви и даже начал говорить о том, что она пожалеет, что отвергает его. Последнее стало той каплей, когда терпение Алекса лопнуло. Никто никогда не смеет ей угрожать!

Его люди отследили сержанта, который оставил розы под дверью квартиры детектива и направился в сторону ночного бара. Там он сначала напился с неизвестным ему ранее парнем, которому начал изливать душу по поводу неразделенной любви. Потом сам же начал конфликт с какими-то двумя тоже «пьяными» посетителями заведения, в результате с разбитой физиономией, сломанной челюстью, в состоянии сильнейшего алкогольного опьянения поступил в больницу, о чем тут же узнали в департаменте полиции.

— Пусть отдохнет. Спасибо за работу, — сухо ответил Алекс по телефону охраннику, доложившему, что задание выполнено.

Но проблема не решена. Джуди действительно пропала. И что самое интересное, она сменила замок.

— Хитрюга. Это чтобы я не попал в квартиру? — засмеялся Алекс, а потом сел и уставился в одну точку, — Где же ты? Неужели от меня сбежала?

Харрисон поднял весь город «на уши», чтобы выяснить, выезжала или нет Джуди Митчел из города или страны. Ближе к концу суток ему отзвонились и сказали, что ее коллега, которую детектив спасла, вместе с Митчел после выписки из больницы уехали в соседний штат, так как обе пошли в отпуск. Это стало якобы известно со слов детектива Дональда, с которым у Джуди хорошие отношения.

Уснуть этой ночью у Харрисона не получилось. Он ворочался, курил, ходил из угла в угол. Потом встал напротив открытого окна, через которое прохладный ветер ворвался в комнату, подставил ему лицо и закрыл глаза.

— Она очень индивидуальна и неповторима. У нее особое, «острое» чувство юмора, уникальный смех, ласкающий ухо и радующий сердце. Она непринужденная и естественна. А еще мне в ней нравится гордость и достоинство, и Джуди никогда не сделает мужчину центром всей своей жизни. Меня это в ней восхищает. И я заинтересован в том, чтобы завоевать именно ее.

— Джуди, ты изменила мой мир, появившись в нем, ты наполнила жизнь иным смыслом, спасибо тебе. Я люблю тебя. Где бы ты сейчас ни была, твое сердце обязано меня услышать.

АДОЛЬФО

Когда сообщили, что малышка вышла с работы, у нас с парнями отлегло от души. Думали, что сойдем с ума, пока ее искали. Стали следить за ее перемещением по городу, походами по магазинам. Видели, что Алекс Харрисон лично следует везде за ней. В душе я даже посмеялся с его реакции на ее переодевания в бутике вечерних платьев. Алекс просто поедал нашу девочку взглядом, и лично меня это сильно напрягает, тяжело принимать тот факт, что ею так сильно увлечен кто-то из мужчин. Но стало понятно, что она решила к нашей помощи не прибегать и сама пойдет в клуб, тем более мы узнали, что сегодня был куплен еще один билет в это заведение. Уверен, его приобрела Джемма. Зная ее, не сомневаюсь, что не простит.

Мы с парнями стали свидетелями того, что произошло с Харрисоном и его охраной. Нельзя недооценивать эту малышку. В ней кровь Дона, его характер и жесткость, это всегда чувствовалось, она сильная и волевая личность, беспощадная и решительная, временами жестокая. Девушка сама может уже возглавить любой клан. Горжусь ею, люблю и переживаю, что все так получилось. Никогда себе не прощу, что допустил тот конфликт. Я должен был предвидеть ее реакцию, зная категоричность этой девочки и ее преданность интересам Семьи во главе с Доном. Мне надо с Джеммой поговорить. Дождавшись, когда Харрисон со всеми своими людьми уедет, пошел к ней.

Малышка не сразу ответила на стук, как понял, была в ванной, потому что ее волосы завязаны полотенцем, а на самой надет банный халат. Она, молча, открыла дверь, позволяя мне войти, а сама ушла на кухню, встала, облокотилась спиной о столешницу и поднесла к губам чашку с кофе. Я вошел, остановился напротив Джеммы и не спускал с нее глаз, пытаясь понять, о чем она сейчас думает. Но она мастерски скрывает свои эмоции и даже по ее взгляду невозможно найти ответы на свои вопросы.

— Джемма, давай поговорим. Прости, но мы не ожидали, что так все получится. Не сердись ни на меня, ни на парней. Они преданные Семье люди, просто не так все преподнесли, — девушка молчала, но взгляд ее глаз вызывал холод. Точно также смотрит Дон, когда чем-то недоволен. А мне так хочется обнять свою малышку, но даже двинуться в ее сторону не могу себе позволить. Она в гневе и этот гнев обоснованный.

— Ты считаешь их преданными, я считаю, что им не место после таких слов в Семье. И что же делать? Думаю, что тебе не стоит примерять на себя роль их адвоката, — я поразился ее категоричности.

— Мне убить его за такие слова?

— Пофиг. Хочешь, убивай, хочешь, похвали. Но бандитам я свою безопасность не доверю. Это все, что ты хотел выяснить? — она с вызовом, как чужой человек, посмотрела на меня, и этот взгляд холодных зеленых глаз вызывал в сердце панику.

— Я пойду с тобой, если ты им не доверяешь.

— Я никому не доверяю, Адольфо, — она в упор смотрела мне в глаза, и ее ответ меня как-то ранил, — Повторять не буду. Справлюсь сама. Давай эту тему закроем. И чтобы ни одной вашей ноги не было на том мероприятии! Надеюсь, ты меня услышал? — такой злой я эту девочку еще не видел, — Тебе пора, Адольфо. Не вижу смысла отнимать друг у друга время, — на этой фразе она чуть смягчила тон, но легче от этого мне не стало, я молча вышел из ее квартиры.

Эти сутки самые худшие из всех возможных. Было невероятно тягостно на душе, вышел из ее дома, посмотрев на окна, но Джеммы не увидел.

Мне было так хреново после встречи с моей девочкой, будто потерял ее навсегда. Я сел в машину, где находились Густаво и Валерио, которым по моему виду все стало ясно. Мы ехали до нашего места, молча. А когда вошли в помещение, остальные тоже сникли.

— Фабрицио, Густаво, у вас будет выходной. Она пойдет туда одна, наша помощь не понадобится, — поставил я их в известность.

— А платье, грим? — Фабрицио растерянно смотрел на меня.

— Она все приобрела, если судить по ее походам по магазинам.

— Но ее надо загримировать так, чтобы никто не узнал. Копа прикончат на месте, — Фабрицио опустился на стул и обхватил голову руками.

— Джемма так решила. Мы ей не нужны. Дон запретил мешать, — это все, что я мог сказать своим парням. Сейчас я ощутил свою ненужность малышке. Я боюсь за нее, ее безопасность, жизнь. И если что-то пойдет не так, себе этого не прощу, проще себя убить.

АВТОР

Алекс Харрисон сидел в темном кабинете своего особняка, погрузившись в мысли о последних сутках. Ему не давало покоя, что Джуди его так категорично и зло отвергла. Причину видел только одну — он из преступного сообщества, а значит бандит, что вполне логично не устраивает девушку, которая служит в полиции. Но все равно что-то было не то. Детектив была на что-то зла и дело не только в его охране. Может она поссорилась с тем, у кого была всю ночь и ради которого покупала наряды? Или он ее обидел? Тогда надо его найти и просо прикончить.

Сейчас попытки логически мыслить хладнокровно и линейно, как это свойственно Алексу, перебивались ревностью от одной только мысли, что у Джуди кто-то появился, и они провели ночь вместе. Мужчина вспомнил их первый поцелуй, это нежное касание губ и невольно улыбнулся.

— Она сложная. К ней нужен подход, — и усмехнулся, вспомнив гнев девушки и угрозы выстрелить из пистолета, — Джуди потрясающая! Огонь просто! Но мне неспокойно, что около девушки нет моей охраны, — Алекс закурил и посмотрел в открытое окно на ночное небо.

— Джуди очень разная: с ребенком — невероятно ласковая и нежная, слушая музыку — романтичная и расслабленная, а еще может быть роковой и соблазняющей, дерзкой и решительной, но даже в злости она сексуальна и притягательна.

АВТОР

Джуди, которая сейчас по пригласительному билету значится как Николь, прибыла на роскошном автомобиле в сопровождении двоих высоких мужчин — «телохранителей» к закрытому, элитному клубу, где сегодня проходит дегустация вин, а на самом деле помимо этого, обговариваются условия нелегальных сделок, можно сыграть партию в карты, конечно же, на деньги, причем немалые. На верхних этажах есть роскошные гостиничные номера президентского уровня, в которых можно уединиться с понравившейся девушкой или парнем, услуги которых тоже ненавязчиво предлагаются организаторами вечера.

Николь сразу привлекла к себе внимание, как только переступила порог заведения. Первым «завис» охранник, отмечавший ее в списке приглашенных, поскольку сначала не мог оторвать взгляда от ее волос темно-рыжего цвета, которые подчеркивали синеву глаз, потом губ, на которых нанесена помада цвета темной вишни. Платье девушки заставило его просто сглотнуть и только жестом пригласить гостью пройти внутрь.

Она зашла в зал, грациозно ступая по паркетному полу, подол платья нежно-голубого цвета кокетливо подчеркивал при движении стройность ее ног, полупрозрачный верх вынуждал задержаться взглядом на груди, спрятанной под атласным лифом платья, украшенным чуть заметными блестками. Весь образ этой гостьи подчеркивал ее женственность и хрупкость.

Сама же Богиня, обведя взглядом окружающую обстановку и людей, подумала: «Оазис ужаса в пустыне скуки».

Практически все присутствующие обратили на нее внимание, некоторые мужчины не скрывали своего интереса к девушке. И в их числе оказались капитан Ронни Кларк и сын помощника мэра Бакстер, которого некоторое время назад Джуди задерживала. Но основной всплеск мужского интереса и желания был вызван глубоким вырезом на спине у девушки, при виде которого возникала мысль о том, что под ним или нет нижнего белья, или оно символичное. Особенно «текли слюни» у Бакстера, которому такой типаж девушек безумно нравился. Этот придурок был готов продать все ради обладания такой прелестницей, даже собственную душу, хотя нормальный человек за его душонку не даст и цента.

Как и рассчитывала детектив, Бакстер сразу решил «подкатить» к Николь с комплиментами, которые она приняла с еле заметной улыбкой, без особого восторга, дав тем самым понять, что комплиментами ее не удивишь, она знает себе цену и в нем не заинтересована.

Девушка взяла бокал с вином у подошедшего к ней официанта, изящно поблагодарив за это, от чего парень слегка покраснел, он просто не мог оторвать взгляда от ее синих глаз, и сразу увидела в дальнем углу Роберта и Алекса, разговаривающих с каким-то мужчиной, вероятнее всего, иностранцем. И если глаза Роберта сразу выхватили ее образ из числа присутствующих, то Алекс был задумчив и вообще не смотрел по сторонам.

Дегустация началась, была организована отлично, профессионально, никто не грузил информацией о возрасте виноградника, сколько людей трудилось над этой каплей вина и о цене этого живительного нектара.

С Николь не спускали глаз капитан Кларк и Бакстер, тихо, практически незаметно, переговариваясь о чем-то. Между тем сама Николь расслабленно, гордо и непринужденно слушала, что рассказывают о винах, делая вид, что пробует их, а сама изучала публику, уже знала, где и в каком количестве установлены видеокамеры, сколько охраны.

— Почему прелестная незнакомка одна на этом мероприятии? — послышался знакомый голос со спины девушки, но она даже не шелохнулась, — меня зовут Ронни Кларк, он протянул свою ладонь, когда встал перед нею.

— Николь, — хлопая черными ресницами, свою изящную ладонь девушка положила на руку капитана, он ее поцеловал.

— Так почему вы одна? Вас же могут украсть? — он рассматривал ее лицо, которое ему явно нравилось.

— Не одна, — последовал кокетливый ответ, — Я с вами, Ронни, — от ее голоса по телу капитана прошли мурашки, а еще она его назвала по имени, что льстило самолюбию. А детектив подумала, что ничему жизнь шефа не учит, сегодня наступит на одни и те же грабли.

К ним подошел сын помощника мэра Бакстер. Они какое-то время поговорили ни о чем, а потом девушку «украл» один из предпринимателей из рекламной индустрии, пригласив заключить контракт без всяких фотопроб для рекламы коллекции дорогих вин из Франции. И пока они прогуливались, и мужчина рассказывал Николь о преимуществах и перспективах работы в рекламном бизнесе, расхваливая ее внешность, ее просто прожигал взглядом Роберт, косясь периодически на Ронни и Бакстера, которые одновременно начали «клеиться» к этой Богине.

Николь видела, что Роберт пытается обратить на нее внимание Алекса Харрисона, который отмахнулся от него, равнодушно посмотрев в ее сторону. А через некоторое время к Алексу подошла одна из тех, кто «обслуживал» гостей на этом мероприятии, и томным голосом решила его на этот вечер и ночь ангажировать. И детектива почему-то порадовала услышанная фраза, сказанная Алексом этой девице, что он женат и у него сын, и он ни в ком другом не заинтересован.

— Почему мне приятна его реакция? — подумала девушка, к которой подошел Ронни Кларк и предложил сыграть партию в покер.

— Хорошо. Но, вы же мне поможете в игре? — снова кокетливо спросила Николь, посмотрев прямо в карие глаза капитана, у которого тут же расширился зрачок.

— Николь, я сделаю ваш вечер и игру незабываемыми.

Проходя мимо Роберта и Алекса, девушка уловила на себе нескромный взгляд первого мужчины, отметив, что Алекс все время зависает в своем телефоне и при этом нервничает.

— Ронни, давайте возьмем по бокалу белого полусладкого вина, чтобы мне не было страшно играть в покер, — Николь слегка прикусила нижнюю губу и заморгала глазами, — Вы доверяете выбор мне?

— Конечно, моя Богиня, выпью все, что вы выберете, — он облизнул свои губы, на которых девушка специально задержала взгляд. И тут к ней подошел Бакстер с улыбкой мужчины, ищущего приключения.

— Уж я-то вам обоим найду приключения на все ваши места, господа мерзавцы, — подумала детектив, ехидно хихикнув в душе, но мило улыбнулась Бакстеру.

— Я собираюсь с Ронни пойти и попробовать сыграть партию в покер, вы с нами, Бакстер? — она сказала это таким голосом, что отказаться было просто грешно.

— С вами, хоть на край света, Николь, — и он поймал на себе злобный взгляд Ронни.

Николь тем временем выбрала бокалы с вином и попросила официанта принести их к ним в игорный зал. Вместе с официантом она и пришла туда, где мужчины решили сыграть в покер. Хотя нет, рядом с одним из игроков расположилась весьма вульгарного вида силиконовая блондинка, которая смерила взглядом Николь, проигнорировавшую этот взгляд, как и все остальные в свой адрес.

Ронни и Бакстер рассказывали девушке правила игры, а сын помощника мэра пару раз попытался прикоснуться к оголенной спине Николь. И она попросила его наклониться к ней и тихо на ухо, щекоча нервы молодого человека, сказала, что сейчас еще не время для подобного поведения, весь вечер впереди. И Бакстер не просто оживился, он решил, что золотая рыбка на эту ночь уже в его кровати в лучшем номере этого заведения.

— Глупец, — смеялась про себя девушка и начала строить глазки Ронни Кларку, взяв его сейчас за руку, уточняя, что такое фулл-хаус.

Во время партии Ронни и Бакстер, строя из себя «джентльменов», помогали своей «ученице» играть. Она оказалась невероятно способной, что вызывало зависть некоторых игроков и спутницы одного — блондинки, которая всячески пыталась комментировать действия Николь, которой, по ее мнению, «просто фартило», пока не услышала достаточно громко произнесенную реплику в свой адрес, сказанную детективом как бы промежду прочим: «Мадам, помолчите, сойдете за умную! Когда ваш силиконовый рот закрыт, вы кажитесь симпатичнее, чем есть на самом деле. И имя у вас, вероятно, пошлое — Дороти». После этой фразы Роберт несколько раз хлопнул в ладоши. Больше блондинка не сказала ни слова.

Прошло несколько часов. Наигравшись в покер, выпив уже приличное количество спиртного, не ограничиваясь благородным вином, Ронни Кларк и Бакстер стали одновременно признаваться Николь в любви, а между собой ссориться, на что услышали от девушки слова, от которых их кровь вперемешку с алкоголем и еще кое-чем, добавленным уже несколько раз девушкой, забурлила с новой силой.

— Мальчики, не надо ругаться. Вы оба в моем вкусе, ничто не мешает нам хорошо провести вечер втроем. Думаю, что пары бутылок спиртного нам хватит, чтобы расслабиться.

Мужчины переглянулись, Бакстер отошел забронировать лучший номер, заказать спиртное и фрукты. А через час они по отдельности заходили в номер гостиницы, где уже все было готово для встречи гостей.

— Николь, давайте выпьем за нас троих, — стеклянные глаза Ронни Кларка блестели и скользили по фигуре девушки, — он залпом выпил стакан виски.

— А вы, Бакстер, — она провела ноготками по его груди и начала расстегивать две верхние пуговицы на его рубашке, — не выпьете за нашу встречу?

— Выпью, конечно, моя девочка, — он погладил ладонью ее щеку, а она специально в голос замурлыкала, как кошка, что возбудило этого проходимца. Бакстер сделал большой глоток спиртного.

Николь еще минут 30 соблазняла этих двоих, в душе чертыхаясь самыми тяжелыми итальянскими словами. Они сделали несколько совместных фотографий, в том числе на которых мужчины были только в одном нижнем белье, а девушка все также в роскошном и сексуальном наряде, но полу боком или спиной в кадре.

А потом эти герои-любовники под воздействием «сыворотки правды», отвечая на вопросы любопытной милой леди, рассказали о планах похитить племянницу Роберта, убить детектива полиции Джуди Митчел и столкнуть лбами банды. Практически «вырубаясь», они посвятили Николь во все детали предстоящих преступлений, даже назвав пароли и кодовые слова. Бакстер рассказал, как его «отмазали» от наказания за совершенное убийство, сколько и кому было передано взяток, и что у них не получилось подставить Итана Брауна из преступного сообщества Роберта. В этом им помешала детектив Джуди Митчел. Еще Ронни Кларк, уже засыпая, промямлил про похищение какой-то женщины, большие деньги, но все говорил невнятно. А потом погрузились в глубокий сон.

У Николь было много времени до рассвета, и она проявила максимальную фантазию творческого человека, чтобы сделать утро этих двоих незабываемым и эмоционально окрашенным.

В 4.00 утра она села в тот же автомобиль, который привез ее в закрытый клуб, и поехала в студию к Майклу.

— Мальчики, спасибо вам большое, — она сидела на заднем сиденье, укутавшись в длинный плащ, который ей передал один из ее временных «телохранителей».

— Все в порядке, мисс, — ответил водитель, посмотрев на нее в зеркало заднего вида.

— Джуди, красотка, я заждался, — Майкл обнял уставшую девушку, — как все прошло? — она в ответ только подняла вверх большой палец левой руки и подмигнула, опускаясь на диван в студии визажиста, вытягивая ноги и снимая туфли.

— Попей воды, — он протянул ей бутылочку с минеральной водой, — и пойдем снимать макияж, потом в душ, сделаю тебе маску на лицо и спать, — Майкл на правах старшего на пять лет решил взять все в свои руки, за что Джуди была благодарна, просто кивая в знак согласия.

— Устала мелкая, — произнес вслух Майкл, выходя из спальни своей квартиры, где уснула Джуди, обращаясь к сидящему парню, — За вами хвоста не было?

— Все чисто. И я специально кружил по городу, чтобы удостовериться, что ни один из мужиков за ней не поехал.

— Держи, — Майкл протянул парню три конверта, — она просила передать в знак благодарности.

Парень стал отказываться, но Майкл был настойчив, ссылаясь на то, что девушка обидится, а она его лучший друг.

Джуди проснулась в районе обеда, приняла душ, надела свои вещи, завязала высокий хвост и зашла на кухню, где на столе увидела записку от Майкла: «С пробуждением, подруга. Позавтракай. Если что, я в студии» и завтрак, укутанный в банное полотенце.

Перекусив и выпив кофе, девушка помыла посуду, убрала ее в шкафчик, закрыла дверь квартиры и спустилась в студию, где Майкл раскладывал свои «инструменты» перед приходом на грим актеров.

— Майкл, — Джуди обняла его, — спасибо тебе огромное. Ты не представляешь, как мне помог, и благодаря тебе будет спасена человеческая жизнь.

От этих слов мужчина напрягся, отклонился от девушки, вглядываясь в ее лицо: «Прямо- таки жизнь?» На что Джуди кивнула головой.

— Я рад, что был полезен.

— Майкл, я пойду, спасибо тебе. Не сердись, но вот, — и она протянула ему большой конверт синего цвета, — Ничего не говори, открой, — она улыбнулась.

Майкл открыл конверт и увидел там сертификат на участие в международном конкурсе визажистов, который будет проходить в Париже, билеты туда и обратно, ваучер на проживание в самой дорогой гостинице рядом с Лувром в течение двух недель и сертификат на большую сумму в евро.

Он посмотрел на Джуди и еле сдержал слезы. Он всю жизнь мечтал участвовать в конкурсе такого уровня, но у него не было на это средств. И вот его мечта осуществится. Практически уже осуществилась.

Майкл стоял, как онемевший от счастья, ему не хватало воздуха. Джуди его обняла и стала раскачиваться вместе с ним, как с маленьким ребенком, который на 30 см выше ее. Майкл обнимал ее, поцеловал в макушку.

— Джуди, спасибо, ты осуществила мою самую заветную мечту!

Через час детектив снова в образе мальчишки в кепке и с футбольным мячом под мышкой заходила в просторный холл своего дома, а потом и в квартиру.

— Все. Я дома! — выдохнула она и стала раздеваться, потом позанималась домашними делами и только сейчас вспомнила, что надо бы включить телефон, на котором оказалось такое количество звонков и смс, что на чтение ушло бы пару часов, а время тратить на это не хотелось, и Джуди включила телевизор, легла на диван в зале и с удовольствием начала просмотр итальянской комедии с Тото в главной роли, оставив телефон в спальне.

АВТОР

Алекса Харрисона на мероприятии раздражало все, начиная от людей и заканчивая вином. Он писал и отсылал детективу одно сообщение за другим, но она их даже не читала, потом телефон был выключен, и ее снова не было сутки дома.

— Точно у нее кто-то есть, — это было сложно принять Алексу, от чего мужчина расстраивался и нервничал. Он под надуманным предлогом, который распознал Роберт, быстро покинул заведение, не оставшись даже на игру в покер, которую он обычно смотрит, но сам не играет, приехал к дому девушки, но в ее окнах свет не горел. Здесь он был до самого рассвета, — Я не сдамся, Джуди, ты станешь моей женой! Я найду к тебе ключик!

«Вы получаете то, что, черт возьми, заслуживаете!»

Джокер

«Знаешь, как появляются сказки? Никто не хочет верить в реальность»

Тайны Смолвиля

Когда поступил звонок от Джеммы, которая вызвала «такси», наш человек выдвинулся в тот адрес, который мы определили по маячку, установленному в браслете часов девушки. О ее перемещениях мы знали, аккуратно наблюдали со стороны. Но когда водитель сообщил о состоянии Джеммы, меня просто «коротнуло», я запаниковал, на сердце было неспокойно. Накрутил себя сильно, представил самые нехорошие картинки, в душе проклял Алекса, и мне захотелось взорвать мир.

В два часа ночи мы подъехали к дому Джеммы, около которого продолжали дежурить люди Харрисона. Я снова в образе интеллигента с бородой и густой шевелюрой, в очках и с портфелем вошел в здание, не вызвав никаких подозрений. На этаже людей Алекса не было, и я беспрепятственно вошел в квартиру нашей девочки, которую нашел спящей в спальне, в наушниках. Когда она была расстроена, сильно уставала или хотела спрятаться от всего мира, то с самого детства надевала наушники и так засыпала.

Я переоделся, вошел в ее комнату, посмотрел на бледную Джемму, и сердце заныло. Снял с ее головы наушники, лег рядом, просунул свою руку ей под голову и развернул к себе лицом. Малышка во сне поерзала, почувствовала тепло и прижалась ко мне как брошенный котенок, а потом, не просыпаясь, заплакала тихо, без всхлипов и вздохов. Просто по ее щекам стекали слезинки, которые падали мне на руку, обжигая огнем сердце. Я прижимал Джемму к себе, гладил по голове, успокаивая. Ее слез я не прощу никому, эта девочка не просто мне дорога, она — часть моей жизни, причем лучшая ее часть. Но перед тем, как убить Алекса, я должен выяснить, что произошло.

Через время Джемма успокоилась, расслабилась в моих руках, уткнувшись носом мне в шею. Моя же голова кипела от мыслей и переживаний, уснуть смог только ближе к 5 часам утра.

Я проснулся и понял, что Джемма еще спит, будить своими движениями не стал, просто лежал и ждал ее пробуждения. Минут через пятнадцать почувствовал, как ее густые реснички стали подрагивать, щекоча мне шею, а потом она заерзала и чувствую, улыбнулась.

— Адольфо, мой милый Адольфо, спасибо, что пришел. Мне всегда спокойно спится с тобой рядом, — она прижалась ко мне сильнее, а я погладил ее по голове.

— Встаем? — я чуть повернул голову в ее сторону, а Джемма хихикнула, но отрицательно замотала головой.

— Ты мой пленник. Не пущу никуда! — она села на кровати, ласково на меня посмотрела, потом начала медленно слазить с кровати, — Чур, я первая в душ, — и умчалась из комнаты, а мне на душе стало немного легче.

Пока мелкая принимала водные процедуры, получил «доставку» позднего завтрака, приготовленного Валерио, и поставил чайник. Джемма вошла на кухню, держа стопку вещей, которые протянула мне с нежнейшей улыбкой: «Все вещи новые, принимай душ. Твой любимый гель на полочке, где и станок. Поглаженная рубашка в шкафу». От ее заботы и внимания я таю, как снег под солнечными лучами.

— Что-то я соскучилась за домашней едой, — Джемма улыбнулась и сделала глоток кофе.

— Джемма, — начал я, откидываясь на спинку стула, — мы можем поговорить о том, что произошло в доме Харрисона?

— Можем. От тебя у меня нет секретов, — ее голос и интонация были абсолютно спокойными.

— Только честно, он что-то сделал против твоей воли? Между вами что-то произошло? — у меня в этот момент пульсировало в висках. И некоторые вещи я боялся услышать.

— Если ты о сексе, насилии, то нет. Алекс меня любит и на такое не способен. Мы не спали. Ничего не было такого. Но он меня поцеловал. Хотя я ему не ответила на поцелуй, — у меня непроизвольно в руке согнулась вилка, которую Джемма спокойно забрала и положила рядом с моей тарелкой новую.

— А почему ты в таком жутком настроении покинула его дом и плакала во сне?

— Мне кажется, он меня искренне любит, его слова признания, похоже, идут от сердца. И он мне начал нравиться, но принять его любовь и дать возможность своему чувству развиться и выйти наружу не могу или не хочу, пока не знаю. Трудно объяснить, но что-то не то. Знаешь, Адольфо, как будто из будущего веет ложью и скрытой опасностью, но от кого она будет исходить, неясно. Внутри меня сработал какой-то маячок тревоги, как лампочка, предостерегающая от беды и возможного предательства. К тому же, он бандит из американского преступного сообщества, а я из полиции. Еще он бабник, что очень меня разочаровало, — сейчас она на меня смотрела взглядом, которого раньше не замечал, в нем было отражение именно этого состояния — разочарования в мужчине, — Хотя может для мужчин это нормально, — сказав это, она посмотрела куда-то в сторону и на секунды задумалась.

— Не нормально, — ответил я. После этого Джемма перевела взгляд своих немного грустных глаз на меня, и мы смотрели в глаза друг другу.

— Мы не можем и не должны быть вместе с Алексом, — продолжила девушка, — Просто от всего стало грустно. Лучше на этой стадии все пресечь, чем потом резать по живому.

Я встал, подошел и обнял ее, потом поцеловал в лоб.

— Ты умница. Все встанет на свои места. Просто нужно время, многое прояснится и станет очевидным то, что сейчас только предчувствие. Люблю тебя и всегда помогу, — на это мелкая закивала головой, — Какие планы на отпуск?

— Хочу уехать домой. Это возможно? — она отклонилась, подняла голову и посмотрела на меня, а я даже не стал скрывать своей радости от такого желания своей любимой девочки.

— Конечно. Но давай пару дней до вылета ты будешь у нас.

— С радостью. Веселее и есть, что вам рассказать.

— Да уж, детали похождений Охотницы мы не слышали еще, — я потрепал Джемму за щеку, а она замурчала как кошечка.

Через час интеллигент и подросток со спортивной сумкой и теннисной ракеткой вместе выходили из дома и садились в «такси».

После ужина, приготовленного Валерио и Джеммой, мы все расположились в большой комнате: на диване, стульях, на полу и слушали подробный рассказ о произошедшем. Нас интересовали детали, реакция. Джемме задавали такое количество вопросов, что это было похоже на пресс-конференцию и по большей части министра обороны. Потом прослушали аудиозаписи, сделанные Джеммой. Были моменты, когда за нее было страшно, но мы нашей девочкой гордились. Настоящая дочь Дона!

— Парни, вам огромное спасибо. Так все провернули с картами Джокера, что ни одна камера не засекла даже движения воздуха! Лучше вас нет никого! С вами я всегда в безопасности, — эта девочка умеет быть благодарной.

— Фабрицио, а твой грим не просто выдержал, он заставил дергаться лицо настоящей Охотницы. Ты бог маскировки и перевоплощений! — мужчина расплылся в счастливой улыбке.

Когда в комнате остались мы вдвоем, Джемма, сидя в своей любимой пижаме на кровати, задумалась.

— Адольфо, я думаю, что всем нашим ребятам надо побывать дома. Америка без нас не пропадет, а пропадет, шут с ней. Все устали. А ведь самое интересное впереди.

Когда она это говорила, я стоял напротив кровати и сушил полотенцем волосы после душа и от ее слов немного напрягся, у меня тоже было ощущение какой-то незавершенности и предчувствие новых событий.

— Я согласен, все должны отдохнуть. Самолет большой, все поместимся, — Джемма улыбнулась с благодарностью, — Что думаешь по поводу продолжения? Кем будет инициирована следующая партия игры с участием Джокера?

— Мне не дает покоя фраза пьяного капитана о похищении какой-то женщины, — начала Джемма, — Если логически рассуждать, то ему не удалось уничтожить Роберта. Фишер не в счет, он слишком мелкая фигура в преступном мире. Банда «Карателей» уже уничтожена. Для Ронни Кларка очевидно, что это месть этих двоих, но в большей степени Роберта. Капитан и мэр тоже не любят оставаться в долгу, но все делают чужими руками. Надо проанализировать окружение Роберта, его компаньонов, причем тех, с кем у него хорошие и долгие отношения. Уверена, что похитят жену кого-то из них. А чтобы выбить Роберта «из седла» выдвинут такие условия, что они окажутся опасными или будут ловушкой, чтобы он однозначно проиграл. А поскольку месть против Роберта, то получится, что он виноват в том, что человек потеряет жену и разорился.

— Дома соберем всю информацию и сможем над ней поработать. А теперь ложимся спать.

Я лег, а Джемма перекатилась ко мне под бок, обхватила мою руку и уткнулась в нее носом, так она быстро засыпает. Но мне хотелось задать ей еще один вопрос, так сказать, тет-а-тет.

— Не спишь? — шепотом спросил ее.

— Еще нет. Ты что-то хотел спросить про Алекса? Спрашивай, — я поражаюсь ее прозорливости и умению чувствовать меня.

— Тебе понравилось целоваться?

— Целовал он, а не я. Не совсем понятно, что надо было делать. Я же никогда ни с кем не целовалась. Но он был нежен. А как должно быть, не знаю. Раньше этим не интересовалась.

— Меня всегда в ней подкупала искренность и непосредственность, и я очень ценю наше откровенное и честное общение. У нас с Джеммой нет никаких секретов друг от друга и запретных тем. Полное доверие, — подумал я в этот момент, поцеловав свою малышку в голову.

— Знаешь, мне так хочется, чтобы твоим первым мужчиной был тот, кто тебя достоин, кто будет любить без оглядки каждую клеточку моей прекрасной девочки и сделает ее самой счастливой.

— Адольфо, ты, папа и дедушка задали такую высокую планку в представлении о том, каким должен быть мужчина, как он должен любить, ценить и оберегать, что этой планки не каждый может достичь. Думаю, что таких нет больше на свете. Ведь меня с детства окружают только мужчины, да еще какие! Вы любящие, заботливые, мудрые, смелые и красивые, — она чмокнула меня в щеку, снова уткнулась носом в мою руку и быстро погрузилась в сон. А я гладил ее по голове и благодарил небеса за такое чудо в моей жизни.

Сегодня Филиппо Манчини получил приглашение от Пабло на посещение закрытого мероприятия, в ходе которого будет проведен аукцион и анонсировалась многообещающая партия игры в покер. Сейчас в его кабинете сидели все те, с кем возможность этого мероприятия обсуждалась ранее.

— Дочь, ты оказалась права, — он протянул Джемме приглашение, — Испания ждет нас через сутки.

— Думаю, в ближайшее время тебя наберет Антонио Марино.

— Интерпол не подведет? Они же специально не искали Пабло, — усомнился Адольфо, — Они у меня не вызывают доверия.

— Тот, кто ответственен за операции такого рода, будет ждать моего сигнала. Он не подведет, как бы сказать мягко… он мой большой должник. Арест Пабло — мелочь для него, — девушка подмигнула Адольфо.

— Даже так, принцесса? — Анджело взял внучку за руку, на что она хихикнула, кивнула головой и поцеловала его в щеку.

— Считаем до десяти и звонок Марино, — Джемма начала загибать пальцы, озвучивая обратный отсчет, на цифре 4 на мобильный телефон Филиппо поступил звонок именно от этого человека.

Анджело и Джемма хлопнули друг друга по ладоням и вместе с Адольфо тихо начали выходить из кабинета Дона, чтобы не мешать разговору двух лидеров.

— Удачи, папочка. Мы на верном пути, — она подняла победоносно свой маленький кулачок в воздух, а Адольфо сгреб ее в охапку и потащил из кабинета со словами, что она обещала ему сыграть на виолончели.

— Он попросил, чтобы моя дочь приняла участие в закрытом аукционе в Испании и в игре в покер, организованной Пабло, где лотом и основной ставкой станет похищенная супруга Алексиса Сантоса, — сообщил Дон вошедшим через час в его кабинет, внимательно всматриваясь в глаза дочери, которая в знак одобрения просто моргнула глазами, — Я отказал, напомнив про поведение и поступки Алексиса.

Девушка показала большой палец на руке в знак одобрения.

— Минут через 20 тебя наберет сам Алексис, — вставая с кресла, сказал Анджело, — Мы пока пойдем, выпьем чаю, — он взял под руку внучку, и они вышли, а Адольфо остался по указанию Филиппо в его кабинете.

В Испанию Филиппо и Джемма Манчини летели разными самолетами и с интервалом в три часа. Отец — на частном из своего авиапарка, а девушка с охраной, под вымышленным именем и по поддельным документам, загримированная под парня, — на арендованном. Причем летели как музыкальная группа, да еще с инструментами: скрипкой, виолончелью и контрабасом.

В зал, где будет проводиться аукцион, в сопровождении двоих телохранителей вошла Богиня, на которую находящиеся здесь не только мужчины, но и немногочисленные женщины обратили свое внимание, не в состоянии отвести восхищенных и заинтересованных взглядов.

Это была молодая женщина с черными, как ночь, волосами чуть ниже плеч, с ярким макияжем с акцентом на черных глазах, с сексуальными по форме и цвету губами. На ней идеально сидело красное облегающее платье длиною в пол с изящным разрезом на юбке, на ногах надеты туфли на высокой шпильке. Завершало сексуальный образ незнакомки глубокое декольте, заставляющее взгляд фокусироваться на округлой, аппетитной груди и соблазнительной складочке, в которую просто падал бриллиант на нежной цепочке из платины.

Габриэлла, а именно так сейчас звали Богиню, уверенно прошла в зал и села на место, которое было ей приготовлено. Забросив ногу на ногу, она привлекла внимание к нежному кружеву на чулках тех, кто сидел рядом и видел эту прелестную картину.

В числе гостей аукциона присутствовал и на момент прихода Богини в зал уже там находился Филиппо Манчини, который поразился красоте и уровню маскировки своей дочери, которую он сразу не узнал. Да и не узнал бы вообще, если бы не ее загримированные охранники, которые ему подали определенный сигнал. Ведь в каком образе предстанет на игру Джемма, ему было неизвестно.

Филиппо уловил восторженный и похотливый взгляд Пабло на Джемму и то, что он дал какие-то распоряжения своим людям, не спуская при этом глаз с девушки. Отцу это было видеть тяжело, но это все было частью плана Джеммы, она предупреждала о слабостях и сексуальных предпочтениях главаря наркосиндиката. В зале находились Роберт и Алекс. Алексиса Сантоса не было, как и Антонио Марино.

Аукцион начался. Сначала были выставлены антикварные украшения и оружие, картины, судя по всему, все это из частной коллекции самого организатора мероприятия Пабло. Габриэлла кокетливо раскачивала ногой и откровенно скучала, пару раз игриво посмотрев в сторону Пабло, который так заинтересовался роковой красоткой, что свое желание ей транслировал сначала глазами, легкой улыбкой, а потом не выдержал и в перерыве подошел к ней и поцеловал руку.

— Габриэлла, если не ошибаюсь? — он томным взглядом посмотрел на декольте девушки, подумав, что полную наготу нельзя назвать соблазнительной, но наполовину прикрытое тело просто кричит о своей сексуальности, — Вам не интересно на аукционе?

— На аукционах я люблю изюминку. Пока все как обычно, — она надула свои пухленькие губки как капризная девочка, от чего у Пабло свело челюсть, так ему захотелось их поцеловать, но он лишь еще раз прикоснулся своими губами к ее руке.

— Следующий лот вас заинтересует, моя милая Габриэлла. «Сильный человек Бога». Так ведь переводится ваше имя? — на что она кивнула, кокетливо приподняв брови и заморгав глазами.

— Удивите меня, Пабло, не только знаниями перевода моего имени. Уверена, что вы это можете, — она облизнула свои губы, что заставило мужчину испытать новую волну желания. Но тут объявили, что начнется вторая часть аукциона, и Пабло галантно провел Габриэллу к ее месту, еще раз поцеловал ей руку и удалился.

Все это шоу видел Филиппо Манчини, в душе которого все кипело. Но в то же время он испытывал гордость и восхищался своей дочерью. Между тем, капитан Ронни Кларк, присутствующий на аукционе и находящийся чуть-чуть в стороне, тоже откровенно заинтересовался красавицей Габриэллой. И на это обратил внимание Дон.

В начале второго тура аукциона было озвучено, что следующим лотом является молодая женщина 35 лет. Затем занавес на небольшой сцене открыли и все увидели действительно женщину в красивом платье, тихо сидящую на кресле. Это была Кими — супруга Алексиса Сантоса. Для детектива стало ясно, что она была прикована к креслу со спины, поэтому не могла пошевелиться. У нее на лице не было никаких эмоций, и Джема пришла к выводу, что она под воздействием сильных психотропных препаратов. Стартовая цена — пятьсот тысяч евро.

Роберт и Алекс еле сдерживали себя, чтобы не перестрелять здесь всех. Даже для них такое зрелище казалось аморальным, жестоким и лишенным человечности. И каждый из них подумал, что было правильно послушать Филиппо Манчини и не допустить Алексиса на это средневековое мероприятие. Роберт вспомнил похищение своей племянницы и неожиданно поймал себя на мысли, если бы сейчас здесь оказалась детектив Джуди Митчел, все разрешилось хорошо и Кими спасли.

Самым страшным для Джеммы, внимательно следящей за происходящим, был тот факт, что участники аукциона с нечеловеческим рвением стали называть сумму, предлагаемую ими, чтобы купить женщину. Страсти накалялись нешуточные.

— Вот ведь сволочи, — ругалась про себя Джемма, — Если судьба свела вас со мной, значит пришло ваше время платить за свои грехи, — в душе девушки черти начали строить планы мести всем, кто участвовал в торгах, — Я вас раздену во время игры в карты. А Интерпол примет вас с большой радостью в свои холодные тюремные объятия. А тебя, капитан Кларк, — и она искоса посмотрела на него, — ждет встреча с Аидом.

Находящийся недалеко от девушки Адольфо, внимательно следящий за ней и всей обстановкой, сейчас понял состояние и уловил ход мыслей Джеммы, ее настрой, и в душе немного успокоился, боевой дух у малышки, как всегда, на высоте. Единственное, его напрягали устремленные на нее взгляды мужчин, а некоторым его руки просто «чесались» выстрелить между глаз. Еще он обратил внимание, что присутствие Алекса Харрисона не вызвало у Джеммы никаких эмоций, она в его сторону даже не смотрела. Кстати, это заметила и сама девушка, и почему-то от этой мысли стало легче на душе. Он, как и большинство, воспринимался ею как часть просто серой и безликой массы.

В процессе торгов Джемма посмотрела на Пабло и проследила его взгляд, понимая, что он устремлен на ее отца. И Филиппо хорошо отыграл свою роль, подав кивок Пабло, свидетельствующий о том, что он удовлетворен тем, что видит сейчас. И снова Пабло перевел взгляд на нее, а потом на Роберта и Алекса, на лицах которых читалась ненависть, а это доставило удовольствие самому Пабло и капитану Кларку.

И когда сумма продажи Кими дошла до 25 миллионов евро, торги были прекращены. Пабло объявил, что эта сумма станет суммой выигрыша в покер. От этого заявления напряглись Роберт с Алексом, охрана Джеммы и Филиппо.

— А кому достанется женщина-лот? — сексуальный голос Габриэллы сводил с ума Пабло, а надутые как у обидевшейся девочки губки просто отключали мозг.

— Милая леди, а как вы думаете?

— Я рассчитывала, что она достанется победителю в игре в покер, — милая и кокетливая улыбка Габриэллы радовали глаз наркобарона.

— Так оно и будет, раз вы этого хотите. Победитель заберет и женщину, и деньги! — он громко объявил об этом условии, и в зале послышались одобрительные хлопки, а на душе Филиппо, Адольфо и Густаво стало немного легче. Они понимали, если бы ни Джемма с ее навыками обольщения и смекалкой, Кими было бы спасти труднее. Судя по всему, Пабло хитрил, он с самого начала не намеревался Кими делать ставкой в покере. Он хотел ее просто убить. А шоу с аукционом и обещанной ставкой в виде женщины — способ психологического садизма. И Пабло изменил свои планы только благодаря тому, что Джемма его очаровала, и у него на нее появились виды.

Желающих участвовать в игре пригласили пройти и подать заявку. Игра начнется через час.

В сопровождении охраны Габриэлла прошла и подала заявку, потом зашла в дамскую комнату, облокотилась об холодную стену, надела наушники и прослушала партию игры виолончели. Потом прополоскала рот водой, чтобы не хотелось пить, поправила макияж и вышла, встретившись взглядом с Адольфо. Воспользовавшись тем, что в этой части помещения никого не было, а Густаво следил за обстановкой, чтобы никто не подошел сейчас к ним, Адольфо и Джемма встали напротив друг друга, он нежно поцеловал ее в лоб, взял ее руки в свои.

— Малышка, ни о чем кроме игры не думай. Все будет под контролем, мы с Густаво рядом. Просто расслабься и поиздевайся над ними так, как сейчас просит это сделать твоя душа. Это твоя игра! Ты великолепна. И не забывай, я очень люблю тебя.

— Я тоже люблю тебя. Если ты со мной, все будет хорошо. Мне очень хочется «оторваться» по полной. Когда Джокер зол, он сжигает все на своем пути жестокостью и интригой. А еще буду шалить, — она подмигнула мужчине.

— Тогда вперед, мой самый прекрасный Джокер! — а Джемма поймала себя на мысли, когда Адольфо рядом, ей спокойно, его любовь — самая сильная защита. Так было всегда.

Гости мероприятия, пожелавшие посмотреть игру, а это практически все приглашенные, расположились за стеклом, ограждающим игорный зал от тех, кто не задействован в игре. Единственное исключение — игроки могли оставить в этом помещении по одному телохранителю, у кого они были. И, конечно же, с Джеммой остался Адольфо.

Она шла в сторону зала для игры в покер, когда кто-то аккуратно коснулся ее руки. Девушка обернулась и увидела Пабло.

— Габриэлла, вы подали заявку на игру? — взгляд Пабло был заинтересованным и хитрым.

— Да. Вас это удивляет? — она раскрыла свои прекрасные глаза и кокетливо поправила прядь волос, смотря прямо в карие глаза Пабло.

— Вы не боитесь проиграть? Ставки будут высоки, — складывалось впечатление, что он бросает ей вызов этим вопросом.

— Как говорил Капитан Рейдж «Страх — это плод нашего воображения, он заставляет нас бояться того, чего нет и, вероятно не будет никогда», — она усмехнулась и продолжала смотреть на Пабло, — К тому же, я из Лас-Вегаса — столицы азарта. Покер — мое хобби, — она, грациозно вильнув бедрами, обошла Пабло, который посмотрел ей в след и сглотнул.

— Ты меня сразила наповал. Сначала красотой, а второй раз смелостью. Габриэлла, даже если ты проиграешь, я дам тебе все, что ты только захочешь, — еле слышно произнес Пабло.

Габриэлла легкой, неторопливой походкой вошла в зал. Грациозная, статная, с цепким и пронзительным взглядом, которым она уже оценила сидящих за столом с шикарным зеленым сукном игроков. А весь ее внешний вид и манеры аристократки говорили о том, что быть королевой красоты ей мало, она жаждет быть лучшей и за игорным столом.

А в это время Роберт, который никак не мог дождаться момента, когда станет ясно, какого игрока прислал Филиппо Манчини, всматривался в каждого из них, стоя рядом с Алексом за стеклом.

— Эта куколка тоже решила попробовать сыграть, — сказал Роберт, глядя на Габриэллу, — капитан Кларк и Пабло с нее не спускают глаз, причем Пабло не нравится интерес Кларка к барышне.

— Я уже некоторое время смотрю на Филиппо Манчини, но по его лицу и взгляду не понять, кто будет играть на стороне Алексиса. И как мы поймем, кто это? — Алекс посмотрел по сторонам и мельком на Филиппо, который делал вид, что никого не знает.

— Манчини мудрый, он сделает так, что игрок себя обозначит. Слушай, а эта красотка будет единственной девушкой за столом среди игроков. Рискованная, — Роберт с ног до головы осмотрел Габриэллу, — но безумно хорошенькая.

— Наверняка не ее деньги, — Алексу были неинтересны игроки, он почему-то сейчас сильно начал волноваться за Джуди Митчел, непроизвольно через рубашку под пиджаком коснулся амулета.

Габриэлла поприветствовала игроков за столом и села на последнее свободное место. А в этот момент среди игроков прошла волна удивления, вызванная тем, что каждый из них обнаружил в кармане своих пиджаков карту в готическом стиле с темным Джокером с угрожающей, зловещей ухмылкой.

— Чем вызвано волнение? — полюбопытствовала она, и все показали ей свои карты.

— А почему у меня нет? — ее лицо выражало детскую обиду, на что один из сидящих за столом сказал, что раз на ней нет пиджака, надо посмотреть в сумочке.

Габриэлла удивленно подняла бровь, но открыла клатч, из которого тоже вытащила такого же Джокера.

— О! И чья же это визитка? — с легкой улыбкой произнесла она, — Кто-то кидает нам вызов? Обожаю вызовы! Будем считать, что в аду сегодня отменили выходной, — девушка рассматривала карту со всех сторон, — Джокер добавит нашей игре дополнительный элемент неожиданности. Обожаю готику и загадочную злость! — после этих слов она поцеловала карту Джокера и положила ее в свой клатч, — Какое приятное и неожиданное начало, — она, кокетливо прикусив свою нижнюю губу, посмотрела в сторону капитана Кларка, который собирался пройти мимо, чтобы встать за стеклом, что не осталось незамеченным Пабло, который терялся в догадках, чьих рук дело с Джокером, и ему не нравилось, что девушка одарила взглядом капитана.

И если Габриэлла сейчас выглядела как посланник Сатаны, уж больно развеселило ее наличие карты Джокера, то остальные испытали неудобство от получения такой карты, явно не сулящей хорошего, скорее, предупреждающей о чем-то плохом. Ведь у Джокера много значений и интерпретаций. И большинство людей боится этой карты. Никто ведь не знает, чего ждать от этой фигуры.

Все, что происходит в игорном зале, о чем говорят находящиеся там, было хорошо видно и слышно зрителям за стеклом.

Филиппо Манчини гордился своей девочкой, восхищался ее способностями и знаниями психологии, характером и просто восхищался всем, что есть в его малышке.

— Она как дочь самого Люцифера, — мелькнула мысль у Алекса, и не только у него.

До начала игры Габриэлле стало ясно, что к ней игроки настроены скептически, и сейчас один из них начнет к ней цепляться.

— Милашка, а вам не кажется, что покер — не женская игра? Может, не стоит даже пробовать? — мужчина лет 45 выглядел слишком раздражающим.

— Вы боитесь проиграть или у вас проблемы с женщинами? — она демонстративно оценивающе посмотрела на мужчину, подперев подбородок рукой, поставленной на стол на локоть, — Хотя думаю, что и то, и другое, — в ее взгляде была нескрываемая брезгливость, — Я попробую ради достижения желаемого.

— И что же это? — его мерзкая, надменная ухмылка вызывала желание бросить в него тяжелый предмет.

— Женщина-лот, — откинувшись на спинку стула, равнодушно ответила Габриэлла. И после ее слов Роберт и Алекс поняли, кто выступит на стороне жертвы. Но как-то не верилось, что она сможет выиграть или хотя бы продержаться в игре. Обольстительница она высший пилотаж, а вот сможет ли играть достойно?

— Зачем? — не унимался тип.

— Ну, во всяком случае, не для попытки самоутвердиться и погрузиться в самообман, доказывая себе и кому-то, что вы еще что-то можете как мужчина и достойны красивой женщины. Мною движет исключительно женская солидарность. А вам напоминаю, что рыбу убивает открытый рот, — она уничижительно посмотрела на него и отвела взгляд.

Больше униженный шовинист вопросов не задавал, его и так публично выставили не в лучшем свете.

— Браво, игрок в красном! — мысленно похвалил ее Алекс.

— Лучше не зли ее, мужик, — усмехнулся в душе Адольфо и испытал в очередной раз гордость за свою девочку.

Спустя некоторое время все немного успокоились, познакомились и переместились в просторный зал на первом этаже особняка, где, как обратила внимание Джемма, было много совместных фотографий Кими и Алексиса, таких естественных, расслабленных и действительно любящих друг друга. Там же появился невысокого роста немолодой мужчина, представившийся семейным врачом, с которым уединился Густаво.

— Габриэлла, — начал Алексис, когда его супругу пригласил в другую комнату врач, — я навеки ваш должник. Сделаю все, что вы только скажите. Вы вернули мне смысл жизни. Вы спасли человека, дороже которого у меня нет. Как я могу вас отблагодарить?

— Я выполнила миссию, порученную мне господином Филиппо Манчини. Благодаря ему Кими спасена. Как говорил Ремарк: «В темные времена хорошо видно светлых людей». Мне же от вас ничего не нужно. А теперь нам пора. Да и вам стоит отдохнуть, — после этих слов серьезная и сдержанная Джемма встала с места вместе со своими сопровождающими. Алексис пожал им руки, еще раз поблагодарил и поклялся стать самым надежным человеком для Филиппо Манчини.

Через 30 минут Джемма и ее компания заселились в частную гостиницу, заранее забронированную для их музыкальной группы. Здесь они провели сутки, выспались, отдохнули, за столько времени увидели в зеркалах свои истинные лица без грима. Ну а в день вылета в Италию на арендованном частном самолете, но с пилотами их авиакомпании, Фабрицио их снова загримировал. И Джемма приехала в аэропорт в образе парня со скрипкой. И этот же пацан сошел с трапа в родной стране, в любимом городе.

— Моська, перестань лыбиться. У тебя слишком милая мордашка для парня, — сказал ей на ухо Адольфо, в руках которого была виолончель, и щелкнул ее по носу, на что Джемма клацнула зубами, норовя его укусить за палец, хихикая. А со стороны казалось, что старший брат подшучивает над младшим.

Загримированный, как и все, Густаво тащил контрабас, при этом смеялся, что, слава Богу, не в женском образе, а сам вспомнил фильм «В джазе только девушки», который с некоторых пор стал его любимым.

Вся «музыкальная группа» сразу не поехала в резиденцию Дона, а согласно ранее разработанного плана разместилась на три дня на тренировочной базе Семьи, чему особенно радовалась Джемма, соскучившись по тренировкам, к которым, на удивление парней, приступила непосредственно в день прилета.

До окончания отпуска Джеммы оставалось три дня. И как бы ей ни было хорошо дома, но пора выдвигаться в сторону Америки, тем более что полетит она через Турцию, из которой прилетит по официальным документам Джуди Митчел.

— Пап, мне с тобой и Анджело надо поговорить, — взгляд дочери сразу дал понять Филиппо, что разговор будет серьезным.

— Хорошо, милая, мы с дедушкой будем тебя ждать в моем кабинете через 20 минут.

Джемма постучала в дверь и, войдя в кабинет, застала в нем несколько взволнованными Филиппо и Анджело. Села напротив них обоих.

— Анджело, папа, у меня к вам есть просьба. Отнеситесь к ней, пожалуйста, серьезно, — начала Джемма, — Я хочу вернуться в Америку одна, без наших людей, — на эти слова Филиппо с тревогой посмотрел на дочь, которая была абсолютно спокойна, — Знаю, что вы это делали для моей безопасности, но сейчас мне надо разобраться с некоторыми ситуациями и с самой собой. Мне невероятно спокойно и легко, когда со мной Адольфо и парни, с ними я чувствую, что защищена и окружена любовью Семьи. Мне будет трудно привыкнуть к мысли, что их нет рядом. Но так надо.

— Почему надо, дочь? — Филиппо волновался и не скрывал этого, — Что-то не так с нашими людьми?

— Думаю, что они полезнее будут здесь, чем, будучи со мной в Америке. Тем более что я там не останусь навечно. Эта страна не стала мне второй родиной. Я без сожаления, как придет время, покину ее. А пока посчитаем, что я достигла совершеннолетия и могу жить сама.

— Пусть с тобой поедет хотя бы Адольфо.

— Нет. Он не поедет в первую очередь, — Джемма опустила глаза на свои руки, лежащие на коленях, сцепленными в замок.

— Но ты всегда ему доверяла, — Филиппо искренне не понимал категоричности своей дочери.

— Джемма, скажи нам, что у тебя в душе творится, — голос Анджело, как всегда, действовал успокаивающе, — Мы поймем.

— Я и не сомневаюсь, что поймете, — она вздохнула, — Мне кажется, я так сильно привязана к Адольфо, что это недопустимо, уже завишу от его заботы и защиты. В конце концов, тем, что он все время сопровождает меня в перемещениях в пространстве, вынужден решать мои вопросы и постоянно обеспечивать мою безопасность, я лишаю его возможности иметь свою личную жизнь и быть счастливым. Он так никогда не женится. Это порождает у меня чувство вины, — после этих слов папа и дедушка многозначительно переглянулись.

— Мне кажется, что это не все аргументы, — взгляд Анджело был ласковым, понимающим. Он уже все для себя понял. Джемма молчала, а Филиппо, чувствовалось, не ожидал такого поворота событий.

— Как вам объяснить… Мы с Адольфо очень много лет вместе, чувствуем друг друга просто потрясающе, между нами стопроцентное доверие. И это круче, чем муж и жена, брат и сестра, таких отношений не бывает между друзьями. А что самое ужасное, я с некоторых пор с ним сравниваю других мужчин. Как вы думаете, хоть кто-нибудь может с ним сравниться?

— А как на счет Алекса Харрисона? — Филиппо внимательно смотрел на дочь, на лице которой не было смущения, что его радовало. Ведь доверительные отношения с Джеммой они с Анджело ценят больше всего на свете и ими дорожат.

— Он мне вроде начал нравиться. Но что-то не то в нем. У меня внутренний барьер по отношению к этому мужчине. Даже не знаю, с чем он связан.

— Думаешь, если Адольфо не будет рядом, перестанешь сравнивать с ним Алекса?

— Наверное, не только с ним, как мужчиной, а с тем уровнем отношений, который уже сложился между нами. Мне надо разорвать этот круг зависимости от Адольфо и дать ему возможность жить своей жизнью. Между нами не должно быть такой связи, она уже просто ментальной стала. Это неправильно. Но даю слово, что в омут безумства отношений ни с кем не кинусь. У меня благодаря тебе, папа, дедушке и Адольфо слишком высокие требования к мужчине как спутнику и личности.

— А ты спрашивала, что по этому поводу думает сам Адольфо? — Анджело посмотрел на внучку.

— Не спрашивала. Как получу ваш положительный ответ, поговорю.

Филиппо встал и прошелся по кабинету, Джемма не спускала с него глаз.

— А если не получишь такого ответа?

— Все равно поговорю.

— Но я не могу допустить, чтобы ты оставалась там одна. Ты все для меня! Я живу только потому, что у меня есть ты.

— Пап, — она подошла к нему и взяла за руку, — мне правда надо разобраться, я справлюсь сама. Не забыл, что я детектив полиции?

— Для меня ты просто ребенок, идеалистка и борец за правду, которого хотели убить свои же полицейские.

— Люблю тебя, — она поцеловала Филиппо в щеку, потом повернулась к дедушке, — Люблю тебя, мой милый Анджело, — и потерлась носом об его щеку, а он погладил ее по голове, — Я пойду к себе, — и вышла из кабинета.

Мужчины минут десять сидели в полной тишине. Джемма дала им непростую почву для размышления.

— Может, пришло время сказать ей все, как есть на самом деле? — нарушил молчание Анджело.

— Нет. Пусть разберется с собой сначала. И мы не знаем, как на все смотрит и что чувствует Адольфо.

— Ладно. Пусть будет так, — Анджело снова погрузился в раздумья.

Через час Филиппо собрал всех, кто сопровождал гласно и негласно Джемму в Америке.

— Я должен вам сообщить о своем решении, — взгляд Дона был суровым и цепким, что сразу напрягло присутствующих. Стало ясно, что ничего хорошего им не сообщат, — Джемма возвращается в Америку одна. Никто из наших людей ее сопровождать больше не будет, — слова Дона прозвучали для стоящих перед ним как смертный приговор, никто не предполагал такого, ведь у всех с Джеммой были хорошие отношения. И зная, как безгранично любит свою дочь Манчини, его решение не укладывалось в голове. Парни начали нервничать. Возникали вопросы, неужели Дон им не доверяет, или Джемма не простила высказываний одного из них, когда обиделась и ушла?

— Дон, мы не оправдали вашего доверия? — голос Адольфо был жестким и серьезным, он прямо в глаза смотрел Филиппо, который молчал, — Джемма не может там находиться одна, мы должны быть уверены, что с ней ничего не случится, обеспечить ее защиту.

— Я не буду обсуждать этот вопрос. Решение приняла сама Джемма. Больше ее мы не сопровождаем. Теперь все свободны, — тон Дона не подразумевал продолжение темы. Он был не просто зол.

— Привет, привет, мои дорогие. Я в Стамбуле. Долетела хорошо, — по видеозвонку девушка помахала своим мужчинам в камеру рукой, улыбаясь, — Багаж получила, через час вылет, — А в этот момент Адольфо увидел, как какой-то очень высокий, спортивный парень — типичный американец с интересом рассматривал Джемму, попав в объектив камеры ее телефона, и от ревности сжал кулаки, — Соскучились? Я да, — она послала всем воздушный поцелуй.

— Конечно, соскучились. Не забудь поесть, принцесса, — Анджело был грустным, — она в ответ кивнула и показала большой палец вверх.

— Мне пора, люблю вас, мои милые, созвонимся, — и она отключилась.

Как только Джуди Митчел прилетела в Америку и спустилась по трапу самолета, а затем прошла регистрацию, Алексу Харрисону доложили о ее возвращении из Турции домой. Он был на выезде в другом конце штата, поэтому дал указания своим людям следить за девушкой, которая сейчас шла по зданию аэровокзала без куртки, с распущенными волосами, набирая номер такси.

— Могу предложить подвезти вас? — послышался незнакомый мужской голос за спиной.

Джуди обернулась и увидела высокого американца с ослепительной улыбкой, по росту выше Адольфо и Алекса, которые сами под метр девяносто, а этот вообще был два метра, от чего взгляд девушки сначала уперся в его практически пояс, потом поднялся вверх, и только потом она увидела его лицо и синие, как небо, глаза. Растерянный и удивленный вид Джуди вызвал чувство умиления у незнакомца.

— Какая славная, маленькая и с такими потрясающими глазами, — думал он, взглядом нависая над такой реально крошечной на его фоне Джуди.

— Спасибо. Но я вызвала такси, — она отвернулась и покатила чемодан к выходу из здания аэровокзала.

— Меня зовут Коннор, — парень не отставал от девушки, да и ему это ничего не стоило с такой длиной ног и ростом.

— Рада за вас, неплохое имя, — Джуди даже не смотрела в его сторону.

— Я на машине. Позвольте вас отвезти, — он не спускал глаз с равнодушного лица незнакомки, а в его взгляде читался нескрываемый интерес и то, что он будет настырно ее преследовать, — Мой Ягуар вон там, — он кивнул головой в сторону черного роскошного автомобиля, но не получил ожидаемой реакции со стороны девушки.

— А мое такси уже здесь, — она перевела взгляд на подъехавший автомобиль, продолжая игнорировать парня, а это, видимо, только подстегивало интерес последнего к ней.

— Скажите, где вы учитесь, милая незнакомка? — он стоял и гипнотизировал ее, пока водитель загружал чемодан в багажник, а девушка садилась в машину, дверь которой ей открыл Коннор.

— Прощайте, мистер любопытство, — ответила на все вопросы сразу холодно произнесенной фразой Джуди и пристально посмотрела на Коннора.

— Я вас все равно найду. Вы мне понравились, — он закрыл дверь и помахал ей рукой, долго оставаясь на прежнем месте и провожая взглядом такси.

Спустя час Митчел, подъехав к дому, снова увидела двоих охранников Алекса и еще одного, стоящего на этаже и делающего вид, что он набирает смс. Но к этим троим присоединились еще двое, больше похожие на копов в штатском.

— Как я от этого устала, — подумала она, закатив чемодан в холл, затем снимая кроссовки и вешая куртку на вешалку.

Часа два ушло на проветривание и принятие водных процедур, а потом Джуди просто упала на кровать и уснула. Сказалась усталость от последнего десятичасового перелета, во время которого она слушала музыку, читала и смотрела фильмы, уснуть в самолете не получилось, не было ощущения безопасности.

Проснувшись, включила телефон, которым пользуется в Америке, увидела бесчисленное количество звонков и смс от Харрисона, но в момент, когда на втором телефоне раздался входящий звонок Адольфо, она случайно нажала кнопку, и все смс Алекса удалились, не успев быть прочитанными.

— Видимо так и должно было случиться, — мелькнула мысль, и она ответила Адольфо.

— Привет, малышка, — родной голос теплом отразился в душе, — как полет? Ты уже дома?

— Привет. Дома. Долетела хорошо. Проснулась пять минут назад. Как вы там без возмутителя спокойствия? — она хихикнула и почувствовала, что на том конце мужчина улыбнулся.

— Скучаем, как иначе. В доме сразу пусто. Какие планы до конца дня?

— Закажу доставку ужина, разберу вещи и буду готовиться к завтрашнему выходу из отпуска, а потом как сурок снова залягу в спячку, — но Джемма чувствовала, что мужчина еще что-то хочет спросить, — Адольфо, задавай свой вопрос, не молчи.

— Ангелочек, ты стала еще и мысли читать? — он усмехнулся.

— Твои давно читаю.

— Ладно, спрошу. Люди Харрисона по-прежнему караулят дом и квартиру?

— Двое внизу, один на этаже. Но я их уже как данность воспринимаю. Знаешь, это как плохо замаскированные вещи, не вписывающиеся в интерьер.

— К моей малышке никто не приставал в самолете или аэропорту? — Адольфо до сих пор чувствовал напряжение от того, как парень в кадре рассматривал Джемму. Ведь мужчина хорошо считывает взгляд другого мужчины на ту, которая нравится.

— Не приставали, но уже здесь в аэропорту какой-то двухметровый детина представился, хотел подвезти, но честно, даже имя не запомнила, — по дыханию Адольфо стало понятно, что он нервничает, — Как папа и дедушка? — решила сменить тему девушка.

— Уехали по делам. Присоединюсь к ним через пару часов. Ладно, малышка, отдыхай, будь осторожна. Я люблю тебя.

— Я тебя тоже. Пока, пока, — она сбросила вызов.

На следующее утро Джуди Митчел вышла из квартиры, села в свой любимый джип и поехала на работу, где на парковке управления полиции от нескольких человек узнала, что в Испании обнаружен труп капитана Ронни Кларка, похороны будут сегодня. Якобы Интерпол и ФБР проводят расследование.

Логан Мур с нетерпением ждал возвращения из отпуска детектива. На ее рабочем столе лежал букет цветов. На вопросительный взгляд Джуди детектив Дональд усмехнулся и на ухо сказал: «Сержант извелся весь. Все время спрашивал, когда приедешь, поднимал приказ по твоему отпуску. Правда, с момента, как стало известно об убийстве капитана, стал нервным. Кстати, вот и он».

— Детектив Митчел, зайдите ко мне в кабинет, — сержант старался казаться спокойным.

— Вызывали? — Джуди вошла и сразу увидела страстный взгляд шефа.

— Я ждал и безумно скучал.

— С чего это? — Джуди всем своим видом дала понять сержанту, что лучше не приближаться к ней.

— Как отдохнула? — он просто пожирал ее глазами.

— Прекрасно.

— Сегодня похороны капитана Кларка. Слышала уже?

— Так что с ним произошло? — Джуди по приглашению сержанта села за приставной стол, отказавшись от сваренного для нее кофе.

— Убийство.

— В каком районе? Кто расследует?

— В Испании. ФБР и Интерпол занимаются.

— Где? А что он делал в Испании? — Джуди была искренне удивлена, — Он был в отпуске? И что с раскрытием? Убийцу нашли?

— Взял пару дней по семейным обстоятельствам. А вот как оказался в Испании, неизвестно. Дело не раскрыто, свидетелей нет. Из улик только карта Джокера. Сплошные загадки в деле, как говорят в ФБР.

— А что, капитан умел играть в карты? Почему Джокер? — Джуди внимательно следила за мимикой сержанта, будучи уверенной, что он врет, и ему известно, зачем капитан улетел в Испанию, поэтому именно Логан с шерифом ждали Габриэллу и Кими в аэропорту.

— Нет вроде.

— И снова ложь, — подумала про себя детектив, — Зачем вызвали, сержант?

— Хотел на тебя посмотреть, мы так долго не виделись. Приглашаю на ужин.

— Странное время для ужина — день похорон шефа, — ее глаза сейчас были полны ненависти.

— Но наша жизнь продолжается, — Логан попытался взять ее за руку, но Джуди ему этого сделать не дала, про себя подумав, что он стал большим циником.

— Я бы не была так уверена в этом. Вон, к капитану пришел Джокер, и уже сегодня похороны. А мы ведь полицейские, и что произойдет с нами в ближайшее время, неизвестно. Вот так и к нам явится Джокер, улыбнется и привет, сыграем в ящик.

Чувствовалось, что сержанту такой спокойно обрисованный прогноз не очень радужного будущего не по душе, он заметно изменился в лице.

— Ну а завтра поужинаем?

— Завтра заступаю на дежурство по городу, ужины не люблю, слежу за фигурой, завтракать предпочитаю в одиночестве, а обед — с рядовыми коллегами. Видите ли, вы не вписываетесь в серые будни детектива полиции. Сержант, у нас с вами и биоритмы не совпадают. Прошлое осталось в прошлом. Если это все, я пойду. И уберите слежку, а то мне жаль будет стрелять в своих. А их смерть будет на вашей совести. Согласно закону штата, вы используете сотрудников полиции в личных целях. За это вас могут привлечь к ответственности и лишить жетона, — она внимательно следила за поведением сержанта, — Я пойду работать, — Джуди вышла из кабинета, снова нарушив устав, оставив Логана Мура в растерянности и с ощущением накатывающейся злости на абсолютную неуправляемость детектива Митчел.

До обеда у Джуди и Дональда был совместный выезд по городу, во время которого пришлось задержать домашнего тирана, избивавшего жену и детей, потом они разнимали драку подростков в одном из колледжей, с которыми пришлось проводить воспитательную работу. А сейчас напарники сидели в открытом кафе и пили кофе с сэндвичами.

— Ты видела около своего дома подозрительных людей? — начал разговор Дональд.

— Да. Думаю, это дело рук сержанта. Больше некому такими глупостями заниматься. Почему спросил? — она откусила кусочек сэндвича.

— Хотел предупредить, если не видела. Это он так распорядился. Они стоят практически с того момента, как ты уехала отдыхать.

— Из какого отдела люди? Интересуюсь, чтобы знать, какой отдел будет хоронить своих сотрудников, когда я их грохну, — усмехнулась Джуди, а Дональд поперхнулся, и девушка встала и постучала ему по спине ладонью.

— Никак не привыкну к твоему инфернальному юмору. Это из группы собственной безопасности люди.

— Так я не шучу. Если дернутся, выстрелю и разбираться не буду. И закон останется на моей стороне в любом случае. Лучше бы этим парням усвоить это заранее. Что думаешь по поводу смерти капитана? Наших кого-нибудь допрашивали?

— Многих. Но никто не знал, что он играл в карты и уехал в Испанию. Говорят, что у него какая-то связь с криминальными авторитетами была. Но на месте обнаружения трупа улик никаких. Только карта Джокера в готическом стиле. Такие же карты были и у некоторых задержанных. Не совсем ясно, что это за место, но поговаривают, что просто какое-то сатанинское сборище было. А еще в кабинете у Кларка обнаружены две такие же карты Джокера, а еще тройка, семерка и туз пиковой масти.

— Смешно будет, если окажется, что капитан состоял в какой-нибудь секте. А кого назначат исполнять его обязанности? Или уже известен кандидат на его должность?

— Если честно, никто не хочет. Говорят, что проклятая кем-то должность. Но, вероятнее всего, Логан Мур займет его место. Ну что, поехали в управление? Через два часа церемония прощания с капитаном. Еще надо сдать оружие и переодеться.

— Поехали, — ответила она, подумав, что меньше всего хочется там присутствовать. И только эта мысль промелькнула в голове, как им пришел вызов на заявку о перестрелке при въезде в город, — О, Мадонна! Спасибо, лучше буду с бандитами воевать, — и они, включив сирену, выехали к месту преступления, к которому уже подъезжали четыре наряда полиции.

В управление после пресечения противоправных действий и задержания порядка 15 человек Джуди и Дональд вернулись ближе к полуночи. Сдали оружие, переоделись и направились по домам.

— А завтра нам с тобой на сутки, подруга, — усмехнулся Дональд, подставив кулак для удара по нему кулачком девушки.

— Прорвемся. До завтра, — и она направилась к джипу, запрыгнула в него и поехала в ночной гипермаркет за продуктами, ведь холодильник был не просто пуст, а даже отключен.

Джуди, не торопясь, сделала покупки и подошла к своему автомобилю, где ее окликнул мужской голос, повернувшись на который увидела троих незнакомых парней достаточно крупной комплекции. Девушка разблокировала машину, поставила в багажник сумки и снова поставила ее на сигнализацию, вопросительно посмотрев на стоящих перед ней.

— Есть проблемы? — ее голос был таким же, когда она разговаривает с задержанными.

— Нужна твоя тачка на время, крошка.

— А мне нужен твой труп. И что будем делать с нашими желаниями? — ее спокойствие было неожиданной реакцией для парней.

— Тебя родители не учили слушаться старших? Маленьким такие машины не нужны. Мы потом ее, может быть, вернем, — один стал приближаться к Джуди, крутя в руке цепочку.

— Папа тебе купит новую, — заржал как конь второй.

— Мужики, у вас есть тридцать секунд, чтобы одуматься и не совершать роковой ошибки. И если у вас нет медицинской страховки, которая покроет неделю в реанимации или похороны, не советую делать резких движений в мою сторону, — говоря это, она завязала волосы в хвост, бросив на капот свою кепку, и надела тактические перчатки без пальцев, которые лежали в карманах куртки.

На ее слова один из парней достал нож и сделал им несколько взмахов в воздухе, но девушка даже не изменилась в лице. А вот когда он решил ее испугать и сделал выпад в ее сторону, держа нож перед собой, кончиком лезвия в сторону Джуди, последняя одним ударом ноги выбила его из рук нападавшего, а потом с разворота, ударом ногой в голову сбила его с ног, от чего мужик упал и некоторое время не мог понять, что произошло, ведь сила удара была мощной, он просто оставался лежать на земле.

В это же время двое других кинулись драться с девушкой, не подозревая, что она окажет активное сопротивление и это закончится для них двумя сломанными челюстями и носом, а также отбитыми внутренностями.

— А теперь я вам разъясняю ваше право хранить молчание. Все, что вы скажете, может быть, и будет использовано против вас в суде. Вы имеете право на присутствие адвоката во время допроса, — она показала значок полицейского, — Вы задержаны.

Через 10 минут трое в наручниках были погружены в полицейский автомобиль, вызванный на место преступления детективом.

— Детектив, вы сами в порядке? — услышала голос старшего прибывшей по ее вызову группы быстрого реагирования и повернулась к нему, снимая с рук перчатки, — Давайте вас медики осмотрят, — перед ней стоял офицер и внимательно ее рассматривал, улыбаясь глазами.

— Все в порядке, офицер. Не первый и не последний раз. А почему вы улыбаетесь?

— Вы не похожи на детектива полиции, извините за улыбку, если смутил вас.

— Меня смутить невозможно, — она подмигнула в ответ.

— Вы больше похожи на студентку. А где так хорошо овладели навыками каратэ? В полиции, насколько мне известно, этому не учат.

— У меня замечательный персональный тренер, — она сейчас с благодарностью подумала о Густаво.

— Вы имели право применить оружие. Почему этого не сделали? Их же трое, а вы одна.

— Мне больше нравится слушать хруст их челюстей и сломанного носа, — ее ответ удивил офицера, — Спасибо за оперативность. Мне пора. Берегите себя и своих бойцов, — и пошла в сторону автомобиля, на ходу снимая с волос резинку, а офицер посмотрел на распустившиеся шикарные волосы девушки и подумал, что таким нежным и красивым не место в полиции. И снова восхитился ее бойцовскими навыками, отметив про себя железный характер этой малышки.

Джуди подъехала к дому, заметив припаркованный автомобиль, как поняла, Алекса Харрисона, но сделала вид, что не увидела его.

Когда она вылезла из автомобиля, Алекс подошел к ней с суровым выражением на лице.

— Привет, — обратился он к ней, — С приездом, — что-то в его голосе было не то.

— Здравствуй. Почему ты здесь? — голос девушки был спокойным и немного уставшим.

— Ты видела время? 3 часа ночи. Где ты пропадаешь? — Алекс был каким-то на удивление взвинченным, — И что с твоей одеждой? Славно время проводила, что не успела переодеться? — Джуди не ожидала такой реакции на себя со стороны человека, который признавался ей в любви и начал нравиться.

— Это как будто другой человек. Чужой. Неужели за время отпуска он так изменился? И почему он не подумал, что на меня напали или ранили? Почему у него мысль только о том, что я была с кем-то? — недоумевала девушка.

— А тебе какое дело, где я пропадаю и в чем я одета? Имеешь право задавать такие вопросы и не следить за тоном? — свое недовольство его визитом Джуди не пыталась скрыть, открыла багажник и собралась вытащить пакеты с покупками, но мужчина взял ее за руку.

— Я задал вопрос, Джуди! — он повысил тон до недопустимого, и его черные глаза сейчас не были манящими, скорее наоборот, отталкивали, и даже мелькнула мысль, что в таком состоянии он может ударить.

— Ну и разговаривай дальше сам с собой, Харрисон. Мешать не буду. И отпусти меня, — она резко одернула свою руку и зло посмотрела в глаза Алексу, — Еще одно слово в таком тоне или движение в мою сторону, прикончу! Все понял?! — не дожидаясь ответа, девушка взяла пакеты и вошла в дом, по пути поставив машину на сигнализацию.

Алекс за ней не последовал. Он стоял, как вкопанный, не понимая, чем вызвана его несдержанность по отношению к Джуди.

Выходя из лифта, девушка увидела стоящего к ней полу боком мужчину, который уже несколько раз был в числе охранников Алекса. Он всячески делал вид, что не видит ее и просто кого-то ждет.

Джуди поставила пакеты около входной двери и подошла к мужчине, приставив к его боку дуло пистолета.

— Увижу еще раз тебя или твоих дружков во главе с Харрисоном на своем пути, выстрелю. За незаконную слежку за копом очень большой тюремный срок. Я внятно объясняю? — и она сильнее вдавила оружие в его бок, от чего мужчина напрягся, но не стал дергаться.

— Не слышу ответа?! — гаркнула на него девушка.

— Понял.

— Тогда вали отсюда! — она ткнула пистолетом в его тело, потом убрала оружие и указала дулом в сторону лестницы вниз. Мужчина, не говоря ни слова, стал спускаться, не оборачиваясь.

— Что происходит вокруг? — задала сама себе вопрос Джуди, войдя в дом и раздевшись, — Алекс, по ходу, не контролирует себя. Раздражен и готов обесценивать все и вся. Как интересно раскрываются люди. И как же я не люблю разочаровываться, но приходится.

Пока заваривался чай, Джуди приняла душ, забросила в стиральную машинку вещи, съела кусочек сыра и легла спать, на сон оставалось всего три часа. И за это время ей приснился Адольфо, который гладил ее спящую по голове, а во сне она по привычке начала искать его руку, чтобы снова в нее уткнуться носом, но не нашла и в своем же сне расстроилась.

Алекс не мог уснуть, расхаживал по своему кабинету, вспоминая все произошедшее в деталях.

— Придурок. Как можно было так сорваться, вместо того чтобы обнять, порадоваться возвращению? Но, все-таки, где ее носило, раз в таком виде была ночью? — вырвавшаяся наружу ревность мужчины сегодня сильно его подвела и скорее всего перечеркнула все хорошее, что было между ними. Он так много негативного и даже страшного надумал и представил, пока Джуди была в отпуске, издергался, и в итоге повел себя неправильно. И судя по характеру детектива, она его вычеркнет из своей жизни, она безжалостна.

«Прости. Был не прав. Хочу принести извинения. Давай встретимся» — послал он утром смс Джуди Митчел, но она его не прочитала, поскольку уже заступила на дежурство, свой телефон оставила в шкафчике раздевалки, ведь звонить и писать ей некому, а с собой у нее был только телефон со служебным номером.

Но Харрисон, находясь в разбалансированном состоянии от встречи и бессонной ночи, понимая, что уже сутки детектив не отвечает на смс, оно даже не прочитано ею, принял этот факт, как вердикт не в свою пользу, от чего злился еще больше. В итоге, к концу суток молчания Джуди он просто напился вхлам в своем кабинете, где его через несколько часов и нашел спящим на кожаном диване Роберт, которому все стало сразу ясно.

— Судя по состоянию, он прокололся в чем-то с детективом, не иначе. Даже я его таким пьяным не видел. Пока ее не было, Алекс был сам не свой. Но из-за такой, как эта девушка, можно и умом тронуться. Она невероятна. Но как сказал, если не ошибаюсь, Э.М.Ремарк: «Самая хрупкая вещь на Земле — это любовь женщины. Один неверный шаг, слово, взгляд и ничего восстановить уже не удастся». Быть тебе холостяком, Харрисон, как и мне, — рассуждал Роберт, глядя на Алекса. Решил его пока не трогать и дать выспаться.

Между тем Джуди отдежурила сутки вместе с Дональдом, с которым их часто ставят в паре нести службу. Закончив оформлять бумаги по задержанным, приняла душ, переоделась и поехала на сеанс массажа, после которого два часа провела в соляной пещере, где выспалась и восстановила силы, потом побывала у косметолога и парикмахера, и сейчас сияющая и расслабленная сидела в небольшом частном ресторане итальянской кухни, ожидая заказа, задумчиво глядя в окно.

В помещении играла тихая музыка, на душе было просто пусто. Вспомнился момент, когда ей было лет 18, и она приехала на каникулы домой. Ее в аэропорту встречал Адольфо с несколькими охранниками. Он держал в руках букет нежных цветов, а она, увидев братика, оставила чемодан и побежала ему навстречу, чтобы обнять после долгой разлуки. И как же хорошо всегда в его теплых и больших руках!

Был в ее жизни еще один очень трогательный момент. Джемме исполнилось 11, когда она неожиданно, сидя у себя в комнате, заплакала, что ей было совершенно несвойственно. И первым, кто заподозрил неладное в ее состоянии и увидел слезы малышки, был как раз Адольфо, приехавший на летние каникулы домой. И после его долгих расспросов выяснилось, что Джемма расстроилась, что, когда он женится, у нее не будет любимого братика. Девушка до сих пор помнит, как в тот момент он ее обнял и сказал, что любит только ее и не сможет жениться на ком-то другой. Ведь любить в жизни можно только одну девочку. И он любит Джемму. Повзрослев, девушка иначе смотрела на тот случай, помня его до мелочей. До некоторых пор она считала, что Адольфо ее просто так аккуратно успокоил. А вот в этот отпуск оказалось, что это была правда. Он ее действительно любит. И этой любви уже 19 лет.

— Я скучаю по Адольфо. Насколько это нормально? — рассуждала она про себя, продолжая смотреть в окно с легкой улыбкой на лице, — Наверное, нормально, если ты так думаешь, как сестра. А если просто как девушка? Джемма, ты же дипломированный психолог, — обратилась она сама к себе, опять же не в голос, — Разберись как-нибудь, — усмехнулась, и сама себе ответила, что похоже, она влюбилась в собственного троюродного брата, — Мы оба знаем, что нам нельзя быть вместе. Но мы нужны друг другу.

Спокойный, неторопливый диалог со своим внутренним я и воспоминания прервал голос, доносящийся откуда-то сверху. Джуди подняла голову и снова увидела смотрящий на нее сверху вниз взгляд синих, сейчас улыбающихся глаз Коннора.

— Вот вы где, прекрасная незнакомка. Здравствуйте. А я вас искал, — этот парень напоминал великана, — Можно я сяду за ваш столик?

— Здравствуйте, а если не позволю? — но в этот момент он уже сел напротив, отодвинув диван к стене, чтобы поместились ноги, что выглядело смешно.

— Поздно. Вы молчали секунду, я это воспринял, как согласие.

Официант принес меню, Коннор сделал заказ, который принесли через пять минут после заказа Джуди. Оказалось, что они оба заказали одни и те же блюда. И это снова стало поводом для смеха.

— Любите итальянскую кухню? — поинтересовался Коннор.

— Очень.

— Может, все-таки назовете свое имя? Не могу же я все время обращаться к вам «незнакомка».

— Джуди, — представилась девушка, — Но руку протягивать не буду, занята ножом. Приятного аппетита.

Коннор, в принципе, как все американцы, не скрывал своих эмоций, был достаточно раскрепощенным в общении и свободным. И сейчас он с восхищением смотрел на Джуди, сделал ей несколько комплиментов, на которые она никак не отреагировала, и чувствовалось, что это внесло сбой в его устоявшуюся, проверенную временем программу обольщения.

— Алгоритм действий нарушен. Прием! Коннор вызывает техническую поддержку! — смеялась в душе Джуди, глядя на несколько растерянного парня, мысленно издеваясь над ним.

— Вы пришли ужинать или смотреть на меня? Ешьте, Коннор, не отвлекайтесь, — озвучила она, и растерянный Коннор принялся за блюда.

Какое-то время они ели молча. Из того, что цепкий взгляд девушки успел увидеть, парень непростой по многим параметрам, начиная от навороченного телефона и часов, в которые легко устанавливается маячок слежения, необычной татуировки на шеи, часть которой она увидела и которую надо попытаться, если будет желание, расшифровать, тем более что в ней было что-то знакомое, заканчивая автомобилем. При этом Коннор не скрывал, наоборот, демонстрировал уровень своего благосостояния, что Джемме никогда не нравилось. Складывалось впечатление незрелости человека, которому примерно 28–29 лет.

— Джуди, я искал вас во всех университетах.

— И как результат поиска? — девушка с удовольствием ела пасту с грибами, и этот процесс нравился сидящему напротив.

— Безрезультатно.

— И сколько университетов в городе? — она подняла на него взгляд.

— Шесть.

— И во всех побывали?

— Конечно. Я же искал красивую девушку.

— Бедненький. Столько сил и времени на это ушло, — Джуди театрально покачала головой, — Вот только врать нехорошо, Коннор, тем более в начале знакомства, — ее тон резко стал жестким, — В Шарлотт всего 4 университета. Если вы так будете и дальше клеиться к девушкам, то кроме дурочек вам никто не светит.

Джуди рассчиталась с официантом, попросила передать слова благодарности за вкусные блюда повару.

— Не скажу, что было приятно с вами пообщаться, Коннор. Хорошего вечера, — она встала из-за стола, отметив про себя, что парень даже не дернулся встать и отодвинуть ее стул. Потом, не торопясь, вышла из ресторана, села в машину и уехала. А незадачливый мажор-горе-ухажер так и остался сидеть за столом, пребывая в некотором недоумении, как красиво его обломала малявка Джуди, и почему-то он за все это время не смог сказать ни единого слова в ответ.

— Контузило парня, — хихикнула девушка, — Мутный ты, сопляк, какой-то, — подумала Джуди, пока ехала домой, — Но надо тебя прощупать, враг ты или просто мажорное трепло.

Джуди была приятно удивлена, что никого из людей Харрисона и сержанта ни около дома, ни на ее этаже, не было.

Уже в квартире, сидя на кровати, она взяла лист бумаги и карандаш и стала по памяти рисовать татуировку, которую видела на шее и частично на плече Коннора, фоном по телевизору шел старый американский боевик «В осаде».

Одновременно пришли смс от Харрисона и Адольфо, только на разные телефоны. И конечно же рука первым делом потянулась, чтобы прочитать послание братика: «Привет, малышка, когда можно набрать?» Но зачем же ждать, она сама его набрала, уж очень соскучилась.

— Приветики, приветики, — начала Джуди веселым голосом.

— Давай по видеозвонку поговорим, — предложил Адольфо.

— Хорошо.

— Ну вот, теперь другое дело, — мужчина улыбался и с интересом смотрел на Джуди, — Ты отлично выглядишь. Как настроение, как прошел день?

— Сменилась с суток, провела полдня в салоне, выспалась в соляной пещере, — она смотрела в родное лицо Адольфо, — Ты осунулся. Много дел? Как самочувствие? — сейчас Джуди легла на кровати на спину и держала телефон в вытянутой руке над собой.

— Тебе честно сказать?

— Конечно. Я же волнуюсь.

— Скучаю и плохо сплю. А все остальное в порядке.

— Адольфо, ты мне приснился, — она ласково смотрела на лицо мужчины, — в Семье все хорошо?

— Да, все отлично, но скучаем сильно. Непривычно, что ты там одна. А что это за разговоры у тебя в квартире и грохот? Я не помешал?

— Адольфо, не говори глупости. Сейчас увидишь, кто шумит, — и она перевернулась на живот и направила камеру на экран телевизора, где как раз Стивен Сигал собирал из подручных материалов взрывное устройство, — Как тебе мой гость? — она весело рассмеялась.

— Достойный, — Адольфо поддержал ее веселье своим смехом, который очень нравился девушке.

— Ощущение, что ты рядом, — она поставила телефон перед собой, и мужчина увидел на ее чуть оголившемся плече синяк.

— И что это за синяк? Чьих рук? — Адольфо нахмурился.

— Мелочи. Задерживала троих, оказывали сопротивление, — от такого ответа, конечно же, Адольфо легче не стало, и она это прекрасно поняла, — Не переживай. Я подготовлена, ведь мой гуру Густаво.

— Это точно ни твои коллеги или Алекс? — на последнем слове мужчина заметил, как злость промелькнула в глазах малышки, которая сохраняла внешне абсолютное спокойствие.

— Точно ни они.

— Ладно, отдыхай, принцесса. Я неделю буду в отъезде, а потом созвонимся. Люблю тебя, — в его глазах появилась заметная грусть.

— Всем нашим передавай привет. Я тоже тебя люблю. Береги себя ради меня, — и она ему подмигнула, послав воздушный поцелуй. Адольфо отключил телефон и тут же вспомнил слова Франсуа де Ларошфуко: «Разлука убивает слабое чувство и разжигает сильную страсть, подобно тому, как ветер тушит свечи и раздувает костер».

Вернувшись к рисунку и параллельно глядя на экран телевизора, Джуди забыла, что пришло еще и смс от Алекса, и вспомнила об этом, только когда звук входящих сообщений прозвучал пять раз подряд.

— И что нужно этому неуравновешенному мужчине? — открывая сообщения, сказала Джуди, и начала их читать, а в конце, выдохнув, процитировала, так же, как и Адольфо, Франсуа де Ларошфуко: «В ревности больше самолюбия, чем любви», но все равно, было почему-то неприятно на душе, что так все повернулось с Алексом. Хотя, что значит почему-то? Снова разочарование. Вот и ответ.

Но если кто-то не придает значения подобного рода моментам в поведении со стороны мужчины, а некоторые даже расценивают проявление ревности как милое подтверждение любви, то Джемма это категорически отрицает. И потом, за всю жизнь никто из мужчин, ее окружающих в Семье, никогда не позволял такого тона, каким Алекс уже несколько раз с ней разговаривал. Отвечать на смс не стала, слишком много вопросов и претензий, вперемешку с извинениями и признаниями. Да и смысла что-то объяснять нет, каждый все равно поймет так, как ему выгодно.

Закончив делать набросок рисунка, досмотрев фильм, Джуди приняла душ и легла спать. А рано утром, когда не было еще 6 часов, села в машину и поехала на работу, чтобы поработать с данными по ранее задержанным преступникам, у которых были татуировки. Перелопатив объемную базу, детектив ничего интересующего ее не нашла, но было ощущение, что информация совсем рядом. И тогда она решила после работы зайти в самый обычный тату салон, где, судя по отзывам в Интернете, бывает достаточно разноплановая публика. После того, как в салоне, посмотрев на ее эскиз, наотрез отказались делать по нему тату, не давая объяснений и отказываясь даже от двойной оплаты, Джуди поняла, что на верном пути, и у мажора татуировка не просто так, а это символ принадлежности к какой-то непростой организации.

— Майкл, я тебя не разбудила? — часы показывали 5 утра, когда Джуди вошла к нему в студию.

— Я тебя ждал. Слава богам, ты вернулась! Только очень бледная. Ничего не произошло? — он покрутил Джуди, рассматривая со всех сторон.

— Все нормально. Но там такой кумар стоит из наркоты и табака, надышалась, голова кружится.

— Сейчас принесу тебе травяной напиток. Знал, что так будет, заварил, ожидая тебя, — он вышел, а когда вернулся, напоил Джуди очень ароматным напитком, и она тут же в кресле уснула, успев попросить разбудить ее через два часа.

— Неугомонная. И когда она уже перестанет рисковать? — Майкл накрыл ее пледом и тихо вышел из комнаты, а ровно через 2 часа разбудил. Они смыли грим, Джуди переоделась в свою одежду, снова приобретя вид подростка, и отправилась домой, куда прошла незамеченной все равно стоящей на улице охраной Алекса.

Поскольку Джуди на работу надо было выходить вечером на суточное дежурство, она позавтракала, приняла ванну и погрузилась в музыку, начав играть на скрипке, которую в этот раз привезла с собой из Италии. Уж больно тяжело ей обходиться без инструментов. Виолончель большая, а скрипку — свой первый в жизни инструмент, взять с собой было хорошей идеей, за что спасибо Адольфо.

Под музыку девушке всегда было легко думать, она успокаивалась, мечтала, принимала важные решения. Музыка — это неотъемлемая ее часть. Такой же была ее мама — Эбигейл — потрясающая скрипачка, с молоком которой и передалась любовь к музыке ее дочери. Женщина с трех лет начала обучать свою девочку игре на скрипке, ведь виолончель для ребенка — слишком большой инструмент. А потом уже Джемма изъявила желание, будучи постарше, учиться играть и на виолончели.

И сейчас, играя уже больше часа, детектив просто генерировала идеи по делу об убийстве и татуировке, несмотря на то что всей душой была в божественной мелодии Моцарта.

Из того, что стало известно от Тимоти, с которым Джема уединилась в «Этносе» — ночном притоне, иначе его никак не назвать, ему 28 лет, татуировку он сделал пять лет назад в Лондоне, где учился в университете на параллельных курсах с Коннором. Они ровесники, татуировки делали вместе у одного и того же мастера — выходца из Латинской Америки. А вообще-то их целая компания, которая приехала в штат Северная Каролина по делам, но по каким именно, не удалось выяснить. Потом абсолютно уже невменяемый Тимоти сообщил девушке, именем которой он даже не поинтересовался, что их друга недавно убили, а потом под воздействием легкого снотворного уснул.

Пользуясь ситуацией, детектив разблокировала телефон мажора, пролистала контакты, сделала несколько снимков с его экрана, пролистала фото в галерее.

Тимоти пришел в себя часов через пять, стал вспоминать, с кем был и что делал. Удалось только вспомнить смутный силуэт девушки с красивой фигурой, но ни ее лица, ни имени, ничего не помнил. Документы, деньги, телефон, дорогие часы и украшения — все было на месте. Единственное, на полу лежал пустой пакетик от какой-то «дури», которую, вероятнее всего, они употребили, а когда он встал, оделся, то в кармане куртки обнаружил карту злобного Джокера с кровавыми слезами. Его аж передернуло от вида этой карты. Других карт из колоды в номере не было.

— Коннор, привет. Надо встретиться, — первое, что он сделал, когда вышел из притона, — позвонил своему другу, с которым уже через час они сидели в кафе и рассматривали загадочную карту, пытались найти связь между гибелью своего приятеля и единомышленника и Джокером. Но не находили ее, так как при обнаружении трупа парня никакой карты не было найдено. Да и в карты никто из них особо не играл.

Джуди, поскольку у нее был сегодня выходной, приехала в самый большой торговый центр, с удовольствием делала покупки, не забыв зайти в магазин музыкальных инструментов, где выбирала струны на скрипку. За спиной послушался мужской голос, тихо назвавший ее Тигрицей Лу, принадлежавший Сержу.

— Есть информация, — он делал вид, что выбирает гитару, а сам, практически нависая над Джуди, якобы чтобы дотянуться до самого верхнего ряда с инструментами, вложил ей в карман свернутый в несколько раз листок. Потом снял гитару, отошел с ней в сторону к консультанту, а в это время девушка подошла к кассе расплатиться за струны, подморгнув незаметно для посторонних Сержу.

И как только она вышла из музыкального магазина, перед ее глазами появился улыбающийся Коннор.

— Привет, Джуди, — он, как всегда, смотрел на нее сверху вниз, — Давай сумари, — и не дожидаясь согласия, взял у нее из рук два больших пакета.

— Здравствуй. Гуляешь или за покупками? — поинтересовалась девушка, а сама уже заметила, что Коннор не один, а с какими-то парнями, которые держались чуть в стороне, но внимательно смотрели на них, стараясь избегать зоны видеокамер. И это стало очень интересно для детектива.

— Просто решил пройтись и увидел тебя. Думаю, вот ведь счастье мне привалило. Ты же телефон свой мне не дала, — он хитро прищурил один глаз, — А что ты делала в музыкальном магазине? Только не говори, что играешь на каком-то инструменте.

— Играю, а что? Ты против музыки?

— Не против. Сам играю на фортепьяно. Уверен, ты тоже пианистка. Давай вместе сыграем, — девушка удивленно посмотрела на его улыбающуюся физиономию, — На этом этаже сейчас музыканты будут играть, смотри, — он указал головой в сторону, — Там сцена даже есть небольшая и рояль стоит.

— Скрипка, — она внимательно смотрела на парня.

— Вот это новость. Никогда бы не подумал, что ты скрипачка.

— Вот поэтому и не будем раздражать посетителей магазинов своей игрой, а то продажи упадут, — сказав это, девушка потянулась за своими пакетами, но парень не отдал их.

— Тогда сыграем дуэтом. Наверняка студентка не привыкла к такому количеству зрителей. Не бойся, Джуди, я буду с тобой.

— Коннор, ты меня боишься. Поэтому бросаешь мне вызов.

— Нет. Не боюсь, — в глазах парня появилась растерянность.

— Это не был вопрос, — в эту минуту парню стало не по себе от взгляда Джуди, — «Я не одобряю дуэлей, если человек пришлет мне вызов, я мягко и уважительно возьму его за руку и проведу в тихое место, где смогу беспрепятственно его убить», — цитируя американского писателя, детектив не спускала глаз с лица Коннора, который побледнел и замер, уж очень таинственно-зловещим был вид у девушки.

— В чем дело, Коннор? Ты не читал Марка Твена? — она встала перед ним, а про себя подумала, что тест парень не прошел, как она и предполагала, их группе с фениксами на шее есть чего и кого бояться.

— Извини, что-то задумался. Читал, но не помню этих строк. Так что, сыграем? — он попытался взять себя в руки.

— Не проблема, пошли, — Джуди взяла его за руку и потащила к музыкантам, которые только что закончили исполнять какую-то композицию.

Пока шли, детектив внимательно проследила за теми, кто был с Коннором, но которых он делал вид, что не знает. И снова увидела людей Харрисона и представила, как тот начнет от ревности сжирать себя и надоедать ей. Но это, как говорится, уже другая история.

По пути, в кафе недалеко от места, где расположились музыканты, Джуди заказала кофе и самые лучшие сэндвичи для последних.

— Господа, вот этот молодой человек, — Джуди обратилась к музыкантам, указывая на Коннора, который просто «язык проглотил», — хочет попросить вас предоставить нам возможность воспользоваться вашими инструментами: роялем и скрипкой. Он бросил мне вызов, а я его приняла, — на что музыканты неодобрительно посмотрели на 2-х метрового Коннора и изумленно на маленькую девушку.

— Кто на каком инструменте из вас будет играть? — из-за рояля встал молодой мужчина.

— Я сяду за рояль, — первые звуки за столько времени принадлежали Коннору, — а девушка на скрипке.

— Хорошо. Что исполнять будете? — после вопроса музыканта Джуди вопросительно посмотрела на Коннора.

— Выбирай. Твой вызов ведь, — девушка приняла из рук скрипача его инструмент, поблагодарив и восхитившись состоянием скрипки, что очень польстило мужчине.

— Как насчет Шопена? Nocturne Op. 9 No.2, — он поставил пакеты с ее покупками на пол и, выпрямившись во весь рост, посмотрел на нее снова сверху вниз.

— Давай. Двоечник. Сколько раз сдавал это произведение? — она усмехнулась, глядя, как этот «столб» садится за рояль.

— Пять раз. Зато сейчас оно любимое.

— Тогда погнали, музыкант!

На удивление, никогда не играя вместе, эти двое первоклассно исполнили непростое музыкальное творение великого композитора, собрали толпу зрителей, а музыканты в это время с удовольствием пили кофе и ели сэндвичи. Их выступление снимали на телефоны, причем в режиме онлайн выкладывая в Интернете и комментируя. А музыкант — владелец скрипки, приоткрыл тайну, что эта парочка поспорила и, судя по всему, девушка спор выиграла.

Когда они закончили играть, Коннор встал из-за рояля, взял Джуди за руку, и они вместе поклонились публике, которая хлопала им как в театре. И выглядели сегодняшние «герои Интернета» очень забавно: он — великан, а она — дюймовочка.

Джуди и Коннор отошли в сторону, он нес ее пакеты.

— Ты потрясная. В универе на музыкальном отделении учишься?

— Снова попытка найти меня? Не стоит. Я сама тебя найду, если захочу, — она ему подмигнула.

— Давай ко мне в машину бросим вещи и посидим где-нибудь? Потом отвезу тебя, куда скажешь.

— Знаешь, Коннор, что мне в тебе не нравится? — сейчас она наклонила на бок голову, рассматривая великана.

— Что? — парень не привык кому-то не нравиться.

— Ложь. Ты в ней скоро утонишь вместе со своими телохранителями, которые все это время нас «пасут», а ты строишь из себя легкомысленного мальчика, который якобы не с ними. Дам тебе один совет, желательно, чтобы ты его запомнил: «Твоя жизнь ничего не будет стоить до тех пор, пока ты не бросишь себе вызов. Например, жизнь или смерть». И не ищи меня. Я пошла. А ты и эти четверо остаетесь здесь. Все понял? — она мило улыбнулась и своим взглядом его сейчас чуть не заморозила.

— Понял. Ты супер — девочка, — сказал Коннор, но за ней ни он, ни его охранники не пошли, при этом парень сильно задумался над словами Джуди и с опаской посмотрел ей вслед.

АВТОР

— Что она творит? Это еще кто такой? Что за баскетболист? — злился Алекс, которому охранник показал на телефоне запись мини выступления Джуди и неизвестного парня. Еще его смущали комментарии о каком-то споре влюбленной пары, — Пустилась во все тяжкие? Тоже мне, недотрога!

— Где она сейчас и с кем? — рявкнул он по телефону, но получил ответ, что детектив приехала домой одна, с большим количеством покупок и находится в квартире. К ней никто не приходил.

А Джуди Митчел, как только попала домой, разложила покупки и переоделась, достала записку, переданную ей Сержем.

— Вот спасибо за информацию. Я на правильном пути. И как в тему сегодня мне встретился Коннор, — Джуди начала рисовать какие-то схемы, рассуждая, что парень или тот, кто о нем печется, боятся, что он станет следующей жертвой, поэтому с ним столько телохранителей, — Вот только неясно, почему до сих пор не последовало ответных действий со стороны «Латинских королей»?

Коннор по телефону, о существовании которого не знали ни его друзья, ни адвокат и охрана, долго разговаривал со своим дядей Фернандесом — главарем «Латинских королей» и рассказал ему все, что было на допросе, как детектив его спасла и ночевала, охраняя, что именно она нашла ему охранницу — свою лучшую подругу по кличке «Огненная лисица». Причем Коннор все преподнес так, как в его голову просто «вложила» Митчел. И Фернандес сразу же понял, что капитан Логан Мур на стороне «Бунтарей» и специально отстранил детектива от дела, которая уже заочно у главаря вызвала уважение.

— Привет. Я «Огненная лисица». От детектива Митчел, — девушка прошла в квартиру Коннора, рассматривая его с ног до головы, а он удостоверился, что гостья — девушка, чье фото было передано ему детективом.

— Рад познакомиться. Проходи. Скажи, как мне к тебе обращаться, «Огненная лисица» не всегда уместно? — он увидел, что при девушке как минимум два пистолета, причем разного калибра, которые она сейчас продемонстрировала, сняв куртку, садясь в кресло.

— Какое имя тебе нравится, сам выбирай. Мне все равно.

— Можно я буду тебя называть Оливия?

— Без проблем. Теперь давай обсудим формат взаимодействия, и в каких местах ты любишь бывать.

Примерно час они обсуждали в деталях все, что потребуется для обеспечения безопасности Коннора. Последний поражался, что девушка с таким приятным личиком жесткая по характеру, мало говорит, исключительно по существу, и совсем неженственная. И этим она ему понравилась.

— Оливия, с вами хотел поговорить мой дядя. Не возражаете против видеозвонка?

— Нет. Набирай.

— Здравствуйте, «Огненная лисица», — голос Фернандеса был грубым, тяжелым, как и его внешность, взгляд злой и внимательный. И такие же особенности во взгляде девушки сразу понравились главарю, он в них увидел себя (не зря же Джеммой было получено второе высшее образование).

— Приветствую вас, Фернандес, — ее обращение к нему по имени сразу впечатлило главаря. Вы хотели со мной поговорить. Слушаю, — девушка смотрела в видеокамеру смело, прямо, почти не моргая.

— Вас наняла детектив Митчел, я правильно понимаю?

— Не наняла, а попросила охранять Коннора. Его должны убить следующим.

— Детектива отстранили от дела? Капитан Логан Мур?

— Да. Чтобы не мешала убрать вашего племянника, как я поняла.

— Вы состоите в какой-то группировке?

— Нет. Вы же уже это проверили. Ни я, ни детектив с криминалом не имеем ничего общего.

— Тогда откуда вы?

— Придет время, узнаете, кто протянул вам руку помощи в спасении приемника и единственного племянника от верной гибели. А пока есть ряд вопросов, которые надо обсудить.

— Говорите, «Огненная лисица».

— Можете называть меня Оливией, как ваш племянник.

— Мне больше нравится «Огненная лисица».

— На случай экстренной необходимости покинуть этот штат и долететь до Чикаго нам с Коннором может понадобиться частный самолет.

— Почему именно в Чикаго? — Фернандес с любопытством и удивлением смотрел на девушку.

— А что, вы сменили место расположения резиденции? — она подняла удивленно брови вверх, а мужчина в ответ показал большой палец на правой руке.

— Будет самолет.

— Нужен бронированный автомобиль. Мой «засвечен» по городу, не могу им пользоваться. Не исключаю, что вчерашнее нападение не последнее, попытаются обстрелять или взорвать.

— Хорошо. Не проблема.

— Тогда у меня все. Вопросов нет.

— А что насчет гонорара? Почему ничего не говорите? Какие ваши условия?

— Меня деньги не интересуют. Я выполняю просьбу уважаемых мною людей. Но с ними потом будете общаться. Давайте эту тему закроем. И сделайте так, чтобы ваших людей сейчас нигде не было, они только навредят.

Фернандес отключил телефон и задумался. Ему понравилась деловая хватка «Огненной лисицы», ее абсолютное бесстрашие и знание дела, которое ей поручено. Но кто за ней стоит? Его людям не удалось ничего узнать об этой охраннице, такой нет ни в одной группировке или уличной банде.

В этот же вечер бронированный джип стоял около дома Коннора, а в течение суток был готов вылететь в любую минуту частный самолет.

Следующие несколько дней Оливия и Коннор появлялись в привычных для него местах вместе, чаще бывали на людях, создавая впечатление пары. Нескольким его приятелям по клубам рыжеволосая красотка была представлена как девушка молодого повесы.

Вместе они тусовались в паре ночных клубов, играли в боулинг и даже побывали в том самом притоне, где Серж и Джуди собирали информацию.

Несколько раз Оливия оставалась ночевать у Коннора, но на рассвете уезжала домой на такси, во-первых, чтобы не «светить» новый автомобиль около дома детектива, а, во- вторых, чтобы снять макияж, отдохнуть и подумать в спокойной обстановке. Без нее Коннор из дома не выходил. И судя по тому, как повели себя несколько человек в притоне, где они были два дня назад, провоцируя их с Коннором на разговор о погибших дружках последнего, да еще попытались начать с ними драку, в результате чего одному Оливия сломала нос, Джуди ждала нападения на Коннора в ближайшие сутки. К тому же, за ними по городу вот уже четыре дня следует один и тот же автомобиль. И судя по манере вождения, водитель не местный, все указывало на то, что это «Бунтари».

— Предлагаю сегодня наведаться в «Этнос», — Оливия сидела на диване, закинув нога на ногу.

— Почему туда? — Коннор после последнего инцидента в этом притоне не очень хотел там появляться. В тот раз его хотели пырнуть ножом, но «Огненная лисица» быстро всех поставила на место, да еще несколько раз выстрелила в потолок.

— На нас сегодня нападут, когда будем выходить из заведения, — ее как всегда спокойный и равнодушный тон сводил с ума парня. Он никак не мог понять, это реально человек или робот. Девушка ничего не боится, хладнокровна и обращается с оружием так, как никто в «Латинских королях» не обращается. А еще она какая-то загадочная.

— Ты вообще стрелять умеешь? — она повернула голову в сторону Коннора, на что получила утвердительный ответ.

— Тогда готовь ствол. Он нам понадобится, — сама же достала из рюкзачка, с которым пришла, небольшой автомат, чем снова поразила парня, ведь на ее теле сейчас уже была кобура с пистолетом и на поясе тоже. Но это было еще не все. «Огненная лисица» достала из того же дамского, на первый взгляд, рюкзачка две ручные гранаты.

— Так все будет серьезно? — Коннор возвышался над девушкой и оружием, лежащим сейчас перед ней на столе, и заметно побледнел.

— Да, очень серьезно. Ты даже не представляешь, сколько человек хотят твоей смерти, чтобы отомстить Фернандесу за дурь, которую ты и твои дружки приехали здесь распространить и провалили поручение дяди, посадив сейчас свою жопу на красную кнопку ядерного чемоданчика. И даже полиция не на твоей стороне. Мы вдвоем пойдем с тобой против этой армии недоброжелателей. А сейчас не бледней раньше времени. Тебе придется возглавить «Латинских королей». Лучше позвони, чтобы самолет был готов в районе полночи, и в нем была аптечка. Не забудь документы.

Коннор все выполнил, как ему сказала сделать «Огненная лисица», и в 22.00 они выехали на бронированном джипе в сторону «Этноса». Накануне Тигрица Лу предупредила Мурого никуда не высовываться и держаться дальше от этого места.

Подъезжая к задворкам клуба, детектив увидела две машины с тонированными стеклами, явно ожидающие их, поэтому сделала резкий разворот и на приличной скорости стала удаляться от этого места, чтобы сократить количество возможных жертв. Два автомобиля тут же рванули за ними, и когда джип под управлением «Огненной лисицы» выехал на дорогу, ведущую за город, их начали обстреливать.

Один из преследовавших автомобилей детектив уничтожила, бросив гранату под их колеса. Но когда им пробили автоматной очередью два колеса, «Огненная лисица» и Коннор начали перестрелку с теми, кто был во втором автомобиле. Двоих убила девушка, сама получила ранение в руку, защищая Коннора, который не видел, что в него целились, парень застрелил третьего. Оставался четвертый, стрелявший сейчас сразу из двух автоматов, не давая ни детективу, ни Коннору, выйти из укрытия в виде бронированного автомобиля. Коннор с тревогой смотрел на рану на руке девушки, подполз к ней и оторвав кусок своей майки, перевязал, на что она ему подмигнула.

— Прикрой меня, стреляй левее от него, мне нужно две секунды, — он кивнул и выполнил ее указание, а девушка в эту же секунду, выкатилась из-за машины и из положения лежа открыта непрекращающийся огонь из своего автомата, воспользовавшись замешательством бандита, и убила его.

— Цел? — поднимаясь с земли, она посмотрела на Коннора.

— Благодаря тебе. Спасибо, «Огненная лисица», — девушка в это время подошла и проверила, что все убитые имеют татуировку «Бунтарей».

— Запомни этот рисунок, Коннор. А теперь заметаем следы и валим из штата, — с этими словами она села за руль автомобиля бандитов, хоть обстрелянного, но на ходу. Коннор сел рядом, она не пустила его за руль, несмотря на ранение, так как никому не могла доверить вождение. А потом, неожиданно для парня, проезжая мимо автомобиля, на котором они вдвоем ехали, бросила в него гранату, предварительно выстрелив в бензобак. И вопреки тому, что это бронированная техника, они услышали взрыв, и обернувшийся Коннор увидел, как джип просто взлетел в воздух.

— Он же бронированный, как так? — парень посмотрел на девушку со страхом.

— Ну и что? А я «Огненная лисица», — усмехнулась она, — Этим все сказано, — и вдавила педаль газа до упора.

Ровно в полночь частный самолет взял курс на Чикаго. Находясь на борту, детектив начала обрабатывать себе рану, аптечка была готова. Коннор, как мог, помогал и с восхищением смотрел на девушку.

— Что такое, Коннор?

— Если честно, «Огненная лисица», ты нечто! Я думал детектив Митчел одна такая. Но смотрю, что подружка у нее тоже огонь. Выходи за меня замуж! — неожиданное предложение заставило девушку на секунду замереть, пока она набирала в шприц лекарство, а потом улыбнуться.

— Помолчи, Коннор, а то этот шприц воткнется тебе в язык, — она сделала укол в руку, увидев, как поморщился парень.

— Когда увидел Джемму в числе тех, с кем был Фернандес, на сердце стало спокойнее. Снова мой маленький Джокер в новом облике. Рыжая копна волос, внимательный взгляд, сосредоточенность и ни единого намека на то, что мы хотя бы просто знакомы, — с такими мыслями Филиппо Манчини встретил свиту «Латинских королей».

Манчини сопровождали несколько телохранителей, в числе которых был Адольфо — большой мастер скрывать эмоции и чувства.

После традиционного приветствия, лидеры остались один на один. Разговор длился около часа.

— Моя красавица, наконец-то ты рядом, — думал Адольфо, а Джемма и глазом не моргнула в его сторону. Но когда вышедший после переговоров Фернандес обратился к девушке, у него сжалось сердце от услышанного.

— «Огненная лисица», ты подумала над предложением Коннора? Согласна выйти за него замуж? — и тут же обратился к Манчини.

— Отдадите свою «Огненную красавицу» за моего Коннора?

— Пусть сама решает. Это ее выбор, — и все устремились взглядом на девушку.

— «Огненная лисица», соглашайся. Я буду лучшим в мире мужем, — великан влюбленными глазами смотрел на девушку, что ранило душу Адольфо, и это чувствовал Филиппо.

— У меня уже есть человек, который мне дорог. Но это не мешает нам с Коннором остаться приятелями, — она улыбнулась, а сердце Адольфо стало стучать чаще.

— Раз так, подожду, пока ты его бросишь, — Коннор явно был заинтересован в девушке, его глаза просто сверкали от любви и восторга. Парень не удержался, сгреб ее в свои объятия, — Благодарю, ты спасла мне жизнь, и ни один раз. Передай большое спасибо от меня детективу Джуди Митчел.

Спустя три часа Джемма, Филиппо и Адольфо в сопровождении своих людей уже находились на борту своего частного самолета. После набора высоты Джемма смыла грим и появилась перед своими мужчинами в естественном виде. Она обняла отца, Адольфо, Густаво, который сразу же после этого, узнав, что она ранена, потащил ее в другое помещение осматривать рану. Затем они перекусили, обсуждая детали всего произошедшего.

— Пап, все получилось, как задумывалось? — она обняла его за руку и прижалась головой к плечу отца.

— Да. Спасибо тебе, малышка. Ты прирожденный политик. Но так рискуешь, что мое сердце ноет. Мы очень волновались за тебя. Адольфо вообще извелся. Все время свободное проводит в тире. Какие дальше планы у Джокера по имени Джемма? — он поцеловал дочь в щеку.

— Неделю буду дома мешать вам спокойно жить, потом вернусь в Америку. Отпуск закончится, надо еще кое-что успеть сделать и увидеть. Пол-отпуска потратила на этого великана Коннора.

— Джемма, это была не шутка с его предложением выйти замуж?

— Не шутка.

— И чем его очаровала?

— Разве мажоров с амбициями можно понять? У них искаженное представление о мире. Забудь. Простой треп.

В полете они были недолго, дома их ждал Анджело и вкусный ужин, а Джемму еще и любимая виолончель.

Весь полет Адольфо еле сдерживался, чтобы не поцеловать свою малышку. Она это чувствовала, и ей тоже хотелось прижаться к нему. Мужчина переживал из-за ее раны, того риска, которому она себя подвергает. А еще понимает, что ревнует ее к другим, хотя не имеет на это права.

Сидя за столом, он был молчалив, мало откликался на шутки, у всех сложилось впечатление, что погрузился в свои мысли. Все знали, чем вызвано его состояние.

Первым после ужина, с позволения Дона и присутствующих, удалился Адольфо.

— Анджело, что произошло с Адольфо? — Джемма начала волноваться.

— Принцесса, он знал детали твоего плана, ты рисковала. Адольфо очень переживал, что ты можешь пострадать. Он всегда к тебе так относится.

— Я не первый раз так рискую, но у него странная реакция. Все же живы.

— Сама его спроси, ты же сестра, — Анджело кивнул внучке головой.

— Может ему лучше одному побыть? — засомневалась Джемма.

— Твое присутствие успокоит его. Сходи, узнай, что с ним.

— Ладно, — девушка встала со своего места, поцеловала папу и дедушку и пошла на второй этаж, где располагается комната брата.

— Входите, — послышался голос Адольфо на стук, и вошла Джемма. Адольфо стоял у окна и смотрел в ночь.

— Решил спрятаться от всех? Устал? — она со спины его обняла, как делает с самого детства, а он погладил ее руки.

— Просто задумался, — он развернулся в ее руках лицом к девушке и поцеловал в лоб, — было страшно за тебя, еще это ранение, а меня нет рядом.

— Ты расстроился из-за предложения Коннора?

— Нет. Ты красивая, умная, смелая. Естественно, что многие захотят сделать тебе предложение, — он гладил ее по волосам и ласково смотрел в глаза.

— Тогда из-за моего ответа. У тебя в тот момент расширились зрачки. Я видела. Тебя это так выбило из колеи? — она подняла голову вверх и пристально наблюдала за Адольфо.

— Угадала. Ты говорила об Алексе Харрисоне, я прав? Не бойся меня расстроить. Я брат, мне ничего не светит, просто как-то душу ответ твой зацепил, — он выдохнул глубоко и грустно.

— Я говорила о тебе, Адольфо, — сейчас даже она услышала, как изменился ритм его сердца, а руки сильнее прижали ее к себе, потом мужчина наклонил голову, и их губы слились в поцелуе. Они скучали, ждали этого момента, осознавая с каждым разом, что любят, и им тяжело уже без этих прикосновений, чувств и незабываемых эмоций. И в этот момент совершенно не возникало мысли о запретной любви, о невозможности быть вместе. Они чувствовали себя так, будто созданы друг для друга.

— Я люблю тебя, Джемма.

— Я тоже люблю тебя, мой Адольфо.

Они еще долго стояли, обнявшись, просто наслаждаясь тишиной и своим дыханием. И на душе было спокойно.

Всю следующую неделю детектив со своим новым напарником с неподдельным интересом и энтузиазмом расследовали дела, дежурили и почти не пересекались по работе с Дональдом, который мог подолгу «зависать» у шефа, при этом стал не просто осторожным, а подозрительным.

Что касается Логана Мура, то его часто можно было увидеть в обществе сына помощника мэра Бакстера, от чего складывалось впечатление, что неосознанно капитан занял во всех отношениях место своего предшественника Ронни Кларка.

Какое-то время после загадочной смерти Кларка отец Бакстера отправлял его куда-то в Европу, но потом молодой повеса был возвращен в Америку, чтобы было возможно его контролировать и вовремя заметать его грехи. И вот эти двое стали частыми гостями ночных элитных клубов. А зря…

АВТОР

Джуди в свой первый за две недели выходной выспалась так, как не спала уже очень давно. Потом два часа, как обычно, тренировалась. В обед позвонил Филиппо.

— Папочка, привет! — ее голос заставил сердце отца порадоваться.

— Здравствуй, неуловимый детектив. Давай по видеозвонку поговорим.

— Теперь лучше? — усмехнулась Джемма, глядя на отца, — Я скучаю. Как ты?

— Я скучаю по тебе больше. Мы давно не виделись и редко общаемся. Так занята?

— Несколько недель в режиме нон-стоп, но справились. Сегодня выходной. Лучше расскажи, как дела в Семье, — девушка села на пол, сложив ноги по-турецки, — Кстати, ты не в кабинете?

— Я в твоей комнате. Видишь, как скучаю, — он улыбнулся, и они с Джеммой стали очень похожи, — Люблю здесь посидеть, кажется, что ты сейчас войдешь, обнимешь. В Семье все нормально. Вопросов много, но Анджело, Адольфо, Густаво активно вовлечены во все процессы.

— Помощь нужна? — девушка с участием смотрела на отца, — Ни с кем проблем, конфликтов нет?

— По деловым связям все в порядке.

— Так почему ты грустный? Я начну волноваться.

— Джемма, ты не хочешь уйти из полиции?

— Когда-нибудь уйду. У Джокера еще есть одно незавершенное дело, точнее куплен билет на последний акт пьесы. Как говорится, ружье на стене еще не выстрелило. Не хочется пропустить. А потом, может быть, и подумаю о смене занятия.

— Скорее бы уже актеры отыграли сцену, — сказал Филиппо.

— Пап, ты что-то недоговариваешь. Может ты влюбился или надумал жениться и не знаешь, как мне это сказать? Или Анджело пойдет под венец? — эта фраза, сказанная дочерью на полном серьезе, вызвала искренний смех отца, который давненько так не смеялся.

— Я с первого взгляда полюбил твою маму и люблю ее до сих пор. На других даже не смотрю. Клянусь. А вот у Анджело надо узнать, — он снова рассмеялся, — Ты сама не забудь нас поставить в известность, когда замуж соберешься.

— Certo! (непременно. итал). Пап, давай я тебе на скрипке сыграю. Разучила «Памяти Карузо». Сейчас телефон переставлю, — она поднялась, поставила телефон так, чтобы Филиппо мог видеть ее игру, и пока брала скрипку и настраивала ее, не видела, что в комнату, где в это время находился отец, вошли Анджело и Адольфо, которым он дал знак не попадать пока в обзор камеры и не издавать ни звука.

Все с замиранием слушали игру Джеммы. Скрипка в ее руках звучала просто волшебно. Филиппо понимал, что дочь специально для него разучила эту мелодию, зная, как он любит это произведение. И во время игры она становилась копией Эбигейл. Сейчас Филиппо чувствовал покой на душе, музыка всегда так на него действовала, особенно когда играли жена или дочь.

— Браво, малышка! — Филиппо захлопал. Ты меня порадовала.

— Господин Манчини, — неожиданно официально и строго произнесла Джемма, откладывая смычок, — с каких это пор вы начали умалчивать о важных переговорах, намеченных через две недели? Тем более что вас троих это волнует. Вы ведь не все знаете о второй стороне, — девушка села на кровать прямо напротив камеры, — Анджело, Адольфо, выходите из укрытия. Я знаю, что вы слушали игру.

— Моя принцесса, я сражен, — хлопая в ладоши вместе с Адольфо и Филиппо, произнес со счастливой улыбкой на лице Анджело, — Ты невероятна.

— Как догадалась, что мы здесь? — Адольфо не верил тому, что может сейчас увидеть свою малышку.

— Мои дорогие мужчины, кто меня воспитывал? — она хитро улыбнулась, — Правильно, вы и Семья. Думаете, если я от вас за 9 000 км, то не знаю, что происходит, что вас беспокоит, и с кем потенциально могут возникнуть вопросы? Только не спрашивайте, откуда все знаю. Ответ будет таков — интуиция и любовь, я вас чувствую на расстоянии.

— Ответ принят, моя красавица, — Филиппо искренне не ожидал такого поворота в разговоре с дочерью.

— Теперь о деле, — Джемма стала настолько серьезна, будто расследует очередное дело, — мне нужно присутствовать на переговорах и подписании контракта. Сделка на такую огромную сумму должна состояться на наших условиях. Извините, но привыкла доверять в таких вопросах только себе, должна лично увидеть текст и рассмотреть «подводные камни». Тем более что вторая сторона — представители Америки. Законодательство этой страны я знаю отлично.

— Постой, откуда тебе известно про сумму и Америку? — Анджело наклонился к камере.

— Любовь моя Анджело, твои уроки игры в покер и шахматы развили логическое мышление. Все просто: с нашим Доном рискнут вести переговоры, только если предмет контракта и его сумма будут достойны имени Манчини. Никакая сделка не может заставить вас троих волноваться, за исключением ситуации, когда она связана с партнерами, чье законодательство отличается от европейского. Такой страной может быть на настоящий момент только Америка. Тем более, есть здесь несколько крупных предпринимателей и монстров в сфере бизнеса, которые активизировались в поисках партнеров в Европе, в частности, в Италии. И вы, и я знаем, о ком идет речь. Именно он и будет на переговорах вместе со своим доверенным лицом. У меня сегодня как раз встреча с человеком, который расскажет кое-что о нем и планах этого «сейфа с деньгами», сидящего своей попой на нефтяном месторождении. Дата переговоров ровно через две недели, так ведь?

— Да. Так и есть, — Филиппо был поражен.

— Что решим, возьмете меня на переговоры как своего юриста? — девушка была серьезна, а потом рассмеялась, — Адольфо, обещаю, кружевных чулок не будет. Переговорщик — любитель не ног, а полуоткрытой груди.

Мужчины переглянулись, потом рассмеялись.

— Ты и это узнала уже про него? — Адольфо не спускал глаз с родного лица, но не мог скрыть восторга и удивления и почему-то начал волноваться.

— Да. А вот тот, что будет подписывать контракт, — любит и грудь, и ноги. Он вообще любит всех женщин на земле. Но об этом поговорим при встрече.

— Джемма, — Филиппо тоже стал серьезным, — Тебе нельзя участвовать в переговорах. Могут узнать. И нельзя светить, что ты моя дочь. И что ты скажешь на работе?

— Меня никто не узнает. Я же мастер перевоплощения. У Джокера много лиц и море иронии, папочка. Буду просто твоим юристом, нанятым исключительно для этой сделки. На работе скопилось несколько дней отгулов, возьму их и напишу рапорт капитану, что улетаю в Турцию. Все уже поняли, что я люблю эту страну. Кстати, хотите, угадаю, вы не нашли ответ на вопрос, почему американец хочет переговоры провести не в своей стране, а в Италии?

— Джемма, ты нас пугаешь. В полиции учат читать мысли?

— Анджело, вы трое сами из меня сделали телепата.

— Этот вопрос действительно неоднократно уже возникал. В чем-то подвох.

— На самом деле просто, как все великое, — улыбнулась девушка, — Он наполовину итальянец, а еще верит в приметы и знаки судьбы. Поскольку сделка серьезная, считает, что родина его любимой бабушки, которая его воспитала, поможет. Он уповает на земли предков, а мы будем исходить из наших интересов на земле его и наших предков. Согласны? — после ее слов повисла пауза, мужчины смотрели на свою малышку, а она им мило улыбалась.

— Джемма, ты мое сокровище, — произнес Филлиппо, — я буду счастлив, если ты будешь с нами в этом деле.

— Мы тебя любим, — сказал Анджело, — Я увижу и обниму свою принцессу! Ура!

— Очень любим и ждем, — добавил Адольфо.

— Все. Тогда до связи. Как возьму билеты, напишу. Люблю вас, мои самые лучшие в мире мужчины, — воздушный поцелуй первым поймал Анджело. Потом Джемма скинула звонок.

Трое из Семьи Манчини сидели в комнате Джеммы минут 10, молча.

— Это невероятно просто! Она как Джеймс Бонд. И как все узнала?! — Филиппо начал ходить по комнате.

— Она ваша дочь. Этим все объясняется. А еще внучка самого «Короля покера». Девочка великолепна! — Адольфо после этих слов задумался и вздохнул, а Филиппо и Анджело переглянулись и хитро улыбнулись. Но настроение после разговора с Джеммой у всех улучшилось, появилось ощущение, что все пазлы встанут на свои места.

Господин Фрэнк Крисционе был приятно удивлен, когда в арендованном для проведения переговоров закрытом помещении элитного клуба появился Филиппо Манчини в сопровождении не только охраны, но и эффектной и безумно красивой девушки, которую представили как юриста.

Манчини и Крисционе поприветствовали друг друга, соблюдая необходимый для такого уровня встреч этикет.

— Фрэнк Крисционе, — мужчина протянул руку девушке, которая держалась гордо, уверенно и не спускала с мужчины своих синих глаз в обрамлении черных и густых ресниц. И сочетание цвета глаз с каштановыми длинными волосами делали ее внешность весьма запоминающейся. А надетый на ней легкий светло-синий брючный костюм, изюминкой которого стал жакет, застегивающийся всего на две большие пуговицы в районе узкой талии, позволял в достаточно глубоком вырезе сверху от воротника-стойки до первой пуговицы на талии увидеть складочку на роскошной груди и пикантное кружево дорогого белья. Интриги добавляло длинное жемчужное ожерелье в два ряда, один из которых как раз касался той самой ямочки, на которую после глаз и пухлых губ девушки упал взгляд уже не юного Фрэнка. Широкие брюки подчеркивали талию и длинные, стройные ноги, спрятанные под тканью. А тот факт, что у жакета не было рукавов, позволял насладиться красивыми и подтянутыми руками с нежной кожей.

Она сразу понравилась знаменитому предпринимателю и миллиардеру, а еще хорошо известному любителю и ценителю женщин.

— Александра, — представилась юрист, — Очень приятно с вами познакомиться, господин Крисционе, — девушка протянула ему свою аккуратную руку, которую мужчина непозволительно долго удерживал в своей. Джемма заметила, как расширились зрачки глаз Фрэнка, когда он услышал знакомое имя, и подумала, что выбор был правильным. Одно из слабых мест этого человека уже определено точно. Хотя уже второе, первым стало декольте.

— У вас красивый юрист, — Фрэнк Крисционе посмотрел на абсолютно спокойного Филиппо Манчини, — Посмотрим, как на практике эта Богиня. Прошу Вас, господа, располагайтесь, — он жестом пригласил всех за стол переговоров.

Александра села по правую руку от Филиппо Манчини, их телохранители, среди которых был Адольфо, стояли у них за спиной. А вот Крисционе расположился напротив девушки, его юрист напротив Филиппо, что стало отклонением от протокола, но такое поведение второй стороны было предсказуемо, и Манчини сделал вид, что не придал этому значения, наоборот стало ясно, что предприниматель клюнул на красоту девушки.

— Предлагаю нашим юристам начать обсуждение подготовленного нами и предложенного вам проекта контракта.

После этого юрист со стороны Крисционе — мужчина лет 35 с энтузиазмом в течение часа рассказывал о каждом пункте контракта, о выгодных условиях и перспективах, о просто «космической» прибыли. Все это время девушка внимательно слушала докладчика, не спуская с него глаз, а в это время миллиардер посматривал на нее, особенно в тот момент, когда она облизнула губы, а сделала это Джемма специально и очень сексуально.

Задача Джеммы на этом этапе — сформировать у Крисционе мнение о себе как о просто красивой кукле. И это удалось. Он видел в ней только красоту и утонченность, не подразумевая, что к ним в комплектации у некоторых идут еще и мозги. И вот настал момент, когда простая истина должна была стать доступна даже миллиардеру. Мало ведь иметь миллионы, точнее миллиарды, нужны еще и мозги, чтобы правильно воспринимать происходящее и понимать, что деньги не заменят инстинкт самосохранения и не уберегут от страхов, которые преследуют всю жизнь.

Когда замолчал юрист второй стороны, на лице Крисционе появилась улыбка победителя, и отразилось внутреннее удовлетворение услышанным, на сцену переговоров вышла детектив Митчел, сейчас прелестница Александра.

— Мы с господином Манчини внимательно изучили проект, который юрист с вашей стороны в течение 1 часа 32 минут и 17 секунд просто рекламировал, иначе его выступление не назвать, — серьезный тон и взгляд девушки, а также суровое начало ее речи, заставили Крисционе и его юриста как-то даже выпрямиться и испытать напряжение, — Но это общие фразы, на которые было впустую потрачено столько времени. Давайте предметно рассмотрим 18 пунктов вашего проекта, которые должны соответствовать законодательству не только Италии и Америки, но и международным нормам, поскольку его исполнение будет затрагивать интересы иностранных партнеров. А также считаем необходимым обсудить разделы, касающиеся ответственности сторон и вопросов прибыли.

Далее Джемма полностью погрузилась в любимую ею тему договорных отношений, контрактов, рисков, ответственности, налогообложения и возможных рисков. Три часа она выступала не просто профессионально, а как эксперт по международным договорам, эмоционально расставляя акценты на проблемах и вариантах их решения.

Если честно, Филиппо, Адольфо до этого никогда не видели свою малышку в ситуациях, когда она полностью проявляла себя как юрист-практик, как детектив и прекрасный знаток законодательства. А отец где-то в душе с облегчением вздохнул, такого юриста он бы не нашел в мире ни за какие деньги. Оба были впечатлены и испытывали восторг и гордость от того, что слышат и видят сейчас. И трудно было представить, как такие объемы информации, наименования законов и статей разного законодательства можно держать в голове и дословно цитировать.

Что касается Крисционе и его юриста, то такого они никогда не могли представить себе даже в самом страшном сне. Их проекты всегда принимались сторонами. Они действовали по привычной схеме. Ведь для тех, кто с ними подписывал контракты, главным вопросом была прибыль, все остальное отходило на второй план. А в ситуации с Манчини они столкнулись с тем, что его главная цель ни прибыль, а соблюдение законов и недопущение рисков, как для себя, так и для их стороны, что еще больше поразило Крисционе. Это были первые переговоры, когда вторая сторона думала и о его безопасности тоже.

— Я думаю, господин Крисционе, вы согласны с тем, что такие известные личности как Манчини и Вы заинтересованы в том, чтобы контракт приносил не только прибыль, но позволял спать спокойно без пистолета под подушкой в ожидании обиженных третьих лиц либо налоговой полиции и Интерпола. Мы готовы выслушать сейчас ваши контраргументы со ссылкой на нормы права, а не пустыми разговорами, раз обсуждается контракт с миллиардными прибылями. В подобной ситуации непрофессионализм и недальновидность не просто недопустимы, а опасны, — последняя фраза была адресована юристу той стороны, и все это поняли, а сам юрист изменился в лице. Ведь он знал, что на фоне этой девушки выглядит блекло, мягко говоря.

— Столько лет в бизнесе, многих юристов видел, но такую как ваш, господин Манчини, встречаю впервые, — Крисционе откинулся на спинку кресла, — Впечатлен, мисс Александра. Мало того, что вы красивы и с таким именем, так еще и чертовски умны. Дайте нам 15 минут, и мы вернемся к обсуждению, — он встал и отошел в сторону со своим юристом, чтобы поговорить наедине.

В это время Александра и Филиппо, зная, что их снимает на телефон один из охранников миллионера, даже не повернулись друг к другу, продолжая спокойно пролистывать проект контракта. Александра встала и потянулась в сторону бутылки с водой, что дало возможность Крисционе увидеть у наклонившейся девушки ямочку на груди, и не спускать глаз все время, пока она маленькими глотками, прикрывая глаза, пила воду, что миллиардеру показалось весьма сексуальным.

Адольфо просто кипел внутри, видя, как в этот момент сглотнул Крисционе, поедающий девушку глазами.

— Мы готовы, — с этими словами миллиардер и его юрист вернулись за стол переговоров, — Ваши аргументы заслуживают внимания, и есть основания с ними согласиться. Впервые за мою коммерческую деятельность при заключении контракта думают и о моей безопасности и целостности моего бизнеса, а не только своего. Признателен. Но вот вопрос прибыли хотелось бы обсудить по результатам игры.

— Какой игры? — задал спокойным тоном вопрос Филиппо Манчини.

— Господин Манчини, у меня есть слабость. Я люблю смотреть, как другие играют в покер. Мне так хотелось посмотреть, как ваша дочь — известная «Королева блефа» играет, но знаю, что она сейчас в Америке.

— Тогда давайте мы с вами сыграем партию, раз вам так хочется, — Манчини равнодушно посмотрел на миллионера, а у того в глазах просто читался нездоровый азарт при слове игра.

— Да тебя лечить надо, — подумала про себя Джемма, — но сначала мы возьмем банк и нефтяное месторождение.

— Нет, господин Манчини. Ни вы, ни я играть не будем. Мы же лица, подписывающие контракт. Раз уж эта битва между нашими юристами, пусть они сразятся на зеленом сукне игорного стола. Как вы думаете? — он слащаво улыбнулся, обращаясь к девушке.

— Если мой работодатель — господин Манчини скажет принять участие в игре, я приму. Хотя очень необычное обсуждение условий, касающихся прибыли. Какова ставка?

— Александра, ставкой как раз и станет этот пункт договора. Если выиграет красавица, которая меня сегодня очаровала и которой я сделаю предложение перейти ко мне на работу, то я удвою сумму контракта и внесу в него пункт, касающийся отсутствия окончания срока его действия. Видите, как вы меня впечатлили сегодня, моя дорогая Александра?

— А если мы устанем от такой большой прибыли? — неожиданный вопрос девушки застал врасплох богатея, который удивленно раскрыл глаза.

— Тогда вашей стороной контракт может быть расторгнут без каких-либо условий. Мы не сможем выдвигать какие-либо претензии, — он смотрел на ее грудь и губы, — Но не думаю, что можно отказаться от таких денег. Хотя… — он выдержал паузу, — глядя на вас, понимаю, что ради любви можно отказаться от всего.

— Он прав. Ради любви к Джемме я готов отказаться от всего, — думал сейчас Адольфо.

— Тогда, господин Крисционе, — решительно произнесла Александра, — дабы разговор не был голословным, предлагаю прямо сейчас внести такие изменения в условия договора, чтобы по результатам игры его сразу подписать. Мы же деловые, законопослушные люди, — и, не давая что-либо ответить миллиардеру, открыла ноутбук, внесла соответствующие изменения в текст контракта, — А к вопросу суммы вернемся по результатам игры. Вы даете слово известного в мире успешного предпринимателя?! — Александра бросила ему вызов, пристально и серьезно глядя ему в глаза. И миллиардер с гордостью его принял.

— Даю слово мужчины! Но Вам придется сделать мне одолжение и сыграть со стороны Манчини, хотя уверен, вы не любите карты, — миллионер подошел и поцеловал ей руку.

— Я не делаю одолжений. Я делаю людей должниками, господин Крисционе. Не забывайте, я юрист, — она вытащила свою руку из его ладони, глядя на мужчину с нескрываемым высокомерием, — И где будет проходить игра?

— В соседнем зале, — произнес он, а сам обратился к Филиппо Манчини.

— Она очень уверена в себе и амбициозна, — сейчас его взгляд был направлен на девушку, от одной гордой осанки которой по его телу проходила приятная дрожь.

— С таким умом и красотой она может себе это позволить. Стоит это признать и не удивляться, — Манчини был серьезен и тоже смотрел на Александру.

— Господин Манчини, вы доверяете мне попробовать сыграть в покер? — девушка обратилась к своему боссу, — Не разочаруетесь во мне по результатам игры? — она повернулась и стояла лицом к Дону. И никогда не скажешь, что они близкие люди.

— Раз господин Крисционе поставил такое необычное условие, что играют юристы, попробуйте. Вы не сможете меня разочаровать, даже если проиграете. Вы таланливый юрист, а это главное для меня. А что касается контракта, если этот не подпишем, будут другие, более выгодные варианты, — Александра кивнула своему боссу и повернулась, чтобы пройти в игорный зал.

— Играть будете в покер с Джокером. Это один из старейших покеров, — проинформировал Крисционе обоих юристов, — Вы знакомы с картой Джокер, милая Александра? — Он обратился к девушке, снова взглядом «нырнув» в декольте.

А она подумала: «Вот еще одно подтверждение того, что ты, Фрэнк, частый гость в казино, именно там любят покер с Джокером. Раз так, то игру я тебе обеспечу не просто непредсказуемую, а с перчинкой, чтобы адреналин в твоем организме зашкалил».

— Видела. Это где на карте страшный шут? — она усмехнулась, а миллионер уже в душе праздновал победу.

— Господи, что она им сейчас устроит! — с восторгом подумал Адольфо, но все равно не переставал волноваться за Джемму.

Участникам еще раз напомнили условия и правила игры, и она началась.

И вот неожиданно для всех Александра, откидываясь на спинку кресла, с очень злым выражением лица сделала заявление.

— Прекратить игру! У вас, — она указала головой на юриста, с которым играла, — две крапленые карты: тузы треф и пик! Быстро карты на стол! — юрист бросил карты на стол и побелел.

— Господин Крисционе, — начала таким жутким тоном девушка, что внутри все сжалось даже у охранников с обеих сторон, — если это сделано намеренно, то вы сейчас же подписываете договор на наших условиях! Эту ситуацию принимаем как ваше поражение в игре, — ее тон и вид не позволяли перечить, она была категорична, и казалось, что этот ангелочек сейчас дернет чеку гранаты, — Никогда не подумала, что человек с таким именем в мире бизнеса пойдет на такую ничтожную подлость. Или вы так боитесь проиграть, что идете на шулерство?

— Я приношу свои извинения, — побледневший Крисционе не ожидал, что лучшего шулера, каким являлся его юрист, смогут разоблачить. И кто? Кукла, которая слабо знакома с Джокером? — Может быть, я сыграю? — сказав это, он увидел испепеляющий взгляд Филиппо Манчини, о суровости и жестокости которого знает весь мир.

— Нет. Именно вами было поставлено условие, что играют только юристы. Вы сейчас же подписываете договор или ставьте замену юристу — шулеру. Других вариантов не будет. Вы не можете сами играть, так как отклонили предложение Манчини об этом. Или вы только умеете бросать вызовы? — она наклонилась к нему максимально близко через стол, позволяя насладиться красотой своей груди и красивой шеей, а еще почувствовать аромат нежных духов.

— Хорошо, Александра. Вы правы. Я делаю замену, играть будет мой помощник, — и он жестом пригласил мужчину — ровесника Александры. И правильно рассчитали Джемма и Анджело, что именно его введет в игру Крисционе. Он этого парня тягает по всем играм, казино, натаскивая в шулерстве.

— Фрэнк, я в вас разочаровалась. Как можно успешному мужчине окружать себя картежными жуликами? — тот факт, что она назвала его по имени, сделал свое дело, миллиардер просто расплавился от удовольствия, а Адольфо уловил, как стало от ее слов не по себе разоблаченному юристу.

А Александра повернула голову в сторону юриста — шулера, измерила его своим холодным взглядом.

— Еще Аристотель сказал: «Единственное правило в жизни, по которому нужно жить — оставаться человеком в любых ситуациях», — вам следует это помнить, иначе такая игра может оказаться последней в вашей жизни, коллега.

— Чтобы мисс Александра во мне больше не сомневалась, предлагаю ей самой выбрать упакованную, абсолютно новую колоду карт и проверить ее на отсутствие крапленых, — сейчас на стол было выложено пять новых колод.

— Отлично, — Александра встала, посмотрела на колоды, взяла одну, сама ее вскрыла, а потом настроение Фрэнка, его юриста и нового игрока стало портиться. Девушка, как профессиональный крупье, начала тасовать колоду из 54 карт Рифл Шафл, при этом не смотрела на карты в своих руках. Ее взгляд был устремлен на Фрэнка, изменение выражения лица которого было очевидно для всех.

Причем то, как девушка тасовала карты, напоминая фокусника, сразу выбило из равновесия нового игрока со стороны оппонентов, им не давала покоя мысль, как эта кукла вычислила крапленые карты. По непонятным причинам девушка оказалась фартовой, удачные комбинации карт выпадали ей просто волшебным образом, к тому же, она подавляла психологически и даже взглядом противника, манипулировала им, как хотела. Парень на третьем часе игры сидел уже весь вспотевший и постоянно вытирал потные ладони. Александра блефовала так искусно, что этому могли позавидовать опытные игроки. Сама же девушка была мила, расслаблена, в меру кокетлива по отношению к Фрэнку, который с нее не просто не спускал глаз, а гипнотизировал. К удивлению всех ей в руки дважды за игру приходила дикая карта — Джокер. Но решающей стала со стороны Александры комбинация Роял-флеш: десятка, валет, дама, король и туз червовой масти.

— Игра окончена, — после этих слов Александра и ее противник откинулись на спинки кресел, а девушка закинула ногу на ногу и посмотрела на Крисционе, который давно понял, что его человек проиграет, что равной в работе и игре этой девушке нет, и как деловой человек он обязан подписать контракт на тех условиях, которые сам же и предложил, говоря об условиях игры. И сейчас он думал, что земля предков, наверное, не случайно организовала его встречу с Александрой и могущественным Манчини.

— Браво! — он хлопнул несколько раз в ладоши, — Александра, я восхищен! Давайте внесем, как я и обещал, в контракт новую сумму. Держу слово.

А пока Александра еще раз проверила все пункты контракта, внесла новую цифру в графу «сумма», которая на первый взгляд казалась просто заоблочной, но только если не знать, что это касалось нефтяного месторождения, Крисционе подошел к Манчини.

— Вам повезло. Такой бриллиант небеса людям посылают за что-то хорошее. Она нечто! Вы знали, что она хорошо играет?

— Никогда не интересовался, во что играет мой юрист. Вы не жалеете, что погорячились с новыми пунктами контракта и его суммой? — Филиппо был рассудителен и невероятно спокоен.

— Прошу учесть на будущее, а я уверен, что с этого контракта оно у нас будет и в других сделках, я держу слово и никогда не горячусь с предложениями.

— А как же крапленые карты? — Филиппо усмехнулся.

— За это приношу извинения, — рассмеялся Фрэнк, — С вами лучше не шутить, Филиппо Манчини. Больше такого не повторится.

— Извинения приняты. Будем играть в шахматы.

Александра и непутевый юрист — шулер пригласили своих боссов на подписание и заверку контракта.

— Александра, прямо в присутствии вашего нынешнего босса предлагаю работать у меня юристом. Любые условия, любые деньги, недвижимость в любой точке мира. Только соглашайтесь. За шулера приношу и вам свои извинения, не держите зла.

— Господин Крисционе, в лице господина Манчини вы приобрели надежного и порядочного партнера. Поздравляю. Как гласит сицилийская мудрость: «Кто старое помянет — того громко помянут!» — все рассмеялись, но намек поняли, — Позволю себе произнести фразу, которой всегда отказываю на приглашение сменить босса: «Я своих не предаю и не продаюсь», — она мило улыбнулась и протянула для рукопожатия свою ладонь Фрэнку, который поцеловал тыльную сторону руки девушки.

— Мне бы таких людей в бизнес, — он протянул руку Манчини, — Вам повезло. Берегите Александру.

Джуди Митчел через сутки уже была в своей квартире в Америке.

— Привет. Я дома, долетела отлично, все хорошо, — она помахала рукой в видеокамеру.

— Уже скучаю. Отдохни перед работой.

— Сейчас приму душ и спать. Вещи потом разберу.

— Я люблю тебя, Джемма. Будь осторожна.

— Люблю тебя, мой Адольфо. Всем от меня привет. Пока, пока, — она подмигнула и сбросила звонок, отправила отдельные смс папе и дедушке.

Уже утром детектив Митчел в первых рядах приехала на работу, и практически сразу же ее вызвал к себе в кабинет капитан Мур.

— Отдохнула? — он внимательно смотрел на подчиненную.

— Да. Погода была отличной. А вот вам точно пора в отпуск, капитан. Синяки под глазами вас не украшают, выглядите старше.

Логан понимал, что она над ним издевается, но придраться к ее словам не мог. Сам видел в зеркале, что частые посещения ночных клубов с Бакстером не идут на пользу. Удовольствие на вечер и ночь, а отходит долго.

— Теперь твоим напарником не будет Дональд, он назначен моим помощником, — капитан смотрел на реакцию детектива, которой не последовало, — А могла бы ты занять это место.

— Боже упаси, шеф, быть с вами рядом. Вы Джокера какого-то получили, на этой должности ваш предшественник как-то загадочно погиб. Не хочу. Сами варитесь в этом котле загадок. Чертовщина в этом случае не поддается логике. Я лучше буду преступников ловить и дела расследовать.

— Можешь идти работать, детектив, — капитан смотрел на девушку, пытаясь понять причину ее равнодушия и найти подтекст в ее словах. Но у него это, как всегда, не получилось.

— Как гласит сицилийская мудрость: «Время от времени терпи дураков — можешь узнать что-то стоящее. Но никогда не спорь с ними…», — вспомнила сейчас Джуди и в душе оценила эти слова. В них есть определенный смысл.

— Ты слышала, — к ней в коридоре подошел Дональд, — три дня назад неизвестная группировка учинила расправу над членами банды «Бунтари» штата Южная Каролина? Капитан нервничает, чтобы на нашей территории не начался бардак.

— Не слышала, только вышла после отгулов. А как наш штат связан с Южной Каролиной? Кстати, установили, кто их уничтожил?

— Пока не знают, кто. Но на месте расправы нашли карту Джокера. А наш капитан ведь тоже такую получил, и Ронни Кларк, и я, — он напрягся от собственных рассуждений.

— Что же это за карта такая, наводящая страх и о чем-то предупреждающая? — Джуди сделала вид, что правда удивлена, — А кто-то еще в городе перед гибелью получал такую карту? Вы проверили, были такие дела? — она вопросительно смотрела на Дональда, который задумался над ее словами.

— Не проверяли. А это мысль, Джуди! — и он ушел быстрым шагом в кабинет криминалистической службы.

— Молодец, Фернандес, правильно все сделал с картой, — ехидничала в душе детектив.

Несколько дней Джуди работала в обычном ритме с новым напарником Вилсоном, которого перевели из отдела по борьбе с наркотиками из управления полиции другого штата к ним в убойный отдел. С ним они дважды выезжали на происшествия, парень не напрягал, но и особого рвения к работе не имел. И было в нем что-то, что заставляло Джуди присматриваться к парню пристальнее и постоянно держать его в поле зрения. А в какой-то момент она поймала себя на мысли, что новенький детектив заслан к ним. И вопрос кем и для чего, крутившийся в ее голове несколько дней, нашел свой ответ в самый неожиданный момент.

Детективы Джуди и Вилсон к концу первой недели совместной работы выехали по заявке о драке в подпольном спортивном клубе, который некоторое время уже был под наблюдением полиции из-за нелегальности организации смешанных боев. Драка возникла между болельщиками во время очередного боя, проходившего поздно вечером, в ход пошли биты, кастеты и ножи. На требования детективов немедленно прекратить конфликт на них тоже напали, но они успели вызвать подкрепление до того, как вступили в схватку с разъяренными болельщиками.

Вилсон оказался неплохим бойцом, причем рукопашный бой ему удавался лучше всего, а вот Джуди смогла в полной мере применить все свои уникальные навыки в карате, чем удивила и тех, с кем дралась, и Вилсона. Девушке удалось избежать нескольких очень серьезных ударов ножом, в результате чего три человека были ею прибиты ножами через одежду кто к стене, кто к полу, у двоих сломаны челюсти. Но если бы не группа быстрого реагирования, детективам пришлось бы сложнее выстоять 2 против пары десятков, а может и больше, человек, половина из которых была в состоянии опьянения, и не только алкогольного.

— И снова мы с вами, детектив, встретились под хруст челюстей, — Джуди узнала этот голос, сняла с себя маску, которую надела перед тем, как начать драться с конфликтующими, и улыбнулась. К этому моменту все задержанные были выведены из помещения подпольного бойцовского клуба и их загружали в полицейские автомобили.

— Доброй ночи, офицер. Сожалею, но сегодня без трупов.

— У вас очень злой юмор, детектив Митчел, — он протянул ей руку и пожал ее, снова по-отечески посмотрев, цела она или нуждается в помощи, — Дежурите? — на что она кивнула головой, — Не хотите тренировать моих бойцов, Джуди? — он смотрел серьезно, видно было, что не шутил, — Когда мы здесь появились, я видел вашу уникальную технику. Какой у вас пояс?

— Черный.

— Подумайте над моим вопросом и предложением, пожалуйста.

Детектив попрощалась с офицером и пошла искать своего напарника, который в этот момент стоял около служебного автомобиля.

— Ты цел? — Джуди знала, что он слегка ранен, но специально это будет скрывать.

— Все в порядке.

— Вилсон, будешь врать капитану о своем предыдущем месте работы, мне не стоит. Я знаю, что ты из «Латинских королей» и даже знаю, для чего ты в нашем управлении, — парень инстинктивно дернул рукой в сторону кобуры, но Джуди так на него посмотрела, что лучше бы она просто выстрелила, — Не делай резких телодвижений. Ты ранен и в больницу не хочешь из-за татуировки, ведь она у нас по делам проходит. Боишься разоблачения, — он кивнул головой.

— Как догадалась? — видно было, что парню даже стало легче, что Джуди все знает. Ему с первого дня некомфортно с этой девушкой. Она, как лазерный луч, казалось, видит все насквозь. И он не ошибся в своих ощущениях.

— Поехали ко мне домой, там займемся раной и поговорим.

Они сели в служебный автомобиль и приехали на нем к ее дому, около которого чуть в стороне стояли два тонированных автомобиля. И Джуди допустила, что это люди «Латинских королей».

— Проходи, не волнуйся, здесь никого нет, — Джуди помогла Вилсону снять форменную куртку, кобуру. Затем на просторной кухне, достав большой медицинский чемоданчик, надев стерильные перчатки, начала осматривать его рану от ножа, — Слегка задело, пару швов надо, и все будет хорошо. Сейчас сделаю укол и приступим.

Парень смотрен на Джуди внимательно, даже не морщился, когда она дезинфицировала рану, вводила обезболивающее.

— Джуди, вы еще и швы умеете накладывать?

— Умею. У меня есть среднее медицинское образование, могу даже хирургической сестрой работать. А что? Боишься? — она без всякой иронии посмотрела на Вилсона, а потом подмигнула.

— Нет. Не боюсь. Меня предупреждали, что вы необычная, но вот уже неделю я с вами и некоторым вещам поражаюсь. Как быстро вы меня разоблачили?

— На третьи сутки постоянного нахождения рядом. Ты рискуешь. У вас слишком приметная татуировка. В мужской раздевалке еще не возникло вопросов?

— Пока нет. Стараюсь с нашим отделом не пересекаться. Давай на «ты»?

— Без проблем. Я уже с тобой на «ты», — она усмехнулась и начала накладывать швы.

— Джуди, ты знала, что капитан продал дело «Бунтарей» и хотел тебя подставить в командировке?

— Догадалась. А еще хочет меня убить. Но продать дело — не значит избежать ответственности за свои проступки. «Бунтарей» вы ведь убрали? — она увидела его лицо, по которому поняла, что он не хочет давать ответ, — Можешь не отвечать, я знаю, что это вы. Мстите за гибель своих парней.

— Осуждаешь?

— Как бы странно это не прозвучало, но нет. Это ваша тема, главное, что Фернандес держит слово. Хотя в том, что произошло с мальчишками, ваша вина тоже есть. Но с этим вам жить. Какие могут быть осуждения?

— Не сдавай меня, хочу еще поработать. Есть дела, — он смотрел, как Джуди уже забинтовывала рану, сделав повязку.

— Даю слово. Не сдам. Но будь осторожен. Все. Мы закончили. Как самочувствие?

— Нормально, — он поправил майку, — Спасибо, напарник, — улыбнулся.

— Ты где живешь? Куда отвезти? — поинтересовалась Джуди.

— Давай сначала в отдел. Нам еще рапорты писать.

— Хочешь, я сама напишу, а ты езжай отдохни? Все равно твои люди у меня под домом сейчас, — она засмеялась, а парень повел рукой по волосам и усмехнулся.

— Джуди, у тебя глаз наметан на всех чужаков. Класс. Но сначала вместе напишем, потом поеду.

— Тогда погнали, коллега, — девушка открыла дверь, и они вышли из квартиры.

Пока ехали в лифте Вилсон поинтересовался, почему капитан Логан Мур так на нее взъелся, что решил убить.

— Как тебе сказать, я отказалась с ним встречаться, и он меня как коллегу предал.

— Подставил по делам?

— Нет. Знал, что в меня должны были стрелять и не предупредил, — от этого ответа у Вилсона сжалась челюсть.

— Джуди, скажи, почему ты сказала надеть маски перед тем, как войти в толпу дерущихся в клубе? Полицейские так не делают обычно.

— Во-первых, я знала, что ты из «Латинских королей», следовательно нельзя, чтобы тебя хоть кто-то опознал как члена банды. Сейчас ты полицейский. Во-вторых, в таких клубах, несмотря на запреты, все равно находятся те, кто снимает не только игру, но и драги, а потом выкладывает в Интернет. Зачем нам с тобой «светиться» перед своими и чужими. Гарантирую, что в информационном пространстве уже все «висит», причем выкладывалось онлайн. Приедем на работу, посмотрим.

— Я о таких вещах и не подумал.

— Вилсон, скажи честно, ты начинал учиться в полицейской академии?

— Курс отучился и выгнали. Так заметно? — он удивленно посмотрел на девушку.

— Только для меня, не волнуйся.

Когда они выходили из ее дома в районе 3 часов ночи, смеясь над историей, которую начал рассказывать Вилсон, у сидящих в машинах отлегло от души. Их человек не пострадал. За руль села Джуди, и они поехали в управление полиции, а автомобили их сопровождали.

— Убедился? — улыбалась Джуди, ставя стакан с водой и разведенным лекарством перед напарником, — Эти двое копов в масках популярны, причем лайков ролик насобирал много. Давай в каскадеры подадимся?

Вилсон поблагодарил, выпил лекарство и снова посмотрел в телефон.

— Блин, вот была бы засада, нас снимал кто-то с такого ракурса, что лица видны были бы хорошо и нас сразу узнали. Джуди, тут столько вопросов: что это за красотка-ниндзя в полиции, где научилась так наносить удары ногами, как зовут и где узнать ее телефон? А еще тьма телефонов твоих поклонников, чтобы красотка могла с ними связаться. Выбирай, напарница!

— Забудь. Лучше скажи, рапорты закончил писать?

— Да.

— Тогда дуй домой. Завтра выходной. Не забудь своим врачам показать рану. С ней все нормально, но на всякий случай.

— А ты? Не идешь?

— Уже вызвала такси. Подвезти?

— Нет. Ты знаешь, с кем я поеду. Спасибо тебе.

Они вместе вышли из управления, когда было уже 6 часов утра. Но каждый поехал в свою сторону.

Когда в Шарлотт было 6.00, в Италии 12.00. Уже больше трех часов Филиппо, Анджело, Адольфо и Густаво смотрели выложенные в Интернет записи массовой драки в американском подпольном клубе г. Шарлотт. Следующее видео — момент, когда появляются двое полицейских — мужчина и девушка, в черных масках, полностью закрывающих лица, пытаются утихомирить толпу, ну и сам момент драки этих детективов с большим количеством разъяренных болельщиков. Кроме того, все читали комментарии к видео, популярность которого росла с каждой минутой.

Никогда эти четверо не видели Джемму при исполнении своего долга при таких обстоятельствах. Сначала им не хотелось верить в то, что это их девочка. Но никуда не деться, свою Джемму они узнали, а Густаво подтвердил этот факт, поскольку именно он на протяжении нескольких лет тренировал и продолжает тренировать девушку в каратэ, он знает ее технику и особенности нанесения некоторых ударов.

Каждый из них понимал, что Джемма служит в полиции, и таковы будни этой службы. Но сейчас как-то остро осознали, что их веселая и любимая девочка ежедневно подвергается такой опасности.

После просмотра роликов сильно начал нервничать Адольфо. Трудно принять такие ситуации, ведь он сам видел, что несколько раз Джемма избежала опасных ударов ножом. А если бы у нее не было такой подготовленности, что тогда? Самые страшные картинки стали возникать в голове. Он встал, подошел к окну и посмотрел вдаль.

Но Адольфо был не единственным, кто так воспринял все увиденное. Филиппо стал суров, скрестил пальцы в замок и было видно, как сильно он их сжал. Густаво продолжал просматривать ролики, выключив звук. Возникшую напряженную тишину нарушил Анджело.

— Думаю, мне надо позвонить моей принцессе и узнать, как она поживает. Но раз у нас 13 часов, то там 7 утра, наверняка, малышка спит или на работе. Но все равно позвоню, — он начал набирать номер, но никто не ответил.

Джемма в это время, приехав домой, принимала душ и звонков Манчини старшего не слышала. И пока она сушила волосы, втирала мазь в плечо, на котором уже красовался приличный по размерам синяк, и бинтовала левую кисть, в Италии напряжение усиливалось. И вот через час Джемма сама перезвонила Анджело, а он включил громкую связь.

— Мое сердце, здравствуй, — начала с улыбкой разговор с дедушкой Джемма, сидя на кровати в своей комнате, — Прости, была в душе после дежурства, пропустила твои звонки. У вас все хорошо?

— Да, моя красавица, у нас все в порядке. А как у тебя дела? Как отдежурила?

— Анджело, если ты по поводу роликов в Интернете, то не волнуйся, все в порядке. Это была я и мой новый напарник, нормальная, штатная ситуация для полицейских. Такие задержания — частая вещь.

— Мы очень нервничаем. Ты несколько раз чуть не пострадала.

— Понятно, — Джемма устало выдохнула, — Папа, Адольфо и Густаво, я знаю, что вы в кабинете вместе с Анджело и включена громкая связь. Привет всем. Густаво, — обратилась она к мужчине, — успокой всех, пожалуйста, ты же видел большую часть драки, мои удары. Я могу за себя постоять.

— Джемма, малышка, здравствуй, — послушался голос Филиппо, — переходи на видеозвонок, — и судя по интонации, отшутиться от звонка и видео не получится.

— Привет поближе, мои дорогие, — все увидели уставшую Джемму, она улыбалась, укутавшись в плед, сидя на кровати. А она первым делом посмотрела на расстроенного Адольфо. Все ее поприветствовали, и снова заговорил отец.

— Джемма, мы волнуемся. Это ненормальное явление двум полицейским идти против разъяренной толпы. Ты могла пострадать.

— Пап, но не пострадала же. Моя работа не только расследовать дела, но и участвовать в выездах на заявки.

— Джемма, родная, — голос Адольфо был с нотками напряжения, — ты точно не пострадала? Только честно, — он знал, что девушка не соврет.

— Синяк на правом плече и ушиб левой кисти, больше нет повреждений, — Джемма сникла, подумав, что зря она перезвонила дедушке.

— Покажи плечо, — суровый голос Филиппо был крайне редко направлен в ее адрес.

— Папа, мне же не пять лет, чтобы показывать все свои ссадины и синяки. Не покажу, — она неосознанно надула губы, как делала в детстве, и от этой картины Филиппо в душе улыбнулся.

— Тогда завтра я буду у тебя.

— Это шантаж, папочка. Анджело, почему ты не на моей стороне?

— Я тоже хочу посмотреть на синяк.

— Ну и смотрите, — она спустила плед, и все увидели сейчас на все ее плечо синяк, — Мне он тоже нравится, — она старалась быть спокойной, а у Адольфо заныло в душе, была мысль приехать, забрать ее и увезти куда-нибудь подальше от полицейской работы, — Намазала лекарством, которым Густаво обрабатывал синяк на спине. Но я никогда на них внимания не обращаю, это просто синяки.

Филиппо стал совсем хмурый, в его глазах сейчас читалась злость на всех, кто прикоснулся к его дочери, и Джемма это поняла.

— Господин Филиппо Манчини, — ее голос был серьезным, как и вид, — У вас не получится наказать всех, кто ко мне прикоснулся. Они задержаны и сидят в камере управления полиции. И не говорите, что у вас были другие мысли минуту назад, — на что Дон только и мог сначала удивиться, а потом улыбнуться, — Адольфо, даже не думай меня забрать и увести подальше от моей работы. Я еще не закончила то, что должна сделать, — она послала ему воздушный поцелуй, — Густаво, ты гордишься своей ученицей, особенно моим приемом уширо маваши дзёдан? А еще я дважды использовала прием кидзами уро маваши дзёдан, и мне кажется, неплохо получилось, — Густаво показал жестом, что все было технично и правильно, — Анджело, ты просто меня любишь больше всех на свете. Дорогие мои мужчины, вы приняли тот факт, что я решила работать в полиции, поэтому прошу доверять моему инстинкту самосохранения. Я вас очень люблю. А теперь позвольте, я лягу спать, — ее нежная и уставшая улыбка конечно же растопила сердца мужчин.

— Все, спать, — сама себе сказала Джемма, как только завершился разговор, заворачиваясь в одеяло практически с головой, и через три минуты уже спала.

Но ведь не только Италия имеет доступ к Интернету. Все эти видео с дракой уже несколько раз просмотрел Алекс Харрисон, который не узнал Джуди Митчел, и Роберт.

— Слушай, Алекс, эта девушка из полиции — сущий дьявол, смотри, что она вытворяет с мужиками, лупит ногами, что они валятся с ног и отлетают. Не думал, что учат каратэ в полиции.

— В маске на ниндзя похожа. Круто дерется, — достаточно равнодушно произнес он и подумал, что так хочется увидеть детектива Митчел.

Но тут в кабинете появился начальник службы безопасности, доложивший о результатах выполненных поручений, а потом увидел, что Алекс смотрит видео с дракой в бойцовском клубе.

— Один из наших людей был там в качестве зрителя. Утверждает, что на видео детектив Джуди Митчел, — после этих слов Алекс и Роберт переглянулись, а у Харрисона сердце пропустило удар от нахлынувшего страха за девушку.

— Не ошиблись? Точно она? — переспросил Алекс, на что мужчина кивнул головой.

— Как наш человек сказал, она в драке просто нереальна. Вертушкой в воздухе наносит такие удары, что слон рухнет.

— Я поеду к ней, — Алекс решительно встал с места.

— Сядь на место! Ты и так все испортил в отношениях с ней. Дай девчонке отдохнуть, психопат! Не научишься держать себя в руках, отберу у тебя сына, допрыгаешься! — Роберт не просто злился, он перешел на крик, и Алекс опустился на стул, обхватив голову руками.

К моменту пробуждения, а проспала Джуди до 15 часов, предварительно отключив телефон, на нем было порядка 15 пропущенных звонков Элизы и около 30 от Моргана, пять раз звонил капитан Логан.

Пока обедала омлетом с ветчиной и пила кофе, позвонил Адольфо.

— Малышка, выспалась? — его голос был ласковым, спокойным.

— Проспала до 15.00, скоро как младенец перепутаю день с ночью, — усмехнулась Джемма, — А сейчас обедаю и завтракаю одновременно. Ты не сердишься на меня?

— На тебя сердиться не умею. Скучаю и волнуюсь очень. Если меня с тобой рядом нет, сложно быть спокойным. Люблю тебя, малышка.

— Я тоже тебя люблю и хочу на ручки, — она сказала это так мило, что Адольфо улыбнулся.

— Ну иди ко мне на ручки, все тогда будет хорошо. Я рядом.

— Спасибо, что позвонил. Я так счастлива, что мы вместе, Адольфо. Правда счастлива.

— Это истинная, взаимная любовь. У Эндрю Дэвидсона есть слова прямо про нас: «Если ты будешь очень внимательно слушать ветер, то сможешь услышать, как я шепчу о своей любви к тебе».

— У нас как раз ветер сегодня, — хихикнула Джемма, — и он мне уже эти слова передал.

АВТОР

«Я верю, что то, что тебя не убивает, делает тебя … страннее!»

Джокер

Алекс Харрисон больше двух недель был по делам организации в отъезде и сейчас в своем особняке возился с Энтони. Оба соскучились и уже больше часа катались по полу среди игрушек. Он еще не знал, что неделю назад объект его мечтаний навсегда покинула страну. В течение нескольких дней при мысли о Джуди у него тревожно сжималось сердце, и причину этого состояния он найти не мог. А тут еще сын, вечером укладываясь спать, словами «мама аааа» просил его спеть, что он фальшиво, но делал. И вот субботним утром он решил, что просто со стороны посмотрит на девушку, которая в районе 7 утра по субботам выходит на пробежку.

Вот уже три часа он сидит в машине под ее домом, но она не вышла. Тогда Алекс собрался с духом и поднялся на лифте на нужный этаж, постучал в дверь, которую открыл невысокого роста мужчина средних лет.

— Чем могу вам помочь? — его вопрос и само присутствие в квартире детектива ввели в растерянность Алекса.

— Я бы хотел переговорить с девушкой, которая тут живет.

— Вы о Джуди Митчел?

— Да.

— Так она съехала с этой квартиры. Расторгла договор аренды и вернула ключи. Я — собственник, — мужчина говорил, а у Алекса начала кружиться голова от внезапного волнения и ощущения потери важного человека в жизни.

— А куда выехала, не сказала?

— Нет.

Алекс сел в машину, и водитель увидел, что его лицо абсолютно белое.

— Шеф, плохо? Может в больницу?

— Нет, — ответил Алекс, — в офис.

— Что с тобой? Что-то с ребенком? — Роберт поднялся с места, когда к нему еле вошел его зам, да еще белый, как мел.

— Она съехала из квартиры, вывезла все вещи.

— На работе узнавал? — Алекс в ответ отрицательно покачал головой и сел в кресло, обхватив голову руками. Роберт сделал несколько звонков, потом они молча сидели минут 10, пока на телефон босса не пришло смс: «Уволилась неделю назад. Вылетела во Францию».

— Ну вот и все, — Алексу стало не хватать воздуха. Роберт налил ему виски, протянул стакан, но видя, как у зама тряслась рука, он поставил стакан на стол и сам сел на его край.

— И вот винить некого. Я сам все разрушил.

Алекс, находясь в практически в стрессовом состоянии, вызванном отъездом любимой из страны, понимая, что Джуди не дали нормально работать в этом ведомстве, начал мстить полицейскому управлению, но изощренно, руками своих же осведомителей стравливая руководство и личный состав, придавая эти распри огласке на уровне не только комиссариата полиции, но и администрации штата. А поскольку американцы — любители «смаковать» подобного рода новости, скандал в течение короткого времени вышел на всеобщее обозрение. И вот тут — то и стали известны подробности «заказных дел», суммы, уплаченные должностными лицами мэрии за непривлечение своих родственников к ответственности за преступления. В Интернете появились видеозаписи с камер скрытого наблюдения, где как раз и зафиксированы встречи и «диалоги» между реальными преступниками и руководителями некоторых отделов полиции.

Для себя же Алекс Харрисон решил, что без Джуди Митчел Америка стала его тяготить и пора возвращаться в Италию, включаться в дела Семьи и быть рядом с отцом, воспитывая сына.

— Любимый, я в гостинице, долетела отлично. Майкл меня встретил, — Джемма смотрела в камеру телефона и видела родное лицо.

— Джемма, малышка, как я рад, что ты скоро будешь в моих объятиях. Скучаю и сильно люблю.

— Я тоже соскучилась, любимый. Сильно, сильно. Только не смейся, но я по ночам часто ищу твою руку, чтобы обнять ее и уткнуться носом, — И как же приятно это было слышать Адольфо!

— Тогда и я признаюсь, ночью хочу тебя погладить по голове, а рядом пустота. Но скоро увидимся, принцесса. Какие планы на ближайшее время?

— Вечером пойдем гулять по городу, а завтра Майкл организует мою фотосессию с его макияжем. Это его мечта последних несколько лет. Надо друга порадовать. Потом вышлю вам электронной почтой лучшие фото.

— Хорошо. Отдыхай. Целую тебя, — Адольфо подмигнул.

— Папе и дедушке привет. Люблю их.

Фотосессия из шуточной переросла в профессиональную, снимков получилось много, и они впечатлили редактора одного из журналов, с которыми работала компания Майкла.

— Мелкая, начинай карьеру фотомодели, — он рассматривал одну фотографию за другой.

— Подумаю, дружище, — смеялась Джуди.

Пока Майкл днем работал, Джуди гуляла по городу и по его окрестностям. Помогало то, что она в совершенстве владела французским языком. А вечером они с другом где-нибудь располагались в уютном месте, ужинали.

До вылета в Италию оставалось два дня. Девушка, возвратившись с дневной прогулки, взяла у администратора ключ от номера и поднялась на свой этаж, открыла двери, а когда вошла, просто остолбенела. Перед ней стоял улыбающийся Адольфо, а весь номер был в цветах. Он открыл свои объятия, а Джемма с криками: «Любимый» пригнула к нему на руки. Оба не могли удержаться от страстного поцелуя.

— Как? Как ты здесь оказался? Я точно не сплю? — Джемма обняла его за шею и уткнулась в нее носом.

— Я не мог дождаться твоего приезда. Не могу без тебя, вот и прилетел.

Она, продолжая находиться на руках у любимого, начала целовать его щеки, лоб, подбородок, нос, причем быстро, смеясь, а потом нежно коснулась своими губами его.

— Джемма, это такое счастье обнимать тебя, целовать, быть рядом, — сейчас они стояли по середине номера в окружении цветов, обнявшись, — Моя малышка, родная, — Адольфо целовал ее макушку, гладил волосы, а она крепче прижималась к его груди, — Я заказал столик в ресторане, через два часа подъедет машина. Не откажешь мне в удовольствии поужинать с любимой девушкой?

— Ой! Как неожиданно и приятно! — глаза Джеммы просто светились от радости встречи, — Но у меня нет платья, не брала с собой.

— Выбирай, — он открыл шкаф, в котором висело три вечерних платья.

— Потрясающе! Адольфо, ты невероятен просто! — она поцеловала его в щеку и стала выбирать платье.

В одном из самых элитных ресторанов Парижа играла живая музыка, и только один столик был занят. За ним сидела пара влюбленных: Джемма и Адольфо. Он забронировал ресторан на этот вечер, чтобы никто не мешал им наслаждаться обществом и атмосферой.

Это был самый романтичный вечер в их жизни. Первый, но не последний. Вечер начала новой страницы в жизни каждого. Вечер любви, музыки, грациозности танца, исполненного ими, во время которого особенное тепло проникло в каждую клеточку их тел, сердца стучали так громко, что казалось они исполняют свою, особенную мелодию любви.

Когда прозвучал последний аккорд мелодии, под которую они танцевали, Адольфо нежно поцеловал руку своей любимой, потом выпрямился, глядя ей в глаза, и неожиданно встал на одно колено.

— Джемма, я люблю тебя. Ты стала для меня всем в этой жизни. Я прошу тебя выйти за меня замуж. Я сделаю все, чтобы ты была счастлива, и каждый день твоей жизни был полон любви, — и протянул коробочку с кольцом из платины с великолепным бриллиантом, сделанным на заказ по эскизу, который нарисовал лично Адольфо, помня, как еще лет 8 назад девушка мечтала о таком и в красках его описала брату.

Джемма стояла с улыбкой на лице, а из ее глаз покатились слезинки. Она протянула свою руку Адольфо: «Я согласна выйти за тебя замуж. Я люблю тебя».

Мужчина надел на руку любимой кольцо, нежно погладил ее по щекам, вытирая слезинки, а потом поцеловал.

Это была их первая совместна ночь, полная нежности, любви и трепета. Джемма и Адольфо стали одним неразделимым целым. Так началась первая страница их совместного настоящего, а дальше будет счастливое будущее, ведь они этого заслужили.

В уютном банкетном зале проходило закрытое мероприятие по случаю дня рождения Анджело Манчини. Приглашенных было немного — исключительно близкие друзья именинника, в числе которых Антонио Марино, прибывший со своим сыном Андрэа и внуком Энтони, которые вот уже несколько недель как переехали из Америки в Италию, чему несказанно был рад Антонио.

На небольшой сцене сидели несколько музыкантов, стоял рояль, играла легкая музыка. Когда в зал открылась дверь и в нее вошел именинник, а за ним шел Филиппо Манчини, держа за руку красивую и нежную девушку, с которой шел, скрестив пальцы рук, Алекс Харрисон онемел. Это была Джуди Митчел. Он не мог отвести глаз от нее, а у самого в висках стучал молот, стало как-то душно и сердцу тесно в груди.

— Ты чего замер? — Антонио удивленно смотрел на сына.

— Это любовница или вторая жена Филиппо? — задыхаясь от нехватки воздуха, произнес Алекс.

— Да что с тобой? Это ведь Джемма Манчини — дочь Филиппо и Эбигейл. Красавица. Просто глаз не отвести, — Антонио смотрел и наслаждался тем, что видит. А для Алекса в этот момент мир просто рухнул в космическую бездну. Он потерял не просто девушку, а саму Джемму, которой еще в четыре года обещал жениться и всегда быть рядом. Из-за растерянности он пропустил момент, когда Джуди взял под руку высокий мужчина, которому нежную руку дочери передал Дон.

К ним подошли Филиппо и Анджело, чтобы поприветствовать Антонио и Андрэа Марино.

— Ну, здравствуй Андрэа, — Филиппо внимательно смотрел на мужчину, понимая причины его растерянности. Тот протянул холодную руку и ответил на рукопожатие.

— Рады вас видеть, — Анджело тоже пожал им руки, — Прошу, — и именник жестом пригласил Марино пройти к столу.

Но в этот момент к ним подошли Джемма и Адольфо, держась за руки, что снова вызвало непонимание Андрэа. Он с рук этих двоих поднял глаза на лицо сначала девушки, а потом ее спутника, до сих пор не веря в то, что видит.

— Добрый вечер, господин Антонио, — Джемма обняла мужчину, а потом протянула руку Алексу Харрисону, загадочно улыбнувшись, а он крепко сжал ее руку своей.

— Здравствуй, Андрэа.

— Здравствуй, Джемма. Неожиданно встретились. Я не знал, что ты …

— Что я — это я, — девушка улыбнулась, — Познакомьтесь. Это мой жених Адольфо, — она чуть развернулась в сторону стоящего рядом с ней мужчины, который протянул сначала руку Антонио, а потом Андрэа. Мужчины внимательно и пристально смотрели друг другу в глаза. А Джемма оставалась расслабленной, нежной и гостеприимной.

— Мама! — с этими криками Энтони, одетый в костюм тройку с бабочкой, бежал через весь зал к Джемме, которая раскрыла ему свои объятия и наклонилась.

— Мой сладкий. Привет, — она расцеловала малыша, он попытался сделать то же самое, а потом своим лбом уперся в ее лоб, ласково взяв лицо девушки в свои ладошки, несколько раз повторив слово «мама». Картина была трогательной, но все уже знали ситуацию, ведь малыш гостил в этом доме, и отнеслись к ней с улыбкой.

Вечер проходил замечательно для всех, кроме Андрэа. В его сердце сейчас шла битва. Он проклинал себя за то, что не сдержал данное в 4 года слово быть всегда с Джеммой, что был эгоистом и неоднократно не послушал отца, съездить и пообщаться с ней. Мужчина не мог простить себе той несдержанности и грубости по отношению к Джуди, которыми навредил их отношениям и в результате потерял не только Джуди, но и Джемму. Но он до сих пор любит Джуди всем сердцем и чувствует вину за все, что произошло в их жизни. Сейчас он может видеть, какими влюбленными глазами, с какой нежностью смотрит на Джемму Адольфо, как трепетно его руки касаются девушки в танце, и как она отвечает ему искренней взаимностью.

В какой-то момент Джемма вышла на сцену, взяла микрофон. Она стояла как богиня, сошедшая на землю. Нежно-голубое платье от тонкой талии струилось волнами до самого пола, верх подчеркивал красоту осанки и груди, аккуратный вырез делал акцент на стройной шее и изящных ключицах девушки, а легкий макияж позволял насладиться ее естественной красотой, данной природой. Роскошные каштановые волосы крупными локонами лежали на ее плечах и спине.

— Анджело, мой милый Анджело, я хочу признаться тебе в безграничной любви. Ты — мое сердце. Ты всегда им был и навсегда им останешься. Я люблю тебя, — она поклонилась дедушке, послала воздушный поцелуй, — Мы с Адольфо обещали небольшой сюрприз. Так вот, сегодня для тебя, мое сердце, будет звучать музыка в нашем с Адольфо исполнении. Мы готовились, и надеюсь, что тебе и всем вам, уважаемые гости, понравится наше исполнение произведений любимого Анджело композитора Рольфа Ловланда, — она протянула руку в сторону Адольфо, который, улыбаясь, поднялся на сцену, поцеловал руку любимой и сел за рояль, а девушка достала из футляра свою скрипку. И зазвучала нежная мелодия «The Voyage». Присутствующие с наслаждением слушали музыку и смотрели на исполнителей. Маленький Энтони сидел на руках у Андрэа и не шевелился.

Затем Джемма и Адольфо исполнили «Hymn To Hope», и к ним присоединился один из музыкантов, играя на волынке.

Анджело сложил руки как на молитву и с восхищением смотрел на внучку, в руках которой скрипка превратилась в божественный инструмент. А Филиппо казалось, что на сцене его Эбигейл.

— Анджело, — внучка обратилась к дедушке, — я хочу сказать, что ты сотворил в жизни великое чудо. Ты подарил мне самого лучшего папу на свете, — Джемма послала воздушный поцелуй Филиппо, который его поймал и улыбнулся, — И если ты, Анджело, мое сердце, то папа стал моей душой. И в благодарность прозвучит мелодия «End Of A Journey».

И все время, пока Джемма и Адольфо играли, они обменивались нежными взглядами. Присутствующие никак не ожидали такой душевности и тепла от вечера, который с самого начала не был традиционным, а больше домашним, невероятно сердечным. И даже у мужчин от нежности слов дочери и внучки, от исполняемых мелодий подкатывал ком к горлу. Андрэа не был исключением.

— Папочка, — обратилась Джемма к отцу, — я знаю, как ты любишь маму. Твоя любовь стала образцом для меня. Ты эталон мужчины. Спасибо тебе, я безгранично тебя люблю, — она поклонилась отцу, положив руку на сердце, — И для вас с мамой прозвучит следующая мелодия «Frozen In Time».

Филиппо слушал и периодически закрывал глаза, наслаждаясь музыкой, и перед его глазами появлялся образ улыбающейся Эбигейл.

Потом Адольфо и Джемма спустились со сцены, папа и дедушка обняли их. Какое-то время снова звучали тосты. Под живую музыку Джемма с Анджело, затем с Филиппо исполнили несколько танцев. Ну а когда танцевали Адольфо и Джемма, они невольно заставили любоваться собой.

— У них особая любовь, проверенная временем, — сказал Филиппо, обращаясь к Андрэа, который стоял сейчас в стороне и не спускал глаз с этой пары, — Он ждал ее 19 лет, — продолжил Дон.

— На нашем вечере присутствует самый маленький гость — Энтони. Мы знаем, что ему очень нравится произведение «The Promise», которое сейчас и будет исполнено для него, — Джемма снова взяла скрипку, а Адольфо сел за рояль. А Энтони, сидя на стуле, послал девушке воздушный поцелуй и тихо сказал: «мама». Джемма поняла его слова и в ответ тоже послала воздушный поцелуй, что выглядело очень трогательно. Когда Адольфо начал играть на рояле, он посмотрел на мальчика, подмигнул ему, тот улыбнулся в ответ, сложил ручки на своих коленках и снова замер, сейчас уже глядя только на Джемму. Сейчас весь мир для этого ребенка был сконцентрирован в этом человеке.

А когда Джемма опустила скрипку, малыш начал хлопать в ладоши, подпрыгивая на месте.

Андрэа с несколькими гостями выходил на балкон, а когда вернулся, застал картину, от которой и так растревоженное вечером и атмосферой сердце заныло. Джемма, держа на руках его сына, танцевала вальс. А в конце танца прижала его к себе.

— Адольфо, не возражаешь, если я приглашу твою невесту на танец? — Андрэа подошел к стоящим рядом Джемме и Адольфо.

— Не возражаю, — Адольфо улыбнулся, а Джемма протянула Андрэа руку, и они вышли на центр зала к танцующим.

— Джемма, прости, что не сдержал слово, данное в детстве, — его сердце и голос немного дрожали от волнения. Сейчас в его руках та, которую он не уберег, не смог дать ей счастья и любви столько, сколько она заслуживает, — И спасибо, что не отказываешься от Энтони, он тебя любит, как и я, и любить будем всегда.

На его слова девушка подняла голову и сейчас они встретились взглядами. Это видел Адольфо, который доверял своей любимой, но все равно в сердце кольнуло, хоть он и не показал вида, продолжая общаться с одним из костей.

— Как можно отказаться от такого ребенка. Раз волею небес он считает меня своей мамой, а я не против, могу тебя попросить разрешить мне стать его крестной? Когда ты женишься, хотя бы не так сильно эта ситуация будет шокировать твою невесту или жену, — она улыбнулась, а Андрэа сильнее сжал ее ладонь в своей руке.

— Я буду счастлив, если ты станешь его крестной мамой. А насчет невесты и женитьбы, видимо, я свое отгулял или перегулял, раз высшие силы забрали тебя у меня, наказав, как я понимаю, за грехи. Буду, как и мой отец, воспитывать сына один. Но у него будет прекрасная крестная мама, любимая нами Джемма.

На этих словах стихла музыка, Андрэа поцеловал руку девушки, она грациозно ему поклонилась, и Андрэа подвел ее к Адольфо.

На следующий танец Джемма сама пригласила Антонио Марино, чему тот был очень рад, единственное сетовал, что очень давно не танцевал. Но напрасно он волновался, танец в их исполнении заслужил аплодисменты.

Гости стали просить Джемму и Адольфо еще что-нибудь исполнить, и они вышли на сцену, девушка сказала, что для гостей вечера прозвучит «Song From A Secret Garden». Присутствующие сидели за столиками и все без исключения были погружены в невероятно красивую мелодию. А еще всех поражало как Джемма и Адольфо чувствуют друг друга в музыке, как смотря в глаза. В их исполнении все звучало как-то по-особенному, может, потому что эти мелодии исполнялись по-настоящему любящими людьми, созданными, чтобы стать одним целым.

Приехав домой, только войдя в холл, Джемма подхватила под руки Анджело, и они закружились в танце под песню, напеваемую девушкой. Дедушка стал подпевать, а Филиппо, Адольфо и Густаво любовались этой картиной. А потом Филиппо сделал несколько кругов в танце с дочерью, затем Адольфо, который крепко держал свою любимую в руках и не отрывал от нее глаз. Джемма подошла к Густаво, и вот уже он кружится с ней в вальсе. Дом был полон счастья и веселья.

— У меня потрясающий день рождения, — садясь в кресло, сказал довольный именинник, — Спасибо вам, мои дорогие.

— Мое сердце, — Джемма села на подлокотник кресла и обняла за плечи дедушку, а он рукой гладил ее руку.

— Малышка, Энтони так и продолжает тебя называть мамой, — Филиппо немного смущала эта ситуация. Ему казалось, что такое положение вещей не должно устраивать Адольфо, хоть тот и не показывал вида. Сейчас парень просто с нежностью смотрел на его дочь, но казалось, что он о чем-то думает.

— Он слишком мал, чтобы его переубеждать. Но я сегодня озвучила Андрэа мысль, которую мы обсудили с Адольфо. Я предложила стать крестной матерью ребенка. Он согласился. Во-первых, не травмируем психику малыша, во-вторых, это не будет смущать в будущем подругу или жену самого Андрэа.

— Это выход. Адольфо, ты правда согласен? — Филиппо смотрел за реакцией парня.

— Конечно. Ребенок искренне любит Джемму. Может сама Вселенная так все решила? Малышка его спасла, два месяца с ним нянчилась, он тянется к ней, как к родной.

— А еще он каждый вечер просит Андрэа петь ему перед сном, как Джемма делала. Вот отец и пытается при отсутствии слуха петь, — усмехнулся Анджело, — Антонио говорит, что это выглядит очень забавно.

— А когда крестины? — поинтересовался Филиппо.

— Хотят провести их через две недели, в узком кругу.

Адольфо ждал, пока Джемма примет душ, стоя перед окном и глядя на звездное небо. Он так задумался, что не услышал, как малышка вошла в комнату. Отвлекся от мыслей только тогда, когда она подошла и обняла его со спины.

— Тебя что-то беспокоит? — Джемма поглаживала его живот своими ладошками и поцеловала его спину, от чего по всему тело разлилось тепло.

— Мне так хорошо рядом с тобой, что иногда не верится, что это не сон, — сейчас он развернулся и обнял ее.

— Не сон. Я рядом, в твоих руках. И так будет всегда, — она подняла голову, и сейчас Адольфо просто утонул в омуте ее зеленых глаз.

— Как же сильно я тебя люблю, Джемма, — он наклонился и начал нежно касаться своими губами ее.

Сейчас Джемма сидела на кровати и пыталась понять, почему загрустил Адольфо. Он явно был чем-то встревожен, и девушка решила, что, когда он выйдет из душа, не даст ему спать, пока не выяснит причину.

— Почему моя малышка еще не спит? — Адольфо вытирал полотенцем волосы и смотрел на такую милую девушку, сидящую по-турецки в плюшевой пижаме, скрестив на груди руки и надув губки. Он наклонился, поцеловал ее и удивился отсутствию реакции.

— Что случилось? — он сел на кровать и притянул ее к себе.

— Не скажу, — буркнула Джемма.

— Не доверяешь? — мужчина лег и уложил Джемму себе на грудь, как детеныша коалы.

— Обиделась.

— И на что моя прелесть обиделась? — он начал гладить ее по спине, целуя в голову.

— Ты скрываешь причину своего волнения после праздника. А мы никогда ничего не скрывали друг от друга, — сейчас она смотрела в его глаза, подбородком упираясь в его грудь.

— Не скрываю. Просто Андрэа так на тебя смотрел, он правда тебя любит. Наверное, во мне где-то ревность шевельнулась. А еще подумал, что было бы, если бы ты ответила не на мои, а на его чувства.

— Адольфо, глупенький, — она погладила своей ладошкой по его щеке, от чего он на секунды закрыл глаза от удовольствия, — Я стала твоей, потому что люблю тебя, доверяю, верю силе нашей любви. И пока ты тоже любишь меня, ни одному мужчине не удастся пробить стену нашего с тобой чувства. Открою тебе секрет. Мой первый поцелуй был не с Алексом Харрисоном.

— А с кем? — Адольфо заметно напрягся и удивленно поднял брови, продолжая гладить свою малышку.

— С тобой, господин Самоэль. Во время игры в покер. Вы поцеловали Каролину, слегка прикоснувшись к ее губам, глядя ей в глаза. И знаешь, в ту секунду меня как током ударило, я еле справилась, чтобы скрыть от окружающих те эмоции, которые в эту секунду пронзили душу. Если честно, мне захотелось, чтобы ты продолжил поцелуй. Представляешь, меня даже не смутило, что ты мой брат, — На ее слова Адольфо крепче прижал Джемму к себе.

— Не знал этого, малышка. Спасибо, что рассказала. Я тот момент тоже часто вспоминал. Особенно твои слова, сказанные мне на ухо, что ты не умеешь целоваться.

— И не думай больше об Андрэа или Алексе, как о том, кто может привлечь мое внимание. Мне важно, что ты меня любишь и столько лет ждал. Остальные — просто люди на жизненном пути. А Энтони — просто старший сын, посланный нам с тобой небесами.

— Джемма, моя маленькая Джемма, — он целовал ее лицо, — Ты стала всем миром для меня, — сейчас он склонялся над своей малышкой, всматриваясь в каждую клеточку ее лица, а она провела по его волосам рукой, притянула к себе и сказала на ухо: «Я хочу тебя, мой Адольфо», — и от искренних слов и желания любимой сердце мужчины застучало в разы громче и чаще.

— Если бы ты знала, как я этого хочу, — он с таинственным видом наклонился, и они подарили друг другу страстные поцелуи и такую же незабываемую ночь.

«Жизнь не зебра из чёрных и белых полос, а шахматная доска. Здесь всё зависит от твоего хода»

Джокер