Выбираем место

Знай свое место, женщина!

До того как сесть на коня и отправиться сражаться за жизнь, мы протоптали дорожки от церкви к кухне, от кухни к постели, потом в детскую, снова к церкви и дальше уже на кладбище.

Наш путь не пролегал по великолепным дворцам, красивым замкам или сверкающим бальным залам. Мы могли заскочить туда только по приглашению и на время. Для того чтобы пройти дорогой, которую до нас протоптали миллионы наших сестер: от церкви к погосту, через кухню и спальню. Иногда мы хотели сократить путь сразу до финального пункта. Нет ничего страшнее безнадежности. Ничего ужаснее уверенности в таком завтрашнем дне.

И мы сбегали с этого пути, оставляя в капкане отгрызенные ноги или кисти. Мы научились этому у волков и сами стали волчицами. Наши зубы окрепли так же, как характер. Наша доброта стала острой, как скальпель, и загрызть раненого волчонка, чтобы спасти остальных, мы можем так же легко, как прокусить горло врагу. Наши слезы спрессовались и превратились в кварц. Наша кровь застыла гранатовыми браслетами вокруг ран. И мы больше не хотим отвоевывать свое место у тех, с кем должны заниматься любовью и от кого рожать детей.

Наша война окончена.

Мы исследовали дальние берега, куда нас привозили как трофеи. Мы научились создавать уют на месте сожженных деревень и на костях своих родных. Нас брали с собой как обслугу, как инструмент для рождения новых воинов, как хранилище здоровых генов, как резервуар для слива злости и обиды. Нам всегда определяли наше место.

И мы привыкли подчиняться. Самые смелые из нас смогли выбраться из ямы только после того, как она наполнилась доверху телами принесенных в жертву. Легче быть смелой, когда до тебя кто-то уже лег на колючую проволоку. Наша благодарность безмерна. Наша память вечна.

Мы всегда были позади мужчин. Но одно дело — по традиции, чтобы мужчина принял опасность на себя. И совсем другое — по причине второсортности и обесцененности.

Мы привыкли уступать, не занимать много места, держаться в сторонке. Мы уже и не хотим вперед, потому что боимся. И это не было бы проблемой, если бы мы не потеряли главное — ощущение своего места в этом мире, где наша душа успокоится, а не упокоится.

Миф про спрятанную богами надежду будет нам ответом: она таится там, где человек не будет ее искать, — в душе. Наше место не снаружи. Оно внутри.

Как давно ты туда заглядывала?

Наше место было создано для нас. Уникальное, особенное, ожидающее именно нас, уготованное самой жизнью. Мы говорим о судьбе, карме, предназначении, тем самым принимая этот факт.

Женское место — особенное. Место, где душа чувствует себя дома. Но однажды нам предстоит покинуть этот дом. Мы должны отправиться на поиски любви. Мужчины сделают круг и, устав от сражений с драконами и ночевок в избушках ведуний, разочарованные, найдут свою любовь дома на перине, под которой спрятана горошина, подложенная мудрой матерью.

А что же мы, женщины? Наш путь совсем другой. Нам не надо отправляться в далекие края. Где вы видели путешествующую яйцеклетку? Это удел сперматозоида. Найти, проникнуть и понравиться, чтобы выбрали именно его. Заставить нас покинуть дом может только сильный голод. Голод по любви. И мы, взяв в охапку душу, в юном возрасте отправляемся искать для нее дом. Пристраиваем ее разным людям, ища в них мудрую мать.

Сытым счастливицам легко выбрать новое место или организовать мужскими силами стройку — достаточно только указать пальчиком с колечком. Такие женщины не живут с мужчинами без колечек, не выбирают декабристов и без домов не остаются. А голодные, не имеющие мудрой матери, попадут в замок Синей Бороды и, унося ноги, будут искать более безопасных владельцев недвижимости. Таким женщинам предстоит трудный путь, ибо выйти из брака с монстром можно либо искалеченной жертвой, либо став похожей на монстра. Из последних и получаются настоящие амазонки. Не многим удается остаться живой в душе и завершить свой боевой путь, убить внутреннего монстра и, залечив раны, подумать о доме.

Наша стройка начнется с поиска места. О нем остались очень смутные воспоминания, скорее даже ощущения в теле. Память о том, что когда-то и где-то мы чувствовали себя дома. Возможно, не в этой жизни, не в этой семье и не в этом теле.

Мастерская

Представь, что твоя душа — это дом. Подумай, в каком он состоянии? Как ты себя там чувствуешь? Тебе тепло, уютно? Есть ли в нем все необходимое для жизни и комфорта? Чувствуешь ли ты себя там полновластной хозяйкой? Знаешь ли ты все уголки своего дома? Какая там кухня, библиотека, спальня, рабочий кабинет?

А теперь представь себя гостем. Хочется ли тебе быть в этом доме? Придешь ли ты туда с подарком? Какие чувства ты испытываешь в гостях у хозяйки?

Счастливицам, которым ничего не захочется менять в увиденном, все-таки не стоит откладывать чтение этой книги — они найдут в ней много нового и полезного. Те же, кто обнаружит необходимость срочного вмешательства, должны отправиться в наше путешествие незамедлительно.

Подземная река

Что самое страшное может случиться с женщиной? Потеря любви? Семьи? Ребенка? Болезнь? Безумие? Нет. Самое страшное — потеря связи со своей женской природой, которая дает жизнь и приносит смерть. Это цикл Жизнь-Смерть-Жизнь, который женщина порождает и поддерживает. Это ее главное предназначение и смысл ее существования.

Одна моя подруга скучает в большом городе по ветру. Ветру степи, в которой она выросла. Она задыхается в своей квартире, и единственное спасение для нее — вспоминать об этом ветре и рисовать его в складках летящей юбки или развевающихся волосах танцующей красавицы. На картинах подруги видна ее непрожитая жизнь.

Другая подруга разводит на подоконнике зелень и разговаривает с ней. Зелень растет так буйно, что приятельница обеспечивает ею всех знакомых. И граммы земли, к которым она прикасается, когда ухаживает за своими растениями, — ее шанс на выживание. Крошечный участок земли, на который даже не поставить голую ступню, чтобы напитаться силой. Но это не дает ее костям усохнуть и наполняет их жизнью.

А третья по ночам вышивает картины. Сплетает нити в причудливые узоры, в которых нерассказанная история ее жизни рвется в мир.

Почему я пишу об этом? Потому что нам, женщинам, для полноценной жизни нужен источник. Но это не гламурная жизнь и не модная одежда. Не корпоративное пространство или руководящая должность. И даже не особняк и «полная чаша». Все это лишает нас связи с природой, а значит, с собой. И у этой потери есть цена — депрессия. Не просто потеря сил и смысла жизни, не просто плохое настроение и раздражительность. Гораздо страшнее. Попав в замок Синей Бороды, мы понимаем, что у нас есть только два пути — умереть, чтобы заново родиться, или смириться, чтобы так и не начать жить. То есть умирать медленно. Но и это еще не все. Если мы выбрали второй путь, то сами становимся чудовищами, порождающими чудовищ. Мы не можем не порождать. Это наша природа. Если в землю посеять зубы дракона, земля родит убийц. Так и мы, не имея возможности находить семена самостоятельно, не умея отличать гнилое семя от здорового, становясь от голода всеядными, порождаем то, что убивает нас и все вокруг.

Если все так ужасно, спросишь ты, то почему мир не трубит тревогу? Почему не объявлено военное положение по спасению жизни? Хороший вопрос. Я не знаю. Единственная версия (не моя, но я согласна) — потому что патриархальный мир не заинтересован в возрождении женского. Он столько лет его уничтожал, что забыл, ради чего делал это. Наверное, ради власти. Оказалось, власть не приносит счастья и любви. Но признать ошибку может только сильный. А потеряв связь с женственностью, мир потерял связь с силой. Он продолжает делать жалкие попытки найти ее в научно-техническом прогрессе, в космосе, да где угодно. Но каждый раз терпит поражение. И каждый раз, как упрямый подросток, не признает своих ошибок.

А что же мы, женщины? Мы забыли о своем предназначении и потеряли дорогу к источнику нашей силы. И только какая-то глубокая, едва осознаваемая тоска, накрывающая нас в моменты неудач, напоминает о родине, которую мы покинули. О душе. О своей женской природе, закованной в тиски правил и норм мужского мира. Подчинившейся сильному ради обещанной любви или из-за страха наказания. Замусоренной ложными мифами о нашем несовершенстве и темной сути. И, как заваленный отходами источник, наша сила ушла под землю. Эта подземная река все еще жива, но добраться до нее теперь непросто. Нужна смелость, чтобы встретиться с неизвестным. Нужна боль, потому что она главный мотиватор изменений. И нужна верность как частичка веры, не до конца уничтоженной враждебным миром.

Если у тебя есть перечисленное, осталось найти своего проводника, свою старуху в чаще леса, которая знает дорогу к подземной реке. Но не думай, что попасть туда легко. Тебя ждут серьезные испытания. И первое из них — сразиться с демонами, которые будут нашептывать: «У тебя все не так плохо», или «Главное — добыть чудодейственное средство», или «Нельзя нарушать правила и ходить в лес». У демонов много доводов, и иногда они могут говорить с нами устами близких людей. Тогда нам потребуется отчаянная смелость возразить. И сказать: это моя жизнь! Я буду делать то, что я чувствую, и буду ходить в лес. Потому что теперь я знаю, где искать ответы.

Думаю, ты уже догадалась, что нам предстоит не просто уборка, а настоящая перестройка. Очень понятное желание — все сровнять с землей большим экскаватором и сделать вид, что ничего не было. Но мы больше никуда не спешим и ни минуты лишней не ждем. Поэтому начнем с ревизии. Помнишь, как в сказках — прежде всего нужно отделить гнилое зерно от годного? Работа сначала кажется непосильной, но прибегают мышки, прилетают птички, появляются волшебные ручки, и работа спорится.

Но это для молодых девушек. Нам же я рекомендую вооружиться более серьезными инструментами. Кое-что придется резать. И иногда без наркоза.

Проводим аудит

Ревизия женского

Как это — быть женщиной? В поисках ответов на этот простой и одновременно сложный вопрос женщины готовы отправиться на край света. Мы не хотим оставаться в неведении.

Одно из важнейших женских качеств — умение различать — утрачено. Это приводит к всеядности. Голод (а потребность сравнима с голодом) не оставит нас, пока мы живы. И мы начинаем поиски. За годы мужской цивилизации мы привыкли доверять мужчинам, следовать за ними. Мы ищем у них совета, забыв, что сами являемся источником мудрости. К нам люди шли за советом, мы — старшие женщины.

А если сосуд пуст? И эта старшая женщина, как потерянная девочка, бродит по миру в поисках ответов на вопросы? Ищет авторитеты, советчиков и учителей. Это значит, что внутри нее — пустота. Поэтому нам надо срочно выявить дефицит в своих знаниях о природе женского и восполнить недостаток. Как? Об этом ты узнаешь в третьей главе, где речь пойдет о том, какими силами мы будем строить дом.

Нам пора многое узнать, и мы не боимся состариться.

Ревизия отношений

Все начиналось с них. Сначала с мамы и папы, а потом мы отправились искать отношения в мире мужчин или женщин.

Для женщин третьего возраста рубежом становится климакс — прекращение репродуктивной функции. Мы перестаем быть сексуально привлекательным объектом для противоположного пола, ведь уже не можем быть продолжательницами рода. Мотивов для серьезных отношений с женщиной у мужчины становится существенно меньше. Еще в прошлом веке можно было бы с уверенностью сказать, что их почти не было.

Но в последние годы все изменилось. Изменились функции семьи. Партнерские супружеские отношения теперь не обязательно подразумевают семью. Как де-юре, так и де-факто. Огромное количество разных форм отношений скоро будет окончательно легализовано, и придется переписывать гору учебников.

Вылетевшие из гнезда дети оставили нас наедине с партнерами, и оказалось, что мы незнакомы и не хотим узнавать друг друга. Статистическая волна разводов в поколении 50–60-летних смывает остатки иллюзий вместе с румянцем молодости.

Итак, детей рожать больше не надо, а сексом заниматься можно. Быть в браке не обязательно, а отношения могут быть построены на дружбе и партнерстве. Открывается много возможностей.

Чего точно нельзя допустить — жить без любви и уважения. Нельзя жить ради кого-то. Нельзя жить за счет себя. Лучше, конечно, одной, чем с кем попало. Но одиночество одиночеству рознь.

Чуть позже, в девятой и десятой главах, будем подробно разбираться с тем, чем любовь отличается от всего остального. Почему уединение наполняет, а одиночество опустошает. Зачем нам отношения с мужчиной, в чем смысл секса и может ли израненная душа лечиться любовью.

Ревизия семейной сферы

Отношения с родительской семьей могут быть настолько запутанными и отягощенными старыми обидами, что становятся настоящей западней. Кровь, конечно, не водица, но кто сказал, что не зелье?

Старые родители — это не маленькие дети. А как было бы хорошо. Заставил выпить лекарство или пойти прогуляться, и нет хлопот. А так, только и слышишь: «Я никому не нужен», «Скорее бы в могилу», «Ты настроила внуков против меня». Воскресные повинности поездок на дачу, ежедневные телефонные отчеты или попытки выяснить, матери плохо или просто у нее настроение испортилось, и еще несколько вариантов того, что в правильных книгах называется «родственная близость с пожилыми родителями». Место, где мы должны были наполняться материнским теплом и пирожковыми запахами родного дома, вполне может быть лишь ностальгическим сюжетом советских открыток.

Поэтому в пятой главе тебе предстоит ответить на вопросы: кто теперь главная женщина в доме и что это значит на самом деле? Ты узнаешь, как строить отношения с далекими и близкими родственниками. И конечно же, как проводить родителей и не уйти за ними раньше, чем положено.

Ревизия отношений с детьми

На этапе отпускания начинает рваться там, где тонко. Даже если дети еще не достигли возраста официального выставления за дверь, в мир, то наверняка уже к этому готовятся. Вылетевшие преждевременно будут подкидывать внуков и быстро убегать, чтобы мы не вернули им их же потомство. Позднорожденные будут удивлять продвинутостью и показывать всю остроту разности поколений.

А еще могут быть дети от других браков, законные и не очень, но одинаково жаждущие любви, денег и постоянной готовности матери прижать их к груди, напоить горячим чаем и выслушать страдания после очередного неудавшегося романа. И никто не скажет «мама, ты была права», зато будут жаловаться своим психологам, хорошо если оплаченным из их кармана. В противном случае нам придется платить еще и своему за то, чтобы он остановил порыв убить и чадо, и его наставника.

Для всей этой юной оравы больше не нужна детская. А что нужно — расскажу в седьмой главе.

Ревизия стаи

Еще один аспект — отношения с женщинами.

Эти отношения могут стать самым важным местом в жизни. Местом для удовлетворения потребностей в безопасности, наполненности, развития и духовности.

Возможно, твоя дружба больше похожа на мужскую встречу за пивом, где вместо машин и премиальных бонусов хвастаются тем, чьи туфли дороже. Это не женская дружба. Это больше похоже на поход за острыми ощущениями в опасное место, где ты лишний раз оттачиваешь боевые навыки. Искренние же отношения с подругами могут конкурировать с семейными и партнерскими. Если дети разъехались, а мужа нет, возможно, подруги — это те женщины, с которыми ты будешь «допроживать» свою жизнь. Это хорошее слово.

Есть ли у тебя такое сообщество? Чувствуешь ли ты это сестринство? Знаешь ли о его силе? Возможно, читая эти строки, ты предвкушаешь тему женской стаи. Иногда это может ощущаться как презрение или скепсис. Многих научили испытывать отвращение вместо удовольствия, вызывая в нас чувство стыда. Но правда в том, что в одиночку мы уязвимы. Какой бы силой ты лично ни обладала, ты должна понимать, что это никак не защищает от угроз мужского мира. Поэтому в восьмой главе мы спланируем отдельное пространство для встреч с подругами и узнаем, как их правильно выбирать.

Ревизия денег и реализации

Еще один аспект, ревизию которого нужно провести, — это реализация.

Важный вопрос — чем ты зарабатываешь? Вопрос, который в «третьем возрасте» становится острым, как стрела. Ему мы посвятим отдельную главу — шестую.

Если ты все еще уговариваешь себя:

— подождать, прежде чем заняться любимым делом;

— доработать на нелюбимой работе, пока дети не закончат школу или институт или муж не откроет свой бизнес;

— потерпеть, потому что страшно пробовать;

— продолжать работать тяжело, потому что деньги не даются легко,

то пора знать, что времени больше нет и для женщины неприемлемо заставлять себя. Мы делали огромную работу, когда растили детей. Долгие годы это было главным, даже если приходилось совмещать материнство с карьерой. Но теперь, когда дети выросли, областью нашей деятельности может быть только любимое дело. Если это не так, то придется заплатить высокую цену. И эта цена обратно пропорциональна той, которую женщина могла бы получать за результаты своего творчества. А именно творение является главной женской способностью, разве нет? И если мы не творим, то вытворяем. И расплачиваемся своим здоровьем, близостью и разбитым сердцем.

Знать себя

Кроме аудита перечисленных сфер нам предстоит заглянуть в те уголки женской жизни, куда обычно не пускают посторонних и куда мы сами заглянуть боимся. О таких уголках речь пойдет во второй и двенадцатой главах. Как хорошие хозяйки не пропускают мест скопления грязи, так и мы, не боясь испачкаться, должны сделать эту работу, потому что от нее зависит самое главное — жизнь.

Многие женщины делают такую ревизию спешно, поверхностно. Быстро пугаются, когда обнаруживают что-то непонятное или не обнаруживают чего-то важного, и срочно бегут учиться. А учиться на пороге третьего возраста не нужно. В привычном смысле. Учиться в юности — это наполнять себя новыми знаниями. Теперь же, когда мы наполнены, иногда «до краев», новое «некуда положить». Теперь важен другой ракурс: как я буду меняться и какие знания я буду брать — решать только мне. Нам, поколению амазонок, никто больше не указ. Это не значит, что мы не нуждаемся в новой информации или знаниях. Это значит, что наша ученическая позиция коренным образом изменится.

Мы должны знать себя так хорошо, чтобы легко определять, в чем конкретно мы нуждаемся в данный момент. Мы не должны больше спрашивать других о себе. Честно говоря, прислушиваться к мнениям о себе стоит в исключительных случаях и учитывать только мнение тех, кому доверяем. Мы больше не должны смотреть снизу вверх и заглядывать в рот разным гуру, учителям и всем прочим, желающим нас поучить. Хватит чувствовать себя неполноценными и недостаточно хорошими. Думать, что тебе надо себя как-то доделать или улучшить.

Никто не может знать нас лучше нас самих. И если ты еще не познакомилась с собой и не полюбила себя, то у тебя осталось не так много времени. Честно говоря, его и не надо много. Достаточно принять решение: я люблю себя такой, какая есть, и буду защищать себя и заботиться о себе, как самые лучшие мать и отец в одном лице.

Возможно, самое трудное, с чем тебе придется столкнуться на этом пути, — это принять себя такой, какая ты есть: со всеми ошибками и несовершенствами, со всем своим опытом, шрамами, потерями. Готова ли ты простить себя за свои ошибки, за потраченное впустую время, за неверные выборы и все то, за что ты уже с лихвой заплатила? Заплатила своим временем, болью, потерями. Набрасываем общий план

Третий возраст — самый долгий период из трех. И очень неоднородный. Его можно разделить на три условных этапа:

1. Предклимактерический и климакс (45–60 лет) — активный период.

2. Постклимактерический (60–75 лет) — спокойное время.

3. Период уединения (75–80 и далее) — время созерцания.

Эти цифры очень относительны и зависят от индивидуальных особенностей женщины, важно увидеть последовательность в наступлении этих периодов. На метафорическом уровне их можно определить как три ипостаси: Царствующая королева, Королева-мать и Королева-отшельница.

Царствующая королева

Тебе 45, и однозначно ты — ягодка.

Слегка перезрелая, немного подсушенная, но яркая и привлекательная. Ты не готова больше висеть на ветке. А вино из изюма — не для любителя, а для профессионала.

В тебе столько ресурса, что время устроить предновогоднюю распродажу. Со склада своего опыта ты щедро раздаешь оптом в протянутые руки бесценные дары. Не торгуясь. Еще чуть-чуть, и товар может стать залежалым. Тебе надо освободить место для себя. Для новых опытов, новых людей и ощущений. Перестать быть складом опыта — теперь ты завод по его производству.

В тебе, как в волшебном сосуде, происходят превращения. Попадая в него, все становится новым. Ты и сама не знаешь, во что превратится случайная встреча или как изменится человек после общения с тобой. В этом есть доля риска и много возбуждения.

Ни с чем не сравнимый зрелый азарт опытной охотницы наполняет кровь пузырьками. Никаких больше бабочек в животе — протеина мало, одна пыльца на стенках желудка. Это все в прошлом. Теперь важны умение ждать, точный бросок и быстрая смерть жертвы. На самом деле новой жизни не бывает без предварительной смерти. Тебе пришлось похоронить иллюзии, чтобы родилась правда. Убить надежды, чтобы создать настоящую близость. Ты уже знаешь, что смерть — это всегда начало нового.

Опыт потерь дал тебе знание, что иногда лучше раньше освободиться самой, чем ждать, пока тебя бросят. Хотя ты уже в курсе, что это невозможно. Невозможно бросить того, кто держит себя на руках.

Первая треть третьего возраста — это период активности. Не тревожной суетливости, невротической беготни или поиска правильных решений. В первой трети женщина уже опытна, знает цену себе и отношениям. Она умеет отличать истинное от ложного, ей больше не надо ничего никому доказывать. Цели достигнуты, амбиции удовлетворены.

На работе она важна, в семье нужна, для себя — главная. Родители еще в состоянии себя обслуживать, дети уже готовы вылететь из гнезда и ждут «волшебного пенделя». Здоровье на уровне, потому что оно в фокусе внимания, внешность — тоже. Свой стиль найден, и поэтому она не боится изменений. Ее предпочтения теперь не оспаривает ни она сама, ни другие. Конфликты детства проработаны, гнойники вырезаны, шрамы носятся как ордена или забиты модными татуировками.

Это прекрасное время. Уже не хочется вспоминать о неуверенной молодости, о разбитом сердце, о ненужном сексе с ненужными мужчинами. Тело перестало быть инструментом для работы, оно становится храмом, в котором живет Богиня. Больше не надо бегать по городам и весям в поисках гуру, которые дают ответы только на свои вопросы.

То, что написано выше, — это план. Возможно, ты себя пока в нем не видишь. Сравнение поможет составить список незавершенных дел.

Королева-мать и Королева-отшельница

И вот он пришел, климакс. Тоже не мгновенно. У нас было время подготовиться. Затухание происходит постепенно, но, как зима, приходит неожиданно. Готовилась ты или нет, придется выделить время на принятие этого факта. И хотя мыслей рожать детей не было уже последние лет пятнадцать-двадцать, почему так неуютно? Почему хочется молчать, а не кричать и праздновать? Если мама не праздновала с тобой первые месячные, то тебе и в голову не придет праздновать климакс.

В постклимактерическом периоде ты незаметно превратишься в матриарха. Матриархальность никуда не делась, так или иначе закрепившись в нашем бессознательном. Особенно она проявляется в тех семьях, которым удалось сохранить отношения внутри. Чаще всего сохраняются кланы, в которых работает простая схема. Это ранее активно работающий, статусный альфа-мужчина, а ныне вышедший на пенсию отец, зависимый от женщины — хранительницы рода, матери, которая его условно «усыновила». В редких случаях это может быть одинокая сестра.

Такие отношения мы видим у южных народов — в их семьях сразу понятно, кто в доме главный. Женщина в такой семье распределяет все ресурсы.

Материнская функция в позитиве проявляется ролью «женщина — мать всем, мать Земля», а в негативном — в патологическом симбиозе, когда она цепляется за детей. Страх одиночества присущ только тем, кто путает его с уединением.

Уединение — это очень важный процесс и возможность. В уединении можно узнать, кто ты, чего хочешь, обрести свою силу и вернуться в жизнь осознанной и центрированной. Такое часто происходит с женщинами после развода, если они правильно прожили этот этап. Но женщина не может жить в уединении весь период третьего возраста, особенно его первые две трети. Она должна быть старшей женщиной рода до тех пор, пока ее дочь не перейдет в климактерический возраст и не возьмет на себя эту функцию.

Уединение — последняя треть жизни, которая ближе к смерти. Она про уединение, но не про одиночество. К такой женщине приходят те, кому необходимо общение душами: за советом, исповедаться, получить напутствие, благословение.

Перескочить из возраста в возраст, не пройдя предыдущий, невозможно. Тысячи женщин-детей, женщин-подростков, женщин-дев стареют нелепо и уродливо. Незавершенные этапы превращаются в воронки, куда утекает энергия. Их приходится прикрывать. Но мы же знаем, как выглядит прыщавое лицо под толстым слоем макияжа.

Кризис середины жизни и кризис третьего возраста

Современная психология, в основном созданная мужчинами, рассматривает кризис середины жизни как общий для всех. В работе с этой темой я получаю очень сильный отклик от мужчин, их действительно волнует эта тема. А вот женщины теряются, как будто никак не могут примерить это на себя.

И не зря. Кризис середины жизни очень социальный. Он напрямую связан с реализацией, с переходом от выполнения ожиданий общества к собственным потребностям. Для мужчины это очень актуальный вопрос: «Как я состоялся в этом мире? Занял ли я достаточно надежную позицию? Где в социальной иерархии я нахожусь?»

Мы же в возрасте 35–45 лет — в самом расцвете сил. Но попытка оценить успешность женщины только через материнство, к сожалению, пока самая популярная. Большинство женщин все еще живут по этим нормам: сначала мать-жена и только потом человек. То, какая она мать, для нее важнее, чем то, кем она работает.

Веками мы жили под лозунгом «семья для женщины — главное». Последние десятилетия разрушали этот лозунг. Все больше женщин в силу разных обстоятельств не создали семью, не родили детей. И далеко не всегда этот выбор был вынужденным. Все чаще он осознанный, и все больше женщин реализуют себя в чем-то другом, при этом не чувствуют себя неполноценными, как это было раньше. Они создают и взращивают проекты, сохраняют и передают знания, воодушевляют и сопровождают других и делают еще много женской работы в многообразном мире.

Мы не вписываемся в планы мужского мира, хотя тысячи лет приспосабливались. Но наши тела и души продолжают жить по древним природным циклам. И мы больше не можем их не учитывать. Когда завершается репродуктивный возраст и тело начинает посылать нам сигналы, тогда и приходит время подвести итоги прошедшего периода, чтобы войти в следующий с готовностью и ресурсами. И именно это время может стать серьезным кризисом. Что мы не успели? От чего из намеченного отказались, потому что передумали? Что ждет нас в этом новом цикле? Движение вверх или вниз?

Любой переход в новый этап жизни становится проверкой того, как решены задачи предыдущего. И если для мужчин главный переход наступает на середине пути, то мы живем по другому ритму и измеряем этапы по другим критериям. Наша успешность не в карьерных или материальных достижениях, а в реализации предназначения и продолжении жизни в самых разных ее проявлениях. Именно поэтому мы будем говорить о наших женских проблемах, оценивая их не привычным мерилом мужского мира, а инструментами жизни, смерти, любви и вечности.

Итак, мы будем строить наш новый дом в лесу, подальше от городов. Возможно, в прямом смысле. Прислушайся к себе, разве тебе не хочется утром выглянуть в окно и увидеть сову на ветке ели или кроны берез? Вожделенный для многих вид на море никто не отметает, но большинство из нас живет далеко от морских берегов и вовсе не собирается покидать родные просторы.

Символически — жить в лесу — это быть в центре своей души, там, где живет ведьма. Где все знания доступны и ответы на вопросы получить легче всего. Это значит переместиться внутрь себя — туда, где спокойно и тихо. Где живет мудрость.

Все это возможно только при одном условии. Если женщина в контакте со своей природой и знает свое предназначение. Если она вылечила свои раны и смогла по-настоящему простить себя, если она освоила и полюбила свою силу. Если научилась уважать мужскую природу.

Мастерская

Вступая в третий возраст, как на порог своего нового дома, спроси себя: понимаю ли я, что перехожу в новую, длительную часть своей жизни? Что я знаю об этом новом периоде, примеряю ли я его на себя, какие чувства я испытываю?

Вижу ли я отличия? Возможно, изменения уже давно начались? Осознаю ли я эти перемены? Нравятся ли они мне? Нравлюсь ли я себе сейчас?

Чем это грозит моему телу, душе, эмоциям, отношениям?

Есть ли у меня новые навыки? Что нужно уметь и что нужно знать из того, что понадобится мне теперь?

Что мне нужно нести с собой как инструмент, а что я могу в любой момент взять, протянув руку? Имею ли я право это взять? Каковы мои права? Какие мои потребности удовлетворены, а какие нет?

Может быть, я боюсь этого периода. Возможно, я предвкушаю что-то особенное. А может быть, я чего-то жду? Вижу ли я разницу между своими ожиданиями и иллюзиями?

Остановка

Мы остановились, чтобы понять, где находимся, приняли решение и определили место для нового дома. И тут что-то произошло. Остановка после многолетней скачки — шаг верный, но у него есть последствия.

Я никогда не забуду свой первый женский тренинг в Москве. Четырнадцать участниц — молодых успешных женщин, в основном приехавших из провинции и состоявшихся в столице, были похожи на красивых сильных кобылиц. Они мчались вперед, не чувствуя боли от застрявших в их телах стрел, куски плоти держались на коже чудом, а запекшаяся кровь создала причудливый рисунок на их белоснежных спинах. Я понимала, что мне надо их остановить. Даже решившись на участие в тренинге, они все еще пытались нестись дальше: опаздывали, задерживаясь на работе, отвлекались на телефонные звонки. Это сейчас участницы оставляют мобильные за кругом, да и тренинг давно уже проходит за городом, вдали от суеты. А тогда, в начале нулевых, тренинг был редкостью, а участие в нем — признаком успешности.

Двое суток я не могла спать от напряжения и усталости. А потом участницы остановились. И это было ужасно.

Обезболивание в виде постоянного движения закончилось, и женщины почувствовали всю боль своей израненной души и вонь от застарелых ран. Они выли и задыхались, так что двое предыдущих бессонных суток показались мне раем.

Когда женщина, чьи слезы никто не видел двадцать лет, открывает свои раны в присутствии других, это покруче самых жестоких сцен из фильмов про войну. Но именно это и есть героический поступок. Не срубленные головы врагов, не осада крепостей и даже не оборона родных городов. А встреча со своей болью и открытие своей уязвимости. И если раньше это касалось исключительно мужчин, наученных скрывать свои чувства, считая их проявление слабостью, то теперь в мир пришло несколько поколений женщин, не уступающих мужчинам в этой псевдосиле.

И вот эти израненные души рухнули рядом со мной, а я, наученная Бабой Ягой, в первую очередь достала мертвую воду. Ибо последовательность именно такая. Живая вода не воскрешает без мертвой. И если поторопишься — навсегда загубишь. Те, кто пытается простить своих обидчиков раньше, чем пережили обиду, гнев, вину, печаль, страх и другие чувства, «накладывают гипс» на открытую рану, не удалив осколки, не продезинфицировав, не вырезав мертвую ткань.

Это самая трудная глава всей книги. Глава, в которой мы будем оплакивать наши потери и хоронить части себя. Те части, которые «умерли» в боях с врагами, любимыми, случайными и дорогими людьми. Помнишь, что в сказке про Синюю Бороду самым страшным местом была комната, в которой хранились отрубленные головы его бывших жен? Символически каждая из них — это часть новой жены, то есть часть нас самих. За время боевых странствий мы пережили много травм и потерь. И каждый раз, прощаясь с кем-то или чем-то, мы прощались с частью себя. Есть потери, напоминающие смерть, — они необратимы. Мы никогда не вернем не только драгоценное время нашей жизни, но и навсегда утрачиваем чистую, красивую, талантливую часть своей души, по которой нам остается только тосковать. Конечно, вспомнив о себе, можно начать петь и в 60 лет, если бывший муж и житейские трудности не позволили делать это раньше. Но певческой карьеры уже не построить, не получить бонусов в виде радости и удовольствия, которые сопровождают женщину, вовремя раскрывшую свой талант. В этой мрачной комнате с трупами лежат наши мечты, доверие к миру и людям, уверенность в себе и еще много наших частей, без которых придется дальше жить. Что-то в третьем возрасте мы восстановим и оживим, а что-то придется захоронить и попрощаться с этим навсегда.

Жизнь-Смерть-Жизнь

Давай поговорим о женщине и смерти. Начнем с крови. Для древнего мужчины женщина кровоточащая — нонсенс, потому что кровь, рана и смерть — это прямая последовательность. Не было антибиотиков, других лекарств, и если рана кровоточащая, то риск умереть был очень высок. И когда женщина регулярно раз в месяц кровоточила и не умирала — это поддерживало идею о ее божественной сути, о тайном знании смерти, о том, что женщина со смертью на «ты», в родственном контакте с этой непостижимой силой. Потом психоаналитики расскажут о том, что так проявляется страх матери, страх женщины, имеющей отношение к рождению новой жизни, а значит и к смерти. Образ зубастой поглощающей вагины — вот мужское представление о выходе в жизнь. Это место перехода от небытия к бытию — опасное и очень мощное. Кто решает — кому пройти, а кому нет? Люди до сих пор испытывают древний ужас на этой границе. Ужас и благоговение перед величайшей тайной появления жизни. А мы, женщины, «носим это место в своем теле». И не должны быть в ужасе. Мы должны быть готовы.

В современном мире из цикла Жизнь-Смерть-Жизнь выпала смерть. И жизнь осиротела наполовину. Символически процесс смерти означает «завершение». Завершение какого-то цикла. Это постоянный процесс, с которым мы сталкиваемся все время, потому что жизнь состоит из начала, кульминации и завершения. В алхимии это альбедо, рубедо и негредо — белый, красный, черный — три процесса, из которых состоит весь цикл, и смерть — часть этого цикла. Завершение чего-либо — это умирание.

Современная цивилизация относится к смерти очень неуважительно. Из страха. Страха боли, страха стыда, страха не получить того, о чем мечтал. Несмотря на активно развивающуюся медицину и науки о продолжении и сохранении жизнедеятельности. Мы справились с детской смертностью, но столкнулись с вирусной опасностью. Мы думали, что победили бактериальные инфекции, но стремительно строим онкологические центры. Может быть, дело в том, что, жизнедеятельность — это про тело, а не про душу? А душа — та самая половина, которую мы потеряли?

Постоянное упрощение стало основной стратегией адаптации в обществе. Сколько бы неона ни появлялось на улицах, в нашей голове все становится черно-белым. Исчезающие цвета и оттенки стерилизуют и убивают живое. Современный мир так боится боли, что лекарства теперь делают сладкими, а гипс накладывают на незалеченные раны. Мир пропитался хэппи-эндом, отказываясь видеть последствия игнорирования смерти в виде неуправляемых вспышек агрессии, расстрела одних мирных школьников другими, неистребимого терроризма, бессмысленного и беспощадного.

На примере круга привязанности отчетливо виден жизненный цикл любых взаимоотношений. Круг привязанностей начинается с первой встречи с другим. Встреча перерастает в отношения, а затем в привязанность, которая рано или поздно заканчивается. И перед новой встречей есть этап, без которого новый контакт невозможен. Точнее, контакт возможен, а полноценные отношения и привязанность — нет. Это этап горевания, траура по прошлому. Для возникновения новой привязанности нужно завершить прошлые отношения. Иначе это похоже на попытку вырастить новое дерево, не выкорчевав пень.

Расставания неизбежны, а потери заложены в программу жизни. Чтобы справляться с ними, мы можем печалиться, горевать, тем самым освобождаясь от боли. Но есть потери, которые требуют много ресурсов и иногда становятся похожими на незаживающие раны, на гниющий, трухлявый пень, который больше не даст расти ничему новому, а будет только отравлять все вокруг.

Основная потеря в первые годы жизни — потеря любви матери. Любви, на которую рассчитывал и не получил. Для этого не обязательно бросить ребенка, достаточно не быть с ним эмоционально близкой. Может быть много причин. Но мало оправданий.

Этой ране трудно затянуться из-за недостатка психических ресурсов. Но мы можем получить поддержку от других людей, и это будет тем самым недостающим ресурсом. Проблема возникает в случае недостатка сторонней поддержки. Может быть, вокруг нас не было таких людей, которые догадались бы о нашей потребности. Но это только в детстве. Потом, во взрослой жизни, выбор людей, с которыми мы можем почувствовать себя любимыми, увеличивается.

Тогда почему же рана не излечивается? Потому что нам и в голову не приходит, что другие могут дать нам поддержку. Мы не верим и не просим. И тогда боль становится хронической. Боль от потери любви матери превращается в депрессию. Неясную, смутную, вязкую. Каждый раз, при новой потере, боль усиливается.

Мы ищем способы ее заглушить. Работа, отношения, алкоголь, увлечения, спорт, еда… Их много. Но мы знаем, что любое обезболивающее действует не вечно. И тогда остается самое сильное обезболивающее средство — смерть. Универсальный анальгин. И не обязательно это будет прямой суицид. Можно умереть скрытно. Болеть и не лечиться, уставать и не отдыхать, игнорировать опасности, лезть на рожон.

Хочется логично возразить: а может, просто начать лечить депрессию? Но ведь это страшно, стыдно, долго и без гарантии. Умереть легче. Но тогда не надо обманывать себя, что депрессия — это не самоубийство. Это оно.

Сила не в том, чтобы игнорировать боль. Это трусость. Сила в том, чтобы признать ее и рискнуть справиться, приняв помощь.

Горевание

Умение прощаться воспитывается с детства. Наши первые знакомства со смертью через расставание с тем, что или кого мы любим, нуждаются в сопровождении взрослых. Когда Таня громко плачет, из-за того что уронила в речку мячик, мама должна объяснить ей важные вещи про жизнь. Про то, что иногда мячик из речки не достать и он может утонуть. Что чувство, которое она испытывает, — это печаль, что плакать правильно и можно будет купить новый мяч. Он не будет полной копией прежнего. Но так устроена жизнь.

Огораживать детей от ритуалов горевания — значит лишать их опыта проживания важных сильных чувств. А девочек лишать возможности стать женщинами. Теми, кто будет давать жизнь, а значит и уважать смерть.

Современный мир вытеснил смерть на задворки. Горевание не приветствуется в мире, где ты должен быть радостен и успешен. Люди, столкнувшиеся с потерями, смертями, оказываются в изоляции и подвергаются саморазрушению из-за невыраженных чувств. Ведь процесс горевания — это не только печаль, но и вина, и гнев, и страх, и стыд.

Чем больше город, тем меньше возможности остановиться, потому что оплакивание требует особых условий. Уединенности, внимания к деталям, тишины, какой-то особой возвышенности и уважения к этому процессу. Это уважение к смерти.

У разных народов разные культуры оплакивания. Где-то вешают на дверях табличку, что здесь умер человек и можно приходить и выражать соболезнования, или, наоборот, посещения нежелательны. В жизни самые торжественные события — рождение, свадьба и похороны. Они равноценны по степени торжественности, по вложениям, по эмоциональным и финансовым затратам.

Оплакивая девичество перед свадьбой, невеста совершает важнейший ритуал. Она хоронит свою прошлую жизнь, наполненную свободой и радостью, расстается с юностью и беззаботностью. С тем, что больше никогда не будет присутствовать в ее жизни в том же виде. А может, и уйдет навсегда. Это тяжелые чувства, но необходимые для того, чтобы встретить новое и сохранить опыт прошлого. Не багаж воспоминаний, а именно прожитый, осмысленный опыт, как один из источников мудрости.

Есть много разных ритуалов инициации. Например, при переходе из девочки в девушку. Я устраивала праздник для своих дочерей при первых месячных — очень личный, интимный, без шумных компаний. Я дарила им золотые сережки с драгоценными камнями, которые символизировали ценность девушек для это мира в новом качестве.

Я думаю, что нам тоже нужен ритуал при переходе в третий возраст. Для каждой из нас — собственный. Подруга рассказала мне о том, как поняла, что перешла в третий возраст. Она выбирала себе помаду в магазине и привычно подошла к отделу своего любимого бренда. И вдруг ее взгляд упал на совершенно новый цвет, и она обнаружила, что теперь он подходит ей гораздо больше. Не потому, что прежний был выбран неудачно, а потому, что она изменилась. Подруга призналась, что испытала радость и неожиданное облегчение. Как будто открыла новую дорогу. Мы теперь часто шутим: когда тебе кажется, что ты постарела, найди себе новую помаду. Это наш маленький ритуал.

Чтобы было, куда положить эту «новую помаду», нужно освободить место. Перестать реанимировать то, что должно уйти навсегда. Это не только умершие чувства, неспетые песни, непокоренные вершины. У каждой из нас есть свой список. Если у тебя его еще нет, самое время составить.

Мастерская

Когда думаешь о потерях, задумайся о том, что из утраченного уже невозможно повторить или оживить? Невозможно в силу объективных причин: физических, материальных, географических, законов физики. Напиши свой список. Он пригодится, когда ты будешь делать ритуал прощания, описанный в конце этой главы.

Утратив связь с процессом смерти, мы накапливаем огромное количество незавершенных процессов. И автоматически перетаскиваем старые проблемы в новые отношения. Мы ждем, что новый мужчина «ответит» за прошлых, а лучше даст все то, что не дали нам родители. Но в этом случае любой человек, с которым мы строим отношения, не будет воспринят нами непосредственно, если у нас не завершены отношения с родительскими фигурами, если мы не пережили весь спектр чувств и не обрели целостность.

Встреча со смертью

Я хочу говорить с тобой о смерти как о кульминации жизни. Это финальная точка, где все уже произошло. В контексте обычной человеческой жизни это достижение максимального результата.

Можно сказать, что всю нашу жизнь мы идем к нему. Смерть — самое честное событие, потому что это единственное, о чем мы знаем точно. Все остальное относительно.

Готовность к смерти дает нам возможность делать каждый день нашей жизни качественным. Для многих людей, переживших клиническую смерть или ситуации, где они «понюхали смерть», соприкоснулись с ней, жизнь обрела смысл. Есть много практик умирания для лечения, например, депрессии. Значит ли это, что прикосновение к смерти меняет качество жизни? Безусловно.

Есть два способа изменения жизненного сценария: долго в терапии и быстро в жизни. Второй вариант непредсказуемый, неконтролируемый и небезопасный. Что можно сделать? Бояться и идти. Идти и знакомиться со смертью — с поклоном и уважением. Мы не боимся смерти как таковой. Есть много процессов похуже нее. Боль брошенности, предательства, жизнь без любви, жизнь в страдании, ожидание конца. Поэтому смерть может быть избавлением, освобождением.

Знакомство со смертью — это инициация. Встреча, на которой мы узнаем истинную цену жизни. Согласись, на свете не так много людей, ценящих жизнь. В основном люди живут так, словно они бессмертные. Тратят время на доказывание другим своих ценностей, на жизнь с нелюбимыми, на опостылевшую работу, на иллюзии и поиски чудесных эликсиров. Не занимаются своим здоровьем, откладывают важные дела и встречи, любимые занятия, поездки и книги. Жизнь впустую без осознавания ее ценности характерна для тех, кто отрицает смерть.

В третьем возрасте мы должны познакомиться и подружиться с ее величеством Смертью. С этой величественной и страшной дамой, в руках которой нить нашей жизни.

Как ты узнаешь, что знакомство состоялось? Есть выражение «я победила смерть». Еще никто не победил смерть. Свои страхи — да. Но взять верх над смертью не удалось никому из смертных. Так какое чувство мы испытаем, встретившись со смертью? Принятие. Это и смирение, и уважение, и мудрость.

Сила Кали

В разных культурах и у разных народностей разные символы смерти. Не везде это старуха с косой. Иногда это молодая женщина, а иногда мужчина. Но чаще всего человечество наделяло богов смерти именно женским лицом. Причем смерть могла идти рука об руку с жизнью. Например, в синтоизме Идзуми — богиня не только смерти, но и творения. А Мора, или Морена, или Морава — женский мифологический персонаж в славянской традиции — связан с сезонными обрядами умирания и воскресения природы. И это очень символично.

Но чаще ассоциации со смертью связаны с войной и гибелью. Например, в кельтской мифологии богиня войны Морриган отвечает и за сексуальное начало, плодовитость, имеет дар пророчества. Но, пожалуй, самая известная — богиня Кали в индуизме.

Я познакомилась с ней давно, ее описание присылали мне сразу несколько моих друзей. Они сопровождали информацию единодушными комментариями об удивительном сходстве моего характера с архетипом этой богини: стремление к правде и ясности, бескомпромиссность, быстрота в принятии решений о прекращении насилия, страстность в защите прав слабых, смелость в конфронтации независимо от авторитета. Это качества женщины-амазонки.

Вторая встреча с силой этой богини случилась во время моего духовного трипа в штат Калькутта на второй Новый год после потери дочери. На тот момент мне казалось, что присущий мне боевой дух угас навсегда и я никогда уже не верну себе энергию жизни. Если честно, я даже не знала, что мы едем именно в Калькутту. Я доверилась организаторам проекта и не интересовалась деталями. Я просто искала возможность не быть одной дома на праздники, которые в трауре очень трудно переживать.

Все путешествие было незримым пребыванием в гостях у богини. В закрытых на выходной храмах нам открывали двери, многотысячные очереди к местам поклонения расступались перед нашей группой, и нас пропускали вперед. На пятый день группа стала называть меня «наша Кали».

Я помню, как волна силы и энергии накрыла меня после того, как на одном из народных праздников группа военных-сикхов попросила меня сфотографироваться с ними. Для индийцев мы были странными чужаками в этих нетуристических местах. И я с радостью согласилась. Когда меня окружило человек пятьдесят статных учтивых военных, фотограф из нашей группы растерялся. Некоторое время и он приходил в себя, в результате на моем фото запечатлена только десятая часть сикхов, остальные мужчины успели разойтись. Мы потом шутили, что богиня послала мне поддержку таким необычным способом, ведь из всех сикхи выбрали именно меня, хотя я была не самой молодой и красивой.

Спустя время я смогла сформулировать, чем закончился для меня этот трип к богине. Я перестала копать могилу и начала копать фундамент для нового дома. Это был ее дар мне и мое почтение к ней.

Те из нас, кто не сломался в трудных жизненных обстоятельствах, в большинстве своем стали очень воинственными и непримиримыми. Но мы сохранили чувство справедливости, научились действовать быстро и поняли, что доброта бывает не только с кулаками, а еще и с мечом, стрелами и острыми зубами. Из терапевтов мы должны превратиться в военных хирургов, для которых спасти жизнь важнее, чем нравиться пациенту. Умение утолить боль, остановить гниение и твердой рукой отсечь мертвую ткань должно стать новым навыком.

К сожалению, это не помогает сохранить то, без чего женщине трудно быть женщиной — мягкость, ранимость, уязвимость. Чтобы восстановить эти способности и оживить душу, нам надо быть готовыми встретиться со смертью еще не раз.

Главное чувство, которое перевернет все твои представления о жизни после встречи со смертью, — это беспомощность. Самая настоящая. Без игр и манипуляций. Без надежды и глотка воздуха. Когда понимаешь, что умерший родной человек никогда не вернется. И ты ничего не можешь сделать. Для сильной женщины это момент выбора: или ты слезаешь с коня и сдаешься, или отдаешь свою жизнь из-за гордыни всемогущества. Это последняя возможность признать высшую силу. Именно поэтому люди, верящие в Бога, легче переживают горе. Они могут положиться на высшую силу, на смысл, который им пока не доступен, но который они уже приняли.

Сильная амазонка воюет со смертью, не желая ее признать, не сдаваясь. Потому что неверно понимает, что это значит. Она становится бесстрашной. И даже если мы перестали бояться встречи со смертью, это не значит, что мы научились понимать ее. Нужно узнать ее не через войну и сражения, а через внимание к себе.

Голод, боль и поиск матери

Нам нужно провести большую работу по ревизии всех незавершенных аспектов нашей жизни. Во время нее мы разложим все по полочкам. И на одной из них будет написано — «в утиль». Туда мы сложим, что уже завершилось, независимо от нашего принятия: боль, обиды, наивные мечты и ложную надежду.

Мы не можем тащить их в третий возраст, потому что ресурсы, необходимые для их поддержания, исчерпаны. Мы не можем больше терпеть никакой боли: ни душевной, ни физической. Боль — крик тела о незавершенном эмоциональном процессе.

Мы должны вернуть себе детскую нетерпимость к боли. В процессе взросления мы учимся ждать и терпеть. Но мы должны научиться разделять, что нужно перетерпеть, а что ни в коем случае нельзя. Родители должны были научить нас отличать полезное и необходимое от повреждающего и опасного. Но со многими этого не произошло.

Если мы научились терпеть боль, чтобы нас не бросили или не пристыдили, то это становится моделью уничтожения себя. Мы словно позволяем разрушению перейти с внешнего периметра во внутренний. Не идентифицировав внешнего врага, мы становимся враждебны по отношению к себе. Но как быть, когда ты ребенок, а внешний враг — твой самый близкий человек? Здесь мы сталкиваемся с тем, что страшнее смерти. С риском брошенности. А это смерть без конца.

Состояние брошенности как ожидания смерти гораздо травматичнее, чем сама смерть. Люди, приговоренные к смерти, испытывают ужас от неопределенности. У нас есть врожденная потребность в структурировании времени. Нам очень важно иметь какие-то точки опоры, определенность. Поэтому первым делом, приезжая в новое место, мы начинаем ориентироваться. «Во сколько процедуры, обед, прогулки?» — спрашиваем мы в регистратуре санатория. Мы приходим на семинары и интересуемся: «Когда перерыв, когда мы закончим?» Нам нужно структурировать время, тогда мы успокаиваемся и можем нормально функционировать.

Отсутствие расписания и планирования делает наше существование похожим на переживание полета в бездну. Поэтому для ребенка ощущение смерти и понятие о смерти — это не финал, не точка, а ужас. Многие взрослые, испытавшие в детстве травму брошенности, при упоминании смерти, а иногда просто расставания или завершения, как будто проваливаются в детский ужас. Если тебя отправляли надолго к бабушке, потому что родителям было некогда, то тебе знакомы эти чувства. Если ты жила рядом с холодной, отстраненной матерью, чувства которой были заморожены, то ты понимаешь, о чем я говорю. Если ты не знала, какой будет реакция папы, когда он выпьет, то знаешь, каково ощущать все это. Боль и депрессия брошенности — диагноз миллионов людей. И никакие таблетки тут не помогут.

Кроме ужаса, это еще и беспомощность оттого, что мы не смогли быть собой, быть спонтанными. Нам пришлось срочно сформировать стратегию выживания. Чаще всего это терпеть или подавлять свои чувства. Зависимость и беспомощность как самые яркие переживания детства зафиксируют страх смерти, превращенный в ужас, — чувство безобъектное и трудно поддающееся осознаванию.

Чувство ужаса в ожидании смерти может быть настолько непереносимым, что суицид кажется избавлением. То есть сама смерть не так страшна, как детское ощущение неопределенности и брошенности. Надо было пережить это достаточное количество раз, чтобы в психике сформировался специфический опыт привязанности — модель близости с другим человеком. Это схема, по которой мы будем искать партнера и строить новые отношения. В большинстве случаев речь идет о зависимых отношениях.

Если мы знаем, как быть в отношениях использованной, брошенной, избитой, изнасилованной, осужденной, застыженной, то бессознательно будем искать знакомое. Эта схожесть даст нам уверенность, что мы не умрем в отношениях. Потому что когда-то мы нашли способ не быть брошенными: отставить себя в сторонку и быть тем, кем нас хотели видеть, понимать и удовлетворять потребности тех, в чьей любви мы так нуждались, подавлять собственные желания. И это уже не про смерть. Это про предательство и убийство.

Прошлый опыт отношений, начиная с детско-родительских, требует завершения, оплакивания надежды получить от другого человека то, что ты не получил от родной мамы. Выход в том, чтобы стать себе этой матерью, взять на руки младенца, а не водить его по вокзалу в поисках того, кто его полюбит. Но сначала надо убить Надежду.

Движимая голодом женщина ищет срочного утешения в объятиях мужчины. Может быть, ты встретишь мужчину, который будет относиться к тебе лучше родной матери. Тогда спроси себя: «Что его мотивирует? Что ему нужно от меня? Зачем ему это? Что я за это буду должна? И вообще, все ли с ним в порядке, если он хочет меня практически удочерить, а не иметь со мной отношения как с женщиной?»

Поначалу в таких отношениях даже может быть секс. Телесное слияние люди будут принимать за сексуальное возбуждение, но продлится оно недолго. «У нас был такой секс бурный в начале! Куда он делся?» — спрашивают потом. А он умер, принесенный в жертву драматической ошибке. Без него отношения между партнерами тоже мертвы. Но о сексе, отношениях и о том, что на самом деле должно умереть при встрече с любовью, поговорим в других главах. А сейчас пришло время убить эти наивные иллюзии с помощью здравого смысла: никто в мире не будет твоей мамой. О том, что делать, если заботы и защиты все равно хочется, поговорим чуть позже.

Сейчас нам нужно сделать огромную работу по захоронению мертвых отношений и тех частей себя, которые были смертельно ранены в прошлом. Придется разгрести братские могилы, в которые мы сваливали отрезанные куски своей душевной плоти, потому что было страшно остановиться. У нас не было плеча, на которое мы могли бы рухнуть, чтобы реветь и выть от боли. Только такой рев может облегчить боль потери. Не слезы и не крик, а именно рев, до хрипоты, до бессилия, до встречи со своей беззащитной и беспомощной сутью. И делать это в одиночку бесполезно. Нужен свидетель. Неравнодушный, сильный и сочувствующий.

Но так открыться миру мы не рисковали. Поэтому таскали за собой это кладбище. Приходилось быстро двигаться, чтобы не слышать запаха и не чувствовать ужаса. Не допустить осознавания даже части всей этой страшной картины смерти внутри нас.

Но пришло время остановиться.

Невозможно даже представить первое чувство, ощущение от этой встречи. Это болевой шок, который предстоит пережить. Больше тянуть нельзя. Невозможно жить со своим домашним кладбищем, если оно не оформлено достойно. Если могилы не обозначены и оградки не установлены. Если вместо надгробного камня в лучшем случае стоит крест из палок, без эпитафии, и даже имени нашей потери не обозначено. Нам некуда принести цветы, чтобы почтить погибших. А ведь это не другие люди. Это части нас, убитые или скончавшиеся от полученных ран, нанесенных близкими или далекими, случайными или тщательно выбранными людьми.

Темная мать

Разговор о смерти становится для женщины «третьего возраста» беседой с Великой Темной Матерью. Теперь, когда мы все знаем про жизнь, должны узнать и про смерть. Это сделает нашу жизнь качественно иной: более глубокой и осмысленной. Здесь мы выходим за пределы реального мира, измеряемого приборами мужской цивилизации. Поэтому способность для женщины видеть мир шире, знать о том, что в нем есть процессы, которые не измеряются приборами фундаментальных наук, очень важна.

Нам не нужно объяснять, что такое «телепатия», потому что мы телепатически считываем других людей. У женщин врожденные способности к целительству и ясновидению, заложенные самой природой, потому что нам нужно было заботиться о потомстве и выживать. Но мы утратили с ними связь и перешли в мужской стереотип восприятия мира «с глаз долой, из сердца вон». То, что видно и измеряемо, существует, а то, чего не видно, — нет.

В третьем возрасте женщины не боятся осуждения. Мы можем больше не ограничивать свое мышление и восприятие только видимым миром. Невидимый для нас так же реален, потому что наша интуиция способствует развитию особого зрения.

Почему астроном может вычислить звезду, которую пока не нельзя увидеть ни в один телескоп, и никому не придет в голову его осуждать? Теперь и мы можем смело и открыто, не боясь быть осмеянными, говорить о мире души, который пока не способен зафиксировать самый высокоточный микроскоп. Можем открыто рассказывать свои сны, а не втихомолку, стесняясь насмешек.

Нашу естественную тягу к познанию неведомого очень трудно подавить. Мы чувствуем эти процессы. Это «та, которая знает внутри нас», как писала Кларисса Пинкола Эстес. Ту старуху, которая живет внутри, или «дикую женщину» (у нее много разных названий), невозможно уничтожить. Но большинство женщин живет вдали от нее, в слепоте и глухоте обезболивания.

Оглянись и прислушайся. И к тебе придут образы, сны, книги, фильмы, которые познакомят тебя со смертью и дадут энергию, ресурс. То, что пугало, станет твоей силой и источником. Наша задача — сделать одинаково доступным процесс жизни и смерти. Мы просто обязаны вернуться к источнику мертвой и живой воды. Хождение по замкнутому кругу и невозможность выйти в спираль развития связаны с потерей важной составляющей. Нельзя рассматривать жизнь без смерти.

Навык различать напрямую связан с этой способностью. Различать, какой продукт надо выбросить, а какой съесть. Какое зернышко посадить, а какое — в утиль. С каким человеком надо продолжить общение, а с каким — завершить. Тогда мы никогда не выберем ни гнилые продукты, ни гнилые отношения, ни гнилую дорогу, потому что гниение — это процесс долгого умирания, неспособности встретить смерть и тщетных попыток реанимировать злополучную «дохлую лошадь».

Если здоровое и больное начинают смешиваться, то смерть проникает в живое и начинается процесс гниения. Гниение — очень точное слово для характеристики многих душевных процессов, с которыми женщины приходят в терапию. Что-то протухло, а что-то гниет. Обезболивание дает временное облегчение, но не может обмануть. Это похоже на то, когда ты чувствуешь, что от тебя исходит чужеродный запах. Хорошие врачи по запаху определяют заболевание. Вот так и мы на психологическом, энергетическом уровне можем знать, чем мы пахнем, какие процессы происходят у нас внутри.

Многие прибегают к очень распространенному варианту устранения запаха — заморозке. Женщина замораживает свои чувства. Она хочет избавиться от боли быстро. И это работает. Заморозка блокирует запах и боль. Но она не останавливает, а всего лишь притормаживает гниение. К сожалению, оно продолжается вне области внимания. И чем дольше мы не размораживаем больную часть, тем большую площадь захватывает гниль.

Когда мы внутри научаемся отличать живое от мертвого, то уже нетрудно делать это и во внешнем мире. В третьем возрасте мы можем стать экспертами. К нам могут приходить за мудростью с вопросом о том, стоит ли продолжать что-либо или завершить. Будь то отношения, работа или какой-то проект. Мы «по нюху» определяем, что будет жить, а что надо остановить. И смерть — это исцеление, остановка, прекращение. Уйти с нелюбимой работы, завершить пустые отношения, перестать общаться с людьми, которые тебя не ценят.

Мастерская

Для самых самостоятельных и независимых хочу сразу сказать о том, что большинство практик работает при одном условии — наличии наблюдателя. Неравнодушного, вовлеченного, понимающего. Поскольку травма была в присутствии другого, то и излечивается она тоже в присутствии другого. Между этими людьми большая разница в том, как они относятся к нашей боли. И как ни странно, в первом случае, человеком, травмирующим нас, могли быть очень близкие люди, а во втором — незнакомые. Решающую роль играет один фактор: принятие нас такими, какие мы есть. Принятие с пониманием, сочувствием и заботой.

Следующая практика даст облегчение в любом случае, но если ты пригласишь понимающую подругу поддерживать тебя, а возможно, выполнить практику вместе, то эффект будет гораздо сильнее.

Для практики тебе понадобится время и уединение. А также белая и темная ткань.

Сделай из белой ткани лоскуты размером с футляр для очков и на каждом ручкой напиши про старую травму. Это может быть обида, предательство, оскорбление, описание события, имена людей. Все, что относится к травме. Пиши в любом формате.

Потом пришей белые лоскуты к темной ткани — каждый отдельно, вслух рассказывая о том, о чем ты написала. Для этого нужен слушатель.

После того как ты расскажешь обо всех травмах и будешь услышана и принята, сожги темную ткань со всеми белыми лоскутами, пришитыми к ней.

Два цвета жизни и смерти — черный и белый — очень точно символизируют расщепление на жизнь и смерть. В каких-то традициях черный — цвет смерти, а в каких-то — белый. Эта дуальность соединят круг Жизни-Смерти-Жизни. И ты можешь восстановить его для себя.

Практика поможет тебе отпустить боль, приняв ее как часть жизни, с уважением и любовью. Этот ритуал-прощание подразумевает прощение тех, кто причинил тебе боль. Однако не торопись это делать. До прощения есть несколько стадий: шок, гнев, стыд, вина, печаль, принятие. К прощению ведет трудный путь, по сравнению с которым путешествие героя в сказке — легкое приключение. Единственный человек, ради кого ты можешь перепрыгнуть эти стадии, — ты сама. Без прощения себя нельзя рассчитывать ни на что хорошее. Мы просто не позволим себе быть счастливыми, если несем вину. Вина делает нас узниками. Душевная тюрьма ничем не лучше обычной. И у заключенных нет шансов быть счастливыми. Ибо счастье без свободы невозможно. Если ты хочешь изменить свою жизнь — сначала выйди из тюрьмы. Тебе еще понадобится время, чтобы пройти реабилитацию и научиться жить в свободном мире, восстановить тело и душу. И начать строить свой дом. А потом можно заняться прощением других.

Третий возраст — возраст мудрости. Впереди время достоинства и легкости, а не всепоглощающей вины. Время, когда мы делимся опытом, но не со всеми подряд и не на базарной площади. Передаем его своим подрастающим внучкам. Поддерживаем прочность семейных устоев и являемся надежной гаванью для всех ее членов, нуждающихся в одобрении или совете. Это вовсе не означает быть доброй и безотказной. Отнюдь. Сила конфронтации должна быть не меньше. И начать нужно с себя. Пришло время сказать себе «хватит». Хватит страдать, оборачиваться назад, хватит искать свои ошибки в прошлом, винить себя.

Ловушка женственности

Историю, которую мы знаем, писали мужчины. Это история войн, агрессии, власти и денег. Роль женщины в управлении, формировании и жизни человечества, несомненно, огромна, но у нас не осталось фактов, чтобы это доказать безоговорочно. Последняя глава развития женского, начавшаяся несколько раньше появления основных монотеистических религий, оказалась довольно грустной. На протяжении последней пары тысяч лет мы переживали очень активное и агрессивное подавление женского. Практически везде мы видим бога-мужчину, а роль женщины неясна и размыта.

До этого в язычестве было представлено большее разнообразие женских образов: в древнегреческом, римском, древнеславянском, скандинавском пантеонах равноправие было представлено гендерно. В них много богинь, равных по силе и власти, а иногда и превосходящих богов-мужчин. Но все равно главным был мужчина.

Мы часто завидуем мужчинам, их свободе, возможностям, правам. Точнее, завидовали. Сейчас мы переходим в новый исторический период — маятник качнулся обратно, и происходит активный возврат к феминному. Недаром феминизм, который в разных — иногда прекрасных, иногда уродливых — формах последние сто лет активно шагает по планете. Он стал не просто движением недовольных женщин, а реальной силой.

Эволюция выбрала размножение как путь продолжения жизни. Последние десятилетия идеи увеличения продолжительности жизни и сокращения рождаемости все больше захватывают умы научного и политического мира. Тысячи лет до этого наша потребность в отношениях с мужчинами была ведущей для реализации женского начала, которое в основном ассоциировалось с материнской ролью. Эта ловушка женственности, ограничение ее природы только одной ролью, дорого стоили всему человечеству.

Мы живем во времена, когда резкие изменения в балансе мужского и женского видны даже на небольших промежутках времени, и происходят они быстрее, чем сменяется одно поколение другим. Когда в 2001 году я начала вести свой Женский тренинг, говорить об активной роли женщины было еще достаточно революционно. Сегодня упоминание о желании женщины посвятить себя семье и дому связано с риском быть осужденной. Я наблюдала шквал негативных комментариев от женщин под постом одной девушки, которая писала, какой ценностью для нее является дом и семья и что работать в семье должен исключительно мужчина.

Списки критериев «настоящих» мужчин и женщин видоизменились настолько, что между ними уже трудно найти разницу. Стирание границ и различий столь заметно, что типичные для моего поколения гендерные признаки сексуальности выглядят для поколения нулевых по меньшей мере странными, а вовсе не притягательными. Однако поток женщин с вопросом «что такое женственность?» не иссякает. Они не понимают себя, своих потребностей, своего предназначения. Что нам делать со своей природой, со своей душой, телом, которые тысячелетиями формировались под влиянием определенных социально-экономических факторов? Как не запутаться, что природное, а что социальное? Энергии инь и ян должны циркулировать в нас в должной пропорции. Ее нарушение приводит к болезням — не только тела.

В этих размышлениях есть много ловушек, в которые обязательно попадут сегодняшние поколения на волне стирания различий. Но первыми в них попали мы, их родители.

Ловушка равенства

Из-за непонимания различия между понятиями «мужское — женское» и «маскулинное — феминное» мы спутали равноправие с похожестью и стали стирать различия.

Приоритет в развитии карьеры и социальный успех традиционно принадлежали мужчинам. Это всегда было объектом нашей зависти и подчеркивало наше неравноправие. Теперь, когда социальное равенство становится нормой, женщины получили легальное право на развитие маскулинных качеств. И попали в ловушку, сами того не понимая.

Маскулинность проявляется по-разному. Например, в присваивании мужских черт. И огромную роль играет социальный фактор. Последние несколько десятков лет развитие и демонстрация маскулинных черт характера очень востребованы обществом. В фильмах, книгах, рекламе нас призывают восхищаться женщинами с маскулинными чертами: напором, целеустремленностью, успешностью в социуме.

Наши мамы попали в пик гимна маскулинности. Страна жила тяжело, и нужно было отодвинуть на второй план все, что связано с удовольствием, нежностью, ранимостью, уязвимостью, — то, что традиционно относится к области феминного и ассоциируется с женским.

Понятие силы и слабости читаются очень примитивно и радикально. Сильный — хорошо, слабый — плохо. Неизбежна ассоциация: мужской — сильный, женский — слабый. Мы слабый пол. А слабый — значит плохой. Эту логическую цепочку продолжает наш ум. Будь сильной — девиз современной женщины. Ориентиры сбиты. Сегодня огромное количество женщин серебряного возраста достигли совершенства в развитии маскулиности. Они превзошли мужчин во многих профессиях. Их успешность сравнима с завоеваниями великих героев древности. Все это трудно представить себе даже сто лет назад: женщины заняли ведущие позиции в тех областях, куда ранее даже не были допущены.

Нам нравится развивать маскулинные качества. Мы легко их вскармливаем в себе, используем для продвижения и, как это ни странно, для выживания. И феминизм очень хорошо прижился на мужской «половине поля». Как будто произошло перераспределение ответственности и ролей так, что мы оправдываем нашу маскулинность. Мы говорим: «Ну что вы хотите, если мужчина этого не делает? Что же мне теперь — не взять молоток в руки и не вбить гвоздь?» Или: «Что же теперь делать, если он ушел? Бросить детей, и пусть они умирают с голоду? Я встала и начала работать! И обнаружила, что я, вообще-то, зарабатываю больше него и ориентируюсь лучше него, никто у меня не сидит на шее, и мне даже легче без него!» Так говорит женщина, но через какое-то время начинает ощущать невероятную тоску, которая портит всю эту успешную картину. Теперь она научилась зарабатывать, стала самостоятельной, независимой, но не получила желанного приза — удовлетворенности.

О какой удовлетворенности я говорю? Удовлетворенность связана с принятием собственной природы, удовольствием от себя и своей жизни. Если мышка живет жизнь кошки, она не может быть счастлива. Даже если она завидовала кошке и мечтала поменяться ролями.

Социум всегда был несправедлив к женщине относительно ее прав и обязанностей. В борьбе за права мы почему-то выбрали путь схожести и стали присваивать себе мужские качества в странной надежде выровнять позиции и уравнять права. Развивая в себе мужское, мы вынуждены были отказаться от женского. Причем иногда в буквальном смысле. Мы стесняемся наших круглых пышных форм и делаем иконами стиля бестелесных тощих моделей, отрезая, откачивая, уменьшая свое тело. Мы осваиваем мужские профессии, чтобы доказать, что тоже сильные и независимые, надрываясь, но не сдаваясь. Мы стали лидерами, конкурентами, соперниками, победителями и героями. Амазонками. Покорили все возможные вершины и убили всех врагов.

Но современный трансгуманизм одним щелчком все вернул на место, хотя его целью было именно уравнивание прав. Трансгендерный мужчина допущен к соревнованиям среди женщин и побеждает за счет физиологических особенностей. Шах и мат политике уравнивания через отрицание различий.

В ловушке равенства оказывается успешная женщина-бизнесмен, обошедшая всех соперников-мужчин в гонке лидерства, но генеральным в итоге все равно назначают мужчину. В эту же ловушку попадает молодая девушка, которая дружит с парнями, ходит с ними в походы и не жалуется на тяготы, но мужскую любовь и внимание все-таки получает ее легкомысленная подруга в глубоком декольте и с хлопающими ресницами. Удар разочарования переживет и женщина, взявшая на себя мужскую роль по защите семьи, когда муж назовет ее «ломовой лошадью» и перестанет испытывать сексуальное влечение.

Любой начинающий психоаналитик знает, что либидо основано на тяге к отличиям. Эротические чувства возникают к кому-то непохожему, а не наоборот.

Итак, права мы уравняли, а сексуальное влечение потеряли. А вместе с ним и свое главное преимущество и удовольствие.

Я сама попадала в ловушку равенства, и выход из нее нашла в совершенно неожиданном месте.

Лет так около двенадцати, когда очки плотно укрепились на моем курносом носу, я стала понимать, что родиться девочкой — та еще радость. Позже, лет так до 28, я думала, что если уж и быть женщиной, то очень привлекательной. Весь обозначенный период я себя таковой не считала, поэтому это было время если уж не зависти к мужчинам, то точно злости на них. Сейчас я понимаю, что причиной этих чувств было то, что я вышла не за того мужчину. Но тогда я была уверена, что Бог неверно распределил в этом мире права и обязанности — явно в пользу «своих».

В 28 я узнала, что я красивая женщина, но это не убавило моей злости и ревности, скорее, мне стало обиднее.

Прошло немало лет, прежде чем маятник качнулся и с безжалостной ясностью я смогла увидеть темные стороны женской натуры. Чтобы признать их в себе, потребовались смелость и честность. А признание повлекло за собой острую необходимость срочно перестать себя за них стыдить и обвинять. Это не произошло мгновенно. Это был процесс.

Например, одним из этапов этого процесса был ритуал, рекомендованный мне кем-то из моих учителей. Каждый день нужно было начинать утро с поименного обращения к одному из мужчин, которому я разбила сердце, с просьбой о прощении. Хорошо еще, что не надо было делать это лично. При этом не важно, что он сделал для (а скорее против) меня, прощение должна была просить я.

Этому ритуалу предшествовал довольно кровавый период моей жизни, когда под «серп» моей мести за испорченную молодость попали и виновные, и невинные. Я убеждала себя, что невиновных нет, а есть общий уровень справедливости и мести, вроде «сестра за сестру». Но в какой-то момент почти физическое ощущение покрытых кровью рук меня не на шутку испугало. Поэтому рекомендованный ритуал я не подвергала анализу и критике, а только внесла некоторые коррективы в его исполнение. Я вспомнила все имена и одним прекрасным утром искренне покаялась — списком. Кровь с рук была смыта, и я почувствовала на себе Божью милость. Великое дело — ритуалы, совершенные с верой, питаемой чувством вины!

Этот опыт, вернувший маятник на место, показал: мы стоим друг друга. Обретению взрослой позиции помог еще один интересный этап — я задумала написать утопический роман о мире без мужчин. В какой-то момент сюжет оборвался из-за невозможности сохранить реалистичность придуманного мира. И я вдруг с трезвой и практичной ясностью увидела вклад мужчин в этот мир. Я увидела, как мы, женщины, защищены ими от необходимости тяжелой и опасной физической работы, без которой нам в этом мире не выжить. Да-да! Пресловутая мужская сила и смелость преодолевать трудности ради достижения цели.

До этого я видела мужскую силу в драках и войнах. Я не люблю охотников и политиков, я осуждаю эти чисто мужские игры по сей день. Я могла бы продолжить оба списка, но не в этом суть. В женском списке тоже два одинаковых столбца — и оба списка равны. Это то самое равенство. Не одинаковость, не схожесть ролей, а количественное равенство достоинств и недостатков.

И это равенство лишает нас права на обвинения и упреки. Нам придется быть безупречными. Это не значит при желании сказать «а ты!» или повернуться и посмотреть на себя «а я?» — нет. Это скорее промолчать. Непринятие, в отличие от осуждения, не отменяет любви. Непринятие легко соседствует с желанием понять и как шанс простить. Простить ведь не означает принять. Это по выбору. У осуждения выбора нет.

Уже много лет я не завидую мужчинам. Удерживаюсь от жалости, уравновешивая ее восхищением и уважением. Я не завидую и себе. Я вообще думаю, что это испытание — быть человеком.

Моя война полов окончена.

Ловушка маскулинности

Слово «противоположный» по отношению к полу как будто сразу противопоставляет нас и вовлекает в конфликт. В войну полов. Мы уже навоевались, разве нет?

Еще лет десять назад было всего два пола, и точка. И надо было четко соответствовать. Все остальное, что не вписывалось в эту картину, считалось патологией. А если ты родилась крепенькой, с широкими плечиками, с грубоватыми чертами лица и сила тебе от природы физическая дана большая? А еще и попала в социальное окружение, в котором папа ждал мальчика, а девочек-соседок ближе двух кварталов не было?

Взращивание маскулинного поведения в дочери со стороны папы поддерживает развитие традиционно «мужских» качеств. Это не означает, что такая женщина для отношений будет выбирать женщин. И вовсе не означает, что она захочет жить мужской жизнью. Это, в общем-то, мало что означает, кроме того, что ей захочется таким способом получать внимание и развивать данные ей природой качества.

А девочка, в которой мало маскулинного, не желая действовать вопреки своей природе, будет нуждаться в поддержке матери для реализации своей женственности в мире, где мужское ценится так высоко. Большей частью матери, современные женщины нашего возраста, не имеют такого опыта. Они не очень понимают, что это такое. И происходит расщепление: на силу и слабость, на мужское и женское, которое должно быть на втором месте.

Нас учили: «Уступи мужчине». Уступчивость как традиционно женское качество сделало нас покорными там, где надо было сопротивляться. Послушными там, где надо было настаивать на своем. И чем больше мы уступали, тем больше нами были недовольны. И до сих пор, когда мы делаем что-то по-своему, то испытываем чувство вины. Эта вина от того, что мы не следуем своей природе, не любим ее, а успеха добиваемся за счет ее использования.

Получается, что внутри, на скрытом уровне, мы переходим на сторону «врага» и предаем себя. И это ощущение предательства разъедает нас. Мы разрываемся между тем, чтобы быть собой, и тем, чтобы быть востребованной и одобряемой. Чувствуем необъяснимую тоску. Знаменитое «хочу на ручки!» — пример такой тоски. Но путь, которым нас поведет тоска, неясен и тревожен. Нам страшно. И мы делаем выбор в пользу понятного, транслируемого со всех сторон.

Помнишь, в 50–60-е годы в мировом кинематографе появились женские персонажи вздорных девиц? Они были очень привлекательны. Очаровательные, дерзкие, непохожие на послушных домохозяек в чистом белом фартучке, ожидающих мужа с работы. Многие из нас воспитывались на этих фильмах. Многие рассматривали этот дерзкий, строптивый, легко осваивающий мужские модели поведения персонаж как ролевую модель. «Укрощение строптивой» — история привлекательной Принцессы, которая будет укрощена сильным Королем.

Следуя этой модели, мы попали еще в одну ловушку — ловушку силы. Что мне делать со своей силой? Мне ее все-таки показать, а потом сдаться? Позволить ему меня укротить или быть неукрощенной и рисковать остаться одной? По сути это вопрос — быть ли мне женщиной и столкнуться со страхами и опытом унижения и уничтожения женского начала, хранимого в бессознательном и переданного предками, или «стать как мужчина», убить в себе то, что считается слабостью, и действовать мужскими способами? Давай рассмотрим отличия.

Соперничество и сотрудничество

Соревновательность — еще одно типично мужское качество, которое мы давно воспринимаем как нормальное женское поведение. Но соперничество и конкуренция — не женская история. Мы поверили, что мы конкурентки, что должны друг с другом соперничать. За что? Раньше «за мужчину», сейчас «за успех», а значит, за карьерные и социальные достижения.

Мужские отношения иерархичны. Они строятся по вертикали. Это значит, что всегда кто-то снизу и кто-то сверху. Мужчина должен уметь подчиняться и командовать. Чем он выше, тем больше свободы, достатка и ответственности. Поэтому конкуренция — это абсолютно естественный способ подняться по иерархической лестнице, чтобы занять комфортное место. Мужчина конкурирует везде и всегда. Это его природа.

Женская природа — сотрудничество. Мы строим отношения по горизонтали. Мы все равны. И все разные. Наши различия не в силе и ловкости, а в более сложных умениях и способностях. Нам не надо подчинять кого-то или подчиняться. Женщина — существо неподчиняемое. Мы можем подчиниться насилию до поры до времени, пока не найдем способ вырваться на свободу. Мы развиваем ум и гибкость и используем хитрость. Это качество, присущее женщинам, является компенсацией отсутствия физической силы, необходимой для выживания.

Послушав мужской мир, мы начали соперничать, разобщились и потеряли свою силу и влияние. Самым очевидным результатом этого стала медицинская статистика. Заболевания, связанные с женской половой сферой, являются лидерами и по количеству, и по распространенности, и по смертности. Это следствие подавления и отрицания, игнорирования женщинами своей природы: «Я не знаю, кто я. Может быть, я избавлюсь от всего женского? Удалю матку, отрежу грудь — и нет проблем!» Я столько раз слышала от женщин: «Я удалила матку! Слава богу, меня больше эти проблемы не волнуют!» Радость как будто искренняя в голосе, но мне хочется встряхнуть их и спросить: «Чему вы радуетесь?» Мы в прямом смысле начали отрезать от себя женскую природу. Еще недавно вазектомия при лечении рака груди, ставшего лидером в списке причин женской смертности, была единственным способом справиться с болезнью.

Влияние и влиятельность

Несомненно, мы способны влиять на других людей и обстоятельства, на процессы жизни, а иногда и смерти. Однако мужской и женский способы различаются.

Сначала о мужской влиятельности. Прежде всего, это действие. Именно действием мужчина меняет и себя, и мир, и других людей. И в этом играет роль его сила. Сила воли, сила тела, сила духа. Все эти формы — проявленные. Чтобы изменения произошли, мужчине нужно что-то сделать самому. Это может быть слово или поведенческий акт. Это должно быть увидено и услышано. Чтобы действие возымело силу, оно должно быть твердым.

Неуверенность в словах или действиях — самая большая проблема, которая препятствует достижению результата. И для мужчины связь между внутренней уверенностью и внешней твердостью — прямая. Поэтому самоуверенные мужчины имеют больше шансов на успех, чем сомневающиеся. «Сомнения — удел слабых» — мужская пословица.

Влиятельность напрямую связана с физической силой. Мужчина может ни разу не подраться во взрослой жизни, но мальчику в период созревания и роста этот опыт крайне важен. Испытать триумф победы и смириться с возможностью поражения. Только в драке можно узнать свою силу. Количество побед в драках придает мужчине ни с чем не сравнимое ощущение уверенности, которое проявляется в его осанке, походке, интонации, взгляде. Это невозможно имитировать. И окружающие «видят» эту силу безошибочно. Поэтому даже в фильмах о сверхтехнологиях судьбу героев решает обычная драка между героем и негодяем — без оружия, на кулаках. Но в современном мире драка между мальчиками может стоить их родителям лишения родительских прав. Защищая мальчиков от конфликтов, родители лишают их возможности обретения силы.

Разумеется, за мужчину «говорят» его поступки. Поэтому мудрые женщины верят делам, а не словам.

Влиятельность для мужчины — это формирующая черта личности и характера. Влиятельность — составляющая власти. Одно невозможно без другого. Поэтому, имея влиятельность, мужчина будет наделен властью. Иначе ему придется постоянно беспокоиться о том, чтобы ее захватить, удержать, отобрать.

Каковы же особенности женского влияния?

Это в меньшей мере поступки. Это то, что «излучает» женщина. То, что другие люди чувствуют рядом с ней. То, что остается после ее ухода, как незримый шлейф — «психологический запах», исходящий от нее. И это тоже нельзя сымитировать.

Женщина может сделать свою внешность безупречной, отточить манеры, голос, взгляд. Надушиться, в конце концов, волшебными ароматами. Но она не может заставить других людей чувствовать себя хорошо рядом с собой, если внутри нее — тьма, злость, зависть, ярость. Она может скрыть тьму за улыбкой и длинными ресницами, но оставленный шлейф не обманет. Она может силой слов, сексуального притяжения, тонкой манипуляции заставить другого что-то сделать. Но такое «влияние» будет иметь кратковременный эффект. Любая гадалка скажет, что сила ворожбы действует не более полугода. Пелена все равно спадет. Женщина прекрасно владеет силой слов и может «уболтать» кого угодно, но не сильного мужчину и не другую женщину. Вырастут ли на ее следах цветы или от взгляда прокиснет молоко? Эффект невозможно подделать.

Влияние — это поле вокруг женщины. И в этом ее власть. Если рядом с женщиной другие чувствуют себя лучше, умнее, красивее, талантливее, они будут готовы делать для нее то, что могут. Они захотят это делать, а не будут вынуждены. Это сила очарования, когда говорят «она меня околдовала». Если женщина несет в себе жизнь, то это очарование не отключает мозг и не заставляет потом сожалеть о содеянном.

Часто говорят о внутреннем свете, энергии. Такую женщину будут ждать и готовиться к ее приходу. Рядом с ней будет хотеться стать лучше. Она может волновать, успокаивать, бодрить. Она может служить катализатором скрытых процессов — иногда не самых приятных, но это будет очищением, вскрытием гнойников в виде тайн и секретов.

Влияние — это способность женщины быть в контакте с жизнью (и со смертью тоже) как естественной частью ее самой. Она сама как постоянный процесс, поток. И если мужская влиятельность похожа на статичный стержень, то женское влияние — как живая динамика, подвижная и текучая. Мы стали называть истинную женскую жизнь потоком именно поэтому. Это слово стало знаковым для всех женщин, ищущих свой путь и собирающих части себя в целое.

Поток

Подумай, ты в потоке или нет? Ты рвешь гармонь против ветра? Лежишь лицом в грязном песке, выброшенная на рваный берег? Возможно, ты блуждаешь по болотам в поисках потока и готова отдать все за то, чтобы еще раз хоть ненадолго ощутить на себе его мощь и животворную силу? Отдаться ему целиком, позволяя залечить твои раны и наполнить твое сердце необыкновенным вкусом жажды жизни.

Некоторым повезло узнать это во взрослой жизни. Некоторым не повезло быть в нем даже в утробе. Есть профессиональные ловцы волны, уносящей их, как избранных, в поток, а есть те, кого выбрасывает волной на скалы.

В поток нельзя нырнуть. Ты можешь только позволить ему «слизать» тебя с берега. Трепещущую от его приближения и молящуюся о том, чтобы он не прошел мимо. И когда первые прикосновения волн погладят твои ноги, ты замрешь в ожидании судьбы, которая решит прямо сейчас, будет ли следующая волна милостива к тебе и заберет с собой или оставит с чувством моряка, навсегда потерявшего родной берег.

В потоке ты понимаешь, что значит быть богиней. Ты владеешь всей силой мира, а она владеет тобой. И в этом слиянии вы как два любовника, потерявших границы тела и души. Ты можешь все, ты любима, стремительна, жива каждой клеточкой своего естества. Твои желания исполняются раньше, чем ты их понимаешь. Остается только делать вздох, получая очередной подарок, воплощающий твои тайные мечты и забытые надежды.

В потоке нет времени и есть вечность, нет мелочности и есть детали, нет злости и есть сила, нет страха и есть любовь. Наверное, это главное. Ты дышишь любовью, ты пьешь ее, ты ее источаешь. Тебе непонятно, как ты жила без нее, и ты не представляешь, что когда-нибудь ее лишишься. Ты расслаблена и в то же время собрана. Ты нашла главное, но не можешь управлять им.

Возможно, пройдут годы, прежде чем ты научишься находить поток. Еще годы, прежде чем сможешь быть в нем дольше, чем могла даже надеяться. Еще годы, прежде чем будешь погружаться в него легко. Еще годы, прежде чем станешь жить в нем. И когда-нибудь ты станешь потоком сама. Потоком в потоке. Своего цвета волны и своей концентрации золотого песка, своей скорости и своей глубины.

В твой поток будут стремиться другие, и ты будешь «слизывать» их волной с незнакомых берегов. А потом выталкивать на берег.

Ты будешь встречаться с другими потоками и сливаться, не смешиваясь.

Ты познаешь вечность и перестанешь ждать конца потока.

Ты перестанешь бояться смерти и начнешь ждать ее с радостью, готовая дарить жизнь и питать ее…

Женский гнев

Очень важное понимание для зрелой женщины — как проявлять силу и выражать гнев не по-мужски, а по-женски. И как это должно быть в третьем возрасте.

Социум диктовал нам условия терпимости, принятия, любви к ближнему на уровне святости. Подставлять правую щеку предлагалось в основном женщинам. И мы долгое время так и делали. Но потом нам надоело. Мы вспомнили о силе и смелости амазонок, чья кровь течет у всех нас. Ведь остатки их племен были найдены у большинства народов. И мы вскочили на коней, надели латы, заточили копья. Зена — королева воинов стала нашим кумиром. Образы сильных накачанных боевых девиц представлены очень привлекательно, сексуально. И мы опять попали в ловушку мужского мира. Нам подсунули форму, которая опять уничтожает наше содержание.

Так какая же форма приемлема для женщины в зрелом возрасте?

Я сама задавалась этим вопросом. И вспомнила про взгляд и про Медузу горгону. В ее пронизывающем умертвляющем взгляде скрывается правда — она была предана.

Медуза, прекраснейшая из дочерей титанов Кето и Форкии, была изнасилована Посейдоном в храме Афины. Афина же, не имея власти над Посейдоном, наказала Медузу, превратив ее в ужасное чудовище, а потом помогла Персею убить ее.

Медуза горгона была сродни Афродите, символу свободы и женственности. Недаром они связаны морской стихией, олицетворяющей эмоциональность и чувственность. Медуза была наивной и доверчивой и стала жертвой не столько похотливости бога, сколько женского отрицания собственной природы, воплощенного в Афине — рожденной из головы Зевса богине, символе папиной дочки.

Опыт насилия становится в жизни женщины тяжелой травмой, после которой любовь и женственность застывают и превращаются в холодность и жестокость. Предавшая Медузу Афина часто символизирует мать, отвергающую свою дочь и все женское. И тогда женщина превращается в чудовище с волосами-змеями, и все вокруг каменеет от ее взгляда.

История Медузы, ее драма в том, что правда искажена и жертвой становится сама жизнь. Но для обретения правды психика должна пройти испытания, которые ее закалят и сделают возможным возрождение. По легенде, Персей отрубает голову Медузе горгоне. Очень символичная метафора для современных женщин, живущих только умом и отказавшихся от своих чувств. Кровь горгоны после смерти становится целительным источником для врачевателя Асклепия, последний взгляд горгоны уничтожает бессознательное чудовище Кракена, а прекрасная Андромеда спасена. Голова горгоны становится символом темного патриархата на щите Афины. Трансформация завершена.

Женщина третьего возраста прошла ее и способна говорить правду, не пользуясь испепеляющим взглядом горгоны, который похож на месть и наказание за страдания. Она может сказать правду, которую видит, не приукрашивая и не смягчая. Она не тратит время своей жизни на тех, кто не готов меняться. Не обесценивает силу равных по возрасту и положению. Помогает только тем, кто слабее и нуждается. Тем, кто просит искренне. Тем, кто готов вложиться сам.

Если ты научилась говорить правду, тебя могут обвинить в жестокосердии. Если ты, конечно, позволишь себя обвинить. Но помни: у зрелой женщины внутри уже давно сформирован внутренний инструмент — «уровень» честности и право для его использования. Способность называть вещи своими именами, противостоять лжи, безнравственности, насилию — вот наше право и наша обязанность. Мы сможем сделать это с уважением и на равных, не унижая и не оскорбляя другого. Мы — голос Великой Матери, создательницы сущего и главной хранительницы законов жизни. Наш голос должен все увереннее и чаще звучать в мире для возрождения истинных ценностей и защиты жизни.

Боль как привычка

Однажды ты сломала ногу. В детстве упала с дерева. Никто не понял, что у тебя перелом, решили просто — поболит и пройдет. Ведь настоящие амазонки, даже маленькие, не жалуются. Перетерпела, как-то приспособилась и жила дальше с постоянной болью, думая, что так и надо.

Прошли годы. Ты снискала славу человека стойкого, сильного и справляющегося со всеми тяготами жизни. Нога с годами то болела сильнее, то гноилась, то утихала. Ты придумала целую систему протезов на разные случаи жизни. Денег ты заработала — могла себе позволить. Ну подумаешь, бегать и прыгать перестала. Серьезные взрослые люди и не должны. Они на хороших машинах и самолетах передвигаются. Ну не пошла с друзьями в поход. Ну не поехала на яхтинг. Много же других способов отдыха.

Хотя отдых — это не про тебя. Ты все время справляешься. С трудностями, с проблемами других людей, с болью… Она стала частью твоей жизни. И только однажды, когда ты просто не смогла встать утром, поняла, что силы кончились. Нет, ничего особенного. Ты не перетрудилась. Но почему такая усталость?

Молоденькая девушка-психолог когда-то сказала тебе, что боль забирает много сил. Ты ухмыльнулась. И еще она сказала, что силы дают удовольствие и, особенно, радость. Ты снова ухмыльнулась. И теперь, сидя на удобной ортопедической кровати по стоимости квартиры, ты вдруг осознала, что устала терпеть боль.

Ты пришла к врачу, и он вынес приговор: ногу придется резать. За эти годы произошли необратимые изменения. Восстановить ничего нельзя. И вот ты приобрела прекрасный современный протез и можешь даже бегать на нем.

Стало намного легче.

Почему же ты плачешь? Почему так горько и больно? Ты задаешь вопросы, которые вырвались из закрытого сейфа: «Почему я терпела столько лет? Почему тогда никто не догадался, что нога сломана? Почему я не могла пожаловаться и попросить помощи?» Почему, почему, почему…

Каждый вопрос — как ножом по сердцу. Ты же не была одинока. Вокруг было столько людей. Многие тебя любили. Но ты молчала. Терпела. Была сильной. И гордой. Именно так, гордой — значит сильной.

А теперь получается, что гордости этой грош цена. И силе этой грош цена. Ибо ничего, кроме усталости и упущенных лет жизни, она не принесла. И если спросить себя, что было бы внутри, если бы этой боли не было, то приходит самый грустный ответ — радость.

Ты жила без радости. Ибо радость мы испытываем, когда что-то отпускаем, освобождаемся. Становимся легкими. Радость всегда легкая. И тогда мы летаем. Не на самолете, вцепившись в подлокотники. Когда летаем от радости, мы становимся равными богам. И нет ничего прекраснее, чем эти полеты, которых у тебя давно не было даже во снах.

И вот ты освободилась от сгнившей ноги и боли, мучившей столько лет. А радость так и не пришла. Только временное облегчение. Ты понимаешь, что тебе придется заново учиться. Нет, не ходить. Радоваться. С нуля, с того возраста, когда ты сломала ногу. Тебе, взрослой и важной женщине, надо учиться радоваться. А если честно, то и всем чувствам. Но по крайне мере, ты уже начала плакать. Это первый шаг.

Истинная природа

Задача женщин в третьем возрасте — сохранение того, что есть, а не восстановление. Восстановить теперь мы мало что сможем, зато способны сохранить и продлить то, что имеем. Поэтому женщины третьего возраста начинают увлекаться ЗОЖ, БАДами и т. д.

Понятно, что в этом возрасте дело не только в здоровье, но и в психологическом состоянии. Я стала использовать слово, заимствованное из подросткового сленга, — потраченность. Потраченность похожа на дырявый кувшин: ты можешь сколько угодно наполнять его, все равно содержимое будет вытекать. Дно кувшина — самооценка.

Одна из причин «дырявого дна» нашей самооценки — депрессия. Болото, на дне которого лежит золотой ключик. Золотой ключик — это ответ на главные вопросы «кто я?» и «чего я хочу?». И, как в сказке, он открывает дверь в твою собственную жизнь. Чтобы его добыть — нужно погружаться с головой, буквально быть готовой умереть, «пройти через смерть». Мы говорили об этом выше, во второй главе.

Первая треть третьего возраста — это социально активный период в жизни женщины. И если она пришла к нему потраченной, то это будет просто доживание. А стремление к уединению приведет к озлоблению в одиночестве, к мыслям о том, что она никому не нужна.

Я часто задаю женщинам вопросы: «Скажите, как вы чувствуете свою индивидуальность? Какими вы задуманы Вселенной? Какова природа вашей личности?» Окружающие часто видят нашу природу лучше. Настоящую природу спрятать очень сложно. Чтобы соединиться со своей истинной природой, я предлагаю женщине отыскать внутри себя какой-то образ, символ, характеризующий ее. И часто оказывается: то, какими мы видим себя, не совпадает с тем, какими нас видят люди. Например, женщина, родившаяся с энергией дикой кошки, всю жизнь думала, что она горная козочка. Потому что семья давала ей такое отражение. Или потому что выжить в родительской семье можно было не «кошкой», а «козочкой». И всю жизнь женщина растила себя исходя из этого образа.

И вот она приходит к психологу с внутренним конфликтом, потому что не понимает, почему окружающие не видят в ней эту милую козочку. И попрыгать с ней по камешкам никто не хочет, а некоторые даже, наоборот, на нее нападают. Женщина, которая не знает своей природы, будет проживать не свою жизнь. И когда я спрашиваю: «Кто вы по природе? Как вы думаете, кем вы предназначены быть? Кем вы родились?» — это вызывает боль. Но и дает надежду. Потому что внутри у нас есть знание — кто мы. И если мы отдалились от него, то начинаем испытывать очень сильную тоску. То чувство, когда скучаешь по очень близкому человеку.

Мы скучаем по самим себе.

И если нам повезло и наши родители видели в нас что-то очень близкое к образу, совпадающему с нашей природой, тогда в первую половину жизни нам удается достичь многого.

Мастерская

Устройся удобно, расслабься. Представь, что ты перенеслась во времени в первые годы своей жизни. Посмотри на эту девочку. Что ты думаешь о природе этой девочки? Понаблюдай за ней. С кем или с чем она у тебя ассоциируется? Какова природа ее энергии? Запиши свои наблюдения.

А теперь поспрашивай друзей и знакомых, какие ассоциации ты у них вызываешь? С каким животным или явлением природы они бы тебя сравнили?

Мы не устраиваем шоу и не обманываемся, понимая: то, что зрело годами, невозможно исправить за день или час. Сломать да, можно. Искалечить на всю оставшуюся жизнь. А там хоть трава не расти. Люди любят быстро. Они ленивы и не хотят меняться. Они хотят, чтобы за них это сделал волшебник-доктор. Они даже готовы потерпеть кратковременную боль. Но теперь ты понимаешь, что это лишь очередной протез.

Представь дерево, которое годами росло и формировалось в зависимости от почвы, количества дождей, ветров и соседских мальчишек. Оно выросло таким, каким смогло в этих условиях. И оздоровить его, в случае, если, например, оно перестало плодоносить или зачахло раньше времени, быстро нельзя. Быстро можно только срубить. Чтобы дерево изменилось, нужна кропотливая работа садовника и сила самого растения. Иногда необходимы активные меры, например обрезка или прививка новых ветвей. Но только терпение и любовь садовника помогут привести к заметным и устойчивым результатам.

Так и люди. Иногда нам нужны встряски. Единицам, самым здоровым, этого может хватить, и надолго. Но большинству нужна заботливая и старательная работа по созданию новых условий, внесение удобрений в старую почву, аккуратное уничтожение вредителей, поселившихся под корой, опыление робких цветов и укрытие от ранних заморозков.

Предательство тела

Вот как описывает состояние женщины, утратившей связь со своей первозданной природой, Кларисса Пинкола Эстес в своей книге «Бегущая с волками», которую я считаю «библией для женщин»:

«Я ощущаю себя чрезвычайно истощенной, утомленной, неустойчивой, подавленной, растерянной, заезженной, загнанной, бесчувственной. Я ощущаю себя испуганной, хрупкой, слабой; виноватой, вечно сердитой или раздраженной; бездушной, никчемной, увязшей, зажатой, помешанной; не чувствую ни вдохновения, ни воодушевления, ни смысла».

Мы живем в мире, в котором жестко прописаны стандарты женского тела. Эти стандарты — продолжение облика супермоделей: худоба, высокий рост, невыраженные половые признаки, застывшее безэмоциональное лицо, отсутствие намека на какую-либо интеллектуальную или духовную жизнь, полная покорность во взгляде. Это часть стандарта. Другая его часть — крайне эротизированный облик на границе с пошлостью. Мы стали рассматривать свое тело не как часть собственной природы, сосуд для души, а как инструмент для получения внимания и востребованности. Мы предали свое тело, и оно стало предавать нас.

На первом месте в списке причин смертности среди женщин — онкологические заболевания женских органов. Мы умираем от того, что должно давать жизнь. Разве не это является криком отчаяния нашего тела? Теперь, когда мы сталкиваемся с сигналами смерти в теле, такими как уход месячных, высыхание соков, седина и морщины, мы испытываем самые разные чувства.

Те, кто не любил свое тело, презирал его, стеснялся или открыто разрушал, поняли, что надежда на любовь умерла. Для них любовь — это востребованность, привлекательность для мужчин, секс. Отделив тело от души, мы разорвали с ним связь. Оно перестало быть одушевленным. Мы его кормим, моем, одеваем. Но мы больше не обращаем на него внимания. Оно стало объектом. Мы забыли, что наше тело дышит, думает, поет, танцует, видит, слышит, переживает, чувствует, реагирует, предвидит, рассказывает.

Мы воспринимаем и понимаем мир и людей через тело. Но «перемещение» в голову стало для женщин фатальным. Мы больше не танцуем, мы думаем. Мы не поем, мы анализируем. Мы не плаваем, мы планируем.

Тело должно соответствовать размерам, меркам, тенденциям моды. Мы позволили мужчинам диктовать нам, что и когда надевать, как краситься, как стричься. Чтобы нравиться им. Не себе. Себе мы перестали нравиться, когда впервые поймали неодобрительный взгляд матери или отца. Когда прикосновения к нам стали холодными или нарушали наши границы. Нас не научили любить свое тело как самое себя. И мы стали вешалками для одежды, сосудом для отходов, инкубатором для зародыша.

Стыд, прерывающий удовольствие, висит над нами как дамоклов меч, даже когда нас никто не видит. Мы все время себя сравниваем. Диеты и программы тренировок, правила и ограничения стали способом общения с собственным телом. Сначала мы стесняемся своей женственности, укутывая ее защитным жиром, а потом терзаем тело голодом. Бесконечный круговорот насилия.

В какой-то момент мы не обнаружили очередных месячных. Тех самых, которые, возможно, ненавидели долгие годы. Ненависть к женской природе проявлялась в болях, дискомфорте этих дней. В тяжелых беременностях, бесплодии, инфекциях и болезнях. И вот теперь, когда эта функция угасает, мы вроде бы должны радоваться. Но ничего подобного не чувствуем. На нас пахнуло смертью. Вместе с последней пачкой прокладок закончились последние иллюзии о женском счастье. Вот как одна участница моего тренинга описывает свои ощущения:

Коллега на работе попросила тампон, у нее неожиданно начался цикл. И пока я рылась в косметичке, каких-то пару минут, вдруг с отчетливой ясностью поняла, что не помню, когда у меня были последние месячные. Я стала вспоминать и провалилась в черную дыру. Не знаю, что меня больше потрясло. То, что я не помню, или то, что это значит. Стали понятны приливы жара, которые я как будто не замечала, раздражение на мужа, проблемы с волосами. Я как будто отсутствовала в своей собственной жизни последний год.

Слово «климакс» упало мне на голову как камень. Мне захотелось себя убить. Убить свое тело. Выбросить его как что-то ненужное. Как поеденное молью платье, купленное много лет назад для праздника, но так никогда и ненадеванное, а теперь испорченное. «Я ведь так и не пошла на праздник, — думала я. — Я все время ждала его, работала, но так и не пошла. А теперь уже поздно».

На следующий день я решила уволиться. Но перед этим заболела и провалялась две недели больше в депрессии, чем в болезни. Когда больничный закончился, я собралась на работу и уже в прихожей, в зеркале увидела постаревшую некрасивую женщину. И мне стало стыдно. Я не хотела больше показывать себя никому. Я не выходила из дома почти месяц. Домашние не могли понять, что со мной. А я не пыталась даже объяснить. Мне просто хотелось умереть. Мне повезло, что врач рекомендовала мне не антидепрессанты, а посещение психолога. И я пошла на танцевальную терапию. Танец спас меня — я не любила так свое тело, когда мне было двадцать. А теперь я наслаждаюсь собой и каждой своей морщинкой.

Климакс — это рубеж. Это время, когда мы сталкиваемся со смертью не на страницах книг, а в собственном теле. Время, когда мы должны пережить в буквальном смысле смерть внутри себя, чтобы перейти в новый этап жизни.

Этапы перехода символически похожи на мост. Узкое, ограниченное по времени и пространству для маневра место, на котором нельзя задерживаться. Все тонкие места могут прорваться, все недоделки рискуют стать фатальными. Так и в период климакса мы сталкиваемся с последствиями своего отношения к телу в предыдущие годы жизни. Нам нужно выдержать эту встречу со смертью, с неизбежным умиранием нашего тела, и только тогда мы получим в подарок еще пару-тройку десятков лет свободной и полноценной жизни.

Нам не надо будет больше беспокоиться о зачатии, вынашивании, кормлении детей. Теперь здоровье — основа привлекательности. Оно становится источником настроения и ресурсом. Мы больше не «выделяем» время для себя. Мы теперь «живем» собой. Спрашиваем себя, хочется ли нам и будет ли нам полезно, прежде чем что-то съесть, куда-то пойти, что-то сделать.

Жировой запас страны

Так в шутку называет свои складки моя подруга. Необъявленная война с лишним весом — вот где ведутся кровавые сражения, а не на границах государств. Вот где поля битв полны жертв, погубленных не внешним врагом, а желанием любви.

На пороге третьего возраста мы обнаруживаем, что игры с весом стали затяжными и часто в этом сражении победа не на нашей стороне. Вес добавляет возраста телу и убавляет — лицу. Дилемма. Худеть и отправляться к пластическому хирургу или оставить как есть и обновить гардероб, вооружившись отговорками про бодипозитив?

Если вес для тебя — источник проблемы эстетического свойства, то ты обречена пропустить еще несколько лет без любви и принятия себя. Если же это вопрос здоровья, то больше времени у тебя нет. С каждым годом последствия будут расти в геометрической прогрессии.

Мы с подругой, врачом-косметологом и нутрициологом, уже несколько лет ведем марафоны для женщин третьего возраста. Мы не затрагиваем тему лишнего веса, однако худеют почти все. Я считаю, что это происходит из-за ее программы про красоту и здоровье, а она убеждена, что из-за моей программы изменения отношения к себе. Так что ответ прост. В третьем возрасте поворот к себе предусматривает избавление от лишнего. В том числе и веса.

Тонны книг о похудении написаны врачами, психологами, тренерами, диетологами. Ты можешь прочесть их все или услышать голос внутренней девочки. Той самой, которая голодна и от которой ты бегала столько лет. Ей нужна не еда. Ей нужна твоя любовь, чуткость, внимание и защита. За этим простым рецептом стоит опыт миллионов женщин, утративших связь со своей женственностью. Голодных и несчастных, отторгнутых от источника и заблудившихся в мире ложных ценностей.

Сегодня не модно быть больной, толстой, неухоженной, неподтянутой, недовольной. Будучи противником любых модных тенденций, я не могу не видеть в движении цивилизации проблески здравого смысла. И возможно, главный из них я как психолог вижу в том, что человечество стремится к росту. Как было удобно притащить свою тушку к врачу и сказать: «Сделай что-нибудь. Назначь пилюльки, ой-ой, только не укольчики. У меня болит и там, и там. Как я себя довела до этого, не спрашивай. Не твое дело. Просто помоги».

К чему это привело? К гонению на врачей и развитию превентивной медицины. Хочешь быть здоровой? Занимайся собой сама. А это значит выращивай свою взрослую часть и… становись себе родителем. Таким, какого у тебя не было раньше. И если родители наших родителей жили не в самые легкие времена и питались для выживания, то наши родители постарались это исправить. Чем же? Обилием запрещенного. Прежде всего сладостей, ибо этот вкус на бессознательном уровне напоминает нам вкус материнского молока. Когда весь мир мог быть теплой надежной утробой, а материнские руки — защитой от всех горестей. Руки были заняты на работе, ибо декретный отпуск был коротким, а шоколадки были близко. Стоявшие в любом доме на столе вазочки со сладким, обязательные пироги и тортики на все праздники, конфеты в качестве подарков — все это плотно закрепилось в образе жизни и психике и ассоциируется с теплом, заботой, вниманием и, как следствие, с образом и запахом любви.

Мы, психологи, как никто знаем о силе потребности в любви. Мы нуждаемся во внимании не меньше, чем наше тело в пище нуждается. Но в здоровом, позитивном внимании. Я часто сравниваю внимание с пищей. Что ты «ешь»? Какое внимание тебя наполняет? Это беспорядочные «перекусы на ходу» или ты следишь за тем, что пропускаешь в свою душу? Например, личности зависимые, как в пище, так и в отношениях, предпочитают быстрое, срочное насыщение вкусным и вредным. Люди избегающего типа сидят на «голодной диете», объясняя это бесконечными рассуждениями о независимости, которой прикрывают свое одиночество. Изнуряющие себя «диетами» бесконечно посещают разные тренинги и программы с четкими алгоритмами, больше похожими на дрессировку.

Невозможно работать с психикой, не включая в работу тело. Детские травмы, влияющие на формирование проблем во взрослой жизни, скрыты в теле. Неудовлетворенные потребности требуют внимания. Эрик Берн, основатель транзактного анализа в психологии, нашел очень точное слово для понимания потребности: он назвал ее голодом. Будучи голодными до внимания и не зная, как его получить, мы тянемся к еде. Быстрой, вкусной, сладкой и, как правило, вредной. Чем мы голоднее, тем более быстрый способ насыщения выбираем. Мы похожи на детей, дорвавшихся до сладкого и не понимающих опасность этого. Мы неразборчивы ни в еде, ни в отношениях. Становясь себе заботливым родителем, мы прежде всего налаживанием свое «питание», «кормим» внутреннего ребенка ответственно, избегая крайностей, экспериментов и опасностей. Становимся избирательными.

Начинать можно с разных сторон. Кто-то в начале приходит к психологу, кто-то к диетологу, кто-то к фитнес-тренеру. Но рано или поздно каждый понимает, что нельзя строить одну стену, игнорируя другие. Крыша будет падать.

Здоровье в третьем возрасте

В начале книги я упоминала три стадии третьего возраста. Первая, до активного климакса, длится приблизительно с 42 до 52 лет. Это время Царствующей королевы. Период активности и расширения. Причем в буквальном смысле. Мы расширяемся не только в социальном, профессиональном, семейном планах, но и физически. Наши кости тяжелеют, наполняются силой перед следующим этапом потерь. Увядающие яичники передают функцию выработки эстрогена жировой подкожной клетчатке, которая начинает расти. Это естественный процесс. Борьба с весом в этом возрасте — занятие небезопасное. Конечно, если вы не стали разрастаться из-за снижения физической активности и булочной диеты, что вполне возможно. Попытки компенсировать внимание и любовь с помощью сладкого и мучного могут стать привычным поведением.

Второй период — Королевы-матери — это время климакса и первых лет после него. Время стабилизации и сохранения. Организм успокаивается и приспосабливается к новому функционированию. Стабилизируются и вес, и настроение, и уклад жизни. Это время формирования нового ритма жизни. Он должен быть достаточно активным и спокойным одновременно. Движение без суеты и рывков. Может произойти полная перестройка образа жизни и питания. Внимательность к потребностям организма поможет сохранить силы. Ни одна физическая программа не может нам добавить ресурса, но главная задача этого периода — не позволить растратить ресурс быстро неразумным поведением и расточительством. Напитывание и уход за собой должны стать нормой жизни.

Третий период — Королевы-отшельницы — начинается приблизительно после 75 лет. Это возраст легкости. До него редко доживают женщины с лишним весом. Он «утягивает» их из жизни. Тело мстит за нелюбовь. Женщина в этом возрасте очень мало ест, как будто «питается святым духом». Ее поддерживают энергии природы, духовности, мудрости. Отсутствие страхов больше не создает напряжения, тело легкое и расслабленное. Его главная задача — поддерживать гибкость. Поэтому вода и физическая активность — лучшие друзья «девушек» этого возраста.

Как стареть красиво

Вспомни, переживала ли ты в юности по поводу своей внешности так же, как сейчас?

Я помню, как поклонник в юности подарил мне французскую тушь. Я так ее экономила, что она успела высохнуть раньше, чем закончилась.

Сейчас женщинам дарят пластические операции. Индустрия красоты перегнала военную промышленность. Но та ли это красота, которая спасет мир? Мама говорила мне, что от женщины должно пахнуть чистотой. Не уверена, что она знала тот факт, что французы придумали духи, чтобы перебить неприятный запах тела.

Современная медицина пошла по пути создания нового и замены им старого, а не сохранения имеющегося. Параллельно возрос интерес к натуропатии и неслучайно. Стремление к натуральному у наших детей проявляется в отказе от косметики и бодипозитиве, а у нас — в поиске натуральных лекарств и целительных источников.

Но женщине-амазонке было не до того, чтобы следить за собой, а значит, признаки старения будут быстрыми и неумолимыми. К боли нам не привыкать, к ранам тоже. И мы обратились к пластической хирургии. Нас не пугает слово «хирургия». Хотя все знают любимую фразу хирургов: лучшая операция — несделанная.

Знаешь, почему в клиниках пластической хирургии не любят психологов? Потому что после их работы больше половины операций пришлось бы отменить. Если ты надеешься, что принять себя с новой грудью будет легче, тебя ждет разочарование. Пока внутренняя гармония не достигнута, даже идеальная внешность этого не изменит.

Но все не так однозначно. Я часто говорю, что искушение опасно лишь неокрепшей душе. Женщины, которые стремятся любой ценой удержать молодость во внешности для востребованности, лишь увеличивают пропасть между телом и душой. Ни одна психика не в состоянии этого выдержать, поэтому нервно-психические расстройства вскоре станут отдельной проблемой. Когда мы с подругой, врачом-косметологом, затеяли марафоны про третий возраст, то обнаружили, что среди ее подписчиц тех, кто хочет развиваться психологически, в разы меньше, чем среди моих — знакомиться с новыми методами ухода за собой. Это определяет вектор движения: от ума к красоте, а не наоборот.

Возможно, скоро уровень пластической хирургии дорастет до высоты искусства, и толпы одинаковолицых женщин уйдут в прошлое. Но вряд ли что-то заменит женщине заботу о самой себе. Это образ жизни, благодаря которому она сохранит свое лицо и тело до глубоких лет. И вряд ли когда-либо найдется лекарство, способное хоть как-то сымитировать блеск и лучезарный взгляд любимых, реализованных, здоровых женщин в любом возрасте.

Ничего лучше танца не сохраняет наши кости.

Ничего лучше спокойного сна не сохраняет цвет лица.

Ничего лучше любимой работы не поднимает с утра с кровати.

Ничего лучше объятий любимого не сохраняет тонкости талии.

Ничего лучше интереса к жизни не снимает головной боли.

И ничего лучше уважения к себе и к людям не продлевает жизнь. Эмоции — враги или друзья?

Эмоции для нас, женщин, — как воздух, которым мы дышим. Мы живем чувствами, говорим чувствами, думаем чувствами.

Стоп! Чувствами или эмоциями?

А ты знаешь разницу? Важно ее знать. Главное отличие можно увидеть, наблюдая за развитием женской эмоциональности с возрастом. Это эволюционное развитие, от древних структур мозга к более развитым. От лимбической системы к неокортексу. От животного к человеку. От импульсивности к глубине и контролю. От ситуации к конкретному объекту. От внешней реакции к внутреннему переживанию. От поверхностного знания к осознаванию и инсайту. От зависимости от ситуации к свободному отношению к ней. От простоты к сложности.

Прошла ли ты этот путь?

От крокодильих слез, потому что он не звонил, до спокойного вывода с легким вздохом облегчения «ну, значит, не он».

От потери аппетита после незаслуженного увольнения до радости и притока энергии от осознания открывшихся возможностей.

От ужаса перед сдачей экзамена до глубокого удовлетворения от анализа ошибок.

От эйфории от полученного внимания до сдержанной внимательности к поведению партнера.

От ярости из-за вмешательства свекрови до сочувствия и заботы.

Если ты прошла свою эволюцию от яркости и высокой амплитуды к глубине и удовлетворению в своих переживаниях, значит, ты стала взрослой женщиной. Теперь ты управляешь своими эмоциями и не отравляешь ими жизнь — ни себе, ни другим.

Это значит, что ты понимаешь, что фильм не нравится не потому, что он плох, а потому, что ты не прожила расставание с бывшим.

Это значит, что, сняв с пиджака мужа светлый женский волос, ты улыбаешься от мысли, что выбрала такого привлекательного мужчину, ибо уверена в его верности.

Это значит, что, проводив детей, ты не плачешь, а радуешься, что они растут и отделяются.

Это значит, что бурные неконтролируемые эмоции давно в прошлом. Что ты слышишь и понимаешь свои чувства, которые расскажут о происходящем гораздо больше, чем слова.

Это значит, что ты не будешь нервничать по пустякам.

Это значит, что, прежде чем глотать таблетку, ты спросишь себя: «Что я чувствую и почему?»

Если же это пока не так, то у тебя есть немного времени для этой работы. Она принесет столько открытий, что они с лихвой покроют все вложения.

Старшая женщина в семье

Семья в третьем возрасте — понятие широкое. В нее входят несколько поколений: старшее, если живы родители, а также братья, сестры с их семьями и дети с внуками. А еще много разных родственников по крови и не только.

Семья в третьем возрасте — это клановая связь, ощущение рода, принадлежности. Очень важно осознать свое место в этом потоке: где ты? За тобой предки, после тебя потомки, рядом с тобой родственники. Возникает вопрос: «Каков мой вклад в этот поток жизни?» Женщина хочет знать: «Кто я в роду, каково мое место, что я привнесла, что я изменила». Мы должны спросить себя, какой я была дочерью, матерью, женой, сестрой?

Существует еще один важный аспект для зрелой женщины. Даже несмотря на искусственную патриархальность, существующую несколько тысяч лет, несомненно, хранителем рода является женщина. Образ Великой матери — это основа всего, он никуда не делся из нашего подсознания.

И это напрямую влияет на восприятие себя как старшей женщины рода. Что значит — быть старшей женщиной в роду? Для большинства людей быть старшим — это про ответственность и власть. Если вам повезло больше, то только про власть, если меньше, то только про ответственность. Довольно часто старшие дочери в большой семье так и не выходят замуж и не заводят детей. Они «насытились» родительством в своем детстве, для них быть старшей — это не про привилегии.

«Старший» и «старость» — слова созвучные, что не добавляет энтузиазма. Власть мы давно видим как структуру патриархальную, а значит, подавляющую и конкурирующую. Женщина во власти должна стать практически мужчиной, иначе ей не подняться по иерархической лестнице. Для нас быть старшей означало много делать, за всех отвечать и себя ставить в конец очереди.

Для матриархальной системы быть старшей — это иметь привилегии, право основного голоса, преимущества в ситуации дефицита, быть уважаемой, той, чье слово решающее и его нельзя игнорировать. Быть старшей женщиной — это быть «царицей».

Система прав и обязанностей должна быть выровнена. Что мы знаем о своих правах? Бороться за свои права мы начали неполных лет сто назад.

Мастерская

Составь табличку из двух столбиков: слева — обязанности, справа — права, соответствующие этим обязанностям. Сколько строчек в правом столбце у тебя остались пустыми? Можно, конечно, вычеркнуть строчки из левого столбца. Но это не всегда можно и нужно делать. Лучше дополнить их строчками справа.

Я помню, как моя подруга, тоже психолог, похвасталась мне покупкой нового дорогого телефона. Все это на фоне кризисной ситуации с деньгами в ее семье. Я даже замерла от такой новости и не сразу смогла поздравить. Сначала выдохнула: «Ну ты даешь!» И знаете, что она мне ответила? Что после полугода ухаживания за больной свекровью, поддержки мужа, последние несколько месяцев ищущего новую работу, конфронтации с двумя детьми-подросткам, она просто обязана была выровнять ситуацию. И этот новый телефон, который она не собирается прятать от близких, — гарантия того, что она не будет играть в психологическую игру «посмотрите, что вы со мной сделали» и манипулировать из позиции жертвы.

Табуированное женское начало

Факты о существовании матриархальных сообществ в истории человечества не новы. Археологи продолжают находить очередные подтверждения этого при раскопках в самых разных частях света. Все мы помним из учебников истории изображения фигурок богинь с большой грудью и широкими бедрами эпохи палеолита. Огромное количество культур древности воспевало женских богинь.

Был период, когда женское начало считалось важнейшим аспектом человечества. И поклонение женским богиням существовало задолго до богов-мужчин. Шумерские, гностические, египетские тексты о происхождении человечества упоминают Богиню-мать, что вышла из Хаоса, который всегда связывали с процессом созидания. Как олицетворение мудрости София Премудрая — языческая богиня, создавшая наш мир и опекающая человечество по мнению гностиков. Логично, что для такой функции выбран женский архетип как сочетание безупречности, мудрости и знания.

В Центральной Азии, Сибири женщины-шаманы — или шаманки — были очень могущественными. Роль женщины в прошлом была более активная, чем мы привыкли считать. Свидетельства о женщинах-амазонках в самых разных частях планеты говорят нам о том, что они не были единым племенем. Это была распространенная форма женской реализации, ее силы и равенства. Но все эти факты по-прежнему очень настораживают современных мужчин-ученых.

Постепенно в понимании происхождения жизни мужской мир вытеснил все женское. В известной библейской истории об искушении Змием и изгнании из Эдема нам представили Еву как виновницу конфликта. Но в шумерских текстах история отличается. Там кроме Евы присутствует и первая женщина — Лилит, а сам Змий обращается к Женщине как к учителю, раскрывая ей тайну и давая Инструмент. То, благодаря чему человечество становится самостоятельным и независимым. В текстах упоминается Женщина-посланница, или Мудрая Женщина. Все это и многое другое исключено из Библии. Сначала из Ветхого, а потом и Нового Завета. Когда зарождалась католическая церковь, отделяясь от гностического знания, происходил переход к патриархату. Знания о женской силе и влиянии подлежали уничтожению.

Много лет занимаясь вопросами инициации, я вижу, как нарушена естественная последовательность шагов в обретении как женственности, так и мужественности. Одним из главных признаков взрослости — является осознанность. Духовные практики описывают путь инициации, который современному интересующемуся человеку больше знаком из трудов Карлоса Кастанеды. Но это всего лишь художественное изложение древней мудрости. И только мужской путь.

Есть масса источников, подтверждающих, что в давние времена в разных культах только женщины доходили до высшей инициации. И они же сопровождали инициируемых мужчин в их внетелесном опыте, который являлся необходимым этапом. Этих женщин называли «пчелами, башнями, паствой». В переводе с арамейского это имя Марии Магдалины, фигуры в Новом Завете отнюдь не привлекательной, а спорной и осуждаемой. Здесь и происходит раскол архетипа Великой Матери на два женских образа: Святой Девы Марии и блудницы Марии Магдалины. Первая стала ассоциироваться с материнством, чистотой и непорочностью, а вторая — с грешной инстинктивной природой. Это расщепление стало фатальным. Мы до сих пор не смогли преодолеть и интегрировать образ женского как целостного начала и источника жизни и мудрости.

И теперь, при вхождении в третий возраст, перед нами остро встает задача интеграции. Особенно, если она не была решена на предыдущей стадии. В среднем возрасте мы черпали силы в материнстве, то есть в «светлой» своей части. О цене, которую мы заплатили за это, поговорим в седьмой главе, повествующей о новых взаимоотношениях с детьми.

Пробуждение Великой Матери

Быть старшей женщиной в роду — значит держать в своих руках множество нитей-судеб. Иметь власть, распорядиться которой бывает очень непросто. Спроси себя: «Готова ли я к этому? Ведь я объединяю этот род. И если эту функцию не выполнять, то каково мое место в этом роду?»

Функции женщины третьего возраста — объединяющая, сплачивающая, регулирующая. Она ткет полотно рода.

Что это означает?

Поиск пути к силе Великой Матери, объединяющего начала, источника жизни и символа сущего в мире — вот путь женщины третьего возраста. Признавая светлые и темные стороны женственности, мы интегрируем разрозненные части и обретаем целостность. Важно понимать, что соединение двух противоположностей дает не просто сумму, а превращается в нечто гораздо большее.

Патриархальный мир вытеснил Великую Мать из сознательного поля, но не смог убрать ее из нашего бессознательного. Оно по-прежнему ищет связь с великой силой жизни и смерти. Но, утратив хоть какие-то осязаемые нити, мы блуждаем в потемках, растерянны и тревожны. Женщина в мужском мире невольно цепляется за мужские ценности, смыслы и еще больше отдаляется от источника. Христианство и другие современные религии не дают нам карты для обретения связи с архетипом Великой Матери. Они лишь усиливают нашу неполноценность и неуверенность в силе и важности своей женской природы.

Храмы Великой Богини-Матери существовали в разных частях мира с древности. Поклонение ей — это поклонение силам самой природы, с которой Мать связана как с бессознательным ее олицетворением. Почитание Богини давало силу и мужчинам, и женщинам справляться с тяготами жизни. Поклонение Великой Матери способствовало отождествлению с ней, а значит, с великой властью над своей жизнью, и вступлению в процесс самотрансформации.

Однако человечество пошло по пути отделения собственного Я, и силы природы стали проецироваться на Солнце, олицетворявшее мужское начало. Возникли новые боги, которые, однако, все еще были связаны с Великой Матерью. Но постепенно люди пришли к монотеистическим религиям, и принцип служения человека природе сменился принципом служения природы человеку. Он стал ее покорителем. Появился Герой, победивший Мать. Результатом этого стало разобщение человека с его естественным началом. Это породило невроз современного человека, культуры и общества.

Огромное количество женщин чувствуют в глубинах своего бессознательного зов. Они ищут способы соединиться с источником через различные практики. Их память хранит образы, а тело — ощущения, которые утрачены многими поколениями.

В третьем возрасте этот зов становится еще сильнее. Для тех женщин, которые смогли развить и удовлетворить потребности своей женской природы в материнстве, любви, творчестве, логичным становится продолжение развития в виде поддержки и напитывания этого жизненного «плодородия». Они спокойны и полнокровны. Их не волнуют вопросы успешности, карьеры и денег. Проводить время, взращивая сад или читая книги, для них предпочтительнее, чем искать способы быть полезной кому-либо. Уединение и созерцание становится источником, а не наказанием. Они никогда не одиноки, ибо всегда в контакте со своей душой и чувствуют себя частью великого целого. Возможно, они не смогут объяснить свое спокойствие словами, но вы это поймете, видя их теплый глубокий взгляд, обращенный одновременно и к вам, и куда-то вглубь.

Для других женщин, которых, к сожалению, гораздо больше, менопауза становится ужасным приближением смерти. Их связь с телом была и до этого нарушенной, а теперь тело пугает возрастными изменениями. Оно сохнет, теряет жизненные соки и привлекательность. А это значит, что угроза быть ненужными и невостребованными встает перед ними во всей своей пугающей неотвратимости. Они боятся старости больше, чем самой смерти. Их контакт с собой и миром так и не был построен гармонично. Отношения неудовлетворительны, способности не реализованы, а душа изголодалась по любви.

И вместо того чтобы остановиться и перестать участвовать в бесполезной гонке за признанием, они бегут от контакта. Закрываются в уединении, декларируя свою независимость как достижение и право возраста. На самом деле за ложной самодостаточностью они скрывают свою боль и гнев от невостребованности. И это предательство себя и своей природы.

Я не хочу сказать, что женщина третьего возраста обязательно должна быть «хозяйкой большого дома», полного людей. Это тоже может быть попытка держать всех вокруг себя, делая зависимыми, чтобы удовлетворять свои потребности в значимости. Все происходит совсем не так. К женщине третьего возраста, находящейся в контакте со своей природой, интегрировавшей жизнь и смерть в единый бесконечный процесс существования, неизбежно будут тянуться другие люди. Она как магнит. Рядом с ней происходят удивительные процессы. Просто быть рядом, быть сопричастным — уже великий дар.

Вспомни женщин из детства, которых ты по возрасту называла бабушками и к которым просто хотелось приходить в гости. Неважно, о чем вы говорили или что делали, но ты точно наполнялась какой-то магией жизни.

Если твои внуки уговаривают родителей отвезти их к тебе на выходные, если твои дети, когда им плохо или хорошо, стремятся в твой дом, если соседи ищут повод зайти к тебе хоть на минуту, то ты та самая женщина.

Сколько людей в твоей орбите? Для скольких ты важна? Сколько вспомнит о тебе в минуты радости с благодарностью? Сколько хотели бы получить твой совет, объятия или… твоего варенья? Большая звезда становится центром системы. Мы влияем на жизни и умы других людей, а значит, на их судьбы. Поэтому мы знаем, когда и что сказать, а когда промолчать. Где отойти в сторону, а где вмешаться. Не из контроля, а из наполненности и мудрости.

Если женщина не делает этого осознанно, не принимает свою роль, то бессознательно становится паучихой, плетущей интриги. Это проявляется в том, что дети не ладят между собой, родственники делят наследство, не общаются друг с другом. Царят ненависть, напряжение, фальшивая вежливость. Отсутствуют поддержка, надежность, опора. Все то, что должна создавать родственная связь. Такая женщина будет сеять семена раздора, разобщать структуру семейного рода.

Частый вариант реализации женщины третьего возраста проявляется в стремлении властвовать. Темная сторона женственности стремится поглотить все вокруг. Проникнуть во все процессы, быть главной и управлять всем и всеми. Такие женщины крепко держат в своих цепких руках нити судеб близких, как поводки от ошейников. Влияние этих женщин удушающее и ограничивающее. Они упиваются своей властью, манипулируя в основном чувством вины и стыда. Токсичность таких женщин отравляет все вокруг. Часто заложниками становятся внуки, потому что дети стремятся вырваться из-под власти такой матери. Но они не рискуют сделать это открыто и «откупаются» детьми. О таких женщинах мы поговорим подробнее в главе об отношениях с детьми.

Женское расширение

Роль старшей женщины рода — преемственность через осознание исторического пласта того матриархального мира, в котором мы когда-то жили, где род объединялся старшей женщиной. Ее задачей было приумножать процветание рода. И это другая форма исторического развития, в которой нет «захватнического» элемента патриархального мира.

Женское устройство заключалось в том, чтобы расширяться. И не мужским, захватническим способом, а именно по-женски. Раньше захват территорий заключался в том, чтобы уничтожить местное население, как, например, в Америке. Задолго до этого Александр Македонский на захваченных территориях ставил своих людей управляющими. Солдаты женились и заводили детей от местных женщин. И это уже более прогрессивный путь.

А как сделала бы женщина? Она открыла бы двери своего «дома», угостила, расспросила. Проявить гостеприимство — шаг диагностический. Если, например, гость не стал принимать еду из ее рук, значит, он пришел не с добрыми намерениями. А потом спросила бы, что вы можете сделать для нас в обмен на наше гостеприимство? Предложила бы объединиться под ее началом, потому что вместе — мы сила. Так, кстати, в свое время поступил Советский Союз. Недаром пелось в песне «республик — пятнадцать сестер». Это вариант женского сотрудничества. Так попытался сделать и Евросоюз. К сожалению, женские энергии еще слишком слабы, они только возрождаются, поэтому эти инициативы оказались не очень прочными.

Наше женское расширение — это объединение и ассимиляция. Другими словами, «ты можешь быть с нами и быть собой». В отличие от мужской интеграции, где «если ты с нами, ты должен быть как мы».

Роль мужчины — защищать и помогать своей силой выполнять задачу женщины — сохранять, процветать и взращивать. Женский ум работает в созидательном ключе. Например, женщина думает о том, что семье необходимы запасы на зиму. И роль мужчины в этом — добыть их и придумать технологию сохранения. Женщина знает, как приумножить, а мужчина — воплощает это в реальность.

Женщина имеет силу влияния, и с возрастом сила эта приумножается. Поэтому нормально, когда женщина с годами поправляется: такова физиология, женщина расширяется. Она становится хранительницей и источником, к которому все припадают. Современные женщины настолько обеспокоены лишним весом, что совершенно не учитывают этого. Привлекательность для них важнее функциональности. Они теряют связь с собой. Для близких перестают быть источником. Скорее они похожи на суетливую, мечущуюся, неугомонную особу, которая нуждается в опоре.

Современная женщина к третьему возрасту устает, ей все надоело, она истощена и потрачена, она хочет уединения. И это может стать для нее формой жизни. Но, как я писала выше, женщина не может жить в уединении весь период третьего возраста. Ей нужно занять свое место во главе рода — место великой матери. Великая мать — это позитивная женская реализация. В негативе же эта роль может видоизмениться, и женщина будет цепляться за детей и внуков, контролировать и манипулировать членами семьи. Так может проявиться патологический симбиоз, о котором мы подробнее будем говорить в седьмой главе.

Все это сжигает и истощает женщину изнутри. И чем ей хуже, тем активнее она ищет энергию снаружи. Поэтому многие молодые мамы не любят отправлять детей к бабушкам. Они чувствуют, что бабушки буквально «выпивают» из их детей энергию. Говорить об этом неловко. Мамы чувствуют себя виноватыми. И внуки часто становятся заложниками в этой незавершенной истории между взрослыми детьми и их родителями. Кстати, именно поэтому учителя и воспитатели не хотят уходить на пенсию, оставаясь даже за небольшую зарплату работать с детьми и «подзаряжаться».

Женщины-амазонки исторически представляли собой племя женщин, взявших на себя защитную функцию. В меняющемся мире, где экспансия мужских цивилизаций постепенно вытесняла образ жизни матриархальных племен, выбор женщин самостоятельно справляться с внешней угрозой был понятен.

Мы, амазонки современности, стали такими не от хорошей жизни. Мы нуждались в защите, но не получили ее. И тогда сами «вскочили на коня». Для большинства из нас это был не добровольный выбор, а вынужденный. Но это не меняет требований возраста. Даже воины по духу в женском обличье должны поменять образ жизни.

Еще одна черта возраста — наставничество. Это способ делиться мудростью. И кто-то будет делиться кулинарными секретами, а кто-то боевыми стратегиями. А где вы видели учителя без окружающих его учеников? Вот и еще одна форма для объединения.

Место силы

Современные условия позволяют нам иметь отдельное жилье. Уже никто не видит особого удовольствия жить всем под одной крышей. Но последние годы показали, как важно иметь возможность встречаться всей семьей. Как важно иметь «отчий дом», который должен быть «местом силы». Местом, куда всегда можно вернуться и припасть к источнику, напитаться энергией и набраться сил для новых полетов в дальние края. Дети «привозят» и разделяют с нами не только горести и проблемы, но и свои достижения, давая нам поводы для гордости. Так же, как когда-то мы «приносили» им пропитание.

В первой трети третьего возраста наши родители чаще всего еще с нами. То, как мы общаемся с родителями, — лучший образец для наших детей. Это время благодарности. Время, когда нужно успеть сказать то, что должны. Сделать то, что можем. И время, когда на поверхность поднимаются все скрытые и подавленные чувства. Для нас родители не меняются. Мы для них тоже. Мы застываем в тех далеких временах, когда они были молоды, а мы малы. Когда мы нуждались в них, а они еще не так нуждались в нас. Теперь все развернулось на сто восемьдесят градусов. Они очень нуждаются в нас, а мы уже не очень в них. Но модель восприятия друг друга осталась прежней. И время, когда мы должны были быть с ними на равных, могло быть упущено. Сегодня мы могли бы сесть за стол переговоров и прояснить наши отношения. Могли бы выразить свои претензии, услышать аргументы, найти точки соприкосновения для подготовки этого трудного периода взаимозависимости.

К сожалению, у многих этого не произошло. И важно организовать это с нашими детьми. Они ходят к психологам, взрослеют, они не отягощены чувством вины, как были отягощены мы. Мы выдержим их гнев и не разрушимся. Мы слышим свои чувства и поддерживаем детей в том, что они смогут найти в этом мире нечто, что мы не смогли им дать.

Но с родителями нам это не удалось. Поколению «выживших» было не до чувств. Им надо было вырастить нас сытыми и здоровыми, и они с этой задачей справились. Как смогли. Старость стала для них временем, когда очень хочется отдохнуть, а навыков нет. И мы бьемся с ними за то, чтобы покупать картофель тогда, когда это необходимо, а не горбатиться на огороде. И что дача — это не рабочее место на выходные, а место отдыха. Но они нас не слышат. Они и себя-то не слышат. Не привыкли. Не привыкли жаловаться, просить, не привыкли лежать.

Конечно, это касается не всех родителей. Есть и те, кто всю жизнь ждал этого времени, чтобы упасть детям на руки, потому что никогда не лежал на руках своих родителей. Парадокс в том, что и первые, и вторые падают на руки нам, их детям. Только обращаться с ними как с детьми невозможно. Их нельзя заставить или переубедить. И нам приходится наблюдать, как они терпят или жалуются. И мы, не успев рассчитаться с ними за долги детства, должны снова стать терпеливыми и заботливыми. И к детям надо быть такими, и к родителям! И где, спрашивается, взять столько сил?

Отношения с пожилыми родителями — это еще один вызов третьего возраста. Если мы не отнесем свой гнев в кабинет психотерапевта, то он разрушит нас изнутри. Если мы выразим его пожилым родителям, то будем чувствовать вину, которая разрушит нас снаружи, ибо чувство вины требует наказания. Придется решить эту задачу.

Самый простой и быстрый способ, который нам предлагает общество, — прощение. Такой способ легко вписывается в христианскую мораль, выглядит привлекательно и соблазняет своей простотой и благородством. Но он не работает. В главе о смерти я упоминала о том, что прощение возможно только после гнева, вины, страха, печали, тревоги и множества других чувств. Прощение родителей считается последней стадией психотерапии. Как думаешь, почему? Потому что простить раньше, чем пройти предыдущие чувства, это все равно что наложить гипс на незалеченную рану. Каким бы красивым и функциональным ни был гипс, нога будет гнить изнутри.

И весь этот сложный путь нам придется проходить не с ними. Нам придется окончательно избавиться от надежды, что родители изменятся. Это самая трудная часть, думаю. Я помню, как злилась на маму, что она никак не хочет просить у меня помощи, когда нуждается, а вместо этого отдаляется и терпит. Я даже завидовала подругам, мамы которых жалуются им с утра до ночи. Им хотя бы не надо было догадываться и постоянно все держать под контролем, чтобы не пропустить опасность.

Когда родители уходят, нам нужно занять их место. Место старших. Мы больше не дети. Мы старшие, взрослые. Мы становимся носителями традиций. Если у нас много неоплаченных счетов к родителям, то мы не захотим быть ими для наших детей. Есть риск либо совсем отказаться от родительства, потеряв шанс на удовольствия от этой роли, либо повторить неудачную модель своих родителей.

Если же мы хотим прожить это время с удовольствием, нам придется потрудиться. Простить своих родителей, если мы раньше не сделали эту работу, и наладить отношения с детьми. Практика прощения, позиционируемая в разных духовных школах, на мой взгляд, имеет один важный недостаток. Прощение — это выдох, освобождение. Что нам надо «выдохнуть», от чего освободиться? Прежде всего, это чувства. Накопленные за многие годы. Каждое из них требует внимания, анализа, понимания и выражения. Часто это похоже на запутанный клубок. И нельзя делать резких движений, нить может порваться. Так рвутся отношения между самыми близкими. И восстанавливать их всегда труднее, чем разрывать.

Эти чувства похожи на слоеный пирог. Слой за слоем мы «снимаем» целый пласт спутанных, склеенных мыслей, чувств, поступков, выводов и убеждений. Сверху может быть обида или равнодушие, гнев или зависть. Под этим слоем окажется другое чувство, под ним — третье и так далее. И только на самом дне будет настоящее чувство, настоящая боль. Обычно мы избегаем к ней прикасаться, поэтому она прячется на самом дне. Прощение невозможно без очищения этой раны. Поэтому прощение — это процесс, а не акт. Единственный, кого мы должны простить как можно скорее, это мы сами. Или наша жизнь превратится в постоянное искупление наказанием.

Другая сторона того же самого процесса — отношения с родственниками мужа. Злополучные свекрови, нейтральные свекры и золовки, «змеиные головки», и еще много разных не очень знакомых и не очень приятных для нас людей.

Почему же они нам неприятны?

Все дело в механизме переноса. Наши отношения со значимыми людьми строятся на первичных моделях, созданных в далеком детстве. В основном мамой и папой, ну и еще парой-тройкой людей. Несознательные отношения с неосознаваемыми чувствами становятся полем битвы с теми, кто будет значимым для нас человеком с похожими ролями. Вот мама мужа и становится носителем проекций наших невыраженных, а чаще даже неосознанных, чувств к собственной маме. Можешь продолжить эту тему самостоятельно и рассмотреть свои чувства к родственникам мужа через призму твоих отношений с родителями.

Есть еще отношения с братьями, сестрами. Это очень важные люди в нашей жизни. И наши отношения с ними во многом были определены в детстве и зависели от родителей. Посеянная между детьми вражда, попытка сформировать коалицию с кем-то из детей против других членов семьи — довольно частая история. Но братья и сестры — это равные нам близкие люди. По крови они даже ближе, чем кто-либо. Отношения с ними — огромный ресурс для жизни. А их дети — важные люди для наших детей. Прерывая отношения с сиблингами, мы лишаем своих детей важной системы поддержки и общения. Кузины и кузены всегда принадлежали близкому кругу, в котором человек проходил важные этапы формирования близких и дружеских отношений и сексуальности. В моей практике часто встречались случаи, когда именно разорванные связи клиента с сиблингами были местом утечки энергии.

Ксения никогда не считала младшую сестру Лизу подругой. Разница в возрасте между ними была небольшая, всего три года, но ни общих подруг, ни общих историй у них в детстве не было. Лиза всегда была маминой гордостью, отличницей, умницей и моделью для подражания. Когда мама слегла после инсульта, оказалось, что Лиза мало того что в другом городе живет, но и в принципе не собирается менять свой образ жизни, чтобы помочь ухаживать за мамой. Кроме собственной семьи на плечи Ксении легла и забота о матери. И каждый день она продолжала выслушивать истории о том, какая Лиза замечательная, а она, Ксения, — неудачница.

После смерти матери прошло семь лет, прежде чем сестры впервые поговорили друг с другом по-настоящему. Без ссор, претензий и взаимных укоров. И у них был один и тот же вопрос: «Почему они не дружили?» Разве много на свете людей с общей кровью, общим детством и общими воспоминаниями? И разве теперь, когда им обеим за пятьдесят, не хочется обняться вот так, втроем с мамой? Пожаловаться ей на детей и мужей, услышать совет, поесть ее борща, который они обе никак повторить не могут? Посмеяться втроем над соседкой, которая еще с детства их булочками называла, а сама была круглой, как пончик. И почувствовать, что есть в этом мире тихая гавань, с теплыми материнскими руками и сердцем, которое навсегда останется любящим.

После разговора пройдет еще пара лет, прежде чем они рискнут общаться. Инициатором, как ни странно, будет Лиза, участница моего Женского тренинга. Именно боль от разрыва контакта с сестрой оказалась для нее тем местом, куда утекала энергия. Она открыла это понимание на второй день, после того как мы поговорили о ее вытесненном трауре по маме. И это был катарсис. Спустя год ее старшая сестра Ксения пришла ко мне учиться на психолога и поведала эту историю. Она сказала, что после случившегося с Лизой поверила в силу психологии. Я улыбалась тогда со слезами на глазах, улыбаюсь и сейчас, когда пишу эти строки.

Часто только после смерти родителей братья и сестры сближаются. И это хороший исход. К сожалению, редкий. Трудно изменить отношения, сложившиеся годами. Если наша связь была через родителей, она с их уходом может и вовсе прерваться.

В то время как люди теряют близких на войне, мы можем потерять их в мирное время. Это обидно и больно. Братья и сестры могут стать в третьем возрасте самыми близкими друзьями, соратниками, надежной опорой. И именно нам, женщинам третьего возраста, нужно взять на себя эту роль — дипломата, переговорщика и миротворца. Без гарантий, что результат будет, как в красивом фильме. Но разве не важно знать, что ты сделала все от тебя зависящее, даже если в итоге не получилось? Ведь это счет, который мы обязательно предъявим себе уже скоро, в конце жизни. Разве муки о несовершенных шагах стоят того, чтобы не рискнуть?

Мы «собираем» семью. Это трудная, но благодарная работа. В мире, где человеческая близость все больше становится эксклюзивом, родственная и кровная связь по-прежнему прекрасная основа для крепких, надежных отношений. Многие проходят тесты, для того чтобы найти родственников по всему миру. А некоторые живут с родными братьями и сестрами в соседних подъездах и не здороваются.

У меня не было родных братьев и сестер в детстве, только двоюродные. Родных по отцу и по матери я нашла в зрелом возрасте. И сейчас счастлива, что в этом мире у меня есть кровные родственники. Когда мы встречаемся, то часто фантазируем, какими бы мы были в детстве вместе, как хулиганили бы, секретничали, путешествовали.

Иметь кого-то, с кем у тебя есть общее прошлое, — бесценный дар. И разве речь идет только о родных братьях и сестрах? А двоюродные, троюродные и так далее? Тетушки и племянники, дядюшки и кузены и даже родственники бывших супругов. Так много людей, которых мы можем считать своим кругом родства. Отношения с ними — это огромные возможности для проявления и ощущения близости и принадлежности, а не только опора в преодолении тягот жизни.

Возможность поехать в гости к родственникам в другой город, страну — разве это не прекрасная возможность? Разве гулять вместе с тем, кто знает город изнутри и питает к тебе родственные чувства, не приятнее, чем с чужим, пусть даже опытным экскурсоводом? А болтать до утра, разглядывая старые фото, и вспоминать, как вы вместе дразнили соседскую собаку на даче у бабушки, — разве это заменят даже самые дорогие гостиницы?

В век цифровой реальности так важно помочь детям и внукам сохранить возможность человеческого контакта, чувства общности и близости. Ценность кровных уз будет только возрастать.

Резюмируя все вышесказанное, хочу еще раз напомнить: отношения с родственниками регулируются старшей женщиной в семье. Она как центр притяжения и источник мудрости объединяет всех. Это место и роль помогают ей самой напитаться энергией, чувствовать себя нужной, востребованной, значимой. Принимать уважение, благодарность и любовь близких людей, которые являются не отдельными, а единой мощной силой.

Вот и в нашем новом доме всегда будет и чем угостить, и куда спать уложить, и каким словом утешить или подбодрить. Он станет нейтральной и безопасной территорией, где можно примиряющимся сторонам провести переговоры, а мы станем теми, кто рассудит. И это точно не гостиница с бесплатными завтраками, не зал суда и не поле для битвы. Наш дом будет местом силы, энергетическим центром всей семьи. Сюда нельзя заявиться без приглашения. Быть принятыми в нашем доме могут только те, кто готов привнести в общий родовой «котел» свой вклад для сохранения и развития.

Город полон женщин-амазонок. Активно работающих, целеустремленных, уверенных, профессиональных, добросовестных и очень ответственных. Они развивают и продвигают проекты, организуют всю рутинную работу, готовы трудиться практически без выходных и не нормируют свое рабочее время.

На них можно положиться. На них можно опереться. Им можно доверить что угодно.

Им нельзя ни на кого положиться. Им нельзя опереться. Они не могут доверять никому.

Вся их сила и надежность работает только в одну сторону. Им можно отдавать, но нельзя принимать.

Они очень хотят всего того, что сами дают другим людям и миру. Но они в этом не признаются. Им кажется, что если они признаются и развернутся в сторону себя, то мир рухнет и они останутся в одиночестве. Но они не понимают, что давно уже одиноки — их внутренние девочки одиноки очень давно. И чтобы не сойти с ума, они когда-то придумали способ: быть нужными, важными, значимыми. И стали много работать. Их таланты позволили им стать успешными. Ну, почти успешными. В этом «почти» и кроется вся интрига. Это история про ослика, идущего по кругу за привязанной перед носом морковкой.

Ты думаешь, они не догадываются, что морковка гнилая? Многие догадываются. Но боятся остановиться, потому что знают, что увидят под ногами.

Трупы. Собственные. Свои годы, свои несостоявшиеся свидания, свою гладкую кожу, свою разбитую любовь, свои удаленные яичники, своих нерожденных детей, свои мечты.

Поэтому они не останавливаются. Они просто должны упасть. Сами. Замертво, если повезет. Или от болезней, которые дадут шанс немного отдохнуть. Или от удара судьбы, который сломает им позвоночник.

Им нужно принять решение. Решение жить или не жить свою собственную жизнь.

В этой главе я хочу поговорить о том, как женщине реализовываться через деятельность без необходимости падать замертво.

Творить, а не работать

Любой работодатель скажет, что женщины намного трудоспособнее мужчин. Но когда я говорю о женщинах и работе, то вспоминаю про корень «раб» в слове «работать». И слово «труд» мне тоже не по душе. Самое точное слово в этой теме — «творчество». Женщина способна творить по своей природе. Материя — женское естество, и традиционно связана именно с женской сутью. Творческая функция женщины божественна. Ведь она способна родить Человека. Весь процесс творения от зачатия до рождения происходит внутри нее самым естественным способом. Ей даже не надо прилагать к этому особых усилий. Способность сохранять и взращивать лежит в основе женского существа.

Получается, что главный процесс в жизни женщины — это реализация своей способности творить. Если мы не творим, то вытворяем. «Что же я натворила», — говорим мы себе в ситуации, когда эта функция проявлялась без нашего руководства и внимания. На физиологическом уровне именно матка является главным смыслообразующим органом, на обеспечение которого работает весь женский организм. Начиная от устройства органов чувств и заканчивая строением скелета, весь женский организм сосредоточен на выполнении функции выращивания и рождения ребенка. Не только тело, но и психика устроена таким образом, что функция творения поддержана всеми возможными способами. Мы чувствительны, внимательны, выносливы, заботливы. Мы все время находимся во взаимодействии с миром, людьми, событиями, явлениями. И каждое взаимодействие что-то создает.

Мы вызываем чувства, а они порождают действие. И один плюс один становится чем-то третьим. После встречи с нами у человека может измениться настроение: он напишет прекрасную музыку или уйдет в депрессию. Наш суровый взгляд остановит разрушение или сам станет началом разрушения. Мы влияем. Мы не можем не влиять. Мы слишком важны для жизни. Поэтому взаимодействие с миром мы должны сделать творчеством. Процесс творчества для женщины — это не хобби, а божественная функция созидания. Это естественный процесс, который происходит, хотим мы того или нет.

Проницаемость

Когда мы лишаемся девственности и превращаемся из девушки в женщину, мы становимся проницаемы. В прямом и символическом смысле. Это означает, что стимулы извне попадают в нас. И попадают они в плодородную почву, способную сохранять и взращивать.

До близкого контакта с мужчиной девушка обладает уникальной энергией целостности. Она — как аккумулятор силы многих людей, каждая яйцеклетка — потенциально целая жизнь. В некотором смысле женщина владеет бессмертием. Она могла бы использовать эту энергию для себя и жить очень-очень долго. Может, поэтому девушки плакали перед свадьбой, а девственность считалась принесенной жертвой, которую мужчина должен оценить по достоинству?

Проницаемость делает нас очень внимательными к границам. Кроме того, что мы ожидаем теперь от мужчины защиты наших внешних границ, мы и сами должны относиться очень внимательно к тому, с чем соприкасаемся. Нам нужно сохранить свою чувствительность и способность впускать в себя «зерно», из которого будем выращивать и создавать что-то новое.

Мы открыты, и наша задача в том, чтобы правильно реагировать. Речь идет о способности к различению. О способности делать верные выборы. К третьему возрасту эта способность должна быть доведена до тончайшего уровня. Мы должны отличать «гнилое зерно» от здорового. Когда муж протягивает тебе тарелку из холодильника и спрашивает: «Понюхай, это не испортилось?» Когда в магазине берешь в руки по яблоку и безошибочно выбираешь спелое. Избирательность должна быть естественной частью личности. Никакой всеядности, толстокожести и «потерянного нюха».

Что же происходит с тем, что мы впустили в себя? Как женский организм выбирает из миллиона тот самый сперматозоид, который превратится в ней в будущего Пушкина или Гитлера? Попав внутрь нас, будь то сперматозоид или идея, это нечто начинает меняться. И изменяется оно под влиянием того, что у нас внутри. В зависимости от природы женщины. Если женщина гармонична, если в контакте со своими женскими энергиями, целостна, то происходит удивительная трансформация. Мертвое может стать живым. То, что уже собирались закопать, вдруг начинает расцветать. Мы способны возродить к жизни. Мы можем подобрать цветок или котенка, оживить и выкормить. Мы можем взглядом возродить надежду. Или разговором вернуть к жизни человека, потерявшего смысл.

Не может не измениться то, что попадает в наше поле. И наша ответственность состоит в том, чтобы эти изменения были ради жизни. Иногда это про смерть как завершение чего-то, что должно закончиться. Остановить гниение и разложение, предав его земле. И об этом мы говорили в главе про смерть.

Сила женского намерения

Мы можем перезапустить или апгрейдить какую-то идею, которая проникла в наше поле и была принята нами как достойная внимания. Благодаря нашей способности видеть скрытое мы можем видеть ресурс и потенциал. Это важнейшие качества материнства.

Это проявляется в простых бытовых вещах. Например, вы с подругами поговорили, и кто-то высказал какую-то идею. Она тебе понравилась, ты увидела перспективу. Не головой — это все не про мыслительные процессы. В таких случаях мы говорим: «Я почувствовала, мне захотелось». Вот так происходит магия великого процесса, который называется «намерение». О силе женского намерения можно написать отдельную книгу. Мы ведь знаем, что, если чего-то по-настоящему захотим, это обязательно исполнится. Как желание превращается в намерение, точно никто не скажет. Но я попробую. Это алхимический процесс.

«Чего хочет женщина, того хочет бог» — фраза из известной песни. Здесь и кроется ответ. Жизнь наградила нас такой силой и важностью, что готова помогать нам реализовываться через наши намерения. Поэтому так важно, чтобы женщина была наполнена прекрасным. Как сосуд, ценность которого не столько во внешнем, сколько в содержимом.

Имея намерение, женщина сосредоточивается на его реализации. Она будет вовлекать в этот процесс других людей, сознательно или бессознательно. Каждый женатый мужчина может рассказать историю о том, что если его жене закралась в голову какая-то мысль, то лучше не сопротивляться.

И тут начинается творение, или созидание по-женски. А учитывая нашу способность материализовывать, мы становимся Творцами. Может, поэтому мужчины так склонны конкурировать с этой нашей способностью и активно развиваться в разных творческих профессиях?

Все, что мы творим, мы отпускаем в мир. Это наш величайший дар. И мир благодарит нас в самых разных формах. Ты печешь вкуснейшие торты и их раскупают мгновенно? Или рождаешь образы, и продукция твоей фирмы в приоритете? Или учишь детей рисовать, и они с нетерпением ждут занятий? Все это и многое другое, что мы способны сотворить, невероятно притягательно. Люди хотят к этому приобщиться и готовы за это платить. И чем щедрее ты вкладываешь и отдаешь, тем дороже это стоит.

Предназначение

Для мужчины работа — это служение. Он выполняет задачу, и это подразумевает преодоление, постоянные нагрузки, развитие. Он так устроен, потому что всегда есть наивысшая цель, ради которой он трудится. Но для женской природы противоестественно жестко структурировать деятельность, ходить на работу и делать то, что не является для нее творчеством, — это разрушает женщину. Внешняя цель не для нее. Женщина не должна вкладывать свою драгоценную энергию в то, во что не верит, что не соответствует ее духу, ее намерению. И если ей не нравится то, что она делает, то ее «творение» будет нести энергию безжизненности. Его будет трудно продать, оно не будет привлекать. Или оно будет нести разрушение. Дело не будет клеиться, вещи станут ломаться или портиться, а идеи приводить к краху.

Например, годовой отчет, сделанный женщиной в ненависти к фирме, на которую она работает, обречет компанию на разорение. Поэтому умные руководители очень внимательны к выбору главных бухгалтеров. Это фигуры, которые должны быть независимы, потому что финансовое сердце компании перестанет биться или у него случится «инфаркт», иногда в буквальном смысле.

Так как же мы должны зарабатывать деньги?

То, что мы производим, наполнено нашей энергией. Она индивидуальна и обладает особыми качествами. А ты знаешь о качествах своей творческой энергии?

К «третьему возрасту» мы должны знать, какова природа нашей энергии. Она довольно специфична. Возможно, ты знаешь о своей способности успокаивать других и работаешь медсестрой в психиатрии. Или любишь чистоту и порядок, и у тебя своя клининговая компания. А может быть, твой талант в распознавании талантов других и ты хедхантер?

Нас долго учили работать со своими слабыми качествами, однако мудрость в том, чтобы не трогать их, а развивать свои сильные стороны. И исходя из этого искать свое предназначение. Его поиск — очень интересный процесс. Это не спущенная «сверху» инструкция. Часто люди путают предназначение с ожиданиями родителей, в то время как это возможность реализовать индивидуальную энергию, врожденные способности. Ты знаешь, чем хорошо владели твои предки? Чем они занимались, что создавали? Генетика в профориентации занимает не последнее место. Формы для реализации со временем меняются.

Почему вредно работать, а не творить

К третьему возрасту мы не имеем права по отношению к себе делать то, что противоестественно нашей природе. Разрушение неизбежно. Представь, что человек, физиологически созданный как бегун, будет заниматься боевыми видами спорта. Его тело будет разрушаться. Вот так и душа разрушается. Работа, противоестественная твоей природе, разрушит и твое тело, и душу. И никакая зарплата этого не компенсирует.

Если женщина ставит перед собой цель — зарабатывание денег, ей приходится выстраивать свою деятельность по мужским законам. В этом случае разрушение ее женской природы неизбежно. Как если бы на машинке, предназначенной для тонких тканей, ты бы шила военную форму. Или приспособила гардеробную под кухню. Функционировать будет, но ни радости, ни результата не будет. Все в итоге сломается раньше времени.

На эту тему есть притча. Идут люди по кладбищу и видят на надгробиях надписи, например «Родился в 1940, умер в 1999. Прожил полтора года». И таких могил, на которых календарная дата не совпадает с заявленным сроком жизни, много. Смотрителя кладбища спрашивают: «У вас тут что-то не то, какие-то ошибки на надгробиях». А он отвечает: «Ничего подобного. Никаких ошибок — написан реальный срок того, сколько человек по-настоящему жил».

«Сколько я по-настоящему жила? Чего я теперь хочу? Как я хочу реализовываться?» Если мы знаем ответы на эти вопросы, то у нас всегда достойный уровень жизни. Это очень легко посчитать, потому что ты можешь, например, зарабатывать очень много, но у тебя нет чувства удовлетворенности.

Большинство моих клиентов зарабатывают больше меня. Или начинают зарабатывать, когда приходят в терапию. Часто бывает, что мы даем другим то, что нам, может быть, самим нужно. Я всегда останавливаюсь на этом месте, начинаю рассматривать свою зависть и думаю: «Что же мне нужно сделать для себя?» Знаешь разницу между завистью и ревностью? Ревность — это когда мы хотим иметь то, что есть у другого, а зависть — это когда мы хотим уничтожить то, что есть у другого. Оно нам нравится, но мы хотим это уничтожить.

В зависти есть одна очень важная позитивная составляющая. Это маркер того, что мы хотели бы иметь. Поэтому, если ты завидуешь чему-то, обозначь четко, чему именно. Это значит, что ты можешь это иметь. Если мы не можем что-то иметь, наша нервная система этого не опознает, то есть мы не будем завидовать тому, что потенциально иметь не можем. Я этим очень хорошо пользуюсь много лет, и когда отлавливаю, чему я завидую, то выделяю именно этот пункт и думаю о том, как мне это получить. Потому что, оказывается, я этого хочу. А еще, оказывается, я это могу!

Сто драконов

Подводя итог этой области жизни в третьем возрасте, ты, возможно, скажешь: «Ну вот, опять работать над собой». А мы уже успели к этому возрасту подустать. И нам хочется получить что-то просто так, легко и без усилий. Как будто подходишь к большому шкафу, открываешь его и приходишь в ужас от того, сколько всего надо структурировать.

Но оказывается, внутри нас есть силы, представленные во многих сказках в виде мелких животных или пары рук, которые способны делать такую работу. И ты очень быстро разберешь каждую полку и обнаружишь, что и «носить есть что», и свободные полки для новых вещей имеются. Выбраны они будут не в спешке, а с удовольствием. И служить будут долго и на радость.

Работая со старшим поколением или со своими ровесницами, я встречаюсь с одной трудностью. Мы женщины, которых готовили к трудностям. И мы, черт возьми, все время к ним готовимся. Мы встречаем их с открытым забралом и в полной боевой готовности. Наши доспехи приросли к телу, а меч присох к руке. Но мы устали, и даже гордость за свои победы и горы голов поверженных драконов нас больше не радуют.

Мы устали как сто драконов. У нас болит поясница, ломит плечи, нам одиноко. Все спасенные принцы и принцессы испарились в розовом облаке удовольствий, а обещанная награда остается далекой мечтой.

Правда в том, что никто ничего не обещал. Так, только намекнули. Что, дескать, будешь хорошей, сильной, смелой и никого не обременяющей — будет тебе счастье. Это в смысле, мы тебя не бросим. Может, и другие тоже.

Но не факт.

И самое главное: на лбу выжгли девиз «я сама». И заставили в это верить и этим гордиться.

Расслабиться — получить удовольствие — согрешить. Связка в голове. Даже если выпила, держи контроль. Или напейся до чертиков и почти сойди с ума. Еще можно слечь в больницу с чем-то очень серьезным. И да, можно еще умереть. Лучше на посту.

Расслабляться нельзя, вдруг война, надо быть готовой. И мы стали ждать плохого. Плохое задерживалось или сворачивало на другую дорогу, но мы ему не давали далеко уйти. Ждать ведь неприятно. Поэтому мы стали его не просто ждать, а искать.

Бац, очередная голова драконья слетела — и взгляд наверх: «Я хорошая? Ура, меня не бросят!» А наверху облачно и никого давно нет. Только намек. Шея устала, рука с мечом отваливается, латы только с мясом оторвать.

Главное мое открытие: проблема не в том, что радости и удовольствия ходят другой дорогой и их не найти, и даже не в том, что не надо догонять и ждать неприятностей. А в том, что нас к этому не готовили. Мы не распознаем радость и удовольствие, а если те сами ломятся в дверь, то мы их прогоняем, ибо они незнакомы и опасны.

Готовь детей к плохому. Это адаптивно. Но не забудь их также подготовить к хорошему. Иначе вокруг будет только плохое, а хорошее исчезнет за ненадобностью.

Миру нужна Хозяйка

Женская способность взаимодействовать в сотрудничестве должна стать ведущим направлением развития социума. Иерархия как мужская форма правления должна измениться. Авторитарные стили правления, самые эффективные в периоды кризиса, сменятся по-настоящему демократическими. Мы живем на сломе эпох, и эти изменения произойдут быстро. Возможно, что именно наше поколение заложит основу «женского» управления обществом. Я использовала кавычки потому, что речь идет о форме: сотрудничество во взаимодействии. Управляет не тот, кто сильнее, богаче или влиятельнее, а тот, кто больше знает и заботится о развитии и защите.

Женщины-политики меняют форму и содержание. Если еще лет двадцать назад это по большей части были мужеподобные «матери» типа Маргарет Тэтчер, которых потом сменили бизнес-леди типа Валентины Матвиенко, по сути, тоже с мужской энергией, то сегодня стали появляться очень женственные, гибкие и по-настоящему эмпатичные политики, такие как Оксана Пушкина. Новый тип женщины в политике скоро займет ведущее место.

И мы, женщины третьего возраста, являемся той почвой, в которой они будут вызревать и рождаться.

Руководство и управление — самая естественная и неотъемлемая функция материнства. И когда наши дети вырастают, эта функция расширяется на весь мир. Осознанное материнство, распространенное на все сферы жизни, — вот что необходимо человечеству сейчас. Организация защиты и заботы. Для защиты женщина традиционно использовала мужчину. Точнее сказать, организовывала и направляла. Эта утраченная амазонками способность должна быть восстановлена.

В предыдущей главе я говорила о способности женщины ткать полотно. Это и полотно жизни, и нити судеб. Такое архетипическое «ткачество», умение сплетать узор заложено в нас изначально. Как ты думаешь, почему вручную ткать ковры продолжают именно женщины? Это потрясающая способность сохранять узор в воображении и вязать миллионы узелков с невероятной скоростью. Эта способность прекрасно реализуется и в «плетении» связей между людьми, соединении их в единый мировой гармоничный узор. Разве для современной политики это не главная цель: сохранить «цвет», индивидуальность и единство связей?

Еще одно важное женское качество — созидательность — определит вектор политики.

В восьмой главе я подробно расскажу о силе женского сообщества. А пока просто представь, что могут сделать женщины, объединившись вокруг одной цели?

Когда я говорю о политике, я имею в виду все человеческие сообщества, задача которых регулировать социальные связи — от собрания жильцов дома до Государственной Думы. И времена, когда женщин-президентов будет больше, чем мужчин, впереди. Хотя я думаю, что, учитывая наше стремление к сотрудничеству, — это скорее будет коллективное управление типа совета, а не теневое правительство.

Как учить ученого

Моя близкая подруга и по совместительству названная мать — врач с 50-летним стажем работы. Недавно ей сделали плановую операцию на колене, и во время реабилитации она вынуждена была сидеть дома почти три недели. За это время она методом раскраски написала пять картин, прошла курсы английского для чайников и пару профессиональных курсов. Она не перестает учиться, хотя до ее знаний и опыта далеко многим знаменитостям. Способность учиться — лучший препарат для поддержания вечной молодости. Ее энергия вдохновляет меня и моих ровесниц. Эта женщина снисходительна к чужим ошибкам и способна восхищаться всем новым. В свое время мы с ней много путешествовали, и иногда я чувствовала себя рядом с ней старухой, ворчащей и недовольной.

Удовольствие постигать новое, открывать грани неизвестного и испытывать два очень молодых чувства: удивление и восторг — вот подарки третьего возраста. А сколько в этом возрасте волнения и азарта в экзаменах? Лишать себя этой энергии из страха не оправдать чьи-либо ожидания по меньшей мере странно.

Сегодня — время роста и обучения. Наши родители даже мечтать не могли о таком количестве возможностей. Сколькими из них ты воспользовалась?

Страхи и деньги

Наши главные враги по-прежнему живут внутри нас: а получится ли у меня, а смогу ли, а что люди скажут, а будет ли это кому-нибудь нужно? Тысячи вопросов, цель которых не прояснить, а остановить.

Мы застали конец общества потребления. Ложные цели в виде успешности и обладания больше не должны нас беспокоить. Большая работа по остановке родительских голосов в нашей голове к третьему возрасту должна быть завершена. Мы превзошли наших родителей и по возрасту, и по результатам. Почему же мы до сих пор не доверяем ни себе, ни миру?

Люди часто путают две вещи: запугивание и предостережение. Чем они отличаются?

Предостережение подразумевает информирование и дает выбор. А запугивание только останавливает, не давая ничего взамен. Просто перестать себя пугать недостаточно. Вместо этого ты должна начать… нет, не предостерегать, а поддерживать и вдохновлять.

Мы устроены так, что наши способности будут стремиться наружу. Ты можешь сколь угодно долго работать бухгалтером, но врожденная музыкальность будет вести тебя по вечерам в караоке. Ты можешь руководить сотнями свирепых мужчин, а дома, вдали от чужих глаз, разводить гиацинты. А можешь тихой мышкой сидеть в библиотеке и реализовывать свои управленческие качества в плетении интриг. Или выслушивать сотрудников, вместо того чтобы пойти учиться на психолога. К слову, выбрать профессию психолога именно в середине жизни — нормально. Это очень логичный и естественный выбор для женщины третьего возраста. Тем более, что эта профессия считается профессией «второй половины жизни». В ней можно реализовать большинство черт серебряной женщины: сострадательность, мудрость, понимание и терпение. Но чаще всего психология — всего лишь способ узнать, кто же ты на самом деле. Ведь понять это можно, когда ты наконец остановилась, вылечила свои раны, услышала себя и приняла такой как есть. И самое главное, в чем помогает психология, — перестать бояться. Страху может противостоять только любовь. Та самая материнская любовь: с внимательностью и поддержкой. Когда ты сама начинаешь говорить себе: «Давай, смелей, у тебя все получится. Ты у меня умница и красавица».

А что же про деньги, спросишь ты? А с деньгами у женщины все просто. Это энергия. Она формируется и перетекает, создается и увеличивается. Деньги есть там, где есть энергия созидания. Они сродни потоку. И приходят к женщине, притягиваются. Есть в тебе эта сила притяжения? Привлекательно ли то, что ты излучаешь или создаешь? Мы обмениваем на деньги то, чего у нас в избытке. А избыток, как мы помним, формируется, когда процессы напитываются, когда в них есть жизнь.

Когда женщина тревожится о деньгах, вернее, об их количестве, большем, чем ей необходимо для выживания, она рискует начать торговать тем, что бесценно: телом или душой. Она, как наркоман, начинает «таскать из дома». Вместо того чтобы творить. «Варить» ту самую кашу, которая, как в сказке про горшочек, может накормить тысячи, хоть горшочек мал и неказист.

Итак, ответ на вопрос, как женщине зарабатывать деньги, прост. Созидай, твори, делись с миром. И помни, что ты часть этого мира, а значит, нужна ему. И все, что ты делаешь с любовью, — это и есть божественное творение, оно будет поддержано и востребовано.

Мастерская

Ответь на следующие вопросы. Можешь сделать это письменно, а можешь просто поразмышлять.

— Что я знаю о своих способностях?

— Какие мои действия приносят удовольствие?

— Что у меня получается лучше всего?

— Какие мои творения в любой области пользовались наибольшим спросом у окружающих?

— Без чего я не могу представить свою жизнь?

Чем мы отличаемся от наших детей

В этом мире не так много процессов, обладающих такой невероятной силой, как материнство. Силой жизни и силой смерти, что, собственно, одно и то же.

У нас всех была мать. У кого-то только девять месяцев в утробе. У кого-то несколько лет. У кого-то до сих пор она есть. У кого-то она была только физиологически. Кому-то повезло иметь с ней эмоциональный контакт. Последних немного. Но все мы точно в ней нуждались. И нуждаемся всю жизнь.

Она человек, который определил нашу жизнь. Большинство так ничего и не смогли исправить, если она выполнила свою задачу недобросовестно. Некоторым очень повезло, и им не пришлось почти ничего исправлять.

Мои жизнь и работа происходят внутри процесса материнства. Мне каждый день приходится работать с матерями. Круглосуточно со своими внутренними, их две. Биологическая и социальная. Чужая и родная. Чуть поменьше с матерями своих клиентов, их матерями, матерями их матерей. И я всегда мать своих детей. Родных и «приемных». Разбросанных по разным измерениям Вселенной. Это главная работа моей жизни — быть матерью. Но есть самый главный ребенок для меня — моя маленькая девочка внутри. Я у нее не одна. У нее есть и другие матери, тоже родные и приемные.

Мы, матери, должны помнить, что делаем самую важную и самую трудную работу в мире. Каждая наша ошибка несет смерть. Физическую, моральную, психологическую. Жизнь к нам строга. Но к себе мы должны быть еще строже. От нас так много зависит!

Давай разберемся, так ли это.

Я из поколения «дочек Золушки». Девочек, чьи мамы выросли на образе падчерицы, которой было суждено лучшие годы молодости работать как рабыне, заслуживать любовь того, кто не способен ее дать, и в итоге выйти замуж за инфантильного принца. Эти «Золушки» выросли во взрослых теток, для которых слова «удовольствие», «расслабленность», «праздник» ассоциировались с грехом и недоступностью. Они умели практически все, за себя и за того парня. И они научили нас, своих дочерей, навыкам, которым доверяли сами: трудоспособности (как средство от депрессии), порядочности (как страх удовольствий), активности (вместо творчества). Но, слава богу, они не были счастливы. Они прожили в долгом браке, но не восхищались своими мужьями по-настоящему. Они не смогли воспитать сыновей, потому что их мужья были кастрированы собственными матерями раньше, чем успели стать мужчинами. А если мужчинам и удалось спастись, то их жены доделали эту «работу», став своим мужьям-мальчикам такими мамами.

Темные стороны материнства

«Мама — это святое», — частенько слышала я от разных мужчин. За этой фразой может стоять действительно прекрасный образ сильной и любящей матери. И тогда мужчина не будет говорить о святости женщины. Он просто будет хорошим мужем и отцом.

Другой вариант истории про то, как за святым образом прячется настоящий монстр в женском обличье. Меня иногда спрашивают, а есть ли женский вариант Синей Бороды? Есть. И в жизни, и в своем кабинете я встречала множество взрослых мужчин, которые до сих пор находятся во власти этого монстра. На их шеях висит толстый канат под названием «чувство вины», другой конец которого находится в маленьких цепких ручках их матерей. Каждый порыв к свободе вызывал резкое одергивание, и эти мужчины научились быть предсказуемыми, последовательными и очень надежными. Надежность эта отнюдь не следствие сознательного выбора, а жизненная необходимость, чтобы окончательно не задохнуться и не повиснуть на этом канате, отдав богу душу. Нет, не богу… маме. Ведь его душа принадлежит ей. Она родила его, а значит, является полноправной хозяйкой и души, и тела.

Встречаю маму одного своего друга детства, который до сих пор живет с ней. Ну как, спрашиваю, Ванечка (Петечка, Васенька), не женился? «Ой, и не говори, — отвечает она, — так внуков хочу, а он, паразит, не хочет жениться!» Мне бы пожалеть старушку, а я не могу. Потому что знаю, что Ванечке не то что жениться, ему даже встречаться с девочками было небезопасно. Я помню, как тридцать лет назад его мама прибегала в школу, чтобы разоблачить «испорченную» девочку Юлю, с которой Ванечка целовался в поездке на Домбай. Откуда она об этом узнала? Прослушка телефона, ревизия портфеля, лазанье по карманам — обычное дело для таких мам. Было это в советские времена и закончилось классным часом «Половое воспитание подростков», родительским собранием с публичной поркой мамы Юли, которой в конце концов пришлось перевести дочь в другую школу.

Получив безграничную власть над мальчиком, которого родила, женщина рискует отыграть на нем всю свою неудовлетворенность и гнев, связанный с мужчинами. Это он теперь ответит за все грехи, и это он оправдает все ее надежды. Его уж она теперь точно воспитает в любви, но главное — в уважении к женщине. Она заставит его себя уважать, ведь воспитать настоящего мужчину — благородное дело, и его точно нельзя доверять этому инфантильному хлюпику, который считает себя его отцом! Это она ему и мать, и отец, потому что она хотела, чтобы он родился. Она терпела все тяготы беременности и родов, она зарабатывала деньги, пока этот неудачник, его отец, бездельничал.

Все ради этого чуда, которому суждено стать главным мужчиной ее жизни! Она будет оберегать свое чудо, своего сыночка, потому что в нем, как в яйце, игла, на конце которой ее жизнь. Ее будущая жизнь и старость. Он должен сделать ее будущую жизнь счастливой, ведь именно мужчина делает жизнь женщины счастливой. Он удовлетворяет ее желания, защищает ее от опасностей. Муж с этим не справился, искать кого-то другого — задача непосильная. А этот маленький — вот он, его всему можно обучить. А уж с этой задачей она точно справится. Все в ее руках. Он смотрит на нее своими глазками в ожидании любви, которую она ему обязательно даст. Не просто так, разумеется, а за то, что он будет делать то, что она от него ждет и требует. Любовь в этом мире просто так не дается. Ей точно по крайней мере просто так не давали. И она теперь не даст, а он соответственно не получит.

И сын рано узнает чувство гордости и удовлетворения, когда становится маленьким мужчиной рядом с мамой. С женщиной, важность которой равна Вселенной. Он не выживет без ее любви, и если для этого нужно стать взрослым, считывать ее желания, отложить свои чувства, терпеть дискомфорт, то он согласен. Это не такая уж и высокая цена по сравнению с жизнью. Но жизнь идет — цена растет, только никто об этом не предупредил. Наоборот, все больше людей вокруг него нуждаются в поддержке, которую он спешит оказать. Потому что именно в эти моменты выпрямляется его спина, и чувство гордости и сила принизывают все его естество. Это момент истины. Или так, или смерть. А мануальный терапевт сказал, что у него какой-то там панцирь, который сжал позвоночник, и хорошо бы сходить к психологу, чтобы разобраться, что за тяжесть он несет на своих плечах. Разве это не задача мужчины — носить тяжести? Просто надо немного отдохнуть, а лучше подкачать мышцы, чтобы спина не болела. Еще, правда, сердечко начало пошаливать, но это ерунда. Отдохнет немного, пару дней, и все пройдет.

Большинство этих мальчиков не доживут до пятидесяти. Ресурс закончится. Иногда, в моменты отчаяния, они будут ловить себя на том, что из чувств к маме осталась только тихая ненависть, вырывающаяся в неконтролируемых мыслях или чувствах. Тут же следует чувство вины и злости на себя, такого неблагодарного. Вокруг столько несчастных, нуждающихся в поддержке детей, женщин, стариков. Разве он имеет право на жалость? И это так позорно, когда тебя жалеют.

Он умрет быстро, чтобы не отягощать других. Иногда раньше мамы. И точно раньше, чем положено. Множество людей на его похоронах будут искренне сожалеть, что ушел из жизни хороший человек. Никому и в голову не придет, что жизни-то никакой и не было. Он так и не узнал своих желаний, так и не научился радоваться. Его единственная радость была в том, когда он делал хорошо другому. Это смерть в результате истощения от постоянного, непрекращающегося насилия внутренней мамы, которая была точной копией его реальной матери…

Наши мамы нам врали. Они врали себе, оправдывая свою жизнь. А мы это вранье раскрыли. Это не сделало нас счастливее, так как по инерции мы повторили много их ошибок. Но смогли приостановить поток горящих изб и коней. Да, у нас сломаны ребра и уже не скрыть седины, но мы успели посмотреть правде в глаза.

Мы перестали врать. Правда проехалась по нам острыми лезвиями вражеских мечей, мы истекали кровью, мы скинули вуали затмений, но мы выжили. И наши дочери получили шанс на правду. И они им воспользовались. Да, им придется собирать женскую мудрость, как жемчужины, но у них есть в руках нить, на которую они смогут эти жемчужины мудрости нанизать. Нить жизни, прочную, как нить времен, скрученную из миллионов жизней женщин, в муках и страданиях создававших человеческую породу. И мы можем за них не волноваться.

Мы были хорошими матерями и сделали почти все. Есть кое-что, что мы должны и дочерям, и себе. Мы должны дать им опыт того, что было недоступно нашим матерям. Мы обязаны стать счастливыми. На оставшиеся годы, на день, на миг. Как получится. Но дочери должны увидеть в наших глазах блеск счастья и научиться отличать его от блеска безумия. Того безумия, которое мы путали с любовью. Безумия сгорающей в пасти хищника жертвы, путающей любовь с использованием. Безумия отрешенности от своей женской природы в борьбе за права, которые у нас отобрали. Безумия ожидания волшебства в благодушии и ложной вере в мировую справедливость.

Наши дочери должны лишиться наивности гораздо раньше, чем попрощаются с невинностью. Мы должны раскрыть им правду о том, что нет опаснее в мире глупости, чем путать наивность и невинность. Отсутствие знаний и чистота помыслов — разные вещи. Наивная взрослая женщина — как проживший всю жизнь в зоопарке зверь, который в реальном лесу станет легкой добычей хищника.

Мы будем носителями этой инфекции всю жизнь, но мы должны защитить своих дочерей от этой заразы. Мы должны помочь нашим сыновьям вернуть себе мужественность, возможно вырвав ее из наших цепких, сильных рук.

А себе мы должны много больших и малых радостей, которые нам еще доступны. У нас нет времени на игры, нам нужна голая, израненная правда. Бальзам, приготовленный из трав, растущих в темном лесу, где живет Старуха. Нам пора глотнуть ее мудрости, которая превзойдет по горечи все, что мы до этого пробовали. И наша кровь взорвется, и в этом огне сгорят остатки иллюзий. И тогда мы сможем родиться заново, уже старыми, мудрыми, но с энергией молодой души, способной дарить любовь.

Новые семена

Мы поколение женщин, которое узнало, что наши родители были, мягко говоря, несовершенны. Иногда они были ужасны, жестоки и абсолютно безграмотны в вопросах воспитания. И мы были ранены, но злы и поэтому открыли для себя психологию. А уж она дала названия всем безобразиям, которые с нами сотворили.

Пока мы выражали свой гнев в кабинетах терапевтов и были очарованы психоанализом, мы видели старость и смерть родителей и становились мягче. Мы раскопали жуткие истории своих бабушек и дедушек и смогли понять родителей. Кому-то даже удалось их простить.

Мы разрешали нашим детям то, о чем нам даже думать нельзя было. Эти засранцы имели право возмутиться, если мы не пускали их на вечеринку. А в ответ на предъявление найденной в кармане травки они не прятались в дальний угол, а скандировали лозунги о свободе выбора. Мы научились им завидовать, но отомстить за то, что у них было, а у нас нет, мы не успели. Они вырвались на свободу и сводят ею с ума наших родителей, которые перед уходом смогли вдохнуть воздух свободы через внуков и заодно вдогонку надавать нам еще указаний.

У наших бесшабашных, но при этом прекрасно адаптированных отпрысков тоже народились дети. И к этим инопланетянам относятся как к подарку. Они нелегко даются из-за разорванных отношений с природой, поэтому добавляют себе ценности. Мы ждем, что они отомстят нашим детям за непослушание, но вместо этого они учат нас не носить натуральный мех и жить в любой стране как дома.

Я смотрю на мир, который еще находится во власти моего поколения. Он воюет и убивает вокруг себя все живое, и я с любопытством жду, когда эти новые люди похоронят нас и станут строить свой собственный. И если верить психологическим механизмам — что внутри, то и снаружи — они должны построить неплохой мир. Им придется разгребать кучу мусора и неразорвавшихся бомб, которые они получат в наследство. Но у них нет страха перед трудностями. Они легко находят ответы и быстро учатся. И я спрашиваю себя: что хорошего мы могли бы успеть сделать, чтобы они успели простить нас при жизни?

Режем пуповину

Безусловная любовь родителей к детям встречается редко. Можно говорить только о материнском и отцовском инстинкте. А вот любовь детей к родителям чаще всего безусловна. Их преданность этой любви заставляет всю жизнь ждать ее, доказывать, заслуживать… И без нее не иметь права любить себя.

Одним из основных страхов в развитии и обретении независимости является путаница когнитивного характера, которая заключается в том, что независимость многие люди воспринимают как одиночество. Соответственно, выход из симбиоза с родителями для них ассоциируется с некой брошенностью, чуть ли ни предательством. Это искажение обращает нас к еще одной ошибке когнитивного плана. Это так называемая любовь к себе, которую очень многие путают с эгоизмом. Я постоянно спрашиваю клиентов и участников своих программ о том, как они понимают «любовь к себе». И девять из десяти говорят о своих опасениях, что они станут эгоистами, если начнут любить себя. И именно поэтому это никак не происходит.

Если вбить слово «симбиоз» в поисковую систему, компьютер выдаст большей частью ссылки на сайты, посвященные биологии. Потому что понятие симбиоза действительно пришло в психологию из биологии. В природе можно увидеть огромное количество разных симбиотических связей, которые обусловлены. Это природная зависимость, и она естественна. Но мы, люди, все равно воспринимаем слово «симбиоз» с оттенком негатива. Это «что-то про зависимость». И из этого «что-то» нам хотелось бы выпутаться.

В паутинах любви

Пуповина связывает ребенка с матерью, и, если она символически не разрезана, человек оказывается в путах. Потому что пуповина с каждым днем, месяцем и годом превращается в канат, который становится каналом связи двух сообщающихся сосудов. Две системы, которые должны быть автономными, превращаются в одну.

Мы теряем автономию, а близость становится вынужденной, искусственной. Я часто говорю о том, что маленький ребенок не любит родителей в общепринятом понимании слова «любовь». Его «безусловная любовь» отнюдь не безусловна. Он испытывает сильную потребность в родительской любви. Это привязанность. Она вынужденная, обусловленная долгим развитием малыша в самостоятельную единицу.

Мы очень зависим от родителей на уровне жизни и смерти. И пока не сможем начать функционировать как взрослые особи, остаемся тесно связаны с родителями. Мы зависимы психологически, социально, физически, духовно, юридически, морально. Эта вынужденная привязанность похожа на удушающую зависимость, тюрьму, где наша свобода сильно ограничена.

Для того чтобы это пережить, природа щедро «сдобрила» процесс гормонами: дофамином, окситоцином, серотонином. Они помогают нам получать удовольствие и «добровольно-принудительно» чувствовать важность человеческих отношений и близости, прежде чем мы станем взрослыми и осознаем эту важность своим умом.

Эта темная сторона нашего детства и материнства — в фокусе психотерапии. Мы приходим к психологу, потому что не можем разобраться, почему мы так зависимы от других людей уже во взрослой жизни, хотя уже способны выжить и прокормить себя.

Тысячи вопросов про отношения беспокоят взрослых людей. Почему надо звонить маме каждый день, если на самом деле видеть ее не хочешь. Почему руководит нами не любовь, а чувство вины. Почему на собственное счастье по-прежнему как будто надо спрашивать разрешение.

Нина Ивановна — милейшая женщина. Я ни разу не видела ее неухоженной, грубой или даже возмущенной. Она при встрече всегда интересуется здоровьем моей мамы и моими делами. О себе предпочитает говорить мало, а о своей дочери — только хорошее. Создается впечатление, что она ею гордится. Нина Ивановна — пример образцового гражданина своей страны, ответственной матери и жены, милой и воспитанной женщины, готовой прийти на помощь тому, кто нуждается. Она уже на пенсии, но очень активна. Продолжает работать бухгалтером на полставки и создает картины из стразов. Занятие хлопотливое и требующее терпения. Картины свои она частично продает, но многие дарит друзьям, которых у нее великое множество. Я бы не имела ничего против милейшей Нины Ивановны, если бы она не была монстром.

Ее дочь Свету я знаю плохо. Ее все знают плохо, потому что у Светы нет подруг. Нет, Света не злобная сволочь. Просто подруг ей иметь нельзя. Свете нельзя иметь никакой своей жизни, которая бы не была под контролем ее мамы. Поэтому единственная профессия, которая Свете была доступна, — профессия медсестры. Ведь у ее мамы гипертония, а так Света всегда сможет контролировать давление, оказать маме необходимую помощь в экстренном случае.

Под страхом экстренного случая, а точнее, угрозы маминой смерти Света живет, сколько себя помнит. Ей было четыре года, когда она заигралась с ребятами во дворе и исчезла из поля зрения мамы. Мастерски разыгранный сердечный приступ так напугал маленькую Свету, что всю жизнь она не сомневалась, что может «свести маму со свету» проявлениями свободы или желаниями. Она, разумеется, сделала еще несколько попыток выпутаться из паутины материнской «любви», но реакция была одна хуже другой. Кроме страха за мамину жизнь у Светы появилось тотальное чувство вины. Если спросить Свету, в чем она виновата, то, скорее всего, ее ответ будет таким — «во всем». Она чувствует себя виноватой за то, что родилась. В ее жизни нет ничего, что не было бы под прожектором маминой заботы.

Когда Света стала встречаться с Юрой, мама слегла в больницу. Юра — добрый внимательный мальчик, который помогал Свете ухаживать за мамой. Света это очень ценила, так как чувство вины за собственное счастье разрывало ее сердце. Их роман закончился, когда Юра уехал в другой город. Он звал Свету с собой, был готов жениться и не собирался бросать любимую. Долгое время он даже верил, что Света все-таки приедет к нему, как они и договорились. Но через год разлуки он понял, что Света выбрала не его.

Однажды я встретила Свету в магазине. Мы шли вместе домой, и она впервые открыла мне всю трагедию своей жизни. Она выглядела усталой и неухоженной, и я осторожно предложила ей номер своего парикмахера. И тут плотину прорвало. Расставались мы с ней на том, что она обязательно пойдет к психологу, которого я ей рекомендовала. Она осыпала меня благодарностями за то, что я так ее поддержала, и уверяла, что больше ни минуты не может жить той жизнью, которой жила.

Я узнала, что милейшая Нина Ивановна при закрытых дверях превращается в мегеру. Никто бы из сотрудников или даже родственников не поверил, что Нина Ивановна, такая рассудительная и здравая женщина, может шантажировать родную дочь и лишать ее собственной жизни. И что последний раз она била свою дочь год назад. Била за то, что Света зарегистрировалась на сайте знакомств. Обвинения в аморальности и распущенности 28-летней девственницы звучали для Светы привычно. Но самое ужасное, что где-то в глубине души она верила словам матери. Она поделилась этим со мной. Это был первый звоночек. Точнее второй, когда я поняла (но не стала уточнять подробности), что годовые отношения с Юрой остались романтическими.

Ах да, забыла сказать, что у Светы есть старшая сестра. Она сбежала из дома, когда ей было 17. У нее есть муж и дети. Нельзя сказать, что она счастлива. Но это даже не сравнить с глубокой депрессией младшей сестры. Я была в шоке, узнав об этом. Не о том, что сестра выбрала единственно правильный путь, а что она вообще существует. Оказалось, что Нина Ивановна отреклась от дочери и ни разу за 18 лет не захотела увидеть ее или внуков.

Третий звоночек прозвенел, когда Света сказала, что сестра звала ее к себе и была готова поддержать, но молодая женщина считает, что сестра не права, потому что не хочет извиниться перед матерью. Я спросила за что, и Света не нашла, что ответить.

Света к психологу не пошла. Ни тогда, ни потом.

Если честно, я никогда не пойму, почему Светы не идут к психологу. Почему они не убегают от своих матерей или не выгоняют их из своей жизни. Почему они готовы умереть, но не обрести свободу. Я встречала их достаточно, чтобы это утверждать. Большинство жертв родительского насилия не делают ничего для обретения свободы. Конечно, не все. Но большинство. Несмотря на мои профессиональные знания и понимание всей сложности сформированной в насилии личности, я никогда этого не пойму. И если раньше я думала, что отсутствие поддержки может быть достаточным объяснением, то получила много опровержений этой версии.

Свету ждет бесплодие и ранняя смерть. Онкология или еще что-нибудь с гарантированным летальным исходом. Вряд ли раньше мамы, но сразу после ее ухода.

Я больше не останавливаюсь обменяться с Ниной Ивановной парой фраз при встрече. Она мне противна. Своим лицемерием, жестокостью и бесчеловечным отношением к собственному ребенку. Такие не приходят в терапию. Но иногда они посылают на терапию своих детей, чтобы психолог «вправил им мозги» и они продолжали быть послушными рабами. Такие клиенты старше двадцати пяти лет были большой частью моей практики много лет. И из десяти таких Свет на вторую встречу приходила только одна.

Пусть все достаточно хорошие мамы будут счастливы. Хотя бы иногда, а лучше почаще. И во многом это зависит от того, каково нашим детям. Материнство — это не временно. Это навсегда.

Главный мой подарок маме — моя счастливая жизнь. И я очень старалась делать ее такой. Я рассчитываю на такой же подарок от своей дочери. Каждая наша встреча — это подвиг. Бытовой материнский подвиг. Я чувствую себя героем, но без радости. Каждый раз, когда мы прощаемся, мне хочется схватить ее, сжать в объятиях и никуда не отпускать. Всю материнскую жизнь я борюсь с этим желанием. Мои руки болят от этой борьбы, а моя душа уже перелатана и перештопана тысячи раз. Она рвалась столько, что теперь похожа на лоскутное одеяло, сшитое чокнутым портным.

Этот подвиг безответен. Не будет ни орденов, ни славы, ни даже премии. Даже благодарность может запоздать и прийти после нашей смерти. Зачем совершать подвиг, если он не будет оценен? Или ты не узнаешь, что твой ребенок в 45 лет скажет тебе спасибо за него, но не тебе, а в кабинете психотерапевта или на твоей могиле? Где взять столько сознательности, столько мудрости, чтобы этот подвиг совершить?

Но это то единственное, что оправдает тебя перед Богом, когда придет пора отвечать. Это твой пропуск на небеса, иначе опять обратно сюда, на землю, в ад симбиотических мук. И пусть это будет не подвигом, а подарком твоему ребенку. Ты подарила ему жизнь, так будь добра, приложи к ней лицензию. Он может делать с ней то, что считает нужным сам. Даже если тебе это не нравится.

Мне жалко нас, женщин.

Доверчивых, наивных, открывающих душу и отдающихся в первый вечер.

Соблазняющих, вульгарных, циничных, агрессивных и обидчивых.

Перегруженных, заботящихся обо всех, прощающих и терпеливых.

Активных, эмансипированных, сильных и стойких.

Некрасивых, неухоженных, сплетничающих или молчаливых, скромных.

Все мы хотим одного: мы хотим любви. Просто не знаем, как это сделать — любить и быть любимой. Нас не научили, не показали, не любили. Вот мы и пробуем как можем. Нам трудно не хотеть любви и отношений.

Мне не очень жалко злобных женщин, полных ненависти и убивших в себе эту потребность. Мне не очень жалко тех, кто не хочет любви. Но разве такие есть?

Мастерская

Подумай над следующими вопросами.

— Какие у меня отношения с женщинами, какие женщины меня окружают, умею ли я дружить, есть ли у меня доверие к женщинам?

— Понимаю ли я силу женского сообщества, есть ли у меня доступ к этому невероятному ресурсу?

Если выражение «женское сестринство» вызывает презрительную улыбку — это о многом говорит.

Сестринство

Современная женщина очень насторожена по отношению к другим женщинам. Институт сестринства разрушен. И сказки, большинство из которых написано в средние века, сыграли в этом немаловажную роль.

Средние века — пик в истории уничтожения женской силы. Главные мифы о женском были созданы именно в это время. Расщепление архетипа Великой Матери на святую и грешницу стало основным мотивом в христианстве. И физическое уничтожение на кострах и в подвалах Инквизиции, и идеологическое в социуме достигли своей цели — женщины перестали доверять. Мужчинам, женщинам, себе и жизни.

Разрушение единства женского сообщества через идею о невозможности женской дружбы привело к тому, что была достигнута главная цель — отстранение женщины от власти. Из-за страха, из-за проекции жажды власти на нас. Нет проще тактики уничтожения врага, чем сеяние в его рядах смуты и сомнений. Идеология уничтожает надежнее, чем костры и гильотины.

Мы стали сомневаться в своей природе. Мы стали терять связь с истиной. Мы стали искать мудрость у мужского мира и получили в ответ список требований, какими мы должны быть… чтобы быть нужными. И даже не любимыми, не признанными, не ценными. А просто востребованными. Как объекты для дополнительных целей. Рожать воинов, обслуживать, быть ведомыми и послушными. Образ Девы, Евы, святой стал моделью для женщины. Ее природная сила, инстинкты, интуиция, сексуальность стали незаконны и осуждаемы. Женской силе пришлось прятаться. Образ Великой Матери — источника жизни — стал рассыпаться на множество мелких.

Ты замечала, что у большинства героинь сказок почему-то отсутствует мать? В лучшем случае это мачеха. Образ негативной Матери. Она источник всех ужасов в жизни героини и одновременно стимул для развития силы. После отвержения Мачехой ей придется расстаться с наивностью, обуздать эмоции, узнать, что хитрость — это часть мудрости, а любопытство спасет жизнь. Она разочаруется в мужской идеальности, узнав, чем сила отличается от бахвальства. Ее чувства созреют, и ей откроется мудрость.

Есть еще один персонаж, который важен нам для понимания женской дружбы. Это сестры. В сказке про Синюю Бороду они настойчиво предлагают героине узнать, что открывает ключ, который муж запретил трогать. Какую тайну он скрывает?

Послушная женщина не будет искать ответ. Ключ — известный символ вопроса, который женщина должна задавать, когда происходит что-то неясное, непонятное, скрытое. Вопроса, который может спасти жизнь.

Подстрекая героиню нарушить запрет мужа, сестры как будто бы действуют против нее. Большинство женщин так и думает. Мы привыкли ждать подвоха и подлости от других женщин. Тем более, что в сказке именно младшая сестра первой вышла замуж. Наверняка ревность и зависть сестер толкают сестру на гибель. Привычная логика «женщины друг другу соперницы» вводит нас в глубочайшее заблуждение. Мы не привыкли ждать друг от друга помощи и поддержки.

Но нас ждут открытия.

Я рассказываю эту сказку на Женских тренингах более двадцати лет. И все меньше женщин, к счастью, говорят о том, что не стали бы слушать сестер и открывать дверь. Все меньше невинных, желающих оставаться в неведении, чтобы потом в итоге лишиться головы.

Напомню, что у главной героини этой сказки очень слабая мать. Но зато есть активные сестры. Это значит, что внутри нашей души есть части, которые все равно будут помогать нам расти и развиваться, даже если наша связь с материнской фигурой ослаблена. Нам надо послушать «сестер». И хотя их поведение как будто подстрекающее, но именно благодаря этому совету героиня узнает, что вышла замуж за убийцу.

Наивная женщина не видит этот уровень. Она слышит только его просьбу не трогать ключ. Она не видит в этом провокацию и не распознает хищника. Она наивна. И остается наивной еще какое-то время пока пытается спрятать ключик, из которого начинает сочиться кровь. Остается наивной до того момента, пока муж не заносит над ней свой меч, обвиняя ее в непослушании. Наивной женщине не приходит в голову несоответствие между проступком и наказанием. Между просьбой и провокацией. Между внешней привлекательностью и ужасным содержанием личности.

Быть наивной в третьем возрасте нельзя. Наивность и мудрость не сочетаются. Перепутав наивность с невинностью многие взрослые женщины защищают себя от знаний. Они боятся разочарования и боли. Они думают, что чистота — это не пачкаться. Это быть идеальной, непорочной, незнающей. Они похожи на маленьких девочек, которые отправились в лес собирать цветы. До первого волка. До первого хищника, который живет в лесу и питается мясом. Их не готовили к этому. Их матери тоже были наивны. И матери их матерей. Много поколений женщин утратили связь друг с другом, с мудростью. Они ориентируются на мужской мир и его ценности. Они не доверяют своей женской природе.

В третьем возрасте наивная женщина опасна не только для себя. Природа женского такова: все, что находится рядом, подвержено влиянию. Даже изолировавшись от мира, мы влияем на него.

Даже если у нас была наивная мать, в нашей душе есть архетип сестер. Тех самых, которые подпитывают наше любопытство и являются робкими вестниками смелости. Они наши копии, похожие на нас и другие одновременно. И как в сказке, в реальности они помогут открыть правду и спасти нам жизнь.

Институт сестринства существовал на земле с начала времен. Без поддержки друг друга мы бы не выжили. Наша сила невероятна, а наши намерения вершат судьбы мира. Тайны жизни и смерти объединяли нас всегда, делая единой силой, дающей жизнь всему сущему. И последние десятилетия этот институт начал восстанавливаться после сотен лет разрушения. Мы больше не верим, что мы соперницы, потому что конкуренция — врожденное качество мужчин, а не женщин. Не верим, что нельзя быть одновременно умной и красивой. Не верим в то, что наше место на кухне, потому что наше место — планета Земля.

Без моих подруг я не стала бы той, кем являюсь. Я не пережила бы ударов судьбы. Я не умела бы радоваться и любить. Они всегда были рядом. И в радости, и в горе. Настоящими, честными, поддерживающими. У кого-то из них я научилась красиво одеваться, у кого-то красиво раздеваться, у кого-то готовить вкусно, у кого-то гладить без раздражения, у кого-то плести косички и интриги, у кого-то быть стройной, а у кого-то различать вкусы пряностей. Кто-то показал мне, как надо молчать, а кто-то подарил ценные слова. Кто-то познакомил с болью, а кто-то с мудростью.

От каждой из них я взяла драгоценные жемчужины и сделала из них свое неповторимое украшение. Ведь главное, что мы дарим — это красота! Души, внешности, поступков, слов, движений, тишины и всего того, из чего состоит эта жизнь.

Мы должны объединяться. Наша задача — восстановить институт сестринства. Восстановить доверие к себе, к другим, к жизни. Но объединение не должно строиться вокруг идеи наказания или преследования. Возможно, придется бороться. По моему опыту, основная борьба происходит внутри нас. Борьба с иллюзиями, со страхами.

Этапы поиска своих

В моем цикле вебинаров «Сказки для взрослых девочек» самой популярной была и остается «Сказка о Гадком утенке». История о том, как важно найти свою стаю. Как мы проходим трансформацию от неуверенности к признанию своей уникальности и силы. Это история каждой женщины, которая была не принята в своей индивидуальности и искала место в этом мире. А наше место не географическое. Оно там, где свои. Там, где мы чувствуем свою принадлежность к определенному кругу и опору.

Как же мы ищем своих? Что нам надо сделать, чтобы обрести это удивительное чувство сопричастности, а главное — перестать быть одинокой. Многие женщины думают, что любовь и партнерство — единственный выход. Но это не так. Нам никогда не будет достаточно мужчины и детей. Нам нужны сестры. Нам нужен свой круг и свое сообщество равных.

Крушение иллюзий

Любой знаменательный путь начинается с неприятностей. Достаточно болезненных, чтобы начать поиск целебного снадобья. Мой Женский тренинг начался после первого развода. Крайне болезненного. Нет, не столько с мужем, сколько с иллюзиями.

Разочарование — не истинное чувство. Теперь, когда мы строим новый дом, давай вспомним другую «стройку». Представь, что ты строила замок. Понарошку, из чего-то легкого и красивого. Из фантазий, мечтаний, наполненных самыми красивыми, самыми совершенными идеями. Выношенными и выстраданными, прекрасными в своей яркости, справедливости, способности улучшить свою жизнь и мир в целом. Красота и совершенство «материала» прямо пропорциональны тому, что тебя окружало. Если, например, ты жила в холодной среде и тяжелых условиях, то твой замок — в теплых краях, с большим камином и диванами для гостей.

Постепенно строительство захватило тебя. Погружаясь в него, ты получала глоток свежего воздуха. Чем невыносимее была ситуация вокруг, тем больше надежд ты возлагала на это строительство. И сработали законы магии. Если во что-то столько вкладывать, то оно начинает выглядеть как настоящее. Как придуманные друзья у детей-аутистов. Ты начала верить в реальность своих иллюзий. Ты можешь заражать окружающих своими идеями, и они станут твоими соратниками. Ты можешь все силы направить на это. Ведь теперь осталось найти в реальной жизни то, что ты так точно спроектировала — да-да, спроектировала макет, а не построила по-настоящему. И каждый раз ты визуализируешь свой макет и прикладываешь его на тех, кто подходит.

Например, твоя иллюзия про гармоничные отношения, в которых другой человек обязательно будет понимать и любить, если ты относишься к нему так же. Этот другой начинает стараться подходить под фильтр иллюзии, она ведь тоже ему нравится. Но он не вписывается. Реальный человек не может отвечать требованиям иллюзий — помнишь, они ведь совершенны? И этот другой, избранный тобой, может просто исчезнуть, горюя о своем несовершенстве, а может и очень на тебя разозлиться. Ему ведь тоже хочется, чтобы его принимали таким, каков он есть.

Ты в шоке! Ты хотела не чего-то запредельного, а всего лишь гармоничных отношений! И это момент крушения иллюзий. Ты испытываешь единственное чувство, которое всегда является результатом этого, — разочарование. Это одно из самых болезненных чувств. И вот почему. Рушится проект, который благодаря наполнению его реальной силой чувств и мыслей стал слишком тяжелым. Карточный домик превратился в бетонный. И этот бетон падает тебе на голову, причиняя отнюдь не иллюзорную боль.

Ты ждала, что коллектив оценит твою трудоспособность? Но оказалось, что ты мешаешь другим бездельничать и на твоем фоне они рискуют быть уволенными.

Ты ожидала, что так романтично ухаживающий за тобой мужчина будет хорошим мужем? Без комментариев…

Ты надеялась, что психология защитит от ошибок в выборе людей или от ударов судьбы? Но психология всего лишь одна из четырех стен дома.

Ты думала, что если ты обратилась к известному специалисту, то он не совершит ошибку? А как насчет того, что он не бог? Он устал, или возгордился, или утром поссорился с женой, гаишником, соседом. Он не имел права?

Ты надеялась, что непоколебимая вера в Бога отведет снаряд от твоего дома? Может, ты просто не понимаешь, в чем замысел Бога?

Ты рассчитывала, что, если посвятишь жизнь детям, они пойдут по пути, который тебе нравится? Может ты не учла, что вы отдельные люди?

Ты изумлена, что твой терапевт не готов любить тебя как родная мать? Точнее, больше, чем родная мать, иначе ты бы к нему не обратилась. Может, ты перепутала психотерапию с родительством и не учла, что ты не младенец?

Ты очень разочарована, что государство не выполняет своих обязательств по пенсиям? Ты, видимо, решила, что государство — это не структура, управляемая людьми? Не всегда лучшими, кстати.

Ты злишься на любимого певца, песни которого были символом свободы в юности, за то, что он вдруг «переметнулся» и вы идеологически не совпали? Возможно, ты не учла, что творчество и личность — две отдельные категории?

И так до бесконечности…

Но иллюзии были неоходимы. Они помогли нам выжить и не умереть от горя, что мир таков. Нам нужно было время, чтобы вырасти, окрепнуть и научиться справляться с этим. Если от нас требовали совершенства, то мы продолжаем так относиться к себе и к миру. Когда взрослая тетка верит в выигрыш в финансовой пирамиде, это означает, что она живет детским магическим мышлением.

Реальность может казаться некрасивой. Ужасной, отвратительной, невыносимой. Но это только ее часть. Есть другая. Прекрасная, красивая, вдохновляющая. Ее видно не сразу. Сначала минус, потом плюс. Почему? Потому что сначала надо проверить безопасность, а только потом наслаждаться. Это логика.

Принять это трудно. Кажется, что невозможно. Боль может быть невыносимой. В этот момент нужен кто-то рядом, кто поддержит. Кто скажет, что да, смерть есть. Есть горе, беда, зло, несправедливость. Не всегда это зависит от нас. Иногда мы бессильны.

Мы рухнули с небес иллюзий на землю. Это было неконтролируемое падение. Мы переломали все кости. Поэтому в нашей новой стройке нет места иллюзиям и наивности. Только реальность и проверенные материалы.

Бой со стыдом

Пока мы делаем вид, что у нас все отлично, а на самом деле страдаем от боли, мы обречены увеличивать пропасть между собой и другими. Мостиком через эту пропасть будут искренность и открытость. Но этот мост охраняется ужасным драконом под названием стыд.

У него есть помощница — вина. Обычно она показывается первой. Но с ней разобраться попроще. Она бывает трех видов.

1. Рациональная — ты правда ошиблась, и это можно либо исправить, либо искупить.

2. Нерациональная — ты грандиозно уверена, что сможешь предугадать последствия, но не предугадала. С этим ничего не поделать, кроме как принять свое несовершенство.

3. Иррациональная — твоя грандиозность соперничает с Богом, и ты потеряла реальное представление о человеческих возможностях. С этим, конечно, в детство, разбираться, почему ты не в контакте с реальностью и так много на себя взяла.

Теперь давай о стыде. Что надо знать об этом чувстве?

Во-первых, оно самое быстрое. Это значит, что ты не успеешь его перехватить или остановить, а значит, возможна только профилактика. Во-вторых, оно всегда манипулятивное, за исключением норм человеческого общежития. То есть оно не должно быть больше «фигового листка». В-третьих, оно очень болезненное. Боль от стыда «ожоговая», долго не проходит и запоминается. То есть формируется страх испытать стыд повторно. В-четвертых, стыд прерывает удовольствие. А значит, наша жизнь становится серой и унылой, полной страха. Человеком, испытывающим стыд, очень легко управлять. Ибо он всегда голоден, неудовлетворен.

Этого достаточно, чтобы понять, насколько силен этот дракон. Как же быть?

Любого дракона побеждают смелость и правда. Любая рана станет смертельной, если ее не лечить, а спрятать. Поэтому надо стать открытой своему опыту, перестать нести чужой стыд и называть вещи своими именами. Когда мы «охраняем» чужие секреты, чужие скверные поступки, стесняясь того, что с нами произошло, а точнее, того, что с нами сделали, мы покрываем преступников и становимся соучастниками. Мы сами становимся этим драконом. Зло любит темноту и скрытность. Гниль развивается при отсутствии света. Любой врач скажет, что при наличии в доме инфекции надо делать регулярное проветривание.

Открывая правду другим людям, мы снимаем с себя вину за то, что не совершали. Мы отказываемся от грандиозности, которая представляет собой обратную сторону гордыни, признавая, что были уязвимы, несовершенны, ранимы и беспомощны. Мы были малы и неопытны. Мы доверились тем, кто нас обманул или не справился. И тем, кто не смог признать свою ошибку, а передал стыд за нее нам. Вот от этого стыда нам и предстоит избавиться.

Убить этого дракона можно только одним ударом. Никакой полемики, никаких снисхождений, никаких поисков оправданий или откладывания наказания. Одним ударом острого меча правды и ясности. Именно так убивают Синюю Бороду в сказке пришедшие на помощь героине братья. Та самая мужская энергия, которая есть в каждой из нас. А кому как не нам, амазонкам, владеть ею?

Прямое выражение гнева обидчику не в том, чтобы отомстить. Мы «убиваем» не обидчика, а стыд. Обидчиками могли быть очень близкие и родные люди. Ненароком, от страха, от слабости, от незнания. И простить их, пропустив стадии боли, стыда, печали и гнева, невозможно. Мы не осуждаем, когда открываем свою историю. Мы защищаем нашего внутреннего ребенка, снимая с него обвинения, когда называем вещи своими именами. И это может звучать как обвинения. Но мы не судим ни наших родителей, ни тех, кто причинил нам боль, обманул, предал. Мы перестаем лишь обвинять в этом себя. И мы перестаем стыдить себя за то, чего не делали, хоть и стали участниками этого кошмара. А точнее, жертвами. Принять в себе жертву — это сила. Почему же нам, амазонкам, это так трудно?

Мы перепутали настоящую жертву с игровой.

Мы видели вокруг жертв, которые пользуются своей слабостью и беспомощностью, выдавая ее за женственность. Поддерживая идею о том, что слабость и женственность равнозначны, мы перепутали все понятия. И попали в тупик: либо ты слабая и тогда женщина, либо сильная и тогда… кто? Манипулятивное использование своей беспомощности там, где речь идет лишь об ограничениях, многие женщины выдают за истинную природу женского.

Как отличить игровую жертву от реальной? Очень просто. Если ты могла сделать то, что надо, но не сделала, выставляя себя беспомощной, — ты игровая жертва. Как бороться с этой беспомощностью? Надо преодолеть страхи и неуверенность. Не впасть в крайность, не уйти в грандиозность — все делать самой и ни в чем не нуждаться: это приведет к постоянной иррациональной вине и стыду.

Мы, конечно, можем многое, но не все. Мы должны относиться к своим возможностям с позиции реальности. Учитывать ситуацию, время, возраст, возможности. Это всегда баланс между результатом и его ценой. «Постоять за ценой» — это как раз то, чему нам надо научиться.

Чудеса в путешествии

Когда мы справляемся со стыдом (а делать это надо только вместе, в одиночку не работает), происходит чудо. Это трудно описать словами. Но я попробую.

В сказке про Гадкого утенка в момент кульминации уже подросший утенок выпрыгивает из гнезда к стае белых лебедей, все еще уверенный, что эти прекрасные птицы его заклюют. Помнишь, что произошло на самом деле? Они приняли его как равного.

Многие в этот момент плачут. Здесь заканчивается одиночество. Здесь заканчивается безнадежность. Здесь может начаться твоя новая жизнь. Среди своих, равных, похожих. Родных. Сестер.

Я помню свой глубокий инсайт — я не одна. И не важно, общаюсь ли я со своими подругами каждый день или раз в полгода, это ощущение близости не исчезает.

Это первое чудо станет лишь началом пути.

Почему вредно не ходить на бал

Следующим открытием будет то, что поводов для радости и удовольствия вокруг очень много. От осознания того, что все эти годы прошли в их отсутствие, накроет волна грусти.

Каждый год я стала проводить встречи участниц женского круга — сообщества женщин, состоящее из участниц моих женских программ. Это тот самый бал, на который мы всегда стремились. И который многие пропускают. Каждый раз я задаюсь вопросом, почему вместо 300 женщин пришло только 40? Почему женщины не ходят на бал? Хотя мечтают о нем, тоскуют и ждут?

Ответов несколько: отвыкли, стыдно, страшно.

Странные ответы взрослых женщин.

Странные, если не вспоминать нашу историю. Помнишь про «Золушек» — наших мам? Чему они могли нас научить из того, что понадобится на балу? Шить платья не себе? Ждать мифическую Крестную? Надевать неудобные хрупкие башмачки? Убегать от страха от принцев? Садиться в тыквы вместо карет?

Нам придется заново шить платья, теперь уже для себя, искать крестную, которая благословит и поддержит, надевать башмачки, и никаких больше тыкв!

Мы уже говорили о силе женского намерения и том, что может произойти, если несколько женщин хотят одного и того же. Поэтому помимо силы женского сообщества, удовольствия принадлежать ему, важно сказать и о способности менять мир вместе.

Одним из главных результатов своих многочисленных женских программ я считаю даже не удивительные изменения в жизни участниц, а формирование и сплочение женских сообществ. Сколько женщин нашли подруг благодаря участию в совместных путешествиях, сколько замечательных проектов создали, объединившись вместе! И даже сейчас, читая эту книгу, ты можешь почувствовать себя частью особенного женского круга.

Членство в Клане раненых

В этом мире есть много сообществ. Люди объединяются по самым разным признакам. Рыжие и богатые, выпускники вызов и собиратели сокровищ. Они устраивают встречи и вечеринки. Совместные ужины и поездки. Нам всем нужно чувство принадлежности к тем, кто тебя может понять. Кто такой же «рыжий».

Но есть объединения по другим признакам. Они не престижны, не красивы, а иногда и ужасны.

Я принадлежу к нескольким кланам. И все время принимаю женщин в один большой Клан раненых. Этот клан основала не я. Впервые я узнала о нем из книги «Бегущая с волками» и поняла, что это мой клан. В нем женщины, пережившие много трудностей и оставшиеся добрыми, сильными, открытыми и сострадательными. В нашем клане мы носим шрамы как боевые ордена и гордимся ими. Мы умеем прощать и помнить.

Есть и другие кланы, в которых я состою. Один из них самый незаметный. Потому что люди в нем как «прокаженные». До нас страшно дотрагиваться. Ибо мы прикасались к самому ужасному, что может произойти с живыми. Мы родители, потерявшие детей. И хотя наше горе незаразно, оно неизлечимо. С нами ничего нельзя сделать, чтобы мы стали прежними. Нас нельзя было похоронить вместе с детьми, хоть мы и не возражали. Поэтому мы живем среди людей, но больше не принадлежим человечеству. Нам хотелось бы, чтобы другие понимали, чего нам стоит просто жить. И возможно, относились бы к нам как к инвалидам. Не требовали бы от нас многого.

Мы не афишируем правду о себе. Мы не говорим при знакомстве: «Здравствуйте, я мать, потерявшая дитя». Хотя именно это и есть главное про нас. У нас есть общие реакции на людей, события и даже слова. Мы, например, не любим праздники, избегаем шумные и веселые компании, смотрим тяжелые фильмы и не рассказываем о себе незнакомым людям. Не смеемся над шутками про смерть и все, что с ней связано.

Мы хотим жалости и избегаем ее. Нет смысла жалеть, если ничего не исправить. Мы лучше всех знаем смысл слова бессилие. Поэтому слегка вздрагиваем, когда кто-то рядом говорит, что человек — хозяин своей судьбы. Мы знаем, что это пустые слова. Мы столкнулись с силой, против которой у нас нет никаких шансов. И нам пришлось научиться принятию. У нас не было выбора. Мы высокофункционирующие инвалиды. И мы не хотим лишнего внимания или участия. Наша задача — дожить достойно.

Недавно меня пригласили на конференцию по проживанию горя. Позвали, потому что мои тексты репостят в группах тех, кто потерял близких. И я еще никогда так не сомневалась, что смогу что-то рассказать им. Что у меня хватит сил. Что я найду слова. Что я смогу их произнести вслух. Мы стараемся не говорить. Не потому, что стесняемся или боимся. А потому, что это ничего не изменит. Это не изменит смерть. Может быть, это немного изменит жизнь. Чтобы наши дети нами гордились. Пусть даже мы никогда об этом и не узнаем.

Поддержка в прохождении неуверенности и стыда

Все, что говорят о тебе окружающие, правда, о которой ты не знаешь, а значит, не используешь ее.

Если говорят, что ты сволочь, значит, ты хитрая и у тебя гибкий ум.

Если наглая, то смелая.

Если жадная, то бережливая и острожная.

Если заносчивая, то избирательная.

Если хитрая, значит предприимчивая.

Если упрямая, значит, настойчивая.

Если с характером, значит, сильная и особенная.

Если вульгарная, значит, сексуальная.

Если распутная, значит, соблазнительная.

Если высокомерная, значит, с высокими требованиями.

Если идешь по головам, значит, целеустремленная.

Если тупая, значит, неподдающаяся.

Если ограниченная, значит, стабильная.

Если старомодная, значит, преданная.

Если поверхностная, значит, новатор.

Если легкомысленная, значит, быстродумающая.

Если стервозная, значит, независимая.

Если бесхарактерная, значит, добрая. 

Будь собой, все равно найдутся те, кому ты не понравишься. И найди свою стаю, свой клан. Нам необходимы отношения. Много разных отношений. Как еда необходима организму. Разная, просто для поддержания уровня энергии. Полезная, которая почему-то часто невкусная. Сладкая, которая часто бывает самой опасной. Вкусная — ради удовольствия. Проверенная, чтобы не отравиться. Экзотическая, чтобы расширить вкусовые границы. Деликатесная, чтобы испытывать безопасное удовольствие и вкусовой оргазм. Странная и новая, чтобы поддерживать интерес. Знакомая — для поддержания баланса и стабильности.

Так и с контактами.

Нам нужен постоянный уровень общения. Мы так устроены. Мы делаем общение разнообразным, взаимодействуя с разными людьми. Общение на работе похоже на обязательный утренний завтрак, обычный и предсказуемый. На своей работе я чувствую себя поваром, готовящим блюда из очень разных продуктов. Устав на работе от сложной пищи, я иногда люблю простую еду. Вокруг много людей, простых контактов. Это как с удовольствием погрызть семечек — и для желудка не вредно, и усилий особых не требуется. Бывает, правда, что попадаются прогорклые, не отплеваться никак.

Общение с друзьями — это вкусный ужин.

Вкусная, полезная и приготовленная специально для тебя пища. Практически деликатесная. Таким бывает общение с самыми близкими. Но иногда и совершенно незнакомыми. Как будто ты случайно попал в незнакомое место, где так вкусно кормят. Быть к этому готовой, иметь за душой то, чем можешь «накормить» других, — вот что важно.

Нельзя прожить на одних сухарях — в одиночестве. Нельзя объедаться жирным и неполезным. Очень опасно голодать без понимания, как это делать правильно. Есть риск тащить в рот все, что попало. Ужасно горько прожить, не угостив никого. И грустно думать, что деликатесы не для тебя.

Неслучайно в тертьем возрасте пищевые проблемы являются самой распространенной причиной обращения к специалистам. А проблемы со здоровьем в большинстве своем решаются изменением в питании.

Общение с подругами — членами твоего клана — это особый вид пищи. Как необходимый набор витаминов и микроэлементов, который не просто питает организм, но и оздоравливает его. А еще это удивительно вкусно и красиво.

Выбор

Мы пришли к этому возрасту вдвоем или в одиночку. И тут все как со спальней: ты хочешь спать одна или с кем-то? Не удивлюсь, если половина одиноких читательниц скажет — одна.

Когда я спрашиваю одиноких женщин, какого она хочет партнера, они описывают красивую картинку, хоть сразу выкладывай в сторис. Некоторые картинки выглядят как будто по-взрослому. Но когда я прошу женщин описать три дня совместной жизни с этими мужчинами, то большинство к описанию второго дня начинают испытывать трудности. Когда женщина лет 55 описывает молодого, спортивного, активного мужчину и образ жизни, который он наверняка захочет вести, то ее энтузиазм быстро угасает при «примерке» этой жизни на себя. Она вдруг ясно осознает, что ей хочется чего-то совершенно другого по темпу или интересам. Что бурный секс — не главное и в целом утомительное в ее возрасте занятие, если оно происходит каждый день. А спортзал хочется заменить неторопливой прогулкой по парку.

Очень многие убеждены, что мужчина в этом возрасте не нужен вовсе. Вопрос, кто кому больше нужен, не состоятелен. Может, это вопрос силы? Силы в прямом смысле неравны. Еще пару сотен лет назад они были совершенно неравны. Но научно-технический прогресс снизил важность мужской силы. Если теперь легким касанием пальчика можно отправлять корабли бороздить космос, а точным движением подсадить сперматозоид в матку, то логичный вопрос «на фига он мне нужен» звучит все чаще. Для любви, для роста, скажут психологи, для поиска Бога, скажут духовники и философы. Хотя последние, думаю, воздержатся, ибо им, после Сократа с его неудачным браком, лучше помолчать.

Какова реальность? Во-первых, мужчины нужны женщинам, чтобы выжить в этом опасном мире. Они сильные, хорошо соображают, любят строить всякие приспособления. Во-вторых, у них есть сперматозоиды. Ни первый, ни второй аспекты пока не заменены полностью, хотя человечество упорно к этому движется. В-третьих, их дух все время что-то ищет. То дальние берега, то Бога, то инопланетян, то смысл жизни. Согласись, это интересно. Это развитие. Они способны придавать форму и упорядочивать хаос.

Но природа мужской энергии преимущественно разрушительна. Достаточно посчитать, сколько времени человечество воюет. Для созидательной цели мужчине нужна женщина. Она по сути своей стремится к созиданию, и ее задача — направлять энергию мужчины. Она же дает энергию для реализации.

Энергию можно дать двумя способами: вопреки и благодаря. Второй путь прост и понятен. Женщина дает благо. Конечно, не всякая. Первый способ заключается в том, чтобы выбрать женщину, которая будет делать все наоборот. Выбрать ту, которая несет в себе энергию разрушения. Очень часто они привлекательны внешне.

Мужчине ошибиться довольно легко. Ошибаются наивные молодые люди, которым подобный опыт дает шанс обрести силу в борьбе. Безусловно, вариант «вопреки» должен завершиться уходом мужчины из этих отношений. Не бегством, поджав хвост, а с гордо поднятой головой, или умерев, что по сути идеальное бегство от всех проблем.

Как уходит мужчина? Сказав свое последнее слово и назвав вещи своими именами, честно поделив имущество и забрав детей от этой ведьмы. И так, чтобы она боялась носа высунуть. Мужчина, научившийся ставить негативную женщину на место, может победить смерть. Нет круче силы. Это даже не саблей в бою махать, хотя и тут смелость нужна. А геройские истории лазанья по горам без страховки или прыжки с моста вниз головой только смешат умную женщину, понимающую, что тут геройства нет и в помине. Ты попробуй сказать «нет» своей матери, своей женщине. Не крикни, не нагруби, не ударь, не развернись, не убеги. А по-мужски твердо, спокойно. И даже обними ее при этом, хотя она как фурия злая от страха. Вот это смелость! Если не успокоится, не поймет и силу мужскую не признает, то лучше мужчине уйти. Это не женщина для жизни. А струсившие мужчины губят жизнь себе и своим детям.

Не думаю, что такие женщины читают сейчас мою книгу. Но у всех нас есть опасность дать волю темной женственности и стать такой ведьмой. Особенно, если опыт отношений был неудачным.

Что, если у мужчины нет созидательной цели? Таких большинство. Нужны созидатели и те, кто способен достигать целей. Говорить о необходимости построить город и сделать это — разные вещи. Реализация — это мастерство для более продвинутых. Да-да. Быть альфа-самцом — более низкая эволюционная ступень развития, а самая высокая — это быть отцом.

Мужчина-созидатель практически всегда при женщине. Он без нее не функционирует. Она наполняет его жизнь энергией, смыслом и удовольствием. Потому что она все время создает ему точки роста. Только с ней он развивается. Она появилась — о ней надо заботиться, кусок мяса добыть. Бусики ей купить: она радуется, ему — энергия силы. Жить с ней — сплошное поле для роста, начиная с оттачивания ума в переговорах, заканчивая Нобелевской премией, чтобы она им восхищалась. Она родила — ему осваивать науку отцовства. Она стала успешной, ему тоже надо не расслабляться, чтобы она продолжала им восхищаться, ибо это основа женской любви. А ему за это и уют, и покой, и тепло домашнего очага, а главное — ощущение его собственной силы. Когда у тебя жена львица, значит, и ты лев. А лучше, конечно, Человек. С большой буквы. Не вояка, не бунтарь, не Диоген без бочки, а представитель высшего уровня жизни.

Мастерская

Подумай над следующими вопросами. Если хочешь, ответь письменно.

— Каких мужчин ты выбирала?

— Как менялся твой выбор на протяжении жизни?

— Какие мужские персонажи нравились тебе в юности?

— Каких мужчин ты притягивала?

Ответь подробно, потом отложи свои ответы. Через несколько дней вернись к ним и подумай, что тебе теперь понятно про себя и свой выбор. Какие ошибки не стоит повторять? Какими результатами ты гордишься?

Мужчина вместо мамы

Думаешь, женщины ищут мужей, похожих на папу?

Увы, но нет. Женщины ищут мужей, похожих на маму. Кого-то, кто будет понимать их лучше них самих, угадывать настроение и желания, заботиться, гладить по спинке и приносить теплое питье в постель. Кого-то, кто защитит их от внешнего мира, успокоит правильными словами. Будет нежен и будет говорить много правильных слов. Кого-то, кто скажет, какое платье ее не полнит и какие туфли к нему больше подойдут. Кого-то, кто догадается, что ей подарить к празднику, а не будет задавать дурацкие вопросы или предлагать деньги. Кого-то, кто будет любить ее подруг и обожать ее маму. Кого-то, кто будет проводить с ней все вечера и иметь схожие интересы. Кто будет мечтать проводить выходные только всей семьей и не отвлекаться на дурацкие мужские игры.

Продолжать?

И что из перечисленного напоминает портрет настоящего мужчины? Да, образ не про папу. В случае если он в реальности и был похож на мужчину в привычном понимании, то тебе повезло еще меньше. Чем идеальнее был твой папа, тем тебе сложнее найти хорошего мужа. Большинство будет проигрывать совершенному мужчине, который первым целовал твои ручки, ножки и, прости, попку.

Но папы с ярко выраженным поведением альфа-самцов встречаются в наше время крайне редко. Обычно они нарасхват, имеют не одну семью и кучу отпрысков. И хотя они больше любят своих дочерей, так как сыновья для них конкуренты, их любовь имеет длинный список ожиданий. И ты становишься их заложницей. Ведь найти мужчину, который будет тебя «безусловно» любить, непросто.

Время внесло в этот механизм некоторые коррективы. Таким папам «мужчинам-мужчинам» все больше нравятся женщины, непохожие на тихих домохозяек. Им теперь все больше подавай активных и успешных, немного агрессивных стерв. В реальной жизни такая женщина чаще всего является любовницей, о которой знают все. Маленькую девочку трудно обмануть, какие женщины нравятся ее папе и на кого надо быть похожей. Угадай, какой мужчина ей подойдет в мужья?

Но большинство женщин выросли либо со слабым отцом, либо в отсутствие оного. Мама, загнанная необходимостью обеспечить достойную жизнь и выполнявшая обязанности двух сторон, не смогла полностью дать то, что ребенок ожидает от матери. А неудовлетворенные желания не пропадают, они копятся. Поэтому девочка, вырастая, продолжает искать партнера, который восполнит недостаток. Но то, что партнер не мама, не приходит ей в голову. И она наделяет этими качествами мужчину (точнее, его образ), искренне не понимая, почему он с этим не справляется.

Тогда она называет его черствым и холодным и запутывается в том, какими же качествами должен обладать избранник. Быть ему мужественным или заботливым? В первом случае забота выражается в действиях, это мужской способ, а во втором — во всем, что перечислено выше. Запутавшись в показаниях, женщина обвинит мужчину в нежелании ее понять и заплачет. В глубине души она будет надеяться, что он найдет ответ самостоятельно и поможет ей распутаться, он же умный. В этот момент она берет в руки невидимую лопату и начинает копать реальную яму отношениям.

Пока мы не сделали работу по сепарации и взрослению, мы будем искать в партнере родителя, чувствующую заботливую мать. Мы будем ходить по кругу, не понимая, что проблема внутри нас. И будем выбирать не тех партнеров. Холодных, эгоистичных, потребляющих и взвешивающих каждый грамм заботы о нас, подсчитывающих баланс «взял-вернул». Почему опять, задаем мы себе вопрос.

Ответ до хруста в зубах простой и отчаянно злой — мы выбираем копии наших родителей. Не по внешности, не по стилю, не по породе. А по отношению к нам. Мы будем выпрашивать эту самую любовь в виде заботы и какого-никакого внимания. Пусть хоть в скандале или критике. Лучше, чем ничего.

Мы ждем годами, рожая в этом холоде детей, обрекая их на выживание среди псевдовзрослых родителей, уже к тому времени дерущихся за огрызки внимания и ненавидящих друг друга за неоправданные ожидания. Мы седеем, становимся язвительными, наша инсулинорезистентность растет вместе с грузом невысказанных обид, которые гниют внутри желудка и души, вызывая необходимость отдаляться от людей все дальше, чтобы не было слышно запаха.

И когда уже нет больше сил жить без счастья и радости, мы делаем отчаянный шаг признаться в этом в кабинете психотерапевта. Тоже не сразу, а сначала продемонстрировав успехи и достижения, скрывая за фасадом всю боль и брошенность детской души, пытаясь сбежать при малейшем облегчении, ненавидя психотерапевта за слова правды.

Один мой клиент ушел от предыдущего психолога, потому что тот сказал ему о неизбежности ухода от жены. Он пришел ко мне в надежде, что я скажу ему это же, но не так быстро. Ибо если бы я не сказала, то он ушел бы и от меня, так как сам знал правду. Ему просто нужно было к ней привыкнуть и сделать вдох после удара под дых горькой правдой о том, что мы не можем изменить другого, а особенно заставить его любить нас и хотеть быть с нами, заботиться о нас, спрашивать по утрам, как дела, или заниматься сексом по своей инициативе.

Другой клиент ушел уже от меня, потому что, сидя на стульях своего будущего, он отчетливо увидел, что уходит от жены, и не смог простить мне этой жуткой правды. Хотя я просто посадила его на эти стулья и попросила рассказать о своем будущем через пять и через десять лет.

Другая моя клиентка спустя несколько лет после окончания десятилетней терапии, на протяжении которой я сделала много для сохранения ее брака, сказала мне с упреком при случайной встрече, что развод после терапии стал для нее местом для роста. «И зачем я так старалась сохранить этот брак», — спросила она. «А чтобы вы не умерли от болезненного разрыва, к которому тогда были не готовы», — хотела ответить я, но промолчала. Как сказать, что уйти — это иногда неизбежно, а остаться значит умереть. И что уйти и убежать — это две космические разницы. Что расставание неизбежно, если один партнер развивается, а другой нет. Что психотерапия — это риск. Но без него шанса прожить пусть хоть пару лет собственной счастливой жизни нет. Не рискнуть — значит лишить себя шанса. Последнего, единственного. На собственную жизнь.

Жизнь, в которой не будет, возможно, больших денег, Нобелевских премий, олимпийских наград. А может быть, наоборот, они появятся, ибо раньше было опасно быть проглоченным завистью или страхом. Жизнь, в которой точно появится один человек, любящий тебя безоглядно, который останется с тобой до гробовой доски. В этом мире трудно остаться одному, когда от тебя так пахнет любовью. Обязательно подтягиваются люди, среди которых будет и тот, с кем ты сама захочешь это разделить.

Вопрос «что делать?» требует простого ответа. Перестать пристраивать другим людям своего внутреннего ребенка, который болен и нелюбим уже много лет. Для начала такого ответа может и хватить…

После развода

Когда женщина окончательно решает уйти из отношений, она делает это так, чтобы мужчина все равно думал о ней. Поэтому женщины предпочитают выяснить отношения, иногда в тайной надежде, что партнер изменится, но чаще, чтобы он не перестал о ней думать даже после расставания.

Если женщина ушла молча, значит, она считает мужчину безнадежным. Исключение составляют особо профессиональные манипуляторши, знающие о том, что такой способ является лучшим для удержания. Незавершенные отношения будут постоянным источником потери энергии для того, от кого ушли. Поэтому так важно в терапии провести работу по закрытию этого процесса.

Мужчины же, напротив, уходят, когда все решили окончательно. Поэтому не считают необходимым устраивать финальные разборки, которых так требуют брошенные женщины. Для мужчины любой контакт после принятого решения непереносим и воспринимается как попытка его вернуть. Они не понимают, что именно таким уходом они оставляют для женщины дверь открытой и удивляются, почему она не поняла, что он ушел окончательно.

Развод — это как операция по удалению. Мы удаляем партнера с куском себя. Потому что он был частью нас и невозможно разделить двоих, не затронув «живую плоть». Мы вырезаем его из себя, как раковую опухоль, стараясь не задеть жизненно важные органы. Потому что чувствуем, что если не сделаем этого, то умрем.

Сделав другого частью своей жизни, мы рискуем срастись с ним так сильно, что станем симбиотической системой, взаимозависимой. На самом деле симбиоз это взаимодополнение и наслаждение близостью и востребованностью. Слияние в наслаждении любовью и привязанностью. Но это редкое явление. Гораздо чаще мы имеем дело с патологической формой симбиоза.

Ничего не предвещало для Евгении, участницы моего марафона, беды. Она говорила, что впервые слово «беда», стало для нее понятным в тот год, когда их с мужем 27-летний брак вдруг умер. Она так и сказала тогда на встрече — «умер».

Муж уехал в командировку и приехал только через два месяца, чтобы забрать вещи из их совместного дома. История классическая: долгий роман на стороне закончился беременностью, и муж просто ушел. Готовился давно, ребенку на момент его ухода уже было полгода. Евгения пришла в себя после шока не сразу. Они жили дружно, дом «полная чаша», повзрослевшие и только что вылетевшие из гнезда дети. Винный погреб, с любовью построенный в подвальном этаже, отдельно стоящая баня, похожая на избушку из сказки. Такая теплая и душевная, что даже спустя два года, когда я была в гостях у Евгении, она сохранила эту атмосферу уюта, хоть баня и стояла без дела все это время. Женя не могла себя заставить зайти туда, слишком больно.

Все было настолько непонятным, неожиданным, как пресловутый гром среди ясного неба. Оставшись одна в пустом доме в свои 53 года, Евгения постепенно уходила в себя. Когда поняла, что не может провести вечер без бутылки вина — бокала уже давно было мало — испугалась и пришла к психологу. Сегодня она не готова думать о новых отношениях, а если честно, ей просто некогда. Ее график путешествий, курсов, мастер-классов и встреч расписан на полгода вперед. Она еще не решилась продать дом, но в баню к ней каждую неделю приезжают подруги.

А вот еще одна история из жизни.

Марина с Петром поженились в лихие 90-е одними из первых моих друзей. На Маринином юбилее и торжественных проводах на пенсию мы выплясывали, подняв не один тост за их прочный и надежный брак. И кода она позвонила мне в слезах сообщить, что Петя ушел, я долго не могла поверить, что это не шутка.

Причина непонятна Марине, потому что неприятна, но понятна мне. Все дело в сексе. Да, вот так банально, но серьезно. Петру не хватало чувственности, откровенности и разнообразия. Когда я узнала, что Марина ни разу за более чем 30 лет брака не согласилась заняться оральным сексом, я удивленно ее спросила: «А почему?» Ответ был простой и оттого невероятно грустный: «Мне не нравится». «Но ведь ты не пробовала, как ты можешь это знать?» — спросила я. В ответ я увидела гримасу отвращения.

Мне было жаль этих двоих не чужих мне людей, которые и правда очень подходили друг другу и прожили вместе столько лет. Мне было жаль Петю, который на самом деле никуда бы не ушел и до сих пор живет у мамы, периодически делая попытки примириться и договориться. Но еще больше мне жаль Марину, чудесную подругу и прекрасного человека, женщину, которая так и не открыла свою женственность и сексуальность за эти годы. Они все еще любят друг друга, и мне очень хочется верить, что будут снова вместе. Когда Пете секс уже будет не нужен. Вот только я не уверена, что эти отношения можно будет склеить.

Мастерская

Проверь, завершены ли твои прежние отношения. Следующие критерии свидетельствуют о том, что пока нет.

— Ты упоминаешь бывшего не реже раза в неделю, не важно в позитивном или негативном контексте.

— Ты стараешься посещать места, где вы были вместе.

— Ты приглашаешь бывшего на совместные семейные праздники.

— Ты сравниваешь новых избранников с бывшим.

— Ты интересуешься его жизнью.

— Ты общаешься с его родственниками, друзьями, соседями.

— Ты перебираешь семейные архивы в минуты печали.

— Ты не стремишься к новым отношениям.

Я, до сих пор непонятным для меня образом, смогла попасть в число счастливчиков и встретить своего третьего мужа в тот период, когда приняла твердое решение никогда больше не строить долгосрочных отношений с мужчинами. Я не то чтобы влюбиться, но даже увлечься к тому возрасту и в том своем состоянии не могла и не хотела. Но жизнь дала этот шанс. Хотя я предпочитаю называть его вызовом.

Для меня, женщины-амазонки, на счету которой столько «поверженных героев», не справившихся с простыми задачами, быть в настоящем браке, где надо учитывать мнение мужчины, договариваться, слушать и принимать его несовершенного — это каждодневная работа над собой. И если бы не счастье, которое я с ним испытываю, не то, что я становлюсь лучше рядом с ним, не все эти трудно описываемые мелочи, искрами освещающие мою жизнь, я не писала бы сейчас эти строки надежды для женщин, которые, пусть и не открыто, но ждут встречи, несмотря на возраст.

Какие они, взрослые отношения?

Если к «третьему возрасту» мы пришли, будучи в длительных отношениях, эти отношения тоже нуждаются в апгрейде. Или же они разрушены, и перед женщиной встает вопрос: завершать ли мне их? Надо ли это отрезать, чтобы сохранить себя? Или же я завершила к этому возрасту все отношения, и теперь возникает вопрос: зачем мне нужны новые? Хочу ли я их? Я могу их хотеть, если, например, так и не получила удовлетворения в прошлом опыте, если мои потребности так и не были удовлетворены и реализованы в полной мере и я хочу теперь еще один шанс. Это в большей части связано с непрожитыми детскими травмами — незавершенные отношения с родительской фигурой, инициация через любовь, через идентификацию женской роли. И эти травмы сформировали определенный тип привязанности.

Психологи знают, что возможно лишь сформировать новый опыт привязанности, но не вылечить эту первичную привязанность. Если у тебя, например, сформировался избегающий тип привязанности, и ты защищаешься от чувств эмоциональным или физическим уходом, то, даже осознав это, ты не можешь это вылечить. Ты можешь только получить новый опыт и научиться новой здоровой привязанности, а для этого, конечно, психотерапия — единственное более-менее безопасное место, потому что найти партнера, на котором можно тренироваться, — сама понимаешь, так себе идея.

Поэтому, если у тебя не было удовлетворительных отношений, идея о новых — это попытка еще раз попробовать. Но ты должна понимать, что без работы с травмами эта попытка превратится в еще один похожий круг, только с гораздо более грустными последствиями, потому что уже нет ресурса на то, чтобы терпеть. Многие женщины уже не могут терпеть не потому, что они помудрели, а потому что у них закончились силы. Очень часто отсутствие терпения кроется под очень сильной тревогой. Источником тревоги обычно является не страх, а накопленный годами невыраженный гнев, связанный с болью и печалью. Если не освоить и не выразить этот гнев, то он будет накапливаться и мы станем гипертревожными.

Какие могут быть здоровые мотивации для отношений? Взрослая мотивация — реализовать себя в партнерстве. Мы сейчас говорим не о классических требованиях жены. Никто не хочет реализовывать себя в нашем возрасте в том, чтобы варить борщи, стирать носки. Мы говорим о том, что психологи называют «интимностью». Дело в том, что интимность — это область нашего взаимодействия, где мы можем соприкасаться и проживать те глубинные аспекты человеческой сущности, где мы, женщины, получаем самый ценный ресурс для творения.

Поэтому женщина наполнена в интимности. А сейчас мы говорим об интимности с партнером, потому что она эротически окрашена и дает возможность на телесном уровне проживать уникальный опыт — оргазм. Мужчины в медитации достигают экстатических переживаний — это то, что мы можем переживать в нормальном, хорошем оргазме. Но об этом подробнее в следующей главе.

Отношения в нашем возрасте становятся еще одним местом, где мы можем реализовать себя в творчестве. Это непростая задача. Во-первых, как я уже сказала, это связано с необходимостью разобраться с прошлым опытом, так, чтобы он не вторгался в реальность. Партнерство не должно стать «заделыванием» дыры в душе. Для этого, к сожалению, многие заводят детей. И может быть, мы бы не имели проблем, связанных с перенаселением, если бы дети рождались только по любви.

Партнерство как развитие внутреннего мира через отражение себя в другом продолжается и в третьем возрасте. Возможно, что даже более глубоко, чем раньше, когда между нами стояли дети, дела, социум. Социальный фактор семьи становится менее важным, чем духовный.

Когда мы говорим, что Бог внутри, то имеем в виду связь с божественной природой нашей души. Собственно, никакой другой задачи в третьем возрасте мы ставить перед собой не должны. Если у нас все еще стоят какие-то странные задачи: что-то завоевать, достичь, построить, заработать, то это попытки закрыть задачи предыдущих периодов.

Мастерская

Напиши брачное объявление о себе, представь себя будущему жениху.

Напиши брачное объявление, опиши в нем своего избранника, которого хочешь встретить.

Опиши свои ожидания от отношений.

Напиши собственную характеристику — так, как могли бы написать твои хорошие и честные друзья.

Перечисли пять пунктов, зачем тебе нужны отношения, — сделай это максимально конкретно.

Представь себя мужчиной, который бы тобой заинтересовался. Что он увидит, почувствует, подумает о тебе при встрече.

Про удержание

Мы часто читаем мудрость: если любишь — отпусти, твое и так вернется, а не твое и не нужно.

В моих нынешних отношениях я впервые почувствовала, что у меня нет желания удерживать.

Что нет страха быть брошенной.

Что действительно рядом мое.

В начале отношений меня очень тронул один жест моего будущего мужа. Каждый раз, когда я физически отходила (забирала руку, поворачивалась на другой бок, выдергивала руку при споре), его первым инстинктивным движением было задержать меня. Он крепко сжимал руку или объятия и отпускал только со второго раза.

Мой «психологический» мозг думал про созависимость, но моя детская душа испытывала счастье. И испытывает до сих пор, потому что в этом жесте сфокусировалось противоядие для моей детской травмы «меня бросят». Капля за каплей противоядие действует эти годы, и иногда он уже отпускает меня сразу. А мне в эти моменты становится… неприятно, да! Моя бунтарская натура, для которой «свобода — наше все», исчезает и открывается правда: мой Ребенок хочет знать, что он нужен значимому человеку и тот не отпустит его сразу, поддавшись моему избеганию, моему страху близости. Что у меня будет несколько секунд одуматься и признаться в своем страхе, а не сделать назло. И не надо путать это с созависимостью, с цепями из чувства вины. И только научившись различать это, можно рассчитывать на здоровую близость.

Это отношения, которые становятся глубокими благодаря «контрактам доверия».

Отношения, в которых надо договориться и уважать границы друг друга. Например, воздерживаться от манипулирования разрывом или отказом от обязательств. Не пренебрегать установленными правилами или потребностями другого, например его усталостью или загруженностью.

Оберегать друг друга от лишних или возможных тревог, ревности, стыда, гнева, неопределенности. Помнить слабости и ранимость партнера.

Быть открытой к разговору. Не использовать снисходительный тон или пренебрежение, не перебивать, не скрывать ничего и не уходить от темы разговора.

В таких отношениях невозможно сказать, что я никому и ничего не обязана. Это неправда. Признать свои обязательства и некоторую (иногда значительную) зависимость от другого — вот уровень взрослости.

Это отношения, в которых люди стремятся получать совместные удовольствия, которые не должны ограничиваться сексом или едой. Это совместное времяпровождение, посещение новых мест, общение.

Это готовность уступать в спорах, быть гибким ради сохранения мира.

Много лет до этих отношений, которые стали уютной гаванью для меня в третьем возрасте, я не понимала выражения «ты хочешь быть правым или счастливым?». Сейчас понимаю.

А ты?

В этой главе не будет дифференциации клиторального и вагинального оргазма. Нам давно пора знать о том, как мы получаем оргазм. Здесь не будет про техники секса в зрелом возрасте. Ими давно пора овладеть. В ней не будет про важность секса. Он либо есть, либо должен быть. Я даже не буду тебе говорить о том, что важно заниматься сексом с любимым человеком, так как просто секс опасен в нашем возрасте.

Я расскажу о том, как нашу сексуальность прокляли и как мы умудрились выжить.

Зачем, спросишь ты? А кому как не нам, взрослым женщинам, знать правду? Да, лучше поздно, чем никогда.

Что нам это даст? Это вернет нам часть самих себя. Прекрасную, живую, сильную часть — основу нашей женской природы.

Лилит

Ты когда-нибудь слышала о Лилит?

Лилит (Элелет — одно из древних имен, предшествующих Лилит) представлена в основном как страшная демоница, похищающая младенцев и соблазняющая мужчин. Ночная фурия, превращающаяся в сексуальную женщину, доводящую мужчин до греха и лишающую их покоя, а иногда и жизни. Ею пугали беременных женщин, считая, что она губит плод и смертельно опасна для детей. Сама же она была обречена рождать монстров, потому что воспротивилась воле Бога и не подчинилась Адаму.

Первое упоминание о Лилит встречается в древнейшем документе, который дошел до наших времен, — Эпосе о Гильгамеше (XXVIII–XXVI век до нашей эры). В Ветхом Завете Лилит встречается лишь раз, в Новом Завете про нее нет почти ничего. Есть фрагмент, где она упоминается в образе совы, но не обозначается даже ее имя.

Мы почти ничего не знаем о ней. В большинстве известных религий есть персонажи, которые рассказывают о Лилит, называя ее различными именами: в исламе — история про Карину, в индуизме — отсылки к богине Кали, в греческой мифологии черты Лилит есть и в Гере, и в Афродите, и в Афине.

По дохристианской истории человек был создан по подобию андрогинного Бога. Он был целостным и создал равную пару: мужчину и женщину из одной глины и грязи, из одного состава. На этом история равенства заканчивается. Далее андрогинный Бог «разделяется» на три составляющих: Отец, Сын, Святой дух. И в этот момент пропадает женская часть, та самая Богиня — она больше нигде не присутствует.

Но единым живородящим источником жизни на Земле была Богиня. На сегодняшний день по всему миру найдено около 11 тысяч скульптурных изображений древней Богини. Это самые ранние изображения божеств.

В какой-то момент женское уходит в тень, расщепляясь. И потом в раю для Адама появляются две женщины. Первая — та самая Лилит. А Ева была второй. Это расщепление происходит между возлюбленной, которую олицетворяет Лилит/Мария Магдалина, и матерью — Евой/святой Девой Марией. В этом расколе психика живет последние тысячи лет.

Рождение и жизнь отнесены к «светлой» области Евы. Все, что касается сексуальности, женственности и смерти было отдано на «темную» сторону, — архетипу Лилит. Это расщепление заставило женщину оторвать от себя половину, отдать то, что относится к области сексуальности, женственности и привлекательности. Собственно, то, что по идее должно проявляться в жизни в виде деторождения, материнства.

Что произошло между Адамом и Лилит? Она не подчинилась, захотела остаться равной, чем вызвала недовольство Адама, который пожаловался отцу. Бог-отец изгнал Лилит и создал Еву. Адам говорит, что выбрал Еву — ту, которая слушает его, которая будет матерью, святой. Впоследствии возникает идея непорочного зачатия.

Гностики пишут, что сексуальность расщепилась на средство воспроизводства и тайное удовольствие. Ведь зачатие должно быть непорочным.

Патриархат и женская сексуальность

Если мы получаем удовольствие от секса, то рискуем отдаться архетипу Лилит, который теперь ассоциировался со смертью. Психоаналитики много пишут про связь сексуальности, оргазма, смерти, страхов, которые прорабатываются на уровне существования.

Патриархальность потребовала контроля над отцовском, чтобы гарантировать право наследования. Женская сексуальность попала не просто под контроль, а под уничтожение. Но не до конца, конечно. Детей ведь надо было рожать не от непорочного зачатия.

Внешние ограничения для женщины редко являются помехой. Для этого необходимы ограничения внутренние, идеологические. Когда речь идет о ревности со стороны мужчины, то в большинстве своем это касается измены физической, сексуальной. И тогда верность — в плане сексуальной верности — становится мощным инструментом, который может «посадить на скамью» за любое подозрение в том, что ты проявила то, что относится к области сексуального. Поэтому проявление привлекательности стало опасным для жизни. Идеологически это надо было сделать постыдным.

Каждый наш выход за пределы, «нарушение верности» в проявлении своей сексуальности, природы, привлекательности заставляет нас испытывать чувство вины. Это чувство вины является последствием идеологических установок, формировавшихся тысячелетиями: только твоя «чистота» и непорочность дают тебе право быть вместе с мужчиной.

В этой дуальности мы живем до сих пор. И борьба двух этих противоположностей проявляется драматически. Женщины наказывают себя сами: после бунта испытывают чувство вины — и это вечное колесо очень трудно остановить.

Лилит относится к тем персонажам, которые стояли у истоков жизни, она прародительница сущего. У некоторых авторов она упоминается как родоначальница жизни, которая породила человечество и была позитивным персонажем. Гностики опровергают даже такой раскрученный мотив о Лилит, как детоубийство. В некоторых источниках она упоминается играющей с детьми, укачивающей их. Но в патриархальном сознании проявление страсти, жизни (сексуальности), удовольствия — все это связано с порочностью. И позитивный образ Лилит затерялся.

У Лилит есть еще одна функция, которой ее наделил Бог-создатель. После неподчинения она была изгнана, но через какое-то время возвращена, что интересно. Когда Адам согрешил, вкусив плод познания, Бог призвал Лилит для того, чтобы та наказывала детей Адама за грех отца.

Несколько аспектов великой Богини мы наблюдаем у Лилит.

Она обладает лунным сознанием — сознанием, которое у современных женщин скрыто в бессознательном. Оно касается цикличности женской души. Эта цикличность выражена в трех возрастах женщины. Юная Лилит — дева-соблазнительница, демонизированный образ, который высасывает из мужчин все соки. Что такое соблазнение? Это глубокое внутреннее ощущение позыва к продолжению, развитию чего-либо. Привлекательность, привлечение — проявление жизни. Сексуальность, которая строится на этом механизме, — она вся про жизнь. И гностики впервые сказали о том, что сексуальность выражается на уровне материи, тела — в виде рождения детей. То есть секс — это всего лишь одна из многих сторон проявления сексуальности.

В зрелой фазе Лилит вдруг превратилась в убийцу детей. Это связано с прерыванием беременности, убийством детей. В виде осколков остались знания о том, что сексуальность и секс — это процесс совсем не про рождение детей, а про сопровождение. Процесс зачатия и рождения детей — это материальное продолжение жизни. А где духовное? Оно в удовольствии. В источниках про Лилит мужчина должен спросить у женщины: готова ли она принять его семя после секса. Это функционально точечное действие, связанное с зачатием и семяизвержением.

Тантрические осколки знаний, система дао остались изгнанными за пределы науки, общепринятого философского гуманистического поля, в котором мы говорим о человеческом предназначении, психике. Настоящий, истинный оргазм — это духовная практика. И один из способов его получения — через секс.

А зачем нужен секс в третьем возрасте? Именно в этом возрасте он становится духовной практикой. Достижение оргазма — это выход за пределы тела, контролируемого сознания. Это божественное состояние, контакт с Высшим разумом, где мы равны богам.

Мужчине, для того чтобы быть равным богам, надо очень постараться. Потому что функционирование в сексе у мужчины зависит от огромного количества параметров: состояние здоровья, уровня уверенности в себе, ситуации, успехов, настроения. Эрекция капризна и чувствительна. Поэтому патриархальность придала мужчине огромную уверенность в себе и своих силах. Критиковать и сомневаться в нем стало рискованно. Это практически приравнивалось к покушению на божественную власть.

Третий цикл — цикл зрелой женщины — для архетипа Лилит очень важен. Без инициации через признание темной женственности, темной стороны, в которой скрывается вся сила, описанная выше, невозможно здоровое функционирование в третьем возрасте. И не только в физическом смысле. Это функция высшего духовного проявления в том, что она становится хозяйкой, созидательницей жизни, которая владеет знанием о том, что имеет право продолжать быть, а что должно быть остановлено. Ведь Лилит — это еще карающая длань Бога, сила жизни и смерти.

Сексуальность в третьем возрасте

Сексуальность в третьем возрасте становится частью интимной жизни женщины. Интимности в партнерстве.

Кстати, у женщин с комплексом псевдо-Лилит (когда взяты только внешние признаки сексуальности) оргазм исключительно клиторальный. У них в принципе проблемы с оргазмом. Несмотря на их сексуальную привлекательность, они испытывают сильные трудности в том, чтобы расслабиться, а от расслабления и зависит оргазм. И тут мы упираемся в психологические моменты: страх близости, страх быть раненой и так далее. Оргазм — это когда мы находимся на пике, в кульминационной точке жизни, которая рядом со смертью. Смерть — максимальное расслабление.

Дуальная проблема человека — научиться быть, с одной стороны, целостным и самодостаточным, а с другой стороны, уметь быть в отношениях. Казалось бы, две противоположные вещи, но на самом деле в этом цель. «Мне достаточно хорошо одной, и мне достаточно хорошо с другим». Если я могу и то и другое, тогда я могу контролировать расслабление, могу рассчитывать на то, что отношения и секс как часть этих отношений дадут мне именно то, чего я ожидаю.

Люди путают два уровня: социальный и физиологический. Ева чувствует себя плохо, если она не востребована. Для нее быть в отношениях — это подтверждать, что она о’кей. Поэтому для нее секс — скорее «приложение» к отношениям. У псевдо-Лилит — неинтегрированной Лилит, — другая история. Она коллекционирует мужчин, потому что быть сверху для нее — это про власть. Для нее мужчины — трофеи. Для нее первична физиологическая, физическая сторона близости. Она доверяет ей больше, чем другим способам контакта.

Что же получается? Если идти в сексуальные отношения, не умея расслабляться, секс происходит с нагрузкой на организм, который начинает «ломаться», сопротивляясь нагрузкам. Самый простой способ избежать этой нагрузки — «организовать» какую-нибудь болезнь, из-за которой никакого секса быть не может. Эндометриоз, например. Практически все заболевания половой сферы, с точки зрения такого жесткого контакта женщины со своим телом, очень «говорящие». Например, инфекции как сигнал о нежелании быть с этим партнером или чувство вины, а миома — чаще всего это нерожденные дети. К слову, не обязательно физические дети, это могут быть нерожденные идеи. Это то, что ты могла «родить» в этот мир, но не родила.

Без Лилит Ева становится однобокой. А так как она не может быть целостной, то начинает выращивать свою теневую часть и вытеснять в нее все то, что не принимается патриархальным миром.

Изгнание сексуальности

Когда Бог вызвал Лилит, чтобы отругать за неподчинение Адаму, она не стала разговаривать с ним, только произнесла имя Бога — и это интересный момент. Его имя не знает никто, но она знает и не боится его произнести. Бог не может с ней ничего сделать, не может уничтожить, только изгнать. И она уходит в пустыню на берегу Красного моря.

Когда мы отправляемся за знаниями, мы ищем Лилит, которая знает то, что женщине и Еве знать не положено. Женщину всегда ограждали от знаний: собственно, мы совсем недавно только получили права учиться, трудиться, голосовать.

Это очень важный аспект женской души: мы видим, что Лилит обижена, несправедливо изгнана. Она не понимает, за что ее наказали, она ведь такая же равная. В ней много ярости, боли, обиды. Это все чувства женщины в кризисе: когда нас бросили, зарубили наш проект, когда мы кого-то потеряли. Лилит уходит в пустыню, а там выходит замуж за Люцифера! То есть, пережив драму в одиночестве, перегорев в страстях и пройдя через трансформационный огонь ярости, она перерождается.

Когда женщине плохо и если в ней силен архетип Евы, она начинает искать отношения, кидаться в крайности, просит не бросать, очень зависима и катастрофически боится одиночества. Без отношений она не имеет никаких ценностей. А ее ценности — материнство и неравное партнерство, обслуживание, следование за мужем. Лилит — полная противоположность. Она осталась одна, ее поглотила ярость, она разрешает себе злиться. Современные женщины этого боятся, потому что их гнев подавляли. Но у Лилит нет чувства вины за свой гнев, она не подчиняется никому и даже бросает Богу вызов, называя его имя. Она делает так, как ей хочется. Она находит себе равного: Лилит и Люцифер — пара равных. Но из-за расщепления они нам кажутся очень негативными. «Это плохие персонажи, и нам нельзя быть такими». Но приобретение этого равенства через прохождение трансформации в пустыне — очень важный момент. Мужчина в кризисной истории должен взять рюкзак на плечо и идти в путешествие — это путь героя. А женщине необходимо уединение.

Если говорить о физиологии, то время Лилит — это время до месячных и во время месячных. Это ранимый переход и чувствительное место, где ей необходимо побыть одной, где нужно узнать, кто она, что ей нужно, с чем ей надо расстаться. Для мужчины это время унижения — он не смог зачать ребенка. А для женщины — это цикличность, обновление и проявление вечной жизни. Ей нужно расчистить это место — и тогда она, обновленная, может идти дальше. Поэтому образ пустыни для понимания женской психики очень важен.

Сексуальность и привлекательность — проявление самости женского эго. Что является проявлением мужского эго? Ну точно не сексуальность. Для мужчины высшая точка в его психологическом развитии — это отцовство. То есть когда мужчина становится отцом — в понимании функциональности, не в физическом смысле — он становится отцом для всего мира как защитник. Для женщины высшая точка — способность испытывать оргазм. Я говорю не о механическом оргазме, а о возможности духовно испытывать его, соединяться с божественным.

Еве очень трудно оргазмировать, поэтому она имитирует оргазм. Она должна радовать Адама, чтобы не остаться одной, ведь это ее главный страх. Потому что сама по себе она не представляет для себя никакой ценности. Ева занимается сексом тихо, без удовольствия, для продолжения рода. Максимально скрытно, чтобы это выглядело как непорочное зачатие. Если она захочет удовольствия, то автоматически теряет Адама. В Лилит же живет звериная, мистическая природа сексуальности.

Небесное и земное

Конфликт Лилит и Адама начался с того, что Лилит сказала «я хочу быть сверху» — это поза наездницы. И в этом есть сакральным смысл. Понимание «небесного» и «земного» в западном мире перевернуто. Потому что сила земная воспринимается как нечто пассивное и статичное. А для востока женское начало — активное и динамичное, связано с движением, с соками жизни. И вот этот переворот понимания неба и земли очень четко прослеживается в истории с Лилит.

Находясь сверху, женщина транслирует божественный смысл женского начала — «неземное удовольствие», «вознеслась к небесам». Если же женщина «переворачивается», то становится пассивной, в ней нет жизни. Но в западной психологии это как раз укладывается в патриархальную картину мира. «Я знаю Бога, я общаюсь с ним и передаю эти знания тебе, а ты их принимаешь», — говорит мужчина. Женщина становится не дающей, а принимающей. Но при этом мужчина попадает в созданную им же ловушку: становится только дающим.

Источник небесного — это источник жизни. Дух пришел оттуда. В восточной философии жизнь пришла через женское начало, через Богиню-мать.

Лилит всегда оставляет выбор за мужчиной. Эта соблазнительница, изгнанная из дня и появляющаяся ночью, напоминает мужчине о том, что связь с женщиной может быть так прекрасна. Днем он не может найти ее законным способом: ему нужно отправиться в бордель — единственное открытое место место для него. И это становится основой невроза. Мужчине приходится прятаться, получая удовольствия от физической близости с женщиной. И жить с той, которая сама спрятала эту часть себя как постыдную.

Что нам делать со своей внутренней Лилит? Интегрировать и признать эту часть как здоровую, естественную. Раздемонизировать, легализовать. Признать, что мужчины и женщины созданы равными. Но помнить, что равенство — это не похожесть. Мальчики как девочки, девочки как мальчики — считая так, мы рискуем уничтожить нашу истинную природу.

Когда современная женщина говорит «я не хочу детей», очень важно признать ее право выбора. Она не знает, какой быть, и начинает быть похожей на мужчину. Такой как Ева она больше быть не хочет, а как быть Лилит — не знает. Отдаваясь в энергию мужского, которую в психологии называют Анимусом, женщина начинает искать способ выхода своей активности и делает это мужским способом. Потому что ей пришлось выбирать между Евой и Анимусом. Между материнской формой женственности или мужскими моделями. Но есть третий вариант, женская форма активности — творческая, инициирующая. Лилит разрешает нам быть сильной, равной, сексуальной, привлекательной — без чувства вины. Не порочная, а живая, она источник жизни, здоровья. Это проявление того, что является центром божественной природы — проявлением жизни. И это право заниматься тем, чем хочется, без стыда, без чувства вины.

В третьем возрасте мы функционально становимся матерями Земли. Но это не значит, что мы будем всех кормить. Наоборот. В мифе о Психее, символически представляющей развитие женской психики, есть сюжет, когда она отправляется в царство мертвых и везет кусок пирога, чтобы накормить пса Цербера, охраняющего врата. Психея испытывает искушение накормить просящих мертвецов. Но мы больше не должны быть всем кормящей матерью. Мы входим в контакт со смертью, потому что знаем, что это не конец. Мы владеем знаниями о жизни и смерти — это женские знания. Мы порождаем жизнь и знаем, когда что-то должно завершиться. В одной руке мертвая вода, в другой — живая, и одно без другого не работает.

Это проявление Лилит в ее открытом творчестве, в том, что творчество женщины — это созидание самой жизни. Мы можем из ничего сделать скандал, шляпку и салат. Мы все время что-то созидаем, а если перестаем, то становимся пожирающими и поглощающими.

Интеграция Лилит — это интеграция силы, свободы, здорового женского начала. С помощью Лилит мы завершаем отжившие процессы: уходим из отношений, которые нас не питают, или с работы, которая разрушает. Лилит может быть одной столько, сколько нужно, пока она не поймет, что именно ей нужно. И мы возвращаемся к главному женскому вопросу: «Что я хочу?»

Голод

Как интегрировать Лилит в третьем возрасте? Что же, дать волю своей сексуальности?

Сложный вопрос. Конечно, время упущено. Возможностей для наслаждения своей сексуальностью раньше было гораздо больше. А теперь, когда внешняя привлекательность уже увядает, а отношения строить порой и не хочется, некоторые женщины стремятся войти в ничем не обязывающие контакты с молодыми мужчинами. Но через какое-то время обнаруживают, что начинают строить с ними отношения. И если не встречают с их стороны сопротивления, то быстро оказываются в роли матери взрослого сына или взрослой женщины, играющей маленькую девочку в отношениях.

Попытка наверстать недостаток секса в молодости — это риск совершить много ошибок и нелепостей. Но нас можно понять. Голод требует удовлетворения. Чем опасен опыт неутоленного голода? Любого: физического, эмоционального, сексуального? Чем дольше система была в дефиците, переживая сильный стресс, тем сильнее закрепляются механизмы адаптации, которые помогли выжить. Но самое опасное в этом то, что ломается очень тонкий инструмент — регулятор насыщения. Тот самый, которого не хватает уличным котам. Они не понимают, когда сыты.

Чем это грозит?

— Всеядностью — неспособностью отличить необходимое от ненужного.

— Отравлением — из-за потерянного нюха.

— Жадностью — по типу обжорства, переедание и его последствия в долгосрочной перспективе.

— Негативизмом — по типу булимии, когда сначала хватаешь, а потом выплевывашь.

— Истощенностью и астенией — по типу анорексии, когда ничего не употребляешь под предлогом идеи.

— Хронической неудовлетворенностью — постоянным недовольством и неумением получать радость и удовольствие.

— Диспропорциональностью — некрасивым перекосом в развитии систем.

— Постоянными диетами — навязчивым поведением, окрашенным фанатизмом.

Я неслучайно сравниваю секс и пищу. Сексуальность — сила жизни, влечение к жизни, которая проявляется через жажду и способность наслаждаться.

Мужчины обращают внимание на то, как женщина ест. Манера еды как будто рассказывает о способности женщины испытывать оргазм, о способности наслаждаться.

Когда-то в Париже в компании попутчиков круизного лайнера мы посетили ресторан, в котором готовили рыбный суп буйабес — его тогда подавали всего в двух ресторанах мира. Суп подавался с гренками, соусами и несколькими видами рыбы и морепродуктов, на огромном блюде. Я тогда была молодой, разведенной и свободной, а еще всегда любила есть руками. И вдруг нам присылают бутылку шампанского с соседнего столика — какая именно из двух пожилых пар, находящихся в заведении, это сделала, я не знала. Официант сопроводил это следующими словами: «Эта пара просила передать вам бутылку в виде комплимента, они очарованы тем, как девушка красиво ест руками». Это вогнало меня в краску, но удовольствие после волны смущения я запомнила навсегда.

Это про полноценность жизни. Главная заповедь, которую мы должны выполнить, — прожить свою жизнь полноценно, полнокровно. А все остальные заповеди созданы для регуляция человеческих масс. Полнокровность жизни проявляется в том числе и через сексуальность — тут все открыто и ясно. Ты жаждешь жизни, хочешь близости с тем, что тебя сейчас привлекает, и тоже привлекаешь, тебя хотят.

Для женщины сексуальное возбуждение напрямую зависит от того, как сильно мужчина ее хочет. Если мужчина смотрит на «картинку» и говорит: «Я ее хочу!» — то женщина «слушает». Но не ушами, а всеми чувствами. Она через его взгляд может «услышать» и зажечься. Мужчина бросает спичку в костер, а женщина и есть этот костер — подготовленные сухие дрова, подготовленное место.

По женщине сразу понятно: будет там жизнь или нет. В том числе по ее животу: если он горячий, значит, там жизнь есть. Если холодный, то ты туда сколько дров не кидай — костер не разгорится, все заморожено.

Женщина должна знать свою сексуальность, должна понимать, какая она. Ощущения от нее, аромат — это то, что транслирует ее природную сексуальность. Переживание чувств — это тоже про жизнь. Поэтому женщина оживляет мужчину своим присутствием. А сексом с ним может вернуть его к жизни в прямом смысле слова.

Мастерская

Опиши свою сексуальность, используя образ алкогольного напитка.

Представь свое тело бокалом, почувствуй наполненность внизу живота. Какой там напиток?

Опиши его внешний вид, цвет, плотность, крепость, запах.

Отдельно опиши состояние опьянения от этого напитка. Чувства, ощущения, которые он вызывает.

Отдельно представь сосуд для этого напитка. Где он хранится, как выглядит.

После описания задай себе вопросы: нравится ли тебе увиденное? Соответствует ли напиток (его свойства) твоему характеру, возрасту? Что бы ты хотела изменить?

Про ласковость

Мы выросли в мире, где ласки могут быть только сексуальными. Быть ласковой — это быть сексуальной. Это означает, что, если ты испытываешь к кому-то нежность, — это ведет к сексу между вами.

А если не хочешь секса, а хочешь просто нежности? А если хочешь нежности и ласки от человека твоего пола при своей типичной ориентации?

В этом мире ты можешь быть сексуальной, желательно агрессивно-сексуальной. Такой образ окружает нас последние десятилетия.

А что было раньше? В ранней юности я смотрела на персонажей советских фильмов, девушек озорных, строптивых, мальчиковых по характеру, независимых и дерзких, всеми силами показывающих мужчинам свое безразличие. Ты должна быть строптивой, и тогда он захочет тебя укротить. А если не захочет? Тогда с ним что-то не так.

Женские персонажи, демонстрирующие другую стратегию поведения, выглядели соблазняющими хитрыми стервами ну или сюсюкающими мамашками. И где, скажи, было взять модель мягкой и сильной женщины?

И тогда приходится выбирать — «или-или».

И тут на старости лет ты вдруг обнаруживаешь, что мужчине нужна ласка. Здрасте, приехали. Ты учишься быть ласковой и обнаруживаешь, что всегда это умела. Только с детьми, клиентами и животными. И очень нечаянно и спонтанно с другими. Немного стесняясь своей ласковости и нежности. Нежность… без нее отношения не отношения. Близость не близость. И теперь, когда я спрашиваю про отношения в паре, я задаю вопрос: есть ли между партнерами нежность. Не стесняться быть ласковой и нежной — вот итоги возраста и опыта.

Женская верность

Могу сразу сказать — женской верности нет. По природе своей нет. Если бы была, то женщина могла родить только одного ребенка. А она может много. И если нет верности ребенку, то больше никому ждать не стоит.

Женщина не может принадлежать в принципе. Она часть жизни, ее проявление, ее носитель. Она должна быть свободна в своем выборе, иначе она сеет смерть. Если мужчине удалось заставить женщину делать то, что она не хочет, он может ждать мести. Это неизбежно.

Женщина сама может захотеть быть верной. И пока она верит во что-то — будет верной. Если внутри у нее живет монстр, то ее верность смерти будет такой же опасной, как сама смерть. Если же внутри нее свет, ее не обмануть. Она будет верить только тому, внутри которого есть силы и верность служить жизни. Как только мужчина, например, отклонится от пути жизни, женщина попытается ему об этом сказать разными способами, а потом изменит. То есть не будет верна. И уйдет не сразу, ибо хочет быть верной, но не такой ценой.

А вот в планетарном масштабе женщина верна. Она верна самой жизни. Поэтому верной можно назвать ту женщину, которая выбирает жизнь. Всегда, везде и при любых условиях. И если для жизни нужно встретить смерть, она это сделает. Если для мира нужен этот мужчина, она отдаст за него жизнь. Она легко отдаст свою жизнь за ребенка. Поэтому женщина будет служить жизни, но не человеку.

Наша сексуальность не «живет» отдельно от нашей души. Мы вступаем в близость с мужчиной не как с объектом, от которого ждем удовлетворения, а как с другим человеком, с его миром, энергией, историей. Это алхимия, которая должна создать «философский камень», то, что укрепит или породит важную для жизни связь. Так, например, если это был мимолетный роман, то воспоминания о нем будут давать энергию обоим, даже если они никогда больше не встретятся. Или после этой встречи оба или кто-то один изменят свою жизнь в лучшую сторону. Встреча принесет то, что было необходимо на этом отрезке жизни.

Сколько бы ни продлились отношения, они будут наполняющими и важными для обоих. Если же они закончатся, то без надрыва, упреков, сожалений. А лишь потому, что исчерпали свое предназначение.

Разумеется, длительные отношения представляют собой огромную ценность. И если мы можем сохранить и наполнить давний брак новым пониманием сексуальности, то в это стоит вложиться. Стоит по-новому взглянуть на эту форму отношений и увидеть ее новые грани и возможности. Будет большой ошибкой считать, что хорошие отношения в браке спустя многие годы вместе не нуждаются в сексе. Конечно же нет. Тактильный контакт, ласки, физическая близость и возможность испытывать оргазм — все это сакральный контакт двух любящих людей, сумевших пронести свои отношения через долгие годы, проживая все этапы трансформации рядом с другим и приближаясь к божественному по-настоящему, по-человечески.

Гардеробная — это больше не подсобное помещение. Это тайная комната перевоплощения и силы. И в этой главе мы будем говорить не о стиле или моделях одежды. Мы поговорим о внутренних моделях психики.

Я смотрю на известную певицу, сделавшую много пластических операций по омоложению лица и тела. Они сидит в жюри какого-то музыкального конкурса. Лицо без единой морщины и молодой румянец. У нее пышная грива распущенных волос, как у юной девы. Ее кожа безупречна. Она светится. Ее лицо живет отдельно от всего остального тела. Но тело говорит правду. Передо мной семидесятилетняя женщина. Мелкие движения, осанка, скорость реакции, поворот плеч. Тысячи мелких сигналов усталого зрелого тела предательски выдают возраст. И если бы не лицо, которое все время отвлекает своей неконгруэтностью, эта женщина бы не вызывала недоумения. Мне нравится то, как она сидит. Как реагирует на выступающих, как общается с другими членами жюри. Мне нравится язык ее тела. Он гармоничен. И в том, как она складывает руки, как трогает кольца, как поправляет волосы. Передо мной красивая пожилая женщина. Но взгляд все-таки выдает то, что лицо было «перекроено». Он никогда не обманет.

Чтобы чувствовать себя и выглядеть гармонично в третьем возрасте, нам нужны ролевые модели. Как стареют богини? Типологизация архетипических моделей на примере греческих богинь знакома многим. В молодости мы искали в себе Артемиду или Афродиту, Геру или Деметру. Эти яркие модели узнаваемы в индивидуальном сценарии каждой женщины. Но что происходит с ними в старости? Как будет вести себя после шестидесяти та же Афродита? И есть ли модель обретения зрелости для вечно юной Персефоны?

Какие архетипические модели предлагает нам история развития психики? Основная черта, определяющая характер всех моделей для женщины третьего возраста, — это мудрость. Кроме мудрости есть еще несколько важных для нас черт, представленных второстепенными богинями греческого Пантеона.

Метида

Метида — богиня, сосредоточенная на осязаемом мире. Если в женщине активен этот архетип, то она любит интеллектуальный труд. Она отдается умственной работе, которая требует использования и ума, и рук, привнося в жизнь ремесло и являясь олицетворением прикладного знания-действия. Но ее знания выходят за пределы какого-то технического навыка или опыта. Это способность интеллектуально оценить ситуацию, а потом мудро и умело действовать. Если у женщины активна Метида, значит, она обладает глубокой мудростью.

Сам Зевс добивался Метиду, и она помогла ему стать верховным богом Олимпа. Определение «метис» часто встречается в мифологии и означает жизненную мудрость, верный совет. Например, мы можем обращаться к этой мудрости в ведении домашнего хозяйства, и тогда дела идут легко, гладко. Мы понимаем, что эффективно, а что нет. Мы не тратим много энергии на организацию какого-то труда. Это не только, например, сумма опыта и навыков. Такая работа становится очень похожа на алхимический процесс.

Если, например, ты врач, то метис, или архетип Метиды, делают твою работу вдохновенной. Юристам, политикам, бизнесменам эта богиня помогает выбрать верный курс, проникнуть в суть проблемы, разрешить конфликт, найти выход из сложной ситуации. Это не та часть, которая стремится к свободе любой ценой, в ущерб другим — нет. Архетип Метиды будет помогать находить такое решение, которое бы учитывало разные стороны. Метис — это способ мышления, который позволяет видеть закономерности, находя объяснение фактам.

У людей творческих профессий «метис» — это мистическое, божественное вдохновение, когда ремесленник превращается в творца, а работа становится искусством. Жизнь как искусство и искусство как жизнь — важное женское качество.

Метида принадлежала к титанидам[1]. Помнишь историю про Кроноса, который глотал своих детей? Именно Метида подсказала Зевсу подмешать рвотное средство в медовый напиток, который пил Кронос. В результате тот отрыгнул вместе с камнем двух сыновей и трех дочерей. Они вернулись из желудка отца и были очень благодарны Зевсу. Потом была десятилетняя война, где боги заперли титанов и стали править. Но затем Метида незаметно ушла в тень. Когда она была беременна ребенком Зевса, Оракул сказал, что родится дочь любимая, а потом сын, который превзойдет отца. И Зевс рисковал повторить историю своего отца — Кроноса. Поэтому он схитрил: очаровал, уменьшил и проглотил Метиду, и та жила внутри него и из желудка давала ему советы.

Позже из головы Зевса родилась Афина, у которой по мифу нет матери. Но скорее всего, Метида и есть мать Афины. Женщины, у которых в молодости был силен архетип Афины, в третьем возрасте должны принять и легализовать Метиду. Им нужно соединиться с этим материнским началом в себе. Научиться контакту с женщинами, материнской заботе, мудрости Метиды.

В реальной жизни архетип Метиды силен, например, у жен известных людей. Это женщины, которые дают совет «изнутри». Их не видно, но они рядом со своими мужьями-Зевсами. И именно благодаря советам жен такие мужчины поднимаются по карьерной лестнице. Но, к сожалению, эти жены могут разделить участь самой Метиды, потому что, добившись успеха, такие мужчины предпочитают «уменьшить» свою жену и практически проглотить, чтобы остаться одному с этим успехом, не разделяя его с ней. Поэтому опасность для таких женщин — стать невидимыми. Эта ситуация хорошо показана в фильме «Большие глаза»: муж присваивал работы жены-художницы, выдавая их за свои. Это происходило в Америке в те времена, когда женщина не могла достичь такого же успеха, как мужчина. У таких мужчин часто есть дочери-Афины, «папины дочки», которых они воспринимают как наследников.

Зная об опасности быть проглоченной, ты можешь заранее предотвратить эту драматическую развязку, если будешь смелее представлять миру свои достижения.

София

Следующая богиня — София. В христианской трактовке эта богиня известна как мать Надежды, Веры и Любви. Она символ мудрости. Это прямой перевод с греческого. Но это мудрость духовного плана. Тождественность Софии и мудрости была скрыта за счет того, что «софия» употреблялась как абстрактное понятие, то есть писалось с маленькой буквы — не как имя богини, а как некая черта, явление. Как будто эту богиню спрятали.

В Новом Завете о ней вообще не упоминается, однако в верованиях христиан-гностиков, живших в I веке н. э., это было очень важное божество. Ортодоксальные христианские епископы еще в IV веке объявили гностиков еретиками и подвергли гонениям, но роль Софии известна до сих пор. Она через века пришла к нам — в египетской пустыне были обнаружены слитки с гностическими Евангелиями, написанными в то же время, когда писалось Новозаветное Евангелие (а возможно, и ранее), и там говорится о Софии.

Архетип духовной мудрости, проявленной в феминном начале, был стерт из памяти. Патриархат прятал, нивелировал, постепенно уничтожал женский авторитет в духовной сфере. Мы до сих пор воспринимаем область духовного — больше как область мужской реализации. Мы ищем духовных учителей — мужчин, и это нами воспринимается более привычно. Такая историческая несправедливость проявилась в уничтожении, в скрытии, в игнорировании и вытеснении женских богинь.

София — это знание души. Она очень интуитивна. Это то, что мы можем познавать не через Логос, а через Гнозис. Гнозис — греческое слово, означающее «знание особого рода, полученное из особого источника». Это интуитивный, субъективный характер знаний — то, что женщинам хорошо знакомо. Когда нас спрашивают: «Откуда ты знаешь?» — мы часто отвечаем: «Откуда-то». Логос же — это объективное знание, и мы живем в мире, который больше следует Логосу. Это традиционный научный взгляд — объективный, через эмпирическое знание, доказательство.

Знания объективные и логические мы получаем от учителей, в процессе обучения, из книг, из наблюдений за внешним миром, а гностическое, или абстрактное знание дается нам в каких-то откровениях. Оно воспринимается интуитивно через духовные практики. Это познание на уровне души. Я думаю, что женщины, которые пошли в психологию, во многом имеют очень сильный архетип Софии, богини духовной мудрости. Когда мы говорим, что знание скрыто внутри нас, это означает, что нам нужно обратиться вовнутрь, к божественному источнику. Такая направленность внутрь очень естественна. Мы прислушиваемся к себе и говорим о том, что «внутри нас есть та, которая знает». Мы ищем дорогу к внутреннему божеству — это процесс, активизируемый богиней мудрости духовного плана.

София — мистик. Этот архетип пробуждает к сверхчувствительным переживаниям, когда мы развиваем свою сенсорную чувствительность. Чувствительность к понимаю великого смысла и глубоких знаний, пришедших к нам не через привычные внешние объекты, а через божественное соединение со знаниями мира, со знаниями божественной природы. Большинство людей так или иначе испытывали эти переживания. И мы часто чувствуем тягу пережить это. Ищем места, людей, события для того, чтобы соединиться с этим божественным знанием. Каждая женщина знакома с глубинным смыслом слова «интуиция», и оно для нас не абстрактное.

Мы постоянно налаживаем связь с нашей интуицией. Предназначение женщины — это вектор, дорога к месту, где мы черпаем ответы на все вопросы, где видим свое высшее предназначение. Когда женщина спрашивает: «Я хочу знать, кто я?» — это поиск этой мудрости, духовного знания. Поэтому женщины очень активны в поисках духовных смыслов. Они совершают паломничества, но, к сожалению, почти нет мест, где мы могли бы в физической жизни прийти в храм, в котором соединились бы с этой женской мудростью.

Есть много разных мест патриархального общества. Но где наше место, где женское, духовное знание? Непривычно изложенное практически во всех религиях в мужском варианте — в виде наставления, обучения, некоего авторитета, который дает заветы, по которым ты должен жить. Каждой знакомо это чувство сопротивления «спущенному сверху» наставлению.

Такая форма неестественна для женщин, потому что контакт с великой богиней, с женской божественной сущностью, очень отличается от контакта с мужской. Контакт с женской похож на то, как если бы Великая Мать приняла бы тебя в свое лоно и ты соединилась бы с этим знанием. Оно становится частью тебя, ты впитываешь его, чувствуя внутри отклик. Это совершенно разный способ понимания божественного.

Мы, женщины, очень восприимчивы к мистическим переживаниям. Это врожденное качество, но его необходимо развивать. Мы это чувствуем и начинаем искать разные способы. И «софийское» мистическое чувство единства с миром, восприимчивость к откровениям суть проявления Богини. Вспомни особые моменты своей жизни, когда ты была открыта и соединилась с этим знанием о мироздании, пережила ощущение единства с божественной природой. Это могли быть моменты или продолжительное переживание. Его не забыть. Именно в третьем возрасте мы можем почувствовать сильную тягу к таким переживаниям. И это толкает нас на поиск: «Я хочу найти место, я хочу найти способ пережить это».

В третьем возрасте поиск этого духовного знания может стать очень важной идеей, важным путешествием, важной мотивацией. Женщины, у которых силен архетип этой богини, отправляются в паломничества. Теперь, когда у них есть на это время и возможности, они ищут духовную мудрость.

История знает много женщин-мистиков: Блаватскую, Симону де Бовуар, Марию де Нагловска и других. В прошлом веке женское движение стало активным: женщин-мистиков, женщин — духовных наставников и учителей стало больше. Это возрождение. Больше не нужно прятаться и бояться.

На первых этапах жизни нам нужно было объективное знание. Мы учились, нам нужно было набрать определенное количество навыков, инструментов — мы приспосабливались к реальности, обеспечивали удовлетворение своих потребностей и ожидания общества. Мы сосредоточивались на целях, строили отношения, когда находились в расцвете сил. Но в какой-то момент приоритеты поменялись. Сейчас возникает вопрос: что для меня важно? Как только этот вопрос задан, архетип Софии входит в нашу жизнь. Проблемы души выходят на первый план. Это нормально. Это естественный и очень здоровый процесс — идентификация с этой богиней.

Геката

Геката — богиня лунного света. Это богиня не духовной, а душевной мудрости. В древнегреческой мифологии это богиня перекрестков, которая может видеть три направления сразу. Она изображается трехликой. Геката видит, откуда мы идем, куда нас приведет эта дорога, она способна связать прошлое, настоящее и будущее, охватить весь объем.

Когда ты принимаешь решение, то будешь обращать внимание на очень много аспектов: и на сны, и на синхроничность, и на прошлый опыт, и на интуицию. Когда ты думаешь: «Идти мне туда или не идти? Делать мне это или не делать?» — то опираешься не только на информацию из внешней жизни, а прислушиваешься к знакам, фантазиям, ощущениям. Если тебе знаком такой процесс, то ты встречаешься с Гекатой.

Для нее нет понятия времени. Есть смысл и связи в происходящем. Эта способность к видению прошлого и к предвидению в будущем для нее как узор. Для женщины, обладающей такой интуицией, с активным архетипом Гекаты, не стоит вопрос «что происходит?». Для нее нет ничего сверхъестественного, она видит глубинный смысл. Геката — это внутренний свидетель во время переломных событий в жизни. Как богиня, стоящая на развилке дорог, она проявляется каждый раз, когда у нас возникает проблема выбора.

Я очень люблю эту богиню, она активизировалась у меня во время изучения транзактного анализа, потому что понимание сценария жизни — это понимание выбора. В выборе и проявляется жизненный сценарий. Каждый раз, когда мы встаем перед выбором, появляется Геката.

Геката — это богиня перехода. Иногда ее олицетворяет повитуха, которая помогает при родах. Она проявляется и в женщинах, сопровождающих уход души из тела во время смерти. Образно говоря, эта богиня — внутренняя повитуха, которая помогает родиться каким-то новым аспектам нашего существа. Также она помогает отпустить что-то из нашей жизни, проводить его, потому что его срок закончился.

Про Гекату мало что известно. Про нее мало пишут. Ее часто демонизируют, представляют в виде старухи. Почему? Она — часть троицы: Деметра, ее дочь Персефона и старуха Геката — это три женских периода. Персефона олицетворяет юность, Деметра — зрелость, Геката — старость. Поэтому Геката — это богиня нашего третьего возраста, и нам с ней просто необходимо устанавливать отношения, если их еще не было.

Чувствовать в себе Гекату — это способность ходить в другой мир, это знакомство со смертью, прохождение страха смерти, потому что Геката — проводница и она помогает нам осуществить этот переход. В третьем возрасте мы много говорим о смерти.

Когда ты спрашиваешь себя: «Что я знаю о жизни?», «Какую правду мне нужно узнать?» — то ответы на эти вопросы и будут глубинной мудростью от Гекаты.

Гестия

Гестия, больше известная как Веста, знакома нам как хранительница семейного очага. У Гестии огонь внутри. Она пылающий очаг в доме. Гестия мало представлена, практически нет ее изображений или статуй, хотя она была одной из двенадцати олимпийцев. Она незрима, но при этом в сердце каждого дома.

И эта способность женщины в третьем возрасте быть центром абсолютно гармонична. Старшая женщина — центр дома. Хранительница традиций, тепла в доме, куда могут приезжать дети, где собираются все родственники. Для женщины третьего возраста необходимая составляющая — ее способность быть очагом в психологическом смысле. Это не просто тепло, согревающее всех, — это больше. Это священный огонь. Его нужно поддерживать.

Это и про то, как вся семья относится к старшей женщине, к матери в доме, как к божеству, от которого зависит — будет жить этот дом или нет. Будет ли в нем жизнь, энергия для жизни, для возрождения, для ресурса. Все в доме должны уважать этот очаг, «кормить» этот огонь. Это как место для поклонения, как алтарь.

В третьем возрасте у нас появляется больше времени для Гестии. Этот архетип достигает своего расцвета, когда нашей жизнью уже не управляют желания или эго — хорошо выглядеть или беспокоиться о том, что о тебе подумают, — все это уже неактуально. Теперь мы вкладываемся в то, чтобы внутри нас горел этот огонь.

Гестия — вся в себе. Она не очень нуждается в ком-то. Это особое состояние, когда нам достаточно себя, мы наполнены. Все остальные тянутся к нам, они вокруг нас, но мы становимся очень самодостаточными, целостными. Эта мудрость, в которой уже нет заблуждений о том, что нам нужно что-то извне. Мы уже умиротворены и довольны тем, какие мы есть. Гестия — единственная архетипическая богиня из двенадцати основных богов, которая при своей незримости остается важным центром, подпитывающим всех остальных.

Когда мы активно стремимся, например, к успеху или выполняем традиционно женские роли: жены, матери — это проявленная энергия. Но с Гестией все обстоит иначе, она скрыта. Может быть, Гестия была у тебя преобладающей богиней всю жизнь и сейчас просто пришло ее время? Женщины с проявленным архетипом этой богини, могут выглядеть немного старомодными. Они хранительницы вечных ценностей, не зависящих от моды.

Возможно, ты обратила внимание, как «бабушкины рецепты» стали сейчас популярны у молодежи. Как популярны стали кумиры прошлого, которых приглашают в новые передачи. Как возрождается интерес ко всему «олдскульному». Как история «к бабушке в деревню» активно эксплуатируется в рекламе продуктов и товаров. Это сила притяжения к домашнему очагу.

Мастерская

Как можно визуализировать Гестию? Представь, что твое тело — это храм и в центре этого храма, где-то в грудной клетке, — круглый очаг. В нем пылает огонь. Ощути тепло этого огня, его свечение, его природу. Ощути, как все твое тело наполняется этим теплом — и не просто теплом, а еще и светом. Это внутренний свет. Представь это, положи руку на это место, вдохни. Почувствуй, как умиротворение и спокойствие обволакивают тебя — эти два состояния совершенно необходимы женщине, чтобы сохранять себя в третьем возрасте.

Что еще кроме мудрости?

Есть еще три качества, без которых нам не обойтись в третьем возрасте. О некоторых из них я уже упоминала. Например, в главе про Лилит мы говорили о ярости, о контакте с гневом. О гневе как о здоровом качестве. Ведь он призван изменить неприемлемую ситуацию. Депрессии, страхи, которые мучили нас в первой или второй фазах жизни, часто были следствием этого беспомощного гнева. Мы не могли противостоять чему-то, не могли сказать чему-то «нет», не дали себе воли из-за каких-то убеждений, условий, страхов. Все, это закончилось. Мы больше не можем ждать, наше терпение лопнуло. Мы не можем больше терпеть что-то неприемлемое, и это касается и нашей личной жизни, и жизни вообще, как процесса. Сила нашего возраста и одно из его предназначений в том, чтобы менять эту жизнь. У нас есть все для того, чтобы воздействовать на мир: сила, мудрость и право это делать.

Эта реализация возрождающего гнева проявляется в двух богинях: индуистской Кали и египетской Сехмет. Если происходило что-то, с чем мужские боги справиться не могли, — что они делали? Они создавали или призывали женское божество. Одна из главных черт этих двух божеств — ярость, которая сметает все, что мешает жизни. Это способность сносить преграды, уничтожать зло, наказывать непокорных, останавливать несправедливость. Женщина дает жизнь, она же может ее и уничтожить.

Еще одна черта, которая понадобится серебряной женщине, — это веселье. Способность смеяться животом, от души, каждой клеточкой. Это способность переживать открыто. Греческая богиня Баубо — большая и толстая, с большим животом, с чувством юмора, спасающим в трудных ситуациях. Служанки богини Баубо разбудили Деметру своим смехом.

У японцев есть богиня веселья Удзумэ. Благодаря ей на землю вернулся солнечный свет. Возвращение стало возможным через смех, веселье, танец, бесстыдство, телесность. Это спонтанный танец веселья, возрождающий к жизни, способность относиться с юмором к себе и к трудным ситуациям.

Очень важно, чтобы этот юмор был в контакте с мудростью, иначе он может быть очень циничным. Потому что юмор без мудрости и без сострадания — это садизм.

Сострадание — еще одно важное качество, без которого наша реализация в третьем возрасте невозможна. Сострадательность — это то, что должно прийти к нам, даже если этого не было раньше. Очень глубокая, настоящая. Это не спасательство, не способность пожалеть — это глубокое сострадание как понимание, принятие, способность почувствовать боль другого. Не путай сострадание с ролевым спасательством, когда мы пытаемся спасти кого-то, на самом деле проецируя на него свою боль. И это не про то, чтобы дать человеку денег или совет, это возможность для него погрузиться в материнское лоно, где он будет принят и его боль будет понята. В сострадании нет оценки или воодушевления: «Давай! Иди! Вставай, тряпка!»

В Китае есть богиня сострадания Гуанинь. В Японии — Канон, а в Тибете — богиня Таро. В католицизме — это Дева Мария. Культ Девы Марии у католиков невероятно популярен. Она олицетворяет материнскую любовь в принятии, в безусловности, в прощении, в способности к состраданию — очень важная составляющая нашего характера.

Фаза «старухи» — время для самопознания, когда происходит сдвиг внешней и внутренней жизни, когда меняются приоритеты, когда мы обнаруживаем новые части себя. Как будто происходит смена руководства внутри. Если раньше мы, как Артемида-охотница, носились за успехом, или, как Афина, добивались справедливости, или, как Афродита, собирали эротические переживания, то теперь эти богини уходят с первого плана и на их место приходят те, о которых я рассказала тебе сейчас.

Я думаю, что пришло время стать близкими друг к другу при разных мнениях. Прошло то время, когда нам нужно было думать и смотреть одинаково, чтобы быть вместе. Мы сейчас в другом периоде — периоде разнообразия, когда каждая из нас может дополнять другую. Поэтому согласие давно уже не место для решения: быть нам вместе или нет. Это естественное бытие.

Наш новый дом построен. Новый дом для новой себя — женщины третьего возраста. И мы возвращаемся туда, откуда начали, — в «прихожую».

Это, казалось бы, второстепенное, проходное помещение на самом деле может рассказать о хозяйке дома гораздо больше, чем, например, спальня. Это маленькая зашифрованная визитка дома.

В прихожей будут стоять наши любимые удобные туфли, знающие о хозяйке больше, чем ее ангел-хранитель, и не менее любимые тапочки. Там будет висеть старая шаль, укутывающая нас в печали и в холоде. И она нам ближе, чем дорогие шелковые «сестры», аккуратно сложенные в гардеробе. В углу прихожей стоит видавший виды зонтик, путешествующий с нами по разным странам. На стене будет висеть панно, когда-то занимавшее почетное место в старом доме.

И запах дома тоже там, в прихожей. Запах, знакомый настолько, что слышим его только мы. Запах, по которому можно расшифровать всю нашу историю. И по которому мы скучаем, когда надолго уезжаем.

Первое помещение при входе в дом создает первое впечатление о нас. Наш образ, наш дух, наш аромат. Качество этого помещения зависит от конгруэнтности. Как согласуется между собой то, что мы из себя представляем, и то, что показываем. Как совпадают наши мысли, чувства и поступки. Совпадает ли наше поведение с нашим характером и темпераментом? А все это — с возрастным статусом. Со статусом женщины третьего возраста, амазонкой, ушедшей с войны, зрелой и мудрой, знающей цену себе и всему вокруг.

Прихожая — это место, где всегда есть что-то очень личное: записка в кармане плаща, положенная туда второпях. Солнечные очки подруги, которая заходила на прошлой неделе вся в слезах. Любимая летняя сумка на верхней полке встроенного шкафа, которая, казалось, потерялась в прошлой поездке на море.

Прихожая уникальна по содержанию. Так же как уникальны наши истории. Я знаю много историй. И они не повторяются. Они бесконечны.

Пришло время поделиться своей историей. Поделиться со мной. Я соберу их и сошью в одно большое лоскутное одеяло. Под ним согреется еще множество женщин.

Я жду твою историю. Она не для всех. Только для тех, кто умеет слышать. В большом кругу своего клана мы будем собираться вокруг костра и слушать наши истории. Как я это сделаю? Помнишь, что для взрослой женщины нет вопроса как. Мы всегда знаем как.

Наши вопросы — это связка ключей, которые тоже живут в прихожей. Вот они.

— Что? Что я хочу? Что я могу? Что я думаю? Что я чувствую? Что не хочу?

— Кто? Кто я? Кто со мной? Кто против меня? Кто мне нужен? Кто сейчас рядом?

— Зачем и почему? Постоянные вопросы для проверки — себя и других.

— Когда? На самом деле не вопрос для нас, потому что все решается сразу, когда надо.

— Кому? Я говорю, даю, дарю, отказываю. 

И конечно, на связке ключей есть брелок. Какой он у тебя? Это подарок детей? Сувенир из дальних стран? Память о любимом? Твое творчество? Твоя история?

Расскажи ее. И пришли мне. Вот сюда: alla@dalit.ru

Это просто. Это твой ген, встроенный в прекрасное тело души женщины третьего возраста.

Заключение. Дом мудрости

Я не люблю прощаться и всегда стараюсь ускорить этот процесс. Особенно сейчас, когда я уверена, что наша встреча станет началом долгой дружбы. Поэтому в заключении хочу поделиться с тобой небольшим откровением о себе, написанным несколько лет назад. Это признание — пожалуй, главный итог для женщины в третьем возрасте.

Раньше она мне не нравилась. Она частенько меня раздражала. А иногда я ее просто ненавидела. Мне бывало за нее стыдно и неловко, что мы так близки. Иногда она неприятно меня удивляла, а пару раз даже повергла в шок. Большую часть времени мне приходилось ее терпеть — некуда было деваться.

Нет, конечно, я пыталась много раз от нее уйти. Переставала замечать, игнорировала, забывала о ее присутствии. Тысячи раз оскорбляла и унижала. Не замечала в ней ничего хорошего. Но всегда указывала на любые ошибки и промахи. Я контролировала и критиковала все, что она делала. Добиться от меня доброго слова было невозможно.

Сейчас непонятно, как она все это терпела. Она только плакала и молчала. Почему она ни разу не послала меня подальше с моей критикой и жестокостью? Ей даже в голову это не пришло. Сколько раз я подставляла ее, бросая наедине с лгунами и негодяями, вместо того чтобы защитить. Сколько подарков не подарила, скольких удовольствий лишила из-за страха, что она избалуется.

Как хорошо, что это в прошлом. Но это произошло не сразу. Сначала мне пришлось понять одну важную вещь: я не могу ее ни на кого поменять. Без вариантов. И только потом уже я смогла понять самое главное: у меня не будет никого ближе нее. Мы с ней родились и умрем в один и тот же миг. И нам всю жизнь предстоит быть вместе. Каждый день, каждую минуту, каждое мгновение. И что лучше меня никто ее не поймет, а значит, не позаботится о ней. И что именно она и ее счастье определяют мою жизнь. И мне наконец-то стало ее жаль.

А потом я стала с ней знакомиться по-настоящему. И… она мне понравилась. Она оказалась именно такой, как мне всегда хотелось. Просто она не могла проявиться из-за моего пристрастного к ней отношения. Ей приходилось защищаться от меня, плакать от боли, зализывать раны и все время пытаться оправдать мои ожидания. Но стоило мне просто повернуться к ней и проявить искренний интерес, как все стало меняться.

Прошло много лет. И сейчас, сидя на террасе своего дома, я испытываю настоящее наслаждение, что эта уверенная, красивая, зрелая женщина — это я. И мне нравится в ней практически все. Более того, я ею искренне восхищаюсь. Она продолжает меня удивлять своими скрытыми талантами. Мне нравится ее фотографировать и любоваться ею. Я очень люблю ее наряжать и дарить ей подарки. А она начала их так радостно принимать, что это стало еще одним удовольствием.

А однажды я вдруг обнаружила, что она практически копия тех женщин, которыми я всегда восхищалась. Это было удивительно, потому что раньше казалось невозможным. С ней прикольно путешествовать, смотреть фильмы, встречаться с друзьями. И делать вместе тысячу разных дел. Если что-то трудно, то вместе это легче. Вместе мы смогли пережить горе, которое, будь мы по отдельности, убило бы нас обеих. Я больше не боюсь одиночества, потому что рядом со мной самый близкий и родной человек. И я в ней уверена, она точно меня не бросит никогда.

Мне тепло рядом с ней, я чувствую себя очень защищенной. Это такое чудо и такая сила — любить кого-то. Раньше я думала, что это можно чувствовать, если тебя кто-то любит. А теперь все это я испытываю, потому что люблю ее. И я очень ей благодарна за то, что она тоже меня любит. Что смогла простить меня и так долго ждать.