© Порошина А. И., перевод на русский язык, 2023

© Бортник В., иллютстрация, 2023

© Оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2023

Слово «карма» используется в книге как универсальный термин: судьба, закон притяжения, мектуб или то, что вам ближе и больше нравится. Вы можете вложить в это слово все, что пожелаете, будь то священное или мирское, главное – что оно говорит о вас!

На эту книгу меня вдохновили реальные события, но некоторые персонажи придуманы, а факты – немного романтизированы.

«Карма-сутра» родилась летним вечером. Из шутки, на спор, в ответ на вызов, брошенный в разговоре с друзьями за чашкой мятного чая на берегу Средиземного моря. Где-то между двумя медитациями.

– Ты мог бы написать книгу, чтобы поделиться всеми этими крупицами золота, которые превратятся в самородки! – говорит мне друг.

Я принимаю эту идею и отпускаю ее в ночь. Рано утром беру лист и ручку, чтобы запрограммировать свое подсознание. Ставлю цель, не ожидая ничего, кроме удовольствия. И возникает название – «Карма-сутра».

– Позор! Только не ты! Представь, как ты облажаешься! – услышал я.

– Спасибо за твое ценное мнение!

Невозмутимый, я заявил, что напишу книгу за пять дней, она будет продаваться тиражом 10 000 экземпляров без поддержки издательства. Один, без соавторов, я намеревался сделать ее бестселлером на Amazon. И сдержал обещание. Результаты превзошли мои ожидания, а также масштабы: книгу на перевод просили Россия, Испания, США.

Эссе превратилось в концепцию. Я стал писателем, вновь взяв перо и вернувшись к любимому делу своей юности. Снова открыл для себя эту страсть, ощутил искру, желание поделиться с вами тем, что заставляет меня держаться на плаву, чувствовать, созидать… жить.

Я прошел через непростой опыт: превратил свинец в золото – эссе в произведение искусства. Эта книга появилась на базе моих наработок, я усовершенствовал ее первую версию, чтобы каждый нашел в ней свой луч света – тот, что заставляет трепетать, идти вперед, созидать и выживать.

Остается еще несколько сотен метров, но я никак не могу осознать это… В море теряешь все ориентиры, думаешь уже не о расстоянии, а о времени, проведенном в воде. Впереди нас ждут тысячи зрителей и пресса. Они кажутся такими крошечными, такими далекими…

За нашими передвижениями следят с нескольких лодок, наблюдают, подбадривают нас. Мне все еще холодно. Мне было холодно с самого начала. Тело онемело, а дрожь прекратилась только благодаря постоянным усилиям. Единственный ориентир – это цель, которую нужно достичь. Необходимо сосредоточиться на ней, адаптироваться к холодной воде, не думать об этом, плыть дальше. У меня болят плечи, я больше не чувствую ног. Я машина, и двигаюсь вперед на автопилоте. Подумать только, в детстве я боялся плавать… Боялся, что в этой бескрайней воде волны захлестнут меня, унесут… «Ты можешь! Ты сделаешь это! Плыви, Стив, плыви! Это всего лишь вершина, которую нужно покорить, не более того!»

Я знаю, что не один. Нас сотни, и мы – первая французская команда, принявшая участие. Я с ними. Они со мной. Мы подготовились. Мы пройдем этот путь до конца! Сомнения исчезают. Движения моих рук становятся автоматическими. Финиш близко. Я слышу одобрительные возгласы толпы. Восстанавливаю свои силы. Опираюсь на волны. Я избегаю мыслей об усталости и боли. Всего несколько минут, несколько десятков метров… А вдруг судорога? А если я не смогу? Я сейчас потеряю сознание… «Стив, не засыпай! Это убеждения, просто убеждения. Ты решил, что сделаешь это! Наклоняйся и плыви!» Не думать об этом, плыть еще и еще, держать цель в поле зрения.

Я все отчетливее вижу, как зрители машут руками, ободряюще кричат. Их энергия несет меня. Еще несколько метров… Трудно поверить: я доплыл! Мое тело удивляется и расслабляется, когда ноги наконец касаются песка, твердой земли. Я шатаюсь. Не могу встать. Падаю на колени на пляже и задыхаюсь, руки дрожат, сжимая песок. Внезапно накатывает сильная тошнота. Несколько спазмов, и теперь меня рвет перед прессой, камерами. Кислота смешивается с привкусом соленой воды, которая высушила мой рот… Люди говорят со мной, но я едва различаю движение их губ, ничего не слышу. Они гордятся мной. Кажется, я вижу членов моей команды совсем рядом. Все как в тумане. Я все еще в каком-то вакууме, в ушах звенит, сердце колотится как сумасшедшее в моей груди. Я даже слова не могу произнести. Кажется, еще немного, и я взорвусь. Мне нужно сосредоточиться на своем дыхании… «Вдохни, приди в себя, Стив, выдохни, все в порядке, ты пришел…»

Я дрожу, закутавшись в одеяло. Слышу вокруг смех, крики радости. Постепенно мои ноги, кажется, возвращаются к жизни. Я выпрямляюсь, встаю, еще неуверенно, но стою.

Трое ребят из моей команды берут меня на руки, несколько слезинок падают на этот пляж как символ памяти, на острове Горе. Я наконец осознаю, чего мы только что достигли: «Я сделал Дакар – Горе! Мы сделали Дакар – Горе!..» Остальные члены команды присоединяются: «Мы крутые! Мы сделали это!» Да, мы смогли. Мы снова преодолели наши страхи, сомнения, опасения и установки. Да, еще раз… Мы не те, кем вы нас представляете. Мы те, кем сами выбрали быть.

Позвольте, я расскажу вам, как все начиналось…

Деревня, затерянная в горах Афганистана, раннее утро. Середина зимы. Кругом снег, и солнце только встает. Все белым бело. Тишина успокаивает и умиротворяет. Скот в стойле, люди в тепле, слышны только голоса нескольких голодных птиц.

Сюда прибыл мой отряд смерти.

Нам нужен вражеский передатчик, у нас приказ: ничто и никто не должны препятствовать нашей миссии. Если жители деревни вмешаются, их придется убить. Всех: мужчин, женщин и детей. Возможно, у двух или трех из них есть взрывчатка. Даже самодельная – могу сказать, что она без проблем оторвет ногу или голову. Нас двенадцать. Для того чтобы забрать передатчик, поместить его в безопасное место, а затем вернуть обратно на базу, нужно не менее двух человек.

Жители деревни заметили нас. Начинаются боевые действия. Через несколько минут тишина уступает место дьявольскому грохоту. Вязкий красный цвет окрашивает безупречную белизну. Выстрелы множатся. Жители деревни рассредоточились. Мы окружены. Часть отряда должна прикрыть другую часть, пока те пересекут деревню и достигнут склона горы, где спрятан передатчик. Мы ко всему готовы, но люди в деревне нас не пропустят. Выстрелов все больше. Звуки детонации сливаются с криками раненых. Один из моих приятелей получает пулю в глаз, его мозг вылетает и попадает на форму стоящего сзади парня. У меня даже нет времени ни на рвоту, ни на крик. Мы стреляем без перерыва в тех, кто держит оружие и атакует нас. Я убиваю мать с ребенком. Она держала пистолет и пыталась сбежать. Собиралась застрелить одного из моих приятелей. Я выстрелил в спину, женщина рухнула головой в снег. С ужасом я понял, что только что убил ее ребенка. Она держала мальчишку на руках, пуля прошла через них обоих. Они пропитались кровью.

Мы убиваем, не задумываясь. Адреналин берет верх. Слышны крики со всех сторон. В этой суматохе трудно видеть ясно. Позади меня мои товарищи пытаются укрыться, но делают это слишком медленно. В нашей линии обороны образуется брешь: половина отряда ранена, два парня уже мертвы. Мы перегруппировались, чтобы заполнить дыры и достичь цели.

Главное – передатчик. Мы с товарищем должны до него добраться. Это не наш выбор. Нас назначили на эту миссию задолго до начала бойни. Поэтому мы как сумасшедшие ползем к горе, как можно быстрее. Наши тела, грязные и окутанные грязью, оставляют большие красные борозды на снегу. Мы продвигаемся вперед, но жители деревни вызвали подкрепление, и в бой вступают парни с осколочными гранатами. Линия обороны серьезно пробита. В этот момент граната падает в десяти сантиметрах от лица моего товарища, стоящего передо мной. Удар поднимает его в воздух, как в замедленной съемке. Потом он падает тряпичной куклой, с разорванным животом и внутренностями наружу. Он кричит от боли и ужаса.

Я хватаю его за руки и тяну по снегу, чтобы добраться до убежища. Фатальная ошибка: я не замечаю парня слева от меня. Не успеваю пройти и пятнадцати метров, как пуля прошивает мое горло. Металлический вкус крови проникает в рот.

Игра окончена.

Сейчас 5 часов утра и еще темно. Все отряды казармы собрались в лекционном зале. Некоторые из ребят еще зевали, но уже широко открыли глаза, и в них отразилась тревога. Командир вошел в зал, хлопнув дверью, а затем закрыл ее на ключ, что не придало нам спокойствия. Он медленно скрестил руки и молча начал вышагивать по сцене. Спустя две или три долгих минуты он открыл рот, чтобы подвести итоги операции-катастрофы: мы могли все погибнуть в ней. А это были просто учения. Для него это не имеет значения. Как и для нас, кстати. Были использованы все средства, чтобы максимально приблизить условия к реальным. В помещении, должно быть, не больше восьми градусов. Командир в футболке. На каждом участке его тела угадываются выступающие мышцы, вплоть до натянутого, изрытого морщинами лица, которое постоянно напряжено. Его узловатые руки покрыты татуировками. На правом предплечье несколько имен – солдаты, которых он потерял. Он стоит перед нами и переводит взгляд с одного на другого.

Все молчат. Кстати, когда этот командир говорит, не слышно ни звука. Я боролся за то, чтобы оказаться в его отряде. Для меня он лучший, своего рода мастер войны. Гений, сочетающий Марка Аврелия, Чингисхана и Майка Хорна. Человек, который поднимается на гору за два часа и, насвистывая, спускается обратно за тридцать минут. Он может неделю сидеть на задании в яме в горах, есть крыс и пить дождевую воду, а затем свежий и бодрый спуститься обратно, словно был на спа-процедурах. Так что, когда он так будит нас в 5 утра, чтобы подвести итоги вчерашнего учения, это скорее предупреждение, чем развлечение.

«Кто летел сюда на самолете? Поднимите руку!» – говорит он наконец. Половина зала поднимает. Другая, наверное, недоумевает, к чему он клонит. «Итак, для всех: когда вы летите на самолете, перед самым взлетом стюардесса знакомит вас с инструкциями по безопасности в случае возникновения проблем во время полета. Она объясняет, что при разгерметизации перед вами автоматически выпадут кислородные маски. Если это произойдет, вы должны правильно надеть маску на лицо, а затем помочь окружающим надеть свои. Вам доступно объясняют, что, если вы путешествуете с ребенком, сначала нужно надеть маску на себя, а потом на него…»

Мы молча наблюдаем за командиром. Страх растекается по нашим венам так же быстро, как яд черной мамбы. Мы все помним, как в последний раз он запер нас в комнате площадью пятнадцать квадратных метров. Нас было человек десять. Перед тем как закрыть дверь, он бросил нам гранату со слезоточивым газом и одну кислородную маску. Мое горло и глаза до сих пор помнят это…

Словно читая наши мысли, командир добавляет: «Помните, как вы были заперты, как лабораторные крысы, в комнате, наполненной слезоточивым газом? Еще немного, и вы бы поубивали друг друга, как идиоты, чтобы надеть кислородную маску. В итоге я выпустил вас, но только тогда, когда вам уже отказывали глаза и глотка. Если бы вы были умнее, только один надел бы маску. Через пять секунд он бы выбил дверь и помог другим выбраться».

Эту речь командира я до сих пор помню. Тогда он дал мне пощечину, и она до сих пор актуальна. Некоторые люди приходят ко мне во время обучения и спрашивают: «Как я могу помочь другим? Я бы хотел быть полезным!» Мне достаточно пяти минут, и я пойму, что человек просиживает диван у друга, одинок, живет на пособие и изредка подрабатывает, чтобы как-то проживать эту жизнь. И все же первый вопрос, который он задает: «Как я могу помочь другим?» Именно здесь надо вспомнить стратегию кислородной маски: иногда то, что вы не делаете, оказывает такое же влияние на ваше будущее, как если бы вы делали что-то.

Однажды я летел в самолете с женой, и она сказала: «Эти инструкции – бред какой-то! Если я путешествую с малышом и случится что-то подобное, я сначала спасу его, а потом надену маску». Я ответил: «Отличная идея, дорогая, это лучший способ, чтобы вы оба умерли. Если ты не наденешь маску первая, остается пятнадцать секунд, прежде чем ты потеряешь сознание».

Если моя супруга потеряет сознание до того, как сможет надеть маску, то, даже надев маску на нашего ребенка, она не сможет ни защитить, ни спасти нашего ребенка. Ни тот, ни другой не выжили бы. То же самое в деревне в Афганистане, Косово или в вашем городишке. Если вы хотите играть в героев, не ставя свою жизнь в приоритет, все, что вам удастся сделать, – это умереть, оставив другого человека в беде. Самое важное – не упускать из виду самое главное.

Долгое время я путал эгоизм, самолюбие, гордость, нарциссизм и эгоцентризм. У этих терминов есть точка отсчета: эго, «я», интерес к собственной персоне. Как говорила писательница Кристиан Зингер[1] в одном из шоу для швейцарского телевидения: «Пока мы не влюблены в себя самих, мы опасны для других людей, поскольку постоянно ищем компенсации в других». Другими словами, любите прежде всего себя – только так вы будете в гармонии с самим собой и справедливы в своих отношениях с другими. В определенном контексте не быть эгоистом, не думать в первую очередь о себе – значит «не оказать помощь человеку, находящемуся в опасности». Эгоизм не следует путать с эгоцентризмом. Эгоцентризм – нарциссическое отношение. Тогда человек вступает в отношения, не заботясь о другом. Его главная цель – удовлетворить свои интересы. Эгоизм идет рука об руку с чувством собственного достоинства, он не разрушителен и поэтому может сосуществовать с альтруизмом. Быть эгоистом – значит уметь уделять себе время – для того, чтобы перезаряжать свои батарейки, формироваться, обучаться, выстраивать себя и трансформироваться.

Некоторые люди хотят построить империю – финансовую, гуманитарную, предпринимательскую… Эгоист понимает, что должен выстроить свою внутреннюю империю, прежде чем создавать внешнюю. Он не боится отказывать другим. Когда он ощущает, что чего-то не хочет, и говорит «нет», то борется с неразберихой и проясняет свою жизнь.

Научиться уважать себя, думать о себе, верить в себя – значит работать над своими ограничивающими убеждениями, которые могут помешать вам реализовать свой потенциал. Внедрение новых привычек и позитивных установок изменит вашу жизнь!

Именно в спецназе я понял силу и важность ментального программирования для спасения своей шкуры в экстремальных условиях. Чтобы каждый мог смоделировать этот процесс, предлагаю следующую метафору: у вас есть компьютер? Если он работает хуже, чем в день покупки, не думаете ли вы, что все дело в вирусе? Спросите себя, все ли входящие уведомления вы прочитали.

Последний вопрос: вы устанавливали на него какие-то программы?

Когда мы родились, родителям не выдали инструкцию, объясняющую, как работает мозг, как помочь нам развиваться, как мотивировать нас. К вирусам, засоряющим наш мозг, относятся и ограничивающие убеждения. Все просто. Представьте, что вы стоите перед целью и думаете: «У меня никогда не получится!» Эта фраза похожа на инъекцию компьютерного вируса в ваш мозг. То же самое, когда кто-то говорит вам: «Это невозможно! Это случается только с другими», – это тоже компьютерный вирус. Хорошая новость в том, что есть способы превратить эти ограничивающие убеждения в ваших помощников, и тем самым обезвредить вирус.

Ярешил пойти в армию. Это рефлекс выживания, мне нужны ориентиры, что-то, что возвращает меня в колею. Именно в этот момент карма решила поставить на моем пути человека, изменившего мою жизнь, – женщину, которая приняла меня в своем кабинете и выслушала мою просьбу. Я знаю, что стрела не останавливается, приблизившись к цели, не колеблется. На столе этой женщины фотография с сыном на отдыхе. Они оба улыбаются, выглядят счастливыми и расслабленными. Я начинаю: «Мадам, представьте на секунду, что я ваш сын. Представьте, что однажды я приду к вам в отчаянии и скажу: если так продолжать, я окажусь в тюрьме или морге. Армия – мой последний вариант. Я собираюсь сделать все возможное для себя, просто потому что у меня нет другого варианта, нет плана Б». Подкатывают слезы, она видит это… Тогда женщина встает и жмет мне руку:

– Ты будешь в спецназе. Обещаю тебе. Ты начнешь с самого низа лестницы. Жди меня здесь.

Она вышла из комнаты и оставила меня одного. Я в переломном этапе своей жизни. Она вернулась через пять минут с тремя бумажками в руке.

– Долгое время в спецназ шли только высокообразованные люди, – добавляет она, – но времена изменились. Сегодня ни один из сотрудников Google не откажется от шестизначной зарплаты, чтобы пойти в армию. Ты должен подписать эти три пятилетних контракта. У тебя пятнадцать лет. Нет плана Б. Твое следующее назначение через четыре месяца, будь готов.

В поезде, возвращаясь в Готэм, я записываю свои мысли:

«Твое будущее – это твое прошлое, поэтому твое будущее предсказуемо. Ты просто пытаешься воспроизвести его или избежать. Твой план действий устарел – он основан на опыте прошлого. Твой алгоритм закольцован и кусает собственный хвост. Единственный способ нарушить эту систему – создать переменную в уравнении, появившуюся для нарушения баланса, и новый центр тяжести. Когда ходишь по кругу, разрывай его».

Через четыре месяца я покинул особняк Уэйна с рюкзаком и ушел в армию. По прибытии я мог сосредоточить свое внимание на негативе, но предпочел переключиться на позитив. Я разговаривал с моим внутренним ребенком.

По мнению американского врача Чарльза Уитфилда, внутренний ребенок – «это живая, энергичная, творческая сущность, вибрирующая в каждом из нас». Это место наших эмоций. Идея о существовании этой детской доли, присущей нашей личности, не нова. Карл Густав Юнг говорил о божественном ребенке. Для Эрика Берна, основателя трансакционного анализа, как мы увидим позже, Ребенок – часть нашей личности наряду с Родителем и Взрослым. Слушать своего внутреннего ребенка, рассматривать его и заботиться о нем, общаться с ним – это часть пути к процветанию.

Итак, в армии я предлагаю своему внутреннему ребенку принимать все за игру. Армия становится настоящим летним лагерем с бонусами из пистолетов и гранат, вертолетов и походов в горы. Я консультируюсь с инструкторами, разрабатывающими мне план внедрения небольших изменений в отдельных областях (питание, спорт…). Накопившись, они создадут эффект домино, большую общую трансформацию. Меня учат вести городскую войну и обращаться с холодным оружием. Мне показывают, как ставить ловушки в лесу, выживать во вражеских условиях, развивать свои физические и умственные способности.

Я выталкиваю свое тело далеко из зоны комфорта, мои мышцы реагируют, становясь достаточно сильными, чтобы создать новую зону комфорта.

Заставляю свои мозг и тело адаптироваться. Я всегда последний среди бегущих, так как делаю еще два-три круга, возвращаюсь к себе и засыпаю последним, уткнувшись носом в учебники по городской войне. Благодаря этому я становлюсь очень сильным, настолько, что через некоторое время совершу подвиг: поднимусь на гору за четыре часа и спущусь обратно за тридцать минут. Сидя на вершине этой горы, возвышающейся над цепью Альпов, я вспоминаю слова индийского философа Рабиндраната Тагора и тихо повторяю их, оглядывая горизонт: «Все, что принадлежит нам, приходит к нам, если мы создаем способность принимать это».

Коби Брайант был одним из самых титулованных баскетболистов всех времен. В 2012 году он был выбран в состав сборной США. Один из спортивных тренеров команды работал с ним над подготовкой к Олимпиаде. Однажды ночью, в 3:30, Коби позвонил ему:

– Эй, Роб, надеюсь, я вас не беспокою… Вы поможете мне с тренировкой?

– Да, хорошо… Я тебя догоню.

Тренеру понадобилось минут двадцать, чтобы забрать экипировку и выйти из отеля. Когда он приехал, то нашел Коби одного, обливающегося потом. Он проработал с ним больше часа и вернулся спать. В 11:00 Роб встретился с игроками сборной США. Коби забивал в корзину в своем углу. Тренер подходит к нему и хлопает по спине.

– Хорошо поработал сегодня утром, – сказал он. – Когда ты закончил?

– Закончил что?

– Во сколько ты закончил тренировку?

– Сейчас. Я хотел забить восемьсот раз.

Коби Брайант начал свою тренировку около 3 часов утра, продолжал бегать спринт до 6 часов, поднимать вес с 6 до 7, а между 7 и 11 часами выполнил восемьсот бросков.

Профессор когнитивной психологии Джон Хейс отметил, что практически все музыкальные шедевры были написаны после десятого года карьеры композитора. Ни одному человеку не удалось создать великое без десятилетия практики. Даже Моцарту пришлось работать не меньше десяти лет, прежде чем создать свои известные произведения. В последующих исследованиях Хейс нашел подобные модели у известных живописцев и поэтов. Эти заключения также подтвердил психолог K. Андерс Эрикссон, установивший, что нужно приблизительно 10 000 часов, чтобы стать экспертом в той или иной области, – 10 000 часов осознанной практики. В 1990 году Эрикссон и двое коллег из Берлинской академии музыки («элитарная» академия) разделили скрипачей на три группы: «звезды», «хорошисты», «учителя музыки в государственном образовании». Они задали трем группам одни и те же вопросы: сколько часов всего вы сыграли, начиная с первого раза? Все музыканты начали играть примерно в одном возрасте, 5 лет, и играли около трех часов в неделю. В 8 лет появились различия: у тех, кто хотел окончить учебу на отлично, практики год за годом становилось все больше. Больше, чем у других, до шестнадцати часов в неделю. К этому возрасту «элита» отработала 10 000 часов занятий на скрипке, группа «хорошистов» – 8000 часов и будущие учителя музыки – всего 4000. Затем Эрикссон сравнил пианистов-любителей с профессиональными музыкантами. Он обнаружил ту же закономерность. Эрикссон и его команда не нашли «природного» музыканта: того, кто без усилий становится профессионалом.

По словам невролога Дэниела Левитина, для выхода на «магистерский» уровень международного эксперта в любой сфере или области необходимо 10 000 часов практики. Потому что 10 000 часов – это время, нужное мозгу, чтобы усвоить все, что требуется для истинного владения материалом. Качество – это количество усвоенного…

Знаете басню «Лев и крыса» Жана де Лафонтена? Лев запутался в сетях. Он метался, рычал, но ничего не мог сделать. Спасенная им ранее крыса пришла на помощь и перегрызла сети. Эта басня заканчивается моралью, ставшей общеизвестным выражением: «Терпение и время дают больше, чем сила или ярость». Что это значит? Когда льва ловят в сети, его сила ничего не может изменить. Он привык быть сильнейшим, но его спасает простая крыса. В жизни, если ваш конкурент умнее, талантливее или опытнее, вам достаточно работать в три-четыре раза усерднее. В конечном итоге вы сможете добиться большего. В зависимости от контекста люди могут обладать этими качествами в краткосрочной перспективе, почивать на лаврах и растеряться перед препятствиями. С другой стороны, есть такие люди, как мы с вами, накапливающие серию мелких, казалось бы, незначительных действий. Это так называемый кумулятивный эффект: именно небольшие ежедневные выборы, малейшие изменения позволяют нам достичь долгосрочных целей.

Небольшие действия, правильный выбор, маленькие изменения в сочетании с постоянством и настойчивостью со временем приносят результаты. То, как мы делаем мелочи, определяет, как мы делаем все.

Этот принцип – один из ключей к получению огромных выгод за принятие небольших разумных решений. Все в вашей жизни существует потому, что вы сначала сделали выбор. Он лежит в основе каждого из ваших результатов. Вы делаете свой выбор, а потом ваш выбор делает вас. Так что «взломать карму» можно. Вот формула этого уравнения. Чтобы облегчить его запоминание, назовем его методом ПОВД: П + О + В + Д = УК! То есть: подготовка (личностный рост) + отношение (вера/настроение) + возможность (грядущее хорошее событие) + действие (что-то сделать) = улучшенная карма!

Я всегда буду помнить парня из моего отряда. В то время его называли «Бревно». Он был скалой. Огромный и естественно сложен как бодибилдер. Однажды мы поднимались в гору на тренировку, и Бревно психанул. Он начал вырывать растения, кататься по земле и в конце концов, рыдая, свернулся в позу эмбриона на земле. Инструктор приказал нам ждать, пока пройдет кризис. Бревно наконец немного успокоился. Один из парней подошел к нему и взял его сумку. Закинул ее на спину в дополнение к своей и вернулся на дорогу с двумя четырнадцатикилограммовыми мешками. Кажется, этой энергией по инерции заразились все мы: каждый по очереди брал сумку Бревна и «нес этот крест» как собственный. Мы отдавали, ничего не ожидая взамен. Нам было достаточно чувства сплоченности и взаимопомощи. В альпинизме связка, или «веревочная команда», означает всех альпинистов, связанных веревкой. Мы вместе.

Командир наблюдал за нами. Он отметил, что добился успеха: собрать нас вместе было началом, сохранить – прогрессом, заставить работать вместе – достижением.

В концлагерях будущий профессор неврологии Виктор Франкл заметил, что самые сильные умерли первыми, в то время как те, кто казался слабыми, сопротивлялись гораздо дольше. Перед лицом абсурда самые хрупкие люди развивали внутреннюю жизнь, которая позволяла им сохранять надежду и задаваться вопросом о смыслах.

По словам Виктора Франкла, именно значение, которое мы придаем своей жизни, направляет и мотивирует наши действия. Отсутствие смысла может привести к несчастью. Именно мы несем ответственность за свое поведение перед людьми и в различных ситуациях. «У человека можно отнять все, кроме одного: последней свободы человека – выбирать собственное отношение к любым обстоятельствам, выбирать собственный путь», писал он в одном из своих трудов. Таким образом, какой бы ни была ситуация, мы всегда можем выбрать: превратить ее в возможность роста или страдания.

В концлагерях Виктор Франкл выработал такой подход – поиск смысла. Нацисты конфисковали и уничтожили его рукопись. Франкл поставил перед собой цель закончить это произведение: она наполнила смыслом его жизнь и подпитывала мужество перед лицом невзгод.

По словам Франкла, «когда мы больше не можем изменить ситуацию, перед нами стоит задача изменить себя».

Однажды нас вызывают на миссию в Косово. И это уже не симуляция. Нам придется по-настоящему отправиться в деревню посреди гор, чтобы вернуть вражеский передатчик. И поскольку он не валяется там свободно, сам по себе, придется убивать всех, кто будет его защищать. Мужчин, женщин и детей. Летний лагерь закончился. Он стал конкретным и жестоким. Слова командира снова преследуют меня: «Убивая человека, ты умножаешь мужество десяти других. Когда ранишь, подрываешь боевой дух еще десяти. Стреляй, чтобы ранить, а не убить».

Я пришел сюда, потому что отказался от обязанности убивать, поэтому я не собираюсь убивать женщин и детей. Я думаю о своем дедушке. Во время Второй мировой войны он был членом Сопротивления. По возвращении с войны у него начались приступы эпилепсии. Он никогда не хотел рассказывать, через что прошел. И я не пойду по этому пути… Я ухожу из Лиги убийц.

После многих лет тренировок в Лиге в Тибете Брюс Уэйн поймет, что члены Лиги не джентльмены, а наемники, использующие свою силу и знания для уничтожения, а не созидания. Он решает покинуть их. Тогда Рас аль Гул, лидер Лиги, становится его злейшим врагом.

Карма стремится к равновесию для поддержания порядка и гармонии: поэтому маятник постоянно качается. Колебание в одну сторону определяет колебание в противоположную: это закон баланса. Таким образом, когда маятник вашей жизни на стороне ваших травм, знайте, что настанет день, когда этот же маятник окажется на стороне компенсации этих ран.

Закон компенсации играет важную роль в жизни мужчин и женщин. Человек обычно «платит» за все, что у него есть и что он приобретает. Если он владеет одной вещью, ему не хватает другой: для равновесия. У всего есть хорошая и плохая сторона. Никто не может «сохранить свои деньги и получить свой кусок торта» одновременно. Именно на этот закон о компенсации ссылается «Кибалион» (исследование философии Древнего Египта и Древней Греции). Я думал, что компенсацию можно найти там, в армии. Но перед боем понял, что нет… Однако я не унываю. Философ и химик Антуан Лавуазье говорил: «Ничто не теряется, ничто не создается, все трансформируется». Это предложение – перефразирование греческого философа Анаксагора: «Ничего не рождается и ничего не погибает. Жизнь – это совокупность, а смерть – разделение». Таким образом, в конечном счете все компенсируется, все ваши переживания имеют смысл: каждая ситуация – это кусочек пазла вашей жизни.

Десять часов утра, перрон небольшой заброшенной станции в горах. Все, я ушел из армии, возвращаюсь в Готэм. Поезд, на который я сажусь, пустой. Вместо формы на мне черный спортивный костюм с капюшоном и белые кроссовки. Надев наушники, я слушаю Jay Z, D’Evils: «Тот, кто сказал, что нелегальное – это легкий выход, не мог понять механику и работу преступного мира…» Я молча смотрю на пейзаж, проплывающий мимо. Возвращаюсь к тому, от чего бежал, и спрашиваю себя, не означает ли это поражение. Слезы текут по моему лицу, и я даже не пытаюсь остановить их. Что это? Грусть? Ностальгия? Ненависть? Или любовь? А может, все вместе? Не знаю, но чувствую, что эта палитра создает внутри эмоциональный коктейль Молотова. Если я не проливаю слезы, теряя самое дорогое моему сердцу, то теряю и свою человечность, отрезаю себя от своих эмоций. Я нашел братьев среди товарищей по отряду, а мой командир олицетворял отца, которого у меня не было.

Оболочка треснет, это не может произойти без страданий. Только так ядро сможет раскрыться и выпустить в мир свое семя. Страдания и любовь – это часть пути: я не отвергаю, а с добротой принимаю их. Та часть меня, что страдает больше всего, отражает глубину моей человечности. По словам поэта Руми: «Ваша задача – не искать любовь, а просто искать и находить все барьеры внутри себя, которые вы построили против нее». У всех нас есть свои страхи, убеждения, гордость, раны. Все это может стать бастионом, этапами исцеления, которые нужно пройти, чтобы эти препятствия больше не вставали между нами и любовью.

При проведении химического анализа слез пациентов на терапии доктор Уильям Фрей из медицинского центра Сен-Поль-Рэмси в Миннесоте обнаружил, что они содержат гормоны стресса (АКТГ). Значит, способствуют удалению биологического компонента стресса. Один из механизмов возвращения к спокойствию приводит к тому, что человек плачет. Этот механизм еще предстоит изучить, и тем не менее исследователи признают, что необходимо вывести накопленный АКТГ. Таким образом, слезы после агрессии, содержащие АКТГ, – это эмоциональная разрядка, катарсис. Наблюдение за реальностью подтверждает следующую гипотезу: улучшение самочувствия часто сопровождается плачем. Это способ освободиться от всех негативных эмоций, иногда подавляющих нас, способ достичь хорошего самочувствия. К тому же лучше, чтобы эмоции выходили наружу, а не оставались внутри. Скрытые гнев или любовь могут быть разрушающими…

В поезде я понимаю, что все эти годы запрещал себе плакать, потому что «мальчики не плачут». Я был в гипнотическом трансе, общественной норме, этой священной корове, идоле… И разбил его вдребезги об пол этого поезда. Несколько пассажиров недоуменно наблюдают, как большой детина с бритым черепом, будто высеченный из камня, плачет, а потом резко начинает смеяться. Я смеюсь над тем, что меня ментально заразили, смеюсь, потому что у меня был эмоциональный запор, я только что понял, что силен не тот, кто никогда не плачет. Смеюсь, потому что понял: для того чтобы плакать перед кем-то другим, нужна огромная сила.

Определенные убеждения, ценности или темы большинство считают неприкасаемыми. Я называю это «священными коровами», ссылаясь на индуистскую традицию, согласно которой корова – священное животное, ее нельзя есть и к ней нельзя проявлять неуважение. Все эти ограничивающие убеждения – маленькие боги в вашем внутреннем храме, диктующие вам свои десять заповедей:

1. Ты должен бояться.

2. Сомневаться в себе.

3. Тебе будет не хватать мужества.

4. Ты будешь дрожать.

5. Ты потерпишь неудачу.

6. Ты будешь в ужасе.

7. Ты будешь недееспособным.

8. Ты увязнешь.

9. Ты будешь слабым.

10. Ты будешь воевать с частью самого себя.

В 506 году до н. э. Китай состоял из княжеств, разбросанных в бассейнах Желтой и Голубой рек. Небольшая рыбацкая деревушка на берегу Голубой реки, населенная непокорными китайцами, сопротивляется королю Хэ Лу и не дает его войскам соединить свое государство, Ву, с государством Чу. Они просто рыбаки, но в них горит пламя решимости. Их крепости, построенные из дерева, камня и извести, обеспечивали эффективную защиту. Кажется, ничто не может ослабить их сопротивление. Затем Лу посылает своего лучшего генерала, чья репутация заставляет содрогаться величайших воинов, того, кто не знает поражений, – генерала Сун Цзы.

Приехав со своими людьми на окраину деревни непокорных, генерал Сун Цзы использовал безотказный метод, чтобы победить и минимизировать потери: создание разрывов. Предлагая селянам возможность бежать, генерал ослабляет силы противника: когда нет возможности бежать, мужчины сражаются с энергией отчаяния и их силы увеличиваются в десятки раз.

Так деревня у Голубой реки и сдалась.

Представьте, что ваша жизнь – деревня у Голубой реки: вы окружены, у вас есть план, и вы будете бороться с энергией отчаяния, чтобы реализовать его, потому что у вас нет другого выбора – это вопрос выживания. Победа или смерть. Нет бреши – только обещание свободы. Именно тогда у вас есть план А, единственная цель вашей жизни, действительно важная для вас, путеводная звезда на небе. Войну побеждают в планах, и единственный возможный план Б – придерживаться плана А.

В свое время я оказался в похожей ситуации: боролся с энергией отчаяния. Молодой и амбициозный, иногда жестокий, я хотел быть королем города. Я пытался работать на кухне, но звуки сирен были слишком громкими. От скуки автоматически я снова с головой окунулся в Лигу теней. Ходил в ресторан каждый вечер, как в фильме «Крестный отец»: у нас с друзьями был зарезервированный стол в глубине уютного итальянского ресторана. Босс разрешал нам проходить во внутренний двор, защищенный от посторонних ушей, чтобы поговорить о бизнесе. В ответ мы, конечно, оставляли ему щедрые чаевые. Наш бизнес не был честным, отнюдь. Однажды задержали парня из нашего района. Выйдя из-под стражи, он рассказал нам, что копы часами допрашивали его в офисе со стенами, покрытыми фотографиями, как в охоте на серийного убийцу: «В верхней части фотомонтажа были ваши головы, твоя и твоего приятеля. Видимо, они уже несколько недель устанавливают засаду перед рестораном». Все должно было кончиться плохо, петля затягивалась. Это был вопрос дней или недель, прежде чем на меня наденут наручники. Бороться, затаиться или бежать? Я выбрал бегство – выбрал армию.

Это был 1976 год, в темной лаборатории 15-го округа Парижа. Нейробиолог Анри Лабори провел несколько экспериментов на крысах, чтобы лучше понять их реакцию на стресс. Он помещал их по отдельности перед враждебным угрожающим противником, чтобы проанализировать реакцию. Лабори повторял эти опыты снова и снова… До того дня, пока на него не снизошло просветление: «Перед лицом испытания или опасности у человека есть три пути: застыть, сбежать или бороться». В то же время к аналогичным выводам пришел социоэкономист Альберт Хиршман, проанализировав проблему с другой точки зрения. Он несколько лет наблюдал за стратегиями сотрудников, потребителей, избирателей и недовольных граждан. Из этого он вывел «общий набор действий», основанный на трех формулах: выхода (бегства), голоса (протеста) или лояльности (покорности). Например, недовольный сотрудник может выбрать вариант протеста против своего начальника или против реформы правительства. Другой вариант – покинуть свою компанию или страну в поисках лучшего места. Последний вариант – ничего не делать и подчиняться, несмотря на разочарование, оставляя свое положение неизменным.

Сегодня мы наблюдаем рост числа работников, меняющих профессию или бизнес, студентов, бросающих учебу или переориентировавшихся, распадающихся пар и т. д. Этот стресс и трудности могут проявляться в бесчисленном количестве форм и в разной степени. Поэтому каждая из стратегий, принятых вами, имеет четкое значение.

Вы можете принять эту стратегию в одном из двух вариантов:

• Бороться негативно, принимая позу систематической конфронтации, когда полученный удар превращается в ответный удар. В краткосрочной перспективе это ограничивает психосоматическое повреждение в вашем испытании. Но в долгосрочной перспективе вы вступаете в неконтролируемую спираль агрессии и насилия, которая наносит гораздо больший ущерб, чем в ситуации бегства или пассивности.

• Бороться положительно, рассматривая свое испытание как цель, которую нужно достичь путем мобилизации ваших физических и моральных ресурсов. Студент, готовящийся к конкурсу, курильщик, желающий бросить сигарету, безработный, борющийся за работу… примеров много. Это предполагает новую дисциплину и усилия, зачастую чрезвычайно трудные. Как я часто повторяю, чем тяжелее поединок, тем красивее победа.

Это называется «торможением действия». Столкнувшись со своим оппонентом или преградой, вы проглатываете свой гнев, обиду, разочарование и гордость, чтобы избежать конфронтации, опасаясь последствий. Но на самом деле все, что вы отказываетесь выпускать наружу, съедает вас изнутри, как армия пираний. Психосоматический ущерб из-за этого будет размножаться и создавать заболевания: язвы, ревматизм, рак и т. д.

Существует три типа бегства:

• Химическое бегство: В этой стратегии ваше основное желание – вернуть иллюзию благополучия. Вы употребляете наркотики, алкоголь, сигареты, антидепрессанты… чтобы забыть, стереть или снять стресс. Вы думаете, что «это пройдет» или «завтра будет лучше», что «лучше умереть от чего-то». По вашему мнению, лучший способ убежать от повседневной жизни – это зависимость от вещества, ошибочно ассоциируемого с «удовольствием». На самом деле, не осознавая, вы разрушаете себя, свое здоровье, социальную жизнь и потенциал.

• Географическое бегство: оно может быть негативным и вызванным глубокой нестабильностью. В этой стратегии вы будете постоянно «менять» место, работу, друзей, супруга… не пытаясь изменить себя. Затем выгодами ходите по кругу, пытаясь найти причину ваших проблем, – на самом деле она находится в вашем зеркале.

Бегство также может быть позитивным и спасительным. У вас есть лучшее в мире семя розы? В засушливой пустыне оно не прорастет. Хуже того, оно умрет. С человеком то же самое…

• Художественное бегство: вы превращаете свой гнев, обиду и боль в энергию и развиваете себя в искусстве. Музыка, спорт, живопись, скульптура… Вы черпаете в трудностях силу, чтобы преуспеть и превзойти себя в своей сфере.

Еще до начала карьеры Уолта Диснея спросили о том, что бы «такое необыкновенное» он хотел сделать. Тогда будущий мультипликатор поднял глаза к небу и ответил: «Я не знаю, но я вижу много огней и улыбки тысяч детей». Остальное мы знаем. «Чтобы создать что-то действительно необыкновенное, начните мечтать об этом. Затем спокойно вставайте и идите к вашей мечте, не позволяя себе унывать», – говорил он.

Когда я впервые заговорил о «своей личной легенде» со взрослым, это не имело никакого отношения к мечте. Я находился в офисе, пропахшем пылью. Похоже, окна здесь не открывали уже несколько месяцев. Принимающая меня женщина кажется поникшей, ее густые сальные волосы собраны в пучок на макушке. Скорее всего, ей не хватает любви. Ее душа, должно быть, такая же серая, как ее старый жилет. С первых минут я понимаю, что она не возлагает на меня надежды. Я говорю с ней о писательстве, творчестве и природе, она в ответ рассказывает мне о металлургии и дорогах. Это ее убеждения, я их уважаю. В свою очередь, я тоже имею право на уважение моих убеждений, моей веры в то, что я гений, еще не нашедший своего признания и исследующий интересующие меня возможности.

– Мадам, вы не понимаете, что я стремлюсь к чему-то другому, чем сажать герань в круглые вазоны?!

– Да вы кем себя возомнили? Кто ты такой, чтобы хотеть блистать? – спросила она меня. – Ты кем себя считаешь?

– А вы, кто вы такая, чтобы лишить мой мир света? – ответил я ей.

Она вздыхает, не слушает меня. Она решает мое будущее за меня.

– Правда в том, что у вас есть приказ сверху. Если бы система нуждалась в шлюхах или наркоторговцах, вы бы отправили нас туда. Вы как охранники в концлагерях, если однажды вас осудят, вы тоже скажете: «Я выполняла приказы».

Она была консультантом по профориентации. И не могла «видеть душой». В 17 лет, прежде чем уйти из школы в спецназ, мне осталось выполнить последнюю миссию – миссию того, кому больше нечего терять. Я пришел снять табличку консультанта по профориентации, прибитую к двери, чтобы заменить ее на другую: «Мадам, разрушающая мечты». Затем я написал на ее двери черным маркером: когда тебе дают ответственность сопровождать полет, отрезать крылья – это преступление против человечества.

Однажды Клэр, моя учительница французского, спалила меня. Я часто приходил на урок раньше всех, садился в конце класса, с наушниками в ушах, в которых на повторе играла Chief Rocka из Lords of the Underground. И спокойно писал свои стихи, укрывшись от посторонних глаз. Однажды утром я не заметил, как она подошла. Клэр взяла листок, прежде чем я успел отреагировать. Я до сих пор помню, как она читала. А затем спросила, помог ли кто-нибудь мне написать стихи. Нет, ответил я.

Она начала по-другому на меня смотреть: сорвиголова пишет четверостишия… Я объяснил, что много читал в течение нескольких лет и проникся всем этим материалом, вдохновляющим мои сочинения, моделируя фигуры речи великих авторов. Мне кажется, в какой-то степени именно это заставило ее взять меня под крыло. По ее словам, у меня есть способности, чтобы стать отличником по французскому. Она предлагает мне помочь и советует прочитать словарь. Поначалу я не очень хотел. Чувствовал, что-то удерживает меня. Впервые в жизни я испытывал страх, еще более сильный, чем страх неудачи: страх успеха, страх быть лучшим, прекрасным. Я не могу поверить в это, он меня парализует.

Моя умная учительница прекрасно понимала, что со мной происходит: «Каждый ученик в этом классе может стать Ван Гогом, Марком Аврелием или Мухаммедом Али, каждый в своей области. Ты знаешь Марту Грэм? Она говорила: “Вы уникальны в этом мире, и ваше самовыражение уникально. Если вы заблокируете его, оно никогда не будет существовать через какой-либо другой носитель и будет потеряно. Мир останется без него. Не ваше дело судить о его качестве или сравнивать с другими. Ваш долг – позволить ему идти своим путем”. Пожалуйста, Стив, ты верил в Санта Клауса много лет, сможешь поверить в себя на полгода?»

Клэр стала моим наставником. Я прочитал весь словарь, «мать всех книг», как она его называет. Чувствую, что она бросает мне вызов. И не ожидает, что я его приму. Я соглашаюсь. Поглощаю определения, обогащаю свой словарный запас, остаюсь с ней после уроков: она учит меня считать слоги в моих текстах, заставляет читать Бурдье и Бодрийяра. Клэр и хокку для меня открыла, маленькие японские стихи, воспевающие мимолетность сущего.

В моем классе есть девушка, светловолосая и полная, опережающая всех по любому предмету. Она всегда на первом месте и получает лучшие оценки на каждой контрольной. В день сдачи французского она уверена, что будет первой. Она не боится аутсайдера, парня без способностей, ползущего по ступенькам, потому что у него нет ноги с рождения, парня с бесконечным терпением, мечтающего накопить свои десять тысяч часов, как другие хотят накопить миллионы в акциях и облигациях. В распределении оценок Клэр привыкла начинать с последнего, и обычно это я. В тот день, когда она начинает, все поворачиваются ко мне… но ничего… И это продолжается. Доходит до второго места, сейчас назовут имя первого в классе. Наконец она объявляет первого – это я.

Тупица с последней парты становится первым. Отличница краснеет, заливается слезами и в итоге просит разрешения выйти из класса. Она признается одной из своих подруг, что ее убивает не то, что ее опередили, а то, что ее победил придурок, тупица, парень со словарным запасом в сорок слов, не умеющим сказать ничего больше, кроме «видишь?» и «о, да». Тогда я понимаю, что она всегда полагалась на свой талант, что у нее никогда не было соперника. Она довольствовалась своим первым местом, предполагая, что оно всегда будет за ней. Такой Супермен с врожденной силой. В борьбе с Бэтменом ее силы были ослаблены криптонитом, Бэтмен взял верх. У него нет суперспособностей. Во тьме он находит свое решение, свою силу, свой свет.

Я расскажу вам настоящую историю. Однажды маленький мальчик вернулся из школы и дал маме письмо, написанное его учителем. Он не знал, что в нем. Мама прочла его и заплакала. Мальчик спросил, почему она плачет. «Это удивительно! Письмо просто невероятное, я прочитаю его тебе: “Ваш сын – гений. Эта школа слишком мала для него, и у нас нет достаточно хороших учителей, чтобы его обучать. Пожалуйста, сделайте это сами”». Мальчик стоял, разинув рот. Мать обняла его: «Это фантастика. Не волнуйся, сын мой. Ты останешься здесь, а я помогу тебе», – сказала она.

Ребенок рос, искал свой путь. В подвале родительского дома у него была настоящая маленькая химическая лаборатория. Став взрослым, он придумал две-три безделушки: электрическую лампочку, фонограф, телеграф, фотоаппарат и т. д. Этот мальчишка – Томас Эдисон. После смерти матери, разбирая вещи, он нашел то самое письмо из школы: «Ваш сын полный ноль! Он умственно отсталый! Мы обнаружили у него психическое заболевание. И больше не позволяем вашему сыну возвращаться в школу». Томас Эдисон плакал несколько часов и записал в своем дневнике: «Томас Эдисон был глупым и отсталым ребенком, который благодаря героической матери стал гением века».

В 1968 году психологи Роберт Розенталь и Ленора Якобсон решили провести эксперимент, доказывающий, что предрассудки одного человека по отношению к поведению другого становятся «пророчествами с автоматическим исполнением». Они отправились в начальную государственную школу в Сан-Франциско. Взяли случайный класс и выдали всем ученикам несколько интеллектуальных тестов. В начале года психологи объявили учителям список учащихся, которые были поделены на опережающих, посредственных и ограниченных. Так Розенталь и Якобсон создали у учителей «ожидание» будущего прогресса учеников: позитивное ожидание, его отсутствие или негативное ожидание. Чего учителя не знали, так это то, что список не соответствует действительности и имена учеников перепутаны. В начале третьей четверти оба психолога дали тем же ученикам новый тест эквивалентной производительности, чтобы измерить прогресс по сравнению с началом года. Результаты были неоспоримы: большая часть студентов, считавшихся опережающими, существенно продвинулась вперед, в то время как все остальные регрессировали.

Эффект Розенталя и Якобсона, переименованный в «эффект Пигмалиона», означает механизм, согласно которому суждение о человеке (в том числе о самом себе) обусловливает его поведение и результаты. Поэтому ожидания и убеждения относительно чьего-то поведения (в том числе себя) влияют на то, как человек развивается. По словам американского социолога Уильяма Айзека Томаса, «если ситуации определяются людьми как реальные, они реальны по своим последствиям». Таким образом, поведение людей объясняется их восприятием реальности, а не самой реальностью. Эффект Пигмалиона – это форма самореализующегося пророчества, его силу ощутил на себе, например, Томас Эдисон. Просто показать кому-то, что вы верите в его успех (или, наоборот, не верите), – даже от этого зависит вероятность успеха (или неудачи), особенно если вы оказываете сильное влияние на этого человека. Эффект плацебо – типичный пример самореализующегося пророчества. Он способствует выздоровлению человека при условии, что тот верит в свое выздоровление и лечение, предложенное ему врачом. Напротив, если повторять ребенку, что он ничего не понимает в математике, скорее всего, он действительно станет математическим тупицей – это «эффект Голема». Стал бы он слабым в математике, если бы вы сказали ему, что он гений чисел? Наши убеждения – это набор самосозидательных или саморазрушительных пророчеств. Вы уже испытали их силу.

Вы сконцентрируетесь на негативе, проигнорируете все положительное, и в итоге у вас будет плохой день. Ваше ожидание приятной встречи с коллегой действительно может сделать ее приятной: вы расслаблены, готовы сочувствовать, радуетесь, что встретитесь, признаете, что коллега вам симпатичен. Отправляясь на встречу со своим боссом, вы ожидаете, что сейчас обязательно что-то пойдет не так: вы уже в позиции обороны, до того, как увидели его, вы интерпретируете его слова как осуждение, насторожены. Вам нужно быть осторожным, иначе жребий будет брошен до того, как вы установите контакт с кем-то. И все же, если относиться к любому собеседнику как к человеку с высоким потенциалом, вы даете ему шанс раскрыться: он расцветает, если вы подбадриваете его и позволяете развиваться. Это способ воззвать к их ответственности: человек – действующее лицо своего будущего. Относитесь к людям так, как будто они такие, какими должны быть, и вы поможете им стать такими, какими они могут быть.

Конечно, у нас нет возможности узнать, кем стал бы Эдисон, если бы его мать не совершила этот удивительный поступок, но мы можем извлечь уроки из этой истории. Во-первых, каждый из наших жестов, каждое слово может изменить кого-то близкого или просто знакомого. Во-вторых, сила оптимизма и возможная позитивная окраска, которую мы придаем событиям, необычайна. Некоторые ученые изучали этот вопрос. Исследователь психологии Мартин Селигман и профессор психиатрии и аддиктологии Университета Парижа VII Мишель Лежуайо наблюдали благотворное влияние оптимизма на организм, здоровье, общительность, способность к устойчивости и даже долголетие.

Вот девять преимуществ оптимизма, выявленных Мишелем Лежуайо:

• быть более признанным в обществе;

• иметь больше шансов создать семью и меньше риска развестись;

• иметь больше друзей, готовых помочь: пессимистичному человеку можно помочь один раз, два, а потом вы перестаете это делать;

• быть более продуктивным на работе;

• легче справляться с трудностями;

• иметь более эффективную иммунную систему;

• быть в лучшей физической форме;

• лучше питаться;

• жить дольше.

Мрачная и темная парковка ночного клуба, в который ходят парни из жилых кварталов Ла-Дефанс и их окрестностей. Здесь, в отсутствие самой элементарной морали, царит закон улицы. Вместе с приятелями мы укрылись на лестничной клетке, рядом со старым фонарем, воняющим мочой. Приятель протягивает мне один из своих наушников. Running away Боба Марли: «Ты бежишь и бежишь, но от себя не сбежишь, от себя не сбежишь». Дождь идет уже несколько часов, холодно, и мы собираемся продолжить вечер в другом месте. В нескольких метрах от нас группа отморозков устраивает адский шум. Они курят, пьют и развлекаются, разбивая бутылки о мусорный контейнер. И я их знаю. Укутываюсь лучше в капюшон парки и шарф, так что моего лица почти не видно, но я вижу все, что происходит вокруг. Когда мы собрались уходить, я вижу, как из запасного выхода внезапно появляется девушка. С опущенной головой, в свободной одежде. Она дрожит, в конце концов падает, и ее рвет. Наверное, пьяная, говорю себе я. Девушка поднимает голову – она бледная, как смерть. Ее лицо впалое. Она бросает безумный взгляд на группу парней. Внезапно их смех прекращается. Пять-шесть секунд стоит странная тишина, мы слышим только дождь, стучащий по стеклам автомобилей. Тишина и дождь. Вдруг один из парней издает вой, словно его ударили бейсбольной битой. Я вижу, как он падает на землю, сложившись пополам. Из его горла вырываются сдавленные крики. Мы с друзьями ничего не понимаем. Драки не было, ничего не произошло, кроме появления этой непонятной девушки. Кроме того, она убегает. Мы не хотим связываться со всем этим, и уходим. Парень кричит так, что копы точно придут.

Позже мы узнаем, что та девушка стала жертвой группового изнасилования. Бесчеловечной практики, которая в то время еще не попадала в заголовки газет. Она попала в руки парней с парковки: те зажали ее в каком-то подвале, сорвали одежду и по очереди изнасиловали, даже не видя ее лица. Сбежав, она снова пересеклась с ними. Парень, который упал, узнал ее. Она была его сестрой.

Эта история, конечно, быстро обошла весь район. В один прекрасный день мы собрались, человек десять, на лестничной клетке четырнадцатого этажа башни С. Поговорили об этом деле. Один парень бросил: «Карма – шлюха». Когда он так сказал, я подумал о своей жизни, об отце, армии, учителе французского, о поезде, на котором возвращался из армии, о кинцуги, об Ояме…

У меня на губах появилась улыбка. Я ответил приятелю: «Карма ни хороша, ни плоха, она нейтральная. И не желает тебе ни добра, ни зла. Она предлагает выбор. Друг мой, карма не шлюха, это зеркало».

Может ли взмах крыльев бабочки в Бразилии вызвать торнадо в Техасе? На метеорологической конференции Эдвард Лоренц впервые упомянул «эффект бабочки» как преемственность событий, каждое из которых влияет на следующее, независимо от его важности. Он представил результаты своих исследований: небольшое изменение стартовых параметров может вызвать радикальные изменения в поведении системы. Это цепная реакция, сравнимая с эффектом домино.

Коннор вырос в Дорчестере. Он мечтал стать пожарным. У него была преподавательница Маккензи, которая сопровождала его бо́льшую часть школьной жизни. Ей нравился Коннор, но ей было досадно, что он станет пожарным. Она постоянно повторяла ему: «Почему бы тебе не стать врачом или адвокатом? Ты не можешь хотеть быть пожарным! Это опасно и плохо оплачивается! В чем интерес? Почему ты хочешь поставить свою жизнь под угрозу за несколько фунтов стерлингов?» Коннор не понимал, почему она не поддерживала его мечту. Через несколько лет он с успехом окончил учебу, никогда не забывая о своей мечте. Работал в пожарно-спасательной службе Большого Манчестера в Англии. Однажды ночью в четыре часа раздался сигнал тревоги: в соседнем Северном квартале горело десятиэтажное здание. К приезду Коннора и команды огонь уже распространился. Они дошли до десятого этажа и всех эвакуировали. Коннор стоит перед последней дверью, куда труднее добраться из-за пламени. Он слышит крики. Проникнув в квартиру, парень находит там испуганную рыжую старушку, лежащую в своей ванне, наполненной водой. Он взял ее на руки и вышел из здания. Когда они оба были в безопасности, Коннор посмотрел ей в глаза, и его будто током ударило: это же его учительница. Тогда он снял шлем и кислородную маску. Она в шоке. Баланс восстановлен: пятнадцать лет спустя он спас ей жизнь.

KPMG – международная сеть аудиторских и консалтинговых фирм, действующих в 150 странах. Это один из трех крупнейших международных гигантов, специалистов в своем деле, тех, кто знает все о мире финансов. Карма – это KPMG Вселенной, она проводит аудит каждого вашего поступка и готовит годовой отчет. Проще говоря, каждое действие – это результат причины, которая найдет свое следствие в будущем. Эффект бабочки, кумулятивный эффект, результат вашей сознательной практики, ваши мысли, эмоции и действия образуют единое целое и создают энергетическую метку, скалярную волну в квантовом поле: каждый поступок – это бюллетень для голосования за лучшую или худшую версию себя. Покажите мне, что вы делаете каждый день, и я скажу, за кого вы голосуете.

В моей жизни было время, когда я проводил много времени в размышлениях. Мне нравилось сидеть на скамейке и просто наблюдать за людьми, проходящими мимо меня. Однажды я сел, и рядом со мной расположился парень из моего района, гордо размахивающий только что купленным диском. Это рэп-альбом, а я ничего не знаю о рэпе. Ему наплевать на это: «Что значит, ты ничего об этом не знаешь? Это отстой, чувак! Давай, я тебе объясню». Мы проводим в моей берлоге больше двух часов. Парень, академик рэпа, читает мне лекцию. Он учит меня всему, передает мне все, что знает: Нью-Йорк, Лос-Анджелес, Bloods, Crips, баттлы между бандами, Public Enemy, EPMD, Afrika Bambaataa, эти альбомы нужно купить, те – перевести… Он дает мне столько материала, что мне понадобится два года, чтобы извлечь весь сок. Когда мы прощаемся, по спине пробегает знакомая дрожь. Я наблюдаю за набором бесконечных возможностей, имеющихся у меня на данный момент, и выбираю только одну – рэп. Кусочки пазла начинают складываться: мой почерк, учитель французского, блокноты, наполненные текстами, все, что со мной произошло, предназначалось только для подготовки к тому, что меня ждет… Вспыхнула искра, и прежде чем ветер ее погасит, я раздуваю ее до масштабов лесного пожара. В программе: открыть тайны этой среды с помощью нескольких книг, поступивших в редкие парижские книжные магазины, послушать треки в своем плеере и научиться совмещать их с моими текстами, и, наконец, сформировать группу, чтобы внутренняя мотивация накапливалась с кинетической энергией других членов банды.

Я нахожу приятеля, который тоже вернулся из армии и живет в соседнем городе. Он рассказал мне, что входил в группу Black Dragons Juniors, банду охотников за скинами, «группу, собранную в 1980-х годах в ответ на рост расизма. Команда была создана Ивом Мадишоном – или Ивом Ле Вентом. В той мере, в какой утверждение черной идентичности основано на борьбе за равные права, «Черные драконы» – часть этой борьбы. Это еще и община (между «черными драконами» нет религиозных противоречий – мы были католиками, мусульманами, не важно кем) и философия, основанная на боевых искусствах, один из способов увидеть мир: двигаться с высоко поднятой головой, не позволять наступать себе на ноги. Понятие банды появилось со временем[4]».

Мы были в самом разгаре периода рэп-баттлов, и, развив большой потенциал в этой области, я мог бы им очень помочь. Мой друг хочет, чтобы я встретился с одним из лидеров банды. Так я оказываюсь на подземной парковке лицом к лицу с двумя укуренными и пьяными типами, которые начинают оскорблять меня и провоцировать на баттл. Один из них открывает раунд рэпом, полным оскорблений и провокаций в адрес белых, на которые я не могу ответить, иначе мы закончим на настоящем боксерском ринге.

Они пока этого не знают, но ничто не могло бы доставить мне большего удовольствия в тот вечер.

Благодаря настойчивости, знакомствам и тренировкам я в конечном итоге вхожу в группу Black Dragons Juniors и получаю прозвище «Белый негр», потому что, как говорит Стиви, один из участников: «Ты негр внутри и белый снаружи, в отличие от многих негров, что черные снаружи и белые внутри». Я снова в Лиге теней, в отделе наркоторговцев, грабежей и ограблений. Меня не просят ничего доказывать: просто действуешь по плану, как и все остальные. Из армии я ушел, но сохранил непоколебимую жестокость, стрессоустойчивость сапера и выносливость относительно трудного графика и рабочего ритма, чего нет у большинства молодых людей моего возраста. Но у меня нет работы. Я попал в ритм жизни, который никуда не ведет. Слоняюсь без дела, встаю в полдень. Употребляю наркотики.

Наркомания для некоторых – это досуг. Для других это основная деятельность. Она заключается в заполнении пустоты их жизни с помощью действий, в лучшем случае бесполезных, в худшем – негативно влияющих на их личный и мировой прогресс. У большинства людей это становится: проводить вечера с Netflix за просмотром «Игры престолов», например (в среднем французы проводят перед телевизором 3 часа 42 минуты), или часами говорить об идее или проекте и никогда не реализовать их. Таким образом, они постепенно теряют энергию и у них не остается ни капли, чтобы вложить ее в реализацию реального проекта. Мы перестаем думать и влачим ежедневное бремя. Короче говоря, все это мешает нам оставаться один на один с собой, чтобы задаться экзистенциальными вопросами, встающими перед всеми нами: действительно ли я делаю то, ради чего создан, или просто проматываю свою жизнь?

Употребляя наркотики, человек, как белка в колесе: крутится, крутится, крутится, без начала и конца. Время от времени съедает пару зернышек, немного выпивает и ложится поспать пару часов. А потом возвращается в колесо, в клетку своего существования. Наркомания поощряет лень, избегая присутствия и бодрствования.

Потому что если вы просто переставите колесо в другое место или купите в Ikea побольше и посимпатичнее, то не решите проблему – наоборот: это все равно что убрать стулья на «Титанике», пока он тонет! Цель – выбраться из колеса и сжечь клетку. Выполнение того, что не работает, приводит только к одному: еще большим сбоям.

Однажды вечером мы ехали в электричке с моим приятелем Стивом. То же имя, другой цвет кожи. В то время мы были неразлучны, и у нас было одно любимое развлечение: заваливаться на парижские вечеринки. Наша стратегия была проста: мы бродили по шикарным кварталам столицы, пока не замечали здание с открытым окном, балконом, полным курящих людей, и музыкой, слышной даже на улице. Мы стояли внизу и кричали людям на балконе, улыбаясь им: «Эй! Позовите Николя! Он ждет нас!» Человек часто делает самый простой выбор, люди с балкона никогда не ходили искать никакого Николя и в итоге открывали нам. Это работало практически всегда, особенно если прийти достаточно поздно, когда все напьются. В доме у нас действовало правило: не оставаться вместе. Один уходил на кухню, другой – в гостиную. Мы знали, что, предложив травки, обзаведемся друзьями. Когда хозяин вечеринки выходил из родительской комнаты, где только что занимался сексом с девушкой, пока его стариков не было дома, большая часть гостей уже были нашими друзьями. Парень пытался выгнать нас, но этот молодой Цезарь должен был считаться и с толпой, и под тяжестью «Да ладно, отвали от них, они такие классные» и «Не будь занудой» поднимал большой палец. Вечеринка продолжалась. Ни евро в кармане, ни фирменной одежды, и все же два парня из гетто заканчивали субботний вечер на террасе возвышающегося над всем Парижем пентхауса с канапе в руке. Мы смеялись и развлекались. Затем садились на электричку и возвращались домой.

Однажды ночью в последней электричке мы со Стивом сидели друг напротив друга, прислонив головы к окну. Мы поделились наушниками, чтобы послушать Nas is like от Nas: «Я как дворник, зеленый жнец, как греки в Египте, многое познаю у мастеров». Через несколько мест впереди сидит живая легенда Лиги, он замечает нас и подходит поздороваться: «Как жизнь, молодежь?» Мы рассказываем, что вернулись с вечеринки в 16-м округе, где ели икру белуги и пили сок гуавы, поданные официантом в белых перчатках. Старик слушает нас, открыв рот.

– Эй, сиамские близнецы, – бросает он нам, – вы в массовке! Вы тратите свой интеллект на такую ерунду, в то время как вы можете инвестировать его в действительно полезные вещи! Знаете историю о трех маленьких поросятах из гетто?

Мы смотрим на него большими круглыми глазами.

– Я расскажу вам свою версию, – продолжает он. – В ней есть три типа. Первый живет в бразильской трущобе, второй – в гетто в сенегальском Дакаре, а третий – в одном из худших городов Франции. Первого зовут Эстебан, он ничего не делает в школе и проводит дни за тусовками и курением травки. Он строит соломенный дом, потому что у него нет бабла. Когда появляется волк, он ничего не может сделать, чтобы защитить себя. Второго парня зовут Ибрагим, он вяло работает и много почивает на лаврах. Всегда остается где-то посередине, выбирает самое легкое и в итоге строит хлипкий деревянный дом, вспыхнувший от первой искры. Третьего парня зовут Стив. Он, как видите, тихий тип. Усердно работает в своем углу, использует свои способности, чтобы делать полезные вещи, имеющие значение, понимаете? В то время как другие строят свою жизнь на скорую руку, он предпочитает боль дисциплины легкости развлечения. Ни телевизора, ни клубов, никакой девушки, никакой банды – у него нет времени на это. У него есть империя, которую надо построить. Внутреннюю империю, а затем внешнюю. Парень знает, что у него впереди десять лет, и также знает, что через десять лет у него будет кирпичный особняк, который устоит перед волками и прочими опасностями. Easy choices, hard life. Hard choices, easy life («Легкий выбор – трудная жизнь. Трудный выбор – легкая жизнь». Джерзи Грегорек, олимпийский чемпион по тяжелой атлетике).

Вамериканском блокбастере «Охотники за привидениями» 1980-х годов забавная команда охотников за призраками борется с маленькими и большими полтергейстами в Нью-Йорке. Они гоняются за призраками на старом «кадиллаке» и ловят их с помощью сверхмощных лазерных винтовок. Мы все таскаем в своей голове как минимум трех полтергейстов, заставляющих нас делать не самые приятные вещи.

• Первый заставляет делать то, что вредно: «Хорошо, кури ее, эту сигарету, получай удовольствие, нужно же от чего-то умирать!»

• Второй предлагает отложить то, что было бы выгодно нам: «Ничего страшного, сделай это завтра, не торопись, все будет хорошо».

• Третий поощряет к постоянной и сверхжесткой самокритике: «Ты видел, что сделал? Зачем ты это делаешь? Почему ты так говоришь?»

С Black Dragons Juniors мы регулярно собираемся вместе, чтобы читать рэп в парижской звукозаписывающей студии, которую посещают самые известные рэперы. Это великая эпоха микстейпов[6]. Мамбо, высокий лысый парень лысый с татуировкой в стиле Suge Knight, оплачивал все счета: студию, техников, запись. Именно он дает возможность пробиться молодым талантам, записывающим микстейпы. Он зарабатывает на выпущенных рэп-альбомах. Однажды он заметил меня и сказал: «У тебя отличные панчлайны![7]»

Мы садимся на старые обкуренные диваны, мелодия играет по кругу, и мы должны написать к ней текст. Пахнет холодным табаком и травкой. Пепельницы переполнены, а пустые бутылки скопились в углу. Я воспринимаю это как небольшое развлечение, ничего серьезного. В любом случае я пишу медленнее всех. Остальные способны положить текст на инструментальную мелодию меньше чем за час, в то время как мне нужно несколько дней. Мамбо здесь не просто так. Он должен выбрать лучших. Однажды вечером он встает и подходит к двум парням, сидящим на полу:

– Ты, ты… – сухо говорит он.

Затем обращается ко мне и добавляет:

– И ты!.. Вставайте.

Я вжимаюсь в старый диван, мне никогда не удавалось написать что либо за час. Все взгляды устремлены на нас. Я вижу, что у нас нет выбора. У меня полный блокнот текстов, но я не хочу ими пользоваться. Серьезно! Страницы заполнены отсылками к Древнему Египту, Атлантиде, приливами и отливами… Парни решат, что я чокнутый. Сидящий рядом со мной парень, наверное, давно заметил мои записи:

– Вытащи хотя бы свою тетрадь. Давай, чувак!

Черт, он спалил меня. Теперь у меня нет выбора. Я набираю воздуха и начинаю читать свой текст, рифмую его. Все замерли. Мамбо бросает мне:

– Кажется, это что-то больное для тебя. Продолжай!

Рене Магритт, бельгийский художник-сюрреалист первой половины XX века, написал «Вероломство образов». Это одна из самых известных его картин, изображающая трубку, под которой он написал: «Это не трубка». Объясняя, что он хотел изобразить в этой работе, Магритт говорил: «Эта знаменитая трубка. Как люди попрекали меня ей! И все же, вы можете набить ее табаком? Нет, это ведь всего лишь изображение, не так ли? Так что, если бы я написал под картиной: „Это трубка“, я бы солгал!»

Эта работа ведет нас к более широкому вопросу. Какой смысл стоит за словом или картинкой? Он универсален? Слово – это только то, что оно описывает? Или оно, как хамелеон, приобретает тот или иной оттенок в зависимости от окружения человека, который его читает, пишет или анализирует? Слово «свобода», например, настолько широко и мощно, что его значение не может быть универсальным. Восприятие свободы может быть очень разным у двух людей – в зависимости от опыта, культуры или языка.

Если бы я сказал вам, что в моем мире не существует поражения… Если бы вы рассказали мне о ситуации, в которой полностью облажались, и если бы я даже попросил вас нарисовать ее так же точно, как это сделал Магритт со своей трубкой, а затем написал бы внизу листа: «Это не поражение», что бы вы сказали? Конечно, это поражение для вас, потому что вы представляете его себе таким. Кроме того, вы всегда ассоциировали недостижение цели с провалом. Для многих людей, к которым я отношусь, провала не существует. Это, как и многие другие вещи, вера, субъективная интерпретация событий.

То, что не работает, – это всего лишь этап, черновой набросок успеха. Я бы даже сказал, что провал – неотъемлемая часть успеха. Каждое падение позволяет совершенствоваться и создавать лучшую версию себя и того, что вы пытаетесь достичь.

Все, кто оставил свой след в истории, пережили свои неудачи. Цитирую Томаса Эдисона, историю которого мы знаем: «Я не терпел поражений, я просто нашел десять тысяч способов, которые не работают», прежде чем изобрел электрическую лампочку и произвел революцию в доступе к свету в каждом доме мира. Он также говорил: «Наша самая большая слабость заключается в том, что мы сдаемся. Самый верный способ добиться успеха – это просто пробовать еще один раз».

Сбоев нет, есть обратная связь, обучение. Провал и ошибка заставляют чувствовать себя виноватым и демотивируют.

Напротив, результат, отличный от желаемого, надо рассматривать как дополнительную информацию о том, как мы поступаем и что получаем в итоге. Восприятие неожиданного ответа как обратной связи с контекстом дает нам ответственность и побуждает действовать. Если достигнутое – не искомый ответ, то необходимо менять свои действия, пока не получите желаемый результат. Такой подход, с одной стороны, это разрешить себе совершать ошибки, а с другой – принимать ошибки других. Ошибка – это необходимый этап обучения, источник знаний для всех. Возьмем, например, футболиста Лионеля Месси: он забивает 41 % своих голов. Можно считать, что он терпит поражение 59 % времени. И все-таки он один из величайших футболистов современности.

В течение жизни мы часто что-то пропустим. Самобичевание при этом бесполезно: 80 % наших попыток не сработают. У таких неудачных испытаний есть причина: проанализировать обратную связь и полностью принять те 20 %, которые увенчаются успехом. Как и Эдисон, успешные люди – это те, кто много раз терпел неудачи. Почему? Потому что они извлекают из этого правильные уроки, развивают свой творческий потенциал и продолжают свой путь.

В своей книге «Искусство мыслить» Грэм Уоллес определяет четыре этапа творческого процесса:

• Подготовка = решение сделать что-то: погружение в тему, чтобы понять ее коды. Это требует концентрации и целенаправленных усилий. Разум очень активен.

• Инкубация = созерцание: дух в тумане и мы позволяем ему бродить. Это период отдыха, отпускания-принятия, соединения с самим собой.

• Озарение = поиск вдохновения: эврика! Появляется идея.

• Проверка = выполнение: это этап рассуждения, когда в игру вступает здравый смысл и суждения, это шаг, этап трудоголика. Разум снова очень активен. Одни идеи нереализуемы и должны быть устранены, другие заслуживают того, чтобы еще немного подрасти. Затем вы отбираете несколько самородков, которые станут решением ваших проблем.

Когда я учился в седьмом классе, я, сам того не зная, побил мировой рекорд: меня отстранили от уроков истории, географии и обществознания. Не на три дня, и даже не на месяц – на весь год. Все началось двумя годами ранее, в торговом центре, куда мама с тетей часто ездили по выходным. Я умирал от скуки, поэтому они посылали меня развлекаться в магазин игрушек. Но напротив я заметил гораздо более интересный магазин: большой книжный, где книги были сложены в стопки до потолка. Это было волшебное место, с огромными деревянными лестницами, поднимающимися вдоль бесконечных полок. Мне нравился запах бумаги, проникавший в нос, как только я входил в дверь. Насколько я помню, верхние книги, ближе к потолку, были покрыты паутиной. Я стоял разинув рот перед колоннами коричневых, зеленых или синих переплетов из коллекции La Pleiade. Книжный магазин держал лохматый старик, носивший маленькие круглые толстые очки, из-за которых глаза казались крошечными. В выходные я заходил, брал книги с полок и садился на пол в углу, чтобы полистать их. Старый букинист в конце концов заметил меня. Он подходил ко мне, когда я выбирал книги, делал вид, что роется на полках, а потом садился на лестницу и наблюдал за мной. Когда я брал книгу, он неодобрительно вздыхал: «Хм! Хм!» и подмигивал мне в сторону соседней полки. Когда брал другую книгу, он одобрительно улыбался и говорил «Хин, хин», покачивая головой. Именно в его логове я открыл для себя тайны египтологии. Среди прочего я обнаружил удивительные тезисы Шейха Анта Диопа об истории Египта и фараонов в его книге «Негритянские нации и культура».

Наступил этот памятный год в школе… Египет – одна из главных тем по истории. Учительница спросила, хочет ли кто-нибудь сделать конспект по этой теме, который станет подспорьем для всех одноклассников. Вызвался я. И подготовил доклад, основанный на всех моих исследованиях. Моя учительница истории также преподает обществознание. Она – типичная активистка Национального фронта. Я начал говорить о том, что есть три версии о фараонах. Сначала раскрыл всем известную, а потом стал объяснять, что еще одна версия, основанная на фактах: египтяне были темнокожими, и именно они построили пирамиды, выстраивая их по Поясу Ориона, пока белые учились добывать огонь в пещерах. Я освоил предмет, поэтому привожу аргументы:

– В 1983 году ученый Г. Робин оценил рост фараонов по скелетам Ахмосиса I, Аменхотепа, Эхнатона, Тутанхамона и многих других. Он пришел к выводу, что структура их скелета может соответствовать только неграм. Спустя несколько лет североамериканская лаборатория обнародовала результаты анализов двух царских мумий: Аменхотепа III и знаменитого Тутанхамона. Анализ археологических данных этих мумий и членов их семей доказал, что они происходили из района Великих озер и Южной Африки. То есть мест, где жили только чернокожие…

В конце класса учительница больше не может стоять на месте и перебивает меня:

– Ты рассказываешь какую-то ерунду! Где ты взял эту чушь?

– Это результаты научных исследований, мэм, – отвечаю я. – И я не закончил. Исследование, опубликованное в British Medical Journal, показало, что Рамзес III – носитель гена E1B1a, являющегося африканским геном, специфичным для чернокожего населения Южной Африки, Сахары…

Учительница пересекла класс. Вырвала у меня листки, с которых я читал, покраснела и начала кричать и скандалить. Я попросил у нее объяснить, что не так, привести какие-то аргументы. У нее их нет. Она продолжала кричать на меня, схватила за рукав и объявила, что исключает меня из курса истории на всю оставшуюся часть года за плохое поведение. И я даже не успел рассказать о третьей версии истории, касающейся роли инопланетян. Как жаль! Тогда я предложил ей исключить меня из курсов географии, потому что намеревался решить вопрос о карте мира с расположением Европы вверху посередине, когда это не имеет смысла. Размеры ложные. Камерун, например, выглядит таким же, как и Швейцария, когда он в одиннадцать раз больше. Франция – так же, как и Мали, а на самом деле она вдвое больше. Эта карта сделана для того, чтобы мы поверили в величие Европы и западного мира, чтобы подвластные страны подсознательно принимали их господство, чтобы подсознательно мы приняли историческое господство стран Севера во время колонизации… В ярости она исключает меня из всех своих дисциплин: истории, географии и обществознания. Я же пользуюсь свободным временем, чтобы работать над своими текстами. Сижу один в пустом классе. Я изгнанник, потому что сказал правду. Можно было разозлиться или загрустить: но это ничего не изменит.

Какой подарок! Такой положительный оттенок я придаю этому событию: пишу свое пророчество, не зная об этом. Мне было бы интересно увидеть выражение лица этой учительницы сегодня, как бы она выглядела, если бы узнала, что я получил высшее образование.

Спустя годы я возобновил учебу в области менеджмента неправительственных организаций. Под моей ответственностью человеческие жизни, я хочу учиться. Как говорил Человек-Паук, один из героев моего детства, большая сила подразумевает большую ответственность. Уверен, что НПО, президентом которой являюсь, – локомотив моей жизненной миссии. Я вкладываю свои деньги в учебу. В конце концов мои запасы иссякли. По окончании учебного года понимаю, что не смогу продолжить. Я так беден, что волонтеры НПО в конце концов покупают мне свитер, перчатки и шапку. Они видели, что зимой я остался в сильно поношенном свитере. Мне придется остановиться на своем пути. Я не понимаю послания. Какую мудрость шепчет мне на ухо карма? Я не заставлю себя долго ждать… Перед летними каникулами Горный институт запускает большой конкурс чтения: «Десять тысяч страниц». За лето нужно прочитать не менее десяти тысяч страниц и подготовить читательские листы, чтобы представить их жюри при поступлении. Победителю предложат обучение. Мне для мотивации большего и не нужно. На два месяца я запираюсь дома читать. Я стал стоиком, аскетом. Как у Эдди в фильме «Области тьмы», мозговые способности у меня увеличиваются в десять раз без необходимости принимать таблетки.

К концу лета я прочитал все десять тысяч страниц, подготовил читательские листы по каждой книге с сопутствующими исследованиями и личными размышлениями. Волнуясь, я пришел в аудиторию. Здесь около десяти человек, в том числе пара друзей, пришедших поддержать меня. Жюри – пять преподавателей – прямо напротив. Быстро понимаю, что я единственный участник. Когда спрашиваю, ждем ли мы других, преподаватели переглядываются и смеются: «Почему ты думаешь, что будут другие? Кто проводит свое лето за чтением книг в наши дни?» Они берут мои записи и тщательно их просматривают. Я вложил в это все свое сердце, потратил более тысячи часов на работу, написал двести пятьдесят страниц. Они спрашивают меня о книгах.

Мой учебный год оплачен. Это новое приключение – как зеркало того, что я пережил со своим учителем французского языка. У меня странное чувство дежавю.

Чуть позже я уезжаю в Швейцарию к другу, генеральному директору крупной компании. Он помогает мне с НПО. Бесплатно выполняет часть работы, которая стоит на вес золота. Я рассказываю ему историю о конкурсе; узнав, что мне понадобилось два месяца на чтение десяти тысяч страниц, он находит баг:

– Эй, чувак! Ты знаешь о скорочтении? Это техника, которая позволяет за час прочитать двести страниц, запомнить двухчасовой урок за тридцать минут, – поучает он меня.

– Ты серьезно? Я думал, это что-то для китайцев.

– Действительно, но если ты поедешь в США или в Лондон, то можешь тренироваться. Я выучил технику. Если хочешь, я позанимаюсь с тобой два дня, передам тебе то, чему научился. В любом случае обучение будет тебе не по карману.

– Точно! Идет, подготовь меня!

После двух дней напряженных тренингов я чувствую себя Флэшем без его красного костюма. Кстати, Джей Гаррик и Барт Аллен, два персонажа комиксов «Флэш», могут запоминать прочитанное в сверхскоростном режиме, что позволяет накопить внушительный объем знаний. Когда я был мальчишкой, мог сравнить себя с Бартом, но теперь я как Флэш! Я супергерой!

В институте я провожу время в библиотеке. Мне нужно прочесть все книги. Я считаю их, делю на количество дней в году и получаю среднее количество книг для чтения в день. Пять книг в час. Я всегда опережаю других и часто получаю лучшие оценки. Другие студенты увидели мой способ и заинтересовались методом, который, похоже, приносит свои плоды. Студентка-юрист делает первый шаг и просит меня научить ее технике, потому что у нее скоро будет экзамен. Ей нужно проглотить внушительное количество материала. Я даю свой первый индивидуальный урок, потом еще один. Спустя время я формирую группы по пять человек, а затем – первая подготовка для 25 человек. Я еще не знаю, что создам единственный на планете метод, подготовивший трех чемпионов мира по скорочтению (три года подряд).

Воскресенье, 12 августа, терраса ресторана Lauda в Санторини, Греция. Еврейский банкир слева от меня, русский мафиози – справа. Мы делим сигары Cohiba Behike, перед глазами небо сливается с Эгейским морем. В течение дня во всех его оттенках становится все меньше синего, и вид на белые дома, висящие на обрывах, поражает. Звонят колокола церквей: голубые купола, одухотворенность, сказочная атмосфера… Я слышу крики продавцов оливкового масла и художников, предлагающих нарисовать портреты потоку туристов с огромных круизных лайнеров. Но мой разум в другом месте. Я размышляю о бытии и его загадках. Межгалактическая пустота причиняет мне боль. Десять лет своей жизни я потратил на приготовление еды в роскошных ресторанах, обслуживающих тщеславных и недобросовестных владельцев. Для чего? Чтобы носить брендовую одежду или кроссовки из лимитированной коллекции, сделанные детьми из стран третьего мира.

Сначала я обиделся на карму, как будто она одна виновата. Так легче – это уход от собственной ответственности. Если есть какая-то загвоздка, обвините карму. Бедная маленькая жертва! Подумайте немного: карма нейтральна, она не хочет ни вашего счастья, ни несчастья. Если она не использует вас положительно, значит, вы просто непригодны для использования. В этот момент своей жизни я в команде наемников в ресторане Le Marly. Нас называют «Неудержимые кухни». Один из моих наставников нанял меня, чтобы я работал с ним по выходным на частных обедах нью-йоркских бизнесменов или саудовских принцев, пришедших с единственной целью – пережить незабываемый кулинарный опыт: кассолет из лангусты, фуа-гра, запеченное в карамели с сидром, ягненок по-пиренейски в зажаренной корочке и с маленькими овощами… целая программа. Короче говоря, я веду прекрасную жизнь, у меня идеальная работа и очень, очень, очень хороший заработок. В то время я всегда гуляю с 10 000 евро в кармане, могу в любое время поехать в аэропорт или на вокзал, выбрать пункт назначения на рекламном щите и испариться на другой конец света, чтобы вернуться на работу после выходных. Как говорят: «Я на высоте». Тем не менее, сидя на этой террасе с видом на морем и наслаждаясь чашкой «Блю маунтин», я смеюсь про себя. Представляю в небе рекламный самолет, который тащит баннер с сообщением для меня: «Стив, ты просто позволяешь богатым клиентам испражняться дерьмом высокого класса». Не может быть и речи о том, чтобы эпитафия на моей могиле выглядела так: «Его единственной миссией на этой земле было производить пятизвездочное дерьмо. Покойся с миром, Стив».

Я люблю готовить, людей, которых встречаю, деньги, которые зарабатываю, но еще больше мне нравится идея отметить свой путь на этой земле. Мне бы хотелось, чтобы на моем надгробии было написано: «Этот человек внес свой вклад в прогресс». Найти смысл своей жизни, своего существования, как это сделал Виктор Франкл… Икигай, японская концепция, также повторяет этот поиск смысла во имя радости жизни. Как пишет автор книги «Найти свой икигай» Кристи Ванбремерш: «Найти свой икигай – значит найти работу, которую вы любите, которая имеет смысл, которая у вас хорошо получается и приносит достойный доход».

Размышления вызвали у меня жажду. Я заказываю у Мелины, официантки, бутылку «Берга» – одну из лучших вод в мире, прямо из канадских ледников старше пятнадцати тысяч лет. Я достаю книгу, которую читаю сейчас, в ней по одной истории на страницу. Мне нравится пролистывать их и останавливаться на одной в зависимости от ощущений. Я натыкаюсь на эти строки:

«Год 410, Паталипутра, равнина Ганга, Индия, 6 утра бесконечного лета под палящим солнцем. Адитья, бедный молодой человек, ходит к городским воротам, безуспешно спрашивая прохожих, есть ли у них для него работа. Свернув в переулок, он встречает старого знакомого, продавца чапати, который, как и каждое утро, предлагает ему пару пирожков. Мужчина знает, что Адитья ничего не ел и проголодался. В этот день продавец указывает ему на мастера, что чинит безделушки и обувь у городских южных ворот. Возможно, ему нужен помощник. По душной жаре Адитья бредет туда. Мастер, старый мудрец, одет в традиционный наряд: длинную тунику и широкие брюки из парчи с узорами. Ткань украшена серебряными рисунками.

– Добрый день. Вы ищете ученика? – спрашивает Адитья.

– Да, мне нужен кто-то, кто поможет мне починить обувь, приготовить чай и другие мелочи. Это простая работа.

Адитья принимает предложение старого мудреца и становится его учеником. В один прекрасный день перед мудрым стариком предстает скромно одетый смуглый молодой человек. Загадочное лицо, изящный силуэт… Он наблюдает за мастерской.

– Здравствуй, старик! – говорит он. – Ты хорошо знаешь Паталипутру?

– Да, я много лет чиню здесь всякие вещи. Я живу в Паталипутре, это мой родной город.

– Скажи мне… Каково это, жить в Паталипутре?

– Откуда ты?

– Из соседнего города, Праяга.

– А… И как там жизнь?

– Люди – ублюдки, воры и предатели… Это невыносимо, я больше не хочу их видеть.

Мудрец размышляет, кивает головой и потирает бороду.

– У меня для тебя плохие новости, – говорит он наконец.

– Какие же?

– Паталипутра такая же, как Праяга.

– Я знал! Знал это! Спасибо, что подтвердил это мне, старик, меня это успокаивает. Я не сумасшедший. Все большие города в любом случае похожи друг на друга. Я буду здесь настороже, как и в своем городе. Сегодня переночую здесь, а потом собираюсь найти работу и буду бдительным.

И молодой человек исчезает.

Адитья добросовестно продолжает свое дело, выполняя то, что ему доверил мудрец. Рабочий день мирно подходит к концу, но когда Адитья и мудрец начинают собираться, приходит еще один смуглый молодой человек, на этот раз богато одетый. Приятный, с невинным выражением лица и большими сияющими голубыми глазами, полными любопытства. Он подходит к мудрецу и ученику.

– Могу я попросить у вас стакан чая? – спрашивает он.

Адитья наливает чай.

– Вы хорошо знаете Паталипутру? – продолжает молодой человек.

– Да, я здесь много лет чиню всякие вещи. Я живу в Паталипутре, это мой родной город.

– И какова жизнь в Паталипутре?

– Откуда ты?

– Я из деревни, недалеко отсюда.

– И каково это, жить в деревне?

– О, знаете, деревня – это удивительно! Люди хорошие. Мы одна большая дружная семья. Все друг друга знают и ценят. Атмосфера теплая. Мы придаем большое значение доверию и дружбе. Это успокаивает и наполняет добром. Очевидно, что злые люди есть везде, но их меньшинство.

– О! У меня для вас отличные новости.

– Какие?

– Паталипутра – зеркало твоей деревни.

Лицо молодого человека начинает светиться.

– Я был в этом уверен! Мне говорили плохое про Паталипутру, но я был уверен, что это ложь. В глубине души я всегда знал, что это удивительный город. Спасибо за откровенность, старик! Я останусь здесь на ночь, встречусь с людьми и буду наслаждаться этой прекрасной атмосферой.

С сердцем, полным радости, молодой человек продолжает свое путешествие. Рабочий день заканчивается. Мудрец дает Адитье три маленькие монеты в награду за труд и остатки еды из своей сумки.

– Я не очень хорошо понял кое-что, – сказал тогда Адитья. – Почему ваше мнение о Паталипутре сегодня утром было отрицательным, а потом стало положительным?

– Мир – это всего лишь твое зеркало, – ответил мудрец. – Ты видишь себя в его отражении. Можно воспринимать только те качества и недостатки, которые носим в себе. Это также актуально для городов, стран и всего, что составляет этот мир и вселенную. Относительная реакция, которую ты даешь опыту, определяет его форму, ценность и результаты. Другими словами, опыт зависит от переживающего.

Когда ты наконец признаешь, что они обладают такой силой, получишь ключ к свободе. Дорогой Адитья, наши убеждения – это пророчества, которые мы пишем и которые сбудутся. Твои убеждения становятся твоими мыслями. Мысли рождают твои слова. Твои слова становятся твоими действиями. Твои действия порождают твои привычки. Твои привычки становятся твоими ценностями. А твои ценности создают твою карму. Прийти к победе над ними, достичь трансцендентности и называется «карма-сутра».

– Что значит «карма-сутра»? – спросил тогда Адитья.

– Дорогой Адитья, карма-сутра – это великая книга мира. Это книга, которая говорит с тобой голосом, не использующим слов. Слушай, и ты услышишь его».

Когда я создал свою новую НПО, мне снова пришлось уйти, потому что моя старая команда бросила меня после переворота. Тогда я написал письмо по образцу «Заповеди» Редьярда Киплинга:

Не говоря ни слова, я создаю классную НПО, признанную за качество ее действий и честность. Первые пять лет наша организация переживает молниеносный подъем, но не может преодолеть стеклянный потолок в 250 тысяч евро пожертвований в год. Наша бизнес-модель работает, но неэффективна, и мозг, создавший проблему, не может ее решить. Мне нужен хранитель ключей, тот, у кого есть код к Звездным вратам, межпланетному транспортному устройству, способному осуществлять квантовый прыжок с одной планеты на другую. Этот код успеха есть только у двух парней: Скотта Харрисона, президента Charity Water в США, и Макса, крупного деятеля европейского гуманизма. Я отправился в Нью-Йорк, чтобы встретиться с Харрисоном. Моделирование того, что он мне передал, стало одной из причин моего успеха. Чтобы двигаться дальше, мне нужен Макс…

Я часто вспоминал фразу венгерского писателя Фридьеша Каринти: «Мы все знакомы через шесть рукопожатий», опирающуюся на «теорию шести степеней разделения» или «шести рукопожатий», опубликованную в 1929 году. Она гласит, что любой человек в мире может быть связан с любым другим, следуя цепочке знакомств, содержащей не более пяти посредников. Спустя сорок лет эту гипотезу пытаются подтвердить два психолога – Стэнли Мильграм и Джеффри Трэверс. Они просят 296 добровольцев из Небраски передать открытку человеку из Бостона через шесть человек, находящихся в непосредственном контакте. Таким образом, друг представлял одну степень, друг друга – два степени и т. д. Опубликованное в 1967 году исследование Мильграма показывает, что открытка прошла около 6,2 степеней разделения, отсюда и шесть рукопожатий. Я активирую всю свою сеть, чтобы перейти от рукопожатия шестого человека к рукопожатию первого. Мне не хочется приходить и говорить: «Привет, парень! Теперь работай на меня!» Я предпочту сделать убедительное предложение. Поэтому использую стратегию маленьких шагов. Некоторые люди хотят встретиться со своим наставником, но отправляют простое письмо типа: «Станьте моим наставником!» Что они на самом деле могут предложить? Ничего.

Зная, что Макс борется за соблюдение ценностей в НПО – это наша точка соприкосновения, – я активизирую все свои контакты, чтобы ему сказали: «Есть парень, лучший в своем деле, он написал памятку под названием “Гуманитарная порнография”. Ты должен прочитать, это бомба, сброшенная на мир гуманитарной помощи».

И этот момент в итоге наступил. Последний из шести посредников сообщает Максу, что я предлагаю ему прочитать мой манифест, чтобы дать мне свой анализ, поделиться мнением и ощущениями.

– Прочитай, – говорит посредник, – он выложил свой манифест в интернет. Черт, я прослезился, когда прочитал его. Этот парень хорош, и похож на тебя, когда тебе было 20. Его мемуары настолько безумны, что наверняка получат ноль. Ноль героя, тот, что стоит двадцати из двадцати на свете. Это так называемое «правило нулевых героев». Почему? Ноль доказывает, что тот, кто пытается мне противоречить, не может мне возразить, просто потому что не имеет никаких возможных аргументов. Ноль – это невербальный язык, указывающий на то, что ты можешь быть лучшим, иметь самые невероятные аргументы, и не важно, что тебе никогда не поставят штамп в диплом. Лучшая школа не может поставить штамп «Проверено», потому что это было бы одобрением твоих слов. Лучшие школы поддерживают только тех, кто следует правилам. И если ты им не следуешь, тебе понадобится «смелость быть другим».

Когда парень сказал все это Максу, тот взял чашку кофе, сел за старый компьютер, и так началась наша первая встреча. Макс прочитал мою памятку, в которую я вложил все свое сердце и душу.

Моя дорогая маленькая НПО!

Дать тебе жизнь – это не желание и не воля, это необходимость перед лицом несправедливости, царящей в этом мире и морально обязывающей меня перед всеми формами животного, растительного и минерального творения, а также перед людьми. На самом деле я работаю, чтобы ты исчезла.

Это, конечно, утопия, но спасительная утопия, позволяющая мне не терять душу в дебрях социального и гуманитарного маркетинга. Человеческая жизнь – не коммерческий продукт, подчиняющийся законам рынка. Нет, человеческая жизнь стала священной. Во всех ее проявлениях она так же ценна, как новорожденный для своей матери. По этой логике, моя дорогая девочка, я запрещаю тебе инсценировать несчастья, превращать страдания в спектакль и бросать на растерзание толпе достоинство наших братьев и сестер, чтобы собрать средства, которые, скорее всего, не будут потрачены на помощь им.

Моя дорогая НПО, моя дочь, достоинство – это то, что у них осталось, когда отняли все. Сохранить его – это не просто обязанность, это клятва, которую ты дала при рождении. Жизнь полна испытаний, мы все проходим через них, и каждый из нас порой нуждается в уединении или близости, когда страдает. Никому не нравится, когда его обнажают в состоянии крайней уязвимости. Это правило действует для всего человечества. Показывать плачущих палестинцев – значит предать их сущность; показать сомалийского ребенка на последней стадии недоедания – это превращение нищеты в спектакль. Это попирает все этические нормы, ради которых ты появилась на свет, ради которых я отдавал тебе все свое время, молодость и искреннюю и бескорыстную любовь.

Моя дорогая НПО, доченька моя, я запрещаю тебе использовать эти методы, которые мы считаем неуважительными и не соответствующими человеческой этике, потому что они просто бесчеловечны. Важно информировать людей о том, что происходит, но эта информация должна соответствовать правилам, даже если эти правила означают, что мы соберем меньше денег. Мы живем в обществе образов, которому нравится вуайеризм, а страданиями оно наслаждается, как фильмом или сериалом.

Моя дорогая НПО, моя маленькая девочка, из уважения к нашим братьям и сестрам в человечестве и из любви к ним я установил для тебя этот лимит. Отдающие люди – это не кошельки, которые нужно прикарманить, не евро, которые нужно обналичить. Нет, у них есть стремление к взаимопомощи и братству, движимое глубокими ценностями. Эти устремления ищут способ реализовать себя в солидарности с теми, кто живет хуже. У тех, кто живет хуже, есть всевозможные потребности, выраженные или нет, реальные и насущные. Моя дорогая НПО, доченька, ты – создательница связей между стремлениями тех, кто живет лучше, и потребностями тех, кто страдает. Человеческая алхимия, где стремления идут навстречу нуждам, в уважении ко всем, с целомудрием, скромностью и прежде всего достоинством.

Моя дорогая НПО, девочка моя, прозрачность, которую ты должна им обеспечить, начинается с того, как ты общаешься с ними и просишь поддержки. Стань делом, объединяющим сердца, принеси облегчение нашим братьям и сестрам, страдающим по всему миру. Пусть любящий отец гордится тобой.

Прочитав мое послание, Макс позвонил мне:

– Я буду в Париже неделю. У меня всего одно окно: вторник, 19:30. Других вариантов нет. Я назначаю тебе встречу в ресторане Le Cinq. Постарайся прийти.

Сегодня день Икс, 19 часов, и я иду в ресторан, где у нас встреча. Дождь идет стеной, а у меня нет времени переждать. Я иду темными переулками, где запах жареных каштанов от уличных торговцев сигарет щекочет мои ноздри. Я прихожу в 19:15. Он уже там, и заканчивает телефонный разговор. Лысый череп, крутой костюм, но не кричащий, трехдневная борода – он выглядит как хороший человек, немного сдержанный и спокойный. Его живые глаза выдают его интеллект. Я должен быть эффективным и быстро привлечь его внимание. Увидев меня, он кладет трубку и переводит телефон в авиарежим.

– Привет, Стив, присаживайся. Отличная памятка, ты меня очень тронул.

У него поставленный и решительный голос. Я сижу перед ним и жду, пока он допьет кофе. Он чешет свою седеющую бороду.

– Эта твоя штука просто бомба! – добавляет он. – Но возникает вопрос: что ты собираешься с ней делать?

– Кораблю безопасно в гавани, но не для этого он был построен.

– Ты кажешься смелым, но этого недостаточно – ты должен готовиться. Если ты выигрываешь войну в планах, поле боя становится формальностью. Сейчас у тебя нет планов для Black Star, скорее – план для полки из IKEA. Тебе нужны источники, имена и книги, чтобы обогатить свою память. Ты знаешь Жана Циглера? Прочитай все, что он написал. Начни с «Империи стыда».

Я принял совет Макса по чтению. Проглатываю книги Циглера, швейцарского социолога и политика, специального докладчика при ООН по вопросу о праве на питание в мире: «Империя стыда», «Массовое уничтожение», «Геополитика голода», «Голод в мире, объясненный моему сыну»… Мы с Максом регулярно встречаемся, чтобы обменяться мнениями. Постепенно у нас налаживаются доверительные отношения, обмен мнениями и их передача. Однажды я почувствовал, что мне пора сделать ему свое предложение, то, что у меня на сердце. Если Макс привнесет в НПО свои ноу-хау, личный подход, это может все изменить. Я предлагаю ему работать с нами.

– Я бы хотел, чтобы ты помог мне преобразовать мою НПО, – говорю ему я. – Сегодня она большая в маленькой песочнице, но мне нужен твой совет, чтобы она стала маленькой НПО среди больших…

Макс молчит минуту, которая кажется мне бесконечной, а потом улыбается.

– Знаешь что? Я только что уволился из своей бывшей НПО, которая больше не соответствует моим ценностям, – признается он. – Твой проект действительно меня цепляет. Ты выглядишь как смесь Стива Джобса, запертого в его маленьком гараже, и Уильяма Харли и Артура Дэвидсона, создающих свой первый мотоцикл на кухне. Сейчас мне не терпится поучаствовать в новом проекте с нуля. Для меня это лучший способ почувствовать себя живым. Это зов приключений. Так что, если ты не против, я могу поработать с вами в течение года. Прежде чем мы поговорим о моей зарплате, у меня есть вопрос.

– Да?

– Сколько у тебя на банковском счете?

– С момента нашего открытия в 2009 году мы практически не использовали ни одного евро. Мы справляемся, делая все бесплатно: коммуникации, рекламу… Мы берем 10 % за управление, но не используем их. Технически у нас 60 тысяч евро в кассе.

– Условие, на котором я согласен работать с вами, в том, что моим первым действием станет – потратить все это. Через месяц у вас не останется ничего.

– Что значит все? На что, на проект? – спрашиваю я взволнованно.

– Все просто: через месяц я все потрачу.

– Ээээх. У меня на это ушло несколько лет.

Я начинаю потеть, уже вижу, как эта сумма уходит в дым, я в панике. Макс смеется.

– Подумай и ответь. Ты думаешь, что люди, которые дали тебе 2 или 5 евро, сделали это, чтобы ты держал их на своем банковском счете или заботился о бедных? Проблема твоей бизнес-модели – энергия.

Мы создаем то, на что обращаем внимание. Поэтому способны воплотить в жизнь как самые заветные мечты, так и худшие кошмары. Если мы боимся, то концентрируемся на этом страхе. Твои действия и мысли сосредоточены, например, на страхе упустить. И если ты боишься, что деньги закончатся, ты создаешь то, чего боишься.

– Если, наоборот, – продолжает Макс, – ты отпускаешь эту сумму, отпускаешь 60 тысяч единиц энергии и любви, ты посылаешь совершенно другое сообщение: «Я отдаю вам все, я полностью доверяю!» То же самое и у людей, находящихся в защитной позиции и пропитанных запахом недоверия, страха и измены. Они постоянно посылают своему телу сообщение: «Осторожно, опасность!» Таким образом, организм вырабатывает антитела, поскольку не способен отличить реальную опасность от надуманной. Ты должен знать, что все это может вызвать такие заболевания, как рассеянный склероз или рак. Эти люди, сами того не осознавая, включаются в механизм выживания. Стресс, полезный в небольших дозах, становится мощным ядом. Невозможно обвинить окружающую среду, что она отравляет их, потому что настоящий палач – это их убеждения. С другой стороны, те, кто слишком сопереживает, слишком добр, посылают своему организму другое сообщение: «Все хорошо, все добрые» и становятся жертвами различных недугов: тошноты, бронхита, кашля. Организм понимает, что путь свободен. В конце концов, зачем защищать себя, если нет опасности? Главное – занять позицию золотой середины. Одна пословица гласит: «У добра только один глаз, а у зла – только один». Если хочешь увидеть картину целиком, поставь себя в центр, это закон золотой середины, не только добро и не только зло. Оцени перспективы того, что произойдет, и прояви любопытство.

– Я принимаю твое предложение. Только один вопрос: что ты хочешь сделать с этими деньгами?

– У меня есть два варианта: раздать эту сумму бедным, либо 60 000 обедов, либо около 20 колодцев, или вложить ее в масштабную коммуникационную и маркетинговую кампанию. Если я выберу первое, от твоих 60 000 евро в итоге тебе ничего не останется. Если второе, превращу их в 250 000 евро, а затем 250 000 евро в 1 000 000 евро. Стив, повторяю тебе, ты президент НПО. Люди дают тебе деньги на инвестиции здесь и сейчас. Они не могут взять с собой эти деньги после смерти, поэтому дают их тебе, чтобы ты использовал их с умом. Ты проводник, как Акен, который сопровождал покойников в мир мертвых…

Макс встает и протягивает мне руку.

– Хорошо. Перед тем как уйти, я сообщу тебе свое второе условие.

Что он скажет мне на этот раз?

– Иногда я буду спрашивать твое мнение, – говорит он. В другой раз я скажу тебе: «следуй процессу» – вот и все. Тогда тебе придется быть дисциплинированным, «прирожденным учеником». Когда я стою перед тобой, мне хотелось бы иметь возможность сказать себе: «Ученик рождается…»

– Я вижу три значения этого самого слова…

– Ты знаешь язык птиц? Это очень популярная древняя практика алхимиков, которые используют слова, чтобы сказать гораздо больше, чем они значат – через игру звуков или побуквенную интерпретацию. Она дает скрытый смысл, усиливающий первое значение или отрицающий его. Поэт Мишель Бутор говорил: «Одно слово преследуют все похожие на него слова». Эта практика сегодня находит свое отражение в трактовках болезней, в их символике. La maladie (болезнь, фр.) – le mal-a-dit (зло говорит, фр.). Возьмем слово tumeur – «опухоль», мы слышим tu meurs – «ты умираешь», хотя этимология этих слов различается: tumeur происходит от латинского tumere – «дым», а mourir – от mori. Я могу даже привести тебе неопровержимые примеры на нескольких языках. Слово «ночь» (nuit, фр), например, образовано одинаково, по крайней мере, в двадцати языках. Оно пишется с помощью буквы N, к которой добавляется способ произнесения цифры 8. На английском N + eight (night), испанском N + ocho (noche), португальском N + oito (noite)…

– Что означает 8?

– Восьмерка напоминает о восьми фазах Луны, ночного светила. Видишь ли, Стив, случайностей не бывает. Слова имеют скрытый смысл. Я мог бы написать книгу о тонкостях этого языка, насколько он удивителен. Ладно, мне пора. Что касается твоей памятки, я еще раз прочту ее и дам парочку последних советов. Черновик прекрасен, теперь нужно внести последние штрихи. Скоро я дам тебе знать, и мы начнем серьезную работу.

Я доволен и знаю, что приход Макса в команду – это реальная добавленная стоимость. У нас небольшая команда. Мы эффективны. И эта эффективность напрямую связана с коллективным разумом, это связка.

Американский автор, тренер и консультант по нейролингвистическому программированию Роберт Дильтс рассказывает, что около десяти лет назад он участвовал в исследовании, которое финансировала французская телекоммуникационная компания. Целью исследования было проанализировать недавний провал. Компания хотела создать продукт для конкретного сегмента рынка на фоне сильных технологических разработок и конкуренции. Проект настолько масштабный, что над ним работает тысяча человек. С другой стороны рынка, гораздо менее значимый по размерам конкурент, с командой из двадцати человек, сумел быстро запустить продукт лучшего качества и подешевле. Как объяснить, что двадцать человек эффективнее, чем тысяча? Ответ: коллективный интеллект. Их подвел избыток.

Они просто применяли свои знания на практике, без особого энтузиазма и воображения. Вместе они образовывали собранный (1 + 1 = 2), а не коллективный разум (1 + 1 = 3).

Теперь сосредоточимся на стратегии руководителя проектной группы из двадцати человек. Основываясь на критериях, ожидаемых рынком, он просто дал направление: коллективное видение, энтузиазм, много обмена мнениями и мало конкретных инструкций. Они создали нечто большее, чем сумма частей, что-то цельное, и это первый принцип коллективного разума: вместе мы можем создать гораздо больше, чем по отдельности. Коллективный разум создают три фактора:

• настрой: надо сосредоточиваться не на достижении целей, а на доверии, обмене и постоянной и прозрачной коммуникации;

• действия: если настрой правильный, действия будут в полной мере соответствовать мыслям, и ими нужно будет каждый день обмениваться;

• результаты: настрой и действия дают результаты, выносящие вердикт коллективному разуму.

Чемпионат мира по скорочтению и майндмэппингу. Гонконг, 2018 год.

Параллельно с бурным развитием НПО я продолжал обучать и создавать ударную команду по скорочтению и майндмэппингу. Вместе с моей командой в 2018 году мы приехали в Гонконг на три дня раньше, просто чтобы хорошо провести время. Мы тренировались весь год, поэтому эти потуги перед смертью были бы бесполезны. Теперь пришло время для серотонина, адреналина и дофамина – нейромедиаторов, необходимых нам для нормального функционирования! Мы гуляем, едим насекомых, встречаем конкурентов со всего мира. Моя команда, «Лига Мутантов», состоит из тупиц, отбросов, людей с последней парты. Во главе – парень, который прошел путь от последней парты до Горного института, от армии до рэпа и от слэма к развитию человеческих качеств. Год назад я был никому не известен, даже Тони Бьюзен не пожал бы мне руку. Когда он приезжает на чемпионат – он мировая звезда, окруженная телохранителями. Для него я никто. Сегодня я создал сборную Франции и стал ее тренером. На церемонии завершения чемпионата я сижу в судейском кресле и смотрю, как мои ученики поднимаются по ступеням пьедестала. Моя команда выигрывает семь медалей из девяти, это невероятно. Золото и серебро в скорочтении, золото, серебро и бронза в майндмэппинге, в нескольких категориях. Я горжусь своей «Лигой Мутантов», горжусь той энергией, которую они вложили в себя, и путем, пройденным ими, чтобы подняться сюда. В момент, когда они выходят на сцену, эмоции переполняют меня, и я вспоминаю один эпизод. В 20 лет, сидя напротив своего отца в Тунисе через несколько дней после первой встречи, я услышал его слова: «Знаешь, Стив, если ты вырос без отца, может быть, карма решила, что тебе это не нужно, и позже она даст тебе что-то еще в качестве компенсации». В этот момент все мои наставники начали вальсировать в моем сознании: Макс, учительница французского, командир и все остальные.

В нескольких метрах от меня стоит Тони Бьюзен, тот, кого я называю «Тони Би», кого я мечтал встретить и обрести как наставника. Я присоединяюсь к нему на сцене со своей командой, чтобы сделать групповое фото. В зале шумно, я едва слышу, что он мне говорит. Пока все заняты тем, что показывают свои медали, он наклоняется к моему плечу и шепчет на ухо: «Ты – тренер, который за один чемпионат сумел собрать больше призов, чем Франция за тридцать лет соревнований. Браво! Факел передан».

Стоя на сцене в тот вечер, я и представить себе не могу, что через несколько недель узнаю о смерти Тони. Я не предполагал, что моя команда будет последней, что выиграла чемпионат мира при его жизни. Лучшее время для осуществления мечты – сейчас, пока еще есть время. Это правило жизни, ежедневно передаваемое мной ученикам. Оно приобретает еще больший смысл после этого трагического события. Я до сих пор помню наш с ним разговор и слова, которые все еще откликаются во мне:

Накануне соревнований мы с командой ужинали в ресторане возле нашего отеля. В городе, охваченном огнями и шумом, скромный ресторан, куда мы попали, выглядел как из другой эпохи: едва можно было разобрать содержимое наших тарелок. Официант усадил нас в задней части зала, и именно тогда я решил выступить со своей речью: «Друзья, сегодня вечером я хочу передать вам важное сообщение, а также десять советов, которые, я надеюсь, помогут вам укрепить ваше мастерство. Для начала я расскажу вам историю об одном парне, и этот парень я. Марк Аврелий говорил: “Если ты застрял в пути, значит, ты на правильном пути”. Я надолго застрял на пути своей жизненной миссии, и страдал из-за этого, как некоторые люди страдают сейчас. Если бы я мог вернуться в прошлое, то дал бы Стиву, страдавшему от этой буксовки, несколько советов.

Совет № 1, чтобы стать тем, кем вы хотите быть, нужно прекратить сотрясать воздух и говорить без дела. Действуйте, берите себя в руки и решайтесь сделать первый шаг, чтобы наконец выбраться из своей “глуши”.

Да, я знаю, попробовать что-то новое, чтобы измениться, – это тоже риск. Итак, поднимите голову и запомните совет № 2: если вы делаете то, что всегда делали, вы не получите ничего, кроме того, что всегда получали. Ничего больше. Ваше прошлое – это ваше будущее, или нет! Решать вам.

Совет № 3 принадлежит философу Сенеке: “Вы не осмеливаетесь не потому, что трудно. Трудно потому, что вы не осмеливаетесь”. Он прав, статистически страх убил больше мечтаний, чем могло бы убить поражение, просто потому, что многие даже не пытаются. И вместо того чтобы исполнить мечты и умереть с воспоминаниями, они умрут с сожалением.

Совет № 4 основан на принципе: “Вы либо побеждаете, либо учитесь”. Таким образом, можно сделать вывод: “Чем больше вы проигрываете, тем больше вы учитесь”, и

Я мог бы поверить Терезе, моему консультанту по профориентации, увидевшей меня в будущем садовником, когда я хотел заниматься совершенно другим. Вместо этого я ушел в спецназ, затем работал шеф-поваром в лучших ресторанах Парижа и потом снова решился на перемены. И стал президентом НПО, которая раздала несколько миллионов продуктовых наборов в Африке, помогла построить более тысячи колодцев и возглавила невероятную команду на чемпионате мира. Поэтому справедливо будет сказать, что сегодня я здесь отчасти потому, что следовал совету № 5: никогда не стоит верить тому, кто утверждает, что ты не способен на что-либо, не сможешь осуществить мечту. Что ты сумасшедший, потому что приехал в Китай победить в конкурсе скорочтения – ведь ты никогда не попадешь на пьедестал, китайцы непобедимы. Эти ограничивающие убеждения – всего лишь убеждения, это не ваша реальность, и точка. Томас Джефферсон сказал: “Я понял, что чем больше работаю, тем больше мне везет”. Наша жизнь – лишь зеркало нашего выбора… Это, кстати, то, что вы должны обязательно запомнить как совет № 6: в жизни можно сдаться, если вы путаете трудное с безнадежным, а можно быть позитивным и сказать себе, что все ваши ошибки – лишь доказательство того, что вы, по крайней мере, стараетесь.

Друзья моя, я не верю в удачу, нет, но верю совету № 7: удача, случай и совпадение – то, как невежды называют свое невежество. Хотите знать, во что я верю? Я считаю, что есть наука успеха, карма-сутра, состоящая из правил для совершенствования любого человека.

Совет № 8: делая то, на что вы никогда не решались сделать, вы получаете то, что никогда не удавалось получить с помощью старых методов. Вы хотите найти свой путь и развивать свой потенциал? Вам надоело мечтать о своей жизни, вместо того чтобы жить жизнью мечты? Сначала вы должны задать себе вопрос: действительно ли вы готовы отправиться побеждать самих себя, как это делали другие до вас? Если это да, вы должны знать, что совершенство – это не просто идеал – это процесс, которому учатся.

Совет № 9: совершенство – это не идеал, это внедрение метода повышения ваших навыков на 1 % каждый день. То есть 365 % годовых… Друзья, совершенство – это приложение для установки в вашем мозгу. Да, вы можете подумать, что оно стоит недешево. Но знаете что? Если вы думаете, что этот процесс становления и усовершенствования стоит слишком дорого, попробуйте невежество: оно обойдется вам гораздо дороже. Неумение общаться может стоить вам боли от развода, неумение учиться – привести к провалу экзаменов, неумение раскрыть свою личную легенду – стоить потери жизненной миссии. Я не то, что от меня ждут, – не милый улыбчивый тренер в костюме с галстуком, я – это я. Если вам не нравится, не слушайте, и все.

Вы слишком застенчивы, боитесь не добиться успеха, все время сдаетесь, чувствуете застой, плохо организованы, не знаете, с чего начать, курите, слишком много едите, прокрастинируете, вы перфекционист? Тогда совет № 10 для вас: выполнение того, что не работает, приводит только к одному: еще большим сбоям. Так что продолжайте, если вам это нравится, или…

У меня есть для вас альтернатива, но она столь же радикальна, как и совет тому, кто боится высоты, – совершить прыжок с парашютом. Друзья мои, лучшее время для инвестиций в себя было десять-двадцать лет назад. Вторая возможность появилась сейчас, так что забудьте обо всех своих ограничивающих убеждениях и страхах и бойтесь только одного – остаться точно на том же уровне через год, два, пять лет, так и не развившись. Стоп! Проигравшие ищут оправдания, а завтрашние победители найдут способы. Переломить ход игры – ваша миссия, вы на подиуме с медалями, я это вижу…»

25 декабря 2019 года. 23:30.

Я сижу один на берегу моря. В конечном счете придуманный мной метод – единственный, что три года подряд превращал никому не известных ребят в золотых медалистов на чемпионате мира по скорочтению. «Один раз это может быть удача, – говорил командир. – Два раза – маловероятно, три – это уже наличие стратегии». Мы только что снова выиграли. Если бы Тереза видела меня, если бы моя учительница французского, если бы… мой отец видел меня. Мне больше не нужно, чтобы меня видели, больше не нужно зеркало: я пришел к тому, чтобы видеть душой…

Перед этими перспективами я отпускаю руку своей дочери: «Иди, беги, живи, ты большая, ты красивая, я тебе доверяю. Если я тебе понадоблюсь, я всегда буду рядом». После десяти лет, проведенных во главе моей НПО, я передаю факел Максу. Хорошо о ней позаботься… Я также снимаю майку капитана сборной Франции по скорочтению и передаю ее новому поколению. «Почему?» – спрашивает мое эго. Я вежливо кладу ему руку на плечо и доброжелательно говорю: «Везде наступит мир в тот день, когда сила любви будет сильнее любви к власти».

Передача – это акт благотворительности. Передать бизнес или произведение – значит дать и другим, кроме себя, шанс добиться успеха. Нечитаные книги созданы для того, чтобы дать другим удовольствие овладеть знаниями. Зачем пытаться иметь все, делать все и знать все? Суть передачи – отдавать. Чтобы создавать и созидать, нужно сосредоточить свои усилия. Сосредоточиться – значит отказаться от всего, за одним исключением. Так давайте же сосредоточимся на том, что нам оставили другие. Сделаем то, что больше никто не хочет делать. И передадим все остальное.

Борису Цирюльнику, Сунь Цзы, Пьеру Бурдье, Жану Бодрийяру, Стивену Карпману, Эрику Берну, Роберту Розенталю и Леноре Якобсон, подопытным из Oak School, Уильяму Айзеку Томасу, Мартину Селигману и Мишелю Лежуайо, Филиппу Робишону, Милтону Эриксону, Фридьешу Каринти, Эдварду Лоренцу, всем Black Dragons Juniors, с которыми я встречался (Мамбо [покойся с миром]), Кевину, маленькому богу и т. д.), Бобу Марли, Аз, Томми Колдуэллу и Кевину Йоргенсону, Роберту Дильтсу, Public Enemy, EPMD, Afrika Bambaataa, Рене Магритту, магическому глазу, Жану Циглеру, Lords of the Underground, Насу, Jay-Z, Шейху Анта Диопу, Масутацу Ояме, Нео, Солу Уильямсу, всем тем, кого я не цитировал и кто тем не менее сделал меня тем, кто я есть.

Эта книга также посвящена памяти Ибрагима Кейты и его матери.

Спасибо за теплый прием, за то, что в вашем доме я чувствовал себя как дома…

Чтобы знания из этой книги могли перейти от мозгового уровня к клеточному, их необходимо интегрировать и, следовательно, прожить. Для этого я предлагаю вам подчеркнуть или выделить каждое правило кармы, как только вы примените его хотя бы раз в жизни:

То, что вы не делаете, влияет на ваше будущее не меньше, чем то, что вы делаете.

Самое важное – это сохранить самое важное как самое важное.

Пока вы не любите себя, вы – опасная компания для других.

Отдающие должны научиться устанавливать границы, потому что те, кто берет, иногда не знают границ.

Не сдавайтесь!

Вы – еще не ограненный драгоценный камень.

Препятствие – это просто гора, которую нужно преодолеть, не более того.

Вы не проходите через испытание, вы проходите через себя.

Вы не то, что с вами случилось, вы то, кем решили стать.

Ожидая, когда другой изменится, вы зависимы. Я отказываюсь менять другого. Я просто иначе организую себя.

Если вас раздражает каждое трение, как тогда отполировать ваше зеркало?

Сделайте мир лучше после себя.

Если вы ходите по кругу, разорвите его.

Все, что принадлежит нам, приходит к нам, если мы создаем способность принимать это.

Совершенство – это не дар, это процесс, которому нужно учиться.

Качество – это количество усвоенного.

То, как мы делаем мелочи, определяет, как мы делаем все.

Вы делаете свой выбор, а затем ваш выбор делает вас.

Когда мы больше не можем изменить ситуацию, перед нами стоит задача изменить себя.

Ничто не теряется, ничто не создается, все трансформируется.

Ваша задача – не искать любовь, а просто искать и находить все барьеры внутри себя, которые вы построили против нее.

Войну побеждают в планах, и единственный возможный план Б – придерживаться плана А.

Войну побеждают в планах, а не на поле боя.

Бесконечное терпение приносит немедленные результаты.

Лишить мир света – это преступление против человечества.

«Вы уникальны в этом мире, и ваше самовыражение уникально. Если вы заблокируете его, оно никогда не будет существовать через какой-либо другой носитель и будет потеряно. Мир останется без него. Не ваше дело судить о его качестве или сравнивать с другими. Ваш долг – позволить ему идти своим путем».

Выживают не самые сильные и умные, а те, кто лучше всего адаптируются к изменениям.

Относитесь к людям так, как будто они такие, какими должны быть, и вы поможете им стать такими, какими они могут быть.

Направление важнее скорости.

Карма – не шлюха, это зеркало.

Каждый поступок – это бюллетень для голосования за лучшую или худшую версию себя.

Выполнение того, что не работает, приводит только к одному: еще большим сбоям.

«Легкий выбор – трудная жизнь. Трудный выбор – легкая жизнь».

У каждой истории – три версии, у каждой драмы – три выхода, у каждой игры – три правила.

Противоядие можно сделать только из яда.

Наши страхи – как дети. Мы не пытаемся убедить ребенка, вызвать у него осознанность, мы заставляем его экспериментировать.

Любую болезнь души, которую не излечиваете, вы передадите своим детям.

Если у вас есть страх, сделайте из него цель.

Думайте, что у вас есть решение, и вы приучите мозг находить его.

Нельзя одновременно подчиняться миру и хотеть изменить его.

Трава зеленее не у соседа, она зеленее там, где ее поливают.

То, что не работает, – это всего лишь этап, черновой набросок успеха.

Если вы стараетесь, у вас есть шанс победить. Если не пытаетесь, вы уже проиграли.

Когда ученик готов, появляется мастер.

Прежде всех других клятв ненасилия дайте клятву ненасилия по отношению к самому себе.

Ваши убеждения становятся вашими мыслями. Мысли рождают ваши слова. Ваши слова становятся вашими действиями. Ваши действия порождают ваши привычки. Ваши привычки становятся вашими ценностями. А ваши ценности создают вашу карму.

Достоинство – это то, что остается у людей, когда у них отняли все.

Вы создаете то, чего боитесь.

Иногда у вашей головы уходят годы, чтобы понять то, что уже знает ваше сердце.

Мои книги для чтения:

Rûmî, Odes mystiques, Klincksieck, 1973.

Masutatsu Ōyama, La Voie Kyokushin, Guy Trédaniel, 1990.

Sun Tzu, L’Art de la guerre, Champs classiques, 2008.

Revues Strange, Lug, 1970–1998.

Revues Titan, Lug, 1976–1998.

Эрик Берн, «Игры, в которые играют люди», Stock, 1984.

Ernest Larson, The Usual Suspects, Bel modern classics, 2008.

Collectif, Le Guide du routard, Tunisie, Hachette, 1998.

Christie Vanbremeersch, Trouver son ikigaï, Éditions First, 2018.

Rudyard Kipling, Tu seras un homme mon fils, suivi de Lettres à mon fils (français), Livre de poche, 1998.

Jean de La Fontaine, Fables, Auzou, 2011.

Trois initiés, Le Kybalion. Études sur la philosophie hermétique de l’ancienne Égypte et de l’ancienne Grèce, éditions H. Durville, 1917.

Jean Ziegler, L’Empire de la honte, Fayard, 2005.

Christiane Singer, Où cours-tu, ne sais-tu pas que le ciel est en toi? Albin Michel, 2001.

Carl Jung, L’Âme et la Vie, LGF, Livre de poche, 1995.

Boris Cyrulnik, Les Nourritures affectives, Odile Jacob, 1993.

Поздравляю! Вы можете гордиться собой и поздравить себя с тем, что приняли решение прочитать эту книгу! У вас есть все шансы стать не зрителем, а действующим лицом в своей жизни!

Ваша судьба теперь принадлежит вам, и, если эта книга действительно помогла вам в личном пути…

…ПОЙДЕМ ЕЩЕ ДАЛЬШЕ и предложим вам исключительный бонус, о котором вы сможете узнать на:

www.bysteve.com/book

ВЫ – ЛЮДИ КНИГИ

Будьте осторожны, эта книга не самоуничтожится после того, как вы ее прочитаете… Напротив, это подарок, который предназначен для передачи.

Ваша миссия, если вы ее примете, будет заключаться в том, что передать книгу тому, кого любите. Положите ее на скамейку в сквере, предложите бездомному, одолжите больному другу, передайте заключенному, отправьте эмигранту… Короче говоря, откройте или завершите цепочку передачи, что свяжет меня с вами, а вас друг с другом и целым миром – и сделает нас единым целым.

Christiane Singer, La Transmission de l’essentiel, émission «Racines» du 13 mai 2005 sur la télévision suisse TSR. – Прим. авт.

Плутарх, Моралии, «О пользе от врагов». – Прим. авт.

Милтон Хайланд Эриксон (1901–1980) – американский психиатр и психолог. Его новаторский подход к психотерапии основан на убеждении, что пациенты обладают ресурсами внутри себя, чтобы адекватно реагировать на ситуации, с которыми они сталкиваются. – Прим. авт.

InterviewdePatrickLonoh, akaDocteurClean.https://www.vice.com/fr/ article/3bg4vv/jetais‐un‐black‐dragon‐893. Michel Patrick Lonoh, J’étais un Black Dragon. Histoire d’un militant noir en France, L’Harmattan, 2015. – Прим. авт.

В психологии транзакционный анализ или ТА – это теория личности, социальных отношений и коммуникации. Созданная в 1958 году психиатром и психоаналитиком Эриком Берном, она постулирует три «состояния эго» (Родитель, Взрослый, Ребенок) и изучает интрапсихические феномены через реляционные обмены или «транзакции» двух или более людей. ТА предполагает, что все люди изначально позитивны и что решения, принятые в детстве, влияют на поведение. Его цель – помочь восстановить контроль над собой, чтобы процветать. – Прим. авт.

Сделанная в домашних условиях подборка музыки (обычно защищенные авторским правом), записанная в определенном порядке на некий носитель. Песни могут быть в разным темпе, а могут быть «смиксованы» и подогнаны по ритму таким образом, чтобы подборка представляла из себя один длинный трек. – Прим. ред.

Строка рэп-куплета, которая содержит в себе неожиданный смысл, игру слов, аллюзию или шутку, вызывающую реакцию слушателя. – Прим. ред.