Было такое неимоверное желание взять ручку и начать строчить на листах блокнота абсолютно всё, что скопилось во мне за эти 6 лет, но как только я открыл первый чистый лист, моё стремление в один миг куда-то исчезло. Успокаивает одно: этому есть хоть какая-то причина…

Иногда меня поражает то, как я делаю заведомо бесполезные вещи, при этом в глубине души всё же надеясь на какое-то чудо. Каждое написанное мною слово исчезнет, и смысла в том, что я делаю, нет никакого. Хотя за последние 6 лет смысл любого моего действия в целом пропадает с наступлением рассвета. К чёрту, я, возможно, свихнулся, но не настолько, чтобы сейчас сидеть и писать, будто завтра эти строчки, сломав принцип моей нынешней вселенной, останутся здесь.

И до сих пор всё на месте.

Да, неплохо меня встряхнуло. Нет, это невозможно, просто невозможно…

О, снова начинает накрывать, значит, я не до конца отошёл от того, что 2 октября сохранилось.

Интересно, если дать кому-то прочитать всё это, через какое время он или она захочет позвонить в психушку и отправить меня на лечение?

Первый забавный факт на сегодня, до сих пор всё на месте. Второй забавный факт: сижу в парке возле своей школы и прогуливаю четвёртый урок, хотя школу я закончил ещё 11 лет назад. Третий факт: разорвав блокнот и выбросив его, я неожиданно для себя испытал страх того, что уничтожил его, но нет, утром он лежал на своём месте, сохранив каждое написанное мною слово. То, что я его разорвал и выбросил, а утром он лежал там, где был вчера, меня не удивляет, но факт сохранности текста продолжает поражать.

Это бред, просто бред…

Что могло сломаться?

Стоит признаться, что впервые за многие годы мне почему-то было страшно совершить самоубийство, хотя в этом деле я точно лучший, хотя бы из-за того, что смог провести как минимум больше одной удачной попытки суицида.

Так, ладно, спустя столько времени я вроде бы могу мыслить рационально. Всё-таки, если рассматривать произошедшее с позиции…

Нет, к чёрту. Нечего тут рассматривать. Просто произошёл сбой, точно такой же, как 6 лет назад. Конечно, тут я немного погорячился, потому что масштабы несовместимы.

Да пошло оно все, серьёзно, всё мною написанное сохраняется? Такими темпами я начну ходить в церковь и молиться Богу! Ещё одно такое чудо, и я точно подамся в религию.

Раз всё сохраняется, и каждая написанная буква не исчезает по прошествии суток, тогда стоит написать вообще о том, с чего всё началось.

Я закончил университет и первый год работал штатным журналистом в одном из местных изданий. Жил в двухкомнатной квартире, которую мне купили родители после того, как я окончил 11-й класс. Неправильно будет говорить, что моя жизнь катилась в бездну, потому что на тот момент мне было всего 23 года, но я чувствовал, что занимаюсь не тем, чем бы стоило. Однако размеренная жизнь без каких-бы то ни было сильных переживаний, приправленная зарплатой, которой в принципе хватало, глушили попытки пробудить во мне желание перевернуть свою жизнь с ног на голову и жить как мне на самом деле хочется. И вот настал день, когда моя жизнь перевернулась в прямом и переносном смысле этого слова. Да, написать о нём будет труднее всего, потому что тот день за эти годы я успел уже несколько раз и полюбить, и возненавидеть.

Последние 6 лет я пытаюсь найти связь между этим днём и будущими событиями, сковавшими меня во временной петле, выбраться из которой мне пока что не представляется возможным. Я так и не нашёл ничего, что могло бы дать хотя бы маленькую зацепку для разгадки тайны, лишившей меня будущего.

Я проснулся в 6 утра, налил в кружку зелёный чай и закурил. Затем вышел на балкон и начал размышлять о том, что уже завтра начинается мой двухнедельный отпуск. После открыл ноутбук и начал редактировать статьи некоторых новичков, пытавшихся устроиться к нам в редакцию. Работал я из дома, так как пандемия изменила восприятие людей и дала понять, что в «своём храме» работать тоже можно, а в некоторых случаях это даже более продуктивно. После 10 утра я начал писать сам и делать рерайты на публикации других изданий. В тот день я отпросился у боссов пораньше. Выгорание настигло и меня. В итоге рабочий день продлился не до 9 вечера, как это бывает обычно, а до 7.

Оставшиеся несколько часов перед сном я захотел провести под фильм и пару бутылок пива. К тому моменту для меня стало нормальной практикой пить пиво практически каждый день. К тому же ждать чего-то другого от холостяка, для которого одно из развлечений в жизни – это заказ пиццы и просмотр фильмов, думаю, вряд ли стоит.

Посмотрев «Криминальное чтиво» Квентина Тарантино и «Рыцари справедливости» Андерса Томаса Йенсена, я пошел на балкон покурить и обдумать всё увиденное мною на экране монитора. После быстро выкуренной сигареты я отправился в постель и мгновенно уснул. Тогда я даже представить не мог, что ждёт меня утром…

И вот я открываю глаза от продолжительного сигнала будильника, хотя я отчётливо помнил, что не заводил его, так как просыпаться в 6:45 в первый день своего долгожданного отпуска – это какой-то бред. Предположив, что вчера из-за выпитого пива я забыл про отпуск и завёл будильник, не обратив внимания на дату, тут же «выключился» снова. А спустя полчаса мне позвонил начальник. Диалог я не очень хорошо помню, но суть была примерно следующей:

– Ты почему не вышел?

– В смысле?

– В прямом. Ты не онлайн.

– Так у меня отпуск.

– У тебя отпуск послезавтра.

– Так сегодня же девятое.

– Нет, сегодня седьмое. Ты, наверное, перетрудился, завтра сделаем тебе сокращённый день. Всё, через 10 минут будь онлайн.

После двухминутного ступора, во время которого в моей голове не было ничего, кроме той самой обезьянки, бьющей в тарелки, я встал с кровати и начал заваривать чай с полным осознанием того, что вчера было 8-е число. Сложно было поверить в то, что я мог настолько сильно переработать.

Допустив, что, может быть, в какой-то из вселенных это возможно, я, не заморачиваясь, пошёл работать. Весь день мне пришлось набирать тексты лишь с одной целью: не думать о том, что произошло ночью, потому что лишь одно воспоминание об этом взрывало мой мозг.

Работал я почти без отдыха, так как даже во время перекура в голову сразу лезло то, что произошло утром, а думать об этом не хотелось. В 9 вечера я закрыл ноутбук и решил поскорее лечь спать, чтобы в очередной раз не поддаваться искушению загнать свой мозг настолько сильно, что до рассвета не сомкну глаз.

Под звон будильника я отрываю голову от подушки и тут же смотрю на дату на экране телефона.

И вот я в растерянности и страхе, как хомяк в колесе, бегаю по квартире и пытаюсь хоть как-то разобраться в том, что происходит. Всё, на что меня хватило – позвонить начальнику и сказать, что заболел живот, поэтому работать сегодня не смогу. Очень правдоподобно было то, что говорил я это, немного заикаясь и дыша так, словно в этот момент получаю последнюю порцию кислорода в жизни. Начальник даже немного разволновался и сказал, чтобы я вызывал скорую, потому что голос у меня был точно нездоровый. Я попытался как можно скорее закончить разговор и сразу, как повесил трубку, лёг на кровать и схватился за голову, пробыв в таком положении около часа.

Меня всего трясло. Проблема в том, что я даже не мог к кому-то обратиться за помощью, потому что в эти бредни сумасшедшего никто бы не поверил. И тут я поймал себя на мысли, что сошёл с ума. Недолго думая, с надеждой поскорее закончить весь этот кошмар я набрал номер клиники для душевнобольных и в двух словах описал происходящее. Долго разглагольствовать не пришлось, и через некоторое время я уже ждал бригаду санитаров, которые должны были уложить меня в палату, где я готовился провести неограниченное количество времени.

В больнице меня осмотрел главврач, провёл несколько тестов и сказал, что у меня сильное расстройство и лучше мне «погостить» у них несколько дней. Самое удивительное, что по всем его тестам я был совершенно здоровым человеком. Как сейчас помню лицо того врача, который разговаривал со мной как с провинившимся школьником, но при этом он и сам не понимал, что именно со мной случилось. Видимо, поэтому он и решил поставить мне в диагноз лишь сильное эмоциональное расстройство.

Меня перевели в палату и дали несколько таблеток, после которых я почувствовал облегчение и чувство лёгкой эйфории. Все проблемы тогда мне показались настолько чуждыми, что хотелось лежать и в принципе ни о чём не думать. К вечеру мне дали ещё одну порцию таблеток, после которых я уснул.

Моя квартира, звон будильника, я снова смотрю на дату и понимаю, что дело здесь точно не в моём психическом здоровье. Сказать честно, я даже не помню этот день, кроме того, что написал ранее, и в принципе на этом можно и закончить.

Думаю, посмотрев на последовательность дат, можно догадаться, что же всё-таки со мной произошло. В один момент моя жизнь пошла в обратную сторону, и я лишился будущего.

Моя жизнь до 8 сентября 2022 года – реальность.

Моя жизнь после – коматоз.

Снова тот же парк. А ведь раньше я и не замечал, насколько он уютный. Пусть мимо меня и проходят люди, складывается такое впечатление, будто я в своей комнате в огромном доме, коридоры которого похожи на лабиринт, и в эту комнату дорогу знаю лишь я один.

Когда я прогоняю происходящее со мной в голове, то ситуация кажется не такой уж и странной, потому что за эти 6 лет мои чувства знатно притупились. Но когда я воспроизвёл на листе бумаги те первые дни, то вновь ощутил эмоции, от которых мне пришлось отходить последние пять дней. Будто написанное мной стало своеобразным дефибриллятором для моих угасших чувств. В итоге мне пришлось несколько раз суициднуться, чтобы хотя бы немного разгрузиться.

Да, теперь суицид для меня не способ умереть, а хороший способ перезагрузить организм.

Первое самоубийство самое запоминающееся, потому что именно оно стало первым. Можно провести аналогию с первой любовью, поцелуем, или сексом. Еще в 2022-м я сбился со счёта в попытках убить себя, потому что происходит со мной это регулярно. Но мой первый суицид случился…

В то утро я проснулся от звона будильника. Как бы сильно я ни хотел, чтобы коматоз поскорее закончился, но не менее сильно я ждал момента, когда ещё не начал работать, чтобы больше не слышать этот чёртов будильник по утрам. Примерно неделю каждый день я просыпался и лежал в кровати так долго, как только мог, предварительно включив на телефоне беззвучный режим, чтобы не дать шансов начальнику до меня дозвониться. К тому моменту я уже перестал постоянно думать о выходе из коматоза, потому что все мои попытки ни к чему не привели, и я всё чаще прибегал к тому, что шёл в магазин за новой бутылкой пойла и в течение дня выпивал её в попытках забыться. Пару раз пытался поговорить с друзьями, но меня никто не хотел слушать. К тому же я сам, когда видел, что на меня смотрят как на сумасшедшего, сразу заканчивал попытки хотя бы что-то объяснить и просто уходил в себя.

А еще я подсел на наркотики. С системой добычи веществ я познакомился через интернет, пусть и до этого никогда не употреблял ничего, кроме травки, которой меня угощали. Тогда я уже попробовал несколько психоделических наркотиков. Один раз меня чуть не поймала полиция, но мне удалось сбежать. Забегая вперед – я всё равно попаду в отдел, но тогда во мне ещё жил страх попасться при попытке найти «закладку».

Тогда же я заметил, что повторяется не только время, в которое я просыпаюсь, но и состояние. В один из июльских дней, ещё до коматоза, мы распивали, и я тогда сильно перебрал. Наутро у меня было сильное похмелье. Так вот, когда настал коматоз, в тот же день, я проснулся и ощущал ровно такую же боль в голове, что была в моей прежней жизни. То есть если условного 8 июля меня мучило похмелье, то и в коматозе 8 июля было аналогичное состояние.

Я лежал на кровати, пока мой мочевой пузырь не достиг пиковых размеров, и мне пришлось идти в туалет.

Примерно в 3 часа дня я просматривал очередные варианты «закладок». Наткнулся на ту, по причине которой несколько дней назад меня чуть не забрала полиция, и решил, что сегодня употреблять я не стану. Поэтому, недолго думая, отправился в магазин и купил бутылку самого дорогого виски. Я брал в магазинах всё самое дорогое, так как стоимость не имела значения, ведь мой счёт с каждым днём лишь возрастал, конечно, до момента, пока не наступал последний день перед зарплатой. Я ни в чём себе не отказывал, но никакого удовольствия от этого не получал.

В тот день, к моему удивлению, у меня было приподнятое настроение, поэтому я решил заказать еду на дом, конечно же, из самого дорогого ресторана. Когда корзина на сайте была заполнена, я вдруг обнаружил, что из-за покупки виски мне не хватало денег на оплату, поэтому оперативно позвонил кому-то из друзей и попросил занять денег. Всё равно отдавать бы не пришлось, поэтому взял в долг достаточно крупную сумму. Примерно в 6 часов вечера я забронировал себе сауну и к 8 часам уже вызвал такси, чтобы доехать до нее. По приезде туда я раздумывал над компанией, и на ресепшне мне дали список девочек по вызову с фото и ценами. Заказал сразу троих.

Вспоминая то своё состояние, на моём лице появляется улыбка. Я тогда был настолько спокоен, что даже условный лесничий, живущий совсем один вдали от цивилизации, мне бы позавидовал. Причиной стало то, что я был готов в тот день умереть. Когда мой разум смирился с этим фактом, то я решил провести день так, как хотел уже давно, поэтому и позволил себе самые примитивные прелести жизни.

В очередной раз заказав еду и алкоголь, только уже в сауну, я ждал приезда девушек. В сауне я мог провести 8 часов, а девушки были заказаны на всю ночь, хотя я знал, что уеду домой без них.

Тогда для меня это был первый опыт общения с девушками по вызову, но, забегая вперед, не последний. Вот только услуги у них не ограничиваются одним сексом. Я даже не представлял, насколько проститутка – внимательный слушатель и отличный психолог, когда вы ей заплатили лишь за то, чтобы поговорить. В целом моё мнение о проститутках сильно изменилось. Их нельзя называть падшими, скорее потерянными. Честно сказать, я к ним пропитался уважением. То, что они выносят, не смогут выдержать очень многие мужчины. Они достойны лучшего отношения по сравнению с теми дамами, которые продают себя не на одну ночь, а на всю жизнь, а таких девушек в наше время, к сожалению, огромное множество.

Итак, в тот вечер в сауне я напился, потом испробовал все возможные извращения, которые только могли прийти мне в голову и за которые наутро должно было быть стыдно, но я тогда не знал, что утро всё-таки наступит. Ближе к концу вечера я начал рассказывать им всё, что со мной происходило за последние несколько месяцев, на что они реагировали так, будто и правда верят мне и искренне переживают. Тогда-то я и сделал для себя открытие, что проститутки нужны не только для того, чтобы с ними спать.

Когда мы начали собираться, я сказал им, что домой поеду один, а они могут быть свободны. Они изрядно удивились, но по их глазам было видно, что последней новостью остались довольны. Когда таксист тронулся, я сказал ему, что сегодня был самый лучший день в моей жизни.

Приехав домой, я разогрел оставшуюся еду из ресторана, открыл бутылку вина, думал о прошедшем вечере и ни о чём не жалел. Было обидно лишь за то, что я лишился будущего ещё до того, как решил умереть, но глубоко размышлять об этом уже было ни к чему. Затем я прикинул вариант, при котором я точно мог скончаться, и выбор был сделан в пользу вскрытия вен.

Пока набиралась ванна, я взял в руки телефон с одной целью – написать ей. Мы с ней не общались уже около двух лет, но мои чувства никуда не исчезли. «Я тебя люблю», – написал я и сел в горячую ванную, которая должна была стать моим проводником в мир мёртвых.

Взяв в руки лезвие, я впервые начал чувствовать волнение, но как только провёл им по левой руке, волнение сразу ушло, и всё, что я чувствовал, – облегчение.

Силы начали покидать меня, и в какой-то момент веки стали настолько тяжёлыми, что я уже не мог открыть глаза. В голове начали мелькать картинки из жизни: самые памятные и дорогие моменты, счастливые и несчастные, радостные и горькие. Они проносились передо мной, но каждый этот миг я успел ещё раз чуточку прожить. Пусть сил уже совсем не осталось, а в голове был туман, но последней моей мыслью было осознание того, что я всё ещё улыбаюсь.

Звонок будильника. Секундная пауза, мой мозг начал загружаться, пытаясь осознать, что сейчас происходит. Я ведь умер, так какого чёрта слышу этот идиотский будильник? Если я в аду, то всё логично, но если это рай, то я сильно разочарован! Вспыхнувшая надежда, что я выбрался благодаря смерти из коматоза и всё-таки увижу это заветное 9 сентября на телефоне, а будильник орёт лишь по причине того, что я просто забыл отключить его 8-го, тут же погасла, когда на дисплее появилась дата – 24 июня 2022 года.

Я сам по сей день путаюсь в этих обозначениях, так как наш мир не сделан для людей, чья жизнь повернулась вспять. Но в тот день я узнал ещё одно правило коматоза. Если совершил самоубийство или меня убили, то я снова окажусь в том дне, в который я умер. То есть после смерти моя жизнь становится днём сурка. Я этим даже пользовался, чтобы несколько раз прожить день, который для меня многое значит. Но, к сожалению, если желаемого становится в избытке, то оно перестаёт быть таким желанным и обретает сущность обыденного.

В тот день я снова решил напиться и попробовать новый способ покончить с жизнью. Выбор пал на повешение. Это было моим первым и последним опытом убийства с помощью виселицы, так как прошел он совсем неудачно. Чувствовать то, как верёвка перетягивает шею, а не умереть сразу от перелома позвонка – настоящее мучение. На третий день, когда я вновь проснулся 24 июня 2022 года, я снова начал раздумывать над новым способом суицида, но затем понял, что это всё больше становится похоже на безумие.

Безумие – это повторение одного и того же действия в надежде на изменение результата (спасибо Ваасу из Far Cry 3 за цитату).

Когда я закончил писать о своём первом суициде и немного отошёл от нахлынувших воспоминаний, то вдруг обнаружил, что уже несколько минут сижу под дождём, и капли размазывают чернила на открытом листе, где любой человек увидел бы бредни сумасшедшего, но только не я.

Когда пришёл домой, мне захотелось отвлечься, поэтому я решил поиграть, но меня не отпускала мысль, которая вертелась в моей голове, и с каждой новой попыткой заглушить её она всё сильнее напоминала о себе. Почему даже в тот момент, когда до моей смерти оставались считаные мгновения, как мне тогда казалось, я вспоминал именно её. Почему она стала именно тем раздражителем чувств, которые при каждом её упоминании начинают устраивать вакханалию из различных эмоций, начиная от тёплого трепета в душе и заканчивая неизмеримой ненавистью.

И вот снова я сижу за блокнотом и сдерживаю себя, чтобы не начать в подробностях расписывать самые памятные моменты, связанные с ней, в которых было так много любви и душераздирающей боли.

Даже спустя столько лет я всё ещё надеюсь на то, что смогу с ней поговорить. Хотя есть большая вероятность, что я просто послал бы её к чёрту. Особенно сейчас, когда я вспоминаю наш выпускной, а в моём случае два выпускных – в реальности и коматозе. Пусть между ними и было 10 лет, но они оказались слишком похожи, хотя перед вторым моя жизнь вот уже 5 лет шла в обратную сторону, а сам я не имел будущего, потому что всё совершённое мной заканчивалось по прошествии ночи.

Когда я выпускался из школы, в первый раз выпускался, нам все говорили о том, что школьные годы – самое счастливое время, о котором мы всю жизнь будем вспоминать с трепетом, мечтая вернуться за парту. И вот теперь я – ученик 10-го класса. Могу с уверенностью заявить, что иногда я действительно испытываю радость, потому что мне, видимо, единственному за всю историю человечества довелось не просто вернуться в школу, а заново пройти весь одиннадцатилетний путь ученика, и какой-то кайф в этом есть. Но на этом все плюсы заканчиваются. Минусы сильно перевешивают, поэтому я никому не пожелаю пройти то же самое.

Я сижу в актовом зале среди всех своих одноклассников, учителя говорят нам пожелания, а я, опустив голову, сижу и пытаюсь сдержать надвигающуюся на меня истерику. Я ведь мог просто не прийти на выпускной, и всё было бы гораздо спокойнее, но я знал, что сегодня здесь лишь для того, чтобы вновь увидеть её в том самом платье и в очередной раз корить судьбу за то, что в этот момент она не стоит рядом со мной.

На сцену поднимается директор и начинает говорить, что мы больше никогда не вернёмся в школу, не сядем за парту и не будем делать домашнее задание. Здесь она в чём-то была права, за этот год я действительно ещё ни разу его не делал.

Руки начинают дрожать, слёзы накатывают на глаза, и я всё чаще начинаю смеяться. Истерика подступает постепенно, как вдруг директор произносит следующую фразу: «Сегодня вы открываете совершенно новое, не изведанное вами будущее, и поэтому мне бы вам хотелось пожелать того…»

Фразы о том, что мы больше не вернёмся в школу, ещё как-то меня сдерживали, но когда директор начала говорить про ожидавшее нас будущее, внутри меня произошел взрыв. На весь зал, перебив директора, на одном из первых рядов, где я сидел, раздался дьявольский смех обезумевшего человека, который, видимо, больше никогда не узнает, что такое будущее.

Меня пытались успокоить, а я смеялся всё сильнее, после чего начал плакать и кричать, что будущего не будет, что я вернусь в школу, что все они манекены в моей реальности и ещё множество подобных фраз, из-за чего меня вывели из зала и попытались дать успокоительное, сославшись на то, что я просто не выдержал столь волнительного момента.

После шоу, которое я устроил в актовом зале, мы всем классом стали раздумывать о том, как завтра, которое для меня было вчера, будем отмечать окончание школы. После случившегося на меня смотрели немного косо, но мне было наплевать. Я знал, зачем иду на площадь, где собирались все выпускники города, и мне было дело только до одного: я хотел её увидеть и понимал, что это случится уже через пару минут.

Люди, которые никогда в жизни не влюблялись, избежали эмоционального дерьма, разрушающего человека изнутри. Боль в душе бывает такой сильной, что твои кости начинает выкручивать, а мышцы перестают сокращаться. Вам хочется залезть на стену, чтобы хоть как-то вырваться из этого капкана. Но вот что я могу сказать точно: мне искренне жаль людей, которые подобного ни разу не испытали.

На городской площади стоит толпа выпускников, а я ищу глазами её. Как вдруг вижу знакомую спину, поверх которой – красное платье до пола и аккуратно собранные волосы. За талию её обнимает тот, кто, по сути, и не был плохим человеком, но в связи с обстоятельствами он для меня был врагом номер один. Я жду, пока она повернётся, не отрывая взгляда. Когда я увидел её лицо и улыбку, разряд в несколько тысяч вольт пронзил всё моё тело. Она ещё меня не заметила, и видно, что ей от этого легче. Пока она может веселиться и не думать ни о чём. Пусть этот день я проживал второй раз, но эмоции были абсолютно точно такими же, как и в первый. Радовало и то, что теперь на протяжении полугода я буду видеть её почти ежедневно и ощущать, как сильно один человек может любить другого.

И вот она меня увидела: её улыбка тут же перестала быть натянутой, той самой, которую мы всегда используем, когда не являемся теми, кто мы есть на самом деле, а надеваем маски, удобные для той или иной ситуации. Она улыбнулась так искренне, так открыто, что в улыбке можно было разглядеть сразу тысячу эмоций. Я ещё до коматоза заметил, что мимика человека меняется в зависимости от того, с кем он находится и в каком окружении. Все мы носим маски. Как по мне, одна из самых страшных участей любого человека – это когда он находится в пустой комнате, смотрит в зеркало и не в силах искренне улыбнуться своему отражению. То есть он надевает ещё одну маску, разница лишь в том, что эта маска прячет его от самого себя.

Примерно 10 секунд молча смотрели друг на друга, пока её кто-то не отвлёк, и в мгновение она стала той, которой её все привыкли видеть, и отвела от меня взгляд. На протяжении всего бала мы так и продолжили ловить случайные (или специальные) взгляды друг друга, и каждый раз огромный ком в горле предупреждал меня о готовности терпеть, чтобы не проронить ни единой слезинки.

Причина этих эмоциональных переживаний была простой и достаточно банальной: через несколько дней мы разъедемся по разным городам, находящимся в разных частях страны.

А тот, что обнимал её за талию, продолжает стоять рядом с ней, говорить, обнимать, целовать… Тогда я искренне хотел, чтобы небеса разверзлись и забрали его. Я понимаю, что парнем он был неплохим, но мои эмоциональные всплески переубедить в тот момент было тяжело.

Всех выпускников города ждал банкет, на котором по иронии судьбы наши столики находились в нескольких метрах друг от друга, хотя зал был огромным и посадить нас можно было так, чтобы мы не видели друг друга весь вечер. Однако так уж сложилось, что весь банкет я смотрел на неё и только изредка опускал голову, чтобы ответить на очередное сообщение, которое прислала мне она.

На тот момент её молодой человек почти каждые 20 минут приглашал её на танец, правда, на эти предложения она отвечала отказом. И от этого я испытывал неимоверное удовольствие, зная, что если бы подошёл я, а этого человека не было в зале, то мы бы уже кружились в вальсе, а на наших лицах была бы счастливая улыбка двух безумно влюбившихся людей.

Даже зная, что завтра не наступит уже никогда, я всё равно не подошёл к ней, как и в первый раз. В итоге я под копирку делал всё то же, что и тогда. Примерно в то же время ушёл с банкета, так как больше не мог просто сидеть и смотреть то на неё, то в свой телефон, отвечая на очередное её сообщение.

Всё-таки кое-что в тот момент отличалось в моём эмоциональном состоянии от первого выпускного: где-то на подкорке я испытывал радость, что завтра наш не последний день встречи, а день, когда я вновь увижу её, а потом ещё и ещё. Однако, к сожалению, всё закончилось 19 февраля 2017 года, именно в тот момент, когда для нас всё начиналось в реальности.

Согласитесь, нам всем порой не хватает душевных драм, чтобы чувствовать себя живыми. И как бы мне тогда ни было плохо, но я был самым живым из всех людей на свете. По прошествии такого большого количества времени и успешного переваривания ситуации в моей голове я понимаю, что, в очередной раз оказавшись на своем выпускном, я бы ничего не менял и делал всё то же самое.

В любой истории должен быть финал. Пусть и моя жизнь теперь складывается так, что каждый финал какой-то моей истории – это её начало для других людей, но именно с этой девушкой я уверен, что всё должно закончиться так, чтобы не осталось никаких вопросов о том, что могло бы произойти. Именно эта уверенность вселяет в меня надежду на то, что я когда-нибудь смогу вырваться из коматоза и поставить точку в этой истории, которая изменила мою жизнь. Ведь в реальности всё ещё не закончено.

После прошлых записей я несколько дней не мог отойти от нахлынувших на меня меланхолии и апатии. Прогоняя все эти воспоминания в голове, я выгорал, потому что они душили меня изнутри. Все прошедшие дни я не брал в руки блокнот, чтобы не видеть записей о суициде и выпускном. Тем более, когда всё это пишешь на листе, эмоции усиливаются в несколько раз, поэтому наутро я обычно чувствовал себя паршиво. Однако сегодня у меня был особенный день – 6 лет жизни в коматозе, что немного добавляло мне энергии, даже появилось желание снова взять в руки ручку и что-то написать. Такими темпами я скоро буду заводить большую тетрадь, ведь блокнот может закончиться.

Уже вечер, я сижу на диване в своей маленькой комнате, в самом уютном и родном для меня месте. К сожалению, в реальности этой комнаты уже нет, так как дом, в котором я нахожусь, снесли из-за его аварийного состояния, но сейчас, пока я могу быть здесь, я хочу насладиться моментом.

Но даже эти маленькие радости жизни не отменяют того факта, что у меня нет никаких целей в жизни, потому что они бессмысленны. Я не могу ни к чему стремиться, так как стремиться-то в принципе не к чему. Проживаю день за днем и знаю, что ждёт меня на утро. Это не просто рассуждения, а факт. Но теперь, спустя 6 лет, в моей жизни появился небольшой лучик надежды. Я что-то оставляю, и то, что я делаю, приводит к какому-то итогу. Здесь речь идёт о блокноте, а точнее, о том, что я в нём пишу.

По правилам коматоза невозможно то, что мною сделанные записи сохраняются, так как их попросту не должно существовать. Будущее от меня никак не зависит, ведь его и нет, поэтому, когда я пару раз покупал и один раз воровал телефон, наутро его не было, потому что я проснулся на день раньше. Однако текст, написанный в блокнот, сохраняется, что совершенно невозможно.

Пусть моя вера в то, что сбой в системе ограничивается тем, что моя жизнь пошла под откос вопреки законам науки, этот блокнот стал доказательством, что всё не зря, но поверить в то, что когда-то я вернусь к нормальной жизни, очень тяжело. Однако вера в это с каждым днём становится всё сильнее. Именно она даёт мне толчок к действию.

Сейчас вспомнил день, когда мой рассудок потихоньку начал приходить в порядок после начала коматоза и я пытался понять, что можно сделать, чтобы перестать просыпаться на день раньше.

В тот день у меня был выходной, поэтому, когда я проснулся не по будильнику, появилась надежда на то, что всё закончилось и сейчас на экране телефона я увижу заветную дату – 9 сентября. Но нет, чуда не произошло.

Насколько помню, к тому моменту я уже начал постепенно мириться с ситуацией. Я в принципе по жизни быстро мирился с чем бы то ни было, поэтому мне не посчастливилось ещё несколько недель биться в конвульсиях, рвать на себе волосы и молить бога, чтобы всё поскорее закончилось. В тот день я впервые за неделю почувствовал хоть какую-то положительную эмоцию. Обрадовался тому, что могу хоть немного рационально мыслить.

План был не такой уж и сложный. Я просто решил не спать. Идея показалась мне логичной, пусть и в конечном счёте ничего не принесла. В тот день я впервые познакомился с очередным правилом мира, в котором мне приходится жить.

В итоге затея не спать до утра с треском провалилась. За день до этого, то есть 1 сентября 2022 года, мне нужно было на работу, поэтому будильник был, как всегда, заведён на 6:50. Когда 3 сентября в 6:40 утра на экране телефона не изменилась дата, я начинал искренне радоваться, что всё-таки сломал систему, значит, сделал первый шаг к тому, чтобы вырваться из симбиоза «Дня сурка» и «Загадочной истории Бенджамина Баттона». В 6:49 я ходил по комнате, как вдруг передо мной погас свет, и я услышал будильник, сообщавший мне о том, что пора вставать, потому что наступило 1 сентября и мне пора на работу. Конечно же, я не стал работать в этот день. И вот ещё одно правило моей нынешней реальности. Если пытаться не спать, то ты в любом случае отключишься в тот момент, в который за день до этого проснулся. Такой замкнутый круг, во время которого ты можешь совсем на чуть-чуть зацепиться за будущее, но в результате всё равно возвращаешься в заказанный судьбой день.

Я научился жить в реалиях коматоза. Теперь могу получать хоть немного удовольствия от жизни, пусть это и очень тяжело сделать. Но есть вещи, о которых я вспоминаю из раза в раз, и они меня сильно расстраивают, потому что смириться с ними я так и не смог.

Зайти надо издалека. С детства я безумно любил музыку. Конечно же, за годы в моём плейлисте накопилось огромное количество песен, причем как старых, так и современных. Так вот, в коматозе есть один очень неприятный факт. Сейчас я не могу послушать любимые треки, вышедшие в 2017-м, 2018-м, 2019-м и т. д. Аналогичная ситуация с фильмами, книгами и в принципе всем, что осталось в будущем, означавшем для меня прошлое. Вот только если прошлое не вернуть, хоть у меня и получилось, но сейчас не об этом, то мы можем хотя бы к нему прикоснуться с помощью того, что ассоциируется у нас с детством, школой и теми моментами, которые мы уже прожили благодаря фотографиям, музыке, кинематографу, потому что они являются своеобразным возбудителем. В моём случае угасает всё, так как всё, что для меня так дорого, пропадает из-за того, что оно ещё не было создано или придумано. Вот так, теряя всё это, я всё быстрее начал забывать, как жил раньше, потому что нет внешних факторов, способных пробудить те самые эмоции и воспоминания, так как этих факторов в принципе пока не существует. Очень тяжело осознавать то, что, например, музыка, которая тебе так дорога, больше никогда не будет звучать в твоих наушниках.

А что, если кому-то дать прочитать все мои записи? Что, если это в какой-то степени поможет? Но кому? Кто согласится поверить этим бредням сумасшедшего? Хотя терять мне всё равно нечего, поэтому попробовать точно стоит. Хорошо, что я пока не описал свои моменты жизни в период с 2021 по 2019 год, потому что такое я бы никому прочитать не дал. Ладно, об этом напишу чуть позже, пусть и вспоминать об этом не хочется, но всё это должно быть в блокноте. Постоянно держать это в себе просто невозможно.

Но кому можно показать мои записи в надежде на то, что человек сможет поверить в происходящее? Есть один вариант – Вадим.

Вадим был моим лучшим другом в школьные годы. С ним мы продолжали близко общаться даже после того, как я переехал в Курск. Да, именно в этот город я отправился сразу после школы. И пусть уже на протяжении пяти лет мы жили друг от друга на расстоянии в 3 тысячи километров, он всегда был для меня близким человеком.

Точно, стоит попробовать. К тому же это станет небольшим разнообразием в моей жизни. Даже сейчас, представляя искажённое лицо Вадима от моих попыток убедить его в том, что коматоз существует, я улыбаюсь.

Чувство ожидания этого момента уже не даёт мне спокойно сидеть на месте. Как же это будет интересно. Даже писать особо не хочется, просто пусть скорее наступит этот день.

Конечно, пришлось немного перенести дату признания Вадиму, потому что я всё никак не мог найти подходящий момент. Каждый раз, когда я хотел рассказать о коматозе, меня будто бы что-то останавливало. Может, это интуиция или что-то другое, но в итоге пришлось ждать до 2 сентября, чтобы всё поведать.

Всё прошло даже лучше, чем я ожидал. Первое время Вадим смотрел на меня как на идиота, а потом даже начал прислушиваться к тому, что я говорю. Сначала я его попросил почитать мои записи в блокноте, чтобы он хотя бы немного понял, что происходит, а затем попытался объяснить, что всё написанное – правда.

– А вот теперь представь, что всё это может быть правдой.

– Хм, это интересно, если даже подумать о том…

– Нет-нет, ты не понял, не рассматривай это как предположение.

– В смысле?

– Подумай о том, что всё написанное здесь – правда.

– Ага, ещё что скажешь?

Где-то около получаса у меня ушло на то, чтобы Вадим хоть как-то начал всерьёз воспринимать информацию.

– Так, допустим, что всё это правда. Хочешь сказать, что тебе было 23, когда всё это началось?

– Да. То есть сейчас мне 17, а должно быть 29.

– Не гони.

– Слушай, если ты не хочешь дальше говорить об этом и хоть как-то попытаться воспринять информацию, то можно закончить разговор.

– А как это можно всерьёз рассматривать?

– А ты попробуй! Не просто же я тут сижу и распинаюсь, пытаясь сделать так, чтобы ты поверил.

После небольшой паузы Вадим начал говорить.

– Ладно, допустим, что всё сказанное тобой – правда. Тогда что будет завтра?

– Для тебя это 3 сентября, а для меня – 1-е. Если ты мне напомнишь, что мы делали вчера, то я уже знаю свой сценарий на следующий день.

– Ну, вчера праздновали 1 сентября в школе. Ты вёл первоклассницу за ручку на линейке. После этого мы немного прогулялись и пошли ко мне играть в приставку.

– Да, скукота.

Снова повисла тишина. Было видно, что Вадим переваривает информацию с ещё более серьёзным отношением. Потом с улыбкой на лице он обратился ко мне.

– Так, ладно, а что с тобой будет завтра, то есть в моём завтра, 3 сентября?

– Что ты имеешь в виду?

– Ну вот сегодня ты утверждаешь, что тебе 29 лет, но ты в теле 17-летнего. А завтра ты про всё это забудешь? Точнее, тот ты, который будет не 1-сентября, а 3-го.

– Я без понятия. Но, скорее всего, да, забуду. Проблема в том, что я никогда не узнаю этого, как и не узнаю, что ты завтра скажешь по поводу того, что произошло сегодня. Я не могу представить, как вообще повернётся твоя жизнь после этого. Я вообще ничего не узнаю!

Тут я начал повышать голос, потому что начинал говорить о болезненных для себя вещах.

– Могу тебе сказать одно, если завтра ты об этом не будешь помнить, то я, возможно, поверю в происходящее.

– Ахах, а если завтра мой второй я продолжит жить нормальной жизнью и начиная с этого дня для него всё закончится, а для меня продолжится?

– Так можно голову сломать.

– Я так себе ломаю голову последние 6 лет.

– Да, это какая-то… (несколько раз выругался матом). Это невозможно!

– Если тебе будет проще признать это, тогда пусть будет так.

– Если завтра ты всё забудешь, то я всю жизнь буду ломать себе голову. А если что-то попытаюсь тебе рассказать, то ты сочтёшь меня сумасшедшим. Такое вообще мало кому можно рассказать!

– Насколько я себя помню, то со своих 17 лет я особо не менялся. Поэтому думаю, что ты сможешь в какой-то степени доказать мне, что сегодня произошло.

– Да. Ты всегда хотел верить во что-то такое фантастичное.

Здесь Вадиму в голову пришла мысль, которую он, повысив голос, тут же озвучил.

– Смотри, какие завтра у тебя могут быть воспоминания о сегодняшнем дне? Что с тобой будет?

– Я не знаю.

– А ты подумай. Не может такого быть, что сегодня ты мне говоришь о том, что в какой-то момент вся твоя жизнь рухнула в бездну, оставив тебя без будущего, а завтра со спокойной душой ты пойдёшь в школу и будешь со мной говорить и обсуждать что-то, совсем не затрагивающее этот разговор.

– Ахахаха, знаешь, если бы года два назад у меня был такой разговор, то я бы начал ломать голову и думать об этом, но теперь смысла в этом я не вижу, потому что давно утратил веру в то, что будущее для меня когда-то наступит.

Мы молчали. Вадим смотрел в окно, а я, опустив голову, чувствовал какое-то внутреннее облегчение от того, что смог выговориться впервые за эти годы. Ещё меня радовало, что Вадим всерьёз начал воспринимать то, что я ему говорю. В этот момент в голове были мысли, что я неправильно поступил по отношению к Вадиму, потому что неизвестно, как он будет жить дальше, зная, что в один из дней ему говорили о том, о чём он даже не мог подумать.

– Сегодня утром, когда мы с тобой встретились, меня посетила мысль, что ты очень странный. Какой-то не такой. Будто бы вчера и в принципе до этого я общался с другим человеком. Подумал, может, у тебя что-то произошло. А теперь ты рассказываешь мне про…

Тут Вадим запнулся.

– Коматоз.

– Да, точно, коматоз.

Я смог лишь улыбнуться и продолжил рассуждать у себя в голове о том, о чём думал до этого, но Вадим прервал мои мысли.

– Ладно, расскажи мне о будущем?

– Зачем?

– Слушай, если завтра ты ничего не будешь знать о том, что произошло, то сумасшедшим я посчитаю не тебя, а себя. Поэтому давай выкладывай.

– Но ты же понимаешь, что от знания того, что произойдёт, ты можешь изменить будущее. Зная то, что случится, ты одной лишь фразой можешь перевернуть всё, о чём я тебе расскажу. Это эффект бабочки.

– Это что?

– Проще тебе будет поискать про это в интернете. После прочтения первого предложения в описании термина поймёшь всю суть.

Вадим ввел термин в поисковике.

– Понял, о чём ты.

– А теперь скажи, ты точно хочешь знать о своём будущем?

– Ахахаха, теперь не уверен.

После небольшой паузы Вадим сказал:

– Тогда расскажи мне о том, на что я не смогу повлиять.

– О чём?

– Кто станет чемпионом мира по футболу в 2018 году?

– Франция.

– А кто выиграет президентские выборы?

– Ты серьёзно?! Тут и будущее знать не надо, ответ очевиден.

Мы посмеялись.

– А про меня ничего не скажешь?

– Даже и не проси. Хотя были вещи, от которых тебя стоило бы уберечь, потому что потом ты сильно сожалел о содеянном.

– Какие?

Я немного подумал, стоит ли ему рассказать о чём-то или лучше промолчать.

– Ладно, давай сыграем в эту игру.

Где-то около часа я ему описывал поступки, которые он совершал и после жалел о содеянном. С надеждой на то, что мой рассказ поможет Вадиму, я увлёкся и через какое-то время понял, что сболтнул лишнего.

– Хочешь сказать, что я реально жалел о расставании с ней.

– Да.

Мы смотрели на фотографию девушки, с которой он не был даже знаком, но в будущем – через полтора года – он должен начать с ней встречаться.

– Ну, она милая.

– Ахах, да, всё-таки вкусы на девушек у нас с тобой разные. Никогда не понимал, почему ты считаешь её милой. Симпатичной – да, но не милой.

И тут на мгновение мы словно забыли о последних трёх часах и говорили так, будто бы ничего не произошло. После Вадим обратил внимание на время и сказал:

– Так, сейчас уже мама должна прийти с работы.

– Прогуляемся?

– Конечно! Теперь сегодня я просто так тебя не отпущу.

Пока мы шли по городу, наш разговор был лишь об этом. Вадим сначала начинал задавать вопросы про своё будущее, но я уже решил для себя, что больше ничего не скажу. Он принялся рассуждать о теориях, которые могли хоть как-то объяснить то, во что я попал. Он также пытался побольше узнать о том, что со мной происходило за эти 6 лет, но о многих моментах я умолчал. Я сам о них пока не могу вспоминать, потому что поступки мои были отвратительны, пусть я и пытался успокоить себя тем, что тогда был разочарован и мне было наплевать на то, что я делаю. Но отговорка эта, если честно, так себе.

Ты только представь, как человек осознал и принял факт, что его будущее не зависит от него самого и каждый поступок ни на что не влияет. Чем он будет заниматься? Чем ты будешь заниматься, если будущего нет и все твои действия не имеют никакого итога?

А к кому я в прошлом абзаце обращаюсь? Может, к потенциальному следующему читателю? Да, видимо, разговор с Вадимом повлиял на меня сильнее, чем я думал.

Как только мы разошлись, я решил, что когда-нибудь вновь повторю всё это. Когда-нибудь я снова расскажу ему обо всём. Но, к сожалению, с каждым годом он становится младше, поэтому общаться с ним будет всё сложнее, а заводить новые знакомства бессмысленно. Хотя есть вариант пойти на исповедь к какому-нибудь батюшке, ведь это его работа – слушать всё, что говорят, вдумчиво кивать, а в конце заявить: «Бог простит».

Перед сном я понадеялся, что моё решение рассказать всё Вадиму станет спасательным кругом. Вдруг, когда я снова проснусь утром, то обнаружу, что проснулся не как планировал – 1 сентября, а 3-го. Но, как и следовало ожидать, этого не произошло.

Утром мне было паршиво, очень паршиво. Давно такого не было. Наверное, с моей последней встречи с ней. Даже её имя не хочется писать, поэтому ограничимся красноречивым местоимением «она».

Уже примерно 6 часов вечера, где-то час назад я отошёл от хандры и вернулся к привычному состоянию самого циничного человека в мире, знающего всё, что будет происходить с ним дальше.

Сейчас мои мысли забиты представлением о том, что произойдет с Вадимом в будущем. Надеюсь, что, несмотря на всё, о чём я ему рассказал, для него этого не случалось. То есть всё произошедшее осталось лишь в моей голове и это никак не повлияет ни на его будущее, ни на будущее кого-либо ещё. Хотя он мог бы неплохо поднять денег, если заранее поставит на победу сборной Франции на чемпионате мира.

Есть надежда, что коматоз – это система, к которой отношение имею лишь я, и все совершённые мною поступки в ней исчезают по прошествии дня не только у меня, но и во всём мире. Не знаю, как мы с Вадимом провели 2 сентября в реальности, точнее, я не помню, но пусть в его воспоминаниях 2 сентября будет тем, которые было у нас, когда моя жизнь ещё не пошла в обратную сторону. Пусть за 6 лет, что я провёл здесь, правило сработает с каждым, на кого повлияли мои действия в коматозе.

Это успокаивает, потому что, вспоминая совершённые мною вещи в те прекрасные 2 года, когда мне снесло крышу, я надеюсь, что они ни на что и ни на кого не повлияли. Есть теории о том, что во вселенной существует бесконечное множество вариаций происходящих событий, но то, что среди этих вариаций остались мною совершённые в те годы поступки, я признавать не собираюсь. Может быть, всё останется в моей голове, потому что тогда я испортил слишком много жизней. Я совершал такое, что даже девяти кругов ада для меня не хватит, чтобы я искупил все свои грехи, поэтому придётся придумывать новые.

Всё чаще я начал вспоминать те события. Блокнот с каждой страницей будто вырывает из меня всё, что так долго сидело.

Вот один интересный факт. Вчера, дописывая последние несколько предложений, я заметил, что в блокноте осталось два свободных листа, и уже решил, что, проснувшись, найду какую-нибудь тетрадь, чтобы продолжить писать. Однако утром я обнаружил, что в блокноте около 20 чистых листов. После всего, что я пережил, меня сложно чем-то удивить, но это удивило меня так сильно, что я какое-то время просто держал его в руках и пытался понять, что с ним не так. В результате я понял лишь одно: что благодаря блокноту надежда на выход из коматоза есть. И тут же я вспомнил те дни, когда моя вера, наоборот, стала угасать.

После того как всё началось, примерно месяц я отходил и в конце июня уже в какой-то степени свыкся со своей участью. Весь июль я придумывал пути и искал выходы. В частности, читал множество научных статей на эту тему. Рассуждал над тем, что до меня уже были люди, которые сталкивались с этим. Конечно же, мои поиски ни к чему не привели, но я запомнил видео, в котором говорилось о фактах, когда на фотографиях удалось запечатлеть людей из будущего. Правда, такие снимки можно было сделать в «Фотошопе», но где-то глубоко внутри я верил, что это и правда могло произойти, что я не один такой.

В моей памяти осталась лишь одна фотография, которая была сделана в 60-х годах прошлого столетия во время боксёрского поединка. Среди зрителей присутствует человек, в руках у которого что-то очень похожее на одну из последних моделей смартфона XXI века. Сейчас я уже не смогу посмотреть это видео, так как его попросту ещё не загрузили в интернет, но точно могу сказать, что оно было фейком. К тому же эта история не подходит под реалии моего мира, так как телефоны здесь меняются в том же порядке, в котором я их покупал в реальности, то есть наоборот, в обратном порядке.

Наверное, рассказ Вадиму был ошибкой, хотя я вновь хочу рассказать кому-нибудь обо всём. Мне этого не хватает, сильно не хватает. Меня начало грузить. В коматозе твои эмоции притупляются, как положительные, так и отрицательные, и ты перестаёшь чувствовать себя живым. Но если случается то, что пробуждает в тебе хотя бы какие-то чувства, то в ближайшее время внутри тебя обязательно извергнется вулкан, только вместо лавы в нём будут все твои давно забытые эмоции. Вот и теперь, как бы сильно я ни пытался заглушить всё это в себе, внутри накатило чувство, будто из меня сейчас вырвется что-то неосязаемое, которое в мгновение ока снесёт всё на своём пути. Но самое главное, что это неосязаемое перед выходом может разорвать моё тело на маленькие кусочки, из-за чего кости и мышцы все сильнее начинают ныть, и от этого хочется залезть на стену, только бы это закончилось.

Надо забыться, потому что самостоятельно с этим я справиться не могу. Может быть, устроить себе завтра вечер, подобный тому, что был 24 июня 2022 года в коматозе? Заказать сауну и проституток, купить алкоголь, только сейчас это будет не так просто, потому что мне уже не 23 года и денег тоже нет. С этой проблемой я столкнулся, когда вернулся в школу, потому что сейчас родители дают мне деньги только на обед. Иногда я скачивал на телефон приложения для ставок на спорт, потому что результаты матчей знал заранее и умножал деньги, которые мне давали на школьные обеды, в несколько раз. Однако сегодня мне не хочется смотреть результаты игр условного мексиканского чемпионата по футболу, чтобы утром приумножить свой капитал. Как-то это слишком просто и скучно. К тому же от такого лёгкого способа добычи денег я уже не испытываю удовольствия.

Начинает накрывать, и очень сильно, уже становится плевать на все возможные правила морали. Со временем они для меня обесценились, потому что в коматозе их может и не существовать, но всё-таки нужно придерживаться хотя бы каких-нибудь устоев. Но не завтра.

Всё слишком плохо, я живу настоящим, не имея будущего. Пытаюсь разгрузить себя, но в результате залез в ещё большую задницу.

Пусть это закончится. Как часто я молю об этом последние 6 лет.

Точно нужно разгрузиться завтра как в старые добрые времена, после чего мне будет плохо морально, но я хотя бы выплесну эмоции и смогу забыться хотя бы на один вечер.

Так как я решил, что не хочу поднимать деньги на этот вечер с помощью ставок, у меня было несколько вариантов, где их можно раздобыть. В таких случаях я почти всегда брал деньги у родителей, при этом, конечно же, ничего им не сказав.

Я открыл ящик, в котором под несколькими слоями одежды должны были лежать заветные купюры. Скажу, что в эти моменты я всегда чувствовал себя не очень хорошо, но мысль о том, что завтра уже не наступит, меня всегда успокаивала, но после того разговора с Вадимом я вновь начал задумываться, может, оно не наступит только для меня. Наверное, для остальных будущее наступит, и очередное моё проявление в одной из вариаций вселенных наконец-то прервёт этот чёртов путь к младенчеству. Тогда всё не должно быть так радужно. Непроизвольно я вспомнил всё, что натворил в период с 2021 по 2019 годы, и сразу отбросил мысли б этом.

Сомнения так глубоко поселились в моем сознании, что я начал не на шутку загоняться. В результате я пришёл к выводу, что за последние 6 лет всё это происходит далеко не в первый раз и уже бывали такие дни, когда я в чём-то себе отказывал, а всё равно ничего не менялось. К тому же думать о вероятных итогах для других моих вариаций не было смысла, потому что я даже не знаю и, видимо, никогда не узнаю, к чему привели мои деяния. Вдруг я вспомнил о мысли, которая посетила меня вчера. Утром, когда я проснулся, сразу попытался выбросить её из головы, но, как известно, аморальные желания так просто нас не отпускают, поэтому я бессознательно всё больше подходил к тому, что других вариантов у меня нет, кроме как пойти и ограбить какой-нибудь из мелких продуктовых магазинов, а в моём родном городе их полно. К счастью, кандидат уже был, потому что грабить его мне уже приходилось.

Магазин находился на самой окраине города, название которому Урай. Он стоял между двумя старыми многоэтажками, половина жителей которых уже давно перебралась в другие дома. Людей там всегда было мало, а если коматоз продолжится года так до 2012, то сильно ситуацию это не изменит. В реальности, когда нам ещё не было 18, мы там покупали себе выпивку и сигареты, причём паспорт никогда не спрашивали. В этом магазине продавали только некоторым несовершеннолетним доверенным лицам. А выбор мой пал именно на этот магазин.

Сначала мне нужно было придумать, как замаскироваться и быстро скрыться с места преступления, чтобы потом можно было провести день без страха, что меня поймают и придётся ждать следующего утра, чтобы проснуться дома в своей кровати. Недолго думая, я сложил в сумку старые спортивные штаны, чёрную куртку и шапку, из которой я соорудил подобие балаклавы.

Воспользовавшись тем, что родители ушли на работу, я взял ключи от гаража, где стояла наша машина, и пошёл до него. Оказавшись в гараже, я достал из сумки вещи и переоделся. Потом аккуратно снял номера с автомобиля и поехал по дороге в магазин. Хорошо, что до него недолго ехать, поэтому случайной встречи с доблестными сотрудниками ГИБДД я не боялся. Подъехав к магазину и убедившись, что на улице и в магазине никого нет, я оставил машину за одним из домов и направился к главному входу. Ещё раз увидев через стеклянную дверь, что в зале пусто, я натянул балаклаву и быстро забежал внутрь.

Продавщица – знакомая мне женщина лет 40, которая без зазрения совести всегда продавала то, что несовершеннолетним запрещено употреблять. Когда она подняла глаза на меня, я уже перепрыгнул через прилавок с отцовским охотничьим ножом в руке. Не успев открыть рот, она ощутила лезвие в области сонной артерии.

– Если хочешь жить, давай ключ от магазина.

Она в ужасе стояла молча и лишь ежесекундно вздыхала так, будто бы каждый вздох может оказаться последним.

– Ты немая или что!?

Она, заикаясь, ответила.

– О-он у-у мен-ня в кармане. В левом.

– Так бы сразу.

Я достал ключ и за одно мгновение связал ей руки пластиковым жгутом, который взял у отца в гараже. Потом я направился ко входу в магазин и закрыл внешнюю железную дверь, а внутреннюю пластиковую оставил открытой, так как толку от неё уже все равно не было. Главное, чтобы в магазин долгое время никто не мог попасть.

Я подбежал к прилавку. Продавщица лежала там же, где я ей приказал. Открыв кассу, я напихал в сумку все деньги, которые там лежали: по ощущениям примерно 20–30 тысяч рублей. Забрав добычу, я потащил продавщицу к батарее и уже верёвкой привязал к ней. Схватив сумку, я направился к запасному выходу, который выводил на небольшой лесок, поэтому мне не пришлось предварительно снимать балаклаву, чтобы не вызывать подозрений.

Уже выходя из-за угла магазина, я снял с лица то, что когда-то было шапкой, и быстрым шагом направился к машине. Через 5 минут я переодевался в гараже и прикручивал номера обратно.

Ограбление заняло у меня максимум две минуты. Опыт уже имелся, поэтому я сильно не переживал. С сумкой я направился домой, оставил ключи и распихал всю наличку по карманам, после чего созвонился с мамой и уверенно сказал ей, что пообедал и сейчас пойду гулять с Вадимом.

Дальше дело было за малым: найти выпивку и заказать сауну, всё по старой традиции. Проблема с выпивкой решалась на раз – два. У меня был знакомый, которому уже исполнилось 18. Мы договорились с ним встретиться в районе 5 часов вечера возле алкомаркета. После я заказал сауну на 6 часов и раздумывал над тем, позвать туда Вадима или нет, но в итоге решил идти один.

Дальше в принципе ничего интересного не произошло. В сауне я провел пять часов, предварительно спросив у владелицы, есть ли возможность вызвать проститутку. Косо посмотрев на меня, она сказала, что такая возможность имеется. Через 40 минут на пороге стояла 19-летняя девушка по имени Даша. Её лицо было мне знакомо, хотя это и не так уж странно, потому что Урай – маленький город, и очень редко можно встретить на улице человека, которого ты никогда в жизни не видел.

Мы выпили, занялись сексом, немного поболтали, и я поехал домой. Тихо пройдя мимо спальни родителей и сказав, что со мной всё хорошо, я лёг в кровать и моментально уснул.

Чувствую ли я себя моральным уродом за то, что ограбил магазин? Нет. Это лишь малая часть того, что я уже делал, поэтому мне это «дело» не казалось чем-то ужасным. К тому же в голове было понимание, что завтра никаких последствий не будет. А ещё больше успокаивало, что деньги я в этот раз взял не у родителей.

Сейчас где-то 12 часов ночи, на меня нахлынула хандра. Мне тошно от этих воспоминаний. Они грызут меня изнутри, как крыса во время пытки, когда её кладут провинившемуся человеку на живот и накрывают металлическим ведром, которое медленно нагревают, а крыса в попытках спастись от палящего её жара начинает грызть плоть пытаемого. Чёртово ограбление только пробудило эти воспоминания. Дело здесь не в том, что меня грызёт совесть за совершённое сегодня. Проблема заключалась в другом: это заставило старые воспоминания с новой силой вырваться наружу и погрузить мое сознание в очередной безвылазный кошмар, который может продлиться очень долго. Избавиться от этого можно одним лишь способом. Пора идти за ножом и набирать ванну…

Стало легче, но пока не стоит радоваться, потому что все самые плохие воспоминания и мысли имеют свойство приходить к тебе перед сном.

Сейчас примерно 8 часов вечера. Я решил загрузить день и попытаться не оставаться наедине с самим собой, поэтому с обеда мы с Вадимом бродили по городу. Он сильно удивился, когда я предложил ему сходить до одного магазинчика, потому что идти туда в принципе не было смысла, точнее не было смысла для него.

Подойдя к магазину, я сразу вспомнил всё, что творил здесь в минувшие сутки. Мне захотелось рассказать об этом Вадиму, правда, в этом не было смысла, но я нашёл другой подход.

Сначала мы вошли в магазин, где я купил себе пачку сигарет. Вадим в очередной раз удивился этому, так как в первый раз видел, чтобы я курил. Так он удивлялся на протяжении года почти ежедневно. Дело в том, что в реальности я начал курить, когда уехал из Урая, на тот момент мне было 18 лет. Однако здесь мне 17, поэтому Вадим в шоке. Первое время меня это раздражало, поэтому я надеялся, что настанет день, когда он просто промолчит, но это было опрометчиво.

В очередной раз выслушав от Вадима про то, какой я придурок, потому что начал курить, я задал ему вопрос:

– А представь, что тебе этот магазин нужно ограбить, как бы ты это сделал?

После мы около часа обсуждали возможные варианты ограбления, при которых риски были минимальные, а скорость совершения преступления – максимальная. Вот так мне, по сути, и удалось рассказать, что произошло, но все это я подал в контексте фантазии.

Общаясь с Вадимом, я замечал проблему, которая с каждым годом становилась для меня наиболее значимой. К сожалению, люди, с которыми я поддерживал контакт, с каждым годом становились младше, поэтому мне было всё сложнее находить с ними общий язык. А я молодел только телом, но головой становился старше. По сути, мне сейчас должно быть не 17 лет, а 28. В результате все сводится к тому, что в скором времени причиной моего одиночества станут не другие люди, а я сам, который не сможет общаться с ровесниками в силу их подростковой глупости. От этого можно сойти с ума, но это мне неподвластно.

А еще возвращались те проблемы, которые я уже пережил с ними в реальности, и мне приходилось в очередной раз выслушать душевные терзания, которые в 2022 году для человека стали пустышкой. Это настолько бесило, что абстрагироваться у меня никак не получалось. Придя домой, я начал фантазировать над тем, что со мной будет в условном 2006-м.

Сижу я за партой в первом классе, рядом со мной семилетние дети, которые пытаются сложить два и два, а учительница рассказывает, как писать строчные и заглавные буквы. А дети же с тобой ещё и контактируют, пытаются поиграть, познакомиться. Учительница относится как к ребёнку, а ты же когда-то зарабатывал деньги, спал с проститутками, и высшее образование у тебя тоже было.

Что с этим делать? Каждый день пить? Искать самые жёсткие наркотики, которые будут убивать меня настолько, что я даже не буду замечать, как проносятся сутки? Родители видят в тебе своего маленького сынишку, и как бы сильно ты их не любил, от этого всё равно хочется спрятаться куда-нибудь подальше. А если убегаешь в самую глубокую и беспросветную чащу, то утром просыпаешься в своей квартире под поцелуй мамы и шагаешь в школу. Последнее звучит классно, но это совсем не так. Многие мечтают вновь оказаться в этом возрасте, и вот что бы я им сказал:

«Будьте аккуратнее со своими желаниями, они имеют свойство сбываться» (спасибо Булгакову за цитату).

Вот ты решил скоротать время за чтением книг или просмотром фильмов, но это тоже не получится сделать. Насколько я помню, интернет в нашем доме появился только в 2009-м. А потом что делать? Где искать книги и фильмы? Каждый день просить кого-то из родителей сходить с тобой в книжный и брать себе условного Буковски или Кафку? Да, выглядеть это будет, мягко говоря, странно.

А кому можно будет выговориться? Кому показать блокнот, чтобы в нём прочли всё, что я написал за эти годы? Конечно, возможен такой расклад, что случится чудо и механизм моей вселенной заработает так, как и должен, правда, в это уже верится с огромным трудом.

Я даже придумал несколько фишек, которые, скорее всего, не помогут, но попробовать всё же стоит. Например, году так в 2009-м выкрасть банковскую карту отца или матери, закинуть немного денег на электронный кошелёк, а потом прикупить биткоинов и акций Илона Маска, которые в это время будут стоить копейки. В результате очередной вариант продолжения жизни для моей семьи обернётся тем, что мы разбогатеем и станем долларовыми миллионерами. Вот только я этого не увижу.

Когда-то я уже пытался помогать людям, зная будущее, но, когда ты не видишь конечного результата этой помощи, желание сделать жизнь других лучше очень быстро пропадает. К тому же не верю я в то, что мои старания реально помогут. Хочется просто в один момент открыть глаза и понять, что всё происходящее в коматозе отразится только на моей голове, а пострадавшие от моих действий даже не будут подозревать о том, что с ними произошло.

Есть ещё кое-что, и это не даёт мне покоя. Моё физическое состояние каждый день меняется: я уже успел ощутить то, как себя чувствовал, пока не начал курить. Причем это состояние со мной до сих пор, потому что в реальности я ещё не курил. Я даже примерно месяц вообще не брал в руки сигареты, но моё психологическое состояние всё же требует ежедневную порцию никотина. Я не чувствую желания закурить, но мне просто необходимо вместе с дымом выпускать эмоции, которые сидят внутри меня.

Ученые уже давно доказали, что самая сильная зависимость – психологическая. А с годами моё физическое желание курить всё больше слабело, но психологическое, напротив, увеличивалось.

Я немного отошёл от темы. Речь про мою ежедневно изменяющуюся физиологию. Так вот, из этого следует, что к какому-то моменту я полностью потеряю либидо и тестостерон, а это страшно. Что я буду чувствовать тогда, когда какая-нибудь девушка для меня будет просто красивой тётей? Я ведь перестану думать о сексе, так как в моём организме этого пока не будет заложено.

А вот ещё одна больная тема для каждого мужчины, но для меня она стала маленькой радостью. С каждым годом мне нужно всё реже и реже бриться, хотя в свои 23 года я мог проводить станком по лицу и по два раза в день. Мелочь, но приятно.

Вот к чему это существование меня привело. Я могу радоваться лишь каким-то бредовым мелочам, которые зависят только от того, что я молодею.

Время уже 7 утра, скоро, наверное, я отключусь, хотя спать не хочется. Отключусь в том плане, что моргну и открою глаза 28 августа. Да и хрен с ним.

Захотелось испытать очередную маленькую радость, после которой всегда наступает тоска. Посмотреть на дату и увидеть, что я вновь уцепился за будущее и нахожусь в нём, пусть и ненадолго.

Вот уже проснулся отец. Обманув его, что я встал полчаса назад, я со спокойной душой пошёл «завтракать с ним за компанию». Папа начал спрашивать меня, куда я планирую поступать в следующем году. Я решил отыграть эту роль как истинный профессионал, поэтому без доли сомнений сказал, что пойду на журналиста и уже знаю, что мне потребуется для поступления. Во время этого диалога проснулась мама и тоже задала мне несколько вопросов насчет моего студенческого будущего.

Время уже 10, глаза слипаются, но я решил не спать до последнего. Такие дни бывают редко, потому что я всегда старался вставать рано. А в реальности, наверное, 28 августа я спал как убитый. Ааа, я вспомнил почему. Тогда был день ро…

Так вот, был день рождения одного моего друга, и сегодня я проснулся у него дома с чувством лёгкого похмелья. Как же всё-таки с возрастом уменьшаются последствия пьянок. Очередная мелочь, от которой приятно.

Блокнот лежал в рюкзаке. Это первый раз за всё время, пока я пишу, когда утро не начинается с родной кровати. А он всё равно нашёл место, где притиснуться. Я пошёл домой, чтобы дописать незаконченную часть прошлой главы.

Пока шёл, вспомнил один из моментов, когда точно так же я пытался не спать до последнего, но день прервался на самом интересном моменте. Тут, наверное, надо рассказать всё по порядку.

Предыстория этого дня начинается ещё в 2014 году. Тогда я проводил лето в деревне, которая находится в 80 километрах от Курска, куда мне пришлось переехать после школы. Там мы с друзьями вечерами выходили гулять, и там же я встретил свою первую любовь, которую звали Аня (не путать ее с той самой, чьё имя я до сих пор не хочу писать).

Я был безумно влюблён в неё, но из-за того, что, по сути, мы виделись всего два месяца в году, а ещё тогда я был идиотом, любовь оказалась безответной. Каждый раз, приезжая в деревню и видя её, я растекался, как желе под газовой горелкой.

Потом я встретил ту самую девушку, а эта детская любовь к Ане прошла, будто бы её никогда и не было. Эта особенность первых настоящих чувств всегда меня удивляла. В свои 14–15 ты готов расшибиться в лепешку, лишь бы та самая стала твоей. А по прошествии стольких лет эта дама становится тебе безразлична.

В моём случае такого не было, у нас всегда были тёплые отношения, пока она не начала отношения с парнем, за которого в результате вышла замуж. Меня всегда поражала особенность девушек находить себе идиотов и строить с ними долгие отношения, когда сама она – умный и талантливый человек. Причём так было всегда.

Для меня она навсегда была тем самым незакрытым гештальтом. Когда я переехал в Курск (и она тоже), мы жили недалеко друг от друга. Вдруг я начал замечать, что она испытывает ко мне интерес не только как к другу. Мне было паршиво от того, что пришлось расстаться с той самой, поэтому до Ани мне не было дела. Но потом я начал отходить и постепенно стал смотреть на неё совершенно под другим углом.

Об отношениях с ней я даже и не думал, но меня зверски тянуло к ней, и её ко мне тоже, в чём она потом призналась. Я не знаю, что это было с её стороны, но с моей – непреодолимое животное желание провести с ней хотя бы одну ночь. Пик наших «отношений» случился летом 2018 года, когда она приехала в деревню и на протяжении двух недель мы виделись ежедневно, и с каждым днём наша тяга друг к другу росла. В результате то, что начиналось лёгким флиртом, по прошествии двух недель закончилось тем, что мы неимоверно хотели друг друга. В последнюю ночь, когда всё должно было произойти, у нас случился конфликт, и я, показав свой характер, решил ничего не предпринимать, чтобы мириться. В конце последней ночи она настрочила огромное сообщение насчёт того, что испытывает ко мне сильную тягу, которую не в силах контролировать, поэтому нам лучше вообще прекратить общение. Мне было грустно, даже очень, но не из-за того, что мне так и не удалось добиться того, чего я хотел в свои 15 лет, а из-за того, что пусть любовь к ней угасла, но мне был искренне дорог этот человек. И даже после того, как мы 3 года не поддерживали общения, я вспоминал о ней, волновался за неё, и мне хотелось, чтобы этот человек был счастлив, несмотря ни на что.

Я ещё очень многое могу написать о ней, но ограничусь лишь тем, что она была одним из самых талантливых людей, которых я знал, чей огонь в груди вызывал пожары в сердцах многих мужчин, она должна была добиться многого, но прогнулась под давлением людей со стороны и стала лишь деталью в огромном механизме современных реалий.

И вот начался коматоз, и с годами я всё чаще мог общаться с ней. Всё плавно подходило к 18 июля 2018 года, и я ждал этого дня, так как решил изменить этот день. Я хотел узнать, чего в итоге лишился в реальности.

В коматозе всё шло хорошо. Я избежал конфликта, мы стояли в общей компании рядом, и если в начале вечера мы лишь аккуратно и ненавязчиво пытались дотронуться до тел друг друга, то к концу гуляний мы в наглую обнимались и держали друг друга за руку, пока все остальные косо смотрели на нас. В основном, конечно, на неё, так как тогда она ещё встречалась с тем самым туполобом. Но когда она сказала мне, что приняла решение расстаться с ним, у меня отлегло.

Было около 3 часов ночи, когда все разошлись и я повёз её домой. Мне было страшно, что, затянув момент, я могу не успеть сделать то, чего мы так сильно желали. Я пытался завести разговор, пока мы стояли в компании: хотел спросить, кто во сколько любит просыпаться, но это было настолько нелепо, что я даже не стал пробовать. Сделать это я хотел лишь с той целью, чтобы понять, вдруг я вчера кому-то сообщал, во сколько проснулся, и мне бы сказали, когда началось утро 17 июля 2018 года.

Почти подъехав к её дому, я повернул в укромное место, где мы обычно стояли и разговаривали до рассвета. Я заглушил машину, повернулся к ней, а она смотрела на меня так, что я на несколько секунд ощутил те самые чувства, которые испытывал к ней, будучи 15-летним подростком.

По сути, это был тот самый момент, когда мы должны были поцеловаться, но ей позвонил её парень.

С фразой «Твою мать» и ненавистью на лице она вышла из машины, чтобы ответить ему.

Вот как так бывает в жизни, что человек, которого ты даже никогда не видел, может так подгадить.

Через несколько минут она вернулась.

– Вот почему нельзя просто лечь спать?

– Ну, слушай, он за тебя волнуется.

– Это да.

Она пару секунд помолчала.

– И как теперь сказать ему о том, что мы расстаёмся?

– Скажи как есть, что ты его не любишь.

– Но понимаешь, он очень хороший.

– Настолько хороший, что не воспринимает всерьёз то, о чём ты мечтаешь?

– Но он ко мне относится так, будто я принцесса.

– Да плевать на это. Каким бы человек не был хорошим, если он не поддерживает тебя в том, чего ты искренне хочешь, а ты его к тому же не любишь, то вам нужно расставаться, и как можно скорее. Сама знаешь, что с каждым месяцем отношений расставание будет проходить всё сложнее.

– Я это всё понимаю, но моя мать просто без ума от него. А ты знаешь, как я сильно люблю своих родителей и не хочу их расстраивать.

– А не расстроишь ты их, когда в конце своей жизни окажешься несчастна?

– Это другое.

– Почему?

– Да потому что. Ладно, давай сменим тему.

– Знаешь, ты так говоришь, будто бы уже сомневаешься в том, что готова его бросить.

– Вот тут ты не прав. Я готова, только боюсь последствий, особенно неодобрения со стороны матери.

– Да плевать на это!

– Так нельзя.

После этого я выругался матом и продолжил свою мысль.

– Понимаешь, кто бы то ни был: лучший друг, подруга, парень, муж, брат, отец, мать – никто не имеет права как-то влиять на твои желания и мечты! Ты можешь лишь прислушаться к советам, но жить тебе, именно ты должна принимать решения и делать то, чего хочешь, если даже всё окружение отговаривает от этого! Пойми, самые родные и близкие всегда примут то, что ты выбрала!

– Наверное, ты прав.

Я снова выругался перед тем, как продолжить говорить.

– Просто пойми, что в тебе сидит такое пламя, которое никому нельзя позволить потушить! А сейчас ты идёшь к этому семимильными шагами!

Так эмоционально я высказывался из-за того, что знал итог происходящего с ней, но искренне верил в то, что могу это изменить.

– Ты обязана реализовать себя. Уточняю, не должна, а обязана, как минимум перед собой, в противном случае ты себе этого никогда не простишь и будешь той самой злой бабкой на лавочке, которая ругает детей за то, что они слишком быстро бегают мимо неё.

Весь мой монолог она просто сидела молча, опустив глаза.

– Спасибо.

– Да в жопу себе засунь своё спасибо! Не смей просрать то, что в тебе сидит! Не слушай никого и живи так, как хочешь! Ты личность, яркая личность, со своим мировоззрением. Не прогибайся ни под кого и докажи всем, а в первую очередь себе, чего ты стоишь!

Она смотрела на меня и просто улыбалась. Потом протянула свою руку к моей и так крепко её сжала, что от удовольствия на моём лице непроизвольно появилась улыбка.

Я посмотрел на часы, уже было 4:30 утра.

– Не хочется завтра уезжать.

– Так не уезжай.

– Нет, надо в город. Да и нужно разобраться с Лёшей.

Кстати, её парня звали Алексей.

– И что тогда?

– Если всё пройдёт как надо, то через неделю я вернусь в деревню.

– Отлично, я всё равно буду здесь.

Как же мне тогда было паршиво от понимания того, что этого я не застану.

Она рассказывала о том, как планирует поехать в город, а потом мы устремили наши взгляды на горизонт, из-за которого уже поднималось солнце. После того, как мы две минуты смотрели на рассвет, она сказала.

– Знаешь, пусть это и прозвучит пафосно, но сегодня один из лучших дней в моей жизни.

– Мой тоже.

Мы повернулись друг к другу, сделали одновременно неловкое движение по направлению к нашим лицам и поняли, что сейчас мы хотим одного.

Наши губы соприкоснулись, и вот тот самый 15-летний мальчик, который без ума от девочки, чьи волосы были настолько густыми, что в них могла затеряться игла, которую легче найти в стоге сена, чьи глаза были так красивы, что в них можно было смотреть так долго не моргая, целует её. Ей кто-то начинает звонить, видимо, бабушка, но она не поднимает трубку. Нам обоим наплевать. Мы не хотим, чтобы это утро заканчивалось. Плевать, что будет завтра, мы хотим жить здесь и сейчас.

Становилось все горячее, мы уже не могли контролировать наши руки. Я отрываюсь на мгновение, чтобы прошептать:

– Пошли назад.

Она берёт меня за футболку и крепко впивается в мои губы. Даже пару секунд, пока мы будем садиться на заднее сиденье машины, кажутся нам вечностью, и мы не хотим их упускать.

В один момент она сильно отталкивает меня и выходит на улицу. На долю секунды мной овладел страх, что она снова побоялась и решила спрятать свои чувства, но тут же она открывает заднюю дверь и садится, а после спрашивает:

– Мне тебя долго ждать?

Она сказала это таким тоном, что любой бы человек подчинился. Я не успеваю сесть, как она вновь притягивает меня к себе, залезает ко мне на колени, запускает руки под мою футболку и впивается ногтями в тело. Я могу лишь тихо вздыхать от удовольствия.

Я раздеваю ее. Вот к чему я шёл и чего не добился в реальности, но что смогу ощутить в коматозе. Мне искренне хотелось поблагодарить судьбу, что дала мне шанс прожить этот момент.

Мы друг друга не контролируем и двигаемся всё быстрее. Когда дело подходит к кульминации, мы резко останавливаемся, так как не хотим это заканчивать. Звонки на её телефоне участились, но нам наплевать. В этот момент во всём мире есть только мы. Я закрываю глаза от наслаждения. Это лучше, чем я мог представить, это лучше, чем всё, что со мной было, это то, что случается один раз в жизни, и ты будешь помнить это до смерти.

Мы вновь двигаемся быстрее, голоса уже невозможно контролировать, и если бы какой-нибудь человек проходил в 10 метрах от машины, то сразу бы понял, что в ней творится. И вот наступает кульминация нашего вечера. Совсем скоро будет пик наслаждения. Того наслаждения, которого я ещё не испытывал никогда.

Звонок будильника, мне надо вставать, на часах 6:20 утра.

Дальше рассказывать нечего. Я проснулся и молился всем богам, чтобы вернуть тот момент, снова прожить его. Всё было настолько хорошо, что в итоге превратилось в сон. После я начал проклинать мир. Это было слишком жестоко и несправедливо. Я сразу вспомнил, почему мне нужно было так рано вставать, и ненавидел себя за то, что не подумал об этом раньше. Всё закончилось, та ночь закончилась. Ничего уже не вернуть и не продолжить, а это самое обидное.

Если мне не изменяет память, то после этого около трёх дней я вообще не подпускал к себе людей. Потом начал пить и каждый день мотался в город за новой порцией наркоты. Так я прожил примерно два месяца, пока более-менее не отошёл.

Попытаться сделать всё, что я делал раньше, в те оставшиеся дни, пока она была в деревне, казалось бесполезным, потому что встретить её вечером и видеть, как она смотрит на меня, будто ничего не было, а для неё ведь ничего и не было, стало невыносимым.

Тут я начал представлять: что, если бы у меня получилось провести такую ночь с той самой девушкой? Если бы и с ней ночь закончилась похожим сценарием, то я бы каждый раз, проснувшись, убивал себя в надежде, что когда-нибудь смогу умереть. Я уже писал о безумии, и вот это стало бы самым ярким его проявлением.

На меня нахлынула меланхолия в эти дни из-за воспоминаний про Аню, из-за чего мне не хотелось ни писать, ни выходить из квартиры. В результате я пару раз сходил на площадку поиграть в баскетбол, а потом сидел дома и читал. Вчера утром я вспомнил, что через 10 дней окажусь в деревне, и это добавило немного оптимизма. Хоть какая-то смена обстановки.

Вчера я решил отвлечься, поэтому набрал номер Вадима и позвал его прогуляться. По сути, всё было как и всегда. Он рассказывал мне о том, что сейчас происходит в его жизни, а я, зная обо всём этом, пытался перевести тему на более отстранённую. Когда мы уже подошли к его дому, он задал мне вопрос, который я никак не мог ожидать.

– Я тут подумал на днях. Представь, что в один момент наша жизнь повернётся на 180 градусов?

Я встал в ступор и раскрыл глаза настолько сильно, что Вадим заметил это и повернулся ко мне.

– У тебя сейчас, кажется, мозг взорвётся. Я объясню, что имел в виду.

– Я понимаю о чём ты.

– Нет, не понял, потому что я сам себе пока это до конца не могу объяснить, так что слушай.

Он почти в точности пересказал мои 6 лет. Подавал он это как незаурядную мысль и тему, над которой можно поразмыслить, я же пытался найти в этом какой-то подвох.

А вдруг с ним происходит то же самое? Произошли в нём какие-то изменения сегодня? Что, если тот случай, когда я дал прочитать ему свои записи, как-то на него повлияло?

– Ну и?

– Ладно, смотри. Если я правильно понял, то по твоей теории завтра уже не наступит, и я проснусь 18 августа, а не 2го?

– Да. Ты только представь, насколько это жестоко.

Так и хотелось рассмеяться во весь голос, но я сдерживался.

– Что станет с человеком? Каким он будет? Как вообще жить после такого?

Мне хотелось узнать, какие выходы из ситуации он мне предложит.

– Допустим, с тобой это случилось. Что бы ты сделал?

– Суициднулся, определённо. Я бы сначала попытался найти какие-то выходы из этого, но если бы не получалось, то вскрыл бы себе вены.

– Так, ага. А если умереть не получается?

Я пытался не говорить с лицом знатока, но ничего не выходило. Этот разговор доставлял мне огромное удовольствие, так как о том, что говорит Вадим, я знаю не понаслышке.

– Это как?

– Вот так, ты не умираешь. Допустим, ты вскрыл себе вены, а всё равно потом просыпаешься.

Если убрать мат из его слов, то примерный смысл ответа будет следующим: – Это настолько жёстко, что не должно быть правдой.

– Ну да, такое сложно представить.

– Хотя если подумать, то будущего как такового нет, и все поступки, которые человек совершит, ни к чему не приводят. Тогда ты можешь заниматься всем, чем захочешь.

– И чем же?

– Не знаю, здесь все зависит от человека.

– Представим, что с тобой это случилось, что бы ты делал? Как бы себя развлекал?

Мой голос начинал подниматься, и я понимал, что если не прекратить эту тему, то я могу просто наорать на него, а он даже не поймёт за что.

– Я не знаю.

– А ты подумай.

– Да не знаю я, чего пристал? Вот ты бы что начал делать?

– Ну я начинал…

Оговорка по Фрейду.

– Начинал?

– Начал бы. Неважно. Думаю, что я бы решил попробовать всё, что можно и чего нельзя: от наркотиков до девушек.

Небольшая пауза. По лицу Вадима уже было видно, что он сильно погрузился в раздумья.

– Получается, что открываются невероятные возможности. Ты можешь делать всё что угодно, а тебе за это ничего не будет.

– Ты прав.

– Но я не думаю, что человек ограничится только девушками и наркотой.

Тут мои нервы немного сдали.

– Конечно, не ограничится! Ты только представь, что человек находится в замкнутом круге, из которого не может выбраться! Всё, что он делает, в итоге не имеет никакого смысла! Всё это приводит к тому, что человек перестаёт быть человеком. Он становится самым отвратительным существом на планете, которое, обозлившись на весь мир, будет вытворять такие вещи, о которых многим даже подумать страшно! Убивать, насиловать, воровать…

– Ты чего кричишь?

Я выдохнул.

– Ничего, просто тема для разговора как-то вывела меня из себя, извини.

По Вадиму было видно, что эту тему он больше обсуждать не хочет. Видимо, в его голове на секунду я стал психованным дебилом.

– Знаешь, после такого разговора мечты о том, чтобы вернуться хотя бы на секунду в прошлое, перестают быть мечтами, ты начинаешь гораздо серьёзнее подходить к этому вопросу.

Я улыбнулся после его слов.

– Скажу так, что не стоит ворошить прошлое и ждать, что ты когда-то туда вернёшься, иначе просто потеряешь свое будущее.

– Ну да, ты прав.

В итоге тема стала более обобщённой, поэтому я смог рационально говорить и спокойно излагать свои мысли.

– Ты не заметил, что люди, которые постоянно вспоминают прошлое и искренне хотят всё повторить, вообще забывают про настоящее и будущее. Они находятся в ступоре, из-за которого не могут жить нормальной жизнью. Они, по сути, становятся неполноценными затерявшимися субстанциями, которые с каждым новым переживанием всё больше закапываются в мечтах и мыслях о том, как же хорошо было раньше. Но никто и никогда не думает о том, что и раньше происходило много паршивых моментов.

– Подожди, тут я с тобой в одном не согласен.

– В чём?

– Если эти мысли о прошлом возникают не с целью вернуть те моменты, которые уже происходили, а изменить что-то? Например, у моего знакомого была такая история. Они выпивали в компании, один из его близких друзей решил прокатиться на машине. Никто его не отговаривал, кроме моего знакомого. Он пытался, но его друг не хотел слушать, сел и поехал. В результате этот друг заснул за рулём и разбился насмерть. Мой знакомый до сих пор думает об этом и хочет вернуться в тот день, чтобы просто не дать ему сесть за руль. Что если у него появиться такая возможность? Это разве плохо? Он спасёт жизнь человеку, сбережёт нервы родителей этого друга, для которых потеря сына стала неимоверной утратой. Я считаю, что в этом ничего плохого нет.

В тот момент я вспомнил эту историю, он уже рассказывал её мне в реальности. Мы тогда обсуждали именно эту тему и пришли к выводу, что это настоящий дар – вернуться в один из прожитых моментов своей жизни, чтобы изменить будущее. Также мы фантазировали о том, какие бы моменты своей жизни хотели изменить.

– Знаешь, я думаю, что эти мысли ни к чему не приведут. Будущее не изменить. Нельзя его менять: если узнать конечный результат, то можно ужаснуться тому, к каким последствиям это приведет.

– Что может быть плохого в том, что он спасёт жизнь человеку?

– В этом ничего плохого нет, но делать этого не стоит.

– Почему?

– Не знаю, как это объяснить, я просто уверен в этом.

Мы ещё немного постояли и разошлись. Я вспомнил момент, когда спас жизнь человеку в коматозе, который в реальности погиб. Итог спасения для меня до сих пор остаётся загадкой, но, когда я это сделал, особого удовлетворения не чувствовал. Будто бы сделал то, что и должен был.

Это было в деревне. В моей жизни очень многое связано с ней. На протяжении 17 лет я неизменно проводил там 2–3 месяца лета, поэтому она стала для меня очень значимым местом. В тот же год я приехал поступать в университет, но всё свободное время проводил в деревне.

История эта коротка. Один парень влюбился в девушку, с которой потом у них были отношения около 2 лет. Это была его первая любовь, которая, как мы знаем, самая безумная. В какой-то момент он узнаёт, что его девушка регулярно изменяла ему, и после ссоры они решают расстаться. Утром 4 июля родители обнаружили висящее в петле тело их сына.

Похороны прошли 5 июля. Я решил сходить, пусть уже и был на них в реальности. Видя слёзы и страдания людей, я решил, что спасу жизнь этому парню. К слову, эта девушка тоже закончила нехорошо. То самоубийство очень сильно на неё повлияло, так как она и стала его причиной, и все об этом знали. Тот парень оставил записку, в которой большими буквами выделил имя виновника и причины своего поступка.

Она закрылась от всех. Отношение к ней стало настолько отвратительным, что её семья в скором времени переехала из деревни. В последний раз в реальности я слышал о ней в 2021 году, когда мне сказали, что она вроде как связалась с какой-то шайкой наркоманов и теперь сама сидит на чём-то серьёзном.

Ссора произошла 3 июля. Я знал, в какое время он поедет совершать то, что задумал, поэтому поставил машину недалеко от его дома. Увидев свет фар, я включил свои и несколько раз ему поморгал. Он остановился.

Я без каких-либо расспросов сел к нему в машину на пассажирское сиденье. Моя жизнь была довольно скучна, поэтому я захотел добавить немного драмы в своё появление. К тому же это должно было сильнее подействовать на его сознание.

Взглянув на него, я увидел, что его глаза были залиты слезами. Я сделал каменное лицо и начал говорить.

– Я могу тебе рассказать всё, что будет дальше. Ты повесишься и оставишь предсмертную записку, где во всем обвинишь её. Но хочу тебе сказать, что этим поступком ты лишишь жизни не только себя, но и ещё нескольких людей. Твоя мать не выдержит и отравится газом.

Это было ложью, но для пущего эффекта сойдет.

– Отец начнёт пить так сильно, что в 2020 году у него разовьется цирроз печени. Сестра попытается от всего абстрагироваться, но у неё тоже ничего не выйдет, поэтому назвать её жизнь хорошей у меня просто не поворачивается язык. Если бы ей хватило сил также убить себя, то она бы непременно это сделала. Просто поверь мне, не делай этого.

– Что ты вообще несёшь?

Он был в шоке. В полнейшем шоке.

– Запомни, не делай это ни при каких обстоятельствах.

Потом я молча вышел из машины и направился к своей. Ситуация тогда казалась мне очень кинематографичной, пусть и немного попсовой. Но думаю, что шок его пробудил и в итоге он ничего с собой не сделает. Я уехал, но не домой, а в укромное место, с которого можно было наблюдать за его домом.

Когда он поставил машину, я пешком дошёл до его дома и стоял возле двора. Пару раз он выходил покурить. В итоге к 6 утра свет в его комнате погас, и, как я понял, он лёг спать.

В 9 утра никаких новостей о его смерти не было. Я надеялся, что к 10 меня не отключит, и я застану момент, когда он повезёт свою мать на работу. Я сидел на лавочке около своего двора, и около 10 утра он проехал мимо моего дома с матерью на пассажирском сиденье. Посмотрел он на меня так, будто бы я самый страшный человек из всех, которые когда-либо рождались на свет. А я просто улыбнулся ему и ждал, пока в одно мгновение моргну и проснусь уже 2 июля 2017 года.

В последнее время меня тянет писать всё реже. Но сегодня у меня просто нет выхода, потому что заняться мне особо нечем. Думаю, это связано с тем, что сейчас жизнь мне стала в какой-то степени вновь интересной, как это со мной иногда происходило за 6 лет, поэтому руки до блокнота всё никак не доходили.

Утро началось в одной из придорожных гостиниц. Я с родителями ехал из деревни на машине до Урая. Расстояние, которое нам нужно было проехать, составляло 3000 км, поэтому приходилось останавливаться переночевать. Обычно дорога занимала 2,5 дня с тем условием, что мы ещё дважды останавливались поспать. С каждым километром мы отдалялись от деревни, и с каждым часом я был всё ближе к тому, чтобы начать своё утро в доме у бабушки, от которой мы ехали. Родители пытались завести со мной разговор о том, как я провёл это лето, но я, не поддерживая разговора, холодно отвечал на их вопросы. Они, наверное, подумали, что мне пока сложно говорить об этом, так как я грущу из-за того, что уехал. Правда, они не понимали, что я просто не знал, о чём говорить, так это время для меня еще не наступило.

Больше всего эту разницу в жизни относительно меня и остальных людей я ощущал как раз с родителями, хотя и не знаю почему. Сразу вспоминаю те случаи в коматозе, один из которых выпал на 31 декабря.

До обращения президента ещё полчаса, и у родителей – волнительное ожидание этого магического момента, когда дата в их телефоне изменится не только в том месте, где указано число, но и в том, где стоит год.

Для меня в коматозе этот день стал не встречей Нового года, а проводами старого. Во время речи президента я слушал его пожелания и обещания на следующий год, а также вспоминал, что оказалось правдой, а что ложью.

Конечно, его слова о прошедшем годе для меня были всегда одинаковыми, но всё же иногда он мог обмолвиться о некоторых вещах, произошедших в условном 2019-м перед наступлением 2020 года, о которых я мог забыть. Поэтому, слушая это, я уже мог представить, что в итоге меня будет ждать.

И вот на экране телевизора президент. Лишь мне одному дано как-то по-другому воспринимать смысл его фраз, и этот дар я бы засунул поглубже тому, кто меня им одарил.

После боя курантов я пошёл к друзьям, и каждые 10 минут кто-то выкрикивал «С Новым годом!» Честно говоря, от этой фразы меня тошнило. Я перебрал с алкоголем и начал задвигать, почему люди не могут в этот день поговорить о том, что в итоге случилось в 2016 году, а не надеяться на то, что 2017-й в корне изменит их жизнь. Вспоминая тот вечер, я всё-таки хочу оговориться. Тогда я не перепил, я напился. Самое забавное, что и в реальности в тот Новый год я наклюкался до чертиков.

Всё пришло к тому, что я орал, что живу прошлым и для меня скоро наступит 2016 год. Что все глупцы и ничего не понимают. Что я один сейчас смогу хоть что-то вспомнить назавтра. Также я говорил, что являюсь избранным, а все остальные – лишь механизмы в моей вселенной.

В целом мне был по душе Новый год. Это было то время, когда я за сутки мог вернуться в 2016-й, потом застать момент перехода в 2017-й и после вновь очутиться в 2016-м. Это забавно, согласитесь.

Когда я дописывал последний абзац, ко мне обратилась мама.

– Что ты там всё пишешь?

– А что?

– Просто интересно.

– Стихи, что ли? – поинтересовался папа.

– Нет, для стихов я слишком глуп. К тому же мне они никогда особо не нравились.

– Почему? – спросила мама.

– Не знаю. Есть несколько, которые меня по-настоящему зацепили, но всё-таки я лучше прочту книгу или маленький рассказ, чем буду штудировать сборник стихов Маяковского или Ахматовой.

– А я люблю стихи. Мне в школе всегда нравилось читать их. Некоторые даже заучивала, которые больше всего меня тронули. Муж, ты что скажешь?

Папа улыбнулся.

– Я тоже любил больше читать. Вот только начал это делать примерно через 10 лет после того, как получил аттестат.

– А в колледже, или где ты там учился?

– Нигде.

– Как это?

– Вот так, я после школы сразу пошёл работать. Никакого образования у меня больше нет.

– Кошмар.

Этот разговор меня заинтересовал.

– Подожди, мам, вы прожили вместе 30 лет, и ты только сейчас узнала, что папа кроме школы больше нигде не учился?

– Да.

– Видишь, сын, как твоя мать интересуется моей жизнью. А я вот так 30 лет живу.

– Ой, не начинай, лучше бы ты себе всё равно никого не нашёл.

– А может, и нашёл бы. Сейчас разведусь и пойду себе искать молодую.

– А ты думаешь, что на тебя, дурака старого, ещё кто-то клюнет?

– Я ещё в самом соку.

Мы все посмеялись и поехали дальше. Я до сих поражаюсь тому, как раньше люди могли выйти замуж за человека, толком ничего о нём не узнав. Это как раз был случай моих родителей. При этом они любили друг друга даже спустя столько лет, и это было видно.

А еще раньше – в XVIII–XIX веке – когда о чувствах в принципе речи не шло, выдавали замуж родители не за того, кого любит их ребёнок, а за того, кто более выгоден им. Как же сильно с годами меняются нравы и традиции. А к чему придёт общество в году так в 2050-м или 2060-м? Этого, к сожалению, я уже не узнаю, а может, и узнаю, но увидеть точно хотелось бы.

Если думать о тенденциях общества, то в реальности я считал, что моногамные отношения исчезнут. Мне казалось, что жизнь в браке с одним партнёром уже не будет чем-то нормальным. И это мнение не было подкреплено какими-то фактами, а складывалось из личных ощущений.

Что можно сказать точно, так это то, что возраст вступления в брак с каждым годом становился всё больше, потому что общество шло к тому, что сначала надо разобраться с карьерой, чтобы потом пожениться и не думать о том, как обеспечивать семью. Поэтому для меня было дикостью видеть молодых людей, которые в свои 18–20 лет женятся будто бы наудачу, не думая о том, на какие средства им жить.

За эти дни мы проезжали практически полстраны. Когда я смотрю в окно и вижу все красоты нашей природы, меня не отпускает мысль о том, что я так и не смог побывать за границей. К сожалению, чтобы спланировать вылет, нужно минимум несколько дней, что в моей ситуации было невозможно. Конечно же, я мог купить билет до страны, в которую есть безвизовый въезд, но делать этого я не хотел, потому что не видел особого смысла. Мне потребуется полдня, чтобы купить билеты, потом лететь на самолёте, и там у меня будет от силы 3–4 часа до момента, когда я снова проснусь. А вот теперь я об этом жалею. Теперь я точно не смогу этого сделать, так как мне нет 18, и за границу меня никто не пустит. Приходится мириться с тем фактом, что за всю свою жизнь я увижу лишь то, что уже видел до начала коматоза.

Я проснулся в 5 утра из-за того, что нам нужно было выезжать. Всё-таки это странное чувство, когда расставание с кем-то для меня является встречей.

Я вижу слёзы моей бабушки и улыбаюсь оттого, что рад её видеть. В реальности она умерла 4 ноября 2018 года, то есть я, по сути, увидел её воскрешение. Теперь она с каждым годом молодеет. Как бы я ни пытался сыграть то, что мне грустно, глаза мои ликовали, и бабушка это видела.

Почему-то это утро настолько загрузило мой мозг, что в голову приходили самые разные воспоминания и мысли. Когда мы проснулись, я ощущал, что ещё пьяный. Сразу в голове появилась мысль, что 8-го августа будет тот самый день, когда наши отношения с Аней пришли к тому, что мы должны были начать встречаться, но очередная ссора не позволила этому свершиться. День, когда я решил показать свой характер перед Аней, после чего мы с ней долгое время не общались. Тот день в реальности должен был стать красивой историей, когда молодые люди признаются друг другу в любви и обещают, что через год они снова встретятся и больше никогда не расстанутся.

Черт, почему-то подобные истории о трагичном расставании с любимыми встречаются в моей жизни слишком часто. Сначала Аня, потом та самая. В коматозе порядок изменился, но сути это не меняет. Хотя нет, кое-что изменилось. Сейчас я знаю ту самую и понимаю, что, если бы у меня была возможность заменить Аню на неё, продав одну из своих почек, я бы отдал две просто так, лишь бы снова ощутить тепло тела девушки, которая пробудила во мне такое количество эмоций.

Наши характеры с Аней всегда мешали наступлению возможных отношений. Попробовать вновь изменить прошлое и весь вечер провести с ней? А зачем? Если уже не повторить то, что было 18 июля 2018 года. К тому же во мне сидит такое чувство, будто я предам тот особенный день, если завтра снова попробую что-то изменить с Аней. Нужно ли это? Хочется ли мне этого? Конечно, можно будет просто ради интереса попробовать, но я сомневаюсь, что это того стоит.

Также, увидев бабушку, я начал вспоминать её похороны, то, как её тело предали земле на кладбище, и слёзы моей матери. А сегодня я как ни в чём не бывало смотрел на эту низенькую старушку с прекрасным чувством юмора, которая любит рассказывать истории про то, как её дети и внуки были маленькие и какие пакости они успели за это время натворить.

Я не плакал на похоронах, потому что слёз матери было достаточно, я не хотел выпускать свои эмоции наружу, так как знал, что от этого моей маме будет ещё тяжелее. Я лишь стоял рядом с ней с каменным лицом.

В коматозе особо сильно ничего не изменилось, лишь внутри меня была тихая радость, что уже через несколько дней бабушка будет жива, пусть и сильно больна, но жива. А через пару лет она сможет сама ходить, внятно говорить и в принципе будет той бабулей, которую я запомню на всю жизнь.

Благодаря коматозу я стал намного чаще общаться с ней, потому что уже понял ценность этих вечеров, когда дорогой человек может сидеть напротив тебя и говорить, а не лежать в гробу под несколькими метрами земли и смотреть на тебя лишь сквозь портрет на памятнике.

На похоронах в коматозе я пытался вспомнить её голос. Как бы сильно я этого ни хотел, но у меня не получалось. Тогда я понял, что мои родители тоже когда-то умрут. Через несколько лет я тоже не смогу вспомнить их голоса? Разы, когда я был благодарен судьбе за коматоз, можно пересчитать по пальцам, но тогда я снова поблагодарил судьбу за то, что не увижу тела своих родителей в гробу. Я буду видеть лишь то, как они молодеют и с каждым днём их тела наполняются жизненной энергией.

Я очень любил двух своих дядюшек, с которыми так и не смог вдоволь пообщаться из-за того, что был ещё мал. Вспомнил своего деда, который умер, когда мне было всего 7 лет. Сейчас я рад, что всё-таки смогу вновь увидеть их. Смогу поговорить с ними. Больше узнать о том, как они жили, и вообще понять, что это были за люди. Уже представляю, как, всё ближе подходя к дате похорон одного из дядь или деда, составлю вопросы, которые захочу им задать. Это радует, очень радует.

Я решил немного поспать. Приснилось мне не особо приятное действие, сути которого я почти не помню, но какие-то картинки в голове всё же остались.

Вот я стою в возрасте трёх лет, и мама кормит меня с ложечки. Вот я лежу на пелёнке, ещё совсем младенец, и мама мне меняет подгузник. Вот я в детском саду среди других детей. А самое главное, что мой мозг не стал моложе, и я так же соображаю, как и сейчас. Может быть, таким окажется продолжение коматоза? Тогда кормление грудью я и представлять не хочу.

А что, если я не замечаю, как мой мозг становятся моложе? Я ведь никогда не замечал серьёзных изменений в своём разуме. Надеюсь, что к младенчеству я стану тем же маленьким человечком, который только начинает познавать окружающий мир, иначе всё, что мне предстоит пережить, будет гораздо хуже того, что со мной уже случалось.

Это хочется с кем-то обсудить, но с Вадимом я встречусь только через два месяца. В деревне у меня был друг, с которым я также мог поговорить обо всём в начале коматоза, но, к сожалению, сейчас 2016 год, и мы пока только лишь знакомые. А ещё всё усложняет то, что в это время в реальности мы были даже соперниками, потому что он был молодым человеком Ани. Иногда ироничность судьбы просто поражает.

Просто представить тот факт, что когда-то мы любили одну девушку и в какой-то степени соперничали друг с другом, а из-за того, что она была с ним, я его материл так изощрённо, что, наверное, при каждом таком случае он долго не мог избавиться от икоты. А потом мы сидим с ним за одним столом и говорим на такие личные темы, о которых и родным не всегда поведаешь.

Он был интересным исключением, потому что до встречи с ним я его искренне ненавидел, а познакомившись, каждый раз кайфовал от этого общения. Он мне был очень приятен как человек, что в итоге привело к очень крепкой дружбе. Но это не отменяет того факта, что, пока Аня была с ним, он оставался подонком и уродом, чья участь, – гореть в аду. И каждый раз, когда я видел их вместе, в голове были мысли: «О, Андрей, паршивый ублюдок, который держит за руку Аню и который вообще недостоин даже стоять рядом с ней. Он урод, скотина и тварь, которого я очень рад видеть. Хотелось бы весь вечер проговорить только с ним. Лишь пускай в этот момент Аня куда-нибудь исчезнет, иначе от таких эмоциональных качелей я просто взорвусь».

Хотя, расписывая всё это, можно предположить, что на одном из вечеров у нас всё-таки получится пофилософствовать на тему времени и возвращения в прошлое. Как бы то ни было, но мы с ходу начали понимать друг друга, поэтому попробовать стоит. К тому же видел я его в последний раз больше года назад, когда он только пришёл из армии и уже не встречался с Аней. А может, дать ему почитать блокнот и подать это всё как мою личную фантазию? То есть сделать тот же ход, что с Вадимом. Загадывать не буду, но, наверное, попробую.

Интересна его реакция на отношения с Аней и о нашей последующей дружбе. Чёрт, он же прочитает про 18 июля 2018 года. Ладно, если что, всё это я нафантазировал.

Решил в дороге перечитать «Бойцовский клуб». Кажется, что для Тайлера Дёрдена была бы идеальной жизнь в коматозе, если, конечно, не углубляться в искренние намерения его действий. Отбросив тот факт, что при создании анархии он хотел освободить людей от плена современных маркетологов и глупых ненужных потребностей, мы получаем, что он может каждый день делать всё, что вздумается, не получая за это ничего. Нет, слишком глупая мысль. Он бы этого не делал хотя бы из-за того, что его действия ни к чему не приведут. К тому же всё, что руководит людьми, – мысли и мечты об идеальном будущем, к которому они стараются прийти.

Хочется сегодня поскорее уснуть, чтобы как можно быстрее наступил завтрашний день. Хм, благодаря блокноту я стал всё чаще ждать завтра, это многого стоит. Вот только надолго ли это? Ведь, потеряв это желание, я ещё долго не смогу смириться с тем, что моя жизнь вновь не имеет смысла. Хотя, пока есть блокнот, смысл остаётся: писать, писать всё, что сидит во мне, всё, о чём я думаю, чтобы хоть где-то это увековечить, чтобы хоть где-то это запомнилось. Лишь он хранит мои мысли и переживания, мои мечты и цели. Когда-нибудь я соберусь с силами и всё-таки напишу про те самые 3 года, но пока что не время.

Чем ближе моя встреча с Аней, которая разрывает наш диалог в соцсети своими сообщениями, тем больше я думаю о той самой. Всё больше и больше, от этого никуда не деться. Она как заноза, сидит где-то глубоко в моей голове и иногда напоминает о себе, а если напомнила, то избавиться от неё я не могу.

Как же я хотел её увидеть. Как же я сейчас хочу найти её страничку в соцсети и написать. А зачем?

Я уже писал, что она мастерски надевала маски. Так вот, зная то, какой она человек, видеть её в очередной маске, которую она надевает для тех, с кем встречается впервые, будет ужасно.

Я помню, как с каждым днём она всё больше от меня отдалялась, потому что время наше всё быстрее уходило, и в результате мы пришли к тому, что она сейчас даже и не задумывается о моём существовании, а я каждый день вспоминаю о ней и корю судьбу за то, что она со мной сделала. В реальности мы с ней не общались около полутра лет, но я знал, что она помнит всё, что между нами было. Это настолько сакральное, что такое и рассказывать не хочется. Начиная кому-то говорить про неё, я всегда утаивал какие-нибудь факты, потому что они были слишком личными.

Мы могли стоять на балконе и говорить о том, какая сегодня погода, но даже этот момент для меня был чем-то особенным, о чём я никому не мог рассказать.

Кажется, это был декабрь этого года, когда я решил написать ей, чтобы хоть немного зацепиться за неё. Но это была не она. Да, страница её, печатает она, отвечает на сообщения и задаёт вопросы она, но это не та самая, это очередная маска, которую мне так сложно было сорвать с её лица.

Пик нашего общения пришёлся на период с марта по июнь 2017 года. И каждая новая встреча с ней была для меня и радостной, и грустной. С каждым днем она отдалялась от меня. А ведь в моей голове так и не мог сложиться тот пазл, что для неё пока ничего и не было. Иногда во время наших разговоров я мог сказать: «А помнишь, как ты…», но потом понимал, что для неё это ещё не произошло. Я просто начинал говорить какой-то бред, после чего она смотрела на меня как на недоразвитого. И вот ещё одна вещь, которая отличала её от Ани. Я мог что-то изменить, но не делал этого. Всё, что между нами было, в моей голове казалось чем-то святым, что не подлежит изменениям. Я лишь наслаждался тем, что уже было и по чему я так сильно скучал. Я ценил каждую секунду, так как знал, что с каждым днём это всё не оборвётся в один миг, а на моих глазах будет утекать медленно, что покажется целой вечностью. В апреле и марте я всё чаще начал избегать встреч с ней, потому что было невыносимо видеть, как значительные детали нашей истории пропадают из её головы по той причине, что она просто о них не знает. Она становилась не девушкой, которую я так сильно люблю, а лишь её подобием. При этом она всё ещё оставалась той самой, но где-то глубоко внутри, и показывать это первому встречному, коим в итоге я стал для неё, она не могла.

Я вернулся в прошлое и понял, что это самое ужасное, что может произойти с человеком, но даже спустя 6 лет я все равно вспоминаю дни, проведённые с ней, и искренне хочу вновь там оказаться. В третий, пятый, пятидесятый раз, неважно. Я готов их проживать по кругу целую вечность, лишь бы она была рядом.

Ни один из дней я, наверное, и не опишу, так как это слишком личное. Об этом я уже говорил. Хотя, возможно, эта дверца для блокнота станет хоть чуточку приоткрытой, когда эмоции будут вырываться наружу, и всё, что я смогу сделать, это взять ручку, открыть чистый лист и выплеснуть всё на него. Я напишу о самом личном и столь мне дорогом, а потом вырву эти страницы и сожгу, потому что всё это должно остаться только со мной.

Уже вечер, а воспоминания о ней меня никак не отпускают. У мужчин есть такая особенность: любимую девушку, с которой по какой-то причине у них ничего не сложилось, они пытаются заменить другими женщинами. Я считаю, что это отвратительно хотя бы по отношению к девушкам, которые являются единоразовой заменой, но, к сожалению, все мы не без греха, и практически каждый так делал. И вот я решил, что сегодняшний вечер с Аней будет идеальным суррогатом моих чувств к той самой. Чувствовать я себя буду омерзительно, но другого выхода я не вижу, а может, просто не хочу его искать…

Да, вечер был интересным. Он не оправдал моих ожиданий, но и не расстроил меня. Он был таким, каким я и не мог ожидать. Как же сильно может повзрослеть человек за какие-то 2 года. Просто вспоминая то, что было между мной и с Аней в 2018-м и теперь. Это практически два разных человека.

В тот день я устраивал пьянку, потому что на следующий день должен был уехать из деревни. Это было чем-то вроде моих проводов. Спустя годы я понимаю, что для половины людей, присутствующих на этом мероприятии, это был лишь повод бесплатно выпить, но тогда я искренне верил, что я дорог абсолютно всем приглашённым.

Отец достаёт из кошелька деньги и даёт их мне. Вечером начался накал, из-за которого мы в реальности поругались с Аней. Но сегодня я решил всё изменить, поэтому свел ссору на нет. В результате мне пришлось сделать всё так, как она и хотела. Это было одним из её главных качеств, ей всегда нужно было, чтобы все делали лишь то, чего она хочет.

Из-за этого на меня обиделось несколько людей, но тогда было на это плевать. Всё пока идёт по спланированному мною сценарию, и около 9 вечера мы маленькой компанией выезжаем в лес.

Мы немного выпили, разговоры начинали набирать обороты, и даже у меня теперь нет какой-то неловкости. Всё, что происходило вокруг, уже давно стало для меня чуждым, но сегодня была цель, ради которой можно было потерпеть. Все наши действия с Аней в этот вечер практически в точности повторяли происходящее 18 июля 2018 года. Начало вечера, мы лишь пытаемся найти малейший контакт с телами друг друга, а уже через 3 часа я обнимаю её сзади и беру своими руками её ладони. Она в промежутках начинает сильнее прижимать меня к себе и впивается в мои руки. Косых взглядов мы уже не наблюдали. Видимо, Аня уже всем поведала о том, что расстаётся с Андреем. В реальности они расстались через месяц после этого дня. Сегодняшний вечер лишь ускорял это событие.

По её действиям и словам заметно, что в ней пока ещё живёт тот самый ребёнок-мечтатель, который при каждом удобном моменте пытается вырваться наружу. Это притягивает, но я, заметив это, понимаю, что нужно немного придержать коней.

Время час ночи, градус в крови становится всё выше, а мне уже осточертело стоять с ней и слушать эти разговоры, которые не были глупыми, но мне настолько неинтересно, что я уже хотел поскорее закончить вечер и лечь спать. Сильнее я ждал день, когда смогу поведать Андрею свою историю. Тут же мной руководил лишь спортивный интерес и желание хотя бы на долю секунды забыться в объятиях девушки, которая мне небезразлична. Мне хотелось вновь ощутить то тепло, которое я уже потерял и, боюсь, никогда не верну. Пусть оно будет не таким сильным, но оно будет, а это уже хоть что-то.

С каждым часом мне становилось всё хуже и хуже. Из-за алкоголя я всё больше думал о той самой и о том, что я больше её никогда не увижу и не смогу с ней поговорить. Если у тебя есть будущее, то в тебе живёт хотя бы малейшая надежда на что-то, во мне надежда уже умерла. Приходилось довольствоваться лишь временной заменой, которая в итоге доставляла мне грусть и ненависть, а не радость и облегчение.

Я всё меньше хочу смотреть на неё, прикасаться к ней, говорить с ней, так как всё больше думаю о той самой. Аня тянется ко мне, но я пытаюсь не подавать виду и отхожу в сторону, чтобы придумать причину, высосанную из пальца.

Время 3 часа ночи. В такие моменты и правда начинаешь верить в магию, так как 18 июля всё начиналось, как раз когда часовая стрелка смотрела на восток. Мы отошли под предлогом прогуляться, хотя все смотрели на это так, будто бы знали, зачем мы отходим.

Она поднимает свой взгляд на меня и ждёт, пока я её поцелую. У меня же в голове мысли о той самой выходят на новый уровень. Я чувствую, что предам её, если поцелую Аню. К тому же мне было паршиво из-за того, что Аня верит в искренность моих чувств и думает, что всё, чего я сейчас хочу, это быть с ней, а она в этот вечер была мне отвратительна лишь по причине того, что она не та самая.

– Я буду скучать.

Я промолчал.

– Чего молчишь?

– Не хочу ничего говорить.

– Почему?

Я снова промолчал.

Тут на её лице начало появляться негодование. Видимо, этот момент она представляла иначе. И вот первая разница между Аней из 2018 года и Аней из 2016-го. Сейчас она может создать идеальный сценарий действий в своей голове и пытаться следовать ему, но, если кто-то его нарушает, она готова этого человека с землёй сравнять. А в 2018-м Аня уже понимала, что в жизни всё не так просто и нужно мириться с тем, что наши желания могут сбываться, но, к сожалению, сценарий их свершения написан совершенно по-иному.

Она берёт меня за руку. Что мне делать? Забить на всё и поцеловать её в попытках забыться? Отвергнуть и удовлетворить своего внутреннего моралиста, которого через несколько дней я буду проклинать?

Я обнял её, поцеловал в лоб. Она подняла на меня глаза, и я поцеловал её в губы.

Никакого удовольствия. Ни физического, ни эмоционального. Она крепко прижимает меня к себе, а мне плевать на это. Я будто снимаюсь в каком-то фильме и пытаюсь не сфальшивить, чтобы мне поверили. Чувства к той самой ещё не успели остыть, и переживания остались на том же уровне, поэтому всё, что я могу сделать сейчас, это лишь попытаться сделать момент чем-то особенным хотя бы для Ани.

Наши губы разомкнулись, и она с улыбкой смотрит на меня.

– Я буду тебя ждать.

Я снова молчу, потому что не могу ничего сказать. Мне искренне хочется плакать из-за того, что на её месте не стоит та самая.

– Почему ты молчишь?

Я лишь смог выдавить только:

– Я приеду так скоро, как только смогу.

И тут я начинаю плакать. Я очень давно этого не делал, но тогда эмоции вырвались наружу в виде слёз и частых всхлипов.

– Успокойся. Ты чего плачешь? Всего год нужно подождать.

Я же могу только плакать и думать о том, чтобы весь этот чёртов мир сейчас провалился. Я хочу ей выкрикнуть, что мне плевать на неё, что я не могу даже её видеть. Что она даже не имеет представления о том, что со мной происходит. Мне хочется утопать в своих слезах и расколотить всё, что попадётся под руки. Я вновь хочу вскрыть вены, но не вывезу, если этот день когда-нибудь повторятся, а если я суициднусь, то снова проснусь 8 августа 2016 года.

Я перевёл дыхание и сквозь слёзы говорю.

– Пошли к ребятам, а то нас уже заждались.

Я не заметил, как моя голова оказалась на её плече, а тело в её объятиях. Тут я подумал о том, что мне нужен Вадим или Андрей, чтобы я мог высказать им всё, что думаю, вот только они мне нужны из реальности. В коматозе это же только их подобие. Тут их проекция, которая должна была улетучиться без какого-либо шанса вновь её застать. Слезы покатились с новой силой. Бьёт дрожь по всему телу, и я уже не могу себя контролировать. Меня колотит, я падаю и начинаю неистово кричать, кричать, как младенец. Мне страшно, очень страшно. Я молюсь внутри себя, чтобы всё это наконец-то закончилось. Вокруг меня бегают люди, пытаются успокоить и понять, что вообще происходит. Кто-то говорит о том, что я так сильно расстроен своим отъездом. Я же думаю, какие всё-таки они идиоты, ведь завтра я их вновь увижу, а они даже не будут догадываться о том, что сегодня случилось. Они никогда не узнают про то, что со мной происходит.

Кто-то затащил меня домой. Я в насквозь промокшей футболке. Меня пару раз вырвало, но дрожь по телу так и не прошла. Эта истерика казалась мне нескончаемой. Проснулись родители, мама дала мне какие-то таблетки. В голове крутятся мысли, как торнадо, проносящийся над городами США. Мама говорит отцу что-то вроде того, что выезжать пока нельзя, меня нужно успокоить. Я понимаю, что сейчас время отъезда из деревни. Бабушка стоит и смотрит на меня такими грустными глазами, каких я ещё никогда не видел.

Постепенно я начал отходить. Заметив это, родители начали собираться в дорогу. Они пытаются со мной заговорить, но я смог произнести лишь это:

– Не трогайте меня, пожалуйста. Оставьте в покое. Всё скоро пройдёт.

Мысли становятся ясными. Начинаю осознавать, где я. Лежу на заднем сиденье машины, свернувшись клубочком, и обнимаю подушку, будто она – самое дорогое, что у меня есть. Мысли вновь затуманились, но уже не из-за истерики. Через несколько мгновений я уснул, а проснулся 7 августа 2016 года.

Ух! Пока вспоминал всё это, пару раз пробегали мурашки по коже. Мне потребовалось несколько дней, чтобы хотя бы немного отойти, но вот сейчас, написав всё это на листе, я понимаю, что сегодня вечером напьюсь. Причем напьюсь так сильно, что вообще не буду контролировать ни слова, ни мысли, ни действия. Мне хочется нажраться, утонуть в бездонном море опьянения и забыть обо всём, что со мной произошло за эти 6 лет.

Алкотур длился почти месяц. За это время не было ни единого дня, чтобы я не напивался. Каждый новый день проходил по одному сценарию. Днём я был дома, а вечером выходил на улицу и вливал в себя столько алкоголя, сколько мог. Хотелось так сильно забыться, что при виде Андрея я даже не хотел и думать о том, чтобы сейчас подойти к нему и попробовать сделать то, что запланировал ещё месяц назад. Наоборот, при встрече с ним мне ещё сильнее хотелось нажраться.

И вот я вроде как отошёл от того, что со мной произошло 8 августа. Утром мне писали о том, что сегодня в деревне будут отмечать день рождения одного моего знакомого, на котором как раз будет Андрей. Я вспомнил тот день в реальности, и, если мне не изменяет память, это был один из немногих вечеров, в который мы с Андреем разговаривали друг с другом почти весь вечер, не обращая внимания на Аню. Я подумал, что сейчас идеальный момент, чтобы попытаться обо всём рассказать.

Теперь я удивляюсь тому, что ни разу за это время не вскрыл себе вены. Просто когда я вспоминаю своё душевное состояния, то сильно удивлён, что в один из дней не решил перезагрузиться. Я даже и не думал об этом, хоть для меня это уже стало чем-то обыденным. Я даже вскрывал себе вены в те дни, когда у меня не было душевных терзаний, а когда днём моя голова забивалась таким большим количеством мусора, от которого вечером она готова была взорваться. Тогда я решал залезть в ванну с ножом в руках, чтобы немного освободиться от всего бреда, который был в моей черепной коробке.

Все эти дни пролетали настолько мимолётно, что в голову приходят флэшбеки с весны 2022-го, когда дни шли ещё быстрее. Тут нужно сделать оговорку. Это было самое быстрое время в моём нормальном душевном состоянии. Может быть, по прошествии лет из моей памяти пропадают некоторые моменты того времени, поэтому мне и кажется, что та весна так незаметно пролетела? Ведь человеческий мозг старается запомнить самые яркие моменты.

Просидев 10 минут в попытках вспомнить отдельный день с весны 2022-го, я, конечно же, припомнил несколько дат. Правда, их трудно назвать значимыми. Этот период проще описать лишь так.

Начать стоит с того, что тогда я наконец-то окончательно смирился с ситуацией. Я перестал искать пути выхода и просто свыкся с происходящим. Как раз в тот момент я поймал такое душевное умиротворение, которого у меня не было даже в реальности. Я привык просыпаться под будильник и не выходить на работу. Свыкся с тем, что дата на телефоне всё время убавляется, кроме тех дней, когда сменяются месяцы. Я решил просто ждать, когда всё закончится, потому что не мог принять того, что в этом круговороте временной и вселенской порнографии я останусь надолго. Каждое утро я просыпался с мыслью, что скоро всё пройдёт.

Я на регулярной основе занимался саморазвитием. Каждый день покупал книги, которые уже давно хотел прочитать, но мне не хватало времени. Смотрел фильмы, ходил в музеи, иногда заказывал себе сауну, но уже без проституток. Можно даже сказать, что я наслаждался одиночеством.

Я всегда любил побыть один. Меня часто напрягало, что нужно контактировать с каким-то человеком, пусть даже человек мне приятен. Я чувствовал себя максимально комфортно в тот момент, когда независимо от необходимости общения с друзьями и родителями мог контактировать с ними в тот момент, когда мне это будет удобно. Но, к моему большому сожалению, современный мир такого не позволяет ни одному человеку, если, конечно, этот человек не отшельник. Мне же судьба сделала такой подарок, который позволял всё своё время распределять так, как хочу этого именно я. Меня не обременяло чувство долга, что нужно общаться с друзьями, потому что все их обиды испарялись на следующее утро.

День за днём я каждое утро просыпался, шёл в магазин за очередной порцией какого-нибудь изысканного алкоголя, заказывал домой еду из нового ресторана и посвящал время только себе. Даже сейчас, вспоминая это время, в моей душе чувствую приятный трепет.

Где-то в апреле я начал читать научную литературу. В попытках найти ответы на вопрос, что со мной произошло, я перерыл множество книг. Некоторые из них меня заинтересовали, поэтому я решил глубже погрузиться в то, что в них было написано. Больше всего меня заинтересовали книги об устройстве Вселенной. Правда, спустя 6 лет я мало что могу оттуда вспомнить. Я не понимаю, почему так произошло. Тогда мне по-настоящему нравилось читать современную научную литературу, которая должна была отложиться в моей голове в гораздо большем объёме. А теперь я могу вспомнить лишь что-то поверхностное.

К марту начались некоторые изменения моего душевного состояния, и в один из дней я отбросил все книги о науке, чтобы снова вернуться к духовному росту. Вновь фильмы и художественная литература. Иногда походы в музеи и театры. Кажется, был конец месяца, когда на постановке «Портрет Дориана Грея» я познакомился с одной симпатичной девушкой. После первого акта я вышел на улицу покурить, и ко мне подошла эта дама. Она попросила зажигалку, а я решил поинтересоваться её впечатлениями от постановки. К моему большому удивлению, она очень живо начала рассказывать о своих эмоциях, и к началу второго акта мы уже договорились встретиться после на этом же самом месте, чтобы обсудить увиденное.

Мы говорили и не могли остановиться. Никогда бы не подумал, что какой-то незнакомый человек, встреча с которым произошла совершенно случайно, окажется мне настолько близок. С каждым её новым словом и доводом в моих глазах она становилась всё красивее.

Проходя по центру Курска, мы решили зайти в бар и взять себе по одной пинте пива, а после разойтись. В результате мы остановились на трёх пинтах и поехали ко мне. Только к 6 утра наши эмоции стихли, и мы отвели взгляды друг от друга. Сон давал о себе знать, и она всё чаще начинала зевать, что делала, к слову, очень мило. Я закрыл глаза и, вспоминая наш вечер, стал представлять следующий день, который мы с ней проведём вместе. И тут меня словно ударила током. Я вскакиваю, смотрю на часы. Время 6:30. Через 20 минут я должен проснуться, так как в 6:50 встаю на работу. Я смотрю на девушку, и мне становится больно от того, что эти 20 минут – последний раз, когда я её вижу. Тут мне в голову пришли итоги от моих попыток самоубийства, поэтому я решил попробовать вновь совершить суицид, но не с целью умереть, а с целью повторить прошедший день. Часики тикают всё быстрее, а мне нужно покончить с собой. Пока я метался по квартире и искал самый быстрый способ, на часах уже стукнуло 6:40. Нет, порезать вены я не успею. Да вообще, что можно успеть за это время? И тут мне приходит идея.

Моя квартира была на 6 этаже. Слишком низко. Нужно забраться выше. В лифте я нажимаю на самую верхнюю кнопку и поднимаюсь на 17 этаж. Время 6:45. Мне страшно, так как пусть я уже и умирал, но падение с высоты для меня было чем-то новым. 6:48. Осталось всего 2 минуты, а я чувствую себя трусом. Я не могу. И тут я вспомнил прошедший день. Я не готов терять всё, что сегодня было. Пока не готов расстаться с этой девушкой. Я должен это сделать. 6:49. Я перепрыгиваю через перила общего балкона и лечу вниз.

Я так и не понял, от чего именно умер, так как вскочил под звук будильника на моменте, когда я пролетал на уровне 4–5 этажа. Сразу смотрю на дату… Получилось! Снова 28 марта, я подарил себе ещё одну возможность встретиться с ней. Конечно же, второй раз смотреть «Портрет Дориана Грея» уже не так здорово, но зато я вновь смогу повторить этот вечер.

Ого, я вспомнил дату. А вот это уже приятно. Тогда продолжу так.

Всё повторяется снова. Боясь изменить последовательность событий, я пытаюсь в точности повторить все свои действия, напоминая себе об эффекте бабочки, потому что малейшее действие, которое не повторяет прошлый день, может изменить его. Конец первого акта, я даю ей зажигалку и в точности повторяю вопрос, произнося его с той же интонацией. Конец второго акта. Я стою на том же месте и жду её. Посмотрев постановку Оскара Уайльда во второй раз, я нашёл новые интересные вещи, которыми хочу с ней поделиться. После двух пинт пива в том же баре она говорит мне, что будто бы меня уже где-то видела. Спрашивает, не могли ли мы где-нибудь встретиться до этого. Я отвечаю:

– Если только в другой жизни.

Слишком пафосно, но ей мой ответ нравится. Всё-таки градус в крови и то, что я уже знаю примерный подход к ней, играют свою роль.

Мы у меня, примерно в то же время, но ночь проводим уже по-другому. Будто мы занимались сексом друг с другом всю жизнь и наизусть знаем то, что нужно делать для получения максимального удовольствия. Эмоции и чувства сильнее, наслаждения больше. Мы не останавливаемся и хотим ещё. Время 6:30, а мы не спим и говорим друг с другом. Я не хочу отпускать это и решил, что, когда уже времени станет в обрез, побегу вновь на верхний этаж. 6:40, я говорю, что ненадолго отлучусь. Она не хочет меня отпускать, но я говорю, что скоро вернусь. Иронично, что я одновременно её обманываю и говорю правду. 6:46, я перепрыгиваю через перила и спрыгиваю с общего балкона.

«Портрет Дориана Грея» уже наскучил. После второго акта я тороплю события, так как уже скорее хочу оказаться с ней в моей квартире. Я забыл про то, что я для неё снова лишь незнакомец. В результате она всё чаще начинает говорить, что ей пора домой. Подходим к тому самому бару, я приглашаю её выпить пива, а она отказывается и вызывает такси. Меня это так сильно расстроило, что слёзы подкатывали к глазам, а когда она села в машину и уехала, я начал тихонько плакать. Мною овладело сильное опустошение, поэтому я решил, что с этим днём пора заканчивать. Но он не должен был закончиться вот так, поэтому сегодняшняя ночь становится для меня предпоследней.

Дома одиноко, очень одиноко. Я открываю виски и думаю о том, что вёл себя с ней как полный идиот. Она меня даже не знает, а я, не контролируя свои эмоции, говорил с ней так, будто я 10-летний школьник, влюбившийся в одноклассницу. Пугал её своими «догадками» насчёт неё, хотя это то, что она мне рассказывала о себе в наши прошлые дни. Завтра я должен себя контролировать и избежать этого. Я буду умнее. Времени было ещё полно, но я решил не изменять традициям и вновь выйти с балкона.

От «Портрета Дориана Грея» начинает подташнивать. Я его знаю практически наизусть. Как бы он мне ни понравился в первый раз, в четвёртый я уже не мог слышать тех же реплик. Она подходит ко мне и просит зажигалку, а я холодно спрашиваю у неё мнение по поводу первого акта. Пытаюсь вспомнить слова, которые говорил ей в первые два дня, и произношу то же самое, но эмоции мои даже не наиграны, их просто нет. Я, словно робот, произношу текст, она без энтузиазма слушает меня и высказывает своё мнение. Предлагаю ей встретиться здесь же после второго акта, она соглашается, но немного задумывается. В прошлые разы она без тени сомнения, чуть ли не выкрикнув, говорила: «Да».

Как же много зависит не только от нас, но и от наших эмоций. Тот же текст, то же место, те же действия, но мои эмоции сухие, а постановка наскучила. Поэтому она не прониклась мной так, как это было раньше. Я уже принимаю тот факт, что она может не прийти. Если так и будет, я один последую в тот бар, один выпью три пинты пива и поеду домой в надежде как можно скорее уснуть, чтобы этот чёртов день наконец-то закончился.

Конец второго акта, она подходит ко мне с выражением человека, который лишь держит свои обещания и только поэтому она здесь. Я вижу её каменное лицо. Мне хочется просто развернуться и уйти. Но я вспоминаю первые два вечера, и на душе становится чуть теплее. Я ведь знаю, какая она на самом деле. А из-за того, что при первой сегодняшней встрече я был каменным безэмоциональным идиотом, она не открылась мне и не заинтересовалась мной.

Мы идём по улицам города, и для разнообразия я решил изменить вечер и вёл её совершенно по другой дороге. Разговор стал более открытым, и вот на её лице появляются проблески не натянутой, а искренней улыбки. Я хорошо вжился в роль незнакомца и не делаю никаких поспешных действий. Она рассказывает мне о том, о чём ещё не говорила. Как сильно место действия может поменять настроение человека. Стоило изменить нашу локацию, и я уже слушаю новые подробности из её жизни, о которых даже не догадывался до этого. Вот только была одна проблема. Я чувствовал, что сейчас она говорит со мной как с хорошим знакомым, а не с потенциальным любовником, что огорчало. В этой ситуации я могу говорить о том самом эффекте бабочки?

Мы возле бара, готовясь услышать отрицательный ответ на свой вопрос, я спрашиваю у неё, не хочет ли она составить мне компанию. Она с интересом отвечает: «Да».

Третья пинта пива, а я не чувствую романтики, которая была у нас до этого. Мы будто старые знакомые, решившие встретиться и вспомнить о прошлом. После выпитого бокала я предлагаю ей поехать ко мне, и она, к моему удивлению, соглашается. Вот здесь произошло то, чего я никак не ожидал. Но потом понял, что ей двигал лишь рациональный интерес, чем этом вечер может для неё закончиться. И вот в чём огромная разница между первыми двумя днями и этим. Тогда она не думала, она чувствовала и жила эмоциями. Её разум отключился, она хотела прожить и продлить этот момент где-то у себя внутри, в том месте, которое люди называют душой. Сейчас ею двигал рациональный подход к тому, чтобы удовлетворить свои физиологические потребности и чуть скрасить этот вечер.

Мы у меня дома. Секс проходит столь обыденно, что мы оба даже не приводим его к окончанию. Я лежал молча, она листала новостную ленту в телефоне, а потом заказала себе такси. Мы сухо попрощались, после чего я ещё немного посидел и лёг спать без единой мысли об этой девушке.

Я ещё много раз вспоминал этот день, потому что он научил меня многому. Этот марафон одного дня стал маленьким спасением и большим расстройством. Я ещё около двух недель продолжал жить так, как жил прошлые два месяца, но в моей душе уже начинал разрастаться какой-то тошнотворный колючий комок, из-за которого с каждым новым днём становилось всё больнее и больнее, а потом мне снесло крышу, а это привело к необратимым последствиям.

Я ведь до сих пор не могу даже вспомнить имя той девушки, как бы сильно этого ни хотел. Я много думал об её эмоциональном состоянии перед тем, как она попросила у меня ту злосчастную зажигалку. К некоторому выводу всё-таки смог прийти. Насколько это правда, я уже не узнаю никогда, но порассуждать об этом интересно.

Я думаю, вспоминая то четырёхкратное повторение одного дня, что в её жизни тогда наступил эмоциональный застой, а благодаря случайной встрече со мной его получилось разрушить. Она смогла испытать хоть какие-то искренние эмоции, которые нельзя повторить несколько раз, но именно они являются подпиткой для тех чувств, благодаря которым ты чувствуешь себя по-настоящему живым. И вот на четвёртый день, когда фактор случайности для меня перестал играть хоть какую-то роль, она уже не смогла вдоволь насладиться настоящими эмоциями. Я не дал ей того толчка, который пробудил бы то, что было в первые два дня, из-за чего вечер из чего-то волшебного превратился в сухую обыденность. Сразу приходит на ум сказка о Золушке и история с каретой, превращающейся в тыкву.

Именно так я понял, что не нужно пытаться повторить один и тот же день несколько раз, потому что он сразу перестаёт быть чем-то особенным. Но люди такие создания, что, сколько бы они ни учились, всё равно любят вновь и вновь наступать на одни и те же грабли. Я попадался на них ещё много раз и, к сожалению, этим испортил один из самых прекрасных дней, который произошёл со мной в реальности. Из-за этого я отбросил все воспоминания о нём, когда проживал его в коматозе. Я его вспоминал лишь тогда, когда ещё мог жить будущим, а то что случилось в нём в коматозе, – это плохой сон, который стоит забыть. Все произошло 4 июня 2017 года, в день, о котором я напишу чуть позже. А пока мне пора ехать на день рождения, где я попытаюсь поговорить с Андреем и поведать ему обо всём, что со мной творится.

Вчера, увидев Андрея, я начал думать о том, какой к нему найти подход. В этот бред, который на самом деле является правдой, поверит далеко не каждый, а тактика с тем, чтобы дать ему прочитать блокнот, была бы полным идиотизмом. Просто представить, как на вечеринке в честь дня рождения к тебе подходит парень, которого ты знаешь буквально месяц, и даёт тебе обшарпанный блокнот с просьбой прочесть его именно сейчас. Сущий бред! Тут могло быть два варианта: либо он бы меня сразу послал, либо сказал, что прочитает потом. К тому же он не отходил от Ани ни на шаг, хотя мои воспоминания из реальности говорят о том, что весь вечер мы с Андреем разговаривали, следовательно, я сделал что-то не так, то есть в силу вступил эффект бабочки.

Я подошёл к Андрею поздороваться, и по нему было видно, что нашей встрече он рад. Насколько я помню, уже в этот момент он знал о моих чувствах к Ане, но никак этого не показывал, за что ему большое спасибо.

Мы стояли втроём, и я ждал момента, когда Аня решит поболтать с одной из своих подруг, чтобы нас наконец-то оставили наедине. Блокнот лежал у меня в рюкзаке на всякий случай. Через какое-то время Аня отошла, а через пару мгновений Андрей пошёл за ней. Затея с тем, чтобы поведать ему обо всём, казалась мне сущим бредом, поэтому я со спокойной душой пошёл за стол, чтобы выпить первую рюмку водки за вечер.

Через 2 часа я уже изрядно охмелел. Смотря на Андрея, я не мог понять, сколько он выпил. Я всегда удивлялся тому, как он, изрядно пьяный, может держаться на людях так, будто за вечер выпил не больше двух бутылок пива. Но градус дал в голову, я осмелел и решил идти напролом.

Андрей вместе с Аней стоял в кругу её подруг и нескольких друзей. Когда я подошёл, в мою сторону полетели шутки на тему того, что я напился. Особо не обращая внимания, я попытался влиться в тему разговора. После все лица мужского пола, кроме меня и Андрея отошли, и мы стояли в этом женском кругу, пытаясь сделать вид, что их разговоры нам интересны. По нему это было заметно, да и то, о чём разговаривали подруги Ани, было сущим идиотизмом. Она же поддерживала разговор живее всех. Он был настолько тупым, что я даже не запомнил его сути. У меня получилось от него абстрагироваться. В какой-то момент я захотел просто молча уйти, но потом, вспомнив о первоначальной цели, остался стоять на месте. Своего я всё-таки дождался. Девушки сказали, что им нужно в туалет, и мы с Андреем остались наедине.

– Как ты это вывозишь?

– Ты про что?

– Да про её подруг и про то, о чём они говорят.

Он посмеялся.

– Это сложно, но со временем привыкаешь.

– Я бы к такому никогда не смог привыкнуть.

– Это ты сейчас так говоришь. Вот когда появиться у тебя вторая половинка, тогда ты меня поймёшь.

Тут на моём лице возникла улыбка, но не от его фразы, а от того, что я вспомнил один забавный факт. Ведь, по сути, я старше Андрея. Ну, этого Андрея, которому сейчас 20 лет.

Может, мой разум всё-таки тоже молодеет? Ведь, несмотря на то, что прожил я уже 29 лет, всё равно во время разговора чувствовал себя подростком, разговаривающим с парнем, который старше меня на несколько лет.

– На что ты так залип? – отвлёк меня Андрей от моих рассуждений.

– Да так, немного задумался.

Сейчас я в нём видел другого человека. Не моего близкого друга, которому я могу рассказать обо всём и всегда могу рассчитывать на его помощь, а просто знакомого парня, который старше меня на 3 года.

Может быть, дело в том, что со временем я просто начал всё больше отвыкать от будущего, и теперь прошлое – это моё будущее. А вдруг через 2 года я вообще буду относиться к тому, что со мною происходило, как ко сну? Если это так, то я даже и не знаю, радоваться мне или переживать. В забвение уйдёт какая-то важная частица моего сознания, но ведь без неё мне будет жить намного легче. Просто найду смирение и свыкнусь с ситуацией. Я же больше не буду переживать вообще ни из-за чего, а буду просто доживать свою жизнь и ждать момента, когда в утробе матери я смогу предаться забвению…

Нет, этого я точно не хочу.

Пока мы стояли, девочки уже успели прийти. Мы продолжали говорить до момента, пока я не предложил Андрею самим сходить в туалет. Всё-таки я хотел хотя бы попытаться сделать то, что запланировал. Пока мы шли, я пытался вспомнить этот день в реальности и то, после чего нам всё-таки удалось наладить контакт. Ответ найти мне так и не удалось. Чтобы отыскать нить диалога, я решил начать с самой банальной фразы, которую задают люди на пьянках.

– Ну что, нажрался?

– Ахаха, ну так, немного. Тебя я спрашивать не буду, по тебе всё видно.

– Что по мне видно?

– То, что ты напился. Пока мы стояли и ждали девчонок, ты просто в какой-то момент пялился в одну точку не отрываясь.

– Аааа, ты про это. Да я просто задумался.

– Да я так и понял.

Я понимаю, что, если сейчас я начну говорить о том, о чём хочу, он попытается слезть с разговора, так как посчитает, что я перебрал с алкоголем.

– О чём же ты думал?

Андрей повернулся ко мне, но не торопился идти обратно. Он достал сигарету и закурил. Я сделал то же самое. Пока я прикуривал, порадовался этому подарку судьбы. Мне не нужно было ничего придумывать, так как мне задали прямой вопрос, от которого я могу развивать тему. Это то же самое, когда мальчику очень нравится девочка, но он понятия не имеет, как признаться ей в этом. Он ломает голову и изводит себя, пока в один прекрасный момент девочка не задаёт ему вопрос: «Я тебе нравлюсь?» И тут уже столь сложная задачка становится базовым уравнением, в котором нужно не запутаться и следовать определённому порядку, чтобы его решить.

– Ты правда хочешь об этом узнать?

– Нет, если не хочешь, то не рассказывай.

– Тут дело не в этом. Просто если я начну говорить, то ты меня посчитаешь пьяным идиотом.

– Ха, ну давай. Ты меня заинтриговал.

– Окей, только обещай, что будешь слушать меня внимательно. Ну и мы не пойдём к девочкам, пока я не договорю.

По его лицу было видно, что он уже пожалел о своей просьбе, так как думал, что сейчас я ему начну говорить какую-нибудь философскую чепуху. А я из-за своей пьяной смелости решил его ошарашить и снова сделать это немного кинематографично, как делал это с тем самым парнем, которого спас от виселицы.

Я ему кратко описал систему коматоза и для подтверждения того, что это не бредни напившегося человека, сказал, что размышляю об этом почти месяц. По его лицу было видно, что эта тема его заинтересовала, но отвечал он холодно, путь и слушал с любопытством.

– А вот представь, что я так живу.

– Что?

– Я реально живу именно так. Со мной сейчас происходит это. Я сейчас в коматозе.

Он закатил глаза.

– Так, слушай, это, конечно, всё здорово, но это уже полный бред. По ходу, ты реально перепил.

Но тут я начинал выдавать факты из его жизни, которые стали мне известны с годами нашего общения. Стал говорить такое, что он не говорил до этого никому. С каждым новым фактом его глаза раскрывались всё больше и больше, а к концу этого диалога он начал походить на рыбку Дори из мультфильма «В поисках Немо». Я же смотрел на него и улыбался. Этот момент был настолько крутым, что по моему телу пробежали мурашки.

– Ты откуда всё это знаешь?

– Я же сказал, что я сейчас в коматозе.

– Так, слушай, это уже не смешно! Если это какая-то шутка, лучше сразу скажи об этом!

С каждым словом его голос становился всё громче и агрессивнее. В этот момент у него зазвонил телефон.

– Да. Мы скоро придём. Всё нормально, скоро будем.

Это была Аня.

– Ладно, я сделаю вид, что этого не было. Пошли.

– И ты даже не хочешь попытаться понять, откуда я всё это знаю?

– Нет, я не хочу этого знать и никогда больше об этом слышать.

– Но ты же понимаешь, что я не просто так рассказал тебе обо всём этом.

– Да мне плевать! Я надеюсь, что ты понял, о чём я тебе сейчас сказал.

– Понял. Вот только в любом случае завтра я для тебя буду тем же человеком, которого ты знал до сегодняшнего вечера, ведь завтра лично для меня не наступит. Будет совсем другой я, который и понятия не имеет ни о каком коматозе.

Я продолжал улыбаться, потому что эта ситуация доставляла мне огромное удовольствие. Я понимал, что скоро буду сильно переживать о том, что мне так и не удалось всем поделиться с Андреем. Но его тоже понять можно, ведь всё, что было в последние 10 минут, невозможно объяснить как-нибудь разумно. Да и принять такую информацию от человека, которого ты знаешь не больше месяца, достаточно тяжело, точнее сказать, практически невозможно.

Он молча ушёл, а в его глазах стояли одновременно страх, гнев и удивление. Эти эмоции на лице выражаются примерно одинаково, но когда они сплетаются воедино, то лицо человека приобретает совершенно иной вид, который можно лицезреть только несколько раз в жизни.

Возвращаясь домой, я прихватил с собой пару бутылок пива, чтобы посидеть на лавочке и подумать обо всём произошедшем. Перед сном я думал порезать вены, чтобы попытаться как-нибудь исправить ситуацию и с другой стороны подойти к этому разговору, но, посчитав это делом бесполезным, я решил лечь спать с приятным чувством того, что всё-таки попробовал, хотя у меня ничего и не получилось.

Сегодня я решил перечитать свои записи. На моменте с размышлением о том, что Тайлеру Дёрдену будет идеален коматоз, я всерьёз задумался над тем, какого человека или персонажа устроит мир, который повернётся на 180 градусов, и все его поступки не будут иметь последствий и смысла. Ответа я так и не нашёл.

Перебирая известных мне личностей, я пришёл к выводу, что все они в свои поступки закладывали какой-то смысл. Можно, конечно, представить какого-нибудь альтруиста, которому не важен итог его действий, а главное для него – лишь помочь нуждающемуся в чём-то человеку. Да и есть множество примеров таких людей за всю историю человечества. Но мне кажется, что даже самый великодушный альтруист, попав в коматоз, не видя конечного результата своей помощи людям, не сможет заниматься этим на постоянной основе. Хотя всё же хочется верить в чудо.

Также можно рассмотреть кандидатуру какого-нибудь маньяка-психопата, которому важно лишь его физическое и эмоциональное удовлетворение от доминирования над своей жертвой и её страданий. Хотя, вспомнив всех известных насильников и убийц, я пришёл к выводу, что даже они закладывали в свои поступки какой-то смысл. Тут их действия не будут иметь никаких итогов. В этой же ситуации хочется верить в то, что на планете нет таких моральных уродов, которых устроит жить в мире, где они безнаказанно могут причинять страдания людям.

Вспоминая себя в период с 2021 по 2019 годы – я как раз чувствовал моральное удовлетворение от того, что все мои преступления останутся безнаказанными. Совершая все свои деяния, я искренне радовался тому, что мне за это ничего не будет, конечно, не беря в расчёт душевные терзания, которые я старался заглушить совершением более тяжких преступлений, наркотиками и алкоголем. В итоге ничего не выходило, но я всё равно продолжал это делать из-за того, что был зол на весь мир.

Ого! Это явно прогресс. Так много о тех годах я ещё не писал. Но меня начало подташнивать из-за этого, поэтому писать сегодня на эту тему больше не буду. К тому же я ещё нескоро к ней вернусь. Хотя никогда не стоит загадывать.

Вспоминаю, как я прибегал к различным идиотским выходам в попытках найти цель в жизни. Пытался быть альтруистом, но, видимо, я слишком плохой человек, чтобы безвозмездно помогать людям, не получая за это ничего взамен. В какой-то момент мой альтруизм дошёл до какого-то неимоверно абсурдного подхода. Может быть, всё-таки написать о том дне в 2021 году? Нет, пока не готов. Напишу лишь то, что в своих попытках как-то помочь людям я начал убивать тех, кто казался мне моральными уродами и портил жизнь другим. Что меня успокаивает: они на самом деле являлись таковыми.

Еще я пробовал найти решения проблемы и выйти из коматоза, о чём уже было написано, но это приходило периодами, так как моя целеустремлённость моментально угасала после того, как я в очередной раз не мог найти никаких зацепок.

Пытался жить в своё удовольствие и вести праздный образ жизни. Но, к сожалению, когда ты скован одним днём, вариантов для развлечений очень мало. По-моему, я перепробовал всё, что только можно, и надолго меня не хватило. Не тот я человек, который может бесполезно наслаждаться жизнью, зная, что я в принципе и не живу, а только существую.

Менял прошлое, чтобы некоторые люди, в том числе и я, в будущем имели с этого хорошие дивиденды. Повторюсь, пока я не увижу итогов своих стараний, помощь не только другим, но и себе становится бессмысленной. Возможно, все мои старания привели к плачевным последствиям, о которых мне знать не обязательно и не суждено.

Правда, всё в итоге упирается в одно: нет смысла делать что-то. Можно найти лишь смысл в выходе из коматоза, но для этого требуются хотя-бы малейшие результаты, которых нет. Ощущения такие, что в скором времени ко мне должен прийти новый стимул делать что-то. В последний раз я пытался это сделать полтора года назад…

Всё начиналось так, как начинается любая дорога человека к его заветной мечте. Вначале всегда есть надежда на итоговый положительный результат. Причём эта вера подпитывается в первую очередь огромным желанием, а не фактами.

Начинал я с литературы. Постоянные поисковые запросы в интернете и открытые вкладки в браузере на протяжении нескольких дней не давали никаких результатов. Поэтому я начал думать. Вспоминая всё то, что со мной происходило, я раз за разом разочаровывался, что не могу найти никаких подсказок. Надежда начала угасать всё больше, а никаких ниточек, по которым можно добраться до ответа, так и не было.

Итог всего, – сильное эмоциональное расстройство, пик которого пришёлся как раз на 17 января 2017 года. В тот день я спал настолько долго, насколько мог. Мне повезло хотя бы с тем, что тогда был выходной, и мне не пришлось просыпаться, чтобы идти в школу. Столько времени уже прошло, а я всё ещё не свыкся с тем фактом, что мне вновь нужно вставать рано, чтобы не опоздать на уроки. Причина моего долгого сна была простой: я не хотел, чтобы день начинался. Думаю, что у каждого человека такое было, когда он до последнего пытается не вставать с кровати, лишь бы чёртов день так и не наступил.

Вот я открываю глаза, голова начинает болеть от того, что я переспал, всё тело ноет, а я хочу просто плеваться на всё, что вижу, настолько мне это осточертело. В одно мгновение проносятся воспоминания прошедших двух недель и мысль, что у меня снова ничего не получилось.

Родители на работе, а это уже радует. Я со спокойной душой, никого не стесняясь, могу пострадать в одиночестве. Переживания привели к тому, что после обеда вновь появился лучик надежды, и я обратился за помощью к интернету, где хотел найти похожие истории. Через 15 минут я с силой бью в монитор кулаком. Слёзы не дают чётко видеть всё происходящее. По ощущениям, я встал с кресла, взял в руки монитор и начал разбивать его об пол. Потом происходила какая-то вакханалия. Я помню, что в какой-то момент очнулся напротив стены за тем, что срываю обои. Потом я опускаю глаза и вижу свои ступни в крови. Видимо, осколки монитора нашли убежище в моём теле. Всё происходящее сопровождается криком, из-за которого в мою дверь начинает долбиться соседка.

Я сел, несколько раз моргнул и увидел то, что натворил во время нервного срыва.

Телевизор и монитор в зале разбиты, а на полу среди множества осколок я замечаю кровавые следы своих ступней. В крови мои костяшки на руках, следы от которых можно увидеть на стенах. Где-то содраны обои, карниз со шторами лежит под подоконником. Как бы мне ни было паршиво и каким бы невменяемым я ни был, но о собственном удобстве не забыл и среди созданной мной вакханалии нашёл подушку, чтобы удобно устроиться на диване.

Посмотрев на часы, я осознал, что в течение 15 минут должна прийти с работы мама, поэтому решил, как можно скорее одеться и уйти. Посмотрев в глазок и убедившись, что соседка вернулась к себе в квартиру, я быстро закрыл дверь и выбежал из подъезда. Надев наушники, я пошёл бродить по городу. Всё время рыдал. Начались первые звонки от мамы, я добавил её номер в чёрный список, чтобы она меня не трогала. Начались переживания из-за того, что она сейчас чувствует, но они быстро прошли, так как я вновь себя успокоил тем, что уже завтра никаких последствий не останется. Во мне бурлила злоба и отчаяние, впрочем, как и всегда в такие моменты. Я одновременно хотел кого-нибудь убить и найти человека, на чьё плечо можно было положить мою голову. В наушниках играла песня «In the end» группы Linkin Park, я начал воспринимать её не как песню, которая погружает тебя в состояние депрессии, а как песню, дающую надежду на конец моих страданий. Это глупо, так как смысл трека не даёт ни малейшего повода найти в нём хотя бы какую-то надежду, но мне хватало и фразы в припеве, которая одноименна названию.

И вот я вижу местное городское быдло, которое меня никогда не трогало, но ненависть к ним у меня была неимоверная. Из-за своей злобы я начал вспоминать, как вот таких персонажей на регулярной основе начал вырезать в 2021-м и в 2019 годах. У меня одно желание – всё это вновь повторить.

Я сам себя оправдывал тем, что эти люди не приносят никакой пользы обществу и все рассказы о них сопровождаются лишь тем, как они в очередной раз кого-то избили, оскорбили, запугали и т. д. Рядом стояли большие контейнеры для мусора, и в одном из них я нашёл тяжёлую железную балку. Я выключил музыку в наушниках и пошёл за ней. Когда я её взял, кто-то из их компашки прокричал что-то наподобие: «Что, на продукты не хватает, бомжара?» Я улыбнулся, повернулся к ним и пошёл навстречу. Их улыбки угасали с каждым моим шагом. В один момент один из них спросил, что я задумал, одновременно оскорбив меня. Злость подступала всё сильнее, поэтому я ускорил шаг.

Надо кое-что прояснить. Я знаю, что эти поступки аморальны. После того, как это произошло, я ещё несколько дней корил себя. Да, несколько дней – это мало, но, к сожалению, мне было с чем сравнивать этот поступок, поэтому угрызения совести меня мучили недолго.

Кто-то начинает отходить, когда я подхожу почти вплотную. Самый смелый из них поднялся и начал смотреть мне в глаза, чтобы показать, что не боится. Я замахиваюсь на него и вижу, как один из его дружков заходит сбоку, чтобы схватить меня. Я сориентировался и удар нанёс не по своей первой цели, а по дружку, которого я смог каким-то чудом заметить краем глаза. Он как раз на меня набросился и получил встречный удар по голове, от которого брызги крови долетели до того смельчака, который уже не был настолько смел. Тут я увидел, что он готовится сделать проход в ноги, я в этот момент направил конец палки в сторону его лица и чётко попал в нос. Двое друзей уже отошли и пытаются докричаться до меня. Сначала они угрожали, а потом просто просили, чтобы я остановился. А я всё с большим усердием пытался размозжить головы каждому. Через какое-то время я вижу вытекающие мозги, и ко мне приходит осознание действительности. Я смотрю на свою одежду, которая из чёрной превратилась в красную, и поворачиваю голову к двум оставшимся. Их глаза выдавали в них запуганных овец, только не мной, а жизнью.

Как мне кажется, эти персонажи становятся такими лишь из-за того, что прогибаются под теми испытаниями, которые им даёт судьба. За каждым таким аморальным человеком стоит история, которая привела к тому, что эти люди занимаются лишь тем, что отравляют жизнь другим. Проблемы с родителями, сверстниками и другие нехорошие ситуации разбивают их, приводя к тому, что они становятся озлобленными на весь мир. В итоге такие люди заканчивают свою жизнь, либо обнимая очередную бутылку самой дешёвой водки, либо в тюремной камере на одной из коек, которую выбрал им смотрящий.

Разум постепенно начал возвращаться на место. Ненависть и злость стали отступать все быстрее, а на горизонте замаячил ужас от совершённого поступка. Я бросил балку, развернулся и пошёл прочь. Только когда я отошёл метров на десять, товарищи подошли к их друзьям, в которых уже сложно было узнать тех людей, с кем они ещё пару минут назад смеялись над тем, как я достаю из мусорного контейнера железную балку. Зайдя в один из укромных двориков, я вновь начал рыдать, после чего поднялся нескончаемый крик на улице, мой крик. Я упал, и дрожь по телу проходила всё сильнее. Услышал сирены, видимо, уже вызвали полицию и скорую. Тут я подумал, что ещё ни разу не бывал в местном участке и оказываться там нет никакого желания. Вдали увидел одну из немногих многоэтажек, которые были в моем городе. Идти до неё примерно 300 метров. Должен успеть. Вот я уже на последнем, 9-м этаже. Нужно упасть вниз головой, чтобы наверняка. Пара секунд, и я вновь в своей квартире, укутанный в тёплое пуховое одеяло.

Весь следующий день после суицида прошёл так, будто у меня было сильное похмелье. Я почти ничем не занимался. Просто лежал и весь день слушал музыку, предаваясь своим мыслям. За тех ребят я не переживал, так как знал, что сегодня они будут сидеть на той же лавочке. Я решил прогуляться до неё. Вспоминая то, что натворил сутки назад, я не был в каком-то шоке, так как знал, что способен и на большее. Правда, мне было тошно от того, что я снова совершил убийство, хотя зарекался, что больше никогда подобного не сделаю.

Наступил вечер. Через 15 минут мама придет с работы. Я одевался, когда вдруг мной овладело непреодолимое желание увидеть её. Я представил тепло, с которым она каждый раз меня обнимает, и решил ещё чуть-чуть побыть дома. И вот мама переступает порог квартиры, и я словно трёхлетний ребёнок несусь к ней, чтобы крепко её обнять. Она в смятении и первое время не понимает, что происходит, а я так крепко стиснул её, что она попросила ослабить хватку. Я человек, который не сильно любит проявлять эмоции, но в тот момент я их не мог контролировать. В итоге весь вечер я проговорил с ней. Потом с работы приехал папа, я сидел с ним рядом, пока он ужинал, и расспрашивал обо всём, о чём только можно.

Когда родители ушли спать, я остался наедине со своими мыслями и вспомнил, что в реальности никогда не показывал им, насколько сильно их люблю. Слёзы вновь подступали, но я пытался сдержаться. Тут нахлынули воспоминания из реальности. Я вспомнил, как в один из последних дней своей нормальной жизни сильно поругался с мамой. Как бы сильно я её ни любил, мы были разными людьми, поэтому нам всегда было сложно найти общий язык. Почувствовав, что подушка под моей левой щекой становится мокрой, я осознал, что снова плачу. Если у меня получится вырваться из коматоза, то я начну как можно чаще показывать свои эмоции родителям, ведь от этого будет приятнее не мне, а им. С надеждой на это я уснул и по сей день надеюсь, что когда-нибудь, примерно лет в 30, я смогу обнять своих стариков и рассказать о обо всём, что я к ним испытываю.

Ещё вчера хотел написать одну историю, но решил оставить её на сегодня. Вспоминая тех гопников, я в голове держал поступок, который мне посчастливилось совершить в 2018 году. Я понимаю, что это глупо, но тогда я не чувствовал угрызений совести.

В то время я уже почти отошёл от того, что делал в период с 2021 по 2019 год. Жизнь моя шла так, как идёт сейчас, но одно воспоминание из реальности меня не отпускало, а старая злоба всё больше накапливалась, дойдя до пика 8 мая.

В реальности в этот день произошло событие, которое на всю жизнь оставило след в моей памяти. Это было примерно 3 часа ночи, когда я один возвращался домой от своих друзей. Навстречу мне шли три пьяных парня, чьи лица я запомню на всю жизнь. Они попросили у меня сигарету, классическое начало таких историй; я ответил, что у меня нет. Следом со спины мне прилетает удар от одного из них. Я оборачиваюсь и вижу по их глазам, что они как сторожевые псы, которые многие годы сидели на цепи и вырвались на свободу, поэтому готовы растерзать каждого, кого встретят. Не успев опомниться, я получаю ещё удар, а потом ещё один. В какой-то момент я поймал себя на мысли, что моё тело, словно попрыгунчик, отскакивает от их ударов. Через мгновение увидел просвет, и всё, что пришло мне в голову, – бежать. Я пробежал около 300 метров, пока моё колено не решило подвести меня в самый неподходящий момент. Старые баскетбольные травмы периодически напоминали о себе. Обернувшись, я увидел, как чей-то кулак летит по направлению к моему лицу. Я падаю, а на моей голове начинают танцевать чечётку. Меня будто втаптывали в землю. В результате подошва одного из обидчиков отпечаталась на моём лице. Ещё немного меня покалечив, они забирают мой телефон и скрываются. Я остаюсь лежать на земле, истекая кровью и теряя сознание.

Итогом избиения стал сломанный нос, сотрясение и множественные открытые раны по всей голове. Наутро моё лицо было таким, будто я пасечник-любитель, который впервые работает с самым злым видом пчёл, но при этом забыл надеть необходимую экипировку.

Благодаря включенной геолокации на телефоне обидчиков удалось довольно быстро найти, а уже через несколько месяцев состоялся суд, на котором был вынесен вердикт: несколько лет колонии.

После этого случая я начал пить на регулярной основе, потому что не мог забыть этого. Меня сломали не только физически, но и эмоционально. Я пытался понять логику их действий, но на даче показаний они сказали, что вышли на улицу с целью кого-то избить. Я был в шоке от такого зверства. Никогда не мог представить, что люди на такое способны. Если бы вместо меня был какой-то другой человек, то с ним могло произойти то же самое, а может, и хуже. Но на этом месте оказался именно я.

Эти кадры в моей голове становились всё ярче, а воспоминания – всё яснее. К 8 мая я решил, что должен отомстить.

Утром 9-го я лежал в палате и отходил от избиения. Также некоторое время я провёл в отделе и увидел своих обидчиков, среди которых только у одного на лице прослеживалось отчётливое чувство стыда. Остальным было наплевать. Тогда я окончательно решил, что стану делать и как. Не стоит забывать про моё физическое состояние, которое ещё больше подбивало меня на месть.

Я решил, что попытаюсь в точности повторить всё, что произошло со мной в реальности. Проснувшись 8 мая, я ощущаю, что моё тело пока не знает о избиениях. Это было огромным облегчением, потому что за две недели до этого дня начались усиливаться симптомы побоев. Я и забыл, насколько мне тогда было паршиво, но коматоз вновь напомнил мне об этом.

Будучи в реальности, я никогда не задумывался о мести. В итоге я просто отпустил ситуацию и лишь изредка вспоминал этот момент. Страх к людям во мне оставался, но что-то предпринимать я не хотел. Не было мыслей о том, чтобы вернуться в тот день и поступить со своими обидчиками так же, как они со мной. Но в коматозе я стал более озлоблен, и эту возможность терять я не хотел.

Весь день я думал, что бы мне такое найти. Выход нашелся в перцовом баллончике. Купив его, я направился к друзьям, захватив с собой рюкзак, в котором уже лежал гаечный ключ. Весь вечер я не мог влиться в компанию, потому что не отрывал взгляд от часов и ждал того момента, когда наконец-то смогу выйти на улицу и сделать то, что запланировал. К сожалению, из-за того, что весь вечер я просидел молча, компания начала расходиться раньше запланированного. В 3 часа мне нужно было выходить, а на часах только 12. Я попытался быть более активным и продлить вечер, но уже к двум остался последним гостем, который утруждает хозяина квартиры своим присутствием. Во мне проснулась совесть. Попрощавшись, я сел на лавочку возле подъезда, в котором была квартира моего друга, и принялся ждать. Я смог немного забыться благодаря музыке, но всё сильнее во мне разгоралось волнение из-за этого ожидания. Каждая минута казалась часом. Все знают, что это такое, когда ждёшь чего-то так сильно, что время будто замирает.

Дождавшись трёх часов, я пошёл на встречу своим обидчикам. Через 10 минут в другом конце улицы я увидел три таких знакомых мне тела. Баллончик в руке, я готов выпустить порцию отравляющего газа. Вижу их лица. Мной овладевает страх. В реальности я боялся когда-нибудь встретиться с ними. Даже если бы они передо мной извинялись, то мои коленки всё равно бы дрожали, потому что эти три тела стали для меня одним из самых больших страхов в жизни. И вот я уже чувствую, как в кармане моих штанов баллончик начинает всё чаще перемещаться с места на место. В голове лишь одна мысль: «Нельзя выронить его, когда всё начнётся». Один из них смотрит на меня своими обезумевшими глазами и задаёт тот самый вопрос:

«Есть сигарета?»

Меня словно ударило током, ноги начали подкашиваться. Я боюсь так сильно, что даже не могу вздохнуть, и молча прохожу мимо них, но каждый шаг даётся мне с неимоверным трудом. Мне страшно, я боюсь запаниковать и не достать баллончик. Это приведёт к тому, что я вновь буду принимать те же самые удары, о которых смог забыть только спустя 2 года.

– Эй, ты оглох?

Удар из-за спины. Я оборачиваюсь и вижу их. Именно в этот момент страх испарился. Я стал злой, очень злой. В одно мгновение баллончик был направлен в глаза этому придурку. Я нажимаю на кнопку, а газ попадает обидчику в лицо. Двое других в растерянности, я пользуюсь моментом и выпускаю новую порцию. Хватило всем троим. Я немного сжалился над последним, потому что в моей голове ещё остались воспоминания, как этот парень стоял в отделе полиции и искренне передо мной извинялся. Он всем своим видом говорил, что ему на самом деле стыдно. Я не хотел изувечить его, но, не ликвидировав баллончиком, я должен был бы идти с ним в рукопашную, чего я, конечно же, не хотел. Поэтому я выпустил только половину порции газа ему в лицо, после чего он закрыл его руками, а я благополучно про него забыл. Мне были нужны именно те двое.

Я достал из рюкзака гаечный ключ. Один сидел на корточках, матеря меня самыми изощрёнными способами, другой кричал и пытался сориентироваться в пространстве. Тому, что был на корточках, я ударил по голове вполсилы, чтобы он просто упал, а второму досталось по ногам. Вот они лежат. Я могу выплеснуть свой гнев так, как захочу. Третий размахивает руками, пытаясь настигнуть меня, но я перестраховался и всё же ударил его по ноге, чтобы он не смог подняться.

Подхожу к первому и бью ключом по рукам, которыми он закрывает лицо, а как только он их убирает, я открываю его глаза и выпускаю газ прямо в глазное яблоко. Таких криков я не слышал никогда. Потом я вспоминаю, что очень больно человеку становится в тот момент, когда ему выбивают коленные чашечки. Я сажусь на его ноги и с размахом бью по коленям.

Пока первый вопит, я проделываю то же самое со вторым. Смотрю на третьего, он начинает потихоньку отходить. Я вновь бью его по ноге. Дальше я кричал о том, о чём они тогда понятия не имели, но в реальности эти слова для них бы что-то значили. Я кричал им о том, что они со мной сделали и к чему это привело. После пары проклятий я ещё раз ударил каждого по голове, чтобы заглушить крики. Они лишь тихо стонали, а третий лежал в страхе и боялся пошевелиться. Он уже мог немного видеть, поэтому наблюдал за этим «шоу».

Когда я повернулся к нему, он начал отползать от меня и кричать, чтобы я не делал того, что задумал. Я сказал, чтобы он успокоился и пообещал его не трогать. Он повиновался и смотрел на меня. Я сел на корточки, чтобы лучше видеть его лицо:

– Ты сделал это по своей глупости, что тебя оправдывает. В тебе есть что-то человеческое. Я не буду делать с тобой то же самое, так как ты извинился, что для меня очень важно.

Я повернулся и пошёл домой, а он начал кричать мне вслед: «О чём ты говоришь?» Так было несколько раз. Я выбросил ключ, перцовый баллончик, пришёл в свою квартиру, лёг в постель и моментально уснул.

Я сожалел и был удовлетворён одновременно. Каждые 10 минут метался от одного чувства к другому. И вот теперь я себе задаю вопрос: сделал бы я то же самое сейчас? Нет! Возможно, из-за того, что вновь отпустил эту ситуацию и теперь понимаю, что мне больше не придётся встречаться с теми парнями, так как в коматозе это невозможно. Хотя, может быть, я просто за эти годы стал чуточку мудрее. Я с каждым годом становлюсь моложе, но опыт от меня не уходит.

Сейчас я вспоминаю об этом как о страшном, скорее нет, нехорошем сне. О моём страшном сне я ещё напишу. Даже смотря на то, как написанное мной с каждой страницей меняет настроение, я всё ближе и ближе подхожу к периоду с 2021 по 2019 год.

Хочется пока отбросить эти мысли, хотя с каждым днём они наседают всё больше. Чтобы воспоминания тебя не душили, нужно попытаться жить тем, что есть у тебя сейчас. Надо попробовать насладиться последними моментами в деревне, потому что через две недели меня здесь не будет. А получится ли? Главное, пока не писать о чём-то подобном. Правда, сделать это сложно, потому что воспоминания становятся более яркими. Может, попробовать написать о каждом дне, который я провожу сейчас? А если писать нечего? Находить что-то интересное в вещах, которые на первый взгляд не являются чем-то примечательным?

Как-то давно я слышал такую фразу: «Счастье в мелочах». Может быть, это и станет выходом, который поможет мне забыться об этих воспоминаниях? Загадывать не стоит, но попробовать можно. Скорее всего, я ещё не скоро открою блокнот и напишу в него что-то.

Серьёзно, всего день? Иронично.

Сижу на лавочке возле дома и смотрю на постепенно надвигающийся закат. Ещё в реальности я заметил, что рассвет – это время для мечтаний, а закат – для выводов о прожитом. Вспомнить каждую свою бессонную ночь, после которой я наблюдал за тем, как солнце постепенно всё выше и выше поднимается из-за горизонта, и в голове сразу воспроизводятся картинки из моих несбывшихся желаний. В это время мы надеялись и верили в то, что совсем скоро станем счастливыми. К сожалению, в коматозе я утратил это. На рассвете я чувствую лишь сожаление о том, что мои мечты постоянно упираются в одно и то же. К тому же мечта на следующие годы у меня лишь одна: выбраться отсюда.

А вот с закатом дела обстоят иначе. Как и раньше, во время захода солнца я обдумываю всё то, что сделал когда-то, и прихожу к определённым выводам. Правда, есть отличие между коматозом и реальностью во время заката – выводы и мировоззрение меняются.

Каждый вывод о каких-нибудь поступках я могу рассматривать только с одной точки зрения, со своей. Поэтому мыслить широко в некоторых ситуациях не получается. Я боюсь, что если вернусь обратно в реальность, то уйти от этого не смогу и стану конченым эгоистом в глазах других людей.

Я начал намного больше ценить мелочи. Даже стал замечать то, что раньше в упор не видел. Я не могу в точности описать, что именно, но попытаюсь.

Например, мы наслаждаемся посадкой деревьев в каком-нибудь поле. Нас завораживает этот вид, пусть даже мы это видим постоянно. Но всё-таки это нас чем-то цепляет. Мы можем часами смотреть на это поле, в дали которого стоит та самая посадка, и представлять, что там какой-то другой мир. Будто мы не смотрим на то, до чего за 10 минут можно дойти пешком, а то, что неосязаемо и неприкосновенно, будто картина «Мона Лиза». Мы боимся хоть немного поменять своё местоположение из-за страха потерять ощущение чего-то столь далёкого и очень близкого одновременно.

В коматозе я теперь смотрю на такое чуть иначе. Всё то же поле, та же посадка, но замечаю я немного другое. Я могу видеть всю картину целиком, но также могу наслаждаться каким-то отдельным её фрагментами. Например, среди посадок заметить одинокое деревце, которое в точности такое же, что и остальные, но чем-то оно притягивает и заставляет смотреть на него, не отрывая взгляда. В поле я могу заметить одинокий росток пшеницы, который цепляет не своим видом, потому что он в точности такой же, а эмоциями. Да, именно эмоциями. Такое чувство, будто среди всех ростков именно этот обладает душой и разумом, которые я могу прочувствовать.

В деревне я часто выезжаю в какое-нибудь поле, чтобы часами наблюдать вот за такими мелочами, которые вызывают во мне бурю эмоций. А ночью, когда всё небо застлано звёздами, я нахожу среди этого миллиона небесных светлячков одну тусклую и ничем не примечательную звёздочку, на которую могу смотреть часами. Я будто общаюсь с ней, но в моей голове нет ни единой мысли. Это какой-то другой уровень общения, который невозможно объяснить, его можно только прочувствовать.

Солнце почти скрылось за горизонтом. Я решил сегодня остаться дома и писать. Слишком хорошее настроение, чтобы портить его встречей с другими людьми. Такое бывает, что человек чувствует себя счастливым, когда находится в полном одиночестве. Этот вечер я хочу посвятить общению с одним другом, который единственный на всём белом свете запоминает всё, что я ему рассказываю. Он хранит все мои тайны и мысли, впитывая их как губка. Ты даёшь мне надежду на будущее и будто сам хочешь поглощать всё больше информации, которую в тебя записывают, а я просто исполняю твои желания.

Глаза до сих пор болят от того, что в темноте я пытался найти в листах место, куда можно записать продолжение моих мыслей. Я с детства не люблю что-то прерывать, даже на небольшое время, поэтому решил дописать то, что задумал. Выпив кружку чая, я вновь взялся за ручку, укутался в одеяло, положил блокнот на колени и начал писать.

А ведь за это время я впервые ощутил то, насколько ты мне дорог. Я вновь смог вкусить ту радость, когда кто-то может запомнить, что ты рассказывал прошлым днём. Иногда меня окутывает страх, я беру тебя и пролистываю страницы, чтобы удостовериться, что ты всё сохранил и ничего не забыл. А если я сам что-то забыл, но ты всегда можешь напомнить мне об этом.

Вспоминаю людей, которые считают себя одиночками и постоянно из-за этого страдают. Мне искренне хочется послать этих придурков. Они даже не представляют, что такое быть одному. Пусть хотя бы немного попробуют ощутить то же самое, что происходит со мной, а потом начинают плакаться. Переживают, что им некому что-то рассказать? Их никто не понимает? Повторюсь, пусть эти придурки со своими проблемами идут туда, откуда их достал акушер в роддоме.

Есть люди, которые страдают из-за того, что они на постоянной основе становятся жертвами травли и оскорблений. Обычно это происходит со школьниками, ведь дети – самые жестокие существа, и иногда они могут ранить так сильно, что травмы не заживают до глубокой старости. Так вот, этих глупых школьников мне хочется послать куда подальше. Когда тебя травят люди – это ничто по сравнению с тем, если над тобой решила подшутить вселенная. Причем так коварно, что ты даже не понимаешь, в чём заключается цель этой «шутки».

Да, с каждым годом я всё чаще называю людей глупцами. А что мне ещё остаётся, если они действительно такие? Вспомнить, сколько было моментов, когда в один из дней кто-нибудь начинает выговариваться тебе о своих душевных терзаниях на тему одиночества и несправедливости жизни, а мне хочется рассмеяться им в лицо и сказать, что они идиоты, которые не понимают, что на все их переживания я плевал с самой высокой колокольни. Я готов пережить всё это в десятикратном размере, только лишь бы знать, что будущее наступит, что оно придёт ко мне с рассветом.

Хочется послушать музыку. Кстати, интересный факт: каждый раз, когда я хочу это сделать, приходиться вновь искать песни, которые мне нравятся, так как сейчас я понимаю, что в 17 лет с музыкальным вкусом у меня были огромные проблемы. Это раздражает, ведь приходиться постоянно заполнять плейлист музыкой, которой наутро не будет. Успокаивает то, что среди этого шлака я могу найти парочку хороших песен. А что со мной будет, когда мне стукнет 14? Я же с ума сойду от мусора в моей медиатеке.

А вот ещё один интересный факт: я начинаю всё чаще вспоминать те фильмы, которые мне так сильно полюбились, но, к сожалению, сейчас их дата выхода неизвестна. Возможно, авторы ещё даже не придумали идею, а я уже знаю, какой она будет.

Потеряв то, что уже никак не вернуть, я сожалею о том, что так и не посмотрел то кино, на которое в реальности мне было плевать. Например, киновселенная «Марвел». Она никогда не вызывала у меня восторга. Сколько раз я слышал, что обязательно надо посмотреть все части «Мстителей». Меня хватило на первые две. Я понимаю, почему они стали настолько популярными, но меня эти фильмы никогда не цепляли. Но я думал, что всё-таки когда-нибудь посмотрю все части, которые вышли после «Эры Альтрона». А теперь, когда это невозможно, я сожалею, что мне так и не посчастливилось увидеть всё, о чём мне так часто и бурно рассказывали.

Какая же всё-таки большая проблема, когда ты сильно психологически зависишь от чего-то. В моём случае это сигареты. Моё физическое состояние пока не способно принимать в таком объёме никотин, в котором я его потребляю сейчас. Мне очень часто хочется курить, когда я пишу. Но я уже говорил, что в этом возрасте не курил, поэтому моё тело изнывает от того, что каждые 30–40 минут я выхожу на улицу и в очередной раз вдыхаю дым в лёгкие. Мне стало настолько паршиво, что на час мне пришлось прерваться и сделать себе сладкий чай, чтобы хоть немного отойти. Меня уже тошнит от одного вида пачки, а головой я думаю, что неплохо было бы сейчас выйти на улицу, сесть на лавочку и предаться мыслям под сигарету. Пишу эти строки и думаю, чтобы всё-таки попробовать покурить, но организм сразу даёт мне красный свет. Ладно, спать я пока не хочу. Надеюсь, что, пока я это пишу, тяга пройдёт, хотя бы на сегодня.

Вновь поймал любимую атмосферу, когда сижу в комнате, а за её стенами будто пустота. Словно вся вселенная в этот момент сконцентрировала всю свою мощь именно в этих четырёх стенах. Каждый сантиметр комнаты обретает объём, и узоры на ковре, и книги на полках становятся отдельными галактиками со своей историей. Даже в этом читается, что я теперь серьёзнее отношусь к мелким деталям и вижу в них что-то особенное. Бывает так, что смотрю в одну точку, а в моей голове проецируются картины, описывающие возможную концепцию мира, скованную в этой точке.

А если в нашем теле есть множество таких галактик? Если наша галактика – это лишь атом в огромном электроне, который мы называем Вселенной? А теперь можно представить, что наш организм является точно такой же Вселенной для других миров. Или мы атомы одного такого организма, которого, например, зовут Михаил, и он обычный рабочий на заводе?

Теперь в моей голове вопросы о мироздании. Кажется, всё ближе подступает момент, когда я попытаюсь снова выбраться из коматоза. Вот только этот раз будет отличаться от прошлых попыток. Тогда у меня не было ни единой зацепки, чтобы решить эту задачку, а теперь есть блокнот, который сможет многое объяснить. А если, кроме блокнота, есть ещё что-то подобное? То, что вместе со мной пройдёт этот путь. Но если блокнот не единственный, тогда что это будет?

Я наконец-то смог выйти покурить. Успел испугаться того, что мама проснётся, когда немного не рассчитал силу и слишком громко хлопнул дверью. Как бы то ни было, я до сих пор не могу привыкнуть к тому, что на меня могут накричать из-за того, что я курю. Тяжело смириться с тем, что несколько лет назад ты мог спокойно выйти и покурить, а теперь должен прятаться и пытаться замаскировать запах табачного дыма. Поэтому, когда я получаю очередную порцию замечаний за это, я смотрю на неё так, будто курил всю свою жизнь, причём за это мне ничего от неё не было.

Когда я положил блокнот, то в нем оставалось 6 свободных листов. Сейчас я беру его в руки, а он стал почти вдвое больше. Что же в нём такое? Почему я всё больше начинаю считать его живым организмом? Возможно, даже более живым, чем все окружающие меня люди. Может, всё из-за того, что он единственный, кто следует по моему жизненному пути? Нет, не может, это действительно так.

Осмотрел блокнот вдоль и поперёк, пытаясь вспомнить историю его появления. С виду он ничем не примечателен. На лицевой стороне цветная картинка с изображением тигра, сзади – данные об изготовителе. Подарили мне его на мой девятый Новый год. Ребёнок в этом возрасте не может порадоваться такому подарку, так как с ним нельзя сделать ничего из того, что обычно любят делать дети. Он лежал пустой до момента, пока мне не стукнуло 13. Тогда я начал записывать в него свои воображаемые футбольные и баскетбольные составы и составлять различные топы на спортивную тематику. Помню, что меня это очень затянуло. Потом я рисовал в нем какие-то абстрактные картинки, а затем пытался сочинять стихи. В итоге я заполнил блокнот наполовину и уехал поступать в университет, оставив его в своей родной квартире.

И вот начался коматоз. В один из дней я случайно увидел блокнот. Кажется, это был декабрь нынешнего года. Я решил поностальгировать и посмотреть старые записи. Страница за страницей я впитывал то, что писал в нём когда-то. Потом что-то меня оторвало от блокнота примерно за две страницы до начала стихотворений. Вернулся к ним я вечером и, не прочитав даже половины, закрыл, так как мне они показались уж слишком плохими. Поздняя ночь, 2 октября, а сижу и смотрю в блокнот. Я полностью опустошён и хочу кому-то выговориться. Решаю попробовать хоть что-то написать, но меня хватает на: «Было такое неимоверное желание взять ручку и начать строчить на листах блокнота абсолютно всё, что накопилось за эти 6 лет…» Потом около 20 минут я просто молчал и думал, о чём еще хочу поведать, и понял, что обо всём. Но это слишком много, чтобы мог получиться хоть какой-то внятный текст, особенно если в голове в этот момент роза ветров из мыслей и воспоминаний, которые постоянно переплетаются между собой.

На календаре 1 октября. Я снова пытаюсь что-то написать. Вижу написанную за день до этого фразу, и тут мной овладевает отчаяние из-за того, что смысла писать нет, потому что всё равно это будет предано забвению. Но тогда мне не хватило мозгов, чтобы заметить, что то, что было написано день назад, не исчезло. Я почему-то не обратил на это внимания. Видимо, настолько моё состояние тогда было подобно овощу. Как только я подношу ручку к листку, то понимаю, что всё осталось. То, что я сделал впервые почти за 6 лет, – всё сохранилось. Каждое слово, буква, запятая…

Я собрался с мыслями, поднял блокнот и решил разорвать в клочья, потому что мне стало страшно. Наиглупейший поступок из всех, которые я мог бы совершить, но сейчас не об этом. Перед сном я начинаю об этом сожалеть, так как уничтожил ту вещь, которая хранила мою историю.

Просыпаюсь, а блокнот лежит под подушкой. Этого стоило ожидать, ведь это и есть правила коматоза. Даже если ты что-то уничтожишь, это всё равно вернётся, если за день до произошедшего было целым. Я решил проверить, сохранились ли мои записи. Да, все на месте. Я даже прикрикнул от шока.

Уже 26 сентября, и я всё чаще думаю вновь взять блокнот и начать писать. Я беру его с собой и иду на ту лавочку в парке. Надо будет её проведать, когда уедем из деревни. Ну, я буду уезжать, а родители, наоборот, приезжать. Так вот, я беру блокнот и ощущаю непонятный страх. Будто в нём написано что-то такое, от чего меня может настигнуть шок. Но я открываю его, беру ручку и записываю.

Что было дальше? Об этом я уже говорил. В тот момент началась какая-то новая история моей жизни, которая впервые за 6 лет, проведённые в коматозе, дала новый виток, ставший таким значимым для меня.

Он меня пробудил. Теперь я понимаю, что блокнот станет хранить всё написанное мною до последнего. И пусть никто не может запомнить или понять всё, что я пытаюсь сделать или сказать, именно он сохранит это в себе, будто это наша маленькая тайна, которую другим узнать не суждено.

Как же сильно некоторые люди хотят повторить один из своих счастливых дней, который с ними случился в прошлом, не понимая, что он и становится настолько хорошим лишь из-за того, что его больше никогда не вернуть.

Я, имея возможность вновь и вновь проживать один и тот же день, уже несколько раз обжигался на этом. Я уже приводил в пример ситуацию с девушкой из театра, с которой у меня теперь навсегда будет ассоциироваться «Портрет Дориана Грея». Но был ещё один момент, после которого я решил больше никогда не пытаться повторить сценарий одного и того же дня. Тогда за несколько суток я смог разрушить столь драгоценное мне воспоминание из реальности своей глупостью и бестолковостью. Пытаясь снова прожить тот день, я разрушил магию, которой он отличался от других.

На часах почти 3 ночи. Эти размышления пробудили во мне ту самую романтику, которая рождается, когда твоё одиночество становится не проблемой, а радостью. Я вспомнил о той самой, и всё чаще в моей голове проносятся картинки с наших последних встреч, среди которых есть 4 июня 2017 года.

Мы пытаемся повторить то, что уже не вернуть. Это останавливает нас в развитии, и мы застреваем в точке, которая не даёт нам жить, оставляя нас с воспоминаниями, в которые мы окунаемся и так сильно хотим вернуться туда, о чём размышляем с приятным трепетом в душе. Я с теплотой вспоминаю будущее, иногда пытаясь восстановить правильный порядок событий, но в моём случае это совсем другая ситуация. Я не пробовал вернуться в прошлое, потому что и так живу в нём, а по всем законам это явление неправильное. Но люди искренне хотят нарушить ход истории, что является огромной ошибкой, так как они не представляют, какие последствия их ждут. Не вороши прошлое, и лишь тогда ты сможешь зацепиться за счастливое будущее.

Тот день никак не выделялся на фоне остальных до момента, пока ближе к вечеру мне не написала та самая и не предложила встретиться. Я начал собираться с такой скоростью, будто нахожусь на тонущем корабле, а на борту осталась одна единственная шлюпка, в которую нужно как можно скорее залезть, чтобы спастись. Места в ней ограничены, поэтому тем, кто не успеет, суждено сгинуть среди морских обитателей, которые впоследствии могут неплохо подкрепиться их останками.

Выходя из магазина с бутылкой виски, я думал над местом нашей встречи. Вспомнив, что у одного моего друга есть свободная квартира, я тут же обратился к нему за помощью. Недолго думая, он даёт мне ключи. Я встречаю ту самую, и мы приходим туда.

Я уже говорил, что комната сейчас для меня является целой Вселенной. Так вот, тогда этой Вселенной стала квартира. Были только мы, и нам никто не мог помешать. С каждой новой порцией виски мы начинали всё меньше разговаривать и всё больше прижиматься друг к другу. За окном уже почти стемнело, а я держу её за руку, смотрю в глаза и целую так страстно, как никого ни разу в жизни не целовал.

Пишу это сейчас, и накатывают такие сильные эмоции, что я уже хочу отложить блокнот. В какой-то момент решаю лечь спать и забросить эту затею, но понимаю, что всё-таки хочу об этом написать. К слову, эмоции пока исключительно приятные.

Лунный свет озаряет комнату, мы лежим на кровати и каждой частью наших тел пытаемся касаться друг друга. На наших лицах улыбка. Господи, какая же она тогда была красивая. Я готов был отдать всё, лишь бы видеть это лицо каждую ночь. Мы говорили обо всём и о многом мечтали. Мы были одни во всём мире. Она была частью меня, моей половиной. Знаю, что звучит это очень примитивно и шаблонно, но так и было.

Тогда я чувствовал, словно у меня когда-то забрали часть души и поместили её в другого человека, которым оказалась она. Никогда такого не испытывал ни до, ни после. Я даже не мог представить, что такая близость душ вообще существует. Нам в тот момент не нужно было говорить, чтобы понимать друг друга. Я начал напевать песню, связанную с расставанием, и она, сдерживая слёзы, поворачивает голову ко мне, словно умоляя остаться и не уезжать. Но я уехал, и это уже не исправить.

Боль сменила радость. Она нарастала с каждой минутой. Дайте мне ещё одну жизнь, я всё изменю и больше никогда её не отпущу! Я знал, что в этот момент рядом со мной лежит та самая, которую я любил, которую до сих пор люблю.

После моего отъезда мы виделись лишь пару раз, и чем дольше было наше расставание, тем более изощрённую маску она на себя надевала. Как бы сильно я ни хотел сбросить её, у меня это никак не получалось. Но я знал, что где-то за ней прячется та самая, которая столь близка мне, что я даже не могу придумать описание этому чувству. Правда, люди уже придумали описание за меня – любовь. Та самая любовь, про которую пишут книги и снимают фильмы. Та любовь, которую нельзя объяснить, её можно лишь ощутить.

Под конец вечера ей позвонила мама, которая ждала её дома. Мы прощались так долго, словно расставались на годы, хотя знали, что уже завтра увидимся. По дороге домой я слушал самые романтичные песни, что были в моём плейлисте, и с лицом довольного дурачка шёл по тротуару, хотя внутри меня терзала боль, которая усиливалась от приближения отъезда.

Все наши последующие встречи заканчивались слезами. Я плакал каждый день, хотя до этого был скуп на слёзы. В наш последний вечер я выплакал столько, что вся Африка могла заполнить запасы воды на несколько лет вперёд. То же самое можно сказать о ней. И тот вкус солёных губ я запомнил так хорошо, что каждый день могу в точности воспроизвести его в своей голове.

А вот теперь можно рассказать о том, как я испортил тот вечер, наверное, один из самых прекрасных в моей жизни. Он таковым был, пока не случилось это.

В коматозе в этот день я с раннего утра был словно под наркотиками, вызывающими самую сильную эйфорию, которую только можно представить. Я ждал этого момента так сильно, что не мог найти себе места. Её сообщение, я бегу за той же бутылкой виски и по дороге чуть приплясываю. Друг даёт ключи от квартиры. Мы заходим и начинаем пить. Всё было хорошо, за исключением одного: в её глазах читалась неимоверная боль, а в моих – огромная радость. Из-за этого мы никак не могли поймать одну волну, ведь она хотела говорить обо всём, что в ней сидело, а я, как какой-то идиот, повторял, что всё здорово и классно. Она страдала, а я радовался. В результате всё пришло к тому, что в какой-то момент она просто не выдержала и хотела уйти, а я пытался её остановить. Она кричит и пытается понять, почему мне так хорошо, если уже меньше чем через месяц мы будем находиться по разным уголкам нашей необъятной страны, а я не могу ответить на это, ведь ей не расскажешь про коматоз. Я начинаю лгать так глупо, что она это сразу видит и ещё больше расстраивается, а затем просто уходит, сопровождая закрытие двери квартиры рыданиями. Я набираю ванную и вскрываю вены.

Попытка номер два. Я уже не так сильно жду этот вечер. Негативные эмоции сидят во мне ещё со вчера, но я готов всё исправить. Она говорит, я внимательно слушаю и не произношу ни слова. Делаю всё по шаблону, который был составлен ещё в реальности. Вот только было одно «но»…

Мы лежим, лунный свет и её лицо. Всё то же самое, но уже другое. Ведь я уже проживал это, значит, тех эмоций уже не повторить. К тому же весь вечер ради этого момента я вёл себя фальшиво, чего с ней себе никогда не позволял. Меня распирает злость. Я почти у точки кипения. Злюсь на себя так сильно, что еле сдерживаюсь. Тут накатывают воспоминания, самые паршивые воспоминания, связанные с ней. Я на пике. Я взорвался.

Ору на неё так сильно, что она не может вставить и слова. Говорю ей и про бал, и про расставание, и про все её последующие маски, которые она надевала при встрече со мной. В тот момент меня совершенно не волновало, что для неё этого ещё не произошло. Она в принципе понятия не имеет, о чём я говорю. Из моих уст вырывается не просто крик, а самые настоящие вопли. Я матерю себя, её, весь мир. Вдруг осознаю, что происходит, и пытаюсь как можно скорее уйти, чтобы добраться до первой многоэтажки и без раздумий прыгнуть с верхнего этажа. Она пытается меня остановить, чтобы разобраться в том, что произошло, а я толкаю её с такой силой, что она падает. Вновь начинаю орать сам на себя и, как последний трус, убегаю. Это был 9-й этаж очередной многоэтажки, я лечу вниз.

Попытка номер три. Мне уже тошно от всего происходящего, но я вновь пытаюсь повторить этот день в надежде, что получится сделать его если не таким, как в реальности, то хотя бы похожим. Я не должен 4 июня 2017 года испытывать негатив, это не по правилам. Так нельзя, нужно это исправить.

Бутылка виски, ключи, мы заходим в квартиру. Те же стаканы, она говорит о том же, я поддерживаю разговор и засовываю поглубже в задницу все свои эмоции. Мне стыдно, а она даже не понимает за что. Меня вновь берёт злоба, я заталкиваю эмоции ещё глубже. В туалете смотрю на себя и вижу глаза безумца. Думаю, замечает ли она это? Выхожу, она взяла в руки телефон, чтобы кому-то написать. Хочу вышвырнуть его и обвинить её в том, что это она виновата. Именно из-за неё этот день стал настолько дерьмовым. Я держусь, руки непроизвольно сжимаются в кулаки. Убираю их за спину и стою как вкопанный. Очнулся от того, что она сказала: «Ты чего не садишься?»

Я сел, и мы продолжаем разговаривать. Снова эта кровать и лунный свет. Понемногу успокаиваюсь. Она начинает мечтать о нашем общем счастливом будущем, а я, зная итог, хочу взорваться снова. Точка кипения. Молча встаю и ухожу в туалет, чтобы умыться. Смотрю на себя и думаю: «Тот, кто назвал прошлый взгляд безумным, явно не видел этого». Дышу как можно чаще, чтобы успокоиться. Понимаю, что нужно идти к ней. Виню себя во всех смертных грехах и пытаюсь не заплакать. Начинаю злиться из-за того, что она ни в чём не виновата. Причины настолько бредовые, что мне одновременно смешно и больно.

Захожу в комнату, она ждёт. Она нежно мне что-то говорит, а злоба тем временем превращается в истерику. Падаю на кровать, зарываюсь лицом ей в плечо и начинаю рыдать, моля её о прощении. Она ничего не понимает, но обнимает меня и пытается успокоить. Я крепко её обнимаю и извиняюсь всё чаще. Извиняюсь за всё подряд, а самое главное – за то, что испортил этот день. Она ничего не понимает, от этого мне лишь больнее. Криком прошу её заткнуться. Ей обидно, мне паршиво. В голове мысль, что нужно снова бежать. Мне одновременно хорошо и больно в её объятиях. Вдруг понимаю, что больше не хочу, чтобы этот день продолжался. Я вскакиваю, пытаюсь обуться и как можно быстрее уйти. Она всё ещё ничего не понимает. Я говорю ей: «Извини» – и ухожу.

В кармане 300 рублей. Нахожу круглосуточный магазин и договариваюсь с продавцом, чтобы она продала мне водку. Телефон разрывается от сообщений и звонков. Это та самая. Я не поддаюсь соблазну ответить. Откручиваю пробку и начинаю пить водку так, словно это святая вода. В какой-то момент понимаю, что лежу пьяный в кустах и меня подбирают двое полицейских. Засыпаю. Открываю глаза. 3 июня 2017 года.

Ну, вот как-то так, мой дорогой блокнот. Теперь для меня те хорошие воспоминания перекрываются этим тремя «днями сурка». Как бы я ни желал, забыть их никогда не смогу. Возможно, если получится вернуться в реальность, я буду вспоминать их как страшный сон, но это лишь надежда, которая не подкреплена никакими фактами. В попытках повторить что-то сакральное я разбил это вдребезги. А ведь были примеры, на которых стоило поучиться, но я был слеп.

Отбрасывая столь очевидное, я поддался неконтролируемым эмоциям, негативным эмоциям. С годами в коматозе начинаешь терять рациональность, но после того случая я словно очнулся и начал мыслить. Наверное, тогда я окончательно перестал воспринимать его как сон. Пусть мои поступки никак не влияют на мир, но они оказывают влияние на меня. Тогда-то и я стал осознавать, что самое главное сейчас – не испортить то хорошее, что со мной происходило в реальности. Я уничтожил то, что казалось мне святым, и утратил какую-то важную частичку себя. И только после случая с той самой я начал всерьёз относиться к тому, что делаю.

Ведь так происходит со всеми людьми. Пока человек не обожжётся, он не поймёт, что некоторые вещи нельзя совершать, слепо поддавшись эмоциям. Пословица, что умный учится на чужих ошибках, – бред, потому что каждый учится на своих. Эти ошибки так сильно ранят, что шрамы от них останутся навсегда. Именно они являются фундаментом человеческого опыта. Чем больше ошибок и страданий, тем мудрее становится человек. Такими темпами я скоро подамся в монахи и буду каждый день медитировать, пытаясь отыскать смирение с этим миром, миром коматоза.

По-моему, так много я не писал ещё ни в один день. Чувствую себя уставшим. Кажется, что нескоро я снова прикоснусь к блокноту. Так, стоп, почти этими словами я заканчивал свои вчерашние записи. Лучше просто лечь спать и ни о чём не думать. Посмотрю, пожалуй, на составленные мной топы лучших футболистов и баскетболистов, а потом попробую составить такие же, только для 2022 года. Память меня не должна подвести. Думаю, что из этого выйдет толк. Спокойной ночи, блокнот, спасибо за вечер.

Весь сегодняшний день я только и думал о вчерашнем вечере и с нетерпением ждал того, когда вновь смогу взять в руки блокнот и начну писать. Решив, что сегодня опять останусь дома, я как можно быстрее разделался со всеми своими делами, взял ручку и стал писать. Всё больше и больше я окунаюсь в мир своих мыслей и воспоминаний, постепенно теряя связь с внешним миром.

Люди всегда пытаются куда-то уйти от окружающей реальности. Обычно в этом им помогают книги, фильмы, сериалы, игры, а в моём случае – блокнот. Это мой личный «омут памяти» из книг про Гарри Поттера, который рассказывает другим о прожитых человеком моментах.

Такого состояния у меня не было очень давно. Не скажу, что доволен своей жизнью, но с каждым днём я всё больше прихожу к смирению и всё чаще замечаю хорошие вещи, которые преподнёс мне коматоз.

Конечно же, это остаётся всё тем же дерьмом, но доля оптимизма присутствует. Например, я вообще не разочаровываюсь, потому что знаю обо всех последующих поступках людей. К тому же мне не нужно переживать за своё будущее, так как его попросту нет. Не надо строить никаких планов и целей, а это, по сути, и есть свобода. Ты не обязан ломать голову над тем, какое место займёшь в этой жизни и для чего вообще существуешь. Постоянные мысли о цели отпадают сами собой, нужно лишь наслаждаться предоставленной возможностью жить одним днём. О своих поступках можно не беспокоиться, ведь они не оставляют никакого следа.

Всё-таки именно сейчас, в этот самый момент, я чувствую себя счастливым. Держу блокнот так крепко, словно он – моя сама любимая мягкая игрушка, с которой я каждую ночь засыпаю в обнимку. А ведь он действительно ею стал.

Многие в детстве думают, что весь мир крутится только вокруг них. В связи с последними шестью годами в коматозе я могу с уверенностью заявить, что-то же самое происходит сейчас со мной. Никто на Земле даже понятия не имеет, что это такое.

Кажется, это произошло в конце 2022-го или начале 2021 года, когда я каждый день листал новостную ленту в попытках найти посты о каких-то преступлениях, в которых обвиняемые будут говорить, что им плевать на совершённые поступки, так как всё равно завтра они не проснутся или им всё равно ничего за это не будет. Я пытался найти ещё одного такого же человека, но мои попытки не увенчались успехом. Иногда я вновь захожу почитать новости. Правда, уже на следующее утро всё то, что дает мне пищу для размышлений, никак не подтверждается. Пару раз после прочтения некоторых новостей я находил страницы преступников в соцсетях и писал им. Сообщения были короткими:

Было бы интересно найти такого же, как я. Это, конечно, слишком утопично, но вдруг. Что он делал все эти годы? Чем этот человек занимается сейчас? Утратил ли он веру в будущее? Какие изменения с ним произошли за время, проведённое в коматозе?

Когда-то в моей голове родилась теория, что в ту самую ночь – с 8 на 9 сентября – я умер. А теперь с помощью коматоза я прохожу своеобразную «очистку» перед тем, как меня впустят в рай. Это всё моё подсознание, тёмный тоннель перед светом в конце, который и является раем. А чем бы вы всё это объяснили?

В фильмах или играх такие события обычно заканчиваются выходом из комы. Может быть, я действительно лежу в одной из больничных палат? Моё тело функционирует благодаря аппарату жизнеобеспечения, а мозг работает почти на пике своих возможностей, поэтому всё кажется таким реальным. Если в какой-то момент я начну слышать голоса близких мне людей, тогда точно всерьёз задумаюсь над тем, что нахожусь в коме.

Я никогда не интересовался тем, что видят люди во время летаргического сна. Даже интересно стало почитать. Но для начала стоит порассуждать. Может, я впал в состояние долгого сна и уже 6 лет не просыпаюсь? В принципе, это та же кома, только меньших масштабов. Однако фантазия работает, как говорится, «на максималках», и в какой-нибудь счастливый день я просто открою глаза в своей квартире и осознаю, что всё закончилось. Нет, такой расклад мне не по душе. Не хочу, чтобы столь многое пережитое мной стало лишь плодом воображения. Нельзя через такое пройти, а потом смириться с мыслью, что это была лишь фантазия.

Почитав о летаргическом сне, я уяснил, что о нём слишком мало известно. Люди, находящиеся в нём, слышат всё вокруг, но не реагируют на происходящее. Это точно не мой случай, поэтому данную теорию можно выкинуть, как клочок бумаги с неудачным черновиком будущего шедевра.

Остаётся кома, смерть и, возможно, сильный трип от каких-то веществ, хоть я ничего не употреблял в тот день. Я вообще давно не имел дело с наркотиками в реальности, не считая травки.

Если это всё же последняя ступенька перед тем, как врата рая распахнутся перед моим лицом, то я расстроен. Как бы то ни было, умирать я не хочу. Конечно, за эти 6 лет в коматозе я начал чувствовать себя бессмертным. По сути, таковым я и являюсь. Если попробовать сосчитать все разы, когда я себя убивал, то не хватит пальцев на руках и ногах. Я точно пережил больше сотни суицидов. Насчёт двухсот утверждать не буду, но сто точно есть.

Вроде бы всё без изменений: та же комната, кровать, постельное бельё, даже моя поза, но ощущается всё по-другому. Уже и на ковре узоры стали не такими загадочными. К тому же я знаю, что как только я выйду из комнаты, то через пару шагов окажусь на кухне. Нет того ощущения, что было вчера. Даже если мельком пересмотреть вчерашний и сегодняшний текст, можно заметить, что там тоже есть существенные различия, причём не только в моих мыслях, но и в настроении. Как же всё-таки человек может измениться всего за одни сутки. А еще интереснее, что он для этого ничего не предпринимал.

Снова меня посетили философские мысли. Неужто я возвращаюсь к вчерашнему состоянию? Нет, сегодня мне этого не хочется. Я пытаюсь вспомнить какие-нибудь памятные моменты, которые хотел бы сейчас записать, но выбрать из такого количества воспоминаний сложно. Этот «кастинг» я провожу будто режиссёр, ищущий молодого актёра на главную роль. Когда я начинаю записывать одно из воспоминаний, то снова проживаю этот момент в своей голове.

«Снова проживаю». Боже! Будто сейчас я совсем не этим занимаюсь. Даже не по себе стало от этих слов. Чёртов коматоз!

Подумал, что Вселенная решит пошутить надо мной вдвойне: с завтрашнего дня жизнь пойдёт в ту сторону, в которую и должна двигаться. Это, конечно, всё очень здорово, но я бы хотел вернуться сразу в 2022 год, потому что опять проживать 6 лет у меня нет никакого желания.

А потом 8 сентября снова начнётся коматоз, и на следующее утро я проснусь 7-го. Тогда «День сурка» можно перефразировать в «Годы сурка». Ой, нет, мне становится страшно от таких мыслей. Но с моим шестилетним опытом и в такое можно запросто поверить.

Как же сегодня у меня меняются мысли. Уже не могу вспомнить, с чего я вообще начинал писать. В целом моё состояние в последние 3–4 дня не походит ни на какое из тех, что наблюдались за последние 6 лет.

А был ли я какое-то продолжительное время счастливым в коматозе? Можно ли вообще здесь оказаться счастливым?

Ещё в реальности я заметил такую особенность, что если человек несколько дней пребывает в состоянии истинного счастья, то, скорее всего, на него нахлынет сильная хандра, после которой будет эмоциональная стагнация, а дальше его снова несколько дней любит Вселенная, и звёзды складываются так, что во всех начинаниях его ждёт успех. Эти американские горки никогда не дают заскучать. Меня всегда терзали опасения во время приливов счастья. Я боялся, что скоро настанет момент, когда всё разобьётся вдребезги.

У меня как раз есть воспоминание, которое описывает это состояние. За одну ночь я из самого счастливого человека на Земле превратился в плачущего и озлобленного на весь мир мальчика. Кстати, это первое записанное мной воспоминание из реальности, до которого я пока что не дожил.

Тогда я занимался дзюдо и мечтал, что когда-нибудь выиграю олимпийское золото, пусть это всегда и подкреплялось лишь моими мечтаниями, а не тренировками. Не скажу, что я усердно занимался, но результаты были. Иногда перед сном я представлял, как встаю на верхнюю ступень пьедестала и мне дают тот самый олимпийский букетик в руки, а красивая золотая медаль тянет меня к земле. Я не был лучшим в своей весовой категории даже в городе и постоянно на соревнованиях занимал третьи места. Не знаю почему, но выше мне забраться было тяжело. От этого терялась мотивация. К тому же было гораздо проще надеяться на чудо, а не потеть часами в зале. Это проблема, наверное, преследует многих.

Настал день, когда проходили очередные соревнования. В полуфинале я встречался с одним из самых сильных борцов нашей области, который на каждые турниры приезжал только за победой. Объявляют наши фамилии, а я уже начинаю мириться с тем, что сейчас проиграю и в схватке за третье место, скорее всего, возьму бронзовую медаль. Мне было важно не проигрывать сразу, дать бой моему оппоненту, показать достойную борьбу. В первые 20 секунд мой соперник совершает ошибку, и мне удаётся заработать очко за приём. Вера в себя усилилась. Такой адреналин ударил в голову, что я готов был сделать всё, чтобы выйти победителем. К концу схватки мы оба были измотаны. Я хорошо защищаюсь, но не веду пассивную борьбу и регулярно иду в контакт. Дело было вовсе не в том, что за пассивность дают штрафы, просто я не мог себе позволить отсиживаться и ждать окончания времени, потому что если побеждать, то так, чтобы после к тебе не возникало никаких вопросов, а главное – внутренних сомнений в своей победе.

Сирена, время закончилось, я выигрываю благодаря тому очку, которое заработал в первые 20 секунд. Ноги подкашиваются от усталости, мой соперник, который был уверен в своей победе перед началом схватки, со слезами на глазах не может поверить, что проиграл. А я с мыслями о том, что сейчас выиграл у сильнейшего борца в своей весовой категории, хочу лишь поблагодарить его за хорошую борьбу, упасть и не вставать до финала. Мы жмём друг другу руки. Он с уважением хлопает меня по плечу. Его товарищи в шоке, мои тоже. Расходимся. Я падаю от усталости, а ко мне бросаются мои друзья, чтобы поздравить с победой. Какой же это был кайф.

До финала остаётся всего 10 минут, а всё моё тело словно состоит из ваты. Мне тяжело даже открыть бутылку с водой, чтобы утолить жажду. Тренер начинает меня подгонять, чтобы я начинал разминаться, но мне очень тяжело. Он подходит ко мне и говорит: «Ты зачем у него выиграл? Чтобы проиграть в финале? Соберись и начинай разминаться!» Эти слова меня вдохновили, я понял, что после такого обязан взять золото. Была возможность впервые стать первым. Это вдохновляло меня ещё сильнее.

Объявляют наши фамилии. Мы выходим на татами. Мой соперник из полуфинала только что с лёгкостью победил в схватке за третье место и наблюдал за тем, как я сейчас буду бороться. Мне надо выиграть, как минимум затем, чтобы доказать ему, что я тут стою не случайно. Тренер подошёл так близко, что судьям пришлось его отогнать. Он всегда в меня верил. Вспоминая о нём, я испытываю лишь положительные эмоции. Он был для меня не просто тренером, а хорошим другом.

Передо мной стоит парень из моего города, который сильно прибавил за последние пару лет. Когда мы были совсем мальчишками, я у него выигрывал без особого напряжения, но теперь он был одним из лидеров. По его глазам видно, что ко мне он относится серьёзно, но уверен в своей победе. Меня это настолько разозлило, что я захотел не просто победить его, а унизить. Возможно, эта самая злость в итоге и помогла мне выиграть. Вдобавок я уже победил самого сильного борца на соревнованиях, так что его точно должен одолеть.

Первая половина выдалась для меня сложной. Атаковал я кошмарно, поэтому приходилось постоянно защищаться. Когда я всё-таки пытался провести бросок, то мой соперник поймал меня на контратаке, и мне лишь чудом удавалось избежать того, чтобы он получил очко за приём. Тренер постоянно говорил, чтобы я не лез на рожон и выжидал. Но меня это бесило. Мне не хватало терпения. При этом после первой половины я стал ещё менее агрессивным, в результате получил два замечания, которые превратились в один балл для моего оппонента. Остаётся чуть меньше минуты до конца схватки, я вдруг ловлю его на свой приём, он падает на лопатки. Чистая победа!

Я пока не осознаю, что происходит, а тренер, услышав оценку «япон», даже крикнул от радости. Меня объявляют победителем, я хочу крикнуть, только в 10 раз громче, чем это сделал мой тренер. Моя первая победа на соревнованиях, ещё и с таким итогом в финале. Я никогда до этого не занимал первое место, а тут на таком серьёзном турнире становлюсь обладателем золотой медали. Я стал лучшим в своей весовой категории по всей области, от чего был просто в восторге.

В этот момент я увидел, что мой отец стоит в проходе, который ведёт из коридора в зал, где проходили соревнования. Он всё видел. Видел, как я победил. Он гордится мной. Я понимал, что папа не успел бы прийти сюда, если бы решил сначала заехать домой. К тому же рабочая сумка его выдавала. Я бегу к нему, он обнимает меня и говорит немногословно, но так тепло. Подходят товарищи и тоже хвалят меня. Всё, что я тогда чувствовал, просто не передать словами. Стою на верхней ступени пьедестала. Сегодня я лучший.

Прихожу домой, а мама уже готовит что-то вкусненькое, видимо, отец рассказал ей о моей победе, поэтому она захотела сделать этот вечер для меня ещё более особенным. Мы вместе ужинаем, после чего я иду к себе в комнату и предаюсь мечтам об олимпийской медали. Тогда во мне начало зарождаться желание не просто надеяться, что я её получу, но и добиваться этого. Это был такой сильный пинок под зад, что после него я готов был тренироваться настолько усердно, насколько это в принципе возможно. Я уже жду следующую тренировку, когда тренер скажет мне про ошибки, которые я совершил, а потом мы вместе будем над ними работать. И тут я вспоминаю, что завтра у меня день рождения. Всё складывается так, как и должно. Будто сама судьба сделала мне этот подарок. Я был уверен в своём успехе, и, как ребёнок, который мечтал и наконец-то получил письмо из Хогвартса, я отправился спать. Перед сном ещё раз подумал о завтрашнем дне рождения, ведь он должен был стать лучшим из всех, что у меня были.

Я только проснулся, а меня уже переполняет эндорфин. Сонливости как не бывало. Через минуту я уже вскакиваю с кровати, чтобы услышать поздравления и наконец-то увидеть приготовленные мне подарки. Также я хотел ещё раз рассказать о вчерашней победе каждому, кто сегодня мне встретится. Слышу голос мамы на кухне и сразу бегу туда с такой широкой улыбкой, которой у меня не было ни до, ни после.

Вижу маму, которая убирает телефон от уха. Её глаза красные, будто она плакала. Она видит меня, искренне улыбается и поздравляет с днём рождения. Затем крепко обнимает, и, видимо, в этот момент она вновь вспомнила то, о чём узнала недавно, поэтому по её щекам покатились слёзы. Я спрашиваю, что случилось, а она достаёт из холодильника мои самые любимые салаты, которые она приготовила ранним утром, чтобы порадовать меня. Пока я ем, она ничего не говорит и сидит, склонив голову. Я хочу ей рассказать о том, какой сейчас счастливый, но не решаюсь. Вдруг раздаётся телефонный звонок, она встаёт, чтобы уйти в другую комнату. Я понимаю, что это сделано затем, чтобы я не слышал разговора. Но мне уже 12 лет, любопытство в этом возрасте бьёт через край. Я тихо подкрадываюсь сзади и слушаю, о чём говорит мама. Она плачет и сообщает кому-то, что умер мой любимый дядя, с которым минута разговора поднимала мне настроение на весь день. Именно его поздравления я всегда так сильно ждал, ведь он мог подобрать слова, которые трогали меня до глубины души. Дядя, с которым я мог сидеть рядом и с огромным удовольствием слушать всё, о чём он говорит, не обронив ни слова, чтобы его не перебивать. Дядя, который банальным словом вызывал смех у каждого и который ни к одной проблеме не оставался равнодушным.

Мама видит меня и спрашивает, слышал ли я, о чём она говорила по телефону. Я честно отвечаю «да» и начинаю плакать. Она прижимает меня к себе, а я не могу произнести ни единого слова, только рыдаю.

После мама попыталась поднять мне настроение подарками в надежде на то, что меня получится хоть как-то отвлечь. А у меня в голове застряла мысль, что ни сегодня, ни завтра и вообще никогда я больше не услышу голос своего любимого дяди.

Вечером приходит папа, обнимает меня, поздравляет с днём рождения и тоже дарит подарок. На его лице ни капли грусти. Он никогда не показывал эмоций и так умело держался, хотя я уверен, что внутри его рвало на части. Папа всегда оставался самым хладнокровным человеком. Он являлся самой настоящей опорой для всей нашей семьи. Я думаю, что, когда он оставался наедине с собой, то давал волю эмоциям, но при мне не делал этого никогда, потому что понимал, что для меня он – плот, который даже в самый сильный шторм удержит на плаву. Я видел его и всегда успокаивался, даже в тот день рождения мне стало легче, когда домой пришёл человек, который потерял родного брата, но держался так стойко, насколько это было возможно.

Меня укладывают спать, мой день рождения окончен. Мама целует перед сном и уходит, а я, закрывая глаза, вижу дядю и пытаюсь плакать так тихо, чтобы никто из родителей не слышал. Я переворачиваю подушку, потому что эта сторона намокла от слез. Вспоминаю, что уже завтра – долгожданная тренировка, на которой в итоге я буду овощем, не воспринимающим слова тренера. В результате я продолжу тренироваться, но уже без особого усердия, лишь иногда призрачно надеясь, что когда-нибудь стану олимпийским чемпионом, но эти мысли станут посещать меня гораздо реже. Через 2 года после этого я брошу дзюдо, потому что к тому времени уже перестану завоёвывать даже третьи места. Во мне в принципе больше не увидят хотя бы какие-то перспективы. Лишь тренер пытался пробудить во мне тот запал, который был раньше, но у него ничего не получалось, и в итоге он тоже перестал предпринимать попытки снова привить мне любовь к борьбе и веру в то, что я смогу добиться успеха. Моя единственная золотая медаль в дзюдо так до сих пор и ассоциируется с утратой очень близкого для меня человека.

Бывают минуты, когда мне вновь хочется выйти на татами. В принципе, уже очень скоро я вернусь к тренировкам, но вряд ли у меня будет желание. Конечно, я смогу и не ходить, но парочку занятий всё-таки посещу.

Сейчас задумался над тем, что через 5 лет наступит тот самый день, когда умер дядя. Это почти столько же, сколько я нахожусь в коматозе. От сопоставления этих фактов становится не по себе. 2022 год теперь кажется таким далёким, будто он был в моей прошлой жизни. А 2011-й всё ближе. Кажется, что через пару дней я снова буду смотреть в плачущие глаза мамы, которая только что узнала о кончине брата своего мужа.

Не хочется вообще ничего. От блокнота тошнит. Я снова вернулся в родной город и не могу понять, почему меня так кроет. В последних записях я называю себя счастливым, но прошло чуть меньше месяца, и я снова несчастен. Противно даже от собственного отражения в зеркале, а больше всего именно от блокнота.

В чём причина, я не понимаю. Проснулся 21 июня, и с самого утра на меня нахлынула хандра. Я весь день был словно мёртвый. Меня ничего не радовало и не расстраивало. Будто стал манекеном, который не испытывает никаких эмоций.

Чёрт, как же сильно меня кроет! Эти эмоциональные скачки я ненавидел ещё в реальности, а в коматозе их частота и непредсказуемость увеличились вдвое. Я ничего не могу с собой поделать, никак это не контролирую, не вижу никакого выхода из этого состояния. Мне всё это осточертело!

Пытался притвориться счастливым человеком, за это и поплатился. Надеясь, что самообман прокатит, я лишь усложнил себе жизнь. Это похоже на то, когда ты пытаешься полюбить кого-то, будто тебя заставляют, но в итоге приходишь к тому, что начинаешь всем сердцем ненавидеть этого человека. Такой обратный фактор есть почти во всём. Насильно вызывая какую-нибудь положительную эмоцию, мы в итоге получаем негатив, который будет помножен на два.

Всё надоело. Плевать на наркотики, проституток и глупые размышления о коматозе. Нужно смотреть на факты, а он один – я в дерьме, причём погряз в нём по самые уши. Есть всего лишь одна зацепка, которая поможет мне из этого выбраться, – блокнот. Но я так боюсь разочароваться, так страшно снова испытать это. Ведь именно он подарил мне надежду. Но будет ли этот исход благоприятным? Я постоянно обманывал себя, пытаясь хоть как-то выбраться из депрессии, и с блокнотом эта ложь лишь участилась.

Я почти смирился, но тут он даёт мне надежду, и всё меняется. Я глушу эти мысли, ведь гораздо проще выкинуть их из головы, чтобы потом не пришлось расстраиваться из-за того, что снова ничего не получилось.

Эта тошнота вызвана тем, что я не предпринимаю никаких действий по выходу из коматоза уже практически полгода. С самого того дня, когда мои строчки сохранились в блокноте, я не сделал ничего, абсолютно ничего. А что я вообще могу сделать, с чего мне начинать?

Это душит меня. К тому же начинают пробуждаться воспоминания из 2021-го. Они всё ярче и свежее, так и хотят вырваться наружу. Всё ближе я подхожу к тому, чтобы вскрыть этот гнойник. А если попробовать уничтожить блокнот? А если хотя бы лист? Если я смогу написать о том времени, а потом просто вырвать эти листы и сжечь их, станет ли мне легче? Так, нужно попробовать что-нибудь нарисовать или написать на одной из страниц, вырвать и на следующий день проверить, сохранился этот лист или нет.

Листа нет! Ничего не осталось! Значит, какие-то частицы всё же можно уничтожить. Есть погрешность в этом механизме блокнота, и, кажется, я её нашел. Надо попробовать то, что запланировал. Написать всё, что сидело во мне эти годы. Стесняться мне некого, только самого себя. Это нужно сделать. Надо всё излить на бумагу, а потом вырвать и сжечь листы дотла. Уничтожить, чтобы об этом никто не знал. Может быть, за этим блокнот и появился.

Начинается несколько недель или месяцев депрессии, потому что уже завтра наступит 4 июня, и это будет какая-никакая годовщина. Весь май я буду вспоминать о проведённом времени с той самой, которую уже не вернуть.

Немного хандры, и нужно садиться писать, вываливать на лист всё. Даже даты отмечать не буду. Возможно, я не готов к этому, но депрессия меня добьёт. Нужно уничтожить себя морально, чтобы потом возродиться вновь.

Я уже писал, что у каждого серийного убийцы или насильника есть свои мотивы. Интересный факт, который я подметил: у серийных убийц-женщин в большинстве случаев главный мотив – материальная выгода, а у мужчин – психологическая и физиологическая. Но, как бы то ни было, чтобы понять серийного убийцу, нужно узнать историю его жизни. Например, «ангарский» маньяк всю свою жизнь наблюдал за изменами женщин, в том же числе своей жены, и убивал тех, кого считал девушками лёгкого поведения, так как был убеждён, что они недостойны жизни. Или взять историю Мэри Энн Коттон, которая всё детство провела в нищете и потом стала отравлять своих мужей, чтобы получить наследство.

В моём случае история уже известна, и причины злости вполне очевидны. Не буду вспоминать всех своих жертв, но в основном я выбирал мужчин и женщин из низших слоёв населения, которые вели не самый культурный образ жизни. Обычно таких называют быдлом или гопниками. Почему выбирал именно их? Ответ, думаю, тоже очевиден. Ненависть началась к ним с многочисленных случаев, когда такие люди доставляли мне проблемы: били, унижали, запугивали и т. д. Но пиком стал момент, когда меня избили. Уже тогда во мне стали зарождаться мысли, что таких граждан было бы неплохо отправлять подальше от цивилизованного общества, чтобы всем жилось проще. Не скажу, что я желал им смерти, потому что тогда для меня это было слишком аморально, но собрать их в кучку и отправить на какой-нибудь остров – просто прекрасно.

Проходит первая четверть 2021 года. Я всё больше озлобляюсь на этот мир. Особенно на тех самых товарищей, о которых я писал выше, а в Курске их было предостаточно. Я наблюдал за ними каждый день и видел их аморальное поведение. Мне становилось понятно, что я их больше не боюсь, теперь я их ненавижу. Злобы всё больше, доза алкоголя ежедневно увеличивается. Я стал задумываться о своём первом убийстве. Получилось у меня не сразу, так как моральные принципы редко, но просыпались, однако я всё-таки смог. Давайте обо всём по очереди.

Ежедневно я смотрел на улицу и всё больше убеждался, что моей жертвой станет один из тех быдланов, которых в городе было навалом. Но как это сделать? Какая должна быть причина?

В принципе причина была: моя убеждённость в том, что эти люди недостойны жизни, ведь всё, чем они занимаются, – отравляют жизнь другим. Правда, это так себе причина – убить человека лишь из-за того, что в моей голове он не имеет права на существование.

В один из дней злость достигла своего апогея. Из окна своей квартиры я увидел трёх пьяных людей, которые вели себя чересчур вызывающе и агрессивно. Я взял на кухне нож и, как в видеоигре, видел перед собой лишь цель, не задумываясь о последствиях, будто всё происходящее нереально.

Я на улице, время два часа ночи, так что о свидетелях переживать не стоит. Делаю первый шаг, и тут появляются сомнения. На полпути из этого маленького ростка вырастает огромный дуб, который развернул меня на 180 градусов и отправил домой. Вдруг в спину слышу крики, доносящиеся от моих несостоявшихся жертв. Мне плевать, я лишь хочу поскорее оказаться дома. Они смеются и продолжают орать, но я, не реагируя на это, открыл дверь подъезда, затем квартиры, бросил нож и лёг спать.

Если мне не изменяет память, то около недели после этого случая я сильно хандрил. Меня разбила моя нерешительность, хотя это вроде был здравый смысл. Потом в один из вечеров мне захотелось прогуляться в наушниках по району. Как сейчас помню: играет жёсткий рок, я поворачиваюсь и вижу, как двое парней кого-то избивают. Присмотревшись, я увидел мужчину лет 50, лежавшего на сыром асфальте и пытавшегося прикрыться сумкой от ударов. Он что-то пытался сказать, но его не слушали, продолжая избивать. Они что-то говорили ему в ответ, но это было настолько невнятно, что разобрать тяжело. Тут я вспомнил, что на месте этого мужчины когда-то был я. Злость залила мои глаза. Я удачно оказался рядом с мусорным баком, в котором приметил метровую железяку. Ничего не напоминает?

Увидев меня, гопники начали кричать, чтобы я уходил, а то буду следующим. Один из них уже направился ко мне. Я взял палку и пошёл навстречу. Он испугался и окликнул своего приятеля. Они убежали, а я подошёл к мужчине.

– С вами всё в порядке?

– Не знаю, кажется, они мне ребро сломали.

Но там явно было сломано не только ребро: лицо всё в крови, а нос смотрел ровно на восток.

Я помог ему подняться, и мы пошли до ближайшей лавочки. Избиение проходило сбоку от многоэтажки, поэтому дойти до подъезда, возле которого была лавочка, оказалось не так тяжело. Мы присели. Я хотел вызывать скорую, но он меня остановил и сказал, что завтра сам поедет в больницу. Мужчина рассказал, что так поздно возвращается с работы. Он был строителем, задержался на объекте. Идя с остановки, услышал, как его окликнули. Повернувшись, увидел двух ребят, которые потребовали у него деньги. Он отказал и за это тут же получил удар по голове. А дальше я и сам всё видел.

Придя домой, я твёрдо решил, что должен оказаться там до того, как эти уроды начнут избивать мужчину. Набранная до краев ванна, нож, порезанные вены.

Я оказался на той лавочке, на которую за сутки до этого отвёл пострадавшего строителя, на 20 минут раньше. Свет над металлической дверью подъезда освещал некоторую часть этого двора, поэтому было хорошо видно то самое место, на котором происходило избиение. Я услышал крик этих гопников и тут же достал из рюкзака гаечный ключ, который взял из дома. Вижу, как мужчина что-то говорит им в ответ и от одного из обидчиков прилетает удар в голову. Пострадавший матом отвечает, правда, вчера об этом он мне не рассказал, но его реакцию можно было понять. Видимо, ответил он достаточно грубо, раз ему сразу дали по лицу. Хотя ситуации бывают разные. Мужчину бьют второй раз, он падает, а я уже стою в трёх метрах от быков, которых растили на убой. Именно такими я их вижу. Меня замечают. Поздно. Гаечный ключ попадает чётко в висок сначала первому, а потом второму в область лба. Первый падает без чувств, второй потерялся в пространстве. Я подхожу к нему и начинаю молотить с такой силой, словно он единственная причина моих страданий. Через некоторое время я обернулся и увидел, что мужчина уже давно скрылся. Бросил ключ и очень быстрым шагом направился в сторону дома.

Всё, что я натворил, осознал только на следующее утро. Стал успокаивать себя тем, что эти двое всё равно не сделали бы в жизни ничего хорошего. В тот момент я будто эмоционально разрядился. Мне не хотелось так делать на регулярной основе, но в голове возникла мысль, что иногда можно позволять себе такую разгрузку.

Когда я это пишу, то не могу понять, почему так просто мог относиться к тому, что совершил. Конечно, моё психическое состояние было не из лучших, но не настолько же! Наверное, это из-за того, что тогда я был разочарован всем на свете, ну и не стоит забывать о злобе, которую сложно чем-либо измерить. Я будто стал овечкой, которую всю жизнь гоняли волки, но вдруг судьба предоставила ей шанс отомстить.

Следующее убийство я совершил через месяц. Тогда под мой гаечный ключ попали трое подростков, которые под окнами моей квартиры распивали спиртное и орали так громко, что соседка с 3 этажа попыталась сказать им, чтобы они успокоились, но они лишь обматерили её с ног до головы. В тот день я тоже был зол на весь мир. Эта ситуация меня просто добила. Рассчитав приезд полиции, которую моя соседка в любом случае вызвала бы, так как такое уже происходило, я понял, что у меня есть примерно 10–15 минут. Когда я вышел из подъезда, эти пьяные подростки лет пятнадцати уже собирались уходить, но в итоге уйти смог лишь один. Первого я ударил в челюсть, второй получил в район левого уха, а третий смог сбежать. Я добил их, что не заняло много времени, так как бил чётко в голову. Дело сделано. Я выбросил гаечный ключ и заказал такси на адрес одного из своих друзей к соседнему дому в надежде, что водитель не увидит два окровавленных тела. Он их не заметил. Уже в машине я договорился с другом, что приеду к нему. Он никогда не задавал лишних вопросов, если его об этом попросишь, поэтому, увидев мою окровавленную одежду и услышав просьбу, чтобы не лез не в своё дело, он не стал доставать меня. Я вынул из рюкзака бутылку виски и начал пить прямо из горла. Тут друг понял, что моё поведение невменяемо, видимо, я совершил что-то противозаконное. Он начал выпытывать у меня информацию, я просто молча ушёл от него. Всю ночь бродил по городу, пока в 6:50 утра не открыл глаза под звук будильника, который этим утром меня даже не раздражал, что произошло впервые за очень долгое время. В зеркале я улыбнулся сам себе, словно я самый безумный убийца на всём белом свете. Следующее убийство состоялось через 2 дня.

Как вы можете заметить, я начал убивать всё чаще: 24 жертвы за июнь. Иногда за день я мог наткнуться сразу на несколько компаний, с которыми мне хотелось расправиться. Конечно, мне тоже прилетало, но от увечий просыпался ещё больший азарт. Так я жил примерно 3 месяца, пока в конце апреля 2021-го не вышел на новый уровень.

К тому моменту я уже сбился со счёта. Приблизительно, 70–80 человек, если учесть людей, которых я убивал по несколько раз. Когда мне удавалось в один из дней кого-то ликвидировать, а потом в какой-то момент я видел их живыми, меня это так сильно злило, что мне хотелось снова с ними поквитаться.

Это перестало быть для меня чем-то особенным. Гаечный ключ лежал в рюкзаке каждый день: он будто стал частичкой меня. Это как блокнот, только для обезумевшего психа. Представьте моё состояние: коматоз во время коматоза. Сравнение отвратительное, но ничего лучше я не придумал.

Со временем я стал менее требовательным к выбору жертв и начал убивать даже тех, кто не заслуживал такой участи. Вообще ни один из них такого не заслуживал, но об этом я напишу позже.

Конец апреля, я выхожу на охоту. Охочусь по ночам, так как численность моих целей в это время всегда возрастала. Проходя по узким улочкам и спальным районам, я искал агрессивно настроенные компании. Увидев потенциальных жертв, тут же направлялся в их сторону, как будто моя дорога лежала именно рядом с ними. Если меня не трогали, я шёл мимо. Если начинали докапываться, то я снимал рюкзак и был наготове. Как только ко мне приближались с целью меня запугать или избить, я тут же хватал гаечный ключ и бил им всех, кто попадал в поле зрения.

Мне на глаза попалась компания из двух девушек и одного парня, которые очень вызывающе себя вели. Я уже писал, что мой выбор жертв стал менее требовательным. Подходя к ним, я наблюдал за всем, что они делали. По сути, не было ничего противоправного в их действиях. Просто громко разговаривали и пили пиво из общей полуторалитровой бутылки, сидя на детской площадке в одном из дворов моего города. Да, теперь я ездил по соседним районам.

Я уже прошёл мимо них, как услышал смех за своей спиной. Я тогда был уверен, что смеялись именно надо мной. На самом деле всё это было сильно надумано, но мне нужна была причина, и я её нашел. Обернувшись, я попросил их вести себя поскромнее, так как уже ночь и люди спят. Одна из девушек вызывающе на меня посмотрела и послала туда, куда обычно посылают тех, кто им неприятен. А я только этого и ждал. Сделав шаг в их направлении, я повторил, чтобы они успокоились, на что получил ответ от парня, сидевшего рядом с ними:

– Слышишь, чмошник, ты самый смелый, что ли?

Улыбка на моём лице становилась всё шире. Я еще на шаг ближе к ним, уже снимаю рюкзак со своего плеча. Та, что послала меня, поинтересовалась, что я сделаю, если они не замолчат, а я уже достал гаечный ключ и ударил по её разукрашенному дешёвой косметикой лицу. Вновь тот же ошарашенный взгляд, к которому я так привык. Уже зная, что у меня есть примерно 2 секунды, бью парня. Оба упали. Я смотрю на третью, которая с глазами грустного котёнка смотри на меня в ответ. Кричу, чтобы убиралась отсюда. Всё-таки она во время разговора молчала и будто находилась не в своей тарелке, поэтому на фоне этого быдла смотрелась настоящей святошей, случайно оказавшейся на оргии сектантов.

Я расправился с двумя телами не очень жестоко и достаточно быстро. Отошёл от места преступления примерно на 300 метров и заказал такси до дома, надев другую кофту, чтобы у таксиста не возникло лишних вопросов из-за крови на одежде.

Наутро я понял, что девушек прежде не трогал, что подтолкнуло меня к новым переживаниям. Правда, к середине дня мне удалось всё это отбросить. Я успокаивал себя тем, что эта девушка была точно такой же, как все те парни до этого. К тому же я сжалился и отпустил вторую, которая была гораздо адекватнее.

Понимаю, что это похоже на абсурд, но вспомните мотивы серийных убийц. Вы поймете, что они абсурдны. Вдобавок долю ответственности с меня снимало то, что мои деяния не имели никакого результата в том смысле, что будущее просто не наступало. Поэтому совершенные мной преступления – лишь моё моральное удовлетворение, а на судьбы других людей они никак не влияли.

С каждым днем я всё больше развращался. Теперь независимо от пола и возраста я убивал всех, кто мне не понравился с первого взгляда. И если раньше я выжидал, когда меня захотят избивать, то со временем сам стал лезть на рожон и искать повод, чтобы достать свой гаечный ключ.

В результате это привело меня к тому, что к ноябрю 2020-го я ни с кем не разговаривал. Просто молча подходил и начинал калечить тех, кто мне неприятен. В октябре из-за этого случился мой первый нервный срыв.

Самое большое разочарование в людях происходит после того, когда ты разочаровываешься в самом себе. Это со мной и произошло. Я стал бояться самого себя и каждый день калечил своё тело в попытках причинить себе хоть какие-то страдания. Этот страх дал мне новый глоток сил на поиск решения проблемы по выходу из коматоза. Результат той попытки очевиден: моральное опустошение, боль и злость. Именно последняя в июле 2020-го подтолкнула меня на очередное убийство.

От злости вновь стали заплывать глаза. В попытках успокоиться я снова вышел на улицу ночью. Самое смешное – я уже тогда понимал, что это самообман, но не хотел признавать, хотя прекрасно знал, что в рюкзаке лежит гаечный ключ, но успокаивал себя тем, что он мне нужен для самообороны.

Будто сами звёзды хотели, чтобы в ту ночь я выплеснул злость. Меня окликнули трое больших парней и попросили закурить. Рюкзак был закрыт наполовину, потому что так было проще залезть внутрь и достать орудие убийства. Я стал так делать регулярно после того, как в одну из ночей пропустил пару сильных ударов, пока расстёгивал рюкзак и доставал мое оружие.

После того как я угостил сигаретой одного, второй выхватил пачку из моей руки, оттолкнул меня и сказал своим друзьям, что можно идти.

– Что-то сказать хочешь? – заявил третий.

– Пачку верните, – огрызнулся я.

Двое других повернулись и смотрели на меня так, будто они учителя, а я обнаглевший первоклассник. Они подошли ко мне, и один из них попал своим кулаком точно мне в нос. Злость пока не на пределе, но уже подходит к нему.

– Уроды!

– Ты что-то попутал?

Удар ногой в туловище, в район почек, сильная боль. Времени до закипания все меньше.

– Твари!

Один из них разбегается и бьёт меня в челюсть. Я падаю. Ещё не предел. Он плюнул мне на голову. Вот теперь предел. Рука сама заползла в рюкзак. Я поднимаюсь и бью его ключом по подбородку. До сих пор помню хруст передних зубов. Улыбаюсь, а у самого зубы в крови. Они ещё не боятся меня, а стоило бы.

Я бью второго, потом третьего. Не помню куда, потому что всё, что происходило дальше, как сон, осталось в моей памяти без каких-либо мелких деталей. Воспоминания приходят кадрами, на которых много крови и изувеченные головы этих подонков. Как бы по-скотски я тогда себя ни повёл и какую бы вину ни испытывал, они остаются всё теми же подонками и моральными уродами, хотя в тот момент я стал ровно таким же.

Их тела лежат возле моих ног. Вся одежда наполовину окрашена в красный. Слышу сирену и думаю, что сегодня неплохой день, чтобы впервые посетить участок не в качестве потерпевшего, а обвиняемого.

Я обожаю кинематографичные кадры, которые отличаются пафосом и красотой, поэтом сел на тело одного из тех парней и закурил сигарету, которую достал из пачки, хотя ещё несколько минут назад у меня её отобрали. Пока курил, заметил, что у одного из них из кармана кофты торчит практически полная пачка, и сразу понял, что они уже успели её у кого-то отжать. Я пнул его ногой и сказал: «Вот урод».

Выкурил только полсигареты, а ко мне уже подъехал полицейский «бобик», из которого вышли несколько сотрудников, оперативно скрутили меня и наплевали на просьбу о том, чтобы я смог докурить. Ещё один хороший момент для мрачного боевика или триллера.

В отделе со мной разговаривали как с отбросом. Когда мне начали задавать вопросы, я им поведал обо всём, что произошло. На вопрос про гаечный ключ сказал, что как-то раз меня уже избили просто так, поэтому теперь всегда, когда выхожу на улицу ночью, я беру его с собой. Обстановка в участке была настолько ужасной, что я решил больше никогда не попадаться. Около двух часов со мной беседовали и лишь в районе пяти утра оставили в покое. Я попробовал уснуть, и, на удивление, это у меня это получилось, причём довольно быстро. Проснулся я уже в своей квартире. Меня обуяла радость, ведь я смог избежать правосудия за то, что совершил своё собственное.

Пиком моей злобы стала весна 2020 года. Тогда она перешла в абсолютную аморальность. Я уже не просто убивал тех, кто был мне неприятен, но и грабил маленькие магазинчики с целью банального развлечения. Именно тогда я стал использовать этот метод добычи денег. Мне просто не хотелось занимать, потому что это было скучно. Процесс грабежа сопоставим с тем, о котором я написал ранее. Были моменты, когда случались форс-мажоры. К примеру, один раз в магазин зашла женщина, когда я валял продавщицу по полу, чтобы успокоить её и выбить ключ от кассы. После этого случая я в первую очередь стал требовать ключ от магазина, чтобы подобных ситуаций больше не возникало.

Я научился на просторах интернета находить оружие, цена на которое была большой, но после очередного успешного грабежа для меня это не было проблемой. В очередной магазин я шёл уже с пистолетом. В эти моменты во мне просыпался азарт, который подталкивал к совершению новых грабежей. Бывало, что за день я мог ограбить сразу несколько магазинов. Обещание больше не попадаться в руки полиции мне удалось сдержать, хотя один раз меня зажали в угол, но я решил прострелить себе голову, чтобы проснуться тем же утром и снова совершить ограбление. Заметил одну особенность: полиция слишком долго реагировала на вызовы. Если представить, что три магазина стоят рядом и кто-то в момент, когда я захожу в первый, решил вызвать полицию, то мне хватило бы времени до приезда правоохранителей на ограбление всех трёх.

В одну из ночей, когда в кармане лежал «ствол», я увидел двух молодых людей, сидевших на лавочке. Они громко разговаривали и смеялись, что мне сильно не понравилось. В моей голове они сразу стали тем самым быдлом, которое я искоренял. Хотелось понять, что человек ощущает от убийства другого человека из пистолета. Я стоял за их спинами, то есть мог прицелиться и выстрелить. Выбрал того, что сидел слева. Пуля вошла точно в затылок. Второй сначала посмотрел на своего друга, потом обернулся и увидел меня. Пока он осматривал своего товарища, я пошёл по направлению к лавочке. Он только раскрыл рот, чтобы что-то произнести, но я уже выстрелил ему в лицо. Подумав, что всё было проделано слишком громко, поэтому свидетелей не избежать, я понял, что полиция приедет примерно через 10–15 минут. Я решил, что у меня достаточно времени, поэтому пристроился рядом с двумя ещё тёплыми телами и обдумал всё, что случилось несколько минут назад. Мне хотелось прочувствовать эти эмоции, поэтому я тянул до последнего и, как только полицейский «бобик» остановился чётко перед нами, я направил дуло пистолета в свой правый висок и выстрелил.

Я ощущал власть и начал воспринимать себя кем-то вроде бога, ведь мог делать всё что угодно без каких-либо последствий. Убивать, грабить, избивать и дальше по списку. Правда, была одна проблема: из-за мании величия я с каждым днём хотел убивать всё сильнее. Теперь я примерно могу составить свой психологический портрет. Честно, он не доставляет мне удовольствия. Теперь я гораздо спокойнее отношусь к преступникам, так как в какой-то степени понимаю их состояние. Точно могу сказать лишь одно: каждому, кто хотя бы раз в жизни задумывался о чём-то подобном, требуется психологическая помощь.

Перед вами предстаёт обычный молодой парень, но по его глазам можно понять, что у него в голове застряли падшие ангелы, желающие отомстить каждому, кто прогнал их из рая. Человек понимает, что всё сойдет ему с рук. Он чувствует себя богом и начинает вершить людские судьбы. Перестает быть человеком и становится беспощадным зверем, который всю злость и обиду выплёскивает на других людей. Но внутри ещё тлеет фитилёк, который даёт надежду на мораль, доброту, сострадание, совесть и другие положительные качества, которые позволяют сохранить человечность. Правда, с каждым новым преступлением он гаснет, но есть что-то, что может разбудить его, и это что-то так загадочно и непостижимо, что его предугадать никогда не получается. В моём случае внутри вспыхнул пожар, который терзает меня по сей день. Это произошло после того, как я совершил своё самое безжалостное убийство.

Начало марта. Злость стала настолько привычным чувством, что я даже перестал о ней думать. Человек – приспособленец, поэтому для меня злость стала нормальным явлением. Я даже в какой-то степени начал вести привычную жизнь. Виделся с друзьями, пару раз для интереса ездил в университет на пары. Да, в 2020 году я ещё был студентом. Но так и не перестал заниматься уже столь привычным хобби – убийством людей. Пару раз доходило до того, что я начинал бить своих друзей из-за того, что они не согласны с моим мнением. Всё заканчивалось тихо, так как окружение мое состояло из приличных людей, которые просто смотрели на меня как на идиота и молча уходили. Я не испытывал стыда из-за своего поведения, а злобу на самого себя удавалось заглушить очередным выходом на улицу после полуночи.

Даты в моей голове с того фрагмента жизни не сохранились, так как я не видел смысла следить за ними. Поэтому, когда это случилось, точно сказать не смогу. Может быть, это произошло в феврале, но я почему-то склонен верить, что это всё-таки был март.

Первую половину дня я был на удивление спокоен. Меня многое тогда могло взбесить, но в тот момент почему-то было наплевать на всё. Я позавтракал, открыл YouTube и погрузился в мир контента. Кухни как таковой у меня не было, потому что я жил в студии: рядом с кроватью стоял маленький столик, на котором я всегда ел. Время близится к 5 вечера. В моей голове начинается неконтролируемый поток кадров с каждого совершённого преступления. Мне становится стыдно. Нервы уже были на пределе. И тут проснулась злоба. Я злился на самого себя из-за того, что даже в коматозе я не могу засунуть поглубже в задницу мораль и доживать жизнь, пробуя всё, чего моей душе угодно. Просто я желал стать аморальным уродом. В тот момент моим заклятым врагом был я сам. Не хотелось заканчивать день суицидом, потому что это слишком лёгкий путь. Направился в ванную и стал бритвой резать тело. Этот ритуал доставил мне удовольствие и помог разгрузиться. Решил сходить покурить. Меня снова переклинило, и злоба начала просыпаться с новой силой, только злился я уже не на себя. Кто виноват в том, что я таким стал? Смотрю с балкона на людей, которые даже не представляют, что мне сейчас приходится переживать. Желаю им таких же мук. Когда не видишь выхода, причину своих проблем очень легко свалить на судьбу или других людей. По кончикам пальцев пробегает пульсирующая ненависть, которая наполняет моё тело. Её нужно выплеснуть на тех, кого я считаю отбросами.

На часах 11 вечера, значит, пора. Был выходной, поэтому численность пьяных дебоширов на улице выросла в два раза. Мне это сыграло на руку. Я с улыбкой кладу свой любимый гаечный ключ в рюкзак и выхожу на улицу. Тогда моё состояние сложно было назвать адекватным. Я абсолютно каждого человека считал агрессором. Крыша съехала настолько, что даже не надо было искать привычных мне гопников, достаточно было хоть кого-нибудь. Вижу семейную пару, спокойно идущую домой. От их счастливых лиц мне становится настолько мерзко, что я готов до смерти забить их своим гаечным ключом прямо на глазах у ребёнка. Во мне на секунду просыпается здравый смысл. Я отворачиваюсь от них и иду прочь.

На часах было около двух, когда на одной из парковок я увидел BMW, рядом с которой стояли два парня и девушка. Заметив меня, они посмотрели так высокомерно, что я решил прямо сейчас подойти и разбить эту машину, чтобы их высокомерие превратилось в страх. Снова внутри меня вспыхнул огонёк, поэтому я отвёл взгляд в сторону и пошёл дальше.

Время 3 часа, я вижу двух пьяных девушек. Я иду к ним навстречу. Одна из них смотрит на меня и говорит:

– Парень, сигарета есть?

Я достаю пачку, и как только вытаскиваю сигарету, она кривит лицо и заявляет:

– Нет, такое говно я курить не буду.

Рука автоматически потянулась к рюкзаку. Унижение – именно это я ненавидел больше всего. В коматозе я перестал терпеть. В реальности человек терпит, когда боится совершить ошибку, а все мои ошибки сгорали с наступлением рассвета. Но ключ я так и не достал, просто крепко сжал лямку и пошёл дальше.

Время полпятого утра, уже клонит в сон, можно идти домой. Я повернулся в сторону дома и двинулся по короткой дороге через маленький лесок, где тропинка соединяла мой район с соседним. Днём это было достаточно оживлённое место, а ночью тут было сборище всех тех, у кого не было возможности бухать дома. Я уже давно забыл, что такое страх. К тому же ничего не предвещало беды, а ещё на улице было прохладно.

Я шёл и в какой-то момент заметил, что было настолько тихо, что эта тишина начала давить на голову. Лишь хруст грязного снега под подошвой ненадолго прерывал её. Март – единственное время, когда эти два звука могут сплестись воедино. Небо закрывала арка из макушек деревьев. Я чувствовал себя совсем одним во всём мире. Это чувство было великолепным. В такие моменты человек начинает мечтать, и эти мечты пробуждают в нём всё самое хорошее, что только может быть. Я будто начинал возрождаться. Я думал, что этот день и этот момент, возможно, дадут мне вновь ощутить себя не бесполезным существом, обречённым на угрюмое существование. Может, именно завтра я смогу снова начать исправляться и приводить в норму своё психическое состояние. Огонёк морали начал гореть с новой силой, мне становилось всё паршивее на душе, но это хорошо. Словно эта арка из деревьев была чистилищем для человека, попавшего в ловушку, которая убивает в нём все плохое. Выбравшись из неё, он получит силы снова начать всё сначала. Я искренне улыбнулся впервые за полгода. Я хотел, чтобы эта дорога продолжалась бесконечно. Мне было всё равно, что ноги уже отказываются идти от усталости, так как за ночь я прошёл километров 20. Закрыл глаза и шёл с лицом наивного ребёнка примерно минуту, пока мужской голос меня не прервал.

– Эй, парень, чего такой счастливый?

Я открыл глаза, и в момент поднятия век будто по щелчку пальцев испарилось всё моё счастье. Через 5 секунд я снова ненавидел всё, что вижу вокруг себя. А больше всего я ненавижу того, кто заставил меня открыть глаза.

Это был мужчина примерно лет 30, который шёл по тропинке вместе с другом и какой-то женщиной, визг которой могли бы услышать и на Луне. Она смеялась, как лошадь, и на выдохе визжала, словно свинья, которую вот-вот заколют. Именно в них я увидел тех товарищей, которые избили меня в мае 2018-го. Ненависти всё больше, но я не буду их трогать, так как решил, что завязываю с этим.

– Ты оглох?

– Да он нарик, я точно говорю!

Девушка прокричала это так громко, будто все, кроме неё, были глухими.

Я не понимал, что им вообще от меня было нужно. Они были пьяны, и я бы не удивился, что сейчас они вели свою пассию домой, чтобы вдвоём знатно развлечься с ней. К тому же по ней было видно, что только этого она и хотела. Я молчу, улыбка сошла с лица. Опускаю голову, чтобы не смотреть на них. Они и так испортили настроение, поэтому видеть эти рожи мне точно не хотелось.

Компания подошла почти вплотную, и тут я услышал.

– Слышь, ты чё, реально нарик?

Ладонь этого мужика оказалась на моём лбу. Он сильно толкнул меня. Эта лошадь, которая чем-то отдалённо напоминала девушку, вновь начинает ржать, будто в этой жизни она больше ничего не умеет делать.

Они прошли мимо, а я такое оставить без ответа уже не мог. Лямки соскочили с плеч, рюкзак в моей левой руке.

– Вы что делаете? Совсем охренели! – кричу я.

– Слышишь, малец, иди своей дорогой, – сказал второй мужчина.

Девушка посмотрела на меня и иронично улыбнулась. Больше всех в этот момент раздражала именно она. Гнев становится настолько сильным, что я не могу уйти. Они должны ответить за то, что сделали.

– Может, извиниться хотите?

Я уже знал ответ, но всё равно пытался выжать из себя хоть что-то, чтобы сразу не начать их калечить.

В голове мысль: если бы они встретились мне вчера, то уже лежали бы в крови.

Девушка в ответ на мой вопрос про извинения снова начала смеяться омерзительным смехом. Она с гордостью посмотрела на того, кто меня толкнул, видимо, ждала, чтобы выскочку поставили на место с помощью грубой силы.

– Малец, ты совсем попутал? Страх потерял?

Баба (по-другому я её уже не могу назвать) снова ржёт.

– Это вы попутали. Извинитесь!

Похожая на человека лошадь делает шаг в мою сторону и говорит:

– А то что, мальчик?

Один из мужчин оттягивает её. Видимо, он уже собирался уходить, но было слишком поздно. Двое уж точно должны были ответить за то, что сделали: баба и тот, кто меня толкнул. Я достаю ключ и бью первого. Второй пытается на меня наброситься, но я бью его точно в челюсть. Правда, избивать его совершенно не хотелось, но ситуация была такая, что без этого не обойтись.

Баба в ужасе начинает орать. Кричит, что я даже понятия не имею, с кем связался. По её словам, одно из лежащих тел – полицейский, а это разозлило меня ещё сильнее.

– Что, меня тоже ударишь?

Я с размаху бью её и попадаю в шею. Она падает. Мне хотелось так сильно унизить её, что в тот момент совсем сорвало крышу. Я стоял и орал на неё, а с каждым новым словом поток гнева лишь усиливался. Потом она снова что-то сказала о том, что я влип, и начала крыть меня матом. Именно в этот момент ненависть к ней достигла предела.

Вижу, что она в юбке и колготках. Сажусь сверху, прижимаю её к земле. Снимаю колготки и стягиваю трусы, она вопит, а я замахиваюсь ключом и говорю, чтобы заткнулась. Дальше расстёгиваю ширинку. В принципе, всё понятно. Ключом прижал ей горло и начал делать то, что задумал, чтобы унизить её так сильно, как только мог.

Это длилось не больше 5 минут, потому что внутри стал разгораться огонёк, о котором я писал выше. Я остановился, поднялся, выбросил ключ и побежал в сторону дома, забыв на месте преступления рюкзак. В тот момент я пытался убежать от самого себя. Войдя в квартиру, огонёк внутри меня стал пламенем, сжигающим внутренности. Я орал на весь дом и принялся разносить всё, что в нём было.

Самобичевание длилось много месяцев, но оно не помогло мне прийти в себя. Я словно хотел уничтожить свою плоть, чтобы вместо неё появилось что-то новое, которое не имеет отношения к тому, что происходило всё это время. Каждый день начинался с угрызений совести и всё чаще ими заканчивался, а иногда это перерастало в то, что я истерзал себя так сильно, как только мог. Иногда из-за ран я мог потерять сознание, а наутро моё тело было девственно чистым. Бывало, что я не мог стерпеть боль и резал вены, чтобы прекратить страдания, которые вновь начинались следующим утром.

Отойти мне удалось к середине 2019-го. Уже тогда я мог пару раз в неделю выходить на улицу и чувствовать себя так, словно ничего не было, но так было далеко не всегда. Избавиться от этого просто невозможно.

Всё, что происходило со мной, – ужасно и отвратительно. Кажется, что не хватит слов, чтобы описать всю мерзость, которую я делал. Я понимаю, почему это творил, но никогда не смогу принять тот факт, что всё-таки к этому пришёл. Я никогда не прощу себя за это и никогда не избавлюсь от угрызений совести, которые даже сейчас меня не оставляют. Я думал, что убиваю подонков, когда сам являлся самой главной тварью на Земле. Возомнив себя богом, я опустился на такое дно, с которого смог выбраться лишь благодаря коматозу. По сути, он стал и виновником, и спасителем.

Теперь пытаюсь избавиться от этого и надеюсь, что, вырвав и уничтожив всё написанное выше, я смогу словно вычеркнуть из памяти содеянное.

Хотя, нужно быть реалистом, этого не будет. Это навсегда останется со мной. От воспоминаний никуда не деться. Думаю, что они всё же должны остаться в блокноте. Послужат хорошим примером того, каким человека могут сделать обстоятельства и как он из-за своей слабости становится из-за них животным. Выплескивая свою злобу на кого-то, ты лишь очерняешь себя и приводишь свою жизнь к ещё большей темноте, из которой потом выбраться практически невозможно.

Всё то время, пока я совершал эти преступления, я понимаю, что единственный человек, который заслуживал тогда смерти, это я сам. Я даже не могу представить, что испытывали люди, пострадавшие от моих рук, но мне искренне обидно из-за того, что я этого никогда не испытаю, и по-настоящему стыдно, так как боюсь это испытать. Позволив себе вершить судьбы людей, я не хочу, чтобы такое проделали со мной. Ненависть порождает ещё большую ненависть. В моём случае – ненависть к самому себе.

Я оставил несколько листов пустыми, чтобы случайно не наткнуться на то, о чем написал ранее про эти несколько лет. Неделю я не брал в руки блокнот. Сейчас ко мне приходит даже не вера, а осознание того, что выход есть. Может, уже совсем скоро я выберусь. Как это сделать? Я заметил изменения в моём восприятии мира. Теперь смотрю на всё так, будто мне надо попрощаться с коматозом. Всё-таки предчувствие – странная штука, ему никогда нельзя доверять, но люди постоянно делают это. Кажется, я сейчас наступаю на одни и те же грабли. Вот только за эти 6 лет такого ещё не было. Я еще никогда не испытывал искренней веры в то, что всё скоро закончится. Может быть, я уже настолько привык к этому, что просто путаю надежду и веру? На первый взгляд их сравнивать нельзя, но если подумать, то можно отыскать определённые параллели.

А если смириться с тем, что я в коматозе? Возможно, это и есть выход. То есть коматоз для меня должен стать реальностью. Остаётся лишь принять этот факт.

Сейчас сижу на уроке, наблюдаю за классом и понимаю, что привык к тому, что являюсь школьником. Всё-таки забавно, что я знаю судьбы своих одноклассников после школы и могу им поведать обо всём, но делать этого не стану.

Мне теперь действительно интересно ходить в школу. Если во время 11-го класса я мог раз в 2–3 недели посетить один из уроков лишь от скуки, то сейчас почти на регулярной основе прихожу к первому уроку. Делаю я это, конечно же, не из-за тяги к знаниям, а потому что мне интересно общаться с учителями и одноклассниками. Я постепенно пропитываюсь атмосферой школьных будней, по которой так сильно скучал в реальности, и могу с уверенностью сказать, что мне это нравится.

Я даже начал больше общаться с девчонками из школы. Конечно, все мои подкаты ни к чему не приводят из-за того, что на следующее утро о них никто не помнит, но всё же интересно применить накопленный за годы опыт в общении с другим полом. К тому же нынешние мои сверстницы проявляют ко мне какой-то новый интерес, которого не было во времена моего обучения в реальности. Опыт тут играет огромную роль. Мне нравится быть в центре внимания. На фоне своих ровесников я выгляжу как-то особенно. Теперь мне стало понятно, почему девчонкам из школы всегда было интереснее общаться с парнями постарше.

Звонок на очередной урок. На перемене я мило побеседовал с одноклассниками и понял, что испытываю неподдельное удовольствие от происходящего. Теперь я думаю, что в реальности мне всё же будет этого не хватать. А что, если я не готов к реальности?

На протяжении 6 лет я не чувствую ответственности за что-либо. Обеспечивать себя не нужно, так как под рукой всегда родители, а до возвращения в школу я мог занять любые суммы у знакомых, потому что уже на следующее утро не был должен ровным счётом ничего. Даже сейчас раздобыть денег не составляет большого труда. Я могу не волноваться о том, что обо мне подумают другие, так как плевать хотел на их мнение ещё в реальности, а в коматозе тем более. По сути, я самый свободный человек на Земле, который вообще ни к чему не привязан. Мне можно расслабиться и спокойно доживать свои оставшиеся 17 лет, проводя каждый день так, как душе угодно. Меня не терзают сомнения по поводу своего пути в жизни. Все проблемы улетучиваются, когда звонит будильник. В этой жизни я уже попробовал почти всё, а в реальности мои действия из коматоза привели бы к тюрьме или к смерти от передоза. Плюсы в коматозе есть, а если задуматься, то очень даже большие. Почему бы мне просто не расслабиться и прожить жизнь на тех условиях, которые мне предложила судьба?

А что, если выход из коматоза – это окончательное смирение с тем, что со мной происходит? Или я через какое-то время начну по-настоящему радоваться ему, а потом судьба снова вмешается и выбросит меня обратно в реальность.

Насчёт радости я, конечно, перегнул. Даже если в коматозе у меня всё хорошо, пусть он идёт к чёрту! Я надеюсь, что за всю историю человечества больше никто не испытает подобного.

Когда я выберусь, как это будет выглядеть? Что я буду делать? Сейчас можно лишь гадать.

Наверное, в какой-то момент я просто открою глаза в своей квартире, по которой так сильно соскучился за эти 6 лет. Сначала попытаюсь понять происходящее, посмотрю на телефон и увижу самую заветную дату – 9 сентября 2022 года. Потом, наверное, я… А что я? Что делать? Хорошо, что с этого дня у меня должен был начаться отпуск, иначе пришлось бы посылать начальника куда подальше.

Ступор. Столько раз мечтал об этом моменте, строил планы и представлял, как сильно буду радоваться и отмечать, что этот десятый круг ада наконец-то закончился. Фантазировал, как начну писать всем своим друзьям, потому что очень сильно по ним соскучился. Как вечером напьюсь и стану нести бредни, что человек может жить в обратном направлении, но потом добавлю, что эта идея пришла ко мне во сне.

А вот теперь, серьёзно думая об этом, я понимаю, что всё совсем не будет так красочно. Мне снова нужно будет привыкать жить в мире, где за каждый свой поступок я должен буду отвечать. У меня вновь начнутся проблемы с реализацией в жизни. Даже банальный выход на работу будет огромной проблемой хотя бы потому, что я окончательно потерял навык написания и редактирования текста. Да и работать уже совсем непривычно. Настолько привыкнув быть независимым от всего, кроме времени, я полностью отвык от тех внешних факторов, о которых каждый человек думает ежедневно. Я даже победил смерть, а в реальности мне придётся уже её остерегаться. Думать о деньгах, других людях. Вся мною столь нахваливаемая свобода испариться, но всё-таки появиться будущее.

А ведь блокнот может стать бестселлером в мире художественной литературы. Будет круто, если я проснусь 9 сентября и сбоку увижу его, а он, в свою очередь, сохранит всё написанное мной в коматозе. Если так и будет, то книга может стать хитом. Я смогу обеспечить себя на всю жизнь и вновь не волноваться о том, о чём переживаю сейчас. Конечно, придётся пройти несколько кругов редактуры, но это уже не так важно. Потом на интервью стану говорить, что эта идея посетила меня ночью, а утром я сделал пару заметок, отталкиваясь от которых, начал писать. Никто не будет знать, что всё написанное – правда. Никто не сможет понять, насколько страшна эта правда. Только я.

После того как писатель выпускает свое произведение, и оно становится популярным, ему сразу начинают сыпаться предложения о том, чтобы по книге сняли фильм. Допустим, что с блокнотом произойдет то же самое. Тогда, смотря на героя, который будет играть меня, я стану самым большим критиком из всех возможных. Сложно даже представить, что по моей истории могут снять фильм. Кто будет меня играть? Как он станет отыгрывать свою роль в некоторых моментах? Кого подберут на роль Вадима, Андрея, Ани, той самой? Я ведь разнесу всю постановку, если какая-то мелочь будет отличаться от истины.

Снова я замечтался. Но почему-то после этих мечтаний желание снова возобновить поиск выхода из коматоза немного угасло. Наверное, это из-за того, что я боюсь чувства ответственности, которого уже давно не ощущал. Обретя такую свободу, я не хочу её терять. Однако, выбирая между ней и будущим, я точно остановлю свой выбор на втором.

Поймал себя на мысли, что мне страшно будет найти очередную зацепку. Я уверен, что она где-то здесь, в блокноте. Но я боюсь её обнаружить, потому что последствия могут быть непоправимы. Либо я вновь разочаруюсь и впаду в депрессию, либо выберусь, а там меня ждёт неизвестность. К депрессии я готов, а вот вернуться в реальность, не представляя, что делать дальше, очень опрометчиво. Конечно, можно преследовать лишь одну цель – вернуться, а дальше уже по ходу разбираться. А что если не получится? Вдруг в какой-то момент я разочаруюсь и захочу вновь прожить жизнь в обратную сторону. Разочарования мне не грозят, так как через них я уже прошёл и знаю, как этого не допустить. Да, я ничего от этого не приобретаю, но нужно ли мне это? Кажется, сейчас я могу сказать, что коматоз стал для меня личной зоной комфорта, из которой мне с каждым днём всё сложнее выйти. За окном уже стемнело, а ведь я точно знаю, что будет завтра. Ничего нового не произойдет. Однако новое – это не всегда что-то хорошее.

Нет, я несу какой-то бред. Нужно валить отсюда. Да, это сложно. Но ведь раньше я не сомневался, что хочу вернуться в реальность. Что на меня так сильно повлияло?

Видимо, написав в блокноте о периоде с 2021 по 2019 годы, я будто переступил через себя, вновь ощутив те эмоции и совершённые поступки. Наверное, это помогло обрести мне смирение. По крайней мере, других ответов на это у меня нет.

Ладно, пора искать выход. С любой идеей работает так, что чем больше ты о ней думаешь, тем сложнее начать что-то делать. У меня сейчас происходит то же самое. Нужно отбросить сомнения и пытаться найти выход, пока я не принял коматоз как родного человека и не свыкся с ним окончательно. К тому же всю оставшуюся жизнь я буду жалеть о том, что так и не попробовал выбраться, обнаружив новую зацепку, которая может подсказать мне путь из коматоза.

Правило, которое я вбил себе в голову ещё в реальности. Пока мечта не превратится в цель, ты никогда её не достигнешь. Ты должен не представлять её, а идти к ней и добиваться. Для меня реальность была мечтой, но теперь она стала целью, которая с каждым днём становится всё более осязаемой.

Всё произошло так, как я думал. Это было то же самое, что пробежка ранним утром, которая должна была начаться с понедельника, но в то утро ты так и остался лежать в кровати. Я хотел спать, поэтому решил начать разбираться 4 апреля, но ничего не произошло. Меня поглотило чувство комфорта, из которого пока не хочется выбираться. От этого меня уже начинало подташнивать. Сейчас я хочу лишь каждый день просто лежать. Было бы неплохо закрыться в своих мыслях и уйти в астрал подальше от всего этого.

Нет, меня не устраивает то, что сейчас со мной происходит. Мне будто что-то не позволяет начать искать зацепку. У каждого человека, наверное, было такое апатичное состояние, поэтому в подробностях расписывать то, что я сейчас чувствую, нет никакого смысла. Конечно дело тут не только в том, что апатия была практически у всех. Ведь смысл в объяснении теряется из-за того, что, скорее всего, мои записи никто и не увидит, ну или спустя ночь не вспомнит. Но после мыслей, посетивших меня 5 апреля, я начал задумываться, что шанс на это какой-то есть.

Писать не хочется. Ничего не хочется. Что за херня? Может, стоит попробовать перезагрузиться? Заказать сауну, нажраться, позвать каких-нибудь девчонок. Не думаю, что сейчас у меня получиться снять проститутку, ведь я стал ещё моложе. К тому же нужны деньги, а я решил больше не грабить. Вот б…! А если сделать пару ставок? Сейчас посмотреть результаты матчей, которые будут на выходных, и занести в букмекерскую контору круглую сумму? А из-за того, что всё бесплатно, я точно найду кого-нибудь, кто согласится поехать со мной. Утром написать всем моим знакомым девушкам, с которыми я хорошо общаюсь, и ждать ту, которая согласится. Стоит попробовать.

В коматозе я с каждым днём становлюсь младше, у меня нет будущего, а мысли мои лишь о том, как закатить тусовку в сауне. Кажется, мозг тоже молодеет.

Интересный вчера был вечер. Не могу сказать, получилось ли у меня перезагрузиться, но стало гораздо легче. Будто эта пьянка вырвала меня из апатии и дала пинок под зад, благодаря которому появилась мотивация заниматься хоть чем-то полезным. А самое полезное действие в коматозе, которое я могу сделать, – попытаться выбраться из него.

Утром я незаметно взял банковскую карту отца и за несколько минут оформил её в одной из букмекерских контор. Как раз на 2016 год пришелся резкий скачок их популярности, благодаря чему меня после регистрации поприветствовали бонусом в размере 2000 рублей. Я поставил на один из матчей, результат которого посмотрел ещё 27 марта, и уже через пару часов 2000 превратились в 20 000. Это был футбольный матч чемпионата Мексики, в котором слабая команда сенсационно обыграла лидера. Я вывел выигрыш на карту, быстро добежал до банкомата, снял деньги и положил её на место. Никаких следов использования. Идеальное преступление!

Время близилось к обеду. Я постепенно начинал приглашать гостей на халявный отдых в сауне, которую заказал с 5 до 11 вечера. Решил, что, если никто из приглашённых мной девушек не придёт, я наберу туда своих знакомых парней и просто нажрусь. Однако, к моему большому удивлению, дамы охотно соглашались. В результате к трем часам дня мне удалось собрать пять девушек, которые с сомнением отнеслись к тому, что в сауне из парней буду лишь я, поэтому пришлось позвать Вадима.

Мы встретились у одного из продуктовых, в котором постоянно закупались перед тусовками. Именно в нём мне покупал выпивку друг в тот раз, когда я за один день успел ограбить магазин, снять проститутку и с ней посидеть в парилке.

Из запланированных семи человек к магазину пришли лишь шестеро. Одна из девушек в последний момент передумала. С покупкой алкоголя всё оказалось просто, потому что одна из приглашённых уже была совершеннолетней. Нам потребовалось только сложить в корзинки всё необходимое и донести до кассы, где она с моими деньгами в руке готовилась доставать паспорт для проверки возраста.

Мы уже были в своих раздевалках. Вадим не прекращал меня расспрашивать, где я взял столько денег и в честь чего вообще такая тусовка. В какой-то момент меня это так сильно достало, что я решил сказать ему правду.

– Ты мне уже плешь проел своими расспросами. Выиграл я их.

– Где?

– В букмекерской конторе. Решил ради интереса поставить 2000, которые получил фрибетом за регистрацию, и выиграл 20 000.

Вадим какое-то время стоял с сильно выпученными глазами, потом несколько раз произнёс что-то невнятное, но я понял, что это было из-за его сильного удивления.

– А почему сразу не сказал?

– Отстань ты уже от меня. Не хотел, и всё.

В тот момент я даже себе почему-то не мог объяснить, почему решил об этом не говорить. Даже просто подумав, что можно рассказать кому-то об этом выигрыше, чувствовал себя паршиво. Хотя есть один из вариантов, и это такая особенность моего характера, которая появилась ещё в детстве. Я не переношу, когда у меня начинают что-то выпытывать. Я, наверное, рассказал бы Вадиму о выигрыше сразу, если бы он сам не начал задавать слишком много вопросов. Да, это определённо сыграло свою роль. Детские травмы, которые в результате остаются с тобой на всю жизнь. Рассуждая об этом, я вспоминаю, как в ещё совсем юном возрасте мама в попытках узнать правду доставала из меня информацию постоянными расспросами, а если ей казалось, что я вру, тогда страдала моя задница, но только лгал я далеко не всегда. Если я действительно не знаю, как сломалась дверь на одной из моих машинок, то мама, не поверив мне, пыталась выбить из меня правду, которую я уже и так сказал. Насчёт выбить правду и страдания задницы я условно. Меня за всю жизнь ни разу не трогали родители, но психологическое воздействие моей мамы во время её допросов как раз и походило на удары чем-то тяжёлым по моей детской неокрепшей психике. Она это делала неосознанно, но следы от этого у меня остались.

Я уже столько раз был в этой сауне, но почему-то ни разу не рассказывал про атмосферу, которая в ней царила. Хотя за время существования блокнота я там побывал лишь дважды.

Заходишь, и справа по коридору видишь две раздевалки. В них находились большие двуспальные кровати, о предназначении которых догадаться не сложно. Если выйти из коридора, то можно попасть в большой зал с тёплым бассейном, который был примерно 5 метров в длину и ширину. Справа от него стоял бильярдный стол. Также в этой сауне были большие окна, из которых открывался вид на улицу, где уже постепенно начал спадать слой снега из-за приближения весны. Напротив окон – джакузи, в котором могло свободно поместиться до трех человек. Повернув из зала налево, попадаешь в комнату, в которой стояли длинный дубовый стол и деревянные лавочки. Дальше находилась парилка, а справа от неё – душевая и туалет. Эта сауна по своим размерам сопоставима со стандартной двухкомнатной квартирой: примерно 70 квадратных метров.

Интересно, а не начал ли я расписывать это место, потому что искренне верю в то, что в реальности блокнот сохранится и я смогу выпустить книгу? Как бы то ни было, в художественной литературе всегда должно присутствовать описание местности, хотя бы незначительное. К тому же мне самому интересно об этом написать. Завтра надо сходить в парк и рассказать о нём или о школе… Так, я отвлёкся.

Всё начиналось достаточно спокойно. В начале вечера мы с Вадимом пытались создать непринуждённую обстановку. Даже с учётом того, что вся сегодняшняя компания была из одной школы, некоторые девушки знали друг друга лишь в лицо и до сегодняшнего дня не представляли, что когда-нибудь встретятся за общим столом. Хочется написать, что мне 29 лет, но в коматозе лишь 17, как и двум моим одноклассницам – Оле и Насте, которые были в сауне в тот вечер. Одна из наших спутниц, которую звали Вика, училась с Вадимом в одном классе. Им обоим было по 16 лет. Самая старшая – Маша – училась в 11-м классе. Это она покупала нам выпивку.

Примерно через час после начала вечера алкоголь дал о себе знать, поэтому все присутствующие уже общались так, будто знакомы с самого рождения. Я в этот момент начал присматриваться к Маше, с которой в реальности практически в это время у меня случился небольшой роман. Я помнил, как с ней надо общаться, поэтому особых сложностей не возникло. Вадим всё чаще смотрел на Олю.

Поверьте, это было очень круто. Вспоминая ту вечеринку, я понимаю, что мне очень не хватало именно таких вечеров, во время которых я мог забыть, что нахожусь в коматозе. Если раньше, устраивая вечеринки за свой счёт, я пытался забыться среди литров алкоголя и девушек лёгкого поведения, которые делают всё, что тебе угодно, за то, что ты заплатил. Сейчас же я просто получал удовольствие от происходящего и искренних эмоций людей, которые меня слушают. Мне даже не нужен был алкоголь, чтобы забыться, в этот вечер хватило моих «ровесников» и совсем небольшой дозы спиртного.

Правда, спустя 3 часа начались сильные изменения в этом вечере: девушки, дошедшие до определённой кондиции, полностью раскрепостились. Я сидел рядом с Машей и непринуждённо её обнимал, а она всё сильнее прижималась ко мне. В какой-то момент Настя сказала, что ей пора домой. Именно этого я и боялся. У девушек есть такая странная особенность, что если никто из них на вечеринке не собирается уходить, то они могут и до самого утра просидеть в компании. Но их как магнитом тянет покинуть мероприятие, если кто-то собирается уходить. Однако в этот раз всё оказалось не так, как я предполагал. Проводив Настю, мы продолжили вечер, как будто её с нами и не было.

Мне нравилось, что я с Машей, а Вадим с Олей весь вечер были рядом, но Вика не была третьей лишней, и это чувствовали все. Ещё в реальности я замечал, что ей было плевать на происходящее вокруг. Эта девушка вписывалась в любую компанию. Даже несмотря на то, что я хотел как можно скорее оказаться с Машей наедине, как и Вадим с Олей, Вика нам не мешала и даже очень смешно подкалывала нас из-за того, что творилось на её глазах. Всё-таки и в 16 лет у людей могут быть мозги. А я за свою жизнь и в 23 года встречал уникумов, которые, по-моему, остановились в развитии, когда на их лобке появились первые волосы.

На часах почти 9 вечера. Обстановка стала достаточно интимной. Вика, почувствовав это, решила уехать. Вновь мной овладел страх, что кто-то из девушек решит тоже поехать домой. В их головах в этот момент могла проскользнуть мысль, что пусть сегодня и не случится заветного поцелуя, но никто не отменял завтрашний день, во время которого можно продолжить развитие этого романа. Это прекрасно, но только не в коматозе, в котором есть прошлое, но нет будущего. Вот тут удача от меня отвернулась.

– Нам, наверное, тоже пора, – сказали почти одновременно Маша и Оля.

Нам с Вадимом пришлось выкрутить свою харизму на максимум, чтобы не допустить этого. Если Вадим просто не хотел завершения вечера, то я не мог вновь потерять один из прекрасных моментов, которых в коматозе было не так уж много.

– Вы предлагаете нам с Вадимом сидеть тут одним оставшиеся два часа? – заявил я.

– Вот именно! С ним оставаться наедине я не собираюсь, – отрезал Вадим.

– Уже поздно, к тому же мама дома ждёт, – ответила Оля.

Я уже два года нахожусь в том возрасте, когда меня и всё моё окружение контролируют родители, но до сих пор не смог к этому привыкнуть.

Наши усилия увенчались успехом: Вика уехала, а мы остались с Олей и Машей. Когда мы с Вадимом возвращались домой, нас осенило: девушки говорили это специально, чтобы привлечь наше внимание и потешить своё эго.

Через полтора часа истекает срок аренды сауны. Без Вики стало как-то скучно, поэтому я решил, что пора действовать. Позвал Машу в парилку, на что она ответила согласием. Наши парочки разлучились. Алкоголь уже не влиял ни на что, потому что он уже сделал всё, что от него требовалось.

В парилке мы перекинулись парой слов, а через несколько минут крепко прижимались друг к другу во время поцелуя. Для меня это было одновременно чуждо и так знакомо. Я ловил постоянные флэшбеки из прошлого, живя в нём. Чувствовал себя на 29, но находился в теле подростка. Я целовал её и ощущал те эмоции, которые были со мной в реальности в том возрасте, будто наш поцелуй происходит не в данную минуту, а в каком-то давно забытом воспоминании.

Прижимаюсь крепче и шепчу ей на ухо:

– Мне здесь неимоверно жарко. Пойдем в раздевалку.

По её лицу вижу, что она хочет пойти, но внутренние принципы не дают этого сделать. Она пока не понимает, что можно просто переспать с парнем на одной из тусовок. Сейчас для неё это неприлично и даже дико.

Она поцеловала меня и тактично сказала, что нужно идти к ребятам. Как только мы вышли, то увидели, как Вадим и Оля отталкивают друг друга, чтобы мы не заметили их поцелуй. Но Маша не удержалась:

– Занимались тем же, чем и мы?

Все рассмеялись, а на часах было 10 вечера. Я захотел продолжения и задумался над тем, чтобы продлить сауну ещё на час, хотя понимал, что это невозможно, так как никому родители не разрешат сидеть так долго, может быть, только Маше, всё-таки возраст ей позволяет чувствовать независимость, пусть она пока что школьница. Я только решил начать говорить, что хочу продолжения вечера, как Оля заявила:

– Я тут подумала… У меня родители уехали к друзьям на дачу с ночёвкой, поэтому можно поехать ко мне.

Тут всё зависело от Вадима, так как я понимал, что без него Оля не захочет приглашать кого-то к себе. Ему осталось только договориться с родителями, а своим я уже отправил сообщение, что вернусь после полуночи. Конечно же, мне начала звонить мама, но я не чувствовал угрызений совести, и понятно почему. Маша сказала, что не против продолжения. Теперь все смотрели на Вадима, так как от него зависел наш вечер. Он сразу заявил, что его не отпустят, но я начал давить на него, чтобы он хотя бы попробовал. Это было даже в какой-то степени некрасиво, но мне больше ничего не оставалось. В итоге он сдался, набрал номер мамы и направился в одну из раздевалок. Мы остались втроём и пытались скоротать томительное ожидание разговорами. Через 3 минуты Вадим вернулся с улыбкой на лице: его отпустили до часу ночи, к счастью, квартира Оли находилась в 500 метрах от наших домов, поэтому можно было сидеть до последнего.

Недолго думая, мы стали собираться, сдали сауну хозяйке, которая убедилась в том, что ничего не сломано, и заказали такси. Меня начала мучить совесть, поэтому решил всё же набрать маму и сказать, что со мной всё хорошо, чтобы она не волновалась. Я так не делал уже очень давно, потому что банально не видел в этом смысла, ведь все ссоры забывались с наступлением утра. Но тогда совесть меня настолько замучила, что после 5 минут выслушивания претензий от мамы, которая в результате меня отпустила, я испытал облегчение.

Наш город совсем крошечный, поэтому до Оли мы доехали быстро: к 11 часам мы уже были в её квартире. У нас осталось немного спиртного, поэтому хозяйка дома отправилась на кухню за бокалами, пока мы устраивались в гостиной на диване. Решили посмотреть фильм и остановились на ужастике «1408», который был снят по книге Стивена Кинга. После 20 минут просмотра нам было уже плевать на то, что происходит на экране: мы целовались. Как же это всё-таки по-детски, но очень атмосферно. Я бы счёл это сущим бредом даже в 19 лет, но я пока школьник и должен прочувствовать момент, будто у меня нет за спиной 29-летнего жизненного опыта. Через несколько мгновений Оля и Вадим встали и молча ушли в другую комнату. Я остался с Машей наедине.

Посмотрел на часы – почти 12 ночи. Стоит попробовать сделать то, что для неё пока кажется аморальным. Я перехожу к более активным действиям. Сначала она меня отстраняет, но всё равно сдаётся. Я накрываю нас одеялом и собираюсь сделать то, чего мы оба хотим. Но вдруг она меня отталкивает, причём делает это так резко, будто все её эмоции в одно мгновение выплеснулись наружу.

– Нельзя, ещё рано. Я так не могу.

– Почему?

– Ты ещё спрашиваешь?

Боясь всё окончательно испортить, я немного ослабил хватку и, вспомнив свои действия в реальности, когда мне было 17 лет, стал делать на первый взгляд безобидные вещи, но они были подкреплены моим опытом в общении с девушками. Петтинг – штука безобидная, но что-то в ней есть.

Как же это по-юношески! Давно у меня подобного не было, от чего мне стало одновременно и хорошо, и плохо. Я ловил кайф в психологическом плане от всего, что происходило, но физическое желание не давало мне покоя. Я с каждой минутой становился ближе к тому, чтобы наплевать на всё и перейти к таким активным действиям, что она точно стала бы моей. Петтинг дает свои плоды, она полностью раскрепощена. Целует меня всё ниже, постепенно спускаясь к тому, что двигает мной сейчас, и ровно в этот момент раздается стук в дверь.

– Эй, вы там не уснули?

Это был Вадим. Он вспомнил, что обещал прийти домой к часу. Мы быстро одеваемся, и я иду к двери, чтобы открыть её.

– Пора домой, не забыл?

После этих слов я посмотрел на Машу, которая просто мило улыбалась. Видимо, в тот момент для неё это была самая большая близость с парнем, поэтому её всё устраивало, но только не меня.

– А может, ещё часик посидим?

– Нет, всё, хватит, иначе меня мама живьём съест.

– Дерьмо.

Это всё, что я мог сказать.

Тут в диалог вмешалась Оля, которая поняла, что мы с Машей зашли слишком далеко.

– Да, я к тому же спать хочу. Давайте на следующей неделе ещё раз так соберёмся.

Мы попрощались. Я очень тепло поцеловал Машу и крепко обнял её. Для неё это было прощание всего на один вечер, а для меня – на всю жизнь. Конечно, я на днях увижу её в школе между уроками, но это будет уже не она, не та, которую я знаю сейчас. Мне снова хочется повторить закон коматоза. Для Маши ещё ничего не случилось, как и для других участников этого дня.

Мы шли домой с Вадимом и обсуждали вечер. Как и подобает подросткам, не стали скрывать, что делали, когда остались наедине с девушками. По сути эти истории были одинаковыми, отличались только некоторые детали. На наших лицах была неподдельная улыбка. Правда, он думал, что завтра продолжит начатое сегодня, а я мог довольствоваться лишь тем, что было и больше никогда не повторится.

Вечер закончился по всем канонам школьных вечеринок, и от этого на моей душе было тепло. Я даже задумался над тем, что секс между мной и Машей мог все испортить. Всё произошло так, как и должно было. Если я начал эту вечеринку, будто мне 17 лет, то пусть так она и закончится.

Я помню, как тогда все сочли себя взрослее, чем есть на самом деле, и я тоже поймал это настроение, что было забавно и даже приятно. Та атмосфера на меня повлияла так сильно, будто коматоз начался не в тот момент, когда мне было 23 года, а раньше, лет так в 18. Всё остальное мне казалось сном или фантазией, в которую я поверил. Будто у меня действительно была работа, своя квартира, однодневные романы с девушками, вечер с Аней и т. д. Словно в ночь перед выпускным мне всё это приснилось, а утром для меня начался коматоз, отсчёт которого следует вести с 26 июня 2017 года.

Всё-таки человека формирует его окружение. За эти два года оно повлияло на меня настолько, что я вновь становлюсь тем самым школьником, который может лишь представлять, что творится во взрослом мире, в котором есть ответственность не только за свои оценки в школе и баллы на ЕГЭ, но также за слова, поступки и другие вещи, которые присущи взрослым.

Я окончательно пропитался этой атмосферой и понял, что пока не хочу возвращаться в реальность, потому что там у меня не будет выбора. Я окажусь ровно в том месте, откуда начинался коматоз. К этому я пока точно не готов. Я слишком привык к тому, как живу сейчас. Я не могу снова ходить на работу, платить и готовить себе еду. Зона комфорта убивает желание становиться лучше. Я пока не хочу в реальность, здесь и сейчас меня всё устраивает. Можно устроить тур, в котором я каждый день буду радоваться подарку, что на 6 лет лишился возможности думать о будущем и ломать голову над вопросом, как добиться успеха. Возможно, эти 6 лет превратятся в 7 или даже 8 лет.

Стоп! Вот это я уже переборщил. Надеюсь, что на столько коматоз не затянется. Пока буду жить одним днём, хотя, по сути, в коматозе только этим и занимаюсь.

Вот тот самый парк, с которого началась история блокнота. Я решил, что нужно сесть именно на ту лавочку, на которой сидел, когда делал первые записи. Она расположена между двух деревьев. Летом их листья прятали тебя от палящего солнца, поэтому в жару здесь особенно приятно сидеть. Лавочка стоит вдоль одной из тротуарных дорожек, которая растянулась на всю длину парка. Таких дорожек здесь всего три: они изредка соединяются маленькими переходами и одним аркообразным мостом, который возвышается над газоном. Местные жители говорят, что это мост влюблённых, на его перила за время существования парка успели повесить множество замков с именами молодожёнов.

Здесь надо сидеть в тёплую погоду, потому что именно в этот момент можно сполна насладиться красотой парка. Сейчас тут нечего делать. Кругом лужи и снег, перемешанный с грязью. Лавочки мокрые, а деревьям нечем и не от чего тебя укрывать, потому что солнце ещё не печёт.

В реальности я продолжительное время жил в двух разных уголках страны и заметил такую особенность, что они различаются не только людьми, погодой и часовым поясом, но также запахом воздуха. Звучит это странно, но это действительно так.

Ты можешь сидеть на улице, и рядом с тобой не будет абсолютно ничего, что могло бы издавать хоть какой-то запах, но если принюхаться, то можно уловить тончайший аромат местности, в которой ты сейчас находишься. Сколько бы раз я ни пытался, так и не смог описать, на что похож запах Урая, Курска или деревни, но точно могу сказать, что между ними огромная разница. Запах воздуха – звучит как-то по-наркомански.

Спустя долгое время я всё-таки прогулял школу. Мне не хочется видеть тех, кто был в сауне. Лучше лишний раз не расстраиваться и пока ограничить общение с ними. Пару раз писал Вадим, но я сразу дал понять ему, чтобы он меня сейчас не трогал. Хорошо, что Вадим – человек с мозгами, поэтому на такое не обижается. Даже если бы обиделся, плевать, завтра он об этом забудет.

Как же незаметно пролетело время. Уже полгода я активно исписываю страницу за страницей в блокноте и даже не могу вспомнить всё, о чём писал ранее. К тому же блокнот уже нельзя назвать просто блокнотом, потому что постоянное добавление страниц превратило его в настоящую книгу. Считать не буду, но страниц 200 я уже точно исписал.

А как бы расписали коматоз истинные писатели, случайно попавшие в него? Может, они бы даже придумали другое название? Я ведь даже не знаю определения термина «коматоз», мне просто понравилось это слово. Надо бы ради интереса посмотреть в интернете.

Коматоз – тяжёлое патологическое состояние, характеризующееся прогрессирующим угнетением функций центральной нервной системы с утратой сознания.

Делаю вывод, что это ни разу не то, что со мной сейчас происходит. Ладно, плевать! Всё равно красиво звучит.

Хотя если говорить про утрату сознания, то в какой-то момент она у меня была. А что, если я действительно сошёл с ума и нахожусь в коматозе, о котором только что прочитал в интернете? Нет, это похоже на бред! Ни за что не поверю, что происходящее со мной было вымыслом. Всё-таки я склоняюсь к тому, что какой-то механизм Вселенной просто вышел из строя.

Интересно, а русские классики делали определённый акцент на описании природы, дома и других окружающих их вещей, если бы завели точно такой же блокнотик в коматозе? Например, я писал про то, что со мной происходило в 2021, 2020 и в 2019 годах, не особо вдаваясь в описании местности, а условный Лев Толстой точно бы описал дерево, под которым я совершил акт насилия над той бабой.

Она лежала, и её глаза были такими же круглыми, как яблоки в августовский день, впитывающие каждый лучик солнца. Я склоняюсь над ней и хочу задрать юбку, которая укрывает ноги, стянутые колготками, цвет которых настолько черный, будто чернозём… Думаю, что было бы примерно так.

Странно, что теперь мне легко писать об этом. Нет чувства отторжения воспоминаний, которые я, кажется, уже принимаю как данность. Конечно, на душе всё равно паршиво, но мне не хочется их отторгать. Может, я принял содеянное? Пока что не понимаю.

Смотря на природу, я вспомнил, как первые несколько лет коматоза не мог привыкнуть, что со временем жёлтые листья зеленеют, а потом к весне их становится всё меньше, пока не появляются почки на деревьях, которые ближе к зиме исчезают. Или к тому, что в один день снег уже растаял, оставив после себя только лужи, а на следующий день он появился вновь. Правда, было кое-что, сохранявшее привычный мне ход времени. Речь идет о сосульках. От меньшего к большему и наоборот, как и положено. Правда, происходить это должно с конца осени до середины весны, а в коматозе наоборот.

Одно из самых отвратительных правил коматоза – исчезающие фотографий из галереи твоего телефона. День за днём я теряю частички будущего. Вот я лежу и смотрю фото, а на следующий день несколько из них пропадают, потому что день их создания ещё не наступил. Иногда я пытаюсь вспомнить снимки, которые были мне так дороги. Но, как бы я ни старался, всё равно не могу в точности воплотить их в памяти. Правда, есть одна фотография, на которую я смотрел так часто, что каждый её пиксель отпечатался в моей памяти. Фото было сделано 28 июня 2017-го, сразу после того самого выпускного.

Я уже писал, что во время бала ушёл, чтобы встретиться с друзьями, и по сути повторил сценарий этого вечера, который был написан мной ещё в реальности. Мы пошли гулять по городу, потом достали бутылку вина и распили её на троих. Когда время приближалось к трём ночи, мне написали одноклассники и сказали, что все сейчас идут в частный дом одной из выпускниц, чтобы продолжать вечер. Я ещё немного посидел с друзьями и направился туда. Дорога заняла примерно полчаса. За это время я успел прослушать несколько песен из своего плейлиста.

Я шёл и думал, что вот-вот та самая должна мне написать, чтобы мы встретились. Я в точности знал, что будет дальше, но всё равно ждал этого момента. Потом вспомнил то утро со слезами на глазах и предвкушал, что произойдёт между нами сегодня.

Я пришёл в дом. Все места за столом были заняты, поэтому я пристроился на полу вдали от всех, взяв бокал виски с колой. Я наблюдал за происходящим, и мне было настолько отвратительно, что каждые 10 минут приходилось выходить покурить. В моменте я осознал, что сижу на качелях и предаюсь своим мыслям, изредка обращая внимание на доносящийся из дома гул и хохот.

Именно в такое время я сильнее всего погружаюсь в состояние, когда мои мысли заполнены коматозом, но тогда мне было плевать, я думал лишь о той самой, и каждый раз, когда вспоминал прикосновения её рук, по моему телу пробегали мурашки. В какой-то момент, когда я настолько сильно погрузился в мысли, что даже не заметил, как за моей спиной стоят и курят несколько одноклассников, мне позвонила она.

Вот тут память меня и подвела, потому что я до последнего был уверен, что она должна была мне написать, а не позвонить. Хотя, возможно, я немного изменил последовательность событий, поэтому всё привело не к сообщению, а звонку. В коматозе, в попытках в точности повторить какой-то день надо всегда помнить про эффект бабочки.

Разговор был недолгим, пара пустых вопросов и договорённость, что через полчаса мы встретимся в 500 метрах от дома, в котором я сейчас находился. Положив трубку, я закурил сигарету. Выкурив её примерно за минуту, я тут же принялся за вторую. Во мне теплилась надежда, что с дымом получится выпустить всё, что переполняло мою душу, но я заработал лишь сушняк и головную боль от чрезмерного количества никотина. Чтобы хоть как-то скоротать время, я надел наушники и включил музыку, но каждая строчка настолько сильно меня раздражала, что уже через минуту, пока я пытался найти композицию, которая мне понравится, вынул наушники и положил телефон в карман. Голова всё так же болела, но мне было наплевать, поэтому я закурил очередную сигарету. На улицу вышел ещё один одноклассник, чтобы покурить. Он был один, поэтому я сразу понял, что стоит ждать попыток завести со мной разговор.

Слышу, что за моей спиной звук его шагов усиливается. Он остановился примерно в метре от меня.

– Дай, пожалуйста, зажигалку.

– Так ты же не куришь.

– Сегодня можно.

Я достал зажигалку и протянул ему. Потом жестом показал, чтобы он присел рядом. Одноклассник молча последовал моей просьбе. Я начал разговор первым.

– Ну и что сейчас чувствуешь?

– Ты о чём?

– О выпускном. Каково это – осознавать, что всё закончилось?

– Пока, если честно, непонятно. Нет какого-то осознания. Будто сегодня обычная тусовка. А у тебя?

– Для меня всё сегодня только начинается.

– Ты имеешь в виду университет?

– Не совсем. Короче, не забивай себе голову.

Теперь мы сидели молча. В этот момент я понял, что уже через месяц для меня вновь начнутся школьные будни. Тут мной овладела тревожность, будто я первоклассник, который завтра пойдёт первый раз в школу. Правда, это ощущение быстро улетучилось, потому что я взглянул на часы и понял, что мне пора выходить.

Идти решил неспешно, чтобы не прийти раньше запланированного и не томиться в ожидании. Я с детства ненавидел чего-то ждать, поэтому ещё сильнее замедлил шаг. Однако уже на полпути я понял, что чуть ли не бегом мчусь на место, в котором мы договорились встретиться. В итоге я не стал сбавлять темп. Придя туда, я закурил. Когда сигарета уже начала обжигать мне пальцы, вдали я увидел столь знакомый мне силуэт, выбросил окурок и пошёл навстречу.

С каждым новым шагом я отчётливее видел её лицо и глаза, из которых катились горькие слезы. Подойдя ближе, я обнял её, и так мы простояли где-то минуту. Она немного успокоилась, и мы отправились к месту, которое уже стало для нас родным.

Мы были на окраине города, где находился один из самых крупных спальных районов. Это были новые семиэтажные дома, во дворах которых стояли многочисленные детские площадки, на одной из них мы нашли лавочку, с которой открывался прекрасный вид. Мы наблюдали за небом, на котором уже появились красные полосы, разрезающие ночную тьму. Через 30 минут солнце должно было полностью взойти, нам повезло застать рассвет.

Как только мы сели на эту лавочку, сразу схватились за руки. Голоса были такими тихими, что любой человек, проходящий мимо, мог бы подумать, что мы замышляем государственный переворот, а мы лишь пытались скрыть наши дрожащие из-за кома в горле голоса. Это был единственный момент, когда мы говорили лишь о нас, наплевав на всех остальных. Это не было попсовой историей, когда мы раз за разом признавались друг другу в любви. Нет, мы просто пытались выразить те чувства, которые в нас сидели. Для неё это было последнее утро, когда она может быть со мной рядом, а для меня – последнее утро, когда я смогу вот так ощущать её близость без постоянных попыток заглушить свои эмоции. Именно сейчас я видел её искренней и мог прочувствовать всё то, что она ко мне испытывала.

Мы потеряли счёт времени, а потом она положила голову мне на плечо, а я уткнулся носом в её волосы. Слезы покатились из моих глаз. Взглянув на неё, я увидел то же самое. Мы просто плакали и пытались как можно сильнее прижаться друг к другу. Через какое-то время она достала телефон и попросила, чтобы я посмотрел в камеру. По этому снимку можно было понять, что он сделан близкими друзьями на рассвете во время очередного душевного разговора, но наши глаза на нём выдавали всю боль, которую мы в тот момент испытывали. Время фото – 5:20, а спустя 40 минут я уже лежал в кровати и рыдал, понимая, что сегодня был последний день, когда я смог посмотреть на эту фотографию, нашу последнюю совместную фотографию, которая мне всегда была так дорога. Проснувшись утром 26 июня, я с надеждой открыл галерею на телефоне, но не обнаружил даже малейшего намёка на то, что самое дорогое мне фото сохранилось.

Уже почти год я её не видел, хоть мы и живём в одном городе, население которого не превышает 40 тысяч человек. Но я до сих пор периодически нахожу её странички в соцсетях и раз за разом просматриваю фотографии. Пару раз хотел ей написать, но понимал, что это плохая идея. Я по сей день открываю галерею в надежде, что найду тот самый снимок, но коматоз не даёт мне этого сделать.

Сейчас около 9 часов вечера. Я очень уютно устроился на кровати в своей комнате, укутавшись в одеяло и положив на колени блокнот. Моя комната стала для меня особенным местом, где я всегда мог уйти от реальности и предаться размышлениям.

Сколько бы я ни писал, что сегодняшняя реальность меня устраивает, я не могу смириться с тем, что больше не встречусь с близкими мне людьми. Я уже потерял Андрея и ту самую, а через год и Вадим из лучшего друга превратится в обычного знакомого. А через 2 года мы будем знать друг друга лишь в лицо, так как просто живём рядом и учимся в одной школе. Именно с этими потерями мне тяжело свыкнуться.

Многие поэты и писатели называли своими музами самых близких им женщин. И вот сейчас моей музой становится та самая. Постоянно думаю о ней и понимаю, что готов свернуть горы, лишь бы вернуться в реальность и попытаться что-то сделать, чтобы закончить эту историю, ведь мы её так и не дописали.

Мне интересно, что бы я исправил в своей реальной жизни? Что бы начал менять и к чему стремиться? Первое, что приходит в голову: пишу ей и осуществляю то, к чему так и не пришли. В реальности после расставания мы так никого и не нашли. Слишком сильно на нас повлиял тот небольшой, но очень эмоциональный роман. Так, а что мне мешает бросить всё и уехать к ней? В Курске, в котором я жил и работал, мне никогда не нравилось, к тому же перспектив там никаких. Почему же мне не уехать? Да, всё у нас получится не сразу, но как минимум нужно попробовать. Иначе я так и буду корить судьбу, что разлучила нас на всю жизнь, при этом сам не попытавшись самостоятельно что-то изменить.

Если я уеду из города, то мне придётся менять работу, которой я, если честно, никогда не дорожил. Да, мне хватало на жизнь, но меня это никогда не устраивало. А чем мне тогда заняться, когда буду в реальности? Думаю, ответ очевиден.

Я уже полгода на регулярной основе пишу, и это доставляет мне огромное удовольствие. Да, я не придумываю сюжет, не составляю под него персонажей и даже не могу придумать другие имена для героев, потому что «та самая» за всё это время ею так и осталась, хотя если я не могу написать её имя, то можно было бы и назвать её как-нибудь по-другому. Но меня и так всё устраивает. Как же здорово писать не об очередном политическом саммите или пожаре, а вот об этом. Даже если я глуп для создания нового сюжета, то эти 6 лет в коматозе дали мне столько историй, что я могу спокойно вести свой блог и каждый день заполнять его новыми приключениями, которые я здесь сам себе создавал.

У меня всегда будет что вставить в разговор благодаря коматозу, потому что моя жизнь была гораздо насыщеннее, чем у 99 % людей на Земле. Например, за свои годы я уже успел умереть около сотни раз, а может, и больше. Я убивал людей, и мне за это ничего не было. Я спал с элитными проститутками, пил дорогой алкоголь. Перепробовал все виды наркотиков и могу рассказать о каждом трипе в подробностях, при этом я здоров. Успел разочароваться и вновь полюбить жизнь. Смог морально умереть и переродиться. К тому же физически я сделал то же самое, но об этом уже упомянул.

Если кратко, то я воплотил в коматозе желания наркоманов, убийц, алкоголиков, девственников, поэтов, писателей, суицидников, боящихся покончить с собой, и многих других людей, чьи мечты стали в разные периоды времени для меня серой обыденностью. К тому же за это время я стал замечательным психологом, который на протяжении 6 лет ежедневно занимался самокопанием, а также пережил все возможные виды депрессии и нервного расстройства. Как бы то ни было, за это стоит сказать коматозу спасибо. Правда, когда люди мне будут говорить, что они хотят переспать с элитной проституткой, попробовать наркоту или вообще убить себя, то мне придётся сдерживаться, чтобы не рассмеяться им в лицо.

Наше общество постепенно идёт к тому, что люди начинают переживать из-за незначительных проблем и ждут помощи от всех, только вот не могут собраться и начать решать их самостоятельно. Эти проблемы на самом деле и гроша не стоят. Хотя, почему-то многие думают, что они важнее всего, даже устройства Вселенной, но на это я хочу лишь послать их куда подальше. То, что люди считают проблемой, на самом деле решается за несколько дней, а может, даже часов, только надо перестать ныть и начать делать. Они и не знают, что такое настоящие проблемы. Конечно, винить судьбу гораздо проще, когда не хочешь признавать, что во всём виноват именно ты. Коматоз не тот случай, но только мне посчастливилось тут оказаться. Люди не ценят, что у них есть, и переживают из-за того, о чём через несколько месяцев забудут. Они не могут понять, что жизнь простая штука и главное – всё зависит только от тебя. Если что-то не получается, то винить нужно лишь себя. Каждая проблема, которая тебя морально уничтожает, является лишь посредственной хернёй перед действительно важными проблемами.

Люди любят усложнять очевидное, чтобы не признавать правду, которая их разбивает. Но лишь когда они примут, что жизнь дерьмовая штука, но в ней всё равно хватает интересного и весёлого, что единственный, кого нужно винить и просить что-то сделать, – это ты сам, тогда, может быть, механизм Вселенной немного сдвинется и через несколько десятков лет человечество начнёт развиваться по-настоящему. Ну и да, пока человек не поймёт то, насколько жизнь дерьмова, он и не научится её любить. Парадокс, но так оно и есть. Существует же такое понятие, что мы любим в первую очередь за недостатки, вот тут система та же.

А пока мне нужно будет терпеть разговоры людей, что их пилит девушка, что друг их предал, что работа плохая и т. д. Надеюсь, что когда-нибудь они поймут, что всё зависит только от них. Блин, у них хотя бы есть будущее, поэтому они могут пойти в задницу и не лезть ко мне со своими проблемами.

Почувствовал себя Шайа Лабафом, вечно повторяющим легендарную фразу: «Just do it».

Даже сам проникся тем, что написал. Появилась мотивация и несколько интересных мыслей. Только откладывать это на завтра ни в коем случае нельзя, иначе я так ничего и не сделаю. Видимо, настала пора попробовать выбраться отсюда. Слишком много я ещё не сделал в реальности. К тому же, если мне снова хочется ощутить момент приближения будущего, нужно просто взять и сделать это. Не надо задавать себе вопросов типа: «А как? А что, если?…» Тогда точно ничего не выйдет. Вопросы убивают желание, поэтому к чёрту их! Сомнения порождают страх, а страх – стагнацию. Нужно просто начать.

После вышенаписанного я решил внимательно осмотреть блокнот в попытках найти хотя бы какую-то зацепку. Я начал с него, так как он – единственное, что у меня сейчас есть. Наверное, стоит рассмотреть текст. Хотя, может быть, почитать обратную сторону обложки, где есть все данные об изготовителе?

Нет ничего, что могло бы мне помочь. Бессмысленный набор цифр, фамилий и штрих-код, цифры с которого я не стал переписывать, потому что не вижу в этом необходимости. Хотя, может, это какой-то шифр? Чёрт! Надо переписать…

Ничего. Снова хаотичный порядок, который что-то означает только для знающего человека в области издательств и штрихкодов. Всё-таки завтра нужно будет зайти на сайт издателя и поискать что-нибудь там. Также надо нарыть что-нибудь на ИП Уайт. А пока я ложусь спать, потому что голова уже кипит и зевать я начал через каждые пару минут. Спокойной ночи.

Потерпев неудачу, я перед сном пытался отбросить мысли об очередном провале. Пусть это было лишь начало, но я рассчитывал хотя бы на малейшую зацепку. Помогло, что я уже был к этому готов. К тому же желание спать отбросило все негативные эмоции. В школе я на первом уроке начал просматривать информацию об издателе, а также зашёл на его сайт, но он уже был неактивен, а само издательство закрылось еще в 2014 году. После решил поискать что-нибудь о ИП Уайт, но тоже ничего не обнаружил, как и о директоре издательства. Потом глянул в интернете людей с фамилией Уайт, но, кроме спортсменов, актёров, музыкантов и исторических личностей, мне на глаза не попалось ничего.

Странно, что это ИП имеет такое название, находясь в России. Нужно будет проштудировать новости о разорившихся издательствах в 2014 году. Пока что это моя единственная зацепка.

Уже почти 10 вечера, а информации ноль. Да, я нашёл список всех разорившихся издательств того года, в котором был указан FORMAT, но больше об этом не было и слова. Я настолько забил себе голову, что уже больше не мог думать. Сегодня мой мозг загрузился так сильно, что я не могу испытывать даже негатив. Просто хочу лечь спать.

Нет, мотивация у меня пока не пропала, но надо немного абстрагироваться от всего того мусора, которым я забил свою голову. 22 марта я тоже немного порылся в интернете в попытках найти что-то новое, но натыкался на всё те же ссылки и новости, которые просмотрел ранее. 21 числа я сильнее пытался найти человека, который являлся владельцем, и наткнулся на несколько фотографий, на которых стоял усатый мужчина небольшого роста в прямоугольных очках, чья форма тела напоминала шар. На вид ему было примерно 60 лет. Посмотрев на него, я сразу подумал, что кем бы в жизни этот человек не был, на тех четырёх фотографиях я увидел добряка, который последний кусок хлеба отдаст бездомному. Он выглядел настолько простым, что я бы доверил ему все свои самые заветные тайны при первой нашей встрече. Я узнал его имя и фамилию и решил поискать в соцсетях. Полчаса поисков помогли мне узнать, что он скончался в 2015 году. Снова неудача…

20 марта я абстрагировался от всего и решил прожить этот день в своё удовольствие. Было воскресенье, поэтому со свободным временем у меня проблем не возникло. До обеда я играл в Hitman Absolution, а после мне позвонил Вадим и сказал, что Вика, та самая, которая была с нами в сауне, пригласила нас к ней, так как её мама уехала к подруге в другой город. Я не задумываясь согласился, хотя, положив трубку, немного пожалел об этом. Позже, пораскинув мозгами, я понял, что отвлечься нужно, а это как раз неплохой вариант.

Где-то около 4 часов дня мы встретились с Вадимом и немного прогулялись. Затем позвонили нашему знакомому, который помог купить алкоголь, а к 7 часам вечера уже сидели у Вики. Кроме нас, она позвала свою подругу Кристину, видимо, чтобы ей не было скучно в компании двух парней. Хотя сложностей в общении с мужским полом она никогда не испытывала. Может, это была попытка свести кого-нибудь из нас с её подругой, правда, на неё это не похоже.

Она жила с мамой в обшарпанной однокомнатной квартире, которой не помешал бы ремонт. Но никто его делать не собирался, так как её дом в скором времени должны были сносить, а их семью – бесплатно переселить в новую квартиру. Мы с Вадимом жили в подобных домах, поэтому для нас это было совершенно нормально, когда семья может позволить себе ремонт, но не видит смысла его делать. Только городская администрация на постоянной основе переносила даты переселения, поэтому квартиры, которые нам обещали в 2014 году, пришлась ждать до 2021-го.

Кто-то может возразить, но именно такие квартиры обладали уютом и шармом. В них тебе не нужно было любоваться обстановкой и дизайном, так как всего этого там попросту не было, но такого уюта, как в этих маленьких квартирках, я больше нигде не ощущал. Наверное, только в нашей стране люди могут впитать в себя эту атмосферу через прочитанные строки, о которой я говорю, ведь практически каждый из нас жил в подобных квартирах или домах.

Мы сидели на кухне. Вика из-под дивана достала маленький кальян, который уже около полугода прятала от матери. Там же находились табак и угли. Я научился забивать кальян в реальности ещё во времена учёбы в университете, но делал это всегда паршиво, поэтому доверил забивку Вике. Пока она разогревала угли на конфорке, мы открыли по первой бутылке пива.

Кристина, Вика и Вадим начали разговаривать о школе и о том, что с ними происходило интересного в последнее время. Я мог лишь изредка вставить слово, так как больше половины того, о чём они говорили, я не помнил, хотя сидел с лицом человека, который понимает суть разговора. Меня посещали воспоминания об историях, которые они рассказывали, но всё было как в тумане, поэтому я даже не пытался продолжить их мысль, а только в связи с этим всё чаще брался за бутылку. Когда они выпили всего по половине первой, я уже открывал вторую и всё сильнее начинал уходить в себя. Из общей компании, частью которой я должен был являться, они для меня превратились в кинофильм с очень реалистичными спецэффектами. Я снова поймал себя на мысли, что мой опыт не даёт в полной мере ощутить атмосферу подростковых посиделок. Для меня это было чем-то чуждым и родным одновременно. Словно я читал свои старые переписки в соцсетях, во время чего постоянно ловил себя на том, что мне стыдно за самого себя, но при этом чувствовал приятную ностальгию.

В какой-то момент на мне начали акцентировать внимание в попытках разговорить, но я уже находился не с ними. Мне было интересно смотреть на происходящее, а не участвовать в нём.

После второй бутылки пива я немного охмелел и стал более разговорчивым. К тому же кальян ударил в голову, поэтому постепенно я стал активизироваться. Мои юношеские гормоны, которые с каждым днём становились все буйнее, подтолкнули на приставания то к Вике, то к Кристине. Недолго поразмыслив, я решил, что будет неплохо сегодня создать небольшую интрижку с кем-то из них. Всё-таки опыт сыграл мне на руку, поэтому особых проблем во флирте я не видел. Вот только разгонялся долго, потому что так сильно погрузился в себя, что вышел оттуда лишь после того, как меня закидали многочисленными вопросами в попытках хоть как-то растормошить. Время было около 9 вечера, когда мы решили пойти в комнату, чтобы посмотреть какой-нибудь фильм. Перед этим я уже сам забил кальян, так как захотел вспомнить, как это в принципе делается. В результате он вышел неплохим, чему я удивился.

Вадиму нужно было домой к 11, впрочем, как и мне. Но мои родители работали в ночную смену, поэтому мне никто не мог помешать их обмануть. Было одно условие – позвонить маме с домашнего телефона из квартиры, чтобы она точно убедилась в том, что я вернулся. В конце вечера я решил проводить Вадима, чтобы забежать домой, позвонить маме и по необходимости вернуться к Вике.

Мы включили ужастик. Этот жанр всегда был одним из главных развлечений молодёжи, который я никогда не понимал. Суть этих фильмов казалась мне бессмысленной, хотя некоторые из них мне нравились. Я все активнее начинал присматриваться к Вике, так как воспоминания из сауны оставили о ней очень приятное впечатление. Она была достаточно умной, интересной и симпатичной девушкой.

По счастливой случайности, устроившись на диване напротив телевизора, я оказался с ней рядом. Мы с Вадимом сидели по центру, а Вика лежала слева от меня. В процессе просмотра фильма на различных пугающих моментах она всё чаще дотрагивалась до меня, а это был верный признак того, что ты симпатичен человеку. В какой-то момент Вика снова прикоснулась к моей руке, а я сразу стиснул её, дав понять, что я не хочу, чтобы она её убирала. Наши ладони сплелись воедино. Наверное, в этом возрасте каждая интрижка начинается именно с этого: два подростка ищут доступ друг к другу, а начинается всё с прикосновения рук. Я пододвинулся к ней ближе, и мы уже лежали совсем рядом. Это было похоже на то, что у меня происходило с Машей за несколько дней до этого.

Когда фильм закончился, будто по установленному таймеру, раздался телефонный звонок, Вике звонила мама. После диалога, который не продолжился и минуты, она повернулась к нам.

– Надо сматываться. Мама будет через 20 минут.

– Так ты же говорила, что она уехала к подруге, – сказала Кристина Вике.

– Ну, что-то у неё поменялось. Давайте быстрее собирать бутылки и кальян.

Через 10 минут не осталось никаких свидетельств того, что в квартире кто-то был.

– Так, пойдём ко мне. У меня сегодня точно ночью никого, – предложил я.

– Нет, я точно домой, – отрезал Вадим.

– Ой, тебе всё равно идти туда же, куда и мне.

– Ну, я в общем говорю, что пойду домой.

Потом сказала Вика:

– Я не против, сейчас только быстро оденусь.

– Я тоже не пойду, домой уже надо, – ответила Кристина.

Тут я испугался того, что Вика без Кристины не пойдёт.

– Блин, Кристина, пошли. Отпросись у родителей.

– Нет, я итак недавно лоханулась, поэтому даже пытаться не буду.

– Ладно, как хочешь.

Вот здесь я удивился. Будто Вика для приличия попыталась уговорить Кристину, хотя на самом деле ей было плевать, пойдёт она ко мне или нет.

Мы все вместе пошли до двора, рядом с которым находились наши с Вадимом дома. Кристина вызвала такси. Дождавшись, пока она уедет, мы попрощались с Вадимом и пошли ко мне.

Тут во мне проснулась какая-то неловкость. Наверное, это было связано с тем, что из-за холода моё опьянение немного спало. На улице был март, но всё-таки в среднем температура не поднималась выше -15 днем и -20 ночью. Однако Вика сама завела разговор, поэтому через 10 минут неловкости уже не было. Я вспомнил о запасах отцовского алкоголя и предложил ей что-нибудь крепкое, потому что другого у меня и не было: папа предпочитал лишь высокий градус. Она не отказалась, и я смешал нам в стаканах водку с колой. Дальше мы решали, какой фильм включить на фоне, хотя оба понимали, что не из-за фильма мы оказались наедине в моей квартире. В этот момент в моей голове промелькнула мысль – как же с этим было проще в 19 лет. Всё-таки моральные устои в подростковом возрасте – вещь интересная, так как они ничем не отличаются от тех, которые у нас есть в 25 или даже в 30 лет, вот только юноши и девушки пытаются скрыть свои желания и подвести к банальному поцелую через огромные тернии, которые для меня с учетом опыта студенческой жизни казались такими долгими и бесполезными, что в какой-то момент я боялся поспешить и напугать Вику. В целом общение между парнем и девушкой похоже на рыбалку, только если в подростковом возрасте важно то, насколько аккуратно ты вытягиваешь свою добычу, рискуя упустить её, то, становясь старше, начинаешь понимать, что важно не то, как ты вытягиваешь, а то, на какую наживку ловишь.

Вика предоставила выбор фильма мне. Я решил включить «Реквием по мечте». В принципе я даже не задумывался, поэтому решил включить первое, что пришло мне в голову. Спустя 15 минут мы уже лежали, обнимая друг друга, и я решил перейти к более активным действиям: начал целовать её сначала в шею, а затем поднялся выше и поцеловал в губы. Я верил, что, возможно, сегодня у меня может случиться секс, о котором я уже начинал потихоньку забывать, так как из-за сложившейся ситуации добиться его становилось всё сложнее. Естественно, все мои попытки она отвергала, поэтому приходилось ограничиваться лишь поцелуями, но со временем её отстраненность угасала, и я всё ближе подходил к тому, чего на самом деле хотел.

Я не могу поверить, что постепенно раздеваю её, впрочем, она занималась тем же самым. Это было для меня в какой-то степени дико, так как ещё никогда в жизни у меня не было секса с девушкой, которая младше 18. А тут передо мной обнажённое тело 16-летней школьницы, а мне, по сути, уже стукнуло 29, а если учитывать мои периодические суициды, из-за которых приходилось проживать один и тот же день несколько раз, то все 30.

Это было интересно. Тело Вики ничем не отличалось от тех, с которыми мне приходилось спать до этого, так как в 16 лет люди уже полностью сформированы физиологически. Но всё-таки чувствовалась её неопытность, которая соседствовала с интересом. Это было больше похоже не на обычный половой акт, который происходит, когда два человека хотят удовлетворить свои животные и в какой-то степени эмоциональные потребности, а словно стало чем-то особенным, как минимум для неё, ведь в этом возрасте запоминается почти каждый секс, особенно если он с новым партнёром.

Мы лежали на кровати и разговаривали. Она всё чаще подводила к тому, что нам нужно начать встречаться. Я не стал этому препятствовать, потому что спорить было бессмысленно, а если просто соглашаться, то наутро уже ничего не будет. Правда, мне и самому было приятно ощущать этот внутренний трепет перед началом новых отношений. В какой-то момент, когда мы уже забыли про фильм, а стрелки часов давно перевалили за полночь, Вике позвонила мама и сказала, чтобы она возвращалась уже домой. До этого Вика сказала ей, что сидит у Кристины, поэтому мама отпустила её до такого позднего времени.

На часах было почти 3 ночи, когда я проводил её до дома и страстно поцеловал на прощание. Тогда я прощался с той, которая мне открылась и доверилась и которую я больше никогда не увижу, точнее, она будет обычной знакомой девушкой из моей школы, которая учится в классе вместе с Вадимом. Она точно останется на подкорке моей памяти, как и Аня, Маша, та девушка из театра и все другие девушки из коматоза, с которыми мне удавалось завести интрижку на одну ночь. Мне им всегда было легко открываться, так как они бы наутро всё равно ничего не вспомнили. Ведь когда ты открываешься, к тебе гораздо сильнее тянутся люди, а с девушками это очень важно. Намного приятнее общаться с человеком, а не с его подобием, натянувшим на себя маску.

Кажется, у меня какой-то странный пунктик насчёт масок. Не обошлось здесь без той самой, которая оставила свой отпечаток.

Всё это помогло мне отвлечься, вот только я вновь поймал настроение, в котором не хочу возвращаться в реальность. Но мне всё же нужно разобраться с тем, что со мной происходит. Я уже несколько раз пересмотрел блокнот, но так ничего и не нашёл, что могло бы мне помочь. Однако есть такое чувство, будто ответ лежит где-то на поверхности, а я просто пока не могу его заметить. В чём он может быть? Какой тут шифр? Я прочитал абсолютно всё об издательстве и его владельце, проштудировал все новости о его закрытии, но никак не смог найти чего-то стоящего.

Ладно, пора ложиться спать, а завтра попытаюсь снова что-нибудь отыскать.

Срок годности не ограничен. Интересная надпись, ведь она, по сути, является правдой, даже в коматозе, вот только работает это лишь с этим блокнотом. Вчера решил написать что-нибудь в другом блокноте, но наутро в нём ничего не было. Если бы записи в нём сохранились, я бы тогда попробовал найти ответ в том, что я писал до этого. В таком случае всё бы зависело не от этой маленькой книжки, а от написанного мной. Но там ничего не оказалось, пусть я и записал пару интересных мыслей. Из этого следует, что всё-таки ответ скрывается в моём блокноте.

Нашёл портал, на котором сохраняются старые версии сайтов, и перешёл на сайт издательства. Немного полистал варианты обложек блокнотов и поймал себя на мысли, что если это всё, что они предлагали, то я не удивлён, почему они разорились. Составив своеобразный рейтинг, я поставил дизайн своего блокнота на первое место.

Изучив всю возможную информацию об издательстве и его владельце, я пришел к выводу, что искать среди этого бесполезно. Остаётся изучить ИНН, ОГРНИП и штрихкод. И тут у меня промелькнула мысль: я решил сопоставить числа ИНН с датами, которые писал в блокноте во время коматоза. Пишу это и по коже мурашки, потому что от вчерашнего открытия я не отошёл до сих пор.

Никаких зацепок целых 6 лет! Жил как хомяк, постоянно бегущий в колесе и надеющийся, что мои старания к чему-то приведут, но всё так же оставался на месте. А потом появился блокнот, хранитель моих воспоминаний, а вчера нашёл то, что связано с написанным мной за всё это время.

Я вновь принялся внимательно рассматривать цифры с обратной стороны обложки и наконец-то обнаружил закономерность. ИНН – числа коматоза, в которые я писал о каких-то знаковых событиях, происходящих с начала моих записей.

А ведь ещё вчера 18-го числа не было. Оно появилось сегодня, и я сразу понял почему. Интересно, что мне не пришлось заново переписывать последовательность ИНН, чтобы добавить 18 в конце, так как число автоматически пропечаталось на листах бумаги.

ОГРНИП – самые значимые воспоминания коматоза до записей в блокнот.

Эту закономерность мне удалось отследить вчера ближе к вечеру. На меня это произвело такое сильное впечатление, что я надел наушники и пошёл просто бродить по городу в попытках немного отойти от нахлынувших эмоций. Пазл складывался так последовательно, что это стало для меня шоком. К тому же за эти 6 лет я уже забыл, что такое последовательность, которой в коматозе не существует.

А вот со штрихкодом не было никаких зацепок.

Я до сих пор не могу понять, что бы это могло означать. Весь сегодняшний день я пытался понять, что это, но так ни к чему и не пришёл. Пока склоняюсь к тому, что это даты, о которых я ещё должен написать. К тому же понять, числа какого это месяца и года, мне пока не представляется возможным. А что, если я действительно буду писать и вспоминать эти даты, но всё окажется бессмысленным? И ведь не у кого попросить подсказку. Какие варианты со штрихкодом могут быть? Мой мозг будто взрывается в попытках найти ответ, но они приводят лишь к многочисленным вариантам, которые смешались в голове. Где найти ответ? С чего начать? Я никогда так близко не подходил к разгадке коматоза, но от этого ответ стал ещё дальше от меня.

Интересно, а капли слёз, попавшие сейчас на лист, тоже оставят свой след завтра?

Я перебрал так много вариантов со штрихкодом, что уже про некоторые забыл. Правда, совершил одну ошибку – не стал записывать все те варианты, которые приходили мне в голову. В результате множество попыток разобраться с шифром штрихкода не привели меня ни к чему, а лишь сильнее запутали. Проблема в том, что я даже не знаю, что ищу. Может быть, ответ не скрыт в штрихкоде, а лежит где-то, до чего я додуматься пока не смог. Конечно, логично думать, что ответ таится именно в нём. А если нет? ИНН и ОГРНИП дали ответ на то, что именно означает последовательность чисел, тогда числа штрихкода тоже должны означать что-то. Но что именно? Может, штрихкод вообще лишь маленькая часть из того, что мне ещё предстоит разгадать?

Весь вчерашний день я штудировал каждую страницу блокнота. Я раз за разом то открывал его, переворачивал листы, пытаясь сверить числа штрихкода с другими цифрами, которые есть в блокноте. Потом я вновь закрывал его и пытался найти закономерность среди чисел штрихкода и днями своей жизни, которые я ещё по какой-то причине не записал, но они для меня важны. Несколько вариантов я нашёл, но уверенности, что это именно те даты, у меня нет. К тому же перебирать цифры можно бесконечно.

Сегодня я решил устроить себе небольшой выходной и даже хотел не брать в руки блокнот, но что-то пошло не так, и какая-то невидимая сила притянула меня к нему. Я несколько раз переворачивал блокнот и снова пытался найти что-то, особенно в штрихкоде, но уже через минуту перестал, потому что меня начинало тошнить от этих чисел. Я понимаю, что чем чаще и безумнее раз за разом буду пытаться разгадать этот шифр, тем быстрее ко мне придёт очередная порция депрессии, из который будет очень тяжело выбраться. Человек должен уметь отдыхать, и сегодня я попытаюсь больше не думать о штрихкоде, хотя эти цифры я уже успел выучить наизусть.

Я часто задумывался над тем, что есть магия чисел. Если говорить проще, то я частично верил в нумерологию. Правда, это было поверхностно, то есть сильно углубляться в суть этой науки я не стал. Хотя, может быть, это и не наука, а своеобразная религия. В моей голове просто не могло уложиться, что последовательность чисел позволяет предугадать какие-то события. Также я не понимал, как можно верить, что условное число 7 становится для человека счастливым, и именно эта цифра станет гарантией того, что всё будет хорошо. И ведь точно доказать это невозможно, потому что человек может лишь верить в то, что именно это число является для него счастливым, основываясь на своих догадках и предчувствиях.

У каждого человека есть определённая цифра, которая является для него счастливой. У меня – 4.

Я никогда не мог понять, почему именно это число мне так сильно нравится. Я лишь верю в то, что оно что-то значит в моей судьбе. Но каждое 4, 14 и 24 число месяца я жду, что именно этот день станет для меня особенным. Кстати, мой любимый день недели – четверг. Я всегда любил его, и как бы я сейчас ни старался, не мог вспомнить хотя бы один по-настоящему паршивый момент из своей жизни, который произошёл со мной в четверг. Когда я сделал это достаточно странное открытие, то решил ради интереса посмотреть, в какой день недели я родился: это был четверг.

Я говорю об этом потому, что буквально вчера обнаружил ещё одну закономерность: именно в четверг 17 марта я сделал открытие, которое помогло мне сделать несколько шагов вперед, и нашёл в комбинации чисел ИНН и ОГРНИП одни из самых важных дат из блокнота. Это можно назвать самовнушением, но в этот четверг я даже не задумывался о том, какой сейчас день недели. То есть заранее настроить себя на оптимистический лад попросту не мог.

Заканчивая прошлый абзац, я вспомнил историю, которая приключилась со мной в одном из магазинов одежды. Это был брендовый бутик, в котором цены сильно выше среднего, но и качество одежды там было соответствующие. Я подкопил и отправился туда, чтобы купить себе хорошую кофту, цена которой в этом магазине в 7 раз превышала средние цены по рынку. Я зашел внутрь, а консультанты уже смотрят на меня так, будто за секунду раскусили и уже поняли, что я сейчас тут или не куплю ничего, или приобрету одну из самых дешёвых вещичек, например, носки или бейсболку. Тогда самолюбие сыграло со мной злую шутку. Мне так сильно захотелось показать, что я вообще не думаю о ценах, поэтому решил купить не просто кофту, но одну из самых лучших. Может быть, даже что-то к ней в придачу. К слову, всё это происходило в четверг.

Захожу в зал и вижу, как две девушки, стоящие у кассы, за пару секунд успели оценить то, во что я был одет. В их глазах читалось: «Что он тут забыл?» Я в своей голове я уже успел назвать их курицами и овцами. Хотя после, когда я уже стоял на кассе и оплачивал свои покупки, тоже решил оценить, во что они были одеты. Как раз в этот момент я поймал себя на мысли, что их одежда стоит даже дешевле моей. Я, конечно, опустился до их уровня, но всё же почувствовал удовлетворение от того, что смог их унизить, хотя это и произошло в моей голове.

Магазин находился в самом лучшем торговом центре Курска. Когда я туда зашёл, то сразу почувствовал себя учеником в начальной школе, который попал в класс к старшеклассникам. Для обывателя тут было слишком дорого. В дизайне преобладал чёрный и белый цвет. Обстановка была создана по всем канонам трендового на тот момент минимализма. Сразу бросалось в глаза, что над этим работал хороший дизайнер. Сам магазин был небольшим, хотя вещи висели не вплотную, будто намекая посетителям: это настолько дорого и стильно, что у каждой вещи даже есть отдельное место.

Подхожу к кофтам и выбираю два подходящих варианта, вот только мне они были не по размеру. Я подумал, что нужно попросить консультантов принести мне эти кофты на размер больше, но тут же отказался от этой идеи, так как побоялся того, что здесь так не принято и после этой просьбы меня опять унизят, только уже не взглядом, а объяснением, что в дорогих магазинах не принято просить что-то со склада, потому что все вещи в единственном экземпляре. Я даже на секунду представил диалог с консультантом:

– Здравствуйте, не могли бы вы принести мне вот эту кофту, но на размер больше?

– Молодой человек, вы что! У нас нет такой возможности. Вывешенные вещи в единственном экземпляре, на складе такой модели нет. У нас его в принципе нет. Это дорогая и качественная продукция, которая не имеет права делаться на поток, как в других магазинах. Выбирайте из того, что видите, и больше не задавайте глупых вопросов.

Конечно, с концовкой я переборщил, но в целом, думаю, всё так и было бы.

Разочаровавшись, что мне не найти кофты своего размера, я принялся искать хотя бы что-то, что мне подойдёт, но вдруг за одним из стеллажей услышал разговор других посетителей с консультантом.

– Девушка, принесите эту же рубашку, только на размер меньше.

– Хорошо.

Отлично, всё-таки здесь такие же правила, как и везде. Я со спокойной душой подозвал консультанта и указал ей на модели, которые она должна мне принести на размер больше. Когда она ушла, я начал разглядывать пару, которая стояла рядом со мной.

Это была семья: муж, жена и дочь, которые были одеты в обычную одежду, вот только она на них сидела так хорошо, что даже по ней можно было сказать, что семья с хорошим достатком. Они общались между собой просто, хотя я встречал людей явно беднее, которые вели себя так, будто господь одарил их всеми возможными материальными благами, а все остальные – бестолковые ничтожества. При этом ипотеку они всё никак не могут выплатить, всё время что-то мешает. Но эта семья показалась мне приятной, даже стало интересно с ней пообщаться.

– Извините, а не подскажете, какая из кофт мне больше подходит?

– Так сразу и не сказать. Нужно посмотреть, как они на тебе будут сидеть, – ответил мужчина.

– Эти мне маловаты, сейчас девушка принесёт на размер больше.

– Хорошо, нам сейчас тоже принесут рубашку, только на размер меньше, поэтому, я думаю, мы одновременно пойдём в примерочную, там тебе и подскажем, какая лучше, – сказала женщина.

– Спасибо.

Они мне показались настолько простыми людьми, что я не испытал никакого напряжения за этот короткий диалог. Когда принесли кофты, я примерил обе, и мы с моими новыми друзьями, которые таковыми являлись только в этом магазине, решили, что больше подходит чёрная с белым низом и воротником, плавно переходящим в капюшон.

Тогда же я перекинулся парой слов с их дочерью, которая тоже оказалась очень приятной в общении. Ей было 15 лет, и по своему опыту хочу сказать, что большинство подростков из обеспеченных семей ведут себя так, будто все остальные для них отбросы. Но с ней такого не было. Я украдкой оценил вещи, которые они решили себе купить: рубашка стоила как четыре моих кофты. Я смотрел на главу семейства, примеряющего её, и пытался понять, что есть такого в этой рубашке, из-за чего она так дорого стоит. Точно такую же я нашёл бы на рынке, пусть и сидела бы на мне она не так здорово. Однако рынок – это такое волшебное место, что там ты всегда можешь найти себе то, что на тебе будет сидеть лучше, чем вещи из условного «Gucci». Самое интересное, я действительно понял, почему эта рубашка настолько дорогая, пусть и не мог себе объяснить, из-за чего. Хотя, увидев этого мужчину на улице в любой другой день в этой рубашке, я бы никогда не понял, что это она стоит так дорого.

Их дочь предложила подобрать мне штаны под эту кофту. Она тут же принесла вариант, который идеально мне подходил. Когда я их примерил, они будто специально были придуманы для этой кофты и именно тех ботинок, которые были на мне. Я буквально влюбился в них, поэтому даже не хотел смотреть на их цену, чтобы не разочаровываться. В результате, увидев её, я понял, что боялся совершенно не зря. Для меня это было слишком дорогое удовольствие, о чем я и сказал. Мне совершенно не стыдно было признаться в этом, потому что эта семья оказалась такой простой, что я будто бы мог доверить ей все свои тайны и даже покаяться в грехах. Правда, когда я это сказал, то почувствовал себя так паршиво, что ненароком опустил глаза в пол. Спасителем моего настроения стал мужчина, который, видимо, прочувствовал моё состояние, поэтому решил помочь мне из него выбраться.

– Дочурка, конечно, выбрала вариант. За такую цену в этих штанах даже и на стул садиться страшно, потому что они, видимо, сделаны из золота.

– Блин, я просто принесла примерить, даже на цену не смотрела.

Мы посмеялись, хотя я понимал, что эта семья могла позволить себе такие штаны, так как стоимость одежды, которую они себе набрали, равнялась стоимости трёхгодичной оплаты коммунальных услуг за мою квартиру.

Через мгновение дочь принесла мне другой вариант, который тоже выглядел хорошо, но уже не так, как те штаны, оказавшиеся мне не по карману. Они сидели хорошо, но всё же не то… Из-за этого сравнения я уже решил не покупать их и сходить в обычный магазин, чтобы найти себе что-то подобное, но вдруг вспомнил глаза консультантов, увидевших меня, и понял, что точно куплю эти штаны. Пусть они и не так хороши, как предыдущий вариант, но всё-таки красивые. Правда, стоили они тоже недёшево.

Я планировал оставить в магазине не больше 17 000 рублей. К слову, кофта, которую я выбрал, стоила 16 500, но в результате уже готовился отдать на кассу 43 тысячи. На тот момент это была моя месячная зарплата. Я откладывал эти деньги на чёрный день и не думал, что так глупо их потрачу. Идя к кассе, я пытался сделать вид, словно эта покупка меня никак не тяготит. Когда семья пробивала вещи, я постоянно смотрел на цену, высвечивающуюся на экране, и думал, что в скором времени добьюсь того же. Также я начал обдумывать, как теперь прожить до зарплаты на деньги, которые у меня останутся. Сразу вспомнил «Бойцовский клуб»: «Люди – рабы своих вещей».

Когда вся их одежда на кассе была пробита, у них попросили дисконтную карту. Женщина сказала, что забыла о ней, и принялась искать карту в кошельке. Через какое-то время она всё-таки нашла её и подала кассиру. Карта дала 10 % скидки на покупку. Мужчина оплатил вещи и предложил мне воспользоваться их картой. Я, недолго думая, согласился, так как скидка в 4000 рублей мне очень помогла бы. Карта была чёрного цвета. На ней белыми буквами было написано название магазина, и ниже надпись, которая обозначала, что владелец такой карты является VIP-клиентом. Мне пробивают вещи, и я вижу цену в 43 500 тысячи рублей. Я жду, когда проведут картой в терминале, чтобы поскорее оплатить свою покупку, потому что уже начал жалеть о ней. Спустить столько денег только ради того, чтобы доказать консультантам, что я могу позволить себе дорогие вещи, – высший уровень дебилизма с моей стороны. Я хотел лишь купить понравившуюся мне кофту, которую действительно мог себе позволить, хоть и надевал бы её лишь по праздникам, а в итоге спускаю сейчас все свои отложенные деньги.

Когда провели картой по терминалу, то не высветилась скидка в 10 % и цена. Не изменилось вообще ничего. Кассир посмотрела на экран монитора и говорит:

– Это ваша пятидесятая покупка.

– И? ответил мужчина.

– Каждая пятидесятая покупка наших VIP-клиентов оплачивается магазином.

– То есть?

– Все товары, которые приобрёл молодой человек, ему предоставляются бесплатно, так как это пятидесятая покупка по вашей карте.

Мужчина улыбается, поворачивается ко мне и говорит:

– Ого, ну поздравляю вас. Вот как удачно вы зашли!

Я стоял с широко открытыми глазами, пребывая в шоке. Тут женщина с иронией спросила:

– Раз так, можно всё сбросить и набрать молодому человеку новых вещей?

– Нет, это будет 51-я покупка.

– Ладно, мы уже торопимся, так что давайте нашу карту. А тебя парень я ещё раз поздравляю.

Я чувствовал себя неловко из-за того, что отнял у них возможность бесплатно одеться.

– Если хотите, я могу вам отдать деньги, которые должен был сейчас заплатить. Мне очень неудо…

– Молодой человек, не несите ерунды, успокойтесь. Лучше бы порадовались тому, что всё так здорово получилось.

И ведь по ним действительно было видно, что они искренне за меня рады и не чувствуют никакой обиды.

– Всего вам хорошего, было очень приятно пообщаться, – сказал мне на прощание мужчина.

– И вам всего хорошего. Спасибо большое и извини…

– Если вы ещё раз извинитесь, то я действительно потребую с вас деньги.

– Уговорили, больше не буду. До свидания.

– Надеюсь, что до встречи, потому что вы очень приятный молодой человек.

Это было последнее, что сказал мне тот мужчина. Вслед за ним со мной одновременно попрощались жена и дочь, а после они удалились, а я остался стоять с двумя пакетами, в одной лежала черная кофта, а в другом – штаны, за которые не заплатил ни копейки.

Как сейчас помню, что это было в четверг 4 ноября 2021 года. Если верить нумерологии, то для меня в тот день должна была посетить двукратная удача. Всё так и произошло. Но в тот день мной овладело сожаление из-за того, что я всё-таки не решился взять те дорогие штаны, которые так понравились. Правда, я быстро отбросил эти мысли и задумался над тем, что вообще со мной случилось за то время, пока я находился в этом магазине. Это было похоже на маленькую голливудскую историю об удаче, сопутствующей людям в тот момент, когда они этого совершенно не ожидают и думают, что уже все проиграли, прямо как я, стоящий на кассе и ругающий себя за то, что повёлся на эмоции, решил что-то доказать консультантам и потратить весь свой бюджет. А уже через мгновение все эти вещи достались мне бесплатно, а еще я провёл время с замечательными людьми, с которыми, скорее всего, больше никогда не встречусь. Если не выберусь из коматоза, тогда точно их не увижу.

Я выбрал несколько вариантов, с которых решил начинать, чтобы всё-таки постараться разгадать шифр в штрихкоде. Первый: штрихкод – это последовательность дат, которые мне предстоит записать в блокнот. Видимо, в эти даты в моей жизни произошло что-то важное, то есть оно должно появиться в блокноте. И если представить, что я всё-таки прав, то, вспомнив каждую из дат, я смогу найти ответ, как выбраться из коматоза. Правда, сейчас я не могу понять, что именно это за даты.

Если придерживаться этой версии, то первая дата – это 10-й день какого-то месяца и года. Перебирая в своей голове, какой именно это мог быть день, я так и не нашел ответа. Чисел было очень много, к тому же их нужно правильно распределить, ведь после 10 идёт 39642 и так далее.

Ещё можно рассмотреть вариант, что тут зашифрованы не только даты, но и месяцы, однако с ними тоже жуткая неразбериха. Например, вначале идет 10-е число 3-го месяца. Тогда потом нужно брать 9-е и 6-е? Весь сегодняшний день я выписывал разные последовательности чисел, рассчитывая, что это поможет мне увидеть общую картинку, но только сильнее запутался.

Вот четыре варианта, которые я нашёл. Второй и четвёртый сразу отпадают, так как у числа 5 нет завершения. С первым и третьим всё так же не понятно, потому что там разница лишь в первом числе, а я не представляю, что это могут быть за числа.

Еще я выписал последовательности таким образом, чтобы первое число означало не дату, а месяц, но так писать не принято, поэтому данный вариант пришлось отбросить.

Искал разгадку целый день, но пришёл лишь к тому, что каждые 20 минут мне необходима новая порция горячего чая с сигаретой. К тому же я не знаю, какие годы надо рассматривать, чтобы не ошибиться с выбором дат. Конечно же, с месяцами мне надо всего перебрать каждое 10 марта за всю мою жизнь, правда, от этого легче не становится.

Может, эти даты вообще не связаны с реальностью и коматозом. А что, если эти числа мне только предстоит прожить? Стало совсем паршиво. Исходя из этого, последняя дата в коматозе должна быть 2 мая. Но какой год? К тому же ждать ещё год мне совсем не хочется.

У меня такое чувство, будто я слишком зациклился на датах, но развернуть свои догадки в другом направлении пока не могу. Поэтому я решил попробовать просто дождаться 10-го или 1-го марта, надеясь, что это мне поможет. Посмотрю, что в эти даты со мной произойдёт, а потом запишу в блокнот. До 10 марта осталось совсем немного, но если в этот день не произойдёт ничего особенного, то проводить оставшуюся треть месяца в ожидании 1-го числа будет для меня мучением. Я уже предвкушаю это состояние, будто я пахал на работе без выходных больше месяца и теперь жду этот заветный выходной, до которого остались считаные дни. Или парень, проходящий срочную службу в армии, который каждый день предвкушает свой дембель.

В одних из своих прошлых записей я писал, что научился жить настоящим. Так вот, кажется, я забыл, что это такое. В ожидании этих дат мне придётся опять вспоминать, как это делать. Даже сейчас я не могу думать ни о чём другом. Хотелось бы хоть на мгновение забыть, что скоро меня ждет потенциальный день Х, но ничего не выходит. Я попытался расписать то, чем занимался днём, кроме решения ребуса со штрихкодом, но всё было безуспешно. Проблема в том, что я не могу ускорить течение времени в коматозе. Когда я жил один, с этим было всё гораздо проще, потому что я мог купить очередную порцию наркотиков и спиртного, с которыми дни пролетали незаметно. Но теперь я живу с родителями, к тому же меньше чем через месяц мне исполнится 16 лет, хотя должно было 30.

8 сентября – последний день в реальности. День рождения у меня 18 февраля. Между 18 февраля и 8 сентября 202 дня. В году 365 дней, следовательно, до дня рождения мне осталось 163 дня. С 8 сентября моя жизнь повернулась в обратную сторону, поэтому оставшиеся 163 дня надо отсчитывать с 8 сентября, только в противоположном направлении.

Вспомнил интересный факт: 8 сентября 2022 года – четверг, а я уже писал выше, что этот день недели для меня особенный. Чёртова магия чисел! Получается, что мой новый день рождения теперь 29 марта.

Я по своей натуре такой человек, который во всём любит искать закономерности. 29 марта день рождения моей племянницы. Хоть это и мелочь, но что-то в этом всё же есть.

Эти вычисления помогли немного забыться. Теперь меня не так сильно душит ожидание. Нужно что-нибудь придумать, чтобы скоротать время. Можно попробовать организовать ещё одну тусовку. Букмекерские конторы – такая интересная вещь, что ставить может абсолютно каждый, даже если ему нет 18 лет, поэтому можно посмотреть результаты матчей в эти дни и завтра на них поставить, чтобы поднять немного денег и оплатить пьянку. Последние две так сильно втянули меня в атмосферу подростковых посиделок, что я вновь ими проникся. Да, именно так и сделаю.

День прошёл быстро. Я даже как-то особо не думал о предстоящем 10 марта. Сегодня воскресенье, поэтому проснулся я поздно и с немного тяжёлой головой. В реальности 12 марта я выпивал, поэтому мне даже не приходится ничего организовывать, так как всё уже сделали за меня. Завтра я буду пить не за свой счёт, ведь у моего товарища, который до этого постоянно покупал нам выпивку, день рождения. Я совершенно забыл об этом, пусть в школе часто говорили о какой-то тусовке, на который я был. Проснувшись сегодня утром, я сразу увидел кучу сообщений на своей страничке в соцсети, где в диалогах мелькали то фотографии, то вопросы, как я добрался до дома. Видимо, выпил я много.

Когда я просматривал фотографии, в голове возникли кадры того вечера, который выдался достаточно хорошим. Благодаря этому весь сегодняшний день я особо не думал о 10 марта, предвкушая вечер 12-го.

Я вспомнил, что домой решил идти пешком. Видимо, хотел сэкономить деньги, вот только не могу понять для чего. Может, я просто захотел прогуляться, потому что на улице стояла замечательная погода.

Начало весны – это время, когда ещё ничего не начинает таять, но погода держится на комфортной уровне, не опускаясь ниже 15 градусов со знаком «минус». Под ногами лежит хрустящий белый снег, а воздух пусть и отдаёт морозом, но совсем чуть-чуть, от чего на улице очень комфортно находиться. Вдыхая воздух, ощущаешь приятный холодок, который предвещает наступление весны, когда вся растительность на улице начнет издавать еле уловимый аромат перерождения природы.

Посмотрев в окно, я понял, что сегодня обязан выйти на улицу и прогуляться. Быстро позавтракал и почти сразу начал одеваться. Потом около 5 минут выбирал песню, с которой начну свой сегодняшний маршрут. Мне нужна была композиция, которая, играя в наушниках при выходе на улицу, отразит все мои эмоции.

Выбор пал на песню «Реки любви», которую исполняет группа БИ-2. На очереди плейлисте стоял «Сплин» с композицией «Новые люди», дальше – BrainStorm с треком «Ты не один», а добить себя я захотел песней «Молитва» всё той же БИ-2.

Даже сейчас, когда вспоминаю эту прогулку, в моей груди будто наполняется мыльный пузырь, в котором находятся все положительные эмоции, получаемые человеком от обыденных на первый взгляд вещей. Этот пузырь вот-вот должен лопнуть, чтобы я вновь испытал всё то, что было днём ранее.

Я шёл по городу и вдыхал аромат приближающейся весны, правда, в коматозе для меня она становилась всё дальше. Я словно слился с обстановкой моего родного города и стал его частью, которая впитала так много историй его коренных жителей и гостей. Я будто ощущал, как частичка каждого человека, проходившего в том же месте, касается меня, желая поведать свою историю. Я представлял, как здесь 5, 10, 20 и 40 лет назад проходил человек, у которого были свои переживания и мысли, мечты и цели. После опыта употребления наркотиков я могу сказать, что ни одно из самых сильных веществ не сможет повторить эти чувства, ощутить которые можно лишь в тот момент, когда ты кристально чист.

Когда я прошёл чуть больше половины города, а он был довольно маленьким, поэтому на это ушло не больше часа, то заметил, как перед моими глазами всё чаще начинают появляться белые кристаллики, которые принято называть снегом. Вот такие моменты и позволяют насладиться временем, которое ты проводишь здесь и сейчас. Становится плевать на то, что было раньше и что ещё предстоит. На мой лоб упала снежинка, и я понимаю, что больше никогда именно она не упадет в эту часть моего тела с такой же скоростью и не повторит то же прикосновение. Справа от меня проезжает красная легковушка, которая больше не встретится мне именно на этом месте, в это же время и в этот же день.

Я до последнего пытался продлить этот момент, но, к сожалению, всё хорошее имеет свойство кончаться, иначе оно не было бы таким хорошим. Человек практически сразу привыкает к чему-то, так как все мы – прекрасные приспособленцы, поэтому и ценим эти мимолётные фрагменты своей жизни, когда чувствуем себя счастливыми.

Когда я пришёл домой, мной овладело похмелье, которое приходит всегда, когда ты испытываешь что-то подобное. Всё становится каким-то серым, а ещё проблемы, о которых ты забыл, снова начинают возвращаться к тебе. И лишь теперь ты уверен, что эти проблемы решаемы, нужно запастись терпением и действительно хотеть с ними разобраться.

Я решил поесть, а потом почитать. К сожалению, все книги, которые у меня были, я уже прочёл в реальности. Правда, есть одно произведение, которое я готов перечитывать бесконечно. Думаю, что если бы каждый человек на планете решил прочитать эту книгу, то мир бы точно стал на порядок лучше. Я говорю про произведение «Маленький принц», написанное Антуаном де Сент-Экзюпери. Пусть оно совсем небольшое и время, которое ты на него тратишь, не превышает полтора часа, но в нём смысла гораздо больше, чем в 90 % книг толщиной более 500 страниц.

На часах уже около 10 вечера. За сегодня я зашел на просторы интернета лишь дважды: когда утром проверял сообщения в соцсети, а потом – когда искал нужные мне песни. Я понимаю, что интернет стал для человечества неотъемлемой частью жизни, но мне даже как-то грустно из-за того, что так много простых радостей он отнял. Теперь мы не ждём случайных встреч с людьми, так как можем найти подходящего по интересам человека в интернете за полчаса. Не ждём ту самую любовь, встречающуюся нам лишь однажды, так как можем найти её, полистав соцсети. Не договариваемся о встрече с близкими людьми, так как можем увидеть, позвонив по видео. Про утраченную магию писем даже говорить не приходится. Только письма передавали частичку души человека, а теперь мы можем довольствоваться лишь ежеминутными уведомлениями, которые приходят из многочисленных чатов.

Изливаю душу и вспоминаю одну из своих мыслей, которая ко мне пришла в реальности в возрасте 21 года. Единственный человек, который сможет тебя понять и по-настоящему выслушать, который на всю твою ложь станет сразу давать понять, что ты его обманываешь, который будет говорить всю правду в лоб, даже если ты попытаешься от неё спрятаться, находится напротив тебя, когда ты смотришь в зеркало. Твой самый лучший друг – это ты сам. Главное – не пытаться заглушить своё «Я» в страхе от разъедающей тебя правды, в противном случае можно потерять себя. Сам себя никогда не обманешь, можешь лишь заглушить, но тогда тебя постигнет участь большинства людей, продолжающих жить, словно они роботы, которые смазывают свои шестерёнки маленькими материальными победами.

Есть такая фраза: «Всё, что можно купить за деньги, заведомо дёшево». Я не помню, кто это сказал, но именно эта фраза с каждым годом становится актуальнее, так как, к сожалению, мы всё чаще встречаем людей, потерявших себя в попытках приобрести больше материального, чем духовного. Я заметил, что с каждым годом средний возраст людей, потерявших себя, становится всё меньше, то есть даже дети уже не смогут пережить искренние моменты радости, когда мама, идя с работы, купит шоколадку.

Мы теряем себя, перестаём быть людьми и становимся машинами. Мы боимся признать свои недостатки, терзания и проблемы, чтобы поскорее убежать от них, спрятаться, уйти, не пытаясь разобраться в том, что нам на самом деле нужно.

Прописывая каждую букву выше, я понимаю, что нашёл ещё одного столь близкого мне друга, который меня выслушивает и принимает таким, какой я есть. Он запоминает абсолютно всё, а если надо, напоминает о чём-то важном, что я мог забыть. Именно блокнот дал мне надежду, помог разобраться в себе и продолжает мотивировать меня повторять, что всё не зря, что всё идёт так, как должно идти, и что всё это когда-нибудь закончится. Он дал то, чего у меня не было за эти 6 лет, и я очень надеюсь, что, когда я вернусь в реальность, блокнот останется со мной.

Я уже говорил, вчера был день рождения моего знакомого, который до этого дня без особых проблем соглашался на то, чтобы купить алкоголь. Теперь ему снова 17, и мне на будущее нужно искать нового человека, который согласится на то, чтобы пойти в магазин и приобрести там спиртное. Только сегодня утром я по-настоящему осознал, насколько это большая проблема, так как других совершеннолетних знакомых у меня нет. Конечно, никто не запрещает покупать выпивку в ограбленном мной ларьке, но качество продаваемой там продукции оставляет желать лучшего, поэтому рисковать я не хочу.

Сегодня весь день меня доставали расспросами, что я буду пить на дне рождения. Я же, вспомнив всё то, что мы выпили, решил предостеречь остальных и себя самого от отвратительного алкоголя, сказал, чтобы ни в коем случае не покупали виски с кричащим названием «God among whiskey», так как это был самый отвратительный напиток, который я когда-либо пробовал. Ближе к концу вечера мы просто оставили полбутылки этого виски, так как пить его попросту уже не могли.

Вообще вечер был довольно посредственным, но лишь до определённого момента. Когда мы собрались, кто-то сразу стал пить крепкий алкоголь, а кто-то решил начать с пива или вина. Я был в числе тех, кто стал вливать в себя виски.

Нас было шестеро. Если не считать меня, то за столом сидели мой одноклассник Матвей, который в то утро после выпускного потревожил меня на качелях; сам именинник Илья; его одноклассник Лёша; подруги Ильи из другой школы Таня и Лиза.

Сначала чувствовалась напряжённость, так как никто не был знаком с Таней и Лизой, кроме Ильи. Они добрую половину вечера просидели молча и только изредка напоминали о себе, когда вставляли слово в наш разговор. Таня говорила достаточно остроумно, а вот Лиза отвечала невпопад. В итоге, когда все уже были под градусом, Таня начала шутить и дискутировать, а Лиза молчала и пила из своего бокала красное вино.

Мы собрались в 6 вечера, а уже в 9 Лиза заявила, что вызывает такси и уезжает домой. Ради приличия её попытались отговорить, но без особого энтузиазма. Илья, в свою очередь, всё сильнее настаивал на том, чтобы она так рано не уезжала, потому что у него на неё, видимо, были планы. Но старания не увенчались успехом, и уже в 21:10 Илья закрыл входную дверь за Лизой. Она была такой серой, что, ещё когда это происходило в реальности, я уже через месяц забыл, как она выглядит.

К 21:30 я уже сидел вплотную с Таней, с которой в общении не было абсолютно проблем. Она мне очень понравилась, поэтому я решил попробовать сегодня сделать так, чтобы одна из комнат квартиры, в которой мы оказались, досталась нам. Как же всё-таки легко общаться с девушками, имея такой опыт за плечами. Они будто чувствовали, что я не тот, за кого себя выдавал, поэтому и тянулись ко мне. При этом в реальности у меня тоже никогда не было проблем в общении со сверстницами, но то, как я мог буквально за час расположить к себе практически любую девушку до 18 лет, меня даже поражало.

Таня была из тех девушек, чьё телосложение не подходило ни под какие каноны об идеальном теле. Она не казалась толстой, но была достаточно крупной и притягивающей к себе. Что-то особенное в ней цепляло, особенно формы. Заметно, что она заботится о своём теле, несмотря на крупное телосложение. Мы сидели на уголке дивана. Я уловил сладкий аромат ее волос, который становился ещё слаще с каждой новой порцией алкоголя.

К 11 ночи музыка стихла, и мы принялись вести задушевные разговоры. Таня, полулёжа на мне, не особо участвовала в дискуссии. Мне тоже было не сильно интересно, поэтому я решил, что с минуты на минуту скажу, что пойду спать и заберу с собой Таню. В реальности в этот вечер я ушёл домой, но сегодня отпросился у мамы переночевать в квартире, где мы отмечали.

Накатили воспоминания. Тогда был примерно тот же сценарий, вот только Таня где-то в 11 как раз собиралась домой. Потом уехал Лёша, а мы с Матвеем и Ильёй остались втроём и что-то горячо обсуждали. По-моему, это была религия. Если ваш вечер близится к концу, но вам хочется его продолжить, заведите разговор о боге или политике. Не могу ручаться, что разговор будет приятным, но вечер вы точно продлите.

Я не заметил, как Лёша оделся и уже прощался с нами. Посмотрев на время, я увидел, что минутная стрелка приближается к 6, то есть прошло уже полчаса с того момента, как я решил с минуты на минуту уйти в другую комнату с Таней.

Мы попрощались с Лёшей. Я только собирался сказать Матвею и Илье, что пойду спать, как они начали обсуждать настолько интересную для меня тему, что она полностью завладела моим вниманием. Переключение от Тани к этому разговору произошло так быстро, что все мои мысли до этого момента будто бы отформатировались, и теперь я был готов лишь к тому, чтобы обсуждать с ними то, как мы будем жить дальше. Только проблема была в том, что я уже знал, что их ждёт в ближайшие 6 лет.

Илья стал рассказывать о том, куда планирует поступать этим летом. Он хотел стать инженером-нефтяником. К этой мечте Илья действительно стремился: практически каждый день ходил к репетиторам в надежде, что они ему помогут хорошо подготовиться к экзаменам, на которых он сможет набрать хороший балл, чтобы поступить в университет.

Матвей говорил, что мечтает стать хирургом и регулярно штудирует учебники по медицине. До экзаменов оставалось ещё полтора года, но он уже ходил на подготовительные курсы и каждый день решал тесты, надеясь, что это поможет ему набрать хороший вступительный балл.

А я даже в реальности не прилагал особых усилий и уже готовился к тому, что поступлю туда, куда меня возьмут. У меня не было особого стремления к высшему образованию, так как я особо не видел себя в чём-то одном, поэтому и не хотел привязываться к одной профессии.

Потом ребята стали рассуждать о жизни после университета и о том, как они будут хорошо жить, потому что добьются того, чего так сильно хотели.

– Ведь у нас в стране постоянно проводят обучение по обмену. Я вот планирую на 2-м или 3-м курсе попробовать поучиться в Германии. Уже почитал об этом и понял, что особых проблем возникнуть не должно. Правда, нужно будет учить немецкий, но этим я займусь в универе, – сказал Матвей.

– А я уже представляю, как стану дипломированным инженером-нефтяником и приеду на один из промыслов по добыче нефти. У нас в стране эта сфера ещё долгие годы будет востребована, к тому же деньги инженеры получают хорошие, – продолжил разговор Илья.

– Слушай, если я буду хирургом с немецким образованием, то с деньгами у меня тоже проблем не будет. А главное – мне это нравится. Я почти каждый день читаю о чём-то новом в сфере медицины, особенно о хирургии. Знаете, когда я читаю про очередную операцию, то так сильно погружаюсь во всё это, будто это не научная, а художественная литература.

– А вот я люблю представлять, как в сильный мороз в какой-то пустоши, где покров снега доходит до линии горизонта, а вокруг больше ничего, я стою и разбираюсь с одной нефтяных вышек. Самое интересное, что до некоторых нельзя доехать или долететь, поэтому рабочие просят местных жителей довезти их туда на оленьей упряжке. В этом есть какая-то романтика, когда ты находишься вдали от цивилизации и понимаешь, что на нашей планете ещё есть нетронутая природа.

– А я хочу стать не обычным, а нейрохирургом. Если не знали, это тот, кто проводит операции на головном мозге. Это очень сложные операции, поэтому такие хирурги больше всего ценятся. Из-за этого я хочу поехать в Германию, потому что там лучшая в мире подготовка в этой области. К тому же жизнь в Европе меня всегда вдохновляла.

Они не замолкали ни на минуту, а я с грустью слушал все их мечты и уже знал, что ни одна из них не воплотилась в жизнь. Конечно, может быть, я не успел дожить в реальности до того момента, когда хотя бы один из них всё-таки реализует свою мечту, но что-то мне подсказывает, что этого так и не случилось.

Илья не поступил, куда хотел. Ему пришлось учиться на электрика в области нефтедобычи. В итоге у него пропало стремление, а потом в начале 4-го курса он провёл вечер с девушкой, на которой пришлось через 3 месяца жениться, потому что она после той ночи забеременела. Он вернулся с ней в наш родной город и устроился штатным электриком в одну из компаний, где о тех самых мечтах про выезды на край нашей необъятной страны к одинокой нефтяной вышке пришлось попрощаться.

Матвей плохо сдал экзамены, после чего поступил на химика-технолога. Он хотел попробовать после первого семестра перевестись на хирурга в другой университет, но у него ничего не вышло. О Германии он тоже забыл и после завершения университета не стал заниматься химией. В результате открыл сервис по ремонту автомобилей.

А ведь сколько ещё таких историй я могу вспомнить. Вадим в итоге отчислился с выпускного курса, так как его достала вся суть современных реалий высшего образования. Я и сам не нашёл того, чем бы в итоге хотел заниматься в жизни. Все наши мечты в 99 % случаев разбиваются вдребезги о реалии этого мира, который каждый день подбрасывает нам новые вызовы и проверяет нас на прочность.

Когда их разговоры о целях в жизни подошли к концу, Таня уже спала, а я, слушая всё это, пытался утихомирить свой меланхоличный пыл, потому что не мог равнодушно смотреть на то, как они мечтают, зная, что все их мечты не осуществятся. Я пытался не выдавать свои чувства и подыгрывал им, улыбаясь, правда, во мне сидела такая сильная тоска, что я, недолго думая, вставил наушники в уши и направился домой, хотя меня уговаривали остаться.

И вот я точно так же, как и 12 лет назад, иду по ночному городу и слушаю песни, обдумывая всё то, что за вечер услышал, и в лишний раз убеждаюсь, что из коматоза надо выбираться, причем как можно быстрее.

Завтра 10-е марта. Надеюсь, что мне не придётся ждать 1-го числа и я хоть что-то смогу выяснить. Пока что я нахожусь в предвкушении, которое охватывает человека в ночь перед чем-то важным. Попробую поскорее уснуть, потому что лежать всю ночь в раздумьях – перспектива не из лучших.

Сегодня четверг, мой любимый день недели, поэтому я уже настроен оптимистично. Мама разбудила меня в школу, и я решил сразу написать несколько строчек перед тем, как отправиться на учёбу. Заснул я быстро, что уже огромный плюс. Самое главное, что, как бы я ни надеялся на то, что смогу уснуть быстро, всё моё рациональное мышление твердило: у тебя ничего не выйдет. А в итоге всё получилось.

По дороге в школу мою голову захлестнули мысли о коматозе, но такие, будто я с ним в скором времени должен попрощаться. Мы шли в школу с Вадимом, но я его особо и не слушал, так как был погружён в воспоминания, которые связаны у меня с самыми важными и яркими моментами этого мира. Это продолжилось и на первом уроке. Самое интересное, я прислушивался к каждому сказанному слову своих одноклассников, будто бы ждал, что из их уст вырвется подсказка, которая поможет мне выбраться отсюда. Весь первый урок я, не отрываясь ни на секунду, вслушивался в сказанное учителем, потому что и здесь искал знаки. Я всё время цеплялся к фразам, которые вообще не имели никакого смысла в моих реалиях, но из-за того, что я себя накрутил, мне казалось, что обычное повествование о теореме Пифагора объяснит мне, как вернуться в реальность.

Правда, ко второму уроку этот пыл погас. Мне захотелось что-нибудь написать, и если в этот день мне было суждено найти ответ, как выбраться из коматоза, то он ко мне обязательно придёт. Поэтому я перестал накручивать себя и второй урок посвятил вот этим строчкам на новой странице блокнота.

Вспоминаю свою квартиру, в которой жил, когда всё только началось. Прошло уже 6 лет, а я всё так же отчётливо помню абсолютно каждый уголок. А сейчас эта квартира принадлежит какой-то семье, потому что родители купили её только в 2017 году, как раз перед моим поступлением в университет.

Дальше в голове вспыли кадры первого суицида, период с 2021 по 2019 год, несколько вечеров с девушкой из театра, ночь с Аней, дни, проведённые с той самой, а также бесчисленное множество пьянок и трипов в то время, когда моя жизнь повернулась в обратную сторону. Все эти воспоминания проносятся так быстро, словно этот период продолжается не 6 лет, а всего несколько недель. Будто Вселенная решила организовать мне самый сумасшедший из всех видов отдыхов.

Хотел бы сейчас вернулся в квартиру хотя бы на пару дней. Такое чувство, что это скоро должно случиться. А если в реальности всё начнётся не 9 сентября 2022 года, а с завтрашнего дня? Тогда придётся снова переживать всё прожитое мной уже несколько раз. Это, конечно, здорово, но если всё же есть какое-то высшее существо, которое мы привыкли называть богом, то пускай он сделает так, что мне не придётся вновь прожить те дни, в которых я был буквально пару недель назад.

После написанного о боге вспомнил, как весной 2022-го в коматозе пошёл молиться в церковь, надеясь, что поставленная свечка сможет что-то исправить. Самое смешное, что я атеист. Мне тогда настолько всё осточертело, что я даже на один день ударился в веру. Это был мой первый и пока что последний поход в церковь.

Прошла половина дня, а я так и не обнаружил ничего интересного. Уже начинаю подозревать, что мои догадки потихоньку канут в лету. Но судить пока рано, к тому же у меня ещё достаточно времени, чтобы найти что-то интересное.

После школы я решил немного прогуляться. В текстах песен, на лицах прохожих, на зданиях и машинах, на снегу, в небе – я везде пытался найти какой-то сигнал. Каждый раз, открывая очередное сообщение в соцсетях, ждал, что мне напишут что-то, что поможет выбраться из коматоза. Это уже стало походить на безумие, потому что в один из моментов во время прогулки я заметил, что каждые 2 секунды верчу головой как сумасшедший, заостряя взгляд на людях, проходящих мимо меня, а они, замечая это, смотрели на меня как на идиота.

Чем-то напоминает маниакальное расстройство. После того, как я сделал прошлую запись, продолжал искать подсказки и тайные смыслы абсолютно во всём. Слова матери, лента в соцсетях, шоу по ТВ, которые смотрят мои родители, даже голоса прохожих, которые я слышу из окна квартиры. Абсолютно на всём я заостряю внимание и пытаюсь найти хоть какую-нибудь подсказку. Я стал нервным, поэтому пару раз успел нахамить матери, за что уже извинился. На часах 10 вечера, а я хочу крушить всё вокруг и одновременно уткнуться в плечо мамы, чтобы плакать без остановки. Это ведь не связано с тем, что я так и не смог ничего найти, просто маниакальность сегодня меня довела.

Я безумно люблю книги. Если люди относятся к иконам, крестам, Библии как к чему-то святому, то я так отношусь к книгам. Когда я беру в руки одно из любимых произведений, всё моё тело начинает покрываться мурашками. Книга – это одно из немногих явлений, которое позволяет вырваться из реалий современного мира и окунуться туда, где я физически не могу находиться. К тому же именно в книгах я могу почерпнуть какие-то уроки и советы, а ещё я могу излить ей свою душу, проживая какой-нибудь близкий мне момент вместе с героями произведения. Когда я уезжал из своего родного города и прощался с той самой, мне идеально подошла книга Хемингуэя «По ком звонит колокол». Когда в реальности у меня возникли трудности в общении с родителями, как под заказ, я взял с полки «Жутко громко и запредельно близко» Джонатана Сафрана Фоера, а когда у меня было чувство, что весь мир повернулся ко мне задницей, я начал читать «Алхимик» Пауло Коэльо. Спустя годы к этой книге я начал относиться негативно, но в тот момент она мне очень помогла. Именно книги всегда становились для меня лекарством, помогавшим справляться с трудностями.

Самое главное – книга должна быть напечатана, я должен держать в руках этот маленький мирок, существующий на 300–400 страницах. Никаких электронных вариантов, только печатные.

К чему я об этом заговорил. Когда я написал прошлую часть, мой гнев превысил все допустимые пределы, мне захотелось что-то испортить. Наверное, у всех бывало такое чувство, а для личного антидепрессанта люди обычно выбирают подушки, которые можно бить так сильно, как только захочется. Мой взгляд упал на книгу. Словно дожидаясь своего часа, на моём столе лежал «Алхимик», которого я приобрёл летом 2015 года. Тем же летом я его прочёл. Хотя с того момента прошло уже почти 13 лет, воспоминания об эмоциях после прочтения всё ещё живы.

Пока я делал записи в блокноте, заметил такую особенность: никогда нельзя планировать то, что ты напишешь и сколько, потому что когда ты начинаешь писать, то перестаёшь себя контролировать и выливаешь на листы абсолютно всё, что сидит в твоей голове. «Алхимик» для меня стал своеобразным суррогатом счастья. Прочитав эту книгу, я был словно под каким-то дурманом несколько дней и смотрел на мир через розовые очки. Но когда мои эмоции отступили, тогда начался один из самых неприятных моментов в моей жизни. Именно в этом промежутке я стал негативно относиться к «Алхимику».

Лично для меня всё, чему учит это произведение, – человек может делать необдуманные поступки, веря в то, что у него всё получится, не прилагая особых усилий, так как Вселенная поможет и подскажет, как действовать дальше. Эта книга словно наркотик, дающий тебе веру во что-то лучшее, а потом разбивающий её вдребезги о реалии этого мира.

«Алхимик» вводит читателя в состояние, в котором он искренне верит в то, что сможет жить счастливо, просто плывя по течению, и всё к нему придёт, нужно только верить в это. Как по мне, «Алхимик» – это банальность, поданная под соусом чего-то умного и великого. Эта книга одурманивает лишь на время, а потом всё это разбивается на миллиарды крошечных осколков.

Смотрю на «Алхимика», испытывая к нему и любовь, и ненависть. Беру книгу в руки и начинаю вырывать из нее страницы. Для многих успокоением является избитая подушка, но для меня в тот момент этой подушкой стала книга. Я начал всё быстрее вырывать страницы, комкать их и разрывать, как вдруг обнаружил, что плачу.

Как же часто я стал плакать в коматозе.

И вот от книги осталась лишь нетронутая обложка, которую я тоже потом разорвал. Теперь я понимаю, что на самом деле эта книга сделала то, что я ей до сих пор не могу простить. Я ей доверился, а она швырнула мне в лицо горсть одурманивающей пыли, которая развеялась и оставила меня один на один с этим суровым миром. Я в это поверил и был за это наказан. Вырывая каждую страницу, я будто бы прощался со своими надеждами, что Вселенная всё-таки знает чуточку больше меня и всё, что со мной происходит, не случайно.

Вокруг меня множество разорванных листов, на которых встречаются слова, представлявшие собой части большого произведения. Я сижу, словно изнасилованный миром посреди ошмётков «Алхимика». Из моих рук словно пропали все мышцы и нет сил даже убрать этот бардак.

День подошёл к концу, а я так и не нашёл ничего стоящего. Ждать 1-го марта? А может, и оно пройдёт по тому же сценарию? Да пошло всё к чёрту! Я как-то писал, что давненько не совершал суицид, сегодня подходящий случай вспомнить, что я испытываю во время того, как с каждой новой каплей крови из моих вен меня покидают силы.

Уже набрал ванную и положил рядом нож. Безумно захотелось взять все разорванные мной листы книги с собой. Я уже бросил их в ванную, и вот в воде плавают смятые комки, среди которых сохранилась часть обложки с названием, написанным красивым шрифтом. Кинематографично будет лечь в ванную и испачкать своей кровью всё написанное когда-то Пауло Коэльо. А потом в одной из многочисленных Вселенных, где в этот момент жизнь снова пойдёт в правильном порядке, родители наутро обнаружат мое тело и окрашенные в красный цвет частички произведения, которое любят миллионы людей.

Я решил не идти в школу, потому что уже знал, что ничего интересного меня там не ждёт. Захотелось посидеть в парке. Подождал, когда откроются первые кафе, сделал несколько ставок, чтобы заработать денег, и вот уже сижу жду, пока мне принесут порцию роллов темпура вместе с супом том-ям.

Забавный факт, вроде как я проживаю тот же день, что и вчера, но у меня такое чувство, будто погода и обстановка на улице изменились. Возможно, это банальное самовнушение, или дело в том, что вчера в это время я был в школе, или из-за моего вечернего эмоционального расстройства сегодня я начал смотреть на мир немного другими глазами. Станет понятнее, когда после обеда я, как и вчера, пойду гулять по городу. Если в этот момент стану замечать изменения, то это будет неплохой повод, чтобы задуматься.

Всё те же улицы, та же погода и музыка, но обстановка другая. Да, что-то точно изменилось, но что именно? Кажется, что это моё настроение. Ведь я с этим уже столько раз сталкивался, когда пытался один день прожить несколько раз. Видимо сейчас произошло то же самое.

Сейчас сижу дома и понимаю, что тут находиться мне совершенно не хочется. Решил позвонить Вадиму.

ЭТО ЧТО ЗА ХЕРНЯ!

ЧТО ВООБЩЕ, ЧЁРТ ВОЗЬМИ, ПРОИЗОШЛО!

Встретиться с Вадимом мне не удалось. Сейчас я немного переварил то, что случилось, и, как мне кажется, могу нормально рассуждать. Надо описать подробно всё, что случилось, может быть, смогу обнаружить ещё что-нибудь интересное.

Я уже нажал на вызов, когда повернул голову на стол, где лежат мои книги, и обнаружил, что «Алхимика» там нет. Несколько секунд я был в ступоре, пока не очнулся от начавшихся гудков в трубке. Я сразу же сбросил вызов и подбежал к столу, чтобы попытаться найти «Алхимика». Не обнаружив книгу, я позвонил маме, которая работала в дневную смену, так как подумал, что это она взяла её. Однако мои догадки не подтвердились. Думать, что книгу взял папа, не было и смысла, так как у него на работе не было и свободной минуты.

Я снова перерыл всю квартиру в попытках найти «Алхимика», но всё безуспешно. И тут на меня нахлынул истерический смех. Я сидел и смеялся как сумасшедший. Что-то произошло, выходящее за грани реальности коматоза, и это меня пугало. Эти 6 с половиной лет научили меня, что всё уничтоженное должно вернуться, и «Алхимик» не должен стать исключением. Но он исчез, словно его никогда и не было.

Позвонил Вадим, но я сказал ему, что не могу сейчас говорить и перезвоню позже. Я просто сидел на кровати и смотрел на стопку книг, думая обо всём и ни о чём. Взял в руки блокнот и начал писать.

Надо разобраться с тем, что это было. Как минимум сегодня вечером нужно проделать все те же вчерашние действия с другой книгой. Да, я в очередной раз проживу 10 марта, но оно того стоит. Хотя, может быть, 9 марта «Алхимик» вернётся? Да, сначала нужно дождаться завтра, проверить, вернётся ли книга, а потом уже разорвать любую другую и закончить день с порезанными венами в ванной.

Всё-таки штрихкод не подвёл, и что-то интересное в этот день произошло. Пазл потихоньку начал складываться. Видимо, мне не придётся ждать 1 марта.

Так, в голове уже слишком много вариантов, но коматоз меня научил не давать себе надежду и не делать поспешных выводов, чтобы потом не разочаровываться.

Нужно прогуляться. Желательно с кем-то, иначе эти мысли не дадут мне покоя. Снова набираю номер Вадима.

Вадим снова начал рассказывать про свои отношения, которые, как я уже знаю, закончатся неудачно. Дослушав то, о чём он мне рассказал, я сорвался и решил высказать ему всё на этот счёт.

– Вот скажи, тебе действительно нравится это говно, которое у вас происходит? И поверь мне, я знаю, что это будет продолжаться как минимум год. Вы так и будете страдать ерундой, а все ваши проблемы станут расти в геометрической прогрессии. Знаешь, есть такое правило: чем дольше мы в отношениях с девушкой, тем сложнее нам потом с ней расстаться. Пойми, что если у вас сейчас такое происходит, то потом будет ещё хуже. Включи наконец-то мозг и расстанься с ней, иначе тебя ждёт такое дерьмо, по сравнению с которым сегодняшние проблемы покажутся пустышкой. Она тебя предаст и изменит…

– С чего ты взял, что она мне изменит? Я уверен, что этого не бу…

– Да потому что я это знаю! Срать я хотел на твою уверенность. Просто послушай меня и запомни всё то, что я говорю. Пусть сегодня ты не будешь принимать никаких радикальных решений, но потом вспомнишь всё то, что я говорил сегодня. Как только произойдёт её первый серьёзный проступок, а это измена, просто забудь про неё и больше никогда с ней не контактируй! А, забыл сказать, что это случится в мае.

– Что ты вообще несёшь?

После этого я начал чувствовать себя идиотом. Мне даже интересно теперь, как повлиял в дальнейшем мой монолог на жизнь Вадима. Я ведь уже знаю, что произойдёт, но если вдруг всё-таки есть Вселенная, где моя жизнь повернётся в обратную сторону именно с этого момента, то что сделает Вадим? Я уверен, что так сразу он её не бросит. А после измены? В реальности он поверил ей и простил, за что, конечно же, успел обосрать себя с ног до головы.

Да, всё-таки поорать на Вадима было хорошей затеей. Теперь мне намного легче. Конечно, я всё равно ненароком посматриваю на стол, но уже не пребываю в таком шоке, не увидев там «Алхимика». Даже ощущаю некую интригу перед завтрашним днём. Кстати, надо посмотреть на штрихкод.

1039642161625 – без изменений.

Самое интересное для меня сейчас – понять, как повернулась жизнь людей в каждой из вариаций Вселенной, когда я менял события в коматозе. То есть как изменилась жизнь Вадима после сегодняшнего или после того, как я ему рассказал о коматозе. А жизнь Андрея после того вечера, когда я попытался рассказать ему, что со мной происходит? А жизнь Ани, той самой, родителей, парня, которого я спас от суицида? Даже несчастных продавщиц, чьи магазины я грабил. Это очень интересно, но и страшно, ведь я точно не хочу знать, как повернулась жизнь людей, которых я убивал в период с 2021 по 2019 год. Нет, всё-таки это будет большим подарком, если, вернувшись в реальность, я не буду знать, к чему привели мои поступки. Пусть лучше это канет в Лету и больше никогда о себе не напомнит.

Ожидание не даёт мне покоя. Пойду налью чашку чая и попытаюсь поскорее уснуть. Самое забавное, что даже завтра мне весь день придётся провести в ожидании возможности разорвать очередную книгу, набрать ванную и порезать вены.

Я говорил, что 9 марта сложится очередной пазл, так вот, я лишь больше запутался. Но обо всём по порядку.

Проснувшись, я сразу посмотрел на стол. «Алхимика» там не было. Это даже добавило мне настроения, так как теперь я точно понял, что его исчезновение – это не случайность, а закономерность. То есть всё произошедшее – не сбой в системе. Увидев, что отец уехал на работу, а мама осталась дома, я понял, что сразу порезать себе вены у меня не выйдет и придётся для начала сходить в школу, а потом ждать, когда родители уснут, и лишь после набрать ванную, лечь в неё, предварительно забросав страницами из книги, и вскрыться. Кстати, мой выбор пал на произведение «Над пропастью во ржи».

Я отсидел все уроки, пару раз отличился своими ответами на истории, так как после школы заинтересовался ей, поэтому мог блеснуть умом перед одноклассниками и учительницей. После школы я пошёл в тренажёрный зал, а потом на тренировку по баскетболу. В общем, решил полностью забить свой день, чтобы не было времени на терзания себя в ожидании предстоящего вечера. С тренировки я вернулся в районе 11 вечера. Мама уже приготовила ужин, за что я был ей безмерно благодарен. Поел и сказал, что хочу принять ванну. Она же заявила, что пойдёт спать, так как завтра рано вставать на работу. В момент, когда я набирал ванну, на меня нахлынуло такое сильное волнение, что мои руки начали дрожать. Я сходил в комнату, чтобы взять «Над пропастью во ржи», но, открыв её, решил, что хочу другую книгу. Выбор пал на «Морфий» Булгакова. По-моему, она будет отличным спутником во время суицида.

Чтобы не нарушить последовательность действий, я стал вырывать страницы из книги и комкать их. Я изувечил всю книгу, собрал оставшиеся от неё части и бросил их в ванну. Отправился на кухню, взял нож и лег в горячую воду. Я пролежал около 10 минут, хотел насладиться моментом, которого ждал целый день, после чего провёл ножом по венам своей левой руки. За эти годы я научился это делать так ловко, что от момента пореза до смерти проходит около трёх минут, хотя в самом начале на это требовалось все 20.

Вижу, что струи крови медленно окрашивают воду в красный цвет, и моё расслабление через несколько мгновений достигает высшего уровня. Я закрываю глаза и уже предвкушаю, как наутро не обнаружу «Морфий» на столе. Перед этим я подумал, что если блокнот – это вся моя жизнь в коматозе, то я смогу вернуться в реальность, если уничтожу его. Можно сказать, что я умру вместе с ним, оставлю воспоминания о здесь, а сам смогу жить нормальной жизнью. Но чтобы убедиться в этом, нужно было проверить, что «Морфий» исчезнет, как это было с «Алхимиком». Главное, чтобы блокнот не пропал, не вернув меня в реальность. Но если получится с «Морфием», то нужно будет проверить свои догадки, прежде чем рвать блокнот на кусочки.

Вновь 9 марта. Я просыпаюсь всё на том же диване и смотрю на стол. «Морфия» не видно, но радоваться рано. Я подошёл к столу и начал искать книгу, которая, к моему большому сожалению, как ни в чём не бывало лежала там, где и вчера.

Всё покатилось к чёрту!

С самого утра мне паршиво. В обед стало ещё хуже. К вечеру я был морально опустошён. Только ближе к ночи я смог вновь более-менее здраво рассуждать.

Можно попробовать проделать то же самое с блокнотом. Почему бы и нет? Но тогда вопрос: почему исчез «Алхимик», а «Морфий» нет? Блокнот не должен пропасть наутро. А если исчезнет, а я не вернусь в реальность, то тогда делать? Я ведь потеряю своего единственного спутника. К тому же в нём скрыты подсказки, которые должны помочь мне выбраться из коматоза.

А если блокнот останется, то всё равно это будет тупик. Почему исчез именно «Алхимик»?

Голова сейчас взорвётся. Столько вопросов и догадок, всё чаще всплывает какой-то бред, который даже недостоин того, чтобы о нём задумываться, но из-за своего состояния я всё больше раскручиваю идиотские мысли, приходящие в голову.

Что делать? Снова смотреть в штрихкод и надеяться, что там что-то поменялось? Я уже так делал сегодня, и из этого ничего не вышло. Следить за числами, среди которых я смог разобрать смысл лишь первых трёх, – задача достаточно бредовая. К тому же я не уверен, что действительно разобрал этот ребус. Возможно, исчезновение «Алхимика» 10 марта было простым совпадением, но в коматозе я перестал в них верить.

ТВОЮ МАТЬ! ЧТО МНЕ ДЕЛАТЬ?

К чёрту, попробую разорвать блокн…

Нет, я не могу. Слишком сильно боюсь его потерять. Да, он уже несколько раз воскресал. Но если именно после сегодняшней ночи он не вернётся? Вдруг погружение в горячую воду вперемешку с моей кровью окажется для него смертельным? К тому же я до сих пор не разгадал смысл последующих цифр…

Ладно, сначала надо разобраться с шифром, а потом уже предпринимать что-то радикальное. А ещё 1 марта может что-то означать.

Надо идти спать, а то в моей голове сейчас столько мусора, что я уже не могу нормально думать. Завтра продолжу искать ответы.

Ничего не изменилось. Слишком много догадок, и ни одна меня не зацепила. Пока что я останавливаюсь на одном: это даты, которые мне ещё стоит прожить. Допустим, что 10 марта было одним из тех числе, которое есть в штрихкоде, тогда…

Мне нужно дожить в коматозе до 2 мая 2015 года? К чёрту! Я не собираюсь ещё почти целый год жизни провести здесь. Да и что меня может ждать в следующие 5 дат? Так, 10 марта исчез «Алхимик», а 21 августа что произойдёт?

Вдобавок к 2 мая 2015 года мой блокнот превратится в настоящий роман-эпопею. Он и так уже стал раз в много раз больше своего первоначального объёма. Если раньше я мог поместить его во внутренний карман своей куртки, то теперь из-за постоянно добавляющихся листов это невозможно.

Мне нужно отдохнуть, чтобы хоть немного отвлечься от мыслей о коматозе.

Снова пьянка? Не хочу. Если продолжу так каждый раз отвлекаться от решения возвращения в реальность, то останусь в коматозе навсегда. Надо с этим заканчивать.

Может, попросить у кого-нибудь помощи? Хотя вариантов-то у меня мало, придётся снова рассказать Вадиму обо всём. Но как это преподнести? Сказать, что не могу придумать решение шифра в своей недописанной книге? Показать ему текст, кратко ввести в суть и попросить помочь мне придумать решение?

Или рассказать правду? Тогда и у него будет больше мотивации. Если ему станет неинтересно придумывать пока несуществующую разгадку для нынешнего шифра, то особой помощи я так и не дождусь, что вполне логично, потому что люди, к сожалению, устроены так, что не могут выкладываться полностью, если им это неинтересно. Вдруг он поверит? Тогда точно не станет решать эту задачку для галочки.

Уже вечер, ничего путного за сегодня я не сделал, поэтому завтра надо встретиться с Вадимом и показать ему блокнот. Только если в прошлый раз, когда я это сделал, чтобы всё прочитать, ему потребовалось меньше получаса, то сейчас на это уйдёт несколько часов.

Да, завтра всё расскажу. Если не поверит, попытаюсь на следующий день. У меня нет другого выбора, потому что один я не справляюсь. Нужна помощь, тем более у Вадима на такие задачки голова работает точно лучше моей.

После школы мы с Вадимом пошли к нему домой, потому что я сказал, что есть очень важное дело, которое надо срочно решить без посторонних ушей. Почему именно в его квартире? Потому что у меня дома была мама, а у него никого, то есть мы могли наедине обсудить всё, что меня так сильно волновало. Мы пришли, заварили чай, сели за стол, и я достал из рюкзака блокнот, положив его прямо перед Вадимом. В голове пока не было мыслей, что ему сказать, поэтому решил импровизировать.

– Это что?

– Блокнот.

– Я вижу, что не кружка. Зачем ты его достал?

– Даже не знаю, с чего именно начать. Короче, ты прочти первые 10–15 страниц, чтобы вообще понять суть.

– Ой, не хочу я читать. Лучше расскажи.

– Нет, прочитай!

– Это ты писал?

– Да.

– И это так важно? Просто меня за сегодня…

– Да, это важно! Нужно именно прочитать. Я же тебя не заставляю читать всё, а буквально первые 20 страниц.

– Так, ты говорил, 10 или 15.

– Сколько хочешь, столько и прочти.

– Ладно, давай. Показывай, что там у тебя.

Я открываю блокнот на первой странице и жду, пока он прочитает. Как минимум он должен дочитать до нашего разговора, который состоялся 2 сентября, когда я ему обо всём рассказал.

Начинаю замечать, как от отрешённого взгляда Вадима ничего не осталось, теперь он искренне заинтересован написанным. Видимо, дошёл до нашего разговора.

Когда Вадим отложил блокнот, я увидел, что дочитал он до 29 августа 2016. Пару раз он отрывался от текста и пытался расспросить меня, но я его сразу перебивал и говорил, чтобы сначала дочитал, а потом спрашивал.

– Так, это интересно. И сколько уже ты пише…

– Всё это правда.

– Что, прости?

– Всё написанное правда.

– Ага, да, хватит вра…

– Послушай, сейчас расскажу, в чём суть.

Я кратко пересказал Вадиму всю мою историю в коматозе, его правила и то, как пытаюсь выбраться из него. Для пущего эффекта я рассказал несколько фактов о его семье, которые узнал, когда мне было около 20 лет, так как раньше он это от меня скрывал. Потом показал главы со штрихкодом и мои записи, сделанные 10 марта. Вадим сидел с каменным лицом и пытался обдумать всё сказанное мной.

– И вот теперь я хочу попросить у тебя помощи, потому что, кроме мусора, в моей голове больше ничего нет. Может быть, хотя бы ты найдёшь что-то стоящее.

После моих слов Вадим примерно полминуты сидел молча, а потом сказал:

– Знаешь, может быть, это самовнушение или ещё что-то, но, когда я читал главу, где ты мне рассказываешь о коматозе, я будто испытывал дежавю. Словно мне это снилось.

– Ты сейчас серьёзно?

– Да. Когда я читал, то сначала подумал, что это просто так хорошо подано, что я настолько поверил в написанное, но когда ты мне рассказывал, что это всё происходит на самом деле, то я понял, что всё время, пока читал главу про себя, будто окунулся в забытый мной сон.

В этот момент во мне проснулась надежда, что он серьёзно отнесётся к моей просьбе и сегодня мы найдём что-нибудь стоящее.

– Так, ладно, я сейчас не буду спорить о том, правда это или нет, об этом позже. Показывай, что ты там нашёл.

Я показал взаимосвязь чисел ИНН и ОГРНИП с написанными мной датами, штрихкод и все догадки по нему. Для достоверности я перевернул блокнот и показал ему обратную сторону, где были напечатаны все числа. К тому же блокнота такой толщины в мире не встретишь, поэтому его вера в то, что я говорю правду, лишь усилилась. Конечно, я потратил много времени, чтобы рассказать Вадиму обо всём, поэтому у нас осталось лишь 2 часа до прихода его родителей с работы.

Вадим выписал все вариации штрихкода себе на листок и стал внимательно в них всматриваться.

Потом выписал все числа.

Примерно 10 минут он сидел молча, записывая на лист числа и пытаясь найти новые варианты составления дат. Я тоже взял лист в попытках начти что-то стоящее, но уже через 2 минуты обнаружил, что просто вырисовываю ручкой абстрактные узоры, потому что думать совершенно не мог. К тому же от всех этих чисел меня уже начинало подташнивать.

– Так, смотри, если рассуждать логически, то 10 марта – не случайность, потому что в этот день логика коматоза сломалась, и книга исчезла, хотя должна была вернуться 9 марта. Я всё правильно понимаю?

– Да, ведь в реальности 9 марта книга существовала.

– Значит, это единственное твоё действие за 6 с половиной лет, которое изменило будущее, не считая блокнот.

– Я даже не задумывался об этом. Получается, что так.

– Тогда, возможно, это даты, в которые твои поступки влияют на будущее.

– Нет, потому что в эти даты до этого момента я совершал поступки, которые никак не отражались на следующем дне.

– Например?

– Убивал человека, который на следующий день оказывался живым.

– Убивал?

– Давай потом об этом.

– Когда потом? По логике – завтра или вчера, ну, ты понял, что я имею в виду.

– Да.

– Так вот, я вообще не буду знать обо всём, что произошло.

– Вечером расскажу.

– Ладно.

– И что ты хочешь сказать?

– Ну, уже ничего, потому что моя единственная догадка отпадает, если раньше в эти даты твои поступки ни к чему не приводили на следующий день.

– Так, может они начнут давать о себе знать потом?

– Нет, это похоже на бред.

– Почему? Если мы рассматриваем вариант, что отсчёт начался с того, как я начал писать в блокноте.

– И?

– Тогда, может быть, я просто не замечал каких-нибудь последствий совершаемых мной поступков в эти даты.

– То есть ты имеешь в виду, что тебе не придётся ждать условного 19 августа, так как ты его уже прожил и результат этого дня уже имеет какой-то итог?

– Дай мне блокнот, сейчас посмотрю, может, что вспомню.

Я стал пролистывать свои записи в попытках вспомнить, как прошли дни под нужными мне датами из штрихкода в этом году, но ничего не обнаружил. Все мои действия ни к чему не привели.

– Ничего. Не было никаких последствий на следующий день.

– Ладно, дай мне блокнот, ещё что-нибудь попытаюсь найти.

Когда Вадим листал блокнот, я испытывал странное чувство. Мне не хотелось, чтобы он к нему прикасался, словно для меня блокнот стал чем-то святым. Он – очень важная часть меня, к которой может прикасаться только её владелец. Словно Вадим копался в моей личной жизни, отчего мне стало паршиво. Я с нетерпением ждал, когда он наконец-то отложит блокнот и можно будет спрятать его в свой рюкзак.

– Что ты ищешь?

– Подожди.

Он остановился на одной из страниц, потом перевёл взгляд на числа, после перевернул страницу и проделал то же самое.

– Что?

– Возможно, числа штрихкода – это не даты, а определённая нумерация слов.

А вот это уже идея. В мою голову она так ни разу и не пришла. Эта мысль показалось самой стоящей из тех, которые ко мне когда-либо приходили. Я тут же в голове поблагодарил самого себя за то, что всё-таки решил попросить помощи у Вадима.

– Ну и как?

– Пока ничего. Трудность заключается в том, что неизвестно, какие именно страницы нужны. К тому же неясно, что конкретно искать: может, это не нумерация слов, а страниц или строк. Слишком мало информации.

Я подсел ближе к Вадиму, взял лист и тоже принялся искать нужные слова и строки согласно цифрам штрихкода. Получилась полная ерунда. Никакой логической связи между ними не было, поэтому через час мы всё бросили, просто сидели и рассматривали исписанные листы с предложениями, которые были похожи на попытки сумасшедшего что-то донести до окружающих.

В основном мы изучали записи, сделанные 10 марта, а также того 10 марта, которое наступило после суицида. Вот, что у нас получились:

Знал решил утром как не как утром в я так утром идти;

Знал несколько ли с супом там кафе меня;

Я сегодня и поэтому недели четверг недели и любимый так недели и мой;

Я на скором не разбудила тем мама.

Какая-то бессмыслица! Было ещё порядка 10 вариантов, но там примерно то же самое, что и в четырёх предложениях, если их вообще можно назвать предложениями.

– Слушай, у меня сейчас родители придут, давай пойдём.

– Куда?

– Да хрен знает.

– Придумал. Я могу взять ключи от папиного гаража, там можно посидеть и продолжить.

– Идеальное место для решения задач, от которых зависит твоя жизнь.

– Да пошёл ты. Лучшего варианта у нас все равно нет. Ладно, сейчас я поем, и пойдём.

– Хорошо, мне тоже поесть надо.

Через 20 минут мы стояли на улице. До гаража было идти не больше 10 минут, и это время мы забили моими рассказами о коматозе. Как раз во время этой короткой прогулки я поведал Вадиму о периоде с 2021 по 2019 годы.

Гараж был небольшим – бетонная коробка, оборудованная печкой, площадью около 15 квадратных метров. Мы сели за стол, который соорудил мой папа. На нём он обычно готовил снасти для рыбалки.

– Вариант со словами отпадает, – сказал Вадим.

– Видимо, хотя идея хорошая.

– Да, только мы не подумали, что это нелогично, если в штрихкоде есть одно число с датой, а остальные оказываются нумерацией слов в отдельных предложениях.

– То есть ты вообще сейчас не хочешь рассматривать этот вариант?

– Пока нет. Нужно подумать ещё.

Мы снова начали перебирать вариации назначения чисел, пока у нас совсем не поплыли мозги. В итоге около получаса мы потратили на решение задачи, а потом где-то 2 часа говорили о коматозе, пока нескончаемые звонки родителей не заставили нас пойти домой.

– Ты мне веришь?

– Сомнения ещё, конечно, есть, потому что в такое поверить очень сложно. Но ты уж слишком уверенно рассказывал обо всём, поэтом я сейчас даже почти не сомневаюсь в том, что это правда.

– Хотя бы это радует.

– Смотри, завтра опять сделай всё то же самое, расскажи мне, о чём уже удалось узнать. А если вдруг я не буду тебе верить, то вот тебе интересный факт, который ещё не рассказывал. 5 марта мы узнали, что у одной из моих бабушек рак. Расскажи мне об этом, думаю, должно помочь меня убедить.

– Неплохая задумка. Хорошо.

– Но если всё это время ты меня обманывал, то поверь, когда ты мне в этом признаешься, наша встреча окажется последней, потому что я тебя убью.

– Не переживай, не убьёшь. Да и завтра я, скорее всего, уже ничего не буду помнить.

– Отлично, а мне как с этим жить?

– Ну, а вот это уже не мои проблемы.

– Да пошёл ты. Лучше бы вообще ничего не рассказывал. Хотя бы уснуть после такого уже будет огромным достижением.

– А если серьёзно, то спасибо тебе большое.

– Повторяю, пошёл ты куда подальше.

Мы постояли ещё немного возле дома и разошлись. Когда я пришёл домой, то внутри ощутил небольшую надежду, потому что всё-таки удалось сдвинуться с мёртвой точки. Вадим строчил мне сообщения, в которых были расспросы и очередные догадки. На них я отвечал без особого энтузиазма, потому что идеи были глупые, а на очередные расспросы отвечать не хотелось. Всё равно завтра он не будет ни о чём помнить. Придется повторять сегодняшний сценарий, возможно, получится продвинуться чуть дальше и стать на шаг ближе к разгадке.

Коматоз разрушается. Все его принципы постепенно летят в бездну, значит, я на верном пути. Сначала «Алхимик», а теперь это. Я проснулся из-за телефонного звонка. На другом конце провода был Вадим.

– Аллё.

– Я всё помню.

– Что? Не понял.

– Я помню всё, что было вчера. Твой блокнот, штрихкод, гараж, абсолютно всё.

– В смысле? Это невозможно!

– Ну, значит, возможно.

– Так, давай через 30 минут на улице.

– Давай.

Мы вышли на улицу, и Вадим с обезумевшим взглядом посмотрел на меня.

– Какого чёрта? Что это такое?

– Так, успокойся. Я сейчас удивлён не меньше тебя.

– Значит, всё, что ты говорил, действительно правда! Ты вообще понимаешь, что происходит?

– Я же об этом и писал.

– Давай без сарказма. Что могло случиться?!

– Для начала успокойся. Через 2 часа родители уедут к друзьям, поэтому сможем пойти ко мне и всё обсудить. Давай пока прогуляемся.

Вадим молча развернулся и пошёл.

Я снова кратко поведал ему правила коматоза. Пытался держаться и выражать спокойствие, хотя внутри меня всё бушевало. Это не могло быть правдой. Не может случиться так, что теперь и Вадим живёт в коматозе. Я был в шоке, но не подавал вида, чтобы не сеять панику.

– Подожди, ты сказал, что всё, нами сделанное, исчезает. Так?

– Да. Это касается всего.

– Тогда смотри.

Вадим показывает мне свою ладонь, на которой ручкой была нарисована звезда.

– Это что?

– Я нарисовал звезду вчера вечером перед сном. Мне всё это казалось нереальным, поэтому я решил её нарисовать, чтобы на следующий день убедиться, что это был не сон. По правилам коматоза звезды сегодня быть не должно, верно?

– Да.

– Тогда какого чёрта она до сих пор на моей ладони?

– Что-то меняется. Видимо, коматоз ломается, потому что вся его система начала сбоить. Сначала блокнот, потом книга, теперь ты и твоя звезда.

– И что это может значить?

– Понятия не имею! Могу сказать лишь одно: сейчас я смотрю на мир как на компьютерную игру, в которую попал какой-то вирус. Все реалии коматоза ломаются. Я 6 с половиной лет прожил в мире, который теперь на моих глазах рушится. Я впервые за все эти годы могу поговорить с человеком о том, что мы обсуждали вчера!

Теперь это происходило не только со мной, но и с Вадимом. Мы так эмоционально это обсуждали, что некоторые прохожие стали на нас косо посматривать.

Через 2 часа я открыл двери своей квартиры. Сделал чай, мы сели за кухонный стол, положив перед собой две тетради для записей и блокнот.

– Видимо, я всё ближе подхожу к разгадке, поэтому постепенно коматоз начинает разрушаться, и вот почему ты теперь тоже начал жить в обратную сторону, поэтому звезда на твоей руке осталась.

– Хорошо, а если это не так, то есть я вместе с тобой останусь в коматозе?

– Невозможно.

– Почему?

– Сам подумай, за последние 5 дней реалии этих 6 с половиной лет были разрушены. Коматоз умирает, а я всё ближе подбираюсь к разгадке. Нужно искать решение и выбираться отсюда, потому что выход точно есть, и, видимо, вчера мы к нему подошли очень близко.

– Ладно, у меня сейчас в голове столько мыслей и страхов, что лучше отвлечься. Давай искать что-нибудь интересное.

Мы снова принялись штудировать блокнот от корки до корки. Пытались подставить цифры под различные слова и предложения, найти взаимосвязь между числами и датами, и даже после очередной неудачи у нас складывалось такое ощущение, что мы вот-вот найдем правильный ответ, что он лежит где-то на поверхности, надо лишь присмотреться получше.

– Может, всё-таки попробовать проделать с блокнотом то же самое, что с «Алхимиком»?

– Нет, Вадим. Слишком опасно. Представь, что блокнот исчезнет, а я останусь здесь. Тогда я уничтожу единственную зацепку.

– Хорошо, давай поищем в блокноте записи о нём, попробуем сопоставить их с числами, может быть, из этого что-то выйдет.

– И как ты себе представляешь?

– Надо выписать все твои цитаты и рассуждения о блокноте, а дальше искать закономерность между числами в штрихкоде и записями.

– Можно попробовать, но я не уверен, что это поможет.

– Давай попробуем. Всё равно других вариантов у нас нет.

– Хорошо, давай.

Нам потребовалось 2 часа, чтобы выписать более 20 цитат о блокноте и расписать множество вариантов предложений, среди которых мы не нашли ничего путного, как и в прошлый раз.

– Твою мать! – заорал Вадим, вскочив из-за стола.

– Чего ты кричишь?

– А ты сам подумай? Я вообще не должен здесь находиться. Ты приходишь ко мне, рассказываешь какие-то бредни о коматозе и жизни в обратную сторону, о его правилах, а потом я просыпаюсь на утро и вижу, что сейчас не 8 марта, а 6-е. То есть тоже оказываюсь в коматозе. И вот теперь ты мне говоришь, что сегодня два главных правила коматоза куда-то испарились: что все наши поступки не остаются в истории, потому что мы каждый раз просыпаемся на день раньше, а ещё каким-то чудесным образом я запомнил всё, что ты мне говорил. Вот ты твердишь, что живёшь так уже 6 с половиной лет, а если из-за тебя мне теперь придётся жить в коматозе?

– Вадим, успокойся, я сам ничего пока не понимаю. Послушай, нужно…

– Что нужно? Вот что? Посмотри, сколько мы всего уже сделали. Что нам это дало?

– Да заткнись ты! То, что ты сейчас будешь скулить, как собака, нам не поможет! Подумай сам, если бы мои действия ни к чему не приводили, то ты не стоял бы сейчас передо мной, помня всё, что было вчера. Всё-таки результат есть. Чтобы окончательно со всем разобраться, нужно найти ответ, а не ныть и сраться друг с другом. Чем тебе поможет то, что ты на меня орёшь? Ничем!

В таком тоне мы проговорили ещё 20 минут, пока оба не выдохлись. Повисло молчание, которое нарушил Вадим.

– Ладно, давай думать. Если сейчас найдём ответ, то всё это должно закончиться.

– Это до тебя я и пытался донести.

– Да пошёл ты!

Мы так и не нашли ничего путного, поэтому перед самым приездом родителей решили прогуляться. По дороге обсуждали возможные решения проблемы, и Вадим подкинул такую интересную идею.

– Смотри, есть такая последовательность: 10.03 – 9.06 – 4.02–16.01 – 6.02 – 5.

– Ну.

– А если оставшаяся пятерка – это завтрашний день. Ну то есть 5 марта.

– Но там же не отмечен месяц.

– И что теперь? Сам же сказал, что в коматозе появляются ошибки.

– Так, ладно, и?

– Завтра должно произойти что-то такое, что должно помочь решить проблему и выбраться.

– Как 10 марта?

– Именно.

Мы решили дождаться завтра, поэтому в оставшееся у нас время я рассказывал Вадиму о реалиях коматоза. После я немного поведал ему о будущем, о том, что его ждёт. Я скрыл некоторые факты, чтобы не вводить его в ступор, потому что будущее тем и прекрасно, что оно нам неизвестно. На прощание у нас состоялся забавный диалог.

– Ну что, до завтра? – сказал я.

– Получается, что так. По ходу, в этом дерьме я теперь погряз вместе с тобой.

– Да ладно, завтра всё станет яснее. Давай пока рассчитывать, что завтра произойдёт что-то значимое.

– Что, например?

– Не знаю. Может, весь мир погрузится в коматоз.

– Нет, нахер это. Тогда на планете случится анархия.

– Да я же шучу.

Сейчас пишу и думаю, как на написанное отреагирует Вадим, потому что теперь он тоже сможет это прочесть. Хотя плевать, он тот человек, которому я могу рассказать всё.

Сегодня весь день меня не покидало чувство, что он будто стал частью того мира, в котором можно находиться лишь мне. Проснулось глупое чувство собственности, ведь какой бы коматоз ни был ужасный, но до сегодняшнего дня он принадлежал только мне. Никто и не подозревал, что такое вообще может произойти, а теперь Вадим погряз в этом вместе со мной.

Я так привык, что мои действия ни к чему не приводят, что теперь начал задумываться о своих поступках. Но даже несмотря на то, что я написал выше, всё равно сложно написать в блокнот всё, что я думаю, потому что уже знаю, что это прочтёт Вадим.

Сегодня я вынес, возможно, один из главных уроков за эти 6 с половиной лет – коматоз уязвим. Можно свергать его правила и диктовать свои. Значит, отсюда точно есть выход, надо лишь дождаться завтра. Может, мы ошиблись и завтрашний день не будет отличаться от других, но всё же какие-то изменения есть, а это огромный шаг к тому, чтобы вернуться в реальность.

Раз Вадим теперь всё запоминает и завтра это прочтёт, то вот тебе послание. Ты уже достал строчить сообщения. Звук уведомлений мне осточертел. И не надо звонить по сто раз, если я не отвечаю. Я понимаю, что сегодняшний день для тебя – открытие, но нельзя же меня так сильно этим доставать. Вот ты, читая всё это, просто вспомни вопросы, которые тебя интересуют, задай их, и я обязательно отвечу. Но, когда мы расходимся по домам, пожалуйста, не трогай меня.

Моё вчерашнее послание было бессмысленным. Когда я проснулся, то сразу написал Вадиму.

– Ну, какие ощущения перед сегодняшним днём?

– Ты о чём?

Если опустить всю ненормативную лексику, вырвавшуюся из моего рта, то итог будет следующий: Вадим снова ничего не помнит. Точнее, всё вернулось на круги своя, и он опять живёт в реальности, а вот я до сих пор нахожусь в коматозе.

Настроение было испорчено с самого утра, потому что ещё вчера мы были так близки к разгадке, а сегодня от этого ничего не осталось, потому что Вадим всё забыл.

Всё, что я вчера писал про то, как Вадим ворвался в мой мир и начал владеть чем-то для меня сакральным, хотелось стереть в надежде, что благодаря этому он вновь вернётся в коматоз и сможет помочь мне из него выбраться. Я чувствовал себя виноватым в том, что Вадим выпал из коматоза, будто Вселенная услышала меня и решила исправить это. В голове снова возникла цитата из «Мастера и Маргариты»:

Понадеявшись, что сегодняшний день преподнесёт мне что-то особенное, я обнаружил, что так ни разу и не вышел из своей квартиры, выключив телефон, потому что не хотел ни с кем общаться, особенно с Вадимом, так как после вчерашнего это было бы странно. Мной овладела хандра из-за того, что все рассказы и мысли, которые я пытался донести до Вадима вчера, сегодня не имели никакого значения, потому что их для него не было. В какой-то момент я начал задумываться, что это был сон, очень хороший сон, который закончился так жестоко, что теперь мне придётся ещё несколько дней выходить из апатии.

Вот интересная параллель. Сидит на привязи возле будки собака, которая прожила так всю жизнь. Она зависит от человека, потому что не может даже отойти от своей конуры, чтобы найти еду. Каждый день она ждёт, чтобы хозяин приносил ей миску с похлёбкой. В какой-то момент хозяин умирает, и собака сидит на привязи день, два, три, а еду никто не приносит, а она скованна металлической цепью, привязанной с одной стороны к ошейнику, а с другой к будке. На четвёртый день, когда собака перестает верить в то, что сможет поесть, птица, пролетающая над её головой, роняет кусочек мяса, который падает прямо перед мордой. Несколько секунд собака удивительно смотрит на еду, потому что не верит, что вот так из ниоткуда ей достался маленький кусочек еды. Она встаёт на свои обессилевшие от недоедания лапы, идет к мясу, а когда до него остаётся один-два шага, цепь натягивается и не позволяет достать до кусочка. Собака не отчаивается и решается опуститься на живот, чтобы своим длинным языком попытаться дотянуться до еды. Это удается сделать, но пока только кончиком языка. Она всё с большим желанием и рвением начинает облизывать этот кусочек и уже искренне верит в то, что вот-вот сможет полакомиться, но вдруг появляется птица, уронившая свою добычу, и возвращает её себе.

Никто не может сказать, найдёт ли кто-то эту собаку и накормит. Ей же остаётся лишь надеяться, что в скором времени один из местных жителей обнаружит её и спасёт, в противном случае ей придётся дальше сидеть на привязи и дожидаться голодной смерти, вспоминая тот кусочек мяса, который был на самом кончике её языка.

Время уже близится к полуночи, а я за сегодня ничего не сделал, только в очередной раз проклял коматоз, задумался о суициде и пару раз испытал тошноту при виде блокнота. То есть ничего путного я провернуть не смог, следовательно, потратил ещё один день впустую. А ещё я ощутил полную безысходность.

Только сейчас более-менее начал приходить в себя. Даже попытался подумать над тем, что делать дальше.

Мысль, чтобы разорвать блокнот и вместе с ним суициднуться, приходит ко мне всё чаще. А ещё я вспоминаю свою квартиру, в которой прожил все свои студенческие годы и год работы в издании. В ней начался коматоз и произошёл первый суицид. Сейчас она принадлежит какой-то семье, у которой в дальнейшем мои родители её и купят. Да, я по ней скучаю, особенно по своей ванной, потому что именно она была для меня самым уютным местом в квартире.

Жизнь такая интересная штука, потому что все наши желания спустя время превращаются в недостатки, а столь надоевшие вещи – в моменты, о которых ты начинаешь мечтать. Например, когда я жил в Курске, то постоянно вспоминал свой родной город, где прошло детство. Я почти каждый день думал о нём и мечтал, что хоть на недельку смогу вернуться в ту самую квартиру, где мне приходилось делать уроки и мириться с мыслями о неразделённой подростковой любви. А теперь, когда судьба предоставила мне такую возможность, я вспоминаю свою квартиру в Курске и искренне надеюсь ещё хотя бы раз там оказаться, набрать любимую ванну, посмотреть фильм на кровати и покурить на балконе. Со временем мы перестаём ценить по-настоящему дорогие для нас вещи, но, отдалившись от них, всё чаще вспоминаем и скучаем по ним.

Интересно, что, вернувшись в реальность, я столкнусь с тем, что моей квартиры, в которой я провёл свои первые 18 лет, больше нет, потому что тот дом уже снесли. Хотя сейчас я нахожусь в своей комнате и пишу эти строки, то есть пока что квартире ничего не грозит.

И вот теперь думай, то ли я такой сентиментальный дурачок, не знающий, чего он хочет, то ли у каждого человека случается такое, что он начинает что-то ценить лишь в тот момент, когда это потеряет. Сейчас я сижу в комнате, по которой так сильно скучал, но теперь вспоминаю квартиру в Курске, которую в какой-то момент даже ненавидел.

Коматоз помог мне больше разобраться в себе. Например, я понял, что если всё-таки вернусь в реальность, то больше не сунусь в своё издательство. Мне там было комфортно, коллектив тоже был хороший, но они могут идти куда подальше со своей работой. Я почти каждый день делал записи в блокнот и понял, что мне нравится писать, и я буду это делать. Конечно, о карьере писателя я пока что не мечтаю, но что-то в этом есть. А если блокнот сохранится, то первая книга у меня уже будет практически готова.

Самое главное, что я вынес из коматоза, – не жить прошлым, а в реальности я это очень сильно любил. Прошлое тем и прекрасно, что оно больше никогда не повторится, а если в голове людей всплывают прекрасные воспоминания о том, какая хорошая жизнь была раньше, то они просто не понимают, что самое лучшее время не то, что было, а то, что будет. Будущее лучше и приятнее хотя бы из-за того, что мы о нём ничего не знаем. Надо перестать жить тем, что уже прошло, а наслаждаться тем, что есть здесь и сейчас. Например, наконец-то выбросить из головы ту самую.

Самое страшное, что может получить человек, – когда его прошлое становится реальностью. Для этого не обязательно нужен коматоз. Мысли об изменении каких-то своих действий в прошлом могут привести к тому, что человек лишит себя будущего и придёт к застою, в котором уже не сможет понять, почему в его жизни не происходит ничего хорошего. Прошлое как тяжёлая повозка в пустыне, которая набита золотом. В пустыне от повозки нет никакой пользы, она тебя тормозит, и если не отпустить её, то можно сгинуть в одиночестве под палящим солнцем, обнимая это золото. Но если её отпустить, оставить там, в пустыне, и идти свободно, когда тебя ничего не тормозит, то будет гораздо больше шансов добраться до оазиса, в котором человека ждёт столь важный для него глоток воды. В пустыне вода гораздо важнее повозки, пусть она и доверху набита золотом.

Эти философские рассуждения в какой-то степени привели меня в чувство. И как-то всё уже не так дерьмово, да и силы есть на поиски ответов. Штрихкод уже не вызывает тошноту, а только интерес. Видимо, моя мысль, которая посетила меня ещё в реальности, актуальна и в коматозе: «Самый лучший психолог – это ты сам».

Меня разбудил телефонный звонок. Это был Вадим.

– Ты время видел? Нам в школу только через 2 часа.

– Я снова всё помню.

– Чего?

– Не тупи! Блокнот, коматоз, всё.

– Что за ху…

Мы решили не идти в школу и всё обговорить.

– Я просыпаюсь утром, чтобы сходить в туалет, потом пришёл в комнату, посмотрел на время и на дату, вот тут меня будто окатили холодной водой, потому что я вспомнил всё, что было за последние 3 дня. Я не понимаю, почему вчера ничего не помнил, а сегодня снова знаю всё о коматозе. У меня мозг сейчас взорвётся.

– Не у тебя одного.

– Может, ты вчера что-то сделал, и это повлияло?

– В том-то и дело, что вчера не происходило ничего особенного. Из-за того, что вчера ты ничего не помнил, у меня случилась апатия. Я не сделал ничего, кроме записей в блокноте.

– Это очень странно. А ещё вчера звезды на ладони не было, а сегодня она снова появилась.

– То есть она даже не смывается? Она вообще никак не изменилась с того момента, как ты её нарисовал.

– Вообще никак.

– Охренеть!

– Именно!

Мы бродили по городу до 10 утра, пока Вадим не сказал, что у него все ушли, поэтому можно отправиться к нему.

Сев за тот же стол, что и два дня назад, мы принялись обсуждать, почему на один день Вадим снова оказался в реальности, а сегодня опять попал в коматоз.

– Слушай, надо с этим что-то делать, мне это вообще не нравится. Я, конечно, пока лишь второй день здесь, но уже надоедает.

– Вот поживёшь с моё, тогда и поговорим.

– Да пошёл ты.

Я достал блокнот. Вновь проверили штрихкод. Никаких изменений.

– А что, если ты вчера написал что-то особенное?

– В смысле?

– Смотри, 6 марта мы не сделали никакого нового открытия, так?

– Да.

– Поэтому всё постепенно вернулось на круги своя. А вчера ты написал что-то близкое к истине, то есть к решению проблемы, поэтому коматоз снова дал сбой.

– Подожди, а что такого мы сделали 7 марта?

– Ты же всё записывал?

– Ну да.

– Показывай!

Мы начали читать весь расписанный мной день в попытках найти что-то интересное.

– До этого дня ты думал, что штрихкод – это определённые даты.

– Да. Это доказывает и 10 марта.

– Хорошо, а теперь смотри. В этот день я предположил, что штрихкод – это не просто даты, но также нумерация слов в предложениях. Может быть, в этом и дело. Это оказалось правдой, поэтому коматоз на следующий день нарушил свои правила.

– Так, а 6-го числа?

– А в тот день мы просто с тобой о нём говорили и в итоге ни к чему не пришли.

– А 5-го?

– А пятого ты написал что-то такое, что напрямую влияет на выход из коматоза и возвращение в реальность. Может быть, нужно сопоставить числа штрихкода с определёнными словами или предложениями, которые ты написал вчера?

– Похоже на бред.

– А если это не бред! Ничего лучше ты пока предложить не можешь, да и у меня других вариантов нет. Давай попробуем найти закономерность во вчерашних записях и цифрах штрихкода.

– Ладно, давай, хотя я и не уверен, что из этого выйдет что-то дельное.

– А ещё забыл сказать, что ты козёл.

– Почему?

– Иди в жопу со своим обращением! Я и так не понимаю, что происходит, а ты мне ещё высказываешь за то, что я тебе пишу.

– Ааа, ты об этом. Да ладно тебе.

– Ага… Ладно, открывай 5-е число.

Мы около часа штудировали мои записи, пока я не психанул и не решил сходить в магазин за сигаретами. Вадим на это отреагировал не лучшим образом, но мне было плевать, потому что я нуждался в никотине. Я оставил его наедине с блокнотом, хотя у меня было желание забрать его с собой. Я отправился в тот самый ограбленный мной когда-то магазин.

Все мысли были о блокноте. Я почему-то не хотел верить, что шифр скрыт во вчерашних записях. Наверное, потому, что боялся дать себе надежду. Я вспоминал все написанные строчки и искал ответ в тех записях, которые были сделаны до 5 марта. Пытался зацепиться за всё, поэтому ничего не нашел. Обнаружив, что уже стою у входа в магазин, я выключил играющую в наушниках песню и зашёл. Передо мной стояла та продавщица, которая стала моей жертвой во время ограбления. Без особых проблем она продала мне пачку сигарет, и тут в моей голове возникла мысль, что во время ограбления нужно было сказать ей, чтобы она больше никогда не продавала сигареты несовершеннолетним. Правда, это всё равно не имело бы никакого смысла.

Выйдя из магазина, я зашёл за угол и закурил. Сначала испытал сильную горечь во рту, потому что в реальности в это время я ещё не курил. Но после третьей затяжки начал испытывать наслаждение. Словно вместе с дымом из меня выходили переживания и мысли, накопившиеся за это время. Обнаружив, что уголёк начал подступать к фильтру, а от переизбытка никотина моя голова закружилась, я выбросил окурок, включил музыку и пошёл к Вадиму.

Я ничего не ждал, потому что был уверен, что Вадим ничего не найдёт. К тому же я думал, что без меня он не будет разгадывать шифр с особым усердием.

– Ну что, накурился?

– Ага. Ещё одну скурил перед тем, как зайти.

– А как давно ты начал курить?

– В реальности, когда мне стукнуло 18 лет. В свой день рождения. Кстати, ты тоже начинал курить.

– Врёшь!

– Правда. Ты два года курил, но потом бросил.

– Вот идиот.

Я снял куртку и зашёл на кухню, где Вадим, уставившись в блокнот, держал в правой руке ручку, которая находилась прямо над тетрадным листом с записанными предложения. Он сидел и с улыбкой на лице что-то бубнил себе под нос.

– Вот оно.

– Что?

– Я, кажется, нашёл.

– Что нашёл?

– Не тупи, ответ нашёл. Всё сходится.

– Показывай!

Я схватил тетрадь и блокнот. На листе был написан шифр, потом предложения, напротив которых стояла определённая цифра.

– Да подожди, давай я тебе всё покажу.

– Ну.

– Смотри, после твоего отступления, которое начинается фразой «время близится к полуночи», я обнаружил это…

Вадим пальцем показал на составленные им предложения.

– Каждая цифра обозначает определённое слово в одном из абзацев в твоих записях, но при этом я не брал числа 10, 3 и 5 в конце, так как рассмотрел вариант, что они означают даты, то есть 10 и 5 марта. Вот что у меня получилось:

– Нет, не может такого быть. Это обычный подбор слов под цифры. Так можно сделать абсолютно с каждой главой.

– Ты думаешь, что я это не проверил? Я обнаружил это через 5 минут после твоего ухода, а остальное время пытался таким же подбором найти закономерности в других главах, но ничего не вышло. И всё это в маленькой части, где ты вспоминаешь о своей квартире. Больше никаких зацепок.

Я вновь вгляделся в текст, составленный Вадимом, и наконец увидел полное предложение: суицид вместе с блокнотом в своей ванной.

– А ещё, если всё-таки взять 1 и 03, то там получатся: Время (1) близится (03). Тоже достаточно странная закономерность, не находишь?

– Я просто не могу поверить, что всё так просто.

– А ты поверь. Тем более если мы продолжаем говорить о закономерностях, то будет логично, что 5-е число вынесено отдельно, поэтому именно в записях, сделанных в этот день, нужно было искать зацепку. Мне кажется, что это она и есть. То есть правильная последовательность чисел такая: 10.03 – 9–6 – 4 – 21 – 61 – 62 – 5.

– Не верю.

– Да пойми ты, что это единственный вариант из всех, что у нас был. Мы больше не нашли ничего! А тут у тебя есть ответ, пусть даже он тебе кажется простым, но он такой. Всё складывается так, что именно вчера ты должен был сделать эти записи, чтобы сегодня мы в них нашли ответ. К тому же числа 1 и 03, которые составляют предложение «Время близится», тоже не могут быть случайностью.

– А5?

– А5 обозначает, в какой дате искать ответ. Не тупи!

– Как-то всё не складывается.

– Ты начинаешь меня бесить.

– Подожди, дай я пойду покурю. Надо обдумать всё.

– Ну, иди.

Я вышел на улицу и, по сути, ни о чём не думал. Я стоял и периодически смотрел на тлеющий уголёк. Никакие мысли меня не посещали, только после половины выкуренной сигареты во мне начало просыпаться чувство, которое было очень похоже на счастье.

Никотин помог мне успокоился. Когда я зашёл в квартиру, Вадим в очередной раз перепроверял свою теорию.

– Нет, это должно быть так. Я всё сделал правильно.

– Так, ладно, и что мне нужно сделать?

– То же, что и с «Алхимиком», только теперь с блокнотом.

– А фраза «своя ванная»?

– Ну, в главе ты пишешь про ванную в своей квартире. Видимо, речь идёт о той, которую купили родители перед тем, как ты поступил в Курск.

– Да, речь идёт именно о ней.

– Тогда это нужно сделать там.

– Отлично, просто великолепно! Сейчас она нам не принадлежит. К тому же мне придётся за один день добраться до города, который находиться в 3 с половиной тысячах километров отсюда. А если у меня это получится, то попасть в квартиру я точно не смогу. Меня туда никто не пустит.

– Ну, сейчас это единственный из представленных нам вариантов.

– А если не единственный?

– А что ты предлагаешь?

– Попробую сегодня для начала суициднуться, только в своей ванной.

– Так ты же говоришь, что боишься потерять блокнот.

– Боюсь, но буду надеяться, что этого не произойдёт.

– А если произойдет?

– Ну, тогда я в полной жопе.

Мы сидели молча, пока Вадим не нарушил тишину.

– Что будешь делать?

– Хорошо, последовательность слов логична, да и фраза «Время близится» добавляет уверенности, что это может быть правдой. Попробовать стоит. Но как добраться до квартиры за один день? К тому же я подросток. Кто продаст мне билеты на самолёт? А добираться туда нужно только на самолёте, иначе я не успею и отключусь.

– Насколько я знаю, с 16 лет можно самостоятельно покупать билеты и путешествовать без взрослых.

– Ладно, допустим, этот вопрос мы решили. Ещё нужно найти денег и спланировать маршрут так, чтобы как можно скорее оказаться в Курске.

– Это не проблема.

– А где я найду деньги? На билеты нужно минимум 15 тысяч.

– Ты же мне рассказывал, что как-то грабил.

– Я зарёкся, что больше так никогда делать не буду.

– Тогда возьми в заначке у родителей.

– Нет, тогда уж лучше грабану. Не хочу брать у родителей.

– А ставки?

– Слишком много времени пройдёт с момента, пока я поставлю, до того, как выведу выигрыш. Не хочу так рисковать, к тому же в любом случае придётся брать банковскую карту родителей. Видимо, остаётся только ограбить какой-то магазин и сразу после этого купить билеты.

– А когда?

– В ближайшее время. Да хоть завтра, как пойду в школу. Всё равно моё желание подготовиться ко всему заранее можно засунуть куда подальше, потому что заготовки исчезнут с наступлением утра.

– А пробовать сегодня в ванной не будешь?

– Боюсь, что это может привести к исчезновению блокнота.

Всё как в тумане. Мы ещё немного обсудили, как всё провернуть, чтобы за один день успеть найти деньги, купить билеты и добраться до квартиры. Правда, нужно было ещё как-то объяснить её нынешним хозяевам, что мне нужно набрать их ванну, бросить в воду разорванные листы из самого большого в мире блокнота и порезать себе вены. Какая комичная ситуация.

Даже звучит как какое-то сумасшествие. Как это провернуть? К тому же не факт, что нужно сделать именно это.

Суицид вместе блокнот в своей ванной.

Нет, это не похоже на ошибку. А может, мы всё усложнили, и «своя ванна» находится буквально в паре метров от моей комнаты?

Попробовать можно, но это опасно. Как же сложно! Это почти невозможно – за один день ограбить магазин и пролететь на самолёте полстраны. Похоже на какую-то видеоигру.

Всё чаще я поворачиваю голову в сторону ванной. Всё ближе к тому, чтобы попробовать совершить суицид сегодня. Однако всё складывается так, что это не поможет. А ведь действительно, если задуматься, то всё выглядит логично.

10 марта я совершаю суицид вокруг разорванных страниц «Алхимика» и открываю для себя то, что смог его уничтожить. 5 марта я пишу о варианте, что с блокнотом можно совершить то же самое, а потом о своей квартире. Сегодня числа на штрихкоде складываются в предложение, что нужно разорвать блокнот, бросить его в свою ванну и совершить суицид. А сделать это нужно в моей квартире, которая находится в другом городе и пока не принадлежит моей семье.

Всё-таки за эту неделю всё сложилось в единый пазл. Надо лишь только постараться, тогда из этого может хоть что-то выйти.

Мы с Вадимом посмотрели расписание уже прошедших вылетов и поняли, что лучший день, чтобы всё сделать, – завтра, что достаточно иронично, потому что это будет четверг.

Получается, что уже завтра я буду в той самой квартире, где всё началось?

Нужно настроиться на завтрашний день. Но есть ли смысл? Если при неудачном раскладе я всё равно проснусь на день раньше, словно ничего и не было?

Нет, я хочу всё закончить. Это произойдёт завтра. Я надеюсь, я верю…

Проснувшись утром под звон будильника, который сообщил мне, что пора собираться в школу, я тут же вскочил с кровати, быстро позавтракал, положил один из ножей в рюкзак незаметно от мамы и начал одеваться. Когда я вышел на улицу, Вадим уже ждал меня. Перекинувшись с ним парой слов, я понял, что он снова ничего не помнит, но это уже было неважно. Я сказал ему, что сегодня не пойду в школу, после чего направился в сторону магазина.

Через 15 минут я стоял у входа, рядом с которым уже столпились школьники, просившие взрослых купить им сигареты. Пока я шёл, в голове не было ни единой лишней мысли, словно я стал персонажем видеоигры, который запрограммирован на одно действие. Я просчитывал каждый свой шаг, начиная от входа в магазин и заканчивая покупкой билетов на самолёт. Во время завтрака я загрузил приложение по покупке авиабилетов, чтобы проверить, точно ли есть места на запланированные мной рейсы, благодаря которым к вечеру я окажусь в Курске.

Через 20 минут школьников не осталось. Магазин опустел, лишь свет из окон выдавал, что он открыт. Я вышел из-за угла дома, за которым прятался от посторонних глаз, надел на лицо сделанную из шапки маску, надел олимпийку, которая была у меня в рюкзаке, и направился ко входу.

За кассой сидела та продавщица, которая вчера продала мне сигареты, а полгода назад уже была ограблена. Я действовал по тому же сценарию. Быстро перепрыгнул через стеллаж, приставил к её горлу нож, пару раз угрожающим тоном сказал, что мне нужно. Через 3 минуты деньги лежали в кармане. Потом я вспомнил, что мне нужно ещё кое-что.

– Где сигареты?!

– Ч-ч-что?

– Сигареты, дура!

– Т-там, снизу н-на полке.

Я взял две пачки, открыл её ключом запасную дверь и лишь перед самым уходом вспомнил ещё кое о чём.

– Если ещё хоть раз ты продашь сигареты школьнику, я тебе этот нож засуну так глубоко, что врачи не смогут его найти до твоей пенсии. Поняла?

– Я-я…

– Поняла?

– Д-да.

Выйдя из магазина через чёрный вход, я быстро направился к подъезду, где оставил рюкзак вместе с документами и курткой. Быстро переодевшись, я засунул в рюкзак олимпийку, нож и направился в аэропорт. Я решил дойти до него пешком, так как до рейса времени было предостаточно. Я выкурил четыре сигареты, а у входа в аэропорт – пятую. Шёл по короткой дороге через лес, где как раз выкинул олимпийку и нож. Когда до аэропорта осталось не больше 10 минут ходьбы, позвонила мама. Она заявила, что говорила с моей классной руководительницей, которая сказала, что я не явился сегодня в школу. Это странно, потому что за всё время, пока я прогуливал уроки в коматозе, моим родителям ни разу не позвонили, так как в реальности я пусть и был троечником, но имел хорошую репутацию, поэтому на мои прогулы все закрывали глаза. Видимо, сегодня слишком много моих одноклассников решило прогулять первый урок, поэтому классная руководительница взъелась. Я пообещал маме, что сейчас пойду в школу и успею ко второму уроку. Положив трубку, я решил, что сегодня больше не отвечу ни на один её звонок.

Пока я шёл до аэропорта через лес, ощутил практически те же эмоции, которые я испытывал на той дороге, где совершил изнасилование. Эта дорога через лес будто вела меня не в аэропорт, а в какой-то новый мир, в котором я станут совершенно другим человеком. Надеюсь, что так оно и есть на самом деле.

Каждый мой новый шаг пробуждал воспоминания из коматоза. Во время этой дороги я даже вспоминал те моменты, которые давным-давно забыл.

Если действительно существует тоннель, в конце которого свет, то для меня дорога через лес была именно им.

Мой родной город очень маленький, аэропорт был ему под стать. Одноэтажное здание в советском дизайне с одной стойкой для регистрации пассажиров и одним выходом на посадку. Вылеты из него происходили раз в неделю – по четвергам. Всё остальное время аэропорт выступал в роли рынка. Но как только наступал четверг, все столы, на которых ещё вчера продавали одежду, испарялись, а аэропорт приобретал соответствующий своему названию вид.

На входе меня никто досматривать не стал. Я тут же направился к кассе и сказал названия рейсов, на которые мне нужны билеты. Кассир увидела мой возраст в паспорте и спросила, с какой целью я лечу и почему без родителей. Я не растерялся: расплывшись в наигранной улыбке, озвучил уже отрепетированный текст.

– Не беспокойтесь, из дома я не сбегаю. Просто у меня старшая сестра живёт в Курске. Она буквально вчера родила. Мои родители работают, поэтому не могут вылететь, а мне разрешили проведать её.

– А если мы позвоним родителям?

– Конечно, могу дать вам номер.

– Ладно, не надо, верю.

Голос мой не дрогнул, это и спасло. Через 10 минут билеты были у меня на руках. За три билета на самолёт я отдал почти 20 тысяч рублей, хотя если бы покупал их на неделю раньше, то заплатил бы не больше 8 тысяч. В результате в кармане осталось 2 тысячи, которые пригодятся на перекус в аэропорту и такси.

Билеты были куплены в 9 утра. Сразу после этого позвонила мама, но я сбросил и продолжил ждать вылета, который был назначен на 10:00. Я сходил покурить и отправился на посадку. Всё оказалось гораздо проще, чем я думал, потому что особого внимания ко мне не было. В итоге в 9:50 я занял место у иллюминатора. Лететь чуть больше часа. Я посмотрел на открывающиеся моему взору просторы и понял, что, возможно, больше не увижу их, потому что есть шанс вернуться в реальность.

Мы летим уже около получаса, и лишь в этот момент ко мне начало приходить осознание, что я сегодня собрался сделать. Эти 6 с половиной лет коматоза могут закончиться как страшный сон буквально через пару часов.

Но я даже не представляю, что мне делать, когда открою дверь своей квартиры, точнее, когда мне её откроют. Что говорить людям? Тут всё заранее спланировать невозможно, но попытаться всё-таки стоит.

Даже не заметил, как мы начали заходить на посадку. Вот я уже в тысяче километров от родителей. А ведь в реальности они уже другие. Постарели, да и как к ребёнку они ко мне уже не относятся. В реальности я даже скучал по такой опеке, но сейчас мне это уже осточертело. Забавно то, что, вернувшись в реальность, я вновь начну поэтому скучать, но точно не в скором времени.

Я уже вижу очертания города, в котором совершу посадку. Это Тюмень. К слову, та самая и Вадим после школы переехали жить именно сюда. Честно, я и сам думал свалить туда после университета. Этот город, наверное, один из немногих, жители которого искренне его любят, потому что в каком бы уголке страны мне ни приходилось оказаться, почти каждый житель условного города N хотел из него уехать, но среди тюменцев такое встречалось редко.

Приземлившись, я сразу побежал на улицу, чтобы покурить. Выкурив две сигареты за раз, я вернулся в аэропорт, который по сравнению с тем, что был в моем родном городе, оказался примерно в пять раз больше. На стойке регистрации мне не задавали никаких вопросов и без проблем оформили посадочный талон на рейс до Москвы. До вылета оставалось ещё 4 часа, поэтому я зарегистрировался и пошёл на улицу, чтобы немного прогуляться и развеется. Отключив режим полёта, я обнаружил кучу пропущенных от мамы, папы, сестры и Вадима. Угрызения совести меня совсем доконали, я всё-таки решился поговорить с мамой. Как только я сказал: «Алло», она начала кричать и потребовала, чтобы я явился к ней на работу.

– Мам, успокойся.

– Живо ко мне на работу и расскажи, что ты делал! Ты сейчас вообще где?

– У друга. Мам, я просто решил прогулять школу. Да, каюсь. Вечером придёшь с работы, и поговорим. Сейчас я никуда не пойду.

– Я что, непонятно выразилась? Чтобы в течение часа ты был на пороге…

Я сбросил звонок, потому что уже не мог это выслушивать. Мама всегда трепетно относилась к учёбе, особенно к прогулам. К тому же её раздражало незнание того, что происходит в жизни её детей. Сестра относилась к этому нормально, а меня это злило, потому что складывалось такое впечатление, что мама пытается вторгнуться в моё личное пространство. Сейчас я очень хотел бы объяснить ей всё, но из этого ничего хорошего не получится.

Примерно час я погулял рядом с аэропортом, пока не замёрз и решил снова зайти внутрь. Сходил поесть и уселся в зале ожидания.

Мне всегда нравилась атмосфера, которая царит в аэропортах и на железнодорожных вокзалах. Я смотрел на людей и пытался догадаться, зачем они летят в тот или иной город. Мне было не по себе при большом скоплении людей, но в аэропортах почему-то я чувствовал комфорт и даже уют. Со мной была книга «Таинственная история Билли Миллигана», которую написал Дэниел Киз, но сегодня, чувствую, мне будет совершенно не до неё. В голову приходят только мысли о коматозе. Самое паршивое, что мысли эти – о скором конце. Я не хочу подпитывать себя надеждами о скором возвращении в реальность, чтобы потом не разочаровываться, если не получится, но раз мысли не получается выгнать из головы, так уж и быть, дам себе волю и вылью всё.

Начать стоит с самого главного: сегодня, возможно, всё закончится. Я потеряю шанс делать всё что угодно, не переживая за итоги моих поступков, так как уже ночью смогу обрести будущее. Больше никаких суицидов с целью эмоциональной разгрузки и повторением очередного дня, потому что если сегодняшний суицид окажется удачным, то после этого попытка будет фатальной. Я больше никогда не окажусь в своей родной квартире, потому что в реальности её уже не существует. Я больше ни разу не посещу уроки в школе, не попрошу кого-нибудь купить сигареты или алкоголь, не буду употреблять наркотики, совершать преступления и много чего ещё.

Так странно. Грустно это осознавать. Я потеряю всё, чем мне нравился коматоз. Но самое главное, чего я боюсь, – потерять блокнот, который стал моим верным спутником и всегда был рядом. Если вдруг так окажется, что при возвращении в реальность блокнота не станет, то, наверное, из-за этого я буду переживать всю жизнь, потому что он стал частью меня. Блокнот единственный, кто может сохранить мою историю. Если он исчезнет, то я потеряю очень значимую часть себя.

Сходил покурить. Посадка начнется через 20 минут. Теперь с полной уверенностью могу сказать, что всё-таки окажусь в Москве. Осталось только дождаться, когда я займу своё место в самолёте. Вылет запланирован на 15:10 по местному времени, а в Москве я буду в 15:40. Всё-таки часовые пояса – забавная штука.

Летя в самолёте, я заметил одну очень смешную вещь. Справа от меня сидит мужчина, который весь покрылся потом, по нему видно, что он боится летать. Его словно под дулом пистолета заставили сесть на этот рейс, и складывается такое ощущение, что он действительно может не долететь, только не из-за падения самолёта, а из-за инфаркта, вызванного переживаниями. Если он так умрёт, то смерть получится комичной.

А самое смешное для меня в том, что я точно знаю, что мы долетим, так как буквально вчера мы с Вадимом смотрели расписание рейсов, и напротив этого не стояла новость, что самолёт потерпел крушение. Может, сказать ему, что я из будущего, и заверить в том, что мы долетим? Нет, тогда он посчитает меня сумасшедшим. Пусть продолжает истекать по́том и переживать, всё равно лететь осталось примерно полтора часа. Как-нибудь переживёт. Лишнее внимание мне ни к чему.

Самое паршивое то, что я всё чаще думаю о том, как сейчас переживают родители, ведь, когда я снова окажусь в зоне действия сети, по нашему времени будет 17:40. Конечно, при удачном раскладе этот момент в их жизни не наступит, но всё-таки ужасно представлять слёзы и переживания матери. Наверное, надо было как-нибудь её предупредить.

Так, всё! Надо отвлечься от этих мыслей, иначе я сам окажусь пассажиром, который не переживёт перелёт из-за инфаркта. Эта смерть окажется ещё смешнее той, о которой я писал выше. Наверное, стоит всё же почитать «Билли Миллигана».

Попытка оказалась неудачной: после первой страницы мои мысли улетели куда-то в стратосферу, и я перестал следить за текстом.

Странно, но я начал представлять, как я выпускаю книгу, которую назвал «Коматоз». А что, если люди, с которыми у меня происходило что-то действительно важное в коматозе, читая некоторые главы, будут испытывать эффект дежавю? Например, та девушка из театра или Аня, Вадим, Андрей, та самая. Вдруг прочитанные строчки покажутся им такими знакомыми, что они действительно поверят в коматоз? Похоже на фантастику, но последние 6 с половиной лет научили меня верить в невозможное.

А если ничего не получится? Нет, не хочу даже думать об этом. А ведь за эти годы я действительно могу назвать себя одним из самых мудрых и опытных людей в мире. Со мной произошло столько всего, чего ни один человек за всю свою жизнь не испытывал. Да я умирал больше одного раза, этого уже достаточно.

Поймал себя на мысли, что в коматозе я обесценил и одновременно начал сильнее ценить жизнь. Обесценил в том плане, что теперь я не боюсь умереть и могу хоть каждый день убивать себя, но при этом начал понимать, насколько жизнь интересная и ценная вещь. Если вернусь в реальность, то буду цепляться за неё и точно никогда не наложу на себя руки.

Блокнот – единственное напоминание, что со мной происходило за последние 6 с половиной лет. Если он сохранится, то первое время в реальности самым настоящим для меня будет именно он, а не постаревшие родители, повзрослевший Вадим и моя квартира. Черт! Коматоз стал для меня таким привычным явлением, что я уже перестал понимать, насколько всё происходящее абсурдно. Бредни сумасшедшего – моя жизнь с 2022 по 2016 годы. Безумие какое-то…

Посадку совершили в аэропорту Домодедово в 15:40. Спустя полчаса за мной уже приехало такси до аэропорта Внуково. Сейчас на часах 18:30, вылет в Курск в 20:10. Я прошёл регистрацию на самолёт, с которой вновь не возникло проблем, сегодня мне явно везёт. Телефон просто разрывается от звонков мамы. Её душераздирающие сообщения о том, чтобы я ей перезвонил, довели меня до слёз. Решился на звонок. Услышав её заплаканный голос и минутный монолог о том, как сильно она переживает, сам разрыдался, как ребёнок. Всё время, пока я говорил, около десятка раз повторил: «Прости». Когда она спросила, где я, то сказал, что скоро вернусь. Приду домой и всё расскажу. Где-то на фоне отец ежесекундно задавал маме вопросы, где я и всё ли со мной в порядке.

Как я понял, родители хотели обратиться в полицию. Для пущей уверенности я добавил, что они, конечно, могут так сделать, но в этом нет смысла, потому что уже через час я буду дома. После я начал на ходу сочинять историю, как мы с другом решили прогулять школу и прокатиться в один из соседних крупных городов, где у нас сломалась машина, поэтому я так задержался, хотя ещё в 3 часа дня должен был оказаться дома. По голосу матери я понял, что она поверила. А причину, почему я был вне зоны доступа, объяснил тем, что телефон разрядился, а зарядить его получилось только от прикуривателя в машине.

Всё-таки придумывать на ходу правдоподобные истории я умею ещё с детства. Повесив трубку, сразу испытал облегчение от того, что всё-таки смог хоть как-то успокоить родителей. Теперь ближайшие полтора – два часа они не будут паниковать, а потом я уже буду в Курске, где не будет времени думать об этом, потому что начнётся самая важная часть моего путешествия.

Сходив покурить, я отправился на посадку. Время на часах 19:30, через 40 минут я буду взлетать над Москвой, а утром, возможно, проснусь 23-летним молодым человеком, который за ночь с 8 на 9 сентября испытал то, что мало кому могло даже присниться.

Теперь уже можно не переживать, что мной заинтересуются правоохранительные органы из-за того, куда может лететь 17-летний парень без сопровождения родителей. Я уже высоко над облаками со звенящей мелочью в правом кармане и купюрой номиналом 500 рублей. Даже как-то не верится, что ещё утром я должен был идти в школу, а уже почти через час окажусь в Курске. Уже представляю, как наутро проснусь в своей квартире, которая до коматоза была мне так ненавистна.

Неизвестность действительно пугает. Я не знаю, что мне делать. Настолько свыкся с тем, что могу позволить себе всё, не боясь при этом последствий.

Интересно, а окружающие заметят, как я изменился? Ведь последнее время я общался с людьми, которые, по сути, младше меня, поэтому мне приходилось подстраиваться под их стиль общения. Теперь меня ждёт то же самое? А если говорить о характере, мыслях, жестах и мимике? В реальности прошла одна ночь, а для меня 6 с половиной лет. Конечно, не факт, что я вернусь именно в 2022 год, но почему-то я в этом уверен.

Теперь мне вновь придётся свыкаться с жизнью, где каждый поступок ведет к чему-то, где мне нужно будет искать деньги на жизнь, ведь в 23 года просить деньги у родителей как-то ненормально. Чёрт, а ведь и правда всё не так красочно. Конечно, вновь очутиться в реальности – это здорово, но справлюсь ли я?

Что со мной будет? Как жить и что делать после коматоза? От этих вопросов мне стало страшно.

Сегодня ночью я могу вернуться в реальность. Всё, коматоз закончится. Никакого прошлого, только будущее. Это конец фантастической истории, которая сделала из меня убийцу, вора, наркомана, алкоголика, бабника, школьника, меланхоличного романтика и чёрствого циника. Всё закончится. Бог, я в тебя не верил, но, пожалуйста, пусть это будет конец…

А теперь загадка для потенциального читателя: следующие строчки я пишу в реальности или коматозе?

Самолёт приземлился в Курске в 21:25. Как только я отключил режим полёта, мне вновь начали приходить сообщения о пропущенных звонках. Я решил, что хватит на сегодня переживаний, поэтому выбросил телефон рядом со входом в аэропорт. Позже нашёл машину с надписью «Такси».

– Сколько будет стоить доехать на этот адрес?

– 500 рублей.

– Отлично, едем.

Это было дорого, так как дорога от аэропорта до дома занимала не больше 15 минут, но мне было плевать, потому что эти деньги я всё равно больше не увижу, даже если бы сохранил их. Я проезжаю по курским улицам и ловлю флэшбеки почти от каждого места, которое вижу. Как же давно я не был здесь один. На секунду вновь почувствовал себя 23-летним парнем, работающим в редакции. Каждая улица напоминала о чём-то. Тут я гулял с друзьями, тут с какой-то девушкой, чьё имя не помню. Тут мы с Андреем катались на машине, а потом провели всю ночь за разговорами о смысле жизни. Интересно, а если вернуть тот день и наш разговор, как бы сейчас строился наш диалог? Что бы я ответил Андрею, прожив 6 с половиной лет в обратную сторону? Какой теперь для меня смысл жизни?

Нет, нужно быть аккуратнее с фразами о возвращении или повторении какого-то дня.

Я стою у подъезда и смотрю на окна на 6-м этаже, в которых горит свет. Я простоял так 10 минут. Мысль в этот момент была лишь одна: коматоз должен закончиться сегодня.

Почему-то мной овладела такая злоба на весь мир, что я был готов на всё, лишь бы эта история завершилась. Хотелось поквитаться со Вселенной за всё, что она со мной сделала.

Решение проблемы возникло в одно мгновение. Теперь я точно знаю, что нужно делать. Мне всё осточертело, я хочу это закончить. Понимаю, как можно сделать просто и быстро. Это плохо, но мне ничего не остаётся, да и судить меня некому, только если Богу.

Я снова в периоде с 2021 по 2019 год, словно переместился во времени и ощутил то состояние, когда я был садистом, желающим вершить правосудие. Я робот, у которого есть одна-единственная задача – попасть в квартиру, набрать ванну, разорвать блокнот и умереть. Понимаю, что те, кто находятся сейчас в квартире, попытаются помешать мне, а уговорами в этой ситуации не поможешь, поэтому надо принимать самые радикальные меры.

Иду к ближайшему мусорному контейнеру, чтобы найти что-нибудь подходящее: как по заказу, там лежит полуметровая металлическая труба. Она достаточно тяжёлая, поэтому особых усилий прикладывать не придётся.

С трубой в рюкзаке я подхожу к подъезду, и как раз в этот момент один из прошлых соседей в реальности открывает дверь. Он меня пока что не знает, но потом доставит много хлопот. Мы едем в лифте, оба на 6-й этаж. Он всегда был чересчур любознателен, поэтому сразу поинтересовался, в какую квартиру я направляюсь.

– В свою.

– В смысле, это в какую?

– В 277-ю.

– Да? Там же сейчас живёт мать с двумя детьми.

Чёрт! Дети с матерью, видимо, одиночка, такого я не ожидал. На них моя рука точно не поднимется.

Я даже не поинтересовался, у кого мы купили квартиру, поэтому данная новость меня привела в чувство, и внутри снова начал разгораться огонёк, пробуждающий совесть.

Что мне теперь делать? Нет, я слишком долго ждал. Плевать на всё! Мне нужно выбраться из коматоза.

– Теперь и я там буду жить.

– Ого, тогда будем знакомы. Алексей.

Ему всегда было плевать, когда я всем своим видом показывал, что не хочу говорить. Он умело находил, о чём мне рассказать.

– А тебя как?

Лифт остановился, я молча вышел.

– Эй, друг, тебя-то как?

– Не трогай меня! Иди к себе домой!

– Ты чего, я тебя чем-то обидел?

– Нет, просто иди домой!

Я вышел на общий балкон покурить в попытке спрятаться от него. К моему счастью, это получилось сделать. Сосед не пошёл за мной и направился к себе в квартиру. Пока я курил, в голове постоянно мелькали его слова: там живёт мать с двумя детьми.

Чёрт! Что же делать? Плевать, всё равно мои действия сегодня ни на что не повлияют. Можно просто припугнуть, привязать и пусть сидят, пока последняя струя крови, дающая моему сердцу биться, не покинет меня.

Стучусь в дверь. Открывает парень. На вид примерно 27 лет. Всё стало гораздо проще. Правая рука уже держит трубу, которая спрятана в рюкзак.

– Что вам нужно?

Как только я начал доставать трубу, открывается соседняя дверь, из которой выглядывает сосед.

– Витя, привет.

Значит, этого парня зовут Витя.

– Друг, ты ещё раз извини, если что не так. Кстати, Витя, а почему ты мне не рассказывал про вашего нового соседа?

– Какого нового соседа?

Твою мать! Он всё испортил. Вот нужно же было ему выглянуть. Времени думать нет, надо действовать быстро.

Удар пришелся Вите четко в голову. Она проломлена, а моё лицо в его крови. Хватаю дверь и бью своего бывшего, надеюсь, и будущего, соседа Лёшу. Это видит его ребёнок, мальчик лет четырёх. Никаких лишних мыслей, надо думать лишь о том, как всё быстро сделать.

Захожу в квартиру и вижу, как мне навстречу идёт второй парень, видимо, младший брат Вити, которому на вид было лет 18–20. Он не успел сказать и слова, как я ударил его по голове.

Захлопываю дверь и закрываю на внутренний замок. Если рассчитать время, пока вызовет полицию жена Лёши, то у меня есть примерно 15 минут. Мама Вити и его младшего брата выходит из комнаты и начинает кричать. Я подбегаю к ней и бью трубой по ноге, чтобы она не могла передвигаться по квартире.

Забегаю в ванную, которая совершенно не похожа на ту, в которой я мылся после покупки квартиры и ремонта. Плевать! Главное, что квартира та же. Женщина то стонет, то кричит и постоянно спрашивает, что мне нужно. Странно будет ответить, что я пришел просто помыться.

Набираю ванну и спрашиваю, где взять скотч, на что ответ получаю не сразу. Почему-то все женщины в стрессовой ситуации не могут без промедлений отвечать на простые вопросы. Я повторил более грозным тоном, она указала на ящик в шкафу, где я обнаружил почти целый моток скотча. Связал её, а потом сыновей. Пошёл на кухню, взял нож. Теперь дело за малым.

Стою в ванной, достаю блокнот и пытаюсь за эти несколько мгновений будто бы в последний раз ощутить его. Начинаю страница за страницей вырывать из него листы, от чего мои руки дрожат. На половине вырванных страниц замечаю, что плачу. Последняя страница, а я уже ничего не вижу. Включился автопилот.

Залезаю в ванну. Слышу стоны одного из сыновей и крики его матери о помощи.

Я в горячей воде, вокруг плавает вся моя жизнь в коматозе. История человека, утратившего будущего, жившего прошлым и научившегося ценить настоящее. Человека, чьи мечты разбивались вдребезги, пока он продолжал жить в мире, который по указке Вселенной начал двигаться в обратную сторону.

Беру нож и провожу по вене. Всё сделано идеально, осталось подождать 3 минуты – самые долгие в моей жизни, во время которых в голове проносится весь коматоз, все 6 с половиной лет. Перед глазами всплывает картина, как я стою напротив зеркала и вижу, что начинаю молодеть, а за моей спиной, как в кино, сменяются те самые моменты, которым посвящён блокнот, чьи разорванные и скомканные страницы лежат вместе со мной в этой ванне. Вот я на заднем сиденье с Аней, вот лунный свет падает на лицо той самой, вот я в деревне, вот я прикуриваю сигарету той девушке возле театра, а вот мы с Вадимом уставились в блокнот и пытаемся найти выход из коматоза. Всё проносится так быстро, но я успеваю вновь прожить каждый из этих моментов.

Вода становиться алой, веки тяжелеют. Слышу, как в дверь кто-то начинает ломиться. Прошло около полутора минут, а я жду и верю, что этот суицид станет для меня последним.

Звук болгарки, видимо, спиливают замок. Прошло 2 минуты. Все воспоминания о коматозе закончились. Осталось только ждать забвения.

3 минуты, полиция забегает в квартиру, где лежу я в окровавленной ванной, а вокруг несчётное количество страниц жизни, которую я назвал «коматоз».

Конец всему, я в реальности. Даже не знаю, что написать. Сегодня я счастлив. Коматоз закончился. От него остался лишь толстый блокнот, который, надеюсь, скоро станет книгой.

Проснувшись, я первым делом позвонил родителям и со слезами на глазах говорил, как сильно люблю их. Потом написал Андрею и сказал, чтобы завтра вечером он приехал ко мне, потому что нам предстоит очень долгий вечер, во время которого я буду пить столько, сколько в меня влезет.

Позвонил начальнику и заявил, что после отпуска больше не выйду на работу.

Открыл страницу той самой, чтобы написать, и сразу закрыл, потому что коматоз научил не жить прошлым.

Выбросил нож, которым совершал все свои суициды, потому что больше никогда не наложу на себя руки. Всё можно исправить, надо лишь приложить усилия.

Кстати, утром мне написал Вадим.

– Слушай, мне сон приснился. Короче, мы ещё учимся в школе, я даже запомнил дату, 7 марта 2016 года. Так вот, ты показываешь мне очень толстый блокнот, в котором написано, что 8 сентября 2022 года твоя жизнь повернулась в обратную сторону. Ну, в смысле ты начал проживать дни, которые уже прожил. Я так сразу не объясню, это сложно. Если можешь – позвони. Ещё и название ты этому дал: «коматоз».

Я тут же набрал номер Вадима и очень долго пытался убедить его, что это был не сон. У нас состоялся длинный диалог, после которого я набрал горячую ванну и сейчас, находясь в ней, пишу этот самый текст.

Начинается новая жизнь. Жизнь, которую я так долго ждал.