Ужас, паника, боль – чувства, которые обычно испытывает человек, спасающийся бегством. Особенно, если преследователь влиятелен, богат и жесток. Но Кристина не такая. Она упорно борется за свободу и достойна восхищения, уважения и… любви.
Дэн понимает это слишком поздно. Он не справился с заданием, и Кристина похищена. Каждый год исчезают без вести тысячи женщин, и их судьба неизвестна. Прошлое и настоящее тесно переплетаются, и главному герою предстоит теперь не только спасти свою подопечную, но и узнать, что случилось с его пропавшей четыре года назад сестрой, ведь эти истории взаимосвязаны.
v 1.0 – создание fb2 – (On84ly)
На Ленинградском вокзале было как всегда многолюдно и шумно. Здесь не существовало понятия «день и ночь», и Кристина надеялась затеряться в толпе. Всю последнюю неделю девушка говорила друзьям и знакомым, что уезжает в Санкт-Петербург. Даже на своих страничках в социальных сетях она написала «Питер, встречай!», надеясь, что это поможет сбить со следа. Оставалось только купить билет и улизнуть с вокзала. Не снимая маски и кепки, Кристина подошла к ближайшей кассе, показала паспорт и специально расплатилась своей картой. Только бы сработало!
Так же спешно девушка покинула вокзал и на метро добралась до станции «Котельники», где купила билет на автобус за наличные, и уже через десять минут заняла свое место у окна. Часы показывали десять вечера, на улице уже стемнело, и Кристина чувствовала смертельную усталость.
План был простой: выбраться из Москвы на перекладных, по возможности больше нигде не показывать свои документы. Конечный пункт назначения – Геленджик. Кристина понимала, что ехать туда было глупо и опасно, – кто-то мог догадаться, ведь ехала она туда не впервые. Но других идей у девушки не было. И другого выхода не было.
Автобус вырулил со стоянки и влился в шумный поток транспорта. Кристина сняла маску, так как стало совсем тяжело дышать, но кепку так и оставила. Надвинув козырек пониже, девушка постаралась успокоиться и вскоре задремала. До Ростова-на-Дону часов десять-одиннадцать пути, и можно немного отдохнуть. «Я в безопасности…»
Очнулась Кристина рано утром. За окном мелькали холмы, покрытые густой сочной зеленью. Солнце только-только взошло, освещая кристально-голубое небо и землю под ним. Как же красиво! Буквально на минуту Кристина забылась, наслаждаясь пейзажем. Но тут же одернула себя. Не расслабляться, иначе все пойдет прахом!
Потянувшись, девушка достала из рюкзака бутылку с водой и булку с сыром, которые успела купить на вокзале перед отправлением автобуса. Булка пахла странно, и Кристина очень надеялась, что не отравится. Путь предстоял неблизкий.
Наконец автобус подъехал к вокзалу в Ростове. Немного размяв затекшее тело, Кристина направилась прямиком к кассам и купила билет на следующий автобус в Новороссийск. До отправления автобуса ждать целый час. Ужасно хотелось кофе, но Кристина сомневалась, стоит ли тратить наличные деньги. Будущее пугало неизвестностью.
Бело-синий стеклянный фасад автовокзала украшала инсталляция с надписью «Я люблю Ростов», из автоматически открывающихся дверей доносился манящий запах свежей выпечки и кофе, и Кристина решилась войти и устроить себе нормальный завтрак. Перед отъездом ее лучшая подруга Светка говорила: «Старайся слиться с толпой, нигде особо не засиживайся и будь начеку, поняла? Пока не покинешь Россию и не потеряешься где-нибудь очень-очень далеко, ты не можешь чувствовать себя в полной безопасности!» Кристина кивала, а на глаза наворачивались слезы. Девушка и представить не могла, что одна случайная встреча может так изменить всю ее жизнь!
В привокзальном кафе в этот ранний час было пусто, и, если следовать наставлениям подруги, Кристине здесь было не место. По-хорошему, нужно закрыться в кабинке женского туалета и просидеть там тихо до следующего рейса. Но очень хотелось есть.
Кристина купила свежий рогалик и кофе и устроилась в дальнем углу, вполоборота к двери, чтобы видеть входящих. Сначала появилась молодая пара – Кристина узнала своих попутчиков по автобусу. А потом в кафе вошел мужчина лет тридцати с небольшим, и его хмурое лицо и настороженные глаза из-под черных кустистых бровей сразу не понравились Кристине. Девушка напряглась и ниже надвинула кепку, тут же забыв о завтраке. Господи, неужели ее нашли? Что делать?!
Стараясь сохранять спокойствие, Кристина не стала срываться с места. Выждав минут пять, она спокойно встала и направилась в туалет. В рюкзаке было несколько комплектов одежды разных цветов и стилей – Светка постаралась снабдить ее всем необходимым, старательно перечисляя правила поведения шпионов из голливудских фильмов. Кристина слушала внимательно и силилась запомнить слова подруги. И хотя ситуация выглядела до абсурдного смешной, Кристине было не до веселья. Ведь на кону стояла ее свобода и жизнь.
Вместо серой джинсовой рубашки Кристина облачилась в желтую свободную футболку, а кепку сменила на платок зеленого цвета. Если этот мужчина отправлен, чтобы найти ее, такого камуфляжа будет достаточно, чтобы на несколько минут сбить его со следа. Все, что было нужно, – это выйти из туалета, пройти мимо него к выходу из кафе и попасть в автобус. Отправление через десять минут.
– У тебя получится! – сказала Кристина своему отражению в зеркале.
Сделав глубокий вдох, девушка вышла из туалета, приложив к уху мобильный телефон, не торопясь прошла мимо подозрительного брюнета и направилась к стоянке автобусов. Вроде бы получилось! Посадка пассажиров уже началась. Кристина с облегчением заняла свое место, считая секунды до отправления. Остальные пассажиры тоже заняли свои места, и двери автобуса начали закрываться, когда брюнет вскочил на нижнюю ступеньку и протиснулся в салон. Кристина при этом чуть не вскрикнула, в ужасе зажав рот рукой. Брюнет увидел ее сразу, и его взгляд не предвещал ничего хорошего. В его руках была фотография, и уже не было сомнений, что он приехал именно за ней. Кристина вжалась в спинку своего кресла, наблюдая, как мужчина медленно идет по проходу в ее сторону, не отводя своих черных глаз. Трудно поверить, что когда-то ей нравились черноглазые брюнеты! Теперь эти глаза вселяли только ужас.
Место Кристины было у прохода, а соседнее кресло занимала пожилая женщина. Кристина была уверена, что если бы она сидела одна, брюнет сел бы рядом. А вот кресло за спиной Кристины, в хвосте салона, было свободно. Незнакомец направлялся именно туда. Девушка мечтала лишь о том, чтобы он поскорее миновал ее и занял свое место, но не тут-то было! Поравнявшись с Кристиной, брюнет задержался и наклонился над ней. Его глаза сияли, и на лице появилась отвратительная ухмылка охотника, загнавшего свою дичь.
– Ну, здравствуй, Кристина, – сказал он с сильным акцентом. – Рад встрече.
– Я вас не знаю, – дрогнувшим голосом ответила девушка и отвернулась, не в силах больше выносить этого взгляда.
ЕГО подручные, наемники, бесконечные служащие, мужчины, которые просто хотели ему угодить, – бесчисленное множество рабов, и все они выглядели именно так: дикие. Другого слова Кристина подобрать не могла. Для нее все они слились в единый образ мужчины, представлявшего смертельную опасность. Бежать! Но куда и как?
Автобус тем временем покинул вокзал, а затем и город и вырулил на трассу. До прибытия примерно часа три. Значит, есть время успокоиться и подумать.
– Вы его знаете? – с осуждением спросила соседка.
– Что? – не поняла Кристина.
– Этот жуткий тип – вы его знаете? – повторила женщина и скривилась, будто от зубной боли.
– Нет, что вы! – заверила ее Кристина. – Впервые вижу.
– Не люблю я их, этих черных, – принялась ворчать соседка. – Понаехали и пристают к нашим девочкам, сил нет никаких!
Кристина снова сделала глубокий вдох, отчаянно пытаясь собраться с мыслями.
– Я вас поддерживаю и полностью согласна, но не могли бы вы говорить тише? Все же он прямо за нами и прекрасно нас слышит. Я боюсь, он может разозлиться…
– А, чтоб ему провалиться! – в сердцах ответила женщина и обернулась, чтобы убедиться в словах Кристины. После чего замолчала.
Кристина же тем временем лихорадочно пыталась придумать выход. У нее было несколько вариантов, но любой из них может сработать только в том случае, если этот брюнет один. А это вряд ли. И в Новороссийске их, скорее всего, будет ждать машина с сопровождением. Значит, в Новороссийск нельзя. Придется выйти в Краснодаре. Кристина знала, что их автобус сделает там остановку, и каким-то чудом ей нужно будет избавиться от брюнета. Боже мой, может быть, он уснет, а она просто сойдет? Мечты…
Кристина сжала кулаки так сильно, что на ладонях остались красные вмятины от ногтей. Еще чуть-чуть, и пошла бы кровь. Обычно это помогало в борьбе со страхом. «Думай, девочка, думай! Ты же умная и образованная особа, ты наверняка найдешь выход!»
Кристина всем телом ощущала опасность, притаившуюся за ее спиной. Ей казалось, что она даже слышит его дыхание. Он был уверен, что поймал ее и уже не отпустит. Наверняка, его ждала внушительная награда. Хотя таким, как он, достаточно было даже простого «спасибо» от НЕГО. Благодарность хозяина – наивысшая награда! И брюнет будет очень бдительным, пока его миссия не завершится. Значит, до самого последнего момента он не должен разгадать ее план.
Дорога тянулась бесконечной лентой. Кристине казалось, что этому напряжению не будет конца. Но чем ближе был Краснодар, тем крепче была уверенность Кристины, что все получится.
Наконец автобус прибыл на территорию вокзала. Для кого-то эта остановка была конечной, кто-то из пассажиров вышел, чтобы размять ноги, покурить, купить воды или мороженое. Соседка Кристины выходить не собиралась. Она читала записку, переданную ей девушкой за десять минут до прибытия в Краснодар, и хмурилась. Записка гласила: «Умоляю, помогите! Этот мужчина – маньяк, он хочет меня похитить. Поверьте мне, это правда! Заклинаю Вас всеми святыми, помогите мне! В последний момент перед отправкой я сорвусь с места и выбегу из автобуса. Прошу вас встать в проход между кресел и задержать его хотя бы на пару секунд. Возможно, двери успеют закрыться и это тоже задержит его, а у меня будет несколько мгновений, чтобы убежать. От этих секунд зависит моя жизнь!»
Кристина и ее соседка встретились взглядами, и столько отчаяния и мольбы было в глазах Кристины, что женщина сжалилась, ободряюще улыбнулась ей в ответ и кивнула. И даже пожала девушке руку. Кристина понимала, что просит о многом. Возможно, женщина просто не успеет встать и преградить незнакомцу путь. А если успеет, он может обругать или даже толкнуть ее. Большего в полном людей автобусе он делать не станет, тем не менее и это может быть неприятно. И с чего ей помогать абсолютно незнакомой девушке? Но Кристина не ошиблась, обратившись к этой женщине. Ненависть ее соседки ко всем приезжим брюнетам сыграла свою роль.
Во время стоянки Кристина делала вид, что дремлет или просто слушает музыку в наушниках, прикрыв глаза. Вся ее расслабленная поза говорила о том, что до Новороссийска девушка не двинется с места. Брюнет все же встал, чтобы убедиться в этом. Какое-то время он стоял в проходе. Но потом ему надоело, и он снова уселся на свое место за спиной Кристины.
Время стоянки подходило к концу. Почти все пассажиры заняли свои места. Кристина жутко нервничала, и ее тело в эти секунды сжалось, будто перед прыжком с трамплина. Ей нужно было выскочить именно в тот момент, когда стоянка закончится, чтобы за ее спиной закрылись двери. Иначе весь план рухнет. Если Кристина выбежит секундой раньше, а ее соседка не успеет преградить брюнету дорогу, он бросится следом и в два счета догонит ее. Кристина не питала иллюзий на сей счет. Сама она была девушкой спортивной и бегала очень прилично, но и ее преследователь был молод и подтянут. Ей не сбежать.
Момент наконец настал. В автобус входил последний пассажир, когда Кристина резко вскочила с места, прижимая к груди рюкзак, пулей пролетела салон и выскочила в щель между человеком на ступеньке и уже закрывающейся дверью автобуса. Значит, на пути брюнета возникло сразу два препятствия: пассажир и закрытая дверь. Если и ее соседка успела подняться, будет просто замечательно!
Во время стоянки Кристина, конечно, не дремала, и в ее наушниках была полная тишина. Она выбирала путь для побега, и теперь со всех ног неслась в выбранном направлении. Прочь с территории вокзала, через подземный переход на противоположную сторону улицы, во дворы, найти место и спрятаться. Хоть бы у этих краснодарских домов были выходы на обе стороны или путь через крышу! Кристина и об этом успела подумать за три часа в автобусе. Теперь важно было не сглупить. Кристина бежала, не оборачиваясь, чтобы не потерять скорость. Но все же, меняя траекторию, краем глаза заметила, что автобус остановился и из него выскочил человек. Он был пока далеко. Стало страшно. Страх сковал сердце, сбивая дыхание, застилая туманом разум, лишая воли. В глазах на мгновение потемнело, но Кристина темпа не сбавила. Она сумеет. Шанс еще есть. Время еще есть. Силы еще есть.
В считанные мгновения преодолев подземный переход, девушка нырнула во двор и бросилась наперерез через детскую площадку. Следующий двор, поворот, улица, снова двор. Подъезды, подъезды. Неужели везде домофоны? Это же не Москва! Наконец, Кристине повезло: один из подъездов оказался открыт, и девушка бросилась к нему. Вбегая, Кристина обернулась. Преследователь явно отстал, и его нигде не было видно. Она закрыла входную дверь, чтобы не привлекать внимание. Домофон сработал, и крепкая железная дверь плотно прижалась механизмом. В маленькое мутное окошко Кристина увидела своего преследователя. Он пробежал мимо и скрылся за поворотом.
А девушка поднялась вверх на три ступени и почувствовала, как подкосились ноги. Воздуха не хватало, горло жгло огнем. Кристина тяжело опустилась на ступени и закрыла лицо руками.
Что она здесь делает? Почему одна, в чужом городе, почему в таком состоянии? И почему именно с ней это все должно было случиться? Эти вопросы Кристина задавала себе тысячи раз за последние два года. Уже два года… Ответов не было.
На улице сгустились сумерки, а Кристина все сидела на ступенях в подъезде, не в силах двинуться с места. Что теперь делать, девушка не представляла.
На автовокзал нельзя. Там будут искать в первую очередь. А для покупки билета на поезд потребуют паспорт. И ее тут же поймают. Черт возьми, план развалился на ходу! Идея с Питером не сработала. Но почему? Кто знал о том, что на самом деле Кристина едет на юг, а не на север? Девушка была уверена, что никому не сказала об этом, даже лучшей подруге. Ведь никому?
С трудом поднявшись на ноги, Кристина подошла к двери. Если этот человек сейчас окажется там, у нее случится разрыв сердца. Ужас накатил с новой силой, стало даже страшнее, чем в автобусе, когда он сидел за ее спиной. Неизвестность всегда страшнее. Может, остаться в этом подъезде навсегда?
Досчитав до десяти, Кристина нажала на кнопку домофона и открыла дверь. Выглянула наружу. На улице никого не было. Ни души. Все будто вымерли… Сделав над собой еще одно усилие, Кристина вышла на улицу и быстрым шагом пошла к выходу из внутреннего двора. Когда проходила через арку, в темноте показалось, что от стены отделилась тень и двинулась в ее сторону. Кристина пошла быстрее. Шаркающие шаги за спиной не отставали, и Кристина заставила себя обернуться. Нужно хотя бы понять, от чего она бежит. Но в сумерках разглядеть лица не удалось. Человек тем временем ускорил шаг, а потом побежал. Кристина рванулась вперед, отчаянно пытаясь сообразить, куда же бежать. Значит, он не уходил и ждал ее все это время. Догадался, что она прячется? Боже мой, надо было крышами…
Впереди показалась улица с оживленным движением, и девушка бросилась в ту сторону, поближе к свету. Возможно, за ней гонится обычный вор или еще кто-то? Нет, глупо себя обманывать. Проезжая часть теперь была совсем рядом, и Кристина снова обернулась, не сбавляя темпа. Ей показалось, что это тот же человек, и Кристина вскрикнула от ужаса. Бежать вдоль улицы уже не было сил, и девушка бросилась наперерез машинам. Возможно, так ей удастся оторваться. Первые две полосы удалось проскочить без помех, а на третьей Кристина допустила ошибку, снова обернувшись. Резкий удар, кувырок, визг шин, целый хор сигнальных гудков. Кристина упала на асфальт, ударившись плечом. На секунду в глазах потемнело, но Кристина изо всех сил постаралась сохранить сознание. Из машины, сбившей ее, выскочил водитель и бросился к ней на помощь. Одновременно с ним подскочил и ее преследователь. Увидев его лицо, Кристина в ужасе принялась кричать:
– Помогите, он хочет убить меня! Он преследует меня! Помогите!
Брюнет протянул к ней руку, склоняясь, но тут водитель машины схватил его за ворот куртки.
– Эй, оставь девушку в покое!
Брюнет дернулся, пытаясь вырваться, но водитель оказался не робкого десятка и принялся отталкивать его в сторону, подальше от Кристины.
Сбежались другие водители, постепенно начала образовываться пробка. Всем было крайне любопытно, что же случилось.
– Он преследует меня! – не унималась Кристина. – Прошу вас, помогите! Пусть он оставит меня в покое!
Брюнет снова дернулся в сторону девушки, и водитель ударил его. Кристина поняла, что удар был очень сильным, потому что брюнет еле удержался на ногах. Он тряхнул головой, ошеломленно огляделся по сторонам и заметил наконец толпу, собравшуюся вокруг. Внимание зрителей пришлось ему не по вкусу, и брюнет направился вон с места происшествия.
А водитель наклонился над Кристиной и помог ей встать. Девушка даже не посмотрела на него – она пристально следила за удаляющейся спиной своего преследователя полными ужаса глазами, будто боялась, что в любой момент он может развернуться и снова броситься на нее. Водитель уловил этот взгляд и тоже посмотрел брюнету вслед.
– Не стоит вам волноваться, вы в безопасности, – сказал он, поддерживая Кристину за плечи.
– В безопасности? – эхом повторила девушка и усмехнулась, горько покачав головой.
– Для начала давайте проверим, все ли кости целы? Попробуйте опереться на левую ногу.
Кристина попыталась встать на обе ноги, и левая тут же подкосилась. Девушка упала бы, но водитель успел поддержать ее, не дав снова оказаться на асфальте.
– Ясно, вам надо в больницу, – констатировал он. – Я вас отвезу, если позволите.
– Сама я точно не дойду, так что не вижу других вариантов, – ответила Кристина, уже приходя в себя. Брюнет ушел, и дышать сразу стало легче.
Водитель помог Кристине доковылять до его машины, открыл ей дверь и усадил на переднее сиденье.
– Прошу вас, давайте побыстрее уедем, пока нет полиции и дорожной службы.
– Вы это серьезно?
– Абсолютно! – выдохнула Кристина. – Вам же не нужны проблемы, как и мне.
– Что ж, вы правы, – мужчина пожал плечами, занял свое место, и машина пришла в движение. Пробка на шоссе рассосалась так же быстро, как и появилась.
В салоне было душно, и Кристина опустила боковое стекло, подставляя лицо воздушному потоку. В Краснодаре пахло иначе, чем в Москве. Возможно, дело было в цветущих южных кустарниках, или земля здесь была другая? Прогоняя лишние мысли, Кристина повернула голову и впервые внимательно посмотрела на водителя. На первый взгляд ничего примечательного. Взрослый мужчина, рост выше среднего, крепко сложен, волосы каштановые, волнистые и густые. Первое, что отметила девушка, – ее спутник не брюнет, и внешность у него вполне славянская. Кристина вздохнула с облегчением.
– Далеко до больницы?
– Представления не имею, – пожал плечами водитель.
Кристина тут же напряглась и нахмурилась. Он заметил это и улыбнулся, продолжая свою мысль:
– Я впервые в этом городе, потому и не знаю. Навигатор показывает минут десять, не больше.
– Отлично, – только и ответила Кристина, а про себя подумала, что ведет себя глупо и уже совсем разучилась мыслить как обычные люди. Люди, за которыми не охотятся.
Водитель тем временем тоже повернулся к Кристине, чтобы рассмотреть ее лучше. Если бы не эта жуткая желтая футболка и черные разводы от слез и дорожной пыли на лице, девушка очень симпатичная. Нежные черты лица, слегка вздернутый носик и полные, чувственные губы.
– Вы бы лучше за дорогой следили, – раздраженно сказала Кристина, заметив, что водитель разглядывает ее.
– Слушайте, я должен извиниться перед вами за наезд, – примирительно начал мужчина. – И не волнуйтесь вы так! Все уже позади.
Кристина снова покачала головой.
– Если бы так… – задумчиво ответила она. – Но, если начистоту, это я бросилась вам под колеса. Здесь нет вашей вины.
Мужчина кивнул, подтверждая ее правоту.
– Но и моей вины нет, – продолжала девушка, – ведь я спасалась от преследования.
– Тоже верно! – с легкой улыбкой ответил водитель.
Улыбка Кристине понравилась. Ей показалось, будто в ее темном царстве мелькнул луч света. Люди все еще могут быть людьми, могут быть человечными…
– В общем, я хотела сказать вам спасибо. Я очень благодарна вам за спасение и за то, что ударили и прогнали этого урода. Большое вам спасибо! – искренне сказала девушка и тоже улыбнулась.
– Всегда пожалуйста. Кто он, кстати?
Этот вопрос Кристине не понравился. Объяснить было сложно. Да и вряд ли бы ее спутник поверил, даже расскажи она ему всю правду. Или счел бы ее сумасшедшей. А Кристине этого не хотелось.
Мужчина заметил замешательство своей пассажирки и решил сменить тему.
– Ладно, можете не отвечать. Давайте тогда познакомимся?
В машине воцарилась тишина, и по недовольному лицу Кристины стало ясно, что и тут его ждет поражение.
– Давайте без имен, хорошо? Простите…
– Такая таинственность! – с иронией произнес водитель. – Но, если подумать, я не против. Так даже удобнее. Вы – пассажир, я – водитель.
Кристина с благодарностью кивнула, и в этот момент они подъехали к больнице. Кристина хотела было попрощаться со своим попутчиком, но он опередил ее и вышел из машины.
– Я помогу вам добраться до приемного покоя. Это меньшее, что я могу сделать, – учтиво произнес он.
Его лицо не улыбалось, но глаза смеялись. Вся эта ситуация явно забавляла его. И Кристина была не против. В конце концов, она нуждалась в помощи.
Мужчина помог ей добраться до стойки администратора, где сам объяснил в двух словах ситуацию.
– Хорошо, врач осмотрит вас. Ваши документы, пожалуйста.
Кристина мысленно выругалась. Может быть, осмотр и не нужен? Если бы не проблемы с ногой, она бы уже бежала прочь, честное слово! Администратор и водитель ждали, вопросительно глядя на Кристину, и пришлось достать из рюкзака паспорт. Когда с формальностями было покончено, из-за поворота показалась медсестра с креслом-каталкой. Дальше помощь нового знакомого не требовалась. Кристина кивнула мужчине с благодарностью, уверенная, что это прощание, устроилась в кресле, и медсестра увезла ее на осмотр.
В кабинете Кристину встретил усталый врач, чья смена, судя по его виду, длилась уже давно, а время было позднее. Он ощупал ногу Кристины, проверил рефлексы и отправил девушку на рентген.
– Доктор, скажите, пожалуйста, что нога в порядке, – взмолилась Кристина. – Это очень важно!
– Вы что, танцуете? – безучастно спросил врач.
– Танцую, – подтвердила девушка.
Врач удивленно посмотрел на нее, отвлекаясь от изучения снимка.
– Танцую, – повторила Кристина. – Учусь на факультете хореографии. Танцы – моя жизнь.
Врач кивнул и внимательнее посмотрел на снимок.
– Что ж, если так… Нога в порядке. Небольшое растяжение. Сильный ушиб колена. Но кости, связки – все цело и в полном порядке. Я наложу стягивающую повязку. Через неделю сможете вернуться к своим занятиям.
Врач снова посмотрел на Кристину и улыбнулся.
– Слава богу! – воскликнула девушка. – Спасибо вам большое!
– Да мне-то за что! Выздоравливайте.
Пока врач накладывал повязку, Кристина старалась ни о чем не думать. Облегчение затопило ее, накрыло, будто теплой ласковой волной. Даже мимолетная мысль о том, что она может не вернуться к учебе, на сцену, вселяла ужас. Это было даже страшнее, чем брюнет на шоссе. Во много раз страшнее!
Выйдя в коридор, Кристина с удивлением обнаружила своего попутчика в кресле у стены.
– Вы?
Мужчина встал. Казалось, он был немного смущен ее удивлением.
– Решил дождаться вас, чтобы подбросить до дома или хотя бы вызвать такси, – объяснил он.
Кристина замешкалась.
– Спасибо за заботу… Проблема в том, что я не живу в этом городе.
– Правда? – стоило бы уже привыкнуть к скрытности этой девушки и не удивляться.
Кристина прочитала по лицу его мысли. Может быть, стоит попросить помощи? Вроде бы хороший человек. В конце концов, не такое уж большое дело!
Кристина вздохнула и присела на ручку кресла, а ее спутник остался стоять на месте, ожидая продолжения.
– Раз уж вы здесь… Могу я попросить вас о помощи?
– Можете, – твердо ответил водитель.
– Мне нужно попасть в Новороссийск. Я не умею водить, а то взяла бы машину напрокат. Как попасть туда, не пользуясь общественным транспортом? Такси? Наверное, очень дорого? – и Кристина в растерянности посмотрела на своего собеседника.
Мужчина раздумывал буквально мгновение.
– Я сам могу отвезти вас, – предложил он.
– Нет, – отмахнулась Кристина. – Это уже чересчур!
– Мне по пути, – уверенно добавил он, пресекая дальнейшие возражения.
– Серьезно? – удивилась Кристина. – Ну и совпадение!
– Вот так бывает, – пожал плечами мужчина. – Поехали?
– Хорошо! – с облегчением ответила девушка. – Только давайте не бесплатно и оговорим сразу сумму, хорошо?
– Да бросьте, – отмахнулся мужчина и предложил Кристине свою руку, чтобы опереться.
Она с благодарностью приняла помощь, и вместе они направились к машине. Вопрос цены Кристина решила оставить на потом. Еще будет время вернуться к этому.
Краснодар остался позади. Еще один этап путешествия пройден. Кристина тяжело вздохнула, продолжая смотреть в окно. Огни города остались за спиной, и теперь за окном мелькали лишь темные поля и силуэты деревьев в свете придорожных фонарей.
– Вы не против музыки? – нарушил тишину водитель.
– Даже за, – ответила Кристина. – Что предпочитаете?
– Всего понемногу, – ответил он и нажал на кнопку магнитолы.
Зазвучало радио. Мужчина несколько раз переключал станции, пока не остановился на группе «Скорпионс».
– Значит, рок-баллады, – констатировала с улыбкой Кристина.
– Не по душе?
– Наоборот, всегда любила. Просто сейчас эта песня звучит как-то странно…
– Почему?
Казалось бы, такой простой вопрос. Но объяснить было очень сложно.
– Странно, потому что она будто из другой жизни! – с чувством ответила Кристина. – Жизни давней и очень далекой. Так бывает, когда все вдруг меняется.
– Все изменилось? – с участием спросил мужчина. Он явно силился понять свою собеседницу.
– Да. С таким же успехом можно было бы слушать песнопения племени Майя или военный марш Наполеона… Звуки другой эпохи… Я, наверное, путанно говорю?
– Вовсе нет. Я понимаю, что вы имеете в виду. Просто было бы интересно узнать, что же изменилось за последнее время. Но спрашивать я не буду – вы все равно не ответите, – усмехнувшись, добавил он.
– А вам почему нравится эта песня? – с интересом спросила девушка.
– А кто сказал, что она мне нравится?
– Да ладно вам! – Кристина рассмеялась, но взгляда не отвела, ожидая ответа.
– Ну, хорошо! Под эту песню я танцевал свадебный танец. Навевает ностальгию.
Кристина открыла было рот, но не нашлась сразу, что ответить. Свадебный танец, ностальгия… Ничего себе! Девушку только смутило, что ее собеседник вот так просто поведал ей о личном.
Мужчина тем временем посмотрел на Кристину, ожидая реакции, и заметил ее растерянность.
– Да ладно вам, перестаньте! – воскликнул он и рассмеялся. – Друг женился в тот день. Он у меня старой закалки, любит классический рок и быструю езду на мотоцикле. Это его любимая песня.
– Понятно, – с улыбкой ответила Кристина и выдохнула. – Я уж подумала…
– Что я ни с того ни с сего поведаю вам все свои тайны, – закончил за нее попутчик. – Не дождетесь.
– И слава богу! – отмахнулась девушка.
– А давайте сыграем? Раз уж наши тайны останутся при нас, предлагаю включить воображение.
– В смысле?
– Переключаем волну, находим песню, и вы рассказываете мне историю, якобы тесно связанную с этой песней. Любую. Вымышленную. Но можно и настоящую. Я все равно не узнаю. И так по очереди.
– Давайте попробуем, – неуверенно согласилась Кристина.
Водитель нажал на кнопку, меняя радиостанции. Приемник поймал волну, и салон машины заполнили раскатистые звуки голоса Филиппа Киркорова. Попутчики дружно рассмеялись.
– Досталось же мне! – Кристина хлопнула в ладоши. – Ну, хорошо, попробуем. Эта песня из моего детства, определенно! «Словами нежными меня обворожи!» Это папин день рождения. Накрыт стол, все традиционно: нарезки, фрукты, салатики, шампанское… – Кристина улыбнулась, и ее собеседник кивнул в ответ. – И мои родители танцуют под эту песню, кружась по комнате. Папа – прекрасный партнер, в молодости он занимался бальными танцами. И он кружит маму, крепко держа ее за талию, а мама кричит и смеется. На нее всегда так действует шампанское… – Кристина сделала паузу и вздохнула. – Тогда они еще были вместе…
Мужчина внимательно посмотрел на свою попутчицу, гадая, рассказывает ли она реальную историю или выдумывает. В любом случае эта история явно навеяла грустные воспоминания.
– Отличная попытка, – констатировал он. – Переключайте волну. Моя очередь сочинять.
Кристина улыбнулась и слегка тряхнула головой, прогоняя воспоминание. Ее собеседнику попалась неизвестная клубная композиция. Слегка пританцовывая, он сделал громче, установив переключатель почти на максимум. Машина начала вибрировать. Заряжаясь его настроением, Кристина и сама подчинилась ритму. Все равно вряд ли можно было что-то придумать под эту песню. Разве что рассказать о бурной вечеринке с друзьями. С другой стороны, почему бы и нет? В жизни нормальных людей бывает и такое…
Кристину поразило, с какой легкостью ее попутчик переключался от одного настроения на другое. Вот он серьезен, а в следующее мгновение танцует и подпевает. Он менял маски так же быстро, как программы на радио. И в то же время был абсолютно искренен, как показалось девушке. В его поведении, будь то задумчивость или радость, не чувствовалось фальши. Подача была абсолютно искренней. Это заставляло задуматься.
Тем временем песня кончилась, и мужчина предложил Кристине снова переключить радио, так как предыдущая композиция не была засчитана. Зазвучал военный марш.
– Господи, – воскликнула девушка, – вам везет сегодня! Попробовать другую?
– Незачем. У меня есть отличная история, – и он подмигнул Кристине.
Она рассмеялась.
А мужчина тем временем взял небольшую паузу, собираясь с мыслями.
– Мы стоим на плацдарме, мои товарищи, наш командир. Небо серое, дождь льет как из ведра. Первый дождь в этом году… Тучи ложатся на пики горных вершин, окружающих наш лагерь, а за этими пиками идет бой. Я слышу взрывы в отдалении. Но мы не двигаемся с места. Этот марш – символ многих побед прошлого. И мы чтим память погибших. Как и каждый год.
Мужчина замолчал, глядя на пустую дорогу перед собой. На какое-то время в салоне машины воцарилась тишина.
– Вы служили? – тихо спросила Кристина. – В горячих точках?
Водитель ответил не сразу. Переключив скорость, он помолчал еще с минуту, а потом повернулся к Кристине.
– Вы нарушаете правила игры. Верить или нет – дело ваше.
Кристина кивнула в ответ, принимая его слова.
– Какая-то невеселая игра получается, – с досадой сказала она.
– Вовсе нет, – возразил ее попутчик. – Попробуем в последний раз?
Девушка кивнула. Следующая композиция оказалась классической. И Кристина прекрасно знала, что это: Фредерик Шопен «Ноктюрн номер двадцать». На секунду от звуков рояля перехватило дыхание. Только несколько композиций вызывали у нее такие сильные эмоции. Эта мелодия была одной из них. Нежность вперемешку с тоской, грусть и надежда на скорую радость. Трудно описать. Трудно подобрать слова.
– Попробуете?
– Это легко, – с улыбкой ответила Кристина. – Девушка танцует. Сцена. Она одна на огромной сцене, и лучи всех софитов направлены на нее. Она не знает, есть ли кто-то в зрительном зале, – партер тонет в темноте. Ей страшно. Но она счастлива. Она знает каждый шаг, каждый взмах руки! – Кристина взмахнула руками, демонстрируя движение. – Чудо какая музыка!
– Так вы танцуете?
– Вот и вы нарушаете правила! – воскликнула Кристина, пряча руки.
– Нарушаю, – кивнул мужчина. – Но уверен, что прав. Я бы хотел увидеть это собственными глазами.
Кристина удивленно посмотрела на своего попутчика, но от ответа воздержалась. Рояль все еще играл, и говорить больше не хотелось. О том, сможет ли Кристина снова заниматься любимым делом, сможет ли когда-нибудь выйти на большую сцену, она старалась не думать.
– Слушайте, это какая-то хитрая психологическая уловка? Я имею в виду нашу игру в мелодии. Вроде бы я ничего не рассказываю, а получается наоборот!
– Так это все было выдумкой или правдой? – с улыбкой спросил попутчик.
– А у вас? – вопросом на вопрос ответила Кристина. – Давайте с этим заканчивать.
– Давайте, – легко согласился собеседник, глядя на дорогу. – Я просто хотел отвлечь вас, а такие игры скрашивают путешествие. Так или иначе, это способ узнать друг друга получше.
Он говорил, не глядя на Кристину. Все внимание теперь уделял дороге – они проезжали населенный пункт, а через каждые двести метров им попадался то светофор, то «лежачий полицейский». Кристина уже пожалела, что была резка. В конце концов, этот случайный попутчик ни в чем не виноват и просто развлекает ее, ведь так? А у нее нервы взвинчены до предела – отсюда и резкая реакция. Вдруг вспомнились наставления подруги: «Никому не доверяй». Она и не доверяла. Но можно было бы и не грубить.
Населенный пункт остался позади, и вокруг снова раскинулись поля и холмы, покрытые лесом. Где-то над верхушками деревьев забрезжил рассвет, и небо постепенно меняло оттенки от темно-серого к нежно-голубому. Наступал новый день.
– То, что я вам сейчас скажу, может показаться странным, – осторожно начал мужчина, – но все же попробуйте прислушаться. Я могу вам помочь. Если вы расскажете, в чем дело.
– Это вряд ли, – ответила Кристина, глядя в окно.
– Что вряд ли? – с улыбкой спросил водитель. – Вы сомневаетесь в моих возможностях или в том, что сможете мне открыться?
Кристина удивленно подняла брови и повернулась к собеседнику.
– Открыться? Мы едва знакомы… И я как-то не задумывалась о ваших возможностях, если уж на то пошло. Правда, вы отлично врезали тому брюнету! Я видела краем глаза, хоть и лежала на асфальте. Он пошатнулся! – усмехнувшись, ответила девушка, вспоминая сцену на шоссе.
– Вы назвали его брюнетом, значит, лично вы с ним не знакомы, что ли? – теперь пришла очередь мужчины удивляться.
Кристина всплеснула руками, начиная злиться.
– Вы умеете слушать и слышать, это я поняла. Но дальше пути нет. Скоро мы будем в Новороссийске и разбежимся в разные стороны. Так зачем вам знать о моих проблемах? Вы же больше никогда меня не увидите…
– Считайте это любопытством.
Собеседник Кристины нахмурился и замолчал. Повисла неловкая пауза. Тяжело вздохнув, Кристина покрутила на пальце кольцо с большим амазонитом, когда-то подаренное любимым человеком, и снова посмотрела на водителя.
– Извините, если была резка, но это результат вашей настойчивости. Давайте просто доберемся до Новороссийска в целости и сохранности, хорошо?
– Это без проблем, – с готовностью ответил водитель, и напряжение в салоне сразу спало.
Минут через тридцать над горизонтом показалось солнце. Кристина опустила боковое стекло до упора и подставила руку потокам ветра и солнечным лучам. Возможно, все будет хорошо. Возможно, ее план удастся и ее оставят наконец в покое. Тогда Кристина сможет вернуться к обычной жизни, к любимым занятиям. Но уже не в Москве…
– Можно я все-таки буду вас как-нибудь называть? Какое имя вам больше нравится?
Мужчина удивленно вскинул брови и посмотрел на девушку в соседнем кресле. С рассветом что-то в ней переменилось. Напряжение как будто немного спало.
– Зовите меня Дэн.
– Дэн, давайте где-нибудь остановимся? Магазин или кафе. Я ничего не ела со вчерашнего утра…
– С удовольствием. Сказали бы раньше – полчаса назад мы проехали придорожный ресторан.
– Раньше не сообразила, – пожала плечами Кристина и откинулась на спинку сиденья.
Дэн сверился с навигатором.
– Следующая заправка через два километра. Наверняка там есть и закусочная.
Так и оказалось. Дэн припарковался, вышел из машины и открыл Кристине дверь, чтобы помочь выбраться. Кристина сама бы не справилась. Все тело затекло и болело. Причиной тому было и падение на асфальт, и долгие часы дороги без движения. Опираться на своего попутчика Кристине было неловко, и она замешкалась, не зная, как поступить.
– Да перестаньте! Кому нужны эти церемонии? – с мягкой улыбкой сказал Дэн и обнял девушку за талию, держа крепко.
Теперь на больную ногу можно было почти не опираться, и вместе они дошли до кафе. Здесь Дэн усадил Кристину за столик, а сам сходил к стойке и принес меню.
– Там никого нет, не проснулись еще, наверное! И никому дела нет, возьмем мы что-нибудь или нет, – смеясь, сказал мужчина.
– А кто же сварит кофе? – обреченно ответила Кристина.
– Я и сварю. Там автомат.
С этими словами Дэн направился к стойке, без стеснения обогнул ее и принялся хозяйничать вместо продавца. Вскоре перед Кристиной появились и кофе, и несколько видов выпечки, и пакетик с соком. Заспанный продавец появился лишь к концу трапезы. Заметив на своей стойке крупную купюру, он лишь пожелал посетителям приятного аппетита и снова удалился.
– Пошел дальше спать, – резюмировал Дэн.
Кристина прыснула, зажав рот рукой.
После завтрака Дэн снова хотел поддержать Кристину и помочь ей вернуться в машину, но девушка остановила его.
– Нога уже не так болит. Я размяла мышцы. Смогу дойти сама, спасибо.
Мужчина ничего не ответил и пошел вперед, Кристина – следом.
Пристегнувшись, девушка спросила:
– Сколько сейчас времени и через сколько примерно мы будем в Новороссийске?
– У вас нет часов? – удивился Дэн.
– Нет. И мобильный я оставила дома.
– Намеренно? – прямо спросил Дэн.
Кристина не стала темнить.
– Да, намеренно.
Обдумав ее слова, мужчина кивнул.
– До Новороссийска примерно час пути. Сейчас шесть утра.
– Хорошо.
Кристина откинула голову на спинку сиденья и отвернулась к окну.
Значит, город уже близко. Странно, что не чувствуется…
Спустя минут двадцать Кристина смогла наконец уловить запах приближающегося моря. Ни с чем не спутаешь этот будоражащий аромат!
– Почему вы улыбаетесь?
– А вы не чувствуете? Море близко! – с восторгом воскликнула девушка. – Давайте откройте и свое окно тоже!
Поддавшись ее настроению, Дэн улыбнулся и опустил стекло.
– Ничего не чувствую, – разочарованно произнес он, следя за дорогой.
– А вы настройтесь на новую волну, – посоветовала Кристина. – Знаете, я впервые увидела море еще девчонкой. Мне было десять, и мы с родителями поехали в Кабардинку. Я помню, как открылись двери поезда на перроне в Новороссийске, и я сразу почувствовала этот запах! Так пахнет только Черное море! Удивительное ощущение. Мы вытащили чемоданы, пошли на стоянку автобусов, покупали билеты, а я все оглядывалась по сторонам, чтобы увидеть источник этого запаха. Но его нигде не было видно. Сели в автобус. Было еще темно, но уже начинался рассвет, почти как сейчас. А когда мы ехали в автобусе по серпантину, солнце уже встало. Знаете, в начале серпантина вдоль дороги плотной стеной растут деревья и кустарники, и ничего не видно. Но потом деревья закончились, и я наконец увидела это чудо: головокружительный обрыв и бесконечная, сияющая в лучах солнца водная гладь! – Кристина не могла сдержать восторженной улыбки. – Первый раз останется в памяти навсегда.
Дэн улыбнулся, глядя на свою попутчицу.
– Это верно: первый раз останется в памяти навсегда, – подтвердил он.
Дорога петляла между холмов.
Дэн включил радио на минимальной громкости и думал о своем. А Кристина вдруг впервые за последние два года почувствовала, что она в безопасности. Пусть ненадолго. И, возможно, это всего лишь иллюзия, но все же чувство было очень приятное. Девушка силилась побороть усталость, но тщетно, и вскоре задремала. А мужчина прикрыл окна, чтобы его попутчица не замерзла. Так добрались до Новороссийска.
Дэн разбудил Кристину, когда уже въехали в город.
– Господи, я уснула? – спросила девушка. – Где мы?
– Почти приехали. Где вас высадить?
– На вокзале, – попросила Кристина.
– Значит, это не конечный ваш пункт?
– У меня, к сожалению, нет конечного пункта, – ответила Кристина.
Дэн нахмурился и нажал на газ. Вскоре они припарковались у здания вокзала. Мужчина заглушил двигатель, отстегнул ремень безопасности и повернулся к Кристине.
– Слушайте, вы верите в судьбу?
– Верю, конечно. Кто же не верит? – удивленно ответила Кристина.
– И я тоже. Я думаю, судьба свела нас на том шоссе. И я снова предлагаю вам свою помощь. Подумайте хорошенько: без меня вам не справиться.
– У вас дел своих нет? – мягко спросила Кристина. – И даже если вы правы, это вас уже не касается. Я же сказала: в Новороссийске мы расстанемся.
– Но я…
– Нет, – перебила его Кристина. – Вы даже не представляете, какое я делаю вам одолжение! И вы не захотите знать, уж поверьте мне.
– Скажите хотя бы свое имя, – попросил Дэн, понимая, что девушку уже не переубедить.
– Зовите меня… – Кристина на мгновение задумалась, – Надеждой!
– Это имя вам не идет, – усмехнулся Дэн.
– Но ведь и вы – не Дэн, – прищурившись, ответила Кристина и вышла из машины.
Дэн вышел следом и протянул девушке руку в знак прощания. Вопрос Кристины так и повис в воздухе, значит, она угадала. Но сейчас это было уже неважно.
Кристина вложила свою ладонь в его руку.
– Берегите себя, – попросил он серьезно.
– Хорошо. Спасибо вам за помощь.
И девушка медленно направилась в сторону стоянки такси, немного прихрамывая. Она твердо решила не оборачиваться, чтобы ее новый знакомый, не дай бог, не счел это приглашением продолжить путь вместе. Странно, что он так настойчиво предлагал ей свою помощь. Она ведь даже не нравилась ему – Кристина всегда интуитивно чувствовала такие вещи. Между ними за этот короткий путь не возникло ни магии, ни особенного взаимопонимания. Ничего, ровным счетом! Поэтому мотивы Дэна, или как там его звали на самом деле, остались для Кристины загадкой.
Тем не менее эта встреча принесла ей небольшую передышку – именно то, чего ей так сильно не хватало в последнее время. Она будто побывала в тихой гавани, куда не забредают ни высокие волны, ни шквалистый ветер. Рядом с Дэном ей было… спокойно? Тепло? Она даже уснула в его машине, чего не позволяла себе никогда в компании незнакомцев. Хотя, возможно, ее просто доконало напряжение последних дней. А в таком состоянии можно уснуть и в пасти у крокодила!
На стоянке такси Кристину сразу обступили водители, громко и настойчиво предлагая свои услуги. Кристина выбрала первого попавшегося – мужчину пожилого возраста с широкой улыбкой – и юркнула в его машину.
– Давайте, мы поедем, а то я очень спешу.
– Может, скажете, куда ехать? – удивленно спросил водитель, пристегивая ремень безопасности.
– Позже. Поехали! – твердо сказала девушка.
Водитель завел двигатель. Видно, решил не спорить. Мало ли, что случилось у клиента, поэтому нет смысла лишний раз его нервировать. А Кристина просто не хотела, чтобы кто-то услышал о пункте ее назначения.
На самом деле, Кристина прекрасно понимала, что ее план и так уже раскрыт, раз в Ростове появился тот брюнет с фотографией в руках. Тем не менее девушка решила не рисковать, надеясь на лучшее.
Как только машина выехала со стоянки, Кристина сказала:
– Едем в Геленджик.
– Куда именно, красавица? – добродушно спросил водитель.
– Дайте подумать…
О том, чтобы назвать точный адрес Георгия Давидовича, ее знакомого, не могло быть и речи. Меньше всего Кристина хотела, чтобы из-за нее у старика возникли проблемы. Надо было остановиться где-нибудь неподалеку, а дальше идти пешком. Не очень далеко – колено все еще ныло. Девушке было даже страшно подумать, что случится, если ей опять придется убегать! Хорошей скорости ей теперь точно не развить – поймают в два счета. Поэтому надо быть внимательнее.
– Давайте до пересечения Луначарского с Садовой, там магазин продуктовый на углу, знаете?
– Знаю, конечно! Как же не знать! – усмехнувшись, ответил водитель и увеличил скорость.
– Отлично, – только и сказала Кристина.
Время было еще раннее, но южное солнце уже грело в полную силу. Кристина надела солнечные очки и опустила боковое стекло до упора. В салон машины тут же ворвался порыв свежего ветерка, и стало легче. Вот бы еще сменить джинсы на летний сарафан! Кристина тут же одернула себя. Во-первых, не было у нее с собой никакого сарафана – только пара рубашек и три футболки разных цветов для конспирации. Во-вторых, она направлялась не на курорт, чтобы думать о платьях да шляпках! Но виды горного хребта, поросшего елями, и искрящееся море сбивали столку. Они будто шептали: «Расслабься, как всегда в этих местах, надень шлепки и иди на пляж!»
Девушка грустно улыбнулась и опустила козырек своей кепки. Главное – выбраться и остаться свободной! И не стоит забывать об этом ни на секунду.
– В отпуск или работать? – спросил водитель, рассматривая девушку в зеркало заднего вида.
– По делам к подруге, – ответила Кристина первое, что пришло в голову.
– А я уж думал, работать. Знаете, сейчас много молодежи съезжается на заработки: вожатыми в детские лагеря, уборщицами и няньками для детей богатых туристов, тренерами и спасателями на пляжах и в аквапарках, и так далее. Моя вот внучка в аквапарке работает, следит, чтобы дети не ушиблись и не потонули.
– Уже открылись аквапарки? – спросила Кристина, чтобы поддержать беседу.
На аквапарки ей было плевать, честно говоря.
– Да, с середины мая еще! В этом году сезон ранний, и все стараются заработать, чтобы хоть как-то перекрыть убытки прошлого года, когда случилась пандемия…
– А я слышала, прошлым летом на побережье было не протолкнуться, ведь за границу улететь никто не смог.
– Врут, – со вздохом ответил водитель. – В мае – июне вообще людей не было, потом приехали, но мало. Дело же не в том, что границы закрыты. Откуда у людей деньги-то на отдых, если миллионы вообще без работы остались?
– Это верно, – согласилась Кристина.
– А подруга ваша в Геленджике живет? Может, я ее знаю? Или семью ее?
Кристина недовольно передернула плечами. Как отличить простое любопытство местного таксиста от шпионажа?
– Нет, она проездом, – и Кристина демонстративно отвернулась к окну, чтобы прекратить разговор.
Водитель намек понял и потянулся к магнитоле, чтобы включить радио. Девушка узнала песню по первым аккордам и еле удержалась, чтобы не заткнуть уши.
– Переключите, пожалуйста, на что-нибудь другое!
– Не нравится? – искренне удивился таксист.
Это была современная азербайджанская песня, медленная, тягучая и очень красивая. И она напомнила Кристине о таких вещах, что впору идти топиться в Черном море.
– Совсем не нравится!
Таксист пожал плечами и сменил радиоволну.
«Как я тебя одну люблю, тебе и звезды, и луну я подарю…»
Кристина прикрыла глаза и сделала глубокий вдох. Только спокойно – осталось совсем немного, скоро она будет в безопасности.
– Знаете, я могу подыскать вам жилье, – предложил таксист, – хорошее и недорогое.
– Спасибо, но не нужно, – устало ответила Кристина. – Долго еще ехать?
– Нет, минут двадцать осталось, – мужчина улыбнулся Кристине в зеркало заднего вида, но девушка не вернула ему улыбку.
– Если у вас возникнут вопросы или проблемы, если нужно будет жилье или машина, звоните. Вот мой номер, – и таксист протянул Кристине свою визитку. Кристина приняла карточку и кивнула.
– А если вам нужно узнать, где лучший ресторан, отель или пляж, я все покажу вам! – продолжал водитель. – Только дайте знать. Любой каприз.
– Спасибо, но мне ничего не нужно, – все так же сдержанно ответила девушка.
Внимание таксиста стало назойливым. Скорее бы добраться до Геленджика.
– Мне кажется, я вас где-то видел. Бывали раньше в наших местах? – поинтересовался водитель, продолжая глазеть на свою пассажирку. – Конечно, бывали, глупый вопрос, раз знаете магазин на перекрестке Луначарского и Садовой. Когда приезжали к нам?
– Никогда, – чуть резче ответила Кристина. – А адрес на карте нашла. Подруга сказала, что встретит меня там.
– Ладно-ладно, – медленно проговорил таксист, давая понять, что не верит. – Как скажете.
Пауза продлилась совсем недолго, и вскоре он снова заговорил:
– Вы бы сняли кепку да очки, подставили лицо нашему южному солнышку! Вон вы какая бледная, надо же и позагорать немного! – в его голосе слышалось такое навязчивое участие, что девушке стало не по себе.
Для чего ему видеть ее лицо? Неужели уже ориентировку разослали и подключили водителей на вокзалах? Боже мой, надо было заказывать сетевое такси с одной из улиц Новороссийска, а не брать машину на вокзале. Вот идиотка!
Кристина вжалась в сиденье и опустила голову. Обычно в таких ситуациях она включала телефон и начинала просматривать почту или чужие фото, делая вид, что очень занята. Но сейчас у нее не было даже телефона. Надо бы купить самый простой аппарат, чтобы хотя бы время смотреть и иметь доступ к картам. Тоже может пригодиться.
Отвернувшись к окну, Кристина постаралась успокоиться и думать логически. Если она сейчас попросит водителя остановить машину и выйдет посреди междугороднего шоссе, он точно запомнит ее. А если он – один из тех, кто ищет ее, сразу поймет, что это она. А пока что, в темных очках и кепке ему не разглядеть ее лица, а бесформенная рубашка с джинсами не дают четкого представления о фигуре. Следовательно, нужно соблюдать спокойствие и ехать дальше. Не время устраивать истерику!
Были бы у нее водительские права, и все бы стало намного проще! Но Кристина не умела водить. Пробовала учиться, но не вышло. Разбила машину инструктора вдребезги, сама жутко испугалась и больше никогда не садилась за руль.
Можно было бы принять помощь Дэна, в конце концов! Он ведь спас ее, ничего не попросив взамен. И, в отличие от этого прилипалы-таксиста, не задавал лишних вопросов. С Дэном Кристина могла бы добраться не только до Геленджика, но и дальше. И правда: с ним она была бы в безопасности, ведь он явно неробкого десятка, умеет драться, способен постоять за себя. Конечно, он не герой, а обычный человек, и все же Кристина почему-то была уверена, что он справился бы с очередным брюнетом. И даже не одним. Все его движения, обманчиво медленные, и его легкая походка, и крепко сложенное тело говорили о его силе и тренированности. Возможно, если бы у Кристины не было молодого человека, она бы внимательнее отнеслась и к внешности мужчины: его правильные черты, волевой подбородок, волнистые каштановые волосы, смеющиеся глаза могли бы понравиться ей. Но сейчас Кристина редко думала даже о своем Саше – он уехал, и уже продолжительное время о нем ничего не было слышно. Кристина знала – он не поможет ей. Он и не предлагал. Только одно сообщение: «Я постараюсь решить твою проблему. Верь мне: скоро мы будем вместе» И все. С того дня прошло почти три месяца. Свой мобильный он заблокировал. Кристина с трудом могла поверить, что он просто испугался и сбежал. Такое просто невозможно! Ведь они так любят друга… И все же его долгое молчание заставляло задуматься.
Такси припарковалось на нужном перекрестке. Кристина отдала деньги и вышла из машины, пресекая дальнейшие расспросы таксиста. Огляделась по сторонам. Геленджик не изменился. Те же горы, покрытые густым еловым лесом, по правую руку и кварталы частных домиков – по левую. Улица Луначарского была, кажется, единственной оживленной транспортной артерией городка, а в остальном – тихий и сонный райский уголок, окутанный ароматом цветущих розовых кустов. Таким Кристина запомнила это место. И удивилась: теперь эти ощущения ушли. Тревога и постоянное предчувствие скорой беды способны омрачить даже такие красивые места. А тихие улочки Геленджика, которые Кристина раньше любила исследовать, медленно прогуливаясь пешком с подругой, теперь таили только опасность. Особенно улица Садовая, на которой жил ее давний знакомый. Как же с ним увидеться?
Девушка глубоко вдохнула, прикрыв глаза и стараясь успокоить сердечный ритм, и медленно направилась к Садовой. Аккуратно заглянув за угол, она увидела то, чего так боялась: у дома Георгия Давидовича стоял большой черный джип, а рядом с ним – двое кавказцев. И весь их внешний вид и манера держаться говорили о том, что это не просто туристы.
Кристина отпрянула и сделала несколько шагов назад, за забор ближайшего дома, где ее не было видно. Что же делать? Как связаться, как дать о себе знать?
Опустив голову, девушка развернулась и побрела в другую сторону. Здесь оставаться было опасно. На соседней улочке она свернула вниз, к морю. Ноги сами вели ее на набережную. Не то чтобы Кристина планировала искупаться и позагорать – просто отказать себе в удовольствии увидеть прибрежные волны она не могла.
Набережная Геленджика не изменилась. Широкая, вымощенная камнем полоса тянулась по периметру всей бухты, сколько хватало глаз. Белоснежное ограждение, фонари с чугунными завитушками, цветущие клумбы и лавочки на каждом шагу. Кафе, рестораны на открытом воздухе, туристы, кричащие дети – все по-прежнему. Легко затеряться в толпе.
Кристина прошла до спуска на песчаный пляж и опустилась на каменные ступени.
– Ничего не радует… Но море! Ты как всегда прекрасно… – тихо произнесла девушка и замерла, наслаждаясь видом. Сейчас не нужно анализировать и ни в коем случае не нужно отчаиваться! Конечно, этот джип может ничего и не значить. Но лучше этот вариант не рассматривать. Тогда от обратного: они здесь и ждут ее. Черта с два она им попадется в руки! Значит, связаться с Георгием Давидовичем можно только через другого человека. Но через кого? Кристина больше никого не знала в этом городе. Да и не нужно! Зато Георгия Давидовича знают все местные старожилы. Попросить можно любого.
Кристина вдруг вспомнила, как Георгий Давидович водил ее кушать, как он выразился, настоящий шашлык в одну местную закусочную. Там он был частым гостем, знал хозяина.
Девушка встала, отряхнула от песка джинсы и направилась в закусочную, решив испытать удачу. В конце концов, просто сидеть и ждать опасно. Чем быстрее она покинет этот город, тем лучше. Хоть бы только это место все еще было там, где помнила Кристина. В конце концов, прошло четыре года, а город, хоть и медленно, но все же менялся.
Закусочная была на месте. Маленькое заведение через две от Садовой улицы, затерянное во внутренних дворах. Сюда редко заглядывали отдыхающие – они предпочитали рестораны с музыкой вдоль набережной. А здесь все было просто: пять пластиковых столов со стульями, жаровня и повар. Он же хозяин.
Девушка кивнула в знак приветствия и устроилась за столиком в глубине, чтобы со стороны улицы ее было не видно. Хозяин подошел почти сразу.
– Возьмите комплексный обед – не пожалеете, – без предисловий начал он.
– Давайте, – с готовность ответила Кристина.
Она и правда была голодна, к тому же обратиться к хозяину со столь странной просьбой было не так уж и просто. Нужно время. И его расположение.
– У вас уютно, – начала Кристина.
Хозяин, пожилой мужчина с копной седых волос и веселыми глазами, тут же включился в беседу. Готовить он при этом не перестал.
– Спасибо, стараемся! Я тут уж и не помню, сколько лет работаю. Все местные знают, что такое настоящий шашлык дяди Жоры!
– Я тоже знаю, – улыбнулась Кристина. – Была здесь раньше. Помню, как было вкусно!
– А я вас не припомню, – удивился хозяин. – Давно?
– Давно. Несколько лет назад. С Георгием Давидовичем. Вы его знаете?
– Знаю, конечно! – хлопнул в ладоши хозяин. – Так вы его знакомая? Это хорошо, очень хорошо! Ваш шашлык готов!
Он разложил мясо и мелко нарезанные овощи по пластиковым одноразовым тарелкам и принес на стол. Кристина вдохнула аромат.
– Потрясающе… – только и смогла сказать она и принялась за еду.
А хозяин, не спрашивая, сел напротив.
– Знаете секрет настоящего шашлыка дяди Жоры? – хитро прищурившись, спросил он.
– Знаю! Свежее мясо и никакого маринада!
Хозяин удивленно открыл рот и снова хлопнул в ладоши.
– Я же говорю, я здесь не впервые, – объяснила Кристина. – И мясо как всегда на высоте. Вот только повод не такой радостный… – Кристина отложила приборы и посмотрела на хозяина, решая, можно ли ему довериться. – Я могу попросить вас о небольшом одолжении?
– Нет денег? – тут же спросил хозяин.
– Деньги у меня есть, – успокоила его Кристина. – Дело в другом. Но моя просьба может показаться вам странной.
– Что ж, если в моих силах, то помогу. Отчего не помочь такой милой девушке? – добродушно ответил хозяин.
– Мне нужно, чтобы кто-то сходил к Георгию Давидовичу и позвал его сюда. Понимаете, меня ищут, и у его дома стоит подозрительная машина. Я не могу пойти сама.
– Кто тебя ищет? Полиция? – лицо мужчины сразу стало серьезным. – Мне не нужны неприятности. Как и Георгию Давидовичу.
– А он здесь? Не уехал? Нет, что вы? Какая полиция? Я что, похожа на преступника? Бог с вами! Это совсем другое! Я, скорее, жертва… – Кристина перевела дух и с мольбой посмотрела на хозяина.
Обдумав услышанное, он поднялся со своего места.
– Ты говоришь правду. Уж поверь, за столько лет работы я каких только людей тут не повидал! Могу отличить ложь. Сиди тут и доедай, а я сам схожу к нему.
Кристина прикрыла рот рукой, и дядя Жора увидел в ее глазах благодарность и облегчение.
– Спасибо…
– Ешь, – строго сказал хозяин и похлопал ее по плечу. – А проблему твою решим. Как зовут-то тебя?
– Кристина.
– Посмотрю, что там за хлопцы караулят. Может, свои?
С этими словами хозяин снял фартук, повесил его на гвоздь у жаровни и направился к выходу.
– Не смей уходить! Оставляю кафе на тебя, – крикнул он, обернувшись.
Кристина снова послушно принялась за еду, но кусок застревал в горле. Ладони вспотели, и девушку начала бить мелкая дрожь. Плохой признак. В последний раз Кристина чувствовала себя точно так же перед первым серьезным выступлением. Казалось, что ноги перестают слушаться и девушка не помнит ни одного движения. Вообще ничего! Она даже не знала, с чего начать…
В тот вечер к ней впервые подошел Александр Ким, старшекурсник, опытный танцор, красавец и любимец всего института.
– Дыши, – твердо сказал он. – Три глубоких вдоха, пауза, два коротких.
Кристина смотрела на него во все глаза, не веря, что он вообще заговорил с ней.
– Делай что сказано! – строго повторил Александр.
Кристина послушно выполнила дыхательное упражнение, не отводя глаз от собеседника.
– Слушай меня внимательно: не надо обводить весь зал взглядом, хорошо? Выбери один объект или одного человека и сосредоточься только на нем.
Кристина кивнула и слабо улыбнулась, продолжая дышать.
– Мозг сделает все за тебя, поверь мне! – и Александр улыбнулся ей в ответ. – Ты, кстати, прекрасно выглядишь!
Щеки Кристины, до того бледные, покрылись слабым румянцем. Она поняла, что успокоилась. Разум прояснился, а сердце… нет, оно не стало биться медленнее, но теперь оно стучало учащенно вовсе не из-за паники.
– Спасибо, – сказала Кристина и вышла на сцену.
Их представление тогда имело большой успех и отличные оценки преподавателей. После этого выступления Кристине предложили роль главной танцовщицы, а Александр Ким официально стал ее молодым человеком. Волшебный был день.
Кристина сделала три глубоких вдоха, два коротких, и прикрыла глаза. Затем осушила стакан с минералкой, и стало легче.
Как раз в этот момент в кафе вошел хозяин в сопровождении старичка маленького роста, почти лысого, в очках в широкой роговой оправе. Оба улыбнулись, убедившись, что Кристина на месте и никуда не ушла. Кристина узнала старика сразу же и вскочила со своего места, чуть не опрокинув пластиковый стул.
– Георгий Давидович, вы?!
И девушка бросилась к своему старому знакомому, чтобы обнять.
– Девочка моя! – изумленно воскликнул Георгий Давидович. – Задушишь старика! Ты плачешь, что ли? Кто обидел? Кто посмел? – строго спросил он.
Кристина вытерла мокрые от слез щеки, не переставая счастливо улыбаться.
– Я добралась до вас… – только и смогла произнести она. – Добралась, добралась!
Георгий Давидович обнял девушку за плечи и повел к столику. Несмотря на свой преклонный возраст, двигался старик легко и проворно. Именно таким и запомнила его Кристина. Слава богу, за эти несколько лет он совсем не изменился! Все те же потертые тренировочные брюки и рубашка навыпуск – вид весьма небрежный. Но при этом держался он с таким достоинством и уверенностью, что никто не уделял внимание его одежде. К нему всегда обращались на «вы», подчеркнуто уважительно. А за этой небрежной внешностью скрывался человек, которого знал весь город. Здесь он имел большое влияние.
– Я так понимаю, ты не отдыхать приехала, – со вздохом произнес Георгий Давидович.
Кристина хотела было ответить, но старик остановил ее взмахом руки.
– Жора, принеси-ка нам бутылку красного из старых запасов. Моей внучке явно нужно успокоиться и прийти в себя.
Георгий Давидович называл Кристину внучкой с тех пор, как она впервые приехала в Геленджик с родителями. Они остановились в его гостевом доме и часто общались. Девчушка тогда понравилась старику с первого взгляда, и он спросил у нее:
– Ты не будешь против, если я буду звать тебя внучкой? Мои внуки далеко за границей, и я не видел их много лет, а ты растопила сердце старика своим задорным смехом. Так что, ты не против?
Кристина тогда кивнула, пожала руку старика и унеслась на детскую площадку. Так и повелось с тех пор. Потом, когда Кристина повзрослела и стала привлекательной девушкой, она приезжала в гостевой дом Георгия Давидовича со своими подругами, и он все так же, уже по привычке, называл ее внучкой. Он всегда был рад ее приезду и готов помочь. Так было и в этот раз.
Когда на столе перед ними появилась бутылка красного вина и фрукты, Георгий Давидович разлил напиток по стаканчикам и предложил тост:
– За твой приезд! Наконец, я смогу быть полезен тебе.
– Вы и так всегда помогали, – возразила Кристина, делая несколько глотков вина.
Вкус у напитка был приторный и терпкий, и вокруг уже стоял аромат винограда и черной смородины.
– Ох, ладно тебе! – отмахнулся старик. – Чем? Свозил в Прасковеевку?
– А как вы ухаживали за мной, когда я рыбой отравилась, помните? – возразила Кристина. – А сколько всего интересного рассказывали, сколько мест хороших посоветовали!
– Ладно, спасибо на добром слове, – старик улыбнулся, но тут же стал серьезным. – Ты выглядишь усталой. Выкладывай, что случилось?
Кристина вздохнула и постаралась сосредоточиться. Историю, что приключилась с ней, можно было оценить с разных сторон. И кто-то наверняка скажет, что она сама виновна в случившемся. Но это было не так, и Кристине было очень важно, чтобы Георгий Давидович поверил ей.
– Меня преследует один человек… Он богат и обладает властью.
– Кто он?
– Не могу сказать! Не хочу подвергать и вас опасности!
Георгий Давидович удивленно вскинул брови и фыркнул, давая понять, что не боится и не впечатлен, но настаивать на выяснении личности преследователя не стал, за что Кристина была ему безмерно благодарна и вздохнула с облегчением.
– Чего он хочет?
– Меня, – просто ответила девушка и пожала плечами.
Тут темнить не было смысла. Георгий Давидович хорошо знал свою гостью и в ложь не поверил бы.
– Плохо дело, да? – с сочувствием спросил он. – Я так понимаю, раз ты здесь и спасаешься бегством, это настоящая одержимость?
– Подходящее определение, – девушка кивнула и сделала еще несколько глотков вина.
Напиток действовал успокаивающе. Руки уже не дрожали. Кристина подумала, что верно поступила, приехав именно сюда, к этому человеку. Его большой жизненный опыт и мудрость удержали от лишних вопросов, однако позволили увидеть суть проблемы.
– Вы поможете мне? – с мольбой спросила Кристина.
– Всем чем смогу, – серьезно ответил старик. – Здесь тебе оставаться нельзя. О тебе уже спрашивали… – задумчиво добавил он.
Кристина вздрогнула. Самые худшие ее опасения подтвердились.
– Это те мужчины из черной машины у вашего дома?
Георгий Давидович кивнул.
– Господи, как же ты не столкнулась с ними и сообразила попросить Жору о помощи? – с легкой улыбкой спросил он, чтобы хоть немного отвлечь девушку. Ее снова била дрожь.
– Я и не знаю даже… Опыт не пропьешь!
– И сколько уже это все длится? – подозрительно спросил старик.
– Два года…
– Два года? – воскликнул Георгий Давидович. – Ты скрываешься уже два года?
– Не совсем так, – Кристина поежилась и принялась вертеть в руках пластиковую вилку. – Я до недавних пор все же жила дома, правда, входить и выходить было сложно. Но дома меня не трогали – вы же знаете, кто мой отец, – старик кивнул. – Чаще ночевала у подруг или в общежитии института. Но вскоре все эти места стали известны. Тут-то и начался сущий ад… – Кристина судорожно сглотнула, а вилка в ее руках сломалась пополам. – Георгий Давидович, мне нужно уехать. Нужно спрятаться так, чтобы никто не смог найти меня. Надолго. В Москву я вернуться смогу нескоро. Придется как-то обосноваться в другом месте.
– Для начала я могу отправить тебя к брату в Абхазию, – задумчиво ответил старик. – Как ты на это смотришь?
– Именно об этом я и хотела вас просить! – воскликнула Кристина и улыбнулась. – Вас мне сам Бог послал, не иначе!
– Тогда давай не будем терять время. Если тебя здесь заметят, свяжут со мной, верно? А я так понимаю, руки у них длинные – возможно ли такое, что они доберутся и до Абхазии? – с сомнением спросил Георгий Давидович.
– Боюсь, что и до луны могут! – с тоской ответила Кристина.
Спустя полчаса Георгий Давидович вернулся уже на машине, черном «мерседесе» с затемненными окнами. За рулем сидел мужчина в строгой голубой рубашке. Его лицо украшали солидные усы.
Кристина юркнула на заднее сиденье, рядом с Георгием Давидовичем.
– Паша, давай до улицы Грибоедова.
Водитель кивнул и тронулся с места. Проезжая улицу Садовую, Кристина заметила, что черный джип все еще стоит напротив дома Георгия Давидовича. Ее преследователи явно скучали, ожидая уже не один час. Возможно, теперь ей удастся оторваться?
– Внучка, я с тобой только до Грибоедова. Там у меня дела. Жаль, не смогу проводить тебя дальше. Вот мой номер, – и старик протянул Кристине бумажку, – звони. А я позвоню брату и объясню ситуацию. Отдохнешь пару дней в пансионате, пока не придумаем, что делать дальше.
– Спасибо вам огромное за помощь! – искренне ответила Кристина и обняла Георгия Давидовича за шею.
– Погоди ты с объятиями! – строго сказал старик. – Ты не пойми меня неправильно, но почему ты не обратишься к самому простому выходу? Ты ведь понимаешь, о чем я…
Кристина на миг задумалась, хмурясь.
– Замужество? – наконец, до нее дошло. – Господи, вы и правда думаете, что это сработает?!
– У тебя и жених ведь есть, верно? Так в чем же дело?
– Вы не понимаете… – с горечью ответила девушка. – И не знаете, кто этот человек и чем он занимается. Для него нет понятий ни чести, ни морали. Он… – Кристина запнулась, пытаясь подобрать нужные слова, – он монстр! Животное!
– А твой отец? Он знает?
– У него слабое сердце… Я боюсь, эта история его просто убьет, – сокрушенно ответила Кристина. – И он не воспринимает эту историю всерьез.
– А твое исчезновение?
– Я написала ему записку, что уезжаю на время. Думаю, так будет лучше…
– Это довольно наивно, – ответил старик, – и наверняка он будет искать тебя.
Георгий Давидович тяжело вздохнул и погладил Кристину по голове.
– Ты держись, внучка! Выход всегда найдется.
Геленджик остался позади. Кристина только молилась, что, оказывая ей помощь, Георгий Давидович не навлечет на себя беду.
Водитель оказался неразговорчивым, что вполне устраивало Кристину. Откинувшись на мягкое, обтянутое кожей сиденье, девушка смотрела в окно. Горы по левую руку становились все выше. В Геленджике брал свое начало Кавказский хребет, и чем дальше по побережью Черного моря, тем величественнее становились горные вершины. Джанхот, Прасковеевка, Лазаревское – эти места девушка знала неплохо, так как часто бывала здесь с подругами. Но до Сочи они не добирались никогда. А в Абхазии Кристина и вовсе не бывала.
Дорога из прямой трассы превратилась в полосу препятствий. Она то взбиралась вверх, петляла по серпантину, и у Кристины дух захватывало от видов за окном, то кидалась вниз так резко, что замирало сердце. А на спокойных, более-менее ровных участках девушка дремала, стараясь отвлечься и ни о чем не думать.
К вечеру въехали в Сочи. Водитель оставил «мерседес» у автобусной станции и проводил Кристину до другой машины. Пожелав счастливой дороги, он ретировался, а Кристина заняла свое место на заднем сиденье «девятки». Было жаль прощаться с комфортом «мерседеса», но девушка тут же одернула себя за глупые мысли. Абхазия – другая страна. Возможно, это остановит ее преследователей? Правда, надежды на это мало.
Путь от Сочи до Гагры занял около пяти часов. Шестьдесят пять километров по серпантину почти в глухой темноте. Поначалу Кристине было так страшно, что волосы вставали дыбом. Но водитель был местным жителем и знал эту дорогу очень хорошо, каждый поворот, каждый спуск и подъем. Включив радио, он насвистывал себе под нос, будто и не замечая опасности и трудностей на пути. В конце концов, и Кристина перестала бояться, положившись на волю судьбы и навыки водителя. Глубокой ночью они, наконец, прибыли в Гагры.
Брата Георгия Давидовича звали Отар. Кристина помнила, как старик называл его «младшеньким» и ожидала увидеть молодого мужчину. И очень удивилась, когда на стоянку у пансионата ее вышел встретить старичок, низкорослый, как и его брат, с седыми вьющимися волосами. Ее подруги много раз просили Георгия Давидовича открыть им тайну его возраста. Говорили разное: от семидесяти до ста лет, но точно не знал никто. Тайна так и осталась тайной.
А Отар Давидович был почти копией старшего брата, разве что не носил очков и был чуть спортивнее.
Он тепло встретил Кристину, несмотря на позднее время, лично проводил ее до номера и предложил составить ему компанию утром за завтраком. Кристина приняла предложение с радостью.
Пансионат был большим. В темноте девушка не разглядела самого здания снаружи, лишь его очертания в лучах мягкой подсветки. Но пока хозяин вел ее по коридорам гостиницы, Кристина видела несколько указателей: «Ресторан общий», «Ресторан а-ля карт», «Итальянский ресторан», «Спортзал», «Крытый бассейн». Табличка на двери ее номера гласила «108». Значит, это большой пансионат со всеми удобствами.
В номере Кристина огляделась. Светлые тона, большая кровать с хорошим матрасом, тумбочка, красивое трюмо в углу, телевизор – стандартный набор. Приняв душ, Кристина устало повалилась на кровать. Спина все еще гудела после длинной поездки по горным дорогам, а в голове метались тысячи мыслей о том, как быть дальше. Честно говоря, в этой точке план Кристины заканчивался, и она не представляла, что делать теперь. Она искренне надеялась, но не могла поверить, что сможет забраться так далеко! Ведь пыталась сбежать она уже не впервые, и ее всегда ловили…
Три глубоких вдоха, два коротких. Прикрыть глаза и отринуть все лишние мысли. Как только это получилось, Кристина тут же уснула. И спала в эту ночь крепко и без сновидений. Впервые за последние два года.
Проснувшись на следующее утро, девушка чувствовала себя свежей и отдохнувшей. Всего четыре часа сна – настенные часы показывали семь утра, но Кристина была полна сил. Она сладко потянулась, чувствуя, как затекшие накануне мышцы расслабляются. Нужна тренировка, обязательно, иначе можно потерять форму.
Кристина вышла на балкон своего номера и огляделась. Большой сад, бассейн, много тени, выход к морю на собственный пляж. Идеальное место, чтобы совершить небольшую пробежку, размяться и сделать полноценную растяжку.
– Сколько часов ты провела сегодня в зале? – строго спрашивала Вера, хореограф Кристины.
– Четыре, – отвечала Кристина.
На первом и втором курсе Вера задавала Кристине этот вопрос каждый раз, когда видела ее. В коридоре, в столовой, при входе в здание вуза. И каждый раз Кристине казалось, что ответ не устроил ее наставницу.
Заметив это, девушка начала работать усерднее. Сначала по пять, потом по шесть часов в день. С трудом успевала на другие занятия, а задания готовила по ночам. Но ее усердные тренировки быстро дали результат, и Вера была теперь чаще довольна, чем сурова с ней.
– Сколько часов ты тренировалась сегодня?
– Шесть с половиной.
– Так-то лучше. Не забудь о часовом отдыхе и растяжке вечером, – был ей ответ.
Результаты не давались легко. Кровавые мозоли, мышечные боли и судороги, истощение и недосыпание. Но Кристина оказалась человеком волевым и с упорством ледокола шла к своей цели. Она и сама не представляла, какие ресурсы заложены в ее организме.
На этом пути приходилось многим жертвовать. Иногда даже чересчур. После того памятного представления, когда Кристину наконец заметили и предложили ведущую роль, Вера стала уделять ей больше внимания. Начались индивидуальные тренировки, и между наставницей и ученицей установились более близкие, доверительные отношения.
– Послушай, девочка моя, на тебе теперь большая ответственность. Не подведи меня! И давай сразу выясним вот какой вопрос: твой молодой человек Александр Ким, насколько у вас серьезные отношения?
Кристина подобного вопроса не ожидала и растерялась.
– Мы встречаемся…
– Давай я сэкономлю и твое, и свое время и буду говорить прямо. Если сейчас вы поженитесь и ты решишь рожать, усилия последних трех лет пойдут прахом. Твое тело необратимо изменится, а вернуть прежнюю форму уже вряд ли получится. На это уйдет еще несколько лет. Поэтому я хочу, чтобы ты ответила прямо сейчас: стоит ли мне тратить на тебя свое время? Что ты предпочтешь: семью или танцы?
– Жестокий вопрос! – выдохнула Кристина.
– А в балете по-другому не бывает, – пожала плечами Вера.
На раздумья Кристине понадобилось не больше секунды.
– Я планирую семью и хотела бы завести детей. Но не раньше тридцати. Я знаю, чего я хочу.
– Другого ответа я от тебя и не ожидала. Надеюсь, твой парень не сильно расстроится.
Кристина в ответ лишь кивнула и поджала губы. Конечно, он расстроится. Ведь они уже обсуждали свои планы на будущее. Кристина только надеялась, что Саша поймет ее и согласится подождать…
Прежде чем начинать растяжку, Кристина проверила состояние ноги. Небольшая ноющая боль в колене – ничего серьезного. Боль терпеть девушка умела. Главное – не навредить. Стоит пока воздержаться от пробежки, а вот растяжка – самое то. На пляже Кристина обнаружила небольшой причал с парой лодок и удобным железным ограждением. Вполне подходящая замена поручню в балетном зале. Людей в столь ранний час не было, и девушка приступила к упражнениям. Тело выполняло необходимые движения, а мысли неслись своим чередом. Жизнь удивительна и порой жестока. Она, будто старая завистливая старуха, ставит все новые препятствия, а потом смеется с иронией, наблюдая за метаниями своих подопечных. Выбери тогда Кристина любовь и семью, как сложилась бы ее судьба? Но девушка выбрала танцы, и это решение привело ее в ловушку. Жажда успеха, желание быть первой, лучшей среди равных заставило отказаться от всех остальных мечтаний и посвятить часы, дни, месяцы и годы тяжелым тренировкам. Она добилась желаемого, но успех столкнул ее с человеком, полностью изменившим ее жизнь. Успех привел ее в точку невозврата: теперь в ее жизни нет места ни любви, ни танцам.
И все же Кристина не жалела о своем выборе. Она верила, что надежда еще есть. Пусть не в Москве и даже не в России, но в любом другом уголке мира она сможет найти свое место и заниматься любимым делом, ради которого столько трудилась. И этот монстр не сможет разрушить ее мечту.
Как это иногда бывает, Кристина вдруг почувствовала на себе пристальный посторонний взгляд. Пустынный пляж, раннее утро, и наблюдать за ней было определенно некому! Но все же по спине вдруг побежали мурашки и повеяло холодом где-то в области затылка. Медленно, делая вид, что продолжает выполнять упражнения, Кристина обернулась к зданию пансионата, и на секунду ей показалось, что среди рядов с цветущим шиповником мелькнула удаляющаяся спина. Нет, только показалось… Когда и если эта история закончится, придется обратиться к психиатру. Налицо признаки паранойи.
За завтраком Кристина встретилась с Отаром Давидовичем. Специально для них выставили столик на открытой террасе, в тени раскидистых елей и подальше от любопытных глаз гостей пансионата. Был накрыт поистине королевский завтрак: омлет, овощи, фрукты, свежая выпечка, с десяток видов разных сыров, кофе в железном кофейнике на резных ножках, чай и сок. Кристина налила себе кофе и внимательно посмотрела на собеседника. Отар Давидович кушал с хорошим аппетитом.
– Давайте, Кристина, присоединяйтесь! Еда здесь отменная, я лично забочусь о кухне.
Отар Давидович, в отличие от своего брата, говорил с сильным южным акцентом, так как всю жизнь прожил в Абхазии. Но русский знал очень хорошо. Кристина снова поразилась их с братом сходству. Если бы не акцент, они и говорили похожими голосами, тембр и интонации были почти идентичны, и девушка не могла не улыбнуться. Она лишь жалела, что так мало времени смогла провести с Георгием Давидовичем, даже не успела поинтересоваться, как у него дела и все ли в порядке. Пока его брат рассказывал об особенностях грузинской кухни, Кристина лишь добродушно кивала, ожидая, когда их разговор подойдет к сути.
– Гога рассказал мне о вашей проблеме, – произнес хозяин отеля и внимательно посмотрел на девушку. – И мы можем вам помочь. Как вы сами видите дальнейшее развитие событий?
– Здесь надолго мне оставаться нельзя. Один или два дня, не больше. А затем я хотела бы уехать как можно дальше и попробовать обосноваться. Желательно за рубеж и лучше в крупный город, где я могла бы закончить учебу по классу хореографии.
– У вас большие планы, – с одобрением ответил мужчина, – значит, маленькая деревушка на побережье вам не подойдет.
– Если только на время… – с сомнением произнесла девушка. – Понимаете, я ограничена в средствах, поэтому мне нужно найти работу. Я могу преподавать танцы и английский. А в деревне что я буду делать? Я ничего не умею, – и Кристина развела руками.
– Мы так и предполагали, – кивнул ее собеседник. – Как вы смотрите на то, чтобы отправиться в Тбилиси?
– Тбилиси? – удивилась Кристина. – Грузия? Всегда хотела побывать там… Но ведь, как бы это сказать…
– Говорите прямо, – посоветовал хозяин.
– Русских там не жалуют, – сокрушенно произнесла девушка. – Разве нет?
– Глупости. Но есть одна проблема. Если все так серьезно, как вы описываете и вас будут искать, придется пойти на смелый шаг. Фиктивный брак с целью смены фамилии – так вы сможете затеряться в Грузии и жить спокойно. У нас и кандидатура есть подходящая.
– Отар Георгиевич, вы серьезно?
– Абсолютно! – уверенно ответил хозяин. – Причем брак мы заключим здесь, и пересекать границу вы будете уже по другим документам.
Кристина размышляла лишь одну минуту, просто пытаясь осознать тот факт, что она выходит замуж. С другой стороны, это же просто спектакль и думать тут не о чем! Лучший способ исчезнуть трудно придумать!
– Я согласна! – кивнула она.
– По счастливому стечению обстоятельств ваш жених в Гагре, и вечером вы сможете с ним познакомиться. А пока я вас оставлю – дела.
– Отар Георгиевич, – остановила его Кристина, – у меня только один вопрос: моему жениху от этого какая выгода? Ведь в жизни ничего не бывает просто так, верно?
– Верно, – рассмеялся хозяин, вставая со своего места. – Но у этого молодого повесы нет каких-то особых причин, кроме как насолить своим родителям, дай им Бог терпения, и на время избавиться от назойливых поклонниц. Впрочем, вечером он сам все вам расскажет.
– Хорошо, спасибо.
Кристина проводила хозяина взглядом, допила кофе и направилась на пляж. Пока наступило затишье и есть шанс немного отвлечься, позагорать и окунуться в прохладное Черное море, девушка решила этим шансом воспользоваться.
«Я выхожу замуж».
Море в этот день было спокойным и волн почти не было. Кристина купила в фойе пансионата самый простой и дешевый купальник и теперь входила в воду, задерживая дыхание, – вода оказалась обжигающе ледяной для разгоряченного солнцем тела. Под ногами перекатывалась мелкая галька, изредка попадались водоросли, принесенные течением. Больше не в силах терпеть разницу температур, Кристина нырнула. Хотелось освежить голову, привести в порядок мысли. Надежда теперь боролась со страхом, беспокойство с логикой. Она уже зашла слишком далеко, нарушив все данные когда-то обещания. И пути назад нет. Значит, нужно идти до конца.
Кристина все плавала, пока тело не начало уставать.
«Нигде не останавливайся надолго. Никому не доверяй».
Ужасно хотелось услышать голос подруги, а лучше увидеть и обнять ее. И пожаловаться на одиночество. На свою трусливость. Глупость… Но Кристина снова сделала дыхательную гимнастику, сжала и разжала кулаки и все же удержалась от того, чтобы броситься к телефону. Звонок можно отследить. Телефон можно прослушать. Подругу можно запугать или даже причинить ей вред. Кристина боялась за Свету иногда даже больше, чем за себя, и испытывала постоянное чувство вины за случившееся. Ее отъезд, а точнее, побег был единственным возможным выходом.
За обедом к Кристине подошел официант.
– Отар Георгиевич просил передать, что в пять вечера в итальянском ресторане вас будут ждать.
– Спасибо, – кивнула Кристина.
К половине пятого девушка вернулась в свой номер, приняла душ и переоделась в чистую футболку и шорты. Другой одежды с собой у нее не было, но Кристина не стала волноваться по этому поводу. В конце концов, предстоящий брак – это просто договор, в котором каждая сторона ищет свою выгоду. И ее внешний вид здесь роли не сыграет.
Волосы Кристина убрала в высокий пучок, из косметики воспользовалась блеском для губ. Еще раз взглянув на себя в зеркало, девушка нахмурилась.
«Я выхожу замуж. Звучит как бред сумасшедшего!»
В зале ресторана в этот час никого не было. Ужин начинался только в семь. Само здание ресторана располагалось отдельно от основного корпуса пансионата в тени яблоневого сада. Вокруг крытой веранды стояли перголы, по которым к невысокой крыше тянулись виноградные лозы. На самой веранде по периметру были расставлены столики и плетеные кресла с подушками в цветочек. Веранда так и манила присесть, отведать апероля в запотевшем бокале и послушать итальянские серенады!
Кристина слегка тряхнула головой, пытаясь сосредоточиться. Есть ли вопросы, которые она должна решить в связи с замужеством? Чем ей может грозить этот поспешный шаг? У девушки не было ни собственных счетов, ни недвижимости на ее имя, так что взять с нее нечего. Надо бы предложить жениху подписать брачный договор, где будет помечено, что каждый при разводе останется при своем. Так и у жениха не возникнет сомнений.
За дальним столиком в глубине веранды Кристина заметила хозяина пансионата и помахала ему рукой. Он махнул в ответ, приглашая ее присоединиться. С ним за столом сидел молодой человек, очевидно, будущий муж Кристины. На вид лет тридцать, полноватый, светлая рубашка навыпуск и брюки из натурального льна, на ногах кожаные мокасины, на запястье массивные золотые часы. По мере приближения Кристины, новоявленный жених обвел ее скучающим взглядом, по которому сразу читалось: так себе красотка, одежда не из последней коллекции, да еще мятая, никаких украшений, никакой пластики – простушка, одним словом! Девушку передернуло. Бывает же так: люди видят друга впервые, еще не успели даже поздороваться, но уже точно знают, что общего языка им не найти. А в воздухе так и искрится взаимная неприязнь.
Кристина постаралась справиться с отвращением, натянуто улыбнулась и вежливо поздоровалась с мужчинами. Жених поднялся со своего места, пожал Кристине руку и помог устроиться за столом, придвинув стул. Этикет был соблюден. Большей вежливости и не требовалось.
– Кристина, познакомься, это Давид. Высшее архитектурное образование, помогает отцу в его строительном бизнесе, – деловито произнес хозяин пансионата.
Кристина сдержанно кивнула.
– Очень приятно.
– Давид, это Кристина. Учится в институте на отделении хореографии. Для моего брата Георгия Давидовича она как родственница, имей это в виду.
Наставительный тон Отара Давидовича жениху был неприятен, и он мельком бросил на собеседника недовольный взгляд, а Кристина сразу же вспомнила слова хозяина: «Богатый повеса. Женится, чтобы насолить родителям и на время избавиться от внимания назойливых поклонниц». Господи, неужели у этого надменного чучела могут быть поклонницы? Или дело в деньгах? Конечно, о вкусах не спорят. В любом случае с ним надо быть осторожнее.
Заказали ужин и вино.
Отар Давидович попросил Кристину немного рассказать о себе, чем сразу вогнал девушку в краску. Кристина начала было перечислять любимых композиторов, и через пару минут ее жених демонстративно зевнул. Тогда девушка описала несколько стран, в которых бывала, – Давида и это особо не заинтересовало. Было понятно, что видел он гораздо больше. Разговор явно не клеился. Тогда Отар Давидович попросил Давида рассказать о себе, но вышло еще хуже.
– Что ж, тогда давайте обговорим детали?
Тут жених оживился.
– Женимся завтра. Документы сделают за пару часов, я договорился. В Тбилиси поедем вместе. Там и расстанемся. Развод состоится по первому же требованию одной из сторон через пару месяцев примерно. Согласна?
– Меня все устраивает, – кивнула Кристина.
– Ну и хорошо! Решено! – Отар Давидович поднялся со своего места. – Оставляю вас, молодежь, развлекайтесь. А у меня есть дела.
Как только хозяин ушел, Давид тут же изменил линию поведения. Он спешно пересел на стул рядом с Кристиной, наполнил ее бокал вином и спросил:
– Ты ведь не родственница этой семьи?
– Нет, только знакомая, – хмуро ответила Кристина и невольно отклонилась, так как ее жених оказался слишком близко.
– Ты русская?
– Да.
– Отлично! Потому как серьезный брак мне ни к чему.
Ход его мыслей девушка уловила не сразу.
– Сегодня в городе в ночном клубе соберутся мои друзья. Потанцуем, отметим помолвку, развлечемся. Все-таки последний холостяцкий вечер, – усмехнулся Давид. – Ты как?
Кристина нахмурилась, обдумывая его предложение.
– Никак, – наконец ответила она. – Свадьба, дорога до Тбилиси, и на этом все. Разбежались, понятно?
– Так я потому и предлагаю! – подмигнул ей Давид. – Все же по закону, в браке, а потом разбежались. Чего ж тут непонятного?
– Хватит! – Кристина вспыхнула, вставая с места. – Что ты себе позволяешь? Угомонись! – девушка повысила голос, и к их разговору начали прислушиваться доселе скучающие официанты.
– Тише ты! – раздраженно сказал Давид и тоже встал. – Пойдем провожу тебя до номера.
– Мне провожатые не нужны, – резко бросила Кристина, развернулась и быстрым шагом направилась вон из ресторана.
– Тоже мне недотрога нашлась! – крикнул ей вслед жених.
Дорогу до номера Кристина преодолела почти бегом. Возможно, был путь и короче, напрямую через здание пансионата, потому как в коридоре Давид все же нагнал ее и бесцеремонно схватил за руку.
– А ну-ка отпусти! – пискнула Кристина.
– Да успокойся ты! Бешеная, что ли? – Давид пытался отдышаться. – Слушай, ты, наверное, не так меня поняла…
– Да чего тут непонятного! – резко ответила Кристина и вырвала, наконец, руку.
– Ну, значит, я ошибся! – ответил Давид. – И все не так понял! Довольна? – он выровнял дыхание и понизил тон. – Это просто досадный инцидент, поняла? И не говори ничего Отару Давидовичу, ладно?
Кристина была поражена, как быстро ее жених сменил маску. Теперь он говорил спокойно, без надменности, на равных. Но Кристина не обманывала себя. Слишком много ей пришлось пережить за последнее время.
– Тогда до свидания тебе и спокойной ночи, – ответила она и отперла дверь своего номера. – Увидимся завтра в ЗАГСе, если договор все еще в силе.
– В силе, – вздохнув, кивнул Давид.
Он хотел добавить что-то еще, но девушка уже захлопнула перед ним дверь, оставив в коридоре в полном одиночестве.
«Господи, и с этим придурком мне еще ехать в Тбилиси…»
Усевшись на кровать, Кристина подтянула ноги к подбородку и обхватила колени руками. Возмущение и обида ушли так же быстро, как и нахлынули. И пришло чувство полного, всепоглощающего одиночества. Хотелось плакать. И Кристина знала, что это принесло бы ей облегчение. Но слезы не шли. Увидев однажды своими глазами ужас, который, как ей пообещали, может настигнуть и ее, она больше ни разу не заплакала. Ни прилюдно, ни наедине с собой. Просто не могла. Будто маленькая девочка, которой она до этого была, превратилась в горошину и спряталась где-то в глубине. А у Кристина теперь была лишь одна-единственная цель – спастись, и все ее душевные и физические силы отныне были посвящены этой цели. Возможно, это и есть взросление…
До позднего вечера Кристина просидела в своем номере. Чувство безопасности полностью исчезло. Его сменило глухое беспокойство и предчувствие беды. Что-то должно было случиться, и очень скоро. Повинуясь интуиции, девушка не стала переодеваться ко сну. Она собрала рюкзак и поставила его рядом с кроватью. Погасив верхний свет, Кристина оставила ночник и легла, но сон не шел.
Будь здесь Георгий Давидович, он не допустил бы такого! Скорее всего, он даже не предложил бы Кристине в мужья этого избалованного и похотливого идиота! Потому что Георгию Давидовичу было не все равно. Он всегда оберегал Кристину – это чувствовалось и в его словах, и в поступках. Но Отар Давидович – не его брат. С Кристиной он почти не знаком. И ему просто нет дела до таких мелочей. В конце концов, он и так очень помог, предоставил кров и еду, и решил вопрос со сменой фамилии и отправкой девушки в Грузию. И Кристина была ему за это очень благодарна. А дальше, как говорится, спасение утопающих – дело рук самих утопающих.
Вдруг в дверь постучали.
Кристина от неожиданности вскочила с кровати и замерла, не зная, на что решиться. Ее номер на первом этаже – это самый простой способ сбежать. Вот только куда бежать?
В дверь заколотили с новой силой, и послышался голос Давида:
– Открывай, Кристина. Я знаю, что ты не спишь. Видел свет!
Кристина выдохнула с облегчением. Давид – это не страшно. Противно, но не страшно. И направилась к двери. Приоткрыв щелку, она спросила:
– Что тебе нужно? Ночь на дворе.
Давид всем телом навалился на дверь и, хотя Кристина сопротивлялась, в два счета оказался в номере. По его движениям и характерному запаху девушка сразу поняла, что он пьян.
– А ты и не спала вовсе, я же знаю… – заплетающимся языком произнес жених и уселся на кровать. Похлопал по покрывалу рядом с собой, приглашая Кристину присесть рядом.
– Я спать собиралась.
Только без паники! Просто пьяный парень… Должен же быть способ выгнать его быстро и без лишнего шума.
– Да мы с друзьями хорошо так погуляли, а попав в свой номер, я вспомнил о тебе, – с усмешкой ответил Давид. – Завтра ж наша свадьба, красавица! – и он рассмеялся, будто сам не мог поверить в сказанное.
Кристина не могла не улыбнуться про себя. Действительно, звучит глупо. Свадьба! Будь у нее деньги и нужные знакомства, документы можно было бы выправить другим способом. В кино люди меняют паспорта чуть ли ни каждую неделю…
– Слушай, я больше повторять не буду! Уходи, иначе я все же обращусь к Отару Георгиевичу. Ты переходишь все границы!
– Ты переходишь все границы! – передразнил ее Давид. – Откуда ты только взялась такая…
В следующее мгновение он вдруг сделал резкий выпад, схватил Кристину за руку и резко рванул на себя. От неожиданности девушка споткнулась и оказалась на кровати рядом с Давидом. Он тут же перевернулся и прижал Кристину своим телом, впечатав в матрас. Запах сигарет и алкоголя вызвал рвотный рефлекс, и Кристина закашлялась, чуть не задохнувшись. Она даже испугаться не успела. Упершись руками в плечи Давида, она резко оттолкнула его от себя и попыталась выбраться из-под тяжелого обмякшего тела.
– Ты воняешь как свинья! – с отвращением сказала она.
Кажется, ее жениху это заявление показалось обидным.
– А ты у нас привереда! – воскликнул он.
Сдаваться так быстро Давид явно не планировал и, удерживая Кристину одной рукой за плечо, другой он попытался обхватить ее за талию. И наклонился, собираясь поцеловать.
– Быстро отпусти! – закричала девушка и принялась извиваться, пытаясь высвободиться.
Подсознательно она отметила, что все еще не боится его, но Давид и днем не понравился ей, а в своем теперешнем состоянии вызывал такое жуткое отвращение, что она бы скорее убила его, чем позволила прикасаться к себе! Пьяный идиот! Как ему вообще пришло в голову заявиться ночью в ее комнату. Для чего? Ведь и она не понравилась ему – Кристина видела это по выражению его надменного скучающего лица в ресторане. Что он пытался доказать?
Давид все еще удерживал Кристину и пытался дотянуться до ее губ, когда девушка наконец собралась с силами, размахнулась и залепила ему пощечину. С ней это было впервые. Звук оказался хлестким, ладонь тут же защипало от боли, а глаза Давида, сначала удивленные, теперь наполнились яростью. Кристина испугалась, понимая, что теперь он не только пьян, но и зол, и плохо контролирует себя, и хотела снова начать извиваться. И в эту секунду она вдруг уловила быстрое движение за спиной Давида. В комнате появился кто-то еще. А в следующее мгновение Давид замахнулся, планируя ударить девушку в ответ на пощечину, как вдруг его руку перехватила чужая мужская рука. Давид, будто в замедленной съемке, начал медленно оборачиваться, а человек, стоявший за его спиной, уже рванул Давида на себя, стряхнув его с кровати, как пушинку. Кристина смогла наконец дышать нормально и подскочила, глядя во все глаза на нового гостя в своем номере. И сразу же узнала его.
– Дэн?.. Откуда ты…
– Некогда объяснять, – прервал ее мужчина. – Где твои вещи? Нам надо уходить! – спешно произнес он, обводя глазами комнату.
– Кто ты такой? – вклинился лежавший на полу Давид и хотел встать, но мужчина тут же прижал его к полу правой ногой. Так резко, что Давид ударился затылком об пол и взвыл от боли, схватившись руками за голову.
– Господи… – прошептала Кристина.
Полными ужаса и непонимания глазами она смотрела то на Давида, то на своего знакомого. Он изменился до неузнаваемости. От спокойного и дружелюбного попутчика, каким он был еще вчера, не осталось и следа. Абсолютно другой человек! Жесткий, даже жестокий, собранный и опасный. А потом Кристина заметила у него на ремне кобуру с пистолетом и прикрыла рот рукой, чтобы не закричать. Дэн заметил направление ее взгляда и кивнул.
– Ты все правильно поняла. Делай как я говорю, – мягко и тихо произнес он.
Закричи он сейчас во весь голос, это не произвело бы на девушку такого эффекта, как этот мягкий и спокойный тон.
Кристина судорожно пыталась сообразить, что делать. До рюкзака она могла дотянуться одним движением. И к балкону она была ближе, чем Дэн. Но, глядя на своего знакомого, Кристина четко осознала, что не успеет, да и не сможет убежать от него, если что-то не задержит его в этой комнате.
– Слезь с меня, ублюдок! – простонал на полу Давид. – Дай мне встать, и я уйду.
Кристина поняла: Давид тоже заметил оружие на поясе нового гостя и теперь мечтал лишь об одном – оказаться как можно дальше от этой комнаты. Кристина хотела того же. Похоже, ее преследователь нанял профессионала, чтобы вернуть Кристину в Москву… Нельзя было задерживаться в Гагре! Нельзя было никому доверять! Света же предупреждала ее…
Дэн тем временем убрал ногу, Давид встал и ощупал голову. На его пальцах была кровь.
– Ты разбил мне голову! – простонал он. – И все из-за нее? Из-за этой уродливой швали?
Мужчина повернулся к Давиду в один стук сердца и ударил его по лицу. Один быстрый и четкий удар, и Давид повалился на кровать. Кристина вскрикнула от неожиданности и снова прикрыла рот рукой. Давид тем временем сполз на пол с противоположной стороны кровати, ближе к распахнутой в коридор двери. Дэн и не планировал его останавливать, и Давид бросился вон из комнаты со словами «Свадьбы не будет!»
А Дэн перевел взгляд на Кристину, и их глаза встретились. Кристина неосознанно сделала шаг назад и почувствовала спиной стену.
– Это все твои вещи, насколько я помню, – утвердительно произнес мужчина, кивнув на рюкзак. – Пойдем, мы спешим.
– Не пойду, – прошептала Кристина и еще сильнее вжалась в стену.
Дэн напряженно посмотрел на девушку и сделал шаг в ее сторону, и Кристина вздрогнула, будто от удара. Она не боялась его, своего попутчика, потому что он не причинит ей вреда. Ему ведь приказано доставить ее живой и невредимой. Но она скорее умрет, чем пойдет с ним! Будет драться и сопротивляться до последнего… Стало так страшно, что Кристине показалось, будто стук ее сердца заполнил всю комнату до потолка и она вот-вот потеряет сознание.
Дэна ее резкая реакция немного удивила и насторожила. Возможно, она принимает его не за того человека?
– Слушай, у нас в самом деле нет времени! – теряя терпение, произнес он и протянул Кристине руку. – Давай. Еще вчера ты держала меня за руку и полностью доверяла мне…
– Добровольно я с тобой не пойду, – тихо ответила Кристина.
В следующее мгновение в дверном проеме появился брюнет, высокий и жилистый. Реакция Дэна оказалась молниеносной. Брюнет еще не успел оценить обстановку в комнате, а Дэн уже бросился на него. Завязалась драка.
А Кристина вдруг осознала, что путь свободен. Схватив рюкзак, она бросилась на улицу, не оглядываясь. Девушка точно знала: у нее лишь один шанс спастись от этого человека. Быстро убежать, найти укрытие, спрятаться. Она делала это уже не в первый раз.
Вся территория пансионата была освещена небольшими фонариками вдоль дорожек. Кристина точно знала, куда бежать и где выход. Пока не появился Давид, она лежала на кровати и думала именно об этом. Направо через сад, ступени на нижнюю террасу, снова направо, прямо до самой стоянки и к воротам. Хоть бы калитку не запирали на ночь! Калитка оказалась лишь прикрыта. Кристина проскочила ее и оказалась за пределами пансионата. Впереди было лишь слабо освещенное шоссе. Справа – отвесная горная стена, слева – резкий крутой склон, покрытый деревьями и бурьяном.
Бежать и не останавливаться.
В таком темпе думать было сложно, но все же Кристина попыталась. Как такое возможно, что ее улыбчивый провожатый, любитель музыки, оказался наемником? И если это так, для чего он привез ее в Новороссийск и отпустил? И кто тогда этот брюнет, с которым Дэн схватился в ее комнате? Разве они не должны быть заодно? Что-то не сходится…
Шоссе резко вильнуло влево, и девушка почувствовала, что сбавляет темп. Силы кончались. Поврежденное колено отзывалось резкой болью при каждом ударе ноги об асфальт. Нужно срочно уйти с дороги и найти укрытие. Здесь она будто на ладони.
Кристина замедлила бег и, прихрамывая, двигалась вдоль правой стороны. Горный склон на этом участке был более пологим, и в свете редких фонарей девушка искала участок, по которому можно забраться наверх. Есть! Чуть впереди Кристина заметила выступ и побежала к нему. Подъем оказался несложным, и, если бы не колено, она преодолела бы этот участок в два раза быстрее. Выше – линия деревьев и пологий склон, покрытый кустарником. Там можно отсидеться или даже продолжить путь вдоль дороги, незаметно для проезжающих мимо машин. Вот только что же дальше? Свадьба сорвалась, путь в Грузию теперь заказан… Кристина решила оставить эти мысли на потом. Как раз в тот момент, когда она добралась до кустарника, в кровь изодрав пальцы об острые камни, вдалеке, со стороны пансионата, послышался шум мотора, а затем показался свет фар. Кристина забилась вглубь кустов и принялась наблюдать за дорогой. Машина ехала с низкой скоростью. Возможно, искали Кристину. Разглядеть в темноте салона водителя или пассажиров сверху было невозможно. Кристина замерла и затаила дыхание. Она знала точно, что ее укрытие надежно, но все же перестала дышать, и сердце сжалось от страха.
Ночь, Абхазия, пустое шоссе, горы.
Здравый смысл подсказывал, что не только ее преследователи представляют угрозу. Судьба может подкинуть и другие неприятности. Такие, как пьяный жених в ее номере посреди ночи… Но Кристина отказывалась верить в такое невезение. Весь ее страх теперь был направлен на Дэна, ее нового знакомого. Девушка все прокручивала в памяти события последнего часа, но так и не смогла найти логического объяснения произошедшему. Мужчина оставался полной загадкой. Пугали изменения, случившиеся с ним за одни сутки. В ее номер ворвался будто совсем другой человек, гибкий и сильный, опасный. С таким человеком Кристина не рискнула бы остаться наедине ни за какие сокровища мира. Но ведь еще вчера она спала в его машине и осталась жива и на свободе! Очевидно, вчера он просто притворялся, преследуя какие-то свои, одному ему известные цели.
Все тело затекло, но Кристина осталась лежать неподвижно. Она просто панически боялась пошевелиться и быть обнаруженной, потому решила остаться в укрытии до рассвета. Помимо прочего, в темноте она боялась переломать себе ноги на этом склоне. При свете дня будет проще решить, в каком направлении двигаться дальше.
Наступил рассвет. Кристина открыла глаза и попыталась размять затекшее запястье. Сколько часов она провела в кустах на земле? Несмотря на влажность, холод и страх, Кристина все же задремала – сказывалась усталость. Онемела не только рука – затекло и окоченело все тело, и девушка опасалась простудиться или заработать ревматизм, или что еще можно заработать, проведя ночь на голой земле? Кристина не знала, потому как с ней такое случилось впервые.
Прежде чем подняться, она посмотрела сквозь ветви кустов на дорогу внизу. Там было пусто и тихо. Тишина стояла везде вокруг нее, если не считать ранних птиц и шума моря где-то внизу. Для городского жителя тишина была просто оглушающей, поэтому шорохи и хруст веток, пока Кристина выбиралась из своего убежища, показались ей просто оглушительными.
Оглядевшись, девушка пришла к выводу, что продолжить путь по склону не получиться. Высокая трава, кусты, ямы – так она будет выбираться многие часы. И ее наверняка поймают. Нет, нужно покинуть окрестности пансионата как можно быстрее и уехать как можно дальше отсюда. Ведь и люди, ворвавшиеся в ее номер, и ее новый пугающий до дрожи знакомый знают, что она здесь и наверняка ее ищут. Вот бы поймать попутку и уехать отсюда побыстрее. Куда именно – сейчас неважно. Только шоссе в этот ранний час пустовало, но, возможно, судьба ей все же улыбнется?
Все тело болело после ночи на земле, ссадины от острых камней на ладонях нещадно ныли, и Кристина со стоном спустилась вниз на асфальт. Колено болело сильнее, чем вчера. Очевидно, сказывался ночной холод. Но девушка заставила себя собраться и побежала вдоль дороги, стараясь придерживаться левой стороны. Если послышится шум машины, как определить, кто это? Ее преследователи или просто попутка, которая ей так нужна? Хороший вопрос…
Спустя минут десять Кристина перешла с бега на быстрый шаг – кончились силы. Хотелось пить, есть, хотелось оказаться как можно дальше отсюда и в полной безопасности, но о такой роскоши девушка уже и не мечтала. Просто начала забывать, каково это.
Вскоре послышался шум машины. Испугавшись, Кристина бросилась влево, к спасительным деревьям и упала в траву. Уж лучше пешком, чем рисковать. Машина проехала мимо. Кажется, черный седан. Машина мелькнула так быстро, что Кристина не успела увидеть больше.
Спустя еще минут двадцать послышался шум мотора с противоположной стороны, и Кристина снова поспешила уйти с дороги. Теперь обзор из укрытия был лучше, и Кристина могла точно сказать, что это черный седан с тонированными стеклами. Вроде бы тот же самый, но поручиться девушка не могла. Если так, то, скорее всего, это они, те люди, что ворвались в ее номер вслед за Дэном. Или это сам Дэн?
– Это же может быть просто любая машина! – прошептала Кристина и выбралась на дорогу.
И с ужасом обнаружила, что седан припарковался метрах в трехстах от нее. Боже, как же она сглупила?! Как не расслышала, что машина не уехала и остановилась? Как же просто ее провели…
Кристина замерла лишь на секунду. Но этого хватило, чтобы ее заметили. Взвизгнули покрышки, и машина рванула в ее сторону. А Кристина бросилась влево, проскочила между деревьев, не удержала равновесие и кубарем покатилась вниз по склону. Остановиться она не могла. Склон в этом месте оказался особенно крутым. Земля менялась местами с небом столько раз, что Кристина потеряла счет. Круговорот замедлился спустя, казалось, целую вечность, и Кристина молила лишь о том, чтобы не сорваться в какую-нибудь пропасть. Вдруг на ее пути вырос внушительных размеров валун, покрытый зеленым мхом, и девушка с размаху стукнулась о него плечом. Так сильно, что на несколько мгновений потеряла способность дышать. В глазах потемнело. Чтобы не отключиться, Кристина со всей силы сжала кулаки. Она все же прикрыла глаза и постаралась восстановить дыхание. Это заняло несколько минут. Затем девушка попробовала пошевелить ногами, проверяя, не сломаны ли кости. Нет, слава Богу!
Вдруг где-то слева, совсем недалеко от нее, хрустнула ветка. Кристина замерла и обратилась вслух. От страха сердце забилось так сильно, что его удары, казалось, заглушали все звуки вокруг. Нет, нельзя поддаваться панике!
Кристина постаралась как можно тише перевернуться на живот и оглядеться. Вокруг никого не было. Все та же тишина, если не считать звуков леса. Аккуратно встав на ноги, Кристина подняла голову вверх. Склон оказался не таким уж высоким, как ей показалось. Но возвращаться на шоссе было нельзя. Кто в этой машине? Варианты казались один страшнее другого…
Стараясь не шуметь, Кристина пошла вдоль склона. Шаг, другой, третий. Обернулась. Никого. Лес в этом месте был редким, под ногами – более-менее ровная каменистая поверхность, покрытая редкой травой. Спустя несколько минут Кристина решила ускориться, а потом и вовсе побежала, подгоняемая страхом. Только бы оказаться как можно дальше отсюда!
Теперь Кристина все свое внимание направила только на путь перед собой. Бег по лесу на склоне горы – задача нелегкая. То и дело попадались валуны, ямы, стволы поваленных деревьев. Иногда мелкая галька вырывалась из-под ног. Кристина скользила, но все же ухитрялась удержать равновесие. Как раз в тот момент, когда девушка уже обрела надежду, что ее побег увенчался успехом, на ее пути появился человек. Он просто вышел из-за дерева, а Кристина даже не успела сбросить скорость или уклониться и угодила прямиком в его руки. Чтобы удержать равновесие, мужчина был вынужден развернуться всем корпусом и сделать шаг в сторону, широко расставив ноги, но девушку он не выпустил. Кристина оказалась к нему спиной, зажатая в крепких, похожих на стальные прутья, руках. Она тут же начала вырываться и хотела закричать, но мужчина закрыл ей рот ладонью.
– Давай ты будешь нема как рыба, – прорычал он. – Помимо нас, здесь есть люди. Встретиться с ними ты не захочешь.
Крик застрял в горле. Кристина сразу узнала голос, да и самого человека. Дэн.
– Кивни, если поняла, – снова послышалось над самым ее ухом.
«О каких людях он говорит?! Тех, что ищут ее?»
Кристина кивнула, и Дэн убрал ладонь с ее лица. Девушка замерла, боясь обернуться.
– Сейчас я отпущу тебя. Стой смирно, хорошо? – он перешел на свистящий шепот, от чего Кристине стало еще страшнее.
В ее голове будто мигала красная лампочка и выла оглушительная сирена, предупреждая об опасности. Бежать, только бежать!
Кристина кивнула. Мужчина помедлил еще пару секунд и, наконец, выпустил ее из рук. Удар сердца. Второй. Кристина рванула с места так резко, что в воздух взметнулись упавшие листья и трава из-под подошв ее кроссовок. Сразу взяла вправо, поэтому рука Дэна, выброшенная вперед, схватила лишь воздух.
– Чтоб тебя черти взяли! – в сердцах прошептал Дэн и бросился следом.
«Девчонка спортивная и на удивление прыткая», – подумал про себя мужчина, стараясь просчитать траекторию ее движения, чтобы пойти наперерез. Кристина бежала не так, как обычно убегают от него испуганные люди: напролом, бездумно. Она явно была внимательна и сосредоточена. Проблема была лишь в том, что все же она была городским жителем, и бег через лес был ей явно не под силу. Препятствия не давали держать темп, и приходилось постоянно менять направление. Вскоре перед Кристиной выросла преграда из непроходимого кустарника, и девушка забрала влево. Это была ее ошибка – путь вел к обрыву. Мужчина уже понял это и сменил бег на спокойный шаг. Деться девчонке теперь некуда. Краем сознания он отметил, что за все время этой сумасшедшей гонки девушка не проронила ни звука: не было слышно ни восклицаний, ни всхлипов, ни криков ужаса. Мысленно он похвалил девушку за сообразительность. Эти бесполезные звуки лишь сбивают дыхание и мешают думать. Если бы не обрыв, ему, возможно, еще пришлось бы побегать за ней и потерять время. Но этого не случилось.
Когда Дэн вышел к обрыву, Кристина стояла на самом краю. За ней – только отвесная скала и бескрайнее море. Девушка стояла спиной к обрыву и наблюдала за приближением своего преследователя. Ее поза напоминала сжатую пружину, и Дэн понял, что сдаваться девушка не планирует. Значит, придется объясниться. Только времени совсем не было.
– Не подходи! – крикнула Кристина и обернулась в сторону обрыва.
– Надеюсь, ты не собираешься делать глупостей, – с предостережением произнес Дэн.
– Думаешь, не прыгну? – с вызовом ответила Кристина.
Дэн раздраженно повел плечами.
– Скоро сюда сбежится слишком много народу. Пойдем, надо уходить, – ответил Дэн и протянул Кристине руку.
Девушка нахмурилась, но с места не сдвинулась.
– Кто ты такой? – дрогнувшим голосом спросила она.
– Некогда объяснять, – раздраженно ответил Дэн. – Дай мне руку!
Он сделал еще несколько шагов в сторону Кристины, и расстояние между ними сократилось до десяти метров.
В ответ на его движение Кристина сделала еще два маленьких шага назад, к самому краю. Дэн обратил внимание, как шевельнулись камни под ее ногами. «Не самое лучшее решение», – подумал он и медленно начал приближаться к девушке.
– Не подходи! – снова закричала Кристина, и ее глаза округлились от ужаса. – Я прыгну! Честное слово, я прыгну!
– Нет, – Дэн безразлично пожал плечами, давая понять, что не верит.
И темпа не сбавил.
– Говорю тебе, ты пожалеешь, если прямо сейчас не дашь мне руку. Мы должны как можно скорее убраться отсюда. Тебя ищет целая толпа народа…
– И ты – один из них, – прервала его Кристина.
– Нет, – твердо ответил Дэн и подошел почти вплотную.
Теперь их разделяло не более метра.
– Меня послал Ким.
Мужчина даже удивился, какое магическое действие произвела на девушку эта фамилия. Недоверие, сомнение сменились надеждой. И эта надежда будто осветила ее изнутри. Расширились зрачки, участилось дыхание.
– Саша? – тихо спросила она.
Мужчина кивнул и снова протянул ей руку. И Кристина, хоть и сомневаясь, протянула свою руку в ответ. В это мгновение камни под ее ногами сдвинулись и рухнули вниз, увлекая девушку за собой. Дэн отреагировал молниеносно. Шагнув вперед, он успел схватить Кристину за руку и рухнул на землю, чтобы не сорваться следом за ней. Падая, Кристина закричала, звонко и пронзительно. Дэн почувствовал, как его рука чуть не вышла из сустава, когда девушка повисла над обрывом. На миг он зажмурился от боли, но хватки не ослабил и принялся медленно ползти назад, свободной рукой цепляясь за камни и корни деревьев.
– Только не дергайся, – прошипел он, стараясь не потерять опору.
Кристина замерла и начала молиться, чтобы у него хватило силы вытащить ее. Дэн был прав: сама она бы ни за что не прыгнула. Это был лишь блеф. Кристина готова была бороться за свою жизнь когтями и зубами, если потребуется. И за свою свободу.
Наконец, Дэну удалось вытащить Кристину на твердую землю, и вместе они повалились на траву, чтобы отдышаться. Девушка закрыла лицо руками, пытаясь прийти в себя. Все же она побывала на волосок от смерти. А мужчина разминал затекшее плечо – о себе давала знать старая травма. Хорошо, что девушка оказалась значительно легче веса обычного человека ее возраста и комплекции. Очень легкая. И плохо, что он не протянул ей другую, здоровую руку. Надо быть внимательнее. В памяти все еще стояло ее лицо, освещенное надеждой и радостью, – этому Киму, похоже, повезло. Таких искренних чувств Дэн не видел уже давно.
Спустя пару мгновений мужчина перевернулся и ловко поднялся на ноги.
– Вставай, некогда валяться, – тихо произнес он и огляделся.
Кристина насторожилась и проследила за движением его взгляда, после чего быстро поднялась и тоже обвела лес глазами.
– Пошли, – бросил мужчина и направился в сторону деревьев.
Кристина двинулась следом. Значит, этот человек – не враг ей. Слава богу!
Что-то в движениях мужчины и его напряженной спине заставило Кристину сосредоточиться и прибавить шагу. В лесу есть люди, которые ищут ее, и они где-то рядом. Надо быть начеку.
Вскоре начался крутой подъем к шоссе. Тот самый, который Кристина преодолела, кубарем летя вниз. Путь наверх оказался дольше и тяжелее. Лицо девушки покрылось испариной, мышцы натужно ныли, умоляя о передышке, но Кристина темпа не сбавила. Ее провожатый ни разу не обернулся, но Кристина почему-то была уверена: он знает, что она идет следом. Слышит ее шаги. И обернется только при необходимости. Последний, самый крутой участок подъема дался им нелегко. Пришлось карабкаться почти по отвесной стене, цепляясь руками за ветви и корни деревьев. В самый сложный момент Дэн все же обернулся и подал Кристине руку. Наверху, у самого шоссе, когда Кристина еще даже не успела подняться с земли и ее провожатый только встал, на них бросились двое мужчин. Кристина поняла: их ждали. Очевидно, машина Дэна была где-то поблизости, и эти двое решили, что нет смысла бегать по лесу и проще ждать здесь. За долю секунды девушка успела нащупать на земле ветку, и когда один из мужчин наскочил на нее, с размаху полоснула веткой по его лицу. Она метила в глаза, но не попала, однако все же поцарапала его лицо, оставив на щеке кровавый след. Нападавший на мгновение замер, ощупал рану ладонью, увидел на ней кровь, и его глаза налились яростью. Кристина так и не успела подняться на ноги и начала отползать к дороге, но мужчина настиг ее в два счета и замахнулся, намереваясь ударить. Кристина же посмотрела куда-то за плечо нападающего и закричала, что было сил. Мужчина обернулся. За его спиной не было ничего. А Кристина перевернулась на спину и со всей силы ударила мужчину в пах. Этот обманный маневр уже несколько раз спасал ей жизнь. Светка научила. Она же мастер спорта и многое знает и умеет. Кристина иногда жалела, что выбрала танцы…
От боли мужчина сложился пополам, а Кристина отползла и поднялась на ноги. Собиралась бежать, но остановилась. Ее провожатый уже разделался со своим противником – тот лежал у дороги без сознания – и теперь направлялся на помощь Кристине. Девушке показалось, что на его лице промелькнула улыбка, когда он увидел, как второй нападавший лежит на асфальте, скрючившись от боли. Приблизившись, Дэн ударил его куда-то в основание шеи, и человек отключился. А Дэн посмотрел на Кристину.
– Ты в порядке?
Девушка кивнула.
– Есть и другие. Еще минимум двое. Идем.
Быстрым шагом они направились вдоль шоссе в сторону пансионата. Метров через триста показалась машина Дэна, и Кристина облегченно выдохнула, на что ее провожатый удивленно поднял брови. Рано расслабляться.
Сели в машину.
– Ты берешь машины напрокат? В прошлый раз был черный джип, – сказала Кристина, пристегивая ремень безопасности.
– В «мерседесе» было комфортнее? – с усмешкой спросил Дэн.
От удивления Кристина открыла и тут же закрыла рот. Вопрос повис в воздухе. Значит, он следил за ней от самого Новороссийска, иначе как он мог узнать, какую машину ей предоставил Георгий Давидович в Геленджике?
Мужчина завел двигатель и нажал на газ. Машина только начала разгоняться, когда из-за поворота за их спиной показалась серая «девятка». Она летела на максимальной скорости и очень быстро нагнала их, пристроившись сзади. Мигнули фары.
– Они хотят, чтобы мы остановились? – дрогнувшим голосом спросила Кристина и еще раз проверила свой ремень безопасности.
Дэн кивнул и взглянул мельком на свою пассажирку. От страха она сделалась похожей на взъерошенного маленького воробья. Но сдаваться явно не собиралась.
Мужчина сосредоточился и нажал на газ.
– Придется поиграть в догонялки.
Их машина начала набирать скорость. Сзади принялись мигать фарами и сигналить. Двое других мужчин, с которыми они только что разобрались, уже очнулись и стояли у дороги. Кристина понадеялась, что преследовавшая их машина остановится, чтобы подобрать своих, но этого не случилось.
Начался серпантин, и скорость пришлось сбросить. Покрытие шоссе также оставляло желать лучшего, и теперь их машина двигалась со скоростью не более тридцати километров в час, а казалось, что они несутся как ракета. Поворот, подъем, снова поворот, спуск. Теперь все зависело только от мастерства водителей. «Девятка» не отставала. На очередном повороте водитель преследовавшей их машины решил рискнуть и нажал на газ. Пошел на обгон и попытался прижать машину Дэна к краю. С риском для жизни мужчины выкручивали руль то вправо, то влево, а Кристина вжалась в сиденье и перестала дышать. Теперь не только ее свобода, но и жизнь зависела от умений ее нового знакомого. И от этой мысли стало не по себе.
Дэн выглядел уверенно, и машина слушалась его прекрасно. Несколько раз ему удавалось оторваться и увеличить разрыв, но водитель преследовавшей их машины почти сразу сокращал расстояние, увеличивая скорость там, где нормальный человек полз бы со скоростью улитки. Очевидно, он знал эту дорогу очень хорошо. Наконец, Дэну надоело. Кристина поняла это по выражению его лица, вдруг ставшему жестким и раздражительным. Дэн резко нажал на педаль тормоза и ушел влево. Их преследователи не успели отреагировать и поравнялись с ними, так и не сообразив, в чем дело. А Дэн бросил машину вправо и налетел на «девятку», тесня ее к обочине. А за краем обочины – обрыв. «Девятка» начала тереться о железное ограждение, ее водитель попытался оттолкнуть машину Дэна. Но все же многое зависело от марки и мощности схлестнувшихся машин. Транспорт Дэна оказался крепче. В следующее мгновение «девятка» зацепилась колесом за бетонное основание ограждения и взлетела вверх, а Дэн выкрутил руль и резко нажал на тормоз. Будто в замедленной съемке Кристина увидела, как перевернулась машина преследователей в воздухе вокруг своей оси. Коснувшись асфальта, она сделала еще несколько оборотов и с размаху влетела в скалу. На землю упала лишь груда железа. Дэн остановил машину и огляделся. На шоссе, кроме них, никого не было. Камер на этом участке тоже не было. Проверять, есть ли выжившие, было бессмысленно. Тем более что оставались еще двое на дороге позади них. И, возможно, они были не единственными. Значит, нужно двигаться дальше.
И только теперь он перевел взгляд на свою пассажирку. Бледная как мел, она сидела неподвижно и не могла отвести глаз от кучи металлолома, в который превратилась машина преследователей. Дэн видел такое выражение лица много раз. Люди по-разному реагировали, впервые столкнувшись со смертью. Если Кристина не придет в себя в ближайшие пару часов, придется как-то приводить ее в чувство своими силами. Оставлять человека в таком состоянии надолго опасно.
А Кристина тем временем действительно замерла и впала в состояние ступора, но мозг ее продолжал лихорадочно работать. Только что ее провожатый спас их и одновременно убил двух людей. Нет, не так. Он защищал ее и себя, спасал их жизни, и в этой схватке погибли люди. Мог ли он предполагать, что этим может кончиться? Конечно. И хватит строить иллюзии! Рядом с ней наемник, человек, выполняющий сложные задания за большие деньги. Он носит при себе оружие и готов пустить его в ход по необходимости. Он был абсолютно непохож на брюнетов, что преследовали ее. Кристина вдруг вспомнила их игру с радиоволнами и мелодиями, и слова Дэна о Дне Победы: «А за этой вершиной идет бой, и мы слышим звук разрывающихся снарядов».
Дэн тем временем сделал глубокий вдох и нажал на газ. Следовало как можно быстрее покинуть место аварии.
Следующие два часа дороги прошли в молчании. Кристина никак не могла выбросить из головы картину летящей, крутящейся вокруг своей оси машины с людьми в ней. Кто бы ни были эти люди, это было неважно. В цивилизованных странах по закону самооборона, то есть убийство с целью защиты собственной жизни, может быть оправдано. Желали эти мужчины ее смерти? Нет. У них была задача схватить ее и доставить, куда им прикажут. Однако в этой сумасшедшей гонке по серпантину их действия вполне могли стать причиной ее смерти. Это она могла быть погребенной под грудой железа у подножия скалы, ведь так?
Значит, выживает сильнейший?
От этих мыслей Кристина поежилась, будто от озноба, и посмотрела на своего провожатого.
– Дэн – это ведь не настоящее твое имя, верно? Как тебя зовут?
Водитель усмехнулся. Значит, Кристина пришла в себя, раз начались вопросы.
Порывшись в бардачке, он достал водительские права и передал девушке.
Дмитрий Демин, тридцать восемь лет, место рождения – город Краснодар.
Кристина повертела документ в руках и внимательно посмотрела на Дэна. Дмитрия?
– У тебя все имена на «д», – утвердительно произнесла девушка.
Мужчина в ответ лишь пожал плечами.
– Где мы встретимся с Сашей?
– В Белгороде.
– Ну конечно, там же живут его родители! – воскликнула Кристина, осененная внезапной догадкой. – Значит, все это время он провел у них. Я могла бы и раньше сообразить.
– Я встречался с ним в Ростове, – сказал Дэн, притормаживая на перекрестке.
Кристина нахмурилась.
– Что именно он попросил тебя сделать? Я имею в виду, что ты отпустил меня в Новороссийске и дальше просто следил, правильно? Зачем? Почему сразу не сказал, что тебя Ким послал?
– А это важно? – с легкой улыбкой спросил мужчина.
Это его выражение показалось Кристине немного высокомерным и вызвало раздражение.
– Конечно, важно! Я хочу понимать, что происходит!
– Хорошо, – с готовностью согласился Дэн. – Он связался со мной и попросил сопровождать тебя. Таков был уговор. Он надеялся, что ты благополучно доберешься туда, куда собиралась. Я должен был вмешаться только в том случае, если ситуация примет плохой оборот.
Кристина обдумала его слова, повертела так и так, и выводы ей не понравились. Получалось, что если бы ей удалось уехать в Грузию, с Сашей они бы не встретились? То есть изначально он вообще не планировал их воссоединение?! Кристина тут же одернула себя. Глупо обижаться в такой ситуации. Ведь Саша нанял этого человека для ее защиты, он думал и заботился о ней. Это значило для нее очень многое! Возможно, он планировал их встречу позже, когда все уляжется? О плохом девушка старалась не думать. Хотелось пребывать в уверенности, что Саша все еще верен ей во всем, как раньше. Они строили такие планы вместе!..
– Значит, телохранитель?
– Кто эти люди? – как бы между делом спросил Дэн.
– Раз Ким не посвятил тебя, значит, так нужно, – отозвалась Кристина и отвернулась к окну.
Дэн придерживался иного мнения. Путь предстоял неблизкий, и, чтобы выполнить задание и получить вторую половину денег, желательно было знать, какая именно опасность им угрожает и чего можно ждать от этих людей.
– Ладно, давай начнем сначала? – предложил он. – Меня зовут Дмитрий Демин, и я – брат твоего жениха. Везу тебя знакомиться с нашими родителями.
Кристина удивленно уставилась на водителя, не совсем понимая, о чем он. Брат жениха, родители? Это новая легенда? Дэн тем временем тоже посмотрел на свою пассажирку и мягко улыбнулся. Он снова был тем самым человеком, что проводил ее до больницы, кормил завтраком в придорожном кафе, рассказывал истории и танцевал под радио-хиты. Даже не верилось, что еще утром он дрался с нападавшими и… Что еще случилось этим утром, Кристина просто запретила себе вспоминать, чтобы не сойти с ума. Скоро они доберутся до Белгорода и расстанутся навсегда. А пока что можно и подыграть.
– Хорошо! А я…
– Подожди, твои документы еще не готовы. Узнаешь свое имя позже, – прервал ее Дэн.
– Тогда пока что я останусь Кристиной. Итак, я – Кристина Мирт, студентка, еду с братом будущего мужа к их родителям в Белгород. Кстати, у тебя наверняка есть мобильный телефон. Я могу позвонить своему жениху?
– Конечно, – с готовностью ответил Дэн. – Но не сейчас. В Адлере мне нужно будет купить новую сим-карту.
Кристина кивнула. Надо, значит надо. Про себя девушка решила, что это просто вопрос безопасности и проще всего довериться в этом Дэну. Он же профессионал.
Невозможность сразу связаться с Сашей не расстроила Кристину. Она была безумно рада, что скоро увидит его, обнимет и почувствует себя, наконец, в полной безопасности. Как же она соскучилась по своему Александру Киму! Кристина достала из кармана бумажник, раскрыла его и посмотрела на фото своего любимого. Единственное бумажное фото – остальные остались в телефоне в Москве. Эта фотография была сделана в будке для фотографий в одном из торговых центров Москвы. Пять изображений, на которых Кристина и Саша выглядели абсолютно счастливыми. Одну Саша забрал себе, вторую девушка поместила в свой бумажник, чтобы всегда иметь под рукой. А остальные она положила в свой дневник и бережно хранила.
Дэн заметил, как девушка смотрит на фото своего жениха и нежно поглаживает изображение указательным пальцем, и покачал головой. Прекрасная пора молодости и наивности!
– Не веришь в любовь? – прямо спросила Кристина, заметив выражение его лица.
– Не верю, – ответил Дэн, не отводя взгляда от дороги.
И девушке показалось, что он говорит искренне, что было еще более странно. Как можно дожить до такого возраста и не убедиться, что настоящая любовь существует? Очень странно!
– Ты серьезно? Возможно, ты имел в виду романтические чувства? Но ведь существует любовь между родственниками, любовь к искусству, любовь к своему ребенку… – перечисляла Кристина, загибая пальцы.
Дэн кивнул.
– Я же не говорю, что чувств нет! Есть, конечно. Привязанность, взаимное уважение и так далее. Нежность! К своей собаке, например! – и Дэн рассмеялся.
– Ты все шутишь! – обиженно воскликнула Кристина. – К собаке! Ха-ха!
Девушка скорчила рожицу, но потом все же улыбнулась. А подумав, добавила:
– А я верю в любовь.
Дэн удивленно повернулся к собеседнице. Она не ждала от него ответа или опровержения. Она даже не смотрела на него в этот момент. И Дэн с изумлением понял, что она говорит абсолютно искренне! Неужели в современном мире еще остались люди, верящие в любовь серьезно и без оговорок? Хотя, возможно, Кристина жила в другом мире? И явно была слишком молода и наивна.
К обеду они въехали в Адлер. Дэн петлял по улочкам приморского городка в поисках аптеки. По дороге он заметил кровоточащие ссадины на руках Кристины – их нужно было обработать. Купив все необходимое, Дэн вернулся в машину и попросил Кристину повернуть руки ладонями вверх. Достав ватные тампоны, он смочил их перекисью водорода и принялся промывать царапины, чтобы убрать грязь и запекшуюся кровь.
Кристина удивленно и немного смущенно наблюдала за его движениями.
– Это было вовсе не обязательно, – тихо произнесла она.
От перекиси ссадины щипали, но девушка не проронила ни звука.
– Ты хорошо держишься. Ни разу не слышал, чтобы ты ныла, хотя это нормально в сложившихся обстоятельствах.
Кристина просто кивнула.
– Возможно, ты спортсменка? Некоторые виды спорта учат такой выносливости.
– Нет, – ответила Кристина и зажмурилась, пока Дэн наносил специальную мазь на ее ладони.
– А насчет того, было ли это обязательно, – я считаю, что обязательно. Пока мы вместе и у нас есть общая цель, мы отвечаем друг за друга. Поэтому я и помогаю тебе.
– Твоя цель – деньги? – спросила Кристина и осеклась. – Прости, Дэн, глупый вопрос.
– Нормальный вопрос, – спокойно ответил мужчина. – Да, это так. И зови меня Димой. Иначе ошибешься на людях.
– Хорошо, – кивнула Кристина.
– И прекращай нервничать. Ты сама не своя с тех пор, как мы въехали в Адлер. Думаешь, здесь опасность выше?
Кристина непонимающе посмотрела на своего собеседника. Вроде бы она держала себя в руках и особо не нервничала. Как он заметил?
На ее невысказанный вопрос мужчина ответил:
– Ты постоянно теребишь козырек своей кепки, стараясь опустить ее ниже, чтобы закрыть лицо. Своими движениями ты только привлекаешь лишнее внимание. С одной стороны, кепка – хороший выход, потому что закрывает лицо от камер. С другой стороны, твой словесный портрет наверняка будет включать этот элемент гардероба. Есть другие варианты?
– Другого головного убора у меня нет, – ответила Кристина, вздохнула и снова потянулась рукой к козырьку. И поймала себя на этом движении.
Дэн наблюдал за ней со снисходительной улыбкой. Отдернув руку, Кристина сняла кепку с головы. И по плечам рассыпались длинные волосы цвета спелой пшеницы. Дэн тут же заметил, как преобразилось лицо девушки в обрамлении длинных волос. Мужчина лишь на мгновение залюбовался своей пассажиркой, а затем завел двигатель машины.
Спустя пятнадцать минут они подъехали к частному дому с серыми железными воротами. Дэн попросил Кристину остаться в машине и вошел внутрь. Вернулся он очень быстро и передал Кристине документы. Паспорт был не новый. Некая Татьяна Петровна Соловьева, двадцать четыре года, родом из города Усть-Лабинск. Девушка на фото по типажу была похожа на Кристину, даже очень.
– Не для пересечения границы, тем более самолетом, – пояснил Дэн. – А для передвижений по стране вполне неплохо.
Кристина с благодарностью посмотрела на Дэна. В душе возникло какое-то странное чувство: новые документы, новая жизнь. Возможно, и для нее есть шанс на спасение? И, возможно, это и есть поворотный момент? Кристина даже самой себе не смогла бы объяснить, но что-то в атмосфере между ней и Дэном неуловимо изменилось. Доверие? Но, в конце концов, невозможно постоянно находиться рядом с человеком и совсем не доверять ему! Возникновение доверия неизбежно. Пусть и иллюзорного.
– Ты спрашивал, не спортсменка ли я, – вдруг произнесла Кристина, когда они снова тронулись в путь. – Так вот, отвечаю на твой вопрос: нет. Я танцовщица. Балет, модерн.
– Я догадался, – кивнул Дэн.
– Как? – удивилась Кристина.
– Во-первых, ты сама рассказывала мне, – ухмыльнулся он. – Помнишь, когда мы переключали радиостанции?
Кристина показалось, что это было очень давно, в какой-то прошлой жизни, – слишком много событий произошло с тех пор.
– Но ведь мы рассказывали вымышленные истории!
– Ты так говорила о сцене, что я сразу понял: это не вымысел.
– Врать и выдумывать у меня всегда плохо получалось, – вздохнула Кристина.
– Боюсь, в этом ты одинока.
Девушка уловила скрытый смысл в словах Дэна, но решила не развивать эту тему. По крайней мере, пока.
– А еще почему?
– Ты очень пеклась о своей ноге. Травма была пустяковой, но ты была на нервах, когда мы приехали в больницу. И стало сразу ясно: дело не в том нападавшем мужчине. Дело в том, что ноги для тебя – особый инструмент. Спортсменка или танцовщица. Для модели ты мелковата, – добавил он и пожал плечами.
Кристина улыбнулась, услышав последнее замечание.
– А может, просто Саша говорил тебе об этом? – прищурившись, спросила девушка. – Ты классно дерешься и мастерски водишь машину, но на сыщика ты не похож.
– Надеюсь, танцуешь ты так же хорошо, как и соображаешь.
Кристина на это ничего не ответила. Она была права.
Слова Дэна прозвучали грубовато, но это ничуть не задело Кристину.
Въехали в Сочи. По дороге Кристина дремала, но как только они оказались в городе, тут же напряглась. Она интуитивно чувствовала опасность, притаившуюся за каждым углом. Не могла объяснить почему. Просто чувствовала, будто тучи сгущаются и что-то ужасное, непоправимое должно произойти в ближайшее время.
Дэн припарковал машину на тихой улочке в отдалении от моря с его шумной набережной и многочисленными туристами.
– Забери из машины все необходимое. Мы ей больше не воспользуемся, – сказал мужчина и вышел, чтобы проверить багажник.
Кристина обратила внимание, что кроме небольшой спортивной сумки других вещей у Дэна не было. Оба они путешествовали налегке. А еще девушка заметила, что, несмотря на хорошую физическую форму и легкий загар, Дэн выглядел уставшим. И это было понятно: столько часов за рулем давали о себе знать.
Тень от раскидистых елей и вишневых деревьев, растущих вдоль улицы, не спасала от жары. Солнце уже клонилось к закату, но густой, влажный воздух все еще волнами струился по раскаленным асфальтовым улочкам. После прохлады кондиционера в салоне машины на улице находиться было тяжело. Тело сразу покрылось испариной и стало липким.
– Куда мы теперь? – спросила Кристина, чувствуя, что задыхается.
– В двух кварталах отсюда есть торговый центр. Тебе нужно сменить гардероб.
– Ты серьезно?
– Абсолютно, – твердо ответил Дэн.
И повел Кристину по магазинам.
– Что я должна купить?
– Как ты одевалась в Москве?
– В Москве? – удивленно переспросила девушка. – Так же… Джинсы, футболка, джемпер.
– То есть это и есть твой обычный образ? – наступила очередь Дэна сильно удивиться. – Тогда какая же это конспирация?
– Я меняла кепку на платок, меняла цвета футболок, – обиженно ответила Кристина.
Она уже поняла, как абсурдно это звучит, но признавать свои ошибки не хотелось. Дэн ответил раздраженно:
– Когда человек убегает и прячется, он старается кардинально сменить образ. Если ты выглядела как пацанка, теперь придется купить тебе платье.
– В роли кролика во время охоты я впервые. Учить было некому, – огрызнулась Кристина и тут же пожалела. Дэн ответил таким высокомерным и осуждающим взглядом, что Кристина вжала голову в плечи и предпочла промолчать.
Дэн сам выбрал для Кристины несколько легких платьев и смешную панаму, белую в розовые цветочки. Платья сели отлично и подчеркнули хрупкую фигурку девушки. Но эта панама… Он издевается, что ли?!
Расплачивался на кассе Дэн самостоятельно. Кристина решила, что Саша взял на себя все необходимые расходы, и не стала это комментировать. Пока она переодевалась в примерочной, Дэн и для себя подобрал свободные белые шорты и светлую футболку с треугольным вырезом. У выхода из магазина они встретились и осмотрели друг друга. Кристина принципиально натянула на голову жуткую панамку, решив больше не спорить со своим телохранителем. Его раздражительный и угрюмый настрой был ей очень неприятен. Хотелось вернуть прежнего Дэна, который заботливо промывал царапины на ее ладонях и ободряюще улыбался ей.
Кристина заметила, что его стройные натренированные ноги прекрасно смотрятся в новых шортах, а свободная футболка кремового цвета отлично сидит на широких крепких плечах. А Дэн на мгновение замер, увидев Кристину в летящем шифоновом платье, такую легкую и изящную. И даже кеды на ногах и эта панамка не испортили картину! Подумать только, она молча надела эту панаму и абсолютно не выглядит смущенной.
Таким образом, из торгового центра они вышли как пара настоящих туристов прибрежного города Сочи. На такси добрались до места ночевки. Дэн заранее снял две комнаты в гостевом доме неподалеку от центрального железнодорожного вокзала. Дом на двадцать номеров в форме буквы «п» находился в двух шагах от частного пляжа. Десять комнат на первом этаже, и десять – на втором. В каждом номере свои удобства, а кухня общая. Больше всего Кристине понравился большой внутренний двор с плетеной садовой мебелью. А по периметру были развешаны электрические гирлянды, дающие мягкое романтичное освещение. Вот бы оказаться здесь сейчас с Сашей, в обнимку посидеть под виноградной лозой с бокалом красного вина!
Кристина постаралась отбросить лишние мысли, приняла ключи от своей комнаты из рук Дэна и пожелала ему спокойной ночи.
Раздевшись, девушка приняла душ, завернулась в полотенце и хотела сразу же лечь. От усталости тело почти не слушалось ее, и ноги казались ватными. Откинув одеяло, она обнаружила на белой простыне насекомое размером с пробку от вина, множеством длинных пушистых лапок и подвижными усами. Как только насекомое шевельнулось, Кристина закричала. Громко, пронзительно, аж стекла зазвенели. Прошло секунд десять, и в комнату ворвался Дэн, чуть не сбив дверь с петель. Он обнаружил Кристину в здравии, невредимую, в одном полотенце и быстро оценил обстановку, переводя дыхание. Кристина уже не кричала и во все глаза смотрела на Дэна, а потом перевела взгляд, полный ужаса, на свою кровать. Насекомое снова шевельнулось. Кристина дернулась, отшатнулась назад и открыла рот, чтобы снова закричать.
– Стоп! – твердо приказал ей Дэн.
Он спокойно подошел к кровати, взял руками насекомое и выбросил далеко за дверь. Кристина перевела дух и придержала руками полотенце, норовившее соскользнуть. Стало очень неловко.
– Спасибо, – дрогнувшим голосом произнесла девушка и снова посмотрела на кровать.
– Ложись спать, – раздраженно произнес Дэн. – Не сомневайся, теперь ты в безопасности.
– Ни за что! – паническим шепотом ответила девушка. – Умоляю тебя, проверь, нет ли там еще кого…
Дэн понял, что спорить и убеждать бессмысленно.
– Если кто и был, все передохли от звука твоей иерихонской трубы! – пробормотал он и принялся перетряхивать кровать.
– Хоть бы так! – ничуть не обидевшись, ответила Кристина.
В кровати больше никого не было, и Дэн обернулся к девушке.
– Ты появился так быстро…
– Это моя работа, – хмуро ответил Дэн.
Тут только он заметил, что Кристина дрожит. Значит, это не просто женские капризы. Она действительно испугалась. Немного смягчившись, он добавил:
– День был долгим. Давай отдыхать, хорошо?
– Хорошо, – кивнула Кристина.
У нее вдруг возникло желание сказать еще что-то, отблагодарить Дэна за помощь. Она понимала: ловить насекомых в ее кровати не входило в его обязанности. Он сильно устал и, возможно, уже лег в своей комнате, когда она вдруг закричала. Глупо получилось…
– Извини за беспокойство, – тихо произнесла она. – Я… постараюсь больше так не делать.
– Ладно, договорились, – кивнул в ответ Дэн. И тут на его губах заиграла улыбка. – Если вдруг тебе будет грозить опасность, реальная опасность, кричи. Нет, не кричи – ори вот так же, как минуту назад. Твоего противника это точно дезориентирует! Хотя бы на пару мгновений.
– Ладно! – ответила девушка и рассмеялась.
Наутро Кристина постучалась в комнату Дэна, чтобы предложить позавтракать вместе, но в комнате его не оказалось. Кристине ничего не оставалось, как сделать себе кофе и ждать своего телохранителя во внутреннем дворе.
А Дэн тем временем направился в магазин связи, купил самый простой телефон и сим-карту и, выйдя на улицу, набрал номер Александра Кима. Время было раннее, и улицы Сочи казались пустынными.
– Вы где? – без приветствий спросили на том конце провода.
– В Сочи, – ответил Дэн. – Почему не выходил на связь? Я звонил вчера, – недовольно произнес Дэн.
– Во всех новостях твердят о страшной аварии на серпантине под Адлером. Твоих рук дело?
– Я теперь отвечаю за все аварии на серпантине? – раздраженно ответил Дэн.
В трубке воцарилась пауза. Собеседник что-то обдумывал.
– Слушай, у меня тут проблемы… – начал Александр, и Дэн сразу уловил сомнение в его голосе. – Можешь залечь на дно на какое-то время вместе с ней?
– Что за проблемы?
Снова пауза.
– Ее отец, он ищет ее и поднял на уши полицию. Он раньше занимал большой пост в ФСБ, сейчас на пенсии, но связи остались.
– Вряд ли те молодчики с большими носами – дело рук ее отца, – ответил Дэн. – Кто еще нас ищет?
Дэн злился все больше, но старался держать себя в руках. Он чувствовал, что его водят за нос. Понимал, как много пробелов в этой истории, и уже жалел, что согласился. Но деньги предложили большие, и это вознаграждение сейчас было ему очень нужно. Ясно, что история темная, и меньше всего ему хотелось погрязнуть в этом болоте.
– Слушай внимательно, Александр. Ты сам нашел меня, сделка заключена, условия оговорены. Я доставляю девушку, получаю вторую половину суммы. Остальное меня не касается, понял?
– Понял, – отозвался парень, – но планы немного изменились. Смените место. Связь через сутки, не раньше! Я постараюсь все наладить к этому времени.
– Боюсь, ты все же не понял, – резко ответил Дэн. – Переводи деньги, иначе я высажу ее на ближайшем перекрестке и разбирайтесь дальше сами!
– Я переведу тебе деньги сегодня вечером. Не злись, прошу тебя! Черт, и зачем я только ввязался во все это…
Эти слова прозвучали, как крик отчаяния. Парень был явно напуган.
– Слушай, я удвою сумму, слышишь? Ты согласишься? – теперь в голосе Кима звучала почти мольба.
– Еще десять тысяч. Пять из них завтра к утру. И имей в виду, что долго мы так бегать не сможем. – Дэн немного смягчился и продолжал уже спокойнее: – Она, кстати, хотела поговорить с тобой.
– Нет! – на этот раз голос Кима прозвучал увереннее. – Я не стану с ней говорить. Придумай что-нибудь.
– Как скажешь, – безразлично ответил Дэн. – Жду деньги к утру.
И он повесил трубку.
Дэн решил пройтись по набережной, чтобы собраться с мыслями. Жара еще не накрыла полусонный город, и свежий морской ветер гнал мелкие волны и колыхал зонтики прибрежных кафе. Над морем носились белокрылые хищные чайки. Они кружили с криками над водой, а потом камнем ныряли в волны за добычей.
В Сочи надежных знакомых у Дэна не было. Зато были в Дагомысе. Учитывая ситуацию, и Кристине, и ему понадобятся более качественные документы. Что еще? Оружие. Может, научить ее стрелять, пока есть время? Девчонка явно не из робких. Он же видел, как она справилась с тем парнем на шоссе у пансионата. В критических ситуациях она пугалась, как все, но не впадала в ступор, а действовала. Этот факт говорил в ее пользу. Непонятно было только одно: почему ее преследовало такое количество народа? Допустим, папа – полковник на пенсии и ищет сбежавшую дочь. Он бы задействовал полицию, а парни из той машины на полицию были не похожи. Балерина, студентка, наивная дурочка, по уши влюбленная в богатенького мальчика, – кому она успела насолить? Хотя, возможно, ее пытались не убить, а поймать. Допустим. Причина? Она что-то украла и спрятала? Дэн нахмурился и покачал головой. На Кристину непохоже. Она из числа людей вымирающих, как динозавры когда-то. Честная и наивная. Дэн по долгу службы хорошо разбирался в людях и делал верные выводы. И никогда не ошибался. Оставался лишь один вариант. Назойливый поклонник.
Дэн усмехнулся про себя. Бред! Ему вспомнилось, как Кристина сняла кепку, и волосы волнами рассыпались по ее плечам. И как она выглядела в новом платье вчера вечером. И как стояла в своей комнате, до смерти перепуганная насекомым в кровати, в одном полотенце…
Дэн покачал головой и отогнал глупые мысли. Просто нелепица какая-то! Надо сосредоточиться. В Дагомысе он точно сможет достать и документы, и оружие, и машину с чистыми номерами. Лучше решать вопросы по мере их поступления.
Вернувшись в гостевой дом, Дэн застал Кристину за столиком у стены. Другие постояльцы еще спали или разъехались по ранним экскурсиям, и внутренний двор пустовал.
Дэн обратил внимание, что Кристина сделала себе кофе, но не притронулась к нему, и напиток так и стоял перед ней и, скорее всего, уже остыл.
Увидев Дэна, Кристина тут же поднялась на ноги.
– Слава богу, ты вернулся! Куда запропастился? Я жду тебя уже целый час!
Девушка явно нервничала. Дэн понимал, что одна она бы не решилась выйти на улицу и была вынуждена ждать его тут, будто привязанная. Ему стало даже немного жаль ее.
– Поехали, собирайся, – бросил он и направился в свою комнату.
Кристина пошла следом и бесцеремонно вошла в его номер.
– Ты позвонил Киму? Что он сказал? – нетерпеливо спросила девушка.
Дэн не ответил и принялся кидать вещи в сумку.
– Дай мне трубку – я сама позвоню ему.
– В следующий раз он выйдет на связь только завтра, – ровным тоном ответил мужчина.
– Завтра? – опешила Кристина. – Почему завтра?! Ты дашь мне трубку?
– Нет, – твердо ответил Дэн.
Он продолжил сборы, ожидая бурной реакции и мысленно приготовившись ее отразить.
Односложные ответы Дэна только подогрели бушующее внутри девушки негодование.
– Что, черт возьми, происходит? Он что, не хочет со мной разговаривать?
Дэн вздохнул, выпрямился и посмотрел на Кристину с высоты своего роста.
– Я могу ответить, но ведь ты не поверишь.
– Испытай меня! – с вызовом бросила Кристина.
– Он сказал, что твой отец разыскивает тебя. Он не станет с тобой разговаривать. По крайней мере, пока. Парень боится. Твоего отца или кого-то еще – этого я не знаю, – добавил мужчина лишенным эмоций голосом и направился в ванную комнату забрать бритву.
Кристина замерла на миг, силясь осознать услышанное. Отец всегда одобрял их с Сашей отношения. Мужчины прекрасно ладили. Это какая-то глупость, не иначе! И что значат слова о том, что Ким не хочет с ней разговаривать? Он же любит ее, волнуется… Нанял этого человека, чтобы помочь ей добраться до места. Они так давно не видели и не слышали друг друга, и Кристина очень скучала. Ей так хотелось поскорее увидеть родное лицо, ощутить знакомый запах, оказаться рядом с человеком, которому она полностью доверяет.
– Ты прав – я не верю! – крикнула Кристина, чтобы Дэн наверняка расслышал ее в ванной.
Повернувшись на пятках, она почти бегом выскочила из комнаты.
До Дагомыса добирались рейсовым автобусом. В салоне было прохладно благодаря мощным кондиционерам, а из-за разницы температур между толстыми двойными стеклами в окнах скапливался конденсат. Кристина прислонила лоб к прохладному стеклу и наблюдала за тем, как капельки воды соединяются одна с другой и скатываются вниз, образуя замкнутый меж стекол ручеек. По мере движения автобуса вода то набегала, покачиваясь, вперед, то откатывала назад, подобно волнам прибоя.
Дэн сидел рядом, откинув голову на спинку своего кресла. Его крупная фигура, казалось, занимала слишком много пространства, и Кристина чувствовала себя запертой между кресел. Она иногда посматривала на мужчину рядом с ней и резко отворачивалась, чувствуя неприязнь. Даже отвращение. Она пришла к выводу, что зря ищет в этом человеке того Дэна, что подвез ее от Краснодара до Новороссийска. Теперь не было ни заботы, ни участия, ни элементарной вежливости. «Для него это работа за деньги, – напомнила себе Кристина, – и он ничем не лучше автомата с газировкой! Такой же железный и бесчувственный!»
От этой мысли стало невыносимо одиноко. Захотелось кричать и драться или биться головой о стену. Захотелось остановить автобус, выскочить и бежать со всех ног!
Но Кристина сдержалась. Три глубоких вдоха, два коротких, пауза. Она снова прислонилась лбом к холодному стеклу и попыталась думать логически. Почему Саша не захотел поговорить с ней? Чего ему бояться? Девушка чувствовала, что ответ где-то на поверхности, но она никак не может увидеть его. Она что-то упускала.
Спустя час автобус прибыл на остановку в Дагомысе, маленьком прибрежном городке с парой крупных отелей и чайными плантациями. В долине между горных вершин домики частного сектора расположились на одноименной реке, впадающей в море и разделяющей город пополам. Берега реки соединялись мостиками, некоторые из которых были пешеходными. Дома стояли так близко к воде, что казалось, будто они поднимаются прямо из нее. «Наверное, Венеция выглядит похоже», – подумала про себя Кристина, с интересом рассматривая окрестности, пока они с Дэном шли от автобусной остановки в только ему известном направлении.
Воодушевленная видом горных вершин и красотой поселка, Кристина позабыла, как злилась на холодность своего провожатого, и заговорила. В первый раз после Сочи:
– Ты бывал здесь раньше? Похоже, ты неплохо ориентируешься в городе.
Непринужденный и дружелюбный тон девушки удивил Дэна.
– Бывал, – лаконично ответил он.
– Для чего мы здесь? Нам же нужно в Белгород. У тебя тут знакомые? Они помогут нам? – продолжала Кристина, а потом спохватилась. – Ох, извини, я задаю слишком много вопросов.
Дэн кивнул, подтверждая ее слова. Он все время шел чуть быстрее, оказывался на шаг впереди, и Кристина не видела его лица. Возможно, он вообще не хочет разговаривать?
Кристина вздохнула и продолжила глазеть по сторонам, как Дэн вдруг замедлил шаг и заговорил:
– Нам нужны надежные документы. Здесь мы сможем их достать. И еще кое-какие мелочи. Здесь мы остановимся у одной моей знакомой в частном доме. Думаю, она тебе понравится.
– Почему понравится? – удивилась Кристина.
– Она любит поболтать! – с улыбкой ответил Дэн. – Давай сумку, дальше дорога пойдет в гору.
Кристина с благодарностью передала Дэну сумку, и идти сразу стало легче.
– Ты тоже любишь поболтать, разве нет? По крайней мере, тот Дэн, с которым я ехала от Краснодара, был весьма разговорчивым. И вообще, тот Дэн нравился мне больше! – с чувством добавила девушка.
– Потому что он хотел угодить? Во всем помогал? Был предусмотрителен и хотел понравиться?
Кристина возмущенно цокнула языком. В словах ее собеседника звучала едкая ирония.
– Не поэтому! А потому, что он проявлял заботу, вел себя, как нормальный мужчина! С ним я могла бы даже подружиться! С тобой – точно нет!
Дэн вдруг резко остановился и повернулся к Кристине.
– Я легко могу стать прежним Дэном, слушать с тобой песенки и подавать руку при каждом удобном случае. Вот только нам не стоит становиться друзьями. Думаю, ты и сама знаешь, почему.
– Да не нужны мне твои песенки! – раздраженно воскликнула Кристина. – Можно просто вести себя по-человечески!
– Да ладно тебе! – отмахнулся Дэн и продолжил путь, больше не оборачиваясь.
До нужного дома дошли в молчании. Кристина обратила внимание, что в Дагомысе дышится легче, чем в Сочи. Возможно, причиной тому были реки, бегущие через город с гор и несущие с собой спасительную прохладу.
На улице с романтичным названием «Весенняя», у деревянных ворот с резной чугунной окантовкой их уже ждала женщина в простом хлопковом платье и цветастом платке на голове. По возрасту – ровесница Дэна. Подтянутая и стройная, с довольно пышной грудью, всем своим видом она излучала здоровье и силу. «Именно о таких женщинах говорят: в горящую избу войдет, коня на скаку остановит!», – подумала про себя Кристина.
При ближайшем рассмотрении она заметила, что женщина была не только стройна, но и красива: большие, слегка раскосые карие глаза в обрамлении пушистых ресниц, прямой аккуратный нос, пухлые розовые губы. Такие яркие брюнетки с богатой черной шевелюрой всегда были предметом зависти для Кристины.
Завидев идущую к ней пару, женщина расплылась в улыбке и вышла им навстречу.
– Тимошка, сколько лет, сколько зим! – крикнула она и раскрыла объятия.
Дэн охотно обнял ее за талию и поцеловал в щеку, как давнюю знакомую.
– Давно же ты не появлялся! – нараспев проговорила женщина, и ее улыбка стала еще веселее. – С добром пришел?
«Тимошка?», – повторила про себя Кристина удивленно. Она попробовала примерить это имя к Дэну так и эдак и покачала головой. А вдруг это его жена или подруга? Эта мысль привела Кристину в смятение. Не может быть, он же одиночка! «Ты же ничего не знаешь об этом человеке, дурочка! – подсказал ей внутренний голос. – Возможно, все твои представления о нем ошибочны!»
– Привет, Диана, – мягко приветствовал знакомую Дэн. – Познакомься, это Кристина.
Казалось, Диана только теперь заметила, что Дэн пришел не один. Она обвела девушку оценивающим взглядом и беззлобно усмехнулась, встретившись глазами с Дэном. Их взгляды, мимолетные, но такие красноречивые, заставили Кристину поежиться. Будто на ее глазах происходило что-то интимное, и она была здесь явно третьей лишней.
– Ну же, проходите в дом! Чего на улице стоять!
И Диана уверенной рукой распахнула перед гостями калитку.
Большой внутренний двор был выложен камнем, по правую и левую руку находились деревянные постройки, служившие для хозяйственных нужд, а впереди возвышался большой кирпичный дом.
Диана усадила гостей за деревянный стол под навесом и вопросительно посмотрела на Дэна.
– Одну комнату приготовить или две? – усмехнувшись, спросила она.
Вопрос в лоб, ничего не скажешь! Кристина встретилась глазами с Дэном и почувствовала, что краснеет до кончиков ушей. Даже Дэн немного смутился от такой прямоты.
– Две. Если есть свободные, – коротко бросил Дэн и встал. – Я в душ.
Диана махнула рукой в сторону постройки слева, но, кажется, Дэн бывал здесь уже не раз и прекрасно знал, где можно помыться.
– Пойду отнесу ему полотенце, – смеясь, сказала Диана и подмигнула Кристине.
В этой женщине было что-то цыганское: ее яркая красота, грация удивительным образом сочетались со свободой движений, раскованностью и прямотой в высказываниях. Кристина подумала, что Диана вообще лишена смущения, и это нравилось девушке и в то же время отталкивало. Раскачивая бедрами, Диана вышла из дома со стопкой свежих полотенец в руках и направилась в душевую вслед за Дэном.
Кристина наблюдала за ней, сидя за столом и не зная, куда деться, и вдруг с удивлением почувствовала укол ревности… или зависти? Она сама толком не могла понять, к кому и кого она ревновала, и это выводило ее из себя. Все-таки кем приходилась Диана ее телохранителю? Было ли что-то между ними? И какая картина сейчас предстала перед глазами Дианы в душевой? Лишь на одно мгновение Кристина зажмурилась и увидела Дэна в кабинке, под струями воды… Резко встав из-за стола, девушка принялась мерить шагами двор, стараясь отвлечься.
Диана вышла из душевой минуты три спустя, а Кристине это время показалось вечностью. Очевидно, эти эмоции были написаны на ее лице, потому как Диана внимательно посмотрела на девушку, улыбнулась своим мыслям и сказала:
– Сколько времени вы пробыли вместе?
Кристина, к своему раздражению, снова растерялась. А так хотелось быть свободной и дерзкой, как эта женщина на ступенях.
– Пару дней примерно… – пробормотала она и пожала плечами, будто говоря, что это не имеет никакого значения. – Часы я не считала.
– Пойдем, покажу тебе твою комнату.
– Спасибо, – Кристина вспомнила о манерах и кивнула.
Прихватив свою сумку, она направилась в дом вслед за Дианой. Внутри оказалось даже просторнее, чем девушка предполагала. Из большой гостиной вели два коридора в кухню и комнаты на первом этаже. Потолок пересекали массивные балки, а стены были обшиты деревянными панелями. Этакий дом богатого охотника. Слева располагалась довольно широкая лестница с перилами, ведущая на второй этаж. Там находились еще четыре комнаты, одна из которых была хозяйской спальней, а три другие предназначались для гостей. Сезон только-только начался, и гостевые комнаты пока что пустовали. Кристине досталась самая дальняя угловая спальня с окнами в обе стороны и большой уютной кроватью с высоким матрасом. Поистине, королевское ложе!
– У вас очень красиво и уютно, – с восхищением сказала Кристина, ставя рюкзак посреди комнаты.
– Спасибо, – весело ответила женщина и принялась хозяйничать.
Она сняла покрывало, извлекла из комода свежее постельное белье и начала заправлять кровать. А Кристина тем временем перенесла рюкзак на кресло, открыла его и вытащила несколько вещей на смену. Одно из трех новых платьев она еще не успела надеть и решила повесить его на вешалку. Пусть немного отвисится.
– Он тебе нравится? – вдруг спросила Диана. – Тимофей?
Кристина не сразу сообразила, что речь идет о Дэне. Поэтому возникла пауза. Но, даже поняв, Кристина не нашлась, что ответить, и вопросительно посмотрела на хозяйку дома.
– Ты так удивленно смотрела на него сегодня, будто видела впервые, как он улыбается и обнимает женщину.
– Ты очень проницательна! – с легкой иронией ответила Кристина, тоже решив перейти на «ты». Вздохнув, она присела на край кресла и задумалась.
– Он плохо себя вел? – спросила Диана, и в ее словах Кристина услышала какой-то скрытый смысл. Но что именно имела в виду хозяйка, понять было сложно.
– Нет, совсем нет, – ответила девушка, покачав головой. – На самом деле все не так. Он… это же его работа, понимаешь? – Кристина снова сделала паузу, подбирая слова. – На самом деле, он прав, что не нянчится со мной. И он уже спас мне жизнь, поэтому я ему очень благодарна, правда! – убежденно произнесла Кристина и посмотрела Диане в глаза. – Если бы не он, меня бы здесь точно не было!
Диана кивнула, соглашаясь со словами девушки. Она заправила простыню, убрала подушку в наволочку и принялась за пододеяльник.
– Так он тебе нравится или нет? Ты так и не ответила.
Кристина задавалась вопросом, почему эта женщина так настаивает и какое ей дело, но все же решила быть честной.
– Он везет меня к моему жениху. К человеку, которого я люблю. Мы так давно не виделись, целую вечность! А что касается Дэна, я просто сегодня увидела его в другом свете и удивилась, вот и все…
– Ну вот и хорошо! – весело добавила Диана, на этот раз удовлетворенная ответом. – Что ж, все готово. Можешь отдохнуть с дороги, принять душ, освежиться. А я приготовлю обед. Через час приходи во двор к столу.
– Спасибо, – кивнула Кристина, и Диана вышла, оставив девушку в растерянности.
Посидев немного в комнате, Кристина решила воспользоваться предложением хозяйки и направилась в душевую. Во дворе никого не было. Диана хлопотала на кухне, а Дэн куда-то исчез. Войдя в каменную пристройку, Кристина обнаружила раздевалку с лавкой вдоль стены и крючками для одежды, открытый шкаф со стопкой свежих полотенец и банные принадлежности, а также бутылочки с гелем для душа, шампунем и кондиционером. Но не это привлекло внимание Кристины. Следующее помещение – непосредственно душевая – находилось за промежуточной комнатой, закрытой перегородками с двух сторон. А далее – три душевые кабинки, довольно просторные, со своими отдельными дверьми. Значит, Диана, относя полотенца, не могла видеть, как моется Дэн, если только специально не входила к нему. Душевая была устроена так, чтобы оградить гостей от стеснения и дискомфорта, и эта мысль обрадовала Кристину и принесла облегчение. Почему – Кристина не знала и не стала в этом копаться. Раздевшись, она встала под прохладный душ, напевая что-то себе под нос, и принялась смывать дорожную пыль.
Через час Кристина спустилась во двор. За столом, спиной к ней сидел Дэн, а напротив него незнакомый мужчина.
– Я закричал ему «тяни! сорвется, зараза», а он принялся дергать удочку на себя, будто морковь, даже не догадавшись подняться на ноги! – рассказывал мужчина, а Дэн смеялся от души.
Мужчина первым заметил Кристину и помахал ей рукой:
– Привет! Присоединяйся.
Кристина кивнула, подошла к столу и села на лавку рядом с Дэном, примерно в полуметре от него.
– Кристина, познакомься, это Михаил, хозяин дома и муж Дианы, – вежливо представил Дэн. Он явно был в отличном настроении. – Михаил, это Кристина, мой деловой партнер, так сказать.
Кристина мысленно поставила две галочки: «муж Дианы», «деловой партнер», и улыбнулась Михаилу, перенимая беззаботный настрой, витавший над столом. Хозяин гостевого дома продолжил веселую историю о неудачной рыбалке своего знакомого. Кристина обратила внимание, что у Михаила длинные волосы, зачесанные в хвост, а руки украшены татуировками. Если где-то поблизости прячется мотоцикл, то это точно тот самый друг Дэна, рокер, на чьей свадьбе Дэн танцевал под группу «Скорпионс». Но этот вопрос Кристина решила оставить на потом.
Появилась Диана. Теперь на ней была длинная юбка бирюзового цвета с красивым орнаментом и топ в тон, а на голове красовался светло-голубой платок, закрученный на затылке хитрым узлом. В руках Диана несла большое блюдо с запеченной рыбой, и по двору сразу распространился сногсшибательный аромат. Михаил тут же встал и подошел к супруге, чтобы помочь ей. Дэн и Кристина тоже поднялись и вызвались перенести все остальные блюда с кухни на улицу. Вскоре стол заполнили закуски, овощи и бокалы с красным терпким вином.
Кристина заметила, что Михаил на голову ниже Дианы, но благодаря своим широким плечам и крепкой коренастой фигуре он не смотрелся мельче, даже наоборот. Красивая пара! И живут в полной гармонии. По их жестам и взглядам было видно, что они понимали друг друга с полуслова.
От вина Кристина захмелела и почувствовала, что расслабилась не только морально, но и физически. Обсуждали все подряд: кино, книги, природу и погоду, общих знакомых. Диана смеялась громче всех, когда Дэн рассказывал, как его машина, полная каких-то мороженных продуктов, сломалась в поле под Краснодаром. Кажется, это была рыба, и, оттаяв, она начала бить хвостом. Но, возможно, Кристина ослышалась.
А потом Дэн встал и произнес тост:
– Один мудрец, выступая перед слушателями, рассказал им анекдот. Аудитория содрогнулась от смеха. Мудрец рассказал тот же анекдот во второй раз, и рассмеялись только несколько человек. После третьего раза в зале повисла мертвая тишина. Мудрый старик улыбнулся и сказал: «Смеяться над одной и той же шуткой вы не можете. Так почему же позволяете себе плакать по одному и тому же поводу?» Давайте поднимем наши бокалы за жизненный опыт!
– Тёма, ты мой герой! – с улыбкой провозгласил Михаил, и все подняли бокалы.
А Кристина задумалась над тем, что, возможно, мудрец был прав. Цикличность ее жизни, бесконечная погоня круг за кругом и страхи по одному и тому же поводу. Но как вырваться из этого круга? Хоть бы у Саши был ответ на этот вопрос! Хоть бы у него был план и они с Дэном знали, что делают…
Когда после очередной истории над столом повисла пауза, Кристина спросила:
– Михаил, вы любите песни группы «Скорпионс»?
Мужчина всплеснул руками и воскликнул:
– Не представляю, откуда вы узнали, но я их просто обожаю! И правда, почему мы сидим без музыки?!
С этими словами Михаил быстрым шагом направился в дом, и уже через минуту из окон полились звуки той самой песни, о которой говорил Дэн. Тем временем Дэн с улыбкой повернулся к Кристине.
– У тебя хорошая память, отдаю тебе должное!
– Сочту это за комплимент, Тимофей! – Кристина склонила голову и рассмеялась. – Правда, догадаться было не сложно.
А Михаил подошел к супруге, поклонился и пригласил ее на медленный танец.
– Ты помнишь это, дорогая? День нашей свадьбы!
– Как я могу забыть! – воскликнула Диана, и муж легко закружил ее в танце.
У Кристины мелькнула мысль, что, возможно, и Дэн пригласит ее. И эта мысль оказалась очень волнительной. Но Дэн, похоже, думал о другом. Повернувшись к Кристине, он сказал:
– Не хочешь прогуляться? За домом небольшой сад.
– Хорошо, – Кристина была удивлена, но причин отказываться не видела.
Встав с лавки, она пошатнулась, и Дэн заботливо поддержал ее. Он снова стал тем Дэном, что подавал руку и говорил мягко и вежливо. Кристина с удивлением обнаружила, что день клонится к вечеру и на город уже спустились сумерки. Сколько же времени они провели за столом? Часа три-четыре – не меньше! И сколько бокалов вина Кристина успела осушить? Надо же было так опростоволоситься! Сейчас бы крепкого кофе и в кровать, но Дэн уверенным шагом вел ее через сумеречный сад к лавочке под раскидистой яблоней.
Кристина не хотела этого! Она не собиралась делиться с ним своими проблемами, да и вообще была не уверена, что нужно говорить об этом именно ему! Но Дэн так участливо смотрел на нее! Он всем своим видом показывал, что ему интересно, что он вовсе не считает ее глупой дурочкой, угодившей в переплет! И вот она уже описывает тот злосчастный день и не может остановиться:
– На третьем курсе мы ставили балет с элементами современного танца. Наш музыкальный руководитель, гений и новатор в своем деле, он отбирал лучших для этой постановки! И я прошла отбор. Боже мой, как я готовилась! Сколько дней и ночей тренировок, стертых до мяса пальцев… В нашей группе была девушка по имени Гульнара. Мы сдружились. У нас были параллельные роли, и многие эпизоды мы отрабатывали вместе. Невозможно было не подружиться! Начали обсуждать семьи, прошлое и планы на будущее. Как-то Гульнара обмолвилась, что ее семья очень богата. Какой-то древний азербайджанский род. У них много предприятий, бизнес в различных сферах, сундуки с золотом под подушкой. Я в это особо не вникала, да и Гульнара, по сути, была далека от всего этого. Как и я, она жила искусством и знала лишь изнуряющие тренировки и радость побед, достающихся с таким трудом, уж поверь мне!
Кристина всхлипнула, и Дэн поторопил ее:
– Продолжай.
– Лишь однажды Гульнара обмолвилась, что ее дядя – глава ее семьи и недавно был у них в гостях. И Гульнара рассказала ему о своих успехах, нашей постановке и своей лучшей подруге Кристине и показала ему нашу с ней совместную фотографию. Так все и началось… – Кристина закрыла лицо руками и сделала глубокий вдох. – В день премьеры собралось столько людей. Огромный зал тонул в темноте, и я не знала, кто сидит в партере, иначе ни за что бы не вышла на сцену.
– Ты не позволила бы какому-то типу лишить себя сцены, – убежденно заметил мужчина.
– Но в итоге так и вышло! После спектакля был фуршет. Там нас и познакомила Гульнара… С того дня все и началось…
– Что началось? – настаивал Дэн.
Но Кристина не ответила и встала.
– Нам лучше вернуться в дом.
В сумерках сада она заметила недовольство Дэна: это была явно не вся история. Но девушка и так уже жалела, что сказала лишнее. Всему виной была усталость и алкоголь.
– Скажи хотя бы, что именно ему нужно!
Кристина горько усмехнулась.
– Зачем тебе знать? Ты сочтешь меня сумасшедшей, как и все!
– Ты пьяна, – сказал Дэн, взял Кристину под локоть и повел обратно в дом.
У двери ее комнаты он остановился. В тусклом свете коридорной лампы Кристина с трудом могла различить его лицо.
– Я не считаю тебя сумасшедшей, – тихо произнес он. – И верю тебе. Как ни странно… – при этих словах он усмехнулся, но потом снова стал серьезным. – Правда, верю.
Кристина кивнула и вдруг почувствовала, как кружится голова. Этот вечер должен был закончиться как-то иначе! Очень странно, что она здесь, в темном коридоре чужого дома, наедине с чужим мужчиной… И почему-то он держит ее за плечи, находясь в такой опасной близости от нее! Но, возможно, он просто не дает ей упасть?
Тут Кристина почувствовала, как ее ноги подкосились, и коридор начал растворяться. Дэн подхватил девушку на руки, внес в комнату и уложил на кровать.
– Тебя не тошнит?
– Нет, – слабым голосом ответила Кристина.
– Подожди спать, я сейчас вернусь.
Дэн вернулся спустя минуту со стаканом прохладной воды и помог девушке выпить его почти целиком.
– Как ты? – спросил он снова.
– Сегодня ты такой Дэн, как тогда под Краснодаром…
– Ты невыносима, даже когда в стельку пьяна.
Кристине показалось, что он улыбнулся. И эта улыбка была искренней.
– Правда, ты и не Дэн вовсе…
– Какая разница? Продолжай называть меня так, раз привыкла.
Дэн поднялся с края ее кровати и уже собирался уходить, когда Кристина вдруг шевельнулась и добавила:
– Он хочет моей добровольной смерти. Иначе я и назвать это не могу. Он хочет, чтобы я была с ним. Чтобы принадлежала только ему. Это не я сумасшедшая, а он.
Дэн подождал еще несколько секунд, но Кристина больше ничего не добавила. Спустя мгновение он услышал ее ровное спокойное дыхание. Аккуратно укрыв Кристину одеялом, он прикрыл дверь и направился в свою комнату.
Утром следующего дня Дэн проснулся рано. Выйдя из дома, он направился в сторону отеля «Дагомыс», где связь была лучше, открыл свой мобильный банк и проверил баланс. Деньги поступили на счет, как и договаривались с Кимом. Дэн набрал его номер, но телефон оказался недоступен. Злой, как черт, Дэн размахнулся и швырнул трубку в ствол придорожного дерева. Аппарат разлетелся на мелкие детали, упавшие в траву. Вернувшись в дом, Дэн переоделся в легкий спортивный костюм, проверил, спит ли Кристина, и вышел на пробежку. Он спустился к набережной, пробежал по пляжу, потом по главной улице направился вглубь поселка, потом обратно на Весеннюю. Пробежка помогла немного собраться с мыслями, но злость не уходила. Все шло не так! Не по плану. Короткое и простое на первый взгляд задание грозило растянуться неизвестно насколько. И даже крупная сумма денег на счету не приносила особой радости.
Девушка спасается бегством от преследований какого-то богатого психа. Дэн понимал, что это серьезно и в покое ее не оставят. Он также понимал, что Ким вряд ли ей поможет. Единственный выход для них обоих – попытаться скрыться за границей. Вот только Дэн сомневался, что Александр Ким вообще собирается помогать Кристине. Тем более странно, что он все же перевел деньги. Очень странно.
Кристина проснулась под звуки рояля. С трудом открыв глаза, девушка выпила остатки воды из стакана и прислушалась. Так и есть, она не ослышалась – это Шопен, Двадцатый ноктюрн. Кристина снова прикрыла глаза, наслаждаясь чарующей мелодией. Столько грусти было заключено в этих аккордах и переливах, столько страдания и светлых надежд, что Кристине стало не по себе. Она припомнила события вчерашнего вечера, тот факт, что она рассказала Дэну свою историю, но теперь это не казалось ей таким уж ужасным. Даже наоборот: пусть знает! Кристина также припомнила, как он внес ее на руках в комнату и уложил в кровать, как поил водой, будто маленькую. Аккуратно, почти нежно он укрыл ее одеялом, боясь разбудить. Кристина в самом деле почти спала, медленно проваливаясь в темноту, но все же почувствовала прикосновение его горячих пальцев к своему плечу.
Шопен доиграл и начался снова. Девушка с трудом выбралась из кровати и спустилась вниз. Дэн сидел за столом один. Шопен, будто бурная горная река, заполнял собой все пространство вокруг. Музыка доносилась из портативной колонки, лежащей на столе. Дэн не видел ее появления, и Кристина задержалась на ступенях, разглядывая его. Она бы и самой себе не смогла объяснить, что ей двигало. Но отрицать очевидные вещи не было никакого смысла. Что-то неуловимо изменилось между ними здесь, в Дагомысе. Если бы это было не так, никакой алкоголь и уговоры не заставили бы Кристину открыться постороннему человеку. Не теперь – она уже много раз проходила через это. Стоило ей поведать свою тайну постороннему, и она сталкивалась с неверием, даже осуждением. В лучшем случае ее называли сумасшедшей, в худшем – эгоистичной малолеткой с чрезмерно обостренным воображением. Так сказал ее отец – он не поверил ей…
Но вчера вечером было иначе: Кристина именно хотела открыться Дэну. И он ответил, что верит ей. Для Кристины это многое значило.
Дэн сегодня выглядел иначе. Он снова был хмур, и черты его лица заострились, будто он не спал всю ночь и жутко устал. В уголках губ появилась жесткая складка – так бывало, когда он злился. Под глазами залегли тени, а каштановые волнистые волосы были влажными и прилипли ко лбу. Дэн смотрел в одну точку, поигрывая телефоном в правой руке, и сосредоточенно что-то обдумывал. И весь его вид резко диссонировал с нежными аккордами ноктюрна Шопена. Было в этой сцене что-то неправильное, дикое.
В конце концов он поднял голову и заметил Кристину. Девушка спохватилась и спустилась во двор.
Дэн приглушил музыку и внимательно оглядел Кристину.
– Как ты?
– Ты спрашиваешь из вежливости или тебе действительно интересно? – с иронией спросила она и медленно опустилась на лавку напротив Дэна, потирая виски.
– Судя по всему, похмелье еще не прошло, – отозвался Дэн.
– Прости, это было… грубо, – устало ответила Кристина. – Но, как мне кажется, ты должен быть доволен. Опоил меня и узнал все, что хотел! – с досадой добавила она. – И все же ты тоже не в духе. Что-то случилось?
– Я тебя не опаивал, – твердо ответил мужчина. – Ты упилась сама, уж извини.
– Мне просто было хорошо! – обиженно произнесла девушка. – Этот вечер, прекрасная компания и ты… – Кристина вдруг запнулась, пытаясь подобрать правильные слова. – Мне очень был нужен человек, которому я могу доверять, понимаешь?
Кристина уловила нотки отчаяния в своем дрогнувшем голосе и замолчала. Дэн ответил не сразу. Он смотрел, как Кристина сидит напротив с опущенной головой и нервно теребит завязки на своем сарафане. Сейчас она выглядела совсем ребенком, растерянным и беззащитным, а Дэн вдруг почувствовал себя древним стариком. Усталым и разочаровавшимся в жизни стариком.
– Не нужно мне доверять, – глухо произнес он. – Доверяй своему Киму, насколько это возможно.
– Саше? – оживилась Кристина. – Есть новости от него? Я могу поговорить с ним?
– Его телефон недоступен, – ответил Дэн и встал. – Собирайся, нам нужно сделать фото на документы.
– Я могу выпить кофе перед выходом? Голова болит.
– Я куплю тебе кофе по дороге, – отрезал Дэн и направился к калитке.
Кристина поплелась следом. Дэн шел довольно быстро, и Кристине пришлось ускорить шаг, чтобы не отставать. Но она не жаловалась. Надо, значит надо.
Они перешли на другой берег реки и углубились в поселок. Впереди Кристина приметила небольшой рынок. Палатки с фруктами и овощами перемежались развалами с одеждой и сувенирной продукцией. Попадались и магазинчики с мелкой техникой, телефонами и батарейками. В один из таких и зашел Дэн. Кристина вошла следом и прикрыла пластиковую дверь – в магазине вовсю работал кондиционер.
Дэн поздоровался с продавцом, что-то шепнул ему на ухо, и вместе они удалились за прилавок, в заднюю комнату.
Девушка не знала, что ей делать дальше: идти следом или, наоборот, остаться и дать мужчинам решать свои дела наедине. Стало любопытно, и Кристина решила одним глазком взглянуть, что они делают. Она отодвинула занавеску и прошла по маленькому коридорчику вглубь магазина. Заднее помещение оказалось больше, чем она предполагала. В слабом свете редких ламп Кристина разглядела деревянные полки вдоль стен, уставленные коробками с товарами. Мужчины стояли у противоположной стены, что-то приглушенно обсуждая. На столе перед ними лежало оружие. И в руках у Дэна был пистолет. Привычным движением он вставил магазин, снял оружие с предохранителя и проверил прицел, держа пистолет двумя руками.
Наблюдая это действо, Кристина замерла и перестала дышать. Она будто воочию увидела, как Дэн стреляет, и не по мишеням в тире, а по живым людям. По коже побежал холодок, и девушка почувствовала дрожь во всем теле. Сначала она подумала, что это страх, но тут же отсекла эту мысль. Человек с оружием в руках в принципе несет опасность для окружающих, но Кристина не боялась. Дэн не пугал ее. И не должен был, ведь ему платили за то, чтобы охранять ее. А значит, чем он сильнее, хитрее, лучше натренирован и вооружен, тем выше их шансы добраться до цели. Подумав так, Кристина сделала несколько шагов вперед, и мужчины заметили ее. Хозяин магазина перевел недовольный взгляд с девушки на Дэна, но тот лишь кивнул. Мужчина пожал плечами и продолжил демонстрацию товара.
Определившись с пистолетом, Дэн расплатился наличными.
После чего их обоих сфотографировали для документов.
– Готово будет завтра, – сказал хозяин, и мужчины пожали друг другу руки.
– Пойдем, куплю тебе кофе, – предложил Дэн.
Похоже, его настроение пошло на поправку, и Кристина была этому очень рада.
Вернувшись к набережной, они выбрали кафе на открытом воздухе. Дэн отправился за кофе, а Кристина натянула поглубже панаму и надела темные очки. День обещал быть жарким, но на берегу моря, в тени деревьев было комфортно. Туристов было немного, и Кристина позволила себе расслабиться и насладиться видами. Легкий бриз гнал волны к берегу, а по небу летели маленькие кудрявые облачка, так похожие на волны под ними. Когда ветер подул сильнее, Кристина все же сняла свою жуткую панаму и позволила ветру поиграть в ее волосах.
Дэн вернулся спустя пять минут с двумя большими стаканами кофе со сливками и сахаром.
– Ты не голодна?
– Нет, – Кристина покачала головой и с удовольствием отхлебнула кофе. – То, что нужно сейчас. Аппетит появится часа через три, не раньше!
Дэн усмехнулся и покачал головой, но комментировать не стал.
Какое-то время оба молчали, и Кристина с удивлением обнаружила, что в этом молчании ей комфортно. Не было никакой неловкости.
Мимо проходила бабуля с корзинкой пирожков, и Дэн купил у нее несколько штук. Он с аппетитом поглощал пирожки, запивая их кофе, а Кристина думала о своем.
А потом вдруг спросила:
– Ты был женат?
Дэн удивленно вскинул брови и чуть не поперхнулся.
– Я похож на женатого человека? – вопрос был риторический.
Кристина лишь пожала плечами, глядя куда-то в сторону моря.
– Откуда мне знать? Хоть сейчас ты и выглядишь как убежденный холостяк и бродяга по жизни, возможно, в прошлом ты был примерным семьянином. Просто не сложилось.
– У меня нет семьи.
Дэн произнес эти слова таким странным глухим тоном, что Кристина насторожилась. Она внимательно посмотрела на собеседника, ожидая продолжения. Но Дэн молчал.
– Саша сделал мне предложение полтора года назад, – задумчиво сказала девушка и прикоснулась к безымянному пальцу, будто ища там заветное кольцо. – Мы были очень счастливы, строили планы, хотели купить свой дом в Подмосковье… Но скоро стало понятно, что мы не сможем этого сделать. – Кристина проглотила комок в горле и продолжала. – Однажды к нам в кафе подсели трое мужчин. Саша попросил их уйти, хотел сам встать и что-то сделать. Мужчины положили руки ему на плечи и усадили обратно за стол. А потом один из них сказал: «Оставь эту девочку в покое. Она принадлежит другому». У меня мороз побежал по коже… Один человек вообще не может принадлежать другому! Это чуждо нашей культуре!
– И часто он так передавал тебе послания?
– Сначала нет. Я игнорировала звонки и сообщения. А потом решилась и сменила номер. Я думала, что этим все и закончится! – Кристина горько усмехнулась. – Мой новый номер был у него через час! Час, представляешь?!
Дэн только кивнул. Он-то знал, что при наличии денег и связей это вообще не проблема.
– Я наивно полагала, что смогу справиться. Я не знала, с кем имею дело…
– Чего именно он от тебя хочет? Замуж зовет?
Кристина перевела хмурый взгляд на Дэна, а потом опустила глаза. Он догадался, что отвечать ей неприятно, даже стыдно, но все же молчал и подталкивал ее к ответу. Вздохнув, Кристина сказала:
– Он женат. И просто хочет, чтобы я сдалась…
Дэн еле удержался, чтобы не скривиться от отвращения. Он уже нарисовал себе образ этого азербайджанца: тучный мужик за сорок, с обвисшим животом и золотым перстнем на пальце. Теперь же, увидев рядом с ним эту девочку, он ощутил реальный прилив дурноты. Но свои эмоции постарался скрыть. А Кристина ничего не заметила, погруженная в собственные переживания.
– Насколько ты доверяешь Киму? – спросил Дэн, решив поскорее сменить тему.
– Саше? – Кристину этот вопрос удивил. – Ну конечно, ты-то вообще никому не доверяешь. Для тебя это нонсенс.
Почему она вдруг начала грубить и иронизировать? Для самой Кристины это стало неожиданностью. Просто вопрос задел ее. В устах Дэна эти слова прозвучали так, будто Саша – вражеский шпион! Девушка даже мысли не допускала, что Саша может сделать что-то дурное.
– Ты можешь просто ответить на вопрос? – раздраженно сказал Дэн. – С каких пор тебя волнуют мои взгляды и моральные принципы?
– С тех пор, как я застряла тут с тобой! – в тон ему ответила Кристина. – И я полностью доверяю своему жениху. Даже не смей ни на что намекать…
Кристина вдруг заметила, как Дэн изменился в лице, и вжала голову в плечи. Из раздраженного он сделался серьезным и сосредоточенным и резко поменял позу, будто приготовился к прыжку.
Дэн побоялся, что Кристина захочет обернуться и посмотреть, что случилось, и мысленно похвалил ее за сообразительность – Кристине даже в голову не пришло оборачиваться. Она сразу поняла, что за спиной опасность. Время будто замедлило ход, и Кристина слышала, как бьется ее сердце в груди, и могла сосчитать удары: три, четыре, пять.
А потом случилось и вовсе невероятное! Дэн вдруг в одно мгновение пересел на стул рядом с Кристиной, быстрым движением вернул на ее голову панаму, а потом обнял ее за плечи и притянул к себе. И поцеловал… Так быстро его лицо оказалось перед лицом Кристины и расстояние между ними сократилось до минимума, что девушка не успела даже сделать вдох. Только одна мысль промелькнула в голове: «Оказывается, у него глаза цвета ореха…» И вот он уже целует ее, нежно, но настойчиво, по-французски. Кристина все же вспомнила о дыхании через нос, и тут же ощутила знакомый запах одеколона, переплетающийся с его собственным ароматом. Они провели вместе много времени, и Кристина уже успела привыкнуть к его запаху, но ведь так близко к ней он не был еще ни разу. А потом пришло и ощущение вкуса – сладкий кофе с нотками корицы. Кристина почувствовала, что у нее кружится голова и кафе начинает будто бледнеть и таять, и прикрыла глаза. Но так было даже хуже – теперь она полностью сосредоточилась на поцелуе и будто начала тонуть. Тело перестало слушаться, и резко бросило в жар. Эмоции накрывали с головой, как будто она летела по рельсам на американских горках. Кристина не представляла, сколько длился поцелуй – мгновение или целую вечность. Правой рукой Дэн нежно обхватил ее затылок и еще ближе притянул к себе. И она поняла, точнее, почувствовала, что и его захватили эмоции, которые он с трудом контролировал. Это была настоящая магия. Или химическая реакция, которая протекала очень бурно. И обоим показалось, что воздух вокруг пронизывают электрические разряды, столь мощные, что могут и убить. Своей рукой Кристина дотронулась до запястья Дэна, а потом до его груди, и через ткань футболки ощутила, как быстро бьется его сердце. Инстинктивно ей захотелось обнять его, стать еще ближе, но Дэн трактовал ее жест по-своему и резко прервал поцелуй.
Кристина сделала глубокий вдох, прикрыла рот рукой, все еще ощущая нереальность происходящего, а потом проследила за взглядом Дэна и увидела двоих мужчин. И сразу их узнала. Это с ними произошла драка на обочине дороги в Абхазии. Теперь они прошли мимо, кажется, не узнав их. Все же теперь и Кристина, и Дэн были одеты абсолютно иначе, да еще целовались. Дэн был спиной к проходящим, и лицо Кристины скрывали поля панамы.
Как только мужчины отошли достаточно далеко, Дэн и Кристина поднялись со своих мест и быстрым шагом направились прочь от набережной.
– Как, черт возьми, они нашли нас так быстро? – бросил Дэн, подходя к их дому. – Они тебе вживили чип, что ли?!
Кристина и сама задавалась этим вопросом, но ответа не было.
– Мне собрать вещи? Мы уезжаем? – нервно спросила она.
– Нет, – раздраженно бросил Дэн. – До завтра уехать мы не можем. Надо забрать документы. К тому же твой дружок не выходит на связь! – рявкнул Дэн и скрылся в доме, хлопнув дверью.
А Кристина осталась стоять посреди двора в полной растерянности.
Эти люди вездесущи и способны отыскать иголку в стоге сена… Что же придумал Саша и почему медлит? Почему не отвечает на звонки Дэна?
Подумав о своем женихе, Кристина вздрогнула и снова вернулась мыслями к поцелую. И сразу по всему телу побежали мурашки. Она медленно дотронулась пальцами до своих губ, все еще ощущая во рту привкус корицы.
– Ведь это был лишь отвлекающий маневр, – прошептала она. – И только…
До обеда Кристина просидела в своей комнате. От беспокойства она не знала куда себя деть, чем заняться, о чем подумать. Наконец, не выдержав, она вышла и постучалась в соседнюю дверь.
– Войдите.
Толкнув дверь, Кристина пересекла порог и обнаружила Дэна растянувшимся на кровати, с пультом от телевизора в руках. Девушка решила не стесняться и сразу перейти к делу. Говорить пришлось громче обычного, чтобы перекричать обеденные новости.
– Мы что-то делаем не так, тебе не кажется? Ты что-то делаешь не так! Сменили имидж, нигде не предъявляли документов, а если и предъявляли, то я – какая-то Татьяна или как ее там… Я ничего не понимаю! Как они нашли нас?
Дэн взбил подушку и принял вертикальное положение. Затем убавил громкость телевизора и с улыбкой похлопал по кровати рядом с собой, приглашая Кристину присесть. Девушка нахмурилась, обвела взглядом комнату и выбрала кресло у окна. Дэн на это лишь кивнул, оценив ее выбор, вздохнул и ответил:
– Чего именно ты хочешь от меня?
– Я хочу, чтобы ты мне объяснил, как это возможно? Как только мы это поймем, сделаем по-другому, чтобы преследование прекратилось. Мы не можем привести их к Саше! Это опасно!
– Ты о нем заботишься? – усмехнулся Дэн удивленно. – А о себе не хочешь подумать?
– Ты не ответил на мой вопрос! – настойчиво произнесла Кристина.
Проведя рукой по волосам, Дэн с минуту повертел пульт от телевизора, что-то обдумывая, а затем заговорил:
– На самом деле все гораздо проще, чем я думал. И средства слежения тут ни при чем. Где мы столкнулись с этими людьми? В Абхазии? Куда направляемся теперь? Правильно, в Белгород. Сколько сухопутных путей из Гагры в Белгород? Не так уж и много. И мы выбрали самый простой и следуем ему, а они просто двигаются следом. Завтра у нас на руках будут нормальные документы, и можно выбрать самолет. Но в этом нет никакого смысла! Уверен, они и там будут нас ждать.
Кристина хмуро посмотрела на своего собеседника и встала с кресла.
– Откуда они знают, куда мы направляемся? – медленно произнесла она.
Дэн пожал плечами и снова усмехнулся, но теперь в его словах сквозила едкая ирония:
– Я не стану высказывать тебе свое мнение, потому что мы это уже обсуждали и ты скажешь, что не веришь мне. Поэтому предлагаю сразу перейти к пункту номер два. Как думаешь, для человека, который уже через час знает твой новый номер, будет проблемой узнать, где живут родители Кима, а также где он пропадает последние три месяца?
Кристина тяжело вздохнула и снова опустилась в кресло.
– Нет.
– Значит, тебе нельзя в Белгород, – заключил Дэн. – Я серьезно.
– Но он ждет меня. И специально нанял тебя, как профессионала, чтобы добраться туда, верно?
– Значит, его план – полное дерьмо! – взорвался Дэн и резко встал с кровати. – А ты отказываешься видеть очевидные вещи!
Кристина с болью в глазах посмотрела на Дэна, но ничего не ответила и закрыла лицо руками. Три глубоких вдоха, пауза, два коротких. Сашка – очень умный парень и сотни раз выручал ее. Он найдет выход и в этот раз.
– Так что ты решила? – нетерпеливо спросил Дэн, меряя шагами комнату.
Подойдя к Кристине, он присел на корточки перед ней, и их взгляды встретились.
– Подумай серьезно. В Белгород ехать нельзя, – дрогнувшим голосом предупредил Дэн.
Кристина всмотрелась в его лицо, изо всех сил стараясь понять, что он имеет в виду на самом деле. Он явно что-то не договаривал. В этот момент девушке показалось, будто Дэн сбросил броню и какое-то новое выражение появилось в его глазах. Он беспокоится о ней? Как о товаре, который надо доставить? Или как человек о человеке? Или как мужчина о женщине?
– Тебе удалось связаться с Кимом? – тихо спросила она.
Еще буквально мгновение Дэн смотрел ей в глаза, но как только ее вопрос достиг его сознания, это новое выражение в его глазах погасло. Мгновенно. Будто ничего и не было. И его ореховые глаза снова стали холодными, как сталь, и расчетливыми. Он пружинисто поднялся на ноги и отвернулся к кровати в поисках пульта.
– Он не выходит на связь, – Дэн присел на край кровати напротив Кристины и принялся переключать каналы, будто тема их разговора потеряла для него всяческий интерес. – Однако перевел деньги. Поэтому, раз ты настаиваешь, не будем отклоняться от курса. Я доставлю тебя в Белгород. А там… хоть трава не расти!
Последние слова Дэн произнес так жестко, что Кристина вздрогнула. Однако это решение ее устраивало, а значит, разговор был окончен. Медленно поднявшись, Кристина сделала несколько шагов в сторону двери. Тема маршрута была исчерпана. Но Кристина хотела поговорить не только об этом. Просто второй пункт был еще сложнее… Наконец, девушка решилась:
– Насчет того поцелуя…
Дэн повернулся и посмотрел на нее в упор. Но теперь по его лицу невозможно было что-либо прочитать. Он будто одел маску невозмутимости и спокойствия. Как ему это удавалось? Кристина вдруг осознала, что именно это выражение его лица выводило ее из себя. Она вдруг разом позабыла, что именно хотела сказать. У нее была заготовлена целая речь, мягкая и красочная, но теперь слова не шли с языка.
Запинаясь, она произнесла:
– Я имею в виду тот поцелуй… в кафе… когда появились эти бандиты…
Дэн снова встал и подошел ближе.
– Давай, я облегчу тебе задачу. Ничего личного, поняла? Я в отцы тебе гожусь и ничего подобного не планировал и в мыслях не держал. Никакого продолжения не будет.
Дэн говорил жестко. Каждое слово звучало, как удар хлыста. И Кристина почувствовала, что каждое его слово причиняет боль. Она даже не понимала причины такой реакции, просто слышала фальшь в его голосе. Все было совсем не так! По крайней мере, с ее стороны.
А Дэн продолжал:
– Это был лишь отвлекающий маневр, весьма успешный. Я мог бы отбиться от них прямо там и всполошить весь город. Нам пришлось бы уехать. Поэтому я не стал этого делать – нам нужна фора до завтра, пока не будут готовы документы. А во-вторых, я не знаю, вооружены ли они. Если оба были вооружены, расклад не в нашу пользу. А мне нужно доставить тебя целой и, по возможности, невредимой к своему нанимателю.
На словах об оружии Кристина потеряла нить рассуждений. Ей вдруг показалось, что Дэн злится на нее или на себя из-за произошедшего. Догадка пришла так неожиданно, что Кристине пришлось зажать рот рукой, чтобы не закричать. Он жалеет, что поцеловал ее! Ну конечно! Вот так просто!
Девушка сделала шаг назад и посмотрела на половые доски под ногами, пытаясь сфокусироваться. «Почему ты так реагируешь? Сумасшедшая, что ли? Почему тебе больно? Уязвленное самолюбие? Или ты решила, что нравишься ему? Ну ты и идиотка! Тебя же Сашка ждет, одумайся!»
Все это пронеслось в ее голове в одно мгновение. Три глубоких вдоха, снова… Это всегда помогало собраться. Когда Кристина подняла голову, на Дэна смотрела уже совсем другая девушка: спокойная, уверенная, собранная. Так концентрироваться ее научила сцена, а Кристина всегда была борцом.
– Это именно то, что я хотела услышать, – твердо произнесла она, а затем развернулась и вышла из комнаты.
Добавить было нечего, да и не нужно. А Дэн вспомнил, что видел в Мишкином гараже боксерскую грушу, и направился туда, чувствуя, что его вот-вот разорвет на части.
Понадобилось больше часа на то, чтобы выпустить пар и всю дурь из головы. Иначе Дэн не мог это назвать.
Потный и обессилевший, он прихватил телефон и направился в сад, подальше от чужих глаз и ушей. И набрал номер Кима. Телефон оказался доступен, но Александр долго не брал трубку. Ответил только на десятом гудке.
– Да! – он был чем-то раздражен или… напуган?
– Если ты решил слиться, предупреди меня заранее, – жестко ответил Дэн.
– А-а, это ты… – Ким выдохнул и постарался взять себя в руки. – Ничего подобного! Разве ты не получил деньги? Где вы сейчас?
– Я думаю, ты и сам знаешь.
– На что ты намекаешь? – тут же ощетинился Ким. – Откуда мне знать?
– Нас нашли. Они буквально наступают нам на пятки.
– Уже нашли? Кристина с тобой? У вас проблемы?
Дэн сделал небольшую паузу, обдумывая ответ. Есть сотни способов подловить этого юнца и выяснить все, что ему требовалось. Вот только это не его дело. И не за это ему платят.
– У нас все в порядке. Пока что, – процедил Дэн сквозь зубы. – Так наш план в силе?
– Конечно-конечно, – торопливо ответил Ким. – Но в Белгород ехать не нужно. Я сам к вам приеду. Только чуть позже. – Ким сделал паузу, и Дэн расслышал его тяжелое дыхание. – Слушай, у меня правда проблемы. Надеюсь, ты сможешь сменить место и обеспечить Кристине безопасность…
– Сообщить тебе, куда мы направляемся? – с иронией спросил Дэн. Не удержался!
– Ни в коем случае! Следующая связь через сутки… – и Ким отключился.
Дэн вытащил сим-карту и бросил ее в бочку с водой для полива садовых растений. Потом прошелся по саду и тяжело опустился на ту же лавочку под раскидистой яблоней, где Кристина накануне рассказывала ему свою историю. Странную историю…
Прислонившись спиной к стволу дерева, Дэн прикрыл глаза. И тут почувствовал запах ванили. Этот аромат теперь преследовал его повсюду. Что это было? Гель для душа или туалетная вода? Еле уловимый аромат, который Дэн ощутил еще в машине, когда вез Кристину в больницу в Краснодаре. Он тогда не обратил особого внимания. Чужая машина, освежитель воздуха – да мало ли причин. И только сегодня утром, когда он оказался так близко к ней, то понял, что это именно ее аромат… Было сладко. И остановиться было очень сложно. А что он наговорил ей потом в комнате? Что годится ей в отцы? Что ж, это было не сильным преувеличением.
Справа хрустнула ветка, и Дэн резко открыл глаза.
– Мечтаешь о большой, но чистой любви? – с улыбкой спросила Диана и присела на лавочку рядом с Дэном.
– Это не обо мне, ты же знаешь, – ответил мужчина.
– Что за глупости? – нахмурилась Диана, хотя в ее темных глазах все еще плескались веселые огоньки. – Нам всем это нужно! И потом, если женщина, с физической точки зрения, и может прожить без мужчины, то мужчина один – точно нет!
Дэн рассмеялся.
– А ты в своем репертуаре, красавица! – воскликнул он и легко хлопнул подругу по плечу.
– Да уж! – ответила Диана и положила голову ему на плечо. – Знаешь же, как мы любим тебя! Ты наш спаситель. Поэтому я и волнуюсь за тебя.
– Если Мишка и был мне что-то должен, то вернул свой долг многократно уже много лет назад. А ты все вспоминаешь, – отмахнулся Дэн, разглядывая ранние спеющие яблоки.
– И все же, – настаивала Диана, – я волнуюсь. Муженек-то мой слепец, как все вы, но женщину не проведешь! Что происходит между вами?
– О чем ты? – на всякий случай спросил Дэн, хотя прекрасно знал ответ.
– Я о ней, о твоей подопечной! Что-то происходит, я же вижу. И мне не по себе…
Диана вдруг стала серьезной. Двумя пальцами она взяла Дэна за подбородок, повернула его лицо к себе и заглянула в глаза.
– Не делай!
– Чего?
– Не делай! Ни в коем случае! Не надо быть ни ведьмой, ни гадалкой, чтобы понять, что эта девочка принесет тебе только несчастье!
– Да хватит уже! – раздраженно ответил Дэн и встал.
Диана поднялась следом.
– Она тебе никого не напоминает? – прищурившись, спросила она.
Дэн молчал.
– Я сама отвечу. Кристина очень похожа на нее. Она действительно очень похожа на твою Маринку…
– Говори тише! Всему городу об этом знать не обязательно.
– Я тебя умоляю! – всплеснула руками Диана. – Ты не можешь отрицать очевидного. Да я чуть было в обморок не грохнулась, когда впервые увидела ее! Я даже сначала подумала, что это и есть Марина…
– У тебя найдется хоть немного сострадания? – с болью в голосе спросил Дэн и снова опустился на лавку. – Моя сестра давно мертва. Я бросил поиски еще два года назад!
Диана присела рядом, тяжело вздохнула и положила руку Дэну на плечо.
– Ты поэтому тянешься к ней?
– Не поэтому и не тянусь. Она едет к жениху, – пробормотал Дэн, чувствуя, как начинается пульсирующая боль в висках.
Диана всегда была такой – честной и прямолинейной. Иногда чересчур. И все же Дэн ценил эти качества в ней, несмотря ни на что.
– Если бы она ехала к бабуле, все было бы иначе… – протянула Диана и тут же заработала легкий подзатыльник.
– Эй! – вскрикнула она, потирая место ушиба под платком и счастливо улыбаясь. – Я права! Как и всегда!
– С вами, бабами, я становлюсь размазней. Возможно, мне пора вернуться в Афган или уехать еще куда-нибудь подальше! Когда кругом одни мужики, жизнь кажется значительно проще!
Диана на это только рассмеялась.
Помолчали. Женщина встала и сорвала с ветки еще зеленое яблоко, надкусила, поморщилась и сплюнула.
– Не будет тут толку! – в сердцах бросила она.
– Ты о яблоне или обо мне? – с улыбкой спросил Дэн.
– О вас обоих! – отрезала Диана. – Вот что я тебе скажу! Слушай внимательно и потом не говори, что я не предупреждала! Заканчивай побыстрее это свое дело, отпусти девочку к жениху и забудь! Рядом с ней бродит смерть! А тебе рановато. Я нагадала тебе долгую и полную приключений жизнь, ты же помнишь!
Дэн напрягся, осознав слова Дианы. Когда цыганки гадают по-настоящему, то редко ошибаются. Он и до этого понимал, что история Кристины серьезна, а теперь задумался. Неужели этот психопат, ее преследователь, решит убить девочку просто потому, что она отказала ему? Это возможно? Или тут что-то другое?
Тяжело вздохнув, Дэн ответил:
– Ты права, она напоминает Марину. Но только внешне, и то весьма отдаленно. Моей сестре было бы сейчас примерно столько же лет, как и Кристине. И она бы тоже училась в институте, если бы ее не похитили… Но на внешности сходство заканчивается.
– Что ты имеешь в виду? – спросила с интересом Диана.
– Кристина другая. Она смелая девчонка и сильная. Сильная духом, я имею в виду. Гораздо сильнее, чем Марина когда-то…
– Марина была ребенком.
– Четырнадцать – это уже не ребенок, – возразил Дэн. – Кристине вообще не свойственны капризы. И, кажется, она не боится почти ничего. Но даже если страх есть, она не цепенеет, а действует. Несвойственно для сопливой девчонки, а?
– Да ты ей восхищаешься! – присвистнула Диана.
– Возможно. Не вижу в этом ничего такого, – угрюмо ответил Дэн. – Я что-то много думаю в последнее время, вот и все! Говорю же, женское царство меня доконает! Но на этом конец. Я и ей так сказал!
– Так вот почему твоя красавица сидит в своей комнате с видом смертника и не кажет носа во двор! Уж я-то знаю, как ты можешь сказать!
Дэн в ответ лишь махнул рукой и направился к дому.
Вечером, когда Михаил вернулся с работы, Диана накрыла на стол и позвала всех к ужину. На столе было мясо, овощи и закуски, а также прекрасное южное вино, но Кристина от алкоголя отказалась. Дэн лишь усмехнулся, но не стал комментировать.
Во время ужина Кристина вяло ковыряла вилкой овощи в своей тарелке и украдкой подглядывала за Дэном, когда ни он сам, ни другие этого не видели. Ее поражали перемены его настроения. Каким он был в комнате, когда разговаривал с ней о Саше, их планах и том поцелуе, и каким он стал теперь. Просто два разных человека! Дэн снова был весел, дружелюбен и прекрасно поддерживал беседу, перекидываясь шутками с друзьями. Когда хотел, Дэн мог быть и остроумным, и обаятельным. Просто душа компании! Кристина же сидела угрюмой и еле удержалась, чтобы не ткнуть вилкой ему в бок. Двуликий Янус! Дэн был будто актер, одевающий маску для представления и меняющий свой образ до неузнаваемости. То он одним ударом отключает нападающего, то шутит и заказывает сладкий кофе с корицей, то проверяет прицел своего пистолета с видом отъявленного гангстера, то очаровательно улыбается и выдает анекдоты один за другим, заставляя своих друзей сгибаться от смеха. Он то жестко чеканит слова и причиняет боль, то нежно притягивает к себе и целует, целует, целует…
Кристина покачала головой и снова вернулась к овощам в своей тарелке. С Сашей она никогда не испытывала ничего подобного. Тому могла быть масса причин. Возможно, Саша еще молод да зелен, как говорят, а Дэн «ей в отцы годится», как он сам выразился. Интересно, сколько ему лет? Сорок? Больше? Кристина так же допускала, что ей самой недоставало жизненного опыта. Что ж, это дело наживное. И ей пришлось быстро повзрослеть за последние два года. И главный урок, который она вынесла за это время, – людям нельзя доверять. Только избранным, и то с оглядкой. А Дэн… ему точно нельзя верить. Возможно, его поведение – просто результат его рода деятельности. Кто он? Наемник? Какого рода задания ему приходилось выполнять? Бог его знает!
Кристина вдруг поняла, что не чувствует вкуса еды, и отодвинула от себя тарелку. Посидев еще немного ради соблюдения приличий, девушка извинилась и удалилась в свою комнату.
На рассвете Дэн постучал в ее дверь.
– Да? – сонным голосом ответила Кристина, силясь открыть глаза.
Несмотря на жуткую усталость, полночи она не могла уснуть и пролежала в кровати, глядя в темный потолок.
Дэн приоткрыл дверь. Судя по виду, он или давно был на ногах, или вообще не ложился.
– Я забрал документы. Лучше выехать затемно.
– Иду, – ответила Кристина и выбралась из-под одеяла.
Вещей было мало, поэтому сборы заняли от силы минут десять. Кристина умылась, почистила зубы, взяла рюкзак, в последний раз оглядела комнату, прощаясь, и вышла во двор.
Несмотря на ранний час, Диана и Михаил были внизу и провожали своих гостей.
Михаил крепко обнял Дэна, будто брата, похлопал по плечу, поцеловал в обе щеки. Диана смахнула непрошенную слезу и тоже обняла Дэна.
– Будь осторожен, – попросила она и нежно провела рукой по его волосам.
– Всегда, – ответил Дэн мягко и тоже обнял Диану.
Пришла очередь Кристины прощаться. Она даже позавидовала Диане – ей тоже хотелось поплакать, отпустить эмоции, но не получалось. Эта пара радушных хозяев приглянулась и даже полюбилась Кристине, несмотря на короткий срок, и прощаться было тяжело.
– Спасибо вам большое за гостеприимство! – с чувством произнесла девушка. – От всего сердца!
– Береги себя, милая! – ответила ей Диана. – Даст бог, все будет хорошо.
До вокзала было минут десять пешком – станция находилась рядом с пляжем, у самой кромки моря. В предрассветных сумерках Кристина мало что могла разглядеть, как ни жаль. Дагомыс ей понравился. Не было какой-то особенной причины, просто красивый поселок в долине меж двух горных вершин, утопающий в зелени и цветах, расчерченный прохладной горной рекой пополам. Нравились и эти горы, и домики у самой воды, и мостики, перекинутые через веселый горный поток, несущий прохладу. Кристина и сейчас слышала журчание воды где-то на соседней улице.
Но больше всего Кристина хотела увидеть то кафе на берегу, где случился утренний поцелуй. Она все напрягала зрение, но так и не разглядела зонтов и пластиковых столиков под навесами. «Кафе ты не увидела, но он-то рядом с тобой!», – подсказал услужливый внутренний голос.
Поезд прибывал на платформу Дагомыс в четыре утра, стоянка буквально две минуты. Как оказалось, у Дэна уже были билеты.
Спешно забравшись в поезд, они прошли через несколько вагонов до вагона СВ и заняли свои места.
– Сколько нам ехать? Час или чуть больше? И мы поедем в СВ? – удивленно спросила Кристина.
– Так безопаснее, – резонно заметил Дэн.
Кристина только кивнула. Дэн приглушил свет и устроился напротив, закинув ногу на ногу.
– Можешь досмотреть последний сон, – беззаботно предложил он и подложил себе под голову подушку.
Кристина только пожала плечами и принялась смотреть в окно. Вскоре ей показалось, что ее спутник задремал. А Кристине потребовалось в туалет. Нужно бы разбудить Дэна и предупредить его, что она отойдет на минутку. Девушка наклонилась и легонько дотронулась до его запястья.
– Дэн… Я отойду. Мне нужно…
Дэн что-то пробормотал сквозь сон, но глаза даже не открыл. Возможно, он действительно не ложился этой ночью. Иначе когда бы он успел забрать документы и сходить на вокзал за билетами? И Кристина решила, что не будет беды, если она не станет его будить. Человеку нужен отдых, тем более что дорога им предстоит дальняя. Выйдя из купе, девушка тихонько притворила за собой дверь и направилась в конец вагона, где располагался туалет. Пока Кристина была в кабинке, снаружи доносились мужские голоса, но она не придала этому значения. Уже распахнув дверь, Кристина услышала обрывок последней фразы, произнесенный на азербайджанском. Перед ней в узком проходе стоял тот самый мужчина с дороги, которого она ударила. У девушки глаза расширились от ужаса, а крик застрял где-то в горле. Она хотела захлопнуть дверцу, но не успела. Брюнет с силой толкнул дверь и, схватив Кристину за предплечье, грубо вытащил ее в тамбур. Там находился второй человек. Его Кристина тоже узнала.
– Где тот мужик, с которым ты ехала? – с сильным акцентом спросил мужчина, стоящий напротив Кристины.
Девушка мотнула головой, отказываясь отвечать, и попыталась вырваться. Тщетно. Руки, удерживающие ее, сжались сильнее.
– Где?! – прорычал снова мужчина.
Кристина снова не ответила. Плохо дело – Дэн спит и даже не узнает, что с ней случилось. Сама виновата!
Кристина снова попыталась вырваться, не обращая внимания на боль в руках. В ответ на это брюнет, стоящий за ее спиной, двумя руками обхватил ее и сильно сжал, лишая девушку воздуха в легких. Теперь она вообще не могла пошевелиться.
– Да и черт с ним! Тащи ее в дальний вагон, скоро остановка.
Испугавшись, что ее уводят, Кристина вспомнила слова Дэна, набрала в грудь побольше воздуха и закричала, что было сил. Получилось отлично, очень громко, если бы не шум поезда. Грохот железных колес по рельсам заглушал любые звуки. Тем не менее спустя мгновение двери нескольких купе открылись и оттуда выглянули напуганные криком пассажиры.
– Помогите, меня похищают! Спасите! – закричала девушка, продолжая брыкаться ногами.
Брюнет за спиной попытался закрыть ей рот ладонью, и девушка тут же его укусила. Не сильно, но мужчина разозлился и принялся проталкивать Кристину в проход между вагонами. Второй держал ему дверь, пытался помочь, но ничего не выходило – Кристина упиралась ногами в стены. Краем глаза она заметила, что кто-то из пассажиров все же отважился выйти в коридор и помочь. Один молодой парень из дальнего купе, быстро оценив ситуацию, кинулся к нападавшим. Второй брюнет, бросив придерживать дверь, встретил этого пассажира ударом кулака в висок, и парень потерял сознание. В панике Кристина заорала еще громче и пронзительнее. Она очень надеялась, что Дэн услышит ее, потому что только он мог справиться с этими бандитами и спасти ее.
Удерживающий ее мужчина решил резко сменил тактику. Он развернулся и попытался протиснуться в проход спиной. Кристина теперь не могла упираться ногами, а ее руки были плотно прижаты к туловищу, и спустя пару мгновений она уже была в соседнем тамбуре. Совсем плохо дело. Сквозь стекла дверей Кристина видела, как пассажиры бросились на помощь молодому парню, что пытался защитить ее и теперь лежал без сознания. Кто-то побежал в противоположном направлении, возможно, за проводником или полицией. Кристина не была уверена, что в поездах есть полиция. Тем не менее она продолжала брыкаться и кричать, всячески осложняя своим похитителям задачу. Следом в тамбуре появился второй брюнет, и втроем они начали продвигаться дальше. Мужчина, что держал Кристину, снова попытался зажать ей рот, и девушка опять хотела укусить его. Но тут второй бандит приблизился к ней вплотную, и в его руке мелькнуло лезвие ножа.
– Лицо трогать не стану, но живот и ноги порежу, если ты не заткнешься! – прошипел он, и по его глазам Кристина поняла, что это не шутка. «Не может быть так! Обычно они действовали мягче!» – мелькнуло у девушки в голове.
И тут, наконец, появился Дэн. Он ворвался в тамбур, как вихрь, и налетел на второго брюнета.
– Нож! – закричала в отчаянии Кристина. – У него нож!
Лезвие сверкнуло в миллиметре от лица Дэна, а рука нападавшего столкнулась с блокирующим ударом. Места в тамбуре было маловато для полноценной драки. Мужчины схватились, толкая и пиная друг друга. Но брюнет явно уступал Дэну в технике и спустя несколько мгновений сильно ударился головой о перегородку. Не без помощи Дэна, конечно.
Тем временем Кристина не оставила попыток вырваться. Каким-то образом ей удалось извернуться, ослабив при этом хватку стискивающих ее рук, и она оказалась лицом к лицу с нападавшим. Света, ее подруга, всегда учила ее действовать быстро, не ждать, особо не думать в таких ситуациях и, если был шанс ударить по больному месту, воспользоваться им незамедлительно. В следующее мгновение Кристина ударила нападавшего в пах. Но, к сожалению, промахнулась. Зарычав от ярости, понимая, что проигрывает, так как его соратник уже падает на пол, мужчина ударил Кристину наотмашь по лицу. Девушка пошатнулась и сползла по стене, потеряв равновесие. В глазах потемнело. Она с трудом разглядела, как Дэн налетел на негодяя и принялся избивать его. Мужчина упал. Дэн навалился на него сверху и продолжил наносить удары. В него будто бес вселился, и он уже плохо себя контролировал. Кристина почувствовала, что отключается, и слабым голосом позвала на помощь. Девушку накрыла темнота, и стало очень тихо.
Кристина была без сознания лишь пару минут и очнулась, когда все уже было кончено.
Полиция так и не появилась, зато собрались несколько пассажиров и прибежал проводник с аптечкой.
Кристина разглядела над собой лицо Дэна и вздохнула с облегчением.
– Слава богу!
– Что слава богу? – хмуро спросил Дэн, прижимая тампон с перекисью к ее носу.
– Слава богу, что ты в порядке, – прошептала Кристина и постаралась сфокусировать взгляд.
Дэн был в порядке, на нем не было ни царапины. Даже его белоснежная футболка осталась чистой и целой. Будто его заговорили! Не в добрый час подумала. С Кристиной было хуже: тот брюнет, что ударил ее, носил кольцо и при ударе металлической окантовкой рассек ей крыло носа, поэтому кровь шла так обильно. Но благодаря перекиси кровотечение остановилось. Дэн помог Кристине подняться.
– Идти сможешь?
Она кивнула и с помощью Дэна вернулась в свое купе. Мужчина уложил ее на кушетку, подложил под голову подушку. Столпившиеся в коридоре люди начали расходиться.
– Мне вызвать полицию? – спросил проводник. – Точнее, я обязан это сделать. И есть свидетели. Вы будете подавать заявление?
Дэн обернулся к проводнику и твердо ответил:
– Нет, не будем.
И что-то такое было в его голосе, что проводник не стал с ним спорить.
– Я все же вызову медиков и полицию, и, если до Туапсе они не очнутся, пусть с ними разбираются компетентные органы.
Дэн посмотрел на Кристину, затем перевел взгляд на проводника. Встав, он достал бумажник и вручил проводнику крупную купюру.
– В Туапсе мы сойдем. Просьба больше нас не беспокоить.
Проводник кивнул и вышел, аккуратно прикрыв за собой дверь.
– Нет смысла прятать за решетку этих двоих, – пояснил Дэн. – Пока мы будем тут разбираться, сбежится целая армия и тебя увезут. Ты же это понимаешь?
– Конечно, – ответила Кристина и попыталась сесть. Разговаривать лежа было неудобно. – Скоро приедем?
– Десять минут, – ответил Дэн и присел рядом с Кристиной. – Тебе плохо, поэтому сейчас ты избежишь хорошей трепки, – низким голосом произнес он, и у Кристины мурашки побежали по всему телу. – Но больше так не делай, поняла? Не уходи, не предупредив. Я думал, ты сообразительнее.
Кристина вжала голову в плечи, отчаянно пытаясь подобрать нужные слова. Она очень хорошо понимала, что Дэн прав. Она чуть было все не испортила. Одна ошибка!
– Прошу тебя, прости меня! Я поступила глупо, неосмотрительно! Я очень виновата! Ты выглядел уставшим и уснул, я пыталась предупредить тебя, но ты не просыпался, и я не стала настаивать. Могла бы и потерпеть с туалетом! – тут Кристина резко замолчала, понимая, что наговорила лишнего, и опустила глаза.
Дэн смягчился и встал, чтобы собрать вещи.
– Ладно, забудь. Все мы совершаем ошибки. Но больше без меня никуда, поняла? Даже в туалет! – с улыбкой добавил он.
В Туапсе выходили многие пассажиры, и Дэну с Кристиной не составило труда слиться с толпой. У вокзала Дэн арендовал машину на новые документы – большой черный внедорожник с мощным мотором. Теперь им предстоял трудный путь через горы, и машина была соответствующая.
Кристина приняла таблетку от головной боли и посмотрела на себя в зеркальце, пока Дэн заправлял машину. Нос и щека опухли, на месте кровотечения осталась запекшаяся кровь, но девушка побоялась ее трогать, чтобы не занести инфекцию. Уровень адреналина уже пошел на спад, и Кристину начала бить дрожь. Самым страшным моментом в этой драке было блеснувшее в руке бандита лезвие ножа, и девушка поняла, что испугалась по-настоящему лишь тогда, когда Дэн чуть не напоролся на него.
Дэн вернулся в машину, завел двигатель и заметил, что Кристина смотрит на него в задумчивости.
– Что?
– Знаешь, пока ты не появился, я была одна и… Я все бегала, бегала, и это длилось так долго, что я перестала бояться за себя. Страх не ушел окончательно, но как-то притупился. И боялась я только за себя, и защищала только себя, понимаешь?
– А теперь появился я, и ты вдруг поняла, что боишься за кого-то другого? – закончил за нее Дэн.
Кристина еще пристальнее всмотрелась в его лицо, но так и не смогла решить, говорит ли он серьезно или снова шутит и иронизирует. Поэтому она просто кивнула и отвернулась. Дэн нажал на газ, и машина медленно выехала с заправки.
– Что будем с этим делать? – спросил он.
– С этим уже ничего не поделаешь, – философски заметила девушка, продолжая смотреть в окно.
Туапсе остался позади, и Кристина даже не заметила этого, задумавшись о своем. Дорога устремилась в горы. Кристина опустила стекло, и в машину ворвался свежий ветерок с запахом хвои.
– Когда начнется грунтовка, окна придется закрыть, – подал голос Дэн.
– Знаю, – ответила Кристина. – Я немного читала о Шаумянском перевале. Трасса не сложная, но очень пыльная. Так пишет большинство водителей. Хотя некоторые утверждают, что из-за жуткой пыли, ям на дороге и довольно грубого гравия дорога превращается в ад, и потом еще долго болят мышцы рук, удерживающих прыгающий руль.
– Подготовилась? – с улыбкой спросил Дэн.
– Немного, – пожала плечами девушка. – Посмотрела карту местности, почитала отзывы на случай, если придется бегать в разных направлениях.
Мужчина кивнул.
– Как ты себя чувствуешь?
– Я в порядке, – ответила Кристина и вспомнила о своем отражении в зеркале. – А выгляжу, наверное, жутко?
– Отек спадет уже завтра, – успокоил ее Дэн. – Ничего страшного.
– Почему ты сказал, что у тебя нет семьи? – вдруг спросила Кристина и посмотрела на Дэна.
– Неожиданная смена темы! – удивился мужчина. – Это правда.
– Родители?
– Нам обязательно обсуждать это сейчас? – тема была Дэну неприятна.
– Я не знала свою мать, – вместо ответа сказала Кристина. – Она умерла от рака, когда я была маленькой. И я почти не помню ее. Меня вырастил отец. Он большой человек, знаешь ли… Много наград, уважение сослуживцев. Но для девочки-подростка это все не так важно, как понимание и поддержка. А с ним всегда было сложно разговаривать, да и что мне с ним обсуждать? – Кристина усмехнулась. – Проблемы полового созревания или новые туфли? Бывают моменты, когда действительно нужен совет старшего. А он всегда уходил от таких разговоров. Прямо как ты сейчас.
Кристина замолчала, продолжая следить за дорогой. Она и не ждала ответа от Дэна, как будто разговаривала сама с собой. И потому очень удивилась, когда он вдруг ответил:
– Отец погиб в автокатастрофе. Уснул за рулем. Растила мать. Денег всегда не хватало. Зато хватало здоровья и энтузиазма, потому после армии я ушел в контрактники – бегать и стрелять у меня всегда получалось лучше, чем сидеть за учебниками, – усмехнувшись, добавил Дэн.
– Мне жаль, что так случилось с твоим отцом, – искренне произнесла Кристина. – Ты был единственным ребенком в семье?
Этот вопрос Дэну не понравился. Поморщившись, он ответил резче, чем собирался:
– Сеанс откровений завершен. Хорошего понемногу.
– Ну вот опять! – воскликнула Кристина, впрочем, ничуть не обидевшись. – Как-то после выступления на благотворительном концерте мы принимали участие в банкете. Акция была посвящена детям со сложными аутоиммунными заболеваниями, и в зале собралось много именитых гостей, фотографов, журналистов. Я не хотела идти, потому что предполагала, что и ОН будет там. Но организаторы были непреклонны – исполнитель главной роли не может пропустить официальную часть. Я не ошиблась. Он пришел в сопровождении высокой стройной девушки с длинными светлыми волосами. Я помню ее до сих пор – такая красавица, с большими грустными голубыми глазами… – Кристина сделала паузу и подняла боковое стекло, почувствовав неожиданный озноб. – Он познакомил нас, назвал ее Марией. Я с облегчением спросила: «Это ваша девушка?» Я наивно предположила, что он увлекся и теперь оставит меня в покое. А он надменно усмехнулся и ответил: «Она проститутка из моего заведения. Дорогие препараты, что она принимает, не позволят ей покинуть нас раньше времени. Она нужна, пока она молода и красива и пока эта химия не испортила ее личико и притягательное тело». С этими словами он наклонился и поцеловал девушку в шею, а его рука… проникла в глубокий вырез ее платья и сжала грудь. Меня начало мутить. С ужасом я оглянулась. Ведь зал полон людей, неужели никто ничего не заметил? Но если кто-то и видел, то тут же отвел взгляд и сделал вид, что не заметил. Я в панике поняла, что даже в полном людей зале я оказалась с ним наедине! Девушке было больно – я видела это по ее глазам, но ее губы продолжали улыбаться, как у механической куклы. «Это благотворительный вечер, здесь говорят о больных детях!», – прошептала я, пытаясь остановить его. «И я здесь самый крупный спонсор!», – отрезал он и убрал наконец свою мерзкую руку из ее платья. «А ты наивна. Потому и нравишься мне». Я развернулась и убежала в туалет. Там меня вырвало.
Кристина замолчала и взяла бутылку с водой, которую Дэн купил на заправке. Пить хотелось страшно, но пробка никак не поддавалась. Дэн забрал бутылку из ее трясущихся рук и помог открыть. Сделав несколько глотков, Кристина продолжила:
– Я как-то смотрела фильм «С любовью, Соня». Ты знаешь этот фильм?
Как ни удивительно, Дэн кивнул. При этом выражение его лица стало жестким, но Кристина ничего не заметила.
– Тогда нет смысла пересказывать сюжет. Я видела этот фильм несколько месяцев назад – уже тогда я знала, что публичные дома, рабство, торговля женщинами – это не выдумки сценариста! И это происходит не только в Индии или других странах Третьего мира, а здесь! Под самым нашим носом! – добавила Кристина и замолчала.
В салоне повисла тяжелая тишина, нарушаемая шуршанием гравия под колесами – начался Шаумянский перевал.
Дэн все молчал, погруженный в тяжелые размышления, а Кристина почувствовала, как защипало глаза. Вот оно, сейчас наконец она сможет порыдать, выплакаться и камень на душе, возможно, станет, чуть легче. Но ничего не выходило.
– Я знаю о нем многое… – тихо произнесла она и внимательно посмотрела на Дэна, – но ведь никто не станет меня слушать, так? – с горечью спросила она.
– Тебе не осилить это. Ты должна просто уехать и попытаться устроить свою жизнь в другом месте, – убежденно ответил Дэн. В его голосе теперь сквозило сочувствие.
Но Кристина лишь обреченно покачала головой.
– Я не смогу бегать вечно…
В этот момент что-то вдруг стукнуло, раздался жуткий скрежет и заднее стекло их машины треснуло и разлетелось на осколки. Кристина в ужасе вскрикнула. Машина вильнула, и Дэну пришлось приложить усилия, выкручивая руль, чтобы вернуть ее на прежний курс.
– Что это? – закричала девушка. – Что случилось?
– Ты пристегнута? – вместо ответа сказал Дэн.
– Да!
– За нами хвост! Вот черт! – выругался Дэн, и машина снова вильнула, но теперь уже с позволения водителя.
Что-то снова стукнуло по их заднему бамперу, и только теперь Кристина догадалась, что по ним стреляют. Она обернулась и увидела машину с тонированными стеклами.
– Плохо, что мы не знаем, сколько человек в той тачке! – крикнул Дэн, нажимая на газ.
Из-под колес вылетал щебень. Дэн старательно вилял по дороге из стороны в сторону, пытаясь уклониться от пуль и надеясь дотянуть до ближайшего поворота. При этом он постоянно выжимал педаль газа, и их машина неслась просто с головокружительной скоростью по горной дороге.
Кристина старалась смотреть только вперед и двумя руками держалась за поручень, чтобы не вылететь из своего кресла. Когда Дэну пришлось сбавить скорость на повороте, их преследователи оказались слишком близко и принялись таранить внедорожник. От жуткого удара Кристину тряхнуло, и она чуть не ударилась головой о приборную панель – спас ремень безопасности. Новый удар сзади разбил габаритные огни и смял в лепешку заднюю часть кузова. Внедорожник чуть не вылетел за ограждение дороги. Скрежет металла был таким оглушительным, что у Кристины заложило уши. Но машина все же удержалась на дороге.
– Они раньше так преследовали тебя? – крикнул Дэн в ярости.
– Нет, конечно! Раньше они хотели похитить, а не убить меня!
– Видно, своим побегом ты сильно разозлила поклонника!
Дэн нажал на газ, и машина рванула вперед, снова подняв столб пыли и мелкого щебня. Видимость для преследователей сильно ухудшилась, именно поэтому, стреляя, они никак не могли попасть в цель. Погоня продолжалась. В зеркало Кристина видела, что стреляют и водитель, и пассажир на переднем сиденье.
– Похоже, их только двое. Может быть, это те люди из поезда?
– Да без разницы! Кто бы это ни был, они уже порядком надоели!
Дэн снова нажал на газ. Впереди показался крутой поворот, и Кристина поняла, что Дэн что-то задумал. Не отпуская руль, он достал с пояса пистолет.
– В сумке на заднем сиденье второй! Достань его!
Чтобы выполнить приказ, Кристине пришлось отстегнуть ремень безопасности. Машина виляла и подпрыгивала на ухабах, и девушку мотало из стороны в сторону. Сумка Дэна оказалась тяжелой, чтобы перетащить ее на переднее сиденье. Найти пистолет сразу не удалось, и Кристине пришлось перелезть назад.
– Быстрее! – крикнул Дэн.
Кристина нашла наконец оружие на самом дне сумки и передала Дэну.
– Что бы ни случилось, не смей вылезать из машины, поняла? – рявкнул Дэн, даже не глядя на девушку.
Начался резкий поворот. Дэну удалось оторваться от преследовавшей их машины метров на сто – сто пятьдесят. Этого вполне хватило. За поворотом Дэн резко нажал на тормоз и отстегнул ремень безопасности.
– Боже мой, ты куда? – закричала в ужасе Кристина, но Дэн не ответил.
Девушке ничего не оставалось, как наблюдать за дальнейшим развитием событий через дыру, оставшуюся от заднего стекла.
Дэн вышел на середину дороги и остановился, широко расставив ноги. В каждой руке по пистолету.
– Господи, они же раздавят его… – пронеслось у девушки в голове.
Их преследователи выскочили из-за поворота. Склон горы заслонял им обзор, они еще не знали, что их ждет. Им стоило испугаться. Первым среагировал пассажир и снова открыл стрельбу, а Кристина замерла в ужасе, не в силах оторвать глаз от фигуры Дэна посреди дороги. Он выстрелил. Один раз, второй, третий. Первый выстрел был прицельным и не достиг цели. Второй попал в водителя. Третий – в переднее колесо. Машина тут же замедлила ход и начала клониться вправо на тормозном пути. Водитель упал на руль, зажав кнопку клаксона. Оглушительный вой и скрежет колес по гравию заставили Кристину содрогнуться, но не отвернуться от происходящего. Пассажир снова высунулся в окно и успел выстрелить один раз, после чего Дэн выстрелил в ответ. И попал. По инерции машину протащило еще метров двадцать боком, она опасно накренилась, чуть не перевернувшись, и остановилась. Выждав пару секунд, Дэн направился туда. Быстрым твердым шагом он преодолел несколько метров и подошел со стороны пассажира. Тот был еще жив, судя по слабому движению, что Кристина смогла различить в клубах пыли. Дэн направил на него пистолет и выстрелил в упор.
Кристина так и не смогла отвести взгляда. Хотела бы не видеть, но не смогла. При звуке последнего выстрела она снова вздрогнула и поняла, что живых в той машине больше нет. Девушка обхватила голову руками, зарылась пальцами в волосы и сильно потянула их вверх, пока не пришла боль. Он сделал то, что был должен. Так было нужно. И она знала, кто ее телохранитель и на что он способен. Знала с самого начала…
Но одно дело знать, а другое – увидеть это собственными глазами. Так Дэн поступает со своими врагами. Если в него стреляют, он стреляет в ответ. Если пытаются убить, он убивает в ответ.
Развернувшись, мужчина направился обратно к внедорожнику. Подходя к машине, он вдруг споткнулся и замедлил шаг. Девушка решила было, что виноваты неровности на дороге. Но когда Дэн садился на водительское сиденье, она поняла причину.
– Ты ранен…
Дэн только покачал головой.
– Пустяки. Вернись в пассажирское кресло и пристегнись. Надо ехать.
Кристина успела только перелезть вперед, как Дэн резко взял с места, снова взметнув вверх облако пыли. Кристина обернулась, но машина с тонированными стеклами уже исчезла из вида.
– Посмотри карту, – попросил Дэн, указывая на бардачок. – Мы можем выбрать альтернативный путь, кроме Майкопа?
– Да, в Апшеронске мы можем свернуть на Исполкомовскую улицу и уйти на Усть-Лабинск… Там по дороге будет несколько населенных пунктов, – сказала Кристина, прикрыв глаза и мысленно представив карту.
– Ты заучила карту наизусть? – удивленно спросил Дэн.
– У меня хорошая зрительная память, – Кристина пожала плечами, но все же достала из бардачка карту, чтобы удостовериться. – Так и есть…
– Нам нужно уехать как можно дальше, – начал Дэн, но тут голос его дрогнул, и он чуть не потерял управление.
– Ты ранен! – повторила Кристина. – Господи, ты же ранен!
– Хватит повторять одно и то же, – поморщившись, попросил Дэн. – Придется остановиться и взглянуть…
Дэн припарковался на обочине.
– Аптечка в багажнике…
– Я принесу, – вызвалась Кристина и быстро вышла из машины.
Когда она вернулась на свое место, Дэн выглядел значительно хуже, чем минуту назад. Он стал бледен, будто полотно, и под глазами залегли тени.
– Не пугай меня, прошу тебя… – прошептала Кристина.
Дэн покачал головой и выпрямился, чтобы девушка могла осмотреть его спину.
– Тут везде кровь, – сказала Кристина, стиснув зубы, чтобы голос не дрожал. – Помоги мне, надо снять футболку.
Дэн со стоном поднял руки, и общими усилиями они стянули пропитанную кровью одежду. После чего Кристина несколькими салфетками стерла кровь, чтобы увидеть рану.
– Дэн… – голос девушки все же дрогнул. – Это пулевое ранение, чуть выше лопатки… – Кристина осмотрела Дэна спереди, потом снова со спины. – Пуля прошла насквозь. Кровь хлещет фонтаном… Так ты потеряешь сознание в ближайшие десять минут, а я не умею водить, чтобы доставить тебя в больницу.
– Ты все еще способна мыслить логически, – слабо усмехнулся Дэн. – Это хороший знак… Открывай аптечку. Рану надо промыть с двух сторон и наложить давящую повязку, чтобы остановить кровь.
Пока Кристина выполняла указания и обрабатывала раны, Дэн достал из аптечки два блистера с таблетками.
– Что это?
– Обезболивающее и транквилизаторы. С ними я продержусь еще около часа, прежде чем отключусь.
– Ты не можешь отключиться! – повысила голос Кристина. – Ты не можешь! Ты… я без тебя не выживу, слышишь?
Кристину начала бить сильная дрожь, и девушка выронила из рук бинт. Пришлось взять новую упаковку.
– Постарайся сохранять спокойствие, – тихо попросил Дэн.
Таким уставшим и ослабленным Кристина видела Дэна впервые. И ей вдруг показалось, что почва уходит у нее из-под ног. Этот человек, он же вылеплен из железа и гранита! Он не может быть ранен, не может заболеть, не может умереть, не может бросить ее!
– Мне одной не справиться… – пробормотала Кристина, накладывая повязку. – Даже не думай отключаться!
– Я и не думаю… Но, боюсь, девочка моя, тебе придется сесть за руль. У меня в глазах двоится.
– Сесть за руль? – закричала Кристина, теряя последние крупицы самообладания. – Я не умею водить! Вообще! Ну как же еще тебе объяснить? От слова «совсем»! Давай кому-нибудь позвоним, прошу тебя? Вызовем скорую, эвакуатор, каких-нибудь твоих дружков, ну не знаю! Кого угодно!
– Во-первых, здесь нет связи, – усмехнулся Дэн, наблюдая, как аккуратно девушка пытается его залатать трясущимися от страха руками. – Во-вторых, вызывать никого нельзя. Думаю, ты и сама знаешь, почему.
– Потому что ты только что убил двух человек, – пробормотала Кристина.
А в голове пронеслось: он сказал «девочка моя»?
Дэн кивнул и прикрыл глаза.
– Ох, умоляю тебя, не засыпай! – взмолилась Кристина, мгновенно позабыв о теме разговора. – Я даже не знаю, как скорости переключать!
– Ну конечно, – пробормотал Дэн, и Кристине послышался сарказм в его голосе. Это обнадеживало.
Спустя пару минут Дэн перебрался на пассажирское место, а Кристина заняла его место за рулем.
– Поверни зажигание, хорошо. Теперь скорость на первую, сцепление, газ… Ох, держи руль прямо, мы в горах все-таки!
– Не вздумай даже на меня кричать, – прошипела Кристина. На ее лице от напряжения выступили капельки пота. – Это не должно быть сложнее велосипеда. Слава богу, мы не в Москве! Тут никого нет, и мне просто нужно ехать вперед, так?
– Так…
Поначалу машина дергалась и виляла из стороны в сторону, но вскоре Кристина освоилась.
– У тебя неплохо получается, – прошептал Дэн.
Кристина посмотрела на своего телохранителя и в ужасе нажала на тормоз.
– Мы остановили кровотечение… Почему… Что с тобой?
– Я уже потерял слишком много крови… Транквилизаторы не помогут. Теперь слушай. Я сейчас отключусь. Тебе нужно двигаться, нужно как можно скорее покинуть перевал, поняла меня? На какое-то время ты останешься абсолютно одна. Прости… Ты знаешь, куда ехать. Если по пути тебе встретятся люди и тебе покажется, что можно им довериться, попроси помощи. Ты справишься… – Сделав вздох, Дэн добавил: – Никакой больницы, никакой полиции! Проси помощи только у обычных людей. Тебе помогут – ты выглядишь сейчас, как… – Дэн запнулся, – как потерявшийся ребенок…
И Дэн отключился. Это выглядело так, будто он уснул. Но Кристина с ужасом поняла, что это не так и разбудить его не получится.
С минуту Кристина просто сидела в машине молча, собираясь с силами. На самом деле, ей просто нужно было время, чтобы осмыслить один простой факт: она снова одна, и думать надо своей головой, и действовать самостоятельно. Видимо, за этот короткий срок она чересчур привыкла полагаться на Дэна.
А теперь он без сознания. Кристина машинально вытянула руку и дотронулась пальцами до его грудной клетки. Сердце билось. Ровно и ритмично.
– Ты только не умирай! – прошептала Кристина и вдруг разрыдалась по-настоящему. – Не умирай!
Слезы потекли ручьем, и девушка не могла остановиться. Будто весь мир сошелся в этой точке, на этом человеке, лежащем теперь без сознания. Он так бесстрашно вышел на середину дороги и так опрометчиво подставил себя под удар. Неужели не было другого выхода?! Кристина дотронулась до его щеки одной рукой, а другой зажала себе рот, чтобы не начать выть. А хотелось именно выть от горя. Было такое ощущение, будто на нее навалилась целая исполинская гора, прижала к земле, погребла под толщей камня и лишила доступа к воздуху.
Затем Кристина дрожащей рукой дотронулась до волос Дэна, лежащих крупной волной и немного жестких на ощупь. Она вдруг вспомнила, как Диана сделала то же самое, прощаясь с ним, и поняла, что позавидовала ей тогда. Если он выживет, а он просто обязан это сделать, то никогда не узнает об этой ее слабости…
Наконец, стало немного легче. Кристина рыдала впервые за последние два года. Определенно, помогло! Но нужно теперь взять себя в руки, осмотреться и двигаться дальше. Первым делом Кристина вытерла мокрые от слез щеки, вышла из машины, подобрала на обочине небольшую палку и убрала остатки битого стекла из задней рамы. Так менее заметно, что была авария, хотя задняя часть машины тоже сильно пострадала. Хоть бы она не рассыпалась на части в горах! Трусцой Кристина вернулась за руль, пристегнула Дэна, затем пристегнулась сама и посмотрела на ключ зажигания, приборную панель и руль. «Господи, как же я без него?»
Сжав зубы, девушка повернула ключ, и мотор подал признаки жизни. Скорость, сцепление, газ… Как ни странно, машина пришла в движение и слушалась ее уже охотнее. Минут через пять девушка осмелела и увеличила скорость до двадцати километров в час – большего на перевале и не требовалось. Кристина постоянно поглядывала то на Дэна, то в зеркало заднего вида. Иногда она подносила руку к лицу Дэна и проверяла его дыхание. Сердце при этом билось с такой силой, что готово было выпрыгнуть из груди. А когда в зеркале заднего вида показалась машина, Кристина чуть не вскрикнула от ужаса. Но ничего страшного не случилось – ее просто обогнали на более-менее ровном участке дороги.
Таким образом девушка преодолела километров тридцать, проскочила верхнюю точку перевала, где располагалось кафе и автомойка, и начала спускаться вниз. В душе затеплилась надежда, что это не последний день в их с Дэном жизни и ей все же удастся выполнить все то, что он сказал. Пугала лишь ограниченность во времени – Дэну была нужна медицинская помощь и покой, а не бешеная скачка по выбоинам грунтовки, а Кристине, помимо его выздоровления, безумно хотелось поскорее покинуть перевал, сойти с основной трассы и спрятаться в глуши. Не было никаких гарантий, что это единственная машина, что гналась за ними, или что во время погони они не передали текущее местоположение кому-то еще. И от этой мысли становилось страшно.
С непривычки управлять машиной было сложно как на подъемах, так и на спусках. Когда дорога шла вверх, Кристина часто выжимала газ, забывая переключать коробку передач, и мотор начинал натужно выть, выматывая нервы. А на спусках девушка то и дело тормозила и останавливалась, боясь, что потеряет управление и машина покатится по наклонной и слетит с дороги.
Достигнув, наконец, Апшеронска, Кристина взмокла от пота и напряжения и только тут вспомнила, что можно было включить кондиционер. Она нашла нужную кнопку и выкрутила переключатель на максимум. Минут пять спустя в машине стало легче дышать.
Была и другая проблема – Кристина очень боялась, что ее остановит дорожная служба. Без прав и с раненым пассажиром в бессознательном состоянии – как она будет оправдываться? Что скажет?!
Но никаких дорожных служб на Шаумянском перевале не оказалось.
Перед въездом в Апшеронск Кристина остановилась на обочине и достала карту. Ей предстояло проехать половину городка (а движение там было более оживленное), а потом ее ждало самое страшное: какая-то непонятная круговая развязка с кучей стрелок и указателей.
– Нет, это мне точно не под силу! – прошептала девушка обреченно и положила голову на руль.
Хотелось вылезти из машины и упасть в траву.
Но Кристина сдержалась. Три глубоких вдоха, пауза, два коротких. Это всегда помогало. Девушка выпрямилась и посмотрела на своего пассажира, дотронулась до его лба и замерла на мгновение. У Дэна определенно был жар! Плохо дело…
Кристина тяжело вздохнула и снова обратилась к карте. Чтобы миновать жуткую развязку, она решила попробовать свернуть раньше и через улицу Горького по окраинам городка добраться до шоссе ноль три. Следующий населенный пункт со странным названием Ерик был ее целью. Время в пути около получаса, если ехать нормально и не тормозить через каждые два метра. Судя по карте, трасса проходит по низине и не должна представлять особой сложности.
Кристина повернула ключ и нажала педаль газа. Как бы ни было страшно, надо было поторапливаться, иначе она сама станет причиной смерти человека, чего она допустить никак не могла. Тем более что это был Дэн.
Преодолев половину города, Кристина увидела съезд на трассу. Ее худшие опасения, что там эстакада или другое препятствие и придется возвращаться, не оправдались. Машина уже неплохо ее слушалась, и девушка очень надеялась, что не привлекает лишнего внимания. Если не считать вдребезги разбитого бампера…
Выбравшись на трассу, Кристина увеличила скорость. Ее очень беспокоило состояние Дэна. Прошло уже почти два часа, а он все не приходил в себя, и температура явно ползла вверх.
– Ты только держись, очень тебя прошу! – шептала Кристина. – Только держись!
Дэн вдруг шевельнулся и что-то сказал, не открывая глаз. Это было скорее похоже на бред от лихорадки, но Кристина все же прислушалась.
– Беги! Беги… Марина, беги… Марина…
Девушка тяжело вздохнула и продолжила внимательно следить за дорогой. Ее машина теперь неслась со скоростью шестьдесят километров в час, и Кристина только молилась, чтобы на дороге не оказалось трещины или ямы. Такая скорость казалась Кристине фантастически быстрой, и она была уверена, что, случись неприятность, она не справится с управлением.
Кто, черт возьми, эта Марина? Как ни старалась, девушка не могла перестать об этом думать. Находясь в бреду, человек произнесет имя лишь самого близкого и дорогого человека, ведь так? С большим удивлением Кристина обнаружила, что ее сильно задевает наличие чужого женского имени в бреду Дэна. «А ты чего хотела? Чтобы он шептал твое имя?», – с усмешкой произнес внутренний голос, и Кристина сильнее сжала руль, пытаясь побороть раздражение.
Проехав мимо нескольких совсем крошечных населенных пунктов, Кристина поняла, что они приближаются к Ерику.
Дэн просил не обращаться ни к врачам, ни в полицию. Но ему явно требовалась медицинская помощь. Он все еще не приходил в себя и продолжал бредить. Иногда он начинал стонать, и девушка понимала, что это боль. От этих стонов у нее волосы вставали дыбом, и несколько раз Кристина чуть не потеряла управление.
Вот и теперь, с приближением к Ерику, Дэн начал стонать и снова звал девушку по имени Марина. Несмотря на жуткое раздражение, Кристина бы многое отдала за то, чтобы узнать историю этой Марины, от кого ей нужно бежать и как именно она связана с Дэном.
От стонов Дэна девушке делалось дурно, и пора было что-то решать. Кристина думала положиться на удачу. Она постучится в третий дом и попросит помощи.
Только въехав в Ерик, девушка отсчитала три дома и припарковалась на обочине. Коснулась лба Дэна – температура не меньше тридцати восьми. Охнув, Кристина выскочила из машины и побежала к калитке.
Деревянный забор с потрескавшейся краской, небольшой приземистый домик с красной крышей, ветхий сад. Может быть, стоило постучаться в следующий дом? Но Кристина уже нажала на кнопку звонка.
Спустя, как показалось Кристине, целую вечность, из дома вышел пожилой тощий мужчина и подошел к калитке, но открывать не стал.
– Здравствуйте! Помогите, пожалуйста, моему другу стало плохо. Он в машине….
– У нас нет больницы. Возвращайтесь в Апшеронск, – довольно резко ответил мужчина.
– Прошу вас, – взмолилась Кристина, – может быть, вы хоть как-то сможете нам помочь?!
– Уходите! – бросил мужчина и скрылся в доме. Разговор был окончен.
Кристина бросилась к соседнему дому, но там было заперто. Судя по всему, дом пустовал.
Тогда Кристина побежала к третьему дому.
На этот раз калитка была открыта, и дом был гораздо больше и богаче предыдущего. Кристине навстречу выскочила собака и принялась громко лаять. Кажется, даже хотела броситься. Но Кристина никогда не боялась собак. А теперь ей вообще было все равно. Она так устала, так хотела добиться помощи от хозяев и спасти Дэна, что никакой зверь сейчас не смог бы ее остановить.
На пороге появился парень в одних шортах, на вид ровесник Кристины, загорелый и голубоглазый.
– Чего надо? – беззлобно спросил он.
Кристина набрала полную грудь воздуха и повторила свою просьбу, отчаянно стараясь не сорваться на крик. Волнение за Дэна и собственное бессилие выводили девушку из себя и лишали последних крупиц самообладания.
– Больница в Апшеронске, – ответил парень, пожав плечами. – А я не врач.
Он уже собирался закрыть дверь, но Кристина не позволила.
– Я заплачу. Мы в долгу не останемся. Ему срочно нужна помощь! Ну пожалуйста! Любые деньги!
– Да что вы заладили «деньги, деньги»! – с досадой ответил парень. – Москвичи что ли?
– Нет, – Кристина вдруг поняла, что даже не заглянула в свои новые документы и не представляет, как ее зовут и откуда она родом. – Я там даже не была никогда… Не можем мы ехать в Апшеронск! Машина разбита, а Дэну плохо совсем. В вашем городе есть врач, не знаете?
– Что тут происходит? – на крыльцо вышел мужчина старше и хмуро оглядел Кристину. Отец? Старший брат? – Что вам нужно?
Кристина снова повторила свою просьбу, казалось, уже в сотый раз. Господи, смилуйся! Вроде бы говорили, что везде люди добрые и отзывчивые! Везде, кроме Москвы!
– Вам и правда лучше вернуться в город, – сказал мужчина, – если проблема серьезная. Так и быть, отвезу вас, раз машина сломалась. И не нужны нам ваши деньги, – угрюмо добавил он.
– К черту деньги! – закричала Кристина, уже не владея собой, – нельзя ему в больницу!
– Да объясните же толком, почему нельзя? – мужчина тоже начал терять терпение и переглянулся с сыном, решая, как лучше и быстрее выпроводить непрошенного гостя.
– Прошу вас, посмотрите сами, – жалостливо произнесла Кристина, чувствуя, как по щекам покатились слезы.
За два года ни одной слезинки! А теперь рыдает на каждом шагу…
Увидев слезы Кристины, мужчина немного смягчился. Он сунул ноги в шлепки и спустился с крыльца.
– Веди. Посмотрим, что там за проблема.
– Бать, может, не надо? – с сомнением спросил парень.
– Сиди тихо, сейчас вернусь.
Кристина почти бегом повела мужчину к своей машине, молясь, чтобы он хоть что-то смыслил в медицине. Только теперь она заметила, что руки мужчины почти целиком были покрыты татуировками. Может, и к лучшему? Кем бы он ни был, бывшим заключенным или бандитом, пулевое ранение не должно привести его в состояние шока. По крайней мере, девушка очень на это надеялась.
У Дэна продолжался жар, но бредить он перестал.
Мужчина осмотрел Дэна, не прикасаясь к нему, и озадаченно перевел взгляд на Кристину.
– Что с ним случилось?
Кристина тяжело вздохнула и решила не темнить. Отстегнув ремень безопасности, она подняла ткань футболки и показала мужчине повязку, при этом заметив, что бинты пропитались кровью. Плохо…
Мужчина молча отвел руку Дэна в сторону, отклеил пластырь и приподнял повязку, чтобы увидеть рану. Кристина стояла у машины за его спиной, в нетерпении переминаясь с ноги на ногу. Ей бы очень хотелось увидеть выражение его лица, когда он поймет, что это огнестрельное ранение, и побыстрее определить его реакцию. Но мужчина даже не обернулся, а лишь спросил:
– Пуля вышла сзади? Во сколько это было? И сколько времени он без сознания?
– Вышла. Примерно два с половиной – три часа с момента ранения. Последние два часа он без сознания, высокая температура, бред.
Мужчина снова придирчиво осмотрел рану, а девушка тем временем все же изловчилась подглядеть через его плечо. Татуировку, маленькую и почти незаметную, они увидели одновременно. Честно говоря, Кристина бы вообще не обратила на нее внимание. Зато на мужчину это открытие произвело сильный эффект. Гораздо сильнее, чем огнестрельная рана. Он резко обернулся и внимательно посмотрел на девушку.
– Подгони машину к дому, – распорядился он.
Достав из кармана спортивных брюк телефон, он набрал номер.
– Саш, это я. Свободен? Зайди ко мне со своим чемоданом, хорошо?
Кристина тем временем села за руль, включила зажигание и тронулась с места. Легко сказать «развернись», когда умеешь ездить только вперед! Дорога была широкой, но Кристина все же ухитрилась заехать передними колесами на газон соседнего дома. Хорошо, что дом пустовал! Пока она неуклюже маневрировала, перегородила дорогу остальному проезжему транспорту, и ей начали сигналить. Трясущимися руками Кристина вывернула руль в обратную сторону, сдала немного назад и все же смогла подъехать к нужному дому, снова покрывшись испариной.
Хозяин дома и его сын с неподдельным интересом следили за ее мучениями. Когда девушка наконец выключила зажигание и выбралась из внедорожника, сын хозяина воскликнул в восторгом:
– Обалдеть!
Мужчины быстро открыли дверцу со стороны пассажира, аккуратно вытащили Дэна и понесли его в дом. Кристина пошла следом. Она лишь надеялась, что рана Дэна при этом не откроется еще больше.
Дом оказался большим. Дэну выделили кровать в дальней комнате, уложили его, предварительно избавив от футболки. Мужчины действовали быстро и слаженно. Постепенно поверхность прикроватной тумбы заполнилась пузырьками с перекисью, йодом, мазями и бинтами. Пока сын хозяина ходил на второй этаж за полотенцами, в комнате появился еще один человек с небольшим чемоданчиком в руках. «Врач!», – мелькнуло у Кристины в голове. Мужчине было чуть больше пятидесяти лет, и выглядел он немного странно. Его голова была абсолютно лысой, зато лицо обрамляла густая, уже седеющая бородка средней длины. Такой же худой и жилистый, как и хозяин дома, он двигался быстро и четко. Сняв повязку, он осмотрел и промыл раны спереди и на спине, обработал антисептиком. А потом в его руке сверкнула большая изогнутая игла, и Кристина отвернулась, тяжело привалившись к стене. К горлу вдруг подступила тошнота. Все это было уже слишком! Даже для нее.
Подошел хозяин дома.
– Пойдем со мной, – предложил он и направился в кухню.
Кристина лишь бегло осмотрела большое и светлое помещение кухни с новым гарнитуром в серых тонах и с благодарностью опустилась на предложенный стул. Хозяин сел напротив.
– Андрей, – представился он. – Там, – взмах руки в сторону спальных комнат, – мой сынишка Васька и наш друг Александр Петрович. Хирург на пенсии, военный врач с большим опытом. Ты не волнуйся, выживет твой мужик, – добавил мягко Андрей.
До Кристины не сразу дошел смысл его слов. Только теперь девушка поняла, в каком страхе и напряжении находилась последние два часа, а теперь будто снова смогла дышать.
Кристина поднесла ладонь ко лбу, потом сжала руки, будто пытаясь осознать, что это не сон и как же сильно им с Дэном повезло постучаться именно в этот дом!
– Спасибо! – прошептала она. – Спасибо вам огромное! Я за вас молиться буду!
На эти слова хозяин дома улыбнулся, встал и легко похлопал девушку по плечу.
– Есть что-то, о чем я должен узнать прямо сейчас и принять меры? – спросил он уже серьезнее. – Подумай хорошенько прежде, чем отвечать.
Кристина честно задумалась и потерла ноющие виски.
– Есть, – сказала наконец она. – От машины лучше избавиться. Не стоит ей стоять перед вашим домом.
Андрей кивнул, ничуть не удивившись.
– Я и сам уже думал об этом. Еще?
– Попросите, пожалуйста, врача и вашего сына никому не говорить о нас… Для нашей общей безопасности. Как только Дэну станет легче, мы сразу уйдем.
Кристина говорила тихо, но твердо. Она сама себе удивлялась, что может говорить такие вещи абсолютно чужому мужчине, находясь в его доме. Кухня медленно кружилась перед глазами, но девушка сделала над собой усилие и постаралась сконцентрироваться. Рано еще расслабляться!
– Как звать тебя, девочка?
– Кристина.
Андрей заварил для Кристины чай, поставил перед ней чашку и блюдце с бутербродом. Кристина почувствовала дурноту от одной только мысли о еде, но все же сделала над собой усилие и съела бутерброд целиком, запивая сладким горячим чаем. Определенно стало легче.
В этот момент на кухне появился врач. Сняв резиновые перчатки, он выбросил их в мусорное ведро и посмотрел на хозяина дома.
– Он будет в порядке, – сказал он, переводя взгляд на Кристину.
Услышав наконец хорошие новости, Кристина подскочила со своего места.
– Спасибо! Я могу пойти к нему?
– Погоди, милая. Саш, осмотри и ее тоже.
Врач усадил Кристину обратно за стол, чтобы свет падал на ее лицо.
– Если бы сразу приложила лед, можно было бы избежать отека, – ворчливо произнес он.
– Все так плохо? – расстроенно спросила девушка, прикоснувшись к щеке.
– Я обработаю рану на носу, – вместо ответа сказал врач. – Это он тебя так?
– Дэн?! – воскликнула Кристина. – Что вы, нет, конечно!
– С каких это пор женщин бьют кулаком по лицу? – покачал головой мужчина. Вопрос был риторическим и ответа не требовал.
Когда врач закончил с лицом Кристины, она снова поднялась, нетерпеливо переминаясь с ноги на ногу. Хотелось поскорее увидеть Дэна и убедиться, что он в порядке.
– Александр Петрович, спасибо вам огромное за помощь. Я этого никогда не забуду, – с чувством произнесла девушка и пожала врачу руку.
– Я навещу вас завтра, – кивнул врач, после чего переглянулся с хозяином дома и улыбнулся.
А Кристина быстрым шагом направилась в дальнюю комнату. В коридоре ее нагнал Василий, хозяйский сын.
У него в руках были рюкзак Кристины и спортивная сумка Дэна.
– Я принес ваши вещи.
– Все? – спросила Кристина, понимая, что машину больше не увидит.
– Я все проверил: и сиденья, и багажник, и бардачки. Если ты об оружии, оно в сумке раненного. Оба пистолета, не волнуйся, – с улыбкой добавил он. – Оружие высший класс!
Кристине показалось, что она попала в параллельную реальность, где люди вообще ничему не удивляются. И к лучшему! Думать об этом сейчас она не могла, ноги подкашивались от усталости.
– Спасибо, – кивнула девушка, принимая сумки, и вошла в комнату.
Дэн все так же лежал без сознания и был бледен, но теперь его плечо было в бинтах. Сама Кристина никогда бы не смогла сделать такую профессиональную перевязку!
Девушка опустилась на колени рядом с кроватью Дэна и какое-то время просто смотрела на его лицо и слушала спокойное ровное дыхание. Потом дотронулась до лба. Температура была все еще высокой, но по опыту Кристина знала, что это не всегда плохой знак. Возможно, организм Дэна боролся с попавшей в рану инфекцией или это было последствием болевого шока. Кристина решила довериться военному хирургу с седеющей бородой – другого пути у нее все равно не было.
Она взяла Дэна за руку и положила голову на край матраса рядом с его запястьем.
– Ты, пожалуйста, выздоравливай! Для меня сейчас в жизни нет ничего важнее, чем это! И дело вовсе не в том, что без тебя я не смогу добраться куда-то… Просто мне важно, чтобы ты открыл глаза, чтобы снова был здоров, чтобы жил… Ты так напугал меня, черт бы тебя побрал! – Кристина подняла голову и снова посмотрела на лицо Дэна. – Не смей больше так делать! Ты мне нужен… – Кристина хотела добавить «живым», но не стала. Потому что вдруг поняла, что он был ей просто нужен. – И слава богу, что ты меня сейчас не слышишь… Прости меня, пожалуйста… Это все моя вина.
Еще около часа девушка просидела у кровати больного. Врач не сказал, когда Дэн очнется, но Кристина очень надеялась, что уже сегодня. И очень боялась пропустить этот момент. Почему-то ей казалось очень важным, чтобы, открыв глаза, он увидел ее первой. Она должна была объяснить ему, где они оказались. Кристина надеялась, что поступила правильно, приняв помощь в этом доме. Правда, ей не удалось уехать достаточно далеко от Шаумянского перевала, как просил Дэн. С другой стороны, никто не знает, где именно они находятся, значит, найти их будет крайне сложно. Если только…
Кристина покачала головой, решив, что лучше не развивать эту мысль, иначе она просто сойдет с ума! Сейчас главное, чтобы Дэн поправился. А остальное они решат вместе позже.
Она снова положила голову на матрас, не выпуская руки Дэна из своей. Его ладонь была крупнее и шире, а кожа на руке – жестче, грубее. Кристина заметила маленький шрам чуть выше костяшки указательного пальца и провела по нему рукой. Пока он был без сознания, Кристина могла себе позволить вдоволь насмотреться на него, изучить черты лица, отметить каждую особенность его носа, скул, рта, шеи и линии плеча и не бояться его реакции.
В глубоком сне Дэн казался моложе. Морщинки в уголках глаз разгладились, исчезла жесткая складка около рта, он был безмятежен, не хмурился, не злился на нее, не игнорировал…
Нет, пусть лучше очнется! Пусть и дальше злится и хмурится, лишь бы с ним все было в порядке. И пусть ей больше никогда вот так не держать его руки, лишь бы он был жив и здоров!
Кристина и не заметила, как задремала. Ей снился странный сон. Она стояла на пустынном пляже, у самой кромки воды. Море было серым, неспокойным. Приближалась гроза, и тяжелые серые облака быстро неслись над волнами, постепенно заслоняя собой голубое небо. Повернувшись, Кристина увидела вдалеке мужскую фигуру. Человек стоял у воды в глубокой задумчивости. Девушка сразу узнала его, несмотря на расстояние.
– Саша! – закричала она и побежала к нему по песку босыми ногами.
Налетел холодный ветер, поднимая песок вверх. Кристина теперь плохо видела мужчину, но продолжала бежать к нему изо всех сил, преодолевая сильные порывы.
– Саша!
Мужчина обернулся. Расстояние теперь сократилось, и Кристина смогла разглядеть знакомые родные черты. Саша нахмурился, заметив Кристину, а потом его лицо вдруг исказилось от страха.
– Беги, Кристина! – закричал он и пошел в противоположном направлении по пляжу.
Он не убегал, просто уходил, но Кристине показалось, что его ноги не утопают в песке, как у нее, а будто скользят по поверхности, отчего удалялся он гораздо быстрее, чем бежала Кристина. Девушка с ужасом поняла, что не сможет догнать его. Она остановилась и снова закричала, что было сил:
– Саша, не бросай меня! Я совсем одна!
Мужчина остановился и обернулся. И Кристина вдруг поняла, что это не ее жених. Это был Дэн.
– Беги, Кристина.
Он был очень далеко. И не кричал, а просто произнес эти слова, но Кристина услышала их так четко, будто он стоял рядом. И в его голосе девушка почувствовала угрозу. Бежать к нему или от него?!
– Дэн, – прошептала Кристина. – Дэн! Дэн!
Кристина почувствовала, как кто-то сжал ее руку, и открыла глаза. И увидела Дэна – он наконец очнулся.
– Слава богу, ты пришел в себя! – выдохнула девушка и подняла голову от матраса.
Шея затекла, все тело болело. Интересно, сколько времени она проспала в таком положении, на полу у его кровати?
– Как ты себя чувствуешь? – спросила она, беспокойно всматриваясь в лицо Дэна.
Он пошевелился, проверяя, все ли в порядке. Боль в плече не заставила себя ждать, и Дэн поморщился. А Кристина обратила внимание, что он все еще продолжает сжимать ее запястье.
– Ты говоришь во сне, – хриплым голосом произнес он и посмотрел Кристине в глаза.
Девушка с трудом поднялась с пола и присела на край его кровати, но руки не отняла. Не хотелось прерывать физический контакт. Сейчас Дэн придет в себя, вернется его обычная манера общения и Кристина уже не сможет ни взять его за руку, ни провести пальцами по его волосам…
– Правда? И что же я сказала?
Кристина помнила свой сон уже не так отчетливо. Осталось лишь смутное беспокойство от надвигающейся бури. И страх.
– Ты произнесла мое имя, – тихо ответил Дэн и прикрыл глаза.
Услышав это, Кристина вспыхнула и почувствовала, что краснеет. Глупость какая-то! Этого не может быть.
– Тебе, наверное, показалось…
Кристина поднялась на ноги, и Дэн выпустил ее руку из своей. Кристина обошла кровать и поправила ему подушку.
– Ты не ответил, как твое самочувствие? – мягко спросила она.
– Устал. Где мы?
– В Ерике. Это примерно в двадцати километрах от Апшеронска.
– Весь этот путь ты проделала сама? – Дэн снова приоткрыл глаза, наблюдая за движениями девушки.
Поправлять больше было нечего, и Кристина в некотором замешательстве вернулась на край кровати Дэна. Она хотела выбрать кресло, но оно стояло слишком далеко.
– Да… Тебя осмотрел военный медик, он живет неподалеку. Александр Петрович. Это он зашил тебя и наложил такую повязку. Я бы так не смогла…
– Ты справилась отлично, – возразил Дэн. – Долго мы уже здесь?
– Не уверена… несколько часов. Темнеет, значит, полдня примерно.
Дэн кивнул, что-то обдумывая, и снова прикрыл глаза.
– Отдыхай, тебе нужно набираться сил, – сказала Кристина, вставая.
– Подожди… – Дэн начал было подниматься с кровати, но тут же снова скривился от боли.
– Что же ты делаешь? – воскликнула Кристина нервно. – Швы разойдутся!
– Нам надо убираться отсюда, – Дэн снова попытался сесть, и Кристине пришлось остановить его, надавив ладонью на здоровое плечо.
– Не смей, слышишь? Я не для того тащила тебя сюда, чтобы теперь ты свел все мои труды на нет!
Дэн удивленно вскинул брови и слабо улыбнулся.
– Ладно-ладно, сдаюсь, – хрипло ответил он. – Опиши хозяев.
Кристина задумалась.
– Похоже, они заберут нашу машину в качестве платы на постой, потому как от денег они отказались. Продадут или раскрутят на запчасти. У хозяина дома все руки в татуировках, а его сын Василий видел твои пистолеты, и они ему очень понравились, – Кристина пожала плечами. – Это похоже на сумасшедший дом, но, несмотря ни на что, я думаю, что они хорошие люди и здесь мы в безопасности.
– В безопасности мы будем лишь тогда, когда я встану на ноги, – серьезно ответил Дэн.
– Звучит весьма самонадеянно, – с улыбкой ответила Кристина. – И все же я очень рада, что ты очнулся.
Дэн кивнул и обвел взглядом комнату.
– А хозяйка в доме есть?
– Я ее не видела. А почему ты спрашиваешь?
– У женщин, в отличие от мужчин, чувство самосохранения развито гораздо сильнее. Если она узнает о наших обстоятельствах, может решить выставить нас за дверь. Мало ли, кто еще явится по нашу душу.
– Не может такого быть! – уверенно возразила Кристина. – Он не позволит ей так поступить. Прошу тебя, не думай сейчас об этом! Ты проголодался? Давай я принесу тебе что-нибудь?
Дэн отрицательно покачал головой, и Кристина заметила, что в его ореховых глазах все еще плещется беспокойство.
– Я сейчас бесполезен…
– Слушай, я уже полдня являюсь твоим телохранителем, проделала большой путь, нашла нам убежище. Пока что все идет неплохо. Прошу тебя, успокойся и постарайся отдохнуть. Так ты скорее поправишься.
Кристина сама не очень-то верила в то, что говорила. Но ей очень хотелось успокоить Дэна и дать ему немного времени.
– Раз ты теперь за главную, я спокоен, – с легкой иронией ответил он.
– Принести тебе воды?
Дэн кивнул, и девушка с облегчением встала и направилась на кухню.
– Как больной? – спросил хозяин дома, орудуя у плиты.
Кристина почувствовала запах тушеных овощей и свежей зелени и поняла, что проголодалась.
– Очнулся, – с облегчением ответила девушка. – Чувствует себя лучше. Но у него сильная слабость и боли, – озабоченно добавила она.
– Это нормально с его раной.
– Можно стакан воды?
– Пока вы здесь, кухня в твоем распоряжении, – и Адрей неопределенно махнул рукой, указывая на весь кухонный гарнитур, холодильник и плиту.
– Я… не умею готовить, – смущенно ответила Кристина.
Хозяин дома обернулся с удивленной улыбкой на лице.
– Впервые вижу женщину, которая не умеет готовить! – воскликнул он.
Кристина пожала плечами, взяла из сушилки стакан, наполнила его водой из графина и вернулась к Дэну.
Он не спал и ждал ее.
Кристине пришлось помочь ему и поддержать голову, пока он пил. Девушка поймала себя на мысли, что чувствует неловкость и двигается как-то неуклюже.
– Ты уверен, что не голоден? Андрей готовит ужин.
– Уверен.
– Знаешь, он предложил мне пользоваться его кухней, пока мы здесь, и с удивлением узнал, что я не умею готовить! И сказал, что впервые в жизни встретил женщину, которая не знает, как приготовить еду! – Кристина рассмеялась, но смех получился неестественным и натянутым.
– А это правда? – спросил Дэн, изучая выражение лица Кристины. Что-то было не так.
– Правда, – Кристина опустила глаза, краснея под его пристальным взглядом.
Девушка сложила руки на груди, потом опустила их, сделала шаг в сторону Дэна и остановилась в нерешительности. Наконец, она заговорила:
– Я пойду узнаю насчет душа и комнаты для себя. Здесь только одна кровать…
Сказав это, Кристина покраснела еще сильнее и быстро развернулась, чтобы выйти из комнаты.
– Постой, – Дэн нахмурился, пытаясь понять причину ее странного поведения.
Напряжение в комнате достигло наивысшей точки.
– Что случилось, пока я был без сознания?
– Ничего, – быстро ответила Кристина.
– Тогда почему ты ведешь себя так, будто хочешь поскорее сбежать? Двадцать минут назад ты была счастлива, что я пришел в себя. Что изменилось?
– Ничего, – снова ответила Кристина.
– Скажешь еще раз «ничего» и получишь подзатыльник! Поверь, ради этого я встану!
Кристину это заявление рассмешило. Но напряжение между ними никуда не ушло.
Поразмыслив, Дэн сказал:
– Слушай, ты ведь сама говорила, что, пока мы вместе и у нас общая цель, мы должны доверять друг другу, верно?
– Ничего себе! – воскликнула Кристина и снова присела на край его кровати. – Теперь ты заговорил о доверии! Это странно… И ты тоже ведешь себя странно! Может, во время стрельбы тебе мозг повредило?
– Это из-за того, что случилось на дороге? – хмуро спросил Дэн.
Он решил не говорить прямо о том, что убил сегодня двух человек на ее глазах, но Кристина прекрасно его поняла.
– Нет! Дело вообще не в этом. Наверное, я просто устала, а у тебя все еще жар. Ты, кстати, тоже говоришь во сне, но звал вовсе не меня!
Кристина прикусила язык, но было уже поздно. Поздно! Сказанного не вернешь, и она выдала себя, позволила ему узнать, что ей не безразлично, кого там он звал в бреду лихорадки… Она хотела встать, но Дэн удержал ее, резко схватив за запястье. Плечо тут же пронзила боль, но он сжал зубы и только поморщился, но руки девушки не выпустил.
– Я звал Марину?
Кристина молчала, и ему пришлось сильнее сжать ее запястье. Он жутко устал, плечо горело, голова раскалывалась, но подсознательно Дэн чувствовал, точнее, был абсолютно уверен, что нужно довести этот разговор до конца. Это было важно.
– Да, – тихо ответила Кристина. – Я прошу прощения. Не знаю, что на меня нашло… Это совсем не мое дело!
– Но тебя это задело, – утвердительно произнес Дэн. – Поэтому я отвечу. Марина – моя сестра. Она… была моей сестрой. Ее похитили, когда ей было четырнадцать.
Дэн замолчал, отвел взгляд и отпустил руку Кристины. Ему было неимоверно сложно говорить о сестре, и в то же время он испытал облегчение, что открылся Кристине. Что же получается: она ревновала? Дэн мысленно улыбнулся этому открытию, но вида не подал.
– Дэн, прошу тебя, прости меня, ладно? – уже совсем иначе заговорила Кристина. – Я не знала и… не важно! Я сочувствую твоей утрате…
– Откровенность за откровенность, – с легкой усмешкой произнес Дэн и резко сменил тему: – Расскажи мне о своем сне?
Кристину эта просьба удивила и заставила насторожиться.
– Брось, ты же реалист! Зачем тебе это?
– Рассказывай! – настаивал Дэн.
Кристина пожала плечами, прикрыла глаза и попыталась вспомнить сон. Там был Саша… Точнее, она думала, что это Саша, но оказался Дэн. И он ушел от нее, бросил, оставил одну наедине с опасностью…
«Никому нельзя доверять!», – говорила Светка.
И Кристина не доверяла.
– Мне снился пляж, гроза, большие волны на море. А вдалеке стоял мужчина. Это был ты. И я звала тебя, а ты повернулся ко мне спиной…
Не в силах больше продолжать этот разговор и сдерживать эмоции, Кристина резко встала.
– Какая разница, что мне снится?! Я думала, ты умираешь, и жутко испугалась за тебя! Я думала, ты тоже бросишь меня…
– Я не брошу, – тут же ответил Дэн и инстинктивно протянул к Кристине руку.
Будь он здоров, он бы обнял ее, прижал к себе и постарался успокоить. Она весь день держалась стойко и расклеилась лишь теперь, а тут еще он со своими разговорами!
Кристина лишь отрицательно качнула головой и вышла из комнаты.
Оказавшись на кухне, она обратилась к хозяину:
– Я могу попросить у вас одеяло и еще одну подушку?
Андрей кивнул. Он был немного удивлен просьбе, но от комментариев воздержался. Когда он спустился вниз и передал девушке желаемое, она с благодарностью кивнула и уже хотела вернуться в комнату, но задержалась.
– Можно еще вопрос? Что означает татуировка у Дэна на руке? Увидев ее, вы приняли решение нам помочь.
– Такие набивали в Афганистане. Он не рассказывал?
Кристина отрицательно покачала головой.
– Спроси у него сама – пусть расскажет, – пожал плечами Андрей и вернулся к мытью посуды.
– Хорошо. Спокойной ночи.
Тихо открыв дверь, Кристина аккуратно вошла в комнату. Дэн, похоже, задремал. Стараясь не шуметь, девушка расстелила на полу одеяло, сложив его пополам, и легла. Можно было бы попросить отдельную комнату, но Кристина не решилась. Пусть лучше думают, что они вместе. Так Кристине было спокойнее.
Афганистан. Дэн упоминал об этом. Но подробности опустил, сменив тему. Нужно ли ей знать? Или это простое любопытство. И так было сказано много лишнего за короткий разговор этим вечером. Да и зачем ей знать? Скоро Кристина доберется до Белгорода, и они с Дэном расстанутся навсегда.
К тому же Кристина была уверена, что, даже если спросит напрямую, он снова не ответит по-человечески. Многие, кто там побывал и смог уцелеть и вернуться, нехотя поднимали эту тему. То немногое, что Кристина знала об Афганистане, ассоциировалось со словом «смерть». Жуткие погодные условия (удушающая жара на равнине и страшный холод в горах), боевики, американские «стингеры», терроризм, межклановая борьба и долгая изнуряющая война. Об этом не поболтаешь за завтраком.
С другой стороны, Кристине было любопытно, что это за татуировка и какой смысл она несет. Возможно, эта информация помогла бы ей лучше понять Дэна…
Только прикрыв глаза, Кристина тут же уснула и, как ни странно, провела ночь спокойно и без сновидений.
Проснувшись утром, Кристина обнаружила, что кровать Дэна пуста. Значит, ему уже лучше. Поднявшись с пола, она потянулась и постаралась размять задеревеневшие мышцы. Кристина пыталась вспомнить, когда в последний раз тренировалась, и не смогла. Больше двух недель назад. Спешные сборы, потом эта поездка. Вскоре она совсем потеряет форму, а вернуться в исходное состояние будет крайне сложно…
Присев на край кровати Дэна, девушка припомнила их вчерашний разговор, и настроение упало окончательно. Но все же было над чем поразмыслить. Например, почему Дэна вдруг стали интересовать ее сны, а также ее моральное состояние? С другой стороны, когда самой Кристине стало столь важно, что он думает?
Кристина снова припомнила свой сон и Сашу в нем, и стало не по себе. Какие сложности могли возникнуть у ее жениха, по причине которых они тут застряли? Если бы не это обстоятельство, Кристина давно бы уже постаралась покинуть страну, спрятаться, затеряться где-нибудь очень далеко! Опасность никуда не ушла, всего лишь притаилась где-то за ближайшим поворотом. А она сидит тут и размышляет над тем, что сказал Дэн! Глупее и быть не может!
Тяжело вздохнув, Кристина поднялась и направилась в кухню. Мужчины сидели за столом, завтракали и что-то обсуждали. Андрей, его сын и Дэн, а хозяйка дома так и не объявилась.
– Доброе утро, – хмуро поздоровалась Кристина.
Мужчины поприветствовали ее в ответ и вернулись к разговору. Темой была их машина. Решался вопрос, как лучше поступить, и представляет ли она интерес в исходном виде, учитывая, что документов на нее нет (она была взята напрокат), номера уже скрутили, и продать ее в исходном виде не удастся. Точнее, не удастся официально.
Девушка снова почувствовала себя Алисой в стране чудес, где поддельные документы, оружие, угон машины считаются обычным повседневным делом, вроде похода в магазин за продуктами. Что ж, пора привыкнуть.
Чайник был все еще горячим. Кристина достала кружку из сушилки, нашла упаковку пакетированного чая, заварила и поставила на стол, присоединившись к компании.
– Там движок почти новый, прилично лошадок, и у меня есть знакомый в Майкопе, которого это заинтересует, – рассуждал хозяйский сын.
– Колеса отдай Сане – ему как раз нужно, – ответил Андрей.
– Хорошо. Правда, заднее левое погнуто. Вас таранили?
Дэн кивнул.
– Не понимаю, как вы вообще доехали до Ерика! – удивленно воскликнул Вася.
– Не знаю. Я был без сознания. За рулем была Кристина, – и Дэн перевел взгляд на девушку.
– А я не заметила неисправностей, потому что за рулем была впервые, – сухо заметила девушка и отвела взгляд.
На столе она заметила тарелку с колбасой и сыром и нарезанный крупными ломтями свежий хлеб, и решила сделать себе бутерброд.
– Ого! – восхищенно ответил Василий. – Приличный путь для новичка!
Кристина лишь пожала плечами и ничего не сказала. Ужасно не хотелось ни обсуждать, ни вспоминать эту жуткую поездку, и она искренне надеялась, что водить ей больше не придется. По крайней мере, по серпантину.
Кристина хотела было спросить у Дэна, как он себя чувствует, пока за столом возникла пауза, но посмотрела на него и передумала. Он был на ногах, цвет лица приобрел более здоровый оттенок, значит, жар спал и он идет на поправку. К тому же у Дэна явно проснулся аппетит, что также хороший признак. Так что нет смысла проявлять излишнюю заботу.
После завтрака, когда они остались за столом одни, Кристина спросила:
– Когда ты планируешь позвонить Киму? Он должен бы уже решить свои проблемы.
– Нужна новая сим-карта, – ответил Дэн. – Андрей принесет.
Девушка кивнула.
– Пойду все же спрошу насчет душа, – сухо сказала она и встала из-за стола.
Дэн просто кивнул. Разговор был окончен.
Следующие два часа прошли спокойно. Приняв душ, Кристина переоделась и почувствовала себя гораздо лучше. Она решила выйти в сад за домом и посушить волосы на теплом южном солнце, потому как в доме фена не обнаружила. И спросить было не у кого – и Андрей, и Василий вышли, предоставив гостей самим себе.
Кристина не решилась бы выйти на улицу или в город, а сад был идеальным местом, где можно побыть на свежем воздухе и не подвергать себя опасности. Правда, на самом деле Кристина просто хотела держать дистанцию с Дэном. После вчерашнего разговора в одной с ним комнате она чувствовала себя совсем неуютно.
За домом располагался большой внутренний двор, укрытый навесом и живой изгородью из вьюнков. Здесь стоял стол со стульями, мангал и лавки по периметру, а в середине располагалась довольно большая площадка, выложенная резиновыми плитами. «Может, они тут танцы устраивают?» – подумала Кристина и пошла в сад.
Территория сада оказалась не больше десяти соток. Здесь росли яблони и вишневые деревья, а вдоль забора были высажены кусты черной и красной смородины. Ягоды еще не поспели, но Кристина все же сорвала одну, аккуратно потерла пальцами, удаляя пыль, и положила в рот. Ягода оказалась жутко кислой. Морщась, девушка дошла до лавочки в дальнем углу сада, расчесала еще влажные после душа волосы и задумалась. Ей было необходимо поговорить с Сашей лично, услышать его голос и узнать, что он планирует. И, что бы он ни придумал, попросить его этого не делать. Кристина столько времени ждала, что Дэн передаст ей трубку и Саша скажет, что все будет хорошо, но этого так и не случилось. Возможно, ее жених был не готов, а теперь просто растерялся? И Кристина не могла винить его. Положение было слишком сложным… Возможно, будет лучше, если она попросит у Саши денег и уедет на время? Потом, когда все успокоится, если они оба еще будут хотеть этого, то смогут встретиться где-нибудь и продолжить общение. А сейчас он и так очень помог ей, прислав Дэна.
Подумав о Дэне, Кристина резко встала и побрела обратно во двор. На полке под навесом она обнаружила маленькое радио на батарейках и нажала кнопку. Пощелкав переключателем, отыскала программу классической музыки. Дэн отдыхал в своей комнате и, возможно, спал, а больше дома никого не было, и Кристина решила, что пришло время тренировки. А площадка для танцев подходила как нельзя лучше.
Замотав длинные волосы в тугой пучок, Кристина первым делом проверила, в порядке ли колено. Слава богу, нога не болела. Затем Кристина размялась, сделала растяжку и исполнила несколько комбинаций из последнего спектакля. Казалось, прошла целая вечность с тех пор, как она выступала, и поначалу тело слушалось ее плохо. Но спустя несколько минут, разогревшись, Кристина почувствовала себя увереннее. И счастливее. Танец приносил облегчение, радость, ясность мышления. Мышцы ныли, отвыкнув от нагрузки, но это были знакомые и приятные ощущения. И именно в танце Кристина чувствовала себя настоящей, живой, уверенной в себе.
Одна композиция закончилась, ее сменила другая, и Кристина узнала Шопена, тот самый двадцатый ноктюрн. Именно эту мелодию слушал Дэн в доме своего друга в Дагомысе. И эту же композицию они обсуждали по дороге из Краснодара в Новороссийск. Тогда Кристина еще не знала, что Дэну заплатили, чтобы охранять ее. Она была уверена, что он вполне искренен в желании помочь ей. Просто потому, что она ему нравится. Всем своим видом, поступками, взглядами он давал ей это понять. Зачем? Хотел завоевать доверие? Не проще ли было сразу сказать, что его послал Ким? Или Сашка сам просил его об этом? Нет, это глупо и нелепо.
Кристина увеличила темп, чувствуя, что мышцы готовы к более сложным па, и следуя ускорению ноктюрна. Все, что случилось в Абхазии и после нее, – Кристина вдруг поняла, что хотела бы забыть все это, как страшный сон. Дэн оказался совсем другим человеком, чем она его себе нарисовала, ничего общего с открытым и благородным попутчиком, каким она его представляла. Воображение сыграло с ней злую шутку, не иначе. Но, раз обманувшись, Кристина поняла, что уже никогда не сможет полностью доверять ему.
«Да и не нужно, – подсказал внутренний голос, – он заберет деньги и исчезнет, будто его никогда и не было».
Дэн лежал в кровати, пытаясь расслабиться. Плечо ныло, но резкая боль ушла. Рана чесалось под повязкой – верный признак заживления. Еще пара дней, и он будет в форме. Скорей бы! Дэн опасался, что как раз этого времени у них и нет и в любой момент могут потребоваться все его навыки.
Расслабиться не удавалось. Поднявшись с кровати, мужчина открыл окно, чтобы впустить в комнату свежий воздух. Действовать одной левой рукой было неудобно, и это раздражало. Вместе с легким свежим ветром в комнату проникли звуки классической музыки. Дэн выглянул в окно и увидел, как Кристина разминается во внутреннем дворе, и ему стало любопытно. На самом деле, он всегда хотел увидеть, как она танцует.
Пройдя через дом, он вышел через заднюю дверь, аккуратно приблизился к углу дома, чтобы Кристина его не заметила. И, прислонившись к стене, стал наблюдать за ее движениями.
Поначалу девушка была немного скованна. Было видно, что она разогревается после долгого перерыва, Дэн знал это по своим тренировкам. К тому же резиновое покрытие площадки было для нее непривычным. Классический балет на таком не исполнить, и Кристина выбрала модерн. А потом зазвучал Шопен, и Дэн затаил дыхание. Кристина вдруг преобразилась и начала двигаться абсолютно иначе. Она будто сливалась с музыкой, с каждой нотой, каждым аккордом клавиш. Ни место, ни покрытие больше не имели значения. Кристина полностью подчинила свое тело направлению мелодии и вложила в танец все невысказанные эмоции. Она легко, будто перышко, парила над поверхностью, совершала повороты и прыжки, гибко и грациозно меняла положение. Дэн завороженно наблюдал за нежными и в то же время стремительными движениями ее рук, отмечал каждый поворот ее хрупкого тела. И только сейчас осознал причину одержимости человека, что преследовал ее. Она была талантлива. Она до неузнаваемости преображалась в своем танце. Она была красива и своим танцем дарила эмоции, каких раньше испытывать Дэну не приходилось. Наивность, чистота, искренность – эти черты ее личности в танце сочетались с точностью движений, силой и умением, доведенным до наивысшей точки мастерства. Дэн видел это в каждом взмахе ее руки, в каждом повороте головы.
Если бы он не стал свидетелем танца Кристины, то никогда бы не узнал ее по-настоящему.
Фортепиано стихло. Дэн вдруг почувствовал, что ему трудно дышать, и прислонился спиной к стене. Немного придя в себя, он повернулся и медленно пошел обратно в дом.
Знает ли сама Кристина о том, какой силой она обладает и какие эмоции способен вызвать ее танец в человеческой душе?
Александр Ким, выпускник одного из престижных музыкальных институтов, красавец и душа компании, сын состоятельных родителей, привыкший к роскоши и достатку, сидел на ветхом диванчике, покрытом пылью, и кусал ногти. В номере дешевой захолустной гостиницы Ростова-на-Дону было душно и пахло плесенью. Его мучили голод и жажда, но было страшно даже подумать о том, чтобы выйти за пределы комнаты. Как только Саше казалось, что он оторвался от преследователей и теперь находится в безопасности, его тут же находили, избивали и напоминали о данном обещании.
Этот человек, Джалиль Мангалиев, теперь снился Александру в кошмарах. Казалось, он был вездесущ, и ни убежать, ни скрыться не получится. Лично Саша видел его лишь один раз, четыре месяца назад. Он прекрасно помнил этот вечер. Проводив Кристину до двери квартиры, он вышел из подъезда, достал ключ от машины, как вдруг на него набросились двое человек. Его избили, связали руки за спиной, надели на голову мешок, усадили в машину и отвезли за город. Саша не представлял даже примерно, где находится. Частный поселок, большой каменный дом. Его отвели на второй этаж, толкнули на пол и оставили на несколько часов в темноте. Мешок с головы так и не сняли.
Потом за ним пришли. Грубо подняли и отвели вниз. Когда мешок наконец сняли, парень чуть не ослеп от льющегося со всех сторон света. Он различил шкафы с книгами, тяжелые коричневые портьеры на окнах, большой дубовый стол на резных ножках. За столом сидел человек. Откинувшись на спинку своего рабочего кресла, он внимательно следил за пленником, и его глаза смеялись над ним. Ким сразу понял, куда попал. От страха сердце чуть не выпрыгнуло из груди.
Хозяин встал, медленно обошел стол, присел на ручку кресла, чтобы быть поближе к своему гостю. Неспешно сняв пиджак, Джалиль Мангалиев извлек из кармана портсигар, достал сигарету, и один из охранников тут же зажег перед ним зажигалку.
Поднявшись, он прошелся по кабинету, осматривая стеллажи с книгами, как будто видел их впервые. Он был высок, гораздо выше, чем представлялось Саше по фотографиям из Сети. Его полноватый живот и массивная грудная клетка вкупе с высоким ростом делали его похожим на большой ледокол, бороздящий северные моря.
– Ты неверно понял, чего я хочу от тебя, – медленно произнес мужчина и посмотрел на Сашу темными, почти черными глазами.
От этого взгляда у Кима мороз пошел по коже.
– Ты же получил мое послание?
Мужчина снова присел на ручку кресла и глубоко затянулся, выпустив Саше в лицо струйку едкого дыма. У парня защипало глаза.
Набравшись смелости, Ким кивнул и ответил:
– Получил. И ответил отказом. Я не…
Саша не договорил, потому что Джалиль вдруг резко встал, подошел к письменному столу и раздраженно бросил сигарету в пепельницу.
– Я скажу только один раз, и, надеюсь, ты услышишь и поймешь, – с сильным акцентом произнес он. При этом Джалиль так растягивал слова, словно ему было лень их произносить, а Саша был недостоин его усилий. – Ты должен убедить ее прийти ко мне. Любыми способами. И мне плевать, как ты это сделаешь.
Ким смотрел на своего собеседника во все глаза, пытаясь собраться с мыслями и дать адекватный ответ. Как такое возможно, что в современном мире этот человек все еще мыслит пережитками прошлого, не берет в расчет, что женщина не может быть чей-то собственностью и ей нельзя навязать свою волю! Тем более такими способами. И дело ведь не в религии. И у мусульман женщины имеют права, пусть и в меньшей степени, чем у европейцев. Но этому человеку, похоже, было плевать.
Очевидно, эти мысли отразились на лице парня и легко считывались, потому что его собеседник вдруг кивнул, продолжая:
– Ты отрицаешь очевидные вещи, мой друг. Значение имеют лишь деньги и власть, их дающая. Ты строишь из себя святого защитника слабых, а сам уже почти полгода сотрудничаешь со мной, – Джалиль улыбнулся и пожал плечами. – Но ты – плохой работник. Она все еще не здесь… И ты знаешь, чем это может обернуться для тебя! – с этими словами Джалиль в упор посмотрел на Кима, вскинув широкие размашистые брови.
Саша почувствовал, как все внутри него протестует против слов собеседника. Это же сумасшествие!
– Вы – известный бизнесмен, популярная личность с большими связями! Не станете же вы убивать меня? Прошу вас, мы можем поговорить цивилизованно? – Сашин голос дрожал, к его ужасу, и слова, с помощью которых он пытался призвать собеседника к благоразумию, прозвучали как мольба о пощаде.
Джалиль вздохнул. Разговор ему явно наскучил. Он перевел взгляд на одного из охранников. Тот кивнул, подошел к Саше со спины и ударил его между лопаток. Тело пронзила такая острая боль, что Саша взвыл, не в силах сдерживаться. В глазах поплыли круги. А в голове заметалась предательская мысль: «Только не позвоночник! Это же поставит крест на моей карьере в балете! Только не позвоночник!»
Немного отдышавшись, Саша поднял глаза на Джалиля и в панике заметил, как тот снова кивнул охраннику за его спиной. Спустя мгновение пришла новая боль – на этот раз его ударили по почкам. Саша упал лицом в пол, попробовал перевернуться на бок, и охранник снова ударил его ногой в плечо. Боль была такой сильной, что казалось, будто у охранника в подошве шипы, а не просто резиновые протекторы.
Ким никогда не дрался. Он был лучшим в классе, лучшим в музыкальной школе и на потоке в институте, он всегда был честолюбив и самоуверен. Мальчишки его недолюбливали, но завидовали. Зато он пользовался большой популярностью у женского пола. Тем унизительнее было лежать на полу чужого кабинета, пока его избивали. Наконец, удары прекратились, и Джалиль заговорил снова:
– С тобой может случиться что угодно: автокатастрофа или кто-то ненароком в метро толкнет тебя под поезд. Но, думаю, гораздо интереснее будет, если ты получишь серьезную травму спины и больше никогда не сможешь выйти на сцену. Как тебе такой вариант?
Ким сглотнул, но ответить не смог. Животный страх сковал его тело и язык.
– Несчастье может произойти и у твоих родителей, не дай Аллах, конечно! Родители – это святое.
Саша подумал, что для этого человека нет ничего святого! Но вслух лишь кивнул.
Он обвел глазами кабинет. Три охранника, сам он связан и находится черт знает где, и ему не выбраться отсюда живым. Вслед за чувством обреченности пришла паника, и Кима накрыл жуткий, липкий страх. Этот страх заставил его забыть о гордости, забыть обо всем на свете. Только бы остаться в живых.
– Умоляю, отпустите меня! Я сделаю все, что вы хотите! Я буду и дальше докладывать вам обо всем, что она делает, где бывает, что ест на завтрак! И я постараюсь уговорить ее сдаться. Я смогу!
Джалиль поморщился. Возможно, даже ему было неприятно видеть эту картину: жалкое, сломленное существо, потерявшее последние крупицы самообладания, человек, полностью лишенный чувства собственного достоинства. Хозяин дома кивнул и взмахнул рукой с золотым перстнем на мизинце. Сашу подхватили под руки и потащили вон из кабинета.
Двое мужчин уже ждали у машины. Кима затолкали в салон и повезли обратно в город. Москва на рассвете была очень тихой и пустынной. Она будто замерла в ожидании, когда начнется новый день и беспокойные хмурые люди потянутся сплошной бурлящей массой в свои офисы, глотая на ходу остывающий кофе.
Кима выбросили из машины в ста метрах от еще закрытого метро. Дрожа от холода, он заказал такси, мечтая лишь о том, чтобы поскорее оказаться дома, собрать чемодан и уехать как можно дальше. Бежать, только бежать! Не оглядываясь и ни о чем не сожалея.
Но вышло иначе, чем он желал. Его так называемый побег был просто отъездом в Белгород к родителям. Естественно, его нашли очень быстро. И все началось по новой: нападения, запугивание, угрозы. А потом его отца сбила машина. Не насмерть, слава Богу. Мужчина отделался лишь сильными ушибами. Он рассказывал, что переходил дорогу, когда из-за поворота вдруг выскочил этот серый «Вольво» и сбил его с ног. Отец говорил, что это чистая случайность, и ругал себя за невнимательность. Но Саша знал, что это было не так. Это было еще одно предупреждение.
В тот день Ким проверил все свои счета и накопления. На одном из них лежала большая сумма – подарок его родителей ко дню выпуска из института. Отец просил его не трогать эти деньги до получения диплома. Саша ввел пароль и перевел все средства на свой текущий счет.
Вздохнув с облегчением, он уже хотел заказать билет на самолет. Хотелось улететь в Африку или на Аляску! Но тут он снова вспомнил о Кристине и отменил бронь билета. Все это время он прятал чувство вины в самый дальний уголок своего подсознания. Он заключил сделку с собственной совестью, отрицая свою причастность к несчастьям Кристины. Не он, так другой делал бы то же самое. Следил, докладывал, подстраивал случайные встречи. Но подсознательно Ким понимал: он виноват. Никто другой не знал Кристину так хорошо, как он. Да и не было у нее друзей, кроме него и Светки. Учеба и репетиции отнимали все время, и Кристина вела довольно замкнутый образ жизни. А Светка бы отказалась, если бы ей предложили что-то подобное, – в этом Саша был уверен.
Его вина отягощалась еще и тем, что он был не просто другом для девушки. Он был ее женихом, собирался связать с ней свою жизнь. Теперь же собственными руками он помогал ей тонуть в трясине по имени Джалиль Мангалиев.
Чем больше он думал об этом, тем страшнее ему становилось.
Наконец, его воспаленный мозг нашел некое подобие выхода. План. Схема, продуманная не на совесть, с множеством погрешностей. Но все же это лучше, чем ничего! Он попробует помочь Кристине. И не навредить себе при этом еще больше.
Двое суток Саша провел в интернете в поисках человека или организации, где можно было бы нанять нужного человека. Задача оказалась не из простых. Но наличие денег сделало свое дело. Так появился Дэн.
Затем Саша позвонил Светке, чтобы узнать последние новости о своей невесте. Звонить Кристине он не стал – просто не смог решиться, ведь он сбежал как трус и долгое время не давал о себе знать. Света сначала накричала на него, потом, немного успокоившись, рассказала о том, как обстоят дела. Хуже, чем он думал.
– Ей нужно бежать. Света, уговори ее уехать!
– Она и сама подумывает об этом. Как ни странно, тут я с тобой согласна и постараюсь ей помочь, – ответила девушка и отключилась.
Ким задумчиво посмотрел на трубку в своих руках. Никогда раньше никто не говорил с ним с таким пренебрежением… Как сильно он запутался! Как низко пал…
– Ну ничего! – прошептал он. – Я помогу тебе избежать встречи с этим монстром. Я преодолею страх. Я смогу!
Совесть затихла, и сразу стало легче.
С самого начала Дэн знал, что Александр Ким – парень ненадежный. Он явно многое скрывал, постоянно темнил, сам был напуган до чертиков – иметь дело с такими людьми трудно и опасно. Дэн понимал это и уже сто раз пожалел, что согласился. Но были нужны деньги.
С другой стороны, Дэн неплохо разбирался в людях и знал, что в состоянии отчаяния этот мальчишка заплатит ему любые деньги, чтобы уберечь свое драгоценное здоровье. И Дэн планировал трясти его будто липку, до последнего медного гроша.
Выйдя в сад, Дэн снова набрал его номер. Результат тот же – автоответчик. Мысленно досчитав до десяти, Дэн хотел было уже вытащить сим-карту, как вдруг пришло сообщение: «Дней на десять залягу на дно. Твоя задача остается прежней – береги Кристину. Деньги переведу сегодня вечером».
Дэн прочитал сообщение еще раз, затем вытащил сим-карту и бросил в лужу у колодца.
Ким был очень предсказуемым. Еще утром Дэн поговорил с Андреем и попросил об услуге. Родственник Андрея жил в одном из аулов к северу от Туапсе, и Дэн с Кристиной смогут спрятаться там на какое-то время. Найти их будет невозможно. Этот аул высоко в горах труднодоступен, а местные адыги не любят чужаков. Там будет безопасно. И пока Ким не спросит, куда именно направляются Дэн и Кристина, их соглашение останется в силе. Одно Дэн знал точно: как только жених Кристины задаст этот вопрос, он их предал. Почему Дэн решил именно так, он не мог толком объяснить. Но интуиция никогда его не подводила.
Дэн уже хотел вернуться в дом, когда вдруг уловил движение у калитки. Боковая часть дома и кусты у забора мешали обзору, и Дэн бегом преодолел этот участок. И увидел, как Кристина, стараясь не шуметь, закрывает калитку. В этот утренний час движение в сторону Апшеронска было довольно оживленным – люди направлялись на работу и по делам в город. И девушка без труда поймала попутку. Дэн усмехнулся: его уроки не прошли для нее даром. На Кристине было одно из летних открытых коротких платьев, волосы были распущены – в таком виде она в два счета остановила частника.
Кристина проснулась утром и поняла, что ждать больше нечего и нужно действовать. Она устала быть пешкой в игре мужчин, устала ждать, когда ее наконец поймают, устала от странного необъяснимого поведения Кима. И еще она очень устала находиться рядом с Дэном. Между ними постоянно витало напряжение, полное сомнений и недоговорок. А так как нельзя было ни уехать, ни даже просто выйти из дома, им почти постоянно приходилось находиться рядом. Да еще ночевать в одной комнате! За эти три дня Кристина так вымоталась, что решила бежать. «С меня хватит! – бормотала она, крадясь к калитке. – Больше и минуты не вынесу рядом с ним!»
Закрыв калитку на щеколду, девушка быстро перешла дорогу, прошла чуть вперед, чтобы ее было не видно из окон дома, и хотела поднять руку, как машина уже остановилась рядом с ней. Опустилось боковое стекло, и светловолосый парень с наглой ухмылкой произнес:
– Запрыгивай, красавица. Домчу с ветерком, куда твоя душа пожелает!
Кристина вздохнула и открыла дверь машины. И в это мгновение рядом появился Дэн и резко толкнул дверь обратно, закрывая.
– Далеко собралась? – прищурившись, спросил он.
На мгновение Кристина растерялась от неожиданности. Но быстро взяла себя в руки.
– Я уезжаю! И это уже не твое дело, – раздраженно ответила она.
– Ошибаешься, – невозмутимо произнес Дэн и обратился к водителю: – Езжай отсюда.
– Девушка, вам нужна помощь? – блондин явно не хотел так быстро сдаваться.
– Я еду с вами! – Кристина снова попыталась открыть дверь. С тем же результатом: Дэн толкнул дверцу обратно, на этот раз приложив большую силу. Дверь гулко хлопнула, и водитель разразился недовольной тирадой:
– Эй, полегче! Не твоя же машина!
– Хватит! – закричала Кристина, поворачиваясь к Дэну. – С меня хватит всего этого! Я хочу уехать!
– Только вместе со мной, – раздраженно ответил Дэн и взял девушку за локоть.
– Нет! – Кристина вырвалась и снова потянулась к машине. – Ни минуты больше здесь не останусь, не хочу!
Дэн почувствовал, что ситуация явно выходит из-под контроля.
– Решила устроить сцену посреди улицы? – рявкнул он, снова беря ее за руку. – Давай, кричи, брыкайся!
Водитель «вольво» тем временем вышел из машины и обогнул капот.
– Оставь девушку в покое! Ты же видишь, она хочет уехать.
Дэн развернулся и в упор посмотрел на водителя. Теперь они стояли рядом, и для блондина было явным сюрпризом, что Дэн на голову выше него и мощнее в плечах. Водитель занервничал и сделал шаг назад.
– Я повторять не стану: проваливай!
– Тебе платят за то, чтобы охранять меня, а не удерживал силой! Ты не можешь так себя вести! Не можешь так говорить с посторонними! Ты… – такой же, как они!
Дэн даже не повернулся, чтобы ответить. Он выпустил руку Кристины и двинулся на водителя. И что-то такое промелькнуло в его взгляде, что парень дернулся и бросился обратно за руль.
– Стой! – закричала Кристина. – Трус!
Машина резко взяла с места и умчалась в сторону Апшеронска.
– Я поймаю другую! – угрюмо сказала Кристина, делая шаг назад. – Ты не сможешь удержать меня!
– Поспорим? – угрожающе произнес Дэн.
Схватив девушку за руку, он потащил ее обратно в дом. Кристина упиралась, даже начала колотить Дэна в спину, в свободное от повязки место, но все было без толку. Открыв калитку, Дэн впихнул Кристину во внутренний двор. Она попыталась снова вырваться, началась борьба, где Кристина прилагала все силы, чтобы сдвинуть Дэна и открыть путь к свободе, и он лишь отмахивался от нее здоровой рукой. Минуты две спустя Кристина начала выдыхаться. Жутко раздражало, сколь слабыми и бесполезными оказались все ее попытки.
А Дэн наконец потерял терпение. Развернув Кристину к себе спиной, он положил руку на основание ее шеи и повел в дом, подталкивая вперед.
– Мне больно! – взвизгнула Кристина, все еще брыкаясь в попытке достать его.
– Сама виновата! – резко ответил мужчина, впихнув ее в комнату.
Дэн бросил Кристину на кровать, специально сбив ее с ног, пересек комнату, проверил окна, сняв ручки. Теперь открыть их не будет возможности.
Затем он повернулся к Кристине и посмотрел ей в глаза.
– Уехать отсюда ты можешь только со мной! – бросил он.
– Почему, черт возьми? – Кристина хотела встать с кровати, но не решилась. Тогда расстояние между ними в маленькой комнате чересчур сократится, а Дэн сейчас опасен. – Объясни мне, что происходит? И сколько еще нам здесь торчать? Я… – Кристина вдруг запнулась, пытаясь сформулировать мысль. – Я думала, Саша нанял тебя как телохранителя. А ты… Я ошиблась?
Вся злость и раздражение вдруг испарились, когда Кристину посетила новая неприятная мысль:
– Я у тебя в заложниках, что ли? И ты везешь меня, куда скажут, будто трофей…
Лицо Дэна осталось непроницаемым.
– Я делаю то, за что мне платят. Ты всегда это знала, – отчеканил он и вышел, плотно закрыв за собой дверь.
Обхватив голову руками, Кристина так и осталась сидеть на кровати, раскачиваясь из стороны в сторону. Она так ясно осознала безвыходность своего теперешнего положения, что чуть не взвыла в голос. Стены давили, и девушка почувствовала, что находится на грани приступа клаустрофобии. Ей вдруг показалось, что воздухе в комнате почти нет. Она начала делать вдохи, но спасительный кислород не поступал в легкие. Схватившись рукой за горло, Кристина сложилась пополам. Лицо покраснело, и сердце забилось, готовое вырваться из груди.
Этого человека она держала за руку весь день, пока он был без сознания! Она сидела на полу у его кровати и молилась за его выздоровление! Она так заблуждалась на его счет, рисуя в голове воздушные замки. Ей казалось, он пожертвовал собой, спасая ее, и отважно бросил себя под пули. На самом деле все было иначе: в них стреляли и хотели убить, он стрелял в ответ и убил, и в этой перестрелке его случайно задело. Он выполнял свою часть сделки. Всего-то. В конце концов, это гораздо веселее, чем сидеть в офисе с девяти до шести! Такая уж работа. Возможно, ничего другого он просто не знает. Возможно, это и есть его профессия. И его жизнь. А Кристина – лишь посылка, которую нужно доставить.
Резко выпрямившись, девушка сделал три глубоких вдоха и два коротких. «Ох, Саша, надеюсь, ты знаешь, что делаешь, раз нанял этого дьявола!»
Через час Дэн вошел в комнату со словами:
– Вставай, мы уезжаем, – и начал собирать вещи.
– Куда? – хмуро спросила Кристина.
Дэн ответил не сразу. Сложив футболки в свою спортивную сумку, он повернулся к Кристине. Она не двинулась с места, упорно ожидая ответа.
– Андрей предложил перебраться в горы. Там безопасно. Машина уже ждет.
Кристина пристально посмотрела на собеседника. Она пожалела, что под рукой нет ничего тяжелого, чтобы швырнуть в него.
– Вместо того чтобы поскорее покинуть это место, мы полезем в горы… – пробормотала она, слезая с кровати. – Ты сам как-то сказал, что затеряться в большом городе гораздо проще. Шанхай, Дели… Мы сделали документы, чтобы прятаться в горной пещере?
Дэн бросил на Кристину тяжелый взгляд и вышел из комнаты.
На улице их ждал внедорожник с необычно крупными колесами, и Кристина с ужасом представила, как их будет трясти на глухих горных тропах. За рулем сидел парень лет двадцати пяти, с небольшими усами и загорелой кожей человека, который проводит на солнце большую часть своей жизни.
Андрей и его сын вышли проститься с гостями. Дэн пожал им руки. Очевидно, финансовые вопросы они уже решили. Кристина поблагодарила мужчин за помощь, и хозяин дома с улыбкой добавил:
– Научись готовить, и вы будете меньше ругаться!
«Если бы только вы знали, как обстоит все на самом деле между нами! Тогда не говорили бы глупостей!», – подумала про себя Кристина.
Дэн сел на переднее пассажирское сиденье рядом с водителем, Кристина устроилась сзади. И машина тронулась в путь. До Горячего ключа трасса петляла по долинам меж горных хребтов, а потом начала подниматься вверх, чтобы вскоре так же плавно пойти на убыль при приближении к морю. До Джубги дорога заняла примерно часа два – у Кристины не было часов, чтобы сказать точнее. За все это время она не обменялась с мужчинами ни словом. Зато Дэн почти сразу завел с водителем разговор, и к своему неудовольствию Кристина осознала, что не понимает ни слова. Абхазский, черкесский, адыгский? Дэн изъяснялся свободно, не чувствуя стеснения. А парень был явно рад поговорить на родном языке.
Какую-то часть пути они проделали по побережью, и девушка в который раз с восхищением смотрела на море, бесконечной гладью искрящееся в солнечных лучах. Море всегда ассоциировалось у нее со свободой. Плыви куда хочешь!
Вместо этого Кристина тряслась в чужой машине, везущей ее в полную неизвестность, и с отвращением смотрела на широкие плечи и правильный профиль сидящего впереди мужчины. Дэн не обернулся ни разу за последние два часа. По крайней мере, Кристина этого не заметила.
Что-то будто сломалось внутри нее в тот день, когда она танцевала на заднем дворе в доме Андрея. Будто прорвало плотину, которую усилием воли она сдерживала уже долгое время. Она не должна здесь быть! Не должна убегать, быть зависимой от этого человека, или от своего жениха, или от ее преследователя! Она должна быть в столице, репетировать, следить за здоровьем и диетой, тренироваться сутками напролет и идти к своей цели. Пока она теряет здесь время, сколько она упускает возможностей? А сколько уже упустила?..
Кристина тяжело вздохнула и отвернулась к окну, чтобы еще раз взглянуть на море, но как раз в этот момент они свернули на Михайловское, и побережье скрылось из виду за деревьями и холмами.
В Михайловском они остановились, чтобы купить воды и заправиться. Водитель вышел, и Дэн впервые повернулся к Кристине.
– Как ты?
– Это скорее я должна спросить тебя, как ты, – с иронией ответила Кристина. – Не я тут раненая!
– Рад, что ты считаешь сей факт поводом для шуток, – подражая ее тону, ответил Дэн и отвернулся, собираясь выйти из машины.
– А я и не шучу вовсе! – продолжала девушка. – Но спасибо за заботу. И хорошо, что вообще вспомнил о моем присутствии.
– Я и не забывал, – резко ответил Дэн и вышел.
Недолго думая, Кристина вышла следом.
– Вернись обратно в тачку, – с угрозой в голосе произнес Дэн.
– Знаешь, я ведь могу закричать, позвать на помощь. Видишь машину полиции? Они точно меня заметят.
Дэн внимательно посмотрел на девушку и снисходительно улыбнулся.
– И отправят тебя обратно в Москву к твоему азербайджанскому герою.
Кристина вздрогнула. Хотела что-то ответить и осеклась. Еще раз кинув взгляд на полицейских, она повернулась и залезла обратно в машину, не говоря ни слова.
После Михайловского трасса свернула вглубь континента, и начался подъем в горы. Сначала было легко, дорога шла по ущелью вдоль реки Псебе, петляя вслед за ее руслом, но чем выше они забирались, тем сложнее приходилось водителю. Расстояние в тридцать километров они преодолели за два часа вместо одного, крутясь по серпантину. А когда подъезжали к аулу Псебе (Кристина прочитала название на дорожном указателе), стало понятно, для чего их внедорожнику нужны такие большие колеса. Здесь вместо асфальта был щебень, недавно прошел дождь, размыв реку и часть дороги. Поэтому некоторые отрезки пути им приходилось преодолевать по воде, и колеса их машины поднимали фонтаны брызг. Кристина с ужасом поняла, что выбраться отсюда пешком после дождя вообще невозможно. По крайней мере, по дороге. А тайных горных троп она не знала.
Поначалу мысль о горном ауле сама по себе вызывала у нее тошноту. Но когда леса закончились и их машина забралась на плоскогорье, где располагалось поселение, Кристина ахнула от открывающихся перед ней видов. Вокруг, куда ни глянь, одна за другой возвышались горные хребты разных цветов в лучах закатного солнца. Зеленые, серые, черные, коричневые – они казались прекрасными и бесконечными! И Кристина уже не была так уверена, что самый завораживающий пейзаж – это море. Такой красоты горное плато однозначно могло составить конкуренцию и даже забрать ветвь первенства.
Солнце медленно опускалось за одну из вершин, и девушка поразилась многообразию оттенков и величию представшей перед ней картины. Захватывало дух от восторга!
– Что это? – не удержавшись, спросила она у водителя.
По восхищенному лицу своей пассажирки парень сразу понял, о чем она говорит.
– Кавказский хребет, – с гордостью в голосе ответил он. – Нравится?
– Потрясающе, – выдохнула Кристина.
Вскоре показался и сам аул. Небольшая деревушка располагалась по берегам реки с одноименным названием. Домики стояли на первый взгляд хаотично, без какой-либо системы, и все разные: деревянные, бревенчатые, кирпичные, с пристройками, загонами для мелкого скота, сараями и банями. Когда проезжали через центр аула, Кристина приметила двухэтажное здание с вывеской «Школа», а чуть дальше бревенчатый дом с табличкой «врач».
– Мы живем обособленно, – принялся объяснять водитель в ответ на ее невысказанный вопрос, – и стараемся со всеми делами справляться самостоятельно. Своя школа, своя больница.
Кристина кивнула одобрительно, хотя на самом деле вряд ли назвала бы этот домик больницей. Она лишь надеялась, что в серьезных случаях эти люди все же едут в город и пользуются услугами современной медицины. Хотя, с другой стороны, это вовсе не ее дело.
Наконец, водитель остановил машину у небольшого домика с темными окнами.
– Этот ваш, – махнул он рукой. – Владельцы недавно уехали в Краснодар, чтобы дать образование сыну. Возможно, вернутся, но только через несколько лет. Так что дом в вашем полном распоряжении.
– Спасибо, – Дэн кивнул, взял протянутые парнем ключи и вышел из машины.
Кристина последовала за ним.
Дом оказался действительно маленьким. Войдя, они сразу попали в гостиную, она же служила кухней. Помимо этой, была еще одна комната, предназначенная для сна. В гостиной Кристина заметила плиту и несколько самодельных тумб, где хранилась кухонная утварь, диван и большой шкаф с зеркалом, а в спальне еще один платяной шкаф и большую кровать. Возможно, часть мебели хозяева забрали с собой – дом выглядел опустевшим и брошенным. Повсюду лежала пыль, было влажно и холодно.
– Что ж, я пережила ночь на земле под кустом, значит, и здесь выживу, – пробормотала Кристина.
Все же есть крыша над головой, значит, не страшен дождь и ветер.
Вздохнув, Кристина направилась в спальню, бросила на пол рюкзак и тяжело опустилась на край кровати. Что-то под ней треснуло, и в следующее мгновение кроватная ножка подломилась. Не успев среагировать, Кристина скатилась на пол, вляпавшись в какую-то грязь. В полутьме было не разобрать, во что именно. Какие-то липкие, вонючие тряпки. Девушка вскрикнула, совсем тихо, как ей показалось. Дэн вбежал в комнату буквально через секунду.
Быстро оценив ситуацию, он понял, что произошло, но все же не удержался от иронии:
– Снова жуков будем ловить?
Кристина с отвращением посмотрела на свои липкие руки и перевела взгляд на мужчину.
– Нет! – отрезала она. – И твоя помощь не нужна. Выйди!
Тон сказанного удивил Дэна. Оказывается, Кристина может быть жесткой, даже категоричной.
– Будешь спать на этом склоне? – удивленно спросил он. – Вряд ли ты сможешь починить кровать самостоятельно.
– И не стану! Просто оставь меня в покое!
Дэн на это лишь присвистнул и вышел, закрыв за собой дверь. Что ж, она пока не планирует побег, и слава богу. А чем она тут будет заниматься, не его дело. В конце концов, его задача – это ее жизнь, а не комфорт и услуги.
Проезжая по аулу, Дэн не мог не заметить, что электричество здесь проведено и уже сейчас во многих окнах зажигался свет. Однако в их доме электричества не было. Дэн проверил выключатели, электрощит и лампочки в люстрах – без результата. Тем временем на улице окончательно стемнело.
Пока он занимался вопросами освещения, Кристина нашла в углу комнаты несколько дощечек и подложила под кровать вместо ножки. Получилось неплохо. Но пока она возилась с этим, стало совсем темно. Можно было спросить у Дэна насчет электроэнергии или хотя бы попросить у него мобильный, чтобы посветить на кровать и оценить состояние постельного белья, но Кристина не стала этого делать. Она бы скорее легла на грязном полу, чем просить помощи у этого человека!
А Дэн тем временем надел толстовку и направился к соседям узнать насчет света.
– Завтра приедет на четыре дня один из наших жителей, электрик, он работает в Туапсе вахтами. С ним и будете разбираться – пожал плечами сосед и вручил Дэну фонарь и аккумуляторные батарейки.
Дэн поблагодарил соседа, вернулся в дом и решил зайти к Кристине, проверить, как она. Тихо приоткрыв дверь и держа фонарь лучом вниз, мужчина заглянул в спальню. Кристина легла на кровать поверх одеяла, не раздеваясь, и теперь, кажется, спала, свернувшись калачиком. Из деревянных ставней тянуло прохладным горным воздухом, и тонкие занавески трепетали на сквозняке. Дэн снял свою толстовку и укрыл Кристину.
Вернувшись в гостиную, он лег на явно короткий для него диван и подложил руку под голову. Но мысли, будто назойливые осы, лезли в голову и не давали уснуть. Ему была неприятна перемена, произошедшая с Кристиной, и то, с каким пренебрежением она к нему теперь относилась. Он не мог понять, чем вызвана эта перемена и что именно он сделал не так. Он помнил, с каким восхищением она смотрела на него, когда он спасал ее в тамбуре поезда. Он помнил облегчение и неподдельную радость в ее глазах, когда он очнулся после ранения. Эти ее взгляды очень льстили его самолюбию! Что изменилось?
Тем временем в соседней комнате Кристина тоже не спала. Когда Дэн вошел, она замерла, и перестала дышать, и с удивлением обнаружила, что он укрывает ее своей толстовкой, тихо и аккуратно. Когда Дэн вышел из комнаты и прикрыл за собой дверь, Кристина шевельнулась и натянула его толстовку до подбородка, а мягкий рукав обняла и прижала к щеке. Одежда еще хранила его тепло и запах, уже хорошо ей знакомый. В темноте дома богом забытого аула Кристина могла не врать сама себе, что ненавидит этого человека. В этой темноте можно чувствовать что угодно – никто не узнает.
Утром Кристина проснулась от пения птиц за окном. Открыв шторы и ставни настежь, девушка впустила в комнату свежий воздух, наполненный летними свежими запахами травы и цветов. Выйдя на улицу, Кристина присела на лавочку у дома. С пригорка, на котором стоял их дом, открывался вид на реку, несущую свои ледяные воды дальше в горы, и дома на противоположном берегу.
По тропинке от реки поднимался Дэн. Его уверенные движения и пружинистые шаги выдавали в нем силу и ловкость человека, привыкшего к физической нагрузке. Пропала скованность, что была после ранения. Плечо если и ныло, Кристина никогда не слышала, чтобы он жаловался. Дэн был в приподнятом настроении и даже улыбался каким-то своим мыслям, но, увидев девушку, нахмурился.
«Отличная реакция на мое появление!», – с иронией подумала Кристина и встала.
– Пойдем, нас ждет завтрак.
Вместе они спустились к деревянному пешеходному мостику, перешли реку и начали подъем по крутой тропе на противоположный берег.
Дэн обернулся и протянул Кристине руку, но девушка лишь недовольно фыркнула.
– Твоя галантность неуместна! – с сарказмом произнесла она.
Дэн остановился, преградив ей путь на узкой тропе.
– Может, хватит вести себя как похищенная принцесса? – раздраженно спросил он. – Я тебя спасаю, а не краду!
– Но суть-то не меняется! Я все равно не могу принимать самостоятельные решения и полностью завишу от тебя! – воскликнула Кристина. – А ты… ты… меня бесишь! – и девушка в сердцах топнула ногой, пытаясь хоть как-то выпустить пар.
А Дэн отреагировал неожиданно. Он вдруг улыбнулся и ответил:
– Ты меня тоже частенько бесишь.
С этими словами он развернулся и пошел вверх, больше не предлагая Кристине помощь.
Кристина открыла было рот, чтобы крикнуть ему вслед что-нибудь обидное, но Дэн был уже далеко. А кричать гадости на всю деревню как-то не хотелось.
Поднявшись наверх, девушка отерла пот со лба и огляделась. Впереди, у большого дома с цветными ставнями и красивым деревянным крыльцом стоял накрытый стол, за которым уже собралось как минимум человек пятнадцать. Девушка удивилась: по какому поводу собрались эти люди с утра пораньше? Какой-то праздник?
Вокруг стола были расставлены лавки, и все люди, мужчины и женщины, подростки и дети, расселись вплотную друг к другу, абсолютно не смущаясь тесноты. На столе были расставлены тарелки с лепешками, овощами, котелками с какой-то горячей и обворожительно пахнущей снедью, а также сладкое. Чего здесь только не было! Пирожки со всеми возможными начинками, печенье собственного приготовления, орехи, залитые медом.
Когда Кристина подошла ближе, одна из женщин толкнула соседку в бок, та с готовностью подвинулась, и они помахали девушке, приглашая сесть между ними. Кристина с трудом уселась на освободившееся пространство, кто-то еще потеснился, и все наконец расположились более-менее удобно. При этом все улыбались, а женщина рядом с Кристиной вообще заливисто смеялась, что-то рассказывая соседу справа от себя. Кристине тут же дали тарелку, и, будто по волшебству, на ней постепенно возвысилась целая гора еды, всего понемногу. Высокий мужчина с густыми усами передал Кристине кружку с крепким дымящимся черным чаем, и девушка с благодарностью кивнула.
Дэн сидел напротив, оживленно общаясь с парнем, что привез их накануне и, казалось, вообще не замечал Кристины. К тому же обзору мешало огромное блюдо с пирогами, укрытыми сверху пучками свежей зелени. И эта преграда вполне устраивала Кристину.
– У вас праздник? – спросила она соседку. – Такой стол! Просто чудо как красиво! И пахнет заманчиво.
– Да, милая. Сегодня Курбан Байрам! Будем гулять и отмечать до самой ночи. Вечером будут танцы, – со счастливой улыбкой ответила ее соседка.
– Пост окончен, – с пониманием ответила Кристина.
– Точно! Ешь, а то ты такая худая, как бы твой муж не порезался об острые кости! – тихо пошутила ее соседка.
Кристина в ответ лишь вежливо улыбнулась и принялась за еду. Значит, Дэн сказал, что они женаты? Что ж, это вполне логично для такого аула, где все еще действуют старые правила мусульманских законов. Иначе как бы они ночевали в одном доме?
Завтрак тем временем продолжался. Кристина почти ничего не понимала из разговоров за столом, но это ее не смущало. Здесь царило такое дружелюбное веселье, что у девушки поднялось настроение. Даже петь захотелось! А еще хотелось погулять по окрестностям и насладиться природой, почти не тронутой человеком в этих краях.
Тут кто-то передвинул блюдо с пирогами, и Кристина встретилась глазами с Дэном. Несколько мгновений оба молчали. Дэн поднес к губам свою кружку с чаем, сделал пару глотков, но глаз не отвел. А Кристина поерзала на лавочке, не зная, на что решиться и нужно ли что-то сделать или сказать? Сосед Дэна продолжал рассказывать что-то уморительное, сопровождая повествование эмоциональными жестами, а Дэн продолжал вполуха его слушать и в какой-то момент улыбнулся, но смотрел он все еще только на Кристину. Его глаза, спокойные, смешливые, будто говорили снисходительно: «Я все знаю, девочка моя, поверь мне. И мне известно гораздо больше, чем тебе за твою короткую и беспечную жизнь. Тебе меня не обмануть!»
«А может, ты трактуешь неверно?», – пронеслось у Кристины в голове.
Тут кто-то позвал Дэна и попросил передать дальше по столу большую тарелку с овощами. Дэн отвлекся, и зрительный контакт был прерван. А когда он вновь повернулся, Кристина уже встала из-за стола и уходила вниз по тропинке в сторону моста.
А Дэн с удивлением отметил, что ее уход вызвал у него сожаление. Возможно, они провели вместе слишком много времени и начали привыкать друг к другу? Или есть что-то еще?
Дэн лишь покачал головой, отгоняя глупые мысли, и вернулся к разговорам за столом.
А Кристина тем временем добралась до дома, но входить не стала и направилась дальше по тропе, ведущей в горы, за пределы аула. Раз есть тропа, значит, можно прогуляться и осмотреть окрестности.
Сначала путь был довольно пологим и идти было легко. Затем тропа начала подниматься резко вверх. На особо крутых склонах Кристина несколько раз встречала ступени, укрепленные досками, а чуть выше обнаружила родник, укрытый деревянным навесом и выложенный большими гладкими булыжниками. Вода весело журчала, вырываясь из-под земли, сверкая в солнечных лучах и весело сбегая ручейком вниз по горному склону. Вокруг родника стеной стоял лес из деревьев и плотного кустарника. В ветвях заливисто пели птицы.
Напившись из источника и немного отдохнув на пеньке, Кристина продолжила подъем. Тропа то шла вверх, то петляла между деревьев и валунов, покрытых бледно-зеленым мхом. Вскоре, когда склон стал совсем крутым, тропа начала извиваться подобно серпантину и идти стало чуть легче. Кристине хотелось достичь верхней точки и увидеть мир с высоты птичьего полета. Возможно, там, на вершине, она сможет наконец почувствовать себя свободной? И тревога отпустит ее душу? Пусть хотя бы на мгновение, но станет легче.
Дорога оказалась сложнее и дольше, чем предполагала девушка. До вершины она добралась лишь два часа спустя, обливаясь потом, с трясущимися от усталости коленями. Но довольная собой! Она догадалась, что это вершина, по силе ветра и облакам прямо над головой, но обзор закрывали деревья. Немного разочарованная, Кристина пошла дальше по тропе, уходившей резко влево. Еще полчаса она шагала по лесу, стараясь ни о чем не думать, кроме собственного ровного дыхания. О том, что еще придется возвращаться обратно, она не заботилась. Немного отдыха, и она сможет спуститься с горы – Кристина всегда гордилась своей выносливостью. Далеко не все студенты ее потока могли репетировать по шесть часов подряд!
Наконец, Кристина достигла цели. Деревья вдруг расступились, открывая перед ней залитое солнцем пространство. Горный склон, поросший кое-где зеленой травой и покрытый мелкими камнями, далеко внизу – лента дороги, по которой накануне они ехали в аул, и вид на соседние горные склоны, всплывавшие из дымки один за другим так далеко, насколько хватало глаз. Кристина задохнулась от восторга. Она опустилась на землю и с восхищением смотрела на эту божественную картину. То ли от ветра и солнца, то ли от восторга, девушка прослезилась, но не стала вытирать мокрые щеки. Можно было понять, зачем эти люди живут здесь, вдали от цивилизации. Сила и могущество Кавказских гор впечатляли – просто невозможно было остаться равнодушной! Видеть такое каждый день – подарок свыше, не иначе!
Кристина не знала, сколько времени просидела вот так, стараясь отогнать беспокойство о своем будущем и просто насладиться красотой природы. Вдруг за спиной послышались шаги, и девушка резко обернулась и увидела Дэна.
Он спокойно подошел и сел рядом, оглядывая вершины гор и глубоко вдыхая чистый воздух. Солнце теперь было высоко, и его лучи искрились, пронизывая пушистые белые облака. На склоне резвилась стайка птиц, слаженно поднимаясь вверх и пикируя к склону с головокружительной скоростью.
Из-за прохладного ветра Кристина поежилась и встала, чтобы размяться.
– Высоко же ты забралась, – подал голос Дэн.
– А ты соскучился и решил пойти следом? – спокойно спросила девушка.
Разговаривать не хотелось, чтобы снова не наговорить глупостей, как тогда в Ерике. Но все же любопытство одержало верх и Кристина спросила:
– Откуда ты так хорошо знаешь адыгский?
Дэн посмотрел на Кристину и тоже встал, отряхивая джинсы от травы.
– Может быть, это мой родной язык, – меланхолично заметил он.
От удивления Кристина не нашлась, что ответить.
– Непохож? – с улыбкой спросил Дэн.
– Не очень.
– Потому что не брюнет? Или я не могу быть мусульманином?
Кристине показалось, что в его вопросе прозвучал вызов. Будто бы она имела что-то против ислама и в этом была неправа, по его мнению.
– Так ты адыг? – нетерпеливо спросила Кристина.
– Ты не ответила на мой вопрос, – заметил Дэн с иронией.
– И не отвечу! – огрызнулась Кристина. – Я, правда, не заметила у тебя крестика, но и на мусульманина ты не похож… Если честно, я думаю, что ты атеист. Глубоко верующий человек вряд ли смог бы заниматься тем, чем занимаешься ты!
Дэн слегка вздрогнул и посмотрел Кристине в глаза, раздраженно ответив:
– Ты удивишься, сколько убийств было совершено во имя веры.
– Ох, прошу тебя, не нужно учить меня истории! Я тоже живу в современном мире, смотрю новости и читаю книги! И удивляюсь, как люди искажают постулаты любой из современных религий, оправдывая тем самым собственную глупость или жажду наживы! Или мести! В любой книге, будь то Библия, Коран или Танах, первая заповедь гласит «не убей». Но я бы не хотела вступать с тобой в бесполезные религиозные споры… – Кристина выдохнула и отвернулась.
Умиротворение, которого она почти достигла, пока сидела тут в одиночестве, испарилось в одно мгновение.
Дэн подумал над ее словами и кивнул, вроде бы соглашаясь.
– Ты права, я не адыг и не мусульманин. Но я служил с этими ребятами. И выучил язык. Они мне нравились, на них можно было положиться, – задумчиво произнес Дэн, глядя куда-то в пространство. – Один из них спас мне жизнь ценою собственной.
Кристина ничего не ответила, гадая, правда ли это или очередная история вроде тех, что он рассказывал по дороге из Краснодара.
Пауза затянулась, и девушка повернулась, чтобы возвращаться вниз. Дэн заметил ее движение.
– Подожди. Надо кое-что сделать. Пойдем, – и вдруг взял Кристину за руку, так просто и естественно, будто делал это уже сотни раз.
Пришлось идти следом. При этом Кристина чувствовала себя не в своей тарелке, но на размышления не было ни времени, ни возможности. Дэн взял быстрый темп, и Кристине приходилось почти бежать за ним и смотреть под ноги, чтобы не споткнуться и не покатиться кубарем по склону.
Они пошли в противоположную от аула сторону. Тропа шла резко под откос, виляя между деревьями, теряясь из виду среди колючего кустарника. Холодный ветер остался на вершине, а здесь было теплее и значительно тише. Кристина теперь слышала каждый их шаг и каждый удар своего сердца.
Вскоре они вышли на плоскогорье, площадку примерно двадцать на двадцать метров, одну сторону которой закрывала отвесная скала. С другой стороны площадка заканчивалась обрывом. Почти у самого края лежало поваленное дерево.
– Подожди здесь немного, – попросил Дэн и снова скрылся в лесу.
Спустя несколько минут он вернулся с пакетом жестяных банок от консервов, чем очень удивил девушку.
– Где ты их взял? И для чего?!
– Ребята здесь иногда тренируются, подальше от глаз старожилов.
С этими словами Дэн расставил банки на бревне, а затем подошел к Кристине и достал из-за пояса со спины пистолет. Кристина вздрогнула. Она все еще никак не могла привыкнуть к виду оружия в его руках.
– Предохранитель, патронник, спусковой крючок, – объяснил он и протянул Кристине пистолет. – Попробуй.
Кристина резко вскинула руки и сделала шаг назад.
– Ну нет! Ни за что!
– Попробуй, – настаивал Дэн. – Меня может не оказаться рядом.
Эти слова эхом пронеслись в голове Кристины. Вздохнув, она ответила:
– Дэн, я ведь балерина, а не какой-нибудь Джейсон Стэтхам!
Мужчина нахмурился, будто пытаясь отыскать в памяти это имя.
– Только не говори, что ты не знаешь этого актера! – с недоверием воскликнула девушка.
Несколько мгновений Дэн молчал, а потом вдруг улыбнулся, и Кристина поняла, что он просто подловил ее, и недовольно фыркнула.
– Знаю, я ведь живу в современном мире, смотрю новости и так далее…
– Да ты издеваешься! – ответила Кристина и легко хлопнула его по плечу.
И тут же спохватилась, испугавшись, что причинила ему боль, ведь рана еще не до конца затянулась.
– Прости.
– Все в порядке. Давай все же попробуем? – и он снова протянул Кристине пистолет.
Девушка приняла его с недоверием, будто ей вручили гремучую змею, пока спящую, но не менее опасную. Осмотрев оружие со всех сторон, Кристина подняла вопросительный взгляд на Дэна.
– Попробуй прицелиться, – и он кивнул в сторону банок, расставленных на бревне.
Кристина прицелилась и кивнула. После чего Дэн забрал у нее оружие, снял с предохранителя, прицелился и выстрелил. Одна из банок слетела с бревна, а горные склоны затопило эхом от оглушительного выстрела. Кристина зажмурилась и зажала уши руками. Дэн недовольно цокнул языком, извлек из кармана джинсов глушитель и прикрутил к пистолету.
– Так будет лучше, – добавил он.
Кристина приняла пистолет из его рук и прицелилась. Дэн встал у нее за спиной.
– Держи оружие двумя руками, сами руки на уровне плеч, – он обхватил ее кисти своими ладонями, прижимая их к пистолету и направляя на цель. – Спина прямая, ноги шире.
С этими словами Дэн поставил свою ногу между ног Кристины и легко стукнул по ее кроссовкам, заставляя раздвинуть ноги.
– А ты не церемонишься, – заметила Кристина недовольно.
– А нужно?
Она чувствовала его дыхание на своей шее и никак не могла сосредоточиться.
– Стреляй по готовности, – сказал он и замер.
И Кристина нажала на курок. По рукам прошла легкая вибрация. Благодаря глушителю, звук выстрела напомнил вылетевшую из бутылки с шампанским пробку, хотя Кристина ожидала, что будет гораздо громче, и потому зажмурилась. Пуля пролетела над жестянками, не задев ни одну из них.
Но Дэн все же похвалил девушку, вопреки ее ожиданиям.
– Ты молодец, – искренне сказал он. – Направление верное, руки держишь крепко.
– Честно говоря, от напряжения у меня уже плечи затекли, – пожаловалась Кристина.
Дэн сделал шаг назад, давая ей свободу для действий.
– Потянись и расслабься. И попробуем еще раз.
Он забрал у Кристины оружие, и девушка сделала несколько махов руками и размяла плечи. Затем он снова встал у нее за спиной, заключая в своеобразные объятия. Пистолет в ее руках был прохладным и увесистым.
– Глушитель, хоть и легкий сам по себе, все же смещает центр тяжести оружия, – добавил Дэн и слегка скорректировал положение рук Кристины.
– Стреляй, – скомандовал он, и девушка снова нажала на курок.
Пуля прошла по касательной над одной из банок. Жестянка качнулась и завалилась под бревно.
– Ух ты! – выдохнула Кристина, ужасно довольная собой. – Можно еще раз?
– Конечно, – Дэн слегка улыбнулся и сделал шаг назад, предоставляя Кристине свободу действий.
Кристина при этом испытала легкое разочарование от того, что физический контакт между ними так неожиданно прервался.
– Задача для тебя несложная. Твои спортивные навыки по части точности линейных движений здесь очень пригодятся. Представь, что перед тобой четкая горизонтальная прямая, пересекающая все банки разом. Тебе остается лишь прицелиться и сбить их все по очереди.
– Смеешься? – недоверчиво спросила Кристина.
– Вовсе нет, – пожал плечами Дэн. – Давай. Просто действуй, и у тебя получится.
Он произнес это с такой уверенностью, что Кристина не стала спорить. Возможно, у нее и правда получится?
Выполнив необходимые приготовления, Кристина начала стрелять. В каком-то фильме она видела, как это делали мужчины на военной подготовке. Спокойствие, четкий ритм, выстрел на выдохе.
Из десятка банок четыре свалились при четком попадании пули, еще две упали, задетые падающими соседними жестянками.
– Впечатляюще! – одобрительно произнес Дэн.
Кристина обернулась и увидела, что он улыбается. И не смогла сдержать ответной победоносной улыбки.
– Я суперженщина! – воскликнула Кристина и взмахнула руками.
Дэн быстро подошел к ней и взял за запястье, отводя пистолет в сторону.
– Лучше не размахивать этой штукой, пока ты не вернула предохранитель на место, – предостерег он.
– Точно, – сокрушенно ответила девушка и посмотрела Дэну в глаза. – Но ведь консервные банки – это не люди, так? Каково это – выстрелить в человека?
– Это проще, чем кажется, – став серьезным, ответил он. – Особенно в том случае, если ты делаешь это в ответ на агрессию в твою сторону. Самозащита, когда твоя жизнь или жизнь близкого тебе человека поставлены под угрозу, всегда оправдывает средства.
– Но ты же… – Кристина запнулась, пытаясь правильно подобрать слова. Не получалось, но Дэн прекрасно понял ее.
– Убивал людей за деньги? Нет. Я – не киллер, Кристина, – вздохнув, добавил Дэн. – Я не убиваю незнакомых людей за деньги, если ты об этом.
Кристина кивнула, подтверждая, что он верно понял смысл ее вопроса.
Дэн ожидал какой-то реакции от девушки, порицания или одобрения, хотел увидеть хоть какой-то признак облегчения на ее лице. Но Кристина молчала, пристально разглядывая свои пальцы, только что державшие пистолет, и молчала, погруженная в свои мысли.
На самом деле, Кристина была растеряна и не знала, что и думать. Задавая этот вопрос, она жутко боялась услышать ответ. Боялась, что он усмехнется в своей манере, холодно и надменно, и скажет, что стал причиной смерти доброй сотни человек, но это ничего для него не значит.
Ответ Дэна сбил Кристину с толку. Все же в нем осталось что-то человеческое, несмотря на странный мир, в котором он жил? Но ведь это ничего не меняет для нее! Или нет?
Так и не дождавшись реакции Кристины, Дэн присел на бревно, смахнув остатки банок на землю, и сказал:
– Мне не раз предлагали это, но я всегда отказывался. Хотя это гораздо прибыльнее, чем то, что делаю я.
– А что ты делаешь?! – вырвалось у Кристины прежде, чем она успела остановить себя. – Прости. Это не мое дело.
Дэн поднял на нее тяжелый взгляд и отвернулся.
– Я не горжусь тем, что я делал в последние годы, – сказал он, и Кристина различила тоску в его голосе. – Но и не стыжусь, если хочешь знать. Я делаю что умею. Не всем же на сцене танцевать!
Кристина улыбнулась и присела рядом с ним.
– Не всем, – примирительно ответила она. – Я не осуждаю тебя. Просто не понимаю. А это разные вещи.
Дэн удивленно посмотрел на нее и кивнул. Оказывается, если приложить немного усилий, они могут разговаривать цивилизованно и даже откровенно. И у них неплохо получается! Это открытие приятным теплом разлилось по его телу. Искра взаимопонимания, что только что зажглась между ними, – Дэну захотелось продлить этот момент, растянуть во времени, насколько это возможно.
Довольно долго оба молчали.
Глядя куда-то вдаль на горные пики, Кристина сказала:
– Сначала были подарки. Дорогие, даже очень. Украшения с бриллиантами, сапфирами, изумрудами. Такой красоты я никогда в жизни не видела! Их приносили его курьеры то в институт, то домой, то просто отдавали на улице. Я все отсылала обратно.
С того благотворительного вечера я больше не видела его лично, но мне начало казаться, что он повсюду. Через сотни своих пешек он следил за мной и не давал жить спокойно. Я никогда не обманывалась на его счет. Мечтала лишь о том, что однажды он найдет себе другую игрушку. Но время шло, а он все не отставал.
Однажды я вышла из подъезда, а там новенький красный «Феррари» с огромным бантом на крыше. Очередной брюнет вручил мне ключи, а я бросила их ему в лицо и велела убираться к черту.
Возможно, именно моя стойкая непоколебимость и жесткий отказ лишь разжигали его интерес. Может, я была первой идиоткой, отказавшей от «Феррари»? Если бы я согласилась стать одной из многих, то скоро наскучила бы ему и он оставил бы меня в покое?! – Кристина закрыла лицо руками, сдерживая подступившие слезы.
Дэн положил руку ей на плечо, слегка сжал, давая понять, что он рядом и сочувствует.
– В конце концов, его терпение кончилось. Меня забрали от собственного подъезда, усадили в машину и повезли в одни из его апартаментов. Я помню эту комнату с тяжелыми гардинами и разноцветными коврами, антикварную вычурную мебель, охранников у двери. Помню, как будто это было вчера! А прошел почти год!
Сначала он был мягок, спрашивал, чем заслужил такое пренебрежение и почему его старания не приносят ответной реакции. Он сдерживался, но в каждом его слове сквозила жестокая ирония, чувство собственного превосходства, раздражение. Он из тех мужчин, что, даже признаваясь в любви, заставляют женщину ощущать себя грязной потаскухой… – Кристина сделала глубокий вдох и повернулась к Дэну. – А он не любит. Он вообще не способен на это… Когда ему надоело играть со мной в слова, он потерял остатки контроля и набросился на меня, ударил раз, другой, повалил на пол. Я кричала и вырывалась, но никто не пришел. Он порвал мою одежду, трогал меня своими мерзкими толстыми пальцами, пока я скулила, будто раненый щенок… Собравшись с силами, я сказала ему, чтобы побыстрее брал то, что хочет, и катился в преисподнюю, потому что мне уже безразлично, что будет с моим телом. Но сама я всегда буду проклинать его и никогда в жизни не приду к нему по доброй воле! С таким же успехом он мог бы иметь резиновую куклу!
Это остановило его. Оттолкнув меня, он встал с пола и прорычал, что заставит меня пожалеть об этом. И пообещал, что не отступится: я или добровольно вернусь к нему, или моя жизнь превратиться в сплошной ад…
Кристина сделала паузу и встала, стараясь избавиться от ярких и жутких воспоминаний.
– Знаешь, я ведь не просто так спросила тебя, легко ли стрелять в человека. Если судьба снова сведет меня с этим исчадьем ада, очень надеюсь, что в моей руке окажется пистолет. И я уверена: моя рука не дрогнет. Он заслуживает только смерти.
Дэн тоже встал и кивнул, принимая ее слова.
– Становится прохладно. Давай вернемся вниз.
По дороге обратно в аул оба хранили молчание. Кристина была на удивление спокойна, шла быстрым бодрым шагом и старалась ни о чем не думать. Все, о чем она рассказала Дэну в порыве откровенности, сама она пережила уже давно, поборов страх и смирившись с неприятным опытом. В ее жизни, полной любви, танцев, прекрасной музыки и талантливых людей, окружавших ее, эти события стали чем-то чуждым, инородным, грязью, которую она надеялась смыть, чтобы жить дальше. Неизвестно, каким образом, но все же она надеялась, что ей удастся выйти из этой ситуации и вернуться в мир музыки. Возможно, в этом мире уже не будет Саши и их светлых планов на будущую совместную жизнь. Но будет ее любимое дело, будет сцена – ради этого она готова была пожертвовать многим! Как и делала всегда.
Зато Дэн молчал и хмурился, обуреваемый самыми тяжелыми мыслями. Он был уже не в силах врать самому себе и отрицать очевидное. Судьба этой девочки стала ему небезразлична. Впервые за многие годы его черствое и ко всему безразличное сердце шевельнулось и забилось быстрее. Да, Кристина напоминала ему сестру, но лишь отдаленно. Потеряв однажды близкого человека, он не хотел ни привязываться, ни нести ответственность. Но жизнь распорядилась иначе. Теперь он знал это. Вот только что ему делать с этим знанием?
Во время спуска, на особенно сложных участках он подавал Кристине руку, и она теперь принимала помощь. Она больше не злилась на него, как утром, но все же вела себя отстраненно. А ему хотелось большего.
Когда они наконец вернулись в деревню, праздник был в разгаре. У того же дома на горе, где утром проходил завтрак, собралась целая толпа народу. Столов теперь было накрыто штук двадцать, не меньше, а за домом мужчины прорыли несколько длинных узких траншей, выложили их углем и разложили шампуры с мясом. Кристина когда-то видела нечто подобное по телевизору, а теперь убедилась лично. Оказывается, за двадцать минут можно пожарить шашлык на всю деревню! Никто не останется голодным. Жарили баранину – Кристина всегда с предубеждением относилась к этому сорту мяса. Несколько раз она пробовала баранину, и всегда без удовольствия – неприятный запах, жесткая, трудно прожевать. Местный шашлык был совсем другим! Волшебный аромат, нежная мякоть и никакого привкуса! Как выяснилось, баранов забили в честь праздника Курбан Байрам сегодня утром, благодаря чему свежее мясо было таким вкусным. Узнав об этом, Кристина чуть не подавилась, а Дэн похлопал ее по спине и рассмеялся.
За столом он снова оживленно болтал с соседями, шутил и много смеялся, а Кристина украдкой наблюдала за ним, осознавая, что здесь, среди этих простых, диковатых людей ему комфортнее, чем в городе. Здесь он не выглядит настороженным и не ждет ножа в спину. Было такое ощущение, что здесь его дом.
Кристине тоже досталась дружелюбная и болтливая соседка. Она хорошо говорила по-русски, потому что училась в педагогическом институте в Санкт-Петербурге, а теперь вернулась домой, чтобы учить местных детишек. Их она обожала, и это дело было ее призванием. Посмотрев на ее круглое обветренное личико и улыбающиеся яркие глаза, Кристина решила, что местным детям крупно повезло с учителем!
А потом начались танцы. Оказывается, в ауле были и свои музыканты, и танцоры. От столов все толпой перешли за дом старосты, где располагалась большая ровная площадка, выстроились кругом, чтобы хорошо видеть танцующих и хлопать им, подбадривая. Зазвучала музыка, и в круг вышли молодые ребята. Начали с традиционной лезгинки. Односельчане хлопали, кричали и свистели, раззадоривая танцоров чуть ли не громче музыки. Кристина не раз видела, как танцуют лезгинку, в основном в сети или в фильмах, и никогда не испытывала каких-то особенных эмоций по этому поводу. Народные танцы были ей чужды, будь то русские, украинские или танцы южных народов. Но сейчас, когда она видела живьем этот прекрасный танец, полный умения и неуемной энергии, и поддалась всеобщему азарту и веселью, лезгинка ей очень понравилась! В исполнении этих ребят было и мастерство, и сила, и мужество, их ноги летали так быстро, что казалось, будто они вовсе не касаются земли. Кристина так старательно отбивала ладонями ритм вместе со всеми, что к концу лезгинки и нее горела кожа на руках!
Затем мелодия резко сменилась на более спокойную, в круг вышли другие мужчины, не только молодые, но и старшие, и к ним присоединились девушки. Мужчины отчасти повторяли движения предыдущего танца, лишь в более размеренном темпе, но теперь они играли роль сопровождающих для девушек и кружились вокруг них, будто планеты вокруг солнца. Это зрелище завораживало. Девушки двигались так плавно, будто плыли, и не переступали ногами по земле. Их руки, похожие на лебединые крылья, взлетали и медленно опускались вдоль туловища, их осанка была идеальной и горделивой. Каждая из них в этот момент, наверное, чувствовала себя царицей, окруженной вниманием танцующих мужчин. Кристина уловила некую схему в движении девушек и сразу ее запомнила. Ей не составило труда определить рисунок танца в силу своей профессии и опыта. И ей безумно захотелось попробовать.
– А я могу войти в круг? – смущаясь, спросила она соседку-учительницу.
– Иди, конечно! Танцует любой желающий! – с улыбкой ответила та.
Кристина кивнула и вышла в круг взамен девушки, его покинувшей. В сопровождающие ей достался парень, что вез их из Ерика. Он отлично танцевал и так преображался в своих отточенных движениях, что Кристина не сразу узнала его. Музыка все играла, и Кристина начала кружиться, плавно двигаясь по площадке. Немного напряженная поначалу, она боялась запутаться в направлении и сбить схему, но все получалось, и вскоре Кристина расслабилась, радуясь, что может получить удовольствие от танца.
Еще недавно ей казалось, что на такое она бы ни за что не отважилась. И дело было не в том, что она танцевала танец абсолютно чужой для нее народности, о которой она ровным счетом ничего не знала! И не в том, что боялась запутаться. В конце концов, она была профессиональной танцовщицей, а танец был не таким уж сложным. Дело было совсем в другом. Судьба самым грубым образом столкнула ее с мужчиной из другой страны и другой веры, которого она теперь люто ненавидела. Ее преследовали его люди, которых она называла брюнетами, чтобы случайно не оговориться и не применить к ним, более хлесткие и грубые определения. И все эти люди вели себя иначе, жестоко, дико, нецивилизованно. Они ворвались в ее жизнь будто из другого мира, мира мусульман, где женщина бесправна, молчалива и обязана подчиняться более сильному и властному мужчине. Этот мир она презирала…
И вот, вопреки своим желаниям, по воле случая Кристина оказалась в этом адыгском ауле, где поколениями исповедовали ислам и соблюдали древние законы шариата. И обнаружила, что эти люди счастливы, красивы в своих традициях, много смеются и искренне радуются празднику. Ни диких криков, ни клеток, ни оружия и бог знает, чего еще Кристина ожидала увидеть в этом ауле! Ничего! По факту это место практически ничем не отличалось от русской деревушки, разве что здесь был запрещен алкоголь и к Богу обращались чаще. Может, именно поэтому они и были счастливее. Заботы и соблазны больших цивилизованных городов обошли их стороной!
Это открытие удивило и обрадовало Кристину! Не все мусульмане такие сумасшедшие звери, как те, что охотились за ней… Да и откуда ей было знать, что бывает иначе?
Прикрыв глаза, она кружила по площадке и счастливо улыбалась, открывшись навстречу общей энергии, общему счастью и приподнятому настроению! В этот момент для нее не существовало Джалиля, побега, грусти и обреченности – ничего! Только танец.
Дэн наблюдал за ней, не в силах отвернуться или отвести глаз. Он видел: только в танце Кристина живет по-настоящему! И в танце она прекрасна…
На определенном круге Кристина должна была покинуть площадку, уступив место новой девушке, но ее не выпустили. Улыбками и знаками ей дали понять, чтобы продолжала, потому что у нее хорошо получается, и Кристина была не против. Сменился партнер на более взрослого, даже пожилого, мужчину, впрочем, ничем не уступающего молодым в скорости и умении. А Кристина получила истинное наслаждение от танца и потом долго благодарила людей, что позволили ей поучаствовать. Все улыбались, хотя почти никто ее не понял, кроме соседки-учительницы и еще нескольких человек.
Танцы продолжились, а Кристина, немного запыхавшись, отошла к столам, чтобы выпить воды. Здесь Дэн и нашел ее.
– Как проходит праздник?
– Прекрасно! – радостно ответила Кристина. – Я даже танцевала, видел?
– Видел, – ответил Дэн.
Кристина все ждала, добавит ли он еще что-то, похвалит ли или даст другую оценку, но Дэн молчал.
– Мне здесь нравится, – с легкой улыбкой призналась девушка. – Люди такие… простые, отзывчивые, веселые! Вот бы этот день никогда не заканчивался…
– Мне это место тоже по душе. Навевает ностальгию, – задумчиво проговорил Дэн.
– По чему? – с интересом спросила Кристина.
– По старым временам, – неопределенно ответил он.
– Я бы хотела знать, – настаивала Кристина. – Расскажи мне. Пожалуйста!
Ей действительно вдруг ужасно захотелось, чтобы он хотя бы частично приоткрыл завесу тайны, пусть немного, но рассказал о себе или о своем прошлом. Даже пары слов было бы достаточно, ведь сама она уже успела рассказать ему о том, чего больше не знал никто! Но Дэн лишь неопределенно повел плечом, давая понять, что тема ему неприятна.
Кристина подождала еще несколько минут и решила не допытываться. Нет, значит нет.
– Я устала сегодня, пойду спать.
Она уже хотела подняться с лавки, как Дэн вдруг неожиданно произнес:
– Псебе напоминает мне о месте, где я сам вырос. Поселок в горах, не такой отчужденный, адыгейский лишь наполовину, он был населен и русскими, и украинцами, и даже турками. Это под Минеральными водами.
Кристина кивнула, но вопросов задавать не стала, боясь сбить его настрой на откровенность.
– Но атмосфера была схожей. Тяжелый физический труд, хозяйство, чтобы прокормить себя и семью, – медленно продолжал Дэн. – Но дети помнят не это. Мне вспоминаются вот такие праздники, как светлые пятна счастья и множества улыбок, когда мы собирались вместе… Знаешь, мы ведь разводили лошадей, особую выносливую породу скакунов шоколадного цвета, – Дэн улыбнулся теплой и мечтательной улыбкой, какой Кристина никогда не видела на его лице. – Я должен был ходить за жеребятами, кормить, чистить и выхаживать их. А отец делал все остальное. Хозяйство было большое, и нам явно не хватало рук. Поэтому, как мать снова забеременела, отец мечтал о втором сыне, а родилась моя сестра. Когда отца вдруг не стало, нам пришлось все продать и переехать в город – одна с двумя детьми моя мать физически не могла успевать за огородом, полем и конюшней. А от нас толку было мало. Я был непослушным парнем, хулиганом…
– Даже не верится, – удивленно сказала Кристина. – Ты же так дисциплинирован, все держишь под контролем!
– Люди меняются, вопреки общему мнению, – усмехнулся Дэн. – Меня изменила армия и дальше служба по контракту. Там уже не до капризов. Я плохо учился, да и дома от меня было мало толку. Мать ругалась постоянно, да что с того! А в армии я вдруг понял, что могу быть полезен, у меня хорошо получалось. Несмотря на приказы и жесткую дисциплину, именно там я почувствовал себя по-настоящему свободным. Мы перемещались с места на место, я многое повидал, общался с разными людьми. Кочевой образ жизни у меня в крови! Я только там это понял. До меня, наконец, дошло, почему в деревне мне не сиделось. Этот узкий мирок, – Дэн обвел глазами дома на высоком берегу и бурную холодную речку, шумевшую где-то внизу, – был слишком тесен для меня. Когда мать заболела и не смогла продолжить работать, а сестре было двенадцать, они принялись сдавать комнату в доме, чтобы иметь дополнительный заработок. Я отправлял им деньги регулярно, но этого было мало. Маринка росла, ей хотелось новой одежды, новый телефон, ноутбук для учебы – все то, что было у ее подруг, – Дэн вздохнул и нахмурился, крепко сжав руки. – Мать писала, чтобы я вернулся, говорила, что нехорошо им жить вдвоем без мужчины в доме. Но я не мог. И не хотел… Однажды у них остановился парень лет восемнадцати. Он вскружил сестренке голову, дарил подарки, звал гулять – мать не пускала. Ей было всего четырнадцать!
Кристина видела, как тяжело, невыносимо сложно Дэну рассказывать об этом. Это был тяжелый удар для семьи. К тому же он остро чувствовал свою вину. И это чувство грызло его изнутри все эти годы.
– Он предложил ей бежать с ним. Ублюдок! А когда она отказалась, они похитили ее. С тех пор ее никто не видел. Я смог вернуться только через месяц, а мама к тому времени почти погасла от горя. Спустя две недели ее похоронили, – почти шепотом добавил он.
Уперев локти в колени, он обхватил голову руками, запустив пальцы в свои волнистые волосы, и закрыл глаза. Он не корчился, не плакал, на его лице не отображалось вообще никаких эмоций, отчего впечатление было еще более ужасающим. Глубочайшее горе, что он держал внутри себя под семью замками. И он справлялся с этим в одиночку.
Кристина машинально наклонилась и обвила его руку своими тонкими руками, положила голову ему на плечо. Она силилась подобрать слова утешения, но ничего не шло на ум. Только самые страшные мысли о возможной судьбе его такой молоденькой и невинной сестры, жуткие картины, что вставали перед глазами Кристины, – она так и не смогла сформулировать, как ей жаль маленькую Марину и Дэна, обреченного вечно искать и не находить ответы. Она лишь крепче сжала его руку и промолчала.
Так они просидели довольно долго. А потом Дэн вдруг пошевелился, поднял свободную руку и погладил Кристину по голове. Нежно и успокаивающе он положил свою ладонь на ее мягкие волосы, будто прижимая к своему плечу, и потом провел несколько раз по ее макушке. Кристина почувствовала, как внутри нее все сжалось от удивления и одновременно наслаждения от прикосновения его руки. Это была чистая нежность, сочувствие и успокоение. Кристина подумала было, не путает ли Дэн ее со своей сестрой, но не обиделась на это. Она понимала, как, должно быть ему тяжело.
А потом Дэн извлек из кармана бумажник, раскрыл его и протянул Кристине. Под прозрачной пленкой Кристина разглядела маленькую, довольно потрепанную фотографию девочки. И ей показалось, что есть что-то знакомое в этих мягких линиях и веселых глазах. Поднеся фото ближе к свету фонаря, Кристина ахнула – сходство было просто потрясающее. Будто это была она сама, только лет семь-восемь назад! Те же прямые волосы, ровный неширокий носик, крупные глаза и пухлые губки бантиком. Кристина перевела вопросительный взгляд на Дэна.
– Как такое возможно? Мы же не родственники! – запинаясь, произнесла она.
– Нет, насколько мне известно, – со смущенной улыбкой ответил Дэн. – Но, возможно, наши предки пересекались когда-то – теперь мы этого никогда не узнаем. Иначе я не могу объяснить, почему ты так на нее похожа!
– Это правда? Мои глаза меня не обманывают?!
– Да, но только внешне, – ответил Дэн, принимая бумажник из рук Кристины.
Ей потребовалось несколько минут, чтобы осознать услышанное и избавиться от глупых суеверий. Сходство было слишком явным!
Поправив волосы, Кристина выдохнула и снова присела на лавку рядом с Дэном.
– Что ты имел в виду, сказав, что только внешне?
Дэн повернулся и посмотрел Кристине в глаза.
– Потому что внутренне ты ее полная противоположность. Ты – сильный человек, цельный и собранный, умеешь ставить перед собой задачи и решать их. Будь то побег на другой конец света в одиночку или просто подъем на очень высокую гору, как сегодня утром, – с улыбкой ответил Дэн. – Как ты смогла, кстати? С меня сошло семь потов, пока я вскарабкался следом за тобой!
– Я была злая! А длительные тяжелые нагрузки прекрасно помогают избавиться от негативных эмоций. Ты и сам любишь грушу побить, – добавила Кристина, радуясь, что вокруг такое слабое освещение и Дэн вряд ли заметит, как она покраснела от его похвалы.
– Люблю, – согласился Дэн, внимательно всматриваясь в ее лицо. – Моя сестра была не такой. Мать называла ее «нежным цветочком».
Что-то вдруг изменилось во взгляде Дэна. Кристине показалось, что он смотрит на нее слишком прямолинейно, слишком пристально, будто силясь прочитать ее.
– А тебе нравятся сильные девушки? – спросила Кристина первое, что пришло в голову. От этого взгляда она начинала нервничать.
Дэн усмехнулся и пожал плечами, не отводя взгляда.
– А ты с какой целью интересуешься?
Кристина уже проклинала себя за глупый вопрос, вернувший их беседу в обычное русло.
– Да просто так, – ответила она, изображая безразличие.
Кристина отвернулась, больше не в силах выдержать взгляда Дэна. Она сделала вид, что осматривает поселок и природу, хотя время было уже позднее и вокруг стояла непроглядная тьма. Казалось, что мир сократился до границ освещенного фонарем круга, в котором они находились.
– Посмотри на меня, – вдруг попросил Дэн.
Кристина вздрогнула и медленно повернулась к нему. Его лицо оказалось так близко, что Кристина почувствовала тепло его дыхания и смогла разглядеть янтарные, будто освещенные солнцем, крупинки в его ореховых глазах.
Сотни мыслей молнией пронеслись в ее голове. Возможно, Дэн снова поцелует ее? Возможно, захочет чего-то большего в эту поистине волшебную ночь! Чего-то, к чему Кристина абсолютно не готова, но все же желает этого всем своим существом? Пустить все на самотек или остановить его? Ведь он сам говорил, что не будет никакого продолжения, и так нагрубил ей после того поцелуя в Дагомысе! Он говорил, что годится ей в отцы, и после был так холоден и ироничен с ней, что Кристина почти поверила в правдивость его слов. А теперь в этом месте он вдруг снова изменился, открылся ей, был честен.
Но Дэн сделал совсем не то, чего ожидала от него Кристина. Двумя пальцами он нежно взял ее за подбородок, притянул к себе, сокращая последние десять сантиметров между ними, и поцеловал ее в лоб нежными и горячими губами. А потом снова заглянул в ее глаза и сказал:
– Если ты позволишь, я хочу помочь тебе спастись. Я не смог спасти свою сестру, потому что был далеко. Но сейчас я здесь, с тобой. Ты можешь довериться мне? – искренне попросил он.
Целый ураган чувств и эмоций взорвался в душе Кристины! И первыми были разочарование, обида, уязвленная гордость. «Он вообще не видит во мне женщину?! Черт бы побрал его благоразумие!» Но потом Кристина одумалась. Их возможная близость была лишь мимолетным желанием, глупым и необдуманным. Дэн говорил о своей сестре, а это не тема для шуток или иронии. Значит, он не хотел обидеть Кристину. И действительно искренне хотел помочь.
Ни взглядом, ни словом, ни жестом она не выдала своего разочарования. Собрав всю свою волю в кулак, Кристина заставила себя мягко улыбнуться и кивнуть. Значит, новая сделка. Пусть будет так.
Возможно, Дэн был прав, когда говорил, что другие отношения между ними невозможны. И дело не только в том, что он старше. Просто они слишком разные.
Светлана ехала в вагоне метро, полностью погруженная в свои мысли. Она не спала уже три ночи подряд – ее мучили самые плохие предчувствия. Где сейчас Кристина? Что с ней? Удалось ли ей сбежать достаточно далеко и укрыться достаточно хорошо, чтобы почувствовать себя в безопасности? И можно ли хоть где-то почувствовать себя в достаточной безопасности, когда за тобой охотится такой человек, как Джалиль?
Узнав историю Кристины, Света была в ужасе. Почему подруга не рассказала ей раньше, почему не обратилась за помощью или просто моральной поддержкой? Кристина сама объясняла это глупой беспечностью. Сначала она вообще не восприняла Джалиля всерьез, а потом, когда уже было поздно, она побоялась осуждения. Кристина говорила, что ее окружение не верит ей, что над ней смеются, ее осуждают. ЕЕ осуждают, а не Джалиля! Ее собственный отец не воспринял историю дочери всерьез.
Кристина и Светлана никогда не были очень уж близкими подругами. Откровенно говоря, у Кристины не было близких подруг. И не потому, что она не была достойна или в силу каких-то других качеств ее характера. Просто Кристина была всегда занята, как бы банально это ни звучало. Тренировки и репетиции отнимали все ее свободное время, и, приходя домой, Кристина падала на кровать без сил. А за учебные задания садилась глубоко за полночь. Кристина сама говорила, смеясь, что и с Сашей не было бы отношений, если бы они не учились вместе. Их отношения развивались большей частью в стенах института: пятиминутные встречи на переменах, совместный обед в столовой в перерыве между тренировками, многозначительные взгляды и улыбки во время репетиций.
Главным для Кристины были танцы, ее целью была сцена, и всю себя она посвящала этому призванию. Все вокруг – и сокурсники, и педагоги – говорили, что Кристина талантлива, и потому ее рвение оправдано.
Света была ее единственной подругой еще со школы. В силу занятости девушкам хватало одного часа в месяц в кафе за чашкой кофе, чтобы увидеть друг друга вживую и обсудить новую блузку или цвет волос. Остальное время они общались в переписке. Светлане этого было достаточно, и она никогда не обижалась, если Кристина переносила их встречи из-за выступлений. Честно говоря, Света просто уважала эту целеустремленность в своей подруге и восхищалась силой ее духа. Их интересы никогда не пересекались, потому что Света была далека от мира танцев и музыки и не испытывала чувства зависти к успехам своей подруги. Только гордость за нее.
Тем страшнее ей показалась новость, что Кристина в одночасье может потерять все то, к чему стремилась последние годы, из-за этого страшного, омерзительного человека.
За последний год Кристина резко изменилась. Она сделалась раздражительной, вздрагивала при каждом резком звуке, и во время их очередной встречи Света заметила, что подруга часто озирается по сторонам со страхом в глазах. Учитывая, что встречу Кристина снова назначила в незнакомом кафе на другом конце города, Света не могла не спросить, что происходит. И сразу поняла: Кристина была на грани отчаяния, раз все же решила открыться ей.
– Он снова угрожал мне! Сказал, что с моим отцом может случиться что-то непоправимое! А потом сказал, что если я не соглашусь быть с ним, то однажды окажусь в таком месте, где девственность ценится очень высоко и продается очень быстро, а потом я стану одной из тех других… – Кристина поморщилась, нервно комкая в руках салфетку. – Он сказал, что таких заведений у него несколько десятков, и не только в нашей стране, но и в Азербайджане, Афганистане, Турции, Пакистане. Этот бизнес легален? Он рассказывал мне, не таясь, как будто у него овощная лавка на соседней улице! И он столько знает обо мне! Я не понимаю, откуда ему все известно?! – лицо Кристины исказил ужас, и она отшвырнула салфетку в сторону, будто что-то мерзкое.
Света почувствовала, что ее начинает бить дрожь, а ладони стали влажными и липкими.
– Ты говоришь жуткие вещи, но я абсолютно ничего не понимаю! – возбужденно воскликнула она. – Прошу тебя, давай сначала и по порядку!
Кристина подняла глаза на свою подругу, пытаясь сосредоточиться. Дыхательная гимнастика, которой научил ее Ким, всегда помогала. Так было и на этот раз.
И Кристина рассказала свою историю. С того дня, как он впервые увидел ее на выступлении, и до вчерашнего вечера, когда она снова оказалась на заднем сиденье его «Майбаха».
– Я грязная… – прошептала Кристина с отвращением. – Я так сильно испачкалась…
– Не неси бред! – оборвала ее Светлана. – Что за глупости?! Возьми себя в руки, сейчас же!
Света пересела на стул рядом с Кристиной и обняла ее за плечи.
– Давай, моя девочка, соберись! Нужно предпринять кардинальные шаги и решить это дело, иначе оно кончится плохо. Твой отец мог бы использовать старые связи, и я крайне удивлена, почему он ничего не сделал! Отец все-таки… Раз на его помощь ты не рассчитываешь, остается только один способ.
– Бежать? – обреченно спросила Кристина.
– Бежать! Подальше! В другую страну. Твоя профессия универсальна, а балет есть везде. К тому же пройдет время, и этот сумасшедший или успокоится, или сядет, или его застрелят конкуренты, дай Господь! А ты сможешь продолжить жить спокойно.
– Люди с такими деньгами в тюрьму не садятся, – с грустной улыбкой ответила Кристина.
– Это правда. Но они не бессмертны.
– Почти бессмертны. Знаешь, у меня есть кое-что… Разрозненная информация: кое-что я нашла сама или слышала от него, что-то удалось сфотографировать или записать по памяти. Например, номера машин, адреса, куда меня привозили, имена его охранников. Все это – ворох бессмысленной информации, пока у меня нет реальных доказательств. Пойди я в полицию, он тут же узнал бы об этом, и лежать мне в сточной канаве. Но если я исчезну или будет найден мой хладный труп, передай, пожалуйста, все это моему отцу. Моя кончина и станет доказательством. Надеюсь, тогда папа все же поверит мне и доведет это дело до конца! – усмехнувшись, добавила Кристина.
Света перекрестилась и сплюнула через левое плечо, прогоняя сглаз. Ей было до боли жаль подругу, она до слез сочувствовала ей, но в тот момент ничем не могла помочь.
Кристина уехала и уже долгое время от нее ничего не было слышно.
А потом позвонил Александр Ким, удивив Свету до дрожи. Сначала он пропадает на три месяца, бросив невесту гореть в аду, а иначе это и не назовешь, а теперь вдруг звонит и спрашивает о ее здоровье? Странно это…
И вот, проворочавшись три ночи подряд, Света наконец решилась сделать следующий шаг. Распечатав весь тот материал, что Кристина собирала на протяжении последних двух лет, Света сложила его в папку и отправилась к отцу своей подруги. Девушка рассудила, что все же не стоит ждать, пока с Кристиной случится что-то страшное и непоправимое. Помощь ей требовалась именно сейчас. Потом будет уже поздно.
Кристина жила вместе с отцом в старом пятиэтажном доме еще довоенной постройки, где потолки составляли три метра, а широкую лестницу украшали чугунные решетки с цветами и птицами. Сама квартира также всегда приводила Свету в смятение. Дубовый паркет, светлый потолок с лепниной. В большом холле стоял антикварный резной комод из ореха, на стене – большое овальное зеркало в бронзовой раме. Вход в каждую из трех комнат был отдельным: родительская спальня, комната Кристины и кабинет отца. Большая круглая кухня, служившая одновременно столовой, была выдержана в коричневых тонах натурального дерева, мебель в холле и кабинете отца тоже была старинной и громоздкой. Светлана чувствовала себя здесь как в музее, смущенно и некомфортно. Стены в серо-коричневых тонах, обитые дубовыми панелями, давили, будто говоря, что обитатели квартиры живут по строгим старым правилам и ждут того же от гостей. И только комната Кристины была глотком свежего воздуха в этом архаичном доме: белые обои, легкая светлая мебель, ванильные занавески, фото кумиров балета в одинаковых серых рамках были развешаны повсюду, а в углу стояло электрическое пианино – самый дорогой подарок отца. Видеть эту комнату пустой теперь казалось странным для Светланы.
– Дмитрий Сергеевич, спасибо, что согласились принять меня, – вежливо поздоровалась Света. В холле она сняла обувь, сунула ноги в предложенные гостевые шлепанцы и прошла в столовую вслед за хозяином.
Дмитрий Сергеевич, пожилой мужчина среднего роста, сухой и жилистый, держался, как всегда, прямо, слегка надменно и отчужденно. Вся его поза и жесты говорили о военном прошлом человека, занимавшего высокий пост в КГБ. Полковник в отставке. Света старалась не думать об этом, чтобы не смутиться и не сбиться с мысли. Свою пламенную речь она готовила всю ночь накануне и повторяла в транспорте по дороге в эту квартиру. Главное – не тушеваться! Светлана знала, что переубедить в чем-то этого человека практически невозможно.
Дмитрий Сергеевич тем временем усадил гостью за стол и налил две чашки чая, ей и себе. Светлане было страшно даже дотронуться до этого старинного английского фарфора – одному богу известно, какова была стоимость этих тончайших сервизных чашек! Наверное, подарок какого-то высокопоставленного чиновника.
Света посмотрела на своего собеседника и только теперь заметила, как он постарел и сдал за последнее время. Все же отъезд Кристины сказался на нем не лучшим образом. На его лице с орлиным носом и крупными серыми глазами прибавилось морщин, под глазами пролегли тени, и виски стали седыми – кажется, раньше седина была не так заметна. Света нервничала и никак не могла вспомнить. Дотронувшись до папки с материалами, которую она привезла с собой, девушка глубоко вздохнула и уже открыла рот, чтобы заговорить, как вдруг услышала:
– С кем она сбежала, моя непутевая дочь?
От холодного тона, каким был задан этот вопрос, у Светы по телу побежали мурашки. Однако она постаралась взять себя в руки. Знала ведь, куда едет!
– Вернее было бы сформулировать не «с кем», а «от кого» она сбежала, Дмитрий Сергеевич, – убежденно ответила Света. – Надеюсь, вы знаете, о ком я говорю?
Отец Кристины поморщился, услышав эти слова. Их смысл явно не дошел до него в полной мере. У Светы сложилось впечатление, будто он вообще не хотел вникать, потому считал эту информацию… глупостью? Но это же немыслимо!
Света переплела пальцы, постаралась собраться с мыслями и заговорила снова:
– Человек, что преследует Кристину, богат, влиятелен и очень опасен. На самом деле, когда я услышала от Кристины, через что именно ей пришлось пройти за последние два года, была напугана не на шутку! Этот мафиози ведет незаконный бизнес здесь, в Москве, у себя в Азербайджане и во многих других странах. Целая сеть публичных домов и опиумных притонов, оружие и торговля людьми. Список гораздо шире, но, думаю, власти знают об этом больше… Но бездействуют. Вы же знаете, как это бывает…
Дмитрий Сергеевич вдруг поднял руку, и Светлана резко замолчала. Взглянув на нее из-под густых, кустистых бровей, он произнес:
– А этот мальчик, Александр Ким, был отличной партией для нее. Еще два года назад, когда Кристина представила его мне, я полностью одобрил их союз. Я сказал: «Женитесь, дети! Создайте семью и будьте счастливы». Но моя дочь и тут ухитрилась все испортить. Брак она променяла на эту странную одержимость! Что за профессия: прыгать по сцене?! Как долго она сможет удержаться там? Пять лет, десять? А что потом?!
Света тяжело вздохнула. Отец Кристины, этот жесткий вояка, как же мало он знал о своей дочери? И совсем не понимал ее.
– Кристина – прирожденная талантливая балерина! Она лучшая на своем потоке! Прима, которой достаются только ведущие роли, – холодно ответила Света. – И это не прихоть, а результат тяжелого и упорного труда! Она очень сильный и целеустремленный человек! И да, век балерины недолог, но если бы все рассуждали так же как вы, балета как искусства не было бы вовсе!
– Ты переходишь границы дозволенного, Света, – предостерегающе произнес мужчина. – С какой целью ты приехала? Уж не учить же меня уму-разуму? – усмехнулся он. – Выкладывай поскорее.
– Именно это я и делаю! – раздраженно ответила девушка, пытаясь совладать с эмоциями. – Теперь я понимаю, почему Кристина была единственной девушкой во всем институте, чьи родители ни разу не посетили отчетного концерта! Возможно, если бы было иначе, вы бы увидели Кристину на сцене и сами все поняли. Слова были бы излишни. Но вам не посчастливилось, зато посчастливилось этому человеку, Джалилю, два года назад. Она говорила вам?
– Говорила, что у нее появился поклонник! – отмахнулся мужчина, будто прогоняя назойливую муху.
Света была так поражена, что ее бросило в жар и щеки стали алыми. Бетонные стены, что отец Кристины воздвигал вокруг себя, стены глубочайшего непонимания, неверия – сломать их было практически невозможно! Кристина много раз говорила об этом, но Света не верила и только теперь убедилась на собственном опыте. Эмоции выплескивались через край, и Света вскочила со своего стула, не в силах усидеть на месте.
– Поклонник?! Этот жирный грязный боров, азербайджанец, мусульманин, человек, занимающийся торговлей женщинами, хозяин публичных домов?! Человек, несколько раз насильно похищавшийся вашу дочь, который преследует, запугивает, травит ее на протяжении двух последних лет, – это его вы называете поклонником?!
Света лишь на мгновение увидела промелькнувшее в глазах мужчины удивление. Но раздражение и безразличие пересилили возникший на короткое время интерес.
– Меня это больше не касается, – повысив голос, ответил Дмитрий Сергеевич и тоже встал из-за стола. – Послушай она меня два года назад, была бы давно счастлива, замужем и с детьми! Но она выбрала другую жизнь! Славы ей захотелось, софитов и аплодисментов! Что ж, похоже, она добилась своего, а это всего лишь обратная сторона медали! Обычная история. Сбежав, она опозорила мой дом. Знать больше ничего не хочу! – со злостью добавил он.
– Я ушам своим не верю! – прошептала Света. – Вы же ее отец, ее кровь! Ее преследуют страшные люди, в их руках оружие, а она там совсем одна… Неужели вы не поможете? – в ужасе спросила Света. От собственного бессилия у нее по щекам потекли слезы, но она даже не заметила. – Это же ваша работа: сажать таких ублюдков за решетку…
– Разговор окончен! – прервал ее Дмитрий Сергеевич. – Спасибо, что зашла, но продолжать смысла нет. Вижу, что и тебе о ней ничего не известно. Пойдем, я провожу тебя до двери.
С этими словами мужчина взял Свету под локоть и повел в коридор. Она не сопротивлялась, но и не молчала:
– Кристина уехала без телефона, потому что он может отследить ее. Он постоянно вскрывал ее телефон, писал и звонил ей, сколько бы раз она ни меняла номер! Меня она не ставит в известность ради моей собственной безопасности. Эти люди способны на все, вы же знаете! А Сашка, этот ее жених, которого вы так расхваливали, испугался и уехал в Белгород к родителям еще три месяца назад! Он не говорил, но я уверена, что они и на него вышли и пригрозили ему! Это же элементарно! Трус он, ваш Сашка! – Света все же вытерла ладонью слезы, чтобы они не капали вниз и не стекали противно по шее.
Дмитрий Сергеевич нетерпеливо переминался с ноги на ногу, ожидая, пока Света завяжет шнурки на кедах.
– Вы поможете? – все еще надеясь на чудо, спросила Света. – Вы сейчас очень нужны ей!
– Спасибо, что зашла, – холодно ответил хозяин квартиры и распахнул дверь, открывая Свете путь на выход.
Но Света не спешила. Тяжело вздохнув, она снова вытерла слезы и сказала уже спокойнее:
– На столе в кухне папка. Это документы, которые Кристина собирала последние два года. Там также лежит флешка, скачанная с ее телефона. Она записывала некоторые фрагменты их разговоров и обрывки встреч – там немного, но и этого достаточно, чтобы волосы встали дыбом от ужаса… Кристина просила передать вам эту папку в случае своей смерти…
Дмитрий Сергеевич вскинул голову. Слово «смерть» все же произвело на него впечатление.
– Очень надеюсь, что я успела раньше, чем это произошло, – холодно добавила Светлана и вышла, абсолютно разочарованная результатом визита.
Боже мой, неужели этот черствый человек ничего не предпримет?
Когда за Светой закрылась дверь, Дмитрий Сергеевич вернулся на кухню и тяжело опустился на стул.
Кристина была поздним и очень желанным ребенком. Когда она родилась, ее отцу было сорок шесть лет. Он души в ней не чаял! Хотел бы баловать, да не умел. То ли в силу своей профессии, то ли из-за отсутствия времени. Они виделись не так часто, как ему хотелось бы, и с каждым годом взаимопонимания между ними становилось все меньше. Кристина пошла в отца: она росла своевольной и упрямой девушкой, точно знала, чего хочет, и шла к своей цели, несмотря на препятствия. Отец не одобрял ее выбора института и профессии, настаивал на том, чтобы она стала пианисткой, – у нее хорошо получалось когда-то. Но дочь отказалась категорически, и эта тема стала камнем преткновения во всех их разговорах.
В конце концов Кристина так отдалилась, что, живя под одной крышей, они стали практически чужими людьми друг для друга. Он не представлял, чем занята его дочь, о чем теперь мечтает, чем дышит. Однако все еще очень ее любил.
Вздохнув, Дмитрий Сергеевич открыл папку. Перед глазами замелькали черно-белые листы печатного текста: адреса, имена и фамилии, контакты, затем фото мужчин, чья внешность не сулила ничего хорошего при встрече в темном переулке.
Дмитрий Сергеевич открыл ноутбук и набрал в поисковике имя бизнесмена. «Жирный грязный боров, азербайджанец, мусульманин, человек, который занимается торговлей женщинами…» Так Светлана охарактеризовала его? Что ж, очень точно подмечено! Мужчина вдруг ясно представил, как этот человек протягивает свои руки к его дочери, и его передернуло от отвращения. Еще с полчаса он читал статьи по большей части желтой прессы о том, что Джалиль был замечен там-то и там, что у него новая пассия или новая яхта, о его благотворительной деятельности и тому подобное. Если в прессу и попадала информация о его незаконном бизнесе, все было тщательно зачищено. Если бы не фотографии, можно было бы подумать, что этот бизнесмен – прекрасный человек, богатый меценат и ценитель искусства! Но Дмитрий Сергеевич видел фото. Одной такой фотографии было бы достаточно, чтобы дать краткий словесный портрет: жесток, беспринципен, склонен к физическому насилию, способен на убийство, возможны психические отклонения.
На дне папки Дмитрий Сергеевич нашел флешку и вставил ее в разъем ноутбука. Нажав на первый аудиофайл, он поставил громкость на максимум и откинулся на спинку стула.
Мужской голос: – Выпей!
Кристина: – Нет!
Мужской голос: – Пей, мать твою! Это поможет тебе расслабиться и стать податливей!
Кристина: – Нет.
Мужской голос: – Сопротивляешься? Это хорошо… Интересно, насколько еще тебя хватит! – Пауза. – Ахмад, подойди. Дай мне шприц. – Пауза. – Помнишь ту девочку с приема? Две-три дозы, и ты будешь приползать ко мне, готовая на все, чтобы угодить, лишь бы получить новую дозу! Страшно?! – Смех. – Раздевайся.
Кристина: – Нет.
Удар, звук ломающей мебели.
Мужской голос: – Что тебе нужно, стерва?! Ты сводишь меня с ума… Поцелуй меня…
Звук, похожий на плевок.
Звук пощечины.
Неразборчивые крики.
Мужской голос: – Ахмад, держи ей руки! Сколько времени уже прошло?! Игра мне надоела, понимаешь?
Кристина: – Будь ты проклят! Ты же обещал. Держи слово!
Мужской голос: – Ты пожалеешь!
На этом запись резко оборвалась.
Таких записей Кристине удалось сделать только две. Для суда это пустой звук. Зато для отца – настоящий удар! Дмитрий Сергеевич вдруг почувствовал, что ему тяжело дышать. Пузырек с Корвалолом всегда стоял под рукой. Отмерив двадцать капель в стакан, он разбавил содержимое кипяченой водой и выпил залпом. На лбу выступила испарина, руки тряслись. Нужно было успокоиться и взять себя в руки. Но в голове настойчиво звучал низкий мужской голос: «Ахмад, держи ей руки!»
Почти час Дмитрий Сергеевич просидел на кухне, глядя в окно и не двигаясь. Эмоции только мешают! Собравшись, наконец, с мыслями, Дмитрий Сергеевич разблокировал свой мобильный телефон и набрал нужный номер.
– Паша, здравствуй. Да, это я. Давай без лишних любезностей и расшаркиваний. Разговор есть.
Кристина проснулась рано утром, услышав голоса во дворе у дома. Хотела по старой привычке взглянуть на экран телефона, чтобы узнать время, а также проверить почту или посмотреть социальные сети одним глазком, как делала это обычно в прошлой жизни, но телефона не было. Ей вдруг показалось, что с той поры прошло не меньше сотни бесконечно долгих веков.
Прислушавшись к разговору за окном, Кристина вдруг резко села в кровати, а затем и вовсе вскочила на ноги.
– Ты мне не указ, – раздраженно говорил Дэн. – Я могу перевести деньги обратно на твой счет! Нет, я не скажу тебе, где мы, уж извини! – со злой усмешкой добавил он.
– Что это еще значит, черт бы тебя побрал?! Я тебя нанял! А она – моя невеста! Ты не можешь скрывать, где вы! – закричал в трубку Ким. – Тогда назначь место! Я сам приеду, куда скажешь! Я решил свои проблемы и готов забрать Кристину и уехать…
– Ты глухой, что ли? Не поедет она с тобой.
– Да кто ты такой, чтобы решать? Это она тебе сказала?! Дай ей трубку!
– Ты, наконец, осмелился поговорить с ней лично? – фыркнул Дэн. – С чего бы?
Кристина пулей выскочила из дома и подбежала к Дэну.
– Это он? Сашка? Дай! Дай мне трубку!
Дэн нехотя передал Кристине трубку и сделал несколько шагов назад. Ему не давала покоя мысль, что Ким запуган и нечист на руку. Он все же спросил, где именно они находятся. А Дэн решил для себя, что как только это произойдет, можно с уверенностью считать его предателем. И вот это случилось.
Трясущимися руками Кристина поднесла телефон к уху. Она и не представляла, как скучала по Сашке все это время! А еще жутко обижалась и злилась на него за побег и долгое молчание. Но все же не переставала скучать!
– Саша?..
– Кристина, слава Богу! Ты в порядке?! Он не пристает к тебе, этот ненормальный?
– Странный вопрос, – удивилась Кристина. – Нет, конечно нет. Почему ты так долго не звонил? Почему мы не говорили все это время? С Дэном-то ты созванивался и не раз!
– Это сейчас неважно, – постарался уйти от ответа Ким, – ты в порядке? Это самое главное для меня!
– Да, я в порядке… – растерянно ответила девушка и покосилась на Дэна. Тот стоял в стороне и продолжал внимательно следить за ней. – А ты? С тобой все нормально? Тебя так долго не было…
– Все отлично! – ответил Сашка, стараясь предать бодрости своему голосу. – Я очень скучаю по тебе и очень люблю тебя, слышишь? Я все это время скучал! И готовил наш побег.
– Сашка, – только и смогла произнести Кристина, и по щекам покатились слезы. – Правда?
– Ну конечно, красавица моя! А теперь слушай меня внимательно, потому что времени у нас в обрез. Ты должна уговорить своего телохранителя отправиться обратно в Сочи. Координаты встречи я пришлю.
– Что значит «уговорить»? – не поняла Кристина. – Разве он не работает на тебя?
– Он перестал доверять мне, – недовольно ответил Сашка. – Крыша у него совсем поехала: уже не может разобрать, от кого тебя защищать! Да и чего ждать от этого сброда с автоматом наперевес? Короче говоря, я выезжаю и буду ждать вас в условленном месте, поняла? – с нажимом добавил он.
– Да. Саш, куда мы поедем?
– В Рим, моя красавица! Ты же всегда мечтала побывать там, верно?
– Италия! – мечтательно произнесла девушка, вытирая слезы. – Слава богу! Скоро я буду в безопасности!
– Ты только верь мне, и все будет хорошо!
– Я верю, – слабым голосом добавила Кристина и разочарованно посмотрела на трубку – Ким уже отключился.
Обернувшись, Кристина увидела Дэна. Он присел на лавку у дома и выглядел очень хмурым. Во взгляде читался немой вопрос: что дальше?
Кристина вдруг почувствовала укол совести, и ей стало стыдно. Она вспомнила о вечере накануне, о том, как сильно ей хотелось, чтобы он поцеловал ее… Слава всем святым, Дэн оказался более сдержанным и рассудительным человеком. Хорошо, что он не поддался эмоциям, не почувствовал в тот момент того же притяжения, что и она! Слава богу, что он не увлекся ей за время их поездки. Вчера он ясно дал понять это. И теперь между ними не возникнет недопонимания.
Все это мельком пронеслось в мыслях Кристины, и она облегченно вздохнула.
Опустив голову, она присела рядом с Дэном на лавочку и скрестила пальцы. Как все изменилось в одно мгновение! Какое прекрасное утро! Она обвела взглядом поселок и бурную веселую речку в низине и подставила лицо свежему горному ветру. И улыбнулась. Оказывается, все это время ей просто нужно было услышать Сашин голос! Такой близкий, такой родной! Теперь все изменится. Все плохое останется в прошлом, а впереди их ждет только счастье, спокойное и безмятежное! Рим! От одного этого слова у Кристины разлилось тепло по всему телу. Она едет в Рим! И Саша наконец-то будет рядом. Именно этого ей так не хватало все эти дни – звука его голоса. Вот почему она чувствовала себя такой потерянной и сбитой с толку. Как неожиданно он тогда уехал, как долго не звонил и не писал! Но теперь все эти тревоги в прошлом.
Еще раз глубоко вздохнув, Кристина постаралась унять дрожь. Все ее тело будто вибрировало после этого телефонного разговора.
– Вот все и закончилось, – спокойно произнесла она. – Саша скинет тебе координаты места встречи.
– Уже скинул, – холодно ответил Дэн.
– Мы встретимся в Сочи и поедем… Хотя нет, лучше я не буду говорить, куда именно мы направляемся, чтобы и тебя не подвергать опасности.
– Спасибо за заботу, – с иронией ответил Дэн, – но я слышал ваш с ним разговор. Значит, Рим? – усмехнулся он.
Кристина не обратила внимания на его тон и кивнула.
– Я всегда мечтала побывать там, – мечтательно произнесла она. – Город-сказка! Колыбель самых талантливых композиторов, певцов и художников…
– Избавь меня от этих клише! – недовольно сказал Дэн и поднялся с лавки.
Кристина удивленно посмотрела ему в спину. Ей вдруг вспомнились Сашины слова о Дэне: «чего ждать от этого сброда с автоматом наперевес?» Будь это так, Дэн изъяснялся бы иначе. За все время поездки Кристина ни разу не почувствовала разницы между ними! Возможно, он все же получил хорошее образование или просто много читал и многим интересовался?
«Ох, не о том ты думаешь! Зачем сравниваешь их?»
Кристина встала, подошла к Дэну со спины и положила руку ему на плечо.
– Знаешь, я очень благодарна тебе за помощь, правда! Не знаю, что было бы со мной сейчас, если бы не ты. Но теперь все закончилось. Просто отвези меня в Сочи, хорошо?
Дэн резко обернулся, и по его лицу Кристина поняла, что он явно обеспокоен и злится, но почему?
– Тебе нельзя в Сочи, – убежденно сказал он, – нельзя встречаться с Кимом! Я обещал спасти тебя и спасу! Если хочешь в Рим, поехали! Я сам отвезу тебя. Или посажу в самолет, если моя компания тебе уже надоела, – с горькой усмешкой добавил он. – Но если ты встретишься с Кимом, эта ошибка будет фатальной! Не пущу!
Дэн говорил с такой горячностью, так сильно настаивал, надвигаясь на Кристину с каждым словом, что ей пришлось отступить назад.
– Я не понимаю… – в растерянности ответила она. – Что на тебя нашло? Почему нельзя?!
– Я не доверяю Киму и тебе не советую! Сама подумай: какие проблемы он решал последние несколько недель? Почему боялся поговорить с тобой лично? Уверен, они нашли его и прижали к стенке.
– Стоп! – оборвала его Кристина, взмахнув руками. – Этому человеку я доверяю, как себе! Я уже почти поверила, что он бросил меня, испугавшись проблем. И немудрено: любой сбежал бы! Я злилась на него за это жутко! Но он не предатель!
С этими словами Кристина развернулась и бросилась в дом, возмущенно топая ногами. Щеки пылали, и ее бросило в жар от одной мысли, что Дэн может быть прав. Не может! Ким обо всем знал, она рассказывала ему, в какой ад превратилась ее жизнь, через что ей пришлось пройти. И ее жених был одним из немногих, кому Кристина полностью доверяла. Он просто не может предать ее!
Дэн быстро вошел следом.
– Ты слишком наивна, и твоя глупая доверчивость приведет тебя к полному краху! Не допущу! – процедил он сквозь зубы.
Кристина остановилась посреди комнату и обернулась, и Дэн понял, что она на грани истерики.
– Глупость? – закричала она. – Наивность? Думала, ты лучше знаешь меня! Наивной дурой я была два года назад. Теперь от этой девочки не осталось и следа! И его ты не знаешь! Иначе не говорил бы такого!
– Да плевал я на твои заключения! – зло бросил Дэн. – Он был напуган, как загнанный в клетку кролик! Я не мог ошибиться! Прошу тебя, не доверяй ты ему!
– А кому?! – взвизгнула Кристина, и по ее щекам покатились слезы, а руки начали трястись. – Кому мне верить?! Тебе, что ли?
Дэн этого вопроса не ожидал и растерялся. Он еще многое хотел рассказать ей о Киме, передать их разговоры и помочь ей сделать верные выводы. Жаль, что эти разговоры он не записывал! Теперь она ни за что не поверит ему. Но Дэн не ожидал, что их перепалка коснется его самого. С позиции Кристины, он лишь выставил себя полным идиотом, необоснованно обвиняя ее жениха. И загнал Кристину в тупик, доведя до истерики. Выглядело так, будто он жестоко пытается отобрать у нее последнюю надежду, очернить самого близкого ей человека! А ведь он всего лишь пытался помочь ей и спасти! Уберечь.
Дэн посмотрел в пол и опустил руки.
– Я понимаю, что ты не веришь мне… – тихо произнес он. – Но я обещал, сестрой поклялся…
– Не верю и не клянись! – отрезала Кристина.
Она обессиленно опустилась в кресло и закрыла лицо руками. Дэн сделал шаг вперед и присел перед ней на корточки, положив руки ей на колени.
– Прости. Я не хотел обидеть тебя.
– Я могу доверять тебе? По-настоящему? – тихо спросила Кристина, вытирая слезы.
– Да.
– Тогда прошу тебя, отвези меня к нему! Это мой последний шанс.
Дэн тяжело вздохнул, пытаясь преодолеть внутреннюю борьбу. Что, если он ошибся? Что, если Ким так же находится в бегах, как и его невеста все это время? Какое право Дэн имеет так грубо вторгаться в ее жизнь, очернять жениха или разлучать их?
– Хорошо, отвезу, – нехотя ответил он.
Лицо Кристины вдруг просветлело, будто сбылась ее самая заветная мечта. Улыбнувшись сквозь слезы, она обхватила Дэна за шею руками и уткнулась носом в его плечо.
– Все будет хорошо! Спасибо тебе, – прошептала она.
Дэн нежно обнял ее в ответ, вдыхая аромат ванили. А про себя с тоской подумал, что еще сильно пожалеет о том, что потакает желаниям этого наивного ребенка.
Покидая затерянный в горах аул, Кристина мысленно благодарила это место, прекрасный уголок под самыми облаками, за время, проведенное в безопасности и покое. Дэн был прав: здесь можно было бы остаться, и никто бы не нашел их. Но остаться Кристина не могла. По многим причинам. Чего она хотела на самом деле, так это избавиться, а не спастись. Эта мысль, такая ясная и простая, сильно испугала ее. Желала ли она смерти человеку, сломавшему ее жизнь? Конечно! Но готова ли она была сама стать причиной его смерти? Непростой вопрос.
Их машина вновь скользила по водам горной реки, еще не успевшей вернуться в свое русло, и поднимала фонтаны брызг вокруг. Затем взбиралась по горной дороге вверх, к солнцу и облакам, и стрелой неслась под уклон, будто с обрыва. Но Кристине не было страшно. Кажется, она уже привыкла к этим взлетам и падениям горного серпантина, привыкла к тряске, перестала закрывать глаза от ужаса, что вот-вот водитель совершит оплошность, и их внедорожник камнем сорвется в пропасть. Эта горная тропа стала отражением ее собственной жизни, и бояться Кристина просто устала.
Девушка перевела задумчивый взгляд на человека, сидевшего впереди. Она смотрела на его профиль, прямой нос, красиво очерченную линию губ, волнистые волосы и густые, выгоревшие на солнце ресницы. За спинкой сиденья она видела его широкую спину и плечи, обтянутые тканью темно-серой футболки, на черный кожаный шнурок амулета, что висел на его шее и всегда был спрятан под одеждой. Интересно, что там было, в этом амулете?
Когда Дэн поворачивал голову, чтобы сказать пару слов водителю, Кристина видела морщинку, пролегающую меж его бровей каждый раз, когда он хмурился. И его красивые ореховые глаза… И ее сердце вдруг болезненно сжалось от осознания предстоящей скорой разлуки. Так сильно, будто боль в груди была физической. Казалось, что их путешествие никогда не закончится! И этот человек никогда не оставит ее в покое. Хоть бы не оставлял…
В Новомихайловском они простились с водителем из аула, тем же, что привез их туда, а Кристина так и не успела узнать его имени. Дэн заранее договорился о машине напрокат – непримечательном старом «форде» цвета металлик. Дорога до самого Сочи шла вдоль моря, но даже этот прекрасный вид уже не радовал глаз. Кристина не хотела даже самой себе признаться, что было не так. Им предстояло еще несколько часов пути вместе, наедине в салоне машины, и можно было бы о многом поговорить за это время, многое обсудить. Но Кристина не могла связать и двух слов! За все время дороги они обменялись лишь несколькими, ничего не значащими репликами. Дэн тоже хмурился и был не в настроении поддерживать разговор, а потом и вовсе включил радио и прибавил звук, чтобы заполнить тишину между ними. Всем своим видом он давал понять, что не одобряет ее решения, считает встречу с Кимом глупым, необдуманным риском.
Если бы в дороге Кристина смогла отвлечься от своих переживаний и взглянуть на все под другим углом, без эмоций проанализировать поступки Кима, то поняла бы, что Дэн прав. Когда она все же осознала свою ошибку, было уже слишком поздно.
К месту встречи добрались уже в сумерках. Дэн заглушил мотор, сверился с координатами, огляделся по сторонам и нахмурился.
– Место странное какое-то, – неуверенно произнес он. – Посиди в машине.
Кристина тоже осмотрелась. Беспокойство Дэна передалось и ей.
Кристина была уверена, что встреча с Сашей состоится где-нибудь недалеко от аэропорта, среди людей, но здесь был скорее пустырь. Вдалеке виднелись горы, чьи склоны еще освещало закатное солнце. А здесь, внизу, среди деревьев уже почти наступила ночь. На юге всегда быстро темнело. Странно, что Саши до сих пор нет.
Дэн вышел из машины, достал из кармана телефон и набрал номер Кима. Тот ответил почти сразу.
– Я подъезжаю, – и отключился.
Дэн выругался про себя и вернулся к машине. Открыв багажник, он достал из сумки легкий бронежилет, одел его под футболку, затем пристегнул к поясу ремень с кобурой. Проверив оружие, он убрал один из пистолетов в кобуру, а второй просто засунул в джинсы.
Кристина не видела, чем был занят Дэн. Поднятая крышка багажника мешала обзору. Она нервно ерзала на сиденье, теребя пальцами ремень безопасности, и кусала губы. Минуты растягивались в бесконечность, и ожидание становилось невыносимым. А плохое предчувствие, поселившееся где-то глубоко внутри, росло.
Наконец, не в силах больше усидеть в машине, Кристина вышла и встала рядом с Дэном. Хотелось радоваться предстоящей встрече, хотелось думать о поездке в Рим и счастье, которое ждало ее вдалеке от этого кошмара. Но не получалось.
Кристина внимательно посмотрела на Дэна и хмыкнула:
– Готовишься к бою?
– Смешно! – с иронией ответил Дэн. – С кем, по-твоему, мне сражаться? С твоим ненаглядным женишком?
Девушка пожала плечами, ничего не ответив, но взгляда не отвела.
– По какой именно причине ты решил, что Сашка может предать меня? – тихо спросила она.
– Я бы рассказал тебе раньше, и у тебя было бы время спокойно все обдумать. Но ты не стала слушать. А теперь поздно, – и Дэн кивнул на дорогу.
Кристина повернулась и разглядела свет фар среди деревьев. К ним приближался большой джип с тонированными стеклами. Дэн завел правую руку за спину, туда, где за поясом был его пистолет, а левой оттеснил Кристину к машине. Она не сопротивлялась, потому как ей самой вдруг сделалось страшно. Особенно после его слов.
Джип остановился примерно в сорока метрах от их машины, но фар не погасил. Дальний свет слепил глаза, и Дэн выругался сквозь зубы. Спустя несколько секунд из машины вышел Александр Ким.
Кристина прикрыла рукой глаза, с трудом разглядела лицо своего жениха из-за света фар и дернулась вперед, но Дэн удержал ее свободной рукой.
– Там Сашка! – воскликнула девушка, с нетерпением переводя взгляд с Кима на своего телохранителя и обратно.
Дэн продолжал удерживать Кристину у дверцы машины, и Ким нехотя направился в их сторону. Он все приближался, и Кристина смогла наконец хорошо разглядеть его лицо. Его большие карие глаза были расширены от отчаяния и страха. И что-то еще мелькало на его лице – сожаление! Ему было очень жаль. Весь его облик, понурые плечи, беспомощно болтающиеся руки, нетвердая походка – все говорило о том, что ему безумно жаль.
Кристина в ужасе вскрикнула и зажала рот рукой. Дэну не потребовалось и секунды, чтобы сообразить, в чем дело. В его руке уже было оружие, и он снимал предохранитель, направляя дуло на Кима.
– Не двигайся! – крикнул он, щурясь от яркого света. – Больше ни шагу.
Ким остановился, не сводя глаз с Кристины. Казалось, он вот-вот упадет на колени и заскулит, будто щенок.
– Прости меня! – крикнул он. – Они пытались убить моего отца. Я ничего не мог поделать! Если можешь, прости меня!
– Что ты говоришь? – прошептала Кристина, пытаясь осознать услышанное.
Сашка не услышал ее, зато услышал Дэн. Зарычав, он дернулся вперед.
Кристина отреагировала очень быстро и схватила его за руку, пытаясь удержать на месте.
А из машины, на которой приехал Ким, уже выходили люди. Один, двое, трое, четверо… Все были вооружены. Кристина видела лишь их мелькавшие силуэты, считая про себя. Почему-то в это мгновение ей показалось очень важным знать точное число мужчин, что приехали вместе с Кимом. У одного из них был автомат, у трех других – пистолеты, и все это оружие было направлено в их с Дэном сторону. Стоило им открыть огонь, и уже ничто не сможет спасти ни Дэна, ни Кристину! Их было слишком много.
– Я не вернусь к Джалилю! – крикнула Кристина. – Если сегодня кто-нибудь из вас останется в живых, так и передайте своему хозяину! Я лучше умру, чем вернусь к Джалилю!
– Перестань, – ответил Ким, – умирать сегодня никому не нужно… Прошу тебя, просто сдайся! Так будет лучше для всех: и для тебя, и для этого наемника, и для меня… Умоляю тебя, хватит бегать! – проскулил Ким и опустился на колени в дорожную пыль. – Умоляю, спаси меня! Я не могу больше… – и он вдруг разрыдался.
А Кристина почувствовала, как от омерзения к ее горлу подступает тошнота.
Тут Дэн резко дернул Кристину за руку и прижал ее спиной к машине.
– Джалиль? Джалиль Мангалиев?! – напряженным голосом спросил он.
Кристина смогла только кивнуть.
– Твою ж мать, почему ты раньше мне не сказала?! Ты ни разу не произносила его имени. Моя сестра… Все дорожки вели к нему, когда я разыскивал ее…
Кристина не успела ответить.
Один из мужчин крикнул:
– Нам нужна только девушка. И ты, придурок, можешь проваливать! – это относилось к Сашке, и он отреагировал сразу же и начал отползать в сторону, к обочине. – И ты тоже можешь уйти живым! – это уже относилось к Дэну. – Мы слышали о тебе и не хотим проблем! Отдай нам девочку и будь свободен!
Говорившего не было видно, да это было и не нужно. Дэн все еще прижимал Кристину к машине, будто пытаясь защитить ее своим собственным телом. Затем, пока мужчина говорил, Дэн в последний раз взглянул Кристине в глаза, и в них она также прочитала сожаление. Вот только, в отличие от Кима, в них не было ни тени страха. Затем Дэн медленно прикрыл глаза и плавно вскинул руку, держащую пистолет, в сторону говорившего, на звук его голоса. Он не мог видеть цель – свет фар продолжал слепить глаза, – но точно знал, где она находится.
– Ты по… – начал было мужчина, но раздался выстрел, и он резко замолчал, падая на землю замертво.
На несколько мгновений вокруг воцарилась гробовая тишина, нарушаемая лишь стрекотанием цикад в траве за обочиной. А затем мир будто взорвался оглушительным грохотом автоматной очереди. Кристина зажала руками уши, чтобы не оглохнуть. Дэн открыл ответный огонь, а между выстрелами толкнул Кристину в плечо, заваливая ее на землю рядом с колесом машины и прикрывая своим телом. Теперь он действительно закрывал ее собой. Где-то справа послышался крик ужаса – это Ким визжал от страха, точно испуганная девчонка. В то время, как Кристина не издала ни звука и лишь озиралась по сторонам, стараясь угадать планы Дэна и сделать то, что нужно, если он подаст ей знак. Патроны в одном из пистолетов скоро кончились, и Дэн выхватил из кобуры второй.
Где-то рядом с джипом нападавших раздался крик боли, и Кристина поняла, что Дэн достал еще одного бандита, ранил, но не убил. Но ведь оставалось еще двое!
Дэн встал на одно колено, продолжая стрелять. А Кристина на мгновение понадеялась, что, возможно, им чудом удастся выбраться из этой передряги, как Дэн вдруг вскрикнул, хватаясь за правую руку и заваливаясь на бок. Кристина поддержала его, не дав упасть.
– Что ты делаешь, дурочка? Вернись на землю… – прорычал Дэн.
Кристина качнула головой и левой рукой раздраженно вытерла мокрые от слез щеки. Рука покрылась алыми разводами. Это не слезы, это кровь Дэна. Пуля рассекла ему руку у локтя, задев артерию, и из раны фонтаном шла кровь. Она и забрызгала Кристине лицо и одежду.
– Держись, прошу тебя! Дэн, только держись!
Дэн успел сделать еще несколько выстрелов, когда новая пуля попала ему в грудь, отбросив назад, на спину.
Вскрикнув, Кристина бросилась к нему.
– Дэн! – она склонилась над ним. – Только не умирай, умоляю! Не бросай меня!
Теперь Кристина уже рыдала по-настоящему, но даже не замечала это. Дэн был без сознания, на его груди в одежде зияла маленькая, сантиметр на сантиметр дыра от пули, но Кристина понимала, что именно она может оказаться смертельной для ее верного телохранителя. Возможно, если бы скорая появилась здесь, в эту самую минуту, и врачи оказали ему помощь, Дэна можно было бы спасти. Был бы шанс! Но никто не придет, никто не поможет! Выстрелы вскоре стихли, но Кристина не заметила. Она продолжала цепляться трясущимися пальцами за одежду Дэна, когда чьи-то руки сзади подхватили ее и потащили к черному джипу. Девушка начала вырываться, кричать, пыталась укусить державшие ее руки. Ей казалось таким страшным, просто невыносимым, что ей не будет позволено даже проститься с человеком, который отдал за нее свою жизнь, что она готова была биться за это право. Лишь бы еще раз обнять его! Лишь бы в последний раз увидеть его лицо.
Двое мужчин пытались совладать с ней, но Кристина кричала, царапалась и брыкалась. Так могло бы продолжаться еще долго, и им вряд ли удалось бы усадить девушку в машину. Но одному из них быстро надоел этот спектакль, и он ударил Кристину прикладом автомата по основанию шеи. Мир перед ее глазами тут же померк, и наступила тишина.
Очнувшись, Кристина не сразу поняла, где находится. Вокруг была абсолютная, непроглядная тьма. Она лежала на холодном влажном каменном полу. Где-то справа равномерно капала вода, и этот однообразный звук напомнил ей о подвалах.
Кристина попробовала пошевелиться, и тело тут же пронзила острая боль. Голова будто взрывалась изнутри на сотни осколков, мешая сосредоточиться. Но все же постепенно Кристина вспомнила все, что произошло с ней, и ее затопило горькое чувство утраты. Еще недавно ее сердце металось между двух огней, двух самых близких для нее людей, а теперь оба они были мертвы. Жестокая сила, что заставляла ее бежать и скрываться, убила самых близких и превратила их в пепел, оставив ее одну. Без надежды, без будущего.
Кристина не знала и не хотела знать, что случилось с Александром Кимом. Смог ли он спастись в той перестрелке, смог ли бежать, был ранен или убит? Для нее Ким умер в тот момент, когда предал ее. И она похоронила его, когда он малодушно визжал от ужаса, когда пытался вымолить ее прощение и не получил его. Он умер, и вместе с ним умерли все ее мечты о безоблачном будущем, семье и счастье, которое они могли бы построить вместе. В его предательство было сложно поверить, но страх, отчаяние и сожаление в его глазах были доказательством вины.
Прислонившись к шершавой холодной стене спиной, Кристина подтянула колени к подбородку, закрыла лицо руками и беззвучно заплакала. Но плакала она не о предательстве своего бывшего жениха. Снова и снова она видела перед собой лицо Дэна. «Что ты делаешь, дурочка? Вернись на землю…» Она помнила это лицо до мельчайших подробностей, все его выражения, когда он смеялся, или злился, или был раздражен, или смотрел на нее настороженно и пристально, будто пытался разгадать ее мысли. Она помнила его ореховые глаза, оказавшиеся так близко, когда он поцеловал ее в том кафе в Дагомысе. Их единственный поцелуй!.. И его странное, неестественное спокойствие, когда он упал на спину, потеряв сознание.
Он погиб из-за нее и уже никого не сможет защитить. И уже никогда не откроет своих ореховых глаз.
Эта мысль повергала в отчаяние.
Кристина не знала, сколько времени она провела в темноте этого подвала. Час? День? Вечность? Когда слезы наконец иссякли, а боль в шее и спине стала терпимой, Кристина поняла, что жутко замерзла. Она принялась дуть на ладони, теперь их друг о друга, но это мало помогало. Тогда она медленно поднялась на ноги, чтобы немного размять затекшее тело, и начала шарить руками по стенам, пытаясь вслепую определить размеры помещения. Медленно и аккуратно, сантиметр за сантиметром, она обходила подвал, пока не наткнулась на лестницу, ведущую наверх. Держась за деревянные перила, девушка поднялась по ступеням. Дверь была заперта, чего и следовало ожидать.
Кричать и звать на помощь Кристина не решилась. Она знала, что ждет ее за этой дверью. Точнее, предполагала. И жутко боялась. Воображение рисовало все новые и новые кошмары, которым ее могли подвергнуть, и это сводило с ума не хуже тьмы холодного подвала и звука капающей воды. От нарастающей паники сердце стучало так громко, что иногда перекрывало размеренную капель.
Кристина решила не спускаться вниз, на холодный бетонный пол, и тяжело опустилась на ступени, пытаясь успокоиться и сосредоточиться. Уже по привычке она сделала два глубоких вдоха и хотела сделать третий, а потом, после паузы, два коротких, как учил ее Ким. Но не смогла, вспомнив о нем, и снова разрыдалась.
Мысли метались одна страшнее другой: «Я могла послушаться Дэна, ведь он знал, что Сашка трус и может предать меня! И сейчас Дэн бы жив! Я могла убежать совсем в другом направлении и быть сейчас очень далеко отсюда! Я бы никогда не узнала Дэна, но он был бы жив! Он погиб из-за меня! Я могла бы послушаться отца и стать пианисткой. И ничего этого вообще не случилось бы! Я не узнала бы ни Сашку, ни Дэна, и сейчас меня бы здесь не было! Надо было слушаться отца. И Дэн был бы жив…»
Так по сотому кругу Кристина продолжала винить себя во всем, не в силах преодолеть свое горе. А потом наконец задремала.
Через некоторое время она очнулась, будто от резкого толчка, все в той же темноте и тишине, если не считать капающей воды. Легче не становилось, а звук капели напоминал метроном, четко отбивающий ритм. Кристине вдруг показалось, что это обратный отсчет перед тем, как дверь наверху распахнется, приглашая ее в новый ад. И если бы сейчас Кристине предоставили выбор: остаться в этом холодном подвале или подняться наверх, она бы не знала, что делать. Жуткое темное подземелье становилось уже невыносимым, но неизвестность пугала гораздо больше.
Иногда Кристина вдруг вспоминала вершины гор Псебе, залитые теплым солнцем, и свежий ветер, играющий в волосах… В такие моменты хотелось волком выть, настолько невыносимым делался этот подвальный могильный холод.
Наконец, дверь открылась, и Кристина чуть не ослепла от яркого электрического света. Кто-то довольно грубо поднял ее на ноги и повел наверх. Дом оказался большим и светлым. Когда глаза немного привыкли, Кристина смогла разглядеть овальную мансарду, светлую мягкую мебель и большие пальмы в напольных кадках. Широкая лестница с ажурными перилами вела на второй этаж. Там оказалась еще одна гостиная с выходом на веранду под навесом, диван из белой кожи, стоявший полукругом посреди комнаты, и большой плазменный телевизор на противоположной стене. В комнате никого не было, кроме Кристины и ее провожатого. Мужчина сдержанно кивнул и сразу вышел, оставив Кристину одну. Несмотря на слабость во всем теле, жуткую усталость и головокружение, первое, о чем подумала Кристина, это побег. Почему ее не охраняют? Почему оставили одну?
Нетвердым шагом Кристина вышла на веранду, жмурясь от солнца, и огляделась. И поняла причину такой беспечности. Большая вилла находилась на скале, впереди – крутой обрыв и бесконечная морская гладь, вся остальная территория была окружена высоким сплошным забором, вдоль которого были высажены пальмы и цветущие кусты. На каждом фонарном столбе – камера наблюдения, и территорию явно охраняли. Кристина заметила мужчин, по одному и по двое прогуливающихся вдоль забора. Настоящая крепость.
– Вижу, ты уже осмотрелась.
Услышав голос за спиной, Кристина вздрогнула и так резко обернулась, что чуть не потеряла равновесие. Перед ней стоял Джалиль. Его высокая, массивная фигура напоминала темную скалу и внушала ужас. И даже светлые летние брюки и небесно-голубая льняная рубашка не могли исправить этого впечатления.
– Ну, здравствуй, мой ангел, – мягко произнес Джалиль и улыбнулся самой своей обворожительной улыбкой, от которой у Кристины по спине побежали мурашки. – Где же ты пропадала так долго? Я заждался тебя. Не хочешь обнять меня?
– Нет желания, – пробормотала Кристина и сделала шаг назад.
Джалиль взглянул ей за спину и поднял брови от удивления:
– Хочешь прыгнуть? Там не так уж высоко. Вряд ли ты разобьешься насмерть. Но ноги переломать можно. Попробуешь? – он помедлил несколько мгновений и устроился в большом плетеном кресле, забросив ногу на ногу и потирая свой большой живот. – Если передумала, сядь. Не утомляй меня еще больше!
Кристина выбрала самое дальнее от него кресло и устало опустилась на край. От напряжения в присутствии этого человека у нее начинала гудеть голова. Что он решил? Что будет делать с ней теперь?
Какое-то время они молча буравили друг друга взглядом. Наконец, Джалиль нарушил молчание.
– Вижу, ты не передумала?
Кристина отрицательно качнула головой.
– Жаль, – мужчина тяжело вздохнул, будто действительно сожалел об этом. – Ты плохо выглядишь, – заметил он после паузы, пристально следя за девушкой. – Эти каникулы на колесах не пошли тебе на пользу, знаешь ли… Ох, я – негостеприимный хозяин! Хочешь чего-нибудь? Принять ванну, отобедать, выпить крепкого кофе со сладостями? А как насчет массажа? Или нет? – и он вдруг рассмеялся какой-то своей, лишь ему понятной шутке.
Набрав побольше воздуха, Кристина сжала руки и задала прямой вопрос:
– Ты отпустишь меня?
Джалиль с улыбкой Чеширского кота на лице посмотрел ей в глаза и ответил:
– Нет.
Встав, он пересек комнату, подошел к Кристине и присел на край журнального стола напротив нее. От такой близости Кристине чуть не стало дурно.
– Что ты собираешься делать… со мной?
– Ценю твою прямоту и деловой подход, – ответил он довольно и, как всегда, с сильным южным акцентом. – Ты, кстати, не устала с дороги? Хорошо отдохнула в подвале?
Кристина хотела встать, но Джалиль отреагировал на удивление быстро, учитывая его габариты и лишний вес. Резко наклонившись, он положил руки Кристине на плечи, принуждая ее сесть обратно. Теперь он был так близко, что у Кристины начала кружиться голова от тяжелого запаха его сладковатого одеколона.
– Лучше не зли меня, поняла? – с угрозой прошипел он. И тут же снова ухмыльнулся, притягивая Кристину ближе к себе. – У тебя теперь осталось совсем мало вариантов, моя принцесса! Как мне ни жаль. Я думал, мои ребята подстрелят тебя вместе с твоим новым другом, и даже сказал им особо не расстраиваться, если так случится! Ты порядком вывела меня из себя! Не пойму, на что ты рассчитывала, куриные твои мозги! – Джалиль нахмурился, вглядываясь в глаза Кристины. – И чего ты так убивалась над телом этого парня? Влюбилась? А как же я? А как же твой жених? Все вы, бабы, одинаковые! – в сердцах бросил он и отпустил наконец плечи Кристины.
Он встал, достал пачку сигарет из заднего кармана брюк и закурил. И комната тут же заполнилась тяжелой смесью запахов табака и шоколада.
Джалиль вернулся на свой диван и закинул локти на мягкую спинку.
– Ты останешься со мной. Пока что. И все, моя дорогая, абсолютно все будет зависеть от твоего поведения! – воскликнул он и многозначительно посмотрел на Кристину. – Сколько времени ты пробудешь со мной, а? Сколько ты хочешь?
– Нисколько! – воскликнула Кристина. – Нисколько не хочу!
И она резко встала, не в силах усидеть на месте.
Улыбка резко слетела с лица Джалиля.
– Молчать! – воскликнул он и тоже встал. – Хватит, слышишь? Давай я объясню тебе твое положение, и решим это наконец! Твой жених уже полтора года доносит на тебя! Этот идиот все это время ползал у меня в ногах, будто пресмыкающееся, и хранил тебя для меня!
– Не стану слушать! – крикнула Кристина и закрыла уши руками.
Джалиль подошел ближе, взял ее руки в свои и повернул ладонями вверх.
– В эти руки я готов был вложить все сокровища мира! – с сожалением произнес он. – Ты ведь знаешь, это в моих силах! О чем ты мечтала? Лучшие мировые школы танцев, лучшие сцены! Я все бы бросил к твоим ногам, приди ты ко мне сама, как мы договорились с тобой! Почему ты не пришла? – с болью в голосе спросил он. – Зачем обидела меня?
Кажется, он говорил серьезно и ему действительно было больно, но это не тронуло Кристину. И тоска в его голосе вызвала в ней лишь новую волну тошноты. Он сразу понял это и пришел в ярость.
– Надеюсь, ты сохранила свою девственность для меня! – закричал он. – Потому что это последнее, что ты можешь дать мне!
Размахнувшись, он ударил Кристину по лицу, сбил с ног и повалил лицом вниз на кожаный диван. Кристина не могла кричать, но пыталась сопротивляться. Тщетно! Джалиль прижал ее своим весом, впечатав в подушку. Коленом он надавил на ее запястье, чуть не сломав ей руку.
– Я ждал слишком долго! – прорычал он.
Подняв подол ее платья, он одним движением порвал ее трусики, затем руками обхватил ее бедра и резко дернул на себя, ставя ее на колени. Кристина наконец получила немного воздуха и способность говорить. Она закричала, умоляя отпустить ее, и Джалиль тут же вновь вдавил ее лицом в диван. Ее крики раздражали его. А потом он вошел в нее, быстро и грубо. И сразу начал двигаться, глубже и глубже проникая в ее маленькое и не готовое тело.
Острая боль пронзила низ живота и поясницу. Кристина мычала, билась руками о кожаную обшивку белого дивана, но ничего не могла поделать. В один миг сбылось все самое страшное, о чем она боялась даже думать.
Джалиль кончил быстро. Застегнув ширинку, он наконец отпустил Кристину.
– Я был первым, но не последним, – удовлетворенно сказал он и нагнулся, чтобы погладить Кристину по волосам.
Кристина даже не подняла головы. Но Джалилю было уже абсолютно плевать. И он ушел, оставив ее одну. А Кристина свернулась калачиком, пытаясь унять боль душевную и физическую. Боль невыносимую. Больше всего в эту секунду ей хотелось уснуть, умереть, отключиться любым возможным способом, чтобы не чувствовать ничего! Унижение было слишком сильным, и Кристине даже показалось, что она и правда умирает. Она задержала дыхание, насколько это было возможно, и закрыла глаза, тщетно пытаясь исчезнуть, испариться.
Прошло какое-то время, и в комнату вошел один из охранников. Он помог Кристине подняться с дивана и отвел ее вниз. У парадного входа ждала машина. Кристину молча усадили на заднее сиденье, и машина тронулась в путь. Девушка не спрашивала, куда ее везут. В этот момент она вообще не могла думать ни о чем, кроме случившегося час назад. Она только смотрела вперед невидящим взглядом и повторяла про себя: «Это происходит не со мной. Меня здесь нет».
Шофер привез Кристину в порт. Солнце пекло нещадно, и на сотни метров вокруг не было никакой тени, чтобы укрыться и перевести дух. Кристина видела грузовые суда на якоре, подъемные краны и огромные железные контейнеры для транспортировки товаров. Мельком, где-то глубоко в подсознании, ей припомнился кадр из фильма «С любовью, Соня», о котором она рассказывала Дэну. В таких контейнерах в фильме перевозили людей, женщин, предназначенных на продажу. С отстраненным удивлением Кристины поняла, что и ей предстоит путешествие в этом железном ящике. Пока Кристину и других девушек заводили в контейнер, вокруг в порту не было ни души, лишь где-то вдалеке слышалось лязганье погрузочных кранов. Никто не остановил их, никто не пришел на помощь.
Кристину усадили к стене на грязную тряпку рядом с девочкой лет шестнадцати на вид. Всего в контейнере было около тридцати женщин. Все расселись вдоль стен и с тревожным видом ждали, что будет дальше. Каждой вручили по маленькой бутылке с водой, и Кристина осушила свою одним глотком. В контейнере стояла жуткая жара, а с приходом женщин температура начала подниматься и воздух заполнил запах потных тел.
«Меня здесь нет», – повторила про себя Кристина.
Наконец, лязгнуло железо у них над головой и контейнер начал подниматься в воздух, раскачиваясь из стороны в сторону. Когда погрузка закончилась, снова наступила тишина. Теперь ждали отплытия. Женщины вели себя по-разному. Кто-то тихо переговаривался, кто-то пытался дремать, а кто-то смотрел в одну точку, как молоденькая соседка Кристины. Но общее чувство беспокойства никуда не ушло. Все понимали, что с ними в этом морском путешествии произойти может все что угодно и никто не придет к этим женщинам на помощь.
Кристина с трудом осознавала весь ужас происходящего. Она лишь примерно представляла, что может ждать ее впереди и где она окажется на следующий день. О том, что будет с ней в будущем, девушка и вовсе старалась не думать. На задний план отошли и мысли о побеге. После смерти Дэна и унижения, которое заставил ее пережить Джалиль, Кристина не совсем понимала, куда она может сбежать и зачем… Мысли путались в голове, от переутомления и пережитого кошмара она не могла ни на чем сконцентрироваться, и вскоре ее начало клонить в сон.
Путешествие длилось мучительно долго. Глубокой ночью их корабль пришвартовался в порту. Контейнер сняли с палубы и распахнули железные створки. Женщины медленно вставали со своих мест и тянулись к выходу. Кажется, никому не хотелось торопить события.
Из контейнера женщин погрузили в автобус. В кромешной ночной тьме Кристина не могла разглядеть ничего вокруг и не представляла даже примерно, где они находятся. Возможно, вообще в другой стране?
Дорога заняла еще несколько часов. Когда автобус въезжал в город, на горизонте забрезжил рассвет. Кристина разглядела несколько многоэтажных домов, но в основном город был застроен частными виллами, окруженными цветущими садами. Дом, куда их привезли, располагался в глубине города, на тихой в этот ранний час улице. Широкая и приземистая вилла в три этажа, с множеством комнат и большим внутренним двором. Из автобуса выпустили не всех. Вошла полная женщина в белой тунике и свободных брюках, начала что-то спрашивать на отдаленно знакомом Кристине языке, кто-то из женщин ответил ей, но в основном все молчали, не понимая ни слова. Тогда женщина перешла на английский. Теперь Кристина понимала ее. Женщину интересовал возраст, знание языков и стаж работы. Она также осматривала зубы девушек, их волосы и ногти.
Когда очередь дошла до Кристины, она не сопротивлялась: отвечала на вопросы, ведь свободно владела английским, показывала руки и зубы. После осмотра женщина велела ей выйти из автобуса. Спускаясь по ступеням, Кристина чуть не упала. От усталости тело уже не слушалось ее и она еле держалась на ногах.
Отобрали лишь пятерых, включая Кристину. Остальных автобус увез дальше, и Кристина с глухой тоской проводила взглядом свою молодую соседку по морскому путешествию. Девочка так и не пришла в себя и не проронила ни слова.
Новеньких положили в одной из комнат на втором этаже. На полу лежали матрасы, покрытые простынями. Кристина легла, куда ей указали, и в ту же минуту забылась беспокойным сном.
Ей снилось, как она не спеша взбирается по горной тропе, наслаждаясь свежим прозрачным воздухом и слушая пение птиц в ветвях деревьев.
Марина сидела у окна, прижимая к губам платок. Сильный приступ кашля ранним утром поднял ее с постели, отбирая последние силы. Тело бил озноб.
Открыв настежь окно палаты, Марина подставила лицо горячему сентябрьскому ветру. Несмотря на плохое самочувствие и сильную слабость, девушка была в прекрасном настроении. Два дня назад им удалось найти еще одну девочку и вытащить ее из объятий ада. Четырнадцать лет, родом из Севастополя, со светлыми волосами и большими голубыми глазами – она была похожа на ангела. Что видели эти глаза и что пережило ее тело, Марина знала не понаслышке. Теперь с ней будут работать психологи и соцработники. Этой девочке повезло: ее искали состоятельные родственники, любящие и заботливые люли, в чьих руках у нее будет шанс вернуться к нормальной жизни. Она еще очень молода, и Марина искренне надеялась, что она справится.
Завибрировал мобильный, и на экране высветилось «мой любимый полицейский». Марина усмехнулась и взяла трубку.
– Ну как твое самочувствие, красотка?
– Я в порядке! – соврала Марина, придав своему голосу уверенности. – Вытаскивай меня отсюда!
– Только с разрешения врача! – рассмеялся парень на том конце провода. – Я прекрасно тебя знаю, сумасшедшая девчонка! И как ты любишь лечиться, я в курсе!
Марина закатила глаза, пообещав себе сейчас же пойти к врачу и использовать все подвластные ей методы, чтобы сегодня же выписаться отсюда. Стены больницы давили на нее.
– Какие новости?
– Есть кое-что! В отделении местной полиции Сочи сообщили, что ночью снова задержали груз. Но ты же знаешь, как это бывает: нечисто сработали, не все номера контейнеров отследили. Короче, многих упустили…
– Сочи? – воскликнула Марина, хлопнув в ладоши. – Ты поэтому мне звонишь, верно?
– Верно, – со вздохом ответил парень. – Но не уверен, что тебе разрешат такой дальний перелет. Я должен лично поговорить с твоим врачом.
– Макс, ну хватит, прошу тебя! Просто закажи билеты, ладно?
– Буду в Москве после обеда. Увидимся!
– Жду с нетерпением! – ответила с улыбкой Марина и отключилась.
С Максимом Марина познакомилась два года назад. Он работал в отделе по борьбе с организованной преступностью и занимался вопросами публичных домов и детской проституции. Их отдел сотрудничал с Международной организацией по миграции (МОМ), Целевым Фондом ООН по современным формам рабства и волонтерской организацией «Альтернатива», в ряды которой Марина впоследствии вступила. Благодаря рейдам по публичным домам крупных городов Черноморского побережья, Марине удалось выбраться, получить новые документы, лечение и попасть в программу реабилитации жертв сексуального рабства.
Ее психотерапевт, доктор Мария Васильевна Ясенева, много раз говорила о том, что ВИЧ не значит смерть и что Марина может вернуться к нормальной жизни в обществе, если найдет занятие по душе и обретет цель. Немного придя в себя, Марина поступила на заочное отделение вуза по специальности психотерапия, окончила подготовительной курс оказания первой психологической помощи жертвам похищения и сексуального насилия и, вооружившись сертификатом, записалась в волонтеры.
Это занятие делало ее счастливой. Помогая другим женщинам, девочкам и детям, делясь с ними своими страшными историями, она помогала и себе обрести уверенность в собственных силах, в том, что она все еще человек и полноценная личность, а также в том, что завтра обязательно наступит. Это было сложнее всего…
Врач, пожилой щуплый мужчина с криво подстриженными усами, сидел в своем кабинете, обмахиваясь распечаткой чьих-то анализов и мечтая лишь о кондиционере. Небывало теплый сентябрь лишал его желания двигаться, а пациенты жутко раздражали. Когда Марина вошла в кабинет, он поморщился и махнул рукой.
– Зайдите позже, больная!
– Выпишите меня по добровольному отказу, – с мягкой улыбкой попросила Марина и села напротив врача. – Появилась работа.
– И не подумаю! – резко ответил врач. – Вернитесь в палату, больная.
– И не подумаю! – передразнила его Марина. – Говорю же, есть работа. И начинается новый учебный год! Пора завязывать с больничными палатами.
– Срок госпитализации по пневмонии две-три недели, а у вас ВИЧ! Вам и того больше, – не глядя на пациентку, ответил врач и принялся еще активнее обмахиваться листком бумаги.
– Егор Васильевич, вы же сами сказали, что это было просто воспаление легких, на удивление хорошо реагирующее на антибиотики. Мне гораздо лучше, – упорно настаивала Марина. – И вы не в праве держать меня здесь насильно. Это не тюрьма, верно?
Марина говорила твердо и уверенно, чтобы врач услышал ее, но все же не хотела ругаться с ним. Поэтому выпрямилась, поймала взгляд врача и снова улыбнулась, доброжелательно и открыто.
Приемам убеждения их учили на курсах. Марине нравился предмет, и она без зазрения совести использовала эти инструменты в жизни.
Врач посмотрел своей пациентке в глаза и почти сразу сдался, понимая, что у него нет выхода.
– Мариночка, соблюдайте осторожность. Вы же все знаете… Я выпишу вам все необходимые лекарства. Сейчас вам хорошо бы поехать в какой-нибудь санаторий. Сухой морской воздух будет весьма кстати.
– Сочи подойдет? Лечу туда вечером, – рассмеявшись, пошутила Марина.
– Абсолютно нет! – с обидой ответил Егор Васильевич. – Лучше бы Евпатория.
– Ладно, после того, как работа будет выполнена, попрошу своего жениха свозить меня в Евпаторию!
Врач удивленно вскинул брови и кивнул.
– Я всегда одобрял сильных духом пациентов с ВИЧ, которые продолжают вести активный образ жизни, – размеренно произнес он. – Но все же у вас весьма слабое здоровье и стоит поберечься.
– Принято! – кивнула Марина и по-военному отдала врачу честь. – Тогда выписываемся?
После обеда Марина уже была готова покинуть больницу. Она заранее приняла душ, уложила свои густые длинные волосы, часть из них убрав в резинку на затылке, а остальное оставив струиться по спине до самой талии. Волосы всегда были ее гордостью, и Макс обожал прикасаться к ним ладонью. Легкий макияж, летнее простое платье светло-серого цвета, немного туалетной воды.
Увидев Марину в дверях больницы, Максим покраснел от удовольствия. Эта девушка была не только красавицей, но и самой отважной и сильной из всех, кого ему довелось знать. За два года из полностью сломленного человека, которого пугала даже собственная тень, она превратилась в уверенную в себе женщину, сумевшую обратить свой трагический опыт на пользу другим.
Макс с нежностью обнял свою невесту, расцеловал ее в обе щеки и усадил в машину.
– В аэропорт? – с нетерпением спросила Марина.
– Позже. Сначала в ресторан.
– У нас свидание?
– Не совсем, – неуверенно ответил Макс. – С тобой хочет встретиться один человек. Большой человек! Правда, в отставке, но, судя по всему, не утративший прошлых связей. – Макс сделал паузу и неуверенно взглянул на Марину. – Если ты, конечно, не против… И, что самое главное, хорошо себя чувствуешь.
– Тема встречи? – по-деловому осведомилась Марина.
– Он ищет свою дочь. И в разговоре прозвучало имя Джалиля. Я решил, что тебя это может заинтересовать.
– Ух ты! – выдохнула Марина удивленно. – А тебя нет, что ли?
– Безусловно, – с хитрой улыбкой ответил Максим. – Учитывая, какие интересные материалы вдруг просочились в прессу по поводу деятельности этого гада, готов биться об заклад, что встреча будет интересной! Похоже, мы все же наступили ему на больную мозоль.
Марина кивнула и довольно улыбнулась. Еще год назад это имя вызывало у нее ужас, ее начинала бить дрожь, она теряла дар речи и покрывалась холодным потом. А потом все изменилось.
Во-первых, изменилась сама Марина, постепенно научившись держать себя в руках. А во-вторых, недавно в прессе вдруг стали появляться факты о связи Джалиля с наркоторговлей, публичными домами, торговлей детьми и бог знает какими еще смертными грехами. Власти были вынуждены возобновить уголовные дела сразу по нескольким статьям против известного бизнесмена, а для успокоения потрясенной общественности провести несколько показательных рейдов и снесли с лица земли три-четыре его заведения по оказанию сексуальных услуг. Пресса гудела, общественность аплодировала. А сам Джалиль бежал из страны и бесследно исчез.
Ресторан располагался в центре Москвы, в одном из тихих переулков рядом с Арбатом. Неприметный снаружи, внутри он оказался большим и просторным. Добротная мебель, приглушенный свет и большая необычная люстра в стиле модерн из прозрачного хрусталя добавляли помещению изысканности и лоска.
Марина удивленно вскинула брови и немного замешкалась у входа. Ей вдруг показалось, что заведение слишком шикарное для ее простого летнего платья. Заметив ее нерешительность, Максим крепко обнял невесту за талию и прошептал ей на ухо:
– Выглядишь сногсшибательно сегодня!
Марина почувствовала, как по спине побежали мурашки от его шепота, улыбнулась и уже увереннее прошла в зал.
Мужчина, назначивший встречу, уже ждал их за уединенным столиком в углу ресторана. Завидев Марину и Макса, он тяжело поднялся со своего места и протянул руку для пожатия. Максим удивился, что пожатие старика оказались таким крепким.
– Дмитрий Сергеевич Мирт.
– Максим Краснов. А это моя невеста Марина Сокольская. Надеюсь, вы не простив моего присутствия.
– Вовсе нет, – ответил мужчина и перевел взгляд на Марину.
И тут вышла заминка. Дмитрий Сергеевич вдруг побледнел, будто увидел привидение, и непроизвольно поднял руку к сердцу, будто ему сделалось дурно. У него начали трястись руки, и никак не получалось произнести хотя бы слово. Он все пытался, силился, начал хрипеть, но слова не шли с языка.
Марина испугалась, что ему станет совсем плохо – все-таки возраст, – и отреагировала первой. Быстро обогнув стол, она помогла Дмитрию Сергеевичу присесть, налила стакан воды и подала ему, но мужчина пить отказался. Жестом он указал на внутренний карман пиджака, где хранил лекарство, и Марина, не мешкая и не стесняясь, достала пузырек и отмерила нужное количество капель в другой свободный стакан.
– Вызвать скорую? – обеспокоенно спросил Макс.
Но мужчина отрицательно покачал головой, осушил стакан с водой, сделал несколько вдохов и смог, наконец, говорить.
– Приношу извинения… Слабое сердце.
– Да перестаньте! – отмахнулась Марина. – Главное, что вам лучше.
– Гораздо!
– Марина напомнила вам дочь? – мягко спросил Макс. – Я видел фотографии, что вы прислали сегодня утром.
– Сходство просто поразительное, – хриплым голосом ответил Дмитрий Сергеевич и снова взглянул на Марину. – У вас другой цвет волос, темнее, и вы немного моложе. Мимика, манера общения иные, но внешность! Это поразительно! – повторил он растерянно.
Марина нахмурилась и с укором посмотрела на Макса. Мог бы и предупредить. К тому же ей было интересно, есть ли объяснение такому сходству?
Будто читая ее мысли, Максим ответил:
– Нет, милая, я проверил. Никаких явных связей между вашими семьями нет. А там, кто знает? Где бывали и что делали наши прадеды! – с легкой улыбкой добавил он и перевел взгляд на Дмитрия Сергеевича.
Но тот шутку не оценил и нахмурился, будто решая в голове сложную задачу. А Макс сразу стал серьезным и даже выпрямился. Он поймал себя на мысли, что рядом с этим человеком ему хочется вскочить с места и отдать честь. Этот полковник в отставке даже в преклонном возрасте вкупе со слабым здоровьем вызывал уважение и благоговение. Шутить сразу расхотелось.
Наконец, Дмитрий Сергеевич заговорил:
– Я знаю о роде вашей деятельности, Марина, а также о том, над чем сейчас работает отдел Максима. Именно поэтому я здесь. Прошло уже два месяца, а Кристину так и не нашли. Я многих подключил, сделал все, от меня зависящее, но меня будто преследует злой рок. И я постоянно отстаю на шаг… Я знаю причину моих неудач: Кристина искала моей помощи, но я не поверил ей, не принял всерьез. И это мое наказание…
Марина видела, как тяжело ему даются эти слова. Такому гордому и властному человеку, как Дмитрий Сергеевич Мирт, признавать свои ошибки всегда сложно. А говорить об этом открыто еще сложнее. Но почему он связался именно с Мариной, этого она понять пока не могла.
– Проблема в том, что Джалиль все еще на свободе. У него развязаны руки, он продолжает жить, и дышать, и осуществлять свои дьявольские планы. Возможно, именно по его желанию Кристину постоянно перемещают с места на места.
– Так она знала его лично? – удивленно спросила Марина. – Саму меня держали в одном из его заведений в Осетии, но ни я, ни кто-либо еще из девушек никогда не видели хозяина лично. Хотя его имя звучало постоянно.
Максим с опаской взглянул на свою невесту – все же тема была щекотливой и болезненной, но Марина была абсолютно спокойна. Она уже давно научилась говорить о прошлом объективно и не мешать свое настоящее с прошлыми ошибками. Что было, то было. Этому ее научил психотерапевт – беспокоиться не нужно, а желать изменить прошлое вообще бессмысленно. Жить нужно настоящим и прилагать усилия для сегодняшнего дня, чтобы завтра с рассветом день стал еще прекраснее. Так и строится наше будущее.
– Да, моей дочери «повезло» познакомиться с этим человеком на выступлении – она балерина. Он заметил ее на сцене. С тех пор все пошло под откос… – Дмитрий Сергеевич отпил еще немного воды из стакана и выпрямился. – О вашей волонтерской деятельности в организации «Альтернатива» писали СМИ около месяца назад, статья меня заинтересовала. А потом я увидел вашу фотографию, Марина, и заинтересовался еще больше. Вы же знаете, как это бывает: освобожденные девушки попадают в больницы и приюты без документов, полностью дезориентированные и зачастую в таком состоянии, что не могут вспомнить ни фамилии, ни адреса. Фотографии моей дочери разосланы уже во все необходимые инстанции, она давно в розыске. Тем не менее я хочу использовать любую возможность… – Дмитрий Сергеевич запнулся и посмотрел в упор на Марину, ожидая ее реакции.
В его глазах была такая растерянность, невысказанный крик о помощи, столько отчаяния, что Марина не стала тянуть.
– Просить о помощи непросто, – многозначительно ответила она. – Я много раз сталкивалась с этим и все прекрасно понимаю. Правда, ваша просьба должна быть обращена скорее к Максиму, чем ко мне… Я лишь оказываю девочкам психологическую поддержку и делюсь своим опытом, – мягко добавила она. – Тем не менее я сделаю все, от меня зависящее. Обещаю.
– Ваш опыт, – неуверенно повторил Дмитрий Сергеевич. – Вы могли бы мне рассказать?
– Нет, – твердо ответила Марина.
Максим удивленно взглянул на свою девушку. Ее отказ показался ему слишком категоричным, учитывая состояние отца пропавшей Кристины.
Вздохнув, Марина пояснила:
– Вам не нужны подробности, поверьте мне. Мой рассказ не сделает вас счастливым, не успокоит и не поможет в поисках. Сеть пестрит такими историями – можно зачитываться взахлеб перед сном… Не поймите меня неправильно, Дмитрий Сергеевич, но на курсах по психологии нам ясно дали понять: делиться таким опытом можно лишь с теми, для кого все закончилось и кто уже дома и в безопасности. Это касается и родственников пострадавших. И не касается вас пока что, к сожалению. Если примете, могу дать один совет: не думайте об этом! Продолжайте действовать, не отчаивайтесь и не теряйте надежды. А для воспоминаний, плохих и хороших, еще наступит время.
Дмитрий Сергеевич обдумал ее слова и кивнул, соглашаясь.
А Максим восхищенно посмотрел на любимую, полностью разделяя ее точку зрения. Лучше и не скажешь!
На том и расстались.
По дороге в аэропорт Марина попросила жениха переслать ей фото Кристины и выложила их во все возможные группы, в которых состояла вместе с другими девушками. В подписи к фото Марина указала имя и фамилию девушки, ее возраст и дату исчезновения и попросила всех, кто располагает хоть какой-то информацией, связаться с ней лично.
– Он поднял на ноги все власти и все равно не может ничего сделать! – в сердцах бросил Макс. – Жаль его до чертиков! Но знаешь, что я подумал? Раз он обратился к нам за помощью, может, и тебе стоит попросить его об ответной услуге?
– Ты о моем брате? – рассеянно спросила Марина, продолжая листать ленту новостей. – Возможно, ты прав. Но что мы знаем о Тимофее? Нет даже отправной точки… С другой стороны, почему бы и не попробовать. В конце концов, он бывший военный, как и Дмитрий Сергеевич.
Перелет Марину сильно утомил. Все время в самолете и в такси до Краснодара девушка проспала, сладко устроившись на плече своего жениха. У Макса затекла рука, но он не жаловался. Он был счастлив, потому что жутко соскучился по Марине и хотел лишь одного: никогда с ней не разлучаться!
Марина иногда удивлялась, как это возможно, что он так сильно любит ее? Почему не брезгует быть с ней после всего, через что ей пришлось пройти?
Он лишь пожимал плечами, не совсем понимая, о какой брезгливости она говорит.
– Это все равно, что бояться дотронуться до рук садовника. Ведь своими руками он прикасался к удобрениям, к такому вонючему дерьму, что и в страшном сне не приснится, чтобы вырастить свои прекрасные розы! Или помидоры какие-нибудь! – со смехом добавил он. – Мы же не брезгуем есть помидоры, так? Руки можно помыть с мылом и жить дальше!
Марина удивленно кивала и спрашивала, можно ли его цитировать в своей группе или на встречах с пострадавшими девочками.
Самым сложным в ее работе была борьба со страхом, что эти девушки, униженные физически и морально, не смогут уважать себя в мирной жизни, а также не смогут встретить мужчину, который согласится прикоснуться к ним, полюбить, оценить по достоинству. Этот комплекс собственной неполноценности был камнем преткновения на всех ее встречах с пострадавшими. Что и говорить, ведь даже в обычной мирной жизни многие женщины терзаются страхом, что они недостаточно хороши, что их тела слишком толстые или худые, носы широкие, волосы не такие, грудь маленькая и так далее до бесконечности! Эта патологическая неспособность полюбить себя, принять себя такой, какая ты есть, мешает нам обрести собственное счастье.
А для этих искалеченных девушек вера в себя – почти недостижимая цель!
Марина понимала, как сильно ей повезло с Максом, и каждый день благодарила Бога за то, что он свел их вместе.
В большой светлой комнате стулья были расставлены кругом. Девушки входили одна за другой, усталые и озабоченные. В глазах многих из них все еще прятался страх, и их позы напоминали спортсменов, готовых сорваться и побежать, как только прозвучит выстрел.
Пока они рассаживались по стульям, Марина успела присмотреться к каждой из них и с сожалением обнаружить, что Кристины среди них нет. Не было о ней информации и в группах, где Марина размещала ее фото, регулярно обновляя страницу. Марина и сама не заметила, как увлеклась поисками именно этой пропавшей девушки. Встреча с ее отцом никак не шла у нее из головы. Да, он был немного высокомерен, но нашел в себе силы просить о помощи абсолютно незнакомых людей. Он был сломлен и глубоко несчастен, утопая в собственном чувстве вины.
Марине было даже страшно подумать, каково это: попросить помощи у отца и не получить ни жалости, ни поддержки! Где бы ни оказалась Кристина после этого, ей было плохо и очень одиноко, скорее всего! Если бы только она знала, сколько усилий ее отец приложил теперь для поисков, возможно, это придало бы ей сил и изменило ход событий. Но девушка исчезла бесследно…
– Давайте возьмемся за руки и повторим за мной: «Я нахожусь в полной безопасности, и мне не страшно. Что бы ни случилось со мной, все это осталось в прошлом. Теперь мне нужно найти в себе силы и жить дальше».
Девушки хором повторяли заученные, будто молитва, слова. Марина видела: некоторые из них уже верили в это, другим предстоял более долгий путь преодоления.
– А теперь кто хочет поделиться своей историей?
Первой руку подняла худенькая девочка лет пятнадцати.
– Привет, я Аля. Я родилась и выросла в Казахстане… – она говорила неуверенно и очень тихо, но никто не торопил и не перебивал ее. – Моя семья была очень бедной. Трое старших сестер и младший брат. Отец сказал, что девочкам нужно уехать на заработки, чтобы он мог прокормить нашего брата. Мама умерла при родах, а отец пил и мало работал. Не хватало еды, и он продал нас… Ночью приехали люди на большом джипе и увезли нас в другой город. Я не знаю, где мои сестры. Нас разделили, и я их больше не видела… Меня привезли в дом, большой и очень грязный, с тараканами и пауками. Там женщины прямо на полу или на грязных матрасах занимались сексом с мужчинами за деньги… – Аля замолчала, собираясь с мыслями, а потом продолжила уже более твердым голосом: – Меня много били. Я не хотела делать то же, что и другие. Однажды хозяин так сильно избил меня, что сломал мне руку, а в другой раз я неделю ничего не видела правым глазом. Я мыла полы и туалеты. Я очень старалась… Но хозяин всегда был недоволен, потому что я не приносила ему денег. Потом изнасиловал меня и стал принуждать обслуживать других мужчин… Потом к нам приехали какие-то мужчины. Они отбирали самых молодых и здоровых девочек и увозили куда-то. Было страшно… Меня не забрали, потому что у меня все еще был отек на глазу. Все тряслись и молили Аллаха, чтобы нас оставили в покое…
Аля замолчала, переводя дух. Марина налила стакан воды и передала девочке.
– Аля, ты молодец. Очень хорошо. Ты уверена, что готова продолжить? Или лучше завтра?
– Завтра, – слабым голосом ответила девочка.
Марина кивнула.
– Кто следующий?
Все молчали.
– Хорошо. Давайте я попробую. Меня зовут Марина, и мне восемнадцать лет. Я родилась в деревне под Усть-Лабинском и жила с мамой и братом Тимофеем. Он старше меня. Сейчас ему около сорока. Всю жизнь он служил в армии или по контракту и редко бывал дома. Мама стала пускать людей в свободную комнату на постой за деньги. Однажды у нас поселился красивый парень с большими карими глазами по имени Казбек. Мне было в ту пору четырнадцать лет… – Марина вздохнула и прикрыла глаза, чтобы сконцентрироваться. – Сначала меня держали в каком-то сарае без окон, не кормили и почти не давали воды. Избивали, чтобы сломить волю. Несколько раз изнасиловали. Потом посадили в грузовик с другими девочками и отправили в Осетию. Так я оказалась в рабстве. У меня не было ни документов, ни связи с внешним миром, ни человека, к которому я могла бы обратиться за помощью. Этот публичный дом, как и многие другие, принадлежал Джалилю Мангалиеву. Вы слышали о нем?
Кто-то из девушек кивнул, и Марина продолжила:
– В первый год было совсем плохо: я все еще сопротивлялась, несколько раз пыталась бежать. Меня возвращали обратно, били и снова заставляли зарабатывать собственным телом. А потом я подружилась с женщиной, которая работала там давно и по доброй воле. Она научила меня отключать эмоции – стало немного легче. Кто-то из клиентов заразил меня ВИЧ. Я даже не знала, кто именно. Не знала, что я больна. Эта женщина, ее звали Мириам, говорила, что наше положение не может продолжаться вечно. Все когда-то заканчивается. И это закончится. Главное, выдержать, сохранить рассудок и остаться человеком. Я очень старалась. Сейчас я понимаю, что все уже позади. Но моя болезнь будет вечно со мной, она будет напоминать мне о двух годах рабства и ада, из которого мне удалось выбраться. А я буду лечиться и жить дальше. Потому что теперь я свободна. И мне нечего бояться. Все самое страшное со мной уже произошло.
Спустя две недели девушки из этой группы покинули Краснодар. Кого-то забрали родственники, кто-то уехал сам. Двум несовершеннолетним девочкам, включая Алю, за которую Марина сильно переживала, предоставили временное место в приюте, чтобы они могли продолжить жить и учиться. За эти два года Марина видела много детских домов в разных городах России и понимала, что это не лучшее место для этих детей. Однако в Краснодаре приют был вполне приличным, и девушка искренне надеялась, что Аля найдет там свое место.
Марина всегда обменивалась контактами со своими подопечными и старалась поддерживать с ними связь, охотно отвечать на вопросы и делиться опытом других девушек. Это не была близкая дружба, однако эта иллюзия участия и поддержки давала жертвам похищений возможность не чувствовать себя одинокими. Ведь только между собой они могли быть абсолютно откровенными и открыто делиться своими воспоминаниями о прошлом. Родственники и знакомые, кто никогда не сталкивался с насилием и жестокостью такого рода, зачастую просто отказывались слушать, не в силах это вынести. Их тоже можно было понять…
Закончив с делами, Марина присела за стол у окна, усиленно потирая виски. Головные боли мучали ее уже третьи сутки. Измерив температуру, Марина хмуро взглянула на термометр – почти тридцать восемь. Жар сбить никак не удавалось, значит, снова какая-то инфекция. Будь все проклято! Как же хотелось жить нормально, полностью отдавая силы работе, учебе, любви, в конце концов!
Но тело подводило, и зачастую Марине просто не хватало сил дожить до вечера. Тогда приходилось ложиться на диванчик в каком-нибудь кабинете или спать прямо за столом. Иногда это помогало. А еще Марина посмотрела около сотни обучающих видео по профессиональному макияжу, купила все необходимое и освоила принципы маскировки следов своей болезни. И получалось у нее просто мастерски! Ни ее коллеги, ни Максим не видели темных кругов под ее глазами, бледности и усталости. Только цветущий вид, румяные щечки и легкий блеск на красиво очерченных губах. Никому из них не нужно знать о том, что дела теперь пошли у нее хуже, иммунитет не справляется и некоторые лекарства перестали помогать.
Нахмурившись, Марина покачала головой – не время сдаваться! Открыв свой ноутбук, Марина вошла на страничку электронной почты – нужно было проверить отчеты. Тут в дверь кабинета постучали, и девушка поднялась с места, чтобы открыть. Комната резко закружилась перед глазами. А потом вдруг стало темно.
– Жара, а с ней ваша собственная повышенная температура – вот что явилось причиной перегрузки и полного истощения организма! Почему, черт возьми, вы решили, что организм не борется? – выговаривал ей врач. – Раз есть жар, иммунитет противостоит болезни самостоятельно. Даже здоровому человеку не рекомендуется расхаживать с такой температурой, работать тем более! А вам и подавно!
Максим с укором посмотрел на Марину:
– В Москве ты сказала, что все в порядке!
– Так и было! – обиженно ответила Марина.
Максим только поморщился и с надеждой посмотрел на врача, ища поддержки.
– Три дня постельного режима. Раньше не выпущу! – строго ответил врач и вышел из палаты.
Максим тяжело вздохнул, порылся в рюкзаке и вытащил пакет с лекарствами.
– Все по списку и рецептам, как ты просила.
– Спасибо, любимый, – улыбнувшись, ответила Марина и потянулась к жениху, требуя объятий.
Макс тут же просветлел, охотно плюхнулся на край кровати и заключил больную в крепкие объятия.
– Ты будешь следовать всем указаниям врача, будешь беречься и скоро поправишься, – убежденно произнес он. – Тебе в скором времени предстоит важное мероприятие, где ты должна блистать и затмить всех присутствующих!
– Какой-то прием? – отстраняясь, спросила Марина. – Деловой?
– Не угадала!
– Вечеринка друзей? Но зачем мне там блистать?
– Опять не угадала, – рассмеялся Макс, с нежностью вглядываясь в ее лицо.
– Так что же? – нетерпеливо спросила Марина, дернув Максима за край футболки.
– Я решил остепениться, – вдруг став серьезным, заявил ее жених. – И тебе пора.
Марина от неожиданности открыла рот, закрыла, не найдясь, что ответить, и со свистом выдохнула.
– Не думаю, что ты будешь против, – убежденно произнес Максим.
– И я не думаю… – ответила наконец Марина и снова притянула к себе жениха. – Господи, я замуж выхожу… Девчонки не поверят!
На следующий день Макс снова забежал в больницу, чтобы проведать Марину и убедиться, что она следует предписаниям врача. Его сильно беспокоила ее безалаберность, когда дело касалось собственного здоровья, в то время как по части работы его невеста была образцом ответственности. Своими опасениями он поделился с врачом.
– Не волнуйтесь! Здесь, в наших стенах, она принимает лекарства строго по расписанию, не переутомляется и не подвергается рискам. Но, боюсь, проблемы вернутся снова, как только Марина выйдет из больницы.
– Не начнутся, – уверенно ответил Макс. – Дальше я возьму ответственность за ее здоровье на себя. Скоро мы поженимся.
Доктор кивнул и удивленно посмотрел на собеседника.
– Не могу не задать вам вопрос, – медленно произнес он, – который должен задать в такой ситуации…
– Не нужно, – перебил его Максим. – Я полностью осознаю, чем больна моя будущая жена. И понимаю риски, для нее и для себя.
– Прекрасно! В таком случае вы – человек отважный и благородный! – торжественно заявил врач.
Максиму показалось, что в этих словах прозвучала ирония, – ну и пусть! Пожав врачу руку, Максим направился в палату. И застал Марину с ноутбуком в руках.
– Чем тут занимается моя будущая жена? Надеюсь, платьем, а не работой?
– Не я хочу я платье, – отмахнулась Марина и подняла на Макса глаза. – Еще в детстве я знала с точностью и во всех деталях, как пройдет моя свадьба. Если ты согласишься, конечно…
– И как же? – с интересом спросил Макс.
– Я буду в белом сарафане в пол, в волосах большая орхидея, ты – в белых легких брюках и рубашке навыпуск, можно даже с закатанными рукавами. Мы стоим на пляже, на белоснежном песке. Закат. Из атрибутики только арка, обвитая живыми цветами. Только мы с тобой и регистратор…
– Втроем? – с сомнением спросил Максим.
– Нет, вчетвером. Еще магнитофон – для фона будет играть Шопен. Прелюдия номер двадцать!
– Почему именно двадцать? – рассмеялся Макс.
– Потому что это любимая композиция Тимофея, – задумчиво ответила Марина. – И я бы все на свете отдала, чтобы он был на моей свадьбе! Он очень любил меня…
– Он и сейчас тебя любит!
– Кстати, я написала тому мужчине, помнишь? Отцу Кристины. И получила ответ. Почитаешь?
Максим кивнул, и Марина повернула ноутбук, чтобы ему было удобнее.
Первым было письмо Марины:
«Здравствуйте, Дмитрий Сергеевич. Спасибо, что переслали мне материалы и фотографии. Я все просмотрела. И снова была удивлена поразительному сходству между мной и вашей дочерью! И еще более удивительным является тот факт, что у нас с ней схожие истории и судьба приготовила нам такие страшные испытания. Искренне верю, что и Кристине выпадет шанс спастись, как это случилось со мной.
Как и договорились, я выложила фотографии Кристины на всех доступных мне ресурсах, во всех группах, которые вела я сама или мои коллеги, и теперь ее фото увидят все девушки и женщины, которым мы помогали пройти реабилитацию. Поверьте, их много! И, даст бог, скоро кто-нибудь из них откликнется и даст хоть какую-то зацепку.
Знаете, я верю в судьбу! Возможно, именно мне, учитывая наше с Кристиной сходство, суждено ее отыскать и спасти.
А вы не отчаивайтесь – нужно продолжать надеяться.
Дмитрий Сергеевич, в свою очередь тоже хотела бы попросить вас оказать мне услугу. Я ищу своего старшего брата уже два года, с тех пор, как вернулась к нормальной жизни. Его зовут Тимофей, но друзьям он может представляться как Дэн – это прозвище закрепилось за ним еще с армии, уж очень он любил творчество Дэна Симмонса, американского писателя. Особенно его «Гиперион». После армии Тёма служил много лет по контракту в самых разных точках земли, присылал нам с мамой деньги и практически не появлялся дома. Затем он уволился и перешел, как бы это сказать, на вольные хлеба. Честное слово, я не знаю, чем он занимался после, и не хочу предполагать, что чем-то незаконным. Однако… Дмитрий Сергеевич, это моя личная и очень щепетильная просьба. Я хотела бы его найти и восстановить контакт, не привлекая внимания властей. Не хочу, чтобы у него были неприятности. Хотя вполне возможно, что я ошибаюсь… Так или иначе, я безумно скучаю по своему брату, и если вы поможете мне в поисках, на этой земле станет на одного человека счастливее.
P. S. Уверена, что перед нашей встречей вы навели справке о моей истории, в том числе истории моей болезни. Я надеюсь прожить долгую и счастливую жизнь, но может быть и иначе. Возможно, у меня не так много времени на осуществление моей мечты.
Марина».
К письму были приложены фотографии брата Марины, его свидетельство о рождении и аттестат о среднем образовании.
Читая последние строки, Максим внутренне содрогнулся, но вида не подал, стараясь держать себя в руках. В душе он искренне похвалил письмо Марины, уверенный, что такие слова не могут не растрогать сердце старика. И не ошибся.
«Здравствуйте, Марина.
Спасибо за ваш ответ.
К сожалению, так красиво, как вы, мне не написать – не зря вас печатают в СМИ. Я читал и выражаю вам свое восхищение.
Теперь к делу. В Москве у меня есть знакомые врачи – возвращайтесь скорее и сразу свяжитесь со мной. Я навел справки: при верно подобранных лекарствах и соблюдении всех рекомендаций больные с таким диагнозом действительно имеют все шансы на долгую и счастливую жизнь, как вы выразились. Я пока что не в силах помочь Кристине, поэтому уважьте пожилого человека и позвольте мне оказать содействие. Для меня это очень важно. Поймите меня правильно, пожалуйста, и не вздумайте упрямиться.
Насчет вашего брата я все понял. Сделаю что смогу. Точнее, уже сделал. Теперь остается только надеяться.
Жду вашего возвращения».
– А он все командует, – с улыбкой прокомментировал Максим, перечитывая письмо.
– Да ладно тебе! Мне он нравится. Мировой мужик, как говорят. Жаль, что с дочерью, похоже, у них не очень ладилось… – с грустью добавила Марина.
– Ты должна принять его предложение насчет врачей, – попросил Макс.
– А я и не отказываюсь. Знаешь, я давно поняла, что мир именно так и устроен: на взаимопомощи. Не вижу в этом ничего предосудительного, – пожала плечами Марина. – К тому же у старика больное сердце. Господи, сделай так, чтобы ему хватило сил пережить все это. Знаешь, недавно мне снова пришлось общаться с родственниками одной девочки. И, скажу тебе честно, это было сложнее, чем помощь самой потерпевшей. На курсах нас как-то забыли научить, что делать с абсолютно растерянными взрослыми! Воображение – их злейший враг.
Пока Марина сокрушенно делилась своим опытом, Макс заметил на экране ноутбука новое оповещение – пришло письмо от Дмитрия Сергеевича.
Одна строка.
Побледнев, Максим перестал дышать и перевел взгляд на свою невесту.
– Что такое? – обеспокоенно спросила Марина.
Не в силах произнести ни слова, Максим просто перевернул экран к Марине, а сам встал и подошел сзади, чтобы еще раз увидеть написанное. Просто ему никак не верилось в то, что он увидел! Может, померещилось?
Марина нажала кнопку, и сообщение от Дмитрия Сергеевича высветилось крупнее. Одна единственная строка! Нет, Максу не показалось.
«Марина, я нашел вашего брата».
Дэн с трудом разлепил опухшие глаза, но тут же снова сомкнул веки, опасаясь ослепнуть от нестерпимо яркого света, заливающего всю комнату. Он не представлял, где находится. Не знал он и о том, сколько времени прошло с того злосчастного вечера, когда он видел Кристину в последний раз. Воспоминания, будто ленясь, возвращались мучительно медленно и без всякой хронологии.
Кристина была в каждом из них. Будто жизни до нее и не существовало. Много же времени ему потребовалось, чтобы осознать простую истину: жизнь шла своим чередом и раньше, просто в ней не было смысла.
Дэн попытался шевельнуться и глухо застонал от боли, иглами пронзившей все тело. Так, спокойно… Попробуем начать с конечностей. Аккуратно и очень медленно Дэн пошевелил руками, затем правой ногой и левой и облегченно выдохнул. Что бы там ни случилось, он будет ходить – это самое главное!
Досчитав до десяти, Дэн все же открыл глаза во второй раз. Свет уже не казался таким ярким – обычная больничная палата, большое окно без штор. Солнце садилось, и последние закатные лучи освещали ширму у противоположной стены и закрытую дверь с потрескавшейся краской.
Жарко. Это было следующим, что ощутил Дэн. Правая рука явно в гипсе от локтя до запястья, плечи и торс перетянуты сдавливающими повязками. Ноги, похоже, тоже в бинтах. Неужели одна пуля способна разнести его тело на куски? Или в него попала автоматная очередь, и врачи теперь бьются, чтобы собрать этот пазл заново?
Дэн попытался припомнить детали перестрелки. Сначала появился Ким. Вот черт, добраться бы до этого гаденыша, и танцевать ему уже не придется! Ким рыдал и пытался оправдаться. Что-то о своих родителях, кажется… Если эти люди открыто угрожали ему и пытались убить его отца, понятно, почему он так испугался. Но это не оправдание!
Потом появились бандиты. Трое? Нет, четверо. И у одного из них был автомат. Это точно. Кристина еще была рядом. Когда Дэна ранили впервые – он помнил это очень хорошо – она вскочила с земли и бросилась ему на помощь, несмотря на опасность и на пули, что летали у них над головами. Она была такой отважной!
– Черт, почему была? – прошептал Дэн и поморщился, отгоняя плохие предчувствия. – Давай, идиот, сосредоточься!
Кристина помогла ему не рухнуть на землю, и, хоть и раненый, Дэн еще мог держать оружие в левой руке. Он подстрелил двоих. Одного в самом начале. Второго ранил. А потом его снова задели. Не задели, а попали в упор, в грудную клетку, в бронежилет. Удар был таким мощным, что его отбросило на спину. Кажется, все ребра переломало. Но все же жилет спас ему жизнь, раз он здесь и все еще дышит. Боль вызвала шок, и он почти сразу потерял сознание. Последнее воспоминание было уже не визуальным, а физическим. Кристина была рядом, она плакала и гладила его по лицу, по щекам и лбу, и ее горячие слезы обжигали его кожу. В ту секунду он готов был душу дьяволу продать, лишь бы встать и попытаться защитить ее, как обещал! Дэн понимал, что он последняя ее надежда. И он не справился.
Интересно, кто нашел его и как он оказался в больнице? Тот пустырь, где Ким назначил встречу, был далеко от шоссе и населенных пунктов. Место было выбрано с умом. И вряд ли могли быть свидетели. Так кто же вытащил его?
Но это был не главный вопрос. А главный Дэн боялся задать сам себе, чтобы не сойти с ума. Где Кристина?
Осознав, что он не может ни сесть, ни встать, Дэн начал шипеть, потом рычать, а потом выть. Он уже не мог совладать с эмоциями. Его затопила паника, чувство вины, сожаление, гнев! Но главным было чувство собственного бессилия. И он не мог бороться с этим. Дэн начал дергаться в своей кровати, бить руками и ногами как мог, превозмогая боль, а потом закричал в голос.
На шум прибежала медсестра. На миг она замерла посреди палаты в растерянности. Не каждый день увидишь взрослого мужчину, крупного и сильного, пусть и с ранением, который бьется в истерике и плачет как ребенок. Медсестра, женщина в возрасте и с большим опытом, все же смогла взять себя в руки. Выбежав из палаты, она вернулась через мгновение со шприцом снотворного. Спустя две-три минуты Дэн перестал кричать и рыдать, а еще через несколько мгновений забылся беспокойным сном.
Следующее пробуждение было еще хуже предыдущего. Теперь Дэн помнил почти все в деталях и четко осознавал: Кристину забрали. Как давно это было? Что они могли сделать с ней за это время? Где ее искать? Вопросы возникали один за другим. И ни одного ответа.
Еще хуже был тот факт, что Дэна пристегнули ремнями к кровати. Как буйно помешанного! Для чего? И почему никто не придет нормально рассказать ему о положении дел и все объяснить? Неизвестность была даже мучительнее ожидания…
Теперь Дэн практически не мог шевелиться. Он чувствовал нестерпимую боль в грудине и руке ниже локтя, все его тело горело огнем, и этот жар, казалось, плавил его хуже раскаленного железа. Где же, черт возьми, этот врач? Эти местные больницы маленьких уездных городков и поселков хуже чистилища! Дэн бывал в таких местах и раньше. Но никак не мог припомнить, чтобы когда-нибудь ему было настолько плохо. Не только физически – боль он умел терпеть, крепко сжав зубы, – но и морально.
Ожидание тянулось бесконечно. Секунды, минуты, часы. По солнцу Дэн понимал, что очнулся утром. Один раз зашла медсестра, та же, что и накануне, и Дэн попытался выяснить у нее хоть что-нибудь о своем состоянии, но она лишь ответила:
– У врача спросите.
Сменив капельницу, она быстро вышла, снова оставив его наедине с собственными мыслями. Дэн то проваливался в беспокойную дрему, то открывал глаза, щурясь от проклятого солнца. Ему была очень жарко, и он никак не мог понять: это высокая температура его тела или в палате действительно нечем дышать?
Наконец, после обеда явился врач. Молодой хирург, с ранней лысиной, блестевшей от пота, и скучающим взглядом.
– Очнулся, больной. Очень хорошо, очень хорошо, – пробормотал он еле слышно и принялся изучать свои записи.
Вслед за ним вошла все та же медсестра, и он принялся давать ей указания, что нужно сделать и какие лекарства заменить на новые. Дэна будто и не существовало. Он хмуро наблюдал за парнем и терпеливо молчал, ожидая, когда же врач обратит внимание, что в палате есть еще живой пациент. Пока что живой.
«Понятно, для чего они людей к кушетке ремнями пристегивают!», подумал Дэн про себя.
Хирург все же закончил разговор с медсестрой и перевел взгляд на Дэна.
– Что ж, больной, у меня есть к вам несколько вопросов. Как вы себя чувствуете?
– Доктор, как давно я здесь? – сиплым голосом спросил Дэн.
Врач нахмурился. Ему не понравилось, что его собственный вопрос так бесцеремонно проигнорировали.
– Пятый день, – ответил он, вглядываясь в лицо Дэна. – При вас не было документов. Нужно будет назвать Марии Михайловне ваши данные. Желаете сообщить родственникам?
Дэн отрицательно покачал головой.
– Для чего меня пристегнули к кровати?
– Вы так убивались, так убивались вчера, что я не знала, как быть. И ваши раны… – вмешалась медсестра Мария Михайловна. – Я позвонила врачу, и он посоветовал сделать это, чтобы швы не разошлись.
Врач покивал ее словам, соглашаясь. Не говоря ни слова, Дэн поймал взгляд хирурга и поднял брови. Очевидно, взгляд был столь красноречивым, что лысеющий доктор вздрогнул и посмотрел на свою медсестру.
– Развяжите, – глухо бросил он.
Пока медсестра занималась ремнями, Дэн возобновил свои вопросы, опасаясь, что врач уйдет еще на сутки.
– Как скоро я смогу выписаться?
– Выписаться? – воскликнул врач. – Понятия не имею! Точно нескоро! Слушайте, у вас множественные пулевые ранения, но не это самое страшное. Автоматной очередью вам пробило, точнее, деформировало бронежилет. Одно ребро сломано, и там осколки кости. Два других ребра треснули, и это также опасно. Вам нельзя двигаться. Уже прошла одна операция, но мне не удалось добраться до всех осколков… И вам предстоит как минимум еще одна операция. Я потому и спрашиваю о родственниках. Нужна их помощь. Я не возьмусь за повторную операцию. Вам нужна городская больница с новым оборудованием! – сокрушенно добавил он. – Раз вы очнулись, я сообщу в полицию. А там уж будем решать. Радуйтесь, что вы живы! О выписке не может быть и речи, – раздраженно добавил он.
Дэн не обратил на его тон никакого внимания, но его слова не сулили ничего хорошего. Кивнув, он задал последний вопрос:
– Кто меня привез?
– Ох, такой милый мальчик, Александром зовут! – вклинилась медсестра. – Такой очаровательный! Вам повезло, что он проезжал мимо и нашел вас! Добрая душа! Святой человек! Не побоялся бандитов! Александр Ким, я запомнила. Чудо как хорош!
– Он еще здесь?
– Нет, конечно! Что ему здесь делать-то? Когда полиция приезжала, он дал показания и уехал дальше по своим делам! Не сидеть же ему у вашей кровати.
Дэн тяжело вздохнул и перевел взгляд на врача. Но тот уже уходил.
– Отдыхайте. Зайду завтра.
Оставшись в палате один, Дэн прикрыл глаза.
Плохи его дела. Если не случится чуда и его организм не излечится сам собой, помирать ему в этой захолустной больнице долго и мучительно.
Пять дней! Неужели уже прошло столько времени? За это время могло произойти все что угодно. Если Кристина еще жива, а думать иначе Дэн отказывался, за пять дней ее могли увезти куда угодно, даже на другой конец света! И спрятать так, что не отыскать! И сделать с ней могли многое… Подумав об этом, Дэн зажмурился и попытался сжать кулаки, и тут же пришла новая боль. Жгучая и почти невыносимая.
Так, в беспокойстве и мучении прошла неделя. А потом Дэну стало хуже. Температура тела теперь приблизилась к сорока, давление было нестабильным, острая боль в грудине не отпускала, и, в конце концов, измучившись, Дэн потерял сознание. Хирург, хоть и нехотя, связался с главным врачом больницы и был вынужден вызвать его из отпуска.
Посовещавшись, сделав необходимые анализы и рентген, врачи прияли решение о повторной операции. Транспортировать больного было уже поздно и крайне опасно. Это нужно было сделать раньше! А теперь операция стала единственным выходом.
На операционном столе у Дэна отказало сердце, не выдержав нагрузки, и около минуты он был мертв.
Вспоминая позже эти мгновения, Дэн мог поклясться, что побывал в раю. На берегу веселой горной речки он сидел на траве, наблюдая за тем, как солнце играет в прохладных каплях бурлящего потока. Кристина была рядом. Она сидела так близко, что Дэн чувствовал тепло ее тела и легкий аромат ванили от ее пшеничных волос. Нежно улыбнувшись, она положила голову на его плечо и вздохнула. Теперь все будет хорошо… На мгновение Дэн, одинокий и уставший, пожелал остаться на этой траве рядом с этой девушкой именно в этом мгновении. Если бы его попросили описать этот сон одним словом, он сказал бы «умиротворение». Давно ему не было так спокойно.
А потом Кристина вдруг подняла голову от его плеча и заглянула в его глаза с беспокойством. И прошептала:
– Ты ведь обещал мне!
Дэн вдруг в ужасе осознал, что это лишь сон! Кристины нет, и он должен жить, должен проснуться, если хочет помочь ей.
И его сердце снова забилось.
Спустя несколько дней его перевели из реанимации в обычную палату. Поначалу все шло неплохо, и молодой хирург даже позволил себе скупую улыбку, но затем боли вернулись. Врачи теперь разводили руками, и Дэн впал в глухое отчаяние.
Чтобы не сойти с ума от боли, он заплатил врачам за дополнительные дозы обезболивающих и снотворного и почти все время пребывал в беспамятстве. Дни слились в один бесконечный кошмар, и Дэн в конце концов осознал, что теряет надежду. Неужели это и есть конец?
Иногда, приходя в себя, он плакал как ребенок от боли и бессилия что-либо изменить. Впервые в жизни он страшно пожалел о своем одиночестве. Обратиться было не к кому. А единственный человек, чья судьба его волновала, сам нуждался в помощи.
Жизнь бывает очень жестока.
Прошло время, потом еще и еще.
И наступил, наконец, день, когда все изменилось.
Однажды утром в больнице вдруг началось странное движение. Приехали какие-то люди, быстро и по-деловому поговорили с главврачом, оформили перевод тяжелого пациента из реанимации в другую больницу, организовали перевозку со всей необходимой для этого аппаратурой. На лужайке перед больницей приземлился вертолет скорой помощи, огромный и блестящий, и жутко шумный. Своим появлением он устроил страшный переполох как среди медперсонала, так и среди пациентов. Все, кто мог держаться на ногах, прилипли к окнам одноэтажной больницы, чтобы собственными глазами увидеть, как погрузят особо важного пациента и как красиво вертолет взмоет в воздух, подняв клубы пыли и сорвав листья с ближайших кустов.
Уже через час Дэн был в Краснодаре, а через два часа его уже оперировали лучшие районные специалисты, целая группа хирургов. Пока пациента доставляли, они уже были на месте, изучали снимки рентгена и компьютерной томографии, результаты анализов и общую историю болезни. Поэтому, когда пациент оказался перед ними на операционном столе, хирурги уже точно знали, что делать. От начальства свыше поступило следующее распоряжение: «Пациента вернуть к жизни». Другие варианты даже не рассматривались. А раз начальство просит…
Сам Дэн ничего не знал о случившемся. Практически все время он был без сознания, а в те редкие моменты, что приходил в себя, он не узнавал людей вокруг и не осознавал, где находится из-за воздействия сильных лекарств.
Поэтому, очнувшись абсолютно в другой палате, светлой и хорошо обставленной, с жалюзи от солнца и исправным кондиционером, он был сильно удивлен.
Первым ощущением была жажда. Повернув голову, он увидел на прикроватной тумбочке высокий пластиковый стаканчик с водой и трубочкой для питья и протянул руку. Напившись, Дэн вдруг заметил, что гипса нет, и рука больше не болит. Но это было еще не самым удивительным открытием. Боль в груди, жуткая, доводящая его до сумасшествия боль стала всего лишь воспоминанием! Подняв футболку, Дэн увидел лишь шрамы. Два коротких от операций, о которых он помнил, и один аккуратный, тонкий и длинный шрам, тянувшийся от шеи и почти до пупка. Этот был новым и свежим. Повязки и бинты уже сняли. Значит, прошло много времени. А он абсолютно ничего не помнил. Проклятье!
Полежав немного в постели, Дэн собрался с силами и попытался встать. Получилось не сразу – голова жутко кружилась. Но Дэн был так счастлив, что нет боли, что он может дышать и мыслить как нормальный человек, а не через призму страданий, что даже не обратил внимание на головокружение. Лишь бы встать и сделать несколько шагов.
– Я все еще жив, и это чудо! – пробормотал Дэн, медленно продвигаясь к окну, держась за предметы мебели, чтобы не упасть.
Подняв жалюзи, Дэн выглянул в окно. И не поверил собственным глазам. Да, это другая больница, большой город, кажется, Краснодар – Дэн знал эту площадь за окном, но его поразило не это. За окном была осень! Осень! Глаза его не обманывали: деревья еще хранили желто-зеленый покров, но все мостовые, тротуары и газоны были усыпали опавшей листвой. Дворник метлой собирал листья на обочине рядом с проезжей частью и складывал их в черный полиэтиленовый мешок. Осень… Два месяца прошло с тех пор, как…
Дэн прикрыл глаза и сжал кулаки, стараясь подавить охватившее его отчаяние.
Тут дверь медленно приоткрылась, и в комнату заглянула молодая медсестра в накрахмаленном халате.
– О, вы пришли в себя! – облегченно произнесла она и быстро подошла к Дэну. – Вам пока нельзя ходить. Сначала вас должен осмотреть врач.
Девушка помогла Дэну вернуться в постель и убежала за доктором.
Буквально пару минут спустя в палату вошел мужчина, ровесник Дэна, в зеленой униформе.
– Добрый день, Тимофей Михайлович, как вы себя чувствуете?
– Гораздо лучше, – облегченно ответил Дэн, немного удивленный, что врач знает его имя. Так его уже давно никто не называл.
– Прекрасно, – деловито ответил доктор, подошел ближе и попросил Дэна снять футболку, чтобы осмотреть состояние швов. Затем измерил ему давление, температуру, занес данные в карту и снова обратился к Дэну.
– Тут за вас все очень переживали, – доверительно сообщил он. – И я должен сообщить хорошие новости как можно скорее. Но скоро я обязательно зайду снова, а пока что можете просить медсестру о чем угодно. Она дежурит сразу за дверью вашей палаты.
– Правда? – удивился Дэн. – А можно узнать, кто именно переживал за меня?
– Не могу сказать, – смутился врач. – Но, уверен, к вам обязательно придут гости – тогда и узнаете. А пока что, думаю, вам нужно поесть. Для быстрой реабилитации ваш организм должен вернуться к нормальным привычным ритмам.
С этими словами врач вышел из палаты, оставив Дэна в недоумении.
Медсестра действительно принесла Дэну целый поднос еды, ничего тяжелого: суп-пюре из овощей, куриный бульон, пару кусочков отварной говядины.
– Не наелся, – пробормотал Дэн, возвращая медсестре поднос.
– Врач прописал приемы пищи маленькими порциями каждые два часа. А сейчас я принесу вам чай. Может быть, вы хотите почитать что-нибудь?
Вопрос поставил Дэна в тупик. Не больница, а какой-то райский курорт, честное слово! Ну и обслуживание!
– У вас есть книги? – неуверенно спросил он.
– Электронная библиотека, – ответила гордо девушка. – Я принесу вам планшет, и выберите сами.
Дэн кивнул, и спустя минуту медсестра вернулась с планшетом.
«Дэн Симмонс». На экране высветились все произведения автора. Многие из них Дэн читал, а незадолго до последнего задания начал «Террор». Найдя нужную страницу, Дэн откинулся на подушку и продолжил чтение, ожидая возвращения врача.
Так незаметно прошел день. А следующим утром в дверь постучали, и на пороге палаты появился незнакомый мужчина. На вид более шестидесяти лет, невысокий, худой и жилистый, с гордой идеальной осанкой. Несмотря на возраст, мужчина двигался уверенно и живо. Оглядев палату, он взял стул, поставил его рядом с кроватью пациента и сел.
Какое-то время мужчины молча разглядывали друг друга. Дэн обратил внимание, что его гостя мучает одышка, хоть он и старается скрывать это. Возможно, проблемы с сердцем. Его серо-голубые глаза пристально смотрели на Дэна из-под кустистых бровей, делающих его похожим на хищную птицу. Мужчина казался высокомерным, даже надменным человеком, привыкшим командовать. Дэн встречал таких вояк и раньше, и чем выше было их звание, тем ярче это отражалось на их внешности и манере держаться.
Похоже, его гость долго ждал этой встречи и не спешил начинать разговор – ему было интересно увидеть наконец Дэна лично и рассмотреть его получше. Дэн не торопил его. Во-первых, из уважения к его возрасту и статусу (Дэн точно знал, что перед ним как минимум полковник, а может, и генерал). Во-вторых, Дэн уже смутно догадывался, что это его спаситель и именно ему он обязан жизнью. Вот только в чем причина?
Это был самый главный вопрос, и потому Дэн так же внимательно всматривался в своего посетителя. Определенно, он видел его впервые. У Дэна была прекрасная память на лица. Однако что-то в этом лице, испещренном морщинами, все же было Дэну знакомым…
Наконец, мужчина нарушил тишину:
– Меня зовут Дмитрий Сергеевич Мирт, – представился он официально и протянул Дэну руку.
Дэн ответил на пожатие. И тут его осенило. Мирт. Он слышал эту фамилию раньше! Он точно знает, кому она принадлежит! Кристина… Ким как-то говорил, что отец Кристины ищет ее, что он влиятельный человек и многое может!
Его гость с легкостью прочитал эмоции Дэна и печально кивнул, подтверждая его догадку.
– Где она? – охрипшим голосом спросил Дэн, всем сердцем желая услышать хорошую новость.
«Пусть он сообщит, что нашел ее! Пусть Кристина будет в безопасности!»
Но Дмитрий Сергеевич ничего не ответил и отвел глаза к окну. А потом и вовсе встал и принялся медленными шагами мерить комнату.
Дэн все ждал ответа, сжимая кулаки, а потом не выдержал:
– Почему вы до сих пор не нашли ее? – почти выкрикнул он.
Дмитрий Сергеевич вздрогнул и резко обернулся. И в его глазах Дэн увидел столько боли, страха и отчаяния, что желание кричать и ругаться сразу пропало. И без слов было понятно, что Мирт сделал и наверняка продолжает делать все, что в его силах, для спасения собственной дочери. Но, очевидно, этого недостаточно.
Постояв у окна, мужчина повернулся и снова подошел к кровати Дэна, но садиться не стал.
– Вам известно, что многие из этих девушек намеренно скрываются от властей и отказываются возвращаться к нормальной жизни из страха быть отвергнутыми? – резко спросил он.
– Кристина не такая! – в том же тоне ответил Дэн. – Она будет бороться до последнего!
Эти слова удивили гостя.
– Похоже, вы знаете мою дочь лучше меня, – с иронией ответил он. – Ее подруга говорила то же самое. Она пыталась убедить меня, что Кристина самый сильный и волевой человек из всех, кого она когда-либо знала…
Дмитрий Сергеевич тяжело вздохнул и опустился на стул.
– Я потерял связь со своей дочерью задолго до того, как она исчезла, – глухо произнес он.
– Что произошло, пока я был здесь? Есть хоть какие-то зацепки? – нетерпеливо спросил Дэн, игнорируя философское замечание своего собеседника.
– На самом деле, с точки зрения властей, мы продвинулись очень далеко, – охотно ответил мужчина и кратко пересказал Дэну о вновь заведенных уголовных делах против Джалиля, о закрытых публичных домах. – Но сам Джалиль сбежал. Будто в воду канул. Есть предположение, что он вернулся на родину в Азербайджан. Это другая, не самая дружественная для нас страна, учитывая последние политические события. Точных данных о его местонахождении нет, и власти Азербайджана неохотно идут на сотрудничество, – раздраженно добавил он.
– Вы отправите меня туда, – твердо заявил Дэн. – Я обязан вам жизнью, ведь это благодаря вам я здесь, верно? – Дмитрий Сергеевич кивнул в ответ. – Но не думайте, что я поеду туда, чтобы вернуть вам долг. Я сам хочу этого. Я… обещал ей.
Дэн замолчал, смутившись собственной прямоте, но взгляда не отвел. Несколько мгновений Дмитрий Сергеевич пристально смотрел ему в глаза, и взгляд его был суровым и не предвещал ничего хорошего. И Дэн уже приготовился к объяснениям. Он готов был рассказать отцу Кристины обо всем, что произошло, раскрыть все карты и даже, чем черт не шутит, признаться отцу девушки в своих чувствах.
Но Дмитрий Сергеевич очень удивил Дэна. Было видно, что он решает в голове какую-то задачу, пытается принять решение. Возможно, он сомневался, можно ли доверять Дэну? Или был не уверен в его навыках и способностях?
Но Дмитрий Сергеевич вдруг кивнул. И улыбнулся! Эта улыбка удивительным образом преобразила его жесткое надменное лицо. Его серые глаза теперь открыто светились радостью, и у Дэна защемило сердце, потому что эта улыбка так напоминала улыбку Кристины. До этого не очевидное, сходство черт между отцом и дочерью теперь стало явным. Именно так Кристина улыбалась, искренне, прямолинейно, даря свою радость окружающим. Так случалось, когда она на миг забывала о том, что ей грозит.
– Вы поедете.
Дэн пошевелился, собираясь встать, но Дмитрий Сергеевич остановил его.
– Но не сразу. Там вам понадобится вся ваше сила, все умения. Вы должны вернуться в форму. По прогнозам врача на реабилитацию после всех перенесенных вами операций уйдет время.
Дэн поднял руку, собираясь возразить, но гость не дал прервать себя:
– Послушайте, мы с вами почти незнакомы, но все же я буду говорить прямо и откровенно. Собственно, по-другому я и не умею. Так нужно. Пораскиньте мозгами, и вы сами поймете, что я прав! Будь я на двадцать-тридцать лет моложе, не стал бы вообще с вами разговаривать и отправился туда сам! Меня здесь вообще бы не было! Но я стар. У меня больное сердце. А вы сможете. Я видел ваш послужной список и знаю, на что вы способны. К тому же вы – не какой-нибудь идиот-агент, следующий сотням протоколов, – с легкой улыбкой добавил Мирт, – а вольный стрелок! Вам там самое место. Но сам я просить вас об этом не стал бы. Предложил бы денег, конечно.
Дэн при этом удивленно поднял брови, не совсем понимая, куда клонит старик.
– Есть кое-кто, кому ваша жизнь очень дорога, – загадочно продолжал Мирт.
– Не уверен, что это так… – пробормотал Дэн. – Кристина…
– Речь сейчас не о моей дочери, – оборвал его Мирт. – Мы нашли вас и залатали не для того, чтобы отправить в пекло! Кстати, вы заметили поразительное сходство между Кристиной и вашей сестрой?
– Моей сестрой? – глухо повторил Дэн. – Откуда вы…
– Это Марина попросила меня отыскать вас, – ответил Дмитрий Сергеевич.
– Марина?
Дэну показалось, что он ослышался. Должно быть, это какая-то ошибка! Или этот старик сошел с ума?!
– Она ждет в коридоре. Позвать ее?
Дэн растерянно уставился на Мирта, не в силах произнести ни слова. Он услышал его слова, но никак не мог поверить в них. Не мог принять и осознать. Четыре долгих года он искал свою сестру, вел собственное расследование и медленно сходил с ума. Поиски не приносили результатов, не было ни ниточек, ни зацепок, ничего! И он уже почти сдался, когда в его жизни вдруг появилась Кристина. Он прекрасно помнил, как впервые увидел ее. Она практически бросилась под колеса его машины, спасаясь от преследования. Уже тогда, ночью, в свете фар он заметил сходство с Мариной, хотя видел свою сестру очень давно и она была тогда младше. Иногда он смотрел на лицо Кристины и одергивал себя, с трудом веря, что такое сходство возможно. Но Диана, жена его друга, подтвердила его догадки. Значит, он не ошибся.
Марина…
Дэн вскочил с кровати, и комната тут же поплыла перед глазами. Пришлось сесть обратно. Тяжело дыша, он поднял взгляд на Мирта.
– Если вы шутите, я…
– С такими вещами не шутят, сынок, – строго ответил старик и встал. – Знаете, я ведь не верю в судьбу. Но Марина сказала, что в этом сходстве между ними должен быть какой-то смысл. Возможно, Кристина появилась в вашей жизни, чтобы воссоединить вас с сестрой.
С этими словами Дмитрий Сергеевич направился к двери и уже взялся за ручку, когда Дэн вдруг крикнул:
– Подождите! – и схватился руками за голову, пытаясь отдышаться. – Она правда за этой дверью?
– Сами увидите! – нетерпеливо ответил Мирт и вышел.
Дэн все же сумел подняться на ноги и замер. Спустя мгновение дверь распахнулась. На пороге стояла молодая хрупкая девушка с волосами цвета спелой пшеницы. Ее бледное лицо было в слезах, но она улыбалась. Неуверенно переступив порог, она сделала один шаг навстречу Дэну и замерла в нерешительности, всматриваясь в лицо своего брата. Такое родное лицо! А спустя еще пару секунд она бросилась Дэну на шею, чуть не сбив его с ног, обхватила его руками и бурно разрыдалась.
– Господи… Наконец-то! – выдохнул Дэн, чувствуя, как и по его щекам потекли слезы.
Слезы облегчения. Слезы счастья.
Сколько он корил себя, что не был рядом, что оставил их одних с матерью, лишив мужского плеча, поддержки и защиты? Но ему бы и в голову не пришло, что в их мирном, тихом сонном поселке с его сестрой может что-то случиться! Тихая гавань, где все жители знали друг друга в лицо и по имени и знали все друг о друге до мельчайших подробностей, не может таить в себе опасности! Война была там, где был Дэн! Там звучала автоматная очередь, слышались взрывы. Там умирали люди.
Кто бы мог подумать, что другая война, тихая, изворотливая, будто змея, невидимая человеческому глазу, доберется до их поселка? Дэн не знал ничего об этом, пока не пропала его сестра.
Не разрывая объятий, они опустились на кровать и плакали в три ручья еще какое-то время, не стесняясь своих слез. И с этой водой в прошлое уходили их страхи. Наконец, Марина отстранилась и внимательно посмотрела на Дэна. Ее лицо опухло и покрылось красными пятнами от слез, но все же это было самое милое и самое родное лицо для Дэна.
Немного придя в себя, Дэн тоже посмотрел на сестру внимательнее. Она изменилась. Сильно. Стала взрослой. Слишком взрослой для своих восемнадцати лет… От этой мысли Дэн вздрогнул, но Марина тут же положила руки ему на плечи.
– Не надо, – мягко попросила она. – Все хорошо, видишь? Все в порядке. Со мной все хорошо! Слава богу, и с тобой тоже.
Дэн кивнул, принимая ее слова и соглашаясь. Марина вдруг прищурилась и улыбнулась.
– Знаешь, а я замуж выхожу!
– По-моему, для одного дня новостей достаточно, – хмуро ответил Дэн. – Не говори! Если он мне не понравится, я шею ему сверну.
– А ты не изменился! – фыркнула Марина и шутливо пихнула его в плечо. – Уверена, ты его полюбишь всей душой!
Рассвет выдался хмурым и облачным. Странная погода для летнего Баку, обычно солнечного и душного. Под стать состоянию Кристины.
Раскаленный воздух врывался с ветром в распахнутое настежь окно, поднимая легкий тюль до потолка и раздувая, будто парус.
Кристина пошевелилась, медленно и аккуратно, чтобы не разбудить Джалиля. Часы показывали пять утра – любимое время суток Кристины, когда она могла побыть одна. Но даже эти короткие часы были мучительными для нее. Все же он был рядом, в этих стенах, ставших для нее тюрьмой, мерзкой и отвратительной.
Выскользнув из кровати, Кристина тихой поступью пересекла спальню и через гостиную вышла на террасу. Похоже, будет гроза. Небо застилали низкие тяжелые облака, и ветер, горячий и порывистый, гнал их с моря ближе и ближе к берегу, будто собираясь обрушить на крыши приморского города.
– Хоть бы случилось настоящее цунами и смыло этот город ко всем чертям, – прошептала Кристина, облокотившись на перила.
Все это время она думала лишь об одном: бежать. Час за часом, день за днем Кристина искала способ выбраться из дома, избежав столкновения с охраной. Она уйдет в горы, спрячется, затеряется там на время, а потом постарается уехать и обратиться к властям. Кристина знала, что сможет. Бежать и прятаться она научилась уже давно, но теперь она ничего не боялась. Бояться больше было нечего.
Все самое страшное с ней уже произошло. Это она теперь знала наверняка. И страх, что гнал ее по дорогам и лесам и не давал дышать спокойно, исчез, испарился. С ним ушли все надежды, глупые детские иллюзии, что она еще хранила в дальнем уголке своего сердца. Все ушло. Мир оказался грязным, жестоким, похотливым монстром. Каждая пара глаз, что смотрела на нее, отражала эту сущность; каждая пара рук, что дотрагивалась до нее, покрывала ее этой липкой грязью, от которой невозможно отмыться. И эта грязь сделалась ее второй кожей. Не смыть, не содрать.
А потом пришел Джалиль и забрал ее с собой. Он говорил, что любит ее. Утверждал, что им суждено быть вместе. Он кричал, что его любовь к ней разрушила его жизнь, как он сам разрушил и погубил жизнь Кристины, и теперь они должны быть вместе до последнего вдоха, чтобы искупить свою вину. Его одержимость, подкрепленная наркотическим дурманом, сводила его с ума.
Кристина бросила взгляд на сад и нахмурилась. Охрана все еще не сменилась. Обычно смена происходила в пять утра, а сейчас под кипарисом на стриженом газоне сидели те же ребята, что и вчера вечером. Странно.
– Кристина!
Девушка вздрогнула. От звука голоса Джалиля у нее каждый раз бежали по телу мурашки. Сжав кулаки, Кристина решила, что, возможно, сегодня именно тот день, о котором она мечтала и к которому готовилась. И сегодня она наконец сбежит.
Кристина вернулась в дом, прошла через гостиную обратно в спальню и легла рядом с Джалилем. Он проснулся еще не до конца, но желание, что обычно охватывало его по утрам, было налицо. Своей тяжелой рукой он обхватил Кристину за талию и притянул ближе. Она все еще была спиной к нему и не стала поворачиваться. Спешно подняв подол ее шелковой ночной рубашки, Джалиль провел ладонью по ее животу, потом сжал грудь, играя с ней, будто заявляя свои права на ее тело, возбуждаясь все сильнее. Потом его рука поднялась выше и обхватила ее тонкую шею. Надавив, Джалиль заставил Кристину повернуться к себе и поцеловал ее. И Кристина с ужасом осознала, что вкус его поцелуя уже стал привычным для нее. Это осознание принесло почти физическую боль. Хотелось закричать и оттолкнуть его, но Кристина даже не пошевелилась. Она уже пробовала и не раз, но он всегда брал то, что хотел.
Его рука снова опустилась ниже, на ее бедро. Притянув ее вплотную к себе, Джалиль вошел в нее и начал двигаться. Плавно, беззвучно. Медленно, наслаждаясь процессом. Затем он резко вышел, перевернул Кристину на спину, забрался сверху и снова вошел в нее. Теперь он дышал отрывисто, чувствуя приближение оргазма. В его черных глазах горело пламя, в них читалось вожделение. Он упивался собственной властью. Опираясь на локти, он снова начал жадно целовать ее, и снова Кристина поддалась. Она знала каждое мгновение этой утренней процедуры, могла предугадать каждое следующее движение Джалиля. Выучила наизусть. Мысль о том, что охрана еще не сменилась, придавала ей сил терпеть и не вырываться. Если Джалилю понравится, если он останется доволен, если утренний оргазм будет бурным, возможно, ему захочется подремать еще какое-то время. И если удача улыбнется ей, Кристина успеет выскользнуть, когда охрана будет меняться.
Конец был близок. Застонав от наслаждения, Джалиль в последний раз полностью вышел и снова резко вошел в Кристину и навалился на нее всем телом, закатывая глаза от наслаждения.
Кристина терпела сколько могла и наконец прошептала:
– Нечем дышать.
Джалиль перекатился на спину и притянул Кристину к себе.
– Хорошее утро… Хорошая у меня девочка, – прошептал он.
– Да, – тихо ответила Кристина.
Потекли минуты. Кристина не шевелилась. Она старалась дышать медленно и ровно, прикрыв глаза, притворяясь, что уснула. Это действовало безотказно, и Джалиль всегда засыпал вместе с ней. Получилось и в этот раз.
За окном послышались отдаленные раскаты грома, начался дождь. Это был ее шанс – дождь загонит охранников под крышу дома, подальше от забора.
Кристина медленно спустила с кровати одну ногу, затем другую. Теперь самое сложное – снять руку Джалиля со своей талии. Нежно обхватив его запястье, Кристина подняла тяжелую руку мужчины, отползла и так же медленно положила его руку на матрас. Джалиль вздохнул, и Кристину тут же бросило в жар. Если он проснется, всему конец!
Не проснулся. Слава Богу! Тихо ступая по плиточному полу, Кристина вышла в гостиную. Все верно – охранники стояли под крышей террасы. Дождь теперь лил сплошной стеной, и весь сад за террасой окутало туманом. Видимость почти нулевая. Тем лучше!
Стараясь, чтобы ее не заметили, Кристина ползком преодолела гостиную, прячась за диваном, и бросилась в кухню. Шума можно было не опасаться. Большие дождевые капли стучали по крыше особняка, по железному настилу террасы почище артиллеристской канонады. В кухне над раковиной было небольшое окно, выходящее на заднюю часть сада. Здесь у забора росло невысокое дерево, по ветвям которого можно было забраться наверх. Угол дома надежно скрывал от глаз охраны. Кристина давно приметила это деревце. Забор был увит колючей проволокой. Кристина решила и эту задачу, заранее украв у садовника небольшой секатор, которым равняли декоративные кусты у внешней изгороди.
Дождь хлестал по лицу и плечам, ветви цеплялись за шелковую ночную рубашку, но Кристина не обращала внимания. Она тужилась изо всех сил, пытаясь секатором перерезать проволоку. А вдруг кто-нибудь заметит ее? Нет, вряд ли. Листва дерева кое-как скрывала ее от посторонних глаз, к тому же охрана не покинет своего убежища в такой дождь. Наконец, проволока поддалась. За ней вторая и третья. Отогнув концы, Кристина закинула ногу, чтобы перелезть через забор. Только теперь она подумала о том, что не представляет, что там, по ту сторону. А вдруг обрыв? Или какие-нибудь острые предметы?
Перекинув вторую ногу, Кристина повисла на заборе и попыталась посмотреть вниз. Не получалось! И висеть было тяжело, руки соскальзывали с мокрого железного забора.
– Боже, помоги! – прошептала девушка и разжала пальцы.
Полет был коротким. Одно мгновение, и ее ноги коснулись земли, но тут же подкосились. За забором был склон, покрытый камнями и ключей травой, а внизу – асфальтированная дорога. По склону Кристина катилась кубарем, порвав свою ночную рубашку в двух местах, но не издав ни звука. Падая вниз, она больно ушибла локоть и содрала кожу на колене, но в остальном была цела.
Кристина поднялась на ноги и бросилась в сторону гор. Бежать босиком по мокрому асфальту в гору было тяжело, но Кристина не останавливалась ни на секунду. Плохо, что на этом участке городской дороги некуда было свернуть. Улица была в низине, а на склонах, плотно прижавшись друг к другу, стояли частные виллы. И Джалиль был знаком с хозяином каждой из них. Надо убираться отсюда, и как можно скорее!
Эта мысль и шевельнувшийся в душе страх предали Кристине сил, и она побежала быстрее, не обращая внимания на мелкие камешки под босыми ногами. Наконец дорога поднялась на холм, упираясь в перекресток. Направо или налево? Кристина выбрала правую улицу и снова побежала. Один квартал, второй, третий. Скоро дома закончатся. Наверху будет трасса, а за ней горы. Хорошо, что вилла Джалиля на отшибе, а не в центре города! Бегай Кристина в таком виде по центральным улицам, ее поймали бы очень быстро.
При приближении к трассе дорога снова ушла в низину. Так строили намеренно, чтобы при сильных ливневых дождях бурные потоки с гор прошли город по улицам, минуя дома и оставляя их невредимыми.
Кристине эта улица не понравилась. Некуда спрятаться, если вдруг появится машина. Хорошо, что гроза заставила людей укрыться в домах. Но все же надо уйти с дороги. И девушка повернула и принялась карабкаться по склону, поросшему кошеной травой, наверх. Склон оказался слишком крутым. Ноги скользили по мокрой земле, за траву невозможно было ухватиться. Подъем занял у Кристины слишком много времени. А сейчас каждая минута была на вес золота.
Наконец, она достигла вершины и хотела подняться, но нога скользнула по мокрому булыжнику, и Кристина поняла, что теряет равновесие. И покатилась вниз. Насквозь мокрая и грязная, Кристина оказалась на дороге, там, где начала подъем. Выругавшись, девушка хотела повторить попытку, но вдруг услышала шум мотора. И сквозь пелену дождя разглядела фары.
В панике Кристина снова попыталась залезть по склону, но ноги скользили, а рукам было не за что зацепиться. Тогда Кристина бросила эти тщетные попытки и побежала вперед по дороге. Но как бы быстро она ни бежала, машина легко обогнала ее и преградила путь.
Кристину накрыла паника. Лучше умереть, чем вернуться в этот дом!
Джалиль открыл дверь машины и вышел. В руках у него был пистолет. Кристина уже неплохо изучила его и по выражению лица поняла: он не злится, а, скорее, разочарован, обижен. Опасное состояние.
– Не лучшая погода для прогулки, – сквозь зубы процедил он.
Кристина посмотрела на пистолет, пока что направленный вниз, и перевела взгляд на Джалиля.
– Я не вернусь! – крикнула она. – Ни за что!
Джалиль сделал несколько шагов ей навстречу, и Кристина попятилась.
– У тебя нет другого выхода, красавица моя. Я же говорил: мы всегда будем вместе. На этом свете или на другом.
– Ты… больной! Псих! – снова закричала Кристина. – Ненавижу!
– Хорошо, – ответил Джалиль, и на его лице заиграла улыбка безумца. – Хорошо. Ненавидь. Или люби. Бойся. Презирай. Ты же знаешь меня – мне все равно!
Он резко подался вперед, преодолевая расстояние между ними, и схватил Кристину за руку.
– Ты только моя. Смирись!
– Через мой труп! – процедила Кристина.
– Что ж…
Джалиль поднял пистолет и приставил к виску Кристины. Взвел курок. Он все ждал, когда в ее глазах появится страх, но Кристина не доставила ему такого наслаждения.
– Стреляй и будь проклят, – прошептала она.
Разочарованно вздохнув, Джалиль ударил Кристину в висок, и она потеряла сознание. Он подхватил на руки ее обмякшее тело и понес к машине.
Очнулась Кристина уже в доме. Джалиль принес ее и уложил на диван, а сам вышел в сад.
– Дерево срубить! Плевать, что дождь! Выполнять!
Кристина медленно села и коснулась виска – на пальцах была кровь. Он часто бил ее, и Кристина уже начинала привыкать к этому. Но сейчас в ней будто что-то сломалось. Казалось, что натянутая струна – надежда на избавление – вдруг лопнула и Кристина лишилась последней опоры. Паника накрыла ее с головой. А с ней ярость, разочарование, безысходность. Запустив пальцы в волосы, Кристина согнулась и закричала. Услышат ли ее из-за шума дождя – ей было плевать. Она кричала, выла, проклинала Джалиля, его больное сознание и собственную судьбу. Вскочив на ноги, она принялась хватать с полок все, до чего могла дотянуться, и швырять на кафельный пол. Вазы, статуэтки, книги – все летело на пол! Бросившись в кухню, Кристина начала бить посуду, по одной, методично она швыряла на пол тарелки, супницы, кастрюли, приборы и продолжала кричать, не останавливаясь.
Сначала в кухню вбежал один из охранников. Но ничего не сделал и побежал за Джалилем. Спустя минуту на кухне появился и сам Джалиль. Остановившись в дверях, он нахмурился. Его появление не остановило Кристину – она продолжала крушить все подряд.
Кристина ожидала, что Джалиль отреагирует, начнет кричать на нее, позовет своих охранников. А он улыбнулся и начал ей аплодировать.
– Ты будто пантера! Разъяренная кошка! Я не зря выбрал тебя, – воскликнул он. – Ты такая же бешеная, как и я! Мы отличная пара!
– Нет! – закричала Кристина в ответ. – Я не такая, как ты! Абсолютно!
И тут Кристина поскользнулась на кафельном полу, так как все еще была босиком, и упала на спину, сильно ударившись головой. Кухня поплыла перед глазами, но сознание она не потеряла.
Джалиль бросился к ней. Это было даже странно. Теперь на его лице был испуг. Легко подхватив Кристину на руки, он отнес ее в гостиную на диван, достал аптечку и стал открывать пузырьки один за другим. Казалось, только теперь он заметил, в каком состоянии была Кристина. На ней была все та же мокрая рваная ночная рубашка, и все ее тело покрывали синяки, грязь и кровоточащие ссадины. Некоторые из них она получила, карабкаясь по дереву, другие – на дороге, падая со склона. В руку чуть выше локтя впился маленький кусочек стекла от разбитой чашки.
Джалиль вдруг сделался заботливым, что было удивительно. На его лице читалось столько эмоций: сочувствие, сожаление, страх.
– Ты ведь не хотела на самом деле покинуть меня, верно? – нервно выговаривал он, промывая Кристине ссадины. – Ты не уйдешь от меня… Без тебя мне не жить!
Кристина морщилась от боли и с отвращением и ужасом смотрела на мужчину перед ней. Полчаса назад он ударил ее так сильно, что Кристина потеряла сознание. А теперь лечит и умоляет не бросать его? Кристине вдруг показалось, что и она сходит с ума вместе с ним, раз позволяет ему делать все это. А был ли у нее выбор?
Джалиль не был разорен, но все эти нападки полиции и повышенное внимание средств массовой информации нанесли серьезный урон его бизнесу и репутации. Он теперь был в бегах, перемещался с места на место тайно, ночами, будто крыса. Все накопленные средства уходили, наверное, на взятки и откуп, чтобы оставаться на свободе. Возможно, это и свело его с ума?
Но Кристина знала этого человека уже давно. И была уверена: он всегда был сумасшедшим. Умным, жестоким, изворотливым и сумасшедшим. По ее мнению, человек в здравом уме не может жить спокойно, обрекая стольких людей на страдания! Кристина считала, что у людей есть совесть.
– Ты посмотри, что ты наделала! – воскликнул Джалиль. – Ты наступила босыми ногами на стекло! И теперь ты несколько недель не сможешь танцевать, пока не заживут раны!
Он встал на колени рядом с диваном и склонился над ступнями Кристины, чтобы аккуратно извлечь осколки и промыть раны. Пистолет давил ему на живот, и он вытащил его и положил на журнальный столик рядом с диваном. Кристина это заметила.
Нахмурившись, она внимательно посмотрела на Джалиля.
– Я не танцевала уже полгода.
Джалиль будто не слышал ее и гнул свое:
– Я выну осколки очень нежно. Все заживет. Ты сможешь выйти на сцену снова.
– Джалиль, я не танцевала уже полгода, – повторила Кристина, вглядываясь в его лицо. – Что с тобой?
– Ты помнишь, я говорил тебе, что если ты будешь со мной, весь мир падет к твоим ногам? Я сделаю это! Подожди немного. Я сделаю! – с фанатичным блеском в глазах воскликнул он и вернулся к ее ранам.
И тут в саду послышались выстрелы и крики. Несмотря на барабанную дробь дождя по крыше, Кристина была уверена, что это выстрелы. Она вздрогнула и испуганно посмотрела на Джалиля. Он вскочил на ноги и сделал несколько шагов в сторону сада. А Кристина улучила момент, пока он был спиной к ней, взяла пистолет и взвела курок.
Джалиль обернулся и увидел оружие в ее руках.
Тут на террасу вбежал один из охранников, крикнул что-то по-азербайджански, махнув рукой, и снова бросился в сад. Раздался еще один выстрел. Крики.
Джалиль не обратил на это особого внимания. Его больше занимал пистолет в руках Кристины.
– Верни, – холодным тоном приказал он.
– Нет, – ответила Кристина твердо. – Не приближайся. Я выстрелю.
– Ты не сможешь, красавица моя! – с иронией ответил Джалиль. – Ведь ты не убийца, в отличие от меня.
– Так стану! – холодно улыбнулась Кристина. – Ты ведь сам говорил, что мы похожи.
Джалиль сделал еще один шаг в ее сторону. Теперь их разделяло буквально пять метров.
– Нам надо уходить. И ты пойдешь со мной. Отдай мне пистолет!
Джалиль снова шагнул вперед, и Кристина нажала на курок. Дом буквально сотрясло от громкого выстрела. Кристина не попала, рука дрогнула, но Джалиль остановился, удивленный.
– Все же мы стоим друг друга, – произнес он, улыбаясь, но его глаза оставались настороженными. – Я люблю тебя, красавица моя.
В гостиную ворвался охранник. Он еле держался на ногах.
– Там человек, всех убивает! – по-русски крикнул он и упал.
Потерял сознание или умер?
Кристина в ужасе вскочила с дивана, но пистолет не опустила. Дуло все еще было направлено на Джалиля.
– Скажи, что и ты любишь меня! – умоляюще произнес он и снова сделал шаг к Кристине.
Девушка нажала на курок и теперь не промахнулась. Пуля попала Джалилю в плечо, и светлая рубашка быстро пропитывалась кровью, но Джалиль, кажется, даже не заметил этого. Он, похоже, потерял связь с реальностью и потому не чувствовал боли. И все же понимал, что это его конец. Его люди умирали, его оружие было в руках Кристины. Ему нужно было бежать, и он успел бы сделать это, но без Кристины уйти он не мог. И снова двинулся к ней.
Кристина закричала, умоляя его остановиться, снова выстрелила и не попала. Схватив ее за волосы, Джалиль попытался вырвать пистолет. В борьбе они потеряли равновесие и рухнули на пол. Джалиль оказался сверху. Сев на Кристину, он с размаху ударил ее и снова попытался отобрать оружие. Оба кричали, рычали и боролись, каждый за себя. Джалиль был намного больше, тяжелее и сильнее Кристины, но отчаяние не позволило ей сдаться. Для себя Кристина уже решила: сегодня все закончится. Как именно – она пока не знала. Но больше с этим человеком она не останется. Даже ценой собственной жизни.
Пистолет теперь оказался между ними, и его дуло поворачивалось то в сторону Кристины, то Джалилю в грудь. Вдруг кто-то подскочил к Джалилю со спины, схватил его за шею и попытался оттащить назад. Пистолет выстрелил. На секунду все замерли: и Кристина, и Джалиль, и нападавший сзади человек. Кристина не могла видеть его лица. Каждый пытался определить, ранен ли он.
И по выражению глаз Джалиля Кристина поняла – ранен именно он. Он вдруг посмотрел вниз и прижал ладонь к животу. А потом его лицо исказила ярость. Дернувшись вперед, он смог на мгновение ослабить захват, что сжимал его шею. Этого мгновения было достаточно, чтобы дотянуться до пистолета в руках Кристины и направить дуло ей в лицо. Она даже испугаться не успела. В эту секунду она ощущала лишь обреченность. Ранение Джалиля было смертельным, его минуты были сочтены. Он обещал, что заберет Кристину с собой. Сейчас он выполнит свое обещание – Кристина уже не сомневалась в этом. Джалиль всегда держал свое слово.
Кристине даже показалось, что она видит, как пуля медленно, будто в старом кино, ползет по дулу, но в последнее мгновение нападавший сзади мужчина дернул Джалиля на себя. Вместе с ним дрогнул пистолет, и пуля прошла в сантиметре от головы Кристины и врезалась в половую плитку, раскрошив ее на кусочки.
Кристина все еще смотрела в лицо Джалиля. Он проиграл. Хотел что-то сказать, но не смог. Его глаза закатились, и тело начало заваливаться на бок. Кристина подняла глаза и увидела нападавшего.
Перед ней стоял Дэн.
Он был одет в черное, и на голове его была маска. Но Кристина узнала его по глазам.
Прежде чем броситься к ней, Дэн обернулся, проверяя, в безопасности ли они. А потом одним резким движением оттолкнул тело Джалиля, помогая Кристине освободиться, и обнял ее. И прижал к себе так крепко, будто боялся, что это видение и она вот-вот исчезнет.
– Ты… ты живой! – прошептала Кристина, дотрагиваясь руками до его плеч, спины, шеи. – Живой!
– Милая моя! Как же долго я искал тебя! Ты… ты в порядке? Не ранена?! – Дэн на мгновение отстранился, заглядывая Кристине в глаза. – Не ранена?
Кристина мотнула головой и дотронулась до его лица, провела ладонью по щеке трясущейся рукой. Не верилось в реальность происходящего!
Дэн снова обернулся, разрываясь меж двух огней. Нужно было защищать Кристину – возможно, опасность еще не миновала. Но гораздо больше хотелось заключить ее в свои объятия и держать там вечно.
– Надо уходить, – пробормотал он.
Встретившись с Кристиной глазами, он снова притянул ее к себе, вдыхая божественный запах ее волос.
– Я знала, знала, – сквозь слезы произнесла Кристина, – знала, что ты спасешь меня! Я каждый день молила Бога, чтобы ты остался жив, чтобы пришел за мной… Мне казалось, что я не знаю, но я знала…
– А я знал наверняка! Ты была моим ангелом-хранителем.
Кристина обвила руками его шею, заглядывая в ореховые глаза и чувствуя только чистую радость и облегчение. Он жив. Он здесь. Он пришел за ней.
Гроза теперь нависла над самым их домом, и новый раскат грома сотряс стены. В саду сверкнула молния, будто напоминая об опасности. После яркой вспышки на террасе мелькнула фигура. Кристина видела ее и вздрогнула. Дэн резко поднялся на ноги.
– Будь здесь, – приказал он.
– Нет, пожалуйста!
Но Дэн уже не слушал ее и бросился в сад. Кристина побежала следом, выскочила под дождь и повернула за угол дома. Сердце билось в бешеной скачке, в ушах гремел набат, подошвы ног жгло от ран, но Кристина не обращала внимания.
– Второй раз я тебя ни за что не потеряю, – крикнула Кристина.
Сразу за углом, пригнувшись, стоял человек. Не успев затормозить, Кристина налетела на него и чуть не упала. Он схватил ее за плечи, то ли отталкивая от себя, то ли просто преграждая путь, и замер. Парень был одет во все черное, как и Дэн. Его волосы и глаза были светлыми, он был незнаком Кристине, и девушка сразу поняла, что это не один из охранников. И, возможно, не представляет опасности. Но она не могла быть уверенной и попыталась вырваться. А парень смотрел на нее во все глаза, крепко продолжая держать за плечи, и не мог пошевелиться.
– Марина, – прошептал он.
Дэн вернулся.
– Оставалось еще двое, но они сбежали. Надо уходить! – крикнул он. – А-а, вы уже познакомились… Макс, это Кристина. Давай, парень, отпусти ее, – мягко, но настойчиво произнес он.
Макс послушался и разжал руки, и Кристина тут же бросилась к Дэну.
– Все нормально, идем, – усмехнувшись, произнес он и обнял Кристину за плечи. – Пора домой.
Большой концертный зал тонул в свете. Партер и бельэтаж были заполнены зрителями. Прозвучал сигнал к началу, и огромная хрустальная люстра под полотком медленно потухла. Подняли занавес.
Дирижер взмахнул палочкой, и оркестр заиграл. Скрипка, фортепиано, виолончель, тромбон, литавры, альт и снова скрипка.
На сцене появились балерины в одинаковых белых пачках. Быстро и легко, будто стайка иноземных птиц, они исполнили свою партию и расступились в стороны, образуя полукруг и уступая место приме. На сцену впорхнула девушка в бледно-голубом платье, расшитом золотом. Быстрая музыка сменилась медленной, грустной, томительной мелодией – это была сольная часть примы, ее трагедия, и зрители затаили дыхание, следя за каждым поворотом ее тела и каждым взмахом ее руки.
Прима полностью подчинила свое тело музыке, вложила в танец все свои эмоции: тоска, близкая к отчаянию, надежда, умирающая под гнетом реальности, грусть и безысходность. А затем новая надежда, придающая силы. Отвага, храбрость, что помогает не согнуться, не упасть, идти дальше. Арабеск, поворот, взмах запястья. Прима легко, будто перышко, парила над поверхностью, гибко и грациозно меняла положения. Зал завороженно наблюдал за нежными и в то же время стремительными движениями ее рук, каждым поворотом ее хрупкого тела.
Балерина была красива и необыкновенно талантлива и своим танцем дарила эмоции, каких раньше никому в этом зале не приходилось испытывать. В танце она рассказывала историю. Историю о девушке сильной, смелой, упавшей на самое дно, но не сломленной. Ее характер, крепкий внутренний стержень, сила воли помогли ей не только выбраться, но и восстановить свое доброе имя и добиться успеха и признания на большой сцене.
Кристина всегда волновалась перед выходом на сцену. Как когда-то ее учили, девушка глазами отыскала в зале родное лицо – лицо своего мужа, и на протяжении всего спектакля именно его ореховые глаза помогали ей не сбиться и придавали сил.