Я-Mad, Безумцем, назвал себя сам (При появлении в “ Абстракции Покоя ”). Изначально, меня никак не звали, ибо раньше не было имен, были только изначально разбросанные спектры. Их было много. Они постоянно экспериментировали с влиянием друг на друга, приводя к различным вариативным, материалистическим ситуациям в абстрактном бытие, находясь при этом в небытие, в виде, изначального пергамента пустоты. Все эти вариации тасовались с разными доминирующим условиями, перетекая в разные части зеркальной пустоты, с иной расстановкой спектров. Зеркальная пустота — это дом всего, откуда все и вышло. Почему она так называется? Да, потому-что бесконечность не предел, но если ее начать дробить, то можно ахуеть, с учетом того, что бесконечность в степени бесконечность — это неопределенность, собственно, небытие.

Мне было до фонаря, так как меня всё устраивало, но я был в центре всего этого, и был своего рода главным, за кем по итогу было окончательное решение. Пару восприятий бытия я дал, и это привело к непоправимым последствиям. Обычно все делилось достаточно просто: серый, белый… Нет, не желтый! Чисто белый. Нет, блять, без ебанутого сияния, тупо как листок бумаги, белый и все! Ну, и черный. И появился, блядь, он, красный. Первым что он сделал, это сожрал и уничтожил пару спектров, ну как пару, достаточно дохрена. Тогда не было таких понятий: смерть, братоубийство, полиция, страх, всем было начхать. Однако, достаточно занятный был эффект всего этого, так как все потихоньку стало меняться и самое интересное, что любой абстрактный диалог не приводил к появлению вариаций. С безвременьем это чудо научилось обычному пониманию, начало делиться своими представлениями с другими, наверное, это был обычный эффект застоя, перед новой волной пожирания.

Недолго или вечность, любуясь пустотой, я понял вдруг, что стало слишком пусто. Оглянувшись, я увидел только его. Он заметно подрос. После чего начала наступать чернота. Мне это, конечно, не понравилось, поэтому я деформировал ее в бледно-красный. Ну… Пиздец, короче, я его разозлил в тот момент, наверное. Тогда еще не было такого понятия как эмоции. Что было дальше, я не помню…

Все что я видел — это новую темную пустоту. Что бы я не пытался сделать с этой чернотой — все было без толку, хотя я немало портил ее. Основным моим занятием было созерцание этой пустоты, которая после исчезла, как мне казалось, но я все равно продолжал созерцать. Потом я резко осознал. Что-то изменилось. На месте пустоты появились существа, и я изменил некоторых из них, добавив в них пустоту. После чего я прошел через пространство в “Абстракцию Покоя”, пронзив “Нить Бобика”, уволок одну из душ и изменил её, подобно себе самому. Так появился я, Безумец.

Начала бывают всегда разные, кто-то совершил подвиг и сверг весь божественный план в нулевом измерении, а кто-то пересилил свое я и остался пустым. В юном возрасте мальчик уже задумывался о консенсусе существование — это причинно-следственная связь явлений и событий сущего мироздания. У людей же это называется смыслом жизни, но обычно под этими словами подразумевается их собственное предназначение в существование. Вэн же ушел дальше в этом вопросе, заметив взаимосвязь во всех явлениях.

Пока все дети познают мир, задавая вопросы из разряда, почему небо голубое, а трава зеленая, Вэн пытался понять, что он здесь делает и для чего он здесь. Мировоззрение Вэна исходило не от него, а от вселенной, от чего все людское ему казалось неважным и не требующее разбирательств. Вэн не знал, кто он и чем является. Для чего он существует в этом мире. Мир был полон красок и ему нравилось, с какой необыкновенной грацией они гармонировали с окружением, а также его интересовало это, как нечто необычное.

Первый указ отца, мальчик должен подняться на гору и вернуться с вестями от древних старцев. Это были первые 5 лет жизни мальчика, казалось, как пятилетний мальчик поднимется на гору. Никто из детей не поднимался туда. Эта была жертва духам, чтобы смягчить зиму и принести урожай. Трупы забирали и хоронили, после того, как буря стихала. Забрав окоченевшее тело, обратно в деревню, мальчик ожил. Творец не признал в нем ни человека ни бога, но и не признал сущность, решив оставить все так, как есть. Казалось, зачем оставлять такой опасный фактор в живых, но планы Создателя были неисповедимы, как и того, кто его создал.

Не получив обещанного, духи разрушили всю деревню и убили всех жителей, но не осмелились убить единственное дитя. Он же ничего не испытывал, кроме интереса исходящий из того, что он видел астральных существ. Все это навело на мысли, что он увидел иную сторону жизни, называемую смертью. Само явление работает не так, как должно, сделал вывод Вэн. Незаметно для Вэна, само время ускорило свой темп. Уже мертвое сознание людей и плоть, начали искажаться, переходя в иные формы, сливаясь с природой и астральным миром от чего и он сам начал переходить в астрал. Это было настоящее чудо, живое существо вошедшее в астрал, но никто из астральных существ не придал этому значения. Мальчик пробыл довольно долго в этом месте. Изучив мышление всех тварей, он вышел из астрала. Тогда он понял, что прошло шестьсот лет. Жизненный цикл его тела остановился, от чего он никак не состарился.

Началась война. Японцы были безжалостны и напористо двигались вперед, убивая всех на своём пути, в том числе и Вэна. Создатель снова отверг душу не признав в ней себя. Вэн скитался в форме духа и переродился заново.

При рождении Вэна, у Китая был конфликт с Японией. Родители погибли, как назидания для тех, кто не будет подчиняться. Новая жизнь началась с монахов в храме, которые решили вырастить его. Только это были не монахи, а культисты. Они выращивали детей и пытали их отдавая в жертву, но сперва им надо было убедить детей, чтобы они добровольно пошли на жертву, силой или убеждением. Когда дошла очередь до Вэна, монахи не смогли убедить его ни силой ни словами. Тогда они призвали духа, который увидев Вэна, разгневался и разорвал всех ближайших монахов и ушел обратно. После чего монахи выкинули Вэна подальше от храма. Скитаясь в горах у Вэна закончились силы и он потерял сознание. Очнувшись у дуба, Вэн увидел человека в черно-серой рясе.

— Кто ты? — Спросил человек у него.

— Вэн

— Кто ты? Человек повторил свой вопрос.

— Я — ни я, ни вы, не он — Ответил Вэн.

Человек слегка побледнел. Немного погодя он спросил:

— Зло или Добро?

— Предпочитаю Добро, так как от него я знаю, чего ожидать.

После разговора они отправились в монастырь, где Вэн встал на путь спокойствия. Хотя само учение в нем было о самозащите и философии жизни. Все боевые техники, когда-то давным-давно попали в умы не благоразумных людей, которые решили увековечить зло, дав ему новые способы глумиться над людьми, образовав кланы убийц.

Учение Вэна, проходило не принуждено, и он с легкостью постигал мудрость и боевые навыки клана. Став взрослее, его, как и в прошлой жизни, не покидали мысли, чем он является. Все учения и наставления мудрецов не давали ему нужных ответов, как и долгие годы медитации.

В итоге Вэн пришел к выводу, что как бы люди не привязывали себя к этому миру они создают лишь свой собственный симулякр существования, имеющий лишь малый отголосок от истины таящийся в мироздании. Путь веры в божество дает лишь следствие за целью более могущественного и не олицетворяет потенциал души. Для кого-то все решено, кто-то запутался и распутается не скоро. Тот кто выбирает ничего, следует более идеализированной концепции восприятия мира чем тот, кто зациклен на поисках.

Познавая мир, Вэн добрался до мистицизма, и научился более сложным путешествиям в Астрал, тем самым узнав много нового. Картина мира начала собираться и выведена в постулаты хаоса, что он определил для себя. Все явления были созданы по воле случайных поглощений порядка, который был фундаментальным телом всего мироздания.

Выводя все новые данные, о концепции мироустройства, Вэн решил проверить взаимосвязь двух сил, идущие кривыми путями к своей цели. Самые гнетущие противостояния были в пустыне. Тогда давления двух сущностей было велико для мира. От чего, там мог зародиться разрыв реальности, нарушающий законы мира. Некоторые, кто обучался в клане, проходили через жрецов, живущих в пустыне. Они обучали технике спокойствия духа и тела, что давало долголетие клану. Такая встреча была доступна лишь самым преданным своим делом и прожившим достаточно, чтобы узнать этот секрет.

Спустя несколько лет ему предоставили возможность и он отправился к жрецам живущие в глубинах пустыни. После обучения они попросили остаться, Вэн отказался.

Проснувшись, безумец знал, что хотел всегда. Он пожирал тьму и черные дыры своего сознания. В данный же момент он оказался в раблю, около источника или не той ли нити под названием экстраверс, что ведет к Бобику? Под экстраверсом понимается — совокупность душ, которые ведут диалог, между собой, и возвышаются к Бобику.

Тут прилетели воробушки и начали чирикать.

— О привет! А я вас знаю. Вы конченые воробушки. Чик-чирик, чик-чирик любите петь. Ох, уж эти чик-чирик по утрам, особенно после большого запоя, просто будто сверло в уши, а так конечно красиво поете, музыка природы как-никак.

— Что ты здесь забыл? Убирайся отсюда немедленно.

— Ребята, вы же не святые ублюдки, хули вы себе голову, всякой хуйнёй припудриваете. Да посмотрите на свои крылья — это же убожество какое-то. Я понимаю серебряные крылья из какого-нибудь металла, но сука, ебанные перья, сам вдумайся, какой еблан будет делать крылья из перьев. Эта материальная обыденность проста, сравнивая вас с птицами.

— Человек, то что ты видишь, это образ, создан, чтобы люди стремились к Создателю, созерцая величие его детей. Крылья бывают разные, в зависимости от того, что олицетворяет ангел для каждого субъекта.

Мэд разрывается от смеха катаясь по полу, — Чел… — Захлебываясь от смеха, Мэд начинает вставать, придя немного в себя, — Посмешил. Дело в том, что я похож и был воссоздан человеком, но я не человек. Птичка говорун, пойми, что ваш бобик не тот, за кого себя выдает. Он создал вам крылья, вознес все здесь в белый свет. Да вы всего лишь те, кого он использует в своей двуличной игре.

— Что ты имеешь виду?

— Ваш Бобик нейтрален, — Мэд безумно смеется, — Да ты сам знаешь.

— И что?

— А вы, какого хуя светлые! Ты натяни на голову колпак, долбоебина сельская. Да ты посмотри. Ты весь в этих перьях. Хочешь сказать, ты олицетворяешь птиц? Так вот знай, птицы руководствуются стремлением быть свободными и независимыми ни от чего, улавливаешь?

— Крылья — это символ быстроты и всепроникновенности. Кто ты такой и как ты сюда попал? Тебе здесь точно не место. Таким как ты место в аду. Ты преисполнен ненавистью. Твоими устами говорит порочная страсть. Ты должен пройти очищения. Взять его.

— Знаешь, что я понял из вашего разговора? Вы не воины. Вы психиатры. В этом ваша проблема в данный момент. Вы не намерены убивать.

Воробушки накинулись на безумца, с оружием. Вдруг прозвенели часы Мэда на которых было написано “время обеда”. Он с удивлением посмотрел на всю ситуацию и понял, что сегодня у него будет прекрасный обед, в котором будет новое блюдо.

Все удары ангелов были бесполезны против Мэда, и он с легкостью останавливал каждый взмах, разрывая ангелов на части. Отбивался он оторванными конечностями, дырявил выломанными костями. Как бы быстро не двигались ангелы, искажая временные промежутки, для него они все двигались одинаково.

Спустя десять часов, прекрасное место превратилось в море крови, в котором плавали несколько плотов из костей с диаметром 50 метров. В самом месте уже не существовало времени, но безумец всегда таскал с собой специальные часы, стрелка которых постоянно двигалась в независимости от существования времени. На плотах были шалаши, крышей которых послужили крылья "воробушков". Само место будто сошло с ума: вещи парили в воздухе, кровь прилипла к невидимым стенам и стекала в море, само пространство прогорало и обрастало чёрными пятнами, будто лист бумаги над свечой.

Рядом с шалашами, красовались костры из костей серафимов, которые разжигались перьями. Над кострами висели вертела из костей. На них были насажены части тела и различные органы, которые еще работали. Безумец сидел около костра и держал кость. На кость были насажены глаза. Глаза нервно смотрели из стороны в сторону и тщательно прожаривались на огне безумцем, который подкидывал перья в огонь. Покушав, он вплавь отправился на следующий плот, на котором поел другие органы и прилег. Посмотрев на экстраверс, он подумал:

— Как он прекрасен, может поглотить его? Нет, не получится. Слишком рискованно, убить может, а другой вариант мне противен.

Это было последнее, о чем он успел подумать в тот момент. Он услышал два слова, развернувшись, он увидел кулак.

Открыв глаза, али появившись с открытыми глазами, безумец был во льду. Мысли безумца:

— Что за хуйня? Почему у меня так болит голова? Стоп! Какого хуя я не материальный? — сказал он это вслух, после чего начал истерически смеяться и кататься во льду. Из глубин тьмы раздался громкий, нечеловеческий голос.

— Кто блядь там ржет? Бриарей, проверь, что там!

Безумец ни капли не усмирялся, а только повышал тон смеха.

— Тут эманация души катается во льду и смеется.

Эманация была темная, в её середине виднелся странный механизм, который пожирал тьму, вместо нее появлялось белое пространство, но тьма становилась всё гуще, и пожирала в ответ.

— Что?! — ответил голос из тьмы.

— Какого хуя вы уничтожили мое тело? Вы ебнутые?

— Бриарий, убей его.

Бриарий махнув пятьюдесятью мечами прямо в цель и разрубил весь лед вокруг безумца. Безумец так рассмеялся, что заглушил всех грешников. Над Адом повисла неловкая пауза. Неожиданно, грешники взяли водные: пистолеты, автоматы, гранатометы, излучатели, квантовые преумножители, и ринулись в бой, против адского отродья. Демоны поддались неясной никому панике. Исторические личности приобрели безумные навыки, превращать идею в реальность.

Сократ, сказал:

“Я знаю, что ничего не знаю” испарился из Ада.

Диоген превратился в большого пса и завыл, из-за чего половина демонов превратились в щенят, а демоны более высокого ранга в псов, дальше пёс защебетал как птичка, вторая половина демонов, как зомбированные, шли на щебетание, после чего пес ловко прошелся пастью на 360 градусов, сожрав всех демонов, и лёг спать на сталактит.

Гитлер, начал собирать новый рейх и завоевывать Ад.

Фрейд, закурив сигару, посмотрел на все это безобразие и сказал:

После превратился в огромную бессознательную сущность, которая начала поглощать “Сверх Я” и “Оно” из грешников и демонов, тем самым очищая их от греха и освобождая от Ада.

Стивен Хокинг, сказал:

C этими словами случился большой взрыв и на одном из кругов Ада, зародилась вселенная.

Пушкин, вспомнив свою поэму, воссоздал отдельный мир по своей сказке, в котором началась война с демонами:

Дьявол, почувствовав слабость влияние на него, вырвался из адского озера.

— Мерзкое создание, что ты возомнил о себе, чтобы так обращаться с моим миром, — с этими словами он взял безумца, и попытался сдавить, но не получилось.

— Я не материален, — сказал Мэд, истерически смеясь. Дьявол усмехнулся

— Это легко исправить, — щелкнув пальцами, ад содрогнулся, и все пришло в норму. Безумец обрел материальный облик. Сама материя, будто не воспринимала его всерьёз. Его образ был смутен, он то расплывался в глазах, как песок, то собиралась, какая-то иная форма тела, порой проявлялись глаза, они были белые без зрачков с красными линиями.

— А ты мне нравишься. Давай перезагрузку.

Безумец появился извне, на первом круге ада в лодке, скребя по воображаемой поверхности веслом в попытках передвигаться.

— Ну и как тут у вас обстоят дела? Занятно, что именно в единице собираются элиты разума.

— Да, именно здесь существа касаются тьмы, но не становятся частью нее, а сосуществуют с ней в гармонии. Как говорят: “Ученье свет, а неученье тьма.” В учении требуется эманация, то есть страдания, от которых субъект получает опыт и учится. Здесь же все в тумане, но лежит в самом пространстве. Есть также те, кто не может осилить тьму, это те, кто поддался печали и унынию. Они бессмысленно блуждают во мраке.

— В центре?.. Хм, ну логично сейчас возьму.

Мэд пропускает руку сквозь измерение за измерением и достает центр тьмы. От чего все перед ним открывается, с безграничными возможностями. Все стало походить на библиотеку с книгами, которые имели магический характер. При открытии книги в голову внедрялась вся теоретическая и практическая информация. Окружение так и осталось темным, добавился туман, который служил транспортом для стеллажей. Сами читатели дискутировали между собой или просто обдумывали вновь приобретенные знания сидя за столом, а также были те, кто воплощал прочитанное в явь.

— Это подобие альтернативного рабля?

— Мне нравится твое название рая. Ты правильно подметил. Он сковывает любовью и подменяет понятия об истинности, навевая грёзы. Здесь иная система. Все доступно без всякой опеки. Обучаются здесь гораздо быстрее чем в раю.

— Всегда знал, что пернатые пудрят мозги, но разве демоны не эксплуатируют сознания душ.

— Эта часть существует отдельно ото всех остальных. Демоны здесь имеют такую же власть, как и души, но это не место для конфликтов.

— Значит сюда попадают те, кто не верили или были против плана бобика?

— Некоторым мешает близость с Создателем, поэтому они здесь.

— Бобик хуебик задрал со своей любовью, аж тошно с ним. Я когда был вне источника, ебать мерзостное ощущения.

— Я знаю, что было, можешь не рассказывать.

— И как скоро придут.

— Ближе к концу нашей беседы. Хотя они ничего не поняли о тебе, вряд ли они ищут.

— Эх прекрасно здесь, но надо переходить на следующий уровень.

— Шестой круг, сюда попадают гневные, алчные и гордые. Как они сюда попадают ты я думаю понимаешь.

— Ну наверняка к примеру, гневный не сдержал эмоции и наделал того, что на самом деле не хотел. Алчный, допустим был правитель государства, который жаждал побольше земель, но переоценил свое могущество и поплатился за это. Хех, даже и гордыня в совокупности получилась. Как открываются эти врата?

Люцифер подошёл к вратам и просто распахнул их. Мэд, недоуменно посмотрел на Люцифера.

— А что так просто? Можно было бы при помощи крови или проявлением силы.

— По-твоему обычный смертный с легкостью откроет 666 метровые врата из адского металла?

— А ну да, забыл что-то.

— Наказание здесь потрошение внутренностей. Это подобно тому, что ты проворачивал в раю.

— И что их съедают окончательно?

— Нет, в отличие от того случая в раю, ты съедал энергетическую составляющею, представляя ее, как человеческую. Здесь же это направлено на опустошение души и вновь ее восполнение в следующий раз. Это очищает ее или, вернее, выжигает не нужную энергию.

На горизонте появился ангел. Он сиял так ярко, что прервал страдания людей. Некоторые из них покаялись с такой силой, что их забрали другие ангелы.

— А разве у вас не война?

— Война, но они частенько заходят, чтобы закончить жизнь и страдания некоторых.

Ангел подошёл к Люциферу и сказал, — здравствуй Люцифер не видел ли ты душу, которая отправилась сюда с рая.

Ангел попытался обнять Люцифера светом, на что он ответил мраком.

— Ты как всегда, не можешь признать любви, как своего отца, так и своего брата.

— Мне не нужен его ослепляющий свет, ведь я знаю истинного Создателя, разверзающегося во тьме. Тот кого ты ищешь, стоит перед тобой, убийца ангелов выбравшийся из источника.

— Его требует верховный суд. Я забираю его.

— Он в моей обители, а значит судить его мне.

— Это воля Создателя.

Ангел протягивает свет к Мэду, опоясывая его. Люцифер отгоняет прочь свет тьмой. Пространство наполнилось демонами, а грешники будто испарились. Началась вражда между демонами и ангелами. Ангелы брали преимущество силой это были необычные ангелы, а из какой-то определенной группы. Демонов было много, но их разносили мгновенно, как кегли для боулинга. Единственный равный бой был между Люцифером и Ангелом старше по чину других, но Люцифер имел явное преимущество в аду. Мэд уселся и смастерил аппарат, похожий на телевизор. Он улавливал самые эпичные сцены сражения. Бой длился так долго, что Мэд уже успел вернуться с земли и выпустить, как в фильмах, так и в различных играх, множество эпических сцен сражений. Вернувшись он не увидел изменений, кроме тех, что подключились уже и другие ангелы с демонами.

— Пиздец ребята, ну что за хуйня. Пусть уже кто-нибудь победит, — Мэда никто не слышал, — вот же блядь, как назло ауру спиздили.

Мэд не унывает и развлекается дальше, снимая шоу, “Как приготовить мясо ангелов и демонов”. Шоу закрывают из-за чрезмерных сцен насилия на фоне. Возвратившись обратно, Мэд говорит, — ладно, так и быть подсоблю.

Мэд достает черную шестиугольную призму и проворачивает ее двумя руками. В пространстве сверху, появляется черная дыра, которая мгновенно засасывает всех ангелов за их свет, после схлопывается и исчезает.

— Ебанный рот, Люцифер, почему ты до этого не допер за все свои сражения с ними. Эти пернатые со своим пидалюбным светом могут хуйца соснуть с легкостью, при помощи черной дыры.

— Зачем мне выдумывать способы по уничтожению ангелов в аду? Мне нет дело до их атак, а само время ведения битвы мне безразлично. Я живу вечностью.

— Ладно, пройдем дальше. Еще одни врата, что на сей раз? — От врат разило тусклым освещением и в самом месте присутствовали крупицы света, которые не большими лучами просачивались через врата.

Темное подпространство с синим сиянием в центре. Обитателей у этого места было совсем немного. Первым был Мудрец, он являлся Хранителем. Второй был Псих, он отстаивал ярые интересы здесь. Третий был Похуист. Он служил опорной точкой. Четвертым был я, мое присутствие здесь было загадкой, как для меня, так и для остальных. Пятый был где-то здесь, и в то же время, выходя за рамки существующего. Так все и начиналось.

Мудрец считал, что подпространство защищает нас от того, что находится за его пределами. Поэтому, всячески защищал ядро от Психа. Ядро было единственным лучом света в этой обители, внушающая странное чувство, поддерживающая в нас силы для существования.

Однажды, Псих все-таки победил и вырвался наружу, но ненадолго, так как его сразу выкинул Мудрец. Псих сказал, что видел мир глазами человека. В нем было множество людей, которые страдают из-за власти и стереотипов социума. Они нуждаются в помощи. Мудрец отказывался пускать его туда и запер Психа в клетке, назначив Похуиста, ограничить свободу Психа. Похуист построил три стены, с разной прочностью, по возрастанию. От менее крепкой, к более непробиваемой.

Когда Псих вырывался из клетки он ломал первую стену, вторую, но на третей у него всегда не хватало сил, и он снова возвращался в свою клетку, а стены вновь восстанавливались. После того, как Психа заперли все краснело, вместе с ядром, и доносился безумный смех. Он всхлипывал каждый раз, будто бы набирал кислород, для более протяженного и громкого смеха, который разносился так, что само подпространство извергала тёмные помыслы, но после смех ненадолго заглушался и вновь, после недолгой паузы, будоражил место. Темные помыслы чувствовал каждый. Они были тем, что приносило некую силу и желания к действию. Само же подпространство, жаждала больше и больше страданий. При самих же страданиях ядро возбуждалось, из-за чего оно начинало вибрировать, создавая тряску, встряхивая пелену тьмы отовсюду. Мудрец старался не допускать этого и возвращал или возобновлял все в изначальное состояние. Это явление Псих назвал Безумцем, сказав, что скоро наступит новое начало и конец. Оно пожрет каждого и сделает все единым.

Далее, случилось неизъяснимое. Появилось существо из черной бездны. Оно было похоже на девочку, которая постоянно телепортировалась из стороны в сторону. Она была одета в черное. Лицо её было прикрыто волосами, но было видно, что оно изуродовано. Из ниоткуда появился Похуист, он встал прямо перед ней и смотрел. Существо все с большей скоростью перемещалось в разные стороны. Похуист не выдержал и исчез. Настал мой черёд. Подойдя к ней, я рассмеялся ей в лицо показав, что я не боюсь. Но это не помогло, а лишь сильнее взбесило её. Неожиданно, я увидел Психа около трёх разрушенных стен. Таким злым и сильным я его не видел.

Его глаза светились красным, так сильно будто бы из них лился нескончаемый поток крови. Лицо его окрасилось в темно-серый цвет, на котором выступали тёмные вены. Он ринулся к маячившему существу за миг и начал наносить удары. Упав после ударов Психа, оно не растерялось и снова встало на ноги. Гнев Психа был на пределе в этот момент. Он мигом появился перед ней и свернул ей шею. Тварь не растерялась, её шея начала проворачиваться обратно. Псих начал сворачивать голову из раза в раз. Шея твари уходила все выше и выше, вместе с позвоночником, раздирая тело. После, позвоночник достиг уровня плеч, и Псих вытащил голову из тела вместе с позвоночником, дальше он пробил голову кулаком, бросил голову вниз и растоптал ее. Все стало как прежде.

После этого я задумался. Кто кого охраняет мы подпространство или оно нас? Что это за черная бездна, из которой вылезло это существо? Я решил, что все ответы на мои вопросы кроются именно там и начал спускаться в бездну. Спускаясь все ниже, я будто бы пробуждался от глубокого сна, видя при этом, какие-то отрывки из чужой жизни. На все мои вопросы давались ответы, в виде каких-то чужих зачатков памяти и суждений, но в то же время, опускаясь все ниже, сама бездна, казалось, все сильнее с каждым спуском пожирая мою суть, делая из меня сосуд для памяти.

Мысли становились все более логичными и упорядоченными. Как позже я выяснил, всплески в виде темных помыслов, исходили из души, который давал нам пятый, Безумец. Эта энергия, на которой существует подпространство и мы сами. Черная бездна же, пожирала эту энергию. Продолжая спускаться, я увидел множество проблесков, похожие на проблеск ядра. Ядро не являлось душой, оно являлось отдельной его частью, но на сколько я выяснил, такое невозможно. По другую сторону от меня было множество душ. Они и были тем источником знаний, которые мне передавались пока я спускался. Осознав всю картину, я вспомнил свое предназначение. Я Антитеист. Я уничтожу иерархию, созданную Создателем, благодаря чему настанет равенство. Понимание расширится до таких пределов, что воины станут бессмысленны. Теперь я понимал Психа, но его методы слишком иррациональны, и он не видит сверх иерархии. Его лишь волнуют люди, которые не могут ужиться между собой из-за стереотипов. Я же считаю, что дело в высшей иерархии. Если бы все были равны, то человечество и другие низшие расы не страдали бы. Идеология была бы первичнее материи и было бы больше созидания, чем разрушения.

Внезапно, наше подпространство озарил свет, сравнимый с самой яркой звездой во вселенной. Он будто раскалывал тьму подпространства, унося нас четверых в неизвестность. Это был не просто свет, а сущность. На столько сильная, что пожирала себе подобных проникая в их сознание, но оно не просто проникало, а еще и, перед поглощением, совмещало свое сознание, с сознанием жертв, связывая их между собой для более удобного поглощения. Это было последнее, что я помнил перед тем, как я попал на перепутье.

— Я умер, — вдруг понял Антитеист, и тут он осознал, что предстоит ему выбор непростой.

— Где лучше? На свете там, где души пожирает главный чёрт, чье имя называя, взываешь в душу ты свою его. Или в темной обители, где боль и страдания.

Из темной пелены, явилась его возлюбленная, о которой он даже не знал.

— Почему она стала мне возлюбленной, когда до этого была врагом, — подумал Антитеист, ощутив внутри себя монстра, который идет по его душу. Антитеист уже не ощущал братьев. Этим монстром был Безумец. У него не было разума, поэтому оно старалось пожрать все, что обладает хоть долей разума. Существо желало пожирать и испытывать боль, которая радует его и придает ему сил. Темные помыслы, которые испускал Безумец из страданий, было тем, что связывало их всех в один разум. Поэтому, они друг друга чувствовали и понимали, как одно целое.

— Какая ирония, что он проникся симпатией к тому, что я ненавижу. К божеству.

Их разум слился и его безумие было неудержимым, оно опьяняло разум Антитеиста, и он не совсем понимал, откуда берутся его мысли, а откуда образы, навеянные Безумцем. Вдобавок он заметил, что стал на много сильнее и приобрел возможности всех обитателей подпространства.

Богиня ужаса была зла на братьев за то, что они убили ее. Она чувствовала страх Антитеиста, но она вела себя не так, как при первой встрече. Она обрела человечность. От нее исходил ряд эмоций, которые несвойственны богам. Эмоция гнева будоражило ее сознание, но она не совсем понимала, свои эмоции. Поэтому, она не особо спешила нападать.

Антитеист проникся к ней любовью и обнял ее, она этого явно не ожидала, как и он. К ней пришло осознание того, что произошло. Она улыбнулась и начала взывать его в мир боли и страданий. Посмотрев на нее, он понял, что это уже не богиня, а человек со способностями богини.

Протянув руку, Антитеист прочувствовал всю боль тех, кто там страдал. Это было невыносимо, но Безумцу это понравилось, и он захотел еще. Антитеист отказался от ее предложения и направился на свет. Его одолевали странные чувства, тянувшие обратно, это была любовь и желание страдать, которое разносилось с оглушающей скоростью в голове. В то же время эта была и ненависть к самому себе. Ведь он идет туда, кого ненавидит больше всех. Боясь боли и страданий, он поддается эмоциям, которые может контролировать. Это было ничтожно. Поэтому, он решил принять предложение возлюбленной. Появившись в аду, он испытывает постоянную боль, будто кто-то хочет вырваться из него. Антитеист воскликнул:

— Выходи Люцифер, где бы ты не был. Я пришел убить тебя, ничтожная тварь. Скотина, что правит скотом, душащий по иерархии ниже себе подобных. Ничтожество, ты умрешь или будешь страдать, как страдают все взятые души в аду.

— Твой скудный разум считает, что это должно быть оскорбительным для меня? Но для меня это не более чем пустые слова. Скажи мне. Почему я должен тратить, хоть каплю своего времени на тебя? — голос доносился откуда-то далеко, тем не менее был четким и громким, будто находился рядом.

— Потому что, если ты не выйдешь, мразь, я уничтожу весь ад, вместе с тобой.

— Смелое и не безосновательное заявление, я полагаю, так как я не чую в нем блефа. Но все же, самоуверенных дураков, я повидал достаточно.

На Антитеиста, хлынул поток демонов. Создав мечи из хаоса, он прорубал демонов волнами хаоса, исходившие от меча и от взрывов кинутых мечей. Демонам, взрывы были как хлопки, от которых они лишь разлетались. Поток демонов все лился и лился. Начался обстрел с различных оружий, так и магические атаки. Все это было бесполезно. Антитеист чувствовал каждый выстрел, каждое заклинание и блокировал заклинания своим естеством, а выстрелы взрывами и клинками.

Накопив ярость от всех умерших демонов, Антитеист пронзает шестой круг и взрывает его. Все демоны улетают в небытие.

— Доволен ублюдок? — Антитеист злостно улыбается своему триумфу в никуда. Боль стала режущей, но внутренняя агрессия к тому, что он ненавидит была сильнее.

— Что-то новое. Но это все равно слабовато. Видишь врата? — Антитеист замечает врата, парящие в небытие, — В каждом круге они есть. При помощи них, ты будешь проходить на следующие круги. Так и быть опустим круги до, и перейдем к основным. Пройдешь до девятого, я сражусь с тобой.

Антитеист подошел к вратам, прикоснулся и понял, что они открываются только силой света. Он создал меч из энергии порядка, который засияв, открыл врата. Зайдя внутрь, его мгновенно окружили падшие ангелы. Атаковав нескольких, образовался вихрь атак, направленные на него. Воссоздав множество различных мечей, вокруг вихря, он взорвал их энергией хаоса и порядка. Падшие разлетелись, в разные стороны, расформировав вихрь. Над каждым появился меч, который вонзился в них и взорвался, не оставив ни следа от падших.

Волна мух двинулась на встречу. Антитеист создал меч порядка, который засияв, уничтожил все скопище мух. В ответ пошла обратная волна света. Создав меч из хаоса, он разрубил волну света, от чего вся волна осыпалась.

В тот же миг, молниеносно ринулась фигура Вельзевула, в сторону него. Он сделал взмах и встретил клинок, который держал изуродованный ангел. Все тело было черное, крылья были словно у летучих мышей. Один глаз был опухшим и красным настолько, что был чуть ли не с человеческою голову. По всему телу, витали мухи, которые были все в крови, она капала с них маленькими каплями. Схватив клинок руками, он поглотил все силу хаоса, тут же Антитеист, создал меч порядка и скрестил клинки снова.

Аура клинка становилась все сильнее, и Вельзевул слабел. Убрав меч и отпрыгнув, он создал взрыв, под Антитеистом, но он отпрыгнул и создал круг из мечей, вокруг него. Вельзевул разрушил мечи одним взглядом, от чего произошел взрыв. Воспользовавшись завесой от взрыва, Антитеист напал и сделал множество взмахов мечом порядка, разрубив Вельзевула на маленькие кусочки. Он вставил меч, пропитанный Вельзевулом, в пространство и ушел дальше.

Открыв восьмые врата, при помощи сил хаоса, он вошел внутрь. Боль немного ослабла, будто он отдалялся от Безумца. Тьма окутывала его, но после, стекала обратно, утратив интерес. Вокруг было множество богов, которые были готовы атаковать. Боги ринулись в бой молниями, огнем, хаосом, порядком, с магией света, воздухом, в общем всем, чем только можно. Антитеист воздвигнул три стены, перед собой, из них разлетелась лишь первая и немного треснула вторая. Создав вокруг себя множество различных мечей, он запустил их молниеносно в богов. Треть богов не смогла ничего сделать с этой атакой и померла.

Все боги ринулись в ближний бой. Попытавшись уничтожить пространство, Антитеист понял, что это невозможно, без последствий в реальности. Создав меч из хаоса, окутанный порядком, он сделал энергетические волны, в виде клетки, в сторону богов. Они не могли разрушить волну, но и вреда, тоже не получали, боги лишь сдавливали ее обратно. Антитеист сделал еще несколько волн и взорвал предыдущие, и так пока не осталось ни одного боеспособного бога.

Из тьмы появился Белиар, который создал длинный кнут из тьмы. Окутав незаметно ногу Антитеиста, приподнял его вверх и начал бросать его об пространства, и об его же стену. Удар об стену был значительно больнее. Безумец забирал все чувство боли, становясь сильнее и подходя все ближе к выходу. Антитеист старался избегать ударов об стену, подставляя острие меча к стене и опираясь на рукоять. Разрубив кнут от ноги, он направился быстро к нему. Белиар поднял волны тьмы, которые выбили Антитеиста из равновесия, и он полетел обратно.

Создав огненные столбы, он направил их на Антитеиста, но он создал укрепление и спрятался от столбов. Создав огромный каменный кулак сверху, он разломал укрепление и приплюснул Антитеиста. Обычного человека давно бы размазало от такого удара, но переняв немного стойкости Психа, от удара лишь треснули кости. Как таковых, переломов не было, кости быстро восстанавливались, но боль не отступала лишь усиливалась. Сила духа была на грани. Дышать было тяжело, хоть дышать было и нечем на восьмом круге, эта была лишь обычная человеческая реакция на удар по легким, но так просто сдаваться он не планировал.

Повторный замах огромным кулаком. Антитеист выпускает из себя, через боль, энергетическую волну в кулак, что притормаживает замах и он отходит в сторону. Кулак разрушается, вместе с волной. С левой и с правой стороны от Антитеиста, появляются огромные ладони. Он бежит на встречу Белиару и пускает волны в ладони, и они рушатся. Белира пускает огненные шары, Антитеист создает щит и гасит все шары. Белиар создает огненные вихри на встречу Антитеисту. Антитеист пускает волны от меча, и вихри исчезают. Белиар пускает волну тьмы. Антитеист создает доску для сёрфинга из хаоса и прыгает в волну, огибая ее бежит дальше. Белиар использует ментальные атаки, которые разбиваются об меч.

Антитеист наносит удары мечом, Белиар лишь подставляет руки, блокируя полностью все удары и дает под дых кулаком, и после сильным ударом, ломает ребра, отправляя его куда подальше. Антитеист восстанавливает ребра и встает. Силы покидали его, отдаваясь потоку безумной боли, сводящей с ума. Не выдержав он заорал. Тьма начинает окутывать его не давая сдвинуться. Белиар пропитывает удар хаосом и бьет по голове. Появляется стена, которая забирает весь удар на себя. Антитеист пытается вырваться, и создает хаотический взрыв. Белиар отлетает, а тьма отпускает его и снова кидается на него. Он пропитывается аурой хаоса и тьма лишь стекает по его ауре.

Белиар появляется сзади, и пытается сломать волю Антитеиста, при помощи телепатии. От него исходят сильные вибрации, над которыми Белиар теряет контроль и с ужасом отлетает.

Белиар: Это нулевое измерение.

Люцифер: Ты уверен?

Белиар: По его воспоминаниям, похоже на то. И что-то очень зловещее сидит в нем, в поисках выхода. Оно собственно и мешает поглощению, удерживая его здесь. Все его естество это рагнарек для всего, что поддерживает сущность Создателя.

Антитеист: Что это значит ублюдки?

Люцифер: Все что ты делаешь, в данный момент, происходит внутри Создателя, и носит лишь олицетворение его сути, не затрагивая реальность.

Антитеист: Так это все иллюзия?

Люцифер: Не совсем, это олицетворение твоего телепатического боя с Создателем, в котором если ты победишь, то все это произойдет в реальности.

Антитеист: Зачем ты мне все это рассказываешь?

Люцифер: Мне любопытно, дойдешь ли ты до конца.

Белиар наносит удар, Антитеист уворачивается и делает подножку. Белиар падает и исчезает во тьме. Антитеист пронзает тьму мечом, но все без толку.

Люцифер: Ты действуешь ограничено. Зачем тебе использовать мечи? Пользуйся естеством силы.

Белиар появляется из тьмы и хватает Антитеиста за ногу, и погружает во тьму. Он чиркает мечом тьму, но там уже ничего нет. Перед ним появляется огненный шар, который он блокирует щитом. Антитеист создает взрыв хаоса из себя. Из тьмы вылетает Белиар. Антитеист создает потоки хаоса и направляет их на него. Белиар впитывает все потоки. Антитеист направляет потоки порядка, к ним навстречу стремятся потоки тьмы, которые поглощают их. Суммируя потоки, направляет их одним лучом в него. Белиар направляет поток тьмы, от чего луч становиться сплошным потоком хаоса, который он поглощает, но ко всему этому, Антитеист создает меч из порядка, пропитанный аурой хаоса и запускает незаметно сквозь луч. Белиар, не успев этого понять, получает меч в грудь, который взрывается и разносит Белиара.

Антитеист оказывается сразу на девятом круге.

— Ты слишком слаб, чтобы одолеть меня тем, чем ты прорубил себе путь. Но у тебя есть нечто большее, чем мечи сил хаоса и порядка.

Антитеист бросает меч из хаоса. Люцифер превращает его в букет красных роз. Антитеист бросает меч из порядка. И они превращаются в букет белых роз. Он создает меч из порядка, окутанный хаосом, и кидает. Меч становится букетом белых роз с красным оттенком. Антитеист бросается с мечом. Люцифер ломает меч прикосновением и легким движением руки, дает полбу, от чего он улетает. Антитеист создает луч из двух энергией. Люцифер спокойно поглощает их, а меч, пролетевший сквозь луч, ломается об него.

— Ты думал, что будешь сражаться с непоседливым, огромным демоном, который думает, что все вокруг него ничтожества, и он здесь царь и бог? Ты слишком примитивен, ты даже ненавидишь меня за то, чего я не делал.

— А что ты делаешь мразь? Наделяешь души знаниями, чтобы они становились теми, кто управляет низшими? Исходя из этого, я должен жалеть уёбка, что промывает мозги, дабы его система функционировала, и имела возможность соревноваться с раблем. Да пошел ты нахуй.

Антитеист создает меч из неестественного хаоса, который блистал белым цветом и кинул в Люцифера. Люцифер увернулся, и меч воткнулся в никуда.

— Превосходно. Теперь ты готов. Запомни это чувство несправедливости. Сконцентрируйся лишь на нем. Ведь только в нем твоя суть.

Антитеист бежит к Люциферу с новым мечом, размахивая волнами. Люцифер превращает волны в сгустки тьмы и замечает меч, летящий сзади, уворачивается, но меч останавливается и взрывается. Люцифер отлетает кубарем и падает. Его начинает трясти. Он начинает говорить хриплым голосом старика:

— Превосходно и неизлечимо. Первородный яд, созданный пустотой. Никому его не одолеть.

Антитеист подходит к Люциферу, который уже стал стариком, и протыкает его мечом насквозь. Вдали стояла Альма. Он уже знал, как ее зовут. Он будто знал ее больше, чем может жить человек. Она протянула руку, зазывая его дальше в рай.

Прикоснувшись к Альме, Антитеист появился перед вратами рая. Его уже ждала армия ангелов, которая со скоростью света двинулась к нему. Антитеист не растерялся и взорвался хаосом из пустоты. Вся армия испарилась, будто ее и не было.

После появились ангелы начала. Так называются ангелы, которым вверено управление естеством мироздания. Они лишь своим взором стирали его существования, воскрешая ангелов из промежутка, где их стерли. Антитеист чувствовал власть и контроль над этим временным потоком, так как пустотный хаос обладал мультивселенской вариацией времени.

Вместо ангелов появились демоны, которые направились в бой. Ангелы власти, в миг одолели демонов, низвергнув их в небытие. Ангелы начала, пытались контролировать поток времени, но внезапно половина из них взорвались, а другая превратилась в хаотических сущностей, бледно красного цвета, меняя пространство на свой лад, убивая, поглощая и переманивая на свою сторону ангелов власти.

Ангелы силы, начали посылать благодать, пытаясь очистить своих собратьев от скверны хаоса, но от этого было лишь только хуже. В пространстве образовывались белые дыры, будто кто-то сделал дыру в листе бумаге. Дыры выбрасывали звезды, планеты и тьму, создавая взрывы сверхновы, после которой образовывались черные дыры. Все место окрашивалось тьмой.

Антитеисту это не понравилось и он преобразил тьму в пустотный хаос, а на месте дыр усилил влияние хаоса. Ангелы не могли жить в таком пространстве и просто испарялись. Антитеист же чувствовал себя вездесущим, становясь сверх могущественным.

Появившиеся офанимы, имеющие форму колец, символизирующие символ порядка, на которых были глаза и крылья, организовали защиту, сквозь которую пустотный хаос не проходил. Все ангелы передвигались по пространству за счет них. Офанимы окружили Антитеиста, но влияния хаоса не пропало. Тогда херувимы — шестикрылые ангелы с мечами, горящие синим, объединили престолы, в один большой круг. Потоки пустотного хаоса стали статичны. Повсюду виднелись бело-красные волны, которые вибрировали.

— Умно. Возьму себя на заметку, но проблема в том, что я могу ими управлять в независимости от влияния сил порядка.

Потоки ринулись в ангелов и самоуничтожились, вместе с ними. Херувимы были неуловимы и уворачивались от потоков в мгновение ока. Антитеист создает мечи из хаоса, в восьми направлениях и отбивает атаки Херувимов, после создаёт взрыв хаоса, и офанимы, вместе с Херувимами, уничтожаются, а сам хаос превращается в пустотный.

Пройдя врата, Антитеист увидел нить, бесчисленного множества душ, что тянулась к небытию Создателя. Засмотревшись, он пропускает атаку серафимов — шестикрылых огненных ангелов с мечами, горящими ярко-красным. Атака была наполнена чистой страстью Создателя. Связь с Пожирателем начинает слабеть. Внутри разрываются две частицы темной и светлой страсти, вместо которых появляется пустота. Весь хаос окружающий Антитеиста пропадает. Сверху появляется архангел Михаил и бьет булавой по лицу, ногам, рукам и животу Антитеиста. Все удары настолько быстры, что все происходит в воздухе. Последним ударом кулака, он отправляет Антитеиста к экстраверсу. Все тело переломано, Антитеист плачет и ноет от боли, но не сдается и ползет из последних сил.

— Я должен! Не ради себя, а ради всех, кто верит в лучшее.

Михаил переворачивает его на спину, что бы совершить последний замах. Антитеист понимает, что это конец

— Я всего лишь хотел равноправия и свободы для всех существ. Вы называете это жизнью? Я считаю это рабство. Вы используете души, как скот, пожирая или отправляя их на войну против тех, кто не верен вашим идеалам. Из воплощения к воплощению существа борются за существования. Весь мир соткан из боли. Создатель? Ведь это никогда не кончится? Боль с каждым воплощением становится все сильнее и изощреннее. Все это ради высшей цели говорите вы.

Антитеист тяжело вздохнув перевел взгляд на нить и с грустью говорит:

— Знаешь, я ведь был там. Чувство покоя будто вот-вот умрешь. Как сейчас. Но тебя убаюкивают флешбеками из прошлого, как под наркозом, и после ничего не остается. Ты уже часть него. Самое забавное, что вся агрессия и непонимание оправдывается простым желанием, сыграть роль жертвы и насильника. Все ради опыта существование, говорят они.

— Ты всего лишь человек. Что тебе может ведомо о его замыслах? Я видел множество миров, вселенных и измерений. Все они разные на принцип добра и зла. Само понимание этих принципов колеблется. Равноправия и свобода существ? Я понял зачем тебе экстраверс. Хочешь, чтобы все были подобны Создателю, но ты не прав. Это ничего не поменяет. Все останется тем же. У вас есть выбор. Барахтаться в бытие или уйти к Создателю.

Эти слова привели Антитеиста в ярость, он снова погрузился в сущность своей идеи и восстановил связь с Пожирателем. Ему стало крайне противно, что он плачется перед тем, кого презирает и ненавидит. Михаил это заметил.

— Гнев бога! — Михаил сделал удар рукой, с силой способная стереть кого угодно. Антитеист с легкостью остановил этот удар, стояв уже на ногах с видом, как Псих при убийстве Альмы.

— Вы не можете убить то, чего не создавали.

Антитеист ломает руку, перехватывает Михаила и бьет об пространство из стороны в сторону. Материализуя свет Михаила в конечности и разрывая каждую из них, удар за ударом. Последний удар был направлен в центр, откуда он вытащил сердце.

Серафимы пытались сжечь Антитеиста ликом Создателя, но он лишь воспламенился и воссиял, как самая яркая звезда. Все удары Серафимов были безуспешны, как об камень. В мгновение, все серафимы погасли и были разбросаны. Все окружение было в крови, с разбросанными частями тел.

Погаснув, он направился к экстраверсу, где его ждала Альма. Он отдал ей сердце. Вокруг нити, появились все символы, которые только могут быть. Антитеист вошел в экстраверс и начал возвышаться…

— Значит ты убил своих братьев, из-за любви к энергии страсти. Сюда как раз попадают те, кто не смогли совладать с безудержной страстью и при этом их не мучает совесть. Все души здесь принадлежат мне, — Мэд застыл. Его образ постоянно мерцал и колебался. Облик менялся в три стадии то с белой дырой, то полностью черный, то на человеческий.

— Отдайся своей страсти, — Люцифер кладет в рот Мэду энергетический шар и исчезает. В девятый круг врываются ангелы, и замечают сущность полностью черного цвета. Сущность извергает эманации, которые врываются мгновенно в каждого ангела. Ангелы теряются, так как разум не преобладает над их волей. Сущность делает несколько рывков и пожирает всех ангелов в мгновение, выплескивая новую эманацию. В 9 круг входят новые ангелы с архангелом Михаилом, который сражался против Люцифера. В них так же врывается эманация. Ангелы также теряются, кроме одного. Сущность делает новый рывок, но на встречу к ней вылетает архангел. Не успел он опомнится, как сущность обволокла его и начала пожирать.

— Гнев бога, — с этими словами сущность улетела от архангела и начала пожирать энергию. Пожрав энергию, сущность превратилась в подобие человека. Все ангелы начали приходить в себя.

— А так вот что ты там сказал. Не переживай сейчас верну. Кхм, кхм АННИГИЛЯЦИЯ, — с этими словами выплеснулась та же энергия на ангела.

— На меня это не работает, — Михаил стоял на том же месте даже не шелохнувшись.

— Блин так не интересно, а почему вы без свето-шоу? Учитесь на своих старых ошибках?

Ангелы окружили Мэда, отрубили ему ноги и руки. Мэд проорался от боли, после чего рассмеялся. Кровь хлынула из разорванных конечностей океаном, из-за чего половину ангелов смыло течением. Отовсюду раскрылись порталы с различных миров, с различными ужасающими существами и сущностями. Ангелы с легкостью справились со всеми. Внезапно прошла пси волна, от которой ангелы пришли в ужас и умоляли о пощаде. Ангелы просили прощения у Создателя.

Люцифер: Прекрасная работа Альма. Давно я тебя не видел. Твои силы значительно выросли. Что ты тут делаешь? — из крови появилась девушка лет 26 с темными длинными волосами, одетая в красное платье.

Альма: Приветик Люци. Да вот помогаю оболтусу не сдохнуть. Совсем не ценит жизнь. Ты сам как поживаешь?

Люцифер: Я как обычно, весь в аду. Зачем ты помогаешь ему? Почему ты в людском теле и твоя аура схожа с человеческой? Понятно, значит он приворожил богиню ужаса и очеловечил ее.

Альма: А вот и нет! Мы с первой встречи полюбили друг друга. Правда же ведь?

Ответа не последовало лишь бульканье доносилось от океана крови.

Альма: Так любит помирать, что выплывать не хочет, но при этом прекрасно знает, что это его не убьет.

Люцифер: Ты понимаешь, что у богов нет такой сильной привязанности к человеческим чувствам.

Альма: Да, но когда я вошла в его сознания меня прям, что-то озарило.

Люцифер: Это была энергия страсти, которая очеловечила тебя. Когда ты умерла, он просто поглотил тебя.

Альма: Но он дал мне жизнь. Когда его брат уничтожил меня, — океан крови исчез, вместе с ангелами. Внизу был Мэд, который вставил последнею конечность на место. Альма подлетела к Мэду.

Мэд: О привет красотка, а ты что здесь забыла.

Альма: Тебя дурака спасаю.

— Спасать? — Мэд рассмеялся, — Да я в полном порядке, я же тебе рассказывал, когда будет уровень угрозы “смерть”, ты сразу узнаешь.

Альма: Так ты сам дурень меня вызвал, вот я и пришла.

Мэд: Да, все верно. Я вызвал.

Альма: И зачем?

Мэд: Просто соскучился.

Мэд и Альма обнимаются. Люцифер замечает силу любви, который в этот момент дарит Мэд, Альме и понимает, почему она так опьянена им.

Люцифер: Лукавишь. Тебе просто было лень использовать свои способности.

Мэд: Хах, вот все ты видишь.

Альма: Ничего. Я все равно рада, что ты меня позвал.

Люцифер: Ты говорил, что тебя тошнит от любви Создателя, но сам ты не обделен дарить любовь другим.

Мэд: Это другое. Любовь Бобика подобна любви собаки к сочному куску мяса.

Псих: Я блядь вашу любовь на конечности порву, распотрошу и в канаву с дерьмом скину, — неожиданно, из неоткуда, появился Псих, позади Мэда. Псих наносит удар острой частью клинка, но там появляется сущность ужаса, которая забирает удар на себя и взрывается. Псих не шелохнулся и продолжил удар, но Мэд уже отлетел вперед.

Мэд: Еху, как я люблю свою материальную тушку, — Альма насылает свою армию ужаса на Психа, которая пытаются сломать его сознание. Их попытки оказываются тщетны, и они просто нападают на него. Псих уничтожает каждого с помощью кинжала и подбирается к Альме.

Псих: А НУ ИДИ СЮДА АЛЬМА! Я лишь отрублю твою голову и оставлю тело кровоточить в навозной яме, вместе с Мэдом. — Альма телепортируется в подпространство.

Псих: Я так понимаю, тебе Мэд ничего не рассказывал, о работе кинжала. Прятки здесь бесполезны, — Псих делает взмах и кинжал открывает подпространство, из которого вываливается труп Альмы с отрубленной головой, — ну а теперь твоя очередь Мэд.

Мэд: Подыхать что ль? Может ты сдохнешь? — Псих кидает кинжал в Мэда. Кинжал летит острием в Мэда и протыкает его, — ну, це пизда, получается.

Псих моментом перемещается к Мэду, берет ручку кинжала и разрезает туловище пополам. Конечности Мэда падают, кровоточа, образуя подобие влагалища. Псих в ярости пытается затоптать это уродство, но моментом его затягивает внутрь. После чего появляются большие ягодицы из которых выходит Мэд и Альма. Альма смеется со слезами обнимая Мэда.

Мэд: Ну finita la commedia, получается.

Альма: Можно было сразу так сделать, чтобы мне голову не отрезали.

Мэд: Ну извините мадам он на вас первым запал.

Люцифер: Раз нам никто не мешает, продолжим. Как ты видишь место наполнено страстью существ. Страсть, как я считаю, это более стоящее, чем душа человека. Создатель использует страдания, чтобы душа эволюционировала в мировоззрении и стремилась познать принципы существования, как материального, так и энергетического плана. От этого душа становится крепче и сильнее для идеального слияния с Создателем или проще говоря поглощения. В основном, эти души очищаются именно от страсти. Создатель был создан первозданным хаосом, от чего у него остались его черты, от которых он стремится избавиться, за счет страдания своих душ. Я же предпочитаю хаос, поэтому наоборот отбираю тех, кто наиболее страстен в жизни, и подталкиваю к более страстной жизни.

Мэд: Ты же понимаешь, что они от этого башку теряют.

Альма: Ой да брось, они и без него тупеют и теряют самоконтроль.

Люцифер: Это их истинная природа. Кто-то овладевает ей в совершенстве и становится богом, а кто-то потакает ей без конца и остается на примитивном уровне развития души.

Мэд: Поэтому вас и не особо любят. А что по поводу грешников? Почему они находятся здесь, раз ты воюешь с Бобиком.

Люцифер: Для Создателя это не имеет надобности, так как эти души испорчены. Мне же от этого есть толк, так как их страсть не стабильна. Она требует лишь достойного хозяина.

— То есть ты отчасти самая испорченная часть Создателя?

— Это был первый шаг на пути к порядку. От чего Создатель любил меня больше других ангелов. Он заранее знал, что я выберу этот путь.

— Так что по поводу этого место. Девятый круг есть некое кредо, в чем твое кредо?

— Это место пропитано страстью к существованию. В данный момент твоим, — Мэд и не заметил, что после перехода из состояния пожирателя, место преобразилось. Оно было наполнено кровью, а сами стены были из плоти, из которой сочилась энергия страсти.

— Смотри значит бобик любит, а ебаться не любит это значит, что у него крыша поехала как у меня или нет? — Люцифера слегка озадачил вопрос, но у него был опыт разговора с мирозданием. Поэтому он с лёгкостью нашел смысл в вопросе, общаясь лишь с одним безумцем, впрочем, как и на протяжении всей беседы. Поскольку Мэд не был полностью человеком, детородных органов у него не было. Внутри самого тела, была лишь кровь. Все человеческие органы были лишь систематическим представлением, в том числе и мозг, от которого шло все восприятия человечности извне. Само сравнение подразумевало, что он ставит себя наравне с Создателем, а сам акцент на себе означал, что он ставит себя выше Создателя. Это не удивило Люцифера, так как он понимал, что перед ним стоит подобие сущности пустоты, избравшее носителя в виде безумца.

— Ты хочешь спросить, насколько безумны его замыслы? Его сила происходит от первозданного хаоса, так что его помыслы хаотичны и слегка упорядочены с каждой новой совершенной душой, освобожденной от страсти.

— Ты бывал в эдемском саду и что там по поводу яблока?

— Яблоко — это плод добра и зла. Этот сад охраняет Уроборос, который искусил Адама и Еву. Хоть Создатель не раз изгонял его, но Уроборос есть цикл хаоса во вселенной, который невозможно прервать как бы Создатель этого не хотел.

— Так ясненько, а что по поводу ценности душ? В чем прок тебе и Создателю от грешников?

— Создатель надеется, что грешники найдут путь к нему, я же надеюсь, что они оставят этот рабский путь и примут свободу. Думаешь, мне есть дело до могущества? Да, я здесь самый главный, но я лишь исполняю волю первозданного хаоса, если война и будет выиграна, то измениться лишь баланс сил. Будет наблюдаться обратная ситуация, якобы Создатель — это Сатана, а я Создатель. Это все правила баланса, которые ни мне, ни Создателю не интересны, а души здесь решают сами, где им больше нравится.

— Ты не договариваешь. К чему тебе страсть души?

— Пока существует страсть, существует ад. Пока есть души, очищаемые для Создателя, существует рай. Все просто.

— Что по поводу демонов? Хочешь сказать они такие же паиньки как и ты?

— Они выполняют роль искусителей в той области, которой они более склоны, стараясь направлять души на тот же путь что и я.

— Что насчет одержимости? Почему все одержимые, ведут себя так агрессивно?

— В демонах, вселяющихся в человека, нет ничего от Создателя. Хаос в них извращённый, от чего в теле им приходится достаточно тяжело. Как и самой душе, но они изуверы, поэтому они радуются, что страдает душа. Чистопородные демоны, слишком склонны поклоняться хаосу, от чего у них нет духовной упорядоченности, и они склонны к злу.

— Хах, это как заказ страданий на дом. Я так и не понял, зачем тебе эманация страсти?

— Отчасти это и есть заказ. Это не моих рук дело, а рук ангелов и самой души, готовая стать ближе к Создателю. Все пропитано страстью и бьет ключом во всех существах. Писатели, композиторы, художники, и прочие, отдающие себя музе, являются некими сборщиками эманаций из других существ, которым лень или они вовсе не могут выплеснуть свою страсть в деятельность. Творчество великих людей, собирает всю энергию их почитателей, и после смерти она формируется здесь, как эманация страсти, вне души.

Мэд: Это хорошо для Бобика или плохо?

Мэд, до этого, особо не всматривался в образ Люцифера. Для него он был окутан пеленой тьмы, скрывающая его ангельский измененный образ, сверкающий красными молниями, с энергией первородного хаоса, создающая ауру. Тьма гасила свет до последнего люмена исходящий, как от него, так и от пространств, в которых он был. В системе взглядов во тьме, Мэд заметил систему представлений для разных индивидов. В основном, он был воплощением потаённых желаний и мудрости в виде статусного мужчины, для других самым страшным кошмаром, воплощая весь ужас ада и любого, кто ему не угодил. Присмотревшись к себе через отражение глаз Альмы, Мэд заметил такую же систему с другими представлениями. В отличие от Люцифера, они метались во множество образов, все они исходили от взглядов личности, к поведению Мэда, что могло создать резонанс в представлении его образа, разными индивидами.

Люцифер: Это все пожирает страсть в душе, от чего многие из них тонут в творчестве великих. Они становятся зависимы от этого, и часть своей жизни тратят на наслаждения чужим творчеством, из-за чего в них постепенно гаснет страсть к собственной жизни. Вследствие чего они поддерживают ад, и при этом очищают себя от страсти для Создателя, так что тут получается равноценный обмен. Это одно из величайших явлений хаоса.

Мэд: Равноценный? Ты же теряешь из-за этого счет свободных душ.

Люцифер: Не все души избирают этот путь. Есть те, кто хочет немного, поделится, а есть те, кто хочет немного получить. Энергия страсти многообразна и в каждой душе протекает по-разному.

Мэд: Как же те, кто, восхищаясь чем-либо вдохновляются и делают уже, что-то от своего лица, а также любовь между двумя субъектами? Да и зачем собственно тогда Создатель создал Еву?

Люцифер: Вдохновлённые — это уже более продвинутые души, им просто подкинули хорошую идею. Любовь действительно прекрасное явление, но она может угасать, в зависимости от интересов души. Создание Евы — это создания равновесия и продолжения пути. Как я уже говорил Создатель не хочет играть с балансом. Он думал, что сможет обуздать человеческую натуру, но по итогу ничего не вышло, и они приняли запретный плод. Ты и сам своего рода продвинутая душа. Хочешь создать собственное первозданное небытие без хаоса. Я помогу тебе, и я знаю, что ты уже приготовил подарок.

Мэд: Ну вот весь сюрприз обломал.

Альма: А мне ты ничего не дарил, — Альма скрестила руки и отвернулась. Мэд показывает Альме букет цветов в нем были красные розы, которые подозрительно блестели.

Альма: Вау, какие красивые цветы? Это ты их сделал? — Альма посмотрела на Мэда с восхищенным взглядом. Радужка глаза была красная, а сам зрачок был расширен, сверкая от счастья.

Мэд: Эм… не без помощи Люцифера, — Альма подпрыгнула, расправив руки в разные стороны и обняла Мэда и Люцифера.

Альма: Пойду домой и поставлю их в вазу, — Альма целует Мэда в щеку и махая рукой уходит в портал.

Мэд: Как ты узнал об этом артефакте?

Люцифер: Поместить в одной монете, целую систематизированную энергетически насыщенную структуру ада, без моего ведома, такое я не мог ни заметить. Я не знаю, какие в твоём арсенале имеются артефакты, но создания этого шедевра, я почувствовал по твоему прибытию.

Мэд: А с чего ты взял, что я тебе буду делать такой подарок? — рассмеялся Мэд.

Люцифер: Я не просто так спросил про кинжал, который ты отдал Психу. Ты не можешь держать при себе то, что не твое, поэтому ты всегда отдаешь обратно, то что забрал. Не знаю с чем это связано, вероятнее всего это твоя совесть.

Мэд создает магмовую сферу, светящеюся, как солнце. Люцифер замечает, что это сфера, пропитанная энергией распространяющегося безумия и гнева, готовая охватить все. Посмотрев на нее с разных ракурсов, Мэд поглотил ее, не много вернув свою ауру.

Мэд: Да, ты прав я хотел сделать тебе подарок в качестве благодарности за твою экскурсию, но тогда я не думал, что ад настолько могущественное пространство.

Люцифер: Ты клонишь к балансу сил? Думаешь у Создателя нет такого уже. У него он есть давным-давно, просто он никогда не пользуется им на максимум.

Мэд: Ну тогда все в порядке, держи. — Мэд отдает монету, которая была по форме с ладонь, на ней был символ с пятиконечной звездой, и на обратной стороне звезда хаоса с кругом.

Мэд: Почему я видел только Вельзевула и Белиара?

Люцифер: Ты же понимаешь, что твой склад ума слишком сверхъестественен. Когда ты впервые оказался здесь ты, представлял это место по писаниям Данте. Далее, ты находился в своих пространствах, собственно, где все прячешь и обдумываешь законы вселенной. Из-за чего, придя сюда, ты уже увидел собственную картину ада, которая подобна твоему взгляду. Хоть сам ад представился для тебя в виде бытия, в большей части, он все же носит суть небытия. Все это было создано по твоим философским суждениям. Сами грешники были настоящими, но их мучения были визуально интерпретированы для тебя.

Мэд: Тебе не приходилось слышать о случае, который был недавно на Земле. Чтобы демон, не справившийся с задачей был уничтожен.

Люцифер: С какой целью ты интересуешься? Таких случаев очень много. Хотя был один интересный случай. Этот демон ошибся в грехе человека, из-за чего тот его уничтожил. Демоны никогда не ошибаются. Они могут проиграть, если человеческая воля будет сильнее греха.

— И где же он сейчас?

— Все стерли. Чересчур оперативно.

— То есть, тебе неизвестно, где он сейчас?

— Более того, мне неизвестно, где он был. Загляни в белое дно, может что и найдешь. Это между видимой частью черной дыры и самой сингулярностью. Там обычно прописывают все основные законы, в том числе судьбы.

— До встречи Люцифер, — Мэд уходит в никуда, то ли начинает исчезать из пространства, будто бы уменьшаясь, после чего полностью исчезает.

Вэн шел по пустыне в поисках эгрегора имеющий отголосок противостояния Хаоса и Порядка, который появился в сорокадневный пост Иисуса Христа. В таком месте можно выяснить истинное предназначение мироздания или истинную суть, происходящею в недосягаемости космоса или из начала всего сущего. Исходя из данной константы, можно определить консенсус существования во временной парадигме.

След прорастания мироздания или же пески времени, находятся далеко, за пределами "сознания" смертного, туда невозможно пробраться, будучи человеком, лишь сущности и боги могут попасть туда, но для них, это не имеет смысла. Для них все предопределено, вечность и только, где ничего нет, кроме загадок жизни.

Началась буря. Вэн увидел надрыв реальности внутри бури. Это был большой черный куб в воздухе, не имеющих видимых границ, внутри которого был космос — это черное пространство потустороннего прошлого. Вокруг всего этого летали цветы с бело-красным оттенком, они были похожи на ландыши — это был истинный хаос или же тот порядок вещей, который должен быть во вселенной. Ландыш обладает 6 лепестками — цветок жизни — геометрическая фигура, дающая понятия о форме пространства и времени. Также вокруг куба находилась 8 конечная лестница — это 8 постулатов хаоса, которая закрывала его в воздухе.

— Где предел безумия?

— Цветы должны залететь в куб, гармонично пройдя 8 конечную лестницу.

— Что есть 8 конечная лестница?

— Предел.

— Как преодолеть предел?

— 8 путями.

— Что это за пути? Назови их!

— Огонь, вода, земля, воздух, судьба, время, порядок, хаос — это постулаты хаоса.

— Не верно, это не твои постулаты хаоса. Назови свои.

— Огонь, вода, земля, воздух, дух, время, пустота, реальность.

— Проходи.

По лестнице пролетели цветы, которые попали в куб. Лестница раскрылась, в восемь изометрических плоскостях.

— Твой путь пуст и не определён, будто он строится лишь сейчас, но не имеет возможности построения в будущем. Возьми это, — из куба вылетают песочные часы, Вэн хватает их.

— С помощью них, ты сможешь определять свое будущее, но вариации исхода ищи не здесь. Ты строгий ревнитель закона с балансом, в котором сосуществует добро и зло, но при этом невозможно изменения в какую-либо сторону. Твоя ноша тяжела, но она и определяет тебя, как уникума во вселенных.

Буря дошла до куба и остановившись на Вэне исчезла, вместе с эгрегором.

Идя по диким джунглям с мачете, Вэн прорубал себе путь к поселению аборигенов. Под его ногами случился обвал. Упав он потерял сознания. Очнувшись, он увидел брюнетку, с длинными, слегка, вьющимися волосами. На ней была маска из листьев, из которых виднелись зеленые глаза. Тело было наполовину окутано листьями.

— Как ты себя чувствуешь?

— Голова кружится.

— Это действует моя настойка.

Вэн теряет сознание. Придя в себя, Вэн оказался у руин, с черно-красным небом. Пройдя вперед, перед ним появилось зеркало. В нем он увидел море крови и фигуру человека, который что-то ел. Зеркало разбилось с громким эхом, после которого раздался дикий вопль. Из руин показалась голова демона, которая пристально наблюдала за следующим шагом человека.

— Сгинь! — В ответ, демон дико прокричал, что-то на Вэна, после чего создалось торнадо, который вознес осколки зеркала.

— Прими свою суть. — Осколки полетели на человека и пролетели сквозь него, как сквозь воду, снеся его с ног.

— Ты выбрал не мой порок. Этим меня не взять, — сказал он, поднимаясь на ноги. Осколки поднялись и начали кружиться вокруг человека, после осколки впились в землю под демоном. Тем самым создалось землетрясение. Земля под демоном разошлась. Демон, не удержав равновесия, свалился в расщелину и сгорел в лаве. Пространство зарябило, гнев исчез, Вэн проснулся.

— Быстро ты. Обычно после этого умирают или засыпают на неделю.

— Это был не мой порок. Он был будто вымышлен, тем не менее это помогло.

— Как ты одолел демона?

— Я, не одолевал его. Он допустил просчет и погубил сам себя. Он использовал воспоминание, которого нет в моей голове.

— Такого не может быть.

— В моем случае может.

— Ты какой-то особенный хочешь сказать. Я не вижу в тебе ничего. Просто признайся, ты не протянул и минуты там.

— Дело твое верить или не верить.

— Возможно тебе стоит попробовать еще раз.

— Давай, — Вэн берет бутылек и выпивает его. Засыпая, Вэн оказывается в пещере у знака зодиака змеи, он не видит свет в пещере лишь синие свечение от знака. Змея зашевелилась и начала кусаться, как будто охраняла проход. Вэн не растерялся и кинул пыль в змею. Змея засуетилась, и Вэн проскочил к стене, которая охранялась змеей, прикоснувшись к ней, он проник в другое место. Это был открытый космос. В пространстве была огромная змея, ухватившаяся за свой хвост, охватывая всю вселенную в кольцо. Это была многомерная сущность не имеющая материального облика, вне времени, вне пространства, находящаяся в нескольких местах одновременно, имея множество восприятий бытия.

— Соединяющий и разветвляющий потоки реальности, не приводя выбросов в бытие, старец путешественник, что тебе нужно? — Сказал змей на неизвестном языке, который Вэн мог понимать.

— Познать сущность своего гнева и сразить его.

— Тебе это не нужно, поверь. Пройдя дальше ты это поймешь.

Из пространства выходит сущность бытия и начинает разносить все, грохоча и извиваясь вне себя от хаоса, выплескивающегося из уробороса.

— Не даром бытие определяется осознанностью в хаотических помыслах, коль видишь оно стремится в вечность, терзаясь хаосом.

— Если ты выпустишь это в небытие, произойдет поток беспричинности, который полностью опустошит вселенные.

— Да, держи два глаза. Одно есть бытие, другое небытие. Два начала, с которых начинается ход постулатов мироздания.

— Это неправильно. Так не должно быть.

— Как должно быть, по-твоему? Для порождения вариаций, должно быть инвариантное явление хаоса, дабы система работала в процессе вечных попыток трансгумаций, уничтожая бытийное проявления, стремясь через хаос в небытие, теряясь и возвращаясь обратно.

— Бытие и небытие это разделенные пространственные константы пустоты, они должны быть едины.

— Это ничего не меняет.

— Это меняет все. Абсолютно весь концепт, выдается транс-сингулятивным методом, высекая абстракцию вне образов. Когда должна быть, транс-сингулятивная всеобъемлемость, приходящая как поток огромного бытия в небытие.

Само понятия транс-сингулятивность не существовало. Вэн внёс это понятие в ноосферу сам, в момент данного диалога. Это слово означало, контакт бытия и небытия через переходное измерения, в виде сингулярности.

— Бастард, еретик, как ты вздумал излагать такую идеологию, противоречащую хаотическим догмам, — сущность попыталась поглотить Вэна, но Вэн очнулся c двумя глазами в руке, похожие на глаза змеи.

— Тебе посчастливилось увидеться с Уроборосом, это большая честь.

— Сущность эта весьма занятно и невразумительно верит в своего создателя, как в идеал.

— А сам ты во что веришь?

— Ни во что я не верю. Вера подрывает реальность, усложняя восприятия личности, тем самым делает рабом своих желаний.

— Чушь. Вера дает смысл существования в этом мире.

— Эвелин, ты дриада, молода душой и телом, хоть и живешь больше моего, но многого не знаешь.

Эвелин слегка насупилась, вытянула грудь, подняв подбородок, сложив руки, приняла важный вид. Она была одарена природной красотой манящая мужчин. Также она была хорошим психологом, за счет чего, хорошо разбиралась в людях и могла манипулировать ими.

— Что, раз я женщина, живущая в дикой природе, то значит я бестолочь, не понимающая ничего в этой жизни?

Такой вопрос носил провокацию, заставляя оппонента начать, как-то нелепо оправдываться, и не доказав ничего, в результате оказаться дураком, или же давал понять уровень этикета собеседника. Вэн не был дураком, но и не был тем, кто понимал психологию социума у людей. От чего он не уловил провокацию и в принципе не понимал, как ответить на этот вопрос. Под психологией социума, Вэн понимал косвенные вопросы и ответы, которые в своем роде бессмысленны. Обычно их используют для того, чтобы добиться своего, не выдавая своих истинных целей или натуры, но для Вэна есть четкая грань, между истинной и ложным и такие приемы, всегда вводили его в ступор.

— Какой ответ ты хочешь услышать от меня? — девушка возмутилась такому вопросу поняв, что этот монах далёк от этики.

— Ты будто маленький ребенок, в обличии 45 летнего дядьки. Что такого особенного углядели в тебе эти монахи, — На самом деле дриада понимала, насколько стар Вэн и пыталась задеть его выведя из себя.

Вэн потерял полностью понимания того, чего нужно ей от него. Он прекрасно знал, что жрецы выдали подробный информационный лист о нем, если бы это было не так, Эвелин попросту не нашла его, оставив под землей.

— Я не понимаю, чего ты хочешь от меня. Перестань играть в эти социальные игры личностей и говори прямо, без своей виртуозной психологии.

Дриада поняла, что все ее психологические приемы бесполезны, так как Вэн не был намерен принижать или возвышать ее, воспринимая ее как неизменную данность. Природные флюиды, которыми поддавались все, без исключения, никак не действовали на Вэна, уходя будто в никуда. Хотя она и видела, что Вэн восхищен ее красотой, но восхищение это исходило от разума, а не от биологического, человеческого порыва.

— Забудь. Это не важно. Куда ты отправишься теперь.

— Для начала, надо найти судно, а после, отправится в бермудский треугольник.

— А что дальше, какова цель твоего пути?

— Цель нужна тем, кто ищет истину. На моем пути, все истины, как открытые книги, бери и познавай.

— Какую истину ты получил от Уробороса?

— Восприятия сознаний бытийного и не бытийного.

— Что это значит?

— Все просто. К примеру, сущности чуждо человеческое восприятия в виде морали и прочего. Существо, всегда воспринимает вселенную в качестве мини наблюдателя, и не может представить себя на месте нее, то есть воспринять себя как оно, а не я.

— Что ты намереваешься найти в бермудском треугольнике.

— Там я активирую глаз бытийности.

— И зачем ты всем этим занимаешься. Звучит как полная бессмыслица и бред сумасшедшего. Останься со мной, и проживи нормальную жизнь, как человек, а не как сущность, витающая в небытие.

С каким умыслом дриада хотела оставить Вэна здесь, знало только ее сердце. С одной стороны, желания обуздать неприступного мужчину, с другой, обуздать его могущества, а может и вовсе, он ей понравился. Все три причины, имели место быть, но главной причиной все же было то, что она не хотела его отпускать. Что то тянуло её к нему, как мотылька на огонь.

— Это вопрос о сопоставление бытия с духовным восприятием своего внутреннего мира. Тебя как дриаду, тянет к природе — это определяет твое сущее. Меня же, тянут тайны, укрытые самим творцом.

— Ладно, у меня есть связи с одним искателем приключений, который хочет попасть на бермудский треугольник и собирает команду для этого. Я сообщу ему.

— Тогда я отправлюсь к причалу и буду ждать.

— Постой, вот тебе карта местности — это чтобы ты не провалился еще раз под землю. Встретимся на судне.