Мое имя Йонас и мне четырнадцать лет, по Сальваторскому календарю. Большую часть своей жизни я работал со своей матушкой и братом в винном деле. Однако я всегда мечтал поменять место своего жилья, ибо мое сердце желало приключений. И в один момент моя мечта была близка ко мне, как никогда. Я получил приглашение в атеней — учебное заведение, что располагался в Капиталие — столице Приффии. Однако, когда я уже договорился об отправке и заканчивал собирать вещи, моя матушка ворвалась в мою комнату и заговорила:

— Йонас! Ты не видел Морта? Я со вчерашней ночи его не видела.

— Нет, я его со вчерашнего дня не видел. — спокойно ответил я ей, продолжая собирать свои вещи — Может, он отвозит вино к Барбароссу? Как-никак на сегодняшнюю годовщину основания империи он делал крупный заказ.

— Нет! — возразила она — В погребе еще лежит вино для Барбароссы, которое он должен был отвезти.

— В таком случае он все равно находится в городе, но вместо работы шляется где-то со своими друзьями. — ворчливо высказался я — Напился с ними и, забыв об обязанности, спит где-то в городе.

— Ох, не нравится мне все это. — взволнованно проговорила она. После не большой паузы, во время которой она всматривалась через окно на дорогу к городу, она спросила — А может, ты в город съездишь?

— ЧТО?! — громко и раздражительно выкрикнул я — Мне вещи надо собирать и выезжать в Капиталий! Я не хочу опаздывать на занятие в атеней, приглашение в который я ждал полгода!

— Не повышай тон на мать! Получил приглашение как сразу же сломя голову, ринулся в путь, позабыв о своей семье. К тому же путь до Капиталия займет не более 5 месяцев, а ты собираешься выезжать за 6 месяцев до начала обучения! Выедешь на день раньше или позже большой роли не сыграет.

— Но!..

— Никаких «но»! — пригрозила мне матушка — Он твои родной брат! К тому же проведешь праздник не в дороге, а в кругу семьи. И затем, отдохнувшим и довольным, с утра выдвинешься в путь.

Я хотел тогда выразить свое недовольство. Но грозный взгляд матушки заткнул мой рот получше любого кляпа. Недовольно выдохнув и опустив голову, я кивнул. После этого моя матушка радостно сказала:

— Вот и решили на этом! Последний твой день в кругу семьи…эх — проговорила она быстро, еле сдерживая слезы, и продолжила — Я пойду и подготовлю телегу к отъезду. — после чего она выбежала из моей комнаты. А мне оставалось только надеть одежду поприличнее и направится в погреб.

Начав вытаскивать амфоры с вином из погреба на улицу, я увидел людей, что подготавливались к предстоящему мероприятию. Наш пригород давненько не был таким оживленным. Везде весели самодельные венки и гирлянды из свежих цветов, разноцветные ленты и флаги развевались на улицах, а дети играли и бросали оторванные лепестки, радостно визжа от волнения.

Пока я продолжал загружать амфоры с вином и готовить телегу для доставки, в голове моей крутились мысли о Морте. Почему именно сегодня, в день моего отъезда, он куда-то запропастился? Почему именно я должен выполнять его работу, когда я уже должен был быть в дороге? Тем не менее все, что я мог, это молча возмущаться.

Наконец, телега была готова, и я смог тронуться с места. Моей целью были бани Барбаросса, что были в ближайшем городе — Дамний. Он был в 6–7 часах пути пешим ходом от нашего пригорода — Дигредор. А на телеге, запряженной двумя лошадьми, время на путь было в два раза короче. Однако перед выездом из пригорода, меня ждали ворота и сторожевой — горбатый старик Деметриус.

— Доброе утро, Йонас. — прокричал Деметриус, сразу завидев телегу со мной — Уже направляешься в Капиталий?

— Доброе, старик. — помахав ему рукой, ответил я — К сожалению, нет. Сейчас в Дамний направляюсь. Нужно отвезти вино к Барбароссу перед началом праздника.

— Ха — угрюмо прокричал он — а я-то думал, что Мортус должен будет его отвезти.

— А, вот как! — саркастично ответил я — Тогда вино в погребе, подписанное «для Барбароса», было лишним. А Морт …

— Да все уже, — перебил меня старик — Я понял тебя! Что ты, что Мортус такие же грубые и упрямые. Прямо как Мариус, земля ему пухом. — пробормотал он, поцеловав маленький венок на своей шее и подняв палец вверх.

— А вы, случаем, не видели Морта? Он не выезжал из Дигредора?

— Как раз таки видел, во время своего дежурства. Мортус седлал коня и поскакал в сторону Дамния. Он чем-то взволнован или даже напуган.

— А что с ним приключилось? — заинтересованно спросил я.

— Самому интересно. Еще и моя дочь Дафна о нем с утра расспрашивала. Мол она видела его ночью, скачущим на коне.

— Передайте Дафне, чтобы не беспокоилась. Я уверен, что Мортус просто отправился на поиски выпивки.

— Может быть, ты прав. — задумчиво ответил он мне — Как никак он прошел военную академию, даже язык Барбатов немного подучил. За него беспокоится не зачем.

— Раз уж вам не нужно объяснять на что он способен: я, пожалуй, отправлюсь в путь. — не поздоровалось бы Морту, если бы тогда Деметриус прознал об интриге с его дочерью. Однако сейчас не до этого. Как никак, вино само себя не отправит.

Покинув Дигредор, я направился по проложенной дороге в сторону города Дамний. Пейзаж раскрывался передо мной прекрасный: зеленые холмы, покрытые пшеничными полями, простирались до самого горизонта, а небо было ясным и ярким, словно отражение радости, ожидающей меня в городе. Вдобавок настроение поднимали люди, что я встречал на пути в Дамний. Все одеты в свои лучшие наряды, приветливые, счастливые и энергичные. В такие моменты, ко мне в голову закрадываются мысли: «Как же мне будет не хватать таких видов».

В последней трети пути к Дамнию холма и равнины сменились на пахотные поля. В них даже в праздничные дни не прекращали работу рабы из различных побежденных Приффией государств. И сегодня было не исключением. Рабы также продолжали ухаживать за урожаем под присмотром их надзирателей. Однако некоторые поля пустовали, что ввело меня в ступор, после чего я остановил телегу, дабы осмотреть те поля. И какое же было мое сильное удивление, когда я понял, что это поля никого иного, как Барбароса. Не успел я полностью окунуться в свое удивление, как слышу:

— Молодой человек! — глубоким и низким голосом воскликнул меня необычайно высокий мужчина — а вы, случаем, не в Дамний направляетесь?

— Доброе утро. — ответил я, рассматривая его — Да, направляюсь.

— Отлично! — с широкой улыбкой вскрикнул он — Тогда не могли бы вы отвести меня туда? Если хотите оплаты, то я заплачу.

— Да не надо! — резко ответил я — Лучше вы мне скажите: что Суммус делает так далеко от дома?

— ХА! — громко усмехнулся он — Неужели так заметно, что я не Прифф? — спросили меня, поднимаясь на телегу.

— Конечно, заметно! Мало какой Прифф будет достигать высоты человека, сидящего верхом на телеге. А это, к слову, больше семи с половиной песов.

— Ну…, тут с вами будет тяжело поспорить. — ответил он мне, уже сидя напротив меня — Мое имя Лойгенар из Хуфсдата и как вы уже подметили, я являюсь Суммусом. Однако мы предпочитаем называть себя Хогерами. А в Приффий я довольно-таки давно. Отправился сюда, чтобы развивать свое семейное дело по доставке теплой одежды в северные земли Приффий и подконтрольными ею земли Барбатов. А ты кем будешь, юный Прифф?

— Рад поприветствовать вас, — говорю я, протягивая руку своему собеседнику — Мое имя Йонас из Дигредора.

— Ты из Дигредора? — удивленно спросил меня Лойгенар, пожимая мне руку.

— Да. — спокойно ответил я ему — А вам известен мой пригород?

— Знавал я одного пограничника, что был из Дигредора. Он должен был ознакомить меня и моих людей с северными землями империй.

— Вы, случаем, не помните, как его зовут? — поинтересовался я.

— Если мне не изменяет память, то его звали Мариус.

— Мариус? Так звали моего отца!? — с удивлением произнес я.

— Значит, Мариус твой отец. — с грустью сказал он — В таком случае прими мой соболезнования.

— Благодарю вас. Но я был бы больше благодарен, если бы вы мне сказали, как погиб мой отец.

— Его братья по оружию говорили, что на них произошёл налет Барбатских племенных объединений. Этот налет они чудом отбили, но погибли многие. И твой отец в том числе.

— Вот оно как… — с печалью и наворачивающимися слезами, ответил я на его краткий рассказ. В воздухе была небольшая тишина, которую прервал Лойгенар:

— Собственно, что вы везете в город?

— А, это вино. — ответил я, вытирая слезы — у меня крупный заказ на день Империй. Отвезти все это вино в городские бани.

— Банями, случайно, не Барбаросса владеет?

— Да, именно он. А вы с ним знакомы?

— Ох, мальчишка, я сейчас тебе такое расскажу о нем. Что у тебя дар речи пропадет… — остальную часть дороги в город Лойгенар мне рассказывал различные истории, связанные с Барбароссой. В основном комичные. А недалеко от городских стен, у него закончились историй, и мы без какого-либо разговора добрались до врат в город.

Солнце было уже в зените, когда мы добрались до врат Дамния. У врат стоял пост со сторожами, что проверяли каждого въезжающего в город.

— Да, — внезапно заговорил Лойгенар — давненько я не видел таких монструозных строений.

— А вы чего ожидали!? — уверенно ответил я ему — Дамний это тебе не какая-то деревушка Барбатов! Это самый крупный город в севере Империй!

— Да, да. — ответили мне, сопровождая слова кивками куда-то в сторону.

И, наконец, мы подъехали к посту охраны и остановились у него же. После этого, спустя короткое время, к нам выходит сторож:

— День добрый господа! — громко говорит он, идя в сторону телеги и поправляя свою сегментату — Откуда едем?

— Действительно добрый. — отвечаю ему я — Я еду из Дигредора. Везу вино к Барбаросу по заказу. Его люди должны были предупредить заранее.

В ответ мне сторож молча кивнул, а затем перевел взгляд на сидящего рядом со мной громилу:

— А он, как я погляжу, твоя главная рабочая сила, верно?

Тут я хотел возразить, но меня опередил мой спутник:

— Да, все верно сэр. — быстро ответил Лойгенар. На его ответ сторож также просто кивнул и отправился в сторону поста и крикнул:

— Добро пожаловать в Дамний. Можете заезжать.

После чего я неуверенно взял поводья и тронул с места телегу. Когда сторож отошел достаточно далеко, я заговорил:

— Я, конечно, благодарен за столь упрощенную и быструю проверку на посту. Однако зачем надо было лгать?

— Я сам не в восторге от этого! — выразительно ответил на мой вопрос Лойгенар — Однако, если бы я сказал правду, от меня начали бы требовать различные опознавательные бумаги, доказывающие, что я именно из Принцепса и что я торгую теплой одеждой на севере. А это, в свой черед, могло сильно задержать что меня, что вас, ибо я приехал вместе с вами.

— В принципе, все что вы сказали, звучит убедительно. Но не значит ли ваша ложь то, что вы мне и до этого лгали? — вопросительно я посмотрел на своего попутчика — Не везу ли я какого-нибудь убийцу или вора с собой?

— Что вы, Йонас?! — возмущенно сказал он — Да чтобы я, милейшей души человек, так взял и солгал своему спасителю?! Да ни за что!

— Ну посмотрим, как никак вы уже один раз солгали. — недовольно ответил я, после чего мы продолжали свою поездку в тишине.

Пройдя сквозь ворота в Дамний, перед нами открылся замечательный вид: за стенами нас сразу же встретили крупная толпа веселящихся и занятых людей, что, несомненно, готовились к празднованию; огромное количество зданий, что снаружи были украшены различными лентами и узорами фиолетового и синего цветов; маляров, что заканчивали памятник в виде Самого крупного корабля империй «Максимус», символизирующий морское превосходство. Город в тот день играл сияющими и веселыми людьми. Каждый раз приезжая в город во время крупных праздников, я вижу подобное и каждый раз, словно в первый, он захватывал мои дух. В тот момент ко закралась мысль: «А может все-таки остаться?», но весь мои настрой сбило одно слово:

— Йонас! — внезапно и громко воскликнул Лойгенар — останови здесь, у фонтана.

— Зачем? — удивленно спросил я — Тебе ведь нужно было отправляться к Барбароссе.

— Да, все верно. Но перед этим мне нужно заглянуть в гости еще одному человеку.

— Тебя подвести? Я в Дамние бываю довольно часто и знаю большую часть города.

— Не стоит. Он, как и я, приезжий. Мы с ним должны встретиться и уже позже вместе отправится к Барбароссе.

— Может тебе хотя бы показать, где располагаются его бани?

— Не стоит, сами с ним разберемся.

— В таком случае: — говорю я, останавливая телегу — рад был твоей компаний, Лойгенар. — попрощался я, протянув руку своему попутчику.

— Взаимно благодарю тебя, Йонас. — сказал он, попутно пожимая мне руку.

После прощания, Лойгенар быстро слез с телеги и также быстро затерялся в толпе. Я же двинулся дальше, по уже заранее известной мне дороге к одному из лучших мест в городе.

Наконец, я добрался до центра Дамния, где веселилось огромное количество людей, ибо здесь было скопление всех развлечений. В том числе и бань Барбаросса. Его бани были огромны. Я оставил свою телегу у конюшни, где передал ее одному из работников Барбароссы. Сам же я, отправился к главному входу, где меня ждали рабыни, что должны были проводить меня к самому владельцу.

Внутри бани были не меньше, чем снаружи. Мы проходили мимо спален, которых здесь насчитывались около 20–25; кухни, что могла накормить целый легион; и, по итогу, все коридоры в здание вели в одну, самую большую комнату здесь — баня. Баня была просто огромной: по краям были столбы, что держали высокий потолок и, не по далеку от них, располагались гамаки, у которых уже начинала собираться толпа людей и обсуждать различные свои темы; и самое главное в бане — огромный бассейн, посередине наполненный горячей, даже приятно обжигающей, водой. В самой ближней части к входу бассейна находился жилистый мужчина, с темной и густой бородой и не менее темными кучерявыми волосами, что общался о чем-то важном с важными людьми. Я сразу узнал этого человека, и направился в его сторону и восклицая:

— Барбаросса!

— Посмотрите кто пришел! — обернувшись с улыбкой прокричали мне в ответ — Это наш юный ученик Капитальского атенея!

— При мне только приглашение. Так что я, пока что, не студент.

— Приглашение тоже много что значит. — говорил он, вылезая из бассейна — Рад тебя видеть, Йонас.

— И я рад вас видеть. — приветствовал я его рукопожатием.

После рукопожатия рабыни окутали Барбароссу в его тогу. Он попрощался со своими компаньонами, и мы двинулись в сторону перевезенной телеги.

— Мальчик мои, — начал разговор владелец бань — рассказывай!

— А что вы хотите услышать? — обыденно спросил я.

— Как что? — саркастично произнес он — Почему ты до сих пор здесь? Ты ведь должен во всю готовиться к отправке в Капиталий!

— Вы абсолютно правы. — возмущенно согласился я — Однако, мой дорогой брат — Мортус, куда-то пропал и теперь я вынужден заниматься его работой.

— Говоришь так, словно ты этим никогда не занимался.

— Конечно, это семейное дело, я все понимаю. Но он матушке поклялся, что займётся сегодняшней работой. А по итогу…

— Кстати, о твоей матушке! — заинтересованно перебил он — Как она поживает? Еще не нашла себе ухажера?

— Барбаросса, вы как обычно при любой возможности…

— Ну а что я могу с собой поделать? Я большой любитель наипрекраснейшего пола. А еще твоя матушка владелец изысканного и элегантного тела. То, что она остается одна, большая трата ее лучших лет жизни.

— Так что на счет нашей с вами работы?

— Эх… все-таки, ты еще юн.

— Что?!

— О деле так о деле. — быстро переменил тему Барбаросса — Сколько вина ты привез мне на этот раз?

— Как и договаривались, девять десятилитровых амфор по четыреста пятьдесят серебряных ассов.

— Возмутительно! — саркастично и громко выразился мои собеседник — Просто в наглую берешь и обдираешь меня до нитки.

— За такое качество, уважаемый Барбаросса, мы у вас еще не много берем. Большинство на нашем место такое количество продавали бы вам вино по цене в четыре или даже пять сотен серебряных асов.

— Наглости тебе не занимать. — быстро ответили мне — Однако, будь ты не прав, я бы давно прекратил с вами сотрудничать.

И вот мы подошли к телеге, у которой уже стояло несколько рабочих.

— Ну так? — обращался Барбаросса к одному из рабов — Все как по договору?

— Все верно, господин. — ответил ему смуглый, не высокий раб — Ровно 30 амфор.

— В таком случае можете разгружать! А пока одни выполняют свою работу, — промолвил Барбаросса, кладя свою руку мне на плече — мы с тобой займемся нашей.

Обхватив мои плечи, Барбаросса повел меня внутрь здания, но у самого порога нас остановили:

— Мои господин! — воскликнул один из рабов.

— Что такое Сервус?! — возмущенно обратился к нему Барбаросса — Не видишь?! Я здесь иду со своим гостем!

— Меня просто просили напомнить, что винодел не единственный ваш гость на сегодня.

— Да? И кого же сегодня мы ждем?

Раб сначало замялся, словно готовился сказать что-то запрещенное. Однако, набравшись воздуха в груди, он произнес слово на неизвестном мне языке, что звучало примерно, как:

— Перикулум.

Для меня это слово казалось просто набором гласных и согласных букв, но на Барбароссу это слово оказало страшное влияние. В его глазах читался явный страх, словно перед мелкой мышью встала толпа разъярённых львов.

— Так он прибудет сегодня. — со страхом и грустью ответил ему Барбаросса. — В таком случае приведи его в мою комнату.

Сказав эти слова, мы наконец-то отправились заканчивать мои дела в городе. Однако Барбаросса был в куда меньшем расположений духа, чем пару мгновений назад, но тогда меня это не так сильно волновало.

Мы отправились в небольшую комнату на втором этаже, в котором также был выход на балкон. Комната была украшена различными вазами с узорами; дорогими шелками, что были явно из далеких восточных земель; Картой империй, на которой были установлены флажки, обвязанные нитями, огибающие всю территорию империй; и дорогой мебелью. Сразу можно было сказать, комната для важных гостей, от чего идет другой вопрос:

— Почему же именно здесь? — неосознанно вырвалось из моих уст

— Да потому что, дорогой Йонас, здесь располагаются все необходимые для нас папирусы. — гордо и уверенно выразился Барбаросса. — Да и к тому же, у меня здесь должна быть еще одна встреча кое с кем в этом же помещений.

Сразу после этих слов, Барбаросса щелкнул пальцами, после чего из-за меня выскочил писарь, что уселся на место за столом по удобнее и принялся писать под диктовку моего покупателя, что явно пытался закончить дела со мной по скорее. Я, тем временем, решил осмотреть саму комнату, а именно вазы с различными узорами. На них были изображены войны, что сражались друг с другом. Но больше всего меня в них заинтересовало то, что на них были изображены разные битвы в разные эпохи империй.

— Что ты там рассматриваешь? — спросил меня Барбаросса, заметив мои явный интерес.

— Я просто заметил, что на ваших вазах запечатлены какие-то сражения.

— Интересуешься историей? Если это так, тогда расскажи мне: что за сражения на вазах изображены?

— Ну, давайте посмотрим. — ответил ему я, идя к ближайшей вазе, что находилась около балкона — Здесь у нас изображены линий легионеров, стоящие в открытом поле, где на них бегут ряды конницы. Ну это сражение сложно не узнать. Крупное сражение в последней войне Приффий против Панноний. Битва шла на водянистой земле, в честь которой и было названо государство. Приффия, при помощи своих легионов и не заменяемого орудия Баллисты одержали вверх.

— Да, отчасти ты прав. — подметил мои собеседник, чеша свою не густую бороду — Однако не забывай, до этой битвы Паннония считалась победителем, т. к. одерживала победы на равнинах из-за большего количества конных всадников.

— Но все же итогом этой войны считается наша победа, т. к. Паннония выплачивает дань по сей день. — возмущенно выразился я.

— Может быть и так. Но эта война показала: при правильном подходе, и Приифию получится одолеть. — с подозрительным энтузиазмом протараторил он — Ну да неважно. Победа есть победа, верно? Давай продолжим наш «экскурс в историю».

— Итак, — произнес я, подойдя к вазе, что стояла прямо у стола писаря — на этой вазе иллюстрированы войны, ожидающие противников на вершине скалы с крупными камнями. Если я не ошибаюсь, это битва при Тарраконском горном хребте, что была не сильно раньше указанной на прошлой вазу. В нем, с сокрушительной победой, были побиты войны одноименного с хребтом государства — Тарраконий.

— И эта война подытожила господство Приффий на полуострове Тарраконских гор.

— Что в дальнейшем позволило нам забрать остальной полуостров без сильных усилий. — с гордостью я продолжил мысль владельца бань и двинулся к следующей вазе, что стояла в самом углу комнаты. — Так, а здесь у нас войны с крупными копьями, преследующие кого-то на берегу… Ничего себе! — громко выкрикнул я.

— Господи, Йонас! — испуганно среагировал Барбаросса — Ты чего так кричишь? Что-то не так с вазой?

— С вазой то все в порядке. — уже спокойно ответил я — Но вот что на ней изображено! Барбаросса, откуда у вас ваза, на которой изображено бегство воинов Финикий в первой Приффо-Финикской войне?

— И из-за этого нужно было так сильно кричать? — проворчал он — Ее мне подарил член парламента, когда он гостил у меня. Он заявил: «Это величайшая победа Приффий за всю историю. Такая ваза ценнее любого золота!»

— И он будет абсолютно правым. Ведь эта битва принесла нам полный контроль над полуостровом и островами по близости, а еще повергла в пух и прах торговое государство — Финикия, после которой она не смогла восстановить войска и была «съедена» Приффией.

— Да. На примере Финикий можно сказать, что любая великая держава может быть повержена более молодой и амбициозной.

— Вы какой-то странный сегодня. Что-то произошло?

— Сделав задумчивое лицо, не торопился с ответом Барбаросса. Однако ответ не заставил себя долго ждать:

— Честно, ничего интересного. Просто сегодня приезжает важный гость.

— Тогда почему вы так напугано себя вели после упоминания о нем?

— Потому что, Йонас, если бы не он жизнь всех вас была бы проще.

— Вы имеете в виду «Нас»?

— Не понял?

— Ну, вы сказали: «жизнь всех вас была бы проще …». А ведь если гость важный, тогда все, кто связан с баней, будут мучаться для его достойного приема, особенно его владелец.

— А, ну да. Как ты уже подметил я, немного… взволнован его скорым визитом. Итак, ты лучше продолжай осматривать вазы. Я уже скоро закончу работу с писарем.

Сегодняшнее поведение Барбаросса казалась мне странным, однако мое внимание полностью захватила картина на вазе. Она, как и в прошлых трех, явно была про какое-то сражение на горах. Но я, человек что уверен в своих исторических познаниях, не мог сказать, что это было за сражение. И тут ко мне, подошел Барбаросса, закончивший работу с писарем.

Заглянув из-за моей спины, он начал всматриваться в вазу. Спустя секунду размышлений он громко вскрикнул:

— О! Это довольно-таки старое сражение. Битва при Вайсхох, или если перевести «Белой вершины».

— При Вайсхох? — ошарашенно повторил я — Честно говоря, впервые слышу про эту битву. Не могли бы вы рассказать о ней?

— И не удивительно что не слышал! Эта битва была еще до основания империй, празднование которого мы сегодня празднуем. В том сражений северные племена Барбатов проиграли Приффскому царствию, из-за чего они, уже более трех сотен лет, находятся под гнетом Приффов и их империй. Сама Приффская верхушка не хочет признавать это. Но если бы не богатые на различные металлы горы, то не было бы никакого ресурсного

Прежний пыл и страсть пропали и им на замену пришла грусть, с которой он рассказывал о поражений Барбатов. Нынешнее поведение Барбаросса совершенно отличалось от его естественного, что был несколько минут назад. Ибо всегда веселый и жизнерадостный владелец бань вел себя удивительно нервно и пугливо.

— Ах да! — громко воскликнул Барбаросса — Мы ведь прибыли сюда не для ворошения прошлого.

— Да, верно. Давайте закончим по скорее, а то мне еще Мортуса найти надо до начала празднования.

— Морт куда-то уехал? — спросил он, скручивая папирусы, заполненные писарем.

— Нет, он должен быть где-то в городе. Деметриус сказал, что ночью колонна легионеров направлялась в сторону Дамния и Мортус поспешил за ними. Кстати, он случаем не заходил к вам?

— Лично я не видел Мортуса, но я могу спросить свойх рабов и людей в банях.

— Не стоит, найти своего братца я в состояний. К тому же, как вы уже упоминали, к вам должен прибыть важный гость.

— Да, — сказал он в ответ, глядя на небо через балкон — действительно скоро прибудет. В таком случае распрошу всех после моей встречи, надеюсь.

— «Надеюсь»? — вырвалось из моих уст, на что Барбаросса не успел ответить, как за комнатой начались интенсивные и громкие шаги.

В сопровождений шагов, в комнату зашли двое мужчин. Оба были одеты в плащи, но их головы не были накрыты капюшонами. Первый высокий, около семи песов, маскулинный мужчина, с темными и длинными волосами на голове и густой бородой на лице. Он ворвался в комнату первым, а в след за ним вошел второй, что был ростом примерно с меня, почти шесть песов, имел короткие светло-коричневые волосы, а на его лице росла короткая и густая борода.

С громкими шагами темноволосый мужчина подошел к Барбароссе и спросил:

— О нем говорил Лой?

— Нет, Зиг. Точно не он. — часто отнекивался владелец бань, словно сам хотел себя в этом убедить.

— Тогда он здесь делать не должен! — ворвался в их разговор второй гость, говоря с жутким акцентом.

— Ты абсолютно прав. — раздраженно согласился с ним Барбаросса, после саркастично продолжил — В таком случае, Зигфрид, не будешь добр проводить человека, чьи дела мы еще не решили?

— Без слов! — с улыбкой на лице ответил ему, как я понял, Зигфрид и резко направился в мою сторону, протягивая руку под плащ. В тот миг мне казалось, что я уже попрощаюсь со своей жизнью. Но Барбаросса вовремя среагировал и остановил его рукой:

— Зигфрид, черт тебя дери, сарказмов не понимаешь?

Остановив брюна, Барбаросса обратился ко мне:

— В общем, Йонас, забирай эти папирусы и в рабочий день отправляйся в мензарии, что находится в центре возле фонтанов. Там тебе выдадут плату за вино, собственно, как и всегда.

— Барбаросса! — воскликнул я его.

— Что-то еще? — нервно отреагировал он на меня — Как ты мог заметить, я немного тороплюсь.

— Я просто хотел добавить, что по дороге в городя встретил вашего приятеля — Лойгенара. Он попросил передать, что к вечеру вас найдет.

— Ох, так он тоже приехал. — вдумчиво пробормотал он — В любом случае. Я тороплюсь. Так что отправляйся на поиски брата, я позже отправлю людей тебе помочь.

После этих слов Барбаросса срочно забежал в комнату для «деловых» встреч, а я тем временем направился на поиски своего брата. Весь мой путь у меня шатало из стороны в сторону от страха. В момент, когда неизвестный шатен набросился в мою сторону, я ощутил неописуемый страх. Словно я был близок к смерти как-никогда. Видимо, владелец бань не лгал, гости какие-то не уравновешенные! Да и с виду они совсем не похожи на приффов. Они были похожи на каких-нибудь северян не из наших земель. А еще Барбароссе придется иметь с ними дела… не завидую ему. Кстати, о северянах: Лойгенар говорил, что он должен был с кем-то встретится. Это были они? Если да, то почему он не пришел с ними? Не нравится мне все что здесь происходит. Однако это не мое дело. Сейчас мне надо найти своего брата — Мортуса.

Выйдя из бань, я отправился расспрашивать всех знакомых в городе о Морте. Я побывал у городского кузнеца Марса, что работает в окраине города вместе с своим отцом; у старушки Агаты, что содержала попину в центре города и к которой мы возили вино; у тетушки Антонины к которой мы с Мортом постоянно заходили в гости; даже в бордель заходил, мало ли он туда заходил, нигде его не было и никто его не видел. Во время своих поисков я не успел заметить, как день сменился вечером.

Люди уже во всю наслаждались празднеством. Были те, кто выпивал, кто танцевал, кто пел и кто не выходил из попин и борделей. Давно не видел город таким оживлённым. Однако я не мог позволить себе присоединиться к всеобщему веселью. Мне надо было найти своего брата, что с каждой минутой становилось все сложнее. Мой поиски продолжались еще некоторое время и к моменту, когда я уже был готов сдаться, Мортус попал в поле моего зрения и был он в не лучшем здравий. Он был без сознания и нес его какой-то амбал, что шел в сторону бань. Тогда я посчитал, что Барбаросса выслал своих людей на поиски моего брата и в тот же миг, радостный я, помчался обратно в бани. Сквозь толпу было тяжело пробираться, да и к тому же в этой же толпе я потерял из виду Мортуса. Но путь я свой держал также в бани. Ибо я был уверен, что это был один из людей Барбароссы.

Придя в бани, я был слегка шокирован. Так как так как прямо у закрытого входа стояла недовольная, возможно пьяная, толпа. Я решил подойти к одному из людей в толпе.

— Извините! — громко сказал я, дабы в шуме толпы меня было слышно.

— А?! — резко отреагировал старец в толпе, что был ближе всего ко мне.

— Из-за чего весь шум и гам по среди праздника?

— Ну а ты не видишь, мальчонка!? — возмущенно выразился он — Бани закрыли! В самый разгар праздника! Вошла какая-то толпа, сказала «Бани закрыты!» и вышвырнула всех посетителей на улицы города вместе с одеждой. Непростительная грубость! И что только владелец себе позволяет?!

— Прямо так взяли и вышвырнули?

— А смысл мне тебе лгать, мальчонка? — проговорил старик, собираясь уходить — Буду жаловаться завтра главе города!

— А прежде, чем вы уйдете, — остановил я его — не видели ли вы высокого амбала, что нес на плечах человека без сознания?

— А человек на плече был с патлатыми темными волосами, а на его поясе висел гладиус с особой гравировкой?

— Да! Это точно он! Вы не видели куда они ушли?

— Видимо у того, кто тебе нужен, большие неприятности.

— Это почему?

— Да потому что его понесли в сторону трущоб. За банями. Так что тебе лучше поспешить.

— Что? В трущобы? Но зач… В любом случае благодарю вас. — быстро проговорил я, помчавшись в сторону, что мне указал дед.

Видимо старик Деметриус был прав. У Мортуса действительно проблемы. Однако, кому и, самое главное, зачем он перешел дорогу? Однако у меня не было времени размышлять об этом. Если у Морта действительно были большие проблемы, то мне следовало поспешить. С каждым метром, что я уходил в сторону трущоб, плотность народа все уменьшалось. И если в начале я еле протискивался сквозь людей, то теперь я изредка видел небольшие компаний людей, что направлялись в противоположную мне сторону.

Наконец я встретил того амбала, что нес моего брата. И он не просто оказался в трущобах, он еще и зашел в инсул — большое здание, в котором сдают комнаты для бедняков. У в хода в инсул их встретил знакомый мне человек, и когда я подошел поближе к зданию, я был сильно удивлен. У входа их встретил Лойгенар. Он подтолкнул амбала в спину, явно поторапливая его. Видимо он причастен к похищению моего брата, если не является главным зачинщиком. Может ли быть, что Барбаросса и его гости также как-либо связаны с этим? Наверное, мне стоило бы сходить и позвать стражников, но сначала я хотел выяснить, в какую из комнат его отнесли. Это и побудило меня последовать за ними дальше.

И вот, я подошел ко входу в инсул и собирался зайти. Однако у самого порога мне преградил дорогу злобный и неотесанный мужчина.

— Молодой человек! Вы что здесь забыли? — спросили меня.

— Я? Я пришел к человеку. Он вроде как здесь живет — ответил я, пытаясь заглянуть за этого мужчину.

— Да? И как зовут того человека? — задал он мне вопрос, в то время как я сумел разглядеть того амбала за ним. Тогда он заходил в одну из комнат на первом этаже.

— Его зовут Лойгенар. Он, вроде как, снимает вон ту комнату в дальнем углу — показал я рукой в сторону его комнаты

— А, так вы к тому Суммусу. Он предупреждал меня, что ждет гостей. — спокойно ответили мне — Однако, его гость уже пришел, и он мне сказал, что больше никого не ждет!

— А кто к нему пришел?

— Молодой человек! Может быть, вы ну очень сильно хотите с ним увидеться, но я вас все равно не пропущу.

— Но он …

— Вы можете назвать мне свое имя, и я ему потом передам, что вы к нему приходили.

— Хорошо. — расстроено сказал я — Меня зовут Йонас из Дигредора.

Он мне молча кивнул, после чего провел рукой в сторону, также сказав:

— можете идти. Я передам ему, что вы к нему приходили.

После того, как меня выгнали, я направился искать окно, которое вело бы меня в их комнату. К счастью, мне не составило большого труда его отыскать, ибо я знал, что комната Лойгенара была в дальнем левом углу со стороны входа. У это окно выходило на небольшой переулок, что был разбросан различными вещами. Однако окно в комнату было закрыто цельной и большой деревянной доской. Но голоса и звуки с комнаты были слышны, пускай довольно тихо.

По началу я слышал, как Лойгенар и неизвестный человек обсуждали что-то на неизвестном мне языке. После того, как они перебросились парой слов, резко начался скрип движения мебели и падения чего-то тяжелого. За ним следовал звук удара, после которого в комнате образовалась тишина на короткое время. После небольшой паузы, снова пошли слова на неизвестном мне языке, а затем уже на приффском языке.

— Ну что же, давай развяжем тебе рот. — сказал Лойгенар — Итак, давай начнем сначала: кто ты и что ты делал прошедшей ночью?

— Как будто я тебе что-то скажу, чертов Суммус! — прозвучал голос моего брата.

— Не Суммус, а Хогер! — произнес почти точь-в-точь как сегодня днем — Это, во-первых. А во-вторых, играть в храбреца не стоит. Если не хочешь, чтобы мой приятель разговорил тебя иным образом.

— Если он не говорит Лой, мой нож говорит с он! — внезапно размок похититель моего брата. После его угрозы разговор продолжил Лойгенар.

— Ну так? Может уже наконец ответишь на мои вопросы?

— Мое имя Мортус. Сегодня ночью я был с дочерью сторожа в Дигредора. Во время нашего «перерыва» я хотел насладиться красивым ночным небом. Но не успел я высунуть голову из окна, как слышу, что кто-то говорит на барбатском языке. А в юношестве я учил его и немного понимал, о чем они говорили.

— И что же они, так небрежно, обсуждали?

— Они говорили о какой-то тайной поставке оружия в Дамний. Что какой-то Зиг и Лойгенар договорились привезти его сегодня, прямо перед праздником. И наконец воплотить «Это» в жизнь.

После слов Мортуса, его похититель снова заговорил на барбатском, словно спрашивая что-то. И мортус в то же мгновение что-то сказал ему на его языке. После слов Мортуса, были слышны громкие шаги, а затем что-то полетело в сторону древесины, что закрывало окно. Удар был настолько мощным, что я не смог сдержать испуга. Я отшатнулся и упал на старые, деревянные бочки, что лежали позади меня. Я столкнул их с места, что издало немалый шум и явно был слышен изнутри.

— Вы слышали это? — спросил Лойгенар. — Агадиус, иди проверь!

После его приказа, я понял, что нужно привести сюда стражу. Я побежал со всех сил к центру города, в сторону которого располагался ближайший ко мне пост стражи. Пробегая мимо входа, я встретился глазами с похитителем моего брата. Когда я уже вышел на дорогу, он уже гнался за мной. Он был огромен, почти как Лойгенар в высоту, а его длинные ноги позволяли ему за меньшее количество шагов пробегать большое расстояние. Если бы я побежал чисто по дороге, то момент, когда он поймает меня, был бы не избежен. Поэтому я решил побежать сквозь узкие переулки, где помимо размеров, мне на руку играли резкие повороты. Именно таким путем я добрался до центра города.

С моего прошлого пребывания на площади народ не убавился. Скорее наоборот, его стало гораздо больше. В этой толпе было невозможно протиснуться. Поэтому я решил поискать стражу в самой толпе. Как никак они должны были как-либо контролировать ее. Я обратился к первому попавшему мне под руку человеку:

— Извините!

— Да? — спокойно отреагировала на меня молодая женщина, что шла в обнимку с мужчиной.

— Скажите, не видели ли вы в этой толпе стражников?

— Да, мы видели нескольких. Они стояли у фонтана.

— Благодарю.

— А что-то случилось? — с подозрением ко мне обратился ее спутник.

— Есть… — нервно ответил я заикаясь — есть одно очень важное дело в трущобах.

— Тогда я сомневаюсь, что они тебе помогут.

— Это почему же?

— Стражники собирают весь народ в центре города, сгоняя их с окраин. Даже все места развлечения закрыли, дабы собрать нас здесь.

— Зачем им это?

— Понятия не имею. Но если дело срочное, то может, малец, тебя послушают.

Я, поблагодарив их, начал пробираться сквозь толпу в сторону фонтана. Наконец добравшись до него, я встретил группу охранников, что стояли и обсуждали что-то друг с другом. Ворвавшись в их разговор, я окликнул одного из них:

— Извините! — громко проговорил я, однако в шуме толпы меня не было слышно.

— Прошу прощения! — прокричал я еще громче, но меня также не было слышно. Из-за этого я начал пробираться все ближе, пока не встал прямо возле них.

— Извините! — уже крича, я окликнул их. Один из них обернулся ко мне.

— Чего ты орешь, малой? — злобно спросил меня один из стражников, — Если все в толпе будут кричать как ты, то вас до самой столицы будет слышно!

— Но моего…

— Возвращайся в толпу, малой! Мы тут заняты важным делом. — ответил он мне, со странным акцентом.

— Вы не понимаете! — уже я закричал возмущенно — Моего брата похитили и держат в трущобах.

— Да? — успокоившись спросил меня стражник, подойдя ко мне ближе — А ты можешь мне описать его внешность, одежду и отличительные черты?

— Он чуть выше меня, примерно шесть с половиной песов. Волосы черные и ровно уложены назад. Одет он был в синюю тунику и сандалии из кожи. При нем также был гладиус.

— А ты видел похитителей?

— Да, видел. И даже знаю имя одного и откуда он приехал.

— Еще лучше! — недовольно он проговорил под себя — Выкладывай!

— Его имя Лойгенар. Он приехал из границы Приффий с племенами барбатов.

Стражник, что со мной разговаривал, указав мне жест «стой здесь», вернулся к своим собеседникам. Проведя с ними короткую и серьезную беседу, он устало вздохнул и вернулся ко мне.

— Итак, малец! Я тебе помогу. Но для начала мне нужно сходить к посту, чтобы я взял еще пару крепких парней. Пошли со мной. — на его просьбу я просто молча кивнул.

С облегчением я шел за ним, ожидая что мы спасем моего брата. Однако на лице стражника было угрюмое выражение лица. Словно он не хотел мне помогать, но его заставили. Хотя это не важно, если по итогу он мне поможет.

Рядом с постом стражи было гораздо меньше людей. Это позволило нам без каких-либо проблем зайти в здание. Внутри было довольно-таки пусто, ибо я ожидал увидеть веселящихся и выпивающих стражников. Может нагрузка из-за народу довольно большая? Тем не менее, пара человек встало перед нами. Один из них был одет в плащ и стоял к нам спиной, тем самым закрывая за собой второго.

Внезапно для меня, стражник заговорил на неизвестном мне языке, после чего те двое резко обратили на нас внимание, и я смог разглядеть во втором человека Барбароссу — владельца бань и нашего постоянного покупателя. А второй в плаще был посетитель бань, который сразу после меня зашел к Барбароссе — Зиг.

— Йонас?! — возмущенно он воскликнул

— Барбаросса? — удивленно я отреагировал на внезапное его появление

— Что ты здесь делаешь?!

— Я нашел своего брата! Его схватили и держат в одном из инсулов в трущобах. Я проследил за ним и пришел за стражей, чтобы они освободили его. А затем меня привел сюда этот стражник. — указал я на него рукой. — Кстати. Вам знакомо имя Лойгенар?

— Да, к сожалению, есть один знакомый с этим именем. А что не так?

— Просто как раз таки он и похитил моего брата. — после моих слов, они переглянулись друг с другом. Зиг что-то сказал на непонятном мне языке и сзади меня схватил стражник. Да держал так, что я не мог вырваться. После этого действия, Зиг и Барбаросса начали ссору друг с другом. Вели они его на другом языке, поэтому я ни слова не понимал

Первая мысль, посетившая мою голову, что меня сейчас убьют. Я пытался вырваться с его хватки, но все мой старания были четны. После чего я, со всем своим страхом и злостью, прокричал:

— Что это все значит?!

— Брось его в карцер, пока мы не решим, что с ним делать. — приказал стражнику Зиг.

После его приказа меня понесли к карцерам. Как бы я ни старался вырваться или ухватиться за что-нибудь по пути, у меня ничего не получалось. Стражник без особых помех донес меня до карцера, куда меня бросил и запер. Не знаю, насколько долго я в нем сидел, ибо в нем было невозможно разглядеть что-либо снаружи.

Через некоторое время я услышал шаги в свою сторону. Когда к карцеру подошли, дверь отворили и я был готов просто напрыгнуть на того, кто за дверью. Однако, когда дверь открыли, в меня кинули какого-то человека, и меня вместе с ним отбросило назад. Когда я пришел в себя, я осмотрел своего нового сожителя и понял, что в меня швырнули моего брата. Он был весь в синяках и лицо его было в различных шрамах.

— Мортус? — со страхом спросил я.

— Ах… Йонас?

— О святой упаси, что они с тобой сделали?

— Ласкали меня и кормили виноградом с рук.

— А если серьезно?

— А если серьезно, то разуй глаза! — кричал он на меня — Избили меня и пытали. Но самое главное не это. Ты как? Ты не ранен?

— Вроде бы нет.

— Хвала святому за хоть одну хорошую новость.

— У нас нет времени благодарить его. Нам нужно срочно что-то делать.

— Не получится. — отчаянно и грустно парировал он меня.

— Почему же?

— У меня сломана нога и вывихнуто плечо. Однако даже будь я здоров, с карцера нам никак не выбраться. Закрыт он снаружи, а выбить дверь у нас никак не выйдет не выйдет.

— И что же нам тогда делать, Мортус?

— Молится, что нас не убьют и молиться, что нас не оставят умирать с голоду.

Прошло еще некоторое время, как мы услышали звуки погрома, грохота и всяко тому подобное.

— Что это? — спросил я.

— Скорее всего, солдаты тех барбатов напали на город.

— Ты в этом уверен?

— Если бы я не знал этого, мы бы здесь не сидели.

— Кстати, та история о том, как ты узнал ту информацию правда?

— А это сейчас так важно?

— Лучше поговорить об этом, чем просто молча сидеть и ждать.

— Эх. Да, правда.

— То есть ты и Дафна…

— Да, да, да.

— А когда вы успели?

— Не дорос еще, чтобы расспрашивать о таком.

— Тогда расскажи все полностью. Из-за чего мы с тобой сидим здесь?

— Эх… Когда мы с Дафной закончили акт, я захотел подышать свежим воздухом. Подойдя к окну, я слышу, как кто-то говорит на барбатском. И, как ты знаешь, три или четыре года назад, когда я был в твоем возрасте, я учил барбатский и я частично понимал их. Они говорили об оружие, что везли в Дамний, для выполнение какого-то плана.

— О каком плане они говорили?

— Они не обсуждали подробностей. В какой-то момент к ним подошли и сказали: «Наши люди спрятались в пригороде. Можем направляться в город». После этого они направились перебираться через стену.

— Стой! Почему они перебирались через стену, если они могли захватить вход в Дигредор?

— Может они боялись поднятия шума? Да и если они на город напали только в конце сегодняшнего дня, то вчерашнее убийство сразу бы заметили.

— Хм, в принципе логично.

— Так вот. Как они перебрались через стену, я взял коня и поскакал за ними. Специально не зажигал факел, дабы они меня не заметили. Как мы достигли Дамний, их встретил стражник. Я был достаточно далеко, чтобы меня не заметили, поэтому я не услышал, о чем они говорили. Я просто увидел, как они ему что-то передали и зашли в город.

— То есть ты поэтому не обратился к страже сразу по прибытию? Ты подозревал их в соучастий?

— Да, все верно. Когда я зашел в город, то уже их потерял. Из-за чего я начал расспрашивать о них у прохожих с утра. Скорее всего из-за моих поисков они и нашли меня.

— Думаешь у них были сообщники внутри города, помимо стражи?

— Как минимум Барбаросса. Ибо как раз таки его люди меня схватили и пытались внести меня загород. Однако я вырвался и бежал обратно в город, чтобы там я мог затеряться в толпе. Но по приходу в город меня сразу же поймал тот громила.

— А зачем ты побежал в город? Ты же знал, что их люди расположились по всему городу.

— Ну знаешь, людям свойственно паниковать, когда их жизни что-то угрожает. Поэтому этот факт просто вылетел из моей головы. А вскоре во время допроса, вместе с ударами, у меня и паника куда-то вылетела.

— Кстати, о допросе. В инсуле тот громила ударил тебя, когда ты ему что-то сказал. что же его так разозлило?

— Тихо!

— Нет серьезно, за чт…

— Я сказал тихо! — злобно он меня заткнул, сидя прислонившись к стенам. — Слышишь? Шум снаружи закончился.

Я прикладываю уши к стенам и ничего не слышу.

— Да, ты прав. Закончился. — сказал я, подходя к двери и прислоняясь к ней — А еще сюда кто-то…

На этом моменте открылась дверь, и она оттолкнула меня назад. После этого к нам зашли три стражника. Двое из них набросились на меня и начали связывать, а третий схватил Мортуса. После того, как меня связали, нас повели на улицу. За выходом нас ждала страшная картина: Дамний, который недавно был весь в красках и праздничном настроений, горел алым пламенем. Были слышны стоны, что издавали неподалеку лежавшие раненные; хруст костей, который сопровождался ударами по горожанам; падение еле державшихся зданий, что были охвачены пламенем; и детский плач, что прерывался на зов своих родителей. Чем дольше мы шли, тем больше мы видели эту кошмарную картину. В какой-то момент я встретил ту самую пару, что помогла мне найти стражников. Тело мужчины лежало у фонтана, в то время как его голова плавала в самом фонтане. А женщина была окутана цепями и вели ее к одной из телег с множеством плененных женщин.

Подойдя к выходу из города, нас встретила огромная колонна людей, что были закованы в цепи. Всех, кто был здоров и не ранен, вели к телегам, а стариков, раненных и больных выпихивали за ворота, словно скот на убой. За вратами нас ждали несколько десятков повешенных трупов и телеги с пленными, что готовились к отправке куда-то на север. Конечно, какая-то часть населения города осталось не вредимым и даже не было пленено. Но все равно масштабы погрома и бойни были ужасающими. При виде всего этого я впал в страх. И в момент, когда от страха я хотел попытаться сбежать, один человек из колонны выбежал из нее, под крики:

— Не хочу! Не хочу умирать! Меня дома ждет моя до… — не успел он договорить, как ему в спину прилетела стрела. После ее колющего удара он упал на землю и дергался какое-то время, пока к нему не подошел один из барбатов, и не проломил ему голову ударом своего клинка. После увиденного, желание бежать резко пропало, и я просто начал молиться про себя: «Господи! Пусть это будет просто сон, и я проснусь в телеге, что направляется в Каптиалий. Молю тебя. Скажи, что все это просто сон!»

Ноги все также дрожали, но я продолжил идти в колонне. Рассматривая окресность, я также заметил в далеке, как сжигают трупы стражников. Неужели они так просто всех перебили? В это время, я вижу, как кого-то вытащили из колонны и тащат в сторону эшафота. Я не сразу разглядел кто это. Однако по одежке синего цвета я предположил, что это был мой брат. В эту же секунду я побежал в его сторону. Но стрела, что прилетело прямо мне в ногу, не дала мне добежать.

— Нет! Стойте! — во все горло кричал я — Не делайте этого! Прошу!

Но как бы я ни кричал, всем было все равно. И к десятке повешенных трупов у города присоединился мой брат. Я был в отчаяний и даже не заметил, как ко мне подошел один из этих варваров с севера. Он что-то прокричал на своем языке, схватил меня за руку и пытался тащить за собой. В пучине отчаяния, и по его не внимательности, я вытащил из его ножен клинок и ударил по нему. Однако моих сил не хватило, чтобы пробить его кожаную сегментату. После моей выходки он, легким движением, выхватил из моих рук клинок и всадил его мне в грудь. Затем он опрокинул меня и, волоча по земле, потащил в сторону костров с трупами. Пока он тащил меня, я ощущал неописуемую боль. Пока я захлебывался в собственной крови, я вспоминал матушку. Интересно, выжила ли она? Было бы прекрасно… увидеть ее… в последний… раз…

Имена