— Смотри, какой красавчик, — усмехнулся Сэм и кивнул головой в сторону окна.

Там, за маленьким столиком, нахмурившись, в полном одиночестве сидел парень в бежевом плаще, наблюдая, как капли дождя скатываются по стеклу, образуя мокрые дорожки. Кажется, этот парень полностью погрузился в свои мысли, ведь длинная перемена уже подходила к концу, а он еще даже не притронулся к обеду. На голове этого парня царил хаос: мало того, что волосы торчали в разные стороны, так ещё и сам юноша постоянно теребил их ладонью — приглаживая, но делая только хуже.

— Он мне не нравится, — отрезал Дин и откусил приличную часть своего гамбургера. Медленно прожевав, он засмеялся, глядя на лицо младшего брата. — Сэмми, присмотрись внимательно. Он же ботаник! Прям как ты! И, скорее всего, любимчик учителей. Не выношу таких.

— Я его раньше не видел в школе, — пропустив мимо ушей слова брата, пробормотал задумчиво Сэм. Он уже привык, что Дин называет его ботаником, однако он совсем не обижался на брата. Сэм знал, что тот просто так выражает свою любовь. Дин по-другому не умеет. — Должно быть, он новенький.

— Плевать, — Дин флегматично пожал плечами и достал учебник по истории из своего рюкзака, чтобы в который раз перечитать параграф. Мистер Сингер, учитель истории, довольно строгий преподаватель: всем его ученикам приходилось изучать текст учебника «от» и «до», если они хотели сдать тест — который, по традиции, был вначале каждого урока — хотя бы на средний балл. Списать у Бобби было невозможно: он мерил шагами класс, недоверчиво взирая на учеников, поэтому ни одна шпаргалка не могла остаться незамеченной. Ученики называли мистера Сингера — Бобби, ведь не смотря на всю строгость, он был очень милым и даже добрым мужчиной. Дин хоть и не был ботаником, как его брат, но к учебе относился с должной серьезностью, хотя иногда и прогуливал уроки, выпивая алкогольные напитки с друзьями в какой-нибудь подворотне, а потом два дня отлеживаясь дома из-за дикого похмелья.

Парень, сидевший у окна, вздрогнул, поежился и перевел взгляд с мокрого стекла на свой так и нетронутый обед. Недолго думая, он встал с места и, взяв со стола банку кока-колы, двинулся к выходу из столовой. Сэм вновь усмехнулся, наблюдая за неуклюжими движениями незнакомого юноши. «Как ежик в тумане», — Сэм громко засмеялся, осознав, какая нелепая мысль пришла в его голову.

— С тобой все в порядке? — Дин озабоченно взглянул на брата, на что тот лишь кивнул, слегка улыбаясь. До конца перемены никто больше не проронил ни слова.

История — любимый школьный предмет Дина. Возможно, этому даже поспособствовал Бобби: Винчестеру действительно приходилось учить историю, не надеясь на списывание. А потому вскоре, он понял, что этот предмет по-настоящему интересен, и теперь с большим энтузиазмом посещал уроки и даже дополнительные занятия.

Вот и сейчас, как только прозвенел звонок, он кинулся прочь из столовой, буркнув брату, который младше его на четыре года и сейчас учится в восьмом классе, что-то на прощание. Дин редко позволял Сэму сидеть с ним в школьной столовой, обычно он был в окружении своих друзей, но сегодня они не пришли в школу, заявив, что давно не отдыхали и решили напиться. Винчестер бы с радостью пошел с ними, но историю пропускать ему совсем не хотелось. Да и год обучения — последний. Если он не соберется с мыслями и вновь прогуляет большинство уроков, то вряд ли его возьмут в какой-нибудь приличный колледж. А это ему просто необходимо: он совсем не хотел расстраивать родителей.

Дин вбежал в класс, когда мистер Сингер уже что-то писал на доске, а ученики рассаживались по своим местам. Винчестер уверенно прошел через весь класс и сел за последнюю парту. Всю жизнь он сидел именно здесь. Наверное, ему было так проще: видно всех одноклассников и учитель не может неожиданно подкрасться сзади; правда один минус все же был — все зубрилы сидели за первыми партами, и из-за этого списать на «отлично» было чем-то за гранью фантастики.

Самым сложным предметом для Дина была литература. Не то, чтобы он не любил читать, просто миссис Кларк постоянно задавала писать сочинения на уроке по какому-нибудь произведению — а вот этого Винчестер не умел. Он мог бы и не ходить на этот предмет, но если он хочет стать историком, — а ему непременно этого хочется, — придется помучиться. Все работы Дина по литературе были на «F», но учительница часто завышала его оценки по доброте душевной. А вот если бы он сидел среди ботаников на первой парте, кто знает, на какую оценку были бы его сочинения.

— Добрый день, класс! — с нескрываемой радостью произнес Бобби.

— Здравствуйте, мистер Сингер.

Урок пролетел незаметно, по крайней мере, для Винчестера. Сначала как всегда был тест, и Дин прекрасно с ним справился. После — Бобби рассказывал увлекательные моменты из истории Нового времени. И когда раздался звонок с урока, Дин разочарованно вздохнул. Он готов был часами слушать лекции мистера Сингера, только бы не идти на эту злосчастную литературу, назначенную следующим уроком.

В коридоре Дин встретил Сэма в компании его девушки. Они о чем-то эмоционально спорили, размахивая руками. Его девушка — имя которой Дин, честно сказать, совсем не запомнил — хмурилась и фыркала носом, пока Сэм закатывал глаза.

Хорошо, что Дину подобные склоки не знакомы. Да, Винчестер весьма красив, хорошо сложен и далеко не глуп, но у него никогда не было серьезных отношений. Ему больше нравились одноночные развлечения: не нужно сгорать от очередной вспышки ревности, беспокоиться о ком-то и… далее по списку. Кроме того, Дин — бисексуал, и нередко страстные чувства вспыхивали в нем к своему полу. Это было большой тайной, о которой знали только Сэм и те, кто спал с Винчестером. Друзья — яростные гомофобы, а родители — слишком религиозны, чтобы поддерживать такое поведение сына, вот ему и приходилось обо всех своих похождениях рассказывать младшему брату, подростку, которому всего лишь четырнадцать лет.

Дин тяжело вздохнул и, подмигнув брату в знак поддержки, отправился в класс.

Как бы он не медлил, как бы долго он не говорил со знакомыми, шествуя по коридору, Винчестер пришел в класс за десять минут до звонка. Кабинет был почти пуст, лишь за первой партой сидел какой-то ботаник с очками на носу и пара симпатичных девушек, которые смущенно захихикали, когда Дин вошел в класс и улыбнулся им. Что сказать? Он популярен.

Винчестер развалился на своем стуле и уже хотел было достать наушники, чтобы хоть немного расслабиться перед нелюбимым уроком, когда в класс вошел его лучший друг.

— Габриэль! — радостно закричал Дин, махнув другу рукой, приветствуя. — Почему ты так давно не появлялся в школе? Что-то случилось? — спросил он, когда Гейб занял место рядом с Винчестером. — Чувак, я скучал.

При этих словах тот расплылся в улыбке. Габриэль любил, когда Дин говорил подобные вещи. Габриэль Новак и Дин Винчестер познакомились совсем недавно, когда Гейб стал учиться в этой школе, два года назад. Между парнями завязалась действительно крепкая дружба, как говорится «не разлей вода». Конечно, Габриэль не знает, что Дин — человек с нетрадиционной ориентацией (хотя, как казалось Винчестеру, он догадывался). Но ни один, ни другой никогда не затевали об этом разговор.

Всю прошлую неделю Габриэль где-то пропадал. Дин каждый день по несколько десятков раз звонил другу, потому что безумно за него переживал: еще никогда прежде Гейб не пропадал вот так — без объяснений, не отвечая на звонки.

— Ничего не случилось, Дин-о, — вновь улыбнулся Габриэль, — мы с отцом ездили к бабушке и дедушке и задержались там, а я телефон дома оставил.

Дин недовольно цокнул языком, намереваясь всерьез обидеться на друга за то, что тот даже не удосужился предупредить, что уезжает, но все забылось как только Гейб заговорил о Импале, которую увидел совсем недавно в автомастерской.

— Она потрясающая, — мечтательно произнес Дин, — вот бы когда-нибудь овладеть этой деткой.

Импала 1967 года — совершенство, и не спорьте с Дином Винчестером! Он мечтал о ней с раннего детства. В этой машине было идеально все: и кожаные сиденья, и звук колонок, и даже запах. Отец Дина, Джон, обещал подарить эту красавицу сыну, если тот окончит школу с хорошими оценками и поступит в колледж. (И это еще одна — самая весомая — причина, почему Дин старался прилежно учиться).

Наконец прозвенел звонок, и в кабинет зашла миссис Кларк. В классе находились лишь пятеро учеников, и это выглядело довольно странно. Обычно уроки литературы посещало куда большее количество человек. Дин объяснил удивленному Габриэлю, что все ботаники отправились на научную выставку вместе с учителем географии.

— Ну что, дети? — не здороваясь, проговорила миссис Кларк, — вы прочли Сэлинджера? Винчестер, расскажи нам, что нового ты узнал из этой книги?

Ну вот, начало ада. Сейчас скажет что-то не то, и ему вновь будут читать морали. Так всегда у миссис Кларк. Все ученики должны следовать ее мнению, и только пусть хоть кто-то попробует высказать свои собственные мысли — тут же начинается спор, который заканчивается всегда плачевно: вызовом к директору.

Только Дин собирался говорить о сложной, как он считал, жизни Холдена, героя романа «Над пропастью во ржи», как вдруг дверь в класс распахнулась, и в кабинет с шумом ввалился лохматый парень.

— Простите, — юноша еле говорил, пытаясь перевести дыхание. Видимо он несся сюда, что есть мочи, — простите за опоздание, — парень виновато улыбнулся и взглянул на учительницу.

Та одарила его доброжелательной улыбкой:

— Ничего, К… Кастиэль, верно?

— Да, — юноша кивнул.

— Садись за парту, Кастиэль. Сегодня у нас много места, — миссис Кларк указала рукой на класс, и парень поспешно сел за первую парту, доставая письменные принадлежности.

Дин поморщился. Конечно же, Винчестер узнал его: грустный парень из столовой, о котором говорил Сэм. «Еще на одного ботаника-любимчика больше», — сделал вывод он, обреченно вздохнув. Это совершенно не радовало. За одиннадцать с хвостиком лет обучения Дин обнаружил одну забавную вещь: чем больше у учителя любимчиков, тем сильнее он заваливает тех, кто ими не являлись.

— Ну-с, продолжим урок. Винчестер, ты, кажется, о чем-то говорил? — миссис Кларк сняла свои очки и посмотрела на Дина, — я тебя слушаю.

Мучительный урок, на удивление, закончился довольно быстро. Миссис Кларк совсем недолго доставала Дина своими заумными вопросами. Её внимание всецело занял новый ученик, резво тянущий свою руку вверх. И, хоть Винчестер терпеть не мог таких выскочек, как этот Кастиэль… или как его там, это пошло ему на руку.

Весь урок Дин проболтал с Гейбом. Миссис Кларк пару раз кидала на них пронзительные взгляды, но друзей это не сильно волновало. Да и девушки, сидевшие не так далеко, строили им глазки, ярко выражая свою заинтересованность в Винчестере.

Гейб совсем ничего не говорил о своей поездке, и их разговор ничем не отличался от других: машины, выпивка, девушки. Габриэль предложил зайти к нему после уроков и посмотреть какой-нибудь фильм, на что Дин тут же согласился. Нет ничего лучше, чем провести время с лучшим другом, смотря увлекательное кино за бутылкой пива.

Звонок прозвенел, и класс начал собираться, кроме зубрилы Кастиэля за первой партой. Он все еще вел размеренную беседу с миссис Кларк. Та увлеклась ею настолько сильно, что даже не услышала звонка. Но уже спустя пару минут миссис Кларк буквально выгнала своего нового ученика из класса: вот-вот грозился прозвенеть следующий звонок на урок.

Габриэлю и Дину повезло: у них не было последнего урока географии. Выйдя из школы, они тяжело вздохнули — как всегда. Это был их особый ритуал: ты спасся из ада — можно дышать.

Всю дорогу до дома Габриэля друзья молчали. Дин думал над проектом по истории, который планировал делать сегодня после школы, но так как вернулся Гейб, нужно было найти другое время. А ведь проект нужно сдать завтра. Что ж, впереди бессонная ночь, но посиделки с другом стоили того.

А Габриэль ни о чем не думал. Он наслаждался свежим воздухом и обществом лучшего друга. Губы непроизвольно растянулись в улыбке, а в уголках глаз появились маленькие морщинки.

Родителей Новака не было дома: они постоянно работали до ночи, и Гейбу приходилось жить самостоятельно. В гостиной как всегда пахло шоколадом. Габриэль — настоящий сладкоежка, и он вечно жует что-то сладкое. Заметив взгляд друга на стопке шоколадок, которых здесь всегда было в избытке, Гейб протянул одну плитку Винчестеру.

Гостиная комната была очень приятным и уютным местом не только из-за запаха. Когда заходишь в нее, будто попадаешь в шоколадный домик: светло-коричневые обои с замысловатым рисунком; темные шторы, которые слегка колышутся из-за открытого окна, которое не закрывается даже зимой, когда наступают холода. Несмотря на это, здесь всегда тепло благодаря камину, над которым висит плазменный телевизор; светлый бежевый диван напоминает плитку белого шоколада, а всю картину дополняет огромный ковер, который скрывает почти весь пол в этой комнате: на нем нет необычных рисунков, лишь маленькие квадратики, окрашенные во все оттенки коричневого цвета. В гостиной — всегда приглушенный свет, и это только придает комнате шарма. Семья Гейба — далеко не богатая, но у них определенно изысканный вкус.

Винчестер плюхнулся на диван, пока Габриэль искал диск с фильмом. Дин очень любил «Кошмар на улице Вязов», и Гейб решил, что сегодня как раз тот день, когда можно его пересмотреть. Раз в сотый, наверное.

Сходив на кухню и достав из холодильника две бутылки пива, Габриэль уселся рядом с другом и нажал на кнопку на пульте.

Дин расслабился. Впервые за целую неделю он почувствовал себя в своей тарелке. Габриэль и правда был хорошим другом: выслушивал, помогал, а когда надо помолчать — молчал. Вот и сейчас они вновь сидели молча, не проронив ни слова, даже не вставляя, как обычно, свои комментарии относительно фильма. Не из-за того, что каждый пытался вникнуть в смысл картины, реплики которой они и так знают назубок, а просто потому, что так надо, так комфортно, так лучше.

Винчестер никогда не воспринимал Габриэля как симпатичного парня, с которым можно провести несколько ночей. Два года назад, когда они познакомились, Дин еще не особо понимал, что он — человек с нетрадиционной ориентацией. А когда окончательно это выяснил, заметив, что мужские тела возбуждают его не меньше женских, решил просто ничего не говорить другу, дабы не портить их дружеский союз. Эта новость могла бы испугать Гейба, а Винчестер очень этого не хотел. Габриэль — прекрасный парень с ярко-выраженными глазами светлого медового цвета, у него отличная спортивная фигура и хорошая осанка, да и ума в нем хоть отбавляй. Но не смотря на все эти достоинства, Дин просто не мог относиться к Габриэлю, как к сексуальному объекту. Они друзья, и речи о большем даже идти не может.

Идиллию нарушил шуршащий звук за дверью дома. Будто кто-то аккуратно, стараясь не побеспокоить жителей, пытался подобрать верный ключ для замка, проникнуть внутрь и стащить какую-нибудь драгоценную вещицу. Правда в доме Габриэля и красть-то нечего.

— Родители? — спросил Дин у друга, приподняв брови.

— Нет, рано для них, — Гейб взглянул на часы, висящие над дверью гостиной, которые, к слову, тоже были коричневого цвета, — брат.

«Брат?» — уже хотел переспросить Дин, но не успел. Замок щелкнул, и в дом кошачьей походкой прокрался тот самый парень из столовой, зубрила с урока литературы. Он окинул присутствующих потерянным взглядом: явно не ожидал увидеть здесь Дина, и, кивнув в знак приветствия, не спеша побрел на второй этаж дома, так ничего и не сказав.

Дин в недоумении посмотрел на друга. Во-первых, он и не подозревал, что у Габриэля есть брат, и это очень даже странно, ведь они знают друг друга два года! Во-вторых, в ступор его ввело то, что этот ботаник — и есть брат Гейба: в школе братья даже на друг друга ни разу не посмотрели, да даже словечком не обмолвились! Из этого всего Дин тут же сделал вывод, что они находились не в самых лучших отношениях. Хотя… Кто знает Габриэля? Он — натура загадочная. Вечно что-то придумывает. Может быть, Кас… — Дин безуспешно пытался вспомнить имя этого парня, поэтому принял решение, что трёх букв для него достаточно — и Гейб весьма дружны, но мало ли что задумал Габриэль, шутник со стажем. Фамилии у них разные — Дин это знал наверняка, потому что миссис Кларк не раз обращалась к Касу «Коллинз», а Габриэль — Новак. От этого любителя сладкого можно ожидать чего угодно, так что не стоит делать поспешных выводов.

— Я же сказал. — Габриэль проводил взглядом своего брата и вывел Дина из некого транса, пихнув того в плечо. — Все нормально?

— Ты не сказал, что у тебя есть брат, — протянул Дин и уставился на друга.

— Это двоюродный, — махнул рукой Габриэль и сделал глоток холодного пива, прикрыв глаза. — Он приехал вместе с нами. Точнее мы ездили за ним. Он жил вместе с дедушкой и бабушкой и прекрасно там устроился. Его мать погибла при родах, а отец — пьяница. Я не знаю, где он сейчас. Может уже подох, может, сидит в каком-нибудь баре. Ну, так вот, школу, где учился Касси…

— Касси, — засмеялся Винчестер, перебив Гейба, повторяя это имя вновь и вновь, будто пробуя на вкус, — Касси, Касси! Я теперь тебя буду Гейби называть!

Габриэль презрительно посмотрел на Дина и слегка улыбнулся: Винчестер как ребенок, и этого не отнять.

— Эту школу закрыли по каким-то причинам, я не очень вникал, — продолжил Новак, не обращая внимания на глупое веселье друга, — и теперь ему негде учиться. Ну, учиться есть где, но у этого чудика совсем не получается заводить друзей, а вот врагов — только так. Поэтому родители предложили Кастиэлю доучиться последний год вместе со мной, в моей школе. Типа я его буду оберегать и всякое такое. Он мой ровесник, и мы решили с ним, что будем делать вид, будто не знаем друг друга. Заявил, что не хочет, чтобы у него была мамочка. Да и оно мне не надо, — закончил Габриэль и снова поднес бутылку пива к губам.

В комнате вновь воцарилась тишина. Из-за разговоров друзья пропустили самую важную часть фильма и, если бы они раньше его не смотрели, то пришлось бы перематывать обратно.

Дин поерзал на диване, усаживаясь поудобнее, и уже немного расслабился, когда сверху до гостиной донеслись тихие звуки гитары. Кто-то медленно перебирал струны и делал это так аккуратно, что обычный перелив из одной открытой струны в другую превращался в прекрасную мелодию.

— Несносный мальчишка, — вздохнул Габриэль, посмотрев на потолок, прожигая глазами в нем дыру. Он, видимо, надеялся, что Кас заметит на себе недовольный взгляд и прекратит, но этого не произошло. Габриэль хоть и часто злился, но совсем не любил ссор, поэтому он просто достал пульт, который упал под диван, и сделал звук телевизора громче. Теперь завораживающая музыка не доходила до ушей подростков, о чем Дин даже пожалел, но его вновь увлекли мелькающие картинки на экране, поэтому вскоре он об этом забыл.

Когда фильм кончился, Дин поспешил домой.

— Еще доклад по истории, — объяснил он Гейбу и, пожав руку другу, отправился домой.

Дин оказался у дома спустя двадцать минут. На кухне горел свет, а в других комнатах окна заволокла темнота. Из этого следовало одно: родители, Джон и Мэри, еще не вернулись домой, а на кухне сидел Сэмми и делал уроки.

Кроме Сэма дома действительно никого не обнаружилось. В ярко освещенной кухне, болтая ногами, на высоком стуле сидел Сэм. Дин невольно улыбнулся, обнаружив брата за книгой. Сэмми часто читал — очень часто — когда ел, гулял и даже смотрел телевизор. Дин был уверен, что его брат и в ванной не расстается с книгами. Причем Сэм не читал какие-то романы или поэмы. В его руке всегда были какие-то энциклопедии. А сейчас Дин обнаружил брата, читавшего «Маленького принца», что непременно его обрадовало: он-то думал, что у Сэмми энциклопедическое сердце или что-то вроде того.

— Вернулся? — Сэм поднял глаза и изучающе посмотрел на брата, — где был?

— Габриэль приехал! — радостно сообщил Дин, на что его брат и бровью не повел. И это было вполне ожидаемо: они с Гейбом виделись-то пару раз: когда тот однажды зашел за Дином, и на день благодарения, когда Мэри сочла нужным пригласить Габриэля к ним за стол.

— Ясно. — Сэм потянулся за яблоком и, взяв его, надкусил, громко чавкая. Дин следил за каждым движением брата, надеясь, что тот спросит что-то еще, но вопросов больше не последовало. В конец отчаявшись, Дин продолжил говорить:

— Помнишь того парня из столовой, который сидел около окна? — Сэмми кивнул. — Он оказывается брат Гейба! Представляешь? Двоюродный брат!

— А чего ты такой счастливый? — насторожился Сэм, отложив яблоко и книгу в сторону.

— Да просто…

— Хочешь с ним переспать? — Сэмми всегда отличался прямолинейностью.

— Нет! — запротестовал Дин.

— А, тогда хорошо, — усмехнулся Сэм, возвращаясь к чтению.

— Почему это?

— Беспокоюсь за твое эго. Он тебе не по зубам, — Сэм перевернул страницу и взглянул на недоумевающего брата.

— С чего ты взял?

— Брось, Дин. Во-первых, я думаю, он не из твоих. Во-вторых, он — как ты выражаешься, ботаник. Ты нас ненавидишь настолько же сильно, как и мы тебя. И, в-третьих, он не сочтет тебя привлекательным.

— Ты ведь не знаешь Каса, с чего такие доводы? Он бы переспал со мной, — даже по голосу было понятно, что Дин злится. Злится настолько, что уже, наверняка, готов стукнуть со всей силы по столу, лишь бы доказать свою правоту. Самое большое оскорбление для него, что кто-то думает, что для кого-то Дин окажется недостаточно симпатичным.

— Каса… — протянул ехидно Сэм, коварно сверкнув глазками. — Зря надеешься.

— Спорим? — неожиданно для себя сказал Дин и протянул руку.

— Спорим, — Сэмми вцепился в руку брата, — а кто проиграет, тот…

— Пробежит по школе с криками, что он гей! — закончил за брата Дин.

— Идет.

В комнате было очень холодно. Кажется, даже на улице теплее, чем на втором этаже дома Винчестеров. Здесь находились две небольшие комнатки: Дина и Сэма. Сэмми досталась изящно обставленная когда-то Мэри комната с белоснежной мебелью, стенами и пушистым ковром. Там, кажется, даже пыли не было. Сэм имел ужасную, как считал Дин, привычку: все должно быть на своих местах, и вокруг должна царить чистота. Братья вечно ругались по этому поводу, Сэм надеялся попасть в комнату Дина и разобрать весь хлам, сваленный в кучу. Дину же с комнатой повезло меньше, хотя тот сам так не считал. Его абсолютно устраивало это маленькое, темное и уютное местечко, где он может запереться от брата и от родителей. Да, у него постоянно был ужасный бардак, а стены обклеены плакатами, на которых изображены различные рок-группы и полуголые девушки, но Винчестер считал это место райским уголком. В свою комнату он никого впускал.

Вот и сейчас, закрывшись на замок, Дин рухнул на кровать и тяжело вздохнул. Впереди его ждет работа над проектом. Дину, конечно, ужасно хочется наплевать на все и пойти спать, но Бобби точно не сжалится над ним. Дин прикрыл глаза и улыбнулся. Сегодня был хороший день.

За дверью послышались шаги. Видно, Сэмми собирается ложиться спать. Дверь соседней комнаты хлопнула — так оно и есть. Что ж, тем лучше, теперь Дину никто не помешает, разве что родители, которые должны вернуться с минуты на минуту, но Дин решил притвориться спящим, чтобы избежать расспросов, а, когда они улягутся — продолжить работать.

Очередной громкий вздох оглушил всю комнату, кровать скрипнула, и Дин сполз на холодный деревянный пол. Дотянувшись до рюкзака, он выудил оттуда тетрадь и принялся листать страницы, пытаясь разобраться в словах, написанных неаккуратным почерком.

Спустя час пришли родители, громко о чем-то споря. Они тут же отправились спать и даже не обратили внимания на свет, горящий в комнате Дина, — он не успел выключить его вовремя. Винчестер как раз заканчивал проект. Удивительно, с какой легкостью он ему дался. Да уж, история — не литература. В истории все четко и понятно, стоит лишь знать все даты до одной, назубок, и всё; не то, что в литературе. Одно только «выскажите свою точку зрения» чего стоит, тем более с миссис Кларк.

Плюхнувшись на кровать, Дин блаженно закрыл глаза. Его мысли внезапно вышли за рамки истории и остановились на споре с Сэмом. Дин уверен на все сто, что выиграет спор. Этот голубоглазый парень со странным именем просто не сможет устоять перед таким очарованием, как Винчестер. Да и вообще, откровенно говоря, Дин уже привык спорить с Сэмми на разные темы. Правда, до «переспать с кем-то» еще не доходило, но что ж, он сам на это пошёл.

Дин широко улыбнулся, представив, как брат, надувшись, посмотрит на него.

— Может не надо? — простонет обреченно Сэм.

— Надо, братишка, — подмигнет ему старший Винчестер.

Сэмми закатит глаза и, подождав, когда прозвенит звонок, и рванет вперед, проносясь по этажу:

— Я гей!

В школе было душно — не то, что этой ночью в комнате Дина. Толпа хиппи прошла мимо Дина, разглагольствуя о вечном «мире во всем мире». Габриэль, стоявший рядом, обернулся и послал в их сторону какое-то ругательство — один из чудаков наступил ему на ногу. Тот фыркнул в ответ и поспешил скрыться за своими друзьями, чтобы избежать драки, на которую Гейб уже был готов пойти. Его новенькие кеды, которыми он с самого утра, по дороге от дома Винчестера до школы, хвастался Дину, уже не были такими белоснежными. Нельзя сказать, что Габриэля это огорчило — это просто вывело его из себя, и он, желая унять свою ярость, кинулся вдогонку за бедным миролюбивым пареньком.

Дин остался один. Он не спешил заходить в кабинет химии: на этот урок у него аллергия похлеще, чем на литературу, хотя все его друзья: Чак, Эш, Адам, Бенни и Гарт уже сидели в классе, бурно обсуждая вчерашнюю вечеринку, на которую Винчестер не попал.

В коридоре уже почти никого не было, только парень, который пару раз прошел туда-сюда, вероятно, не найдя нужный кабинет, и, завернув за угол, исчез. И еще сидящий на подоконнике Кастиэль, увлеченно читающий книгу. Его мимика забавляла: он то улыбался, то строил недовольную физиономию, то его лицо выражало крайнее непонимание, то дикую злость.

Дин улыбнулся и, оглянувшись и убедившись, что никого нет рядом, решил, что именно сейчас тот момент, когда стоит познакомиться с новеньким. Винчестер, включив все свое обаяние, подошел к окну:

— Привет, — почти пропел он, но тут же мысленно отругал себя за это. Вчера ночью, уже засыпая, он принял решение, что сначала следует подружиться с Кастиэлем, а уж потом настаивать на чем-то большем. Времени для этого у него достаточно.

Голубоглазый на мгновение поднял глаза и взглянул на подошедшего к нему. Глаза Кастиэля выражали крайнее непонимание и любопытство:

— Здравствуй, — ответил он, немного подняв уголки губ.

— Что читаешь? — так же дружелюбно спросил Винчестер, посмотрев на книгу в руках Каса.

— Да так… — засмущался парень, краснея. В этой школе с ним еще никто не пытался познакомиться. Кастиэль даже начал думать, что его попросту не замечают. Это было обидно с одной стороны, но с другой, конечно же, выгодно: на него, в конце концов, не выльется ведро оскорблений, как это случалось в предыдущей школе.

Кастиэль никогда, кроме первого класса естественно, не был новеньким, но он всегда был чужим. С раннего детства ребята, живущие в соседних домах, вечно гоняющиеся по улице, не признавали его. Бабушка утверждала, что он — особенный, поэтому глупые мальчишки не хотят с ним дружить, а маленький голубоглазый мальчик знал — это потому, что он не может постоять за себя, терпит все унижения, а потом, достойно выдержав их все, ослепительно улыбнувшись, бежит в свою комнату, хлопает дверью и падает лицом в подушку и плачет от клокочущей обиды.

Прошло уже столько времени, а ничего не изменилось. В предыдущей школе он каждый день слышал насмешки в свою сторону и пытался не придавать им никакого значения. Но, приходя домой, сдавался: как в детстве закрывал дверь, зарывался с головой под одеяло и отдавался эмоциям. Возможно, это вошло в привычку. Кастиэль принимал это как должное, пока за ним не приехали родственники и не забрали к себе.

Вчера был первый школьный день, который прошел очень даже неплохо. Учителя ему понравились, еда в столовой даже вкусная, хотя кроме банки кока-колы он ничего не пробовал, но самое важное — на него не сыплются оскорбления. Поэтому вчера, впервые за долгое время, Кастиэль возвращался домой с искренней улыбкой на лице.

А сегодня что? Сегодня Дин — лучший друг его двоюродного брата, как выяснил это Кас, — захотел познакомиться с ним. Глядя в яркие зеленые глаза, Кастиэль подумал, что, может быть, жизнь и правда меняется к лучшему?

— «Горе от ума», — продолжил Кас. — Хорошая книга… если ты любишь читать, то просто не можешь обойти ее стороной, — закончил он, прикусив губу. Ему в новинку с кем-нибудь знакомиться, и он просто не знал, что нужно говорить.

— Я Дин, — протянул руку Винчестер. — А тебя зовут Кас?

— Кастиэль, — спешно поправил тот. Кастиэль не любил, когда кто-то коверкал его имя. Ну, кроме Габриэля, который со своим «Касси» уже, откровенно говоря, достал.

Дин сказал бы что-то еще, если бы не прозвенел звонок, вынуждающий отправится в класс. Кастиэль занял место за первой партой, а Дин прошел на последний ряд и сел рядом с Габриэлем, который уже отлупил бедного парня-хиппи — это было понятно по его самодовольной физиономии.

— Ты познакомился с моим братом? — прошептал он, когда мисс Харвелл записывала на доске тему урока.

Дин кивнул. Он не собирался говорить Гейбу о споре, который заключил с Сэмми. Да, Габриель его лучший друг, но ведь нельзя же ставить его перед фактом, что Дин с Сэмом заключили пари, ставка которого — секс с его двоюродным братом, Кастиэлем. Габриэль этого не одобрит и даже может прекратить общаться с Дином. Именно поэтому Винчестер не сказал об этом ни слова, быстро меняя тему разговора, изредка кидая взгляды на голубоглазого ботаника за первой партой, который с крайней заинтересованностью смотрел на доску, кусая колпачок ручки.

Звонок с урока. Перемена. На урок. Снова с урока. День мчался как молния, приближая защиту проекта. Дин готов к ней, но, черт возьми, он все равно волновался. История для него — всё. Что если Бобби не понравится его проект, и он с позором выгонит ученика из класса? Но всё же защита неизбежна. «Удачи, Винчестер», — пожелал себе Дин, усаживаясь за первую парту в кабинете истории. Поймав на себе недоумевающий взгляд Габриэля, Винчестер пожал плечами:

— Лучше сразу отмучиться, отчитаться, а потом отдыхать, — объяснил он. На уроках Бобби первыми всегда отвечали сидевшие за передними партами.

— Будто бы я вообще его делал, — пробубнил Гейб и побрел вглубь класса. Что ж, у Дина впереди урок, который он проведёт в одиночестве. Эш, Чак, Адам, Бенни и Гарт вновь куда-то исчезли. И как они собираются сдавать экзамены? Конечно, еще чуть меньше двух семестров впереди, но, чтобы сдать хорошо, нужно приложить хоть какие-то усилия.

Дин достал из рюкзака листы с записями и, закрыв глаза, стал повторять заученный текст.

— Прости, Дин… — прозвучал знакомый хрипящий голос. Винчестер открыл глаза и увидел перед собой Кастиэля. — Здесь не занято?

— Нет.

— Я присяду?

— Садись, — Дин кивнул, улыбнувшись. На прошлом уроке истории Каса не было, а в школе в тот день он был — значит, прогулял историю? Нет, не может быть. Кастиэль не тот, кто будет прогуливать уроки.

Кас неуклюже плюхнулся на соседний стул, поправил рукой волосы и, вздохнув, достал из своего рюкзака учебник и принялся его читать. Спустя некоторое время Кастиэль перевел взгляд на Винчестера, который вот уже две минуты с любопытством смотрел на парня.

— Все нормально? — спросил он, хмурясь.

— Кас, зачем тебе учебник? — поинтересовался Дин.

— Наверное, чтобы отвечать на вопросы преподавателя, — саркастично ответил Кастиэль, не обращая внимания на «Кас», и вновь уставился в книгу.

— Сегодня защита проектов.

— Что?! — выражение лица парня резко изменилось. Он испуганно посмотрел на Дина, часто хлопая ресницами. — Как сегодня?! — Кастиэль про себя проклял всё на свете. Ну конечно, Габриэль же говорил про какой-то проект, а он, естественно, пропустил все мимо ушей.

— Молись, чтобы тебя не спросили.

Звонок на пару секунд оглушил всё здание, и ученики и учителя разбрелись по классам. Бобби сегодня находился в приятном расположении духа: он вошел в кабинет, приветливо улыбаясь и напевая какую-то весёлую мелодию себе под нос.

— Так-с, начнем… — мистер Сингер осмотрел кабинет, задерживаясь взглядом на парне, сидящем рядом с Дином. — А ты, верно, Кастиэль? — протянул задумчиво он. — Вот с тебя и начнем.

Винчестер напрягся всем телом. Он испугался за этого недотёпу-зубрилу, который, наверное, первый раз в жизни получит отрицательную отметку. Бобби ведь ни за что не смилуется над беднягой, Дин слишком хорошо того знает.

— Я… — застенчиво пробубнил Кас, поднимаясь со стула. Он сжал в руке кончик своей рубашки и нервно теребил его. — Я… — Кас беспомощно взглянул на Дина. От этого взгляда всё внутри перевернулось. — Я не готов.

Мистер Сингер разочарованно вздохнул. От прежнего настроя — ни следа. Что ж, этого следовало ожидать.

— Отметку знаешь, — процедил сквозь зубы Бобби.

— Стойте! — Дин вскочил из-за парты. — Он же новенький, дайте ему второй шанс! Я могу помочь ему с проектом.

Мистер Сингер неуверенно кивнул и попросил сесть обоих. Кастиэль благодарно посмотрел на Винчестера, а Дин поставил галочку у себя в воображаемой тетради: «Завоевать доверие — выполнено».

Сам Винчестер проект защитил успешно, настроение Бобби снова поднялось, и тот даже обнял своего ученика за такую хорошую работу. После урока Кастиэль, смущаясь, договорился встретиться с Дином у себя дома, если тот, конечно, захочет. А Винчестеру и деваться-то некуда. В другой раз он наплевал бы на этого ботаника и послал бы куда подальше, но теперь Дин не планирует гоняться по школе и орать на весь этаж, кем он является. Да и к тому же, это неплохой способ сблизиться с Касом. Дин ни за что не собирается проигрывать.

После уроков Кастиэль ждал Винчестера и Габриэля у входа в школу. Он присел на ступеньки, предварительно смахнув с них пыль салфеткой. Это, конечно, не особо помогло, но уже хоть что-то. Ученики поспешно покидали школу, проходя мимо парня. Его, как и прежде, никто не замечал. Кастиэль тяжело вздохнул и осмотрелся в поисках зеленых глаз, но, не увидев их, с увлечением стал следить за деревом, которое слегка покачивалось из-за ветра: вот один из листочков оторвался от ветки и, медленно кружась, упал на землю. Кастиэль сравнил себя с этим листочком: он всегда считал себя отдельной частью от всего общества; немного не таким, как все; его голову часто посещали странные мысли. Внезапно еще один лист покинул дерево, устремился ввысь, а потом, перелетая из стороны в сторону, словно маятник, начал падать вниз, укрывая собой недавно упавший, до этого одиноко лежащий на земле листочек.

— Привет, — послышалось сзади. Кастиэль обернулся и, увидев Дина, быстро встал со ступенек. Набросив на левое плечо свой рюкзак, Кастиэль вопросительно посмотрел на Винчестера. — Габриэль остался после уроков. Его наказали за то, что он повздорил с хиппи, — пояснил Дин отсутствие друга. — Он просил не говорить об этом родителям. Ну, все, у меня мало времени, Кас, пошли.

Кастиэль кивнул, решив, что если Винчестеру нравится так его называть, то почему бы и нет? Это совсем никак не помешает их будущей дружбе, о которой Кас думал уже часа три, в конце концов, он может потерпеть издевательство над его именем. Кастиэль так сильно мечтает о друге, что готов выдержать что угодно.

Винчестер пошел вперед.

— Гейб сказал, ты приехал сюда, потому что твоя школа закрылась, — начал разговор Дин после пятиминутного неловкого молчания. Мимо пронеслась пара машин, звонко просигналив. Дин узнал автомобили Гарта и Эша — должно быть, они отправлялись на очередную вечеринку и, таким образом, звали его с собой, но, взглянув на Кастиэля, Винчестер обреченно вздохнул. — Ну и как тебе? Нравится у нас?

— Тут весьма неплохо, — парень склонил голову на бок, задумавшись. — Меня тут никто и не замечает особо. Разве что миссис Кларк и этот… мистер Сингер. Видишь ли, я ведь совсем не знаю историю…

— Не может быть! — искренне удивился Дин. Он был уверен, что этот зубрила знает все на свете. Ну, наконец-то Винчестер хоть в чем-то умнее!

— Да, ненавижу ее, — Кас сжал кулаки и слегка поморщился, но, повернув голову и увидев доброжелательное лицо Дина, расплылся в улыбке. — Спасибо, что вызвался помочь мне, — смущенно добавил он.

Кастиэль посчитал такой жест со стороны Винчестера очень милым, не зря Габриэль так хорошо о нем отзывался. Дело в том, что вчера вечером, когда Дин ушел домой после просмотра фильма, Кас заманил брата к себе в комнату и попросил рассказать о его друге. Не то, чтобы Кастиэль заинтересовался Винчестером, просто он хотел узнать, как те познакомились, ведь Гейб сам всего пару лет назад был таким же новеньким, как и он, и Кас надеялся, что благодаря подсказке брата сможет найти себе друзей.

До дома Новаков они добрались быстро. Кастиэль, пошарив по карманам, спустя пару минут все-таки нашел ключ и дрожащими отчего-то руками (он и сам не понимал, из-за чего они предательски дрожали, ставя его в неловкое положение перед будущим другом) открыл дверь.

Кастиэль мгновенно взлетел по лестнице наверх, даже не сказав Винчестеру ни слова, и громко хлопнул дверью своей комнаты. Дин остался стоять у лестницы, неуверенно переваливаясь с ноги на ногу. Он не знал, что ему делать: идти за зубрилой или остаться здесь.

Винчестер осмотрелся. Всё такое привычное его взору, и в другой бы раз он без стеснения пошел на кухню, достал банку пива и отправился наверх, но сейчас ему стало жутко неловко. Впервые он находится в этом доме без Гейба.

Но Кас не заставил себя долго ждать. Вскоре он вышел из своей комнаты, держа в руках несколько книг и альбомные листы. Кастиэль грациозно спустился по лестнице и отправился в гостиную. Винчестер понял, что в свою комнату тот его впускать не планировал. Он проследовал за Кастиэлем и сел на привычное место на диване. Здесь было сидеть удобнее всего, Дин всегда занимал именно это место.

Кастиэль же сел на пол и с удивлением взглянул на Винчестера:

— Ты оттуда собираешься мне помогать?

Дин что-то невнятно проворчал, но все же встал с дивана и уселся рядом с Кастиэлем, который уже разложил книги и вывел аккуратным, красивым, как отметил Дин, почерком на альбомном листе: «Проект по истории на тему: Международные отношения в конце XIX — начале XX в».

— Что делать дальше? Как писать? В моей предыдущей школе мы никогда не делали доклады по истории, — растерянно пробубнил Кастиэль.

— Ничего, это легко, доверься мне, — Дин улыбнулся во все тридцать два и потянулся к книге, которая лежала слева от него. — Ну что же, начнём. Записывай, значит…

С проектом они закончили достаточно быстро. Не прошло и часа, как Дин захлопнул последнюю книгу, а Кастиэль дописал последнее слово. Они неплохо сработались. Винчестер постоянно шутил на разные темы, а Кас, явно не понимая шуток, смущенно смеялся. Дин встал с пола и посмотрел на часы. Было всего лишь около пяти. Винчестер с сожалением вздохнул, ища предлог остаться и еще немного побыть в сообществе Новака, чтобы полностью завоевать его доверие. Конечно, с первого дня такого добиться невозможно, но ускорить процесс — всегда можно. И Дин почти придумал повод, только вот Кастиэль, быстро собрав учебники и листы в кучу, на одном дыхании выдал:

— Слушай, спасибо тебе большое. Я правда очень признателен, что ты согласился, но я должен кое-куда уйти. Надеюсь, ты простишь меня, что я, можно сказать, выгоняю тебя из дома, но…

— Куда уйти? — поинтересовался Винчестер.

— У меня свидание, — пробормотал Кастиэль, опустив глаза.

— А, ладно. Мне тоже пора. — Дин нацепил свой рюкзак и, не попрощавшись, выскочил на улицу, быстро шагая прочь.

«Дурак! Вот дурак! — бранил он себя. — Мог бы и догадаться, что у него есть девушка! Кто дернул тебя за язык, зачем ты затеял этот гребаный спор?! Надо поговорить с Сэмми».

Дин твердо решил, что обговорит все с братом, и они просто забудут о пари.

Когда закрылась входная дверь за Дином, Кастиэль безжизненно рухнул в кресло, прикрывая глаза. «Это чертовски трудно — заводить друзей», — заключил Кас, вздыхая. В голове блуждали пугающие мысли. Что если он своей выходкой оттолкнул Винчестера от себя?

Накинув на себя бежевый плащ, Кастиэль вышел из дома и поежился. На улице холодало. Колеблясь пару секунд, он все-таки пошел вперед, оставляя дом далеко позади себя. Парень решил пойти в парк, прогуляться по узкой тропинке, подышать свежим воздухом. В некоторой степени ему было стыдно, что он соврал другу… приятелю… знакомому. Кастиэль еще точно не знал, как его называть. Они знают друг друга-то один день. Но факт остается фактом: Кас обманул Винчестера, сказав, что отправляется на свидание. На самом деле никакого свидания и в помине не было, просто это первое, что он выпалил. Кастиэль побоялся остаться с Дином наедине, не занимаясь докладом. Если бы Винчестер попросил рассказать Коллинза о своей жизни, то ему бы, наверное, и ответить было бы нечего. Кас хоть и был настроен на поиск себе друга, но не собирался открывать душу первому встречному, пусть даже и такому обворожительному.

Устроившись на маленькой скамейке, Кастиэль уставился на фонтан перед собой. В его центре на пне сидела длинноволосая бронзовая девушка. Ее взгляд — навсегда мертвый — устремлялся куда-то вглубь парка. Левой рукой она поправляла свои волосы, а в правой — держала кувшин, из которого и лилась вода. Кас вздрогнул: пугающая барышня.

— Привет, — что за привычка у людей подходить сзади?

— Здравствуй, — сухо произнес Кас: кажется, он попался.

— А как же твое свидание? — Винчестер сел рядом, недоверчиво глядя на Коллинза.

— У нее дела. Мы договорились встретиться следующий раз, — без стыда проговорил Кас. Фонтан, который минуту назад пугал его, вдруг сделался удивительно интересным.

— Когда?

— Это важно? — Кастиэль, наконец, посмотрел на Дина, который сейчас тоже изучал бронзовую девушку.

— Да, — не отрываясь, пробубнил он. — Я просто подумал, что мы могли бы пропустить пару бутылок пива в каком-нибудь баре.

— Я не пью пиво, прости, — протянул Кастиэль, в первый раз пожалев, что его тошнит от алкогольных напитков.

— А что ты пьешь? — Дин прищурился, встретившись взглядом с голубыми глазами, внимательно всматриваясь в них. У Каса побежали мурашки по телу, и он поспешил отвести глаза.

— Чай.

— Тогда, может, завтра после уроков зайдем в кафе? Я угощу тебя чаем, а сам выпью пива, — улыбнулся Винчестер и добавил: — если твоя девушка, конечно, не против.

— Она должна быть против? — удивленно протянул Кас, склонив голову набок.

— Это просто шутка, Кас, — Дин звонко рассмеялся и встал со скамейки. — Не бери в голову. Что ж, я пойду, пожалуй. Или тебя проводить? Темнеет.

— Я не маленький, дойду. Как ты здесь оказался?

— Просто гулял, — отрезал Винчестер. — Пока, до завтра.

Дин быстро зашагал прочь от Каса. Вообще-то Винчестер не имел привычки гулять по паркам вечерами, просто, когда он шел домой от Коллинза, на половине пути он резко остановился, подумав, что можно было бы проследить за Кастиэлем, выяснить с кем он встречается и насколько хороша эта девчушка. Каково было его удивление, когда Кас отправился в парк в полном одиночестве. Дин не мог знать наверняка: может девушка действительно перенесла свидание, но все же решил действовать незамедлительно. В конце концов, если ему даже удастся уговорить Сэма об отмене пари, то он просто проведет еще один вечер в обществе этого спокойного рассудительного парня.

Родителей дома не было, как и всегда. Дин медленно повернул ключ, отпирая входную дверь. В квартире было тихо, лишь из комнаты на втором этаже доносились звуки какой-то попсовой песни. Сколько старший брат ни учил Сэма, какую музыку стоит слушать, тот лишь противится, роняя спорное: «У каждого свой вкус».

Дин поморщился и, заглянув зачем-то на кухню, будто ожидал там кого-то увидеть, побрел наверх. У двери Сэма он остановился.

— Сэмми, — Дин приоткрыл дверь и заглянул во внутрь. Он пару раз моргнул, привыкая к яркому свету.

Здесь было, как всегда, чисто и пахло лавандой. Огромные стопки книг мирно покоились на столе в алфавитном порядке.

— Да? — Сэм щелкнул кнопкой мышки, выключив музыку.

Дин прошел вперед, наступая на мягкий белоснежный ковер, и сел на не менее белоснежную кровать рядом с братом, который отложил ноутбук и выжидающе смотрел на него.

— Нужно поговорить. Насчет пари, — начал Дин. — Слушай, я думаю, это была плохая идея. В общем, давай просто забудем об этом?

— Нет, — протянул Сэм, приподнимая брови. — А ты, что же, испугался?

— Нет, конечно! — замахал руками Дин, чтобы его брат точно понял, что это не так. — У парня есть девушка. Не лучшая идея. Я не хочу разбивать их пару. Такой, как он, никогда не простит себе измену любимому человеку. Я так думаю… эй, чего ты ржешь?

Сэмми, слушая брата, вдруг начал хихикать.

— Просто ты так странно говоришь. Такой, как он… Ты ведь не знаешь его, — улыбнулся Сэм. — Это, во-первых, а во-вторых, нет у него никакой девушки. Тебя развели, как лоха, Дин Винчестер.

— Ты-то откуда знаешь?

— Сегодня он записался к нам в театральный кружок.

— Что? — усмехнулся Дин, не веря своим ушам. — В ваш унылый кружок записался Кас?

— Да. — Сэм с шуточным презрением посмотрел на брата. — Он заполнил свою анкету, написал, что пары у него нет. Так вот.

— Да ладно, — старший Винчестер часто заморгал. — Может просто он не захотел говорить.

— Может быть, Дин. Но это не мои проблемы. Пари — есть пари. Сдаешься? Изволь побегать по школе, — Сэмми подмигнул брату, который вскочил с кровати и зло посмотрел на него, пытаясь испепелить взглядом. — Все в силе, братишка.

Дин недовольно рыкнул и вышел из комнаты, громко хлопнув дверью. Но, несмотря на всю ярость, что испытывал, тут же уснул, едва коснувшись головой подушки.

— Так-так… Кастиэль Коллинз, на этот раз вы подготовили свой проект? — протянул Бобби, опустив свои очки чуть ли не на кончик носа.

— Конечно! — воскликнул Кас и встал из-за парты, взглянув вглубь класса.

Там, рядом с Габриэлем сидел Дин, самодовольно улыбаясь.

— С тобой все нормально? — спросил Гейб у друга, на что тот лишь кивнул, скрывая свою улыбку.

Когда Кастиэль стал рассказывать о проекте, Винчестеру стало сложно скрывать свою улыбку. Он попытался сосредоточиться на тексте учебника, но хриплый тихий голос этого не позволял. Дин поднял глаза, чтобы в который раз посмотреть на парня.

Чёрт возьми, этот Коллинз действительно красив. Дин никогда прежде не видел таких чистых голубых глаз, наполненных добротой. Винчестер с предвкушением ждал их похода в кафе после школы. Это, конечно же, просто дружеская встреча, но Дину так хотелось поговорить с ним, хотя он и сам не знает о чем. Скорее всего, будет кидать какие-то штампы, которыми обычно соблазняет девчонок. А еще, не мешало бы, выяснить это недоразумение, если можно так называть, с девушкой. Есть ли она у Кастиэля, или же он просто почувствовал опасность и решил так показать Винчестеру, что он не гей? Но ведь и Дин не гей, ему просто нравилось трахать парней, честно говоря. Винчестер считал, что гей — тот, кто ЛЮБИТ другого парня, а он никогда даже думать не хотел о любви к парню. Просто секс, ничего больше.

Кастиэль закончил говорить слишком быстро, разочаровав тем самым Дина. Бобби поставил Касу «А», предупредив, что в следующий раз он сразу же поставит «F», если работа не будет готова к определенному сроку, и никакой Винчестер его не спасет.

Звонок с урока прозвенел спустя несколько минут. Все это время Дин сверлил глазами спину своего нового знакомого, думая, как бы вести себя на встрече и что говорить. Только вот ничего путного не придумал. После истории Дин и Кас в школе не пересекались, отчего Винчестеру почему-то стало грустно, и он только сильнее ждал конца уроков, чтобы вновь увидеть Коллинза.

Когда наконец мучительные уроки закончились, Дин оставил Гейба у выхода из школы, сказав, чтобы Габриэль его не ждал, и побрел на задний школьный двор, где они с Кастиэлем условились встретиться, когда выходили из кабинета истории.

На улице опять было прохладно, даже, кажется, холоднее, чем вчера. Винчестер сел на скамейку, стоявшую в самом углу школьного двора, отсюда все прекрасно видно. Где-то далеко Дин услышал крик птиц. Удивительные создания, эти птицы. Винчестер любил наблюдать за ними, они казались ему настоящей загадкой природы. Действительно загадкой — они влекут к себе, манят, заставляя любоваться их перышками, слушать их голос. Кастиэль был похож на птицу. Ворону, наверное, так считал Дин. Не потому что Кас какая-то белая ворона, хотя тот определенно ей являлся; не потому что он нес за собой смерть (Винчестеру пора прекращать смотреть фильмы ужасов); а потому что вороны — самые любимые птицы Дина.

Дин сидел на скамейке, трясясь от холода, как минимум полчаса, а Кастиэль все не появлялся. Винчестер уже начал думать, что тот не придет, как вдруг Кас вышел из школы и быстрым шагом направился к новому другу.

— Здравствуй. Прости, пожалуйста, я встретил в коридоре миссис Кларк, и мы заговорились, — пробормотал Кас, виновато опустив глаза. — Мне правда жаль, что тебе пришлось меня ждать, Дин. Надеюсь, ты не сильно замерз?

Винчестер мгновенно выпрямил спину:

— Не переживай, Кас. Все нормально. Да тут даже жарко!

Кастиэль широко улыбнулся. В этот момент в голове Дина промелькнула мысль, что еще никогда прежде он не видел такой очаровательной улыбки.

— Так мы идем?

— Конечно.

До кафе они дошли быстро, да и находилось оно совсем недалеко — пара кварталов от школы. И теперь Кас и Дин сидели в полупустом зале около окна, изучая меню.

— Вы уже готовы сделать заказ? — к парням подошел официант с длинными усами.

— Да, — кивнул Винчестер. — Мне, пожалуйста, кружку пива и картофель фри.

— А вы что выбрали, сэр? — официант обратился к Кастиэлю.

— Чашку чая и булочку с маком, — ответил он, смущаясь. Касу было неловко делать такой, как он посчитал, девчачий заказ наряду с пивом и картошкой фри.

Мужчина с усами кивнул и поспешил отойти от их столика, Винчестер и Коллинз остались одни.

— Ну, — протянул Дин, — рассказывай.

— Что?

— Всё о себе, мне же интересно знать всё о своем новом друге.

Губы Каса расплылись в улыбке, но, тем не менее, он лишь выдавил из себя дату и место своего рождения и тут же попросил Винчестера рассказать о своей жизни. Дин в словах скуп не был и охотно поведал Касу о своей семье: о родителях и брате. Когда Винчестер заговорил о младшем братишке, Кастиэль радостно сообщил, что уже знаком с ним.

Вскоре принесли их заказ. Кас, как истинный аристократ, перемешал ложечкой сахар и положил ее на край блюдца, после чего двумя пальцами аккуратно поднял чашку, поднося к губам. Дин с усмешкой смотрел на эту картину, жуя картошку.

— Слушай, — снова начал Дин, — как насчет двойного свидания?

— Что? — удивленно спросил Кастиэль, приоткрыв рот.

— Ну, ты со своей девушкой, а я со своей, — улыбнулся Дин, ожидая, что сейчас его собеседник точно признается в своей лжи.

— У тебя есть девушка? — Кас отхлебнул еще немного чая из чашки.

— Да, — Винчестер кивнул, — у тебя ведь тоже?

— Конечно, — отрезал Кастиэль. — И когда?

— Хм… Может на выходных? Через три дня?

— Идет, — пробубнил Коллинз, глядя в окно.

Винчестер нахмурился. Сэм же говорил, что у Каса никого нет, а Сэмми никогда не ошибается. Или, может, он все-таки допустил ошибку? Так, ладно, если у Каса действительно кто-то есть, то Дин это точно узнает субботним вечером, а сейчас у него своя забота: найти девушку за три дня. Это было не сложно, особенно для него, но надо убедить барышню сходить с ним на ужин, строя из себя давних влюбленных — не каждая на такое согласится.

Кастиэль, придя домой, закрылся в своей комнате и рухнул на кровать с громким вздохом. Не зря он так не хотел идти, полчаса стоял у двери, страшась выйти на задний двор. Чертов мистер Сингер, проходивший рядом. Касу пришлось покинуть школу и встретиться с Дином. Он действительно был напуган, но напряжение постепенно спадало, Винчестер был слишком милым собеседником. Все шло достаточно хорошо, так думал Коллинз, пока Дин не заикнулся о двойном свидании. Во-первых, его почему-то огорчило, что у нового друга есть девушка. Во-вторых, у него-то её нет!

Кастиэль вытащил из кармана джинс свой телефон. Он долго листал список контактов, надеясь найти там, кто мог бы ему помочь. И ведь правду говорят: «Маленькая неправда несет за собой большую ложь».

Наконец, увидев нужный номер, Кас нажал на кнопку вызова и включил громкую связь. На том конце провода зазвучали монотонные гудки.

— Алло, — протянула девушка, она была явно чем-то занята, — Касси, чего тебе?

— Анна, — парень вздохнул, — ты должна помочь мне.

— Смотря, что надо сделать, — по голосу стало понятно, что Анна улыбается.

— Ты должна изобразить мою девушку, справишься?

— А то! Это даже слишком легко, я же знаю тебя с пеленок! А зачем?

— Давай встретимся завтра в парке, я объясню, — поспешно ответил Кастиэль. Ему не хотелось говорить об этом по телефону.

— Окей, любимый, — засмеялась девушка.

Кас нажал на красную кнопку и положил телефон на тумбочку рядом с кроватью. Он почувствовал будто с души свалился огромный валун. Уж кто-кто, а Анна точно поможет ему. Не то, чтобы они хорошо общались раньше и были лучшими друзьями, но эта девушка была единственной, кто не обижал его. Она, конечно, считала, что Кастиэль — ее лучший друг, пусть думает так и дальше, тем лучше для парня.

Кастиэль залез под одеяло и съежился от холода. «Не умереть бы от волнения до субботы».

— Не волнуйся, дорогой. Все будет, как надо. — Анна ослепительно улыбнулась. — Эй, Касси, не молчи.

Кастиэль шел в кафе, держа за руку свою подругу. Ему не очень нравилось, что кто-то к нему прикасался, но девушка настояла. Видите ли, так правдоподобнее. Кас был согласен с ней, но все равно ему это все жутко не нравилось. В кафе его уже должен ждать Дин Винчестер со своей пассией. Кастиэль нервно выдохнул, сжав маленькую теплую ладонь Анны. Он очень волновался и даже не потому, что солгал приятелю, ему было страшно увидеть спутницу Дина. Все эти три дня он рисовал образы девушки друга, представлял насколько она красивая, какая у нее фигура, глаза. У Винчестера наверняка отличный вкус. У такого, как он, не может быть иначе.

Съеживаясь калачиком на кровати, обнимая подушку, Кастиэль думал о Дине. Кас ничего не мог с собой поделать. И он с огромным сожалением признал, что ему нравится Дин — его глаза, непринужденная улыбка и добродушный характер. Хотя Кас не был уверен в своих чувствах до конца. Прошло всего ничего времени, чтобы говорить о влюбленности. Да и к тому же он не верил в любовь с первого взгляда. Почти.

Анна о чем-то безутешно болтала, рассказывала о своей школе: один парень обманул ее и… что-то еще… Кастиэль особо не слушал. Он старался не думать о предстоящей встрече, как мог, но выходило плохо. Кастиэль не видел Дина три дня. Он, конечно, искал его глазами среди учеников на перемене, на уроках, но Винчестер будто исчез. А их совместные уроки тот предпочел не посещать. Избегает?.. Но вчера на телефон пришло сообщение с указанием места встречи. Кастиэль долго рассуждал, откуда у Дина его номер, но пришел к выводу, что, скорее всего, его дал Габриэль.

Пока Кастиэль размышлял, а Анна несла бессмысленную чушь про бывшего парня бывшей лучшей подруги, они успели дойти до кафе. Там было мало народу, а место чересчур романтическое: приглушенный свет, спокойная музыка и столы с бархатными скатертями, на которых возвышались длинные свечи.

Дин уже сидел за заказанным столиком. Со своей девушкой. Она была не совсем такой, какой представлял ее себе Кас. Ею оказалась блондинка с карими глазами и стройной фигурой. Кастиэль не мог полностью оценить ее внешность, потому что она укуталась в куртку Винчестера. В кафе было прохладно.

— Здравствуй, Дин, — прохрипел Кастиэль.

— Привет, Кас. — Винчестер встал, протягивая руку другу, тот неловко пожал ее. — Это Эрика, знакомься.

— Здравствуй, Эрика, — кивнул Кас, пытаясь как можно тщательнее разглядеть девушку, она ответила легкой улыбкой. — Позвольте вам представить, это моя девушка, Анна.

Винчестер улыбнулся ей и хотел уже что-то сказать, но Анна перебила его. Она уселась на свой стул и тут же стала осыпать влюбленную парочку вопросами.

Отвечал в основном Дин, широко улыбаясь. Его спутница сидела молча, иногда кивала в знак согласия с парнем и тоже улыбалась. Пока Анна и Дин говорили, Кас не спускал с Винчестера взгляда. Самое прекрасное — то, что никто не станет его осуждать за это, потому что никто этого и не замечал. Кастиэль никогда не был гомофобом, и в пятом классе ему даже нравился один мальчик, но все забылось, пока не появился Дин. На самом деле Кас не уверен, что магии Винчестера можно противостоять. Он прекрасно понимает Эрику.

Анна могла говорить вечно, как и Дин. Это жутко раздражало, поэтому скоро Эрика попросила ее извинить и отправилась в туалетную комнату. Анна, подмигнув Кастиэлю, пошла с девушкой, оставляя друзей наедине.

С минуту они молчали. Кас уставился в пол, а Дин на свою кружку пива. Неловкая пауза тянулась мучительно долго, поэтому Кастиэль все же начал говорить:

— Почему тебя не было в школе?

— А ты что следишь за мной? — усмехнулся Винчестер.

— Нет, — Кастиэль напрягся. Совсем не хотелось прослыть маньяком. — Просто тебя не было на истории позавчера.

— Гулял, — пояснил Дин, взяв кружку в руки. — У тебя милая девушка.

— Она… — почему-то Касу вдруг захотелось рассказать всю правду. — Она не моя девушка, она… просто подруга.

— Серьезно? — удивился Винчестер. — Тогда почему…

— Потому что я не хотел, чтобы ты засмеял меня, что у меня нет девушки.

Дин тепло улыбнулся, от этого у Кастиэля стало легче на душе.

— Я бы не засмеял тебя, Кас.

Девушки вернулись, и Эрика упала в объятья Дину, Анна попыталась сделать то же самое, но Кастиэль остановил ее:

— Он знает, что ты мне не девушка, — прошептал он ей на ухо, та кивнула.

Вечер обещал быть долгим, но вдруг телефон в кармане Дина запищал. Тот, прочитав сообщение, извиняющееся улыбнулся:

— Слушайте, простите нас, мы должны идти. Хорошо посидели, хоть и мало, — он взял девушку за руку и, еще раз извинившись, покинул кафе. Кастиэль с грустью наблюдал в окно, как пара удаляется от здания.

— Врунишка, — пропищала Анна, едва Кас перевел взгляд с окна.

— Что?

— Он тебе нравится, да? — нежнее спросила она, взяв друга за руку.

— Что? Нет! — крикнул Кастиэль, но сразу же замолк, поймав на себе недовольные взгляды окружающих.

— Ладно, тогда тебе приятно будет знать, что с Эрикой они знакомы два дня, — с усмешкой протянула Анна и, взяв свою сумочку, встала со стула. — Пока, Касси. Спасибо за приятный вечер, но мне тоже пора. Не грусти тут, — она подмигнула и отправилась к двери.

Как только дверь кафе за ней закрылась, Кастиэль невольно расплылся в улыбке. «Они знакомы два дня». Приятно осознавать, что ты не единственный придурок на планете. Конечно, Дин не был придурком, но то, что он сделал то же самое, что Кастиэль, обрадовало. Он обязательно вытащит эту информацию у Винчестера.

На улице уже было темно, Кас шел по тротуару, засунув руки в карман. Одинокий фонарь освещал всю улицу. Кастиэль улыбнулся. Холодно, но в душе разливалось жгучее тепло. Мимо прошла влюбленная пара. Слишком много их на сегодня, Кас уже устал лицезреть на их счастливые физиономии и страстные поцелуи. Все это так недоступно ему. Сам Кастиэль не целовался ни разу в своей жизни. Подумать только, парню восемнадцать лет, а у него еще не было первого поцелуя. От этого внутри все резко сжалось, внезапно тепло ушло, оставляя только лишь холод. Одиноко.

На вечеринке было очень скучно, да еще и Эрика напилась и сейчас целовалась с каким-то парнем в углу. Вообще Дину глубоко плевать с кем она обжимается и что вообще делает. Его мысли блуждали далеко за пределами этого дома. Винчестер сам себе улыбнулся, вспоминая физиономию своего друга, когда тот смущенно признался, что у него нет никакой девушки, и допил свою кружку пива. Он соскочил со стула, вновь улыбнулся, кинув взор на Эрику и увидев, что та неплохо проводит время, отправился к выходу. Дин хотел домой, как можно быстрее. Ему вконец все это осточертело: вечеринки, алкоголь и “одноночки”.

Его путь пролегал мимо парка, в котором Дин и Кас сидели на скамейке несколько дней назад. Винчестер шел медленно, воображая, что гуляет с другом, держа того за руку. Может это алкоголь в его крови побудил на то, чтобы парень сжимал пустоту в объятья, целуя ветер, а может это от одиночества, которое, как бы не хотел признавать Дин, ему надоело. Каждому хочется тепла и поддержки. Винчестер не получал этого слишком давно, и, наверное, поэтому ему так плохо.

Сейчас объектом спора стал Кастиэль. Дин понимал, что парень лишь тот, кто должен оказаться под ним и громко стонать, но на протяжении этих трех дней Дин постоянно задавался вопросом: если бы это был не Кас, то что бы чувствовал он? Нет, ему не симпатичен Кастиэль, он не ждет новых встреч, за такой короткий срок невозможно влюбиться, и тому, что он обнимает крепко одеяло, представляя, что это Кас, виною алкоголь.

Определенно, лишь алкоголь.

Всё воскресенье Кас просидел в комнате за столом, выполняя домашние задания на всю следующую неделю. Он любил это делать заранее, чтобы не быть занятым в будние дни и, если кто-нибудь из друзей позвал бы его прогуляться, то он бы не отказал из-за домашней работы. Вот только друзей у него нет. Хотя Кастиэль искренне надеялся, что Дин — его приятель. Кас решал математические примеры, одержимый мыслями о дружеской прогулке или походе в кафе. Тем более Винчестер проронил за ужином, что Кастиэля обязательно надо вытаскивать из дома, и что он этим займется. Кас тогда сделал недовольную физиономию и пробубнил что-то себе под нос, но в душе ликовал. Винчестер действительно готов терпеть его, по крайней мере, у Коллинза создалось такое впечатление.

Парень, откашлявшись, закрыл тетрадь и расслабленно выдохнул. Задания, которые можно было сделать, он уже выполнил и теперь искал новое занятие, как вдруг услышал, что хлопнула входная дверь. Кас, вскочив со стула, направился посмотреть, кто пришел.

Это был Габриэль. Он широко улыбнулся брату, его глаза заблестели. Габриэль был пьян, его выдавали неловкие движения.

— Где ты был? — поинтересовался Кас, когда они с братом вошли на кухню, и, открыв холодильник, достал пакет молока.

— Мы с Дином были на вечеринке у Эша, — ответил Гейб и плюхнулся на стул у окна.

Кастиэль вздохнул: Винчестер не звал его на вечеринку уже второй раз за их знакомство. Ну и пусть они знакомы совсем мало, но можно же было пригласить. Хотя бы из вежливости. Конечно, Кас бы не пошел. Он не любит большие шумные компании, громкую музыку и душные помещения. Но сам факт, что Дин не позвал Коллинза с собой, расстраивает. Кастиэль налил в стакан молоко и, ничего не сказав брату, вернулся в свою комнату.

Поставив холодный стакан на тумбочку рядом с кроватью, Кас подошел к своему шкафу и стал тщательно рассматривать свою одежду. Ничего «ботанского» вроде бы. Вполне нормальные вещи. Кастиэль даже нашел футболку, которая была почти похожа на ту, что носил Эш. Коллинз еще на кухне подумал, что, может быть, Дин стесняется его из-за внешнего вида.

В комнату ввалился Габриэль, явно желающий что-то сказать, но по его выражению лица было видно, что он забыл об этом, только перейдя порог этой комнаты. Гейб внимательно посмотрел на брата, который разглядывал себя в зеркале, поправляя то прическу, то футболку, то щупая свое лицо.

— Габриэль, вот скажи мне честно, я симпатичный?

Гейб усмехнулся. Если бы алкоголь не бушевал в его крови, он бы сострил.

— Ну конечно, Касси, а что?

Тот тяжело вздохнул и снова посмотрел зеркало, наклонив голову на бок.

— Может быть я толстый? — протянул задумчиво Кастиэль, втягивая свой живот и поднимая подбородок вверх.

— О, Боги! — Гейб закатил глаза, — только не становись анорексичкой, окей? Ты худющий, как… — он попытался подобрать нужное слово, — как соломинка. Перестань нести чепуху.

Кас закусил губу и уже был готов возразить, только вот Гейб сбежал из комнаты. Черноволосый, голубоглазый, стройный парень в зеркале грустно смотрел на Кастиэля.

Ночью Коллинз долго не мог заснуть и постоянно ворочался. Ему было то жарко, то холодно. Бедный парень уснул только за час до подъема. Каса разбудил будильник. Бросив его под кровать, Кастиэль снова задремал, но, спустя пару минут, в комнату влетел Габриэль с громкими криками, стаскивая с брата одеяло. Коллинзу пришлось встать и отправиться в душ, чтобы Гейб перестал орать ему в ухо.

Сегодня Габриэль был слишком возбужден и торопился в школу, подгоняя брата. Кас пытался выяснить, что происходит, но тот лишь загадочно улыбнулся. Когда они пришли в школу, все стало ясно: вчера на вечеринке Габриэль познакомился с симпатичной девушкой на четыре года младше него. Но, сказав, что любви все возрасты покорны, Гейб улетел на крыльях счастья к девушке, оставив брата одного.

— Эй, Кас! — знакомый голос был совсем рядом. Кастиэль повернулся и увидел, подходившего к нему Дина. — Привет! — парень остановился, облокотившись на шкафчики. — Выглядишь побитым. Бессонные выходные? — Винчестер игриво поднял бровь.

Кастиэль тяжело вздохнул и закатил глаза:

— Бессонные — это да, но не то, о чем ты подумал, Дин. — Кас состроил обиженный вид, отводя глаза.

Дин засмеялся и, положив руку на плечо, произнес:

— Да ладно, друг, не обижайся. У меня сейчас биология, а у тебя что? — парень вырвал листок с расписанием из рук у собеседника. — Ах, как жаль, у тебя физика. Зачем тебе физика, Кас? А, впрочем, плевать. О, главное, что следующий урок — английский! Ну, увидимся! — Дин широко улыбнулся и ретировался.

«Друг», — звучало у Кастиэля в голове. Он смущенно улыбнулся сам себе. «Друг». Теперь у него есть тот, кого он может назвать другом, и это просто потрясающе!

Физика тянулась очень долго. Еще никогда Коллинзу не было так скучно на уроке. Что он только ни делал, чтобы не уснуть прямо за партой. То ли это учитель так нудно рассказывал тему урока своим однотонным голосом, то ли у Кастиэля что-то сломалось в организме, и у него, как у множества учеников, теперь аллергия на школу. Когда же наконец урок закончился, Кас вылетел из кабинета, как ошпаренный, и побежал к кабинету английского.

Кастиэль ждал Винчестера семь минут в пустом коридоре, недоумевая, почему тут так мало народу. Но потом он сообразил: сейчас большая перемена, а значит все в столовой. Накинув сумку на плечо, парень направился туда, где сейчас, скорее всего, находился Дин.

И он оказался прав. Винчестер сидел за большим столом, а около него столпилась куча народу, весело болтая. Кас взял свой обед и, не рискнув сесть рядом с Дином, подошел к столу, где обедал в свой первый день. Парень слегка улыбнулся, вспоминая недовольное выражение Винчестера, которое отражалось в окне.

— Кас, иди к нам! — закричал Дин. Кастиэль, помявшись несколько секунд, все же подошел к Винчестеру и его друзьям. — Знакомьтесь, парни и дамы, — Дин подмигнул двум девицам, сидящим на столе, — это Кастиэль Коллинз.

Кас неуверенно кивнул и сел рядом с Дином. Справа от него находился Кроули, явно недовольный приходом новичка. Коллинз знал его, они вместе занимались на физике. На той физике, которую сегодня этот брюнет со жгучим, проедающим насквозь взглядом, прогулял.

— Здравствуйте, Кастиэль, — театрально протянул он, рассматривая лицо Каса. Кроули подвинулся ближе, будто накидываясь на новенького. Кас от испуга прижался к Дину, и тот усмехнулся. — Не бойся меня, я не буду тебя есть. По крайней мере, пока.

Все парни громко загоготали, а девушки захихикали. Кастиэль сглотнул слюну. Ему стало не по себе. Все в этой компании были одеты в черные кожаные куртки, черные джинсы и не менее черные футболки. Не зная этих ребят, можно подумать, что это какая-то банда мафиози или байкеров, вот только ни одного байка на школьной стоянке не наблюдалось.

— Брось, Кроль, — усмехнулся Дин, — ты пугаешь моего нового друга.

Кроули пожал плечами и потянулся за банкой кока-колы. Компания принялась громко что-то обсуждать. Кастиэль сидел молча и ковырял вилкой свою картошку, а Дин положил руку на его плечо, приобнимая. Кас не дернулся, он и правда почувствовал себя лучше.

— Надеюсь, ты их не слишком испугался? Они бывают буйными, — прошептал Винчестер, взяв Каса за руку, на уроке английского. Он затащил Коллинза за парту в конце кабинета, прогнав оттуда Габриэля. И теперь они вместе сидели за последним столом.

— Немного, — пожал плечами Кастиэль. — Я думаю, они всегда буйные.

Винчестер тепло улыбнулся:

— Ну, кто как. Знаешь, Мэг вообще очень тихая девушка, вот только ожидать от нее можно, что угодно. А Кроули…

— У меня от него мурашки, — вставил своё слово Кас.

— И не зря. Странный тип, всегда был странным, сколько я его знаю. Но ты все равно не бойся, окей? Тебя никто не обидит, пока ты со мной.

— Значит, есть причины дружить с тобой, — улыбнулся Кастиэль и попытался сконцентрироваться на доске, но его смущала рука Дина, которая нежно держала его ладонь. — Дин, ты не мог бы…

— Что? — Винчестер быстро одёрнул свою ладонь. — Прости, я задумался.

— Ничего.

Больше никто не проронил ни слова на этом уроке, зато на литературе Кастиэль разговорился. Сначала вёл монолог сам с собой, думая, что Дин его понимает, а потом спорил с миссис Кларк. Винчестер с удовольствием слушал голос своего друга: чуть хриплый, будто прокуренный, только вот Кас не курил — это точно.

На литературе Эш подошел к Дину и что-то стал шептать, поглядывая в сторону Кастиэля, когда парень ждал у выхода из кабинета Винчестера. Кас поинтересовался, что спрашивал Эш, но Дин проигнорировал этот вопрос, быстро шагая по коридору.

Следующей была история. Винчестер первый написал тест и теперь сидел, рассматривая птиц за окном. Кастиэль тоже расправился с заданием достаточно быстро и с грустью уставился в свою тетрадь, в которой пока что была выведена только дата.

— Дин?

Парень промолчал, лишь вздохнул. Но спустя пару минут подал голос:

— Эш против тебя в компании.

— Я не сильно и рвусь к нему в компанию, — поморщился Кастиэль.

— Да, но в этой компании состою я.

— Мы можем дружить в нашей особенной компании. Где только два человека: ты и я. Давай? — Кас по-детски посмотрел на Винчестера, на что тот улыбнулся.

— Давай.

Домой Кастиэль вернулся, чувствуя себя самым счастливым во всей планете. Он громко пел, поворачивая ключ, заходя домой. Габриэль оказался дома: он смотрел какой-то ужастик, целуясь с девушкой. Кас, подмигнув брату, тихо взобрался по ступенькам на второй этаж, проходя в свою комнату.

Постель была сегодня особенно мягкой, как никогда прежде. И теплой. Кастиэль блаженно потянулся и закрыл глаза. Спустя годы издевательств, у него наконец-то появился настоящий защитник и друг. Кас вспомнил про их с Дином руки и улыбнулся еще шире, сам не зная почему. Теперь все будет хорошо, Коллинз уверен в этом.

Габриэль недоумевал. Прошло уже около трёх недель, как к нему в дом переехал его двоюродный брат, Кастиэль. Весь такой правильный, аккуратный и слишком умный. И он сразу же сошелся с его лучшим другом, Дином. Не то, чтобы Габриэль ревновал или что-то типа того, просто ему почему-то это казалось до жути странным. Да, он любит своего брата, но до сих пор был уверен, что вытерпеть эту зануду может только он, а оказалось… Дин — хороший парень, Гейб не боялся за брата, когда те шли куда-то ближе к ночи. Сам факт, что его Касси так быстро выбегал, как только звонил Дин, на улицу, не ворча, не бубня от недовольства — настораживал. Спустя две недели после начала их противоестественной дружбы Габриэль наконец сделал вывод для себя: его брат — гей, он в этом уверен на процентов так девяносто пять. И то, что тот влюблен в Винчестера, его лучшего друга, тому подтверждение. Ну не может же так человек светиться от счастья, услышав в кармане вибрацию, сообщающую о новом сообщении, не будучи влюбленным. Габриэль по себе это знал.

Гейб откинулся на спинку своего кресла, накрываясь пледом в большую, красную клетку. Стиснув зубы, чтобы унять свою дрожь, брюнет уставился в монитор ноутбука, который стоял напротив на столе. Экран заиграл новыми цветами, стоило только дважды щелкнуть кнопку мыши. «АнонимЧат» — так банально, но так привычно для Габриэля. Он сидит здесь примерно три месяца, общаясь с парой человек. Его ник, как и у всех посетителей этого сайта, однообразен. «Арх@нгел» — Гейб целых два часа провел за столом, размышляя над никнеймом. Но у парня не богатая фантазия, так что — что вышло, то вышло. В чате он общался с каким-то «!Захри!», который появлялся тут крайне редко, но всегда оставался приятным собеседником, мог выслушать и помочь разобраться в чувствах к «Сэмюэль2654». Последний заходил на сайт ежедневно и тут же писал Габриэлю обо всем на свете. Обо всем, что происходит. Самое страшное, что со временем Гейб не мог заснуть, не пообщавшись с этим парнем. А потом, когда Габриэль описал всё, что чувствует к этому человеку «!Захри!», тот сделал не очень веселый, но правдивый вывод. Гейб влюблен.

Габриэль понятия не имел, кто такой «Сэмюэль2654», но парень казался до ужаса умным. И, как выяснилось, они жили в одном штате, что только усугубило положение Гейба — он боялся назначить встречу своему возлюбленному, долгое время к этому готовиться, прийти в кафе и увидеть… ну, Сэма — брата Дина — к примеру. Ну а что? Того же тоже зовут Сэм! Гейб мысленно усмехнулся, понимая, насколько глупое это предположение.

Во-первых, он не мог представить, что парень, с которым он так много общается, брат лучшего друга, лосяра, как называет его Кроль. Во-вторых, Сэм совершенно не походит на роль его собеседника по умственным способностям: хоть они ни разу не говорили о возрасте, Гейб уверен, что они ровесники. Может, даже «Сэмюэль2654» старше его, но это и не важно. В-третьих, имя Сэм — далеко не редкое имя в Америке.

Серая кнопочка напротив имени любимого друга замигала зеленым светом, и тут же пришло сообщение.

Сэмюэль2654: Привет, мой Архангел;) Что нового? Я тебе сейчас тако-о-о-о-е расскажу!

Арх@нгел: Здравствуй, Сэмюэль. Ничего нового, как всегда:(Мой друг по-прежнему носится с моим братом, представляешь? Вот кидалово! Что расскажешь?

Сэмюэль2654: А-ха-ха! Не плачь только. В общем, я раньше не говорил, но, короче, я поспорил с моим тугодумом-братом, что он переспит с новеньким в школе. И знаешь, что самое смешное? Он уже на полпути к этому! Я в шоке! Мне придется бегать по школе и кричать слова, которые он придумал!

Арх@нгел: Ты что! Я уже выплакал все свои слезы из-за этого мерзавца! Ого, надо же! И какие слова?

Сэмюэль2654: «Я гей». Это не так унизительно с учетом того, что меня не очень много кто замечает в школе, но, черт, сам факт! Мое мужское самолюбие будет разрываться от рыданий:(

Арх@нгел: А-ха-ха-ха! Ну твой брат и выдумщик! Стоп. Он должен переспать с новеньким?! Он что, гей?

Сэмюэль2654: Если бы геи организовались в банду, то он был бы главарем! хD

Арх@нгел: А ты?

Сэмюэль2654: Что?

Арх@нгел: Ты гей?

Сэмюэль2654: Знаешь, если честно, раньше я думал, что натурал. Но в последнее время, особенно после моего расставания с девушкой, я понял, что это не совсем так. Мне нравится один человек, но я вижу его очень редко, он — друг моего брата. А еще он старше меня на четыре года, ужасно. Но я справлюсь.

Арх@нгел: Вау… Ясно.

Сэмюэль2654: Прости, мне нужно идти, брат зовет. Спокойной ночи, мой архангел.

Арх@нгел: Сладких снов.

Габриэль встал с кресла и залез на кровать под теплое одеяло. На глазах появились слезы. Нет, он никогда раньше не плакал. Он не плакса там какая-нибудь. Просто сейчас стало настолько больно, что скулы сводит. Гейб никогда не сможет быть со своим Сэмюэлем. Спустя несколько долгих минут он заснул, свернувшись калачиком.

— Гейб, я буду тебе мстить! — в комнату вбежал Кастиэль, стаскивая с Габриэля одеяло.

— Сволочь, — проворчал в подушку Габриэль.

— Ленивая задница! — прокричал Касси и исчез за дверью. В коридоре послышались быстрые удаляющиеся шаги.

— У-у-ф, — протянул Габриэль, рухнув с кровати. — Винчестер на тебя плохо влияет!

На кухне Гейба никто не ждал, к великому разочарованию. Кастиэль, проходящий мимо, выхватил из рук Гейба банан и сунул себе в сумку.

— Пока ты соберешься, — проворчал он. — Давай быстрее, мы обещали Дину зайти за ним перед школой, тормоз.

— Носишься с ним, будто вы, не знаю, встречаетесь. Дин то, Дин сё. — Габриэль посмотрел на зардевшееся лицо Касси и громко рассмеялся. — Он тебе действительно нравится, что ли? — Кастиэль отвел взгляд. — Охренеть. Мой родной брат — гей, который влюблен в моего лучшего друга.

— Ничего не влюблен, — запротестовал Кастиэль.

Габриэль протянул ленивое «ага» и поспешил наверх собираться к школе.

— Дин, ты можешь быстрее? — застонал Сэмми, открывая двер, пришедшим за Дином друзьям. — Кас и Гейб уже тут!

— Одну секунду, Саманта! — грозно прокричал Дин. — Чертов галстук! Кас, ты не мог бы подняться и помочь мне? — последнее предложение он протянул с нежностью, высунув голову в дверной проем.

Кастиэль тут же рванул с места, исчезая за дверью диновой комнаты, оставляя Габриэля наедине с Сэмом.

— Еще три недели назад он позвал бы меня, — усмехнулся Гейб, садясь на стул. Сэмми приглушенно хихикнул, а потом, прищурив глаза, посмотрел на Габриэля. — Что?

— Хочешь, тебе кое-что расскажу, только ты никому, уж тем более брату! — заговорщически прошептал он. Гейб кивнул. — Я поспорил с братом, что он и Кас… эм… проведут ночь вместе, — Сэм снова захихикал.

— Что? — протянул Габриэль, не понимая чему ему больше удивляться: тому, что переспать с его братом собирается лучший друг или тому, что эти слова он уже слышал, а точнее видел вчера вечером. В переписке. С Сэмюэлем. — Что? — повторил он.

— Да не парься ты, — испуганно защебетал Сэм, осознавая, что брату того, с кем хотят провести ночь, не стоило это знать.

Из комнаты Дина послышался хохот. Дверь отворилась. Кастиэль поднял с пола свою сумку и, схватив за руку Гейба, потянув ошарашенного чем-то брата за собой, направился к выходу.

— Не забудь забрать из чистки вещи родителей, — крикнул напоследок Дин.

— Помню я, помню, — закатил глаза Сэм.

Габриэль поджал ноги к своей груди, сидя на кровати, и качался из стороны в сторону, переваривая в голове сегодняшние события. Неужели тот человек, которому он все рассказывал, все, что чувствует, что происходит, оказался Сэмми — младший брат Дина? Гейб взглянул на открытую переписку с «Сэмюэль2654» и, прищурившись, потянулся к клавиатуре, чтобы ответить на сообщение.

Арх@нгел: Ну, ты даешь, парень! Монстр учебы какой-то! Слушай, можно вопрос?

Сэмюэль2654: Да, не-е-ет, мне просто нравится учиться. Конечно, спрашивай.

Арх@нгел: Как зовут твоего брата?

Сэмюэль2654: Дин. А что?

Габриэль прикусил нижнюю губу. Все сходится.

Арх@нгел: Ничего.

— Винчестер! — Дин обернулся. К нему приближался его лучший друг, Габриэль. Но вот только по мере приближения Гейба улыбка с лица Винчестера сходила на «нет». Друг выглядел озлобленным, его лицо раскраснелось от ярости, а ладони сжимались в кулаки. — Нам надо поговорить, друг мой! — Габриэль театрально поклонился Дину, приветствуя, и, схватив его за запястье, повел в сторону, подальше от Кастиэля.

— Парни? — Кас с должным удивлением смотрел на удаляющиеся фигуры, хлопая ресницами. Он стоял в коридоре минут пять, не двигаясь, пока сзади не подобрался Кроули.

— Чего стоим, кого ждем? — прощебетал он, уставившись на Каса. — Замышляешь здесь что-то, да? — он прищурился. — Я за тобой слежу… пернатая задница, — Кроули улыбнулся и, подмигнув Касу, отправился в столовую.

Кастиэль тяжело вздохнул и медленно зашагал в сторону кабинета английского, озираясь по сторонам, пытаясь найти брата и друга. Самого близкого друга.

Касу было сложно думать об этом, он специально старался чем-нибудь занять себя, чтобы не размышлять на тему: «Кто мы друг другу?». А еще Гейб вечно подтрунивал над ним, называя Кастиэля “по-уши-влюбленным”. Поэтому Кас снова и снова возвращался к мыслям об этом. Если друзья, то почему Коллинз так часто ловит на себе взгляды Дина во время уроков? Тот спешно отворачивается, пытаясь доказать, неизвестно кому — Касу или себе, что чем-то очень занят. Или почему Дин проводит с ним всё свободное время, буквально плюя на Габриэля. Единственное их занятие вместе — Гейба и Винчестера — поход на вечеринки. Именно туда Дин отчего-то не брал Кастиэля с собой и не хотел называть причину.

Мысли Каса были заполнены Дином. Габриэль вечно охал и ахал, только его брат начнет говорить о походе в кино или кафе с Винчестером. Он стал называть их — в шутку, конечно же — сладкой парочкой. Но Кас всерьез задумался над этим. Дин был ему симпатичен. Не только как друг, но и как мужчина тоже. Что, собственно, и смущало. Парень — есть парень. А Кастиэль — не гей. Вроде бы. Он так думал до определенного времени. Но вот неделю назад, когда Винчестер сидел напротив в кафе и рассказывал про какой-то бессмысленный боевик, Касу вдруг дико захотелось его обнять. Крепко-крепко, почти по-детски.

С каждым днем, после признания самому себе, кем Кас является, он всё сильнее влюблялся в Дина. В его зеленые глаза, в длинные, почти женские ресницы, в пухлые губы, в терпкий запах одеколона и в прекрасный низкий голос. Кастиэль всё бы отдал, лишь бы прижаться к Дину поближе и ни за что не отпускать.

— Гейб, ну чего тебе, меня Кас ждет, — улыбнулся Дин, отстраняясь от Габриэля, который заволок его в туалет и всё так же гневно смотрел на Винчестера. Он пошёл на друга вперед, загоняя того в угол. Вот теперь Дин не на шутку перепугался, прижимаясь спиной к стене. — Ты чего, парень?

— Значит, Кас тебя ждет, — пробормотал он, опустив глаза. Но вдруг ни с того ни с сего ударил по стене прямо около головы Винчестера с такой силой, что плитка, по которой пришелся удар, громко звякнула, и на пол упал маленький отломившийся кусочек. — Я хоть и слабее тебя, меньше, может. Но уж поверь, тварь, врезать я тебе могу ещё как! Месяц потом будешь валяться на больничной койке, понял?!

— Эй, остынь, что происходит? — Дин выставил руки перед собой, пытаясь аккуратно отстранить от себя разъярившегося Гейба. Но тот не сдвинулся с места. Винчестер мог бы оттолкнуть друга, но не хотел причинять ему боль.

— Я остыть должен? О-о-ох, дружище, а как бы ты поступил, если бы узнал, что я на спор должен трахнуть твоего младшего брата?! — заорал Гейб Дину в лицо.

— Что? О чём ты? — Винчестер с виду действительно был удивлён, но вот в душе проклинал себя, пытался понять: откуда Гейб узнал об этом. А ещё Габриэль может рассказать обо всем Кастиэлю. Черт побери, да он обязательно расскажет об этом своему брату.

— Серьёзно? О чём я? Ну ты и сволочь, — Габриэль уже шипел, как змея. Да и выглядел он, как кобра, готовившаяся напасть на жертву. — Отвали от моего брата, понял?!

— Понял, Гейб, понял. Только не кипятись, ладно?

Габриэль что-то пробубнил себе под нос, отходя от Винчестера. В последний раз грозно взглянув на Дина, Новак вышел из школьного туалета, громко хлопнув за собой дверью, оставляя друга (бывшего друга) наедине с собой.

Это провал. Полный провал. Винчестер прикрыл глаза, глубоко вздохнув. И что теперь делать? С одной стороны друга он уже потерял, но все еще можно вернуть — надо только перестать так близко общаться с Кастиэлем; с другой стороны — спор есть спор, сначала Сэм будет подтрунивать его, а потом и вся школа.

— Эй, Кас, — Винчестер зашёл в кабинет, предварительно осмотрев класс, Гейба он не увидел.

— Да? — Кастиэль, вычерчивающий в тетради непонятные фигуры, резко поднял голову. — Дин! Все в порядке?

Винчестер неуверенно кивнул. Кас выглядел слишком радостным и безмятежным — значит, Гейб пока еще ничего не рассказал. И значит, у Дина есть время что-нибудь придумать. Только вот в голову не приходила ни одна хорошая идея.

— Знаешь, Кас… — протянул Винчестер. — Габриэль не хочет, чтобы мы общались.

— Что? Почему? — искреннее недоумевающее лицо Каса заставило Дина улыбнуться.

— Ревнует, наверное, — Дин пожал плечами. — Он сказал, что любым способом хочет разрушить нашу дружбу! Представляешь? — у Винчестера блеснули глаза. — Я думал, он уже говорил тебе всякие оскорбляющие небылицы про меня, нет? Странно. Ну, значит, скоро расскажет. Кто мог подумать, что твой брат окажется таким ревнивцем! Ты только ни в коем случае не верь ему, ладно?

— Конечно, Дин, — Кастиэль понизил голос, произнося это, будто давая клятву, отчего у Дина побежали мурашки по всему телу.

— Касси, нам нужно поговорить, — Кас дернулся, чуть не выронив вилку из рук.

Он был уверен, что дома один. Около двери не стояла обувь Габриэля.

— О чем? — Кастиэль обернулся и осмотрел Гейба. Тот выглядел довольно обычно, но лицо, непонятно что выражающее, пугало.

Габриэль вздохнул, опускаясь на стул. Не так-то просто сказать брату, что его лучший друг — гей, который поспорил с братом, что переспит с твоим братом. Господи, как все запутано! Гейб опустил голову на стол, собираясь с мыслями.

— Ты знаешь, Дин… — начал он, исподлобья смотря на Кастиэля. — Он…

— Ну, говори уже, — Кас сел за стол, накручивая на вилку спагетти.

— Думаю, тебе не стоит больше общаться с ним.

Кастиэль хмыкнул, Дин оказался прав. Странно, что вдруг ни с того ни с сего брат стал его ревновать к другу, точнее наоборот. Но кто разберет, что там у Гейба в голове.

— Я серьезно говорю, Касси. Он опасен для тебя. — Габриэль потянулся через весь стол за шоколадкой. Схватив ее, он уселся обратно на стул.

— Чем же? — главное показаться невозмутимым. Кас не хочет ссориться с братом.

— Не хотел тебе говорить, но… — Гейб откусил сладостный кусок и, быстро его прожевав, продолжил, — он поспорил с братом, что переспит с тобой.

Кастиэль ожидал чего угодно: Дин готовит тебе злой розыгрыш, Дин пользуется тобой, списывая на уроках, и тому подобное; но о таком Кас не думал.

— Что? — переспросил Кастиэль, от удивления открыв рот.

— Что слышал, — отрезал Габриэль.

Кастиэль нервно усмехнулся — это, пожалуй, слишком. Даже для его брата.

— Я понимаю, ты ревнуешь, но ты зашёл слишком далеко, — Кастиэль взял в руки салфетку, гневно взирая на Габриэля, у которого от изумления расширились глаза.

— Кого я ревную? Ты чего несешь?

— Дина ко мне, — спокойно объяснил Кас, не отводя взгляда. — Ты теряешь из-за меня лучшего друга. Я не хотел бы причинять тебе боль, но я не смогу не дружить с Дином. Прости.

— Что? — Гейб захлопал ресницами. Постепенно его лицо начало меняться, по мере осознания сказанного братом: зрачки сузились, а щеки побагровели («Как сегодня в школе», — подумал Кастиэль). — Я никого не ревную! Я не хочу, чтобы ты оказался жертвой Винчестера! — закричал он.

— Ты низок, Габриэль! — внезапно даже для самого себя выдал Кас. — Как ты можешь так говорить о лучшем друге?! Какой ты после этого друг вообще?!

Кастиэль вскочил со стула, всем своим видом показывая, насколько он зол. Гейб так и замер с открытым ртом: давно он видел, чтобы его брат вышел из своего состояния вечной невозмутимости и вдруг орал, как мартовский кот, вскакивал, бросая на пол столовые приборы. В последний раз закричав: «Даже поесть нормально не дашь!», — Кастиэль выбежал из кухни и взлетел вверх по лестнице, громко хлопнув за собой дверью.

«Истеричка», — подумал Гейб, обещая себе поговорить с братом, когда тот успокоится.

А Кастиэль и был спокоен, относительно спокоен. Он гневался на своего брата за то, что тот осквернил Дина. Винчестер, во-первых, натурал — это он знает почти точно. Как-то они, идя по улице в магазин, увидели двух целующихся парней. Дин показал всё своё отвращение, поглядывая на Каса. Тот, естественно, тоже сказал, что ему это отвратительно. Во-вторых, даже если и Винчестер не натурал, то Кастиэль просто не мог его заинтересовать, только как друг. В-третьих, Дин не настолько ужасен, что мог бы поспорить на «переспать». Серьезно, это слишком.

Телефон завибрировал в заднем кармане джинс, кто-то звонил, отчего Кас дернулся — неприятно. Быстро выудив телефон из кармана, он взглянул на дисплей: Дин Винчестер.

«Ответить».

— Эй, Кас? Привет, как ты там? Гейб уже что-то придумал? — обеспокоенно спросил Дин.

— Здравствуй, Дин. — Кастиэль тепло улыбнулся. — Всё в порядке. Он ничего мне не говорил о тебе.

— Правда? — Винчестер на том конце провода явно удивился.

— Да, — и кивнул, сам не зная зачем — Дин всё равно не мог его увидеть.

— Ну… ладно. Если скажет что-нибудь, ты не верь всё равно, окей? Не забывай, он большой выдумщик. Мне пора идти. До завтра, Кас.

— До свидания, Дин, — ответил Кастиэль уже глухим гудкам, Винчестер моментально бросил трубку.

Оглушительная тишина воцарилась в комнате. Все, кажется, замерло, лишь часы неизменчиво жили в своём ритме.

Тик-так, тик-так.

«А что если то, что сказал Гейб — правда?» — Кастиэль стоял посреди своей комнаты, всё еще глядя пустыми глазами на дисплей мобильного. — «Нет, такого быть не может. А волнение в голосе Дина лишь потому, что он боится потерять такого друга, как я».

«Или нет?».

Кастиэль проснулся от громкого звука, доносившегося из соседней комнаты — Гейб оглушительно кашлял. Полежав пару минут, Кас все-таки слез с кровати и отправился на кухню, чтобы принести брату воды. Дома никого не было, родители Габриэля были в очередной командировке.

— Эй, Гейб? — Кастиэль заглянул в комнату брата, приоткрыв немного дверь, отчего та скрипнула.

— Да? — Габриэль лежал на спине и смотрел в потолок. — Ты чего?

— Ты мешаешь мне своим кашлем спать, — добродушно заметил Кас и подошел к брату, протянув ему стакан теплой воды. — На, выпей.

— Спасибо, Касси. Я не хочу, — Гейб отмахнулся и повернулся лицом к стене, прикрывая глаза. — Я уже пил.

— Ты мерил температуру? — поинтересовался рассеянно Кастиэль.

Габриэль пожал плечами, и тут же услышал, как закрывается дверь за братом — скорее всего, побежал за градусником. С самого детства Кастиэль страдает излишней заботой о других — когда Гейб гостил у них, он заболел обыкновенной простудой, а Кас ни на миг от него не отходил, читал сказки, разговаривал о каких-то совершенно бессмысленных несвязных вещах — столько времени прошло, а он до сих пор не изменился.

— Открой рот, — Гейб, кажется, уснул, поэтому, услышав голос брата, он резко дернулся и, будучи в сонном состоянии, повиновался.

Температура была тридцать семь и девять. Кастиэль тут же стал паниковать; он перерыл всю аптечку и, не найдя подходящего лекарства, совсем раскис. Но брат его подбодрил, сказав, что сейчас уже шесть часов утра и скоро откроются магазины, где Кас может купить лекарство. Гейбу было весело наблюдать за поведением двоюродного брата, а еще он был рад, что его Касси забыл о разговоре, который состоялся прошлым вечером. Напоминать ему не хотелось, но Кастиэль будто прочел мысли брата и сам начал говорить:

— Послушай, я вечером вспылил, прости, ладно? Просто ты о друге стал так говорить, мне стало не по себе… — протянул задумчиво Кас, уставившись в стену напротив. — Дин хороший, я верю ему и не думаю, что он может так со мной поступить… Ну так, как ты сказал…

— Касси, ты же знаешь, что я желаю тебе только добра. — Габриэль кашлянул, прикрыв рот кулаком, и продолжил: — Я всегда был хорошего мнения о Винчестере. Винчестерах… Но видел бы ты Дина, когда я сказал, что всё знаю и чтобы он к тебе не подходил. Он испугался. — Кашель снова разразился громом по всей комнате. Габриэль взял стакан из рук Каса и немного отпил. Кастиэль молчал и смотрел на брата, прямо в глаза, которые, видимо из-за болезни, потускнели и стали темно-медового цвета.

Вскоре Габриэль успокоился, но продолжать говорить не стал. Почему — он и сам не знает. Парень столько еще хотел сказать брату, но слова будто просто испарились из его головы. Он молчал, глядя пустым взглядом на стакан. Стакан наполовину полон, — подумал Гейб, отчего-то вспомнив известный научный факт, и внутренне усмехнулся. В реальный мир его вернул хрип Кастиэля. У Коллинза всегда так: когда он долго молчит, то его голос становится сиплым; аж мурашки пробегают по всему телу.

— Я все равно тебе не верю, прости, — тихо. Касу не хотелось обижать брата, портить отношения. Но сердце говорило ему, что Габриэль врёт. А мозг твердил: «Проверь все сначала!». Кастиэль почувствовал себя девчонкой, которая влюблена в самого крутого мальчика, а тот — полный идиот (ну, только Дин не был идиотом); о таких девочках-неудачницах часто показывают фильмы по телевизору — людям нравится смотреть подобное, а особенно таким же девочкам. Ну, пусть и дальше верят в свои сказки. Это Кастиэля не касается.

Его касается Дин, который стал ему настоящим другом. Почти.

За стеной до сих пор раздавался кашель, на часах было около семи. Кастиэль с грустью понял, что уже не сможет уснуть: слишком много мыслей в голове, смешивающихся в одну кучу, слишком громко «дохает» Гейб, слишком обострено у Каса чувство заботы.

Габриэль сам попросил его оставить, вот Кастиэль и ушёл к себе в комнату, с огромной неохотой, конечно.

Кастиэль окончательно запутался. Он прокручивал раз за разом слова брата в своей голове. В том, что Габриэль не врал — уже не было никаких сомнений. Коллинз давно сообразил, что когда Габриэль смотрит в глаза, не отводит взгляд — он не врет. Только откуда Гейб это взял? С чего он решил, что Дин затеял с кем-то спор? Да и вообще, если бы Винчестер действительно поспорил, то давно бы уже подкатывал к Кастиэлю, а этого не происходило. И что же теперь думать?

В начале девятого Кастиэль ввалился в дом, скидывая свои ботинки — он вернулся из магазина; настроение было отвратным и мерзким. Гейб спал, громко кашляя и трясясь во сне. Его не разбудил даже грохот, когда Кас случайно уронил стопку учебников, стоявшую у Габриэль на столе.

— Хоть кому-то спится, — пробубнил Кастиэль, накрывая двоюродного брата одеялом.

Кас решил не будить Гейба, оставил нужные таблетки и стакан теплой воды на тумбе рядом с кроватью и ушёл в свою комнату собираться в школу.

Дин выглядел ужасно: темные серые мешки под глазами, свидетельствующие о том, что Винчестер не спал всю ночь. Виной тому гребаное волнение из-за потери Кастиэля. Дин, если честно, и сам до конца не разобрался, чего он боится: потерять Каса или же проиграть пари. Хотя, откровенно говоря, Винчестер, наверное, скоро плюнет на тупой спор с братом и пошлёт Сэма куда подальше, если тот хоть слово скажет. Но пока отступать было слишком рано.

Дин поднял голову и ужаснулся, увидев свое отражение в зеркале. Он стоял в ванной уже десять минут, облокотившись локтями о ледяную раковину. Винчестер вглядывался в своё лицо, а потом включил холодную воду, ополоснув лицо, чтобы хоть немного взбодриться.

— Весёлая ночка? — Кроули весело подмигнул Дину, пихая того в бок. — Ну, и кто она? Я ее знаю?

— В смысле? — Дин остановился, уставившись на друга.

— Господи, Винчестер. По тебе видно, что ты всю ночь не спал, а что из этого следует? — Кроули вскинул брови, загадочно улыбаясь, ожидая ответа от Дина, но тот непонимающе пожал плечами. — Ну, или кто-то страдает от нераздельной любви, — Кроули захохотал, ударив Винчестера по плечу, и поспешил удалиться.

Дин шёл по коридору, выискивая глазами Кастиэля, и вскоре обнаружил его у шкафчиков. Парень тоже выглядел довольно разбитым, а лицо выражало крайнюю грусть. Но, увидев Винчестера, Кас широко улыбнулся, кивнув.

— Ты чего такой усталый? — с испугом поинтересовался Дин, как бы невзначай. Они шествовали в кабинет истории.

— Гейб заболел, — Кас пожал плечами, тяжело вздыхая. Винчестер напрягся.

— Чем?

— Да черт его знает, — Кас вновь пожал плечами. Друзья вошли в пустой кабинет — все, видимо, просиживали штаны в столовой.

— Он, — Дин попытался изобразить расслабленную улыбку, но безуспешно, потому из него вырвался странный звук — то ли смешок, то ли вздох — не понятно, — ничего ещё тебе не говорил?

— Почему ты так боишься?

— Не хочу терять тебя, — мгновенно ответил Винчестер, глядя другу в глаза. Эти слова, естественно, были правдивы. Кастиэль слабо улыбнулся и хотел сказать что-то ещё, но тут в кабинет ввалились Кроули с Эшем.

— Дин, чувак, Эш сегодня устраивает вечеринку в честь… — Кроули замялся, посмотрев на друга.

— В честь сдачи моего проекта по физике, — усмехнулся Эш. — Ты, естественно, приглашён! — парень смешно щурился из-за солнца, лучи которого просачивались сквозь жалюзи. — Гейб придёт?

— Не-а, он заболел. Вместо него пойдет Кастиэль, вы не против? — Дин даже не задумался, хочет Кас идти или нет. Тем более он всё равно вытащит друга на эту тусовку. Когда-то надо начинать посещать культурные общественные мероприятия. Ну, может, не совсем культурные. Да и в голове Винчестера созрел гениальный план. Настолько гениальный, что он сам ему поразился.

— Конечно, не против. Кастиэль — славный малый, — ласково пробормотал Кроули, усмехаясь и подмигивая оторопевшему парню, который удивленно хлопал ресницами. — Только боюсь, он серьёзный конкурент, относительно девчонок… — Кроули вновь подмигнул, отвернувшись, — прозвенел звонок. В класс вошли другие ученики, а за ними и Бобби Сингер.

Винчестер взглянул на Кастиэля. Тот сидел прямо, сжав ладони в кулаки от волнения, прикусив нижнюю губу и глядя потерянными глазами на хмурого учителя, который раздавал листочки для тестов.

— Всё в порядке? — Винчестер смог заговорить с Касом только на перемене — Сингер сегодня был не в духе и даже выгнал Бенни за болтовню из аудитории, отправив того к директору. Но Бенни, конечно, это проигнорировал и, выйдя из кабинета, отправился в туалет, чтобы выкурить одну-другую.

— Вполне, — проговорил Кастиэль и замолчал. Дин с другом шли в полной тишине к шкафчикам. Уже остановившись, Кас, нахмурившись, вдруг произнес: — Я не пойду на вечеринку.

— Пойдешь, — Дин открыл шкафчик и стал искать нужную тетрадь для следующего урока.

— Но… — Кас уже хотел было возразить, но замолк. В конце концов, он и сам давно об этом мечтал. На его молчание Дин ответил улыбкой, закрывая шкафчик.

— Сейчас у нас разные уроки, так что до вечера. Я приду за тобой в семь. — Но тут Дин вспомнил про Гейба. — Или ты лучше заходи? Да, так будет определенно лучше. Жду тебя у себя в семь. — Винчестер кивнул и поспешил на следующий урок.

Кастиэль правда не хотел идти на эту вечеринку. С самого начала. А после разговора с Габриэлем Кас и вовсе хотел позвонить Винчестеру и сказать, что захворал, заразился от брата, но тогда ему не стоило бы идти в школу на следующий день, а он не может — важная контрольная работа.

— Он просто накачает тебя наркотиками и трахнет, — Гейб всё еще громко кашлял, но сейчас из-за принятия очередной таблетки, его голос звучал вполне обычно, не хрипло.

— Дин не такой, — в который раз Кастиэль проклял себя, что разболтал брату, куда направляется. Сказал бы, что к какой-нибудь однокласснице помочь выполнить домашнее задание — никаких бы проблем не было.

— Да, конечно! — Габриэль сунул в рот шоколадную конфету и, быстро прожевав её и облизнув губы, продолжил: — Я поражаюсь тебе, Касси. Ты такой наивный. Я-то Винчестера лучше знаю. Ну, может, наркотики — это слишком, соглашусь. Но то, что он тебя напоит и трахнет — это точно, ни капли сомнения.

Кастиэль прикусил губу, кроме того, что сказать «Дин не такой» он больше ничего и не может. Гейб действительно знал Винчестера намного лучше, чем сам Кас. Но «славный малый», как выразился Кроули, искренне не хотел верить в слова брата.

Когда Кас зашнуровывал шнурки на кедах, Габриэль вышел его провожать. Точнее он просто стоял и смотрел на Кастиэля, а когда тот надевал на себя куртку, пробубнил:

— Я, конечно, не буду тебе мешать идти на вечеринку, как мамочка, и читать морали, но если я окажусь прав, то не надо потом ныть мне. У меня и своих проблем хватает. Я не обязан следить за тобой, как за малым ребёнком. Если что, я предупреждал.

Кастиэль отчего-то улыбнулся.

— Пока, Гейб, — он махнул брату рукой и закрыл за собой дверь.

Кастиэль постучал в дверь дома Винчестеров ровно в семь часов. Дверь приоткрылась, и из-за нее показалась лохматая голова Сэма.

— А, Кас, это ты! Дин сейчас выйдет, — Сэм широко распахнул дверь и громко заорал «Дин», в ответ послышалось неразборчивое бормотание.

Дин был одет, как говорится, с иголочки. Рубашка в голубую клетку, темно-синие выглаженные (В кои-то веки, — подумал Кастиэль) джинсы, новые кроссовки, а в дополнение ко всему — кожаная парадная куртка. Парадная — потому что Дин очень редко её надевал, только в крайних случаях.

— Привет, Кас! — лучезарно улыбнувшись, произнёс Винчестер, отчего у Кастиэля заплясали бабочки в животе.

Парень неуверенно кивнул в знак приветствия. Все слова мгновенно вылетели из его головы, только он увидел Дина.

Сэм закрыл дверь, шепнув брату что-то напоследок.

— Здорово выглядишь, Кас, — спустя пару минут молчания произнес Винчестер. Они шли вниз по улице; дом Эша находился в паре километров от дома Дина.

— С-спасибо, — Кастиэль снова кивнул, прикусив нижнюю губу. И от неловкости добавил: — Ты тоже.

— Прости, чувак, что вытащил тебя на вечеринку. — Дин похлопал друга по спине. — Я знаю, ты обычно не посещаешь такие мероприятия. Но я просто не люблю ходить один, а Гейб сейчас болеет, так что…

— Ничего, всё в порядке, Дин.

Остальное время пути до дома Эша они молчали.

Издалека стало слышно музыку, звуки которой, по мере приближения, усиливались. Кастиэль сразу заметил по лицу Дина, что он не одобряет этот жанр. Дин Винчестер — поклонник старого рока, а не клубной музыки. Почему-то Кас гордился этим.

Тем не менее, Дин постоянно посещает такие вечеринки. Зачем — говорил Гейб. Чтобы удовлетворить свои сексуальные потребности. От этих мыслей у Каса встал ком в горле.

— Парни! Глядите, кто пришёл! Сегодня нас посетил сам Кастиэль Коллинз! — заорал во всю глотку Кроули, чтобы на него обратили внимания, только Винчестер с другом вошли в дом. Он мгновенно подлетел к испуганному Касу, схватил его за руку и, подмигнув Дину, потащил Кастиэля к бару.

— Попробуй! — Кроули пододвинул к Коллинзу бокал с ярко-красной жидкостью.

— Спасибо, я не пью, — Кас покачал головой, но Кроули этот ответ явно не устроил.

— Касси, это же классика! Кровавая мэри-и-и! — протянул он, коварно улыбаясь. — Тебе понравится, я уверен. Если ты не выпьешь сам, то я в тебя это силой волью!

Кастиэль неуверенно пожал плечами — делать было нечего. Пусть он и не очень хорошо знал Кроули, но сомнения его слова не вызывали. Кас сделал один большой глоток, и его перекосило, Кроули лишь одобрительно засмеялся.

Музыка будто стучала по голове, разговоры окружающих оглушали — Кастиэль выпил всего лишь три бокала, но уже чувствовал себя ужасно пьяным. Кроули давно куда-то ушёл, буркнув, что вернётся через минуту. Дина Кас пока не видел. Стало невероятно грустно от того, что Винчестер сразу же смотался, а не остался с Кастиэлем. Хотя чего он мог ожидать? Что Дин всё время будет с ним? Глупости.

Время текло мучительно медленно; Кас больше не выпил ничего алкогольного — его стало тошнить. Вокруг Кастиэля вертелись какие-то девицы, смущённо хихикая, когда тот устало смотрел на них и грустно улыбался. Одна даже подошла. Брюнетка с серыми глазами и безумно красивыми чертами лица. Она сначала долго сидела рядом, отчего-то боясь знакомиться с Касом, выпивая бокал за бокалом безалкогольные коктейли, но потом, набравшись храбрости, всё-таки произнесла, видимо, уже заготовленную фразу:

— Привет, меня зовут Эва Уилсон, — девушка улыбнулась. — Я давно заметила тебя. Ты сидишь в одиночестве уже около часа. Что-то случилось? Я подумала, почему такой красивый парень грустит на такой весёлой вечеринке…

— Здравствуй, Эва, — Кастиэль мягко улыбнулся девушке, отчего та зарделась и смущенно опустила глаза. — Да просто… я тут потерял своего друга, — он усмехнулся.

— О, правда? — Эва разочарованно вздохнула. — А кто твой друг?

— Дин Винчестер, ты его не видела?

— Винчестер? Серьезно? — девушка подняла бровь, с удивлением глядя на нового знакомого. — Ты не очень похож на того, с кем общается Дин. Что ж, в любом случае, я его не видела. — Она взглянула на дисплей телефона, который всё это время вертела в руках. — Ох, чёрт. Я должна идти. Вот тебе мой номер, — Эва взяла Кастиэля за руку и быстро начеркала ручкой, которую достала из кармана джинс, цифры на кисти парня. — Позвони мне, я буду ждать. — Девушка улыбнулась молчаливому Кастиэлю (он не ожидал подобного внимания) и поспешила к выходу.

Сэмюэль2654: Дин. А что?

Сэмюэль2654: Эй, Архангел, ты где?

Сэмюэль2654: Привет, мой Архангел! Как твои дела?

Сэмюэль2654: Хей, чувак, почему ты молчишь?

Сэмюэль2654: Почему ты мне не отвечаешь? Что-то случилось?

Сэмюэль2654: Я же вижу, что ты на сайте! Ты же читаешь сообщения!

Сэмюэль2654: Эй, Архангел. Чем я тебя обидел?

Габриэль с грустью смотрел на монитор, перечитывая вновь и вновь сообщения уже не_загадочного Сэмюэля. Больше всего его удивляло то, что он не смог понять раньше, кем является его собеседник. Только сейчас всё становилось на места, сейчас паззл собирался воедино, образуя целую картинку. Сэмюэль рассказывал, что творилось у него в школе, а Гейб удивлялся — ведь похожее происходило и у него. Так странно, что Габриэль никогда не задумывался об этом.

Сейчас же всё слишком запуталось.

Голова предательски болела, а в горле першило, и по пустынному дому вновь и вновь разносился громкий кашель.

Гейб не знал, что отвечать и как теперь реагировать на разговоры с этим Сэмюэлем. Ведь брат Дина — Сэмми, всего лишь маленький мальчик, которого они с Дином постоянно подкалывали и пугали страшными историями. Сэмми всего лишь четырнадцать, Габриэлю уже восемнадцать. И, как ни странно, узнав, что Сэмми и есть «Сэмюэль2654», Гейб не стал испытывать отвращения ни к тому, ни к другому, наоборот — симпатия с каждой минутой, каждой секундой увеличивалась. Сэмми будто тянет к себе магнитом.

Вдруг Габриэль дернулся и мгновенно пролистал переписку немного вверх. «Мне нравится один человек, но я вижу его очень редко, он — друг моего брата. А еще он старше меня на четыре года, ужасно». Гейб даже закрыл рот рукой, удивлённо захлопав ресницами. Эти два дня он только и думал, что Сэм и Сэмюэль2654 — одно лицо; про их недавний разговор он совсем забыл.

Сначала Гейб обрадовался, звонко кашлянув, улыбаясь, а потом понял, что теперь зашёл ещё в более сложный лабиринт. Конечно, можно забыть навсегда, кто такой на самом деле друг из сети, и вернуть всё на прежние места, но ведь, как выяснилось, симпатия была взаимна. А Гейб не был бы Гейбом, если бы просто так это оставил.

— Кас! — Дин расплылся в пьяной улыбке, глядя помутневшим взором на друга, который скорчил недовольную физиономию.

— Ты всегда так надираешься, Дин? — с ноткой грусти в голосе спросил Кастиэль, смотря на счастливого Винчестера. — Мне надоело тут сидеть, я ухожу.

— Да брось! Весело же! — Дин сжал запястье Каса и взглянул мимолётом на кисть друга. — Это что? — спросил он, тыкая пальцем в корявые цифры. — Кто тебе дал номер?

— Эва, — пожал плечами Кастиэль, он не видел в этом ничего зазорного, да и он вроде как постарался вызвать у Винчестера хоть какую-то ревность. — Очень милая девушка…

— Как же, — Дин фыркнул и, взяв за руку Каса, поволок за собой сквозь огромную толпу подростков.

По пути на второй этаж Винчестер выпил ещё бокал неизвестного Кастиэлю коктейля, подмигнув засмущавшейся девушке-официантке.

— Здесь нам никто не помешает поговорить, — сбивчиво проговорил Дин, толкнув друга в маленькую темную комнату — на столе тускло горела лампа.

— Дин, что ты… — начал было Кастиэль, но Винчестер не дал ему договорить, прильнув к губам друга.

Кас удивленно распахнул глаза, прижимаясь к холодной стене, — парень не в силах был сопротивляться — неожиданность ситуации и алкоголь в крови сыграли своё дело. У Дина были мягкие, отчего-то солёные губы. Его язык медленно раздвигал рот Кастиэля, и тот несомненно бы поддался, тем более руки Винчестера, блуэжающие по бёдрам Каса, приятно будоражили, возбуждали, если бы не голос брата — Гейба, неизвестно откуда взявшийся в голове.

«Он тебя напоит и трахнет — это точно, ни капли сомнения».

Резкий толчок. Дин удивлённо посмотрел на взъерошенного Кастиила.

«Ты такой наивный».

Яркий свет ударил прямо в глаза, стало душно — в толпе всегда тяжело дышать. Люди толкаются — здесь их слишком много, слишком маленькое помещение для такого скопления людей. Музыка грохочет невероятно громко, как тут все ещё не оглохли?

«Я-то Винчестера лучше знаю».

Кастиэль наконец выбежал на улицу из этого дома — он предпочитает больше никогда не возвращаться сюда.

Конечно, Гейб был прав. Он, черт побери, всегда прав. Слёзы медленно потекли из глаз, сердце буквально вырывалось из груди. Казалось, его стук было слышно даже на соседней улице. Кас остановился на мгновение, оглядываясь, размазал слёзы по щекам и побежал дальше. Честно, он понятия не имел, куда так отчаянно пытался убежать — лишь бы подальше отсюда. Но только не домой, иначе Габриэль поймет, что оказался верен в своих доводах и будет смеяться.

«Я же говорил!».

Обидно. Пусть всё вышло немного по-другому. Да, Дин не спаивал Кастиэля — он просто бросил друга на его первой вечеринке. Кас сам напился, но Винчестер воспользовался этим. Да, он был довольно пьян, но не настолько, чтобы не контролировать свои действия. Откровенно говоря, Кастиэль до конца не понял, что произошло. С тех пор, как он познакомился с Дином Винчестером, парень перестал что-либо понимать.

А если честно, он просто устал.

Ложь постоянно преследовала его на протяжении всей жизни. Кастиэлю просто хотелось кому-то по-настоящему поверить, не боясь, что этот человек лжет, но такого, видимо, не бывает.

Парень вернулся домой под утро, застав спящего Габриэля в гостиной. Гейб свернулся калачиком, натянув на себя тонкий плед, и что-то бубнил во сне. Очень милая картина, но Кастиэля снова перекосило — как тогда, когда он попробовал «Кровавую Мэри» — и он кинулся в ванную комнату, мечтая об объятиях с унитазом.

Все выходные Кастиэль Коллинз провел дома, заботясь о здоровье своего любимого брата. После того, как Габриэль нашёл Каса около туалета с измученным выражением лица и болью в глазах, они вообще не поднимали тему «Дин Винчестер». Кас был безумно благодарен за это Гейбу. Тот даже не упрекнул его, не бросил: «А я же говорил», и от этого было намного легче.

Гейб при таком уходе поправился довольно быстро. Кашель, конечно, долго не покидал, но температура уже через два дня была стабильной, тридцать шесть и шесть. Кастиэль шутил, что Габриэлю можно было бы лететь в космос и гулять по луне, но сам даже на улицу его не выпускал. «Там сильный ветер, имей терпение!»

В среду Габриэль решил все-таки пойти в школу, а не валяться дома на диване. Все равно он чувствовал себя просто отлично. Выпив кофе, парень собрал рюкзак и заглянул в комнату к Кастиэлю. Тот лежал на кровати, разбросав руки и ноги в сторону.

— Ты пойдёшь в школу? — спросил Гейб, будучи почему-то уверенным, что его брат не спит, хотя глаза были закрыты.

— Нет, — отрезал Кастиэль, зарываясь с головой под одеяло. То самое, что Габриэль приволок вчера с чердака, потому что Касси жаловался на холод.

— Это из-за Дина, да?

Кастиэль дернулся. Это имя прозвучало в этом доме впервые за несколько дней.

— Нет, — пробурчал недовольно он. — У меня сегодня только английский, а я хочу спать. Ничего страшного, я и так занимаюсь больше, чем остальные.

— Ладно, — Гейб не стал спорить. Он кивнул и вышел из комнаты, оставив двоюродного брата в одиночестве.

Конечно, это было из-за Винчестера. И Габриэль был бы абсолютным глупцом, если бы не понял это еще тогда, на утро после вечеринки. «Что сделал ему Дин? Неужели он действительно заставил Кастиэля… Нет! Не может же такого быть!»

Больше всего ему хотелось врезать Дину по носу со всей силы, выбить всю дурь из его башки и заставить извиниться перед Касом. Выяснить, что действительно сотворил Винчестер с его братом тоже следовало. Собственно, поэтому он и подлетел к братьям Винчестерам на перемене после первого урока.

— Что ты с ним сделал? — Габриэль медленно протянул это, стоя у Дина за спиной. Тот явно занервничал, но пытаясь не подавать виду, все-таки повернулся лицом в сторону Новака и с ложным непониманием уставился на него.

— О чем ты?

— Ты трахнул моего брата! — Гейб яростно закричал. Некоторые ученики с любопытством обернулись, услышав такую странную реплику. Дин лишь рассмеялся, дружески похлопав Габриэля по плечу, а после схватил его за предплечье и потащил подальше от назойливых взглядов. Сэм не отставал.

— Какого черта ты говоришь?! Я не трогал твоего брата и пальцем, — прошипел Дин.

— Вообще-то ты его поцеловал, — заметил Сэм голосом всезнайки и тут же об этом пожалел.

— О, заткнись, Сэмми! — Сэм поймал гневный взгляд и опустил глаза.

— Так, значит, пальцем не трогал, да? — глаза Габриэля с укором смотрели на друга. Тот тяжело вздохнул, наконец, отпустив руку Гейба.

— Послушай, я был пьян. Ты знаешь, я перестаю контролировать себя после третьей рюмки…

— Довольно, — Габриэль взмахнул рукой. — То, что ты был пьян — не оправдание. Ты готов был сделать это. Ты… Ты мне омерзителен, Дин Винчестер. Слышишь? Ты омерзителен лучшему другу, — последние слова Гейб сказал очень тихо и медленно, будто говорил с душевнобольным.

— Да пошел ты! — фыркнул Дин, со злостью глядя в глаза Гейбу, и, резко отвернувшись, направился в кабинет химии.

Сэм так и остался стоять, испуганно глядя на Габриэля, который сейчас потирал виски, пытаясь хоть немного расслабиться и собраться с мыслями.

— Хочешь на мне дыру прожечь? — неожиданно произнес Габриэль, поднимая усталый взгляд на младшего Винчестера. Тот мгновенно смутился и поспешил отвести взгляд.

— Я… Э… — Парень рассеянно смотрел куда-то вправо. — Я…

Это заставило Гейба улыбнуться. Скромняга Сэм, сильно покрасневший, выглядел до жути мило. Именно в этот момент Габриэль понял — вот он, парень из чата. И он выглядит куда лучше, чем до этого Новак фантазировал.

— Слушай, может, прогулять остальные уроки? — Гейб весело усмехнулся, его глаза по-доброму сверкнули.

— Прогуляй, — просто пожал плечами Сэм, говоря как бы очевидный ответ — ему-то, собственно, какая разница (разве что теперь на переменах сегодня не получится столкнуться с ним, но он это переживет).

— Я предлагаю тебе прогулять со мной, — уточнил Новак и, увидев обескураженный взгляд Винчестера, подмигнул ему. — Только не надо заливать про учебу! — Гейб схватил за руку Сэма, когда тот уже хотел сказать что-то протестующее. — Если ты не придешь один день в восьмом… — тут Габриэль с фальшивым ужасом посмотрел вперед, приложив левую руку ко рту. — Я понимаю, восьмой класс — самый важный в школе, никак нельзя прогуливать уроки в нём, иначе завалишь экзамены в двенадцатом! — Сэм, наконец, улыбнулся и перестал противиться, позволяя Габриэлю потащить себя к выходу. — Но, черт, чувак, ты когда-нибудь прогуливал уроки?

— Нет, — Сэмми вновь пожал плечами, и ему даже стало как-то стыдно.

— Глупый, пропускаешь всё веселье, — протараторил Гейб. — Я знаю одну классную кафешку недалеко отсюда, пойдём.

На лестнице Сэм все же остановился, тщательно всё обдумывая.

— Дин меня убьёт, — подытожил свои мысли он.

— Твой придурок-брат ничего тебе не сделает. И, эй, не смотри на меня так. Ты тоже виноват в том, что произошло, — Габриэль скрестил руки на груди и вмиг посерьезнел. Он стоял на несколько ступеней ниже, чем Сэм.

— Я же не знал, что так выйдет…

— Ты же вроде умный парень, а совершаешь какие-то нелепые поступки. Серьезно, Сэмми… — Габриэль кашлянул. Сэмми — это младший брат Дина, над которым они иногда подшучивали, а Сэм — парень, в которого Гейб влюблен. Поэтому он поспешил исправиться: — Сэм. Я не хочу быть тебе учителем, не собираюсь учить тебя жизни, но то, что ты поспорил с Дином — наиглупейший поступок.

Винчестер молчал. А Габриэль не ждал никакого ответа, поэтому снова улыбнулся и протянул руку к Сэму.

— Пойдем уже, я хочу есть.

Сэм с удивлением посмотрел на ладонь Габриэля. Они же не будут идти за ручку! «Глупости, наверняка, чистая формальность», — подумал он и хотел только пожать руку… друга? и сразу отпустить, но Новак этого делать не собирался. Он сплел пальцы рук и потянул Сэма за собой, начав о чем-то беззаботно говорить, чем только напряг Винчестера. У того, кажется, вообще крышу снесло. «Сон, определенно сон», — заключил Сэмми, наблюдая за объектом любви, который махал свободной рукой, рассказывая о своей собаке, которая в десять лет столкнула его в бассейн.

Парень, названный в честь ангела четверга, чувствовал себя… никак. Абсолютно никак. Сначала были и боль, и злость, и ненависть — все вместе, а потом ничего. Просто Кастиэль понял, что он умирал. Морально, конечно. Если бы Кас попробовал убить себя, то Габриэль за такие мыслишки придушил бы его раньше, чем тот потянулся бы к ножу или, вон, к веревке.

В душе осталась только жгучая пустота. Иногда, ночью, туда снова забредала боль, и оставалась минут на десять, давая Кастиэлю возможность выплакаться и освободиться от ненужных эмоций, накопившихся за день. Иногда её заполняли и другие чувства, совсем ненадолго.

Он и сам не понял, почему принял всё так близко к сердцу. Один раз Кас задумался о том, что Дин просто хотел этого; что тот влюблен в Кастиэля и давно мечтал его поцеловать, что у Дина не было никаких других намерений, только соприкоснуться губами на пару секунд, ну, может, просунуть язык ему в рот, а потом Винчестер просто не смог контролировать свою страсть. Но Кастиэль сразу же отмел эту мысль в сторону. Дин не мог им заинтересоваться всерьёз. Потому что Кас — странный, невеселый и молчаливый. Да и внешность не самая прелестная. Он бы никогда не смог понравиться Винчестеру, только в следующей жизни, в другом обличии и с другим характером.

Когда Гейб отправился в школу, Кас заставил себя встать и пойти умыться. Минут десять он глядел в зеркало на своё лицо, как-то грустно ухмыляясь. А потом он разбил его. Родители брата точно будут недовольны, а Габриэль будет орать: «О чём ты думал, придурок?! Ты мог пораниться!», — да еще и наградит несколькими подзатыльниками. Но сейчас Кастиэлю было все равно.

Привычная пустота неожиданно заполнилась дикой ненавистью к себе. К своему лицу, мыслям. Он возненавидел каждую клеточку, каждую частичку своего тела.

Крик был пронзительный и невероятно нужный.

После него стало куда легче. Ночные слезы не избавляли от всей боли, а вот крик из самой души избавил. Даже дышать стало свободнее.

В доме было холодно, поэтому Кас натянул на себя старый свитер с оленями, который очень любил, и устроился в мягком кресле с чашкой горячего какао, уже собираясь включить какую-нибудь комедию для поднятия настроения, но ему помешал звонок в дверь.

Время уже было послешкольное. Сомнений, кто пришел, не было.

— Гейб, я же говорил, что в следующий раз, когда ты забудешь ключи, я побью тебя! — Кас с недовольным стоном открыл дверь, закатывая глаза, но встрепенулся, увидев на пороге не совсем своего брата. — Дин? Что ты тут… что ты тут делаешь? — хрипло протянул он, оглядывая юношу.

— Кас, умоляю, только не закрывай дверь. Прошу, давай поговорим.

Кастиэль тут же захлопнул дверь перед носом Винчестера. Было больно смотреть на этого человека, хотя и следовало, наверное, выслушать. Но Кас этого не хотел. Не сейчас, когда сердце разрывается, когда плакать хочется от одного воспоминания. Потом, может. А пока Коллинз не готов.

Дин заколотил в дверь кулаком. Потому что было необходимо поговорить именно сейчас, потому что он повел себя, как последняя сука, и он прекрасно это понимает.

— Кас! Открой! Просто послушай! — тишина. Винчестер снова со всей силы стукнул по лакированной двери. Что-то хрустнуло.

— Дин! — Кастиэль возмущенно заорал, распахивая дверь. — Ты совсем дурак? Ты сейчас тут все сломаешь!

— Послушай меня, — прошептал в который раз Винчестер, заглядывая Коллинзу в глаза, тот поспешил их отвести.

— Нам не о чем с тобой говорить, я для тебя — лишь пари, мальчик на побегушках. Я не котенок, с которым можно поиграть и выбросить, Винчестер, — Кас даже зашипел, чем поразил Дина; он никогда не выглядел так. — Ты меня раздражаешь, так что будь добр — проваливай отсюда.

— Кас, стой, — Винчестер успел придержать ногой дверь, которую Кастиэль уже собирался закрыть. — Послушай, да. Да, я поспорил с Сэмом, но…

— По-шел вон от-сю-да. — Глаза Коллинза горели синим пламенем; он был уверен, если Дин сейчас не уйдет, то он накинется на него с кулаками.

Они смотрели друг другу в глаза с минуту, ведя молчаливый бой, пока один из них не победил.

Винчестер отступил назад, и дверь с шумом захлопнулась. И Дин был уверен, что внутри него тоже что-то захлопнулось, взорвалось, что-то сломалось с таким же звуком, а потом рассыпалось, будто от взрыва остался только песок, которому теперь суждено было улететь вместе с ветром, как и надеждам Дина.

Гейб вернулся ближе к девяти. Медленно и аккуратно открыв дверь, он пробежал до своей комнаты мимо спальни родителей и уже хотел зайти в неё, как услышал тяжелый вздох за соседней дверью.

— Что случилось?

— Он приходил, — мгновенно ответил Кас, повернув голову. Он стоял у окна в одних боксерах. Габриэль ожидал увидеть слёзы, но их не было — глаза Кастиэля были сухи, правда и выражения в них никакого не было — пустота, тяжелая и тягучая.

Габриэлю не надо было объяснять, кто этот «он». И так все было ясно, как Божий день.

— И что ему было нужно?

— Сказал, что пари действительно было, — равнодушно протянул Кастиэль, прикрыв глаза. — Я думаю, он пытался извиниться.

— А ты?

— Я сказал, чтобы он проваливал. Предал один раз — предаст другой.

— Это было верным решением, — Гейб кивнул, подошел к брату и приобнял его. Тот дёрнулся, но не отстранился. — Знаешь, ты зря убиваешься. Ну, что поделать, если он такой мудак? Зато теперь заживём по-настоящему! Без всяких там пари и прочих вещичек! Вокруг столько красивых парней!

Кастиэль стушевался, и брат замолчал, будто читая его мысли: «Винчестер — самый красивый».

— Где ты был? — заговорил неожиданно Кас, взглянув на Габриэля.

Гейб замялся — он не знал, стоит ли рассказывать Касу о своих похождениях. Пусть Кас — гей, пусть Дин — гей, но признаться брату, что он сам гей — Габриэль не может, да и простыми словами не сказать. «Я гей, и я гулял с младшим Винчестером, ну, помнишь, Сэмми, он мне нравится», — это странно. Определенно. И неловко.

— Гулял, — Гейб улыбнулся.

— С кем?

— Это допрос?

Кас нахмурился.

— Мы же братья, — задумчиво сказал он.

— Я скажу тебе, но не сейчас, окей? — Гейб отстранился от Кастиэля. — Я пойду спать. Ты, это, давай, не расстраивайся, Касси. Всё хорошо будет.

Кастиэль кивнул, взглянув на закрывающуюся за братом дверь.

— Обязательно.

— Мы прекращаем! Всё! Довольно! — Дин ворвался в комнату к младшему брату, тот оторвался от своего ноутбука.

— Ты о чём?

— О гребаном пари! Мне плевать, мне похуй, ясно? Я не буду бегать по школе с ебаными криками, я не буду больше ничего делать! Меня всё заебало! — заорал Винчестер, яростно глядя на брата. — Ты, блять, не представляешь, что натворил со своим чёртовым спором!

— Дин, успокойся! — перебил его Сэм, резко вставая со стула. — Не ори на меня!

— Ты всё испортил!

— Не надо сбрасывать свои поступки на меня, выставляя виноватым, окей?

Дин несколько секунд гневно смотрел брату в глаза.

— Ты сам всё испортил, — продолжил Сэм. — Ты. И никто больше.

— Сукин сын! — Дин набросился на брата, повалив того на пол.

— Не трогай меня! — заорал в ответ Сэм, пытаясь спихнуть старшего брата с себя.

Дин замахнулся и ударил Сэма кулаком по щеке, тот вскрикнул и заорал что-то ещё, Винчестер не разобрал, что именно. Хотелось выбить из этого сучёныша всю глупость. Сэм брыкался под Дином, всё еще стараясь скинуть брата, и у него это получилось, он с силой сжал запястья Дина, заставив того, вскрикнуть от боли, и, выиграв прекрасный момент, перевернулся, оказавшись над Дину. Удар пришелся Дину по носу, и из него тут же хлынула бурая кровь.

— Блять!

Сэмми зашипел и отлетел в сторону, когда Дин зарядил ему ладонью по щеке.

Дин провел тыльной стороной ладони по носу, смазывая с лица кровь.

— Ты за это ответишь, — прокряхтел он, и был готов снова вцепиться в Сэма, как дверь комнаты распахнулась.

— Что здесь происходит? — низкий бас прозвучал довольно грозно, братья испуганно переглянулись и посмотрели на говорящего. — Дин, Сэм. Ну-ка быстро успокоились и спустились вниз, — Джон выглядел очень рассерженным. — Устроили мне здесь бои без правил, — буркнул он и вышел.

Дин посмотрел на брата с ненавистью и, вскочив с пола, последовал за отцом. А Сэм фыркнул, потирая разболевшуюся щёку.

— Вы — братья, взрослые братья, а ведете себя, как пятилетние мальчишки, дерущиеся из-за игрушки. Что на вас нашло? — глава семейства недовольно взглянул на сыновей.

— Спроси у этого придурка, — пробормотал Сэмми, хмыкнув. — Кажется, у меня сотрясение мозга.

— Да ничего с твоей умной башкой не будет, — шикнул на него брат. — Не ной, девчонка.

— Дин! — возмущенно прикрикнул Джон, и старший сын замолчал, уставившись в окно перед собой. Отец продолжил: — Я не знаю, что у вас такого тут произошло, но кончайте, слышите? Если я еще узнаю, что вы дрались, я лишу каждого карманных денег, ясно?

Оба кивнули.

— Отлично. А теперь извинитесь перед другом.

— Пап! Нам не десять лет! — воспротивился Сэмми, но, поймав недовольный взгляд отца, повернулся к Дину: — Прости, — язвительно прошипел он.

— И ты меня, — не менее язвительно ответил Дин.

Джон тяжело вздохнул.

— А теперь разошлись по комнатам.

Парни кивнули, и отправились каждый к себе.

На лестнице Дин окликнул Сэма.

— Чего? — младший Винчестер устало взглянул на брата.

— Пари не состоялось, — и было не понятно — вопрос это или нет.

— Да, — Сэмми задумчиво кивнул. — Да, плохая была идея, мне правда жаль.

Дин грустно улыбнулся.

Заперев дверь на ключ, он лёг на кровать, расслабляясь.

Надо срочно разобраться с Касом, объяснить ему всё и сказать правду. Сказать, что, кажется, Дин его любит.

Арх@нгел: Привет, Сэмюэль. Прости, что не отвечал. Я был очень занят в последнее время.

Сэмюэль2654: Ничего не случилось? Я скучал.

Арх@нгел: Всё в порядке. Что нового?

Сэмюэль2654: Точно в порядке? Что нового? Ты не поверишь!

Арх@нгел: Точно-точно. Ну, рассказывай давай.

Сэмюэль2654: Мы гуляли вдвоём! Он держал меня за руку, и мы сидели в кафе и болтали обо всём на свете. Он сам меня позвал, представляешь?

Арх@нгел: Вау. Я так понимаю, ты о том парне, который тебе нравился?

Сэмюэль2654: Да. Я люблю его.

Гейб расплылся в улыбке, хмыкнув.

Арх@нгел: Скажи ему?

Сэмюэль2654: Нет! Ты чего? Он меня на смех поднимет! И прогонит.

Арх@нгел: Ох, не будь занудой! Подойди и поцелуй его.

Сэмюэль2654: Я не решусь.

Габриэль прищурился, тщательно всё обдумывая.

Арх@нгел: Ты должен первым сделать шаг. Понимаешь? Я думаю, он уже шагнул тебе навстречу. Твоя очередь, парень.

Сэмюэль2654: Откуда ты знаешь?

Арх@нгел: Просто знаю.

Следующий день начался как обычно. По крайней мере, для Каса. Он глядел в потолок, сидя на кровати, свесив ноги, и всё решал — стоит идти сегодня в школу или нет. Он не хочет казаться слабым. Только не в глазах Дина Винчестера. Но Кастиэль не уверен, что сможет смотреть на этого человека и сдерживать слёзы. Человека, который играл с ним — влюбил в себя и разбил сердце.

— Ты идешь? — Гейб заглянул в комнату.

— Иду, — кивнул Кас, — подожди минуту.

Брат искренне удивился, но, ничего не сказав, исчез за дверью.

Кастиэль подошёл к зеркалу и взглянул на себя, грустно усмехнувшись. Найдя в шкафу чистые джинсы и свитер, который был на размер больше, он напялил вещи на себя и, схватив рюкзак, спустился вниз.

— Ты уверен? — спросил Габриэль перед выходом, положив руку на плечо брата. — Ты можешь остаться, если…

— Всё в порядке, Габи. Всё просто супер, — и Кас улыбнулся.

По пути они молчали. Кастиэль глядел под ноги, поджав губы. Что может ждать его сегодня? Равнодушный Дин, который лишь осуждающе посмотрит на сонливого парня, или же раскаивающийся Винчестер, пытающийся вымолить прощение. Хотя с чего это тому это делать? Кто Кас такой, чтобы быть великому Дину Винчестеру не по боку?

Кас фыркнул.

— Ты чего? — Гейб взглянул на брата.

— Ничего, — Коллинз покачал головой.

Если бы Кастиэль знал, что всё так выйдет, он бы ни за что не влюблялся в Винчестера. Даже если бы ему за это дали миллион долларов — он бы не согласился влюбиться в этого зеленоглазого кривоногого паренька. Коллинз усмехнулся сам себе. Ему-то нравится эта его кривоногость. Безумно нравится.

А ещё руки. Наверное, больше всего в Дине Касу нравились его руки. Он мог часами слушать Винчестера и разглядывать его пальцы, запястья, выступающие косточки. Кастиэль просто с ума сходил, когда ладонь Дина случайно задевала его кожу. Лёгкое касание — а столько эмоций. Сможет ли кто-то другой когда-нибудь подарить Коллинзу столько чувств? Парень не уверен.

— Я пойду, поздороваюсь с Сэмом, ладно? — Габриэль выдернул брата из раздумий. Тот с непониманием уставился на Гейба.

— С Сэмом?

— Да.

— Ну… э… — Кастиэль не имел представления, с чего это вдруг Габриэль решил поздороваться с Сэмом. Ну, раз хочет — пусть идёт. Кастиэль ему не указ. — Иди.

Новак улыбнулся и пошёл в противоположную сторону от кабинета истории. А Кас отправился в класс, надеясь, что Дин заболел, что его там нет и не будет ещё до окончания школы. Ну, неужели он так много просит?

— Кас! — Винчестер вскочил с места, только Коллинз вошёл в класс. — Кас, давай поговорим.

— Не здесь и не сейчас, — раздражённо бросил Кастиэль, усаживаясь за четвертую парту на третьем ряду — единственная свободная.

— Я сяду с тобой, — Дин кинул свой рюкзак на стол Кастиэля.

— Отвали от меня, Винчестер, — зашипел тот.

— Нет, — просто сказал Дин, усевшись рядом, и хотел сказать что-то еще, но тут прозвенел звонок.

Весь урок Кастиэль пытался игнорировать близость Винчестера, который то и дело наклонялся к уху Коллинза, повторяя снова и снова: «Прости меня». И Кас уже был готов простить, лишь бы Дин ушёл, и его завораживающий запах одеколона не кружил голову. Но вот Гейб, сидевший неподалёку, мечтал надрать Винчестеру зад.

Когда раздался звонок, Кастиэль буквально вылетел из класса. Он бежал от Винчестера, от его глаз, от губ, которых однажды он коснулся своими, и, о боже, от этих прекрасных рук! Он не сможет так больше. Как ему теперь заканчивать школу, когда Дин постоянно находится рядом? Как ему жить, вспоминая его улыбку?

В туалете было полно народу, Кас надеялся, что Винчестер за ним не пошёл. И это действительно оказалось так. Хотя, возможно, всё-таки пошёл, но найти не смог.

С огромным страхом Кастиэль ходил по коридорам школы, искренне веря, что сегодня ему повезёт и он больше не увидит Дина.

Иногда нужно верить, это спасает. Вот и Коллинза спасло.

День выдался жутким и выматывающим. Теперь Кас понял, что такие дни будут идти ещё очень и очень долго. Домой он пошёл один, Габриэль пробормотал, что Сэм предложил отправиться домой вместе, и убежал с глупой улыбкой. Совсем, как ребенок маленький.

Дома всё валилось из рук. Сначала Кастиэль просто лежал около двух часов на кровати. Потом решил приготовить себе поесть, но даже суп в микроволновке не смог разогреть — она громко запищала, а потом раздался оглушительный звук, и из неё повалил белый пар. Когда Кас решил приготовить суп на плите, всё шло гладко. Ровно до того момента, когда парень начал переливать его из кастрюли в тарелку. Разлив всё на пол, Коллинз проклял всех и, схватив свой плащ, кинулся из дома на улицу.

Что делать — он не знал, а в голову засела мысль, которая не давала покоя: «Напиться. Срочно. До чертиков». Он знал один бар (спасибо Гейбу за это), где не спрашивают твой возраст и наливают, главное — дай деньги. В кармане плаща нашлось около тридцати долларов. Нехилая заначка, Кастиэль мог как следует разгуляться.

В баре было шумно и много народу. Слишком много, по мнению Кастиэля. Но он же хотел забыться. Вспомнив название коктейля, он всё-таки заказал «Кровавую Мэри».

— Эй, красавчик, тебя не угостить? — послышалось сзади, Кастиэль обернулся. Перед ним стоял мужчина лет тридцати. — Ты мне приглянулся, — он сел на соседний стул, лучезарно улыбнувшись. — Меня зовут Уриэль.

— Я… — Коллинз дико смутился. — Кастиэль.

— Приятно познакомиться, — Уриэль игриво подмигнул. — Я сразу понял, что ты «в теме».

— Я не понимаю, о чём Вы… — Кастиэль допил третью рюмку.

Уриэль усмехнулся.

— Налейте этому парню виски, — кивнул он бармену. — Что случилось, Кастиэль? Давай поделись, будет легче.

Кас взглянул на нового знакомого, пьяно улыбнувшись. Алкоголь уже завладевал его разумом, поэтому, не стесняясь, он выпалил:

— Я его люблю, а он… Он, черт возьми, хотел трахнуть меня и бросить.

— О, — Уриэль прищурился. — Я думаю, ему нужно отомстить.

Коллинз залпом выпил принесенный стакан виски.

— Как?

— Перепихнись с кем-нибудь, — улыбнулся тот, приподняв брови.

И тут до Кастиэля наконец дошло, чего хочет этот мужчина на соседнем стуле. Коллинз резко вскочил на ноги, испуганно таращась на Уриэля.

— Эй, парень, ты чего?

Кас еще несколько минут с диким ужасом смотрел на мужчину, решая что-то важное у себя в голове, потом на бармена, который тоже заметил, что с голубоглазым парнем в бежевом плаще что-то не в порядке, а потом кинулся к выходу, пытаясь не упасть. Земля кружилась, дай Бог как.

На улице совсем потемнело. Странно, Кас и не заметил, как пролетело время. Сколько он сидел там, в баре, три часа, четыре, пять?

Коллинз не помнил, как он оказался у этого дома. Его почему-то не волновало ничего. Даже если родители парней дома, даже если его прогонят, он решил, что сейчас ему необходимо сказать это. И сделать это.

Кастиэль забарабанил в дверь, но никто не откликался. Но и тогда он не сдался, он был уверен, что кто-то из Винчестеров да на месте. Хотя и ему нужен только один.

Судьба благоволила. Дверь открыл нужный Винчестер.

— Кастиэль? — Дин выглядел заспанным. — Это что, сон?

— Дин, — прохрипел Коллинз, — я хочу, чтобы ты был у меня первым.

Винчестер нахмурился и протёр глаза, видимо, проверяя — не исчезнет ли Кас. Но он не исчез, и Дин нахмурился еще сильнее.

— Ты пьян?

— Дин, — Кастиэль подошёл к Винчестеру вплотную, тот сглотнул. — Возьми меня, — прошептал Коллинз прямо в губы возлюбленному, обжигая дыханием.

Дин стоял с минуту, не шевелясь, глядя в синие глаза. А потом сделал шаг назад:

— Нет.

— Дин, тебе же нужно это пари, — Кастиэль шагнул на Винчестера. — Я готов с тобой переспать, чтобы ты его выиграл. Можешь потом хвастаться своим дружкам, я готов, правда. Я очень хочу, чтобы ты был первым у меня. Хочу, чтобы это был тот, кого я люблю. А я тебя люблю.

— От тебя несёт алкоголем, Кас, — Винчестер отступил ещё, недоверчиво глядя на друга, запуская пятерню в волосы. — Так, уже поздно… — Парень взглянул на часы. — Ты… ты знаешь… ладно. Пойдем в мою комнату. Давай же, ну. Ты же хотел этого.

Кастиэль улыбнулся, и поспешил отправиться за Винчестером. Он готов был смеяться от накатившей радости, кричать, но где-то в глубине понимал, что родители Дина дома, поэтому надо вести себя тихо. Это ещё больше забавляло.

Войдя в комнату, Кастиэль тут же рухнул на кровать спиной и, закусив губу, взглянул на Дина.

— Ты не хочешь пить? — спросил тот. — Я принесу тебе выпить, чтобы потом не отвлекаться.

Кастиэль с неохотой согласился. Когда Винчестер вышел из комнаты за водой, Кас стянул с себя плащ и рубашку, поудобнее устроившись на кровати.

Дин вернулся со стаканом и какой-то таблеткой.

— Что это? — протянул задумчиво Кастиэль, когда Винчестер кинул её в воду.

— Выпей, так ты получишь больше удовольствия, — сказал Дин и отдал Коллинзу стакан. Тот кивнул и выпил залпом. — Я схожу в душ, ладно? Подожди немного. Чистота — прежде всего, понимаешь, да?

— Конечно, — пробубнил Кастиэль, прикрывая глаза и откидываясь на подушки.

Винчестер зашёл в ванную и вытащил из кармана остальные таблетки, которые прихватил на всякий случай. На упаковке красовалась чёрная ровная надпись: «Снотворное».

Когда Дин вернулся в комнату, Кастиэль уже спал. Винчестер расслабленно выдохнул.

Накрыв Коллинза одеялом, он сам лёг на полу, предварительно найдя плед, чтобы укрыться им — ночи чертовски холодные.

— Спокойной ночи, Кас, — шепнул он в темноту напоследок и закрыл глаза.

Посреди ночи Дин вскочил на полу, тяжело дыша. Он не понял, что это был за сон. Но последнее, что он видел много крови на его кровати. Винчестер с испугом посмотрел на Кастиэля. Тот, лежа на боку, мирно спал, подложив руки под голову. Дин вздохнул, протерев глаза. Непонятное чувство тревоги не отпускало. Поколебавшись пару минут, он всё-таки встал и отправился в ванную.

Коробка с таблетками всё так же лежала на полочке. Винчестер, нахмурившись, достал инструкцию и нашёл то, чего боялся.

«В период лечения препаратом не следует употреблять алкоголь.»

Дин шумно втянул воздух, вспоминая всё, что им говорили на уроках о смешивании алкоголя и снотворных средств. Ничего хорошего. Винчестер, кинув коробку обратно, бросился в комнату брату.

— Сэм, блять, Сэм! — Дин тряс за плечо младшего, пытаясь его пробудить.

— Дин, — сонно прохрипел тот. — Какого чёрта?

— Сэмми, один вопрос: снотворное сильнодействующее? В инструкции, которая лежала в коробке ничего, кроме состава и особых указаний, не было.

— Какое снотворное? — Винчестер-младший наконец открыл глаза и зевнул.

— То, которое я взял с твоей тумбочки! — прикрикнул Дин, тут же затыкаясь, надеясь, что его не услышали.

— Ты взял лекарства с моей тумбочки? Зачем?

— Блять, Сэмми. Если ты не скажешь, я тебе разукрашу твоё лицо, снова! — зашипел Дин, хватая брата за руку.

— Спокойно, придурок, это обычные витамины, — фыркнул Сэм.

— Витамины?

— Дин, — Сэм закатил глаза, — ты же знаешь, что отец вечно говорит, что его мучает бессонница и все дела… Это его таблетки.

Дин прищурился, чувство паники немного отпускало.

— Но почему там обычные витамины, а не снотворное?

— О Бог мой! Дин! Потому что отец выдумщик, и простое самовнушение может его усыпить, — буркнул Сэм. — Теперь я могу спать?

— Слава богу! Сэмми, я тебя обожаю! — выдохнул Дин, присаживаясь на кровать. Сэм снова закатил глаза — ясно было, пока он не выслушает старшего брата, тот не уйдет.

— Зачем это тебе?

— В моей комнате сейчас Кастиэль.

Сэм уставился на брата, который в свою очередь разглядывал стену.

— Прости, что?

— Ты слышал.

— Дин, — прошипел Сэмми, — что он здесь делает? Ты совсем с ума сошёл?

— Он сам сюда пришёл! — Винчестер-старший зло зыркнул на брата. — Не выгонять же мне его посреди ночи. Ну вот, а он…

— У вас что-то было?

— Боже, нет! Я же говорю, дослушай сначала, Саманта. Он лез ко мне, а я дал ему снотворное…

— О чём ты думал, идиот? Ты мог его убить! — Сэм не на шутку разозлился. — Я не стал бы помогать тебе избавляться от трупа, — добавил он.

— Но всё же обошлось, — Дин расслабленно улыбнулся. — И теперь я могу со спокойной душой идти спать.

— Придурок, — кинул Сэм в след брату, когда дверь уже закрылась. Снова рухнув на подушки, он попытался уснуть. Но теперь спать совсем перехотелось. — Я ненавижу тебя, Дин.

В комнату просачивался лунный свет, падая на кровать, очерчивая каждый изгиб тела Кастиэля. Одеяло сползло до живота — кажется, парню стало жарко. Сам Кас приоткрыл рот и ровно дышал, чему-то улыбаясь во сне. Винчестер наблюдал за ним несколько минут. Он сидел на полу и просто смотрел на Коллинза, мечтая оказаться рядом, прижать к себе, крепко обнять и уснуть рядом с ним. Но он не смел пошевелиться. Ни к чему это всё. Когда доверие и так потеряно, он не хочет терять ещё больше.

А вскоре Дин и сам отправился в царство Морфея.

Кастиэль проснулся с ужасной головной болью. В горле было сухо, как в гребаной пустыне. Хорошо хоть не тошнило. Парень облизнул не менее сухие губы и открыл глаза. Первое, что он увидел — белый потолок. Не свой. Резко сев на кровати, он зажмурился, хватаясь правой рукой за голову. Когда боль приутихла, Кас расслабился, тяжело вздохнул и осмотрелся.

Простая комната, до жути знакомая, и Кастиэль сразу понял, что бывал здесь не раз. Когда и сознание стало к нему возвращаться, парень с ужасом осознал, где он.

На полу дремал Дин, укутавшись в пледе, как в коконе. Зрелище довольно милое и необычное, и Кас даже позволил себе улыбнуться.

А еще он заметил, что он в одежде. И это — немаловажно. Когда парень со стыдом стал вспоминать вчерашний вечер, Кас наконец всё понял. Дин не воспользовался им, не переспал с парнем, пока Кастиэль был пьян. Винчестер просто положил его спать. На свою кровать. А сам улёгся на полу.

Кас рухнул обратно на подушки, улыбнувшись. Дин всё-таки замечательный человек. Как он мог сомневаться в таком парне? Ещё и нюни распускал, как девчонка. Коллинз поморщился. С другой стороны, Винчестер же всё равно сказал, что пари было. Тогда… почему тогда он вчера не переспал с ним? Кастиэль, к своему стыду, был вчера согласен намного больше, чем просто взаимная дрочка.

Что заставило Дина остановить Каса? Что заставило его даже не лечь с ним в одну кровать, а остаться спать на полу? Или, может, Кастиэль ему настолько противен, что Винчестер даже спать в одной постели с ним не хочет?

Коллинз обиженно взглянул на Дина, будто тот сам так сказал, а не навязчивый голосок в голове Каса.

А потом вдруг пришло озарение. Кастиэль был готов провалиться сквозь землю, вспомнив, что ляпнул в порыве… страсти? «Я тебя люблю». Коллинз захотел взвыть от безысходности. Только бы Дин подумал, что всё сказанное было лишь действием алкоголя в его крови. Ведь, если Винчестер не лёг с ним спать только из-за того, что Кас ему отвратителен, то тот не поскупиться на последующие оскорбления.

Коллинз тут же представил, как его жизнь превратится в ад. Как все дружки Дина будут проходить мимо него, презрительно глядя и громко смеясь. Как будут подлавливать его на углах и «выбивать всю дурь из башки, чтобы не лез к Винчестеру, гребаный педик». Кастиэль именно так себе представлял будущее. И мог бы придумать много другого, если бы на полу не зашевелились.

Кас решил притвориться спящим. Просто это будет странно, если Дин проснется, а его вчера-еще-пьяный-одноклассник сидит и смотрит на него, как ни в чем не бывало. Поэтому Коллинз постарался расслабиться и закрыл глаза, успокаивая дыхание.

Тем временем Винчестер сел на полу и зевнул, прикрыв рот рукой. Утренний Кас на его кровати не мог не радовать, и парень смущённо улыбнулся. Не честно было подойти к Кастиэлю и сесть рядом, изучая каждую черточку лица, но Дин это сделал. Он несколько минут неотрывно смотрел, как подрагивают ресницы его одноклассника. Глупое занятие, но Винчестеру нравилось.

Парень едва коснулся щеки кончиками пальцев, Коллинз тяжело вздохнул, но не проснулся. Поэтому Дин позволил себе медленно провести тыльной стороной ладони по щеке одноклассника, уголки губ Каса подрагивали, да и кажется, парень вообще весь напрягся. Но он же спит, верно? Значит, снится что-то плохое.

Винчестер убрал руку и постарался придумать, что же ему делать дальше. Как говорить с Кастиэлем? И вообще, что ему сказать? Тот, возможно, вообще не станет его слушать. Вот Дин бы на месте Каса не слушал.

Винчестер усмехнулся. Он — полная скотина. А Коллинз вчера сказал, что любит его.

Лю-бит.

— Доброе утро, — тихий хриплый шепот пробежал по комнате. Дин обернулся и посмотрел на Кастиэля, слабо улыбнувшись. Тот улыбнулся в ответ, пристально рассматривая лицо Винчестера.

— Доброе утро, — сглотнув, выдал наконец Дин, смутившись. Голос вышел уж больно низким.

— Прости меня, ладно? — Кастиэль поднялся на кровати, так же жмурясь. Голова, чертова голова, дико болела, будто кто-то долбил по ней молотком со всей силы. — Я не хотел тебя тревожить. Так само вышло. Я не ожидал, что, напившись, приду сюда, прости… — начал оправдываться Кастиэль, устроившись поудобнее. Спина отчего-то тоже болела. Вообще ломило всё тело.

Винчестер тепло улыбнулся.

— Я тоже тебя не ждал, — протянул он, глядя в синие глаза. — Нам нужно поговорить, да?

Кас неуверенно кивнул. Он не знал, о чём им говорить. После… после всего этого.

— Нужно.

Дин напрягся и тяжело вздохнул, сжав губы и нахмурившись. С чего начинать — не ясно.

— Так значит, ты не натурал?.. — подал голос Кас.

Винчестер взглянул на парня и усмехнулся.

— Нет.

— Угу, — промычал Коллинз. — Это мы выяснили… Теперь надо… Эй, ну ты чего? Ты сбиваешь меня с нужных мыслей! — Дин смотрел на Кастиэля, который специально строил из себя сосредоточенного и задумчивого, и парня откровенно пробивало на смех. Кас тоже заулыбался, довольный такой реакцией. — Дин! Ну перестань! Я тебе о серьёзном, а ты!

В этот миг Винчестер почувствовал себя счастливым. Глядя на смеющегося Кастиэля, который радостно улыбался, всё еще пытаясь казаться задумчивым, глядя в синие, полные жизнью глаза, на губы, которые растянулись в широкой улыбке, парень понял, что именно это он хочет видеть постоянно. Изо дня в день, из года в год.

Дин пошатнулся, приближаясь к Кастиэлю, и тот замолчал, наблюдая за каждым движением Винчестера. Парень втянул носом воздух и медленно, боясь спугнуть Каса, поднял руку, снова с нежностью провел по щеке, как когда тот спал, и замер. Улыбки вмиг сошли с лиц, и обоим стало невыносимо трудно дышать. Кас сглотнул, наклонив голову чуть набок, потянулся к Дину, приоткрыв губы, чтобы набрать хоть немного воздуха, и именно в этот момент Винчестер прошел остальные десять процентов*. Кастиэль закрыл глаза, обвив своими руками шею Дина, притягивая к себе.

Винчестер с жадностью целовал Каса, прижимая к себе всё сильнее и сильнее. Он боялся, чертовски боялся, что всё это окажется просто сном. Что Коллинз сейчас испарится, а Дин останется один в этой холодной комнате, которая не наполнена, как сейчас, нежностью, в которой нет сводящего с ума запаха Кастиэля и его синих глаз, лишь от взгляда которых можно упасть в обморок. Винчестер не мог допустить, чтобы всё это исчезло.

А Кастиэль целовал с отчаянием и мстил, кусая губы Дина, за всю боль, что тот причинил. Парень еле сдерживал свои слёзы, он просто не верил, что всё это происходит на самом деле. А еще Кас был безумно счастлив, что вчера напился, и мысленно поблагодарил этого Уриэля… или как его там? Уже не важно. Важен тот, кто сейчас прижимает к себе и страстно целует. Вот это важно. А прошлое — пусть останется там навсегда.

Парни отстранились друг от друга, соприкоснувшись лбами и с минуту смотрели друг другу глаза. Один — в зелень, другой — в небо.

— Что это было? — неожиданно спросил Кастиэль, облизывая чуть опухшие губы.

— Думаю, я только что признался в любви, — прошептал Дин, усмехнувшись.

— Эй, Дин! — внезапно раздалось в коридоре. — Кас уже ушёл? — в комнате появился Сэм. — Ой. Простите, я вам помешал…

Кастиэль хотел отползти от Дина, жутко смутившись, но тот схватил его за руку и переплёл пальцы.

— Ничего страшного, Сэмми, мы всё равно собирались вставать, — Винчестер подмигнул брату, и тот красный, как рак, выбежал из комнаты.

____

*Отсылка к фильму “Правила съёма: Метод Хитча”.

If you understand what I mean

Сэм не смог. Он очень хотел потянуться к Гейбу, легко дотронуться до его губ, обнимая за талию, но он лишь беспомощно глядел вперед на дорогу, слушая краем уха, что говорит Габриэль. Парень вызвался проводить его до дома.

То, что он должен был сделать этот шаг — наверное, верно. В смысле, Сэм и так понял, что Гейб, ну, немного радужного цвета и интересуется им. Глупо было бы не понять после прогулки за ручку и обеда в кафе. Винчестер это осознал, но лишь думая об этом, покрывался мелкими мурашками. А вдруг, Сэму всё это кажется в другом цвете? А Гейб просто решил обрести себе нового друга, потому что с Дином у них отношения испортились?

Из-за него, кстати.

Сейчас Сэмми сидел на кухне на высоком стуле, предварительно накрыв на стол завтрак на троих, пытаясь осмыслить то, что увидел несколько секунд назад.

Он был рад за Дина. В том смысле, что его старший брат никого никогда не любил, а тут — случилось. Видимо, Кастиэль просто особенный. Или его человек. Дин всегда менялся рядом с этим парнем. Становился дружелюбнее, мягче, больше улыбался, и не было его мерзких пошлых шуточек, а про матерные слова он вообще мигом забывал.

Сэм пытался вспомнить, когда Дин начал проявлять влюбленность. Наверное, тогда, когда он впервые за все года, что Сэм знает своего брата, не подошёл к нему вечером поговорить о девочках. Или тогда, когда увидел смущающегося Дина, стоящего у окна и глупо улыбающегося, когда тот говорил с Кастиэлем по телефону. А может, когда Кас впервые посмотрел на него, врезался синевой в ясные зелёные глаза и улыбнулся. Сэм думает, между этими двоими сразу же пробежала искра.

Наконец, в кухню зашёл Кастиэль. Видимо, он принял душ, потому что выглядел, если не свежим, то более-менее нормальным, только шухер на голове сохранился. Кас был в одежде Дина, на что Сэм лишь улыбнулся. Следом вошёл Дин, тут же уселся на стул и пододвинул к себе тарелку с завтраком.

Кастиэль занял своё место и с минуту буравил свою пищу взглядом, пока Сэм не заговорил.

— Кас, не бойся. Это съедобно.

— Да я… — Кас взглянул на Сэма, а потом перевел взгляд на Дина. — Я просто подумал, что имею право знать всё.

Дин тяжело вздохнул, отрываясь от еды.

— Да, это точно, — проговорил он и, пережевав всё, что было во рту, продолжил: — Когда ты только появился, ты мне не понравился. — Кас прищурился. — Не смотри на меня так! Я подумал, что ты какой-то ботаник, кто же знал, что ты такой классный, — улыбнулся Винчестер. — Ну так вот. А потом всё так завертелось, и Сэм предложил мне пари…

— Вообще-то, — вставил Сэмми, — пари затеял ты. Ты сказал «спорим», я лишь поддержал это.

Винчестер, фыркнув, посмотрел на брата и заговорил дальше:

— Не важно, кто это всё затеял. Суть в том, что мы поспорили. И я должен был с тобой переспать.

— Интересно, как ты хотел представить ему доказательства? — Кастиэль нахмурился, а Сэм прыснул в кулак.

— Я… Э… — Дин почесал затылок. — Я думаю, он бы мне просто поверил.

— Ни за что! — Сэмми не на шутку развеселился.

— В любом случае, я об этом не думал, — прошипел Дин, сверля взглядом брата, и вновь мягко посмотрел на Каса. — Когда я подошёл к тебе познакомиться, то изначально план был такой. А потом… — Винчестер сглотнул, опустив глаза. — Потом… Ну, ты оказался не совсем таким, каким я себе представлял, и я, ну это…

— И он в тебя влюбился, — сказал вместо брата Сэм, Кастиэль слегка улыбнулся.

— Да, влюбился, — повторил Дин, хмурясь. — А дальше вечеринка, и мне добавило это храбрости, но ты оттолкнул меня, и я понял: ты всё знаешь о пари. И, чёрт, мне стало так паршиво. Это было отвратительно. Я не хотел, чтобы так вышло. Я так виноват перед тобой, прости. Нельзя спорить на людей.

Кастиэль смотрел на Винчестера задумчивым взглядом, а потом взял свою вилку и ткнул в яичницу. Дин смутился.

— И что, ничего не скажешь?

— Я уже удовлетворил своё любопытство.

— Значит, мы теперь…

Сэм, уже доевший яичницу, с интересом глядя на этих двоих, потянулся за яблоком.

— Что?

— Ну… — Дин тяжело выдохнул, запустив пятерню в волосы. — Пара? — выдавил из себя это страшное и странное слово.

Кастиэль поднял глаза и улыбнулся.

— Если ты хочешь.

Сэм усмехнулся, понимая, что в этих отношениях непременно будет доминировать Кастиэль. Что будет в постели — Сэмми не знал и тут же отругал себя за эту мысль. Ему стало интересно, кто же все-таки сверху. Но парень решил пока этого не спрашивать.

— Чёрт побери, конечно, хочу! — воскликнул Дин, выдохнув. — Безумно хочу, Кас.

Неожиданно раздался стук, Сэм мгновенно слез со стула, оставляя фрукт на столе, протянув: «Я открою». Парень смутился, когда отворил дверь. Он, конечно, ожидал, что Гейб придёт, но не так скоро. Сэм позвонил ему ночью, как только узнал, что Кастиэль у них. По разговору было слышно, что Габриэль жутко нервничал, потеряв брата. Он сказал, что придёт утром.

— Привет, Сэмми, — живо улыбнулся тот, шагнув вперед, Сэм отшатнулся.

— У них с Дином всё хорошо, — выпалил Винчестер, краснея.

— Я так и думал, — Гейб широко улыбнулся, глядя на Сэма. Тот, в свою очередь смотрел в пол. — Ну, тогда, наверное, я здесь не нужен, — проговорил Новак, нарушив неловкое молчание.

— Стой, — Сэм схватил парня за рукав, тот вопросительно на него взглянул.

Набрав воздух, Винчестер шагнул вперёд, буквально впечатываясь губами в губы Габриэля. И, на удивление Сэма, тот не отпрянул, не оттолкнул, а тут же притянул к себе, закрывая глаза. Винчестер расслабился и улыбнулся сквозь поцелуй. По телу прошла мелкая дрожь, а сердце почти выпрыгивало из грудной клетки. Сэм хотел кричать от восторга, когда Гейб углубил поцелуй, что-то промычав.

Отстранившись, Габриэль долго смотрел в глаза Винчестеру, а потом вдруг протянул:

— Мне нужно кое-что тебе сказать. — Сэм понимал. Конечно, ведь поцелуй не может остаться незамеченным, будто ничего не было. До парней в коридоре дошел веселый хохот с кухни. А потом ему сделалось страшно — вдруг Кас и Габриэль поспорили, что второй должен закадрить Сэма?

— Да, конечно, — Винчестер выпустил Гейба из объятий. — Говори.

Габриэль почесал за ухом и закусил губу.

— Я — архангел.

— В каком смысле? — Сэм недоумевал: «Что за шутки?» И что он должен отвечать на это? Ну, назвали его в честь какого-то там Архангела, Габриэля. Почему об этом надо говорить после поцелуя?

— В прямом. Из… из чата. — Винчестер приподнял бровь. — Сэм, но ты пойми. Послушай, Сэм, я очень сожалею, что обманывал тебя. Ты ведь знаешь, я и сам не мог даже догадываться об этом! А потом ты говоришь, что твоего брата зовут Дин и я… — Гейб тараторил до того момента, пока Сэм его не обнял. Просто взял и крепко прижал к себе. Габриэль опешил: — Это как понимать?

— Я догадывался, — легко сказал Сэм, сжимая парня в объятьях. Тот расплылся в улыбке, утыкаясь возлюбленному в шею.

— Какие милости, да, Кас? — сбоку послышалась насмешка. Сэм обернулся, встречаясь с задиристым взглядом брата.

— Габриэль? — Кас шокировано смотрел на брата, который обнимал Сэма. — Так вот, с кем ты гулял.

Гейб не смутился, лишь загадочно ухмыльнулся и взглянул на Дина.

— Ирония судьбы. Ты влюбил в себя моего брата, а я — твоего, — весело прощебетал он, на что Сэм отвел в глаза в сторону.

— Да уж, Гейб. Видимо, придётся нам с тобой дружить до смерти, — с наигранным сожалением протянул Дин, подхватив игру друга.

— Ужас какой, — Габриэль состроил грустную мордашку. — Мне от тебя никогда не отделаться.

— Не дождешься, — усмехнулся Дин, весело подмигивая.

— Сэмми, давай, выходи, — Дин радостно улыбался, еле сдерживая смех, и стучал в дверь школьного туалета. — Ну же, девица, покажись нам!

— Зачем ты мучаешь моего парня? — Гейб был крайне недоволен. Сложив руки на груди и облокотившись на стену, он пристально смотрел на Дина.

— Не надо было спорить со мной, — пожал плечами тот.

— Не могу поверить, что вы поспорили из-за такой глупости, — подал голос Кастиэль, который стоял позади Винчестера. — Серьёзно. Какой идиот спорит на тему: зарывает ли страус голову в песок?

— Сэм спорит, — засмеялся Дин.

— Так не честно! Ты всё прочитал перед этим в википедии, — фыркнул Габриэль.

— Почему я не могу использовать для спора знания, которые получил раньше? — удивился искренне Дин и снова забарабанил по двери. — Давай уже, Сэм!

— Я не буду в этом бегать! — закричали из туалета.

— Спор — есть спор, ничего не попишешь, братец.

Дверь наконец открылась, и Сэм, тяжело вздохнув, вышел. Все тут же заржали. Даже Гейб, который еще минуту назад был совершенно против этой затеи.

Сэм был одет в красный костюм чирлидерши: короткая юбочка и топик, оголяющий его грудь, а волосы на голове затянуты в два хвостика и украшены красными бантиками.

— Почему прошлый спор я тебе простил, а ты такой мудак?

— Давай, принцесса, начинай, — сквозь смех проговорил Дин, схватившись за живот.

Сэм закатил глаза, обещая себе больше никогда не спорить с братом, и, подняв руки вверх, побежал по полному учеников коридору школы с воплями:

— Я люблю пони!