Какие богатства хранятся в Родниковом Крае? Что будет, если человек назовет себя царем природы? Об этом расскажут две короткие сказки про Удмуртию.(Автор иллюстрации: Мария Сандару)
Эта история произошла очень давно. Так давно, что почти никто и не помнит, как было на самом деле…
Много земель подчинил себе злой Колдун, жадный до власти и богатства. Все эти земли превратились в мрачные пустыни, потому как осушал он их досуха…
А наш Родниковый Край жил себе да процветал. Зимой он был красив серебристым снегом и звездной ночью; весной — первыми цветами и пением птиц; летом — изумрудом зелени и теплом солнышка; осенью — золотистой листвой и жемчужным туманом. В те давние времена земли Края населяли три древних народа: нюлэсмурты (духи лесов), лудмурты (духи полей) и юсьмурты (духи неба и солнца).
Прознал Колдун об этом чудесном раю, подумал, что Родниковый Край так и ломится от золота, серебра да самоцветов дорогих. И захватил наш Край, превратив древние народы в слуг своих и рабов.
Целый год Колдун правил в том Краю, но так и не увидел богатства, ибо не умел
Решил он спросить своих рабов. Позвал Колдун нюлэсмуртов и приказал:
— Через год я хочу видеть кучу золота перед собой!
Поклонились нюлэсмурты и ушли.
И вот, ровно через год, принесли они мешки большие. Удивился Колдун богатству Родникового Края, сунул крючковатый нос в ближайший мешок, да так и отпрянул. Вместо золота получил он желтые листья осени.
— Что это? — рассердился Колдун.
— Золото, господин, — ответили нюлэсмурты.
Осерчал Колдун, обрушился на нюлэсмуртов грозной яростью, и после того стали нюлэсмурты молчаливыми и спрятались в лесах, не желая никому показываться.
Тогда Колдун позвал лудмуртов, надеясь, что они будут потолковее. И приказал им:
— Хочу видеть перед собой кучу серебра да самоцветов!
Лудмурты поклонились и ушли.
Ровно через год принесли они сундуки дубовые — один с серебром, другой — с самоцветами. Да только опять остался недоволен Колдун: принесли ему лудмурты снег зимний да цветы летние.
— Что это? — яростно набросился на них Колдун.
— Серебро да самоцветы, господин, — пробормотали лудмурты.
Стукнул по ним Колдун яростью, и после того случая да по сей день живут лудмурты на лугах, ревностно оберегая свои тайны и не показываясь людям.
Следующими прилетели к нему на поклон юсьмурты — люди-лебеди, сотворенные из воздуха и света.
— Я понял! — сказал им Колдун. — Только на солнце есть золото… Принесите мне солнце.
— Это невозможно, — заявили юсьмурты. — Только если долетишь до солнца, достанутся тебе богатства… Полетели!
Колдун превратился в ворона черного и вознесся в небеса. Долго летели они до солнца весеннего — ворону становилось жарче, а юсьмурты и не думали останавливаться.
И тогда сгорел злой и жадный Колдун…
А юсьмурты радостно носились в небесах и торжествовали:
— Не понял ты, Колдун, богатства Родникового Края!
Потому-то весна считается пробуждением жизни — только она избавила Родниковый Край от жадного Колдуна.
Жил-был на свете жадный Богач. Был у него роскошный дом, дача возле моря и сверкающая машина. Сколько бы не получил денег, он не мог остановиться — все было мало.
Промышлял он природными богатствами: рубил лес и продавал его тому, кто даст больше денег. Много леса он истребил… пока не дошел до Удмуртского края.
Приехал он в Удмуртию, увидел местные леса да так и выдохнул:
— Сколько здесь денег растет!
Вошел он в лес и в предвкушении потер ладони: вот это да! «Найму работяг, — подумал он. — И вывезу отсюда каждое деревце!»
Вдруг из леса выходит ему навстречу чудовище: то ли человек, то ли ожившее дерево. Огромный, ростом с самые высокие деревья, а глаза словно желтые угли горят.
— Кто ты такой? — прогремел великан. — Я — Нюлэсмурт, хозяин этих лесов. Что тебе надобно в моем лесу?
Богач испугался, упал на колени перед Нюлэсмуртом, задрожал всем телом. Соврал:
— Я тут мимо проходил… отпусти меня, хозяин леса!
Нюлэсмурт почувствовал, что лгут ему, прогремел его низкий голос над верхушками деревьев:
— Врешь ты мне, человек! Знаю я, что ты пришел в лес богатства мои забирать!
Богач заскулил:
— У тебя вон этих богатств как много, а мне, бедному человеку, нужно что-то есть, во что-то одеваться, где-то жить… Неужели ты, хозяин леса, не поделишься чуть-чуть?
— Поделиться я могу, — задумчиво пророкотал Нюлэсмурт. — Но в каждом деревце — кусочек души моей есть. Делюсь я ими только, если у человека нужда в том есть…
— У меня нужда! — горячо заявил Богач. — Иначе я умру от голода и холода!
— Ладно, — согласился Нюлэсмурт. Люди не раз помогали ему: вычищали лес от упавших деревьев, а голодными зимами птиц и животных подкармливали. Решил и он подсобить.
Договорились они о том, что Богач вырубит немного леса, но взамен обязательно посадит новый. Богач вернулся в город, нанял работяг и велел им в лес удмуртский поезжать. Вот только пожадничал он: сказал весь лес рубить, а на новые саженцы не тратиться.
Увидел Нюлэсмурт, что Богач слово свое не сдержал, разгневался, разогнал работяг. А потом приказал ветру разыскать лжеца и привести к нему.
Богач в лес возвращаться не планировал — жил себе припеваючи, катался на яхте, пил дорогие коктейли и покрикивал на подчиненных, чтобы лучше работали. Однажды, когда он ехал на курорт на своей сверкающей машине, поднялся ветер, машину оторвало от земли и понесло, понесло, понесло куда-то… Богач испугался, вцепился в руль от страха.
Машина приземлилась в лесу — том самом, в котором Богач встретил Нюлэсмурта. Понял он, что это значит, испугался, нажал на педаль газа, надеясь уехать, но куда там — застряла низкая машина, увязли колеса в грязи. Выбежал Богач из машины и вдруг увидел могучую фигуру Нюлесмурта. В сумерках он выглядел еще больше, еще ярче горели его желтые глаза.
— Смилуйся надо мной! — повалился на колени Богач.
В лесу бушевал ветер, кругом грозно шептались деревья.
— Ты солгал мне, человек! — заявил Нюлэсмурт. — Ты жаден, хотя итак уже несметно богат! И ты глуп, раз решил бросить мне вызов. Что ж, получишь ты по справедливости.
После этого ветер улегся, деревья затихли, а Нюлэсмурт пропал. Дрожа от страха, Богач вернулся домой и обнаружил, что дом исчез. Была у него шикарная квартира в центре, а вот пропала она, вместо двери — пустая стена. Хотел он поесть в дорогом ресторане: смотрит — а вся еда на блюде черная да гнилая. Взглянул он на себя в зеркале и не узнал: вместо богатого костюма — лохмотья, и все люди смотрят на него с отвращением.
«Ты говорил, ты беден, тебе нечего есть, нечего носить и негде жить, — прошелестел в ушах его голос Нюлэсмурта. — Да будет так».
— Проклятый Нюлэсмурт! — возопил Богач. — Ты отнял у меня все! Я уничтожу тебя! Это не ты хозяин леса… это я, человек, настоящий царь природы!
Собрал Богач последние деньги и нанял работяг. Приказал им поджечь и уничтожить весь лес. Вскоре пламя взметнулось до небес, затрещало дерево, заголосили в панике птицы…
— Это я царь природы, — повторил Богач, стоя в поле и глядя на яркое зарево впереди. — А ты сгоришь, проклятый Нюлесмурт! Сгоришь со своим драгоценным лесом!
Как же он был глуп, вступая в противостояние с хозяином удмуртского леса, богом природы! Нюлэсмурт согнал над лесом тучи, зарядил дождь и потушил пожар. А сам вышел из леса в поле, огромный, как самое высокое дерево, и двинулся к Богачу.
Богач испугался, сел в машину, хотел уехать… но куда там. Догнал его Нюлэсмурт, схватил машину громадной рукой, вытряхнул себе на ладонь Богача. Гигантские желтые глаза обожгли презрением.
— Ты слишком жалок, чтобы величать себя царем природы, человек, — сказал Нюлэсмурт. — Свой лес я в обиду не дам.
И уронил он Богача посреди поля. Богач хотел броситься наутек, но вдруг понял, что не может отодрать подошвы ботинок от земли. Он хотел закричать, но не смог вымолвить ни слова. А затем ощутил, как коченеют ноги, туловище, руки, голова…
…Вскоре в поле появилось корявое дерево. Оно никогда не зеленело, не цвело, а лишь придавало пейзажу мрачный вид скелетом темных ветвей. И покуда весь остальной мир зеленел и цвел, а лес переливался жизнью, дерево это угрюмо стояло одно и выглядело мертвецом. А еще, если бы вы посмотрели внимательнее, вы бы заметили: чем-то эти ветки похожи на руки, воздетые к небу, чем-то та выпуклость на стволе похожа на человеческое лицо…
Лицо человека, возомнившего себя царем природы. И заплатившего за это.