— Е-е-е-едут! — истошный крик Сильвии, моей лучшей подруги, прорезал полуденную тишину, разнёсся по всем потайным уголкам торгового зала и растворился под потолком.

Едут? Кто?

От громкого вопля пальцы сами собой сжали мягкую трубку пипетки, и в бурлящий котёл вылилась не одна, а целых три капли тягучей жидкости.

Катастрофа!

Поверхность кипящего варева пошла крупными пузырями, дым приобрёл насыщенно-бордовый цвет, и я бросилась на пол, закрывая руками голову.

Бдыщ!

От громкого хлопка содрогнулись стены, в нос ударил приторный запах гнили, а разум принялся оплакивать потерю одиннадцати франков — суммы, на которую можно было безбедно жить почти неделю!

— Ливианна! Бросай валяться без дела, пошли скорее!

Сильвия возникла на пороге комнатушки, служившей мне рабочим кабинетом. Всклокоченные медные волосы торчали во все стороны, над ухом застряла веточка акации, а ярко-зелёные глаза горели изумрудным пламенем.

“Забавно, — в который раз подумала я, невольно любуясь подругой. — Из нас двоих именно Силь больше похожа на ведьму, а не я.”

— Фу, чем это тут так воняет? — скривилась подруга, зажав аккуратный нос тонкими пальчиками. — Только не говори, что варишь это на продажу?

Застонав от досады, я поднялась на ноги, придерживаясь ладонями за стену, и оглядела масштаб проблемы.

Котёл придётся долго отмывать. На дощатом полу, там, куда попало варево, крупными хлопьями облупилась краска. Потолок щеголял обновкой — большой коричневой кляксой.

Тут понадобится не одиннадцать франков, а целых двадцать.

— Чего хоть случилось? — вымученно вздохнув, я спросила у Силь.

Подруга, скривив рожицу, выскочила в торговый зал, схватила утреннюю газету и принялась обмахиваться ею будто веером.

В голове царил хаос. Сдержав рвущийся наружу кашель, я открыла окно, впуская в кабинет свежий воздух из небольшого заднего дворика, и, плотно заперев дверь, вернулась за прилавок.

— Его Превосходительство! — ответила с придыханием Сильвия и томно закатила глаза.

— Чьё? — я растерянно захлопала ресницами, на что тут же получила газетой по макушке.

— Его! — овальный ноготь кричаще-алого цвета указал в сторону окна. — Ливи, ты что, забыла?

— Да о чём ты? Хватит говорить загадками.

— Об этом месяц писали во всех газетах!

— Ты же знаешь, я их не читаю.

Прежний владелец оплатил годовую подписку, а сам через месяц переехал в столицу, сдав помещение мне в аренду. Вот я и принимала от разносчика газеты, складывала в стопку, а по вечерам растапливала ими камин на втором этаже.

— Смотри!

Подруга сунула мне под нос газету, и я увидела на первой полосе огромный заголовок: “Хеленсбург готовится к прибытию главнокомандующего королевской армией, генерала Эрдана Райвэна.”

— И что? — я недоумённо захлопала глазами, силясь понять, отчего Сильвия так нервничает.

— И то, дурёха! — воскликнула она, стукнув кулаком по лбу. — В твой город прибывает красивый, мужественный генерал. Герой многих сражений! Потомок легендарного рода! Целый дракон! Хо-лос-той, в конце концов! А ты чахнешь над вонючим котелком!

— Ну, знаешь! — рассердилась я, когда до меня дошла причина возбуждения Силь. — Как приедет, так и уедет. Мне нет до этого никакого дела.

Сильвия картинно застонала, стукнула ладошкой по прилавку, обогнула его и настойчиво потащила меня на улицу:

— Нашлась тут цаца! Его сам мэр встречает! И верховный жрец! И глава центрального банка! И сотни восторженных девиц!

— Пусти, говорю! — я попыталась выдернуть руку из цепких пальцев, но они держали намертво, будто клещами. — Хочется поглазеть на зазнавшегося вояку — иди. А мне надо сварить зелье для миссис Пимбл.

— Миссис Пимбл уже в первых рядах трётся на городской площади в компании двух незамужних дочерей. Идём, говорю!

Отличительной чертой Сильвии было упрямство. А ещё целеустремлённость. И невиданная для хрупкой девушки физическая сила. Задушив в зародыше моё сопротивление, она вытянула меня за руку на прогретое полуденным солнцем крылечко, закрыла дверь и повесила на ней потёртую табличку с надписью: “Обед”

В одном подруга не ошиблась. Жизнь на городской площади била ключом. Казалось, будний день, все должны быть при делах, но здесь собралось мало-мальски всё население Хеленсбурга. Мальчишки забрались на крыши, а некоторые особо смелые высовывались на карнизы под сердитый окрик матерей.

Те, у кого были молодые дочери, усиленно работали локтями, проталкивая их вперёд. Работники мэрии выстроились в шеренгу на длинном мраморном крыльце, а в центре нервничал и беспрерывно вытирал со лба пот мистер Остин, наш бессменный мэр.

— Идём сюда! — шепнула Силь и повела меня в обход толпы. Добралась до заднего входа в мэрию, воровато огляделась по сторонам и юркнула в незапертую дверь.

— С ума сошла? Нас арестуют! Оштрафуют! Лавку мою закроют! — я зашипела на неё, но всё же последовала за подругой. Всеобщее помешательство на генерале с его отрядом передалось и мне.

Совсем чуть-чуть.

Мы прокрались по опустевшим коридорам, добрались до прохладного холла, украшенного живыми цветами, и, улучив момент, вышли на крыльцо, встав за спинами трёх пожилых дам из отдела бухгалтерии. Те настолько были увлечены рассматриванием прибывшей процессии, что никак на нас не отреагировали.

— Идут!

— Смотрите!

— Камилла, улыбайся шире! Я сказала улыбайся, а не скалься!

Чёрное пятно на горизонте превратилось в очертания всадников и пешей кавалерии. Сквозь гомон толпы доносились лошадиное ржание и дружный топот сапог по каменной мостовой.

— Вот бы подойти ближе, — едва слышно застонала Силь, привстав на носочки и разглядывая военных сквозь бухгалтерские спины.

— Тише! — не оборачиваясь, шикнула на нас одна из дам, тощая, как спица с идеально гладким пучком седых волос.

— Простите, — извинилась я и дёрнула за руку неугомонную подругу. — Стой спокойно и не мешай.

— Должна же я рассмотреть своего будущего мужа, — припечатала смелым признанием Сильвия и, не удержавшись, слегка подпрыгнула. — Ничего не виж… Нет, вижу! Мамочки, он такой… такой…

— Какой? — заинтриговано спросила я, но из-за высоких причёсок бухгалтерш, смогла лишь урывком увидеть часть парадного мундира.

Процессия остановилась перед самым крыльцом. Мэр поспешил им навстречу, стараясь перекричать галдящую толпу и как следует поприветствовать важных гостей.

Встав на мыски туфель, я встретилась взглядом с недовольно фыркающей лошадью, а затем…

Сильвия, подпрыгивая, потеряла равновесие и вцепилась в моё плечо. Испуганно вереща, она скатилась по ступеням, сбив с ног опешившего мэра, а я рухнула на мостовую, со всей дури приложившись об неё коленом.

— Ай-ай! — я жалобно вскрикнула от пронзившей боли и закусила губу, чтобы сдержать выступившие слёзы.

Смахнув их кончиками пальцев, я увидела перед собой потёртые кожаные сапоги с железными вставками. Взгляд пошёл выше, по мощным ногам, обтянутым в чёрные штаны, по дорогущей ткани генеральского мундира, увешанного медалями и орденами.

И, наконец, мы встретились глазами.

Взгляд генерала был подобен острому клинку, что висел на поясе в расшитых ножнах. Пронзал насквозь, лишая воли, заставляя трепетать перед его непостижимой силой.

В его глазах нельзя было прочесть ни чувств, ни эмоций. Лишь бездонную пустоту и некую мрачную тайну. Казалось, дракон видел истинную суть вещей, срывая маски и читая самые сокровенные мысли.

— П-простите, — едва слышно прошелестела я, не в силах разорвать затянувшийся зрительный контакт. — Я нечаянно.

Эрдан небрежно повёл плечами, демонстрируя их размах. Лицо дракона приобрело надменное выражение, отчего я почувствовала себя жалкой букашкой под ногами у свирепого чудовища.

— Как всегда, — в его низком, глубоком голосе послышалась насмешка. — Куда бы я ни прибыл, женщины всегда падают к моим ногам. Хеленсбург не стал исключением.

Таинство момента тут же исчезло. У меня будто розовая пелена слетела с глаз! Вместо прославленного полководца, героя нашего королевства, я увидела зарвавшегося наглеца.

Однако пока я напрягала извилины, изо всех сил пытаясь придумать гениальный ответ, который поставит Райвена на место, он снова меня удивил. Протянул руку и обворожительно улыбнулся:

— Позвольте вам помочь, мисс…

В его ладонь тут же легли тонкие, холёные пальчики Силь, и подруга, отчаянно хлопая ресничками, вымученно простонала:

— Ваше Превосходительство, мне бы к лекарю. Он живёт совсем недалеко, всего пять кварталов, но вы же сильный и донесёте меня…

— Вы с ума сошли? — рявкнул мэр, до этого момента изображая удивлённый монумент. — Мисс Одли, мисс Клауд! Как вы вообще здесь оказались!

— Клодэ, господин мэр, — не переставая улыбаться генералу, Сильвия обернулась и прожгла мистера Остина убийственным взглядом. — Как почётные жители Хеленсбурга…

— Вы, мисс Клодэ, почётный вредитель! А от вас, мисс Одли, я никак не ожидал.

— Простите, — вздохнула я, стараясь не обращать внимания на откровенно потешающуюся толпу. — Простите нас, Ваше Превосходительство, господин мэр. Нам пора.

— Ага, Ливи, иди, — журчал певучий голосок Силь, прикипевшей взглядом к ухмыляющемуся Райвену. — Ваше Превосходительство, если пожелаете воспользоваться нашими услугами…

— Брысь отсюда! — рыкнул мистер Остин. — Стража, немедленно уведите их. А завтра придёте писать объяснительную и заплатите штраф за срыв торжественной церемонии приветствия!

“Только не стража!” — я испуганно огляделась вокруг и жалобно пискнула, увидев, как в нашу сторону бодро топают пятеро здоровяков в тяжёлых доспехах, несмотря на жару.

Дёрнула Сильвию за руку, но она и с места не сдвинулась. Всё стояла и заворожённо улыбалась откровенно насмехающемуся над ней Эрдану. Пришлось применить тактическую хитрость.

— Кому сказала, пошли! — зашипела я и схватила подругу за аккуратную мочку уха.

Силь жалобно заныла, но не выдержала моего напора и с позором отступила. Красные от кончиков ушей до самых корней волос, мы просочились сквозь хихикающие ряды местных кумушек и, не сговариваясь, похромали обратно в мою лавку.

— Ну вот зачем? — пользуясь случаем, я чихвостила бестолковую подругу на все лады. — Хотела запомниться?

— Да! — неожиданно просияла Силь. — Он меня теперь вовек не забудет! Божечки, Ливи, какие у него руки! Крепкие, мощные, их даже мозоли не портят! Такой, как обнимет, как прижмёт к себе, прям дыхание перехватит!

От обилия восклицаний у меня разболелась голова, и я решительно выпроводила её, заявив, что до завтра мне надо сварить четыре зелья от прыщей, одно для похудания и намешать притирку для больной спины мистера Фоггса.

Подумав, сменила табличку “Обед” на “Учёт”. Сегодня вряд ли будут посетители. Весь Хеленсбург стоит на ушах из-за приезда генерала, а завтра…

Ух, завтра отбоя не будет от желающих похихикать над посрамлённой ведьмой.

Погрузившись в работу, я вышла из кабинета лишь тогда, когда солнце коснулось линии горизонта, а на заднем дворе зажглись артефакты-фонари. Желудок, лишённый обеда, не хотел остаться без ужина и требовательно урчал.

— Надо посмотреть, что лежит в холодильном шкафу, — задумчиво пробормотала я, накручивая на палец тёмный локон. — В людные места сейчас лучше не соваться.

Закон подлости сработал на все сто.

Услышав топот на крыльце, я приготовилась к худшему, и ничуть не удивилась, снова увидев Силь.

— Хватай все целительные зелья и дуй за мной! — взвыла подруга, отчаянно молотя руками воздух. — Солдаты Райвена! Подрались! С местными! В трактире дядюшки Жиля! Мы разбогатеем!

Трактир дядюшки Жиля был излюбленным местом отдыха всей городской стражи. Большое двухэтажное здание располагалось неподалёку от главного управления правопорядка, и каждый вечер там непременно царило веселье.

А вот крупных драк на моей памяти не было. И кому только придёт в голову шуметь и барагозить среди пары десятков здоровенных детин?

Как выяснилось, именно эта безумная идея пришла в голову отряду Райвена.

— Торопись! Ну же! — ныла Силь, подпрыгивая на одном месте, но не спешившая помочь мне собирать зелья. — Тебя только за смертью посылать.

— Да иду я, иду, — цедила я сквозь зубы, поставив на прилавок небольшую плетёную корзинку и складывая в неё разномастные пузырьки. — Сама то, что там забыла?

— Да так, мимо проходила, — проворковала Сильвия, отводя в сторону взгляд. — Давай-давай, шагай! Нет, бежим! Если мистер Штольц прибежит раньше нас, некому будет продавать мазь от ушибов!

В моей голове возникла яркая картинка, как главный лекарь Хеленсбурга, престарелый мистер Штольц, спешно ковыляет по мостовой, опираясь на излюбленную трость.

А потом я будто наяву услышала сердитую тираду о том, что зельеварение — псевдоучение, а ведьмы только и умеют что обирать доверчивых граждан. Её величество практическая магия — истинная и единственная наука, поэтому платим по два франка за сеанс и ждём избавления от недуга.

К счастью, бежали мы недолго. Когда за поворотом показался шумный трактир с покосившейся вывеской “У Дядюшки Жиля”, первое, что я увидела — разбитые окна, а под ним среди осколков храпящего здоровяка, прижимающего к груди бутылку.

— Не нравится мне всё это, — я на ходу покачала головой и дёрнула за рукав Силь. — Может, вернёмся?

— Да ты что? — охнула подруга, прижимая ладони к щекам. — Самое интересное пропустим! За мной!

Мы подбежали к дверям и хором взвизгнули, увидев, что один из солдат в потёртой форме вылетел сквозь них, провожаемый пинком под зад. Высокий бородач выкрикнул ему вслед грязное ругательство и скрылся внутри, даже не заметив нас.

Я на цыпочках приблизилась к разбитому окну и заглянула внутрь. От увиденного захватило дух.

Треск ломающихся стульев, звон посуды и глухие удары наполняли воздух словно барабанный ритм. Разноцветная жидкость из разбитых бутылок бодро стекала на пол. Ошмётки еды взмывали в воздух будто конфетти на празднике и на них то и дело поскальзывались мощные здоровяки.

Молотя друг друга, не разбирая, кто свой, а кто чужой, стражники и солдаты бодро уничтожали чужое имущество, и к яростным оскорблениям примешивались жалобные причитания хозяина трактира.

— Я на вас в суд пожалуюсь! — завывал дядюшка Жиль, то и дело высовывая лысую голову из-за барной стойки. — Генералу доложу! Мэру! Королю!

— Нет уж, Сильвия, — я помотала головой и готовясь к отступлению. — Туда я не пойду.

— Ладно, — подозрительно легко отказалась рыжеволосая пройдоха. — Не ходи. Сама справлюсь.

— Силь! — с отчаянием крикнула ей вслед, догадываясь, что сейчас произойдёт.

— Всем стоять! — истошно заверещала подруга. — Кому говорю, харош драться!

На секунду повисла звенящая тишина, а затем, разглядев хрупкий рыжий источник шума, солдаты со стражей продолжили драку. Помещение вновь наполнилось хлопками, криками и треском ломаемой мебели.

И вот раздалось звенящее:

— А-А-А-А-А-А-А!!!

Звуковая волна, исходящая от Силь, побила чудом уцелевшие бутылки, отбросила всех дерущихся к противоположной стене вместе с обломками мебели и скинула на голову какому-то бедолаге плешивую лосиную башку с ветвистыми рогами.

В который раз я обрадовалась, что у меня есть амулет, защищающий от магии сирен. Правда, Сильвия была не чистокровным представителем данной расы, а всего лишь полукровкой, поэтому можно было считать, что дерущиеся легко отделались.

— Ничего не слышу, — сдавленно простонал какой-то солдат, пытаясь выбраться из-под разломанной столешницы. Другой, судя по синим лохмотьям представитель Хеленсбургской стражи, сунул палец в ухо и сосредоточенно им пошуровал, а потом запрокинул голову и взвыл:

— Я оглох! Ведьма!

— Ну конечно, чуть что — сразу ведьма, — мрачно проворчала я и, поправив сползающую по руке корзинку, осторожно зашла в разгромленный трактир.

Силь, завидев меня, набрала воздуха в грудь и завопила:

— Подходим! Недорого! Качественные мази от ушибов и растяжений! Обеззараживающие зелья! Настойки на спирту и травах! Лечим порезы, поднимаем моральный дух, перевязываем раны!

В воздух взметнулась чья-то рука, и я уже сделала шаг к первому покупателю, как за нашими спинами раздалось гневное:

— Мисс Одли! Мисс Клауд! Что вы тут устроили?

— Клодэ! — привычно поправила Силь, не потрудившись даже обернуться.

А вот меня развернуло на сто восемьдесят градусов и с губ слетело удивлённо-возмущённое:

— Мы? Господин мэр, вы это серьёзно?

Ладно бы мэр. С мистером Остином всегда можно договориться. Но рядом с ним стоял Эрдан Райвен с перекошенным от ярости лицом.

Нервно дёрнув верхней губой, он окинул помещение испепеляющим взглядом и громко прорычал:

— Стройся!

Солдаты разной степени побитости шипя и, скрипя зубами, выстроились в одну шеренгу.

— Причина драки?

Мамочки! Какой он страшный в гневе. Такому под горячую руку лучше не попадаться. Медленно, чтобы не привлекать лишнего внимания, я попятилась назад, пока не услышала сдавленное:

— Вон эти две ведьмы!

— Каким образом? — воскликнула я, отметив про себя, что Силь молчит и вообще, с небывалым доселе интересом рассматривает лосиные рога.

— Разберёмся, — процедил сквозь сжатые губы мэр. — Мисс Одли, мисс Клауд, за мной!

— Клодэ! — рявкнула подруга.

Предчувствуя долгий, а главное — тяжёлый разговор с Сильвией, я опустила голову и поплелась за мэром на выход из разгромленной таверны.

Однако вместо того, чтобы уступить мне дорогу, генерал Райвен сделал шаг вбок, и я врезалась носом в его каменную грудь, не успев затормозить.

— Ай! — пискнула я, тут же отпрянув. Эрдан казался таким опасным, что и находиться рядом с ним было тягостно и страшно.

— Не торопитесь, леди, — на его тонких губах заиграла улыбка хищника, поймавшего добычу. — Раз мои люди назвали вас виновницами драки, то и говорить с вами буду я.

— Ну хоть одна здравая мысль! — обрадовалась Силь, кокетливо заправляя выбившуюся прядь волос за ухо.

— Ни за что! — одновременно с ней ответила я и попятилась назад.

А вот тело посчитало иначе: нога зацепилась за валяющийся стул с отломанной спинкой, и я неловко взмахнула руками, пытаясь схватиться пальцами за воздух. Стены перед глазами сменились на потолок, и я, зажмурившись, приготовилась к удару.

Однако чья-то крепкая рука ловко схватила меня поперёк талии и вернула в стоячее положение. Сквозь амбре прокисшего пива, дешёвого вина и крепкого пота я почуяла тонкий аромат вереска и мяты. Губы сами собой поплыли в улыбке, но стоило открыть глаза, как передо мной возник нахально ухмыляющийся Эрдан Райвен. Резким движением он вжал меня в свой мускулистый торс и хрипло прошептал на ухо:

— Всякий раз, когда вы оказываетесь рядом со мной, вас тянет в горизонтальное положение, мисс…

— Наглец! — прошипела я и упёрлась ладонями в его плечи, обтянутые простой чёрной рубашкой. — Отпустите меня немедленно!

— Понял, — осклабился он и заговорщицки мне подмигнул. — Для мисс важна репутация. Поговорим об этом позже, без свидетелей.

Я уже была готова разразиться долгой и гневной тирадой, но не успела. Эрдан тут же убрал конечность с моей талии и потерял ко мне всякий интерес, рыча, как зверь на подчинённых:

— Живее! Кучка идиотов, набранных по объявлению! Марш отсюда!

Солдаты, словно нашкодившие мальчишки, вжимали головы в плечи и сноровисто выскакивали на выход, а особо медлительные получали твёрдого генеральского подзатыльника.

— Ваше Превосходительство! — обиженно воскликнула Сильвия вслед Райвенской спине. — А мы? А поговорить? Вы же обещали!

— Молчи, дура! — мой рык получился тоньше, тише, и тем не менее злости в нём было не меньше. — Боюсь представить, в какую историю ты меня втянула.

— Ну знаешь, — всхлипнула подруга и картинно заломила руки, — у меня была причина. И мы бы озолотились, если бы не этот… этот…

Причём ткнула пальцем не в Эрдана, а в мэра.

— Мисс Клау… — тут же обернулся мистер Остин, и я в очередной раз подумала о том, что у него либо глаза есть на затылке, либо он грамотно читает мысли, — Клодэ.

Сильвия холодно улыбнулась и кивнула.

— Марш домой и до утра носа на улицу не высовывать! А к девяти, чтоб обе стояли на пороге с виноватыми лицами и объяснительными в руках!

— Ладно, — ничуть не расстроилась Силь, — как скажете.

— Я вас слишком хорошо знаю, мисс, — он сердито погрозил ей пальцем. Мне достался лишь суровый взгляд, но и этого с лихвой хватило. — Если вас увидит ночная смена — проведёте ночь в отделении городской стражи!

Мистер Остин остался в трактире решать проблемы с дядюшкой Жилем, а я, крепко обидевшись на Силь, пошла домой не попрощавшись.

“Час от часу не легче. Сколько раз ты, Ливианна, обещала себе не влипать в сомнительные авантюры?” — мысленно ругалась я.

Досталось всем и в первую очередь себе за то, что позволяю легкомысленной подруге втягивать меня в рискованные приключения. Влетело и Сильвии, правда, чуть меньше. Она не виновата, что в ней течёт кровь сирен, которая подталкивает её к безумным идеям.

Зато Силь верная, заботливая и ради близких отдаст самое ценное, что у неё есть. Когда я решила открыть лавку зелий, именно она с лёгкой руки отдала мне все свои сбережения, взамен части прибыли.

Всего лишь десять процентов! На тот момент я не представляла масштаб бедствия, поэтому с лёгкостью согласилась. И уже на следующий день пожалела, поскольку Силь принялась активно искать нам клиентов.

Чересчур активно, поверьте.

К счастью, я душу вкладывала в работу, поэтому зелья выходили на славу, и люди шли ко мне в лавку не подталкиваемые в спину сиреной, а по доброй воле и своими ногами.

А когда случилась беда с моим фамильяром…

Не буду сейчас об этом. Скажу лишь, что именно Сильвия помогла мне пережить потерю.

Но вот генерал Эрдан Райвен. Одно прикосновение к нему будоражило мысли. В глубине души было приятно, что на меня обратил внимание такой видный красавец-мужчина. Остальная же часть души кричала об опасности и твердила мне держаться от него подальше.

“Поговорим об этом позже, без свидетелей.”

Эта фраза не выходила у меня из головы весь остаток вечера и даже ночью, просыпаясь, я твердила себе, глядя в потолок:

— Надеюсь, это была шутка. Встретиться с ним наедине? Нет, нет, и ещё раз нет.

Однако “да” случилось уже на следующий день.

Хорошее воспитание не позволило показать ему в спину неприличный жест. Колокольчик жалобно звякнул, будто извинялся за визит непрошенного гостя, а дверь хлопнула с такой силой, что старенькая коробка глухо затрещала.

— Ненормальный! — я опустилась на пол и закрыла лицо руками. — Чудовище! Грубый солдафон!

Через приоткрытое окно долетели бодрые голоса соседок, направляющихся в лавку, поэтому времени на слёзы не осталось.

Я тут же поднялась на ноги, отряхивая юбку и расправляя складки. Пальцы скользнули круговыми движениями по тонкой коже на висках, а губы неохотно расползлись в дежурной улыбке.

— Ливианночка, солнышко моё, — с порога зазвенел голосок миссис Пимбл. — Видела, у тебя в клиентах ходит сам генерал Райвен?

“Вот же глазастая!” — внутри меня кипело море эмоций, готовых выплеснуться наружу.

Вслух же я доброжелательно произнесла:

— Миссис Пимбл, всегда рада вас видеть, но я предупреждала, что зелье можно забрать не раньше вечера. Готовая смесь должна настаиваться сутки в тёмном, холодном помещении.

Из-за спины пожилой миссис, которая в последние месяцы активно пыталась сосватать всех своих дочерей, выглянуло сморщенное личико другой городской сплетницы — Генриетты Фишер.

— Ох, детонька, что ж мы будем делать, когда Его Превосходительство увезёт с собой нашу ведьму, — притворно вздохнув, она поправила на голове ярко-голубой чепчик и промокнула сухие глаза белым платком с вышитой ромашкой. — Может, мы тебе здесь найдём?

— Кого найдём? — осторожно поинтересовалась я.

— Жениха! — радостно выпалила Генриетта. — Складного, справного, непьющего. Вон, Феликс, сын кузнеца — всем хорош. А то ты в девках засиделась, это да.

— Или владелец мясной лавки, мистер Велш, — присоединилась к обсуждению миссис Пимбл. — Не спорю, Андреасу уже за сорок, но до чего видный мужчина! Чего тебе цепляться-то за Райвена?

Они что, издеваются надо мной?

— Миссис Фишер, — ответила я с максимальной вежливостью, на которую была способна после выходки Эрдана Райвена, — во-первых, не знала, что в Хеленсбурге есть другие ведьмы. Во-вторых, лично я никуда не собираюсь. Ни в какие “замуж” и уж тем более ни с какими Превосходительствами.

На моих глазах произошло чудесное преображение. Зрачки миссис Пимбл расширились и засверкали, плечи расправились, а губы зашевелились, будто бы она решала сложную задачу: кого из дочерей стоит выдать замуж за генерала?

— Но как же… — нарочито расстроенно протянула миссис Фишер. — Мы то видели, как он вышел от вас: спина прямая, глаза горят, шаг чеканит! Решительный такой, суровый! Мечта-а-а.

— Но не моя. Миссис Фишер, миссис Пимбл, — я решила прервать поток вопросов и выставить двух разведчиц за дверь. — Могу предложить вам новинку, называется “Морщины, прочь!”. Великолепное средство быстрого действия, правда одним из побочных эффектов является сыпь на языке, но вам, как подопытным… Прошу прощения, опытным дамам, первый пузырёк бесплатно. А сыпь — ну, помолчите денёк, зато морщины…

Я даже не успела договорить, обеих кумушек как ветром сдуло. Покачав головой, я повесила табличку “Обед” и пошла на кухню.

— Всегда удивляюсь, как люди могут выдумать нелепицу и сами же в неё поверить? Нет, конечно, каждый имеет право на своё мнение, но высказывать его, когда не просят — верх невежественности. Нашлись тут, две свахи. И ведь знают, что Феликс небольшого ума, а толстяк Велш всё никак не может вывести потные круги под мышками.

Тьфу, аж есть перехотелось! Я поставила чайник на огонь, и пока вода закипала, принялась колдовать над травами. Добавила в марлевый мешочек щепотку душицы, немножко тимьяна и донника с валерианой. Скрутила его в тугой комок и бросила в чашу, залив горячей водой.

— Дожили, — вздохнула я, изо всех сил пытаясь выкинуть из головы проклятого генерала. — Пью успокоительный сбор посреди дня. Чтоб этому Райвену…

Шестерёнки в мозгу усиленно заработали, придумывая варианты истинно ведьминских пожеланий. И чтоб натёр на обеих ногах кровавые мозоли. А ещё съел чего несвежего и слёг с желудочными коликами. Проигрался в карты или чем там занимаются в свободное время генералы?

Пока в голове рисовались красочные образы, как статный и самоуверенный Эрдан Райвен рвёт на макушке волосы, прядь за прядью, сидя за карточным столом, в торговом зале что-то зашелестело, стукнулось и разбилось.

— Опять мальчишки безобразничают? Надеюсь, это было не окно, — сделав маленький глоток, я отставила кружку в сторону и схватила полотенце, намереваясь отхлестать по пятым точкам вредных мальчуганов.

Не больно, но обидно и поучительно. А потом затребую деньги за новое стекло с их родителей.

Только вот стоило мне вернуться в торговый зал и увидеть маленького крылатого безобразника, как полотенце выпало из разжатых пальцев, а я прислонилась боком к дверному косяку, не веря своим глазам.

— Зефирчик? Мой пропавший год назад фамильяр, как ни в чём не бывало, забавлялся с кругляшами от счётов: катал их по полу, замирал в засаде, нападал и не обращал на меня совершенно никакого внимания.

Белая шёрстка с золотыми вихрами на макушке была идеально чистой, а расправленные крылья находились в идеальном состоянии, будто мы с ним никогда не расставались.

Порыв ветра пролетел сквозь разбитое окошко, подхватил с прилавка несколько бумаг и сдул мне в руки.

— Накладная за партию зверобоя и ромашки луговой, — я рассеянно прочитала заголовок и тут же отложила в сторону. — Позже разберусь.

Всё моё внимание было приковано к резвившемуся крылатому коту.

— Зефирчик! Как ты здесь оказался?

Кисик, наконец, отвлёкся от своего занятия, пару раз лизнул лапу и вальяжно потрусил ко мне, помахивая пушистым хвостярой.

— Мяу! — выдал он, плюхнувшись на толстую попу в шаге от меня. Прищурившись, почесал мощной лапой за ухом и снова гаркнул басом. — Миа!

До меня только что дошло. Этот стервец где-то целый год прохлаждался, пока я рыдала ночами в подушку и упрекала себя за то, что своими руками угробила любимого фамильяра! И ладно бы он пришёл уставший, побитый, грязный, так нет же! Холёный, будто с выставки летающих кошек! Смотрит на меня с хитрым прищуром, словно у него есть какая-то тайна.

— Ты хоть знаешь, что я места себе не находила? — воскликнула я, пытаясь взять на руки и крепко обнять наглую пушистую задницу.

Кисик ловко выскользнул из моих пальцев, запрыгнул на прилавок и стал намывать хвост по всей длине шершавым красным языком.

— Где ты был? — не отставала я от пушистого.

— Мя!

Коротко и ясно.

Мда…

Год назад, первый и единственный раз за всю мою жизнь, когда мы с Силь попробовала вино из сада фей, я совершила ужаснейшую ошибку, которая стоила мне пропажи фамильяра.

Полгода я искала его по всей округе! Развешивала объявления на столбах, писала во все газеты и была готова расстаться со всеми сбережениями! В результате мне принесли восемь котов — завсегдатаев подворотни у мясной лавки, трёх собак и одного не в меру упитанного хомяка!

Поисковые заклинания не работали. И если бы не поддержка Силь, я бы до сих пор оплакивала его пропажу.

— Дела-а-а, — я поскребла пальцами макушку, не в силах оторвать взгляд от упитанного кота.

Зефирчик зевнул во всю пасть, подмигнул мне и, свернувшись клубочком, закрыл глаза. Через несколько минут он уже вовсю сопел, а я боялась покинуть торговый зал. Вдруг уйду, а когда вернусь — он опять исчезнет на год, а то и два?

— Так, мохнатый, идёшь со мной, — я уверенно подхватила на руки тяжёлую тушку и уже собралась идти на кухню, как в лавку ворвалась взволнованная Сильвия с большим сачком в руках.

— Ливи! Он… А, ты его уже нашла, — выдохнула подруга, бросив сачок на пол. Согнувшись в три погибели, она упёрлась ладонями в коленки и, восстановив дыхание, зачастила с новой силой. — Представляешь! Сижу в кафе, никого не трогаю, поджидаю… Неважно кого. И тут он! Летит, такой деловой. Я за ним, а он от меня!

— Сачок где взяла? — поинтересовалась я, прижав к себе уснувшего фамильяра.

— Там, — неопределённо махнула рукой Силь. — Ты хоть понимаешь, что это значит?

Я помотала головой, пытаясь понять о чём толкует подруга. А вот когда до меня дошло, руки разжались сами собой, и Зефирчик с жалобным мявом приземлился на все четыре лапы.

Только не это!

Даже не смей произносить это вслух!

— Силь, мы немножко выпили, и… — осторожно протянула я, шаг за шагом пятясь к подсобке. — Ну бред же! Такого не бывает.

Но подруга попёрла на меня как гончая за добычей.

— Возрадуйся, Ливи. Он привёл в Хеленсбург твоего суженого! — Бред какой-то, — я настойчиво замотала головой, свято веря в то, что если долго отрицать — оно не сбудется.

— Коне-е-ечно, — нарочито ласково протянула Сильвия и грациозным жестом откинула назад рыжие локоны. — Не сбудется-не сбу-у-удется. И прибывший вчера отряд Райвена — лишь совпаде-е-ение, не больше.

Терпеть не могу, когда она включает этот саркастичный тон. Чувствую себя рядом с ней, как кролик в лапах у хищника. Оглянувшись по сторонам, я ткнула указательным пальцем за спину, и, приподнявшись на цыпочках, вытянула шею:

— О, генерал идёт!

— Где? — моментально попалась на удочку Силь. Потеряв ко мне всякий интерес, она ослепительно улыбнулась, демонстрируя кокетливые острые клычки, и одёрнула платье, приспуская декольте:

— Ваше Прев… А ну, вернись! Ливи! Вернись и смирись! Немедленно!

— С чем? — я прошмыгнула под её рукой, юркнула за прилавок и закрыла боковую дверцу на защёлку. — Зефирчик, не подпускай её ко мне!

— Зефирчик, отойди! — рванула ко мне подруга через весь торговый зал, придерживая длинный подол.

Мой фамильяр встрепенулся, но вместо того, чтобы защищать свою ведьму, он лениво перелетел на полку, сбросил с неё лапой пузырьки, свернулся калачиком и спрятал нос в хвосте.

— Не нужен мне этот генерал! — я левой рукой нашарила под прилавком тряпку, которой вытирала пыль, и хлестнула ею воздух перед Силь.

Подруга оторопело захлопала глазами, словно я сморозила какую-то глупость. А после запрокинула голову и громко расхохоталась:

— Генерал? К тебе? Умеешь же ты насмешить!

Сперва мне стало даже обидно. Что со мной не так? Почему это Райвен не может быть моим суженым? А следом вспомнила насмешливое:

“Люблю таких, как ты — на вид тихоня, а стоит только остаться наедине, дашь фору любой продажной.”

Нет, я ни за что не расскажу об этом Сильвии. Лучше предостерегу её, чтоб прекратила строить глазки этому законченному подлецу. Сердце снова сжалось, будто стальные пальцы холода вцепились в него со всех сторон, выдавливая всё хорошее до последней капли.

— Эй! — как сквозь туман пробился озадаченный голос сирены-полукровки. — Ливи! Ливи, я здесь!

Я вздрогнула, сбрасывая с себя свежие воспоминания, и попыталась выкинуть из головы надменный голос Райвена.

— Силь, иди домой, пожалуйста, — устало выдохнула я и опустилась на стул, закрыв лицо руками. — Вечер не наступил, а я уже устала.

К чести подруги, она чутко улавливала мои эмоции и знала, когда переступает грань. Грустно вздохнув, Сильвия направилась к двери, но на пороге обернулась:

— Ливи, ты же знаешь, я не это имела в виду. Ты — нежное, доброе создание. Тебя на руках надо носить, одаривать цветами и петь под окнами серенады. Генерал же не такой. Он огонь, он мощь, он страсть. Он завоеватель! Пришёл, увидел, победил!

— Да пошёл к Подземному владыке твой Райвен! — вскинулась я, и вместо счётов в дверь полетела тряпка.

Взметнувшись над прилавком, она нелепо упала на пол. Только вот Силь намёк не поняла:

— Вот и я говорю, ну его ко всем чертям! Присмотримся к солдатам. Кстати, я когда к тебе шла, видела ух какого красавчика! Серьёзный такой, марширует ать-два, ать-два! Сапоги начищены, пуговицы блестят! А глаза-а-а, мечтательные! Такие по ночам в засаде не девушек обсуждают, а сочиняют лирические баллады!

Каким бы ни было испорченным настроение, но стоило мне представить, как здоровенный мужлан из отряда Райвена мучительно подбирает рифму к слову “кровь”, продираясь через густой кустарник, улыбка подобралась к моим губам.

— Иди давай, — я закусила изнутри щёку и отвернулась.

— Пойду со стекольщиком договорюсь, — беззаботно воскликнула сирена-полукровка. — А ты не ешь ничего калорийного. И не строй на вечер планы.

Проводив её взглядом, я выдохнула с облегчением, когда за шумной Силь закрылась дверь.

“План у меня уже есть, — в голову пришло беспроигрышное, как мне казалось, решение. — Отдам вечером зелье миссис Пимбл, повешу на дверь охранный артефакт и лягу спать.”

Бережно лелея мысль о спокойном вечере в компании Зефирчика, чашки ягодного чая и увлекательной книжки, я дождалась, пока небо окрасится в яркие цвета заката. Стекольщик, вызванный Сильвией, снял мерки, наложил фиксирующее заклинание, не пропускающее холод, и пообещал завтра же поставил новое взамен разбитого.

Не скрывая облегчения, я распрощалась с миссис Пимбл, торжественно вручила ей большой флакон из тёмного стекла, сопроводив его напутствием:

— Столовую ложку с утра натощак. Не смешивайте с едой, а то будет тошнить. Запивать исключительно водой.

Обрадованная дама сноровисто убрала пузырёк в модный ридикюль, украшенный разноцветной бахромой, но домой идти не торопилась.

— Что-то ещё? — вежливо улыбнулась пожилой даме, мечтая поскорее остаться одной.

— Скажи, дорогая, — миссис Пимбл поманила меня пальцем и торопливо зашептала. — Не найдётся ли у тебя свободного флакончика “Брыли, вон!”?

Чего?

Я нахмурила лоб, пытаясь вспомнить зелье с похожим названием, и дама решила мне помочь:

— Вы днём говорили про чудодейственное средство, от которого на языке растёт мозоль.

Когда до меня дошло, что она имеет в виду, я едва не прыснула со смеху.

- “Морщины, прочь!” не прошли контроль качества, — из груди вырвался притворный вздох сожаления. — Слишком много побочных эффектов.

— Та ничего страшного, — обрадовалась миссис Пимбл, — заплачу двойную цену, не обижу! Змеюка Фишер совесть потеряла, клевещет на мою Николь! Якобы она по ночам сбегает через окно, а возвращается под утро счастливая и в мятом платье.

— Ничем не могу помочь, — я распахнула дверь перед говорливой женщиной. — Все заготовки уничтожены. До встречи!

Как тяжело быть ведьмой!

Оставшись в гордом одиночестве, я повесила над дверью охранный артефакт, свистнула Зефирчика и вышла в небольшой садик через черный вход.

Вдыхая полной грудью пряный аромат мяты, росшей неподалёку от смородиновых кустов, я сорвала пару веточек и бросила в рот горсть иссиня-чёрных ягод. Кисло-сладкая мякоть с хрустящими крупинками семян обволокла язык, лёгкий ветерок приласкал лицо и заботливо погладил по волосам.

Красота!

Наслаждаясь долгожданным покоем, я решила выпить чай на свежем воздухе и вернулась в дом, чтобы вынести стул, а заодно прихватить кружку с горячем чаем.

Но стоило мне устроиться поудобнее и сделать первый глоток, как чей-то силуэт ловко перемахнул через высокий забор и уверенно направился прямо в мою сторону.

— Зефирчик! — закричала я и, подскочив со стула, выплеснула содержимое чашки, целясь в лицо незваного гостя.

Горячая жидкость попала точнёхонько в удивлённую физиономию не ждавшего сопротивления мужчины. Но вместо того, чтобы взвыть от боли и спешно покинуть чужую территорию, он помотал головой, стряхивая капли и, как ни в чём не бывало, поклонился:

— Госпожа ведьма, Рихтер Майер по вашему распоряжению прибыл.

Я оторопело захлопала глазами, отчаянно пытаясь вспомнить, что за распоряжение и когда я успела отдать его этому, признаться, симпатичному мужлану.

В ту же секунду из двери кубарем вылетел Зефирчик с когтями наголо. Набрав скорость, фамильяр вытянул вперёд лапы и с наслаждением вцепился в густую шевелюру визитёра.

— А-а-а! — громкий баритон Рихтера разнёсся по вечерней улице. Он тут же выпрямился и попытался оторвать от себя крылатого защитника, но не тут-то было!

— Ма-а-а! — басом вторил ему Зефирчик, отчаянно махая крыльями и затачивая когти о скальп Майера.

— Хватит! — рявкнула я, заметив на оливковом кителе нашивку королевской армии. Зефирчик тут же отлетел в сторону, бережно сжимая между пальцев здоровенный клок волос. Плюхнувшись на мой стул, кот завалился на спину и принялся отчаянно толкать трофей задними лапищами.

— Пу-пу-пу-у-у, — расстроенно выдохнул солдат, запустив ладонь в слегка прореженную шевелюру. — Вот уж не ожидал.

Не ожидал?

Ну, извините!

— Вы! — я гневно ткнула пальцем в его широченную грудь. — По какому праву вы вообще сюда явились? Вас в дверь стучать учили?

— Так она ж закрыта! — выпалил Рихтер, изучая сиротливую алую каплю на указательном пальце. Осмотревшись по сторонам, он быстро вытер ладонь о штаны и на голубом глазу продолжил. — Я стучу, а вы не открываете! Вдруг вам плохо стало, и вы корчитесь на полу? А я б вас спас! И увольнительную б заслужил!

— Минутку, — я покачала головой, пытаясь прийти в себя, и устало потёрла лицо ладонями. — С чего вы вообще решили, что я вас жду? Я вас вообще впервые вижу!

— Ой, госпожа ведьма, какая ж вы непонятливая, — Майер протянул руку к моей макушке, но я вовремя уклонилась, и его пальцы взъерошили воздух.

— Какая уж есть, — мрачно процедила, чувствуя всё большую уверенность, что здесь не обошлось без Сильвии. — Чаю хотите?

— Если им в лицо плескать не будете, — несмешно пошутил Рихтер и сам же громко расхохотался, поощряя своё сомнительное чувство юмора.

Весь настрой был испорчен. Чайник, полный холодной воды, с грохотом приземлился на плиту. Раздражение нарастало вместе с градусом воды в железной посудине и готово было вот-вот выплеснуться на недотёпу-солдата.

“Вдох и выдох, Ливи, — попыталась привести внутренний раздрай к жалкому подобию спокойствия. — Дыши и считай до десяти. Один… Два… Три…”

— Семьдесят пять, — неожиданно гаркнул Рихтер, сбивая меня с мысли.

— О чём вы? — устало спросила я, ругая себя за то, что решила напоить чаем визитёра вместо того, чтобы отправить его обратно к Сильвии.

— Температура воды должна быть не выше семидесяти пяти градусов, чтобы чай полностью раскрыл свой вкус, — удивил меня познаниями солдат. — Снимайте с огня.

Я недоумённо пожала плечами, однако всё же послушно сняла горячий чайник с плиты. Но стоило наклонить длинный носик над заварочным чайником, как на обжигающий металл уверенно легла громадная ладонь.

— Садитесь, госпожа ведьма, я сам, — добродушно улыбнулся Майер, ловко оттесняя меня от плиты.

Сам так сам.

Я села за стол, наблюдая за тем, как ловко этот детина управляется с посудой. Рихтер же, поколдовав над заварочным чайничком, сел напротив, поставил локти на скатерть и принялся сверлить меня глазами.

— Вы не обожглись, — констатировала я, сложив в голове все факты.

— У меня редкий дар, — бесхитростно улыбнулся солдат, демонстрируя приличную щель между передними зубами. — Родители держали лавку с чаем и специями, у них всему и научился. А когда Его Превосходительство прибыл в наш город за добровольцами, предложил мне щедрый оклад взамен на пять лет под его началом. Ещё полгодика осталось, вернусь домой и открою пекарню по соседству с чайной. Ух, заживу-у-у!

Глядя в искренние, горящие глаза незваного гостя, злость уступила место смирению. Неплохой вроде парень: высокий, широкоплечий, с густой копной каштановых волос… Почти густой, благодаря защитнику-фамильяру. Глаза голубые, честные, подбородок волевой.

А я была уверена, что на службе у Райвена лишь отпетые мерзавцы, под стать самому генералу. Стало даже немного жаль, что он попался на удочку пройдохе Сильвии.

— Так зачем вы пришли? — вернулась я к главной теме нашего разговора. — Точнее, кто натолкнул вас на мысль, что мне требуется помощь?

Рихтер задумчиво поскрёб макушку и выдал такое, отчего у меня волосы встали дыбом.

Если вкратце, то за неучастие во вчерашней драке, а также успехи в стрельбе и магической защите, Эрдан дал ему в качестве поощрения увольнительную. Весь день добродушный солдат изучал Хеленсбург: сходил в местный дендрарий, посетил театр и ярмарку сезонных сладостей. И вот когда он возвращался в казармы, к нему подбежала запыхавшаяся красавица с длинными огненными волосами. Перемежая слова с горестными всхлипами, она сообщила о том, что по просьбе мэра её обожаемая кузина-ведьма подготовила для новоприбывших бесценный подарок.

А именно: большую корзину зелий и притираний. Но вот корзина тяжёлая, а кузина — слабая. И эта самая кузина послала рыжеволосую нимфу попросить о помощи кого-нибудь из солдат. Рихтер, желая выслужиться перед Райвеном, вызвался доставить подарок в казармы, поспешил к дому ведьмы, а она не открывает. Отважный вояка испугался, вдруг случилась беда? Поэтому решил найти лазейку и полез через забор.

Что было дальше — уже знаю.

— Ну Сильвия, — прошипела я, до хруста сдавливая в пальцах тоненькую ручку хрустальной чашечки. — Только сунься в мою лавку — прибью. Нашлась мне тут кузина.

— А вот ещё! — Рихард щёлкнул в воздухе пальцами и полез во внутренний карман. — Просила вам передать.

Я развернула сложенный вчетверо клочок бумаги с рваными краями и пробежалась глазами по неровным строчкам:

“Хорош, красавчик? Не благодари! Ставлю сто франков, Зефирчик его уже обожает!”

Это оказалось последней каплей. Я решительно поднялась из-за стола, с грохотом отодвинула стул и рявкнула на Майера:

— За мной!

— Куда? — послушно потрусил за мной солдат.

— Мне тут сто франков задолжали. А ты поможешь их забрать. — Не-не-не, я — честный солдат, а не мордоворот, — тут же дал заднюю Рихтер и для убедительности замотал головой так, что в один момент я за него даже испугалась.

Вдруг ещё сломает шею, а обвинят во всём единственную на весь Хеленсбург ведьму?

— А ты и не должен мордой воротить, — парировала я, будто невзначай преграждая возможные пути отхода, то есть входную дверь. Артефакт всё так же поблёскивал у самого потолка, но веры в него уже не было. — Будешь стоять за моей спиной и сверлить суровым взглядом должницу. Вдруг у неё совесть проснётся?

— А-а, — тут же расслабился Майер, сверкая щёлкой между крупными белыми зубами, — это всегда пожалуйста.

Я деактивировала охранный артефакт, набросила на плечи тёплый платок и приказала сонному Зефирчику:

— Остаёшься за главного. Никого не впускать, ничего втихаря не продавать, снова на год не пропадать. Всё ясно?

Фамильяр демонстративно задрал лапу и принялся сосредоточенно намывать под хвостом.

На улице было довольно прохладно. Свежий ветерок игриво взъерошил волосы, попытался забраться под платок и полетел прочь, задевая самые верхушки жасминовых кустов.

— Красиво тут, — Рихтер огляделся по сторонам, с хрустом разминая плечи. — Милый городишко. И пахнет приятно.

Аромат жасмина смешивался с вечерней свежестью и терпкой зеленью островков подстриженных газонов перед дверями соседних лавок. С дальнего конца улицы до нас долетал умопомрачительный запах мясного пирога тётушки Роуз — единственного блюда, которое она умела готовить в совершенстве.

Сразу же захотелось есть, однако сначала надо было навестить Силь и провести с ней разъяснительную беседу.

Сирена-полукровка жила в десяти минутах ходьбы от мэрии. Шагая по знакомым улочкам, я решила не терять времени и расспросить Майера о генерале Райвене.

Чем больше я знаю о противнике, а я его воспринимала исключительно как неприятеля, тем проще будет с ним сражаться.

Но как бы аккуратно подобраться к этой теме?

Попробую начать издалека.

— Значит, ты в королевской армии уже пять лет? — вкрадчиво спросила у марширующего верзилы.

— Почти, — охотно ответил Рихтер. — Полгодика осталось. Я даже календарик купил, где зачёркиваю дни.

Похлопав ладонями по кителю и брюкам, он выудил небольшую картонку, размером с ладошку, и протянул мне, мол, смотри. На лицевой стороне был изображён карикатурный щенок, державший в одной лапе чашку с дымящимся чаем, а в другой — сдобный рогалик. Вместо улыбки, у животинки был торжествующий оскал, демонстрирующий внушительные клыки, а внизу подпись:

“Приходите к чаю, булочками угощаю”

И мелкими буквами адрес, судя по всему, какой-то хлебной лавки.

— Напоминает о родном доме, — смущённо пояснил солдат, заметив мои подрагивающие от беззвучного смеха плечи. — У меня ещё календарики есть, хотите, подарю? Только они в казарме, но в следующую увольнительную принесу.

“Расслабился, — обрадовалась я, поглядывая на испещрённый крестиками задник календарика. — Это хорошо.”

— Ты упомянул, что генерал Райвен предложил тебе высокий оклад, когда приметил твой редкий дар, — сделала вид, будто задумчиво рассматриваю до боли знакомые здания, а сама украдкой поглядывала на добродушного любителя календариков и чая.

— Так точно! — с готовностью кивнул Майер. — Могу хоть в кипяток зайти, хоть ночь на снегу в исподнем провести. Меня не берёт ни одна температура, и телу не вредит. Ма-а-агия.

— Разве таких уникумов не переводят в отдельные подразделения? Просто мне кажется странным, что Его Превосходительство лично отправился на границу с рядовыми, а не отправил с вами одного из командиров, или как там они у вас называются?

Рихтер поджал губы и втянул в себя одну щёку, прикусывая её изнутри.

Проболтался?

— На границе неспокойно, — спустя долгую паузу, выдал он, чем укрепил растущие подозрения.

А ведь правда!

Все так обрадовались, что к нам едет ни больше, ни меньше, а целый генерал, что без труда съели нелепое объяснение о беспокойствах на приграничных территориях.

От дальнейших расспросов Рихтера спасло лишь то, что мы подошли к дому Сильвии, встретившему нас отсутствием света в окнах. Калитка от моего прикосновения приветственно распахнулась, а вот на яростный стук в дверь никто не вышел.

— Ну, Силь! — обессиленно выдохнула я, устав колотить ни в чём не повинную дверь. — Завтра на порог тебя не пущу! И послезавтра тоже! Вообще, больше не приходи!

— Наверное, её дома нет, — выдал очевидную истину Майер, достал из нагрудного кармана круглые часы с небольшой цепочкой, и жалобно пробасил. — Госпожа ведьма, мне бы в казарму возвратиться. Через полчаса пропускной пункт закроется. Давайте я вас провожу?

— Не надо, — вздохнула я, опустившись на небольшую скамеечку у крыльца. — Иди давай, у нас в городе по вечерам безопасно.

— Нельзя так, — упёрся невидимым рогом настойчивый солдат. — Я вас привёл, я вас и уведу.

“Поплатишься ты у меня за испорченный вечер,” — мысленно прикрикнула я на подругу, грозя кулаком в сторону крыльца. А вслух ответила:

— Лучше проводи меня до трактира “Чёрная ночь”, тебе всё равно по пути.

Остальные попытки выведать ещё хотя бы крупицу информации особого толка не принесли. Рихтер с удовольствием рассказывал о себе, о своей семье, о том, как мечтает вернуться домой со службы, но о самой службе старался не говорить.

— Зачем вообще нужны эти войны? — вздохнул Майер, вбивая в мостовую каблуки потёртых сапог. — Почему короли, умнейшие люди, не могут решить важные вопросы за чашкой хорошего чая? Ума не приложу. И поговорили, пар выпустили, и удовольствие получили. Максимум пользы, минимум вреда!

В другое время я бы, может, согласилась или поспорила с разговорчивым недокавалером. Но полупустой желудок, в котором плескалась одинокая чашка чая, взывал к справедливости и требовал, чтобы хозяйка съела чего-нибудь посытнее.

— Вот оно! — я указала пальцем на видневшуюся впереди вывеску, а разглядев хрупкую фигурку, что нервно мерила шагами подъездную дорожку, заорала уже в голос. — Вот она!

Ноги понесли меня к ничего не подозревающей Сильвии. Рихтер упрямо следовал за мной, отстукивая ровный ритм гулкими шагами. Сирена-полукровка, завидев нас обоих, хлопнула ладонью по лбу, однако сбежать не попыталась. Вместо этого устремилась к нам навстречу с натянутой улыбкой и распахнутыми объятиями.

— Вы ж мои голубки! — заверещала Силь, пытаясь разом обнять нас обоих. — Отлично смотритесь вместе! Пришли на ужин? А тут всё занято, предлагаю отметить знакомство в другом, более подходящем месте.

— Значит так, чудовище в юбке, — прорычала я, решительно вырывая рукав платья из цепких пальчиков Сильвии. — С тебя сто франков мне и десять пострадавшему солдату.

Хитрая мордашка тут же вытянулась, а тонкие черты лица скривились в обидной гримасе.

— Это ещё что за вымогательство? — попятилась плутовка в сторону трактира.

— Сто за это, — я помахала перед её лицом скомканной бумажкой. — А десять за услуги лекаря. Царапины от кошачьих когтей медленно заживают.

— Да я не в обид… Ай! — осёкся Майер, получив со всей силы острым ведьминским локтем в незащищённый бок.

— Я могу всё объяснить, — затараторила Силь, но всё моё внимание приковал генерал Райвен, выходящий из трактира.

И ладно бы он был один.

По обе стороны от Эрдана вились длинноногие девицы в откровенных нарядах, с длинными обесцвеченными волосами и кричаще-красными губами. А широкие ладони этого наглеца по-хозяйски поглаживали их упругие ягодицы. — Здравия желаю, товарищ генерал! — рявкнул Рихтер Майер, вытягиваясь в струнку.

При виде подчинённого с лица Эрдана схлынула краска. Однако стоило зоркому драконьему глазу выцепить нас с Силь, как он тут же выбрался из цепких коготков девичек.

— Что ты здесь делаешь? — прорычал Райвен, обращаясь к солдату. — Вам запрещено покидать казармы!

— Так это, — замялся здоровяк, переминаясь с ноги на ногу. — Увольнительная же. Сами подписали. Но я уже тудысь… То есть того.

Рихтер махнул рукой в неизвестном направлении, а затем дотронулся указательным пальцем до моего локтя.

— Госпожа ведьма, спасибо вам за прекрасный вечер! — краснея, выпалил Майер. — В следующий раз я обязательно принесу то, что обещал!

Испепеляющего взгляда генерала Райвена хватило бы, чтобы спалить весь жилой квартал, вместе с людьми и зданиями. Сжав зубы до скрипа, он приблизился к наивному Рихтеру и что-то негромко прошипел.

— Так точно! — Майер стукнул каблуками друг о друга, и его словно ветром сдуло.

— Вот же скорость, — восхищённо присвистнула Силь, глядя в его удаляющийся силуэт. — Хорош, да?

“Нет,” — уверенно ответила я. Про себя, естественно. Потому что вслух вырвалось загадочное:

— Наверное. После следующей встречи будет ясно.

Не знаю, зачем так ответила, но перекошенная драконья морда стала хорошей наградой за все мытарства сегодняшнего дня.

— Заю-ю-юш, — одна из девиц, скучавшая целых три минуты без генеральского внимания, дерзко обвила рукой его шею и коснулась карминовыми губами гладковыбритой щеки. — Мне скучно.

От внезапного прикосновения Райвен дёрнулся, будто в него ударила молния. Сильвия заметно напряглась и приоткрыла рот, готовясь к излюбленной звуковой атаке.

Я лишь сцедила ухмылку в кулак и вежливо откланялась:

— Доброй ночи Силь, девушки, Ваше Превосходительство. Хороших снов, а кому-то приятных развлечений.

Развернулась и голодная пошла обратно, не обращая внимания на злую ругань и редкие девичьи всхлипы.

Спустя несколько минут за спиной раздались быстрые шаги. Но не успела обернуться, как уже знакомый низкий голос с хрипотцой сердито произнёс:

— Приличные ведьмы в это время находятся в своей кровати с дамским романом в нежных пальчиках.

— Именно что приличные ведьмы, Ваше Превосходительство, — холодно парировала я, демонстративно игнорируя генерала Райвена. — Вы уже доказали, что насчёт меня у вас другое мнение.

— То-то я заметил, как ты взяла в оборот моего солдата, — поравнялся со мной Эрдан и предложил локоть, но я сделала вид, будто ослепла на правый глаз и сунула руки в карманы.

Взяла в оборот? Я?

Что за наглец!

— Вы не боитесь, что пока вы тут тратите на меня своё драгоценное время, ваши спутницы заскучают без своего зайчика?

Ответом мне был глухой рык, вырвавшийся из горла Райвена. Воодушевившись, я ускорила шаг, но настырный чешуйчатый мерзавец быстро меня догнал.

— Я не привык коротать вечера в одиночестве, — с натянутой ухмылкой стал рисоваться передо мной дракон.

Не выдержав, я остановилась, упёрлась кулаками в бока и с вызовом посмотрела в наглые глаза с поблескивающими вертикальными зрачками:

— Тогда зачем вы увязались за мной? Идите и хорошо проводите время со своими… зайками!

— Девушке одной опасно возвращаться ночью домой.

Да что ж ты ко мне пристал!

— Ну и отпустили бы со мной Майера, — повысила голос. — Зайкам тоже нужна помощь, чтобы добраться до своих норок.

— Я хочу тебя, — ошарашил меня откровенным признанием генерал. — И я тебя получу.

Моё сердце едва не остановилось, а через мгновение забилось с такой силой, что ещё чуть-чуть и пробило бы себе путь наружу. Глаза наполнились слезами, но я сумела удержать их, чтобы не доставил Эрдану удовольствие видеть мою слабость.

Отвернувшись, я бросилась бежать, задыхаясь от нахлынувших чувств.

Как он смеет?

Да кто он такой?

Ненавижу!

— От меня не убежишь! — крикнул мне вслед Райвен, чем заставил меня развить ещё большую скорость. — Смирись, Ливианна.

— Хватит орать! — его прервал чей-то недовольный голос, а затем я услышала плеск воды и яростную брань.

— Животное! — всхлипывала я, вдавливая ногти в нежную кожу ладоней. — Ещё раз подойдёт ко мне — выцарапаю глаза!

Я бежала и думала о том, что моя личная жизнь не задалась. Самые долгие отношения длились всего лишь месяц и закончились на том, что я застала возлюбленного в подсобке с дочерью сапожника.

Приспущенные штаны и задранная юбка красноречиво свидетельствовали о том, что они не банки с гуталином считали, как утверждал мой бывший.

Остальные разбегались уже после первого свидания. Не нравилось им то, что я решила хранить невинность до свадьбы. Узнав, что я не желаю провести ночь любви на сеновале или крыше, под светом звёзд, потенциальные кавалеры тут же находили повод поскорее закончить свидание.

А потом, случайно встретившись со мной на улице, они лишь закатывали глаза и отворачивались.

Я хочу влюбиться раз и навсегда. Подарить себя мужу, родить пару ребятишек, и счастливо встретить старость.

И слова генерала больно ранили мою гордость.

Когда впереди показалась моя лавка, я порывисто вытерла слёзы и сбавила шаг. На смену жалостливым мыслям пришла идея раз и навсегда отвадить от меня Райвена. Но для этого надо тщательно покопаться в альманахе зелий и трав, доставшемся мне от прабабушки.

Только вот почему я снова слышу за спиной шаги? Неужели Эрдан настолько охамел от вседозволенности, что решил до самой двери преследовать меня?

— Если вы ещё раз покажетесь мне на глаза, я обращусь в отделение городской стражи и…

Обернувшись, я замолчала на середине фразы. В нескольких шагах от меня был незнакомец, который не имел ничего общего с генералом Райвеном. Ниже ростом, уже в плечах, на голове шляпа, скрывающая лицо.

И пахнет от него как-то странно… То ли порохом, то ли горючим.

— Вы что-то хотели? — спросила я, чувствуя, как меня против воли окутывает липкая, холодная паутина страха.

Где Эрдан, когда он так нужен?

— Хотел, — услышала бесцветный, равнодушный голос. — Хотел, ведьма. Тебя. Я испуганно отступила, вытянув перед собой руки.

— Вы… — голос предательски задрожал. Судорожно сглотнув, я махом закончила фразу. — Вы обознались.

— За дурака меня держишь? — морозный тон проник под кожу, напитывая каждый сантиметр моего тела леденящим ужасом. — Иди сюда, по-хорошему.

Впрочем, я не успела среагировать. Ни подойти к нему, как того требует незнакомец, ни задать глупый вопрос из серии “а что будет по-плохому”, исключительно чтобы потянуть время. Ни даже развернуться и попробовать спастись бегством.

Чёрной стремительной молнией он переместился мне за спину, накрыл одной ладонью рот, а в другой зажал что-то острое и приставил к моему горлу.

— Пикнешь — пойдёшь на корм бродячим псам. Кивни, если поняла.

Я кое-как попыталась кивнуть, но тут же замычала от резкого укола. Лёгкие сжались, выдавливая из себя остатки воздуха, руки задрожали противной трусливой дрожью, а на лбу и шее выступили маленькие капельки пота.

Липкая, холодная ладонь с привкусом чего-то кислого медленно переместилась на лоб, и меня пронзила вспышка невероятной боли.

С губ сорвался истошный крик, слёзы хлынули из глаз сплошным потоком, а жгучая, невыносимая резь скрутила тело, заставляя его пульсировать и разрываться на мелкие кусочки.

Сознание заволокло мутной пеленой, через которую я услышала низкий утробный рык и почувствовала сильный толчок, сбивающий с ног на мостовую.

К счастью, в последний момент я успела выставить перед собой ладони, сдирая их о твёрдые, неровные камни. В содранных местах билась боль, сквозь пыль на ней выступили тёмные капли крови. Но вроде бы ничего не сломала.

И то хорошо.

В отличие от меня, нападавший изо всех сил пытался сбросить с себя огромную фигуру, в которой я с трудом узнала генерала.

Но как он выглядел! Словно монстр из ночных кошмаров!

Из глазниц рвалось наружу огненное пламя, на всех открытых частях тела проступила чёрная глянцевая чешуя, поблескивающая в мягком лунном свете. Огромными когтищами он разорвал на незнакомце рубашку и вжал острия в смуглую кожу там, где находилось сердце.

— Кто послал? — прорычал Эрдан, но в ответ получил добрую порцию молчания.

Коротким вмахом руки дракон всадил по лицу нападавшего. Услышав громкий хруст, я жалобно пискнула, отползла на четвереньках к стене ближайшей лавки и подтянула к себе колени.

— Ответишь сейчас — умрёшь быстро, но не безболезненно. Вздумаешь со мной играть — будет долгий разговор в допросной. Длительный и мучительный, тварь.

Незнакомец упрямо молчал и получил ещё один удар. Не в силах наблюдать за ужасающей картиной, я зажмурилась, прикрывая руками уши.

Несколько секунд пыталась пережить оглушительный, назойливый звон, но стоило почувствовать легчайшее прикосновение к коленке, как я испуганно взвизгнула и сжалась в маленький комочек.

— Не трогайте, пожалуйста, — пролепетала, опасливо приоткрывая один глаз, но тут же добавила, уже посмелее. — А, это вы, генерал.

Райвен опустился рядом со мной на корточки, протянул ко мне руку и кончиками пальцев приподнял мой подбородок на уровень его глаз.

— Ты как?

Его лицо вернуло себе человеческий вид, а в голосе ещё слышались отзвуки звериной ипостаси. Пару мгновений я испуганно хлопала глазами, после чего тихо прошелестела:

— А он… того?

Эрдан нахмурился, склонив голову на бок.

— А что, не надо было? — недоумённо спросил, смерив меня долгим взглядом.

Я нервно облизнула пересохшие губы, чем вызвала порывистый вздох у генерала. Вытянула шею, пытаясь со своего места рассмотреть поверженное тело, и нашла в себе силы ответить:

— Вы спасли меня.

— Вставай, — дракон первым поднялся на ноги, и с высоты своего роста стал похож на великана. Огромного, невероятно сильного, способного превращаться в крылатого монстра с хвостом, шипами и когтями.

Я послушно вцепилась пальцами в протянутую руку — мозолистую и шершавую. Попыталась встать, но ноги подкосились, и я вновь рухнула на камни.

— Простите, — едва не заплакала от пережитого кошмара и чувства собственного бессилия. — Я сейчас.

Эрдан, качая головой, нагнулся и подхватил меня под мышки, с лёгкостью подняв в воздух. Чуть задержался, не торопясь поставить меня на землю, так что наши лица оказались рядом.

Он едва уловимо подался вперёд и сделал глубокий вдох, практически касаясь носом моего лица.

— Сладкая, — кончик языка прошёлся по щеке, вызывая внутри странное смятение. Прикосновение обожгло кожу, пробудить неведомые мне чувства.

Но стоило разуму осознать, что только что сделал Райвен, как моя рука обрела собственную жизнь и обожгла драконью щёку громкой и хлёсткой пощёчиной.

— Это твоя благодарность? — хмуро спросил генерал, дотронувшись до пылающей щеки, на которой проступала отчётливая пятерня.

— Я не просила меня… — сказать “облизывать” было стыдно, однако я быстро нашлась, — …смущать. Да, я не просила меня смущать. И это не отменяет моей благодарности, но я требую уважать мои личные границы.

— Ясно, — скривился Райвен. — Скоро сама будешь просить об обратном.

— Какой же вы… — вспылила я и, махнув рукой, устремилась в сторону своей лавки. И нисколько не удивилась очередному топоту за моей спиной.

Так и привыкнуть можно к преследованиям.

— Ну что вам ещё?

Эрдан, перебросив бессознательное тело через плечо, прошёл мимо меня к запертой двери и поторопил:

— Давай-давай, перебирай стройными ножками. Уйду только тогда, когда пойму, что тебе больше не угрожает опасность.

— Надеюсь, ваши слова окажутся правдой, — проворчала я, снимая охранное заклинание.

— Я никогда не лгу, — сурово отрезал генерал. — И всегда выполняю данные мною обещания. Это касается и тебя, ведьмочка.

Последние слова были произнесены жарким шёпотом, пропитанным вожделением и страстью.

К щекам предательски прилила краска, а ладони вспотели, скользнув по лакированной двери.

“Надо срочно его спровадить и забыть случившееся, как дурной сон,” — решила я и, мысленно досчитав до трёх, сказала:

— Ещё раз спасибо, Ваше Превосходительство и доброй ночи.

— Я предпочитаю действия, а не слова, — неожиданно выдал Райвен, убирая упавшую на лоб прядь волос.

— И что же вы хотите? — прикосновение было на удивление нежным и контрастировало с грубой мужественностью дракона.

— Поцелуй меня.

От такой наглости из лёгких махом вышибло весь воздух. Вернув его глубоким вдохом в двойном размере, я спросила нарочито ласково:

— Может, мне ещё и лавку на вас переписать?

— Пожалуй, откажусь, — тем же тоном ответил Эрдан, только вместо издевательских ноток в его голосе звучали бархатно-вкрадчивые. — А вот поцелуя будет достаточно.

Райвен играючи сбросил с плеч наглеца, что на меня напал. Тот свалился будто куль с мукой, гулко ударившись лбом о дверную ручку, но так и не очнулся. Широкая драконья ладонь коснулась моей щеки, властно очерчивая овал лица, и попыталась дотронуться до моих губ.

Однако я, наученная горьким опытом, ловко увернулась.

— Помойте сначала руки, а потом трогайте, — хотела нарочно обидеть генерала, но не тут-то было.

Уж больно упрямый попался экземпляр. Демонстративно убрав обе руки за спину, он склонился надо мной, вытянув губы трубочкой, но в результате чмокнул прохладный воздух.

— Что ж ты упрямишься? — раздражение начало проглядывать сквозь ледяное спокойствие Райвена. — Я настолько тебе не нравлюсь? Только не говори, что нашла кого-то получше. Ни один из горожан мне в подмётки не годится.

Хмурые брови образовали вертикальную складочку над переносицей. Глаза сузились до двух щелей, из-под которых проглядывали блестящие радужки с вертикальными, будто иглы, зрачками. Желваки ходуном ходили на мощных скулах, челюсти злобно стиснуты, а вся его напряжённая поза буквально кричала о том, что ведьме нельзя попасть впросак.

— Я — девушка серьёзная, Ваше Превосходительство, — находчиво отозвалась в ответ. — Хотите поцелуй? Сделайте мне предложение руки и сердца. Ждёте, не дождётесь, чтобы я стала вашей? Только после свадьбы. А так, чтоб без обязательств — идите, вон, заек своих целуйте.

Кажется, я сделала невозможное: Эрдан впал в лёгкий ступор на целых три секунды. А когда вышел из него — громко расхохотался, запрокинув голову.

— Тише вы! — шикнула на него, приложив к губам указательный палец. — Люди спят! Что ж вы за эгоист такой!

— Какой уж есть, — с лёгкой досадой пожимает плечами Райвен. — Меняться ни для кого не собираюсь. Марш в дом!

Дважды повторять не пришлось. Я приоткрыла дверь и юркнула внутрь, едва не споткнувшись об сонного Зефирчика. Погладив кота, поинтересовалась, всё ли в порядке, на что получила удовлетворительное “Мя-а”.

Глаза уже слипались, поэтому я поспешила на второй, жилой этаж, но глянув мельком в окно, мигом распахнула форточку и свесилась наружу, крепко держась за раму.

На дороге перед моей лавкой расправил крылья огромный дракон, чья длинная шея, увенчанная шипастой мордой, заканчивалась вровень со мной.

Чешуйчатый, выдохнув из пасти струйку дыма, повернул голову в мою сторону и глумливо подмигнул.

— Г-генерал? — я не сразу догадалась, что это Райвен, а когда до меня дошло, что он в нашем городе единственный дракон, то принялась внимательно его рассматривать.

Жёлтые звериные глаза, в ночной полутьме блестели словно звёзды. Гребень из острых костяных шипов, начинался от макушки, следовал вниз по шее, рассекал туловище надвое и заканчивался на кончике хвоста. Чёрная чешуя, покрывающая тело, выглядела непробиваемой, а кожистые крылья, слегка прозрачные, но пронизанные тонкими угольными прожилками казались бархатными.

Чудище вытянуло шею в мою сторону, и я, будто зачарованная, протянула вперёд ладонь, касаясь кончиками пальцев гладких, тёплых на ощупь чешуйчатых пластинок на жуткой морде.

Да, монстр, но нисколечко не страшный!

Если б не его невыносимое человеческое обличье, мы бы точно с ним поладили!

Боднув ладонь лобастой мордой, дракон подхватил с земли тело незнакомца и, тяжело взмахнув крыльями, взмыл в воздух. Набирая скорость, он быстро превратился в едва заметную точку, оставив меня глядеть в пронизанный звёздами небосвод.

— Всё-таки, драконы — странные существа, — рассуждала я вслух, чтобы отвлечься и окончательно прогнать страх от нападения. Зефирчик ходил за мной хвостом: то в ванную, то на кухню за чашечкой чая, а потом запрыгнул на центр кровати и принялся наминать себе спальное место.

Мои мысли вслух он встретил глубоким зевком, демонстрируя во всей красоте клыкастую пасть, а затем принялся сосредоточенно намывать лапу.

— Сам посуди, — не отставала я от фамильяра. — Как человек — это ходячий ужас! Нахальный, руки распускает, заек вон себе заводит. И лезет с неприличными намёками! Я его вторые сутки знаю, а он уже пытается затащить меня в постель.

Кот посмотрел с осуждением, но я так и не поняла, кого он осуждал?

Меня?

Да нет, исключено. Я — хорошая.

Райвен?

Он, точно!

Обрадованная поддержкой, я начала передразнивать уверенный генеральский тон, правда, у меня он вышел чересчур писклявый:

— Мое-е-е-ей будешь, сама-а-а-а захочешь. Поцелу-у-у-уй меня! На последней фразе я подхватила под передние лапы Зефирчика и вытянула губы точь-в-точь как это сделал Эрдан.

За что мгновенно огребла тяжёлой мягкой лапой.

Пнув меня пару раз задними ногами, фамильяр вывернулся из цепких пальцев и раздражённо прыгнул на окно, обмахиваясь хвостом.

— Вот мне тоже не понравилось! — я обиженно показала ему язык.

Легла в кровать, взяла с прикроватной тумбочки недочитанный любовный роман, от которого невыносимо хотелось зевать, и уже спустя несколько минут меня сморил крепкий сон.

Только вот в этом сне меня снова настиг проклятый Райвен. А я лежала на кровати в его объятиях и подставляла шею под жаркие поцелуи, спускавшиеся дорожкой от припухших губ до напрягшихся вершинок.

Что самое ужасное, мне это безумно нравилось! Пальцы сжимали длинные, жёсткие пряди генеральских волос. Нежная кожа остро реагировала на покалывание от однодневной щетины и настойчивые, грубоватые ласки языка, терзающего грудь и несущего удовольствие, о котором я даже не подозревала!

От позорной капитуляции перед напором приснившегося Эрдана меня спас громкий звон разбитого стекла.

Подскочив на кровати, я прижала ладони к разгорячённым щекам и ошарашенно прошептала:

— Мамочки! Этого ещё не хватало.

Звон повторился, вырывая меня из плена коварных сновидений. Уверенная, что это Зефирчик увлёкся погоней за солнечным зайчиком, я набросила на плечи халат, сунула ноги в мягкие тапочки, и поспешила вниз по лестнице.

Однако это был не крылатый кот.

Кое-кто умудрился открыть запертую лавку и уже вовсю обслуживал первых покупателей.

— Кто вас сюда пустил? — возмутилась я, углядев среди присутствующих не только нарушителей спокойствия, но ещё и Генриетту Фишер с миссис Пимбл.

Последняя крутила в пальцах изрядно помятую бумажку, а её лицо при виде меня просияло широчайшей улыбкой.

— Ливи! Мы тут решили дать тебе возможность выспаться, — свежая, как майская роза Сильвия радостно помахала мне рукой с зажатой купюрой в десять франков, а затем ткнула локтем Рихтера. — Шевелись давай, товар сам себя не продаст.

Майер в это время занимался увлекательным, но совершенно непонятным мне делом: притащив откуда-то большой ящик с двумя широкими лямками, солдат заворачивал каждую склянку, взятую с полки, в газетный листок и аккуратно складывал в этот ящик рядами.

— Доброго утра, мисс Одли! — гаркнул он так громко, что миссис Пимбл поморщилась, закрыв ладонями уши, а Генриетта лишь сердито прищурилась.

— Чё орёшь, негодник? — старушка замахнулась на него маленькой сумочкой кокетливо-розового цвета в мелкий белый горошек. — Хочешь, чтобы наша молодая ведьмочка раньше времени оглохла?

— Стоп-стоп-стоп!

Я остановилась на последней ступеньке, вдохнула полную грудь воздуха, пропитанного ароматом сушёных трав и древесины, сомкнула веки и медленно досчитала до трёх. На выдохе открыла глаза и внимательно осмотрела торговый зал.

В оконной раме уже поблёскивало новое, чистое и прозрачное как слеза, стекло. Силь в белом платье с кремовыми пионами протягивала увесистый бумажный пакет жене владельца фруктовой лавки. Майер всё так же постукивал склянками, набивая им ящик до отказа, а миссис Пимбл и Генриетта о чём-то вполголоса шептались, поглядывая то на меня, то на раскрасневшегося от спешки солдата.

— Давайте по порядку. Что здесь делает Рихтер? — со стороны мой голос показался до невозможности уставшим. Словно у меня была тяжёлая, бессонная ночь.

В принципе это было недалеко от правды, особенно если считать тот до ужаса неприличный сон с участием Райвена.

При упоминании своего имени, солдат вытянулся в струнку, задев сапогом ящик с хрупким и ценным содержимым, которое тут же напомнило о себе звонким “дзынь!”

Силь нахмурилась, но не успела и слова вымолвить, как Майер принялся за доклад. К моему стыду и радости двух пожилых сплетниц.

— Его Превосходительство вызвал меня сразу же, как вернулся в казармы! — грохотал бесхитростный парень. — Рассказал о том, что на вас ночью напали!

Все три кумушки, включая Силь, подобрались поближе, в надежде погреть уши горячей сплетней.

— Кто посмел? — с надрывом воскликнула сирена-полукровка. — Да я его! Я на него накричу!

— А чего это ты ходишь по ночам, когда приличные люди спят? — с подозрением прищурилась миссис Пимбл.

Но вместо меня ей ответила миссис Фишер:

— А потому что распустили молодёжь! Старших не слушают, родителей не уважают, шляются по пьянкам-гулянкам, а потом в подоле приносят!

“Напомните, как звали отца вашей дочурки Филис?” — едва не спросила я, но вовремя прикусила язык. Если мы схлестнёмся в словесной битве, то до обеда точно не закончим, а мне хотелось бы сперва позавтракать.

— Дальше, Майер, — хмуро процедила я сквозь зубы, прожигая гневным взглядом бестолковую Сильвию.

Ох, если бы я знала, то ни за что бы не попросила продолжать. Жила бы в неизвестности и радовалась.

— Генерал дал указание глаз с вас не спускать! — охотно пояснил Рихтер. — Точнее, он велел вас охранять, но глаз с вас не спускать за пределами спальни. А вот в спальню не ходить. Иначе я не вылезу из нарядов и буду зубной щёткой драить отхожие места для солдат. И руками вас трогать запретил без острой необходимости. Сказал, моя ведь…

— Всё, хватит! — взвыла я, хватаясь за нерасчёсанные пряди, торчащие во все стороны.

Боюсь представить, что подумают обо мне Силь вместе с этими двумя болтушками.

Дать им волю — весь Хеленсбург будет судачить о том, что генерал по своей прихоти приставил ко мне конвой!

— Нам пора, — внезапно брякнула миссис Пимбл и поторопилась к выходу, утаскивая за собой Генриетту Фишер.

— Так вы ж ничего не купили! — возмутилась Сильвия. Сирена-полукровка выбежала из-за прилавка и впихнула им в руки по флакончику охлаждающей мази. — Держите, незаменимая вещь.

А едва хлопнула дверь, отрезав нас от двух активных сплетниц, подруга в сердцах выплюнула:

— Будь уверена, к вечеру они так натрут языки, что мазь им точно пригодится. Болван, не мог ответить как-нибудь аккуратнее? Обтекаемо?

— Как? — наивно захлопал ресницами солдат. — Меня ж спросили. Я ж ответил. Не соврал, не приукрасил.

— Всё, иди, — устало махнула рукой подруга и, подпрыгнув, устроилась пятой точкой на краю прилавка. — Пока всё не продашь — не возвращайся.

— А ведьму сторожить? — горестно вздохнул Рихтер, выдавая мне жалостливый щенячий взгляд.

— Я посторожу, твой генерал ничего не узнает, — заверила его дитя любви человека и сирены. — Держи в уме расценки! Пять процентов — твои!

Как только мы остались одни, я велела Силь закрыть лавку на перерыв и нарезать бутербродов к чаю, а сама пошла умываться.

Стоя под тёплыми струями душевой лейки, я не могла избавиться от мысли, что кое в чём, наверное, отчасти, Эрдан не такой плохой мужчина, каким я его считаю.

“Дракон!” — тут же мысленно поправила себя.

Может, ничего бы не случилось, если б я его поцеловала?

В щёку.

Или быстрый чмок в уголок губ.

Ну а как ещё? У меня нет такого опыта в поцелуях как у Сильвии.

И вообще, я стесняюсь.

Погружённая в раздумья, главными действующими лицами которых был один большой дракон с красивой мордой и невинный поцелуй, я надела лёгкое платье-сарафан и пошлёпала тапочками на кухню, где вовсю хозяйствовала Силь.

Подруга знатно расстаралась! Вместо бутербродов на большом плоском блюде были свежие пирожки и три слоёных трубочки, из которых соблазнительно торчал белковый крем.

А стоило мне занять место за столом, как Сильвия плюхнулась напротив, и заговорщицки прошептала:

— Я узнала настоящую причину появления в Хеленсбурге генерала, а не ту басню, что наплёл мистер Остин горожанам. И то нападение, о котором рассказал Майер, было неспроста. — Ну же, не тяни! — поторопила я вредную подругу, успев урвать перед ее носом трубочку с белковым кремом. Силь не торопилась. Сделала небольшой глоток травяного чая, покатала горячую жидкость во рту, проглотила и потянулась за сахарницей, сыпанув три ложки от души. — Ты издеваешься? — меня переполняло возмущение, а когда сирена-полукровка пододвинула себе блюдце с двумя оставшимися пирожными, подначила её. — Я поняла. Сама не знаешь, а развела секретов. — Я? — обиделась она. — А вот и неправда. Информация от надежного источника. Явки-пароли не выдам. Тут прошёл слух, что соседушки наши поняли, что в честной битве армию Райвена не победить. Да и в нечестной тоже. Вот и решили действовать изнутри. Слышала такое слово "ди-вер-си-я"? — Стоп! — я уверенно прервала Сильвию. — Что значит, изнутри? Через границу сейчас и мышь без спроса не проскочит. — Да ты слушай, — она откусила сразу половину трубочки и сделала паузу, сражаясь со сладким кремом. — Каким-то образом в три приграничных города — наш Хеленсбург, северный Килдарн и Гаствилль чуть южнее, попали тёмные колдуны. Не знаю зачем, этого мне не сказали, но отряды солдат в те два уже прибыли. И если нам достался генерал, то в Килдарн и Гастивилль отправили королевского архимага и его лучшего ученика. Я задумалась, напрочь забыв про чай. Темные колдуны славились тем, что могли ментально воздействовать на магов со слабым даром и ведьм в том числе. В нашем королевстве тёмная магия всегда была вне закона, и мы могли жить, не боясь, что нас подчинит своей воле какой-нибудь спятивший колдун. И если тот нападавший имел отношение к запрещённой магии, мне несказанно повезло, что Эрдан оказался рядом. Тело пробила крупная дрожь, стоило мне только на секунду представить, как я слепо повинуюсь чьему-то злому разуму. Чашка чая в руках дрогнула и коричневый напиток пролился на скатерть. — Мне тоже стало не по себе, — вздохнула Силь, заедая десерт бутербродом с ветчиной. — Хоть я и полукровка, но тоже подвластна темной магии. Как представлю что меня заставят… Сильвия полняла глаза к потолку, прикидывая наихудший вариант в ее представлении и выдала: — Что меня заставят траншеи копать! Или огород полоть! Или… Ладно, не будем о плохом. Генерал нас в обиду не даст. — Кто тебе все это рассказал? — полюбопытствовала я, промокая чистой тряпкой пятно. Интересно, на какие уловки пошла Силь, чтобы выведать эту важную информацию? И главное, кто проболтался? Такие вещи первому встречному не рассказывают. — Сказала же, не выдам, — ушла в несознанку сирена-полукровка. Я равнодушно пожала плечами, мол, не хочешь — не говори, и Сильвия, естественно, не удержалась. — Ладно, мне никто не говорил, сама узнала. Подслушала разговор Эрдана с Остином. А что? Сами виноваты — разговариваете в кабинете, будьте добры, навесьте полог тишины. Хорошо что это была я, а если б кто-то другой оказался на моем месте? Сильвия еще некоторое время жаловалась на мэра и генерала, а потом, услышав хлопанье открывающейся двери, поспешила встать за прилавок, обслуживая покупателя. Спасибо подруге за передышку. Есть время проверить заказы от постоянников. Я ужом проскользнула в свой рабочий кабинет, приоткрыла окно в сад и разожгла огонь под котелком. — Попробуйте! — настаивала Силь, предлагая кому-то настойку из розовых лепестков. — Лучше не найдете во всем Хеленсбурге! Волосы станут как новые! — У лекарей дешевле, — стояла на своём не менее упрямая покупательница. — Зато у Ливианны каждая притирка, каждая настоечка, каждый эликсир сделаны слюбовью, а выдержаны с умом, — парировала сирена. — Из лучших, между прочем, ингредиентов. Давненько я не слышала столько похвалы, особенно о Сильвии. Даже огонь убавила, заслушавшись. И надо же было в тот самый момент, когда до момента покупки оставалось уверенное клиентское "беру", а лучше "дайте две", вломиться незваному посетителю? — Мисс Ливианна Одли где? — сурово спросил нервозный мужской голос, подрагивая на вопросительной интонации. — Если вы принесли грамоту от мэра за неоценимые заслуги перед Хеленсбургом, то я за нее, — промурчал кокетливый голосочек Силь. Вот наглость! Я тут же бросила в котёл щепотку порошка, вызывающего стазис, а сама, засучив рукава, выбежала в торговый зал. — Ливианна Одли это я, — торопливо представилась молоденькому стражнику. Видимо, из новеньких, остальные нас с Сильвией уже неплохо знают. — Вам знаком Рихтер Майер? — парень сурово сдвинул брови, став похожим на обиженного енота. — Допустим, — не сговариваясь, протянули мы вместе с Силь. — Вот и отлично. Следуйте за мной в отделение городской стражи. Мистер Майер арестован за незаконную торговлю без лицензии. Генерал Райвен уже на месте, ждут только вас.

У меня неистово зачесались руки применить к несносной Сильвии физическую силу. Взять подругу за шкирку, передать молоденькому стражу, несмотря на всё её отчаянное сопротивление, а лучше — переехать в другой город.

Забыть как страшный сон и глуповатого, но добродушного Майера, и сирену-полукровку и, в придачу, генерала с драконьей мордой. Открыть новую лавку под вымышленным именем и счастливо жить вдвоём с Зефирчиком.

— Ли-и-иви-и-и, — монотонно завывала Сильвия над моим ухом, пока я строила в уме картины спокойного будущего. — Ты что, уснула? Нас генерал ждёт!

Нас?

Нет уж, я пас.

— Ты его отправила, ты и разбирайся, — я упрямо поджала губы и не сдвинулась с места, указав на дверь Силь и молоденькому стражу.

— Лавка оформлена на тебя, — упорствовала подруга, обогнув меня по дуге и легонько подталкивая в спину. — Сделаешь жалобные глаза, скажешь, что больше подобного не повторится и передашь беднягу Рихтера на руки Райвену.

— Не хочу видеться с Эрданом, — ныла я, понимая, что не в силах противостоять упрямой Сильвии. — Он меня прибьёт.

— Если бы он хотел тебя прибить, то уж явно не стал бы спасать, — парировала она, и я была вынуждена сдаться.

— Девушки, я долго буду вас ждать? — прикрикнул на нас новенький. — У меня, между прочим пересменок на носу, а я тут вожусь с вами.

Ох, зря он это сказал.

Забыв про меня, сирена мигом насупилась, развернулась лицом к бедолаге и попёрла на него как баран на новые ворота. Парнишка тут же стушевался, стал меньше в плечах и попытался выскользнуть наружу.

Однако от Силь так просто не убежишь.

— Фамилия, имя, номер отряда, в котором служишь! — её суровый окрик перебил по мощности голос стажёра.

Я поняла, что пора вмешаться. Как бы я ни любила Сильвию, полукровка знатно умела перегибать палку. Схватив её под локоть, я окрикнула молоденького стража:

— Простите нас. Мы уже бежим! Зефирчик, сторожи!

Всю дорогу до Хеленсбургского отдела стражи я пробежала на одном дыхании. Сильвия, подстроившись под мой шаг, сноровисто поспевала за мной и, к большому удивлению, молчала.

Завидев подругу, матёрый охранник в дверях сделал вид, будто что-то высматривает вдали, совершенно нас не замечая. Сирена-полукровка ехидно хмыкнула, а поймав мой взгляд, шёпотом пояснила:

— На свидание мы с ним ходили. Ни разу не впечатлилась, а он обиделся.

Я даже не успела отреагировать на удивительный факт из жизни Силь, как вдруг в дверях показалась массивная фигура дракона Райвена.

— Вы-ы-ы, — много значительно протянул Эрдан, и его мужественное лицо с правильными чертами исказила злобная гримаса.

— Ага, мы! — совершенно искренне обрадовалась Сильвия, а я в это время принялась отчаянно перебирать в памяти рецепты зелья невидимости.

— Ты, — пропустив мимо ушей радостный писк подруги, Райвен указал на меня пальцем. — За мной.

— А я? — тут же поскучнела рыжеволосая сирена. — Я тоже хочу пойти!

В ответ — ноль реакции. Эрдан даже не удосужил её взглядом. Испуганно обернувшись на расстроенную Силь, я посеменила следом за генералом, раздумывая над подходящим оправданием.

Райвен молча поднялся по лестнице на второй этаж, прошёл по коридору до самого конца, распахнул дверь с табличкой, гласящей, что здесь находится кабинет начальника городской стражи и процедил скупое:

— Заходи.

“Такими темпами я всех клиентов распугаю, — вздохнула я, переступив порог кабинета и окунувшись в живительную прохладу. — С тех пор, как в Хеленсбург явились солдаты, я постоянно влипаю в неприятности.”

Кабинет, к моему удивлению, был пуст. Стоило мне выйти на центр просторного помещения с жёлтыми стенами и тёмно-коричневыми занавесками, Райвен с грохотом закрыл дверь и медленно повернул ключ в замочной скважине.

— Простите, а это обязательно? — с опаской спросила, подойдя на цыпочках к окну. Чуть раздвинула занавески и приуныла — расстояние до земли большое. Выпрыгну — непременно разобьюсь, оно того не стоит.

— Какого хрена? — ответил вопросом на вопрос Эрдан. Неторопливо обошёл громоздкий стол, по-хозяйски сел в кресло начальника и сложил ладони на груди.

— Поясните, — сухо ответила я, осознав, что этого чёрствого сухаря разжалобить не удастся.

Райвен негодующе посмотрел на меня из-под нахмуренных бровей. Пальцы одной руки неспешно отбивали ритм на внешней стороне другой ладони. Жёсткие тёмные волосы были собраны в небрежный хвост, а мундир расстёгнут на все пуговицы.

— Ливианна, вот только дурочкой не притворяйся. Если твоей подруге роль глупышки удаётся без особого напряга, тебе она совершенно не идёт.

— Не смейте так говорить о моей подруге! — я мигом заступилась за Сильвию. — Тогда у меня встречный вопрос, зачем приставили ко мне соглядатая?

— Во-первых, — Эрдан совсем чуть-чуть повысил голос, и мне тут же перехотелось спорить. Всё-таки он страшный, когда злится. — Майер должен был глаз с тебя не спускать, а не работать идиотом-зазывалой.

— А меня вы забыли предупредить? — устало спросила я, понимая, что разговор предстоит долгий и тяжёлый.

Опустилась в кресло для посетителей, поджала ноги и выпрямила спину.

— Не обязан, — холодно отрезал Райвен. — Я не собираюсь перед тобой отчитываться, ведьма. Если сделал — значит, так надо.

В голове всплыл недавний разговор с Силь. Если генерал действительно прибыл в Хеленсбург, чтобы найти тёмных колдунов, значит ли это, что я невольно принимаю на себя роль живца?

Что-то мне совсем не нравится.

— Вот как, — я невесело усмехнулась и попыталась встать, но мягкое кресло коварно отказывалось выпускать меня обратно. — Я вас услышала.

— Я не договорил, — пригвоздил меня дракон. — Сиди и слушай.

Закатив глаза, я повиновалась. Чем быстрее выговорится этот нахал, тем быстрее освобожусь.

— Вся во внимании, — выплюнула фразу в его надменное лицо.

— Замечательно, — уголком рта ухмыльнулся генерал. — Во-вторых, хватит позволять своей подруге верёвки из себя вить. Я не идиот и сразу спросил у Майера, кто отправил его на улицу. Если эта рыжая пигалица будет путаться у меня под ногами, то я…

— Да идите вы! — не выдержав, я рявкнула на Райвена. — И вы, и ваш Майер! Чтоб больше у моей лавки на глаза не попадались.

Совсем охамел! Да, у неё шило в мягком месте. Да, она взбалмошная, а её голова полна сумасбродных идей.

Но если бы не Сильвия…

Жгучее воспоминание, от которого я избавилась с большим трудом, снова показалось на горизонте. Горло сдавило спазмом, и всё потемнело перед глазами.

Шустро вскочив с коварного кресла, я поспешила ретироваться к двери. Никому не позволю обидеть Силь.

— Её выходка стоила мне полторы тысячи франков, — следом за мной неторопливо поднялся на ноги Эрдан.

— Сочувствую, — солгала я, пытаясь провернуть ключ в замочной скважине.

Заело, как назло! Почему именно сейчас?

Эрдану не составило труда меня догнать. Руку с ключом накрыла большая драконья ладонь, а вторая легла на плечо, притягивая меня спиной к своей твёрдокаменной груди.

— Полторы тысячи франков — неприлично большая сумма для одной смазливой ведьмочки, не так ли?

Я сосредоточенно сопела, пытаясь одновременно бороться с дверным замком, тяжёлой ладонью и коварной близостью генерала, которая, к стыду, меня до дрожи взбудоражила.

Лоб покрылся испариной, а когда виска коснулись губы Райвена, я едва не забыла как дышать.

— Предлагаю взаимовыгодную сделку, Ливианна, — от вкрадчивого голоса дракона внизу живота предательски потеплело. Как давно моё тело стало выдавать такую постыдную реакцию? — Я выплачиваю штраф за выходку Сирены.

— А я? — хрипло спросила, боясь представить, что он потребует взамен.

— А ты, ведьмочка, за это сходишь со мной на свидание.

Эрдан Райвен

Забавно наблюдать, как ведьмочка мгновенно краснеет и растерянно прикусывает нижнюю губу. Даже не подозревает, что этот невинный жест заставляет меня хотеть её ещё сильнее.

Я своё возьму, более чем уверен. И свидание — лишь повод утвердить моё. Дать ей понять, что спорить со мной нет смысла.

Я не отступлю. Хочу её — и возьму.

— Раз у меня нет иного выбора, я соглашусь. Но у меня есть три условия, — наивная, думает, что её тон звучит уверенно. Вон как подбородок задрала и храбро смотрит в мои глаза.

А голосок тоненький, подрагивает. И дракон внутри меня жадно выпивает её эмоции, наслаждается каждым мгновением рядом с подходящей ему самочкой.

— Да хоть пять, — лениво отвечаю ей.

Дам ей немножко свободы выбора, чтобы она расслабилась. Она ведь не знает, что по итогу всё будет так, как я захочу. — Пять так пять!

Прелестная девочка оживает. Глазки блестят, брови нахмурены. Явно придумывает какой-то план.

Что ж, не буду торопить.

Стоя рядом с ней, жадно вдыхаю нежный аромат ванили. Никогда не тянуло на сладкое, но в этот раз хочется распробовать ведьмочку на вкус.

В паху тут же тяжелеет, и пока я жду, что Ливи наивно перечислит способы сохранять дистанцию между нами, в голове всплывает рабочий вопрос.

Прошло уже шесть часов после того, как я передал в допросную подонка, посмевшего напасть на мою женщину. Перед этим я, конечно же, постарался привести его в чувство, но он впал в беспамятство, и я не смог выбить нужную информацию.

Мои люди знают, как заставить заговорить немого. Других рядом с собой не держу. Но даже их усилий пока что не хватает.

Может, попросить ведьмочку сварить подходящее зелье для молчуна?

— Так вот, — пухлые губы прелестницы растягиваются в очаровательной улыбке. — Первое — никаких прикосновений.

Ты ж моя хорошая. Конечно же нет.

Но пока соглашусь. Позже выверну ситуацию так, чтобы она сама ждала момента, когда я к ней прикоснусь.

— Второе — никаких грязных и пошлых намёков, — слегка расслабляеся Ливи.

— Не вопрос, — уверенно отвечаю ей.

Я не намекаю, я говорю прямо и действую. Намёки для тех, кто в себе не уверен.

— И никаких грубых слов, — тут же добавляет ведьмочка, напуганная моей решимостью.

Очаровательные глаза прищуриваются, словно выискивая подвох. Спокойно киваю. Мне известно множество синонимов этих самых слов. Я не юнец и знаю, как обращаться с женщиной.

— Третье, — наивно радуется ведьмочка. — Идём туда, где нас не смогут увидеть.

Ну надо же! Сама хочешь уединиться?

А строишь из себя такую неженку. Милый невинный цветочек, который станет в постели тигрицей.

— Люблю приватность, — сдерживаю улыбку. А то ещё заподозрит неладное. Едва не добавляю, что её спальня для свидания отлично подойдёт.

— Потому что я не хочу, чтобы обо мне поползли разные слухи, — слегка смущается она.

— Как поползут, так и перестанут.

Что ж она такая зашуганная? Выверну наизнанку любого, кто посмеет ткнуть в неё пальцем или сказать дурное слово.

— Четвёртое, — загибает тонкий пальчик с аккуратным розовым ноготком. — Никому не рассказывать о свидании.

Равнодушно жму плечами. Я не болтун.

— Пятое, — окончательно расслабляется ведьмочка. — Вы не ругает Майера и не наказываете его. Он не виноват, что попал под влияние Силь. И убираете от меня свою охрану.

Зверь внутри протестующе рычит. Не из-за солдата. Майер простой, как монета в четверть франка. Соперник из него никакой.

Но вот её доброта невероятно раздражает. Убрать охрану? В то время, как Хеленсбург и окрестности буквально кишат тёмными колдунами и теми, кого они взяли под влияние?

Если бы жители знали, что происходит на самом деле, они бы сбежали из города сверкая пятками. Враг, осознав, что ему силой не пробиться на территорию нашего королевства, внезапно вспомнил, что можно сделать это хитростью.

— Как скажешь, — сухо отвечаю ей. Не хочет передвигаться под конвоем, сам буду охранять.

Драконы никого не подпустят к своему сокровищу. И я не позволю ни одному грязному колдуну обидеть мою Ливианну.

— Что ж, — веселеет на глазах прелестница. — Я могу идти? С меня снимут штраф в полторы тысячи франков?

— Снимут, иди, — киваю ей, а сам раздумываю, как бы обойти дурацкий пятый пункт. — В восемь часов я буду у тебя. Жди.

— А может, встретимся в другом месте? — снова ершится Ливи. Обороняется с иголками наголо. — На нейтральной территории.

— Нет, это не по-мужски, — отказываю ей и в голове всплывает отличный план.

Завалю её работой, так, чтобы носик свой хорошенький не высовывала из лавки.

— Ладно, — вздыхает ведьмочка и выскальзывает за дверь.

Слышу стук маленьких каблучков и возвращаюсь в кресло начальника охраны.

Надеюсь, Ливианна не узнает, что я её перехитрил. Совместил полезное с приятным.

Мысли возвращаются к допросной. В кармане тонкой дрожью вибрирует связной артефакт. Я достаю его и активирую движением руки.

— Заговорил?

— Хуже, — отвечают мне. — Умер, не приходя в сознание.

Морщусь и тру переносицу двумя пальцами. Это всё усложняет.

— Сам?

— Помогли. Сильнейшее ментальное вмешательство. И генерал Райвен…

Собеседник на другом конце города мнётся и медлит с ответом. Чувствую нарастающее раздражение, а зверь внутри нервничает. Переживает за одну красивую ведьму.

— Говори, — приказываю ему.

— У меня есть подозрение, что ему помог кто-то из наших.

Деактивирую артефакт. Узнаю детали на месте, но услышанное нихрена мне не нравится. О чём-то подобном я догадывался, но это значит…

Встаю из-за стола и быстрым шагом покидаю здание городской стражи.

Нет, ведьма, один пункт я нарушу прямо сейчас.

А вечером получу от тебя заслуженную награду.

Ливианна Одли

Сославшись на дурное самочувствие, я закрылась в спальне, оставив лавку на попечение Силь.

Сирена-полукровка, чувствуя свою вину, лишь горестно вздохнула, теребя в пальцах обёрточную бумагу для стекла.

— Я же хотела как лучше, — донеслось до моих ушей, когда я уже поднялась на второй этаж. — Ну не дуйся, Ливи, я тоже помогу выплатить штраф. Как заработаю половину суммы, сразу тебе отдам!

“А может, не стоит пока ей говорить о том, что с меня сняли штраф? — мысленно хмыкнула я, закрыв дверь в спальню. — Сильвию давно пора проучить. К тому же, если она узнает, какой ценой генерал добьётся отмены штрафа, то мигом пустится во все тяжкие. Не хватало ещё, чтобы она его ко мне приревновала.”

Решив держать свидание в строжайшей тайне, я запела дверь на засов, подошла к зеркалу и пристально вгляделась в своё отражение.

— И что ж ты во мне нашёл? — задумчиво пробормотала, расчёсывая волосы деревянным гребнем. — Простая горожанка, ничем не примечательная. В Хеленсбурге полно красивых девушек. Взять хотя бы тех “заек”.

Внезапная мысль сверкнула яркой вспышкой в голове: что, если свидание и не свидание вовсе?

Я ж не знаю, что задумал Райвен. Может, в лес меня отведёт, чтобы ловить колдунов на живца? А я тут волнуюсь и теряюсь.

Погрузившись в беспорядочные размышления, я подошла к платяному шкафу и резким движением распахнула дверцы. Взгляд пытливо пробежался по вешалкам: четыре повседневных платья, два рабочих, халат, пара цветастых юбок и столько же белых блузок.

— Как так получилось, что мне не в чем пойти на свидание? — расстроилась я, оглядывая скудный гардероб.

А если бы на месте Райвена был кто-то, кто мне действительно понравится? Погрузившись в работу, совсем забыла о том, что я молодая девушка, которой впору проводить вечера в приятной компании порядочного парня.

Минутная стрелка медленно, но верно проделала круг. Я злилась на себя из-за того, что потеряла целый час, расхаживая кругами и пытаясь выбрать лучшее из четырёх повседневных платьев.

— Да я вовсе не для Эрдана наряжаюсь, — ворчала вполголоса, периодически поглядывая на часы. — А для себя. Попросить у Силь точно не вариант. Она же вцепится клещом и не останет, пока не узнает, зачем мне надо красивое платье. А может ещё и проследит за нами. С неё станется.

В итоге, проведя ещё полчаса в раздумьях, я решила отложить выбор до вечера и спустилась в торговый зал.

Силь с тоской поглядывала в окно, мечтая убежать по своим делам, и я, отпустив мигом повеселевшую подругу, сама встала за прилавок.

Продала с десяток зелий, составила список ингредиентов на закупку и поручила Зефирчику отнести его в лавку трав и специй. А в семь часов с чистой совестью повесила табличку “Закрыто” и пошла готовиться к свиданию с генералом.

Стук в дверь раздался одновременно с боем часов.

Пунктуальный.

Щёки предательски налились краской, когда я поймала себя на том, что переживаю, понравится ли Эрдану моё однотонное нежно-зелёное платье.

— Мисс Одли, вы прекрасны, — с порога ошарашил меня Райвен.

Я застыла с открытым ртом, чувствуя, как челюсть стремится с грохотом упасть на пол.

Эрдан сменил генеральский мундир на тёмно-серый костюм-тройку. Верхняя пуговица на кипенно-белой рубашке была небрежно расстёгнута, обнажая крепкую, загорелую шею. Тёмные прямые волосы лежали на плечах, а не привычно стянуты в низкий хвост.

Сказать, что он выглядел хорошо — значило бы солгать. Броская, яркая, поистине мужская красота дракона вызывала во мне неловкость и стыдливость за свой неподходящий вид.

— Прошу, — ко мне потянулась широкая генеральская ладонь, и я, не забывая об условиях, тут же сделала шаг назад.

— Ваше Превосходительство, никаких прикосновений, — прошелестела, испытывая отчаянное желание спрятаться куда подальше и носа не высовывать из дома.

— Вот как, — посмотрел на меня свысока Райвен, убирая ладонь поближе к своему телу. — Не дашь мне проявить учтивость?

— Нет, — зажмурившись, я замотала головой.

Что я творю? Почему растерялась и веду себя как затюканный подросток? Если я уже не могу внятно связать два слова, что будет дальше? Свидание ведь ещё не началось.

— Тогда проследуй за мной в экипаж, — коротким кивком Эрдан указал на простую карету без опознавательных знаков, запряжённую двумя гнедыми лошадьми, а кучер на козлах старательно избегал любого взгляда в нашу сторону.

Я огляделась по сторонам. Убедившись, что поблизости нет случайных зевак, стрелой преодолела расстояние до экипажа и ловко забралась в салон.

Внутри было довольно прохладно, и нос защекотал запах древесины, покрытой лаком, в сочетании с терпким ароматом кожи.

Эрдан ловко запрыгнул следом и занял место напротив, возле самой дверцы.

Стукнув ладонью по тонкой перегородке, он дождался, пока карета наберёт ход и принялся с интересом рассматривать моё платье.

— Перестаньте, — я стыдливо отвела взгляд, краснея за свой простой наряд. — Вы меня сейчас глазами сожрёте и косточек не оставите.

— Запрета смотреть не было, — насмешливо возразил Райвен. — Я не понимаю, Ливианна, что ж ты так в себе не уверена? Хотя, может, это и к лучшему. Мне достанется самое…

— Генерал, имейте совесть! — возмутилась я, испытывая жгучее желание выпрыгнуть из карты на полном ходу.

Лишь бы подальше от этого бабника.

— А в чём я не прав? — нахмурился Райвен. — Ведьмочка моя, да тебя пальцем тронь, и ты с ума сойдёшь от страха. Даже сейчас трясёшься как заяц. Кто внушил тебе, что ты должна избегать внимания мужского пола? Ты — красивая девушка, согласилась пойти со мной на свидание…

— Согласилась? — от удивления мои глаза округлились сами по себе. — Да вы меня вынудили!

— …а ведёт себя как дикий волчонок, — как ни в чём ни бывало продолжил дракон. — Как будто я не комплимент говорю, а рассказываю где и в каких позах…

— С меня довольно! — я попыталась встать на ноги и дать сигнал возничему остановиться.

Но именно в этот момент переднее колесо попало в выбоину, и меня бросило прямиком в объятия Эрдану Райвену.

— Поймал, — хрипло заурчал дракон, сцепляя руки в замок на моей талии.

— Пустите! — жалобно пискнула я, упираясь ладонями в скользкую кожаную спинку сидения.

Пальцы предательски съезжали, грозясь приземлиться на сильные плечи Эрдана. Горячее дыхание дракона с ледяной ноткой мяты щекотало чувствительны кожу у кромки волос. Сердце билось так громко, что без труда перебивало цокот лошадиных копыт, а от бархатистого голоса Райвена внизу живота разлился приятный жар.

— Нет, дорогая. Уже не отпущу, — сверкнул вертикальным зрачками дракон. — Даже не проси. — Вы нарушаете условия нашего соглашения, — едва не плакала я, ругая своё тело за такую бурную реакцию на Эрдана. — Самый главный пункт!

— Ты коснулась меня первой, — довольным голосом парировал Райвен. — Не мог же я допустить, чтобы ты упала и разбила свой аккуратный носик?

К счастью, мой слезливый вид разжалобил суровое генеральское сердце. Спустя несколько секунд, показавшихся мне бесконечными, он ослабил хватку, и я вернулась на своё сидение.

Смотрела в окно, совсем не замечая проплывающих улиц, а мыслями всё ещё была в объятиях Эрдана.

Карета подъехала к самому роскошному ресторану Хеленсбурга — излюбленному месту встречи городской элиты. Возничий остановился у парадного входа, где уже почтительно склонился плечистый здоровяк в идеально сидящей на нём голубой ливрее.

Дракон, распахнув дверцу, грациозно спрыгнул на брусчатку.

— Позволишь? — он галантно протянул мне ладонь, желая помочь сойти по ступенькам.

А я поняла, что попала в щекотливое положение. С одной стороны по этикету я должна принять помощь генерала, но это значит, что сама нарушу первый пункт. А там, где первый, будут и остальные.

В этом я уверена.

Поджав губы, сделала шаг, пытаясь сохранять равновесие. Нога предательски соскользнула, а я, неловко взмахнув руками, снова рухнула в объятия донельзя радостного Эрдана.

— Мне определённо нравится это свидание, — жарко прошептал на ухо Райвен, аккуратно придерживая меня за талию и игнорируя все попытки выскользнуть из-под его руки.

— Вы специально! — раздосадованно прошипела я в ответ.

— Не понимаю о чём ты.

Главнокомандующий армией нашего королевства небрежно кивнул согнувшемуся в низком поклоне работнику, уверенно прошёл сквозь гостеприимно распахнутые двери и приказал спешащему навстречу метрдотелю:

— Проводите нас в красный кабинет. Моя прекрасная спутница не желает быть замеченной другими посетителями.

— Будет сделано, — невозмутимо ответил статный мужчина лет сорока с изящно подкрученными усами и волосами, залитыми гелем. — Следуйте за мной.

Метрдотель подвёл нас к боковой лестнице. Наученная горьким опытом, я уже не выпускала ладонь Райвена, рассудив, что лучше пусть удержит меня от случайного падения, чем я останусь со сломанной ногой. Это какая-то магия, что в присутствии генерала я теряюсь и становлюсь до ужаса неловкой.

Работник ресторана распахнул перед нами простую на вид дверь, выкрашенную бордовой краской:

— Мы уважаем желание гостей сохранить приватность. Как только будете готовы сделать заказ — нажмите на кнопку звонка, а до той поры никто вас не побеспокоит.

— Отлично, — кивнул Райвен и, открыв дверь, галантно пропустил меня вперёд. — Располагайся, Ливианна. Всё как ты просила — никто не узнает, что ты здесь со мной.

Переступив порог кабинета, я застыла на месте, разглядывая вычурный интерьер. Кроваво-красные оттенки одновременно привлекали и пугали. Мягкий свет массивных люстр создавал загадочную игру теней, словно пытающихся скрыть непостижимые тайны, затаившиеся в укромных уголках.

Ткани бордового бархата и шёлка создавали ауру уточнённой роскоши, а на единственном столе в центре кабинета, стоял огромный букет роз, источающих тягучий, сладостный аромат.

Эрдан ухаживал за мной так непринуждённо, будто это было для него обыденностью, а не желанием произвести на меня хорошее впечатление. Усадив меня за стол, он сел напротив и раскрыл передо мной тяжёлое меню в твёрдой кожаной обложке.

— Но здесь нет цен, — растерялась я, не зная как сказать о том, что я не имею представления, какие блюда скрываются за экзотическими названиями.

— Это единственное, что тебя волнует? — недобро прищурился Райвен. — Только не говори, что ты из тех скучных женщин, что платят за себя сами.

Мне оставалось только промолчать. Генерал чувствовал себя как рыба в воде, а я уже тысячу раз пожалела о том, что согласилась на свидание. Всё выглядит чужим, вычурным, неестественным.

Хочется плюнуть на всё и покинуть это до ужаса идеальное место.

— Тебе здесь не нравится, — пристально посмотрел на меня дракон.

— Мне тут некомфортно, — извиняющимся тоном прошептала я. — Простите.

Эрдан с громким хлопком закрыл меню и поднялся из-за стола.

— Тогда у меня есть для меня более подходящий вариант. Но добраться туда можем лишь по воздуху.

По воздуху это…

Представив, что я сижу на спине дракона, держась за шипы на его шее, у меня волнующе забилось сердце. Идея прокатиться оказалась такой заманчивой и соблазнительной, что быстрая перемена настроения не ускользнула от внимания генерала.

— Ты не боишься, — утвердительно произнёс Райвен. — И мне… Нам это нравится. Но Ливи, я никого не катаю просто так, от большого желания. Всему есть своя плата.

Краска прилила к щекам, когда я спросила:

— И какая же?

Эрдан не медлил с ответом:

— Нарушу ещё один пункт.

Я была готова согласиться, но вместо “да” с губ сорвалось то, о чём я тут же пожалела:

— Тогда по пути вы расскажете про тёмных колдунов.

— Давно ты знаешь? — черты драконьего лица заострились, а на скулах заходили желваки.

— Нет.

Значит, Сильвия не ошиблась. От этой мысли сердце пронзила боль: Райвен рядом со мной только из-за колдунов.

Стало быть, я — действительно наживка.

— Что ж, — генерал неспешно приблизился ко мне и коснулся пальцами моего подбородка. — Расскажу. Но за поцелуй. И потребую сперва оплату.

Да что ж ему всё неймётся?

Я зажмурилась и для верности закрыла лицо руками. Чтобы не подглядывал и не читал моих эмоций.

А их было полно. Причём всяких разных.

Память выхватывала ужасные картины прошлого. Вот я сижу за столиком в кафе с самым потрясающим парнем в магической академии, где училась зельеварению. Он смотрит на меня, улыбается, касается моей руки…

— Ливианна! — грозный рык дракона вырвал меня из липкой паутины кошмаров.

И снова я испытала к нему чувство искренней благодарности.

— Один, — с губ слетел низкий хрип, будто у меня простыло горло.

— Что один? — непонимающе нахмурился Райвен.

— Поцелуй. Один, — слова крайне неохотно вылетали из моего рта. — Только, пожалуйста, недолго.

— Сама попросишь продолжения, — с облегчением рассмеялся Эрдан и протянул руку к моему лицу, но я протестующе замотала головой:

— Не трогайте меня, пожалуйста.

Эрдан отпрянул от меня, как от прокажённой. Запустил пальцы в длинные, густые пряди, взлохмачивая идеальную гладкость волос. Поднял голову к потолку и с шумом выдохнул.

На секунду мне показалось, что это дракон резко выпускает из ноздрей облачко белоснежного пара.

— Да что с тобой такое? — его голос звучал натянуто, как струна, которая вот-вот лопнет. — Может, тебе сходить к мозгоправу? С тобой явно что-то не так!

— Знаете, что? — неведомым чудом я удержала слёзы. — Это уже перебор! Целуйте, давайте, а после жду подробный рассказ про тёмных колдунов! И больше не появляйтесь рядом со мной!

— Ведьма, — с какой-то непонятной мне злостью и досадой прошипел дракон и едва не прыжком сократил расстояние между нами.

Я опомниться не успела, как его губы накрыли мои обжигающим, сметающим все преграды поцелуем. Сомкнув веки, напряглась всем телом, остро чувствуя каждое движение языка, властно исследующего мой рот. А в сочетании с уверенным прикосновением кончиков пальцев, скользнувших по щеке и притягивающих меня к его каменному торсу, по телу разлилось предательское тепло, скручиваясь в огненную сферу чуть ниже живота.

Напуганная яркой смесью ощущений, пламенных, уничтожающих все сомнения, я застыла не шевелясь, слегка дрожа и умоляя, чтобы эта сладостная пытка прекратилась.

И Эрдан понял меня без слов. Мягко прикусив нижнюю губу, он с тихим рыком отстранился и вымученно усмехнулся.

— Вот уж не ожидал, что мой поцелуй может быть настолько неприятен женщине, — бросил со злостью и досадой. — На выход, Ливианна, я отвезу тебя домой.

Что за чертовщина?

Почему вместо того, чтобы обрадоваться, я чувствую едкую горечь разочарования?

Сказать, что мне понравилось, как он целуется?

Да ни в жизнь! Особенно после того, что случилось… Нет, я не имею никакого права.

Утешить? Дать понять, что дело во мне?

И как я себе это представляю?

“Прости, генерал, у меня был не самый лучший опыт общения с противоположным полом, ты не виноват?”

Да он меня сожрёт даже в человеческой ипостаси! И косточки не останется!

А может, это к лучшему?

Оставит меня в покое и найдёт утешение в своих зайках. А я как-нибудь сама проживу.

Растерянная, запутавшаяся в собственных мыслях, я молча пошла следом за Райвеном, и только когда мы сели в карету, осмелилась спросить:

— Я свою часть выполнила. Расскажите про тёмных колдунов.

Губы дракона дрогнули в кривой усмешке. Сняв пиджак, он закинул руки за голову, откинувшись на удобную спинку сидения. Устремив взгляд в окно, будто ему не хочется даже смотреть в мою сторону, он, наконец, заговорил:

— Тёмные колдуны — гнойный нарыв на теле как человечества, так и драконьего племени. Много лет назад они едва не захватили контроль над всем материком и даже частью островов, что располагались в большой водной глади, но именно в тот момент люди и драконы объединили свои силы.

С каждым годом количество этих мерзавцев неуклонно уменьшается. В каждом королевстве существуют отряды по борьбе с ними. Те осознали: если они так и будут скрываться, то от них ничего не останется. Рано или поздно вымрут, один за другим.

И в результате небольшая, но сплочённая община колдунов отправилась прямиком к правителю наших неугомонных соседей, королевства Серкерк, и заключили с ним взаимовыгодный союз. Они проникают к нам, ослабляют границы, а взамен Его Величество позволит им спокойно жить в наших землях и не станет подвергать их гонениям.

Уверен, обе стороны друг другу лгут. И после выполнения их плана каждый будет ждать момент, чтобы ударить союзнику в спину.

Я внимательно слушала Райвена, стараясь не упустить ни единого слова. Любая информация, даже самая крохотная, способна пригодиться. Кто знает, вдруг я настолько разозлила дракона своим поведением, что он откажется от моей защиты?

Найдёт себе какую-нибудь более сговорчивую ведьму в одной из деревушек поблизости Хеленсбурга и будет радовать её своим присутствием.

— Ведьмы и маги для них лакомый кусочек, — задумчиво продолжал Эрдан. — С мощным внутренним резервом, знаниями и силой. Подчинив их своему влиянию, колдуны получат могущественных слуг, против которых ни одна армия не устроит, какой бы она ни была сильной.

— Значит, вы знали обо мне? — удивилась я. Однако мне стало понятно, почему солдаты приехали в Хеленсбург. — Точнее, о том, что в нашем городке живёт ведьма.

— Она и несколько хороших магов, — кивнул он. — Честно говоря, я был уверен, что местная ведьма — это старая, кривая и уродливая карга, планировал поручить её солдатам, но увидел тебя и…

— Вам стало меня жалко? — невесело усмехнулась.

Райвен не стал отвечать. Лишь поджал губы, будто не хотел, чтобы слова сами вырвались из его рта. Но к счастью мы уже въехали на улочку, где была моя лавка.

Вот только перед ней взад-вперёд задумчиво бродила Сильвия. И когда на её глазах из кареты вышел генерал, подал мне руку и поцеловал воздух над ней на прощание, сирена-полукровка пронзила меня яростным, сметающим всё на своём пути взглядом.

— И что здесь происходит? — её голос, казалось, мог спалить дотла и горстки пепла не отправить.

— Ливианна, иди в дом, — дракон пропустил мимо ушей гневный вопрос моей подруги.

— Да, Ливианна, иди в дом, — ехидно протянула Силь. — А вас, генерал, я попрошу остаться. На два, так сказать, слова.

Генерал Эрдан РайвенЯ смотрел с откровенной досадой на изящную спину ведьмочки, удаляющейся в сторону лавки. Взгляд жадно скользил по женственным изгибам, ласкал тонкую талию под простым, но чертовски соблазнительным платьем.

Воображение самостоятельно, без разрешения нарисовало её силуэт обнажённым в моём разуме, и я едва не бросился за ней вдогонку, как путь мне преградила невыносимая рыжеволосая сирена.

— Ваше Превосходительство, не надо.

“Ещё как надо!” — мысленно ответил я, делая шаг по ухоженной дорожке, выложенной мелким серым гравием.

Вредная Сильвия упёрла кулаки в стройные бёдра и насупилась:

— Дважды не повторяю.

Я склонил голову набок, с высоты своего роста глядя на досадное препятствие. Начал мысленно перебирать варианты, как бы убрать её с пути, но побоялся не рассчитать силу.

— Напомнить, с кем ты разговариваешь? — голос звучал так спокойно, что любой другой почуял бы неладное.

Но не Сильвия.

— Тогда я, уважаемый дракон, с радостью напомню, как на вашу расу действует наша магия.

Эта хитрая негодяйка ещё и улыбалась. Зверь внутри вёл себя тише воды ниже травы. Ему доподлинно известно, что пение сирен парализует драконье сознание и не даёт совершить полный оборот.

За Ливианной закрылась дверь, отрезая меня от желанной самочки. Притихшая вторая ипостась горестно вздохнула и решила терпеливо ждать, пока от нас отстанет Силь.

— Моя лучшая подруга, — рыжая сделала акцент на слове “лучшая”, - совершенно не заинтересована в коротких, мимолётных связях. Хеленсбург богат красивыми, умными, а главное — сообразительными девушками, которые будут рады скоротать с вами вечерок. А то и два.

— На себя намекаешь, сирена? — с вызовом посмотрел в её глаза и не без удовольствия заметил, как алеют её щёки и темнеет радужка. — Сразу говорю, я не по вашим.

— Между прочим, господин генерал, я полукровка, — Силь быстро справилась с эмоциями. Задрала подбородок и аж на цыпочки привстала, чтобы не смотреть на меня снизу вверх.

Правда, ей это особо не помогло.

Едва сдержал усмешку, наблюдая за её попытками напугать меня грозными словами. Сильвия забавная. Смазливая мордашка, взрывной темперамент. Бьюсь об заклад, в постели она яркая и горячая, как пламя.

Был бы я чуть помоложе — во мне проснулся бы азарт. Виданное ли дело, дракону закрутить интрижку с сиреной?

Но сейчас броская красота Силь пробудила во мне лишь раздражение. Меня тянуло к спокойной, ласковой, уютной Ливианне. Хотелось сграбастать ведьмочку в свои объятия, унести на вершину самой неприступной горы и поселить её в закрытом ото всех замке.

Чтобы смотрела только на меня, улыбалась только мне и таяла лишь от моих прикосновений.

При мыслях о Ливи в крови пробудилось пламя. Заструилось по венам, обеспокоило зверя, и я почувствовал, как теряю концентрацию. Силь что-то говорила, махала руками перед моим лицом, но я её уже не слышал.

В голове набатом било имя той, кто разожгла во мне огонь — Ливианна. Уверенно направился по дорожке к лавке и не сразу заметил, как из приоткрытого окна вылетел до боли знакомый мне котяра.

Золотые вихры на белоснежной шёрстке переливались под светом солнца. Наглые глаза щурились, усы топорщились, а стоило ему приблизиться ко мне, как зверюга принялся тереться об мои сапоги, оставляя шерсть на дублёной коже.

— Да ладно! — изумлённо воскликнула сирена, прикрывая ладонью нижнюю часть лица. — Когда это Зефирчик успел проникнуться к вам симпатией?

— Зефирчик? — рассмеялся я, почёсывая кошатину между крупными треугольными ушами. — Кто его так назвал? Ливианна?

— Сам назвался, — помедлив, призналась Силь. — Когда был мелким и только-только появился у Ливи, сожрал втихаря коробку зефира, и она была вынуждена отдать все сбережения целителю фамильяров. Так, хватит мне зубы заговаривать, откуда вы его знаете?

Кот, обнюхав ладонь, потерял ко мне всякий интерес. Увидев порхающую бабочку, ловко взмыл вверх и, похлопывая крыльями, поспешил за маленьким созданием.

— Не думал, что это фамильяр, — честно признался сирене. — Разве они могут быть далеко от ведьмы?

— Этот — может, — мрачно подтвердила Силь. — Так где вы его встретили? Не вижу причин хранить это в тайне, поэтому спокойно отвечаю:

— По пути в Хеленсбург. Кота преследовала стая диких лисиц, и он нашёл спасение у меня. Бросился со всех лап, укрылся в ногах, а когда хищники ушли ни с чем, я обнаружил у него сломанное крыло.

Фамильяр, упустив бабочку, приземлился на крыльцо и согласно мявкнул. Развалился поперёк двери и принялся увлечённо облизывать лапу.

— Значит, вы выходили Зефирчика? — к моему удивлению, Сильвия сменила сердитый тон на радостный. — А вы не такой ужасный.

— Не я, целитель, — неопределённо махнул рукой, пытаясь понять, чего я вообще разговариваю с сиреной.

Ливианна ушла, меня здесь ничто не держит. Доберусь до казарм, отдам распоряжения и вернусь обратно следить, чтобы ни одна тёмная тварь не сунулась к моей ведьме.

— Знаете, что? — помедлив, Силь бросила красноречивый взгляд в сторону лавки.

— Удиви, — хмыкнул я, чувствуя некий интерес к подруге Ливианны.

Не любовный и не физическое влечение, нет.

Но эта рыжая бестия могла стать той самой ниточкой, что привяжет ко мне ведьму.

— Бьюсь об заклад, — она понизила голос до шёпота, не переставая коситься на лавку, — в отношении Ливи вы терпите одно поражение за другим.

— С чего ты взяла? — туманно ответил, всё больше понимая, что сирена может быть мне весьма полезной.

— Угостите кофе с пирожным — расскажу.

Через полчаса в маленькой симпатичной кофейне, в двух кварталах от дома Ливианны, я выслушивал то, от чего дыбом вставала чешуя, а зверь рвался убивать.

Слизнув с пирожного нежный белковый крем острым розовым язычком, Сильвия принялась вещать:

— Пять лет назад, когда мы были на третьем курсе академии, ей очень нравился один парень. Напыщенный павлин с раздутым чувством собственной важности, который смотрел на неё, как на букашку. Ливи наблюдала за ним издалека, вздыхала по ночам и плакала в подушку, но сокращать дистанцию не решалась.

Драконья сущность захотела выказать ярое недовольство. Угрожающе зарычала и попыталась вылезти наружу. Ей особо не понравилось, что какой-то сопляк мог занять место в сердце Ливианны.

Ведь там должен быть только я.

Плевать, что это было пять лет назад.

— В какой-то момент она не удержалась и отправила ему в подарок зелье удачи. Прикрепила к пузырьку записку, где расписала, какой он хороший, и она бы хотела с ним дружить.

Не меняя выражения лица, я стиснул пальцами кружку из толстого стекла. Ручка моментально пошла трещинами, а Силь всё больше распалялась.

— И представьте, этот говнюк позвал её на свидание! А она, наивная, добрая душа, согласилась!

Хм, может вызнать, кто он такой, найти и как следует встряхнуть? Крючит от одной только мысли, что кто-то приглашал на свидание мою женщину.

Ну и что, что она ещё не ответила мне взаимностью, это временное.

И не такие крепости брали.

— Я сразу почуяла подвох, — перешла к кульминации сирена. — Уговаривала её не ходить, а она потратила все сбережения на новое платье и пошла с ним в один недорогой ресторанчик. Слушала его с открытым ртом, пока он нахваливал себя, как товар на ярмарке. Мол, и такой, и сякой, и преподаватели от него в восторге, и на будущее у него уже всё схвачено. Ну не парень, а слиток золотой!

— И что дальше? — невольно подался ей навстречу, стискивая пальцы в кулаки.

— Ещё горячее не принесли, а он принялся её лапать. Главное, выбрал столик в углу и полез своими граблями ей под подол!

— А она? — я почувствовал себя заядлым сплетником, но информация была действительно важная.

— Она решительно пресекла все его поползновения, а он её при всех унизил! — едва не закричала Сильвия, покраснев от гнева. — Назвал уродливым синим чулком, сказал, что он из жалости обратил на неё внимание, и она должна радоваться, что он позволит ей прыгнуть в его постель. Что она невзрачная, никчёмная и ни один мужчина не посмотрит на неё как на что-то стоящее. Максимум предложит развлечься, а потом…

С губ сорвался утробный рык:

— Достаточно.

Сильвия послушно замолчала. Опустила глаза, помешивая ложечкой кофе со сливками.

Я же пытался выровнять дыхание, чтобы прямо сейчас не сорваться и не броситься на поиски мерзавца, что испортил жизнь такой красавице, как Ливианна.

Невзрачная?

Не в моих глазах.

Не посмотрит, как на что-то стоящее?

Да она сокровище!

Теперь я осознал, почему она так шарахалась от меня. А я, кретин, поначалу решил, что она цену себе набивает!

Что ж…

Она станет моей.

Без сомнений.

Всё, что мне понадобится — это сменить тактику.

Ливианна Одли

Три дня спустя

Случилось чудо!

То ли Райвена замучила совесть, то ли тёмные колдуны активизировались в окрестностях Хеленсбурга, но генерал от меня отстал!

Но почему это меня не радует, как раньше?

В первый день я предавалась самоанализу и вновь перебирала в памяти то, что случилось со мной на злополучном свидании. Грубая выходка и жестокие слова Айзека Донована пять лет назад напрочь отбили у меня желание сближаться с мужчинами.

А смысл?

Побыть их игрушкой в постели, а потом выслушивать фальшиво-проникновенную речь о том, что мы слишком разные?

Сама справлюсь.

Зарабатывать на жизнь умею, есть крыша над головой и холодильный ящик забит продуктами. А если понадобится помощь по хозяйству — починить что-нибудь или поменять стекло, то заплачу достойному работяге.

Райвен такой же. Сходу раскрыл свои намерения, вломился в мой трепетно выстроенный мир и возомнил себя завоевателем, а меня незащищённой крепостью?

Не на ту напал.

Однако он сдержал своё слово и убрал охрану от моей лавки. Вот уже три дня я не видела поблизости ни одного солдата. Разве что краем глаза замечала тень за окном, когда ложилась спать.

Но, может, это ветер качал ветви деревьев. Я бы почувствовала, что что-то не так.

Да и Силь притихла, увидев нас с Эрданом. Грустно вздыхая, объявила о том, что у неё много дел и не сможет помогать мне с лавкой. Пришлось самой вставать за прилавок, обслуживая покупателей, а вечером вместо долгожданного отдыха варить зелья и подготавливать ингредиенты.

Ложилась спать далеко за полночь, а мысли сами собой продолжали возвращаться к чешуйчатому нахалу.

Губы обжигало, стоило вспомнить поцелуй. Закрывала глаза, ругая себя за слабость, касалась мягкой подушечкой пальца нежной кожи и отчаянно хотела вернуться в тот день, чтобы снова пережить те самые волнующие секунды.

— Да что ж такое! — я ворочалась с боку на бок, прижимая к груди набитую перьями подушку. Отчего-то стало жарко, будто в спаленке был включён обогреватель. Я бросила взгляд на часы и со стоном поднялась на ноги. — Три часа ночи! Скоро рассвет. Надо будет вставать и открывать лавку! Миссис Пимбл явится одной из первых, к её старшей дочери приедут сваты, и ей требуется три флакончика зелья очарования.

Причём для дочурки всего один, это ей самой хочется два, хотя я предупреждала, чем грозит превышение дозы.

Зефирчик, занявший своей тушей подоконник, вытянул лапки и растопырил когтистые пальчики. Сонно захлопал глазами и, зевнув во всю пасть, прикрыл морду меховой конечностью.

— Я только окно открою, — проворчала я, глядя на ленивого фамильяра, — дышать тяжело.

Стоило мне открыть створку, как меня окружил лёгкий прохладный ветерок. Жмурясь от удовольствия, я подставила лицо бледному, серебристому свету луны и не сдержалась от улыбки.

Как же хорошо!

Где-то сбоку, там, где крыша, послышался звук, как будто кто-то шумно сглотнул. Наверное, птенцы ворочаются в гнезде, ждут с ночной охоты маму.

Слегка ослабила шнуровку на ночной сорочке, прислушиваясь к притихшему Хеленсбургу. Где-то вдали слышались отголоски последних посетителей трактира “У дядюшки Жиля”. Кто-то внизу прошуршал в кустах сирени: Зефирчик настороженно поднял ухо, повёл им и снова засопел, не уловив опасности.

В какой-то момент я почувствовала на себе пристальный взгляд, но стоило открыть глаза и всмотреться в ночную темень, как ощущение пропало.

— Интересно, чем сейчас занят Его Превосходительство? — шёпотом спросила я, обращаясь к фамильяру. — Наверняка окучивает очередную лужайку с зайками.

Мне показалось, или кто-то на крыше глухо зарычал?

Опершись руками на подоконник, я попыталась высунуться и посмотреть, не забралась ли туда какая-нибудь хищная лиса, чтобы полакомиться беззащитными птенцами?

Однако рассмотреть не смогла. Вроде бы кто-то есть, но если Зефирчик не беспокоится, значит, и мне переживать не надо.

Тем не менее перестраховаться стоило.

— Сторожи, — приказала бессовестно дрыхнущему коту и оставила окно открытым, а сама побежала в кабинет и спустя несколько минут вернулась с припылённым пузырьком в пальцах.

Пробка сидела туго и не думала поддаваться. Едва не сломав ноготь, я взяла фамильяра за свисающую вниз переднюю лапу, воткнула его бритвенное лезвие в пробку и таки смогла вытянуть её из горлышка.

Воздух тут же наполнился терпким запахом дёгтя, смешанного с кожурой цитруса. Зефирчик мигом проснулся, посмотрел на меня ошалелым взглядом и оглушительно чихнул, потирая морду.

— Потерпи, привереда усатая, — я едва удержалась от лёгкого смешка. Села на подоконник, ухватилась левой рукой за крепкую раму, а правой размахнулась и выплеснула содержимое на покатую крышу лавки.

Пришлось сразу же закрыть окно, чтобы не тревожить кота неприятным для него запахом. На крыше послышалась какая-то возня и приглушённый кашель, но раз Зефирчик не тревожится, то и мне переживать незачем.

Зато лиса или ещё какой зверь уже не сунется к птенцам. Так ему и надо.

Небольшое приключение лишило меня сил, и я, вернувшись в кровать, крепко уснула до самого утра. Пробудилась оттого, что вредный кисик запрыгнул на грудь и принялся топтать меня передними лапами, а затем ткнулся влажным носом мне в глаз, мол, давай, хозяйка, просыпайся!

Часы показывали, что у меня есть ещё сорок минут до открытия лавки. Бодро прошлёпала босыми ногами по нагретому дощатому полу, освежилась под струями самодельного душа и даже успела выпить чашку чая!

“Помощь Силь была бы кстати!”- подумала я, распахнув входную дверь и увидев на крыльце пять взволнованных кумушек-домохозяек под предводительством миссис Пимбл.

Распихав товарок крепкими бёдрами, она первой проскользнула в торговый зал и сноровисто подбежала к прилавку.

— Доброго утра, Ливианночка! Ох, как же я переживаю! У тебя есть что-нибудь от нервов?

Складывая приготовленные флакончики в бумажный пакет, я не успела ответить, как одна из покупательниц с ехидной ухмылочкой сказала вместо меня:

— Дорогуша, от нервов лучше всего помогает стопочка коньяка в утренний кофе.

— Да если бы, — вздохнула гордая мать прелестных дочерей, доставая из кошелька купюры по пять франков. — Три дня принимала ваше лекарство и не помогает. Бессонница замучила. Вроде и хочется спать, а не можется.

— Ой, и мне тоже!

— И мне!

— Погода окаянная!

Кумушки загалдели наперебой, заставляя меня крепко задуматься. А ведь и правда, я никогда не жаловалась на сон, но была уверена, что волнуюсь из-за провального свидания.

Неужели тёмные колдуны постарались? Решили извести горожан бессонницей?

Может быть, стоит поговорить об этом с генералом?

— Ливи! Ау!

Генриетта Фишер стукнула своей любимой сумочкой по прилавку. Когда только успела прийти?

— Простите, задумалась.

— Милочка, а ты не думай, ты делай, — покачала головой пожилая сплетница в небесно-голубом чепчике и того же цвета платье, щедро отделанном белым кружевом. — Видишь, народ без сна мается, так удружи нам, свари зелье, чтобы крепко спали.

А это идея!

Отпустив всех с товаром, я пообещала что-нибудь придумать и сварить пробную партию к вечеру, а сама велела Зефирчику притащить книгу зелий и трав.

— Один корень ромашки, — выписывала на листочек карандашом, сверяясь с рецептом, — в запасах остался. Корень валерианы лекарственной две штуки… А вот его нет, но растёт за городом на полянке неподалёку от пруда. Вроде бы там, где тренируются солдаты Райвена.

При упоминании заветного растения фамильяр мигом оживился. Принялся переминаться с лапы на лапу и едва не пританцовывал в надежде, что я возьму его с собой.

— И не мечтай, — я строго осадила крылатого кота. — Охраняй лавку. Будешь хорошим кисиком, принесу подарок.

“Выкопаю корни, а на обратном пути передам весточку Эрдану. Строго деловую. Чтоб не думал, что я по нему соскучилась,” — решила, выходя из дома.

Но всё, конечно же, вышло не так, как я предполагала. Жизнь в Хеленсбурге шла своим чередом. Погода была превосходной — тепло, но не жарко, ещё и приятный лёгкий ветерок ласково касался плеч, попутно играясь с распущенными волосами.

Вместо того чтобы найти свободный экипаж, я решила прогуляться пешком. Спокойным шагом могла добраться до городских ворот за час. Заодно полезно было бы размяться.

В маленькой кофейне на углу я решила взять стаканчик освежающего лимонада. Пока сноровистая девчушка разминала в ступке лимон и мяту, обычно словоохотливая хозяйка выбежала в зал и схватила меня за руки:

— Ливи, милочка, как хорошо, что ты пришла! Я вот думала зайти к тебе, попросить какую-нибудь сонную травку.

— Бессонница замучила? — участливо спросила я милую женщину в белоснежном переднике и косынке.

Та быстро закивала головой.

— Никогда такого не было! Нет, было конечно, но раз или два максимум! Когда Варюшка сдавала экзамены, — она принялась загибать пальцы, — потом когда дело собственное открыли, когда первый раз налоговую декларацию заполняли…

Перечислив добрый десяток случаев мучившей её бессонницы, хозяйка сама забрала со стойки тяжёлый стаканчик и сунула его в мои ладони.

— Бери-бери, потом рассчитаемся. Так когда мне прийти за травкой? Сосед вон, тоже всю ночь маялся, видимо и его хворь окаянная одолела. До утра свет горел в спальне, шлялся по комнате туда-сюда, как заведённый!

Я заверила женщину, что к вечеру сонное зелье будет готово, а сама поспешила дальше, потягивая из соломинки прохладный напиток с приятной кислинкой.

“Надо бы взять про запас, — задумалась, поглядывая на холщовую сумку, в которой лежали перочинный ножик и тяпка. — Что-то мне подсказывает, что сонное зелье разойдётся на ура уже сегодня.”

Однако чем дольше я шла по улицам, тем чаще замечала, что все, встреченные мной на пути, были немного вялые.

Мальчишка-разносчик газет не кричал во весь голос, наперебой предлагая узнать самые горячие новости как нашего городка, так и столицы. Вместо этого он сидел на стопке утренних газет, зевая, сворачивал их в трубочку и бросал под ноги горожанам, а те кидали в его сторону медяшки.

Дождавшись, пока на брусчатку упадёт с десяток монет, он принимался собирать их мыском потрёпанного башмака, пододвигал к стопке и вытягивал из середины очередной печатный экземпляр.

“Не нравится мне это, — в голову закрались самые нехорошие мысли. — Если это действие тёмных колдунов, то почему бездействуют солдаты? Разве они не должны защищать нас от коварных врагов?”

Память тут же подбросила картинку “защиты”. Горячее дыхание Райвена на моих губах, пальцы, плавно очерчивающие контур лица, терпкий аромат дублёной кожи и сухой травы, которым хочется заполнить лёгкие и не выдыхать обратно…

— Эй, Ливи, ты в порядке?

Услышав голос Феликса, сына кузнеца, которого Генриетта Фишер пророчила мне в женихи, я поняла, что уже не иду, а стою на месте, закрыв глаза. Тут же помотала головой, выбрасывая постыдные мысли и растерянно захлопала ресницами.

— Доброго утра, Фел! — смущённо поздоровалась, опустив взгляд. — Да так, задумалась.

Мощный детина тут же разулыбался, демонстрируя мне крепкие белые зубы. Почёсывая пятернёй густую светлую шевелюру, он словно невзначай напряг бицепс и повернулся так, чтобы я могла получше рассмотреть его внушительную мускулатуру.

— И о чём же, Ливи? — Он заговорщицки мне подмигнул и, сбавив громкость, добавил, почти шёпотом. — А может, о ком?

У меня что, на лице всё написано?

Захотелось убежать обратно в лавку и не выходить оттуда как минимум неделю. Если кто прознает, что у меня было не просто свидание с генералом, а закончившееся поцелуем, от сплетен будет не отбиться.

Ещё и карточку поместят на передовицу утренней газеты с каким-нибудь кричащим заголовком.

Феликс что-то говорил, красноречиво рисуясь передо мной, но все мои мысли были заняты тем, как избавиться от навязчивого образа Райвена. В какой-то момент, лишь бы закончить разговор, я начала соглашаться со всем, что скажет сын кузнеца и не сразу поняла, на что умудрилась подписаться.

— Точно? — отчего-то просиял здоровяк.

— Да? — робко пискнула я, силясь догадаться, чем же я успела его порадовать.

— Отлично! — он едва не захлопал в ладоши. — Вот уж не думал, что сама Ливианна согласится пойти со мной на свидание! Зайду за тобой в восемь!

Несколько секунд я пыталась переварить услышанное, пока Феликс, напевая весёлый мотивчик, улепётывал от меня, сверкая подошвой новеньких ботинок.

Какое свидание?

Чем я только думала?

Что мешало мне уточнить вопрос? Сказать “повтори, я не расслышала”?

— Это всё из-за тебя, Райвен! — прорычала я так, что мне позавидовал бы любой дракон.

Даже мальчишка-газетчик покосился на меня с испугом в глазах.

“Дура! Дура! Дура! — распекала себя на все лады, вбивая каблучки в нагретую солнцем брусчатку. — И что ты будешь делать? А что люди скажут?”

Настроение было испорчено, и даже чудесная погода не радовала меня, как ещё десять минут назад. Смяв в руке пустой стаканчик, я выкинула его в урну и сдалась, остановив проезжающую мимо пассажирскую карету.

А то ещё с чем-нибудь ужасным соглашусь, пока стараюсь выкинуть из головы Эрдана.

Остановившись у городских ворот, возничий, широко зевая и прикрывая рот ладонью, получил от меня мелочью четверть франка и принялся искать взглядом новых пассажиров. Стражники на удивление были бодры и веселы, в отличие от остальных встреченных мною горожан.

— Не задерживайся до темноты, Ливи! — напутственно крикнул мне вслед один из них, чья жена не раз покупала у меня зелье для повышения мужской силы. — Если что — кричи! Да погромче, чтобы мы услышали.

“Нет уж, после того, что я ляпнула Феликсу, вообще рта не раскрою,” — мысленно отмахнулась от них и поспешила по обочине широкой дороги, а затем свернула на тропку и направилась в сторону полянки.

Многоголосый щебет птиц помог ненадолго отвлечься, а стоило увидеть заветные растения, из головы, наконец, вылетели и сын кузнеца, и нахальный генерал.

Опустившись на корточки возле высокого куста ромашки, я хищно взмахнула тяпкой, но не успела вонзить зубчики в землю, как меня едва не оглушила заливистая трель жаворонка.

Зажав ладонями уши, я ошалело пыталась понять, когда это птицы научились увеличивать громкость. Встала с колен, приподнялась на цыпочки и, приложив ладонь ребром ко лбу, принялась высматривать звучного певуна.

Взгляд выхватил яркую вспышку со стороны кромки леса. Формируясь в огненный шар, она неслась ко мне на огромной скорости, сжигая на своём пути всю растительность.

Первая мысль — бежать! Я дёрнулась вбок, но каблук зацепился за корневище, отказываясь меня отпускать.

Кожей почувствовала жар, раскалённый воздух стал видимым глазу, а в голове мелькнула мысль:

“Зато не придётся идти на свидание”. Лёгкие обожгло, до ноздрей отчётливо донёсся запах горелой травы и кустарника. Зажмурившись, я инстинктивно бросилась на землю, прикрывая голову руками.

Хотя это вряд ли помогло бы мне выжить после прямого огненного попадания.

Над головой раздался громкий хлопок. Руки и спину обожгло ливнем из горячих искр. Жалобно запищав от боли, я подскочила, забыв про неминуемую кончину, и начала стряхивать с себя жгучие частички.

— Больно! Ай! — шипела, кусая губы.

Лишь когда неприятные ощущения утихли, я осознала, что шар бесследно пропал. Зато оставил после себя широкую полосу выжженной травы, горячий воздух… и злого, как тысяча демонов, генерала Райвена, лицо которого было искажено гримасой ярости.

— Какого… — он замолчал, оставляя вместо соответствующего эпитета долгую, красноречивую паузу. — Ты. Тут. Забыла?

Напуганная случившимся, не до конца осознавая, что была на волосок от мучительной смерти, я едва не заревела, разглядывая сеточку мелких дыр на платье.

Однако моё шмыганье и всхлипы ни капли не растрогали дракона. Крылья его носа раздувались от злости, желваки ходуном ходили на скулах, а пульсирующая жилка на виске стала отчётливо видимой.

— Ром-маш-ка, — кое-как выдавила я из себя, попытавшись прикрыть особо крупную дыру в районе груди, размером с юбилейную монету.

— Что? — картинно всплеснул ручищами крылатый монстр. — Мне не послышалось? Ромашка? Спокойствия захотелось ведьмочке? Или на “любит-не любит” приспичило погадать? Аж до смерти?

— Вы… Вы… Вы… — все подходящие слова, как назло, выжгло из разума вместе с травой.

— Я, чёрт возьми! — заорал во всю мощь Райвен. — Я! Я тебя сам сейчас испепелю за то, что сунулась на полигон во время учений! Кто тебя сюда пустил? Кому голову оторвать?

Нижняя губа предательски задрожала. Ноги подкосились, и я рухнула обратно в траву, приземлившись пятой точкой на злополучное корневище. Едва не взвыла от боли, но сдержалась, нащупала тяпку и отчего-то сжала рукоятку изо всех сил.

— Ты мне скажи одно, — давил на меня дракон, нависая мощным торсом, обтянутым рубашкой цвета болотной травы. — Решила не даться живой колдунам и уйти из жизни без чьей-то помощи? Или сирена всё-таки достала? Где твои мозги?

— В голове!! — прокричала ему в ответ, размахнулась и бросила в него тяпкой.

Положение было неудобным, и замах вышел до ужаса неуклюжим. Садовый инструмент нехотя долетел до генеральского тела, укоризненно тюкнул по плечу и упал в ноги, приземлившись на железную пластину высокого сапога.

— Никто меня не предупреждал! — хлипкая плотина спокойствия сдалась под натиском эмоций, и они хлынули бурным потоком, выбираясь наружу через слёзы. — Ни один стражник не сказал! Я валерьянку хотела для зелья! И ромашку! И… И… И…

Понимая, что ничего внятного больше не смогу сказать, я закрыла лицо руками и горько заплакала, мечтая, чтобы возник второй шар и спалил доставучего Эрдана с его нотациями.

— Хватит воду лить, вставай и дуй обратно в лавку, — Райвен заметно сбавил тон, но твёрдость в голосе была прежней.

— Оставьте меня! — воскликнула в ответ, сгибаясь так, что едва касалась лбом зелёного островка травы. — Разберусь и без вас!

— Хочешь, чтобы утешил? — как-то едко усмехнулся генерал. — На жалость давишь? Ждёшь, что я расчувствуюсь и примусь успокаивать зарёванную ведьмочку?

Так, где моя лопатка?

Аж плакать расхотелось. Зато появилась жгучая жажда убивать.

Стиснув зубы от злости, я наскоро вытерла солёные слёзы, нащупала в траве сумку и вынула оттуда небольшую, но острую лопатку. Выставив её перед собой вместо оружия, я, слегка пошатываясь, сделала несколько шагов в сторону дракона, наставив на него тонкий край.

— Разберусь и без гадов ползучих, — прохрипела, глядя в его наглые глаза.

— Я гад летающий, — улыбка на секунду прорвалась сквозь сердитую гримасу, но тут же спряталась как солнышко за тучкой. — Ливи, по-хорошему прошу, иди отсюда, здесь не в игры играют! Солдаты отрабатывают…

На мгновение он замер, прислушиваясь, а затем прыгнул на меня, заваливая на ромашковые кусты:

— Замри!

Время будто замедлилось.

Лопатка выскользнула из пальцев в последний момент, и я полетела на землю, ожидая, что Райвен придавит меня своей тушей.

Однако стоило ещё одному шару, на этот раз водяному, пронестись над нашими головами, разбрасывая мельчайшие брызги, Эрдан тут же извернулся, принимая удар на себя.

Я услышала, как клацнули мои зубы, и почувствовала отрезвляющую боль: похоже, прикусила кончик языка. Не сразу осознала, что лежу на широкой груди дракона, обнимая его за плечи, а его руки крепко держат меня пониже талии.

Замычав, попыталась вырваться, но Райвен, подлец, и не подумал ослаблять хватку. Скорее наоборот, пальцы огладили полушарие и чувствительно его сжали.

— Что вы себе позволяете? — протестующе закричала, ёрзая на мускулистой генеральской туше.

— Сожалею, не удержался, — глядя мне в глаза, солгал Эрдан.

Вижу, как довольно скалится. А вот сожаления как раз не наблюдаю.

Долго он не стал надо мной издеваться. Убрал руки и как только я скатилась с него на траву, ловко поднялся на ноги.

— Значит так, моя безрассудная зельеварочка, — Райвен осмотрелся по сторонам и убедившись, что очередной атаки не предвидится, поднял с земли валяющуюся неподалёку тяпку. — Собирай инструменты и чеши в город, пока я добрый.

— Добрый, тоже мне, — обиженно фыркнула я, вспоминая, как ещё пять минут назад он на меня орал.

— Был бы злой — дал бы ремня, — уверенно парировал дракон. — Ливи, без шуток, здесь опасно. Говоришь, городская стража не предупредила об учениях?

— Не-а, — честно замотала головой.

— Разберёмся, — рыкнул он. — Иди-иди.

Собрав в сумку свой нехитрый инструмент, я бросила жалобный взгляд на потрёпанные кусты ромашки. Что же делать? У травника есть, конечно, нужные ингредиенты, но не в требуемых мне объёмах. Ещё у него за деньги, а тут бесплатно.

— Горе ты моё ведьмовское, — вымученно застонал Райвен. — Чего ты хотела? Валерьянку? Что ещё?

— Мяту бы, — я безропотно начала перечислять список трав, — или мелиссу, пустырник ещё.

Эрдан слушал меня внимательно, будто и правда запоминая всё, что я хотела собрать на полянке, у леса и берега пруда. Дождавшись, пока я закончу, генерал приказал идти за ним и ни в коем случае не отставать.

Дорога до городских ворот прошла в молчании. Я понемногу успокоилась, да и он задумался о чём-то своём, драконьем.

Остановившись перед недоумевающими стражниками, Райвен велел:

— Дальше сама, мне надо провести воспитательную работу с парнями, а затем возвращаться к солдатам. Вечером зайду. Хочу убедиться, что с тобой всё в порядке, и ты не вляпалась в очередные неприятности.

— Вечером? — осторожно спросила я, вспомнив, что мне ещё надо отмазаться от свидания с Феликсом. — Может, в другой раз?

Но Эрдан считал иначе:

— Жди меня к восьми. Я не чувствовала в себе достаточно сил, чтобы в одиночку разобраться с возникшей катастрофой, поэтому устремилась прямиком к Сильвии.

Сирена-полукровка с выражением муки на лице полола цветочную клумбу перед домом, тоскливо вырывая один сорняк за другим.

— Помоги, — я выдохнула и согнулась пополам, хватая ртом нагретый солнцем воздух. Как назло, кареты мчались мимо меня, не соизволив остановиться, поэтому до подруги я добралась на своих двоих.

— Что? — на её лице не отобразилась ни одна эмоция. Разве что брови подскочили вверх и вернулись туда, где были.

— Феликс назначил мне свидание, — зачастила я, пытаясь вывалить на неё сразу всю тревожащую информацию. — А потом и Райвен. В общем, оба придут сегодня в восемь.

Сильвия опустила глаза и с остервенением выдрала из земли длинный, тонкий корешок. Медленно принялась рвать его на мелкие части, окатив меня ледяным:

— Делаешь успехи. Поздравляю.

Я сомкнула веки и потёрла глаза пальцами, а после пристально всмотрелась в отчего-то расстроенную подругу:

— Силь, да что с тобой случилось?

— Со мной ничего, — поджала губы всегда шумная сирена. Нижняя мелко-мелко задрожала, а глаза предательски заблестели. — Со мной вообще ничего не происходит. Зато у тебя представление за представлением!

Последние слова она выкрикнула в голос, резво подскочила на ноги и, всхлипывая, убежала за дверь, оставив меня в немом удивлении.

Что произошло с моей яркой, взрывной подругой? За все годы нашей дружбы я лишь трижды видела её в ужасном настроении!

Первый раз, когда её неразделённая любовь — преподаватель по физической подготовке женился на одной из студенток и тут же уволился из академии.

Второй — когда закрылась её любимая кофейня, а её владелица вышла замуж за столичного чиновника, приехавшего в Хеленсбург с инспекцией.

Третий раз, когда её очередная любовь до гроба уехал на заработки в соседний городок, да так там и остался.

Кажется, я поняла, в чём дело.

— Сильвия Клодэ, прекращай и выходи! — я уверенно подошла к двери, громко топая по деревянным ступенькам крыльца. Приложила ухо к слегка шершавому полотну, смахнула ползущего муравья и прислушалась.

За дверью слышалась тихая возня и сдавленные всхлипы. Я сделала глубокий вдох и медленно, едва не по слогам, произнесла:

— Силь, не дури. Никуда я уезжать не собираюсь. Тем более, с Райвеном.

Ответом мне стал плаксивый смешок и громкое шмыганье носом.

— Мы же с тобой договорились! Если покинем Хеленсбург, то вместе!

Возня внутри дома усилилась. Спустя несколько секунд щёлкнула задвижка, дверь приоткрылась и в образовавшейся щели я увидела припухший от слёз правый глаз сирены-полукровки.

— Это ты так думаешь, — прогундосила она. — Райвен всерьёз намерен тебя завоевать.

— А я всерьёз намерена обороняться, — с жаром возразила ей и выдавила из себя улыбку. — Сильвия, пожалуйста, помоги. Я очень хочу остаться.

“Особенно в живых,” — мысленно добавила, не решаясь рассказать подруге о тёмных колдунах.

Глаз несколько раз моргнул. Дверь приоткрылась чуть шире, и я увидела Силь целиком. Подруга, горько всхлипнув, бросилась мне на шею и сжала меня в объятиях, сбивчиво бормоча на ухо:

— Я ж не против, забирай себе Эрдана. Нет, соглашусь, мне он тоже сильно понравился, но сирена с драконом поубивают друг друга ещё до свадьбы. А для тебя он в самый раз, только не уезжа-а-а-ай!

Последнее слово Сильвия провыла с таким чувством, что прима Хеленсбургского театра лопнула бы от зависти. Накрыв ладонью бедное ухо, пострадавшее от мощной звуковой атаки, я напросилась на чашку кофе и в спокойной обстановке подробно рассказала о случившемся за городом.

— Ах, какой мужчина! — с придыханием закатывала глаза сирена-полукровка, узнав, что генерал меня спас. О том, что десять минут назад она оплакивала мой несуществующий переезд в столицу, Сильвия уже забыла. — Красивый! Горячий! Властный!

— Делать мне что? — вернула я подругу к главной проблеме сегодняшнего вечера.

— А ты сразу с двумя иди! — хитро ухмыльнулась Силь. — Пускай они друг перед другом распушат хвосты и весь вечер делают тебе приятно. Победитель получит главный приз — второе свидание с прекрасной Ливианной.

Одна мысль о том, что я иду по улицам Хеленсбурга под ручки с сыном кузнеца и генералом повергла меня в шок.

Это ж какие пойдут сплетни! Кумушки языки до основания счешут!

— Ладно, — сжалилась сирена-полукровка, — зачем ещё нужны подруги? Возвращайся в лавку, тебя там, наверное, клиенты заждались. Как закончишь — прими ванну, сделай масочку для лица, волосы уложи и к восьми вечера жди!

— Кого? — непонимающе нахмурилась я.

— Увидишь! — заговорщицки подмигнула мне Силь.

Положившись на изощрённую фантазию подруги, я допила кофе и отправилась к себе в приподнятом настроении.

Может, всё не так уж плохо?

Я же ничего не обещала Райвену, не давала повода считать нас парой.

Да и о какой паре может идти речь, когда меня едва не парализовало от поцелуя? Ну и что, что он выбил почву из-под ног, был обжигающим и сладким?

Однажды моя гордость пострадала от популярного красавца, второй раз на те же грабли не наступлю.

Решено!

Вернусь в лавку, возьму деньги и куплю у травника ингредиенты для первой партии сонного зелья. Заложу в его цену стоимость товара, распределю его на порции, и даже мне немного прибыли останется. А вечером спрошу у генерала, куда можно пойти, чтобы не нарваться на их жуткие учения.

Мой оптимизм превратился в изумление, когда я увидела забаррикадированную дверь лавки и ошалелого Зефирчика, с воем катающегося по испачканным в земле охапкам валерьянки.

— Это что за… — у меня не нашлось подходящих слов. Стояла столбом и хлопала глазами, осматривая криво перевязанные бечёвкой связки нужных мне растений.

— Солдатики принесли, — охотно пояснила соседка, показавшись в распахнутом окне. — Полчаса назад. Долбили в дверь так, что она чуть с петель не слетела, а не дождавшись хозяйки оставили на крыльце и… Ливи, пожалуйста, угомони свою животину.

"Животина" с упоением грызла сочный корень с мелкими отростками и успокаиваться не собиралась. Я извинилась перед соседкой за шум и потратила с десяток минут, чтобы расчистить путь и открыть дверь в свою лавку.

Отрезвляющее зелье нашлось не сразу. Вытащив пробку, я поспешила к опьяневшему крылатому коту, изловчилась и капнула тягучую жидкость в пасть, после чего ухватила за шкирку и закрыла испачканного, протестующего фамильяра в ванной.

Сильвия была права. Пока я возилась с принесёнными дарами, моя, очищая и сортируя нужные для зелья части, прошла добрая половина дня. Сидя с ведром воды и ножом на крылечке, я частенько бегала в торговый зал, чтобы отпустить товар клиентам и каждому обещала порцию сонного зелья.

Уставшая, измотанная после битвы с нежелающим мыться котом, я ополоснулась сама, надела свежее платье и спустилась на первый этаж.

А без пяти восемь раздался стук в дверь, вызвавший у меня паническую мысль:

“Начинается.” —-

Перед тем как бездумно распахнуть дверь, я подкралась к ней на цыпочках, приложила ухо к покрытой лаком поверхности и прислушалась.

“Феликс или генерал?” — мысли замелькали в голове, но их тут же выбил новый стук, ещё более громкий и настойчивый.

Отпрыгнув от двери и потирая ухо, я отодвинула в сторону щеколду и храбро потянула за ручку.

— Тревога! — вихрем внеслась в торговый зал Сильвия.

Подол её лёгкого платья цвета морской волны развевался как парус, длинные рыжие волосы были растрёпаны, а глаза горели как сигнальные фонари.

— Только не говори мне, что…

— Ну извини, — сирена-полукровка обиженно топнула ногой. — Не получилось у меня вывести из строя хотя бы одного. Что генерал, что кузнецкий сын куда-то запропастились! Я весь город прочесала вдоль и поперёк.

К тому моменту, как Силь выдала длинную тираду, я уже вернулась за прилавок. С горестным стоном опустила голову и едва не завыла от досады.

Они меня со свету сживут!

— Прорвёмся! — бодрость в голосе подруги была насквозь фальшивой. — Я же с тобой! Будем решать проблемы по мере поступления.

Я подняла голову, чтобы высказать сирене-полукровке всё, что думаю о её методах решения проблем, как взгляд зацепил нарисовавшегося на пороге Феликса.

— Добр-р-р-ренького! — гаркнул он, тарахтя словно паровая машина.

— Помогите, — изумлённо прошептала я, разглядывая здоровяка.

Отцовский пиджак, надетый на рабочую рубаху, был ему явно маловат. Старенькая ткань трещала по швам, а рукава заканчивались чуть пониже локтя, не доходя до мощных кузнецких запястий.

В нагрудном кармане молила о помощи потрёпанная гвоздика, над мочкой уха просматривалась самокрутка, а довершал сей сногсшибательный ансамбль букет замученных ромашек.

— Это тебе, Ливианна! — Феликс, нисколько не стесняясь, попёр к прилавку в испачканных сапогах, оставляя позади большие комья высохшей земли, и наградил меня цветами.

— Силь, — просипела я, сдавливая в пальцах несчастные ромашки. — Побудь с гостем, а я пойду на кухню, вазочку найду.

— Конечно-коне-е-е-ечно, — широко улыбаясь, пропела сирена-полукровка. — Только вернуться не забудь, хорошо?

“Догадливая!” — поморщилась, выбегая из торгового зала.

Бросив букет на стол, я поднатужилась, открывая тугую деревянную створку, скинула домашние туфли и храбро полезла с ногами на подоконник.

Силь находчивая, разберётся, а я…

Я подожду, пока этот балаган закончится и тогда вернусь. Потом свожу подругу в трактир дядюшки Жиля в качестве моральной компенсации.

За мгновение до того, как спрыгнуть в сад, я услышала за спиной сердитое:

— Только попробуй!

Тонкая, но сильная рука сирены схватила меня за поясок и решительно стянула меня с подоконника на пол.

— Куда это ты собралась? — елейным голоском спросила Сильвия, не выпуская поясок из пальцев. — Тебе ещё зелье горожанам раздавать.

— Да как тут его сваришь? — я устало развела руками.

Вся программа сегодняшнего вечера уже пошла насмарку. Вместо того, чтобы варить сонное зелье и спасать горожан от бессонницы, я вынуждена тратить время на то, чтобы избежать двойного свидания.

— Руками, — хищно оскалилась Силь. — Причём не твоими. Иди-иди, я чудо-кавалера там к делу пристроила. Не пойдёшь же ты с ним в таком виде по улицам Хеленсбурга?

— Не пойду, — обрадовалась я и поспешила вернуться в торговый зал.

По просторному помещению носился Феликс. Пиджак был снят и брошен на прилавок. Закатав рукава, он перетаскивал в кабинет охапки, корзинки и свёртки с ингредиентами для сонного зелья.

Увидев нас, здоровяк замер на месте и отрапортовал:

— Огонь разжёг, воду с травами принёс! Что дальше?

Не успела открыть рот, как за меня ответила Силь:

— Наполни котёл доверху водой, убавь огонь до минимума и жди, пока закипит. Ни на минуту не отходи, следи в оба глаза! Как только поверхность пойдёт пузырями, зови Ливианну.

— Есть! — рявкнул детина и, громко топая, умчался.

— Она ж так до утра не закипит, — шепнула скалящейся сирене.

— А я знаю. С одним разобрались, другой, к счастью, запаздывает.

Минутная стрелка совершила шесть оборотов и показывала четверть девятого, когда на дорожке, ведущей крыльцу, послышалась решительная поступь.

Сердце ухнуло в пятки, а потом забилось быстро-быстро! К щекам мгновенно прилил румянец, и мне пришлось повернуться спиной к сирене, чтобы она не увидела моей красноречивой реакции на появление генерала.

— Ливи, прошу прощения за опоздание, — от низкого, бархатистого голоса с лёгкой хрипотцой я невольно облизнула пересохшие губы и вытерла ладони об подол.

Райвен с истинно-хищной грацией переступил порог лавки, подошёл ко мне и вручил увесистый букет лиловых роз — редчайших цветов, которые стоили как месячная аренда домика в центре Хеленсбурга.

— Спасибо, — прошептала я, пряча горящее лицо среди нежных бутонов, источающих дивный, манящий аромат. — Они прекрасны.

— Ливи, не хочешь пойти на кухню и найти подходящую вазу? — бесцеремонно испортила трогательный момент Силь.

— Сама поищи, — ответил за меня дракон и протянул мне ладонь тыльной стороной вверх, — пойдём, карета ждёт у дороги. Считай сегодняшний вечер моим извинением за грубость на поляне. Я не должен был срываться на тебя, но страх за твою жизнь выбил из головы все правила приличия.

Не в силах решиться, я опустила глаза. Часть меня отчаянно хотела последовать за Эрданом, приятно провести время в компании сильного, уверенного в себе мужчины. А другая часть настойчиво твердила, что Райвен, не получив желаемого, может повести себя как Айзек Донован.

Ведь все красивые мужчины одинаковы.

— Ливи, — генерал, склонив голову набок, обеспокоенно вглядывался в моё лицо, — что-то не так? С травами не угадал? Аллергия на розы? Не нравится лиловый цвет?

Закусив губу практически до крови, я колебалась, не в силах принять верное решение. Если полчаса назад я мечтала избавиться от Эрдана и провести вечер в одиночестве, сейчас хотелось отбросить все условности и доверить себя его заботе.

— Решайся, — со спины донёсся шипящий голос Сильвии.

— А зелье? — жалобно пискнула я. — Обещала ведь.

— Сами справимся, — продолжила искушать меня подруга. — Рецепт есть, голова на плечах имеется.

Кивнув, я робко улыбнулась, глядя, как разглаживаются две вертикальные морщинки у тёмных драконьих бровей, и медленно вложила пальцы в ладонь Райвена.

Генерал обворожительно улыбнулся, но в следующий момент, взгляд приобрёл небывалую жёсткость, а губы сжались в две белые ниточки.

— Закипела! — разнёсся по помещению громкий голос Феликса. — Что даль… Ливи, ты куда?

— Ливианна занята. У неё свидание, — сурово ответил мрачный дракон.

— Ага, — расплылся в простодушной улыбке сын кузнеца, — всё верно. Со мной.

Мой внутренний голос издал отчаянный вопль и призвал немедленно бежать, спасая свою жизнь от разъярённого дракона Райвена.

Чувствуя, как холодеют пальцы и внутри что-то обрывается, я медленно, со всей предосторожностью перевела на него взгляд и сделала первый шаг к спасению, то есть к входной двери.

По перекошенному от ярости лицу дракона волной бежала чешуя. Тихий шелест нагнетал и без того напряжённую атмосферу, а ногти на пальцах уступили место длинным и острым когтям.

— Должно быть, на сегодняшних учениях я слегка повредил слух, — вкрадчивый голос дракона напоминал змеиное шипение.

Даже Сильвия заметно нервничала — кожа сирены-полукровки приобрела светло-голубой оттенок, а из-под пухлой верхней губы осторожно показались два белоснежных, остреньких клыка.

— Ой, а вам поможет мой двоюродный дядька! — возвестил на весь торговый зал Феликс, нисколько не удивляясь тому, как сильно накалилась обстановка. — Лекарь Штольц! Папке недавно по уху прилетело в трактире, и он оглох. А дядя…

— С ним, значит? — спросил меня белый от злости Райвен, отмахиваясь от сына кузнеца, как от назойливой мухи. — С этим?

Я сделала глубокий вдох, надеясь успокоиться и привести мысли в порядок. Всегда острая на язык Сильвия молча старалась вернуть себе нормальный цвет кожи и постоянно трогала кончиком языка клыки.

На выдохе попыталась спокойно ответить и разъяснить, что произошла ошибка, но простодушный здоровяк меня снова опередил:

— Ага, — закивал головой, как заморский болванчик. — Я аж сам удивился, Ваше Превосходительство! Думал, мне уже не перепадёт, да больно Ливи мне в сердце запала. Решил попытать удачу, а она так радостно, с восхищением: ДА!

Это конец.

Мало того что сын кузнеца изобразил меня карикатурной дурочкой, так ещё настойчиво продолжает будить зверя в генерале!

— Не так всё было! — с обидой воскликнула, понимая, что Райвен в своей голове уже сделал некие выводы.

— Да зачем мне врать? — искренне удивился Феликс, хлопая длинными белёсыми ресницами.

— Я вообще не слушала тебя! Я…

На этих словах я осеклась. Признаться, что в тот момент я думала об Эрдане?

Да ни за что!

Услышав это, генерал точно меня в покое не оставит.

— Скажи-ка, Феликс, зачем ты сюда вышел? — наконец, подала голос Сильвия. — Вода закипела?

— Ну дык! — кивнул белобрысый здоровяк.

— Не может быть, — скривила губки в хищном оскале сирена. — Врёшь, подлец?

— Дык нет! — возразил сын кузнеца. — Бросил щепотку соли, маслица капнул, кастрюлей накрыл…

— Мы сонное зелье варим или суп, чтобы угостить соседей?! — пошла в атаку на огромного детину маленькая, хрупкая Силь. — Что я тебе говорила?

Феликс, не ожидавший такого напора, попятился оторопело, и оба скрылись в рабочем кабинете, громко хлопнув дверью.

— Согласилась, получается, — вывел меня из ступора морозный голос Райвена.

Дракон всё ещё пребывал в полуобороте. Я попятилась к полкам, на которых стояли склянки, и, сев на маленькую табуретку, закрыла лицо руками.

— Мы не договорили!

Дракон пошёл следом за мной, нагнулся, подхватил под мышки и с лёгкостью усадил на прилавок:

— Ему ты это тоже позволяешь, Ливи? — склонил голову набок этот несносный монстр, разведя мои руки в стороны. — Или тебе нравится играть, но не давать?

— Да идите вы оба! — не выдержав, заорала я во всё горло.

Попыталась пнуть его ногой и один раз слегка достала, но Эрдан даже не поморщился.

— Я никого из вас не звала! — выплёскивала всё накопившееся раздражение, пытаясь прицелиться получше, а заодно и вырвать руки, перехваченные его пальцами в области запястий. — Один невесть что себе возомнил! Второй что-то решил, не спросив моего согласия! Мне зелье варить надо, люди уже четвёртую ночь маются бессонницей, а вам всё хиханьки да хаханьки! Личную жизнь себе устраиваете вместо того, чтобы ловить тёмных кол…

Райвен, слушавший мою речь с каменным лицом, не позволил раскрыть тайну. Однако он не нашёл лучшего способа закрыть мне рот, кроме как поцеловать.

Прижатая к его телу, не имея возможности сопротивляться, я упрямо сомкнула губы. Эрдан, беззвучно рассмеявшись, нежно прикусил нижнюю губу, вызывая в моём теле безоговорочную капитуляцию.

Робко, опасаясь, что мои неловкие движения вызовут в нём лишь жалость, я раскрыла губы и неумело ответила на поцелуй.

Генерал, осознав, что крепость в виде упрямой ведьмочки вот-вот падёт, медленно разжал пальцы, выпуская мои руки на свободу. Бережно запустил их в волосы и осторожно сжал, вызывая волну неописуемых ощущений, растекающихся внутри меня тягучей лавой.

Как такое возможно?

В прошлый раз я до ужаса напугалась, а теперь…

Теперь во мне живёт чувство, что всё идёт как надо. Будто так и должно быть.

То, что происходит, это правильно?

В плену обжигающих губ Райвена я потеряла счёт времени, за что и поплатилась.

Увлечённые друг другом, мы не сразу поняли, что дверь в кабинет распахнулась и оттуда на нас смотрят два ошарашенных свидетеля.

— Ваше Превосдо… Пресво… Превосходительство! — возмущённо прогрохотал Феликс, выбегая к нам с поварёшкой, зажатой в пудовом кулаке. — Живо отпустите мою невесту!

Эрдан не торопился. Медленно, с крайней неохотой отстранился от меня шепнув:

— Я на минутку. Сейчас вернусь.

Затем спокойно вышел из-за прилавка и подошёл к Феликсу на расстояние шага.

— Невесту? Твою?

— Мою! — сжал губы сын кузнеца, махнув поварёшкой в сторону растерянной и пристыженной меня.

Чувствуя пожар на щеках и томную тяжесть внизу живота, я боялась пошевелиться, чтобы не привлечь к себе излишнего внимания.

Ну, Ливианна, ну хороша!

Едва не отдалась ушлому дракону в торговом зале!

— Да мне плевать, что вы генерал! — распалял себя белобрысый здоровяк. — Вызываю вас на поединок за руку и сердце Ливи!

Эрдан с хитрым прищуром посмотрел на конкурента. Несмотря на то, что он был чуть ниже Феликса и поменьше в плечах, на его стороне был огромный опыт в сражениях, а также возможность превращаться в убийственную машину с крыльями и клыками.

Однако с ответом не торопился.

— Мальчики, может, не? — пискнула Сильвия, пытаясь втиснуться между ними, но Райвен отодвинул её в сторону, не сводя пристального взгляда с Феликса.

— Не люблю выбивать дух из сопляков, — наконец, произнёс Райвен. — Но так уж и быть. Завтра. Место и время сообщит мой секундант.

Генерал лихо развернулся на каблуках армейских сапог и решительно двинулся в сторону выхода, кинув холодное:

— Дамы, не прощаюсь.

Я бросила вымученный взгляд на часы. Скоро должны прийти покупательницы за сонным зельем, а у меня даже нормальная вода не вскипела. Ещё и котёл придётся отмывать от масла из-за белобрысой бестолочи.

— Вот же… — Феликс затряс ему вслед кулачищем, но лишь тогда, когда Эрдан скрылся за поворотом. — Покажу ему, где раки зимуют!

— Так, дуэлянт! — Сильвия поняла меня без слов и обратила весь гнев на здоровяка. — Марш отмывать котёл! Из-за тебя ведьминская репутация Ливианны висит на волоске!

— А чё я-то? — обиделся Феликс, но не решился спорить со злой сиреной. Как под конвоем он поплёлся в кабинет и с натужным кряхтением пронёс котёл мимо меня.

— Песочком, песочком потри, — шпыняла его Силь. — Потом вернёшь на место, понял?

— Может, я сама? — устало спросила у подруги, но та скорчила рожу и приложила палец к губам.

От нечего делать я вернулась в кабинет, раздумывая, что же сказать клиентам. Но все мало-мальски подходящие оправдания сметались лавиной других, более важных мыслей.

Дуэль!

Чем только думал Эрдан?

Ладно Феликс, простой работяга, для которого дуэль — это нечто сказочное и непонятное. Сам же детина предпочитал популярное мужское “стенка на стенку”. С чего он вдруг вообще ляпнул про дуэль? Но главное, что может сделать наивный здоровяк опытному, закалённому в боях генералу?

Нет, надо предотвратить их поединок.

Но как?

Сдаться на милость Райвена?

— Сперва вам следует поговорить, — услышала за спиной тихий голос Сильвии.

Обернувшись, увидела подругу в дверях, которая поглядывала в сторону грохочущего котлом Феликса, и поняла, что рассуждала вслух.

— Думаешь? — вздохнула, придвинув к себе кастрюлю с очищенными корнями валерианы. Стоило убрать крышку, как в саду послышался шелест и на подоконник прыгнул всклокоченный, растрёпанный Зефирчик.

— Брысь, блохастый! — шикнула на него Силь и погрозила фамильяру кулаком. Кот обиженно повернулся к нам пятой точкой и с неохотой выпрыгнул с подоконника обратно в сад. — Так о чём я? Ах да, ты же понимаешь, что это будет не дуэль, а избиение младенца?

Я согласно кивнула, перекладывая корни в ступку, и принялась орудовать пестом, размалывая их в кашу.

— Завтра с утра наш генерал, точнее, твой, будет у мэра Остина на совещании, — понизила голос Силь. — Подкарауль его у мэрии, да и поговори с ним как следует. Посидите в кофейне, съешьте по пирожному, а дальше, как пойдёт.

Отчего-то я хихикнула, представив, как Райвен жуёт трубочку с воздушным кремом. А вот щёки предательски покраснели.

— Вот, тебе самой нравится эта идея, — хлопнула в ладоши Силь. — А я присмотрю, чтоб никто вам не помешал.

Спустя добрых полчаса, перемазанный в саже и земле Феликс вернул блестящий котёл обратно в кабинет.

— До завтра, Ливи! — пробасил он и попытался сграбастать меня в объятия, но я успела нырнуть под его крепкой лапищей.

— Да-да, всего хорошего! — настойчиво выпроводила его Силь. — Ливи, чем помочь?

— Боюсь, мне уже не поможешь, — я объяснила подруге, что до прибытия клиентов осталось чуть меньше часа. — Если я не представлю им обещанное сонное зелье, они могут начать искать другую лавку. А то и вовсе переметнутся к вредному лекарю Штольцу.

К моей радости у сирены-полукровки родился довольно неплохой план действий. Я с удвоенной энергией приступила к работе над зельем, а подруга умчалась в торговый зал ждать покупателей.

Рецепт был совсем простым, но требовал неусыпного внимания. Я вскипятила воду, вытряхнула из ступки кашицу из корня валерианы, добавила ромашку, пустырник и мяту. Выждала положенное время и сняла пенку при помощи деревянной ложки на длинной ручке.

Постепенно отвар приобрёл болотно-зелёный цвет, и я осмелилась попробовать его на вкус.

Скривилась и едва не выплюнула обратно — кислятина! Аж скулы сводит.

Решила проблему, добавив несколько капель вытяжки из сахарной свёклы, сняла вторую пробу и улыбнулась. Не лимонад, но пить можно.

Осталась самая важная часть: заклинание.

Убавила огонь до минимума и продекламировала строчки из ведьминской книги. Отвар зашипел, приобретая нежный зелёный оттенок, и я с чувством выполненного долга погасила огонь.

Некоторое время понадобилось на то, чтобы остудить готовое зелье и аккуратно перелить его во флакончики, используя воронку. К счастью, Силь пришла на помощь и, высунув наружу кончик языка, старательно запечатывала пузырьки расплавленным сургучом.

— Готово!

Мы переглянулись и с облегчением рассмеялись. Какой бы шумной ни была Силь, когда мне требовалась помощь — сирена-полукровка всегда оказывалась рядом.

— Когда они придут? — спросила я у подруги, кивнув в сторону двери.

— Не они, а мы, — Сильвия показала мне бумажный лист, исписанный адресами. — Разделимся и выполним доставку.

Доставку? В ночное время?

Меньше всего мне хотелось разгуливать на улицах Хеленсбурга под покровом ночи, особенно после того странного нападения у лавки. Как хорошо, что Эрдан оказался рядом и спас меня!

— Ливи, они начали возмущаться, — оправдывалась сирена. — Но когда я пообещала, что мы сами принесём зелья, никто не отказался! Мало того, каждый оставил предоплату.

Увидев внушительную стопку франков, пускай и мелкими купюрами, я была вынуждена сдаться.

Солдаты Райвена патрулируют ночные улицы, и я уверена, что всё пройдёт гладко.

Мы разделили пополам адреса и, переложив пузырьки в корзины, отправились на доставку.

К счастью, почти все, кому требовалось зелье, жили неподалёку от моей лавки. До полуночи я успела разнести заветные пузырьки, выслушивая жаркие благодарности. Оставался лишь один адрес — владелицы той кофейни, где утром я взяла стаканчик лимонада.

Мать Варюшки, которая мучилась бессонницей, проживала ближе к окраине города. Когда я подошла к небольшой живой изгороди, служившей забором, дом встретил меня мрачными тёмными окнами.

Испытывая необъяснимое волнение, я постучала в дверь и, не дождавшись ответа, оставила пузырёк на крыльце справа от порога.

По коже прошёл озноб, хотя погода оставалась по-летнему тёплой даже в ночное время. По неведовой причине захотелось убежать куда подальше, и я уже было направилась по тропинке от крыльца к дороге, как вдруг услышала за спиной тихий, зловещий скрип входной двери.

“Беги, Ливи! Беги и не оборачивайся!” — приказал мне внутренний голос, но тело отказывалось повиноваться.

Ноги будто приросли к земле, а шея повернулась сама собой.

Увидев знакомую фигуру в дверном проёме, я ошалело выдохнула:

— А ты как здесь оказался? — Ливи?

Рихтер Майер с круглыми от удивления глазами поскрёбывал пальцами макушку. Вид у подчинённого Эрдана был совсем не официальный: китель где-то забыт, рубаха застёгнута лишь на две пуговицы, оголяющая мощную грудь, покрытую умеренной растительностью. На ногах вместо сапог красовались неожиданно розовые тапочки с большими пушистыми помпонами.

— Ливи-Ливи, — кивнула я, пытаясь понять, что здесь мог забыть этот бестолковый солдат. — Где мама Варюшки?

— Так, к вам же пошла, — пришла очередь удивляться Майеру. — А мы тут чайком балуемся.

Рихтер густо покраснел и отвёл взгляд, а я начала кое о чём догадываться.

— И с кем же? — спросила, хитро поглядывая на него.

— Ну это, — он ещё больше смутился и боязливо ответил, — так с Варюшкой.

— Ну-ну, — хмыкнула я, беззастенчиво смущая Майера. — Зелье передай.

По какой-то неведомой причине внутренняя тревога не унималась. Наверное, я переоценила свои силы и вложила в заклинание больше энергии, чем того требовалось.

С колотящимся сердцем подошла к Рихтеру и всунула растрёпанному парню пузырёк, запечатанный сургучом.

— Смотри не забудь! — погрозила ему пальцем, стараясь не всматриваться так явно в тёмный проём за спиной солдата.

Майер на секунду скрылся из виду, а я прислушалась, пытаясь понять, отчего не доносится ни звука. Если они пили чай, то где же звон посуды?

Дом выглядит так, словно пустует!

Майер вышел на крыльцо уже в сапогах. Пальцы так яростно сжимали помятый китель, словно он был в чём-то виноват. Аккуратно прикрыв за собой дверь, солдат подошёл поближе и шёпотом зачастил:

— Ливианна, давайте я вас провожу до дома, а то по ночам тут всякие шастают. А вы, пожалуйста, не говорите Его Превосходительству, что я был здесь, а не в казармах.

Я упрямо покачала головой и сложила руки на груди, борясь с собой, чтобы не отойти назад.

— Нет уж, я в ваши разборки больше не лезу. Сама не скажу, но если спросит — врать не стану.

— Вы поймите, — шмыгнул носом детина, напяливая на себя китель. — Генерал с цепи сорвался в последние дни. Жизни никому не даёт! А у меня увольнительная была, а тут Варюшка, а я мужчина в самом расцвете сил. А она такая красивая, а я…

— Хватит! — я закрыла ладонями уши и замотала головой, не желая слушать о поздних чаепитиях. — Промолчу, но только один раз. Я и так попала на полторы тысячи франков после вашей незаконной торговли с Силь.

Выговорившись, я отвернулась и последовала в сторону дороги. Что-то неведомое упрямо толкало меня в спину, будто хотело, чтобы я подальше убралась от этого дома.

Может, это Варюшка обиделась, что я сорвала им чаепитие? Девчушка обладает магическим даром, правда, понятия не имею каким. Надеюсь, это не чёрная магия, а то у меня нет лишних денег, чтобы избавиться от проклятия.

Меньше всего я ожидала, что Рихтер последует за мной, но когда он заговорил, у меня волосы встали дыбом!

— А что за полторы тысячи франков? — поинтересовался он, сопровождая меня будто конвой.

— Штраф, который за меня выплатил Райвен.

— Вы что-то путаете, Ливи, — Майер замотал головой с таким усердием, что я даже за него испугалась. Вдруг отвалится? — Там было сто пятьдесят, и Его Превосходительство вычел их из моего жалования. У меня даже квитанция есть, хотите покажу?

— Хочу, — процедила я сквозь зубы.

Уже через несколько секунд я разворачивала скрученный в трубочку клочок гербовой бумаги с печатью мэра Остина, где говорилось о том, что служащий королевской армии Рихтер Майер был арестован за незаконную торговлю без лицензии.

Ниже стояла сумма штрафа — сто пятьдесят франков, а под ней четыре подписи: самого Майера, генерала, мэра и казначея. Справа стоял штампик “Оплачено”.

— Скотина, — возмущённо прошипела я, испытывая острое желание порвать сначала квитанцию на мелкие клочки, а после и самого Эрдана Райвена.

Что за подлюка чешуйчатая?

— С вами всё хорошо, Ливианна? — обеспокоенно посмотрел на меня солдат. — У вас глаза сверкают и волосы на голове шевелятся.

— Лучше не бывает, — отчеканила я, ускоряя шаг. — Можно я возьму себе квитанцию?

— Валяйте, — он махнул рукой, — всё выкинуть хотел да забывал.

Остаток пути до моего дома разговор не клеился. Я перебирала в уме способы изощрённой мести Райвену, обманным путём выцыганившему у меня свидание. Майер думал о чём-то своём, изредка как-то странно на меня поглядывая.

— Всё, прощаемся, — я протянула ладонь Рихтеру, и он бережно пожал её своими двумя лапищами, на одной из которых красовалась внушительная царапина.

— До встречи, госпожа ведьма, — расплылся в улыбке парень, но тут же подобрался, увидев наблюдающего за нами с окна фамильяра.

Зефирчик прижал уши к вихрастой голове и угрожающе оскалился.

— Прилично себя веди, — цыкнула на него, но кот, расправив крылья, плавно спикировал на мягкую травку.

— Наверное, не может простить мне вторжение, которое стало поводом для нашего знакомства, — слегка запинаясь, выдал Майер и резво попятился назад. У самой дороги развернулся и крикнул во всю мощь лёгких, — завтра Варюшка сделает новый лимонад со вкусом пряных трав, обещала устроить всем желающим бесплатную дегустацию!

— Тише, — шикнула на него и показала кулак. — Люди спят!

— Да кто там орёт на ночь глядя? — сердито крикнула соседка, высунувшись из открытой форточки. — Ливи, уйми своих кавалеров! А то буду жаловаться!

— Извините, — обиженно проворчала я, снимая с двери охранное заклинание.

Сильвия обещала прийти пораньше, чтобы собрать новую партию заказов и обмозговать, как сорвать дуэль между Феликсом и бесстыжим генералом.

— Подумай как следует, Ливи, — не унималась соседка, голося на всю улицу не хуже Майера. — Генерал — самая подходящая для тебя партия.

— Идите спать! — рявкнула я. — А то никакого вам зелья!

Форточка тут же захлопнулась.

Так, мне послышалось или где-то поблизости кто-то зарычал? Да ещё так странно, будто смеялся.

— Зефирчик, это ты? — я с подозрением посмотрела на фамильяра, который сосредоточенно преследовал хвост, но был так поглощён своим занятием, что и ухом не повёл.

— Я с ума сойду, — вымученно простонала, направляясь в ванную. — То кажется, то мерещится, то чудится неведомая чертовщина!

Хватит с меня!

— Как только в Хеленсбурге решится проблема с тёмными колдунами, возьму недельку отпуска и уеду к морю! Луна, ты свидетель данного мною обещания, — стоя у раскрытого окна, я обратилась к серебристому светилу, окружённому россыпью звёзд. — Буду нежиться на горячем песочке в одном исподнем, плавать до посинения и есть рыбу, зажаренную на углях.

Зефирчик, сидевший на подоконнике и вытянувший шею, рассматривая что-то на крыше, громко сглотнул. Я же, оставив кота на страже моего спокойствия, отправилась спать.

Окно до конца закрывать не стала, наслаждаясь свежим воздухом, пропитанным ароматами листвы. Стоило мне задремать, как я почувствовала, что кто-то уютный, домашний сидит рядом у кровати и мягко гладит меня по голове.

— Обещаешь? — услышала смутно знакомый голос.

— М?

— Лежать на песочке в одном исподнем.

— Ага.

— Ловлю на слове.

Странный сон. Но мне так хорошо, что я не хочу просыпаться. Зефирчик рядом, охраняет меня.

Чувствую себя в полнейшей безопасности. И завтрашняя дуэль уже не кажется такой пугающей.

Генерал Эрдан РайвенКак только край горизонта светлеет, я осторожно покидаю спальню Ливианны. Достаю из кармана лакомство для её крылатого кота, протягиваю ему и треплю по ушастой макушке.

Не выдал меня, бездельник.

Заслужил.

Мягко отпружинив от подоконника я приземляюсь в саду, покрытому освежающей росой. Перемахиваю через забор, краем глаза замечая быстрое движение в окне напротив.

Зверь внутри меня спокоен. А раз так, то нет повода волноваться.

Выхожу на пустынную дорогу перед лавкой моей ведьмы и совершаю оборот.

Хочется раскрыть пасть и огласить окрестности мощным рёвом. Драконья сущность наслаждается прохладным воздухом, всё выше и выше взмывая над Хеленсбургом.

Совершаю облёт территории, а после возвращаюсь в тесную клетушку в казармах, которая служит мне спальней.

В столице у меня роскошный особняк, подаренный Его Величеством, но в нём я чувствую себя неуютно. Один в каменной громадине, посреди цветущего сада, бассейнов, мрамора и двух десятков вышколенных слуг.

Нет уж, только когда женюсь. И только ради того, чтобы Ливи смогла с комфортом воспитывать потомство.

Демоны, ведьмочка никак не выходит у меня из головы! Ещё и о детях задумался.

Неужто пришла пора остепениться? Понимаю, что мне чертовски нравится мысль о том, чтобы делать с Ливианной детей. Как только истреблю гнездо тёмных колдунов, увезу её с собой в столицу. И недо-сирену пускай с собой берёт. На одном-двух точно не остановимся, и нянька нам пригодится.

Сбрасываю с себя рубаху, от которой всё ещё чувствую лёгкий запах дёгтя. Въелся так, что не отстирывается. До сих пор удивляюсь, как метко она умудрилась плеснуть своим мерзким снадобьем! А я чуть без глаза не остался.

Но едва падаю на узкую кушетку и вытягиваюсь во весь рост, желая получить свои законные три часа сна, как меня оглушает барабанный стук в дверь.

— Убью! — с грозным рыком поднимаюсь на ноги, мечтая придушить неведомого идиота, присягнувшего на мой отдых.

— Ваше Превосходительство! — в струнку вытягивается дежурный. — Третий отряд захватил тёмного колдуна! Вас ждут в допросной.

— Вот срань! — сплёвываю на пол и уже потираю кулаки в предвкушении.

Утро будет жарким.

Набрасываю на плечи чистую рубашку, застёгиваюсь на ходу, слушая доклад начальника отряда:

— Поймали неподалёку от городских ворот. Выходил из одной мелкой лавки: то ли кондитерской, то ли чайной.

— Время? — короткими вопросами уточняю нужные мне детали.

— Ровно четыре утра!

— Один?

— Кажется, да.

— Кажется, или да? — начинаю заводиться.

Бессонные ночи на крыше у Ливи, вынос мозга от подчинённых и этот придурок Феликс методично уничтожают моё терпение. Которого осталось совсем чуть-чуть.

— Откуда вообще он взялся? — презрительно морщусь, имея в виду белобрысого щенка.

— Молчит, — отвечает начальник отряда, уверенный, что я интересуюсь пленным.

— Сейчас мы это исправим.

Закатываю рукава и с громким хрустом разминаю шейные позвонки. Рывком дёргаю на себя железную дверь допросной с мелкими пятнами ржавчины, просвечивающими сквозь облезлую краску. Вдыхаю кислый, застарелый запах пота, миную предбанник и переступаю порог узкой клетушки без окон, похожей на средневековую пыточную.

— Упрямый, не колется! — в голосе молодого дознавателя улавливаю едва заметные нотки отчаяния.

Коротким кивком указываю в сторону двери, и он, послушавшись, уходит.

Мы остаёмся одни.

Прикованный к стене мужчина невысокого роста с густой бородой упрямо поджимает губы.

Молчит. Отводит взгляд. Напрягает дряблые мышцы.

Позволяю зверю немного проявить себя. Чувствую шелест чешуи на лице и плечах. Ноги удлиняются, превращаясь в острые как бритвы когти.

Слегка дёргаю верхней губой, демонстрируя белоснежные клыки. Колдун нервно сглатывает. Вижу, как мелкой дрожью трясутся ноги, а на стареньких брюках, там, где находится ширинка, расплывается позорное тёмное пятно.

Зверь рычит, чувствуя мерзкий запах мочи. Хочет сбежать отсюда подальше, на свежий воздух. Взмыть в небо, пролететь над облаками, а потом приземлиться в саду у ведьмочки.

Силой выгоню из мыслей образ Ливи. Она слишком хороша, чтобы о ней думалось в таком кошмарном месте.

— Имя, — медленно, едва ли не по буквам, спрашиваю я.

Изо рта у колдуна вызывается сдавленный писк, а губы сжимаются в такую тонкую щель, что туда не просунешь и лезвие ножа.

В голову закрадывается не самая приятная версия.

Перебарываю брезгливость и делаю шаг в сторону допрашиваемого.

— Имя! — оглушительно рявкаю на мужчину.

Ответа нет. Но дрожь в его теле становится явной.

— Имя! — мой голос напоминает шипение.

Протягиваю к нему руку, похожую на чешуйчатую лапу, и кончиком когтя касаюсь кадыка.

Мужик мотает головой. Ощущение, что он борется сам с собой, и явно проигрывает. Пока я, прищурившись, всматриваюсь в его перекошенное от ужаса лицо и пытаюсь понять, что с ним не так, происходит неожиданное.

Он широко открывает рот, высовывает язык и с нечеловеческой силой прикусывает его зубами.

Из моего рта вылетает отборная ругань, из его — душераздирающий крик, который переходит в кашель.

Распахиваю дверь и требую, чтобы немедленно прислали нашего целителя, но когда снова поворачиваюсь к колдуну — вижу, что уже поздно.

Пленный осознанно захлебнулся кровью.

Освобождаю проход, провожая взглядом старика в белом халате. Тот проводит экстренные манипуляции, но даже он не в силах помочь.

И если я думал, что это худшее, что случилось со мной за последние дни, то сейчас слышу голос начальника отряда.

— Дамочка, Его Превосходительство занят!

Дамочка? Вылетаю наружу словно ядро, выпущенное из пушки. Кто пустил на охраняемую территорию горожан?

Какая к чертям тут может быть дамочка?

Но как только я вижу неожиданную гостью, понимаю, что худшее будет именно сейчас. Ливианна Одли

Впервые за несколько дней я выспалась! Проснулась сама, когда солнышко уже ярко светило над горизонтом, а Зефирчик с упоением точил когти о деревянный столбик кровати.

Наскоро позавтракав булочкой с чаем, которые мне принесла Сильвия, я оставила подругу за прилавком, а сама направилась в гарнизон.

Что-то мне подсказывало, что генерал прислушается ко мне и откажется от этой треклятой дуэли! А будет упираться — припомню обман с полутора тысячами. То ли день сегодня был солнечный, то ли крепкий сон сделал своё дело, но я уже не горела желанием ругаться с Эрданом по поводу завышенного штрафа.

Дорога вела меня мимо маленькой кофейни мамы Варюшки. Не удержавшись, я забежала внутрь полюбопытствовать, получила ли женщина моё зелье, и попала на дегустацию нового сорта лимонада.

— Бесплатно! Только сегодня! Один стаканчик в одни руки! — завывала удивительно бодрая Варюшка, хлопая длинными кукольными ресницами. — Госпожа ведьма! Для вас исключение! Держите целых два!

— Да куда мне, — растерялась я, но всё же взяла картонную подставку с атласной ручкой, в которой болтались два высоких стакана.

Решила использовать один в качестве взятки Райвену. Да и просто захотелось сделать ему приятное. Ведь нет ничего лучше бодрящего ледяного напитка жарким летним утром!

— Вы хорошо спали? — спросила я у мамы Варюшки, которая старательно откалывала топориком маленькие кусочки от большой глыбы льда.

— Да, да, — пробормотала она, поглощённая своим занятием. Инструмент в руках мелькал так быстро, что на мгновение я даже испугалась — вдруг поранится? — Простите, очень много дел, вечером зайду, чтобы как следует поблагодарить.

— Буду рада! — улыбнулась неразговорчивой женщине и покинула лавку.

Что-то мне показалось странным. Какие-то все они чересчур…

Да, одна слишком энергичная, хотя Варюшка любила отлынивать от работы, за что нередко получала нагоняй от матери. А вторая непривычно замкнутая, и не посмотрела в мою сторону.

Ну да ладно, их тоже можно понять. Дегустация — вещь трудозатратная, особенно когда она бесплатная.

Когда я добралась до гарнизона, мне преградили дорогу двое солдат, на пальцах которых красноречиво потрескивали огни боевого заряда. Взгляд одного предательски спустился с моего лица к стаканчикам лимонада, но я и бровью не повела.

Не для них несла.

— Простите, могу я увидеть генерала Эрдана Райвена? — доброжелательно поинтересовалась у охраны. — Передайте, что его спрашивает мисс Одли.

— Его Превосходительство занят, — сурово поджал губы тот, что выглядел постарше. Да и искры на пальцах были гораздо ярче, чем у напарника.

— А когда он освободится? — незнамо почему расстроилась я.

Вот уж не думала, что меня огорчит отсутствие встречи с тем, кто вытрепал мне всю душу.

— О, это же госпожа ведьма! — послышался радостный бас за моей спиной.

Обернувшись, я увидела Рихтера Майера, несущего на плече небольшой бочонок, в котором по звуку что-то весело плескалось. Поравнявшись со мной, солдат взял меня за руку и уверенно повёл через охрану.

— Это невеста Его Превосходительства, между прочим, — с преувеличенно сердитым лицом он пояснил охранникам. — Представьте, что он сделает, если узнает, что вы её прогнали?

Мужчины переглянулись, но промолчали, а я с круглыми глазами поспешила за Майером, рассматривая невысокие строения из серого и красного камня.

— А где сам Райвен? — шёпотом спросила солдата, который вёл себя так уверенно и раскованно, словно его повысили в звании. Или ночь с красивой девушкой так на него повлияла?

Вспомнились слова Силь, которые она сказала мне за завтраком.

— Чай пили? — заливалась звонким смехом сирена-полукровка. — Ливи, радость ты моя, чего прицепилась к ним? Темно, говоришь, было? А что, им иллюминацию устраивать в спальне? Чай пили, божечки, и ты в это поверила!

— В допросной, — Майер остановился рядом с обшарпанным зданием. — Жди здесь, он должен скоро закончить.

А сам куда-то усвистал с бочонком наперевес.

Оставшись одна, я неловко переминалась с ноги на ногу и вертела головой по сторонам. Чувствовала себя неразумной дурочкой, которая по ошибке забрела на чужую территорию и теперь не знает, как ей выбраться обратно.

Искать выход? Можно заблудиться.

Оставаться на месте? Да меня не ровён час прогонят!

Видано ли дело, на охраняемой территории находится посторонний.

Ну, Майер! Прибью!

Нет, не сама, Сильвию попрошу!

Из мыслей о мести меня выдернул грохот в здании неподалёку. Тут же распахнулась настежь дверь, и я услышала яростный голос Райвена, который требовал немедленно привести лекаря. Окончательно струхнув, я бросилась следом.

Что, если Эрдан ранен? Вдруг ему понадобится помощь?

Я не целитель, но могу отправить кого-нибудь в лавку за обезболивающим или заживляющем зельем. Только скажите!

Но едва сделала шаг, как увидела бегущего мне наперерез мужлана с густыми нахмуренными бровями. Не сбавляя скорости, он так оглушительно рявкнул, что я невольно задрожала.

— А вы как здесь оказались?

— Я пришла к генералу Райвену, и мне сказали…

— Вы в своём уме? Дамочка! Его Превосходительство занят!

Да что он так орёт? Я же не тайком проникла на территорию гарнизона! Бормоча извинения, я попятилась, но когда увидела выбежавшего к нам Эрдана, то испуганно зажала рот свободной рукой.

Что с ним?

На рубашке брызги свежей крови, глаза горят чистой, живой яростью, дышит так тяжело, что грудь вздувается как кузнечные меха.

Если он в таком виде выйдет против Феликса, парню не поздоровится.

— Разберись! — кивком он указал мужлану на помещение, куда ранее вбежал целитель. Проводив его взглядом, Эрдан приблизился ко мне, но остановившись за два шага, с шумом втянул воздух ноздрями и глухо прорычал:

— Ты что здесь делаешь?

От страха и волнения у меня пропал дар речи. Куда делся тот самоуверенный ехидный дракон и кто этот монстр, который смотрит на меня так, что вот-вот из глаз вырвется пламя и спалит меня дотла!

— Отвечай!

Райвен схватил меня за плечи, впиваясь крепкими пальцами в нежную кожу под лёгкой тканью платья. Картонка со стаканами выскользнула из руки, с громким стуком приземлилась на вытоптанную до состояния камня почву, и содержимое пролилось наружу.

— Пустите меня, — испуганно прошептала, зажмурившись, лишь бы не смотреть на чудовище, которое сжимало меня, как тряпичную куклу. Одно неловкое движение, и он мне все кости переломает!

— Кто тебя сюда отправил? А кто пустил? — не унимался жестокий дракон, глядя то на меня, то на тёмный след от лимонада, который уже впитался в землю. — Кому мне голову к хренам собачьим оторвать?

Я замешкалась, раздумывая, стоит ли говорить про Майера, но Эрдан воспринял моё молчание за нежелание ответить и тряхнул меня с такой силой, что у меня громко хрустнула шея.

— Да отпустите меня! — крикнула, судорожно осматриваясь в поисках того, кто мог бы мне помочь. Но бравые солдаты и офицеры не решались перечить злющему, как тысяча демонов, дракону.

— Ясно, — верхняя губа нервно дёрнулась, и он, наконец ослабил хватку. — Фэйр, Гроур! Выведите её отсюда! И охрану ко мне! Немедленно исполнять! От автора: Дорогие читатели, сегодня вечером история будет выложена до конца. Я оставлю сутки на то, чтобы вы могли её дочитать, и в пятого апреля в 23 часа по Москве история станет платной. В дальнейшем я также планирую выкладывать книги с быстрой выкладкой и возможностью прочитать историю, поэтому подписывайтесь на страницу автора, чтобы ничего не пропустить:)

— Ливи! — едва я подошла к лавке, в окне появилась радостная мордочка Сильвии. — Ливи! Молодец, что пришла! Давай быстрее, нам требуется сотня порций сонного зелья! Успеешь?

Вместо ответа я кивнула, но Силь и этого было достаточно. Я обессиленно плюхнулась на скамейку у крыльца, закрыла лицо ладонями и попыталась хоть немного успокоиться.

Идти внутрь и объяснять взбудораженной подруге что со мной случилось, и почему я вернулась в слезах мне ни капли не хотелось. К счастью, из открытой створки слышались голоса покупателей, поэтому у меня было в запасе ещё несколько минут, прежде чем сирена-полукровка их рассчитает и пристанет ко мне с расспросами.

Какая же я дура!

Зачем вообще решила пойти на встречу к Райвену? Да, возможно, я опрометчиво поступила, явившись в гарнизон без приглашения, но ведь можно быть и повежливее?

В мыслях как наяву стоял грубый рык, а на плечах, похоже, останутся синяки от его пальцев.

Нет уж!

Сейчас приду в себя, вытру слёзы и займусь зельем. Здесь явно не обошлось без происков тёмных колдунов. И раз они до сих пор умудряются лишать жителей Хеленсбурга сна, значит, Эрдан Райвен и его подчинённые плохо исполняют свои обязанности!

Это мой город, и я буду сама его защищать!

На смену обиде пришла злая решимость. Я наспех вытерла слёзы рукавом платья и хлопнула ладонями по коленям.

В другой раз себя пожалею. Сейчас важно обеспечить желающих сонным зельем.

Но едва я успела подняться со скамейки, нагретой утренним солнцем, как в окошке напротив показалась вездесущая соседка.

— Ой Ливианна, — громко цокнула языком и картинно покачала головой. — С виду приличная, воспитанная девушка. А сама-то!

— Да что опять не так? — возмутилась, пытаясь припомнить, когда это я стала неприличной.

Она же не видела мой поцелуй с Эрданом в торговом зале?

А может, Феликс всем разболтал про дуэль с генералом?

Соседка, однако, нашла способ удивить.

— А что же? — всплеснула руками, и судя по грохоту свалила что-то железное со стола. — Милая, улыбчивая, глазки в пол, а у самой мужики по ночам из окна сигают!

Чего?

От неподдельного изумления я забыла о том, что ещё несколько минут назад плакала.

Что за мужик?

Может, она…

Точно!

— Вы бы лучше исправно пили моё зелье и крепко спали, — ответила я с вызовом, как меня учила Силь, когда требовалось постоять за себя. — Единственный, кто мог выпрыгнуть из моего окна — это Зефирчик. А вам надо больше спать, либо меньше пить горячительного на ночь. Как можно перепутать крылатого кота, хоть и большого, со взрослым мужчиной? Вам должно быть стыдно!

Не ожидавшая яростного отпора, соседка мигом скрылась в окне и рывком задёрнула белые занавески в красный горошек.

— Во даёт, а? — брякнула за моей спиной Сильвия, а её неожиданно поддержала Генриетта Фишер, прижимавшая к груди бумажный пакет, в котором безошибочно угадывались очертания банки с кремом от морщин.

— Ишь, глазастая! — насупила тонкие брови главная сплетница Хеленсбурга, поправляя новенький чепчик пастельно-жёлтого цвета. — Да даже если и мужики были, ей что, завидно? Ливи давно пора замуж.

— Да-да-да, — зачастила Силь, будто бы невзначай подпихивая Генриетту по тропинке к дороге. — Ливи пора замуж, а вам пора выпить чаю с миссис Пимбл. Если крем понравится, примем заказ сразу на месячную партию!

Старушка, не желая упустить возможность похвастаться перед закадычной подругой покупкой молодильного крема, бодро припустила по дороге, а я осторожно спросила у сирены-полукровки:

— Почему месячную? Ей банки хватит на полгода.

Сильвия прыснула в кулак, хитро поглядывая в сторону главной сплетницы, и тихонько прошептала.

— Ей тут один солдатик понравился из подчинённых Райвена, вот она и хочет омолодиться. Будет мазать им не только лицо, но и всё тело.

— С ума сошла? — я поджала губы и показала довольной сирене кулак. — Тогда и на неделю не хватит. Ты хочешь, чтобы она спустила у меня всю пенсию? А жить ей на что?

— Не маленькая, — сирена поджала губы и первой пошла в лавку. — Разберётся. Лучше расскажи, как прошёл разговор с генералом?

Я честно выложила подруге все подробности об ужасной встрече с Эрданом. На протяжении всего рассказа, Силь то краснела, то бледнела, то грозила кулаком в сторону казарм. Закончив рассказ на том, как строгая охрана вывела меня за пределы гарнизона и, посмеиваясь, бросила шутку про одолевших Райвена поклонниц, я обхватила голову руками, упёрлась локтями в столешницу и жалобно простонала:

— Не хочу больше слышать ни о Феликсе, ни об этом чудище поганом. Всё, Силь, пускай делают что хотят, могут хоть поубивать друг друга. Возьми с меня слово не поддаваться на слащавые речи мужчин и с головой погрузиться в зельеварение.

— С чего это? — недоверчиво покосилась подруга, методично смахивая пылинки с прилавка.

— Я ведьма. Вот и буду делать то, чем положено заниматься ведьмам.

— Голой летать на шабаш? — сцедила ухмылочку в кулак сирена-полукровка, за что мигом получила тычок локтем в бок.

— Всё-всё, молч… Ой, смотри кто идёт?

Сильвия указала пальцев в сторону тропинки, по которой бодро вышагивал Рихтер Майер.

Подлец! И не стыдно ему показываться мне на глаза, когда он без зазрения совести меня подставил?

— Не пускай его, Силь, — процедила сквозь зубы, судорожно припоминая рецепт тёмного зелья для прыщей.

Нет, не помню. Надо будет поискать.

Подруга понимающе кивнула и выбежала на крыльцо, о чём-то яростно споря с Майером. Дав ему от ворот поворот, она вернулась и шлёпнула на прилавок помятую бумажку с парой жирных разводов от пальцев.

— На, Ливи. Информация о дуэли от секунданта Райвена.

Первым желанием было скомкать несчастный листок и выкинуть его в мусорное ведро. Уйти в кабинет, заняться сонным зельем и выйти наружу, только когда все тёмные колдуны будут пойманы, а генерал-дракон со своей свитой покинет Хеленсбург и вернётся в столицу.

Но что-то внутри меня жалобно скреблось и просилось хотя бы одним глазком посмотреть на то, как из-за меня будут драться два мужчины. Один симпатичный, хоть и дурак, а второй редкостный красавец, пускай и форменный подлец.

— Ну? — изнывала от нетерпения Силь в ожидании моего решения. — Мы же пойдём? Не пропустим?

Взгляд против воли снова скользнул на бумагу и пробежался по паре строк, написанных твёрдым генеральским почерком:

“Второй километр по северной дороге. Сразу же, как солнце коснётся горизонта.”

— Мог бы указать точные координаты, — фыркнула Силь. — Как пафосно! А вдруг это расчёт на то, что Феликс не сможет определить место и время? Эрдан тогда выиграет по неявке, не вступая ни в какие сражения.

— Ладно, — сдалась я, чувствуя зарождающийся внутри огонёчек азарта. — Пойдём посмотрим. Но только чтобы показать Райвену, что все его усилия напрасны.

Коротая время за приготовлением большой порции сонного зелья, мы с Сильвией перенесли под прилавок несколько коробок, в которых хранилась добрая сотня пузырьков и, наказав Зефирчику стеречь лавку, отправились на поиски дуэлянтов.

Экипаж за символическую сумму довёз нас ровнёхонько до покосившейся деревянной таблички, на которой красовалась потёртая двойка.

Сильвия первая увидела Феликса, в гордом одиночестве расхаживающего по обочине дороги.

— Он что, один? — удивлённо захлопала глазами Сильвия. — Подожди… Какого чёрта? Смотри, ты тоже их видишь?

Подруга ткнула пальцем туда, где колосилось пшеничное поле на противоположной стороне дороги. Присмотревшись, я увидела с десяток крепких фигур, скрывающихся между колосьев.

Засада?

Это же нечестно!

— Может, предупредим Эрдана? — шёпотом спросила меня Силь.

— Обойдётся, — проворчала я, всё ещё обижаясь за некрасивую сцену в гарнизоне. Не маленький, сам пускай разбирается.

— Ливи! — Феликс, завидев нас, помахал рукой и показал большой палец, задорно торчащий вверх. — Не беспокойся за меня!

— И в мыслях не было! — крикнула в ответ Силь, всматриваясь в вечернее, темнеющее небо. — Погоди, а это что?

Сирена-полукровка ткнула пальцем в едва различимую чёрную точку меж облаков, которая стремительно летела в нашу сторону. Вскоре я уже могла без труда разглядеть два огромных крыла, длинный шипастый хвост и клыкастую голову на мощной шее.

Дракон медленно кружа, будто красуясь, опустился на дорогу, взметнув пыль перепончатыми крыльями. А с его спины кубарем скатился Майер, радостно крича:

— О! Ливи здесь! И Сильвия!

Стоило драконо-Райвену сложить крылья, как на дорогу со стороны Феликса выскочили десяток молодцов-подмастерьев из кузницы его отца. С топорами и пудовыми молотками наперевес, они с рёвом бросились на огромную ящерицу, и я невольно зажмурилась.

Похоже, дуэль с самого начала грозила перерасти в банальную мужскую драку.

Главное, чтобы обошлось без жертв!

— Ох ты ж блин! — ахнула Силь. — Ты погляди!

Осторожно приоткрыв один глаз, я заметила, как Эрдан ленивым щелчком когтя откинул храбреца в сторону. Такой же щелбан достался второму и третьему.

Парни кубарем прокатились по пыльной дороге, охая от боли и отплёвываясь.

— А где изящество? Где аристократизм? Ладно уж, всеки им! — вопила, словно заядлая болельщица Силь, периодически тормоша меня за плечи. — Только представь! Это всё из-за тебя! Здорово, верно?

Мне было не здорово. Против воли в груди нарастало волнение за Райвена, особенно когда один хитрый наглец обошёл его с тыла и попытался ударить молотком по кончику хвоста.

К счастью, глазастый Майер вовремя заменил коварный манёвр, бросился на подмастерье и с упоением принялся махать кулаками, пытаясь выбить дурь из соперника.

— Писец, — против воли вырвалось из моего рта. — И что нам делать?

На этот животрепещущий вопрос, как ни странно, ответил сам генерал Эрдан Райвен. Отмахиваясь от здоровяков, как от назойливых букашек, он улучил момент и схватил зубами Феликса, надёжно фиксируя его поперёк клыкастой пасти.

Взмахнув крыльями, он взмыл в небо с верещащим дуэлянтом Хеленсбургского разлива, пролетел пару десятков метров и выплюнул его в небольшое озерцо неподалёку.

— Как что? Поздравляй победителя, Ливианна. Силь коварно подтолкнула меня в сторону дракона, который, несмотря на свои громадные размеры, изящно приземлился рядом с полем, засеянным пшеницей.

Дружки-подмастерья поспешно захромали в сторону Хеленсбурга, благополучно забыв про своего приятеля, перепугавшего лягушек в мутном, попахивающем тиной водоёме.

— Иди же, — громче, чем следовало бы, шепнула сирена. — Чего стоишь?

— Сильвия Клодэ! — я повернулась спиной к подруге, глядя из-под нахмуренных бровей. — Ты, вообще, на чьей стороне? Ничего не перепутала?

— Так и я о чём? — притворно удивилась подруга, демонстрируя несвойственную ей забывчивость. — Поговори с Райвеном начистоту, расскажи о том, как сильно он тебя обидел и…

На середине фразы подруга умолкла и с круглыми от удивления глазами торопливо попятилась по запылённой дороге. Предчувствуя неладное, я обернулась и тут же оказалась схвачена большой когтистой лапой, покрытой чёрной глянцевой чешуёй.

— Пусти! Пусти сейчас же! — я что есть силы заколотила кулаками по тёплым, гладким пластинам, но было уже поздно.

Эрдан Райвен взмахнул крыльями, и мы оторвались от земли.

— Ты подлый! Невыносимый! Гадкий драконище! — возмущалась я, болтая ногами в воздухе.

— Полегче, Ливи! — Сильвия, чьё платье и волосы трепетал ветер, сложила ладони рупором, чтобы я могла её услышать. — Я бы на твоём месте выговорилась, когда вы приземлитесь! А сейчас молчи!

— Хороша подруга! — сердито проворчала, разговаривая сама с собой. — Тоже мне, сводница. А вы, генерал, имейте в виду, что своей выходкой ничего не добьётесь!

Мне послышалось или дракон насмешливо фыркнул?

С закрытыми глазами было сложно утверждать наверняка, а открыть их не позволял страх высоты. Пересилив желание вырваться из когтистых лап, я вцепилась ногтями в кончики пластинок, боясь, что он разожмёт пальцы.

По ощущениям, мы летели плюс-минус полчаса, и всё это время я провела в состоянии внутренней борьбы. Часть меня хотела выяснить у Райвена причины его странного поведения, другая настаивала на том, чтобы прекратить всякое общение с этим высокомерным нахалом. Но когда мы, наконец, снизили высоту, и я мои ноги коснулись земли, все посторонние мысли вылетели из головы при виде окружающей красоты.

Эрдан принёс меня на вершину большого холма, что находился между Хеленсбургом и соседним городком под названием Гаствилль.

Свысока открывался удивительный вид, от которого замирало сердце! Безбрежные просторы лугов и полей, простирающиеся до самого горизонта, укутанные в тёплые оттенки золотисто-оранжевого заката.

Пламенные краски темнеющего неба смешались с нежностью персиковых отсветов. Пушистые розовые и лиловые облака, были подобны нежным плавающим островкам.

— Невероятно! — прошептала я, очарованная поистине необыкновенной красотой природы.

За все годы, что я живу в Хеленсбурге, я всего лишь пару раз была в Гаствилле, но никогда не думала о том, здесь открывается чарующий пейзаж.

Зелёные поля расстилались вдали, словно бескрайние ковры. На горизонте виднелись очертания высокой горной гряды, разделяющий наше королевство от соседнего.

Время словно замерло, как будто весь мир затаил дыхание перед завораживающей красотой природы. С каждым мгновением тихий ветерок становился всё прохладнее, и я вздрогнула, когда мне на плечи лёг тяжёлый мундир генерала Райвена.

Вот незадача! Я залюбовалась чудесной природой и совсем о нём забыла!

— Злишься, — не спросил, а констатировал факт дракон, встав по правую руку от меня. — Почему с тобой так сложно, Ливианна?

Вопреки ожиданиям, в это время он смотрел не на меня, а вдаль, будто пытался найти ответ в очертаниях гор.

— Вы шутите? — возмутилась я, но как-то вяло. Первоначальный запас вспыльчивости и обиды иссяк, а завораживающая обстановка не вызывала желания выяснять отношения. Хотелось молча насладиться таинством природы, не опускаясь до банальных ссор.

Однако Эрдан так не считал. Подался вперёд, рывком развернул меня к себе и приподнял мой подбородок так, чтобы я смотрела ему в глаза.

— Я задам вопрос, ты дашь на него честный ответ, хорошо?

— Нет! — с жаром воскликнула и попыталась убрать его руку от моего лица, но сделала только хуже.

Райвен притянул меня ближе, впечатав в свою мощную грудь, и строгим голосом спросил:

— Зачем ты пришла в гарнизон?

— Какая разница? — я упёрлась руками в каменные мышцы, обтянутые тёмной рубашкой, но вырваться из его стальной хватки было просто невозможно.

Не мужчина, а ледяная глыба!

— Повторяю вопрос, Ливианна Одли, — терпеливо произнёс генерал. — Что тебя заставило прийти в гарнизон? Точнее, кто?

Кто? О чём это он?

— Сама захотела, — буркнула, отводя глаза. Понимала, что сопротивляться бесполезно, так лучше поскорее ответить на его вопросы и закончить тягостный разговор.

— Неужели? — усмехнулся Райвен. — Милая, но ужасно вредная ведьмочка по мне соскучилась?

— Соскучилась? — негодование придало мне сил, и я таки смогла отстраниться от Эрдана, но он тут же припечатал меня обратно. Ещё и сжал посильнее, выбивая воздух из лёгких. — Да вы! Вы подлый лжец! Пустите, а то задушите!

— Лжец? — вопросительно поднял чёрную бровь дракон и всё же немного разжал стальные тиски объятий. — И в чём же я лжец, Ливианна Одли?

— Полторы тысячи франков! — выпалила, доставая из кармана полученную от Рихтера квитанцию. — Читать умеете? А считать? Что скажете, Ваше Превосходительство?

Генерал мазнул по бумажке равнодушным взглядом и пожал плечами.

— А, ты про это? Возможно, ноликом ошибся. — Ошиблись? — у меня дыхание перехватило от его наглости. — Вы… Вы… — Я, — кивнул дракон. — Со мной мы разобрались. Временно остановимся на том, что я лжец и подлец. Но сейчас куда важнее другое. Что ты принесла с собой в гарнизон? Решила меня отравить? Или угостить отравой солдат?

Я уже думала, что меня ничем не удивить. О какой отраве он говорит? А его хладнокровный тон пробирает до самых костей! Даже тёплый, приятно пахнущий вереском и мятой мундир не спасает.

— Отравить? Эрдан, вы в своём уме? Мой главный принцип не только в работе, но и по жизни — не навреди! И вообще, с чего вы взяли, что я способна принести с собой отраву?

Райвен сделал медленный, глубокий вдох и разочарованно покачал головой.

— Утром в гарнизон доставили пленного колдуна. Мерзавца поймали возле одной из городских лавок. От него за милю несло тёмной магией, Ливи. И такой же запах я уловил у напитка, что ты принесла, а потом разлила. Ты хоть понимаешь, что это значит?

Я догадывалась. И о том, что означали его слова. И о том, почему он принёс меня сюда. Явно не для того, чтобы полюбоваться красками заката.

Время ощутимо замедлилось, словно каждая секунда тянулась до бесконечности. В звенящей тишине я слышала стук сердца, бившегося в груди с удвоенной силой.

Почему он молчит?

Пускай скажет вслух и перестанет меня мучить!

— Ливи, я должен убедиться в том, что ты не попала под влияние тёмных колдунов.

— И как же? — хрипло спросила я.

Неужели будет меня пытать? Но тогда почему не отправил меня в допросную? Специалисты, о которых ранее упоминал дракон, имеют большой опыт в том, как развязать язык и заставить выложить всю правду.

Однако Эрдан знал, как меня удивить.

— Ты проведёшь со мной ночь, — припечатал и выжидательно замолчал, внимательно наблюдая за моей реакцией.

То ли накопившаяся за последние дни усталость — всё же любая ведьминская деятельность вытягивает силы, то ли прошедших событий было слишком много на одну меня, но я равнодушно ответила на его взгляд, и лишь пожала плечами.

— Делайте что хотите.

— Что хочу — увы, — в драконьем голосе слышался некий вызов. — Но если ты каким-то образом связана с тёмными колдунами, наедине со мной их воздействие проявится. Ты попытаешься вывести меня из строя своими ведьминскими штучками, а то и убить.

Его слова звучали так нелепо, что я расхохоталась. Правда, смех вышел каким-то нервным и неуместным. Потирая виски указательными пальцами, я раздумывала над тем, как доказать Эрдану, что у меня и в мыслях нет желания причинить ему вред.

Скорее, наоборот. Я же взяла лимонад, чтобы порадовать его. И даже обман с франками меня не так уж сильно…

— Лимонад! — я закричала так, что с ближайших к нам деревьев сорвалась стая полусонных птиц. — Но как? Там же… Я же… А она…

— О чём ты? — Райвен прекратил что-то высматривать в поблёскивающих огнях вечернего Хеленсбурга и обратил всё внимание на меня.

Сбиваясь и немного путаясь в словах, я пересказала ему всё, начиная с сегодняшнего утра. И чем дольше я говорила, тем мрачнее становился Эрдан.

— Хозяйка лавки, значит, — он задумчиво поскрёб подбородок, на котором темнела однодневная щетина. К слову, она его ничуть не портила, скорее наоборот, придавала его мужественному облику ещё больше особой, звериной привлекательности. — Что ж, это всё меняет.

— Так почему вы сразу меня не спросили? — вспылила я, топнув ногой и упёршись руками в бока. — Как так можно, спустить собак на ни в чём не повинную ведьму? Ваших заек вы бы тоже поганой метлой прогнали?

— Да каких заек? — рявкнул дракон. — Я уже не помню, как они выглядят Ливианна Одли, официально — ты единственная женщина, кто сводит меня с ума!

В его глазах бушевали пламенные искры гнева. Черты лица напряглись и заострились, ноздри хищно раздувались, вдыхая свежий вечерний воздух. Животный магнетизм завораживал, притягивая взгляд.

Я поймала себя на том, что хочу коснуться его лица. Провести ладонью по смуглой коже, очертить подушечкой пальца небольшой белеющий шрам над левой бровью… Интересно, он единственный или есть ещё, скрытые под одеждой?

Тьфу, и о чём я только думаю!

“Ливи, вот только не надо. Молчи, не спорь и не оправдывайся, — воззвала ко мне совесть. — Он всё ещё видит в тебе подозреваемую, а ты уже готова ему отдаться.”

— Неправда! — воскликнула я, и только потом поняла, что произнесла это вслух.

— Да? — живо среагировал дракон и судя по хитрым смешинкам в его глазах, догадывался, о чём я думаю.

Надо срочно перевести разговор в другую плоскость.

Да что со мной?

— Ливи, — Эрдан нервно взъерошил густые волосы и поднял глаза к небу. — Ты же знаешь, что в моём отряде полно людей с магическим даром. Если бы они почувствовали то же, что и я, ты бы тотчас заняла место погибшего колдуна. Как думаешь, смог бы я допустить, чтобы тебе посмели причинить боль? А каково было бы мне? Даже если бы враг подчинил тебя ментально, смог бы я допрашивать тебя в том грязном, пропитанном кровью, мочой и дерьмом сарае?

— Генерал, давайте посмотрим на проблему, как взрослые, нормальные люди… то есть драконы… то есть человек и дракон, — все попытки сохранить нейтрально-вежливый тон провалились с треском.

Я краснела, бледнела, начала заикаться и по неведомой причине волноваться. Неужели только от того, что меня внезапно причислили к пособнику тёмных колдунов за один несчастный стакан лимонада?

Тем более, Эрдан и не думал мне помогать. Внимательно слушал, а сам многозначительно молчал.

А может, причина была в том, что на землю опустилась глубокая, непроглядная темнота, освещаемая лишь крохотными искорками звёзд. Ещё и луна-предательница скрылась за облаками, заставляя меня встать поближе к Райвену. В воздухе похолодало, но тепло генеральского мундира, заботливо наброшенного мне на плечи, не позволяло мне замёрзнуть.

— Мы так и проведём всю ночь, стоя в траве под открытым небом? — возмутилась не обстановкой вокруг нас, а драконьим бездействием.

Ну сделай же хоть что-нибудь! Только не молчи и не стой как статуя.

— Ливи, хочешь прокатиться верхом на драконе? — огорошил меня внезапным вопросом генерал.

— Прямо сейчас? — смутилась я, кожей ощущая возросшее напряжение. В общем-то, невинный вопрос звучал как откровенное предложение перейти на новую ступень близости.

— Лучшего времени не сыскать. А после я провожу тебя до дома.

— Ты всех подозреваемых катаешь на своей спине? — улыбнулась я, предвкушая чарующий полёт над окрестностями.

— Только самых красивых. Жди здесь и никуда не уходи.

Утро встретило меня звенящей тишиной. Нет, к шелесту листвы и пению птиц я давно привыкла и не считала это помехой. Но как правило, если я варила зелья допоздна, меня будил громкий голос Силь, спорящей за прилавком с очередным привередливым покупателем.

Сладко потянувшись, я позволила себе ещё немного поваляться в постели, прижимая к груди подушку с особенной нежностью. На губах заиграла довольная улыбка, когда я вспомнила вчерашнюю прогулку с Эрданом по ночным улицам Хеленсбурга. Взявшись за руки, мы неторопливо болтали обо всём, забыв о проблемах, и делились забавными воспоминаниями из детства.

Я рассказала весёлую историю о том, как пыталась напоить родителей своим первым зельем, а Райвен в красках описал свои эмоции во время первого оборота и полёта над крышами фамильного замка.

— Мне очень понравилось летать с тобой, — искренне призналась я, вспоминая то неописуемое чувство свободы, когда мы летали над Хеленсбургом и окрестностями. — Я навсегда запомню эти особые мгновения.

— Кто бы мог подумать? — хитро прищурился Эрдан, обнимая меня за плечи. — Знал бы — схватил бы тебя в первый же день и не спустил на землю, пока не согласилась стать моей.

— Это шантаж! — деланно возмутилась, прижавшись к тёплому генеральскому боку.

— Он, родимый, — покладисто согласился со мной дракон.

“Хватит нежиться, а то проваляешься до вечера,” — приказала самой себе, неохотно пряча трогательные воспоминания в дальний уголок моего подсознания.

Ощутив ступнями нагретый солнцем деревянный пол, я неспешно осмотрелась по сторонам в поисках фамильяра. О Зефирчике напоминала рама с несколькими глубокими бороздами от когтей и лежащий на противоположном краю постели лоскут какой-то тёмной ткани.

— В этот раз хоть не мышь, — обрадовалась я, подхватила обрывок двумя пальцами и выкинула во двор.

Глядя на то, как он плавно летит вниз, покачиваясь от лёгкого ветерка, я всей грудью вдохнула тёплый воздух, наполненный ароматом листвы и зреющих на ветвях яблок.

Как же хорошо!

Вот бы знать заранее, примет ли меня столица?

Эрдан никогда не согласится остаться в нашем городке. Но не буду ли я жалеть о том, что покинула Хеленсбург?

Надо поговорить на эту тему с Силь.

Из ванной я вышла бодрой и полной сил, несмотря на то, что вернулась под утро. Душа требовала чего-то лёгкого, яркого, воздушного!

Я распахнула створки платяного шкафа и после недолгих раздумий выбрала самое нарядное платье — на ладонь ниже колена, пастельно-жёлтого цвета с узором на рукавах и подоле в виде сочных цветов и зелёных листьев.

Волосы убрала в высокий хвост, выпустив с боков по паре тонких прядок, и мазнула по губам нежно-розовым блеском — подарком от подруги.

Покрутившись перед зеркалом, я осталась довольна своим внешним видом. Уверена, Эрдану тоже понравится.

Интересно, когда он сможет меня навестить? Я-то по доброй воле больше не приближусь к их гарнизону.

Напевая под нос весёлый мотивчик, бодро спустилась по лестнице, но увидев на табуретке за прилавком мрачную, как грозовая туча, сирену-полукровку, решила повременить с хорошими новостями.

— А, это ты, — скучающе пробормотала Силь и протяжно зевнула. — Что как?

Подождите. Ничего не понимаю!

На подоконнике лениво вылизывал заднюю лапу Зефирчик, часы показывали одиннадцать утра. Где покупатели?

Обычно в это время в лавке нет отбоя от клиентов!

Накормив семью завтраком и проводив детей в школу, кумушки-домохозяйки в это время предаются сплетням! Сидят за столиками на летних верандах, прогуливаются по лавкам, обмениваясь свежими новостями и, конечно же, закупаются у меня снадобьями!

— Неужто сонное зелье так подействовало на горожан? — осторожно спросила я, с любопытством выглядывая в окно.

Вроде всё как обычно. Из лавки напротив выходят две дамы почтенного возраста, смотрят в сторону нашей и… Так, а почему они едва ли не убегают?

— С утра ни одного посетителя! — не выдержав, принялась жаловаться Сильвия. — Такого не было даже в первый день, когда мы только открылись! Ливи, может твоё сонное зелье… того?

— Что “того”? — бросила через плечо, наблюдая за тем, как по улице бодро шагает Генриетта Фишер в новом платье. Однако вместо того, чтобы повернуть к нам, старушка показала в сторону крыльца какой-то странный жест.

— Испортилось? — недоумевала сирена-полукровка. — Или пахло неприятно? Или на вкус им не понравилось.

— Да всё с ним нормально! — обиделась я. — Запах как запах. На вкус обычное — пряные травки и мята. Срок годности три дня, ещё не вышел.

— Так, с меня хватит! — Сильвия с громким хлопком ударила ладонями прилавку, отряхнула платье и подхватила сумочку под мышку. — Вешай табличку “Закрыто”, пойдём разведаем обстановку. Может, на главной площади у мэрии битва с колдунами, а мы тут сидим и всё самое интересное пропускаем. Заодно расскажи, как вчера прошло свидание.

— Да какое свидание, — густо покрасневшие щёки сдали меня без слов.

— Судя по твоему платью — весьма успешное, — парировала Силь, осматривая меня с горящими глазами. — Для меня ты так не одеваешься. А стоило бы, вон какая красавица!

Смущённая, но жутко довольная, я привычно велела фамильяру никуда не уходить, активировала охранное заклинание и повесила на двери записку о том, что лавка заработает после обеда.

Воздух постепенно нагревался, ветерок утих, и наш приграничный Хеленсбург окутал густой полуденный зной.

— Пошли в кафе на площади, — Силь уверенно потянула меня туда, где я впервые увидела Райвена. — Понаблюдаем что и как.

По дороге я честно и без утайки рассказала ей о том, как прошло наше с Эрданом свидание. Начиная с подозрения в шпионаже и работе на колдунов, заканчивая целомудренным прощальным поцелуем.

— Значит, ты ещё не сказала ему внятное “да?” — сирена удивлённо вскинула брови. — Хотя, наверное, это правильно. Пускай не расслабляется.

— Я думаю, он и так всё понял, — задумчиво ответила, глядя по сторонам.

Что-то тут нечисто. Вроде и есть народ на улицах, но почему при виде нас все усиленно отводят взгляд, а в отражении витрин заметно, как они смотрят нам вслед?

Долго, пристально.

Можно сказать, выжидательно.

— Силь, тебе не кажется, что окружающие ведут себя как-то странно? — прошептала ей, как только мы добрались до площади и сели за центральный столик на летней веранде, откуда открывался полный обзор на мэрию и соседние здания.

— Да вроде нет, — растерянно захлопала ресницами сирена-полукровка. — Но мы ещё посмотрим, понаблюдаем.

В ожидании заказанного кофе со льдом и лёгкими бутербродами, я внимательно изучала прохожих. Ходят туда-сюда, но стоит им заметить нас, как они тут же прячут глаза и ускоряют шаг.

Нет, это ненормально! Как же хочется посоветоваться с Райвеном!

Где он? Всё ещё спит или опять кого-то допрашивает?

Крепко задумавшись, я не сразу заметила, что Силь куда-то отошла. Но когда подруга прибежала с выпученными от удивления глазами и кинула передо мной помятый экземпляр утренней газеты, всё окончательно встало на свои места.“Главная вертихвостка Хеленсбурга вышла на охоту! Спасайте мужчин!”

Именно такой заголовок красовался на передовице, а под ним расположилась моя фотографическая карточка, которую я делала для реестра городских жителей.

— Вот дела-а-а, — изумлённо прошептала, переводя взгляд с бумажного листа на удивлённую сирену-полукровку. — Они карточкой не ошиблись?

— Не-а, — помотала головой подруга, хмуря идеальной формы брови. — Ты давай, почитай.

Я попыталась сосредоточиться на тексте, но строчки прыгали перед глазами, превращаясь в расплывчатые пятна.

“…притворялась хорошей, изучая привычки горожан…”

“… крема и лосьоны для красоты, проданные ею наивным дамам, фальшивка…”

“…с лёгкостью окрутила генерала, четырёх солдат, капитана, сына кузнеца, мясника…”

“…еженощно мужчины прыгают из окон ведьмы Одли, а ей всё мало…”

“…надёжный свидетель видел собственными глазами…”

— Так, хватит! — я отбросила от себя газету как ядовитую змею и попыталась унять бешеное сердцебиение. — Бред какой-то. Откуда у меня мужчины прыгают из спальни? И никаких капитанов я не знаю, а мясник вообще старый!

— Да-да, — закивала головой Сильвия, отодвигая утреннюю газету подальше мыском туфли. — Почему у тебя мужики прыгают из спальни, а я об этом не знаю? Темнишь, ведьма?

Глядя на карикатурно-суровую мордашку подруги, я не выдержала и рассмеялась. Правда, смех вышел нервный и немного жалкий. Закрыв глаза, попыталась сделать вдох и медленно досчитать до десяти, но лёгкие сжались, пропуская воздух по крохотной капле.

Бред какой-то!

После случая с Айзеком Донованом я сторонилась мужчин как огня и никогда не давала окружающим повода думать иначе. То, что случилось с Эрданом — так это он первый начал. Долго и терпеливо завоёвывал меня, пока крепость Ливианна Одли не пала в его объятия. Но я бы никогда не посмела обманывать и кружить голову мнимыми обещаниями!

— Зато теперь понятно, почему с утра в лавке ни одного клиента, — мрачно резюмировала Силь, пристально наблюдая за точёной фигуркой молодой официантки, принёсшей нам завтрак.

— Пожалуйста, — фальшиво улыбнулась она, отводя глаза в сторону. — Лучший кофе для госпожи ведьмы и её подруги.

Я непроизвольно протянула руку к кружке, которую поставила передо мной официантка, но Сильвия успела сдвинуть её в сторону, так что мои пальцы схватили воздух.

— Не попробуете, в нём достаточно льда? — медово улыбнувшись, сирена-полукровка зачерпнула чайной ложечкой пенку и протянула её вмиг побледневшей работнице.

— Нет, спасибо! — пролепетала она, стремительно бледнея на глазах. — У меня аллергия.

Развернувшись на каблуках, она побежала зал и начала что-то кому-то взволнованно объяснять.

В голове не укладывается! Меня уже травить пытаются?

Силь осторожно понюхала островок пенки, погремела ложечкой, мешая напиток со льдом, и задумчиво изрекла:

— Я, конечно, не ведьма, но чую явную подставу. Отравить не отравят, но плюнуть могли за милую душу.

— Давай вернёмся в лавку, — прошептала я бесцветным голосом, чувствуя, как гудит и разрывается голова. Даже голод мучить перестал.

— Давай, — согласилась Сильвия, с протяжным скрипом отодвигая стул и решительно поднимаясь на ноги.

Глаза у сирены-полукровки сверкали чистым пламенем, светлая кожа пошла красными пятнами, а из-под верхней губы показались тонкие иголочки клыков. Ещё немного и подруга явит свой истинный лик, ещё сильнее распугав и без того взвинченных жителей.

Как же мне сейчас нужен Эрдан!

— Не переживай, Ливи, никто тебя в обиду не даст, — Силь взяла меня за руку и уверенно повела по широкому тротуару, раздражённо зыркая на прохожих. — Отправим Зефирчика к Райвену, тот мигом вычислит, откуда ноги растут у статьи, и проведёт профилактическую беседу среди горожан.

Я лишь кивнула, с трудом сглотнув горький ком в горле. В душе прочно пустили корни беспокойство и тревога. Гнев, возмущение, испуг и горечь смешались в груди, подрывая веру в саму себя.

Откуда-то взялись свидетели, которые видели прыгающего из окна мужчину! Кто это мог быть? Зефирчик не похож на взрослого мужика, да и он предпочитает летать. А вдруг это тёмные колдуны? Райвен же предположил, что я могла попасть под их влияние! Но я же ведьма, а не обычный человек! Я тонко чувствую чужеродные материи и сразу бы поняла, что со мной что-то не так!

Первую половину пути мы преодолели без проблем. Нас провожали злыми взглядами, неприязненно шептали вслед, возможно, показывали в спины неприличные жесты, но никто не решался задирать ведьму и злую сирену на волоске от оборота.

Однако свернув за угол, я мигом затормозила и привалилась к прохладной стене близлежащего дома.

— Нам туда нельзя, — выдохнула, ощущая болезненный укол в сердце.

На крыльце и перед ним толпились два десятка моих постоянных покупательниц, включая миссис Пимбл и Генриетту Фишер. Соседка, наполовину высунувшись из окна и придерживаясь рукой за угол створки, что-то им кричала, а они хором ей отвечали.

— Ну уж нет! Я им покажу как газон топтать!

Сильвия рванула в сторону лавки, размахивая кулаками, но я успела её остановить, схватившись за тонкий поясок.

— Подожди! — шикнула на неё, прячась в спасительную тень под крышей. — Смотри, что у них в руках!

Каждая из жительниц Хеленсбурга, устроивших стихийный пикет у ведьминской лавки, держала по маленькой плетёной корзинке.

— Не вижу, — шепнула мне на ухо Силь. — Давай подкрадёмся поближе.

Затаив дыхание, мы прокрались вдоль стены, рысью перебежали в тень другого дома, потом повторили манёвр и снова замерли, разведывая ситуацию.

— …всё себе и ничего остальным! — донёсся до нас бодрый голос соседки.

— Ведьма! — хором рявкнули горожанки.

— Обещала вам помочь выдать замуж дочерей за генерала? — звонко прокричала хозяйка кофейни с бесплатной дегустацией лимонада.

— Обещала! — громче всех воскликнула миссис Пимбл.

— Думаете, она по доброте душевной продавала сонное зелье? — надрывалась соседка. — Сначала наслала на всех бессонницу, а затем решила усыпить весь город, чтобы бесстыже развлекаться с Эрданом Райвеном!

— Нет, я им сейчас точно втащу! — Силь снова попыталась сделать рывок в сторону собравшихся, но в этот раз я не успела её задержать.

В голове яркой вспышкой мелькнули слова дракона: “От него за милю несло тёмной магией, Ливи. И такой же запах я уловил у напитка, что ты принесла. Ты хоть понимаешь, что это значит?”

Неужели…

Нет, это не может быть правдой.

А вдруг?

Опомнившись, я хватилась подруги, но было уже поздно.

Сильвия, немного не добежав до участниц пикета перед моей лавкой, упёрлась руками в бока и с вызовом прокричала:

— Вы себя-то слышите? И это ваша благодарность за всё, что сделала для вас Ливианна? Да генерал влюбился в неё с первого взгляда, а вы! Вы! Идите отсюда, знаете куда?

Два десятка жительниц Хеленсбурга в едином движении повернулись к ней лицами и, запустив руки в корзинку, метнули в Силь что-то белое.

Яйца!

На жаре!

Сирена-полукровка была ловче и быстрее. Петляя как заяц, она метнулась ко мне, но и её всё же настигло два снаряда.

— Ливи, не стой столбом! Бежим!

— Ливи! Ливи-и-и! Ливиа-а-анна О-о-одли! Ну почему именно ты-ы-ы-ы!

Горестный вой на одной ноте растревожил спящее сознание и заставил приоткрыть глаза.

Я не ошиблась. Так причитать могла только одна особа — Силь.

— Ливи! — завопила она, увидев, как дёрнулись мои веки, и порывисто стиснула меня в удушающих объятиях. — Я думала, они догнали тебя!

— Кто? — я недоумённо захлопала глазами, пытаясь принять сидячее положение и осмотреться по сторонам.

Что произошло? Где я, и почему Сильвия меня оплакивала?

— Ну эти! Которые с утра осаждали твою лавку!

Подруга помогла мне приподняться и подоткнула подушку под спину. Растерянный взгляд охватил просторную комнату, выкрашенную в белый и пастельно-жёлтый тона, кокетливые занавески на окнах, подвязанные пышными бантами, и тонкую вуаль балдахина над кроватью.

Как я оказалась в спальне у Силь?

И почему голова раскалывается, будто её набили острыми гвоздями?

Вытянув дрожащую руку, я дотронулась до висков и поморщилась, на что тут же среагировала сирена-полукровка. Метнулась к изящному резному комоду, достала один из пузырьков и сунула мне в руки:

— На, выпей! Но только половину.

С подозрением оглядев знакомый пузырёк, я не без труда вынула пробку и понюхала содержимое. Пахнет лимонником, мятой и ещё чем-то свежим, бодрящим.

— Ливи, ты чего как неродная? — удивилась подруга, заметив, что я не тороплюсь пробовать неизвестное мне зелье.

— Что это? — в груди возникло странное ощущение неясной тревоги. Что-то внутри подсказывало мне, что брать непонятные вещи у посторонних опасно. Даже от той, кто называет себя моей подругой.

— Тебе память отшибло? — побледнела и без того светлокожая Силь, сжимая несчастный пузырёк с такой силой, что он едва не трещал. — Это же твоё фирменное бодрящее зелье! Сама его варила! Так, смотри на меня!

Я непонимающе уставилась на сирену-полукровку, гадая, чего она ко мне пристала. Где-то в районе сердца вспыхнуло что-то тёмное, чужеродное, но тут же пропало, оставив после себя едкий привкус раздражения.

— Ну? — буркнула я, глядя ей в глаза.

Хочется побыть одной, понять, что со мной случилось, и как я сюда попала. А она лезет ко мне с глупыми вопросами, нервирует и заставляет пить какую-то отраву.

— Как меня зовут? — пытливо спросила Силь, упрочняя зрительный контакт.

— Сильвия Клодэ, — смиренно ответила, в надежде, что назойливая подруга оставит меня в покое. И так голова болит, ещё эти расспросы.

Странно, я ведь ещё пару минут назад чувствовала лишь странную усталость, откуда взялась такая злость?

— А тебя как зовут? — она бесцеремонно вторглась в обрывки моих мыслей, не давая сосредоточиться на том, что происходит.

— Ливианна Одли! — будто со стороны услышала свой сердитый тон. — Заканчивай этот цирк, лучше скажи, что я делаю в твоей спальне?

— Цирк? — Силь обиженно шмыгнула носом и поджала губы. — Вот так, значит? Я тут мечусь в неведении, а ты…

— Перестань, — вздохнула я, не понимая, отчего вдруг сорвалась на лучшую подругу. Она же беспокоилась. И если я дам волю раздражению, скопившемуся внутри, будет некрасиво. — Что со мной произошло?

— А что ты помнишь? — ответила она вопросом на вопрос.

Ещё одна привычка, которая меня выводит из себя, несмотря на нашу давнюю дружбу. Всё, Ливи, не нервничай. Дыши ровно.

— Мы с тобой куда-то бежали, — я закатила глаза к потолку, вспоминая, что было с утра. — Потом, кажется, я споткнулась и упала. А сейчас я здесь. Голова ещё болит, наверное, приложилась о брусчатку.

— Плохи дела, подруга, — Сильвия села рядом на краешек постели и заключила меня в сестринские объятия. В один момент стало тесно и неудобно, да ещё и руки подруги казались холодными и липкими. Неприятно.

Я повела плечами, стараясь высвободиться из цепкого захвата, и подруга, уловив перемену в моём настроении, тут же отсела на другой край.

— Ливи, я тебя чем-то обидела?

— Не помню, — честно ответила ей, не испытывая ни капли раскаяния. Мне и так плохо, я не просила меня тискать, как плюшевого медвежонка.

— Ладно, — подруга опустила глаза, сложив руки на коленях и сминая пальцами подол платья. — Майер отправился проводить тебя к Райвену, а через час вернулся с тобой на руках, говорит, упала и потеряла сознание. Генерала не встретил, вот и вернул тебя обратно, а я уже попросила перенести тебя ко мне. Скорее всего, тебя настиг солнечный удар, вон сколько у нас всякого приключилось за половину дня.

Не помню такого. Однако теперь понятно, почему у меня раскалывается голова. Перегрелась на солнышке, вот и чувствую себя паршиво. Надо вернуться в лавку и как следует отоспаться. Приму холодный душ, напьюсь травяного чая и попрошу Зефирчика никого не пускать, пока мне не полегчает.

Отличная мысль!

Я озвучила её Сильвии и в ответ получила строгое:

— Размечталась? Да ты сидеть нормально не можешь, всё покачиваешься туда-сюда. И взгляд странный. Нет уж, подруга, оставайся здесь, а я лягу в гостиной.

— Да как ты меня достала!

Клянусь, слова сами слетели с моих губ!

Сильвия в изумлении отшатнулась, а большие голубые глаза предательски увлажнились.

Нет, мне срочно надо домой. Я сейчас сама за себя не отвечаю.

— Ливи, за что? — всхлипнула она, вытирая безымянными пальцами слезинки с внешних уголков глаз. — Я ж как лучше стараюсь!

— Ага, стараешься, вот только ничего не получается, — усмехнулась я, чувствуя внутри странное чувство удовлетворения. Может, я всё делаю правильно? Вон, и головная боль ослабла.

Я уверенно поднялась с постели, коснувшись босыми ступнями нагретого за день дощатого пола, и направилась к выходу мимо расклеившейся подруги.

Да, так и надо. Тело получило заряд бодрости, и с лестницы я уже не сошла, а торопливо сбежала.

Нашла у порога свои удобные, разношенные туфли, дёрнула на себя ручку двери и с наслаждением вдохнула прохладный вечерний воздух.

Как же хорошо!

Чувствую себя живой и свободной! Не то, что в спальне у Силь. Домой уже не хочется, так, может, прогуляться?

Не оборачиваясь, я поспешила в сторону площади. Устроюсь поудобнее на летней веранде с видом на мэрию и скоротаю время за чашкой крепкого чёрного кофе.

Огни вечернего Хеленсбурга сияли так ярко, что я не сразу увидела выходящего из мэрии генерала Райвена. Но даже его силуэта было достаточно, чтобы моё сердце чувствительно ударило о рёбра и забилось с бешеной скоростью.

Ускорив шаг, я не постеснялась кинуться в его объятия и чувственно прошептала:

— Ты-то мне и нужен.

— А мэрию зачем? — охнула я, удерживая падающую челюсть.

— Потом расскажу! За мной!

Сирена-полукровка дёрнула меня за руку и потащила на выход из комнаты. Попутно толкнула удивлённого стража плечом и бросила на ходу:

— Извини!

— Стоять! — паренёк на охране властно гаркнул, но ему было не совладать с бешеным темпераментом моей подруги.

Сильвия расчищала дорогу с помощью пронзительного крика, и, обернувшись, я увидела, что по гарнизону взад-вперёд носятся солдаты.

— Поймать их! — завопил кто-то особо смелый, но не настолько чтобы броситься в погоню.

— Ногами шевели, — рыкнула на меня подруга, и я, как могла, ускорилась.

Мы свернули за угол, потом нырнули в переулок и юркнули в какую-то клетушку, похожую на склад. Отряд подчинённых Райвена пробежал мимо, требуя немедленно вернуть ведьму обратно в расположение. Иначе генерал им устроит…

А вот что им устроит Эрдан, я уже не услышала. Но явно не строгий выговор.

— Что происходит? — пользуясь заминкой, я принялась допрашивать Силь. — Почему Эрдан громит мэрию, что с горожанами? Ты, правда, на меня не злишься за то, что я наговорила?

— Не злюсь? — вздёрнула подбородок сирена-полукровка, смотря на меня свысока. — Да я в ярости!

— Я сама не понимаю, что на меня нашло, — призналась, обхватив голову руками. К счастью, головная боль не возвращалась, и странная агрессия бесследно исчезла. — Может, на солнышке перегрелась? В здравом уме я бы никогда тебя не обидела.

— Я не про это, — помотала головой Сильвия. — Я злюсь не на тебя, а на себя. Как я сразу не поняла, что ты попала под воздействие тёмного колдуна? Эрдан сказал, что к этому причастен некий Шайх. Только не помню как его зовут.

Так вот почему Эрдан обозлился! Да он же пока нёс меня на плече бурчал про какого-то Шайха. Как же его звали, Гаррет? Нет, Гордон!

Подождите, он не называл имени, так откуда я его…

Головная боль накатила с такой силой, что я жалобно вскрикнула и прижала к вискам средние и указательные пальцы. Рот наполнился горечью, а мысли заполонило жгучее желание отделаться от навязчивой сирены и самой разобраться в происходящем.

— С меня хватит, — раздражённо выпалила я, стараясь выбраться из клетушки. Но стоило мне попытаться обойти сирену, как она угрожающе оскалила клыки.

— Назад, — прошипела подруга, подпирая спиной хлипкую на вид дверь. — Дёрнешься с места — закричу. Эрдан потом замучается бегать с тобой по лекарям.

Хотелось орать, топать ногами и что-то сломать, желательно хрупкое и ценное. Однако угроза сирены возымела своё действие, и я застыла без движения.

— Подумай о чём-то приятном, немедленно! — приказала Силь, пристально наблюдая за каждым моим вдохом.

Я послушно сомкнула веки и уцепилась за первое, что пришло в голову — вчерашний поцелуй с Райвеном. По венам разлилось живительное тепло, прогоняя боль и развеивая неестественную злость. С горящим румянцем на щеках я быстро облизнула губы и почувствовала, как участилось биение моего сердца.

Мой Эрдан. Мой любимый генерал.

— Полегчало? — участливо спросила Сильвия, на что я молча кивнула.

Думаю, она и так всё поняла.

— Значит, слушай, — подруга поманила меня на выход, периодически шикая и прикладывая палец к губам, если неподалёку были слышны солдатские крики. — Майера подвергли ментальному внушению, и он привёл тебя прямиком в лапы некоего Гордона Шайха.

— Откуда тебе известно? — прошептала я, удивляясь, когда это Силь успела вызнать подробности у генерала.

— Встретила по пути, когда он спешил в мэрию. Пытался отмазаться от разговора, говоря, что ему надо срочно прибить Остина, Шайха, и их дружков-колдунов, но со мной этот номер не прокатил. И в двух словах рассказал о том, что этот тёмный маг — какая-то важная шишка и невероятно сильный. Ещё поведал, что ты заманила его на веранду и подсыпала какую-то отраву в его напиток, а он уволок тебя в гарнизон и запер в своём жилище.

Я охнула, закрывая рот ладонью. Это бред какой-то. Как я могла собственными руками пытаться отравить любимого? Неужели эти странные приступы агрессии как-то связаны с колдунами?

Столько вопросов, а вот с ответами посложнее. Но к счастью у меня есть Сильвия.

— С чего ты взяла, что это Майер натворил?

— Связала одно с другим, — коротко ответила сирена-полукровка, крадясь вдоль заборов, чтобы оставаться в тени.

Площадь была всё ближе, а вот народ, казалось бы, вымер. Лавки и магазинчики были открыты, но в них не было продавцов. В жилых домах темнели окна, на улице не было ни души.

Зато со стороны, где находилась мэрия, слышались грохот и громкие крики. Чем ближе мы подбирались к эпицентру разборок, тем отчётливее доносились отрывистые команды.

— Лови!

— Выше!

— Ниже!

— Пригнись!

Внезапно небо озарила яркая вспышка, от которой стало светло как днём. Воздух пришёл в движение, бросив в нас с Сильвией пыль и сухие травинки. Чёрный крылатый монстр вознёсся ввысь, держа в когтистых лапах чью-то человеческую фигуру, казавшуюся невероятно хрупкой.

— Это же Райвен! — я ткнула в дракона указательным пальцем. — Но кого он схватил?

— Давай проберёмся поближе, а то не видно, — ответила Силь и, оглядевшись по сторонам, устремилась на городскую площадь.

Я побежала за ней, изо всех сил превозмогая усталость, но стоило нам свернуть за угол, как ноги подкосились, и я повалилась на тёплую, ещё не остывшую от жаркого солнца брусчатку.

Череп сдавило так, что я могла лишь выть от боли и страха. Кровь зашумела в ушах со страшной силой, и сквозь испуганное верещание подруги, я услышала знакомый холодный голос:

— Я так в тебе разочарован, Ливианна Одли. Неведомая мощь потянула меня к земле, и я распласталась по дороге, вжимаясь телом в неровные камни.

— Ещё один шаг, и я… — воинственно рявкнула Сильвия, но тут же истошно закричала. — А ну, пусти меня! Кусаться буду! Ай! Как больно! Больно!

Это какой-то кошмар, я даже не могу помочь подруге! Внутренности прожигало насквозь, меня вывернуло желчью, и я принялась жадно хватать воздух ртом. Хотелось кричать, но горло сжималось, не давая выдавить из себя ни единого звука.

— Ливи-Ливи, — Гордон обошёл меня справа, не позволяя поднять голову, и рывком дёрнул меня за волосы. Перед глазами вспыхнули красные и жёлтые круги, как праздничные салюты, но я кое-как смогла встать на ноги.

— Видишь? — он задрал мою голову вверх, заставляя наблюдать за драконом, который какими-то странными движениями перемещался с места на место, но отказывался выпустить жертву из когтей. — Рядом с твоим ненаглядным генералом находится мэр Остин. Жаль беднягу, но он всего лишь расходный материал. Мелочный, двуличный урод, променявший вверенный ему город на аналогичную должность в Серкерке и тройной денежный оклад.

— Предатель! — прошептала я, с ненавистью глядя на маленькую фигурку, кажущуюся с такой высоты игрушечной. Грудь сжал болезненный спазм, а по нёбу расползлась жгучая горечь.

— А ещё и убийца, — победно засмеялся Гордон Шайх. — Раз ты не смогла выполнить элементарный приказ, ещё каким-то образом ослабила моё воздействие, значит, это сделает другой. Тот, от кого Райвен никак не ожидает.

Дракон в небе издал оглушительный рык и ринулся к земле, сложив крылья. От ужаса из моего горла вырвался низкий, хриплый крик, и я чудом вырвалась из хватки тёмного колдуна.

— Эрдан!

В десятке метров над землёй зверю удалось расправить крылья. Мэр выпал из его когтей и повис на вершине дерева, отчаянно суча ногами и визжа как поросёнок.

— Помогите! Дракон хочет сожрать меня!

В панике я отскочила от Шайха, высматривая подругу. Силь, опираясь на локти и колени, надрывно кашляла, сплёвывая с губ бордовую пену. Отступая, я раскинула руки, защищая сирену, и прошипела, готовая сражаться до самого конца:

— Только тронь моих близких!

— Уже, — бледная тень улыбки исчезла с лица колдуна. Его мрачные черты заострились, а глаза заполонила чёрная тусклая пелена, от которой внутренности сковал ледяной ужас. — Генерал не жилец, сирена издохнет через полчаса. Хочешь спасти свою шкуру, ведьма, переходи на сторону Туманного культа.

— Через мой труп!

Я сжала кулаки, понимая, что в физической схватке мне его не одолеть. Да и что может сделать простая ведьма? Я ведь не владею мощной магией. Всё, что умею, то варить снадобья, парочку простеньких заклинаний, а ещё у меня есть…

Точно!

Как же я могла забыть!

Запрокинув голову вверх, я взвыла, посылая сильный импульс в сторону лавки:

— Зефи-и-и-ирчик! Скорее сюда!

— Кто? — непонимающе нахмурился Шайх, а через мгновение аж просиял. — Ты про своего блохастого кота?

— Именно!

Тело сотрясалось крупной дрожью, судя по звукам народ стекался к мэрии, но в нашем переулке не было никого, кроме нас троих. Краем глаза я заметила, что дракон над городской площадью, но отчего-то не может ни приземлиться, ни взмыть вверх.

— Спрашиваю последний раз, Ливианна Одли, ты предпочитаешь быть живой или мёртвой?

Гордон, теряя терпение, сделал шаг в мою сторону. Я же заметила справа от себя толстую ветку и принялась выжидать удобный момент, чтобы её схватить.

— Зачем я тебе нужна? — решила потянуть время и, затаив дыхание, шагнула вправо. Один рывок и ветка будет моя. Ерунда против сильного колдуна, но всё же какое-то оружие. Может, хоть Сильвии удастся сбежать.

— От тёмных колдунов и светлых ведьм рождается одарённое потомство, — снизошёл до пояснения Гордон Шайх, а меня передёрнуло от одной только мысли делить с ним постель.

Ещё и слово такое подобрал. Ужас!

Как будто речь не о детях, а о щенках или котятах.

— Ни за что! — выкрикнула и бросилась в сторону, обхватывая пальцами шершавую кору.

Наотмашь ударила ею Шайха, но он вскинул руку, и ветка об него сломалась! Он что, железный?

— Какая же ты дура, Ливианна Одли, — ядовито прошипел Гордон и, ловко перехватив ветку, выдернул её из моих рук.

Я вскрикнула, чувствуя, как сдирается кожа на ладонях. На тыльной стороне выступили красные бисеринки крови, наливаясь с каждой секундой. Та самая волна гнева, что пленила меня после воздействия Шайха, затопила с головой, и я бросилась на него, забыв об опасности!

— Получай! — завопила, пытаясь выдрать клок волос из густой шевелюры, но тёмный колдун без труда оттолкнул меня и влепил хлёсткую, жгучую пощёчину.

Левая часть лица болезненно пульсировала, в ушах звенело так, что я не слышала собственных мыслей. Гордон достал из кармана небольшой нож с чёрной ручкой и нарочито небрежно подкинул его в воздух.

“Это конец!” — обречённо подумала я, подаваясь назад и обнимая бледную, трясущуюся Сильвию.

Но едва колдун занёс над нами нож, как на него спикировал белый хищник и сбил мерзавца с ног! Зефирчик!

Но как он изменился!

Из крупного, ленивого кота с пухлой попой и вихрами на голове, фамильяр превратился в хищную зверюгу размером со льва, состоящую из мощных, литых мышц. Издав утробный рёв, кот принялся топтать поверженного колдуна и рвать на нём одежду, а я упала на мостовую рядом с Силь.

— Ты как? Очень плохо? Где болит? — непрерывно бормотала я, обхватив ладонями влажное от пота лицо сирены-полукровки.

Сильвию трясло, губы посинели, а на подбородке виднелись бурые разводы от выплюнутой крови.

— Всё будет хорошо, — слабо улыбнулась Силь, блеснув острыми иголочками клыков. — Ты девочка сильная, умная, Эрдан тебе поможет. Вы справитесь, уедете из Хеленсбурга и…

Она не договорилась и снова закашлялась, а у меня внутри будто лопнула натянутая струна. Грудь разрывалась от невыносимой боли, по щекам бежали слёзы, застилая глаза. Хотелось рвать и метать, кричать в голос от безысходности!

Прижав к себе слабеющую подругу, я судорожно обхватила её руками и прошептала на ухо:

— Мы уедем, Силь. Втроём. Я тебя не брошу. Найдём тебе самого горячего ведьмака столицы и погуляем на твоей свадьбе, только живи, хорошо?

— Обещаешь? — вымученно произнесла сирена, а уголки губ слабо дёрнулись в улыбке.

— Даю слово, — кивнула, тяжело дыша.

Надо срочно что-то делать. Ментальное воздействие Шайха убивает Сильвию и творит нечто непонятное со звериной сущностью Эрдана. А значит, есть только один выход: мне жизненно необходимо обезвредить колдуна.

Любыми средствами.

С жалобным воем Зефирчик отпрыгнул от Гордона, тряся вихрастой башкой. Морду моего фамильяра пересекала длинная царапина, а шерсть вокруг неё постепенно становилась красной.

— Это все твои фокусы? — вкрадчиво спросил Шайх, угрожающе надвигаясь на меня. Испачканный нож тускло блестел в бело-голубом свете луны, одежда на колдуне была порвана, волосы всклокочены, а левую ногу он как-то странно подволакивал.

Но даже в таком состоянии я не была с ним на равных. Оружия под рукой не было, и Гордон ловко опрокинул меня на землю, а сам навис сверху, занося над головой нож.

— Есть что сказать напоследок, Ливианна? — насмешливо поинтересовался колдун, вжимая меня в неровные камни, впивающиеся в спину, а второй рукой сдавливая шею.

“По крайней мере я сделала всё, что могла,” — мелькнула в голове обречённая мысль. Слёзы уж высохли и пощипывали кожу на лице. Раны на ладонях саднили, не давая потерять связь с реальностью, сердце билось с такой силой, что вот-вот было готово проломить рёбра и устремиться вверх, к Эрдану.

Вглядываясь в ночное небо, лишь бы не видеть торжествующий взгляд Шайха, я чувствовала, как тёмная пелена застилает угасающее сознание, раскинув крылья и стремясь отправить меня по ту грань реальности.

Последним, что я услышала, был изумлённый возглас колдуна:

— Вот демон!

Шум, крики и чьи-то стоны доносились издалека, как будто я находилась под тёплым, мягким одеялом. Тело казалось лёгким как пёрышко, я не чувствовала горечи и боли. Словно я сама стала драконом и парила над землёй под тёплым ночным небом Хеленсбурга.

Как мне хорошо!

— Пусти!

— Не видишь, Ливи плохо!

Плохо?

Я чувствую себя прекрасно! Нет больше проблем, обязанностей и забот, есть только…

— Ливи-и-и-и!!!

Истошный визг Сильвии подействовал на меня как ведро ледяной воды на колючем январском морозе. Распахнув глаза, я уставилась в ярко-голубые очи сирены и слабо застонала, оказавшись в давящем капкане её сильных рук.

— Задушишь.

Одно-единственное слово далось мне с большим трудом. Сильвия мигом ослабила хватку и указала пальцем на генерала, яростно выбивающего дух из обмякшего колдуна.

— Представляешь, когда я уже думала, что всё пропало, а Шайх тебя почти задушил, Райвен камнем свалился с неба, отодрал его от тебя и на ходу обратился! Рявкнул так, что листья облетели с деревьев, что он разорвёт Гордона и в человеческом обличьи! Вон он, как тряпку его швыряет, а мне почти мгновенно полегчало!

Стараясь переварить хлынувший поток информации, я поняла одно — Эрдан снова меня спас!

— Люблю его, — прошептала, держась за пострадавшее горло. — Люблю всех вас.

К нам подошёл Зефирчик, зализывающий раны. Ткнулся в меня лбом и улёгся в ногах, стуча по мне хвостом.

А дракон тем временем оставил в покое колдуна, неподвижно лежащего на мостовой, и велел подоспевшим на помощь солдатам:

— Закрыть ему глаза, уши и рот. Обездвижить и поместить в стазис до прибытия в столицу.

Поверженного Шайха тут же окружили трое подчинённых генерала Райвена. Фигуру врага обволокло свечение, впитываясь в его тело, а после резкой вспышки, едва не ослепившей меня, он превратился в бездушную статую.

Убедившись, что враг более не представляет для нас опасности, Эрдан бросился ко мне и сжал в сильных, но аккуратных объятиях. Покрывая каждый участок лица горячими поцелуями, он жарко шептал:

— Всё позади, моя ведьмочка. Больше тебя никто не обидит, даю слово. Как я рад, что успел, и что ты осталась жива.

Прижавшись к широкой драконьей груди, я закрыла глаза и слушала, как наши сердца бьются в одном ритме. Огонь моего возлюбленного прогонял темноту, исцелял, дарил надежду на безоблачное счастье.

Не в силах оторваться от Эрдана, я льнула к нему, шепча слова любви, и мечтала, чтобы эти мгновения длились вечно, пока нас не прервало робкое:

— Ваше Превосходительство, дык это, раз враг того, то можно мне в увольнительную?

Дракон угрожающе зарычал и нарочито медленно повернулся к Майеру, мнущемуся неподалёку. Я прыснула со смеху, зажимая рот ладонью, а Сильвия, оправившись от приступа, зацокала языком:

— Ох, парень, шёл бы ты.

— Дык я это, готов, — не понял намёков солдат, топчась с ноги на ногу. — Ща Варюшке дам задание, она приготовит лимонаду на всех. Отпраздновать, так сказать.

Ответом ему было дружное:

— Пошёл вон!

А сверху послышался плаксивый голос мэра Остина:

— Кто-нибудь, снимите меня! Как я вообще здесь оказался? Ничего не помню!

— Иди домой, Ливи, — прошептал мне на ухо любимый дракон. — Выпей чаю и ложись спать, ты и так сегодня переволновалась. Ах да, чтоб никаких посторонних в доме. И окно в спальне не закрывай. Я разберусь тут по-быстрому и скоро приду.

Эрдан вихрем умчался в сторону разрушенной мэрии, на ходу раздавая приказы, а я смотрела ему вслед и чувствовала, что вот оно, счастье. Рядом верный фамильяр, лучшая подруга, бестолковый друг, но главное, обожаемый мужчина. Тот кто защитит от всех врагов, избавит от проблем, согреет огненной любовью и подарит незабываемое путешествие над облаками.

Год спустя

Я нервно мерила шагами просторный кабинет моего мужа — генерала Эрдана Райвена и взволнованно кусала губы. Семейное торжество, посвящённое рождению нашего первенца — Файрелла Райвена, подходило к концу. И как водится, не обошлось без приключений.

— Ну Силь, ну пройдоха! — добродушно ворчала я, понимая, что не в силах по-настоящему злиться на подругу. — Знала, что нельзя допускать тебя до организации праздника, так нет! Умудрилась найти лазейку!

Изначально планировался тихий ужин в семейном кругу, но стараниями подруги с самого рассвета у дверей скопилась толпа желающих поздравить героя королевства, впервые ставшего отцом. Мало того, в числе приглашённых затесались Рихтер Майер с молодой супругой Варюшкой, а также из Хеленсбурга приехали Генриетта Фишер и миссис Пимбл в компании уже замужних дочерей!

Год назад, когда мой любимый дракон обезвредил главу Туманного культа — тёмного колдуна Гордона Шайха, к пострадавшим жителям Хеленсбурга вернулся контроль над сознанием. Сплотившись, они схватили мэра Остина, который попытался удрать, как только его сняли с дерева, и едва не устроили самосуд.

К счастью, ораторский талант генерала Райвена возымел эффект. Остин был отправлен в столичную тюрьму за сговор с тёмными колдунами. Он был приговорён к десяти годам лишения свободы, а вот Гордону меньше повезло — его с приспешниками казнили на главной площади. Новым мэром Хеленсбурга неожиданно для всех был выбран дядюшка Жиль, почувствовавший интерес к политике.

Эрдан сделал мне предложение руки и сердца той же ночью, как только с Шайхом было покончено. Он ловко спрыгнул с крыши на подоконник моей спальни и до полудня не выпускал из страстных, огненных объятий.

Пока дракон заканчивал дела в Хеленсбурге, я сварила жителям внушительный запас необходимых зелий и через неделю была готова отправиться с ним в столицу. Конечно же, в компании Зефирчика и Сильвии.

Подруга поселилась с нами в огромном особняке, и помогла открыть мне новую зельеварную лавку на одной из живописных центральных улочек. Именно Силь была рядом во время свадебной церемонии, а также приняла участие в выборе имени для нашего с Эрданом сына.

Кстати, перед отъездом из Хеленсбурга, Райвен нашёл Айзека Донована, как и обещал. Обратившись в зверя, он перехватил мужчину, идущего навеселе из трактира, поднял его в воздух и подвесил за воротник на вершине фонарного столба.

— Всё хорошо? — низкий, бархатистый голос мужа вернул меня из воспоминаний в счастливую реальность.

Обернувшись, я подалась вперёд, прижимаясь к мощной груди, и обвила его шею руками.

— Твои родные, наверное, в ярости от того, что ужин превратился в застолье на сто персон, — виновато посмотрела на него, закусив нижнюю губу. Кадык Эрдана красноречиво дёрнулся, а тёмные глаза вспыхнули, скользнув по моему лицу.

— Что ты, — тихо засмеялся дракон, мягко поглаживая меня вверх-вниз вдоль позвоночника. — Они не могут оторваться от Файрелла. Обступили колыбель и приветствуют нового родственника. Намекают, что нельзя останавливаться на одном. Хотят трёх, как минимум.

— Я не против, — смущённо опустила глаза, поглаживая кончиками пальцев его шею в расстёгнутом воротнике рубашки. — Но не сейчас.

— Угу, — с хитрой улыбкой кивнул Эрдан, прокладывая дорожку из жгучих поцелуев от лба к шее и ниже. — Чуть позже, когда все уйдут.

Земля под ногами покачнулась, и я покрепче ухватилась за широкие плечи любимого мужа, впиваясь аккуратными ноготками и вызывая из его груди глухой стон. Откинув голову, я наслаждалась сладкой, откровенной лаской, пока не хлопнула дверь и на пороге не раздался возмущённый голос Силь:

— Вот вы тут обнимаетесь, а меня унизили!

— Сочувствую, — пробормотал Райвен, не отрываясь от своего занятия.

— Твой кузен, между прочим! — рявкнула Сильвия так, что в кабинете задрожали стёкла.

Я нехотя отстранилась от дракона и с сочувствием посмотрела на подругу. Кузен Эрдана был немногим старше сирены-полукровки, и в его жилах тоже текла смешанная кровь. А ещё он был до ужаса острым на язык и не лез за словом в карман, за что не однократно получал заслуженных…

— Нет! — перебила мою мысль Силь.

— Что Зэйран вытворил на этот раз? — устало спросил муж, понимая, что быстро отделаться от возмущённой сирены уже не получится.

— Сказал дать ему неделю, — она махала руками как птица крыльями. — Мол, рыжая, дай мне семь дней, и ты сама будешь умолять меня о свидании. Каков нахал, а? Ты его научил, да, Эрдан?

— Нет, — чересчур поспешно замотал головой Райвен. — Но почему бы и не попробовать? Ты полукровка, он полукровка. Вдруг действительно получится?

— Через мой труп! — топнула ногой Сильвия и умчалась из кабинета, взмахнув кудрявой рыжей гривой.

— Зэйрану сразу понравилась Силь, — прошептал на ухо дракон. — Я просто подсказал ему ключик, как можно её зацепить.

Я счастливо засмеялась, предчувствуя, что спокойных дней в нашей жизни не будет. Но в этом и есть счастье! Настало время и Сильвии почувствовать себя любимой.