Уже подходя к нашей общей с Данаем гостиной, я услышала смех. Женский смех. Кто-то из племянниц? Но эту мысль я почти сразу отмела. Чтобы кто-то из девушек вот так вот запросто хохотал в компании короля, это должен был снег пойти летом.

Может, вернулась Аврора или Мона? Но смех богинь я хорошо знала. Аврора смеялась — словно серебряные колокольчики на ветру звенели. А у Моны смех был, словно золотые монетки пересыпались.

Под кожу ядовитой, черной змеей закралось страшное подозрение. Сердце болезненно сжалось, а я ускорила шаг. Не может быть. Не может быть.

Набрав в грудь побольше воздуха, словно перед прыжком, я с размаху распахнула двойные двери. Смех тут же стих. Я не смогла увидеть лица Даная, только лишь потому, что на его коленях сидела какая-то девица. Бронзовые локоны с завитком рассыпаны по плечам, в дорогом платье. Нет. Нет-нет-нет.

Девушка повернула ко мне голову, и мои худшие догадки подтвердились: на коленях Даная сидел мой двойник. Моя точная копия раскраснелась от смеха, зеленые глаза блестели. Неужели это я так выгляжу, когда дракон со мной заигрывает?

Из-за рыжих локонов показалось лицо моего жениха. Данай нахмурился, глядя на меня. Я замерла, ожидая чуда: что дракон сейчас поймет свою ошибку, скинет с колен ненастоящую меня, кинется ко мне. Я с ожиданием заглянула в его глаза, но там лишь мелькнуло раздражение.

— Это кто? — Обратился он к моей копией на своих коленях.

Я схватилась за косяк. Этот день, которого я так боялась, настал — он не узнает меня. Я почувствовала, как теряю опору под ногами.

— Может, новая фрейлина? — Пожала плечами рыжая, склонила голову, глядя на меня скучным взглядом.

— Что-то случилось? — Дракон обратился ко мне, нахмурившись пуще прежнего.

— Нет-нет, ничего… — Едва слышно проговорила, закрывая за собой дверь.

То, чего я так боялась — случилось. Мой жених забыл меня.

Жизнь королевского замка сильно изменилась после того, как Данай взошел на престол. Кое-какие порядки остались теми же, но кое-что претерпело радикальные изменения. Например, семья бывшего короля Кадма.

Данай долго думал, что делать с братом, его женой и дочками. В конце концов, решил отправить супругов в небольшое путешествие к морю.

— Они давно не были наедине друг с другом, небольшой отдых им не помешает, — заявил мой жених, подписывая очередные бумаги. — К нашей свадьбе вернуться.

А вот юных принцесс он оставил при дворе. И не скажу, что я была в восторге от этой идеи.

— Мои племянницы, пусть и сводные, по-прежнему остаются принцессами королевской крови, — спокойно ответил дракон на мое справедливое возмущение. — Нам выгодно не делать из них врагов, отправляя за тридевять земель, а воспитать своих союзниц. Девочки могут стать выгодным дипломатическим орудием.

Конечно, по большей части, король был прав. Да вот только в своих расчетах он не учел, что это “дипломатические орудия” — не просто мебель или драгоценности, которые можно было обменять по выгодной цене, а пятеро живых существ со своим характером и потребностями. И так как Данай был чрезвычайно занят государственными делами, которые бременем легли на его плечи, то я внезапно стала то ли нянькой, то ли строгой классной дамой для пятерых принцесс.

И это была отдельная, не самая веселая песня. Две старших — Прима и Секунда, — были уже девицами на выданье. Причем Прима была моей ровесницей, а Секунда всего на два года младше. А еще эти двое сплотились в обиженную коалицию, которая выступала резко против, что трон их отца занял какой-то бастард.

Терция, ей было шестнадцать, была единственной из всей королевской семьи, поцелованная богами. То есть — наделенная магией. Причем, насколько я поняла, какого-то немаленького уровня. Но вместо того, чтобы посвятить себя чему-то безобидному вроде целительства или, на крайний случай, алхимии, Терция вбила себе в голову, что ей во что бы то ни стало стать боевым магом. И родители не очень-то потакали этой затее. Однако, когда Данай дал девочке полную свободу, то быстро приобрел себе союзника в ее лице.

Кварте, четвертой принцессе, недавно исполнилось четырнадцать. Она была большой мечтательницей и, как говорят, немного не в себе. Больше витала в облаках с розовыми пони, чем была включена в земные дела. Поэтому ни протесты старших, ни внезапно изменившаяся власть, её вообще не интересовали.

И, наконец, Квинта. Вот уж кто был рад и Данаю, и мне. При знакомстве она долго расспрашивала короля о драконе, о его дальнейших политических шагах. А когда услышала, что первым делом Данай собирается возродить старые храмы, очень обрадовалась и сказала, что у нее есть пару проектов, которые она хотела бы реализовать в жизни. Это в двенадцать-то лет! И всё бы ничего, я была даже рада такой союзнице, но и тут оказалось не без сюрпризов. Квинта почти не общалась с сестрами, зато всем ее играм и занятиям составляла компанию её подруга… которую никто и никогда не видел. В общем, младшая принцесса общалась только с воображаемыми людьми.

И вот в этой чудесной компании теперь проходило почти каждое мое утро.

Для сегодняшнего завтрака я выбрала легкое голубое платье, распустила волосы, собрав только локоны со лба сзади атласной лентой. Мне вовсе не хотелось становиться скучной придворной дамой, которая до дрожи в пальцах боится нарушить придворный этикет и сказать что-то не то. В этом я была полностью согласна с Данаем, который с первого дня здесь говорил, что двор закоснел в своих древних правилах. Именно поэтому я позволила себе немного неформальный наряд.

Что не скажешь о принцессах. Все пятеро пришли в строгих нарядах, будто на официальный прием к королю, а не на семейный завтрак. Но каждая умудрилась выделиться.

Ладно, то что Терция игнорировала юбки и платья, я уже привыкла. Сегодня девочка тоже пришла в брюках, камзоле и, кажется, сразу после тренировки. На щеках ее алел румянец.

Необычный наряд Кварты уже тоже не приводил в культурный шок — под укороченное платье (ей еще не положено было носить длинное) было поддето куча нижних юбок, на шее висели все бусы, какие были в наличии у Кварты (подозреваю, несколько она утащила у сестер), в голове свежие цветы из сада. В общем, четвертая сестра была похожа на праздничный торт. Тоже обычное для Кватры дело.

Но вот когда я увидела старших, брови мои поползли вверх. Наряды у Примы и Секунды были обычными, а вот волосы… От роскошных русых прядей остались обрубки. Прима обстригла волосы до ушей, у Секунды чуть-чуть не доставали до плеч. Резали волосы девушки сами и, видимо, впопыхах.

Последней зашла Квинта, весело мне помахав.

Боги милосердные, за что мне это?

Наконец, в столовую зашел Данай. Все девочки присели в реверансе. Король сел за стол, все расселись по своим местам следом. Пока подавали еду и разливали чай, король аккуратно сжал мою ладонь и виновато улыбнулся. Сердце мое затрепетало, я улыбнулась в ответ. Что же, мир был восстановлен.

— Прима, Секунда, я смотрю, у вас новые прически, — заметил Данай. — Очень смело. Позвольте спросить, откуда такие новаторские идеи?

— Мы знаем, зачем вы держите нас тут. — Слово взяла Прима, вскинув голову.

— Да? И зачем же?

— Чтобы выдать замуж, словно племенных лошадей. Вряд ли кто-то захочет жениться на таких уродинах. — Прима явно была довольно собой. Секунда согласно кивнула, опалив меня горящим взглядом.

Данай откашлялся в кулак, скрывая смех, я промокнула салфеткой рот, стараясь улыбаться не очень широко. Принцессы явно зря старались. С их миловидными чертами лица и большими глазами Августов всех оттенков голубого, они могли обриться налысо и надеть на себя мешки из-под муки, все равно были красивыми. И все равно оставались принцессами. И это играло куда большую роль, чем внешность.

— И что же вы собираетесь делать, если замуж не пойдете? — Вежливо поинтересовался Данай, размешивая ложечкой сливки в кофе. — Останетесь старыми девами при дворе? Теми самыми стареющими тетками, которые наводят ужас на своих племянников и внуков одним своим чопорным видом и старомодными чепчиками?

Терция демонстративно фыркнула, Кварта улыбнулась. Секунда растерянно захлопала глазами, очевидно, она не думала дальше своего бунта, а вот Прима зло нахмурилась.

— Есть ещё тысяча других занятий, которыми можно было заняться, кроме замужества. — Заявила она с вызовом.

— Да? — Данай продолжал оставаться в нейтрально-вежливом тоне. — И что же вы умеете?

— Петь, танцевать…

— Вышивать! — Вставила Секунда.

— Ага. То есть, будете петь, танцевать или обшивать ваших сестер? — Данай отпил свой кофе.

— Почему сестер? — Поморщилась Прима.

— А кого же? Солдат в казарме?

Они втроем пререкались так еще некоторое время. Я в разговор не лезла, тихонько наблюдая за остальными тремя сестрами. Так проходило почти каждое наше утро. Хоть что-нибудь новое…

Но все это было гораздо лучше, чем то, что ждало меня днем после учебы: предсвадебные хлопоты. Ясное дело, что всё что касалось выбора оформления, меню, нарядов для фрейлин, всё было на мне. Аврора и Мона давно покинули замок, у богинь теперь были дела поважнее, чем быть на побегушках у нового короля. Да и я бы не решилась просить их о помощи. Но сама уже была готова на стенку лезть.

После завтрака меня ждала встреча по поводу выбора скатерти и салфеток. Швея все пыталась мне втолковать разницу между цветом кости и молочным, на мой взгляд разницы не было никакой. Но, в конце концов, мне надо было что-то решить.

Когда я вошла в гостиную, где меня ждала швея, та уже собирала образцы и, судя по всему, собиралась уходить.

— Ваша светлость. — Она оторвалась от своего занятия, удивленно уставившись на меня.

— Вы уже уходите? — Я также удивленно уставилась на нее.

— Эм… — Женщина обеспокоенно заозиралась. — Ну. Да? Мы ведь с вами уже всё решили.

— Что мы решили? — Тупо переспросила я, не понимая, что происходит.

— Ну… Выбрали ткань для салфеток и скатерти, а также…

— Подождите, — прервала я швею. — Когда мы успели это сделать?

Теперь женщина смотрела на меня как на умалишенную.

— Десятью минутами ранее, Ваша светлость.

— Ничего не понимаю… — Пробормотала я, покачал головой. Может, у меня уже провалы в памяти? Столько дел надо было держать в голове, не удивительно, что что-то от меня ускользает. — И что мы с вами выбрали?

Швея, проявляя чудеса терпения, снова достала ткани, показывая мне, что я выбрала десятью минутами ранее. Поколебавшись, я все же согласилась со своим предыдущим мнением. В целом, мне уже было все равно, какого цвета будут эти злополучные салфетки. Думаю, на празднике мне все равно будет не до них.

Странное происшествие вылетело у меня из головы под давлением огромного количества дел. Я металась по замку, словно сама была зачарованной метлой. Нужно было решить тысячу дел, проконтролировать миллион процессов, а еще не забыть про занятия. Сразу после того, как мы обосновались в замке, я попросила у Даная выделить мне учителей, чтобы заполнить пробелы в образовании. Кто же знал, что обучение вместе с замковым хозяйством выйдет мне боком? День мне теперь казался ужасно коротким, я едва успевала сделать все дела. И с нежностью вспоминала дни в доме Даная, где я просто читала книги…

Я даже едва не забыла о том, что у меня была встреча с Терцией.

Пока Данай был занят государственными делами, я решила прощупать почву в отношении девочек. Мне не хотелось участвовать в подковерных интригах и играть против своих почти племянниц, а найти какой-то компромисс в наших отношениях. Начать я решила с Терции. Почему-то именно третья из сестёр казалась мне наиболее понятной в своих желаниях и мотивации.

Я зашла в гостиную, где для нас должна были накрыть чай с десертом, немного запыхавшись.

— Прошу прощения за опоздание…

Терция, сидевшая за столом, так и застыла, не донеся чашку до рта. Девочка смотрела на меня своими большими голубыми глазами так, будто я была привидением.

— Что? — Невольно вырвалось у меня совсем не по этикету. Оглядела себя. — Что-то не так?

— Ты же только что ушла. — Терция намеренно пренебрегала правилами приличия и упорно звала меня на “ты”. Впрочем, я была не в обиде.

— Что значит: ушла?

— Ну, минут десять назад зашла, извинилась за то, что у тебя много дел, сказала, что перенесем наш разговор на другой день и ушла. — Терция так и сидела, вцепившись обеими руками в чашку.

Я почувствовала, как у меня голова пошла кругом. Да что тут происходит?!

— Ваша светлость, — в голосе Терции послышалась тревога. — Ты в порядке?

Я неуверенно кивнула, молча дошла до стула и тяжело на него опустилась. Принцесса смотрела на меня, ожидая, что я объясню ей что-нибудь, но напрасно. Не скажу же я ей, что схожу с ума? Но Терция сделала свои выводы.

— Тяжелый день? — Понятливо поинтересовалась она. Я снова кивнула.

— Если ты не против, я все же выпила бы чаю.

— У меня не было других планов, — пожала плечами принцесса, все же настороженно на меня глядя. И я её понимала. Меня бы тоже тревожила будущая родственница с провалами в памяти.

Пара глотков душистого чая привели мысли в порядок. Сердце перестало биться как безумное, и я смогла сосредоточиться на своей собеседнице.

— Не буду долго ходить вокруг да около, — выдохнула я, отставляя чашку и берясь за печенье. — Хотела спросить о твоих планах на будущее.

Терция кивнула, будто и ждала этого вопроса. Ну и славно. Я пока была неопытна во всех тонкостях придворного этикета и крайне завуалированных очевидных вопросов.

— Хочу поступить в магическую академию. — Твердо сказала она. — А потом стать придворной волшебницей.

— Ого. — Не удержалась я от удивленного вздоха. Как амбициозно.

— Замуж не хочу, — продолжала Терция, — но, полагаю, это неизбежно?

— Боюсь, что да. — Я внимательно посмотрела на девочку перед собой. Нет, девушку. Все-таки Терции было шестнадцать, а по разуму она вполне могла дать фору своим старшим сестрам. — К сожалению, принцессы не могут полностью принадлежать себе. Но до твоего замужества еще далеко, — поспешила я успокоить племянницу. — Ещё два года до совершеннолетия, да и король не имеет права выдать тебя замуж вперед старших сестёр.

Терция, казалось, о чем-то задумалась. Я терпеливо ждала, ломая в пальцах печенье. На тарелке передо мной уже была целая горка крошек. В конце концов, девушка кивнула, отчего её высокий хвост, собранный на затылке, покачнулся.

— В таком случае я хочу замуж за достойного человека, желательно тоже мага. И финальное слово за мной. Его величество же сможет пойти мне навстречу? — Она серьезно взглянула на меня.

— Я обязательно поговорю с королем, — мягко ответила я. А сама пообещала себе во что бы то ни стало уговорить Даная отправить Терцию в магическую академию.

Спустя еще пару глотков чая, я рискнула задать самый волнительный вопрос:

— А что насчет твоих родителей?

Терция передернула плечами, отвела взгляд.

— А что с ними?

Вот еще одна проблема, которую надо было решить после свадьбы. Данай пока не определился, как будет безопасней, оставить брата и его жену подле себя, чтобы следить за ними, либо сослать куда-нибудь на окраину королевства. И так, и так они представляли опасность. Точнее, бывшая королева. Я быстро поняла, что именно она в семье являлась главной и руководила не только мужем, но и страной. Властолюбивая женщина, которая не мытьем, так катаньем постарается вернуть ускользнувшую власть.

Понятное дело, что принцессы в грехах родителей были совсем не виноваты. И я хоть и тревожилась на их счет, не могла не согласиться с Данаем — лучше устроить их будущее лучшим образом, чем оставить прозябать у черта на рогах.

— Скучаешь по ним?

На этот раз Терция думала довольно долго. Допила почти весь свой чай, внимательно посмотрела на меня, будто решая, можно ли мне доверять.

— По отцу, быть может, немного. На самом деле… — Она поколебалась немного и все же продолжила. — На самом деле, мы были не очень близки. Матушка не столько занималась нами, сколько наряжала как кукол и ждала, чтобы мы вели себя так, как ей хотелось. Отец был с нами ласков в перерыве между государственными делами и любовницами.

Терция закусила губу, справляясь со своими эмоциями. Я тихонько вздохнула. В детстве я всегда мечтала стать принцессой. Но как оказалось, принцессам в их красивых замках ничуть не лучше, чем сиротам в борделе. Разве что, надо не так много работать, а очень много учиться.

— Матушка ненавидит мой магический дар. — Продолжила Терция разговорившись. — И согласилась на то, чтобы мне дали наставника только после того, как нечаянно сожгла шторы, тогда она поняла, что магический дар не пройдет сам собой, как простуда, а его надо контролировать.

Мы еще немного поговорили, и Терция сбежала, сказав, что у нее тренировка. Я со вздохом облегчения откинулась на мягкую спинку стула. Что же, кажется тем, что Данай разрешил Терции ходить в брюках и уделять время тренировкам столько, сколько ей самой хочется, мы получили себе крепкого союзника в лице принцессы. Осталось разобраться с пятью остальными…

Мысли мои оказались материальны. Только я хотела уйти, как в гостиной появилась знакомая фигура Примы.

— Я слышала, что вы разговаривали с Терцией. — Заявила она с порога, уверенно проходя внутрь. — Не слишком ли много ты на себя берешь, выскочка?

— Что ты сейчас сказала? — Выдохнула я, едва не теряя дар речи от слов принцессы.

— Выскочка. Выскочка. Выскочка. — Повторила Прима, прошла вперед. Её прическа по сравнению с утром явно выглядела лучше. Видимо, с ней поработала камеристка. К тому же сзади волосы подхватывал пушистый бант, и Прима теперь выглядела еще очаровательнейю, чем была. У меня даже закрались в голову подозрения, что эта радикальная смена образа была намеренной.

— Ты не имеешь права так со мной разговаривать. — Я вцепилась пальцами в кресло, с которого только встала.

— Еще как имею, и ты это знаешь. — Невозмутимая Прима с видом победительницы прошла вглубь комнаты, села на место ушедшей Терции. — Вылезла непонятно откуда, метешь на мое место. Еще большой вопрос: кто ты на самом деле.

— На твоё место? — Я подумала, что ослышалась.

— Конечно. — Прима кивнула. — Досадно, что отец остался без трона, но с его мягким характером — ничего удивительного. Рано или поздно это случилось бы, несмотря на все старания матери. Однако, — девушка улыбнулась. — Так, может быть и лучше. Ведь теперь я стану королевой. А так, пришлось бы выходить замуж куда-нибудь на другой конец земли.

— Станешь королевой? С чего ты взяла?

— Потому что я выйду замуж за Даная.

Хорошо, что я стояла рядом с креслом. Я где стояла, там и села. Нет, у меня даже в голове это не укладывалось. Может, у Примы такой идиотский юмор?

— Даже не знаю, какой вопрос задать первым. — В сердцах поделилась я. — Не смущает ли тебя то, что у него есть невеста или то, что он твой дядя?

— Невеста не стенка, подвинется. Тем более, такая как ты. — Прима оглядела меня с ног до головы, а по ощущениям, будто ведро с помоями опрокинула. Как много в ней яда! А притворяется такой невинной овечкой, которую притесняет злой родственник. — Что до нашего родства, то оно довольно эфемерно. Во-первых, они с моим отцом лишь сводные братья. Во-вторых, примеров, когда дядя женился на племяннице множество. Вспомни, хотя бы короля Макрина… — Она прервала свою пламенную речь и с презрением усмехнулась. — Ах да. Откуда тебе знать, ты же не учила историю.

Ну всё, терпение моё лопнуло.

— Знаешь что, Ваше высочество. — Я почувствовала, как щёки мои вспыхнули. — То что ты родилась в королевской семье, ещё не делает тебя ни самой умной, ни самой хитрой. Ты можешь сколько угодно метить на место королевы, но истина в том, что такую занозу в заднице никто не захочет брать замуж, какой бы красивой ты ни была. И это я ещё из уважения к твоему титулу, мягко выразилась!

Прима вскочила, теряя хваленое самообладание.

— Ты… ты… — Она задохнулась от эмоций. Что, думала, что я молча буду терпеть её оскорбления? Это только с Данаем я могу себе позволить быть кроткой. — Вылетишь отсюда, и дюжины дней не пройдет!

— Да? Может, еще скажешь, что из-за тебя? — Я тоже встала.

— Помяни мои слова! — Прима погрозила мне длинным пальцем с кольцом и выскочила за дверь.

И после этого мне еще будут говорить, что у меня нет воспитания. А это тогда, что такое было?

И как я ни пыталась остаток дня отогнать от себя слова, брошенные принцессой, то и дело возвращалсь к её угрозе. Не вылететь из замка, конечно, а к угрозе забрать Даная к себе. Возможно ли такое? Как ни крути, Прима была куда более выгодной партией, чем я. Это позволит Данаю подтвердить свои права на трон, да и сама Прима всю жизнь училась тому, как быть королевой, она явно подходит на эту роль лучше. Не говоря уже о том, что она действительно очень красива…

Я потерла солнечное сплетение, где притаился знак истинности. Маленький дракончик отозвался слабым теплом. Я должно больше верить в Даная, в наши чувства. Но всё происходящее явно выбивало меня из сил.

Вечером после ужина мы с Данаем сидели в его кабинете. Точнее, он сидел на одном углу дивана, а я лежала, накинув на него уставшие ноги. Одной рукой мой дракон мял мои ступни, второй придерживал бумаги, в которых что-то вычитывал. Я лежала, любуясь им. Нет, все же, что бы ни говорила Прима, ничего у неё не выйдет.

В этот момент Данай повернулся ко мне. Взгляд у него был пустой. Кажется, его мысли еще бродили среди прочитанных строк. Но потом я поняла, что дело вовсе не в этом. Он совершенно точно смотрел на меня, но как будто не видел. Или не узнавал. Сердце мое забилось испуганной птахой, в горле мгновенно пересохло. Дурное предчувствие вихрем закрутилось с беспокойством…

— Мне показалось сейчас, — Данай ласково провел ладонью по моей лодыжке, улыбнулся, — что у тебя волосы, словно золото. Какая странная игра света.

Его льдисто-золотой взгляд потеплел, у меня отлегло. Я нервно усмехнулась. Да уж, странно.

Король, наконец, отложил бумаги, устало потер переносицу. Ему в последнее время так много приходится работать. Станет ли со временем полегче?

— Как прошел твой день? — Данай взялся обеими руками за мои ступни.

— Насыщенно. — Я усмехнулась. Конечно, я не буду ему ябедничать про Приму. — Когда ты просил меня приглядеть за племянницами, я не думала, что это будет целый школьный класс!

— Привыкай, — рассмеялся Данай, проминая мои ноги. — Однажды тебе придется также возиться с нашими детьми.

— Но не сразу с пятью! — Я рассмеялась, но все равно немного покраснела.

— Кстати об этом… — Мужчина коварно улыбнулся, и рука его заскользила выше под платье. По коже побежали мурашки, в одно мгновение внизу живота у меня скопилось тепло. Я заколебалась. Мне ужасно хотелось поддаться, но все же я уперлась ступней в мужскую грудь.

— Эй. Кажется, мы договорились еще утром. — С улыбкой заметила я.

— Да? Не помню такого. — Данай сделал самые невинные глаза. Но я была неприклонна. Мой жених рассмеялся. — Ладно-ладно, моя суровая богиня. — Он поцеловал меня чуть выше косточки лодыжки и отпустил. — Что же, и спать мы теперь тоже будем раздельно?

— Почему бы и нет. — Улыбнулась я, расслабляясь. — А то там целое крыло для королевы, а я там еще ни разу не была.

— В таком случае, я могу хотя бы выпить чай со своей невестой?

— Если заваришь его сам, — рассмеялась я.

Когда уже Данай возился с чашками и глиняным чайничком, я решилась спросить прощупать почву по поводу принцесс.

— Я хотела с тобой поговорить по поводу Терции.

— А что с ней? — Дракон не отрывался от своего медитативного занятия. По комнате разносился знакомый запах сена.

— Она хочет поступить в магическую академию…

— Ни за что. — Отрезал король.

Я опешила. Он даже не дал мне возможности объясниться, даже не подумал над моими словами. Как резко.

— Но почему? — Вырвалось у меня.

Данай выдохнул, отставил чайничек. Я видела, как тяжело ему дается быть сдержанным.

— Потому что это опасно, Элла. Ты думаешь, я просто так оставил девочек при дворе? Принцесса — сильное оружие в правильных руках. Если меня попытаются шантажировать при помощи племянниц, то я не смогу остаться в стороне. — Он поднял на меня взгляд. — Я же не могу приставить к ней по трое стражников, чтобы они сопровождали ее повсюду в Академии?

Я вздохнула. Данай прав, конечно. Хотя мне казалось, что Терция сама в состоянии справиться с любыми обидчиками. И расстраивать девочку ужасно не хотелось.

— Мы можем хотя бы подумать? — Предприняла я еще одну аккуратную попытку. — Получается, единственная задача в том, чтобы обеспечить сохранность Терции?

— Почти. Еще помимо ее физического здоровья, девочку могут переманить на другую сторону. И из союзника она запросто может превратиться в претендентку на трон. Или жену нового короля.

Я невольно вспомнила о словах Примы. Да что и говорить, а принцессы — идеальный инструмент в руках тех, кто хочет заполучить власть тем или иным способом. А у нас целых пять принцесс, одна другой великолепнее.

Я замолчала, расстроенная исходом разговора. Если послушать Даная, то вариантов для Терции не оставалось. Король, по всей видимости, почувствовав мое настроение, тоже замолк, погрузившись в свои мысли. Атмосфера в комнате сразу стало тяжелой, неприятной. Я спохватилась, попыталась перевести тему.

— Знаешь, я тут поняла, что так толком и не видела столицы. А еще мы с тобой так поглощены делами, что совсем забыли о том, что такое развлекаться. — Я улыбнулась. — Может, попробуем погулять как-нибудь? Хотя бы инкогнито. Покажешь мне город.

— Вряд ли в ближайшее время это получится, Элла. — Данай смотрел куда-то в сторону, отхлебывая свой чай. Я поджала губы. Неужели дел так много?

— Ну, а хотя бы в замке? Можем же мы придумать что-то здесь…

— Посмотрим.

Все мои попытки расшевелить дракона потонули в этом холодном “посмотрим”. Внутри меня поднялась волна раздражения. Что за идиотское “посмотрим”? Почему вообще я одна должна скакать вокруг Даная в попытках наладить отношение?

— Я устала. — Я резко поднялась. — Доброй ночи.

Мой жених даже не попытался меня остановить. И от этого стало еще горше.

Утром меня снова ждал завтрак с племянницами. На этот раз настроения у меня совершенно не было. Я твердо решила больше не выступать арбитром на этих “милых” семейных посиделках. Если девочки будут вести себя неподобающе, пусть Данай сам разбирается со своими дорогими племянницами.

Для завтрака я выбрала легкое, но закрытую серую пару — юбка, блузка и серая с белым позументом укороченная куртка. Я напоминала себе классную даму в школе для благородных девиц. Как раз подстать моему настроению — серо, блекло, никак. Только волосы пожаром выбивались из этой картины. Но я приказала собрать их сзади в крепкий пучок, и образ был идеально завершен.

Зато принцессы сегодня блистали. Особенно Прима. Старшая принцесса надела красивое с золотом платье, которое открывало ее худые плечи и точеные ключицы вразлет. Короткие волосы подчеркивали ее черты лица, а изящную шею она перехватила симпатичной бархоткой. Даже у меня дыхание перехватило от ее внешнего вида. Я никак не могла оторвать взгляда от этих плеч. Что уж говорить о Данае. Он то и дело бросал взгляды на свою племянницу. Я лишний раз удостоверилась, что в радикальном обрезании волос был весьма продуманный план. Потому что Секунда теперь, после того как с ее волосами поработала камеристка, выглядела больше девочкой, чем взрослой барышней — невинный взгляд, пухлые щечки. Ей хотелось выдать леденец, а не замуж. Прима, безусловно, на фоне сестры выигрывала. Вот змея. Даже сестру не жалко в этом сражении.

Ещё и вспомнив о своем праве старшей, принцесса села за круглым столом рядом с драконом. Я была по правую руку, а она по левую, хотя раньше там сидела Терция. Та, увидев, что ее место занято, отнеслась к этому философски, и села между Секундой и Квинтой. Точнее, между Секундой и пустым стулом. Потому что Квинта приказала поставить еще один стул для своей невидимой подруги.

В итоге половину завтрака я наблюдала за тем, как Квинта предлагает своей невидимой подруге чай и еду, а вторую половину — как Прима пытается так и эдак привлечь к себе внимание короля.

— Положить вам еще пирожное, Ваше величество? Может, чая, Ваше величество?

И то поведет своим плечиком, то стрельнет взглядом из-под пушистых ресниц. Я с удивлением понимала, что Прима использует те же самые приемчики, что и девочки в борделе, когда пытались привлечь к себе клиента с кошельком потолще. Вот уж, женское искусства обольщение неизменно.

Я старательно пыталась не закатывать глаза и не вестись на эту дешевую игру. Только повторяла про себя: Данай меня любит. Я уверена в наших отношениях. Я выхожу за него замуж через три недели. Данай меня любит…

Увлеченная этим театральным представлением, я не заметила, как за противоположным концом стола разворачивалась настоящая катастрофа.

Квинта и Кварта сегодня удивительно дружные, о чем-то там долго шептались, потом хихикали, а потом начали играть с едой. У Кварты на тарелке росла целая башня из пирожных, у Квинты — заградительное укрепление из вафель. Кажется, девочки играли в “Захват замка”. Терция косилась на все это с интересом, но участия пока не принимала, хотя мне казалось, что вот-вот начнет раздавать стратегические советы.

— Хотите апельсин, Ваше величество? — Прима потянулась через весь стол за тарелкой с апельсинами, хотя прекрасно могла попросить об этом слугу. И очень вовремя. Атака замка началась, еда полетела в разные стороны. Мгновение и огромная башня из крема обрушилась на вафельную стену, разбрызгивая крем по столу. Я оперативно отодвинулась от стола, Данай успел поставить защиту, так что крем в него не попал, зато Прима тут же оказалась вся в белом и розовом. Волосы, платье, красивые ключицы…

— Кварта! — Разлетелся крик разъяренной “кошки”.

— Ой-ой. — Прокомментировала Квинта, которая пострадала не меньше. Секунда и Терция, которые остались вне зоны обстрела, сдавленно хихикали. Я тоже с трудом сдерживала смех.

— Да я тебя сейчас… — Начала было Прима выпрямляясь.

— Тихо. — Разнесся голос дракона над столовой.

Давно я не слышала этого командного тона. Даже мне на какое-то мгновение стало не по себе.

— Кварта, Квинта. — Девочки тут же повскакивали со своих мест, вытянулись по струнке. Да уж, командный тон дракона — это тебе не шутки. — Я разочарован вашим поведением. — Объявил король, убирая магический щит. — Вас ждет наказание…

— И очень суровое! — Пригрозила Прима. Меня даже передернуло. И чего она лезет? Считает себя вправе командовать сестрами наравне с королем?

— Прима. — Прервал старшую принцессу Данай вставая. — Приведи себя в порядок. И впредь, будь добра, на завтрак не надевай столь откровенных нарядов. Элла. — Мужчина повернулся ко мне, подал руку. Я вложила пальцы в чужую ладонь, встала внутренне ликуя. Лицо у Примы было такое, что сливки в сливочнике точно скисли.

Лишь когда мы с королем скрылись за дверьми, я позволила себе тихо фыркнуть. Данай тоже улыбнулся, поцеловал мои пальцы.

— Ты говорила, что вы с Примой ровесницы? — Я кивнула. — А такое впечатление, что ей не больше пятнадцати. Так топорно меня еще никто не пытался обольстить.

— Так ты заметил? — Я встрепенулась.

— Конечно, заметил. Еще бы немного, и она бы залезла на меня сверху. Не принцесса, а… — Он не стал продолжать, но я и так все поняла, не удержалась от улыбки.

— Думаю, у нее есть планы на тебя. Она чувствует себя обделенной. — Поделилась я, пока мы шли по коридору к кабинету Даная.

— Думаешь? — Дракон сделался задумчивым. — В таком случае мне нужно решить эту проблему поскорее. Я не готов еще отбиваться от любвеобильной племянницы. — Мы подошли к двери, Данай склонился и нежно поцеловал меня, пуская по телу тепло. Как в старые добрые. — У меня будет к тебе просьба.

— Найти Приме жениха? — Я поморщилась.

— Нет. — Данай улыбнулся. — Заняться наказанием для Кварты и Квинты. Не смотри на меня так, я знаю, что они всего лишь дети. Но, кроме того, они еще и принцессы.

— Я придумаю что-нибудь, — кивнула я. Дракон расцвел улыбкой, и у сердца у меня потеплело.

— Я знал, что могу на тебя рассчитывать. — Он поцеловал мои пальцы. — Клянусь, Элла, если бы не ты, я бы не справился.

— Где?

Я не дала служанке опомниться, ринулась в указанную сторону, кажется, пугая всех присутствующих. Но мне было все равно. Я побежала по коридору, быстро завернула за угол. За поворотом мелькнули бронзовые локоны, парчовое платье. Вот она!

Подобрав подол, я ускорилась, пытаясь догнать своего двойника. Нет, это было не помутнение разума и не моя фантазия. Двойник существовал! И сейчас я ее поймаю. Это чья-то злая шутка? Попытка разлучить нас с Данаем?

Коридор, еще один, лестница. Я видела, как впереди мелькает тяжелые юбки алого платья. Что за наряд, вообще? Я такие тяжелые ткани сроду не носила! Двойник постоянно была немножко впереди, казалось, что вот-вот и я смогу ее поймать, но она снова исчезала за поворотом.

Очередная дверь. Я видела, как качнулись кудри рыжих локонов, мелькнул подол, дверь захлопнулась. Ну, теперь-то я точно её поймаю! Конец коридора, дверь тупиковая, деться ей оттуда некуда!

Я побежала еще быстрей, рванула дверь на себя, вылетела из коридора… на пустой балкон. По инерции я сделала еще несколько шагов, затормозила о перила, больно впиваясь бедрами в мрамор, перегнулась вперед. Дыхание перехватило. Казалось, еще мгновение и я сейчас полечу вниз… Но чья-то рука не дернула меня назад.

В мгновение ока я оказалась в объятиях. И не просто сильных рук, сверху меня объяли кожистые крылья, послышался встревоженный голос:

— Собралась полетать?

— Данай! — Я крепко вцепилась в дракона, уткнулась носом в грудь, пытаясь перевести сбитое дыхание.

— Родная, — он обнял меня крепче. — Я едва успел тебя поймать, за тобой будто орды демонов гнались. Что случилось?

А до меня только дошло: крылья! Я отстранилась, упираясь ладонями в чужую грудь, заглянула в лицо жениха.

— Дракон проснулся?

На лице Даная отобразилась сложная смесь эмоций. С тихим шорохом крылья разомкнули свои объятия и скрылись за его спиной, он погладил меня по волосам. В глазах его еще плескалась тревога.

— Видимо, дракон почувствовал, что ты в беде, потянул сюда. Я едва успел. — Данай погладил меня по волосам. — Элла, что происходит?

Я вздохнула, очерчивая ладонью такие красивые черты лица, заглядывая в золотисто-голубые глаза.

— Вернемся к нам? Мне нужен чай, перевести дух, и я все расскажу.

Терция взглянула на сестру, так, что я даже невольно подумала о том, что сегодня ночью может состояться смертоубийство. Но несмотря на это мне было жутко интересно, что происходит.

Конечно, о прокураторе Клавдии я была в курсе. До свадьбы оставалось недолго, так что гости уже постепенно начали прибывать, особенно те, что ехали издалека. Пантикапея находилась ровно на противоположной части королевства от того приграничного городка, где я родилась и встретилась с Данаем. Все, что я знала о прокураторе Клавдии: что человеком он был суровых нравов, интересным, но себе на уме. Данай в последний раз разговаривал с ним еще когда был мальчишкой, и теперь, конечно, хотел узнать о политической позиции Клавдия.

— Он хороший наместник, — говорил мне Данай тогда. — Правит строго, но мудро. А та область нуждается именно в таком человеке. Я очень надеюсь найти с ним общий язык.

Я знала, что прокуратор никогда не был женат, а двое его сыновей прижиты им от наложниц и признаны наследниками. В тех областях, граничащих с варварами, это было чем-то вроде старой традиции. Бывший король такого не поощрял, но не запрещал открыто.

— Вы знакомы с сыновьями прокуратора? — Поинтересовалась я, пытаясь лавировать в неудобном разговоре, чтобы и узнать побольше, и не обидеть своим любопытством Терцию.

— Три года они жили при дворе, воспитывались тут у отца, это старая традиция. — Кивнула Секунда, с удовольствием пускаясь в воспоминания. — Потом старший Милет уехал странствовать, а младший Диодор вернулся к отцу.

— Сколько же им лет?

— Милету семнадцать, а Диодору четырнадцать, кажется, да Терция? — Секунда с улыбкой взглянула на сестру.

— Не помню. — Отвернулась Терция, хотя было ясно, что все она прекрасно помнила.

Что же, теперь мне было интересно взглянуть, кто украл сердце нашей суровой принцессы. Очевидно, что это был старший из сыновей Клавдия. Об этом она говорила, упомянув в разговоре достойного человека, за которого бы хотела выйти замуж?

Из задумчивости меня вывел звонкий смех Примы. Она с улыбкой и какой-то даже нежностью смотрела на Даная.

— О, Ваше Величество, как жаль, что вам не с кем сыграть в эту достойную игру. Уверена, что вы не растеряли свой навык. Как насчет небольшого соревнования?

— Соревнования? — Дракон задумчиво постучал пальцем по вилке. — Что же, можно…

— О какой игре идет речь? — Как я ни старалась, в голосе прорезались ревнивые нотки.

— Табула. — Прима перевела взгляд на меня, там читалось торжество и снисхождение. — Слышали, Ваша светлость?

Я прищурилась. Что же делать с этой змеей? Очевидно, что просто так от Даная она не отстанет. Но вступать с не в открытый конфликт… Ох, черевато. Несмотря на тяжелый характер, придворные любят Приму. Для них она своя, а я дикая чужачка. Очевидно, кто из нас останется в гордом одиночестве. Пусть из главным призом в виде дракона. Однако, это не огораживало меня от внезапного яда в тарелке от партии придворных интриганов.

— Несложная и интересная игра. Я научу тебя как-нибудь. — Данай коснулся моей руки, улыбнулся нежно. На сердце у меня потеплело, но ненадолго. Прима тут же поспешила перетянуть внимание на себя.

— Так что же, Ваше величество, турнир?

— Почему бы и нет. Тем более, думаю, что прокуратор с удовольствием к нам присоединится. Осталось выбрать главный приз.

Я мысленно вздохнула. Кажется, Приме удалось поймать моего жениха на крючок любопытства.

— Ваше Величество, позвольте поинтересоваться. — Неожиданно столовую прорезал чистый и удивительно серьезный голос Квинты. — Какова теперь очередность на престол королевства?

Вот кого интересовали государственные дела по-настоящему, а не все эти принцы и прочие нелепые слухи.

Я видела, как лицо Даная разгладилось, посветлело. Он искренне улыбнулся девочке.

— Я питаю надежды, Ваше высочество, что после меня мой трон унаследует мой сын. — Как можно мягче ответил дракон. Но Квинта только нахмурилась.

— У вас есть дети, Ваше величество? — Прямолинейности ей не занимать. Но тут даже я с интересом покосилась на своего жениха. Вдруг, я чего-то не знаю?

— Насколько я знаю, нет, Ваше высочество. Но я почти женатый человек. — Он снова улыбнулся.

— В таком случае, я спрашиваю о нынешнем состоянии дел, — важно кивнула младшая принцесса.

— Что же, давайте разбираться. — Данай отставил тарелку, раздвинул прочие предметы на столе, освобождая место перед собой. — Так как мой брат добровольно отрекся от престола, то теперь он не может претендовать на трон. — Данай поставил справа от себя стакан. — Первым, соответственно, иду я. Дальше — все вы по старшинству.

Он последовательно друг за другом начал ставить перечницу, солонку, соусник, сливочник и сахарницу, приговаривая:

— Прима, Секунда, Терция, Кварта, Квинта, — таким образом, раздав каждому предмету имена.

— Если я правильно помню закон о престолонаследии, — снова подала голос Квинта. — Преимущество остается за тем наследником, кто смог стать Всадником Сумеречного дракона. — Данай кивнул, соглашаясь. — В таком случае, Терция должна выйти вперед. — Квинта указала пальчиком на соусник.

— А Терция уже стала Всадником? — Вежливо поинтересовался король. Терция сама отрицательно покачала головой. — Значит, и говорить мы об этом пока не можем. Однако, если такое случится, то Терция действительно станет первой. Однако только после своего совершеннолетия. — Данай одним движением отодвинул перечницу и солонку от остальных предметов. — Пока наследовать престол могут только Прима и Секунда.

— А в случае, если останутся только несовершеннолетние наследники? — Поинтересовалась Кварта.

— Тогда правит регент, назначенный предыдущим королем.

— Давайте примем за условие, что все наследники совершеннолетние. — Квинта кивнула на инсталляцию перед Данаем. Тот послушно подвинул солонку с перечницей обратно. — Но у нас есть вероятность замужества. Что тогда?

— Все просто. Если кто-то из принцесс выходит замуж за принца другой страны, — Данай положил поверх перечницы кольцо для салфеток. — То она встает в конец очереди. — Перечница переехала на место за сахарницей. — Однако, если кто-то из вас выйдет замуж за Всадника дракона… — Данай снял с одного из пальцев свою фамильную печатку с головой дракона и водрузил на солонку, подвигая ее к королю. — …она становится первой в очереди на престол.

Когда мы с Данаем остались наедине, я не удержалась от вопроса.

— Это правда, что ты сказал в столовой?

— Про престолонаследие?

— Ну, да.

— Чистая. — Мой жених взял мою руку, положил себе на локоть, и мы пошли вместе к его кабинету. — Но все это практически не имеет значения, — он улыбнулся мне. — Ведь мой трон будут наследовать наши дети.

Он был такой очаровательный, что я не удержалась от улыбки. Но тут же отдернула себя, нахмурилась.

— Ты так уверен? А если я… Если… — От одной мысли об этом ком вставал в горле, и я даже не смогла произнести фразу до конца.

— Если у нас не будет детей? — Данай понял меня с полуслова. — Мы что-нибудь придумаем, хорошо? — Он поцеловал меня в макушку. — Нет смысла тревожиться о том, что, возможно, не случиться заранее.

Я выдохнула. Король был прав, но так просто отрезать мою тревогу было невозможно несмотря на успокоительные слова. Впрочем, поводов для тревоги сейчас и без того было немало.

— Так и знай, что если тебя не станет, то я не хочу быть регентом при нашем ребенке.

— Почему это? — На этот раз мне удалось удивить Даная. Он встал, глядя на меня во все глаза.

— Потому что все это, — я обвела рукой пространство перед собой. — Не мое. Пусть правит те, кто поумнее, я просто буду… ну, мамой.

Мужчина улыбнулся, взял мой подбородок пальцами, заставляя посмотреть на свои разные глаза — следствие заключенного с драконом договора.

— Элла, я люблю тебя. И все будет отлично. Я поддержал разговор Квинты не для того, чтобы растревожить тебя, а чтобы успокоить чьи-то амбиции. Или направить их в правильное русло. — Он чуть прищурился, глядя на меня. — У тебя сегодня еще уроки? — Я кивнула. — Скажи учителям, что я распорядился отпустить тебя пораньше. Сегодня мы встречаем прокуратора Клавдия, хочу чтобы ты блистала.

Дракон склонился ко мне поближе. Я думала, что он сейчас меня поцелует, но он прошептал на ушко:

— А после приема мы придумаем что-нибудь, что не нарушило бы обет воздержания. Что думаешь? — Меня тут же обдало жаром. Перед глазами замелькали самые пикантные картинки, я шумно вздохнула. Дракон поцеловал меня в губы и смеясь ушел в свой кабинет. Вот же ящер!

— Ваше величество! — Клавдий широко раскинул руки в дружелюбном жесте. Данай встал навстречу своему гостю.

— Игемон! Рад видеть вас в своем доме!

Мужчины обнялись будто старые друзья. Что же, кажется, Даная и Клавдия связывали чуть более близкие отношения.

— Помню тебя еще совсем мальчишкой, — Клавдий постучал Даная по плечу. — А теперь вот: твой дом.

Он обвел рукой зал. Данай на это довольно улыбнулся.

— Твоими молитвами богам, игемон. — Дракон сверкнул глазами в сторону пока скромно стоявшего в сторону бога.

— К слову об этом. — Улыбнулся Клавдий. — Надеюсь, ты рад моему сюрпризу.

Либер ступил вперед, улыбка его стала шире, в уголках глаз залегли сеточки морщин. Данай слегка поклонился божеству.

— Это честь для меня, лучезарный.

— Услада для моих глаз, Твое величество, что трон, наконец, занял тот, кто с уважением относится к богам. Мы уже чувствуем влияние твоих праведных дел. — Голос у бога оказался звонким, ярким, словно солнце в утреннем лесу.

— Мой дом — ваш дом, лучезарный. — Данай склонил голову. — Но отчего я не вижу с вами вашей достопочтенной сестры Либеры?

— А, скоро страда, у богини плодородия всегда много дел. Но, быть может, она заглянет на сам праздник. — И ярко-зеленый взгляд коснулся меня. Я невольно улыбнулась. Ну, можно точно сказать, что на свадьбе не будет скучно.

Когда обмен любезностями с Либером был окончен, Клавдий представил королю своих сыновей. Юноши, как и было положено, встали на одно колено, отдавая честь королю в первый раз — приложив кулак к груди. Данай наградил обоих одобрительным прикосновением к плечу.

— Позволь и мне, игемон, представить свою семью. Прима, Секунда, Терция, Кварта, Квинта… — По мере представления девочки выходили вперед и слегка кланялись. Они были принцессами, но все еще младше прокуратора, поэтому должны были выказывать свое уважение.

— Думаю, что эти дамы в представлении не нуждаются, — одобрительно рассмеялся Клавдий, разглядывая вставших в ряд принцесс. — Помню их совсем малютками, а теперь вон. Полагаю, это и есть будущая королева?

У меня перехватило дыхание от ужаса. Я вцепилась в спинку трона Даная, чтобы не упасть. Потому что Клавдий сделал шаг навстречу Приме. А эта змея и рада была, сделала реверанс Клавдию, хитро улыбнувшись, подала свою ручку для приветствия. Стрельнула взглядом в меня, мол, смотри, выскочка. Даже все вокруг признают, что я должна быть на месте будущей королевы. У меня возникло непреодолимое желание выцарапать ей глаза…

— Нет, игемон, ты ошибся. — Раздался холодный голос Даная, в глазах его засверкал лед. Он сделал несколько шагов и подал мне руку. Я вложила пальцы в ладонь, делая шаг к моему королю. Клавдий повернулся к нам, теряя дар речи. — Прокуратор, позволь тебе представить Эллу, герцогиню Леман, мою невесту.

— Я… э… — Суровый воин, прошедший не раз испытание боем стоял, словно нашкодивший мальчишка, переводя растерянный взгляд с меня на дракона и обратно. Я слышала, как тихо посмеивается Либер. — Я прошу прощения, Ваше величество, просто… Я подумал…

— Что ты подумал, игемон? — В голосе Даная была сталь, даже мне стало не по себе. Я сжала пальцы жениха, призывая не наделать глупостей.

— Не думал, что сама будущая королева будет встречать гостей, как простая служанка, вот и… Перепутал!

— Встречать гостей? — Данай взглянул на меня, я пожала плечами. Не понимаю о чем речь.

— Ну, да. — Клавдий замялся. — Когда мы прибыли в замок, нас встретили слуги и Ваша светлость. — Прокуратор поклонился мне. — Я еще подумал, о том каких красивых слуг может позволить себе король, так и сказал сыновьям.

Клавдий повернулся к мальчикам, те активно закивали, подтверждая слова отца.

— Когда это было? — Спросила я чувствуя как голос садится.

— Получасом ранее, да, где-то так. — Кивнул Клавдий.

В тот момент, когда Данай осыпал меня поцелуями в алькове. В тот момент, когда снова проснулся его дракон. Я повернула голову к Данаю, тот встревоженно смотрел на меня. Кажется, мы думали об одном и том же: о двойнике.

Пока гости отдыхали с дороги, а слуги в столовой накрывали поздний обед, Данай баюкал меня в своих объятиях в беседке в саду. Я вышла подышать свежим воздухом, мой король последовал за мной.

— Это ведь не случайность… — Твердила я, стараясь унять нервную дрожь.

— Мы обязательно что-нибудь придумаем. — Данай гладил меня по плечу. — Надо допросить всех в замке, кто видел твоего двойника, понять… Это наверняка чье-то колдовство.

— Заговор? — Я вскинула голову.

— Не знаю. — Данай поморщился. — Если это заговорщики, то не очень искусные. Зачем афишировать себя? На их месте я бы просто похитил тебя, подменив двойником. Или попытался отравить…

— От-травить? — Я почувствовала, как накатывают слезы. Данай спохватился.

— Милая! Извини, я не хотел тебя напугать. — Он взял мое лицо в свои ладони и принялся целовать. — Конечно, ничего подобного не случится. Я сразу почувствую, если ты будешь в опасности, помнишь?

И он коснулся пальцами моего солнечного сплетения. Я кивнула. Хотя и не почувствовала никакого отклика от своего знака истинности. С тех пор как на коронации появился двойник, это уже стало обычным делом.

— Почему ты так не рад Либеру? — Решила я перевести тему, и сама пытаясь отвлечься.

— Я не то чтобы не рад… — Данай замялся, отводя взгляд. — Но, Элла, он бог виноделия. — Король со слегка виноватой улыбкой посмотрел на меня. — Знаешь, чем он был раньше знаменит?

— Мы с учителем еще не дошли до него…

— Я тебе и так скажу: неуемными излияниями, постоянными празднествами, которые переходят во что-то, что не стоит видеть ни одной приличной даме. Слышала слово “вакханалия”? — Я кивнула. — Вакх — одно из его имен.

— Ой… — Я сначала смутилась, а потом хихикнула. — Ты боишься…

— Я боюсь, что мой образцовый двор, не дожив до нашей свадьбы, превратится в храм почитания Либера. А единственный, кто может держать его в узде — его сестра, богиня плодородия. Ах, как не вовремя началась ее страда…

Я пару раз оказывалась нечаянной свидетельницей подобных празднеств только в меньших масштабах в борделе у Мессалины. Много вина, обнаженные тела, беспорядочно переплетенные друг с другом… Да уж, не то что бы дракон хотел видеть в своем замке. И уж тем более не то, на что должны смотреть юные принцессы.

За обедом я в полной мере ощутила то, о чем говорил Данай. На приеме Либер вел себя удивительно тихо, но за столом чувствовал себя в своей стихии. Бог щедро наливал всем вина, шутил с младшими принцессами, заигрывал со старшими, с Данаем разговаривал на грани фамильярности и уважения. Пока не подали основное блюдо, он успел выпить целый кувшин вина.

— Как славно, что в качестве подарка на вашу свадьбу, твое величество, мы привезли пантикапейского вина, — смеялся Либер всем телом, отчего кудряшки на его голове смешно покачивались. — Небось и забыл, каково хорошее вино на вкус?

— А вы постоянно обитаете на Пантикапее, лучезарный? — Обратилась я к богу с улыбкой. Но тут вклинила свой длинный нос Прима.

— Пантикапей славится своей теплой погодой, как нельзя лучше подходящей к виноделию, а также лучшими воинами, — принцесса отсалютовала кубком в сторону прокуратора. Тот зарделся довольный, словно мальчишка. Я едва удержалась от того, чтобы не закатить глаза. Ясно как день — пытается выставить себя самой умной, а меня невеждой.

— Ваше высочество, как обычно, правы, — улыбнулся Клавдий. — У нас стоит самый большой храм в честь Либера и Либеры. Даже когда повсеместно боги стали не в чести, у нас всегда с уважением относились к старым богам.

Я взглянула на Либера, столкнувшись с ним взглядами. Ярко-зеленые глаза смотрели на меня с нескрываемым интересом. Вот почему Либер выглядит как взрослый мужчина. Данай объяснял мне, что сила бога и его внешность зависит от веры в них. Нокс и Аврора выглядели как подростки, потому что заново возродившаяся вера в них только крепла. С Моной другое дело. По всему королевству было достаточно тех, кто верил только в силу золотой монеты. И раз в Либера не переставали верить, то либо он не умирал вовсе, либо после той самой гибели богов быстро восстановился благодаря Пантикапею.

— Я бы мечтала однажды побывать в вашем крае, — соловьем продолжала заливаться Прима. — Море, солнце, красивые мужчины… — Она стрельнула взглядом в сторону короля.

— За чем же дело, Ваше высочество! — Хохотнул прокуратор. — Раз вы свободны, а мне как раз не хватает хозяйки в доме…

Принцесса демонстративно фыркнула. Я спрятала улыбку в глотке вина. Покосилась в ту сторону стола, где сидели сыновья прокуратора Клавдия и принцессы. Там властвовал Милет — старший сын прокуратора с пшеничной косой, — активно жестикулируя, явно красуясь перед девушками что-то рассказывал. Мне отсюда за разговорами Либера и Клавдия слышно не было. Кварта смотрела на парня раскрыв рот и, кажется, не в силах отвести взгляда. Терция всячески пыталась скрыть свой интерес, но я видела, как блестят заинтересованно ее глаза. Зато Квинта то и дело ерзала на своем месте, постоянно одергивала кого-то невидимого, в общем, скучала. Как и Диодор — младший брат Милета. Тот, видимо, слышал рассказы брата уже не в первый раз, а девочки его сейчас интересовали чуть меньше, чем узор на каменном полу. Парню тоже не терпелось смыться с приема побыстрей.

Я коснулась руки Даная, кивнула в ту сторону стола. Он понял меня без слов, кивнул. Я встала, направляясь к младшим членам наших посиделок. Милет тут же замолчал при моем появлении.

— Если вы устали сидеть за скучными взрослыми разговорами, то, может, прогуляетесь? — Улыбнулась я. — Терция, покажешь нашим гостям замок?

Терция кивнула, дети засобирались из-за стола. Остались только Прима и Секунда. Я все же не выдержала и на выходе поймала Квинту.

— Ты совсем не слушала Милета, но он кажется рассказывал что-то интересное…

— Милет выскочка и лгун. — Важно заявила девочка, фыркая, чем-то напоминая мне Приму. — Можно, я не пойду гулять? У меня есть дела.

Я так растерялась, что механически кивнула, давая Квинте разрешение.

Остаток обеда прошел в шутках, веселье, которое значительно подогревал Либер. Бог пил и не пьянел, его глаза по-прежнему смотрели прямо и трезво, я видела пьяных людей и знаю, что взгляд их блуждает и не может четко собрать мир. Бог виноделия точно пьян не был. Зато от кувшина к кувшину становился все веселее и разговорчивее.

В конце концов, прокуратор и король удалились в малую гостиную пошептаться. Прима и Секунда, откланявшись, ушли. Я осталась наедине с веселым богом.

— Могу я еще как-то вам помочь, лучезарный? — Улыбнулась я. Почему-то бог мне нравился. Было в нем что-то одновременно непосредственное мальчишеское, не как в обиженном Ноксе, а в хорошем смысле. А с другой, я чувствовала, что он не так уж прост.

— Нет, ваша светлость, я хотел бы посмотреть на столицу. Не был здесь лет сто. — Он хохотнул. — Буквально.

— Уверены, что вам не нужна компания?

— У меня уже есть, спасибо. — В только что пустых руках внезапно возникла бутыль с вином. Да уж, каждому по способностям и потребностям. — К тому же, я планирую навестить своих старых знакомых…

— Неужели, в столице есть ваши старые знакомые? — Не смогла скрыть удивления я.

— Больше чем вы думаете. — Либер подмигнул мне, качнул своими кудряшками и удалился.

Я решила времени даром не терять, пока Данай был занят своими важными государственными делами, и проверить как там девочки. Но когда я пришла в девичью часть замка, где жили принцессы, то застала там только Квинту.

Точнее, из-под приоткрытой двери я услышала, как девочка с кем-то разговаривает. Сначала я подумала, что это Кварта, но слышен был лишь один голос. Я застыла у приоткрытой двери прислушиваясь.

— Какое мне дело до этого? Да, моя сестра. Ну и что? Никто не учится на чужих ошибках, только на своих шишках.

Я бы подумала, что Квинта разговаривает по сережке Белла, быть может, с родителями? Конечно, Данай не запрещал принцессам общаться с Кадмом и его женой. Но ни разу за все свое пребывания здесь я ни разу не видела, чтобы кто-то из них попытался связаться с ними. Впрочем, возможно я и правда просто этого не видела.

Я тихонько постучалась и вошла. Квинта сидела на крутящемся стуле перед мольбертом Кватры. Там сох мольберт со свежей картиной. Квинта крутанулась на стуле, отчего ее коса подлетела.

— Здравствуй. Ты одна?

— Нет, Луцина со мной. — Я вздохнула и кивнула. Так Квинта называла свою невидимую подругу. Конечно, в комнате больше никого не было.

— Девочки еще не вернулись?

— Нет, видимо экскурсия затянулась. — Квинта пожала плечами. Очевидно, ей было безразлично, где сестры.

— А почему ты сказала, что Милет выскочка и лгун? — Поинтересовалась я вопросом, который меня мучил.

— Да как вы мне надоели со своим Милетом! — Квинта неожиданно вспыхнула, вскочила со стула. — Почему всех интересуют глупые мальчишки, а не что-нибудь действительно важное?

— Квинта! — Быстрее, чем я что-то успела произнести, девочка скрылась в своей спальне, громко хлопнув дверью. Я снова вздохнула, решив больше не дергать принцессу. Милое дитя. В ее возрасте меня тоже меньше всего интересовали мальчики. Но года через два-три всё резко изменится.

И мои мысли будто по заказу подтвердились, пока я направлялась обратно к кабинету Даная. Второй раз за день мне пришлось подслушивать. Конечно, я могла бы сделать вид, что ничего не услышала и пройти мимо… Но мое любопытство было куда сильнее меня. Я услышала знакомые голоса и остановилась. По всей видимости, говорившие, как и мы с Данаем еще утром, спрятались в алькове.

— Девушку, подобную тебе я раньше не встречал, — раздался мужской голос. Мне понадобилось несколько мгновений, чтобы понять, что это Милет. Я вся обратилась вслух. — Ваше высочество, вы словно сирена, что сманивает в свои соблазнительные объятия рыбаков…

Я нахмурилась. Как интересно. Последнее, с кем я бы сравнила Терцию, так это с сиреной. Скорее, я бы назвала её жгучей алайсиагой — прекрасными духами, что по легенде сопровождали бога войны на поле битвы, они забирали с собой павших воинов в Элизиум. Кто был смертоносной сиреной, так это Прима.

— Могу ли я надеяться на ответное чувство? — О, Милет был достаточно настойчив. Но кто же там с ним?

— Я принцесса, — чуть дрогнувшим голосом произнес женский голос, сомнений не было, это точно была Терция. — И не могу давать вам никаких обещаний.

Что же, за юную принцессу я могла быть спокойна. Кажется, несмотря на все посулы Милета, она в состоянии оставлять разум холодным. Я коротко откашлялась, за альковом стало тихо. Это все, конечно, мило, но уже поздно, и если их милующимися поймает прокуратор или Данай, то обоим несдобровать.

— Уже так поздно, — нарочито громко сказала я. — Надо напомнить Его величеству, что он еще хотел побеседовать со своими дорогими племянницами…

Я громко зевнула и пошла дальше по коридору, надеюсь, что юные влюбленные поймут мой тонкий намек на их жирные обстоятельства.

Когда я постучалась в кабинет Данаю, мужчины все еще тихо разговаривали.

— Можно? — Я коротко постучалась, проскальзывая внутрь. Прокуратор, завидев меня, расцвел улыбкой, и не понять, искренне рад или просто старается держать лицо. А вот Данай… Увидев меня, нахмурился, заскользил взглядом по фигуре, будто… не узнавая. Снова. Я видела, как он открыл рот, чтобы спросить что-то, но Клавдий его опередил.

— Вам всегда можно, Ваша светлость. Вы словно лучик, светлоликая Аврора! — Понятно, откуда Милет набрался приемов флирта.

— О, нет, дорогой прокуратор, поверьте, мы с ней ничуть не похожи. — Улыбнулась я, метнула взгляд к Данаю. Пару мгновений колебаний. Он моргнул, и лицо его разгладилось. Король тоже улыбнулся мне, встал навстречу, протянул руку. Я облегченно вздохнула. Просто он устал.

— Мы засиделись, да? — Он притянул меня к себе, нежно поцеловал в висок, не смущаясь присутствия гостя.

— Думаю, что наши гости устали с дороги, им следует отдохнуть. А ваши невероятно важные государственные дела вы сможете решить в любое другое время. — Спокойно ответила я, глядя на Клавдия. Тот покивал.

— Слова заботливой хозяйки! Вам повезло, Ваше величество. — Во взгляде прокуратора была отеческая нежность.

— Мы с драконом не могли ошибиться. — Усмехнулся Данай.

Когда я вернулась к себе, солнце уже почти село. В моих планах была горячая ванная и книжка перед сном. Все-таки свадьба свадьбой, а мое обучение продолжалось. И свадебные хлопоты не освобождали меня от кучи заданий, что давали учителя.

Однако стоило мне войти в свои покои, как рядом возникла служанка, с поклоном протягивая записку. Короткое письмо было от Примы. Она звала меня выпить чаю в беседке в саду.

Я повертела короткую записку в руках. С одной стороны, это было совсем не похоже на Приму. На ту самую Приму, которая назвала меня выскочкой и напрямую заявила о желании отнять у меня моего жениха.

С другой, может, принцесса, наконец, одумалась? Не знаю, что уж произошло в ее голове, но вдруг прибытие гостей что-то изменило в ее голове, и она поняла, что бороться с тем, что невозможно побороть — лишняя трата сил? На её бы месте я бы не пыталась испортить отношения, ни с Данаем, ни со мной. А то зашлет ее король замуж куда-нибудь, куда драконы не долетают…

Немного поразмыслив, я все-таки, решила согласиться. Дать принцессе, так сказать, последний шанс и уже либо поставить точку в этом детском и во всех отношениях глупом конфликте, либо поставить вопрос о ее воспитании ребром. Быть может, если у Даная и меня это плохо получается, то у ее будущего мужа получится лучше?

Я велела передать служанке лично мое согласие, а сама пошла переодеться к милому семейному чаепитию, на улице в такой час уже было прохладно.

Прима уже ждала меня в беседке. Стол был накрыт белоснежной скатертью с вышивкой, уютно стоял сервиз с геометричным золотым узором в древнем стиле, в изобилии стояли десерты и закуски. Я неожиданно поняла, что с нашего застолья уже прошло немало времени, а я жутко голодна. Что же, даже если разговора не удастся, хоть поем.

— Добрый вечер, Ваша светлость. — Прима улыбнулась мне.

— Ого, “ваша светлость”, а не “выскочка”? — Я присела напротив. Принцесса отвела взгляд.

— Я перегнула палку, признаю. — Она поставила передо мной уже наполненную чашку с чаем. — За что прошу прощения.

Я настолько была поражена, что даже не сразу нашла слова. Это сейчас несносная Прима просит у меня прощения? Какая муха ее укусила?

— Если это искренне, то я принимаю твои извинения. — Кивнула я, постараясь как можно незаметнее перетянуть к себе на тарелку лепешку с овощами. — Ты об этом хотела поговорить?

— Не только. — Я видела, как тяжело Приме дается этот разговор. Она буквально прикладывала все усилия, чтобы быть милой. Да уж, вот так за один день себя не переделаешь, и змеиную натуру не скроешь. Но Прима хотя бы пыталась, это вызывало уважение. — Видите ли, когда мы с королем остались наедине, он сказал, чтобы я присмотрелась к кандидатуре прокуратор Клавдия… — Речь принцессы прервал нервный вздох.

Конечно, наследной принцессе, дочери хоть и бывшего, но короля, не хотелось замуж за прокуратора. Тем более за Клавдия, который, хоть и был приятным мужчиной, но имел крупные минусы на мой и любой другой взгляд: он был старше примы почти вдвое. И у него была целая толпа наложниц. Сомневаюсь, что на старости лет, привыкший жить одним устоявшимся укладом, Клавдий резко захочет стать верным мужем одной жены, пусть и принцессы.

— Кого же ты хотела бы себе в мужья? — Я усмехнулась, отпивая чай. Хотелось немного помучить Приму. Видят боги, она это заслужила.

Принцесса сверкнула на меня своими большими глазами, но сдержалась от грубого ответа. У нее буквально на лбу было написано: короля. Но, увы, ближайший доступный к ней был занят.

— Кого-то, достойного принцессы королевской крови, — в конце концов, смогла произнести девушка.

— Ваше высочество, — я поставила чашку, отряхнула пальцы от крошек. Лепешка исчезла из моих рук, я даже толком не заметила. — Ты Прима — первая своего имени, конечно, король подыщет тебе лучшую партию. Однако… — Я видела, как девушка встрепенулась, но тут же поникла. — …я искренне рекомендую не играть на его нервах. У тебя это отлично получается, преклоняюсь перед твоим талантом. — Я усмехнулась. — Но, поверь, тебе лучше не знать, где предел драконьего терпения.

Я еще немного поспрашивала Приму про сестер, съела еще две лепешки и пирожное. После принцесса, сославшись на плохое самочувствие, ушла к себе. Я не стала ее задерживать, хоть и подозревала, что дело не в самочувствие, а что ей просто надоела моя компания.

Уже когда я укладывалась в постель, на ум почему-то пришел взгляд Даная. Пустой, раздраженный. Он никогда так не смотрел на меня. Даже в первые дни нашего знакомства. Даже когда я по дурости сбежала от него.

Немного покусав губы, я все же решила. Зажала между пальцами сережку Белла и по памяти начертила глиф Авроры. Богиня ответила не сразу.

— Элла?

— Привет. — Я улыбнулась. Чужой голос отдался внутри теплом. — Ты не очень занята?

— Завтра рано вставать, ну, знаешь… Смотреть за тем, чтобы солнце вовремя взошло. — Аврора рассмеялась своим красивым, мелодичным смехом. — Но пару минут найду. У тебя что-то случилось?

Я как на духу выложила все, что меня беспокоило о двойнике и о том, что Данай не может призвать дракона после коронации. Лишь в тот раз, когда я оказалась в опасности, дракон явился. Аврора некоторое время молчала, будто раздумывала над моими словами.

— Я не должна больше вмешиваться в людские дела, Элла. Мы с Ноксом и так помогли вам сверх меры, но… — Я слышала ее вздох. — Этот двойник точно связан с исчезновением дракона. Кто-то пытается разорвать вашу истинную связь.

— Это возможно?

— Не знаю. Прости, больше я ничего сказать не могу.

Аврора распрощалась со мной и отключилась. Вот и думай теперь, она больше ничего не знает или просто не хочет говорить. С такими тяжелыми мыслями я и провалилась в не менее тяжелый сон.

А утром я проснулась оттого, что ко мне влетела моя горничная со слезами на глазах. Она растормошила меня самым бесцеремонным образом.

— Госпожа! Госпожа! Там стража! — Всхлипнула она. — Они пришли вас задержать…

Уверенная, что служанка, как обычно, пришла меня будить, чтобы я не проспала занятия, я не сразу поняла, что происходит.

— Они пришли… что?

Я подскочила с постели так, будто меня кто-то за пятки укусил. Служанка едва успела накинуть на меня халат, прежде чем я вылетела в гостиную, где меня ждали два гвардейца.

— Ваша светлость. — Они даже не поклонились. У меня внутри все свело от страха.

— Что происходит?

— Ваша светлость, нам приказано задержать вас и отправить под стражу. — Произнес один из них. Имя вылетело из головы, но я часто видела его у покоев Даная.

— Кто приказал? Почему? — Я не знала то ли смеяться, то ли плакать. Внутри был хаос и полное смятение.

— Вы обвиняетесь в отравлении принцессы Примы Августы…

У меня голова пошла кругом. Я схватилась за что-то, чтобы не упасть, ноги стали ватными.

— От-отравлении? — В голове росчерком молнии сверкнула мысль о короле. Не может быть, чтобы Данай поверил в эту чушь. Не может быть… — Кто отдал приказ? — Изнутри рвалась истерика, слезы, но я постаралась скрыть их ледяным тоном. Стражники молча переглянулись. — Отвечайте!

— Король. — Наконец, произнес один из них.

Земля ушла у меня из-под ног. Не может быть. Не может быть… Я бы, наверное, там и упала, если бы меня за локоть не поддержала служанка. В голове было шумно, воздуха не хватало. Я приложила ладонь к груди, пытаясь вдохнуть глубже, но не могла.

— Я хочу его видеть.

— Невозможно, Ваша светлость, король на малом совете.

Последняя искорка надежды погасла. Я слабо кивнула. Кажется, у меня нет выбора. Сейчас нет.

— Мне нужно переодеться.

— Конечно, Ваша светлость.

Пока одевалась, прокручивала в голове судорожные мысли. Не верилось мне, что это Данай отдал приказ, чтобы посадить меня под стражу. Он искал меня, когда я сбежала, он верил в меня. Всегда. И знал, что Прима имеет на него планы. Нет, это точно какая-то ошибка.

Убедив себя в этом, я мысленно вернулась к принцессе. Очевидно, что я Приму ничем не травила. Какой бы вредной она ни была, это вовсе не повод лишать человека жизни. Что же произошло на самом деле?

Стражники проводили меня в самую высокую башню замка. Не в темницу, и на том спасибо. Меня оставили взаперти в уютно обставленных покоях. Здесь была и большая кровать, и кресла, и пушистый ковер, и даже шкаф с книгами. Будто здесь когда-то кто-то жил. Оставили при мне служанку, да и вообще ни в чем не отказывали. Разница была лишь в том, что я не могла свободно передвигаться по замку.

Зато я мерила свою “клетку” шагами, никак не могла успокоиться. И хотя решила для себя, что это ошибка, что сейчас придет Данай и спасет меня, как дракон принцессу из башни, все равно было тревожно. А что, если не ошибка? Что, если… У меня похолодело все внутри. Что, если это проделки двойника?

Я обхватила голову руками. Так, Элла, надо срочно отвлечься. Переключить внимание, иначе я сойду с ума быстрее, чем мой дракон придет за мной. Воспаленный страхом разум придумает сейчас таких ужасов, что под венец пойду седой.

И в башенке нашлось то, что спасало меня при любых обстоятельствах: книги. Стараясь себя успокоить, я подошла к книжному шкафу, провела пальцами по корешкам. Книги здесь были старыми и пыльными. Очевидно, к ним давно никто не прикасался. Интересно, как использовали эту комнату раньше? Всегда здесь держали венценосных пленников?

Я наугад достала одну из книг. Это оказался учебник по алхимии. Я стала доставать остальные книги: исследования по теневой магии, по артефактам. Одним словом, всё про волшебство. Как жаль, что я не владела даже крохами магической энергии! Всегда было интересно, попробовать, каково это. Впрочем, сейчас бы мне это точно не помогло. Я нервно усмехнулась и продолжила доставать книги наугад.

Целая полка шкафа была посвящена богам. Мифы и легенды, дарованная богами магия, взаимосвязь магической силы и божественного благословения. Что же, это было мне уже немного понятней. Я потянула одну из книг, села в кресло и постаралась углубиться в чтение. По первой получалось плохо. Мысли то и дело скакали, возвращались то к Приме, то к Данаю, то к стражникам… Но постепенно я вчиталась настолько, что отвлек меня только шум открываемой двери.

— Данай! — Я быстро откинула книгу и вмиг оказалась около входа. Любимый поймал меня в свои объятия, прижал к себе.

— Родная… — Дракон выдохнул, отстранил меня от себя, заглядывая в лицо. Он был такой встревоженный, что сердце мое оттаяло, а заготовленные мною гневные речи разом испарились. — Как ты себя чувствуешь? Тебя никто не обижал? — Он взял мое лицо в ладони, рассматривая. — Прости, что тебе приходится проходить через это.

Растроганная такой заботой, почувствовав себя в сильных руках любимого, я неожиданно для самой себя всхлипнула, слезы потекли по щекам. Все напряжение сегодняшнего утра выливалось этими непрошенными слезами.

— Я… Я не виновата…

— Я знаю-знаю, милая. — Данай принялся целовать мое лицо, стирать слезы, гладить по волосам. — Ну-ну, тише. Мы во всем разберемся, обещаю…

— Скажи… — Я шмыгнула носом. — Скажи, стражники сказали правду? Это ты отдал приказ, чтобы меня арестовали?

Данай мигом помрачнел, но взгляда не отвел.

— Да.

— Ты… — Я задохнулась от возмущения, попыталась отстраниться, но Данай не дал.

— Элла, послушай. — Король перехватил меня за руки, серьезно посмотрел в глаза. — Ты же понимаешь, что королевская власть — не игрушки? Мы с Нерейем можем спалить весь этот замок к чертям, но при этом есть правила, традиции, неприкосновенность королевской семьи. Малый совет потребовал твоего ареста, потому что пока ты единственная обвиняемая в отравлении принцессы королевской крови. — Я слушала и не верила своим ушам. Понимала, что с точки зрения здравого рассудка Данай прав, но принять это было сложно. — Если бы ты была моей женой, то они бы не посмели, но пока ты просто герцогиня сомнительного происхождения, нареченная короля. Этого мало, чтобы оправдать тебя в глазах двора.

— А если ты пойдешь против них? — Тихо спросила я.

— То мне быстро найдут замену. — Данай погладил меня по волосам. — Лучше уступить им, чем потом в собственном замке вздрагивать от каждого шороха, опасаясь заговорщиков. Ведь вся эта история — досадная ошибка, верно? — Я кивнула. — Значит, оправдать тебя не будет никакой проблемы. — Он улыбнулся. — Вот увидишь, мы еще посмеемся над тем, как эти снобы утрутся, когда ты пойдешь со мной под венец.

Я невольно улыбнулась. Ладно, быть может, Данай и прав. Это только в сказках короли всевластны и имеют право творить, что хотят. На деле политика куда сложнее. Король ничто без поддержки дворян. Данай только вчера сам был узурпатором власти, ему нужна эта поддержка. А я… Я хоть и герцогиня, а все равно еще полгода назад работала горничной в борделе. Еще хорошо, что об этом до сих пор никто не прознал.

— Ты поэтому так долго был на Малом совете?

Дракон кивнул, снова прижал меня к себе.

— Чудом их там всех не поубивал, честное слово. — Он положил голову мне на макушку, вздохнул. — Элла, что бы ни случилось, я буду бороться за нас до последнего вздоха. Клянусь.

Я улыбнулась и обняла мужчину за талию, прижимаясь ближе. Какой бы поганой не выглядела ситуация, главное, что Данай в меня верит. А я верила ему. Осталось разобраться, что случилось на самом деле. Кажется, дракон пришел к тому же выводу. Он отстранился немного.

— Ты уже завтракала?

— Нет, кусок в горло не лез.

Король нахмурился, посмотрел на меня строго.

— Это не дело. Я прикажу подать что-нибудь, а ты расскажи пока, что вчера произошло. Прима заявляет, что у вас было чаепитие поздно вечером, после чего ей стало плохо. — Данай встал, подходя к двери и подзывая служанку.

— Ты виделся с ней? — Я сжала пальцы на подоле платья. — Она правда больна?

— Да, вокруг нее с раннего утра суетятся лекари, говорят сильно истощена, но беды удалось избежать. — Король отдал распоряжение о завтраке и вернулся ко мне. — Расскажешь, как все было?

Я ничего не утаивая, пересказала Данаю события вчерашнего вечера, начиная с записки Примы, заканчивая моим возвращением в покои, кратко пересказала наш с принцессой разговор. Король задумчиво потер подбородок, глядя на то, как я ем. Рядом с ним мне было куда спокойнее, и я почувствовала, что зверски голодна.

— На кухне уже и так рыскают гвардейцы, но пока ничего подозрительного не нашли. — Мужчина сделался задумчивым. — Надо еще опросить слуг…

— Мне придется торчать здесь? — Вздохнула я, откидываясь на спинку диванчика и прижимаясь к теплому боку Даная. Король вздохнул.

— Увы. — Обнял меня за плечо. — Пока мы не найдем истинного виновного. — Он поцеловал меня в макушку и улыбнулся. — Зато отдохнешь, я видел как много на тебе дел с этой свадьбой.

Я тоже усмехнулась, но невесело. Как будто, пока я тут буду прохлаждаться, дела будут делаться без меня.

— А учителя ко мне могут приходить?

Данай покосился на меня. Взгляд его был полон удивления и… уважения?

— Думаю, да. Так рвешься к знаниям?

— Я многое упустила, — кивнула я. — Хочу быть хорошей королевой для моего короля.

— Я что-нибудь придумаю.

Мы тепло распрощались. Данай пообещал, что пары дней не пройдет и он спасет меня из этой башни. И я осталась одна. Что же, тревога больше не рвала мне сердце, а мысли не заставляли сходить с ума. Я села в кресле, вытягивая ноги. Даже удивительно, что никуда не надо было бежать. Данай, конечно, сказал, что разберется со всем сам, да и я была несколько скована в своих возможностях. Но что мне мешает поразмышлять о произошедшем?

Я встала, подошла к окну, разглядывая людей, суетящихся во внутреннем дворе замка. Кажется, у конюшен стояли сыновья прокуратора и девушка с ними. Терция? Я вздохнула, возвращая свои мысли к Приме.

Еще вчера мне показалась подозрительной её приветливость, это сразу после того, как она наслаждалась ошибкой Клавдия, который назвал её невестой Даная. Уж слишком довольной она тогда выглядела. А теперь пришла мириться. Странно.

— Доброе утро, Ваша светлость.

Я тихо вскрикнула, едва не подпрыгивая от неожиданности на месте. Обернулась на голос и увидела, как в кресло опускается мужская фигура. Темные волосы, черные глаза, черная одежда, на поясе висели знакомые побрякушки и маска. Нокс.

— Данай сказал, что тебе нужна помощь.

— Доброе утро, лучезарный.

Странное обращение к богу тьмы, как ни крути. Но это было традиционным обращением ко всем богам. Не буду же я звать Нокса “Его темнейшество”?

Со времен нашей последней встречи он изменился. Храмы Нокса начали возрождать, а последователи бога стали стремительно расти после того, как стало известно, что именно Нокс не только помог прийти Данаю к власти, но и овладеть Всаднику и его дракону магией тьмы. Она считалась самой сильной и самой опасной в наших краях. Не удивительно, что все те, кто жаждал большей силы, ринулись взывать к Ноксу. Поэтому мой знакомый выглядел теперь не как мальчишка-подросток, а как юный мужчина. Лет двадцать, может, двадцать пять. Он вытянулся, под тканью, которая прикрывала его торс, но не прикрывала плечи, выступала широкая грудь. Про мышцы на руках я уж молчу. Лицо вытянулось, заострилось.

Я попыталась себе напомнить, что на самом деле Нокс всегда был таким, просто мне повезло застать его мальчишкой, пока он только набирался сил. Но я никак не могла выкинуть из головы образ подростка, который спорил со мной из-за мороженого. И теперь мне казалось, что я смотрю на неожиданно подросшего младшего брата.

— Выглядишь… — Я попыталась подобрать слово. Привлекательным. Возмужавшим. Взрослым. Все это в равной степени подходило под внешний вид Нокса. Но я наткнулась на его темный, жесткий взгляд и ответила совсем другое: — Непривычно.

Нокс мне не ответил, повел плечами, отвел взгляд, явно скучая.

— Данай тебе рассказал?

— Про двойника и дракона? Да.

И всё, ни словечка, ни полсловечка. Я замялась. Нет, Нокс и раньше был таким неразговорчивым, но теперь веяло от него каким-то холодом.

— Ты поможешь?

— Нет. — Он снова взглянул на меня, тонкие губы изогнулись, выражая то ли недовольство, то ли отвращение. — Элла, ты прекрасно знаешь, что мы и так сделали слишком много для того чтобы Данай обрел силы и взошел на трон.

— Да, но…

— Без но. Я сказал это Данаю, скажу и тебе. — Нокс встал. — Мы боги, а не няньки для отдельно взятого короля и его невесты. Представляешь, как много тех, кто просит нас о помощи? — Я кивнула, сдерживая ком в горле. — Почему к вам двоим я должен относиться по-другому?

— Потому что Данай… Он… — Слезы обиды душили, но я сдерживала их как могла. — Он столько делает, чтобы восстановить культ.

— Это его обязанность, как хорошего правителя. — Нокс ступил ближе к теням в углах комнаты, взял в руки свою маску. — Можете попробовать вознести молитву, как и все прочие.

За мгновение до того, как Нокс надел свою маску и ступил в тень, он произнес:

— Насчет отравления. — Он неопределенно повел плечом. — Поговори со Второй.

Нокс надел маску, отступил, и тут же тени поглотили его. Через мгновение я осталась в своей башне одна. И зачем приходил? Я села в кресло, где только что сидел Нокс. В груди теснилась какая-то детская обида и отчаяние. Я так надеялась, что боги помогут. Но сначала Аврора отмолчалась, теперь Нокс. Отчитал, как ребенка. Интересно, с Данаем он разговаривал в том же тоне?

Я потерла переносицу. И что он имел ввиду… Вторая! Секунда, вторая дочь, вторая сестра, вторая принцесса. Секунда как-то связана с этим? Нет, не верю. Вторая принцесса не была похожа на ту, что творит гадости. Быть может, она слишком ведома своей старшей, но чтобы творить подлянки самой… Да и речь не просто о детских проказах. Это отравление!

И тут до меня стало доходить. Я аж подскочила, пронзенная своей догадкой. Немедленно позвала служанку и велела призвать мне королевского лекаря.

— Вам нехорошо, Ваша светлость? — Засуетилась девушка.

— Нездоровится… — Я прилегла на кровать, активно изображая слабость, охая и вздыхая. Девушка заторопилась вниз. Я мысленно посочувствовала, что и ей, и лекарю придется бегать вверх-вниз, и мысленно перед ними извинилась. Надо будет потом одарить их чем-нибудь из королевской сокровищницы.

Через некоторое время пришел лекарь. Молодой мужчина из восточных провинций, родины самого вкусного чая, у него были чуть раскосые зеленые глаза, светлая кожа и длинный конский хвост темных волос. Двигался он плавно, изящно, будто танцевал, он был из той части свиты Даная, которая пришла с ним к власти. Предыдущий главный придворный лекарь был отправлен с Кадмом в долгое путешествие, а всеми нами теперь завидовал Марий.

— Здравствуйте, Марий. — Я улыбнулась мужчине и села на кровати.

— Доброго дня, Ваша светлость. — Он прищурился, глядя на меня своими лукавыми зелеными глазами. — Вы выглядите абсолютно здоровой.

— А вы абсолютно правы. — Я указала ему на диванчик. — Я позвала вас поговорить. Но наш разговор должен остаться в тайне.

Лекарь возражать не стал. Сел на указанное место и не без интереса посмотрел на меня. Очевидно, что подобное поведение его интриговало.

— Расскажите, как себя чувствует Её высочество? Я крайне обеспокоена её здоровьем. — Вздохнула, придав своему лицу достаточной трагичности. Не то чтобы я не беспокоилась о здоровье Примы, но что-то мне подсказывало, что все там не так просто.

— Что же, извольте. — Марий откинулся на спинку дивана и весьма вольно закинул ногу на ногу. — Её высочество почти всю ночь промучилась с болями в желудке, в попытках исторгнуть из себя всю накопившуюся в организме еду. Что с попеременным успехом ей удавалось. Однако сейчас принцессе уже ничего не угрожает. Она еще слаба, обезвожена и находится в ужасе оттого, что кто-то мог так поступить с принцессой королевской крови, но в целом гораздо лучше чем вчера.

Доктор не скупился на подробные объяснения. Уж не знаю, это была его привычка или он решил посмотреть, как я на это отреагирую, но я реагировать не собиралась. Ему самому не поздоровится, когда он узнает, с чем мне приходилось сталкиваться в роли служанки в борделе. Поэтому я лишь важно кивнула, принимая его слова.

— Скажите, Марий, а была ли действительно реальная угроза жизни Её величеству?

Лекарь на этот раз посмотрел на меня совсем по-иному. Он все также улыбался, но теперь глаза его смотрели на меня серьезно, испытующе.

— Хочу быть с вами откровенным, Ваша светлость, не думаю, что это правда. Принцесса склонна несколько преувеличивать грозящую ей опасность. Однако её можно понять. — Он посмотрел на меня прямо и твердо.

— Да-да, конечно, господин лекарь, я понимаю. Принцессе теперь нужен полный покой и должный уход. Даже небольшой вред драгоценному здоровью Её высочества — удар для всех нас.

Лекарь боялся, что я буду давить на Приму? Или все тут же разболтаю? Неясно. Но, в любом случае, я поняла его недвусмысленный намек и заверила, что трогать Приму не буду. Конечно, не буду. В каком направлении двигаться, мне подсказал Нокс.

Вот только, захочет ли со мной разговаривать Секунда?

Стоило мне об этом подумать, как в башню ворвался мой дракон.

— Ты вызывала лекаря. Все в порядке? Ничего не болит? — Данай подлетел ко мне, взял за руки, с тревогой заглядывая в глаза. Я рассмеялась, встала на цыпочки и поцеловала мужчину в нос.

— Все хорошо, мы с Марием просто немного поболтали. — Я пересказала королю наш разговор с лекарем, умолчав про Нокса. Бог был прав, мы уже не дети, пора справляться самим. Данай быстро пришел к тем же выводам, что и я.

— Думаешь, что отравление Примы было подставным? Я заходил к ней, она и правда выглядела нездоровой.

— Я хочу ошибаться, Данай. Но учитывая ее поведение до этого… — Я красноречиво покачала головой, позволяя дракону додумать за меня.

Король нахмурился. Ему явно не нравилось к чему все идет.

— Что ты хочешь сделать?

— У меня есть небольшой план…

Я изобразила искреннее удивление.

— Что, ты не знала о планах сестры?

Изумленная Секунда покачала головой. Она настолько была удивлена, что даже забыла, что вообще-то пришла покрывать Приму. Я решила ковать железо, пока горячо. Рассказала Секунде о том, как смело Прима заявляла права на Даная, потом про чаепитие. Внимательно следила за реакцией Секунды. Было видно, что девушка колебалась. Кажется, тайные желания сестры были для нее неприятным сюрпризом.

Мне совсем не хотелось играть так грязно, но видя, что до нужного мне признания пока далеко, решила выложить все карты.

— Да и с прической… — Я вздохнула, кинув на Секунду жалостливый взгляд. Подействовало как нужно.

— А что с прической? — Секунда коснулась коротких прядей.

— Приме очень пошли короткие волосы, но ты, Секунда, прости, но теперь выглядишь совсем по-детски. Если бы я не знала, как выглядит Кварта, то я бы перепутала тебя с ней…

Конечно, это была неправда. Между девочками была все же большая разница в возрасте, и Секунда выглядела достаточно взрослой, хоть и правда короткие волосы немного ее портили. Однако моей целью было не комплименты раздавать. Я видела, как принцесса хмурится, еще не понимая к чему я веду.

— Тебе не кажется, что Прима устроила это специально, — чуть понизила голос я. — Чтобы, ну… убрать тебя, как конкурентку?

Несколько тягучих мгновений, и глаза Секунды наполнились слезами. Я понимала, что раню девочку, да и вообще пытаюсь внести между сестрами раздор, и в любой другой ситуации точно бы промолчала. Но не когда дело касается моей собственной безопасности.

По щекам принцессы скатились крупные слезы. Мне даже стало ее жалко. Я протянула руку, сжала тонкое запястье. Секунда не сопротивлялась, всхлипнула только.

— Она не могла… Не могла… — Принцесса покачала головой. Я подвинулась к ней поближе, погладила по плечу.

— Прима ведь сама подсыпала себе яд, да? — Тихо спросила я. Секунда кивнула, снова всхлипнула.

— Она сказала, что обвинит вас и… И вы навсегда уедете, и все будет как прежде…

Бедная-бедная девочка, я снова погладила Секунду по плечу, боюсь, что теперь никогда не будет так как прежде.

Из тени ступила фигура короля, появляясь перед нами с принцессой. Девушка вздрогнула, я вздохнула, поднимая взгляд на своего жениха.

— Все услышал?

— Достаточно. — Отрезал Данай, присел напротив перепуганной Секунды. Она даже плакать перестала. — Секунда, все будет хорошо. — Он взял ее руку, чуть сжал. — Не так как прежде, но хорошо, обещаю.

Принцесса неуверенно кивнула, отвела взгляд.

— А Прима?

— Я найду для нее наказание, достойное принцессы, — пообещал Данай.

Боль, смешанная с отчаянием, сливающиеся в панику, толкали меня в спину. Подальше отсюда, подальше от предателя, от этого замка. Я и сама не заметила, как подобрав юбки, бегу, куда глаза глядят. Коридор сменился залой, зала еще коридором, я всего этого не замечала, пока не начала задыхаться от бега. Лишь тогда перешла на шаг, а потом и вовсе остановилась. Приложила руку к груди, пытаясь перевести дыхание. Легкие горели, сердце вот-вот хотело выпрыгнуть из груди. Только сейчас я поняла, что щеки у меня все мокрые от слез.

Хорошо, когда понимаешь, кто твой враг. Вызови его на дуэль или просто бей. А когда твой враг невидим? Все это время я видела своего двойника, но поймать ее — словно пытаться поймать ветер за хвост. Я вспомнила, как гналась за девушкой в тяжелом платье по коридорам замка, как ее видели в замке все и никто одновременно…

Я огляделась. Далеко ли убежала, охваченная паникой? Я была в большой зале с зеркалами, его отремонтировали только недавно, чтобы устроить пышный прием в честь коронации, а потом и свадьбы. Краем глаза я увидела свое отражение, замерла. Быть того не может…

Я медленно-медленно повернула голову к зеркалу и тихо вскрикнула. Из зеркала на меня смотрела миниатюрная блондинка. Волосы цвета пшеницы, небольшой рост, большие голубые глаза… Я взмахнула рукой, и блондинка тоже взмахнула рукой. Я быстро закрыла рот рукой, чтобы не закричать. Это я?! Ни медных локонов, ни зелени глаз, да и роста я была порядком выше. Ничего удивительного, что Данай не узнал меня.

Я вспомнила, как однажды ему показалось, что мои волосы неожиданно стали светлыми… Глаза снова защипало от слез. Вот что это было! Точно не совпадение.

Я в панике коснулась солнечного сплетения. Знак! Знак истинности! Он-то должен быть на месте? Или тоже перешел к моему двойнику? Быть того не может!

В тот момент, когда я судорожно ощупывала себя, будто под слоями платья я могла почувствовать есть там метка или нет, двери залы отворились. Это были сыновья прокуратора. Милет и Диодор что-то горячо обсуждали между собой. Я замерла. Они видят то же, что и я? Что и все остальные в замке? Теперь понятно, почему утром меня не замечали…

Юноши заметили меня.

— Госпожа? — Первым остановился Диодор. Очевидно, тот заметил мое заплаканное лицо. — Что-то случилось? Мы можем помочь?

Милет не сразу понял, что произошло, но заметив меня, нахмурился.

— Вас кто-то обидел, госпожа? Укажите на этого бесчестного человека, мы с ним разберемся!

Я невольно улыбнулась. И на кого им указать? На короля или его невесту?

— Нет-нет, благодарю вас, добрые господа. Всего лишь семейное недоразумение…

— Мы раньше встречались? — Нахмурился Милет. — Мне кажется, я не видел вас в замке…

— Замок большой. — Выдавила улыбку я, чувствуя, как внутри меня все каменеет. Конечно, юноши меня не узнали. — Простите, господа.

Я кивнула и, подобрав юбки, быстро пошла в противоположную от юношей сторону, едва не переходя на бег. Боги, что делать? Что делать…

Боги! Я застыла, уже было потянувшись к сережке Белла в своем ухе, но тут вспомнила нашу последнюю встречу с Ноксом. Нет, он ясно дал понять, что помощи ни у него, ни у кого-то из его божественных родственников искать не стоит.

Я без сил опустилась на ближайшую софу. Мысли метались, в ушах шумело, виски ныли. Я стиснула ладонями голову. Попыталась вернуть мысли в какое-то стройное русло. Это не конец, не может же быть, что я заперта в этом теле навсегда. Не может быть, чтобы Данай меня променял на другую… Я прикрыла глаза, надеясь, что хоть так боль в висках уймется. Чье-то колдовство? Заговор? Проклятье?

— Ваша светлость?

Я распахнула глаза, не сразу понимая, что ко мне обращаются как положено — по титулу. Передо мной было озабоченное лицо маленькой принцессы.

— Почему вы так выглядите? — Поинтересовалась Квинта, глядя на меня недоуменно.

— Ты… ты видишь меня? — Я вцепилась в руку девочки. — Как меня зовут?

— Герцогиня Элла Лерум. — Квинта нахмурилась, глядя на мою руку на своей. — В вас только что-то изменилось… Не пойму что. Это для свадьбы?

Я тихо рассмеялась, чувствуя смесь облегчения и нового витка паники. Что же, во всем замке только двенадцатилетняя девочка видит меня такой, какая я есть? Ни на что не надеясь, я выдала Квинте все как на духу. И про двойника, и про короля. Принцесса выслушала меня молча и очень внимательно. Кивнула.

— Думаю, я знаю, кто может нам помочь.

— Правда? — Боги, на что я надеюсь?

— Вам пора познакомиться с Луциной.

Я прикрыла глаза. Ну, конечно, только воображаемых друзей мне сейчас не хватало. Я пропала…

— Луциной? — Я смогла выдавить из себя вежливую улыбку. — Думаешь, она сможет мне помочь?

— Луцина знает все. — Уверенно кивнула Квинта. — Она точно что-нибудь подскажет.

— И где же нам ее искать? — Спросила я лишь бы не обидеть Квинту. А сама думала, что бы предпринять дальше? Может, все-таки пойти к Данаю и попробовать поговорить? Не мог же он вот так просто меня забыть.

— Её не надо искать. Её надо просто хорошенько ее позвать. — Квинта крепко зажмурилась, сжала ладони в кулачки и произнесла: — Луцина, явись! — А потом быстро добавила: — Нам очень нужна твоя помощь.

Я отвела взгляд, думая как бы повежливее сказать, что я благодарна Квинте за ее попытке помочь, но вряд ли воображаемая подружка принцессы сможет как-то исправить мою ситуацию. Если только…

Из-за спины Квинты шагнула девушка. На вид ей было примерно столько же, сколько и принцессе — лет 12–13. Коротко остриженные платиновые волосы, укороченное платье, черные глаза. Она склонила голову набок, разглядывая меня.

— Элла? Вот мы и встретились.

— Луцина! — Квинта бросилась на шею подруге. — Ты пришла!

А я не могла и слова произнести. Она существует? Существовала все это время?!

— К-кто ты? — Выдохнула едва слышно я. Луцина улыбнулась, тряхнула платиновыми локонами.

— Квинта сказала, что вам нужна помощь?

Принцесса закивала, взяла Луцину за руку.

— Идем, мы все расскажем. — Квинта повернулась ко мне. — Луцина моя хранительница, она рядом со мной, сколько я себя помнила. Никто не верит в ее существование, но это неважно…

— Ты колдунья? — Я обратилась к Луцине, пока Квинта тащила нас в свои покои. И тут до меня начало медленно доходит. — Нет-нет… ты… боги.

Я прикрыла рот рукой, глядя на девочку рядом со мной. Я поняла, почему мне знакомо ее имя, я еще очень удивилась, услышав ее от учителя. Юнона Луцина — богиня-хранительница детства и детей.

Луцина, увидев понимание в моих глазах, приложила палец к губам. Очевидно, что она не хотела раскрывать свою тайну перед Квинтой. Но почему она тут? Почему охраняет Квинту и никому не показывается?

Однако несмотря на эти вопросы, я воспряла. Передо мной мелькнула надежда всё исправить.

Квинта привела нас с подругой в свои покои. Мне пришлось заново пересказывать богине, что случилось, хотя глядя на ее безмятежное лицо, мне казалось, что она и без того все знает.

Когда я закончила, Луцина важно кивнула.

— Все дело в вашей истинности.

— Истинности?

— Ну да, истинной связи. Если ты и правда истинная дракона, то сможешь вернуть его обратно. — Луцина покрутила браслет на руке, отвела взгляд.

— Но как?

— Заставь его вспомнить.

Я поднялась со своего места. Легко сказать. Однако в моей голове уже крутились шестеренки, я пыталась продумать варианты дальнейших шагов.

Очевидно, что в лоб это сделать это не получится, хотя и стоит попробовать. Вспомнить… Он должен вспомнить меня…

— Но как так вышло? Это чей-то заговор? — Я остановилась, обернувшись к Луцине. Та флегматично пожала плечами и посмотрела прямо на меня. Не знает? Или не хочет говорить? Я тряхнула головой. — Мне нужно… Ну, быть ближе к Данаю. Притвориться кем-то из придворных…

— Знаю! — Квинта вскочила следом. — Ко мне должна была прибыть новая фрейлина, но она заболела. Мы можем сказать, что ты новая фрейлина.

Я вздохнула, улыбнулась. Присела рядом с Квинтой, беря ее ручки в свои.

— Спасибо тебе за то, что ты мне помогаешь. — Я заглянула в ее красивые глаза, принцесса неожиданно снисходительно улыбнулась.

— Я хочу, чтобы при моем дворе был порядок. А злое колдовство — явный беспорядок. — Она погладила меня по голове, будто мне было двенадцать. — Мы найдем, кто это сделал, Элла.

Перед тем как пройти в большой зал, куда постепенно стекались все придворные, я кивнула Квинте и скользнула в небольшую комнату, где готовились музыканты. Я отлично знала многих из них, потому что сама выбирала, кого пригласить. Особенно настаивая на ребят, которые сейчас в углу распивали что-то подозрительно напоминавшее пенистое пиво.

Они выглядели скорее как бандиты с большой дороги, чем как менестрели — выбритые до половины головы с синими татуировками, простые наряды, щербатые улыбки. Но я знала, кого звала. Именно эти ребята выступали тогда в таверне, куда я сбежала от Даная.

— Ого, это кто к нам пожаловал? — Один из них обратил на меня внимание. Зеленая рубаха, подвязанная кожаным ремнем, синие узоры татуировок уходили с черепа на виски.

— Ты Бергей? — Улыбнулась я.

— Для тебя, красавица, хоть Вакх. — Музыканты рассмеялись. Его ярко-зеленые глаза обшарили меня, не скрывая свой интерес. Было что-то в музыканте низменно привлекательное, так что я не могла удержаться от улыбки.

— Герцогиня просила передать пожелания…

— Герцогиня? — Бергей нахмурился. — Это королевская невеста-то?

Я кивнула, чувствуя, как в горле снова собирается комок.

— Да, сыграйте “Пляски”.

— О-о-о, — потянул мужчина. — За это придется дорого заплатить!

— Заплатить? — Не поняла я, нахмурившись. Данай обещал заплатить каждому, кто придет сегодня в замок, а тем, кто будет играть на свадьбе — вдвойне.

— Конечно. Поцелуем.

Мужчины разразились задорным смехом, я тоже невольно рассмеялась. Ком в горле как будто бы исчез. Ну что за малые дети?

— Хорошо, но только после выступления.

— Договорились, honningharet.

Не знаю, что он имел ввиду, но рокочуще-рычащий язык прозвучал приятно. Я уже давно не получала комплиментов от других мужчин. Да и не я это было, а Юлия — фрейлина Квинты. Которая, конечно, тоже должна держать лицо и не позволять себе вольностей, но вполне может принимать комплименты от симпатичных менестрелей.

Я шмыгнула в зал, быстро находя Квинту и становясь в толпе других привдорных позади своей маленькой хозяйки. И как бы я не хотела, взгляд упал на два кресла на возвышении. В одном сидел Данай. От одного его вида сердце зашлось в тупой боли. Расслабленный, улыбчивый, он сжимал в своей руке тонкую кисть рыжеволосой герцогини. Мою руку. Моя двойник улыбалась дракону, смеялась над какой-то его шуткой. Глаза ее светились счастьем. Мои глаза.

Я вцепилась в подол платья. Ничего, Элла. Разберемся и кто это, и чья эта коварная задумка. А Данай больше ни на кого, и никогда не посмеет так смотреть. В этом я себе твердо поклялась.

Я отвернулась, пообещав себе смотреть куда угодно, только не на короля. Тем более, что в залу стали по очереди вызывать музыкантов.

После нескольких весьма посредственных выступлений, во время которых я старательно рассматривала придворных (некоторые также с интересом смотрели на меня, но по большей части были увлечены выступлением), наконец, вышли менестрели с другого края империи.

Барабаны немедленно задали бодрое настроение песне, я видела, как сонная толпа явно оживилась.

— У Освейг волос копна,

Словно белая волна.*

Грянула музыка. Сочетание народных инструментов и экстравагантного вида менестрелей задавали настроение, многие начали притаптывать на месте. Бергей обвел взглядом зал, сокльзнул по мне, улыбнулся. И взглянул на моего двойника.

— У Матильды звонкий смех,

Волосы как лисий мех.

Все теплей горит её огонь.

Окуну в свою ладонь.

Я буквально впилась взглядом в Даная. Это была наша песня. В ту ночь, когда он пришел за мной, когда мы лежали рядом друг с другом, понимая, что больше не расстанемся ни на мгновение, именно эту песню пел в той маленькой таверне Бергей. Я видела как мой двойник улыбалась, музыка ей нравилась. А Данай нахмурился, покосился на девушку рядом с собой. Я почувствовала, как в солнечном сплетении теплеет. Неужели получается?

— У Ингавара нет волос,

Пусть позлится лысый пес.

День и ночь изводится до слез:

Ты куда, жену мою увёз?

В следующее мгновение я почувствовала, как меня резко тянут за руку. Не успела я моргнуть, как оказалась в объятиях менестреля в самом центре зала, он улыбнулся мне. В зеленых глазах плясали красивые искорки.

— У Освейг волос копна,

Словно белая волна.

Все сильней мне нравится она.

День и ночь в руках моих она.

Я не успела даже возмутиться, как была втянута в танец. Наглый, явно не знающий границ и этикета менестрель увлек в меня простенький, но веселый танец, кружа под задорную музыку. Вокруг раздался смех, зрители начали хлопать в такт музыки. Я тоже невольно рассмеялась. Какие же мужчины иногда мальчишки.

Мы танцевали так, что я не чувствовала пола. Поворот, хлопок, снова поворот. Бергей подхватил меня под руку, и мы закружились на месте. Печаль, сковывающая меня внутри ледяными цепями, внезапно отошла на второй план, перестала впиваться своими острыми зубами.

— Всё сильней мне нравится она…

Неожиданно музыка остановилась с грустным “трунь”, Бергей остановился, затормозила и я, не понимая, что происходит.

— Хватит. — Разнесся над залом знакомый до боли голос.

Все обернулись к королю. Я со смесью страха и нетерпения смотрела на родное лицо. Неужели он понял? Наши взгляды встретились. Многие боялись смотреть в глаза короля. То ли потому что они были разными, и это пугало людей, то ли из-за трепетного почтения. Но я, вскинув подбородок, глядела прямо, смело. И увидела в глазах Даная сомнение. Видела, как он заколебался, как решительное до того лицо всего на миг стало растерянным.

Но это длилось всего лишь миг.

— Это двор короля. — Прогремел дракон. — Здесь не место деревенским пляскам. — Он сурово посмотрел на меня. Мои надежды были напрасны, и теперь в глазах короля я была всего лишь фрейлиной, которая ведет себя неподобающе. То вломилась в королевские покои, теперь вот посмела танцевать “деревенские пляски” на глазах у всего двора.

Я вернулась к Квинте, музыканты засобирались из зала. Когда им на смену пришли другие, и все взгляды были прикованы к новым претендентам, я снова аккуратно вышла из залы, низко опустив голову, делая вид, что чрезвычайно пристыжена произошедшим.

На деле же, стоило мне выйти за дверь, как я поспешила найти Бергея и его ребят.

— Что, пришла расплачиваться по долгам? — Зеленый взгляд менестреля уже был не так весел. — Эх, красавица. Зря тащились через все королевство…

— Не зря. — Мужчина удивленно уставился на меня. — Не зря. Не спешите уезжать, Бергей. И обещаю, что удача вам еще улыбнется.

Менестрель хмыкнул.

— И с чего же мне тебе верить, honningharet?

— Не поверишь, останешься в дураках. — Уверенно заявила я. — Поверишь, озолотишься.

И откуда во мне столько уверенности? Я-то не была уверена в том, смогу ли снова стать собой, не то что за судьбу бродячих музыкантов. Бергей заколебался. На мгновение обернулся к своим товарищам, но потом все же кивнул мне.

— Подождем до свадьбы. Хорошие певуны и в столице нужны.

Я уже собралась уходить, довольная результатами переговоров, как Бергей окликнул меня.

— Эй, красавица!

— Что такое? — Я застыла нахмурившись.

— А должок? — Мужчина выразительно поиграл бровями. — Ты обещала мне поцелуй.

Я закатила глаза, но все же подошла обратно. Цапнула менестреля за рукав, заставляя наклониться к себе и звонко поцеловала в колючую щеку. И пока он не потребовал большего, поспешила ускользнуть.

— Передумаешь томиться в четырех стенах, приходи к нам, honningharet, не обидим! — Послышалось мне вслед. И несмотря на скребущихся на душе кошек, я улыбнулась. Что же, если что, не пропаду.

Дальше я направилась разыскивать мою подопечную. Квинта нашлась в гостиной с Квартой. Девочки что-то бурно обсуждали. Моt появление вызвало у Кварты удивление.

— Ваше Высочество. — Я присела в реверансе и многозначительно посмотрела на Квинту. — Герцогиня Ларум велела кое-что вам передать.

О, да, еще как хотела! Умничка Квинта все сразу поняла и отозвала меня в свою спальню.

— Все прошло не так, как ты планировала? — С ходу поинтересовалась она у меня. Я вздохнула, кивнула.

— Думала, что песня разбудит в короле кое-какие воспоминания… — О которых маленьким девочкам пока рано знать. — Мне даже в какой-то момент показалось, что он стал что-то вспоминать, но, увы.

Я развела руками. Квинта вздохнула и ободряюще похлопала меня по плечу.

— Ну, ничего. Надо пытаться. Я верю Луцине.

Я кивнула, стараясь не сильно вникать в абсурдность данной ситуации: меня успокаивала с моими большими взрослыми проблемами маленькая девочка… Хотя, признаться, без поддержки Квинты мне было бы совсем тяжко: одной против всего мира.

— Квинта, я хотела спросить… Кого ты видела на моем месте?

Девочка взглянула на меня, похлопала глазами, видимо, не сразу понимая о чем я, а потом призадумалась, как-то очень мило приложив пальчик к губам.

— Хм. Ну… Я видела тебя? Ну, да. Герцогиню Лерум, невесту Его Величества.

— А сейчас ты кого видишь?

— Тебя. Но… — Квинта покачала головой. — Я не знаю, как объяснить Элла. Я знаю, кто ты на самом деле, но при этом вижу и волосы другого цвета, и ростом будто меньше. А потом ты как-то повернешься, и снова вроде бы ты.

Теперь я покачала головой. Понятно, что ничего не понятно.

— Послушай, — Квинта взяла за руку. — У нас с Квартой есть чудесный план! Пойдем, расскажу…

— Подожди. — Я мягко отцепила руку девочки, строго глядя в глаза. — Мне нужно сделать одно важное дело. Я должна поговорить со своим двойником с глазу на глаз. Поможешь мне?

Квинта согласилась мне помочь, хоть и отговорила от того, чтобы ринуться в мои покои сразу. Остаток дня, снедаемая беспокойством, я помогала маленькой принцессе и ловила на себе удивленные, настороженные и одобрительные взгляды. Кажется, мой танец с Бергеем наделал шуму.

И лишь к вечеру смогла, наконец, вырваться из лап своей маленькой похитительницы, чтобы выполнить намеченное. Не знаю уж почему, но Квинта отнеслась к моей задумке скептически. Но я считала, что если заявлюсь прямо на порог к моему двойнику и предъявлю ей всё в лоб, то отвертеться у нее не получится.

Перед спальней будущей королевы меня встретила моя же фрейлина. Романа оглядела меня с ног до головы, я думала вот-вот начнет хамить, по крайней мере, вид у нее был именно такой, но все свои мысли она оставила при себе. Озвучила только вопрос:

— У тебя какое-то дело?

— Да, к герцогине от принцессы.

— Говори, я передам.

Ах, моя Романа! Я даже прониклась уважением к моей верной спутнице. Но, к сожалению, сейчас ее осторожность была мне не на руку.

— Её Высочество просила передать лично. — Настаивала я на своем. — Это срочно.

Романа взглянула на меня чуть прищурившись. Очевидно, новенькой фрейлине, взявшейся из неоткуда, она не очень доверяла. Что же, на ее месте я бы вела себя также!

Уж не знаю, что в моих глазах или в моем отчаянном виде углядела Романа, но в, конце концов, она сжалилась, кивнула мне и пропустила внутрь.

Покои выглядели также, как я их оставила. Почему-то это меня успокоило. Будто бы, если неизвестная начала менять их на свое усмотрение, было бы в этом что-то… Неправильное? Провальное? Не знаю как объяснить. Но заправленная постель, безделушки на секретере и камине, все это успокоило меня. Львиную долю спокойствия привнес тот факт, что поблизости не наблюдалось Даная.

— Ваша светлость… — Тихо произнесла я. Девушка появилась из-за гардины. Была на балконе?

— Да?

Это было крайне странное ощущение. Будто бы я вышла из своего тела и теперь смотрела на себя со стороны. Кажется, когда-то в детстве мне читали сказку о том, как непослушная девочка попала в другой мир, где нашла свое отражение в зеркале. Я себя чувствовала как героиня той сказки. Смотрела на свое лицо, глаза, руки сложенные на юбке. Двойник смотрела на меня так, будто бы я действительно была фрейлиной, а она действительной Эллой Ларум.

— Кто ты? — Севшим голосом спросила я.

— Не понимаю. — Девушка покачала головой.

— Ты! — Я полдня уговаривала себя держать в руках. И сейчас отчаянно хотела просто поговорить. Но злость накатила как-то неожиданно для меня самой, толкнула в спину, заставляя сделать пару шагов навстречу двойнику. — Ты заняла мое место! — Я неожиданно оказалась рядом с ней, схватила за грудки. — Кто ты? Признавайся!

В больших зеленых глаза на мгновение мелькнул страх, потом растерянность, теперь раздражение. Двойник среагировала ровно также, как если бы на ее месте была я.

— Ты с ума сошла? — Двойник скинула мои руки с себя. — Этот менестрель совсем вскружил тебе голову? Или ты пьяна?

— Ничего я не пьяна!

— Если ты не уйдешь немедленно, я позову стражу

Внутри меня волной поднялось удушливое отчаяние. А что, если мне все это приснилось? Что никакая не герцогиня, что никакой Данай мне не возлюбленный. А вся эта история… Ну, может прочла в какой-то книжке? Я шарахнулась в сторону от девушки, которая наступала на меня, сжав ладони в кулаки.

— Иди! И я обещаю завтра все забыть.

Что мне оставалось делать? Если она и правда позовет стражу, нажалуется на меня, то меня запрут в подземельях! Я развернулась и побежала. Снова, трусливо, поджав хвост. Мысли в голове путались, напрыгивали одна на другую, пока я быстрым шагом возвращалась к Квинте. Может, все это неправда?

Нет, Элла! Нет. Нельзя поддаваться упадническим мыслям. Так проще и вовсе сложить лапки и сразу помирать. За жизнь и любовь надо бороться. Тем более, что Квинта же меня видит. Квинта и Луцина. Значит, мне ничего не показалось. К тому же знак истинности был на месте и даже время от времени короткими вспышками напоминал о себе.

К тому моменту, как я дошла до покоев принцесс, я уже почти полностью успокоилась. Сердце только бухало неприятно в груди, еще отзываясь непрошенной тревогой.

Я вошла к Квинте, которая уже готовилась ко сну.

— Идите. — Девочка взмахом маленькой ладошки отпустила служанок, которые помогали ей. — Юлиана подготовит меня.

Как только дверь за горничными закрылась, Квинта жадно спросила:

— Ну как?

Я покачала головой. Пока расплетала красивые пышные косы Квинты рассказала, что произошло. Синие глаза девочки из отражения в зеркале смотрели на меня очень серьезно.

— Я так и думала.

— Ты знала, что так произойдет? — Я моментально напряглась. Квинта знает больше? Ей что-то сказала Луцина?

— Нет, так и думала, что толку от этого не будет. Не знаю почему. Чутье.

Я горько вздохнула, помогая Квинте спрыгнуть с высокого кресла.

— Ты говорила, что у вас с Квартой есть какой-то план? — Вспомнила я, впрочем, ни на что сильно не надеясь. В голове я уже пыталась прокрутить варианты, как поговорить с Данаем… Хотя, наверное, и это было бесполезно.

— Да. Помнишь, ты поручила нам разработать план развлечений для вас с королем, не выходя из замка? — Я кивнула. — Завтра будет Праздник Сладостей!

— Праздник Сладостей? — Я выгнула бровь. — И как он мне поможет.

Девочка хитро улыбнулась, снова напоминая ребенка, а не по годам взрослую принцессу.

— Увидишь.

На следующий день замок сотрясла новость — в замке состоится кулинарное соревнование! Стараниями Кварты и Квинты любой желающий мог попробовать себя в кулинарном искусстве десертов и сотворить свой шедевр. Конечно, главным судьей был сам Данай.

Не знаю уж каким чудом у принцесс получилось умаслить нашего сурового повара, но сегодня двор замка превратился в одну большую кухню. Понятное дело, что останавливать работу замковой кухни никто не собирался, потому для желающих во дворе вынесли столы и ингредиенты, а маги соорудили несколько временных печей и плит на которых можно было готовить. К этому приложила руку Терция.

— Мы специально не предупреждали никого заранее, — поделилась со мной Квинта, показывая украшенный двор. На небольшом подиуме со столом сидела Кварта, место рядом с ней для Квинты было свободно. Мы с принцессой подошли к подиуму. — Здесь мы с Квартой будем записывать желающих участвовать.

Я улыбнулась, разглядывая убранство. Что же, кажется мое наказание они восприняли очень серьезно, с присущей Кварте творческой жилкой, и педантичностью Квинты. Двор был весь в цветах и декорациях, в тени стояли ящики с фруктами и прочими ингредиентами, которые могли понадобиться.

— Что же достанется победителю? — Я взглянула на свиток перед Квартой, который пока был пуст.

— Солидное денежное вознаграждение. — Важно кивнула Кварта. Сегодня на ее голове была сооружена фантастическая прическа в виде пирожного с воздушным кремом. Не представляю, сколько над этим трудилась ее камеристка. Наверняка не обошлось без магии. — А также возможность приготовить свадебные угощения!

— Ого! — Я обвела девочек взглядами. — Какую большую работу вы сделали!

Внутри меня разливался восторг и глубокая благодарность. Даже опуская тот факт, что я пока лишилась своего тела, принцессы постарались с этим праздником для того, чтобы оживить жизнь при дворе и развлечь короля, в том числе, чтобы он отвлекся от своего бесконечного количества дел.

Я с благодарностью посмотрела на Квинту. Она кивнула с важным видом, а потом улыбнулась довольная. Взяла меня за руку, заставляя к себе наклониться.

— Надеюсь, все получится. — Шепнула она мне.

Тем временем во дворе появилась Терция. От платья не осталось и следа, принцесса снова была в форме боевых магов. Очевидно, что для нее праздник, устроенный сестрами не повод развлечься, а работа, возможность показать королю на что она способна. Терция зорко осмотрела периметр, подошла к сестрам. Я как и положено, присела перед принцессой в реверансе, она лишь кинула на меня взгляд и обратилась к Кварте.

— Все в порядке?

— Да. — Широко улыбнулась принцесса. — Ждем первых участников!

Стоило Кварте это произнести, как во дворе появилась женщина в простой одежде и переднике. Она скептическим взглядом окинула пышное убранство двора, оглядела трех принцесс и скептически поджав губы, прошествовала к столу Кварты. Неловко поклонилась и спросила:

— Здесь, значится, на соревнование записывают?

— Здесь! — Восторга Кварты не было предела. — Хотите записаться?

— Да. Меня звать Антония, я кухарка.

Вслед за Антонией двор начал наполняться людьми, шумом голосов и смехом. Список Кварты становился все длиннее и длиннее. Записывались и слуги, и к моему удивлению даже кто-то из придворных. Те, правда, относились больше к этому как к шутке, сомневаюсь, что кто-то из них знал, как приготовить простейшую лепешку не то что десерт.

Немного подумав, записалась и я. Одни из самых теплых воспоминаний, связанных с Данаем связаны с теми завтраками, что мы проводили вместе в его доме. Кажется, это было целую вечность назад… А каждое утро на завтрак были сдобные булочки с кремом. Не уверена, что у меня получится в точности повторить их вкус, но по времени конкурсанты были никак не ограничен, так что была возможность добиться самого приближенного к нужному результату.

К тому моменту, как я воодушевленная принялась за работу, во дворе уже было людно. Кажется, идея принцесс была воспринята на “Ура”. Я слышала, что прошлая королева не очень любила все эти громкие празднества и вела скорее уединенный образ жизни. Очевидно придворные соскучились по веселью.

В какой-то момент я так погрузилась в процесс готовки, что совершенно пропустила, как во дворе появился Милет и Диодор. Точнее, я заметила высокий светлый хвост старшего брата, но если он тут, то и младший, скорее всего, ошивается где-то рядом.

К моему удивлению, сын прокуратора не просто пришел поглазеть на то, как пекутся булочки, но и решил поучаствовать. Интересно, что это он собрался печь, галеты, которые обычно с собой в походы берут солдаты?

Но, кажется, Милет был здесь вовсе не для того, чтобы выигрывать. По-крайней мере, честным способом. Когда парень посчитал, что его никто не видит (я делала вид, что крайне занята вымешиванием теста), достал из внутреннего кармана дублета какой-то маленький пакетик. А потом, воспользовавшись моментом, взял, да и высыпал его весь в свою миску, где он смешивал ингредиенты для теста.

Милет быстро заозирался, я отвернулась, чтобы мальчишка не заметил, что я подглядывала. Что-то мне подсказывало, что это совсем не ваниль.

Я оказалась на перепутье. Если я сейчас хотя бы ненадолго отвлекусь от готовки, то плакали мои булочки. С другой, Милет мог замыслить что-то серьезное. Я знала, что закаленное драконом тело Даная не подвержено ядам, но другие-то этого не знали. Что, если Милет решил отравить короля?

Наудачу мимо проходила Терция. Заложив руки за спину, она прогуливалась между рядами плит и столов, поглядывая за тем, чтобы все было в порядке. Забыв, как я выгляжу сейчас, я быстро сцапала принцессу за руку.

— Ваше высочество, дело государственной важности. — Терция взглянула на меня так, будто с ней заговорила булочка. Ну, да. Непозволительная фамильярность. Я откашлялась, поспешила извиниться, а то она меня и слушать не будет. — Прошу прощения, но это правда важно.

Принцесса нахмурилась, выразительно посмотрела на мою руку в муке на ее рукаве. Я поспешила ее убрать и объяснить, что происходит. Чем больше я говорила, тем больше Терция хмурилась. Она ничего не сказала, когда я закончила, но кивнула.

— Я разберусь. Спасибо за вашу бдительность, Юлиана.

Что же, теперь во дворе было два человека, которые зорко наблюдали за тем, что делает Милет. Однако так продолжалось недолго. Скоро вокруг сына прокуратура собралась целая толпа поклонниц. Милет снял дублет, закатал рукава рубашки и теперь крайне эффектно вымешивал тесто. Светлая ткань эффектно натягивалась на бугрящихся мышцах, Милет театрально смахивал со лба упавший локон и вздыхал. На его красивом лице оставались белые следы от муки. Барышни невдалеке томно вздыхали и обмахивались веерами. Я закатила глаза. Какой павлин, подумайте.

Пришлось на какое-то время отвлечься, чтобы мои булочки не сгорели. Я долго “колдовала” над своим блюдом, чтобы все вышло идеально, поэтому не видела, что в это время делал Милет. Заметила, что что-то не так лишь когда рядом с его столом вновь разворачивалось “представление”.

Оказалось, что сын прокуратора приготовил что-то вроде коржа для торта. По крайней мере, так это выглядело со стороны. И теперь распинался перед своей публикой:

— …я вложил в это блюдо все свое умение, всю теплоту, но прежде чем ее попробует король, я бы хотел, чтобы мое скромное блюдо опробовала Её Высочество. — И театрально поклонившись, Милет протянул тарелку с кусочком коржа Терции, которая стояла неподалеку.

Принцесса явно не ожидала такого поворота событий. Я видела, как на несколько мгновений она растерялась, уставилась в тарелку с этим кулинарным “шедевром”, будто колебалась: есть или не есть. Но потом все же нахмурилась и громко и отчетливо произнесла:

— Я хочу, чтобы сначала вы отведали это блюдо, господин.

— Что?! Что я слышу? — Парень театрально приложил свободную от тарелки руку к груди. — Вы считаете, что я могу вас отравить?

По толпе прокатилась волна вздоха, даже стало тише. Это довольно громкое обвинение, и теперь Терции придется либо идти до конца, либо извиняться за свои слова. Колебалась она недолго.

— Свидетели говорят, что вы что-то подсыпали в тесто. — Девушка вскинула подбородок повыше.

— Кто? Я?! — Милет даже покраснел от возмущения. — Пусть выйдут и скажут это в лицо! — Вокруг было тихо. — Что? Страшно?

Мне, конечно же, страшно не было. Я боялась многих вещей в этой жизни, как и любой здравомыслящий человек, но восемнадцатилетний выскочка в этот список явно не входил.

— Я видела. — Я выступила вперед, пробираясь сквозь толпу собравшихся зевак. — Меня зовут Юлиана, я фрейлина Её Высочества Квинты. Мое рабочее место прямо напротив господина Милета. — Я махнула в ту сторону, где как раз “отдыхали” мои булочки. — Своими глазами видела, что он достал что-то из кармана и высыпал в миску с тестом.

— Вранье! — На меня уставилась пара светлых, горящих ненавистью глаз. Кажется, я нажила себе еще одного врага. Как будто всех предыдущих мне было мало.

Но тут из толпы послышались и другие голоса: “Я видела”, “И я видела, да-да”, — мгновенно нашлись свидетели преступления. Во дворе поднялся гомон. Милет пытался перекричать их всех, таким образом доказывая свою невиновность. Я видела, как была растеряна Терция. Что-то надо было срочно делать…

— Если господин Милет не виноват, — прокричала я, чтобы меня все услышали, — пусть сам попробует то, что приготовил.

Мое предложение тут же было подхвачено толпой, Терция тоже засияла, обратилась к Милету.

— Если в вашем десерте и правда ничего нет, вам же не составит труда откусить кусочек? Останется еще много и для меня, и для короля.

Милет приобрел пунцовый оттенок. Он долго мялся, толпа наступала:

— Пусть-пусть!

— Пусть попробует!

— Откуси кусочек, милок!

В конце концов, Милет хрипло выдохнул:

— Нет…

Тарелка со звоном из его руки упала на булыжники.

Данай

Я с трудом проглотил кусочек, шумно втянул носом воздух. То самое отвратительное чувство внутри прошло, я смог вдохнуть полной грудью. Что за напасть?

— Элла?

Она коснулась моей руки. От этого касания по телу растеклась горячая волна, такая сильная и неожиданная, что мне пришлось даже зажмуриться. А когда я открыл глаза, передо мной снова была Юлиана. Она обеспокоенно сжимала мою руку своими тоненькими пальчиками.

— Мой дракон… Данай, прошу, вспомни меня.

В конце дня король объявил победителей соревнования. Я в их число не входила, чему была откровенно рада. Не хотелось бы занимать место, которое могло бы достаться кому-то, кто этого действительно достоин. К тому же если все сложится наихудшим образом, готовить на своей же свадьбе… Бр-р-р-р.

Однако мне, как и принцессам, больше было интересно, что там с отравой, которую пытался подмешать Милет. Вечером ничего разузнать не удалось, мы поздно отправились спать. Фрейлинское крыло гудело, словно рой рассерженных пчел, полных впечатлений от произошедшего и слухов. Но ничего конкретного узнать не удалось.

Утром я уже была у спальни Квинты. Ждала, пока утомленная вчерашними приключениями проснется, сидела в небольшом предбаннике, нервно теребя подол платья. Кварта в гостиной уже пила чай, я видела ее немного заспанную через приоткрытую дверь.

Вдруг короткий стук, входная дверь в покои принцесс приоткрылась. Кварта вскинула голову.

— Доброе утро, сестрица.

Я уже думала, что, наконец, пожаловала Терция, но нет. В поле моего зрения появилась Секунда. Вчера я видела ее на празднике лишь мельком, да и после того разговора в башне мы с ней почти не пересекались. Так что сейчас для меня было открытием, что принцесса выглядит… устало? Или скорее подавленно. Сердце мое сжалось. Никому из девочек я никогда не желала зла. Что же ее так волнует? Я терялась в догадках: родители? Предстоящая свадьба? Тоже любовные терзания?

Зато Кварта сразу угадала причину печали старшей сестры.

— От Примы никаких вестей?

Вот оно что! Секунда так переживала за Приму. Я придвинулась на своей узенькой скамеечке поближе к двери, стараясь не шуметь. Подслушивать, конечно, нехорошо…

— Меня пускают к ней раз в день. — Секунда покачала головой, безразлично взглянула на чашку, которую поставила перед ней горничная. — Неужели все этого того стоило? — Тихо спросила она, будто бы обращаясь не к Кварте, а просто разговаривая с собой. — Видно же, как Данай влюблен в свою герцогиню, и даже если Прима прикинется одноногой отравленной собачкой, то он внезапно не влюбится в нее без памяти.

— Может, это она в него влюблена? — Почти мечтательно вздохнула Кварта. Кажется, принцессе не хватало немного любовной драмы, как в ее любимых книжках.

— Нет, куда там. Ей просто взбрело в голову, что она непременно должна занять трон… — Секунда понизила голос. — Помнишь, как мама тогда?

— Не говори такого! — Дернула Кварта сестру за руку, и Секунда покорно замолчала. А я нетерпеливо поерзала на своем месте. Это что там мама? Что хотела королева? Тоже занять трон вместо своего мужа?

Но рассказывать эту историю до конца мне, конечно, никто не стал. Из спальни Квинты донесся звон колокольчика, и я поспешила в комнату своей подопечной, проследить, чтобы принцессу подготовили к еще одному дню при дворе.

Квинта потребовала от меня рассказ, как все прошло вчера. Серьезно кивнула, услышав, что Данай практически узнал меня.

— Значит, мы на правильном пути. Я вчера разговаривала с Луциной, она полностью одобрила наш следующий шаг.

— Какой? — Я поправила пышные рукава платья Квинты.

— Сейчас Кварта расскажет, идем.

Но когда мы вернулись в гостиную, принцесс уже стало на одну больше. За круглым столом сидела Терция. Она тоже выглядела вымотанной, даже обыкновенная строгость пропала с ее красивого лица.

— Как хорошо, что ты тут! — Хлопнула в ладоши Квинта, пока девочке помогали усесться за стол. — Расскажешь, что с этим остолопом?

— Квинта! — Секунда тут же нахмурилась. — Что за выражения?

— Извини, но как его еще назвать?

Кварта тихонько хихикнула, Терция закатила глаза.

— Если вы хоть на минуту замолчите, то расскажу.

Я тихонько заняла место среди прочих фрейлин и вся превратилась вслух. Как и остальные в комнате, не одной мне было интересно, чем закончилось покушение на короля.

— В коржах не было отравы. — Со вздохом поделилась Терция. — Марий сказал, что там было всего-навсего приворотное зелье.

— К королю? — Ахнула Кварта.

— Боги, Кварта! — Теперь закатила глаза Квинта, совсем по-взрослому. — К Терции. И дураку понятно, что он имел на нее планы.

Терция на это замечание опустила взгляд и немедленно покраснела.

— Не понимаю. — Произнесла Секунда. — Но ведь он тебе и так нравился… Или?

— Нравился. — Процедила Терция. — Но он хотел… — Она осеклась, кинув взгляд на Квинту. — Целоваться. А я не хотела. И, видимо, решив, что если с наскока не получилось, как бывает у этих варваров, то надо применить более радикальные методы.

— Идиот. — Констатировала Квинта.

— Квинта! — Секунда строго взглянула на сестру.

— Ну, скажи, что я не права?

Секунде не нашлось что возразить сестре. Все в этой комнате понимали, что сын прокуратора и правда полный идиот.

— И что теперь будет? — Тихо поинтересовалась Кварта.

— Конечно, никто казнить его не будет, но король пока решает, что с ним делать. — Терция усмехнулась. — Вы бы видели лицо Клавдия, когда он узнал, что было в коржах.

— А ты? — Секунда внимательно посмотрела на сестру. Терция пожала плечами.

— А что я? Понятно, что между нами теперь ничего и быть не может. — Принцесса тряхнула головой, отчего ее длинный хвост подпрыгнул. — Давайте по существу. Квинта просила нас собраться. Зачем?

Квинта серьезно кивнула, отодвинула свою чашку с чаем.

— Дело крайне серьезное. Мы должны помочь королю и Элле.

Я даже дыхание задержала. Это на что сейчас намекает маленькая принцесса? Сердце мое пустилось в пляс, раньше головы предвкушая беду.

— По-моему, у них все отлично. — Фыркнула Секунда.

— Нет. Дело в том, что место Эллы занял двойник.

В гостиной повисла едва ли не гнетущая тишина. Я задержала дыхание. Неужели Квинта осмелилась это произнести? Я жадно вглядывалась в лица принцесс. Поверят ли они младшей сестре?

Первой заговорила Секунда.

— Дай угадаю, это тебе рассказала Луцина? — В ее голосе сквозила неприкрытая ирония. Да уж, неделю назад я бы скорее была на стороне Секунды, чем поверила 12-летней принцессе с воображаемой подругой, для которой она оставляет место за столом. Вот только сейчас все было совсем по-другому.

Внутри меня потянуло горькое разочарование. Конечно, принцессы и не должны были поверить. А если даже и поверят, то зачем им мне помогать?

— Юлиана, подойди, пожалуйста.

В меня в мгновение вперлись взгляды всех присутствующих, стало неловко. Не знаю сама, почему я так стушевалась, но к Квинте я подошла робея все больше.

— Я надеюсь, что ты не обижаешься, за то, что я выдам твою тайну, но все в этой комнате доверяют друг другу. — Я обернулась к фрейлинам принцесс. Действительно, то были девушки, которые уже не первый год сопровождали каждую из них. Они неуверенно переглянулись. — Дело в том, — обратилась Квинта к сестрам, — что это и есть Элла.

На лицах девушек отображались разные эмоции: недоверие, интерес, ужас. Фрейлины за спиной принялись шептаться.

— Это чушь… — Начало была Секунда, но теперь я опередила Квинту, которая снова хотела за меня заступиться. В конце концов, отступать было уже некуда. Разве что в окно. Бесполезно, но эффектно.

— С каждой из вас я разговаривала наедине. — Подала голос я, обводя взглядом принцесс. — Вы можете допросить меня, я отвечу на любой вопрос, который может ответить только герцогиня Лерум.

Неожиданно первой встала Терция.

— Я готова.

Мы отошли в угол комнаты, все взгляды были направлены на нас, однако Терция говорила тихо, так, чтобы ее могла слышать только я.

— Тогда, когда мы вместе пили чай…

— Ты сказала, что хочешь стать боевым магом и пойти учиться в магическую академию. И я обещала, что поговорю с королем об этом. — Я вздохнула. — И я даже разговаривала, но он был против. Однако я уверена, что найду способ его переубедить. Просто он очень боится за твою безопасность, Терция. Сказал, что если вдруг тебя похитят, и вопрос встанет между твоей жизнью и властью, он выберет тебя.

Терция посмотрела на меня так, что сомнений быть не могло, она мне поверила. Я несмело улыбнулась. Она кивнула и вернулась за стол, провозгласив:

— Это она.

Следующей ко мне поспешила Секунда. Ей я рассказала про наш допрос в башне, там не было никого, кроме меня, Секунды и Даная, даже слуг, так что взять этот разговор мне было неоткуда. Пораженная Секунда ушла за стол, следом подтянулась Кварта. Правда, скорее из любопытства, чем недоверия. Почему-то мне показалось, что она поверила Квинте с первых слов. Кварте я рассказала про наш давнишний разговор в библиотеке, где принцесса по секрету поделилась со мной, что до ужаса любит любовные романы, а матушка ей запрещала их читать.

Когда все принцессы убедились в том что я — это я, меня усадили за стол к сестрам и засыпали вопросами. Пришлось по второму… или уже третьему? кругу рассказывать, что случилось.

— Луцина существует? — Ахнула Секунда, когда я закончила.

— Какая странная магия. — Задумчиво отозвалась Терция, откинувшись на стуле.

— Как интересно! — Захлопала в ладоши Кварта.

Я улыбнулась. Девочки были такими разными. И за прошедшие месяцы в замке уже и вправду казались мне родными. Правда, теперь я чувствовала себя среди них не мамой, а скорее еще одной сестрой. Или подругой.

— Ты говорила, что король начал тебя вспоминать? — Обратилась ко мне Терция. — То есть, все что вы делали было будто бы правильным, но… недостаточным.

— Я тоже так считаю. — Серьезно произнесла Квинта. — Поэтому у меня есть план. Точнее, у нас с Квартой.

— У нас? — Удивилась Кварта.

— Конечно, наше завтрашнее представление.

— О, точно! — Обрадовалась Кварта, а потом сразу нахмурилась. — А в чем план?

— Сейчас объясню.

Квинта повелительным тоном заставила фрейлин тоже рассесться за столом, а сама принесла небольшой макет замковых стен — дело рук творения Кварты, и принялась рассказывать.

— Как вы все знаете, завтра при дворе будет очередной праздник, на этот раз театра. Мы с Квартой взяли на себя смелость сделать постановку “Девицы Помпеи”.

— Это моя любимая сказка! — Воскликнула Кварта и склонилась вперед, чтобы начать увлеченно рассказывать, тыкая пальцем в макет. — Уже сейчас в большом зале делают макет стены и башни, из которой дракон спасал Помпею. Конечно, знаменитого дракона будет играть король, а девицу герцогиня…

— Наша задача, — снова взяла Квинта, — сделать так, чтобы на месте герцогини оказалась настоящая Элла. — Она указала на меня. — А двойник была как можно дальше от места действия. Для этого нам придется действовать слаженно и осторожно…

На следующий день мы с Квинтой уже рано утром были на ногах. Хотя театральное представление запланировано только на послеобеденное время, необходимо было проверить, что все в порядке.

Масштаб строительства поражал. Большой зал неожиданно превратился в огромный макет замковых стен и башни, конечно. Я так и не поняла, из какого материала умельцы маги и архитекторы возвели всю эту конструкцию, но не могла удержаться от восторженных ахов и вздохов. Стена была немного выше меня. Пришлось встать на носочки, чтобы рассмотреть ее поближе. Зато на нее можно было взойти, что превращало ее в настоящие театральные подмостки. При этом все эти декорации были объемными, и в них можно было ходить, как в лабиринте. Возвышалась над всем этим башня.

— Зрители будут следить за действием оттуда, — Квинта указала рукой на узкие балкончики наверху залы. Обычно там размещались музыканты. Но в этот раз музыканты будут сидеть в углу, а зрители ютиться сверху. — Оттуда прекрасно видно, что будет происходить внутри нашего театрального замка.

Мы подошли к тому месту, где все еще суетились рабочие.

— Это должна была быть открытая галерея, но я приказала положить сверху крышу. — Прокомментировала Квинта, не давая пояснений своему решению. Но я и так все поняла, мы вчера почти весь день проговорили об этом. Именно под этой крышей сегодня должна была произойти подмена меня на двойника. Или наоборот… Ох. Я почувствовала, как уже заранее начинаю волноваться.

Все будет хорошо. Все должно быть хорошо, иначе… Думать об этом не хотелось.

И все равно от волнения до самого полудня я не могла в себя засунуть ни кусочка еды, по десять раз прокручивала в голове план. Мне кажется, даже перед настоящим захватом королевского замка я так не волновалась. Ну, конечно, тогда рядом со мной был мой дракон, и мне казалось, что все пройдет легче легкого. Так оно, в общем, и было. А вот стоя перед бутафорскими стенами, робела.

Еще до того, как основные действующие лица заняли свои места, я укрылась под крышей перехода, которую так поспешно строили по приказу Квинты. Я была одета в такое же платье, которое должно были подать моему двойнику, на голове был рыжий парик, в котором было жутко жарко. План был прост, в тот момент, когда по сюжету пьесы девица Помпея (которую должна была играть я, а теперь играет мой двойник) бежит от своих преследователей, чтобы укрыться в башне, здесь под крышей мы с ненастоящей Эллой менялись местами. И до башни добегала уже не она, а я. И, соответственно, дракон, который должен был спасать прекрасную девицу Помпею, будет спасать меня, а не моего двойника.

Наконец, когда все гости собрались, судя по шуму (потому что из моего укрытия мне было мало что видно), все действующие лица заняли свои места, заиграла тихая музыка, и декламатор начал рассказ:

— Однажды, когда солнце было богом…

Всё пришло в движение. Постановка была не очень долгой, однако основное действо — освобождение Помпеи было самым последним действием. Так что стоять мне в моем укрытии пришлось долго. Прислонившись плечом к перегородке, я слушала, как разворачивается действие на “замковой стене”. Данай декларировал текст пьесы также прекрасно, как и делал, кажется, все остальное в этой жизни. Я улыбалась, слушая его глубокий и красивый голос. Не знала, что у моего жениха есть еще и театральный талант, но не сказать, что я сильно удивлена. Все-таки король должен быть хорош во всем.

И вот, наконец, началось последнее действие. Топот ног пронесся по декорациям, заставляя их дрожать. Это толпа преследователей гналась за бедной Помпеей, чье сердце, “словно загнанный на охоте кролик, бежало впереди нее”. Не знаю, как у Помпеи, а мое сердце точно рисковало вот-вот выпрыгнуть прочь. Ладони вспотели, я нетерпеливо отерла их о платье. Все будет хорошо, все будет хорошо.

Вот поддельная я вбежала под крышу перехода. Тут рядом возникла Терция, которая играла одного из преследователей. Она удержала двойника за руку.

— Ваше Высочество, постойте, здесь очень хрупкая конструкция, нужно пройти другим путем…

Я не стала слушать, что принцесса говорила моему двойнику, быстро выскользнула из укрытия, чтобы выбежать из-под навеса. Сейчас Терция поведет моего двойника будто бы к башне, но другим путем — под всеми декорациями. Но до башни они не дойдут, выйдут вообще в другом конце зала. А если двойник заподозрит неладное, то ее должна отвлечь Квинта и фрейлины.

Я побежала вперед, подобрав юбки. Успешно пробежала по стене, нырнула в башню. Один пролет и я оказалась наверху. Осталось ждать. Внизу уже разворачивалась шуточная битва между Данаем-драконом, которому нацепили бутафорские крылья, и якобы преследователями Помпеи. Интересно, заметил Данай, что Терции среди актеров нет?

Вот дракон раскидал всех врагов, и пафосно провозгласив:

— Помпея, я иду к тебе!

Данай начал подниматься к башне по приставной лестнице, сердце мое стучало быстро-быстро. По сюжету девица Помпея должна была броситься в объятия дракона, что ее спас. И как только Данай оказался в оконном проеме, я подалась навстречу протянутым мне рукам. Крепко схватила его за плечи.

— Мой спаситель! Получи же свою награду!

Я видела, как в льдисто-золотом взгляде мелькает замешательство, а потом я поцеловала дракона. Вспомни мне, пожалуйста, вспомни, любимый… В солнечном сплетении знакомо обожгло.

— Данай!

Я отстранилась от мужчины, чуть не закричав от испуга. В бутафорской башне позади меня стояла мой двойник.

— Что здесь…

Но закончить фразу Данай не успел. Мир вокруг нас неожиданно исказился, смазался, будто свежая картина, по которой провели пальцами. К горлу подкатил комок тошноты. И в следующее мгновение все кончилось. Никакой башни больше не было. И дворца не было. Мы втроем: я, Данай и мой двойник, стояли на берегу моря. В нескольких шагах от нас тихо шуршали волны, под ногами был бело-серый песок. Небо затянуло серыми облаками, сквозь которое, словно сквозь тонкую ветошь, просвечивало солнце.

Данай отпрянул, огляделся. Я пошатнулась, едва устояв на ногах. Что за чудовищная магия… И где мы?

— Какого… — Данай крепко выругался. Я его прекрасно понимала. Сердце намеревалось выпрыгнуть через горло, я уже вся взмокла в этом чертовом платье. Я потянула с себя парик, отбрасывая его в сторону. Теперь вся эта бутафория была не к чему.

— Данай, прошу. — Я попыталась сделать шаг к дракону, и тут поняла, что не могу сдвинуться с места. Точнее, не могу сделать этот злополучный шаг, только протянуть руки. — Это я, клянусь! Та Элла ненастоящая!

Я ткнула в свою копию рукой. Но вместо того чтобы покорно принять свою судьбу, девушка начала возмущаться.

— Что за странные обвинения! Данай, она хочет занять мое место, выдавая меня за себя!

Мужчина растерянно покрутил головой. Его можно было понять.

— Что тут происходит, мне кто-нибудь объяснит? Элла?

Он повернулся к моему двойнику. Тупая боль отозвалась в сердце.

— Я Элла! Я, не она! — В отчаянии воскликнула я, пытаясь переступить черту, но это было бесполезно. — Данай, вспомни, как ты переставал узнавать меня! Помнишь, ты говорил, что тебе показалось, что у меня светлые волосы…

— Что за чушь! — Возмутилась двойник. — Так можно притвориться кем угодно. Данай, посмотри на меня, чему ты веришь, ее словам или моим глазам?

— Какой-то дурной сон… — Данай устало провел ладонью по лицу. — Но по всей видимости, пока я не сделаю выбор, мы застряли здесь? — Я выдохнула. Мужчина в любой ситуации мужчина — пытается думать прагматично. Он сделал шаг назад, оглядел каждую из нас, на лицо его набежала тень.

— Данай, прошу… — Тут меня осенило. — Хорошо, если ты веришь только глазам…

Я принялась стягивать тяжелое верхнее платье, чтобы остаться в одной рубашке, потянуть ее на груди вниз и продемонстрировать на солнечном сплетении свернутого дракона. Глаза Даная широко распахнулись.

— Элла, неужели это и правда ты?

— Да? А это тогда что? — Двойник не стала заморачиваться с тем, чтобы освободить себя от платья, просто рванула ткань вниз, демонстрируя оголенную ложбинку… с таким же драконом.

— Не может быть. — Выдохнула я. А потом поняла, что очень даже, может: двойник — моя копия. Очень точная копия.

— Ничего не понимаю. — Данай покачал головой, повернулся ко мне. — Если ты Элла, то скажи, когда я сделал тебе предложение?

— В первый раз? — Усмехнулась я невесело. — Мы были в библиотеке, за которой я должна была присматривать. Ты подарил мне кольцо своей матери, но сказал, что не требуешь ответа…

— Хотя я была готова ответить сразу. — Закончила за меня фразу двойник. — Данай, ну как ты не видишь? Она откуда-то все это узнала…

— И про Мессалину? И про то, как Нерей откусил голову Фавсту? — Снова усмехнулась я.

— Ты помнишь? — Кажется, Данай даже не отследил, что все же обращается ко мне, как к Элле. Но ответила за меня двойник:

— Я думала, что мне это приснилось, но после того как я узнала о Нерейе, поняла, что нет.

— Прекрати отвечать за меня!

— Прекрати притворяться мной!

Меня захлестнула паника. Кажется, воспоминания у нас были одни на двоих. Я будто стояла перед своим искаженным отражением. Элла передо мной злилась, сжимала кулаки и, очевидно, отступать не собиралась.

— Боги, я будто с ума схожу. Вы же не можете быть одним человеком одновременно?

Я была полностью согласна с Данаем. Не представляю, что я бы делала на его месте. Но пока я была на своем, и с этим явно что-то надо было делать. Я закусила губу. У нас одинаковая метка, одинаковые воспоминания, к тому же на стороне двойника преимущество во внешнем виде. Значит, надо использовать то, чего у нее нет — новых воспоминаний.

— Данай. — Позвала я. — Прошу, выслушай. Те булочки, которые я принесла. Я специально сделала их, помня, как мы завтракали ими еще тогда, когда ты был изгнанным бастардом. Я пыталась достучаться до твоих воспоминаний…

Дракон слушал меня очень внимательно. Льдисто-золотые глаза не выражали ничего, но взгляда он не отводил.

— Ты почувствовал, я знаю. И этот поцелуй, который я украла у тебя. Ты же почувствовал то же самое, что и я? Что это не просто поцелуй…

Данай отвел взгляд, спрятал лицо в руках. Поверил ли он мне, услышал меня? Я вцепилась в подол рубашки. Чувствовал ли он то же самое, что и я, или мне показалось?

Мужчина шумно выдохнул, а потом сделал шаг от меня.

Будто в дурном сне, когда плохое происходит в замедленном времени, я видела, как Данай в каком-то странном жесте распахивает руки, будто хотел обнять девушку перед собой. Сердце мое ухнуло вниз. Это конец? Не может быть… А потом я увидела, что в руке дракона блеснул кинжал. Сталь блеснула в лучах неожиданно появившегося среди туч солнца, и ярким росчерком обрушилась на двойника. Я так и не поняла, чей это был крик, мой или её. Но в следующее мгновение перед Данаем никого не было, а моя невидимая стена исчезла.

— Данай! — Я рванула к возлюбленному. Тот обернулся ко мне, подхватил на руки, роняя кинжал на песок.

— Любимая… — Выдохнул мужчина куда-то мне в макушку. — Неужели я был таким слепым дураком?

От облегчения я рассмеялась, на глазах выступили слезы. Все закончилось, все наконец-то закончилось.

— Как ты понял?

— Послушал не голову, а сердце. — Данай, наконец, опустил меня обратно на песок, широко улыбнулся, коснулся ладонью моей щеки. — Прости, что пришлось ждать так долго.

Я рассмеялась и поцеловала его ладонь. Теперь все это казалось совершенно неважным, а наша любовь только крепче. Я покачала головой, не в силах что-либо ответить.

— Что же, позвольте и мне поздравить вас.

Я вцепилась в руку Даная, обернулась. Перед нами стояла величественная фигура в свободном платье. Она возвышалась над нами, будто статуя в храме, солнце подсвечивало основательную фигуру и изящные изгибы. Каждое движение в ней, каждая черточка дышала властью. Не узнать ее было невозможно.

— Юнона, — выдохнула я. — Матерь всех богов.

Женщина улыбнулась. Солнечные лучи вокруг ее головы будто сами сложились в лучезарную диадему. Да уж, сразу видно, на кого похожа Аврора. Мы с Данаем поклонились. Хотя больше мне хотелось высказать этой красавице пару ласковых. Юнона рассмеялась.

— Ну-ну, дитя, не сердись на меня, — в голосе ее послышалось снисхождение и ласка. — Разве твой жених не сделал правильный выбор?

— Сделал. — Я сжала руку Даная сильнее. Конечно, все наши мысли были для верховной богини словно открытая книга. — Это было жестоко.

— Это было необходимо. — Отрезала Юнона.

— Боги решили, что я не достоин своего выбора? — Данай сделал шаг вперед, закрывая меня плечом. Внутри меня все потеплело. Мой дракон был готов защищать меня даже перед лицом богов.

— Выбор людей меня не очень волнует. — Спокойно ответила Юнона. — Детям необходимо дать возможность совершать ошибки, иначе они никогда не превратятся во взрослых. — Улыбка у нее получилась по-матерински мягкой. Она взглянула на меня, потом снова перевела взгляд на Даная. — Но я несу ответственность за выбор богов. Нокс, Аврора, Монета, даже Либер. Они помогли тебя, вознесли на вершину этого мира. И понесли за это наказание. Оставалось проверить, достоин ли ты этой вершины.

— Какая странная проверка. — Нахмурился Данай, посмотрел на меня. — Мы ее прошли?

— Можно сказать и так. — Юнона сложила руки перед собой. — Я надеюсь, ты усвоил этот урок, молодой господин.

Данай заколебался ненадолго, а потом все же кивнул. Как будто между ними с Юноной произошел немой диалог.

— И ты, молодая госпожа. — Юнона улыбнулась мне. — Тебе еще многому предстоит научиться, но выбор дракона был верным. В тебе достаточно воли и решимости, чтобы биться за свое. С одной стороны. Будь гибкой, словно ивовая веточка, не дай себе закостенеть.

Я кивнула, кажется понимая, о чем говорит Юнона: стоять на своем — хорошо. Но иногда, чтобы выйти из конфликта, требуется быть гибкой, уметь менять направление мысли и принимать мудрые решения.

— Кстати, о драконе… — Начал Данай.

— Ах, да. — Юнона прищелкнула пальцами. Из тени, что она откидывала на песок, вышла знакомая фигура — Нокс. На тонких губах была едва заметная улыбка. — Верни ему дракона.

Из вороха побрякушек, что Нокс носил на поясе, бог тьмы отцепил небольшую фигурку черного дракона. Ах да! Я видела ее тогда в башне! Но и подумать не могла, что это не просто дракон. Нокс кинул фигурку Данаю, тот поймал ее.

— Разломай. — Произнес Нокс.

Данай с сомнением взглянул на божество, но все же хрустнул хрупкой фигуркой дракона. В тот же момент нас обоих обдало жаром. Данай покачнулся, я хотела его поддержать, но он выстоял на ногах. Я почувствовала, как знак истинности вспыхнул, приложила ладонь.

— Данай?

Мужчина повернул ко мне голову. Вместо знакомого взгляда разных глаз, на меня взглянула сама тьма. Но я не испугалась. На меня смотрел дракон. Я улыбнулась и погладила щеку, по которой волной прошлась темная чешуя. Нерей был на месте. И, кажется, крайне соскучился. Потому что в ответ он склонился и поцеловал меня, да так, что внутри все сладко зашлось от томительного предвкушения. Ух, я точно соскучилась не меньше!

Когда Нерей, наконец, отстранился, вокруг нас больше не было ни моря, ни песка, ни солнца. Мы целовались в бутафорской башне, а над нами шумели зрители придворного театра. Я обернулась. За мной никого. Двойник исчезла, как и не было.

— Идем, моя принцесса. — Прорычал дракон. Не прилагая больших усилий закинул меня на плечо и начал спускаться по лестнице. Мне на лицо упали медно-рыжие локоны. Я тихо рассмеялась.

Дракон двинулся прочь от театральных подмостков под аплодисменты одобрительные выкрики с балконов.

— Этого не было в пьесе! — Услышала я голос Кварты.

Но моему дракону было все равно. Он нес меня в свое логово.

Как бы я ни сопротивлялась, оставшиеся несколько дней до свадьбы дракон меня не отпускал от себя. Никаких раздельных спален, и даже все предсвадебные дела мы делали вместе. Данай повсюду следовал за мной, будто боясь, что я снова потеряюсь. Когда я попробовала несмело протестовать, он не позволил мне и слова вставить.

— Не надо. Я тебя уже два раза едва не потерял. Больше не хочу.

И даже когда Данаю необходимо было решить какие-то важные государственные дела, он оставлял меня в своем кабинете, усаживая в кресле у камина.

— Это не только потому что я такой ревнивый и вредный, тебе надо больше вникать в государственные дела. — Настаивал Данай. Но мне кажется, что он больше искал причины не отпускать меня. В итоге на всех переговорах я сидела тихонько как мышка, а после того как Данай отпускал того или иного советника, король строго расспрашивал меня о том, что я услышала, спрашивал, что я об этом думаю.

Уже завтра мы с Данаем наконец-то станем мужем и женой. Празднования начинались с самого утра, так что сегодня у нас был последний условно спокойный день. И Данай решил устроить последний семейный завтрак с принцессами.

Все пятеро ждали нас за большим круглым столом. Данай выпустил Приму пару дней назад, и та вела себя тише воды, ниже травы. Данай никак не прокомментировал ее неожиданное освобождение, но очевидно, что просто старшая принцесса после своей выходки не отделается.

Секунда демонстративно села подальше от старшей сестры.

— Я рад видеть вас всех в добром здравии. — Мы с Данаем сели за стол, слуги тут же начали ставить перед нами тарелки с едой. — Надеюсь, завтра все будет также.

Мы позавтракали в относительном спокойствии. Квинта много говорила о проекте, над которым она хотела поработать, который касался бы новых ирригационных сооружений. Данай разговаривал с ней на равных, будто бы она была еще одним её министром, только в миниатюре.

В целом, Данай поинтересовался у каждой девочки о её делах: у Кварты о ее новой театральной постановке, у Терции про тренировки. Секунда неожиданно увлеклась вопросом восстановления храмов столицы. Данай и так начал заниматься этим еще в самом начале, но очевидно свободных рук не хватало, в том числе того, кто более внимательно бы за этим следил. И королю явно нравилась инициатива принцессы.

Даже Приму Данай не обошел вниманием. Спросил, как та себя чувствует, на что получил очень скромный ответ, что слава богам у нее все в порядке.

Когда завтрак был окончен, Данай снова взял слово.

— Прежде чем отпустить вас, я бы хотел подарить кое-что каждой из вас в честь королевской свадьбы. — Данай сделал знак рукой, подошел слуга с подносом, на котором лежали разнообразные предметы. Начал он со свитка, протянув его Кварте. Девочка с интересом развернула его разглядывая. — Это проект твоей собственной мастерской на третьем этаже в западном крыле. Думаю, что тебе давно нужно пространство, чтобы с размахом заниматься своими проектами…

— А не устраивать бардак в гостиной. — Заметила Квинта. Я улыбнулась.

— Правда? Это все для меня? — Кварта была в неописуемом восторге. — Спасибо! Спасибо! — Её голубые глаза загорелись, она жадно рассматривала архитектурный план по постройке мастерской. Кварта видимо уже планировала, что и куда поставить.

— Квинта, Секунда, — обратился король к девочкам, — я бы хотел, чтобы вы занялись восстановлением храма Либеры.

— Либеры? — Глаза у Секунды удивленно расширились. Квинта наоборот нахмурилась. Я понимала их замешательство, храм Либеры один из самых крупных в столице. Такое ответственное предприятие можно было доверить не каждому.

— Да, я уверен, что под вашим чутким руководством все получится наилучшим образом. К тому же, насколько я знаю, сама богиня прибудет сегодня, сможете лично спросить у нее о предпочтениях. — Улыбнулся Данай. — Квинта, не хмурься. Если ты хорошо покажешь себя в деле с храмом, то получишь отдельный проект.

Я улыбнулась, глядя на то, как посветлело лицо девочки. Понятно, что ей хотелось самостоятельности. К тому же, я была уверена, что в отличие от сестры она знает об этом куда больше. Но двенадцать — еще очень рано для руководства таким ответственным заданием. А учитывая то, что восстановление храма займет несколько лет, к тому времени, как они с Секундой закончат, Квинта будет постарше.

— Терция. — Обратился король к средней сестре. — Для тебя у меня есть очень важная просьба. Милет. — Терция немедленно напряглась, глядя на короля. Сын прокуратора так и сидел в темнице, но сегодня к обеду Данай уже планировал его выпустить. — Произошедшее доказало, что назвать его настоящим воином нельзя, Милету все еще не хватает выучки и дисциплины. Я решил оставить его при дворе на год или два. Уверен, что под твоим чутким руководством он освоит принципы военного дела.

Терция изо всех сил старалась сохранить лицо, но только по этому было видно, что она думает о таком решении Даная. Однако король не дал ей полностью вкусить эту новость.

— Понимаю, что это скорее звучит, как наказание, но взамен даю тебе свое слово, что как только тебе исполнится восемнадцать, мы вместе выберем магическую Академию, в которую ты могла бы пойти учиться.

Вот теперь Терция не смогла удержать свои чувства. На лице ее сначала отразилось непонимание, потом неверие, а потом радость. Она взгялнула на меня, потом на Даная, широко улыбнувшись.

— Спасибо. Я… — Девушка перевела дух, кивнула, беря себя в руки. — Я обязательно придумаю для Милета достойную программу обучения.

— Я ему не завидую. — Тихо фыркнула я, за столом послышались смешки.

По поводу Терции мы долго с Данаем разговаривали. Он все еще был упрям в своем опасении за Терцию, но как оказалось, нашлась лазейка. Данай хотел налаживать отношения не только с ближайшими соседями, но и с соседними мирами. У нас было несколько статичных телепортов, которые использовались путешественниками между мирами, но крайне редко. Данай не раз говорил, что это большое упущение — не использовать их по полной. На удачу, в ближайшем из наших миров тоже была магическая академия. Дракон был уверен, что пару лет до совершеннолетия Терции как раз хватит, чтобы наладить добрососедские отношения. А там получится и Терцию отправить на учебу под полным инкогнито.

— Прима. — Обратился Данай к старшей принцессе. Та вздрогнула, не ожидая, что король вообще обратит на нее внимание. Однако Данай взял с подноса небольшой футляр. — Для тебя самый драгоценный из подарков.

Король с мягким щелчком раскрыл футляр. Там на бархате лежал тяжеловесный золотой браслет, состоящий из пластинок золота с выгравированными узорами, каждую из пластинок украшал драгоценный камень. Я видела, как Прима широко распахнула глаза от ужаса, она узнала что это.

— Я рад сообщить, что прокуратор Клвадий сделал тебе щедрое предложение — стать его законной супругой. От твоего имени я уже дал согласие на этот, безусловно, счастливый брак.

— Нет… — Прошептала одними губами Прима.

— Прокуратор хороший человек. Уверен, что вы сможете друг друга многому научить. Тебе не помешала бы опытная рука, которая сможет наставить тебя, а Клавдию давно нужна властная жена, что наведет порядок в его обширном хозяйстве. — Пантикапейский обручальный браслет был возложен рядом с Примой. Отказаться она уже не могла.