Я видел как в Сибири упал астероид. Теперь там зона, где люди сходят с ума, а мутированные твари чувствуют себя как дома. Планете, кажется, приходит конец. В наш мир стремительно интегрируется система, которая отнимает землю у людей. Скоро планета станет совсем другой...
Нам в глаза ударил свет фонарей. Как назло именно с стороны тоннеля, в которую нам нужно было двигаться. Эти фонари были настолько яркими, что невозможно было разобрать, кто решил нас таким образом поприветствовать.
Мы тут же разбежались по сторонам и вжались в стены.
— Это что ещё за чудо? — напрягся «Душегуб». — Откуда взялись? Как пропустили?
— «Ключ», видишь там кого-нибудь? — спросил Фёдора «Порох».
Через секунд десять тот ответил:
— Люди, много людей. Живые, не дикие. А ещё… Вот это да-а…
— В чём дело? — прорычал «Кулак». — Что ты там такого увидел?
Но ответить Фёдор не успел, так как со стороны света загромыхал громкоговоритель:
— Чужаки! Вы вторглись на территорию Империума. Именем Бога Императора, даём вам один единственный шанс, чтобы немедленно покинуть наши земли. Либо умрите прямо здесь. Что выберете?
— Я не ослышалась? — протянула Ольга. — Он сказал «Империум»?
— Так и сказал, — подтвердил «Ключ». — Что ж, вот мы и добрались. Добро пожаловать на Comic Con.
В этот момент твари ударили по гермозавтру так громко, что аж зазвенело в ушах. Некоторые из нас даже присели, настолько был оглушительным звук удара.
— Федь, чем они там так бьют? — прошептал я.
— Понятия не имею, — ответил тот. — Мои сканеры сквозь гермозатвор не пробивают.
Затем ненадолго повисла тишина.
Честно сказать, странный представитель местных выживших ввёл нас в ступор своей ещё более странной речью. Как минимум нужно было переварить сказанной им. И потому ничего отвечать не торопились. А тот, похоже, терпеливо ждал, какой вариант мы выберем — уйти или, как он утверждал, умереть.
А, пока мы тянули время, Ольга в своём призрачном облике убежала на разведку в сторону, откуда на нас светили яркие фонари.
— Это он сейчас с нами разговаривал? — первым нашёл слова «Порох». Но его голос был насквозь пропитан непониманием.
И его за это нельзя было винить. Ведь тот переговорщик высказался так, словно это не человек был, а инопланетянин. Впрочем, и то и другое утверждение могло оказаться верным. Ведь непонятно, что сделал осколок с мозгами местных облучённых.
— Я не уверен, — ответил командиру «Ключ» шёпотом. Общались мыи через голосовую связь. Вслух переговариваться не решались, чтобы на той стороне не услышали. — Но, похоже, эта речь была адресована непосредственно нам.
— А на каком языке он разговаривал вообще? — у «Кулака» тоже возникло немало вопросов. — И что он вообще хочет от нас? Какой ещё к чёрту Империум?
— Понять его, собственно, не мудрено, — это была «Милаха». — Он хочет, что мы свалили. Или умерли прямо здесь. Думаю, его устроят оба варианта.
— А вот нас не устроят, — рыкнул Порохов.
В этом вопросе с командиром сложно было спорить. Во-первых, вопреки всему, нужно было попасть в отель, ведь осколок находился где-то у его подножья. А этот путь был единственным. Во-вторых, отступление было невозможным из-за орды, которая продолжала давить на нервы монотонными ударами по гермозатвору.
Ба-амм!
Словно в подтверждение моим мыслям твари снова ударили по гермозатвору. Вот же привязались!
В-третьих, в списке наших задач было и спасение выживших, если таковые в зоне будут обнаружены. И вот, мы их встретили. И, по идее, их теперь надо спасти. Только вот есть один нюанс — они какие-то странные. Как бы самим живыми остаться после такой встречи.
— Так, «Ключ», пока «Ведьма» не вернулась, выкладывай, чего ты там такого увидел? — задал вопрос Борис нашему эксперту по разведке. — Что тебя так испугало?
— И вообще давай всю информацию, — добавил вопрос «Душегуб». — Что у них там и как? Есть какие-то укрепления? Что за оружие? В кого стрелять первым, если вдруг что.
— Ни в кого стрелять не надо, — прошипела на него Анна. — Это живые люди.
— Да я пока и не собирался, — хмыкнул Марат женщине в ответ. — Это я на всякий случай. Мало ли…
— У них там всё серьёзно, — тяжело вздохнул Разводной. — Укрепление у них есть — что-то вроде самодельной стены. Вроде как из дерева и железного хлама всякого соорудили. Так же стоит отметить, что там довольно большая площадка. Очень похожа на станцию.
— Чего? — перебил я Фёдора. — Какая ещё станция? По картам в этом тоннеле не должно ничего быть до самого отеля.
— Просроченные у тебя карты, «Инженер», — усмехнулась «Милаха».
— Это я к тому, что, если чего-то нет на официальных картах, — поспешил я объяснить, — то, скорее всего, это секретный объект. А мои карты так и вовсе предоставлены министерством обороны. И, представьте, даже на них нет много всего, чего мы тут внезапно нашли.
— Думаешь, эта станция как-то связана со здешним бункером? — уточнил «Порох».
— Почти уверен, — подтвердил я. — Да и вообще я не вижу смысла пускать в этом месте линию метро, кроме, как для целей подземного секретного объекта. Да ещё так глубоко утопили все эти тоннели. Всё это не просто так. Для гражданских целей так не делают. Да и для военных это чересчур.
— А вот и я, — открыла глаза Ольга, вернувшаяся с разведки. Она находилась рядом со мной, поэтому я сразу же подал ей руку, чтобы помочь подняться на ноги. — Ребята держитесь крепче. Иначе вы сейчас упадёте.
— Не тяни уже «Ведьмочка», — хмыкнул «Мех». — Чего у них там такого? Рассказывай уже давай. А то Фёдор всё никак не дойдёт до самой интересной части.
— В общем, — взялась девушка рассказывать. — Это точно не заражённые. И, по-моему, не перебежчики. Я слышала, как они друг с другом общаются и ничего похожего на манеры Чехова или Неделина не обнаружила. Но все они однозначно спятили. Только, судя по всему, не из-за осколка, а по другой причине…
Снова раздался оглушительный удар по гермозатвору. И это всё больше начинало давить на нервы. Мне совсем не нравилась ситуация, в которой мы оказались. С одной стороны — орда диких под руководством двух башен. С другой — странные выжившие, которые совсем не кажутся мирными.
— Сколько там людей? — поинтересовался «Кулак», когда звон в ушах чуть приутих.
— Где-то пятьдесят, — продолжала 'Ведьма. — Все вооружены. А тот, кто к нам обращался, похоже, главный у них. Статный такой, с голым торсом расхаживает, мускулами играет. Краса-авец. У-ух! Меч у него ещё огромный такой, как из мультфильмов.
— Скорее, как из комиксов, — внёс ясность Фёдор. Он ведь тоже видел, что там происходит с помощью систем своего бронекостюма.
— И это всё? — напрягся «Мех». — Обычных людей что ли Фёдор испугался?
— Нет, — усмехнулась девушка. — Думаю, он испугался роботов. Эти люди ещё меганобами их называют.
— Роботов? — в один голос переспросили «Кулак» и «Порох». — Каких ещё роботов?
— Это не роботы, — поспешил объяснить «Ключ». — Это такие же экзоскелеты, как у меня. Только вот моя версия для научных исследований, а там полноценные военные образцы. Целых пять штук. Я слышал, что такие проектировали, но о существовании реальных экземпляров ничего не знал.
— Как у людей, отрезанных от всего мира, могли оказаться такие штуки? — озадаченно проговорила «Милаха».
— Одновременно с Comic Con здесь проходила выставка достижений военно-промышленного комплекса. Может, их показывали за закрытыми дверями, — попытался найти ответ Фёдор. — К тому же, не забывайте, что у нас под ногами секретный бункер. Не исключено, что эти экзоскелеты сделали именно там. А выжившие их просто нашли.
— Император терпелив, но не настолько, — вдруг раздался голос со стороны фонарей. — Чужаки! Озвучьте своё решение и умрите немедленно!
— Мне показалось, или он сейчас намекнул, что собирается убить нас независимо от того, что мы решим? — напрягся «Пух».
— Похоже на то, — согласился я. — Эти ребята почему-то настроены очень недружелюбно. Может, они думают, что мы на стороне осколка и пришли убить их?
— Надо этот момент обсудить с ними, — кивнул «Порох», а затем обратился к Разводному. — «Ключ», а что с бронёй и вооружением у этих «роботов-меганобов»? Серьёзно оснащены?
— Серьёзней некуда, — ответил Фёдор. — Эти экзоскелеты разрабатывались не только для уничтожения пехоты, но и для вывода из строя вражеской бронетехники. У них там пулемёты, гранатамёты и, вроде как, огнемёт у одного имеется.
— Хочешь сказать, у них и боеприпасы ко всему этому добру есть? — почти прорычал «Кулак».
— Ещё как есть, — ответила вместо Разводного «Ведьма». — Там целая куча патронов, гранат и ещё бог знает чего. Думаю, они смогут превратить нас в пыль за несколько секунд.
В этот момент по гермозатвору снова ударили. Только в этот раз с ещё большей силой. Мне даже показалось, что на стенах и потолке проявились трещины. Хотя нет, не показалось. Вон они во все стороны расползлись. Выглядело пока не критично. Но, как мне кажется, если дикие продолжат в том же духе, то запросто вскоре могут снести преграду перед собой. Ну, а что произойдёт дальше, было понятно и без лишних слов.
— Час от часу не легче, — рыкнул Порохов. — Ладно, я попытаюсь поговорить с этим… Императором. А вы оба, — командир указал на меня и «Ключа». — Давайте ищите обходной путь.
Я снова окунулся в карты. Но, как и ожидалось, ничего нового там не нашёл. Я видел только прямую ветку до самого отеля. Лишь единственный гермозатвор, благодаря которому мы спаслись, был обозначен.
А вот «Ключ», похоже, что-то сумел отыскать.
— В общем, тут повсюду пустоты, — шептал он по голосовой связи. — За всеми стенами и даже прямо под нами. Мне кажется, не так просто сюда этот гермозатвор пихнули.
— Ну пройти в эти пустоты можно где-нибудь? — прошипел на него «Кулак».
— Левая стена, шесть метров от меня, — ответил Разводной. — Там самый тонкое препятствие. Возможно это дверь. Оль, проверь сходи, пожалуйста.
«Ведьма» молча присела у стены, покинула своё тело и в призрачном облике умчалась к указанному месту. А затем и вовсе исчезла, пройдя прямо сквозь стену.
А «Порох» тем временем отошёл от своей стены и встал между рельсами, подняв руки вверх. Он находился чуть дальше того места, где Ольга прошла сквозь стену.
— Мы вам не враги, — прокричал он в сторону света. — Мы пришли с миром. Мы поможем вам выбраться отсюда!
— Выбраться? — выкрикнули ему в ответ возмущённым голосом. — Ты предлагаешь покинуть последний светоч человеческой расы и примкнуть к вам? Ты за кого нас принимаешь, чужак?
И снова твари ударили по гермозатвору. Трещины поползли ещё дальше. А у самого основания гермозатвора я заметил, как просели пару шпал. Нехорошо всё это. Очень нехорошо.
— Император, да? Так к тебе обращаться? — продолжал «Порохов» искать с выжившими точки соприкосновения.
— Всё верно, — ответил тот. — Перед тобой Бог Император последнего оплота человечества.
Мда-а, «Ведьма» была права. Не знаю, как они до такого дожили, но эти люди явно тронулись умом.
— Там есть дверь и проход до самой станции, — вскочила на ноги вернувшаяся Ольга. — Выжившие его не контролируют. Возможно, даже не знают про него. Предлагаю прямо сейчас валить отсюда.
— Принято, — кивнул «Кулак». — Так, бойцы. Без резких движенией. По одному. Медленно продвигаемся к двери вдоль стены. Прям слейтесь с этой стеной, чтобы вас не заметили. «Инженер», создай щит на всякий случай. Вдруг наши «друзья» заподозрят неладное.
— Так точно, — ответил я.
Ближе всех к той двери находился «Пух». Потому он первым и пошёл. Но, как только он сделал шаг, опять раздался звонкий удар по гермозатвору, от чего трещины расширились и удлинились ещё сильнее.
— Выслушай меня, Император, — «Порохов», похоже, решил подыграть местному начальнику. — У нас очень мало времени. Эти удары, которые раздаются за нашей спиной… они, скажем так, не сулят ничего хорошего. Там, с той стороны гермозатвора, прямо сейчас находится орда диких. Если они пробьются, то мы все здесь умрём. Не только мы. Но и вы. Разреши нам…
— Замолкни, чужак, — агрессивно ответил Император. — Ты хочешь сказать, что привёл с собой армию зомби?
— Я бы не сказал, что именно привёл, — попытался выкрутиться Порохов. — Просто они увязались за нами. В смысле, мы не с ними, если ты об этом.
— А с кем вы? Кто вас послал?
Тем временем «Пух» уже скрылся за дверью. Следом прошла Анна и «Мех». Прямо сейчас к двери подбирался «Кулак». Император, вроде не заметил нашего манёвра. Либо делал вид, что не замечает.
— Государство послало, — ответил Порохов. — Мы Российские военные. Мы занимаемся тем, что спасаем людей в аномальных зонах, вроде этой.
— Российские военные? Не осталось в мире больше ничего кроме Империума, — яростно выкрикнул Император. — Мы — последний оплот человечества. А всё, что вокруг нас, мёртвые земли. Ты не можешь быть тем, кем себя назвал.
Уже большая часть наших бойцов скрылась за дверью. Остались «Ключ», Ольга, «Летящий», «Порох» и я.
— Но это так и есть, — настаивал на своём «Порох». — И нет никаких мёртвых земель. Наша страна продолжает существовать, как и раньше. И весь мир тоже.
— О, пошла реакция, — прошептал «Ключ» по голосовой связи. — Фиксирую много голосов среди выживших. Похоже, их взволновала новость о том, что мир вокруг ещё существует. Продолжай в том же духе, командир.
Раздался очередной металлический удар. От углов гермозатвора поползли уже очень серьёзные трещины. Стены и потолок нехорошо затрещали. Начала расшатываться несущая конструкция. Судя по всему, мы переоценили надёжность этого сооружения. Либо недооценили силу орды.
Так или иначе скоро твари не просто смогут прорваться. Ну или вообще здесь всё обрушиться в любой момент. Ведь, если верить Разводному, прямо под нами не было никакий сплошной породы. Там была пустота.
— ТИХО!!! — рявкнул Император на своих людей. — Не верьте ни единому слову этих чужаков. Они не сказали ни слова правды. Не осталось никакой мира за кольцом зомби. Там только мёртвые земли.
— Мы можем доказать, — «Порох», похоже, решил додавить собеседника. — У вас же у всех есть семьи. Так ведь? Там, за пределами аномальной зоны. Они вас ждут. Вы можете вернуться к ним сегодня же.
Теперь даже я услышал гул голосов среди выживших. «Порох», видимо, с задачей парламентёра справлялся на «ура».
— Что ты решишь, Император? — кричал командир. — Давай сложим оружие и всё обсудим? Мы вместе отобьёмся от орды, что вот-вот пробьётся через гермозатвор, а затем мы поможем вам выбраться отсюда. Вы отправитесь домой, обещаю. Мы даже можем вертолёт вызвать, который вас заберёт. Раньше бы прислали его, но не смогли. Кто-то тут сбивает всю нашу воздушную технику, которая пытается подлететь к отелю.
Разводной покинул шахту. Остались Порохов, я и «Летящий». Последний уже выдвинулся к двери.
— Это ересь! — взорвался криком Император. — Это не просто чужаки. Это еретики!
И тут по гермозатвору ударили с такой силой, которая могла бы сравниться со всеми предыдущими ударами вместе взятыми. В этот раз трещины поползли уже безостановочно. По стенам, потолку и полу. Шпалы пропадали одна за другой. Рельсы сгибались и проваливались куда-то вниз. Всё вокруг затряслось. Потолок начал рушиться.
Прямо на моих глазах гермозатвор наполовину погрузился под землю. А следом показались дикие, которые с безудержным рыком тут же бросились на нас.
— Открыть огонь по еретикам! — Император, похоже, решил, что нам недостаточно проблем. — Меганобы, никого не щадите! Убить их всех!!!
Я глянул на ту дверь, куда ушли все наши. Добраться до туда уже было невозможно, так чать пола обрушилась, увязав за собой «Летящего». Что случилось с Пороховым, я не увидел.
Сам же я успел только броситься в ближайшую нишу в стене и закрыться энергетическим щитом.
Рядом что-то оглушительно рвануло. Похоже прилетели снаряды от «роботов-меганобов». Потом еще пару раз. А затем пол под ногами внезапно потерял твёрдость и я начал проваливаться в чёрную пустоту. А вместе со мной и все дикие, что успели прорваться через гермозатвор.
Но «наслаждаться» падением пришлось недолго. Ведь уже через пару мгновений меня приложило чем-то тяжёлым по голове и мир перед глазами погас.
В кармане штанов завибрировал телефон. Достал его и глянул на экран. Увидев, кто мне звонит, не смог сдержать улыбку. Это была Лена. Там самая секретарша, которая, как считал, варила лучший кофе в Москве.
Сразу же снял трубку:
— Алло.
— Привет, Максим, — голос у Лены был подавленным. Будто девушка была убита горем.
— Привет, Лен, — поздоровался я в ответ. — Не ожидал от тебя звонка.
— Сама не ожидала, — дрогнувшим голосом произнесла она. — Точнее, не надеялась, что вообще дозвонюсь. У тебя ведь всё время телефон выключен. Даже моё последнее сообщение таки висит не прочитанным.
— Прости, Лен, — пытался я подбирать правильные слова. — В этой командировке прям беда со связью. Совсем замотался тут.
— Устал?
— Да, — честно ответил я. — Пожалуй, устал. И даже очень.
— Ну теперь отдохнёшь, — на миг голос Лены приободрился. Но только на миг. Дальше она продолжила говорить с прежней тяжестью. — Ты ведь теперь свободен.
— Да, теперь я свободен, — согласился я, но тут же увидел подвох в её словах. Да и вообще начал понимать, что весь этот разговор отчего-то странный. — Подожди, Лен. О какой свободе ты говоришь? Что ты имеешь ввиду?
— Всё просто, Максим, — ответила девушка. — Тебя же больше нет.
— В смысле меня больше нет?
В этот момент девушка расплакалась.
— В прямом смысле, Максим, — сквозь слёзы ответила она сбивчивым голосом. — Нет тебя больше. Умер ты, Максим, понимаешь?
— Умер? Как умер?
Но больше Лена мне ничего не сказала. А вокруг меня повисла жуткая тишина. Такая, в которой можно было услышать стук собственного сердца.
Я несколько раз позвал девушку, ссылаясь на то, что, видимо, были какие-то неполадки со связь. А затем решил снова посмотреть на экран мобильника. Но, к моему удивлению, никакого мобильника в моей руке не было. Более того, даже руку я не увидел. И даже больше — вокруг меня была кромешная темнота.
А затем я понял, что совершенно не чувствую своих конечностей. Ни ног, ни рук. Будто всё отнялось. А окружала меня непроницаемая темнота и полнейшая тишина. Только лишь стук моего сердца угадывался во всём этом.
Похоже, этот телефонный разговор с Леной мне привиделся. Или приснился. А я совершенно точно не умер. Я жив.
В следующий миг мной чуть было не овладели страх в компании с паникой.
— Так, Макс, а ну соберись, — силой воли постарался я подавить в себе негативные эмоции. — Давай разберёмся, что происходит. Что случилось? Где я нахожусь? Что последнее я помню?
Я начал копаться в своей памяти, пытаясь отыскать момент, который бы подсказал, где нахожусь. Нужно было срочно вспомнить, что случилось.
Поначалу у меня ничего не получалось. В голове всплывало всё, что угодно, кроме того, что мне было нужно. Но, спустя какое-то время, которое показалось мне вечностью, в голове начали всплывать обрывки воспоминаний.
Мы прибыли в аномальную зону недалеко от Рязани. Впрочем, я это с самого начала знал. После прохода границы зоны у нас всё пошло не по плану. Наша точка входа на подземную железнодорожную станцию оказалась недоступной. Её, вроде, перекрыла орда диких. А что было дальше? После мы… чёрт возьми! Всё, что было дальше, будто отрезало.
Тут я впервые с момента пробуждения почувствовал свои ноги. И от этого ощущения, сказать честно, радости у меня не прибавилась. Ведь это была боль. Не сильная, а какая-то притуплённая. Тем не менее, боль есть боль. Это всегда неприятно.
Я быстро понял, что что-то очень тяжёлое и твёрдое сдавливало на мои ноги.
Вскоре боль начала подниматься выше по телу. Когда она добралась до рук, я понял, что ситуация, в которую я попал, мягко сказать, была сложная. Если и вовсе не сказать безнадёжная. Судя по всем, я был под завалами.
Причём завалило меня так, что я совершенно не мог воспользоваться своими конечностями — все они были зажаты обломками. Только головой мог немного двигать. Хоть в этом мне повезло. Ведь, завали её так же как всё остальное, то едва ли я выжил бы.
Чёрт, дышать становится всё сложнее. Похоже, воздух заканчивается. Надо попробовать выбраться отсюда. Но как это сделать, когда не можешь шевелить ни руками, ни ногами?
Впрочем, тут долго думать не пришлось. У меня ведь были энергетические руки.
Но это было хорошей идеей только в теории. Ведь нащупать свою способность, оказалось тем ещё испытанием. Очень долго мои энергощупальца не хотели отзываться. Даже представить не могу, сколько времени я убил, чтобы, наконец, совладать со своей способностью.
А воздух тем временем заканчивался.
Но, даже когда мой дар оказался под моим контролем, какого-либо ощутимого результата я добиться не сумел. Та груда обломков, которой меня завалило, была совершенно неподъёмной.
В этот момент в голове всплыло воспоминание, как я поднимал энергоруками бревно вместе с Ольгой, Евгением и Борисом. Вес там был довольно приличный. Но тут, похоже, вес завалов был в разы больше.
К тому же, не стоило подобным способом тревожить обломки. Мне повезло, что я чудом остался жив после обвала. Но, если сейчас начну толкать камни, то могу сделать себе медвежью услугу. Обломки могут сместиться и раздавить меня я окончательно.
— Стоп! — одёрнул я себя. — Обвал. Кажется я вспомнил. Мы объединились с отрядом «Кулака». Затем прошли по шахте, преследуемые ордой диких и закрыли гермозатвор. Таким образом мы остановили тварей. Но не надолго. Затем заражённые сделали что такое, из-за чего и произошло это обрушение.
Благодаря этому воспоминанию, я смог лучше проанализировать своё положение. Выходит, что под этими завалами нахожусь не только я. Тут рядом со мной могут быть погребены и сотни заражённых. Более того, вокруг завалов кто-то из них мог остаться жив. А, если я в таком состоянии выберусь отсюда, те встретят меня с распростёртыми объятиями. Я могу после такого и не выжить.
Что ещё? Здесь же рядом могут где-то быть две башни. Что-то мне подсказывало, что именно они гермозавтор и уронили.
Стоп! Похоже шоковое состояние, в котором я находился, совсем выбило из моей головы чуть ли не важнейший момент. Я ведь был не один. Что случилось с нашей группой? Они так же попали под обвал, как и я, или их не зацепило?
Надо срочно попытаться с ними связаться.
— КИОС, включись, — дал я голосовою команду, чтобы зароботал встроенный мои баллистические очки визор.
К моему счастью блок управления КИОСом не был поврежден. И даже линзы остались целыми. Если не считать нескольких трещин и царапин на стекле.
Увидел надпись в верхней части визора:
Ну отлично. Будто у меня и без этого проблем мало было.
Что ж, оставалось надеяться, что ребята выжили. Ну, а мне придётся придумать, как выбраться отсюда самостоятельно. Ведь никакой помощи, похоже, не предвидится. Более того, если мои боевый товарищи выжили, они могут посчитать, что я умер под этими завалами.
А ещё я даже не знал сколько времени прошло с момента обрушения. Отряды банально могли уже уйти отсюда.
Впрочем, у меня же есть рабочий КИОС, в котором, разумеется, были часы. Похоже, не смотря на то, что голова моя осталась цела, её всё-таки ударило во время обвала. По-другому я не знал как объяснить, почему я упускал такие очевидные моменты.
Глянул на часы:
По крайней мере день тот же. Тем не менее, времени прошло немало. Шесть с половиной часов я был в отключке. Если других ребят из наших отрядов не завалило, то за это время они вполне могли завершить миссию. Только вот, похоже, они этого ещё не сделали. Иначе бы сигнал аномальной зоны отсутствовал. А он был.
Ладно, надо начинать думать, как выбраться отсюда, а затем выяснить, что случилось за время моего отсутствия. Но что я могу предпринять? Руки и ноги у меня зажаты. На них надежды нет. Энергощупальцами тоже нельзя пользоваться. Иначе можно вызвать новое обрушение и тогда моё положение, вероятно, станет ещё плачевнее. Вплоть до самого худшего варианта.
— Свет, — произнёс я, чтобы визор подсветил мне ловушку, в которую я угодил.
Как только визор выполнил мою команду, я увидел своего спасителя. Точнее ту штуку, благодаря которой я остался жив. Это была массивная металлическая балка. Она упала прямо над моим лицом и тем самым не позволила обломкам добраться до головы.
— Что ж, спасибо тебе, двутавровая специальная балка. Только вот надолго ли ты продлила мою жизнь? Ведь я совершенно не вижу никаких возможностей выбраться отсюда. Жаль, что у меня больше нет других способностей, кроме энергетических рук.
Стоп. Как это нет? Я ведь могу воспользоваться энергетическим телом. Точнее, мог бы, если бы знал, как это делать. Увы, но девушка, которая могла бы научить меня этому, создала все условия, чтобы я не стал посещать её занятий по йоге. Мда-а, Алла, не пойди ты на поводу у Кудрина, то я, возможно, уже давно бы выбрался из-под этих завалов.
Но, как ни крути, придётся научиться выходить из своего тела самостоятельно. Здесь и сейчас. Ведь воздух уже почти закончился. Делать каждый следующий вдох становилось всё сложнее.
Но что же мне сделать, чтобы научиться прогулкам в энерготеле? Из очевидного — надо вспомнить те ощущения, которыми сопровождались все мои предыдущие выходы из тела. Но для начала надо выбрать правильное воспоминание.
Отчётливей всего в памяти сохранились два последних — с Аллой. Но их я сразу же отсеял по понятной причине.
Ещё одно, самое первое, тоже не поможет. Это случилось на первое утро после падения астероида. Я тогда, можно сказать, во сне вышел из тела погулять и процесса самого покидания тела совершенно не помню.
Другое воспоминание было про то, когда ко мне впервые пришёл «в гости» астероид в образе обнажённой девицы. Это было после первой миссии в деревне. Но этот вариант мне тоже не подходил, ведь тогда выход из тела тоже произошёл во сне.
В итоге остановился на самом ярком воспоминании. На том, когда Лена с разбегу врезалась в меня в офисе и, можно сказать, выбила из меня дух. Если это поможет, то получится, что благодаря Лене, я освою вторую способность. Ведь её попа в своё время сыграла немаловажную роль в том, чтобы я научился пользоваться своими энергетическими руками. Как бы это ни звучало…
Лена… знала бы она, где я сейчас нахожусь. Интересно, придут времена, когда я смогу ей обо всём этом рассказать?
Так, Макс, не отвлекайся. Сконцентрируйся не моменте, когда Лена сбила тебя. И не забывай визуализировать её аппетитные изгибы. Это должно помочь. Ведь уже разок помогло.
Но, опять же, моя задумка казалась простой только на словах. На деле же я ппровёл в попытах выйти из своего тела добрых полчаса. Но так и не добился никаких успехов. Даже намёка это не было. Я раз за разом представлял и ситуацию, в которой Лена сбивает меня с ног. И одновременно с этим саму девушку в той самой миниюбке. Но так и не добился никаких результатов.
— Да чтоб тебя, — выругался я, подкрепив свои слова весьма неприличными выражениями.
Тут в моей голове всплыл ещё один момент из моей жизни. Это был очень необычный сеанс массажа, во время которого массажистка учила меня расслаблять тело. Она объясняла, что нужно расслабиться до такой степени лёгкости, когда начнёт казаться, будто покачиваешься на волнах. Собственно, изначально и нужно было представить будто ты лежишь на поверхности воды на спине. И при этом стараться не думать ни о чём.
Следующие десять минут я провёл за этим занятием. Хотя, было довольно сложно. Ведь дышать остатками воздуха без приступов кашля уже было почти невозможно. Да и боль во всём теле вносила свой негативный вклад. В общём, всё это, разумеется, никак не помогало мне добиться нужного эффекта.
Тем не менее, еще через десять минут я таки смог очистить свои мысли и даже ощутил ту самую лёгкость. Затем представил, как я покачиваюсь на волнах. Мне показалось, что даже боль ушла.
Полежал так пару минут, привыкая к своему состоянию. А затем применил «тяжёлую артиллерию». Представил в голове во всех сочных деталях красавицу Лену.
Мгновенного эффекта, как бы мне хотелось, это не дало. Но вскоре я ощутил покалывание чем-то холодным по всей коже. И это было именно оно. Именно это я всегда чувствовал перед каждым выходом из тела.
Похоже, у меня получилось.
А затем я провалился вниз. Точнее моё энергетическое тело начало падать прямо сквозь обломки.
Что ж, спасибо тебе, красотка Лена. Сама того не зная, ты помогла мне освоить вторую способность. И даже, можно сказать, спасла мне жизнь. Вот теперь точно никаких «но». При первой же возможности обязательно свожу её на свидание. И больше ничто нам не помешает.
Падение оказалось коротким. Я бы даже сказал, молниеносным. Уже через секунду я ударился спиной о поверхность земли. Ощущение было очень непривычным. Ведь между обломками практически не было полостей. Я как бы постоянно находился внутри них. Сориентироваться в таких условиях было сложно, поэтому я постарался вспомнить информацию с компаса на визоре. А затем пошёл туда, где предположительно находился восток. Именно в ту сторону мы с отрядами двигались перед тем, как случился обвал.
Таким образом я преодолел приблизительно пять метров, прежде чем смог выйти на открытое пространство. Похоже, с направлением я не ошибся. Я оказался в очередная шахте с железнодорожным полотном. А в одном из направлений даже виднелись задние вагоны поезда.
Похоже эта ветка проходила прямо под той, на которой я находился до обвала. Только вот, есля я правильно определяю направления сторон света, этот железнодорожный путь пролегал перпендикулярно тому, что был сверху.
Возле поезда виднелись едва разборчивые силуэты диких. Похоже это те, кому повезло не умереть под обломками. Меня они в призрачном образе, похоже не замечали. По крайней мере с такого расстояния.
Чёрт возьми. Где же это я оказался?
Но, прежде чем я продолжил изучать местность и размышлять о причинах строительства столь глубокой линии метро, я отвлекся на кое что поважнее. Возле завалов я увидел одного из членов нашей группы. Того засыпало обломками по грудь. Глаза были открытым. Только вот в них совсем не ощущалось жизни.
Я тут же подбежал, чтобы проверить пульс. Но этого не потребовалось. Ведь рядом с его телом я заметил лужу с чёрной основой. А это говорило только об одном — боец мёртв.
Едва сдерживая эмоции, я сел рядом с телом мёртвого бойца. Точнее с той его частью, которая была видна из-под завалов.
Бывалые солдаты, возможно, отнеслись бы к потере боевого товарища более стойко, чем я. Но со мной подобное случается впервые. И потому сдерживать себя было очень сложно. Я был буквально на грани от того, чтобы сорваться на крик. А ведь это был даже не член именно моего отряда. Он был из тех, кем командовал «Кулак». Это был подрывник «Летящий». Человек, которого я знал не больше получаса. Но всё же его смерть задела меня до глубины души.
Не знаю, что будет дальше. Может, мне однажды придётся привыкнуть к таким смертям, чего не хотелось бы, но сейчас принять это было сложно. Я бы даже сказал практически невозможно.
Просидев так с полминуты, снова взглянул в безжизненные глаза подрывника и вспомнил последние моменты перед тем, как я потерял сознание. Когда всё начало рушиться, прямо на моих глазах «Летящий» провалился вниз вместе с обрушившимся полом. После этого его, похоже, придавило обломками, а меня отрезало от остальной группы.
А ведь я и сам мог оказаться рядом с ним, будь я чуть пошустрее. В ту самую секунду, вместо того, чтобы сорваться с места и броситься вслед за товарищами, я решил промедлить. Не знаю, почему я это сделал. Быть может не был уверен, как действовать в сложившейся ситуации. Или же сработал инстинкт выживания. Но, так или иначе, всего одна секунда промедления, можно сказать, спасла мне жизнь.
А «Летящий» умер.
И вот он лежит рядом со мной. Не дышит. Но продолжает куда-то смотреть мёртвым взглядом.
Протянул ладонь к его лицу, чтобы закрыть ему глаза. Но сделать этого не сумел. Мои пальцы прошли насквозь. Повторил попытку — снова неудачно.
Так, это что получается? Выйти из собственного тела недостаточно? Теперь придётся ещё понять, как правильно управлять энергетическим телом?
Всё это очень странно. Ведь, насколько я помню, раньше я умел прикасаться к другими предметам, будучи в призрачном теле. К примеру, тот же момент с Леной в офисе, когда она сбила меня с ног. Я тогда ради эксперимента смог даже дверь открыть. И под пол не проваливался.
А сейчас что я имею? Сквозь груду обломков я упал, а потом спокойно вышел из неё. Но что остановило моё падение? Почему я не стал падать дальше под землю? Может, потому что дальше подо мной уже сплошной слой породы? С одной стороны это логично. Не падать же, в самом деле, мне до самого ядра планеты. С другой непонятно. Почему через что-то могу проходить насквозь, а через другое нет такой возможности?
Так или иначе, я точно знаю, что в призрачном облике можно контактировать с предметами. Нужно только понять, что для этого сделать.
Начну, пожалуй, с самого очевидного. Сконцентрируюсь на том, к чему хочу прикоснуться. В смысле попробую прочувствовать момент касания. По идее проблем с этим не должно возникнуть. Я ведь знаю какими ощущениями сопровождаются прикосновения к тем или иным объектами.
Вооружившись только что придуманной мной методикой, я снова протянул ладонь к лицу «Летящего» и попытался опустить его веки. Представил все ощущения. Так сказать, визуализировал прикосновение. Но, как обычно, с первого раз ничего не получилось. Со второго тоже. Что уж говорить? Третья, четвертая и пятая попытки тоже оказались неудачными. Лишь где-то на двадцатый раз я слегка ощутил прикосновение. Но уже через мгновение мои энергетические пальцы снова скользнули сквозь голову подрывника.
Так, какой никакой, а результат есть. Но всё же я что-то делаю не так. Здесь всё должно быть намного проще. Ведь не буду же я каждый раз концентрироваться подобным способом на том, к чему хочу прикоснуться.
Возвращаясь опять же к моменту в офисе — я тогда ни о чём подобном не думал. Просто делал.
Может и сейчас так же попробовать? Не концентрироваться на прикосновении, а наоборот — вообще не думать об этом. Просто делать.
Стараясь придерживаться нового плана, я предпринял очередную попытку опустить веки «Летящему». И сразу же получил результат. Нет, сделать всё сходу не удалось, но мимолётное касание я ощутил. Повторил по той же схеме ещё несколько раз. И уже через минуту мёртвый боец лежал передо мной с закрытыми глазами. У меня получилось.
— Так-то лучше, — похвалил я себя.
Произнёс я это шёпотом, чтобы не привлекать внимание диких. Около десяти их силуэтов просматривались в темени возле ближайшего вагона поезда. Впрочем, возможно, вдоль состава их наберётся ещё больше.
Обратил внимание на странные светящиеся полосы на стенах, из которых шёл то ли пар, то ли дым. Они выглядели, как раны, которые оставил коготь какого-то гигантского монстра. К тому же их было довольно много — на стенах, полу и потолке, и даже на вагоне. Вспомнил, что подобные полосы я видел каждый раз когда выходил из своего тела. То есть, это не особенность конкретно этого места. Это везде так.
Но долго рассматривать дымящиеся полосы мне не удалось. Ведь внезапно рядом с собой я услышал приглушённый мужской голос:
— Сложно было?
Повернув сразу же голову на звук, я увидел «Летящего» в призрачном облике. Он стоял возле своего тела и смотрел на меня пронзительным взглядом.
От неожиданности я отскочил назад и чуть было не упал, споткнувшись о рельсу.
— «Летящий»? Это ты? — даже не знаю, что я испытывал больше в тот момент — страх или удивление. — Но как? Ты же…
— Мёртв? — закончил тот за меня вопрос. — Да, всё верно. Твой товарищ умер.
— Мой товарищ? — насторожился я. — Почему ты говоришь про себя в третьем лице?
Я бросил мимолётный взгляд на тело подрывника. Точнее не на него самого, а на лужу чёрной основы, что всё ещё находилась рядом с ним. А, раз основа покинула его тело, то это могло означать только одно — «Летящий» был точно мёртв. А этот призрак, похоже, что-то другое…
— Это же не ты, да? — я отступил от призрака ещё на пару шагов.
— Почему же? Это я, — улыбнулся призрак уголком губ. — Хотя, — глянул он на тело «Летящего», — если ты имеешь ввиду его, то да. Он — не я.
Тут до меня дошло, кто передо мной. Это был астероид. Точнее, его разум. В зону с нашей базой он доступа больше не имел. Поэтому и не беспокоил меня там. А здесь появился сразу же, как только я остался один.
— Чего тебе нужно? — не испытывая особого желания разговаривать с врагом, спросил я. Как только я понял, кто мой собеседник, все намёки на страх сразу же улетучились.
— В прошлый раз наше общение прервалось не самым хорошим образом, — сказал тот. — Хочу предложить начать заново.
Астероид застыл на месте в ожидании моего ответа.
— Для начала избавься от внешности того, кого ты только что убил, — я переключил своё внимание на завал, а на призрака даже перестал смотреть. Был уверен, что он не сможет мне навредить. Иначе бы давно уже это сделал.
— Тут, Максим, ты не прав. Не я являюсь причиной смерти этого человека, — возразил астероид мне. — Не я убил твоего товарища. Это жертва ваших непоследовательных действий. Прими вы сразу моё предложение, можно было бы избежать не только эту смерть. Можно было бы сохранить жизнь тысячам людских особей…
— Особей? — перебил я его. Мне такое высказывание совсем не понравилось. — Так ты к нам относишься?
— Прости, если обидел, — он даже сделал такое выражение лица, будто ему стало стыдно. Хотя, я был уверен, что это всего лишь притворство. — Я ещё учусь общаться с вами. Не суди строго.
— Допустим, — хмыкнул я.
— Но я успел заметить, что вы, люди, очень упрямые.
— А ещё мы очень недоверчивые к инопланетным созданиям, — я пристально взглядом посмотрел на собеседника. — Ты прилетел к нам, скажем так, без разрешения. И уже слишком много разрушил, чтобы мы тебе доверяли. Может просто возьмёшь и вернёшься в космос? Так будет всем проще.
— Я же тебе говорил, я хочу жить. Так же, как и вы. И я на это планете…
— Да, да, да, — отмахнулся я, сделав вид, что мне совершенно не интересен наш разговор.
Сам же в это время приблизился к завалу и попробовал убрать один из обломков. К моему удивлению сделать это было довольно сложно. От чего-то сила в руках была гораздо меньше, чем в энергощупальцах, которыми я управлялся из физического тела.
Заодно прикинул, сколько времени мне понадобится на то, чтобы откопать себя. И даже приблизительные подсчёты меня нисколько не обрадовали. Таким образом разгребать завал было крайне неэффективно. У меня на это уйдёт несколько часов, а то и дней. Было очевидно, что моё физическое тело умрёт от недостатка кислорода гораздо раньше, чем я доберусь до него.
Тем временем мой собеседник присел возле тела «Летящего», чьей копией он был. И, глядя на того, продолжил разговор:
— Хочется вам, людям, этого или нет, но я останусь на этой планете. Ведь, даже если отбросить моё желание остаться, я банально не смогу вернуться в космос. Придётся вам принять тот факт, что мы теперь будем существовать вместе всегда.
— Либо мы тебя уничтожим.
— Или я вас истреблю, — тут же парировал тот. — Пойми, Максим, меня ведь устроит и сосуществование с обычными животными. Более того, так даже будет лучше. Они ведь не станут мне вредить. По крайней мере умышлено, как вы.
— Ты первый начал эту войну.
— Война? Так вы теперь это называете?
— Других определений не нашлось.
— Я не согласен, — призрак поднялся на ноги и встал рядом со мной. — Это не война. Это эволюция, естественный отбор. А, как у каждого подобного события, тут без жертв не обойтись.
— Ты же сказал, что можно было бы избежать смертей? — кивнул я на труп «Летящего». А сам продолжал думать, как пробраться через завал до своего тела. — Или хочешь сказать, это другое?
— И да, и нет, — спокойно ответил собеседник. — Впрочем, конкретно этот человек мог бы жить. Ему умирать необязательно было. Ведь он уже адаптировался к изменяющемся миру. А значит мог бы прожить ещё очень и очень долго, — призрак вопросительно посмотрел на меня. — Ну так что, Максим, начнём наш диалог с нуля? Забудем все прежние обиды? Ведь так вы, люди, говорите, когда хотите разрешить какой-либо конфликт?
— Не всегда, — я даже на миг забыл про завал. — И далеко не с каждым есть смысл создавать новое начало. И ещё, — вспомнил я про момент, который астероид до сих пор не исправил, — ты до сих пор внешность не сменил.
Окончательно потеряв веру в то, что есть какой-либо смысл разгребать завал голыми руками, я решил воспользоваться своей способностью. Только вот была одна загвоздка. Раньше я думал, что мои щупальца — это часть энерготела. Точнее, те дополнительные конечности, что вырастали из моих плеч, это вот эти самые руки, которыми я только что откинул в сторону пару обломков.
Но теперь мне пришлось изменить своё мнение. Ведь силы были несопоставимы. Энергощупальцами я эти булыжники раскидал бы без труда. И смог бы быстро добраться до своего тела. Но сейчас сила моего энергетического тела была схожа с силой тела физического. Уж не знаю, почему так вышло, возможно, я ещё не до конца освоился, но, выходит, что сейчас мне придётся и в призрачном образе использовать вторую пару рук.
Только, как всегда, это было легко только на словах. Применять свою способность в нормальных условиях я давно привык. А вот будучи призраком понятия не имел, как это сделать.
— Такая внешность подойдёт? — собеседник сменил облик на тот, в котором являлся ко мне чаще всего. Облик Лены.
Я оценивающе посмотрел на него. Отметил, что внешность девушки он скопировал очень точно. Даже невозможно ни к чему придраться. Длинные светлые волосы, белая блузка, соблазнительно обтягивающая грудь, короткая юбка, стройные ножки, туфли на высоком каблуке. Именно такой я Лену и помнил.
Тем не менее выбор астероида меня не устроил. Не хотел я, чтобы Лена, к которой рано или поздно я хотел вернуться и сводить её на свидание, ассоциировалась у меня с моим врагом.
— Нет. Придумай что-нибудь получше. Не хочу видеть тебя в образе дорогого мне человека, — как-то неожиданно для себя самого я подобрал для Лены именно это слово. Даже сам удивился.
— Понимаю, — кивнул призрак и тут же принял облик той нагой девушки, в облике которой он приходил ко мне в первый раз.
Я снова бросил на девицу оценивающий взгляд. Отдать астероиду должное, а мужские пристрастия он изучил хорошо. Ведь в красивых девушек мимикрировал он потрясающе.
Впрочем, и этот вариант меня не устроил.
— Пробуй дальше, — подытожил я. — Вообще не хочу, чтобы ты ассоциировался с чем-то прекрасным.
— Странные вы существа, — призрак обернулся в Неделина. В того офицера, который пытался притащить осколок под Москву.
— Да ты, наверное, шутишь? — удивлённо посмотрел я. Разумеется, этот вариант мне тоже не понравился.
— А если так? — он превратился в совершенно незнакомого мне мужчину. Судя по его военной форме, это был американский солдат.
— Это ещё кто?
— Питер Хейст.
— Кто?
— Американский военный, который в данный момент представляет для меня наибольшую опасность.
— Не переживай, — усмехнулся я. — Американцы — не те, кого тебе стоит бояться. Ведь главный твой кусок лежит на русской земле. До туда им не добраться
— Кусок? — призрак состряпал на лице недоумение. — Это прозвучало обидно. Наверное так же, как когда я назвал человеческое существо особью. И ещё, хочу напомнить, я никогда не вру. Мне это ни к чему.
— Переживёшь, — не стал я извиняться. — То есть ты хочешь сказать, что некий американец забрался в зону на территории России? Слабо вериться.
— Он не один. Там целый отряд. Они называют себя морскими котиками…
Что астероид говорил дальше, я не услышал. Ведь внезапно у меня закружилась голова и мне стало сложно дышать. Я ощутил сильную боль в груди. А затем я оказался в своём теле, которое в этот момент находилось под завалами.
Очень быстро я понял, из-за чего я ощутил эту боль. Дело в том, что у меня почти не осталось воздуха. По этой причине мной овладел такой приступ кашля, что я думал, что вот-вот выплюну лёгкие.
Кое-как справившись с кашлем, я повторил процедуру выхода из тела. К моему счастью, получилось это без какого-либо труда и долгих медитаций.
— Тоже умираешь? — такими словами встретил меня астероид, когда я выскочил в призрачном теле из завалов.
Ничего не отвечая, я принялся спешно откидывать обломки. А попутно пытался нащупать свои энергощупальца, чтобы подключить делу и их.
— Не успеешь, — заинтересованным голосом произнёс собеседник.
— Вот сейчас и проверим, — я всеми силами пытался активировать свою способность, но ничего не выходило. А боль тем временем начала возвращаться. Я мог в любой момент снова вернуться в своё тело.
— Эволюция даровала тебе такие потрясающие возможности, — продолжал приговаривать астероид. — А ты даже…
— Заткнись и не отвлекай меня! — прикрикнул я на него.
— Я могу сделать, как ты требуешь. Но в таком случае ты умрёшь.
Я решил промолчать. Не до разговоров сейчас. Нужно было срочно понять, как воспользоваться своими щупальцами. Думай, Макс, думай. Почему мне так сложно сделать в призрачном теле то, что в физическом так легко получается.
— Если ты надеешься на энергетические конечности, то зря, — услышал я за спиной негромкие слова астероида. — Тот дар дан тебе для защиты плоти. А это тело обладает иными возможностями. Просто посмотри по сторонам.
Я прервал разбор завалов и медленно развернулся к собеседнику.
— Что ты сказал? — протянул я.
— Посмотри по сторонам, — он кивнул в сторону ближайшей светящейся полосы в стене.
Чем в данной ситуации могла мне помочь эта странная рана, из которой валил густой пар, я не понимал, но раздумывать было некогда.
По этой причине, я сразу же сорвался с места и подбежал к ближайшей из них. К той, которая сияла в стене прямо возле завала. Её края были неровными, как и полагается ране, а размером она была почти в мой рост.
Но тут меня охватили сомнения — я ведь только что послушал совет своего врага. Не хочет ли он таким образом отвлечь меня?
— Почему я должен тебе верить? — обернувшись к астероиду, спросил я.
— Потому что я не желаю тебе зла, Максим, — ответил тот. — Я пришёл сюда, чтобы показать то, чему тебе, и всем остальным, без моей помощи придётся учиться годами.
— Полагаю, взамен ты захочешь, чтобы я переметнулся к тебе?
— Я лишь покажу, как раскрывать потенциал дара. Открою глаза на то, что ты не замечаешь. А дальше сам решай, что тебе делать с этим. И на чьей стороне быть.
Казалось бы, мне даёт советы враг. Верить такому ни в коем случае нельзя. Но что-то мне подсказывало, что в данный момент он говорил искренне. Разумеется, не в плане того, что он не желает мне и другим людям зла. Тут для меня все было однозначно — он явно хитрил и затевал очень опасную игру. Но вот его намерение рассказать про способности почему-то не казались обманом.
Тем не менее, нужно быть с ним настороже. И не терять бдительности. Даже если он и впрямь сдержит слово, это не исправит его сущности.
Я обернулся обратно к полосе не стене.
Так, а дальше что? Что с ней делать?
При близком осмотре оказалось, что светящаяся полоса вовсе не полоса. Это ниша. Причём её ширина была такой, что я мог просунуть руку внутрь. Разумеется, я отдавал себе отчёт, что не стоит совать руки в те места, которые вызывают подозрение, но в данной ситуации меня это мало волновало. Нужно было срочно что-то предпринимать. Вдобавок я снова ощутил головокружение, грозящее вернуть меня в физическое тело.
Доверившись своим инстинктам, сунул руку в светящуюся нишу. Внутри я быстро нащупал какую-то холодную верёвку, которая была натянута горизонтально. Не думая, дёрнул её на себя.
Я ожидал, что просто выдерну эту веревку из ниши, а дальше буду думать, что с ней делать. Но не тут-то было. Вместо этого стена передо мной внезапно раздвинулась, будто это были двустворчатые двери. А за ними я увидел полноценный проход, в который можно было пройти в полный рост.
— Поздравляю, Максим, — услышал я голос астероида за спиной. — Ты открыл в себе ещё одну способность.
С того момента, как астероид упал на Землю, я успел повидать многое. Можно сказать, что я каждый день узнавал что-то, с чем никогда ранее не сталкивался. Причём, как правило, эти новинки были непременно связаны с чем-то, что не поддавалось объяснению с точки зрения физики. А порой даже и логика не справлялась.
Вот и сегодняшний день не стал исключением. Ведь с объяснением того, каким образом в стене образовалась дверь с проходом за ней, едва ли справится какая-либо наука.
А ещё больше удивляло то, что я просто сунул руку в дымящуюся нишу в стене и дернул за какую то незримую верёвку. И после этого участок в стене передо мной буквально превратился в двустворчатые ворота. Которые затем сами собой распахнулись.
— Охренеть, — в русском языке есть более подходящее слово для выражения эмоций в подобных моментах. И они, скорее всего, сейчас были бы гораздо уместнее. Но я решил не жестить. — Что я только что сделал?
— Создал новый путь, — поспешил ответить на мой вопрос призрак астероида. — Или, как любят говорить люди, нашёл уязвимость в системе и с её помощью создал лазейку, — он подошёл в правой створке двери и заглянул в образовавшийся проход. Изнутри валил густой пар и из-за него не было видно, как далеко уходил образовавшийся коридор. — Впрочем, ты ещё не довёл до конца это это дело. Советую поспешить.
Про спешку я без него знал. Ведь моё тело, которое задыхалось под завалом, долго не протянет в таких условиях.
Но что мне делать дальше? Что за лазейку я такую открыл и почему астероид уверяет, что я ещё на завершил начатое?
Подошёл ближе к клубящемуся пару и сразу же понял, что собеседник имел в виду. Оказалось, что никакого прохода вовсе и не было. Ниша, что находилась за дверьми, углублялась в стену от силы на полметра.
— И что дальше? — произнёс я, протягивая руку, чтобы коснуться стены в нише, от которой и валил весь этот пар.
Но дополнительных уточнений не потребовалось. Стоило мне дотронулся до поверхности стены, как я прочувствовал всю породу, которая меня окружала в радиусе пяти метров. Я понимал её состав, знал её твёрдость, различал живущие там микроорганизмы. Но, самое главное, я мог мысленно воздействовать на на неё. Грубо говоря, внутренним взором я видел картинку, похожую на ту, когда создаёшь проект в трехмерной программе. И конкретно сейчас у меня была возможность создать в этом месте подземный проход.
— Невероятно, — вдохновенно произнёс я, пытаясь определить в каком направлении лежало под завалами моё тело. До него было больше пяти метров, поэтому я его пока не видел внутренним взором. — Как это возможно? Нельзя же просто так взять и изменить структуру других веществ. А, тем более, убрать их.
— Ты ничего не меняешь и стираешь, — спокойным голосом ответил астероид. — Я же говорю, это просто лазейка в системе.
Определившись с направлением, я представил округлый тоннель, который тянется от меня на пять метров. После этого убрал ладонь с поверхности стены и порода передо мной начала буквально таять. И на её месте создавался коридор именно той формы, какую я представлял в своей голове. А уже через пару секунд всё было готово.
— Даже если это лазейка, всё равно в голове не укладывается, как это происходит, — несмотря на сомнения, я спешно двинулся вперёд по проделанному мной проходу.
— В местах, где произошла трансформация (вы, люди, называете их аномальными зонами) это обычное явление, — между тем объяснял астероид. — Эволюции подвергаются не только живые организмы. Но меняется и вся структура планеты. Первая и главная ошибка всех, кто получил дар, заключается в том, что вы зацикливаетесь на себе. Отчего-то вы не учитываете, что изменились не только вы. Вы забываете, что вместе с вами меняется и планета. А способности одарённых, зачастую, тесно связаны с окружающим миром. Поэтому на него можно оказывать влияние. Самое разное.
Наматывая получаемую информацию на ус, дошёл до дальней стены, от которой также исходил густой пар. Повторил процедуру — прикоснулся к ней и внутренним взором определил местонахождение своего тела. Оно лежало в трёх метрах чуть левее от этого места. Тут же принялся создавать новый путь. Отметил, что каким-то образом повлиять или навредить своему телу я не мог. Похоже, эта лазейка в системе работала только, так сказать, с неодушевлёнными объектами. Впрочем, так даже лучше. Не придётся себя выковыривать из под обломков. Я их просто заставлю исчезнуть.
Но тут я заметил сложность. Новый участок коридора нужно было прокладывать под обломками. А, если образовать там полость, то конструкция может разрушиться. И, вместо спасения себя, я сделаю в точности наоборот.
Поэтому мне пришлось поломать голову, чтобы понять, как проделать новую лазейку таким образом, чтобы ничего не обрушилось. Сначала хотел пройти снизу. Но внезапно столкнулся с каким-то ограничением. Почему то я не мог утопить коридор более, чем на один метр.
— Изменение земной коры — процесс не самый быстрый, — призрак, разумеется, знал на это ответ. — Там, внизу, находится ещё прежняя порода. Через неё тебе не пробиться. Но можешь подождать день другой и проблема решится.
— Не смешно, — хмыкнул я и начал прорабатывать другие варианты лазейки через обломки.
Мне повезло, что я был инженером-строителем. Поэтому знал не понаслышке, как распределять нагрузку и создавать устойчивые конструкции. К тому же в этом мне помогало внутреннее чутьё, которое, похоже, было частью моей способности создавать эти самые лазейки. Я буквально чувствовал опасные места и понимал, где мой тоннель точно обвалится, а где немного продержится.
Впрочем, в данном случае вообще не было возможность создать долговечный проход. Какой бы я коридор не сделал, он всё равно вскоре разрушится. Но мне и не нужна была вечная лазейка в этом месте. Главное, чтобы хватило времени вызволить своё тело из каменной ловушки. Ну, а после меня, как говорится, хоть потоп.
— Вот так, пожалуй, будет отлично, — наконец, я определился с тем, как проложить новый проход. Сделал его так, чтобы несколько металлических балок остались под самым потолком. Таким образом он возьмут на себя основную нагрузку и потолок продержится подольше.
Отпустил руку от стены.
В следующий миг произошло то же самое, что и в прошлый раз — выбранный мной участок просто растаял. А в трёх метрах от себя, там, где и предполагал, я увидел своё тело. Я не стал убирать обломки под ним, чтобы оно не упало из-за образовавшейся снизу пустоты.
— Быстро ты освоился, — усмехнулся астероид.
— Жить захочешь, и не такое сделаешь, — ответил я.
— Вот и я о том же, — с тонким намёком добавил он. Похоже он имел в виду своё утверждение, что оказался на Земле именно из-за стремления выжить.
В этот момент всё вокруг затрещало. Посыпалась пыль. Со стен и потолка начали падать мелкие камни и угрожающе трястись большие обломки. Протяжно заскрипели балки под потолком.
Нужно было спешить, пока всё не разрушилось.
Я бросился вперёд к своему телу, чтобы вытащить его наружу. Но, как только прикоснулся к нему, тут же оказался в нём.
Меня тут же облило болью, слово из ушата.
Похоже, когда тело было зафиксировано под обломками, весь контраст боли не ощущался. Но сейчас, когда появилась возможность двигаться, тело тут же поспешило сообщить мозгу обо всех повреждённых участках.
Кроме непрекращающегося кашля, я ощущал острую боль в плече и в обеих ногах. Похоже, было сломано несколько рёбер. Спина была будто не моя. Шею вообще невозможно было повернуть. Ну а про ушибы вообще нет смысла упоминать. Все тело будто палками били.
Проверить, была ли возможность вытащить себя при помощи энерготела, я не стал. Нельзя было терять ни секунды драгоценного времени. Скорее всего, там пришлось бы учиться, как контактировать с собой, чтобы не соединяться в одно целое.
С пушным букетов из не самых приятных ощущений я попытался подняться. Это оказалось гораздо сложнее, чем я предполагал. Ведь, кроме боли, всё тело порядком затекло из-за многочасового пребывания в неподвижности.
Тем не менее, мне кое как удалось перевернуться и сползти с обломков на ровную земляную поверхность.
Сразу на ноги вставать не решился. Для начала направился к выходу ползком. Можно было, конечно, для начала размяться. Это бы увеличило мою скорость и избавило от некоторых болевых ощущений. Но я понимал, что на всё это времени не хватит. Ведь эта часть коридора может обрушиться в любой момент. Не хотелось мне заново попадать в ловушку.
Таким образом прополз примерно метр. А затем металлические балки надо мной заскрипели так пронзительно, что стало очевидно — пошёл стремительный процесс разрушения. Пару секунд и меня завалит.
В этот момент я вспомнил про свою первую способность. И почему только я раньше о ней не подумал? Энергощупальца тут же выскочили из моих плеч, и я сразу же бросил их вперёд — к выходу. Уцепился ими за двери и рывком потянул себя наружу.
С силой рывка, конечно, я перестарался. Получилось так, что я вылетел из прохода, как пробка, упал прямо на шпалы и огрелся головой о рельсу.
В коридоре раздался грохот. Прямо на меня хлынула густая пыль.
Я успел.
Понимая, что опасность миновала, я позволил себе немного расслабиться. Закрыл глаза. Вдохнул полной грудью. Хоть воздух из-за пыли был отвратен, тем не менее кислорода в нём было достаточно. А это самое главное.
Пролежал так пару минут. Надышался. Показалось даже, что стал чувствовать себя лучше. Попробовал подняться на ноги. Но, как только я выпрямился, голова резко закружилась, в глазах потемнело, а в ушах послышался звук, будто зажевало кассетную плёнку. А после этого я снова потерял сознание.
Проснулся от неприятного ощущения. Сначала мне показалось, что, пока я спал, обострилась боль в левой ноге. Но, когда открыл глаза, увидел, что дело совсем в другом. Мой ботинок пробовал на вкус дикий. А зубы у него, разумеется, были настолько острыми, что ему не составило труда прокусить мою обувь и вгрызться прямо в стопу.
— Ах ты, тварь! — прикрикнул я и сам не заметил, как одна из моих энергощупалец в следующий миг стала копьём и вонзилась «дегустатору» человеческой плоти прямо в ухо.
Тот от неожиданности (или боли) раскрыл рот в молчаливом крике. И тем самым высвободил мою ногу. А после этого я проткнул его голову ещё раз для надёжности. Убедившись, что враг мёртв, отбросил его труп к стене.
— Вот же гадина, — пытаясь подняться, снова выругался я. — Как же больно.
И впрямь, боль от укуса затмила собой все остальные ощущения, которых в моём теле было итак сполна.
Затем вспомнил, что рядом были и другие враги.
Глянул, не привлёк ли я их внимание своими выкриками. К моему счастью, те продолжали толпиться возле вагона и не обращали на меня никакого внимания.
Отметил, что это был хороший знак. Раз другие дикие не узнали, что их товарищ умер, значит башня их не контролировала. Ведь с последней сражаться в одиночку я был не готов ни морально, ни физически.
Попробовал подняться на ноги — не получилось. Всё, что я смог, это присесть возле рельсы и прислониться спиной к здоровенному куску сломанной плиты, которую, видимо, откинуло сюда после обвала.
— Доброе утро, — услышал я рядом знакомый голос. В этот раз призрак астероида не застал меня врасплох, поэтому никакого испуга я не испытал. — Так ведь люди приветствую друг друга после сна?
— Так, — кивнул я. — Но только по утрам. Хотя это некритично. Некоторые утверждают, что когда проснулся, тогда и утро.
Продолжать диалог с астероидом я не стал. Нужно было срочно оценить обстановку.
Начал с осмотра себя. Вся одежда в пыли. Рукава оборваны по локти. Тоже самое случилось с одной штаниной, благодаря чему было видно, как ниже колена красовался серьёзный порез. Ну и, конечно же, ботинок на этой же ноге был прокушен. Одежда на правом плече почернела от запёкшейся крови. Похоже и в этом месте меня что-то прилично поранило. Шлема не было. Рюкзака тоже. В разгрузке сохранился нож и несколько магазинов с патронами. Но от последних толку было мало. Ведь мой «Калаш» остался где-то под завалом.
Оглянулся по сторонам. Благодаря ночному зрению КИОСа удалось рассмотреть место, в котором я находился, гораздо лучше, чем это получалось делать глазами призрака. Ведь то зрение было чем-то вроде того, когда глаза привыкают к темноте. Вроде всё видно было, но в деталях рассмотреть всё равно сложно. А теперь, благодаря современным технологиям, от моего взгляда не ускользнёт никакая мелочь.
Впрочем, много нового я не узнал. Это была всё та же подземная железнодорожная шахта. С одной стороны она была завалена грудой обломков и пути туда не было. С другой стороны стоял состав поезда. Ближайший ко мне вагон на вид был самым обычным.
Созданный мною проход был на месте. Только вот, как мне показалось, он стал значительно уже и ниже. Если до этого я в полный рост там проходил, то сейчас вряд ли так получится.
Мне это показалось очень странным, но акцентировать внимание на этом не стал, ведь нашлась деталь поважнее. Возле дальней от меня стены, прямо у края обломков, лежал мой рюкзак. Первая мысль — как его туда забросило? Вторая — там есть вода и аптечка.
Забывшись, хотел было подняться, чтобы осмотреть находку, но завопившее от боли тело, тут же вернуло меня в исходное положение.
Впрочем, это была не проблема. Ведь теперь я умел гулять в призрачном образе, которое редко испытывает боль.
Вышел из тела и первым делом обратил внимание, что пропали все белые полосы, где можно было создать лазейку.
— Куда они делись? — сразу же направил я астероиду вопрос по этому поводу. — Где все лазейки?
— Это реакция окружающей среды на твои действия, — ответил тот. — Таким образом мир защищает себя от вмешательства со стороны живых существ.
— Почему? — мне показалось это подозрительным.
— Потому что это лазейка, — усмехнулся призрак. — Грубо говоря, это уязвимость в мироустройстве. Осознав это, система быстро залатала дыру.
— Хочешь сказать, я больше не смогу использовать новую способность?
— Почему же? Сможешь? Но потребуется время для обнаружения новых участков с лазейками.
— Похоже на откат способности, — махнул я рукой и направился к рюкзаку.
— Что? — удивили мои слова собеседника?
— Точно, ты же не в курсе, — остановился я и обернулся на него. — В видеоиграх есть такая закономерность. После применения сильного навыка всегда приходится ждать, прежде,чем появится возможность снова им воспользоваться. Я, конечно, немного играл в видеоигры, но про такие вещи успел узнать.
— Видеоигры? — продолжал призрак смотреть на меня с недоумением. — Что это такое?
— Долго рассказывать, — я продолжил путь к рюкзаку. — Но могу сказать, что именно из игр мы взяли главные принципы, чтобы объяснять происходящее с нами. Фёдор с Лёней даже систему уровней разработали.
— Брр, — астероид задумался. Видимо переваривал полученную информацию. Но затем коротко заключил. — Какая мерзость.
Тем временем я добрался до рюкзака, схватил его за лямки и потащил к своему телу. Мне хотелось изучить его содержимое, так сказать, в естественных условиях.
Вернулся обратно в себя. Решил первым делом достать болеутоляющее и попить воды. Но, после того, как открыл рюкзак, я застыл, разинув рот.
Это оказался не мой рюкзак.
— Что за чертовщина? — ругнулся я. — Это что, сумка «Летящего»?
Я глянул на подрывника, но сразу же заметил, что часть его походной сумки торчала из под тела. Это означало только одно — кроме нас, сюда провалился кто-то ещё. Либо из моего отряда, либо из его. Но кто?
— Так, у меня вопрос, — я даже себя чуть по лбу не пристукнул от мысли, почему я сразу не задал его астероиду. — Ты же знаешь обо всём, что происходит в этой зоне?
— Да, — ответил тот. — И даже понимаю к чему ты клонишь.
— В таком случае, скажи мне, живы ли другие члены моей группы? И где они сейчас?
— Я пришёл сюда не за этим, Максим, — его голос наполнился хмуростью. — Я решил помочь тебе разобраться с даром и понять, как изменился мир вокруг. В остальном я помогать тебе не стану.
— Серьёзно? Так сложно ответить на простой вопрос?
— Не сложно, — отрезал призрак. — Тем не менее, я не буду этого делать. Это твой путь.
— Ах ты ж кусок космического мусора, — выругался я и принялся искать в рюкзаке что-то, что могло подсказать чей он.
— Неприятно это слышать, — хмыкнул призрак и замолчал.
Я посмотрел на собеседника с мыслью: «А не слишком ли я резок с ним?». Но тут же резко одёрнул сам себя: «Нормально всё! Этот гад убил тысячи людей по всему миру. Он заслуживает куда большего, чем пару обидных слов».
Достал из рюкзака аптечку, нашел в ней болеутоляющее и закинул в рот сразу три капсулы. Разумеется, за раз не желательно принимать больше одной, но в моём случае это был допустимо. Ведь нужно было встать на ноги, как можно скорее. Поэтому я решил не придерживаться рекомендаций по дозировке. Не думаю, что из-за этого станет хуже. К тому же организм у меня сейчас не как у обычного человека. Выдержит.
Затем достал литровую бутылку с водой и опустошил её до дна. Ещё одну бутылку применил, чтобы умыться и промыть раны.
Уже через минуту стало гораздо легче. Отдать должное болеутоляющему, оно знало своё дело. Так же достал из аптечки антисептик и обработал им все свои раны, до которых смог дотянуться. Поблагодарил судьбу за то, что не получил никаких колотых ран и не пришлось выдергивать из себя острые предметы.
Прошерстил основной отдел рюкзака. Надеялся найти какую-нибудь еду, но ничего съестного не оказалось. А голод начинал всё сильнее о себе заявлять. Особенно после того, как я попил воды.
Проверил все карманы и обыскал всё остальное, но так и не смог выяснить, кто хозяин этого рюкзака. Как ни крути, а они у нас всех были одинаковыми. Свой опознать ещё можно, а чужой гораздо сложнее.
Но кто его здесь просил и почему? И куда делся?
Ещё через пять минут предпринял очередную попытку подняться на ноги. И в этот раз всё получилось.
В целом после приёма таблеток боль меня почти полностью отпустила. Только левая нога продолжала напоминать о себе. Более того, я даже прихрамывал на неё. Но это всё равно лучше, нежели передвигаться ползком.
Оставаться здесь больше не было смысла. Но, перед тем, как отправиться в направлении поезда, решил забрать чёрную основу с дикого, которого недавно убил. Там были совсем крохи, но это неважно. Всё пойдёт в дело.
А затем вспомнил про ещё одну лужу с основой — ту, что осталась после «Летящего».
Любой другой на моём месте забрал бы её без сомнений. Но не я. Я по-прежнему не мог спокойно брать основу с тех, кого знал при жизни. А рядом не было никого, кто мог бы заставить меня это сделать.
Тем не менее, я понимал, что это всего лишь предрассудки. И мне придётся через себя переступить. Сейчас я не в тех условиях, чтобы оставлять драгоценный ресурс, который может усилить меня.
— Прости, друг, — эти слова адресовал я «Летящему». — Я вынужден забрать твою основу. Думаю, ты понимаешь, что у меня нет выбора. И ещё — я уверен ты был отличным подрывником. Ребята ругались тебя не со зла. Не злись на них. Прощай.
Положил ладонь в лужу с основой летящего: Всплыло оповещение:
ЧО (чёрная основа): + 94 грамм
Сила: + 12
Скорость: + 15
Выносливость: + 7
Сила умения: + 17
Сопротивление: + 11
Мана: +3
Да уж, немного осталось после подрывника. А ведь я помню, что у того был 45 уровень, а почти все характеристики перевалили за сотню. Кстати, я ведь могу задать вопрос на эту тему главному виновнику происходящего.
— Куда пропадают цветные элементы после смерти? — без лишних прелюдий прямо спросил я призрака.
— Причина примерно та же самая, как в случае с лазейками, — пояснил тот. — Окружающая среда забирает большую часть себе. Следит, чтобы кто-нибудь резко не стал слишком сильным. Это вредно для других существ. Точнее, опасно. Зачастую даже смертельно опасно. И самому миру это может навредить. Ему ведь нужно, чтобы живых существ было в достатке.
— Ясно, следит за балансом.
— Это снова термин из видеоигр?
— Откуда же ещё…
Вытянул из-под «Летящего» его сумку. В ней тоже не оказалось ничего съестного. Был тот же набор, что и в найденной ранее. Причём аптечку смяло так, что использовать её уже невозможно. Даже бутылки с водой все лопнули. К моему удивлению, не нашлось и никакой взрывчатки. Похоже не врал подрывник — он успел всё потратить. В итоге ничего существенного не обнаружил, а то, что нашёл, брать было ни к чему. Ведь оно уже имелось у меня, а лишнее вряд ли пригодится.
Закинув за спину первый найденный рюкзак, я захромал в сторону поезда. Туда, где стояли дикие. Они выглядели так, будто спят стоя. Но я не надеялся пройти мимо них незаметно. Понимал, что учуют меня. Был уже опыт в деревенском дворце культуры.
Никакого огнестрельного оружия у меня не было, поэтому я заранее приготовил энергетические щупальца. А заодно проверил уровень всех видимых мне врагов. Никого выше шестнадцатого там не заметил.
— Справишься? — призрак от меня не отставал.
— У меня нет выбора, — ответил я, готовясь к бою. — Хотя, с автоматом мне было бы спокойнее.
— Твой дар может заменить любое человеческое оружие.
— Вблизи — да. Но на расстоянии лучше всё-таки АК-25 с бронебойно-зажигательными и подствольным гранатамётом.
Провоцировать всех врагов разом не решился. Ни много ни мало, а в зоне моей видимости уже находилось целых пятнадцать заражёных. И я предполагал, что вдоль состава были ещё.
Поэтому решил выманивать их по одиночке. Ну или, по крайне мере, маленькими группками.
Подкрался на безопасное расстояние и подобрал камень, коих между шпалами было с избытком. Бросил его в ближайшего дикого. Только вот попал не в того, в кого целился, а другого, который стоял чуть дальше. Надо будет потом поработать над метанием предметов.
Враг дёрнулся на месте и начал озираться по сторонам. Очень быстро он нашёл причину своего пробуждения и сразу же сорвался с места, задев по пути ещё двух диких. Те, разумеется, тоже всполошились. В итоге в мою сторону устремились все трое.
Я представил свои энергетические конечности в виде лап богомола. Однажды я смотрел видеоролик про него. Там рассказывалось, что богомолы в мире насекомых имеют репутацию очень суровых хищников. Даже можно сказать жестоких и беспощадных. Разумеется, жестоким я быть не намеревался и мучить никого не собирался. Но вот те, кто посмеет на меня напасть, пощады от меня точно не дождутся.
Пока троица врагов бежала ко мне, я отступил назад на несколько шагов. Это я сделал, чтобы уменьшить вероятность того, что остальные спящие враги услышат, как я расправлюсь с этими. Не нужно было, чтобы просыпались лишние.
Тот, который первый меня увидел, разумеется, оказался передо мной раньше всех. И сразу же получил колющий удар энергетической лапой богомола прямо в висок. Умер он мгновенно.
Не успел первый враг упасть на шпалы, как на меня уже бросались двое других диких. Среагировал я быстро. И враги в итоге налетели животами на мои энергетические лапы-копья, словно на шампуры.
Но умерли они не сразу. Похоже раны оказались не смертельными. Чтобы исправить свою ошибку, я трансформировал свои энергетические конечности в нечто похожее на мечи, а затем резко дёрнул ими вверх.
Этого враги уже не пережили.
— Впечатляет, — похвалил меня астероид, но я ему ничего отвечать не стал.
Тут я понял, что все мои попытки убивать врагов максимально тихо, оказались напрасными. Ведь я забыл учесть один немаловажный фактор — дикие не умеют перемещаться молча. Именно поэтому все остальные враги, что находились по обе стороны от вагонов, постепенно начали пробуждаться и с подозрением подглядывать стороны. А некоторые уже смотрели прямо на меня и готовились пуститься в атаку.
— А вот теперь становится опасно, — прошептал я сам себе, готовясь к тому, что на меня сейчас хлынет сразу несколько десятков заражённых. Даже начал медленно отступать назад. И снова пожалел, что потерял свой «Калаш».
Но в этот момент из глубины шахты внезапно послышался странный стук. Как будто кто-то чем-то твёрдым колотил по железу. Причём интервал между ударами был почти одинаковый.
— Это что ещё за чертовщина? — проговорил я. — Надеюсь, там не лезет кто-то, кто окажется пострашнее всех этих тварей вместе взятых?
Из-за этого стука все заражённые почему-то сразу же потеряли интерес ко мне и начали поглядывать в ту сторону, откуда доносился звук. А затем они и вовсе побрели туда неторопливым шагом. Словно зомби на чей-то зов.
— Что происходит? — глянул я на призрак астероида. — Это ты сделал?
— Нет, — покачал тот головой.
— А кто?
Но тот лишь усмехнулся и отвечать ничего не стал.
Деваться мне было некуда, поэтому я пошёл следом за врагами по правой стороне от вагонов. Для проверки бросил камень в спину одному из диких. Но тот даже не развернулся в мою сторону. И впрямь, как зомби.
Затем догнал его и убил колющим ударом энерго-копья в спину. Тот издал предсмертный хрип, причём довольно громкий, но никто из заражённых на это не отреагировал. Все продолжали идти на стук.
Догнал следующего. Убил и его. Тот же результат — никто не обратил на это внимания. Повторил тоже самое ещё с пятью врагами, попутно забирая основу со всех мертвецов. И снова ноль реакции от остальных.
Вскоре я избавился почти ото всех диких, что шли на стук и даже тех, кто пытался проползти под вагонами. И никто из них не оказал мне ни малейшего сопротивления.
Ещё через минуту враги и вовсе закончились. Остался только тот самый монотонный стук, который доносился с расположенной впереди станции.
По узкой тропе, лежащей между стеной шахты и вагонами поезда, я медленно дошёл до перрона. Держа наготове свои энергетические руки, аккуратно поднялся по лестнице, но за угол заглядывать опасался. Ведь там могло быть всё, что угодно.
Тем не менее, пути назад у меня не было.
Набравшись духу, я поднялся на последнюю ступеньку и посмотрел туда, откуда доносился звук.
Там оказался солдат в такой же форме, как у меня. Он стоял ко мне спиной, но даже сзади я сразу же определил кто это такой. Это был «Порох».
Он стоял перед металлической дверью и головой стучался в неё. Хорошо, хоть он не потерял свой шлем, как я. Иначе бы всю голову себе разбил такими ударами.
— «Порох», — выйдя на перрон, окликнул я командира. — Что с тобой? У тебя всё в порядке.
Впрочем, этот вопрос был риторическим. Ведь было прекрасно видно, что с Прохором далеко не все в порядке.
Командир внезапно перестал колотить лбом по двери и повернулся ко мне. Увидев его лицо, я ужаснулся. Зрачки у него были сужены, как у кошки и имели жёлтый цвет. Лицо побледнело, а на висках проявились пульсирующее вены. Он выглядел так, будто это был ведьмак Геральт под эликсирами.
— Пора, «Инженер», — произнёс «Порох» нечеловеческим голосом. — Время пришло.
Сказать, что Порохов был не в себе, как говорится, ничего не сказать. У меня было такое ощущение, что это вообще был кто-то другой в теле моего командира.
Его жёлтые кошачьи глаза, его бледное лицо и пульсирующие виски. Всё в нём буквально кричало о том, что от прежнего «Пороха» ничего не осталось. Я даже вспомнил, как его мучила боль до того, как случился обвал. Может, это как-то связано?
На всякий случай, держал свои энергетические конечности наготове. Но, тем не менее, надеялся, что применять их против боевого товарища не придётся.
— «Порох», ты о чём? Какое время пришло? — переспросил я командира.
Но тот больше мне ничего не сказал. Посмотрел на меня несколько секунд, а затем вернулся к своему привычному занятию — начал биться головой в железную дверь.
Перед тем, как продолжить допытывать командира, я посмотрел по сторонам на предмет присутствия опасности. Никаких заражённых поблизости не заметил. Но, как мне казалось, на этот стук, который создавал Порохов, враги непременно придут, где бы они ни были.
— Командир, очнись, — подошёл ближе. Хотелось одёрнуть его за руку, но не решился. Мало ли, как он отреагирует.
Вместо ответа он каким-то зомбированным голосом заговорил следующее:
— Надо. Туда. Оно зовёт. Я должен. Время пришло. Другого пути нет. Оно убьет меня, тебя, всех. По-другому нельзя. Никак. Должен. Я — должен. Пропусти меня. Больно. Не могу. Металл. Больше металла.
— «Порох», — снова позвал я товарища. — Ты прекращай это. А то сейчас все дикие с округи соберутся на твой концерт ударных инструментов. И не дай бог, если ещё башня с ними явится.
— Рыцарь, — продолжал бубнить командир. — Я — рыцарь. Мне быть. Время пришло. Должно только так. Больно. Пора.
Я посмотрел на призрак астероида, который нашёл себе место на крыше вагона. Усевшись на краю, он свесил ноги и с интересом наблюдал за происходящим.
— А этому у тебя есть объяснение? — спросил я призрака.
— Да, — кивнул тот и продолжил молча сидеть.
— И? Продолжение ответа будет?
— Ну так он уже сам ответил, — показал призрак на Прохора. — Он должен стать рыцарем. Это его предназначение.
— Каким ещё рыцарем? — нахмурился я. И тут я вспомнил наш с командиром разговор на базе в медчасти и до меня быстро дошло. — Ты хочешь сказать, что он решил стать башней прямо сейчас?
— Такое себе название вы придумали, — заявил астероид. — Рыцарь звучит лучше. Да, твой друг готов возвыситься. Его время пришло.
— А как-нибудь можно с этим повременить? — озадачился я. — Знаешь, не до этого сейчас.
— Я бы не советовал вмешиваться в процесс, — хмыкнул призрак.
Тем временем «Порох» продолжал приговаривать:
— Я — рыцарь. Время пришло. Боль.
— Так, с меня хватит. А ну прекращай, — я сделал ещё шаг к Порохову и, взяв его за руку, попытался развернуть к себе.
Но тот резко высвободился из захвата, а затем тут же ударил кулаком меня в грудь.
Сила удара была такой, что меня отбросило на метр назад. Но на ногах я удержался.
— «Инженер», собери воинов, — проговорил он, словно зверь. — Время пришло.
Я на миг ощутил, как мои руки и ноги перестали меня слушаться. А в голове зародилась навязчивая идея выполнить команду «Пороха». Причём во что бы то ни стало. Даже ценой собственной жизни.
А затем я увидел себя глазами Порохова и ощутил боль, которую он испытывал в этот момент. И она была куда сильнее чем моя до того, как я принял обезболивающее.
— Не лезь!!! — вдруг рявкнул командир и бросился в мою сторону.
Он оказался возле меня так быстро, что я не успел среагировать. А затем я получил очередной удар в грудь. В этот раз меня отбросило ещё дальше — я пролетел через весь перрон, ударился спиной о вагон и, вроде, даже повредил окно. Хорошо хоть состав стоял вплотную к платформе. Благодаря этому я не свалился под поезд.
Не успел я прийти в себя, как от Порохова последовал ещё один удар. В этот раз прямо мне в лицо. В глазах потемнело, в ушах зазвенело. Ох и мощно же он бил. На тренировках такого он себе не позволял. Очередной раз задумался о том, что случилось бы, будь я обычным человеком. Мне ведь одного такого удара бы хватило, чтобы распрощаться с жизнью.
Но, несмотря на муть в глазах и посторонние звуки в ушах, от следующего удара я успел уклониться. И даже смог контратаковать. Разумеется делал я это не своими руками, а энергетическими. Я ещё по спаррингам на базе помнил, что драться обычными методами против «Пороха» бесполезно. Он победит в любом случае.
Только вот и он тоже знал, чего от меня ожидать. И сопротивления у него было достаточно чтобы видеть мои энерго-щупальца. Поэтому он без труда увернулся от моего удара, а затем схватил мою руку и заломил её. Боль вынудила меня развернуться спиной к командиру. А затем в отражении стёкл на вагоне я увидел как тот уже проводил следующий удар. В этот раз ногой.
А я, будучи в захвате, сделать ничего не смог кроме того, чтобы этот удар достойно принять поясницей.
Отдать должное командиру, врезал он мне, как надо. Со всей душой, как гвориться. А энерцию моего тела после удара не смогло остановить даже окно. Разбив его, я залетел в плацкартный вагон, перелетел через стол и грохнулся на пол под звон осколков стекла.
— Приказ командира надо выполнять, — услышал я слова Порохова с перрона. — Вставай, воин. Иди и выполни, что нужно.
— О, ты заговорил членораздельно, — усмехнулся я. Похоже, юмор я начал применять, чтобы отвлечься от новой волны боли, которой меня только что окатило. Как ни крути, а пробивать лицом окно в вагоне поезда — это далеко не рядовой случай. И это безоговорочно больно. Тем не менее, я смог подняться на ноги. — «Порох», прекращай. Хватит.
Но тот лишь молча смотрел на меня и, похоже, ждал, когда я вернусь. А я прекрасно понимал, что будет, когда я снова окажусь рядом с командиром. Тот продолжит драку. Если, конечно, это можно назвать дракой. Скорее, это избиение. Ведь я его ещё ни разу не ударил.
Но, опять же, другого пути у меня не было. Придётся возвращаться. Причём прямо через окно. Двери, я уверен, были закрыты. А проводник, который мог их открыть, тут поблизости вряд ли найдётся.
Стряхнув оставшиеся осколки с окна, я выскочил обратно на платформу.
И в этот раз я был полон решимости дать отпор командиру.
Как я и ожидал, он сразу же кинулся на меня с очередной атакой. От неё я уклониться успел, но затем сразу же последовала вторая, с которой я уже ничего сделать не смог. Оставалось лишь благодарить болеутоляющее, которое продолжало действовать на меня. И потому вспышки боли от ударов очень быстро сходили на нет. Не зря я выпил целых три капсулы.
Все мои попытки противопоставить командиру, ни к чему так и не привели. Он всегда находил, чем ответить на любой мой выпад и как ударить так, чтобы я не смог ни уклониться, ни заблокировать. Как ни крути, а настоящий военный среди нас двоих он, а не я. В отличие от меня он обладал настоящими навыками рукопашного боя. Если за моими плечами были только полгода тренировок боксом студенчестве, то Порохов практиковал это дело несколько лет. А может и всю жизнь.
Не помогали даже мои энерго-руки. Во-первых, у Прохора был очень высокий уровень сопротивления, и потому он мог успешно противостоять им. Во-вторых, я не мог применить против командира самые рабочие методы, вроде энерго-копьев. Я не хотел его ни ранить, ни, тем более, убить.
В итоге всё пришло к тому, что «Порох» свалил меня на спину. Ударил двумя руками по груди. А затем ещё добавил по лицу.
В глазах всё поплыло.
Но на этом он не остановился. Я ощутил, как он надавил мне коленом на шею и я начал задыхаться. И я никак не мог вырваться. Одну руку он контролировал ногой. Вторую держал заломанной. А каждую мою попытку ударить энергетической конечностью быстро пресекал.
В глазах темнело. Я стремительно терял связь с реальностью.
Но внезапно я вспомнил про вторую свою способность — я же тперь умею покидать своё тело. Именно это я и сделал в следующий миг. Выскочил из себя призраком, тут же оказался за спиной Порохова и со всей силы ударил ему по затылку. А затем повторил для уверенности.
Командир тут же перестал душить моё настоящее тело, отпустил его и развернулся к тому, кто бил его сзади.
Но я не стал дожидаться, когда он нокаутирует меня и в призрачном состоянии. Вместо этого я вернулся обратно в своё тело. Таким образом я снова оказался за спиной Порохова и сразу же повторил удар в затылок. Только в этот раз бил я энергетическим кулаком. А его сила была в разы больше, чем сила моего призрачного тела. Я даже половину маны затратил на удар.
Результат получился отличный. «Пороха» бросило вперёд лицом, он упал прямо на платформу и проскользил по ней до ближайшей колонны. И, собственно, остановился он ударом головой о неё.
А затем затих.
— «Порох», ты живой? — я даже испугался. Не перестарался ли я?
Но он молчал.
Я медленно пошёл в его сторону, продолжая звать его. На полпути он, наконец, зашевелился и, опираясь руками в колонну, начал подниматься на ноги.
Я остановился.
После того, как командир выпрямился, он медленно развернулся ко мне. Половина его лица окрасилась фиолетовым. До того, как он столкнулся с колонной, этого не было. Похоже, приложился он серьёзно.
А вот зрачки его перестали быть кошачьими и приняли нормальный человеческий вид. Это внушало надежду на то, что командир пришёл в себя.
А затем «Порох» заговорил:
— «Инженер», ты нормальный или нет? Чуть не убил.
— «Инженер», ты нормальный или нет? — первую часть фразы «Порох» произнёс довольно бодрым голосом. А вот заканчивал её, будто у него внезапно закончились силы. — Чуть не убил.
С этими словами он, продолжая держаться за колонну, сделал пару неуверенных шагов в направлении ближайшей лавочки. А затем рухнул в неё и принялся спешно снимать с себя ветровку.
Только сейчас я увидел множественные кровоподтёки на его теле. А были они аккурат в тех местах, где он получил проколы от корней осколка на базе.
— Макс, есть аптечка? — командир уже перестал скрывать, что ему очень больно. — У меня из-за боли крышу рвёт. Хочется кожу с себя сорвать.
— Есть, — я подбежал к Порохову, на ходу скидывая с себя рюкзак и извлекая из него аптечку.
Тот жадно выхватил её из моих рук. Быстро нашёл обезболивающее и закинул в рот все оставшиеся капсулы. А затем попросил воды.
— Дай мне пару минут, — напившись, он откинулся назад и задрал голову вверх. — Сейчас полегчает и мы с тобой продолжим.
— Драку? — с усмешкой спросил я.
Тот удивлённо на меня покосился, но затем, оценив мою шутку, улыбнулся и облегчённо выдохнул.
Порохов просидел в неподвижности целую минуту. В какой-то момент мне даже показалось, что его накрыла передозировка лекарствами и он отключился. Но затем он открыл глаза и прикоснулся кончиками пальцев к своей щеке. После этого, помогая себе обеими руками, подвигал челюстью так, будто вправлял её. Мне показалось, что я даже услышал характерный щелчок, сигнализирующий, что челюсть командира встала на место.
Ещё раз облегчённо выдохнув, он вернулся к разговору со мной:
— Неплохо исполняешь, «Инженер». Как ты догадался, что ударом по морде можно вернуть мне мозги на место? — после того, как Порохов «встретился» лицом с колонной, его смело можно было назвать двуликим. Вся его левая сторона окрасилась в тёмно-фиолетовый, а правая всё ещё оставалось безжизненно бледной.
— Я даже и не думал об этом, — понимая, что обезболивающее начало действовать на командира, я тоже облегчённо выдохнул и присел на лавку рядом с ним. — Просто решил хорошенько вмазать тебе. Ты заслужил.
— Хорошо у тебя получилось, — ухмыльнулся «Порох». Его голос больше не звучал звериными нотками. И боль в его словах больше не чувствовалась. — Этот твой финт с призрачным телом прям понравился мне. И когда ты только научился этому?
— Жизнь заставила, — не стал я вдаваться в подробности о том, что освоить эту способность мне пришлось, чтобы спастись из-под завалов. — Лучше расскажи, как ты здесь оказался? И какого чёрта ты колотил башкой по этой двери?
— У меня тоже к тебе есть вопрос, — голос командира резко стал серьёзным. Затем он бросил недоверительный взгляд на призрака астероида. Последний по-прежнему находился на крыше вагона и с интересом наблюдал за нами. Он всё ещё был в облике того американского солдата. Хотя, я сомневался, что «Порох» видел его так же, как и я. — Какого чёрта ты разгуливал в компании этого гада? Друга себе нового завёл?
— Друга? — никакого упрёка в словах «Пороха» я не услышал. Тем не менее, мне немного стало не посебе от его вопроса. Вернее, мне не понравилась форма, в какой командир его мне задал. — Друзей у нас здесь нет. Ты же сам говорил об этом.
— Так или иначе, но эта тварь явно пришла с тобой, — продолжал давить на меня Порохов. — А, с учётом того, что ты единственный, с кем она может разговорить, возникает ещё немало вопросов. Так что, «Инженер», давай рассказывай.
— Нечего тут рассказывать, — хмыкнул я, стараясь делать вид, что меня нисколько не задевают слова командира. — Это пока ещё его зона. Он делает здесь всё, что ему вздумается. Вот и пришёл ко мне при первой же возможности.
— И что он говорит?
— Хочет, чтобы я убил тебя прямо здесь, на месте, — разумеется я шутил. Но при этом пытался выдержать в голосе максимальную серьёзность. — Затем найти всех остальных из нашей группы и прикончить их тоже. Ну, а после можно и мир захватить во славу астероида.
Порохов некоторое время смотрел на меня с удивлением. Сомневаюсь, что он воспринял мои слова на веру, но вид сделал такой, будто не понял моей шутки.
— А ты у нас шутник, оказывается, — улыбнулся командир, поднимаясь с лавки. — Ладно, хорош рассиживаться. Пойдём заглянем в купе проводника. Может там осталось что-нибудь съестное. А ещё сладкого очень хочется.
С этими словами он запрыгнул в вагон поезда через окно, которое совсем недавно разбил моим же лицом.
— А почему не спрашиваешь, есть ли еда у меня? — я последовал за командиром.
— Так у тебя же мой рюкзак, — усмехнулся тот. — Я в нём уже всё съел, — затем он остановился и повернулся ко мне, протягивая руку. — Кстати, верни мне его обратно.
С дверью в купе проводника Порохов церемониться не стал. Просто выломал её. Благо сил для этого у него было достаточно.
Внутри мы обнаружили достаточно сухих пайков, консервов и целый мешок шоколадных батончиков. Последние были необходимы «Пороху» для того, чтобы работала его способность к быстрой регенерации.
Здесь же я нашёл себе новый рюкзак. Только вот, кроме еды и воды, в него положить нечего было. Но и она не помешает. Ведь совершенно непонятно, где мы находимся и сколько ещё здесь пробудем. Да и вообще, сможем ли выбраться отсюда.
После «зачистки» комнаты проводника мы устроились за одним из столов в плацкартном вагоне, чтобы подкрепиться. Предварительно, разумеется, мы сходили на разведку вдоль поезда. Но никаких врагов не обнаружили. Следовательно, пока мы были в безопасности.
— В общем, — уничтожая батончик за батончиком, рассказывал свою историю Порохов. — Ребята наши точно под завал не попали. Я видел. Обрушилась только та часть шахты, где были проложены рельсы. А тот коридорчик, в который они успели забежать под разрушение попал. Думаю, они остались живы. Кстати, — он глянул на мои баллистические очки, которые я снял и положил на стол. Они после драки с командиром стали выглядеть ещё хуже — появились новые полосы трещин, а в одном месте линза и вовсе была пробита. — У тебя визор ещё работает?
— Невероятно, но да, — кивнул я, уплетая консервированную перловку с тушёной свининой. — Не знаю, как наши спецы этого добились, но даже в таком плачевном состоянии все системы исправно работают. Кроме сети.
— То есть связи с группой у нас нет?
— Ага, мы сами по себе.
— Хреново, — тяжело вздохнул Порохов.
Для того, чтобы создать освещение в вагоне, нам пришлось зажечь несколько свечей. И в их свете лицо командира выглядело ещё более устрашающим, чем при взгляде на него через ночной режим визора. Будто я с посланником из самой преисподней общался.
— Мы с тобой в полной заднице, «Инженер», — продолжал говорить «Порох». — Выхода отсюда нет. С одной стороны завал. Мы конечно можем попробовать его разобрать. Благо ты мастер на все энергетические руки и тебе это будет, как пальцем об асфальт. Только вот, как мне кажется, сверху осталось та самая орда тварей. Сомневаюсь, что те выжившие психи смогли с ней справится. Скорее всего все они мертвы уже.
— А, если мы начнём разбирать завал, — подхватил я, — то обязательно создадим этим заражённым проход к нам.
— Именно, так, Макс, — кивнул командир, открывая очередную шоколадку. Он уже съел около десяти штук и никак не мог успокоиться. Куда только ему лезет? — С другой стороны поезда, там, где голова состава — тупик. Остаётся только двери на этой станции. Но все здешние двери, как я понял, по прочности не уступают гермозавтворам. Мы не те дикие, которые смогли каким-то образом сломать подобную преграду и устроить тем самым обвал. Мы будем годами ковыряться и всё равно вряд ли что-то сделаем.
Я даже улыбку не смог сдержать, слушая тираду командира про то, что мы в ловушке. Ведь у меня теперь была способность, которая поможет создать свой выход отсюда. Осталось только дождаться, когда появятся новые лазейки. Хотя, даже без них я мог справиться.
— Что тебя так развеселило? — не оценил мою реакцию «Порох».
— Ты забыл, что я теперь умею перемещаться в призрачном теле, — объяснил я. — Так что, если у этих дверей не электронный затвор, в чём я сомневаюсь, то я просто открою их с той стороны.
— Точно, — пристукнуло себя по лбу командир. — Видимо, мозги ещё не до конца встали на место.
— Кстати, о твоих мозгах, — вспомнил я про звериное состояние Порохова, во время которого он меня чуть не убил. — Не хочешь рассказать, что случилось?
Командир посмотрел на меня недовольным взглядом. Похоже ему очень не нравилась эта тема. Тем не менее, мне нужны были ответы. Я должен был знать подробности, чтобы быть готовым на случай, если «Порох» снова решит, что ему срочно нужно стать башней. Ну или — рыцарем, как теперь выяснилось точное название этих существ.
— Ладно, Макс, — сдался в итоге командир и начал рассказывать. — Как только мы зашли в эту зону, я сразу же ощутил раздражение во всех тех местах, где меня проткнули корни осколка. Сначала я не обратил на это внимание. Решил, что ничего серьёзного не происходит. Но, чем дольше мы находились здесь, тем сильнее становилась боль. Пока, я вёл переговоры с выжившими психами, боль ещё была терпимой. Но, как только случился обвал, я уже ничего не мог поделать с собой. Боль буквально начала сводить меня с ума. Точнее, свела. В голове зазвучал какой-то голос. Я чувствовал, что меня тянет к осколку. Я хотел добраться до него как можно скорее и заполучить его себе.
— Для чего?
— Я точно не знаю, но уверен, что он мне нужен, — тяжело вздохнул Прохор. — Но для начала я зачем-то хотел собрать армию. Я даже придумал план — найти всех вас и подчинить. Затем вашими руками поработить тех выживших. А после вы должны были найти как можно больше металла для меня.
— Зачем тебе металл?
— Понятия не имею. Но точно знаю, что он мне нужен. Я, вроде как, должен в нём переродиться. Стать сильнеей.
— А что дальше?
— Дальше нужно уничтожить всех остальных рыцарей в этой зоне. И тогда бы я смог забрать осколок себе.
В этот месте я не удержался и задал вопрос астероиду, который сидел возле разбитого окна и, не отрывая взгляд, наблюдал за нами.
— Зачем рыцарям осколок? — спросил я и краем глаза заметил, как настороженно покосился на меня командир. Разумеется, он не ожидал, что я ни стого ни с сего решу заговорить с нашим врагом.
— В этом их суть, — ответил призрак. — Рыцари созданы, чтобы сберечь семя. Только вот проблема в том, что рыцари очень долго развиваются, прежде чем приступить к своим прямым обязанностям. Именно поэтому вы так легко смогли украсть несколько семян.
— Не сказал бы, что это было легко, — хмыкнул я.
— Что он ответил? — недовольным голосом спросил меня Порохов.
Я быстро передал ему слова астероида.
— Что ж, в целом он говорит, как есть, — «Порох» посмотрел на призрака, не скрывая своего презрения к нему. — Меня и впрямь съедает желание защищать осколок. Причём я впервые это почувствовал ещё деревне, когда мы добрались до него. Но есть кое что ещё. И это объяснить гораздо сложнее. Такое ощущение, что я не просто хочу быть защитником, но желаю обладать осколком. Хочу, чтобы он был только моим.
— Честно сказать, звучит так себе, — покачал я головой. — А сейчас, как чувствуешь себя? Голоса посторонние слышишь?
— Нет, голосов нет, — ответил «Порох». — Но желание добраться до осколка остаётся. Не сильное, но есть. По крайней мере, пока получается его сдерживать.
К этому моменту я уже основательно насытился и готов был продолжить путь. Посмотрел по сторонам — лазеек не появилось. Похоже, придётся в призрачном образе пройти сквозь ту дверь, в которую колотился головой Порохов, и открыть её с той стороны. Надеюсь получится.
— Как долго ждать, когда появятся новые лазейки? — на всякий случай уточнил я у астероида.
— Зависит от силы твоего дара, — сказал тот. — На начальных этапах несколько часов. Но со временем ты сможешь сильно сократить время ожидания.
Что ж, похоже надеяться на лазейки в ближайшее время не было смысла.
Мы с «Порохом» согласились, что пора покидать насиженное место и быстро выбрались из вагона тем же путём — через разбитое окно.
Перед тем, как двигаться дальше, я решил проверить свои характеристики и потому натянул на голову свой визор. А то с момента последнего изучения своего уровня я успел убить несколько десятков диких и забрать их основу. Но при этом в сводку не заглядывал.
В итоге оповещений там накопилась целая простыня. Изучать их все по отдельности не было никакого смысла. Поэтому КИОС предложил мне сгруппировать все логи по уровням существ, чью основу я успел собрать. Что я не задумываяст и сделал:
Оказывается, я успел уничтожить целых 32 заражённых с момента последнего изучения меню своих характеристик. Точнее, убил-то я гораздо больше. Только вот КИОС, разумеется, учитывал только тех, чью основу я смог собрать.
Дальше меня почему-то меня ждало повторение двух сводок, которые я уже видел. Тем не менее, они были самыми важными:
Убито опасное существо — «Дикий» (27 уровень) — 1.
А вот то, что КИОС приписал убийство «Летящего» именно мне, я не оценил. Вот и нашлась для меня очередная причина не брать основу с боевых товарищей. Нужно будет по возвращению на базу указать специалистам на этот недочёт. Не хочу я я видеть подобных сводок.
Когда закончились все логи, я заглянул в итоговые результаты:
Вот я и добрался до 60 уровня. И физическая сила возросла вдвое, пока я находился на этой миссии. Только вот не сказал бы я, что эта прибавка ощущалась двойной. Да, сильнее я стал, это очевидно, но чтобы в два раза… Это было сомнительно.
Так же меня не впечатлила прибавка к сопротивлению и силе у меня. Очередное доказательство того, что для роста этих характеристик нужно сражаться с самыми сильными представителями местной фауны.
— Ну ты чего там завис? — окликнул меня «Порох». Он уже стоял возле той самой двери, в которую недавно бился головой. — Откроешь нам дверку? Или придётся тебя упрашивать?
— Да, — вернулся я в реальность. — Сейчас посмотрим, что можно сделать.
С этими словами я присел на лавку, покинул своё тело и в призрачном состоянии двинулся прямо сквозь металлическую дверь.
Прошло почти девять часов с того момента, как началась наша миссия на Comic Con (если не считать время перелёта от базы до Рязанской области). Несмотря на повышенную опасность местной аномальной зоны, план в принципе был осуществимым. И, если бы всё пошло, как надо, мы бы уже завершили задачу и возвращались домой. А зачисткой, как всегда, занимались бы военные.
Только вот всё пошло не по плану с того самого момента, как мы пересекли границу зоны. То есть, с самого начала. Как результат — мы с «Порохом» оказались где-то глубоко под землей и были полностью отрезаны от всего мира и ничего не знали о судьбе нашей группы.
А нашим боевым товарищам, скорее всего, пришлось не сладко. Ведь, когда мы с ними расстались, они, можно сказать, оказались между молотом и наковальней. Между местными выжившими, которые явно двинулись умом, и ордой тварей из нескольких тысяч заражённых. Боюсь даже представить, что там началось после обрушения шахты.
Подземная железнодорожная станция, на которой мы с «Порохом» застряли, выглядела, как самая обычная станция метро. Только вот здесь не имелось никаких лестниц и эскалаторов ведущих вверх или вниз. Мы даже не нашли никаких технических помещений. Присутствовал только железнодорожный путь и перрон, плотно прилегающий к вагонам.
Весь местный интерьер — это четыре колонны и по две скамьи возле каждой из них. А ещё здесь были три одинаковые железные двери с порядковыми номерами над ними — 1, 2 и 3.
Сама посадочная платформа была небольшой. Из всего состава поезда перед ней могло разместиться только два вагона. Ни намёка на то, что сюда доставляли какие-либо грузы не было. Отсюда следовало, что эту станцию использовали только для пассажирских перевозок.
Но только вот что за пассажиров сюда доставляли? Явно эти люди были не простыми.
Пока мы с командиром ужинали, я ещё раз заглянул в скаченные карты Рязань-ЭКСПО, но этой стации в них не обнаружил. Вердикт — мы находились в месте, которого официально не существовало.
Что же получается? Мы стоим на пороге того самого секретного бункера?
Впрочем, скоро мы это узнаем.
Я шагнул сквозь центральную дверь с номером «2». Внешне она ничем примечательным не отличалась. С виду это была самая простая металлическая дверь с ручкой во всю ширину.
Проходил я сквозь неё с большим трудом. Как будто против сильного ветра шёл. К тому делать это было очень неприятно. Будто продирался через узкий проход, стенки которого обиты стекловатой. Не думал, что энергетическое тело может чесаться, но именно такие ощущения у меня были, когда я, наконец, оказался на той стороне.
Это место выглядело, как типичный зал досмотра в аэропорту. Здесь находилось три транспортерные ленты с интроскопами для багажа и столько же рамок металлоискателей для людей.
У дальней стены, за всем оборудованием для досмотра, заметил шевеление. Подошёл чуть ближе и присмотрелся. Это были люди в военной форме. Их было четверо, вели себя не агрессивно. Стояли попарно по обе стороны от бункерной двери. Хоть я и инженер-строитель, но вживую такие двери мне встречать ещё не приходилось. Видел их только в кино и видеоигре «Fallout». Только там она имела круглую форму, а в нашем случае была квадратной.
— Охранники. Выглядят, как спящие, — услышал я в голове голос «Пороха». Похоже он умел связываться со мной своей ментальной способностью даже в тех случаях, когда я находился в призрачном образе. И сейчас, видимо, смотрел моими глазами.
— Похоже на них, — мысленно ответил я. — Мы таких не встречали с самой первой миссии. Странно всё это.
— А это что? — обратил он моё внимание на стальную дверь. — Ещё один гермозатвор?
— Типа того, — подтвердил я. — Только выглядит гораздо серьёзнее, чем та, которую мы видели в шахте метро.
— Ладно, разберёмся, — поторопил меня командир. — Кроме этих четверых, никого здесь больше не вижу. Давай, открывай мне, а дальше будем вместе разбираться.
Хоть в призрачном теле итак получалось ходить довольно тихо, я всё равно возвращался, как можно аккуратнее. Не хотел я, чтобы эти спящие раньше времени стали бодрствующим. Ведь моё энерготело не обладало той же силой, как, например у Ольги в этом же состоянии. Потому я вряд ли справлюсь с этими четырьмя охранниками.
Открывалась дверь, как я изначально и предполагал, с помощью вертушка. Повернулся он без каких либо усилий. Убедившись, что дверь точно открылась, я вернулся в своё тело.
— Так, «Инженер», — шёпотом проговорил командир. — Нам повезло, что эти охранники попались нам с самого начала. Благодаря этим парням, сможем вооружиться.
Мы медленно двинулись к противникам.
Прежде, чем напасть, я взглянул на военных через визор, чтобы удостовериться, что они точно дикие. Результат у каждого из них оказался одинаковым:
Похоже эти ребята стояли здесь без дела с момента, как упал осколок на Рязань-ЭКПО. Ведь, судя по всему, пятые уровни они получили исключительно за пассивную прибавку чёрной основы (1 грамм в сутки).
— Серьёзно? — прищурился «Порох», доставая свой нож. — Даже жалко убивать таких.
Тем не менее выбора у нас не было. Какого бы уровня они ни были, а они всё равно оставались опасными.
— Бей тех, что слева, — уже без шёпота командовал Порохов. — А я займусь правыми.
Дикие даже толком в себя не успели прийти, как оказались на кафельном полу.
Добыча меня не порадовала. Похоже, зона, соблюдая тот самый пресловутый баланс, за убийство слабых противников выдала мне самую минимальную награду — по единичке с каждого. Выходит, в курятнике на нашей базе мне и вовсе делать нечего. С такими успехами я там многого не добьюсь.
Но не эта добыча интересовала меня в первую очередь. Эти дикие были вооружены автоматами и пистолетами. А это в нашем положении гораздо важнее.
— Ох, какой красавец, — протянул «Порох» стягивая автомат с одного из врагов. — Это же новенький АЕК, то есть КОРД А762. Такие даже на вооружении нигде не стоят.
— В смысле это тоже опытный образец, как наши АК-25? — уточнил я.
— Да, только с этим всё сложнее. С его разработкой всё мутно как-то. Нигде никакой информации не найдёшь. У Валунина даже спрашивал, можно ли такие для нас достать. Но и он ничего не смог сделать. А тут вот — обычный охранник им вооружён.
— Не сказал бы, что он обычный, — я сорвал бейдж с одного из диких и прочитал, что на нём написано. — Рядовой Ковров А. И. Объект №1918, — я на миг задумался. — Что ж, теперь можно говорить с полной уверенностью, что мы оказались в том самом бункере, о котором говорил начальник оцепления.
— Хочешь сказать, мы идём в секретный объект, который подвергся заражению? — нахмурился командир. Услышав мой положительный ответ, заключил. — Не нравится мне это. Если он хоть чем-то похож на «Объект №1906», где мы впервые встретились, то у нас, скорее всего, будут очень больше проблемы.
— Не сомневаюсь, — согласился я.
Без лишних слов было понятно, что имел ввиду Порохов. Я ведь успел насмотреться на всякое-разное на «Объекте №1906». Нетрудно было догадаться, что там велись различные секретные разработки и эксперименты. Но, самое главное, над всем этим работало огромное количество людей.
А, если опасения «Пороха» оправдаются, нам предстоит очень нелёгкая прогулка по подземному бункеру, который будет буквально кишеть заражёнными. Надеюсь, хотя бы рыцарей там не окажется…
Быстренько собрали всё ценное с охранников. Кроме автоматов КОРД А762, нашлись пистолеты ПЛ-29. Как я понял, это усовершенствованные пистолеты Лебедева 2015 года. И они тоже являются рабочими прототипами. Уж не знаю, чем конкретно они отличались от старших братьев, но оснащены они были бронебойными патронами. А это всегда хорошо, когда идёшь охотиться на диких.
К «Кордам», к сожалению, подобных патронов не нашлось. У охранников в наличие были только простые патроны со стальным сердечником. Впрочем, мы вертеть носом не стали и забрали себе всё.
Я быстренько перезарядил автомат. Проверочных выстрелов делать не стал, чтобы не создавать лишнего шума. Но, как уверял «Порохов», в этом нужды не было. Мол, он и так видит, что это рабочие агрегаты.
Подогнал регулируемый приклад автомата под себя. Пару раз прицелился. В целом было удобно, но всё-таки непривычно. Будь у меня сейчас выбор между этим «Кордом» и АК-25, я бы выбрал последний. С ним бы я чувствовал себя уверенней. Но выбора такого у меня не было, поэтому придётся привыкать к новому автомату.
Из обвесов на «Корде» были только коллиматорный прицел, передняя рукоятка и ЛЦУ. Последний снял и выбросил за ненадобностью, ведь тот не работал.
Кроме оружия, позаимствовали у охранников бронежилеты, которые не смог опознать даже Порохов. Он уверял, что это тоже какая-то новейшая разработка. Спорить я с ним не стал. В этом деле он бо́льший эксперт, нежели я.
Форма у охранников тоже была необычная. Подобную мы с командиром прежде никогда не встречали. Впрочем, трофеить, её, разумеется, не стали (побрезговали), но вот от пары экспериментов не отказались — попробовали порвать её голыми руками и разрезать ножом. К нашему удивлению ткань достойно выдержала все испытания. Приняли решение, попробовать разжиться такой, когда окажемся внутри бункера.
— А эту дверку как открывать будем? — спросил «Порох», когда мы закончили шмонать трупы.
Бункерная дверь высотой была в полтора моих роста. В ширину такой же.
— Выглядит неприступно, — оценил я её. — Думаю, что даже ядерный взрыв выдержит.
— Главное, чтобы ты в своём энерготеле сквозь неё смог пройти, — хмыкнул командир. — Давай, дуй на ту сторону и глянь, можно ли её открыть.
Я быстренько устроился у стены слева и в своём призрачном теле двинулся сквозь стальную дверь. Сделать это оказалось ещё сложнее, чем с предыдущим препятствием. В этот раз к стекловате как-будто добавили торчащие из неё лезвия. Каждый сантиметр для меня превратился в испытание. А таких сантиметров у этой бункерной двери было довольно много.
В итоге мне потребовалось минуты три, чтобы пробиться на ту сторону. А выпрыгивал я наружу, будто ошпаренный. К счастью, боль очень быстро сошла на нет.
Как я и предполагал, здесь меня ждал зал регистрации. А, исходя из его масштабов, сделал вывод, что это не просто бункер для секретных разработок и экспериментов. Это полноценное убежище на случай всемирной катастрофы.
Подобно зоне ожидания полёта в аэропорту, этот зал тянулся в обе стороны и краёв не было видно. Заражённых, кстати, тоже не оказалось в зоне моей видимости. Но, судя по царящему здесь бардаку и запёкшейся крови на полу и стенах, здесь однозначной случилась бойня. А это значит, что врагов мы здесь однозначно найдём.
Долго разглядывать местность я не стал. Нужно было понять, как открыть дверь. Но уже через полминуты я понял, что открыть её не получится. Это мог сделать только механизм который работал от электрогенератора. А последний запустить без нашего электрика Бориса не получится.
— И что? На этом всё? — услышал я голос Порохова в голове. Похоже, он уже тоже догадался, что дверь руками не открыть. — Мы здесь так и останемся?
— Есть ещё один вариант, — я принялся бегать глазами по стенам в поисках лазеек.
Я помнил, как астероид утверждал, что воспользоваться этой способностью получится только через несколько часов. Но я надеялся, что играло роль и расстояние от места последнего использования лазейки. То есть, чем дальше ушёл от проделанного прохода, тем вероятнее, что лазейка появится раньше.
Но вскоре моя теория потерпела крах. По крайней мере поблизости лазеек не оказалось, а дальше уходить не было смысла, ведь я не знал, какой длины я могу делать проходы. Да и опасно было отходить далеко.
— В смысле надо подождать несколько часов? — хмурым голосом спросил меня командир, когда я рассказал ему про вариант с лазейкой. — А раньше никак нельзя?
— Выходит, что нельзя, — ответил я.
— В таком случае, ты дежуришь, — присев возле стены, хмыкнул Порохов. — Ты отоспался под завалами, а я за это время глаз не сомкнул. Так что, раз такая пьянка, я вздремну часок другой, а ты бди.
— Справедливо, — кивнул я командиру.
Но тот уже сопел и не увидел этого. Быстро же он отключился.
Поймал себя на мысли, что самая большая опасность в данный момент исходила даже не от диких. Ведь последних не было ни в шахте с поездом, ни здесь. Мы всё проверили. Главной угрозой был сам Порохов. Во время сна у него снова может что-нибудь замкнуть в голове и он опять начнёт бросаться на меня.
Что ж, эта мысль точно не даст мне заснуть. Впрочем, я и не хотел.
Таким образом я провёл около трёх часов. Несколько раз возвращался к поезду, чтобы убедиться, что врагов нет. Внимательно следил за стенами, чтобы не пропустить момент, когда появятся новые лазейки.
В какой-то момент вернулся в бункер, чтобы ещё раз глянуть на запорный механизм двери. Вдруг я что-то упустил. Но только лишний раз убедился, что голыми руками там ничего сделать не получится. Придётся ждать.
И всё это время грыз себя мыслями о том, что мы напрасно прохлаждаемся тут в то время, когда наши боевые товарищи, возможно, выживают из последних сил.
Ещё через час объявился призрак астероида.
— Можно как-то ускорить этот процесс? — сходу задал я ему вопрос по поводу лазеек.
— Нет, — покачал тот головой. — Система не любит, когда кто-то нарушает правила.
— Почему ты называешь зону системой?
— Когда узнаешь основные принципы её работы, ты сам поймёшь.
— Я думал, что все эти осколки и аномальные зоны и есть ты, — обратил я внимания на это момент. — А, оказывается, ты и сам рассказываешь про всё это, словно посторонний.
— В каком-то смысле ты прав, — ответил астероид. — Все зоны, как вы их назовете — часть одного целого. Часть меня, если быть точным. Но видишь ли в чём дело… — призрак прошёл мимо меня и остановился возле двери. — Например, вот ты. Ты ведь не знаешь, как работает человеческий организм?
— В общих чертах знаю.
— Это понятно. Но ты ведь не сможешь описать точно все процессы внутри себя? Мало кто сможет. А про ваш мозг я и вовсе молчу. Его человечество так и вовсе не понимает.
— К чему ты клонишь?
— Вы называете своё тело организмом. И, если исходить из этой логики, я своё тело могу назвать системой.
— Хочешь сказать, что, как и в моём случае, ты тоже лишь поверхностно знаешь, как устроен?
— Я знаю основные принципы, и могу о них рассказать. Но, как и ты не сможешь мне объяснить, как заживает порез на твоей руке, я не смогу ответить, как восстанавливаются лазейки в системе.
Тут я задумался над тем, что астероид слишком откровенничает со мной.
— Зачем тебе это надо? — задал я ему прямой вопрос. — Зачем рассказываешь про себя, зная, в чём заключается наша цель.
— Относительно людей, я уяснил для себя один важный момент, — даже на такой вопрос не побоялся дать он ответ. — Вы, люди, всю свою историю стремитесь уничтожить всё, что вам непонятно. У всего, что вам кажется чужеродным, всегда одна судьба — смерть. Борьба за своё существование в вашей крови. Возможно, поэтому ваш вид и просуществовал так долго. Я же хочу объяснить, что меня нельзя воспринимать, как того, с кем нужно бороться. Я хочу стать понятным вам. Ведь я не враг вам.
— И опять же, — напомнил я ему очевидны факт, — ты убил слишком много из нас, чтобы называть тебя другом.
— В любом случае, я буду пытаться.
— Но зачем? Ты же сам сказал, что тебе не важно, выживет ли человечество. Что тебя устроит, если останутся только животные.
— Коммуникация.
— Что?
— Ты хоть представляешь сколько я летел через космос? Рассказать, сколько собеседников у меня там было за это время?
— Полагаю, нисколько.
— Никого. Так что, если даже не получится вас переубедить, я хоть немного, как вы говорите, разомну язык.
В этот момент слева от бункерной двери загорелась белая полоска. Моя способность восстановилась.
— Рота, подъём! — тут же я прикрикнул на Порохова, забыв про призрака. И заодно приготовил свои энергетические руки на случай, если командир проснётся неадекватным.
К моему счастью, он был в норме.
Без лишних слов, я выпрыгнул из своего тела, подошёл к лазейке, просунул руку в нишу и дёрнул за холодную веревку. А затем, под ошеломлённый взгляд командира, принялся создавать проход в бункер.
Надеюсь, это была последняя задержка в нашем пути обратно на поверхность.
Несмотря на то, что отбой отгремел аж четыре часа назад, подполковник Кудрин по-прежнему находился на своём рабочем месте. Компанию ему составляли его замы Жикин и Валунин. Здесь же находился новый заместитель по научной части профессор Ногтев. Тот самый, которого удалось спасти в научном центре.
Вид у всех был подавленный. И причина на то была весьма серьёзная — потеря сразу двух боевых отрядов.
Кудрин отошёл от окна, из которого всё ещё светило заходящее за горизонт солнце, и уселся в своё кресло. Затем взял со стола планшет и включил на нём видеозапись, сделанную дроном-разведчиком в Рязань-ЭКСПО двенадцать часов назад.
Уже в который раз подполковник смотрел, как отряды Порохова и Кулакова объединяются возле спуска в подземную станцию. Как яростно они отстреливают заражённых. Как приближается к ним орда диких под предводительством сразу двух башен.
Затем бойцы скрываются в здании, а после этого происходит взрыв.
Вроде бы всё сделано грамотно. Зашли внутри и завалили за собой проход, чтобы враги не смогли продолжить преследование.
Только вот у тварей было своё мнение на этот счёт. Уже через пару минут одна из башен, хорошенько разбежавшись, прыгнула высоко вверх, метров на пятнадцать, и там сгруппировалась. А затем, словно пушечное ядро, упала прямо на развалины. А дальше произошёл эффект, который больше напоминал результат падения не ядра, а авиабомбы. Прогремел взрыв, который создал для тварей новый проход в подземку. Благодаря этому бесчисленная орда, подобно воронке, устремилась вниз, вслед за боевыми отрядами.
На этом видеозапись заканчивалась.
— Таких бойцов потеряли… — разочарованно рыкнув, Кудрин небрежно бросил планшет на стол и окинул заместителей расстроенным взглядом. Затем достал из ящика стола поллитровую бутылку водки и разлил её содержимое в четыре гранёных стакана. А после поставил пустую тару на пол рядом с ещё тремя такими же.
— За ребят, — подавленным голосом произнёс майор Жикин.
Мужчины поддержали его квиком и молча выпили.
— Надо было просто сжечь весь этот чёртов Comic Con «Солнцепёками», — сквозь зубы выдавил из себя Кудрин. — Вместо этого мы отправили два отряда прямо на смерть. Чёрт возьми! О чём мы только думали?
Подполковника Кудрина нельзя было назвать эмоциональным человеком. За годы службы он уже привык к этой неотъемлемой черте своей профессии — к потере товарищей. Знал, что это неизбежно. И понимал, что голову постоянно нужно держать холодной, чтобы не сойти с ума.
Тем не менее, срывы у него периодически случались. Ведь он не из металла сделан. И вот сейчас, после волны серьёзных неудач, которую в итоге добила потеря, пожалуй, лучшего боевого отряда в проекте «Вторжение», срыв случился вновь.
А лучший способ сохранить нервы в таких случаях, как сам себя убеждал подполковник, было именно спиртное. «Пара-тройка хороших товарищей и побольше крепкого алкоголя заменяют целую армию психологов», — всегда говорил он.
— Пока мы не научимся добывать основу иными способами, нельзя применять такие грубые методы, как артиллерийский обстрел, — спокойно проговорил профессор Ногтев. Из всех присутствующих он наименее эмоционально воспринял новость о потере боевых отрядов в Рязань-ЭКСПО. — К тому же нельзя подвергать риску подземную базу.
— Да ничего не случилось бы с вашей базой, — грозно посмотрел Кудрин на Ногтева. — На то она и подземная, чтобы никаких бомбардировок не бояться. Там хоть ядерное оружие применяй, в бункере это не почувствуют.
— Всё намного сложнее, товарищ подполковник, — не согласился профессор. — Не так просто эти исследования проводились настолько глубоко. То, что там создавалось, нельзя лишний раз тревожить.
— Тревожить? — нахмурился Жикин. — Вы так, говорите, будто там Кинг Конг спит и его ни в коем случае нельзя будить.
Профессор на это ничего не ответил. Но по его лицу можно было рассмотреть едва уловимую усмешку. Впрочем, Валунин, который сидел напротив Ногтева, разглядеть её смог и не смог оставить это без комментария:
— Вижу, вам есть, что сказать по этому поводу. Может, уже расскажите, что такого секретного в этом бункере?
Как сегодня выяснилось, профессор Ногтев, являясь одним из ведущих биологов страны, имел непосредственное отношение к объекту №1812. Он был одним из тех, кто проводил исследования в секретном бункере, что находится под Рязань-ЭКСПО.
По этой же причине несколько дней назад отряд Порохова внепланового отправился на миссию в научном центре. Это было необходимо, чтобы спасти очень важного учёного, который курировал тайные государственные исследования.
— Я бы с радостью рассказал вам больше, но это совершенно секретно, — ответил профессор на замечание Валунина.
— А мы чем с вами занимаемся? — усмехнулся Жикин. — Участие в проекте «Вторжение» предоставляет недостаточный доступ, чтобы узнать ваши тайны?
— Недостаточный, — вежливо ответил Ногтев.
— Отстаньте от профессора, мужики, — осадил Кудрин офицеров, доставая из ящика очередную бутылку. — Он лишь делает своё дело. Хотите высказать претензии по этому поводу, ступайте к министру по науке.
В этот момент рабочий телефон Кудрина завибрировал, оповещая, что пришло голосовое сообщение из внешнего мира. Продолжая разливать спиртное по стаканам, подполковник, поставил телефон на громкий режим и нажал кнопку «прослушать».
— Главный штаб проекта «Вторжение». Говорит министр безопасности Кожин, — любой из здесь присутствующих узнал этот голос и без лишних формальностей. Но порядок есть порядок. — Срочная информация с объекта №1812. Кто-то проник в бункер. Выжившие сотрудники слышат стрельбу. Подозреваем, что это кто-то из боевой группы, отправленной в Рязань-ЭКСПО. Передайте профессору Ногтеву, что вам, подполковнику Кудрину, и всем, кому вы сочтёте нужным, выдан допуск к секретной информации по проекту №211257. Это может помочь боевой группе выжить. Конец связи.
В кабинете повисла тишина. Кудрин даже разливать спиртное перестал и поставил бутылку на стол.
— Это сейчас что такое было? — посмотрев на Ногтева, протянул Жикин.
— Каким образом могло прийти сообщение с базы, которая попала под воздействие аномалии? — добавил вопрос Валунин.
— Что ж, раз вам выдан допуск, — Ногтев даже после таких новостей не проявлял никаких эмоций. Будто принял их, как само собой разумеющееся. — Отвечу. Только две трети базы угодили в зону. А с теми, кто остался в живых, у нас сохранилась связь.
— И вы можете связаться с ними отсюда? — спросил Кудрин. — Нужно срочно выяснить, кто именно из наших ребят сейчас там и попробовать выйти с ними на связь.
— Да, — профессор согласно кивнул. — Только не прямо отсюда, а из лаборатории.
— Что же мы сидим? — подполковник первым выскочил из-за стола и направился к выходу. — А по пути, профессор, расскажите, пожалуйста, что там у вас за Кинг Конг такой в бункере.
— Короля обезьян там, конечно, нет, — ответил Ногтев, покидая кабинет последним, — но есть кое что не менее опасное. Точнее ни «что», а «кто»…
Новую лазейку длиной в пять метров сделал я быстро. Отметил для себя, что укрепления бункера не оказали созданию прохода никакого сопротивления. Выходит, что таким образом я смогу пробиваться через любую породу и материалы, лишь бы в месте строительства была аномальная зона.
По возвращению в своё тело ощутил сильную боль в груди. Обычно так организм сигнализирует, что мана на исходе. Глянул на индикатор маны — осталось 25%. Получается, я потратил три четверти своего ресурса на пятиметровый коридор? Странно. Ранее, в шахте, я смог «пробурить» таким образом целых десять метров и даже не ощутил, что энергия потратилась.
Сделал предварительный вывод, что на это влияет сложность работ. В смысле, чем тверже порода, тем больше маны на строительство тоннеля расходуется.
— И почему именно эту способность ты в себе открыл, оказавшись в месте, откуда нет другого выхода? — Порохов всё ещё был под впечатлением от того, как ловко я сделал сквозную дыру в человеческий рост из зала досмотра в бункер.
Я тут же переадресовал этот вопрос призраку астероида, который шёл за нами по пятам. Я и сам ранее хотел его об этом спросить. Вот только всё время было не до этого.
— Система не даёт дары просто так, — ответил астероид. — Каждая способность основывается на умениях человека и его личных качествах. Например, у твоего товарища развился командирский дар, позволяющий ему эффективно управлять бойцами. Позже таким образом он сможет целыми войсками командовать. Наверное…
— А у меня откуда поиск лазеек?
— Подумай сам. Что ты хорошо умел делать до того, как стал одарённым?
— Я инженер-строитель, — внимательно смотря по сторонам через прицел своего «Корда», сказал я.
— Вот тебе и ответ, — произнёс призрак. — Система развила в тебе строительный дар. Причём, эти лазейки лишь зачатки твоей способности. Со временем ты откроешь и другие стороны своего дара.
— Строительный дар, говоришь? — задумался я. — А откуда тогда у меня появились энергетические щупальца?
— Строителю ведь нужны мощные манипуляторы, чтобы перемещать тяжелые предметы.
— Логично, — покачал я головой, удивляясь, почему и сам до этого не додумался.
Порохов всё ещё не понимал слов астероида, поэтому мне приходилось передавать ему всё, о чём мы с призраком говорили.
— Не хочется этого говорить, но похоже на правду, — заключил командир. Затем он внимательно посмотрел во все стороны. Видимо, принимал решение, куда нам идти. — Направо пойдём.
Этот огромный коридор и впрямь очень походил на зону ожидания полёта в аэропорту. Здесь было много скамеек, зон отдыха, технических помещений и туалетов. Имелись даже транспортерные ленты для ускорения движения, которые тянулись на десятки метров. Но по очевидным причинам они не работали — электричества же не было. Не хватало только огромных панорамных окон, чтобы наблюдать через них за самолётами. Да и потолки были сравнительно невысокими — всего три метра.
Прошли так метров пятьдесят. Ногам меня уже почти не беспокоила. Даже хромать перестал.
Врагов не встретили. Но трупы сотрудников попадались довольно часто. И все они были далеко не первой свежести. К телам гражданских старались не подходить. А вот военных приходилось осматривать на предмет боеприпасов. Ведь с у тех четырех охранников, которых мы встретили в зале досмотра, было всего по одному магазину. А нам требовалось больше, гораздо больше.
Таким образом собрали еще по три магазина. По итогу теперь у меня имелось пять магазинов с патронами со стальным сердечником. Плюс те, которые остались от АК-25 — четыре с бронебойно-зажигательными и два с разрывными. Вроде бы запас солидный, но это всё будет зависеть от того, какого уровня врагов мы встретим.
— Слышишь? — Порохов остановился и с опаской посмотрел на потолок.
— Нет, ничего, — ответил я.
— Странный какой-то шум там, — продолжал командир вглядываться куда-то наверх. — Как будто ползает кто-то.
В этот момент и я услышал звук металла, а затем скрежет чем-то острым по камню недалеко от нас. Сразу же направил туда дуло своего оружия.
— Твою мать, — прошипел я, чувствуя, как начало пробирать тело холодом, а волосы становились дыбом. — Посмотри вон туда. Дыра в стене под потолком.
— Ага, вижу, — Прохор был хоть и без визора, но, похоже, его глаза уже адаптировались к темноте. — Это вентиляция что ли?
— Нет. Решётка вентиляции двумя метрами правее. А эту дыру, судя по всему, сделал не человек.
Снова что-то зашуршало уже с другой стороны. Повернувшись на звук, я увидел ещё одну такую же дыру.
— Хреновые дела, — в голосе «Пороха» ощущалось острое напряжение. — Что за тварь проделала все эти дыры?
В следующий шорох послышался прямо у нас над головой. А затем он начал отдаляться от нас в направлении бункерной двери.
— Это не просто дыры, — озвучил я своё предположение. — В стенах и в потолке, похоже, целая система проходов выкопана. Где-то я подобное уже видел…
— В «Чужих»? — тут же предложил версию командир.
— Да, точно, — кивнул я.
Делать этого не хотелось, но нужно было двигаться дальше. Ведь никакой речи о том, чтобы вернуться, не могло и быть. Как минимум по той причине, что нам некуда возвращаться.
Под пугающий шорох и скрип то в стенах, то в потолке, мы прошли ещё приблизительно сотню метров. Воображение начало рисовать образ чужих, которые выпрыгивают из дыр в стене. И потому при каждом постороннем звуке кровь застывала в жилах, а ноги готовы были зашагать задним ходом.
Что за чертовщина здесь творится? Какой дикий умудрился так эволюционировать, что додумался бурить себе систему переходов в стенах? Или это какой-то крот-мутант? Последних мы встречали в деревне. И те умудрились своими зубами прогрызть двигатель автомобиля. Не хотелось бы, чтобы это были подобные твари. Впрочем, кто бы это ни был, сомневаюсь, что встреча с ним меня обрадует.
— Смотри, — прошептал «Порох» в моей голове. Мы переключились на ментальную связь, чтобы не создавать лишнего шума. — Вон там на стене. Кажется, это план бункера.
— Точно, — убедившись, что рядом в стенах нет дыр, я подошёл к карте.
Сразу же подтвердилось моё предположение, что коридор, в котором мы находились, окольцовывает весь бункер, словно кольцевая линия метро в Москве. Причём помещения располагались, как внутри этого круга, так и с внешней стороны. Только вот все коммуникации и помещения на этой схемы были нарисованы чёрным цветом. При этом никаких примечаний и обозначений не было.
Странный план. Никогда таких не видел.
— Так, «Инженер», нам в первую очередь нужна комната охраны, — сказал командир, что искать. — Понимаешь что-нибудь? Сможешь найти?
— Как бы тебе ответить, — задумался я. — Нихрена тут не понятно. Зачем вообще нужно было делать её в черном цвете без легенды? — я ещё с минуту внимательно изучал схему, а затем продолжил. — Впрочем, я бы разместил комнату охраны либо здесь, либо здесь.
— Далеко до этих мест?
— Нет. Но только при условии, что я правильно определил место нашего нахождения. А по этой черноте это сделать довольно сложно.
— Веди, — тут же скомандовал «Порох».
Мы двинулись дальше. Но, не пройдя и тридцати метров, Прохор поднял руку вверх, сигнализируя этим, что впереди заметил движение. Впрочем я и сам это видел. С два десятка диких толпились на площадке, которая, судя по всему, раньше использовалась, как кафе.
Но больше всего не сами дикие меня взволновали, а тень, которая промелькнула от пола к потолку. Будто кто запрыгнул в дыру наверху. А после этого над нами что-то зашуршало.
А затем, учуяв нас, зарычали дикие.
Перед тем, как открывать огонь, я быстренько проанализировал ближайшего заражённого:
Опасное существо — «Дикий» — 16 уровень.
Сила — 91, Скорость — 72, Выносливость — 183, Сила умения — 5, Сопротивление — 62, Мана — 9.
А вот это уже серьёзный противник. Если остальные такие же, то наши простые патроны здесь едва ли справятся. Патронов по двадцать на каждого высаживать придётся. И это при том, что у нас не было никаких увеличенных магазинов. Если не считать тех, что мы принесли с собой.
— «Порох», готовь бронебойные, — тут же информировал я об этом командира. — Эти твари шестнадцатого уровня и выше.
— Принял, — ответил тот, беря на прицел первого противника. — Один магазин с обычными отстреляю, а дальше перейду на «взрослые» боеприпасы.
Тем временем все враги уже сорвались в нашу сторону. А мы, напротив, медленно начали отступать.
— Огонь, — рявкнул в моей голове «Порох».
Как и командир, я первым делом высадил всю обойму с обычными патронами. Как я и предполагал, получилось убить только одного противника. Затем отточеными движениям отстегнул опустевший магазин, схватил следующий с разрывными патронами и вставил его в автомат. Как же хорошо, что наши оружейники придерживаются единого стандарта и потому магазин от АК-25 без проблем подходил к «Корду». И это при том, что оба этих автомата находятся на стадии прототипов.
Снова утопил спусковой крючок. Дал короткую очередь в три выстрела. Попал дикому в грудь, затем в плечо, а завершил серию выстрелом прямо в лицо. Несмотря на то, что враг успел обрасти внушительной природной защитой, это его не спасло. Всего три выстрела разрывными и тот замертво упал под ноги своим товарищам по несчастью.
Переключился на следующего. Повторил очередь. Только в этот раз пришлось потратить пять патронов, так у него имелась силовая защита.
«Порох» работал по врагам не хуже чем я. Впрочем, это логично.
Минус семь на двоих.
Враги стремительно приближались. Я успел сделать ещё всего одну очередь, прежде, чем пустил в ход энергетические руки.
Хлестким ударом энерго-щупальцы сбил с ног ближайших трёх диких. А Порохов затем расстрелял их прежде, чем те успели подняться. Тоже самое проделал со следующей троицей. Ещё двоих пригвоздил энерго-руками к стене и расстрелял их самостоятельно. А последних двух поймал за шеи и поднял к потолку. Их мы с командиром добивали из «Кордов» вместе.
Как только стрельба стихла, застыли с Прохором на месте. Я прям нутром чувствовал, что враги не закончились. Хоть больше никого и не было видно, я помнил про ту тень, что запрыгнула в потолок.
Прислушивались примерно две минуты. Но никакого постороннего шума не услышали.
— Так, собираем основу и валим отсюда, — прошептал Порохов. — Сильно нашумели. Надеюсь в комнате охраны найдутся глушители. Хотя, сомневаюсь в этом. Но по крайней мере, патроны там точно будут.
Собрали с трупов всю основу. Мне досталась семь луж.
Результаты сбора смотреть не стал. Сейчас было не до этого. Как только ресурсы были собраны, мы сразу же продолжили путь.
Но далеко уйти нам не удалось. Точнее, мы сделали буквально по пять шагов. Нас остановил довольно громкий рык, прозвучавший в дыре одной из стен.
— Это то, о чём я думаю? — услышал я ледяной голос командира.
— Надеюсь нет, — ответил я.
Но моя надежда не оправдалась. В следующую секунду из дыры выпрыгнуло тёмное существо внушительных размеров и красными глазами зыркнуло на нас.
— Охренеть, — процедил я сквозь зубы, понимая, что с настолько сильным противником нам встречаться ещё не доводилось.
Кудрин со своими замами спешили в лабораторию, чтобы установить связь с выжившими на секретной базе под Рязань-ЭКСПО. Путь туда был не долгий, минуты четыре, но даже это время офицеры решили зря не тратить. Поэтому хорошенько расспрашивали профессора Ногтева о том, какие исследования проводились на объекте №1812.
— Давайте вкратце, профессор, — на ходу задавал Кудрин вопросы Ногтеву. — Что именно вы там изучали? И что сейчас угрожает нашим бойцам?
— В основном там занимались разработкой оружия, — отвечал Ногтев.
— Новый автоматы создавали? — уточнил усатый Валунин. Ему особенно был интересен этот момент, ведь он отвечал за вооружение боевых отрядов проекта «Вторжение».
— Пистолеты, автоматы… — кивнул профессор, — это всё было. Но ключевым направлением было создание современных экзоскелетов.
— Таких, как у Разводного? — поинтересовался Жикин.
— Примерно, — подтвердил Ногтев. — Только костюм Разводного создавался для научных исследований. Например, для работы в агрессивной среде. А вот на объекте №1812 инженеры собирали боевые варианты экзоскелетов, — затем он махнул рукой. — Впрочем, к этому я не имею особого отношения. Я ведь биолог, а не инженер-конструктор.
— А чем вы занимались? — это был Кудрин.
Тем временем они приблизились к ангарам, в которых находились лаборатории. Несмотря на то, что начальника части и всех остальных знали все охранники, пропуск всё же потребовали. Пройдя проверку и открыв ключ-картой дверь, профессор продолжил:
— В общем, я и моя команда пытались вырастить там живой организм. Хотя у истоков этого проекта стояли совершенно другие люди. Ведь эти исследования начались ещё при СССР.
— Короче, профессор, — поторопил его Кудрин.
— Если коротко — мы создавали живое оружие, суперсолдата.
Офицеры и профессор прошли мимо стеклянной камеры, в которой содержался осколок и оказались в зоне с множеством компьютеров. Здесь их встретила Евгения в своём белом халате неуставной длины, который не мог скрыть её ножки необычайной стройности.
— Здравствуй, Женечка, — сходу обратился к ней Ногтев. — Как дежурство? Всё в порядке у нас?
— Доброй ночи, Алексей Степанович, — Евгения даже расстерялась при виде всех основных начальников базы в одном месте. Она даже забыла поздороваться с офицерами от волнения. — В целом хорошо, осколок не шалит. Только вот с объекта №1812 пришло сообщение несколько минут назад. Я перенаправила его вам, но вы, видимо, не увидели.
— Да, мне неудобно постоянно в визоре ходить, — беглым взглядом пробежался профессор по сторонам, будто оценивал обстановку. — Впрочем, именно по этой причине мы сюда и пришли. Женя, соедини нас, пожалуйста, с объектом №1812. Это очень срочно.
— Сейчас всё сделаю, Алексей Степанович, — девушка тут же села за один из компьютеров и начала что-то активно набирать на клавиатуре. — Я краем глаза увидела сообщение. Скажите, пожалуйста, а правда, что отправленные туда ребята погибли?
— Это мы и пытаемся выяснить, Женя, — ответил ей профессор.
— И что в итоге, — продолжил Кудрин тему про исследования на секретной базе, — хотите сказать, вам удалось создать это ваше живое оружие?
— Нет, конечно, — отмахнулся профессор. — Мы были ещё очень далеки от каких либо вменяемых результатов. Но, — он обвёл всех внимательным взглядом, — дальше произошло то, чего никто не ожидал — внезапно на Рязань-ЭКСПО упал осколок астероида. А затем две трети объекта №1812, включая те сектора, где находились мои лаборатории, угодили в аномальную зону. Как вы думаете, что случилось дальше?
— Ваше живое оружие и впрямь ожило? — предложил версию Валунин.
— Да, — кивнул профессор. — И потому меня очень обеспокоила новость о том, что на объекте №1812 кто-то открыл стрельбу. Ведь это существо не любит громких звуков. По этой причине и нельзя накрывать артиллерией Рязань-ЭКСПО. Оно может услышать.
— Вы хотите сказать… — протянул Жикин.
— Да, товарищ майор, мы рано обрадовались, что кто-то из бойцов выжил. Боюсь, им недолго осталось…
— Мочи его!!! — загорланил Порохов при виде чёрного существа, которое выскочило из дыры в стене и замерло в тридцати метрах от нас.
У меня было не больше секунды на то, чтобы рассмотреть противника перед тем, как я начал в него стрелять. Но даже от того, что я успел рассмотреть, мне хватило, чтобы ужаснуться.
Это существо совершенно не было похоже на дикого. Такое ощущение, что оно и вовсе человеком никогда не было. Передняя челюсть была вытянута вперёд, как у оборотня-волка. Или медведя. В подробностях разглядеть не успел. Но, судя по худощавому телосложению и стойке, оно был скорее волком, нежели медведем.
Ноги (или их надо называть задними лапами?) были короткими, как у того зверя, на которого оно походило. А вот руки, напротив, были настолько длинными, что оно ими с лёгкостью доставало до пола. И это при своём росте в два метра. Причём те части рук, что находились ниже локтей, были не из плоти. Они были призрачными. Выходит, оно половину физических рук заменило себе энерго-руками? Занятная способность.
И, разумеется, эти энергетические руки обладали здоровенными когтями.
Глаза светились красным. Казалось, что он вот-вот стрельнит ими, как Неделин. Последний смог своей способностью целый дом разрушить, прежде, чем мы его победили. Надеюсь, что этот не решит повторять подобное. Ведь тут, в подземном бункере, лучше ничего не взрывать.
Наши с Пороховым «Корды» застучали почти в унисон. Существо в ответ показало нам свой звериный оскал. Я логично ожидал услышать от него какой-нибудь ужасный рык, но его не последовало. Не последовало даже шипения и какого-либо другого звука. Впрочем, возможно, я ничего не услышал из-за шума выстрелов автоматов.
Уже первые попадания по врагу, дали нам понять, что у него был энергетический щит. Пули, соприкасаясь с ним, буквально вспыхивали и разлетались искрами во все стороны. В итоге из-за возникших, так сказать, спецэффектов, стало очень трудно целиться.
Впрочем, попасть в него было сложно не только по этой причине. Ведь тот почти сразу же сорвался с места и отпрыгнул вправо. Не спел я снова поймать его в прицел, как он проделал подобный манёвр в другую сторону. А затем повторил этот финт ещё пару раз.
К пятому подобному манёвру противника, как мне казалось, я раскусил его тактику и потому был готов поймать его сразу же после прыжка.
И вот он прыгнул вновь. Я тут же перевёл прицел туда, где по моим предположениям он должен был оказаться, но, к моему удивлению, он не остановился. Он продолжил своё движение, пока его образ и вовсе не скрылся в стене.
Твою мать! Да это же фантом. И мы с «Порохом» оба повелись на него.
А само существо, в это время, продолжило движение по прямой. И ему хватило времени, пока мы отвлекались на фантома, чтобы приблизиться настолько, чтобы броситься на одного из нас. И для этого зверь выбрал, разумеется меня.
В который раз я поблагодарил себя за то, что теперь во время стрельбы всегда держу свои энерго-щупальца наготове. И потому успел выставить перед врагом энергетический щит, в который тот врезался мордой прямо в прыжке.
В визоре сразу же вспыхнула красная надпись:
Это ещё что за самодеятельность инженеров из отдела КИОС? Нахрена мне нужны такие огромные «портянки» по центру экрана прямо во время боя? Совсем сдурели что ли? Надо будет заглянуть в настройки оповещения после боя. И убрать это к чёртовой матери.
Впрочем, информация была полезной. Теперь я хотя бы знал, что при каждом столкновении этого зверя с моим щитом расходуется аж половина ресурса,.
Существо, не ожидавшее врезаться в невидимую прегарду, с грохотом упало на пол и на мгновение растерялось. За это время мы с командиром успели до конца отстрелять свои магазины и приступили к перезарядке. Благо, сейчас мы использовали свои магазины со спаркой, поэтому их нужно было просто перевернуть и вставить другим концом в автомат. С учетом наших сил и ловкости, значительно превосходящих обычные человеческие, тратилось на это меньше секунды.
Впрочем, после перезарядки я открывать стрельбу не стал. Ведь враг находился в рабочей зоне моих энергетических конечностей. И потому я решил воспользоваться именно ими.
Создав из щупалец энергетическую дубину, я без замаха врезал ею врагу прямо по голове. Зверя, чья морда исказилась в немом оскале, отбросило метра на три в сторону. При этом его энерго-щит рассыпался каким-то нереальным количеством искр. Будто фейерверк взорвался.
В удар я вложил больше трети своего запаса маны. От чего сразу же мой визор поднял панику:
Это было понятно и без дополнительных оповещений. Ведь грудь, как обычно бывает в таких случаях, обагрило таким жаром, что от боли я невольно присел на одно колено. Но рук при этом не упустил. Напротив, покрепче сжал свой «Корд» и начал палить из него по противнику.
Этим же занимался и «Порох».
Ещё через мгновение стало понятно, почему было так много искр после удара энерго-дубиной. Оказывается, я ему полностью сбил защиту. И теперь его тело было уязвимым для наших бронебойно-зажигательных.
Зверь попытался вскочить. Но прилетевшие ему в затылок пули тут же отправили его обратно на пол. После этого, продолжая впитывать в себя очередь за очередью, существо поползло в сторону ближайшей дыры в стене. Похоже, решило «свинтить» от нас.
Впрочем, его хватило буквально на полметра. После этого зверь замер и под ним показалась чёрная лужа основы.
— Что ж, не так страшен чёрт, как его малюют, — перезаряжая свой «Корд», прошипел командир. — Хорошо хоть на чужого он не похож. А то я уже напредставлял себе в голове, что будем сражаться с неубиваемой тварью, у которой кислота, вместо крови.
— Так и запишем, — выдохнул я, поднимаясь на ноги. — Надо в настройках визора указать, чтобы впредь опознавал это существо именно «чертом».
— Ему подходит, — хмыкнул «Порох».
Я подошёл к поверженному противнику, чтобы просканировать основу:
Затем перевёл взгляд на «Пороха», чтобы узнать, какой у него уровень. Это нужно было, чтобы определить, кому из нас нужнее эти ресурсы.
Что ж, тут всё было очевидно. Я по прокачке сильно обогнал командира и потому лучше отдать эту основу ему.
— А сколько цветных там? — решил «Порох» уточнить после моего предложения забрать основу. А, услышав мой ответ, выразил категорический отказ. — Нет, себе бери. Там много фиолетового, а я не хочу развивать свою способность, пока не убежусь, что полностью контролирую её. Не хочется мне снова сойти с ума.
— Уверен? — засомневался я в правильности решения командира.
— Да, — ответил тот, разминая рукой своё плечо. — Боль снова возвращается. Не буду рисковать. Бери всё себе.
С этими словами он отвернулся и начал потирать руку. Похоже, он и впрямь снова начал испытывать боль.
Больше я настаивать не стал и протянул ладонь к луже основы.
— Подожди, — остановил меня внезапно возникший рядом призрак астероида. — Не так.
— О чём ты? — я уже увидел, как основа потянулась ко мне, но успел убрать руку.
— Сделай этого с помощью способности, — предложил мне призрак.
— И в чём смысл?
— Увидишь, — не стал вдаваться в подробности астероид.
Я задумался. Во-первых, хотелось понять, не желает ли призрак навредить мне таким способом? Хотя, с другой стороны, а чем мне это может навредить? Как говорил Ван Ваныч, оба моих тела, и физическое и энергетическое, это одно целое. Если бы это было опасно, я бы давно уже это понял.
Во-вторых, я поймал себя на мысли, а почему я сам до этого не пробовал подбирать основу таким способом?
— Скорей там, — поторопил меня Порохов, злобно глянув на призрака. — Надо валить отсюда. Патронов почти не осталось.
Ладно, командир прав, у меня нет времени на долгие раздумья.
Я отошёл подальше от лужи основы, а затем потянулся к ней энерго-щупальцами.
Сама основа никак не отреагировала на подобный метод прикосновения. А вот находящиеся в ней элементы, мелькнув своими характерными цветами, тут же впитались в мою энергетическую конечность. А визор тут же показал сводку:
Похоже, визор не смог выдать некоторые данные из-за отсутствия основы.
— Хм, — я даже растерялся. Не ожидал я, что смогу забрать цветные элементы, а основу при этом оставить на месте. — И для чего это?
— Не возникло бы сейчас этого вопроса, если бы вы обращали внимание на важные детали, — ответил призрак. — Система ничего не делает просто так. Она дала одному из вас дар, с помощью которого вы можете узнать всё, что вам необходимо для понимания своих способностей. Но вы почему-то не посчитали нужным дать побольше сил этому человеку.
— Ты сейчас про Ван Ваныча говоришь? — не удержался от вопроса Порохов.
— Да, вы называете его так, — кивнул призрак. — Он способен дать ответ на любой вопрос. Всё, что для этого нужно — развивать его дар.
— Подожди, подожди, — развёл я руки в стороны. — А для чего ты посоветовал собрать цветные элементы без основы?
— Хотел бы за ответом отправить вас к вашему Ван Ванычу, но, пожалуй, не стану этого делать, — хмыкнул астероид. — Одно из предназначений чёрной основы, как вы её называете, вы правильно определили. Это резервуар. Но есть у неё и другие функции. Как бы вам проще объяснить…
— Попробуй на нашем, человеческом, — хмыкнул Порохов.
— Что ж, попробую, — зыркнул призрак на Прохора. — Чёрная основа, это не только резервуар, но и множитель для цветных элементов, которые в нём содержатся. Чем сильнее заполнен это резервуар, тем эффективнее работа и всех цветных элементов. Вы можете собрать сколько угодно основы и цветных элементов, но от этого не будет много толка, если вы не соблюдаете баланс. Посмотрите на существо, которое вы только что убили. У него было примерно столько же элементов, что и у вас, а основы в разы меньше. Но при этом оно было гораздо сильнее вас обоих. Не будь у вас автоматов, вы бы и вовсе могли не справиться с ним. Всё дело в том, что у этого существа цветных элементов было больше, чем основы.
— Но так ведь нельзя? — нахмурился я. — Если цветных станет больше, у нас мозги поджарятся.
— Так вы это называете? — усмехнулся призрак. — Что ж, ладно. Просто соблюдайте баланс и станете намного сильнее. Всё просто.
Но долго обсуждать эту тему нам не пришлось. Ведь в этот момент за нашими спинами что-то зажужжало.
Мы резко развернулись на звук и прицелились.
— Это ещё что за хрень к нам летит? — ругнулся «Порох».
— Это… ты не поверишь… — протянул я. При помощи визора я смог рассмотреть на расстоянии летящую в нашу сторону штуку. — Это дрон.
А затем в визоре я увидел, как к моей голосовой группе присоединился кто-то с позывным «Крот». И, даже не поздоровавшись, сразу же начал говорить:
— Валите отсюда, быстро! Враги повсюду. Передаю данные на вашу карту.
Сплошная чернота в левом нижнем углу моего визора тут же сменилась нормальной миникартой. А на ней засветились десятки красных точек. И они были буквально повсюду — в потолке, в стенах и даже под нами.
— Суперсолдат, которого вы убили, не один. Их много, — продолжал кричать «Крот» по голосовой связи. — Бегите! Путь я вам отметил на карте.
Всё-таки даже не страшный чёрт становится страшным, если таковых много.
— Так, профессор, подождите, — озадаченно посмотрел подполковник Кудрин на Ногтева, — Разве вы не говорили, что на этой секретной базе только одно живое оружие?
— Не говорил, — покачал головой Ногтев. — Под словосочетанием «живое оружие», я имел ввиду проект. А вот существ, которых мы пытались вырастить в рамках этого проекта, довольно много.
— И насколько их там много? — это был майор Жикин.
— Достаточно, чтобы для их ликвидации понадобилась небольшая армия, оснащённая самым современным оружием, — ответил профессор.
— Армия? — удивлённо протянул Валунин.
— Ну, я не военный, — пояснил профессор. — В таких деталях могу ошибаться. Но уверен, что придётся сильно попотеть, чтобы зачистить всю базу от них. Мы поделились с выжившими на секретной базе нашими технологиями КИОС и те выяснили, что уровень существ варьируется от двадцать шестого до пятьдесят восьмого. Скажем так, это очень опасные противники. Никто из наших бойцов с такими ещё не сталкивался, — Ногтев ненадолго замолк, а затем заключил. — И это я ещё не беру в расчёт прочих тварей, которые появились там под воздействием аномальной зоны.
— Ясно, — Кудрин переключился на Евгению, которая поддерживала связь с выжившими на секретной базе. — Сколько человек из боевых отрядов проникло на секретную базу? Известно уже, кто это?
— Да, только что пришла информация, — оживилась девушка. — Это капитан Порохов и сержант Ларионов, — она даже слегка улыбнулась, когда озвучивала последнюю фамилию.
— И всё? Больше никого? — переспросил подполковник.
— Да, только эти двое, — подтвердила девушка.
— Мда-а, это далеко не армия, — протянул Кудрин, стараясь сдерживать свои эмоции. Хотя сердце его дрогнуло, когда он узнал, что из шестнадцати человек выжили только двое. По крайней мере, на данный момент известно только о них.
— Что-то нужно передать солдатам? — обратилась девушка к подполковнику.
— С ними мы пообщаемся позже, — хмыкнул Кудрин. — А вот персоналу базы скажите, чтобы всеми силами помогли выжить этим двоим. А затем пусть оснастят их всем необходимым вооружением. Чувствую, парням придётся хорошенько поработать, чтобы разобраться со всем этим, — затем подполковник повернулся к Кудрину. — Говорите, профессор, на этой секретной базе разрабатывали новейшее оружие?
— В том числе, — кивнул тот.
— Что ж, пришло время испытать это оружие в боевых условиях.
Рязань-ЭКСПО.
Секретная база — объект №1812.
13 июня 2024 года.
Московское время — 20:27.
Аномальное время — 02:42.
Глядя на то, как в нашу сторону летит дрон, я не мог поверить, что это происходит на самом деле. Откуда он мог здесь взяться? Неужели кто-то выжил на этой базе?
— Это кто такие? — у Порохова не было ни баллистических очков, ни визора, но он смог услышать слова «Крота» с помощью ментальной связи со мной.
— Без понятия, — ответил я. — Но лучше сделать, как они говорят. Судя по количеству красных точек на миникарте, вокруг нас сейчас десятки чертей.
То, что в таком бою мы не выстоим, добавлять я не стал. Это было и без слов понятно. Ведь, чтобы победить всего одного черта, мне пришлось потратить весь запас маны. И вдобавок четыре магазина патронов опустошили. А, если таких врагов будет больше? Ответ очевиден.
Следуя маршруту, который проложил «Крот» на моей карте, мы бросились вперёд.
В следующий миг дрон пронёсся над нашими головами, а затем резко взвыл полицейской сиреной. Более того, на нём даже проблесковый маячок активировался.
Не сбавляя шаг, я глянул за спину. Дрон летел прочь от нас. А в освещаемом красно-синими цветами коридоре мелькали чёрные тени чертей, выпрыгивающих из стен и потолков. И, к моему удивлению, вместо того, чтобы преследовать нас, все они устремились вслед за дроном.
Глянул на миникарту — красные точки начали стремительно отдаляться. Похоже, столь эффектно появившийся дрон привлёк внимание всех врагов без исключения.
Искать в этом логику не стал. Для начала лучше убраться отсюда подальше. А уж, когда окажемся в более-менее безопасном месте, попытаюсь понять, почему черти избрали приоритетной целью не двух живых людей, а громко орущий дрон.
Через сотню метров свернули направо. Ещё через пятьдесят налево, а затем через раскрытые двустворчатые двери выбежали в огромный зал с высоченными потолками, напоминающий центральную многоуровневую площадку в современных торговых комплексах. Судя по вывескам, которые я успел увидеть (тренажёрный зал, кинозал, бассейн, велодорожка, кафе, ресторан, спортбар…), это была зона отдыха для персонала базы.
Отсюда наш путь лежал в проход, над которым красовалась вывеска: «Жилая зона». Но не успели мы добежать до него, как впереди на миникарте появилась одна красная точка. А затем я увидел врага собственными глазами. Это был чёрт, который выпрыгнул из дыра в стены прямо под той самой вывеской.
— Так, ребята, постарайтесь не шевелиться и не разговаривать, — тут же начал раздавать инструкции «Крот». — Суперсолдаты не любят громких звуков. Если не будете шуметь, он просто вернётся в свою нору.
Выслушав «Крота», я глянул через визор на этого, как он сказал, суперсолдата:
Ага, этот чёрт на два уровня ниже того, которого мы встретили ранее. К тому же у него почти вдвое меньше сопротивления. Если сделаю всё грамотно, с ним я смогу разобраться намного быстрее.
— Что ты делаешь? Не двигайся! — заволновался «Крот», поняв, что я, вместо того, чтобы прислушаться его совету, двинулся прямо навстречу черту.
— Некогда нам играть в молчанку, — ответил я, а затем обратился к Порохову. — Только не стреляй. Постараюсь разделаться с ним бесшумно.
— Работай, — одобрил мой план командир.
Чёрт, как и я, слабину давать не стал и кинулся мне навстречу. Я дождался когда он приблизиться на расстояние прыжка. А затем, увидев, как его ноги оторвались от пола, ударил энергетическим кулаком ему по голове.
Во все стороны брызнули искры разбившегося силового поля. А самого противника тут же пригвоздило к земле, где я его зафиксировал, чтобы тот не смог удрать. Затем, для уверенности, я ещё раз врезал лежачему черту по голове, а после этого вонзил ему в затылок энерго-копьё.
Да уж, расход маны на убийство всего одного черта был какой-то запредельный. А восстанавливалась она не сказать, что быстро — примерно один процент в секунду. Раньше её расход был незначительным из-за того, что уровень силы моего умения был небольшой, а среди врагов редко встречались высокоуровневые индивиды. По этой причине я не часто обращал внимания на ману — она банально восстанавливалась быстрее, чем я её тратил.
Но, как выяснилось, лафа закончилась. Несмотря на то, что запас маны значительно вырос, её восполнение нисколько не ускорилось. Она восстанавливалась с той же скоростью. И, если раньше казалось, что это происходит быстро, то теперь наоборот. А, с учётом возросшего расхода, я оказался в ситуации постоянного дефицита маны.
Эта мысль промелькнула в моей голове словно молния, а затем я увидел на миникарте новую красную точку, которая стремительно приближалась к нам.
— Ещё один, — сообщил я о новом враге «Пороху», который сильно побледнел, а пот с него чуть ли не ручьём лил. И это несмотря на то, что здесь было совсем не жарко. Я бы даже сказал прохладно. К тому же глаза командира снова начали наливаться жёлтым. Увидев это, я задал ему логичный вопрос. — Ты как сам? Идти сможешь?
— Держусь, — голос Порохова был буквально пропитан болью.
Тем временем красная точка приближалась. Я надеялся, что новый противник выскочит где-нибудь позади, но, как и предыдущий, тот решил обойти нас, чтобы перегородить нам путь.
— «Крот», ещё одного дрона можешь нам прислать? — обратился я по голосовой связи к новому знакомому. А сам тем временем потянулся энерго-щупальцей к луже чёрной основы, что осталась после последнего побеждённого чёрта.
На сводку с полученными ресурсами я отвлекаться не стал, но заметил другую очень важную деталь. На которую я почему-то не обратил внимания, когда забирал элементы с первого убитого нами черта. В момент, когда цветные элементы впитались в мою щупальцу, произошёл резкий скачок на шкале маны. Прибавилось совсем немного, около десяти процентов, но это мне позволило сделать вывод, что таким способом при необходимости можно восполнять запас маны прямо в бою. И это была очень важная информация.
— Да, новый дрон уже летит к вам, — ответил «Крот». — И, это самое, ребят, поторопитесь. Первый дрон суперсолдаты уже догнали у уничтожили. Они, конечно, далеко сейчас от вас и, по идее, не должны пойти к вам. Но, если начнёте шуметь, то снова накликаете беду на себя.
— Понял тебя. Спасибо, — ответил я «Кроту».
Только вот последовать его совету сейчас было невозможно. Не то, чтобы торопиться, мы даже просто двигаться дальше не могли. Ведь очередной чёрт уже вынырнул из дыры в стене и изучал нас своими красными, словно пара аварийных фонарей, глазами.
Этот чёрт оказался посильнее предыдущего. Тем не менее сопротивления у него было ненамного больше. Так что, думаю, справлюсь.
Прежде, чем идти в атаку, проверил свой уровень маны — 76%. Что ж, должно хватить. Лишь бы не появилось других чертей.
Стоило мне об этом подумать, как очередная красная точка замерцала на миникарте. Вот же прицепились, черти! Шага не дают ступить.
Нельзя было терять ни секунды, поэтому я быстрым шагом направился навстречу перекрывшему нам путь врагу.
«Порох», как и в прошлый раз, стрелять не торопился. Хотя врага на прицеле держал.
Враг тоже кинулся на меня. Я уже приготовился повторить тот же приём, что проделал с предыдущим чертом, но в этот раз всё оказалось не так просто. Противник прямо на бегу создал двух фантомов, которые совершенно ничем не отличались от оригинала. Причём сделал он это таким образом, что я потерял главного. А искать нужного практическим путём времени не было, так как вся троица была уже слишком близко ко мне.
Оставалось только положиться на энергетический щит.
Но, прежде, чем я принял какие либо контрмеры, меня опередил «Порох». Забыв про уговор не применять оружие, он сделал всего три выстрела — по одному в каждого черта. С фантомами, разумеется ничего не случилось, они продолжили движение. А вот последнего выдали искры, которые пуля высекла из его силового щита.
Увидев это, я тут же направил энергетический кулак навстречу оригинальному черту и одним ударом сбил с него энергетическую защиту. А затем, решив не делать лишних движений, воткнул энерго-копьё врагу прямо в правый глаз-фонарь.
Из-за траты большого количества маны грудь залилась едва терпимым жаром.
Борясь с болью, я кое-как подхватил энерго-щупальцей образовавшуюся после смерти черта основу. Благодаря этому, кроме полученных цветных элементов, я смог восстановить 16% от всей шакалы маны. Но этого явно было мало для встречи с ещё одним чертом.
Только вот враг думал иначе — он уже выскочил из стены с другой стороны от нас и угрожающе двинулся в нашем направлении.
— Постараюсь сбить с него энергощит, — объявил я «Пороху», понимая, что на большее меня не хватит. — Добивать будем оружием. Точнее, ты будешь добивать.
— Принял, — кивнул командир.
Глядя, как враг приближается, я выждал три секунды, чтоб хоть ещё чуть-чуть поднялась шкала маны. И, когда уже ждать было нельзя (противник уже прыгал на меня), я ударил по нему энерго-кулаком.
В следующее мгновение в глазах всё потемнело настолько, что я перестал видеть. Я даже не смог увидеть, сколько маны у меня осталось. Но, если судить по невыносимо жгучей боли в груди, она была очень близка к нулю.
Рядом со мной застучал автомат «Пороха».
Когда открыл глаза, обнаружил, что я лежу на спине, а запас маны составлял всего два процента. Похоже, боль в груди была настолько сильной, что я даже не ощутил, как упал.
Каждая секунда прибавляла мне по одному проценту маны, благодаря чему боль быстро сходила на нет. Когда шкала заполнилась на семь процентов, я, наконец, почувствовал свои конечности и смог приподнять голову. Первым, кого я увидел, был припавший на колено Порохов. Он неуверенными движениями перезаряжал свой «Корд» и поглядывал в мою сторону.
— Этого мы грохнули, — буквально выковыривая из себя слова, проговорил командир. Похоже, ему было гораздо хуже, чем мне, раз такой закалённый боец не мог сдерживать свою боль. — Но, если придут другие, то…
Я кое как поднялся на ноги и увидел тело того самого черта, который атаковал нас последним. Порохов, не смотря на своё состояние, сделал всё на высшем уровне. Казалось, что все пули до одной командир отправил противнику точно в голову. Ведь та выглядела так… Точнее, её, можно сказать, не было вовсе. Только огрызок какой-то остался.
Глянул на миникарту — больше красных точек не наблюдалось.
Быстро забрал ресурсы с последнего черта. Сводку смотреть не стал. Вместо этого подхватил «Пороха» под руку и мы вместе двинулись в проход, над котором висела надпись «Жилая зона».
Молча шли таким образом около минуты. Перед следующим поворотом нам навстречу пролетел дрон.
— Вы пошумели знатно, — услышал я голос «Крота». — Очень много суперсолдат уже идут по вашу душу. Я, конечно, постараюсь их отвлечь, но вы всё равно поторопитесь. Главное успейте добраться до света. Там вы будете в безопасности.
— Света? Какого ещё света? — спросил я.
А затем, сразу же после поворота, я и сам понял что имел ввиду «Крот». Буквально в двадцати метрах от нас начиналась освещённая лампами часть коридора.
Не думая, как это возможно, я ускорился. У меня не было повода не доверять «Кроту». Раз сказал, что там безопасно, скорее всего так оно и есть.
Когда до освещённой части коридора оставалось несколько шагов, я увидел на миникарте дюжину красных точек. Похоже, в этот раз сирена на дроне оказалась не столь эффективной и многие из врагов продолжили нас преследовать.
Все они приближались очень быстро, но, тем не менее, мы добрались до границы света раньше. А красные точки после этого сначала замерли, а затем и вовсе начали отдаляться.
И тут я понял, почему в этом месте было электричество. Мне это подсказал визор. Он сообщил, что сигнал аномальной зоны пропал. Всё оказалось, куда проще, чем я предполагал.
Пройдя по светлому коридору метров десять, я заметил, что одна красная точка на миникарте осталась на месте. Причём находилась она очень близко к нам.
Я оглянулся назад и увидел черта, который стоял в нескольких метрах от границы зоны. Но переступать её не решался. Причём внешне он был гораздо больше, чем все остальные, которых мы встретили ранее.
— Ты чего, «Инженер», призрака увидел? — похоже даже едва живой командир обратил внимание на мое выражение лица. Сказать, что я обомлел от увиденного, ничего не сказать. Ведь с таким противником едва ли получится справиться привычными нам методами.
Сам же чёрт, долго задерживаться на одном месте не стал. Посмотрев нам вслед несколько секунд, он развернулся и спокойно пошёл прочь.
Да, нападать этот грозный противник сейчас не стал. Но своим появлением он достиг другого эффекта — дал чётко понять, с кем нам предстоит встретиться, чтобы выбраться отсюда.
Чем дальше мы углублялись в светлый коридор, тем менее презентабельно он выглядел. И дело не в этом, что строители сэкономили на отделке. Напротив, на эти цели денег, судя по всему, не жалели.
Полы имели полиуретановое покрытие. Такие можно увидеть в огромных магазинах-складах. Стены были покрыты добротным слоем штукатурки. Причём было видно, что нанесена она была не простыми работягами, а настоящими дизайнерами. Которые смогли, если можно так сказать, вдохнуть в неё жизнь.
Только вот, несмотря на все труды строителей, сейчас весь этот ремонт переживал не самые лучшие времена. Кругом виднелись отверстия, оставленные пулями. Тут и там зияли целые лужи с запечённой кровью. И даже были целые кровавые борозды, уходящие далеко вперёд. Видимо мёртвые тела утаскивали отсюда, чтобы те не превратили помещение в зловонный ад.
Заканчивался коридор небольшим холлом, в котором находился ресепшн и большие гермоворота. Кроме них здесь была ещё одна дверь поменьше. И, судя по табличке над ней, она вела в комнату охраны.
Выглядел этот холл ещё хуже, чем коридор. Будто здесь не просто стрельба случилась, а произошло полноценное сражение. Причём с применением взрывчатки и горючей смеси.
Не успел я подумать о том, что в комнате охраны можно будет разжиться боеприпасами, как правая створка гермоворот начала раскрываться. Происходило это под звук стандартной аварийной сирены и мигание красной лампы.
Створка раскрылась ровно настолько, чтобы через образовавшийся проход мог протиснуться только один человек. И из него навстречу к нам сразу же выскочил одетый в военную форму человек.
— Здарова, мужики! — он протянул мне ладонь для рукопожатия, а потом и вовсе обнял. Причём так крепко, будто я братом его был, которого он несколько лет не видел. Затем тоже самое проделал и с Пороховым. — Вы не представляете, как я рад вас видеть.
— Ты и есть тот самый «Крот»? — не обращая внимания на обнимашки, спросил «Порох». За последние несколько минут, командир сильно приободрился. Если поначалу я буквально тащил его на себе, то в этот холл он уже зашёл своими ногами. Будто и не было никакой боли у него.
— Да, он самый, — продолжая улыбаться во все свои тридцать два, ответил «Крот». Точнее, в тридцать — двух передних зубов у него не было. — Вы просто звери, мужики. Аж четверых суперсолдат завалили. Мы и не думали, что это возможно.
— Главное, иметь правильный подход, — проигнорировал Порохов комплимент. — Ты лучше расскажи, кто ты такой? И есть ещё здесь кто-то?
— Серьёзно? — внезапно нахмурился «Крот». — Вам ничего не рассказали?
— Что нам должны были рассказать? — уточнил я.
— Про это место, — пояснил военный. — Это секретная база.
— Это мы уже поняли, — усмехнулся «Порох». — Нам нужны подробности. Сколько живых тут ещё осталось? Как вы вообще выжить умудрились? Где боеприпасов раздобыть? И как нам выбраться отсюда? Там, наверху, осталось много наших друзей. Нам нужно вернуться к ним, как можно скорее.
«Крот» поочередно обвёл нас озадаченным взглядом. А затем, вместо ответа, тихим голосом произнёс:
— Идите за мной.
Мы с Прохором переглянулись и прошли вслед за «Кротом» через приоткрытые гермоворота. Как только я заглянул внутрь, я не поверил своим глазам. В абсолютном молчании нас встречала целая толпа людей, одетых в схожие рабочие комбинезоны.
— Нас много, мужики, — сказал «Крот», когда мы оказались внутри. — Перед вами лишь крошечная часть выживших. Всего в жилой зоне сейчас находится более пятисот человек. И нам очень нужна ваша помощь.
Задерживаться возле гермоворот и знакомиться с местной публикой мы не стали. Нам хватило того факта, что все они — выжившие сотрудники секретного объекта №1812. И всех их непременно надо спасать. То есть, как минимум, на одну задачу у нас с «Порохом» прибавилось.
К счастью, «Крот» понимал, что у нас мало времени. Тем более в месте, где не было аномальной зоны. Ведь каждая проведённая здесь минута — это шесть минут для тех, кто остался в зоне. Поэтому он сразу повёл нас в переговорную.
Навстречу нам попадались довольно много людей, которые, при виде нас, не скрывали своего интереса. Кто-то восторгался, кто-то ухмылялся. Находились среди людей даже недовольные нашим появлением.
Я часто слышал подобные реплики: «Наконец-то», «Мы спасены», «И это все, кого к нам прислали?», «Серьёзно? Это наши спасители?», Мы точно умрём'. В общем, контраст во мнениях очень сильно бросался в глаза.
Сама жилая зона имела пару десятков уровней и была создана по типу подъездов в современных жилых комплексах. Там неотъемлемыми атрибутами были просторные лестничные площадки и цокольные нежилые этажи, где находились помещения для складов и различных активностей.
По пути «Крот» кратко рассказал, что выжить удалось только тем, кто в момент падения осколка находился в жилом секторе. Остальным не повезло. По крайней мере, из аномалии никто, кроме диких, не выходил.
Поначалу выжившие решили, что всё случившееся — результат неудачного эксперимента в местных лабораториях. А основную вину возлагали на профессора Кудрина, который занимался созданием суперсолдат. А то, что его самого очень кстати на базе не оказалось во время инцидента, лишь укрепило веру в эту теорию.
Истинную же причину случившегося выжившие узнали совсем недавно — буквально три дня назад. После того, когда, наконец, получилось наладить связь с внешним миром.
До этого момента у них была хоть какая-то надежда на спасение. Они логично предполагали, что вот-вот придут военные и зачистят базу. Но, узнав, что весь Рязань-ЭКСПО поглотила аномальная зона и доступа к выжившим нет, надежда на спасение растаяла.
Но тут внезапно появились мы…
Так же по дороге я успел просмотреть все отчёты в визоре о приобретённых цветных элементах. В общей сложности за последние полчаса их прибавилось на триста грамм.
Особенно ощутимой прибавка была к силе способности и мане. Эти характеристики выросли более, чем на сотню. И это не могло не радовать. Ведь именно они больше остальных решают в битвах против чертей. А подобных сражений, как я предполагаю, будет ещё немало.
Также я рассчитал примерное количество пополнения маны. У меня вышло 2 в секунду. Получается, от нулевой отметки до максимума шкала будет заполняться больше двух минут (без учёта пополнения в бою). Это очень долго. За это время я могу встретить с десяток чертей, которые, разумеется, не будут, ждать, когда я снова смогу применять свои способности.
Хотя, с другой стороны, 293 маны мне хватит на шесть-семь ударов без учёта стороннего пополнения. Если применять способность исключительно для снятия энергетических щитов у чертей, а добивать их уже оружием, то, в целом можно, довольно успешно сражаться.
Но, разумеется, при условии, что средний уровень противников останется в районе тридцатого. И они не будут нападать группами. А то встретим, например, сразу пять чертей. И те как наплодят по два-три фантома. И думай потом, кого из них атаковать.
А ещё оставался вопрос, что делать с тем чертом 58-го уровня. Вот он, чувствую, доставит нам немало проблем.
— Вот здесь мы оборудовали переговорную, штаб, оружейную и центр связи, — «Крот» привёл нас в просторное помещение, которое раньше было библиотекой. — Никакого профессионального оборудования в жилом секторе не было. Имелись только личные ноутбуки и гаджеты. Поэтому пришлось создавать центр связи буквально из того, что оказалось под рукой.
Я осмотрелся. Кроме нас троих здесь было довольно много людей, которые занимались своими делами — ковырялись в технике, что-то чертили, записывали, программировали. Были даже те, кто с помощью самодельных инструментов собирали патроны и гранаты.
Разумеется, как только мы вошли, все сотрудники тут же отвлеклись от своих занятий и сосредоточили всё своё внимание нас. Лица у них были хоть и хмурыми, но безнадёги и усталости в них ощущалось.
— Благо, у нас тут не просто кружок по интересам, — вышел навстречу к нам высокий худощавый мужчина лет шестидесяти. По бейджу на его белом халате я узнал, что это профессор Бессмертнов Глеб Юрьевич. — Если придётся, местные умельцы даже атомную бомбу смогут собрать из подручных средств. А оборудование для связи — это так, пустяки.
— Так уж и соберут? — хмыкнул «Порох», пожимаю руку Бессмертнову. Командир к этому моменту был, как огурчик. Не осталось ни намёка на недавнюю боль. Надо будет поговорить с ним об этом.
— Образно говоря, да, — усмехнулся профессор. — Рад вас видеть, мужчины.
— Мы, конечно, тоже рады вас видеть, — я тоже поздоровался за руку с Глебом Юрьевичем. — Но, если честно, ещё несколько минут назад мы и знать не знали о вашем существовании, товарищ профессор.
— Да мы уже в курсе, что командование проекта «Вторжение» решило вас не обременять знаниями о секретной базе, — покачал головой Бессмертнов. — И да можете называть меня не только профессором, а просто «Бессмертный». Меня здесь все так величают.
— Грёбаные скоты эти наши командиры, — ругнулся «Крот» — Как можно было забыть о нас?
— Не горячись, Саш, — улыбнулся «Бессмертный». — Никто ни про кого не забывал. Так было сделано нарочно. Чтобы боевые отряды не думали ни о чём лишнем, кроме главной цели — отключение аномальной зоны. А без зоны, как мы знаем, суперсолдаты быстро умирают. А без этих злобных существ базу будет зачистить гораздо легче.
— Да, успели мы уже познакомиться с вашими чертями, — произнёс я. — Вы в курсе, сколько ещё таких осталось на базе?
— Точное количество можно выяснить, если поднять картотеку лаборатории, в которой создавались суперсолдаты, — ответил профессор. — Но доступа у нас к ней нет. А так, судя по словам Кудрина и тех, кто работал над этим проектом, чертей, как вы выразились, около сотни.
— Так, — развел Порохов руками, чтобы поймать взгляды всех собеседников. — Сидя здесь, мы ничего не сделаем. Так что давайте сразу перейдём к самому главному — расскажите, где достать побольше боеприпасов и покажите, как подняться наверх.
— Что ж, к делу так к делу, — профессор обратился к миловидной брюнетке, что сидела за одним из ноубуков. — Мариночка, сделай, пожалуйста, кофе мне нашим спасителям. И покрепче. У них намечается очень тяжёлая работа. Бодрость им не повредит.
При упоминании кофе, в моей голове сразу же всплыл образ Лены. Но я сразу же поторопился отогнать от себя все мысли о красавице, которая даже не догадывается, где я сейчас нахожусь. Не время сейчас отвлекаться на прекрасное.
— Сейчас сделаю, Глеб Юрьич, — ответила Марина и сразу же поспешила к кофе-машине.
Мы вчетвером разместились вокруг круглого стола, который был по сути большим экраном. На нём сейчас была изображена карта всей секретной базы. Причём в читабельном виде, а не в том формате, какой мы с Порохом встречали в коридорах.
Первым делом «Крот» объяснил ситуацию.
Как и следовало ожидать, я и «Порох» были единственными бойцами. И потому никто из выживших не сможет присоединиться к нам. Во-первых, из состава всех военных и охранников остался только «Крот». Все остальные были на общем сборе и постах, когда упал осколок. Соответственно, все они стали дикими. Во-вторых, среди выживших было только трое иммунных. Да и те очень низкого уровня.
Тем не менее, «Крот» и «Бессмертный» заверили нас, что обеспечат всем необходимым для выполнения задачи.
— Итак, товарищи бойцы, — объявил профессор, когда мы обсудили вступительную часть. — Хочу ещё добавить, что я, «Крот» и все остальные в этом помещении в курсе всего происходящего. Знаем про астероид и его осколки, про проект «Вторжение» и обо всём, что случилось за последние восемь дней.
— Не много времени у вас прошло, — усмехнулся я. — Для нас это длится уже почти полтора месяца
— Да, понимаю, — кивнул мне Бессмертнов, — но мы всё это время находились вне аномальной зоны. Поэтому мы живём со всем этим чуть больше недели, — профессор принял от Марины принесённый ею кофе, поблагодарил девушку и продолжил. — К чему это я? К тому, что информацией хоть и владеем в полном объёме, но вот применить все эти знания на практике времени практически не было. Узнай я обо всём хотя бы на пару дней пораньше…
— К чему вы ведёте? — нахмурился Порохов.
— К тому, что Глеб Юрьич оружейный инженер-конструктор, — ответил «Крот» вместо профессора. — «Корды», с которыми вы сюда пришли, его рук творение. А вон те ребята, — он показал на сотрудников, которые собирали патроны и гранаты, — прямо сейчас делают боеприпасы, которые «Бессмертный» придумал вчера.
— Хотите сказать, эти люди делают прямо сейчас боеприпасы для нас? — несмотря на восторженную речь «Крота», меня он вдохновить не смог.
Я всё же надеялся, что мы сможем разжиться бронебойно-зажигательными. А тут вон самодеятельность какая-то. Впрочем, с учётом особенностей этого места, не стану делать преждевременные выводы и выслушаю профессора до конца.
— А что за патроны они мастерят? — Порохов тоже отнёсся к этой информации без энтузиазма.
— Простые со стальным сердечником, — ответил Бессмертнов, а затем замолчал, будто ждал нашу реакцию.
И она не заставил себя ждать. Порохов тут же высказал, что об этом думает:
— Вы хотите сказать, что у вас ничего нет? И вам приходится прямо на лету штамповать патроны, которые бесполезно применять против чертей? Серьёзно?
— Ахаха, — рассмеялся Глеб Юрьевич. Похоже, он ждал, чтобы кто-то из нас разразился такой тирадой по этому поводу. — Спокойнее мужчины, я немного слукавил. Это не простые патроны со стальным сердечником, а сложные.
— Сложные? — уточнил я, принимая кофе от Марины.
— Да, такое себе название, но думать над ним некогда было. В общем, если не вдаваться в подробности, то эти патроны будут гораздо эффективнее тех разрывных и бронебойно-зажигательных, с которыми вы сюда пришли.
— Да ну? — усомнился Порохов в словах профессора. — И мы должны в это просто так поверить?
— Согласен, — поддержал я Пороха. — Я, конечно, в отличии от командира, готов довериться вам, но всё же хотелось бы подробностей.
— Ладно, — махнул рукой профессор, отхлебнул кофе и поморщился так, будто в напиток ему добавили чего-то алкогольного. — Видите ли, у чёрной основы есть одна особенность. Она умеет связываться не только с живыми существами, но и с различными материалами. С золотом, серебром, сталью, пластиком, порохом, древесиной, тканью. С чем угодно. И не трудно догадаться, что основа усиливает всё, с чем соединяется. Грубо говоря, эти простые пули будут валить диких буквально наповал одним выстрелом.
— А чертей? — уточнил я.
— С ними сложнее, — ответил «Крот». — На них мы не тестировали. Суперсолдаты до нас не доходят. Но, с учётом того, что дикого одна такая пуля насквозь дырявит, не смотря на броню (даже энергетический щит сбивает), то и против чертей она должна показать себя с очень хорошей стороны.
— Занятно, — а вот теперь Порохов явно заинтересовался. И даже, наконец, отпил кофе из чашки, к которой до этого момента даже не прикасался. — А что за гранаты вы там мастерите? Тоже с чёрной основой?
— Разумеется, — подтвердил «Бессмертный». — Осколочных гранат, к сожалению, у нас не было в наличии, но их подземном бункере лучше и не применять. Вам будет достаточно светошумовых. Диким такие выжигают глаза напрочь. И чертям, думаю, будет не сладко. Зрение у них, как я понимаю, плохое, но зато слышат очень хорошо.
— Ну, а на сладкое у нас есть новейшие автоматические дробовики, — дополнил «Крот», а затем повернулся к профессору. — Глеб Юрьич, а название уже дали этим дробашам?
— Нет, — покачал тот головой, — пока только рабочее название есть — изделие 7−3–24.
— С каждым разом всё интереснее, — «Порох» даже зашагал к столу, на котором лежали готовые патроны и несколько этих самых дробовиков.
— Дробовики ещё не доведены до совершенства, — сказал вслед Порохову профессор. — Но даже в таком состоянии они готовы конкурировать со всеми прочими аналогами. К тому же патроны для них мы сделали таким образом, чтобы они заменили вам разрывные.
— Что ж, — Порохов взял один из дробовиков в руки. — Если на деле всё будет так же замечательно, как вы описываете, то этого будет вполне достаточно. Да, «Инженер»?
— Более чем, — согласился я, а затем посмотрел на карту. — Раз уж мы с оружием разобрались, теперь показывайте куда идти.
Глеб Юрьевич показал нам на изображённой на столе карте путь через всю секретную базу. Как выяснилось, многие двери были заперты, а без электричества их открыть невозможно. Следовательно, нам предстояло немало побродить, чтобы обойти все преграды.
— К сожалению, сейчас ничего, кроме хороших патронов и светошумовых гранатах вам дать не могу, — говорил профессор, показывая на карте указкой на комнату с пометкой «Оружейная лаборатория». — Но в этом месте вы могли бы раздобыть всё, что вашей душе угодно. И даже больше.
— Почему «могли бы»? — уточнил я.
— Поэтому, — «Бессмертный» показал ключ-карту, — а ещё из-за них, — показал он на свои глаза. — Без них открыть лабораторию невозможно. К тому база обесточена из-за аномальной зоны. Так что доступа туда нет.
— Это не проблема, — далее я рассказал профессору про свою способность находить лазейки, чем очень обрадовал его. А после он поведал, что именно нас может заинтересовать в его лаборатории. И от его рассказа у меня аж мурашки по телу пробежались. На такое я точно не рассчитывал.
Главное теперь добраться до туда. Ну а после я не завидую всем тем, кто встанет на нашем пути.
— А вот это ваш пункт назначения — здесь находится единственный в данный момент выход из базы, — «Бессмертный» ткнул указкой в чёрное место на карте.
— Но там же ничего нет, — удивился Порохов.
— Видите ли, мужчины, — ухмыльнулся профессор, — на этой секретной базе очень много незадокументированных локаций. И это одна из них. Там находится лифт, на котором можно подняться в главное здание отеля Рязань-ЭКСПО. Лифт, разумеется, сейчас не работает. Но вас же не испугают каких-то пять сотен ступеней?
— Нисколько, — хмыкнул я, представляя, как долго придётся подниматься. Я, как инженер-строитель, понимал, что пятьсот ступеней — это примерно, как подняться на тридцать этажей в обычном жилом доме.
Кроме основной цели, «Крот» попросил нас сделать ещё два дела для выживших на базе. Нужно было зачистить от диких территорию возле склада продуктов питания и медпункта. Дело в том, что еда и лекарства в жилом секторе были на исходе. И, как прямо сказал «Крот», если мы погибнем в процессе выполнения задания, то вскоре умрут от голода и полтыщи людей, оставшихся здесь.
— Как мы уже говорили, у нас здесь всего трое иммунных. А боевой опыт есть только у одного, — «Крот» немного замешкался. — Точнее даже нет у него никакого боевого опыта. Только военная служба.
— Как я понимаю, ты про себя говоришь? — «Порох» быстро раскусил его.
— Да, — не стал «Крот» юлить.
— Что-то ты скромничаешь, — отметил я. — Мы видели следы боёв на подходе к жилому сектору. Уверен, ты принимал там самое активное участие.
— Было дело, — кивнул «Крот». — Но на нас не нападали большие группы разом. В основном одиночки приходили. А вот у склада с продуктами по меньшей мере полсотни тварий. Такое мне не потянуть даже с оружием профессора Бессмертного.
После того, как мы обсудили план действий, мы связались с начальством — с подполковником Кудриным. Мы с «Порохом» хотели узнать, известно ли что-нибудь о судьбе наших боевых товарищей.
— Как же я рад вас слышать, ребята, — по голосу Кудрина чувствовалось, что он изрядно подвыпил. Я даже задумался, сколько же это он употребил, чтобы это сказалось на его состоянии? Ведь для иммунного опьянеть — это серьёзный вызов, из-за которого могут быть истреблены стратегические запасы спиртного. — Жаль, что не могу этого же сказать про остальных. Ни ваш отряд, ни отряд «Кулака» на связь так и не вышли. А дроны по-прежнему не могут приблизиться к отелю, чтобы хоть что-то выяснить.
— Жаль это слышать, — Порохов старался не показывать своих эмоций. Но я уже неплохо знал его, и прекрасно понимал, что он переживает не меньше моего.
— Может отправить к вам подкрепление? — задал вопрос Кудрин.
Мы с командиром переглянулись.
— Нет, — ответил я. — Астероид никому не позволит приблизиться к этому месту. Он уничтожит всех, кто попытается сунуться в Рязань-ЭКСПО. Как бы это не звучало, но справиться с задачей сможем только мы.
— А если не справитесь? — хмуро спросил подполковник.
— В таком случае лучше сравняйте это место с землёй, — без раздумий заявил «Порох».
— Что ж, бойцы, удачи вам, — на прощание сказал Кудрин. — Мы сейчас всем командным составом держим за вас кулаки, — затем подполковник, похоже, обратился к тем, кто сейчас находился рядом с ним. — Правильно я говорю?
— Так точно!
— Мы с вами, мужики!
— Работайте, братья!
Среди всех голосов, которые послышались на заднем фоне, я смог распознать майоров Валунина и Жикина. Некоторых командиров других боевых отрядов. Профессора Ногтева. Были даже женские голоса, один из которых, вроде как, принадлежал Евгении. Той самой девушке, что помогала нам с тренировкой.
Честно сказать, от такой поддержки моё настроение возросло в разы. Всё-таки Кудрин знает толк в человеческой психологии.
После разговора с начальством пришло время разобраться, что же происходит с «Порохом». Мою голову по-прежнему не оставлял вопрос, почему периодически командира накрывала боль. А затем ему ни с того ни с сего становилось легче.
Это ненормально. Особенно в условиях, когда от его действий напрямую зависела моя собственная жизнь. Ведь не прикрой в нужный момент он мне спину из-за очередного приступа, и я труп.
— Сложно объяснить, что со мной происходит, — рассказывал Порохов местному врачу про свою «болячку». — Всё начинается с лёгкого жжения в тех местах, где меня проткнули корни осколка. После этого начинает ломать всё тело. И доходит до того, что от боли хочется кожу с себя содрать.
— Ясно, — озадаченно покачала головой женщина в белом халате. Она чем-то напоминала мне нашу Анну. Затем она провела стандартные процедуры и проверила все раны Порохова.
— Дело не в ранах, — сделал женщина заключение. — Они вполне здоровые. Более того, Прохор даже боли не испытывает, когда оказываю на них давление. Мне кажется, дело в его голове.
— Хотите сказать, астероид сводит меня с ума? — нахмурился Порохов.
— Возможно, — кивнула та.
— Тогда почему сейчас мне не больно? — удивился «Порох».
— Возможно, потому что вы находитесь за пределами аномальной зоны, — предположил профессор Бессмертнов.
— Это что получается? — пришло моё время хмуриться. — Ему нельзя ходить в зоны?
— Судя по всему, нет, — ответил Глеб Юрьевич. — Но не забывайте, что это лишь моё предположение. В зоне на вашей базе с ним ведь ничего подобного не случалось.
— Я вам дам с собой обезболивающие, — женщина протянула Прохору шприц-ручку. — Здесь немного. Но, когда дойдете до медпункта, возьмите там себе ещё, с запасом. Если вы утверждаете, что лекарства вам помогают, то до конца миссии продержитесь. Но в будущем придётся искать другие методы. Сами понимаете, что с таким недугом отправляться на боевые задания очень опасно. И не только для вас. Но и для ваших товарищей.
Порохов от слов доктора насупился, но отвечать ничего не стал. Похоже, и сам всё прекрасно осознавал.
В итоге пробыли мы в жилом секторе чуть больше часа.
За это время мы разработали план действий, следуя которому мы сможем выбраться из бункера. На мой визор загрузили все необходимые карты и самое последнее обновление, которое прислали сюда с нашей базы. Так же, как выяснилось, местным программистам передали программное обеспечение для работы с КИОС.
И теперь наш новый оператор Марина, та самая, что делала для нас кофе, сможет вносить в него изменения исходя из тех, данных, которые мы будем получать в процессе миссии. Первым делом мы окрестили тех самых суперсолдат чертями. А заодно я предложил правки, чтобы КИОС мог определять тип врагов, когда я забираю с их трупов цветные элементы без чёрной основы.
Также нам выдали новый комплект военной формы. Тот самый, в котором щеголяли местные охранники. Как заверил нас «Бессмертный», ткань, из которой сшита эта форма по своим характеристикам ничем не уступает третьему классу брони. Так же её почти невозможно разрезать и даже проколоть.
— Но имейте ввиду, что на базе вам будут попадаться много охранников в такой же форме, — добавил Глеб Юрьевич. — Так что цельтесь грамотное. Ведь, кроме этой одежды, они имеют естественную броню, вызванную мутацией. И это я ещё молчу про бронежилеты.
Также нам выдали бронежилеты пятого класса защиты и новые разгрузку с рюкзаками, доверху набитых магазинами, цинками с патронами и светошумовыми гранатами.
К сожалению, новых обвесов на наши «Корды» здесь не нашлось. За исключением глушителей, которые были созданы кустарным способом — из того что было. Причём дали таких по три штуки каждому. Так как те, в силу своей ненадёжности, будут очень быстро терять свои качества. Впрочем, Глеб Юрьевич заверил, что этого до оружейной лаборатории нам хватит. А уж там мы обвесим наши автоматы всем,чем захотим.
И, разумеется, нам вручили дополнительное оружие в лице дробовика «Изделие 7−3–24». Порохов назвал его «Сайгой на максималках». Видимо была какая-то схожесть.
Когда мы вооружились всем необходимым и покинули библиотеку, мы обнаружили совершенно безлюдные коридоры жилого сектора. Казалось люди будто куда-то испарились.
Но вскоре стало понятно, почему пропали все люди. На самом деле никто никуда не пропал. Напротив, все они выстроились в длинный живой коридор перед гемровортами.
Увидев эту картину, у меня аж сердце дрогнуло. Сотни людей, которые смотрят на тебя глазами, полными надежды на спасение, едва ли могут оставить кого либо равнодушными.
Идя мимо них, меня буквально пробрало от дрожи. Ведь одно дело, когда спасаешь тех, кто для тебя существует только в виде отметки в задании — «спасти пятьсот человек». Да, много, но всё равно не чувствуется связь с ними. Но совсем другое дело, когда заглядываешь в глаза тем, кто возлагает на тебя надежду. От этого во мне даже тревога зародилась. Уж больно велика ответственность.
Когда мы уже подходили в гермоворотами, перед нами неожиданно выскочила девочка лет восьми.
— Дяденьки военные, а вы нас точно спасёте? — жалобным голоском спросила она.
В этот момент моё сердце дрогнуло ещё сильнее. Я сразу же вспомнил того мальчика, которого мы встретили на первой миссии в деревне. Алёшку. Я ему тогда пообещал привести его родителей. Но, как позже выяснилось, они перестали быть людьми. И потому, можно сказать, обещание не сдержал.
— Мы постараемся сделать всё, что в наших силах, — присев перед девочкой на одно колено, ответил я.
— Вот, возьмите, — протянула она мне плюшевого мишку, которого до этого прижимала к себе. — Он удачливый. С ним у вас всё получится.
— Спасибо, — принял я подарок. — А ты точно решила его мне отдать? Вижу, ты его очень любишь.
— Да, — решительно ответила девочка. — Он вам поможет.
— Что ж, ещё один солдат нам не помешает, — улыбнулся я. Затем скинул с себя рюкзак и прикрепил к нему мишку. Размером он был небольшим, и потому занял своё место на моём рюкзаке, как родной. — К тому же он удачу приносит. Спасибо тебе большое.
— Это вам спасибо, — ответила девочка и побежала обратно к маме.
За гермоворота с нами вышли только «Крот» и «Бессмертный».
— Удачи вам, мужчины, — произнёс профессор. — Если выживем, я создам для вас оружие, которое никому и не снилось…
— Никаких «если», — перебил его «Порох», а затем коротко добавил. — Увидимся.
С этими словами мы двинулись обратно в аномальную зону. Впереди нас ждал путь через всю подземную базу, наполненную тысячами диких и сотней чертей.
В центральный вестибюль, где располагался фудкорт и различные зоны отдыха, мы вернулись без приключений. Всю дорогу я внимательно следил за миникартой на своём визоре. Я ожидал, что вот-вот на ней отобразиться тревожно мигающая красная точка. А то и несколько. Но так ничего и не увидел.
— Теперь поднимайтесь на нулевой уровень, — прозвучал голос «Крота» в наушниках, когда мы проходили через центр вестибюля.
— Да, я помню, — ответил я ему.
Перед самым выходом «Крот» объяснил нам, что он управляет своим дроном из той части жилого сектора, которая всё-таки попала в аномальную зону. Как я понял, это совсем небольшой участок с подсобными помещениями, находящимися в одном из тупиков жилого сектора.
Что ж, повезло выжившим, что черти не успели прокопать туда свою нору. Хоть сами они и не могут покидать аномальную зону, но дикие с радостью воспользовались бы подобным ходом. Можно сказать, что это ещё одна причина, почему нельзя оставлять здесь выживших на самопроизвол, даже с учетом того, что им хватит провианта на годы. Ведь рано или поздно, твари всё равно доберутся до людей.
По нерабочему эскалатору мы поднялись с минус второго на нулевой уровень. Судя по той информации, которую я извлёк из плана секретного объекта №1812, нулевой уровень использовался, как основной в логистике всей базы. Именно сюда доставляли все грузы из внешнего мира, а затем развозили по главным складам бункера.
Также на стадии разработки нашего плана выяснилось, что из бункера есть ещё два выхода, кроме того, который выбрали мы. Первый — на минус втором уровне. Мы оттуда пришли. Второй — здесь, на нулевом. Это была довольно большая станция для грузовых поездов.
Первым вариантом по очевидным причинам нельзя было воспользоваться — там всё завалено. А вот вторым вполне можно было бы попробовать пройти. Через него мы с «Порохом» добрались бы до шахты, через которую изначально и планировали попасть в отель всем отрядом. Но тогда нам этого не позволили сделать дикие, перекрывший путь на станцию.
Но и этот вариант в итоге пришлось отмести по той причине, что те шахты сейчас скорее всего заполнены тысячами диких. А с ордой мы с Пороховым не справимся даже с новенькими патронами профессора Бессмертнова. Твари нас просто задавят числом, а потом, разумеется, окажутся на секретной базе. А с тем учётом, что они каким-то способом умеют ломать гермозатворы, люди в жилом секторе будут обречены.
— Вижу врагов, — сообщил я командиру, когда увидел характерную точку на миникарте Точнее, это была даже не точка, а целое красное пятно.
— Сколько? — «Порох» тут же взвёл прицел своего автомата в направлении двустворчатых маятниковых дверей, что были по курсу.
— Сложно сказать, — ответил я. — Много. И, судя по всему, очень плотно стоят друг к другу.
— Что ж, пора проверить на деле, что за чудо-пули смастерил нам «Бессмертный», — Порохов подошёл к одной из створок, слегка приоткрыл её и заглянул внутрь.
За дверьми находилась площадка с платформой для выгрузки. Перед ней стоял небольшой грузовой автомобиль. Точнее его обгоревший остов. А за ним, на погрузочной платформе, находились плотно стоящие друг к другу дикие. Стояли они к нам спиной, поэтому о нашем появлении ничего не подозревали.
Судя по множественным кровавым отпечаткам и вмятинам на железных складских воротах, твари долго и упорно пытались пробиться на склад. Но, не добившись результата, так и застыли на одном месте. Видимо, в ожидании более счастливых времён, когда еду от них не будут прятать за непреодолимой преградой.
Первым делом я выловил визором одного из врагов:
— 58 тварей, — дал информацию «Крот», который, похоже, подсчитал всех заражённых с помощью приборов на своём дроне.
— «Инженер», делай три проверочных выстрела, — услышал я в голове голос «Пороха». — Если результат будет таким, как и обещал профессор (твари будут падать замертво от одного попадания), до быстро расстреливаем всех остальных.
Без лишних слов я кивнул ему в ответ. Затем ещё раз оценил толпу диких на предмет присутствия среди них военных с непробиваемой формой. Таковых не оказалось. Поэтому стрелять можно было не только в голову.
Прицелился в спину ближайшего дикого. Выстрелил. Пуля почти бесшумно вылетела из ствола автомата и попала точно в цель. В теле твари тут же образовалась сквозная дыра, а его безжизненная плоть начала заваливаться на других одичавших.
— Охренеть, — прошептал я, не сумев сдержать эмоции. Ведь одновременно с тем, в кого я попал, замертво упали ещё двое.
— Минус три одной пулей! — вскрикнул «Крот», чей квадрокоптер уже залетал на площадку перед складами. — Я же говорил, что это мощь!
Я тем временем утопил спусковой крючок ещё два раза, как и требовал «Порох». Результат первого выстрела повторился — ещё шесть тварей упали под ноги своим заражённым «коллегам».
Три выстрела — девять трупов. И впрямь — мощь!
— Отлично, работаем, — а вот Порохов не выказал никаких эмоций.
Стукнув створками двери, мы прошли вперёд и сразу же открыли огонь по врагам.
К этому моменту твари уже среагировали. Словно понимая, что неподвижной толпой стоять нельзя, они бросились в рассыпную. Но, прежде чем они разбежались, мы успели уложить больше половины врагов.
Тем не менее, диких не спас их манёвр. Лишь трое из них успели немного сократить расстояние между нами. Остальные нашли свою смерть возле остова сгоревшего грузовика.
В итоге все враги закончились до того, как мы опустели наши магазины. Я сделал всего двадцать один выстрел. Примерно столько же пальнул Порохов. И этого хватило, чтобы выкосить толпу из пятидесяти восьми заражённых.
— Ребята, ещё 22 дикаря идут к вам с главного прохода, — сообщил нам «Крот», когда мы расправились с врагами возле склада.
Глянул на новую партию тварей. Они шли по довольно просторному коридору, в котором хватало места, чтобы разъехаться грузовым электромобилям и при этом не мешать пешеходам. Впрочем, весь брошенный транспорт и сейчас находился в этом коридоре и создавал немалые помехи нашим врагам. Тем приходилось обегать все машины на своём пути. Хотя некоторые, самые ловкие, просто перепрыгивали транспорт.
— Подпустим ближе, — скомандовал «Порох».
Когда ближайшие к нам заражённые оказались в десяти метрах от нас. Мы снова пустили в ход свои почти бесшумные «Корды». Стоит отметить, что собранные в кустарных условиях глушители ничем не уступали своим аналогам, созданным на заводах. И даже, как мне казалось, превосходили их. Хотя отдача почему-то увеличилась. Причём она ощущалась, даже несмотря на мою возросшую силу.
Выстрел — минус два врага.
Ещё выстрел — минус три.
Буквально пять секунд и ещё двадцать два одичавших оказались на полу.
— Ещё кто-то есть? — спросил Порохов у «Крота», когда мы закончили стрелять и начали перезаряжаться.
— Сейчас проверю, — ответил оператор и его дрон тут же полетел дальше по коридору, ловко лавируя между грузовыми электромобилями.
— Соберём пока ресурсы? — предложил я, глядя вслед квадрокоптеру.
— Забирай всё себе, — буркнул командир. — Как я уже говорил, не хочу, чтобы моя способность вышла из-под контроля.
— Так не пойдёт, — в этот раз я решил не соглашаться с командиром. — Хочешь ты того или нет, но тебе придётся собирать основу. Я же вижу твои характеристики. Ты слаб для этого места.
Порохов зыркнул на меня таким взглядом, будто я был его заклятым врагом.
— Я не собираюсь это обсуждать, «Инженер», — отрезал он. — Нам главное добраться до оружейной лаборатории. После этого силы иммунного уже будут не важны.
— Скажи это тому черту 58-го уровня, которого мы встретили перед входом в жилой сектор, — продолжал я настаивать. — Нет никакой уверенности, что мы его снова не встретим до оружейки. А что, если вообще все черти решат прямо сейчас атаковать нас разом?
В споре мы и сами не заметили, как оказались лицом к лицу и начали давить друг друга взглядами. Случись подобное на любой из других предыдущих миссий, я бы, скорее всего, отступил. Но сейчас я сдаваться не собирался. Я был готов гнуть свою линию, несмотря то, что «Порох» мой командир. А всё потому что я был уверен, что я прав.
— Смотрю, ты начал пререкаться с своим командиром, — решил Порохов воспользоваться главным козырем.
— Может и так, — не сдавался я. — Но я уверен, что это спасёт жизнь моему командиру. И, вполне возможно, мою тоже.
— Не отступишься, да?
— Нет.
Порохов ещё немного приблизился ко мне. Взгляд его стал ешё более угрожающим.
— Так, парни, зря я летал в ту сторону, — вклинился в нашу перепалку оператор. — Похоже дикие услышали звук моего квадрокоптера и теперь идут прямо на вас.
— Сколько? — не отводя от меня глаз, спросил Порохов.
— Четыре группы, — ответил «Крот». — В первой тридцать четыре твари. Во второй шестьдесят две.
— На этом всё, «Инженер», — рыкнул «Порох», снимая с предохранителя свой «Корд».
— Нет, мы ещё не закончили, — тоже приготовив к бою своё оружие, заявил. — Продолжим после того, как отобьёмся.
Можно было продолжить «гляделки» с командиром, но подобное упрямство могло подвергнуть риску не только нас, но и жизни всех тех, кого мы обязались спасти. Это же понимал и и Порохов. Поэтому мы одновременно отвели взгляд друг от друга, чтобы не было ни победителя, ни проигравшего, а затем «нырнули» в прицелы своих «Кордов».
А первая партия привлечённых оператором врагов уже появилась в поле нашего зрения. Понимая, что за этой группой врагов сразу же последует следующая, я решил, что подпускать их ближе не стоило. Поэтому сразу же открыл огонь, не дожидаясь команды «Пороха».
Командир был того же мнения и выстрелил в унисон со мной. В следующий миг в груди дикого, который шёл первым появилось сразу две сквозные дыры.
Это заставила нас снова переглянуться. Но только лишь на долю секунды.
Стрельбу продолжили в полном молчании. Впрочем, здесь всё было понятно. Подобное не раз отрабатывали на тренировках и даже применяли в реальных сражениях. Каждый из нас брал на себя ту половину наступающих противников, что находились с его стороны. Поэтому я отстреливал всех, кто шёл справа и лишь краем глаза поглядывал, что происходит на стороне «Пороха».
Также не забывали вести огонь таким способом, чтобы не возникало моментов, когда нам обоими одновременно потребовалась бы перезарядка. Такие вещи тоже давно были отработаны на тренировках и закреплены в боях.
После уничтожения первой группы решил перезарядиться, несмотря на то, что патроны в магазине ещё оставались. Это было необходимо по той причине, что во второй партии диких, как указал «Крот», больше шестидесяти особей.
Первые из них показались сразу же, как я передёрнул затвор автомата.
Снова утопил спусковой крючок. Эта группа заражённых была порезвей предыдущей, и потому гораздо быстрее сокращала расстояние между нами. Тем не менее, сочные пули процессора Бессмертного не позволили приблизиться врагам настолько, чтобы мне пришлось применять свою энергетические щупальца.
Глядя в прицел и видя, как враги падают, словно кегли, меня аж начало пьянить от той мощи, которую я держал в руках. Вот уж не подумал бы, что рядовой автомат, стреляющий калибром 7,62 мм, сможет так эффективно истреблять врагов. Что ж, эти патроны и впрямь оказались гораздо мощнее наших бронебойно-зажигательных. Причём последние ни в какое сравнение с этими не годились.
Вторая волна закончилась.
— Ещё две, ребят, — напомнил о себе «Крот». — В третьей группе семнадцать человек… пфф… то есть диких. В четвертой — сорок один. Работайте, мужики.
Третью волну разбили так быстро, что те, наверное, даже не поняли, что их убило.
А вот с четвертой пришлось повозиться.
Впереди них шёл вот такой экземпляр:
Пока я просматривал характеристики этого врага, «Порох» уже начал стрелять в него. И, к нашему удивлению, в диком не только сквозной дыры не осталось, но он ещё и выжил после первого попадания. И даже продолжил движение после второго попадания. И только после третьей пули, отправленной точно в шею, он свалился замертво.
Хоть он и не смог ничего серьёзного добиться, кроме нашего краткого удивления, то вот его соплеменники оказались пошустрее. Они воспользовались тем, что мы слегка замешкались на самом стойком из них, и за это время сократили между нами расстояние настолько, насколько не удалось даже группе диких, в которой было больше шестидесяти особей.
Тут уже пришлось принимать решение, как говорится, на интуитивном уровне. Первым делом я просто зажал спусковой крючок и отправил в противников оставшиеся двадцать патронов сплошной очередью.
Таким образом я смог упокоить всего семерых. «Порох» ликвидировал не больше. Оставалось ещё чуть больше двадцати. А времени на перезарядку уже не было.
Тут я и воспользовался своими энерго-руками. Первых двух прихлопнул друг о друга, следующего сбил с ног, и накрыл энерго-кулаком. Затем хлёстким не смертельным ударом откинул в сторону пятерых правой щупальцей, и ещё троих левой. Тем самым я выиграл время, чтобы перезарядить оружие. Ну, а после восемью точными выстрелами ликвидировал всех, кого уронил.
«Порох» же действовал иначе. За неимением энергетических рук, как у меня, он выхватил свой новенький дробовик. Тут я и понял, что имел в виду «Бессмертный», когда говорил, что дробовые патроны работают, как разрывные. У первого дикого, в которого пришлось попадание, ничего не осталось выше пояса. Ну, а с остальным произошло ровно тоже самое. Кроме самого последнего.
Дробовик оказался очень суровым оружием. Точнее, патроны для него. И его применять против обычных диких явно не стоило. Всё равно, что по насекомым стрелять ядерным оружием.
— Стоп огонь! — выкрикнул я, когда остался всего один враг.
— Ты совсем что ли? — бросил на меня «Порох» хмурый взгляд.
— Попробуй справиться с ним голыми руками, — предложил я командиру. Тем самым я планировал показать ему, насколько местные враги сильны по сравнению с ним.
В любом другом случае, Порохов послал бы меня куда подальше с таким предложением, но не сейчас. После нашего спора, он не мог себе позволить проигнорировать мои слова. Иначе бы он показал, что он был не прав.
Впрочем, посмотрим, выстоит ли командир против этого заражённого в рукопашной.
Пока враг приближался я успел оценить его характеристики:
И заодно освежил информацию о командире:
Да уж, перевес явно не на стороне «Пороха». К тому же у дикого множитель характеристик очень высокий из-за того, что цветных элементов в нём больше, чем основы.
Но, отдать должное командиру, он оказался более стойким, чем я предполагал. И по началу Порохов даже нехило так наподдал одичавшему. Я даже вспомнил, как подобным образом он меня уделал возле поезда.
Но затем дикий инициативу начал перенимать. Похоже, дело было в том, что у него выносливости было чуть ли не втрое выше, чем у «Пороха». И это ещё без учёта множителя.
Тем не менее, командир в итоге взял своё. Побыв немного в обороне, он, видимо, немного отдышался. Впрочем, обороняться ему было не так сложно, ведь заражённый не старался драться. Всё, что он пытался сделать — это укусить своего врага.
Ну, а затем, когда Порохов восстановил силы, он устроил дикому такую лютую серию ударов, что я едва успевал следить за его движениями.
Всё закончилось тем, что враг был пойман в захват, после чего Прохор резким движением свернул ему шею.
— Съел? — встав в победную стойку, бросил мне командир.
— Сорок две секунды, — подвёл результат боя «Крот». — Извини меня, здоровяк, но «Инженер» справился бы с ним за половину секунды.
После этих слов командир сильно помрачнел и натужно произнёс:
— Сука.
Я же злорадствовать не стал. Я понимал, что нельзя сильно задевать самолюбие Пороха. Он и так был на грани. К тому же не стоит поддавать сомнению тот факт, что он командир. Нужно было сделать так, чтобы он принял решение самостоятельно.
В итоге я развёл руками и с улыбкой негромко проговорил:
— Впрочем, брать основу или нет — решать тебе.
На что Порохов покачал головой и ухмыльнулся уже без без злобных ноток на лице:
— Мда-а, — глубоко он вздохнул. Видать, не просто давались ему эти слова. — Сорок секунд на одну тварь — отстойный результат. К тому же из сил весь выбился, — он провёл взглядом по горам трупов, которые мы здесь оставили. — Ладно, Макс, рассказывай, как ты там собираешь цветные элементы своей способностью. Будем усиливаться.
Бойню перед продовольственным складом мы устроили не слабую. За десять минут мы ликвидировали, как успел подсчитать «Крот», 234 твари. Раньше я и представить не мог, что смогу выстоять в битве с таким количеством противников. Хотя, чего кривить душой? С новыми боеприпасами от профессора Бессмертнова бой выдался не сказать, что сложный.
Я даже попытался вообразить, что станет с врагами, если по ним такими же пулями начнёт стрелять Борис из своего «Печенега».
Перед тем, как отправиться дальше, нам оставалось собрать ресурсы. И тут возникла небольшая сложность. Ведь у «Пороха» не было энерго-щупалец, как у меня. И потому было непонятно, каким образом ему собирать цветные элементы, игнорируя при этом чёрную основу.
Для начала я предложил ему воспользоваться энергетическим телом. Но, как выяснилось, без инструктора по йоге Аллы он этого делать не умел.
После этого он переключился на более очевидный способ — попробовал применить к лужам с основой свой ментальный дар, с помощью которого контактировал с другими людьми. И это получилось сразу же. Даже усилий он никаких не предпринял для этого.
— И почему я раньше так не делал? — со стороны выглядело, будто Порохов собирал цветные элементы силой мысли. Причём ему даже не нужно было смотреть на лужи и подходить к ним. Цветные элементы, словно светлячки, «стекались» к нему со всей площадки.
— Выглядит охренительно, — протянул «Крот», наблюдавший за процессом с помощью камеры на своём квадрокоптере. — Раньше такое только в видеоиграх видел.
Со сбором ресурсов провозились дольше, чем сражались с дикими.
В итоге я получил такую прибавку:
Ещё в жилом секторе я покопался в настройках визора, чтобы тот перестал разделять поверженных врагов на категории по уровням. Всё для того, чтобы сделать сводку с результатами, как можно короче.
Прибавка оказалась приличной. Тем не менее, я рассчитывал на большее. Раньше такое количество цветных элементов я мог получить с десятка противников. А теперь для такого же результата целую сотню пришлось положить.
— Ты говорил, что зона печётся о балансе, — предложил свою версию по этому поводу «Крот». — Может, она увидела, как лихо вы гасите врагов и потому решила, что награда за это полагается небольшая. Вы ведь даже не вспотели.
— Я вспотел, — хмыкнул «Порох». — Особенно в драке с последним.
— Всё возможно, — не стал я спорить с оператором. — Астероид сказал, что сам не понимает всех тонкостей работы системы. Хотя, не стоит исключать, что тот банально врёт нам.
— Ну, про твою лазейку и этот способ сбора цветных элементов он же не соврал, — отметил «Крот».
— Кстати, — вспомнил я, что хотел передать учёным на нашу базу новую информацию для изучения. — Свяжись с профессором Ногтевым. Расскажи ему про множитель для цветных элементов. Пусть попробует высчитать его, чтобы понять, есть ли в этом смысл. А то вдруг астероид просто решил таким способом сжечь нам всем мозги.
— Уже занимаюсь, — ответил оператор. — Что-то ещё надо предать?
— Да, — вспомнил я про нашего всезнающего старика. — Пусть начнут всеми силами накачивать Ван Ваныча чёрной основой и цветными элементами. Скажи, что с ростом его уровня, ему будут открываться новые знания о наших способностях и о том, как работают аномальные зоны.
— Это ты тоже от астероида узнал? — уточнил «Крот».
— От кого же ещё.
— Ну что, путь на продовольственный склад теперь свободен, — объявил «Порох», когда мы закончили со сбором ресурсов и восполнили боезапас в опустевших магазинах. — Выдвигаемся в медпункт.
— Спасибо, ребята, — поблагодарил нас «Крот». — И отдельное спасибо за чёрную основу, которую вы не стали брать. С помощью этих запасов мы сможем сделать иммунными тридцать человек и произвести ещё кучу новых боеприпасов.
— Кстати, а сколько основы тратится на каждый такой патрон? — я вдруг вспомнил, что основа — это очень ценный ресурс.
— По три грамма на пулю вроде, — ответил оператор.
— Нормально мы повоевали, — я уж присвистнул. — Знаешь, «Порох», а мы ведь с тобой только что отстреляли боезапас стоимостью в четыре с половиной миллиона рублей.
— Серьёзно? — удивленно покосился тот на меня. — 300 патронов — это четыре мульта?
— Ага, — подтвердил я. — Впрочем, не так всё страшно, как кажется. С каждого убитого дикого упало почти сотня грамм основы. А всего мы положили 234 заражённых. Как ни крути, мы всё равно в плюсе.
— Что ж, — на миг задумался командир, — приемлемо.
Перед тем, как двинуться дальше, решил глянуть, насколько усилился Порохов. И результат мне понравился:
Чтобы попасть в медпункт, нам пришлось вернуться в центральных вестибюль и подняться на с нулевого уровня на первый. Как и ожидалось, там мы наткнулись ещё на пару десятков диких, которые шатались по коридору.
Внутри самого медпункта нас встретили пятеро одичавших в белых халатах. Видимо, это бывшие врачи. Отчего-то убивать их было жалко. Но выбора у нас не было, ведь те жалеть нас совсем не собирались.
Найдя необходимые нам лекарства и, убедившись, что зона рядом с медпунктом безопасна, мы поднялись на третий уровень и направились в центр бункера.
В нормальных условиях до центра мы бы смогли добраться довольно быстро. Ведь на каждом уровне туда вели по четыре-пять прямых коридоров. Но был нюанс. Во всех этих коридорах располагались гермозатворы, которые сейчас закрыты, а без электроэнергии открыть их невозможно.
По этой причине путь нам предстоял не близкий. Ведь пройти нам предстояло через множество рабочих помещений, двери в которые можно открывать без ключ-карты. И воспользоваться несколькими пожарными лестницами, доступ к которым по технике безопасности должен быть всегда свободным. В итоге у нас получался этакий многоуровневый лабиринт.
Тем не менее, ничего бы всё равно не получилось, если бы у меня не было способности находить лазейки. Её необходимо будет применить, когда мы доберёмся до оружейной лаборатории. Ну а после мы сможем открывать почти любые двери.
Разумеется, враги в дороге нам скучать не давали. Мы очень часто встречали диких и даже мутированных животных. Последние в основном были кошками, так как их разрешено было персоналу держать на базе. Впрочем, нам встречались и птицы. Как понял, в прошлом они были волнистыми попугаями. Их тоже разрешалось заводить местным работникам. Но теперь, когда размах крыльев у этих пернатых был по полметра, назвать их милыми попугайчиками язык не поворачивался.
— Вот же тварь летучая, — выругался Порохов, когда подстрелил очередного мутированного попугая. — Понаразводили тут! — затем он посмотрел на меня. — Долго ещё идти?
— Нет, — ответил я, внимательно глядя по сторонами и не забывая про миникарту. — До лаборатории почти дошли. Осталось пройти пару помещений и спуститься на нулевой уровень.
— Опять на нулевой? — нахмурился командир.
— Да, в последний раз, — обнадежил я его.
Преодолели два просторных помещения, в которых было много компьютерной техники. Причём большая её часть была даже не распакованной. Затем вышли в очередной коридор и сразу же увидели красную дверь, за которой находилась нужная нам пожарная лестница.
Не успели к ней подойти, как миникарте появились три красные точки. Разумеется, я уже привык видеть подобные, но в этот раз были отличия от предыдущих. Ведь все они двигались за стенами.
— Внимание, — тут же сообщил я командиру об опасности. — Похоже, к нам приближаются черти. Три штуки.
Без слов мы тут же отыскали глазами ближайшие норы. Таковых оказалось две. Одна была в потолке позади нас, другая — впереди в стене. Мы быстро отбежали назад, за дыру в потолке, чтобы у чертей не было возможности нас окружить.
— Что ж, пусть выходят, — потянулся Порох за своим дробовиком, а заодно проверил подсумок со светошумовыми гранатами. — Работаем, как условились. Ты сбиваешь силовый щит с чертей, а я добиваю их.
— Принял, — кивнул я, продолжая следить за передвижением врагов.
Двигались они медленно. В какой-то момент мне показалось, что они не знают про нас. Что просто пройдут мимо. Но черти пройти мимо нас без приключений не захотели. Уже скоро один за другим все трое выпрыгнули из норы в потолке и без раздумий бросились в нашу сторону. А вместе с ними на нас побежали их фантомы, которых невозможно было отличить от оригиналов.
Я ещё в жилом секторе придумал, как бороться с чертями их обманками. Я вытянул свои энергетические щупальца вперёд, а затем, дождавшись момента, когда смогу задеть всех врагов разом, хлёстким ударом пригвоздил чертей к стене. С шестью фантомами, разумеется, ничего не произошло. Те побежали дальше. А вот три оригинальных черта тут же получили от меня по дополнительному удару энерго-кулаком, а «Порох» добил каждого из дробовика.
На все четыре удара я затратил почти половину всей своей маны. Поэтому тут же забрал цветные элементы с поверженных чертей, чтобы восстановить немного энергии. После этого замерли, в ожидании, что на помощь своим товарищам придут и другие черти.
В полной тишине простояли пару минут. Когда уже решили, что угроза миновала, на радаре появилось ещё две точки. Следом ещё три. А затем ещё четыре с другой стороны.
— Девять штук? — безэмоционально переспросил «Порох». — Что ж, мы допускали, что нас попытаются задавить числом.
— Уже тринадцать, — обновил я информацию.
— Что не тысяча? — хмыкнул командир.
Да уж, было бы одновременно и страшно и забавно сообщить подобную информацию: «Командир, к нам приближается, — а затем пародийным тоном добавить, — „тысяча чертей“!»
В этот момент позади нас, метрах в пятидесяти, раздался грохот. Я оглянулся и увидел силуэты четырёх чертей, выскочивших из норы, которую мы ранее не приметили. Враги, не секунды не задержавшись на месте, тут же побежали в нашу сторону.
Я тоже не стал медлить — сразу же открыл по ним упреждающий огонь из «Корда».
Черти не успели ещё выпустить своих фантомов, поэтому думать над выбором цели нужды не было. Просто стрелял в них по порядку — слева направо.
Порохов присоединяться ко мне не стал. Он продолжал контролировать другую сторону, где тоже с секунды на секунду покажутся противники.
Чтобы сбить силовой щит первому врагу, мне пришлось выпустить в него три короткие очереди. А затем ещё две потратить, чтобы добить. Когда переключался на следующего черта, враги преодолели уже полпути к нам.
Второй чёрт упал замертво. Последняя пара подбежала уже настолько близко, что открывать огонь уже не было смысла — не успею даже одного из них убить. Поэтому подпустил их чуть ближе и бросил в их сторону свои энергетические кулаки.
Одновременно с этим я услышал в голове голос Порохова: «Девять чертей с мой стороны». После этого он звякнул чекой светошумовой гранаты.
Левый мой кулак попал, как я и задумывал — черту точно в грудь. Сразу же сбил с него силовой щит. А вот последний враг успел выпустить своих фантомов и я промахнулся. А затем увидел, как ноги одного из них оторвались от земли. Чёрт решил наброситься на стоящего к нему спиной «Пороха».
Энерго-рукой перехватить его я уже не успевал. Стрелять тоже было бесполезно, так как не успею даже щит с него сбить до того, как тот допрыгнет до своей цели. Поэтому я бросился на перехват. Мне удалось ударить по нему плечом в самый последний момент. Ещё бы чуть-чуть, и тот впился бы своими когтями в Порохова.
Скорость моего тела была не настолько велика, чтобы силовой щит противника мог отбить мою атаку. Поэтому черта в следующей миг от удара отбросило на стену. Удивляться тому, с какой силой я по нему ударил, было некогда, так как нужно было заканчивать с ним с помощью энергетических щупалец.
Кулаком сбил с него щит, а затем воткнул копьё прямо в красный глаз. А после молниеносно развернулся и перехватил ещё одним энергетическим копьём того, черта, которого отбросил чуть ранее.
«В тылу чисто», — хотел я объявить Порохову, но тут раздался оглушительный хлопок, взорвавшейся светошумовой гранаты. Хорошо, что я не смотрел в ту сторону…
От мощности взрыва даже активные наушники меня не спасли. Звон сразу же застелил все остальные шумы. Боюсь представить, каково пришлось чертям, которых, как утверждал «Крот», раздражали даже негромкие звуки.
Повернулся в сторону, где были остальные девять врагов. Почти два десятка фантомов, мерцая словно голограммы, продолжали бежать вперёд. А вот сами черти продолжить движение не смогли. Кто-то из них застыл на месте. Кто-то потерял координацию и врезался в стену. Кто-то припал на колени, зажав когтистыми лапами уши.
Светошумовая сработала на «ура»! Все враги обездвижены.
А в это время «Порох» уже пустил в ход свой дробовик. Причём из-за продолжавшегося звона в ушах выстрелов я не слышал.
Мощь дробовика оказалась настолько велика, что хватало всего трёх выстрелов на каждого противника. Первыми двумя сбивался силовой щит, третий бил наповал.
Я сначала хотел помочь командиру своими энергетическими щупальцами. Но быстро отказался от этой идеи. Ведь маны осталось меньше половины. А, если на нас сейчас решит напасть ещё одна такая толпа чертей, то снова могу утопить запас энергии до самого дна. Поэтому принял решение обойтись без способностей. Благо, патронов было достаточно.
С этими мыслям я достал свой дробовик и присоединился к командиру.
Всё время, пока мы расстреливали чертей, те продолжали кривляться от боли и сопротивления не оказывали. Лишь двое последних успели немного прийти в себя и попытались сбежать от нас. Но не смогли — я успел обвить их ноги своими энерго-щупальцами, а командир расстрелял их в спину.
Снова застыли на пару минут. Слышать я ничего не слышал, но вот за радаром следил внимательно.
Ещё через минуту слух начал прорезаться.
— Нормально отбились, — сказал Порохов. — «Крот», передай профессору, что его дробовики, просто сказка.
— Он это итак знает, — усмехнулся оператор.
Быстро собрали все цветные элементы. Опять же поделили всё поровну. За исключением тех трёх чертей, с которых я собрал ресурсы во время боя. Причём Порохов старался выбирать те лужи, где было меньше фиолетового элемента. Хотя бы таким образом он старался притормозить рост своих способностей.
Затем «нырнули» на пожарную лестницу.
Пока спускались, глянул в визоре сводку за весь путь, начиная от продовольственного склада, закачивая чертями:
Даже дух захватывает, когда смотрю на свои характеристики. Особенно меня радовал параметр силы умения. 605 — когда-то я думал, что в принципе это недосягаемый уровень. А что в итоге получилось? Почти 500 я прибавил только на этой миссии. Это же какая мощь во мне сейчас?
Надо каким-то образом проверить это. Ведь я должен знать, насколько сильны мои удары энергетическими руками.
К этому моменту мы покинули пожарную лестницу.
До оружейной лаборатории нам оставалось пройти все один прямой коридор, длиной в девяносто метров.
— Смотри, — обратил Порохов внимание на плотную толпу диких, которая занимала всю дальнюю часть коридора. — «Крот», проверь, сколько там тварей.
— На вскидку, около пары сотен, — ответил оператор. — Сейчас скажу точно.
— Кстати, «Инженер», — обратился ко мне командир с внезапным предложением. — А что насчёт того, чтобы показать, как ты убиваешь тварей за полсекунды? Такое же время «Крот» назвал, после того, как я почти минуту дрался с одним из них?
Сначала меня удивило предложение командира. Но затем я даже встрепенулся. Ведь только я подумал, что неплохо бы проверить в деле силу своих способностей, как вот — целая толпа диких для этих целей образовалось.
Потому ответ был очевиден.
— Почему бы и нет? — ответил я «Пороху» и, приготовив к бою энерго-щупальца, двинулся в сторону врагов.
— Мужики, я понимаю, что вы крутые и всё такое, — настороженно проговорил «Крот» по голосовой связи. — Но вы уверены, что разумно выпускать одного безоружного против 187-ми заражённых? Может, лучше будете придерживаться прежней тактики? Хорошо же получалось. Чего началось-то?
Оператор бесспорно был прав. Как ни крути, нельзя проводить подобные эксперименты во время боевой миссии. Всё подобное нужно изначально оттачивать на тренировках. И уж потом применять в реальном бою.
Но не всё было так однозначно. В некоторых случаях просто другого выхода нет. И наш был как раз из таких. Ведь с момента начала этой миссии сила моего умения возросла в четыре раза. Из-за столь быстрого роста я не успевал адаптироваться к изменениями. И потому сейчас банально не понимал, как грамотно применять свои энерго-щупальца, чтобы не растрачивать лишнюю ману.
А сейчас выдался момент, когда передо мной было достаточно противников, чтобы понять, на что я способен.
— Не боись, «Крот», — ответил Порохов оператору. — Я прикрываю его. А если что-то пойдёт не так, то сразу кину врагам светошумовую, — затем он обратился ко мне. — Работай, «Инженер».
Когда до ближайших противников оставалось три десятка метров, некоторые из них начали замечать, что рядом появились чужаки. И, следуя своему инстинкту, те тут же покидали свои «посты» и устремлялись ко мне.
Врагов, выдвинувшихся в мою сторону, были единицы. Так как реагировали они поочередно. Видимо сказывался тот факт, что мы не шумели.
Некоторые из них были медлительными и шагали, словно окоченевшие. Другие, напротив, срывались с места, как олимпийские чемпионы по бегу на короткие дистанции. Брони в виде внешнего скелета и металла, какую мы привыкли видеть на диких, у этих заражённых почему-то не наблюдалось.
Прежде, чем, первый бегун, добрался до рабочей зоны моих энергетических щупалец, я пробежался КИОСом по всем, до кого дотягивался визор. Таким образом выяснил, что среди просканированных врагов не было никого выше двадцатого уровня.
Что ж, это радовало. Ведь подобных экспериментов не хотелось проводить на действительно сильных противниках.
И вот первый заражённый приблизился ко мне. Для начала я попробовал дотянуться до него с расстояния в десять метров. Я ожидал, что с возросшим количеством фиолетового элемента, увеличится и длина моих энергетических конечностей. Но этого не произошло. Как оказалось, длина щупалец осталась прежней — около семи метров. Именно на такой дистанции моё энерго-копьё поприветствовало первого врага ударом в голову.
Но не убило. Ведь ударил я слабо и затратил всего один процент маны. Как и ожидалось, этого было недостаточно. Поэтому я повторил удар, затратив при этом уже два процента маны. Но и этого оказалось мало. Всё, что мне удалось — это сбить одичавшего с ног.
Враг тут же вскочил на ноги и продолжил движение ко мне. Но, не успел он сделать и шага, как я встретил его ударом энерго-копья силой в три процента маны. Противник снова упал, а в его груди показался след от колющего удара. Тем не менее, он всё ещё оставался жив. Он снова попытался подняться на ноги. Но в следующий миг словил уже смертельный удар.
На опытном примере, я выяснил, что для нейтрализации дикого двадцатого уровня необходимо тратить четыре процента маны. Но для чистоты эксперимента требовалось это сделать всего одним ударом. А затем ещё несколько раз повторить для закрепления. Так как в данном случае, возможно, сыграло то, что первого врага я несколько раз ударял своим копьём.
Позади себя услышал, как заработал «Корд» Порохова. Командир начал отстреливать часть врагов, чтобы те не нападали на меня группами. Ведь для моих опытов в данный момент требовались исключительно одиночки.
Следующего врага тоже не получилось убить одним ударом, несмотря на то, что вложил в него четыре процента маны. Таким образом моя теория о чистоте эксперимента подтвердилось.
Третьего дикого я встречал ударом, на который затратил пять процентов маны. И уже в этом случае у врага не было шансов выжить. Вот я и разобрался, с какой силой бить заражённых двадцатого уровня.
Разумеется, с ростом моей силы и увеличением уровня врагов, эта цифра может ещё не раз поменяться. Но зато теперь я знал исходные данные, которые в будущем будут помогать мне быстро приспосабливаться к изменяющимся условиям. И смогу не тратить лишнюю энергию на чересчур сильные удары. И, конечно же, это уменьшит шанс оказаться в плачевной ситуации из-за недостаточно сильного удара.
— Дальше я сам, — объявил я Порохову, который продолжал прореживать диких из автомата.
— Принял, — ответил тот, прекращая стрельбу. — Продолжу помогать тебе кое чем другим.
Уточнять, чем именно командир собрался мне помогать, я не стал. Врагов становилось всё больше и потому нужно было работать энергетическими копьями с каждой секундой всё активнее.
Разумеется, я не мог бить энерго-копьями так же часто, как стрелять из автомата. Тем не менее, в этом были другие преимущества. Как минимум, мне не нужно было тратить время на перезарядку. К тому же своей способностью я мог бить одновременно по нескольким врагам.
В процессе боя я вспомнил очевиднейший момент — моему энергетическому копью не обязательно быть прямым, как его реальный аналог. Ведь количество форм, которые я могу придавать своим энерго-щупальцам, ограничены лишь моей фантазией.
Поняв это, я для начала скрестил копьё с извивающейся змеёй. Благодаря этому теперь не нужно было ловить моменты, когда враги шли в один ряд. Копьё-змея извивалась, поворачивала и даже разворачивалась, как ей было нужно, чтобы добраться до противника. Таким образом я начал устранять по три-пять диких за раз. Хотя и маны для этого требовалось гораздо больше.
Тут я обратил внимание на то, что после каждого убийства заражённого светлячки цветных элементов сами собой устремлялись ко мне. Тем самым я очень быстро восполнял запасы потраченной маны и мог орудовать своей способностью без остановки.
Сначала я подумал, что во мне прорезалась новая способность. На затем вспомнил про то, что Порохов именно таким способом собирал цветные элементы для себя.
— Это ты делаешь? — тут же уточнил я у командира.
— Да, — подтвердил тот. — Чтобы ты не отвлекался. Работай в полную силу. Ни в чём себя не ограничивай.
Вроде бы у самого Порохова боевого дара, как такового не было, но он нехило усиливал своих напарников. Вот уж поистине командирский навык у него.
Со знанием, что больше не нужно думать о восполнении маны, я продолжил эксперименты с энергетическими конечностями.
В этом бою я хотел выяснить самый эффективный способ борьбы против большого количестваа противников. И копьё для этих целей явно не годилось. Требовалось что-то посерьёзнее. Желательно такое, чтобы враги не имели возможности подойти ко мне. Причём сколько бы их ни было. Мне это пригодится, если в будущем не посчастливится сразиться против орды.
Для начала попробовал сбить с ног всех ближайших противников. Хлестким ударом щупальцы прошелся им по ногам. Около десяти врагов тут же оказались на полу. А затем сразу же создал над ними что-то вроде плиты и с силой уронил её на упавших врагов.
Что ж, этот способ бесспорно был эффективный и весьма зрелищный. Чуть больше десяти заражённых разом отправилось в другой мир. Но и маны при этом затратилось просто гигантское количество. А восполнить потраченное в том же количестве не удалось. Если и применять такой приём, то явно не против десяти, а куда большего количества врагов.
Пришлось нам с «Порохом» даже пострелять немного, чтобы проредить неровный строй противника. Благо наши «Корды» с патронами «Бессмертного» справлялись со своей задачей безупречно.
Дальше я решил испытать энергетическую преграду. Я выставил перед собой невысокий барьер, о который, по моей задумке, дикие будут спотыкаться и падать.
Всё вышло так, так я и планировал. Противники начали массово падать через невидимую для них преграду, а затем мы с Пороховым легко добивали их с помощью автоматов.
Но и этот вариант никуда не годился. Несмотря на то, что мана на барьер почти не расходовалась, я не мог сделать его достаточно широким, чтобы все враги спотыкались о него. К тому же, враги слишком близко подбирались ко мне из-за этого. В некоторых моментах они падали буквально у моих ног. А некоторые и вовсе видели преграду и успешно перепрыгивали через неё.
Так что барьер тоже пришлось забраковать.
И тут я вспомнил ещё про один приём, который неоднократно отрабатывал на тренировках на базе, но в бою почему-то ни разу так не использовал.
Расстреляв всех ближайших врагов из «Корда», я превратил свои щупальца в лезвия. Получились своего рода пятиметровые мечи. А затем начал махать ими перед собой и наносить рассекающие удары по заражённым.
Результат меня впечатлил. При относительно небольших затратах маны, я начал убивать противников целыми пачками. И никто, за небольшим исключением, уже не мог ко мне приблизиться.
Благодаря энергетическим лезвиям, я теперь мог не только держать оборону, но и пойти в атаку на превосходящие силы противника. А затем, когда к этому мы с Пороховым добавили ещё и огонь из автоматов, так враги и вовсе потеряли какую либо возможность сблизиться с нами.
А мы тем временем упорно шли вперёд, уничтожая всех на своём пути. До тех пор, пока враги не закончились.
Сводка в визоре ждать себя не заставила:
Судя по тому, что у меня вырос уровень, во время боя, я случайно наступил в несколько луж с чёрной основой. По другому я не мог объяснить, откуда у меня прибавилось почти триста основы.
— Это было эффектно, — протянул «Крот». — Да ты, «Инженер», просто машина смерти.
— Не стоит обольщаться, — я хоть и сам был рад своим успехам, но старался оценивать свои возможности разумно. — Эти дикие были низкого уровня. Если бы здесь была толпа из заражённых тридцатого уровня (те же черти), всё было бы совсем иначе.
— Не надо скромничать, — настаивал на своём оператор. — Когда вы спустились в наш бункер, такие двадцатки тоже были для вас проблемой. А сейчас вы играючи нашинковали аж две сотни.
— Так, «Крот», потише, — осадил его Порохов. — Я согласен с тобой. «Инженер» и впрямь показывает потрясающие результаты. Но «гоп» будем говорить после завершения миссии. А сейчас, Макс, давай руби проход в оружейную лабораторию. Пора обзавестись пушками побольше и валить уже отсюда.
Врагов поблизости больше не было. Ни диких, ни чертей. Потому путь к оружейной лаборатории был свободен.
Мы подошли к большим бункерным воротам, что вели в лабораторию. Открыть их без электричества было невозможно. Поэтому я воспользовался лазейкой, которая, к нашему счастью, откатилась и её снова можно было применять.
Через пару минут широкий проход через три метра породы был уже готов и мы с «Порохом» зашли внутрь.
Нас, конечно, предупредили о том, что мы здесь найдём. Но мы всё равно застыли, раскрыв рот, когда увидели то, что нас там ожидало.
— Добро пожаловать в оружейную лабораторию профессора Бессмертнова, — торжественным голосом объявил «Крот» по голосовой связи. — Здесь вы найдёте всё необходимое, чтобы завершить миссию. И даже больше.
Мы оказались в помещении, все стены которого были заставлены пирамидами с оружием. Здесь были представлены, как уже знакомые нам автоматы КОРД А762 и безымянные дробовики, так и совершенно неизвестные типы оружия. Среди них были и пистолеты, и крупнокалиберные пулемёты, и снайперские винтовки, и пистолеты-пулемёты, и даже ручные барабанные гранатомёты.
Глаза просто разбегались от такого выбора.
— Это мы удачно зашли, — бегая глазами по оружейным пирамидам, протянул «Порох».
— Все эти пушки рабочие? — задал я главный вопрос. Ведь находились мы не на складе оружия, а в лаборатории, где оружие создавалось. И потому логично было предположить, что далеко не всё из всего этого арсенала было в рабочем состоянии.
— Нет, не всё, — подтвердил мою догадку оператор. — Но я вам подскажу, что выбрать.
— «Гном», надеюсь, рабочий? — спросил Порохов, взяв в руки барабанный гранатомёт, по виду напоминавший старый добрый РГ-6.
— Это не совсем «Гном», — пояснил «Крот». — Это усовершенствованный «Гном». И названия у него пока нет. Собственно, как и у многого, что здесь имеется.
— Разве «Гному» требовались улучшения, — хмыкнул Порохов. — Он итак был надёжным и простым в обращении аппаратом.
— Ну смотри, — начал рассказывать оператор. — Во-первых, барабан на этом гранатамёте, в отличии от предшественника, перещёлкивается мягко. Благодаря этому его больше не уводит в сторону. Во-вторых, здесь есть оптический прицел, с помощью которого можно фиксироваться на цели. После чего гранатомёт сам определит расстояние и настроит силу выстрела таким образом, чтобы граната долетела, куда надо. То есть, стрелку не надо думать о расстоянии. Просто прицелился и выстрелил. А дальше гранатомёт сделает всё сам.
— Звучит, как «звиздёж», — усмехнулся командир, раскрывая на гранатомёте классический механический прицел. — Тем не менее, про дедовский метод не забыли. Выходит, создатели этого чуда сами не до конца уверены в надёжности их нововведений.
— Тут ты отчасти прав, — согласился оператор. — В аномальной зоне эта система не работает. По крайней мере, пока профессор не адаптирует её под новые условия.
— Ясно всё с вами, — Порохов поставил «Гнома», который, как выяснилось, не «Гном», на место и переключился на стоящие на соседней пирамиде пулемёты. — А это что за ребята? РПЛ-20 напоминают.
— Нет, это не «РПЛы», — ответил «Крот». — Хотя, соглашусь, что сходства имеются. Только вот у этих калибр, как у ваших автоматов — 7,62 мм. И это при сравнительно небольших габаритах. Тот же «Печенег» гораздо больше. К тому же, если захотите взять этих малышей с собой, у вас боеприпасы с чёрной основой для них имеются.
— Ленту замучаемся заправлять, — отметил я.
— Тут где-то поблизости есть станок для заправки лент, — усмехнулся «Крот». — За минуту всё зарядите.
— Ясно, — Порохов снова начал разминать своё плечо. Похоже, боль начала возвращаться. — Пулемёт нам будет очень кстати. Но сначала давай глянем, что тут ещё есть.
Мы прошли в следующее помещение.
Здесь расположились манекены, одетые в военную форму, которая выглядела как-то слишком футуристично. Будто это были бронекостюмы для битв в открытом космосе. Не такие тяжеловесные, какие, например, используются во вселенной Warhammer 40 000, а скорее, как в Mass Effect.
— Ну что, «Инженер»? — глянул на меня командир. — Хочешь повоевать на Луне?
Похоже, не один я обратил внимание, что эти костюмы напоминали боевые скафандры.
— Не обольщайтесь, — поспешил расстроить нас оператор. — Это всего лишь прототипы. Брони в них никакой нет. Да и для открытого космоса ещё не приспособлены. Лучше двигайтесь дальше. Там есть кое-что поинтереснее.
Третье помещение оказалось в три раза больше предыдущих двух вместе взятых. И, как только мы прошли туда, стало понятно почему. Вдоль одной из стен в один ряд стояла дюжина экзоскелетов, очень напоминающих тот, в котором щеголял наш Фёдор. Только вот эти отличались тем, что они были обвешаны оружием.
— Охренеть, — «Порох» чуть было не задохнулся от восхищения увиденным.
Я же тем временем обратил внимание на другую стену. Вдоль нее располагались такие же платформы, на которых стояли экзоскелеты у другой стены. Только вот самих костюмов не наблюдалось.
Увиденное заставило меня задуматься над тем, каким образом выжившие в Рязань-ЭКСПО (те сумасшедшие) заполучили такие «игрушки» в свои руки. У них ведь точно такие же были.
— Скажи мне, «Крот», — задал я вопрос оператору. — Здесь ведь ещё были экзоскелеты? Куда они делись?
— Были, — подтвердил тот. — Их увезли отсюда, чтобы продемонстрировать высшим офицерам на военной конференции. И именно тогда случилось падение осколка на Рязань-ЭКСПО. Так что остальные костюмчики сейчас наверху в одном из павильонов.
— Чёрта с два они там находятся, — заявил я. — Их нашли выжившие на Comic Con. И не просто нашли, но и научились применять их.
— Ага, — кивнул «Порох», — перед тем, как шахта обвалилась, они как раз дали залп по нам с помощью таких вот экзоскелетов. Если б не они, мы могли и не оказаться здесь.
Слова командира вновь напомнили мне о наших товарищах. По меркам аномального времени они уже почти сутки не выходили на связь. И это не могло меня ни беспокоить. Ведь пропавших на столь значительное время у нас принято считать мёртвыми…
Впрочем, ещё совсем недавно нас с Пороховым тоже причисляли в погибшим. Но мы, вопреки всему, вышли на связь. А, значит, списывать со счетов наших ребят тоже раньше времени не стоит.
Это же мнение высказал и командир, когда я поделился с ним своими мыслями:
— Ну смотри, там была задница, — сказал он мне, внимательно рассматривая один из экзоскелетов. — Вернее, полная абсолютная задница. Если наши ребята умудрились выжить в ней, то, думаю, не стоит о них сейчас волноваться. После такого они переживут, что угодно. Ну, а если не выжили, то тут какие либо волнения и слова тоже не помогут. Так что сейчас думаем в первую очередь о своих шкурах. И не спешим. Ведь спешка может сыграть злую шутку с нами — мы просто сдохнем.
— Погодите-погодите, — напомнил о себе оператор. — Вы хотите сказать, что выжившие использовали наши экзоскелеты в реальном бою? Это же круто. Можно сказать, они первыми это сделали.
— Если атаку по нам ты называешь реальным боем, то да, — ответил я. — Хотя, после того, как шахта обрушилась, на них скорее всего поперла орда диких. Так что да, думаю, эти костюмы там хорошенько так применили по назначению.
— Мне кажется, они с их помощью воевали с тварями и до нашей встречи, — дополнил мои слова «Порох». — Уж больно уверенно они действовали. Только не пойму одного. Как они запустили их? Тут же электроэнергия нужна, да?
— Эти костюмы созданы для работы в экстремальных условиях, — тут же прояснил ситуацию «Крот». — Они создавались таким способом, чтобы их можно было использовать даже после применения вероятным противником электромагнитной бомбы. А раз они выдерживают такое, значит и аномалия их не сломала.
После слов «Крота» мы с «Порохом» переглянулись.
— Ты думаешь о том же, о чём и я? — спросил меня командир.
— Ага, — кивнул я. — Оденем на себя парочку?
Как «Крот» нам далее рассказал (да мы и сами увидели), все экзоскелеты были поделены на три типа — лёгкие, средние и тяжёлые.
Лёгкие костюмы были гораздо меньше, чем тот, что был у Фёдора, и чуть больше тех боевых скафандров, которые мы видели в предыдущем помещении. Их создали для обеспечения повышенной мобильности солдата. А с помощью установленного реактивного ранца, можно запрыгивать в тыл противнику. Можно таким же способом оседлать бронетехнику и затем выводить из строя орудия на ней. Или даже установить взрывчатку в самом уязвимом месте.
Лёгкий экзоскелет не имел стальных перчаток, что позволяло применять стандартные типы стрелкового оружия. А ещё он был оснащён разгрузкой, в которую можно было поместить дополнительные магазины, гранаты и необходимые инструменты.
— Только есть пара поправок, — поспешил «Крот» добавить ложку дёгтя в столь сладкое описание. — Полноценным «железным человеком» стать не получится, так как ракетный ранец пока не работает. Так что, если решите выбрать именно его, то лучше уберите ранец. Ремень с генератором силового щита инженеры тоже пока не сумели довести до ума. Его тоже можешь снять.
— Да нам тут, в бункере, особо и некуда прыгать, — не стал я расстраиваться из-за нерабочего ракетного ранца. — А щит я себе и сам могу создать.
Средний экзоскелет — это аналог того, который использовал «Ключ». Он чем-то напоминал силовую броню из Fallout. В отличии от лёгкого костюма, это уже был полноценный экзоскелет, который полностью защищал оператора. Оснащался он пулемётом калибра 12,7 мм и гранатомётами. За его спиной находился весьма увесистый ранец с лентами для бесперебойной подачи патронов и гранат.
— Также они могут создавать дымовую завесу и делать ослепляющую вспышку, — добавил «Крот». — Причём вспышка ограничена лишь запасом энергии костюма. Так что можно «стробоскопить», пока не сядет аккумулятор.
Ну и финальный экзоскелет — тяжёлый — был настоящим трёхметровым в высоту монстром. Его можно было назвать шагающим танком. И оружие у него было под стать такой мощи.
Первый из представленных трёх костюмов был оснащён спаркой из двух зенитных пушек калибра 23 мм и минометом. Второй имел на борту сразу четыре пулемета калибра 14,5 мм, гранатомёт и огнемёт. Третий стоял без орудий и боекомплекта, но, как пояснил «Крот», при необходимости его можно будет вооружить по своему усмотрению.
Также все тяжёлые костюмы имели контрмеры против атак противника. Грубо говоря, если по нему пальнуть из какого-нибудь РПГ, или и американского «Джавелина», или просто из гранатомёта подствольного, то встроенная система заставит сдетонировать вражеский снаряд раньше времени — до попадания.
— А вот это прям, что доктор прописал для борьбы с ордами тварей, — проговорил Порохов, стоя перед одним из тяжёлых экзоскелетов. — Как я понимаю, на него установлен ЗУ-23. После выстрела из такого агрегата пуля сначала пробьёт насквозь первого дикого. Затем пролетит сквозь всю орду, пробивая всех остальных, кто попадётся ей на пути. А после вылетит с другой стороны орды и продолжит движение, практически не потеряв скорости.
— Я бы на такой эффект не рассчитывал, — не согласился с командиром «Крот». — Хотя, если боеприпасы для этих «Зушек» напитать чёрной основой…
— Вот и я том же, — не дал ему закончить Порохов. Затем он с улыбкой посмотрел на меня. — Ну что, Макс, какие выберем?
Впрочем, особо выбирать нам не пришлось. Тяжёлые варианты экзоскелетов выбрать было невозможно по той причине, что на поверхность их поднять без лифта будет невозможно. А лифты по очевидной причине не работали.
Можно было, конечно, использовать их, чтобы просто добраться до лестницы, а дальше уже своим ходом, но этот вариант мы быстро отмели. Так как хотелось подняться именно в экзоскелетах. Ведь мы не знали, что точно нас там ждёт — либо заполнившие всю округу твари, либо сумасшедшие выжившие в таких же костюмах. К тому же в тяжёлых версиях для управления использовались джойстики и куча различных приборов. И для меня и для Порохова это было неприемлемо. Ведь вот так сходу освоить такую сложную технику мы вряд ли бы сумели. Тут тренировки нужны.
В итоге сошлись на том, что нужно взять один лёгкий, один средний. Долго гадать, кому какой достанется, тоже не стали. Тут тоже было всё предельно ясно. Мне, как обладателю энергетических щупалец, намного сподручнее будет именно в лёгком костюме. Ведь в среднем я банально не смог бы пользоваться энерго-руками — они не проходили сквозь защиту экзоскелета.
Порох выбрал тот вариант костюма, у которого на обеих руках было установлено по пулемёту, а гранатомёт был закреплён на плече. Предварительно он обвесил свой автомат и дробовик всеми модулями, которыми только смог (их тут имелось в избытке). Затем закрепил оба оружия на экзоскелете на случай, если придётся покинуть его.
Я сделал со своим «Кордом» и безымянным дробовиком тоже самое. И так же пристроил на экзоскелете «Пороха».
Основным же оружием я выбрал тот самый пулемёт, который ранее нам приглянулся. Даже перекинул все свои свободные патроны с чёрной основой в пулемётные ленты. Таким образом у меня получилось пять коробов (на двести патронов каждый) с особыми патронами от «Бессмертного». И ещё столько же с бронебойно-зажигательными, которые нашёл здесь, прицепил к костюму Пороха.
Вдовесок к пулемёту я вооружился барабанным гранатомётом, который мы с командиром решили называть «Гномом», не смотря на то, что это был совсем не «Гном».
— Ну что, мужчины, как вам мои изделия? — внезапно заговорил в голосовой связи Бессмертнов. — Нравятся?
— Профессор? — удивился я его появлению. — Как вы? Вам же нельзя заходить в аномальную зону. У вас же нет иммунитета.
— Уже есть, — усмехнулся тот. — Наши ребята уже сходили до продовольственного склада, который вы зачистили, и принесли оттуда в жилой сектор всю чёрную основу. И вот я теперь один из вас.
— Поздравляю, — почти в один голос произнесли мы с «Порохом».
— У меня к вам есть одно предложение, — профессор тут же перешёл к делу. — Точнее очередная просьба.
— Рассказывайте, — снова одновременно ответили мы с командиром.
— Такое дело, мужчины, — начал тот спешно объяснять свою задумку. — Случилось ожидаемое. И очень неприятное. Датчики показывают, что прямо сейчас несколько чертей копают нору к участку жилого сектора, который находится в аномальной зоне. Сами понимаете, чем нам это грозит. К нам в гости готовятся заглянуть все местные твари.
— И как скоро они доберутся до вас? — нахмурился «Порох».
— Через сутки. Может чуть больше, — ответил Бессмертнов. — Но это неважно. Мы всё равно не выживем, если вы задержитесь там, наверху. Или с вами что-то случится…
— Всё понятно, — перебил его Порохов. — Так что вы хотите, чтобы мы сделали?
— Мы хотим, чтобы вы, прежде, чем покинете базу, убили всех оставшихся чертей, — выпалил профессор.
— Предлагаете искать их по всей базе? — уточнил командир.
— Нет, они вас сами найдут.
— Каким образом?
— Мы включим сирену на квадрокоптере, а затем…
— Все черти сломя голову понесутся к нам, — закончил я фразу за «Бессмертного». — А вместе с ними и тот зверь 58-го уровня. Звучит, как самоубийство.
— Именно поэтому я не включу сирену без вашего согласия, — немного сбившимся голосом добавил профессор. — Решайте, мужчины. Жизнь пятисот людей в ваших руках.
— Ещё вопрос, — спросил я. — Вы уточнили у профессора Ногтева, сколько всего чертей на базе было?
— Да. Как он выразился, всего было сто девять суперсолдат на разных стадиях развития, — ответил профессор. — Двадцать одного вы уже убили. Получается, осталось восемьдесят восемь.
— Много. Слишком много, — покачал головой Порохов. — Даже с учётом наших экзоскелетов.
— Вдобавок и дикие сбегутся отовсюду, — добавил я. — Так что, помимо девяти десятков чертей, у нас будет компания из сотен других тварей.
— Ага. Придётся патронов побольше взять.
— И гранат.
«Порох» пристально на меня посмотрел, а затем спросил:
— Похоже, мы уже всё решили?
— Ну, а что тут думать? — размяв шею, как бывалый вояка, ответил я. — Людей спасать надо.
— Не боишься, что поляжем мы с тобой на пару? Восемьдесят восемь чертей — это очень серьёзно?
— Мы и так в любой момент можем умереть, — тяжело вздохнув, ответил я. — К тому же, как ты говоришь, в тылу почище будет. А то вдруг эти черти тоже захотят воздухом подышать, когда мы поднимемся. А у нас наверху и без них проблем будет хватать.
— В точку, — хлопнул меня по плечу командир. — «Инженер», ты постепенно перестаёшь быть инженером. Ты всё больше солдат.
Я усмехнулся от его слов.
— Ну так что, мужчины? Что вы решили? — повторил свой вопрос профессор.
— Решили, что такой гений, как вы, Глеб Юрьич, живой нам нужен, — ответил Порохов.
— Отлично, — голос профессор сразу же взбодрился. — В таком случае, к делу.
Последним в техническое помещение вбежал Разводной в своём экзоскелете. «Кулак» сразу же скомандовал ему не задерживаться и двигаться дальше по коридору вслед за остальными бойцами.
Затем капитан Кулаков выглянул наружу, чтобы убедиться, что «Порох», «Инженер» и «Летящий» тоже продвигаются к укрытию.
В этот момент со стороны выживших на Comic Con раздался вопль:
— Это ересь! Это не просто чужаки. Это еретики!
Под крик Императора по стенам, потолку и полу шахты безостановочно ползли трещины. Шпалы пропадали одна за другой. Рельсы сгибались и проваливались куда-то вниз. Всё вокруг тряслось. Потолок начал рушиться.
Затем гермозатвор наполовину погрузился под землю. А за ним показались дикие, которые с безудержным рыком тут же бросились через образовавшееся отверстие.
— Открыть огонь по еретикам! — Император, несмотря ни на что, не мог угомониться. — Меганобы, никого не щадите! Убить их всех!!!
В следующий миг что-то оглушительно рвануло. Похоже прилетели снаряды от «роботов-меганобов». «Порох» прямо на глазах «Кулака» провалился вниз, а затем осколки скрыли его из виду.
После этого Кулаков увидел, как обломки увлекли за собой и «Летящего». А «Инженер», уворачиваясь от падающих обломков, бросился куда-то в сторону. А уже через секунду всю шахту завалило. И сразу же эстафета разрушения передалась техническим помещениям, в которых находились оставшиеся члены отряда.
Едва сдерживая эмоции, Кулаков бросился догонять группу. Бежал он, что было сил. А обломки разрушающегося коридора, можно сказать, падали ему почти на пятки.
В дальнее помещение, где его ждали боевые товарищи, он буквально запрыгнул. Причём в самый последний момент. Промедли он хоть ещё мгновение, и его постигла бы та же судьба, что и тех трёх бойцов, которых обломки только что похоронили под собой.
— Вашу ма-ать!!! — вырвался крик из глотки «Кулака». Здесь, в относительно безопасном месте, он уже не мог сдержать своих эмоций. — Убью скотов! Всех до одного перебью! — имея в виду выживших на Comic Con, которые начали стрелять, кричал капитан.
— Что? Что? — взволнованно пробормотала Ольга. — Где? Где… «Инженер»? Где остальные?
Едва сдерживая свою ярость, «Кулак» посмотрел девушке в глаза и ответил:
— Их больше нет. «Порохов», «Инженер» и «Летящий»… Их всех завалило.
— Как это завалило? — всполошился Разводной. — Не может быть!
Затем все бойцы глянули в своих визорах на список участников отряда. Имена трёх бойцов потемнели. Это свидетельствовало о том, что связь с ними отсутствовала. Либо они мертвы…
Причём, с учётом слов «Кулака», здесь больше всего подходил второй вариант.
— Не может быть, — замер на месте Борис. — Не верю.
«Ведьма», «Мех» и «Ключ» даже не пытались скрыть своих чувств. Их лица буквально отражали всю боль, что сейчас завладела их сердцами. «Милаха» и «Душегуб» тоже выглядели подавленными, хотя были мало знакомы с погибшими членами отряда. А вот Анна держалась более стойко и не выказывала своих эмоций.
Бойцы из отряда «Кулака» приняли новость о смерти трёх бойцов с холодным сердцем, хотя не без сожаления. А вот их командир буквально был в ярости.
— Так, «Ключ», можешь провести нас прямо в тыл к этим сукиным детям? — прорычал «Кулак».
Разводной быстренько осмотрел местность с помощью систем своего экзоскелета и ответил:
— Да, есть обход станции, на которой находятся выжившие.
— Веди, — сразу же приказал «Кулак». — И, сразу хочу предупредить, этот крикливый Император — мой.
Решение об уничтожении всех чертей в подземной базе было принято. Тем не менее, мы не торопились включать сирену на дроне, чтобы приманить к себе врагов. Сначала мы тщательно подготовили поле битвы для «торжественной» встречи противника.
Для этих целей мы выбрали место, где можно было применить тактику узкого горлышка. Им оказалась площадка перед местным стрельбищем. Находилась она недалеко от оружейной лаборатории и там были все условия для наших потребностей.
Во-первых, туда вёл всего один довольно длинный коридор. А это означало, что враги не смогут нас обойти. Так же «Крот» предложил нам заминировать весь этот коридор. Но мы решительно отказались. Всё-таки мы не сапёры и не подрывники. И потому могли запросто переборщить со взрывчаткой и снова оказаться под завалами. Поэтому ограничились растяжками со светошумовыми гранатами и теми гранатомётами, которые у нас были в наличии. И то последние решили применять только в крайнем случае.
Во-вторых, в конце этого коридора имелась просторная площадка. Сюда мы с Пороховым притащили огромное количество боеприпасов и дополнительного оружия. Последнее требовалось на случай, если наши пушки перегреются или некогда будет перезаряжаться. Здесь же мы организовали полноценные оборонительные сооружения. Их мы соорудили из бочек, ящиков и покрышек, которых на стрельбище навалом было. Так же этими атрибутами мы заставили весь коридор, чтобы заражённые медленнее к нам продвигались.
В-третьих, у нас была возможность отступления на само стрельбище. Если на нас начнут напирать слишком сильно и поражение будет неизбежно, мы просто ретируемся на стрельбище и закроем за собой стальные двери. Тем самым выиграем немного времени, чтобы подготовиться к бою ещё на одной линии обороны. Для этих целей необходимые боеприпасы на стрельбище мы на всякий случай тоже подготовили.
— Всё проверил, никаких нор нет, — сообщил нам оператор, когда совершил контрольный облёт по стрельбищу. — Ваши спины в безопасности. По крайней мере, если враги не додумаются прорыть новую нору к вам в тыл.
— Будем надеяться, что они не настолько умны, — хмыкнул Порохов. Он уже привык к своему экзоскелету и двигался так, будто родился в нём.
— Всё равно не забывай мониторить камеры, которые мы там установили, — напомнил я «Кроту» про его обязанности. — Даже один враг, оказавшийся в тылу, может создать серьёзные проблемы.
— Ты мне это уже третий раз говоришь, — хохотнул оператор.
— Как говорят инженеры, семь раз отмерь — один хрен не ровно, — отшутился я, чем вызвал смех у всех, кто меня услышал
С этими словами ещё раз проверил все крепления на своём легком экзоскелете.
Перед тем, как его надевать, я даже подумал: «Чем мне может помочь это костюм? Я ведь и так стал гораздо быстрее и сильнее, благодаря цветным элементам». На деле же я сразу ощутил разницу. Будто все мои характеристики резко возросли вдвое. А то и втрое. Тяжёлый пулемёт с обвесами и коробом на двести патронов был для меня почти безвесным. Рюкзак за спиной и «Гном», закреплённый на нём, тоже не ощущались. Сюда же добавить нескольких пластин шестого класса брони.
И со всем этим добром я оставался максимально мобильным и даже мог с лёгкостью допрыгнуть до потолка.
— Жаль, конечно, что на базе электричества нет, — между делом произнёс Бессмертнов. Он решил оставаться с нами на связи до самого конца. — Турели бы вам сейчас не помешали.
Как выяснилось, в оружейной лаборатории имелись автоматические турели. Причём довольно много. Если бы было, чем их запитать, то нам с «Порохом» и вовсе можно было бы наблюдать со стороны за тем, как пулемёты калибра 12,7 мм и 14,5 мм самостоятельно аннигилируют заражённых. Но не судьба.
Тем не менее, я отметил себе этот пунктик на будущее. Ведь автоматические турели можно будет использовать в следующих миссиях. Даже, если инженеры их не приспособят под аномальную зону, электричеством их снабдить сможет Борис…
Но для начала нужно было выжить.
— Ну что, готовы к труду и обороне? — задал вопрос оператор.
— Готовы, — ответил я за нас обоих. Мы уже трижды успели проверить своё оружие, так что пора было вызывать врагов на встречу.
— Давай, «Крот», — холодным голосом произнёс Порохов, — заводи свою шарманку.
— Поехали! — выкрикнул оператор и в следующий миг сирена на квадрокоптере завизжала. А мы замерли в ожидании противника.
Дрон выл с такой силой, что уши закладывало. Не спасали даже активные наушники. Тем не менее первые две минуты ничего не происходило. Враг ни в коридоре не показывался, ни на радаре его видно не было.
Простояли так ещё минуты три. С каждой секундой ожидания кровь в жилах застывала всё сильнее. А сирена лишь усугубляла ситуацию. Очередной раз поймал себя на мысли, что оказаться во внезапном бою и ждать его — это кардинально разные вещи.
Если в первом случае адреналин в крови сразу же выкручивает все инстинкты выживания на максимальный уровень, благодаря чему ты включаешься в битву с холодной головой. Ты не отвлекаешься на посторонние мысли на тему: «Если бы, да кабы». Ты просто сражаешься на грани своих возможностей.
То во втором случае минуты ожидания превращаются в вечность. И за это время ты успеваешь провернуть в голове множество вариантов развития дальнейших событий — от успешных до трагичных. И от этого моральный дух закономерно таял.
Всё-таки рано «Порох» сказал, что я уже больше солдат, чем инженер. Сам он вон, стоит в своём бронированном экзоскелете и ухмыляется. Сомневаюсь, что он сейчас испытывает хоть толику страха.
— Чего-то ты побледнел, «Инженер», — глянул командир в мою сторону. — Ничего, сейчас бой начнётся и посторонние мысли выйдут на мороз.
Его слова махом скинули с меня все лишние мысли. Я прям ощутил, как резко боевой настрой снова возобладал надо мной. Похоже, он применил на мне свою командирскую способность, о которой я давно догадываюсь — он умел избавить от страха и поднять боевой настрой в случае необходимости. Очередной раз я уверился, что во многом из-за этой самой способности на первой миссии в деревне мы показали себя закалёнными в бою бойцами, а не зелёными новобранцами, впервые оказавшимися на боевом задании.
А между тем на миникарте показалась первая красная точка. Причём двигалась она в нашу сторону с тыла. Но опасаться удара в спину не нужно было — я понимал, что враг движется ниже нашего уровня. Видимо где-то под нами проходила чёртова нора.
Затем красные точки начали появляться со всех направлений — черти спешили на раздражающий звук сирены. А вместе с ними на миникарте замерцали и гигантские пятна — это были толпы диких.
— Началось, — произнёс я, когда увидел в прицеле своего пулемёта первых заражённых. Они показались в дальнем конце коридора.
— Работаем, — тут же отдал команду «Порох».
Я утопил спусковой крючок.
Пулемёт затрещал в моих руках практически беззвучно. Я бы даже сказал — зашептал. Профессор Бессмертнов предупреждал, что данный агрегат ещё не доработан. И потому может довольно сильно лягаться отдачей. Но его предостережение не сбылось. Благодаря моей собственной силе иммунного и усилению экзоскелета, пулемёт лежал в моих руках так твёрдо, будто я стрелял со станка.
— Хрен-на-а их там, — протянул «Крот». — Ребят, я даже боюсь называть вам количество врагов, которое на вас движется.
— А ты и не называй, — усмехнулся Порохов. Он ещё не включился в стрельбу, так как по уговору начать должен был я, а он подключится чуть позже. Когда черти появятся в поле видимости.
Впрочем, и без уточняющих данных от оператора было понятно сколько примерно врагов движется на нас. Об этом можно было судить по тому как в дальнем конце коридора уже не было просвета. Лишь твари, бегущие сплошной стеной. Их там были сотни. Возможно, целая орда. Это же лишний раз подтверждала и мини-карта — дикие собой буквально закрасили все помещения, которые находились перед нашим коридором смерти. Тем самым, что служил узким горлышком. Похоже, сюда поспешили прибыть заражённые со всей базы.
Мой новенький пулемёт оказался очень скорострельным. Стрелял он гораздо быстрее, нежели «Печенег» Бориса. Лёгкое нажатие на спусковой крючок оборачивалось сразу же тремя, а то и пятью выстрелами.
Проверив свой рабочий станок на надёжность несколькими короткими очередями и немного привыкнув к нему, я перешёл к более радикальным мерам — зажал спусковой крючок, чтобы встретить толпу врагов сплошной очередью.
Патроны с чёрной основой тратить с самого начала не хотелось, поэтому стрелял я сейчас бронебойно-зажигательными. Тем не менее, этого было более, чем достаточно для того, чтобы укладывать тварей пачками. Умирали они с такой скоростью, что я даже не пытался выцеливать кого-то, а просто хаотично стрелял по толпе. А там пули уж сами решали, кого упокоить.
Когда патронная лента почти иссякла, сбылось предсказание профессора — ствол пулемёта начал задирать вверх. Причём так агрессивно, что не спасали усиленные руки экзоскелета. И впрямь — оружие ещё надо дорабатывать.
Когда короб опустел, я просто отложил пулемёт в сторону и взял новый, уже заряженный. Таких я заранее заготовил целых пять штук, чтобы не отвлекаться на перезарядку во время обороны.
— Семьдесят метров, — сообщил оператор нам расстояние до тварей. — Приготовьтесь. Через пять метров будет первая «флэшка», — напомнил он про растяжку со светошумовой гранатой. — Берегите глаза.
К этому моменту я отстрелял уже половину короба второго пулемёта и уничтожил несчётное количество врагов. Но те продолжали переть на нас и сокращать дистанцию с каждой секундой.
— Три метра до «флэшки», — продолжал давать информацию «Крот». — Два…
В этот момент перед толпой выскочил первый чёрт. И сразу же зацепил ногами растяжку. Я едва успел убрать глаз от прицела и повернуть голову в сторону.
В коридоре вспыхнуло ярким светом, который за мгновение сжёг глаза всем тварям, что находились в радиусе поражения. Раздался душераздирающий вопль сотен одичавших.
— А теперь добавлю и я, — активировался «Порох» и сразу же загрохотали пулемёты калибра 12,7, что были установлены на каждой руке его экзоскелета. Никаких глушителей, разумеется, на них предусмотрено не было. Поэтому трещали они так громко, что аж захотелось присесть и зажать уши ладонями. И опять же, это при том, что у меня были активные наушники.
Кстати, добавлю себе ещё один пунктик. Когда вернусь на базу, сообщу, что эти наушники никуда не годятся. Нужны получше.
Что ж, моё оружие не шло ни в какой сравнение с тем, какое было у Порохова. Я в основном убивал только впереди идущих диких. Лишь изредка пули пробивали их тела и добирались до тех, кто был за ними. А вот пулемёты командира буквально превращали всех врагов в фарш. Тушки заражённых разрывались на куски, а стены и потолок обильно орошались их кровью.
«Порох» стрелял не больше десяти секунд, но этого хватило, чтобы полностью очистить коридор от тварей. Но пустовал он не долго. Ведь орда заражённых, судя по покрасневшей миникарте, заканчиваться не собиралась.
И вот уже новая стена врагов двигалась в нашем направлении.
Я отбросил в сторону второй опустивший пулемёт, подобрал третий и продолжил огонь. Командир же стрелять перестал — берёг боезапас до момента, когда появятся черти.
— А вот и главные гости, — объявил «Крот». — Вижу много чертей в этой толпе.
Но я их и сам уже увидел через прицел своего пулемёта. Вот только те были не совсем в толпе. Для перемещения они использовали стены и потолки. Словно пауки, черти очень быстро перемещались по ним, при этом постоянно прыгали то со стены на потолок, то обратно.
Помня поставленную задачу, я на чертей не отвлекался. Моим делом был отстрел диких. Главной же опасностью занимался лично «Порохов» с помощью двух пулемётов куда большего калибра, чем у меня.
И с этой задачей он довольно успешно справлялся. Я постоянно видел, как разорванные на куски чертей падали в общую толпу. Даже фантомы тех не спасали.
— Ещё минус десять чертей, — прикрикнул оператор. — Так держать! Внимание. Сейчас будет вторая «флэшка».
Когда в коридоре снова вспыхнул яркий свет, я как раз брал в руки четвертый пулемёт. И сразу же пустил его в дело, зажав спусковой крючок. Дезориентированные противники начали падать ещё чаще.
Коридор снова начал пустеть.
Тут я увидел на радаре странное красное пятно, которое сильно отличалось от других.
— Ребята, к вам идёт громила, — похоже, «Крот» имел в виду то самое пятно на миникарте.
— Что ещё за громила? — удивлённо спросил «Порох».
— Не знаю. Сам первый раз такого вижу, — ответил оператор. — Но он здоровенный.
В следующий миг этот самый громила показался в дальнем конце коридора. Он и впрямь был гигантский и занимал своей тушей чуть ли не половину прохода. Собой он представлял безобразного кадавра, чьё тело состояло из множества других тел. А двигался он на манер обезьяны, давя всех, кто оказывался на пути.
— Что за мерзость, — протянул командир.
— Думаю, это твой клиент, — не прекращая стрельбы по диким, отметил я.
— Это понятно, — прорычал Порохов и снова затрещал своими крупнокалиберными пулемётами.
Кадавр на попадание бронебойно-зажигательных пуль калибра 12,7 отреагировал, так сказать, без особого энтузиазма. Несмотря на то, что от него отлетали ошмётки мяса, а кровь хлестала во все стороны, он даже не замедлился. И, уж тем более, не планировал останавливаться. Рыча и сверкая красными глазами, он продолжал мчаться по коридору.
— Похоже, придётся применять кое-что посерьёзнее, — проговорил я, видя, что кадавр не реагирует на пулемётные пули.
В этот момент громила зацепил растяжку, которая была установлена на отметке пятьдесят метров. Яркий свет тут же ударил кадавру по глазам, отчего тот взревел ещё сильнее. Ослепнув, он тут же споткнулся и на всём ходу ударился всем телом о стену. А затем угодил в уложенные на полу покрышки. Те кольцами нависли на его конечностях, чем ещё больше дезориентировали его.
— Попробуй-ка вот этого, — «Порох» перестал стрелять из пулемётов. Вместо этого он прицелился в нового врага из своего гранатомёта. Последний питался такими же выстрелами, что и наш давний знакомый РПГ. Только они были адаптированы под ленту.
Послышался почти глухой выстрел. Граната почти бесшумно полетела в сторону кадавра. А вслед за ней сразу же отправилась вторая.
Первая угодила прямо в голову громиле. Вторая в грудь. Раздались два оглушительных взрыва, ударная волна от которого раскидала по кускам успевших приблизиться диких.
Кадавр застыл на месте. Несмотря на то, что в его глазах не было никаких зрачков, недоумение всё равно в них явно читалось. Но при этом он молчал. Ведь рычать было нечем — от его челюсти не осталось и следа.
Наблюдать за данной картиной Порохов долго не стал и выпустил третью гранату. Та попала чётко в разорванную челюсть кадавра. Новая взрывная волна снова накрыла собой всех заражённых вокруг. А сам громила остался стоять без головы. Впрочем, ненадолго. Уже через пару секунд он начал заваливаться на спину.
— Это что, башня была? — предположил «Порохов».
— Правильно говорить — рыцарь, — поправил я его. — И да, возможно это был он самый.
Тем временем я уже стрелял из пятого заранее заготовленного пулемёта. Но враги заканчиваться не собирались. А чертей и вовсе становилось всё больше больше.
— Сорок три метра, — через пару минут объявил оператор. — Сейчас будет очередная флэшка.
Коридор осветился белым светом. Все твари завизжали, словно толпа во время концерта, которая резко превратилась в зомби.
Чтобы снова откинуть позиции врага подальше от нас, Порохов решил поработать по толпе из своих пулемётов. И опять во все стороны полетели ошмётки вражеских тел.
Спустя ещё десять минут коридор был усыпан бесчисленным количеством тел заражённых вплоть до отметки двадцать метров. К этому моменту, как нам сообщил оператор, мы уже истребили порядка сорока чертей. И оставалось примерно столько же.
— А где у них тот главный? — вспомнил Порохов про черта 58-го уровня. — Вся его армия умирает, а он где-то отсиживается.
— Мне кажется, это хороший вариант, — ответил я. — Было бы неплохо, если мы заранее убьём все остальных чертей и диких. Мешаться никто не будет.
Прошло ещё двадцать минут. За это время мы извели большую часть нашего боезапаса. Я уже даже готовился перейти на «драгоценные» патроны Бессмертного.
Врагов стало в разы меньше. В коридоре уже показывались лишь небольшие группы, уничтожить которые не составляло труда. Чертей тоже перебили немерено. Красных точек, которыми они отмечались на миникарте, виднелось не больше десяти. По крайней мере, в радиусе действия нашего радара.
Но среди этих точек мне очень не нравилась одна, которая находилась прямо над стрельбищем, у нас за спиной, и уже очень давно не двигалась.
Только я хотел об этом рассказать «Пороху», как во всё горло заорал «Крот»:
— Мужи-ики-и! Сзади! Та тварь 58-го уровня. Она только что вырыла нору прямо на стрельбище.
Но я уже итак видел на миникарте, как самый главный противник приближался к нам со спины. Всё-таки враг смог обойти нас с тыла.
Тревожно мигающая точка на радаре стремительно надвигалась на нас. Казалось, что самый опасный из чертей решил расправиться с нами максимально быстро. Без лишних разговоров и прелюдий.
Я сразу же прекратил стрелять по остаткам диких, что шли по коридору, оставив их на растерзание «Пороху». Небрежно откинул пулемёт, в котором оставалась половина ленты с бронебойно-зажигательными, и схватил подготовленный для этого самого момента пулемёт с патронами Бессмертнова. Также с помощью энерго-руки схватил дробовик, который был закреплён на экзоскелете командира, и закинул его за спину.
— Встречай гада, — твердым голосом сказал Порохов. — А я добью оставшихся в коридоре. И обеспечу тебя постоянным притоком маны.
После того, как мы перебили в коридоре сотни диких, чёрной основы там находилось просто немеренно. Зная, что командир с помощью своей ментальной способности будет направлять все эти ресурсы прямиком ко мне, можно было смело расходовать любое количество энергии. И именно это мне сейчас и нужно было.
С этими словами «Порох» открыл огонь из обоих своих стволов по заражённым и быстро зашагал к коридору. Я же встал прямо перед входом на стрельбище, готовясь ко встрече с главным чертом.
На миг проскользнула мысль, что можно было запереть двери, чтобы задержать опасного противника. Но, как оказалось, думать об этом было поздно. Уже через секунду чёрт показался в дверном проёме.
Он был гораздо крупнее своих собратьев и выглядел, как плод любви волка-оборотня и черта. Разве что копыт ему не хватало. Ростом он был более двух метров, с ярко выраженными буграми мускулов под чёрной шерстью. А глаза его горели красными огнями, в которых буквально чувствовалась необузданная агрессия.
А он зря время не терял. Пока мы сюда шли, он успел подрасти на целый уровень. Да и все его параметры стали выше.
Я открыл по врагу огонь, прежде, чем тот появился в проходе. В этом мне помогла мини-карта на визоре.
Несколько пуль сразу же высекли искры из его силового щита. А после враг рассыпался тремя фантомами, которые резко бросились в разные стороны. Будучи готовым к этому, я сразу же поймал в прицел того фантома, что побежал по левой стороне и дал по нему очередь.
И, как мне сперва показалось, с выбором я не прогадал. Из врага, получившего несколько ранений, брызнула кровь. Причём странного синего цвета. А затем он вовсе начал заваливаться в сторону и таять прямо у меня на глазах.
Да чтоб меня! Похоже, у этого черта фантомы не простые призраки. Судя по всему, они даже врезать смогут, если их подпустить к себе.
Оставшаяся пара фантомов уже приближалась ко мне с правой стороны и были в трёх метрах. Шли они рядом друг с другом. И это давало мне возможность проверить их на «фантомность» одной пулеметной строчкой. Что и сделал в следующий момент.
И, к моему удивлению, из них обоих брызнула та же самая синяя кровь, как из того фантома, которого я расстрелял первым.
Стоп. Ведь у одного из них должен был быть энергетический щит. Выходит среди них оригинального черта нет? Где же он тогда?
Долго ответ ждать не пришлось. Он пришёл сам — сзади.
Я ощутил мощный удар в спину, отчего меня швырнуло вперёд на несколько метров. Чтобы не свалиться пузом на пол и не оказаться в очень невыгодном положении, я выставил вперед энерго-щупальца. Благодаря этому я не только сумел избежать падения, но и успел развернуться лицом к своему противнику. И при этом не выпускал оружие из рук.
Тот, как я и ожидал, уже бросился на меня снова. Видимо изначально он планировал таким образом напрыгнуть на меня лежащего и разорвать на части. Но, как мне хотелось думать, я его удивил. Вместо желаемого, он получилу пулемётную очередь и удар энергетическим копьём прямо в лицо.
Какого хрена? Я же ударил в половину своего ресурса… Почему 90% разом слетело?
Грудь обдало едва стерпимым жаром. От боли я чуть было не потерял равновесие. Руки невольно опустились, отчего пулемётная строка застучала по полу между мной чертом.
А враг уже замахивался на меня своей когтистой лапой. Одно мгновение… и я бы остался без головы. Если бы не командир, который был «на низком старте» на случай, когда я останусь без маны.
Буквально в один момент, шкала моей маны снова заполнилась на все сто. От боли не осталось и следа. И я рывком успел уйти в сторону от вражеского удара.
Оказавшись сбоку от черта, я повторил удар энергетическим копьём. Только в этот раз использовал треть от своих возможностей.
Да что за чертовщина? Я что, разучился распределять свою силу?
В глазах снова потемнело. Ноги подкосились. Я едва удержал пулемёт в руках.
А ещё в этот раз «Порох» не успел отправить мне ману до того, как противник нанес мне удар.
Плечо огрело острой болью. Вот это мощь! Он ведь своими когтями умудрился пробить броню шестого класса на моём экзоскелете. Прошло мгновение и тупая боль ударила по другому плечу — это я уже столкнулся со стеной, на которую меня откинуло после удара.
Картинка в глазах затроилась. Звуки стали приглушёнными. Словно сквозь вату, я услышал голос «Пороха»:
— Держись, Макс! — а затем застучали его пулемёты. Такие громкие, что мигом привели меня в чувство. — Не вставай! — таким образом он предупредил меня, чтобы я не налетел под его пули. Ведь он, переключил огонь с тварей в коридоре на главного черта.
Услышав слова командира, я на всякий случай выставил перед собой энергетический барьер. И, как оказалось, не зря. Уже через мгновение по нему застучали пули, отрекошетившиеся от силового щита черта.
Пожалуй, меня спасло то, что командир решил подсобить мне. Ведь, когда он начинал стрелять, чёрт уже бросался на меня с очередной атакой. И в этот раз он точно бы не оставил голову на моих плечах. Но, чтобы избежать попаданий, ему пришлось снова рассыпаться на фантомов.
Увидев их, я сразу же зажал по ним беспорядочной пулеметной очередью. Хотя, один из них перед смертью всё-таки успел до меня добраться и чиркнуть когтями по моей нагрудной пластине. Что ж, я оказался прав — фантомы и впрямь могут сражаться.
— Сука! — раздался вопль «Пороха».
Вскакивая на ноги, я увидел, как командир в своём громоздком экзоскелете пролетел метров семь и врезался спиной в стену. Но вот того, кто его ударил я не увидел.
— Сзади! — выкрикнул мне Порохов.
Этого мне хватило, чтобы среагировать.
Я резко прыгнул вперёд, словно пружина. Благо, экзоскелет позволял совершать подобные прыжки. В воздухе успел развернуться и очередной раз утопил спусковой крючок пулемёта, посылая очередь в черта почти в упор.
Вражеский силовой щит вспыхнул яркими искрами. Но ненадолго. Уже через мгновение я снова услышал от командира' «Сзади!».
Ну всё понятно. Этот чёрт умел не только фантомов создавать физических, но и телепортировался. А ещё, похоже, умел разряжать у противника всю шкалу маны. Поэтому энерго-руками против него лучше не сражаться.
Я повторил пружинный прыжок. Только в этот раз удара избежать я не успел. В итоге получилось так, что своим ударом мне в спину чёрт дополнительно ускорил меня. Из-за чего я чуть было не впечатался в стену лицом. Я едва спасся при помощи своих энерго-щупалец.
Пулемёты «Пороха» затрещали снова. Но ни одна из пуль не достигла своей цели — чёрт успел телепортироваться. Причём в этот раз он появился сбоку от командира и, вместо того, чтобы очередной раз ударить его, схватил за ствол левого пулемёта и вырвал его.
Порохов тоже не стоял столбом и моментально отвесил черту прямой удар справа в голову. Я ожидал, что врагу и этот удар нисколько не навредит, но, к моему удивлению, всё вышло наоборот — в следующий миг он оказался лежащим на полу.
Похоже, удар стальным кулаком, который был усилен приводами экзоскелета, сделал своё дело гораздо лучше, чем пулемётные пули. Последние, видимо, из-за высокой скорости полёта, не могли преодолеть непробиваемый силовой щит. А вот удар рукой такой скоростью не обладал. Поэтому и достиг цели.
Разумеется, после того, как чёрт оказался на полу, «Порох» не остановился. И, выставив вперёд уцелевший пулемёт, дал очередь буквально в упор. Силовой щит врага отреагировал таким мощным всполохом искр, что ими засыпало чуть ли не весь пол.
Но опять это продолжалось недолго — чёрт снова применил телепортацию. В этот раз он материализовался с другой стороны от «Пороха» и сразу же попытался схватиться со ствол второго пулемёта.
Тут на помощь подоспел я. Стрелять я не стал, опасаясь, что могу зацепить командира. Энергетическими конечностями бить черта тоже не решился — мне двух попыток было достаточно, чтобы извлечь урок. Я решил действовать по классике — разбежавшись, врезался в черта стальным плечом. Тем, которое не было поцарапано когтями.
Тем самым я буквально пригвоздил врага к стене. Мне показалось, что тот даже на миг потерялся от полученного удара. И этого мига хватило, чтобы Порохов добавил ему по морде стальным локтём.
— Ваа-аААаа, — раздался в этот момент вопль диких, которые выбегали из коридора.
— Прикрой, — услышал я в голове просьбу командира.
Оставив «Пороха» и черта разбираться тет-а-тет и, надеясь, что последний не решить снова напасть на меня со спины, я прыгнул навстречу появившимся заражённым. Их было немного — около двадцати. А тактику противостояния подобным группам я отточил совсем недавно — перед посещением оружейной лаборатории.
Превратив свои энергетические конечности в лезвия, я пошёл вперёд, совершая ими размашистые удары. Никто из врагов не выстоял — кого-то разрубило пополам, кому-то голову снесло. Другим были нанесены настолько глубокие порезы, пережить которые было невозможно.
Управившись с дикими, глянул на командира. Тот продолжал сражаться в чертом в рукопашную. По непонятной мне причине, враг почему-то больше не пользовался телепортом. Вместо этого он пытался одолеть Порохова в схватке один на один. Может, у него мана закончилась?
Казалось бы, силы были совершенно неравными. Количеством цветных элементов чёрт превосходил «Пороха» в разы. Но, благодаря экзоскелету, командир нисколько не уступал ему и сражался с противником на равных. Что ж, вовремя мы нашли эти костюмчики. Не будь подобного на мне, я мог бы уже давно выбыть из этой битвы. Ведь броня неплохо защитила меня от ударов. Не считая, конечно, плеча.
Присоединиться к Порохову я пока не мог, ведь враги в коридоре ещё оставались. Сейчас к нам приближалась ещё одна группа диких вперемешку с рядовыми чертям.
С ними я церемониться не стал. Решил, что уничтожить их надо максимально быстро. А для этого будет очень кстати применить против них «Гнома». Но, чтобы достигнуть наилучшего результата, для начала я бросил на ход противникам светошумовую гранату. А сам тем временем в один прыжок оказался у бочек, на которых лежали заготовленные барабанный гранатомёты.
Яркая вспышка озарила коридор. Враги завыли, чтобы было дури. Черти, ползущие по потолку и стенам, сразу же грохнулись на пол. А я уже щёлкал спусковым крючком «Гнома».
Шесть фугасных выстрелов обрушились на обездвиженных тварей. Один за другим прозвучали взрывы, после которых в коридоре не осталось ни единой живой души.
Что ж, одна угроза, похоже, нейтрализована. Все дикие и рядовые черти истреблены. По крайней мере, красных точек на радаре, кроме той, что принадлежала последнему противнику, больше не наблюдалась.
— Макс, помогай, — услышал я в голове слова «Пороха».
Тот, пока я отвлекался, похоже утратил свою инициативу. За это время чёрт таки сумел вырвать второй пулемёт с его руки. И очень солидно обработал когтями экзокостюм Порохова. Причём настолько, что, казалось, не было ни одного места, куда чёрт не ударил.
И тут командир падает на спину. А чёрт уже прыгает на него сверху, чтобы закочить начатое.
Я успел в самый последний момент — когда чёрт, навалившись на «Пороха», уже замахнулся когтистой лапой. Я ухватился за эту самую лапу и направил её врагу за спину, пытаясь сломать. Сил для этого, разумеется, у меня не хватило, но вот развернуть черта, чтобы тот оказался спиной к Порохову, мне удалось.
Я прыгнул чуть вперёд, чтобы самому не попасть под вражеские когти. Чёрт, как я и планировал, увязался за мной. Но внезапно сзади его обхватил Порохов.
Вырваться из захвата черту не составило труда. Но, перед тем, как он это сделал, я успел запихнуть ему прямо в пасть светошумовую. И даже врезал по шерстяной морде, чтобы мутант проглотил «наживку».
В следующий миг чёрт, вместо того, чтобы продолжить сражение, схватился за свою шею. Похоже, «флэшка» застряла у него в горле. Он даже попытался извлечь гранату с помощью своих когтей.
Но не успел.
Раздался оглушительный взрыв. Пасть черта частично разорвало, шея обагрилась кровью. Голова начала заваливаться на бок. Похоже «флешка» разорвала мышцы, которые удерживали её. Чёрт попытался удержать свою голову на месте, чтобы та не отвалилась.
В следующий миг во все стороны от него рванули фантомы. Но тут же погасли, не отдалившись даже на метр. После этого он на секунду исчез, а затем появился на том же самом месте. Похоже, я был прав — у него и впрямь закончилась мана. Поэтому он и сражался с Пороховым в рукопашной.
Смотреть на предсмертную агонию противника мы долго не стали. Мощным пинком, «Порох» уложил его на пол. Стрелять тоже не торопились. Ведь у того мог остаться силовой щит.
Чтобы выстрел дал результат наверняка, я подошёл к противнику и вставил в его чёртову пасть ствол автоматического дробовика. А затем нажал на спусковой крючок.
В принципе, хватило бы и одного выстрела. Но я для верности сделал пять.
После этого ещё какое-то время тело черта вздрагивало. Нам даже показалось, что он вот-вот оживёт. Но затем под ним показалась лужа с чёрной основой.
— Ну вот и всё, — облегчённо выдохнув, я присел на ближайшую автомобильную покрышку.
Боль в порезанном плече занялась с новой силой. Усталость накатила такая, что захотелось прямо здесь уснуть. Так же ныла спина, по которой за бой я получил дважды. Переборов себя, я поднялся, чтобы дойти до своего рюкзака и достать из него аптечку и бутылку с водой.
— У меня нет слов, — услышал я голос «Крота». — Ребята, вы нереальные звери. Я такое даже в кино не видел.
Но я его не слушал. Всё моё внимание поглотил «Порох». Его экзоскелет затрещал приводами, раскрывающими костюм. С бледным лицом он выскочил наружу и тут же полез в свою аптечку за обезболивающим.
— Снова накрыло? — спросил я, наблюдая, как тот с помощью шприц-ручки делал себе укол в ногу.
— Ещё бы чуть-чуть… — еле живым голосом ответил он.
Молча просидели минут пять в ожидании, когда подействуют обезболивающие. За это время я обработал свою рану. Три линии пореза на моём плече оказались довольно глубокими. Но не настолько, чтобы вывести меня из строя. Я даже задумался над тем, что это первая моя по-настоящему боевая рана.
— Ну что? — лицо командира снова оживилось. Но в голосе всё-равно угадывались отголоски были. С командиром явно что-то не так. Может, зря я заставил его собирать цветные элементы?
— Что? — ответил я вопросом на вопрос. Думать над его загадками сейчас как-то не хотелось.
— Знаешь, что будет дальше? — продолжил он намекать.
А, ну это понятно.
— Конечно, — улыбнулся я, понимая, какую фразу сейчас скажет командир. Он после каждого боя её повторяет. — Собираем всю основу и двигаем дальше?
— Именно так, — натужно рассмеялся «Порох». Затем он попытался встать на ноги, но тут же вернулся на исходную. — Впрочем, посидим ещё минут десять.
— Поддерживаю, — согласился я и полез в сумку в поисках того, чем можно перекусить.
Как говорят солдаты, война войной, а обед по расписанию…
— Открыть огонь по еретикам! — во всю глотку заорал Император Пётр. Остриём своего огромного меча он указывал на шахту, где находились незваные гости. — Меганобы, никого не щадите! Убить их всех!!!
Меганобами выжившие называли средние экзоскелеты, которые они обнаружили в одном из выставочных павильонов. Там же они нашли огромное количество другого оружия и боеприпасов, благодаря которым смогли продержаться против тварей почти два месяца по меркам аномального времени.
Пять операторов экзоскелетов дали гранатомётный зал в направлении пришельцев из мёртвых земель (как считали здешние выжившие). Потолок шахты начал осыпаться. А вскоре он и вовсе обвалился, похоронив под собой всех, кто там находился.
— И так будет с каждым, кто с мечом придёт в Империум, — снова заголосил Пётр, когда пыль немного осела.
С торжеством победы в глазах Император смотрел на завал. Он считал, что только что спас своё племя от страшного врага. И это заставляло его гордиться собой.
Но, когда он повернулся в сторону своих людей, наткнулся совсем на не благодарные взгляды. На него смотрели полсотни пар глаз, в которых явно читалось недоумение.
— Вам что-то не нравится? — повысив голос, спросил Император. — Вы недовольны тем, что я очередной раз вас спас?
Повисла гнетущая тишина. И только скрежет механизмов на экзоскелетах был слышен. А ещё какой-то странный шорох под завалами.
— Похоже, вы забыли самое главное, — спустя пару минут продолжил Пётр. — Мы остались одни на этой планете. И нам предстоит долгий и трудный путь, чтобы построить Империум…
— Император, — вдруг один из людей набрался смелости перебить своего повелителя. Чем сразу же получил недобрый взгляд от последнего. — Никто в тебе не сомневается. Два месяца мы плечом к плечу сражаемся против зомби. Мы вместе пережили все атаки этих тварей. Убили бесчисленное количество врагов…
— Ближе к сути, — недовольно произнёс Пётр. — Раз ты посмел меня перебить, так изложи свои слова, как можно лаконичнее.
Смельчак замешкался. Казалось, он не решится продолжить свою речь. Но, собравшись с духом, он шагнул вперёд и снова заговорил:
— Там, — показал он дулом своего «Корда» в сторону заваленной шахты, — были не зомби. Это были люди. Такие же, как мы. До этого мы всегда спасали людей. Что изменилось?
— То, что они пришли из мёртвых земель, — нашёл, что на это ответить Император. — А там, как сказала наша Богиня, живых не осталось. Следовательно, пришельцы вводили нас в заблуждение своими сладкими речами.
Богиней Пётр (и все остальные) считали призрак астероида, что являлся к ним в образе прекрасной девы. Но никто из выживших не понимал того, что она говорит. И тогда Пётр решил воспользоваться этим. Он объявил, что может общаться с Богиней и трактовать её слова на понятный простым смертным язык. Так он и стал Богом-Императором.
Но, разумеется, всё это была его выдумка. В итоге он так заигрался, что со временем и сам поверил в свой обман.
— Они сказали, что мир жив, — набрался смелости ещё один человек и шагнул вперёд. — Наша страна на месте. Наши родные…
— Хватит!!! — рявкнул Император. — Вы ходите по острию меча. Еще пару неверных слов и я объявлю вас еретиками!
— Себя лучше объяви, — неожиданно раздался незнакомый женский голос за спиной Петра.
В следующий миг на станции внезапно загорелись лампы. Вся толпа выживших от неожиданности ахнула.
Пока все отвлекались на лицезрение появившегося из ниоткуда электричества, Император получил мощный удар чем-то невидимым по руке. Рукоять меча из его ладони тут же выскользнула. После такой же удар пришёлся ему по ногам и Пётр упал на спину. А затем последовал третий невидимый удар прямо в лицо. И был он такой сильный, что Петру показалось, что ему по носу ударили подошвой сапога.
— Богиня недовольна вами! — снова послышался женский голос из пустоты.
Затем что-то невидимое схватило Петра за руку и потащило в сторону толпы. Люди в страхе начали расступаться. Никто не посмел оказаться на пути, как они думали, их Богини.
Да и самим Петром овладел неподдельный страх. Он так хорошо вжился в свою роль, что сейчас и впрямь поверил, что чем-то разгневал свою Богиню. И потому даже не пытался сопротивляться.
Все выжившие продолжали следить, как невидимка волочит по пыльному перрону их Императора. Все были так напуганы, что никто и не подумал поднять своего оружия.
— Все мордой в пол!!! — а это уже раздался грубый мужской голос.
Пока выжившие смотрели на Петра, они пропустили появление группы вооружённых людей в военной форме. Зашли они с тыла. И потому не дали выжившим ни одного шанса на сопротивление.
Хотя один из людей в экзоскелете попробовал направить свои орудия на прибывших солдат, но тут же получил разряд молнии от одного из пулемётчиков.
— Только дёрнитесь! Всех испепелю! — разразился криком Борис и, в подтверждение своих слов, ударил молнией в ближайшую стену. — Мордой в пол! Живо!!!
— Дальше я сам, «Ведьма», — «Кулак» в один прыжок оказался возле Петра и сразу же надавил ему на шею подошвой ботинка. После этого он грозным взглядом обвёл всех людей и добавил. — Последний раз предупреждаем. Все. Мордой. В пол.
— Спасибо, мужчины, — профессор Бессмертный даже не пытался скрыть того, насколько он был растроган. Он говорил по голосовой связи и потому я его не видел. Но я прям представлял, как из его глаз текли слёзы. — Вы… Вы всех нас… Спасли. Пятьсот человек… Спасибо вам.
Признаться, меня его слова пробрали до глубины души. Без ложной скромности можно сказать, что за последние недели мы спасли много человек. Но почему-то только сейчас я действительно ощутил всю полноту нашего поступка.
Сказать честно, это сильно вдохновляло. Так и хотелось сделать ещё что-нибудь этакое.
— Ещё не всё сделано, профессор, — а вот «Порох» не проявлял никаких эмоций. Только изредка держался за своё плечо. Похоже, в этот раз боль его не хотела отпускать даже после укола. — Нам ещё нужно выбраться отсюда. А потом вытащить и вас.
Только вот перед продолжением пути у нас с командиром был весьма серьёзный фронт работ. Ведь коридор, в котором мы расстреляли орду тварей, был полон не только их мертвых тел, но чёрной основы с цветными элементами. И всё это было необходимо собрать, как можно скорее. Ведь с каждой секундой ресурсов там становилось всё меньше. Ведь, как я знал, элементы имели свойство постепенно испаряться.
Но для начала соберу лужу, которая осталась после чёрта 59-го уровня. К тому же мне хотелось проверить теорию «Крота» насчёт баланса системы. Он предположил, что награда сильно зависит от уровня противника и сложности победы над ним. Мол, чем труднее выдалась битва, тем больше цветных элементов после врага останется. Вот сейчас и посмотрим, сколько я получу за столь грозного противника.
Порохов не стал возражать насчёт того, что я решил прикарманить ресурсы главного черта себе. Более того, он сказал: «Кто, если не ты?». Таким образом, получив одобрение командира, я положил ладонь в чёрную лужу. Почему-то я чувствовал, что нужно собрать цветные элементы вместе с основой.
Увидев данную сводку, я невольно раскрыл рот. Вот это прибавка. Я в четыре раза меньше получил за убийство ста двадцати диких 20-го уровня. А тут всего один и столько ресурсов. Впрочем, этот чёрт в соло доставил нам гораздо больше проблем, чем все остальные заражённых, которых мы встретили в этом бункере. Похоже, теория «Крота» оказалась верной.
Также я заметил, что количества полученных цветных элементов было чуть больше, чем оставалось свободного места у меня в резервуаре. Выходит, что некое предчувствие меня только что спасло. Возьми эти элементы энерго-рукой и мой мозг тут же поджарился бы.
Словно в подверждение моей догадке, я увидел в дальнем конце коридора призрачный силуэт астероида. Даже отсюда мне показалось, что на его лице было отражено горькое разочарование. А затем он и вовсе испарился.
— Неплохо, — услышал я одобрительные слова «Пороха». — Серьёзная прибавочка. Теперь тебя можно выпускать одного против любой орды тварей.
На слова командира я лишь улыбнулся. Хотя они мне показались малость подозрительными. Что то было не так в его фразе. Сначала я не понимал, почему я так решил. Но затем, глянув Порохову в глаза, мне всё стало ясно.
— Погоди-ка, — протянул я, продолжая сверлить «Пороха» взглядом. — А как ты узнал, сколько я элементов получил? У тебя же нет визора.
— Ловкость рук, — отшутился Прохор. — Точнее, ловкость глаз. Ну или мозга моего. Я сильно не разбираюсь в этих «анатомиях».
— О чём ты? — не устроил меня ответ командира.
— Да всё просто, Макс. Чего ты завёлся? — отмахнулся тот. — Вместе со способностью перемещать цветные элементы я начал видеть их количество. Разумеется, никакого удобного интерфейса, как в визоре, у меня нет. И я не вижу уровней, но вот количество чёрной основы и других элементов могу теперь определить у каждого. Наверное, у каждого. По крайней мере, пока осечек не было.
— И ты об этом молчал? — цыкнул я.
— Не вижу в этом ничего преступного, — снова отмахнулся Порохов. — Меня куда больше беспокоит, что плечо продолжает болеть даже после укола обезболивающего, — он помассировал больное место. — Да и вообще всё тело ноет. Вот это проблема, «Инженер». А эти элементы… п-фф.
— Мда-а, товарищ капитан, — мне стало немного не по себе. Показалось, что я перегнул с давлением на командира. И впрямь, чего я завёлся из-за его «взгляда» на элементы? — К врачу тебе надо, а не вот это вот всё.
— Надо, — кивнул тот. — Но для начала соберём оставшиеся ресурсы.
По информации «Крота» всего в коридоре мы уничтожили 927 диких и 83 черта. Последняя цифра немного не сходилась с той, которую озвучил профессор Ногтев, когда его спросили, сколько всего может быть чертей на базе. Но признаков того, что кто-то их них ещё остался не наблюдалось. Мы даже ещё пару раз включали сирену, чтобы в этом убедиться. Но никто и так не пришёл. Похоже и впрямь мы перебили всех тварей в этом бункере.
Благодаря способности Порохова, сбор элементов много времени не занял. Он буквально за пять минут распределил все ресурсы между нами. Причём, я настаивал, чтобы он отдал мне лишь пятую часть, а всё остальное забрал себе. Я считал, что так было бы справедливо. Ведь мне досталась основа с главного черта.
Тем не менее, командир меня не послушал и распределил всё поровну.
В итоге результат получился таким (причем в эту сводку попали и те элементы, которые «Порох» передал мне, когда восполнял мою ману):
Как и ожидалось, ресурсы почти с четырех сотен заражённых были безвозвратно утеряны. Это произошло вследствие того, что мы хорошенько гранатами поработали. А основа уничтожается взрывами. Да и сами твари, как я понял, немало ресурсов забрали с убитых собратьев. В коридоре им ведь тесно было. Вот и наступали в лужи постоянно.
— Поздравляю с первыми тысячами, — оценил Порохов мои характеристики.
Впрочем я и сам был этим впечатлён. Сила умения и мана, наконец-то, перевалили за тысячу. Если делать грубую оценку, то теперь я могу обходиться и вовсе без огнестрельного оружия. Я и до этого был способен выкашивать целые группы врагов в одиночку. А теперь, наверное, могу дать отпор и сотням тварей. Разумеется, при условии, что все они будут в среднем 20-го уровня.
Остальные характеристики тоже внушали много оптимизма. Только вот, как и в случае со способностью, с ними мне тоже придётся разобраться. Ведь, к примеру, я банально не знаю, какой вес теперь могу поднимать. Какие удары могу выдержать. Сколько пробежать без отдышки смогу. Безусловно, я чувствую, что стал сильнее. Но хотелось узнать предел своих возможностей.
Пожалуй, по возвращению на базу нужно будет устроить себе тщательный тест-драйв. Как минимум, нужно будет пробежать марафон в полной выкладке и потягать железо в тренажерном зале. Интересно, какой вес я сейчас смогу поднять жимом лёжа?
Порохов после недавних боёв тоже неслабо поднаторел:
Хотел бы я посмотреть, как быстро командир теперь бы справился с диким 25-го уровня. В прошлый раз с подобным он провозился почти минуту. А теперь, когда его характеристики выросли в пять раз, думаю, этот результат сильно бы улучшился.
Экзоскелет «Пороха» пришлось бросить возле стрельбища. Больше он не был годен для эксплуатации. Впрочем, в оружейной лаборатории командир подобрал себе новенький. Как говорят автолюбители, не битый, не крашенный.
Я же остался в прежнем костюме. Разве что под руководством Бессмертного заменил повреждённую пластину. Оказалось, что броня на леком экзоскелете меняется на раз-два. И для этого совершенно не нужны специфические знания.
Новый пулемёт оставил себе, как основное оружие. Уж больно он мне пришёлся по душе. Мы даже подумали над тем, чтобы дать ему какое-нибудь название. Ведь не солидно такому благородному оружию быть без имени.
«Порох» сначала предложил назвать его — «Коса». Мол, он прямо создан, чтобы косить тварей. Но профессор Бессмертнов запретил его так называть. Как он уточнил, у него это название ассоциируется с «Циркулярной пилой» времён второй мировой. А он не хочет подобных сравнений.
«Крот» предложил вариант — «Пожиратель тварей». Но тут против были все. Хотя, отдать должное оператору, в этом названии что-то было.
В итоге остановились на простом и лаконичном «Жора». Как минимум из-за того, что никто не был против. Хотя профессор отметил, что это название не окончтельное и этот вопрос ещё остаётся открытым.
Не забыли захватить и всё остальное оружие, включая гранатомёт «Гном». Даже взяли с собой пожарный топор. Он нам пригодится, когда нужно будет рубить осколок, чтобы отключить здешнюю зону от связи с астероидом.
Сам же астероид (вернее, его призрак) сопровождал нас весь оставшийся путь до лестницы, ведущей на поверхность. Шёл он молча. На вопросы не отвечал. И в целом выглядел так, будто был чем-то расстроен…
И вот, полностью экипированные, мы добрались до нужной двери. Порохов, не думая, сразу же выломал её стальной рукой своего экзоскелета. Хотя, как позже сказал «Бессмертный», она открывалась одним хитрым способом, который был известен нескольким сотрудникам секретной базы. Ему в том числе.
— Раньше надо было об этом говорить, — хмыкнул я и, перешагнув через раскуроченную металлическую дверь, первым прошёл в техническое помещение, где и находилась ведущая на поверхность лестница.
Сначала поднимались молча, прислушиваясь к скрипу железной лестницы, что обвивала собой лифтовую шахту. Затем командир, похоже, решил, что слишком скучно идти без разговоров и решил разбавить обстановку монотонного процесса подъёма.
— Классный мишка, — обратил внимание он на плюшевую игрушку, что висела на моём рюкзаке. — Где взял?
Сначала я пропустил мимо ушей реплику «Пороха», но затем до меня дошло сказанное им.
— То есть… в смысле, где взял? — я даже остановился и повернулся к «Пороху», чтобы задать этот вопрос.
— Ну да, — непринужденно ответил тот. — Где взял? В «Десткий мир» где-то успел зайти?
От его слов внутри меня аж что-то рухнуло. Как будто случился сон, во время которого падаешь с огромной высоты и в самый последний момент просыпаешься. Вот только это всё я ощутил наяву.
Он что, хочет сказать, что не видел девочку, которая подарила мне этого мишку?
Несколько секунд мы молча смотрели друг другу в глаза. Но затем Порохов в голосину расхохотался и пристукнул меня кулаком по плечу.
— Да ладно тебе, «Инженер», — шучу я.
«Несмешная шутка», — хотел я сказать, но в последний момент скорректировал свою фразу и сказал так:
— Да ты охренел что ли так шутить? — выдал я. — В наши дни ведь такое запросто могло произойти.
— Ахахаха, — продолжал смеяться командир. — Ладно, Макс, шевелись уже. Нас заждались там, наверху.
И снова мне его слова не понравились. Они были с каким-то двойным смыслом. Причём один из этих смыслов мне был совсем не по душе.
Я, конечно, знал, что Порохов любитель пошутить вот таким образом. И довольно часто его даже в чёрный юмор уносило. Но вот сейчас он превзошёл самого себя. До сих пор мне не по себе от этого.
— Слыш, профессор, — спустя пару минут снова активизировался «Порох». Только в этот раз он решил поговорить по голосовой связи с нашими операторами. — Если серьёзно, а откуда дети на этой базе? Насколько я знаю, на режимных объектах несовершеннолетним не место.
— Какие дети? — со смешком переспросил Бессмертнов.
— Не смешно, — тут же отреагировал я.
Нашлись тут, юмористы.
— Есть, как минимум, три причины, — не придав значения моему замечанию, продолжал профессор. — Во-первых, не все учёные соглашаются на работу в столь отдалённых местах без своих семей. Как правило, с такими специалистами быстро прекращают вести диалог и больше не приглашают на данную работу. Но есть исключения. Это такие высококвалифицированные кадры, которых заменить невозможно никем. Во-вторых, есть одарённые дети, которым неуютно обучаться в обычных школах. Некоторых из них тоже привлекают в подобные места. И тут они получают очень нестандартное образование, а затем из них вырастают настоящие гении. Не всегда, конечно, но часто.
— Хотите сказать, что некоторые работники жили на базе вместе со своими семьями? — удивился я.
— Нет, семьи, как правило, живут в отеле, в который вы сейчас направляетесь, — ответил «Бессмертный». — Но и тут бывают исключения. Например, та девочка, которая подарила вам игрушку. Это единственная дочь… — на это месте профессор запнулся. — В общем, у этой девочки и раньше не было никого, кроме мамы. А теперь она и вовсе осталась одна.
От слов Бессмертного аж кошки заскребли на душе. Порою на самые простые вопросы бывают настолько сложные ответы, что даже жалеешь, что спросил.
Но Порохов и не думал останавливаться. И потому продолжал задавать вопросы:
— А в третью категорию кто входил?
— Это ещё печальнее история, — голос профессора к этому моменту уже полностью пропитался грустью. — В третью категорию входили люди (не только дети) с неизлечимыми болезнями. Для них здесь были созданы условия, чтобы они смогли прожить, как можно дольше. А, если повезёт найти лекарство…
В этот момент связь пропала. А дрон, летевший вслед за нами, грохнулся на ступени.
— Что ж, — посмотрев на разбитый квадрокоптер, обыденным голосом произнёс командир. — Похоже, мы уже близко к поверхности.
Обрыв связи не стало чем-то удивительным простой причине, что нас предупреждали об этом. Нам заранее сказали, что как только мы поднимемся до определенной отметки, связь с людьми из бункера.
Следовательно, до выхода на поверхность нам осталось не больше десяти лестничных пролётов.
Оставшийся путь мы преодолели без шуточек Порохова. Да и вообще в этот момент было не до разговоров. Я всё размышлял над словами профессора. Никогда бы не подумал, что бывают вот такие случаи. В то время, как одни люди живут самой обычной жизнью (ходят на работу, заводят семьи), другим приходится жить на секретных базах.
Осталось пара лестничных маршей. Сердце в груди колотилось так, что вибрация расходилась по всему телу. Вот-вот настанет момент, к которому мы так долго шли. Ради которого преодолели столько препятствий.
Я почти не сводил глаз со списка участников нашего отряда. Я всё ждал, когда те подсветятся зелёным и с ними можно будет связаться.
И вот лестница была позади, а мы оказались в небольшом фойе. Это помещение предназначалось для того, чтобы скрыть от посторонних глаз лифт и лестницу, ведущие в подземнуй бункер.
Ещё одна дверь и мы выйдем в служебные помещения для сотрудников отеля.
— Готов? — Порохов подошёл к двустворчатой двери. Прислонился к одной из створок стальной ладонью, в готовности толкнуть её.
— Открывай, — ответил я. И на всякий случай снял оружие с предохранителя.
Выжившие на Comic Con буквально опешили при виде заставших их врасплох солдат. Несмотря на то, что и сами они вот уже почти два месяца держат в руках оружие и привыкли к сражениям, эти военные заставили их испугаться, как никогда.
Десяток стволов прямо сейчас были направлены в их сторону. И держали это оружие люди с такими уверенными лицами, что без лишних слов было понятно — эти ребята не шутки шутить сюда пришли. А от одного из них так и вовсе постоянно срывались кривые росчерки молний, что придавало прибывшим бойцам ещё более устрашающий вид.
Но больше всех пугал, пожалуй, даже пулеметчик, управляющий электричеством. А огнемётчик. Этот парень явно давал понять, что огонь не пуля. Пламени избежать не получится ни у кого. И потому в случае неповиновения не уцелеет никто.
— Так-то лучше, — проговорил «Кулак», глядя, как полсотни выживших начали опускаться на землю. На ногах оставались только люди в экзокостюмах.
— А нам что делать? — спросил один из операторов такого костюма.
— Не шевелиться, — сразу же ответил ему капитан Кулаков. А затем по голосовой связи обратился к Фёдору. — Разводной, взломать системы их костюмов можешь, чтобы они чего не учудили?
— Нет, — ответил «Ключ», — я же не хакер.
— Так, вы, пятеро, — кивнул «Кулак» на тех, кто был в экзоскелетах. — Стоите на месте и не шевелитесь. Чуть что, и наш «Рейден» сразу поджарит вас молнией? Усекли?
Те сразу же подтвердили ясность полученной команды и замерли.
Никто из выживших на Comic Con даже не пытался оказать сопротивления. Несмотря на закалку в боях против тварей, сейчас они впервые увидели направленное на них огнестрельное оружие. И это это подействовало на них лучше любого словесного убеждения. Ко встрече с противником, который может стрелять в ответ, выжившие явно не были готовы.
Даже явное численное преимущество не заставило их дать отпор. Более того, они даже забыли, что и сами обладают сверхспособностями. Впрочем, далеко не всем им достались боевые навыки.
Также не стоит забывать, что сказался и эффект от речи «Пороха», которую они услышали перед тем, как шахта обвалилась. Тот им поведал, что мир по-прежнему жив. Что можно вернуться к родным. И, как бы они не погрязли в создании нового общества, шанс вернуться домой в один миг отрезвил многих из них.
Затем солдаты забрали всё оружие выживших и складировали его в одном месте. Связывать никого не стали, так как никто не оказывал сопротивления. Исключением был только Пётр. Тот сразу же получил тройную порцию пластиковых хомутов себе на руки.
— А теперь перейдём к вашему крикуну, — «Кулак» поднял голову Петра за подбородок и посмотрел ему прямо в глаза. — Ну что, Император, давай рассказывай, что за Империю ты тут решил построить?
— Империум, — сквозь зубы процедил тот. Его усадили на пустой ящик из-под патронов, а руки закинули за спину. Для надёжности ноги ему тоже связали.
— Да насрать мне на правильность терминов твоего бреда, — хрустнув костяшками, произнёс Андрюха. — Тебя бы грохнуть прямо здесь, тварь! Ты хоть понимаешь, что ты натворил⁉
«Кулак» с каждым словом всё больше терял контроль над собой. Казалось, что вот-вот Петру прилетит прямо по ухмылке.
— Товарищ капитан, — вмешалась в процесс допроса Анна, заметив, что «Кулак» вот-вот сорвётся. — Держите, пожалуйста себя в руках. Вы обещали. Мы пришли спасать этих людей, а не убивать.
— Серьёзно? — недовольно выругался в ответ Андрюха. — И вы так говорите, несмотря на то, что по вине этого ублюдка только что погибло трое наших?
— Я не оправдываю его, Андрей, — настаивала на своём Анна. — Но он связан. И дальнейшую его судьбу будем решать уже не мы. Нам остаётся только передать его в соответствующие органы.
— Что вы несёте, туземцы? Какие ещё органы? — попытался Пётр говорить в своей прежней высокомерной манере.
— Под суд пойдёшь, гнида, — капитан едва сдержал свой порыв врезать пленнику по физиономии. — Люди пришли спасть вас, мразь неблагодарная. А ты убил их. УБИЛ!
— Нас не надо спасать, — рассмеялся тот. — Это вам спасение требуется, еретики.
— Похоже, у него серьёзная травма головного мозга, — усмехнулась «Милаха». А затем обратилась к остальным выжившим. — Вы такие же поехавшие, как он? Или с вами ещё можно работать?
— Можно, — заголосили те наперебой.
— Мы нормальные.
— Только он.
— Не убивайте, пожалуйста.
— Закрыли рты! — рявкнул на них «Кулак». — Ещё раз! Для «особо одарённых». Мы пришли вас спасать, а не убивать. Но этот, — он шлёпнул ладонью Петра по щеке. — И те, кто стрелял из гранатомётов в нас, без наказания не останутся.
— Мы не виноваты, — тут же заговорили операторы экзоскелетов.
— Мы команду просто выполняли…
— Император… то есть Петя… мы не могли ослушаться.
— Да, он же с Богиней может говорить, — сказал кто-то из лежащих. — А мы не можем.
Тут вперёд вышла Ольга, которая ранее сыграла роль этой самой Богини.
— Богиня, говорите? — выкрикнула «Ведьма». Она уже догадывалась, кого они так называли. — Сказать вам, кому вы тут поклоняетесь?..
Но продолжить свою речь она не смогла. Так как в этот момент осколки, которыми была завалена шахта, буквально взорвались. Самый большой каменный кусок тут же прилетел прямо в один из экзоскелетов и раздавил его о стену. Ещё несколько упали на лежачих выживших. Троих убило на месте.Также не сильно задело одного из членов отряда «Кулака».
А затем в образовавшемся проёме шахты показалась фигура гориллообразного монстра в костяной броне. А вместе с ним на станцию хлынула орда диких.
— Все к оружию!!! — заорал «Кулак».
Прибывшие солдаты, забыв про пленников, тут же бросились вперёд, чтобы дать отпор ворвавшимся тварям.
— И вас касается, — рявкнул капитан на лежащих выживших. — Все к бою!
Порохов аккуратно приоткрыл одну из створок дверей, которая, к нашему удивлению, оказалась не заперта. В появившемся проёме я заметил пять качающихся силуэтов диких в белых испачканных фартуках. Смотрели они в противоположную сторону и потому нашего появления не заметили.
— Бей их, — дал командир мне мысленную команду. — Только тихо.
Мне было достаточно всего одной энергетической щупальцы, чтобы избавиться от врагов. Призрачное копьё-змея в одну секунду прошло через головы всех тварей. А затем, с его же помощью, я аккуратно уложил противников на пол, чтобы не создавать лишнего шума.
Прошли вперёд и оказались на довольно просторной кухне. Глянул назад. Над дверью, из которой мы вышли, висела табличка: «Овощной цех №2. Посторонним вход воспрещён».
— Хрено-та! — выругался я.
— В чём дело, «Инженер»? — напрягся командир.
— Связи с отрядом всё ещё нет, — ответил я. — А их имена по-прежнему тёмные.
Мы обменялись тяжёлыми молчаливыми взглядами. Говорить вслух о том, что, возможно, наших товарищей больше нет, говорить не хотелось никому.
— А на радаре что-нибудь есть? — спросил меня «Порох», внимательно изучая помещение.
— Радар закончился вместе с дроном, — разочаровал я капитана своим ответом. — Попробуй просканировать местность с помощью своего костюма. У «Ключа» же была такая возможность.
— Я ещё не разобрался, как это работает, — отмахнулся Порохов. — Ладно, работаем по старинке — глазами и ушами. Не торопимся.
Стараясь шуметь, как можно меньше, двинулись к ближайшей двери. Хотя, в наших экзокостюмах быть тихими получалось не очень хорошо.
Покинули кухню и оказались в ресторане отеля. Судя по не самому приятному запаху, который здесь царил, это помещение не проветривали с момента падения осколка.
Подошли к высокими панорамным окнам, чтобы глянуть, что происходит снаружи.
— Вот мы и внутри кольца, — без особого энтузиазма проговорил я.
Не смотря на тёмное время суток, за окнами было светло. Дождь закончился, небо было ясным и полным звёд. А растущий полумесяц в небе светил не хуже чем полная луна. Похоже, это ещё одна особенность аномальной зоны.
Примерно в трёхстах метрах от наших окон виднелась плотная линия кольца из тварей.. Глядя на них, мне казалось, что за время нашего отсутствия ничего не изменилось. Дикие всё так же стояли в ожидании… Впрочем, я без понятия, зачем заражённые организовали это кольцо и почему никуда не уходили. Правда, вопрос на эту тему я знал кому задать. Вот только призрака астероида рядом с нами сейчас не было. Куда он запропастился?
— Как настроение, Макс? — задал неожиданный вопрос Порохов. Чего это на него нашло?
— Бывало и лучше, — не стал я вдаваться в подробности. Хотя, у самого кошки на душе продолжали скрести. Причём стали это делать ещё с большей силой. Я не хотел принимать тот факт, что из нашего отряда, скорее всего, остались только мы.
— У меня так же, — и снова слова «Пороха» меня удивили. Я ведь ожидал, что он сейчас в привычной жёсткой манере пытается подбодрить меня. Но нет. Вместо этого его экзоскелет затрещал приводами раскрытия и Прохор выбрался наружу. А он затем сразу же полез в свою аптечку.
— Зачастил ты с уколами, — глядя, как командир вкалывает себе очередную порцию обезболивающего, прокомментировал я. — Совсем всё плохо?
— Честно? — пристально посмотрел он мне в глаза.
— Да.
— Хочется открыть окно, разбежаться прыгнуть вниз.
Я ещё раз глянул за окно. Высота была небольшой.
— Сомневаюсь, что ты разобьёшься, сбросившись с третьего этажа, — попробовал я отшутиться. Хотя подобные мысли командира меня очень пугали.
— Помнишь, «Инженер», что я говорил по поводу своего поведения? — пропустил тот мою шутку мимо ушей.
— Да, — опустил я голову, вспоминая, что Прохор просил либо вырубить его, если он начнёт сходить с ума, либо…
— Настройся морально к этому, Макс, — он кинул в сторону опустевший шприц-ручку, подошёл ко мне, положил ладони мне на плечи и твёрдым голосом продолжил. — У меня крыша начинает откисать. Эти чёртовы обезболивающие больше не помогают. В рту привкус железа. И знаешь что? Я хочу буквально жрать металл. Смотрю вон на те ложки и вилки и еле сдерживаю себя от того, чтобы ими не перекусить, — он помолчал несколько секунд. — Похоже, время пришло, «Инженер». У меня крыша съезжает с огромной скоростью. Будь готов в любой момент меня… нейтрализовать.
— Заткнись уже! — откинул я от себя руки командира. — Хорош уже раскидать! — я глянул по сторонам, ища глазами призрак астероида. Хотелось задать ему вопрос, почему Порохову так хреново и как с этим бороться. Но того не было. — Задание выполним и всё будет нормально.
— Что будет нормально? — повысил он тоже голос. — Что нормально, «Инженер»? Думаешь, мне станет легче после этого? Да хрена с два! Даже уколы не помогают, — затем он снова сбавил тон. — Не подведи меня. Я не хочу стать, как эти вон, — он показал рукой на кольцо диких, среди которых виднелись силуэты башней. Точнее, рыцарей, — Я видел, что будет со мной, если я стану рыцарем. Ничего хорошего в этом нет.
Отвечать ничего я не стал. Вместо этого я присел на ближайший стул и закинул голову назад. От осознавания того, что мне придётся сделать, если Порохов и впрямь окончательно сбрендит, у меня аж голова пошла кругом. Я не мог этого принять. Нет. Должен быть другой выход.
— Погоди-ка… — вдруг озарила меня одна мысль. — Помнишь, как мы заходили в жилой сектор?
— Это тут причём? — не понял моего намёка «Порох.»
— Я же тебя туда буквально на руках тащил, — напомнил я командиру. — Но затем ты не с того ни с сего отказался от моих услуг. А потом и вовсе забыл, что у тебя что-то болело. Помнишь?
— Допустим, — задумался Прохор. Но самостоятельно завершить мою мысль ему не удавалось. Видимо, боль не давала ему мыслить трезво.
— Короче, — не стал я его больше томить, — в жилом секторе аномальной зоны не было. Что, если твоя боль как раз из-за того, что ты находишься в зоне?
— Хрень это всё, — хмыкнул «Порох». — На нашей базе тоже зона. Но там не было ничего подобного.
И впрямь. Командир на базе не жаловался. Только вот есть один нюанс.
— На нашей базе немного другая зона, — я вскочил со стула, а затем схватил с экзоскелета «Пороха» пожарный топор, который мы прихватили с собой с одной лишь целью — постучать им по осколку. — А если мы…
— Изменим и эту зону? — закончил за меня командир.
— Совершенно точно, — кивнул я.
Командир какое-то время смотрел на меня с недоверием. Казалось, он не поддерживал мою идею о том, что ему станет легче после того, как мы разрушим связь этой зоны с астероидом.
— Впрочем, — глубоко вздохнув, он полез обратно в свой экзоскелет, — нам всё равно идти к осколку, — оказавшись внутри, он добавил. — Но следи за мной внимательно, «Инженер». Я на тебя надеюсь.
Я же на его последние слова обращать внимание не стал. Вместо этого залез в план Рязань-ЭКПО, чтобы проложить путь к вероятному месту нахождения осколка.
— Он недалеко, — изучив карты, произнёс я. — Через пять минут будем там. Пошли.
Уже не особо следя за шумом, который создавали железные подошвы наших экзокостюмов, мы заспешили в зону, где находился осколок.
Как ни странно, помещения, по которым мы двигались, имели довольно обжитый вид. Мы встретили огромное количество граффити и даже полноценные картины на стенах. Как правило, на них были изображены персонажи из вселенной Warhammer 40 000. Были нарисованы и брутальные космодесантники, и орки и представители других рас, которые мне были неизвестны.
— Знакомая морда лица, — остановился «Порох» возле одной из самых красочных картин.
На ней был запечатлён воин в золотых доспехах и нимбом в виде короны над головой. А снизу была подпись — Бог-Император Пётр.
— Тоже где-то его видел, — согласился я. Уж больно было знакомо лицо этого человека. Актёр что ли какой-то?
— Думаешь, с ним я общался перед тем, как шахта обрушилась? — предположил командир.
— Если и так, то есть смысл запомнить эту физиономию, — кивнул я. — Врага надо знать в лицо.
— Если он что-то сделал с нашими ребятами, — выругался «Порох», — ты, «Инженер», даже не пытайся меня удержать. Я его точно грохну. И скажу, что так и было́.
Я не стал комментировать слова командира. Но для себя отметил, что он немного воспрял, когда я предложил идею насчёт осколка.
Куда мы не заходили, повсюду встречались различные тряпки, которые, казалось, прицепили везде,где только это можно было это сделать. Причём все они были характерного красного цвета. Но, самое главное, повсюду было множество стрелок и прочих указателей. И все они направляли именно туда, куда двигались мы.
— Странно всё это, — отметил я момент с указателями.
— А чего ты ожидал? — хмыкнул командир. — Мы имеем дело с фанатиками. Не удивлюсь, если они додумались поклоняться осколку.
Тут мы вышли в довольно большое помещение с огромной дырой в потолке. Судя по всему, в прошлом это был концертный зал. Сейчас же это больше походило на… алтарь?
Возле сцены я сразу же увидел искомый нами булыжник, который был возложен на металлический постамент. От него во все стороны тянулись корни. Они, словно змеи, вились по всему полу, стенам и остаткам потолка.
А вокруг осколка посреди бесчисленного количества свечей на коленях кругом сидели женщины в полупрозрачных платьях.
— Что ты там говорил по поводу фанатиков? — посмотрел я Порохова. — Похоже ты попал в самую точку.
После этого я передал командиру топор и он, приняв его, громко зашагал в сторону осколка со словами:
— Приветствую вас, дамы! Сеанс поклонения окончен.
— Развяжи меня! — во всё горло кричал Пётр. Связанные руки и ноги удержать на месте его не смогли, так как он умел покидать своё физическое тело. И вот уже добрых полчаса, находясь в призрачной форме, он стоял над душой у «Кулака» и требовал, чтобы его освободили.
А тем временем уже примерно час группа солдат плечом к плечу с выжившими на Comic Con даёт отпор рвущейся на подземную станцию орде.
Первый рыцарь, который пробил завал и организовал заражённым путь сюда, нехило так потрепал людей. Один экзоскелет он уничтожил сразу. А, прежде, чем его усмирили, он сумел добраться ещё до четверых людей. К сожалению, никто из них уцелеть не смог.
Затем началась бесконтрольная атака тварей. Нескончаемым потоком они рвались на станцию. Их было очень много. Просто несметное количество. Тем не менее, изначально защитники успешно справились с вражеским натиском. Во многом благодаря тому, что шахта, из которой они лезли, была довольно узкой.
Но вскоре ситуация резко изменилась. Прибывший второй рыцарь сильно расширил проход, чем в разы увеличил количество прибывающих врагов. А затем этот рыцарь сделал то, что подорвало боевой настрой всех защитников без исключения. Во время сражения с людьми он сумел пройти на противоположный край станции. Туда, где была шахта, ведущая к отелю. И там применил свою взрывную способность.
Раскалившись, подобно живому куску стали в доменной печи, он буквально взорвался. Точнее устроил мощнейшую взрывную волну. Сам же при этом он остался живым. Но, не надолго. После взрыва шахта быстро начала обрушаться и вскоре похоронила под своими обломками гориллообразного мутанта.
Таким образом выжившие остались без пути к отступлению. Проще говоря, они оказались в собственном склепе, в котором они смогут держаться только пока есть патроны. А затем все они здесь останутся навеки…
И с этого самого самого момента ситуация стала максимально критической. 55 защитников без шанса на выживание едва справлялись с потоком диких. А последние и не думали заканчиваться. Напротив. их становилось всё больше и больше.
— Я нужен вам! — не успокаивался Пётр. — Как тебя там? «Кулак»? Освободи уже меня. Я помогу отбиться от этих зомби.
К этому моменту «Кулак» уже полностью принял сложившуюся ситуацию. И просто сражался до последнего.
Кулаков и люди, которыми он командовал, едва контролировали ситуацию. Возможно, кто-то ещё надеялся на выживание. Но с каждой минутой лоони всё больше понимали, что шанса выжить в таких условия практически не остаётся. Вопрос лишь в том, сколько они продержатся.
Капитан Кулаков ещё раз посмотрел на Петра с помощью визора:
Характеристики у него были довольно высокие. Особенно в сравнении с другими выжившими на Comic Con. Те в лучшем случае имели 25 уровень. Очевидно, что такой воин действительно пригодился бы сейчас. К тому же у него упор на ближний бой, а не на стрельбу. А ведь в таком темпе очень остро встанет вопрос нехватки боеприпасов. И те, кто умеет драться, станут последней линией обороны.
Только остался вопрос касательно психологического состояния Петра. Не начнёт ли он, мягко сказать, чудить? Как ни крути, а сейчас он находится в ситуации, когда уже нечего терять. А от такого человека можно ожидать чего угодно.
— Чего ты ждёшь? Люди умирают! — Пётр показал рукой на человека, который только что умер от рук дикого. Его пытались спасти, но ничего не вышло. — Освободи меня! Сколько ещё должно погибнуть людей прежде, чем ты поймешь, что без меня вы не справитесь?
«Кулак» ничего не отвечал. Продолжая стрелять по тварям из своего АК-25, он пытался понять, как быть в данной ситуации.
Не освобождать пленника и умереть почти наверняка на этой подземной станции? Или же развязать его, тем самым немного повысив свои шансы? Но был и третий вариант — если освободить Петра, то всё может закончитсья ещё быстрее. Тот может сорваться с катушек и сделает ситуации ещё более плачевной.
С другой стороны, когда смерть всё равно неизбежна, какая разница, когда это произойдет?
С этими мыслями «Кулак» решился, пожалуй, на самый отчаянный поступок в своей жизни. И от этого без преувеличения будет зависеть жизнь всех, кто находится на этой станции.
— Развязать его! — скомандовал он одному из своих солдат.
Порохов с топором в руках приближался к осколку.
Женщины же продолжали заниматься своим делом — стояли на коленях перед булыжником и периодически падали перед ним ниц. Сначала они не обратили внимания на приближающегося человека в экзоскелете. Будто видеть подобные экзокостюмы для них было чем-то обыденным. Даже на его призыв закончить церемонию поклонения не отреагировали.
Но, когда, он уже был в паре метров от их живого кольца, одна из девушек, та что казалась моложе остальных, вскочила на ноги и перегородила путь «Пороху».
— Вы выбрались? Вы спаслись? — взволнованным голосом заговорила она. При этом, как мне показалось, она совсем не испытывала страха.
Первым делом я проверил её с помощью визора. А том мало ли. Вдруг в этом прекрасном теле прячется жуткий монстр, который может разорвать на за секунду.
Что ж, монстром она точно не была. Также визор подтвердил мне, что следов заражения у неё нет. Девушка была вполне нормальной. Если не считать того, чем она тут со своими подругами занималась.
Её лица я увидел не сразу. Причина была в том, что первым делом бросалась в глаза её выдающаяся грудь, которую полупрозрачное платье скрыть никак не могло. Собственно, как и всё остальное.
— Вам всё-таки удалось? Богиня услышала наши молит… — на этом месте она осеклась и замерла на месте. Прежде она вела себя так, будто обращалась к знакомому человеку. Но сейчас будто призрака увидела. И затем, шагнув назад, со страхом в голосе спросила. — Кто ты? — после, увидев и меня, добавила. — Точнее, кто вы?
Все остальные женщины тоже вскочили на ноги. И, стараясь не опрокинуть свечи, сбились в одну кучку позади первой девушки. Они тоже были одеты в полупрозрачные платья. И некоторые из них тоже могли похвастаться весьма аппетитными формами. И потому, как и в первом случае, я тоже далеко не сразу увидел их лица.
Я даже подумал, что это как-то не по джентельменски вот так без зазрения совести пялиться на девушек. Но потом решил, что они сами виноваты. Не хотели бы, чтобы на них глазели, оделись бы поскромнее.
С другой стороны, они же проводили какой-то тут ритуал. И, наверное, для этого нужно было выглядеть именно так. И свидетелей не должно быть…
Так, Макс, хорош. Какой ещё ритуал? Они тут ерундой какой-то занимаются перед чёртовым осколком. Его по хорошему расколоть надо, а не преклоняться перед ним.
— Мы, дамы, пришли вас спасти, — Порохов, как я понял, по очевидным причинам тоже в глаза девушкам смотреть особо не старался.
— От…от кого? — дрожащим голосом спросила первая девушка. Она наконец начала прикрывать свою грудь руками. Хотя делала это не сказать, что тщательно. — От кого вы пришли нас спасти?
— От него? — Порохов показал топором на осколок, путь к которому ему перегородили девушки.
— Но… это она, — возразила одна из девушек, стоящих позади. — Это Богиня…
К этому моменту я успел просканировать и всех остальных барышень. К моему счастью никто их них не был заражённой. Следовательно, нужно вести себя с ними предельно аккуратно, не взирая на их явную не дружбу с головой. Впрочем, винить их в этом я не спешил. Они ведь были оторваны от мира почти два месяца. Разумеется, за это время жизнь их кардинально изменилась.
— Хватит! — повысил голос Порохов. Он, в отличии от меня, решил не церемониться.
Девушки аж ахнули от неожиданности. Но остались на месте. Всеми силами они старались делать вид, что готовы защищать осколок даже под угрозой смерти от пришедших в экзоскелетах мужчин. Но было видно, как они боялись.
Впрочем обижать девушек в наши планы, разумеется, не входило.
— И что вы хотите сделать? — голос первой девушки уже дрожал. Ей становилось всё сложнее скрывать свой страх.
— Разбить его, — похоже, «Порох» своим грозным командирским голосом решил в край перепугать девушек.
— Нельзя! — вдруг выкрикнула одна из девиц, что стояла в общей толпе. Затем она указала рукой на девушку впереди. — Она — первая жрица Императора. Она призвана оберегать наш Алтарь.
— Алтарь? Серьёзно? — тут я не выдержал и решил подойти поближе. — Так, милые дамы, — привлёк я их внимание. — Во-первых, никакая это не Богиня. И никакой это не Алтарь. Во-вторых, — я демонстративно обвёл их всех пожирающим взглядом, чтобы им стало неуютно от своей наготы. И у меня получилось. Все они сразу же сгруппировались, пытаясь спрятать свои прелести. — Во-вторых, идите оденьтесь.
Тут первая девушка внезапно набралась смелости и создала двух своих копий. Выглядели они, сказать на чистоту, такими же живыми, как и оригинальная девица. И такими же аппетитными. Глаз бы не сводил.
— Мы вас не пропустим! — одновременно со своими фантомами произнесла девушка, постаравшись сделать свой голос максимально грозным. — Мы — жрицы Бога-Императора. И в его отсутствие…
Дослушивать это бред я не стал. Воспользовавшись своми энергетическим щупальцами, я сбил в одну кучку девушку и её фантомов. А затем с особой нежностью поднял их вверх и переместил в сторону от осколка.
После этого оба фантома расстаяли, а девушка ошарашенными глазами посмотрела на меня. Она было снова заговорила, но я сделал характерный жест пальцем у губ и добавил: «Тссс».
В её глазах отразился полный спектр негодования. Похоже, давно с ней никто так бесцеремонно не поступал. Тем не менее, угрожать она больше не осмелилась. Да и вообще решила впредь помалкивать.
Усмирив одну пылкую жрицу, я переключился на остальных:
— Так, девочки, ещё раз. Идите оденьтесь. А после мы с вами очень серьёзно поговорим.
Похоже всех девушек впечатлила демонстрация усмирения одной из них. И потому спорить они больше не осмелились. Похоже, к этому моменту весь фанатизм в их сердцах начал стремительно улетучиваться.
Бросая на нас с Пороховом недовольные взгляды, дружной кучкой они зашагали в сторону своей одежды, которую они оставили на креслах возле ближайшей стены.
— Отвернитесь! — выкрикнула одна из них, когда они начали одеваться.
Я аж чуть не рассмеялся, услышав это. Даже Порохов посмотрел на меня с выражением лица, на котором было написано: «Женщины».
Чтобы не тратить время, Порохов, положив топор в обе руки, двинулся ближе к осколку. Шёл он не глядя под ноги — давя и опрокидывая свечи, стоящие на полу. Хорошо хоть здесь не было ничего, что могло воспламениться. Хотя, корни, что тянулись от булыжника, вполне могли вспыхнуть.
Увидев действия «Пороха» девушки разволновались с новой силой. Зашептались между собой и начали слёзно умолять не причинять вред осколку. Что ж, похоже, не до конца их ещё отпустило.
— Простите, девушки, но так надо, — объявил я, следя, чтобы никто из них не шмыгнул к месту, где орудовал командир. Не хватало нам ещё, чтобы кто-то из них бросился под топор. С учётом их психического состоянии, они запросто могли так сделать.
— За что вы с ней так? — услышал я голосок той девушки, что умела создавать фантомов. — Что она вам сделала?
— Она… — я быстро поправил сам себя. — Он хочет уничтожить наш мир.
— Но разве он уже не уничтожен? — спросила одна из дам. — Ведь там, за кольцом зомби, остались лишь мёртвые земли. Вы оттуда пришли?
— Уж поверьте, мир ещё держится. И да, мы пришли оттуда, — грозно выкрикнул «Порох» и нанёс первый удар по осколку.
Увидев этот удар, часть девушек взвизгнули. Другие расплакались. Третьи начали умолять прекратить. Но Порохов, не обращая внимания на их просьбы, продолжал колотить по булыжнику.
— Отруби сначала корни, — посоветовал я командиру, увидев, что после пяти ударов на осколке не образовалось ни царапины. Насколько я помню, именно так Фёдор поступал со всеми своими топорами. Как он говорил, при рубке корней, топоры каким-то образом усиливаются.
Хмыкнув, Порохов так сделал — ударил по самому толстому из корней.
Перерубить его с первой попытки не удалось, но это не помешало корню вспыхнуть ярким светом, которым обдало весь зал. Также все стороны хлынула легкая ударная волна. Сбить с ног или причинить вред она не смогла. Но вот вырвать из рук одежду у ещё не успевших одеться девушек, ей удалось. Что, сказать честно, порадовало нас с командиром. Мы даже украдкой бросили взгляды на дам, чтобы оценить, как они там голышом суетятся.
Капитан усмехнулся и повторил удар, чем снова вызвал недовольный ропот среди женщин.
Вторым ударом «Пороху» всё-таки удалось перерубить первый корень. После чего металл на лезвии топора принялся стремительно краснеть. Что ж, и впрямь работает метод Разводного.
Командир продолжил процедуру расправы над осколком. А я, увидев, что девушки скрыли под бельём все самые интересные участки своего тела, шагнул в их сторону. Больше тратить времени на ожидание и я не собирался.
— Итак, девочки, — обратился я ко всем сразу. — А теперь ответьте мне на пару вопросов. Как вас угораздило додуматься проводить такие обряды? И видели ли вы солдат, которые пришли сюда.
Сначала они не хотели идти на диалог. Ограничивались лишь требованиями прекратить причинять вред осколку. Понимая, что вот так сходу им не получится перестроиться на нормальный лад (всё-таки они долго варились здесь в этом бреду), давить я не стал. И потому, повременив с расспросами, решил для начала сделать всё, чтобы они доверились и перестали бояться.
Времени на это ушло немало. Почти полчаса мне пришлось рассказывать им о том, что происходит на самом деле. Я видел, что далеко не все девушки принимали за правду мои слова, но всё же внимательно слушали и лишь изредка вступали со мной в спор.
За это время «Порохов», разумеется, успел перерубить все корни и добраться до ядра осколка. А после того, как воткнул топор в это самое ядро, покинул свой экзоскелет, уселся на ступенях, ведущих на сцену и принялся активно массировать свои конечности. Командиру лучше не становилось, несмотря на то, что зона отключилась от астероида (об этом мне сообщил визор). Последний, кстати, к моему удивлению так и не появился, пока «Порох» раскалывал булыжник.
— Если всё, что вы говорите, правда, — с горечью в голосе заговорила умеющая создавать фантомы девушка. Она украдкой поглядывала на Порохова. Видимо побаивалась его. — То выходит, что наш Империум не является последним оплотом человечества?
— Я тебе больше скажу, — посмотрел я в её очаровательные зелёные глаза. — Ваш, как ты говоришь, Империум только в вашей голове. А, если будете делать всё так, как мы скажем, сегодня же вернётесь домой, — я обвёл взглядом остальных девушек. К этому моменту они уже подостыли, приняли факт, что мир не рухнул и уже были, как мне казалось, готовы к конструктивному диалогу.
Я даже удивился, что мне удалось вправить им мозги так быстро. Хотя, я был уверен, некоторые из них лишь притворялись, что верят мне.
Далее я терпеливо выслушал рассказ о том, что у них тут произошло и как они докатились до такой жизни. Как выяснилось, всех, кто выжил на Comic Con, объединяло увлечение видеоиграми и комиксами. Впрочем, логично.
Среди них были, как простые гики, так и различные медийные личности, включая блогеров, актёров и писателей. А главным они сделали, как они выразились, Богом-Императором, каскадёра Петра. Тут я вспомнил, почему мне показалось знакомым его лицо, когда мы рассматривали картину с его изображением. Незадолго до падения астероида, я видел сюжет о съёмках сериала «Клятва Чемпиона», где тот каскадёр довольно часто мелькал.
— И никого из вас не смущала эта форма общины? — в моей голове с трудом укладывалось, что взрослые люди в здравом уме решили начать строительство общества по заветам Warhammer 40 000. Хотя, о каком здоровье может идти речь, когда тысячи людей стали ордой зомби на их глазах?
— По началу это казалось странным, — отвечала та девушка с фантомами. Как оказалась, она была довольно знаменитой в определённых кругах косплеершей. Возможно, поэтому она меньше остальных стеснялась своей наготы. Как ни крути, девушке было не привыкать участвовать в довольно откровенных фотосессиях. — Но со временем мы привыкли. Пётр, можно сказать, всех нас спас и объединил. А затем вдохновил на то, чтобы продолжать жить. И причём по нашим правилам.
— А что нам оставалась? — подхватила другая девушка, которая в прошлом была стримером. Впрочем, теперь, возможно, она сможет вернуться к своей деятельности. — Сами поймите, мы были уверены, что начался зомби-апокалипсис. Да я даже сейчас в это верю. А Пётр… он смог… — на этих словах девушка уткнулась в свои ладони и расплакалась.
— Вы не подумайте, я вас ни в чём не обвиняю, — развёл я руками. — Но и вы тоже поймите. Мы пришли сюда спасать вас. И очистить Рязань-ЭКСПО от заражённых, — наконец-то мы смогли добраться до самой важной для меня темы. — Но так сложилось, что после встречи с этим вашим Петром всё пошло наперекосяк. Точнее, всё пошло не по плану гораздо раньше, но не суть. В общем, Пётр со своими людьми начали палить по нам. Обрушили шахту. Мы с Пороховым едва выбрались из… — по понятным причинам я не стал упоминать про секретную базу. — С трудом выбрались из под завалов, но потеряли связь с остальными членами спасательной группы. Мы даже не знаем живы ли они.
— Мы тоже не знаем, — ответила косплеерша. — Все наши мужчины тоже пропали. После того, как они ушли дать отпор пришельцам, то есть вам, они так и не вернулись.
— Выходит, и солдат вы не видели?
— Мы здесь одни, — подтвердила стримерша. — Больше никого.
Я едва сдержал себя чтобы не выругаться при девушках. В глазах аж помутнело. Неужели сбывается худший из наших прогнозов? Неужели наши товарищи…
— А где вы их последний раз видели? — стараясь не поддаваться эмоциям, я продолжил диалог с девушками. — Куда они ушли?
В принципе я и сам по картам мог определить местонахождение той станции, где мы разделились с группой. Но мне почему-то хотелось услышать это от девушек.
— Бог-Император… — начала отвечать косплеерша и тут же осеклась, поняв, что больше не уместны подобные титулы. — Петя увёл всех мужчин на станцию «Рубеж Бесконечности». Так мы её называли. Но затем в шахте, что туда вела, случилось обрушение.
— А может и всё станцию завалило, — добавила женщина, которая сильно выделялась на фоне остальных тем, что было довольно немолодой. Её возрастом я, разумеется, не интересовался, но был уверен, что ей где-то под пятьдесят.
— Где эта станция? — вдруг раздался голос «Пороха».
Увлёкшись беседой с дамами, я совсем забыл про своего командира и про его недуг. Сейчас же, взглянув на него и увидев, как он приободрился, мне стало понятно, что ему явно полегчало.
— Как дела с крышей? — спросил я Прохора, прежде, чем успели заговорить девушки.
— Вернулась обратно, — ответил тот. — Осталось легкое недомогание, но в целом, как огурчик. Ты был прав, «Инженер». Похоже дело и впрямь в этой чёртовой зоне.
— Отлично, — у меня даже отлегло на душе от этой новости. Неужели больше не нужно думать о том, что мне предстояло сделать в момент, когда бы Порохов окончательно свихнулся? — В таком случае выдвигаемся на ту станцию. Проверим, что там и как.
— Мы с вами! — наперебой заголосили девушки и тут же вскочили на ноги со своих кресел.
— Нет, — грозно посмотрев на дам, отрезал командир.
Те попытались возразить, но командир буквально придавил их своим взглядом, тем самы он дал им понять, что им там не место. И в том я с командиром был солидарен. Эти девушки, как говорится, явно пороха не понюхали. Местные выжившие не стали делать из них воинов. А там, куда мы отправимся сейчас, с огромной вероятностью будет уйма врагов. И нам некогда будет следить за безопасностью дам.
— Так, где вы живёте? — перед отправкой, я решил отправить женщин туда, где они будут в безопасности.
— На верхних этажах отеля. там наша крепость, — ответила косплеерша.
— Там безопасно? — уточнил я.
— Более чем, — подтвердила она.
— В таком случае сейчас мы вас туда проводим, — я жестом руки показал им следовать за мной.
С угрюмыми лицами девушки побрели за мной. Каждый раз, когда я на них оглядывался, они всем своим видом выказывали своё недовольство тем, что их не берут на станцию. Но мне до их хотелок не было дела. Нашей задачей было обеспечить их безопасность до момента. когда мы сможем наладить связь с командованием и вызвать вертолёт. А пока пусть отсидеться там, где нет тварей.
Пока мы вели девушек наверх, нам встретились несколько групп заражённых. Как уточнили девушки, раньше твари так далеко никогда не забирались.
Увидев то, как мы с Порохом лихо расправились со всем встреченными врагами, глазки всех дам загорелись. Похоже, живя здесь в условиях постоянной угрозы для жизни, они привыкли видеть рядом с собой сильных мужчин. И то, что мы с командиром к таким относимся, их явно приободрило.
Добрались до просторной комнаты на последнем этаже, которая была окольцована панорамными окнами. Как я понял, это была спальня Петра и его Жрицы — той самый косплеерши. Вид отсюда, открывался великолепнейший. Если, конечно, таковым можно назвать орду из диких, что стояли кольцом вокруг отеля и ближайших выставочных залов.
Внимательно всё проверив и убедившись, что девушкам ничего здесь не угрожает, мы отправились обратно вниз.
До завала в нужной нам шахте мы добрались быстро. Здесь было довольно тихо и безжизненно.
— Не хочу говорить об этом вслух, но как ты думаешь? — едва сдерживая напряжения в голосе, спросил меня командир, когда я покинул своё тело и готовился в призрачном облике проделать лазейку через завалы. — Они живы?
— Хочется в это верить, — ответил я и сунул руку в светящуюся нишу.
Через несколько секунд мы узнаем, смогли ли выжить наши товарищи.
Люди, запертые в ловушке на подземной станции, вот уже более суток сдерживают натиск заражённых. Уже несколько раз с помощью гранатомётных залпов им удавалось обрушить шахту, откуда рвалась бесчисленная орда диких.
После каждого такого обрушения набеги тварей ненадолго стихали. И у выживших появлялся шанс немного выдохнуть, привести оружие в порядок и пополнить боезапас. Благо, патронов и гранат, найденных на оружейной выставке и заранее пересённых сюда, было вдоволь. Тем не менее, спустя тридцать часов они закончились.
Три-четыре часа — примерно столько времени каждый раз было у выживших перед тем, как прибывал очередной рыцарь, способный пробить в завалах новых проход. А затем всё повторялось вновь — битва с мощным гариллобразным монстром, отстрел одичавших и очередное обрушение шахты.
К этому моменту погибло двадцать четыре человека. Из них — четверо из отряда «Кулака».
Ещё двадцать шесть получили ранения и больше не могли продолжать бой. Анна буквально подручными средствами оказывала помощь всем, кто получал раны. Ведь медикаменты закончились уже очень давно.
Как итог — в строю остались всего тринадцать человек от первоначальных шестидесяти.
И вот измотанные и истощённые они стоят в одну линию перед завалом, где с минуты на минуту очередной рыцарь снова пробьёт проход. И снова начнётся бой. Только в этот раз последний…
— У меня нет слов, которые смогли бы вас приободрить в такой момент, — с трудом шевеля кровоточащими губами, произнёс «Кулак». — Гранат, чтобы ещё раз обвалить шахту, у нас не осталось. А, значит, это наш последний бой. Если кто-то хочет высказаться напоследок… это последний шанс.
— Выходит, вот так мы и умрём? — подавленным голосом сказала Ольга. Как и у всех остальных, на её теле было множество порезов. Имелся даже укус на предплечье. Волосы были испачканы настолько, что невозможно было определить их натуральный цвет. — Целые сутки мы бились, поднимали уровни, становились сильнее… Чтобы всё закончилось вот так? То есть всё было напрасно?
— Выходит, что так, «Ведьмочка», — даже Борис говорил без присущего ему энтузиазма. — Жизнь, сука, несправедлива… — затем он посмотрел по сторонам — на товарищей, с которыми сражался бок о бок. — Рад, что умру в такой замечательной компании. Вы лучшие.
— И я рада, что познакомилась с вами, — поддержала Бориса «Милаха». Казалось, что она выгядела бодрее всех остальных. Но это была лишь маска. На самом же деле она едва сдерживала своих слёз. — Жаль только, что недолго продлились наши с вами отношения…
— Как думаете, а если люди умирают вместе, то в другом мире они тоже оказываются рядом? — задался вопросом боец в экзоскелете. Его костюм был последним пригодным к бою. Остальные были серьёзно повреждены, либо остались без боезапаса.
— Я считаю, что смерть гораздо понятнее, чем жизнь, — выкрикнула Анна. Она в этот момент меняла повязки «Душегубу». Тот был тяжело ранен во время последней волны врагов и сейчас находился без сознания. — Смерть — это конец. Дальше нет ничего.
— Надеюсь, вы ошибаетесь, Анна Степановна, — не согласился с женщиной огнемётчик. Его огнемёт уже давно остался без горючего. И потому в руках сейчас он держал АК-25. И в нём тоже был последний магазин. И тот неполный.
— Мне никогда не нравилась речь короля Рохана перед битвой за Минас Тирит, — охрипшим голосом проговорил Фёдор. Его экзокостюм был сильно повреждён в одной из схваток с рыцарем, поэтому сейчас он был без него. В руках он неуверенно держал автомат. — Но сейчас его слова будут очень кстати: «На смерть».
— Арагорн перед битвой возле Чёрных Врат сказал гораздо лучше: «За Фродо», — подхватил один уцелевших на Comic Con.
На лицах бойцов появились невольные улыбки. Они бы, наверное, даже рассмеялись сейчас. Но предпочли сэкономить силы для последней битвы.
— Простите, — последним решил высказаться Пётр. Укусов, порезов и прочих ранений у него было гораздо больше, чем у остальных. Во всех сегодняшних битвах он сражался, не жалея себя. Его трижды отправляли на получение медпомощи к Анне. Но каждый раз он снова возвращался в строй. Даже сломанные рёбра не удержали его. — Все вы находитесь здесь из-за меня. В погоне за иллюзорной мечтой я подвёл всех, кого хотел спасти. Убил людей, которые пришли помочь нам, — он вышел чуть вперёд, а затем, повернувшись ко всем лицом, продолжил. — Только мне одному здесь положено умереть. Не вам, — он чуть помолчал. — Я не буду искать слов оправдания. Их нет. Я виноват перед всеми вами. Я подвёл вас. Простите.
Какое-то время бойцы смотрели на него молча. Будто не могли найти, что ответить ему. Но каждый из них прекрасно понимал одну очевидную вещь. Несмотря на то, что всё это случилось по вине Петра, они без него не смогли бы продержаться столько времени. Не освободи его тогда «Кулак», и все присутствующие здесь давно были бы мертвы.
Спустя пару минут один из выживших на Comic Con таки нашёл нужные слова для Петра:
— Понятное дело, что мы явно перегнули тут. Я имею Империум. Но, раз уж мы всё равно оказались здесь, думаю будет уместно упомянуть очень важные слова из Warhammer 40 000: «Лучше умереть за Императора, чем жить ради себя».
После его слов обломки, которыми была завалена шахта, вздрогнули и с них сорвалась пыль. Некоторые камни посыпались вниз. Вот-вот из-под камней должен вырваться очередной рыцарь.
— Ну вот и всё, — тяжело вздохнув, подытожила «Милаха».
Обломки вздрогнули снова. Где-то под камнями послышалась узнаваемое рычание.
Пётр двинулся обратно, чтобы встать в строй, но, не дойдя пары шагов, замер на месте. Его красные от усталости глаза округлились. Будто он увидел что-то гораздо страшнее того рыцаря, который лез сюда через завалы.
— Чего увидел там?
Остальные люди тоже начали оборачиваться, чтобы увидеть то, что так удивило Петра.
И увиденное их также заставило замереть с разинутыми ртами.
Там, где находилась заваленная шахта, ведущая к отелю, внезапно появился проход. А в следующий миг из него выскочил человек в среднем экзоскелете.
— Ну привет! — сходу произнёс он.
— «Порох»? — тут же узнала его голос Ольга.
— Да ну? — «Мех» аж вскрикнул.
— Не ве-ерю, — протянул «Кулак».
Следом за Пороховым вышел ещё один человек в легком экзоскелете.
— И «Инженер» с ним, — добавила Милаха и после этого больше не смогла сдерживать свои слёзы.
«Живые», — мысленно прокричал я себе, глядя на людей.
К моему удивлению никто из них не кинулся встречать нас. Все они оставались на своих местах.
Оля, Боря, Федя, Анна, Андрюха… Живые! Маша «Милаха» — тоже тут. Она что, плачет? А где Марат «Душегуб»? А, вон он лежит. Весь в крови, но визор показывает, что он живой.
А вон тот с голым торсом, похоже, и есть здешний Император. Охренеть, сколько ран на нём. Как он вообще на ногах стоит? Не буду скрывать, мне сразу же захотелось хорошенько съездить ему по лицу. Благо, причин на это хватало. Но решил с этим повременить. Сейчас имелись задачи и поважнее.
Также я заметил, что, кроме наших товарищей, здесь были и незнакомые люди. Видимо это местные. Полагаю, им пришлось объединиться, чтобы противостоять общему врагу. Но с этим тоже будем разбираться потом.
Бросил беглый взгляд по сторонам. На перроне вдоль стены лежало более двух десятков людей — все раненные. Многие из них, как и «Душегуб», были без сознания. А над ними суетилась Анна.
Медичка остановила меня взглядом, когда я проходил мимо неё, и измотанным голосом произнесла:
— Спасибо, что пришли, Максим. Рада, что вы живы, — затем она отвернулась от меня и продолжила ухаживать за ранеными
Её слова будто прошли сквозь меня. Ведь от вида раненых, от их обречённых взглядов, быстро улетучился мимолётный душевный подъём во мне. Мы, вроде как, успели на помощь. Но, судя по их потерям, мы всё равно пришли довольно поздно.
Особенно дрогнуло моё сердце, когда я посмотрел на рельсы. Там, отдельно от множества мёртвых диких, лежали и павшие защитники. Их накрыли грязными тряпками и потому точное количество подсчитать было невозможно. Но даже так было понятно, что там больше двадцати тел.
Но больше всего, разумеется, было мёртвых диких. В основном они находились на дальней стороне станции. Тот участок казался гигантской братской могилой. Тела буквально лежали штабелями вдоль стен. А некоторые кучи местами достигали в несколько человеческих ростов в высоту.
— Как я рада вас видеть, — Ольга сразу же бросилась мне на шею, когда мы приблизились. Её глаза были влажными, с чумазого лица не сходила улыбка. Казалось она была готова меня расцеловать.
— Я не верю своим глазам! — громче нужного прикрикнул «Ключ». Почему он без экзоскелета? — Прохор! Макс! Живые?
— А мы вас уже похоронили, — добавил «Мех» и тоже потянулся ко мне обниматься.
— Смотрю на вас и не верю, — а вот заплаканная «Милаха», в отличии от Ольги, не постеснялась меня поцеловать. Причём в обе щёки и даже мои губы зацепила уголком своих. — Как вы выжили? Где вас носило столько времени?
— Всё потом, — ответил я ей, следя, чтобы она не увлекалась с поцелуями.
— Это и есть те, чьё убийство вы повесили на меня? — этот вопрос задал тип с голым торсом и огромным мечом в руках. Он стоял особняком чуть позади всех. — Вы же говорили, что их было трое?
После его слов все сразу же замолчали. Казалось, воздух завибрировал от создавшегося напряжения. Нарушал тишину только странный скрежет в обломках, которыми была завалена дальняя шахта.
Мне с ещё большей силой захотелось врезать этом чёртову Императору. Ведь именно по его вине всё это случилось. Пришлось приложить немало усилий, чтобы сдержать свой порыв.
— Где «Летящий»? — «Кулак» быстро понял, кого не хватает. В ответ мы с «Порохом» лишь тяжело вздохнули. — Что ж, плакать будем после. Вы очень во время, парни, — затем он обратился ко всем, кто стоял рядом. — Так, ты, ты и ты, — показал он пальцем на Бориса, Ольгу и мужика с голым торсом. — Ещё ты и ты. Остаётесь здесь, — добавил он к списку бойца в потрёпанном среднем экзоскелете и бывшего огнемётчика. — Остальные, отдайте своими магазины, а сами бегом помогать раненым с эвакуацией.
Бойцы без лишних слов быстро отстегнули свои магазины, передали их оставшимся и тут же побежали на перрон.
— А где враги? — задал вопрос «Порох», внимательно оглядываясь по сторонам и прислушиваясь к шороху под завалами.
Но ответа не понадобилось. Так как в следующий миг завал будто взорвался и во все стороны полетели камни. На рефлексах я тут же выставил перед нами энергетическую стену и остановил с её помощью несколько обломков. Ещё один, довольно крупный, поймал второй энерго-рукой. Тем самым не дав ему полететь до раненных.
Ещё несколько камней поймал кривыми росчерками молний Борис.
А затем в образовавшемся проходе появился гориллоподобный монстр с костяной бронёй.
Враг выглядел очень грозно. Рычал так, что аж кровь в венах застывала. Но, если мой визор не ошибается (а он точно не ошибается), данный рыцарь своими характеристики уступал меня почти в три раза. Что ж, вот и проверим как мои способности теперь работают против врагов сорокового уровня и выше.
— Огонь из всех стволов! — выкрикнул «Кулак», как только рыцарь появился в проходе.
— СТОП! — следом крикнул я.
И, прежде чем кто-то выстрелил, я врезал прибывшему монстру энергетическим кулаком прямо в грудь.
Тот от удара пошатнулся. По его костяному нагруднику поползли трещины. По искажённой морде рыцаря угадывалось, что ему было довольно больно.
В ответ монстр широко раскрыл свою пасть и зарычал, что было сил. От его рыка все бойцы чуть было оружие из рук не выронили. Похоже, это была некая ментальная атака. Впрочем, логично. На то он и рыцарь, чтобы иметь подобную способность.
Но на меня это нисколько не подействовало. Ведь уровень моего сопротивления был вдвое выше, чем его сила умения. И потому, воспользовавшись случаем, я создал энергетическое копьё и вонзил его рычащему врагу прямо в глотку.
Рыцарь тут же захлебнулся своим рыком и замолчал. А в следующий миг его обмякшее тело рухнуло прямо на входе новообразовавшейся шахты. Тем самым заслонив собой большую часть прохода.
Все, кроме «Пороха», с ошарашенным видом на лице глянули на меня.
— Это чего сейчас было, «Инженер»? — ледяным от удивления голосом спросил «Мех».
— Каждый такой монстр двоих-троих наших убивал, прежде чем мы с ним справлялись, — добавил бывший огнемётчик. — А ты его с двух ударов завалил? Как?
— Это долгая история, — ответил вместо меня «Порох». — Так, Андрюх, — следом он сразу же обратился к «Кулаку». — Я не стал возражать против твоего плана, но сейчас предлагаю всем вам заняться эвакуацией. А мы с Максом тут сами разберёмся.
— Уверен? — с недоверием спросил Андрюха.
— Более чем, — подтвердил Порохов. — Поверь, в этой зоне нет никого опаснее нашего «Инженера».
Не дожидаясь дополнительной команды, все тут же поспешили на перрон. Даже тот мужик с голым торсом не стал припираться. Хотя усмехнуться, глядя мне в глаза, он перед уходом не забыл.
Ольга, проходя мимо, стрельнула в меня глазками и негромко произнесла: «А ты умеешь удивлять, Макс».
«Кулак» ненадолго задержался и, посмотрев на нас с Прохором как-то по-братски сказал:
— Мы ведь уже предсмертную речь толкнули. Одной ногой были на том свете, считай. А тут вы… — он поочередно пожал нам руки. — Спасибо, мужики. Не забуду.
После его слов в шахте показались дикие. Мешая друг другу, они перебирались через громоздкий труп рыцаря, а после этого сразу же бросались в нашу сторону. Точнее, пытались. Ведь, стоило им перепрыгнуть через монстра, как тут же попадали под взмахи моих энергетических лезвий.
На эвакуацию со станции потребовалось около десяти минут. Бойцы старались, как можно скорее перенести всех раненных наружу, но спешить было нельзя. Ведь не каждого раненого можно было просто закинуть на плечо и отнести в безопасное место. Некоторым требовались носилки. А их, разумеется, в наличии не было. Поэтому пришлось на ходу сооружать импровизированные переноски из досок и дверей.
Мы же с «Порохом» всё это время держали оборону. Враги были низкого уровня по сравнению со мной, поэтому особых проблем не доставляли. Командир за всё время даже не выстрелил ни разу. С избытком хватало моих энергетических лезвий.
Разумеется, мы могли с самого начала засыпать шахту и помочь товарищам с эвакуацией. Но, судя по довольно плачевному состоянии станции, лишние взрывы сейчас были ни к чему. Поэтому завал решили устроить после того, как все окажутся в безопасности.
— Это последний, — выкрикнул «Мех», пропадая с носилками в лазейке. — Закругляйтесь там.
— Взрываем? — «Порох» уже приготовился выстрелить в шахту из гранатомёта, установленного на его экзоскелете.
— Придержи коней, — остановил я его. — Есть идея получше.
Мой внутренний инженер всеми силами пытался отговорить меня от того, что я задумал. Ведь я выучился на этой профессию, чтобы строить, а не разрушать. Но я был непоколебим. Так как на кону стояли человеческие жизни.
— Стреляй вон туда, туда и туда, — указал я на места, разрушив которые, по моему мнению, можно было завалить всю станцию. — Пускай теперь попробуют прогрызть здесь нору.
Со станции мы с Пороховым выбегали под ужасающий грохот разрушающегося потолка. А после завалили и саму лазейку. Возможно, это не остановит местных тварей, но я был уверен, что им придётся хорошенько повозиться, чтобы прокопать новый проход.
Затем мы устроили марш бросок до апартаментов на последнем этаже отеля. Туда, где нас ждали выжившие девушки. По словам местных людей, на том же этаже находился их медпункт.
За время, пока мы туда добирались, мы почти не разговаривали. Видно было, что люди вымотаны в край и им не до разговоров, несмотря на то, что спросить хотелось многое. В идеале, им бы всем выспаться сейчас хорошенько. Но, боюсь, пока мы не выберемся из этой зоны, о сне можно будет только мечтать.
Девушки встречали нас со слезами на глазах. Одни ревели от радости, другие из-за потери близких. Но громче всех рыдала та косплеерша, которая бросилась на шею Петру, как только его увидела.
Что ж, мы выжили и отключили эту зону от астероида. И даже смогли воссоединиться с отрядом. Но оставалась ещё одна сложнейшая задача. Нам предстояло понять, как теперь выбраться из Рязань-ЭКСПО. Ведь многотысячное кольцо из заражённых никуда не делось. А нам, как ни крути, придётся через него прорываться.
По возвращении в отель мы первым делом поместили всех раненых в медпункт. Туда же Анна хотела определить и меня, когда узнала про порез на моём плече. Но я, разумеется, напрочь отказался. Тем не менее она всё равно обработала мне рану и наложила новую повязку. А ещё Анна не сразу поверила, что порезу всего несколько часов. Ведь, как она утверждала, выглядел он на двое, а то и трое суток.
Если медичка не ошибается, то, судя по всему, у меня сильно улучшилась регенерация тела.
Также в медпункт отправили Ольгу, «Милаху» и Бориса. Причём последний вызвался сам. Как я понял, таким образом он решил выспаться.
На лечение отправили и Петра. И не только потому, что ему требовалась медицинская помощь. Но и для того, чтобы он он не находился рядом со мной. Остальные, как я понял, за последние сутки уже привыкли к нему и подзабыли его грехи. И я их за это не виню, всё-так бок о бок сражались столько времени. Но у меня этот тип не вызвал никаких добрых чувств. Поэтому его и убрали подальше от моих глаз.
Ещё выяснилось, что у трёх девушек, включая ту косплеершу, имелись способности исцеления. Тяжело раненных поставить на ноги по щелчку пальцев они, конечно, не умели. Но, самое главное, под их наблюдением никто из пациентов точно не умрёт. Более того, все раненные гораздо быстрее вылечатся даже без лекарств и антибиотиков.
Впрочем, антибиотики, как я понял со слов Анны, для иммунных стали совершенно бесполезны. Всё дело в том, что наш организм определяет их, как яд и потому сразу же начинает борьбу с ними.
После того, как разобрались с медпунктом, «Порох» объявил двухчасовой отдых. Это была вынужденная мера, так как спасённые нами бойцы были сильно измотаны. И им необходимо было хотя бы немного времени, чтобы восстановить силы.
Впрочем и здесь не обошлось без участия женской половины выживших на Comic Con. Среди них нашлись девушки с даром, который снимал усталость и придавал бодрости. Разумеется, как и в случае с лечением, делалось это тоже не мгновенно. Но, как они заверили, с их помощью двухчасовой сон будет иметь эффект полноценного восьмичасового.
Глядя на всех этих дам с весьма интересными способностями (и это я сейчас не только про их внешние данные), я начал догадываться каким образом все эти люди продержались почти два месяца в аномальной зоне…
Я стоял возле панорамного окна и смотрел на кольцо из тварей. Полумесяц, висевший на звёздном небе, только начинал расти. Но каким-то образом он давал света не меньше, чем полная луна. И потому многотысячное войско тварей очень хорошо просматривалось.
— Ищешь брешь в кольце заражённых? — неожиданно заговорил рядом со мной Фёдор. Я настолько сильно погрузился в раздумья, что даже не услышал, как он подошёл.
— Нечего тут искать. Её нет, — глянув на «Ключа», я который раз отметил для себя, что мне очень непривычно видеть его без экзокостюма. Особенно во время миссии.
— Это итак очевидно, но я всё же скажу вслух, — голос Разводного был насквозь пропитан всеми оттенками жесткого недосыпа. Впрочем, ему, в отличии от остальных, не привыкать по несколько дней подряд трудиться без сна. — Кольцо очень плотное. Нахрапом взять не получится. Когда мы нападём на один из участков, скорее всего, к нам начнут стягиваться и все остальные дикие. И в итоге мы окажемся в котле.
— Воспользоваться уцелевшими станциями тоже не вариант, — подключился к разговору «Порох». — Вокруг них куча тварей. Уверен, что и в шахтах их немало. Даже, если мы и провёмся через подземку, на выходе нас будут ждать все заражённые этой зоны.
— Я, конечно, не уверен, что все твари сразу же побегут нас встречать, — хмыкнул «Ключ». — Но, если так и будет, то даже твоих, Макс, сил не хватит, чтобы через них прорваться. Даже, если «Порох» обеспечит тебя нескончаемым потоком маны, ты выдохнешься раньше, чем сможешь уничтожить даже десятую часть всех врагов.
— По земле — нельзя. Под ней — тоже. Выходит, нужно перелететь это кольцо? — усмехнулся я, понимая, что третий вариант тоже недееспособен.
Что «Ключ» сразу же поспешил подтвердить:
— Даже, если бы и было на чём лететь, то тоже бы не вышло, — тяжело вздохнул Разводной. — Какие-то из тварей в кольце умеют сбивать летающие объекты. Редкие квадрокоптеры только могли преодолеть кольцо. Хотя и их потом сбивал местный снайпер, — Фёдор прошёлся вдоль стекла, а затем, оперевшись спиной о колонну, продолжил. — В общем, зона здесь не лётная. И потому даже вертушку нет смысла вызывать.
— Если бы мы ещё могли это сделать, — напомнил я про отсутствие связи.
— Странно, что её здесь нет, — «Порох» легонько пристукнул кулаком по стеклу. — Что мешает? Мы же изменили зону?
— Видимо, дело не в зоне, — попытался найти ответ Разводной. — Возможно, опять же кто то из тварей в этом кольце обладает такой способностью. Или что-то ещё… Сейчас сложно об этом судить.
— Подожди-ите… как это у нас нет связи? — я вдруг вспомнил, что на секретной базе с этим проблем у нас не было. — Мы можем спуститься в бункер и оттуда связаться с командованием.
«Ключ» посмотрел на меня глазами, в которых явно читался немой вопрос. Глядя на него, я вдруг понял, что мы с «Порохом» до сих пор никому не рассказали про наш путь через подземную базу.
Поэтому следующие двадцать минут пришлось посвятить рассказу о том, что случилось с нами после обвала. В подробности я вдаваться не стал, но в общих чертах всю нашу историю постарался передать.
Пока я рассказывал, начали подтягиваться и все остальные. Увидев их, я поначалу хотел прервать рассказ. По той причине, что гражданским лучше не рассказывать про секретную базу. Но затем подумал, что ведь вместе с ними нам предстоит пробивать дорогу отсюда. Более того, девушек и раненных придётся отправить в бункер, так как в отеле будет небезопасно. И потому продолжил историю.
В момент, когда я дошёл до схватки с главным чертом, в комнате показался Пётр. Наверное, из-за него описание этого боя получилось у меня наиболее эмоциональным. К счастью тот провоцировать меня не стал. Занял место, как можно дальше от меня и старался не выделяться.
— Что ж, наша история получилась не такой захватывающей, — «Кулак» сидел за барной стойкой и с аппетитом уплетал хлебцы из сухого пайка. — Но, с учётом наших потерь, у нас всё вышло гораздо трагичнее. Впрочем, всё это мы ещё не раз обсудим дома, — затем он замолчал и громко захрустел откушенным хлебцем. — А сейчас давайте по делу. Итак, что мы имеем?
— Мы уже забраковали лобовую атаку и проход через шахты, — поведал «Ключ» то, что мы успели обсудить. — Но у нас, оказывается, есть проход на секретную базу, откуда можно связаться с командованием.
— В таком случае, может попросим начальница оцепления, чтобы тот поджарил орду тварей «Тосочками»? — предложила свой вариант «Милаха». Она сидела рядом с «Кулаком» и неспешно попивала кофе.
— Они не сделали этого до начала миссии, не сделают и сейчас, — забраковал идею «Порох».
— А я не согласен, — решил поспорить Борис. Он сидел на полу с голым торсом, а пару девушек рисовали на нём боевой раскрас. Как я понял, они были профессиональными художницами в направлении боди-арт. — Судя по рассказу Макса, артиллерией командование не хотело злить тех самых чертей. А сейчас все они уничтожены. Почему бы не бахнуть?
— Он прав, — согласился с «Мехом» Фёдор. — Но есть одно «но». Невозможно предсказать поведение заражённых после того, как начнётся бомбардировка. Сомневаюсь, что они будут стоять на месте. Вполне вероятно начнётся хаос, в котором не уцелеет никто ни внутри зоны, ни рядом с ней.
— Согласен, это не обычных людей бомбить, которые в таких случаях обычно в землю зарываются, чтобы спастись, — присоединился к Фёдору «Порох». — Дикие же ломанутся во все стороны. А их там более сорока тысяч. К тому же ими управляю рыцари. А они ох как хотят выжить. Уж поверьте, я знаю о чём говорю, — Прохор постучал себя пальцем по виску, напоминая, что он и сам в некоторой степени является тем самым рыцарем.
Впрочем, его намёк поняли только члены нашего отряда. А остальные просто не стали вдаваться в подробности. Разве только «Кулак» глянул на «Прохора» с выражением лица, в котором читалось: «Позже с тобой об этом поговорим».
— А если экранировать осколок? — предложила одна из девушек, что раскрашивала Бориса.
— Не выйдет, — покачал головой «Ключ». — У нас нет свинцового бокса. А, даже если бы и был, то всё равно нельзя. Так как ситуация получится схожей с бомбардировкой.
— Выходит, нам от связи с командованием ни горячо, ни холодно? — хмыкнула Ольга. За последние пару часов она успела привести себя в порядок и теперь выглядела довольно свежей. Разве что порезы на её руках никуда не делись. — Впрочем, нам не привыкать надеяться только на себя.
— Рассчитывать на себя — это, конечно, хорошо, — подхватил «Кулак». — Только вот у нас до сих пор нет ни малейшего представления, что делать.
— А ещё, хочу напомнить, у нас не осталось боеприпасов, — добавил Борис.
— И это тоже, — согласилась «Милаха». — Хотя, их мы можем запросить у командования. Будет хоть какой-то толк от связи с ними.
— Не надо ничего спрашивать, — меня вдруг озарила идея, которая была всё это время на поверхности. Но почему-то она пришла мне в голову только тогда, когда мы заговорили про оружее. — Вернее, запросить-то можно, но это нам ни к чему. Ведь у нас под ногами, в секретном бункере, есть кое что получше.
Порохов, услышав мои слова, сразу приободрился. Видно было, что он уже догадался, что я имел ввиду. И даже пристукнул себя по лбу из-за того, что первым до этого не додумался.
— А если поконкретнее? — озадаченно посмотрел на меня Фёдор.
— Помните я упоминал, откуда на выставке взялись экзоскелеты? — решил я зайти издалека. — И откуда у нас с «Порохом» эти костюмы?
— Из оружейной лаборатории, — продолжая хрустеть хлебцами, сказал «Кулак». — Но чем они нам помогут? Даже, если там ещё двадцать таких костюмов, это много погоды не сделает. Мы даже пробиться не успеем. Я уж молчу про то, чтобы в принципе уйти из зоны живыми.
— Согласен, — кивнул я. — Но в рассказе я упустил кое что важное. В лаборатории есть не только лёгкие и средние экзоскелеты. Есть ещё и тяжёлые.
— Тяжёлые? — протянул Борис. — Насколько тяжёлые?
— Намного, — усмехнулся я. — По сути это шагающие танки с очень мощным вооружением.
— «Инженер» дело говорит, — поддержал меня «Порох». — На тех экзоскелетах установлены зенитные пушки калибра 23 мм, миномёты, пулемёты калибра 14,5 мм, гранатомёты, огнемёты и, наверное, можно даже установить систему залпового огня. Я думаю, что это будет очень весомый аргумент против орды. Мы пройдём через кольцо из тварей, как горячий нож сквозь масло.
Все без исключения застыли с широко раскрытыми глазами.
— И сколько таких костюмчиков там? — спросил Фёдор, по интонации которого угадывалось, что он явно метил на роль одного из операторов.
— Три штуки, — с улыбкой ответил я, а затем, окинув всех взглядом, задал, можно сказать, риторический вопрос. — Ну что, народ, устроим тварям ад?
Как и следовало ожидать, возражений не выразил никто.
Итак, план у нас есть — мы пробьём себе путь из аномальной зоны с помощью тяжёлых экзоскелетов. А заодно уничтожим тысячи заражённых. Как ни крути, а вооружение на тех костюмах позволяло истреблять тварей в стратегических количествах.
Но для начала нам нужно было определиться, кто же станет операторами шагающих танков. Для этого мы даже провели серьёзное совещание, в рамках которого попытались выяснить, кого лучше посадить в эту довольно сложную технику.
Подискутировав какое-то время, мы пришли к неожиданному решению, что с этой задачей лучше всего справятся ни военные, как предполагалось изначально, а заядлые геймеры. Ведь управлять экзоскелетами нужно было джойстиками и встроенной клавиатурой. К тому же геймером среди выживших на Comic Con был каждый второй. Поэтому за необходимыми кандидатами далеко ходить не пришлось.
Правда Борис до самого последнего спорил с нашим решением. Так как больше всех остальных хотел занять место оператора. Но в конце концов сдался. После того, как «Ключ» попросил его ответить на вопрос: «Чем отличается джойстик от геймпада?». На это «Мех» смог только крепко выругаться и скрыться, так сказать, за занавес.
В итоге первым на эту роль были назначен, разумеется, сам Фёдор. Ведь он не понаслышке знал про видеоигры. К тому же, он хорошо разбирался в технологиях, на базе которых были собраны эти тяжёлые экзоскелеты. Да и опыт работы со средним экзоскелетом тоже лишним не был. Хотя это было не критично. Ведь управление этими двумя образцами отличалось координадинально.
Вторым стал любитель авиасимуляторов. Как он сам отметил, его рука давно уже срослась с джойстиком. Да и к огромному количеству приборов ему не привыкать. Так же он хвалился, что без проблем управляется с любыми типами самолётов в игре под названием «Microsoft Flight Simulator». Причём в самом сложном режиме, где вся лётная техника практически копирует поведение реальных прототипов. Такой человек с тяжёлом экзоскелетом быстро должен был разобраться.
А вот третьим стал реальный пилот. До падения астероида он работал в авиационной медицине.
— Если уж я управляюсь с самой сложной лётной техникой, — заявил он, имея в виду вертолёт, пилотом которого он и был. — То какой-то ходячий танк уж точно обуздаю.
Собрав группу операторов тяжёлых экзоскелетов, мы первыми отправили их на секретную базу. С ними же пошёл «Порох». Их задачей будет сообщить профессору Бессмертнову о нашем плане и позвать выживших в бункере, чтобы те помогли нам перенести всех раненых в жилой сектор секретной базы.
Через полчаса отправились в дорогу и мы.
Несмотря на то что половина раненых уже могли передвигаться самостоятельно, спускались мы всё равно медленно. Так как всё равно оставались те, кого пришлось тащить на носилках. Одним из таких был наш снайпер «Душегуб». Как я понял, кроме множественных переломов, он повредил позвоночник в битве с рыцарем. Так что не факт, что он теперь в принципе когда-нибудь встанет на ноги.
Впрочем, нами ещё не до конца изучены все способности иммунных. Быть может «Душегуб» сможет ещё когда-нибудь пострелять из своей громкой винтовки. Да и девчонки, которые обладали даром исцеления, возможно, смогут ему в помочь выкарабкаться.
Я шёл впереди всех и отбивал атаки всех врагов. Последних, кстати, в отеле стало заметно больше. Встретить их довелось почти на каждом этаже. А вот, когда мы оказались на лестнице в самой базе, твари на нашем пути больше не встретились. Видимо, как сюда проникать, они ещё не прознали.
Между делом глянул на сводку в визоре. С момента, как мы победили главного черта, заглядывать туда как-то времени не было. Хотя сражений с заражёнными было за это время немало — когда поднялись в отель, пока шли к осколку, затем по пути к нашим товарищам и, конечно же, сражение с ордой. И это ещё не полный список.
В общем, накопилось прилично:
Как я и ожидал, система снова преподнесла мне неприятный сюрприз тем, что сильно обделила цветными элементами. Впрочем, это очередное доказательство теории «Крота» о том, что баланс сильно режет количество ресурсов, полученных с низкоуровневых врагов. Хотя, это уже давно не теория. Тут всё уже подтверждено на практике.
— Тебя же Максимом зовут? — неожиданно заговорил Пётр, поравнявшись со мной.
В ответ я бросил на него лишь хмурым взгляд. И продолжил спускаться, делая вид, что разговор с этим человеком мне не интересен.
— Злишься, да? — с ухмылкой спросил он.
Как же я хотел оставить общение с ним до момента, когда закончится миссия. Но Пётр, похоже, решил всё прояснить гораздо раньше.
И вот как мне с ним общаться?
Как отвечать человеку, который хотел тебя убить? Да, у него не получилось. Но при этом он забрал жизнь одного из тех, по кому пришёлся удар. У меня до сих пор периодически вспыхивает перед глазами лицо мёртвого «Летящего».
С другой стороны он сделал что-то невероятное, пока наши товарищи и комикконцы (так их прозвал Андрюха) сражались с ордой тварей. Как они рассказывали, если бы не Пётр, все бы погибли ещё часов двадцать назад.
Таким образом я сейчас находился между двух огней. И выразить кулаками своё, мягко сказать, недовольство не могу. Ну и руку дружбы подать нельзя.
— Молчишь? — никак не успокаивался Пётр. — Впрочем, я бы на твоё месте также сделал. Хотя нет, вру. Я бы такого, как я, отметелил бы от всей души. И даже не спросил бы, как зовут. А ты каким-то образом держишься. Хоть врезал бы мне разок, чтобы немного сгладить углы. А то я иду и не могу понять, на какой кобыле к тебе подъехать.
Врезать, чтобы сгладить углы? Звучит, конечно, заманчиво, но нет. Пожалуй придержу кулаки при себе. Незачем пугать наших девушек.
— Мда-а, нервы у тебя, брат, железные, — почти со смешком произнёс Пётр.
«Не брат ты мне», — мысленно произнёс я, но вслух так ничего и не сказал. Более того, я даже не повернулся больше в его сторону.
Уж не знаю, как дальше сложится судьба. Неизвестно, что командование сделает с Петром после того, когда узнает, что он натворил, но сейчас я буду стараться держать его на расстоянии. Впереди сложный бой и моя нервная система не должна подвергаться лишним нагрузкам. А общение с этим типом — для неё явноеи спытание.
— Твои друзья говорили, что ты добряк, — расстроенно вздохнул Пётр. По крайней мере выглядело это именно так. — А ты какой-то злой…
— Успокойся, Петь, — это произнесла за моей спиной Ольга. Видимо, она поняла моё настроение и решила разобраться с бывшим императором самостоятельно. — Не буди бурю. Макс бывает злым только для врагов. А раз ты жив, значит, ты, как минимум, не враг ему. Подумай над этим.
Вот же «Ведьма». И как ведь хорошо сказала.
— Ла-адно, — протянул в ответ Пётр. — Умываю руки.
До оружейной лаборатории добрались без приключений.
Там нас лично встречал профессор Бессмертнов. Мы быстренько распрощалась с девушками и отправили их в жилой сектор. Добраться им до туда вместе с ранеными вызвались помочь выжившие в бункере, которые прибыли вместе с профессором.
После этого остались только те, кто пойдёт в составе боевого отряда прорываться через кольцо заражённых. А, вернее, уничтожать последних по максимуму, чтобы выход из аномальной зоны стал возможным.
— Ох, ребята, заставили же вы нас понервничать, — при первой же возможности вышел с нами на связь подполковник Кудрин. — Оплакивать павших будем позже. А сейчас скажу только, что очень рад, что вы живы.
— Тем не менее, самое сложное впереди, — отвечал ему «Порохов». — Нам придётся сделать то, чего ещё никто никогда не делал.
— Такая наша работа — быть первопроходцами в самых опасных уголках планеты, — заявил Кудрин. — Но вы будете не одни. Вам на помощь будет отправлена вся техника, которая может передвигаться в зоне. Также мы приведём в полную боеготовность артиллерию и поднимем в воздух истребители. Мы поддержим вас огнём из всех стволов, которые сейчас имеются рядом с вами.
— Вы хотите устроить настоящую войну? — с энтузиазмом проговорил Борис. — Мне это нравится.
— А эта ваша артиллерия нас самих не накроет? — а вот «Ключ» к данному заявлению отнёсся скептически.
— Наши экзоскелеты оборудованы системой корректировки артиллерийского огня, — попытался успокоить Фёдора профессор Бессмертнов. — Если там, на поверхности, вы сможете найти причину, по которой нет связи, и устранить её, то получите доступ к системам залпового огня. А те, как заверил подполковник Кудрин, ударят по полученным координатам, как только вы их предоставите. Главное, не кидайте свои координаты.
— Только с бомбардировкой надо поаккуратнее, — на связи также был профессор Ногтев. — Неправильные действия могут повлечь за собой хаотичное поведение диких. И они могут начать разбегаться во все стороны. А нам необходимо, чтобы агрессия заражённых была сконцентрирована только на вас. Так мы сможем обезопасить всех, кто находится рядом с границами зоны.
— В любом случае, оцепление уже находится в повышенной боеготовности, — добавил Кудрин.
— Да уж, — протянул я, — перспективы у нас не радужные. Артиллерия — это конечно хорошо, но в моменте наш небольшой отряд будем сражаться против сорока тысяч противников. Это серьёзный вызов.
— Как бы пафосно это не звучало, — не удержался от комментария «Крот», — но только вы и сможете это сделать.
— Всё, как всегда, — вспомнил Порохов, что он десантник. — «Никто, кроме нас».
После этого последовал непродолжительный брифинг, во время которого мы составили примерный план действий и определи все ключевые моменты. Решили, что покидать бункер будем другим путём — через шахту, которая ведёт к станции ведущей на поверхность. Впрочем, это была та самая станция, которой нашему отряду не удалось воспользоваться в самом начале миссии.
Ну, а дальше всё будет зависеть от того, насколько хорошо покажут себя в реальном бою тяжёлые экзоскелеты. Операторы последних, кстати, уже приноровились к своим шагающим танкам и управлялись с ними так, будто всю жизнь в них провели. По крайней мере, они сами так говорили.
Затем бойцы разобрали оставшиеся экзоскелеты. Кроме нас с «Порохом» и трёх операторов тяжёлых версий, высокотехнологичными костюмчиками так же обзавелись ещё восемь человек. А тех, кому они не достались (по логичным причинам это были комикконцы), мы решили оставить в бункере. Никто не стал спорить, что брать их с собой будет слишком опасно.
В довесок к экзокостюмам мы захватили с собой всё оружие и боеприпасы, которые смогли унести. Также Кудрин обещал сбросить нам ящики с боеприпасами прямо на поле боя.
Примерно через час, полностью готовые к бою, мы прибыли на станцию на нулевом уровне. Чтобы попасть на железнодорожные пути мне пришлось сделать очередную лазейку.
— Ну, удачи нам, — проговорил «Порох», когда мы спрыгнули на рельсы с перрона.
А затем в темени шахты замелькали силуэты заражённых.
— Валим их, — добавил «Кулак».
«Порох» не ошибся. Подземные железнодорожные пути и впрямь были до отказа заполнены заражёнными. И потому мы столкнулись с ними сразу же, как только покинули секретную базу.
Десятки рычащих противников выбежали из шахты на станцию и сразу же наткнулись на упокоительный огонь из наших новеньких пулемётов «Жора».
Возможно тварей привлёк свет фонарей, которые были установлены на всех наших экзокостюмах и оружии. Или же потому что мы шумели и громко разговаривали. Я бы даже сказал, кричали. А, может, в этом вся суть диких — бросаться на всех, кого учуют.
Так или иначе первая волна заражённых пошла атакой на нас ещё до того, как мы успели отойти от перрона.
Обычно в случае вражеских подобных атак мы старались закрепиться на местности, чтобы эффективно отбивать все волны нападающих. А иногда даже отступали, чтобы сохранять дистанцию. Но сейчас нашей задачей была не оборона, а атака. Поэтому мы смело шли навстречу врагу, обильно шпигуя его свинцом.
Поначалу впереди шагали я, «Порох» и «Ведьма».
Я с Ольгой в своих легких экзокостюмах, занимались отстрелом врагов из пулемётов. А командир, в виду экономии патронов, огонь не открывал. Вместо этого он занимался поддержкой — использовал встроенную в его средний экзоскелет вспышку, способную буквально выжигать глаза противнику. Причём этот эффект достигался несмотря на свет других фонарей, из-за которых твари итак постоянно спотыкались о шпалы и сталкивались друг с другом. Ну, а когда Порохов начинал «стробоскопить», те и вовсе сходили с ума из-за полной потери зрения. И, будто забывая про нас, начинали хаотично разбегаться в стороны и тут же сталкивались со стенами.
В общем, как я для себя подметил, глазовыжигшающая вспышка «Пороха» работала в тёмном тесном пространстве не менее эффективно, чем способность нашего «Бесячего».
Изначально предполагалось, что я буду убивать энергетическими лезвиями всех тварей, которые сумеют приблизиться. Но в итоге оказалось, что те и на полсотню метров не могли к нам подойти. Примерно на такое же расстояние била и вспышка «Пороха».
Когда ленты в наших «Жорах» закончились, мы с Ольгой переместились в середину колонны на перезарядку. А нам на замену выдвинулась следующая двойка облачённых в легкие экзокостюмы — Анна и Борис. Под вспышку «Пороха» они приняли нашу эстафету истребления противника. Только теперь на телах врагов появились красные отметки, показывающие их слабые места. А я про эту способность нашей медички даже забыть успел.
Борис тоже не стеснялся применять свою способность. С его пальцев периодически срывались кривые молнии, а затем цепной реакций проходили сквозь толпу диких.
По ощущениям, Анна с «Мехом» отстреливали свои ленты чуть дольше, чем мы с Ольгой. Видимо, сказалось влияние способности медички. Благодаря ей, они тратили гораздо меньше бронебойно-зажигательных патронов, чем мы.
Но, как ни крути, пришло время и им уступить место во главе колонны следующей двойке. В этот раз пошагать рядом с «Порохом» и применить пулемёты «Жора» на врагах выдвинулись последние двое, которые были одеты в лёгкие экзоскелетах — «Милаха» и Пётр. Если последний просто стрелял по всем целям (причём очень хорошо это делал), то Мария, наконец, продемонстрировала свою сводящую с ума способность.
Девушка обладала даром, которым умела влиять на умы противоположного пола. Так сказать, она была соблазнительницей. С первого взгляда этот навык может показаться не боевым. Но только вот «Милаха» с его помощью научилась доводить мужчин до такой степени, что те начинали драться за неё. Так же это очень хорошо работало и на тварях, которые до заражения были мужчинами. Причём они кидались на тех, кто был рядом, совершенно без разбора. Так сказать, для них все становились конкурентами.
В итоге у нас на глазах развернулась самая настоящая битва диких друг с другом. «Порохов» из-за этого даже временно прекратил «стробоскопить». Ведь в этом не было нужды. Тварям буквально было не до нас.
Я же, глядя на это «представление», невольно задумался, что «Милаха» может быть очень опасной не только для наших противников. Вот вдруг случится так, что она станет перебежчицей? Или найдётся такая же соблазнительница в стане врага? Она ведь буквально может истребить целое полчище врагов просто мило поморгав глазками. В общем очень опасная особа. Таких нужно держать на особом контроле.
Впрочем, мы тут все сейчас должны быть на особом контроле…
Наблюдая за переполохом, что творился впереди, я чуть было не пропустил момент, когда пришла наша с Ольгой очередь снова занять голову колонны.
В таком темпе, регулярно меняя двойки впереди идущих, мы преодолели почти всю шахту. За это время вторая группа из четырёх бойцов в средних экзоскелетах, что шли в середине колонны, в боях даже не поучаствовали.
— «Инженер, скоро там уже выход на поверхность? — спросил 'Кулак», шагая в своём среднем костюме. Его вопрос поддержали и остальные трое.
— Если так рвёшься в бой, могу уступить своё место, — опередил меня «Порох». — А то у меня у самого скоро глаза вытекут из-за этих вспышек.
— Ещё сто метров, — ответил я, предварительно глянув на карту.
Несмотря на предложение Порохова, строй менять не стали и все остались на своих местах. Порохов впереди. За ним — три двойки в легких экзоскелетах, которые постоянно меняются на позициях рядом с командиром. Затем — четыре бойца в средних экзокостюмах в середине колонны. А замыкали нашу процессию три шагающих танка, «выступление» которых ожидалось только, когда мы выберемся из подземки.
Ближе к станции, с которой мы и должны были подняться на поверхность, интенсивность вражеских атак стала на порядок выше. Да и врагов стало гораздо больше. Это заставило всех нас ещё усерднее применять свои навыки. В какой-то момент расстояние до тварей сократилось настолько, что мне даже пришлось поработать своими энергетическими лезвиями.
— А почему бы нам просто не пройти до самого конца и выйти из тоннеля при помощи твоей лазейки? — «Ключ» вспомнил про то, как начальник оцепления рассказывал, что они завалили эти шахты, чтобы твари не лезли наружу. — Так нам не придётся бодаться с целой ордой.
— Да, кстати, — подхватил его идею «Кулак». — И почему мы эту версию даже не рассматривали?
— Потому что в следующий раз я смогу сделать новый проход только через несколько часов, — поспешил я расстроить товарищей. — А заражённые всё это время, разумеется, скучать нам не дадут.
— Всё правильно! — вставил своё слово «Порох». — Лучше разберёмся с тварями сейчас, чем тянуть резину несколько часов. Тем более мы уже настроились.
— Так, ребята, — вышел на связь «Крот». — Скоро связь с вами будет поте…
Договорить он не успел, так как случилось то, о чём он и хотел предупредить. Связь с подземной базой оборвалась. Теперь мы сами по себе. По крайней мере до момента, пока мы не поймём, кто создаёт помехи и не разберемся, как это исправить.
На станции нас встречало такое огромное количество тварей, что я на миг даже растерялся. Не ожидал я встретить столько врагов вот так скоро.
Чтобы пробиться через этот участок пришлось даже немного изменить тактику. «Порох» к своим стробоскопам, наконец, добавил стрельбу из пулемётов. А ему на помощь выскочили ещё двое бойцов в средних экзоскелетах — «Кулак» и комикконовец «Робаут».
Вместе они скосили всех, кто находился на перроне и путях, меньше, чем за минуту. Я за время своей службы в проекте «Вторжение» уже многое успел повидать, но такого кровавого зрелища ещё не приходилось наблюдать. Дело в том, что пуля 12.7 мм при попадании не просто дырявит насквозь свою жертву, а буквально разрывает на части. А затем то же самое делает с ещё парой противников, что находились позади от первоначально цели. И таких пуль было выпущено несколько сотен. Потому это всё и выглядело, как кровавый сенокос.
— Голова не кружится от такой мощи в руках? — задал вопрос Борис, после того, как крупнокалиберные пулемёты замолкли.
— Есть немного, — ответил «Кулак».
— А я уже привык, — добавил Робаут. — Пока мы тут строили Империум, я не раз побывал в шкуре меганоба, — так комикконцы называли средние экзоскелеты.
— Страшно представить, что будет с тварями, когда в бой вступят наши шагающие танки, — Ольге даже не по себе стало от увиденной картины. Она шла вперёд, стараясь не наступать в лужи с кашами из плоти. Впрочемы, мы тоже обходили подобные места. Но при этом не забывали собирать чёрную основу и цветные элементы.
— Скоро узнаем, — ответил «Ключ» Ольге. — Мои зенитные пушки уже наготове.
После того, как станция опустела, снова на первые позиции вышли мы — бойцы в лёгких экзоскелетах. Неспешно продвигаясь вперёд, мы отстреливали оставшихся в живых тварей, а также встречали плотным огнём тех, кто пребывал с эскалаторов.
На самих же эскалаторах пришлось тяжко. Почти все убитые нами враги по инерции продолжали катиться вниз по ступеням, чем создавали помехи и сильно замедляли нас.
Для борьбы с этой напастью, мне пришлось максимально задействовать свои энергетические щупальца. В то время, как мои товарищи занимались отстрелом супостатов, я ловил мёртвые тела, чтобы те не катились нам под ноги.
— А их становится всё больше, — прорычал «Мех».
— Логично, — заметил я. — Мы же почти поднялись.
— Тогда давайте навалимся на них! — выкрикнул «Порох». — Как говорится, последний рывок.
Впрочем, так только сказать легко. А вот сделать — то ещё испытание.
Когда нам оставалось совсем немного до поверхности, заражённые будто решили сделать всё, чтобы мы ни в коем случае не поднялись. Та орава, на которую мы наткнулись внизу на станции, теперь казалась не такой уж и большой.
Причём враги будто озверели. Нет, они и раньше в добрых поступках не были замечены, но сейчас им будто вкололи инъекцию чистой первородной агрессии. Они мне стали напоминать тех самых бешеных зомби, которые готовы на всё, ради мозгов. Даже сбиться в гигантские кучи ради того, чтобы забраться на любую стену.
Только в нашем случае, они атаковали сверху вниз.
— Так, ребята, а ну расступись! — выкрикнул «Кулак». — Тут нужен взрослый калибр, а не эти ваши пукалки.
Мы сразу отбежали к стенам, пропуская вперёд всех наших, как бы их назвали комикконцы, меганобов.
Несколько крупнокалиберных стволов снова затарахтели в тесном пространстве, пробиваясь своей громкостью через наши активные наушники. Мне казалось, что от такого шума в легкую могут полопаться барабанные перепонки в ушах.
К счастью, результат работы этих пулемётов полностью оправдывал создаваемый ими шум. Сотни заражённых буквально состригались под беспощадными строчками бронебойно-зажигательных.
Буквально полминуты — и путь до самого верха был свободен. А мы уже бежим вперед, чтобы закрепить результат и не дать новой волне врагов снова оказаться на эскалаторе.
И опять же сделать это было очень не просто. Поэтому в довесок к оружиею мы начали применять все способности, которые у нас были. Анна старалась отмечать всех врагов, кого только замечала. По их рядам непрерывно проскакивали молнии Бориса. Тут и там постоянно вспыхивали битвы между заражёнными от воздействия на их мозг «Милахи». Я тоже не отставал и активно махал своими призрачными лезвиями.
Тут же я увидел в действии Петра. Похоже, система наградила его неким даром фехтования. Он со своим огромным мечом раскручивался, как юла, до такой степени, что его образ размывался и начинал походить на завихрение. А затем в таком виде он врывался в толпу и истреблял одичавших в не меньших, количествах, чем я своими энергетическими лезвиями. И это при том, что его уровень был значительно ниже моего.
А я ещё думал, что это мне досталась мощная способность. Боюсь даже представить, что Пётр будет вытворять, когда поднимет характеристики до моих показателей.
Буквально продирая себе путь через толпы врагов, мы всё-таки смогли сойти с эскалатора и закрепиться в здании. Хотя таковым оно теперь являлось только на словах. Крыша почти вся обвалилась, а стены частично были снесены.
— Куда они все делись? — задалась вопросом «Милаха», когда мы перебили всех тварей в здании. А новые враги забегали к нам, можно сказать, по одиночке.
— Похоже, мы перебили всю орду, которая заняла этот спуск в метро, — предположил «Порох». — Ведь именно из-за них мы не смогли спуститься здесь вначале миссии.
— Такое ощущение, что это было вечность назад, — усмехнулась Ольга.
— Согласен, — поддержал её Борис. — Тогда мы испугались соваться сюда, а сейчас вон, играючи всех перебили.
— Я бы не сказал, что играючи, — возразил Пётр. Он находился у главного входа и встречал одиночек своим мечом. Пока он крутился, подобно юле, его всего забрызгало кровью. Как будто он нырнул в кровавый бассейн.
В этот момент пол под нашими ногами задрожал. Сначала я подумал, что началось землетрясение, но затем, когда увидел через проём в разрушенной стене бегущего в нашу сторону рыцаря, понял истинную причину. Это ж насколько он тяжёлый, что от его бега земля трясётся.
А вот это уже серьёзный противник. Уровнем он совсем немного отставал от главного черта.
Я сразу же изготовил свои энерго-щупальца, чтобы проверить, смогу ли я справиться один на один с таким чудовищем.
Но в следующий момент я услышал позади себя ещё шаги, от которых тоже вздрагивал пол.
— В сторону, «Инженер», — это был Фёдор, который только-только поднялся в своём шагающем танке по эскалатору. — Пришло время тяжёлого арсенала.
Спорить я с ним не стал. Глаз я его, конечно, не видел, но, судя по уверенности в голосе, он был решительно настроен на проверку своих зенитных орудий.
Тем временем рыцарь, похожий на краснокожего тролля в тяжёлой броне, уже вбегал в здание. Я только и успел отпрыгнуть в сторону, когда заработали пушки калибра 23 мм. В следующий миг рыцаря буквально разрубило пополам зенитной очередью. И к нам он приблизился уже в виде двух половинок. Причём верхняя ещё оставалась какое-то время в сознании. Похоже, рыцарь не сразу понял, что с ним случилось.
Вот тебе и 56-ой уровень. Грозный — безусловно. Но правильно подобранный инструмент решает все проблемы.
— Это было… эффектно, — подвела итог «Милаха».
— Да, зачётно ты его оприходовал, — кивнул Борис. — Не завидую я остальным тварям.
— Так, время не теряем, все на выход, — скомандовал «Порох». Чтобы не возникало непонимания они с «Кулаком» заранее договорились, что командовать будет именно Прохор.
Продолжая отстреливать одиночек, мы всей группой выбежали наружу. Луна всё так же светила нам на небесах. Погода была идеальная. Только вот, судя по прущему на нас многотысячному войску диких, передышка будет совсем недолгой.
— Копать-хоронить! — выругалась Ольга, когда мы увидели, какая орда двигалась в нашу сторону.
— Приветствую вас, дамы и господа, — вдруг заговорил посторонний голос в нашем голосовом чате. — «Крылан-6» на связи. Рад снова всех вас видеть.
— «Крылан-6»? — я сразу же глянул в небо, выискивая там дрон. Тот висел прямо над нами. — Вот это встреча.
Это был тот самый оператор, который помог нам выбраться из деревни на самой первой миссии. А связь, похоже, появилась вследствие того, что мы вышли за пределы кольца.
— Ага, — ответил тот. — Только у меня для вас плохие новости. Кольцо заражённых, как такового, больше нет.
— Как это нет? — прорычал «Кулак». — А это тогда когда прёт на нас.
— Это одна огромная орда в сорок тысяч тварей. И все они очень хотят вас сожрать…
Я аж поперхнулся от таких новостей. Да, мы и сами видели, что на нас прёт несметное количество заражённых. Но, если бы не «Крылан-6», мы бы не знали, что на нас идут абсолютно все дикие этой зоны.
— Та-ак, командир, — задал напрашивающийся вопрос «Кулак». — Что будем делать? Решай скорее.
— «Ключ», система корректировки артиллерийского огня функционирует? — вместо ответа спросил «Порох» у Разводного.
— Так точно, — тут же ответил тот. — Мы на внешней стороне кольца. Связь и все системы в полной работоспособности.
— В таком случае поджарим тварей, — со злорадством произнёс командир. — Вызывай по орде огонь из «Тосочек».
Единственное на все небеса облако медленно плыло мимо полумесяца. Лунный свет будто усиливался, когда проходил сквозь это облако, а затем заполнял собой аномальную зону. Этой ночью было так светло, что наши фонари, установленные на экзоскелетах и оружии, были совсем неуместны. Впрочем, выключать мы их не спешили, так как те понадобятся, чтобы ослеплять тварей, когда они приблизятся.
— Координаты приняты, — прозвучал в голосовой связи ответ командира артиллерийской батареи. — Чтобы не распугать заражённых, массированными атаками бить не будем. Но всё равно будет жарко. Рекомендую держаться подальше. А то сами попадёте под прожарку.
— Это и так понятно, — хмыкнул «Порох», а затем переключился на нас. — Так, отряд, много слов говорить не буду. Вы сами всё знаете. Просто делайте своё дело, как вы умеете.
— Стреляйте во всех, кто движется, — не удержал «Кулак» в себе командирский порыв. — Патронов не жалейте. Убивайте их всех!
Мы отошли подальше от входа в метро и заняли позицию на ровной площадке с невысокой травой. Обычно вся растительность в аномальных зонах распространялась довольно бурно. Но здесь траву так интенсивно топтали, что та банально не успевала подняться выше человеческих колен. Видимо, это следствие того, что тварей в округе было слишком много.
Легкая синеватая дымка волновалась под нашими ногами так, словно чувствовала предстоящую битву. И ей от этого было страшно.
Наша группа из тринадцати бойцов выстроилась в одну линию по ходу движения орды заражённых. Последние находились от нас в полукилометре и неутомимо приближались сорокатысячной тучей.
Вся эта орава рычала так, что кровь так и норовила застыть в венах. И, наверное, так бы и случилось, если бы нам впервой было видеть столько злобных противников. Но мы уже повидали немало. Да и от банальной усталости подобные эмоции лишь слегка могли проявить себя. Видимо силу у них совсем не осталось.
И потому, глядя на бесчисленную орду, я ощущал в сердце лишь холод. А разумом был полностью сконцентрирован на поставленной задаче.
В самом центре нашей линии обороны мы поставили Разводного в его тяжёлом трёхметровом в высоту экзоскелете. На каждую из его стальных рук было установлено по спарке из двух зенитных пушек калибра 23 мм. А на плече виднелся миномёт. Два других шагающих танка мы поставили по бокам, чтобы те отсекали тварей, которые будут стремиться нас окружить. А те обязательно захотят взять нас в котёл. Туда же выделили по одному бойцу в средних экзоскелетах, чтобы ещё сильнее укрепить фланги.
— 450 метров, — сообщил «Крылан-6» точное расстояние, которое нас разделяло с ордой. — Даже смотреть страшно на это. Удачи вам, ребята.
— Не боись, сынок, — проржал ему в ответ «Мех». — Сейчас папочка покажет, как надо наказывать отбившуюся от рук нежить.
— Вы, Борис, похоже запамятовали, — возразила ему Анна. — Все эти существа отнюдь не мёртвые. Они живые.
— Уж извините меня, Анна Степановна, за грубость, — рявкнул Борис. — Но мне плевать! Всех разнесу.
Анна на слова мужчины лишь хмыкнула. А «Мех» тем временем ещё раз проверил свою систему бесперебойного питания патронами, которая без проблем подошла к новенькому пулемёту «Жора». Благодаря этому у Бориса была возможность отстреливать более пятисот патроны без перезарядки.
— Первый отряд, готовьсь! — выкрикнул «Порох» команду для тех, у кого был лёгкий экзоскелет.
Все шестеро бойцов, включая меня, сразу же припали на одно колено, а затем прильнули к четырёхкратным прицелам. В принципе на таком расстоянии уже можно было открывать огонь. Ведь враг просматривался хорошо. Да и вообще, когда орда прёт на тебя сплошной стеной, легче было попасть, нежели промахнуться.
Но мы терпеливо ждали команды. А командир отдавать её не торопился.
— Второй и третий отряды, на исходную, — продолжал раздавать приказы «Порох». — К залпу готовьсь!
Всё три шагающих танка встали в положение, из которого осуществляется миномётная атака. Также к залпу приготовились и операторы средних экзокостюмов.
— Внимание! Второй и третий отряды…— затем Порохов резко махнул рукой и рявкнул. — ПЛИ!
Три миномёта и пять гранатомётов сразу же звонко застучали. А снаряды один за одним полетели в сторону орды. Мины по широкой дуге. Гранаты по прямой (так словно ими выстрелили из РПГ).
— Не стесняемся, мои дорогие, пускайте во врага все снаряды, — орал во всё горло «Порох», забыв, что он может командовать ментально. — Скоро нам ещё подвезут.
— Все мины. Все гранаты! — также горланил «Кулак». Всё в этих тварей.
— 320 метров до врага, — напомнил о себе «Крылан-6».
В этот момент до орды долетели первые снаряды. Их ряды сразу же обагрились яркими вспышками от термобарических снарядов и миномётных прилётов. А затем, с небольшим запозданием, до нас начали доноситься и звуки взрывов.
Я смотрел через прицел, как заражённых разрывало на части десятками за раз. Других ударной волной опрокидывали на землю. Их тут же затаптывали те, что шли сзади. И без того неровные ряды превратились в самую настоящую мясорубку. А наши миномётчики продолжали посылать врагу всё новые и новые выстрелы.
— Первый отря-яд! — выкрикнул «Порох» приказ для команды в легких экзоскелатах. — ОГОНЬ!
Без тени сомнения, я утопил спусковой крючок. Пули со стальными сердечниками, приправленные чёрной основой, засвистели в направлении врага. Мы решили отстрелять самый мощные патроны первым делом, чтобы как можно лучше проредить строй врага вначале битвы.
К тому же профессор Бессмертнов и выжившие пополнили наш боезапас, когда мы встречались в оружейной лаборатории. Так что у всех у нас было в запасе ещё по пять коробов на двести патронов каждый. А у Бориса целых три ранца по полтысячи.
Жаль только крупный калибр не насытили чёрной основой. Иначе бы Фёдор в одиночку бы справился со всей это ордой.
Как я и предполагал, в данных условиях промахнуться было довольно сложно. Настолько плотной стеной шёл на нас враг.
Когда опустошил короб наполовину, заметил что на тварях начали появляться красные точки. Похоже, способность Анны начала работать на расстоянии в три сотни метров.
И в этот момент началась самая настоящая кровавая баня. Ведь пуля с чёрной основой сама по себе имела огромную энерцию и умудрялась насквозь пробивать до пяти противников. Но, когда получалось попасть ею в красные точки на телах тварей, тех буквально разрывало на части. Будто в них не 7,62 мм прилетело, а 14,5.
— Второй отряд, внимание! — проорал «Порох». — Огонь из всех стволов.
Бойцы из группы в средних костюмах прекратили гранатомётную атаку и завели свою пулемёты.
Похоже, я никогда не перестану удивляться тому, как работает крупный калибр. Если представить орду, как густую растительность, то каждая строчка из пулемёта калибра 12,7 мм работала как гигантская коса. Твари десятками, а то и сотнями, буквально в один миг превращались в груды бесформенного мяса.
И это еще не начали свою работу бойцы в тяжёлых экзоскелетах. Похоже, командир решил для начала подпустить врагов поближе, чтобы огонь зенитных пушек был максимально эффективным.
— 250 метров, — озвучил расстояние «Крылан-6».
Впрочем, мы и без тяжеловесов успешно справлялись с ордой. По крайней мере мы довольно сильно замедлили её продвижение.
— Ребята, приготовьтесь, сейчас будет прилёт от «Тосочек», — взволнованно сообщил оператор.
Среди прочих звуков, я сразу же выделил характерные звуки приближающихся к земле реактивных снарядов. И даже заметил едва уловимые тени на усыпанном звёздами небе.
А затем и без того светлая ночь стала ещё светлее. Два объёмных взрыва, в которых можно увидеть даже как воздух сгорает, вспыхнули прямо в гуще орды тварей. Они накрыли собой площадь размером с футбольное поле и не оставили внутри ни единой живой души. Две ударные волны с высоким давлением и температурой свыше двух тысяч градусов, пронеслись по топлам заражённых и разом расплавили сотни одичавших.
Я даже ненадолго прекратил стрелять. Настолько я был впечатлён прилётом от «Тосочек». Я, конечно, знал, как работает эта штука. И даже видел видео, на которых демонстрировался результат работы ТОС-1 «Солнцепёк». Но одно дело увидеть такое в записи, и совсем другое, когда наблюдаешь в живую.
В следующий миг меня окатило горячим воздухом. Несмотря на то, что взрывы были довольно далеко, до нас волна тоже смогла долететь.
— Отличное попадание! — о прилёте «Порох» сразу же сообщил артиллеристам. — Требуем добавки.
— Снаряды уже ушли, — ответили на той стороне «провода». — Ожидайте.
Тем временем первый короб с патронами подошёл к концу и я принялся подцеплять новый. Краем глаза заметил, что тем же занимается и Ольга, которая находилась рядом со мной.
— Не-е, пулемёты — это не моё, — ей явно не хватало сноровки, чтобы быстро накидывать ленту. — Мне бы снайперку, как у «Душегуба».
Её претензии были справедливы. Но мы решили, что в данном бою снайперские винтовки будут ни к месту. Тут требовалось оружие с огромным боезапасом. И пулемёт для этих целей был самым верным решением. Тем более наши собственные силы и экзоскелет делали его, как пушинку. Хоть «Жора» и смотрелся громоздким рудиментом в женских руках, никаких сложностей с его применением у девушки не возникало. Если не считать того, что ленту вставляла она из ряду вон плохо.
— 200 метров, — послышался голос «Крылана-6». А затем он решил пошутить. — Продолжайте в том же духе, и к утру, глядишь, закончите.
— К утру? — рявкнул в ответ Борис. — Да ты издеваешься? А голоден, как чёрт. И спать хочу.
— Сколько мы вообще уже перебили гадов? — спросила «Милаха».
— Сложно сказать, — ответил оператор. — Но «Тосочки» точно тысячу отправили на тот свет.
Но тут в эфир ворвался ещё один голос, который показался мне до боли знакомым.
— Встречайте подкрепление. Сейчас мы всех тварей в миг развалим. И через час уже пиво будем пить.
Где-то позади послышалось рычание двигателей. Я обернулся и увидел приближающиеся к нам девять единиц БМП-3 «Манул». Вот, значит, почему голос того человека показался мне знакомым. Это командир той группы, которая сопровождала нас до момента, как мы спустились в метро.
И вот теперь они мчатся, чтобы снова нам помочь. Только в этот раз, чтобы покинуть зону.
Прибывшие «Бэхи» быстро заняли позицию в нашей линии обороны и сразу же заработали своими пушками калибра 30 мм. А затем из техники посыпали и солдаты, которые первым делом принялись выгружать привезённые с собой боеприпасы.
Что ж, только что ночь стала ещё интереснее. Ведь к нам на помощь прибыли в общей сложности семьдесят бойцов. Теперь на нашей стороне просто ужасающая огневая мощь.
— 150 метров до врага, — крикнул «Крылан-6».
— Третий отря-яд! — сразу же выкрикнул «Порох». — Из всех зенитных орудий — ОГО-ОНЬ!
Все тяжеловесы тут же застрочили своими пушками. И это было, пожалуй, самое эффектное из всего, что я сегодня увидел. Даже прилёты от «Тосочек» так не впечатлили. Ведь преимущество зенитных пушек, из которых стреляли операторы тяжёлых экзоскелетов, в том, что они имели чудовищно высокую скорострельность. Как ни крути, а эти штуки были созданы в первую очередь для уничтожения лётной техники. Ими самолёты сбивают. А тут их применили против живой силы.
Если пулемёты калибра 12,7 и 14,5 мм делали из тварей в буквальном смысле фарш, то зенитные пушки просто превращали их в пыль.
— Аааааа-ааа! — злорадно заорал Фёдор, продолжая аннигилировать противника.
— 350 метров, — обновил информацию «Крылан-6».
Всего за несколько секунд, наши «зенитчики» уничтожили живую силу противника на площади, которая превысила взрывы снарядов «Тосочек». И тем самым откинула врага на добрых две сотни метров назад.
А тем временем прилетели новые снаряды от артиллеристов. В этот раз в орде заражённых вспыхнули сразу четыре взрыва, которые испепелили сотни, а то и тысячи, диких в один миг.
— Хорошо идём! — проорал «Порох» так громко, что его, наверное, было слышно по всей нашей линии обороны. И это при том, что наши пулемёты и прочие орудия грохотали так, что неподготовленный человек в легкую нервный срыв может получить.
А линия наша теперь выросла в разы. Мы — шесть пулемётчиков в лёгких экзокостюмах — продолжали опустошать короб за коробом. Ребята и второго отряда в средних экзоскелетах строчили из своих пулемётов и не забывали запускать врагу гранаты. И не только фугасные, но и свето-шумовые, от которых твари лишались зрения. Так же не прекращали огонь ни на секунду прибывшие семь десятков солдат и их «Бэхи». И, конечно же, часто напоминали о себе наши тяжеловесы с зенитным оружием и миномётами.
Ну и, разумеется, не прекращались прилёты жарких снарядов «Тосочек».
Спустя двадцать минут активного боя к нам прибыли пять грузовиков, доверху набитых боеприпасами. На этом же транспорте приехали и солдаты, которые занялись выгрузкой. Судя по тому, как лихо у них это получалось, ребята неплохо прокачали характеристики физической силы.
— Много их ещё? — усмехнулся Борис. — Может, устроим перерыв? А то аппетит вообще не на шутку разыгрался.
— Как ты вообще можешь думать о еде в таких условиях? — рыкнула на него «Милаха»
— Согласна, — поддержала её «Ведьма». — После этой мясорубки я, наверное, вообще никогда больше не смогу есть.
— Ахахах, — рассмеялся Борис. — Я раньше так каждое утро про алкоголь говорил. Мол, всё. Больше не пью. А вечером в гараже с мужиками всё по новой.
— А сейчас что изменилось? — хмыкнула Анна
— Так сейчас похмелья больше не бывает, — после этих слов «Мех» рассмеялся ещё сильнее.
Даже я не удержался. Похоже, от такого количество убийств тварей в секунду моё сердце совсем очерствело. Это раньше мы видели в диких живых существ, которых, вероятно, можно спасти. Сейчас же все они цели на уничтожение. Все без исключения.
Битва продолжалась ещё пару часов. За это время врагу так и не удалось приблизиться вплотную к нашей линии обороны. Было, конечно, пару моментов, когда «Милахе» и «Меху» пришлось даже способности применить. Но в целом с ордой мы успешно справились.
— Так, дамы и господа, приготовьтесь, — сообщил нам командир артиллерийской батареи. — Сейчас мы накроем огнём всех оставшихся тварей.
И через несколько секунд, как и обещал артиллерист, несколько десятков реактивных снарядов ударили по остаткам заражённых. В одно мгновение площадь в размере нескольких футбольных полей превратилась в огненный ад. Выжить в котором, разумеется, не удалось никому.
Тем не менее, всех оставшихся диких уничтожить не удалось. Как сообщил «Крылан-6», в живых оставалось ещё порядка трёх тысяч. Только вот они уже не захотели атаковать нас. Вместо этого они бросились врассыпную во все стороны.
Что ж, пусть бегут. Вот только далеко ноги унести они не смогут. Ведь скоро их встретят солдаты из оцепления.
— Охренеть, — прорычал Борис, скидывая с себя очередной опустевший ранец с патронами. — У меня указательный палец сейчас отвалится. Весь в мозолях.
— Бойцы! По ко́ням! — выкрикнул команду командир группы БМП-3. — Добиваем оставшихся.
Те солдаты, что прибыли нам на помощь, быстро и организованно запрыгнули в «Бэхи» и бросились в погоню за уносящими ноги заражёнными.
Мы же остались на месте. Какое-то время мы стояли молча и наблюдали за работой «Манулов» и изредка стреляли по отбившимся тварям.
Даже не знаю сколько мы так простояли перед тем, как «Порох» торжественным, но очень усталым голосом объявил:
— Ну что, бойцы? Миссия окончена. Пора домой.
— Очень рад. Спасибо, — говорил по мобильному телефону подполковник Кожин. — Ребята молодцы.
На этом он сбросил звонок и с улыбкой посмотрел на министра обороны.
Они находились в новой штаб-квартире проекта «Вторжение», которую оборудовали прямо в безопасной аномальной зоне недалеко от Москвы.
— Ну не томите, Константин Юрьевич, рассказывайте уже, — поторопил министр Кожина. — Вижу же, что новости хорошие.
— Я бы сказал, отличные, Пётр Алексеевич, — ответил подполковник. — Отряды Порохова и Кулакова успешно справились с заданием. Орда в аномальной зоне Рязань-ЭКСПО уничтожена. Сейчас происходит финальная зачистка силами вооружённых сил. Секретной базе, то есть объекту №1812 больше ничего не угрожает.
— Прекрасно, — откинулся на спинку кресла министр обороны. — Как же нам не хватало в эти дни подобных новостей.
В этот момент дверь в комнату совещаний раскрылась и к большому столу спешно зашагала взволнованная девушка в деловом костюме.
— Что случилось, Танюш? — сразу же задал вопрос министр обороны. — На тебе лица нет.
— Индия. Срочные новости из Индии, Пётр Алексеевич, — сбиваясь, проговорила девушка.
— Индия? — нахмурился министр. — Я даже успел забыть про них. Ну что они решили? Скажи, что они отказались применять ядерное оружие.
— Нет, — Таня побледнела ещё больше. — Они отдали приказ об эвакуации всех людей с территорий близ города Сурат. Через восемь часов стандартного времени они сбросят на этот город ядерную бомбу.
Друзья, пятый том завершён.
Шестой том читайте прямо сейчас здесь — https://author.today/reader/342405
Спасибо, что продолжаете читать 🙂