Я проснулся на рассвете. Стараясь не шуметь, чтобы не разбудить спутников, скатал спальный мешок вышел из палатки, поеживаясь от утренней прохлады. Постелив на белесоватый от соли низкий берег озера плащ-палатку, стал осматривать в бинокль округу.

Только-только скрылся месяц за высокой стеной тростников у дальнего берега озера, опресненного здесь впадающей речкой. Еще свет луны не погас в небе, а над восточным краем горизонта уже появилась зарница и тут же стала угасать, растворяясь в могучем зареве рождающегося рассвета.

Небо из бледно-бледно-голубого стало превращаться сначала в бледно-зеленое, потом зарумянилось нежным багрянцем и, наконец, вытесняя сиреневые тона, с востока словно брызнул необъятный сноп раскаленных слепящих стрел. Они розоватым золотом залили и метелки тростников, и ровные белесые пространства солончаков, и редкие темно-зеленые кустики солянок и чингиля по ближнему берегу озера.

Появился откуда-то из глубины степных просторов легкий ветерок. Он стал ворошить лежащее на воде молочное покрывало густого тумана, заставив его клубиться, а потом споро погнал к дальнему берегу, загнал клочья тумана в темно-зеленую чащобу тростника и, словно выполнив свой долг, рассеялся.

Надрывно простонал где-то в степи, отходя ко сну, большеглазый ночной кулик авдотка, грозно ухнул в гуще тростников потревоженный кем-то громадина кабан-оди-нец, а в светлеющую лазоревую высь то тут, то там вонзались со звенящими трелями белокрылые и полевые жаворонки.

Но что это? Что за чудо чудесное? Невысоко над голубеющей далью озера неведомо откуда появилось багряное, куда ярче зари, низкое облако. Уж не задремал ли я? Но нет, все происходит наяву. Вокруг ни малейшего дуновения ветерка, а облако ближе и ближе. Вскоре оно в шуме крыльев с тихим гортанным гоготанием опустилось на мелководье в каких-нибудь ста метрах от меня и мгновенно изменило свой яркий цвет на нежно-розовый. Фламинго! Конечно же, они, одни из самых оригинальных и красивых наших птиц, их ни с какими другими птицами не спутать.

Йот они предо мной во всей красе — птицы счастья, жар-птицы русских народных сказок, да и не только русских. Фламинго — слово португальское, проникшее во многие европейские языки[1]. В его основе латинский корень «фламма», что означает огонь, пламя, жар.

Птицы видят превосходно. Их зрение несравненно сильнее, чем у человека. И, конечно, фламинго в этом не исключение. Укрыть от зоркого глаза птицы может лишь полная неподвижность. Сидя на земле в своей выцветшей от солнца штормовке, я выглядел для них, наверное, всего лишь одной из серовато-зеленых кочек. Но вот затекшие от неудобного положения ноги вынудили меня легонько, совсем вроде бы незаметно шевельнуться. Фламинго обнаружили меня мгновенно и забеспокоились. Широко раскинув крылья, сказочные птицы споро побежали по мелководью: им, словно самолету, нужен разбег. Набрав необходимую скорость, вся стая плавно взмыла ввысь и, быстро удаляясь, мерно взмахивая крыльями, вытянулась в стремительную бело-розовую линию.

Эта неожиданная встреча с чудо-птицами произошла много лет тому назад и оставила глубокий след в моей памяти на всю жизнь. Недаром в Казахстане бытует поверье, что фламинго приносят счастье тому, кто их увидит. Это правда. Сама встреча с фламинго и есть редкое счастье. Многие ли видели их на воле?

Фламинго — одна из самых необычных птиц нашей страны. Немыслимо длинные ноги и такая же шея, странно словно с переломом вниз изогнутый массивный клюв на сравнительно небольшой голове и, особенно, чудесное розовое оперение придают фламинго поистине фантастический вид.

Оперение взрослых птиц нежного розовато-белого цвета, подмышечные и часть верхних и нижних кроющих перьев крыла пурпурно-красные. Маховые перья черные, они образуют внешний край крыла. Чем старше птица, тем розовый цвет в ее оперении ярче. Ноги, неоперенные места на голове и основание клюва розоватые, конец клюва черный. Радужина глаз желтая. Передние пальцы ног соединены хорошо развитой перепонкой. Самка по окраске не отличается от самца, но заметно меньше его. Масса самцов — 2,7–4,5 кг, самок — 2,1–3,1 кг (Долгушин, 1960).

В мире известно шесть видов фламинго. Они обитают преимущественно в тропических и субтропических районах Центральной и Южной Америки, Африки и Азии. Самый красивый фламинго с оперением оранжево-красного цвета — житель островов Карибского моря.

Тропические виды фламинго живут оседло, зато самый распространенный и поэтому наиболее известный вид — обыкновенный фламинго частично относится к перелетным птицам, ежегодно улетающим с мест гнездовий на зимовки, совершая дальние перелеты.

Четыре вида фламинго обитают в Центральной и Южной Америке и странах Карибского бассейна. Это красный, чилийский, андский и короткоклювый фламинго (он же фламинго Джеймса). В Европе, Азии и Африке живут два вида: обыкновенный фламинго и карликовый, или малый, встречающийся только в Африке и Южной Азии на побережье Персидского залива.

Впрочем, о том, сколько существует в действительности видов фламинго, среди ученых нет полного единства. Некоторые орнитологи объединяют в один вид с обыкновенным, также фламинго красного. Другие названия последнего, которые следует признать весьма неудачными: карибский, кубинский, флоридский, а между тем он обитает не только в зоне Карибского моря (на п-ове Юкатан в Мексике, на Кубе в лагунах Пикуа, на Багамских островах и о-ве Бонайре), но также и в Тихом океане на островах Галапагос.

Другие авторы объединяют в один вид, кроме обыкновенного и красного, еще и чилийского фламинго, который обитает в Перу, Чили, Аргентине и Уругвае. Для такого объединения есть некоторые основания. Все эти три вида фламинго близки друг к другу и отличаются лишь деталями окраски и особенностями жизни (Карташев, 1974).

У нас в стране гнездится только обыкновенный фламинго. Места его гнездовий за одним-единственным исключением находятся в Казахстане. Это самые северные в мире гнездовья фламинго.

Кроме СССР, обыкновенный фламинго гнездится в Европе (южная часть Франции и Испании), в Азии (Иран, Афганистан, Ирак, Пакистан, Шри-Ланка) и в Африке (Тунис, Республика Кабо-Верде, Сенегал, Восточная и Южная Африка).

Большинство орнитологов выделяют фламинго в связи с их своеобразием в отдельный отряд фламиигообразных с одним семейством фламинговые, включающие три рода. Некоторые же ученые считают фламинго лишь подотрядом отряда аистообразных (они же голенастые)[2].

Когда обыкновенный фламинго, собираясь взлететь или просто поразмяться, распахнет свои крылья, можно увидеть, что со спины они трехцветные. У их основания по большому багряно-красному пятну, по краю широкая черная полоса, между тем и другим розовое пространство. На спине, у самого хвоста из-под перьев нежно-розового цвета тоже проглядывает багряно-красное.

«Наблюдаешь за этой птицей, и всегда создается впечатление, будто она сказочная, будто она изготовлена из полупрозрачного фарфора и настолько нежна, хрупка, что и в руках ее держать опасно: чуть придавишь — рассыплется на мелкие кусочки» (Сосновский, 1982).

Молодые фламинго далеко не так красивы, и их легка принять за совершенно других птиц. Верхняя сторона у них буровато-серая, низ серовато-белый со слабо выраженным розоватым налетом, концы крыльев черные, кроющие перья крыла буровато-серые с белым рисунком сходные по цвету с крылом молодой серебристой чайки. Клюв окрашен в свинцово-серый цвет, ноги черные, радужина глаз черноватая.

Продолжительность жизни фламинго пока точно не известна. Однако если учесть, что многие крупные птицы, к которым относятся и фламинго, как удалось установить кольцеванием, могут жить подолгу[3], она должна быть достаточно велика. Во всяком случае, в зоопарках фламинго доживают до 50 лет. Предполагают, что они могут жить и до 80 лет.

В нашей стране бытуют названия краснокрыл, а также красный гусь. Последнее несомненно связано с характерным для фламинго басовитым гоготанием, напоминающим гусиное. П. П. Сушкин (1908, с. 364) о голосе фламинго писал: «Во время полета фламинго постоянно гогочут, как гуси, но довольно тихо, и при этом издают еще какое-то особенное взвизгивание».

В наше время орнитологи насчитывают примерно 86*00 видов птиц. Фламинго во многом не похожи ни на одну из них. Какова же причина? Может быть, все ближайшие родственники фламинго давно вымерли? Известно же, что очень многие животные, в том числе и птицы, исчезли без следа за долгий путь развития животного мира на нашей планете. Так, П. Бродкорт подсчитал, что ныне живущие птицы составляют едва ли полпроцента от всех видов, живших на земле (Питерсон, 1973).

Ученые установили, что фламинго, гагары, бакланы и крачки — одни из наиболее древних птиц. Окаменевшие кости первых, очень примитивных фламинго были обнаружены палеонтологами в Швеции в геологических отложениях конца мелового периода[4]. Следовательно, первые фламинго имели возможность разгуливать среди динозавров.

Останки фламинго, уже сходных с современными видами, найдены в эоцене[5], т. е. по крайней мере 36 млн лет тому назад. В те далекие времена они были значительно более широко распространены, чем в наше время, обитали на территории современных Англии, севере Франции и ГДР, а также в Австралии, западной части Северной Америки и многих других странах.

Еще недавно орнитологи считали наиболее близкой родней фламинго птиц из отряда гусеобразных, куда входят лебеди, гуси и утки. Для такого вывода имелись определенные основания. Во-первых, некоторое сходство в строении клюва и языка, в частности наличие цедильного приспособления у тех и других птиц. Во-вторых, почти полное исчезновение заднего пальца ног. В-третьих, тот факт, что и фламинго и гусеобразные птицы имеют перепонки между пальцами ног. Помимо этого, есть и другие, менее значительные признаки сходства.

Однако углубленное изучение строения и развития фламинго в последние годы позволило большинству орнитологов считать их родственниками совсем других птиц, а именно аистообразных (другое название — голенастые). К ним относятся аисты, цапли, ибисы и некоторые другие птицы. Сходство фламинго с ними обнаружилось и в форме клюва у птенцов после вылупления из яйца, и в строении и форме многих костей скелета, и в особенностях мускулатуры и, что особенно важно, в сходном составе белков крови.

Кроме того, палеонтологи обнаружили остатки более десяти видов вымерших фламинго, которые по своему строению оказались еще более близкими к аистообразным, чем современные фламинго. Часть их имела более прямой клюв, чем у современных, другие — и совсем прямой. Ноги их оказались куда короче, чем у современных фламинго, а пальцы длиннее. Имелись и некоторые другие признаки сходства.

Все это и позволило ученым объяснять признаки сходства с гусеобразными птицами не близким родством, а. лишь результатом длительного обитания в сходных условиях: жизни на водоемах и питания мелкой живностью. В итоге и появились сходные черты приспособлений к такой среде. Ученые называют это явление конвергентно выработавшимися адаптивными признаками..

Фламинго как крупные, заметные птицы, безусловно, хорошо были известны людям еще на заре человечества, хотя достоверных свидетельств об этом нет. Так, можно полагать, что у первобытных народов фламинго наряду с другими пернатыми солидных размеров были желанным охотничьим трофеем. Кроме мяса, хотя оно и не из лучших, так как имеет специфический привкус, использовались и перья.

Испанцы и португальцы после захвата Южной Америки с удивлением обнаружили, что у некоторых племен, например бразильских индейцев, очень высоко ценились алые перья этих птиц. Они здесь служили не только украшением, но и деньгами.

Излюбленной добычей везде, где гнездились фламинго, служили и их яйца. Когда охотникам удавалось подчас с большим трудом добраться до гнездовой колонии фламинго, гнезда полностью разорялись. Яйца собирали десятками тысяч. В те далекие времена никому и в голову не приходило, что столь многочисленные птицы могут исчезнуть с лица земли.

Об отношении людей к фламинго кое-что известно из исторических документов, которые свидетельствуют о том, что практика истребления фламинго и разорения их гнездовых колоний уходит в глубь веков. Так, сообщается, что в Римской империи фламинго десятками тысяч уничтожались на потребу богачам с одной-единственной целью: для добычи языков, которые в те времена считались особо лакомым блюдом. При этом языки самок ценились выше, чем языки самцов, так как, по мнению гурманов, имели более тонкий вкус. Впрочем, что там языки фламинго! В те времена таким экзотическим блюдом было трудно кого-либо удивить. Римская знать на своих пирах лакомилась паштетом из соловьиных языков. Сколько же надо было убить для такого блюда малых пичужек — лучших певцов мира!

В эпоху Возрождения фламинго в массе отлавливали живьем для украшения садов и парков вельмож. Продолжали ли интересоваться в те времена языками фламинго, неизвестно, но, по всей вероятности, да. Сохранилось свидетельство куда более близкого к нам времени об одном происшествии в Америке. В 1705 г. французский корабль причалил к небольшому островку восточной части Карибского моря, лежащему в 130 милях от густонаселенных островов Доминика и Гваделупа. Островок был необитаем, но зато несметно богат птицей и морскими черепахами. Здесь гнездились фламинго, пеликаны, фрегаты и множество других морских птиц. За три недели матросы разорили остров. Их интересовали пеликаньи зобы как материал для изготовления табачных кисетов, но в первую очередь — фламинго, у которых они вырезали и засаливали в бочках только крупные мясистые языки. Пираты собрали их огромное количество. После этого побоища уже никто никогда не видел на этом острове гнездящихся фламинго (Шегрен Бенгт, 1967).

К ХIХ в. многое изменилось, но не для фламинго. В моду вошли яркие птичьи перья, крылья красивых птиц. Фирмы признанного законодателя мод Парижа, да и некоторые другие фирмы западных стран зарабатывали бешеные деньги, поставляя богачам Европы и Америки сногсшибательные наряды. Скупщики рыскали по всему миру, скупая птичьи шкурки. И хотя основной удар пришелся по белым цаплям, райским птицам и колибри, беда не миновала и фламинго. Сейчас трудно сказать, сколько тысяч чудо-птиц было истреблено для украшения модных дамских шляп и причесок, — учета никто не вел. В результате безжалостного истребления самих птиц и их гнездовых колоний численность фламинго во всем мире катастрофически сокращалась. Многие гнездовые колонии прекратили свое существование.

Ну а в нашем веке? Начало и даже середина его не составили исключения. В Америке исчезли гнездовые колонии во Флориде, на о-ве Гонав (Республика Гаити), в Суринаме и Гайане. Фламинго едва не покинули колонии на Багамских островах (Республика Содружество Багамских островов). Во время второй мировой войны вблизи Насау, столицы республики, находилась авиабаза США. А рядом на острове Андрос гнездились в шести колониях множество фламинго. Пилоты имели обыкновение развлекаться тем, что пикировали на гнездовые колонии фламинго или проходили на бреющем полете над ними, чтобы полюбоваться розовыми облаками из стай этих птиц. Фламинго не вынесли постоянного беспокойства и покинули остров на много лет. Часть их вернулась сюда лишь в 1961 г. (Мак-Кланг, 1974).

К 1960 г. общее количество фламинго на территории, включающей заповедные Галапагосские острова в Тихом океане, Центральную Америку, северную часть Южной Америки, Антильские и Багамские острова, сократилось с первоначальных 90 тыс. до 21,5 тыс. птиц, т. е. более чем вчетверо.

В Афганистане и Иране зимует немало наших фламинго, но они и теперь считаются законной добычей охотника.

Не так давно не лучше обстояли дела и в нашей стране. Сбор яиц из гнезд фламинго процветал в Туркмении, на островах залива Кара-Богаз-Гол. Здесь сборщики яиц периодически разоряли гнездовые колонии. Большой вред, хотя и невольно, причиняли и сборщики саксаула. Часто приезжая на острова за этим ценным топливом, они распугивали крайне осторожных птиц (Исаков, 1948). В итоге фламинго перестали гнездиться в этом районе.

Браконьерское уничтожение линных птиц на оз. Тенгиз привело к тому, что и здесь возникла угроза исчезновения гнездовий фламинго. На одной из найденных стоянок браконьеров у берега озера был обнаружен слой перьев и костей фламинго толщиной до 10 см — останки тысяч истребленных браконьерами птиц. В 1957 г. лишь одна из нескольких групп браконьеров на юго-западном берегу озера уничтожила в конце августа несколько сот молодых фламинго, набив ими доверху три лодки (Слудский, 1960).

Времена изменились. Люди во всем мире поняли, что, пока еще не поздно, необходимо охранять фламинго. В этом отношении типична ситуация, которая сложилась на островке Бонайре, расположенном в Карибском море невдалеке от побережья Венесуэлы. Население здесь малочисленно, всего 6 тысяч. Фламинго на этом островке гнездятся на мелководных морских лагунах. И здесь, как и везде, процветала охота на фламинго, да и от самолетов, низко пролетавших над островком, и от туристов, которые поднимали шум и швыряли камнями в стаи фламинго, чтобы поднять их в воздух, а затем полюбоваться и сфотографировать, чудо-птицы совершенно не имели покоя. В 1943 г. фламинго покинули островок. Вернулись они сюда только через четыре года. Теперь население островка уже взялось за ум. Охота на фламинго была запрещена под страхом уголовного наказания, самолетам стали разрешать пролет над острогом не ниже чем на 6 тыс. футов, туристов обязали не беспокоить птиц, соблюдать полную тишину (Шегрен Бенгт, 1967).

Жители островка заинтересованы в охране и благоденствии фламинго, приносящих населению немалый доход, привлекая множество туристов. Теперь население само строго следит за соблюдением порядка.

Можно привести еще один пример. В Кении стаи фламинго стали возвращаться на заповедное оз. Накуру. Фламинго издавна гнездились на этом озере. На его живописных берегах обитало до двух миллионов птиц. Сюда, словно паломники к святым местам, со всего мира съезжались биологи, орнитологи и туристы. Но вот по соседству построили химическое предприятие, которое стало систематически сбрасывать в озеро ядовитые отходы. Быстро растущий город Накуру тоже вносил свою лепту: сбрасывал канализационные воды. К 1974 г. фламинго покинули красивое озеро, превращенное людьми в нечто вроде сточной канавы. Прошло восемь лет, и к 1982 г. положение резко изменилось. Сброс в озеро промышленных отходов был взят под строгий контроль, город Накуру получил современную канализацию, городскую свалку перенесли на безопасное для озера расстояние. Фламинго немедленно оценили Работу людей. Смотритель заповедника Джозеф Айеко сообщил, что численность птичьего поголовья уже достигла 500 тыс. и продолжает расти[6].

Теперь уже известна исключительная боязливость и осторожность фламинго, которые, если их потревожить, с легкостью бросают свои колонии с кладками яиц и даже маленькими птенцами. Именно это случилось у нас на оз. Тенгиз. В мае 1959 г. гнездовая колония, расположенная на о-ве Рысаков, была обследована сотрудниками Института зоологии АН Казахской ССР в период откладки яиц, и колония сразу же была брошена фламинго. Мало того, напуганные птицы перестали гнездиться в течение ряда лет не только на этом острове, но и вообще на всем оз. Тенгиз (Волков, 1977).

А вот в заповеднике Камарг фламинго не боятся людей. И все это потому, что люди здесь уже много лет не наносят им никакого вреда, а напротив, всячески охраняют. Их гнездовые колонии стали достопримечательностью Франции, признаны живыми памятниками природы. Это национальная гордость французов.

В 1982 г. в этих краях случилась тяжкая засуха. Многие мелководья — исконные кормовые угодья фламинго — высохли. Найти корм птицам становилось все труднее. И фламинго по-своему вышли из тяжелого положения, обнаружив изобильный и легко доступный корм. Они стали посещать посевы риса, расположенные поблизости, но уже за чертой заповедника Камарг. Владельцы полей несли немалые убытки. Однако никто отстреливать фламинго и не подумал. Были применены различные световые и шумовые отпугивающие средства: фейерверки, шумовые ракеты, даже стрельба холостыми зарядами из пушек. И не без успеха. Фламинго перестали посещать рисовые поля.

Конечно, на такую «войну» было израсходовано немало денег, однако расходы оказались куда меньше, чем доходы. Фламинго привлекают в заповедник Камарг множество туристов[7].

Деятельность человека далеко не всегда вредна для фламинго. Примером у нас в Казахстане может служить водохранилище Караколь. Оно образовалось в результате затопления сбросовыми водами промышленных предприятий центра Мангышлакской области г. Шевченко сора[8]. Караколь, который был отгорожен дамбой от Каспийского моря. Здесь с 1968 г. образовалось обширное мелководное соленое озеро — водохранилище длиной до 10 км и шириной 5–6 км с множеством островков. Постепенно островки и западный берег стали зарастать тростником. Это создало благоприятные условия для гнездования, зимовки и отдыха на пролете для огромного количества разнообразных околоводных птиц. Уже с осени 1970 г. здесь появились и фламинго. В последующие годы они стали каждый год останавливаться весной и осенью на Караколе. Так, 19–20 марта 1980 г. их здесь было две стаи (всего более тысячи птиц). Не исключено, что со времен нем, если обеспечить им покой, фламинго начнут гнездиться и на Караколе вблизи большого города. На этом водохранилище для них есть все необходимые условия.

В отличие от лебедей на водохранилище Караколь фламинго гибнут редко, так как прилетают они сравнительно поздно, в последней декаде марта, когда здесь уже начинает таять ледовый покров. Гибнут от бескормицы лишь единицы. Но и их можно спасти, если их подкармливать в это трудное для птиц время (Ланкин, 1981).

Жизнь фламинго постоянно проходит среди обширных водных пространств, но далеко не всяких. Для своих колониальных гнездовий они выбирают островки и отмели мелководных соленых озер или обмелевших морских заливов, где в изобилии необходимый корм, к тому же это особо труднодоступные места. Берега здесь илистые, очень топкие, и до гнезд не может добраться никакой зверь. В таких местах не так уж редко можно видеть погибший в этих глубоких топях домашний скот. Томимые в летнюю жару жаждой, животные стремятся добраться до воды и гибнут. Очень редко здесь появляется и человек. Пешком хода нет, ноги вязнут все глубже и глубже. Нет хода и лодке по такому мелководью. Зато фламинго чувствуют себя превосходно. Ведь пальцы их ног соединены перепонками, вес сравнительно мал, и они расхаживают не проваливаясь. Ну и, конечно, у них всегда при себе крылья.

Наиболее крупные колонии фламинго находятся в Восточной Африке, где не редкость колонии даже и по 25 тыс. гнезд[9].

Фламинго можно встретить и высоко в горах — было бы подходящее соленое озеро. Так, в Перу андский фламинго живет даже на высоте 4700 м, а обыкновенный фламинго в Афганистане — на высоте 3200 м.

Остановимся теперь на истории изучения фламинго в нашей стране. Сведений об этой необычной птице и до сих пор так мало, что каждое представляет немалый интерес.

Началом отечественного научного изучения фламинго следует считать исследования П. С. Палласа (1741–1811), которые составили эпоху в развитии мировой зоологии вообще. Паллас описал 41 вид птиц Казахстана, в том числе и обыкновенного фламинго, которому он и дал впервые научное название Phoenicopterus roseus, т. е. краснокрыл розовый. Эта птица во множестве встречалась в то время по северо-восточному побережью Каспийского моря и на р. Эмба. Здесь Палласу приносили фламинго живыми. Однако гнездились ли фламинго в этом районе, из текста его труда установить нельзя. Паллас также впервые указал, что фламинго «многочисленны на больших озерах в пустынях: Киргизской, Аральской и Челкарской» (Долгушин, 1960).

В дальнейшем фламинго привлекали внимание многих исследователей. В обзоре научных исследований о фламинго известный казахстанский орнитолог Игорь Александрович Долгушин указывает, что немало опубликованных сведений о гнездовании этих птиц в нашей стране в дальнейшем не подтвердилось, так как они были получены не в результате собственных наблюдений авторов, а по случайным опросам местных жителей. Так, ошибочно указывались как места гнездования фламинго оз. Севан в Армении, Муганская степь в Азербайджане, юго-восточные берега Каспийского моря, оз. Чубар-Тениз (к западу от г. Джезказгана) и оз. Кушмурун в Кустанайской области. Как теперь точно известно, фламинго здесь никогда не гнездились.

Достоверные сведения о местах гнездования фламинго долгое время были скудными. До конца 40-х годов нашего века только пять орнитологов смогли обнаружить (а некоторые из них и осмотреть) гнездовые колонии этой такой заметной крупной птицы.

Первым был К. Генке. Он обнаружил в Волжско-Уральских степях на сорах, граничащих с Рын-песками к югу от пос. Урда, на самом крайнем западе Казахстана, такую колонию и собрал там яйца фламинго, которые до сих пор хранятся в коллекции Зоологического института АН СССР в Ленинграде. Составленное Генке описание отличается краткостью. Гнезда, осмотренные им, имели высоту до двух футов (31 см), находились на сухой земле, но было заметно, что вода раньше покрывала их основания до высоты в 30 см. Гнездовая колония фламинго в этом месте давно уже не существует (Исаков, 1948).

Известный русский путешественник и натуралист Г. С. Карелин (1801–1872) сообщил о существовании колонии фламинго на Индерском озере, расположенном в нижнем течении р. Урал (на левом берегу). И здесь фламинго давно перестали гнездиться. Колония исчезла по крайней мере в 1870 г. Карелин также писал, что северный берег залива Мертвый Култук в северо-восточной части Каспийского моря служит местом скопления фламинго на линьку. По его словам, они там собирались в таком громадном количестве, что «берег на большом протяжении казался как бы покрытым алым сукном». Свои впечатления о фламинго Карелин изложил в следующей краткой, но очень образной фразе: «Чудная сия птица по наружному виду то же между пернатыми, что верблюд между четвероногими» (цит. по: Долгушин, 1960, с. 231).

О пребывании фламинго в другом районе, много восточнее первого, а именно на оз. Шалкартениз, указывал еще П. С. Паллас со слов местных жителей, а позже и другие исследователи. Однако о том, что здесь имеется значительная гнездовая колония краснокрылов, удалось впервые доказать лишь в конце прошлого века одному из выдающихся орнитологов нашей страны П. П. Сушкину (1868–1928), совершившему две экспедиции в степи Казахстана в 1894 и 1898 гг. После этого птицы малоизученной в орнитологическом отношении огромной территории Северного и Центрального Казахстана становятся хорошо известными в научных кругах. Много внимания П. П. Сушкин уделил и фламинго. Обнаруженная гнездовая колония располагалась на недоступных островах громадного сора, которым, по существу, почти во все годы является оз. Шалкартениз. Совершенно непроходимая соленая топь не позволила Сушкину добраться до самих гнезд. Он рассматривал характерные конические гнезда фламинго, находясь на твердом берегу, издали в подзорную трубу. По этой причине установить число гнезд ему не удалось.

П. П. Сушкин (1908, с. 326), описывая оз. Шалкартениз, дает красочное представление о том, как выглядит типичный сор (шор): «Береговая линия очень извилиста и образует массу мысов и кос, и во многих местах находятся острова более или менее крупные; некоторые из них лежат верст на пять от берега. Дно озера образовано соленой грязью, по которой можно идти разве раздевшись и очень быстро; малейшая остановка — и путник чувствует, как она начинает неудержимо погружаться; поэтому ходьба по такой грязи возможна лишь на короткое расстояние, которое человек может пройти по колено в грязи, не останавливаясь при этом для отдыха. Там и сям по берегам озера торчат из грязи скелеты домашних животных в виде напоминания об опасности. Вместе с тем мелководье не позволяет пользоваться и лодкой… Эти условия делают большую часть островков, раз они сколько-нибудь удалены от берега, совершенно недоступными».

П. П. Сушкин весьма своеобразно описал и фламинго: «…Какое-то совершенно чуждое впечатление производят эти странные птицы на свободе и в естественной обстановке.

Самая, фигура фламинго до того нелепа, что становится почти красивой в своем безобразии. Массовые скопления этих птиц на кормежке представляют необычайно красивую картину, когда бело-розовая окраска птиц, кажущаяся особенно чистой под лучами… солнышка, красиво оттеняется синими, спокойными водами озера. Ярко-красная окраска крыльев незаметна издали, так как крылья почти скрыты под напущенными на них перьями брюха и плечевыми. Но вот. птицы заметили какую-либо опасность: моментально расправляются крылья, краснеет весь строй, словно по нем бежит огонь, и лишь через минуту фламинго все потянули прочь» (Сушкин, 1908, с. 363).

В 1946 г. гнездовые колонии фламинго в заливе Каспийского моря Мертвый Култук обнаружил пилот-натуралист И. А. Черноскутов, пролетая на самолете над этим районом. Они были расположены на илистых отмелях более чем в 500 м от воды. Подробности этих наблюдений Черноскутов сообщил известному орнитологу Ю. А. Исакову (1948).

Весной 1938 г. существовавший тогда в Туркменской ССР заповедник Гасан-Кули направил экспедицию на почти неизвестный до того орнитологам залив Кара-Богаз-Гол. В задачу экспедиции входил и розыск гнездовой колонии фламинго, сведения о существовании которой были ранее получены от местного населения.

Ю. А. Исакову удалось найти здесь такую колонию. Она располагалась на небольшом, всего 10×3 км, островке Тараба, который находится в несколькйх километрах от берега в юго-восточной части залива. Из-за неуклонного постепенного падения уровня Каспийского моря уже в тот период залив Кара-Богаз-Гол стал постепенно мелеть и по берегам острова появились широкие отмели и длинные косы, представляющие собой солончаки, частью со щебнем. Центральная часть о-ва Тараба имела вид глинистого бугра, поросшего чахлыми кустиками полыни. На острове росли кустарники: тамариск (гребенщик), песчаная акация, джузгун и эфедра. Издавна на острове гнездились серебристые чайки. Ю. А. Исаков насчитал здесь 259 гнезд. В ближайшем казахском ауле орнитологу сообщили, что фламинго гнездятся на этом острове уже не менее 30 лет, т. е. по крайней мере с 1908 г.

Ю. А. Исаков посетил о-в Тараба 1 мая. К сожалению, незадолго до его приезда сюда браконьеры — сборщики яиц разорили' колонию фламинго и птицы покинули ее. В результате орнитолог смог осмотреть здесь только пустые гнезда.

Гнездовая колония фламинго на этом острове располагалась узкой лентой на береговой отмели у самого уреза воды небольшого лиманчика, почти полностью отделённого от акватории самого залива. Отмель имела своеобразный вид. Сложенная влажным соленым илом, она словно мостовая покрывалась твердой коркой мирабилита (глауберовой соли). Кое-где встречались «шапки» осевшего гипса. Основания гнезд находились прямо среди мелководья или же на сухом месте, но, несомненно, заливались водой при нагонных ветрах.

Рис. 1. Гнездовья фламинго

Ю. А. Исаков нашел на Кара-Богаз-Голе в той же его юго-восточной части следы еще двух гнездовых колоний фламинго, к 1938 г. уже покинутых. Эти колонии находились на мелких островках, расположенных у южного отрога косы Джангысу и на выступающей из воды отмели у окончания косы Сары-Тамчи. Кроме того, ориентируясь по направлению ежедневных перелетов стай фламинго на кормежку, Исаков предположил, что большая гнездовая колония фламинго находилась и на островке Секстан в северо-западной части залива. Видимо, в недавнем прошлом гнездовая колония фламинго была и на косе Кара-Сукут в северо-западной части залива.

Все колонии фламинго находились в пониженных местах, где весной грунт всегда влажный, а иногда и покрыт водой. Здесь фламинго всегда могут добывать влажный ил, из которого они строят свои гнезда. Все гнезда находились вблизи небольших озер-луж и мелководных заливчиков-лиманов, почти целиком отделившихся от акватории самого залива. На его открытых берегах ни одной гнездовой колонии не оказалось. Такое расположение гнезд спасает их здесь от размывания волнами при нагонном ветре. Дело в том, что ветер значительно повышает уровень воды в заливе и на открытом берегу они были бы неизбежно разрушены.

Исаков был последним из орнитологов, кому удалось видеть в заливе Кара-Богаз-Гол гнездовую колонию фламинго. С 1939 г. фламинго здесь перестали гнездиться навсегда. И немудрено: птицы строили свои гнезда на островах и мелях, куда люди без каких-либо трудностей могли добраться на лодках. Местное население издавна систематически разоряло колонии, собирая в них яйца, или распугивало этих крайне осторожных птиц.

Имелась и другая весьма существенная причина. Многие годы уровень Каспийского моря продолжал падать. В залив Кара-Богаз-Гол стало поступать все меньше и меньше воды. Испарение стало превышать приток. Соленость воды в заливе резко повысилась, а в результате стало гибнуть все живое. Фламинго остались без корма.

До последнего времени все существующие в нашей стране гнездовые колонии фламинго находились только в Казахстане.

В 1952 г. Д. Тутаев обнаружил в Азербайджане на оз. Ax-Чала на небольших вытянутых островках остатки гнезд фламинго. Лишь через 30 лет фламинго снова сделали попытку загнездиться в Азербайджане. В Кзыл-Агачском заповеднике были найдены три колонии. Однако уже в следующем году фламинго здесь снова перестали гнездиться.

В Казахстане гнездовые колонии фламинго находятся в трех районах. Первый район расположен на юге Целиноградской области (самое северное гнездование фламинго в мире). Это оз. Тенгиз. О том, что фламинго здесь бывают, ученым стало известно от П. Г. Игнатьева в 1900 г., а о том, что фламинго здесь и гнездятся, впервые сообщи л Г. Э. Иоганзен со слов местных жителей в 1906 г.

В последующие годы сюда приезжало немало исследователей, но побывать и осмотреть гнездовую колонию фламинго специалисту удалось лишь 50 лет спустя. Таким счастливцем оказался выдающийся казахстанский орнитолог И. А. Долгушин.

Озеро Тенгиз горько-соленое. Оно состоит из главного плеса и сильно засоленного северо-восточного залива. Вода здесь содержит 271,5 г солей на 1 л, т. е. более чем в семь раз солонее, чем в океане, в котором в среднем содержится 35 г солей на 1 л воды. Озеро расположено в Тенгиз-Кургальджинской впадине к юго-западу от г. Целинограда. Это одно из самых крупных озер Казахстана. Недаром слово «тенгиз» на казахском языке означает море. Озеро лежит среди холмистой, поросшей ковылем степи, в понижениях которой местами располагаются обширные солончаки. Размеры его приблизительно 50×30 км, площадь от 1500 до 1590 км² в зависимости от климатических условий. Глубины резко колеблются. Так, в 1899 г. глубина здесь достигала 6,75 м, в 1975 г. всего 2,3 м, а в 1940 г. озеро почти высохло, превратившись (кроме центральной части) в сор. Дно озера покрыто толстым слоем сероватого или черного ила со специфическим запахом сероводорода. Линия берега изрезана множеством мысов и заливов, глубоко вдающихся в сушу.

Рис. 2. Местонахождение гнездовых колоний фламинго в СССР

1 — основные гнездовые колонии (оз. Тенгиз в Кургальджинском заповеднике; 2 — периодическое гнездование (залив Комсомолец и шор Кайдак, шор-озеро Шалкартениз); 3 — очень редкое гнездование (заповедник Кзыл-Агач в Азербайджане); 4 — исчезнувшие колонии

Берега этого громадного озера — отнюдь не курортное место. Они пологие, имеют безрадостный вид, так как оголены, лишены околоводной растительности, представляя собой, как уже говорилось, солончаки, местами топкие. На нем, главным образом в восточной части, имеется 68 больших и малых островов и островков, лишь 13 из них недоступны для наземных хищников.

На островах озера находятся гнездовые колонии разных чаек, куликов, пеликанов. Большая часть островов низка и полога, посещать их небезопасно, через них при сильном ветре легко перекатываются волны. Много здесь также илистых и щебенистых кос и полуостровов.

Юго-западный угол озера имеет следующую особенность. В километре — двух от уреза воды протянулся береговой вал. Он довольно высок, кое-где поднимается на 5–6 м и напоминает искусственную насыпь. Пространство между этим валом и зеркалом озера представляет собой топкий солончак с растущими здесь одиночными темно-зелеными крупными солянками. Весной такой солончак совершенно непроходим для человека, к осени он несколько подсыхает, но и тогда передвигаться по нему можно лишь с большим трудом.

Берег озера очень пологий, и поэтому глубины даже до полукилометра от него находятся в пределах 30–100 м. Несмотря на горько-соленую воду, в прибрежной части озера сравнительно много водорослей, которые находят здесь вполне удовлетворительные условия для своего развития.

Вблизи юго-западного берега находятся сравнительно крупные соленые озера, когда-то в давние времена отделившиеся от оз. Тенгиз. Это Кипшак, Керей и Кияты. В летнее время они в значительной мере пересыхают.

С 1968 г. оз. Тенгиз включено в состав Кургальджинского заповедника, который был организован на базе бывшего заповедно-охотничьего хозяйства, созданного, для охраны околоводных птиц на пресном оз. Кургальджин. Чтобы обеспечить покой фламинго и другим птицам здесь был запрещен рыбный промысел. В настоящее время этот заповедник, кроме озер Тенгиз и Кургальджин, включает также прилегающую к нему зону участков полынно-типчаковых и ковыльных степей. Площадь заповедника 237,1 тыс. га, в основном это озера (199,2 тыс. га). Он расположен в Тенгиз-Кургальджинской впадине, а административно — в Кургальджинском районе Целиноградской области Казахстана.

Тенгиз-Кургальджинская впадина протянулась с запада на восток на 200 км и с севера на юг на 70–120 км. Она находится на стыке степной и полупустынной зон, отделяя Казахский мелкосопочник от Кокчетавской возвышенности. По характеру рельефа почв и растительности эта территория выделяется в особый Тенгиз-Кургальджинский район луговых и засоленных почв и солонцов.

Климат здесь резко континентальный, сухой. Короткое жаркое и сухое лето вызвано переносом сюда сухих перегретых масс воздуха из пустынь Средней Азии. Зима суровая, продолжительная, малоснежная. Здесь много солнца. Ясных дней около 150 в году. Разность между средней летней и средней зимней температурами достигает 38 °C.

Холодная зима с сильными юго-западными ветрами и частыми метелями начинается в середине ноября и длится около пяти месяцев. Снежный покров неустойчив. В отдельные зимы температура снижается до 40–45 % Весна сухая, прохладная, сопровождается быстрым сходом снега и длится 20–30 дней. Плюсовые температуры начинаются с 6–11 апреля. Однако весенние заморозки полностью прекращаются только во второй декаде мая. Лето непродолжительное и жаркое. Средняя температура июля плюс 23–24 °C. Осень длится около 60 дней (с начала сентября и по начало ноября), почти треть ее приходится на ясную погоду. Уже с середины сентября начинаются заморозки, а в двадцатых числах октября температура устойчиво падает ниже нуля.

Первый снег выпадает в конце октября, но вскоре тает. И, наконец, в первой-второй декаде ноября вся округа оказывается под устойчивым снежным покрывалом до весны. Число дней с сильным ветром со скоростью более 15 м/с от 10 до 50 в году, больше всего их в конце зимы и весной.

На берегах озер преобладают степные и полупустынные растения: солянки и полыни, а также кустарники: селитрянка, таволга, бобовник и шиповник.

Вокруг озер совершенно нет леса. Рек, заслуживающих упоминания, всего лишь три: Нура, Кон и Куланутпес. Они типично равнинные, питаются только талыми водами весной в период бурного паводка с расходом всего до 90 % годового стока. Реки Кон и Куланутпес летом пересыхают; теперь эти реки перекрыты глухими плотинами для нужд сельского хозяйства и животноводства и вода из них попадает в озеро в основном только в многоводные годы, когда ее бывает так много, что она обтекает плотины или даже прорывает многие из них.

В связи с этим, чтобы создать для фламинго наиболее благоприятные условия для гнездования, разработаны меры по поддержанию уровня воды в оз. Тенгиз. Намечено, в частности, в наиболее засушливые годы пополнять водные запасы в озере за счет р. Иртыш[10]. Хотя эта крупная многоводная река и протекает далеко от озера, в 500 км северо-восточнее, но в последние годы вступил в строй канал Иртыш — Караганда и построено крупное водохранилище на р. Нуре. Таким образом, воды Иртыша вплотную приблизились к территории Кургальджинского заповедника.

Через озера заповедника проходит массовый пролет наших околоводных птиц, зимующих далеко на юге: в Индии, Пакистане, Иране, в Северной Африке, на Каспийском море и юге Европы. Сюда же собираются на линьку околоводные птицы из Центрального и Северного Казахстана, Западной и Восточной Сибири. Поэтому неудивительно, что в заповеднике можно встретить массу всевозможных птиц. Кроме фламинго, здесь имеется еще 27 видов уток, гусей и лебедей, более 30 видов куликов и ряд других птиц. Для этих пернатых озера Кургальджинского заповедника служат кратковременным местом отдыха. Здесь они отдыхают и набираются сил перед дальней дорогой на южные зимовки.

Заповедник включен в списки угодий, имеющих международное значение, как одно из главных мест обитания околоводных птиц. Именно на оз. Тенгиз в 1958–1959 гг. впервые в нашей стране было проведено научное обследование жилых гнездовых колоний фламинго. Их проводили сотрудники Института зоологии Академии наук Казахской ССР. Наряду с изучением видового состава, характера размещения и численности колониально гнездящихся на озере других околоводных птиц была подробно обследована и описана гнездовая колония фламинго, расположенная на небольшом низменном острове Рысаков. В 1958 г. здесь было около 24 тыс. гнезд, к моменту осмотра из них с кладкой яиц оказалось не более 8 тыс. (Долгушин, 1960). Кроме этой колонии, по характеру кормовых перелетов фламинго удалось установить, что еще одна небольшая гнездовая колония находится в северо-западной части озера. На следующий год в мае на том же острове было уже 15–18 тыс. жилых гнезд (Чекменев, 1964).

На оз. Тенгиз, по сообщениям ряда наблюдателей, отмечалось регулярное гнездование фламинго. В 1962 г. гнезда были обнаружены в устье р. Куланутпес. Птенцов фламинго обнаружили на озере и в 1965 г. В 1966 г. снова была найдена гнездовая колония, на этот раз в северо-восточной части основного плеса на о-ве Чаячьем, там оказалось 2,5–2,7 тыс. гнезд.

Орнитологи Кургальджинского заповедника систематически изучают гнездовые колонии и особенности жизни фламинго на оз. Тенгиз. Эти самые северные в мире гнездовья фламинго представляют большой научный интерес для орнитологов всего мира.

В 1969 г. фламинго заняли под гнездовую колонию песчаные острова Дальний и Колония, расположенные в восточной части озера. В августе, когда эти острова были осмотрены, разновозрастные птенцы серой и белой окраски держались по обоим островам, а гнезда (их было до 2 тыс.) находились только на о-ве Колония.

В 1970 г. гнезда находились и на том и на другом островах. Общее количество гнездящихся фламинго составляло около 8 тыс.

Гнездились фламинго и где-то у западного берега озера. Там при осмотре с самолета обнаружили до 500 еще не летающих птенцов.

На следующий год здесь была найдена колония краснокрылов. Она находилась не на острове, как в прошлые годы, а на обширном сыром солончаке западного берега. Гнезд здесь, уже покинутых птенцами, оказалось 1435.

В районе восточной части озера фламинго снова гнездились, но только на одном о-ве Дальнем — 7–8 тыс. птиц.

Выяснилось, что фламинго вынуждены в зависимости от уровня воды и разрушительного действия передвижек льда менять места своих гнездовий: острова и мели здесь периодически исчезают, а затем появляются вновь. Так, острова наносного типа Дальний и Колония ежегодно меняют свою форму и размеры. Остров Дальний то рос, то уменьшался (от 0,70 га в 1970 г., до 0,35 га в 1969 г., а затем снова до 0,65 га). Остров Колония имел площадь 0,54 га в 1969 г., через год в результате падения уровня воды увеличился до 0,8 га, а весной следующего 1971 г. исчез — был полностью разрушен передвижкой льдов. В 1972 г. ушел под воду о-в Дальний, так как уровень озера в этом году повысился на 0,5 м по сравнению с уровнем 1970 г. Площадь его значительно увеличилась в связи с затоплением солончаков восточного берега. В этом районе возникла целая система островов.

В. дальнейшем колонии фламинго наблюдались здесь регулярно. Наибольшее количество фламинго зафиксировано в 1979 г, — 50–55 тыс. Однако в 1981 г. они не гнездились здесь, переместившись на оз. Шалкартениз и сор Мертвый Култук.

Второй район гнездования фламинго в Казахстане — это оз. Шалкартениз и расположенные невдалеке от него более мелкие озера Ашитастысор и Жаман-Акколь, а также ряд соров. Они находятся в дельтовой части Тургайской ложбины, приблизительно в 450 км к юго-западу от оз. Тенгиз. Это один из самых малонаселенных районов Казахстана с преимущественно солонцеватыми почвами.

Громадный сор Шалкартениз расположен во впадине с пологими большей частью песчанистыми склонами. Площадь его около 1800–1850 км², размеры примерно 74×43 км. В весеннее время, если годы оказываются многоводными, он наполняется водой впадающих в него рек Тургай и Иргиз и превращается в горько-соленое озеро с глубинами до 2–3 м.

Озера Центрального Казахстана особенно подвержены изменению климатических условий. В засушливые годы они обычно быстро пересыхают. На географических картах 60-х–70-х годов нашего века они обозначены только как соры или даже солончаки. Очередная фаза обводненности озер началась с 1970 г., когда ранний и обильный паводок после многоснежной зимы на реках Сары-Тургай, Тургай, Иргиз, Улы-Жиланшик стал наполнять мелкие прирусловые пресные озера. После повторения высоких паводков в 1971–1972 гг. значительно наполнилось и опреснилось оз. Жаман-Акколь, а также котловина Шалкартениза (Волков, 1977). О том, что фламинго были здесь обычны, стало известно еще в начале прошлого века. Об этом сообщал П. С. Паллас, а позже и другие исследователи, побывавшие в этом районе. Как уже упоминалось, первым из ученых обнаружил на оз. Шалкартениз гнездовую колонию фламинго П. П. Сушкин в 1898 г. Однако достоверные сведения о том, что фламинго здесь не исчезли, а продолжают гнездиться, были получены лишь через 60 лет А. М. Чельцовым-Бебутовым. Он же установил, что фламинго гнездятся и поблизости на оз. Жаман-Акколь.

Работая в составе комплексной Кустанайской экспедиции Московского университета, А. М. Чельцов-Бебутов поставил себе задачей исследовать места гнездовий фламинго в районе Тургийской ложбины. Исследования экспедиции проводились в течение трех лет — с 1955 по 1957 г.

В то время о том, где гнездятся наши фламинго, было еще мало что известно. А. М. Чельцов-Бебутов (1958, с. 98, 99) так описывает свою попытку добраться до колонии фламинго на оз. Жаман-Акколь: «Помимо направления полета стай фламинго, к попытке пересечения плёса нас побудил шедший от берега свежий след волка. Были все основания рассчитывать, что именно волчий след приведет к гнездовой колонии с нелетными еще птенцами фламинго. Однако под толстой соляной коркой здесь оказался черный сероводородный ил, доходивший до колен. По мере удаления от берега ил становился все более и более топким, при малейшей остановке ноги погружались в него глубже и глубже. Метров через пятьсот волчий след повернул под острым углом назад, к берегу. Мы пытались двигаться дальше, но тут внезапно появилось настойчивое желание прилечь отдохнуть, для борьбы с которым приходилось напрягать всю силу воли, хотя было совершенно очевидно, что мокрая соляная корка не выдержит тяжести лежащего человека. Бороться с использованием ружья в качестве дополнительной опоры было уже не под силу, оставалось следить, чтобы смешанный с рапой ил не попал на его металлические части. Продвинувшись в первоначально взятом направлении на 300–400 м дальше волка, на что ушло более часа, и не видя в бинокль ничего вокруг, кроме беспредельной, плывшей в мареве розовой соли, вынужден был повернуть обратно и автор этих строк…»

В 1954 г. в этом районе гнезда фламинго были найдены на оз. Ащитасты-сор. В последующие годы фламинго гнездились на оз. Шалкартениз в 1972, 1973 и 1975 гг. после обводнения озера и затем после пятилетнего перерыва в 1981 г. Далеко не каждый год оказывался для гнездования фламинго благополучным. Так, в 1973 г. оз. Шалкартениз к осени обсохло и фламинго вместе с подросшими птенцами вынуждены были перебраться на небезопасные для них небольшие пресные дельтовые озера р. Тургай: Караколь и Курдым.

Аэрофотосъемкой в 1972 г. было установлено, что гнездовья фламинго насчитывали 8 тыс. взрослых птиц и 4–5 тыс. молодых в возрасте свыше полутора месяцев. Крупное их скопление было обнаружено у одного из островов в западной части этого озера.

При наличии в озерах группы Шалкартениза хотя бы незначительного количества воды, на них одновременно существуют крупные колонии фламинго, как правило, совершенно недоступные для человека и наземных хищников.

Колебания уровня воды в этих озерах неодинаковы и происходят не одновременно. Это позволяет фламинго выбирать для гнездования наиболее подходящие среди них в данный год.

Кроме оз. Тенгиз и группы озер Шалкартениза есть и третий район гнездования фламинго в Казахстане — побережье северо-восточной части Каспийского моря. Здесь господствуют глинисто-солончаковые пустыни. Много солончаков на п-ове Бузачи, северней которого находится крупнейший в Казахстане сор Мертвый Култук.

После наивысшего уровня, достигнутого в 1903 г., площадь водного зеркала Каспийского моря — самого большого в мире озера — неуклонно сокращалась. Последствия были катастрофичны. Особенно изменилась наиболее мелководная северная его часть, где вода отступила на 40–50 км. Исчезли с географических карт огромные пространства, в первую очередь многие заливы, в том числе и такие обширные, как Мертвый Култук, Кайдак и Каракичу. Они высохли и превратились в солончаковые пустыни или же соры[11]. К 1978 г. полностью обсох и залив Комсомолец, последняя остаточная часть залива Мертвый Култук. С конца XIX в. площадь зеркала Каспийского моря сократилась примерно на одну десятую часть, так как уровень моря понизился на 2 м.

Северный берег залива Мертвый Култук издавна был известен как район, где фламинго в массе собирались на линьку. Однако длительное время фламинго только линяли, но не гнездились в этих местах. Неуклонное падение уровня Каспийского моря и вызванное этим почти полное пересыхание заливов к 1946 г. создало благоприятные условия для гнездования краснокрылое: обнажились обширные площади дна и возникли мелководные лагуны с очень соленой водой (Исаков, 1948). Здесь фламинго могли находить в достатке корм, а топкие непроходимые берега охраняли их гнездовья от наземных хищников. Гнездовые колонии фламинго были обнаружены с самолета в горле залива Кайдак, против мыса Кзылкаир и в заливе Мертвый Култук. Все гнезда были построены на обнажившихся сорах более чем в 500 м от воды и располагались группами — от 50 до 500 птиц в одной группе.

Всего оказалось четыре гнездовых колонии общим числом до тысячи гнезд.

Через десять лет, в августе 1977 г., с вертолета снова удалось обнаружить целых три колонии фламинго на Мертвом Култуке.

Первая из них находилась в 3–4 км северо-западнее горы Жаман-Айракты, вторая примерно в 20 км севернее первой, а третья на острове невдалеке от залива Комсомолец, к востоку от него. Здесь в общей сложности оказалось несколько тысяч гнезд. Однако к 1978 г. после полного высыхания залива Комсомолец там исчезла и колония фламинго.

В 1978 г. вновь началось наступление моря на сушу. За два последующих года уровень его поднялся более чем на полметра, достигнув отметки максимально 28,4 м и остался на отметке 24,05 м даже в конце июля 1980 г. Причина этого явления кроется в увеличении количества осадков: снега и дождей в бассейнах рек, впадающих в Каспийское море, в основном Волги. Приток речных вод за 1978–1981 гг. превысил многолетнюю норму на 10–15 %. Выше нормы оказалось и количество осадков, выпавших на зеркало моря. Сказалось и перекрытие плотиной пролива в залив Кара-Богаз-Гол, где испарялось немало каспийской воды.

Подъем уровня моря вызвал к 1980 г. вновь заполнение ложа залива Комсомолец водой почти в тех границах, которые были указаны на географических картах 70-х годов. Теперь фламинго снова имеют возможность гнездиться здесь. Наиболее существенно то, что две гнездовые колонии, расположенные вблизи горы Жаман-Айракты, видимо, мало связаны с уровнем Каспийского моря. Они удалены от него на 40 км по речке Манаши. Здесь 22 мая 1980 г. общественный охотинспектор М. В. Шигин с вертолета примерно в 5 км севернее горы Жаман-Айракты обнаружил две гнездовые колонии приблизительно в 2 км одна от другой. В одной из них оказалось 600–700 гнезд, в другой –800 (Ланкин, 1981).

Подведем итоги. Все озера «Казахстана, на которых когда-либо были обнаружены колонии фламинго, представляют собой более или менее обширные понижения, собирающие почти исключительно весенние паводковые воды. За многие тысячелетия своего существования такие бессточные озера накапливали соли, приносимые стекающими в них реками и речками, и превратились в горько-соленые. Степень их солености меняется по годам в зависимости от того, мал или велик объем стекающей в них воды.

Внутривековые колебания степени влажности строго цикли^ны: после многоводных периодов наступают маловодные, которые продолжаются до 17–20 лет. По многолетним наблюдениям, время полного наполнения водой озер в среднем равно пяти годам. Подавляющее большинство этих озер в засушливые маловодные годы могут высыхать совершенно, превращаясь в солончаки или соры — вязкие непроходимые солончаковые болота. Исключением является оз. Тенгиз. Хотя уровень его в нашем столетии изменялся в очень значительных пределах, однако даже в самый засушливый и маловодный 1940 г. в главном плесе этого озера все же сохранялась вода.

В те годы, когда увлажненность достаточна — и озера Центрального Казахстана наполняются водой, фламинго гнездятся там, в сухие годы у них не остается выбора и они гнездятся на соре Мертвый Култук и на оз. Тенгиз. На этом озере уровень воды понижается, обнажая целый ряд островов и мелей. Но и здесь фламинго нуждаются в мелководьях для кормежки и поэтому летают за кормом на окружающие небольшие мелководные озера.

Весной у фламинго наступает пора любви. Красно-розовые стаи одна за другой снимаются с обжитых отмелей на зимовках и отправляются в долгий и трудный путь на север и северо-восток, к родным местам, где фламинго ив века в век строят свои гнезда и выводят птенцов. Стаи летят по-разному, иногда в линию, реже — клином, а то и беспорядочно, скученно.

Первыми на места гнездовий прилетают взрослые птицы, способные к размножению. Они появляются здесь за 20–30 дней до прилета молодых. Молодых фламинго (возрастом до трех лет) не спутаешь со взрослыми, у них нет чудесного бело-розового наряда.

Впрочем, на оз. Тенгиз, самом северном гнездовье фламинго, молодые птицы появляются далеко не каждый год. Видимо, прилет их сюда зависит от состояния мест зимовок. Их, похоже, вполне устраивает юг, однако, если там плохо с кормом, что обычно бывает при наступлении длительной засухи, или же их часто беспокоят люди, молодые фламинго устремляются вслед за взрослыми на север, иногда добираясь и до мест, где они в свое время вывелись из яиц.

Фламинго — птицы строго колониальные. Они способны размножаться, только находясь среди себе подобных. Еще никто и никогда не видел отдельных гнезд фламинго.

Колониальными называют птиц, которые гнездятся на ограниченной небольшой территории большими группами, располагая гнезда вблизи друг от друга. Такое гнездование свойственно в основном морским птицам, среди которых оно наблюдается у 93 % видов, в то время как у птиц в целом — только у 13 % (Лэк, 1967). Возник колониальный тип гнездования у видов птиц, которые имеют большие запасы корма и одновременно небольшой выбор мест для размещения гнезд. Выбор таких мест у колониальных птиц зависит от близости источников питания и безопасности их для птенцов и взрослых птиц. Мест, удовлетворяющих всем этим требованиям, в природе не очень много.

К преимуществам колониального гнездования относится, во-первых, повышение надежности защиты от хищников путем объединения усилий отдельных гнездящихся пар. В результате даже крупные пернатые хищники не могут противостоять организованному нападению множества обитателей гнездовой колонии. Во-вторых, при колониальном образе жизни достигается практически одновременное размножение, так как требования инстинкта подкрепляются стимулирующим зрелищем того, что тысячи особей одного вида производят одни и те же действия. В-третьих, улучшается питание за счет взаимного оповещения членов гнездовой колонии о местах, изобилующих кормом (Панов, 1983).

У фламинго гнездовые колонии могут состоять из десятков тысяч пар, как, например, на соленых озерах Восточной Африки Накуру и в озере гигантского кратера потухшего вулкана Нгоро-Нгоро.

В условиях Казахстана колонии фламинго много меньше. Так, на оз. Тенгиз в одной колонии в разные годы гнездятся от 50 до 4900 пар птиц.

Далеко не все взрослые фламинго из прилетевших на гнездовья приступают здесь к размножению. Например, в 1979 г. на оз. Тенгиз прилетело 50–55 тыс. фламинго, но из них составили пары и построили гнезда лишь 11400 пар. О причинах этого явления ученым известно еще не так много. Пока можно строить лишь предположения. Возможно, среди птиц, не построивших гнезд; были старые, уже не Способные к размножению птицы, или же больные, а также молодые. Не исключено, что фламинго вообще гнездятся не каждый год. Нельзя исключить, что кому-то из них' и просто не досталось в гнездовой колонии места для гнезда. На оз. Тенгиз, например, подходящих для фламинго островков и мелей не так-то и много.

Едва появившись на соленом озере, лимане или морской лагуне, фламинго начинают обследовать местность, подыскивая подходящие для гнездовья участки.

Уровень водоемов, на которых они имеют обыкновение из года в год гнездиться, непостоянен. В таких водоемах то появляются, то исчезают подходящие для гнездовья мелководья и острова. По этой причине и гнездовые колонии фламинго появляются в разные годы в разных местах. На оз. Тенгиз обычно это низкие песчаные острова, в сущности, обсохшие мели, изредка мелководья — непроходимые солончаковые топи вблизи берегов озера.

Далеко не всякий остров подходит фламинго. Он должен быть достаточно обширным, чтобы стая могла разместить на нем свои гнезда. Очень важно, чтобы враги не могли добраться до гнезда, а кроме того, в районе гнездования должно быть достаточно корма. Впрочем, понятие «близко» для фламинго особое, это не обязательно «рядом», они свободно могут летать за кормом для себя и своих птенцов на расстояние многих километров.

Прилетевшие весной фламинго ведут себя очень шумно. Вслед за первыми стаями одна за другой прилетают другие, на оз. Тенгиз, скапливаясь в юго-западном и юго-восточном заливах, у мыса Съемок, вблизи о-ва Луна, а также на оз. Кипшак. Громкое неумолчное гоготание возбужденных птиц слышно еще до рассвета, не стихает оно весь день и только глубокой ночью наступает тишина.

После прилета фламинго отдыхают, кормятся на своих излюбленных мелководьях и начинают брачные игры. Происходит ли знакомство будущей пары уже на зимовках, как у многих околоводных птиц, например лебедей и гусей, или они впервые знакомятся по прилете на места, где будут гнездиться, пока не установлено. Сразу по прилете фламинго наблюдаются только единичные брачные церемонии. Постепенно в них вовлекаются пара за парой остальные фламинго, и теперь брачный ритуал протекает очень активно.

Брачные церемонии у фламинго сравнительно просты, них нет настоящих танцев, как у журавлей или, что менее известно, цапель, однако своеобразны и забавны. В отличие от других крупных птиц, например тетеревов или глухарей, нет у них для брачных церемоний и постоянного места — «тока». Ухаживание кавалеров за своими избранницами можно видеть и у самой гнездовой колонии, и очень далеко от нее, за десятки километров, на местах кормежек или отдыха, по всегда в полной безопасности, среди широкого водного простора или непроходимых топей.

Вот как протекает брачный ритуал. Группа фламинго начинает громко призывно кричать, качая головами из стороны в сторону, затем каждый распахивает во всю ширь свои крылья, выставляя их напоказ. Мгновенно ярчайшим цветом вспыхивает алое в обрамлении черного среди нежно-розового оперения. Токование имеет большое значение: оно позволяет фламинго приступать к гнездованию одновременно (Хроков, Андрусенко, 1979).

Наблюдателю в первую очередь бросаются в глаза самцы, которые отличаются не только своим большим ростом, по и особым поведением. Они, вытянув как можно больше и без того длиннейшие шеи, выражают свои нежные чувства непрерывным гоготанием и неотступно следуют за своими избранницами. При этом поведение кавалера может меняться. То он церемонно вышагивает нога в ногу за самкой, то припустится бегом, стремясь одновременно в точности повторять все ее движения. В то же время он оттесняет избранницу на более глубокое место, где, используя значительное преимущество в росте, вплотную приближается к самке. Затем он старается захватить клювом ее голову и прижать к туловищу или к поверхности воды, принуждая остановиться. Если самка к нему благосклонна, эта хитрость удается без труда. Самец немедленно взлетает, поджимая свои длиннейшие ноги-ходули, кладет их на спину партнерши и, учащенно взмахивая крыльями, зависает над пей в воздухе. Происходит спаривание.

Во время брачных игр между возбужденными самцами часто возникают потасовки, наподобие рыцарского турнира, носящего, скорее, символический характер. Соперники сходятся вплотную, топорща как можно более пышно перья, чтобы казаться солиднее и грознее, с громким гоготанием неуклюже топчутся на месте и треплют друг друга, хватая один другого за клюв, особого пыла при этом, однако, не проявляя. Изредка голенастые соперники теряют равновесие и взмахами крыльев стараются его удержать, но в отличие, например, от лебедей никогда не пользуются крыльями для нанесения ударов.

Такая проба сил длится с полминуты, а потом один из соперников, по всей видимости, более слабый, признавая себя побежденным, перестает сопротивляться и как ни в чем не бывало спокойно отходит в сторону отдыхать до новой пробы сил с очередным соперником. Победитель не мстителен и не преследует побежденного, он вполне удовлетворен победой. Забавно, что иногда в такой потасовке принимает участие и самка, из-за которой происходит бой. Только ой, судя по всему, исход поединка безразличен. Похоже, что она просто не терпит драк. Стремясь восстановить порядок, она сама вмешивается в потасовку драчунов и без особых церемоний вцепляется клювом и щиплет хвост или крыло ближайшего из них, а то и его соперника, чтобы утихомирить забияк. Обычно самец сравнительно быстро находит себе партнершу и из них составляется дружная пара, ни один не уклоняется от семейных забот. Но нет правил без исключения. Некоторые самцы по какой-то причине не пользуются успехом. Такой неудачник настойчиво преследует какую-нибудь самку, а та не отвечает ему благосклонностью и тут же отбегает в сторону или улетает. Отвергнутый кавалер начинает преследовать других самок, пока, наконец, не придется всё же какой-нибудь из них по душе.

Впрочем, не исключено, что брачные отношения у фламинго в действительности более сложны. Этот вопрос и до настоящего времени еще недостаточно изучен.

После образования пар начинается строительство гнезд. Место для гнезда выбирает самка, но строят его оба члена пары, трудятся дружно и старательно. Перед супругами стоит непростая задача. Гнездо фламинго очень своеобразно. Пара сначала сгребает гнездовый материал клювом в объемистую кучу, затем утрамбовывает его клювом и ногами. В результате напряженного труда появляется солидная тумба в виде усеченного конуса или цилиндра с небольшим углублением-лотком сверху. Это ложе для кладки яиц.

Лоток гнезда после окончания его строительства никакой выстилки не имеет, но после откладки яиц в нем появляются единичные перья, выпавшие из насиживающих кладку птиц. Высота конуса-гнезда может быть разной, иной раз и свыше полуметра (в зоопарках до 40 см). Диаметр лотка в среднем 87 см, однако глубина его всего около 3 см. Гнездо фламинго строят из доступного материала, который берется ту же рядом. Если грунт песчаный, это будет песок, а если фламинго обосновались на солончаковой отмели среди топи, то соленый ил. Во многих гнездах есть примесь водорослей или ракушек, которые служат весьма своеобразной арматурой.

Гнезда фламинго сравнительно прочны, особенно если в них, кроме грунта, имеются примеси. И тем не менее из них к весне будущего года сохраняются немногие. Их разрушают штормы, столь обычные на оз. Тенгиз в осеннее время, когда на островки и мели обрушиваются тяжелые валы соленой воды. Не щадят их и громадины льдины во время неизбежных передвижек льда весной. Однако даже сохранившиеся к прилету фламинго гнезда никогда не используются, а строятся новые.

Раньше считалось, что фламинго по каким-то известным лишь им причинам способны предвидеть погоду на предстоящее лето. Будто бы они заранее знают, будет ли уровень воды высоким или низким и в полноводные годы делают свои гнезда-тумбы высокими, а в маловодные низкими. Смысл такой предосторожности понятен. Низкое гнездо в многоводный год зальет водой, а строить высокое, если в этом нет необходимости, — напрасная трата сил. Впрочем, не все орнитологи согласны с утверждением о такой удивительной прозорливости фламинго. Некоторые из них считают, что высота гнезд фламинго зависит исключительно от влажности грунта, используемого для их постройки. В одной и той же колонии на оз. Тенгиз можно было найти гнезда высотой от 7 до 60 см, по подавляющее их большинство имело высоту в 20–40 см (Хроков, Андрусенко, 1979). Ю. А. Исаков (1948) указывает, что на о-ве Тараба в заливе Кара-Богаз-Гол наиболее высокими (до 32 см) были гнезда, основания которых находились в воде.

Для гнезд, расположенных на отмелях, причиной их различий по высоте служит опасность затопления нагоняемой ветром водой. Если основания гнезд лежат в воде, они и строятся наиболее высокими (Долгушин, 1960).

Материала для каждого гнезда требуется много. Набирая из одного и того же участка песок вблизи гнезда, фламинго постепенно выкапывают ямы, иной раз до метра глубиной. В результате островок с гнездовой колонией фламинго, покрытый высокими конусами гнезд с ямами между ними, выглядит как какой-то неземной, космический ландшафт.

Гнезда фламинго расположены очень плотно, до четырех на 1 м², иногда даже основания, гнезд соприкасаются. Последнее, скорее всего, объясняется просто нехваткой пригодной для размещения гнезд площади островка или отмели, которые облюбовала стая фламинго. Те пары, которые первыми приступили к постройке гнезд, образуют центр колонии, куда уже не добраться врагам.

Фламинго миролюбивые птицы. Хотя они и защищают узкую территорию вокруг гнезда и при нарушении границ между соседями происходят стычки, но до драки дело не доходит, соперники лишь обмениваются чисто символическими угрозами.

Вскоре после окончания постройки гнезд у фламинго начинается откладка яиц. Лоток гнезда рассчитан на кладку из одного-двух, очень редко трех яиц. Последние бывают только у самок, находящихся в состоянии физиологического расцвета. Хотя яиц, как видим, и немного, зато их масса от 102,5 до 219 г (по измерениям на оз. Тенгиз), т. е. яйца фламинго вдвое больше куриных.

Скорлупа яиц чисто-белая, форма может быть различной: попадаются яйца и с одним заострённым концом, и овальные, другие круглей. Между этими формами можно найти все переходы. Впрочем, в этом разнообразии нет ничего необычного. Такое явление наблюдается и у других птиц. Величина яиц тоже соответственно неодинаковая: длина от 53 до 61 мм, а поперечник от 83 до 97 мм. А вот скорлупу яиц фламинго обычной не назовешь. У свежеснесенных яиц она покрыта мягким марким меловым налетом, что у птичьих яиц наблюдается очень редко.

Для фламинго характерна синхронность гнездования, обусловленная еще групповыми свадебными церемониями, в результате которых целые группы птиц находятся и сходных стадиях половой готовности. Теперь стоит только возникнуть благоприятной обстановке (наступить теплым ночам или выпасть дождю), и такие группы фламинго сразу начинают откладку яиц. Удивительный пример синхронной откладки яиц в колонии фламинго на оз. Тенгиз наблюдал 9 мая 1959 г. орнитолог Института зоологии АН Казахской ССР Д. И. Чекменев. В тот день яйца в гнездах сразу появились у полутора тысяч пар.

Синхронность откладки яиц способствует снижению гибели яиц и птенцов в колониях (Андрусенко, 1984).

Если основная масса птиц начинает откладку яиц одновременно, то у части пар яйца появляются позже. По наблюдениям на оз. Тенгиз, откладка яиц начинается с первой половины мая и продолжается до середины июня. Опытные, уже имевшие в прошлые годы потомство фламинго начинают откладку яиц раньше, птицы, гнездящиеся впервые, — позже. Такое явление вообще характерно для самых разнообразных видов птиц.

У фламинго изредка наблюдаются повторные кладки. Так, в случае разрушения гнезд в колонии, что случается иногда после сильного шторма, тысячи пар образуют новые колонии, обычно выбирая для этой цели другой остров.

На оз. Тенгиз несколько раз (в 1959, 1977 и 1978 гг.) наблюдались и необычные колонии. Гнезд в них не было совершенно, а яйца (всего по одному) лежали в неглубоких ямах прямо на песке песчаного острова (обсохшей мели). Это были, несомненно, повторные поздние кладки взамен погибших; фламинго в таких случаях не строят гнезд. Подобный тип гнездования для. фламинго явно неестественный, и такие колонии всегда распадались.

После того как самка отложит полную кладку яиц, наступает следующий весьма ответственный период в гнездовой жизни фламинго: насиживание. Дело это нелегкое и долгое, оно занимает у этих птиц около месяца (30–32 дня). Пара дружна, и все необходимые связанности супруги выполняют добросовестно, подменяя на гнезде друг друга по утрам и вечерам. Правда, самка в насиживании кладки более усердна. Она сидит в гнезде более продолжительное время, но у самца есть и другие обязанности. Он в свободное от насиживания время, как правило, бывает рядом с гнездом, его долг и обязанность — охрана гнезда.

Между тем лето вступает в свои права. Начинает мучить обычная в это время в равнинной части Казахстана жара. От безжалостных лучей солнца, и прямых, и отраженных, от безбрежного голубого пространства водной глади озера, не затененной ни единым кустиком, нет спасения. И песок на островке, занятом колонией фламинго, иной раз накаляемся до 60°, а то и 70°.

Насиживающим яйца птицам приходится тяжко. В колонии царит немилосердная жара. Гнезда расположены впритык одно к другому. У каждого рядом две птицы, а по берегу острова располагаются компании холостяков, у которых нет своих гнезд. Даже если и дует ветерок, то до насиживающей птицы его освежающее дуновение не доходит.

В такие жаркие дни фламинго начинают беспокоиться. Избыточное тепло вредно для яиц, птенцы в них могут погибнуть. Теперь фламинго подолгу стоят над гнездом, широко раскинув крылья. Тень от них, как хороший зонтик, защищает от палящих лучей солнца. При этом время от времени птицы машут крыльями словно громадными веерами, охлаждая током воздуха кладку яиц. Таким же способом позже они предохраняют от перегрева и птенцов-пуховичков.

Тяжко приходится птицам, насиживающим кладку яиц. Но оставить гнездо им ни на минуту нельзя, иначе верная гибель кладки яиц от перегрева. И тут оказываются очень кстати ямы, вырытые фламинго в песке островка при постройке гнезда. В эти ямы уже давно успела просочиться грунтовая вода, и они превратились в своеобразные колодцы. Теперь пары фламинго то и дело набирают в массивные клювы воду и опрыскивают лоток гнезда. Испаряясь, вода уносит из него часть тепла. Иногда приносится и сырой прохладный песок для надстройки гнезда. Перед вылуплением из яиц птенцов родители обильно выстилают лоток своим пером.

В разгар насиживания яиц гнездовая колония фламинго — ни с чем не сравнимое зрелище. Кажется, что по мановению палочки волшебника среди безбрежной голубой глади громадного соленого озера расцвел гигантский розовый цветок, но только этот цветок живой. Он беспрерывно колышется, от него несется гоготание, которое не смолкает ни днем, ни, ночью (Хроков, Андрусенко, 1979).

Каким образом самые длинноногие в мире птицы ухитряются сидеть на своих столбообразных гнездах, насиживая кладку яиц? Первым на этот вопрос ответил крупный английский мореплаватель XVII–XVIII вв. Уильям Дампир[12], который побывал в Америке более 300 лет тому назад и посетил там ряд островов Карибского моря, где и видел множество фламинго. Многие из описаний Дампира этих птиц весьма точны для своего времени, но, увы, не во всем. Вот что писал Дампир в своей книге «Новое путешествие вокруг света», изданной в Лондоне в 1697 г.: «Фламинго, когда несутся или высиживают яйца, не садятся в гнездо, а стоят вплотную к нему, уперев ноги в землю и закрывая лоток гнезда своим брюшком. Это потому, что у них длинные ноги и им было бы неудобно поджимать их под себя, сидя в гнезде». Это наблюдение, получившее название «дампиров миф», два века бытовало в научной литературе. Истина была установлена только в 80-х годах прошлого столетия, когда многие натуралисты занялись изучением жизни фламинго и установили, что в действительности фламинго в период насиживания яиц сидят в гнезде, поджав под себя ноги-ходули. Но в этом для фламинго есть и свои неудобства. Насиживающая птица, чтобы встать с гнезда, вынуждена вести себя весьма потешно. Сначала она вытягивает, сколько возможно, шею, а потом, наклонив голову, упирается в грунт клювом. Лишь после этого ей удается расправить свои непомерно длинные ноги и сойти с гнезда.

Наконец-то минул такой тяжелый для супружеской пары фламинго месяц, и вот (на оз. Тенгиз это происходит в июне) из яиц один за другим начинают вылупляться забавные птенцы-пуховички. В начале своего жизненного пути они совершенно беспомощны, мокрые, о тонкими слабенькими ножками, но уже зрячие. На родителей они пока не похожи: все в белом густом пушке, ножки тоже не розовые, а черноватые, не изогнут у них и клюв. И это, конечно, неспроста. Таким прямым коротким клювом удобнее получать пищу из кривых, словно кочерга, родительских клювов.

В Восточной Африке орнитологи внимательно наблюдали за поведением обыкновенного фламинго в гнездовый период. Им удалось подсмотреть интересный факт. Взрослый фламинго ко времени вылупления птенцов опускает голову как можно ближе к яйцам, непрерывно издавая необычные высокие трубные звуки. Ученые предположили, что смысл такого поведения в том, что птенец еще в яйце должен запомнить голос своих родителей. Тогда он будет способен потом находить их среди тысяч других взрослых фламинго (Brown, Powell-Cotton, Нороraft, 1973). К настоящему времени выяснено, что у эмбрионов выводковых птиц, а не только у фламинго, создается условный рефлекс на голос родителей и после появления на свет птенец уже различает их по голосам. Это явление установлено для гусей, чистиковых и некоторых других птиц.

Таким образом, у птиц воспитание птенца начинается еще в яйце. Например, услышав крик тревоги своего родителя, птенец немедленно реагирует (так, сильно насиженные яйца африканского страуса «оживают» и начинают катиться в сторону). С птенцами кайр, выведенными в инкубаторе, производился следующий опыт. Им ив нескольких точек демонстрировали крики взрослых кайр. Птенцы каждый раз направлялись к ближайшему источнику звука, т. е. у них была врожденная реакция на крик своего вида птиц. Если же за несколько дней до вылупления из яйца птенцу давали прослушать крик лишь одной птицы, то после вылупления он стремился среди многоголосого хора отыскать уже знакомый ему источник звука и направлялся к нему, не обращай внимания на крики других кайр (Владышевский, 1982).

Явление эмбрионального обучения представляет большой интерес для птицеводства. Практически очень важно, чтобы цыплята, утята, индюшата появлялись на свет одновременно. Орнитологи обратили внимание, что в последние два дня перед вылуплением птенцов из яиц куры, утки, перепелки и некоторые другие птицы издают щелкающие звуки, словно подают команду птенцам поторопиться. Эти шумы, названные сенсорной стимуляцией эмбрионов, записали на магнитофон, усилили и воспроизвели в инкубаторе. Результаты полностью оправдали надежды: отдельные птенцы вылупились даже на день раньше срока (Левитина, 1985).

Около двух недель птенцы кормятся «птичьим молоком» родителей (см. ниже). После того как клюв птенцов начинает изгибаться, они начинают кормиться и сами, но родители еще долго их прикармливают.

Больше двух месяцев пара фламинго усердно кормит своих малышей. За этот срок с птенцами происходит метаморфоза. Они в десятидневном возрасте успевают сменить свой пушистый наряд на светло-серый, а к четырнадцатому дню — на серый. Такая разница в окраске оперения птенцов и взрослых птиц, конечно, не случайна. Беззащитные птенцы не должны сразу бросаться в глаза. Окраска у них покровительственная, маскировочная.

В окончательный свой наряд фламинго одеваются только на третьем году жизни. Это происходит, вероятнее всего, с наступлением половой зрелости. Но тут не все еще ясно. По другим данным, фламинго могут приступить к размножению лишь на пятый-шестой год.

Птенцы способны уже немного летать с 55–62-го дня Жизни. Теперь и клюв у них изменяет форму, он уже изогнут в середине под тупым углом книзу, т. е. внешне выглядит так же, как и у взрослых фламинго. Несмотря на это, кормиться сами птенцы все же еще не могут, так как клюв их только внешне похож на взрослый, а в действительности он еще недоразвит: цедильное приспособление — пластинки, зубчики и чувствительные нервные окончания сформировались еще далеко не полностью. Вот поэтому-то и приходится родителям подкармливать своих недорослей.

Зато растут они очень быстро. Через два-три дня после вылупления малыши уже способны покинуть свою земляную колыбельку. Спасаясь от палящей жары, которая накаляет и само гнездо, и песок вокруг него, они уходят на берег острова к прохладной воде.

Н. Андрусенко (1984, с. 98) в Кургальджинском заповеднике на оз. Тенгиз наблюдал удивительное поведение взрослых фламинго, которые самоотверженно спасали своих птенцов-пуховичков от неминуемой гибели во время грозы с крупным градом. Вот что он пишет: «Фламинго встревожены, они ждут грозы. Еще засветло взрослые птицы согнали пуховиков в центральную наиболее возвышенную часть острова и окружили. Постепенно кольцо делалось все уже и уже и, наконец, сомкнулось.

Время тянется медленно. Но вот вдали полыхнула зарница, затем другая, донеслись глухие раскаты грома. Гроза приближалась. Вскоре яркая вспышка молнии осветила остров и лиловые рваные края туч, мощный раскат грома потряс небо и землю. Налетел шквалистый ветер, и в ту же секунду на остров обрушился сокрушительный ливень с крупным градом. Ливень облаком охватил стаю и понесся дальше. В водяном тумане силуэты птиц выросли, вытянулись, стали призрачными тенями. Озеро недавно такое спокойное и ласковое, теперь превратилось в разъяренного зверя. Огромные мутные водяные валы дыбились, катились и обрушивались с неистовой силой на маленький песчаный остров.

Первый же сильный порыв ветра заставил фламинго сбиться в плотный табун и развернуться ему навстречу. Когда начался ливень с градом, птицы легли, вытянув шеи. Около семи минут несколько тысяч фламинго неподвижно лежали на песке и прикрывали птенцов… Гроза прекратилась так же внезапно, как и началась. Словно обессиленный, притих Тенгиз. Фламинго медленно вставали, упираясь клювами в песок, и сильными взмахами крыльев стряхивали с себя воду, а в ногах у них деловито копошились светлые пуховые шарики».

В десятидневном возрасте птенцы образуют одну или несколько — стаек во главе с «няньками-воспитателями», взрослыми фламинго. Эти птицы, вероятно, из тех, что не гнездятся в данном сезоне или по тем или иным причинам лишились своей кладки яиц.

В «детских садах» птенцы держатся очень кучно, образуя большие группы в сотни, a to и тысячи малышей. При каждом таком «детском саде» всегда находятся несколько взрослых фламинго. По наблюдениям на оз. Тенгиз, обычно их бывает десять-пятнадцать.

«Няньки» неотступно и строго следят за порядком и самоотверженно охраняют «детский сад» от врагов. На оз. Тенгиз это обычные здесь крупные серебристые чайки. Их. еще называют чайками-хохотуньями за характерный крик. Едва зазевалась охрана или отбился от стаи чрезмерно шустрый непоседа-пуховичок, его тут же хватает и уносит в клюве пернатая разбойница.

Каждый день, около 18 ч, весь «детский сад» фламинго возвращается на остров к гнездам. В такой обратный маршрут их здесь обычно ведет лишь один взрослый фламинго. «Воспитатель» плывет, а добравшись до мелководья, идет позади своих многочисленных подопечных. Он, как заправский командир, непрерывно покрикивает, а отстающих птенцов наказывает, чувствительно подталкивая своим массивным клювом. За час до захода солнца и до полной темноты начинают прилетать со своих обычных мест кормежки и родители. Молодежь и взрослые собираются вместе около гнезд. Вечерние часы у фламинго самые шумные. Родители громкими криками подзывают птенцов, при этом каждая пара взрослых фламинго кормит только своих малышей.

Звуки, которые издают птенцы, своеобразны. Обычно вначале, еще пуховичками, они способны только на тихий писк, а чуть повзрослее издают тихий, но отчетливый крик «ке-век», «ке-век». Голос, сходный с гоготанием взрослых, появляется у них много позже, лишь тогда, когда наполовину вырастут маховые перья крыльев.

Даже маленькие птенцы фламинго умеют неплохо плавать, а при опасности способны, хотя и ненадолго, нырять. Бегают молодые фламинго тоже быстро. На мелководье человеку их догнать почти — невозможно, а на сухом берегу это удается только с большой затратой сил. Игорь Александрович Долгушин писал, что шум, издаваемый бегущими птенцами фламинго, подобен грохоту морского прибоя.

Подросших птенцов воспитатели всем «детским садом» теперь водят на обширные мелководья, где много всякого животного и растительного корма.

Посещение людьми гнездовых колоний фламинго в период, когда у них происходит откладка яиц, или пока в колонии еще птенцы-пуховички, совершенно недопустимо. Фламинго бросают колонию и больше не возвращаются к ней на несколько лет. И яйца и птенцы обречены на неизбежную гибель. Когда однажды ученые посетили такую колонию с птенцами, выяснилось, что неоперившиеся птенцы фламинго совершенно беспомощны. Так одна из групп птенцов из «детского сада» вместо того, чтобы спасаться, возвратилась на остров с гнездами и стала беспорядочно бегать по мелководью вокруг него, даже навстречу людям.

Подросшие птенцы уже далеко не так беспомощны. У фламинго имеются свои выработанные тысячелетиями способы защиты от людей. Стоит только приблизиться лодке с браконьерами к острову с гнездами фламинго, как птенцы немедленно сбиваются в многосотенный табун и под руководством старой опытной птицы быстро уходят на топкое мелководье. Здесь до них не добраться ни пешком, ни на лодке.

Бывает и по-другому. При приближении лодки с человеком старые птицы сразу же улетают, а молодые уходят и потом уплывают плотной кучей.

Особенности питания фламинго определяются весьма своеобразным строением их клюва. И в самом деле, клюв этих удивительных пернатых совершенно необычен, ничего подобного нет ни у одной другой птицы. Высота его заметно больше ширины, он очень массивен по сравнению с головой и, кроме того, примерно в середине как бы надломлен и направлен книзу под тупым углом. Верхняя часть (надклювье) сравнительно узкая и плоская, много меньше нижней челюсти и едва прикрывает ее края. На конце она очень твердая, тогда как у основания покрыта мягкой кожей. Нижняя челюсть (подклювье) широкая и глубокая. У большинства птиц нижняя челюсть много подвижнее верхней, у фламинго — наоборот. Края надклювья имеют мелкие роговые пластинки и зубчики. Язык непомерно велик, он красно-розового цвета, образован сильными мышцами и полностью заполняет промежуток между челюстями. По краям его имеется примерно по 20 роговых зубчиков.

Брать и ощупывать различные предметы и свою очень мелкую добычу фламинго может только клювом. Внутренняя поверхность клюва и верхняя сторона языка у него густо усеяны осязательными рецепторами (нервными окончаниями в виде конусовидных сосочков), которых более сотни тысяч. Эти нервные окончания очень малы, увидеть их можно только в микроскоп. Даже кончик алмазной иглы современного звукоснимателя при таком же увеличении (около тысячи раз) выглядит более толстым и грубым. Благодаря таким сосочкам фламинго могут ощупывать пищу под водой, не пользуясь зрением.

Клюв фламинго — оригинальный и при этом весьма производительный цедильный аппарат для отлова и отбора мелкой пищи. Он выполняет две задачи: одновременно служит и мелкоячеистым сачком и вместилищем языка, действующего как поршень для выталкивания захваченной вместе с кормом воды. Верхней челюстью, как большой ложкой, краснокрыл захватывает скопление рачков или личинок мух-береговушек, а воду фильтрует из закрытого клюва, выталкивая ее с силой языком через пластинки и зубчики.

Мелкая живность, которая после отцеживания воды застревает между роговыми зубчиками клюва, подхватывается массивным шершавым, словно рашпиль из-за множества мелких роговых пластинок, языком и проглатывается.

Фламинго не могут глотать крупную добычу, например рыбу, как пеликаны, чайки или бакланы, так как клюв у них может раскрываться не шире четырех сантиметров, а пищевод малорастяжим.

Интересно, что такие хитроумные приспособления для питания мелкой добычей встречаются не только у фламинго. Некоторые из них (например, зубчики по краям клюва и осязательные сосочки) имеются и у гусеобразных птиц. Однако природа спустя многие миллионы лет еще раз даже в деталях повторила строение клюва фламинго уже у китов, но не у всех, а только гладких, или настоящих, из подсемейства усатых китов. На это схоДство обратили внимание зоологи (Томилин, 4974). Дело в том, что объекты питания у китов и фламинго очень сходны: это мелкие организмы. Биологи называют такое явление эволюционной конвергенцией (в сходных условиях жизни у неродственных животных развиваются одинаковые приспособления). В результате и фламинго и кит получили узкую верхнюю челюсть, большой толстый мясистый язык, размещенный в глубокой нижней челюсти, сложный изгиб челюстей. Это обеспечивает наибольшую поверхность фильтрования. Язык при движении его по пластинкам клюва фламинго или пластинам («китовый ус») пасти кита выполняет роль поршня. Вода быстро проталкивается сквозь них, а мелкие примеси в воде задерживаются.

У фламинго очень своеобразна и манера добывания пищи. Они кормятся всегда в воде и, как правило, держатся только на мелководье. Почувствовав голод, фламинго начинают церемонно расхаживать группами туда и сюда разгребая ногами ил. Погружают голову в воду, поворачивая ее теменем вниз, так что надклювье оказывается внизу, а подклювье сверху (корпус при этом остается неподвижным). Втянув в клюв взбаламученную ногами жидкость, закрывают клюв и процеживают воду, оставляя в клюве мелкую живность.

В более глубоких местах фламинго взмучивают воду, «топая» ногами на месте. Интересно наблюдать за стайкой фламинго, когда они кормятся, в тихую погоду. Создается полное впечатление, что они танцуют. Ноги у них переставляются ритмично, а тело при этом медленно поворачивается то вправо, то влево.

У фламинго имеются нахлебники. Кулики, утки во время кормежки фламинго на мелководьях крутятся тут же, пользуясь их трудами. Фламинго обеспечивают им лакомую добычу — мелких рачков и личинок солоно-водных мух.

На местах постоянных кормежек в иле образуются лунки. Фламинго пользуются ими постоянно, так как в лунках скапливается много мелких рачков и личинок насекомых. Из-за этих лунок между фламинго то и дело происходят стычки. Чтобы отогнать от облюбованной лунки конкурента, фламинго медленно приближается к нему, как можно больше распушив перья, вытянув шею вверх во всю длину, направив клюв на соперника, и издает боевой клич. Противник не остается в долгу, проделывая такие же движения. Птицы сцепляются клювами, стремясь сдвинуть соперника с места. После короткой борьбы побежденный покидает поле боя.

В разгаре лета в период массового размножения рачка артемии, образующего скопления в верхних слоях воды, фламинго меняют тактику. В это время они добывают корм на плаву, вытянув во всю длину шею, опуская голову ко дну и погружая туловище целиком в воду. Бывает, что они ставят туловище вертикально, подняв огузок, подобно кормящимся уткам.

В Кургальджинском заповеднике фламинго, чтобы покормиться, нередко летают за несколько десятков километров от колоний на оз. Тенгиз, посещают и пресные водоемы (оз. Кургальджин).

Время их кормления связано с сезонами года. В мае краснокрылы кормятся по ночам, в конце июня — после полудня, а в середине июля — в течение всего дня. Такое различие во времени зависит от состояния их гнездовых дел.

Вот как описывает типичную картину кормежки фламинго в самом конце лета на оз. Тенгиз А. А. Слудский (1960, с. 96–97): «Обширная голубая даль, серебрившаяся под лучами солнца, у берегов была окружена как бы розовым кружевом. Вдоль всего побережья, насколько было видно в сильный бинокль, стадами держались розовокрасные взрослые фламинго. С раннего утра до И— 12 часов они табунами по 20–50 особей кормились на отмелях, где глубина воды была меньше, чем высота их цевок.

Птицы медленно ходили по мелководью, высоко поднимая ноги и опустив голову и шею в воду по самые плечи. Таким способом они собирали корм со Дна. Меньшая часть птиц кормилась плавая, держась от берега в 500–1000 м. Фламинго, кормившиеся вдали от берега, доставали корм, перевертываясь вниз головой и погружая при этом переднюю часть тела в воду (как это делают речные утки). По временам птицы перекликались (их крик похож на гоготание гусей). К 12 часам дня большинство фламинго собралось на подводных отмелях, образовав большие стаи по 500–1000 особей. В поле зрения на расстоянии около пяти километров появились три таких стаи, кроме того, между ними было много мелких групп, так что вдоль берега тянулась почти сплошная полоса вблизи розового, а дальше — белого цвета. Всего на этом участке побережья держалось примерно до 3000 птиц.

Днем основная масса фламинго отдыхала. С 18 часов фламинго с одного края стаи выстроились в длинный ряд и начали медленно обходить вокруг отдыхавших еще птиц, доставая корм со дна. Большинство же фламинго в это время еще спало. Однако многие просыпались и постепенно присоединялись к кормившимся птицам. За час до заката кормились уже все фламинго».

Питание краснокрылов к настоящему времени достаточно хорошо изучено. Самая излюбленная добыча фламинго — мелкий (1–1,5 см) красноватый жаброногий рачок артемия и его яйца. На этом неказистом рачке стоит остановиться.

Артемия (Artemia salina) типичный обитатель соленых материковых озер и морских осолоненных мелководных заливов-лиманов в зоне степей и полупустынь Европы, Азии, Северной и Южной Америки, где он, несмотря на малые размеры, образует массовые скопления[13], обеспечивая фламинго практически неограниченным количеством полноценного высокопитательного корма.

Размножаются артемии так. Под брюшком у самок вырастает мешочек, наполненный очень мелкими икринками. Мешочек лопается, и икринки падают в воду. Из икринок, снесенных весной и летом, вскоре вылупляются личинки. В лупу видно, что они напоминают по форме космонавтов в скафандрах (см. 4-ю сторону обложки; увеличение 40). Икринки, отложенные осенью, задерживаются в своем развитии до весны, так как замерзают. Команду проснуться дают им весенние дожди и талые воды, которые понижают соленость воды у берегов водоема, куда ветер и течения выносят скопления икры артемий, образуя длинные желеобразные полосы. На редкость прочная оболочка лопается, и на свет появляется личинка, которая немедленно принимается искать пищу: микроскопические водоросли и бактерии. Они к этому времени уже в массе размножаются.

Рис. 3. Рачок артемия — излюбленный корм фламинго

На оз. Тенгиз массовые скопления артемии образуются в июле — августе. В тихую погоду они похожи на острова, обрамленные кружевом буроватой пены. Рачков так много, что их скопления свободно выдерживают вес небольших куличков плавунчиков и даже уже летающих птенцов чаек — морских голубков, которые свободно бегают по таким съедобным «островам», поедая лакомый корм. В сентябре артемии исчезают.

Отряд жаброногих, к которым относится артемия, — самые примитивные представители ракообразных. Артемия способна в огромных количествах размножаться даже в пересоленых самоосадочных озерах. Как правило, в водоемах, населенных артемиями, не живут ни рыбы, ни другие сильные хищники. Врагов нет. Это и позволяет артемиям размножаться в огромных количествах. Пищей ей служат несколько видов микроскопических водорослей и бактерий ила, как и она, приспособившихся к соленой воде.

Способность артемии переносить высокую соленость воды объясняется тем, что этот рачок обладает удивительным свойством: он может легко выводить из своего тщедушного тельца избыток солей и тем самым сохранять постоянную соленость крови, такую же, как и у его ближайших родственников — пресноводных рачков. Необычны и яйца артемии. Они отличаются большой стойкостью к неблагоприятным условиям, без вреда для себя могут переносить не только резкие колебания температуры (в том числе нагревание до 80 °C), но и полное высыхание водоема, в котором живут, сохраняя при этом жизнеспособность 3–4 года. Рачки быстро заселяют соленые водоемы, так как их яйца могут переноситься ветром. Это основной способ распространения артемий в природе, другой способ — перенос околоводными птицами, к ногам и оперению которых прилипают яйца этих рачков. Удивительной жизнестойкости артемий способствует и то, что у них способны нормально развиваться как оплодотворенные, так и неоплодотворенные яйца.

Питательные качества артемий высоки. В ряде стран, например в Египте, артемия идет в пищу.

В настоящее время артемий разводят в промышленных масштабах для питания мальков рыб на рыборазводных заводах и для продажи аквариумистам. В ряде стран существует специальный доходный промысел по добыче икры артемий. Ее скопления собирают в особые фляги, а затем высушивают. В таком виде икра может храниться по многу лет, оставаясь живой. Икра находит широкий спрос на мировом рынке, так как она — один из лучших живых кормов для мальков аквариумных рыб.

На оз. Тенгиз фламинго питаются и другими мелкими рачками. Это жаброногие, ветвистоусые и гарпактициды — очень мелкие рачки, которые, однако, никогда но бывают многочисленными.

Охотно поедают фламинго также личинок и куколок солоноводных мух-береговушек (эфердид). Эти личинки очень живучи и способны выдерживать практически любую соленость воды, тогда как рачки артемии не терпят соленость свыше 26–30 % (Шёгрен Бепгт, 1967). На белоснежном соловом панцире кромки берега можно то тут, то там заметить участки, словно припорошенные угольной пылью. Но пыль живая. Вблизи слышно слабое гудение. Это очень мелкие мухи-береговушки густым слоем покрывают часть берега. Они то взлетают, то снова садятся, постепенно перемещаясь вдоль берега. На мелководье у берега снуют во множестве их личинки. Личинки и куколки мух-береговушек — весьма обычный корм фламинго в Кургальджинском заповеднике. Так, орнитолог В. Ф. Гаврин, добыв для научных исследований фламинго на одном небольшом соленом озере вблизи Кургальджина, обнаружил, что желудок птицы на 95 % был заполнен их личинками (Долгушин, 1960). Не отказываются фламинго и от личинок других мелких водных насекомых. Кроме личинок и куколок мух-береговушек, они поедают также личинки комаров-звонцов (дергунов). К этому семейству комаров относится хорошо известный любителям — рыболовам и аквариумистам мотыль, точнее, его личинка — красный червячок.

Чтобы насытиться, фламинго должен основательно потрудиться. На дневной рацион ему требуется порядка 120 тыс. артемий или более 30 тыс. личинок мух-береговушек.

Гнездовая колония из 500 пар фламинго поедает в месяц не менее 1 млрд личинок мух-береговушек. Такое огромное количество корма фламинго могут найти далеко не на каждом солоноводном водоеме. Подсчитано, что колония фламинго в Каче (северо-западная Индия), состоящая и: 500 тыс. птиц, извлекает из ила примерно 145 т корма в день, а за пять месяцев своего пребывания там 21 750 т (Гладков, 1970). На Каспийском море обычной пищей фламинго служат мелкие двустворчатые моллюски сердцевидки, или кардиумы, местами очень многочисленные по мелководьям. Для них характерна раковинка сердцевидной формы с уплощенными радиальными ребрышками.

Наши фламинго могут питаться не только животной пищей, но в какой-то мере и растительной. Так, П. Максимович еще в конце прошлого века писал о Каспийском море: «… в тихих заливчиках этого моря набивается волнением растущая в нем красная водоросль[14], массы ее, смешанные с водой, принимают вид и густоту жидкой каши, издающей страшное зловоние. Скопища этой водоросли служат пищей розовым фламинго. Там, где нет этой водоросли, нет и фламинго» (цит. по: Исаков, 1948, с. 53). Однако питание наших фламинго водорослями, скорее, вынужденное в связи с недостатком привычных животных кормов. Об этом свидетельствует тот факт, что американские фламинго — андский и короткоклювый (он же фламинго Джеймса), а также афро-азиатский малый фламинго, которые питаются синезелеными и диатомовыми водорослями, имеют особое устройство клюва: у них много сильнее развит цедильный аппарат (Гладков, 1970). По этой причине в Африке на одних и тех же озерах мирно уживаются большими скоплениями как обыкновенный, так и малый фламинго: они не соперничают из-за пищи.

Кроме водорослей, наши фламинго поедают также и семена водных трав: рупии и рдеста. Рупия имеет нитевидные листья. Цветки у нее собраны в колоски, которые во время цветения поднимаются над водой. Семена мелкие. Растет рупия в соленых и пресных водах умеренной и субтропической зон. Семена рдеста гребенчатого обнаружены в желудках фламинго, добытых на оз. Тенгиз. Эта водная трава с тонкими, сильно ветвистыми, слегка сплюснутыми стеблями и погруженными в воду темнозелеными, напоминающими очень длинные хвоинки листьями. Корневище клубнеобразное, утолщающееся к осени. Цветет летом. Цветки невзрачные. Семена — плодики длиной 3,5–4 мм с коротким носиком, кругловатые, слегка сплюснутые. Рдест — типичное растение мелководий.

Ю. А. Исаков у всех добытых им на Кара-Богаз-Голе с научными целями фламинго, к своему удивлению, нашел, что их желудки оказались наполненными не менее чем наполовину семенами рупии, остальную часть составляли водоросли. Питаются этими семенами фламинго и в заповеднике Камарг во Франции.

Впрочем, значение в питании фламинго семян этих растений не следует переоценивать. Сила переваривания желудочного сока птиц поразительно велика. Поэтому нет ничего удивительного в том, что в желудках фламинго иногда находят только одни семена, твердые оболочки которых несравненно прочнее, чем нежные тельца артемий или других мелких водных животных.

Питание птенцов у фламинго совершенно иное, чем у взрослых, и весьма своеобразно. Наблюдатель с удивлением может увидеть, как из родительского клюва в клюв птенца тонкой струйкой течет кроваво-красная жидкость. Такое не увидишь у других птиц. За день птенец получает ее почти 4 л.

«Птичье молоко» в нашем языке всего лишь шутка, символ несбыточности. А между тем оно существует на самом деле и в общем имеет сходство с молоком млекопитающих, по крайней мере по питательности.

Наиболее известно «птичье молоко» голубей. Один из видов голубей — кольчатая горлица, изучен в этом отношении лучше других. Ко времени вылупления из яиц птенцов этой птицы зоб родителей увеличивается приблизительно втрое. Эпителиальная выстилка зоба начинает выделять сметаноподобную массу, так называемое зобное молочко, по составу напоминающее молозиво млекопитающих, которое они отрыгивают, и кормят им птенцов из клюва в клюв. Птенцы чуть ли не всей головой забираются в раскрытый клюв родителей, жадно хватая корм.

Питательной жидкостью выкармливает своих птенцов императорский пингвин (а также трубконосые птицы: альбатросы, буревестники и др.). «Молоко» императорского пингвина вырабатывается в зобу и желудке обоих родителей и скорее напоминает сливки, чем молоко, так как содержит до 28 % жира. Кроме того, в нем 60 % белков, а также витамины и микроэлементы. У трубконосых это всего лишь полупереваренное содержимое желудков птиц-родителей, состоящее в основном из рыбьего жира и белка.

Орнитологи давно знали, что фламинго тоже выкармливают своих птенцов из клюва в клюв жидким кормом, по до недавнего времени было неизвестно, что входит в состав этого необычного детского питания. Помог случай. Однажды в зоопарке орнитологи заметили на спине у птенца фламинго красные пятна. Это было странно: пуховой наряд птенца в этом возрасте всегда серовато-белый. Неужели птенец ранен? Его поймали и осмотрели. Предположение не подтвердилось. Похоже было, что родители запачкали спинку птенца чем-то похожим по цвету на кровь. После тщательного исследования загадка разъяснилась. При химическом анализе «красного молока» выявилось, что оно содержит, во-первых, каротиноид — вещество, очень близкое к каротину (провитамину А) — оранжево-желтому веществу, которое в значительных количествах имеется в ряде продуктов питания. В организме животных под влиянием фермента каротиназы каротин превращается в витамин А. У зверей и птиц организм сам вырабатывать каротин не способен и получает его только с питанием. Интересно, что кроме каротиноида в детском питании фламинго оказались все составные части нормальной птичьей крови. Таким образом, было установлено, что красный цвет питательной жидкости зависит как от присутствия в ней гемоглобина — красящего вещества красных кровяных телец — эритроцитов, так и от каротиноида[15].

Вот уж действительно эти замечательные птицы для своих чад не жалеют собственной крови! Вообще «птичье молоко» фламинго представляет собой отрыжку из полупереваренных рачков и личинок водных насекомых с добавкой приблизительно одной сотой части крови кормящих птиц. Откуда же берется эта кровь? Оказалось, что в период выкармливания птенцов у родителей по всей длине пищевода разрастаются так называемые ацинозные железы, густо оплетенные сетью капилляров, которые в изобилии и снабжают их кровью. «Птичье молоко» фламинго имеет ярко-красную окраску только в течение первых двух недель кормления, затем оно постепенно становится розовато-оранжевым и густеет, в нем появляются желеобразные сгустки.

Необходимо остановиться еще на одном явлении, прямо связанном с питанием фламинго. Их жизнь проходит среди пространств соленой воды. Такая вода для питья но пригодна, в ней растворено слишком много солей, много больше, чем в морской воде.

Соленая вода попадает в желудок фламинго вместе с пищей. Как они избавляются от избытка солей? Автору не удалось найти в литературе упоминания об этом. Однако сейчас уже хорошо изучен целый ряд морских птиц: альбатросы, буревестники, бакланы, чайки и др., у которых обнаружены специальные солевые железы. Они расположены между глазом и носовой полостью. Соленая жидкость выделяется в носовую полость, откуда вытекает наружу через носовые отверстия. Возможно, что сходные железы имеются и у фламинго.

Периодическая смена оперения в жизни птиц — очень важный момент. Для того чтобы было более понятно поведение фламинго в этот период, необходимо кратко остановиться на особенностях оперения.

Перья не только нужны птицам для полета (они формируют несущую поверхность крыльев и хвоста), они еще служат превосходной одеждой, надежно защищающей птицу от холода и перегрева.

Перо — весьма хитроумная конструкция, ни у каких других животных ничего похожего не увидишь, здесь природа как инженер и художник достигла одной из своих вершин.

Перо обладает многими чудесными свойствами: здесь и почти невесомость, и прочность, и пластичность, и упругость, и способность восстанавливать нарушенную структуру.

Строение пера сложное. От его полого в нижней части стержня в обе стороны в одной плоскости под углом 45° отходят бородки. Каждая из них в свою очередь несет бородочки, а они снабжены выростами в виде тончайших нитей с крючочками на конце, которые прочно сцеплены между собой и образуют густую и прочную пластинку-сетку. В каждом пере, если рассматривать его под микроскопом, можно насчитать сотни тысяч бородочек и миллионы их ответвлений с крючочками. Такая роговая пластинка почти непроницаема для воздуха.

Такое строение пера характерно для так называемых контурных перьев. Они, покрывая тело птицы, определяют его очертания, контур. В контурном пере различают стержень (роговую трубочку), нижнюю часть которого, погруженную в кожу птицы, называют очином, и опахало, образованное системой бородок.

Pис. 4. Строение птичьего пера

Благодаря перьям тело птицы окружено плотным легким покровом, который при необходимости легко развертывается и служит превосходной опорой в воздухе во время полета.

Перья очень разнообразны, но их все же можно разделить на четыре основных типа. Самые многочисленные — контурные перья. Они служат птице одеждой, защищая от холода и ветра, но не только. Облекая туловище, они придают ему обтекаемую форму. Под чехлом из контурных перьев располагается мягкий пух. Он вместе с контурными перьями обеспечивает теплоизоляцию тела птицы. Между перьями этих двух типов разбросаны нитевидные перья. У некоторых птиц они служат украшением. Кроме того, по предположению орнитологов, эти перья могут служить и каким-то органом чувств. Четвертый тип перьев — это перья крыльев и хвоста, связанные с полетом, — маховые и рулевые. Форма их не симметрична, опахала имеют широкую и узкую стороны. В распахнутых крыльях широкие стороны опахал маховых перьев и образуют несущую поверхность крыла, а рулевых — хвоста.

У перьев есть и еще одно очень важное для фламинго назначение. Жизнь этих птиц проходит среди воды, проще простого здесь намокнуть и переохладиться. Спасает устройство перьев.

Поверхность перьев фламинго шероховатая. Эта шероховатость образована множеством мельчайших выступов. Каждый такой микроскопический выступ завершается острием. Попадая на перья, капли воды соприкасаются только с этими остриями. Площадь такого контакта оказывается совершенно ничтожной, вода не может удержаться на остриях и легко скатывается с оперения. Такая особенность характерна, конечно, не только для фламинго, но и для большинства водоплавающих птиц. Исключением являются, например, целиканы, а также бакланы и похожие на них змеешейки, перья которых после плаванья или ныряния за рыбой намокают, и эти птицы вынуждены подолгу сушить свои перья.

Жировая смазка перьев также предохраняет перья от намокания. Фламинго, как и другие птицы, много времени посвящают чистке перьев. Перья, столь жизненно важные для птиц, быстро снашиваются. Особенно сильно изнашиваются те перья, на которые действуют наиболее сильные механические нагрузки при полете: маховые и рулевые. Края перьев стираются, а крючочки, которые сцепляют бородки, частично разрушаются, как и сами бородки. В жарком и континентальном климате изнашивание перьев происходит особенно быстро. Стираются не только края опахал, но обламываются и концевые части стволов. Птице становится трудно летать, снижаются и теплоизолирующие свойства оперения. Вот и приходится птицам постоянно ухаживать за ним.

Фламинго выглядят очень забавно, когда занимаются уходом за своим оперением. Изогнув шею восьмеркой, они тщательно перебирают клювом каждое перышко, разглаживая его и удаляя грязь. Затем наступает очередь умащивания. «Фабрика косметики» у них своя. Это крупная копчиковая железа, расположенная, как и у других птиц, в основании хвоста. Фламинго, надавливая клювом, набирают в него по небольшой порции особых жировых выделений и тщательно смызывают ими каждое перо. После этого оперению фламинго не грозит намокание. Вода скатывается с него полностью, а перо становится прочнее, эластичнее. Любят фламинго и купаться, это также помогает держать оперение в чистоте.

Нагрузки на перья крайне велики, поэтому со временем они снашиваются, растрепываются и ломаются. Взрослые птицы вынуждены обновлять свою перьевую одежду не менее одного раза в год. Такая смена перьев называется линькой.

У молодых птиц линька связана с общим ростом и развитием организма, у взрослых обновляется сношенное перо.

Считалось, что фламинго, как и другие водоплавающие птицы, которым крылья для добывания пищи не особенно нужны, во время линьки совершенно не могут летать. На это время они удаляются на открытую воду или топкие мелководья (фламинго) или прячутся в непроходимые тростниковые крепи (гуси, утки, лебеди), т. е. в недоступные для наземных врагов места. Однако в последнее время установлено, что это мнение не совсем справедливо. У молодых фламинго, еще но способных создать семью, а также у взрослых, которые по тем или иным причинам не стали размножаться в данный сезон, маховые перья, без которых невозможен полет, выпадают одновременно. По этой причине такие птицы действительно не могут летать, пока у них не вырастут новые. А вот у гнездящихся фламинго линька происходит по-другому. Первостепенные маховые у них выпадают не сразу, а поочередно, симметрично парами (одно на левом, другое на правом крыле). Эти перья часто можно найти в лотке гнезда. Взамен выпавших тут же начинают расти новые. Во время такой частичной линьки фламинго способности летать не утрачивает (Андрусенко, 1981).

Индивидуальные различия в линьке у фламинго весьма даже целесообразны. Фламинго-родителям необходимо летать, чтобы приносить своим птенцам корм. А остальным, не занятым этим важнейшим делом, лучше поторопиться с линькой. Она у птиц протекает болезненно, тяжело. Чем скорее пройдет этот трудный период, тем лучше.

Линька у фламинго проходит начиная с конца июня-середины июля до начала третьей декады — конца августа.

Большое внимание на линьку у птиц оказывает эндокринная система, в первую очередь щитовидная железа. Гормон щитовидной железы тироксин не только вызывает линьку, но и стимулирует рост новых перьев. У птиц, которых содержат в неволе, можно спровоцировать линьку, добавив в пищу тироксин (Чельцов-Бебутов, 1982). В жизни птиц период интенсивной линьки чередуется с периодом размножения. Активное состояние половых желез тормозит линьку, и наоборот.

Во время линьки птицы нуждаются в усиленном питании, особенно в белковых кормах и кальции. При недостаточном питании линька задерживается.

При полной линьке птицы вынуждены вести тихий и скрытный образ жизни. Дело в том, что большое количество энергии затрачивается в это время на рост нового оперения и птица чувствует себя ослабленной. Смена маховых перьев занимает три недели.

Большие скопления линяющих фламинго можно видеть как вблизи гнезд, так и в большом отдалении от них. Для орнитологов линька фламинго — время самой напряженной работы. Это наилучший период для их кольцевания.

Кольцевание — самый надежный и очень перспективный метод изучения жизни птиц. Оно применялось отдельными энтузиастами еще в самом начале века и сейчас широко распространено как у нас, так и за рубежом. В пашей стране ежегодно кольцуют до 400–500 тыс. различных птиц. Кольцуют птиц в заповедниках, на орнитологических станциях, занимаются этим институты, охотничьи хозяйства, юные натуралисты. Все материалы о кольцевании пересылаются в Центр кольцевания. Он находится в Москве по адресу: 1-й Котельнический пер., д. 10.

С помощью кольцевания можно установить расположение зимовок птиц, пути их перелетов, степень привязанности птиц к родным местам и т. д. Данные о перелетах и зимовках птиц позволяют выявить как пути их пролета, так и места их концентрации, что очень важно для организации охраны птиц.

Однако метод кольцевания имеет весьма существенный недостаток: чтобы прочитать номер на кольце, одетом на ногу птицы, птицу надо получить в руки вторично. Для таких редких птиц, как фламинго, отстрел должен быть полностью исключен. В то же время наблюдения за ними совершенно необходимы, чтобы организовать правильно охрану. Как же, не беспокоя осторожных птиц, получить необходимые сведения? Такой метод имеется. На шею крупных птиц стали одевать дополнительные опознавательные знаки в виде широких ошейников из яркой пластмассы (чаще голубого цвета), с крупными цифрами и буквами. Такие знаки свободно читаются в полевой бинокль. Для белых гусей и лебедей этот метод уже полностью оправдал себя: орнитологам стали известны перемещения 90 % помеченных таким способом птиц. Теперь на очереди фламинго.

Окольцевать фламинго трудно. Перепончатые ноги помогают им, не проваливаясь, бегать по вязкому илу на мелководье, словно на лыжах по снегу. Поэтому человеку догнать фламинго на таких участках нет ни малейшей возможности. Остается лишь одно: выгнать их на глубокое место. Здесь плавающих на воде фламинго уже легче догнать на моторной лодке. Скорость плывущего фламинго невелика — не более 3 км/ч. Пойманной птице на ногу одевают легкое кольцо с выштампованным на нем порядковым номером и словами «Сообщи Москва». Пленника немедленно отпускают. Кольцевание уже помогло и продолжает помогать раскрыть многие тайны фламинго. Кроме мест их зимовок, тут и маршруты весенних и осенних перелетов. Кроме того, удается узнать, велика ли скорость их полета, возраст, в котором они начинают размножаться, до какого возраста живут в периоде, возвращаются ли на старые гнездовья или выбирают новые и многое другое интересное из жизни этих малоизученных птиц (Хроков, Андрусенко, 1979). И все же кольцевание только линных фламинго на оз. Тенгиз не дает полных данных. В итоге получаются сведения только о перелетах и зимовках' молодых еще неполовозрелых птиц, которые не приступали к размножению, а также и некоторых взрослых по тем или иным причинам тоже не размножавшихся в этом году. Тут и старые птицы, уже не способные оставлять потомство, и больные, и просто истощенные из-за плохой зимовки.

Следует также учесть, что для фламинго не подходят обычные кольца, которые изготавливают из алюминиевого сплава. Они быстро разрушаются в соленой воде. По этой причине окольцованные птицы обычно носят такие кольца лишь один-два года.

Фламинго — представители хорошо летающих птиц. Ежегодно они пролетают тысячи километров на зимовки и обратно на родину. Летать они умеют по-разному. У них «на вооружении», как и у ряда других птиц, состоят три разных вида полета: машущий, планирующий, парящий.

Миллионы лет борьбы за существование не прошли для птиц напрасно: выжили самые жизнеспособные, и теперь форма крыла птиц стала идеально приспособленной к полету. Оно плотное и тупое по переднему краю, сужается и веероподобно по заднему, снизу плоское или слегка вогнутое, что способствует подъему в воздухе. Кроме того, крылья еще^и несколько округлены по верхней поверхности, что придает им значительную обтекаемость.

Машущий полет требует значительных затрат энергии, зато он почти не зависит от внешних условий. При таком полете для тяги, а также и для управления полетом служит только концевой отдел крыла: его кистевая часть и в особенности длинные гибкие первостепенные маховые перья. В этом у птиц большое преимущество перед самолетом, у которого воздушный винт не является частью крыла. Для создания подъемной силы используется другая половина крыла, а именно его локтевой отдел, прилегающий к телу.

Второй, самый простой тип полета, гораздо менее сложный, чем машущий полет — планирование. Планирующий полет к тому же и самый экономный. Птица в этом случае резко сокращает расход энергии. Однако продолжительность такого полета невелика, так как зависит от атмосферных условий. Они-то и определяют, когда птица должна снова взмахнуть крыльями, чтобы не начать падать вниз.

Кроме этих двух типов полета, фламинго, как и многие другие крупные птицы, часто используют экономичный парящий полет, мастерски используя восходящие потоки воздуха и часами оставаясь в голубой вышине, ни разу не взмахнув при этом крыльями. Как образуется восходящий поток теплого, более легкого воздуха, который птицы используют для парения? Столб теплого воздуха, возникающий над нагретым за жаркий день пространством, подрезается более холодными его слоями. В результате теплый воздух принимает форму гигантского грибообразного пузыря и поднимается с такой силой, что увлекает за собой вверх и кружащуюся в нем птицу.

Овладеть птенцам фламинго воздушной стихией далеко не просто. Им приходится долго учиться.

Примерно в возрасте сорока дней птенцы фламинго уже вполне оперились и могут летать, но, конечно, подняться в воздух им удается не сразу, а лишь после ряда тренировок. Выглядят такие тренировки очень своеобразно и напоминают скорее игру. Е. Н. Волков (1977), который наблюдал такие игры-тренировки, назвал их хороводами.

В один прекрасный день в колонии фламинго среди беспорядочного скопления взрослых птиц и оперенных птенцов образуется плотная колонна из десятков наиболее крупных и сильных птенцов. Те из них, которые занимают первые ряды, держат между собой небольшую дистанцию. Это позволяет км свободно взмахивать крыльями, не мешая друг другу. И вот уже они быстро бегут наискось от берега по мелководью. Вслед за первой группой, подражая им, устремляется следующая и т. д. Постепенно в движение приходит вся колонна.

Пример заразителен, тяга овладеть воздушным простором неудержима, и колонна не скудеет. Взамен улетевших она пополняется все новыми и новыми участниками. Их набирается подчас до тысячи, а то и больше. Первая попытка взлететь удается далеко не многим — не более чем одному из десяти. Зато такие счастливчики сразу же отлетают от острова на километр-полтора, садятся на воду и начинают добывать себе корм. К ним присоединяются все новые и новые стайки смельчаков.

Распадается «хоровод» так же внезапно, как и возникает. Всего из участников такого хоровода оказываются способными улететь не более трети, а остальные овладевают полетом потом, в очередном раунде игры-тренировки.

Между тем идет время. И вот наступает момент, когда вся пернатая молодежь под руководством старых птиц начинает совершать учебные полеты, поначалу непродолжительные. Так молодежь фламинго овладевает «высшим пилотажем».

Настоящие полеты начинаются для молодых фламинго осенью. Теперь можно видеть, как почти каждый вечер над озерной гладью высоко в воздухе кружатся тысячные стаи фламинго. Это «старики» готовят «зеленую молодежь» в длительный и опасный перелет на зимовки.

Чтобы успешно преодолевать большие пространства, птицы должны обладать большой выносливостью. Естественный отбор за сотни тысяч лет сделал свое дело. И теперь по своим атлетическим данным птицы не имеют себе равных среди позвоночных. Однако им перед перелетом на зимовки необходимо накопить большой запас горючего. Таким горючим служит им жир, который они накапливают к осени, усиленно питаясь и порой удваивая свой вес.

В Африке и других тропических районах мира, где фламинго обитают, их можно видеть круглый год на одних и тех же солоноводных озерах и в лагунах. Меняют они свои места обитания лишь в случае постоянного беспокойства, причиняемого людьми, или при сильной засухе, когда эти водоемы пересыхают.

Много севернее, в заповеднике Камарг на юге Франции, зимой, которая, как правило, там мягкая, лишь иногда из-за недостатка корма и холодов часть фламинго вынуждена отлетать на зиму в Испанию и Северную Африку.

Не то в наших краях. На смену жаркому, сухому лету приходит суровая зима. Водоемы покрываются броней толстого слоя льда. Не улетишь вовремя — ждет неизбежная гибель. И фламинго своевременно улетают в дальний путь на незамерзающие все холодное время года мелководные побережья*, главным образом на юге Каспийского моря и на южных озерах.

Главная опасность для птиц зимой не холод, а бескормица. То, что это именно так, доказывает поведение наших птиц в последние годы. Многие водоплавающие птицы, в особенности утки, лысухи, все чаще остаются у нас зимовать не только в таких крупных северных городах, как Москва, Ленинград и многие другие, но даже и в суровой Сибири. Всю зиму эти птицы держатся на больших незамерзающих полыньях ниже плотин гидроэлектростанций и на водохранилищах теплоэлектростанций, куда сбрасывается теплая вода. Здесь они находят корм себе и сами, но и люди их не забывают, подкармливают.

Впрочем, вряд ли стоит надеяться, что со временем и фламинго на зиму станут оставаться в таких условиях. Дело в том, что они кормятся на мелководьях, а эти «места покрываются льдом в первую очередь. В зоопарках, чтобы сохранить от гибели фламинго, зимой их переводят в утепленные помещения.

Отлет на зимовки у фламинго начинается с кочевок. По наблюдениям на оз. Тенгиз, первые небольшие стайки кочующих молодых (двух-трехлеток), а также взрослых холостых фламинго можно встретить южнее и юго-западнее этого озера уже с конца июня.

Здесь они неторопливо перелетают с одного солоно-водного озера на другое, ненадолго задерживаясь на кормежке, и к третьей декаде августа добираются до северо-восточного побережья Каспийского моря. Начало массового отлета фламинго наступает в сентябре, пик обычно наблюдается в первых числах октября, заканчивается отлет глубокой осенью.

Картина отлета на зимовку такова. Со дня на день фламинго становятся все беспокойнее. И вот уже в тихий, теплый вечер, как правило, это бывает на закате солнца, сотенные стаи фламинго, временами сливаясь с багровым закатным небом, долго, до получаса, кружатся над озерной гладью одна за другой, словно прощаясь. Затем они медленно набирают высоту и друг за другом улетают в западном или юго-западном направлении, туда, где расположены их исконные зимовки. Птицы летят, как и весной, большими стаями. Иной раз с озера одновременно отлетают до семи стай (это до 8 тыс, фламинго).

В одной стае со старыми опытными птицами отлетают и молодые. Иногда случайно отставшие от своей стаи молодые фламинго примыкают к летящим на зимовки лебедям-шипунам и вместе с ними продолжают свой путь.

Лишь в октябре или начале ноября, когда начинает выпадать первый снег и происходит массовый пролет на зимовки лебедей, гусей и разнообразных уток, улетают и самые последние, уже небольшие стайки старых фламинго. Впрочем, в особо теплую осень, а это бывает очень редко, они могут задерживаться и до середины декабря.

Наблюдения за стаями показали, что фламинго летят по-разному: иногда стая летит фронтом, иногда гуськом или углом, но бывает, что и беспорядочно, безо всякой системы. В этом их отличие от многих других крупных птиц, например журавлей, у которых всегда один и тот же строгий порядок: клин.

Осенний пролет фламинго происходит, как правило, по ночам, поэтому о нем и до настоящего времени мало что известно (накопились лишь отрывочные сведения).

В 1967–1975 гг. на оз. Тенгиз окольцевали 465 птенцов и 758 взрослых фламинго. Получено 36 возвратов колец, т. е. 2,4 %. Оказалось, что, как и у других птиц, смертность у молодых фламинго намного выше, чем у взрослых: возврат колец от молодых оказался 3,2 %, а от взрослых только 1,8 %. Встречи с окольцованными фламинго происходили в основном в первые два года после их кольцевания: в первый год 24 из 36 (66,6 %), в течение второго года 8 (22,2 %), на третий год только 2 (5,6 %), на четвертый и пятый годы пришлось лишь по одному случаю возврата колец. Причина, видимо, в том, что, как указывалось выше, алюминиевые кольца сравнительно быстро разрушаются в соленых водах, в которых только и живут фламинго.

Результаты кольцевания и прямые наблюдения позволили установить, что с оз. Тенгиз фламинго отлетают в юго-западном направлении через озера Кипшак, Жаман-Акколь, Ункуколь и низовья рек Тургай и Иргиз. Существует и прямой пролет на зимовки к юго-восточному побережью Каспийского моря и далее в Иран. Он проходит от низовий р. Тургай и затем через Аральское море.

Третий путь отлета на зимовки минует Аральское море и проходит от сора Шалкартениз почти строго на запад и северо-восточному побережью Каспийского моря. Некоторая часть фламинго пересекает Каспийское море в средней его части, от Мангышлака к Дагестану, и далее на юг вдоль западного побережья.

Не раз видели фламинго на пролете в северо-восточной части Прикаспия, вдоль р. Эмбы и в прилегающих пустынях. Уже в конце июня в приморской полосе севернее залива Комсомолец можно встретить множество хорошо летающих молодых фламинго. К августу — сентябрю здесь уже обычны смешанные стаи взрослых и молодых. Они держатся по сорам в ближайшей пустыне и по мелководью взморья до середины сентября.

Фламинго на пролете ежегодно задерживаются ненадолго (не более нескольких дней) у западного побережья п-ова Бузачи, а также у поселка Сарташ, что в северо-восточной части побережья п-ова Тюб-Караган (Ланкин, 1981).

В отдельные годы много фламинго скапливается и значительно южнее — на побережье в районе залива Кара-Богаз-Гол. Еще южнее, в Красноводском заливе, их можно увидеть начиная с середины сентября, куда они прибывают вплоть до конца октября. К 12 ноября в Михайловском заливе и невдалеке от него насчитывали уже до 12 тыс. фламинго, которые постоянно прилетали сюда по ночам (Нейфельдт, 1967; Волков, 1977; Пославский, Сабиневский, Лури, 1977).

Прежде фламинго зимовали на юго-восточном побережье Каспийского моря в Гасан-Кули. Когда уровень Каспийского моря стал падать и вода ушла из мелководных заливов, где только и могли кормиться фламинго, они здесь исчезли. Сыграло также роль и хозяйственное освоение прилегающих к побережью пустынных районов.

На юго-западном побережье фламинго облюбовали Кзыл-Агачский заповедник. Здесь обычно остается зимовать лишь небольшое их число, видимо, это неполовозрелые и не размножавшиеся в данном году птицы.

Как показали результаты кольцевания, наши фламинго зимуют в основном на солоноводных озерах ряда стран Ближнего и Среднего Востока, преимущественно в Иране, где их можно найти по заливам южного побережья Каспийского моря, а также на большом, со множеством островов горном оз. Урмия (Резайе), его высота над уровнем моря 1275 м. По размерам оно почти такое же, как наш Иссыккуль, но в отличие от него горько-соленое и мелководное. Там же, в Иране, зимуют фламинго и на оз. Мехарлу (Махарлу), около города Шираз.

Зимовки наших фламинго обнаружены также в Ираке, Египте и Западном Пакистане. Не исключено, что они зимуют и в Индии, в восточной части Турции и Афганистане. Здесь, на юго-востоке Афганистана, несмотря на большую высоту, фламинго чувствуют себя как дома. В провинции Газни на сравнительно небольшом горном озере Аби-Истада (высота 2133 м) в 25 км от города Мукур существует гнездовая колония. Другая, более крупная, — на оз. Навар (Дашти Навар) к северо-западу от первой.

Небывало суровая для Европы и севера Ближнего Востока зима 1984/85 г. внесла изменения в зимовки фламинго. С юга Каспийского моря и озер в Иране они были вынуждены перелетать на запад. Вместе с множеством других водоплавающих птиц фламинго появились у южного побережья о-ва Кипр, облюбовав озера вблизи городов Ларнака и Лимасол. Здесь их скопилось около 20 тыс. Власти республики Кипр позаботились о них, немедленно введя строжайший запрет на охоту на перелетных птиц. Один из наших фламинго был обнаружен еще западнее, в Тунисе.

На пролете от зимовок к местам гнездовий фламинго строго придерживаются постоянных путей, которые за редким исключением пролегают через пустынный безводные и малонаселенные районы Казахстана и Туркмении. Фламинго — достаточно сильные птицы, которые При необходимости способны совершать беспосадочные перелеты на многие сотни километров.

Первые передвижения от зимовок на юго-западе Каспийского моря (устье р. Куры) они начинают в феврале, полностью покидая районы зимовки в марте. Массовый прилет на оз. Тенгиз происходит после вскрытия льда и полного оттаивания мелководий в период с 29 апреля по 7 мая. Последними в начале июня прилетают вполне половозрелые, но не размножающиеся птицы. Со второй декады мая фламинго рассредоточиваются по всему озеру и совершают дальние кормовые перелеты на другие озера. В это время, отдыхая после дальнего перелета, фламинго часто спят, ухитряясь при этом стоять на одной ноге. Готовясь ко сну, фламинго изгибает спиралью длиннейшую шею, голову укладывает на спину, а клюв прячет под крыло. Спит вся стая, но то одна, то другая птица просыпается, высоко поднимает голову и внимательно осматривается по сторонам. Малейшая опасность — и тревожный крик, как по мановению волшебной палочки, мгновенно поднимает в воздух всю стаю.

Глубокой осенью 1982 г. в Чите один из жителей этого большого областного города, направляясь утром на работу, увидел странную большую розовую птицу. Она пыталась расколоть клювом лед на р. Читинке, рассчитывая добраться до корма. Птица совсем обессилела от голода, и поймать ее не составило труда. Фламинго — это был, конечно, он — передали областной станций юннатов. Когда птица окрепла, ее, как ни жаль было ребятам с ней расставаться, укутали в меховую шубейку и на такси отвезли на аэродром. Там крылатый пассажир занял свое место в авиалайнере, и через несколько часов его доставили к теплу в Ташкент[16].

За многие годы наблюдений фламинго изредка видели по только в Забайкалье, где он отмечен впервые, но и намного дальше. Периодические залеты фламинго в не свойственные их образу жизни местности известны издавна. Происходят также залеты обычно поздней осенью.

Массовые вторжения фламинго происходили в Германии в 1728, 1811, 1876 и 1878 гг. и в Сибири в 1907 г. В книге «Географическое распределение животных» ее автор немецкий ученый В. Кобельт писал о том, что в Германии больше всего фламинго (и притом молодых) оказалось в 1811 г. Этот автор предполагал, что в тот год фламинго были привлечены сюда необычно жарким летом.

И сейчас сообщения в газетах и популярных журналах о том, что «фламинго заблудились», не редкость. Приведем еще одну из таких заметок. Журнал «Юный натуралист» (1983. № 3) сообщает о появлении после сильной бури необычного пернатого гостя на западе Томской области, возле таежного села Катальга. Птица была окольцована. Весной спасенного фламинго отправили на родину, на Каспийское море. О том, что она залетела в село именно из этого района, узнали по шифру на кольце.

Фламинго неоднократно встречали много западнее района гнездования в Казахстане: в Белоруссии, на Украине, под Ленинградом, в Финляндии и во многих странах Западной Европы, а также на севере — на Урале и на востоке: в Западной, Центральной и Восточной Сибири, а в 1976 г. даже в Якутии. На юге они тоже не редкость: их видели не раз в республиках Средней Азии. И это не считая множества более близких к Казахстану областей и районов.

Следует иметь в виду, что залеты фламинго наблюдаются нерегулярно и, видимо, во многом могут быть объяснены последствиями засухи. Она резко понижает уровень солоноводных водоемов, где живут фламинго, а иной раз эти водоемы и совершенно пересыхают. Фламинго остаются без корма и вынуждены переходить на кочевой образ жизни. Те из них, которые залетают далеко за пределы своей гнездовой области, как правило, погибают от голода, не находя там привычного корма. Можно предположить, что часть таких залетов не что иное как разведка: фламинго пытаются найти для себя новые более подходящие им водоемы, где они могли бы основать гнездовые колонии. Ничего необычного в этом нет. И другие птицы ведут себя так же. Из казахстанских птиц наиболее известны дальние массовые залеты саджи — птицы степей и полупустынь, внешне напоминающей голубя. Стаи этих птиц в иные годы залетают далеко на запад, даже в Голландию.

Широкие разлеты за пределы обычных гнездовых районов вообще характерны для множества видов молодых птиц. Если новый район окажется подходящим по своим условиям для жизни этих птиц, они остаются и гнездятся здесь. Таким образом, птицы постепенно осваивают все новые и новые районы, расширяют свою область обитания. Среди залетных фламинго молодые составляют большинство — 66 % (Исаков, Формозов, 1946).

Иногда фламинго попадают в дальние края случайно. Их может занести туда сильная буря. Такое случается и с другими птицами — как крупными, так и мелкими. Из казахстанских упомянем, например, пеликанов, которых не раз обнаруживали в Сибири, где они никогда не гнездятся. Это еще что! Сибирь не так-то уж и далека от Казахстана. А вот однажды невдалеке от Якутска был найден житель Австралии — особый вид журавля. Если даже допустить, что этот пернатый путешественник летел оттуда к нам на север строго по прямой линии, то и тогда ему пришлось преодолеть путь свыше 10 тыс. км. Таких примеров множество.» Ежегодно становятся известны случаи, когда ураганы, уносили морских птиц за 3000 км от родных берегов, например в Европу из Северной Америки или наоборот.

Уносить птиц на дальние расстояния могут не только бури. Если они поднимаются слишком высоко, то попадают в мощные воздушные потоки, постоянно несущиеся с запада на восток вокруг земного шара. Этим также могут объясняться залеты из Казахстана в Сибирь.

Подведем итоги. Дальние залеты давно известны для многих птиц. Ничего необычного в этом нет. И тем не менее не все орнитологи разделяют это мнение, некоторые из них считают, что дальние залеты фламинго пока еще не нашли своего объяснения.

Главным врагом фламинго, по крайней мере в исторические времена, всегда был человек. В прошлом действовало прямое истребление, а в наше время преимущественно имеет место косвенное воздействие путем необратимых изменений мест обитания этих птиц под влиянием хозяйственной деятельности человека.

Люди, наконец, взялись за ум, стали охранять это чудо природы, но есть у фламинго и другие враги и иные причины гибели, не связанные с человеком.

О врагах фламинго в природе пока еще мало что известно. Ясно лишь одно: их у фламинго, как, впрочем, и у всех крупных птиц, не может быть очень много. Наземным хищникам фламинго, как правило, не по зубам, так как краснокрылы сушу не посещают, если не считать недоступных островков. В гнездовые колонии такие хищники могут проникнуть лишь в особо редких случаях. Бывает, что рано наступит устойчивая особо жаркая погода, и тогда озеро или сор с гнездовой колонией фламинго к периоду откладки яиц или вывода птенцов настолько пересыхает, что яйца или птенцы становятся доступными для волков или лисиц.

На зимовках опасными для фламинго могут быть шакалы и гиены. Вот как происходит охота шакала на фламинго. Сначала шакал бросается в воду, стремясь с ходу выхватить птицу из стаи, кормящейся на мелководье. Обычно такой дерзкий налет успеха не имеет. Шакал не способен бежать достаточно быстро по воде, и его бросок не достигает цели, а только спугивает и поднимает в воздух стаю. Однако хитрый зверь не оставляет попытки поживиться. Он знает и другой прием, более надежный, но требующий недюжинной выдержки и терпения?

Дело в том, что фламинго любят купаться в устьях ручьев, впадающих в водоем, в котором кормятся. Сюда они прилетают, чтобы в пресной воде смыть соль со своего оперения. Шакал прибегает к устью такого ручья и укладывается вблизи берега среди серовато-коричневой грязи, низко опускает голову и даже глаза прищуривает, чтобы казаться как можно незаметнее. Животные обычно не замечают предметов, если они неподвижны. Фламинго не составляют в этом исключения. Идет время. Испуганная нападением опасного хищника, стая фламинго постепенно успокаивается. Наконец, птицы прилетают к устью ручья и начинают здесь купаться, забавно сгибая свои ноги-ходули, чтобы целиком окунуться в пресную воду.

Внезапно шакал молнией бросается к ближайшему фламинго и мертвой хваткой вцепляется в его шею. Охота закончена.

Правда, спокойно пообедать своим трофеем хитрому хищнику удается редко. Другие менее удачливые шакалы тут же нападают на него, стремясь отнять добычу. Пока лохматые собратья выясняют отношения, остатками добычи завладевают стервятники и грифы, которые давно уже внимательно наблюдали с высоты за охотой.

Гиены для охоты на фламинго пользуются другим приемом. Одна из них заходит по мелководью в глубь озера метров на пятьдесят и только затем начинает здесь охоту. Высоко подпрыгивая на ходу, гиена мчится галопом параллельно берегу. При приближении хищника стаи фламинго одна за другой поднимаются в воздух, образуя огромное розовое облако над озером. Порядочно, иной раз до пяти километров приходится пробежать по воде гиене, потратить немало сил, пока ей не повезет: попадется фламинго, который не может улететь, вероятно, из-за болезни или ранения. Он изо всех сил пытается спастись бегством, но куда там! Силы не равны. Гиена настигает свою жертву (Eichhorn, Zigel, 1982).

Эта охота шакала и гиены наблюдалась на большом озере в громадном кратере Нгоро-Нгоро в Танзании. Впрочем, шакалов предостаточно не только в Восточной Африке, где находится этот кратер, но и у нас. Встречаются и гиены, хотя и редко. Зато в южных, соседних с нами и близких странах — Иране, Ираке, Афганистане — они обычны. Вполне вероятно, что такую охоту на фламинго- можно наблюдать и там.

Есть у фламинго и пернатые враги. Главный среди них орлан-белохвост, впрочем, опасность ого для фламинго не следует преувеличивать. Эта птица давно уже стала редкой, и сама внесена в Красную книгу.

Орлан-белохвост — хищник сильный, крупнее даже такого орла, как беркут. Он в основном добывает не птиц, а рыбу. В гнездовый период и особенно на зимовках орлан-белохвост не пропустит случая поживиться и птицей посолиднее. Так, на зимовках птиц среди морских мелководий Каспия на юго-западе Туркмении наблюдали, как орланы-белохвосты успешно охотились не только на серых цапель и серебристых чаек, но и на фламинго.

Профессор Г. II. Дементьев наблюдал в этом районе весной, в марте месяце за четыре дня одиннадцать орланов-белохвостов. Любимые места пернатых хищников находились на берегу у самого заплеска моря. Здесь они сидели на песке, отдыхая после удачной охоты. При этом старые орланы-белохвосты держались семейными парами, а молодые — поодиночке (Дементьев и др., 1955). В гнездовое время их добычей служат лишь отбившиеся от стаи фламинго, чаще молодые.

Есть и другие, правда, косвенные свидетельства нападения орланов-белохвостов на фламинго. Так, в начале сентября 1956 г. А. М. Чельцов-Бебутов на берегах оз. Шалкартениз и в устье впадающей в него р. Тургай неоднократно находил остатки фламинго, ощипанных какими-то крупными пернатыми хищниками. Другие крупные пернатые хищники, кроме орланов-белохвостов, в этом районе не встречались.

Установлено, что на оз. Тенгиз и в других местах очень опасным врагом для птенцов фламинго является серебристая чайка. На оз. Тенгиз этих чаек много. Здесь находятся их гнездовые колонии. Это крупная, весом до 1,2 кг, значительно больше вороны, белая птица с серыми крыльями, у которых концы черные. Клюв крупный, с красным пятном, ноги телесного цвета. В Казахстане распространен южный подвид серебристой чайки— чайка-хохотунья. Она преимущественно питается снулой рыбой, а кроме того, крупными насекомыми и мелкими грызунами. В то же время эта птица всегда непрочь поживиться яйцами и птенцами водоплавающих птиц.

Впрочем, и тут основной, хотя и косвенной, причиной гибели птенцов обычно служит человек. Потревоженные им взрослые фламинго улетают, и птенцы остаются беззащитными. Серебристые чайки не пропустят такой возможности поживиться, к ним присоединяются и немногочисленные здесь вороны.

Для полноты картины о пернатых врагах фламинго стоит еще упомянуть о марабу, напоминающем нашего аиста, но намного тяжеловеснее его, с большой «лысой» головой и несоразмерно массивным клювом. У нас в стране эта птица не водится, а вот в Восточной Африке несколько марабу смогли полностью уничтожить некоторые процветающие колонии фламинго, которые они повадились посещать (Brown, Powell-Cotton, Hoporaft, 1973).

Многочисленные в Африке грифы и стервятники, которые один за другим немедленно появляются на падали, всегда «уважительно» уступают запоздавшему марабу место. И, конечно, неспроста. Удары его мощного клюва, а марабу без стеснения раздает их докучливым конкурентам, опасны даже для таких крупных птиц. Взрослых фламинго он совершенно не боится, а справиться с птенцами ему тем более не составляет труда.

Гибель гнездовых колоний фламинго от разорения марабу поучительна. Это свидетельство того, что краснокрылы даже громадным скоплением в гнездовой колонии неспособны защитить свое потомство от сильных врагов, в отличие, например, от чаек или похожих на них, но более мелких и слабых крачек. Эту особенность фламинго необходимо учитывать в предназначенных для них заповедниках.

Большие потери несут фламинго и от гибели яиц во время насиживания. Лоток гнезд неглубокий, и яйца из него легко выпадают, оказываясь на грунте между гнезд. Такие яйца фламинго как бы не замечают.

Кроме хищных животных, погода для фламинго тоже бывает опасным врагом. Она далеко не всегда для них благоприятна. Фламинго крайне чувствительны к плохой погоде. Смертность среди них в такое время очень велика, особенно много гибнет птенцов. Взрослые фламинго больше всего гибнут на зимовках, на побережьях южной половины Каспийского моря. Обычно зимы здесь теплые. Средние месячные температуры самых холодных месяцев редко падают ниже нуля. Однако случаются и особо суровые зимы, когда температура снижается даже до –9…–20°, выпадает много снега и мелководья покрываются коркой льда. Такими суровыми оказались зимы 1956/57 г. и особенно 1968/69 г. Весьма суровой оказалась и зима 1984/85 г., о чем уже указывалось выше. Слой снега при сильных морозах в Кзыл-Агачском заповеднике может достигать 70 см, залив при этом весь замерзает, а именно на нем и зимуют фламинго. Часть зимующих фламинго бывает вынуждена отлетать к югу, в Иран и дальше, а некоторые не успевают и погибают.

Если мелководья покрываются льдом, то фламинго остаются без корма. Вскоре они слабеют и становятся легкой добычей пернатых и четвероногих хищников.

Гибель от холодов случается не только в нашей стране, но и южнее, за рубежом, где зимуют наши фламинго, а именно в Иране и Турции.

Долгое время орнитологи считали, что у фламинго наиболее чувствительны к холоду ноги. Истина была установлена, когда во французском заповеднике Камарг зимой 1955/56 г. в феврале после необычного для этого средиземноморского района с мягким климатом резкого похолодания все лагуны замерзли. Те фламинго, которые на свою беду осенью не отлетели к югу в Испанию и Северную Африку и остались здесь зимовать, уже не могли добывать себе корм. Вскоре они оказались крайне истощенными и от слабости даже не улетали при приближении к ним людей. Часть наиболее слабых птиц подобрали местные жители, держали их у себя дома и усиленно кормили, а потом, когда снова наступила теплая погода и лед на лагунах растаял, выпустили на волю. Специалисты, которые осматривали пострадавших фламинго, установили, что ноги у них не были обморожены. Оказалось, что у краснокрылов от мороза страдают прежде всего крылья, которые были обморожены в концевых суставах. По этой-то причине фламинго и не могли улететь на зимовку.

Не менее опасны для фламинго и длительные засухи. При этом необходимые для гнездования обширные соленые мелководные озера и соры пересыхают, и фламинго негде гнездиться или же выбор мест для гнезд резко сокращается. В такие годы многие фламинго не размножаются. Если засуха в результате сильной жары наступает в период, когда уже вывелись птенцы, то они гибнут с голоду. Такое случилось в заповеднике Кото-Доньяна, расположенном на юге Испании в дельте р. Гвадалквивир. Здесь летом 1982 г. в небольшой обсохшей лагуне от бескормицы погибло более тысячи молодых фламинго[17].

К этим обычным для фламинго стихийным бедам следует добавить и другие. Так, на оз. Тенгиз в 1966 г. большая часть молодняка погибла в результате выпадения крупного града (Елкин, 1969). В 1980 г. там же гнездовые колонии снесло сильнейшим штормом. На оз. Тенгиз не редкость и внезапные подъемы воды при так называемом нагонном ветре, когда ветер, длительное время дующий в одном направлении, нагоняет в заливы так много воды, что она затапливает гнезда, вызывая массовую гибель кладок яиц.

За последние годы бедствием для фламинго стали провода высоковольтных линий передач. Совершая перелеты, как правило, ночью, они видимо, не замечают это препятствие на своем пути.

На п-ове Мангышлак и в Гурьевской области Казахстана для фламинго, как, впрочем, и для других птиц, опасны ямы с нефтью. Пернатые на пролете принимают нефтяную поверхность за водную и садятся на нее. Птицы, у которых перо вымазано нефтью, обречены на гибель из-за переохлаждения.

Фламинго издавна содержались в зоопарках. Необычный экзотический вид всегда делал этих птиц желанными для любого из них.

Конечно, фламинго (как и других животных) содержат в зоопарках не только для того, чтобы развлекать и просвещать многочисленных посетителей. Наблюдения за ними в природе, особенно в гнездовый период, крайне трудны. Приблизиться к ним среди безбрежных соленых топей — целая проблема. Напротив, в зоопарке фламинго в любое время перед глазами ученых. Именно здесь удалось выяснить много ранее совершенно неизвестное из жизни этих чудесных птиц.

Содержание фламинго в зоопарках оказалось делом далеко не простым. Долгое время фламинго приносили персоналу одни лишь огорчения. После того как краснокрылы расставались с волей, они после первой же линьки как бы выцветали. Их оперение теряло розовые и алые тона, и они становились просто белыми. Ну, а о размножении их в неволе можно было только мечтать, хотя выглядели птицы вроде бы вполне здоровыми. Орнитологам пришлось срочно заняться выяснением этого явления.

Проблема потери ярких цветов в окраске оперения многих птиц не нова не только для орнитологов. Давно известно это неприятное явление и любителям содержания певчих птиц в неволе. Так, яркая окраска оперения старых самцов клестов, которая бывает различных оттенков от огненно-красного до превосходного цвета красной смородины, блекнет, и птички становятся сероватыми с желтоватым или зеленоватым оттенком. Яркие красные пятна на головках и грудках чечеток и старых самцов коноплянок, сизо-малиновый оттенок у щуров, карминовые тона оперения чечевиц заменяются неестественными желтоватым или в лучшем случае оранжевыми оттенками. И у овсянок дубровников, обыкновенных овсянок, больших синиц и лазоревок оранжевая и желтая окраска оперения тоже вскоре выцветает.

Вернемся, однако, к фламинго. Химические анализы показали, что среди ряда других веществ в перьях имеется красящее вещество — пигмент астаксантин, но своему химическому составу близкий к красному пигменту ракообразных животных. Он относится к химическим веществам группы каротинов.

Даже у молодых фламинго, если они питаются естественной пищей, которая содержит много каратиноидов, уже после первой линьки перья оказываются слегка окрашенными розовыми бликами.

Потребовался немалый труд, чтобы установить, что значительные количества каротиноидов содержатся в излюбленной пище фламинго — рачках артемиях и в ряде видов водорослей, особенно красных. Каротиноиды, конечно, содержатся и во многих растениях, которыми фламинго никогда на воле не питаются, в частности в муке, приготовленной из кормовой травы люцерны, во множестве овощей, например в моркови и тыкве. Наиболее известен среди них каротин, который широко распространен в природных продуктах, особенно печени морских рыб и северных млекопитающих. В организме животных каротин превращается в ретинол (витамин А). Ретинол имеет вид светло-желтой вязкой массы, нерастворимой в воде, но очень хорошо растворимой в жирах.

За очень редким исключением организм высших животных не может сам производить витамины, поэтому они должны поступать с пищей.

Каротиноиды не только окрашивают перья фламинго. Они — гарантия их здоровья. Ретинол, например, жизненно необходим для нормальной жизнедеятельности живых организмов. Он, как и другие витамины, входит в состав ферментов.

Каротин стали добавлять в ежедневный рацион фламинго, живущих в зоопарках. Результат превзошел ожидания. После первой же линьки в оперении белых до того фламинго снова появились природные розовый и алый тона.

Удалось выяснить, что розовая окраска, конечно, имеет не только эстетическое значение. Во-первых, и это главное, она оказалась существенно важной для размножения фламинго: белый фламинго остается холостяком. Нормально окрашенные фламинго считают такого собрата чужакам. Во-вторых, розовая окраска оперения свидетельствует об их хорошем здоровье.

Необходимо упомянуть и о черной окраске. У фламинго она характерна для маховых перьев. Окраска пера птицы зависит от особых пигментов. Они находятся в бородках пера в виде зернышек или палочек, хорошо заметных под микроскопом. Наиболее распространены пигменты меланинового ряда. Эти пигменты окрашивают перья в целую гамму цветов — от палевого или бледнобурого до черного.

Меланин встречается в перьях в двух близких формах: эумеланин и феомеланин. Обе формы образуются из одного и того же вещества — профермента. Разница между ними только в степени окисления. Зерна эумеланина имеют форму палочек. Именно он и окрашивает перо в черный цвет (Чельцов-Бебутов, 1982).

Крылья с черными краями характерны для целого ряда хорошо и помногу летающих крупных птиц с общей светлой или белой окраской оперения (альбатросов, белого гуся, белого журавля — стерха, японского и американского белых журавлей и многих других). Меланин делает перья более прочными.

Каково же назначение бело-розово-ало-черной много-цветности фламинго? Во-первых, несомненно демонстративное. Одо позволяет им издалека опознавать друг друга. Особое значение при этом имеет алый цвет. Он, как установили орнитологи, для многих дневных птиц наиболее привлекателен. А во-вторых, маскировочное, как это ни странно на первый взгляд. В свое время некоторые ученые указывали, что летящие фламинго незаметны в розовом свете неба зари и на багровом небосводе заката солнца. Подобные объяснения никто, однако, не принимал всерьез. Ну, а как же среди дня? Действительно, фламинго птицы дневные. Получается, что маскировка им совершенно не нужна? В это время они в полете со своей необычной яркой окраской бросаются в глаза издалека. Где уж тут маскировка?

На этот вопрос помогли ответить наблюдения талантливого орнитолога Александра Михайловича Чельцова-Бебутова (1982, с. 97, 98). Вот что он писал: «…наконец, взору открывается один из главных плесов Жаман-Аккуля — необозримое ровное пространство, вплоть до горизонта покрытое розово-белой соляной коркой. Над озером непрестанно стоит марево, раскаленный воздух дрожит и струится, что очень затрудняет обзор местности и делает бесполезным даже сильный призматический бинокль. Соль нестерпимо искрится на солнце, вызывая резь в глазах. В этой обстановке проплывающие в воздухе со столь характерными для них легкостью и изяществом полета фламинго уже не кажутся яркими, хорошо заметными птицами. Напротив, их бело-розовое оперение как бы растворяется в отблеске розовой соли, и даже яркие красные и черные пятна на мерно взмахивающих крыльях сливаются с багрово-черными кругами, плывущими в усталых глазах наблюдателя. Положительно, окраска фламинго становится здесь покровительственной! Птицы, особенно летящие на небольшой высоте, настолько быстро исчезают из глаз, что начинает теряться ощущение реальности виденного; его поддерживает лишь доносящийся издали характерный гогот».

Вернемся, однако, к питанию фламинго в зоопарках. Чтобы оно было полноценным, одних витаминов, конечно, недостаточно. Набор различных кормов должен быть велик и разнообразен. Обходятся они недешево и составить меню для этих птиц может только специалист.

В Московском зоопарке оно состоит без малого из двух десятков разнообразных продуктов как растительного, так и животного происхождения. Тут и белый хлеб, и натуральные овес, и просо, и крупы (овсянка и пшено), мелко нарезанные морковь, капуста, салат и просто различные травы, мясо и рыба. Особую часть составляют «птичьи деликатесы»: мучные черви (личинки мучного хрущака), муравьиное яйцо и, наконец, грена — очень мелкие, не крупнее пшена, темноватые яички одомашненной ночной бабочки тутового шелкопряда. И еще витаминные, солевые и минеральные добавки: дрожжи, рыбий жир, дробленая ракушка, костная мука и поваренная соль.

И это еще не все. Меню фламинго (количество и соотношение входящих в него «явств») необходимо менять в зависимости от времени года.

Впрочем, в ряде зоопарков рацион фламинго успешно упрощен. Основным кормом стал криль, который в наше время добывают в антарктических водах. Так называют скопления рачков, которые хотя и крупнее, но ничем не хуже излюбленного природного корма фламинго — артемий.

В современных зоопарках фламинго содержат в просторных вольерах, большую часть которых занимает мелководный бассейн с естественными, а не бетонированными берегами. Эти птицы очень любят купаться. Купаются они очень старательно: подгибают ноги, опускаясь всем телом на воду, а затем распушив оперение и раскинув во всю ширь крылья на поверхности воды, набирают в клюв воду и льют ее себе на спину и грудь. Иногда они начинают с большой силой бить крыльями по воде. В результате мириады брызг, словно заправский душ, обильно поливают оперение сверху. Вода взбаламучивается, смешиваясь с илом и песком, но это только на пользу. Ил и песок способствуют освобождению оперения от наружных паразитов: клещей и пухоедов.

В настоящее время фламинго успешно содержат в зоопарках всего мира. Во многих они размножаются. По сообщениям печати, например, в ГДР, Швейцарии, Англии и США за 12 лет (с 1962 по 1974 г.) успешно вывелось 148 птенцов.

В Швейцарии, в Базельском зоопарке они размножаются уже более 30 лет. Успех пришел лишь после того, когда фламинго стали содержать большими группами.

Широкой известностью пользуется питомник по разведению редких гусеобразных птиц в Слимбридже (Англия), принадлежащий английскому объединению по водоплавающим птицам. Здесь с 1972 г. создана особая рабочая группа по фламинго, которая успешно разводит обыкновенных, чилийских-и андских фламинго.

Хитроумный способ заставить фламинго размножаться в группе меньшей численности придумали сотрудники зоопарка Таронга в Сиднее (Австралия). Этот зоопарк располагал только одиннадцатью фламинго, что недостаточно, чтобы побудить их к выведению потомства. Тогда на площадке, отведенной для фламинго, установили 20 зеркал размерами 120×75 см и тем самым создали у фламинго иллюзию многочисленности.

Есть фламинго и во многих зоопарках нашей страны. В связи с тем, чтобы обыкновенный фламинго как редкий вид птиц включен в Красную книгу СССР, отлов его для зоопарков почти прекращен и производится лишь в отдельных редких случаях по специальным разрешениям. По этой причине в большей части зоопарков СССР можно увидеть только близких родственников нашего фламинго: чилийского и красного. Их у нас приобретают за рубежом в порядке обмена на различных животных нашей фауны.

По данным Методического центра Московского зоопарка на 1984/85 г., 130 фламинго содержались в следующих зоопарках нашей страны:

Для сохранения фламинго — истинного украшения природы во всем мире — в наше время делается очень много. Свой вклад вносят и зоопарки. Кроме того, на специальных станциях, обычно при заповедниках, уже удалось добиться размножения многих редких, стоящих на грани полного вымирания птиц: ряда видов журавлей, соколов, орлов. Выращенных птиц затем отпускают на волю, и они снова успешно приживаются там, где были задолго до того полностью истреблены.

Успешное разведение различных видов фламинго в зоопарках и на таких станциях позволит в обозримом будущем полностью и повсеместно прекратить отлов фламинго в природе.

Авилова К. В. Позвоночные животные. Птицы. М.: Просвещение, 1983. 159 с.

Андрусенко Н. В краю розовых птиц // Радуга. Алма-Ата: Кайнар. 1984. Вып. 2. С. 94–103.

Андрусенко Н. Н. О последовательной линьке первостепенных маховых у обыкновенного фламинго // Экология и охрана птиц: Тез. докл. Всесоюз. орнитол. конф. Кишинев, 1981. С. 10. Андрусенко Н. Н. Динамика численности колониальных околоводных птиц в гнездовый период на оз. Тенгиз // Размещение и состояние гнездовий околоводных птиц на территории СССР. М.: Наука, 1981. С. 118–120.

Банников А. Г., Флинт В. Е. Мы должны их спасти: Очерки о животных из Красной книги. М.: Мысль, 1982. 174 с.

Белоусова Л. С., Борисов В. А., Винокуров А. А. Заповедники и национальные парки мира. М.: Наука, 1969. 239 с.

Бирштейн В. А., Властов Б. В., Гиляров М. С. и др. Отряд жаброноги//Жизнь животных. М.: Просвещение, 1968. Т. 2. С. 383–386.

Владышевский Д. В. В мире птиц. Новосибирск: Наука, 1982. 157 с. Волков Е. Н. О размещении и численности центральноказахстанской популяции фламинго // Редкие и исчезающие звери и птицы Казахстана. Алма-Ата: Наука, 1977. С. 153–167.

Волков Е. Н. Миграции фламинго — Phoenicopterus roseus Pall. // Миграции птиц Восточной Европы и Северной Азии. М.: Наука, 1979. С. 31–37.

Воробьев К. А. Записки орнитолога. М.: Наука, 1978. 225 с.

Гаврилов Э. И. Сезонные миграции птиц на территории Казахстана. Алма-Ата. Наука, 1979. 256 с.

Греков В. С. О зимовке фламинго в Кзыл-Агачском заповеднике // Орнитология. 1962. Вып. 5. С. 356–362.

Дементьев Г. П., Караев М, К., Карташев Н. Н. Птицы Юго-Западной Туркмении // Учен. зап. МГУ. Биология. 1955. Вып. 171.

Долгушин И. А. Отряд фламинго // Птицы Казахстана. Алма-Ата: Наука, 1960. Т. 1. С. 224–237.

Долгушин И. А. О фламинго на озере Тенгиз (Центральный Казахстан) // Тр. Ин-та зоологии АН Казахской ССР. Алма-Ата: Наука, 1960. Т. 13. С. 67–95.

Залетаев В. С. Новые сведения о распределении фламинго в Западной Туркмении // Птицы водоемов: (Охрана природы и озеленение). М.: Всерос. о-во охраны природы, 1960. Вып. 4. С. 99–101.

Елкин К. Ф. О фламинго в Центральном Казахстане // Орнитология в СССР. Ашхабад, 1969. Кн. 2. С. 42–44.

Исаков Ю. А. К вопросу о распространении фламинго в СССР // Чайка-хохотунья и фламинго на Каспийском море. М.: Главн. управление по заповедникам РСФСР, 1948. С. 55–60.

Исаков Ю. А. Заметки по биологии фламинго // Там же. С. 45–55.

Исаков Ю. А., Формозов А. Н. Непериодические миграции (залеты) фламинго в СССР // Зоол. журн. 1946. Т. 25. Вып. 5. С. 473–480.

Карри-Линдал Кай. Птицы над сушей и морем: (Глобальный обзор миграций птиц). М.: Мысль, 1984. 204 с.

Карташев Н. Н. Систематика птиц. М.: Высш. шк., 1974. 362 с, Л.: Гидрометеоиздат. 1974, 240 с.

Ланкин П. Фламинго в Восточном Прикаспии // Охота и охотничье хоз-во. 1981. № 12. С. 14–15.

Лебедева М., Силаева О. Происхождение названий птиц // Там же. 1984. № 9. С. 47–48.

Лебедева М., Шеварева Т. О залетах фламинго // Там же. 1971, № 7. С. 18–19.

Левитина Н. Диалог сквозь скорлупу // Природа и человек. 1985. № 6. С. 26–29.

Мак-Кланг Р. Исчезающие животные Америки. М.: Мысль, 1974. 207 с.

Пейфельд И. А. Новые данные о фламинго на северо-восточном побережье Каспия // Орнитология. 1967. Вып. 8. С. 375–376.

Несис К. И. Подводные наблюдения за антарктическим крилем // Природа. 1985. № 5. С. 101–103.

Панов Е. И. Поведение животных и экологическая структура популяций. М.: Наука, 1983. 423 с.

Питерсон Р. Птицы. М.: Мир, 1973. 192 с.

Пославский А. И., Сабиневский Б. В., Лури В. Н. Фламинго в Северо-Восточном Прикаспии // Редкие и исчезающие птицы и звери Казахстана. Алма-Ата: Наука, 1977. С. 209–215.

Слудский А. На гнездовьях фламинго // Охота и охотничье хоз-во. 1959. № 3. С. 24.

Слудский А. А. Фламинго в СССР и задачи его охраны // Птицы водоемов: (Охрана природы и озеленение). М.: Всерос. о-во охраны природы. 1960. Вып. 4. С. 95–98.

Спангенберг Е. И. Отряд фламинго // Птицы Советского Союза М.: Сов. наука, 1951. Т. 2. С. 341–349.

Сосновский И. П. О редких животных мира. М.: Просвещение, 1982. 192 с.

Сосновский И. П. Живые музеи. М.: Знание, 1981. 142 с.

Сушкин П. П, Птицы Средней Киргизской степи (Тургайская область и восточная часть Уральской) // Материалы к познанию фауны и флоры Российской империи. Отд-ние зоологии. Вып. 8. М., 1908.

Тинберген Н. Поведение животных. М.: Мир, 1985. 192 с.

Томилин 4. Г. В мире китов и дельфинов. М.: Знание, 1974. 206 с.

Томилин А. Г. Снова в воду. М.: Знание, 1984. 192 с.

Тутаев Д., Самедов 3. Новая родина фламинго // Природа Азербайджана. 1982. № 5. С. 17–18.

Уэлти К., Сторер Дж., Пенникуик К. и др. Птицы. М.: Мир, 1983. 228 с.

Флинт В. Е., Черкасова М. В. Редкие и исчезающие животные. М.: Педагогика, 1985. 111 с.

Хроков В. Заповедник Кургальджино. Алма-Ата: Кайнар, 1981. 176 с.

Хроков В. В., Андрусенко Н. Н. Кургальджинское диво // Живые сокровища Казахстана. Алма-Ата: Казахстан, 1979. С. 77–89.

Челъцов-Бебутов А. М. Новое гнездовье фламинго в Советском Союзе // Орнитология. 1958. Вып. 197. С. 95–101.

Челъцов-Бебутов А. М. Экология птиц. М.: Изд-во МГУ, 1982. 128 с.

Шегрен Бенгт. Острова среди ветров. М.: Мысль, 1967. 287 с.

Чекменев Д. И. Очерки по биологии колониально гнездящихся птиц озера Тенгиз // Тр. Ин-та зоологии АН КазССР. Алма-Ата: Наука, 1964. Т. 24. С. 70–76.

Brown L., Powell-Cotton D., Hoporajt J. В. D. The breeding of the Greater Flamingo and white Pelican in East Africa // ibis. 1973. Vol. 15, N 3. P. 352–375.

Dechsler H. Wunderwelt der Wilden Vogel. Leipzig; Jena; Urania-Verl., 1957. P. 103.

Eichhorn B., Zigel D. Einen Kriegen sie immer Hyanen and Schaka-le auf Flamingojard // Tier-Tier welt. 1982. N 4. P. 14–18.

Eisher J., Peterson R. T. The World of Birds.' N. Y.: Doubledaj companie, inc., 1964. 288 p.

Kahl M., Philip P. The pink tide // Natur. Hist. 1972. Vol. 61. N 5. P. 64–72.

Menersberger G. Vogel. Urania Tierreicb. Berlin: Urania-Verl., 1969. 519 p,

На русском, английском и немецком — фламинго, на французском и польском — фламинг, на испанском — фламенко, но на чешском — пламенак.

Основная единица научной классификации птиц — вид. Группа сходных и близкородственных видов объединяется в род. Следующая категория классификации — семейство. Каждое семейство может включать один род или же несколько родов общего происхождения. Оно отделено от других семейств более или менее явными различиями. Семейство получает латинское название по типовому роду и стандартное окончание — idae. Так, семейство фламинговые именуется Phoenicopteridae. Семейства в свою очередь объединяются в отряды (латинское название с окончанием — formes), главные ветви класса птиц. Например, Ciconiiformes — аистообразные.

Лебедь доживает максимально до 25 лет, пеликан — до 52 лет, а серый гусь — даже до 80 лет (Заика В. Е. Зоология в цифрах//Человек и природа. 1979. № 4).

Меловой период соответствует времени 135–63 млн лет до нашей эры.

Эоцен — середина палеоцена — отрезка времени, охватывающего первую, более древнюю половину третичного периода истории земли (63–25 млн Лет до нашей эры). Это время расцвета млекопитающих и птиц, вытеснивших более примитивных динозавров и летающих, ящеров — птеродактилей.

Фламинго возвращаются // За рубежом. 1982. № 52.

Как прогнать фламинго // Социалистическая индустрия. 1982. 27 июля.

Соры, или шоры — остатки соленых озер с очень топким дном. Озерами они, обычно, бывают только весной, летом же вода полностью или в значительной мере испаряется и нередко на их дне остается корка самоосадочной соли.

Флинт В. Е. Фламинго // Биология в школе. 1981. № 3.

Озеро «Крылатых огней» // Труд. 1978. 6 июля.

Вахсман А. Море наступает // Правда. 1982. 22 марта.

Его деятельность способствовала созданию Британской империи, захвату Англией многочисленных колоний (Малаховский К. В. Трижды вокруг света. М.: Наука, 1982).

Например, в Сиваше, отделяющем Крымский полуостров от материка, насчитывается в среднем 13,6 г артемий на 1 м³ воды, а это для всего залива составляет громадную величину: 14,8 тыс. т (Бирштейн и др., 1968).

Латинское название — Aphanothece salina.

Почему фламинго розовые: (По материалам журнала «Ла ви де бет» — Франция) // Наука и жизнь, 1970. № 3.

Фламинго на льду // Труд. 1983. 8 янв.

Правда. 1982, 12 июля.