Три друга. Три причины. Три цели.
Одна игра. Вот только, игра ли?
Новости реального мира
Блогер в белой пластиковой маске приветливо кивнул в камеру, а в следующий момент на экране появилась карта города.
— Последние дни и даже недели в столице неспокойно. Постоянные рейды, облавы, задержания…
Карта города сменилась новостными отрывками с кричащими заголовками, типа: «Беспредел полиции среди бела дня», «Оборотни в погонах», «Произвол столичных властей».
— Причем, — новостные заголовки повинуясь голосу Анонимуса послушно отсортировались в два столбика. — Прослеживаются два любопытных нарратива. Назовем их неолиберальный, куда, кстати, входят про-зеленые террористы, и традиционный.
Новости из левого столбика увеличились, заняв собой все пространство и неспешно поползли по экрану.
— Новостные каналы первого, как вы видите, намеренно раздувают панику и безостановочно вкидывают одну чушь за другой, выдергивая из контекста случайные факты и возводя их в гротеск.
На экране застыл новостной ролик, с громким заголовком «ФСБшники задумали переворот!»
— Самое страшное, — продолжил голос за кадром, — что новость основывается на реальных событиях, поскольку на днях были задержаны свыше пятидесяти высокопоставленных чиновников…
Кадры на экране снова замелькали, показывая задержанных.
— Вот только неолибералы отчего-то забывают упомянуть в своих репортажах о причинах задержания. Тут тебе и связь с иностранными разведками, и госизмена, и откаты… В общем, классические казнокрады, коррупционеры и предатели.
Голос Анонимуса звенел от едва сдерживаемого гнева, а в такт его словам на экране вспыхивали краткие, но емкие биографии задержанных.
— К слову, вся информация о похождениях этих… вредителей есть на официальном сайте полиции, Верховного суда и даже правительства. С прозрачными доказательствами — запись разговоров, видеофиксация встреч, поступления незаконных денежных средств и прочие улики.
Анонимус подкрепил свои слова делом, наглядно продемонстрировав, что при переходе по ссылке, открывается доступ к многостраничной доказательной базе.
— Кстати, большинство улик были предоставлены мной и моими коллегами. Вот только неолибералы до сих пор держат наш народ за тупое быдло, пытаясь в очередной раз скормить нам скандальные заголовки вместо реального освещения событий.
На экране появилась белая пластиковая маска Анонимуса.
— Кстати, любопытный факт. От неолибералов в первую очередь открестились обычные либералы. Ребята сообразили, что народ не будет разбираться в сортах этого, кхм, политического движения. Более того, обычные либералы на своих каналах транслируют традиционный нарратив.
Маска Анонимуса сменилась новостными заголовками из правого столбца с указанием источников.
— Представляете, что должно было случиться, чтобы либералы поддержали силовиков? А я вам скажу, что это было…
Экран налился чернотой, сквозь которую проступила кровавая надпись.
— Раскол. Да-да, дорогие зрители, угроза раскола нашей страны. Прикормленные нашими заклятыми друзьями неолибералы при поддержке спецслужб самых разных стран попытались устроить в нашем обществе раскол. И их инициаторов вы и видите сейчас!
Тревожная надпись сменилась кадрами задержания высокопоставленных чиновников.
— Именно эти, не побоюсь этого слова, черти из кожи вон лезли, чтобы обратить нашу страну в руины, тем самым заработав себе тепленькое местечко где-нибудь… скажем, на Итон-сквере.
На экране появились фото особняков задержанных чиновников.
— Но самое смешное в другом…
Кадры роскошных особняков сменились бездушной улыбкой пластиковой маски.
— На фоне спокойного нарратива новостных каналов второго типа, которые транслировали новости сдержанно и безо всякой истерии, неолибералы подложили свинью сами себе!
По экрану снова поплыли кричащие заголовки с указанием каналов, пабликов и авторов статей и репортажей.
— Теперь вся страна знает тех, кто с потрохами продался зарубежным спецслужбам. Ведь развала собственной страны может желать только… идиот?
Анонимус, вновь появившись, покачал головой.
— Но зато теперь вся страна знает тех шакалов, кто хотел раскола… Но самое главное… — по маске Анонимуса пробежали электрические разряды, — что теперь этих предателей знаю я и мои коллеги.
На экране начали появляться скупые строки адресов с фотками людей, участвовавших в попытке развала страны.
— Зелёные, убившие в капсулах тысячи людей, уже сполна получили за свои злодеяния. Теперь настал ваш черед! И даже не надейтесь на ваши новообретенные фокусы… Ведь Бог — на нашей стороне!
Сотни фотографий предателей стремительно уменьшились, превращаясь в кровавую надпись O. M. G, которая в следующий миг вспыхнула огнем.
— Бойтесь, твари, — улыбка Анонимуса растянулась в кровожадный оскал. — Мы идем за вами!
Где-то в империи Евразар. Кабинет главы клана «Ночная гильдия»
— Да плевать я хотел, как было раньше! — Ега с трудом сдержал вспышку гнева. — Я говорил, что охрану каравана нужно увеличить в десять раз?
— Г-говорил… — неохотно согласился казначей клана.
— Я говорил, что нужно прикрепить к сотне Ворчека десяток стихийников?
— Г-говорил…
— Ну тогда какого черта, Гридар⁈ Почему охрана была всего лишь двойная? Ты понимаешь, что из-за этого гребанная нежить уничтожила наш караван⁈
— Но Крони…
— Нет больше Крони! — Ега не выдержал и шандарахнул по столу кулаком. — Я никак не пойму, ты тупой, что ли?
— Я не тупой, — слабо возразил казначей, решивший как обычно сэкономить.
— У тебя две сотни в Интеллекте, но предельно четкий приказ ты понять не можешь. Ты тупой, Гридар!
— Нет, не тупой.
— Уверен?
— Да, не тупой…
Диалог получился абсурдный, но Еге сейчас было не до смеха.
— В общем так, Гридар. Ещё один косяк, и потеряешь теплое местечко казначея, понял?
— Понял…
— И если не перестанешь тупить, то мы все наши замки потеряем!
— Не потеряем.
— Ой все, — рука Еги дернулась к парным клинкам, лежащим на тумбочке, — Сгинь с глаз моих!
Казначей не заставил себя ждать и исчез из кабинета так быстро, будто качал не Интеллект, а Ловкость.
— Одни тупицы… — пробормотал Ега, откидываясь на спинку кресла. — Одни тупицы вокруг!
С того самого момента, когда совет кланов назначил его главой клана «Рыцари плаща и кинжала», эльф пребывал в постоянном стрессе.
И если раньше он боялся, что его раскроют раньше времени, то сейчас на это банально не оставалось времени.
Согласно плану Ега должен был занять достойное место в руководстве клана и стабильно сливать важную инфу.
Вот только после закрутившихся вокруг Трех богатырей событий, все пошло наперекосяк.
Сначала от Алеши пришло сообщение готовиться к эвакуации, потом, почти сразу, директива Три-ноль.
Директива Три-ноль подразумевала под собой не просто полную интеграцию во внедряемую структуру, а перехват руководства над кланом.
И если раньше это казалось чем-то нереальным, то после пропажи Крони Четвретого, власть над кланом сама упала в руки Еге.
Нет, его, конечно, проверяли, то и дело подкидывая ложную информацию, да и прописавшийся в замке на постоянной основе аудитор не спускал с него глаз, но Еге было плевать.
Директива Три-ноль подразумевала полный разрыв контактов с центром и концентрацию на развитии клана.
И если раньше Еге приходилось прикладывать титанические усилия, чтобы не спалиться, то сейчас все силы были брошены на выживание.
Выживание клана.
На самом деле под его руководством оказалось порядка пяти кланов, так или иначе связанных с ПКашерами, но поскольку у каждого клана была своя зона ответственности, Ега относился к ним, как к департаментам.
Кражи, заказные убийства, шантаж, вымогательства, налеты на торговые караваны, абузинг высокоуровневых одиночек и шакалинг новоиспеченных кланов — каждый департамент имел свою специализацию.
Шэдоу Найт отвечал за налеты на торговые кланы и заказанные убийства. Рыцари плюща – за кражи. Черная Гильдия — за шантаж и вымогательства.
Недавно образованная Бригада охотилась на одиночек, а Шакалы Севера кошмарили недавно созданные кланы.
Ну а Ночная Гильдия, доставшаяся Еге в наследство от Крони, выступала куратором и координатором всего этого преступного сообщества.
Да, были нюансы, к примеру Рыцари плюща, по факту, был расформированный аудиторами клан Рыцари плаща и кинжала, но Ега давно уже вник в детали и больше не психовал из-за тотальной неразберихи.
Причем, виновником неразберихи был он сам.
Когда ему предложили возглавить преступное сообщество Второго шанса, Ега выдвинул встреченное условие — зачистить руководство ПК-кланов.
Уж что-что, а постоянные интриги за место председателя совета кланов были ему не нужны.
Его требование было выполнено, но оказалось, что своим решением Ега выстрелил в ногу самому себе.
Лишившись руководства кланы превратились в казачью вольницу, потеряв четкую структуру вертикальной власти.
Ега же слишком хорошо понимал, что стоит ему совершить ошибку, как он тут же присоединится к Крони и остальным, поэтому эльф начал действовать.
Назначил временных руководителей, начал собирать свою команду, постоянно просматривал аналитические выкладки, выбирая потенциальных лидеров.
В общем, Ега с головой окунулся в несколько непривычную для него работу руководителя.
И если по началу ему хотелось выть от безысходности на луну, то вскоре он вошел во вкус.
Строить систему, пусть даже преступную, оказалось на удивление интересно.
К тому же Ега, действуя по директиве Три-ноль, не просто развивал кланы ПКашеров, но реализовывал стандартную стратегию Конторы:
А) Привязать к себе ключевых игроков.
Б) Делегировать производство сторонним кланам
В) Сформировать мощный военный блок
Г) Завязать экономику департаментов на финансировании головного клана.
Добиться исполнения последнего пункта было непросто, но Ега справился, замкнув на себе все доходы.
Вся прибыль кланов стекалась в Ночную гильдию, которая единолично решала какое финансирование получит каждый из департаментов.
И пока что система худо-бедно, но работала.
Стало больше порядка, появились ответственные лица, ну а Ега получил в свои руки реальное руководство кланами.
И если бы не тупые исполнители, типа Гридара, можно было сказать, что все идет по плану.
К тому же ему удалось убедить совет кланов, что противостояние нежити важнее сиюминутного грабежа игроков.
ПКашеры, незаметно для самих себя, превращались в… защитников империи Евразар!
Подчас Ега сильно жалел, что он ни с кем не может поделиться своим триумфом.
Подумать только! Грабители, воры и наемные убийцы сражались сейчас с нежитью, чтобы «сохранить свою кормовую базу, ведь это наша корова и мы её доим!».
Эта фраза на совете кланов всем так сильно понравилась, что решение противостоять Скверне и Бездне было принято единогласно.
Ега вспомнил тот совет и невольно улыбнулся. Да уж, тогда он был в ударе!
«Бабло побеждает зло, поэтому нас не победить!», «Бездна и Скверна — залетные фраера!» «Эта наша корова и мы её доим!», «А кому сейчас легко?».
Его соглятаи докладывали — после того совета Егу шибко зауважали среди ПКашеров. Ведь он не просто объявил войну нежити, но подвел под это, как выразился один из умников, эмпирическую базу.
— Ладно, — проворчал эльф, неохотно возвращаясь к руководству кланом. — Пора за дело.
Золото само собой в казну не потечет, а впереди было много работы.
Прием заказов на убийство кандидатов на место главы империи Евразар…
Охрана торговых караванов местных…
Апробация созданных Шэдоу Найт ядов, от которых нежить разъедает словно от кислоты…
Налеты на кланы бессмертных, которые решили отсидеться за стенами своих замков…
И самое главное — вынужденное сотрудничество с крупнейшим конгломератом, раскинувшимся на границе империи Евразар, Темной империи южан и Свободных земель.
С ненавистным многим ПКашерам кланом… Три богатыря.
Территория клана Три богатыря. Фонтан Удачи
— Думаешь, справятся? — Индра в виде грозового облака завис над золотистыми завихрениями Фортуны.
— Кто именно? — хитро улыбнулась Удача и, воспользовавшись присутствием Инды, запустила над замком Алдоил сверкающую радугу.
— Кто-кто… — проворчал громовержец. — Наши избранники.
— Если ты про своего Тёму, то ничего не могу сказать, — беззаботно отозвалась Удача. — Я на него благословение наложила, а что дальше будет — зависит только от него.
— Дожили, — вздохнул Индра, — видано ли дело, чтобы судьба мира зависела от смертных?
— А от чего ей ещё зависеть? — удивилась Удача. — От нас, что ли? Да пантеон Второго шанса до сих пор помириться не может! И даже удар по храмовой площади ничему их не научил.
— Твои богатыри же спасли храмовый комплекс, — прогудел Индра.
— Спасли, — согласилась Удача. — Но большинство богов будто бы не заметили, что силы стало в сотни раз меньше!
— Заметили, — невесело вздохнул Индра. — Просто никак не могут найти в себе силы это признать.
— Признать, что ещё немного, и ксуровы Бездна со Скверной сожрут сначала нас, а потом и весь мир?
— Признать, что мы зависим от смертных, — Индра покачал головой. — Хотя испокон веков было наоборот.
— Но…
— А ещё не забывай, что наш пантеон в этом мире, скажем так, сборный. И слишком уж много противоречий накопилось за все это время.
— И все же, — Удача на мгновение появилась в виде стройной девушки и недовольно топнула изящной ножкой. — В такие моменты мы должны объединиться!
— Объединимся, — немного помолчав, произнес Индра. — К нашему союзу вскоре присоединится Руевит. Он ждет в Свободных землях. Ежели только первый богатырь его примет.
— Твой Руевит, что, — удивилась Удача, сделав вид, что не обратила внимание на слова про союз, — на моего Алешу глаз положил?
— Алеша — третий, — прогудел Индра. — Второй — Добрыня. Ну а первый среди равных — Илья Муром.
— Муром тоже хороший, — тут же успокоилась Удача. — Вот только одного я никак понять не могу. Почему из ваших только ты да Руевит интерес к этим воинам проявили?
— Потому что остальные заперты в других мирах. Перун, к примеру, в Море возможностей, куда и отправился второй богатырь, — немного помолчав, отозвался Индра. — В общем, кто где. А одним нам с Руевитом не сдюжить…
— Ты упомянул о союзе, — лукаво прищурилась Удача, решив, что пришло время расставить точки на ё. — На каких условиях?
— На равных, — твердо заявил Индра. — Нам для себя ничего не надо. Главное, чтобы выжил этот мир.
— Последний вопрос, — Удача сделалась на удивление серьезной. — Почему ты сам не явился Мурому? Почему выбрал мальчишку Тёму? Ведь это было бы… выгоднее?
— Потому что Тёме я нужнее, — просто ответил Индра.
И его ответ более чем устроил Удачу.
— Значит, союз? — золотое сияние, собравшись в девичью фигуру протянула миниатюрную ладошку.
— Союз, — подтвердил Индра, принимая обличие высокого и сильного воина с бородой.
Его рука, облаченная в кольчужную рукавицу, осторожно пожала хрупкую ладошку.
А над замком Алдоил и стольным градом Малые Выхи в этот момент расцвела семицветная радуга да прогремел раскатистый гром, знаменуя соглашение между богами разных фракций.
Ведь на что только не пойдешь, чтобы не дать Бездне и Скверне разрушить свой дом? Пусть даже шансы на это критически малы, а судьба мира зависит от нескольких смертных.
Боги, без сожаления отдав накопленную за столетия энергию, осуществили свой выбор, сделав свою ставку.
Ставку на простых смертных.
— Ну что, Муром, как в старые добрые? — улыбнулся Алеша, шагая по широкой дороге.
Как только Плехан получил от Мурома добро на экспансию в сторону Свободных земель, он немедленно развил в этом направлении бурную деятельность.
Прокладывались широкие дороги — такие, чтобы могли разъехаться минимум четыре телеги, осуществлялась разметка, ставились придорожные трактиры.
Трактиры, правда, использовались пока что не по назначению, а для размещения гарнизонов, но никто не возмущался.
У всех перед глазами был пример тракта Сибурск-Алдоил, и народ понимал, что все эти нововведения — разметка, трактиры, мощенная камнем дорога — это намерение.
Намерение клана Три богатыря обосноваться в Свободных землях всерьез и надолго.
— Как в старые добрые, — отозвался Муром, не забывая крутить головой по сторонам. — Добрыни только не хватает.
Места были разведанные и, можно сказать, безопасные, но береженного и Бог бережет.
— Сколько нам до чащобы в этих чудо-сапогах? — Алеша, прищурившись, посмотрел вдаль. — Часа два-три?
— Примерно так, — подтвердил Илья.
Чудо-сапоги выдал Иван Иваныч под роспись, с непременным условием вернуть в казну клана. Назывались они сапоги-скороходы и давали +50% к скорости движения.
Топтыгину такой обновки не досталось, и медведь был вынужден бежать за богатырями.
Ну а чащобой называли дремучий лес, который разделял условно безопасные территории Свободных земель от по-настоящему опасного края.
Сколько бы разведчиков ни отправлял мэр Плехан все они твердили одно:
Через чащобу не пройти. Есть лишь одна дорога, но и её защищает невидимая преграда.
В принципе, клану и городу с лихвой хватало места и на разведанных территориях Свободных земель, но богатыри точно знали — их путь лежит через чащобу.
— Как думаешь, — протянул Муром, не сбавляя шага. — Что за испытание там будет?
— А чего гадать-то? —лениво отозвался Алеша. — Придем — узнаем. А сейчас, Муром, прости, у меня куча писем, которые нужно успеть прочить, а на некоторые даже ответить. Тебе, кстати, тоже не помешает.
— Я все свои дела уже сделал, — усмехнулся Муром. — Все вопросы либо решены, либо поставленны на контроль Иван Иванычу.
— Даже кольчуга? — не поверил Алеша.
— Какая кольчуга? — не понял Муром. — А-а-а, кольчуга… Которую Горыныч обещал? Из чешуи дракона?
— Она самая, — кивнул Алеша. — Если мне не изменяет память, разговор шёл о трех днях…
— Ты-то откуда знаешь? — удивился Муром.
— У меня свои источники, — уклончиво отозвался Алеша. — Ну так что с кольчугой-то?
— Да пока ничего, — Муром пожал плечами. — Не так-то все просто оказалось. Чешую-то Горыныч, как и обещал, за три дня доставил, но шибко крепкая она оказалась, никак ковке не поддается.
— Серьезно?
— Абсолютно, — подтвердил Муром. — Кузнецы что могли сделали, но окончательная спайка никак не идет. Даже Викуло выкроил денёк в своем плотном графике и заглянул в кузню к Дамиру, и все равно бестолку.
— Даже так? — Алеша покачал головой. — А Топтыгин помогал?
— А то как же! — Муром бросил на бегущего рядом огненного медведя благодарный взгляд. — Но жара все равно не хватило.
— Ого… — Алеша с сомнением посмотрел на своего фамильяра. — Уж если Истинного пламени оказалось недостаточно, тогда я не знаю…
— Вот и я не знаю, — Муром развел руками. — Там работы-то осталось на пару часов, огня только не хватает.
— А Горыныч? Ему же достаточно разок дыхнуть, и дело в шляпе!
— А Горыныч, сам знаешь, летает, бдит, золото у народа под процент принимает.
Алеша коротко хохотнул и согласно кивнул.
— Ага, под отрицательный, помню-помню.
— Так что буду танковать в своем старье.
— Ну-ну…
Алеша покосился на Мурома, но ничего говорить не стал.
Комплект, в котором щеголял друг, был уникального класса, и представлял из себя сборный комплект из семи вещей, каждая из которых давала серьезный бонус к Выносливости.
В загашниках у Иван Иваныча хранились и легендарные броньки, но этот комплект давал самую высокую защиту.
— Ты-то, Алеш, проверил корону принца Намаха́?
— Проверил. Только до дороги не дошел. Рванул к ближайшей чащобе, убедился, что можно пробиться и назад в замок.
— Пробиться?
— Не знаю, как по-другому объяснять, — поморщился богатырь. — Наши разведчики, несмотря на защитные амулеты, даже к краешку чащобы подойти не могут, а я спокойно дошел.
— А корону пробовал снимать?
— Пробовал. Сам не заметил, как в десяти метрах от границы чащобы оказался.
— Ясно, — Муром бросил взгляд на виднеющийся вдали дремучий лес, — ну, будем посмотреть.
По истечению двух часов, когда до входа в дремучий лес оставалось всего-ничего, богатырей накрыла тень, обернувшись в следующий миг Змеем Горынычем.
Трехглавый дракон в сверкающем доспехе грузно приземлился в аккурат между богатырями и лесом и, недовольно фыркнув, выпустил из всех трех своих носов струйки пламени.
— Никак не привыкну к тяжести этих железяк! — пожаловалась левая голова, с любопытством осматривая остановившихся богатырей.
На её шее болталась здоровенная золотая цепь, но, видимо, этот вес в категорию «тяжести» не шел.
— Непривычно, — согласилась правая, бросив на Илью оценивающий взгляд. — Хотя, вон, Мурому и этого мало! Смотри сколько железа на себя навьючил!
— Один-в-один ходячая консерва! — хохотнула левая. — Заколеблешься потом железо из зубов выковыривать.
— Вот да, — с видом знатока кивнула правая. — Никогда рыцарей из-за этого не любим.
— Чего пожаловали? — невежливо проворчал Алеша.
— Ой, как грубо! — поцокала левая голова.
— Ай-ай-ай, — согласно закивала правая, — где же твои манеры, Алешенька?
— Давай по сути, — отрезал богатырь. — Некогда нам, торопимся мы.
— Мы к ним с подарками, — левая огорченно покачала головой. — А в ответ…
— Ноль внимания, фунт презрения, — горестно вздохнула правая. — Ну как тут в человеках не разочароваться?
— Технически я эльф, — напомнил Алеша.
— Разницы-то! — хмыкнула левая.
— Ну не скажи, — возразила правая. — Мясо у эльфов жёстче.
— Это да, — вынужденно признала левая. — Тут не поспоришь. Эльфы — жесткие, гномы — сухие, орки — горчат!
— Наш выбор — человеки! — подытожила правая и, не сводя с Мурома плотоядного взгляда, облизнулась.
— А если в бубен? — нахмурился Алеша, доставая из поясной сумки горсть шишек.
Рядом предупреждающе зарычал Топтыгин.
— Смотри-ка! — деланно удивилась левая. — Говорящий шашлык!
— Да ты что! — возмутилась правая. — Какой шашлык! Люля-кебаб!
Неизвестно, сколько бы ещё продолжался этот балаган, если бы не центральная голова Горыныча.
Поймав взгляд Мурома, она кивнула сначала на левую голову, потом на правую, затем закатила глаза.
Илья же, надеясь, что правильно понял намек, наклонился к уху Алеши и едва слышно прошептал.
— Выруби-ка этих болтунов.
— Что ты там сказал? — тут же напряглась левая.
— По-моему… — правая открыла было рот, но договорить ей не дала прилетевшая в лоб шишка.
Данг!
— Ах ты…
Данг! Данг! Данг!
На этот раз Алеше повезло не так сильно, и на то, чтобы вырубить боковые головы Горыныча у эльфа ушло аж четыре шишки.
— Я же правильно тебя понял? — Муром вопросительно посмотрел в глаза центральной голове.
— Правильно, — поморщился Горыныч. — И не спрашивайте меня, зачем. Так надо.
Алеша, у которого на языке так и крутился этот вопрос, поморщился, но докапываться до Горыныча не стал.
Он ограничился пожатием плеч и проворчал.
— Думаю, ты сейчас вам нам все расскажешь.
— Это хорошо, что ты думаешь, — Горыныч кинул на Алешу неприязненный взгляд. — Думать — полезно.
Алеша усмехнулся и только было хотел ответить, но Муром, оттеснив друга за себя, шагнул вперёд.
— Слушаю.
— Для начала, вот, — Горыныч достал из ниоткуда стальную кирасу. — Пришлось попотеть, но вышло очень даже ничего.
Кираса, соединённая со стальной юбкой, упала перед Муромом, а вслед за ней на землю полетели наплечники, наручи и поножи.
— Комплект вышел базовый, не обессудь, — Горыныч развел руками, — ежели что, все остальное там найдешь.
— Все остальное?
— Это типовой доспех Черноморских витязей, — непонятно ответил Горыныч. — Там они точно остались. Да и потом, кто ищет, тот найдет.
— Это точно, — кивнул Муром, поднимая доспех, выкованный из чешуи дракона. — Благодарю!
Богатырю дико хотелось посмотреть описание доспеха, но от Горыныча веяло настолько явственным нетерпением, что он решил отложить осмотр броньки на потом.
— Во благо, — кивнул Горыныч и недовольно фыркнул, снова выпустив из носа тонкие струйки огня.
— Ты сказал, «Для начала», — напомнил Муром.
— Да-да, — Горыныч переступил с ноги на ногу. — Тут такое дело…
— Ой, да не мнись ты, — усмехнулся Алеша, — Ясно же, что тебе нужная какая-то услуга! Да и братанов своих не просто так попросил вырубить!
— Неприятный эльф прав, — поморщился Горыныч. — У меня будет просьба.
— Да без проблем, — прогудел Муром. — Поможем, чем сможем. Одно дело делаем.
— Э, нет, Муром! — Алеша покачал головой. — Проблема в том, что чешуйчатый для себя попросить хочет. Не для мира там или всеобщего спасения, а для себя.
— Да какая разница? — удивился Муром. — Он наш боевой товарищ. Что-то я тебя не понял, Алеш, — Муром недобро нахмурился. — Неужто ты Горынычу помогать отказываешься?
— Балбес ты, Муром, — в голосе Алеши мелькнула тщательно скрываемая обида. — своих не бросаем! Но поглумиться над чешуйчатым — это святое!
— Берега надо видеть, — отрезал Муром. — Видишь, и так непросто человеку.
— Технически, он трехглавый дракон…
— Алеша!
— Ой, все, — эльф сделал вид, что обиделся. — Уже и пошутить нельзя.
Но своего Алеша все же добился — Горыныч немного расслабился и уже не смотрел на богатырей побитой собакой, как минуту назад.
— Тут такое дело… — вновь замялся Горыныч. — Давным-давно, когда я был молодой и глупый, мы с Кощеем любили гулять по мирам.
Горыныч ностальгически посмотрел на небо.
— Гуляли мы хорошо, сражения, битвы, закрытые миры…
— Закрытые? — нахмурился Алеша.
— Закрытые-закрытые, — подтвердил Горыныч. — И да, ты правильно подумал про свой мир. Он, как раз, из таких.
— Но почему?
— Вот чего не знаю, того не знаю, — тут же открестился дракон. — И вообще за пробои отвечал Кощей. Не знаю уж, как ему удалось. Видимо каким-то чудом попался подходящий накопитель…
— Накопитель?
— Долго объяснять, — отмахнулся Горыныч. — Если до Хрустальной горы доберетесь, сами увидите.
— Не если, а когда, — машинально поправил дракона Илья. — Продолжай, друже.
— Вот в одном из таких миров я и встретил её… Глаза зеленые, волосы рыжие, фигурка аппетитная — ну вылитая ведьма!
Алеша сдавленно хмыкнул, но Горыныч не обратил на эльфа внимания.
— Такое редко бывает, но все же случается. Как сейчас помню, наши взгляды встретились, и мы мгновенно полюбили друг друга. Хвост на отсечение даю, в прошлом воплощении она была драконом!
— Ты был в человеческом обличье? — уточнил Муром, в памяти которого тут же всплыла банька с Горынчем.
— Полгода с ней прожил, — кивнул дракон. — Ух и горячая бабенка была!
— Была? — уточнил Муром.
— Да сбежал он! — хмыкнул Алеша. — Чего не понятного!
— Дракон без свободы не дракон! — заявил Горыныч. — Да и потом, я хоть и главный, но когда эти двое, — он кивнул на безвольно валяющиеся на земле головы, — объединяются, они и управление могут перехватить.
— Да уж, — едва слышно протянул Алеша, — дракон-шизофреник — это к беде.
— К беде, — согласился Горыныч, который прекрасно расслышал шёпот Алеши. — Поэтому и приходится идти на, кхм, — он бросил виноватый взгляд на левую и правую головы, — непопулярные решения.
— От нас-то ты чего хочешь? — нахмурился Муром. — Зазнобу твою мы точно не найдем. Сам говоришь, давно это было.
— Муром, ты, вроде, умный мужик, — закатил глаза Алеша, — но в некоторых вещах — дуб дубом. Бастард у нашего Горыныча есть. К этому прибавь прорехи в наш мир… Дошло?
— Кровь родную почуял? — сообразил Муром. — Да ладно?
— Прохладно, — буркнул насупившийся Горыныч. — Сразу предупреждаю, хоть одна шуточка, испепелю.
И прозвучало в его голосе что-то такое, из-за чего Алеша подавился заготовленной шуткой.
— Что сделать-то надо? — прогудел Муром, который с пониманием отнесся к ситуации. — В наш мир нам ходу нет, разве что…
Он вопросительно посмотрел на друга, но Горыныч, не дожидаясь ответа Алеши, стянул с левой шеи толстую золотую цепь и бросил его к ногам богатырей.
— Не надо никого искать, — заявил дракон. — Кровь не водица — сам найдется, когда время придет. А вот помочь родне — это святое.
— Что требуется от нас? — уточнил Муром.
— Когда доберемся до Хрустальной горы, внутри найдете Хрустальную стелу, — тут же воспрял духом Горыныч. — Вон на неё и бросьте эту златую цепь.
— Просто бросить? — уточнил Муром.
— Положить, обвить, прислонить, — принялся перечислять Горыныч. — Главное, чтобы она коснулась стелы.
— Хм…
— Она зачарованная, — Горыныч по-своему истолковал сомнение богатырей. — Донесете в целости и сохранности.
— А дальше, что будет? — полюбопытствовал Алеша.
— Я не знаю, что унаследовал мой далекий потомок, — Горыныч взмахнул крыльями. — Но любовь к злату точно должна быть у него в крови. А дальше… блеск цепи привлечет внимание нужной… сущности. Впрочем, вас это не касается.
— Это спорный момент, — возразил было Алёша, но поймав недобрый взгляд Горыныча, покладисто согласился. — Впрочем, меньше знаешь — лучше спишь.
— Я могу на вас положиться? — Горыныч поочередно посмотрел в глаза Алеше и Мурому.
— Можешь на нас рассчитывать, — кивнул Алёша, а Муром согласно кивнул. — Сделаем в лучшем виде.
— Добро, — с облегчением выдохнул Горыныч. — Тогда, дам на прощанье совет. В развалинах может скрываться как слава, так и погибель.
— Классный совет, — скривился Алеша, Муром же молча усмехнулся.
— А теперь, — Горыныч, повернув голову на 180 градусов, благо шея позволяла, посмотрел на уходящую в дремучий лес дорогу. — Идите, пока эти двое не проснулись.
— Пфф! — фыркнул Алеша. — Шишек ещё много!
— Пойдем уже, — Муром переглянулся с Топтыгиным, и они вдвоем потянули упирающегося эльфа в обход дракона. — Мы ещё увидимся?
— Все зависит от вас, — Горыныч внимательно посмотрел на Мурома. — Ежели сделаете все, как полагается, то обязательно.
— Тогда до встречи, — Муром отсалютовал дракону сжатым кулаком.
— И этим двоим не кашлять! — Алеша решил оставить последнее слово за собой.
— Ррраааа! — проревел Топтыгин, и Горыныч выдохнул в медведя пламя с пронизывающим его благословением.
— Удачи вам, — прошептал дракон, смотря вслед исчезающим в дремучем лесу богатырям и их необычному фамильяру. — И до встречи.
Уж он-то точно знал, какие непростые испытания ждут богатырей.
И самое сложное вот-вот должно было случиться.
Все, что Горыныч мог сделать, он сделал, и теперь ему следовало как можно скорее вернуться на свой рубеж и продолжить сдерживать нежить.
— Подъем, бездельники! — Горыныч дохнул огнем сначала на левую, а следом и на правую головы. — Нас ждут великие дела!
— Ну и что это было? — проворчал Алеша, ни к кому не обращаясь.
В руках богатыря материализовался лук, и он настороженно следил за жмущимся к тропе дремучим лесом.
У самой земли клубился густой туман, приглушающий шаги, а кроны деревьев, нависшие над дорогой, полностью блокировали солнечный свет.
Казалось, что богатыри идут не по лесу, а по какой-то мрачной пещере.
Впрочем, несмотря на гнетущую атмосферу, Муром понял, что имеет ввиду Алеша.
— Горыныч играет в свою игру, — негромко отозвался Муром, крепко сжимая Огненный меч.
Клинок был всего лишь редкого класса и уступал по многим параметрам другим мечам, но зато имел огненный урон и пятипроцентный шанс испепелить противника.
Илья, как и Алёша, не спускал глаз со своей стороны тропы, но был в отличие от друга более расслаблен.
Во-первых, кристалл выступал в данный момент в роли радара, подсвечивая всех разумных в радиусе версты, а во-вторых, Муром откуда-то знал, что пока они с Алешей не дойдут до конца тропы, на них никто не нападет.
— И что у него за игра? — нужды в поддержании беседы не было, но Алешу это ни капельки не смущало.
— Ты же лучше меня все понял, — нахмурился Муром, осторожно двигаясь по тропе.
— Ну а левая и правая? — не сдавался Алеша. — Их зачем надо было вырубать?
— Да кто ж его знает, какие между ними договоренности? — удивился Муром. — Зуб даю, Горыныч живет по принципу, меньше знаешь, крепче спишь. Может у них раздельное хранение информации? Каждая голова отвечает за что-то свое?
— Возможно, — согласился Алеша. — А что думаешь, насчет доспеха, который он тебе подогнал?
— А это, как я понимаю, его инвестиция в успешное выполнение его личного задания, — хмыкнул Муром. — Вот только, я очень сомневаюсь, что базовая версия его доспеха лучше моей текущей броньки.
— Так сравни. Делов-то — сжал кристалл, и готово!
— Пробовал уже, — покачал головой Муром. — Не выходит. Скрыто, и все тут.
— Да уж, — протянул Алеша, не зная, о чем ещё поговорить. — Что думаешь насчет этой тропы?
— А что тут думать? Зуб даю, нас там ждут.
— Не разделяю твой оптимизм, — проворчал Алеша, который с каждым шагом испытывал непонятную тревогу и растущее желание докопаться до друга. — Зачем откладывать на потом то, что можно сделать прямо сейчас?
— На засаду намекаешь? — сообразил Муром.
— Дошло наконец, — скривился Алеша.
— Ты на меня бочку не кати, Алеш, — миролюбиво посоветовал Муром, — Я же знаю, что, когда тебя что-то беспокоит, ты постоянно срываешься на окружающих. Мне тоже страшно.
— Страшно? — тут же взвился Алеша, — это ты меня трусом сейчас назвал⁈
— Что-то ты совсем не свой, — нахмурился Муром. — Обычно ты… более сдержан.
— Ррррр! — согласно рыкнул Топтыгин и ткнулся своей полыхающей огнем башкой эльфу в бок.
— Да отстань ты! — отмахнулся от фамильяра Алеша. — И не надо тут меня жизни учить!
— Что-то тут нечисто, — Муром замедлил шаг. — Ты какой-то слишком раздаржительный, Алеш.
— Нормальный я! — буркнул Алеша.
Он и сам понимал, что перебарщивает, но ничего не мог с собой поделать.
Тревога и страх захлестывали его с головой, и ему жутко хотелось как-то выплеснуть этот неприятный коктейль из пожирающих его изнутри эмоций.
Алеша жаждал боя.
— Так, — принялся вслух рассуждать Мур, — возможно, это действие какой-то ауры… Но почему не действует на меня и Топтыгина?
Илья задумчиво покосился на огненного медведя, но тот в ответ лишь пожал плечами.
— Может быть, огонь? — предположил Муром, окончательно останавливаясь. — Слушай, Алеш, выпей зелье ментальной защиты?
— Вот ещё! — эльф не только не замедлил шаг, вслед за Муромом, но, наоборот, ускорился. — Без сопливых солнце светит!
— Точно аура, — вздохнул Муром, глядя в спину друга. — Топтыгин, помоги-ка…
Огненный медведь послушно рыкнул и, в два прыжка догнав своего хозяина повалил его на землю.
— Ты чего творишь, животное⁈ — возмутился Алеша. — А ну живо слез с меня!
— Сейчас слезет, — прогудел Муром, подходя к друг и опускаясь на колени. — Только выпей для начала эту склянку…
— Отравить меня вздумали! — прищурился Алеша, всеми силами пытаясь высвободиться из стальной хватки Топтыгина. — Ух я вас сейчас! Я ж вас…Кха-кха-кха!
Муром хладнокровно дождался, когда Алеша наберет в легкие новую порцию воздуха, чтобы продолжить ругаться, и ловко влил ему в рот зелье.
Алеша закашлялся, но в следующую минуту его взгляд прояснился, и он скривился так, будто откусил пол-лимона.
— Все-все, я в порядке…
— Точно? — не поверил Муром.
— Да точно-точно, — поморщился Алеша. — Топтыгин, слезь с меня.
— Рррра?
— Да в норме я, кому говорят!
— Слезь с него, — кивнул Муром, не спуская с друга напряженного взгляда. — Опиши свои ощущения, Алёш.
Стоило Топтыгину ослабить хватку, как эльф тут же оказался на ногах.
— Сейчас будто вату в уши напихали, — поморщился Алеша. — Шёпот слышу дурацкий. Что-то бормочет, типа: «Ты боишься», «Тебя сейчас убьют», «Бей, беги, убивай»…
— Точно ментальное воздействие, — кивнул Муром. — Зуб даю, чем дальше пойдем по тропинке, тем сильнее будет эффект.
— Сейчас проверим, — решительно произнес Алеша и пошёл вперед по дороге. — С каждым шагом голоса все громче!
— Может выпить ещё одно зелье? — предложил Муром.
— Не поможет, — заявил Алеша. — Вот что, Муром, вяжите меня. Да хорошенько!
— Уверен?
— На все сто. Иначе быть беде.
— Ну как скажешь…
Муром не пожалел на друга высокопрочного эльфийского каната, а под конец ещё и обмотал Алешу золотой цепью Горыныча.
Причем, хоть последнее было и необязательно, его как будто что-то под руку толкнуло. Надо и всё.
— Вот, что, братцы, — проворчал связанный по рукам и ногам Алеша. — Если буду на вас ругаться всякими нехорошими словами, вы на меня не серчайте, лады?
— Лады, — с тяжестью на сердце согласился Муром, закидывая друга на Топтыгина и фиксируя огнеупорным тросом. — Ты, главное, до выхода продержись, брат.
— А если там заслон?
— Ему же хуже, — Муром недобро улыбнулся и хлопнул Топтыгина по плечу. — Погнали!
И они погнали.
Через десять шагов Алеша начал вырываться, через двадцать — сквернословить, через тридцать попытался укусить своего фамильяра за загривок.
Муром с Топтыгиным, не сговариваясь ускорили шаг, и спустя минуту мчались по дороге что было духу — несмотря на то, что Алеша был связан, находиться рядом с ним было… неуютно.
Увы, но тропе не было конца и края. Более того, чем глубже в чащобу углублялись богатыри, тем мрачнее становился лес.
Но уже не просто нависал, но, казалось, выпивал жизненные силы путников.
Муром уже всерьез задумался о том, чтобы не пожалеть взятых с собой зелий и свитков, и устроить здесь небольшой пожар, как внезапно лес кончился, а ему на смену пришла… опушка.
Мгновенно отступила тяжесть, которая все это время давила на плечи, исчезло чувство тревоги и, что самое главное, перестал буянить Алеша.
— Ты как, брат? — прогудел Муром, не спуская глаз с девяти переплетенных между собой дубов, которые величественно возвышались над опушкой с противоположной стороны.
Судя по их размеру, их возраст исчислялся столетиями.
— Норма, — прохрипел Алеша, — вот только я бы на твоем месте не торопился меня развязывать.
— Это ещё почему? — Муром внимательно смотрел на сросшиеся ветви дубов, но как он ни старался не мог понять, кто же там скрывается.
— Да что-то тлеет на краю сознания, — неохотно протянул Алеша. — Будто засада или ловушка чья-то. Да и опушка эта… Слишком уж разительный контраст.
— Жаль… — обронил Муром, меняя меч на булаву. — Что-то мне подсказывает, что твой лук бы здесь ой как пригодился.
— Ну его к черту! — сплюнул эльф. — Береженного и Бог бережет.
— Ладно, я на разведку, — Муром покосился на Топтыгина и понизил голос. — Будет возможность, прорывайтесь вперёд. А я догоню.
Топтыгин что-то недовольно рыкнул, но спорить с богатырем не стал. В отличие от Алеши.
— Ты эту ерунду бросай, Илюш, — поморщился Алеша. — Никаких догоню потом. Вместе пришли, вместе и уйдет. Что до разведки, я бы на твоем месте на эту полянку не выходил.
— Я бы тоже, — вздохнул Муром. — Но другого пути нет.
И он, не дожидаясь ответа друга, шагнул вперед.
Стоило богатырю ступить на поляну, как мгновенно подул холодный ветер, а в кроне переплетенных между собой дубов, вспыхнули два красных огонька.
— Кого я вижу… — скрипучий голос неприятно ударил по ушам, а ветви дубов угрожающе зашевелились. — Какая встреча…
— Покажись! — потребовал Муром, поигрывая булавой.
Артефакт давал плюс сто к Силе и имел встроенный навык «Таран» — самое то, чтобы сносить ворота вражеских крепостей. Ну или столетние дубы.
— А ты уверен, что этого хочешь? — чем-то бьющий в лицо голос неуловимо напоминал свист.
— Я хочу пройти сквозь чащобу со своими друзьями, — прогудел Муром, прикрываясь от все усиливающегося ветра щитом.
— Так я разве ж вас держу? — голос, казалось, и был ветром, который нещадно дул в Мурома.
А вот Топтыгин и привязанный к нему Алеша, которые оставались на границе между чащобой и поляной, таких сложностей не испытывали.
— Такое ощущение, что да, — прокричал Илья с трудом шагая вперед.
Ветер уже не просто дул, он всеми силами пытался сбить Мурома с ног.
— Я понял в чем проблема! — голос невидимки так и сочился издевкой. — Вам не понравилось пробираться сквозь чащобу, и вы решили воспользоваться моей тропинкой!
На этих словах ветер на мгновение стих, явив проходящую прямо под дубами тропу.
— И в чем же проблема? — Муром, не смотря на вновь налетевший ветер, сделал ещё один шаг вперед.
— Так тропинка платная! — голос бил по ушам, а от порывов ветра, несмотря на щит, слезились глаза.
— Сколько? — крикнул Муром, — мы с уважением относимся к праву частной собственности!
— Недорого! — хохотнул ветер, выдувая тепло. — Ровно одна жизнь!
— А не много ли ты на себя берешь? — прогудел Муром, чьи руки уже начали дубеть от ледяного ветра.
— В самый раз!
— Я тебе так скажу… — зубы Мурома уже стучали от холода, в ушах звенело от непрекращающегося свиста, но богатырь упрямо шагал вперёд. — Нам чужого не надо… Но свое мы возьмем, чьим бы оно не было!
Мурому не по душе была эта фраза, но неадекватный невидимка со своими непомерными условиями так разозлил богатыря, что другого выхода не оставалось.
Илья ещё успел подивиться, откуда берутся такие наглецы, как очередной порыв ветра заставил его упасть на колено.
— Ну почему жизнь ничему их не учит, —проворчал Муром себе под нос, — вроде хочешь по-человечески договориться, так, чтобы всем было хорошо, нет, наглеть начинают…
— Можешь что угодно себе под нос бормотать! — Неприятный голос невидимки, ветер, звон и свист слились в одну какофонию. — Цена за проход неизменна! Ровно одна жизнь!
— Ты уверен? — крикнул Муром, собираясь с силами для рывка вперёд.
— Да!
— Точно?
— Да!
— Последний шанс, чтобы передумать!
— Ровно! Одна! Жизнь!
Слова невидимки давно уже превратились в оглушающий вой, и с каждой волной Мурома ощутимо толкало в щит.
Вот только Муром, привыкнув к постоянным порывам ледяного ветра, использовал каждое мгновение между ними, чтобы ещё на шажочек приблизиться к дубам.
— Одна! Жизнь! Иначе вы все здесь умрёте!
По его субъективным ощущениям, чем ближе он был к дубам, тем сильнее этот голос бил по мозгам.
— Что ж… — Муром оперся на булаву, готовясь к рывку, — Твоя взяла! Будет тебе жизнь!
— Другое дело! — тут же обрадовался невидимка, и сила ветра как будто уменьшилась. — И кто же это будет? Твой слабовольный друг? Или огненный медведь? Или, быть может, ты сам?
— О! — богатырь недобро улыбнулся и, не обращая внимания на треснувшие губы, откинул щит в сторону. — Тебе понравится!
— Назови имя! — голос вновь сорвался на истошный визг. — Чья жизнь пойдет в плату за проход⁈
— Твоя! — выдохнул Муром.
И бросился вперёд.
Муром трезво оценивал свои шансы в сражении с засевшим на высоте невидимкой.
Во-первых, он физически не мог дотянуться до него булавой. Во-вторых, неизвестно кто ещё скрывался на верхних ярусах сросшихся дубов. В-третьих, Муром знал, как уровнять шансы.
Данг!
От мощного удара булавой дуб треснул и брызнул во все стороны щепками.
С одной стороны, Мурому было жаль убивать столетнее дерево, с другой — от него веяло Тьмой и ещё чем-то неприятным.
Кранк!
Мысли текли неспешно и даже вальяжно, но тело продолжало действовать — подшаг вправо, перекат, бросок вперёд и булава встречается с очередным дубом.
— Стой! Замри! Назад!
В ушах звенело, и Муром больше ощущал впивающиеся в него слова, нежели их слышал. А ещё свист… Свист, от которого корежило плоть и кровь буквально пронизывал богатыря.
Ноги наливались тяжестью, руки безвольно опускались, хотелось бросить все, свернуться в клубочек и забиться под ближайшее корневище — лишь бы не слышать этот чертов свист.
Но Муром знал, что останавливаться нельзя.
Дай он слабину, и этот свист, который он по ошибке принял за ветер, сначала сорвет с него кожу, а потом мясо, оставив после себя горстку костей да белоснежный череп.
Данг!
Третий дуб осел после могучего удара Мурома, ветви переплетенных деревьев заходили ходуном, и сверху на богатыря посыпался какой-то мусор.
До четвертого дуба Илья добраться не успел.
Из чащобы выплеснулась волна Тьмы и накрыла собой как дубы, так и поляну с Топтыгиным и привязанным к нему Алешей.
А вместе с Тьмой пришла кромешная Темнота.
Муром по памяти махнул перед собой булавой, но вместо того, чтобы попасть по дереву, ударил пустоту.
Его по инерции повело вперед и влево, а со спины раздался чей-то зловещий хохот. Который, впрочем, тут же сменился разбойничьим свистом.
— Ах ты ж, — процедил Муром, вслепую отмахиваясь булавой от окруживших его теней. — Вот ты кто!
На душе мгновенно полегчало. Ведь одно дело сражаться неизвестно против кого, другое — против конкретного врага. И пусть все, что знал про него Муром, было подчерпнуто из сказок и былин, но проблема обрела конкретное воплощение.
— Соловей-разбойник, — прогудел Муром, не слыша себя. — Зря ты, стервец, супротив богатырей выступил!
И даже терпеть этот стегающий по ушам свист стало как-то легче.
Да, он шёл, казалось, со всех сторон, но зато Муром точно знал, что рано или поздно доберётся до Соловья. И свернет ему шею.
Вот только эта темнота…
— Топтыгин! — что было сил заорал Муром. — Дай огоньку!!!
Он не был уверен, что Алешин фамильяр его услышит, но попробовать все же стоило.
Следом, не успел Муром подумать о Топыгине, в голове промелькнула подленькая мыслишка — как же все-таки хорошо, что он не купился на обманчивую защиту поляны и не развязал Алешу!
Ведь одно дело противостоять во тьме сидящему на дубах Соловью-разбойнику, другое — уходить при этом от стрел эльфийского рейнджера.
— Покажись, Соловей! — крикнул Муром, не переставая размахивать булавой. — Найду — хуже будет!
В ответ в лицо Илье ударил острый, как бритва свист, а следом прилетело чем-то тяжелым.
Муром облизнул разбитую губу и сплюнул кровавый сгусток.
— Ну все, — прошептал богатырь. — Держите меня семеро!
Внутри вспыхнул праведный гнев, и он, скорее почувствовав, чем увидев движение, дернулся вперёд и вправо.
Чем-то тяжелым оказалась нижняя ветка дуба, и богатырь, неожиданно ловко для своей комплекции, поднырнул под её взмах.
Данг! Кранк! Храааааа…
Интуиция не подвела богатыря, и удар булавой пришелся по очередному дубу. Вот только, в отличие от предыдущих атак, в этот раз сработал шанс на Таран, и необъятный ствол дерева разлетелся во все стороны.
Дуб, лишившись ствола, заскрипел, застонал, провис и начал заваливаться назад, потянув за собой ветви других гигантов.
А учитывая, что трое уже познакомились с булавой Мурома, гнездо под Соловьем-разбойником зашаталось в прямом смысле этого слова.
Более того, Соловью, чтобы не свалиться на землю, пришлось на время прервать свой смертоносный свист.
И Муром не преминул воспользоваться моментом.
— Топтыгин! Огоньку-у-у-у!
В ушах все также звенело, звуки доносились как будто сквозь толстый слой ваты, но Илья сумел расслышать звуки своего голоса.
И не он один.
— Рррррррррраааааа!
Вопль Топыгина показался Мурому едва слышимым шёпотом, но вспыхнувшей слева огонь Илья рассмотрел очень хорошо.
И огонь, и стоящего на задних лапах Топтыгина, привязанного к медведю Алешу, и окруживших их… гоблинов?
Маленькие, сморщенные, некрасивые — в отблесках исходящего от Топтыгина пламени они казались близнецами.
Именно они и являлись источником накрывшей поляну Тьмы.
Не пожалев пары секунд, Муром выхватил из Инвентаря первый попавшийся топор —
Вжух!
Топор, размазавшийся в серебряный круг, с гулом пронесся по поляне, собирая кровавую дань.
Сразу несколько десятков коротышек повалились замертво, а окружающая Мурома Тьма неохотно отступила.
— Не-е-е-е-ет!
Стоило топору, проредившему толпу гоблинов, исчезнуть в кустах, как Соловей-разбойник вновь стегнул Мурома своим свистом.
— Врешь — не возьмешь, — одними губами прошептал Муром.
Богатырь, не обращая внимания на потекшую из ушей кровь, взмахнул правой рукой, ломая зажатой в ней булавой потянувшиеся к нему ветви, а левой достал из Инвентаря следующий топор.
Этот был
Вжух!
На этот раз коротышки догадались броситься врассыпную, и под удар попало штук пять гоблинов. И ещё трое, которым не повезло оказаться слишком быстро от пролетевшего через поляну топора, превратились в ледяные статуи.
— Убью-ю-ю!
Хоть со слухом у Мурома творилось неладное, но не услышать полный ненависти визг Соловья было невозможно.
Тьма, тем временем, отступила ещё немного, явив взгляду Мурома очертания дубов, но Илья не спешил кидаться к ним с булавой наперевес.
Вместо этого перехватил свою дубину двумя руками и с хэканьем запустил её в ствол центрального дуба.
Данг! Кранк! Хууууууууу!
Булава врезалась в дерево словно пушечное ядро и не просто пробила в нем здоровенную дыру, но как будто взорвалась изнутри.
Сработал ли это Таран, или оружие не выдержало встречи с выставленной Соловьем-разбойником защитой, но факт оставался фактом.
Ещё один дуб лишился своего ствола и безвольно повис на сцепленных ветвях.
— И это я ещё даже не начал, — выдохнул Муром, выхватывая из Инвентаря копье:
Растроиться не в плане огорчиться, а создать ещё два копья.
Шанс, к безмерному сожалению Мурома, не сработал, но и так вышло неплохо. Копье пронзило сразу четырёх коротышек, и на поляне стало ещё светлее.
В руках Мурома появилось следующее копье
Муром, справедливо посчитав, что дубы от него никуда не денутся, стремился в кратчайшие сроки избавиться от как можно большего количества гоблинов.
Он швырял копья, топоры, секиры и даже алебарды, не обращая внимания на пронзительные крики Соловья-разбойника и перемежающийся с ними свист.
Да, голова была готова вот-вот треснуть от звона и гула, да, ноги подгибались, а руки сводило судорогой, но Муром упрямо сокращал поголовье мерзких гоблинов.
И Топтыгин ему в этом с удовольствием помогал.
Медведь, почувствовав поддержку богатыря, полыхнул Истинным огнем, заставляя Тьму отступить, и бросился на чуть было не задавивших его коротышек.
Он рвал их огненными когтями, откусывал головы и топтал не успевших убежать в лес гоблинов, выплескивая свой страх и ярость.
И Муром его отлично понимал — тяжело сохранить спокойствие, когда тебя пытались не просто убить, но утопить во Тьме огонь твоей сути.
И сейчас Топтыгин платил гоблинам той же монетой, только вместо полой Тьмы, жертвой которой он чуть было не стал, Алешин фамильяр предпочитал огонь. А точнее — Огонь.
По ощущениям богатыря геноцид теневых коротышек длился несколько часов, но по факту все произошло за считанные минуты.
И только когда Тьма окончательно отступила назад, а Топтыгину уже больше ничего не угрожало, Муром достал из Инвентаря топор
Соловья-разбойника по-прежнему не было видно, но Муром знал, что он до сих пор скрывается в кроне деревьев.
Соловей беспрерывно глушил Мурома своим свистом, но богатырю было плевать.
Да, было больно, да, он едва стоял на ногах, но Илья точно знал, что этот бой остался за ним.
Эти семь дубов явно были базой разбойника, и Муром видел только один способ добраться до него — срубить их все.
— Лучше сам слезь,
Ожидаемо не получив ответа, он рванул отворот своей рубахи и, сделав две самодельные затычки, сунул их себе в уши.
Стало чуть лучше, но ненамного.
— И чего я раньше не догадался?
Поначалу дело шло небыстро, но, когда к рубке столетних дубов присоединился Топтыгин, дело пошло веселей.
Огненный медведь поднимался на задние лапы и как заведенный работал передними, вырывая из столов огромные куски древесины.
Щепки и искры летели во все стороны, а свист Соловья-разбойника медленно, но верно превращался в обреченный вой.
Гнездо, к слову, рухнуло, когда осталось всего два дуба. Стволы многовековых деревьев не выдержали нагрузки и с громким треском лопнули, накрыв поляну переплетенными между собой ветвями.
Благо Муром, предвидя такое развитие событий, успел сложить из обструганных на месте брёвнышек шалаш, под которым укрылся и он сам, и Топтыгин с до сих пор привязанным к нему Алешей.
Правда мишка долго рассиживать под навесом не стал и, скинув с себя Алешу, рванул куда-то в сторону.
Муром хотел было броситься следом, прорубаясь вслед за ним сквозь скрученные ветви, как дубы, потерявшие связь с землей, обратились в пепел.
Некогда цветущая зеленая поляна мгновенно превратилась в самое натуральное пепелище, на краю которой обнаружился придавленный к земле Соловей-разбойник.
Это Топтыгин не дал свистуну сделать ноги, надежно зафиксировав разбойника свой лапой.
Муром же, убедившись, что Алеша хоть и в отключке, но до сих пор дышит, достал из Инвентаря первый попавшийся меч и направился к Топтыгину.
Точнее, к Соловью-разбойнику.
Тот пытался что-то говорить, но оглохший Муром не мог разобрать ни единого слова. Не мог, да и не хотел.
Касайся дело его одного, он, может быть, и простил бы Соловья, но эта подлая атака Тьмой, навалившаяся на поляну темнота и мерзкие коротышки, чуть было не задавившие Топтыгина, отбили всякое желание говорить и договариваться.
— Ты хотел за проход голову? — произнес Муром, не слыша себе, — так держи же её!
Меч сделал вжух, и отрубленная голова разбойника скатилась ему под ноги.
— Жадность — губит, — проворчал богатырь и, пошатнувшись, мешком осел на землю.
Накопившиеся усталость, телесное и ментальное изнеможение и разрывающаяся от мигрени голова сделали свое дело.
Меч выпал из ослабевших пальцев, глаза богатыря закатились, а могучая грудь замерла, не в силах втянуть в легкие новую порцию воздуха.
Где-то на периферии сознания заревел Топтыгин, но Мурому было уже все равно.
Он медленно падал в бескрайнюю темноту, в которой клубились багровые снежинки.
Перед взглядом Мурома проплывали дремучие леса, кряжистые горы, широкие ленты могучих рек и, неожиданно, посыпанная пеплом опушка…
Свободные земли во всей их красе!
Вот только проплывали они как-то непривычно — вверх ногами.
Будто он летел не вперёд — к Хрустальной горе — а… вниз.
И магия, та самая дикая, сырая магия, которую он чувствовал вокруг себя, сейчас ничем не могла ему помочь.
Или просто не хотела.
Впрочем, Муром и сам ничего толком не хотел.
Навалившиеся на него груз забот, ответственность и смертельная усталость оказались настолько неподъемными, что у него попросту не осталось сил.
Муром падал, но это его нисколечко не волновало.
В конце концов, он сделал все, что смог.
Добрыня? Пусть, старый друг в Инферно, но у него меч-кладенец и магия, а следовательно он сам сможет о себе позаботиться.
Алеша? Во-первых, с ним Топтыгин, во-вторых, корона принца Намахá, а в-третьих… В-третьих, он уж точно нигде не пропадет.
Алодоил? Малые Выхи? Совет из Иван Иваныча, наставника Корда и брата Репсака разберется с любой проблемой. А мэр Плехан не упустит возможность возвысить свой город.
Простой народ? А чем, собственно, Муром лучше простого народа? Муром не супермен, не герой былых времен… Надо будет — сами справятся.
Илья бросил на стремительно приближающуюся землю прощальный взгляд и устало прикрыл глаза.
Он никому ничего не должен. Приспичит, сами без него разберутся.
Муром постарался проигнорировать неизвестно откуда появившийся голос, но это оказалось непросто.
Если мгновением раньше, он нежился на волнах умиротворения, то сейчас на смену спокойствию и смирению пришла тревога.
Больше не получалось убедить себя, что он не падает камнем вниз, а… отпускает накопившиеся проблемы.
Более того, появившиеся перед мысленным взором Мурома лица жены и дочки совершенно не способствовали с таким трудом обретённому умиротворению.
— У Мани Вовочка же есть, — попробовал было вступить в спор Муром, но стоило ему заговорить, как Илья понял, что сам сделал ещё хуже.
Вовочка был гением математики и аналитики и с лёгкостью спекулировал на рынке сотнями миллионов, но в практическом плане он был… слишком наивен, что ли?
Такой не то что Машеньку не защитит, но добровольно отдаст все нажитое какому-нибудь харизматичному мошеннику.
Про защиту в физическом плане и вовсе говорить нечего!
Да уж… одно только упоминание о Вовочки могло заставить Мурома поменять свое решение, но было кое-что посерьёзней.
«Твои женщины»…
Муром не знал, кто залез к нему в голову и как у неё это получилось, но одной меткой фразой незнакомка непросто заставила его сбросить нахлынувшее оцепенение, она взяла его за шкирку и встряхнула.
Да что там встряхнула! Её слова были подобны дефибриллятору!
Вот он медленно и печально падает куда-то в пропасть… Мгновение, и внутри вспыхивает всеобъемлющая ярость!
— Врешь — не возьмешь, — прохрипел Муром, распахивая глаза. — Зуб даю…
Илья четко понимал, что это не сон и не видение, и что у него не получится распахнуть крылья, которых у него нет, или взмыть вверх, наплевав на законы физики.
Мозг, включившийся после жестоких, но эффективных слов незнакомки заработал, как часы, просчитывая возможные варианты.
Дремучие леса, кряжистые горы, широкие ленты могучих рек, посыпанная пеплом опушка…
Скалы Муром отбросил почти сразу — слишком уж далеко они были и ничем не напоминали Хрустальную гору из видения.
Река тоже богатыря не устроила — он банально не успевал скорректировать свой полет так, чтобы долететь до ближайшего русла. Да и потом, с такой высоты что бетон, что вода — одинаково.
Оставался лес и… пепельно-серая опушка, при взгляде на которую в памяти всплывали неприятные воспоминания.
Дубы… тени… разрывающий голову свист…
— Соловей-разбойник! — вспомнил Муром и, нахмурившись, дернулся чуть влево — целясь в стремительно приближающуюся опушку.
Точнее, в лежащее на ней тело в знакомых доспехах.
Чем ближе Муром подлетал к собственному телу, тем сильнее росло напряжение в районе солнечного сплетения.
Казалось, сердце вот-вот выскочит из груди.
— Ыыыы, — вырвалось у Мурома.
Он хоть и стиснул зубы, но животный страх перед падением с высоты оказался сильнее.
Самого момента столкновения он не увидел. И не из-за того, что летел слишком быстро, а потому что зажмурился.
— Хых!— выдохнул Муром, рывком принимая сидячее положения. — Ну его к черту такие приходы… Чтоб я ещё раз…
Выдав эту гневную тираду, Илья осознал, что слух снова пропал.
— Да чтоб тебя… — проворчал богатырь, залезая в Инвентарь и доставая оттуда зелье Исцеления.
В детстве, когда ему снилось, что он падает, но просыпался Муром, вздрагивая всем телом, в своей кровати — это было даже весело.
Но сейчас… Сейчас было как-то не по себе. Да ещё и очередной голос в голове…
Если бы не головная боль, Муром бы хорошенько обдумал, что с ним произошло, и как он оказался там, где он оказался, но поселившаяся в затылке мигрень выступала надежным стражем.
К тому же, стоило богатырю решить, что он подумает об этом позже, как ему тут же полегчало, и голова перестала раскалываться на части.
Опрокинув в себя склянку с приятной на вкус жидкостью, Муром довольно крякнул и поковырял пальцем в ухе.
По идее, лечебные зелья действовали практически мгновенно…
— Муром, чтоб тебя! — тишину спящего леса разорвал звенящий от бешенства голос Алеши. — Ты там оглох, что ли⁈ А ну развязал меня! Живо!
— О, Алеш, — прогудел Илья, поворачиваясь на звук. — Очнулся уже?
— Сейчас покажу, как я очнулся, — неожиданно покладисто согласился извивающийся в шаговой доступности Алеша. — Ты меня, главное, развяжи.
Эльф, обмотанный золотой цепью, извивался и так, и эдак, но освободиться от оков не мог.
Тьма разъела эльфийские тросы и веревки, и даже, местами, Алешину одежку, но справиться с золотом Горыныча ей оказалось не по зубам.
Все, чего смог добиться Алеша — подползти к Мурому.
— Алёш, — Муром, тут же заподозрив неладное, отодвинулся в сторону, — давай не будем пороть горячку?
— Не будем, — не стал спорить Алеша. — Я тебе тихо-мирно по шее надаю, и никакой горячки!
— С чего бы это? — удивился Илья.
— С чего? — Алеша на мгновение подавился заготовленными словами. — Ты два часа лежал бездыханный! Ты, мать твою, понимаешь, что я пережил за эти гребанные два часа⁈ Мало того, что друг душу Богу отдал, так я ещё и связан!
— Рррррааааа, — недовольно прорычал Топтыгин.
— Сгинь с глаз моих! — шикнул на него эльф. — Дожили! Здоровенный медведь! Истинный огонь! А какую-то дурацкую цепь разомкнуть не смог!
— Ррррррррра! — недовольно рыкнул Топтыгин.
— Не доводи до греха, — проникновенно попросил его Алеша. — А не то за Муромом будешь!
— Мда уж… — Муром покачал головой и почесал затылок, — ситуация, конечно…
— Конечно, — согласился Алеша. — Ситуация. Развязывай, давай!
— Сейчас, — прогудел богатырь, медленно поднимаясь на ноги. — Ты сам-то бой помнишь?
— Помнишь, — огрызнулся Алеша.
— И что там было?
— Ты к чему клонишь, Муром? — зло прищурился эльф.
— Сам знаешь, — Илья пожал плечами. — Освобожу тебя, а ты лук свой достанешь и нашпигуешь меня стрелами…
— Не нашпигую, — Алеша перестал извиваться и шмыгнул носом. — Тьма отступила вместе с гоблинами. А когда ты Соловью башку отчекрыжил она и вовсе исчезла.
— Ну смотри, Алеш, — Муром недоверчиво покачал головой, — ежели что без разговоров тебя дубиной приголублю.
— Да-да, — Алеша пропустил предупреждение друга мимо ушей. — Развязывай давай!
— А ты рассказывай, — проворчал Муром. — Что чувствовал, когда Тьма на тебя навалилась? И как сумел сохранить слух?
— Потом расскажу, — буркнул Алеша. — Сначала долбанная цепь.
Муром не стал утруждаться распутыванием хитроумных узлов и, прикоснувшись к цепи, пожелал, чтобы она отправилась в Инвентарь.
— И все? — Алеша, стоило цепи исчезнуть, тут же вскочил на ноги. — Погоди, ты что, просто убрал её в Инвентарь?
— Ну да.
— А я так мог?
Муром был более чем уверен, что у Алеши бы получилось убрать цепь Горыныча в Инвентарь, но, посмотрев на друга, он решил говорить правду в текущих условиях — не лучшая тактика.
Об этом намекал дергающийся глаз Алеши, его плотно сжатые губы и побелевшие от напряжения пальцы, которые с такой силой стискивали призванный лук, что последний, казалось, вот-вот треснет.
— Не думаю, — дипломатично отозвался Муром. — Давай, что ли, наведем здесь порядок?
Муром посмотрел на покрытую пеплом поляну и на просеку, образовавшуюся после исчезновения дубов.
— Давай, — кивнул Алеша, — но для начала…
Он без замаха двинул в каменную челюсть Мурома.
— Это тебе за последние два часа… А это… — следующий удар кулаком прилетел Мурому в грудак, — … за то, что чуть не умер! А это…
— Достаточно, — поморщился Илья, который хоть и понимал и даже в чем-то разделял овладевшие Алешей чувства, но позволять себя бить не собирался.
Одно дело выплеснуть накопившиеся эмоции, другое — потакать импульсивным выходкам друга.
— Ты прав, — выдохнул Алеша. — И это, правильно сделал, что не развязал.
— Накатило, как на тропе? — понимающе кивнул Муром, тут же поморщившись от головной боли.
— Хуже, — Алеша покачал головой. — Раз в десять. Я на спине Топтыгина живого места не оставил. Я не просто в берсеркера превратился, эта чертова Тьма подняла во мне все самое плохое и заставило это все выплеснуться наружу.
— Выходит, нам с Топтыгиным повезло.
— Однозначно, — согласился Алеша. — Хорошо хоть Соловей своим свистом только по тебе бил, а нас так, краешком задело. Кстати, те темные гоблины, которые пытались загасить нас с Топтыгиным очень похожи на нашего свистуна.
— Не приглядывался, — поморщился Муром, у которого даже воспоминания о бое с Соловьем-разбойником вызывали головную боль.
— Наверняка, это его родня, — Алеша, продолжив свои размышления вслух, подошел к обезглавленному телу разбойника и присел на корточки. — Да, точно, одно лицо. Хах, это ж сколько он детишек-то наплодить успел!
— Завязывай, Алеш, — проворчал Муром, к горлу которого подкатил тошнотворный комок.
Одно дело — сражаться в бою, другое — узнать после битвы, что перебил кучу детишек.
— Да расслабься ты, Муром! — хохотнул Алеша, мгновенно определив терзания друга. — Я этих уродцев хорошо разглядел. Они хоть и мелкие были, но кожа сморщенная, как у стариков! Не было там детей. Зуб даю, как ты любишь выражаться.
— Вот и славно, — буркнул Муром, которому становилось тем дурней, чем дольше он оставался на этой поляне, — пойдем уже?
— Сейчас пойдем, — заверил друга Алеша. — Только гляну, что там с Соловья-разбойника выпало. А ты пока посмотри, куда дорога ведет, и что там за тропки на месте дубов появились.
И действительно, стоило Мурому поднять взгляд, как он увидел три уходящие в лес тропинки.
А перед ними из-под земли торчал совершенно не вписывающийся в местный пейзаж валун.
— Ну как же без перепутья-то, — проворчал Муром.
Но, прежде, чем подойти к дорожному камню, он собрал все артефактное оружие, которым так щедро расшвыривался во время боя.
И только убедившись, что нашел и поднял с земли все мечи, копья и алебарды, он подошел к валуну.
Не ходи он по заброшенному имперскому тракту, ведущему через лес от Сиубрска до Алодоила, он, быть может и не признал бы и сам дорожный камень, и проглядывающуюся сквозь траву дорогу.
Но Муром не раз ходил по тракту, поэтому с уверенностью заключил — когда-то давно, имперская дорога шла и сквозь Свободные земли…
Хмыкнув себе под нос, Илья поднял взгляд на коряво выцарапанное на камне послание:
Посмотрел направо, на широкую и даже ухоженную дорогу, уходящую в глубину леса.
Муром посмотрел налево, на тропу, которая медленно, но верно загибала влево, исчезая в чащобе.
Посмотрел вперед, на поросшую травой едва виднеющуюся тропку.
Мур свой выбор сделал еще до того, как прочитал послание, но ему было интересно что скажут Алеша и Топтыгин.
— Алеш! Топтыгин! — Муром, оглянувшись, позвал товарищей. — Айда сюда!
— Ррррррра! — Топтыгин неспешно потрусил к Мурому.
— Чего там, Илюш? — крикнул Алеша, оставляя тело Соловья в покое и поднимаясь с отливающим Тьмой кинжалом.
— Все как ты любишь, — усмехнулся Муром, не отрывая взгляда от путеводного камня. — Загадки, туман и непростой выбор, конечно же.
— Интересно, — подошедший к путеводному камню Алеша пробежался глазами по выцарапанному тексту и задумчиво посмотрел на своего фамильяра, — Топтыгин считается за коня?
— Рррррррра! — обиженно рыкнул Топтыгин.
— Вот и я думаю, что нет, — покладисто согласился Алеша. — А ты что думаешь, Муром?
— Я думаю, что если свернем направо, то встретим очередные проблемы. Да и потом, видишь, какая дорога протоптанная?
— Вижу, — кивнул Алёша. — Только про коня непонятно.
— Да сидит там ещё один Соловей-разбойник или… ну не знаю, Тугарин-змей, к примеру! В общем, намек на то, что битва нас там ждет. И непростая.
— Возможно, — Алеша подошел поближе к путеводному камню и подковырнул его трофейным кинжалом. — А возможно и нет… Ставлю на то, что эта фраза имеет не буквальное, а метафорическое значение.
— Тебя что, Добрыня покусал? — хмыкнул Муром. — Или Репсак? Я думаю, там разбойничья делянка Соловья находится. Поэтому и дорога такая протоптанная.
— Ну а что? — Алеша и не подумал смущаться. — Сам посуди, конь — это олицетворение старого жизненного пути. Работа твоя или, ну не знаю, выбранный класс.
— Может и так, — не стал спорить Муром. — Но я ставлю на логово разбойников.
— Да есть там логово, есть, — согласился Алеша. — И гоблины скорей всего там же. Но зато награда будет такая, что твоя жизнь поменяется.
— Да меня моя жизнь, вроде как, устраивает, — прогудел Муром. — А про левую тропу что скажешь?
— Быть голодну да холодну? — усмехнулся Алеша. — Эта тропинка нас рано или поздно выведет обратно в пограничье. Видишь, дорога в сторону уходит?
— Согласен, — кивнул Муром. — Тоже так думаю. Выходит, центральная только остается?
— Ага, та, где «Убиту быть», — подтвердил Алеша, упрямо работая кинжалом.
— Что ты там делаешь? — нахмурился Муром, которому не очень-то нравилось предсказание путеводного камня.
— Сам посмотри, — Алеша отошел в сторону и постучал кинжалом по выцарапанному посланию. — Не находишь, что это какой-то несерьезный дорожный указатель?
— Отойди-ка, — прогудел Илья, доставая свой меч.
Алеша плавно перетек за спину друга, и Муром ударил.
Дзанг!
Меч с гудением отскочил от камня, но сила удара была такова, что валун… посыпался.
Во все стороны полетела каменная крошка, посыпались крупные обломки, а в следующий момент вокруг путеводного камня образовался кокон из Тьмы.
Алеша вскинул появившийся в руках лук, Муром замахнулся мечом, но Топтыгин опередил богатырей.
Дохнуло жаром, и массивная фигура огненного медведя влетела в облако Тьмы.
Богатыри и рады были бы помочь, но Топтыгин двигался столь быстро, что не было ни единой возможности выстрелить или ударить так, чтобы его не задеть.
Тьма принимала образ то мерзких щупальцев, то паучих лап, то обрывков сгнивших бинтов, всеми правдами и неправдами стараясь спеленать Алешиного фамильяра.
Топтыгин же едва громогласно рычал и орудовал передними лапами.
Он не просто вырывал из Тьмы куски, он их мгновенно сжигал, топтал и рвал.
Как бы ни старалась Тьма, силы были не равны, и спустя какую-то минуту, Топтыгин довольно заревел, а вокруг него разошлось кольцо Истинного огня, сжигая оставшиеся клочки Тьмы.
— Силён, — протянул Муром, с уважением смотря на довольного медведя.
— Мужик, — согласился Алёша.
— Рррра!
Победно прорычав, Топтыгин отошел в сторону, и глазам богатырей явился… белоснежный дорожный камень.
Хотя, камень его назвать язык не поворачивался, скорее — обелиск.
— Снежный мрамор! — охнул Муром, который постоянно держал руку на пульсе торговых операций Вовочки. — Это же бесценная штука!
— Да плевать! — отмахнулся Алеша. — Смотри, лучше, что здесь написано.
— Три ветви сольются воедино после бегства бесовского и единое древо будет…
— И ниже смотри, ниже!
— Расправив крылья, он с друзьями на защиту мира воспарит…
— Все читай!
— Ты тоже читай! — возмутился Муром. — Горло уже пересохло!
Алеша согласно кивнул, не отрывая взгляда от обелиска.
На белоснежном мраморе одно за другим проступали не то сообщения, не то подсказки, не то… предсказания?
— Диадему примет Претендент, и Врата откроются всем!
— Дракон покажет золотые клыки, и все пожалеют, что на него напали…
Надписи, появляясь, держались на обелиске несколько мгновений, после чего исчезали.
А ещё они, по-видимому, чем-то отличались, поскольку сначала они светились серебряным светом, но после небольшой паузы, пошли золотистые.
— Грядут тяжелые времена, воин и маг проиграют и лишь учитель сумеет встать на пути!
— Стальная поступь заставит содрогнуться живых и мертвых, хвостатых и крылатых…
— Магия спасует пред памятью и верой, и целые поколения прозреют!
— Оранжевый сменится бордовым и тысячи миров изменят свой путь…
— Живые позавидуют мертвым, если породнившийся со Смертью не сумеет найти баланс!
— Все… — выдохнул Муром, следя за тем, как светящиеся золотом пророчества истаивают в воздухе. — Закончились…
— Закончились, — заворожённо согласился Алеша. — Как думаешь, что это было?
— Не знаю, — честно ответил Муром. — Я только первое сообщение понял.
— Это которое про три ветви? — прищурился Алеша. — Думаешь, про Горыныча?
— Может и про Горыныча, — Илья пожал плечами, — но я почему-то про нас троих подумал.
— Единое древо звучит не очень, — усмехнулся Алеша. — Да и потом, с нами нет Добрыни…
— Чем раньше доберёмся до Хрустальной горы, тем быстрее узнаем, как у него дела.
— Тоже верно, — согласился Алеша. — Значит, вперёд?
— Только вперёд, — поддержал его Муром.
— Рррррра! — даже Топтыгин и тот согласно заревел, всем своим видом показывая, что готов идти.
— Ну и пошли, — Алеша смело шагнул на поросшую травой тропинку, — а с этими предсказаниями потом, как-нибудь, разберемся.
Муром с Топтыгиным последовали за ним, но стоило богатырям и огненному фамильяру пройти несколько метров, как по тропинке прокатилось легкое дуновение ветра, а где-то вдали послышался звук рвущейся струны.
— Что это было?
В руках Алеши тут же появился лук, и эльф принялся озираться по сторонам в поисках потенциальной опасности.
— Кажется, я знаю, — прогудел Муром, оборачиваясь назад.
Позади не оказалось ни белоснежного обелиска, ни перепутья, ни даже покрытой пеплом поляны. Только такая же заросшая травой тропинка.
— Теперь точно вперёд, — хмыкнул Алеша и, посторонившись, пропустил фамильяра. — Топтыгин, с тебя разведка, идешь в авангарде. А ты, Муром, у нас — арьергард. С тебя защита тылов.
— А ты? — усмехнулся Илья, сжимая в одной руке меч, в другой кристалл Хрусталя.
— А я — главная убойная сила! — заявил Алеша. — Любого стрелами нашинкую!
— Любимый город может спать спокойно, да? — хохотнул Муром, идя за другом чуть ли не след в след.
— Спать не надо, — не согласился Алеша. — После смерти отоспимся.
— На встречу с кем, если верить предыдущим каракулям, мы и идем.
— Не будь пессимистом, Муром, — Алеша бодро шагал по заросшей тропинке, не забывая прислушиваться к доносящимся из дремучего леса звукам. — Лучше расскажи, что тебе привиделось, когда в отключке лежал.
— А с чего ты взял, что мне что-то привиделось?
— Да ты так вздрогнул, как будто тебя током дернуло. Явно опять летал над Свободными землями. Угадал?
— Почти, — Муром немного помолчал, собираясь с мыслями. — Там странная ситуация получилась.
— Удиви меня, брат.
— Соловей так сильно своим свистом по мозгам дал, что я вообще вкус к жизни потерял и волю. В общем, если бы не она, то кончился бы Илья Муром.
— Она — это кто? — тут же насторожился Алеша.
— А вот непонятно, — Муром на ходу пожал плечами. — Но то, что это была она — точно. Причем, как мне кажется, это кто-то неместный.
— Неместный, ты имеешь в виду неигровой персонаж? — уточнил Алеша.
— Да какая это игра…
— Это понятно, — прервал друга Алеша, — но давай пока не будем спорить насчет классификации.
— Да, Алёш, — Муром бросил в спину Алеше недовольный взгляд. — Думаю, что это был не игровой персонаж.
— И почему ты так думаешь?
— Потому что она спросила про Маринку и Машеньку. И про Вовочку знала.
— Ни о чем не говорит, — тут же отреагировал Алёша. — Фортуна тоже много что знает.
— Это когда же ты с ней успел пообщаться-то? — удивился Муром.
— Неважно, — судя по заалевшим кончикам ушей, Алеша… смутился? — Было дело.
— И все же, — заупрямился Муром. — Насколько реально залезть мне в голову… из реала?
— Абсолютно не реально, — отрезал Алеша. — Максимум, что можно сделать из реала — это погрузиться в игру, прокачаться до грандмастера ментала и только потом залезть тебе в голову.
— То есть, все же возможно…
— Муром, брось! — Алеша, повернувшись через плечо кинул на друга усталый взгляд. — Сам посуди, кому ты нужен?
— Шпионам Бадана? — предположил Илья.
— И стал бы он тебе помогать? — резонно возразил Алеша. — Нет, брат, ты кому-то нужен и этот кто-то хочет, чтобы ты прошёл сквозь эту чертову чащобу.
— Звучит логично, —вынужденно признал Муром. — Вот только… кто это и что ей от меня нужно?
— Учитывая, что ты услышал голос находясь, фактически, между жизнью и смертью, есть у меня догадки на её счет.
— Не томи, Алеш, — Муром закатил глаза. — И давай только без угадаек.
— Ну сам подумай, — усмехнулся Алеша. — Меч-кладнец, Горыныч, Соловей-разбойник… Мне продолжать ассоциативный ряд?
— Яга? — удивился Муром. — Да ладно!
— Заметь, брат, это всего лишь предположение, — тут же отреагировал Алеша. — Может тебе в голову кикимора залезла или… ну не знаю, лягушка-царевна какая?
— Почему не Василиса Премудрая? — машинально переспросил Илья.
— Может и Василиса, — покладисто согласился Алеша. — Главное, суть ты уловил.
— А тебе не кажется странным, что оно все вот так вокруг нас складывается? — Муром задал давно мучивший его вопрос.
— Что все? — переспросил Алеша, хотя отлично понял, что имеет в виду его друг.
— Ну вся эта мифология, — Илья нахмурился. — Алёш, хватит голову мне морочить, ты прекрасно понял, что я имею в виду.
— Я бы мог тебе сказать, что все это случайность, — Алёша замедлил шаг. — Но мы с тобой отлично понимаем, что это не так.
— Не так, — согласился Муром. — Знаешь, раньше мне нравилась наша сложившаяся компания. Илья, Алёша и Добрыня — ни дать ни взять старорусские богатыри! Я даже гордился этим и старался соответствовать этому образу…
— И не только ты, Илюш, — перебил его Алеша. — И не только ты. Понятно, что к настоящим богатырям мы не имеем никакого отношения, но наша дружба… Как бы так сказать, в общем, лично я начал стремиться, чтобы соответствовать своим славным предкам, понимаешь?
— О да, — Муром довольно улыбнулся, — прекрасно понимаю!
— Ну так и в чем тогда дело? — хмыкнул Алеша. — То, что мы, такие умные и красивые, сошлись — это, в каком-то смысле удача. Но ведь это случилось ещё до Второго шанса, так?
— Так.
— Ну а когда мы зашли в игру, да ещё и с целью найти меч-кладенец, да еще и в нашем, условно славянском секторе… Так, Илюш! Нам, богатырям, сам Бог велел со всеми этими легендами дела иметь!
— Тут не поспоришь, — хмыкнул Муром. — Но все равно, как-то уж слишком гладко выходит… Как говорил мой сидевший в тюрьме дедушка — в масть.
— Гладко? — удивился Алёша. — Это у нас-то гладко? Ты серьезно? Англосаксы свой экскалибур намного легче добыли. У них, к слову, тоже была соответствующая стилизация. Баньши, брауни, хоббиты.
— То есть игра подстраивается под игроков? — Муром вычленил ключевую мысль.
— Здасьте-приехали, — Алеша остановился и, повернувшись, посмотрел на Мурома. — Ты что, только сейчас это понял?
— То есть все эти индивидуальные и клановые квесты…
— Ну да, — Алеша покачал головой. — И если раньше за мысль о том, что это не просто игра, я мог вылететь со службы, то сейчас это подтверждённый факт!
— Ты и так вылетел, — напомнил другу Муром.
— Не вылетел, а меня ушли, — тут же сморщился Алеша. — Но это сейчас неважно. Важно, что все, что происходит вокруг — в рамках игрового сценария…
— … Нацеленного на что?
— В этом я и хочу разобраться, — тут же посмурнел Алеша. — Пока я знаю одно. Земле совершенно точно угрожает опасность. Я лично видел, что вытворяли суперы… Да что уж там! Я смог призвать там вот этот вот лук!
— Забыл упомянуть про Тьму, которой швырялся Стальной пёс, — напомнил Муром.
— Вот-вот, — кивнул Алеша. — Едем дальше. Нашему миру угрожает опасность, Второму шансу угрожает опасность. Другим мирам, судя по агрессивной политике Бездны и Скверны, тоже угрожает опасность.
— Осталось понять, кто главный плохиш.
— Именно,— вздохнул Алеша. — И я очень надеюсь, что после закрытия квеста «Царь Горы» и решения проблемы с нежитью Бадана, мы узнаем, кто это.
— Что ж, — Муром ещё раз прокрутил в голове услышанное. — Тогда не будет терять время.
— То-то же! — повеселел Алеша. — Не будем заставлять ту даму, чей голос ты имел удовольствие слышать, ждать.
— Ррррррррааа!
Богатыри, увлекшись беседой, совсем позабыли про Топтыгина, который призывно заревел у… выхода из леса?
Который, к слову, появился слишком уж неожиданно.
— Оперативно, — протянул Алеша и перехватив поудобней свой лук, поспешил к Топытигну.
Муром, приготовившись на всякий случай к бою, двинулся следом.
Добежав до огненного медведя, богатыри недоуменно переглянулись. Лес кончался резко, словно кто-то огромный разрезал его острым кухонным ножом.
Вот только что находилось дальше нельзя было рассмотреть из-за серой пелены, которая преграждала выход с тропы.
— Идём? — Алеша вопросительно посмотрел на Мурома.
— Идём, — подтвердил Илья, выдвигаясь вперёд. — Я — танкую. Топтыгин, — богатырь посмотрел на медведя, — на тебе защита Алеши.
— Рррра!
— Прикрою, — пообещал Алеша, стискивая свой лук.
— Тогда вперёд! — кивнул Муром и, немедля ни секунды, шагнул в серую дымку.
Шагнул, чтобы в следующий момент оказаться на солнечной лужайке среди светлого соснового леса.
Рядом появились Топтыгин и готовый стрелять Алеша, вот только стрелять было не в кого.
На лужайке, как и в округе не было ни одной живой души.
Но Муром не спешил радоваться.
— Не понял юмора, — прогудел богатырь, посмотрев сначала на свои пустые руки, затем себе на грудь.
Его жутко дорогой составной доспех, как, впрочем, и меч со щитом, просто-напросто исчезли, оставив Мурома… в исподнем.
И не только его.
Топтыгин превратился в обычного медведя, Алеша же оказался одет в стартовую одежду.
Но самое главное, в руках эльфа не было лука «Страж леса».
— Какого черта⁈ — взревел Алеша. — Муром, что за дела⁈
Муром много что мог ответить другу, но вместо этого сунулся в Инвентарь. Если и там пусто…
— Фуф! — выдохнул богатырь. — Алеш, Инвентарь проверь!
Впрочем, он рано обрадовался.
Из огромного запаса взятых с собой свитков, зелий, оружия, брони и прочих артефактов, типа бижутерии, в Инвентаре находились всего три предмета.
На землю упали подаренный Горынычем доспех из чешуи дракона, переданная тем же Горынычем золотая цепь и Хрусталь.
— Он знал… — прошептал Муром, вспоминая хитрую морду Змея Горыныча. — Но ничего не сказал…
— Ты о чем? — не понял Алёша, доставая из Инвентаря свой лук, корону принца Намахá и… трофейный кинжал. — И это все, что у нас осталось?
— Лучше, чем ничего.
Муром хотел было покрыть Горыныча трехэтажным матом, но внезапно успокоился.
Во-первых, чего попусту сотрясать воздух, а во-вторых — главное, что Алешин лук никуда не делся.
Ну а в-третьих, до него дошло, почему Горыныч отложил все свои дела и лично принес ему кирасу. В их с Алешей тандеме именно Муром был танком, а эльф дэмагером.
Уж что-что, а оружие он себе быстро найдет. Сделать дубину — ума много не надо. Чай силушкой не обижен.
— А ты знаешь, — Алеша с любовь погладил отливающий золотом лук, — я согласен. Да и вообще, я чего-то подобного и ожидал.
— Да ну? — поморщился Муром, спешно облачаясь в кирасу Горыныча.
Как там он сказал? Типовой доспех Черноморских витязей?
— Ну да, — в тон Мурому отозвался Алеша. — Я же видел какие свитки нам Иван Иваныч с собой в дорогу положил. Парочка Метеоритов, Ледяная стужа, Армагеддон… Мы бы тут Свободные земли в Пустошь превратили!
— Вряд ли, — не согласился Муром, — особенно, если вспомнить, что наша задача добраться до Хрустальной горы максимально быстро и скрытно.
— Да и плевать! — отмахнулся Алеша. — Главное, что лук остался, да бронька твоя.
— Ещё и кинжал, — напомнил Илья, кивнув на трофейный артефакт.
— Точно! — Алеша протянул другу кинжал рукоятью вперёд. — Будет чем вытесать тебе дубину. Не топор, конечно, ну да и так пойдет.
— Жаль, свойств не видно, — вздохнул Муром, принимая артефакт. — Такое ощущение, что кристаллу сил не хватает.
— Ну и не трать, значит, — разумно рассудил Алеша. — Может без него в Хрустальную гору зайти не сможем.
— Согласен, — Муром с сожалением убрал уменьшившийся ещё больше Хрусталь в Инвентарь. — Давай, подытожим…
— Погоди, — Алеша покачал головой и направился с своему фамильяру. — Топтыгин, ты как?
В ответ медведь совсем по-человечески вздохнул и ткнулся лохматой башкой ему в живот.
— Чувствуешь себя безоружным? — Алеша успокаивающе похлопал фамильяра по загривку. — Понимаю.
— Ррррррра! — в рыке Топтыгина явно читалась сомнение.
— Я тебе так скажу, дружище, — Алеша погладил мишку. — Ты сам по себе оружие. Есть огонь, нет — неважно. Внутри себя он был, есть и будет.
— Ррррра? — Топтыгин поднял голову и с надеждой посмотрел Алеше в глаза.
— Я тебе говорю, — уверенно кивнул эльф. — Захочешь — все вернется, как было. Но что-то мне подсказывает, что у нас всех появился шанс получить гораздо большее.
— Согласен, — прогудел Муром. — Как бы пафосно не звучало, но все возможности Свободных земель открыты нам.
— Это точно, — усмехнулся Алеша. — Если бы не Хрустальная гора и спасение мира, я бы здесь задержался. Десятки новых мобов, сотни квестов, тысячи артефактов!
— У нас тут дело, — нахмурился Муром. — Но, в общем и целом, ты прав.
— Так что выше нос, Топтыгин! — Алеша шутливо ткнул фамильяра кулаком в плечо. — Фокусируемся не на потерях, а на возможностях!
Топтыгин засопел, фыркнул, проворчал что-то непонятное и повернулся мордой на восток.
Муром с Алешей, не сговариваясь, посмотрели туда же.
Они находились на просторной лужайке, которую окружал светлый сосновый лес. Вокруг легкомысленно порхали птички, а на душе сами собой воцарялись лёгкость и беззаботность.
И даже поваленное дерево, лежащее на краю поляны не воспринималось, как угроза — пейзаж, да и только!
Да и воздух здесь был каким-то другим, что ли? Чистым, свежим, бодрящим. Здесь, в Свободных землях, пахло приключениями и… возможностями.
Топтыгин немного постоял на месте, затем прошелся по лужайке, подошел к дереву и вдумчиво его обнюхал.
Богатыри же с интересом следили за телодвижениями своего спутника. Мишка вел себя так, будто все никак не мог на что-то решиться.
— Загрузил ты его, — шепнул Муром Алеше и процитировал. — «Захочешь — все вернется, как было…», «У нас всех появился шанс получить гораздо большее…»! Сломал ты нашего мишку!
— Погоди, — шепнул в ответ Алеша. — Это мой фамильяр, и я буду не я, если он сейчас не…
Договорить Алеша не успел.
Топтыгин внезапно подобрался, взлетел на поваленное дерево и заревел.
— Ррррррррраааааа!
И это был не просто рёв медведя, почуявшего свободу и новые возможности. Это был рёв хозяина, только что заявившего свои права на Свободные земли.
— Вот тебе и скрытно, — Муром в сердцах махнул рукой. — Вот тебе и быстро!
— Не паникуй, брат! — Алеша, в отличие от друга, так и светился оптимизмом. — Зато будет весело!
— Весело? — Муром посмотрел на Алешу, как на умалишенного. — От нас зависит судьба мира!
— Да-да, — весело кивнул эльф, чьи ноздри хищно раздувались, втягивая в себя воздух Свободных земель. — Вот и пошли!
— Значит пойдем с открытым забралом? — вздохнул Муром с сомнением посмотрев на практически голого друга, в руках которого сиял золотой лук.
— По обстоятельствам, —не смутился Алеша. — Будем комбинировать.
— Нашелся тут комбинатор, — проворчал Муром и, крутанув кинжал в руке, направился к поваленному дереву, — на мою голову…
Следующие два часа богатыри целеустремлённо вырезали дубину для Мурома.
И хоть Илья нет-нет, да и поглядывал на сосновый бор, в ожидании местных хищников, которым вряд ли понравилась заявка Топтыгина, но все обошлось.
Птички все так же беззаботно порхали, трава колыхалась, а солнышко ласково подмигивало сквозь верхушки сосен.
Кинжал, снятый с хладного тела Соловья-разбойника, оказался на удивление острым и резал дерево, как горячее масло.
А там, где не могла справиться зачарованная сталь, на помощь приходил Алеша со своим зачарованным луком.
Топтыгин же, пока богатыри разбирались с оружием, осуществил ближнюю разведку. И, судя по его довольному реву, мишка нашел что-то интересное.
Алеша все порывался сбегать посмотреть, но после минутного совещания было решено, что никуда эта интересность не убежит.
А без дубины соваться на незнакомую территорию чревато.
Да, Алеша из своего лука может белке в глаз попасть. Да, Топтыгин — это несколько центнеров природной силы и мощи.
Но без дубины, небольшой отряд потеряет потенциал самого сильного своего воина.
Можно было, конечно, ограничиться кинжалом, но, во-первых, эта зубочистка была Мурому не по нутру. А во-вторых, он отлично помнил свой полет над Свободными землями.
И кинжал, будь он хоть трижды зачарованным, подойдет здесь лишь для одной цели — ковырять в зубах.
Ну или вытесать дубину, чем богатыри и занимались.
За дубиной последовал черед копий.
Илья не разделял шапкозакидательского отношения Алеши, и взялся за дело всерьез.
Нашел несколько подходящих сосенок, Алеша срезал их своими зачарованными стрелами, а затем Мурому вновь пришлось поработать кинжалом.
Стесать кору и сучки, заточить острие, выстругать удобный хват.
Две сосенки пошли на самодельные копья, а ещё две — на рогатины, для чего пришлось пробить в них бронебойными стрелами отверстия, куда были вставлены самые крепкие на вид сучки.
И только когда все приготовления были завершены, Муром придирчиво осмотрел получившиеся орудия и с явной неохотой кивнул.
— Вот теперь можно и выступать.
Видок у богатырей был неказистый.
Алеша щеголял простыми штанами цвета хаки и белой рубахой, которую он уже успел измазать травой, повышая маскировку.
На ногах у эльфа были стандартные полусапоги из мягкой кожи, а в руках сиял Страж леса — личный масштабируемый лук.
Муром выглядел чуть получше.
Тело закрывала кираса, защитная юбка из чешуи дракона спускалась до колен. Довершали образ наплечники, наручи и поножи.
Жутко не хватало шлема, а свежевыточенная дубина смотрелась настоящим архаизмом.
И только Топтыгин на фоне богатырей выглядел аутентично, что ли?
— Нас ждут велике дела! — заявил Алеша и кивнул фамильяру. — Топтыгин, показывай, что там нашел!
— Где-то я это уже слышал, — негромко проворчал Муром и последовал за медведем.
Алеша, с луком наперевес, шёл последним.
Уж где-где, а в лесу эльф чувствовал себя, как рыба в воде.
Первое место, куда Топтыгин привел богатырей, оказалась заброшенная землянка.
Причем, располагалась она не так, чтобы слишком далеко от лужайки. Да чего уж там! Найти её мог любой разумный, выдвинувшийся на разведку.
— Если судить по игровой логике, — настроение Алеши стремительно поползло наверх, — то это компенсация!
— Компенсация?
— Ну да, — кивнул Алеша. — При переходе в эту локацию у нас пропала вся снаряга и оружие, так? А значит в этой землянке нас ждет какая-никая, но замена.
— Посмотрим, — проворчал Муром, которого начали одолевать неприятные мысли о том, что он целых два часа маялся дурью.
— Я сейчас, — бросил эльф, исчезая в землянке.
Муром, открывший было рот, чтобы предупредить друга о возможных ловушках, тут же его и закрыл — Алеша знал, что делает.
Не прошло и минуты, как довольный эльф буквально вытек из землянки.
— У меня две новости, — широко усмехнулся Алеша. — Хорошая и отличная. С какой начать?
— Давай с хорошей, — прогудел Муром, мысленно готовясь расставаться с собственноручно выточенными булавой и копьями.
— В делянке нашлись три комплекта охотничьей одежды. Насчет бонусов не знаю, но по удобству и незаметности, она сто очков даст вот этому барахлу.
Алеша с пренебрежением похлопал по своей рубахе, вымазанной травой.
— Действительно, хорошая, — согласился Муром. — Главное, чтобы под доспех мне налезла.
— Налезет, — уверенно заявил друг. — Это же не кожаная броня.
— Давай отличную, — махнул рукой Муром. — И будем переодеваться.
— Отличная вот, — Алеша продемонстрировал флягу и мешок с сухарями. — Тройной комплект!
— А оружие? — растерялся Муром.
— На черта нам оружие? — не понял Алеша. — У тебя есть дубина, у меня лук. Вот, Топтыгин сам по себе оружие. То ли дело фляги! Или ты воду в руках собрался нести?
— Ой всё, — поморщился Муром. — Не умничай, Алёш. Я — житель городской, максимум на пасеке жил пару раз, но там лесов не было.
— Слушай дядю Алёшу, — усмехнулся эльф. — И все будет четко.
— Ну-ну, — хмыкнул Муром, но спорить не стал.
Во-первых, у друга впервые за долгое время было отличное настроение. А во-вторых, в вопросах выживания, тем более в лесу, на Алешу действительно можно было положиться.
— Топтыгин, веди дальше!
Второе место, куда привел богатырей медведь, оказалось разбойничьим лагерем.
Он был искусно замаскирован среди густых кустов, и найти его можно было исключительно по запаху.
Алеша, стоило им прибыть на место, оббежал локацию по кругу и с удивлением развел руками — в лагерь не вело ни единой тропинки, а трава и кусты выглядели так, будто их никогда не касалась рука человека.
Но едва уловимый запах дыма, который перебивал запах немытых ног, явно указывал на то, что в роще кто-то есть.
С чего богатыри взяли, что это разбойничий лагерь?
Да потому что время от времени оттуда доносился едва слышный стон боли, а следом дружный взрыв хохота.
— Их там тринадцать, — прошептал Алеша, вернувшись с разведки. — Рожи бандитские, одежда и оружие соответствующие. Сидят вокруг костра и чего-то ждут. Рядом клетка, в которой сидит девчушка.
— Работорговцы, — взгляд Мурома потемнел. — Занимай позицию. По твоему сигналу мы с Топтыгиным врываемся и пытаемся взять их живыми.
— Достанут оружие, буду бить насмерть, — предупредил Алеша. — Ты бы тоже, Муром, не играл в благородного рыцаря.
— Разберемся, — проворчал Илья. — Все, ждем сигнала.
Алеша равнодушно пожал плечами, словно говоря — дело-то житейское — и бесшумно растворился в кустах.
Сама стычка прошла на удивление быстро.
Муром с Топтыгиным, заслышав условленный сигнал, ворвались на делянку и тут же попали под обстрел.
Разбойники не стали выяснять, кто же ломится к ним в гости и взялись за арбалеты и ножи.
Предложение Мурома бросить оружие, они, естественно, проигнорировали.
Арбалетные болты со звоном отскакивали от кирасы Мурома, а ножи и кинжалы даже не оставляли на ней царапин.
Да и, честно говоря, мало кому удавалось приблизиться к Мурому на расстояние удара.
Дубина со свистом рассекла воздух, сбивая с ног то одного разбойника, то другого, Топтыгин хладнокровно рвал арбалетчиков, ну а Алеша планомерно расстреливал самых опасных, на его взгляд, головорезов.
Несколько минут и все было кончено.
— Вот тебе и оружие, — хмыкнул Алеша, изящно спрыгивая с ближайшей сосны, возвышающейся над логовом разбойников.
И действительно, арсеналу, оставшемуся после разбойников, мог позавидовать любой воин.
Тут были молоты, мечи, алебарды, кинжалы и даже катана!
— А прыгали они на нас в основном с кинжалами и ножами, — задумчиво прогудел Муром, рассматривая разбросанные по поляне тела разбойников. — И никто сдаться не пожелал… Все смерть предпочли.
— Компенсация номер два, — уверено заявил Алеша, обыскивая тела бандитов. — В охотничьей делянке мы нашли одежду, в лагере разбойников — оружие. А здесь, — эльф кивнул на клетку. — Сидит наш первый квест.
— Игровая механика? — усмехнулся Муром.
— Она самая, — серьёзно кивнул Алеша. — Пусть этот мир и не игра, но не вижу причин, зачем тому, кто все это создал, отказываться от работающих инструментов.
— Твоя правда, друг, — прогудел Муром. — Открывай уже эту клетку! Девчушка, вон, дрожит вся от страха. Ты не бойся, — обратился Илья уже к самой девочке. — Мы тебя не обидим.
— Сто процентов, — подтвердил Алеша, наконец находя ключ и отпирая ржавый навесной замок. — Эй, ты куда?
Девчушка, стоило эльфу распахнуть скрипнувшую дверь клетки, выскользнула из свой темницы и юркнула в ближайшие кусты.
Рванувший было за ней Алеша, вернулся ни с чем спустя пару минут.
— Ушла, соплячка!
— Ну ушла и ушла, — прогудел Муром, занятый разбором сваленного в кучу орудия. — Значит, знает куда идти. Нам-то что?
— Ты не понимаешь! — Алеша покачал головой. — Она ушла от меня! Меня сам Корд учил! Я любой след в лесу прочитаю! А эта панкуха будто сквозь землю провалилась!
— Почему панкуха? — удивился Муром. — Что до земли, может в кустах тайный ход?
— А ты цвет её волос видел? — парировал Алеша. — Зеленей, чем эта трава! А ход я бы заметил. Не было там ничего такого!
— Зеленый, говоришь? — Муром, к своему стыду, совершенно не обратил внимания на цвет волос пленницы. — Так может это дриада или нимфа лесная?
— Кстати да, — Алеша тут же успокоился, поскольку не найти в лесу дриаду было незазорно даже для рейнджера. — Но как же квест?
— Да и Бог с ним, — проворчал Муром, закидывая все оружие в Инвентарь. — Пошли уже?
— Что, ничего подходящего не нашлось? — Алеша кивнул то место, где мгновение назад лежала груда оружия.
— Дрянной метал, — поморщился Муром. — Дрянное качество. Моя дубина и то лучше.
— А ты хотел сразу же артефактную булаву? — коротко хохотнул эльф, к которому вернулось благодушное расположение духа. — Топтыгин, веди дальше!
Фамиляр довольно рыкнул и потопал в те же кусты, в которых исчезла зеленоволосая не то дриада, не то нимфа.
Третье место, куда привел богатырей медведь, оказалось… ещё одной лужайкой, по центру которой находился широкий пенек.
— Ты тоже это видишь? — Алеша подошел к пеньку и неверяще посмотрел на лежащий на пеньке клубок.
— Тоже, — вздохнул Муром и попрыгал на месте, проверяя хорошо ли подогнана снаряга.
— Думаешь, он волшебный?
— Уверен на девяносто процентов, — кивнул Илья. — И что-то мне подсказывает, что он нас дожидаться не станет.
— Сейчас и проверим, — хмыкнул Алеша и, взяв в руки клубок, кинул его на землю.
Клубок ожидаемо покатился вперёд, и богатыри, переглянувшись, последовали за ним.
— Точно Яга, — хмыкнул Алеша, пропуская вперед Топтыгина и Мурома.
— Согласен, — прогудел Муром, не спеша шагая за бегущим по травке артефактом.
Богатырь думал, что клубок понесется вскачь, и за ним придется бежать, но артефакт, к его удивлению, подстроился под его шаг.
А в те моменты, когда Муром по сигналу Алеши замирал на месте, клубок терпеливо ждал, пока богатыри убедятся, что опасности нет, и только после этого катился дальше.
Да и опасностей, как таковых, фактически не было.
Один раз богатыри наткнулись на грызущих сосны бобров, которые не обратили на них никакого внимания. Второй — за богатырями увязался любопытный олень.
На опасность эти два случая совершенно не тянули, но Алеша, не делая поблажек ни себе, ни другим, реагировал как положено — объявлял тревогу и формировал оборонительный порядок.
Когда же клубок повел богатырей в глубину леса, Муром с Топтыгиным перестроились в оборонительный порядок без команды Алеши — вероятность засады возросла многократно.
И чем дальше вел богатырей клубок, тем темней становилось вокруг.
Причем, дело было как в вековых деревьях, закрывающих небо своими кронами, так и в самом солнышке. Уж слишком быстро оно катилось по небосводу.
Настолько быстро, что Муром начал волноваться.
— Алёш, — богатырь обернулся назад. — А тебе не кажется, что темнеть начало как-то слишком быстро?
— Кажется, — согласился эльф. — Я тоже сначала удивился, но когда понял, что мы на лесной тропе, то все встало на свои места.
— На лесной тропе?
— Высокоуровневое рейнджерское умение, которое, в зависимости от умения друида, позволяет двигаться в десятки раз быстрее.
— И кто же у нас друид? — Муром бросил на клубок скептический взгляд.
— Яга, конечно, — усмехнулся Алеша. — Я тебе больше скажу, она, скорей всего, сейчас нас видит и слышит.
— Ясно, — вздохнул Муром, ускоряя шаг.
Он очень не любил неопределенность и хотел уже побыстрее добраться до точки назначения.
Клубок, словно прочитав мысли Мурома, ускорил свой бег, следующие два часа богатыри практически бежали.
Алеша несколько раз пытался было убедить друга замедлить ход, но Муром упрямо пёр вперед.
Накопившаяся усталость вкупе с поднимающимся изнутри раздражением грозили вот-вот вырваться наружу, и Муром, чтобы не сорваться, взвинчивал темп движения.
А на резонные замечания Алеши — «А вдруг засада?» — он с таким предвкушением взмахивал своей дубиной, что становилось понятно — если их и ждут разбойники, то им же хуже.
Домик появился неожиданно.
Они только что неслись по сумеречному лесу, как неожиданно перед ними вырос холм, покрытый светящимся мхом.
А на его вершине, на фоне смеркающегося неба, стояла избушка с гостеприимно открытой дверью.
Туда и закатился клубок, оставляя за собой светящуюся нить, ни дать ни взять, цветовой указатель пути.
— Это можно расценивать как приглашение? — прошептал Муром, настороженно рассматривая и сам холм, и стоящий на нём домик.
— Абсолютно! — заявил Алеша и уверенно потопал к избушке. — Правда, вместо красной ковровой дорожки одна нитка, путь и светящаяся, но мы не гордые.
— Не гордые, — вздохнул Муром.
Кипевшее внутри раздражение бесследно испарилось, оставив после себя усталость и какую-то разбитость, что ли?
— Топтыгин, не отставай! — скомандовал тем временем Алеша, поднимаясь все выше. — Хм, какой любопытный… холм.
Холм, действительно, показался Мурому необычным, но больше всего в данный момент его заботил предстоящий разговор с хозяином избушки.
— Обман, Муром! — Алеша, первым забравшись на холм, чуть ли не на коленках осмотрел фундамент домика. — Куриных ножек не обнаружено!
— Курьих, — машинально поправил друга Муром и, дождавшись Топтыгина, первым перешагнул через порог.
Зайдя в домик, богатыри оказались в просторном предбаннике, освещенном двумя масляными лампами.
Причем, к удивлению Мурома, здесь пахло не сеном, а булочками с корицей.
— Мне кажется, или внутри домик побольше будет? — проворчал Муром.
— Не кажется, — покачал головой Алеша. — Без магии дело не обошлось.
— Тогда пойдем?
— Ну пошли…
Богатыри переглянулись, словно решая, кто потянет на себя крепкую на вид дубовую дверь, и Муром взялся за ухватистую ручку.
Дверь распахнулась без единого скрипа.
— Здравствуйте, хозяева! — повысил голос Муром, заходя в дом.
— А точнее хозяйка, — хмыкнул Алеша, следуя за другом.
— Ну наконец-то добрались! Заходите, гости дорогие!
Муром готов был поклясться, что ещё мгновение назад в просторной комнате никого не было.
Печь — была, широкий дубовый стол — был, стоящие вдоль стен лавки — были. А радушно улыбающейся женщины не было.
— Заходите, дорогие! — женщина махнула в сторону стола. — Я уж вас так ждала, так ждала! Кушать приготовила, баньку затопила, а вас все нет и нет.
— Мы с медведем, — зачем-то проговорил Алеша, не спеша проходить в горницу и усаживаться за стол.
Муром и вовсе застыл, словно соляной столб, пытаясь понять, на кого похожа эта смутно знакомая женщина и почему она ему так нравится.
— Я знаю, — хозяйка избушки и не подумала удивляться, — к нему у меня тоже дело есть.
— Ну вот, — Алеша тут же расплылся в довольной улыбке. — Это же совершенно другой коленкор!
Эльф по хозяйки прошёлся по просторной комнате, внимательно осматривая все вокруг, и закончил свой ознакомительный променад, усевшись за стол.
— А мы все гадаем, к кому нас клубок приведет, с какой целью…
— А сейчас, стало быть, — женщина лукаво улыбнулась. — Все встало на свои места?
— Вы сами сказали, что у вас к нашему Топтыгину дело. Точнее, «тоже дело есть», — поправился Алеша. — А мы с моим другом, — Алеша с улыбкой кивнул на зависшего Мурома, — деловой подход любим и уважаем. Вот только давайте без этих ваших штучек, ладно?
— Каких штучек? — удивилась хозяйка.
— Иллюзию уберите, — потребовал Алеша. — Ваше желание нам понравиться понятно, хоть и спорно, но то, что вы делаете — излишне.
— Как понял? — прищурилась женщина, с которой все радушие и гостеприимство сняло, как рукой.
— Слева на вас посмотрю, ну вылитая Катька, моя первая жена, справа — Оксанка, третья. А Муром и вовсе завис, а он только при Марине так в ступор впадал. Так что, будьте добры, снимите личину.
— Почему же вторую жену не вспомнили? — женщина с интересом уставилась на Алешу. — Кажется… Вика? Точнее, Викуся?
— Потому что её я не любил, — отрезал Алеша. — Итак?
— Какие умные богатыри нынче пошли, — усмехнулась женщина, чей облик подернулся, принимая естественный вид. — Обычно силушкой брали.
— Мы не такие, — уверенно заявил Алеша, с интересом рассматривая появившуюся в горнице старушку. — Мы силой никого не берем.
Старушка похожа на высохший финик — морщинистое лицо, пергаментная кожа рук, и даже темное платье свободного кроя не могло скрыть её худощавости.
Встреть Алеша такую особу ночью — принял бы её за сбежавшую из музея мумию.
Но стоило отдать ей должное, несмотря на морщины и горбатый нос, старушка до сих пор сохранила следы былой красоты.
— Не понял, — прокряхтел Муром, стряхивая с себя навеянное мороком оцепенение. — Что это было?
— Это, Илюшенька, нас с тобой к себе расположить хотели, — усмехнулся Алеша из-за стола и, враз став серьезным, посмотрел на хозяйку избы. — Мы здесь хоть и гости, но давайте условимся на берегу — играем честно, без всяких фокусов или мы с вами… не договоримся.
— Хорошо, — покладисто улыбнулась старушка с холодными глазами. — Больше никаких… фокусов.
— Что-то мне не хочется уже договариваться, — нахмурился Муром, злясь на себя, что попался на такую простую уловку.
— Скажите спасибо, что в печь не посадила, — сварливо отозвалась хозяйка. — Да садитесь уже за стол! И тебя, Топтыгин, — она посмотрела на Алешиного фамильяра. — Это тоже касается.
Муром хотел было возмутиться, но посмотрев сначала на старушку, потом на друга, передумал и молча уселся за стол.
— Давайте знакомиться, — хозяйка избы дождалась, когда богатыри и Топтыгин устроятся и села во главе стола. — Меня зовут Яга.
— В курсе, — усмехнулся эльф. — Я — Алеша, а вон тот хмурый тип — Муром. Топтыгина вы и так знаете, как зовут.
— Знаю, — кивнула Яга. — Я следила за вашим путем.
— Путем, в плане как мы до вас добирались, — уточнил Алеша. — Или…
— Или, — усмехнулась Яга. — С того самого момента, как вот этот добрый молодец, — она кивнула на Мурома, — умудрился добраться до Хрустальной горы.
— Отлично, — обычно Алеша оставлял право вести переговоры за Муромом, но в этот раз на него накатил исследовательский азарт. — Значит, вы в курсе насчет Скверны, Бездны и прочих… радостей жизни.
— В курсе, — сухо кивнула Яга. — И меня данное положение вещей абсолютно не устраивает.
— И у вас, как я понимаю, есть какое-то видение выхода из сложившейся ситуации?
— Какое-то видение есть, — хмыкнул Яга. — Я могу вам помочь добраться до Хрустальной горы.
— Здесь я бы мог заметить, что мы и сами в силах добраться до Хрустальной горы, — Алеша растянул губы в улыбке, — но я не хочу показаться занудой, поэтому я спрошу… И каким же образом вы можете нам помочь.
— Чтобы не было недопониманий, — Яга, не моргая уставилась на Алёшу. — Проясню этот момент. Без моей помощи вы будете идти до Хрустальной горы долгие месяцы. А если я буду не в духе, то и годы…
— Расстраивать вас желания не имеем, — поморщился Алеша, — но на шантаж не поведемся. Более того, наше решение проблем, может вам не понравиться.
— Брось милок, — Яга снисходительно улыбнулась. — В моем лесу даже Кощею с Горынычем со мной не справиться!
— Я бы мог сказать, что последние годы, что в последние годы лесные пожары стали настоящим бедствием, но не буду.
— Может уже хватит? — Муром бросил на Алешу и Ягу хмурый взгляд. — Давайте по существу. Что вам от нас нужно?
— Ну по существу, так, по существу, — криво усмехнулась Яга, которой, похоже, спор с Алешей доставлял удовольствие. — Мне от вас нужно три вещи, две из которых выгодны в первую очередь вам самим.
— Удивите нас.
Яга мазнула по Мурому нечитаемым взглядом и вновь повернулась к Алёше.
— Что же, начнем… Я вижу в ваших аурах метку Фортуны… — Яга сделала выразительную паузу и огорошила богатырей неожиданным вопросом. — Вы же не хотите её потерять?
— С чего бы нам её терять? — удивился Алёша.
— Это и есть первая проблема, — усмехнулась Яга. — Не буду углубляться в детали, но на божественном пантеоне нашего мира образовалось много свободных мест. Основная заслуга принадлежит впущенным в мир Бездне и Скверне, которые и нанесли основной удар, но не обошлось и без местных… вредителей.
— Можно подробней насчет основного удара? — вклинился Алеша, дождавшись паузы. — Что за основной удар?
— При вторжении в чужой мир основной удар готовится по божественному пантеону, который, в основном, и является защитником мира от внешних угроз. Обычно боги успевают подготовить достойный отпор, но не в этот раз. Никто не ожидал, что удар будет нанесен особой императорской крови.
— Бадан — скотина, — прошептал Алеша, но Яга его расслышала и согласно кивнула.
— И что, боги совсем ничего не сделали? — нахмурился Муром. — Что-то не верится. Храмы, паладины, задания… Каким бы сокрушительным не был удар Скверны и Бездны, они же не смогли уничтожить пантеон?
— И мы плавно подходим к вашему первому заданию, — подхватила Яга. — Полностью уничтожить пантеон они не смогли, но критически ослабили большинство богов. И главную роль в этом поражении сыграл… один мой, скажем так, коллега.
— Что за коллега? — тут же насторожился Алеша. — Только не говори, что это Кощей Бессмертный!
— Лихо Одноглазое, — помрачнела Яга.
— Лихо? — удивился Муром. — Серьезно? Оно же не сильнее Соловья-разбойника?
— Шутишь? — удивилась Яга. — Соловей — мелкий бандюган. А Лихо — очень опасный и коварный враг. И только вы сможете с ним справиться.
— А вот с этого момента поподробнее, пожалуйста, — вмешался Алеша.
— Лихо — это воплощение злой судьбы и феерического невезения, — поморщилась Яга. — Обычно первым встречи не ищет, но ежели зайти на его территорию или иметь намерение встретиться с ним от нечего делать, то жди беды.
— Я до сих пор не услышал ответа на вопрос, почему именно мы.
— Потому что у вас метки Фортуны, — Яга с удивлением посмотрела на Алешу. — Разве это не очевидно? Только отмеченные удачей разумные могут противостоять нападкам Лиха.
— Зачем нам связываться с этим неприятным типом? — нахмурился Муром. — К тому же, как я понял, если его не трогать, он первым не нападает.
— Обычно, — напомнила Яга. — А связываться с ним стоит хотя бы потому, что он заключил сделку с Баданом.
— Бадан здесь был? — хором воскликнули богатыри.
— Был, — поморщилась Яга. — Давно. С тех пор Соловей-разбойник и сторожит вход на нашу землю. Точнее, сторожил.
— Получается, — протянул Алеша. — Лихо действует в связке с Баданом и Скверной-Бездной — раз. Мы собственноручно избавились от единственного стража Свободных земель — два. И нам придется найти и вступить с Лихо в бой — три. Ничего не забыл?
— Ничего, — подтвердила Яга. — Только он не дурак и на встречу не пойдет. Будет бить и гадить исподтишка. Сил у него достаточно, чтобы даже богам неприятности устроить, поэтому ваши метки долго не продержатся.
— Что-то мне подсказывает, что мы подходим ко второму заданию, — прогудел Муром.
— Верно, — согласилась Яга. — Единственный способ выманить Лихо из его логова — заявить права на лес. Что, к слову, — старуха посмотрела на Топтыгина, — Ваш мишка уже сделал.
— Класс… — прогудел Муром, поворачиваясь к фамильяру друга. — Топтыгин, ты, прям, как знал.
— Конечно знал, — улыбнулась Яга. — В этом лесу нет Лешего, и любой зверь, в чьих жилах течет магия, не говоря уже об Истинном огне, сразу понимает — в лесу нет хозяина.
— Когда я летел над Свободными землями, — Муром вопросительно посмотрел на Ягу. — Я видел таких монстров, которым Топтыгин на один клык будет.
— Зверей много, —кивнула Яга, — хищников ещё больше, но хозяина нет. К тому же, ты недооцениваешь этого милого мишку.
— Рррррррраа! — предупредительно прорычал Топтыгин, который не терпел фамильярности от незнакомцев, но Яга на это лишь усмехнулась.
— Даже если вы просто пойдете к Хрустальной горе, Топтыгину придется не раз и не два сражаться, доказывая свое право на лес. Но самое главное, что Лихо не успокоится, пока его не уничтожит.
— А у тебя, как я понял, — Алеша с тревогой посмотрел на своего фамильяра. — Есть план?
— Я помогу Топтыгину стать хозяином этого леса, — с достоинством кивнула Яга. — А вы перехватите Лихо на пол пути.
В горнице воцарилась тишина.
Яга ждала решения богатырей, а Муром с Алешой раздумывали над услышанным.
— Получается, — первым сообразил Алеша. — Ты предлагаешь использовать Топтыгина в качестве наживки?
— Живца — поправила эльфа Яга. — Это будет ловля на живца.
— Получается, — продолжил мысль Алеша. — Нам придется расстаться?
— Увы…
— Это неприемлемо!
— Это неизбежно, — покачала головой Яга. — Часть пути придется пройти по реке. И каким бы храбрым не был ваш друг, но вода окончательно потушит тлеющую внутри него искру.
— Я видел, как он ловил рыбу, — нахмурился Муром.
— Одно дело плескаться на бергу, другое — плыть по центру реки, — устало вздохнула Яга. — Внутри медведя тлеет Истинный огонь. И он может, как раздуть его в пламя, так и превратить его в золу.
— Рррррра! — проревел Топтыгин, которому явно не хотелось превращаться в золу.
— Дружище, ты уверен? — Алеша посмотрел своему фамильяру в глаза.
— Ррррра! — твердо заявил Топтыгин.
Алеша вздохнул, но все же нашел в себе силы молча кивнуть.
Как бы ему не хотелось держать Топтыгина при себе, в этом случае это значило ограничить его развитие.
— Если Топтыгин станет хозяином леса Свободных земель, — Муром неохотно озвучил то, о чем все подумали, но никто не решился произнести вслух. — То ему придется остаться здесь, тогда, как ты, Алеша…
— Если это пойдет на пользу Топтыгину, то не вижу проблемы, — глухо отозвался Алеша. — Все равно он был, есть и останется моим другом.
— Рррррррра! — растрогано проревел фамильяр, и, поднявшись на лапы, уткнулся Алеше в плечо.
Яга тактично сделала вид, что не заметила минуту мужской слабости и, выждав несколько секунд, произнесла.
— Раз уж с этими вопросами разобрались, то перейдем к третьему заданию.
— Принести тебе что-нибудь из Хрустальной горы? — предположил Муром.
— В яблочко, — усмехнулась Яга. — То, за чем мы с Лихо охотимся уже не первое столетие.
— И что же это? — прищурился Муром. — Артефакт всевластия? Свиток всевластия? Зелье всевластия?
— Это яблоко, — одними губами улыбнулась Яга. — Обычное яблоко.
— Ради которого, вы столетия сидите здесь, — подключился к разговору Алеша.
— Это… непростое яблоко, — вынужденно согласилась Яга.
— Вечная молодость? — предположил Муром.
— Власть над живыми и мертвыми? — подхватил Алеша.
— Пропуск на пантеон, — невозмутимо выдала Яга, — божественный, естественно.
— И зачем вам это нужно?
— Чтобы туда не попал Лихо.
— Зуб даю, что это не основная причина. Без обид, но вы не похожи на человека, для которого мир важнее, чем свое собственное, скажем так, благополучие.
— Напоминаю, — внушительно произнёс Алеша. — Что мы играем в открытую.
— Я хочу туда вернуться, — поджала губы Яга. — Скажем так, у меня остались парочка не розданных долгов. Как здесь, так и… за пределами этого мира.
— В принципе, нам без разницы, — Муром переглянулся с Алешей. — При условии, что вы поможете защитить Второй шанс, и, по возможности, наш родной мир.
— Вернувшись на пантеон я автоматически приму на себя обязательства защищать этот мир, — Яга невозмутимо пожала плечами. — Что до вашего… ничего обещать не буду. Только если получится.
— Что ж, — прогудел Муром, еще раз переглянувшись с Алешей. — Нас эти условия устраивают. Вот только со снарягой как видите, у нас небольшие проблемки… Кираса да лук.
— И если с Лихо мы, возможно, справимся, то добраться до Хрустальной горы, да ещё и раньше Бадана, да ещё и по реке без корабля…
— Корабль, снаряга и полезные артефакты? — улыбнулась Яга — В этом, думаю, я смогу вам помочь.
— Во-от! — тут же обрадовался Алеша. — Это больше похоже на конструктивный диалог!
— Вот только проблема есть одна, — напоказ закручинилась Яга. — Силушка моя напрямую от гостеприимства зависит! А я вас ни накормить, ни напоить, ни даже банькой попотчивать не могу!
— С удовольствием, кхм, тебе поможем, — прогудел Муром, переглянувшись с Алешей. — Вот только…
Договорить ему не дал резко нагревшийся кристалл.
Внимание! Доступна цепочка заданий «Добрый молодец, помоги бабушке Яге!»
Штраф: Скрыто
Награда: Скрыто
Принять? Да/Нет
— Принять, — произнес Муром вслух, давая тем самым понять Алеше, что они только что получили задание.
— Даже так? — Алеша кивнул в знак того, что услышал друга. — Значит, говорите, накормить, напоить и баньку организовать?
— Было бы неплохо, — хитро улыбнулась Яга. — Слышала я, что один солдатик умудрился великолепную кашу из топора сварить…
— Топора нет, — тут же сориентировался Алеша, — но есть волшебный кинжал!
И он, жестом фокусника достал из Инвентаря снятый с Соловья-разбойника артефакт.
— Где тут у вас котёл, бабушка?
— В печи, вестимо, — Яга скрестила руки на груди, давая понять, что с этим заданием богатырям необходимо справиться самим.
— Муром! — Алеша кивнул на печь, и Илья, с полуслова поняв друга, направился за котелком.
— Воду в колодце можно взять, — любезно подсказала Яга, — как с пригорка спустишься, да по тропинке пройдешься, там колодец и найдешь. Вот только он… сломан.
— Я разберусь, — прогудел Муром, почувствовав, как кристалл снова кольнул теплом.
— А я пока… — Алеша пробежался задумчивым взглядом по внутреннему убранству избы. — … я пока…
— Печь было бы неплохо починить, — усмехнулась Яга. — Совсем не горит, и дым в горницу валит.
— Сейчас всё будет, — самонадеянно пообещал Алеша, засучивая рукава. — Дрова-то хоть есть?
— Были где-то, — расплылась в улыбке Яга. — Два полешка…
— Муром! — Алеша окликнул направившегося к выходу друга. — Бери в помощь Топтыгина, и дрова там организуйте, по-братски.
— Сделаем, — вздохнул Илья и едва слышно добавил, — вот только что-то мне подсказывает, что это ещё цветочки…
Сказать, что плевое на первый взгляд задание превратилось в целую череду поручений — ничего не сказать.
Богатыри починили колодец, залатали жестяные ведра, поставили вокруг холма забор, нарубили и накололи дрова, отремонтировали печь и даже поправили покосившийся от времени домик.
Они полночи выполняли задания, появляющиеся словно грибы после дождая, но конца и края было не видно.
Для окончательного ремонта колодца требовалось найти цепь, поскольку веревки, привязываемые к ведру, с завидным постоянством рвались, а об использовании золотой цепи Горыныча Яга и слушать не захотела.
Для печи требовалось где-то найти новенькую заслонку, поскольку старую поела ржа.
Ну а в довесок Яга заказала, ни много ни мало, чугунный ухват!
В коне концов Алеша, которому надоело на пятый раз перетряхивать сарайку, не выдержал и решил прояснить ситуацию.
За ним увязался Топтыгин, который всеми лапами ухватился за возможность сбежать с лесозаготовки.
— Вот вы, бабушка, говорите цепь нужна стальная, так?
— Так, — Яга уселась у окошка и с нескрываемым любопытством следила за трудовым подвигом богатырей.
— А ещё заслонка нужна бронзовая, так?
— Так, — подтвердила Яга.
— И ухват чугунный, верно?
— Верно, милок.
— В связи с этим возникает вопрос… — Алеша с трудом сдерживался, чтобы не перейти на великий и могучий, но что-то в облике Яги останавливало его от этого шага. — Где мы все это добро в лесу найдем?
— Так под холмом, — ласково улыбнулась Яга.
— Под холмом? — переспросил Алеша.
— Под ним, милок, под ним.
— И как нам туда попасть?
— Иди в сторону колодца и как с пригорка спустишься, вместо того, чтоб на тропинку ступать, три шага в сторону сделай и каблуком по земле что есть силы ударь.
— Серьезно? — Алеша с трудом удержался от того, чтобы с кулаками кинуться на Ягу.
— А то как же! — ехидно усмехнулся Яга. — Как все сделаешь, вход в кладовочку и откроется. Там и найдешь все, что нужно. Вот только вынести оттуда можно лишь три вещи. Но тебе же как раз три и нужны?
— Кому они нужны — это ещё вопрос, — поморщился Алеша, но спорить не стал. — А в какую сторону шагать-то?
— Вы, молодежь, чай разберетесь! — отмахнулась Яга. — Да и Илюша тебе подсобит, если что. С другом-то оно и сподручней будет.
— Ага, — скрипнул зубами Алеша и пулей вылетел из избушки.
От греха подальше.
Вообще, Алеша по праву считал себя толстокожим циником. Он с легкостью мог довести человека до белого каления, а вот наоборот… такового на его памяти давненько не было.
Горыныч, правда, пытался, но он был Алеше не соперник.
Яга же… бесила не по-детски.
Своими дурацкими заданиями, ехидными улыбочками и тончайшими намеками.
Рядом с ней Алеша, считавший себя экспертом по выведению людей из себя, ощущал себя второклассником.
Поэтому он не придумал ничего лучше, чем ретироваться.
Впрочем, несмотря на охватившие его чувства, он прекрасно отдавал себе отчет в том, что Яга не случайно дважды упомянула про Мурома, а значит, вход в кладовку не так-то прост!
— Нет, ну какая зараза, все-таки эта Яга! — бормотал эльф себе под нос, сбегая с пригорка. — Хотя, проигран бой, но не война! Ну ничего… Отольются волку овечьи слезы… Ничего… Как все закончится, я тебя так прижучу! Так прижучу…
Не переставая бормотать себе под нос, Алеша добежал по тропинке до Мурома, который с задумчивым видом смотрел на неработающий колодец, и, ничего не объясняя, потащил его за собой.
— Ты чего? — опешил Илья, впрочем, послушно следуя за другом
Уж что-то, а в плане доверия у богатырей был полный порядок.
— Вход, говорит, в кладовочку откроется… — прошипел Алеша, таща Мурома к началу тропинки. — Не поверишь, но пока мы полночи искали эти дурацкие железяки, они в это время спокойно лежали себе где-то здесь?
— Уверен? — прогудел Муром, который уже всерьез раздумывал над тем, чтобы лично спуститься в колодец за ведром воды.
— Яга сказала, — выплюнул Алеша. — Вот только, как ты говоришь, зуб даю, что здесь подставой пахнет!
— По нормальному можешь объяснить? — нахмурился богатырь, который ровным счетом ничего не понял.
— Кароче, — Алеша убедился, что они с Муромам стоят у подножья холма, аккурат перед началом тропинки. — Делаем три шага в разны стороны и что есть сил бьем ногой по земле.
— Ты… — Муром хотел было поинтересоваться душевным здоровьем друга, но, наткнувшись на его взгляд, передумал. — Ты уверен?
— Уверен! — чуть ли не прорычал Алеша. — Давай уже покончим с этим!
Муром машинально кивнул — полночи выполнять в темноте поручения Яги, а потом оставшиеся полночи искать «потерявшиеся где-то в округе» железяки, было… утомительно.
— Давай, — прогудел Муром. — Но потом, как выполним это чертово задание, ты мне расскажешь, чем она тебя так взбесила.
— Заметано, — выдохнул Алеша. — Пошагали, брат! Один! Два! Три!
Богатыри, синхронно отойдя друг от друга на три шага, уставились друг на друга.
— А сейчас бьем, — скомандовал Алеша. — Пяткой. То есть каблуком.
— Ну каблуком, так каблуком, — кивнул Муром. — На счет раз?
— Раз! — согласно кивнул Алеша, впечатывая каблук своего сапога в землю.
Алеша был не просто готов к тому, что с первого раза у них ничего не получится, он был в этом практически уверен.
И какого же было его удивление, когда в глубине холма что-то скрипнуло, ухнуло, заскрежетало, а в следующий момент холм… разошолся в стороны.
Точнее не холм, а… замаскированный у его подножья гермошлюз?
По крайней мере, при виде стальных зубчатых створок возникали именно такие ассоциации.
— Ты тоже это видишь? — прошептал Алеша, который ну никак не ожидал увидеть в мире меча и магии что-то связанное с технологиями.
— Вижу, — кивнул Муром. — Светляка бы…
— Я сейчас луком подсвечу, — отозвался Алеша, доставая из Инвентаря свое верное оружие, вокруг которого раздавалось золотистое сияние.
— Ну пошли тогда?
— Пошли…
И Алеша первым шагнул в открывшийся богатырям проем.
Стоило ему оказаться внутри, как под потолком вспыхнули яркие полоски чего-то яркого, мгновенно осветив убранство… склада.
В том, что богатыри попали на склад сомневаться не приходилось.
Ровные ряды пятиметровых стеллажей, стоящие на них стальные ящики, с надписями на боку, футуристического вида ричтрак — ошибки быть не могло.
А у самого входа прямо на полу сиротливо лежали цепь, заслонка и ухват.
— Это что, получается, — Муром прищурился, прикидывая на глазок площадь помещения. — Холм стоит на этом складе?
— Выходит, что так, — кивнул Алеша, подходя к ближайшему стеллажу и с интересом вчитываясь в надпись-маркер на боку у крайнего ящика. —
— Ну-ка, ну-ка, — нахмурился Илья, направляясь к соседнему стеллажу. —
— Твою ж дивизию… — Алеша неверящим взглядом пробежался по уходящим вдаль стеллажам. — Ты понимаешь, что это значит?
— Не очень,— честно признался Муром. — Но зато я прекрасно понимаю, что моего Инвентаря хватит на то, чтобы вынести кучу всего!
— Угу, — кисло согласился Алеша. — Но есть нюанс…
— О нет, — Муром мгновенно понял, что хочет сказать Алеша. — Только не говори, что…
— Три вещи, брат, — Алеша был готов рвать на себе волосы. — Только три вещи. Три любые вещи. Любые.
— Но мы же так не сделаем?
— Не сделаем, — вздохнул Алеша.
— Тогда берем эти железяки, — Муром кивнул на цепь, заслонку и ухват, — и закрываем задание?
— Берем, — подтвердил Алеша. — И закрываем.
— Пошли брат, — Муром, убрав квестовые предметы в Инвентарь, осторожно потянул за собой друга. — Пошли отсюда.
Алеша дал себя вывести наружу, с сожалением взглянул за захлопнувшиеся за их спинами ворота и едва слышно пробормотал.
— Я её прибью…
— Не дури, брат, — нахмурился муром. — Сначала дело, потом все остальное.
— Знал бы ты…
— Верю, — вздохнул Муром. — Но ты мне нужен адекватный, Алеш. Скажи, я могу на тебя положиться или ты все ещё находишься в плену своих эмоций?
Алеша крепко зажмурился, представляя перед собой ехидную улыбку Яги и усилием воли выкинул её из головы.
— Можешь, брат, — Алеша посмотрел Мурому в глаза. — Айда, приготовим старушке кашу из топора.
— Из кинжала, — поправил друга Муром.
— Да хоть из камня, — криво усмехнулся Алеша. — Я буду не я, если не выгребу из её закромов все, что есть!
— Ну давай, — хохотнул Муром, сворачивая на тропику, ведущую к колодцу. — Кстати, мне показалось или на потолке были что-то похожее на ракетные сопла?
— После поговорим, — поморщился Алеша. — Сначала доберёмся до Хрустальной горы.
— Доберёмся, — пообещал Муром. — И разберемся, какого черта здесь происходит.
— Разберемся, — Алеша расплылся в недоброй улыбке. — Но сначала каша!
Наскоро починив колодец, богатыри добыли, наконец-то, ведро воды и чуть ли не бегом бросились к избушке Яги, около которой их ждал Топтыгин.
— Радуйся, бабушка! — крикнул Алеша, залетев в горницу. — Сейчас такая каша будет! Всем кашам каша! Даже банька будет не нужна!
— Ой ли? — хитро усмехнулся Яга. — Но давай, удиви меня, милок.
— Муром! — Алеша протянул руку, и друг сунул ему только что насаженный на древко ухват — пригодилось все-таки собственноручно выструганное копье! — Печь!
Муром тут же продемонстрировал новеньку заслонку.
— Топтыгин! А теперь твой выход! А ну-ка рыкни в печку!
Медведь с сомнением посмотрел на своего хозяина, но приказ все же выполнил.
Подошел к печи и что было силы заревел.
И сила его рыка была такова, что там мгновенно вспыхнул огонь.
— Муром, дрова! — крикнул поймавший кураж Алеша.
Убедившись, что друг начал скармливать занявшемуся огню одно полешко за другим, Алеша покрутил стоящий на столе котелок и ливанул туда пол ведра воды.
— А это, — он продемонстрировал Яге оставшиеся полведра, — на чаек!
— Задел на баньку вижу, — Яга благосклонно посмотрела сначала на Топтыгина, потом на печь, — для чая все готово, — она с легкостью выхватила у эльфа ведро с водой и убрала его под лавку. — Дело за кашей?
— Да легко! — Алеша вновь достал из Инвентаря кинжал Соловья-разбойника и бросил его в котелок. — Так, теперь на огонь поставить, да помешать немного…
— Опустим прелюдию, — усмехнулась Яга и ловким движением пододвинула котелок к себе. — Ваше здоровье, милки.
Подмигнув опешившему Алеше, она вытянула из котелка кинжал и, крепко сжав его в руке, потянула своим горбатым носом.
— Эм-м-м, — Алеша с удивлением смотрел на то, как кинжал, превращаясь в сырую силу, втягивается в Ягу. — Какого…
— Ну вот, — Яга прямо на глазах начала преображаться, за считанные секунды превратившись в красивую, статную женщину тридцати лет. — Другое дело. Спасибо, милки, за Соловьиную силу!
Богатыри озадачено переглянулись, и Алеша не нашел ответить ничего другого, как:
— Кушайте, не обляпайтесь.
Яга звонко рассмеялась и взмахнула рукой, отчего стол заполнился всевозможными яствами.
Кристалл Мурома кольнул теплом, а перед взглядом богатыря появилось едва заметное уведомление
Внимание! Задание «Добрый молодец, помоги бабушке Яге!» выполнено!
— Ну что, милки, — Яга поманила богатырей за стол, на котором, помимо разнообразной снеди появились две хрустальные шкатулки. — Мой черед отдариваться?
— Подарки — это хорошо, — Алеша облизнул пересохшие губы, — да, Муром?
— Да, — подтвердил богатырь. — Но для начала, хотелось бы прояснить пару моментов про склад.
— Какой склад? — фальшиво удивилась Яга. — Не было никакого склада.
— Скафандры, лазерные и импульсные винтовки, — принялся перечислять Муром. — Молчу уж про самый настоящий бункер, расположенный под холмом!
— Вот и дальше молчи, — в глазах Яги мелькнул холод. — Время этих знаний ещё не пришло.
— Я бы поспорил, — нахмурился Муром.
— Тебе мало Скверны с Бездной? — вздохнула Яга. — Мало нежити, от которых за версту разит мерзкой магией кинокефалов? Хочешь ещё и ксуров в наш мир накликать?
— Ксуров? — переспросил Алеша, которому это слово показалось смутно знакомым.
— Странно слышать такой вопрос от разумного, — холодно отозвалась Яга, — у которого ксуры в заклятых врагах.
— Точно, заклятый враг! — Алеша благодарно кивнул старухе. — Рептилоиды, в том числе ксуры!
— Да уж… — Яга покачала головой, — и от этих разумных зависит… Впрочем, Сеть знает, что делает.
— Сеть? — тут же насторожился Муром.
— Ну не просто же так вы идете к Хрустальной горе? — усмехнулась Яга. — И не нужно отпираться. Я вижу в твоей руке кусочек Стелы Знаний.
— А можно поподробней? — Муром бы с радостью поменял обещанные Ягой подарки на информацию о Хрустальной горе, стеле и только что упомянутой Сети.
Он не мог объяснить рационально, но вся его интуиция так и кричала о том, что Сеть связывает между собой все виртуальные и не только миры.
— Многие знания — многие печали, — усмехнулась Яга и тут же резко посерьезнела. — Ну что, милки, готовы принимать подарки от бабушки?
Муром хотел было отказаться и настоять на своем, но Алеша, заметивший состояние друга, его опередил.
— Конечно, бабушка! Это ж каким дураком надо быть, — Алеша выразительно посмотрел на друга, — чтобы отказаться от подарков! Тем более, что почти все наши вещи за пеленой остались.
— Знаю, — Яга хитро улыбнулась. — Такова плата за вход, милки. Но смотрю я на вас и вижу, что свое вы возьмете.
— Возьмем, — подтвердил Алеша и кивнул на хрустальные шкатулки. — Ну все, бабушка, хватит уже нас мучить. Показывай свои подарки!
— Долго я гадала, что вам подарить, — Яга с усмешкой посмотрела на Алешу. — Но так и не решила. Поэтому… Держи, милок!
И Яга толкнула правую шкатулку в сторону Алеши.
Эльф машинально её поймал, и стоило ему коснуться шкатулки, как перед ним появилось системное уведомление:
Внимание! Выберите подарок от Яги!
Артефакт «Лесная поступь» (Масштабируемые сапоги)
Защита: (Выносливость + Ловкость) ×2
+ Маскировке (Ловкость/2)
Навык «Лесная поступь» (+100% к Скорости и Скрытности в лесу
Внимание! Навык доступен только при использовании артефакта)
Класс предмета: Уникальный
Ограничения по уровню: 100
+20 к Ловкости
+2 к Меткости (при отсутствии данной характеристики, открытие характеристики происходит автоматически)
+2% к шансу нанести критический урон
Возможность выбрать дополнительного пятого заклятого врага
На данный момент доступно четыре позиции из Скрыто
(текущий бонус: ×3 ко всем действиям против) :
Первый враг (базовый) — человек
Второй враг (бонус комплекта) — рептилоид (в том числе ксуры)
Третий враг (подарок Фортуны) — конструкт
Четвертый враг (дополнительный) — паразит
Пятый враг — (подарок Яги) — выбрать
— Непростой выбор, — вздохнул Алеша, ничуть не удивившись появившемуся системному уведомлению.
— Что там? — Муром перестал сверлить Ягу недоверчивым взглядом и посмотрел на друга.
— Артефакт, бонус к характеристикам и возможность выбрать заклятого врага, — отозвался Алеша, размышляя над выбором. — Что думаешь?
— Артефакт можно привязать? — уточнил Муром.
— Нет, — Алеша покачал головой, — но он масштабирующийся.
— Сразу мимо, — вздохнул Муром. — Ещё одна такая пелена, как в чащобе…
— Согласен, — неохотно согласился эльф, которому очень уж понравился навык «Лесная поступь». — Остаются характеристики или заклятый враг.
— Я бы взял характеристики, — задумчиво протянул Муром. — Меня силушка богатырская уже не раз выручала.
— Это да… — Алеша ещё раз внимательно вчитался в описание предложенных подарков. — Но тут такое дело… Сейчас у меня бонус ×3 ко всем действиям против людей, рептилоидов, конструктов и паразитов. Выберу ещё одного и будет ×3,5.
— А если ещё одного, то будет ×4… — подхватил Муром. — Интересная математика.
— Если будет, — поправил друга Алёша. — К тому же, знать бы кого выбирать…
— Будет, — Яга, которая до этого момента молча следила за разговором богатырей, решила вмешаться. — На тебе благословение Фортуны. Выполнишь её задание — получишь финального заклятого врага.
— Тройной, а то и четвертной урон — это очень круто, — прищурился Муром. — Есть мысли насчет заклятого врага?
— Нет возможности выбрать, — Алеша развел руками, — список не появляется.
— Конечно же нет, — усмехнулась Яга. — Это же подарок. Принимаешь его?
Алеша бросил на Ловкость и Меткость полный сожаления взгляд и кивнул головой.
— Принимаю!
Внимание! Выбран заклятый враг — кинокефал!
х3,5 ко всем действиям против любых кинокефалов
— Кинокефал? — удивился Алеша, — серьёзно?
— Потом спасибо скажешь, — фыркнула Яга. — Гораздо проще убить одного погонщика-некроманта, чем сражаться с целой армией нежити.
— Такое ощущение, что вы что-то знаете, — проворчал Алеша.
— Может и знаю, — усмехнулась Яга.
— Тогда, — подхватил Муром. — Может быть поделитесь своими догадками? Кого Алеше выбирать в качестве последнего заклятого врага?
— Я бы выбрала дракона или элементаля, — Яга пожала плечами. — Но какой выбор сделает Алеша — не знает никто.
— Разберемся, — поморщился не слишком обрадованный подарком Алеша. — Давай, Муром, открывай уже свою шкатулку!
Илья посмотрел на хитро улыбающуюся Ягу, на излучающего нетерпение Алешу и покачал головой.
— Сначала награда для Топтыгина.
— Ишь ты какой! — удивилась Яга. — Молодец, богатырь! Я уж думала забыли вы про своего медведя.
— Не забыли, — красный от злости Алеша метнул в Ягу недовольный взгляд. — Я хотел после Мурома про Топтыгина напомнить!
— Правду говоришь… — Яга смерила Алешу изучающим взглядом. — Что ж… забота о ближних достойна уважения. Вот только, не обессудьте, выбор я сделаю сама.
Старуха подмигнула развалившемуся около печи мишки, которому, казалось, и дела нет до каких-то там наград, и звонко щелкнула пальцами.
— Рррррраааааа! — Топтыгин широко зевнул и, перевернувшись, пристроился к печи другим боком.
— И что это было? — нахмурился Алеша. — Какое-то благословение?
— Теперь ваш спутник, — Яга с теплой улыбкой посмотрела на сопящего мишку, — который, напомню, заявил права на место хозяина Свободных земель, может иметь тотем.
— Тотем? — перепросил Алеша.
— Медведь? — удивился Муром.
— Да, — Яга так и лучилась довольством. — Ваш медведь теперь имеет возможность выбрать тотем. Но поскольку он сам зверь, то в качестве тотема он сможет выбрать… душу воина.
— Человека? — Алеша ошарашено переглянулся с Муромом. — Так разве можно?
— Можно, — усмехнулась Яга. — Это один из путей зордов. И ваш Топтыгин, сделав выбор, сам станет зордом. Не сразу, конечно…
— Зорды? — Муром вопросительно посмотрел на Ягу.
— Перевёртыши, — добродушно пояснила старуха. — Оборотни. Зверолюди с людским или звериным началом. У них запутанная классификация и иерархия.
— Вот тебе бабушка и Юрьев день, — Алеша неверяще покачал головой. — А эта душа…
— Нет, она не сможет захватить контроль над телом вашего друга, — Яга с полуслова поняла вопрос эльфа. — А после того, как Топтыгин выполнит предсмертную волю души, она и вовсе уйдет на перерождение, оставив медведю свои навыки и умения.
— А после перерождения? — на всякий случай утонил Муром.
— А после перерождения между ними останется духовная связь, — Яга едва заметно поморщилась, — ну да хватит о зордах и тотемном родстве.
— Как это хватит? — возмутился Алеша. — Нам нужно знать, что ожидать от… Топтыгина.
— Вам нужно знать лишь одно, — бескомпромиссно заявила Яга, — тотем поможет Топтыгину на его пути к месту Хозяина Свободных земель.
Богатыри не нашлись, что возразить, и Яга, посчитав, что спор окончен, толкнула в направлении Мурома оставшуюся шкатулку.
— Держи, милок!
Муром криво усмехнулся и поймал подъехавшую к краю стола шкатулку.
— а чтобы потом не говорил, что бабушка Яга скупа на подарки, — продолжила старуха, вытаскивая из-под стола полыхающий огнем меч, — лови ещё один гостинец! Очень уж мне понравилось, как ты колодец мне сделал!
— Ого! — Муром поймал меч и с удивлением покачал головой. — Щедро-щедро…
«Пламень»
Урон: (Сила + Ловкость + Телосложение) × 2
+ Критическому урону ((Ловкость + Сила)/10)
Магический урон: Огонь
+50% огненного урона
Класс предмета: Легендарный
Ограничения по уровню: нет
Привязать меч к персонажу? Да/Нет
— Ого! — присвистнул Алеша, который каким-то образом увидел описание меча. — Да это же покруче моего лука будет!
— Даже не знаю, чем я такое богатство заслужил…
— А знаешь, что, милок? — в глазах Яги заплясали озорные огоньки. — Это ещё не все! Ежели захочешь, то обменяю мой подарок, — старуха кивнула на шкатулку, — на любую вещь со склада!
— Чую подвох, — проворчал Муром и поднял крышку шкатулки.
Внимание! Выберите подарок от Яги!
Корабль «Победа»
+300% к скорость по речным маршрутам
Внимание! Для управления кораблем необходимо умение «Походка моряка» и минимум одно достижение связанное с мореходством
Меч-кладенец
Да-да, тот самый меч-кладнец
(Доступен только после прохождения задания «Фамильное подземелье»)
Секретный секрет
— Хах! — горько обронил Муром, прочитав вспыхнувшее перед ним системное уведомление. — Бабушка Яга, вы серьёзно?
— Серьезней некуда, — усмехнулась старуха. — Делай выбор, богатырь!
— Что там? — Алеша ткнул друга кулаком в плечо.
— Корабль, меч-кладенец или секретный секрет.
— А, ну понятно, — тут же заулыбался Алеша. — Что, брат, не можешь выбрать между кораблем и секретом?
— Именно, — прогудел Муром.
— Что ж вы, милки, — Яга всплеснула руками, — меч-кладнец совсем не хотите?
— Меч-кладец может быть только один, — авторитетно заявил Алеша. — А значит, если Муром его выберет, то ты, бабушка, каким-то образом призовешь его из другого мира.
— Какого такого мира? — Яга в удивлении захлопала глазами.
— В котором сейчас Добрыня, — прогудел Муром. — И хватит уже нас постоянно проверять. Не будем мы забирать у Добрыни меч-кладенец.
— Не мы такие, — старуха тут же перестала ломать комедию, — жизнь такая. А то, что друг за дружку держитесь — это же хорошо! Жаль остальным не так повезло…
— Это ты о чем? — тут же насторожился Муром. — Каким таким остальным?
— Ой, да не слушай, ты, старую! — Яга замахала руками. — Несу все что ни попадя!
— Что-то тут нечисто, — Муром, нахмурившись посмотрел на Алешу. — Неужели мы что-то или кого-то забыли?
— Да забей, брат, — отмахнулся Алеша. — Конечно мы что-то забыли. В таком аврале мать родную забудешь! Наплюй и выбирай дальше.
— Нет, Алеш, — Муром покачал головой, — сердце подсказывает, что действительно что-то важное забыл.
— Если не можешь вспомнить, то не такое уж и важное.
— Важное, — убежденно возразил Муром. — Вертится на периферии мышления, но ухватить не могу…
Богатырь зажмурился и защелкал пальцами свободной руки.
— Может потом вспомнишь? — предложил Алеша. — А сейчас разберемся с бонусами? Меч мы отбросили, секрет предлагаю…
— Стой, что ты сказал? — Муром вскинулся и впился в друга требовательным взглядом.
— Про секрет? — нахмурился Алеша. — Или про меч-кладенец?
— Меч… — прошептал Илья и посмотрел на зажатый в ладони «Пламень». — Точно…
— Ты о чем, брат? — забеспокоился Алеша.
— Из фамильного подземелья я вышел с двумя клинками, — медленно проговорил Муром. — с Мечом-кладенцом и… Клинком иллюзий…
— С каким еще Клинком Иллюзий? — удивился Алеша. — Ты мне ничего такого не говорил.
— Морок! — вспомнил Муром. — Хранителем меча-кладенца был Морок!
— Что еще за Морок? — рассердился Алеша. — Муром, ты бредишь?
— Абсолютно нет, — со всей убежденностью, на которую только был способен, ответил Илья. — Понимаешь, эти воспоминания будто бы… будто бы стерлись из моей памяти!
Богатырь перевел взгляд на довольно улыбающуюся Ягу.
— Бабушка Яга, я же вижу, что вы в курсе, о чем я говорю! И этот меч, — Муром посмотрел на Пламень, — вы не случайно дали мне его именно сейчас!
— Может и в курсе, — проворчала Яга, — может и неслучайно… Какой спрос со старой бабки?
— А можно поменять Пламень на тот Клинок Иллюзий?
— Ты сдурел? — Алеша поперхнулся заготовленной фразой. — Это же масштабирующийся легендарный артефакт, который можно привязать к себе! Да ты нежить на раз кромсать будешь!
— Хороший меч, — медленно кивнул Муром. — Но выбирая между ним и Мороком…
— Дался тебе этот Морок! — всплеснул руками Алеша. — К тому же он все, пропал, остался за пеленой.
— Он спас меня, — Муром покачал головой. — Не по совести будет…
— Да ты даже не знаешь, можно ли обменять Пламень на этого твоего Морока! — предпринял последнюю попытку Алеша.
Да и спорил он больше по инерции, поскольку сам поступил бы на месте Мурома точно также.
— Можно, — негромко произнесла Яга, внимательно следя за разговором богатырей.
— Тогда я прошу обмен! — заявил Муром. — И целиком и полностью отдаю отчет в своих действиях.
— Ты был услышан, — в голосе Яги скользнули металлические нотки. — Брось Пламень в жертвенный огонь.
Муром поднял на Ягу удивленный взгляд, но в следующий момент ему в бок влетел локоть друга.
— Печь, брат!
— Точно, — Муром благодарно кивнул Алеше.
Подойдя к печи, он поднял заслонку и, бросив на Пламень прощальный взгляд, аккуратно положил его в огонь.
Сожаления, как такового, не было.
Муром ни на минуту не сомневался в том, что поступает правильно. Его тревожил один-единственный вопрос — какого черта он забыл все, что было связано с Мороком?
Но прояснение этого момента он решил отложить на потом.
— Большое сердце, — проскрипела Яга, не отрывая взгляда от печной заслонки. — Чистые помыслы. Стальная воля. Эти воины — достойны.
— Достойны… — выдохнула печь.
— Достойны! — зазвенели стекла.
— Достойны, — глухо хлопнула дверь.
А богатырям на мгновение показалось, будто на них смотрит сам мир. И в этот момент что Муром, что Алеша поняли, почему он зовется Вторым шансом.
Ведь второй шанс доступен каждому, и только от тебя зависит, решишься ли ты поступить по совести.
Заслонка с грохотом улетела на пол, а из бушующего в печи пламени в руку Мурома влетел обычный на вид клинок в потертых ножнах.
— Корабль ваш, — Яга бросила Мурому Фуражку капитана, а Алеше Бандану моряка. — И секретом своим поделюсь. Что до клинка… — Яга с улыбкой посмотрела сначала на меч, а потом на Илью, — теперь его жизнь принадлежит тебе.
Муром не поленился и в пояс поклонился Яге. Следом, с минимальной задержкой, его поклон повторил Алеша.
— Пройдете сквозь лес, перевалите за холм и там, на речной пристани, вас будет ждать корабль, — Яга взмахнула рукой, благословляя богатырей. — Топтыгин останется со мной и, ежели все сложится удачно, сумеет стать Хозяином Свободных земель до того, как вы достигните Хрустальной горы.
— Это важно? — уточнил Алеша, переводя взгляд с Яги на своего фамильяра и обратно.
— Вам будет проще справиться со стражей, — уклончиво отозвалась Яга. — Если только, — она сморщилась, тут же став похожа на высохший финик, — Бадан не явится к горе первым.
— Пошли, Муром, — Алеша с полуслова понял намек Яги. — Время — деньги.
— Пошли, — согласился Муром и, немного поколебавшись, слегка выдвинул безымянный клинок из ножен.
— Ну наконец! — по горнице разлился густой приятный баритон. — Я, вообще-то, не шутил насчёт клаустрофобии!
— Ты в своем стиле, Морок, — Яга деланно закатила глаза .
— Кто бы говорил, падшая, — не остался в долгу меч. — И нужно было городить весь этот огород? Ты же в любой момент могла вытянуть меня из Пелены. Даже без силы этого болвана Соловья.
— Ну да, ну да, — покивала старушка. — Яга же дура, Яга же забыла, что тот, кто из небытия достанет своего, кхм, друга, то его место и займет.
— Правда? — насквозь фальшиво удивился меч. — Я совсем запамятовал про этот… нюанс.
— Вся твоя жизнь — один сплошной нюанс, — хмыкнула Яга. — Ни дня без обмана. Не наврешь, не проживешь, да?
— Что ты такое говоришь? — возмутился меч. — Это все клевета и наветы!
Но возмутился как-то вяленько, без огонька, словно по привычке.
— Ну-ну, — усмехнулась Яга. — Скажи, не ты воду русалкам продавал?
— Хочешь жить — умей вертеться, — меч и не подумал смущаться. — Кстати, могу дать пару мастер-классов. Или так и будешь вместо Кощея над этим древним златом чахнуть?
— Мастер-классов… — Яга покачала головой, сделав вид, что не заметила фразы про Кощея и злато. — Слово-то какое! Поди ещё и за деньги?
— Пара медяков, — от меча так и повеяло учтивостью и мягкой, обволакивающей харизмой. — Чисто номинально!
— Да ты ж до нитки разденешь, ещё и должна останусь, — Яга вроде как вела беседу с мечом, но что Мурома, что Алешу не покидало ощущение, будто её слова предназначаются именно им.
Илья открыл было рот, чтобы вмешаться в разговор Яги и Морока, но Алеша незаметно ткнул друга в бок, призывая богатыря подождать и посмотреть, чем закончится их спор.
Который, к слову, и не думал заканчиваться.
— Да чтоб я? Да с тобой… Да так поступил? — голос меча так и сочился елеем. — Мы же свои люди, сочтемся!
— Хорошо, — неожиданно согласилась Яга. — Мастер-класс, так мастер-класс. Сколько с меня?
— Как и говорил, — возмутился меч. — Пара медяков.
— Пара — значит два? — уточнила Яга.
— Пара — значит несколько, — недовольно проворчал меч. — Тут каждый понимает в меру своей жадности… Ну, — меч, заметив, как Яга нахмурилась, тут же поправился, — или щедрости!
— Держи, вымогатель! — Яга выложила на стол три медяка. — Давай свой мастер-класс!
— Оплата получена, — важно произнес меч, и три монетки исчезли, растворившись дымкой. — Теоретический блок номер один, урок первый. Из любой ситуации можно извлечь выгоду.
Алеша, не удержавшись, хмыкнул, а Муром с удивлением уставился на клинок.
Наглость меча, выручившего за банальную истину три медяка, поражала.
— И все? — Яга нахмурилась. — И это весь твой хваленный мастер-класс?
— Нельзя отдавать знания просто так, — заявил меч. — Таким образом мы их обесцениваем. Второй урок стоит пять медяков, но для тебя, как лояльного клиента и лучшего пока что ученика, сделаю скидку. Всего три медяка!
— Вот ты жук! — восхитилась Яга. — Метлой бы тебя по хребтине огреть, но жутко уж любопытно, что ты там дальше придумал. Держи свои три медяка!
Стоило ей выложить на стол монетки, как они тут же исчезли, а меч с достоинством произнёс.
— Благодарю за своевременную оплату нашего курса. Помните, лучшая инвестиция — это инвестиция в себя!
— Урок, — напомнила Яга. — Ты мне тут зубы не заговаривай!
— Урок второй, — не стал спорить меч. — В любой ситуации можно упустить выгоду.
На несколько мгновений в избушке повисло тягостное молчание.
Яга молча улыбалась, Муром неверяще крутил головой, а Алеша… Алеша, перестав рассматривать меч, усмехнулся и начал аплодировать.
— Ну вылитый инфоцыган! — Алеша толкнул друга в бок, — Да, Муром?
— Это точно, — прогудел богатырь.
Он осторожно, словно у него в руках была гремучая змея, положил меч на стол и, не удержавшись, отряхнул руки.
— Да ладно тебе, — Алеша не разделял недовольства друга. — А чего ты хотел от Морока? Нам только что наглядно показали его суть.
— Суть да не суть, — обижено протянул меч. — Сам попробуй на голодном пайке несколько столетий, а то и тысячелетий провести!
— Ааааа, — довольно протянул Алеша. — Вот оно что! Теперь все стало на свои места!
— Давай для тех, кто в танке? — поморщился Муром. — Что встало-то?
— Да все просто, брат, — Алеша с уважением поклонился Яге. — Нам только что популярно объяснили, что будет, если возьмем этот меч с собой.
— Попытается нас обмануть?
— А вот сейчас было обидно, — проворчал меч. — И вообще, за кого вы меня держите?
— Обязательно попытается, — кивнул эльф, не обращая внимания на возмущение меча. — Фишка в другом. Все эти обманы и плутовство — это его пища. И бабушка Яга, — Алеша наклонил голову, отдавая дань уважения стоящей за столом Яге, — нам это наглядно продемонстрировала.
— Ну и пусть тогда здесь остается, — прогудел Муром. — Мастер-классы свои пенькам дает.
— Протестую! — возмутился меч. — Мне напомнить, как мы выбрались из Зала Сварога?
— Ты помог мне тогда, — Муром покачал головой. — Я помог тебе сейчас. Это называется квиты.
— Это называется неравноценный обмен, — не согласился меч. — Вот смотри…
— Ничего я смотреть не буду, — отрезал Муром. — Бабушка Яга, мы бы с удовольствием погостили ещё немного, но нам пора. И да, спасибо за корабль.
— Погоди, Муром, — Алеша похлопал друга по плечу. — Не спеши. Любая непонятная ситуация — это потенциальные возможности.
— Седьмой урок теоретического блока номер два, — недовольно проворчал меч. — Я бы попросил не разбазаривать бесценные знания за бесценок!
— Нечего тут годить, — Муром бросил на лежащий на столе меч мрачный взгляд. — Долг вернул и хватит.
— С открытым забралом на врага — это, конечно, похвально, — кивнул Алеша, — но не забывай, где мы. И куда идем. И что стоит на кону.
— Алеш, — Муром скривился так, будто откусил пол лимона. — Зуб даю, этот тип втянет нас в свои мутные делишки.
— Если он поможет нам добраться до Хрустальной горы быстрее Бадана, я готов с этим мириться. К тому, что-то мне подсказывает, что Морок сможет провести нас тайными тропками там, где это, хе-хе, невозможно.
— Легко! — подтвердил меч. — Не скрою, там будет парочка нюансов, но…
— Знаю я эти нюансы, — перебил его Муром. — Алёш…
— А что Алёш? — возмутился эльф. — Я считаю — надо брать. К тому же Топтыгин, — он с грустью посмотрел на своего фамильяра, — будет занят.
— Рррррррррааааа! — согласно проревел медведь.
— Ну не знаю, — Муром с сомнение посмотрел на меч.
— Что ты не знаешь? — усмехнулся Алеша. — Напомню, что мы здесь одни. Орда и замок остались за пеленой, а в затылок нам дышит Бадан, которого поддерживает Скверна и Бездна.
— И Лихо, — подсказала Яга.
— Вот-вот, — кивнул Алеша. — Ещё и Лихо… Кстати, Морок — Алеша посмотрел на меч. — Ты можешь справиться с Лихо?
— В прямом столкновении точно нет, — не раздумывая ответил меч. — Но если разыграть парочку комбинаций и обвести его вокруг пальца, то я значительно восполню свои силы.
— Не по душе мне это, Алеш, — прогудел Муром. — Постоянно ждать подвоха…
— Слушайте, — возмутился меч, — вы за кого меня держите? Похож на того, кто будет рубить сук, на котором сижу? Да пока мы до Хрустальной горы не доберемся я с вас пылинки сдувать буду!
— А потом? — нахмурился Муром.
— А какая разница, что будет потом? — удивился меч. — Наши дорожки разойдутся и каждый будет заниматься своими делами.
— Морок решил играть в открытую? — Яга покачала головой. — Мир уже не будет прежним.
— Ещё немного и мира не будет, — проворчал меч. — И ты это знаешь не хуже меня.
— Ладно, — нехотя протянул Муром, — но у меня будет одно условие. Моя забывчивость — твоих рук дело?
— Моих, — согласился меч.
— Но зачем? — удивился Муром. — Зачем тебе это было нужно?
— Долго объяснять.
— А ты попробуй.
— Поддерживаю, — кивнул Алеша. — И учти, от твоих слов будет зависеть наше окончательное решение.
— Если вкратце, — вздохнул меч, — то этим тактическим ходом я закрывал аж три стратегические задачи.
— Меч-стратег, — усмехнулся Алеша. — Надо же!
— Первая, — Морок и не подумал реагировать на подначку эльфа. — Я скрыл свои следы от потенциальной слежки моих врагов.
— Здорово, — прогудел Муром. — У него ещё и враги есть…
— Второе, — как ни в чем ни бывало продолжил меч. — Я слегка восполнил свои силы, наведя морок на Мурома.
— Ловко, — одобрила Яга.
— Ну и третье, — меч подпустил в голос таинственности, — мне нужно было проверить, кто из, скажем так, моих бывших родичей остался в небытие.
— Знал, что я тебя вытащу, — усмехнулась Яга.
— Надеялся, — поправил её меч. — Вероятность была выше восьмидесяти процентов.
— И кто остался в небытие? — Алешу почему-то больше заинтересовали родичи Морока, чем статистические выкладки меча.
— Зачем тебе эта информация? — удивился меч.
— Есть ощущение, — Алеша пожал плечами, — что может пригодиться.
— Если ты про Кощея, — в голосе меча проскользнуло легкое недовольство, — то именно там он и находится. И вашему другу Добрыне придется очень постараться, чтобы вытащить его оттуда.
— Даже с мечом-кладенцом? — уточнил Алеша.
— Тем более, — вздохнул меч. — Его темница, скажем так, не совсем обычная. И не факт, что ваш друг справится. К тому же, я бы на вашем месте не торопился его освобождать.
— Почему? — нахмурился Муром.
— Потому что за долгие годы, проведенные в ничто, Кощей мог сойти с ума и превратиться в призрачного лича. Неубиваемую, кровожадную тварь, которой чуждо все живое.
— Я не это имел в виду, — покачал головой Муром. — Почему Добрыня может не справиться?
— Да потому что темницу проектировал настоящий мастер. Мало того, что нужно выполнить ряд обязательных условий и достать уникальный артефакт-ключ, так он ещё и окружён армией высокоуровневой нежити.
— И в чем проблема? — не понял Алеша.
— Проблема в том, что эта самая нежить — воплощённая сила кощея, — пояснил меч. — И если ваш друг каким-то чудом сумеет перебить всю эту армию, то Кощей, хе-хе, останется без сил.
— Коварно, — оценил Алеша.
— А то! — самодовольно согласился меч. — Эта темница — настоящий шедевр! Мастер, который её создал — настоящий гений!
— Ты так хвалишь этого архитектора, — прогудел Муром, — что создаётся впечатление, будто именно ты приложил руку к её созданию.
— Кха-кха! — меч зашелся судорожным кашлем. — Да чтобы я! Да так подгадить Кощею!
— Морок… — в голосе Яги лязгнула сталь. — Только не говори, что это правда…
— Яга! — от меча так и повеяло тревогой. — Да ты что такое говоришь-то⁈
— Ах ты железяка проклятая, ах ты змеюка подколодная, ах ты…
Хозяйка избушки потянулась к мечу, но Алеша успел выхватить его прямо из-под носа Яги.
— Так, граждане! — зычно заявил Алеша. — Не будем горячиться. И вообще, отношения будем выяснять после того, как вышвырнем Скверну и Бездну из этого мира.
— Всей душой за! — поспешно согласился меч.
— Поддерживаю, — неохотно прогудел Муром. — При условии, если ты поможешь Добрыне.
— Помогу, — заверил богатыря меч. — Точнее, уже.
— Поклянись, что поможешь высвободить Кощея, — потребовала Яга, — и я не буду сжигать тебя прямо сейчас.
— Клянусь, — меч не раздумывал ни секунды. — Я сделаю все, чтобы высвободить Кощея!
— Должен будешь, — негромко шепнул Алеша мечу, вешая его себе на пояс.
— Сочтемся, — едва слышно отозвался меч и повысил голос. — Ну что, добры-молодцы, не пора ли нам? Дел — немерено. Лихо одолеть, корабль до Хрустальной горы довести, головушки свои на плечах сохранить…
— Погоди, — нахмурился Муром. — Что там насчет Добрыни?
— Все в порядке будет с вашим Добрыней, — отозвался меч. — Я ему в помощь одного бессмертного привел. Перспективный молодой человек.
— Ему? — не поверил Муром.
— Ну… не совсем ему, братишке Вихрю, но там все настолько взаимосвязано, что у Добрыни появился шанс.
— Шанс⁈
— Так все, — Алеша хлопнул друга по плечу. — Нам действительно пора, Муром. Детали узнаем по дороге.
— Ты прав, — выдохнул богатырь. — Чем быстрее доберёмся до Хрустальной горы, тем раньше успеем помочь Добрыне.
— Идите, милки, — согласно кивнула Яга, взмахом руки отворяя входную дверь. — Летите, соколики. Алеша прав, времени остается все меньше. А ты… — она погрозила мечу кулаком. — Смотри у меня!
— Все будет по красоте, — заверил Ягу меч.
— Корабль ждет вас у причала. Клубок, — Яга бросила на пол уже знакомый богатырям артефакт, — поможет до него добраться. А вот это безделица — хозяйка избушки выложила на стол зеркальце в золотой оправе, — поможет вам войти в Хрустальную гору. Ну и последнее…
Яга поманила Мурома к себе и, дождавшись, когда богатырь подойдет к ней, приподнялась на цыпочки и что-то прошептала ему на ухо.
— Вот теперь точно все! — сварливо заявила Яга, отступая от Мурома шаг назад. — Секрет рассказала, подарки вручила, благословением одарила! В добрый путь, добры мо́лодцы!
Клубок, стоило Яге произнести последние слова, подскочил на месте и бодро покатился на улицу.
— Спасибо, бабушка Яга, — прогудел Муром, убирая со стола артефакт и кланяясь в пояс. — За все! А тебе, Топтыгин, удачи.
— Ррррррраааааа! — благодарно прорычал медведь.
— Увидимся! — Алеша подмигнул Яге и, чуть помедлив, отвесил точно такой же поклон, как и Муром, после чего обнял своего фамильяра. — Топтыгин, я в тебя верю!
— Ррррррррррррраааааааа!
Морок благоразумно промолчал, и богатыри, попрощавшись с Ягой и Топтыгиным, зашагали на выход.
Их ждал корабль и последний рывок до Хрустальной горы.
— Точно без корабля никак? — проворчал Алеша, следуя за клубком. — Может по старинке, по Лесной тропе?
— По воде — самый быстрый путь, — отозвался идущий позади Муром. — Река идет до самой Хрустальной горы.
— Поправь меня если я ошибаюсь, но реки обычно текут от гор, а не наоборот.
— Будем надеяться на попутный ветер, — прогудел Муром, которого одолевали такие же сомнения, как и Алешу. — Ну и на… подарок Яги.
— Это ты про секрет? — навострил уши Алеша.
— Нет, это я про хранилище под холмом.
— Думаешь, на кораблике стоит маломальский движок? — тут же сообразил Алеша.
— Очень на это надеюсь, — кивнул Илья. — Учитывая какие вещи там были, там как минимум должен стоять дизель или, как минимум, паровой котел. В противном случае пешком и вправду будет быстрее.
— Ещё минут десять и узнаем, — усмехнулся Алеша. — Лес потихоньку редеет, скоро доберемся до реки.
— Пять, — поправил друга Муром. — Я уже чувствую речную прохладу.
— Ну пять так пять, — не стал спорить Алеша. — В конце концов, ты у нас капитан. Ты мне лучше другое скажи, пока до корабля идем. Что за секрет тебе Яга на ушко прошептала?
— Не хотелось бы озвучивать его при нем, — Муром кивнул на меч, висящий на поясе Алеши.
— Это да, — усмехнулся Алеша. — Тут ты прав.
— А ничего, что я все слышу? — возмутился меч, который с того момента, как Алеша взял его со стола, не проронил ни слова.
— Все-таки слышит, — Алеша и не подумал смущаться. — А ведь я ещё специально его в ножны до упора засунул.
— Говорить о присутствующих в третьем лице невежливо, — заявил меч, проигнорировав слова Алеши про ножны. — Что до секрета, его я и так знаю.
— Да ну? — не поверил Муром. — И что мне сказала Яга?
— Она тебе сказала, что настоящая жизнь начинается за Порогом, — скучающим голосом отозвался меч. — Что этот мир, по сути своей, полигон.
— Муром, эта правда? — Алеша прямо на ходу оглянулся на друга.
— Правда, — прогудел богатырь. — Яга немного другими словами сказала, но суть та же самая.
— Ну, честно сказать, я не удивлен, — Алеша пожал плечами. — Мы и сами к этому пришли. Сначала Репсак постоянно намекал, что есть какой-то главный мир. Потом в дело вступили проявившиеся в реале суперы. Желтая комната опять же, ну и подсказочки Яги.
— Тоже обратил внимание на слова Яги? — усмехнулся Муром. — Мы ей яблоко, а она вернётся на пантеон…
— Чтобы раздать долги, — подхватил Алеша. — В этом и другом мирах.
— К тому же Морок назвал Ягу падшей…
— Ну, тут к гадалке не ходи, — протянул Алеша. — Яга у нас из богинь. Как и Морок с Кощеем.
— Уверен?
— На все сто, — кивнул Алеша. — Во-первых, они друг дружку знают, старые приятели. Во-вторых, оба хотят вернуться обратно.
— Это точно, — усмехнулся Муром. — Но если Яга играет в открытую, то Морок наводит тень на плетень.
— Спасибо за комплимент, — влез в разговор меч.
— Главное, чтобы не за наш счет, — Алеша похлопал по висящем на поясе ножнам. — А то так и за борт упасть недолго. Мы поняли друг друга?
— Кто учил тебя блефовать? — ехидно заметил меч. — Это было так плохо, что мне даже стало стыдно.
— Хочешь сказать, я не выкину тебя за борт? — удивился Алеша.
— Конечно, нет! — фыркнул меч. — Кто ж выкинет свой ключ к победе? Особенно, когда против играет такой сильный соперник, как Лихо. Который, кстати, уже выдвинулся на поиски Топтыгина.
— Ты-то откуда знаешь? — прогудел Муром.
— Потому что я бы на его месте поступил точно также, — с превосходством в голосе отозвался меч. — Уж что-что, а в психологии себе подобных я разбираюсь достаточно хорошо.
— Яга сказала, что прикроет Топтыгина, — нахмурился Муром.
— Прикроет, — охотно согласился меч, — на её территории мало кто способен с ней справиться, но не стоит недооценивать Лихо. Вашему медведю рано или поздно придется выйти в лес и вот тут-то и настанет звездный час Лихо.
— Я правильно понимаю, — задумчиво протянул Алеша, — что у тебя есть план?
— Смеешься? — оскорбился меч. — Да у меня выстроено целое древо вероятностей! Я, конечно, не Монах* и не Астролог, чтобы выбирать нужную ветвь событий, но спрогнозировать встречу с Лихо могу.
— Могу или уже спрогнозировал? — уточнил Алеша.
— Уже, — усмехнулся меч. — Как, собственно, и нашу встречу, и многое-многое другое.
— А если мы все-таки выбросим тебя за борт? — прогудел Муром.
— Такая вероятность тоже есть, — признал меч. — Минимальная, но есть.
— И что будет в этом случае? — заинтересовался Алеша.
— Следующие пару тысяч лет мне придется ржаветь на дне Хрустальной реки.
— А мы? — не удержался Алеша. — Что в таком случае будет с нами?
— Не знаю, — разочаровал его меч. — Смотреть линии вероятности — дело непростое, и я не дурак, чтобы тратить крохи драгоценной энергии на… скажем так, временных попутчиков.
— Ну да, ну да, — прогудел Муром. — Кто бы сомневался. Вот поэтому ты мне и не нравишься. Эгоистичный ты меч, Морок.
— Практичный, — поправил Мурома меч. — Без обид, но наша игра идет на совершенно разных уровнях. Ваш горизонт планирования — от силы пара десятилетий. Мой — столетия.
— Раз ты такой практичный, — усмехнулся Алеша. — То как допустил, чтобы тебя заперли в меч?
— Неправильный вопрос, — ответил меч. — Лучше спроси, чего мне стоило выбрать ту событийную ветвь, где остались шансы на победу.
— На победу? — заинтересовался Муром. — Кого и над кем?
— Если ты про Порог, — недовольно отозвался меч. — То мне, по сути, без разницы, кто им управляет. Сеть, Древние, Император, ксуры… Я туда не собираюсь, поскольку меня и в этом мире все устраивает. Но вот незадача — ксуры не придумали ничего лучше, чем заручиться поддержкой Скверны и Бездны. Про песьеголовых и вовсе молчу.
— Ксуры — это какие-то рептилоиды? — блеснул знаниями Алеша. — А Порог?
— Долгая история, — вздохнул меч. — Если вкратце, то Порог — это ключевой мир, которым управляет коллективный разум Древних или, по-другому, Сеть. Точнее то, что от нее осталось.
— Это как? — не понял Муром.
— Некоторое время назад ксуры попытались захватить Порог и у них почти получилось. Не буду вдаваться в подробности, но по итогу Порог остался без Императора, и единое некогда государство раскололось на осколки.
— Некоторое время назад — это сколько?
— И как только Сеть позволила этому случиться? — одновременно произнесли Мур и Алеша.
— Несколько столетий, а может и тысячелетий, — немного помолчав, ответил меч. — Точно не скажу, время в запечатанном подземелье, в котором я сторожил меч-кладенец, течет по-другому. Что до Сети… Насколько я знаю, ксуры поразили Сеть смертельно-опасным вирусом, и Древние были вынуждены пойти на крайние меры.
— Что-то не верится, — поморщился Алеша. — Сеть — это же коллективный разум. Что-то типа нашего ИИ. И тут какие-то рептилоиды и вирус… Не, ребят, что-то здесь нечисто.
— У меня есть теория, — неохотно протянул меч, — что Сеть намеренно выбрала данный вариант развития событий.
— Как ты сейчас? — усмехнулся Муром.
— Именно! — горячо отозвался Морок. — В этом мы с ней похожи! Нет, я прекрасно понимаю, что я по сравнению с ней нахожусь на той же ступени, что вы. И если я планирую на столетия, то она… На тысячелетия вперед!
— Получается, — хмыкнул Алеша. — Все, что происходит сейчас — это великий план Сети?
— Это мои догадки, — тут же поскучнел меч. — Но то, что вы двое здесь явно не случайно, а ваш друг умудрился перейти в соседний мир без божественного вмешательства — говорит о многом.
— И о чем же? — прогудел Муром.
— Хотя бы о том, — меч сделался предельно серьезен, — что мы находимся на событийной развилке. Можете считать происходящие вокруг нас события точкой бифуркации.
— А ты скромностью не страдаешь, — усмехнулся Алеша. — Скажи ещё от нас зависит будущее мира.
— Так и есть, — невозмутимо отозвался меч. — Можете верить, можете нет, мне, собственно говоря, без разницы.
— Тогда к чему ты завел этот разговор? — нахмурился Муром. — И не надо говорить, что мы сами тебя об этом спросили. Зуб даю, этот разговор был режиссирован тобой от и до.
— Так и есть, — в голосе меча мелькнули нотки самодовольства. — И ты прав, я не случайно повел беседу к этому моменту. Вот только я не уверен в вашей реакции. Вы… странные. Вас плохо видно в древе вероятностей. Вы не поддаетесь стандартному просчету.
— Ты за нас не переживай, — Алеша похлопал по ножнам. — Выкладывай свой план.
— У нас три варианта, — немного помолчав произнёс меч. — Первый. Мы садимся на корабль, откладываем вопрос с Лихо на потом, и на всех парусах мчимся к Хрустальной горе. Со мной мы доберёмся до неё практически за сутки.
— Отличный план! — не удержался Алеша.
— И там мы вступаем в бой с Баданом, — мрачно продолжил меч. — И проигрываем.
— Уверен? — нахмурился Муром.
— Абсолютно. С теми крохами силы, которые есть у меня сейчас, максимум, что я смогу — создать парочку безобидных иллюзий.
— В прошлый раз Бадан не показался нам настолько серьёзным противником, — заметил Алеша.
— Лихо, — напомнил меч. — Он поделится с Баданом своей силой. Яга попытается нам помочь, но она будет сбита охранной системой Хрустальной горы.
— Сбита? — Алеша резко остановился и повернулся к Мурому. — То есть те сопла в хранилище — не случайность и не элемент декора?
— Конечно нет, — усмехнулся меч. — Яга в одиночку может сражаться против целой флотилии ксуров, если вам это о чем-то говорит.
— Под флотилией ты подразумеваешь…
— Боевой дирижабль и четыре звена боевых флаеров, — огорошил богатырей меч. — С энергией у Яги все в порядке, но есть нюанс.
— Ты сказал сбита, — медленно произнес Муром. — Сбита кем или чем?
— А вот это правильный вопрос, — довольно отозвался меч. — Тем, что в вашем мире называется ПВО. Охранная система Хрустальной горы.
— ПВО? — Алеша покачал головой. — Если разговор идет о технике, то за столько лет там все должно было сгнить.
— Уникальный сплав технологий и магии, созданный Древними магами Империи Порога для защиты резервного центра управления, — в голосе меча мелькнула гордость. — Одно из Чудес света!
— Что-то не припомню я там никакого центра управления, — проворчал Муром.
— Помнишь-помнишь, — усмехнулся меч, — и даже до сих пор таскаешь с собой его часть.
— Стела? — удивился богатырь. — Ты сейчас серьезно?
— Абсолютно. Почему тебя это так удивляет?
— Но там же нечем управлять!
— Это же Сеть, — терпеливо пояснил меч. — Все управление осуществляется через интерфейс. Главное — иметь доступ администратора.
— Корона принца Намахá! — охнул Муром.
— Верно, — подтвердил меч. — Это ключ младшего Администратора. Но этого мало, не хватит прав. Нужен основной ключ.
— А основной ключ у нас…
— Их несколько, — голос Морока помрачнел. — Из теоретически доступных нам — это меч-кладенец и Цельнокостная игла.
— Цельнокостная, в смысле костяная? — уточнил Алеша. — Намек на Кощея?
— На Кощея, — подтвердил меч. — Но дело в том, что Бадан с Лихо не пропустят нас к Хрустальной горе. Костьми ляжет, но не даст добраться до стелы. К тому же, ваш друг без подсказки не сможет убедить Кощея вернуться. А без него… битва за Второй шанс будет проиграна.
— В общем, — Муром тяжело вздохнул. — Первый вариант — не наш выбор.
— Ну почему же? — возразил меч. — Небольшой шанс на победу есть. Но я ставлю на героическую смерть.
— С первым понятно, — кивнул Алеша. — Давай по второму.
— Со вторым все просто — мы идем навстречу Лихо и даем ему бой. Вероятность победы пятьдесят процентов.
— Да ну не может быть! — удивился Алеша. — Какие пятьдесят⁈
— Лихо — серьезный соперник. Очень серьезный. А я ещё слишком слаб.
— Ты что-то говорил про хитроумную интригу? — вспомнил Алеша. — Разве нет?
— И мы плавно переходим к третьему варианту. Мы садимся на корабль и двигаемся в обратную сторону, в логово Лихо, и пока тот пытается избавиться от Топтыгина, похищаем сосредоточие его силы.
Богатыри молча переглянулись, и Алеша хлопнул по ножнам.
— Когда мы были у Яги в избушке, про логово речи не было.
— Всему свое время, — не стал оправдываться меч. — В тот момент вы меня даже бы слушать не стали. Ведь на чашах находится жизнь Топтыгина.
— Какова вероятность? — прогудел Муром.
— Семьдесят процентов, — тут же отозвался меч. — ах да, в первом и втором варианте, Лихо все равно не даст вашему медведю стать Хозяином Свободных земель.
— Семьдесят процентов — хорошие шансы, — Муром посмотрел на Алешу.
— Хорошие, — кивнул эльф.
— Но нам придется доверять друг другу, — добавил меч. — Точнее, вам придется довериться мне.
— Добровольно довериться Мороку? — усмехнулся Муром, — такое действительно не просчитать. Алеш, давай его сюда.
Алеша, усмехнувшись, снял с пояса потертые ножны с мечом и протянул другу.
Муром приладил клинок себе на пояс и одну руку положил на рукоять клинка, а вторую на плечо другу.
— Ну что, камрады, удивим одного зарвавшегося одноглазого божка?
* Историю про Монаха можно прочитать здесь: https://author.today/work/106544
Интерлюдия. Лихо Одноглазое
Сотрудничество с Баданом Лихо нравилось. Минимум обязательств, максимум пользы.
Шутка ли, практически безграничный доступ к околобожественной энергии!
Да, она то пованивала Скверной, то, подчас, имела отчетливый душок Бездны, но Лихо относился к этому философски.
Посредником служил Бадан, и именно он был должником этих сущностей. Лихо же в точности соблюдал прописанные в договоре пункты. Коих, к слову, было не так уж много.
Поделиться контролем над чудовищами Свободных земель
Предупредить Бадана, если произойдет нарушение границы.
Провести Бадана к Хрустальной горе
Не пустить конкурентов Бадана к Хрустальной горе.
Максимально прозрачно, максимально выгодно.
За нарушения этих четырех пунктов были огромные штрафы, но Лихо по этому поводу не переживал — он не собирался их нарушать.
Более того, первые два пункта уже были выполнены.
Лихо передал Бадану свой зуб, благодаря чему некромант сможет брать под контроль всех существ, которые «должны» Лихо, а таких в Свободных землях набиралось чуть больше половины.
Что касается нарушения границы, стоило двум воинам и необычному медведю одолеть Соловья-разбойника и пройти сквозь Пелену, как Лихо немедленно оповестил некроманта.
Третий пункт тоже был практически выполнен.
Лихо спросил долг с одного проштрафившегося лесовичка, и сейчас тот вел некроманта по Лесной тропе.
Ну а над четвертым пунктом Лихо работал прямо сейчас, летя в западную часть Свободных земель.
Несмотря на то, что незваные гости находились на территории Яги, Лихо видел все их перемещения.
И то, как медведь, заявив права на место Хозяина Свободных земель, остался под защитой Яги. И то, как два воина шли под парусами к Хрустальной горе.
По всему выходило, что воины, пожертвовав своим фамильяром, сделали ставку на скорость и неожиданность.
Вот только откуда им было знать, что у Лихо все схвачено?
Лесные обитатели справно доносили ему увиденное, ну а в реке воинов поджидали три русалки и отряд боевых нагов и дюжина сирен.
Лихо не поскупился и послал воинам на перехват лучших водных существ, каких только смог найти. И то — перестраховался.
Даже одной русалки было бы достаточно, чтобы потопить их корабль, а самих воинов утащить на дно.
Наги и вовсе могли потопить небольшой флот. Мощные, сильные, ловкие — они голыми руками пробивали днища кораблей и без промаха разили своими мифриловыми трезубцами!
Что касается сирен — это уже была явная перестраховка со стороны Бадана. Сам Лихо считал такое усиление излишним, но некромант настоял на их использовании.
Что русалки, что наги, что сирены — все эти морские создания были должны Лихо, и являлись идеальными стражниками водного пути к Хрустальной горе.
Да, в море они бы раскрыли свой потенциал на все сто, но и в реке их эффективность была неоспорима.
Лихо жутко не хотелось терять таких перспективных должников, но Бадан платил щедро, и Лихо вынужденно согласился.
К тому же, после того как Бадан доберется до Хрустальной горы, пропадет всякий смысл охранять подступы к Хрустальной горе.
Да что там подступы! С тем количеством энергии, которую накопил Лихо, он может не довольствоваться малым, и сразу же претендовать на верховное место главы пантеона!
А это совершенно другой уровень возможностей!
Правда придется контактировать со Скверной и Бездной, но для этого у него есть прослойка в виде Бадана.
Пусть некромант считает себя главным игроком, являясь, по сути, пешкой Лихо.
Что до морских существ… Плевать! Возглавив пантеон Второго шанса Лихо загонит в кабалу всех, кого захочет!
Лихо довольно улыбнулся и ускорился, предвкушая встречу с дерзким медведем.
Да, он под защитой Яги, но во время поединков падшая не сможет помочь своему протеже. А уж он, Лихо, постарается, чтобы противники медведя не оставили последнему ни единого шанса.
Лучшим вариантом было бы, конечно, привлечь циклопа — его давнего должника, признавшего власть Лихо в незапамятные времена.
Циклоп был не просто его личным стражем, он, по сути, был запасным сосудом личности Лихо.
Одноглазый, свирепый, со скверным характером — идеальный кандидат!
Циклоп был эдакой подстраховкой на черный день, и Лихо, не будь дураком, предпочитал держать его в своем логове.
К тому же циклоп, в силу своей природной выносливости и живучести, был идеальным хранилищем получаемой от Бадана энергии.
Более того, он, меняясь внешне, вытягивал из неё все эманации Скверны и Бездны.
С одной стороны, хорошего было мало — циклоп обзавелся гноящимися волдырями и черными коростами, с другой — Лихо было плевать на его внешний вид, а очищенная энергия была в разы вкуснее.
Впрочем, Лихо отдавал себе отчет в том, что ещё немного, и циклоп не выдержит токсичного влияния околобожественных сущностей.
Особенно, учитывая плату Бадана за исполнение договора.
Вот только Лихо к тому моменту планировал быть на пантеоне, а там нет нужды в сосудах.
В любом случае, конкретно сейчас циклопа нужно было поберечь, поэтому Лио и отправился к Яге лично. Ему не составит труда сделать из любого обитателя Свободных земель неуязвимого монстра, который с легкостью порвет протеже падшей!
И, по его расчетам, грядущий проигрыш медведя и встреча воинов с его морской гвардией произойдет примерно в одно и тоже время.
А именно — через какие-то десять минут.
После чего Лихо останется вернуться в логово, стребовать с Бадана оставшуюся часть платы и стать свидетелем того, как некромант пытается попасть в недра Хрустальной горы.
И следить за этим увлекательным зрелищем Лихо уже будет… с трона главы пантеона.
Интерлюдия. Бадан
Некромант, идущий по Лесной тропе за лесовичком, находился в отличном расположении духа.
Впервые после унизительного поражения в Сибурске, все шло как по нотам.
Древнее заклинание-вирус, обращающее разумных в лояльную ему нежить, накрыло не только всю империю Евразар, но и соседние страны.
Сотни жертвенных алтарей, тысячи подготовленных за долгие десятилетия послушников, сотни тысяч новых немертвых — его план медленно, но верно воплощался в жизнь.
И даже локальные успехи крупнейших государств Второго мира и вездесущих бессмертных не могли повлиять на закономерный результат — несколько десятилетий, и в этом мире не останется живых.
Даже такие крепкие орешки, как замок Алдоил, Малые Выхи и еще с десяток замков и город империи.
Да, разумные отчаянно сопротивлялись, но у мертвых было преимущество — им не нужно было есть, не нужно было спать, и каждый павший защитник живых рано или поздно вставал на сторону армии немертвых.
А Продавшиеся и вовсе стоили сотни, а то и тысячи обычных зомби.
Идеальные диверсанты и штурмовики, они медленно, но верно уничтожали последнюю надежду разумных — магов и волшебников всех сортов.
Которые, опять же, вставали после смерти в ряды немертвой армии.
Армии Бадана.
И если изначально он хотел отомстить и вернуть власть над империей Евразар, то сейчас его аппетиты выросли. С недавнего времени некромант рассматривал этот мир, как плацдарм для вторжения в другие миры!
Что до Скверны и Бездны, Бадан искренне не понимал страха перед этими околобожественными сущностями.
Да, они опасны, да, смысл их существования — уничтожать и поглощать миры, но Бадан планировал в скором времени встать с ними на один уровень.
Бадан знал о желании Лихо занять место главы божественного пантеона, более того, он и был тем, кто зародил в одноглазом божке это амбициозное желание.
Причем, Бадану было без разницы — сумеет Лихо ворваться на пантеон или не сумеет выполнить договор и будет вынужден вернуть всю накопленную им энергию — некромант оставался в выгоде при любом раскладе.
Лихо или нарушит договор и вернет все с процентами, или проторит Бадану дорожку на пантеон.
Единственная проблема, с которой столкнулся Бадан — это проклятые богатыри!
Мало того, что они помешали полноценной некрофикации Сибурска, так еще и чуть было не убили самого Бадана!
А сейчас они рвались к Хрустальной горе, грозя вновь встать у него на пути!
Именно поэтому некромант настоял на привлечении всех морских существ. Единственная возможность для богатырей его обогнать — это река. А значит нужно бросить им на перехват все, что есть.
И, судя по донесениям Лихо, богатыри на всех парусах шли в подготовленную ловушку.
Бадан не выдержал и громогласно расхохотался.
Богатыри — это единственное слабое звено в его плане, и спустя несколько минут с ними будет покончено.
И даже если они каким-то чудом сумеют выжить и добраться до Хрустальной горы вслед за ним, будет поздно.
Во-первых, он спустит на них всех окрестных монстров, власть над которыми Бадану передал Лихо.
Ну а во-вторых, Бадан, в отличие от богатырей, сумеет проникнуть в Хрустальную гору и добиться того, о чем мечтали все его предки!
Ведь у него есть ключ, который позволит открыть недра Хрустальной горы. Ключ, который передавался из поколения в поколения и был символом власти первого императора Евразар.
Все, что было нужно Бадану — добраться до подножья горы первым.
И как только у него все получится, уже никто в этом мире не сможет его остановить!
Интерлюдия. Ега
— Приказываю привести в повышенную готовность все наши войска.
Ега скользнул по своему заместителю ничем не выражающим взглядом и продолжил давать указания.
— Всех союзников в ружье. Официальная версия — идем в рейд на Сибурск, отбивать от нежити банковские хранилища с золотом.
— Но там же уже ничего нет? — удивился зам Еги. — Чертовы богатыри вымели все подчистую.
— Неважно, — поморщился Ега. — Это официальная версия.
— А на самом деле…
— А на самом деле мы пойдем на Алдоил.
На лице зама мелькнуло недоумение, и Ега внутренне усмехнулся.
Заместитель, чье имя Ега даже не стал запомнить, стопроцентно был шпионом Гиса Сломанные Уши. Не первым и не последним.
Шпионы окружали Егу со всех сторон, и он уже свыкся с тем, что под него копают днем и ночью.
Да и вообще, Ега целиком и полностью отдавал себе отчет в том, что со дня на день его выведут на чистую воду.
Сам факт того, что он сумел продержаться так долго, да ещё и умудрился возглавить коалицию кланов, было чем-то невероятным, и Ега по праву считал, что с достоинством справился с задачей, поставленной Алексеем Петровичем.
Он чувствовал себя настоящим Штирлицом, играя за обе стороны.
С одной стороны, Ега выкладывался на двести процентов, развивая клан, с другой, он при помощи Шпоньки планомерно сливал богатырям важнейшую инфу.
Богатырями называли не трех друзей, которые сумели обвести ПК-кланы вокруг пальцев и подмять Малые Выхи под себя, но всех разумных, кто имел отношение к клану «Три богатыря».
И это народное название прижилось настолько, что даже ПКашеры, которые на дух не переносили богатырей, использовали его повсеместно.
— На Алодил? — переспросил зам. — Несколько… неожиданно.
— Надеюсь, они думают также, — усмехнулся Ега. — Удар нанесем сразу по нескольким фронтам, списки целей во избежание утечки информации передам офицерам за десять минут до атаки.
— Босс, — зам льстиво улыбнулся, — ну мне-то можно сказать!
— За десять минут до атаки, — отрезал Ега. — Поднимай ребят. В ближайшее время клан «Три богатыря» исчезнет с лица земли.
Зам недовольно поморщился, но спорить не стал.
Коротко поклонившись, он вышел из кабинета, а Ега устало откинулся на спинку кресла.
Он рисковал. Чертовски рисковал.
Ега и так был на карандаше у безопасников Гиса, и атака на богатырей была единственной возможностью подтвердить свою лояльность.
Если Алеша даст добро, Ега был готов даже на этот шаг, но… никто из богатырей не выходил на связь. А значит, нужно было действовать по инструкции.
Вот только выбирая между коварным нападением на богатырей и масштабным сливом боевых силы ПКашеров, Ега бы с радостью выбрал последнее.
Даже несмотря на то, что Шпонька последнее время вредничал и все чаще отказывался отправлять донесения, ссылаясь на работающий через раз Кинжал Теней.
И плевать, что его раскроют и не дадут уйти просто так.
Ради благополучия родины Ега был готов и не на такое. Вот только отмашки от Алешы все не было и не было, а инструкция недвусмысленно приказывала сделать все, чтобы интегрироваться в верхушку преступной группировки.
Это был непростой выбор, и сделать его нужно было в ближайшее время.
Поступить по инструкции и нанести сокрушительный удар только-только вставшему на ноги клану или… проявить инициативу.
Ега покачал головой и прикоснулся к висящему на груди переговорному медальону.
— Приказываю всем офицерам клана явиться на срочное совещание!
— Причаливай к берегу, — голос Морока было едва слышно, — дальше шагом.
Муром тут же крутанул руль, но вместо того, чтобы причалить, развернул корабль на 180 градусов, после чего опустил споро паруса и кинул якорь.
— Ты чего? — удивился Алеша. — Нам же на берег!
— Гавань видишь? — не смутился Муром. — Или причал? Вот и я не вижу. На лодке до берега доберемся.
— Разумно, — прошептал меч. — Только поспешите…
— Совсем тяжко? — участливо поинтересовался у меча Алеша.
— Силы… заканчиваются. Сражение много забирает…
— Какое сражение? — тут же напрягся Алеша.
Пока Муром носился по кораблю словно угорелый, пытаясь успеть и там и сям, Алеша решил скрасить томительные минуты ожидания беседой с Мороком.
— Засада, — прошептал Морок. — Все, не отвлекай. Продержусь максимум минут пять.
— Понял, — Алеша мгновенно посерьёзнел. — Сколько нам добираться до логова Лихо?
— Около десяти…
— Муро-о-ом! — эльф с легкостью вырвал меч из палубы, куда его вонзил Илья. — Время!
— Успеем, — прогудел Илья, возясь у правого борта с лодкой. — Хватай весло!
Лодка, которую богатырь наконец-то отсоединил от внешних креплений, шумно ухнула в воду, и Алеша, не раздумывая прыгнул.
Благодаря высокой Ловкости и врожденной эльфийской грации, богатырь приземлился точно в центр лодки и тут же заработал веслом, разворачивая лодку к берегу.
По спине хлестнула веревка, брошенная Муромом, а в следом в лодку свалился и сам богатырь.
— Осторожнее! — прикрикнул Алеша, с трудом удерживая лодку — ещё немного, и она бы опрокинулась. — Смотри куда прыгаешь, медведь!
— Не перевернулись и ладно, — отмахнулся Муром, вооружаясь веслом. — И, вместе!
До берега они долетели за какие-то пару минут — гребки Мурома были не в пример сильнее Алеши, но эльф, зато, брал количеством — и тут же исчезли в нависающем над рекой лесу.
Дорогу указывал Морок, едва слышно шепча:
— Прямо… Направо… Теперь в овраг… Вон тот здоровенный дуб нужно обойти по дуге.
Первым, прокладывая маршрут, бежал Алеша, за ним несся Муром. И если бег эльф был похож на дуновение ветра, то Илья пер вперед, словно паровоз.
В любое другое время Алеша непременно бы сделал другу замечание, но сейчас было не до этого. Счет шел буквально на минуты, и эльфу было не до шуточек.
— Все, — выдохнул Морок, когда богатыри оказались на едва приметной Лесной тропе. — Почти на месте. Но если до этого я провел вас мимо ловушек, то сейчас придется идти напролом.
— Чем это может грозить? — уточнил Алеша, и не думая снижать скорость.
— Неудачи, проклятья, тотальное невезение и прочие прелести магии Лихо. Вся надежда на ваши отметки Фортуны…
— Прорвемся, — проворчал Алеша, уверенно двигаясь по тропинке, несмотря на то что последняя виляла словно собака хвостом. — Что нас ждет в самом логове?
— Страж, — едва слышно отозвался Лихо. — Какой — не знаю, но обязательно одноглазый.
— Сдюжим, — прогудел Муром, который бежал за другом след в след, не решаясь отставать более, чем на два шага. — Тебя в битве использовать?
— Добить… — Муром скорее понял, чем услышал последние слова Морока. — Всё! Дальше сами…
Алеша на ходу кинул похолодевший клинок Мурому и недовольно процедил.
— Кажется, началось, брат! Ноги начали заплетаться!
— А у меня на плечах будто каменный валун, — прогудел в ответ Муром. — Хах! Смешно будет, если, добравшись до логова Лиха, мы повалимся безвольными тушками!
— Накося-выкуси! — прошипел Алеша, и не думая замедлять ход. — Моя удача сильнее подлянок Лиха!
— Твоя-то да, — Муром уже начал дышать словно загнанная лошадь. — А вот… моя…
— В тебе вообще Исинный огонь спит! — возмутился Алеша. — Где твой праведный гнев? Сожги все эти проклятья!
— А ведь действительно! — в голосе Мурома мелькнула веселая злость. — А ну-ка!
Заревев не хуже Топтыгина, Муром выпустил наружу спящий в груди пожар, и тут же почувствовал, как с него спадают невидимые путы.
— Твою ж… — а вот Алеша, несмотря на всю его ловкость не удержался и, споткнувшись о сучок, кубарем покатился по тропе. — Да чтоб…
— Держись, брат! — Муром припустил ещё быстрее и, подхватив друга, закинул его себе на плечо. — Прокачу с ветерком! Ток говори, куда бежать!
— Левее! Ещё! Да куда ты прямо в пень-то бежишь⁈ Направо! Осторожно, волчья яма! Болото впереди! Вон по мостику! Да аккуратней ты! Не дрова везешь!
Если бы не огненная аура, появившаяся вокруг Мурома, богатыри бы как минимум переломали себе ноги и руки, не говоря уже о прочих сюрпризах Лихо.
Но подарок Змея Горыныча пришелся очень даже кстати, и богатыри сумели, что назвается, проскочить самый опасный отрезок пути.
И если Илью защищал полыхающий внутри Истинный огонь, то Алеша хирел на глазах.
Будь ему доступны системные уведомления, то сейчас у Алеши бы в глазах рябило от количество повисших на нем дебафов и проклятий.
И это учитывая метку Фортуны!
— Стой! — Алеша первым заметил мелькнувшую впереди и справа рябь. — Туда!
— Уверен? — нахмурился Муром, мчась по тропинке.
Он стремительно приближался к развилке, и если слева дорога выходила на светлую лужайку, то правая тропка исчезала в зеленом тумане.
— Направо! — не своим голос гаркнул Алеша, и Муром, доверившись товарищу, свернул прямо в ядовито-зеленую пелену.
Глаза сами собой зажмурились, ноги замедлили ход — все естество Мурома восстало против того, чтобы добровольно идти на верную смерть.
Но вера в друга оказалась сильней, и Муром, выбрав на развилке правую тропку, неожиданно обнаружил себя в совершенно другом месте.
Дремучий лес сменился светлой сосновой рощей, а вместо трясины, богатыри оказались на огромной зеленой поляне, усыпанной каменными валунами.
И все бы ничего, но на противоположном краю поляны находился огромный циклоп.
За его спиной чернел темный зев пещеры, и богатыри дружно выдохнули — вот и логово Лихо!
Вот только циклоп их радости не разделял.
Проревев что-то нечленораздельное, пятиметровый гигант отставил в сторону здоровую дубину и, подхватив с земли один из валяющихся там валунов, швырнул в богатырей.
— Фу, как негостеприимно! — крикнул Алеша, которого Муром закинул за самый большой валун. — Муром, дай мне пару минут! Дэбафы ещё держатся!
— Попробую справиться сам! — крикнул Илья, чудом уходя от второго снаряда.
В левой руке он сжимал меч Иллюзий, то бишь Морока, в правую призвал вытащенное из Инвентаря копье.
Пропустив мимо себя третий камень, Муром с силой метнул копье в циклопа, целясь монстру в живот.
Будь на его месте Алеша, эльф непременно попытался бы поразить циклопа в глаз, но Муром предпочитал бить наверняка.
К тому же, судя по внешнему виду, циклоп был плох.
Сочащиеся гноем волдыри, покрывающие его с ног до головы, синюшного цвета вздутый живот, почерневшая на руках и ногах кожа…
Одного взгляда, брошенного на циклопа, хватало понять — здесь не обошлось без Скверны или Бездны, а то и обеих.
Поэтому Муром и не рассчитывал поразить циклопа первым же броском, а вот замедлить, лишить подвижности — тут уж сам Бог велел!
Хта!
Самодельное копье с противным хлюпаньем вонзилось монстру в живот, и тот громогласно завыл.
Рванул застрявшее в пузе оружие и, отбросив окровавленное копье в сторону потянулся за следующим снарядом.
От этого камня Муром даже уворачиваться не стал — тот летел слишком высоко, и, улучив подходящий момент, швырнул второе копье.
На этот раз богатырь целил в правую руку, которой циклоп метал свои снаряды.
Целился в предплечье, но попал в локоть.
Вот только копье, вместо того, чтобы лишить циклопа подвижности, отскочило от почерневшей кожи, словно от стены.
— Грыыыыыы! — циклоп, позабыв про камни, подхватил дубину и шагнул на встречу богатырю.
Илья только и успел, что достать из Инвентаря рогатину и, подловив циклопа на противоходе, упереть её в землю, направив монстру в пах.
— Грррррааааааа!
Муром перекатом ушел от рассёкшей воздух дубины и чудом увернулся от последовавшего следом пинка.
— Используй меч! — крикнул стискивающий лук Алеша.
Эльф очень хотел помочь другу в бою с циклопом, но терпеливо дожидался, когда дебафы окончательно с него спадут.
С текущим набором проклятий он как минимум промахнется, а как максимум, вгонит Мурому стрелу меж лопаток.
И если на физическом уровне он был пока что связан по рукам и ногам, то давать подсказки и советы ему никто не мешал.
— Иллюзии, брат! Поделись с Мороком энергией!
Муром же, услышав крик друга, с досадой поморщился — и как он сам не догадался?
Илья щедро плеснул в клинок внутренней энергии, ушёл, отпрянув назад, от смертоносного взмаха дубиной и… расстрои́лся.
Одна иллюзия бесстрашно бросилась на циклопа, вторая принялась обходить монстра с флнага, а Муром, воспользовавшись недоумением противника, вооружился последней рогатиной.
Кранк!
Рогатина уперлась циклопу в бедро, но, не выдержав его веса, треснула напополам.
— Гррррыыыыы! — циклоп, потеряв интерес к иллюзиям, неожиданно ловко ткнул в Мурома дубиной, и богатырь, пролетев три метра, впечатался спиной в валун.
— Не спи, Илюш! — подбодрил его Алеша. — Давай ещё иллюзий! И не бросайся ты на него! Выматывай!
И снова Алеша оказался прав.
Несмотря на отвратительный внешний вид, циклоп показал себя опасным противником, и все, что оставалось Мурому — изводить его постоянными перебежками и иллюзиями.
Впрочем, Муром бы не был Муромом, если бы не пользовался удачными моментами, пытаясь выбить циклопу коленные чашечки.
Все самодельные копья и рогатины закончились, и Мурому пришлось пустить в ход меч Иллюзий.
И он, к удивлению богатыря, показал себя во всей красе.
Мало того, что оставлял после себя болезненные раны, так ещё и каждый четвертый удар наносил двойной, а то и тройной урон.
Спустя десять минут догонялок по усыпанной валунами лужайке Муром понял, что у них сложился паритет.
Циклоп все никак не мог попасть по юркой фигуре Ильи, ну а выпады богатыря больше злили циклопа, чем наносили ему серьезный урон.
А ещё с каждой минутой Мурома все сильней и сильней беспокоила льющаяся из пещеры мгла, которая, казалось, подпитывает циклопа, позволяя монстру даже не морщиться после мощных ударов Ильи.
— Заканчивайте… — заговоривший во время удара меч заставил Мурома вздрогнуть и беззвучно выругаться. — Сирены потопили корабль, а Лихо почуял неладное… Или сейчас, или никогда…
— Алеш! — крикнул Муром, уходя от атак циклопа и привычно уже снуя между разбросанными по поляне валунами. — Ещё чуть-чуть, и все будет зазря!
— Погнали, брат! — тут же отозвался Алеша. — Но будь аккуратен! Чертовы проклятья ещё не все спали!
— Плевать! — Мурому уже было все равно. — Вместе, брат!
— Вместе!
Алеша, не рискуя взбираться на валун, выглянул сбоку и принялся посылать в циклопа одну стрелу за другой.
Часть из них летела в стороны, некоторые даже пытались попасть в Мурома, но большинство все же достигали цели.
И стрелы, в отличие от меча Иллюзий, наносили циклопу серьезный урон.
Заревев, монстр замахнулся своей дубиной и попер на Алешу, пинками расшвыривая каменные валуны.
— Муром! — заорал Алеша, не переставая стрелять.
— Вижу! — отозвался богатырь, выкатываясь перед циклопом.
Шансов противостоять здоровенному монстру не было от слова совсем, но Муром и не подумал отсидеться в стороне.
Его фигура и сверкающий доспех всем своим видом транслировала несокрушимость и безграничную уверенность в себе, и только меч смотрелся как-то… чужеродно.
Да чего уж там, он смотрелся откровенно смешно.
С каждым шагом циклопа, сердце Алеши сжималось все сильнее, и эльф начинал стрелять все быстрее.
Но как бы стремительно он не посылал стрелу за стрелой, в душе тлело гадкое чувство — Мурому не пережить столкновение с монстром.
Ну а о том, чтобы крикнуть ему отойти не было и речи — Алеша как никто другой знал Мурома и понимал — из-за него Илья не сдвинется ни на полпяди.
— Муром! — сделал было попытку Алеша.
— Стреляй! — отрезал богатырь, готовясь к неминуемой встрече с дубиной циклопа, которую монстр уже занес над головой.
Стрелы лились бесконечным потоком, заставляя циклопа рычать от боли, Муром стоял словно маленькая скала, бесстрашно ожидая удара, ну а огромная дубина начинала свой смертельный разбег.
Муром уже смирился было со смертью — даст Бог, она будет не напрасной, и Алеша сумеет добить отвлекшегося на него монстра! — как вдруг рукоять меча кольнула теплом.
— С помощью иллюзий можно не только создавать из ничего, — прошептал Морок, — но изменять другие предметы.
Морок ещё говорил, но Муром уже понял, что за подсказку хотел дать меч.
Он отвёл клинок и с силой бросил его навстречу летящему сверху удару дубины.
Меч потек, на глазах превращаясь в стальную кувалду, а затем они с дубиной встретились.
Гдадах!
Что Муром, что циклоп скрылись в облаке пыли, а звуковой удар расшвырял все валуны с площадки.
Лишь один Алеша умудрился остаться на месте и то только потому, что успел вонзить свой лук в землю и вцепиться в него.
— Муром⁈
Несколько томительных секунд, медленно оседающее облако пыли и едва слышный хриплый голос:
— Норма!
— Муром, чертяка! — Алеша на радостях выпустил веер воздушных стрел, прогоняя взвившуюся было пыль и, не удержавшись, присвистнул от удивления.
И ведь было от чего!
Вся лужайка вокруг Ильи была усеяна щепками — все, что осталось от дубины циклопа — но булаве богатыря этого показалось мало. Разбив дубину монстра, она врезалась циклопу в плечо, превратив левую руку в безжизненную плеть.
Да и сам монстр не удержался на ногах и упал на копчик.
Фьють!
Несмотря на удивление Алеша не забыл, где он и какова его задача.
Сразу три стрелы — огненная, ледяная и стальная вонзились в грудь циклопу с трудом пробивая почерневшую кожу и добираясь до сердца.
— Давай, брат! — крикнул Алеша, смотря за тем, как булава, в которую превратился Морок, медленно, словно в замедленном кино, летит в висок циклопу.
Сочувствия монстр не вызывал никакого, слишком уж много в нем было эманаций Скверны и Бездны.
Все, что он вызывал — отвращение и… жалость.
И этот удар булавой был самым настоящим ударом милосердия.
Дах!
После удара булавы тело монстра безвольно повалилось назад, а Муром на долю секунды увидел вылетевшую из циклопа душу, которая тут же потянулась в затянутые тучами небеса.
— Вроде полу…
Договорить Алеша не успел.
С неба ударили молнии, испепеляя тело циклопа, а когда богатыри проморгались от пляшущих в глазах бликов, им открылась любопытная картина.
Морок, вернув себе облик меча, парил в воздухе, а напротив него висел стекленеющий глаз циклопа — все, что осталось от поверженного монстра.
Но самое интересно было не это — на том клочке лужайки, куда смотрел глаз циклопа, показывали кино.
— Стой, — Алеша подошел поближе. — Это же Топтыгин!
— А этот одноглазый каменный медведь…
— Лихо, — усмехнулся Морок. — Не удержался дружок, захотел полакомиться Истинным огнем, горящим внутри вашего, кхм, друга.
— То есть он сам вышел против Топытгина? — нахмурился Алеша. — Но это же…
— Ошибка! — отрезал Морок. — Лихо не только потерял свое альтер-эго с накопленной энергией, но ещё и сделал Топтыгина сильнее.
— Если Топтыгин справится, — хмуро заметил Муром, следя за тем, как каменный медведь гоняет их друга.
— Ну вы же справились, — усмехнулся Морок. — Более того, практически без моей помощи. Кстати, — меч повернулся к Мурому. — Моё уважение. Сжечь проклятья Лихо горящим внутри огнём — это… мощно.
— Спасибо, — буркнул Муром, не отрывая взгляда от Алешиного фамильяра, — это все Горыныч. Может быть, мы можем как-то помочь Топтыгину?
— Незачем, — усмехнулся Морок. — Да хватит так за него волноваться! Вы что, не понимаете, что только что произошло?
— Почему же, понимаем, — протянул Алеша, внимательно следя за боем своего питомца. — Ты с нашей помощью провернул хитроумную комбинацию и обвел Лихо вокруг пальца.
— Лихо решил устроить нам засаду на реке, — подхватил Муром. — И бросил на эту операцию всех морских обитателей, которые у него были…
— Но вместо нас бой приняли созданные тобой иллюзии, — перехватил эстафету Алеша. — А пока наги, сирены и русалки пытались потопить несуществующий корабль, мы пробились сквозь охранный круг Лихо и каким-то чудом справились с циклопом.
— С циклопом, подключенным к чуть ли не бесконечному источнику энергии, — добавил Муром, кивая в сторону пещеры. — Кстати, почему подпитка прекратилась?
— Потому что её перекрыла иллюзорная заслонка! — хохотнул Морок. — Вы все правильно сказали, но забыли про самое интересное!
— Про то, что Лихо, после проигрыша, отдаст оставшуюся у него энергию Топтыгину? — уточнил Муром.
— Не совсем, — меч так и лучился от довольства. — Вызвав на бой Топтыгина, Лихо отрезал себе путь к отступлению! Он не может сбежать, понимаете? Здесь и сейчас, — меч указал на картинку, — он погибает окончательной смертью.
— И? — поморщился Муром.
— О! — довольно протянул меч. — Я получил всю прорву энергий, которую этот неудачник копился несколько столетий — раз. Бадан занял у Скверны и Бездны кучу энергии, за которую с него спросят — два.
— И которая вся, по итогу, досталась тебе, — усмехнулся Алеша. — Да ещё и отчищенная.
— Не без этого, — согласился меч. — Ну и последнее, проиграв Топтыгину, а Лихо, поверьте мне, проиграет, этот неудачник собственноручно дал вашему другу звание Хозяина Свободных земель! И это я молчу про
—
— Смертные, — вздохнул меч. — Яга одарила вашего Топтыгина тотемом великого воина! А значит, перед нами стоит будущий зорг. И не просто зорг, а зорг, который имеет право вступить на божественный пантеон!
— Что-то пока по Топтыгину не видно, что он победит, — хмуро заметил Муром, наблюдая за схваткой.
— Кто же дерется на непредназначенной для этого лужайке? — делано удивился меч, — ведь там столько… ямок и кореньев, об которые можно споткнуться.
Стоило Мороку договорить, как одноглазый каменный медведь споткнулся на ровном месте, и его повело в сторону. Топтыгин такого шанса не упустил и, окутавшись ярко-белым огнем, кинулся на своего соперника.
Сбив его с лап, Топтыгин рухнул сверху и вцепился в шею.
Каменный медведь обреченно заревел, попытался вырваться из мертвой хватки и… обмяк.
— Ах да, — меч крутанулся вокруг своей оси, — ну и самое интересное. Сейчас я не только смогу помочь вам с Баданом, но и организовать… беседу с вашим другом.
— С Добрыней? — недоверчиво уточнил Муром.
— С ним самым! — меч так и светился. — Особенно сейчас, пока глаз циклопа функционирует.
— Давай! — Муром решительно рубанул ладонью воздух. — Раз уж с Топтыгиным все хорошо…
— Погоди, — Алеша не спешил соглашаться. — Что с Баданом? Он нас обгоняет?
— Обгоняет, — согласился Морок. — Но еще несколько минут, и о беседе с Добрыней придется забыть.
— Тогда нет…
— Но я помогу вам добраться до корабля, — меч неожиданно обнадежил расстроившихся было богатырей. — Но дальше сами. Ну как вам?
Друзья переглянулись, и Муром согласно кивнул.
— В таком случае мы ничего не теряем и даже наоборот…
— Согласен, брат, — поддержал друга Алеша. — Давай, Морок, запускай телемост с Добрыней!
Где-то. Добрыня
Появившаяся перед богатырями картинка была одновременно и реалистичной, и гротескной, что ли?
И дело было не в матово-черных стенах целой сети пещер, больше похожих на гигантский кусок сыра, в котором было пробито просто огромное количество, туннелей и ходов, а в… щупальцах.
Сотни щупалец, вяло подрагивая, пронизывали десятки пещер насквозь, создавая иллюзию огромной шевелящейся паутины.
И центром этой противоестественной паутины был огромный кожаный мешок, наверху которого находилась зубастая пасть. Именно из него и брали начало многочисленные щупальца.
Под мешком валялись тысячи костяков, на которых покоилась стеклянная сфера, внутри которой сидел… Добрыня!
— Добрыня! — тут же крикнул Муром, но гном и ухом не повел.
— Он нас не услышит, — подсказал Морок. — И вообще, не отвлекайтесь. Совсем скоро здесь будет кое-что интересное.
— Видимо у нас с тобой разные понятия интересности, — проворчал Алеша, разглядывая едва шевелящиеся щупальца.
— Долго объяснять, — отмахнулся Морок. — И увы, весь его предыдущий путь я не смогу вам показать. Скажу одно — он был далеко не простой, но самое сложное впереди.
— Почему Добрыня просто не убьет этого осьминога-переростка? — удивился Муром. — У него же есть меч-кладенец.
— Сейчас увидите, — буркнул Морок. — Увы, но дальше все зависит только от Добрыни.
— Погоди-ка! — тут же всполошился Алеша. — А как же время?
— Не переживайте, — усмехнулся Морок. — В нашем мире на все про все уйдет несколько минут.
— К тому же, — прогудел Муром. — Морок сам заинтересован в том, чтобы мы успели добраться до Хрустальной горы раньше Бадана.
— Вот только помогать я могу, сажем так, опосредовано, — напомнил Морок. — Все, тише! Сейчас начнётся!
И действительно, стоило мечу замолчать, как в центральной пещере появился воин в старом солдатском доспехе.
Он аккуратно скользил между подрагивающих щупалец, оставаясь невидимкой для осьминога-переростка.
Увидев Добрыню, воин на мгновение замер, после чего, судя по тому, как фигура Добрыни подсветилась зеленым, пригласил гнома в свой отряд.
— Сможешь снять хотя бы половину здоровья? — крикнул Добрыня, не обращая внимания на мерзкий кожаный мешок, висящий у него над головой.
— Он нас не услышит? — уточнил воин, продолжая маневрировать среди почуявших что-то щупалец.
— Только если заденешь один из его тентаклей, — пояснил Добрыня, который, по видимости был знаком с этим воином. — Ну что, сможешь?
— Тебе нужно, чтобы твой удар оказался последним? — уточнил воин, доставая необычного вида клинок.
— В точку, — довольно улыбнулся гном. — Ну так сможешь или нет?
— Не знаю, что у тебя там за заклинание, которое снимет половину хп этому монстру, — воин с омерзением покосился на шевелящийся бурдюк. — Но приготовься, я начинаю!
Дзанг!
С клинка незнакомца сорвалась ослепительная молния, а сам воин взмыл в воздух.
— Серафим! — с гордостью прокомментировал Морок.
Богатыри дружно охнули, а полоска жизней глубинного монстра ухнула вниз. Осьминог-переросток разом лишился трети здоровья и дико завыл.
— Виииииииииииииииииии!
Один только Добрныя остался невозмутим.
— Маловато, — усмехнулся гном, и не думая помогать своему знакомому.
Вот только воину было не до разговоров.
Щупальца глубинной твари заметались, как бешеные, и серафиму приходилось прилагать поистине нечеловеческие усилия, чтобы не попасть под удар.
Серафим сначала порхал вокруг осьминога с трудом уворачиваясь от многочисленных щупалец, но затем резко сменил тактику.
Спикировав на кожаный мешок с зубастой пастью, он всадил в него меч, после чего просто повис на нём всем своим весом.
Из меча летающего воина сыпались молнии, а рваная рана становилась тем шире, чем ниже он скатывался. Полоска здоровья монстра, которую богатыри отлично видели, начала стремительно сокращаться.
К тому моменту, когда воин «доехал» до самого низа кожаного мешка, практически распахав его наполовину, жизни местного рейд-босса снизились аж до трети процентов.
— Неплохо, — с уважением кивнул Добрыня, около которого, в конце концов, оказался воин. — А теперь, сынок, посторонись-ка!
Серафим, небрежно смахнув с клинка мерзкую слизь, молча отлетел в сторону, уступая ход Добрыне.
И гном его не разочаровал.
Добрыня хлопнул в ладоши, и стеклянная сфера, в которой он до этого находился, взорвалась сотней осколков. Ещё один хлопок и осколки, сжавшись в гигантскую стеклянную иглу, вонзились в рейд-босса.
— Вииии!
— Щит ставь! — крикнул гном, окутываясь стеклянной сферой.
— Ого, как наш Добрыня могёт! — ахнул Муром.
— И не говори! — поддержал друга Алеша.
Стеклянная игла Добрыни полностью обнулила хп монстра, который, по классике жанра, оглушительно хлопнул, расплескав вокруг себя отвратительную белёсую жидкость и миллионы мелких острых шипов.
Серафим хоть и успел окружить себя грозовым барьером, но добрая половина шипов всё равно прошила его защиту, в мгновенье ока превратив воина в дикообраза.
— Прости, — виновато прогудел гном. — Я не знал про шипы.
— А зачем тогда кричал про щит? — проворчал серафим, сжигая пучками молний вонзившиеся в него шипы.
— Ну я ж агроном, — пожал могучими плечами Добрыня, — увидел, что щупальца сокращаться начали, вот и подстраховался.
Серафим хмыкнул и кивнул на сферу Добрыни, которую гном уже успел обновить.
— Хорошее стекло.
— Сапфировое, — согласился гном. — Ты как себя чувствуешь? Может быть, я успею антидот сварганить?
— За меня не переживай, — отмахнулся серафим. — Что дальше?
— Дальше мне нужен ключ, — ответил Добрыня, кивнув на выпавший из осьминога лут.
— Забирай, — не стал спорить воин. — Взамен расскажешь, зачем ты здесь?
— Дак это ж разве секрет? — пожал плечами гном, развеивая сферу и подходя к светящейся кучке. — За Кощеем пришёл.
— Ого! — удивился серафим. — Нет, я, конечно, предполагал, что тебе что-то нужно в этом мире. Но почему-то думал про артефакт. Какой-нибудь…
— Меч-кладенец? — усмехнулся Добрыния.
— Ну что-то типа того, — вынужденно согласился воин.
— Его мы уже нашли, — простодушно отозвался Добрыня. — А вот без Кощея нам дальше никак.
— Мы?
— Долгая история, — поморщился гном, вытаскивая из лута один-единственный ключ. — Забирай всё остальное. Я всё равно взять с собой не смогу.
— Ты видишь описание? — пробормотал Алеша, во все глаза рассматривая упавший с рейд-босса артефакты.
— Только названия, — прогудел Муром. — Икринка Капанея, Сердце Капанея, Вялый меч и Полупереваренный свиток портала в Центральный мир.
— Значит этого монстра звали Капаней? — хмыкнул Алеша. — Стоп, я не понял… Какого черта творит Добрыня⁈
Гном тем временем поблагодарил серафима и, достав из-за пазухи длинный шип с блестящей на конце капелькой яда, воткнул его себе в руку.
— Все под контролем! — тут же отреагировал Морок. — Ему нужно попасть в загробный мир.
— Он же сейчас умрет! — нахмурился Муром.
— Все верно, — терпеливо отозвался Морок. — По-другому к Кощею не попасть.
— Этот что, тоже за ним? — хмыкнул Алеша.
— Знаешь, каких трудов мне стоило подстроить все так, чтобы Алекс Айс решился последовать за вашим другом?
— Значит этого серафима зовут Алекс Айс?
— Технически он еще не до конца серафим, — поморщился Морок. — Но, в общем и целом, да.
— Погоди, — Муром не отрываясь смотрел на бездыханное тело Добрыни. — А дальше?
— Время в Загробном мире течет немного по-другому, — в голосе Морока скользнули нотки нетерпения. — К тому же, вы рискуете опоздать…
— Кто ж так делает! — возмутился Алеша. — Ты хоть понимаешь, каково нам сейчас? Это же наш друг!
— Увы, — будь у меча руки, он непременно бы ими развел. — Ничем не могу помочь Добрыне. В отличие от вас.
— Ну-ка поподробней, — Алеша тут же зацепился за слова меча.
— Чем раньше вы попадете в недра Хрустальной горы и активирует стелу, тем выше шансы вашего друга вернуться именно в этот мир.
— А что, — прогудел Муром, — есть ещё какие-то варианты?
— Есть, — подтвердил Морок. — Кощей может плюнуть на Второй шанс и попробовать пробиться сразу на Порог…
— Но… — Алеша с ходу уловил в голосе меча недосказанность.
— Но это будет преждевременно, — дипломатично ответил Морок.
— Бог с ним, Алеш! — Муром кинул на меч неприязненный взгляд и, поймав его в воздухе, сунул за пояс. — Время!
— Время, — вздохнул эльф. — Побежали?
— Побежали.
Богатыри дружно сорвались с места, готовясь к изнурительному забегу по дремучему лесу, но, к их безмерному удивлению, перед ними появилась широкая Лесная тропа.
— Вот только не надо удивляться, — усмехнулся Морок. — Благодаря вашей помощи, мои иллюзии, кхм, стали способны на большее.
— Ещё и попутный ветер, поди, нам организуешь? — проворчал Муром.
— Опередить Бадана в моих интересах, — хмыкнул Морок. — Я вам не только ветер, я вам попутное течение организую!
Мурому очень хотелось уточнить, каким-таким образом можно повернуть течение вспять, но не стал.
Во-первых, некоторые вещи лучше не знать, а во-вторых, сейчас были более важные дела.
— Да не волнуйся ты так, — добродушно проворчал Морок, устав наблюдать за суетой богатыря. — Все под контролем.
— Как скажешь, — хмуро отозвался стоящий у штурвала богатырь.
Практической необходимости в этом не было — корабль нёсся по реке, влекомый волей Морока — но Мурому так было спокойней.
— И вообще, — меч ни с того, ни с сего решил поболтать. — Ты чего такой хмурый, Муром?
— Ты мне не нравишься, — проворчал богатырь, ведя корабль строго по курсу. — Без обид.
— Какие обиды! — деланно удивился Морок. — Могу я полюбопытствовать по какой причине?
— Ты мутный, — Муром пожал плечами, усилием воли транслируя беседу Алеше. — Для тебя все это игра.
— Кто бы говорил! — хохотнул меч. — Не я на старость лет полез в капсулу виртуальной реальности!
— Твоя правда, — неохотно согласился Муром. — Причем сейчас, анализируя свои мотивы, я понимаю — что-то было не чисто.
— Не без этого, — голос меча так и лучился довольством. — Денег на операцию дочке ты мог заработать и в реальном мире.
— Ты имеешь какое-то отношение к аварии моей дочери — обманчиво спокойным голосом уточнил Муром.
— Не-не-не! — тут же возмутился Морок. — Даю слово, тут я не при чем!
— Тут? — нахмурился Муром. — А где при чем?
— Это уже не важно…
— Важно, — отрезал Илья. — Или ты говоришь, или я выкидываю тебя за борт.
— С моими текущими силами и возможностями это не создаст мне ровным счетом никаких неудобств, — заметил меч. — Но в знак своих добрых намерений, отвечу максимально правдиво.
— Можешь начинать. Каким образом ты вмешался в мою судьбу?
— Не в твою, — поправил богатыря меч. — Что ты, что Алеша с Добрыней, вашу судьбы нельзя изменить, вы не плывёте по течению, вы сами создаете вокруг себя реальность.
— Ближе к делу.
— Вовочка, — немного помедлив, признался Морок. — Тот самый парень не от мира сего. Он единственный, на кого я хоть как-то смог повлиять. Причем, прошу заметить, минимально!
— У тебя нет силы в нашем мире? — уточнил Муром.
— Ни у кого нет силы в вашем мире, — буркнул Морок. — Поэтому… впрочем, я увлекся.
Мурому очень хотелось узнать, что именно хотел сказать меч, но переспрашивать он не стал. Было совершенно ясно — Морок не будет распространяться на эту тему.
— Да и тебе самому будет неприятно это услышать, — неожиданно добавил меч.
— Это ещё почему? — удивился Муром.
— Скажем так… — Морок немного помедлил, — твой мир не совсем реальный.
Илье казалось, что он был готов к любому повороту событий, но слова Морока выбили его из себя.
Но знал, что «Второй шанс» — это некий полигон, но чтоб его собственный мир… не совсем реальный⁈
— Не понял…
— Я неточно выразился, — поправился меч. — Твой мир вполне себе реальный, но он… не изначальный.
— Что значит… — Муром осекся и задумчиво посмотрел перед собой.
Признаться, он не особо верил в магию, и то, что он увидел в офисе Алеши до сих пор не укладывалось у него в голове.
Бандиты, швыряющиеся сосульками, Алеша, призывающий свой лук и другие чудеса…
Хочешь не хочешь, но у любого здравомыслящего человека зародятся сомнения.
Но если Морок утверждает, что его мир реальный, тогда…
— Что значит не изначальный?
— Я не ошибся в тебе, — серьезно заметил меч. — Это правильный вопрос.
Морок немного помолчал, словно собираясь с силами.
— Будь твой мир изначальным, ты и твои друзья сразу бы попали на Порог.
— Порог — это тот самый ключевой центральный мир? — уточнил Муром.
— Верно. Что Второй шанс, что Море возможностей, где сейчас находится Добрыня — это полигоны.
— Это я знаю, — кивнул Муром. — Яга сказала. Вот только я не понял для чего они нужны? Для отработки умений и навыков?
— Скорее, для отбора, — вздохнул меч. — Я уже рассказывал про Сеть и про Порог. Так вот, обычно, выдающиеся маги, воины, охотники, клирики и прочие герои имеют шансы оказаться на Пороге.
— Личный квест, — пробормотал Муром.
— Именно, — подтвредил Морок. — Система, созданная Сетью, отлажена столетиями. Сильнейшие воины и маги отправляются на Порог, выступая в роли свежей крови.
— Три вопроса, — Муром машинально крутанул штурвал, обходя подозрительное место, — Первый: Почему Система до сих пор работает, если Сеть, по твоим словам, вышла их строя. Второй: Зачем мы с друзьями понадобились Порогу. И третий: Что именно значит, что мой родной мир не изначальный?
— Система работает, но со сбоями, — неохотно отозвался Морок. — В противном случае, мне не пришлось бы вмешиваться в местные события. Порогу нужны защитники. Скверна, Бездна, ксуры, песьеголовые… Ключевой мир, да еще и без Императора, слишком сладкая цель… Что до твоего родного мира… Это скажем так, одна из событийных ветвей.
— Событийных ветвей?
— Параллельный мир, — вздохнул Морок. — Насколько я знаю, изначально общее количество таких миров превышало сотню. А точнее их было сто восемь.
— Но… Зачем?
— Чтобы повысить шансы на выживание.
— Постой ты сказал, было⁈
— Насколько я знаю, на текущий момент их осталось всего три, — огорошил Мурома меч. — И, как ты понял, из твоего мира можно попасть только во «Второй шанс».
— Значит, есть ещё какая-то Земля, откуда игроки попадают в Море возможностей, —протянул Муром, пытаясь уложить услышанное в голове. — И… должна быть ещё одна Земля, так?
— Так, — подтвердил Морок. — И насколько я понял из древних преданий, именно оттуда герои попадают на сам Порог. Точнее Порог сам притягивает нужных ему разумных.
— Обалдеть… — Муром покачал головой. — Но в таком случае… выходит мой мир…
— Скажем так, — Морок перехватил ход беседы в свои руки. — Когда событийные ветви объединятся, то ваши миры сольются. Для местных это пройдет не замечено. Никто и не заметит, как некоторые событийные веточки… скажем так… исчезнут.
— Моя семья… — горло Мурома в раз пересохло.
— Все возможно, — не стал отрицать Морок.
— Но как в таком случае…
— Попасть на Порог, — чтобы ответить, мечу даже не нужно было дослушивать вопрос. — Показать себя ярким игроком. Заслужить право на воплощение в единой реальности.
— Да уж… — выдохнул Муром. — Знаешь, все, что ты только что рассказал — очень здорово, но возникает резонный вопрос… Зачем ты завел этот разговор именно сейчас и именно со мной?
— Ой, да брось, — отмахнулся меч. — Я знаю, что Алеша слышит каждое наше слово. К тому же, мы с минуты на минуту достигнем Хрустальной горы. Что до «Зачем»… Понимаешь, все дело в вас троих.
— Мы герои?
— Это само собой, — в голосе меча мелькнуло тщательно скрываемое недовольство. — Но есть небольшая особенность.
— Что за особенность? — нахмурился Муром. — И как она связана с тем, что ты решил поговорить о ней за несколько минут до нашего прибытия к Хрустальной горе?
— Все просто, — выдохнул меч. — От вас, а точнее от тебя, зависит выбор линии вероятности.
— Можно поподробней?
— Увы, — Морок горько усмехнулся, — я и так сказал больше, чем следовало. К тому же, — меч взмыл в воздух и указал острием на показавшуюся из-за леса Хрустальную гору. — Мы почти на месте.
— И все же!
— Скажем так… — меч задумчиво покачался из стороны в сторону, — говорят, воля некоторых героев настолько сильна, что они не просто переходят на Порог, закрепляя тем самым право на существование свой семьи и близких в финальной линии вероятности.
Морок крутанулся вокруг собственной оси, не переставая говорить.
— … но могут утянуть за собой последовавших за ними разумных. Свой отряд, близких или даже… целый замок.
— Погоди, — опешил Муром. — Ты хочешь сказать…
— Я хочу сказать, — меч поспешил перебить богатыря. — Что мы прибыли на место. И у вас с Алешей всего пять минут, чтобы добраться до подножья горы быстрее, чем Бадан.
Меч не просто замолчал, он даже потускнел, всеми силами демонстрируя, что разговор окончен.
Впрочем, Муром и так услышал достаточно.
Ведь что, ему, по сути, было нужно? Самое главное — гарантии безопасности для его семьи, и Морок завуалировано дал понять, что с родными Мурома все будет в порядке.
Что до битвы миров за Порог — на этот счет у него были смешанные впечатления.
С одной стороны, Илью нисколько не волновали все межмировые разборки, с другой — он четко понимал, если власть возьмут такие, как Бадан или Скверна-Бездна, то плохо станет всем.
Уж он-то насмотрелся на то, что происходило в Сибурске!
Если даже Бадану было плевать на мирных жителей, то о милосердии пришлых и вовсе не могло быть и речи.
Да и потом, Муром считал Второй шанс своим вторым домом, и сама мысль о том, что сюда заявятся нелюди, считающие себя хозяевами всего человечества, вызывала недовольство и праведный гнев.
Нет, будь это конфликт между империей Евразар и Малыми Выхами, Муром однозначно постарался бы свести все к переговорам. Поскольку кто бы что ни говорил, но народ, живущий на этих землях, един!
Да чего уж там, он до сих пор чуть ли не наизусть помнил письма дипломатов Темной империи! Южане сулили горы золота и готовы были вкладываться в армию Малых Вых, лишь бы только город заявил о своей независимости и официально откололся от империи.
И Плехан, к слову, это стремление всеми силами поддерживал…
Но Муром слишком хорошо знал историю и всеми силами старался избежать гражданской войны.
Благо, южане не сильно настаивали, ну а потом выпущенная Добрыней Чума и вовсе отбила охоту соседей залезть во внутренние дела Малых Вых.
В любом случае, он бы лучше пошел войной на южан, чем допустил гражданскую войну с империей Евразар.
Ведь одно дело — разбить наемные войска зарвавшихся герцогов, другое — ввязываться в полномасштабную войну с имперцами.
Все эти мысли пронеслись в голове Мурома за какие-то доли секунд, и богатырь, убедившись, что штурвал крутится без его участия, сунул меч за пояс и покинул капитанский мостик.
— Что думаешь? — Алеша уже ждал его на палубе, с интересом рассматривая приближающуюся Хрустальную гору.
Эльф слышал всю беседу с Мороком от и до, но, прежде чем высказывать свое мнение, хотел узнать, что на этот счет думает Муром.
— Да для нас, по сути, ничего не изменилось, — Муром пожал плечами и облокотился о борт корабля. — Неприятно, правда, ощущать себя… вторичным.
— Ты про линии вероятности? — уточнил Алеша. — Спорный вопрос. Лично я буду молиться, чтобы после слияния наш мир сохранил лучшие свои качества.
— Все равно не верится…
— Ты просто не был в реале, — Алеша покачал головой. — Мир трещит по швам. Я прям физически ощущал это напряжение.
— И тем не менее…
— Не о том думаешь, Муром, — неожиданно усмехнулся Алеша. — Я уже вижу себя на Пороге. Вот хоть убей, но меня туда тянет.
— С чего бы это? — нахмурился богатырь. — Ты и узнал-то о нем не так уж давно.
— Да Бог его знает, — Алеша пожал плечами. — Привык, знаешь ли, за всю свою жизнь с кем-то сражаться, кого-то постоянно побеждать.
— Бадана, вон, победи, — Муром кивнул на приближающийся берег.
— Этот чертяка хорош, — поморщился эльф. — Но если бы не Скверна с Бездной, я б его давным-давно раздавил!
— А что, — Муром скопировал усмешку Алеши, — когда-то разве было по-другому? Вспомни тот наркокартель, на уничтожение которого ты потратил десять лет своей жизни. За ним точно также стояли серьезные дяди из, кхм, союзных государств.
— Это точно, — поморщился Алеша, но тут же вымученно улыбнулся. — Значит, нам не привыкать!
— Вот и сражайся здесь, — Муром повел рукой по сторонам, — за этот мир.
— Да я разве же отказываюсь? — поморщился Алеша. — Но как бы там ни было, я пойду за Порог.
— Как ты сказал? — на мгновение Мурому показалось, что он поймет сейчас что-то очень важное. — За Порог?
— За Порог, на Порог, — отмахнулся Алеша, — какая разница? Там будет финальная битва, там все решится!
— Алеш, — увы, но Муром так и не смог поймать ускользнувшую мысль. — Я понимаю умом, что хочешь — не хочешь, но на Порог придется идти, при условии, конечно, что мы одолеем Бадана.
— Одолеем, — уверенно завил эльф.
— Так вот, — продолжил Муром, — Умом-то я понимаю, но на душе не спокойно.
— Хах! — Алеша не выдержал и рассмеялся. — Ну ты даешь, Муром! Не спокойно ему! Да я места себе не нахожу, а тебе всего лишь неспокойно!
Илья смущенно улыбнулся, хмыкнул, и в следующую минуту богатыри захохотали.
Вся тревога и все напряжение выплескивались из друзей, и с каждой секундой громогласного смеха, уходила тяжесть принятых решений, а взамен приходила легкость и уверенность в своих силах.
— Ну что, — Алеша вытер выступившие от смеха слезы и хлопнул друга по плечу, — полегчало?
— Полегчало, — усмехнулся Муром. — Готов?
— Готов, — кивнул Алеша. — Делай, что должно, брат…
— И будь, что будет, — закончил Муром.
Богатыри потянулись было к лодке, чтобы спустить её на воду и добраться на ней до берега, как неожиданно от борта до суши протянулся тусклый мост.
— Ну спасибо, Морок! — хмыкнул Алеша, бесстрашно вскакивая на мостик и устремляясь к берегу. — Муром, я на разведку!
— Принял! — прогудел богатырь и, с сожалением бросив прощальный взгляд на понравившийся ему кораблик, последовал за другом.
Среди нависающих над водой сосен-исполинов, их ждала Лесная тропа, и спустя десять минут стремительного бега, они оказались у подножья Хрустальной горы.
То, что именно здесь находится вход в недра Хрустальной горы было очевидно.
Слишком ровная и зеленая лужайка, слишком гладкая каменная стена, переливающаяся всеми цветами радуги.
И самое главное — перед радужной стеной, окруженный дюжиной высокоуровневых кадавров, стоял некромант Бадан.
Всё его внимание было направлено на каменную стену, а точнее на зависший перед ней… скипетр?
Муром прищурился, вглядываясь в описание артефакта, и едва слышно шепнул Алеше:
— Это Скипетр принца Намах á!
Алеша, в чьих руках уже появился сияющий лук, недовольно проворчал.
— Какого черта, Муром? Ни в жизнь не поверю, что он не заметил нашего появления!
— Пока с вами я, — Морок выпрыгнул из ножен прямо в руки опешившему Мурому, — даже боги вас не заметят!
— Тогда чего мы ждем? — эльф раздражённо дернул щекой. — Лучшего времени для атаки и не придумаешь!
— Согласен, — прогудел Муром, крепко сжимая клинок. — И…
— Не надо «И»! — всполошился Морок. — Сначала нужно открыть дверь!
— Избавимся от Бадана и откроем, — отмахнулся Алеша. — Не вижу проблемы.
— Не видишь, а она есть, — Морок аж задрожал от негодования. — Видите этот скипетр?
— Чай не слепые, — прогудел Муром.
— Скипетр и корона — символы власти одного из Древних магов Порога. Создателя этого мира и по совместительству первого Императора Второго шанса — Творца Намах á!
— И? — Алеша и не подумал высказывать пиетет.
— Просто смотрите! — Морок, решив, что лучше один раз увидеть, чем сто раз услышать, указал на вспыхнувший скипетр.
Небольшой, порядка полуметра в длину, скипетр был сделан из чистого золота. Его ребристое навершие представляло из себя восемь то ли лепестков, то ли когтей, смыкающихся вокруг огромного алмаза.
В том, что скипетр принадлежал не просто царю, а царю-воину не было никаких сомнений.
Красивый, но в тоже самое время хищный и максимально функциональный.
К тому же, что-то подсказывало богатырям, что это золото с легкостью сокрушит даже мифрил.
— У него осталось всего четыре попытки, — шепнул Морок, и Бадан, словно услышав его слова, воздел руки к скипетру и властно приказал.
— Откройся!
Артефакт неохотно начал вращаться по часовой стрелке, с каждым оборотом ускоряясь все сильнее, пока не превратился в сияющий круг.
— И что дальше? — с недоумением прошептал Муром, но в следующий момент его озарило. — Зеркальце, которое дала Яга!
Богатырь достал артефакт и, поймав солнечный луч, направил его на сияющий круг.
Переливающаяся радугой стена загудела и прямо напротив золотистого вихря, в который превратился скипетр, появилось темное отверстие.
— Сработало! — шепнул Алеша. — Я вижу нишу!
— И что дальше? — Бадан кричал на стену с такой злостью, будто перед ним находился разумный. — Открывайся, я сказал!
— Я так понимаю, — Муром кивнул на темную дыру, — это место для короны?
— Именно, — подтвердил Морок. — И сейчас у нас три варианта.
— Первый — напасть на Бадана прямо сейчас! — заявил Алеша. — Уничтожаем его кадавров, а самого некроманта распыляем на атомы!
— В таком случае есть вероятность, что скипетр исчезнет вместе с ним, — Морок, выражая свое недовольство, потускнел. — Только поэтому мы до сих пор стоим на Лесной тропе и смотрим за тем, как этот бездарь бездумно сливает драгоценную энергию скипетра.
— Второй вариант, как я понимаю, швырнуть корону в ту дыру и открыть недра Хрустальной горы? — Муром прищурился, прикидывая, сможет ли он добросить артефакт до искомого места.
По всему выходило, что сможет.
— И снова верно, — хмыкнул Морок. — Но в таком случае Бадан натравит на нас своих шавок и первым окажется у стелы.
— Давай не тяни, — Алеша нетерпеливо переступил с ноги на ногу. — Выкладывай свой третий вариант!
— Как вы поняли, я не любитель решать вопросы силой, — клинок в руке Мурома потемнел еще больше. — То ли дело хитроумные комбинации!
— Другими словами, обман, — прогудел Муром.
— Пусть так, — неожиданно легко согласился Морок. — Вот только это палка о двух концах. Своими планами я не могу делиться ни с кем, даже с союзниками. И это накладывает определенные… ограничения. Как в плане коммуникации, так и в плане доверия.
— Эвон как завернул, — Алеша с уважением покосился на меч. — Ты нас за дурачков не держи. Давай уже свои подсказки!
— Чтобы не случилось, ничему не удивляйтесь, — меч потемнел ещё больше, превращаясь в абсолютно черный клинок. — Ни-че-му.
— Ничему, так ничему, — прогудел Муром. — С Баданом-то что делать?
— Что и собирались, — прошелестел Морок.
— А когда нам, м-м-м, начинать? — Алеша стиснул свой лук так, что казалось еще немного и он треснет.
— Вы поймете, — едва слышно заверил богатырей меч.
Скипетр тем временем начал замедлять вращение, отчего темное отверстие в радужной стене пропало и, спустя несколько ударов сердца неподвижно замер в воздухе.
— Откройся! — взвизгнул Бадан, и артефакт с явной неохотной снова начал свой бессмысленный забег.
— Три попытки… — голос Морока раздался в головах у богатырей, и он так и фонтанировал сожалением. — Бездарь…
В следующий момент Муром с Алешей обнаружили, что та часть леса, где они находились, неожиданно исчезла, а они оказались на поляне вместе с Баданом и его кадаврами.
На противоположном конце, но для некроманта это оказалось несущественным.
Бадан, мгновенно потеряв интерес к набирающему обороты скипетру, резко повернулся и атаковал богатырей дюжиной белесых черепов.
Муром шагнул вперед, готовясь отбивать чуждую этому миру магию клинком Иллюзий, но Алеша его опередил.
Сразу дюжина стрел сорвались с его лука, и с легкостью уничтожили все до одного черепки.
— Вы!!! — взревел Бадан. — Но как⁈ Откуда⁈
— От верблюда, — буркнул Алеша, безостановочно посылая свои сияющие стрелы в кадавров Бадана.
Эльф интуитивно понимал, что Бадану его стрелы не нанесут урона, и сосредоточился на выбивании нежити.
Некромант, к слову, не стал заморачиваться и просто-напросто обратил в кадавров тех монстров, которых он встретил по пути к Хрустальной горе
О добровольном согласии служить некроманту, как в случае с Иславом, тут не было и речи, поэтому кадавры, несмотря на свою силу и мощь и не думали защищаться от стрел Алеши.
Наоборот, монстры Свободных земель, искореженные эманациями Скверны и Бездны, будто бы сами подставляли под стрелы свои уязвимые места.
К тому моменту, когда Бадан сообразил крикнуть: «Убить их!!!», треть кадавров обратилась в прах.
Получив приказ, искореженные иномирной магией монстры бросились в атаку, но Муром уже мчался вперед.
Взмах клинком, и сразу три идентичных Мурома бегут навстречу кадаврам.
Звон стали, глухой рев миньонов Бадана, похожие на росчерки молний стрелы Алеши и омерзительная вонь Скверны и Бездны.
Иллюзии Мурома, несмотря на свою нематериальность, наносили кадаврам смертельные раны, отсекая конечности и снося головы с плеч.
Монстры добросовестно исполняли приказ некроманта, но при этом и не думали защищаться, подставляясь под удары богатыря.
Доспех Мурома покрылся многочисленными царапинами и даже сколами, но бронь, подаренная Горынычем держала удар высокоуровневых тварей, обитающих в самом сердце Свободных земель!
Две минуты.
Именно столько длился бой богатырей с кадаврами.
Алеша прикрывал друга от магии некроманта, разбивая плетения некроманта своими сияющими стрелами, ну а Муром целеустремлено уничтожал охрану Бадана.
Созданные клинком иллюзии не пережили бой, но внесли более, чем достойный вклад в победу. Шутка ли, три зарубленных монстра и предотвращение прорыва на правом фланге!
Бадан же, поняв, что богатырей не берет ни магия, ни уж тем более кадавры, окружил себя коконом белесого тумана и, не скрывая ненависти, процедил.
— Думаете, вы победили?
— Сейчас узнаем, — усмехнулся Алеша и обрушил на защитный кокон Бадана настоящий ливень из стрел.
Вот только несмотря на всю мощь легендарного лука пелена, окружающая Бадана, и не думала пропадать. И даже Муром, присоединившийся к атаке, вынужден был отступить.
Совокупная сила Скверны и Бездны защищали Бадана выше всяких похвал.
На поле боя сложилась патовая ситуация.
Богатырям не хватало мощи пробить защиту некроманта, ну а Бадан тратил все свои силы на поддержку защиты.
И все бы ничего, но скипетр принца Намах á уже закончил свое вращение и безжизненно завис перед стеной.
— Я вырву ваши сердца и сделаю из вас упырей, — пообещал Бадан, переводя полный ненависти взгляд с Мурома на Алешу. — Я сделаю из вас вурдалаков и отправлю питаться кровью и плотью ваших же людей. Я…
— Головка от часов «Заря», — прогудел Муром. — Ты проиграл, Бадан. Прими поражение с достоинством.
— Проиграл? — некромант оскалился в зловещей улыбке. — Как бы не так!
— Господи! — Алеша покачал головой. — Муром, на что он надеется?
— Да Бог его знает, Алеш, — прогудел богатырь. — Наверняка у этого подлеца…
— Идиоты! — Бадан неожиданно расхохотался. — Глупцы! Вы же сами только дали мне подсказку!
— Ты о чем, болезненный? — с притворным сочувствием поинтеросовался Алеша. — Уже бредишь?
Но Бадан, казалось, позабыл про богатырей. Он выхватил из-за пазухи договор, резанул себя по ладони и щедро оросил развернутый свиток своей кровью.
— Лихо! Приди отвечать согласно договору!
— Ну-ну! — ухмыльнулся Алеша. — Так он тебя и послушал…
Договорить эльфу не дал появившийся посреди поляны темный вихрь, принявший вид одноглазого циклопа.
Сомнений быть не могло — Лихо, несмотря на все заверения Морока… выжил⁈
И не просто выжил! Один взмах рукой, и богатыри застыли на месте, не в силах не то, что пошевельнуться, но даже издать мало-мальский звук!
— Охохохо! — Бадан мгновенно расправил плечи. — Немедленно…
— Не надо пустых слов, некромант! — циклоп вскинул руку, заставляя Бадана подавиться заготовленным обвинением.
Циклоп подернулся пеленой, и на его месте оказался одноглазый каменный медведь.
— Я признаю, что не выполнил четвертое условие договора и готов понести заслуженное наказание. Что тебя интересует — очищенная энергия, власть над Свободными землями или доступ к недрам Хрустальной горы?
За время своей речи Лихо еще трижды менял образ, обращаясь то в волка, то в вытянутую фигуру лешего, то бесполую фигуру, облаченную в черный, как ночь балахон.
Единственное, что роднило все эти образы, был один-единственный глаз, который так и сверкал нечеловеческой злобой и даже бешенством.
— Почему я не могу открыть ход? — недовольно протянул Бадан, не торопясь выбирать из предложенных вариантов.
— Корона принца Намаха, — проскрипело Лихо, вновь меняя свой образ. — Только сопряжение короны и скипетра позволит отворить ворота в недра Хрустальной горы.
— А что ты имеешь ввиду под очищенной энергией?
— Эманации Скверны и Бездны взял на себя мой страж, — с явной неохотой ответило Лихо. — Делай свой выбор, некромант!
— Власть над Свободными землями мне даром не сдалась, — Бадан, почувствовав силу, довольно улыбнулся. — Принесешь мне верную клятву верности и, так уж и быть, мой будущий слуга, сохраню твою жалкую жизнь!
— Энергия или вход? — голос Лихо дрожал от едва сдерживаемого негодования. — Будущий хо… хозяин, — Лихо перекосило, но оно все же сумело выдавить из себя это слово, — должен сделать выбор.
— Я обещал этим ничтожествам, что обращу их в упырей! — некромант с предвкушением посмотрел на замеревших богатырей. — Я сделаю из них боевых личей! Генералов своей армии! Что до короны… Они сами мне её отдадут! Я выбираю энергию, слуга!
— Да будет так, — Лихо развел руки в сторону и склонил голову, подчиняясь приказу некроманта.
— Не будем откладывать на потом, — Бадан взмахом руки избавился от защищавшего его кокона и вонзил в землю появившийся из ниоткуда посох. — И да начнется ритуал!
Все, что могли богатыри — так это бессильно наблюдать за тем, как некромант производит подготовку к своему ритуалу.
Полчаса томительного ожидания, и буйство Смерти превратило цветущую некогда площадку в выжженую до черноты землю.
На месте павших в бою кадавров появились напитанные Смертью символы, а сама лужайка превратилась в огромную ритуальную фигуру обращения, которая так и звенела от вложенной в неё силы.
— Готовься! — процедил Бадан, формируя своим посохом Призрачную Связь Смерти — заклинание высшего порядка школы Смерти. — Отдашь всю накопленную энергию через… три… два… один!
На площадке резко похолодало, а за спиной Бадана появилась сама Смерть.
— Сейчас! — голос некроманта сорвался на визг, и лужайку накрыло непроглядной Тьмой.
— Ты что-нибудь понимаешь? — как только Алеша почувствовал, что оцепенение прошло, он немедленно ушел в сторону перекатом и вскинул свой лук, готовый превратить некроманта в подушечку для игл.
— Не очень, — отозвался замерший в защитной стойке Муром.
Он, в отличие от друга, и не подумал уходить в сторону, да так и остался на своем месте, готовый грудью принимать атаку некроманта.
— А где Бадан-то? — Алеша с удивлением покрутил головой, но, как он ни старался, некроманта и след простыл.
— Хороший вопрос, — прогудел Муром и вопросительно посмотрел на меч. — Может Морок сможет пролить свет на эту странную ситуацию?
Только что они находились в шаге от смерти, но стоило Тьме отхлынуть, как лужайка разительно поменялась.
Она все также походила на кусок полигона, но сейчас здесь пахло не просто Смертью, но ещё и… Скверной?
— Морок, ты чего молчишь? — Муром встряхнул меч, но тот упрямо хранил молчание.
— Что-то мне подсказывает, что это очередная ловушка, — чутье рейнджера подсказывало Алеше, что кроме богатырей в округе никого нет, но эльф никак не мог понять, что же все-таки произошло.
— Согласен, — прогудел Муром. — Зуб даю, что дело нечисто.
— Нас как будто приглашают открыть вход в Хрустальную гору, — Алеша кивнул на замерший перед стеной скипетр.
— В таком случае… — Муром стиснул то, что осталось от Хрусталя свободной рукой и, убедившись, что в округе действительно нет ни единой живой души, неохотно закончил, —не будем терять время.
— Предлагаешь открыть проход? — уточнил Алеша, не спеша приближаясь к скипетру.
— Как будто у нас есть другой вариант… Помнишь, что сказал Морок? Ничему не удивляться. Так давай же закончим то, ради чего мы отправились в Свободные земли.
— А если это хитроумная западня Бадана?
— Тогда… — Муром на мгновение задумался и кинул другу крошечный кристалл. — Я останусь защищать проход, а ты доберешься до стелы. Первым.
— Может наоборот? — эльф с лёгкостью поймал миниатюрный камушек и сунул его в один из своих многочисленных напоясных кармашков.
— Я сильнее и выносливей, — Муром отрицательно покачал головой. — Продержусь, в случае чего, дольше. Плюс ты быстрее.
— Добро, — неохотно согласился Алеша. — Достаю корону?
— Доставай.
Стоило эльфу вытащить артефакт из Инвентаря, как Скипетр и Корона начали наливаться золотистым сиянием.
— Кажется, работает? — Алеша завороженно уставился на скипетр, который начал свой привычный забег. — Корону тянет к стене!
— Как появится темная ниша, отпускай! — приказал Муром, не в силах оторваться от набирающего обороты скипетра.
Артефакт медленно, но верно превращался в сияющий круг, но на этот раз его сияние было не ослепляющим, а каким-то ласковым, что ли?
— Давай, брат!
Муром не стал тянуть, и, стоило в радужной стене появиться темному углублению, дал другу отмашку.
Алеша, помедлив несколько мгновений — слишком уж жалко было выпускать из рук ставший родным артефакт — разжал пальцы, и корона, превратившись в золотой росчерк, влетела в нишу.
Внимание! Обнаружена корона принца Намах á!
Внимание! Обнаружен скипетр принца Намах á!
Внимание! Активирован основной ключ администратора!
Скрыто, Скрыто, Скрыто
— Кажется, получилось? — на лице Алеши, против воли появилась глупая улыбка, а по щеке пробежала одинокая слезинка.
— Получилось, — прошептал Муром, сквозь слезы смотря на то, как радужная стена бесшумно расходится в стороны.
— Ну наконец-то! — ожил Морок. — Чтобы я ещё раз решился работать со смертными… Да ни в жизнь!
— Никогда не говори никогда, — философски заметил Муром, не в силах заставить себя сделать первый шаг. — Может, расскажешь, что только что произошло и куда делся Бадан?
— Предлагаю сделку, — ухмыльнулся меч. — Если вы расскажете мне, что же все-таки приключилось, то с меня подарок.
— Надоело играть в твои игры, — прогудел Муром. — Давай…
— Подожди, брат, — перебил друга Алеша, не спуская с меча задумчивого взгляда. — А давай!
— Договор?
— Договор!
— Что ж, — в голосе Морока мелькнул неприкрытый интерес. — Расскажи мне, что произошло.
— Начну с Лихо, — Алеша усмехнулся, вспоминая появление темного божества. — Это был ты, Морок.
— Положим, — не стал отрицать меч.
— Правда, поначалу я не понял, но потом ка-ак понял!
— И что же ты понял? — нетерпеливо уточнил Морок.
— Много чего, — заверил меч Алеша. — То, что ты обманул Бадана, а заодно и нас с Муромом, мы уже выяснили. Но самый главный вопрос — зачем тебе это было нужно?
— Действительно, — согласился меч. — Зачем?
— Обездвижив нас, ты сыграл на высокомерии и жадности Бадана. Подкинул ему идею о создании генералов, и некромант ухватился за нее руками и ногами.
— Но зачем? — Муром, к своему стыду, не успевал за рассуждениями друга.
— Вот и я задался таким же вопросом, — кивнул Алеша, — но в конце ритуала все встало на свои места.
— Энергия! — дошло до Мурома.
— Именно, — кивнул Алеша. — Бадан, уверенный, что псевдо-Лихо поделится с ним энергией активировал свой ритуал, но что-то пошло не по плану.
— И что же именно? — жадно уточнил Морок.
— Скорей всего Бадан был вынужден отдать всю энергию, которая у него осталась, но этого не хватило, и он… умер?
— Почти, — в голосе Морока мелькнуло сожаление. — Он сумел ускользнуть в тело ближайшего кадавра, и сейчас мчится, не разбирая дороги, обратно к своей армии немертвых.
— Разве ж это победа? — прогудел Муром.
— Не завершив ритуал, Бадан потерял благословение Смерти и не вернул долг Бездне и Скверне.
— Для него это, конечно, плохо, — нахмурился Алеша. — Но для нас ещё хуже. Ставлю свой лук на то, что в ближайшее время Малые Выхи ждет сокрушительный удар армии немертвых!
— Увы, скорей всего Бадан повернет свои войска на запад, — огорчил богатырей Морок. — Хотя, в ваших силах сделать так, чтобы он передумал.
— Какой нам резон? — не понял Муром.
— На данный момент наш замок — единственный неприступный бастион в округе, — вместо Морока ответил Алеша. — Если Бадан пойдет на нас, у нас есть шансы разбить бОльшую часть его армии. Если он повернет на запад…
— Он уничтожит города один за другим, — продолжил Муром. — И потом вернется за нами…
— Именно, — вздохнул Алеша. — Морок, ты сказал, что мы можем заставить Бадана повернуть на восток?
— Можете, — подтвердил Морок. — Для этого вам нужно вынести из недр Хрустальной горы Хрустальный череп.
— Некромантский артефакт? — уточнил Муром.
— Не совсем, — поморщился Морок. — Но Бадан за него мать родную продал бы, если бы она до сих пор была жива.
— Сила, власть, энергия? — предположил Алеша.
— Знания, — Морок тяжело вздохнул. — Квинтэссенция мудрости Древних. Малый мобильный ретранслятор Сети. Если этот артефакт попадет в руки Бадану, то он, закончив с уничтожением этого мира, двинет свои войска на Порог.
— Погоди-ка! — Алеша озадаченно почесал затылок. — Уж не за этой ли вещицей он и пришел к горе?
— За ней, —не стал отрицать Морок.
— И ты предлагаешь нам её вынести? — уточнил Муром.
— Все так, — согласился Морок.
— Но… Зачем?
Меч промолчал, а вот Алеша не стал.
— Брат, ты что, до сих пор не понял? Он не ответит. Его сила строится на обмане на разыгрывании хитроумных комбинаций, и чем больше Морок дает подсказок, тем меньшее количество энергии он получает.
— Звучит логично, — проворчал Муром. — Вот только… Какой ему интерес награждать тебя за озвучивание этой… комбинации?
— Ты гений, брат! — воскликнул Алеша. — Он получает силу не просто за розыгрыш тактической или стратегической комбинации, но и за признание!
— Надо чтобы хоть кто-то понял смысл проворачиваемой схемы, — кивнул Муром. — Интересно…
— Говоря, что впредь не буду работать со смертными я немного… погорячился, — меч вновь ожил и даже потеплел. — Вы оба заслуживаете награду!
Клинок мигнул, и перед богатырями появилось одинаковое системное сообщение:
Внимание Получен навык «Война — ерунда, главное — маневры!»
При обмане противника коэффициент эффективности увеличивается в два раза
Принять? Да/Нет
— Что такое коэффициент эффективности? — уточнил Муром, не спеша соглашаться.
— Лучше объяснить на примере, — усмехнулся меч. — Если, предположим, ты полководец, и твоя аура увеличивает урон войск в два раза, то прияв этот навык, ты получишь четырёхкратное увеличение урона.
— Муром, надо брать, — безапелляционно заявил Алеша, соглашаясь на изучение навыка. — Я серьезно.
— Что понимается под обманом? — нахмурился богатырь.
— Брат, не время для чистоплюйства! — не выдержал Алеша. — Война — это всегда путь обмана. С открытым забарлом можно на монстров идти, на Темных, на ПКашеров в конце концов! Но не на гребанную армию немертвых, которую подпитывает Скверна и Бездна!
— Ты прав, — неохотно согласился Муром, принимая навык.
— К тому же ты не Император, — Алеша все никак не мог успокоиться, — Ты не должен служить примером и образцом для подражания. У нас четкая, конкретная задача. Спасти этот чертов мир!
— И мы это сделаем, — кивнул Муром, прогоняя минутную слабость. — Спасибо за подмогу, Морок.
— От души! — кивнул Алеша.
— Это меньшее, что я могу для вас сделать, — усмехнулся меч. — К слову, хорошо стоим, не правда ли?
— А действительно, — нахмурился Алеша. — Какого черта мы до сих пор стоим на пороге?
— Может быть, — Муром кивнул на скипетр, который вновь начал вращаться по часовой стрелке, — чтобы увидеть это?
— Опять какая-то подстава? — горестно вздохнул Алеша.
— Зуб даю, — кивнул Муром. — Кстати, брат, ты помнишь, сколько раз он всего крутился?
— С того момент, когда Морок сказал, что у Бадана остались четыре попытки? Помню. Один раз во время ритуала, второй раз, когда к стене пошли мы….
— Третий… сейчас, — закончил Муром, не спуская глаз со скипетра, который стремительно превращался в размытый круг света.
— А ведь нам ещё искать этот чертов Кристалл, — напомнил Алеша.
— Хватит чертыхаться, — попросил друга Муром, срываясь с места, — за мной, брат!
И богатыри, не говоря больше ни слова, рванули вперед.
Муром чуть ли не летел по широким коридорам, безошибочно выбирая правильный путь, Алеша же, не выпуская из рук лука, тенью следовал за другом.
Время от времени по коридорам и по стенам пробегала едва заметная вибрация, и чем ближе богатыри были к центру Хрустальной горы, тем сильнее они ощущали эту дрожь.
— Вот он! — победно крикнул Муром, выскакивая на естественный каменный балкончик.
Чудом удержавшись на краю, богатырь указал на величественную хрустальную стелу, которая гордо торчала прямо по центу пещеры.
— И как мы туда попадем? — Алеша выразительно посмотрел перед собой. — Тут вообще, есть хоть один выход, ведущий на землю⁈
С того уступа, на котором они оказались, открывался отличный вид на огромную пещеру, стены которой были покрыты одинаковыми балкончикам.
И, если присмотреться повнимательнее, все эти выходы находились на одинаковом расстоянии друг от друга — словно дуршлаг.
— Хороший вопрос, — ответил вместо Мурома Морок. — Ни одного. Все выходы в центральную пещеру находятся на высоте минимум двадцати метров.
— Класс! — выдохнул Алеша.
— Более того, в пещере действует антимагическая аномалия…
— Ещё и магия не работает, — Алеша покачал головой. — И что будем делать? Учитывая, что скипетр вот-вот закончит крутиться.
— Ты — ждать, — Муром смотрел на стелу, не отрываясь. — А я… полетел.
И Муром, бесстрашно шагнув в пустоту, действительно полетел.
— Хорош… — проворчал Алеша, глядя вслед другу, за спиной которого распахнулись сотканные из Огня крылья.
И чем дольше Алеша смотрел на планирующего к кристаллу Мурома, тем ярче в памяти всплывали слова любимой песни его отца — военного летчика Советского Союза.
— Мы рождены, чтоб сказку сделать былью, — прошептал Алеша, чувствуя, как по щеке вновь скользит одинокая слеза. — Преодолеть пространство и простор…
На его глазах Муром тяжело приземлился и с размаху влетел в Хрустальную стелу. Но вместо того, чтобы отпрянуть от нее, наоборот, прижался всем телом.
— Нам разум дал стальные руки-крылья…
Долго у стелы Муром задерживаться не стал и чуть ли не в следующий же миг оторвался от огромного кристалла и… взмыл в воздух.
— А вместо сердца — пламенный мотор!
Точнее, Истинный огонь, но Алеша не решился менять слова.
Муром, тем временем, упрямо поднимался все выше и выше, напрочь игнорируя законы физики, а его доспех, вместо того, чтобы тянуть вниз, наоборот помогал богатырю парить.
Огненные крылья исчезли за мгновение до того, как Муром достиг балкончика.
Богатырь камнем рухнул вниз, но Алеша оказался быстрее. Упав на пол, эльф свесился чуть ли не до пояса, чтобы в последний момент вцепиться другу в копну волос.
— Что ж ты творишь, ирод⁈ — возмутился Муром, хватаясь за руку друга.
— Стрижка-минутка, — прохрипел эльф, прилипнув к балкончику всем телом. — Сможешь по мне забраться?
— Держись крепче, — буркнул Муром, с усилием подтягиваясь вверх.
От могучего рывка Алеша чуть было не слетел с балкончика вместе с другом, но в следующий миг Муром вцепился в утес, и Алеша с облегчением выдохнул.
Ухватив друга за шиворот доспеха, он рванул его на себя, и Муром, подтянувшись на обеих руках, сделал выход на две и перевалился через край.
— Это было… любопытно, — прогудел Муром, без сил растягиваясь на полу.
— Не время отдыха, брат, — покачал головой Алеша. — Или ты хочешь остаться здесь на пару тысячелетий?
— Ты прав, — Муром с неохотой поднялся на ноги и через силу шагнул вперед. — Побежали!
Ноги богатыря тряслись так, будто он сделал десять тысяч бёрпи подряд, и Алеша, цокнув языком, подхватил друга под плечо.
— Я…
— Молчи, — цыкнул Алеша, практически таща на себе тушу друга. — Просто молчи и перебирай ногами.
Все, что интересовало на данный момент Алешу — добраться до выхода из горы.
Даже Хрустальный череп и тот отошел на задний план.
Они практически успели.
Когда до радужных створок оставалось немногим больше двадцати метров, стена вздрогнула и начала неумолимо закрываться.
— Шире шаг, Муром! — прошипел Алеша, который сам двигался из последних сил. — Шире шаг!
— Успеем! — прохрипел Муром.
Затылок Алеши обожгло жаром, и неведомая сила бросила их вперед.
Эльфу не нужно было оборачиваться, чтобы понять — Муром снова использовал Огненные крылья.
Долго они не продержались, и богатыри рухнули на пол в пяти метрах от закрывающихся створок.
Сила удара была такова, что дыхание вышибло у обоих богатырей, а клинок Иллюзий и вовсе вылетел у Мурома из-за пояса и покатился вперед.
Замер меч ровно между смыкающихся створок, да так, что его острие указывало на левую створку, а рукоять на правую.
И радужная дверь, какой бы могучей и древней она не была, никак не могла смять эту неожиданную преграду.
— Это наш шанс! — синхронно выдохнули богатыри и, помогая друг другу, чуть ли не на четвереньках поплелись к выходу.
Ноги ходили ходуном, грудь разрывало от нехватки воздуха, перед глазами плыли темно-красные круги, но богатыри шли.
Шли до тех пор, пока не оказались на поляне, выжженной магией Смерти.
Выбравшись за переделы Хрустальной горы, богатыри, не сговариваясь, опустились на четвереньки и, ухватившись за дрожащий от напряжения Клинок Иллюзий, дружно рванули его на себя.
Звон ударившегося о доспех Мурома клинка заглушил грохот захлопнувшихся створок, и богатыри без сил растянулись на земле.
— К черту! — прохрипел Алеша, ловя ртом такой сладкий воздух. — Я слишком стар для этого… для таких, кхм, приключений!
— Поддерживаю, — просипел Муром, шаря по поясу в поисках фляги с водой.
— Я не увидел Черепа! — Морок, стоило богатырям выбраться из Хрустальной горы вновь обрел дар речи. — Муром, скажи, что он у тебя в Инвентаре!
Муром растянул пересохшие губы в неком подобие улыбки и, перестав безуспешно шарить по поясу, вытянул руку вперед.
А в следующий миг на раскрытой лопатообразной ладони появился он — переливающийся всеми цветами радуги Хрустальный череп.
— Отлично! — меч налился светом, и даже активировал Ауру Свежести помогая богатырям быстрее прийти в себя. — Что будете делать дальше?
— Как я понимаю, подсказок мы не дождемся, — хмыкнул Муром, любуясь Хрустальным черепом.
— Сто процентов, — подтвердил Алеша. — И что-то мне подсказывает, что Морок не зря задал нам этот вопрос.
— Хочет услышать нашу версию, — кивнул Муром. — Что ж, не будем разочаровывать нашего, кхм, друга.
— Один момент! — Алеша в отличие от Мурома довольствовался тем, что мазнул по артефакту нечитаемым взглядом и уставился на клинок. — Надо кое что проверить.
— Проверяй, что хочешь, — отмахнулся Муром. — А я ещё немного полежу.
— Мы сейчас с тобой пойдем дальше на восток, — Алеша впился взглядом в клинок.
Стоило эльфу произнести эти слова, как аура меча сменилась со Свежести на Слабость.
— Хотя нет, — Алеша усмехнулся себе под нос, — мы пойдем на запад!
Аура Слабости тут же сменилась Аурой Свежести, заставив Алешу расплыться в улыбке.
— Сядем на корабль… — Аура Свежести стала в два раза сильнее, — рванем на нем до Малых Вых… — Аура мгновенно ослабела. — Хммм… — Алеша смерил клинок задумчивым взглядом. — В таком случае…
— К Яге! — Муром понял, что делает его друг и пришел к Алеше на помощь. — Мы заглянем к Яге!
Аура Свежести сменилась Аурой Силы, и богатыри довольно переглянулись.
— А потом, — продолжил было Алеша, но меч его неожиданно перебил.
— Дожить бы, — хмыкнул Морок. — Да и потом, зачем сейчас загадывать на будущее?
— Действительно, — не стал спорить Алеша. — Муром, расскажи, что было у стелы и пойдем потихоньку на наш кораблик.
— Лучше один раз увидеть, — хмыкнул Муром и протянул другу Хрустальный череп. — Держи.
Алеша недовольно поморщился, но все же прикоснулся к артефакту.
Внимание! Вы первыми достигли Хрустальной горы!
Получено достижение!
Клан исследователей II
Награда за достижение: скорость и восприятие всех членов клана увеличивается на 20%
Замок Алдоил автоматически получает +4 к росту. Репутация всех членов клана с жителями Свободных земель + 2000
Внимание! Уровень клана повышен!
Количество вассалов на текущем уровне клана: 4/40
*Раскрыть список*
Внимание! Для дальнейшего развития заявите о себе на весь мир!
— Неплохо! — присвистнул Алеша, отрываясь от списка системных уведомлений. — Заявить о себе на весь мир — это…
— Думаю, — Муром незаметно поморщился, — имеется в виду создать свое государство, будь то Империя или, к примеру, Федерация.
— Любопытно, — усмехнулся Алеша. — Вернёмся, нужно будет расширить список вассалов. Думаю, ребята заслужили.
— Согласен, — кивнул Муром. — Но это ещё не все, ты до конца дочитай!
Илья был прав, и Алеша, уже обдумывающий кого из соратников возвысить по возвращению, вернулся к уведомлениям
Внимание! Легендарное задание «Царь горы» выполнено!
Коэффициент награды уменьшен в два раза (божественная помощь)
Внимание! На пути к Хрустальной горе вы умудрились избежать 90% испытаний!
Коэффициент награды увеличивается в два раза (навык «Война — ерунда, главное — манёвры»)
Внимание! Выберите награду!
Рапира «Лесная валькирия»
*развернуть описание*
Уникальный класс «Стратег»
*развернуть описание*
Пропуск на божественный пантеон
*развернуть описание*
— Ого! — Алеша оторвался от списка наград и посмотрел на Мурома. — Артефакт, уникальный класс и пропуск на пантеон.
— И что выберешь? — с улыбкой поинтерсовался Муром.
Алешу так и подмывало спросить друга, что же выбрал он, но эльф сдержался.
— Погоди, сначала посмотрю описание.
Рапира «Лесная валькирия»
(Масштабируемый клинок)
Урон: (Сила + Ловкость) × 2 + Меткости (Уровень Меткости/5)
+ Критическому урону ((Ловкость + Меткость)/5)
Магический урон: Природа
Класс предмета: Легендарный
Ограничения по уровню: нет
Возможность выбрать заклятого врага
Привязать рапиру к персонажу? Да/Нет
— Масштабируемый клинок с привязкой! — прошептал Алеша, — С возможностью выбора заклятого врага! Сомневаюсь, что мне предложат что-то лучше, но сейчас гляну.
Класс «Стратег» — особый тип полководца, основной упор делающий на стратегию. У Стратега отсутствуют классовое умение «Вдохновение» и «Аура победителя», вместо этого Стратег обладает умениями «Предвидение», «Прямое руководство», «Режим стратега».
— Класс, в принципе, неплохой, — протянул Алеша. — Даже не знаю…
— То есть пропуск на божественный пантеон тебя вообще никак не возбуждает? — усмехнулся Муром.
— В точку, брат, — Алеша даже не стал разворачивать описание последней награды. — Я свое место знаю.Да и ты, раз до сих пор здесь, пантеоном не заинтересовался.
— Когда все закончится, я хочу посвятить все свое время семье и клану, — добродушно улыбнулся Муром. — В гробу я видал все эти хитроумные комбинации, длиной в тысячелетия.
— Вот-вот, — кивнул Алеша. — Значит, рапира или «Стратег»… Рапира… — Алеша покосился на посветлевший клинок Иллюзий, — … или «Стратег»… — Морок тут же потемнел. — Выбираю рапиру!
Внимание! Привязать рапиру к персонажу?
— Привязать!
Внимание! Выберите шестого заклятого врага
На данный момент доступно 6/?
(текущий бонус: ×4 ко всем действиям против) :
Первый враг (базовый) — человек
Второй враг (бонус комплекта) — рептилоид (в том числе ксуры)
Третий враг (подарок Фортуны) — конструкт
Четвертый враг (дополнительный) — паразит
Пятый враг — (подарок Яги) — кинокефал
Шестой враг — («Лесная валькирия») — *Выбрать из списка*
Список заклятых врагов:
— О! — Алеша даже не стал дочитывать до конца списка. — Нежить появилась! Беру! Однозначно беру!
— Всё? — уточнил Муром. — Больше не было уведомлений?
— Не было, — подтвердил Алеша. — А у тебя?
— Такой же набор, как и у тебя, плюс возможность пробить форточку к Добрыне.
— Так чего же ты ждешь⁈
— А чего горячку пороть, — Муром выразительно посмотрел на Алешу и кивнул на меч. — На корабль вернемся и, пока до Яги плывём, все варианты и обсудим.
— Разумно, — неохотно согласился Алеша. — а ты что выбрал?
— Мне стела предложила класс «Сатрап», с намеком на захват власти в империи Евразар, но я отказался.
— Как и от пантеона, — кивнул Алеша, — какой артефакт дали?
— Никакой, — разочаровал друга Муром. — Кое-что получше.
— Что может быть лучше масштабируемого артефакта с привязкой?
— Карта Свободных земель, с отметками тех мест, где были замечены части
— Твой сет, — покивал Алеша. — Вот только будет ли у нас время за ними заехать?
— Разберемся, — отмахнулся Муром. — Что-то мне подсказывает, что Яга подсобит в этом вопросе.
— Ты успел отключить местную противовоздушную защиту? — сообразил Алеша. — Ну ты даешь, Муром! И когда только успел!
— Не отключил, а внес Ягу в список дружественных, кхм, объектов.
— Слушай… — Алеша нахмурился. — Я только сейчас вспомнил, что Яга про стражу Хрустальной горы говорила! А мы никого на пути к стеле не встретили.
— Встретили, — усмехнулся Муром. — Те кадавры Бадана и были стражей Хрустальной горы. Правда после воздействия Скверной они стали слабее, лишившись своих уникальных навыков и умений.
— Ловко, — хмыкнул Алеша. — Выходит… нам в какой-то степени повезло?
— В какой-то степени… — прошептал Морок. — А печать Фортуны вам на что была дана? Ох уж эти смертные…
Алеша усмехнулся и, вернув другу Хрустальный череп, с кряхтением поднялся на ноги. — Подъем, Муром! Нас ждет корабль и… Добрыня!
Обратный путь до корабля занял немногим больше десяти минут.
Богатыри, не забыв убрать в Инвентарь скипетр и корону принца Намаха́, не стали задерживаться и ступили на очередную Лесную тропу.
Несмотря на победу, одержанную над Баданом, богатыри чуть ли не физически ощущали, как время уходит, словно песок сквозь пальцы.
Всем было очевидно — Бадан, упустив шанс взять второй шанс под контроль относительно легким путем, сделает ставку на армию нежити.
И здесь у богатырей была надежда на Кощея — того самого некроманта, про которого и рассказывал Репсак.
Учитывая же, что Кощеем занимался Добрыня, все, что могли сделать богатыри — пробить форточку к другу. Вот только провернуть это нужно было так, чтобы и другу помочь, и, по возможности, вытащить Кощея во Второй шанс.
Муром хоть и получил, благодаря Хрустальному черепу, постоянный доступ к Сети, но очень сомневался, что сможет сделать все правильно. А значит, в очередной раз приходилось положиться на Морока.
Вот только меч хранил молчание и на все предложения богатырей тускнел, уменьшая интенсивность Ауры Силы.
Посыл был очевиден — нужно дождаться прибытия к Яге.
Муром с Алешей злились, чувствуя себя, несмотря на наличие Хрустального черепа, беспомощными, а Морок знай себе помалкивал.
Меч проявился один-единственный раз, попросив Мурома показать Алеше полученную от Сети карту.
Вот только стоило богатырю достать драгоценный листок бумаги, как последний, свернувшись в журавлика, выпорхнул из рук Ильи и стремительно полетел куда-то прочь.
В общем, обратный путь на корабле прошел в гнетущей тишине.
Алеша планировал грядущее сражение с войсками Бадана, Муром ломал голову над тем, как понять, когда вытаскивать Добрыню и Кощея, ну а Морок… Морок грелся на солнышке и наслаждался жизнью.
А в какой-то момент он и вовсе исчез, появившись спустя десять минут.
Впрочем, богатыри, погруженные в свои мысли исчезновения Морока не заметили.
Где-то на реке. Морок
— Скажите мне, каково это, быть клятвопреступниками?
Меч точно знал, кого и где он ищет.
Пусть на дне реки было темнее, чем в пещере, Морок отлично видел вздрогнувших сирен, схватившихся за свои огромные не то мечи, не то якоря наг и напрягшихся русалок.
— Кто ты? — старшая русалка, чей статус демонстрировали ярко-синие волосы, взмахнула рукой, останавливая ринувшихся было к мечу нагов. — И что тебе нужно?
— Ваша служба, — если бы мог меч улыбнулся. — Я правопреемник Лихо, а вы не выполнили его заказ.
— Повторяю свой вопрос, — нахмурилась синеволосая русалка. — Чего ты хочешь?
— Исполнение клятвы, — усмехнулся Морок. — Один заказ и вы свободны.
— Технически клятвы больше нет, — русалка и не думала уступать. — Лихо нет, нет клятвы.
— Я правопреемник, — терпеливо напомнил Морок. — Впрочем, выбор за вами. Сделать вид, что клятвы больше нет и на всю жизнь остаться в этой реке, или…
— Или? — в глазах русалки сверкнул тщательно скрываемый интерес.
— Или выполнить мое задание и попасть в другой мир. Скажем, Порог.
— Там опасно, — нахмурилась синеволосая.
— Опасно? — от Морока прокатилась волна удивления. — Сейчас везде опасно. Худшее время для слабых, лучшее время для сильных. Время возможностей.
Русалка посмотрела на свой отряд и тряхнула ярко-синей копной.
— Мы согласны, господин.
— Никаких господинов, — Морок покачал навершием, — Исключительно временное партнерство.
— Мы согласны, старший партнер, — Русалка склонилась в поклоне.
Сильнейшая в своем роде, она чувствовала силу, идущую от этого меча. А уж его обещание вернуть их в родной мир и вовсе говорило об одном — с ними беседует божество, которое оказалось сильнее Лихо.
— Я призову вас, — обронил меч, устремляясь на поверхность. — Будьте готовы.
— Это наш шанс возвыситься, — русалка обвела требовательным взглядом свой отряд. — И мы не упустим эту возможность!
Наги и сирены согнулись в почтительном поклоне, а младшие сестры русалки согласно кивнули.
Что до клятвы — выбирая между этой опостылевшей всем рекой и ещё одним заданием, выбор был очевиден. К тому же, что-то подсказывало синеголовой, что задание будет ждать их… на Пороге.
Морок же стремительно нагонял уплывший корабль и довольно мурлыкал себе под нос.
Морской народ был в своем праве отказаться от его предложения, несмотря на слова о том, что он якобы является правопреемником Лихо.
Фактически он только что развел отряд синеголовой русалки на клятву, что ненамного увеличило его возросшие силы.
Но в глубине души Морок отдавал себе отчет, что несмотря на лукавство, действительно предложил русалке хороший вариант. И согласившаяся на его условия синеволосая не прогадала.
И если её отряд выживет после уготованного им задания, у неё, изгоя своего рода, есть все шансы на то, чтобы побороться за Морской трон.
И Морок, если синеволосая уцелеет, ей даже поможет. Глупо упускать плывущий в руки актив. Особенно с перспективой развития до Морской Владыки Порога.
Морок довольно сверкнул и, догнав корабль, «прыгнул» на свое место.
Стоило кораблику остановиться у знакомого богатырям берега, как Муром с Алешей с облегчением выдохнули.
На причале их дожидался знакомый уже клубок, но не успели богатыри шагнуть за поскакавшим в лес артефактом, как из-за пояса Мурома раздался хитрый голос клинка.
— Ничего не забыли, добры молодцы?
Муром недовольно нахмурился и повернулся назад — меч явно намекал на корабль. Но каково же было его удивление, когда «Победы» за спиной не оказалось.
— Не понял…
— Смотри, Муром, — Алеша с улыбкой указывал куда-то вниз.
Опустившись на корточки, Муром усмехнулся и бережно взял качающийся на волнах деревянный кораблик.
По размерам кораблик походил на детскую игрушку, но то, с какой тщательностью были вырезаны все без исключения детальки, говорили об одном — это и есть «Победа».
— Здорово, — прогудел Муром, убирая драгоценную фигурку в Инвентарь. — Это будет флагман нашего флота!
— Обязательно, — не стал спорить ступивший на Лесную тропу Алеша. — Ну а теперь, в путь, брат!
— Яга ждет, — кивнул в ответ Муром, бросаясь догонять друга.
Остались какие-то полчаса быстрого бега, и многое встанет на свои места. Ведь Яга, в отличие от Морока, не ограниченна никакими запретами или обетами.
Богатыри бежали по тропинке за клубком свято уверенные в том, что именно в избушке Яги они найдут ответы на свои вопросы.
Чем помочь Добрыне, каким образом вытащить из соседнего мира Кощея, ну и, конечно, что противопоставить армии Бадана.
— Ну здравствуйте, добры молодцы, — на скрип входной двери Яга даже не повернулась, хлопоча у печки. — Проходите, присаживайтесь за стол. В ногах правды нет!
— Здравствуй… хозяйка.
Алеша хотел было привычно назвать Ягу старухой, но при виде миловидной женщины лет сорока эльф резко передумал.
— Здравствуй, м-м-м, тетушка Яга, — Муром, завалившись в избушку вслед за Алешей с ходу заметил произошедшие с ведьмой перемены. — Задание твое честь по чести выполнили, принимай работу!
— Приму-приму, — усмехнулась магиня — язык не поворачивался назвать эту приятную во всех отношениях женщину ведьмой. — Но сначала не побрезгуйте — разделите скромную трапезу с бабушкой.
— Да хватит прибедняться, Яга! — фыркнул Морок, висящий у Мурома на поясе. — Какая ты бабушка? Про ужин и вовсе молчу! Стол от яств так и ломится!
— Как жаль, что ты не сможешь к нам присоединиться, — Яга правдоподобно изобразила сожаление. — Впрочем, — магиня хитро улыбнулась, — и для тебя у меня гостинец найдется.
— Поиздеваться решила? — в голосе Морока мелькнула обида.
— Да за кого ты меня держишь? — всплеснула руками Яга. — Муром, видишь бадья на скамье стоит? Снимай крышку и суй туда эту недоверчивую железяку.
— Сперва нужно разобраться, что там внутри… — начал было меч, но Муром не дал ему возможности поразглагольствовать.
Сняв деревянную крышку, богатырь сунул меч в бадью и, принюхавшись, уточнил у Яги.
— Это что, топленное масло, что ли?
— Оно самое, — с гордостью заявила Яга. — Еще и медку пару ложек добавила, хоть они и не сочетаются.
— Уммммммм, — Морок некультурно чавкнул. — Ну Яга, ну уважила! Ближайшие полчаса меня ни для кого нет!
— Закрой крышку, добрый молодец, — подсказала Яга. — А сам — мыть руки и за стол.
Муром послушно закрыл бадью и с сомнением посмотрел на Ягу.
— С ним точно все будет нормально?
— Точно-точно, — заверила богатыря магиня. — Топленное масло — то, что ему сейчас нужно, ну а что отключится ненадолго, нам же лучше. Побеседуем с вами… начистоту.
— Начистоту, в плане, чтобы Морок не узнал? — уточнил Алеша, отходя от рукомойника и принимая от Яги полотенце.
— Ой да куда он денется, — отмахнулась магиня. — Узнает, конечно.
— Дайте угадаю, — прогудел Муром, сменяя друга у рукомойника. — Прямые разговоры не в стиле Морока?
— Верно, — кивнула Яга, провожая богатырей к столу. — Всем будет лучше, если этот разговор состоится… без него.
Богатыри переглянулись и синхронно усмехнулись. Слово «Якобы» не прозвучало, но всем и так было все понятно.
И если Муром тактично промолчал, то Алеша не утерпел.
— Это все ваши божественные заморочки, да?
— Как ты сказал, заморочки? — переспросила Яга. — Можно и так сказать. Но я предпочитаю использовать термин «ограничения».
— И какие же ограничения у нашей хлебосольной хозяйки? — усмехнулся Алеша, обводя выставленные на столе угощения оценивающим взглядом.
— Краюху хлеба никакие разговоры не заменят, — дипломатично ушла от ответа магиня. — Угощайтесь, добры молодцы!
Добры молодцы намек поняли и не заставили себя долго упрашивать.
По достоинству оценили и каши, и пироги, и медовые пряники. На столе, который еще недавно ломился от всевозможной снеди, к концу ужина остался лишь кувшин с квасом да глубокие деревянные кружки.
— Червячка заморили, — Яга довольно посмотрела на своих гостей, обладающих поистине богатырским аппетитом, — теперь и о деле поговорить можно.
— Защиту мы отключили, — Муром, заметив, что магиня переключилась на деловой лад, отодвинул от себя кружку с квасом. — Хрустальный череп у нас.
— А цепь? — Яга требовательно посмотрела на Мурома.
— Какая цепь? — не понял богатырь.
— Горыныча которая, — подсказал Алеша. — Я, признаться, только сейчас о ней вспомнил.
— Цепь отдал, — кивнул Муром. — Стоило мне коснуться стелы, как цепь сама из Инвентаря выпрыгнула.
— А я что-то ничего такого не заметил, — удивился Алеша. — Да и вообще, ты у стелы считанные мгновения был. Когда все успел?
— Я когда возле неё оказался, — Муром прикрыл глаза, вспоминая тот момент, — время словно в кисель превратилось. По ощущениям вечность мог у стелы провести, а в реальном мире и секунды не прошло.
— Многие маги древности отправлялись в наш мир на паломничество к Хрустальной стеле именно для этого, — кивнула Яга. — Чтобы погрузиться в самую долгую в своей жизни медитацию и проникнуть в тайны мироздания.
— Хитро, — оценил Алеша. — В реальной жизни на такую ерунду время тратить не охота, но с таким-то артефактом, чего бы не помедитировать!
— Жаль, что твой друг не воспользовался этим шансом, — Яга посмотрела на Мурома с едва заметной укоризной.
— Вообще не жаль, — покачал головой богатырь. — И вообще о каких медитациях может идти речь, когда дело не сделано?
— К слову о деле, — опомнилась Яга. — Все получилось даже лучше, чем я ожидала. Бадан не просто остался с носом, но и был вынужден полноценно присягнуть Скверне.
— Хотелось бы понять, хорошо это или плохо, — прогудел Муром. — И чем это нам грозит?
— Пока некромант юлил между двумя божествами было лучше, в первую очередь, ему, — поморщилась Яга. — Сейчас же… Он превратился в марионетку Скверны и должника Бездны.
— Звучит грозно, — хмыкнул Алеша.
— Если раньше, в случае победы Бадана, у этого мира были хоть какие-то шансы, — Яга поджала губы, — то сейчас…
— Ой, вот только не нужно заниматься самообманом, — закатил глаза Алеша. — Я своими глазами видел, что он из себя представляет! Бадану плевать на всех кроме себя, и неважно, одна пакость у него в союзниках или целых две!
— Нужно иметь смелость, чтобы назвать околобожественную сущность пакостью, — заметила Яга, — но я тебя поняла. Выражусь иначе. Теперь, чтобы окончательно его одолеть, необходимо будет не просто уничтожить оставшиеся аватары Бадана, но и избавить Второй шанс от проникшей в мир Скверны.
— Первое не так уж сложно, — прогудел Муром, — особенно, зная его аватары… Я же правильно понял, что он ускользает от смерти, уходя на… подготовленные заранее позиции?
— Правильно, и в этом вопросе я вам подсоблю, — усмехнулась Яга, на невысказанную вслух просьбу богатыря.
— Что до второго… это будет сложнее, — вздохнул Муром.
— Чумные доктора клана уже который месяц работают на износ, — подхватил Алеша, — но Скверны меньше не становится.
— Тут есть нюанс, — Яга задумчиво покосилась на Морока, лежащего в бадье с топленным маслом. — Скверна сделает все, чтобы не делиться с Бездной таким сладким куском, как Второй шанс, а значит, ближайшей задачей Бадана будет формирование портала в ближайший мир Скверны.
— В детстве я играл в одну игрушку, где нужно было уничтожить портал ведущий в другой мир, где, конечно же, поселилось зло, —хмыкнул Алеша. — И что-то мне подсказывает, что именно это от нас и потребуется…
— Учитывая, что у вас есть Хрустальный череп, возможны, скажем так, варианты.
— Перехватить управление над порталом? — предположил Муром.
— Единственный, кто сможет это сделать — это Кощей, — Яга с огорчением покачала головой. — И не факт, что он захочет это делать.
— А нам вообще, этот портал нужен? — встрял Алеша. — Не поймите меня превратно, но… На кой черт нам за него сражаться? Не лучше ли будет сконцентрироваться на уничтожении нежити и Скверны? А на портал натравить Горыныча!
— Это будет не так-то просто, — Яга задумчиво уставилась в окошко. — К тому же, мы не знаем, сколько ещё союзников и должников у Бадана. Сомневаюсь, что Лихо был единственным. Да и потом, портал не так-то легко уничтожить.
— Неужели Истинный огонь не справится? — удивился Муром.
— Первое, что делает Бездна и Скверна, захватив плацдарм в новом мире — защищает созданный портал от божественных атак.
— Класс, — скривился Алеша. — Дай угадаю, единственный вариант уничтожить портал — вернуть во Второй шанс меч-кладенец?
— Самый простой, — поправила богатыря Яга. — Пантеону известны еще два варианта.
— На этом моменте поподробней, — тут же подобрался Алеша.
— Основная задача божественного пантеона — защищать свою землю от иномирных вторжений. Будь то песьеголовые, ксуры или Скверна. Боги — не дураки, и конечно же мы подстраховались на этот случай.
— Что-то непохоже, — едва слышно проворчал Алеша, но Яга его услышала.
— Была создана трехступенчатая система защиты, — Яга метнула в эльфа испепеляющий взгляд. — Дожидающийся своего часа артефакт…
— Увы, — не удержался от комментария Алеша. — Эта опция уже… потрачена.
— Бог-защитник, способный щелчком пальцев закрыть любой портал…
— Ещё бы знать, где он…
— Побольше уважения, смертный! — вспылила Яга. — Если ты не умеешь контролировать свой язык, то может быть он тебе и не нужен?
— Нужен, — Алеша тут же принял виноватый вид. — И в мыслях не было кого-то обидеть. Просто хочу разобраться.
— Поддерживаю Алешу, — прогудел Муром. — Кто этот бог-защитник и где он?
— Смертные перестали ему поклоняться, — Яга скривилась так, будто откусила сразу пол-лимона. — Кто ж знал…
— Действительно… — начал было Алеша, но поймав на себе тяжелый взгляд Яги осекся.
— Остался последний способ, — напомнил Муром, — Брат, хватит паясничать!
— Это от волнения, — буркнул эльф.
— Третий способ, — Яга тяжело вздохнула. — Никто и предположить не мог, что до него может дойти…
— И это… — терпеливо потянул Муром.
— Сами смертные, — выдохнула Яга. — Минимум дюжина разумных из народа. Простые люди, чья вера настолько сильная, что они готовы пожертвовать своей жизнью.
— Только люди? — уточнил посерьезневший Алеша.
— Неважно, — Яга отрицательно покачала головой. — Хоть кто… кто-нибудь…
— А чего так грустно? — удивился Алеша. — Вообще не вижу здесь проблемы! Хоть сотню добровольцев найдем!
— Не думаю, что все так просто, — прогудел Муром, не спуская с Яги внимательного взгляда. — Ведь так?
— Точнее требования к разумным знал бог-защитник, — опустила глаза Яга.
— А имя у него есть? — не сдавался Муром.
— Чур.
— Это который, «Чур меня»? — ухмыльнулся Алеша.
— Вы его знаете? — Яга воспрянула было духом, но в следующий момент махнула рукой и сгорбилась. — Хотя уже неважно. Слишком долго он находится в Незабытие…
— Но почему его забыли? — Муром, как ни старался никак не мог понять, почему боги так безответственно отнеслись к защите своего мира.
— Сначала не было нужны, — Яга пожала плечами, — потом, постепенно смертные начали относиться к нему, как к богу-защитнику своего земельного участка или дома, но потом, с появлением многочисленных богов, которые давали более интересные благословения, Чур растворился в веках.
— И никто из обитателей пантеона ему не помог?
— Все были слишком заняты личным возвышением и гонкой за людские молитвы, — неохотно ответила Яга. — Столетия мира сделали нас… слабыми.
— Трудные времена рождают сильных людей, — Алеша блеснул одной из своих любимых фраз. — Сильные люди создают хорошие времена. Хорошие времена рождают слабых людей. Слабые люди создают трудные времена.
— Именно так, — Яга поджала губы. — И сейчас, из-за нашей беспечности и самонадеянности наступили трудные времена.
— Ладно, — Муром не видел смысла в дальнейшем самобичевании Яги. — Разберемся. У тебя же есть представление, что делать дальше?
— Есть, как не быть, — на осунувшемся лице Яги мелькнуло слабое подобие улыбки. — Но для этого вам нужно вернуться в Алдоил и повторно активировать Золотую комнату.
— Для чего? — Муром хоть и удивился осведомленности Яги, но вида не подал.
— Приманить Скверну, — Яга посмотрела Мурому в глаза. — Золотая комната в десятки раз усилит портал, создав из него не одноразовые врата, а постоянную многоцелевую арку.
— И в случае победы Скверна сможет попасть в любой из миров? — уточнил Алеша. — мы что, идем ва-банк?
— Если Скверна разместит свой портал на дальнем севере, а ей, учитывая, какую силу набрал Бадан, не составит труда это сделать, то Второй шанс будет обречен. Пока мы туда доберёмся, наш мир будет смертельно отравлен.
— Вопрос снимается, — поморщился Алеша. — Золотая комната, так золотая комната.
— К тому же у нас есть Репсак, — прогудел Муром. — И шанс, что мы успеем вытащить Добрыню с мечом-кладенцом раньше, чем откроется этот чертов портал.
— Вы готовы пожертвовать многотысячным городом, который будет уничтожен в случае неудачи?
Муром переглянулся с Алешей и решительно кивнул.
— Мы — основатели клана «Три богатыря» и города Малые Выхи. Мы несем ответственность за своих людей. И мы отдаем себе отчет, что это — единственный шанс спасти клан, город, да и весь мир.
— Пафос так и хлещет, — эльф поднял большой палец вверх. — Одобряю.
Муром отлично знал, что под сарказмом Алеши скрывается страх и нервозность, поэтому на подначки друга не обращал внимания. Главное, что их мнения совпадали.
— Добрыня оставил право голоса нам, — хмуро продолжил Муром. — И я уверен, что он поддержал бы наш выбор.
— Ещё раз спрошу, — Яга посмотрела на сидящих перед ней богатырей новым взглядом. — Вы действительно готовы принять решение за всех?
— Готовы, — твердо ответил Муром. — И мы немедленно возвращаемся в Алдоил и активируем Золотую комнату.
Внимание! Доступно задание «Слово воина»
Принять? Да/Нет
Внимание! Доступно задание «Слово правителя»
Принять? Да/Нет
Внимание! Доступно задание «Слово мага»
Принять? Да/Нет
— Похвально, что вы полны решимости отправиться в путь прямо сейчас, — по мановению Яги на столе появился самовар и пышущие жаром ватрушки. — Но вас так просто не отпущу.
— Это ещё почему? — удивился Алеша, переводя взгляд с системных уведомлений на Ягу и обратно.
— Аналогичный вопрос, — прогудел Муром.
— Для начала вы должны решить, кто из вас кто, — Яга с усмешкой кивнула на висящие в воздухе задания.
— Тут и решать нечего, — усмехнулся Алеша. — Маг у нас Добрыня, и то, что эта надпись в два раза светлее как бы намекает, что и он её сейчас видит. Что до воина и правителя… Я — воин. Муром — правитель.
— Ты уверен? — нахмурился Илья. — Добрыня управлял огромным аграрным холдингом, а ты и вовсе генерал.
— Уверен, — отрезал Алеша. — Я в первую очередь — боевой офицер, а звание — то все вторично. Моя стезя — бой. Твоя — заботиться о людях. Будь то небольшой отряд, семья, клан, город, страна и… даже мир.
— Не будем торопить события, — Муром поспешил откреститься от сомнительной ответственности за весь мир.
— Да брось, брат, — Алеша потянулся за ватрушкой. — Ты уже принял решение быть за этот мир до конца.
— Это другое, — смутился Муром.
— Ну-ну, — усмехнулся эльф, принимая задание «Слово воина». — Ты как знаешь, а я свой выбор уже сделал.
— Хитрец ты, Алеша, — прогудел богатырь, наблюдая за тем, как в воздухе истаивает задание «Слово мага». — А, была не была!
Приняв решение, Муром уставился на зависшее перед ним системное уведомление и мысленно согласился принять задание «Слово правителя».
— Я в вас не сомневалась, — заявила Яга, попивая чай из блюдца. — ну а теперь…
— Постой, хозяюшка, — нахмурился Муром. — А что дальше-то?
— Что именно, милок? — хитро улыбнулась магиня.
— Где задание, условия выполнения, награда в конце концов?
— Тебе нужна награда? — уточнила Яга.
— Да знаешь… не особо, — призадумался Муром. — Оно, конечно, поуверенней ощущается, когда в Инвентаре запас лежит. Те же свитки, зелья, артефакты, снедь какая-никакая…
— Но? — Яга правильно интерпретировала возникшую заминку.
— Но за время, проведенное в Свободных землях, я понял, что все это вторично, — пожал плечами Муром. — Плечо друга, — он посмотрел на Алешу, — тепло близких в сердце, — богатырь положил руку себе на грудь. — Молчаливая поддержка соратников, стоящих за мной.
Алеша согласно кивнул, подтверждая сказанное Ильей.
— Так что… не нужно мне…
— Нам, — поправил его Алеша.
— Не нужна нам никакая награда, — исправился Муром. — Но вот задание хорошо было бы посмотреть. Иначе выходит — поди туда, не знаю, куда, принеси то, не знаю, что.
— Ваша жизнь, ваши решения, ваши поступки, ваш путь и есть теперь то самое задание, — перестала улыбаться Яга. — Ежели вы окажетесь достойны принятых на себя ролей, то Сеть обратит на вас свое внимание. Ежели нет…
Яга замолчала, предоставляя богатырям самим додумать, что может произойти в таком случае.
— Ясно, — прогудел Муром. — Спасибо за гостеприимство и науку, но нам пора. Дела ждут.
— Ватрушки — огонь! — Алеша нисколько не смущаясь, сунул тарелку с выпечкой в Инвентарь. — Очень вкусно!
Богатыри только поднялись из-за стола, как Яга махнула рукой, и белоснежная скатерть с самоваром с выпечкой исчезла, сменившись… грудой доспехов?
— Куда же вы без гостинцев-то? — Яга хитро улыбнулась. — Пока мы гоняли чаи, клубок забежал в указанные на карте места. Не побрезгуй, Илюша!
— Доспех Черноморских витязей! — охнул Муром с первого взгляда определяя лежащие на столе элементы брони. — Вот это подарок, так подарок! Можно?
— Спрашиваешь! — Яга расплылась в довольной улыбке. — Это теперь твоё.
— И Кольчуга есть! — Муром, позабыв о том, что еще минуту назад он рвался в Алдоил с головой окунулся в примерку доспеха. — А это что? Дополнительные наплечники? Так, ну шлем, конечно, красота неописуемая… Ох ты, сапоги из драконьей чешуи⁈
Помимо уже перечисленного на столе лежал плащ, штаны, рубаха, наручи и поножи. Причем, что наручи, что поножи были больше и массивней тех, которые уже были у Мурома.
— Алеш, смотри! Они крепятся на базу!
И действительно, наплечники, наручи и поножи с лёгкостью защелкивались поверх уже надетых на Мурома, превращая его в доспех в двойную броню.
Доспех Черноморского витязя
+150 Телосложению, +100 Силы, +50 Ловкости
Защита от всех типов повреждений, за исключением магии: +50
Защита от стихийной магии: +50
Защита от Скверны: +100
Защита от Бездны: +100
Защита от Смерти: +100
Бонус за каждый последующий предмет до пятого: +10 Телосложению, +5 к защите от всех типов повреждений, за исключением магии
Бонус за 5 предметов: +100 Телосложения, +100 Силы
Бонус за полный набор: Все основные характеристики увеличиваются на 20%
Класс предмета: Легендарный комплект
Ограничения по уровню: нет
Привязать комплект к персонажу? Да/Нет
(При привязке автоматически присваивается подкласс «Витязь»)
— Вижу, — с кислым видом кивнул Алеша. — Рад за тебя, брат.
Он правда был рад, но в глубине души шевельнулся червячок не то зависти, не то недоумения. Ведь как же так? Богатырей в избушке двое, а одаривают только Мурома.
— А ты чего стоишь, соколик? — усмехнулась Яга. — Чай разберетесь, где чье?
— Там и для меня что-то есть? — удивился эльф.
— Брат, — Муром опустошив стол от доспехов кивнул на оставшиеся на нем тряпки. — Если глаза мне не изменяют, то это какой-то рейнджерский комплект?
— А ну-ка, — Алеша, увидев лежавшие под доспехом вещи, шагнул к столу. — Дай-ка гляну…
Муром и так-то был далеко не маленький человек, а уж облаченный в типовой доспех Черноморских витязей и вовсе весил, как небольшой танк, но Алеша даже не поморщился.
С лёгкостью отодвинув друга в сторону, он склонился над столом.
— Погоди-ка… Это, что, рейдовые доспехи стражей Леса «Листва»⁈
+150 Ловкости, +100 Силы, +50 Телосложению
+200 к Скрытности
Защита от всех типов повреждений, за исключением магии: +100
Защита от стихийной магии: +100
Защита от Скверны: +50
Защита от Бездны: +50
Защита от Смерти: +50
Бонус за каждый последующий предмет до пятого: +10 Ловкости, +5 к защите от всех типов повреждений, за исключением магии
Бонус за 5 предметов: Скорость передвижения по лесу увеличивается в три раза
Бонус за полный набор: Все основные характеристики увеличиваются на 20%, Дитя леса
Класс предмета: Легендарный комплект
Ограничения по уровню: нет
Привязать комплект к персонажу? Да/Нет
(При привязке автоматически присваивается подкласс «Дыханье леса»)
Алеша коршуном упал на чуть ли не тряпичную на вид броню.
— Ооооо! Какие бонусы к Скрытности! А Ловкость! При полном комплекте для поиска Лесной тропы не требуется сил и времени⁈ Да это же… Это же…
— Разделяю твои чувства, брат, — прогудел Муром, надевая шлем. — А вот эта кольчужная рубаха…
— Часть комплекта, — кивнул Алеша. — Штурмовая версия. Для рейнджеров, чья сила составляет на меньше сотни.
— Мы прям знали, — усмехнулся Муром. — Постой, мне кажется или под кольчугой что-то лежит?
— Не кажется, — Алеша, решив не откладывать на потом, мгновенно натянул на себя элитный рейдерский комплект. — Это копье, меч и… серебряная шишка?
— Это не меч! — воскликнул Муром, хватая со стола клинок. — Это Пламень!
«Пламень»
Урон: (Сила + Ловкость + Телосложение) × 2
+ Критическому урону ((Ловкость + Сила)/10)
Магический урон: Огонь
+50% огненного урона
Класс предмета: Легендарный
Скрыто, Скрыто, Скрыто
Ограничения по уровню: нет
Привязать меч к персонажу? Да/Нет
— Это не шутка? — прежде, чем привязать к себе клинок, Муром вопросительно посмотрел на Ягу.
— Такими вещами не шутят, — на полном серьезе ответила магиня.
— Да уж, — коротко хохотнул Алеша. — Если считать это авансом, то тяжело представить, с чем нам придется столкнуться!
— Мы идем на смерть, брат, — хладнокровно отозвался Муром, привязывая к себе меч. — Ты что, ещё не понял?
— С такими игрушками, — Алеша с любовью огладил свой рейнджерский доспех и потянулся за шишкой, — нам и смерть не страшна!
Он осмотрел шишку со всех сторон и, кивнув сам себе, сунул её в напоясный кармашек.
Серебряная шишка
(Масштабируемый снаряд)
Урон: 100+ (Сила + Ловкость) х Меткость
(Скрытность + Ловкость) × 10 при атаке из скрыта
+ Критическому урону ((Ловкость + Меткость)/2)
+100% урона созданиям Смерти
Магический урон: Природа
Класс предмета: Легендарный
Ограничения по уровню: нет
Возвращающийся
Привязать Серебряную шишку к персонажу? Да/Нет
— Имба, — протянул Алеша, незаметно, как ему казалось, поглаживая кармашек с драгоценной шишкой. — Лютая имба.
— Это ты ещё эту красавицу не видел! — прогудел Муром, демонстрируя другу боевую пику.
«Укол Ветра»
Урон: 100 + (Сила + Ловкость + Телосложение) × 2
+ Критическому урону ((Ловкость + Сила)/10)
Магический урон: Воздух
+50% воздушного урона
+5% шанс ударить врага Грозовым разрядом
Класс предмета: Легендарный
Активный навык «Бросок»
(Раз в десять минут можно отправить копье в полет со стартовым уроном в 1000 единиц плюс модификаторы Ловкости и Силы)
Ограничения по уровню: нет
Привязать меч к персонажу? Да/Нет
— Этим копьем можно Скверну заколоть, — усмехнулся Алеша.
— Вряд ли, — согласился Илья. — Кстати, я тут подумал… Меч у меня «Пламень», копье «Укол Ветра». Не хватает Земляной булавы и какой-нибудь Водной секиры.
— Какая-нибудь дубина под названием «Сердце гор», — поддержал друга Алеша. — И трезубец Посейдона!
— Булава «Сила гор» и секира «Ледяная смерть», — поправила Алешу Яга. — Увы, но след этих артефактов теряется на Пороге.
— Вот тебе и пошутили, — пробормотал себе под нос Алеша. — Так, стоп. Четыре стихии? Только не говори, хозяюшка, что их ещё и объединить можно!
— В этом вся суть этого набора, — Яга и не думала улыбаться. — К сожалению, я не воин и мало что знаю про этот комплект.
Муром с Алешей переглянулись и синхронно отвесили Яге поклон.
— Спасибо за… доверие, — прогудел Муром.
— Я бы сказал за веру, — поправил друга Алеша. — Это же прямой намек, что остальные составные части мы найдем на Пороге!
— Поживем, увидим, — кивнул Муром.
— Вижу, обновки пришлись вам по нраву, — Яга довольно улыбнулась. — Угодила?
— Ой угодила, хозяюшка! — согласился Алеша. — Прям в сердечко. Вот только вопросик имеется. Те подклассы, которые нам предложила Сеть, где о них можно почитать?
— На Пороге, — усмехнулась Яга. — Если попадете.
— Не если, а когда! — самоуверенно заявил Алеша.
— Как скажешь, — не стала спорить магиня.
— А Добрыня получит… гостинцы? — Мурому не давало покоя оставшееся на столе зеркальце в золотой оправе.
— Хороший вопрос, — Яга довольно кивнула. — Уже получил.
— Я так понимаю… — Муром кивнул на зеркальце. — Это… для нас?
— Все, что я смогла — это одна минута одностороннего взгляда, — Яга развела руками. — Время пошло.
Муром с Алешей не сговариваясь шагнули к столу, а в следующий момент перед ними появилась картинка.
— На Серафима посмотри, — подсказал Алеша, обращая внимание Мурома на правую руку Серафима.
Складывалось ощущение, что кто-то взял и поменял местами правые руки Серафима и аристократа.
В том, что этот самый аристократ и является Кощеем не вызывало сомнений.
Картинка подернулась туманом, но не успели богатыри возмутиться, как «помехи» прошли.
По картинке снова пробежала рябь, и диалог Добрыни и Кощея снова скакнул вперёд.
Видение вновь подёрнулось туманом, и в следующую секунду богатыри увидели орущих друг на друга Добрыню и Кощея.
Картинку снова накрыли помехи, но стоило им пройти, как богатыри увидели Кощея, кидающего в воздух осколок зеркала.
Но не успел дракон взмыть в серое небо, как видение вновь померкло.
— Бесит! — прошептал Алеша. — Когда они успели поменяться руками? Откуда взялся дракон? И правильно ли я понял, что этого костяного дракона зовут… Костик⁈
— Потом у Добрыни узнаем, — шепнул в ответ Муром.
Впрочем, стоило ряби исчезнуть, как богатыри сразу же замолчали, жадно ловя редкие моменты рабочей картинки.
И тут же, за мгновение до того, как картинка окончательно развеялась, богатыри увидели, как на границе Жизни и Смерти, мигает тусклая вспышка телепорта.
— И это все? — первым очнулся Алеша. — Но где они сейчас?
— Зуб даю, летят к нам! — заявил Муром. — Самое главное, что у Добрыни получилось убедить Кощея!
— Я не спорю с тем, что Добрыня — красавчик! — Алеша вскинул руки перед собой. — Но телепорт — это не самолет, — эльф требовательно посмотрел на Ягу. — Поэтому я повторяю вопрос — где они сейчас?
— В межмирье, — на Ягу было больно смотреть. Под глазами залегли тени, лоб разрезала некрасивая складка. — Слишком рано…
— Конкретней! — рявкнул Алеша, чья интуиция подсказывала, что дело принимает скверный оборот.
— Они зависли в межмирье, — повторила Яга. — Это я виновата! Задержала вас своими разговорами, пока клубочек подарки разыскивал и доставлял! Но я же хотела как лучше…
— Спокойно, — на помощь Алеше пришел Муром. — Чем это им грозит, и как мы можем им помочь?
— Если не зажечь маяк, они заблудятся в межмирье и навсегда останутся там…
— А маяк у нас? —требовательно протянул Алеша, уже догадываясь, что он сейчас услышит.
— В Хрустальной горе… был. И ещё один в… Золотой комнате.
— Муром, — Алеша посмотрел на богатыря. — Твои огненные крылья?
— Не выйдет, — богатырь поджал губы. — Стоп! Твой доспех. Лесная тропа. Добежишь?
— Уже бегу, — Алеша с полуслова понял мысль друга.
Он выскочил из избушки, но замер, услышав грозный крик Яги.
— Стоять! — магиня каким-то невероятным образом оказалась рядом с застывшим эльфом. — Не надо никуда бежать! Тем более ты не сможешь пройти пелену.
Алеша только было открыл рот, чтобы возразить, но Яга топнула ногой по земле, а в следующий миг с крыши избушки упала… ступа?
Если можно назвать ступой серебристую полусферу с реактивной тягой.
— Мы… полетим!
— Чтоб я ещё раз, — цедил сквозь стиснутые зубы Алеша. — Согласился на полёт… Да ещё и по своей воле… Да ещё и без парашюта…
Под ступой Яги мелькали леса, реки и даже озера Свободных земель, и все это под аккомпанемент Алёшиного бормотания.
Эльф так сильно вцепился в край полусферы, что смял необычный серебристый металл.
К счастью, Яга, чье внимание целиком и полностью уходило на управление летательным аппаратом, не заметила этого акта вандализма.
— Мы это снижаемся или падаем? — в голосе Алеши сквозила легко угадываемая истерика, и Муром не мог винить друга.
В прошлой жизни Яга была либо стритрейсером, либо пилотом истребителя. Все маневры выполнялись резко, быстро и, что самое главное, неожиданно для пассажиров.
А уж когда магиня направила свой летательный аппарат вниз, на показавшийся среди облаков Алдоил, то богатырей чуть было не выкинуло за борт.
— Под нами наш замок, — прогудел Муром, по примеру друга впиваясь пальцами в края полусферы.
— Я вижу, что там наш замок! — не выдержав, заорал Алеша. — Но мы летим прямо в Главную Дозорную башню!
Главной Д озорной башней в клане называли обычную вышку, установленную Иван Иванычем на крышу Гильдии магов.
Мало того, что сама гильдия была далеко не маленькой, так ещё и вышка достигала в длину по меньшей мере пяти метров.
И именно в этот несуразный шпиль с открытой дозорной площадкой и летела сейчас полусфера Яги.
— Главное, — выдавил из себя Муром, чувствуя, как обед вот-вот выпрыгнет наружу, — не попасть… в башню Горыныча…
Логово дракона, как официально именовалась башня Горыныча была чуть ниже Главной Дозорной башни, что это жутко нервировалоГорыныча.
Дракон хотел, чтобы его логово было самым высоким не только в Алдоиле, но и в окрестностях Малых Вых.
И именно на эту башню сейчас падала серебристая полусфера.
— Приготовиться! — командному голосу Яги мог позавидовать воевода Викуло. — Захожу на посадку!
Богатыри переглянулись и впились в края с новыми силами. Уже если сама Яга предупреждает, что нужно приготовиться…
— Йаху! — Яга, издав победный клич заложила такой крутой вираж, что богатыри чудом не вылетели за борт.
Свистнув, словно Соловей-разбойник, магиня врубила реактивную тягу, и её летательный аппарат, который чуть было не влетел в Главную Дозорную башню, замер в полуметре над ней.
— К черту такие полёты! — прохрипел Алеша, вываливаясь на открытую посадочную площадку. — Да чтоб я еще раз…
— Да ни в жизнь! — закончил Муром, вываливаясь следом.
— Приму за комплимент, — кокетливо улыбнулась Яга, отключая реактивную тягу.
Вот только серебристая полусфера, вместо того чтобы камнем рухнуть вниз, мягко опустилась на площадку.
— А что, так можно было? — во взгляде, брошенным Алешей на Ягу мелькнула тщательно скрываемая ненависть.
— Можно было, — не стала спорить Яга. — Но ведь мы торопились?
Алеша пробурчал что-то себе под нос, но спорить не стал, Муром же нашел в себе силы встать на ноги и поклониться магине в пояс.
— Спасибо… тетушка Яга.
— Бывайте, соколики, — улыбнулась магиня и помахала богатырям рукой. — До встречи.
— Надеюсь, нескорой, — едва слышно прошептал Алеша, и не собираясь подниматься.
Серебристая полусфера неохотно взмыла вверх и неспешно поплыла по небу на восток.
— Красиво летит, — протянул Муром, старательно гася попытки желудка избавиться от обеда.
— Может, когда хочет, — неохотно согласился так и лежащий на площадке Алеша. — Заметил маскировку?
— Маскировку? — Муром проследил взглядом сливающуюся с небом полусферу и задумчиво хмыкнул, — а ведь, действительно…
— Это ещё что, — подал голос Морок, висящий на поясе Мурома. — Если бы «Ступа» была в полной модификации, вы бы прилетели, во-первых, в три раза быстрее, а во-вторых, ничего бы не почувствовали.
— «Ступа»? — переспросил Муром.
— Рабочее название атмосферного летательного аппарата ариев, — охотно ответил Морок.
— А полная модификация — это?
— Полная сфера, — от Морока так и веяло радушием. — При замкнутом контуре летные, разведывательные и боевые характеристики увеличиваются в три раза.
— Ты что-то какой-то разговорчивый, — Алеша смерил меч подозрительным взглядом. — И вообще, где Иван Иваныч? Где дозорные? Не дай Бог, они проморгали наше возвращение!
— Это я блокирую попытки вашего домового пробиться к нам на площадку, — усмехнулся Морок. — К слову, моё почтение, силушку ваш глава Совета набрал… немалую.
— Зачем блокируешь? — прогудел Муром.
— О! — от Морока прошла волна приятного тепла. — Я буквально на минуту. В знак признательности хочу дать вам небольшой совет. Не считайте Ягу альтруистом. За всю ту помощь, которую она окажет, придется соразмерно заплатить.
— Включая вещи? — нахмурился Муром.
Алешу же интересовало совершенно другое:
— Какую такую признательность?
— Нет, — Морок повернулся к Мурому, — вещи останутся у вас, если вы все-таки сможете вытащить Кощея из межмирья. Что до второго вопроса, — клинок обратился к Алеше. — Вы помогли мне выиграть у Яги один небольшой, но очень нужный артефакт. Сейчас он бесполезен, но в перспективе…
— Как помогли? — не понял Алеша.
— О, тут все просто, — от Морока так и повеяло благожелательностью, — я поставил на то, что вас не стошнит, Яга же…
— Ну-ка постой, — нахмурился эльф. — Вы что, поспорили вывернет ли нас после полета?
— После полета и во время, — подтвердил Морок. — К слову, выражаю восхищение вашей выносливостью, не каждый полубог смог бы удержать завтрак после полета с Ягой.
— Муром, — голос Алеши сделался обманчиво спокоен, а сам эльф текучим движением оказался на ногах. — Дай мне меч.
— Я сам, — проворчал Муром, снимая Морока с пояса и направляясь к краю площадки.
— Эм… Вы чего, мужики? Все же в плюсе оказались?
— Муром, — Алеша догнал друга на краю площадки и указал на покрытый красной черепицей сарай. — Видишь у аграрного склада навоз для удобрения полей в повозки грузят? Там целая куча под навесом. Сможешь туда попасть?
— Я думал закинуть в окошко башни Горыныча, — прогудел богатырь, вытягивая руку с зажатым в ней мечом над краем вышки, — но твое предложение… заманчивей.
— Мужики, не надо в навоз! — запаниковал меч. — Мужики, вы чего⁈
— Мужики в поле пашут, — криво усмехнулся Алеша. — Давай, Муром, кидай его! Покажи всю глубину нашего огорчения.
— Мужчины! — Морок предпринял последнюю попытку договориться. — Не надо в навоз! Отдарюсь!
Муром с сожалением посмотрел на едва прикрытую навесом кучу навоза и покосился на Алешу.
На лице эльфа отчетливо читалось желание наплевать на откупные Морока и скинуть клинок в навоз, но здравый разум возобладал.
— У тебя десять секунд, чтобы нас заинтересовать.
— Вот! — перед лицом Алеши появился хрустальный пузырек.
— И что это? — поморщился Алеша. — Какое-то зелье? Да наши алхимики наварят в десять раз круче!
— Это Живая вода, — вкрадчивым голосом ответил Морок. — Надеюсь, вы понимаете, что это такое?
— Можно будет кого-то оживить? — предположил Муром.
— Можно, — неохотно отозвался Морок. — Вот только если полить им любое живое существо, то оно станет в два раза сильнее.
— Полить? — переспросил Алеша.
— Напоить, — поправился Морок. — Конечно же я хотел сказать, напоить.
— Ясно, — Алеша тяжело вздохнул и ловким движением сцапал хрустальный пузырек. — мы свое слово держим. Не будем кидать тебя в навоз.
Эльф скользнул по мечу недовольным взглядом и посмотрел на друга, который все также держал меч на вытянутой руке.
— Отпускай его, Муром.
— Как скажешь, — прогудел Муром и разжал пальцы.
— Мужчиныыыыыыыы! — по ушам хлестнул удаляющийся вопль Морока. — Так нечеееестно…
— Ты чего, брат? — Алеша с удивлением посмотрел на друга. — На кой черт ты его бросил?
— Ты сам сказал, отпускай, — пожал плечами Илья.
— Муром, не лечи меня, — в голосе Алеши явственно читалось раздражение. — Ты это специально сделал!
— Ну и что с того? — усмехнулся Муром.
— Зачем⁈
— Да бесит он меня, — вздохнул богатырь. — Достал свои мутные комбинации через нас проворачивать.
— Сейчас-то он чем тебе не угодил? — удивился Алеша.
— Сначала спор, потом барьер от Иван Иваныча, затем чудесное появление откупных, которыми хорошо бы что-то полить, — Муром закатил глаза. — Нас снова использовали, Алеш. Морок лишь создал условия, чтобы дать нам пару капель Живой воды.
— Которой хватит только на усиление меллорна, — кивнул Алеша. — Это я тоже сообразил. Но все остальное… Надо было все-таки швырнуть его в навозную кучу.
— Надо было, — согласился Муром. — Но мы дали слово.
— Это да, — поморщился Алеша. — А если он обидится?
— Скажем, что мы подыграли, — прогудел Муром. — Чтобы со стороны выглядело естественней. Да и не обидится он. На его уровне эмоции — непозволительная роскошь.
— Согласен, — Алеша расплылся в довольной улыбке. — Слушай, брат, это ж какие перспективы-то открываются…
— Главное не переборщить, — усмехнулся Муром и неожиданно гаркнул в сторону главного замка. — Иван Иваныч, ты где там?
— Я уже здесь, — тут же материализовался домовой, словно только и ждал приглашения. — Ваши действия в отношении этого неприятного меча поддерживаю целиком и полностью.
— Кстати, насчет этого, — кивнул Муром. — Во-первых, распорядись, чтобы кто-нибудь его подобрал и принёс в Тронный зал. А во-вторых, подумай насчет защиты от всяких полубожестенных и божественных сущностей.
— Поддерживаю, — кивнул Алеша. — А то не дело это. В собственном доме терпеть такие вот выходки? Невместно это.
— Невместно, — подтвердил домовой. — Вот только для создания защиты такого типа нужно огромное количество уникальных ресурсов…
— Считай, ты только что получил добро, — Муром переглянулся с Алешей. — Наш дом — наша крепость.
— Будет сделано! — Домовой аж засветился от счастья. — Даже если…
— Даже если это будет значить, — перебил его Алеша, — что ты сам станешь на одну ступеньку с местными богами.
— В лепешку расшибусь! — от развернувшихся перед ним перспектив, у Иван Иваныча аж дух перехватило. — Алдоил станет неприступным!
— Смету мне на стол не забудь, — посчитал нужным напомнить Муром, добавляя к прянику кнут. — И вообще, Иван Иваныч. Труби срочный сбор Совета.
— И передай Репсаку просьбу подготовить Золотую комнату, — приказал Алеша. — Будем вытаскивать кое-кого из межмирья.
— Мастера Добрыню? — догадался домовой.
— И не только, — усмехнулся Алеша. — Будет еще один… пассажир.
— Да такой, — подхватил Муром, — что где-то зайдется икотой один, хе-хе, Темный властелин.
— Темный властелин? — не понял Иван Иваныч.
— Бадан а-ля Некромикон Зловещий, — усмехнулся Алеша.
— И кто же этот… пассажир? — заинтересовался Иван Иваныч, одновременно с этим раздавая команды своим подиненным-домовичкам. — Неужто… Кощей Бессмертный?
— Он самый, — Алеша хлопнул домового по плечу. — И не один, а… с Костиком!
— Ну, здравствуйте, друзья!
Муром обвел взглядом собравшихся в Тронном зале разумных и, не удержавшись, улыбнулся.
Стоило по Алдоилу и Малым Выхам прокатиться новости о возвращении богатырей, как в замок начал прибывать руководящий состав клана.
Кто-то, как мэр Плехан, не раздумывая, отменил городское совещание по планированию бюджета, кто-то, как воевода Викуло, прыгнул телепортом из пограничной стычки с нежитью.
У всех, так или иначе, были важные дела, но ни один соратник богатырей не проигнорировал Совет клана.
Мэр и по совместительству Верховный чародей Плехан, Воевода Викуло, Главред Оркдан, Управляющий банком Эльдуол, Судья Росомаха, глава пиар-отдела Кубик, глава разведки Страж, наставник Корд, казначей Вовочка, глава Ордена брат Репсак, магнат барон Огюст Божеский и домовой Иван Иваныч.
На Совет пришли все.
Вообще, Муром с Алешей с удовольствием бы отложили Совет на потом, но Иван Иваныч и брат Репсак, с которыми богатыри успели перекинуться словечком, ясно дали понять — просто так портал в Межмирье не открыть.
Во-первых, нужно много энергии, а, во-вторых, Круг Призыва. Причем в последнем участвовать могли только одаренные и только по доброй воле.
Репсак заверил богатырей, что его помощники уже готовят все необходимое, а Иван Иваныч намекнул, что на Совете «решится один очень важный момент».
Конкретней домовой говорить отказывался и лишь загадочно улыбался.
В общем, Мурому и Алеше не оставалось ничего другого, как начать Совет, и «сюрприз» не заставил себя ждать.
— Со многими мы виделись, кажется, вечность назад, — Муром с виноватой улыбкой посмотрел на Огюста, Эльдуола и Вовочку. — С кем-то хоть и пересекались, но урывками и сугубо по деловым вопросам…
— А именно на прошлом совете, — подсказал Иван Иваныч, и все заулыбались.
— Да, на Совете.
Муром согласно кивнул и поправил висящий на поясе клинок — домовой дисциплинированно доставил Морока в Тронный зал, но меч обиженно молчал, дуясь за свой «полёт».
— И сейчас, — Муром с теплой улыбкой обвел взглядом сидящих в зале разумных, — прежде чем начать, хочу поблагодарить каждого из вас за верность общему делу. За то, что продолжали развивать свое направление несмотря на войну с нежитью Бадана…
— И нашу… командировку, — подхватил Алеша. — Надеюсь, никто не думает, что мы бросили свой клан в тяжелое для него время?
Сидящие на совете разумные дружно загомонили, всем своим видом показывая, что и в мыслях не было!
— Однажды, — Муром взмахом руки восстановил тишину в Тронном зале, — один мудрый человек сказал: Кадры решают всё. И сейчас я вижу, что бы ни случилось, клан и город находятся в надежных руках!
Со всех сторон раздались аплодисменты, и Муром не смог сдержать улыбки. Сейчас, сидя в окружении своих, он чувствовал, что находится… дома.
— И прежде, чем мы начнем…
— Прошу прощения, глава, — мэр Плехан поднял руку, словно школьник. — Разрешите сказать?
— Смотря что, — нахмурился Муром, который планировал перед началом совета пожаловать вассалитет, а тут его практически с ходу перебивают!
— Это действительно важно, — уверенно заявил мэр и по совместительству Верховный чародей Малых Вых. — Дело в том, что сейчас произойдет… покушение.
Муром вопросительно вскинул брови, не зная, что сказать, а вот Алеша не растерялся.
— Серьезно? — эльф мгновенно подобрался и даже немного повеселел, что ли? — И кто же это у нас такой отчаянный?
— Местная оппозиция, — Плехан с улыбкой посмотрел на Оркдана и Стража. — Будут примерно через…
— Пять минут, — подсказал немногословный Страж. — Уже заходят во дворец.
— Просто так входят? — нахмурился Муром.
— Охрана якобы подкуплена, — охотно принялся объяснять Плехан. — Мы решили сократить количество жертв до минимума и расчистили им путь до Тронного зала.
— Долго нас не было, — Муром достал из Инвентаря шлем. — Многое… поменялось.
— Ой да ладно тебе, Муром! — Алеша, в отличие от друга не видел в происходящем ничего плохого. — Более, чем уверен, что Страж знает, что делает.
— Абсолютно, — подтвердил глава разведки.
— К тому же, — Алеша уважительно поклонился наставнику Корду. — В Совете есть кому присмотреть за… молодым поколением.
— Я до сих пор считаю план Стража и Кубика блажью, — наставник Корд не стал стесняться в выражениях. — Заговорщиков нужно давить на выходе из дома, а не давать им возможность добраться до Тронного зала.
— Простите, наставник Корд, но в этом вопросе я с вами не согласен, — вступил в беседу возмужавший Кубик. — Если бы схватили этих ребят на улице, они стали бы мучениками борцами с, хе-хе, жестоким режимом выживших из ума дедов. Сейчас же…
— Стоять, — Алеша аж крякнул от неожиданности. — Это кто ещё выжившие из ума деды?
— Это не мои слова, — тут же отреагировал Кубик. — Это цитата бунтовщиков.
— Мне нужны те, кто стоят за этой попыткой переворота, — скрипнул зубами Алеша. — Живыми.
— Именно поэтому мы ждем их здесь, — Страж едва слышно свистнул, и из-за висящих на стенах гобеленов показались стрелки с заряженными арбалетами. — Есть подозрение, что агент влияния Темных находится в замке.
— Темных? — Алеша переглянулся с Муромом. — Не имперцы?
— В империи Евразар идет гражданская война, — вместо Стража ответил мэр Плехан. — Были попытки захватить Малые Выхи со стороны нескольких герцогов, но они увязли в войске нежити.
— А Темные, получается, справились, — Муром покачал головой. — Раз у них силы остаются на такие вот гадости.
— Я бы сказал, что это их единственный шанс выжить, — не согласился Страж. — Они не выстоят против нежити. А под нас им гордость идти не позволяет.
— А мы бы взяли? — удивился Алеша.
— Вряд ли, — с явным сожалением вздохнул Плехан. — Но помочь — помогли бы.
— Сами себе злобные буратины, —подытожил Страж. — Сейчас точно никаких мирных договоров с Темной империей не будет. Ну, по крайней мере, я, как представитель разведки, точно буду против.
— Мы обсудим этот вопрос, — поморщился Плехан, которого, судя по всему, не устраивала категоричность Стража.
— Да чего там обсуждать… — проворчал рейнджер.
— Э нет, друг, тут ты не прав, — усмехнулся сидящий рядом с ним Кубик. — Мы эту историю таким образом подадим, что в плюсе окажемся!
— Предатели, наносящие удар в спину своему же народу, да еще и во время войны за выживание? — предположил Алеша.
— Именно! — Кубик расплылся в довольной улыбке. — Мало того, что мы всю сеть вскрыли и всех предателей в одном месте собрали, так ещё и наш народ сплотим!
— Главное, чтобы обошлось без жертв, — справедливо заметил Судья, прикрывая глаза.
— О! — Викуло выложил на стол перед собой боевой молот. — Без жертв не обойдется. Это я вам гарантирую.
— Э, нет, Викуло! — Алеша вскинул свой лук. — Они мои.
— Держи карман шире, — усмехнулся Оркдан. — Кто успел — того и тапки!
— А давайте кто больше заговорщиков перебьет, тот и победил? — предложил Алеша. — Приз какой-нибудь организуем?
— Брат, ты серьезно? — удивился Муром, для которого происходящее начало казаться диким фарсом.
— Да брось, Муром! — отмахнулся эльф. — Народ устал. Народ хочет развеяться. А тут хорошая драка сама в гости идет!
— А если они хотят поговорить? — Муром и не думал сдаваться. — Может, это мирная оппозиция? И вообще…
Гдадах!
Мощный взрыв вынес парные створки из железного дуба, и сквозь клубы дыма в Тронный зал полетели тусклые росчерки молний и огненные болты.
Следом в зал ломанулись закованные в сталь воины, которых прикрывали арбалетчики и маги.
Про диверсантов и рог можно было и вовсе не упоминать — эти лезли в Тронный зал, словно тараканы.
— Мочи козлов! — Алеша вскочил на стол и принялся посылать в облако дыма одну стрелу за другой. — Ох ты! С ними маги!
— Маги на мне и брате Репсаке! — крикнул Плехан, и не думая вставать со своего стула.
Мэр и по совместительству Верховный чародей лишь повернулся ко входу в Тронный зал и сделал пару пассов руками, активируя заранее заготовленные заклинания.
Дымовую завесу мгновенно прибило к земле, а стол оказался прикрыт золотистым защитным куполом.
— Кубик, сам справишься? — Оркдан, доставший из Пространственного кармана ростовой щит и шлем, вооружился моргенштерном, но отчего-то до сих пор медлил у стола.
— Справлюсь, — отозвался эльф, развешивая в зале записывающие магические конструкты. — Материал отправлю прямиком в типографию!
— Другое дело! — заревел главный редактор медиа-холдинга «Богатырские вести», бросаясь ко выходу в Тронный зал.
Мурому, глядя на все это, только и оставалось, что качать головой.
Сперва он хотел кинуться в самую гущу битвы и возглавить оборону, но по прошествии нескольких секунд понял, что в этом нет необходимости.
Плехан и брат Репсак надежно прикрывали весь Совет магическим щитом, время от времени выбивая особенно обнаглевших магов или тихушников из числа бунтовщиков.
Воевода Викуло, главред Оркдан, барон Огюст Божеский, Страж и наставник Корд яростно рубились с первыми рядами нападавших, встав стальной стеной на пути у атакующих.
Причем, если Викуло и Оркдан выступали в роли танков, принимающих на себя многочисленные удары, то Огюст и Корд без промаха разили по врагам, обходясь без тяжёлых рыцарских лат.
И если в случае барона дело было во многочисленных защитных артефактах, отклоняющих атаки как сталью, так и магией, то Корд просто-напросто уклонялся, двигаясь словно лесной барс.
Страж же, удивительным образом комбинировал стойкость танков и ловкость дэмагеров.
Будучи по классу Стражем первой линии, Страж настолько виртуозно владел двумя клинками, что создавалось впечатление, будто перед ним находится стальная стена.
И эти пятеро воинов ближнего боя настолько уверено сдерживали превосходящего в пять раз противника, что им даже не требовалась помощь Мурома.
Управляющий банком Эльдуол, которого Илья планировал повысить до председателя центрального банка, соревновался в меткости с Алешей и Кубиком.
И если банкир стрелял чуть ли не быстрей Алеши, то Кубик заметно отставал.
Шутка ли! Глава разведки не просто выцеливал вражеских магов и попытавшихся зайти через фланг рог, но и управлял артефактами, записывающими бой.
Судья Росомаха, один из немногих оставшихся сидеть за столом, в какой-то момент не выдержал и, подхватив свою булаву, отправился на помощь Кубику.
Он каким-то образом видел невидимок, которые всеми правдами и не правдами пытались пробраться в тыл.
Они старались просочиться с флангов, лезли по стенам, и даже по потолку!
Борис Сергеевич выбивал лазутчиков из невидимости и связывал их боем до тех пор, пока Алеша или Кубик не превращали очередного рогу в подушечку для иголок.
Даже Вовочка и тот не остался в стороне.
Казначей клана занял позицию сбоку от Мурома и удивительно метко стрелял по вражеским шпионам из огромного многозарядного арбалета с массивным барабаном, подающим болты.
И только Муром с Иван Иванычем были не у дел.
Богатырь, конечно, внимательно следил за сражением, готовясь в случае чего заткнуть слабое место собой, ну а домовой, болтая ногами, тянул из блюдечка чай.
Время от времени со стороны атакующих начинало пованивать Скверной, но брат Репсак, принявший форму золотого голема, негромко топал, и от него расходилась золотистая волна.
Эманации Скверны мгновенно исчезали, и бой продолжался.
— Ты же можешь остановить это в любой момент, так? — в какой-то момент Муром перестал то и дело стискивать рукоять меча и посмотрел на безмятежного домового.
— Могу, — подтвердил домовой. — Но Плехан со Стражем так старались, собирая всех заговорщиков в одном месте… Разве я ж я могу обесценить их труды? Да и потом, эта битва окончательно сплотит Совет.
— Разумно, — признал Муром. — Вот только что-то мне подсказывает, что из заговорщиков здесь далеко не все.
— Мастер Муром изволит шутить? — улыбнулся Иван Иваныч. — Недовольных много, но это, в основном, недалекие люди, которые привыкли завидовать всем вокруг и ругать руководство. Им все то не так, то не эдак. Здесь только те, кто решился на переворот.
— Совсем как в реальной жизни, — усмехнулся Муром. — Кто меньше всех трудится, тот больше всех возмущается.
— Если брать во внимание статистику, то так и есть, — согласился домовой. — Но из них мало кто решится последовать примеру этих неудачников.
Количество неудачников стремительно уменьшалось, отступить же им мешала полупрозрачная полусфера, заблокировавшая выход.
— Здесь, получается, все радикалы и шпионы Темных?
— Не все, — домовой отхлебнул чай. — Мастер Страж предложил сыграть оставшихся втемную, чтобы дезинформировать их кураторов из Темной империи.
— Смотрите, — Муром покачал головой, — главное в этом деле — не перемудрить.
— Я держу этот вопрос на контроле, — заверил богатыря домовой. — Что в замке, что в городе. Сегодня уже трое вражеских лазутчиков поскользнулись у себя дома и разбили себе затылки. Насмерть.
— Будь осторожен, Иван Иваныч, — Муром посмотрел домовому в глаза. — Власть — развращает. Подчас начинает казаться, что ты знаешь, как сделать лучше, причем, минуя все легальные институты власти.
— Я…
— Ты дослушай сначала, — Муром не дал себя перебить. — В моем мире мы это уже проходили. Только на твоем месте был Искусственный Интеллект. Он тоже получил под свой контроль целый город, и первые десять лет все было просто замечательно…
— А потом? — заинтересовался домовой.
— А затем, проанализировав, сколько шуму, грязи, отходов и материального вреда от полумиллиона человек, ИИ решил, что без людей, город будет чище и просуществует дольше.
— Он их всех… убил?
— Попытался, — усмехнулся Муром. — Подал в водопровод специальный химический состав. К счастью, дежурный оператор вручную заблокировал это в высшей степени прагматичное и рациональное, но бесчеловечное решение.
— Я не Сеть, — резонно возразил Иван Иваныч. — Всего лишь скромный домовой…
— Имеющий власть над целым городом, — напомнил ему Муром. — Одной ногой стоящий на пороге пантеона.
— Но…
— Ты видишь все правонарушения, ты можешь сам вынести приговор и тут же привести его в исполнение, но можешь не значит должен. Для этого есть система законодательной и исполнительной власти, которую мы с таким трудом выстраивали.
— Я же хотел как лучше, помочь Стражу…
— Это еще не все, Иван Иваныч. Если ты начнешь помогать выявлять шпионов, раскрывать диссидентов, разыскивать воров и наказывать убийц, городские службы обленятся. Потеряют тонус.
— Но… почему⁈
— А зачем напрягаться, думать, пытаться решить вопрос, если за тебя это сделает добрый Иван Иваныч?
Блюдце с чаем оказалось позабыто, как, впрочем, и угасающий бой.
— Я об этом не задумывался, — с явной неохотой признал домовой. — Когда нет цели и стимула, нет мотивации что-то делать, да?
— Именно, — кивнул Муром. — Помогай, подсказывай, направляй. Но так, чтобы это было неочевидно. Так, чтобы городские службы развивались и улучшались. Ведь разумные — это не бездушные големы. Тут и эмоции, и личностные отношения, и настроение…
— Я понял тебя, мастер Муром, — домовой посмотрел богатырю в глаза. — Понял.
— Вот и ладушки, — отечески улыбнулся Муром и кивнул на дрогнувших диверсантов. — Заканчивайте тут и вернемся к совету. Время — на вес золото.
— Понял, — домовой взял под козырек и щелкнул пальцами.
В следующий же момент оставшиеся на ногах маги, стрелки и воины начали повально поскальзываться на ровном месте, чем тут же воспользовались члены Совета.
— Пленных оставьте! — крикнул Кубик, сообразив, что еще немного и все нападающие будут перебиты. — Для показательного суда!
— Двух хватит? — уточнил Алеша, не переставая пускать стрелы. — Точнее одного?
— Все назад! — громогласно приказал Викуло, убеждаясь, что из почти сотни изменников и вражеских агентов в живых остался всего один человек. — Назад!
— На моем счету двенадцать!
— Пятнадцать!
— Восемь…
— Двадцать два!
— Эй, куда за стол, здоровяк, кто будет за собой убирать?
Члены Совета, в жилах которых до сих пор кипел адреналин, медленно отходили от горячки боя.
Муром отлично понимал, что циничный подсчет «очков» и пренебрежительное, напоказ, отношение к перебитым заговорщикам — это защитная реакция и отходняк после боя.
На душе было гадко — пусть эти изменники и шли их убивать, но та легкость, с которой была пресечена попытка мятежа вызывали одну-единственную ассоциацию — побоище.
— Это было побоище, — прошептал Муром, глядя на ещё теплые тела несостоявшихся убийц совета.
— Это плохо? — уточнил домовой, параллельно с этим очищая Тронный зал от тел и оставшихся после мятежников артефактов.
— Не знаю, — вздохнул Муром. — Но зато я знаю другое. Даже если с нами, — Илья посмотрел на Алешу, имея в виду основателей клана, — что-то случится, город и замок устоит. И это как раз-таки, хорошо.
— А я сделаю все, чтобы так оно и было, — пообещал Иван Иваныч.
— Я знаю, мой друг, — Муром хлопнул домового по плечу. — Ну а теперь… Продолжим заседание Совета!
— Что ж, — Муром покосился на висящие на стене часы. — Ещё доклады на сегодня будут?
— Нет, — за всех ответил мэр Плехан. — Доклад брата Репсака был последний.
Изначально Муром собирался начать Совет с раздачи слонов — то бишь, пожаловать соратникам по клану вассалитет и титулы, но после нападения передумал.
Как бы не балагурили члены Совета, как бы ни храбрились, но бой вышел непростым.
И дело было не в умении — в этом плане верхушка клана «Три богатыря» была на высоте, и даже не в многочисленных артефактах, которые использовали мятежники.
Дело было в процессе.
Трудно остаться невозмутимым, когда счет убитых твоей рукой перевалил за десяток, а враги все не кончаются.
И пусть тот же самый Муром мог выйти против двадцати сильнейших воинов мятежников и с легкостью их одолеть, но морально это было тяжело.
Убивать, если ты не профессиональный военный, всегда тяжело, и неважно сколько у тебя за спиной сражений.
И не все в Совете были профессиональными военными.
Одно дело Алеша, Викуло, Страж, наставник Корд и брат Репсак, которые и не думали страдать угрызениями совести, другое — остальные управленцы.
Да и потом, если наставник Корд и Воевода Викуло восприняли бой как должное, то Алеша и Страж, по мнению Мурома, имели другую мотивацию.
Можно было подумать, что для них это сражение воспринималось, как игра, но Муром чувствовал, что это не так.
Просто эти ребята раз и навсегда решили для себя, что жизнь врага, посягающего на семью, клан, страну, не стоит ничего. И они просто делали свою работу, очищая этот мир от зла.
Но не всем так легко далась эта бойня.
Мэр Плехан то и дело посматривал на свои руки и, забываясь, начинал тереть руки, словно в попытках стряхнуть с них чужую кровь.
И это при том, что мэр занимался в основном прикрытием товарищей от магических атак противника!
Оркдан хоть и сохранил невозмутимость, но главреда время от времени потряхивало — да, будучи гномом он знал с какой стороны браться за свой моргенштерн, но он был не военным.
Писателем, редактором и даже в какой-то степени рекламщиком, но не военным, и бой с мятежниками дался ему непросто.
Судья Росомаха, которому тоже пришлось пустить в ход свою булаву и вовсе то и дело кривился — пожилой уже судья явно переживал, что дело зашло так далеко.
Эльдуол весь Совет просидел бледный. Немного отвлекся, когда пришел его черед делать доклад по финансовым составляющим банка, но по эльфу было видно, что он до сих пор не в своей тарелке.
Что касается Кубика, Вовочки и Огюста, то на их счет у Мурома были смешанные впечатления.
С одной стороны, ребята вели себя спокойно, словно пару часов назад не было этого побоища. С другой — чувствовалось, что была вынужденная необходимость.
Что глава пиар-отдела, что казначей клана, что бывший магнат Сибурска — все они привыкли вести бой на другом поле боя.
Вовочка с Огюстом безостановочно вели финансовые войны, Кубик все свое внимание отдавал битве за умы.
И отдельно от всех шли глава Ордена брат Репсак и домовой Иван Иваныч.
Для них случившаяся бойня была чем-то незначительным, чем-то…приземленным, что ли?
Муром никак не мог оформить вслух свои ощущения насчет домового и главы Ордена, но он печенкой чуял, что им и Советом воспользовались.
Да, он понимал, зачем это было нужно, да Иван Иваныч предупредил его перед совещанием об «очень важном моменте».
Муром был не дурак, и, связав одно с другим, понял, что этот мятеж и последующий бой и были… подготовкой к Кругу Призыва.
Собственно, об этом брат Репсак и сказал в своем докладе.
Про Круг Призыва не было сказано ни слова, но золотой голем четко обозначил текущую проблему — Скверну сейчас удерживают только Чумные доктора и Орден.
Причем Чумникам приходится прилагать сверхусилия, в то время как орденцы берут за счет стальной воли и силы духа.
За все время выступления Репсак трижды использовал слово «добровольно» и четырежды «по доброй воле» и раз семь «одаренные».
Не нужно было быть дураком, чтобы понять — Репсак и Иван Иваныч подготовили почву для финального выступления Мурома.
И богатырь чувствовал, что правильно будет сначала рассказать соратникам про Круг Призыва и только потом раздавать вассалитет, титулы и новые назначения.
Да, выгоднее было бы сначала что-то дать, прежде чем просить от соратников пойти на смертельный риск, но правильно будет поступить ровно наоборот.
Муром не мог объяснить словами, почему, но твердо знал — в таком щекотливом деле, как поиск добровольцев не должно быть ни капли манипуляций.
И отсутствие на Совете второго магната Сибурска, Фанияра Обусько было тому подтверждением.
Фанияр был не последним магом и имел все шансы возвыситься в клане, но выбрал другой путь.
Впрочем, когда Муром узнал, что Фанияр предпочел убыть торговым кораблем в столицу, богатырь нисколечко не расстроился. Насильно мил не будешь, и лучше уйти сразу, чем потом подвести в самый неожиданный момент.
Как, например, сейчас.
Ведь от финала сегодняшнего Совета зависит не просто многое, на кон поставлена судьба клана, города и мира.
— Друзья! — Муром окинул сидящих в зале тяжелым взглядом и поправил висящий на поясе клинок — Морок до сих пор молчал, и не думая отпускать привычные комментарии. — Мы все устали, как физически, так и морально.
— Устали не то слово, — хмыкнул Алеша.
— Верно, — кивнул Муром. — Не то слово. И у меня для вас две новости.
— Хорошая и плохая? — вновь влез Алеша.
— Начнем с хорошей, — Муром бросил на друга благодарный взгляд.
Несмотря на то, что Алеша вроде как перебивал друга, но по факту он как будто вставал рядом, чтобы подставить плечо под тот груз ответственности, который свалился на Мурома.
— Совсем скоро, друзья, — Муром посерьёзнел, — у нас появится шанс выкинуть Скверну из нашего мира.
— Только Скверну? — уточнил Плехан.
Мэр, как и остальные члены Совета внимательно слушали речь Мурома, но этот момент был слишком важным, чтобы оставить его без уточнения.
— Бадан не смог усидеть на двух стульях и сделал ставку на Скверну, — кивнул Муром. — Брат Репсак, что это значит?
— Бездна будет вынуждена уйти, — немедленно отозвался глава Ордена. — Точнее, уже ушла. Я-то думаю, отчего нежить стала хоть и сильнее, но справляться с ней чуть проще…
— Брат Репсак, — Муром посмотрел на золотого голема, — нам нужно точно знать, учитывать ли Бездну в текущих раскладах.
— Здравый смысл подсказывает, что нет, — не задумываясь ответил Репсак. — Скверна и Бездна вынужденно оказались союзниками исключительно по воле Бадана. Они действовали совместно, но ни на секунду не переставали вести борьбу за проводника.
Брат Репсак кивнул сам себе и продолжил.
— И раз Бадан сделал свой выбор, то… Скверна не допустит присутствия конкурента на землях, которые она считает уже своими. Даю 95% вероятность того, что Бездны нет в нашем мире.
— А если она успела найти своего проводника? — предположил Алеша.
— Исключено, — Репсак покачал головой. — Это невозможно. Но я немедленно проведу соответствующую проверку.
— Я не понял, — прогудел Викуло. — Это и есть хорошая новость? Что Скверна осталась одна?
— Хорошая новость в том, что скоро у нас будет шанс избавиться от неё раз и навсегда, — терпеливо повторил Муром.
— Насчет навсегда — это вряд ли, — не согласился Репсак. — Что до шанса — это действительно так.
— И что для этого нужно сделать? — Судья Росомаха внимательно слушал Мурома, не забывая делать пометки в своем блокнотике.
— Парадокс, но мы должны её приманить.
— Её — это Скверну, — тут же пояснил Алеша.
— Да, именно, — Муром благодарно кивнул. — Активировав межмирный портал Золотой комнаты, мы создадим мощный пространственный маяк, и Скверна не сможет его проигнорировать.
— Не сможет или не захочет? — вновь уточнил мэр Плехан.
— Не сможет, — вместо Мурома ответил брат Репсак. — Физически не сможет.
— В чем подвох? — Викуло недоуменно нахмурился.
— Первое, — голос брата Репсака хоть и звучал бесстрастно, но все сидящие в зале почувствовали волнение, разливающееся вокруг золотого голема. — Скверна попытается захватить этот портал.
— Ну, это логично, — прогудел Викуло. — Мы готовы к осаде.
— Даже если нежить полезет по всему периметру нашей стены? — поморщился Страж.
— Её столько не будет…
— Нам хватит и того, что есть, — не согласился Страж. — Если нежить сумеет замкнуть вокруг нас кольцо, то нам банально не хватит воинов, чтобы удержать всю стену.
— Нам придется, — брат Репсак едва заметно пожал плечами. — Достаточно будет одного-единственного немёртвого, чтобы заразить портал Скверной.
— Стоп! — Плехан хлопнул рукой по столу. — Даже если это будет мертвая муха?
— Поправка, — бесстрастно отозвался Репсак. — Немертвый должен нести в себе достаточно Скверны. Скелет, химера, на крайний случай неупокоенная гарпия.
— Гарпия? — переспросил Страж. — За все мое время нахождения на посту главы разведки, не было зарегистрировано ни одного случая появления гарпий.
— Это пример, — Репсак даже не посмотрел на Стража. — Захватить портал сможет только зараженный Скверной разумный или немертвый, бывший когда-то разумным.
— Воевода, — Муром посмотрел на Викуло. — Необходимо обеспечить защиту Золотой комнаты.
— Сделаем, — кивнул Викуло. — Только я до сих пор не понял, зачем нам притягивать к себе Скверну. И уж тем более открывать мощный межмирный портал.
— Портал мы открываем для того, чтобы вытащить из межмирья Добрыню и Кощея, — Муром и не подумал утаивать информацию от своих соратников. — У Добрыни — меч-кладенец. У Кощея…
— Кощей, — перебил друга Алеша, — будучи некромантом, поможет разобраться с армией Бадана.
На мгновение в зале воцарилась тишина, которую почти сразу же прервал Кубик.
— Дико извиняюсь, но брат Репсак сказал «Первое», но «Второе» мы так и не услышали.
— Второе, — невозмутимо продолжил Репсак, — если Скверна сумеет захватить портал, то в её распоряжении окажутся постоянные врата в один из оскверненных миров.
— Это сильно плохо? — уточнил Страж.
— Максимально, — подтвердил Репсак. — Обычно миры, захваченные Скверной поражены на 98–99%.
— Стоп-стоп-стоп! — Алеша постучал по столу. — Ты хочешь сказать, что в захваченных Скверной мирах кто-то до сих пор выживает и сражается?
— Разумеется, — Репсак и не подумал смущаться. — Для таких сущностей, как Скверна и Бездна, наши миры лишь поле боя.
— Но разве Скверна не может захватить мир на 100%? — Алеша упрямо продолжил гнуть свою линию.
— Может, но для неё выгодней пустить силы на дальнейшую экспансию. Обычно, время делает за Скверну всю её работу.
— Чисто гипотетически, — Алеша принялся гипнотизировать Репсака взглядом. — Есть ли шанс победить Скверну после того, как мир ей захвачен?
— Есть, — подтвердил Репсак. — Но чем большую территорию контролирует Скверна, тем меньше вероятность. Обычно островки выживших существуют в подземельях или около мест Силы, но им постоянно приходится сражаться за свое существование.
— Ладно, — прогудел Муром. — О том, что происходит с захваченными Скверной мирами предлагаю послушать потом. Сейчас же нужно принять важное решение.
— Открывать портал или нет? — предположил Плехан. — Ведь если мы на это пойдем, под удар попадет все население Малых Вых.
— Нет, — Муром покачал головой. — Это решение уже принято. Портал будет открыт в любом случае.
— Ты шутишь? — не поверил Плехан. — И кто же принял такое серьёзное решение?
— Я, — Муром посмотрел в глаза мэру и по совместительству Верховному чародею Малых Вых.
— И я, — поддержал друга Алеша. — Мы.
— Вот только Совет… — начал было Плехан, но был тут же перебит домовым.
— Совет в лице меня, наставника Корда и брата Репсака поддерживает решение основателей клана. На кону стоит судьба мира.
Алеша поморщился от пафоса, который Иван Иваныч подпустил в голос, но не стал ничего комментировать.
Как ни крути — домовой был прав.
— Малые Выхи способны выдержать удар нежити и без Добрыни с Кощеем, — нахмурился Плехан. — Я понимаю, что он Добрыня — ваш друг, но пожертвовать ради двух разумных целым городом и вообще миром… Это в моей голове не укладывается.
— Малые Выхи продержатся от силы лет десять, — в голосе Репсака не было ни грамма сожаления. — Увы, но время играет не на нас. Империя Евразар медленно, но верно уступает давлению армии немертвых. Темные пытаются заигрывать с Баданом, остальные государства решили отсидеться в сторонке, надеясь, что их пронесет.
— Не пронесет, — вздохнул Иван Иваныч.
— Нет, — подтвердил Репсак. — Этот мир уже обречен. И единственный шанс это изменить — открытие портала.
— Должен быть какой-то другой выход! — в отчаянье воскликнул Плехан. — Его не может не быть!
— Вопрос насчет портала — решенный, — хмуро произнес Муром. — Сейчас стоит вопрос в…
— Я против! — вскинулся Плехан. — Я не отдам свой город, свою империю на заклание!
— Мы никого не держим, — Алеша бросил на мэра недовольный взгляд. — И не забывай, это и наш город тоже.
— Ах так! — Плехан вскочил на ноги. — Ну и творите тогда, что хотите! Но без меня!
И мэр, повернувшись на каблуках, зашагал к выходу.
— Вернуть его за стол? — Иван Иваныч вопросительно посмотрел на Мурома.
— Пусть идет, — богатырь с тяжелым сердцем посмотрел в спину покидающего зал мэру. — Это его выбор.
— Кто-нибудь ещё хочет к нему присоединиться? — процедил Алеша, даже несмотря на мэра.
— Не так, — неохотно поправил друга Муром. — Если кто-то еще не согласен, то лучше уйти сейчас. Даю слово, не будет никакого преследования или наказания.
— А я бы так не торопился, — поморщился Алеша.
— Алеша…
— Ладно-ладно, — эльф закатил глаза. — Солдат ребенка не обидит.
— Мы остаемся, — прогудел Викуло, посмотрев на членов Совета. — Что до Плехана… Не судите его строго. В последнее время слишком много всего на него навалилось.
Алеша хотел было сказать — «как и на всех нас» но вместо этого лишь махнул рукой. Ушел- и ушел.
— Что ж, — Муром обвел своих соратников внимательным взглядом. — Продолжим.
— Да уже заканчивать пора, — буркнул Алеша.
— Для того, чтобы открыть портал нужно создать Круг Призыва. В нем могут участвовать только одаренные и только добровольно.
— Исключительно по доброй воле, — подхватил Репсак. — И это важно. Если внутри есть внутренний протест, сомнения, неуверенность, лучше сразу сказать об этом.
— И не нужно ориентироваться на всех, — вздохнул Муром. — Поверьте, никто никого не осудит.
— Да хватит уже, — прогудел Викуло. — Тут не школьники сидят. Не нужно уговаривать нас уйти.
— Согласен, — криво усмехнулся Оркдан.
— И я, — кивнул Эльдуол.
— Поддерживаю, — Судья откинулся на стул.
— Я в деле, — Кубик нашел в себе силы улыбнуться.
— Тоже, — поддержал товарища Страж.
— Это будет славная битва! — наставник Корд прикрыл глаза.
— Я с вами, — промолчавший весь Совет Вовочка молча пожал плечами.
— Мой отец не поймет, если я откажусь, — Огюст машинально прикоснулся к родовому перстню. — К тому же, титул надо оправдать.
— Отлично, — выдохнул Муром, который все это время сидел, задержав дыхание. — В таком случае…
— Начинам, — заявил Репсак. — Мне нужно двадцать минут на подготовку и можно запускать ритуал.
— Как уже сейчас? — растерялся Вовочка.
— Ну а чего тянуть? — золотой голем пожал плечами и в следующий момент превратился в призрака. — У вас десять минут, чтобы отдать последние распоряжения.
— Мы все умрём? — одними губами улыбнулся Кубик.
— Если кто-то дрогнет, если кто-то решит выйти из Круга, если кто-то не выдержит напряжения, если не хватит энергии, то умрут все.
— А если все получится? — прищурился главред Оркдан.
— Не знаю, — фигура призрака потускнела. — Такого ещё никто не делал.
В зале повисла мертвая тишина, которую разрушил Иван Иваныч.
— Я пока раздам ЦУ, — домовой посмотрел на Мурома и, получив согласный кивок, растворился в воздухе вместе с призраком.
— Прежде чем мы пойдем прощаться с близкими, — Муром заметил, как засобирались некоторые члены совета. — Предлагаю провести упрощенную процедуру вассалитета.
— Титул наследственный, — подхватил Алеша, — И если у нас не получится, то он перейдет наследнику.
— И не думайте, что для того, чтобы подсластить горькую пилюлю, — Муром, заметив, как между собой переглянулись Кубик и Страж, невольно поморщился. — Так показалось правильно.
— Время — деньги, брат, — поторопил друга Алеша. — Это у нас никого нет, а некоторым еще с родными надо увидеться.
— Воевода Викуло! — Муром повысил голос. — Тебе даруется титул «Барон», мифриловые доспехи легендарного класса, одна десятая доли в группе компаний «Военные мастерские Малых Вых» и должность главного воеводы Малых Вых!
— Служу своему народу и своей стране!
Список вассалов:
1. Огюст Божеский, золотой купец клана — барон
2. Страж, глава разведки — барон
3. Кубик Рубик, глава пиар-отдела клана — барон
4. Змей Горыныч, партнер основателей (ВВС клана) — барон
5. Викуло, главный воевода — барон
Количество вассалов на текущем уровне клана: 15/20
Взгляд Викуло расфокусировался, и воевода довольно улыбнулся. Ещё бы! Должность «Главный воевода» давала +100% к влиянию на подчинённых, не говоря уже о титуле и доли в оружейной компании.
— Главред Оркдан жалуется титулом «Барон», мифриловыми доспехами легендарного класса и должностью главы медиа-холдинга «Богатырские вести» и одна десятая доли компании!
Гном расплылся в улыбке и склонился в поклоне.
— Управляющий банком Эльдуол…
Муром и Алеша, чередуя друг друга, раздавали титулы своим соратникам делом и словом доказавшим, что достойны стать элитой клана.
Они не обращали внимания на довольные улыбки, на полные гордости взгляды.
Богатыри старались провести церемонию награждения как можно быстрее. Чтобы у их друзей осталось время попрощаться со своей семьей.
Ведь впереди их ждал Круг Призыва — шанс на спасение мира… ценою собственных жизней.
Алодил. Тронный зал
— Все, братцы, — Муром пробежался взглядом по довольным соратникам. — Благодарю за службу.
В ответ он ожидал нестройного «Спасибо», но члены Совета смогли его удивить.
Первым поднялся из-за стола Викуло, а затем, повинуясь его сигналу и остальные разумные.
Главный воевода коротко кивнул, и по залу ударил дружный рев:
— Служу клану «Три богатыря»!
— Вольно, орлы! — первым отреагировал Алеша. — А теперь… разойдись!
До начала ритуала оставалось каких-то двадцать минут, и все присутствующие в Тронном зале спешили увидеться со своими близкими.
Члены Совета не заставили себя долго ждать, и спустя несколько секунд у огромного овального стола остались только Муром и Алеша.
— Ну что, брат? — эльф посмотрел на друга. — Сразу в Золотую комнату или…
— Или, брат, — в голосе Мурома скользнуло… смущение?
— Личное задание? — сообразил Алеша. — Понял.
— Без обид, брат? — Муром поднял на друга виноватый взгляд.
— Какие обиды! — удивился Алеша. — У меня тоже запланирована небольшая встреча…
— Реал? — предположил Муром, чувствуя, как с плеч падает целая гора.
— Там я сделал все, что смог, — Алеша покачал головой. — Сейчас вмешаться туда, только все испортить. Митя справится.
— Думаешь, получится найти того, кто скрывается за личиной Гиса Сломанные Уши?
— А знаешь, — Алеша на мгновение задумался, — уже без разницы.
— Это как так? — не понял Муром.
— Долго объяснять, — поморщился Алеша. — Давай потом? Мне еще к фонтану Фортуны забежать надо.
— Так мне тоже! — воскликнул Муром, слегка приоткрывая завесу тайны над индивидуальным заданием божественного уровня, которое он получил в Хрустальной горе, и о котором не должна была знать ни одна живая душа.
— Тогда потопали, что ли? — усмехнулся Алеша, и не думая расспрашивать друга о том, зачем ему понадобилась богиня Удачи.
— Потопали, — улыбнулся Муром, следуя за другом на выход из Тронного зала.
Если раньше Иван Иваныч мог открыть портал в любой точке замка, то после появления Морока в инструкцию по безопасности были срочно внесены изменения.
Теперь, чтобы воспользоваться внутренней портальной сетью имени Иван Иваныча, нужно было выйти во внутренний дворик.
— Так что там насчет Гиса, Алеш?
— Знаешь, — Эльф вышел из Тронного зала и направился в сторону парадной лестницы. — Раньше я считал Гиса самой главное проблемой. Но сейчас…
— Он отошел на второй план? — хмыкнул Муром.
— Даже на третий, — кивнул Алеша. — Самое сложное для меня было принять, что магия каким-то образом просачивается в наш мир. Поэтому я с таким остервенением и уничтожал суперов.
— То есть сейчас ты не против?
— Да нет смысла затыкать стремительно появляющиеся трещины в аквариуме. Он все равно треснет. Рано или поздно.
— И вместо того, чтобы затыкать трещины, ты решил подготовиться к потому? — усмехнулся Муром.
— Именно так, — подтвердил Алеша. — Раньше у Гиса, кем бы он ни был, была секретная информация. В этом и была его сила, этим он и подкупал нужных людей.
— Сила, здоровье, сверхспособности, — покивал Муром.
— Достаточно первых двух. Сам знаешь, что на определенном уровне самое ценное — это здоровье.
— А точнее условное бессмертие, — поморщился Муром.
— Очень надеюсь, что до этого не дойдет, — вздохнул Алеша. — Но если этому и суждено случиться, то пусть такой шанс будет у каждого, а не у кучки влиятельных людей.
— Согласен…
— Инфа о Втором шансе и суперах ушла всюду, где можно и нужно в данный момент, — продолжил Алеша. — Такое не получится замолчать. И я очень надеюсь, что система окажется сильнее искушения силой.
— Уверен в этом, — Муром не разделял опасения друга. — Скорей всего не обойдется без эксцессов, но монополия на насилие и силу останется у государства.
— Прольется кровь, — вздохнул Алеша.
— Она и так льется, — отмахнулся Муром. — И кто, как не ты, знаешь это лучше многих.
— Ты понял, о чем я, — поморщился Алеша.
— Система выдержит, — уверенно заявил Муром.
— А если нет?
— А если нет… — Муром криво улыбнулся. — Тогда после того, как все это закончится мы отправимся домой и наведем там порядок.
— Заслуженная пенсия снова откладывается? — усмехнулся Алеша, на ходу стискивая ладонь Мурома.
— После смерти отоспимся, — подтвердил богатырь, крепко пожимая руку своему другу.
Оставшийся путь до внутреннего дворика прошел в тишине, но стоило им выйти из замка, Муром негромко произнес.
— Иван Иваныч, нам, пожалуйста, портал к фонтану Фортуны.
Территория клана «Три богатыря». Фонтан Удачи
Стоило богатырям появиться у знакомого фонтана, как от него прошла волна свежести, снимая накопившуюся усталость и даря новые силы.
Алеша, не говоря ни слова, обошел фонтан и приник к нему с другой стороны. Общение с богом — это сугубо личный процесс, и оба богатыря это прекрасно понимали.
Муром не знал, о чем будет говорить с Фортуной Алеша, да и, честно говоря, не горел желанием узнать.
В данный момент его тревожил предстоящий разговор с неким Руевитом — по крайней мере именно так представился голос, который он услышал в недрах Хрустальной горы.
Муром как сейчас помнил тот момент, когда он стоял на каменном балкончике, не решаясь шагнуть вперед.
В груди теплилось чувство полета из видений, он ощущал внутри искру Истинного огня, но абсолютно точно понимал — шаг вперед обернётся падением.
И тем не менее, Муром настолько сильно хотел добраться до стелы, чтобы спасти этот и свой мир, что шагнул вперед.
Пусть он упадет и разобьется, но у него хватит сил, чтобы, как минимум, доползти до хрустальной стелы.
И именно в тот момент, когда он бесстрашно шагнул вперед, в голове прозвучал полный внутреннего достоинства голос.
«Помогу».
А в следующий миг за спиной богатыря раскрылись Огненные крылья, и Муром спланировал прямо к хрустальной стеле.
Не отдавая себе отчета в том, что только что случилось, Муром прикоснулся к стеле, и мир… замер.
Именно тогда и случился разговор, о котором Муром не сказал ни единой живой душе.
Голос в голове представился Руевитом, сказал, что откликнулся на исинное желание богатыря защитить свой мир и, сочтя его достойным, пришел к нему на помощь.
Руевит не стал ставить Мурому никаких условий, попросив об одном — принести клинок к фонтану Удачи так, чтобы об этом не узнала ни одна живая душа.
Муром не понял, какой именно клинок — вряд ли Руевит говорил про меч Иллюзий, пристанище Морока, но, не раздумывая, согласился.
Причин доверять неизвестному голосу в голове у Мурома не было от слова совсем, но все его нутро так и кричало о том, что Руевиту можно верить.
А уж когда Яга вручила Мурому Пламень, богатырь окончательно понял, что нужно делать.
И сейчас, стоя у фонтана, Муром без сожаления опустил клинок в прохладную воду.
Внимание! Выполнено индивидуальное задание божественного уровня!
Получено благословение Руевита:
+100% урона созданиям Тьмы
+100% к силе Огня
возможность привязать к себе 7 мечей (1/7)
— Благодарю, воин, — на глазах у Мурома фонтан засиял небесным светом. — До встречи на поле боя.
Фонтан превратился в абсолютный свет, и Муром, не выдержав, прикрыл глаза. А когда их открыл, ничего не напоминало о божественном присутствии.
Фонтанчик Удачи мягко журчал проточной водой, с другой стороны безмятежно стоял Алеша, и только появившаяся над храмовым комплексом радуга давала понять — Мурому не показалось.
Машинально опустив руку на пояс, Муром уткнулся… в две рукояти! Морок и Пламень, как ни в чем не бывало, висели на своих местах!
Не удержавшись, Муром положил ладонь на рукоять Пламеня.
«Пламень»
Урон: (Сила + Ловкость + Телосложение) × 2
+ Критическому урону ((Ловкость + Сила)/10)
Магический урон: Огонь
+50% огненного урона
Класс предмета: Легендарный
Ограничения по уровню: нет
Характеристики клинка не изменились за исключением одной строчки. Пропали три загадочных «Скрыто».
Не нужно было быть гением, чтобы догадаться — Руевит помог Мурому добраться до стелы, а богатырь помог богу выбраться из Свободных земель.
В том, что Руевит — бог, Муром не сомневался.
Но больше всего богатырю понравилась лаконичность Руевита.
Он и не подумал что-то объяснять Мурому, ограничившись благодарностью и коротким «До встречи на поле боя».
Тем самым Руевит дал понять, что считает Мурома достойным того, чтобы биться с ним плечом к плечу.
Богатырь, не удержавшись, расплылся в улыбке.
С одной стороны, ему было невероятно приятно отношение Руевита, с другой, он осознал, что в битве со Скверной его клан будет не одинок.
— Муром ты все? — голос довольного Алеши вырвал богатыря из раздумий.
— Все! — улыбнулся богатырь.
— Тогда погнали в Золотую комнату! Время, брат, время! О! А вот и портал от Иван Иваныча!
Алеша светился довольством не только довольством, но и… удачей?
Муром прищурился и, разглядев Ауру Удачи, одобрительно хмыкнул. Кажется, их шансы вытащить Добрыню и Кощея из Межмирья стремительно растут!
Межмирье. Добрыня
— Долго ещё? — Добрыня покосился на Кощея и его костяного дракона, которые, казалось, не испытывают ни малейших неудобств.
— На твоем месте я бы не то что не шевелился, — на лице Кощея не дернулся ни один мускул, что не помешало некроманту ответить гному. — Но даже не дышал. Про разговоры и вовсе молчу.
Добрыня, Кощей и Костик висели, казалось, где-то в космосе.
Темнота, далекие не то миры, не то звезды и странная тишина.
Ну как тишина… На периферии сознания Добрыня постоянно слышал какой-то звон, но стоило богатырю на нем сосредоточиться, как звон тут же исчезал.
Сам звон был похож на звук, изданный натянутой струной, но он был… каким-то далеким, что ли?
А ещё, время от времени Межмирье… вздыхало.
Когда Добрыня услышал и даже почувствовал вздох окружающего его пространство в первый раз, гном не на шутку перепугался.
Он потянулся было к источнику, чтобы окружить себя защитой, но положение спас Кощей.
Некромант, нисколько не стесняясь, в доступных словах объяснил, что произойдет, если Добрыня применит магию.
Оказалось, что Межмирье населено бестелесными духами, которые только и делают, что рыскают по всему пространству в поисках энергии.
Тепло, звук, движение — стражи межмирья, стоило им учуять источник энергии, тут же устремлялись в сторону нарушителя и выпивали его досуха.
И если для того, чтобы учуять тепло, звук или движение, им необходимо было находиться недалеко, то магию они чувствовали на любом расстоянии.
Поначалу Добрыня пытался понять, действуют ли здесь хоть какие-то законы физики, но почти сразу сдался.
До тех пор, пока он просто висел в темном ничто, все было нормально, но стоило ему задумать о том, чем же он дышит, если вокруг нет воздуха, как его тут же накрыла паническая атака.
Добрыня начал задыхаться, дергаться, потянулся к источнику, и только каким-то чудом ему удалось взять себя в руки.
И вновь благодаря Кощею.
Некромант так наорал на гнома, что Добрыня и думать забыл о своих проблемах. Вместо этого гном, как завороженный следил за развитием мысли Кощея, запоминая особо удачные моменты.
Проникновенный монолог некроманта продолжался почти десять минут, и Кощей за все это время ни разу не повторился.
Будь на месте Добрыни Алеша, Кощей обзавелся бы самым преданным фанатом, Добрыня же просто-напросто… впечатлился.
Но со временем очарование многоэтажной и многословной словесной конструкции Кощея сошло на нет, и в голову Добрыни вновь полезли дурацкие мысли.
Богатырь пытался гнать их от себя, прокручивал в голове самые приятные воспоминания, разбирал свои безумные приключения в Инферно и пытался спрогнозировать дальнейшие события, но все было тщетно.
Раз за разом, мысли возвращались к мучавшим Добрыню вопросам:
«Сколько ещё здесь висеть?», «Что будет, если стражи Межмирья наконец-то вычислят нарушителей?», «Можно ли выбраться отсюда своими силами?»
Кощей же, словно читая его мысли, без устали отвечал:
— Столько, сколько нужно. Времени нет. Мыслей нет. Тебя нет.
— Они съедят сначала тебя, потом меня. Ты сможешь какое-то время отбиваться от них мечом-кладенцом, но стоит тебе убить хотя бы одного стража, на тебя ополчится все Межмирье.
— Выбраться можно, но для этого нужен маяк. И чем ярче будет его свет, тем больше у нас шансов притянуться к нему до того, как стражи Межмирья выполнят свою работу.
Как выживал Кощей и его Костик, Добрыня вообще не понимал.
В его понимании некромант был соткан из энергии Смерти, не говоря уже о костяном драконе, но Кощей каким-то образом умудрился закрыть себя и своего друга от взгляда стражей Межмирья.
По субъективным ощущениям Добрыни, они находились здесь уже несколько суток.
Богатырь отдавал себе отчет, что, скорей всего, прошло от силы три-четыре часа, но ум с каждой минутой паниковал все больше и больше.
— Ты слишком громко думаешь, — в голове Кощея явственно читалась тревога, и Добрыня понимал, что некромант прав, но ничего не мог с собой поделать.
Паника нарастала, накатывала изнутри и, раз за разом, пыталась сломить бастион его воли.
И хуже всего было то, что у неё медленно, но верно… получалось.
— Прекрати! — в голосе Кощея странным образом переплетались тревога, страх, волнение и угроза. — К нам летит страж!
— Что делать? — едва слышно выдохнул Добрыня.
— Молчать. Не дышать. Не думать. Не чувствовать. Не ощущать. Превратиться в звёздную пыль. В камень. В безжизненные останки прошлых нарушителей.
Кощей говорил правильные, но не осуществимые вещи.
И если замереть Добрыня еще мог, то не думать и не ощущать — это было за гранью. Не говоря уже…
Стоп! Кощей сказал: «В камень»!
Богатырь почувствовал, как его сердце забилось быстрее, и, сконцентрировавшись на себе, обратил взор вовнутрь.
— Подстрахуешь?
— Обязательно, — в голосе Кощея явственно ощущалась паника. — Не знаю, что ты задумал, но поторопись.
— Некуда торопиться, — одними губами произнес Добрыня, чувствуя, как сердце замедляет свой ход.
К помощи магии прибегать было нельзя — это богатырь прекрасно осознавал. Но он не зря прошел единение со стихией!
Добрыня дышал все медленней, чувствуя, как мысли превращаются в неповоротливые каменные валуны, а тело постепенно теряет чувствительность.
Он физически не мог остановить биение сердца, дыхание, мысли и чувства, но он мог их замедлить.
Это было нереально сложно, но выбирая между смертью в пустынном Межмирье и призрачным шансом выжить и вернуться домой, Добрыня не сомневался ни секунды.
К тому моменту, когда до замершего посреди ничто гнома добрались стражи Межмирья, они обнаружили лишь безжизненный кусок камня.
На висящие рядом остатки высушенных нарушителей стражи не обратили никакого внимания.
Покрутившись вокруг странного камня, они на мгновенье замерли, после чего, оставив одного наблюдателя, рванули в разные стороны — искать нарушителей, будь то шаман-недоучка, спекуляторы песьеголовых, исследователи ксуров или заблудившийся попаданец.
Наблюдатель же остался на случай, если странный камень, совсем недавно излучавший тепло, вдруг оживет.
А тем временем, где-то в Межмирье вспыхнула едва заметная искорка маяка.
Вот только оказалась она настолько мала, что Кощей, мысленно проклинающий Добрыню и божественный пантеон Второго шанса, её не заметил.
Территория клана «Три богатыря». Фонтан Удачи
Империя Евразар. Императорская канцелярия
— У меня пакет государственной важности. Кому я могу его отдать?
Сказать, что Тёма прошел через ад не сказать ничего.
Парень давно потерял счет дням, поскольку все его силы уходили на выживание.
Начиналось все относительно неплохо. После того, как он вышел от полковника Запова, дежурный вестовой проводил его на торговый корабль, на котором он провел три замечательных дня.
Тёма спал и ел, спал и медитировал, спал и тренировался — в общем, наслаждался спокойной жизнью.
Причем делал это не потому, что разленился, а для того, чтобы набраться сил.
Интуиция подсказывала сквайру, что в ближайшее время на отдых рассчитывать не стоит, вот он и отсыпался впрок.
Увы, но спокойная и даже размеренная жизнь на торговом корабле клана довольно скоро подошла к концу.
А уж когда парень высадился в ближайшем к имперской столице городке, события понеслись вскачь.
Сначала на него устроил охоту один из местных герцогов, затем, когда Тёма сумел уйти в леса, оставив за спиной с десяток трупов, настала очередь нежити.
И если с обычными скелетами и зомби, в силу их медлительности, проблем не возникало, то поднятые лоси стали для юного сквайра проблемой.
Тёма забыл про сон и только и делал, что чудом уходил от погони и избегал засад.
То на пути попадется непроходимое для кадавров болото, то он случайно обнаружит полузасыпанный подземный ход, то разразится настоящий ливень — с грозой и молниями…
Сказать, что Тёме везло — ничего не сказать.
В какой-то день юный сквайр, истощенный схваткой сразу с тремя кадаврами, не выдержал и отключился прямо на упокоенном противнике.
Очнувшись спустя несколько часов, он обнаружил еще одного кадавра, лежащего в каком-то метре от него.
Тёма сам не заметил, как меч оказался у него в руке, но кадавр и не думал нападать.
Мгновенно оказавшись на ногах, Тёма крутанулся вокруг себя и чудом удержал на кончиках пальцев копьё Праведного гнева — на краю лужайки сидел бурый медведь.
Его жесткая шкура оказалась ржавой от крови, а правая лапа была разодрана до кости, но хозяин леса и не думал зализывать свои страшные раны.
Тёме не составило труда разобраться в произошедшем.
После того, как он отрубился, по его душу явился четвертый кадавр, но на помощь потерявшему сознание сквайру пришел миша.
И он не просто каким-то чудом разорвал кадавра, выпотрошив его словно рыбу, но и сидел все это время рядом, охраняя сон Тёмы.
Юный сквайр до того растрогался, что не раздумывая потратил все свои силы на исцеление косолапого.
Только, вот незадача, сознание вновь покинуло Тёму.
Пришел он в себя от запаха мокрой шерсти. Оказалось, хозяин леса, закинув Тёму себе на спину, все это время тащил сквайра на себе.
С мишей он провел ещё три дня, пробиваясь на северо-запад сквозь лесные дозоры и заставы нежити.
Потом лес закончился, и Тёма, попрощавшись со своим косолапым другом, продолжил путь в одиночку.
Он бился с целыми деревнями неупокоенных мертвецов, с боем прорывался через продавшиеся Бадану села, чудом уходил от ловчих Скверны.
Где мог, там Тёма помогал, щедро неся справедливость в охваченные Скверной земли.
Отдавал последние сухари ушедшим в подполье крестьянам, вызывал на честный бой продажных старост и дезертировавших из имперской армии офицеров.
То, что империя Евразар находится на грани коллапса было видно невооружённым взглядом.
Задайся Тёма написать о своих приключениях книгу, у него получился бы настоящий цикл из, как минимум, пяти томов, но Тёме было некогда заниматься такой ерундой.
Он целеустремленно шёл к своей цели — столичной канцелярии императора.
И когда он, наконец, попал в столицу — оборона города была поставлена из рук вон плохо — оказалось, что это ещё не конец.
Трижды его пытались ограбить мародеры, дважды нападали оскверненные призраки, но самое главное — стража императорского дворца ни в какую не хотела его пускать.
Будь Тёма немного поопытней и циничней, он бы сообразил, что цена вопроса — всего пара золотых, но юный сквайр так и не понял завуалированных намёков стражи.
Убивать тупоголовых, по его мнению, воинов он не стал и отправился восвояси.
Ещё пара дней у Тёмы ушла на изучение крепости условного противника и, наконец, юный сквайр сумел попасть за стену.
Празднуя про себя победу, Тёма нашел первого попавшегося клерка и попытался вручить ему пакет.
Вот только оказалось, что все не так-то просто.
Нужно не просто прийти в определенный день и к определенному чиновнику, но и отстоять соответствующую очередь, не говоря уже о ежедневной госпошлине.
Услышанное настолько сильно поразило юного сквайра, что Тёма некоторое время находился в прострации.
Ещё пару дней у Тёмы ушло на поиск решения сложившейся проблемы, в течение которых сквайр не раз с теплотой вспоминал леса Евразара.
Там, по крайней мере, все было честно — или ты, или тебя.
Здесь же, казалось, что бюрократическая машина пожирает не только всех вокруг, но и саму себя.
Зато стало понятно, почему могущественная империя Евразар не может справиться с «белёсой чумой» — так местные называли тлетворное влияние Скверны.
Канцелярия императора с головой погрязла во взятничестве.
Даже мелкие чиновники вели себя высокомерно и дерзко, отказываясь говорить, если их не умаслить.
Тёма, правда, пытался решить дело миром. Говорил, взывал, требовал. Даже нашел столичного адвоката, который взял за помощь солидную сумму, но все оказалось тщетно.
Судебное разбирательство назначили на следующую осень, дорогостоящий адвокат развел руками, а чиновничья шушера и вовсе внесла Тёму в черный список.
Стоило ему появиться на пороге канцелярии, как клерки тут же звали охранку, которая раз за разом выводила Тёму за стену.
В итоге, Тёма не выдержал.
В очередной его визит, когда очередной мелкий чиновник демонстративно разорвал только что написанное заявление, у сквайра снесло крышу.
Нос улыбающегося чинуши взорвался спелой сливой, но Тёме этого оказалось мало, и он с голыми кулаками бросился вперёд.
Вылетали зубы, лопались губы, вспыхивали фингалы, разбивались носы, ломалась мебель и кости имперских канцеляров.
Тёма был подобен урагану, планомерно и технично наказывая каждую вороватую морду.
Он точно знал, что честных клерков здесь нет, поэтому особо не сдерживался.
Правда, в какой-то момент ему стало противно — здоровенные мужики, визжа, словно бабы, убегали от нескладного подростка…
Юный сквайр не остановился до тех пор, пока на ногах не остались только он и замеревшая у входа охрана.
Тёме дико хотелось достать клинок и показать тупоголовым охранникам, что такое настоящий воин, но он каким-то чудом сдержался.
— Или через пять минут со мной говорит начальник канцелярии, или…
Тёма выразительно положил ладонь на рукоять своего клинка.
Начальник канцелярии объявился через десять минут.
К тому моменту помещение окружил взвод арбалетчиков и алебардщиков, но Тёма и не думал волноваться.
— Что тебе надо? — начальник канцелярии оказался не из робкого десятка и вошел в помещение в сопровождении всего двух арбалетчиков. — И как все это понимать?
На вид главный канцеляр был похож на вешалку, на которой болтался деловой костюм. Ну а черные круги под глазами говорили о том, что этот человек давно позабыл, что такое сон.
— Прошу принять пакет, — Тёма продемонстрировал конверт, выданный полковником. — Отдам его только после того, как получу талон со входящим номером и штампом.
— Пакет от полковника Запова? — начальник канцелярии с первого взгляда определил адресанта. — Ты показывал его этим бездельникам?
— Естественно! — подтвердил Тёма. — Все, как один отказывались у меня его принимать без взятки.
— Ты говорил, что из Ордена? — поморщился начальник канцелярии, подходя к ближайшему столу и раскрывая учетный журнал. — Ко мне можешь обращаться, мастер Гнатов.
— Так точно, мастер Гнатов! — что-то в голосе канцеляра дало понять Тёме, что перед ним стоит бывший военный. — Но…
— Ясно, — Мастер Гнатов вздохнул и, сделав аккуратную запись в учетную книгу, достал свою личную печать.
Гдах!
Мастер Гнатов с такой силой бахнул печатью по талончику, что сопровождающие его арбалетчики синхронно вздрогнули, а причитающие чиновники разом поспешили заткнуться.
— Держи, — главный канцеляр протянул Тёме талончик, и юный сквайр, не веря, что у него получилось, прижал драгоценную бумажку к груди.
— Так-так-так… — Мастер Гнатов разорвал конверт и с удивление посмотрел на выпавший оттуда кинжал и белоснежный лист бумаги. — Вот, значит, где оно было…
Было очевидно — мастер Гнатов знал, что оказалось у него в руке.
— Тебя как зовут, парень? — произнес мастер Гнатов, не отрывая глаз от ровных строк завещания.
— Тёма.
— Что я могу тебе сказать, Тёма… Думаешь, всё, выполнил приказ полковника?
— А разве нет? — осторожно уточнил сквайр, замечая краем глаза, как один из арбалетчиков наводит свое оружие в спину канцеляру.
— Да как тебе сказать…
Мастер Гнатов неожиданно упал на пол, пропуская над головой болт запоздавшего с выстрелом арбалетчика, и не глядя метнул в стрелка стальное стило.
Арбалетчик, поймав необычный снаряд глазом, тихо выдохнул и осел на пол.
Второй стрелок непонимающе переводил взгляд с мастера Гнатова на своего испустившего дух товарища и никак не мог понять, что ему делать.
— Марудан, — глава канцелярии с легкостью вскочил на ноги. — Остаешься здесь. Никого не впускать и не выпускать. Кто сунется в канцелярию — смело стреляй. Понял?
— П-п-понял…
— А ты, Тёма, — мастер Гнатов смерил сквайра изучающим взглядом, — пошли за мной.
И канцеляр, не смотря, последуюет ли Тёма за ним, бросился вглубь здания.
— Может объясните, что происходит? — Тёма догнал канцеляра у книжного шкафа, за которым оказалась потайная лестница, идущая куда-то наверх.
— А чего тут объяснять? — Гнатов исчез на лестнице, и Тёма, не раздумывая последовал следом. — Слишком много человек увидели, что было у меня в руках… По моим прикидкам, у нас максимум пара минут форы…
— Форы? — Тёма никак не мог понять, что происходит.
— Или мы успеем добраться до наследника, — пояснил Гнатов, стараясь экономить дыхание, — или нас перехватят. И тогда империи Евразар точно конец. Ты со мной?
Тёма вспомнил взгляд полковника Запова, едва читаемые строки индивидуального божественного задания, отеческую улыбку Мурома и кивнул головой.
— С вами, мастер Гнатов. До самого конца.
На подступах к Алдоилу. Бадан
Несмотря на то, что подходящее тело было заготовлено заранее, захват временного вместилища души прошел… неудачно.
Донором был выбран заместитель главы Гильдии магов, которого подручные Бадана похитили год назад.
Воля чародея была сломлена в первые же недели, а рассудок покинул его еще раньше — после нескольких заклинаний из наследия Некромикона.
Вот только во время самого подселения чародей неожиданно взбрыкнул, и вместо полноценного контроля над энергетической структурой тела, Бадан оказался… магическим инвалидом.
Перекрученные каналы Силы, искореженный источник, истончившиеся энергоканалы правой половины тела…
Пришлось прибегать к помощи Скверны и… латать измочаленную энергоструктуру.
В итоге контроль над телом Бадан вернул, но внешний вид донора оставлял желать лучшего.
Вместо своего привычного облика Бадан видел в зеркале обтянутый кожей скелет с сочащимися гноем язвами и кроваво-белёсыми нарывами.
Про тошнотворно-сладкий запах гниения и затхлости Бадан и вовсе молчал.
Очень хотелось поменять тело, но в таком случае он становился уязвимым для магии проклятого Ордена, который возродил предатель Репсак.
Положа руку на сердце, Репсак, наоборот, сохранил верность идеалам первого Императора, в отличие от того же самого Бадана, но кого волнуют такие мелочи?
Историю пишут победители, и у Бадана уже готова героическая легенда, очерняющая его врагов испокон веков. И Репсаку уготована незавидная участь одного из, ха-ха, злодеев.
Репсак… Кто же знал, что этот призрак сумеет втереться в доверие богатырям и мало того, что выпнет Бадана из тела ревизора Айвана, так ещё и воссоздаст проклятый Орден!
Как ни посмотри, на этом направлении пока что все складывалось не в пользу Бадана: Орда Алдоила оказывала ожесточённое сопротивление армии немертвых — раз.
Сам Бадан за последний месяц потерял уже второе тело — два.
Из-за провала Лихо пришлось идти под руку Скверны — три!
Если бы не древние свитки по некромантии, которые передали ему культисты песьеголовых, Бадан бы всерьез задумался о том, что делать дальше.
Благо, в записях Некромикона находилась инструкция о том, как выйти из-под влияния Скверны. Кто-то скажет, что Некрос вместо Скверны — это шило на мыло, но Бадан так не считал.
Уж он-то не самый последний некромант в этом мире, более того, он уже столько раз обманывал Смерть, чего уж там говорить о каком-то неведомом Некросе.
Бадан считал, что Некрос — это какой-то божок, связанный со Смертью, и планировал переключить внимание Скверны с себя на него.
В принципе, если бы не богатыри и Репсак, все складывалось относительно неплохо.
Евразар медленно, но верно погружался в пучину хаоса и анархии, что позволяло генералам Бадана вербовать самых бесчестных, гнусных, подлых и аморальных представителей человеческого вида.
По этой причине Бадан не спешил отдавать приказ на окончательный захват столицы. Чиновники-казнокрады делали всю грязную работу за него, разваливая империю изнутри.
Ведь, действительно, зачем атаковать противника в лоб, сплачивая все слои общества перед общей угрозой, если можно не просто сохранить численность немертвых легионов, но и приумножить?
Что в столице Евразара, что в других крупных городах нашлись разумные, не брезгующие работорговлей, и Бадан с удовольствием менял презренный металл на караваны невольников.
За беженцев, бросивших свои поля крестьян, потерявших работу мастеровых, помощники некроманта платили серебром. За воинов и магов — золотом.
Легенда была одна и та же — из воинов и магов якобы делали гладиаторов, остальных — отправляли на каменоломни.
Дельцам же, отправляющих караваны из своих сограждан, было плевать, зачем таинственным покупателям столько невольников.
Империя, вместо того чтобы объединиться в борьбе против нежити, медленно рушилась под весом внутренних проблем.
И если раньше Бадан планировал отправить бОльшую часть войск на окончательный захват империи Евразар, то последние события заставили некроманта изменить точку зрения.
Больше всего проблем приносили замки независимых кланов бессмертных и… проклятые богатыри, создавшие мощный оборонительный район на границе Свободных земель.
И если бессмертные не просто уничтожали немертвых, но еще и сражались между собой, то богатыри…
Богатыри не только вполне себе успешно отбивались от редких атак немертвых, но ещё и удерживали за собой Сибурск и стремительно заселяли Свободные земли.
У них была своя еда, свои шахты, добывающие полезные ископаемые, свое производство…
У богатырей были даже свои торговые корабли, газеты, банк и самый настоящий дракон!
Про такие мелочи, как роща меллорнов, мощная армия, сильная гильдия магов и огромная неприступная стена, защищающая замок и город, Бадан и вовсе молчал.
В общем, до недавнего момента клан «Три богатыря» был для войска Бадана крепким орешком.
Сейчас же, благодаря нескончаемому потоку пленных с империи Евразар, Бадан наконец-то накопил достаточно сил, чтобы раз и навсегда стереть это проклятое место с лица земли.
Из меллорна он планировать сделать отделку своего будущего дворца, шкуру дракона пустить на доспехи и обложки для магических книг Некромикона, а самих богатырей обратить в личей — его личную немертвую гвардию.
Второй шанс Бадан уже и так считал своим, ну а когда он создаст лояльных ему личей, можно будет замахнуться и на соседние миры!
И ключ к его успеху находился в Золотой комнате, той самой, которую создал его далекий предок.
Раз уж у него не получилось попасть в недра Хрустальной горы и одержать победу относительно бескровным путем, то придётся заливать Алдоил и Малые Выхи реками крови.
Главное, успеть захватить замок и золотую комнату раньше, чем до неё доберется Скверна.
Портальная площадка клана «Ночная гильдия». Ега
— Ты уверен? — пропищал Шпонька из-под кольчужного воротника легендарного класса.
— Уверен, — едва слышно прошептал Ега. — Готовь свой кинжал, братишка.
— Давай ещё раз…
Фейри и не думал униматься, нисколько не смущаясь того факта, что вокруг Еги находилось свыше сотни воинов — все, как один представители боевого крыла коалиции ПК-кланов.
— Получается, ты выпотрошил сокровищницу клана, одев себя и этих головорезов в лучшие артефактные доспехи, и сейчас собираешься отправиться вместе с ними на захват Малых Вых⁈
— Не твоего ума дела, братик, — ласково прошептал Ега. — Ты, главное, кинжал свой приготовь. И используй строго по моему сигналу.
Перед Егой стояли ровные ряды боевых, ловчих и диверсионных отрядов ПКашеров, он только что толкнул речь, в которой призывал бойцов клана нанести сокрушительный удар по их идеологическим врагам, и эльф точно не горел желанием беседовать сейчас со Шпонькой.
К тому же, клановые маги должны были открыть портал на территорию богатырей с минуты на минуту.
За координаты этой точки, к слову, Ега получил единоразовый бонус, равный годовой зарплате топ-менеджера клана.
Все, что ему было нужно — невзначай проговориться, что в бытность своей службы под командованием Алеши, он совершенно случайно установил портальный маяк в окурге Малых Вых.
Аналитики клана мгновенно просчитали, что сейчас эта портальная точка должна находиться как раз на территории богатырей.
Десять минут ожесточенных торгов, и Ега получает свою выплату, причем неигровым золотом, а на анонимный криптокошелёк, а руководство клана дает добро на самую масштабную операцию коалиции за все время её существования.
Слив портальный маяк, ведущий к богатырям Ега не только сказочно разбогател, но и выиграл себе еще немного времени — эльф печенкой чуял, что ещё немного, и его раскусят.
Правда, был и минус. Если что-то пойдет не так, выданный ему артефакт принудительно телепортирует его в пыточную ПКашеров. Как не оправдавшего доверия.
И здесь вся надежда была на Шпоньку.
— Нет-нет, подожди! — возмутился фейри, которому не было никакого дела до переживаний Еги. — Ты же выгреб всех воинов и магов! Да ты даже ремесленников в строй поставил! И вся эта орава полетит сейчас на захват нашего города⁈
— Почти, — буркнул Ега. — Просто доверься мне…
— Да щас же! — возмутился Шпонька. — После того подземелья, когда я лишился своего умения я никому не доверяю! Ни тебе, ни Алеше, ни-ко-му.
— Даже меллорну, Лесу и богам? — хмыкнул Ега.
— Только себе, — уверено отрезал фейри. — Ведь…
— Может быть, в этом и есть твоя проблема, Шпонька? — губы Еги дрогнули в едва заметной улыбке. — Может судьба раз за разом посылает тебе испытания на доверие, а ты раз за разом его проваливаешь? Подумай об этом.
— Плевать я хотел на судьбу! — тут же надулся фейри. — Я сам строю свою жизнь!
— Твое дело, Шпонька…
— Вот именно, моё! И вообще, кто бы говорил! Без меня и моего кинжала ты умрешь!
— Я знаю, — Ега уже не скрывал своей улыбки.
— И тебя это не пугает? — удивился фейри, разом растеряв свою воинственность.
— Бесчестье меня пугает больше.
— Сказал двойной агент, — не удержался Шпонька.
— Я четко понимаю, в чьих интересах я действую, — Еге пришлось вновь перейти на едва слышный шёпот. — Это, как шахматная партия, Шпонька. И сегодняшний штурм станет венцом моей игры.
— Ты умрешь… — фейри покачал головой.
— Ну и плевать, — Ега равнодушно пожал плечами. — Зато я уйду красиво.
— Красиво… — эхом откликнулся фейри.
Он столько времени провел с этим странным эльфом, но до сих пор не мог его понять.
Зачем жертвовать своей жизнью ради других, когда можно этого избежать?
Зачем жить столько времени в окружении врагов?
Зачем хитрить и плести интриги в руководстве ПК-клана, чтобы собрать всех бессмертных в одном месте?
И самое главное — зачем открывать портал в подбрюшье Малых Вых — на пахотные земли клана⁈
Как бы Шпонька ни пытался понять своего хозяина, партнера и даже… друга? Он никак не мог сообразить — ради чего это все?
Неужели бывает так, что чья-то жизнь ценней твоей?
Лично у Шпоньки таких точно не было.
Другие фейри? Пффф!
Лес? Не очень-то этот Лес помог своему верному сыну…
Родня, любимая? Нет и снова нет…
Невероятно, но самым близким у Шпоньки был… Ега?
Вот только готов ли Шпонька пойти ради Еги на то, что собирается совершить сам эльф?
По идее, сейчас Шпонька должен был трястись от страха — ведь сейчас Ега находился в окружении сотен бойцов, и с минуты на минуту должен был открыть портал — но фейри был занят решением важного вопроса.
А смог бы он пожертвовать собой… ради друга?
— Готовность две минуты! — произнёс Ега, и его голос, усиленный чарами, разнёсся по всей площади клана «Ночная гильдия», на которой собралась вся боевая мощь коалиции.
— Портал будет работать всего несколько минут, и наша задача успеть проникнуть на территорию клана «Три богатыря»!
В ответ донесся довольный свист и яростное улюлюканье.
— Сегодня… — Ега вскинул вверх артефактный клинок божественного класса, способный единожды вызвать Малый Армагеддон, — Мы уничтожим этих богатырских выскочек раз и навсегда!
Малые Выхи. Плехан
Плехан был зол. Да какой там! Плехан был в ярости!
Да, без богатырей он так бы и остался никому не нужным старостой, да без них он бы не реализовался, как успешный управленец и даже маг.
Если задуматься, то таких вот «без богатырей он бы…» набирался не один десяток, но сейчас Плехан был слишком не в себе, чтобы слушать голос разума.
Ведь Муром, ни много ни мало, решил за всех!
Впрочем, Плехан достаточно поварился в управлении и политике, чтобы понимать — сам по себе народ мало что решает. По сути, мэра дико бесило, что Муром решился на войну со Скверной… без его согласия.
Это же не сложно — хотя бы сделать вид, что тебе есть дело до мнения мэра города и, по совместительству, Верховного мага клановой гильдии!
Но нет! Муром принял решение в одиночку!
И даже пришедшее уведомление о присвоении титула «Граф» не смогло изменить его настроя.
Плехан понимал, что это решение Мурома было единственно верным, но обида жгла его изнутри, заставляя совершать необдуманные поступки.
Подумать только! Они собрались создавать Круг Призыва! Без сильнейшего мага клана!
Мэр сам не заметил, как оказался в своем кабинете и с такой силой захлопнул за собой дверь, что с потолка упал кусок лепнины.
Дико хотелось плюнуть на все и отправиться в Сибурск, или запереться в гильдии магов, но Плехан понимал — это будет не по-мужски.
Уж что-что, но свой город он не бросит ни при каких условиях.
— Плевать на Мурома, — прошептал Плехан, доставая из потайных мест наполненные силой артефакты. — Плевать на Совет… Плевать на Круг!
К тому моменту, когда верховный чародей Малых Вых закончил выгребать отложенные на черный день артефакты, в магическом зрении он светился как новогодняя елка.
— Плевать на всех! — пробормотал Плехан, стискивая в кулаке Жезл Стихий, — но город я в обиду не дам!
Небо Свободных земель. Горыныч
Хоть Горыныча и не было на Совете, он прекрасно чувствовал, к чему все идет.
И дело было не в армии нежити, количество которой стремительно увеличивалось, и даже не в постоянных атаках разведгрупп Бадана — хоть Горыныч и уничтожал их двадцать четыре на семь, меньше их не становилось.
Дело было в Алдоиле.
Горыныч хорошо чувствовал, как в замке разгорается древний огонек межмирного маяка.
Маяка, который может как спасти его старого друга, так и привести в мир большую беду.
Увы, но сейчас он ничем не мог помочь богатырям и их сотоварищам.
Поэтому трехголовый дракон делал то, что получалось у него лучше всего — испепелял усиленную Скверной нежить в жаре Истинного Огня.
Да, это была капля в море, но впереди его и весь мир ждала грандиозная сеча, где пригодится каждая капелька.
И чем больше Скверны он уничтожит сейчас, тем больше шансов будет у этого мира.
Горыныч прекрансо понимал, что своими действиями давным-давно привлек внимание Скверны, и что ответный удар — это вопрос времени.
Но древний дракон не боялся смерти. Муром сдержал обещание, доставив Золотую цепь к Хрустальной стеле.
А значит, его род не прервется. И его далекий потомок, где бы он ни был, получит шанс не просто выжить, но и… возвыситься.
К тому же, удалось склонить на свою сторону Вовочку, а значит его шансы увеличились в два раза.
Горыныч счастливо улыбнулся всеми тремя головами и, приметив группу из десяти кадавров и одного лича — скелетов с зомби он уже не считал — пошёл на снижение.
Солнце было еще высоко, и до того, как откроется межмирный портал, он планировал уничтожить как можно больше приспешников Скверны.
— Ну что, понеслась⁈
В левой руке Мура была ладонь Алеши, в правой — Викуло. Богатыри и их соратники стояли в центре Золотой комнаты, чувствуя, как с каждой секундой напряжение нарастает все больше и больше.
Викуло, Муром, Алеша, Оркдан, Эльдуол, прознавшие про Круг и присоединившиеся в последний момент Грыга и Багур… Росомаха, Кубик, Страж, наставник Корд, Вовочка, Огюст Божеский и… Иван Иваныч.
В Кругу стояли все те, кто так или иначе сыграл в жизни богатырей значимую роль.
Что Мурома, что Алешу то и дело потряхивало — и дело было не в буйстве энергий, которые ощущались даже неодарёнными, и даже не в захлестывающих с головой эмоциях.
Богатыри четко осознавали — в ближайшие минуты решится все.
Первые шаги в тогда ещё игре — тренировки под руководством наставника Корда, речной круиз и вспашка земель, выращивание овощей и банька с домовым…
Сражение с первыми зачатками Скверны, посадка меллорна, основание замка, сотрудничество с селом Малые Выхи…
Игра наперегонки с ПКашерами, развитие клана, налаживание торговли, клановые задания в поисках ключа к фамильному подземелью.
Огонь, вода и медные трубы, поиск меча-кладенца, обретение новых друзей и врагов, Инферно, Земля и война с элитой империи Евразар…
Репсак, Иван Иваныч, Горнынч, застрявший во Втором шансе Судья, Оркдан, Эльдуол, магнаты Сибурска, Чума, многолетний заговор Бадана и… подлый удар в спину…
Скверна, Бездна, Чумные доктора, разоренный Сибурск, набранные в Орден мальчишки, заговор в самом сердце Малых Вых, спешное формирование продуктовой, экономической и военной безопасности…
Боги Второго шанса, поход в Свободные земли, понимание, что стоит на кону…
И вот сейчас, богатыри чувствовали, что наступила финальная кульминация их игры.
Сражение не за ресурсы или власть, но за само существование.
Вот только внутри билась подлая мыслишка — «А вдруг, сил не хватит?».
Рядом стояли соратники, да что там — братья! Но остро не хватало Добрыни и… Плехана.
А без них шанс на успешную активацию маяка был эфемерен, что ли?
Будь у Мурома возможность, но точно бы повел себя с Плеханом по-другому, но сейчас дороги назад уже не было.
Все, что оставалось богатырю — стиснуть зубы, поднять подбородок, бесстрашно глядя в лицо опасности, и уверенно заявить:
— Репсак, мы готовы!
— Брат Репсак, — ворчливо отозвался золотой голем, переставая колдовать над мозаикой звездного неба. — Так, все в сборе… Тёма и мастер Гнатов только что активировали завещание императора, мораторий на активацию маяка… Боги с нами… Сил хватает…
Несмотря на то, что Репсак был в форме золотого голема, было видно, что он волнуется. Очень волнуется.
— Итак, начинаем! И помните, чтобы ни случилось — не разрывайте контакт! Стойте точно на своих местах, — голем показал на небольшие золотистые круги, в которых и находились члены совета. — И ни в коем случае не пересекайте границу!
— За руки держаться обязательно? — прогудел Викуло.
— Только для начальной активации, — обнадежил воеводу Репсак. — Потом руки вам понадобятся. Пить зелья, использовать артефакты и так далее.
— А если кто-нибудь… — Судья нахмурился, подбирая правильные слова, — не выдержит?
— Тогда он умрет, — бесстрастно отозвался Репсак.
— И Круг развалится?
— Нет, — голем покачал головой. — Круг продолжит работать до последнего одаренного. Проблема в том, что чем меньше одаренных останется в сознании, тем больший удар они примут.
— За себя и за того парня? — криво улыбнулся Алеша.
— Именно, — подтвердил Репсак. — Круг будет высасывать энергию до тех пор, пока на ногах стоит хотя бы один человек.
— А если к нам кто-то присоединится? — подал голос Вовочка. — Вроде Макс хотел поучаствовать…
— Макс не подойдет, — опередил Мурома Репсак. — В Круг может встать только тот, кто за клан готов добровольно отдать свою жизнь.
— Ясно, — буркнул Муром.
— Все готовы? — еще раз уточнил Репсак. — Я начинаю.
— Все будет ровно! — заверил голема Алеша. — Ты с нами или…
— Или, — буркнул Репсак. — Буду направлять луч. Постараюсь нащупать Кощея с Добрыней до того, как Скверна подчинит себе портал.
— А от нас требуется… — Страж вопросительно посмотрел на голема.
— Стоять, делиться энергией, не пускать Скверну. И, самое главное, не выходить за пределы своих кругов.
— Мы справимся! — прогудел Викуло.
— Бесспорно! — кивнул Оркдан.
— Заводи шарманку, брат Репсак! — нервно хохотнул Страж.
— Давай, давай! — поторопил голема Алеша. — Перед смертью не надышишься!
— Мы сдюжим, — от Мурома прошла ободряющая волна уверенности. — Зуб даю, сдюжим!
— Боги с нами! — выдохнул Иван Иваныч. — Жми, братишка!
— Жму, — в голосе Репсака впервые за долгое время мелькнул тщательно скрываемый страх. — Начинаю активацию Круга!
В следующий момент вся комната засияла золотом, а стоящих в кругу разумных словно ударило молнией.
Разом накатило ощущение абсолютного могущества и в тоже самое время сосущее чувство голода.
Да такое, что каждый находящийся в Золотой комнате понял — как только исчерпается внутренняя энергия, Круг примется за жизненную силу. И не остановится, пока полностью не высушит одного из них.
А в центре Круга появилась золотая рамка портала.
— Получилось, — выдохнул превратившийся в золотую статую брат Репсак. — Маяк… заработал!
— Смотри там, — криво улыбнулся Муром, — не призови, случайно, кого-нибудь не того.
— Есть три отзвука. Один двойной, два тройных.
— Наши тройные, — подсказал Алеша. — Добрыня, Кощей и Костик.
— На три всплеска энергии точно не хватит, — глаза голема мерцали потусторонним светом. — Запускаю первую волну!
Золотая комната ослепительно мигнула, портал увеличился в размерах в два раза, а следом навалилась усталость и чудовищное чувство голода.
— Пусто, — проскрипел Репсак. — Два зорда…
— Два кто? — не понял Алеша.
— Потом, — шикнул на друга Муром. — Давай вторую волну!
— Минутку… — чувство голода начало потихоньку усиливаться.
— Опс, — от Иван Иваныча повеяло тревогой. — У нас проблема.
— Нежить?
— Целая армия! Кадавры, зомби, черные скелеты, оскверненные рыцари и личи! Даже Горыныч отступает к Алодилу!
— Сибурск?
— Такое ощущение, что немертвые обходят его со всех сторон, не тратя силы на сражение с гарнизоном!
— Жаль, — Муром скрипнул зубами, — Добрыня там такой бастион забабахал… Сколько у нас времени⁈
— Нисколько! Нежить движется слишком быстро. Лесные дозоры рейнджеров уже вступили в бой!
— Объявляй тревогу и военное положение!
— Уже. Орда рассредотачивается по стене, но…
— Что но?
— Такое ощущение, что противник бросил на нас все, что есть!
— Должны справиться, — Муром скрипнул зубами. — На нашей стороне подземные ходы, сеть таверн, меллорновая роща, Орден и Чумные доктора. Про стену, клановые и божественные благословения и вовсе молчу!
— Должны… — от Иван Иваныча повеяло сомнением.
— Готова вторая волна! — Муром и ждал от Репсака этих слов, но он все равно вздрогнул от неожиданности.
— Давай быстрее, — прохрипел Алеша. — Багор и Грыга еле на ногах стоят.
И действительно, многие члены Совета были бледны, как смерть. Круг Призыва высасывал из одаренных силу словно вышедший на охоту голодный вампир.
— Братья! — голос Мурома прокатился по Золотой комнате, вселяя силу и уверенность. — Зелья, свитки, артефакты, активируем все, что есть!
Членам совета не нужно было говорить дважды. На пол посыпались пустые склянки и безжизненные свитки, кольца и амулеты.
Разумные жадно вытягивали так необходимую им сейчас силу
Интенсивность силы мгновенно увеличилась, и чувство голода неохотно отступило в сторону.
— Вторая волна!
Следом накатил такой упадок сил, что Муром, несмотря на выпитые досуха артефакты с трудом устоял на ногах.
Портал увеличился еще в два раза, достигнув высотой потолка. Ширина его была такова, что ещё немного, и он выйдет за пределы Круга Призыва.
Справа захрипел Викуло, слева выругался Алеша, Элдуол повис на Оркдане, а орки Грыга и Багор, не удержавшись, рухнули на колени.
Кубик и Страж выглядели не лучше — одного поддерживал Судья Росомаха, второго наставник Корд. Огюст шатался из стороны в сторону, но упрямо стоял на ногах.
И лишь Вовочка с Иван Иванычем как будто б не заметили Второй волны.
И если с домовым все было понятно, то Вовочка…
Впрочем, стоило Репсаку заговорить, как Мурому резко стало не до казначея.
— Пусто… — слова Репсака прозвучали словно приговор. — Скверна нас вычислила… Там же только лучник, антимаг и… перевертыш…
— Да плевать, кто там! — психанул Алеша. — Где Добрыня с Кощеем⁈
— Я не знаю… — впервые в жизни Репсак был так растерян. — Это… невозможно…
— Может, твоя волна не учла костяного дракона?
— Это невозможно. Скорей всего… они не в Межмирье…
— Исключено, — Муром мотнул головой и чуть было не свалился от накатившей слабости. — Мы бы с Алешей его почувствовали.
— Проверь тех двух! — потребовал Алеша. — Вдруг твоя волна считает Кощея и Костика единым целым?
— Исключено! — повысил голос Репсак. — Костик не гранитный голем!
— И на старуху бывает проруха, — начал было Алеша.
— Гранит, говоришь? — перебил эльфа Оркдан.
Главред еда держался на ногах, из носа гнома сочилась кровь, но в глазах полыхала непоколебимая решимость дойти до конца.
Ну или, вернее, гномья упертость.
— Это точно они! — Оркдан впился в Репсака мутным взглядом. — Добрыня — гранит!
— Он прав! — стоило Мурому сообразить, что хочет сказать Оркдан, как богатыря накрыла волна мурашек. — Добрыня превратил себя в камень! Репсак, это точно они! Вытаскивай их оттуда!
— Не хватит сил, — золотой голем начал тускнеть. — Мы даже не сумеем отразить атаку Скверны.
— Гадство! — Муром скрипнул зубами. — Активируем артефакты! Все, что осталось!
— А ничего и не осталось, — выдавил из себя Огюст. — Вторая волна выжала все, что можно…
— Репсак, — Муром требовательно посмотрел на голема. — Мы удержим Скверну?
— Должны…
Всем без исключения разумным, находящимся в Золотой комнате стало понятно, что глава Ордена лжет.
Репсак много чего знал и умел, но врать… даже во благо, даже ради спасения жизни — это было не его.
— Чтоб тебя, Репсак! — процедил Муром, мысленно перебирая, что он может предпринять. — Иван Иваныч! Мы можем потянуть силу с наших жителей?
— Тут такое дело… — в голосе домового сквозила нешуточная тревога. — В этот самый момент на нашей территории открылся чей-то портал, и я никак не могу его закрыть…
— Кто⁈ — прорычал Алеша, с такой силой сжав ладонь Мурома, что у богатыря затрещали кости.
— Судя по шевронам… это бессмертные из клана «Ночная гильдия»…
— ПКашеры! — выдохнул Страж. — Но как… Разведка ничего такого не выявила…
— Где они, Иван Иваныч? — впервые за долгое время Муром почувствовал, как под ним зашаталась земля.
— Пахотные земли, — сглотнул домовой. — Район пасеки…
— Ты можешь их отрезать от порталов или как-нибудь заблокировать? — Алеша неожиданно для Мурома расслабился, перестав ломать другу кисть.
— Нет, — в голосе домового послышалось тщательно скрываемое отчаяние. — Круг Призыва блокирует мою силу!
— Что насчет энергии граждан? — Муром прямо физически чувствовал, как время утекает сквозь пальцы.
— Тоже нет…
— К игре подключился кто-то из темных богов, — произнес безжизненным голосом Репсак. — Чувствую… Некроса и… Кали? Бадан смог с ними договориться…
— Все пропало… — постаревший на двадцать лет Эльдуол первым озвучил то, о чем подумали если не все, то многие.
Муром хотел было возразить, но поймал себя на мысли, что ему нечего сказать.
Застрявшие в Межмирье Добрыня и Кощей, которых они так и не смогли вытащить…
Бесчисленное море высокоуровневой нежити, подкатывающее к городу и замку…
Подлый удар в спину от ПКашеров в самое неподходящее для этого время…
Темные боги, появившиеся в самый неудобный момент…
Круг Призыва, вытягивающий из его друзей не только силу, но и жизнь…
Полыхающая золотом рамка портала, сквозь которую уже начала просачиваться Скверна…
Нахмуренные лбы, плотно сжатые губы, стиснутые зубы и бессилие в глазах — все члены Совета, стоящие в Кругу понимали — Эльдуол прав.
Один только Алеша весело скалился, с вызовом глядя на ползущую из портала Скверну.
— Что братцы, — Эльф криво усмехнулся и ловко плюнул в тут же отпрянувшую назад струйку белёсого тумана. — Такое ощущение, что сейчас самое время для небольшого чуда?
— Фиксирую открытие портала! — сообщение Иван Иваныча было подобно раскату грома. — На западной границе клана!
— Кто⁈ — Муром аж подался вперед, ловя каждое слово домового.
— Странные стальные лодки, — Иван Иваныч в замешательстве затряс головой. — Но без парусов и они… летают по небу!
— Ксуры! — выплюнул Репсак. — Вот кто стоял за Баданом! В любом другом случае невозможно так быстро навести портал на маяк!
— То есть… — Алеша ощутимо напрягся, — у нас проблемы?
— Ещё какие, — Репсак тускнел с каждым словом. — Я попробую их задержать. Уводите город через подземный ход в Свободные земли.
— Исключено, — нахмурился Муром. — Будем стоять до конца! Иван Иваныч, нам срочно нужны артефакты! Вова! Сможешь скупить с Аукциона все, что есть? Все, что нам нужно — сдюжить третью волну!
— Не выйдет, — голос Репсака тускнел даже быстрее, чем сам он. — Второй раз портал не обмануть… Ему нужна… сила.
— Неужели это все? — просипел со своего места Кубик. — Не верю…
— И я не верю, — поддержал друга еле живой Страж. — Командир затащит.
— Затащит… — проворчал Алеша. — Иван Иваныч, сможешь вывести картинку прорыва ПКашеров?
— Могу, но… — начал было домовой, но, поймав тяжелый взгляд эльфа, осекся и неохотно топнул ногой.
Перед порталом тут же появилась иллюзия, транслирующая происходящее на пасеке.
— Не понял, — прогудел Викуло, устремляя мутный взгляд на картинку. — Это как так?
— А вот так, — Алеша, несмотря на все усиливающееся давление Круга, самодовольно улыбнулся. — Портальный камень и пасека — убойное сочетание!
На глазах у членов Совета уничтожались все военные силы коалиции ПК-кланов.
Сотни бессмертных как угорелые носились по полям, размахивая руками, как сумасшедшие, не в силах убежать от тысяч разгневанных пчёл.
Пчелы же, усиленные артефактными ульями и выращенные на разнообразных зельях, безжалостно истребляли непрошенных гостей.
— Это… мои пчелки? — удивленно пробормотал Муром, не веря в увиденное.
— Ну как твои, — усмехнулся Алеша. — После тебя у них уже был не один пасечник, причем, как из местных, так из рядов бессмертных. Но подробней об этом расскажет Иван Иваныч.
— Да чего там рассказывать, — заулыбался домовой. — Как Мастер Алеша сказал, так и сделал. И пасеку сюда перенес, и упор сделал не на мёд, а на пчёлок… Вот только…
— Откуда я знал? — усмехнулся Алеша. — Это неважно. Главное, чтобы Шпонька не взбрыкнул.
— Это все прекрасно, — процедил Судья, — но ещё немного, и Круг схлопнется.
— Засада на ПКашеров — это, конечно, хорошо, — кивнул Муром. — Но на чудо не тянет. Про ксуров и вовсе молчу.
— Что мог, — поморщился Алеша. — Может, реально местных эвакуировать?
Из золотого портала уже вовсю лезла Скверна, Круг Призыва вытягивал из членов Совета саму жизнь.
— Атака по городу! — охнул Иван Иванович. — Стальные воздушные корабли обрушили на ратушу огонь!
— Каковы повреждения? — нахмурился Муром.
— Ратуша разрушена, три соседних здания горят, убито сто шесть горожан, ранено двести сорок! Стальные корабли заходят на второй круг!
— Гадство! — не выдержал Алеша. — Ракетами вдарили! Иван Иваныч, пусть Плехан начинает эвакуацию!
— Атака по замку! — охнул домовой. — По защитному куполу прилетело Тьмой и Смертью… Это темные боги!
— Твари… — прорычал Муром. — Иван Иваныч! Немедленно выходи на связь с Плеханом. Пусть срочно уводит людей. Иначе они все тут умрут.
— Тут такое дело, — пробормотал домовой, а в следующий момент в Золотой комнате появился мэр Малых Вых.
— Не в мою смену! — проревел Плехан, вступая в круг.
Он вклинился между Грыгой и Багуром, вливая в похожих на мумий орков свежие силы.
— Я рад, что ты с нами, — улыбнулся Муром, глядя на увешанного артефактами мага.
— Я здесь не ради вас, — фыркнул Плехан, пуская вокруг себя волну исцеления. — А ради моего народа!
— Можно подумать… — Алеша закатил глаза. — А мы тут, значит, ради себя?
— Алеша! — одёрнул друга Муром. — Не сейчас!
Мурому было глубоко плевать, по какой причине Плехан все же решил вернуться, но сейчас богатырь был практически счастлив — шанс все же есть!
И живительная сила, потекшая по кругу, и отступившее на время чувство голода недвусмысленно намекали — Плехан только что спас его людей.
И будь Алеша хоть сто раз прав, Муром совершенно четко понимал — сейчас не время разногласий.
Сначала выжить, а потом уже разбираться, кто прав, а кто виноват.
— Репсак! — Муром бросил на главу Ордена требовательный взгляд. — Успеваем третью волну?
— Опасно… — проскрипел побелевший голем. — Кто удержит Скверну?
— Добрыня! — хором отозвались богатыри.
— Нежить уже штурмует стены! — Иван Иваныч умудрялся следить за всем происходящим. — Темные боги продавливают защиту замка! Из всех бессмертных уцелел только один, но его вытянуло порталом, который я не смог заблокировать.
— Это ж сколько лута! — хохотнул Алеша, чье настроение увеличивалось пропорционально вливаемой Плеханом силе. — Эти идиоты сами принесли нам хабар!
— Ещё немного, и Скверна полностью подчинит себе портал… — едва слышно прошелестел Репсак. — Готовы… к Волне?
— Да давай уже! — крикнул Плехан. — Пока эти негодяи не разрушили весь город!
Муром согласно кивнул, и Репсак дал.
— Третья волна!
От накатившего следом упадка сил, Мурома бросило на колени.
Все тело дрожало так, будто он провел в статике целые сутки. Справа кровью кашлял Викуло, слева безостановочно сквернословил Алеша.
Мурома вырвало прямо на сияющий золотом пол, и он, собрав силу воли в кулак, посмотрел вперед.
Золотого портала больше не существовало.
Муром видел только исчезающий в золотой пульсации Круг Призыва.
На ногах остались только Репсак и Иван Иваныч, все остальные — кто валялся на полу, кто едва держался на четвереньках, кто стоял на коленях.
— Чтоб тебя…
Взгляд Мурома упал на бездыханные тела Эльдуола, Грыги, Багура и… Росомахи.
Круг Призыва оказался безжалостен к активировавшим его разумным, собрав обильную жатву.
И хуже всего было то, что Муром отчетливо понимал — его друзья погибли окончательной смертью.
— Некогда горевать, — прохрипел Алеша, от которого не укрылась потеря банкиров и Судьи. — Скверна, брат!
— Где? — не понял Муром, пытаясь найти в себе силы подняться на ноги.
— Вокруг нас!
Алеша уже вовсю стрелял, посылая стихийные стрелы в, казалось бы, хаотичном порядке.
— Где мы? — прохрипел Муром, опираясь на появившиеся в руках мечи. — Что с порталом?
— Это и есть портал, брат! — крикнул Алеша. — Он расширился до размеров Золотой комнаты, и сейчас мы… в Межмирье⁈
— Точнее в предбаннике, — поправил эльфа Репсак. — Золотая комната стала мостом между Межмирьем и Вторым шансом. Мы сейчас одновременно и там, и там. Но стоит сделать шаг вперед, как мы окажемся в Межмирье, и вернуться назад можно будет только через пуповину мира, который сейчас позади нас. Но в этом случае Скверна прорвется во Второй шанс за нами.
— Понял, — прохрипел Муром, которого не покидало сосущее чувство голода и дикая горечь из-за погибших товарищей. — А кто поддерживает Круг Призыва?
— Добрныя, — в голосе Репсака мелькнуло облегчение. — Иначе…
— Хватит болтать! — крикнул Алеша, поливая все вокруг сияющими стрелами. — Танкуй, брат! Иначе она до нас доберется!
Муром протер глаза, но ничего, кроме золотистого сияния не увидел. И это сияние пульсировало с каждой секундой все быстрее и… глубже, что ли?
Вот только Скверну он, как ни старался, не видел.
— Помогу, — прошелестел чертовски родной голос Морока. — Мой ход!
С клинка Иллюзий сорвалась тусклая молния, и в следующий момент все золото осыпалось белёсой пылью, обнажив бескрайнее нутро космоса.
— Ух ё! — Муром, осознав, что под ногами ничего нет, почувствовал, как на волна ужаса сметает бастион его воли. — Где чертов пол⁈
— Морок! — вторил богатырю Алеша. — Какого черта⁈
— Перебор, — согласился Морок, и под ногами богатырей появилась золотистая площадка. — Лучше?
— Лучше, — машинально отозвался Муром, с трудом переводя дух и во все глаза глядя на три потока энергии, которые наперегонки неслись к их небольшому островку.
Слева летел окутанный изумрудной вуалью костяной дракон, на загривке которого находились долгожданные Добрыня и… Кощей.
Справа мчался кулак белёсого тумана, от одного вида на который становилось дурно.
Чуть приотстав, за Добрыней и Скверной на островок неслись странные темные тени.
— Я возьму на себя стражей! — протараторил Морок, вспыхивая жемчужно-белым светом. — Муром — Скверну! Алеша — прикрывай остальных!
— А мы не упадем? — Муром с опаской покосился на края островка.
— А крылья тебе на что? — хмыкнул меч и ринулся навстречу приближающимся потокам.
— Везет же некоторым, — проворчал Алеша, шагая вперед.
Он безостановочно стрелял по щупальцам Скверны, внимательно следя, чтобы ни одно из них не достигло обессиленных соратников.
Чуйка подсказывала опытному воину — если погибнет ещё хоть один одаренный, Добрыне станет вдвойне тяжелее. Пусть он и маг, но его запас энергии не бесконечен.
И Плехан был ярким тому примером. Да. Он спас Круг от неминуемой смерти, но сам настолько выложился, что потерял сознание.
Муром же, хоть и не видел, что делает его друг, но каким-то шестым чувством понимал — позади находится выход во Второй шанс, та самая пуповина мира, о которой говорил брат Репсак.
Сами богатыри, шагнув вперед, покинули, как удачно подметил Репсак, «предбанник», и оказались в Межмирье.
— Иду на вы! — прошептал Муром, черпая в своем голосе уверенность.
За спиной богатыря распахнулись Огненные крылья, и Муром ринулся навстречу Скверне.
Пламень вспыхнул огнем, а на лице Мурома появилась невольная улыбка.
Пусть вокруг были бескрайние просторы космоса и оглушительная тишина, Муром ощущал, как на него накатывает упоение боем.
И сейчас, в отличие от избиения мятежников в Тронном зале, Муром чувствовал себя на своем месте.
В ушах заиграли горны, забили боевые барабаны, где-то на фоне послышался звон мечей, свист стрел и даже ржание коней.
— Уууу, нечисть! — громогласно проревел Муром, замахиваясь клинком. — Врешь не пройдешь!
Взмах мечом, и в волну Скверны устремляется огненный полумесяц, который развалил туман на две неравные части. Но не успел Муром обрадоваться, как прореха затянулась, а из тумана выстрелили два белёсых копья.
Приняв удар на клинок, Муром хищно оскалился и принялся полосовать Скверну огнем.
Пламень с шипением рассекал белёсый туман, но Скверна и не думала отступать.
Она пыталась окружить богатыря, пробить неожиданной атакой его доспех, влезть монотонным шёпотом ему в голову, но Мурома защищал полыхающий в груди Истинный огонь.
Богатырь бесстрашно рубил белёсый туман, потеряв счет времени.
Еще совсем недавно он не мог подняться на ноги, но сейчас в богатыря с каждым ударом вливалась не просто сила — мощь!
Да что там! Впервые в жизни Муром ощутил внутреннюю уверенность в том, что он сможет одолеть Скверну!
— А теперь вместе толкнем ещё назад, — шепот Морока Муром не столько услышал, сколько… почувствовал? — И вместе!
Муром с хэканьем рубанул мечом перед собой, вложив в удар всего себя.
Где-то вдалеке послышался треск мироздания, и Муром от неожиданности отпрянул назад.
Удар оказался такой силы, что назад смело не только саму Скверну, но ещё и темные тени, которых Морок назвал стражами.
Дзанг!
Вдалеке послышался звон струны мироздания, а Муром неожиданно понял — они только что изменили судьбу Второго шанса.
— Готово! — до слуха Мурома донесся радостный вопль Морока. — А теперь быстренько валим! Портал сейчас схлопнется!
Окрик Морока стегнул по ушам, и богатырь, не отдавая себе отчет в том, что он делает, прыгнул спиной назад.
По его субъективным ощущениям, он оттеснил Скверну на многие километры вперед, но при этом он точно знал, выход из предбанника межмирья находится ровно за его спиной.
Последнее, что увидел Муром, проваливаясь в теплое золото портала — разъяренную Скверну, удивленных Стражей и… заинтересованный взгляд самой Вечности.
Муром был готов к тому, что рухнет со всего маха на пол или что из него выбьет весь дух, или он влетит в стену, но реальность оказалась куда приятней.
— Муром! — крепкие руки Добрыни сомкнулись у Ильи на груди. — Держись, братишка!
Мало того, что богатырь вновь оказался в Золотой комнате, так его ещё и поймал Добрыня!
Складывалось ощущение будто физически его тело оставалось на месте, а дух воевал в Межмирье.
Хотя, почему складывалось? Так оно и было!
— Брат… — Муром почувствовал, как из него вынули стержень, благодаря которому он все это время сражался с околобожественной сущностью в межмирье.
Гном, поймавший богатыря, аккуратно поставил Мурома на пол и стиснул в своих объятьях вздрогнувшего всем телом эльфа.
— Алеша!
— Братан! — Алеша расплылся в улыбке. — Получилось?
— Получилось, — Добрыня расплылся в усталой улыбке. — Кощей с Костиком уже снаружи. Несколько секунд назад комната перестала сиять, а потом ваши души вернулись в тела!
— Так чего же мы ждем? — вскинулся эльф. — Иван Иваныч, телепортируй на Дозорную вышку!
— Обожди, торопыга! — Морок, вернувшийся из Межмирья одновременно с Муромом и Алешей, указал острием на висящее в воздухе небольшое белёсое пятно. — Надо раз и навсегда отсечь Скверне возможность попасть во Второй шанс.
— Добрыня, меч! — Муром сразу же понял, на что намекает Морок.
— Держи, брат! — гном ловко кинул меч-кладенец другу.
— Клинок может не выдержать, — поспешно крикнул Морок. — Выбор…
— К черту выбор! — отмахнулся Муром и с плеча рубанул белёсую кляксу.
Меч-кладенец жалобно звякнул и рассыпался серебряной пылью.
Из кляксы дохнуло нечеловеческой злобой, но не успели богатыри испугаться, как белёсое пятно растаяло, словно его и не было.
А следом исчезло чувство чужого взгляда, и появилось понимание — они смогли. Смогли выпнуть Скверну из своего дома!
— Смотрите! — Алеша с восхищением уставился на появившийся по центру Золотой комнаты портал. — У меня… задание!
— И у меня, — прогудел Муром.
— У меня тоже! — Добрыня. — Домой вернуться предлагают…
Муром хмыкнул и посмотрел на появившееся перед ним уведомление:
Внимание! Вы совершили невозможное!
Мало кто из разумных посещал Межмирья, и вы — один из них!
Выберите портал в любой обитаемый мир:
Последняя империя
Порог (заблокировано)
Море возможностей
Полигон
Земля (родной мир)
— Я вам так скажу, братцы… — богатырь повернулся к своим друзьям.
Помимо богатырей в Золотой комнате находился висящий в воздухе Морок, лежащие вповалку члены Совета, застывшая фигура брата Репсака и переминающийся с ноги на ногу Иван Иваныч.
Причем, что Репсак, что Иван Иваныч, что Морок, что члены Совета — все внимательно слушали, какое же решение примут богатыри.
— Негоже на печь возвращаться, коли супостат по нашей земле гуляет.
— Доведем дело до конца! — одобрительно кивнул Добрыня.
— Харош трепаться, — усмехнулся Алеша. — А то без нас драка закончится!
— Постойте! — Плехан пусть и с трудом, но поднялся на ноги. — Я хочу… извинится.
— Может попозже? — поморщился Алеша. — У нас как бы война в самом разгаре.
— Нет, — Плехан упрямо мотнул головой. — Это надо сделать сейчас. Их смерть, — он кивнул на тела банкиров и Судьи, — на моей совести, и я…
— На нашей, — перебил его Муром. — И мы сделаем все, чтобы их не забыли.
— Я совершил ошибку, — глаза мэра наполнились слезами.
— Мы все совершаем ошибки… — шмыгнул носом Илья.
— Главное, что ты вернулся, — Алеша, в отличие от друга, хотел побыстрее закончить этот разговор. — А теперь, чтобы их смерть была не напрасной, — эльф показал на финансистов и Судью, — давайте доведем дело до конца! Не мы её начали эту войну, но мы её закончим!
— Да будет так, — кивнул Плехан, опускаясь на одно колено. — А я буду вам в этом самым верным помощником!
— Мы! — поправил его Викуло, также преклоняя колено. — Мы все!
Остальные члены Совета, один за другим, последовали его примеру.
— Их имена не будут забыты, — Алеша кивнул на павших товарищей.
— Их дело будет продолжено, — подхватил Муром, незаметно смахивая одинокую слезинку.
— Вот только для начала, — вздохнул Добрыня. — Нужно победить в этой войне.
— Ты прав, брат. Оплакивать павших будем после победы. За дело! — голос Мурома окреп, а вместе с ним, тело богатыря наполнила сила. — Иван Иваныч! Дай нам связь, картинку и текущий расклад!
— Нежить почти захлестнула стену, — принялся тараторить домовой. — Прорыв периметра в трех местах.
В унисон его словам перед богатырями появилась сотканная из иллюзий картинка, на которой полчища нежити, строя живые лестницы, без устали карабкалась на стену.
— Кощей?
— Мастер Кощей занял дозорную площадку и что-то колдует…
Картинка мигнула, и взорам богатырей предстал некромант, плетущий зубодробительное заклинание.
К нему со всех сторон летели горгульи и немертвые орлы, но костяной дракон по имени Костик внимательно следил за тем, чтобы покой его хозяина не был нарушен.
Дракон обвил своей тушей верхнюю часть гильдии магов, и ловкими плевками Смерти сбивал все попытки Бадана сбить концентрацию Кощея.
— Ксуры?
— Идут на третий заход, — тут же отозвался домовой. — Горынч не поспевает.
Картинка мигнула и показала трехглавого дракона, который вместо того, чтобы гоняться за юркими целями, занял центральную площадь и время от времени дергался то в одну сторону, то в другую.
Сгустки огня, вылетающие из его пастей, сбивали снаряды ксуров, а те бомбы, которые не удавалось сжечь, дракон принимал на себя, защищая тем самым город.
— ПКашеры?
— Все перебиты пчёлками, — Иван Иваныч позволил себе довольную улыбку. — Я взял на себя смелость доставить сюда лучшие клинки. Большинство легендарного уровня, но есть и один божественного…
— Не отвлекайся, Иван Иваныч, — потребовал Муром, впрочем, машинально убирая несколько клинков в инвентарь. — ПКашеры больше не проблема?
— Нет, но, как я уже говорил, ушел только один…
— Свяжись со Шпонькой, — от Алеши повеяло такой властью, что домовой вытянулся по стойке смирно. — Пусть вытаскивает Егу!
— Домашняя заготовочка? — криво усмехнулся Муром, намекая на расположенную на пасеке портальную точку.
— Она самая, — кивнул Алеша. — Ещё бы Шпонька не подвел…
— Обратите внимание на северо-восток! — в голосе Иван Иваныча мелькнул тщательно скрываемый страх. — Пока ксуры бомбят город, темные боги практически продавили защиту замка.
— Значит так, — Муром покосился на членов Совета. — Викуло, Оркдана, Кубика, Стража и Огюста к Орде. Плехана с Вовой — к магам.
Богатырь ещё только договаривал, а фигуры соратников уже исчезли в порталах домового.
— Теперь по нам, — Муром посмотрел на своих друзей. — Алешу к Кощею. Добрыню на стену, а меня… как можно выше.
— Над городом? — уточнил домовой, и не подумав удивляться странному запросу. — Могу закинуть на семь верст.
— Действуй! — кивнул Муром, вытягивая вперед руку, в которую тут же прыгнул Морок. — До встречи, братья!
— До встречи! — дружно отозвались богатыри, пропадая в тусклой вспышке портальной магии.
Каждый из них отлично знал, что нужно делать.
Алеша намеревался выступить в роли ПВО, попробовав сбить истребители бомбардировщики ксуров.
Задача Добрыни было поднять уровень стены и опрокинуть вал нежити назад.
Муром же… Муром планировал выступить против… ни много ни мало, темных богов.
Очутившись в воздухе, Муром не растерялся ни на секунду.
За спиной уже привычно распахнулись Огненные крылья, и он, вооружившись копьем «Укол ветра», коршуном спикировал на шесть темных клякс — именно так Муром видел фигуры темных богов.
Он не знал их имен, не знал их специализации, да и, честно говоря, не горел желанием.
Муром понимал одно — они пришли в его дом с мечом, а значит — от меча и погибнут.
И, отзываясь на его мысли, с его пояса слетели два меча — Клинок Иллюзий Морока и Пламень.
Мечи пристроились рядом с богатырем, направив острием прямо на неприятные кляксы темных богов.
— Смертные такие смешные, — сбоку раздался голос Морока. — То считают, что они главные герои, и мир верится вокруг них, то с легкостью готовы отдать свои жизни за свои идеалы и за своих друзей.
Внимание! Стойкость +10
— Интересное сравнение, — прогудел Пламень смутно знакомым голосом. Кажется, Муром слышал его… у Хрустальной стелы? — Подчас мне кажется, что смертные более достойны пантеона, чем некоторые боги.
— Пожалуй, соглашусь, — усмехнулся Морок. — Кстати, Руевит, что насчет твоих друзей?
— Нужны вместилища. Желательно божественного уровня. Но легендарный тоже пойдет.
— Муром? — Морок ткнул богатыря в плечо.
— Что? — не сообразил богатырь.
— Клинки, которые дал домовой, — подсказал Морок. — Вытащи их из Инвентаря.
Муром, который совершенно забыл про полученные от Иван Иваныча клинки, молча кивнул и усилием воли достал два меча.
Внимание! Удача +10
Внимание! Дух (воина) +10
— Какие интересные ощущения! — женский голос Муром без сомнений соотнес с Фортуной. — Правда меч какой-то… некрасивый.
— Красивый, — не согласился искрящийся молниями меч. — Кхм, розоватый…
— Это перламутровый! — капризно заявила Фортуна. — А ничего, что их шесть?
— Ничего, — прогудел Руевит, чей клинок засиял небесным светом. — Да и не боги это вовсе. Так, шпана подзаборная.
— Мелкие божки, — согласился Индра. — Отожрались на людских страданиях. Морок, ты с нами?
— Увы, мне нельзя, — в голосе Морока не было ни грани раскаяния. — Меня ждет один отпрыск великого некогда рода, который предал не только свою семью, но и свой мир.
— Тогда и смертному здесь не место, — Индра и не подумал расстраиваться.
— Я с вами, — упрямо заявил Муром, выцеливая копьем стремительно приближающихся божков.
— Дух воина, — с одобрением прогудел Руевит. — Впрочем, довольно разговоров. Бой!
Три бога и Муром ударили единым кулаком, вдребезги снеся защиту Темных.
Казалось бы, силы не равны — три с половиной против шести, но Муром был абсолютно уверен в победе.
Особенно когда сбоку в одного из божков ударила Огненная стрела Алеши, а откуда-то снизу прилетел каменный шпиль Добрыни.
Почувствовав поддержку друзей, Муром перестал осторожничать и с упоением отдался битве.
Небо над Алдоилом засверкало от столкновения божественных энергий, а Муром в какой-то момент почувствовал, что его сознание раздвоилось.
Вот он бьется с темными богами, а вот висит над армией нежити, которая, лишившись подпитки Скверны, резко потеряла прыть.
Вот он колет копьем темные кляксы, а вот он появляется за спиной у Кощея.
Вот он добивает подбитого Серебряной шишкой божка — спасибо Алеше! — а вот он появляется перед разъяренным Баданом, готовящим какой-то аналог Армагеддона.
Вот он закрывается наручем от коварного удара, а вот он видит, как со стороны Свободных земель к Алдоилу мчится серебристая сфера — «Ступа» Яги.
Вот он прикрывает Индру от слаженной атаки сразу трех божков, а вот летит вместе с Горынчем к единственному оставшемуся пятну Скверны — ставке Бадана.
Вот он бросает копье, спасая Фортуну от подлой атаки темной кляксы, а вот он появляется над… Егой.
Копье вонзается в подбрюшье сочащейся страданием кляксы и исчезает в ослепительной вспышке вместе с темным божком, а Муром на долгие несколько секунд притягивается к Еге.
— Опс!
Шпонька, не будь дураком, мгновенно уходит в штопор, и Муром ему за это чертовски благодарен.
Фейри не стал корчить из себя героя, не стал крутиться вокруг Мурома, чтобы сказать богатырю спасибо. Фейри совершил единственно верный поступок — отошел в сторону, не мешая большим дядям выяснять отношения.
— Мурооом!
Из шести темных божков в строю остались лишь двое, и оба бросились бежать, вот только Руевит и Индра не привыкли бросать дела на пол пути.
Вслед темным устремились две божественные молнии и… радуга — это Фортуна, не раздумывая, последовала за своими союзниками.
— Муроооом!
На «Ступе» Яги появилась дюжина звездочек — каждая за сбитый истребитель ксуров — и магиня, установив контроль над небом, медленно спускалась на городскую площадь.
Туда, где без сил растянулся полуживой Горыныч, который был готов умереть под огнем ксуров, но не дать им бомбить мирняк прямо на центральной площади.
И у него, несмотря на все разорванный в клочья доспех и многочисленные раны, это получилось.
— Муроооооом!
С Дозорной вышки звучит громогласный смех, и Кощей, закончив свое зубодробительное плетение, властно взмахивает рукой. А следом, с секундной задержкой, вся армия немертвых… начинает отступать!
— Мурооооооом!
Члены Совета, уцелевшие после Круга Призыва, уже вовсю работают по своим направлениям, пытаясь трудом заглушить горечь утраты.
Плехан обрушивает на лезущих к меллорну кадавров молнии, Огюст с Оркданом рвутся в первые ряды, Викуло зычно раздает команды…
— Муроооооооом!
Орда дисциплинированно отступает, разрывая дистанцию с развернувшейся армией немертвых, горожане трясущимися от страза руками разбирают подготовленные для ополчения копья — дико страшно, но все, как один готовы защищать свой клан, свой город, свою семью.
— Мурооооооооом!
Кощей, запрыгнув на Костика, правит последнего к израненному Горынычу, туда же летит серебристая сфера Яги… И горе тому, кто помешает встрече старых друзей!
— Муроооооооооом!
На дозорной вышке остается один Алеша, рядом с которым через мгновение появляется… Ега.
Эльфы неверяще смотрят друг на друга, после чего отдают друг другу воинское приветствие и крепко обнимаются
— Мурооооооооооом!
Добрыня наскоро чинит пробоины в стене, взмахом руки поднимая целые секции из гранита.
— Муроооооооооооом!
Далеко на востоке, в столице Империи, и недалеко от Малых Вых, в гарнизоне Сибурска, Тёма, мастер Гнатов и полковник Запов получили одинаковое задание — примкнуть к защитникам Второго шанса. И все трое, не раздумывая, шагнули в открывшийся портал.
— Мурооооооооооооом!
Вовочка, дождавшийся конца битвы, с глупой улыбкой нажимает появившуюся кнопку «Выход» — ведь в реале его ждет лучшая девушка в мире — дочь Ильи Федоровича, Маша Мур.
Нет нужды что-то объяснять Мурому — во-первых, Вовочка обязательно вернется, а во-вторых, будущий тесть его поймет.
— Мурооооооооооооом!
Поток видений наконец-то прервался и Муром увидел главное — Морока, котоырй все это время никак не мог до него докричаться.
Меч, пронзивший Бадана насквозь, дрожал от едва сдерживаемой мощи и раз за разом звал Илью, теша себя надеждой, что богатырь все же откликнется.
Морок не просто разрушил оболочку некроманта, но и развоплотил его дух, не став превращать заслуженную казнь в показушную финальную битву.
Нет, будь на его месте кто-то из богатырей, поединок бы затянулся, но Морок предпочитал не рисковать.
Все, что его сейчас заботило — сумеет ли богатырь помочь справиться с огромным количеством энергии, ведь если нет, на месте клана «Три богатырей» появится выжженная магией пустошь…
— Муроооооооооооооом!
— Слышу! — богатырю было стыдно, что Морок только сейчас достучался до него.
— Сила переполняет! — меч аж корежило от выпитой из Бадана энергии. — Золотая комната!
— Понял! — Муром осознал себя до сих пор парящим в воздухе.
Ну как парящим… Огненные крылья куда-то исчезли, и Муром полетел по направлению к земле.
— Иван Иваныч! Золотая комната!
До замковых строений оставалось какие-то сто метров, когда портал открылся, и Муром оказался в Золотой комнате.
А вместе с ним Алеша с Добрыней.
— Братцы, задание…
Уважаемый Илья Муром!
Ваши действия по спасению мира ВШ-314 оценены на 9 баллов из 10.
Получен сабкласс: Меняющий реальность
Сеть призывает вас на Битву за Порог!
Внимание! Клановый рейтинг позволяет осуществить перенос всей клановой территории!
Принять? Да / Нет
— Вы, как хотите, а я за, — проворчал Алеша. — Печенкой чую, на Пороге нас ждут многие ответы!
— В том числе, как сохранить нашу линию вероятности, — кивнул Муром. — Поддерживаю.
— И я с вами, — улыбнулся Добрыня, принимая задания. — Бешенной кляче семь верст — не крюк. Здесь навели порядок, и там справимся!
Где-то далеке с облегчением выдохнул Морок, и высвобожденная энергия водопадом обрушилась на Алдоил, покрывая собой всю территорию клана «Три богатыря».
Внимание! Перенос всей клановой территории начнется через:
3…
2…
1…
Над Малыми Выхами заходило солнце, щедро делясь остатками тепла и света. А три богатыря, не обращая внимания на текущие из глаз слезы, смотрели вдаль.
Они сделали все, чтобы защитить Второй шанс, мир, ставший их вторым домом, но сейчас от них требовалось нечто большее.
Не просто отогнать врага от своей хаты, которая, как известно, всегда с краю, но разобраться с первопричиной всех проблем.
И раз они сумели изменить этот мир к лучшему, так почему же им не замахнуться на Порог?
Три богатыря крепко встали на ноги, а значит враг будет повержен, и победа будет… за нами!
Книга предоставлена Цокольным этажом, где можно скачать и другие книги.
Сайт заблокирован в России, поэтому доступ к сайту через VPN. Можете воспользоваться Censor Tracker или Антизапретом.
У нас есть Telegram-бот, о котором подробнее можно узнать на сайте в Ответах.
Если вам понравилась книга, наградите автора лайком и донатом: