Было так или нет, а жили падишах и везир. Ни у того, ни у другого долго не было детей. Только когда волосы у них цветом стали как рисовая каша с машем[1], а бороды легли на грудь, жены их забеременели. Шах и везир очень этому обрадовались, устроили пиршество и с тех пор стали вместе ездить на охоту.

Однажды, когда они охотились в красивой горной долине, везир увидел газель и поскакал за ней. Газель бежала не быстро. Везир прицелился, только хотел выстрелить, как вдруг увидел, что у газели очень большой живот. Он догадался, что газель должна скоро принести детеныша. Сказав про себя: «Жена моя, как эта газель, тоже беременна, разве не грех эту газель убивать?», он не выстрелил и повернул назад. Падишах удивился и спросил:

— Эй, везир! Почему ты упустил такую хорошую дичь?

Везир сказал, почему. Поступок везира понравился падишаху. Они решили поехать охотиться в другое место. В другом месте они подстрелили несколько куропаток, ощипали их, зажарили на вертеле и уселись есть. Падишах вспомнил про брюхатую газель и сказал:

— Дорогой друг! Уже много лет ты служишь мне вернее брата, а своим разумом и беспримерной прозорливостью ты так помогаешь мне решать трудные государственные дела, что этого нельзя забыть! Я решил: если наши жены родят по сыну, сделаем так, чтобы сыновья наши стали ближайшими друзьями, как мы с тобой. Если же твоя жена родит дочь, твоя дочь — моя невестка, а если моя жена родит дочь, твой сын — падишах после меня, а моя дочь — твоя невестка.

Эти слова пришлись везиру по сердцу, он с радостью согласился, и на том они и порешили.

На другой день пришли гонцы со счастливой вестью: жены шаха и везира разрешились от бремени. Везира они поздравили с сыном. Везир очень обрадовался этой доброй вести, и, сказав: «Спасибо, сто раз спасибо», погнал коня домой. Приехав домой, он поцеловал сына, потом прижал к глазам его личико, приговаривая: «Какое счастье, что довелось мне в жизни увидеть родного сына!», взял дитя на руки и отправился во дворец падишаха.

В это время падишах вернулся с охоты. Везир взял в одну руку своего сына, а в другую дочь падишаха, завернутую в золотую парчу, и понес к нему. Падишах увидел везира, встал, взял из его рук детей, поцеловал их, а потом, по совету старейших придворных назвал мальчика Тахир, а девочку — Зухра.

Тахир и Зухра росли под надзором умелых воспитателей. Они всегда, и за едой и гуляя в прекрасном саду падишаха, были вместе, всегда играли вместе. Когда настала пора им начать учиться, обоих послали в одну школу, они и в ученье были товарищами. Все это вызвало жгучую зависть у врагов везира, Тахирова отца. Их сердца, черные, как закопченное дно котла, переполнились ядом злых помыслов и намерений. При каждом удобном случае они, очернив перед падишахом везира и его сына, превозносили Зухру и говорили:

— О великий падишах! Твоя несравненная по красоте и беспримерная по разуму и знаниям дочь достойна лучшего падишаха мира, такого падишаха, который сможет владения твои расширить, приумножить твою власть, а славу увеличить!

Нельзя сказать, что такие слова не западали в слабое сердце падишаха. Стал он раздумывать об этом. Чем больше он думал, тем больше козней строили везиру его враги. Понемногу шах охладел к везиру и вознамерился его устранить.

Как-то раз на охоте один из приближенных падишаха «промахнулся», и пущенная им стрела вонзилась между лопаток везира. Глаза несчастного закрылись, и он больше никогда не увидел лица своего сына, который был ему дороже жизни.

Падишах прикинулся перед людьми «невинной горлинкой», похоронил везира, которого когда-то всем сердцем любил, с почестями и блеском и предался скорби о нем.

В это время на верхней губе Тахира уже показался черный пушок, юноша становился прекрасным, стройным. Любовь к Зухре, прекрасной, как свежая роза, разгоралась в его сердце.

Падишах знал об этом. Под тем предлогом, что они выросли и нехорошо им, уже большим, встречаться, он повелел запретить Тахиру видеть лицо Зухры. Приказ падишаха исполнили. Но Тахир не мог выносить разлуку. Надеясь увидеть свою прекрасную возлюбленную, он бродил вокруг замка падишаха и повторял:

Ахмад и Рахмат считались приятелями. Вот однажды отправились они в город и остановились у одного знакомого. Сидели они и разговаривали с хозяином. Один из них — Ахмад — вышел из дома. Рахмат тут же стал хулить своего приятеля:

— Мой попутчик нехороший человек, очень низкий человек, а сказать правду — хуже собаки.

Вошел Ахмад, и опять потекла беседа.

Потом вышел из комнаты Рахмат. Теперь уж Ахмад стал хаить своего друга.

— Этот мой приятель не человек, а настоящая корова.

Очень удивился хозяин, но ничего не сказал. Пошел он во внутренний дворик и принес на одном блюде жмых и солому, а на другом — кости и поставил перед гостями.

— Что это значит? — спросили удивленные гости.

— Дорогие мои гости, — ответил хозяин, — когда один из вас выходил, другой сказал: «Мой приятель — собака», когда вышел второй, то первый сказал: «Мой попутчик — настоящая корова». Я знаю, что корова любит жмых и солому, а собака — кости. Вот я и решил угостить вас тем, что вы больше всего любите.

Было так или не было, а жили на свете два падишаха. Одного звали Кушкор, а другого — Одил. Одил был падишахом одной страны, а Кушкор — семи стран.

У Одила были сын Бахрам и красивая дочь, а у Кушкора только сын Бахман.

Однажды Бахман охотился. Погнался он за горной газелью и вдруг оказался перед садом. Там гуляла дочь падишаха Одила со своими подружками. Увидел ее Бахман и решил: «Если отец не сосватает мне дочь падишаха Одила, я перейду на сторону Одила, буду воевать против собственного отца и разорю всю его державу». Пошел он к отцу и сказал о своем желании.

— Сын мой, — ответил Кушкор, — если Одил не даст согласия, я уничтожу его страну не за день, а за час.

И они отправили сватов к Одилу. В тот день Бахрам, сын падишаха Одила, был на охоте, и Одил ответил сватам:

— Сейчас нет дома моего сына. Надо подождать его возвращения, я не могу без него дать вам ответ.

Сваты вернулись и передали Кушкору, что сказал Одил. Кушкор пришел в ярость:

— Да как смеет этот царек противиться моему желанию! Пусть готовится к войне!

Гонцы объявили Одилу решение Кушкора. В это время вернулся с охоты Бахрам и стал спрашивать, что случилось. Одил рассказал. Бахрам тоже пришел в ярость и ответил посланцам Кушкора:

— Если ваш падишах хочет воевать, я готов. Будем сражаться.

Падишах Кушкор тут же собрал все свои войска и выступил. Его сын Бахман был ослеплен своей силой, ему казалось, что он сумеет перевернуть мир, если бы было за что ухватиться. Он возглавил отцовское войско.

Бахрам тоже стал готовиться к войне и попросил благословения у отца. Тут к нему пришла сестра и говорит:

— Брат мой, это война началась из-за меня, я пойду вместе с тобой, буду заботиться о тебе, варить еду.

Брат согласился и взял ее. Он оставил сестру у родника, а сам отправился на битву. А падишах Кушкор ждал, что придет все войско Одила. Он удивился и спросил Бахрама:

— Почему ты явился один? Где войско падишаха Одила?

— Я — сын падишаха Одила, — отвечал Бахрам, — я буду сражаться один с твоим войском.

Тогда Кушкор говорит:

— Если ты хочешь сразиться один, померяйся силами с моим сыном Бахманом. Если повалишь его, то клянусь, отдам тебе всю державу с войском.

И вот два храбрых пахлавона[6] начали бороться. Бахрам сказал Бахману:

— Начинай ты.

Бахман долго пытался повалить Бахрама, но тот отмахивался от него, словно от мухи. Вот настала очередь Бахрама. Приподнял он Бахмана и так ударил оземь, что не стало его видно в пыли.

Увидел это падишах Кушкор и приказал войску:

— Схватить его!

Бахрам вскочил на коня и стал сражаться. Битва продолжалась семь дней и ночей. Бахрам разгромил войско Кушкора, спаслись только сам падишах и несколько воинов.

Победитель вернулся с поля боя усталый. Сестра уже приготовила поесть и ждала брата. Он сошел с коня, поел и сразу заснул, так как не спал семь дней и ночей.

А сестра надела воинские доспехи брата и поехала туда, где он сражался. Там среди убитых воинов она увидела раненого. Это был Бахман, сын падишаха Кушкора. Девушке стало жаль его, и она унесла его с поля брани. Потом царевна обмыла его раны и привезла во дворец. Бахман был красивый парень и понравился девушке. Он догадался об этом и сказал ей:

— Если хочешь, чтобы мы жили вместе, давай избавимся от твоего брата, иначе он убьет меня.

— Что же я могу сделать? — спросила девушка.

Бахман посоветовал ей притвориться больной и послать брата за водой жизни.

Девушка так и сделала. Брат очень любил ее и опечалился, узнав о ее болезни. Сестра и говорит ему:

— Брат мой, лекари сказали, что меня может вылечить только вода жизни.

Долго думал Бахрам и наконец обратился за советом к родителям.

— Болезнь твоей сестры в сундуке, — ответил сыну отец. А девушка, и правда, прятала своего возлюбленного в сундуке. Поняла она, что отец знает ее тайну, тут же велела вырыть яму и спрятала туда Бахмана. А Бахрам заглянул в сундук и ничего не нашел. Тогда он отправился к матери. Она сказала:

— Не рискуй понапрасну своей жизнью, болезнь твоей сестры в яме.

Тут сестра вывела Бахмана из ямы и снова спрятала в сундуке. А Бахрам осмотрел яму и опять ничего не нашел.

Тогда он, недолго думая, надел боевые доспехи, взял оружие и отправился в путь. Шел он четыре года и два месяца и встретил старушку, которая собирала хворост. Она обрадовалась Бахраму и пригласила его в гости. А он ответил:

— Матушка, ты не сможешь накормить меня. Я съедаю за один присест семь жареных баранов, а мой конь — сто кадоков[7] кишмиша.

— Не беспокойся, — сказала старушка. — Я сумею насытить и тебя и твоего коня.

Старушка повела Бахрама в дом, накормила, напоила и стала расспрашивать:

Правда ли, неправда ли, в древние времена жил падишах. Он женился три раза. Несколько раз расцветали и увядали тюльпаны на холмах, несколько раз густые травы покрывали поля и долины, а потом засыхали. Но за все это время ни одна жена не родила ему ни одного ребенка.

Однажды, после долгого раздумья над своей судьбой, падишах вызвал своего везира, который был его правой рукой, и сказал ему:

— Как тебе известно, я всю жизнь мечтал о ребенке, но ни разу еще мое сердце не наполнилось радостью при виде желанного дитяти. Приказываю тебе объехать весь свет и найти мне такую жену, которая обрадовала бы меня сыном или хотя бы дочерью.

Услышал это везир, удивился словам падишаха, хотел сказать, где же он найдет такую жену, но возражение падишаху равносильно требованию для себя смерти, поэтому он, ничего не сказав, поехал искать падишаху жену.

Не успел он еще выехать за пределы страны, как в одном кишлаке услышал разговор девушек. Он подъехал поближе к ним, остановил коня и увидел на берегу быстро текущего потока трех дочерей пастуха.

— Если б я вышла замуж за падишаха, — говорила одна из девиц, — я сварила бы котел плова, которым накормила бы весь народ царства, да еще оставила в запасе…

— Если б я вышла за падишаха, — говорила другая девушка, — я соткала бы ковер, которым можно было бы покрыть весь мир. Если же свернуть его, он был бы не больше скорлупы фисташки…

— Если б я вышла замуж за падишаха, — сказала третья девушка, — я родила бы ему сына с дочерью с золотыми кудрями, с лучезарными лицами, похожими на солнце, освещающее мир.

Услышал везир их разговор, обрадовался и быстро вернулся к падишаху.

— О великий государь, — сказал везир, входя к нему, — мне не пришлось объезжать весь мир. В одном кишлаке твоей же страны живут три дочери пастуха. — И везир рассказал падишаху все, что слышал от девушек.

Бездетный падишах обрадовался, приказал привезти к нему трех сестер. Приказ падишаха быстро выполнили. Семь дней и семь ночей праздновали свадьбу, падишах всех трех дочерей пастуха взял себе в жены.

Проходили дни, проходили недели, проходили месяцы. У младшей жены должен был родиться ребенок.

Падишах был на охоте. Увлекшись, он задержался в одном месте, богатом дичью. А в это время дочь пастуха родила сына с дочерью. И на самом деле дети были с золотыми кудрями и с лучезарными лицами, похожими на солнце, освещающее мир. У каждого ребенка между бровями была большая черная родинка.

При виде таких красивых детей трех первых жен падишаха стало жечь пламя ревности и ненависти к младшей жене, а сознание того, что за столько лет они не родили падишаху ни сына, ни дочери, кололо их, как острый меч, и они решили погубить детей. Подкупив старуху, жены приказали ей увезти мальчика с девочкой куда-нибудь подальше и там убить.

После этого жены падишаха взяли котенка и щенка, положили их вместо детей и сообщили падишаху, что его жена вместо обещанных сына с дочерью родила ему котенка с щенком.

Как только падишах услышал такую весть, он очень расстроился и сказал посланцам, чтобы они прикусили язык и никому ничего не говорили, потому что это очень порочит его сан. Потом, вернувшись домой, падишах тут же приказал своему везиру — правой руке, посадить младшую жену в темницу.

Было так или не было, а жил старик, и был у него плохой сын. Во дворе у старика росли деревья, а в дальнем углу была яма. Однажды старик вышел во двор и вдруг увидел, что из ямы высовывается голова дракона. Дракон не причинил ему никакого вреда, и старик подумал: «Он не сделал мне ничего плохого, надо подружиться с ним».

У старика была корова, он не велел жене отдавать молоко в навбатхона[10]. Жена подоила утром корову, старик налил молока в большую миску и поставил перед драконом. Дракон выпил молоко и тут же изрыгнул полную миску золота. Старик обрадовался, взял золото и принес его домой.

Так каждый день старик давал дракону две миски молока и получал от него две миски золота. Скоро он так разбогател, что его сокровища трудно было сосчитать.

Об этом узнал сын и решил: «Чем получать от этого дракона по две миски в день, лучше убить его и забрать все золото сразу». Достал он меч и пошел к дракону. А тот уже поджидал его на краю ямы. Парень ударил дракона мечом, но не убил, а только отсек ему хвост. Не успел он взмахнуть мечом второй раз, как дракон разорвал его в клочья и проглотил.

Старик пришел, как всегда, к дракону и видит, что тот рассержен.

— Чем ты расстроен? — спросил он его.

Дракон ответил:

— Пришел твой сын и отрубил мне хвост, а я разорвал его в клочья и проглотил.

— Я приношу тебе в жертву этого неблагодарного сына. Не сердись, давай дружить по-прежнему.

— Нет, — ответил дракон, — ты при виде меня будешь вспоминать о сыне, а я, увидев тебя, буду жалеть о своем I хвосте. Нет, мы не сможем больше дружить.

И исчез.

Жила-была лиса. Она знала дорогу в обильный фруктами плодовый сад. Каждую ночь она ходила лакомиться спелым сладким виноградом и наедалась досыта. Насытившись, она беззаботно ложилась спать на мягкую траву сада, а проснувшись рано утром, уходила к себе домой.

Скоро хозяин сада заметил, что много гроздьев винограда оборвано, разбросало по саду и объедено, а цветы и трава помяты.

Это он наблюдал несколько дней, но потом решил поймать бессовестного вора и как следует наказать его.

Хозяин устроил капкан, закрепил в нем бараний курдюк и оставил его у входа сада.

Наступила ночь. Пришла лиса в сад и у самого входа увидела белый бараний курдюк. Лиса догадалась, что за курдюком находится капкан, приготовленный для нее. Но вид курдюка пробудил у лисы аппетит, у нее потекли слюни, в животе заурчало.

«Съем только кусочек, подавлю аппетит, и все, — решила лиса, но, спохватившись, подумала: — Поддашься чувству — попадешь в силок! — и, отказавшись от своего намерения, лиса повернула к винограднику. Но больше ей не хотелось есть виноград, он показался ей кислым и невкусным.

Лиса опять стала смотреть на курдюк, глотала слюни и облизывалась. Желание съесть курдюк чуть было не победило ее и не толкнуло в капкан. Она с трудом, но все же ушла из сада.

Шла она домой, а белый-пребелый курдюк стоял у нее перед глазами. Глубоко вздыхая, она думала: «Как бы мне вонзить в мягкий курдюк отупевшие от винограда зубы и дать им насладиться; как бы мне смазать нежным жиром высохшие мои кишочки, чтобы они стали мягкими и гладкими…»

Так шла лиса и думала, как вдруг ей повстречался волк. Он преградил лисе дорогу и сказал:

— Эй, хитрая лиса, давно я мечтаю с тобой повидаться. Хорошо, что сама пришла, ну, раскаивайся перед смертью в своих бесчисленных грехах!

— О, и я тоже мечтала встретиться с вами, прославленным богатырем! — улыбаясь, сказала лиса. — Но все не было подходящего случая. Я собиралась пригласить вас в гости в мой сад. Это не простой сад, а чудесный. С одной стороны в нем растут яблоки и виноград, с другой — груши, инжир спелые-преспелые, с винным соком. Кругом в саду проточная вода, всевозможные цветы, одним словом, там земной рай. Кроме этого, я приготовила для вас бараний курдюк, покушаете с наслаждением…

— Хитришь лиса! — сказал волк. — Но если тебе удавалось обманывать всех, меня-то обмануть не сумеешь!

Лиса рассмеялась и сказала:

— О, какой вы недоверчивый! Недоверие всегда вредит, оно сжигает дружбу. Лучше пойдемте-ка со мной, поедите сала, доставите себе удовольствие!

Новое упоминание о курдюке поколебало волка, и он пошел за лисой. Лиса шла впереди, волк за ней. Так они пришли в сад. Увидев цветущий сад, волк пришел в восторг. Еще более радостная, чем волк, лиса шныряла из стороны в сторону. Насытив волка гулянием по саду и фруктами, лиса повела его к курдюку и сказала:

— Ну, посмотри, разве я сказала неправду? Вот курдюк, ешь его, пока не надоест!

Не в силах сдерживать себя при виде сала, волк жадно набросился на курдюк. И сразу же его передние лапы были зажаты капканом. Как волк ни вырывался, не мог освободиться. Тогда он повернулся к лисе и взмолился:

— Эй, лиса, чем-то прижало мои лапы, посоветуй, как мне освободиться.

— Ты же богатырь! Ты же сильный, понатужься и высвободи свои ноги, — сказала лиса.

Изо всей силы волк отпрянул назад, но лишь переломал кости лап и свалился без чувств.

Лиса с наслаждением досыта наелась сала и, смеясь над глупым волком, вышла из сада.

Жила-была чижиха. Она свила на ветке дерева гнездо и вывела детей.

Однажды подошел к этому дереву слон и стал чесаться, Дерево сильно задрожало, гнездо чижихи разрушилось, ее плачущие дети упали на землю и разбились. Долго плакала чижиха от неутешного горя.

Через некоторое время она свила гнездо на ветке этого же дерева и вывела детей. И опять пришел слон и стал чесаться о дерево. Дерево сильно задрожало, гнездо чижихи разрушилось, ее плачущие дети упали на землю и разбились.

Чижиха не могла больше вынести такого горя и громко закричала слону:

— О безжалостный слон, ты разрушил мое гнездо, убил моих детей! Теперь я тебе отомщу.

Слон поднял хобот и, смеясь, сказал:

— Эй, пигалица, ты настолько мала, что не имеешь права говорить так с таким большим, как я! Иди, делай все, что сможешь!

Чижиха с полными слез глазами, с разбитым сердцем, полетела к своему знакомому умному ворону.

Ворон увидел плачущую чижиху и спросил:

— Что с тобой, почему плачешь?

— О, умный ворон, помоги мне! — сказала чижиха. — Пришел к моему дереву слон, разрушил мой дом, убил моих детей! Что мне делать, ведь я не могу с ним справиться?

— Да, слон плохо поступил, — сказал умный ворон. — Его надо наказать! У меня есть друг, пойдем к нему и посоветуемся.

Другом ворона была пчела. Ворон с чижихой пришли к ней и рассказали о случившемся.

Пчела тоже осудила поступок слона и стала думать, как наказать его.

— У меня есть знакомая, пойдемте посоветуемся с ней, — предложила пчела.

Знакомой пчелы была лягушка, к которой они все вместе и отправились. Посоветовались вчетвером и пришли к одному решению: пчела созовет много других пчел и все они полетят к слону.

Пчела, знакомая ворону, подлетела к слону, влезла к нему в ухо и стала жалить его. Слон от боли повалился на бок и стал тереть ухо о землю.

В это время остальные пчелы подлетели к слону и начали жалить его, они вонзали свои жала в тонкую кожу вокруг его глаз.

Веки у слона так распухли, что он перестал видеть и лежал на земле без движения. Потом слона стала мучить нестерпимая жажда.

В это время лягушка со своими подругами направилась к краю обрыва, и все они начали там неистово квакать.

Жил-был козел. Однажды напала на него хворь, шерсть у него облезла. Пустил его хозяин в поле, засеянное клевером. Шел день за днем, и козел стал понемногу снова обрастать шерстью. Однажды заметил он в клевере облезлого барана. Подбежал к нему козел и поддел его рогами.

— Не бодай меня, — взмолился баран, — совсем было вылезла моя шерсть, вот хозяин и привел меня сюда, чтобы я отъелся на свежем клевере. Давай так: ты пасись с одной стороны, а я — с другой.

Козел согласился, и стали они пастись на разных концах поля.

Однажды забрел туда теленок. Козел разбежался, боднул теленка и хотел было его прогнать, но теленок сказал:

— Подожди, приятель, дай и мне с вами попастись. Поедим клевер, а как он кончится, уйдем с этого поля. Недалеко отсюда есть сад, — я знаю туда дорогу, — там полно опавших листьев.

И козел, баран да теленок стали поедать клевер. Через несколько дней весь клевер был съеден, и все трое отправились в тот сад. Шли они, шли и вдруг видят, лежит на дороге волчья шкура. «Пригодится когда-нибудь», — решили они, намотали шкуру козлу на рога и снова двинулись в путь. И привела их дорога к дому. Видят, из трубы вьется дымок.

— А что, друзья, — предложил козел, — не зайти ли нам сюда? Выпьем хоть чаю по пиале!

Оставили они волчью шкуру у порога, открыли дверь и видят, сидят в комнате три волка. Козел, баран и теленок собрались было бежать, но волки стали приглашать их:

— Заходите, гости, заходите… Мы ведь тоже, как и вы, путники. Сидим вот здесь, чаек попиваем.

Козел, баран и теленок вошли в дом и сели пить чай.

Один из волков — самый большой — говорит своему товарищу:

— Дай-ка мне дутор[12], знаю я еще от дедушки одну присказку, расскажу ее дорогим гостям.

Дали ему дутор. Волк стал играть на нем и петь, а песенка была такая:

Жил-был дехканин[13]. У него были два сына и одна дочь. Дочь звали Майрамби, и была она редкой красоты. По соседству с ними жил богатый бай. Задумал этот бай жениться и говорит своим слугам:

— Ступайте, найдите мне жену, прекрасную, как Майрамби.

Слуги надели деревянные башмаки, взяли железные посохи и отправились искать невесту. Искали они, искали, но нигде не нашли девушки, подобной Майрамби. Вернулись назад и докладывают:

— О милостивый хозяин! Башмаки наши продырявились и стали, как сито, посохи наши стали тонкими, как иголка, но мы нигде не встретили девушки, подобной Майрамби.

Подумал бай и говорит:

— Ступайте к отцу Майрамби, сосватайте ее. Я уплачу большой калым, много денег, пусть он отдаст мне свою дочь.

Приходят сваты к отцу Майрамби:

— Наш хозяин даст много денег и всякого добра, отдай дочь за него.

Отец посоветовался с женой и старшим сыном и дал согласие.

И вот стали готовиться к свадьбе.

Поставили барашков на откорм, смололи муку, сбили масло, купили рису.

Отец высыпал на солнце мешочек рису, позвал Майрамби и говорит:

— Доченька, постереги рис, чтобы птицы не поклевали.

Майрамби села рядом и стала вышивать тюбетейку. Сидит она и вышивает, вдруг подлетает сорока и начинает трещать. Майрамби не обращает на нее внимания. Сорока затрещала еще раз, и тогда Майрамби спросила:

— Пташечка, о чем ты щебечешь?

Сорока ей в ответ:

— Дай мне поклевать немного рису, я тебе что-то расскажу.

— Ну что ж, поклюй, — отвечает Майрамби.

Сорока поклевала рису, наелась и говорит:

— Этот рис для твоей свадьбы, тебя выдают за соседа-бая.

Майрамби огорчилась и прогнала сороку. Тут подошла курица со своим выводком, стала клевать рис. Говорит ей Майрамби:

— Почему ты клюешь без спросу?

— Как наемся, скажу тебе что-то, — отвечает ей курица.

— Что ж, поклюй, — согласилась Майрамби.

Курица поклевала и говорит:

— О прекрасная девушка, радостно тебе или нет, этот рис приготовлен для твоей свадьбы, тебя выдают за соседа-бая.

Майрамби огорчилась пуще прежнего и крикнула: «Кыш!»

Встревожилась девушка.

— Что говорят эти птицы? — подумала она. — Неужели отец с матерью и брат отдадут меня за этого старика? Разве они враги мне?

Пригорюнилась Майрамби, вытащила иголку из тюбетейки и воткнула в землю. Иголка превратилась в чинару, чинара выросла до самого неба. Майрамби прислонилась к чинаре и запела:

Однажды некий мечтатель шел по базару. Вдруг видит, бай купил горшок кислого молока и ищет человека, чтобы тот отнес его к нему домой. Мечтатель подошел к баю и спрашивает:

— Если я отнесу кислое молоко к тебе домой, сколько теньга[18] ты мне дашь?

— Одну теньга, — отвечает бай.

Мечтатель поставил горшок с молоком на голову и пошел. Идет и мечтает: «Теперь у меня есть одна теньга. Что я куплю на эту теньга? На эту теньга я куплю курицу. Если она будет нести по яйцу в день, за неделю скопится семь яиц, а за две недели — четырнадцать. На эти четырнадцать яиц я посажу курицу, и из них вылупятся четырнадцать цыплят. Два будут петухи, а двенадцать — куры. Буду их хорошо кормить, ухаживать за ними, и через месяц они тоже станут нести яйца. Будет у меня тринадцать кур. Тринадцать кур станут нести яйца, и за десять — пятнадцать дней скопится сто или двести яиц. На эти сто или двести яиц я посажу кур, и будет у меня в конце концов десять тысяч кур. Из этих десяти тысяч кур я девять тысяч продам по одной теньга, и будет у меня девять тысяч теньга. На девять тысяч теньга я куплю коз и овец, наверное, не меньше пяти тысяч коз и овец. Эти пять тысяч коз и овец один раз принесут потомство, и будет их десять тысяч, второй раз принесут — будет пятнадцать тысяч. Эти пятнадцать тысяч станут плодиться, будет их сто тысяч, и негде их будет поместить. Куда же я их тогда погоню? Двадцать тысяч из них продам, куплю тысячу коров по двадцать теньга за голову.

Тысяча коров отелится, станет их две тысячи. Тысячу голов тогда продам, куплю триста верблюдов и сто пар волов. Козы, овцы, коровы и верблюды станут плодиться, станет их в два-три раза больше. Что я буду делать со всем этим скотом? Надо мне жениться. Чью же дочь мне взять в жены? Чья подойдет? Конечно, дочь судьи Хурдака! Женюсь на дочери судьи Хурдака. Тысячу овец дам за нее. Пятьсот верблюдов и сто лошадей продам, задам свадебный пир. Пир задам, люди соберутся, будут смотреть…»

Жили муж с женой. У них было семь сыновей, но ни одной дочки. Сыновья часто говорили:

— Мы хотим сестренку, мы бы ее любили, нежили и заботились бы о ней. — Их никогда не покидала надежда иметь сестру.

Семеро братьев каждый день уходили на охоту. Бродя по высоким горам, они охотились за газелями, горными индейками, разными дикими зверями и этим кормили семью.

Однажды они говорят матери:

— Мамаша, мы пойдем на охоту, если у нас родится сестренка, велите повесить на ворота прялку, а если опять будет братишка, велите повесить на ворота лук.

Вот родилась у них сестренка, мать очень обрадовалась и сказала бабке:

— Идите и повесьте на ворота прялку, придут мои сыновья и порадуются. Старуха пошла и повесила на ворота прялку. А у семи братьев был завистливый сосед. Он со злобой наблюдал, как братья приносили с охоты богатую добычу. Подслушав разговор матери с сыновьями, он взял и снял с ворот прялку и повесил вместо нее лук.

Семеро братьев вернулись с охоты и увидели, что на воротах висит лук.

— Ох, опять у нас родился брат! — сказали они и не стали заходить домой, а ушли куда глаза глядят.

Шли они, шли, пришли в другую страну и там стали жить.

Сестра их Гульмох росла, росла и доросла до десяти лет, а потом и до двенадцати. Однажды она играла с подругами и поссорилась с девочкой, отец которой был врагом ее братьев. Эта девочка попрекнула ее:

— Ты приносишь несчастье: когда ты родилась, семеро братьев твоих исчезли! Мы не будем с тобой играть, а то мы также останемся без братьев!

От этих слов Гульмох так опечалилась, что слезы потекли у нее ручьями и дотекли до двора одной старухи. Старуха пошла по берегу ручья и увидела, что соседская девочка плачет.

— Чего ты плачешь? — спросила старуха.

— Подруги мне говорят: «Ты родилась, а семеро братьев твоих исчезли!» Верно это или нет?

— Иди домой, — сказала старуха, — и скажи матери, чтоб она поджарила тебе пшеницу, только ни в чем не бери ее, а скажи, чтоб она дала ее тебе в руке. Когда она будет подавать тебе пшеницу, схвати ее руку, всунь в горячий котел и спроси: «Где мои братья?»

Гульмох пришла домой и сказала матери:

— Я очень проголодалась, мне хочется жареной пшеницы.

Мать пошла и пожарила пшеницу. Подала ее шумовкой. Гульмох не взяла, мать дала ей пшеницу в ложке, Гульмох опять не взяла и сказала:

— Дай мне в руке!

Мать хотела дать ей пшеницу в руке, а Гульмох всунула ее руку в котел и спросила:

— Скажи правду, есть у меня братья?

— Нет у тебя братьев, отпусти руку, а то сожжешь! Не отпуская руки матери, Гульмох опять спросила:

— Есть у меня братья или нет?

— Да есть, у тебя есть семь братьев!

— А где же мои братья? — опять спросила Гульмох.

— Не знаю, в день твоего рождения ушли они на охоту и не вернулись. От тоски по ним сердце мое стало ульем, полным ос.

Услышав это, Гульмох пошла, замесила тесто, испекла двенадцать сдобных булочек, завязала их в мешочек и сказала матери:

— Матушка, я пойду искать братьев!

Мать стала упрашивать дочь никуда не ходить, уверяла, что и братьев не найдет и мать останется одна, но Гульмох не послушала ее и ушла.

Она шла и шла. Пересекала пустыни, переплывала реки, перебиралась через горы, проходила через города и села, и все шла и шла. Если она была голодна, она съедала одну булочку и шла дальше.

Так Гульмох прошла длинный путь, и у нее осталась только одна булочка. Она покатила эту булочку по земле и пошла за ней. Но вот, сильно проголодавшись, она отломила кусочек от булочки и съела. После этого она опять хотела покатить булочку, но булочка уже не катилась. Взяла девочка булочку в руки и так заплакала, что земля вокруг превратилась в мокрую глину. Прилепила она комок глины к выломленному краю булочки и положила сушиться на солнышко. Глина на булочке высохла, и девочка опять покатила булочку, а сама пошла следом за ней.

Гульмох подошла к горе, на которой стоял дом. Булочка катилась, катилась и подкатилась к воротам этого двора.

Вошла девочка во двор и увидела, что в домике никого нет. На дверях дома была развешена всякая дичь. Тут были газель и горный баран, куропатки и дикие куры. Корчаги стояли полные масла, лари — полные муки, — всего здесь было много.

Гульмох взяла из ларя муки, замесила тесто и испекла сдобных лепешек и булочек. Нажарила она дичь, сварила вкусный и жирный плов. Наготовила она всего, а сама спряталась в сундук.

Вечером пришли домой семеро юношей. Вошли они в дом и только собрались варить еду, как увидели, что и плов сварен и испеченные лепешки с булочками лежат на столе.

Подивились этому братья. До сих пор никто не приходил к ним в дом, а тут кто-то даже еду им приготовил. «Кто бы там ни был, завтра узнаем», — сказали они и с удовольствием стали есть плов и лепешки с булочками.

Утром все братья ушли на охоту, а самый старший, для того, чтоб узнать, кто к ним приходил, спрятался дома. Он наблюдал за домом и незаметно уснул. Гульмох увидела, что юноша уснул, вышла из сундука, опять замесила тесто, напекла вкусных лепешек и булочек, наделала три-четыре сита пельменей и снова спряталась в сундук.

Проснулся старший брат, увидел, что и лепешки с булочками горячие лежат и пельмени приготовлены. Сидел он, удивленный, и смотрел на все это, а тут и братья его подоспели.

— Кто же был у нас? — спросили они.

— Я нечаянно уснул, а проснувшись, увидел, что все это уже приготовлено, — ответил старший брат. Младшие братья посмеялись над сонливостью старшего брата и решили каждый день оставаться по одному дома, чтобы узнать, кто же приходит к ним. Но ни один из шести братьев не мог удержаться от сна.

Вот караулить дом остался самый младший брат. Его тоже начал одолевать сон, но он взял и порезал себе палец да присыпал его солью. Рану его так разъело, что и сон прошел.

Так лежал он и наблюдал за домом и вдруг увидел, что из одного сундука вылезла красивая девочка. Он хотел тут же вскочить и поймать ее, но раздумал — решил посмотреть, что она будет делать.

Гульмох опять замесила тесто, напекла булочек и лепешек, сварила наваристый суп и, оставив вскипяченный чайник у очага, пошла прятаться в сундук, но в это время младший брат вскочил и схватил ее за руку.

— Кто ты? Человек ты или пери, поселившаяся в нашем доме?

— Я не пери, а наверное, ваша сестра. У меня было семь братьев и вас семь, значит вы мои братья!

— Мы семеро братьев, но у нас нет сестры! — ответил младший брат.

Тут девочка рассказала ему все по порядку, так, как ей рассказывала мать. И младший брат убедился, что перед ним его сестра. Радостный, обнял он ее, поцеловал, стал расспрашивать о ней самой, о родителях. Так сидели они и разговаривали до прихода старших братьев. Все они радостные и счастливые не могли наговориться с долгожданной сестрой и сожалели, что в день ее рождения были кем-то обмануты.

Гульмох стала жить с братьями. Довольные и веселые стали они теперь ходить на охоту. Сестра убиралась дома, стирала, шила. Чтоб она не скучала, братья принесли сестре кошку. Гульмох полюбила кошку и без нее ничего не делала и даже не ела.

Как-то утром девочка застелила постели, подмела пол и вымела веником изюминку, потом подняла, подула на нее и положила ее в рот. Кошка рассердилась на девочку за это, побежала и погасила огонь в очаге.

Гульмох замесила тесто, и вот оно уже поднялось. Нужно было растопить печку-танур, и она пошла к очагу за огнем, но увидела, что огонь потух. Ей нечем было разжигать печку-танур, и она очень опечалилась.

Вышла Гульмох за ворота, посмотрела во все стороны и вдруг увидела, что в одном месте леса поднимается над деревьями узенькая струйка дыма. Не упуская дымок из вида, девочка пошла на него.

Вот подошла она к огню и видит, что около него сидит баба-яга и кормит грудью ребенка, придерживая его одной рукой. Другой рукой она помешивала жарящуюся в котле пшеницу. Волей-неволей Гульмох подошла к бабе-яге и сказала:

— Здравствуйте, бабушка!

— Здравствуй, — ответила баба-яга, — если б ты со мной не поздоровалась, съела бы тебя живьем! Зачем пришла?

— У меня погас огонь, я за огнем пришла.

Баба-яга дала ей немного огня, а также горсточку пшеницы и сказала:

— Эту пшеницу бросай на дорогу, по которой будешь идти, и чтоб хватило ее до самого твоего дома!

Гульмох, разбрасывая пшеницу, пришла домой. Она накалила печку-танур, напекла лепешек, пожарила мясных пирожков и приготовила очень вкусный обед. Пришли ее братья, пообедали. И, отогнав все заботы, долго сидели и разговаривали, благодарные своей искусной сестре. Потом все легли спать, а рано утром снова семеро братьев отправились на охоту.

Только Гульмох вышла во двор и стала подметать его, как вдруг в ворота въехала баба-яга верхом на козле. Въехала она и закричала:

— У, выродок, иди возьми моего козла и привяжи его где-нибудь!

Было это или нет, а жил в далекие времена падишах. У падишаха была дочь — красавица, равной которой не было на свете. Ее звали Наргис. Когда Наргис стала совершеннолетней, красота ее достигла полного расцвета, сваты шли к ее отцу один за другим. Но падишах не только не желал выдать Наргис замуж, а, наоборот, повелел отрубать голову тем, кто осмелится прийти к нему сватом. Девушка же успела за это время полюбить юношу-бедняка. Дружба между ними завязалась еще в школе, где они учились вместе. Но когда Наргис стала взрослой, отец не пожелал, чтобы дочь училась вместе со всеми. Поэтому влюбленные томились в разлуке.

Однажды в один весенний день бедная Наргис отправилась в закрытый от чужих взоров сад, чтобы облегчить горе своего сердца. Сад был такой великолепный, что у тех, кто видел его, замирало сердце, журчание воды и сочная зелень заставляли сладкоречивых птиц воспевать в газелях эту радующую глаз красоту. Раскрывшиеся благоухающие розы своим ароматом опьяняли всех, кто проходил мимо. Наргис, придя в сад, уселась на скамейке и глубоко вздохнула:

Жили-были курица, утка и мышь.

Однажды курица нашла несколько зерен пшеницы. Обрадовалась она этому и сказала спутникам:

— Зерна нашла, зерна нашла!.. Зерна нужно перемолоть на муку! Кто понесет их на мельницу?

— Не я, — сказала утка.

— Не я, — сказала мышь.

Курица одна понесла зерна на мельницу, намолола муки.

— Кто понесет муку домой? — спросила курица.

— Не я, — сказала утка.

— Не я, — сказала мышь.

Курица одна понесла муку домой.

— Кто замесит из муки тесто? — спросила курица.

— Не я, — сказала утка.

— Не я, — сказала мышь.

Курица сама замесила тесто.

— Кто затопит и раскалит печку-танур? — спросила курица.

— Не я, — сказала утка.

— Не я, — сказала мышь.

Курица растопила и раскалила печку-танур.

— Кто прилепит лепешки к поду? — спросила курица.

— Не я, — сказала утка.

— Не я, — сказала мышь.

Курица сама прилепила лепешки к поду. Испеклись румяные лепешки. Курица положила горячие лепешки на дастархан и спросила:

— Кто будет есть лепешки?

— Я, — сказала утка.

— Я, — сказала мышь.

— Нет! — воскликнула курица. — Вы не трудились и не будете есть лепешки!

В далекие времена жил-был ткач. За свою долгую жизнь он ни разу не держал в руках даже и десяти теньга. От зари до зари этот ремесленник работал в своей мастерской, ткал бязь, а жена его пряла.

Однажды старик подумал; «Я на краю могилы, если умру, не на что будет даже саван купить, чтобы завернуть мое тело. Буду откладывать деньги на саван, чтобы похоронили меня как подобает».

Купил он у гончара небольшой кувшин и зарыл его в землю под ткацким станком. Часть денег, вырученных от продажи бязи, старик прятал в этот кувшин. И стал он во время работы петь:

Как-то в месяц рамазан[21] отправились два шейха странствовать. Встретился им по дороге крестьянин, который шел домой. Шейхи совершали паломничество к могиле святого, солнце пекло, а дорога была длинная.

— Мы постимся, и пост истощил нас, понеси наши пожитки, — сказал один шейх крестьянину.

— Сделай доброе дело, и Аллах благословит тебя, и твои желания исполнятся, — добавил второй шейх.

Крестьянин согласился нести вещи шейхов. Пошли они втроем. Но крестьянин был голоден и устал, а сказать об этом шейхам не решался. Поэтому он еле шел, и вдруг силы его оставили, и он уронил вещи шейхов.

— Что случилось? — удивленно спросил один шейх.

— Да вот, вещи ваши уронил…

— Уронил!? О Аллах, а арбуз не разбился? — забеспокоился шейх.

— Разбился, вон сок течет.

— Скоро вечерняя молитва, чем же мы утолим голод?! — закричал другой шейх.

— О почтенные, — обратился к шейхам крестьянин, — я виноват, но знаете, в путешествии не грех есть и до вечерней молитвы? Арбуз разбился по воле Аллаха — он узнал, что мы голодны.

Шейхи видят, арбузный сок вытекает, хлеб мокнет, и решили поесть. Поели и отправились дальше. До мечети было далеко. Через некоторое время они опять проголодались, и опять дорога показалась им трудной. Путники решили поискать какой-нибудь еды.

Один шейх сказал крестьянину:

— Добрые люди вон той деревни знают нас, у них можно попросить чего-нибудь поесть. Пойди принеси нам что-нибудь: ты сильнее нас, тебе легче нести.

— Аллах простит за это твои грехи, — добавил второй шейх.

— Мы подождем тебя здесь, а ты ступай.

Крестьянин пошел и принес муки.

— А как испечь из нее хлеб? — спросили шейхи.

Крестьянин замесил тесто, разжег огонь, и все стали ждать, когда испекутся лепешки.

— Пока лепешки испекутся, совершим омовение, — предложил один шейх.

— Хорошо, — согласился другой.

Они удалились и стали советоваться, как обмануть крестьянина, чтобы самим съесть все лепешки. Один сказал:

— Давай скажем, что мы прошли долгий путь и очень устали, и предложим поспать немного. Кто увидит вещий сон, тот и съест все лепешки.

— Неплохо придумано, — ответил другой шейх.

Крестьянин согласился с ними, и они улеглись около костра. Крестьянину не спалось, так как он проголодался больше всех. Шейхи молча переглядывались, но в конце концов сон одолел их. А у крестьянина голод был сильнее сна. Он тихо встал, достал из огня лепешки, съел их и заснул крепким сном. Через некоторое время шейхи проснулись, разбудили крестьянина и стали спрашивать друг у друга, что они видели во сне. Шейхам ничего не приснилось, но они решили обмануть крестьянина. Один сказал:

— Мне снилось, что я сел на коня с белой отметиной на лбу и золотыми стременами и седлом и вознесся на четвертое небо.

Другой шейх рассказал:

— А я вознесся на седьмое небо на белом коне с длинной гривой и хвостом, с золотыми стременами и седлом.

Крестьянин засмеялся и сказал:

— А мне приснилось, что вы сели на коней и вознеслись один на четвертое небо, а другой на седьмое, я же остался один и съел все лепешки.

Шейхи кинулись к костру, а лепешек нет. Расстроились они и отказались от паломничества. Так и вернулись домой.

Жили-были клопик да блошка. Они очень любили друг друга. Вот пришла блошка в гости к клопику. Он обрадовался и скорее поставил кипятить молоко.

Но у клопика не хватило дров, чтобы вскипятить молоко. Он сказал блохе:

— Ты посиди, а я пойду насобираю дров.

Клопик ушел. Блошка сидела, сидела и подумала: «Как бы не сбежало молоко у клопика. Пойду-ка посмотрю».

Блошка подпрыгнула, чтобы посмотреть на молоко, но упала в котел и сварилась.

Вернулся домой клопик. Смотрит он — блошки нигде нет. «Куда она ушла?» — удивился он и крикнул:

— Блошка-а! Блошка-а!

Но блошка не отвечала. Клоп подошел к котлу с молоком и увидел, что блошка упала в горячее молоко и сварилась.

Клоп исцарапал себе лицо, вырвал все волосы, стал кричать и плакать…

В это время прилетела сорока и спросила:

— Эй, клопик, что с тобой? Лицо себе исцарапал, волосы повырывал и плачешь?

Клопик еще сильнее заплакал и сказал:

— Умерла блошка! О, я, убитый горем клоп, в трауре!..

— Бедный клопик! Если так, то я тоже буду в трауре! Сказала это сорока, сбросила с себя все перья и взлетела на ветку чинары. Чинара у нее спросила:

— Эй, сорока, почему ты облезла?

— Ох, не спрашивай! — сказала сорока. — Блошка умерла. Клопик, убитый горем, в трауре! Я, сорока, тоже решила быть в трауре!..

— Бедный клопик! — огорченно сказала чинара. — Если так, я, чинара, тоже буду в трауре!.. — И она стряхнула с себя все листья.

А к чинаре ежедневно приходил козлик, подбирал осыпавшиеся листья и ел их. Сегодня же он пришел и увидел, что все листья чинары осыпались.

— Эй, чинара, что с тобой? — спросил козлик. Каждый день с тебя опадало немного листьев, а сегодня опали все?

— Ох, не спрашивай! — сказала чинара. — Блоха умерла! Клопик, убитый горем, в трауре! Сорока облезла, я сбросила листья?

— Бедный клопик! Если так, я, козел, тоже буду в трауре!.. Сказал это козлик и обломал себе рожки. После этого пошел он к реке напиться воды. Вода увидела безрогого козлика и спросила:

— Эй, козлик, что с тобой? Почему у тебя сломаны рожки?

— Ох, не спрашивай! — сказал козлик. — Блоха умерла. Клопик, убитый горем, в трауре! Сорока облезла! С чинары осыпались листья! Я сбил себе рога и тоже в трауре!

— Бедный клопик! Если так, я, вода, тоже в трауре! Сказала это вода и помутнела…

Вот так из-за смерти дорогого друга — блошки — клопик, убитый горем, надел траур. Жалея его, сорока облезла, чинара сбросила листья, козлик сбил себе рога, а вода помутнела…

У Тимура был такой обычай: каждую ночь он обходил свой город. Однажды ночью он встретил двух воров. Тимур сказал им:

— Я тоже вор. Давайте будем воровать вместе.

Воры ответили:

— Ладно, было нас двое, стало трое.

— Что вы умеете? — спросил Тимур.

— Я узнаю днем то, что увижу ночью. Другой сказал:

— Я могу по лаю собаки определить, кому она принадлежит.

Потом воры спросили у Тимура:

— А ты что умеешь?

Тимур ответил:

— Стоит мне пошевелить усами, и человек, приговоренный к смертной казни, будет помилован.

Воры воскликнули:

— О друг, ты нам пригодишься!

Встретились как-то раз куропатка и лиса. Куропатка сидела на дереве, а лиса — внизу. Увидела лиса жирную вкусную куропатку и захотела ее съесть. Про себя она подумала:

«Если я на нее брошусь, она улетит. Что же мне сделать, чтобы поесть ее нежного мясца?» А вслух сказала:

— Мой покойный батюшка говаривал: эта куропатка поет лучше всех других; закрыв глаза, так распевает, что и уху приятно, и во всем теле истома.

Поверила куропатка словам лисы, закрыла глаза и запела, как могла.

Лиса прыгнула и схватила ее. Обманутая куропатка поняла тут, в чем дело, и говорит:

— Друг мой, такая уж, видно, моя судьба — стать твоей добычей. Но только ты сперва поблагодари бога, а потом ешь меня, чтобы мое мясо пошло тебе на пользу.

Лиса, чтоб поблагодарить бога, разинула пасть, а куропатка — фрр! — и улетела.

— Да будет проклят отец того, кто, ничего не съев, благодарит бога! — промолвила лиса и пошла, огорченная, своей дорогой.

Было это или не было, но жили четыре лентяя, один другого ленивее.

Однажды решили они отправиться странствовать и добрались до одного кишлака. На окраине кишлака стояла старая мельница, четыре лентяя сели здесь отдохнуть. Шел мимо добрый человек и увидел четырех странников. «Сделаю-ка я богоугодное дело», — решил он и поставил перед путешественниками миску простокваши, а рядом положил четыре лепешки. Сам же отправился по своим делам.

Один из лентяев и говорит другому:

— Пойди-ка, друг, принеси воды, помоем руки да поедим лепешек с простоквашей.

А второй говорит третьему:

— Дружище, дай тебе бог счастья, принеси воды. Я что-то очень устал.

А третий сказал четвертому: «Ты принеси». Так все четверо друг другу поручали это дело, но никто из них не хотел принести воды. Долго они так спорили, и наконец один из них предложил:

— Давайте договоримся так: все будем молчать, кто скажет хоть слово — принесет воды.

Все согласились. Вот сидят они и молчат, даже не шевелятся.

Вдруг на дороге показался человек. Видит путник, у мельницы сидят четыре странника. Он подошел к ним и поздоровался. Но никто не ответил. Тогда путник спросил:

— Откуда вы, друзья, и куда идете?

Опять никто ему не ответил.

Удивился путник и говорит:

— Так, что вы здесь делаете? Почему молчите?

Но скорее можно было услышать голос земли, чем единый звук от лентяев. Тогда путник, ничего не говоря, уселся поудобнее и съел две лепешки и полчашки простокваши. Наевшись, он встал, запустил руку в чашку с простоквашей, вымазал ею лица лентяев и пошел своей дорогой.

Вдруг бежит мимо мельницы бродячая собака. Так как все сидели молча, даже не шевелясь, собака осмелела и подошла к еде. Сначала съела лепешки, потом вылизала чашку из-под простокваши. Увидела собака, что лица сидящих тоже вымазаны простоквашей. Принюхиваясь, она подошла к одному из лентяев и слизала с его лица простоквашу. Все сидели не шевелясь, словно истуканы. Слизала она простоквашу с лица и других и уже подошла к четвертому, как тот закричал: «Пошла, проклятая!» и прогнал собаку.

Все трое его приятелей разом завопили:

— На собаку крикнул: «Пошла!», вот и принеси воды.

— Ну, принесу я воду, помоете вы руки, а есть что будете? — ответил четвертый.

У одного человека умерла жена. После нее осталось двое детей — девочка и мальчик: девочка — старшая, а мальчик — младший. Девочку звали Майрамби, а мальчика — Насим.

Вскоре их отец снова женился. Вторая жена попалась ему злая-презлая. Майрамби и Насима она прямо ненавидела. Как-то раз она прикинулась больной. Пришел муж с работы, а жена ему говорит:

— Твой сын так балуется, так озорничает, просто выводит меня из себя. Я от огорчения даже заболела.

Отец побил Насима. На сим обиделся и убежал в степь. Идет он степью, а навстречу ему волк. Волк схватил его и съел.

Майрамби подумала: «Куда это девался мой братец?» И пошла его искать. Долго искала и нашла только его косточки. Собрала она косточки, положила их в мешок, а мешок повесила на ветку чинары. Только она повесила мешок, как косточки обернулись соловьем, а соловей вспорхнул и улетел. Улетел соловей, летал он по всему свету, видел разные чудеса, но скоро соскучился по любимому отцу и дорогой сестрице. Так соскучился, что не стало у него мочи терпеть. «Слетаю, повидаю их», — решил соловей и полетел домой. Отец во дворе рубил хворост. Соловей сперва подлетел к нему совсем близко, а потом стал порхать вокруг.

— Кыш, надоел! — крикнул отец. Соловей взлетел, сел на краю крыши и запел:

Однажды падишах сказал Искандару:

— Твой отец состарился, иди сбрось его.

В старые времена в той стране существовал такой обычай: когда человек становился старым, падишах приказывал его сыновьям сбросить его с вершины высокой горы. Искандар взвалил отца на спину и отправился к той горе. На полдороге он остановился и сел на камень, чтобы передохнуть. Отец его глубоко вздохнул. Искандар спросил:

— Отец, отчего ты вздыхаешь?

Отец ответил:

— Я вздыхаю потому, что вспомнил, как и я нес своего отца и остановился отдохнуть на этом же камне. И я сбросил с горы своего отца. Не так уж много времени прошло, и вот я сам оказался на его месте.

Искандар был человеком добрым и разумным, он понял, что то же самое случится и с ним. Дождался он сумерек и вернулся домой, а отца спрятал в большой сундук.

Через некоторое время падишах, прослышав о способностях и смелости Искандара, назначил его военачальником. Однажды падишах во время похода шел вдоль реки.

Жил-был Пак со своей женой Лак. Была у них взрослая дочь — красоты у нее хватало, а ума не хватало.

Соседи раструбили о ее красоте по всему свету. И вот однажды пришли в дом Лака и Пака сваты.

— Дочка, — сказала Лак, — тебя сватать пришли, скорее иди и принеси кувшин воды из хауза и поставь кипятить! Да побыстрей это сделай, чтоб понравиться сватам, чтоб они видели, какая ты проворная.

Дочь взяла кувшин и побежала к хаузу, но, зачерпнув воды, она вдруг задумалась: «Если я понравлюсь сватам, будет свадьба. Потом народится у меня сыночек, подрастет, и я с ним приду в гости к своим родителям, а мать моя скажет: «Душа моя, внучек, ты уже стал помощником, иди принеси водички, поставим чай кипятить!» Мое дитятко пойдет к хаузу и только наклонится за водой, ноги у него поскользнутся, он упадет в воду и утонет… Что я тогда буду делать? Что скажу его отцу? О я, несчастная!» — и, сидя у хауза, она подняла такой крик и плач, что слезы ее потекли шестью ручьями…

— Лак, Лак!

— Что, дорогой Пак!

— Где же чай? — спросил Пак.

— Дочь наша пошла за водой, но что-то нет ее.

Еще прошло немного времени.

— Лак, Лак!

— Что, дорогой Пак!

— Пришла ли наша дочь? — спросил Пак.

— Не пришла еще! — ответила Лак.

— Иди узнай, что с ней! — велел Пак.

Лак встала и пошла к хаузу. Пришла она и увидела, что дочь сидит у хауза и ручьями льет слезы.

— Эй, дочка, что же стало с твоей водой? Ой, что же ты сидишь и плачешь?

Жил-был дехканин. У него было два вола и один осел. Каждый день рано поутру дехканин взваливал на осла пшеницу, садился на него сам и гнал перед собой быков, направляясь в поле пахать землю и сеять пшеницу.

Однажды вечером после работы один из волов пожаловался ослу, с наслаждением спавшему на соломе.

— Эй, друг, — сказал вол, — ты счастливее нас, тебя не так уж мучает наш хозяин. Отвезешь на поле пшеницу с хозяином, оттуда привезешь дров — на этом и кончаются твои муки. Ох, будь проклята воловья доля, мучения наши намного тяжелее: каждый день хозяин впрягает нас в ярмо и без передышки с утра до вечера гоняет. Если мы от усталости чуть замедляем шаг, он безжалостно избивает нас так, что ноет мозг наших костей. Очень трудно нам жить.

Осел подумал и сказал:

— Я дам тебе совет, и если ты меня послушаешься, то избавишься от мучений.

— Что это за совет? — с надеждой спросил вол.

— Сегодня на рассвете, — начал осел, — ты ничего не ешь, притворись больным и начни стонать. Хозяин подумает, что ты сильно заболел, и не погонит тебя в поле.

Совет осла понравился волу. Когда утром в хлев пришел хозяин, стал класть в ясли скоту солому с сеном, он вдруг заметил, что осел с одним волом охотно принялись есть, другой же вол, словно больной, не смотрит на еду.

Когда, перед выходом в поле, хозяин снова пришел в хлев, то опять увидел, что один вол ничего не ел и лежит понурый. «Что же мне теперь делать? — подумал хозяин. — Нельзя пахать на одном воле!». И вдруг его взгляд упал на жирного и гладкого осла. Хозяин сразу повеселел и сказал:

— Нашел выход!

Он погнал в поле осла с другим волом, впряг их в одно ярмо и стал пахать.

К вечеру осел сильно устал. От непривычного труда у него ныло все тело.

«Да, как это волы терпят такие муки?» — думал осел.

Утром при одном воспоминании о вчерашнем дне у осла дрожало все тело. Но он должен был терпеть мучения и так проработал несколько дней.

Осел не переставал думать о своем спасении, и вдруг ему пришла на ум одна мысль. Он даже заревел от радости. Потом, повернувшись к «больному» волу, он сказал:

— Приятель, сегодня я слышал разговор хозяина с женой. Хозяин говорил: «Если вол не поправится, я его зарежу, мясо продам, а вместо него куплю другого вола». Мой совет тебе такой: ты теперь начни есть и покажи, что ты здоров, а то тебе будет плохо.

Вол никак не ожидал, что дело так обернется. Поблагодарив осла за заботу, он последовал его совету.

Когда утром дехканин принес еду, вол был здоровым и бодрым и с большим аппетитом стал есть. Хозяин обрадовался этому и утром же впряг вола в пару с другим волом.

Прошло несколько дней. Вол снова стал жаловаться ослу на свою тяжелую долю. Осел долго думал, как облегчить волу жизнь, но ничего не придумал. Вдруг как-то вечером ослу пришла на ум одна мысль. От удовольствия он закричал во весь голос и спросил у вола:

— Ты хочешь избавиться от своей участи?

— Конечно хочу! — ответил вол.

— Если так, давай убежим от хозяина. Найдем какое-нибудь далекое пастбище и будем там свободно пастись!

Вол нерешительно сказал:

— Приятно слышать твои слова, но как мы одни на пастбище избежим зубов волка и тигра?

— Что-нибудь придумаем! — самонадеянно сказал осел. В ту же ночь вол и осел сбежали от хозяина. Ночь они провели на окраине одного села. На заре пошли дальше. В это время петух с крыши дома увидел осла с волом и спросил:

— Эй, приятели, куда направляетесь?

— Мы убежали от хозяина, — ответил осел. — Пойдем куда-нибудь подальше и будем там жить на свободе.

— Если так, не возьмете ли меня с собой? Мой хозяин хочет меня зарезать и съесть!

— Ладно, пойдем, — сказал осел. — Садись на меня, втроем лучше, чем вдвоем.

Так втроем они пошли дальше. Стали они проходить мимо другого села, вдруг им повстречалась мышь и сказала:

— Эй, приятели, куда направляетесь?

— Мы убежали от хозяев, идем куда-нибудь подальше, там будем пастись на свободе.

— В одном доме у меня было жилье, — стала рассказывать мышь, — дня два-три тому назад хозяин пустил в дом кошку. Не сегодня-завтра попаду кошке в лапы и пропаду. Если б вы согласились, пошла бы я вместе с вами, спаслась бы от смертоносных когтей кошки.

— Ладно, пойдем с нами, садись на меня, — сказал осел мышке и прилег на один бок. Мышь быстро забралась к нему на спину.

— Зачем нам эти никчемные дармоеды? — сказал вол ослу, недовольный благосклонностью того к петуху и мыши. — К чему нам этот лишний груз?

— Не беспокойся, — сказал осел, — мал ли друг, или велик, лучше, если он есть. Друг всегда нужен.

Их было трое, теперь стало четверо, и они все вместе продолжали путь.

Через несколько дней путники подошли к подножию горы и увидели красивое место, густо заросшее кустами и травой. Во все стороны их глазам открывалось приятное зрелище — кругом было много дикорастущего проса и кукурузы.

— Наше место вот здесь, — сказал осел. — Лучше и красивее этого пастбища трудно найти!

Все согласились с ослом и остановились тут.

Друзья зажили здесь весело и радостно. Больше всех этой жизнью был доволен осел. Он с наслаждением наедался до отвала, валялся, перекатываясь с боку на бок, бегал, скакал. Его радость омрачалась лишь одним: приятели, из страха перед волками, запретили ему кричать.

Но однажды терпение осла лопнуло.

— Я не могу больше терпеть, хочу покричать! — воскликнул осел и, не обращая внимания на приятелей, заревел пронзительно и протяжно.

Далеко в горах разнеслось эхо и достигло стаи волков, рыскавших в поисках пищи.

Вожак волчьей стаи сказал сильному и проворному волку:

— Веги на крик и узнай, где находится осел и один ли он?

Посланный волк помчался на крик осла. Приближение бегущего волка раньше всех увидел петух с дерева и сообщил об этом приятелям.

Вол рассердился на осла и сказал:

— Вот, не послушал нас и накликал волков!

— Не волнуйся, дружок, — сказал осел, — я что-нибудь придумаю. Сейчас ты спрячься и, пока я тебя не позову, не выходи!

Вол спрятался. Подбежавший волк увидел, что на лугу пасется один гладкий и жирный осел.

Сначала волк подумал: «Пойду сообщу товарищам, — но при виде аппетитного осла у него сразу потекли слюни, и он передумал: — Сначала сам наемся досыта, а потом будь, что будет!» — и волк двинулся к ослу.

— Эй, осел, пришел твой конец, сейчас я тебя съем! — крикнул волк.

— Ладно, что ж поделаешь! — сказал осел. На моих задних ногах очень жирное и мягкое мясо. Я лягу на спину, а ты подходи и ешь!

Только волк подошел к ногам осла и наклонил голову, чтобы попробовать ослиного мяса, как осел крепко зажал своими задними ногами голову волка.

— Эй, богатыри, выходите и бейте волка! — крикнул осел.

Подбежавший вол стал бить волка рогами, мышь стала разрывать землю под ногами волка, чтоб он свалялся, а петух беспрерывно кукарекал и наводил на волка ужас своим криком.

Обезумевший от боли и страха волк дернулся изо всей силы, высвободил голову и побежал прочь. Поджидавшая его стая волков в ужасе бросилась бежать за ним.

С перепугу волки убежали так далеко, что потеряли к этому месту дорогу.

Вол, петух и мышь стали без опаски жить с умным ослом в этом цветущем месте.

Было так или не было, а жил на свете один человек. У него было три сына. Перед смертью он завещал сыновьям:

— Как умру я, пусть каждый из вас три ночи подряд стережет мою могилу.

— Хорошо, — ответили сыновья.

Жил-был бедняк. Хоть и был он бедным, но всегда охотно помогал вдовам и всем нуждающимся. Отгородил он себе в поле небольшой клочок земли и посадил там дыни. Трудился, не зная ни сна, ни отдыха, но зато и урожай получил обильный. Собрал бедняк урожай и стал раздавать свои дыни бедным и всем прохожим. Но вот однажды он подумал:

— Все попробовали мои дыни, кроме падишаха. Нагрузил он дыни на осла и повез во дворец падишаха. По дороге встретился ему охотник.

— Отец, куда путь держишь? — спросил он.

Бедняк ответил:

— Все отведали плодов моего труда, лишь один падишах не попробовал. Вот и везу ему свои дыни.

— А если падишах не даст тебе награды?

— Я ведь только хочу угостить падишаха, мне ничего не надо взамен.

Охотник тот и был сам падишах. Он ничего не сказал бедняку, и они разошлись в разные стороны. Вернулся падишах к себе и сказал своим людям:

— Сейчас сюда придет человек с дынями. Возьмите их у него, а самого приведите ко мне.

Переоделся падишах в царские одежды и сел на трон. Через некоторое время подъехал к дворцу бедняк. Стражи взяли у него дыни, а самого отвели к падишаху.

Тот спросил:

— Отец, есть ли у тебя какие-нибудь желания?

— Мне ничего не нужно. Я только хотел, чтобы ты отведал плодов моего труда.

— Ты хорошо поступил, что привез мне дыни. Наградили тебя чем-нибудь мои везиры?

— Я же хотел только угостить тебя и не требую награды.

Падишах увидел, что этот бедняк очень умен и мудр. Понравился падишаху ответ мудрого бедняка, и он приказал выдать ему столько золота, сколько может унести его осел. А одному везиру стало жаль увезенного золота, он пришел к падишаху и сказал:

— Зачем ты дал ему столько золота? Я догоню его и отберу золото.

Падишах сказал:

— Отбери, если сможешь.

Везир вскочил на коня и скоро настиг бедняка.

— Вернись, — сказал он ему.

— Почему я должен вернуться?

— Отвези золото обратно.

— Нет, не вернусь, золото пожаловал мне сам падишах.

— Если ты такой умный, старик, и все знаешь, то скажи, сколько звезд на небе? Сможешь ответить на этот вопрос, золото твое, не сможешь, вернешься обратно.

Бедняк сказал:

— Сколько волос на моем осле, столько и звезд на небе.

И добавил:

— Сойди с коня.

Везир сошел на землю.

— Отдай мне кнут!

Везир отдал.

— Снимай свой чекмень[23]!

Везир снял и отдал бедняку. Бедняк надел его на себя и сказал:

— Возьми мою палку, которой я погоняю осла!

Потом вскочил бедняк на коня и приказал везиру:

— Погоняй осла!

И стал бить везира кнутом по голове.

Везир хотел ударить бедняка, но тот пришпорил коня, наехал на везира и снова крикнул:

— Погоняй осла!

Тому ничего не оставалось, как повиноваться. Так и приехали они к падишаху. Увидел падишах, что везир погоняет осла, а бедняк едет на коне, и стал их расспрашивать. Бедняк рассказал, что произошло между ними, а потом сказал везиру:

— Сначала ты ехал верхом и заставлял меня вернуться, а теперь я на коне, а ты плетешься пешком.

Падишах сказал бедняку:

— Молодец, старик.

Прогнал падишах невежду-везира и назначил везиром бедняка. С тех пор он по всем делам советовался с новым везиром, и жизнь бедняков в стране день ото дня стала улучшаться.

Жила на свете бедная старушка, а у нее был внук-плешивец. Однажды она говорит ему:

— Эй, бездельник, ты уже большой. До каких пор я буду кормить тебя? Иди зарабатывать себе на жизнь.

— А сколько дашь мне денег? — спросил внук.

Бабушка дала ему несколько теньга, внук пошел на базар и купил кадок хлопка. Отдал он хлопок бабушке и сказал:

— Спряди пряжу.

Она спряла и отдала плешивцу. А он срезал в саду палку, сделал силок и расставил у плетня, В силок попал воробей. Так плешивец каждый день ловил по воробью, и они с бабушкой съедали его.

А в той стране жил один человек. Он мог оборачиваться вороном. Однажды превратился этот человек в ворона и запутался в силок. Пришел плешивец и увидел в силке ворона. Он очень обрадовался, вынул его, побежал домой и говорит:

— Бабушка, неси нож, я поймал ворона. Воробья нам хватало на один день, а этого ворона хватит на четыре дня.

Бабушка тоже обрадовалась и принесла нож. Но ворон вдруг заговорил:

— Эй, плешивец, не убивай меня, я дам тебе большое богатство. Отпусти меня и иди в мой дом.

Плешивец выпустил ворона, и тот полетел, а плешивец следовал за ним по земле. Прибыли они в тот край, где жил ворон. И встретилось плешивцу стадо верблюдов.

— Чьи это верблюды? — спросил он.

Пастухи ответили:

— Это верблюды ворона.

Пошел он дальше и встретил стадо коров.

— Чье это стадо?

— Это стадо ворона.

Идет дальше, видит, пасется много овец.

— Чьи это овцы?

— Это овцы ворона.

Потом плешивец встретил табун лошадей и узнал, что они тоже принадлежат ворону.

— А как найти ворона? — спросил он пастухов.

Те ответили:

— Иди дальше, там на краю степи растет чинара. Под чинарой есть золотой желоб, по нему течет вода, она брызгает на трилистник, и трилистник осыпается в воду. Ворон часто гуляет там, и ты можешь его увидеть.

Потом пастухи спросили:

— А зачем тебе ворон?

Плешивец рассказал им, что произошло.

— Тогда, — сказали пастухи, — он хорошо наградит тебя. Проси у него осла, у которого из-под хвоста падают золотые монеты.

Плешивец пришел к чинаре, снял одежду, бросил на траву и лег спать. Приходит ворон в человеческом облике. Видит, солнце печет плешивца и пот с него льется градом. Разбудил он его и повел к себе домой. Ввели плешивца в чистую комнату и принесли вышитые золотом подушки и перины.

— Ложись! — сказал ворон, — отдохни с дороги.

Плешивец лег, а дочь ворона приготовила чай и сдобные лепешки и подала ему. Плешивец поел и отдыхал до самого вечера. А вечером ворон приказал слуге:

— Пригони из стада жирного барана с курдюком. Окажем подобающий прием гостю.

Слуга вернулся с огромным бараном. Нажарили много мяса, плешивец поел и лег спать. Утром ворон принес ему богатую одежду и сказал:

— Это тебе за наше знакомство, а за услугу получишь особо.

И привели плешивцу коня со сбруей, но тот не взял коня. Принесли хурджины[24], набитые золотом, но он и их не взял. Привели верблюда с погонщиком, но плешивец и от этого отказался. Что бы ему ни давали, он ничего не брал. Тогда ворон спросил:

— Чего же ты хочешь?

— Подари мне золотого осла, — попросил тот.

— Ладно, — ответил ворон и вывел осла из хлева.

Набросили на осла дорогую попону, оседлали его и посадили плешивца. Ворон предупредил его:

— Смотри, хорошенько ухаживай за ослом и не показывай его никому.

Привел плешивец осла домой и говорит старушке:

— Бабушка, я привел осла, из которого сыплются золотые монеты. Приготовь внутреннюю комнату, побели ее, привяжем там осла. Теперь мы разбогатеем. Этого бесценного осла мне подарил ворон.

Бабушка побелила комнату, поставила там небольшие ясли. Кормили они осла кишмишом и сушеными фруктами. Плешивец лег спать, а наутро говорит бабушке:

— Возьми метлу, посмотри, сколько золота выбросил осел.

Вошел плешивец к ослу с тюбетейкой, но не смог унести всего золота. Тогда он принес таз и наполнил его золотыми монетами. Высыпал он их в котел и говорит бабушке:

— Давай на эти деньги купим овцу.

Взял он сто золотых монет, пошел на базар, поторговался и купил большую овцу. По соседству с ними жил мясник. Плешивец позвал его и попросил зарезать овцу. Мясо нарезали мелкими кусочками и сварили в котле. Каждый день плешивец покупал овцу, жарил мясо и угощал всех соседей.

В некий времена в одном городе жил бай. Каждое утро после завтрака он ложился на суфу поверх семи одеял и, позвав жену, начинал бахвалиться:

— Эй, жена, под сенью моего большого ума и моего неиссякаемого богатства ты утопаешь в счастье и благоденствии. Благодаря моему высокому положению и большому влиянию ты, простая и бедная в прошлом девушка, пользуешься уважением у женщин всего города. Благодаря моей зажиточности ты сыта и одета. Тысячу раз благодари бога за то, что твой муж умный человек.

Жена же богача каждый день вставала до зари, кормила скот, доила коров, подметала двор, убирала дом, варила еду, каждый вечер готовила мужу и его ненасытным гостям вкусное угощение. В своем большом хозяйстве бай не давал ей помощников, а она безропотно справлялась с работой одна и еще в оставшееся после всех дел время вышивала тюбетейки. Соседки продавали их по высокой цене, и эти деньги она отдавала баю.

Однажды, когда богач снова стал расхваливать себя и корить жену, она не вытерпела и сказала:

Одна лиса вот уже несколько дней охотилась в лесу, но ничего не могла поймать.

Рыская то там, то здесь, она с трудом переносила муки голода, а охота так и не удавалась ей.

Наконец, усталая и измученная, с кружащейся головой, лиса присела у глубокой ямы.

И тут затуманенному взору лисы представился белый-пребелый ободранный бараний курдюк. Лиса даже ощутила приятный его запах. Она стала напрягать все силы, чтобы понять, сон это или явь. И вдруг изумленная лиса увидела на дне ямы настоящий белый-пребелый курдюк.

Не задумываясь, лиса бросилась в яму. Головой она ударилась о что-то твердое и потеряла сознание.

Потом, придя в себя, лиса увидела, что курдюком ей показался белый камень. Лиса поняла, что теперь ей не выбраться из глубокой ямы.

Вдруг на краю ямы появилась чья-то тень, и тут же лиса услышала вой шакала.

«О, я, прославившаяся хитростью лиса, буду лежать на дне ямы в ожидании смерти, а этот глупый шакал будет наслаждаться жизнью?!» — с негодованием подумала лиса и закричала:

— Кто ты? Чего шумишь и не даешь несчастной есть то, что она нашла!

Шакал посмотрел на дно ямы, увидел лису, сидящую около чего-то белого, и спросил:

— Лиса, что ты там делаешь?

— Разве не видишь? — изумилась лиса, не поднимая уткнутый в камень нос. — Ем баранье сало!

Заслышав о сале, шакал облизнулся и внимательно посмотрел на дно ямы. Блестящий камень ему показался курдюком.

— Лиса, — сказал шакал, — если ты поделишься со мной салом, я буду молить судьбу, чтоб у тебя была долгая жизнь и чтоб ты всю жизнь не видела недостатка в еде!

— Ладно уж, — отозвалась лиса, — этого курдюка хватит нам обоим, иди и ешь!

Голодный шакал, так же как и сама лиса, поспешно прыгнул в яму, но, стукнувшись о белый камень, потерял сознание и свалился на бок.

Лиса тут, забыв про все, глядя на шакала, громко и злорадно расхохоталась.

Громкий смех лисы услышал лев, который проходил неподалеку отсюда.

«Где тут лиса, отчего она заливается смехом?» — подумал лев, направляясь к яме.

Увидев льва на краю ямы, лиса опять вспомнила о своем положении и сразу перестала смеяться.

«Мне сейчас так плохо, а этот лев наслаждается жизнью! — с завистью подумала лиса. — Нет, я не допущу этого!» И, подняв опущенную было голову, лиса смиренно сказала:

— О великий падишах! Хорошо, что вы сами пришли сюда. Я для вас спрятала в этой яме большой курдюк сала, сегодня уж сама собиралась нести его вам. Но как ни старалась, не могла сдвинуть его с места. Я даже позвала на помощь шакала, но и у двоих нас не хватило силы.

Наивный лев внимательнее посмотрел на дно ямы и тоже увидел там что-то большое, похожее на курдюк.

— Ладно уж, я сам возьму его, — сказал лев и сразу прыгнул в яму.

Но на этот раз лисе не удалось посмеяться над обманутым зверем.

Падая на холодный белый камень, лев задавил шакала и лису.

Однажды Афанди отправился в горы. Эмир Бухары приказал ему привезти какую-нибудь птицу. Почти шесть месяцев пропадал Афанди в горах, и наконец ему удалось поймать редкую птицу. Посадил он птицу в кожаный мешок и крепко-крепко завязал его.

Вернувшись в Бухару, Афанди тут же отправился во дворец. Развязав мешок, он увидел, что птица задохнулась. Эмир огорчился, что погибла такая редкая птица. Но сожаления Афанди были еще больше. Эмир удивился и спросил:

— А ты-то что сокрушаешься?

— О надежда мира, — ответил Афанди, — я же так крепко завязал мешок: как же могла улететь ее душа?

Было так или не было, а жил в давние времена один падишах. Была у него жена и два сына. Жена его умерла, и он женился второй раз. Новая жена родила ему еще одного сына.

У падишаха был сад, а в саду росла яблоня. Везир правой руки каждое утро приносил падишаху полный поднос яблок. Но однажды он принес только половину подноса. Это повторилось и на следующий день. Падишах забеспокоился. А везир продолжал приносить неполные подносы. Наконец падишах не выдержал и спросил:

— Эй, везир, что случилось? Почему ты приносишь только половину подноса яблок? Я велю казнить тебя!

— О справедливый падишах, — отвечал везир, — сначала разузнай, а потом уж казни. В твой сад повадился ходить вор. Он каждую ночь крадет яблоки. Пошли туда сторожа.

И падишах отправил старшего сына сторожить яблоки. Тот пришел в сад, лег под яблоней и проспал до самого утра. А яблоки опять были похищены.

На следующую ночь в сад пошел средний брат. Он тоже заснул под деревом. Тогда падишах отправил в сад самого младшего сына, от новой жены. Когда того стал одолевать сон, он порезал мизинец и посыпал ранку солью, и боль не давала ему уснуть. Вдруг на небе появилось пламя. Младший сын испугался и спрятался за деревом. Это была огненная птица. Она села на яблоню и стала карабкаться по ней. Юноша протянул руку, чтобы схватить это диковинное существо за ноги, но птица встрепенулась, и он ухватился за хвост. Птица вырывалась, но он не отпускал, пока не оторвал ей хвост. Он сунул хвост за пазуху и лег спать под деревом. Утром он долго не просыпался, и падишах послал в сад человека, чтобы разузнать в чем дело, уж не убил ли вор сына, не похитил ли его.

Пришли слуги в сад и видят, что сын падишаха спит. Разбудили его и спрашивают:

— Ты видел вора?

— Не смог я задержать вора, но есть у меня его примета.

Он пошел к отцу, вытащил из-за пазухи хвост и бросил к его ногам. А падишах сказал ему с укором:

— Сын мой, зачем ты оторвал хвост? Ведь это золотая птица!

Сын отправился на улицу поиграть со сверстниками. Падишах тогда позвал к себе старших сыновей и говорит им:

— Седлайте коней, берите мечи и идите по следу вора. Найдите эту птицу и привезите сюда.

Сыновья сели на коней и тронулись в путь. А младший сын играл на улице в бабки. Вот как-то играл он в бабки и сломал веретено у бедной старушки. Она заплакала и стала упрекать его:

— Ты шахский сын, а ведешь себя так недостойно. Вот я пожалуюсь твоему отцу. Твои братья отправились искать вора, а ты бездельничаешь!

— Не плачь, бабушка, — говорит он ей, — вот возьми себе эту бабку, она из золота, ее хватит и твоим потомкам.

После этого мальчик пришел к отцу и сказал:

— Отец, оказывается, мои старшие братья отправились искать вора, а я и не знал об этом. Вели дать мне коня, я поеду следом за ними.

Отец отвечает ему:

— Не надо, сынок, братья ведь отправились.

— Нет, отец, уж ты позволь мне тоже идти.

Сын долго упрашивал отца, и тот наконец уступил.

— Что ж, ступай, выбери коня, возьми из сокровищницы меч и поезжай следом за братьями.

Пришел шахский сын в конюшню и стал класть руку на спины коням. Спины прогибались, и он не взял ни одного коня, вернулся к отцу.

— Ни один из этих коней не подходит мне.

— Тогда иди в другую конюшню, там стоит тощий конь. Если и он не подойдет тебе, оставайся дома.

Пошел он в другую конюшню и попробовал коня рукой. Конь был очень сильный. Шахский сын вывел коня в степь, потер ему глаза, погладил его, и тот вдруг стал гладким, упитанным. Юноша отправился в сокровищницу, взял попону, седло, сбрую и приготовил коня. Потом он нашел старый ржавый кинжал, потер его песком и вычистил до блеска, а после этого пошел к матери и говорит:

— Возьми ман[26] сахару, два мана леденцов, два мана курута[27] и положи все в сумку.

Мать все сделала, как велел сын, он простился с ней и тронулся в путь. Ударил он коня плетью, и тот мигом покинул родной город. После второго удара плетью конь взвился в воздух.

А братья уже три дня были в пути. Он же этот путь проскакал за один день и догнал их. Старшие братья раздели его догола, отобрали все, что у него было, и сказали:

— Возвращайся домой!

Так он и остался на месте, а старшие братья снова двинулись в путь. Шли они, шли и увидели каменную плиту, за которой дорога раздваивалась. На камне было что-то написано, но они не умели читать. Тут-то они и раскаялись, что прогнали младшего брата, он бы прочитал, что написано на плите. Стоят они и сожалеют. Вдруг видят, идет младший брат.

— Иди сюда! — крикнули они.

— А зачем? Ведь вы прогнали меня! Отобрали у меня все. Зачем я вам понадобился?

— Подойди, мы все тебе вернем, только прочитай, что написано на камне.

Младший брат подошел и прочитал:

— Пойдешь налево — вернешься, пойдешь направо — не вернешься. По какой же дороге пойдете вы? — спрашивает он их.

— Мы пойдем по той дороге, по которой возвращаются.

— А я пойду по той, по которой не возвращаются.

Так они и разошлись: старшие отправились по счастливой дороге, младший — по несчастливой. Ехал младший, ехал и оказался в пустыне. Конь его устал, а сам он был истомлен жаждой. У подножия ивы был ключ, но песок сразу же поглощал воду, которая с трудом пробивалась из-под земли. Юноша порыл немного кинжалом, и вода перестала пропадать. Он напился, напоил коня, посидел под деревом, поел и лег поспать.

Пока он спал, приполз дракон и обвился вокруг него семь раз, но он не проснулся. Конь увидел дракона и стал рваться с привязи. И ударил он копытом в грудь сына падишаха. Тот проснулся и видит, что его обвивает семиглавый дракон. Вскочил юноша и поразил его мечом, но дракон тут же ожил. Ударил юноша еще раз, но дракон опять ожил. Тогда он разрубил дракона на мелкие кусочки и разбросал их под ивой. После этого он поехал дальше, а когда устал, остановился отдохнуть. Вдруг видит, прямо на него мчится вихрь, и пыль клубится.

— Теперь уж не миновать мне смерти, — подумал он. Вихрь подлетел к нему и превратился в огромного волка. — Зачем пришел сюда? — спросил он царевича. — Жить тебе, что ли, надоело? Кроме меня, сюда осмеливаются приходить только львы, слоны и тигры. Если птица здесь пролетит, сгорят ее перья. Я вот возьму и съем тебя!

— Ну что ж, пусть будет по-твоему.

Но волк не тронул царевича, он только отъел передние ноги у его коня, а потом спрашивает:

— У твоего коня было две ноги?

— Да, только две.

Потом волк съел две другие ноги и спрашивает.

— Дружок, конь твой был без ног?

— Да, у него не было ног.

Тогда волк сожрал туловище коня и спрашивает.

— Что, дружок, эта голова и была твоим конем?

— Да, у моего коня была только голова.

Съел волк и голову и спрашивает:

— Дружок, может, у тебя вовсе не было коня?

— Да, не было у меня коня.

— Как же ты прошел пешком такой длинный путь?

— А я шел потихоньку, отдыхал, когда уставал, вот и дошел.

— Ну, парень, ты, оказывается, смышленый. Ступай себе домой. Я съел твоего коня, а если не послушаешься меня, то и тебя не помилую.

А царевич отвечает:

— Раз уж дошел я сюда, то назад не вернусь, если даже мне смерть угрожает.

— Ну, что ж, тогда иди своей дорогой, — говорит волк.

И пошел царевич дальше. Долго он шел и так устал, что не было у него больше сил идти. Тогда он пополз, но только живот поранил. Тут ему стало жалко себя и подумал он: «Домой я не могу вернуться, придется умереть в этой пустыне от голода и жажды». Сидит он горюет. Вдруг видит, опять мчится на него вихрь.

— На этот раз съест он меня, — подумал царевич, а волк подбежал и спросил:

— Что же ты не вернулся домой?

— Я мужчина, мне стыдно вернуться домой ни с чем. Тогда волк сказал:

— Юноша, ты расторопный, храбрый, бесстрашный. Никто, кроме тебя, не отважился прийти сюда. Я знаю, куда ты идешь: за золотой птицей.

Царевич удивился и подумал: «Откуда ему это известно?»

А волк предложил:

— Садись на меня и закрой глаза.

Царевич взобрался на него и закрыл глаза. Потом он слышит:

— Открой глаза и иди прямо. Птица вон там сидит в клетке. Возьми птицу, но не трогай клетку, а если возьмешь, то погибнешь. Как только ты прикоснешься к клетке, она начнет звенеть, и стражники убьют тебя.

Пришел царевич к клетке и взял золотую птицу. Но тут он подумал: «Как же я ее понесу? Возьму уж и клетку». Но только он дотронулся до клетки, как она зазвенела, и стражники схватили царевича.

— Ты вор? — спрашивают они его.

— Я не вор, это золотая птица — вор.

Тогда царевича повели к падишаху и сказали:

— Это вор, он хотел украсть золотую птицу да еще говорит, что это она — вор.

Тогда падишах предложил царевичу:

— В стране Чин[28] живет один падишах, у него есть чудесный конь. Пригони этого коня с седлом и сбруей, тогда получишь золотую птицу и клетку в придачу.

Царевич согласился. Снова он встретил волка и рассказал ему все.

— Садись на меня и закрой глаза! — велел волк. Сел царевич верхом на волка, закрыл глаза, а когда открыл, то оказался в Чине. Волк говорит ему:

— Ну, иди, лови коня. Только смотри, не бери ни седла, ни сбруи, а то они загремят, и стражники проснутся. Когда поймаешь коня, хлопни его рукой по шее и иди вперед, он сам пойдет за тобой.

Царевич поймал коня, хлопнул его по шее и пошел вперед. Конь двинулся за ним. А царевич подумал: «Куда я поведу его неоседланного? Возьму-ка я седло и сбрую». Он вернулся, взял седло со сбруей, но тут проснулись стражники, схватили царевича и повели к падишаху.

— Юноша, зачем ты хотел увести коня? — спросил падишах.

— Я хотел отвести его к падишаху Миcра[29].

— У падишаха страны Мачин[30], - сказал тот, — есть дочь. Привези мне эту девушку, тогда получишь коня с седлом и сбруей.

Царевич опять рассказал все волку, а тот ему:

— Садись на меня и закрой глаза.

Сел царевич на него, и они очутились в неизвестной стране прямо перед какой-то пещерой. Волк говорит:

— Побудь здесь. Это сад дочери падишаха. Она придет сюда со служанками рвать цветы. А я спрячусь под розовым кустом. Как только дочь падишаха подойдет ко мне, я схвачу ее и унесу. Когда я буду около тебя и крикну, ты должен вскочить на меня. Если же не успеешь, служанки схватят тебя и отведут к падишаху, а он велит тебя казнить.

И волк спрятался под кустом роз.

Когда дочь падишаха подошла к нему, он схватил ее и поскакал. Потом на волка вскочил царевич, и они понеслись в страну Чин. Тут волк и говорит:

— Отдай девушку падишаху, получи коня и тронемся дальше.

А царевич глаз не может оторвать от девушки. Волк спрашивает:

— А не хотелось бы тебе сесть на коня вместе с девушкой?

Один дехканин посеял пшеницу. Когда пшеница начала созревать, повадился ходить на поле медведь. Он заходил в пшеницу, топтал ее и ложился спать.

Дехканин все это видел, но был бессилен что-либо сделать.

Вот созрела пшеница. Дехканин ее сжал, перенес на гумно, сложил в кучу, обмолотил. Потом провеял ее, просеял и приготовил для помола. Вот тут появился медведь и сказал дехканину:

— Здравствуй, компаньон!

Дехканин удивился и сказал:

— Здравствуй, только какой же ты мне компаньон? Медведь рассердился и крикнул:

— До сих пор ты не знаешь, что я твой компаньон?

— Как же я могу знать, если ты не работал вместе со мной?

Медведь повел дехканина на то место, где он всегда спал, лег на бок и сказал:

— Я каждый день лежал здесь и отгонял воробьев, а то бы сейчас от твоей пшеницы не осталось ни одного зерна!

Дехканин понял, что от медведя-дармоеда не избавишься, и сказал:

— Хорошо, пойдем, будем делить пшеницу.

Они пришли на гумно. Дехканин разделил пшеницу на две равные части и сказал медведю:

— Давай мешок, насыплю твою долю!

— У меня нет мешка, — сказал медведь.

— Если так, иди ко мне домой и принеси мешок для себя и для меня.

— Сам иди! — сказал медведь. — Я останусь сторожить пшеницу.

Дехканин пошел домой и сказал жене:

— Пришел ко мне медведь и просит половину нашей пшеницы. Если что-нибудь не предпримем, лишимся половины урожая.

Жена подумала и сказала:

— Ты иди к медведю, а я приду потом и его испугаю. Дехканин взял два мешка и пошел на гумно. Увидев, что медведь роет яму, он спросил:

— Для чего ты это делаешь?

В какие-то времена жил-был искусный каменотес по имени Сафар. Он делал жернова для мельниц, тесал камни для столбов, стен дворцов и крепостей.

И вот вдруг на его страну напали страшные чудовища-полулюди полуживотные. Каменотес вместе со своими односельчанами пошел сражаться с ними. В борьбе побеждали то одни, то другие. Но в единоборстве с самым сильным чудовищем каменотес был побежден и попал в плен.

Много лет о Сафаре не было никакого слуха. Сын каменотеса — однолетний Эрадж остался с матерью и стал расти без отца.

С малых лет Эрадж отличался храбростью и смышленостью. Своей ловкостью и почтительностью он покорил сердца всех своих односельчан.

Мать отдала его в школу. Эрадж учился лучше всех и был любим товарищами. Во время перерыва они окружали его, и каждый мог получить от него любую помощь. Среди детей Эрадж был сияющим месяцем, окруженным мерцающими звездами.

Когда Эрадж вырос, он стал могучим, высоким и широкоплечим богатырем с сильными руками.

Однажды ранней весной все односельчане, в праздничной одежде, собрались на площади за селом. Там проходили состязания наездников и игра в мяч. Здесь борцы показывали свою силу, певцы, музыканты и скоморохи — свое мастерство.

Вместе со всеми веселился и Эрадж. Он участвовал во всех состязаниях. Особое мастерство и ловкость он показал в игре в мяч. Несколько раз с лошади он загонял мяч в ворота противника и вызывал восхищение и рукоплескания зрителей.

Началось состязание в стрельбе. Мишенью сделали кольцо. Многие юноши из луков стреляли в эту мишень, но только Эрадж и еще двое попали в кольцо.

— Это не так трудно! — сказал Эрадж. — Искусный стрелок может вбить одну в другую три стрелы.

— Вот ты первый и покажи свою ловкость! — сказали зрители.

Эрадж взял лук и стрелы, опустился на левое колено, немного откинулся назад и выстрелил в дерево, вторую стрелу он всадил в первую, третью — во вторую.

Восторженные возгласы зрителей поднялись до небес. На другой день праздника Эрадж предложил товарищам играть в войну. Из юношей и подростков он образовал войско и разделил его на две части. Эрадж в этой игре проявил большие способности в командовании войском.

На третий день празднества на площадь пришли борцы из окрестных сел. Эрадж со своими товарищами тоже был там. Со всех сторон неслись звуки карная, сурная и барабана. Борьба началась.

Все борцы из села Эраджа потерпели неудачу. Тогда па площадь вышел сам Эрадж. Борец из соседнего села, увидев на поле юношу пятнадцати-шестнадцати лет, сказал:

— Ты еще ребенок, борись с детьми!

Эти слова сильно задели Эраджа, и он крикнул:

— Не важно, ребенок я или нет, выходи, показывай свое мастерство! — и, схватив правой рукой за руку борца, он так дернул его в свою сторону, что борец шага на три перескочил Эраджа. Борец понял, что борьба будет серьезной. Он быстро схватился с Эраджем, а Эрадж взял его за ворот, с силой дернул на себя, а сам нагнулся, перекинул его через свою голову и прижал к земле.

Со всех сторон послышались рукоплескания.

Вечером, перед концом праздника, многие, в том числе и люди преклонного возраста, подходили к Эраджу и поздравляли его с успехом.

— Тысячу раз спасибо твоему отцу, — говорили они, — ты будешь таким же доблестным воином!

Когда Эрадж услышал такую похвалу своему отцу, он впервые серьезно задумался о нем. «Отец мой в плену у врагов, а я спокойно сижу здесь», — думал он. Эрадж сразу переменился в лице, радость померкла, большие красивые глаза потускнели. Огорченный и раздосадованный пришел он домой.

Радостно и ласково встретила его дома мать. Но Эрадж, опечаленный и молчаливый, сел в углу комнаты, погруженный в мысли. Проницательная мать сразу поняла причину грусти сына, со слезами на глазах обняла его, поцеловала в лоб и сказала:

— Дорогой мой Эрадж, росточек моего счастья! Почему ты в день праздника, когда все веселы и радостны, кажешься печальным и огорченным?

— Любезная матушка, — сказал Эрадж, — если бы ты сегодня была на поле и видела, что со мной было, опечалилась бы еще больше моего.

И по просьбе матери Эрадж рассказал все, что с ним случилось. Его рассказ подействовал на мать, и она с грустью сказала:

— Дорогой сынок, не печалься! Придет же когда-нибудь твой отец!

— Когда же он придет? И может ли он сам освободиться?! Я никогда не видел отца, а ты всегда успокаиваешь меня несбыточными надеждами.

Мать Эраджа вынуждена была рассказать ему всю правду.

— Дорогой сынок, отец твой был способный человек, в мирное время он был прославленным камнетесом. И вот однажды на нашу землю напали кровожадные чудовища. Отец твой пошел воевать с ними. В первые недели с поля битвы приходили вести о его мужестве и отваге, потом ничего не стало слышно, говорят, что он попал в плен к дивам, к страшным безжалостным чудовищам. У них огромные глаза, головы с коровьими ушами, с круглыми ноздрями, с провалившимся ртом. Где бы они ни увидели человека, насильно хватают его и волокут к себе. Эти чудовища — враги спокойной жизни нашего края, они терзают мирных людей как на суше, так и в воде. Живут они на острове, окруженном водой. Иногда чудовища покидают остров, набрасываются на мирные земли, грабят и опустошают их, хватают людей и уносят с собой.

Услышав все это, Эрадж представил себе, какие муки претерпевает его отец в плену у чудовищ.

Всю ночь Эрадж видел во сне войну с дивами. В этой войне он видел себя то в пылающей пустыне, то на спине летящей птицы Симург, то борющимся со страшным чудовищем, то в пещере, то на вершине горы.

Проснувшись утром, Эрадж все время думал об отце. Он решил вступить в бой с чудовищами и освободить отца. Привязав меч к поясу, он пошел к матери и сказал:

— Ну, я ухожу!

Мать его и соседи думали, что он собрался на охоту, и спокойно сказали:

— До свидания, будь здоров! Скорее возвращайся, будем ждать!

Эрадж засмеялся, поцеловал руку матери, вскочил на лошадь и направился в пустыню.

Несколько дней и ночей ехал он по пустыне. Он устал сам, устала и его лошадь. Спешившись, он прилег отдохнуть под деревом у ручья.

Эрадж лежал, погруженный в думы, как вдруг увидел вдали у подножия горы, на берегу ручья, какого-то человека. Эрадж вскочил и направился к нему, но этот человек, не обращая на него внимания, продолжал что-то читать. Эрадж всмотрелся в него — это был красивый сильный человек. Вежливо поздоровавшись с ним, Эрадж продолжал стоять. Человек поднял голову и ответил на приветствие.

— Садись! — сказал он, снова углубляясь в чтение. И только через несколько минут он снова поднял голову,» взглянул на Эраджа и начал с ним разговор:

— Откуда идешь и куда направляешься?

— Я проезжий человек, — ответил Эрадж, — но я хотел бы знать, о почтенный отец, что вы здесь один делаете?

— Я пришел сюда для того, чтобы уничтожить насилие и кровожадных чудовищ!

Как только Эрадж услышал о чудовищах, он вскочил с места и низко поклонился этому человеку.

— Я тоже пришел сюда воевать с чудовищами! — сказал Эрадж.

— Если так, будем бороться вместе. Я буду тобой руководить, только ты и впредь будь верным своему слову. Без самоотверженности, без отваги и храбрости нельзя достичь цели!

Эрадж стоял и кивал головой в знак согласия с ним. Потом этот человек взял в руки свой меч и, отдавая его Эраджу, сказал:

— Этот меч не простой, он имеет много свойств. Во-первых, при ударе по любому металлу он его перерубает; во-вторых, рана от него ничем не излечивается; в-третьих, если он попадет врагу — не перережет даже огурца. Вот возьми также и эту тетрадь; когда у тебя будет какое-нибудь затруднение — из этой тетради ты узнаешь, как нужно будет поступить.

Но когда Эрадж взял тетрадь и открыл ее, он ничего не увидел в ней, кроме чистых страниц. Удивился он этому, но ничего не сказал.

— Только в тот момент, когда тебе что-нибудь понадобиться, все будет написано в ней, — разъяснил человек.

Эрадж распрощался с ним, сел на своего коня и поехал по указанному пути.

Когда начало светать, Эрадж подъехал к подножию горы, на вершине которой виднелась высокая черная крепость, а перед крепостью стояло несколько тысяч воинов со знаменами. Эрадж остался в стороне и стал ждать, что произойдет.

Только всеосвещающее солнце озарило своими лучами мир, со стороны войска раздались звуки карная и барабана. Вмиг растворились ворота черной крепости, и на войско двинулись тысячи страшных чудовищ.

С их стороны тоже послышались звуки карная, но звуки походили на рев животных. От этого страшного рева лошадь Эраджа пустилась вскачь, и, когда Эрадж, приблизившись к чудовищам, присмотрелся повнимательнее, то все, что слышал от матери о них, увидел наяву.

В это время со стороны войска выехал на поле боя молодой, красивый и сильный всадник. Все его тело было закрыто железными доспехами, на голове его был железный шлем. С арканом и луком на плече, с копьем и саблей в руках, он стоял против чудовищ и требовал борца.

Вдруг от войска чудовищ отделился всадник на слоне, с большим шлемом на голове, с булавой, подобной бычьей голове, и вышел на поле боя. Он так заревел, что задрожала земля и лошади от страха взвились на дыбы.

Молодой богатырь войска, как только увидел перед собой великана-дива, смело направил на него своего коня и, обнажив саблю, вступил с ним в бой.

Чудовищный великан направил своего слона на молодого богатыря и щитом отвел его саблю; затем набросился на богатыря с булавой, подобной голове быка. Смелый богатырь прикрыл себя щитом, а великан с таким гневом обрушил на голову булаву, что подпруга у лошади лопнула, и от этого удара задрожали земля и горы. Тут же молодому богатырю подвели другого коня. Он вскочил на коня и с десятиаршинным мечом помчался на чудовище. Он ударил его мечом по правому плечу и рассек его пополам. Чудовище, как гора, свалилось на землю.

К молодому богатырю выходило еще несколько чудовищ, и он уложил каждого одним ударом меча.

Вдруг со стороны полчища чудовищ на поле боя вышел громадный див Хенгиль, который был величиной с несколько дивов. Он стал приближаться к богатырю и вдруг, набросив на него аркан, стянул его с лошади и уволок в черную крепость. Сам же он — снова на поле боя и потребовал себе борца.

Много воинов выходило на бой с Хенгилем. Некоторые были убиты им, а некоторые уведены в плен.

Наконец на поле боя вышел сам предводитель войска, Фируз, но Эрадж не мог больше сдерживать себя и так ударил плеткой своего коня, что одним прыжком перепрыгнул через голову чудовища. Ни из полчища чудовищ, ни из воинов никто еще не видел такой ловкости.

Эрадж на своем коне четыре раза объехал дива, потом, остановившись перед ним, сказал:

— Давно уже я таю в своем сердце злобу против тебя, но вот, наконец, ты попался мне!

Хенгиль засмеялся и сказал:

— Будь ты воином, ты имел бы щит и панцирь!

— Щит и панцирь есть у тебя, и они будут моими!

Чудовище вскипело гневом и с булавой бросилось на Эраджа. Эрадж отскочил в сторону, и чудовище с огромной силой ударило булавой по земле. Если б этот удар обрушился на гору, то он разбил бы ее на части.

— Теперь моя очередь! — крикнул Эрадж и погнал своего коня на Хенгиля. Передние ноги коня опустились на плечи чудовища. Эрадж так ударил Хенгиля мечом, что тот свалился на землю и больше не поднялся.

Жила на свете старушка, а у нее был внук-плешивец. Однажды она говорит ему:

— Пойди-ка, внучек, принеси хвороста, затопим печь. Плешивец встал и пошел за хворостом. По пути он увидел дворец, а над ним — сияющую луну, красоту которой не выразить в словах. Простоял он там до самого полудня, любуясь ею, потом подошел поближе и видит, что луна эта — дочь падишаха. Вернулся плешивец домой и говорит:

— Бабушка, сосватай мне дочь падишаха.

А она ему в ответ:

— Я бедная вдова, разве падишах отдаст свою дочь за моего внука?

— Иди, бабушка, он отдаст за меня дочь, — сказал внук.

Отправилась она во дворец и поступила в служанки к падишахской дочери. Царевна очень привязалась к ней и стала звать ее матушкой. Как-то собралась старушка с духом и говорит царевне:

— Дочь моя, у меня есть внук, он требует, чтобы я сосватала за него дочь падишаха.

Царевна ответила:

— Падишаху дорога его дочь, зачем он будет выдавать ее за твоего внука?

Тогда старушка решила пойти к самому падишаху и несколько дней подряд подметала его двор. Встает утром падишах, а двор его уже выметен и вычищен. Приказал он стражникам проследить, кто же это подметает, и те поймали старуху. Привели они ее к падишаху.

— Человек ты или пери? Зачем ты подметаешь мой двор? — спрашивает он.

Старуха отвечает:

— О падишах, есть у меня к тебе просьба. Можешь ли ты меня выслушать?

— Говори, я исполню твою просьбу.

Старушка сказала:

— Есть у меня внучек, назови его своим сыном. Крепко задумался падишах.

— Как же мы поступим? — спросил он везира.

— Прикажи ему раздобыть несравненный цветок. Он пойдет за ним и погибнет.

Падишах сообщил старушке свое решение. Вернулась она к внуку и передала ему ответ падишаха:

— Эх ты, плешивец, недолго жить тебе на свете, падишах велел разыскать несравненный цветок.

— Испеки мне лепешек, — сказал плешивец.

Напекла она лепешек, он сунул их в бурдюк и отправился в путь. Шел он, шел и прибыл в один город. Все лавки в городе были открыты, шла бойкая торговля. Вдруг раздался крик:

— Идет Косим!

Все позакрывали свои лавки и выбежали встречать Косима. Когда он ушел, лавки снова открылись. Вечером Косим снова появился, и снова все позакрывали лавки и вышли, приложив руки к груди. Плешивец подивился и пошел следом за Косимом. Тот пришел к своему дому и вошел внутрь, а оттуда вышла его дочь и сказала плешивцу:

— Эй, парень, тебе не жалко своей жизни, что пришел по пятам моего отца?

С этими словами она повела его в дом. У Косима была комната под землей. Туда девушка и повела плешивца. Там было несколько человеческих тел, повешенных вниз головой. Увидел это плешивец, и стало ему страшно. А девушка эта была колдуньей. Она научила плешивца всем своим колдовствам, так что он сам стал колдуном. Тогда она вывела его из дому и говорит:

— Теперь возвращайся к себе.

Прошло уже много дней с тех пор, как плешивец ушел из дому. Бабушка забеспокоилась и пошла искать внука. Идет она, а внук ей навстречу. Они стали расспрашивать друг друга. Потом плешивец сказал:

— Бабушка, ты иди дальше, а я тебя скоро нагоню.

Она пошла вперед, а плешивец произнес заклинание и превратился в козла с рогами длиной в целый кулоч[31]. Старушка хотела поймать козла, но не смогла. Тогда она подумала: «Куда же девался мой внук? Вдвоем мы бы поймали козла, и нам хватило бы его на целый месяц». Тогда плешивец снова принял свой облик, и бабушка набросилась на него.

— Где ты пропадал? Тут был козел, а мы его упустили!

— Не горюй, бабушка, козла мы еще найдем, — сказал плешивец и превратился в барана с огромным курдюком. Старушка побежала за бараном, но не смогла догнать. И снова она подумала: «Куда же запропастился внук? Если бы мы поймали этого барана, нам бы его хватило на целый год». Тут снова появился плешивец и говорит:

— Бабушка, у нас будет много мяса, ты не беспокойся.

Пришли они домой. Плешивец и говорит бабушке:

— Я сейчас превращусь в быка, а ты отведи меня на базар и продай. Проси за меня двести теньга. Только смотри, не отдавай поводок.

Старушка повела внука на базар, продала за двести теньга, но поводок не отдала. Покупатель привел быка домой, бросил ему корм. Потом приходит, а быка и след простыл.

А плешивец опять говорит бабушке:

— Бабушка, я превращусь в коня, а ты продай меня на базаре. Но смотри не отдавай уздечку.

Она так и поступила. Один человек купил коня, погнал его домой, привел в стойло бросил ему соломы. А плешивец произнес заклинание, снова обратился в человека и вернулся к себе. Покупатель тот приходит в конюшню, а коня нет.

Искал он, искал, но нигде не смог найти его. Встретил он Косима и рассказал ему об этом. Косим понял, что это колдовство.

В третий раз плешивец обратился в верблюда. Косим подошел к старушке и стал торговаться:

— Эй, матушка, сколько просишь за верблюда?

— Шестьсот теньга.

Косим превратил горсть земли в деньги и отдал их старушке. Она очень обрадовалась. Но Косим потребовал отдать ему и уздечку, да получил отказ.

— Эй, старуха, тебе что, деньги не нужны? Бери вот еще! — закричал он и дал ей еще больше таких же денег. У старушки при виде их глаза разбежались, и отдала она уздечку. Вернулась она домой веселая, а внука нет.

А Косим купил много соли и нагрузил верблюда. Взял он палку, стал бить верблюда меж ушей и погнал его к себе домой. Дома он выгрузил соль и позвал дочь. Она вышла и видит, что перед ней стоит тот самый плешивец в образе верблюда. Косим связал верблюду ноги и велел дочери:

— Принеси нож, зарежем его.

Дочь вошла в дом, спрятала нож и крикнула отцу:

— Никак не могу найти.

— Подержи веревку и не выпускай верблюда, я сам найду.

Как только Косим ушел, девушка шепнула плешивцу:

— Прочти заклинание, превратись в голубя и улетай, а не то умрешь.

Плешивец произнес заклинание, обратился в голубя и поднялся в небо. Вернулся Косим и видит, что верблюд превратился в голубя. Тогда он тоже произнес заклинание, превратился в сокола и погнался за голубем.

В это самое время в саду гулял падишах, который послал плешивца за цветком. Голубь превратился в розу в шахском саду и затерялся среди других роз. Прилетел и Косим, произнес заклинание и превратился в корову. Стал он срывать розы, но садовник прогнал его. А среди цветов этот садовник увидел розу, какой никогда раньше не видел. Он сорвал розу и отнес падишаху, а тот сказал:

— Давно уже я царствую, но такой розы не видел.

Косим между тем произнес заклинание и обратился в калан дара. Он стал так жалобно причитать, что мог бы разжалобить и камни. Падишах велел дать ему золотых монет и коня со сбруей, но каландар от всего отказался и попросил:

— Если падишах хочет оказать мне милость, пусть даст мне эту розу.

Но падишаху не хотелось расстаться с ней. Тут вмешался везир:

— Отдай ему розу, у тебя в саду вырастет еще не одна такая роза.

И падишах отдал цветок каландару. Но тут плешивец произнес заклинание и превратился в зерна проса. А Косим превратился в наседку с выводком и стал клевать зерна вместе с цыплятами. Осталось только два зернышка: одно под ногой у падишаха, другое под ногой у везира. Оба они с удивлением смотрели на все. Курица склевала то зерно, что было под ногой падишаха, как вдруг из-под ноги везира выскочила лиса и схватила курицу. Потом плешивец произнес заклинание и обратился в человека. Удивленный падишах спросил его:

— Что здесь произошло?

А плешивец ему в ответ:

— Ты приказал принести несравненный цветок. Это и был тот самый цветок. Теперь выдашь за меня дочь?

Падишах согласился и выдал дочь за плешивца. Тот забрал девушку домой, и стали они вместе жить.

Как-то раз падишах гулял в саду с тридцатью девятью приближенными. Был с ними и поэт Лютфи. Вдруг падишах увидел в углу сада двух быков, которые смотрели на него и качали головами. Падишах подозвал поэта Лютфи и сказал:

— Лютфи, видишь, вон твои друзья зовут тебя. Подойди к ним, — и показал на быков.

Лютфи ответил:

— Хорошо, господин мой, хорошо.

Он подошел к быкам и приветствовал их. Потом приблизил ухо к морде быка и стал кивать головой, говоря при этом: «Хорошо, хорошо… ну, ладно, ладно», — и громко рассмеялся.

Падишах, наблюдавший эту картину, очень удивился, позвал Лютфи и спросил:

— Что тебе сказали твои друзья? Видно, тебе это понравилось, раз ты даже засмеялся.

— О владыка мира! Мои друзья очень мудры, но сейчас они сказали неправду.

— В чем дело? Рассказывай скорей!

— Мои друзья спросили, почему я хожу среди тридцати девяти ослов. «Ты-то ведь бык, — говорят они, — так присоединяйся к быкам».

Жили-были богач и бедняк. Они были соседями — только забор разделял их. Богач имел большую усадьбу с красивыми домами, садом и большим бассейном. У него были табуны лошадей, стада скота и много всякого имущества. Он держал много слуг и взял в жены трех красавиц.

У бедняка же, кроме маленького дворика, одной хибарки и бедного имущества, ничего больше не было. Он целыми днями бродил, выполняя всякую черную, тяжелую работу.

Однажды он пришел с работы уставший, съел чашку сваренной женой похлебки, как вдруг слуга богача постучал в калитку его двора. Входя в дом и здороваясь, он сказал бедняку:

— Тебя зовет хозяин, он послал меня и сказал: «Иди и скорее приведи его!»

— Зачем понадобился я твоему хозяину? — спросил бедняк.

— Не знаю, наверно, какое-нибудь дело, — ответил слуга. Нехотя бедняк встал и пошел.

На суфе около дома на шелковых одеялах полулежал богач и пил чай. Молодой слуга сидел около него и растирал ему голые, толстые и волосатые ноги.

— Заходи сосед, — сказал богач, увидев бедняка. — Ты никогда не приходишь ко мне. А ведь бывает же у тебя нехватка в чем-нибудь, но ты никогда не просишь у меня.

— Каждый человек должен довольствоваться своим, — ответил бедняк.

— Уж очень ты гордый, — сказал богач, — проходи же и садись на суфу!

Бедняк присел на край суфы.

— Я хочу спросить у тебя одну вещь, — начал богач, — ты знаешь, что я ни в чем не имею недостатка, кроме птичьего молока, у меня все есть. Но, как тебе, наверно, известно, у меня во дворе не бывает ни одного спокойного дня. То меня раздражают упрямые слуги, от чего у меня портится кровь, я их ругаю, бью. А если взять ссоры и скандалы неучтивых моих жен, то им нет и конца. Ко мне приходит много народу, короче говоря, постоянно у меня на дворе шум, ссоры, перебранка. Меня удивляет одно: ты ведь очень беден, не имеешь и тысячной доли моего богатства, но у тебя во дворе всегда тихо. Я ни разу не слышал плача твоей жены или скандала между вами. Как будто у вас нет ни горя, ни недостатка. Во дворе у вас постоянно слышится искренний смех. Скажи мне, почему это?

— В нашем доме нет причин для скандала, — сказал бедняк. — Я делаю все, чтобы нам как-нибудь прожить. Это знает моя жена и потому всегда заботится обо мне. Я ее люблю и стараюсь вывести из ее сердца грусть и огорчения. Да еще есть у нас жемчужинка, с которой мы играем во время отдыха; настроение у нас поднимается, смех становится громче.

Богач отпустил бедняка, а сам задумался: «Неужели одна жемчужинка может являться причиной радости и смеха? Я куплю не одну, а три жемчужины и буду играть ими с женами. Посмотрю, что из этого выйдет!»

На другой день богач потратил уйму денег и купил три драгоценных жемчужины. Придя домой, он сел на суфу и позвал жен. Он дал каждой из них по жемчужине и сказал:

— Идите и сядьте в кружок, сейчас будем играть в жемчужины!

Старшая жена сперва посмотрела на свою жемчужину, потом уставилась на жемчужины младших жен. Ей показалось, что ее жемчужина хуже и дешевле двух других. Средней жене и младшей показалось то же самое. Завидуя Друг другу, они подняли большой скандал.

Богач пришел в ярость, он избил и прогнал от себя всех жен, а сам бегом побежал к бедняку. Открыв калитку его двора он услышал смех и веселье. Войдя во двор, он увидел бедняка с женой, которые, посадив между собой мальчика двух лет, занимались им и радостно смеялись над его милыми детскими шалостями.

— Я купил три жемчужины и принес домой, — сказал бедняку богач, — но они не стали причиной нашей радости, наоборот, из-за них мои жены подняли скандал. Какую же г особенность имеет ваша жемчужина, если, играя ею, вы становитесь радостными и веселыми?

— О сосед, — сказал бедняк, — наша жемчужина не мертвый предмет, как ваши жемчужины! Наша жемчужинка — вот этот наш милый сыночек, которого мы любим всем сердцем и душой. Разве какой-нибудь жемчуг может быть лучше и дороже его?

На юге страны Истаравшан, у подножия горы Куромос, расположена прекрасная долина. С высоких горных вершин стекают бурные ручьи, которые орошают эту долину. Там много садов, на деревьях — вкусные плоды, а кругом плодородные нивы.

В этом прелестном краю жил падишах Хасан. Не было равного ему по справедливости и храбрости. У него был ученый попугай. Однажды он посадил попугая на дерево и лег поспать. Попугай стал укорять его:

— О беспечный, твоя жизнь подходит к концу, а сын твой Фирузшах уже возмужал. Пока ты жив, тебе надо подыскать хорошую жену для него.

Падишах нашел слова попугая справедливыми и приказал везиру:

— Поищи для моего сына невесту. Я женю его, пока жив, и передам ему царство, венец и трон.

Везир нашел красивую девушку, и ее сочли подобающей царевичу. Сыграли свадьбу. Но девушка любила другого, и Фирузшах был ей не мил. А была пора созревания плодов, поэтому Фирузшаха с женой поселили в летнем дворце в саду. Фирузшах хотел приласкать жену, но она стала плакать и биться головой о дерево. В это время закричал попугай. Фирузшах спросил его:

— О друг, что ты хочешь сказать?

— Фирузшах, — заговорил попугай, — твоя справедливость известна на весь мир. — Если ты хочешь остаться справедливым, отпусти девушку.

— Почему? — спросил Фируз.

— Ты еще не знаешь, что такое любовь, — сказал по» пугай. — Эта девушка любит другого, а везир взял ее для тебя силой. У хакана[33] Чина есть дочь, достойная тебя. Если постараешься, она достанется тебе. Попроси у отца разрешения, и отправимся за ней.

— Ты хочешь, чтобы я освободил тебя? — спросил Фируз девушку.

— О, если бы ты освободил меня, я соединилась бы со своим возлюбленным! — воскликнула она.

— Ступай, — сказал Фируз, — я отпускаю тебя, да исполнится твое желание! Отныне ты мне сестра.

Девушка ушла от него радостная, а Фируз пошел к отцу огорченный. Увидев своего сына печальным, Хасаншах спросил:

— Скажи, что тебя огорчает, и я помогу тебе.

— Я отправил назад девушку, которую ты мне сосватал, — ответил Фируз. — Она любит другого, пусть исполнится ее желание, а я хочу жениться на Гулбахор, дочери хакана Чина.

Хасаншах обратился к своим придворным:

— Кто желает сосватать и привезти моему сыну дочь хакана Чина?

Второй раз спросил и третий, но никто не ответил.

— Отец, — сказал Фируз, — дай мне вороного коня и попугая. Я сам пойду.

Везир, сосватавший ту девушку, сказал:

— О шах, да будет тебе известно, что в этом виноват попугай. Откуда Фируз может знать, что у хакана Чина есть дочь, достойная его? Вели убить попугая, чтобы впредь ему неповадно было вмешиваться.

Но тут заговорил попугай:

— О шах, если ты убьешь меня, то моей кровью не наполнишь и ложку. А если ты нам с Фирузом разрешишь поехать, я исполню его желание. Ведь я давно служу тебе и помню твои благодеяния. Я не везир: смут и раздоров не сею.

Падишаху понравились речи попугая, и он велел собрать сына в дорогу. Дал он ему вороного коня и освободил попугая из клетки со словами:

— Служи мне верно.

Народ проводил Фирузшаха до окраины столицы и пожелал ему доброго пути.

Тут попугай научил Фируза:

— Ударь коня три раза плетью с левой стороны и скажи:

Однажды бедный дехканин пахал землю. Нежданно-негаданно выкопал он плугом из земли кувшинчик с золотом. Обрадованный дехканин положил кувшин с золотом в мешок и спрятал его в надежное место.

В это время издали показался всадник.

«Если он видел, как я прятал золото, то пойдет и докажет на меня падишаху, — думал дехканин. — Тогда меня замучают! Лучше позову я всадника, поделим мы с ним золото пополам!»

— Эй, эй! Подъезжай сюда! — крикнул дехканин всаднику.

— В чем дело, ака! — спросил подъехавший.

«Не видел он, напрасно я его позвал, лучше скрою от него золото», — подумал дехканин и спросил у всадника:

— Эй, брат, скажи-ка мне, который из этой пары волов лучше?

— Неужели ты позвал меня из-за этой глупости? — сказал возмущенный всадник и отъехал от дехканина.

«Мне кажется, этот человек заметил, что я прятал золото. Иначе он бы не нагрубил! Может быть, он поехал доказывать на меня падишаху?» Опять в его душу закралось сомнение, и он снова крикнул:

— Эй! Вернись! Я скажу тебе всю правду!

Всадник не хотел было возвращаться, но подумал: «Недаром он меня возвращает и говорит: «Я скажу тебе всю правду». Видно, он знает что-то интересное», — и он вернулся опять.

— Ну, что же ты хочешь мне сказать? — спросил он у дехканина.

«Ох, неужели надо рассказывать о золоте?» — снова заколебался дехканин и сказал:

— Вот этот лемех я купил за стальной, а мне говорят, что это не сталь. А ты как думаешь?

— Эх, дурак! Зачем ты опять вернул меня понапрасну? Но мне кажется, ты что-то утаиваешь! А? — и, не дождавшись ответа, всадник отъехал.

«Честное слово, он видел золото! Сейчас он поедет и докажет на меня падишаху!» — подумал дехканин и от страха крикнул во все горло:

— Эй… эй! Вернись! Клянусь, теперь скажу тебе всю правду!

Заинтересованный всадник вернулся опять. Дехканин собрался все ему рассказать, но вдруг опять раздумал и сказал:

— Я хочу продать одного из этих старых волов, а вместо него купить помоложе. Посоветуй, которого мне продать?

— У, чтоб тебя… дурак! Пропади ты пропадом! Больше не вернусь, хоть лопни от крика, — закричал раздосадованный всадник и уехал. А дехканин раскаялся в сделанном и подумал:

— Ох, нехорошо я сделал! Лучше бы разделил с ним золото и успокоился. Ну, уж теперь-то он непременно поедет к падишаху и докажет на меня!

Он бросил пахоту, схватил кувшинчик золота, побежал домой и сказал жене:

— Ой, жена! Я золото нашел, теперь мы разбогатеем! Только сердце у меня неспокойно.

Жена обрадовалась золоту и спросила:

— Отчего же?

— Когда я нашел золото и стал его прятать, на дороге появился всадник. Мне показалось, что он видел золото и, конечно, пойдет и докажет на меня падишаху. Давай-ка я сам лучше пойду к падишаху, отдам ему золото. Что ты на это скажешь?

— Хорошо сделаешь! — ответила жена.

— Тогда ты пока спрячь куда-нибудь этот мешок с кувшином, а я приведу домой волов, потом пойду к падишаху. — Сказав это, дехканин пошел на поле.

Жена поняла, что муж ее и вправду собирается нести найденное золото падишаху. Пошла она, нашла камень величиной с кувшин, положила его в мешок, а кувшинчик с золотом спрятала.

Дехканин управился со своими делами, взял этот мешок на плечи и направился прямо во дворец к падишаху. Подошел он к воротам дворца и спросил у сторожей:

Было так или не было, а жил на свете падишах. У него был сын. Однажды падишах сильно заболел, и никто не мог вылечить его. Наконец один лекарь посоветовал:

— В степи живет белая газель. Пусть ее зарежут в присутствии падишаха, а потом дадут ему попить ее крови.

Падишах приказал сыну:

— Возьми четыреста воинов и поезжай за этой газелью.

Царевич взял отряд и отправился искать газель. Им удалось заарканить ее. На обратном пути они проезжали через какое-то селение, и царевич увидел там девушку, красота которой затмевала солнечный свет. Он оставил войско и пошел к ней.

А мать девушки в это время подметала двор. Он попросил у нее через ограду напиться. Женщина наполнила водой чашу и подала царевичу. Он выпил воды и сказал, что хочет жениться на ее дочери.

— Мы бедны и недостойны царевича, — ответила мать. Но царевич дал ей много денег и велел построить большой дом, купить разного добра и скота. Он решил, что, когда народ заговорит об их богатствах, пошлет к ним сватов.

Девушка подглядывала в щелку и слышала весь разговор. Царевич был красив и понравился ей. Она открыла дверь пошире, царевич увидел ее и упал без чувств, а когда пришел в себя, приказал отряду трогаться.

Привезли газель во дворец и зарезали, но падишаху от ее крови не стало легче. Позвали того лекаря, а он ответил:

— Я говорил не об этой газели. Та газель находится на расстоянии шести месяцев пути. На шее у ней ожерелье, на ножках — кольца, и стерегут ее сорок пери.

Падишах приказал сыну взять сорок пахлавонов и поехать за другой газелью.

Царевич повиновался. Долго они ехали и наконец прибыли к месту и увидели газель. Царевич только хотел уложить ее стрелой, как перед ним оказались сорок пери. Одна пери сказала:

— Эй, жестокие люди, зачем вы хотите убить нашу газель?

Царевич попросил у них прощения и объяснил:

— Мой отец, падишах, вот уже семь лет тяжело болеет, и никто не может вылечить его. Один лекарь посоветовал напоить его кровью этой газели.

Тогда главная пери, которую звали Нигора, предложила:

— Выполните сначала наши требования, тогда получите газель.

— Говори, мы готовы их выполнить, — ответил царевич.

— О прекрасный воин, — заговорила Нигора, — чтобы заполучить эту газель, много храбрых мужей и богатырей сложили головы. Вы не сможете выполнить наши требования.

— Говори, что это за требования, — перебил ее царевич. Нигора продолжала:

— Во-первых, ты должен бежать наперегонки с газелью до самого Балха[35] и выиграть при этом. Во-вторых, ты должен построить дворец между небом и землей. В-третьих, ты должен просидеть в раскаленном тануре семь дней, сварить там плов из полмеры риса и выйти оттуда живым. Если выполнишь все требования, то газель, мы сами и все наше богатство — твои. Тогда можешь нас и продать, и превратить в рабынь, и убить. А если не справишься, мы всех вас бросим в темницу, а когда умрете, бросим ваши тела змеям.

Царевич принял их условия. Все сорок пахлавонов и царевич по очереди бегали наперегонки с газелью, но ни один не смог пробежать и четверти пути. Пери связали их по рукам и ногам и бросили в темницу.

Так прошло три года, и никто ничего не знал о царевиче и его спутниках. Падишаху становилось все хуже, и велел он глашатаям кричать:

— Тому, кто приведет газель и принесет весть о моем сыне, отдам целый удел, чтобы он и его дети всю жизнь не знали нужды.

Но никто не вызвался. Прослышала об этом дочь пастуха Гулсанам. Она надела одежду пастуха, пришла к падишаху и сказала:

— Я берусь за это!

Падишах рассердился:

— Прочь с моих глаз! Не гневи меня! Сколько могучих мужей не осмеливается взяться за это, а ты, такая мошка, бахвалишься.

Гулсанам огорчилась, но решила отправиться без разрешения падишаха. Сорок дней и ночей шла она по пустыням, горло у нее пересохло, на ногах раны появились. Наконец остановилась она у подножия горы рядом с родником, напилась воды и легла отдохнуть. Вдруг слышит, кто-то стонет, да так жалобно, что она забыла об усталости. Пошла она туда, откуда раздавались стоны, и скоро увидела под деревом усталого старика. Он-то и плакал. Гулсанам поприветствовала его. Старик ответил и стал расспрашивать ее. Девушка сказала:

— Я заблудилась и не знаю, куда идти. А ты кто будешь?

Старик ничего не ответил и повел девушку в дом. Он заговорил:

— Горе мое так велико, что нельзя описать. Нет у меня ни детей, ни родины. Если хочешь, будь моим сыном и живи со мной, — предложил он.

Гулсанам согласилась, но не призналась, что она девушка.

Прожила она у старика целый год, помогала ему во всем; сделала ограду вокруг дома, ухаживала за садом. Этот сад и кормил их.

В саду стоял домик, который всегда был на замке. Однажды подул сильный ветер, и стена домика треснула. Гулсанам глянула внутрь и увидела на стене три меча. Тут подоспел старик. Он подошел к мечам, упал и громко застонал. Девушка стала утешать его, помогла ему подняться с земли и стала расспрашивать. Он рассказал:

— Раньше я тебе ничего не говорил о себе. А ты мне как сын. Теперь я расскажу все. На этой стене висят мечи моих сыновей. Когда-то я был очень богат, а сыновья мои были прославленными пахлавонами. Однажды на нашу крышу сели три голубя. Они слетели на землю, перевернулись в пыли и превратились в пери. Объяснились они в любви моим сыновьям, и те с моего разрешения женились.

Так прожили мы все вместе несколько лет. Но вот однажды в пору созревания слив над садом появилась туча, опустилась в сад и превратилась в дива. Див захватил моих невесток и унес, а сыновья отправились искать своих жен и с тех пор не возвращались. Мне все хуже и хуже в разлуке с сыновьями, я слабею с каждым днем, и не осталось у меня никаких родственников. Повесил я на стену их мечи, прихожу смотреть на них и утешаюсь этим. Живы мои сыновья или нет, не ведаю.

Гулсанам стало очень жаль старика. Ночью она долго не могла заснуть, только перед утром сомкнула глаза. И приснился ей какой-то старец, который сказал:

— Вставай и ступай в дом, где висят мечи. Если ударишь их друг о друга, появится конь. Он повезет тебя к сыновьям этого старика. Они сидят у входа в пещеру, а в этой пещере находятся их жены вместе с дивом. Завтра как раз пятница. В этот день див свяжет пери и ляжет спать на три дня и не проснется, если даже резать его на куски. Рано утром ты спустись на веревке в пещеру, но не убивай дива, а возьми у него из-под языка перстень. В этом перстне заключена его жизнь. Потом немедля выходи из пещеры. Когда див проснется, ты сдави перстень. Див сразу же явится к тебе и станет умолять отдать перстень. А ты скажи: «Если будешь моим рабом на всю жизнь, оставлю тебя в живых. А нет, так убью тебя». Див, конечно, согласится стать твоим рабом. И тогда ты сможешь добиться всего, чего захочешь.

Гулсанам тут же проснулась, пошла в тот домик и сделала все так, как сказал ей старец во сне. Когда она ударила мечами, явился конь. Ударила она его три раза плетью, и конь принес ее к пещере на горе, перед которой сидели трое юношей. Она приветствовала их, а потом велела:

— Найдите веревку и спустите меня в пещеру. Я спасу ваших жен.

Братья нашли веревку и спустили девушку в пещеру. На дне пещеры, на ложе, лежали три связанные женщины. Увидели они Гулсанам, стали плакать:

— Человек ты или пери? Зачем ты здесь? Если мошка сюда прилетит, то сгорят ее крылышки. Если человек ступит ногой, превратится в пепел. Если ты человек, скорей уходи отсюда, не то погибнешь.

Было так или не было, а жил на свете трус. Такой он был трусливый, что даже днем никогда не выходил из дому. Жене стало невмоготу: как ни пыталась она заставить его выйти из дому, ничего не получалось. Но она решила добиться своего и не кормила мужа два дня. На третий день она напекла блинов и поставила поднос во дворе. Трусливый муж так проголодался, что осмелел и вышел за блинами. Хотел он схватить поднос и вернуться в комнату, но не тут-то было: жена захлопнула дверь и отказалась впустить мужа.

Он завопил:

— О, горе, умираю! О, горе, боюсь! Ой, мне страшно!

Но жена не открыла двери. Трус никогда в жизни не испытывал такого страха. На все его крики жена отвечала:

— Ступай заработай себе на жизнь!

А трус видит: ничто ему не угрожает.

В прошлые времена жил-был один купец. Он очень дружил с судьей, да так дружил, что без него не мог выпить даже чайника чая.

У купца был сын и красивая дочь. Однажды он собрался поехать в далекие страны и решил взять с собой сына, чтобы тот повидал свет и обучился купеческому делу. Перед этим купец позвал к себе судью и сказал ему:

— Я уезжаю и возьму с собой сына, дома останутся жена с дочерью, надеюсь, что вы будете присматривать за ними и за моим домом.

— Согласен, — сказал судья. — Будь спокоен, я не дам их в обиду!

Купец с сыном уехал. Через несколько дней судья зашел в его дом. Жена купца решила угостить судью: она сварила вкусный плов и поставила перед ним. В это время судья увидел дочь купца. В жизни своей он не видел такой красавицы.

— Я не буду один есть плов, — сказал судья в надежде получше разглядеть девушку, — садитесь вы тоже вместе со мной кушать.

Жена купца не хотела ему противоречить и сказала: — Дочь моя, Мехрбону, иди помой руки, мы будем есть плов вместе с дядей судьей.

— Нет, я не буду! — воспротивилась девушка.

Мать рассердилась на дочь, стала ее ругать за неуважение к судье, и Мехрбону вынуждена была вместе с ним есть плов.

Судья уставился на красавицу, и плов не шел ему в горло. Красота девушки вскружила ему голову. Так он посидел некоторое время, потом встал и сказал жене купца:

— Если у вас будет в чем-нибудь недостаток, скажите мне, я все сделаю.

— Мы ни в чем не нуждаемся, — сказала жена купца, — всего у нас достаточно.

Судья ушел домой, но дочь купца не выходила у него из головы. «Как бы мне завладеть этой девушкой?» — размышлял он. Много думал об этом судья, но ничего не мог придумать. Наконец он вспомнил об одной хитрой дряхлой старухе, быстро послал за ней и, рассказав ей в чем дело, попросил совета.

Это случилось в пустыне, и свидетелями тому было множество людей. Вот сатана и говорит Афанди:

— Я мудрее всех на свете.

— Нет, я, — возразил Афанди.

Сатана сказал:

— Тебе меня не обмануть!

Афанди ответил:

Было то или не было, а жил в Чине некий падишах. Долго не было у него сына. Наконец жена его забеременела и в положенный срок родила мальчика. Позвал падишах астрологов и приказал:

— Составьте гороскоп и предскажите судьбу моего сына Фархада.

Астрологи ответили:

— Твой сын будет мудрец и богатырь, но всевышний сотворил его из глины любви.

Поручили ребенка кормилицам и няням. Когда мальчику исполнилось семь лет, его отдали учиться в мактаб[40]. Падишах каждый день справлялся об успехах сына.

Учитель отвечал:

— О повелитель, никто не может сравниться с твоим сыном в учении. Но я еще ни разу не видел на его лице улыбки.

Мальчик был очень умный, сообразительный. Падишах, который уже состарился, подумал: «Не передать ли сыну царство и дела?» Посоветовался он с везирами, потом позвал разных знаменитых мастеров и приказал:

— Разбейте сад и постройте для моего сына дворец, чтобы в мире не было ему равного по красоте.

Мастера приступили к работе. Спустя год и несколько месяцев Фархад говорит отцу:

— Я пойду взгляну, как работают мастера.

Пришел он и стал наблюдать. Видит, один мастер режет топором камень, словно масло ножом. Фархаду это очень понравилось, и он спросил:

— Как это твой топор режет камень, словно масло?

Тот ответил:

— Нам дает топоры старший мастер, у него и спроси. Фархад подозвал старшего мастера Устокалона:

— Скажи, что это за искусство? Топор режет камень, словно масло.

Старший мастер шепнул ему на ухо:

— О шахзаде, это наша тайна. Все дело в закалке стали. Если я раскрою эту тайну, мое мастерство перестанет цениться.

— Мне очень понравилось это ремесло, — сказал Фархад. — Сделай для меня топор и научи, как его закалять.

Мастер не осмелился отказать царевичу.

— Хорошо, — сказал он, — приходи завтра.

Рано утром Фархад пришел к старшему мастеру. Тот повел его в свою тайную мастерскую.

— О шахзаде, я буду делать топор и закалять его, а ты наблюдай, — предложил он.

Когда мастер кончил свое дело, Фархад сказал ему:

— Устокалон, а теперь ты смотри, я изготовлю и закалю топор.

Устокалон видит, что топор Фархада красивей и острей, чем у него. Он насадил его топор на топорище, и Фархад, выйдя из мастерской, стал работать вместе с каменщиками. Он работал так хорошо, что каменщики остались довольны им. Фархад отесывал камни лучше, чем другие. Каждый день он работал вместе с каменщиками. Дворец был воздвигнут за четыре года. Он весь был из мрамора. Об этом сообщили падишаху:

— О шах, дворец построен, изволь взглянуть.

Падишах отправился смотреть вместе с везирами и вельможами. Видит, и вправду такого дворца нет во всем мире. Он остался очень доволен мастерами, дал им много денег и отпустил. В саду был устроен большой пир.

На пиру падишах сказал своим приближенным:

— О мужи государства, я уже стар и решил передать трон, венец и сокровищницу моему сыну Фархаду, ибо только этого я и просил у бога. Повинуйтесь ему.

Тут Фархад и говорит:

— Отец, я повинуюсь и с великой радостью принимаю твое благодеяние. Но молодые подобны цветам дерева: они скоро осыпаются, так же как и листья. А дерево живет дольше их. Один только бог знает, кто из нас умрет раньше — ты или я. Смерть не различает молодых и старых. Лучше сначала научи меня управлять государством, а потом уж передашь мне трон и царский перстень.

Всем понравились его речи. На следующий день отец стал учить его законам Чина, показывать свои сокровища. Начали они с казны. Падишах открыл сокровищницы, а Фархад смотрел и запоминал. Но один сундук с замком падишах не стал открывать.

— Отец, — сказал Фархад, — отопри его, посмотрим, что там.

— Сын мой, — ответил падишах, — с тех пор как я царствую, не помню, чтобы этот сундук открывали. И ключа нет.

— Отец, я поражен: ты падишах, и не знаешь, где ключ. Найди его, посмотрим, что в этом сундуке.

Падишах очень любил сына и не мог ему ни в чем отказать. Он велел принести ключи и открыть сундук. В сундуке лежало большое зеркало, поверхность его была покрыта черной краской, так что в нем ничего не отражалось. Внизу было что-то написано. Фархад вгляделся и прочитал: «Тот, кто посмотрит в это зеркало, увидит свое будущее». Фархад подумал: «Как же посмотреть в это зеркало?» Отец и сын вышли из казны, но Фархад думал только о зеркале. Дни и ночи он размышлял, как бы посмотреть, в него, и однажды спросил отца:

— Как же очистить это зеркало?

— Сын, — отвечал падишах, — это зеркало сделано еще во времена Искандара[41]. Я не думаю, чтобы его можно было очистить. Я не знаю, как это сделать.

— Отец, вели его очистить, ведь ты падишах.

Делать нечего, собрал падишах со всей державы мудрецов и ученых и приказал им:

— Найдите способ очистить это зеркало!

Родился мальчик — маленький, как горошек. Так его Горошком и прозвали.

Отец с матерью смотрели на сына и говорили:

— Такой маленький — ничего не сумеет делать!..

Но скоро Горошек немного подрос, стал проворным и смышленым мальчиком.

Соберется мать за водой, Горошек подбежит и скажет:

— Матушка, я пойду! — и, взяв у нее ведро, пойдет и принесет воды.

Соберется мать подметать двор, Горошек подбежит и скажет:

— Матушка, я подмету! — и, взяв у нее веник, подметет двор чисто-чисто.

Соберется мать перебрать рис, Горошек подбежит и скажет:

— Матушка, я переберу! — сядет Горошек и чисто-чисто переберет рис.

Вот сварила мать еду и собралась отнести ее на поле, отцу…

— Матушка, я отнесу еду! — сказал Горошек, поднял чашку, поставил ее себе на голову и пошел с песней.

Народ удивлялся: кто-то идет и поет, а кто — не видно! Горошек пришел на поле. Отец его жал пшеницу. Подбежал он к отцу и сказал:

— Отец, сядьте, поешьте, я буду жать!

— Ты не сможешь, сынок, — сказал отец.

— Могу, отец! — сказав это, Горошек взял серп и стал жать. Жал, жал он, большую часть пшеничного поля сжал. Отец был очень доволен сыном.

Горошек один возвращался домой. Вдруг ему повстречался волк. Волк был очень голодный. Увидел он Горошка и тут же съел.

Съел, но не насытился.

Шел, шел волк, увидел стадо баранов. Только хотел схватить одного барашка, а Горошек закричал из волчьего живота:

— Эй, пастух, не зевай, волк собирается съесть барана!

Пастух прогнал волка. Голодный волк несколько дней искал еду. Искал он, искал, нашел другое стадо баранов. Хотел поймать одного барашка, а Горошек опять закричал:

— Эй, пастух, не зевай, волк собирается съесть твоих баранов!

Пастух прогнал волка. От голода волк обессилел, еле волочил ноги. Он раскаивался, что съел Горошка, и уже хотел скорее отделаться от него.

Волк стал перескакивать с одного края рва на другой. Перескакивал он, перескакивал — Горошек выпал из него.

— Вот я и избавился! — сказал волк и, довольный, быстро убежал прочь.

Горошек упал на дно рва и сколько ни старался, не мог вылезти из него. Посмотрел Горошек наверх и увидел, что идет по краю рва старик с посохом. Горошек попросил его:

— Дедушка, протяните мне ваш посох, я уцеплюсь за него и поднимусь наверх.

Старик посмотрел в одну, в другую сторону — никого не видно.

— Кто ты? Почему я тебя не вижу? — сказал старик.

— Протяните на дно рва конец вашего посоха, потом увидите! — сказал Горошек.

Старик протянул посох. Горошек уцепился за него.

— Спасибо, дедушка, будьте всегда здоровы! — сказал Горошек, когда старик притянул к себе посох и увидел Горошка.

Увидели отец с матерью вернувшегося домой Горошка, так обрадовались.

— Вернулся наш сыночек, вернулся наш помощник! — говорили родители.

На радостях они устроили угощение для жителей всего кишлака. И всю жизнь не могли нарадоваться на своего Горошка.

Когда-то в одном кишлаке жили двое сирот — мальчик и девочка. Однажды они очень проголодались, но им нечего было есть. Девочка пошла искать еду. Шла она и увидела старуху, которая с трудом несла кувшин воды. Девочка подбежала к ней и сказала:

— Бабушка, дайте я вам помогу!

— Ладно, — сказала старуха.

Они с девочкой по очереди несли кувшин с водой и донесли его до дома. Старуха поблагодарила девочку за помощь и подарила ей за это котел.

— Этот котел не простой, — сказала она. — Если поставишь его на дастархан и скажешь: «Котел, свари кашу-шувлю!» — он тут же, без риса, моркови и сала, сварит тебе столько каши, сколько захочешь. А когда ты скажешь: «Спасибо, котел, хватит!» — он перестанет варить.

Девочка обрадовалась. Взяла котел и побежала домой. Теперь брат и сестра всегда были сыты. Как только они проголодаются, ставят котел на дастархан и говорят:

— Котел, свари кашу-шувлю!

Тут же котел варит им кашу.

Однажды девочка ушла в поле. Мальчик проголодался и, не дожидаясь сестры, поставил котел на дастархан:

— Котел, свари кашу-шувлю!

Когда котел наполнился кашей, нужно было сказать: «Спасибо, котел, хватит!», но мальчик забыл эти слова.

Один человек зимой и летом ходил босиком, а туфли таскал в руках.

— Не лучше ли обуться? — спросили его.

— Боюсь, что и эти туфли порвутся и я останусь босой, — ответил он.

Мели из Киштута [50] славился тем, что все говорил в рифму. Джума Анта тоже был хорошим рифмачом. Прослышав об известности Мели, Джума вызвал его на состязание. Мели согласился. Встретились они на одном празднестве. Джума, увидев Мели, даже не поздоровавшись, сходу задал вопрос:

— Сколько в мире дураков?

— По-моему, ты один таков, — ответил Мели.

После этого случая Джума никогда больше не говорил в рифму.

Жил на свете богатый бай. У него было сорок верблюдов, и спал он на сорока перинах. Был у бая сын шестнадцати лет.

Однажды бай говорит жене:

— Купим сыну раба.

Дал он сыну сорок золотых монет и сказал:

— Ступай на базар и купи себе сильного раба.

Рано утром сын бая пошел на базар. Видит, несут покойника. Подошел он ближе, слышит, люди громко спорят о чем-то. Оказывается, покойник был должен одному баю сорок золотых монет. Бай кричал:

— Отдайте мои сорок монет или я сожгу труп!

Долг должны были уплатить братья покойника, но они отказались:

— Мы не купим труп за сорок золотых.

Тогда сын бая уплатил сорок золотых, получил покойника, и у него не осталось денег, чтобы купить раба. Похоронил он покойника и пошел домой. Отец спрашивает:

— Ну как, купил раба?

Сын отвечает:

— Я сделал доброе дело, какого вы не совершали за всю свою жизнь. Я выкупил одного покойника и похоронил его.

Отец поколотил сына, а жена и говорит ему:

— Ты ведь очень богатый, у тебя много денег. Разве сорок монет тебе дороже сына? Пусть он даже потратит из твоих сорока сундуков с золотом один или два, но со временем он поумнеет и станет бережливым.

На другой день бай снова дал сыну сорок монет и послал его на базар. Тот увидел на базаре хорошо одетого человека и спросил, кто это. Ему сказали, что это раб, и байский сын решил купить его. А тот человек говорит:

— Я стану твоим рабом только при одном условии: если ты отпустишь меня, как только я выручу тебя из беды. Это обойдется тебе в восемьдесят золотых монет. Сорок ты уплатишь сейчас же.

Сын бая согласился и купил раба. Через несколько дней бай отправил сына в дальнее путешествие по делам и дал ему наказ не ночевать в опасных местах. Сын обещал отцу.

Отправился он в путь со своим рабом.

Пришли они на перекресток двух дорог. По каждой из них двигались караванщики. Они спросили:

— Здесь был караван, куда он пошел?

Раб ответил им:

— Не знаю, я раб байского сына.

Решили они все переночевать здесь. В полночь пришла какая-то женщина, подсела к ним и стала угощать их вином. А раб незаметно выливал свое вино на землю. Все, кроме него, опьянели. Тогда женщина встала и пошла в пещеру, а раб за ней. Там было сорок черных великанов. Женщина сказала им:

— Я напоила допьяна сорок купцов, они лежат без чувств. Если вам нужны богатства, идите и забирайте.

Тогда раб вошел в пещеру, сразился с великанами, убил всех и свалил их тела у входа. Потом он осмотрелся и видит, сидят мужчина и женщина, а кругом несметные богатства. Если бы купцы стали выносить их оттуда, то за год не управились бы. Раб прислонил тела великанов к двери, вернулся к купцам и стал тормошить их.

— Вставайте, пора двигаться.

Он никому не сказал, что случилось в пещере.

Целый день они шли и решили остановиться на ночь, но купцы заартачились:

— Это место опасное, мы не хотим здесь ночевать.

Но раб ответил:

— Да ведь и в прошлую ночь место было такое же. Вы напились вина, легли спать, и ничего с вами не случилось.

И купцы согласились.

А с ними была собака того бая. Она увязалась за рабом байского сына. И вот когда все уснули, собака увидела дракона и сказала:

— Если найдется храбрец, то убьет тебя, сдерет с тебя шкуру, завернет в нее дочь падишаха и вылечит ее.

А дракон ответил:

— Если кто догадается, то убьет тебя, вынет твои глаза, вставит их баю, и он прозреет.

Раб услышал их разговор, вынул кинжал, убил дракона, сложил его шкуру в мешок и стал будить купцов:

— Вставайте, уже день, надо двигаться в путь. Продайте ваш товар, но ничего не покупайте, только возьмите с собой еще по одному верблюду.

Купцы вошли в город. А правитель этой страны как раз в этот день велел объявить:

— Я отдам свою дочь за того, кто вылечит ее.

И вот раб отправился лечить дочь падишаха. Завернули ее на одну ночь и один день в шкуру дракона, и девушка выздоровела. Хотели ее выдать за раба, но он сказал падишаху:

— У меня есть жена и дети. Отдай дочь за моего младшего брата.

Падишах согласился, и байского сына женили на его дочери. Через два месяца они двинулись в обратный путь. Воины падишаха проводили их до границы. Они прошли то место, где раб убил дракона, дошли до пещеры, нагрузили на верблюдов сокровища сорока великанов, а на перекрестке четырех дорог купцы пошли в одну сторону, а раб, сын бая и дочь падишаха — в другую. По дороге в родной город сын бая встретил знакомого парня и сказал ему:

— Ступай к моему отцу и получи подарок за добрую весть.

Парень бросил вязанку дров, побежал к баю и закричал:

— Твой сын возвращается с женой!

— Да он еще молокосос! — сказал бай и не дал ему ничего. Парень вернулся к байскому сыну и стал упрекать его:

— Ты обманул меня, бай не дал мне подарка.

Тогда раб дал ему нож и предложил:

— Перережь поводок у моего верблюда и забирай его вместе с товаром.

Парень повел домой верблюда, который был нагружен червонным золотом.

А сын бая со своими спутниками въехал во двор отца и велел развьючить верблюдов. А у бая умерла любимая собака. Он долго плакал и ослеп. Тогда раб убил сопровождавшую их собаку, вынул ей глаза, потом вставил их баю. Через две недели бай прозрел. Он увидел невесту и сокровища и очень обрадовался. После этого раб сказал:

— Теперь я ухожу.

Бай стал плакать и умолять его:

— Останься, будешь моим сыном.

Сын бая тоже стал просить:

— Не уходи, будешь мне братом до гроба.

Но раб ответил ему:

— Принеси мне кетмень.

Сын бая принес ему кетмень. Отправились они на кладбище. Там раб сказал:

— Я тот самый покойник, которого ты выкупил за сорок золотых монет. Теперь я возвращаюсь в могилу.

Сын бая зарыл его могилу и пошел домой.

Один человек, по имени Мирзокарам, купил в городе на базаре мешок соли, погрузил на осла и поехал ущельем, берегом реки, к себе домой, в горы. Когда он доехал до перевала, подул сильный холодный ветер, небо потемнело, сверкнула молния, и загремел гром. Потом хлынул дождь, забарабанил град, река вздулась и стала выходить из берегов. Мирзокарам перепугался и спрятался под скалой.

В древние-древние времена жил-был один падишах. У него не было детей. Вот как-то падишах взглянул на себя в зеркало и увидел, что волосы у него на голове уже с проседью. Он задумался над этим и сказал сам себе: «Очень жаль, что у меня нет сына, который бы мог управлять государством вместо меня!»

Но вот, наконец, у падишаха должен был родиться наследник. Он так этому обрадовался, что объявил по всей стране:

— Если у меня родится сын и в этот же день у кого-нибудь тоже родится сын, то я усыновлю этого мальчика.

В день, когда у падишаха родился сын, в доме одного пастуха тоже родился мальчик. По данному обещанию, падишах велел принести во дворец сына пастуха и взял его к себе на воспитание.

Дети росли и достигли школьного возраста. Падишах отдал их обоих в школу. Особое пристрастие к учению выказал сын пастуха, который был очень понятливым и сообразительным, и то, чего не понимал царевич, он пояснял ему.

Так постепенно мальчики выросли, стали взрослыми сильными юношами, кровь кипела в их молодых телах. Наконец они стали выезжать в окрестности на охоту.

Однажды ехали юноши на охоту, и царевич вблизи села подстрелил курицу. А в одном дворе этого села сидела старуха и ткала карбос. Подстреленная птица подлетела к ней и упала на карбос, порвала его и кровью испачкала нитки.

Царевич пошел за своей добычей и попал во двор старухи.

— Эй, молодец, — сказала старуха, увидев его, — ты поступил очень плохо. Чтоб тебе за это влюбиться в Фариштамох!

— А кто такая Фариштамох? — спросил удивленный царевич.

— Красивая и умная Фариштамох живет в стороне захода солнца, — ответила старуха, — за семью высокими перевалами. Она такая красивая и такая умная, что сотни юношей сгорают от любви к ней, но никто еще не понравился ей самой.

Как услышал царевич о такой красавице, тотчас вернулся во дворец. А там ему сообщили, что падишах давно ждет его.

— Сын мой, — сказал падишах, — я уже стар и хочу, чтоб ты снял с меня бремя управления страной и взял его на себя. Тебе нужно готовиться к этому, пойдем, я покажу тебе царскую казну и все сокровища.

Царевич пристально посмотрел на отца и спросил:

— О дорогой отец, скажите, что лучше: сидеть дома или ездить по свету?

— Конечно, лучше ездить по свету! — ответил отец. — Увидишь много новых мест, много разных народов, будешь больше знать и поумнеешь!

— Если так, — сказал сын, — то разрешите мне сначала поездить по свету!

Падишах был вынужден отпустить сына путешествовать, но только вместе с сыном пастуха.

Ехали они, ехали, перебрались через семь перевалов и приехали в один город. Они постучались в первую калитку. Им открыла дверь старуха.

— Матушка, мы странники, не найдется ли у тебя местечка отдохнуть нам денек-другой?

— О дорогие дети, у меня одна каморка, если голова моя в нее войдет, ноги не помещаются, если ноги войдут — голова не помещается.

Сын падишаха бросил старухе золотой, и она, обрадовавшись, стала приглашать:

— Заходите, заходите, есть у меня еще большая и просторная комната, живите в ней сколько хотите.

Старуха постелила в комнате одеяла, развернула дастархан, разложила перед гостями лепешки и напоила их чаем. Они сидели и беседовали. Наступило время сна, старуха приготовила им постель и сказала:

— Дети мои, ночью вы не выходите на улицу, а то последствия будут плохие.

Лежа на постели, сын пастуха подумал: «Что должно случиться ночью? Почему нам нельзя выходить на улицу? Наоборот, нужно выйти и узнать, в чем дело». Он разбудил сына падишаха и сказал:

— Вставай, брат, не спать же мы сюда приехали, давай выйдем и посмотрим, что творится на улице!

Вышли они оба и увидели, половина города темная-претемная, а на второй половине светло, как днем, да так светло, что сапожники сапожничают, столяры столярничают, гребенщики делают гребешки. Подивились они этому, насмотрелись, а потом пошли и легли спать. Утром они спросили у старухи:

— Матушка, скажите нам, что это за чудо мы видели ночью?

— Ой, дети мои, неужели вы выходили ночью?

— Да, мы выходили ночью на улицу и видели, что одна сторона города была темной, а другая светлой. Отчего это?

— Ну, раз вы выходили и все видели, я вынуждена вам сказать, что свет, который вы видели ночью, — это блеск красоты Фариштамох. В какую сторону она повертывает лицо во время сна, в той части города становится светло, и все, увидевшие этот свет, влюбляются в красавицу, но никто еще не понравился ей самой. Потому я не велела вам выходить ночью на улицу, чтобы не обрекать вас на тяжелую участь.

— О матушка, — сказал сын пастуха, — хорошо, что вы сообщили нам о Фариштамох. Мой брат уже давно влюбился в эту красавицу, и в поисках ее мы приехали в этот город.

— Многие царевичи и сыновья везиров не могли добиться свидания с нею и посмотреть на нее, а как же вы этого достигнете?

— Сейчас нам трудно сказать — как, но мы готовы на все, чтобы достичь своей цели! — сказал сын пастуха. И оба друга направились к дому, где живет красавица, чтобы посмотреть на нее.

Всех собравшихся ввели в большую комнату. Там из-за занавески до них долетел девичий голос:

— Я ставлю трудное условие. Кто его выполнит, за того я выйду замуж.

— Говори свое условие, я его выполню! — крикнул царевич.

— Я лягу спать, — начала девушка, — вы будете сидеть в этой же комнате и, не повышая голоса, не хлопая руками, не двигаясь без надобности, постараетесь до утра не давать мне спать.

Царевич сразу согласился выполнить это условие, но ночью никак не мог удержать Фариштамох от сна, вскоре и его самого поборол сон. Утром царевич проснулся и понял, что проиграл пари. Печальный и огорченный, вернулся он в дом старухи. Сын пастуха стал его утешать:

— Не убивайся так, дорогой брат, я постараюсь выполнить это условие, а там уж что-нибудь придумаем!

В тот же день сын пастуха вырезал из дерева куклу, вечером пошел к красавице и известил о том, что он готов выполнить ее условие. Его ввели к ней в комнату и посадили за занавеску. Сын пастуха вынул свою деревянную куклу и, посмотрев на нее многозначительно, принялся с ней играть и приговаривать:

— О мой дорогой друг, ты прославился своей мудростью и рассудительностью! Давно уже меня мучают важные вопросы, и за разрешением их я вынужден обратиться к тебе.

— А ну, говори, какие у тебя важные вопросы? — тоненьким голоском спросил сын пастуха за куклу.

Красавица Фариштамох сразу заинтересовалась тонкоголосым мудрецом, а также вопросами, которые он берется разрешать. Краешком глаза она поглядела на забавного юношу. Красивый юноша, играющий с куклой и ведущий с ней разговор, все больше и больше завладевал вниманием девушки.

— О дорогой друг, — говорил сын пастуха, — обращаясь к кукле, — в одном городе жили гадальщик со знахарем. Однажды гадальщик погадал и узнал, что дочь египетского фараона, которой нет равной по красоте, заболела тяжелой болезнью, и ни один знахарь не может вылечить ее. Египетский фараон объявил, что тому, кто вылечит его дочь, он отдаст ее в жены с большим приданым. Когда гадальщик рассказал об этом знахарю, тот сказал:

— Жаль, что туда далеко ехать, а то бы я вылечил ее в три дня.

Об этом разговоре узнал мастер, который в это время закончил сооружение летающего коня. Он предложил всем троим сесть на его коня и за короткое время долететь до Египта.

Они так и сделали. В короткое время на летающем коне добрались они до Египта, и знахарь в три дня вылечил больную дочь фараона. Обрадованный фараон с дорогими подарками собирался отдать свою дочь в жены этому знахарю, но гадальщик с мастером подняли скандал.

— Девушка должна принадлежать мне! — сказал мастер. — Если б я не сделал летающего коня, знахарь не мог бы сам прилететь к египетскому фараону!

— Нет, девушка должна принадлежать мне! — сказал гадальщик. Если б не я, вы ничего не знали бы об этой девушке!

Так они спорили очень долго, и фараон со своими мудрецами был бессилен помочь им в разрешении этого спора. Когда я услышал об их споре, — продолжал говорить сын пастуха, обращаясь к деревянной кукле, — то пришел к такому заключению: девушка должна принадлежать гадальщику, без него ни мастер, ни знахарь никогда не узнали бы об этой девушке!

Приснился одному человеку сон: посреди зеленой лужайки стоит падишахский замок, а он живет в том замке и проводит время в неге и наслаждениях с дочерью падишаха.

Встал он утром, вышел на улицу, встретил знакомого и говорит:

— Приятель, этой ночью я видел удивительный сон: на зеленой лужайке стоит прекрасный падишахский замок, а в этом замке я провожу время с дочерью падишаха. Не купишь ли мой сон?

Этот человек не догадывался, что значит его сон, а их разговор слышал другой человек, и он понял, что этот сон означает. Он купил сон за двадцать теньга и пустился в путь.

К вечерней молитве он пришел в незнакомое место. Там росла чинара, под ней были ворота, а перед воротами сидел на коне всадник и держал на поводу еще одного коня. Человек, не говоря ни слова, сел на второго коня, и они поехали.

К утру они прибыли к старому развалившемуся дому с садом, но еще не знали друг друга. А всадник тот оказался красивой девушкой. Она сошла с коня и говорит своему спутнику:

— Юноша, видно, ты предназначен мне судьбой.

И пошла в сад.

Они сидели у развалившегося дома, а в это время из одной башни выползла черная змея, из другой — белая и уползли. Девушка говорит юноше:

— Ступай принеси еды и утварь для дома.

— Я не знаю этих мест. Где я возьму еды?

— Порой землю там, откуда выползла белая змея, — велела девушка.

Юноша стал копать и нашел золото. Потом девушка сказала:

— Теперь копай там, где была черная змея.

Он стал копать и нашел серебро. После этого девушка велела ему взять немного Денег, сесть на каракового коня и закрыть глаза. Он так и сделал и очутился в незнакомом городе. Пошел юноша на базар, купил еды, утвари, снова сел на коня, закрыл глаза, а когда открыл, то оказался на прежнем месте.

Поели они и легли спать. Утром просыпаются и видят, что лежат в беседке, а на западе виднеется падишахский замок.

А падишах в это время выглянул из окна и увидел лужайку, на лужайке — беседка, а в ней — прекрасная девушка. Он удивился, позвал везира и велел ему узнать, что там такое. Везир вернулся и говорит:

— О падишах вселенной, там сидит девушка, с которой никто в мире не сравнится по красоте, а с ней юноша.

Падишах снова приказал везиру:

— Любым способом раздобудь мне девушку!

— Это нетрудно, — отвечает везир. — Мы позовем юношу во дворец, а ты скажешь ему: «Ты расторопный малый, найди-ка мне за сорок дней две жемчужины».

И вот привели юношу, и падишах сказал ему.

— Ты на вид храбрый малый. Мне нужны две жемчужины. Даю тебе сроку сорок дней. Если за это время не достанешь, снесу тебе голову.

Юноша подумал, что плохи его дела, и огорченный вернулся к жене. Она спросила:

— Что тебе сказал падишах? Чем ты так расстроен?

— Лучше не спрашивай! — отвечает ей муж. — Он дал мне сроку сорок дней и велел раздобыть две жемчужины. Если же я не принесу их, мне отрубят голову.

— Не тревожься, — утешила его жена.

И вот срок стал подходить к концу. Когда прошло тридцать девять дней, жена сказала:

— Садись на каракового коня, закрой глаза и снова открой: окажешься на лужайке водоема. Привяжи коня к дереву и нырни в воду. На дне увидишь дверцу, откроешь ее и пойдешь налево. Там полно жемчуга. Возьми, сколько тебе надо, выйди, сядь снова на коня, закрой и открой глаза.

Юноша сделал все так, как она велела, и вернулся с жемчужинами. Как только падишах увидел жемчужины, позвал на совет везира, а потом и говорит юноше:

— Ты никуда не уходил отсюда, а просто украл эти жемчужины из моей сокровищницы.

— А сколько было жемчужин в твоей сокровищнице? — спросил юноша.

— Две, — ответил падишах.

Тогда юноша принес еще сорок жемчужин и бросил под ноги падишаху.

Падишах и везир очень удивились. Посоветовались они еще и падишах сказал:

— Я пошутил. А ты, и правда, расторопный малый. Мой отец перебрался в тот мир. Передай ему письмо и принеси ответ.

И падишах велел написать письмо, которое начиналось словами: «От сына, который далек по расстоянию, но близок сердцем, привет моему отцу».

Юноша взял письмо и вернулся домой опечаленный. Жена снова успокоила его. Через сорок дней она взяла бумагу и написала: «От того, кто находится далеко, в разлуке. Да будет известно моему сыну, что я прочитал письмо, оно осветило мой взор, обрадовало огорченное сердце. Я дни и ночи жду тебя. Когда же, наконец, ты сам явишься ко мне и посмотришь, как я живу?»

Юноша принес письмо падишаху. Тот прочитал его и спросил:

— Как же можно попасть в тот мир?

Юноша в ответ:

— Твой отец указал мне путь. Но сначала, если хочешь отправиться к нему, устрой пир на сорок дней для всех жителей твоей страны. Потом вели приготовить пятьсот ослиных вьюков дров, пятьсот куч жмыхов, сложить их в виде пирамиды, пустой внутри. Поднимешься на вершину, чтобы никто не видел, а я тем временем подожгу пирамиду. Ты закроешь глаза и откроешь и тут же окажешься в том мире, у своего отца.

Падишах на сорок дней передал юноше шахский перстень и ключи от казны, выполнил все его указания и отправился на тот свет к своему отцу. Оттуда он так и не вернулся. А юноша стал падишахом.

В доме Афанди не было двери. Пришел он на базар, чтобы купить дверь, и видит: лежит дверь, и никого нет. Взвалил ее на себя Афанди и отправился домой. Хозяин двери, вернувшись, увидел, что какой-то человек уносит его собственность. Бросился он со всех ног догонять его и завопил:

— Это моя дверь! Моя дверь! Эй, стой, куда ты несешь мою дверь?

Афанди оглянулся, видит, за ним гоняться. «Наверно, это владелец двери», — подумал он и снял ее с плеч. Он поставил дверь прямо на дороге и запер на задвижку. Прибежал владелец двери, подошел сзади и ударил Афанди. Тот воскликнул:

— О Аллах! Дверь же была закрыта! Кто же это ударил меня — бес или джинн?

Заболела корова. Ее хозяева, муж и жена, с вечера наточили нож и сели в хлеву караулить. В середине ночи их стало клонить ко сну.

— Пойдем, поспим, — говорит жена, с трудом открывая глаза, — когда корова издохнет и упадет, мы через тонкую стенку непременно это услышим, сразу же придем и перережем ей горло.

Муж согласился. Они пошли спать. Вскоре послышался стук, как будто что-то упало. Муж схватил нож и побежал в хлев. Он так торопился, что не зажег светильника. В темноте он принял за корову осла, который стоял рядом и сыпал яблоки, перерезал ему горло и крикнул жене.

— Эй, жена! Я зарезал корову, ее мясо теперь есть можно, неси светильник, шкуру с нее сдерем!

Было так или нет, а как-то раз падишах и везир отправились вместе в путешествие. Приехали они в одно место и видят, старик пашет землю на волах. Дойдет он до конца борозды и пустится в пляс, потом крикнет на волов, повернет их и пашет дальше.

Падишах спросил везира:

— А ну-ка, объясни: в чем тут дело?

Везир ответил:

— Этот старик, верно, весело живет, доволен жизнью. Падишах говорит:

— Давай зайдем к нему, попьем у него чаю.

Везир подошел к старику и сказал:

— Отец! Падишах говорит, зайдем, мол, к этому старику, чаю попьем.

Старик ответил: «Хорошо, очень рад», и отпустил волов. Волы замахали хвостами и пошли к дому старика. Жена старика привязала волов и постелила паласы[52] и одеяла на краю хауза[53]. Падишах и везир сели. Жена наготовила разных кушаний, принесла, очень хорошо их угостила.

Падишах, довольный таким почетом и уважением, сказал везиру:

— Верно ты сказал: этого старика радует его жена, а я своих жен видеть не могу! Попрошу у старика его жену, а ему отдам своих.

Услышал это везир и сказал старику:

— Дедушка, падишах просит у тебя твою жену.

— А я у него прошу его жен, — ответил старик.

Жили на свете три брата, умные-разумные да находчивые.

Шли они однажды по дороге, и встретился им какой-то человек.

— Эй, братья, у меня пропал верблюд, вы не видели его? — спросил он их.

— Видели мы верблюда, да не знаем, твой он или кого-нибудь другого, — отвечали братья.

Тогда хозяин верблюда попросил:

— А ну-ка, расскажите, какой он.

— Вот одна его примета: твой верблюд слеп на один глаз, — сказал один из братьев.

Второй добавил:

— А вот другая его примета: на спине у верблюда груз: на одной стороне — халва, на другой — масло.

А третий брат сказал:

— На твоем верблюде сидела беременная женщина.

Тут хозяин верблюда схватил двоих братьев за шиворот и завопил:

— Это и есть мой верблюд! Отдайте мне его!

Сколько ни твердили ему братья, что не уводили его верблюда, человек и слышать ничего не хотел и поволок их к падишаху.

— Это воры, они украли моего верблюда! — стал он жаловаться падишаху. — Все его приметы они знают, а что украли, не признаются.

Падишах в гневе обратился к братьям:

— Если не вы украли верблюда, то откуда вам известны его приметы?

Один из братьев стал объяснять падишаху:

— Не видели мы его верблюда. Шли мы и вдруг видим на дороге следы верблюда. Смотрю я: с одной стороны дороги трава ощипана, а с другой — нет. Поэтому я и решил, что верблюд слеп на один глаз.

— О падишах, — продолжал второй брат, — пошли мы дальше и увидели, что в одном месте верблюд опустился на передние ноги. И там где он остановился, к одному краю дороги сползлись муравьи, а к другому слетелись осы. Вот я и решил, что верблюд был нагружен с одного боку маслом, с другого — халвой.

А третий брат сказал:

— А я заметил, что на этом же месте с верблюда кто-то слез, сел на обочину дороги, а потом, когда захотел опять подняться, оперся обеими руками о землю. На земле остались отпечатки ладоней, и я заключил, что это была женщина, и женщина беременная.

Очень удивился падишах, услышав такие речи. Юноши приглянулись ему, и он пригласил их в гости на одну ночь.

Зажарили и принесли ягненка, поставили бутыль вина. В разгар пиршества падишах вышел из комнаты и притаился за дверью: «А ну-ка, послушаю, о чем эти юноши будут говорить!»

И вот когда падишах вышел, один из братьев воскликнул:

— Падишах сказал, что это ягненок, а сам угощает нас мясом овцы, выкормленной молоком собаки: это мясо пахнет собачиной.

— Вино тоже не чистое, — добавил второй брат, — оно пахнет человеческой кровью.

А третий воскликнул:

— Да и сам-то падишах не царского рода.

Услышав такие слова, падишах еще больше удивился, но ничего не сказал. Крепко призадумался он: «Что бы это все могло значить?» Утром он пошел к своей матери и сказал ей:

— Говори правду: чей я сын? Если не скажешь правду, не посчитаюсь с тем, что ты выкормила меня, и убью!

Мать, увидев, что сын ее в ярости, призналась:

— Дитя мое, я была бесплодной, поэтому купила тебя у одного мясника и сделала своим сыном. Ты не сын падишаха, ты сын мясника.

«Значит, этот юноша был прав», — подумал падишах.

Потом он приказал привести пастуха и сердито спросил:

— Говори правду: откуда ты взял вчерашнего барашка? Почему его мясо пахнет собакой?

— Это был мой собственный барашек. У него издохла мать, и я подкинул его собаке, она и выкормила его своим молоком.

После этого падишах позвал к себе садовника и спросил:

— Где ты достал такое вино? Почему оно пахнет человеческой кровью?

— Под моим садом когда-то было кладбище, поэтому вино и пахнет человеческой кровью.

Падишах был поражен умом и догадливостью братьев. Он стал просить их остаться у него. Братья согласились.

Как-то раз падишах взял с собой младшего брата на прогулку в сад. Погулял немного падишах и прилег отдохнуть у бассейна да ‘Задремал. А юноша сел у его изголовья. Вдруг он видит, что к падишаху подползает змея. Выхватил он меч и разрубил змею на куски. В тот же миг падишах проснулся и увидел, что юноша стоит прямо над его головой с обнаженным мечом.

— Ты хотел убить меня! — закричал падишах и велел бросить беднягу в тюрьму.

Потом падишах позвал его братьев и сказал:

— Ваш брат отплатил мне неблагодарностью — собирался убить меня. Сегодня же он будет повешен!

Тут один из братьев молвил:

— О славный падишах! Если мой брат виновен, пусть его вина падет на его же голову. Но выслушай сначала мой рассказ, а потом уж, воля твоя, и убивай!

— А что это за рассказ? — спросил падишах.

— Было то или не было, — начал юноша, — а жил падишах. И была у него птица Симург[54], она предсказывала падишаху грядущее. Однажды эта птица решила испытать падишаха и притворилась мертвой. Увидел падишах, что птица умерла, и приказал закопать ее в навозную кучу. Слуги понесли было хоронить птицу, но тут Симург встрепенулся и взвился в воздух. «Я была такой мудрой птицей, а ты велел закопать меня в конский навоз! Не буду я тебе больше служить!» — крикнул Симург падишаху и улетел к другому правителю. Через несколько дней ее новый хозяин пошел войной на первого правителя и окружил его город. Осажденный падишах не знал, что и делать, и все горевал: «Как жаль, что я не ценил своего мудрого Симурга!» Но сожалеть было поздно: в конце концов враги одолели его.

Как только первый брат кончил свой рассказ, начал второй:

— Послушай теперь мой рассказ, — сказал он.

— Что же, говори, — сказал падишах.

— Жил падишах. У него был сокол, прирученный для охоты. Этот сокол был прекрасным охотником. Однажды отправился шах со своим соколом на охоту: впереди летела птица, следом за ней ехал шах. В дороге падишах захотел пить и остановился у ручья. Но тут подлетел его сокол и замутил воду. Рассердился падишах. Поехал дальше и опять остановился, чтобы напиться, и снова птица замутила источник. На этот раз падишах пришел в ярость, схватил сокола и так ударил его оземь, что из птицы и дух вон. Двинулся падишах дальше вверх по берегу ручья, и когда снова захотел напиться, то увидел, что ручей вытекает из пасти дракона. Тут падишах давай горевать да раскаиваться: «Ведь эта птица была мне друг, а я взял да убил ее!»

Кончился и этот рассказ, и оба брата стали умолять правителя:

— О справедливый шах, сначала расспроси, а уж потом наказывай. Как следует проверь, чтобы не погиб наш брат без вины.

Согласился падишах, велел привести юношу из тюрьмы и спросил его:

— О юноша! Зачем ты обнажил меч у моего изголовья?

— Я не на тебя поднял меч, я спас тебя от укуса ядовитой змеи, — отвечал юноша.

Тогда падишах спросил:

— А если мы пойдем в сад, то найдем труп змеи или нет?

Отправились они все вместе в сад. Юноша нашел на краю бассейна труп змеи и показал его падишаху. Устыдился тот своей торопливости и неразумия и поклялся:

— Отныне я всегда буду слушаться вас! С таким умом вы можете многому научить меня. И пока я жив, ваше место в моем дворце!

Было то или не было, а жил в одном городе рыбак. Он был очень бедный и еле-еле сводил концы с концами. Каждый день ловил рыбак в море рыбу, этим и жил. У него были жена и дочь, которые тоже рыбачили, помогали ему.

Однажды в том городе праздновали навруз[55]. Повсюду били в бубны и барабаны, играли на нае[56]. Люди стекались на площадь толпами: мужчины к одной стороне, женщины — к другой. Женщины приходили разодетые, с насурмленными глазами, с наведенными усмой[57] бровями, в ушах — серьги, руки окрашены хной. У женщин начались танцы, у мужчин — игры. Каждый старался вовсю, показывая все, что мог и умел. Все вокруг веселились и радовались. Явились на праздник и дочь везира с дочерьми алама[58] и судьи. Дочь рыбака тоже пришла туда. В разгар веселья по небу пронеслись дивы, держа трон Сулеймана[59]. Все посмотрели вверх. Дочь рыбака тоже поглядела на небо.

— Ах! Если бы выйти замуж за такого человека!

Услышали эти слова дочери везира и алама, судьи и миршаба[60], возмутились и стали издеваться над девушкой:

— Мы дочери везира и алама, судьи и миршаба и о том не мечтаем! А эта дочь рыбака сошла с ума, ишь о чем помышляет!

Дочь рыбака смутилась, покраснела от стыда, но ни слова не промолвила и пошла домой. И долго было у нее грустно на душе.

А Сулейман однажды прилетел к морю, опустился на берег, сошел с трона, оставил свой перстень на камне и направился к воде, чтобы совершить омовение.

И тут дивы, переносившие его трон по воздуху, стали советоваться между собой:

— Неужели мы всю свою жизнь будем таскать этого человека? Давайте выбросим его перстень в море и убежим!

Сговорившись так, они кинули перстень в море и скрылись. Вышел Сулейман из воды и видит: ни перстня, ни дивов. Пал он духом и побрел вдоль берега. Пришлось ему перебиваться поденной работой. И вот однажды привела его дорога к селению, а недалеко от него сидел на берегу моря человек и ловил рыбу. Сулейман помог ему. Видит старик, хороший человек перед ним, и предложил:

— А что, путник, не пойдешь ли ко мне в батраки?

Согласился Сулейман, пошел в дом к старику и стал служить у него. Рыбаку пришлась по душе служба Сулеймана, и как-то ночью стал старик советоваться с женой:

— Работник наш человек порядочный и правдивый. Что если мы отдадим ему в жены нашу дочь?

Жена рыбака сперва не соглашалась:

— Не отдам я свою дочь за батрака!

Но в конце концов рыбак уговорил жену и отдал дочь замуж за Сулеймана.

Каждый человек в доме рыбака получал в день по рыбе, это и было их пропитание. И вот как-то дал старик дочери две рыбы — ей и мужу. Принесла она рыбу на берег моря, чтобы почистить. Разрезала одну, видит: внутри перстень. Вынула она его, стала рассматривать и поняла, что перстень не простой. И задумалась девушка: кому его отдать — отцу или мужу? В конце концов решила: «Что там ни говори, а и хорошее и плохое делю я с мужем, ему и отдам перстень». Решив так, она принесла перстень Сулейману. Увидел Сулейман свой перстень, очень обрадовался, надел его и произнес:

Во времена шаха Искандера жил-был один парень, молодой, но уже семейный. Его престарелый отец был еще жив. А жена у парня была порядочная ведьма.

В один прекрасный день Искандар стал собирать войско, и тому парню тоже велели явиться. Парень пришел к Искандеру, а тот ему говорит:

— С сегодняшнего дня ты мой солдат, отпускаю тебя на восемь дней, через восемь дней придешь и отправишься в соседнюю страну, нам надо воевать.

Парень сказал: «Ладно.!», и пошел домой. Пришел он домой и всю ночь до самого утра думал: «Жена моя такая ведьма, что, если я оставлю на ее попечение моего престарелого отца, она его в два дня уморит!» Наутро парень проснулся и, даже не позавтракав, пошел к мастеру, который делал сундуки, и сказал:

— Послушай, мастер! Сделай мне такой сундук, чтобы в нем человек мог лежать и спать, умываться, да еще запас еды на одного человека на месяц там поместился бы, а уж я в долгу перед тобой не останусь.

Мастер сказал: «Ладно!», сделал такой сундук и отдал его парню. А тот, когда ему надо было идти к Искандару, посадил отца в сундук и положил ему туда запас еды и питья.

Погрузил парень сундук на верблюда и приехал к Искандару. Дня через два они отправились в поход. Несколько ночей и несколько дней шли и вышли на какую-то равнину. Тут на солдат напала хворь, и они стали один за другим валиться на землю и умирать. Почти половина солдат умерла, и никто не знал, что делать. Искандар устроил военный совет, собрал оставшихся в живых солдат и сказал:

— Нет ли здесь человека, который смог бы отвратить от нас эту беду?

Никто не вызвался. Тогда тот парень побежал потихоньку к своему сундуку и говорит отцу:

— Батюшка! Солдаты у нас умирают, скоро никого не останется, и ни один человек не знает, что делать!

Старец из сундука ему отвечает:

— Сынок, скажи Искандару, пусть осмотрит портянки у всех солдат. Он увидит: у одного солдата портянки обмотаны на левую сторону. Пусть он этого солдата сейчас же повесит, вся напасть от этого.

Было так или нет, жил-был падишах и правил он всеми семью частями света. Кликнул он однажды своих везиров и сказал им:

— Отыщите мне такую жену, чтобы красивее ее не было во всем мире!

Везиры сказали: «Будет исполнено», и каждый отправился в какую-нибудь сторону. Ходили они, ходили, искали, искали, весь мир обошли, но подходящую для шаха невесту так и не смогли найти. Падишах огорчился и отправился на охоту. Несколько дней он охотился и вот однажды в каком-то кишлаке увидел: на заборе сидят рядком воробьи. Вздумалось ему поймать их и посмотреть на них, и он выпустил своего охотничьего сокола. Сокол погнался за воробьями, перелетел через забор и залетел во двор какого-то дома. Падишах открыл ворота, заглянул во двор и видит, выбежала красивая девушка и хочет схватить сокола. Падишах только взглянул на нее и тотчас оказался в плену любви к ней. Даже не посмотрев на своего сокола, он повернул коня и поскакал во дворец. Там падишах тотчас кликнул везиров и сказал им:

— В соседнем кишлаке живет красивая девушка, ступайте к ней сватами, я беру ее в жены!

А девушка эта была дочь пастуха. Когда пришли везиры, пастух принял их как подобает и хорошо угостил. Наступила уже ночь, когда везир правой руки обратился к пастуху:

— Послушай, пастух, ты ведь даже не спросил, откуда мы и куда направляемся.

Пастух ему отвечает:

— Я думал, вы пришли ко мне в гости, а если это не так, скажите, откуда вы и куда путь держите.

— Мы, и правда, пришли именно к тебе, — сказал тогда везир правой руки, — но не просто в гости, а сватами. Нас послал сюда падишах, он хочет стать твоим зятем, а ты уж ему не отказывай.

Пастух подумал: «Он ведь всесильный падишах семи стран света, а я простой пастух, соглашусь я — он возьмет мою дочь, откажусь — он ее все равно возьмет, лучше мне не отказываться и сразу согласиться».

Падишах устроил во всех подвластных ему семи странах света пир, и пир длился семь дней и семь ночей. Потом падишах женился на той девушке. Несравненная ее красота с каждым днем все больше сводила его с ума, и он уж не мог расстаться со своей женой ни на минуту.

Прошло несколько дней, прошло несколько недель, прошло несколько месяцев, жена падишаха забеременела, потом она родила сына, а падишах все еще был от нее без ума. В конце концов знатные люди того края пришли к падишаху и спросили его, почему он совсем перестал заниматься делами управления страной.

— Не буду я больше править! — сказал падишах. — Пока не вырастет мой сын Салим, пусть страной управляет везир правой руки. Вырастет мой сын, и станет он тогда падишахом вместо меня.

Падишах встал, собрал свои пожитки и уехал вместе с женой. А ребенка взял везир и стал его воспитывать. Ребенок рос быстро: за день становился как двухдневный, за два дня — как четырехдневный, за неделю — как четырехнедельный, за месяц — как четырехмесячный. Везир увидел, что сын падишаха так быстро растет и, значит, очень скоро сможет занять престол, и решил от него избавиться. Была там одна старуха, везир позвал ее и спросил, что делать. Посоветовались они и приняли решение.

Старуха села прясть там, где должен был играть сын падишаха. Тот прибежал и стал играть в бабки. Играя, он запустил тяжелую свинчатку так, что она полетела в сторону, угодила в прялку старухи, и прялка сломалась.

— Эй, сирота безродный, отца у тебя нет, прялку мою сломал! — закричала старуха, притворяясь очень рассерженной.

— Бабушка, — удивился Салим, — почему ты говоришь, что у меня нет отца? Отец мой жив, он стоит у власти, он падишах всех семи стран света.

Тогда старуха сказала:

— Глупый мальчишка, он тебе не отец, это везир твоего отца, а твои отец и мать уехали неизвестно куда; никто их даже не ищет! Если не веришь мне, пойди и спроси везира.

Салим тут же побежал к везиру и спросил его:

— Скажи правду: ты отец мне или нет?

— Нет, не я твой отец, — сказал везир, — твой отец уехал неизвестно куда, если ты хочешь повидать мать и отца, ступай, ищи их.

— Конечно, я хочу их увидеть, — сказал Салим, тут же собрался в дорогу и отправился. Шел он, шел и вдруг встречает богатыря, и богатырь этот держит в руках семь мельничных жерновов и играет ими, перебрасывает с руки на руку. Богатырь загородил ему дорогу и спросил:

— Куда ты идешь, мальчик?

— А сам ты кто и куда идешь? — спрашивает его Салим.

— Меня называют Жерновоносец, и я иду сразиться с богатырем Салимом.

— Я брат богатыря Салима, если ты меня поборешь, ты и его поборешь, — сказал Салим.

Тут они стали бороться. Три ночи и три дня боролись, но повалить друг друга не смогли. На четвертый день Салим собрал все силы, схватил Жерновоносца, поднял его, ударил оземь, выхватил у него из-за пояса кинжал и только хотел отрезать ему голову, как тот заговорил:

— Что тебе пользы меня убивать? Не убивай меня, в дороге лучше быть вдвоем, чем одному. Куда скажешь, туда я с тобой и пойду, что велишь, то и сделаю. Богатырь Салим — это ты, кроме него никто меня не может побороть.

И оба пошли дальше. Шли они, шли, и вдруг им навстречу идет богатырь. В руках у него две огромные чинары, и он ими играет, из руки в руку перебрасывает.

— Куда идете? — спросил богатырь с чинарами в руках.

— А сам ты кто и куда идешь? — спрашивает его Салим.

— Меня называют Чинароносцем, и я иду сразиться с богатырем Салимом, — ответил богатырь.

— Богатырь Салим — это я!

Они тут же схватились, стали бороться. Салим и этого богатыря поднял, ударил об землю, выхватил у него из-за пояса кинжал и собрался было отрезать ему голову, когда тот заговорил:

— Не убивай меня, в пути лучше быть втроем, чем вдвоем, куда ты пойдешь, туда и я пойду, что велишь, то и сделаю.

Салим и его отпустил. Было их двое, а стало трое, и пошли они дальше. И пришли к реке. На берегу лежал богатырь. Он втягивал в рот воду из реки, и река пересыхала, а потом выплевывал воду, и река снова наполнялась. Салим подошел к нему и спросил:

— Кто ты такой и что ты тут делаешь?

— Меня зовут Рековыпиватель, — ответил тот, — я поджидаю здесь богатыря Салима.

— Что тебе от него надо? — спросил Салим.

— Хочу с ним сразиться, — ответил богатырь.

— Раз так, богатырь Салим — это я, вставай, будем бороться.

Салим и этого богатыря поднял, бросил на землю, хотел отрезать ему голову, а тот сказал:

— Богатырь, если ты меня убьешь, разве от этого твое желание исполнится? Возьми меня в спутники, может, пригожусь тебе когда-нибудь.

Салим и его отпустил. Было их трое, а стало четверо, и пошли они дальше. Долго они шли и пришли в какой-то город.

— Вы здесь посидите, отдохните, — сказал Салим, — а я схожу, добуду чего-нибудь поесть.

Было так или не было, а жил на свете человек по имени Мирзокаром. Его жена то пересаливала обед, то недосаливала. Наконец он спросил ее:

— Жена, почему у тебя один день пища пересолена, а другой — недосолена?

Она ответила:

— А потому, что у нас нет своего котла. Я беру котел у соседей. Если купишь котел, я буду варить вкусную еду, и соли там будет как раз столько, сколько надо.

В один прекрасный день муж отправился на базар покупать котел. Купил он котел и принес домой. Жена сварила в нем обед, но опять пересолила. И так каждый день то пересаливала, то недосаливала. Муж сказал:

— Ну вот, купил котел, а еда опять то пересолена, то недосолена.

А жена в ответ:

— А ты спросил у того, кто продавал, сколько нужно соли на котел?

— Нет, не спросил.

— Так ступай спроси.

Муж пошел на базар, стал искать того продавца, но не нашел. Тогда он стал расспрашивать о нем, и ему сказали, что тот человек переселился в другой кишлак. Мирзокарам отправился туда, нашел его и сказал:

— Ты продал мне котел. Сколько нужно класть в него соли?

— Ровно горсть и пригоршню, — ответил тот.

— Как бы не забыть, пока дойду до дома, — сказал Мирзокарам.

Продавец котлов посоветовал:

— А ты повторяй по дороге: «одна пригоршня и одна горсть», вот и не забудешь.

Мирзокарам пошел домой и всю дорогу твердил: «Одна пригоршня и одна горсть». По пути ему встретились несколько дехкан. Они провеивали зерно. Только они хотели ссыпать его в мешки, вдруг слышат: «Одна пригоршня и одна горсть». Набросились дехкане на Мирзокарама и поколотили его.

— Мы как раз прикидывали, сколько будет пшеницы, а ты каркаешь: «Одна пригоршня и одна горсть».

— А что же мне говорить? — спросил он.

— Говори: «Да поможет вам святой Хызр».

— Да поможет вам святой Хызр, — проговорил он и пошел дальше. Подходит он к какому-то кишлаку, видит, прямо на дороге лежит покойник, а вокруг него люди столпились, плачут.

— Да поможет вам святой Хызр, — проговорил он и прошел мимо. Но родственники покойного догнали его и схватили за ворот:

— Зачем так сказал?

— О боже, а что надо было сказать?

— Скажи: «Да простит Аллах грехи ваших покойников». Он повторил это и пошел дальше. Подходит к другому кишлаку. А там была свадьба. Он произнес: «Да простит Аллах грехи ваших покойников», и вошел в дом. Его сейчас же вытолкали оттуда и спросили:

— Ты зачем так говоришь? Ведь это свадьба, люди веселятся, поют, играют, а ты поминаешь покойников.

— А что я должен был говорить?

— Тебе нужно было сказать: «Слава богу, юноша нашел себе жену».

Он стал произносить эти слова и пошел дальше. Доходит до леса. Там охотник расставил сеть и ждал, когда в нее попадут куропатки. Мирзокарам закричал: «Слава богу, юноша нашел себе жену», и куропатки вспорхнули и улетели, а охотник рассердился, повалил его на землю и избил.

— Проклятие тебе, бездельник! — кричал он. — Ты вспугнул моих куропаток.

— Что же мне, наконец, говорить? — воскликнул тот. — Почему все меня бьют?

— Засунь в рот тюбетейку и ступай на четвереньках.

Бедняга сунул в рот тюбетейку и пополз на четвереньках. Шел он так до самой вечерней молитвы. Встретилось ему стадо овец. Овцы приняли его за волка и разбежались. Подбежали овчарки и набросились на Мирзокарама. Тут подоспели пастухи и спросили:

— Ты почему не подал голоса и напугал овец?

— А мне велел так идти охотник, я послушался.

Пастухи не стали его наказывать и отпустили.

Наконец дошел он до дома и постучал.

— Кто тут? — спрашивает жена.

А он уже забыл свое имя, поэтому ответил:

В древние времена в одном городе жил старый человек. У него было три дочери, но ни одного сына, а ему всегда хотелось иметь сына. Вот заболели у этого старика глаза, и он ослеп. Табибы лечили его, но не могли вылечить.

Не видел старик ни светлого дня, ни детей своих, ни друзей, ни товарищей. И очень, очень он был опечален этим. От горя и несчастья стал он худым и немощным.

Приехал однажды в село один путешественник и сообщил старику, что в одном далеком краю живет знахарь, в саду у него растет особенная трава, из сока которой знахарь делает лекарство, и оно вылечивает любую болезнь глаз.

Услышав это, старик тяжко вздохнул и сказал:

— Если бы у меня был сын, конечно, он поехал бы в тот край и привез мне лекарство для глаз, тогда я бы избавился от слепоты.

Старшая дочь поднялась со своего места и стала просить отца:

— Дорогой батюшка, разрешите мне поехать за тем лекарством!

— Ох, дочка, не для тебя это дело, понапрасну будешь мучиться.

Но девушка не отступила и стала просить и умолять отца отпустить ее. И, наконец, отец согласился.

Девушка оседлала лошадь, оделась в мужскую одежду, наполнила хурджин едой и отправилась в путь.

Ехала она, ехала несколько дней и ночей и на перекрестке дорог увидела маленький деревянный домик.

Девушка подумала: «Наверное, там кто-нибудь есть, спрошу я дорогу», — и она постучала в дверь.

Из домика послышался голос:

— Кто там? Я лежу больная и не могу подняться, сам заходи!

Девушка открыла дверь, вошла и поздоровалась. И на самом деле, в доме лежала больная старуха.

— Мамаша, что с вами? — спросила девушка.

— Ох, сынок, — говорит старуха, — и не спрашивай, давно уж я лежу больная, лежу вот на этой постели, и нет у меня никого, чтоб за мной присмотреть.

Порывшись в хурджине, девушка достала еду из дорожных припасов и накормила старуху. Придя немного в себя, старуха спросила:

— Сынок, откуда ты приехал и куда едешь?

— Я приехал из далекого города, — ответила девушка, — отец мой заболел глазной болезнью и ослеп, я еду разыскивать лекарство от его болезни.

— Ох, сынок, — сказала старуха, — откажись от этого намерения! Много храбрецов ездило разыскивать это лекарство, но не нашли его и погибли. Никак нельзя добыть то лекарство, вернись домой!

После этого разговора девушка потеряла надежду найти лекарство и вернулась домой. Отец обрадовался ее возвращению и говорит:

— Я, дочка, очень рад, что ты вернулась жива и невредима!

Она рассказала отцу и сестрам о своем путешествии, о старухе, с которой повстречалась, и добавила:

— Она говорила мне, что добыть то лекарство никак нельзя, много храбрецов ездило разыскивать его, но они ничего не нашли и погибли!

Средняя сестра не придала значения словам старшей сестры, встала со своего места и сказала:

— Дорогой батюшка, разреши мне поехать за лекарством, я обязательно его найду и привезу!

— Как твоя старшая сестра ничего не привезла, так не привезешь и ты, оставайся лучше дома, а то погибнешь понапрасну.

Но и эта дочь настаивала на своем и продолжала просить разрешения. Наконец она склонила отца отпустить ее поехать за лекарством. Оседлав коня, одевшись в мужскую одежду, она спрятала свои косы под шапкой и поехала.

Ехала, ехала она и через несколько дней тоже доехала до деревянного домика. Привязала она коня за ветку дерева и постучала. Из домика послышался голос:

— Кто там? Я лежу больная и не могу подняться, сам заходи!

Девушка открыла дверь, вошла и, поздоровавшись со старухой, спросила о ее здоровье.

— О сынок, и не спрашивай, давно уж я лежу больная вот на этой постели, и нет у меня никого, чтоб за мной присмотреть.

Порывшись в хурджине, девушка достала еду из дорожных припасов и накормила старуху. Придя немного в себя, старуха стала расспрашивать девушку, откуда она и куда едет.

— Ой, сынок, откажись от задуманного, очень трудно достичь этой цели, Пропадешь понапрасну.

Старуха стала рассказывать такие страшные вещи о предстоящем пути, что и эта сестра испугалась и вернулась домой. Она также обо всем рассказала отцу и сестрам.

Старик тяжко вздохнул и сказал:

— Жалок человек, у которого нет сына!

Эти отцовские слова сильно задели младшую дочь. Она подошла к отцу и сказала:

— Дорогой батюшка, разреши мне поехать за тем лекарством; может быть, я его найду!

— Дорогая дочка, как твои старшие сестры ничего не привезли, так и ты вернешься ни с чем, оставайся-ка дома, не трудись понапрасну!

Младшая дочь стала умолять и упрашивать отца отпустить ее, и наконец он согласился.

Девушка быстро переоделась в мужскую одежду, наполнила едой большой хурджин, проворно села на коня и отправилась в путь.

Ехала, ехала она, через несколько дней и ночей доехала до деревянного домика больной старухи. Привязав коня за ветку дерева, она постучалась, и на ее стук из домика послышался голос:

— Кто там? Кто бы ты ни был, сам открывай дверь и заходи! Я лежу больная и не могу подняться!

Открыв дверь, девушка быстро вошла к старухе, сердечно и приветливо с ней поздоровалась. Тут же она побежала за водой, дала старухе умыться и радушно стала угощать ее привезенными кушаниями.

— А ты, сынок откуда едешь и куда направляешься? — довольная поведением девушки, ласково спросила старуха.

— Я приехал издалека, еду разыскивать глазное лекарство!

Старуха вздохнула и с негодованием сказала:

— Ох, глупый юноша! Разве ты не знаешь, что сильные и здоровые люди ездили по этой дороге, но они не вернулись живыми! Ты, хрупкий молодой человек, не можешь туда поехать. Или оставайся у меня, или возвращайся домой!

Но девушка, нисколько не испугавшись слов старухи, смело сказала:

— О матушка! Мужчина не должен ничего бояться! Я не вернусь домой, что бы со мной ни случилось!

Девушка встала, собираясь уходить.

— Сынок мой! — сказала старуха, удерживая ее. — Вижу я, что ты непоколебим в своем намерении. Я тебя предупреждаю, что поездка твоя будет очень трудной и опасной. Но я тебе скажу, как избежать этих трудностей. Если ты выполнишь все, что я тебе скажу, ты достигнешь своей цели. Знахарь не даст лекарство без вознаграждения, взамен он попросит семя дерева, которое находится у трехголового дива. Плоды того дерева целебны и вылечивают разные болезни. Когда ты придешь в жилище дива, сделай что-нибудь хорошее всем его животным и слугам. Потом постарайся взять у дива плод того дерева и убежать с ним. Если див погонится за тобой, вот тебе зеркало, гребень и брусок. Как только див приблизится к тебе, брось какой-нибудь из этих предметов через плечо, это преградит дорогу диву. Ну вот, теперь иди, счастливого тебе пути!

Девушка взяла зеркало, гребень и брусок, горячо поблагодарила старуху и поехала дальше.

Ехала она несколько дней и ночей, наконец приехала в жилище трехголового дива. Ей бросилось в глаза, что ворота крепости полуразвалены и запачканы. Она быстро поправила их и вычистила. Вошла она в ворота и увидела с одной стороны много огромных собак на привязи, а с другой — лошадей. Лошадям брошены кости, а собакам — сено. Она взяла кости и бросила их собакам, а сено — лошадям. Пошла она дальше и увидела, что несколько служанок стоят около раскаленного танура и пекут диву лепешки, которые прилепляют к раскаленному поду танура голыми руками, и потому руки у них все сожжены. Девушка приветливо с ними поздоровалась, тут же села и сшила им нарукавники для выпечки хлеба. Служанки обрадовались нарукавникам и спросили:

— Эй, красивый юноша, зачем ты сюда пришел? Девушка рассказала им о своей цели.

— О, это очень трудное дело, — сказали служанки, — див прячет семена этого дерева в мешочке под своей подушкой, нелегко их взять у него. Если даже возьмешь, то не сможешь вырваться из его лап.

— Если я сумею взять семена, то уж придумаю, что делать потом! — сказала девушка.

— Ну, коли так, иди! — посоветовали ей служанки. — Мы знаем, что див спит, растянувшись на спине. Когда ты подойдешь к его логову, посмотри, оба ли глаза у него открыты? Если оба, то значит он спит, можешь взять у него из-под головы мешочек. Но если у него открыт один глаз, значит он не спит, — скорее беги обратно.

По рассказам слуг девушка нашла логово дива и, когда вошла к нему, увидела, что оба его глаза открыты. Крадучись, она подошла к нему, вытащила из-под его подушки мешочек и быстро убежала.

Но див тут же вскочил и закричал:

— Эй, слуги, скорее хватайте вора!

— Нет, мы не будем его ловить, — сказали служанки, — он нам пошил нарукавники, и теперь мы не сжигаем руки!

— Эй, кони, ловите его!

— Нет, мы не будем его ловить! — сказали кони. — Ты вместо сена клал нам кости, а он положил нам сена!

— Эй, собаки, вы ловите его!

— Нет, — ответили собаки, — мы не будем его ловить, ты вместо еды клал нам сено, а он положил кости.

— Эй, ворота, вы схватите его!

— Нет, — сказали ворота, — ты нас испачкал и сломал, а он вычистил нас и исправил!

Видит див, что никто не хочет ловить смельчака. Тогда он сам погнался за девушкой. Он помчался что было силы и почти догнал девушку, уже протянул лапу, чтобы схватить коня за хвост, но девушка в тот же миг бросила через плечо зеркало, которое дала ей старуха. Зеркало сразу всплеснуло волной и превратилось в быструю и широкую реку.

Собрались как-то в Самарканде на съезд лжецы из разных мест. Лжец из Самарканда сказал:

— Посеял в прошлом году один самаркандский дехканин репу. Одна репа выросла такая большая, что заняла таноб[67] земли. Тянули ее всем миром. Клубнем войско падишаха питалось целый месяц, а ботву скармливали коням войска падишаха тоже месяц.

Лжец из Бухары сказал:

— В прошлом году в переулке котельщиков в Бухаре отлили котел такой величины, что сорок человек обрабатывали его изнутри. Ну что интересно: один мастер не слышал, как другой стучит молотом, такой был котел большой.

И сказал тогда лжец из Ташкента:

— Представители Самарканда и Бухары говорят правду. Я сам видел, как ту самаркандскую репу варили в том бухарском котле.

Жил на свете бедный человек. Была у него жена. Он каждый день собирал в лесу хворост, продавал его на базаре и на вырученные деньги покупал еду. Но одежда его изорвалась в клочья, и не мог он больше выходить из дому. Сидит он рядом с женой, а она и говорит ему:

— Ну, муж, что же мы будем есть? Иди в лес, набери хворосту, продай его и купи что-нибудь поесть.

Но муж не тронулся с места. Жена вскочила и крикнула:

— Вставай и иди, говорят тебе!

Муж поднялся, вышел из дому и побрел по улице. Слышит, откуда-то доносится шум. Подходит ближе, видит, мальчишки выбегают из мактаба. Он вошел в мактаб, взял книгу и вернулся домой.

— Ну, что делал? — спросила жена.

— Вышел я на улицу, слышу какой-то шум. Я подумал, что там свадьба или поминальный пир, решил пойти поесть и тебе принести чего-нибудь. Но оказалось, что это школа. Посмотрел я на книгу и сразу стал муллой. Вот принес эту книгу.

Тут жена и говорит ему:

— Раз ты стал муллой, иди сядь где-нибудь на перекрестке и читай книгу. Один попросит у тебя талисман, другой попросит прочитать молитву, и каждый даст что-нибудь. Мы и будем жить на это.

Он так и сделал: сел на перекрестке, открыл книгу, но так как читать не умел, то только перелистывал ее. Видит, какой-то человек тянет за собой украденного быка. Привел и спрятал его в пещере. А в полдень прибежал запыхавшийся человек и стал озираться по сторонам. Наш мулла спрашивает:

— Что ты ищешь, милый человек?

— Да бык у меня пропал, его и ищу.

— Сейчас я посмотрю в книгу и скажу, где твой бык. Что ты мне дашь за это?

— Если ты найдешь моего быка, я дам тебе два куска карбоса[68].

Мулла сказал:

— Твоего быка увел вор и спрятал вон в той пещере. Поскорей забирай быка, пока он еще там.

Хозяин нашел украденного быка и повел его домой, а мулла получил два обещанных куска карбоса.

Принес он карбос домой, жена очень обрадовалась и говорит:

— Видишь, как хорошо, что ты пошел на перекресток, вот и раздобыл карбос.

Она продала один кусок и купила на вырученные деньги еды, а другой отдала мужу и сказала:

— А из этого сделай себе чалму и снова сядь на перекрестке.

Мулла повязал чалму, взял книгу и пошел на перекресток. Раскрыл он книгу и стал перелистывать ее. Видит, проходят мимо него верблюды с грузом. В полдень пришел караванщик.

— Что ты ищешь? — спросил мулла.

— Пока спал, у меня пропало несколько верблюдов.

— Если я посмотрю в книге, — спрашивает мулла, — и скажу, где твои верблюды, то что ты мне дашь?

— Я дам тебе одного верблюда с грузом.

— Верблюды, — сказал мулла, — вон в том лесу. И товары твои целы.

Караванщик пошел в указанное место, нашел верблюдов и дал одного мулле. Пришел тот домой и опять обрадовал жену.

Женщина купила себе и мужу дорогие одежды и снова отправила его на перекресток. Он пошел туда без возражений. А в ту ночь воры обокрали шахскую казну. Падишах приказал:

— Пусть приведут ко мне всех звездочетов и гадальщиков, ибо у меня ограбили казну.

Глашатаи стали созывать всех звездочетов и гадальщиков. Много их пришло к падишаху, но ни один не смог сказать, где воры. Тогда к падишаху явились хозяин быка и караванщик. Хозяин быка говорит падишаху:

— В нашем городе живет один человек. Он узнал по своей книге, где находился мой украденный бык.

А караванщик сказал:

— У меня пропало несколько верблюдов. Так этот шейх посмотрел в книгу и сказал, где они. Если ты разыщешь этого шейха, он найдет твою казну.

Послали слуг к шейху. Тот испугался и подумал: «В тот раз я сам видел, куда спрятали украденного быка, а откуда я знаю где казна?»

И он не пошел. Слуги вернулись к падишаху и доложили, что шейх отказался прийти. Тогда падишах послал четырех воинов и велел:

— Если откажется, приведите его связанного, я велю казнить его.

Воины передали шейху приказ падишаха. Шейх заплакал, а жена стала его уговаривать: «Не плачь, шейх, пойди к падишаху». Он говорит ей:

— Я один не пойду, идем со мной.

Она согласилась. Пришли они в столицу. Шейх сказал, что он не должен видеться с падишахом, и попросил поселить его с женой за городом в келье. Принесли им туда еды. Жена ела с аппетитом, а шейх даже не притронулся. Она спросила:

Было так или не было, а жил на свете старый купец. У него был сын. Сын с малолетства невзлюбил торговое дело, ходил в школу да читал книги все ночи напролет. И вот однажды купец говорит жене:

— Давай женим его, придется ему заботиться о доме, тогда, может, и захочет поучиться у меня торговому делу.

Через несколько дней купец позвал сына, посадил рядом с собой и заговорил:

— Сын мой, надо тебе жениться, хочу погулять на твоей свадьбе, пока не умер.

А сын отвечает:

— Отец, я пока не могу жениться, — ведь я еще учусь. Вот окончу школу, тогда можно подумать и о женитьбе.

Но отец стал настаивать:

— Если ты не женишься, я прокляну тебя. Пришлось сыну согласиться.

— Как хочешь, отец, — сказал он.

Купец тут же созвал родственников и объявил:

— Все готово для свадьбы, идите и сватайте девушку за моего сына, завтра начнем свадебный пир.

Родственники пошли и заключили брачный договор. Утром начали свадьбу и привели невесту к жениху. Но сын купца не бросил школу и после женитьбы, а книг стал читать еще больше. Видит бай, что сын, не изменился, позвал его и говорит:

— Бери сто золотых монет, ступай на базар и поучись торговому делу. А то будешь читать книги, — ничему не научишься.

Сыну ничего не оставалось, как подчиниться. Идет он по улице, слышит, какой-то старик выкрикивает:

— Могу дать хороший совет за сто золотых монет!

Сын купца подбежал к нему и говорит:

— Мудрый старец, возьми сто золотых монет и дай совет.

Старик взял деньги и сказал:

— Сын мой, если ты ешь чей-либо хлеб, то помни об этом.

— Хорошо, — промолвил юноша в ответ и вернулся домой.

— Ну, сынок, — спрашивает отец, — чему сегодня научился?

Сын ответил:

— Отец, иду я по улице, а один старик говорит мне. «Если ты ешь чей-либо хлеб, помни об этом». Я купил у него этот совет за сто золотых монет.

Купец рассердился и поколотил сына. На другой день купец снова дал сыну сто монет и предупредил:

— Иди на базар да смотри, не дай себя обмануть, как вчера.

— Хорошо, — ответил сын и пошел.

Идет он по улице, слышит, другой мудрый старец выкрикивает:

— Могу дать хороший совет за сто золотых монет! Подбежал к нему сын купца и говорит:

— Старец, возьми эти сто монет и дай мне совет. Тот сказал:

— Сын мой, никогда не отказывайся от того, что предлагают утром.

Вернулся юноша домой, дрожа от страха перед отцом. А тот спрашивает его:

— Ну, научился ли чему-нибудь?

Сын хотел было солгать, но у него язык не повернулся, и он ответил:

— Отец, иду я по улице, вижу, стоит мудрый старец и говорит: «Не отказывайся от того, что предлагают утром». Я купил этот совет за сто монет.

Купец на этот раз еще больше рассердился и закричал:

— Последний раз даю тебе сто монет. Иди завтра на базар и научись торговать. Не то выгоню тебя из дому.

Сын на следующий день вышел на улицу, а там третий старец предлагает:

— Могу продать хороший совет за сто золотых монет.

Сын купца и на этот раз подбежал к старику, отдал ему сто монет и попросил:

— Отец, продай мне хороший совет.

Старик ответил:

— Сын мой, если ты поднимешь на кого-нибудь правую руку, не разобравшись, в чем дело, то останови ее левой рукой.

Юноша выслушал совет и вернулся домой, трепеща от страха. Отец его понял, что и на этот раз произошло то же самое, поколотил сына и выгнал из дому. Сын покинул отчий дом, взывая о помощи. Много рек, степей и пустынь прошел он, пока не остановился в одном городе. Ночь он провел под стеной, а утром, как только проснулся, отправился на базар, где нанимали поденщиков. Скоро пришел на базар хлебопек и нанял его. Юноша работал у него целый день не покладая рук, а хлебопек вечером сказал:

— Парень ты, я вижу, работящий, поступай ко мне в подручные, я тебя не обижу.

— Хорошо, хозяин, — ответил тот.

И стал подручным хлебопека. Прошло несколько лет. А у хозяина была красивая жена. Подручный ей очень нравился. Она всячески пыталась соблазнить его, но это ей не удавалось. Юноша помнил совет старика: «Если ты ешь чей-либо хлеб, помни об этом», и думал:

— Ведь этот совет дал мне мудрый старец, надо помнить о благодеянии хлебопека.

Наконец он сказал жене хозяина:

— Уже несколько лет я ем хлеб твоего мужа, никогда я не отплачу ему черной неблагодарностью, оставь меня в покое.

А она ответила:

— Если ты меня не послушаешь, я пожалуюсь хозяину, и он убьет тебя.

— Пусть будет так, я не боюсь умереть, но останусь незапятнанным.

Вечером, когда вернулся хозяин, жена сказала ему:

Жила одна женщина. Муж ее рано умер, и три сына остались сиротами. С болью в сердце женщина растила своих детей и добывала им хлеб с помощью веретена и иглы.

А когда сыновья выросли, однажды старушка-мать сказала им:

— Теперь вы стали взрослыми и возмужали, я же так состарилась, что слабые мои руки больше не могут прясть нитки, помутневшие мои глаза больше не видят ушко иголки. Идите работайте и сами добывайте себе хлеб!

Старший сын сказал матери:

— Дорогая мать, я здоров телом, и у меня сильные руки! Я пойду работать и все, что заработаю, принесу домой.

Старушка испекла лепешек, завернула их в платок и проводила сына.

Шел, шел юноша и пришел в один город. Отыскал он дом бая и постучал в ворота. Вышел бай, увидел юношу и спросил:

— Что тебе надо?

— Я работник.

— Пахать на волах умеешь?

— Умею, — ответил юноша.

Бай провел его во двор и сказал:

— Хорошо, я возьму тебя в работники, но только с одним условием. Если примешь его — я хорошо тебе заплачу за работу, а если не примешь, то иди своей дорогой.

— Говорите свое условие, — сказал работник.

— Все, что я прикажу, — сказал бай, — ты должен выполнять и не сердиться на меня. А если ты рассердишься, я обрежу тебе уши. И наоборот, если я на тебя за что-нибудь рассержусь, то ты отрежешь мне уши.

Юноша согласился на это условие. Ночь он проспал, а рано на заре бай разбудил его, прервав сладкий сон, дал ему лепешку и сказал:

— Вставай и иди на работу!

Юноша встал, по приказу бая навьючил на осла пшеницу, на волов надел ярмо с плугом и отправился в поле. Проводив его до ворот, бай сказал:

— Сегодня ты посеешь всю эту пшеницу, потом нарубишь и навьючишь на осла столько дров, сколько поместится, и привезешь домой.

Сказав «ладно», юноша поехал в поле. Он был крепкий, сильный и работящий. Много он вспахал земли и засеял пшеницей. Взобравшись на гору, он свалил дерево боярышника, изрубил его, навьючил на осла и вернулся в дом хозяина. Выйдя к нему навстречу, бай спросил:

— Ну, как, ты не устал, не сердишься на меня?

От тяжелого дневного труда юноша, конечно, устал, но, вспомнив про условие бая, сказал:

— Нет, я не устал и не сержусь.

На другой день бай поднял работника еще раньше на заре и повторил приказание предыдущего дня. Не успев отдохнуть, на другой день работник с трудом выполнил непосильное задание и вернулся домой только к ночи.

Так продолжалось несколько дней. На целый длинный день бай давал работнику только одну лепешку. Тяжелая работа истощила и обессилила юношу.

Однажды он допоздна пахал и сеял и не смог привезти хозяину дров. Расстроенный и опечаленный он вернулся в дом хозяина. Выйдя к нему навстречу и увидев, что юноша не привез дров, бай спокойно спросил:

— Раз ты не выполнил моего задания, завтра я разбужу тебя еще раньше и не дам с собой лепешки. — Видя, как поник несчастный юноша, бай снова спросил: — Может быть, ты обиделся и сердишься?

Чаша терпения юноши была переполнена, он больше не мог терпеть такого издевательства и крикнул:

— Конечно, я обижен и рассержен! До каких пор можно терпеть такие мучения! Ты, оказывается, очень жесток!

Бай подскочил к нему, тут же отрезал ему уши и выгнал из дому.

Увидела мать сына с отрезанными ушами, зарыдала, закричала:

— Что с тобой, сынок? Кто же так жестоко мог поступить с тобой? — Сын рассказал все, что с ним произошло.

— Наверное, ты ленился, и потому с тобой так поступили! — сказал средний сын. — Вот я пойду работать вместо тебя, выполню условие бая и получу от него большую плату!

И средний сын старухи отправился к баю. Он подошел к его дому и постучал в ворота. Вышел бай и спросил:

— Что тебе надо?

— Я пришел к вам работать вместо старшего брата!

Бай и перед ним поставил то же условие. Юноша согласился.

Каждый день, навьючив на осла пшеницу, а на волов надев ярмо с плугом, работник отправлялся в поле, пахал землю, сеял пшеницу и вечером возвращался домой с полным возом дров. Так продолжалось несколько дней. Наконец однажды работник так устал, что не смог собрать дров и пригнал осла домой без поклажи.

— Почему ты не привез дров? — сразу спросил бай.

— Не успел и устал, не было сил собирать дрова.

Бай стал его ласково журить и говорить, что, выходит, он рассердился и не хочет выполнять его приказания.

Терпение среднего брата лопнуло, не выдержав, он сердито крикнул:

— Как же на все не сердиться! Вы издеваетесь надо мной, жестокий вы человек!

Бай тут же подскочил к нему и отрезал оба уха.

С плачем вернулся домой изувеченный юноша. А мать, как увидела отрезанные уши среднего сына, начала рыдать и причитать:

— О жестокий бай, пусть сгорит твой Дом! Да не увидеть тебе счастливого дня!

Самый младший сын старухи, Каль, узнав обо всем этом, сказал:

— Братья, по-моему, вы не смогли поступить умнее бая, вот и пострадали. Давайте я пойду работать к нему! Посмотрите, что будет!

Хотя братья и мать отговаривали его наниматься на работу к баю, опасаясь, что и его постигнет та же участь, Каль не послушался и ушел. Подойдя к дому бая, он постучал в ворота. Вышел бай и спросил:

— Каль, что тебе от меня нужно?

— Мои братья не смогли работать у вас. Я хочу работать у вас вместо них!

Бай ввел Каля в дом и сказал ему о своем условии. Каль согласился с ним и начал работать. В первое же утро бай разбудил нового работника рано на заре и послал его работать на поле.

Приехав с пшеницей на поле, Каль высыпал ее в яму, а сам преспокойно лег спать в тени дерева. Вечером он изломал ярмо, плуг и упряжку быков, взвалил их на осла и, вернувшись домой, вызвал хозяина:

— Вот дрова, берите! — сказал он баю.

— Ой, дорогой Каль, где ты нашел такие сухие дрова?

— Я сломал ярмо, плуг и упряжку, взвалил их на осла и привез вам.

Бай был поражен таким своеволием работника, а Каль в это время спросил его:

— Хозяин, может быть, вы сердитесь на меня?

С трудом сдерживая гнев, бай ответил:

— Нет, я не сержусь.

— Если не сердитесь, приготовьте к утру пару волов и новую упряжку.

Бай снова рано на заре отправил работника на поле. И на этот раз Каль высыпал зерно в яму, а сам лег спать. Вечером он изрубил ярмо и упряжку, навьючил все на осла и вернулся домой. Но бай на этот раз ничего не сказал ему.

Так продолжалось целый месяц, и бай не проявил никакого неудовольствия. А Каль думал: «Что же мне делать?» Тогда взял он да и убил одного вола, положил его мясо в мешок из-под пшеницы и навьючил на осла. Снова он разломал ярмо и упряжку, положил все это поверх мешка и вернулся домой.

Бай все заметил, но спокойно спросил работника:

— А где второй вол?

— Я его убил, а мясо положил в мешок, — живо отозвался работник. И взглянув на побледневшего хозяина, спросил: — Разве вы сердитесь?

Стиснув зубы, бай и на этот раз сказал: «Нет, я не сержусь!»

Теперь Каль каждый день высыпал в яму зерно бая, ломал ярмо и упряжку, а потом убил и второго вола. Бай видел, что хозяйство его разваливается, и сказал жене:

— Этот Каль уничтожил все наше достояние. Боюсь, как бы не лопнуло терпение. Если я рассержусь, он тут же отрежет мне уши! — И он сказал жене, что есть только одно средство, как избавиться от Каля.

Поздно вечером бай с женой собрали самые ценные вещи и сложили их в сундук. Они решили лечь спать, а рано утром убежать куда-нибудь подальше.

Зоркий Каль узнал об их намерении.

Когда хозяева уснули, он вытащил все содержимое сундука и спрятал в другом месте. Сам же влез в сундук и уснул в нем.

Бай с женой проснулись рано утром, взяли приготовленный сундук и, крадучись, пустились бежать. Когда наступил полдень, утомленные муж и жена решили отдохнуть у ручья.

Бай сказал жене:

— Вскипяти чай и приготовь чего-нибудь поесть.

— Если бы с нами был Каль, он принес бы нам дров, — сказала жена.

Услышав эти слова, Каль высунул из сундука голову и сказал:

— Я здесь, готов к услугам!

Увидев Каля в сундуке, бай рассвирепел и закричал во все горло:

— О, будь ты проклят, Каль! Ты уничтожил всю мою пшеницу, убил моих волов, переломал целую гору упряжи, а теперь еще ограбил наш сундук с ценным добром?!

— Дорогой хозяин, я вижу, вы рассердились? — спросил Каль.

Бай не мог себя сдержать и еще громче закричал:

— Если после всего этого я не рассержусь, то кому же еще сердиться?

— Вот теперь и вы проиграли! — радостно крикнул Каль, доставая из-за пазухи нож. Он отрезал баю уши и оставил его с женой.

Сразу же Каль вернулся в дом к баю, собрал спрятанные из сундука вещи вместе с оставшимся добром и пошел к себе домой.

То ли было, то ли не было… В далекие времена жил в одном городе падишах по имени Азизхон. Был он справедливым правителем, и жизнь его проходила в постоянных заботах о подданных. Но падишах был бездетным, и от этого печаль не покидала его никогда. И вот, когда ему стало уже пятьдесят лет, жена родила ему дочь. По случаю такой радости Азизхон сорок дней и ночей пировал и угощал своих подданных. Приглашены были на эти торжества и падишахи соседних стран со своими везирами и приближенными. А для того чтобы выбрать его дочери достойное имя, были созваны мудрецы со всех концов страны, и шах просил у них совета. И вот после долгих размышлений девочку назвали Гуландом.

Когда Гуландом пошел шестой год, умерла ее мать, и воспитанием девочки занялся отец. Азизхон чтил память любимой жены, он не женился во второй раз, и воспитание дочери стало целью его жизни. Гуландом становилась день ото дня все прелестнее, а ум и способности ее могли поспорить с ее красотой.

Со всех концов страны потянулись во дворец Азизхона сваты, каждый день кто-нибудь приезжал, но падишах всем говорил:

— Только в пятьдесят лет стал я обладателем этой бесценной жемчужины и не хочу теперь лишиться ее, выдав замуж. Ведь у меня нет других детей. Гуландом — единственная наследница моего венца и трона, и я хочу еще при жизни посадить ее на престол вместо себя.

Когда Азизхону исполнилось семьдесят лет, а Гуландом — двадцать, отнялись у него ноги. И вот однажды вечером позвал Азизхон своего везира и знатных людей и сказал им:

— Все вы знаете, что я стар и немощен, а теперь еще и болезнь сковала меня: лишился я ног, и ни один лекарь не может мне помочь. Значит, близок тот день, когда придется мне распроститься с этим миром! Известно вам, что нет у меня сына и единственное мое дитя — Гуландом. Так вот, хочу я сейчас передать ей свой венец и престол.

Желание падишаха показалось всем разумным, и на следующий день Гуландом воссела на престол, и глашатаи стали разносить весть об этом по всей стране.

Вскоре падишах позвал к себе дочь.

— Дорогое мое дитя, — обратился он к ней, — единственная надежда моя, вечно цветущий сад мой, внемли моим словам! На шестом году жизни ты лишилась матери, и любовь отца заменила тебе ласки матери. Четырнадцать лет я воспитывал тебя, и вот наконец ты стала царицей. О дорогое дитя, будь справедлива, как твой отец, не притесняй, не угнетай народ, всегда заботься о нем, и да принесет тебе бог счастье, да будет милостива к тебе судьба!

Как услышала Гуландом эти слова, наполнилось ее сердце болью и жалостью, бросилась она в объятия отца, зарыдала. Заговорила она сквозь слезы:

Жил-был один Куса, у него были жена и сын. Однажды Куса заболел, позвал к себе сына и сказал:

— Сынок, отведи и продай нашу корову, а деньги принеси домой и спрячь. Вдруг я умру, потратишь их и похоронишь меня с почетом.

Выполняя просьбу отца, сын погнал корову на базар. Вдруг ему повстречались три муллы. Они остановили мальчика, с трудом гнавшего корову, и спросили:

— Куда гонишь корову?

— На базар, продавать, — ответил он.

Муллы пошептались, посоветовались друг с другом и сказали мальчику:

— Базар далеко, не возись понапрасну, продай ее нам! Мальчик согласился, муллы дали ему по тюбетейке сушеного тутовника, взяли корову и ушли. Мальчик же, направляясь домой, с наслаждением стал есть тутовник. Пока он дошел до дому, съел одну тюбетейку тутовника, а остальное принес отцу. Больной отец поднял голову с подушки и спросил его:

— Сынок, продал корову?

— Да, продал, вот это получил за корову, — и мальчик протянул отцу тутовник.

Куса развернул платок и увидел тутовник. Он порылся в нем, но не нашел денег и, пораженный, спросил:

— Где деньги, которые ты получил за корову?

— Муллы мне дали только это, — ответил ему сын.

— О глупое дитя, — возмущенно сказал Куса, — тебя обманули муллы-мошенники! Вот только немного поправлюсь, я им придумаю наказание!

Куса дня через два почувствовал себя лучше и стал думать, как отомстить муллам-мошенникам. Он вывел из хлева своего осла, вымыл и вычистил его и, положив ему в рот три золотые монеты, повел его на базар.

На базаре Кусу окружил народ, люди стали спрашивать цену осла. Куса запросил за него сто золотых. Покупатели, заслышав высокую цену, с удивлением уходили.

Прошло некоторое время. На базар пришли муллы-мошенники и увидели Кусу с чистым, жирным ослом. Подошли к нему и спросили:

— Эй, Куса, сколько просишь за осла?

— Сто золотых.

В давние времена у одного бедуина был резвый и красивый скакун. Бедуин только и делал, что ухаживал за конем. Но вот он разорился и остался гол как сокол. Решил бедуин продать коня. Его оценили в тысячу золотых монет, двадцать овец и двадцать верблюдов, груженных драгоценными одеждами. Бедуин поклялся, что не отдаст коня дешевле.

Было так или нет, а жили-были горлинка и лиса. Однажды горлинка вышла из дома поискать чего бы поесть. Лиса тоже вышла. Лиса была голодная. Увидела она горлинку, и у нее потекли слюнки. Стала она потихоньку красться за горлинкой и дошла за ней до самого ее дома. Видит, дом у горлинки на самой вершине высокого дерева, а в доме два птенца; Птенцы ее еще не летают. Лиса стала снизу грозить горлинке:

— Эй, горлинка! Сбрось мне своих птенцов, я их съем. Если не сбросишь, я влезу на дерево и съем и тебя, и твоих птенцов, а дом разрушу!

Глупая горлинка испугалась угроз лисы и бросила ей птенцов. Съела их лиса с удовольствием и ушла. Несчастная горлинка стала плакать и стонать. Вдруг прилетела ворона и села перед ней на ветку.

— Чем ты так огорчена, горлинка? — спрашивает ворона.

Горлинка ей в ответ:

— Пришла лиса и говорит: сбрось мне своих птенцов, если не сбросишь, влезу на дерево и тебя съем, и птенцов твоих и дом твой разрушу, говорит. Я испугалась и бросила ей птенцов, она их и съела. А я вот сижу и горько плачу.

— Ты что, с ума сошла, что ли? — говорит ворона. — У лисы ведь крыльев нет, не могла она сюда взлететь и съесть твоих птенцов и тебя…

Через некоторое время горлинка опять снесла яйца, и вылупились из них птенцы. Стали они подрастать. Лисе снова захотелось полакомиться, и она пришла под то самое дерево. Увидела горлинку и говорит ей:

— Сбрось мне птенцов, я их съем. Если не сбросишь, влезу на дерево и тебя съем, и птенцов твоих и дом твой разрушу!

Горлинка выглянула из гнезда и крикнула:

— Врешь ты все, пройдоха!

Лиса не знала, что ей теперь делать. «Это, конечно, ворона ее подговорила, — подумала лиса. — Постой же, я тебе задам». Пошла на поле, легла там и прикинулась мертвой.

Летит ворона и видит, лежит на поле мертвая лиса. Осторожно-осторожно спустилась ворона на землю. Каркнула раза два. Лиса не двигается. Подкралась она поближе и клюнула лису в хвост. Лиса опять не пошевелилась.

«Умерла, точно», — подумала ворона и прыгнула лисе на живот. «Теперь я тебя самое съем, глаза тебе выклюю», — . сказала ворона, но тут лиса и схватила ее.

— Вот теперь и покажи свою смышленость! Горлинку научила, теперь сама выворачивайся! — злорадствовала лиса.

Только она собралась ее съесть, как ворона и говорит:

— Лиса, хочешь меня съесть, ешь, я согласна. Но я хочу сделать завещание. Выслушай его сперва.

— Ну, ладно, говори, только живо! — согласилась лиса.

— Завещание мое такое: кроме этого моего тела, перьев, кожи, мяса и костей, у меня ничего нет. Если ты разгрызешь мои кости и проглотишь их, то заболеешь. Если хочешь меня съесть без вреда для себя, как кусок мяса, сбрось меня на дно оврага. Я ударюсь о землю, и кости мои переломаются, раскрошатся. А ты тогда спустишься и съешь меня с удовольствием, без вреда.

Глупая лиса согласилась. Потащила она ворону к краю оврага и сбросила вниз. Ворона перевернулась два-три раза в воздухе, потом расправила крылья, взлетела и села на той стороне оврага. Посидела немного напротив лисы, каркнула, потом опять взлетела и скрылась из глаз.

А обманутая лиса так и застыла на месте.

Было это или не было, но жил плешивец, очень умный и ловкий. Решил однажды плешивец побродить по белу свету. Добрался он до одного города, а там неурожай, голод. Собрал он за городом хворост, принес на базар и продал. Добавил еще немного к вырученным деньгам и купил кадок рису, кадок мяса, кадок масла, кадок луку и кадок моркови. Забрался он в развалины и начал варить плов.

А падишах этого города, переодевшись дервишем, вечером пошел посмотреть, как живут его подданные. Обошел он несколько дворов: везде люди стонут от голода. Дошел падишах до окраины города и видит: сидит плешивец в развалинах и варит плов.

Падишах и говорит ему:

— Дорогой плешивец, я — странник. Помочь страннику — богоугодное дело. Разреши немного у тебя отдохнуть и я тронусь опять в путь.

Согласился плешивец.

Забрался падишах к нему в развалины и стали они вдвоем есть плов. Затем падишах и спрашивает:

— Дорогой плешивец, весь народ в городе стонет от голода. Откуда ты нашел все это для плова?

— Какое твое дело, странник? Как говорят, ешь виноград, а из какого сада — не спрашивай, — ответил плешивей.

Но падишах опять задал ему этот вопрос. Тогда плешивец сказал ему:

— Я собираю и продаю хворост. Все это я добыл своим трудом.

— А если падишах завтра запретит продавать на базаре хворост, что ты тогда будешь делать? — спросил падишах.

— О, странник, что ты волнуешься об этом? Если падишах и потеряет разум, но я-то не дурак. Что-нибудь придумаю, глупо сейчас тужить об этом, — ответил плешивец.

Вернувшись к себе во дворец, падишах запретил торговать хворостом. Наутро плешивец опять насобирал хворост, а ясаулы[72] его даже на базар не пустили. Отправился он тогда на луг, нарвал две-три охапки травы, продал ее и купил кадок рису, кадок масла, кадок мяса, кадок луку и кадок моркови, принес все это в развалины и стал варить плов. Настало время вечернего намаза, снова появился падишах в одежде дервиша, опять вдвоем поели они плов. Потом падишах и спрашивает:

— Ну-ка, дорогой плешивец, скажи мне, где ты взял деньги сегодня на плов?

— Как ты сказал, так и получилось: запретили торговать хворостом. Но я продал траву, — ответил плешивец.

— А что ты будешь делать, если завтра запретят продавать траву? — спросил падишах.

— Не волнуйся, придумаю что-нибудь.

Ушел падишах, а наутро запретили торговлю травой.

«Что же теперь делать?» — шел и думал плешивец. Вдруг видит — мимо пробежала собака, волоча бычью шкуру. Кинул плешивец в нее камнем, отобрал шкуру, намочил хорошенько в воде и сшил пару отанг[73]. Отнес их на базар, продал и купил понемногу всего необходимого для плова. Забрался он к себе в развалины и принялся варить плов. Плов почти был готов, когда опять появился странник. Съели вдвоем плов и опять странник спрашивает, откуда плешивец добыл деньги на плов. Рассказал ему плешивец о шкуре.

Тогда падишах-странник и говорит:

— Ну, ладно. Сегодня ты сумел раздобыть деньги на оду. Если завтра падишах тебя сделает ясаулом и ты должен будешь целый день стоять в карауле у его дверей, как тогда раздобудешь ты деньги на плов?

— Ах, проклятый странник, — рассердился плешивец, — что-то есть в тебе. Как ты скажешь, так падишах и делает. Вставай, убирайся прочь, чтоб я больше не видел тебя здесь.

Ушел падишах, а наутро за плешивцем пришли стражники и повели его во дворец. Падишах назначил его ясаулом и продержал его у своих дверей до самого вечера. Переоделся падишах дервишем и пошел к плешивцу в развалины. Опять в котле поспевает плов. Поели они плов, а падишах и спрашивает:

— Ну, где ж ты сегодня взял деньги на плов?

— Падишах назначил меня ясаулом. Я же продал меч и купил все необходимое для плова, — ответил плешивец.

— А если завтра падишах велит тебе казнить какого-нибудь преступника, что ты будешь делать тогда? — спрашивает падишах.

— Не волнуйся, злой предсказатель! Как говорят, пока топор не придет, плаха отдыхает, — ответил плешивец.

Странник ушел. Наутро пошел плешивец на службу. Вдруг вызывает его падишах и приказывает казнить преступника. Схватил несчастного плешивец, выхватил меч из ножен, а он оказался деревянным. Тогда плешивец быстро склонился перед падишахом и сказал:

— О, владыка мира, в народе говорят, что если осужденный невиновен, то меч палача станет деревянным. Этот человек невиновен, потому-то меч мой и стал деревянным.

Видит падишах, не перехитрить ему плешивца, рассмеялся и отпустил с миром на все четыре стороны.

Жил когда-то в Бухаре один маддох. И был у него хороший голос. Каждую пятницу собирал он у соборной мечети народ и произносил проповедь. Всегда народу вокруг него собиралось много.

Однажды закончил маддох проповедь, собрал с людей деньги и сказал:

— Братья, божьей милостью я одарен способностью творить чудеса. Дайте мне каждый что-нибудь, и я покажу вам чудеса.

В надежде увидеть чудо, люди опять дали деньги маддоху. Много собрал он денег, а потом сказал окружающим:

— Братья, уже поздно, и творец не желает, чтоб я вам показал чудеса. Если в следующую пятницу соберетесь, я покажу вам их.

Сказав так, маддох удалился.

Люди, приговаривая «этот проклятый маддох нас обманул», стали тоже расходиться. Но двое-трое из обманутых очень разозлились и решили, что этого мошенника надо проучить.

— Пока мы не изобьем его, не успокоимся.

И они последовали за маддохом. А маддох жил в одной из медресе[75] Бухары. Пришел он в медресе, поставил котел на очаг и начал готовить плов. Вдруг в его худжру[76] вошли те разозлившиеся слушатели. Маддох сразу понял что их привело к нему, тут же пригласил их войти.

— Добро пожаловать, дорогие гости. Вы пришли вовремя. Сейчас будет готов плов, а пока выпейте по пиалке чаю.

«Гости» видят, что скоро, действительно, поспеет плов. Перемигнулись они и решили сначала съесть плов, а потом проучить маддоха. Уселись они поудобнее, маддох же то и дело подливал им чаю, а сам все говорил и говорил.

— Когда я был молодой, — рассказывал маддох, — у меня был очень хороший и сильный голос. Раз в неделю у эмирского арка[77] я читал проповедь, слушать меня собирался весь народ Бухары. Однажды во время проповеди вдруг я увидел, что в дверях арка стоит красавица и внимательно слушает меня. Увидел я ее и потерял сердце. После этого я стал читать каждый день. Как только я начинал читать, в дверях показывалась эта девушка, а я украдкой любовался ее красотой. Огонь любви все больше и больше сжигал меня. В конце концов в полночь я пришел к арку. Долго я бродил вокруг и около пока не удалось мне обмануть бдительность служителей миршаба и с большими трудностями перелезть через стену. Вижу, во всех комнатах арка темно, лишь освещена одна. Заглянул я в окно, а в комнате спят сорок девушек. Я подумал: «Моя любовь, конечно, тоже здесь». Забрался я в комнату, девушки одна лучше другой. А я и думаю: «Которая же из них та, что толкнула меня на такой смелый поступок?» Пригляделся я как следует и вижу, что моя красавица лежит посредине и в ее изголовье стоит подсвечник, а в нем горят сорок свечей. Хотел я пробраться к ней, да нечаянно ногой задел одну из девушек. Проснулась она да с перепугу подняла шум. Все повскакивали с места и давай кричать: «Эй, вай, вор! Держите вора!»

Говоря это, маддох хлопнул в ладоши и еще раз прокричал:

— Эй, люди, помогите, караул, держите вора!

На крик прибежали ученики медресе со двора. Маддох, указав на «гостей», ученикам сказал:

— Вот они воры, бейте их.

Ученики кинулись на «гостей», избили их и выставили из медресе. Незадачливые «гости» еле вырвались из их рук.

А маддох, довольный своей хитростью, сварил большой котел плова и угостил своих учеников-спасителей.

Жил был длиннобородый суфий[78]. Как-то пошел он в гости к своему соседу. А у того была красавица дочь. Так получилось, что потянуло суфия к девушке.

Пришел он домой, зарезал жирного барана, позвал старосту квартала, угостил его хорошенько, а потом и говорит:

— Я вас еще угощу, но выполните мою просьбу. Будьте сватом. Стрела любви к дочери моего соседа попала в мое сердце, да и сердечко девушки склоняется ко мне.

— Вам шестьдесят лет, а девушке шестнадцать. Согласятся ли ее родители? — засомневался староста.

— Я не пожалею своего богатства, но сделайте так, чтобы они согласились.

Ушел староста. Пообещав много денег и добра, уговорил он родителей девушки.

А девушка была умница. Вот и говорит она:

— Я тоже согласна, но при одном условии: пусть отправится суфий в благородную Бухару. Там есть медресе, где обучают науке о пяти лозах. Пусть изучит он эту науку, а когда вернется, я стану его женой.

Сложил суфий в суму еды и пустился в путь. Долго шел, наконец достиг благородной Бухары. Усталый, он сел на берегу ручейка, достал из сумы лепешку, размочил в воде и только принялся есть, как появилось несколько женщин. Подошли они к суфию и говорят:

— Дедушка, куда вы направляетесь?

— Да вот, свалилось на меня одно дело, из-за него я и пришел сюда.

— А что за дело, дедушка?

— Хочу жениться на шестнадцатилетней девушке, но она поставила условие, чтоб я изучил науку о пяти лозах. Оказывается, в Бухаре есть медресе, где обучают этой науке.

Одна из женщин и говорит:

— Дедушка, не мучайтесь понапрасну, не ищите ту медресе. Я в ней училась и прекрасно знаю эту науку о пяти лозах. Пойдемте ко мне в дом, я обучу вас этой науке.

Встал суфий и пошел с этой женщиной. Вошли они в узкий переулок и остановились перед большими воротами. Женщина сказала:

— Дедушка, это наш дом. Мы сейчас войдем в него, но если вы хотите исполнения вашего желания, делайте все, что я скажу.

Суфий согласился и вслед за женщиной вошел в дом. Женщина привела и усадила его в комнате. Затем вышла и привела с собой какую-то старуху.

— Дедушка, скажите нам свое благородное имя, — сказала женщина.

— Зовут меня Махмадкарим.

— А это моя мачеха. Зовут ее Бибишарифа. Возьмите ее себе в жены.

Суфий, давший слово исполнять все беспрекословно, волей-неволей согласился. В это время в комнату вошли четыре молодца-богатыря. Каждый держал в руке лозу.

— Это мои сыновья, — сказала женщина. — Теперь они — ваши внуки.

Настала ночь. Суфия и старуху оставили одних. А утром увидели, что суфий и старуха спали порознь.

Женщина спросила:

— Дедушка, почему вы спали не вместе?

— Ваша мать — старуха. Меня не тянет к ней, — ответил суфий.

Рассердилась женщина и сказала:

— Вот так дела! Старик не пожелал старуху. Как же шестнадцатилетняя девушка пожелает вас?

Услыхав голос женщины, в комнату вошли четыре молодца-богатыря. Каждый держал в руке лозу. Их мать тоже взяла лозу. Впятером принялись они хлестать суфия, да так, что живого места у того на теле не осталось. Обливаясь кровью, суфий закричал:

— Клянусь, никогда больше не буду зариться на молодых девушек!

— Вот это и есть наука о пяти лозах, — сказала женщина, а сыновья пинками вытолкали суфия за ворота.

Плача и стеная вернулся побитый суфий в свой город. По всем улицам прошел он, крича:

— Так нужно поступать с каждым стариком, который позарится на молодую девушку!