Весна — время перемен, грязи и мусора, пробившегося вместо подснежников. С помятого пакета чипсов, выглядывающего из-под остатков снега, мне улыбалась девушка. Идеальные волосы, белые ровные зубы и, очевидно, хорошая карьера, раз она в свои (сколько ей там? Семнадцать?) юные годы была лицом популярной марки закусок.

А мне тридцать пять, я лежала в грязи, на которой десять секунд назад поскользнулась, и опаздывала на важное собеседование. Однако вставать не спешила. Может, это тот самый знак от вселенной, о котором говорила незнакомая пожилая женщина? (Той я несколько минут назад помогла собрать овощи, выпавшие из разорвавшегося пакета). Может, не стоит менять любимую и спокойную работу библиотекарем на душный офис?

Пять лет назад я уже ушла из подобного места. Годы тишины и покоя. Были бы. Если бы все вокруг не напоминали мне, как много я потеряла, променяв перспективную работу на непонятно что. Наверное, они правы. Я села и отряхнула руки. Нужно собраться и перестать себя жалеть. Вновь встать на путь успеха и достижений. Пойти и получить работу, с зарплаты которой получится летать в отпуск на моря и океаны, чтобы избавиться от стресса, полученного в офисе.

Встав, я ощутила всю тяжесть грязи, пропитавшей мою одежду. Вытерла руки о сухую и чистую часть неудобных брюк и осторожно, одними пальцами, достала из испачканной сумочки мобильник. Говорить пришлось по громкой связи. К счастью, мне удалось корректно объяснить, почему встречу нужно перенести на час. В переговорах я всегда была сильна, не просто так меня звали на должность регионального менеджера. Знали бы только окружающие, как сложно мне дается общение с людьми. Сколько сил и энергии у меня отбирает даже минимальный конфликт. И сколько тревоги вызывает работа, построенная на разборе неурядиц.

Я выдохнула и побежала до дома. Благо далеко уйти не успела. В душ влетела так же быстро, как и вылетела из него. Скорая сушка феном чистых волос и я уже одной ногой в джинсах. Брюки я отстирать не успеваю в любом случае. В привычной, не офисной одежде, я чувствовала себя расслабленно. Жаль, что скоро с этим придется попрощаться. Рабочий дресс-код на новой должности обязывает придерживаться строгого стиля.

В прихожей я обошла ком грязи, представляющий собой перепачканные куртку и ботинки. От остатков былой безбедной жизни у меня был запас приличной одежды и еще одна сумка. Я собиралась бросить в нее мобильник, но тот зазвонил.

— Алло.

— Как прошло? — поинтересовалась мама взволнованно, будто от того, стану ли я вновь менеджером, зависит судьба всего человечества. — Ой, я зря спрашиваю. Тебя наверняка взяли. С твоим-то опытом и рекомендациями. Да и они звали тебя на должность так долго…

— Мам, я еще не дошла до них.

— Что?! Почему? Неужели решила пылью покрываться вместе с книгами в своей библиотеке? Да, кто вообще сейчас читает книги? Ты же сидишь там только потому, что туда никто не ходит. Удивительно, что тебе вообще хоть что-то платят за эту работу. Хотя такие копейки, что их и за деньги считать нельзя. Что будет, когда мы с отцом совсем состаримся? Жить на что будешь?

— Эм, — мялась я. — Так же как и сейчас. На свои деньги.

Мама быстро поняла, что надавить у нее не получилось, и поспешила исправиться:

— Я про ситуацию, если экстренно понадобятся деньги. Вдруг со здоровьем, что случится? Да, ты же, элементарно, отпуск себе позволить не можешь. Вон посмотри на Олесю. Она вот твое место заняла и ездит теперь на мерседесе.

Я слегка отодвинула мобильник от уха, но даже так ощутила всю громкость мер-се-де-са.

— Мам, как марка автомобиля связана с моим здоровьем?

Она стушевалась лишь на секунду:

— Так, что ты была уважаемым человеком, а стала кем?

— Кем? — Долгая пауза непозволительна, учитывая, что я слегка опаздывала уже на перенесенную встречу. — Ладно, пока. Напишу тебе после собеседования. Целую.

Я сбросила вызов, не дожидаясь ответа, и уставилась на мобильник пятилетней давности. Ужасно не хотелось никуда идти, но мать права, я ведь и вправду стала (кем?) неудачником.

Я выдохнула. Цифры на экране сменились. Ровно двенадцать.

Я часто моргала, глядя на ровную улыбку белозубой девушки, уставившуюся на меня с помятой упаковки чипсов. Мой затылок немного побаливал. Наверное, сильно ударилась во время падения.

Я села. Грязь стекала по куртке к земле. Весна точно не мое любимое время года. Я осмотрелась. Все так же, как и было до падения — грязно и серо. Не воодушевляет. Может, настроение испортилось еще сильнее из-за ссоры с матерью? Этого события вроде не было. Ну или у меня крыша поехала.

Я сощурилась на мусор, припорошенный почерневшим снегом. Девушка по-прежнему улыбалась и демонстрировала свою успешность. Я по-прежнему сидела в грязи. Осторожно я достала из перепачканной сумочки мобильник и набрала Эйч Ара.

— Елена, здравствуйте, — излишне доброжелательно говорили из динамика. — Что-то случилось? Надеюсь, вы не передумали насчет работы, а то мы вас очень ждем.

Раздался слабый вежливый смех.

— Да, я просто, — соображать сложно. Мысли крутились вокруг диалога с матерью, которого, судя по всему, не было. Неужели мое сознание само выдумало такую глупость? Хотя мать могла наговорить что-то подобное. — Упала в лужу.

— Вы что? — уточнил Эйч Ар.

— Упала. Ну не прям в лужу. Я уже шла на собеседование и поскользнулась на грязи. Перепачкалась. И не могу же я к вам в таком виде прийти, — закончила я, наконец, мысль.

— Вы ушиблись?

— Нет.

— Тогда приходите.

— Но… — У меня не осталось оправданий. Я замолчала.

— До встречи, Елена. Жду вас через пятнадцать минут.

Гудки. Я спрятала мобильник в сумку и поднялась. В таком виде если охрана пропустит меня в офис, то уже будет чудо. И чудо случилось. Не веря в произошедшее, я поднялась на лифте на третий этаж.

Перед глазами во всей красе предстал офис. Первая половина рабочего дня. Сотрудники уже в делах, но еще не измотаны. Идеальная картинка того, как все и должно функционировать. После обеденного перерыва, наверняка все изменится. Сотрудники начнут поглядывать на время и считать секунды до конца смены, а самые ответственные в запаре будут бегать по офису в попытке успеть невозможное.

Атмосфера знакомая. Я по ней совсем не соскучилась. В библиотеке гораздо приятнее. Там даже весна переносилась терпимее. Вместе с оттепелью в библиотеку приходили любители почитать легкие романы.

Я машинально распрямила спину, пока шла между столов с компьютерами. Офис гудел. Я старалась свыкнуться с шумом. Скоро придется сталкиваться с ним ежедневно. Но разве мер-се-дес не стоит того? А поездки на море? А уважение прежних коллег и гордость родителей за успешную дочь?

Я постучалась и, получив разрешение, вошла в кабинет. Эйч Ар при виде перепачканной меня нисколько не смутился, наоборот, расплылся в очаровательной улыбке:

— Настоящий профессионал. Ничего вам не способно помешать, попасть на работу. Ваша приверженность делу поразительна.

Я выслушала странный комплимент, а затем отклонила предложение присесть. Жаль пачкать стул.

— Хорошо, — согласился Эйч Ар, возвращаясь в свое кресло. — Мы все равно ненадолго. Наша компания так давно за вас борется, что вы уже, должно быть, поняли, что собеседование — это формальность.

Я кивнула. Даже не задумывалась над этим. Потому что мне это было неинтересно. На очередной звонок Эйч Ара я ответила только потому, что тот не вовремя позвонил, когда мать была в гостях. С того момента давление и усилилось. Она и так постоянно подталкивала меня к возвращению на должность с карьерной лестницей, а тут сорвалась и высказала все, что думает по поводу нынешнего места работы. Да так, что я и сама засомневалась, не трачу ли время попусту, перебирая библиотечные книги.

— Как ваш декрет прошел? Не растеряли все навыки коммуникации, пока изучали младенческий? — Эйч Ар, судя по всему, шутил.

Неудачно.

— Я уволилась с прошлого места работы, а не ушла в декрет.

Мужчина кивнул:

— Понимаю, многие работодатели не хотят ждать возвращения сотрудников. Тем более, после первого ребенка часто «идут» за вторым.

Я усмехнулась. Ну хоть понятно, почему они не торопились предлагать мне вакансию сразу после моего ухода, а стали названивать недавно. Решили, что с детьми я разобралась и захочу вернуться в рабочую колею.

Пришлось мягко намекнуть Эйч Ару, что детей у меня нет.

— А почему вы тогда бросили прежнюю должность? — Мужчина вскинул брови.

Вот как. Уже не ушла, а бросила.

— Неэтично с моей стороны сплетничать о прежнем месте работы, — выдала я универсальную отмазку.

И причину не раскрыла, и заработала пару очков доверия. Ведь если не болтаешь о старом начальнике, то и о новом не будешь. Эйч Ар принял ответ и стал задавать нелепые вопросы.

— Кем вы видите себя через пять лет?

Полысевшей от стресса женщиной.

— Региональным менеджером, мне нравится эта должность. Я бы сменила регион, если бы навела порядок в своем.

— Дети?

На подобной должности нет времени на личную жизнь, какие дети?

— Не планируются.

— Чему бы вы хотели посвятить свою жизнь?

Сложный вопрос. Самой жизни?

— Карьере.

Я с трудом сдерживала себя от поглядывания на часы, висящие над Эйч Аром. Секунды, минуты — то, что не вернуть назад. Я не удержалась и подняла взгляд. Стрелка дернулась. Двенадцать.

Солнце слепило. Голова трещала. Кто-то кричал рядом. Перед глазами мелькал силуэт.

— Вы живы? — кричали на меня.

Я резко села. Ладонями вляпалась в грязь.

— Куда же вы так шустро-то? — завопила старушка и придержала меня за плечо, не позволяя встать.

В морщинистом лице я узнала ту, которой помогала собирать овощи.

— Что происходит? — вырвалось у меня.

— Как что? — Старушка замотала руками. — Вы пока мне помогали, обронили, что на собеседование опаздываете, я пошутила, что я со своими овощами была послана, чтобы вас остановить. А вы попрощались и как побежали. Видимо, уж очень на эту работу попасть хотите. А потом как шлепнитесь. Да треск такой был, я думала, у вас кости поломались.

— Да, точно. — Мысли мои прояснялись. — Мне тридцать пять. В самом деле. Если я хочу работать в библиотеке за двадцать пять тысяч рублей в месяц, то я не неудачник, а просто определившаяся со своими желаниями.

Пришедшие в воспаленный мозг, видения проносились одно за другим. Да мне даже в мыслях было жалко те минуты жизни, которые я потратила на ненавистную работу.

— Эм. — Старушка нахмурилась. — Все хорошо у вас?

Я поднялась из грязи:

— Замечательно. Великолепно. Превосходно.

Приятный апрельский воздух наполнил легкие. Все же весна прекрасна. Особенно в библиотеке, куда вместе с теплом приходят любители читать легкие романы. Туда, где душе хорошо и уютно. И как мне в голову пришла идея, тратить жизнь не на саму жизнь? Мне тридцать пять! Когда еще жить, как мне нравится, если не сейчас?