— Блин, Андрей! Ты не брал мои ключи от машины? Не могу найти. — Крикнула я мужу, который как обычно и не думал собираться, хотя мы уже опаздывали.

— Нет, не брал! — услышала гулкий ответ, и чертыхнулась себе под нос.

Хотела поставить машину на прогрев, чтобы одеться и сразу выехать, но всё опять шло не по плану. Ключей нигде не было.

Недолго думая, вышла в прихожую, и залезла мужу в карман куртки. Он слишком часто брал мои ключи за последние полгода, чтобы я верила ему на слово. Но вместо ключей наткнулась там на непонятную коробку.

Достав бирюзовую коробку на свет, обнаружила логотип известного ювелирного бренда, и не смогла сдержать улыбку. Он вспомнил. Я как-то упоминала, что давно присматривалась к украшениям там, но не думала, что он обратил внимание.

Осторожно, словно воришка, я огляделась по сторонам, и аккуратно приоткрыла коробку. А там, на бархатной подложке находился браслет. Красивый. Розовое золото, перламутр…

Так же быстро закрыв коробку, сунула её обратно в карман куртки мужа, и там же обнаружила и свои ключи от машины.

Ну вот и как ему можно было верить? Я подняла глаза к потолку, и покачала головой, но улыбнулась. Настроение поднималось с каждой секундой.

Говорить Андрею ничего не стала, иначе было бы понятно, что я нашла подарок. Я хотела оставить ему чувство, что он по-настоящему меня удивил.

— Так, всё, я готов. — Появился в коридоре муж. На нём был чёрный смокинг, в котором он выглядел обалденно.

Андрей остановился посреди коридора, уставившись в экран телефона. Он как обычно не выпускал его из рук, и даже в нерабочее время с кем-то всё время переписывался.

— Хорошо выглядишь. — Улыбаясь подошла я к мужу, и убрала с его смокинга невидимые пылинки лёгким касанием руки.

— Спасибо. — Кивнул он, продолжая набирать что-то в мобильном.

— Хей, я вообще-то здесь. И тоже хотела бы получить комплимент. — Наверное, в любой другой раз я бы на него обиделась за подобную реакцию, но, что уж греха таить, он подсластил мне вечер своим сюрпризом, который собирался устроить, так что я не могла на него полноценно злиться.

Андрей, наконец, оторвался от гаджета, и оценил мой внешний вид.

Сегодня я была хороша, и сама это знала. Платье для вечера я выбрала ещё пару недель назад, но мужу не показывала. Спереди оно было довольно скромным, просто красиво струилось по фигуре, но, если повернуться спиной… да-да, спина у него была открытой.

— Ты просто обалденно выглядишь, Юля. — Заключил Андрей, глядя на меня. — Самая сексуальная жена на свете. — Он потянулся ко мне, чтобы поцеловать, но я остановила его, вложив между нами руку.

— Никаких поцелуев. Я уже накрасилась, на губах помада. Давай, одеваемся и едем. Уже опаздываем.

Мы отправлялись на новогодний корпоратив в компании мужа. Обычно, это было одно из самых крупных мероприятий в году, и все сотрудники ждали его с нетерпением.

В этом году, корпоратив проходил в современном ресторанном комплексе, который только недавно открылся в нашем городе. Тематикой было казино. Если верить анонсу, то нас ожидало всё, что ассоциировалось у нас с казино, и даже больше. Разумеется, никаких игр на деньги, просто развлечение для искушенной публики.

Когда мы с мужем прибыли в комплекс, народ уже вовсю развлекался.

— Хочешь что-нибудь выпить? — наклонился к моему уху Андрей, а я отрицательно покачала головой.

К тридцати восьми годам алкоголь слишком сильно отражался на моём организме. Это раньше мы могли кутить всю ночь, поспать два часа, и идти на пары. А сейчас, после пары бокалов вина, я не могла встать утром, и была похожа на отёкшее недоразумение. Слишком большая цена за короткое удовольствие.

Пока мы шли вглубь зала к сцене, чтобы муж мог сказать приветственное слово, и официально открыть вечер, с нами со всех сторон здоровались.

«Добрый вечер», «Здравствуйте», «Андрей Борисович, Юлия Аркадьевна, рады вас видеть», и всё тому прочее.

Но почему-то за одно приветствие мой слух зацепился особенно.

— Добрый вечер, Андрей Борисович… — мягким голосом проговорила в нашу сторону стройная брюнетка, абсолютно проигнорировав в приветствии факт моего присутствия рядом с мужем.

Я видела, как Андрей на пару секунд дольше положенного смотрел на неё, и внутри что-то неприятно кольнуло. Хотя причин для ревности, казалось бы, не было.

— Кто это? Я не помню её. Новенькая? — Решила я сразу же утолить своё любопытство, прижавшись к мужу.

— Можно сказать и так. Полгода работает у нас в отделе дизайна. — Я кивнула, и на этом успокоилась. А что я ещё могла?

Вечер продолжал набирать обороты. После приветственного слова мужа, в зале началось настоящее веселье. Тут и там проходили различные игры: рулетка, покер и прочее, даже игровые автоматы откуда-то достали.

Часть людей развлекались играми, часть отплясывали на танцполе, а кто-то, как и я, предпочитал наблюдать за всем со стороны.

Я сидела в вип-ложе, скрытая от посторонних глаз специальным стеклом, которое было прозрачным только с одной стороны, и потягивала лениво свой безалкогольный коктейль, пытаясь понять, когда я стала такой скучной?

— А сейчас, по нашей доброй традиции, я объявляю время подарков! — Зазвучал голос ведущего из динамиков, и я тут же приободрилась.

Мне нравилась эта традиция в компании мужа. Каждый год они играли в Тайного Санту. Сотрудники вытягивали имена друг друга, написанные на бумажках, и готовили для этого человека подарок, который вручали на корпоративе.

Муж, как руководитель, в этом не участвовал. Но у нас с ним появилась своя семейная традиция. Каждый год мы в это время обменивались подарками друг с другом.

— Ну что, время подарков? — Улыбнулась я, повторив слова ведущего. Андрей кивнул, и пошёл к куртке, а я открыла сумочку, чтобы достать подарок, который приготовила для него.

Весь вечер он был в странном настроении, постоянно куда-то выходил, пропадал на какое-то время… Похоже, опять решал рабочие вопросы. Я надеялась, что мой подарок хоть чуть-чуть поднимет ему настроение.

Муж подошел к диванчику, где я сидела, пряча подарок за спиной.

— Давай я первая. — Вызвалась я. — С новым годом, любимый! — я достала подарочную коробочку, и протянула перед собой. — С этим подарком у меня к тебе такое пожелание: чтобы тебе всегда и на всё хватало времени.

— Часы? — улыбнулся Андрей, а я засмеялась.

— Блин, конспиратор из меня, конечно, так себе. Да, часы. Помнишь, ты смотрел на них, когда мы были в отпуске?

— Да ладно, они что ли? Ты с ума сошла? — Андрей округлил глаза. О да, удовольствие было не из дешёвых. — Мне теперь даже неловко дарить свой подарок. Юль, ну мы же так не договаривались. Я мог сам их себе купить. Но спасибо тебе огромное. — Он чмокнул меня в губы.

Конечно, часы были чуть дороже того подарка, что собирался подарить мне Андрей, но в его случае он брал неожиданностью. Я никак не могла ожидать, что он запомнит моё желание. В нашей паре я была внимательной.

— Андрей, перестань прибедняться. И вообще, в подарке, ты же знаешь, главное не цена, а внимание.

— Тогда ладно. Возможно, и мой подарок тебе понравится. С новым годом… — Андрей быстро протянул мне небольшую коробку, упакованную в подарочную бумагу.

А я нахмурилась. Когда он успел упаковать подарок?

Не спуская улыбку с лица, я начала рвать упаковку, чтобы в конце концов добраться до содержимого.

А там, в небольшой белой коробке находился шелковый шарф.

— Шарф? — словно не веря своим глазам переспросила я.

— Ну да, ты же носишь такие… Ты чего? Не понравился?

Он задавал мне вопросы, а я никак не могла сложить в своей голове два плюс два. Если мне он подарил шарф, то для кого тогда был браслет? И что вообще всё это значило?

— Нет, что ты, понравился конечно… — актриса из меня всегда была так себе. Поэтому я выбрала самую верную тактику. — Просто голова резко заболела. Я схожу до туалета, умоюсь.

— Пойдём, провожу тебя вниз. Заодно посмотрю, как там проходит вручение подарков.

Мы вместе спустились по лестнице, и я тут же направилась в сторону туалетов. Мне нужно было время чтобы понять, что именно сейчас так зудело внутри.

Я подошла к раковине, и взглянула на себя в зеркало. Почему-то я больше не казалась себе красивой, в отличие от начала вечера.

На меня смотрела уставшая и немного напуганная женщина тридцати восьми лет. Светлые крашеные волосы, полностью натуральное лицо, без филлеров и прочих инъекций. Мне говорили, что мне не дать больше тридцати двух, но сейчас я выглядела на свой возраст. Даже профессионально наложенный макияж не делал ситуацию лучше.

То ли здесь так падал свет, а, может, всё дело было в выражении лица?

Что именно меня так зацепило? Я прикрыла глаза, прокручивая, как мы с Андреем обменивались подарками. Вот оно.

Больше всего меня беспокоило не то, что Андрей подарил мне шарф, причём такой же, как у меня уже был, но он, конечно, этого не помнил. Нет, мне было не обидно, что я постаралась с подарком, а он нет. Мужчины в целом, по моему мнению, были не сильны в этом искусстве.

И даже то, что я рассчитывала получить браслет меня не так сейчас тревожило.

Самый большой вопрос был: если этот браслет был не для меня, то для кого? Ведь неспроста же он положил его в куртку перед выездом на корпоратив?

Я уже хотела выйти из туалета, когда дверь открылась, и вошла та самая брюнетка, которая привлекла моё внимание у входа. Наверное, мне не стоило задерживаться, ведь причин для этого не было, но я затормозила.

А взгляд зацепился за браслет из розового золота с перламутром, который был у неё на руке. Такой же, как я планировала получить сегодня в качестве подарка.

И вот в чём вопрос: был ли он на ней в начале вечера?

Я сделала вид, что только что вышла из кабинки, и встала рядом с девушкой, поправляющей макияж, начав мыть руки.

— Как вам вечер? — Я старалась улыбаться как можно более непринужденно, но, как я уже говорила, актёрский талант был не самой моей сильной стороной.

Девушка перевела на меня взгляд, будто только сейчас заметила, что была здесь не одна. Вот у кого можно было учиться.

— Вы же жена Андрея…Борисовича? Не так ли? — Она достала помаду, но не подкрашивала губы, ожидая моего ответа.

— Да. — Я перекрыла воду в кране и взяла бумажное полотенце. — Юлия Аркадьевна. Но можно просто Юлия. Приятно познакомиться.

Девушка кивнула, и открыла помаду, начав наносить на губы. С её стороны это было не слишком вежливо. По правилам этикета ей тоже нужно было представиться.

— Так как вам вечер? Пробовали уже сыграть во что-нибудь? — Попыталась я ещё раз завести с ней беседу.

— Нормально. — Сдержано ответила она, чуть поджав губы. Своими ответами и реакциями она ставила меня в абсолютнейший тупик.

Так что я предприняла последнюю попытку выяснить то, что меня интересовало. В конце концов, что я теряла?

— У вас красивый браслет. Я где-то видела подобный, но не могу вспомнить где именно. Не подскажете, где его можно купить и за сколько?

— Не знаю, это подарок. — Ответила девушка. Мне показалось на долю секунды, что, говоря про подарок, она попыталась скрыть улыбку. Но это было так быстро, что я не была уверена. А потом она закрыла помаду, забросила её в сумочку, и вышла из туалета, словно я достала её своими вопросами, не давая ей насладиться долгожданной тишиной.

— Вот и поговорили. — В тишину туалетной комнаты сказал я, и вышла за девушкой следом.

В зале гремела музыка, я огляделась, пытаясь найти мужа, но его нигде не было. Поднялась обратно в вип-кабинку, но и там было пусто. Найдя телефон, набрала ему, но вместо ответа мне пришлось слушать гудки.

— Да чтоб тебя! — Разочарованно села я на диван. Телефон зазвонил через пару минут. Это был Андрей.

— Андрей, ты где?

— Малыш, мне пришлось отъехать срочно по делам, прости, что не успел предупредить тебя, но позвонили прямо пока ты была в туалете, и пришлось бежать. Тут у нас ЧП небольшое.

— Когда ты вернешься?

— Я боюсь, что на вечере уже не появлюсь, не знаю, когда получится вырваться. Но ты оторвись там за нас двоих, ладно? Ещё раз спасибо за подарок. Теперь с меня что-то крутое, я подумаю. Люблю тебя. — Андрей положил трубку.

Я смотрела со второго этажа на танцующих сотрудников компании моего мужа, и не понимала, что я вообще здесь делала? Так ждала этот вечер, готовилась… а в итоге всё вышло совсем не так, как я хотела.

Зачем я полезла к мужу в карманы? Теперь никак не могла выкинуть из головы этот дурацкий браслет, и ту фифу с темными волосами.

Я даже у себя в голове не хотела признаваться в том, на какие мысли меня всё это наводило. Нет, ну не может же быть так? Хоть у кого, но не у нас с Андреем. Мы же почти двадцать лет вместе…

Решительно взяла свою сумочку и вышла сначала из випки, а после вообще из комплекса, на ходу вызывая такси.

Но поехала я не домой.

Смотря на часы, понимала, что уже поздно, но мне нужно было знать.

— Юля? — удивленно произнёс брат, открыв мне дверь. — Что-то случилось?

— Пока не знаю. — Честно ответила я. — Кость, я знаю, что Андрей твой лучший друг, но я твоя родная сестра. Скажи, если бы он мне изменял, ты бы мне сказал?

Брат стоял на входе в квартиру с абсолютно непробиваемым лицом.

— Заходи. — Тяжело выдохнул он, открывая дверь шире. Я прошла внутрь, и глаза сразу зацепились за полуголую девицу, лежащую на диване в гостиной.

— Если у тебя гости, мог бы сказать, я бы пришла завтра.

Костя повернулся к гостиной, и довольно громко крикнул.

— Хей, как там тебя? Катя? Кристина?

Девушка приподнялась на локте, придерживая простынь на своей груди, чтобы не оказаться совсем голой передо мной, и возмущенно нахмурилась.

— Карина. — Бросила она моему брату.

— Прости, малыш. Планы поменялись, тебе придётся уйти. Я сейчас вызову тебе такси. — Девушка не двигалась, не веря своим ушам, а зря.

Я знала своего брата, и он действительно собирался сделать то, что сказал. Если она надеялась, переспав с ним, привязать его к себе, то прогадала. Он был птицей свободного полёта, и, как я его ни ругала за это, до сих пор в свои сорок продолжал вести довольно разгульный образ жизни, не желая остепениться.

Он был женат. Женился рано, в двадцать лет, и по большой взаимной любви. Вот только так случилось, что его жена пробыла с ним совсем недолго. И нет, она не ушла. Не изменяла ему. Просто абсолютно случайно у неё нашли серьезное заболевание, от которого она «сгорела» за пару лет.

С тех пор Костя не встретил женщину, которая смогла бы растопить ему сердце. У меня было ощущение, что он до сих пор любил свою Олесю. Поэтому всё, что ему нужно было от женщин — это удовлетворение физических потребностей.

Я прошла на кухню, чтобы не смущать гостью брата ещё больше, и, когда входная дверь с грохотом захлопнулась, в кухню зашёл и сам Костя.

— Вообще, это было немного грубо выгонять её вот так.

— Она знала изначально на что соглашалась, я никогда никому ничего не обещаю, сразу говорю, чтобы не строили планов на мой счёт. Но каждый раз они придумывают себе что-то, и верят, что уж они-то будут особенными. Чай, кофе?

— На ночь глядя? А хотя, чёрт с ним. Давай кофе, а то мне кажется, что у меня мозги уже потекли, и что я придумываю себе всякую чушь.

Брат молча подошел к кофемашине, что-то нажал, и кухня стала наполняться ароматом свежесваренного кофе.

— Ну так что? Я так понимаю, Андрей что-то натворил? Ты его в чём-то подозреваешь?

Мой брат и мой муж были лучшими друзьями. Всё было просто, а, может, местами даже романтично.

Младшая сестра влюбилась в лучшего друга своего брата… Но мне повезло. В отличие от многих подобных историй моя привела к счастливому финалу.

Оказалось, что Андрей тоже был в меня влюблен. И сначала даже, когда мне было семнадцать, а ему девятнадцать, мы встречались тайно. Целовались по углам, чтобы нас никто не увидел.

Потом Костя случайно узнал о наших отношениях. И набил Андрею морду. Хотя, мнения о том, кто кому надавал тогда до сих пор разнились в зависимости от рассказчика. По итогу, они не разговаривали, наверное, неделю. Но Костя в конце концов оттаял, позволив нам встречаться. Правда, пригрозил Андрею, что оторвёт ему все конечности, если что-то пойдёт не так.

Ну а дальше, Андрей сделал мне предложение, мы поженились, когда мне было восемнадцать, а ему двадцать. В наш брак никто не верил, нас отговаривали, но прошло двадцать лет, а мы до сих пор были женаты, а Костя с Андреем до сих пор были лучшими друзьями.

— Я не знаю. На самом деле, ничего конкретного. Может, я сошла с ума и придираюсь, но… — И я рассказала ему про браслет.

Про то, что нашла его в кармане Андрея, думая, что это подарок мне, а подарил он мне в итоге шарф, и про то, как странно муж поздоровался с одной из своих сотрудниц, а во второй половине вечера я увидела у неё на запястье ттакой же браслет…

После того, как я закончила рассказ, брат какое-то время молчал.

— Не молчи, пожалуйста. Думаешь, он мне изменяет с этой девицей? — Я подняла глаза на брата. Я держалась весь вечер, но сейчас, в его присутствии, почему-то раскисла, и на глаза стали набегать слёзы. — Никто не будет дарить браслеты за такие деньги обычным сотрудникам. Но я могу понять, она молодая, стройная, у неё ещё всё впереди. И детей она ему ещё, наверное, сможет родить.

Я всхлипнула, но быстро убрала выкатившуюся слезу тыльной стороной ладони.

— Перестань, Юль. Пока известно лишь то, что у него в кармане был браслет. И такой же браслет был на руке у этой девушки.

— А ещё, после того, как он ушел из-за своего «ЧП», — произнося ЧП я изобразила пальцами подобие кавычек, — я её тоже в зале больше не видела. Наверное, они вместе куда-то поехали.

— А может не будем придумывать то, чего нет? Ты вот мне скажи. Мог у неё браслет этот быть с начала вечера, а ты просто его не заметила?

Я смотрела на брата исподлобья, вертя в руках чашку кофе.

— Ну, теоретически мог.

— А браслет, который ты нашла в кармане у Андрюхи, мог быть подарком тебе на сам новый год? А не на дурацкий обмен подарками во время корпоратива.

— Тоже да, но…

— Давай без «но». На часах почти полночь. Я хочу спать. А ты поменьше думай, вот тебе мой совет. — И брат в наглую начал выпроваживать меня к выходу.

— Я вообще-то без машины.

— И тебе сейчас такси вызову. Пусть таксисты думают, что у меня тут бордель. — Улыбнулся брат, и я не смогла сдержать ответной улыбки.

Отъезжая от дома брата, я смотрела в окно, и чувствовала себя намного лучше. Всё же, я правильно сделала, что приехала. Костя всегда мог подобрать нужные слова и наставить меня на путь истинный.

Жаль только я не знала, что на самом деле это было лишь лёгкое затишье перед бурей.

Наш дом встретил меня тишиной.

Это была идея Андрея переехать загород. Мне всегда по душе была суета города, там я чувствовала себя живой, частью большого механизма.

Здесь же приходилось прислушиваться к себе, чаще обращать внимание на то, что творилось внутри, мне это не нравилось.

В этом большом доме, явно предназначенном для большой семьи, я острее чувствовала свою неполноценность.

У нас с Андреем не было детей. И это было не наше с ним решение, мы всегда мечтали о ребёнке.

Сколько было пройдено врачей, сколько пролито слёз. Как итог — оба здоровы, объективной причины для не наступления беременности не было.

В интернете писали про несовместимость, астролог уверяла, что у меня не было кармической задачи «быть матерью», а у нас с годами опускались руки.

ЭКО и усыновление мы не рассматривали. Можно было сколько угодно рассуждать на эту тему, но муж хотел только своих детей, а я не соглашалась на вмешательство в мой организм.

Пятнадцать лет попыток, это не год и не два. А как резали ножом по сердцу все эти неуместные вопросы и комментарии: «А когда детки?», «Пора бы уже детей», «Часики то тикают».

Мне не нужно было это повторять. Я слышала это тиканье постоянно в своей голове. И в какой-то момент честно сказала мужу, что сдаюсь. Устала от ожидания, от разочарования, ощущения упущенной возможности.

Два года назад мы перестали пытаться. Нет, секс в наших отношениях по-прежнему присутствовал. Конечно, не в том объеме, как когда нам было по двадцать, но мы всё ещё наслаждались телами друг друга, чувствовали желание. Только я перестала каждый месяц прислушиваться к своему телу, выдавать желаемое за действительное, делать бесконечные тесты на беременность.

Мы приняли, что проведём эту жизнь вдвоём. Может, такова была наша судьба?

Сбросив обувь, я крикнула имя мужа:

— Андрей? — Но ответом мне прослужила всё та же тишина.

Даже не включая свет, я прошла на кухню, и налила себе воды. Вместе со стаканом с громким выдохом села на диван, и уставилась вперёд в темноту.

Сна не было ни в одном глазу.

То ли дело было в выпитом у брата кофе, то ли я всё ещё цеплялась в голове за ту брюнетку с корпоратива, хотя мне и показалось, что брат меня успокоил…

Проснулась от того, как муж брал меня на руки, и нёс на второй этаж в спальню.

Вот так парадокс. Меня вырубило, хотя казалось, что не усну.

— Спи, спи. — Прошептал Андрей, когда я приоткрыла глаза, и я тут же послушалась его, обратно их закрыв. Вот только мозг уже начал работать.

Он положил меня на кровать, и накрыл пледом, а сам ушёл в ванную, откуда почти сразу стал слышен звук льющейся воды.

Я открыла глаза и посмотрела на часы, стоящие на тумбе. Полчетвертого утра. Так долго он ещё не задерживался.

Вздохнув, я встала, и начала раздеваться. Не любила спать в одежде.

Переодевшись в комплект для сна нырнула под одеяло. Прохладные простыни вызвали на коже толпу мурашек. Я закрыла глаза, пытаясь провалиться в сон, но на этот раз голова оставалась включенной.

Через пару минут звук душа перестал быть слышен, и Андрей вернулся в комнату.

Я слышала, как он сел на кровать, но долго не ложился, и открыла глаза, чтобы посмотреть, что он делал.

Передо мной была мощная спина мужа. Он сидел на своей половине кровати, закрыв лицо руками, и, похоже, о чём-то сосредоточенно думал.

— Как ваше ЧП на работе? — тихо спросила я. Андрей вздрогнул.

— Пока непонятно. — Муж тоже лёг под одеяло, и повернулся ко мне, вглядываясь сквозь темноту в моё лицо.

— Поделишься? Может, я что-то смогу подсказать? — мне показалось, что по лицу Андрея пробежала тень, но я списала всё на игру воображения.

— Боюсь, проблему придётся решать мне. И ответственность за выбор, который предстоит сделать, тоже должна быть только на мне. Всё слишком запутано.

Я кивнула, продолжив рассматривать мужа. Но, через несколько минут молчания прикрыла глаза, и повернулась к нему спиной.

Тяжёлая рука Андрея обвила меня за талию, притянув к себе. Так, что наши тела сложились словно два кусочка паззла.

Я уже засыпала, когда решилась ещё на один вопрос:

— Андрей, ты спишь?

— Почти. Что такое?

— Ты меня всё ещё любишь? Только честно.

— Конечно, люблю. Почему спрашиваешь? — Мне показалось, что тело мужа сзади меня напряглось.

— Просто. Иногда хочется услышать, что есть человек, который любит меня просто так, и всегда будет со мной. От этого становится спокойнее. Я тоже тебя люблю. Спокойной ночи.

После слов мужа, моё тело расслабилось и сознание начало уплывать в царство Морфея. И я не знаю, сон ли это был, или ещё нет, но мне показалось, что прямо перед тем, как окончательно заснуть, я почувствовала, что Андрей снова встал с кровати, и куда-то ушёл из нашей спальни.

Когда я проснулась, вторая половина кровати была пуста. На улице было светло, но небо затянуто тучами.

Я не любила долго валяться в постели, и сразу встала. Накинула шёлковый халат поверх комплекта для сна из такой же ткани, и подошла к окну. От серости вокруг внутри стало тревожно.

Машина мужа ещё стояла у дома, это значило либо то, что он опять уехал на моей, либо, что он ещё был дома.

Я посмотрела на половину кровати мужа, она была почти не смята. Словно после того как он ночью вышел из спальни, он больше не возвращался.

Спускаясь вниз, услышала голос мужа из кабинета. Иногда он оставался работать из дома, если мог позволить себе не появляться в офисе. Похоже, сегодня был такой день. Я улыбнулась. Мне нравилось, когда так происходило. Пусть у нас не было времени на то, чтобы побыть вместе, потому что дома он работал ничуть не меньше, чем в офисе, но мы могли вместе пообедать, да и вообще, просто чувствуя его рядом, мне было лучше.

На кухонном столе стояла недопитая чашка кофе, и я взяла её и вылила остатки содержимого в раковину, запустив параллельно кофемашину, чтобы она приготовила мне свежесваренный.

— Ты сегодня рано. — Услышала я сзади и обернулась. Андрей стоял за моей спиной, у кухонного острова, поставив руки на столешницу.

— Так встала. — Пожала я плечами. — Тебе сделать ещё кофе? Я вылила твой, который был на столе. Он остыл.

— Нет. Во мне и так уже слишком много кофеина. Я почти не спал ночью, это была уже четвёртая чашка.

Я повернулась, и внимательно посмотрела на мужа. Он выглядел уставшим. Значит, мне не показалось, что он вчера ушёл из спальни.

— Поделишься своими переживаниями? — Я взяла чистую чашку, и влила в неё вспененное молоко, после чего туда же отправилась порция эспрессо.

— Не забивай себе голову. — Покачал головой муж. Мне не нравилось, что он не делился со мной тем, что его беспокоило.

Я села напротив, и накрыла его ладонь своей. Своеобразный жест моей поддержки.

— Ты работаешь сегодня? — Перевёл на меня взгляд Андрей, сменив тему.

— Да. У меня созвон с клиентом через… — Я посмотрела на часы, висевшие над дверью. — через час. И потом нужно ехать в суд, отвезти кое-какие документы.

Я работала юристом. Когда-то давно начала работать как штатный юрист в маленькой компании, поднималась по карьерной лестнице, переходя от должности к должности, меняя компании на более крупные, а несколько лет назад ушла в частную практику.

Теперь оказывала различную юридическую помощь организациям и физическим лицам, и вела одну компанию полностью.

Конечно, основным источником дохода в нашей семье был муж. Но мне нравилось, что у меня были свои деньги. Тем более, чем бы ещё я занималась, если бы не работала? Сидеть дома и ходить по салонам красоты было не для меня.

Мы сидели, и каждый думал о своём. Кофе медленно остывал, а в душе всё больше нарастала тревога.

Нет. Я так не могла. Мне нужно было знать, и плевать, что там говорил Костя.

— Слушай, я хотела тебе кое в чём признаться и спросить. Знаю, это, возможно, глупо, и Костя сказал мне…

Я не успела закончить, потому что у Андрея зазвонил телефон.

— Как раз Костя звонит. — Отошёл на пару шагов Андрей. — Я поговорю, и мы продолжим. — Он посмотрел на телефон, и принял вызов. — Привет, старик…

Муж ушёл снова в сторону кабинета, а я тяжело вздохнула, поставила руки локтями на стол, и закрыла лицо. Ненавидела подобные ситуации.

Конечно, я была уверена, что это окажется глупым недоразумением, но сейчас сердце предательски щемило.

Да что они там обсуждали? Я не могла больше ждать, иначе меня бы разорвало от скопившихся эмоций.

Повинуясь порыву, я пошла в сторону кабинета Андрея, и без стука резким движением открыла дверь.

Андрей стоял в середине комнаты ко мне лицом, и увидел меня, как только я вошла.

— Да, я тебя услышал. — Твёрдо проговорил он. Попытался выйти, пройдя мимо меня, но я перегородила ему путь.

— Потом договорите. Мне нужно кое-что спросить у тебя. — Тихо сказала я.

«И, если я ещё раз увижу тебя с этой шмарой, или услышу про неё, оторву причиндалы тебе своими руками. Не да бог Юля что-то узнает!» — Резкий голос брата звучал из телефона мужа так громко, что не услышал бы его только глухой.

Андрей отключился от звонка, смотря прямо на меня. Он тоже понимал, что я всё слышала.

В горле встал ком. Я пыталась что-то сказать, но ничего не выходило. Обманывать себя и дальше было бесполезно.

Мне не показалось. Это было не совпадением. Получалось, Костя знал, и ничего мне не сказал?

Удар сердца. Ещё удар.

У моего мужа была любовница.

Я прочистила горло и прошептала, давая ему последний шанс:

— Я надеюсь, это не то, что я подумала?

В комнате воцарилась звенящая тишина. А я, глядя на мужа, который весь словно как-то осунулся, знала ответ ещё до того, как он его произнёс:

— Нет. Ты всё правильно поняла. Юль, я совершил одну большую ошибку…

Моё тело реагировало на новости быстрее, чем я. Я оцепенела, кожу покалывало, а я смотрела на Андрея, и, несмотря на то, что он русским языком мне чётко всё только что сказал, не хотела верить.

— Брюнетка с корпоратива, да? — тихо спросила я.

Андрей тяжело сглотнул, и кивнул, следя за моей реакцией, и напрягшийся, будто я сейчас могла сорваться с места и убежать, а он бы за мной погнался.

Я медленно прошла мимо него, и села на край дивана. Нет, я не собиралась бежать. Мне нужно было знать всё, чтобы принять решение.

— Так и будешь молчать? Мне кажется, за двадцать лет я заслужила хотя бы того, чтобы узнать чуть больше. Я, конечно, могу и сама попытаться угадать, но лучше тебе рассказать самому.

— Всё, что тебе нужно знать, это что я переспал с другой. — Ауч. Было больно. Андрей сначала уставился на носки своих ботинок, а потом резко поднял глаза, смотря на меня.

А я… Я чувствовала, как медленно, кирпичик за кирпичиком разрушается то, как я себе в голове представляла нашу жизнь.

Он говорил об этом, словно это не должно было полностью перевернуть наши отношения. Словно мы могли сейчас поругаться, помириться, и жить с этим дальше.

— Это был один раз, и больше не повторится. — Я видела, что он не говорил мне всё. Видела, что за его взглядом скрывалось большее.

— И всё? Без извинений, просьб не уходить? Это должно было меня утешить? И сколько у тебя было таких одноразовых приключений за нашу семейную жизнь?

— Нисколько. Ты знаешь это сама. Если бы что-то и было, ты бы давно заметила.

Я кивала, смотря в пол, и пытаясь как-то осмыслить всё, что говорил мне муж. А Андрей начал расхаживать по комнате, зарывшись руками в волосах.

Мой муж завёл интрижку на стороне… Это было уму не постижимо!

И почему он так себя вёл? Почему не умолял дать ему шанс, не просил на коленях простить. Знал же моё отношения к изменам. Мы обсуждали эту тему, я говорила, что не буду мириться, что я уйду.

— Что я делала не так? В чём была проблема? Я не пилила тебе мозги, была готова на эксперименты в спальне, следила за домом, старалась быть другом. Что ещё было тебе нужно, Андрей?

— В том-то и дело, Юль, ты идеальная. А мне всегда приходится соответствовать. Быть достойным тебя. Даже сейчас, смотри, я сказал тебе, что переспал с другой, а ты, вместо того чтобы убежать и начать собирать вещи, или дать мне по морде, устроить истерику, сидишь и разговариваешь со мной тут.

— А ты бы хотел истерику? Тебе нужна была истеричка всё это время? — Я запуталась, не понимая, к чему он клонит.

— Нет. — Андрей схватил переносицу двумя пальцами.

— Знаешь, — я поднялась с дивана, и вполоборота встала к двери, — если я не кричу и не плачу, это не значит, что мне не больно. Я так понимаю, это все оправдания, которых ты меня удостоишь… — кадык Андрея дернулся. Я ещё не осознавала происходящего. Пока работал только мозг. Сердце отказывалось верить. — Я хотела разобраться по-человечески, но, кажется, это не наш вариант.

Я пошла к двери, когда Андрей начал говорить.

— Она пришла к нам в компанию полгода назад. Сначала не обратил на неё абсолютно никакого внимания, но потом чем-то зацепила. Мелькала постоянно передо мной, флиртовала. До этого женщины себе такого не позволяли. Знали, что я женат. А эта не испугалась. А ещё, она была совсем не похожа на тебя, как противоположность.

— Что, захотелось разнообразия? — скривилась я.

— Да. Представь себе. Я прожил с одной женщиной двадцать лет. И с тобой у меня были первые и последние серьезные отношения. И я забыл уже, каково это, когда тобой восхищаются, смотрят в рот, ловят каждое твоё слово.

— Значит, вот что тебе было нужно? А я до сих пор помню твою клятву в день нашей свадьбы. Что пока я с тобой, тебе не нужен будет больше никто. — Предательские слёзы начали подступать к глазам, но я глубоко вздохнула, отгоняя их подальше.

— Мне никто и не нужен был. Я боролся с собой, изо всех сил. Старался отгонять не те мысли, не поддаваться соблазну. Но она словно специально вилась рядом со мной каждый день, пытаясь влезть в голову.

— Ты не хуже меня знаешь, что, если бы хотел, то мог уволить её. Вывод очевиден.

— А я и пригласил её на разговор. Собирался договориться, чтобы она написала заявление по собственному.

— И что же помешало?

— В тот день всё и произошло.

Я начала тереть глаза и лицо. От всей этой информации хотелось умыться, я чувствовала себя грязной.

— Когда это было? — Спросила я.

— Месяц назад. — Ответил Андрей, а я быстро сократила между нами дистанцию, и замахнулась, чтобы влепить ему пощечину, но он перехватил мою руку.

— Сволочь! Хотел истеричку? Ты сейчас получишь её! Да я же после неё спала с тобой! Как у тебя совести хватило трахать какую-то подстилку, а потом идти домой, и как ни в чём не бывало заниматься сексом со мной?!

— Успокойся, Юля. Не делай то, о чём можешь пожалеть.

— А я уже сделала. Уже жалею, что так слепо верила тебе. И потеряла грёбаных двадцать лет! Этого недостаточно?

— После того, как мы переспали, я сразу понял, что это была ошибка. Все мысли о ней сразу перестали меня беспокоить, и я осознал, что мне не надо было этого делать, но уже было ничего не исправить. Ты даже не представляешь, какое чувство вины я испытывал весь этот месяц.

— Не представляю. И, знаешь, что? Мне посрать на твоё чувство вины. — Я выдернула руку из захвата Андрея, и снова повернулась к двери, на этот раз собираясь уйти.

Слушать о бурной личной жизни мужа больше не хотелось.

— Я хотел порвать с ней на корпоративе. Сказать, что ей не на что больше надеяться. Завершить всё по-человечески.

— Хотел? И что же помешало? Браслет оказался недостаточными отступными для неё? Что ты так смотришь? Да, я знаю о браслете. Или, может, она на корпоративе снова случайно упала головой на твой член?

Андрей молчал, и я восприняла его молчание как подтверждение своих слов. Но он продолжил, как только я открыла дверь, чтобы выйти из кабинета.

— Она беременна, Юль.

Я так и застыла в дверях спиной к Андрею.

Это был удар ниже пояса. Что-то, с чем я вряд ли могла справиться.

Не став дожидаться, пока он скажет что-то ещё, я хлопнула дверью кабинета, и пошла наверх. По иронии судьбы, кабинет для меня мы сделали из детской. Она же нам была не нужна…

Я влетела в комнату, закрыла дверь, и, словно чувствуя, что это необходимо, повернула замок изнутри.

А потом прислонилась к двери спиной, и начала медленно сползать. Внутри меня всё умирало. От боли, непонимания, неоправданных надежд…

За что вселенная была со мной так жестока? Какой урок я должна была из этого вынести? Пока, кроме того, что мне хотелось умереть, я ничего не чувствовала.

Оказавшись на полу, я откинула голову назад на дверь, и посмотрела на потолок. Он начал расплываться, потому что глаза застилали слёзы, готовые вот-вот пролиться.

Я не была плаксой, но эмоции требовали выхода. Мне было жалко себя.

Тяжёлые капли покатились по моим щекам, и я всхлипнула. Неожиданно громко. Словно запуская цепную реакцию рыдания. Потому что после первого всхлипа я уже не могла остановиться.

Медленно я перешла в лежачее положение, прямо там же, на полу у двери. Свернулась калачиком, притянув колени к груди, и плакала, оплакивая свой брак. В моей голове сегодня он умер.

Наверное, из-за слёз у меня заложило уши, поэтому я не слышала шаги в коридоре.

Ручка двери в комнату повернулась, но дверь не открылась из-за замка.

— Юль, ты что там, плачешь? — услышала я вкрадчивый голос Андрея. В нём тоже была грусть и боль. Но мне хотелось послать его к чёрту. Умножить его боль в миллиарды раз, чтобы его разорвало от неё нахрен. — Юль…

Муж постучался в дверь.

— Убирайся отсюда. Не хочу тебя ни видеть, ни слышать. Вали к своей беременной любовнице.

Проговорив вслух то, что любовница мужа беременна, я запустила очередной поток слёз.

— Юль, прости меня, пожалуйста. Я знаю, что мои слова сейчас ничего не значат. Но последнее, что мне хотелось, это сделать тебе больно. Чтобы ты чувствовала себя плохо. Я этого не хотел, правда.

— Засунь свои извинения знаешь, куда? Да ты не просто сделал мне больно, ты убил меня, Андрей. Выбросил в грязь, придавил ногой и растоптал. Вот что ты сделал.

В кармане завибрировал телефон. Напоминание о предстоящей встрече. Я была явно не в состоянии сейчас для видеозвонков.

Сделав несколько глубоких вдохов и выдохов, и убедившись, что голос не срывается на плачь, я набрала номер клиента. Под звуки голоса мужа, который всё ещё пытался что-то сказать мне сквозь дверь.

— Алло, Светлана Валентиновна, доброе утро. Я звоню вам предупредить, что не смогу с вами созвониться по видео и обсудить ваши вопросы. Возникли срочные дела личного характера. Приношу свои извинения.

…

— Да, хорошо, я напишу вам когда будет удобно в другое время созвониться. Нет, ничего страшного, сама разберусь, помощь не нужна. Спасибо за понимание. Да. До свидания.

Я отключилась, и кинула телефон на стол, стоящий справа от меня.

— Юля, я не знаю, что мне делать… — Донеслось тихое из-за двери.

Я подошла и открыла быстро замок, после чего резким движением распахнула дверь.

— Давай, добивай меня. Что ты не знаешь? Мне помочь тебе сделать выбор?

— Нет, я не это хотел сказать, и ты знаешь. — Андрей стоял за дверью, такой красивый, родной. Возвышался надо мной своей могучей фигурой, сводящей меня с ума. И как он мог всё испоганить.

— Нет, не знаю. Я не экстрасенс.

— Пожалуйста, больше не плачь. Я не выношу твои слёзы, у меня душа разрывается… — Он потянулся к моей щеке, наверное, намереваясь вытереть её от мокрых следов, но я уклонилась.

— А она у тебя есть? Душа эта. Никакого выбора у тебя нет. Андрей. Потому что не из кого выбирать. Если ты думаешь, что я смогу простить твою измену, и что буду спокойно ждать, пока ты будешь ходить общаться со своим ребёнком, то ты ошибаешься. Выбирать не из кого, потому что меня ты выбрать уже не можешь. Всё просто. Иди к своей девке.

— Юль, ну мы же двадцать лет с тобой. Как же я…

— Как же ты? — Мою плотину гнева прорвало. Фразу я не просто сказала громко, я кричала её. — Как же ты? Это всё, что тебя волнует? Двадцать грёбаных лет, Андрей! Мне тридцать восемь, и я остаюсь одна! А тебя интересует как же ты? Да в жопу ты пошёл! Ненавижу тебя!

На последних словах Андрей сумел как-то перехватить меня, и зажать в своих объятиях. Я продолжала брыкаться, бить его, кричать, рыдать, но он не отпускал, крепко прижимая меня к себе.

— Я не умею жить без тебя, Юль… — шептал он, а я била его по плечам, спине, срывая свою злость, он позволял мне это. Вот только легче не становилось.

Наоборот. Эта дыра внутри разрасталась всё больше. Словно мою душу подожгли, и она тлела, и ничто не способно было это остановить пока она не сгорит дотла.

В руках Андрея было тепло. Привычно. Но просто невыносимо.

Невыносимо от мысли, что он так же держал другую. Я больше не чувствовала эксклюзивности, не могла поверить, что ему не всё равно с кем. Он больше не был моим Андреем.

Чужой мужчина, с которым я бок о бок прожила больший период своей жизни, чем без него.

Я перестала брыкаться, наверное, поэтому он ослабил свой захват. Так что я тут же воспользовалась этим, отстранившись.

Горло саднило от рыданий, лицо казалось заплывшим, и, скорее всего, таким и было. Голова начала кружиться, наверное, от пережитого потрясения, и я присела на рабочее кресло.

— Уйди, пожалуйста. — Не своим голосом произнесла я. Нижняя губа всё ещё подрагивала.

— Я не хотел, чтобы так вышло. Если бы ты могла почувствовать, что у меня сейчас внутри. Юль… — Муж сделал пару шагов мне на встречу, но замер, столкнувшись с моим взглядом. А я постаралась вложить в него всё, что чувствовала я: боль, разочарование, непонимание. — Я тебе чай сделаю. Ромашковый, как ты любишь. Буду внизу. Как будешь готова поговорить, спускайся. — Произнёс он, разворачиваясь к двери.

— Нет, ты не понял, Андрей. — Остановила я его голосом. — Уходи совсем. Собирай вещи и уходи. Мне всё равно куда. Разберешься, не маленький. Сорок лет мальчику.

Он не шевелился, глядя на меня распахнутыми глазами. Что я в них видела? Да ни черта. Кажется, к своим годам у меня ума особо не прибавилось, раз не смогла разглядеть, что стала не той, кого хотел мой муж.

— Что стоишь? Думал это я убегу после новостей? А вот хрен тебе. Я же юрист, отсужу всё до последней копейки у тебя. — Во мне говорила злость. Я не была таким человеком. Просто хотелось сейчас задеть его посильнее. А никакого другого оружия у меня не было.

— Да я и так тебе всё отдал бы. — Просто сказал он, и вышел из моего кабинета.

Я продолжала сидеть на стуле, находясь словно в оцепенении. Слушала, как рядом в спальне, которая находилась за стенкой, он скидывал что-то в чемодан, а сердце обливалось кровью.

И что мы женщины были за люди? Сама сказала ему уходить, а сейчас сидела, и мне было физически плохо от этого.

Хотелось встать, выбежать, спросить, какого чёрта он делает? Почему не борется? Но гордость не позволяла. Долбанная гордость. Всегда её было у меня чуть больше необходимого.

Не сумев пересилить себя, вышла в коридор, опершись плечом на стену, и наблюдая, как Андрей складывает аккуратно свою одежду. Не всю. На первое время. Аккуратно, как он всегда это делал, собираясь в командировки. И на секунду я могла представить, что не было ничего. Просто неожиданно разбушевавшаяся фантазия.

Вот он сейчас мог поднять глаза, улыбнуться мне, только ими, без рта. И я бы поняла, что это значило: «Я тебя люблю», «мне хорошо с тобой рядом», «я рад, что вижу тебя, когда открываю глаза утром».

Но он не смотрит. Конечно, нет. Ведь повод для сборов другой.

Вот так просто. Я сказала ему уйти, и он уходил.

Спустилась вниз на первый этаж, и села за кухонный остров, прихватив с собой бутылку вина и бокал на тонкой ножке.

Нет. Слишком празднично для такого дня. Хорошая девочка не справилась с семейной жизнью. Пора ей было заткнуться.

Убрала бокал, открыла бутылку штопором, и села на диван, неся бутылку с собой. Глядя в пустоту, сделала большой глоток терпкого напитка. Прямо из бутылки. Но почему-то ожидаемого облегчения не наступало. Наоборот, во рту появился неприятный привкус, и я даже посмотрела на бутылку: то ли я взяла.

С разочарованием поставила бутылку у дивана на пол, откинулась на спинку, и прикрыла глаза.

И вот что я была за человек? Даже напиться не могла по-хорошему.

Я слышала шаги, спускающиеся вниз, но продолжала держать глаза закрытыми. Понимала по звукам, что Андрей поставил чемодан у входа, а сам вошёл в гостиную, и подошёл ко мне. Взял в руки бутылку вина, и поставил её на стол.

— Юль… — Вкрадчиво произнёс он, но я не реагировала. Не могла его видеть. Ещё секунда, и я точно бы расклеилась, дала слабину, снова пустилась в рыдания. — Я знаю, что это уже ничего не значит, но сегодня ночью, когда ты спросила, люблю ли я тебя, я говорил правду. Я люблю. И никого так не любил, как тебя. Просто…

— Уходи. — Ещё раз повторила я. И это всё, на что меня хватило. Голос Андрея стих, но, судя по тому, что я больше ничего не слышала, он ещё стоял рядом со мной.

Он громко вздохнул, и пошёл к двери.

Входная дверь хлопнула. Оглушающе. А, может, это было лишь в моей голове. Разделяя мою жизнь на «до» и «после».

Я скатилась на диване с сидячего положения, на лежачее. Подтянула к себе ноги, и уставилась в пустоту. Такую же зияющую, как дыра в моём сердце.

Где-то разрывался телефон, но мне было всё равно. Все проблемы я могла решить завтра. Завтра я буду сильной. А сегодня у меня было то, с чем я справиться не могла. Оставалось только чувствовать, проживать, как ты умираешь заживо.

И плакать. Много-много плакать.

Я не знаю, сколько пролежала вот так. Открыла глаза, от того, что услышала, как в дом кто-то вошёл. А сердце-предатель трепыхнулось: «Он вернулся?» Я даже заставила себя сесть, и посмотреть кто там.

Но, вместо мужа я увидела на пороге своего брата. И его лицо не предвещало ничего хорошего.

А когда он увидел меня, то вообще исказился таким гневом, я раньше его таким не видела.

— Б**ть. Я убью его. — Всё, что он сказал, перед тем, как снова покинуть дом.

Жизнь каждый раз находила, чем меня удивить. Но от таких «подарков» судьбы я бы предпочитала отказываться.

Я ревновала Андрея, когда мне было двадцать. Было глупо отрицать, что он красивый мужчина. Девушки смотрели на него, а вот он, казалось, смотрел только на меня. Это помогало мне сохранять голову холодной.

В двадцать пять, когда у нас уже как пару лет не получалось забеременеть, у меня был страх, что он оставит меня ради кого-то, кто сможет родить ему детей. Когда мы только поженились, мы обсуждали свои мечты. Андрей хотел большую семью, а получил в итоге меня, которая не смогла подарить ему и одного наследника.

Но, как бы я не переживала, он ни разу меня ни в чём не обвинил. Я всегда ощущала его незримую поддержку, и, наверное, только это мне и помогло не раскиснуть, а продолжать жить дальше. Радоваться мелочам. Мечтать, ставить цели…

В мои тридцать я остро почувствовала, что в нашей семье возник кризис. Мы стали меньше общаться, отдаляться друг от друга… Семейный психолог помог нам решить этот вопрос. Мы прошли сложный период вместе, и, мне казалось, проросли в друг друга крепче, стали ещё более близки.

Когда мне стукнуло тридцать пять, мы с Андреем приняли непростое для нас жизненное обстоятельство. Что всю жизнь мы, скорее всего, проживём вдвоём. Я как сейчас помнила наш разговор.

«— Я больше не хочу пытаться, Андрей. Я устала. Устала бояться, что снова не получится, каждый раз выдумывать себе симптомы, которых у меня на самом деле и нет… Если ты не примешь этого, я пойму. Но я хочу быть с тобой честной.

Андрей вышел из-за стола. Я напряглась, на секунду мне показалось, что сейчас он развернётся к двери и выйдет, но он подошёл ко мне, и обнял, положив подбородок мне на макушку.

— Мы будем классными стариками с тобой. Поработаем до пятидесяти, заработаем деньжат, и купим домик на берегу моря. А, может, откроем там небольшой домашний отель, будем встречать гостей, слушать их истории, и обзаводиться новыми друзьями и знакомствами.

Он поцеловал меня в волосы, и от его поцелуя я почувствовала, как расползалось тепло и энергия по моему телу.

Я серьезно всмотрелась в его глаза.

— Знаешь, если мне суждено прожить всю жизнь вдвоём с мужем, я рада, что это будешь ты. Прости, возможно, эгоистично с моей стороны, но просто хотела поделиться, что так чувствую. Я счастлива, что могу прожить с тобою всю жизнь.»

От воспоминаний меня прошибло холодным потом.

Начало настигать понимание, что ни с кем свою старость я не встречу. Кажется, я осталась абсолютно одна.

Как он мог так меня подвести?

Наверное, я слишком расслабилась, и поэтому ничего не заподозрила? Каким был тот день месяц назад? Почему я не обратила внимание, что что-то было не так?

Я потерялась в своих мыслях, времени, и даже точно не могла сказать, как долго я находилась в этом состоянии, когда снова хлопнула дверь.

Я уже догадывалась, что это не Андрей. Тяжелые шаги по комнате подтвердили мою догадку.

— Ты мог не приходить. — Тихо сказала я, но он услышал.

— И оставить тебя одну в таком состоянии? Ну ага, сейчас. — Я подняла голову на брата. Он подошёл к дивану, на котором я сидела, и сел рядом.

Судя по тому, что выглядел он почти так же, как и в прошлый раз, он либо не нашёл Андрея, либо передумал на половине пути и вернулся.

— Я думала, ты хотел убивать? Не вижу своего трофея в виде трупа «любимого» мужа. — Горько усмехнулась я. А потом легла и положила голову Косте на колени. Он тут же начал меня гладить.

— Шутишь, значит не всё потеряно. Я был в офисе у него, но там закрыто. Не знаю, где ещё искать. Не бегать же за ним по всему городу.

Мы оба замолчали. Единственный звук, который нарушал тишину, это тиканье часов на руке Кости. Они словно отмеряли минуты моего одиночества.

— Кость. — Я чуть повернулась, чтобы видеть его лицо. С такого положения, когда я смотрела на него снизу-вверх, он казался ещё более грозным. Я видела, как были сдвинуты его брови, глаза смотрели на меня с беспокойством.

— Что?

— Я слышала конец вашего разговора с Андреем. Ты сказал, если ещё раз увижу. Значит, что ты видел его с кем-то? Почему ты ничего не сказал мне, когда я приходила?

Костя вздохнул, притянув пальцы к переносице.

— Недель шесть назад, или около того, я зашёл в кафе на обед, а Андрей там был с какой-то девушкой. Ну, я немного вспылил тогда. Припёр его к стене, чуть сразу драться не полез, а он клялся мне, что это просто с работы кто-то, зашли пообедать. Ничего больше.

Я поджала губы.

— Стройная брюнетка? Та же, кому он подарил браслет?

— Я не знаю. — Ещё раз вздохнул Андрей. — Та, или не та… Я уже и забыл про этот случай. Ты же знаешь, я иногда слишком быстро вспыхиваю. Думал, даже, что зря вспылил. А потом приходишь ты, и вываливаешь мне про браслет. Я полночи не спал, думал, она или нет. Ну могло же быть совпадение? А когда позвонил Андрею с утра, по голосу понял, никакое это было не совпадение.

— Ты хотел, чтобы он скрыл от меня свою любовницу?

— Я хотел, чтобы ты была счастлива, Юль. А я видел тебя счастливой только с ним.

— А я и была счастливой только с ним, Кость. Что, если я не смогу без него жить?

Странно, но следующим утром жизнь не закончилась. Я открыла глаза, а вокруг всё было такое привычное… Наша спальня, телефон на тумбочке, свет, бьющий в окно, потому что я забыла задернуть штору.

И, если бы не пустующая половина кровати, на которой было видно, что никто не спал, я вполне могла подумать, что это всё был сон.

Заставила себя встать, и пойти в ванную. Лицо было опухшим от вчерашнего потока слёз, но, как ни странно, сегодня мне плакать уже не хотелось. Сегодня я была скорее зла, чем огорчена.

Настолько, что, когда открывала воду, чтобы принять душ, умудрилась потянуть ручку крана слишком сильно, и оторвать её. Небольшая металлическая трубка, за которую нужно было регулировать кран, держалась на резьбе, а я, похоже, её сорвала.

— Ну, отлично. Только этого мне не хватало. — Пробормотала я себе под нос. Попыталась исправить ситуацию самостоятельно, но ничего не вышло.

Со вздохом отложила оторванный элемент, и пошла в другую ванную комнату, гостевую, которая была общая на втором этаже.

Кажется, после душа у меня посветлели даже мысли. Сегодня мне предстояло несколько встреч по работе, и их я перенести уже не могла. Я была даже рада этому, потому что, когда я работала, я не могла ни о чём думать. Это было именно то, что мне сейчас нужно.

Спускаясь на первый этаж, чтобы позавтракать, я даже вздрогнула, заметив движение со стороны дивана. И только потом вспомнила, что у меня остался ночевать брат.

— Доброе утро. — Хмуро поздоровался он, вставая. Он спал прямо в одежде, из-за чего его рубашка и брюки были сейчас мятыми, а чуть отросшие волосы торчали во все стороны.

Костя был вообще не «утренним человеком». Сколько я помнила его из детства, он никогда не мог нормально встать утром, а когда вставал, то был чернее тучи. В ближайший час после пробуждения к нему было лучше не подходить.

— Фу, блин! Испугалась. Я забыла, что ты здесь ночевал. — Приложила я руку к груди, и почувствовала, как быстро билось сердце. — Ты почему спал в гостиной и в одежде? Гостевая спальня же есть.

Костя подошел к раковине, установленной в кухне, и просто засунул своё лицо под струю воды. После чего двумя руками её растёр, будто желая привести себя в адекватное состояние.

— Да я случайно заснул. Лежал с телефоном тут, собирался подняться наверх, но меня вырубило. Который час?

— Вообще-то у тебя на руке часы. Или они просто для статуса?

Костя скривился недовольно, но посмотрел на руку.

— Чёрт. Ещё и будильник не завёл. — Я сразу почувствовала, как он начал двигаться быстрее, похоже, он опаздывал. — Так, я в душ, и мне надо срочно на работу. — Он окинул свой внешний вид взглядом, и прикрыл глаза от разочарования. — Ты можешь с этим что-то сделать? Погладить там… я не знаю. Не думал, что не вернусь домой.

— Андрей не все вещи забрал. Я сейчас дам тебе что-нибудь из его. — Настроение, которое, казалось, было не таким плохим с утра, начало падать вниз.

— Блин, Юль, прости. Я не хотел, чтобы ты…

— Всё нормально. Иди в душ. Одежду занесу в гостевую спальню. И не общайся со мной как с куклой фарфоровой, которая разбиться может, а то я ещё сильнее себя начинаю жалеть. Мне хотелось бы быть сильной и гордой, а не жалкой.

Костя кивнул, и пошёл наверх, а я оперлась руками о столешницу кухонного острова, и сделала несколько глубоких вдохов и выдохов. Я справлюсь.

У нас с Андреем были отдельные шкафы в гардеробной. И, когда я открыла его, меня сразу снесло в сторону его ароматом. Он не изменял своему одеколону уже десять лет, и этот запах стойко ассоциировался у меня с ним.

Стараясь делать всё как можно быстрее, я вытащила наугад рубашку с полки с чистыми, а после вытянула и брюки. Костя был чуть крупнее Андрея, но одежда должна была подойти, они были почти одного роста.

Я быстро захлопнула шкаф, словно этот аромат мог подбить меня на глупости. Например, позвонить или написать Андрею, и предложить поговорить… Нет, мне это было не нужно.

Оставив одежду на кровати в гостевой спальне, я спустилась вниз, и начала готовить завтрак нам с Костей. Омлет, два кофе, уже ждали на столе, когда в дверь позвонили.

Я никого не ждала, но подумала, что брат мог вызвать кого-то, так что без раздумий открыла входную дверь. А там оказался тот, кого я надеялась не увидеть в ближайшие дни.

— Привет. — Сказал Андрей. Зачем он пришёл? Где ночевал? У меня были миллионы вопросов, но я стояла и молчала, глядя на него. — Я хотел поговорить, Юль. — Первым назвал он причину, а потом его взгляд вдруг резко изменился.

Черты лица заострились, на щеках заходили желваки, а взгляд стал хищным.

— С кем ты? Кто в доме? Я слышал, как льется вода в душе. — Он говорил, сжав зубы. Он злился.

Я ещё ничего не сказала, когда он отодвинул меня рукой в сторону, и вошёл в дом. Он не рассчитал силы, поддавшись эмоциям, и от его руки я пошатнулась, пришлось ухватиться за стенку.

Андрей кинул взгляд на кухонный стол, где стояли две тарелки и две чашки кофе.

— Здесь что, кто-то ночевал? — Уже начал полукричать Андрей, начав путь к лестнице на второй этаж.

Мы с ним синхронно увидели мужские ноги, а потом полотенце, обмотанное вокруг бёдер и сильную спортивную мужскую фигуру. И только после этого показалось лицо.

Я видела, как выражение Андрея успело поменяться с полнейшего гнева до понимания, что это был мой брат.

— А я думал, мне показалось, что голос знакомый услышал. — Костя спустился с лестницы, и встал рядом со мной. — Ну привет, друг. — Следующее, что он сделал, это со всей силы ударил Андрея в лицо.

Андрей отшатнулся и начал заваливаться назад. Рука у Кости была тяжёлой. Муж схватился за нос, из которого хлынула кровь, и стоял, согнувшись, ничего не говоря и не предпринимая.

— Что, язык проглотил? В глаза мне смотри. — Начал повышать голос Костя, и я подошла к нему, положив руку на плечо.

— Кость, не нужно. Ты и так ему в лучшем случае нос разбил, в худшем сломал. — Я взглянула на Андрея, он стоял, держась рукой за нос, а вторую руку поставив на бедро. — Иди наверх, одежду я тебе приготовила. Ты на работу опаздывал, кажется.

— Я не оставлю тебя с ним вдвоём. Знаю, как он может навешивать лапшу на уши. Уже повёлся один раз.

Пока Костя говорил, он снова начал злиться, и шагнул вперёд, но я удержала его за руку.

Андрей сел на пол прямо у входа, и опёрся спиной о дверцы шкафа для верхней одежды, запрокинув голову вверх.

— Можешь, пожалуйста, принести салфетку, или платок какой-нибудь? — Спокойно обратился он ко мне. — А то я сейчас тут всё кровью загажу.

Я, не глядя на него, развернулась и пошла в сторону кухни, где взяла целый рулон бумажных полотенец, вернулась, и протянулся их Андрею, стараясь не сталкиваться с ним взглядами.

— Извиняться не буду. — Сложил руки на груди Костя, но, к моему счастью, в драку больше не лез.

— Я и не просил. Заслужил. — Отозвался муж, отрывая несколько полотенец от рулона, и пытаясь заткнуть ими нос, но пара предательских капель всё равно успели выкатиться из носа, и запачкать рубашку.

— Ты за оставшимися вещами? — сухо, и, стараясь казаться отстраненной, спросила я.

Андрей вздохнул, а Костя закатил глаза от реакции мужа.

— Ладно, мне реально надо идти. Я наверх, чтобы переодеться. Юль, не верь всему, что он говорит, ладно? И, если что, сразу зови меня, я спущусь через пару минут.

Костя ушёл наверх, то и дело по пути кидая взгляды на нас, а я развернулась, и пошла к столу с завтраком. Села, и начала есть свой омлет, наблюдая за Андреем лишь периферическим зрением.

Он встал, и подошёл ко мне, сев напротив, там, где стоял завтрак для Кости.

— Если что, это для брата, не для тебя. Тебя в этом доме больше никто кормить не планирует.

— Юль, ну зачем ты так? — Андрей убрал бумажные полотенца от носа. Кровь уже не шла, но засохшие дорожки остались на участке кожи от носа до рта, и немного на подбородке, придавая лицу мужа более жесткий вид.

— Зачем что?

— Зачем ты так себя ведешь? Игнорируешь меня, делаешь вид, что тебе на меня плевать. Ведь я же знаю, это не так. Бесполезно притворяться, я тебя чувствую.

— Чувствуешь? — я не смогла сдержать нервного смешка. — Ну давай, расскажи тогда, что у меня внутри. Каково мне сейчас, когда через двадцать лет брака муж ушёл от меня к молодой девке, которая, с его слов, забеременела после одноразового секса с ним. Раз ты такой плодовитый, что от тебя бабы чуть не через воздух залетают, что ж я никак не могла? Ах да, дело во мне, видимо. Тогда понятно, почему ты свалил. Спасибо, даже легче как-то стало, от осознания, что меня кто-то так глубоко понимает.

— Не язви. Тебе не идет. И я не уходил от тебя, что за бред. Ты сама сказала мне вчера уйти, поэтому я дал тебе время остыть. Вчера с тобой разговаривать было бессмысленно, ты же не слышишь никого, когда в таком состоянии. А сегодня я вернулся, чтобы поговорить, и расставить все точки над и.

— Удобно. Что сказать. Твоя змеюка, я так понимаю, пригрела тебя на ночь? А что, может, предложишь мне открытый брак? Ничего менять не будем, будешь на две семьи жить. По-моему, идея — класс. Или, даже знаешь, что? Ты будешь жить с той девкой, а я тоже найду себе какого-нибудь мужика. Сделаем график два на два. Как тебе?

— Перестань нести чепуху. Я ночевал в гостинице, ясно? Если было так интересно, где я, могла бы позвонить и спросить. Или хотя бы ответить на мои сообщения.

Андрей правда оставил мне несколько сообщений за вчерашний вечер, но я ни одно из них даже не открыла.

— Ты бы варежку прикрыл свою, перед тем как голос на Юлю повышать. Это она тебе ответить не может, а я смогу. — В комнату снова вошёл Костя, теперь уже одетый. Рубашка Андрея сильно обтягивала брата в руках, но это было не критично, выглядел он намного лучше, чем с утра.

— А ты вообще не вмешивайся в наши отношения! Это только между мной, и моей женой.

— Ошибаешься, когда кто-то обижает мою сестру, это уже становится моим делом. Ты забыл, что я говорил тебе перед тем, как вы поженились? Обидишь её — я оторву тебе яйца. Как думаешь, она достаточно обижена, чтобы привести в исполнение мои слова?

— Кость, завали, а? Дай нам нормально разобраться.

— Я сейчас тебе завалю. — Костя бросился снова на Андрея, и я поняла, что драки не избежать.

Вскочила, хотела встать между ними, но меня пошатнуло так, что я прикрыла глаза. Мир стал кружиться, и я схватилась за стол.

Кажется, они начали драться, а, может, и нет, точно сказать не могла, уши заложило, в глазах начали плясать чёрные мушки.

— Юля?

— Юль! Тебе плохо? Ты чего?

И темнота.

Когда открыла глаза, увидела два очень обеспокоенных мужских лица.

— Как ты себя чувствуешь? — спросил Костя, Андрей был рядом, и держал в руках вату с нашатырём.

— Нормально. — Прохрипела я, пытаясь подняться, но головокружение снова вернулось.

— Лежи, не вставай, я сейчас воды принесу. — Засуетился Андрей. Я наблюдала, как он быстрым шагом подошёл к кухне, достал стакан, и налил воду из кувшина, а потом так же быстро вернулся ко мне.

— Я позвоню в скорую. — Твёрдо заявил Костя, и достал телефон.

Андрей в это время чуть приподнял мою голову, и приставил мне стакан ко рту, чтобы я смогла попить, но я рукой отодвинула его, чтобы успеть поговорить с братом.

— Кость, не надо скорую. Обычный обморок. Ну, переволновалась я. Всё уже нормально. Сейчас приду в себя.

Брат смотрел на меня недовольно, но всё же завершил вызов, и убрал телефон в карман брюк.

Я, стараясь совершать как можно меньше резких движений, приподнялась, и упёрлась спиной в ножку кухонного стола. Затем протянула руку, и забрала стакан с водой у Андрея, сделав несколько глотков.

Самочувствие стало улучшаться. Картинка вокруг с каждой секундой становилась более чёткой, гул из ушей ушёл.

Мужчины так и сидели рядом со мной, сосредоточенно наблюдая, и, будто перестав обращать внимание друг на друга. Последнее, что я помнила, это то, что они хотели подраться. Выглядели они так же, как и до этого, так что я сделала вывод, что своим обмороком всё же спасла их от мордобоя.

— Долго я пролежала?

— Нет, Андрюха нашатырь сунул тебе под нос, сразу в себя начала приходить. — Лицо Кости поменялось, будто он неожиданно вспомнил, что Андрюха был теперь ему не друг, а злостный подлец, обидевший любимую сестру.

— Ты иди, Кость. Тебе же на работу надо было. Мне лучше, правда. Всё будет хорошо.

— Я останусь с ней. Иди. — Повернулся к брату Андрей. Несмотря на недовольное лицо, Костя встал на ноги.

— Тебе я, к слову, вообще не доверяю больше. Сейчас загрузим Юлю мне в машину, и отвезём к врачу. Так я буду спокойнее.

— Кость, ну какой врач! У меня тоже дела, вообще-то. И нянька мне совсем не нужна. — Перевела я взгляд уже на Андрея. — Тем более, девочка я взрослая, можешь идти нянчиться со своими малолетками.

Я тоже встала на ноги. Чувствовала я себя намного лучше.

— Ну, раз начала бросаться на «этого», значит, точно лучше. Юль, обещай мне, что, если почувствуешь себя хуже в течение дня, сразу поедешь в поликлинику. Хорошо?

— Я расстроенная, обиженная, но не глупая. Не собираюсь рисковать своим здоровьем, не переживай. — Уверила я брата, положив руку ему на плечо.

Он тяжело вздохнул и кивнул. После чего бросил быстрый взгляд на Андрея, который, кажется, и не собирался никуда уходить. Андрей спокойно встал, и снова сел за стол. Там, где стоял завтрак Кости.

— Ладно, мне пора. Если что, я на связи. Договорились?

Костя чмокнул меня в щёку, и пошёл к входной двери.

— Я не понял, а ты чего расселся? На выход. Я тебя с ней одной не оставлю. Ты же видел, ей от твоего присутствия плохо становится.

Андрей бросил взгляд на меня, я видела это боковым зрением, но стояла, скрестив руки на груди, и смотрела в сторону. Я тоже не хотела оставаться с ним один на один.

Пока я храбрилась, показывала свою браваду, но насколько меня хватит? Я боялась, что стоило Андрею копнуть поглубже, и я бы всерьез начала думать о том, чтобы попытаться помочь ему выпутаться из ситуации, которую он сам же и создал.

Тяжелый вздох, и муж поднялся и последовал за братом.

Правильно. Так было лучше. Я не готова была к разговорам и обсуждениям. Я сильная, но не до такой степени, чтобы давать резать себя по свежим ранам.

Дверь за мужчинами захлопнулась, а я прошла мимо кухонного стола, вышла в зону гостиной и плюхнулась на диван. Аппетит пропал, а в теле теперь я ощущала слабость. Наверное, это были последствия эмоциональной встряски.

Мне ничего не оставалось, кроме как собраться, привести себя в порядок, и отправиться на встречи, в новый рабочий день, делая вид, что моя жизнь не распадалась на моих глазах на осколки.

День проходил как обычно. Я даже смогла отвлечься, разбираясь с делами одного клиента, и я ни за что бы не последовала совету брата, и не пошла бы в больницу этим же вечером, если бы на последней встрече мне снова не стало плохо.

Мы сидели в моём кабинете, который я арендовала несколько дней в неделю, с очередным клиентом, обсуждали его вопрос, когда у меня закружилась голова. Правда, на этот раз обошлось без обморока.

И здесь списать всё на то, что я перенервничала, я уже не могла. Более того, я не стояла, а сидела!

Так что, завершив все дела, я заехала в ближайшую к дому поликлинику. Обычную, городскую. Зато она находилась максимально близко от дома, а ехать куда-то ещё не было сил.

Тогда я ещё не знала, как повернётся моя жизнь с этого момента.

В кабинете терапевта меня встретила уставшая на вид женщина лет сорока пяти. Несмотря на то, что меня зайти пригласила медсестра, я сидела уже несколько минут, и наблюдала, как врач вписывала какие-то данные с компьютера в бумаги.

Я тоже устала за день, плюс не слишком хорошо себя чувствовала, иначе, я не могла объяснить, почему повела себя в столь несвойственной мне манере. Обычно я старалась со всеми быть вежливой и терпеливой.

— Может, не стоило меня приглашать в кабинет, если вы ещё не освободились? — Строго спросила я, а врач-терапевт впилась глазами в моё лицо. Кажется, тяжелый день был не только у меня.

Она открыла рот, явно намереваясь ответить мне не в самой дружелюбной манере.

— Роза Семёновна… — прозвучало предупредительно от медсестры, сидящей напротив врача. Как будто она хотела её предостеречь.

Терапевт вздохнула, прикрыла глаза на пару секунд, и отложила бумаги, которые только что заполняла.

— Фамилия, имя и отчество. — Без прелюдий обратилась она ко мне.

— Омская Юлия Аркадьевна.

— Дата рождения, сколько полных лет.

Я назвала женщине требующиеся данные, после чего она перешла к моим симптомам и осмотру. Когда мы закончили, она села за стол, и продолжила задавать вопросы.

— Дети есть?

— Нет. Детей нет. — Тихо проговорила я, уставившись в стол. Тема была болезненной. Всё ещё, и, наверное, навсегда такой останется. Но сейчас было особенно больно.

— Почему? — Она посмотрела ещё раз в мою карточку. — Тридцать восемь лет. — Нахмурилась. — Неудачные беременности были?

— Вообще не было беременностей. Не каждая женщина обязана иметь ребёнка. Не все этого хотят. Это личное дело каждого. — Я сама, не осознавая, начала защищаться. Эти слова были не про меня, но мне не хотелось давать себя в обиду.

— Последние месячные когда были?

Я замерла с открытым ртом, и полезла за телефоном. С этим стрессом совсем забыла и не проконтролировала цикл. В телефоне открыла специальное приложение, в которое вносила все данные.

И, судя по тому, что там было написано, у меня была задержка почти неделю… И как я это проморгала?

— Ой, задержка несколько дней, оказывается… — Я нахмурилась, несмотря на проблемы с зачатием, проблем с циклом до этого у меня не было.

— Направлю вас к гинекологу на анализы, и на кровь. Думаю, что там и зарыта наша тайна.

— Какая? — не понимающе смотрела я на женщину.

— Думаю, у вас ранний климакс. Симптомы подходят. Такое случается, с такими, как вы.

— Такими, как я? — тихо повторила я.

— Да. Которые природе не следуют. Карьеру строят, что там еще? Мужиков богатых ищут. Женщина должна потомство давать. Вот ваш организм и решил, что за ненадобностью отключит детородную функцию.

Её слова были как пощёчины, давили на самые больные места. Я её слышала, но до конца не осознавала, что это действительно было реальным и происходило со мной.

— И что сейчас будет? — Мои глаза начали наполняться слезами. Эта новость была последней каплей.

— Да ничего не будет. Начнёт расти вес, его будет сложнее контролировать. Сексуальное желание снизится. Да и зачем вам секс будет? Кожа начнёт быстрее стареть, будут появляться морщины, память хуже, и много ещё чего. Естественные процессы в организме, которому не ради чего жить.

Я сидела, не в силах шелохнуться от услышанного.

— Роза Семёновна, ну зачем вы так. — Обратилась к врачу медсестра, а потом накрыла мою руку, лежащую на столе, своей ладонью. — Вы не переживайте так. Это только предварительный диагноз. Сначала нужно анализы сдать.

— Затем, что задолбали эти, которые сначала живут "для себя", а потом удивляются, почему это с ними происходит. Да потому что рожать надо было, как все. Мы пока ночами не спали со своими детьми, на последние копейки перебивались, их выкармливая, эти по койкам прыгали, искали кандидатов в мужья получше, и жизнь свою «устраивали». Вот и карма настигает. — Зло ответила врач.

— Вы подождите, пожалуйста, в коридоре. — Обратилась ко мне медсестра. — Я вынесу сейчас направление. Завтра с утра придёте и анализы сдадите.

Я кивнула, встала, и, ничего не видя перед собой от слёз, вышла в коридор.

Мне было очень страшно. Как мне было сейчас пройти этот путь одной? Почему жизнь была так несправедлива, и била именно в тот момент, когда ты был наиболее уязвим?

Я упала на скамейку, стоящую в коридоре у кабинета. Люди, сидящие в очереди, странно на меня косились, но мне было всё равно.

Она была права. Для чего мне было жить сейчас?

Хотелось, чтобы кто-то разделил со мной эту боль, утешил, сказал, что всё будет хорошо. И я неосознанно взяла телефон и набрала знакомый номер. Нет, это был не брат, а единственный человек, который всегда знал, как подобрать нужные слова.

Который обещал мне когда-то «и в горе, и в радости». Мой муж.

Несколько гудков, и я почти решила, что трубку никто не возьмет. Лучше бы так и было. Потому что через пару секунд на звонок ответили. Из динамиков раздался женский томный голос.

— Да? Я слушаю… Говорите…

Я сразу нажала на отбой, и завершила вызов, пару секунд пялясь на экран мобильного, в надежде, что перепутала номер. Но там высвечивалось имя мужа, дополненное сердечком. Значит, не показалось.

Пока я была здесь, у меня полностью рушилась моя жизнь, он был с ней.

Наверное, тридцать восемь — отличный возраст, чтобы перестать верить в сказку.

Его слова ничего не значили.

Он был с ней не один раз. Он врал.

Раз он смог переспать с другой, значит, он меня больше не любил.

Вот так просто. Простые истины, которые нужно было принять.

Я так глубоко ушла в себя, что не сразу услышала, как ко мне кто-то обращался. Подняв зареванные глаза, увидела медсестру, которая вышла из кабинета, и протягивала мне бумажки.

— Вот. Возьмите. Там направления. Придёте завтра утром с восьми до одиннадцати, сдадите анализы. Вы извините, пожалуйста, Роза Семёновна бывает не сдержанной иногда. Сегодня, просто, день такой…

Я кивнула, проглотив вязкую от слёз слюну, и, не смотря на девушку, и опустив глаза в пол, забрала из её рук бумаги. Мне было стыдно перед ней, что я так расклеилась. Взрослая тётка. Ведь понимала же головой, что слова одного врача, сказанные без анализов могли ничего не значить, но, когда «приговор» выносили тебе, а не кому-то со стороны, было сложнее мыслить рационально.

— И вы знаете, такие симптомы бывают не только у раннего климакса, это может …

— Девушка! Нам долго ждать? Скоро приёмные часы закончатся, а мы всё сидим и сидим. Может, уже пригласите следующего? — Перебила медсестру крайне недовольная женщина, которая сидела недалеко от меня.

Медсестра тяжело вздохнула, спросила что-то в приоткрытую дверь кабинета врача, и крикнула:

— Следующий!

Я встала на ноги, которые меня почти не держали, и пошла на выход, держа перед собой выданные бумаги. Слёзы всё никак не прекращали литься, а внутри было полнейшее опустошение.

Сев в машину, я ещё какое-то время просто сидела в ней на парковке. Для того, чтобы ехать, нужно было успокоиться. В конце концов, мне удалось остановить свои солёные реки, и я поехала домой.

Дом… Странное слово. Он всегда ассоциировался у меня с чем-то теплым и уютным. Местом, где ты можешь быть самой собой. Где тебя всегда безоговорочно любят и поддержат. А сейчас, у меня был скорее не дом, а просто здание, где я жила. Мой дом остался только внутри меня самой.

Припарковавшись, осталась сидеть в машине. Заходить внутрь совсем не хотелось. Там бы меня ждало свидетельство всего, что я потеряла.

Я сидела на водительском кресле, и просто смотрела вперед, в стену дома, в никуда. И сама не заметила, как заснула.

Проснулась от стука в стекло. И, повернувшись, увидела, что это барабанил в окно Андрей. Только его мне сейчас не хватало. Выглядел он при этом крайне встревоженно.

Он что-то кричал, но разобрать, пока я находилась в машине, было сложно. Интересно, сколько я проспала? На улице было темно ещё когда я вернулась домой, так что понять было сложно.

Я взяла сумку и бумаги с соседнего кресла, и открыла дверь машины.

— Тебе снова было плохо, да? Ты почему никак не реагировала? Я чуть с ума не сошёл.

— Что ты здесь делаешь? — От сна голова ещё туго соображала, и я навалилась спиной на машину, и потёрла глаза и переносицу пальцами.

— Это, вообще-то, мой дом. Я пришёл, и увидел, как ты сидишь в машине в отлючке, и не реагируешь. Пытался открыть дверь, но она была заблокирована изнутри. Пришлось кричать и долбиться в дверь, чтобы ты услышала. Думал, придётся спасателей вызывать. Что вообще происходит? Ты плакала? У тебя лицо зареванное.

Андрей и правда выглядел сильно встревоженным. Но меня этим было уже не пронять.

— Догадайся почему. Можно, пальцем не буду показывать на причину?

— Давай зайдём домой. Ты, наверное, замерзла. — Словно игнорируя мои слова ответил Андрей, начав приближаться ко мне, и выставляя руки так, словно хотел заключить в свои объятия, но я ловко отошла в сторону, ускользнув от него.

— Знаешь, я тут подумала, пусть это будет вообще твой дом. Только твой. Мне ведь никогда тут не нравилось. А так… Я заберу нашу старую квартиру, и доплатишь мне разницу в стоимости ещё. Договоримся о разделе. Можно даже тогда не через суд будет разводиться. Сейчас знаешь, как быстро. Я сделаю всё через сайт, можно только за свидетельством о разводе будет прийти.

Я пошла в сторону входа, обойдя Андрея, который застыл на месте, словно прибитый. Внезапно, мою руку дернуло назад. Андрей схватил меня за запястье, и вернул обратно.

— Юль. Ты что такое говоришь? Какой развод? Мы ведь даже ещё не обсудили ничего. Я не хочу разводиться. Я тебя по-прежнему люблю.

— Странно. Мне казалось, твои поступки говорят как раз об обратном. Не думаю, что твоя любовница слишком этому рада. Или что, это какой-то хитрый план, чтобы имущество не делить?

Андрей с силой дёрнул меня на себя, и захватил так, что я при всём желании не смогла бы выбраться, сам при этом уткнулся куда-то в район моей шеи. Я даже не выворачивалась. А какой был смысл? Он был сильнее меня.

— Юля. Юленька. Не говори так. Никакого развода, слышишь? Я всё исправлю. Найду выход. Я не буду с тобой разводиться. Покричали, пообижались, и хватит. Ну ты чего. Ты будешь со мной. Всегда. Как мы хотели. Даже слышать не хочу об этом. Ты моя жена, а я твой муж. Этого не изменить.

— Ошибаешься. — Я говорила тихо, насколько это позволяло мне пространство. Но была уверена, что он слышал. Его слова задевали меня за живое. Пока ещё живое сердце. Но оно уже было неизлечимо больно. — Ты уже это изменил. Ты мне теперь никто. Я тебе больше не верю. А где нет веры, там нет любви.

Андрей чуть отвёл голову назад, чтобы посмотреть мне в глаза.

Чёрт. Он прижимал меня к себе сильно, но при этом я ощущала себя так правильно. В нужном месте. И почему всё в жизни было так сложно?

— Ты хочешь сказать, что больше меня не любишь? — С его лица исчезли абсолютно все эмоции, оно стало нечитаемым. Но тело его выдавало. Руки моментально ослабили хватку.

Пользуясь ситуацией, я резким движением вывернулась из его захвата.

— Не нужно делать меня виноватой, Андрей. Мною всегда было сложно манипулировать. Мы прекрасно оба понимаем кто и что сделал, и какой у этого всего будет итог. Не понимаю, на что ты надеялся.

После своих слов я зашла в дом. Малодушно, но дверь я не закрыла. Дурацкое сердце не дало оставить пока ещё мужа на улице. Хотя можно было послать его к его девке. Это ведь и его дом? Да, в этом он был прав.

Дверь распахнулась через пару секунд, я даже не успела подняться наверх.

— У тебя выпал листок. — Услышала я голос Андрея от входа, повернулась, и быстрыми шагами начала спускаться. Хотелось вырвать лист из его рук до того, как он там что-то прочитает.

Теперь я не считала, что он должен был быть посвящён в мои проблемы. Настало время начать отделять наши жизни друг от друга.

— Ты всё-таки была в поликлинике, да? Это же оттуда? Тебе снова было плохо? — Тут же начал засыпать меня вопросами Андрей.

— Больше не твоё дело, и не твои проблемы. — Я дёрнула направление из его рук. Вряд ли он успел что-то там разобрать.

— Ничего ведь серьезного? Ты бы мне сказала, если что-то было не так? — Словно не слыша меня продолжал Андрей, пытаясь заглянуть в глаза, чтобы считать настоящие эмоции.

— Ничего, что касалось бы тебя. Теперь мои проблемы — это проблемы меня, и моей семьи. Ты, к слову, к ней больше не относишься.

— Ты что, выкинешь двадцать лет из жизни просто вот так?

— Ну, ты же смог. Значит, и у меня получится.

Полное непонимание и опустошение на лице Андрея, заставили меня на секунду засомневаться в сказанных мною словах, но я быстро взяла себя в руки. Он молчал, словно, не веря в то, что я говорила.

А у меня внутри, глядя на него, почему-то вдруг всё будто замерло, ставя на паузу. Я больше не выдерживала этого темпа, этих страданий. Я устала. Я никогда не была скандалисткой, или интриганкой.

Мне было не шестнадцать, я больше не могла себе позволить находиться так долго в состоянии эмоционального дна.

— У меня был тяжелый день. Я работала, а ещё неважно себя чувствовала. Мне очень обидно и больно, что ты предал меня, изменив. И да, я виню тебя. Считаю, что ты кретин, мерзавец, и все слова вместе взятые. Можешь добавить побольше мата, если захочешь сам перечислить. Я мечтаю, что однажды ты проснёшься, и поймешь, какую ошибку совершил. Пожалеешь так, что тебе этот мир будет не мил. А я не собираюсь тебя прощать. Говорю это сейчас. Один раз. Я собираюсь подать на развод.

Андрей открыл рот, явно желая что-то мне возразить, но я подняла руку в предупреждающем жесте, показывая ему, чтобы он меня не перебивал.

— Да, как видишь, одним недостойным поступком можно перечеркнуть двадцать лет счастливой семейной жизни. Правда, сейчас я уже не уверена, была ли она счастливой, раз ты решился на измену. Я хочу разделить всё нажитое имущество поровну. Большего мне от тебя не надо. Бери дом. Я заберу старую квартиру с доплатой. Что касается твоего бизнеса… я подумаю, как мне взять оттуда своё. Завтра я подумаю над тем, как организовать свой переезд. Скину тебе сообщение, когда ты сможешь сюда въехать. А пока, прояви хоть немного ко мне уважения, исчезни из моей жизни. Где ты будешь — у своей любовницы, или в гостинице, мне всё равно. Реши этот вопрос без моего участия. Ты хотел поговорить? Ну так вот. Разговор закончен. Получился, правда, скорее монолог, но, думаю, основные моменты мы с тобой уяснили.

Тишина накрыла меня с головой, как только я закрыла рот.

Медленно развернувшись, я стала подниматься наверх, просто желая, чтобы этот день поскорее закончился. Ведь после черной полосы когда-то же должна наступить белая? Должен быть хоть один просвет?

— Нельзя вот так рубить с плеча. Ты злишься, и говоришь совсем не то, что чувствуешь. — Услышала я брошенное в спину.

Оглянулась. Андрей стоял в низу лестницы. Таким растерянным я не видела его давно. Мой муж был решительным. Острый ум, острый язык, всегда знает, что сказать. А кто был сейчас передо мной?

— Разве похоже, что я сейчас в истерике? Или что у меня от злости совсем сорвало крышу?

— Нет, но…

— Давай остановимся на этом. Я всегда гордилась тем, что мы с тобой умели разговаривать в отношениях. Закончим наши отношения тем же.

— Закончим? — Сколько боли было в этом слове. А, может, я проецировала свои чувства на Андрея? Что, если ему было совсем не больно?

Мне нужно было отдохнуть. От всех.

— Да, Андрей. Это финал. Я, конечно, надеялась на хэппи энд, но режиссер из тебя вышел дерьмовый. Возможно, в день получения свидетельства о расторжении брака я смогу поблагодарить тебя за двадцать лет семейной жизни, но не сегодня. Сегодня у меня на это нет сил. Прощай, муж.

Это были последние слова, которые я сказала прежде чем уйти в нашу спальню, и закрыть дверь изнутри, словно отрезая себя от прошлой жизни.

Жизнь была странной штукой. Она не останавливалась.

Вот тебе казалось, что пропал смысл, всё рухнуло, не за чем больше двигаться, надеяться, а жизнь шла дальше.

За окном ночь сменялась днём, люди рождались, влюблялись, заводили семьи. Им не было дело до моего состояния, они обо мне даже не знали. Жизнь продолжалась, хоть внутри меня и было всё поставлено на паузу.

Когда следующим утром я спустись со второго этажа, то увидела, что Андрей ночевал здесь. Диван был разложен, но на нём никого уже не было. И, судя по тому, что чайник на кухне был ещё горячий, муж ушёл совсем недавно.

Глупое женское сердце хотело обрадоваться, что он ночевал дома, а, значит, был не с той девушкой, но я подавила эту больную радость в зародыше.

Завтракать перед анализами мне было нельзя, так что я быстро собралась, и вышла из дома, направившись в поликлинику.

От вчерашнего визита к врачу всё ещё был неприятный осадок, но сегодня, после сна, я могла уже действовать и мыслить более рационально. Сдав все анализы, с трудом сдержала себя от того, чтобы подняться в кабинет к терапевту, и высказать всё, что я о ней думала.

Это вчера я растерялась, зато сегодня у меня было заготовлено для неё много ответов. Она не имела никакого права так со мной разговаривать, даже если её первоначальный диагноз был верен.

Но я благоразумно решила, что в моей жизни было достаточно скандалов, и добавлять в этот список разбирательства с врачом не хотелось.

Страшно хотелось есть. Я привыкла всегда плотно завтракать. Возвращаться домой я не стала, а решила засесть в каком-нибудь кафе. Заодно, я могла бы там немного поработать, и начать решать вопросы по своему переезду. Лучше с этим было не затягивать.

Не знаю, каким образом, но ноги сами принесли меня в кафе, которое было не очень далеко от офиса Андрея. Что я хотела там увидеть? Я и сама не знала. Да, глупо, но отказать в этом я себе не смогла.

Сделала заказ, и просто уставилась в окно на стеклянное офисное здание, отражающее небо. Работать совсем не было настроения. И хорошо, что я могла себе это позволить.

Когда официант поставил передо мной блюдце с десертом, я даже вздрогнула, настолько успела погрузиться в свои мысли.

— Простите, наверное, это какая-то ошибка. Я не заказывала десерт. — Окликнула я официанта, который уже развернулся, чтобы уйти.

— Всё правильно, ошибки нет. Десерт для вас заказали в подарок.

Я поставила блюдце, которое уже успела схватить в руки, обратно на стол, и начала оглядываться. Странно, но в поле моего зрения я не увидела никого знакомого.

— Могу я узнать кто заказал его для меня?

— Простите, к сожалению, человек пожелал остаться анонимом.

Официант отошёл от стола, а я уставилась на принесённый кусок торта, после чего ещё раз огляделась. Казалось, никто даже не смотрел в мою сторону, или я просто не замечала…

В любом случае, я перестала думать о внезапном подарке буквально через несколько секунд, потому что дверь кафе открылась, и в него вошла та самая незнакомка, которую я считала любовницей своего мужа.

У меня даже дыхание сперло. Видеться и разговаривать с ней особого желания у меня не было.

Девушка прошла мимо моего столика, даже не заметив меня, напрямую к барной стойке, установленной напротив входа.

Я позволила себе проследить за ней взглядом. Красивая, стройная… Совсем не казалась беременной. Хотя, если секс между ней и Андреем был месяц назад, какой уж там живот.

На вид ей было около двадцати пяти — двадцати семи лет. Одета она была совсем не по погоде. Несмотря на зиму, на ней была очень узкая юбка, ноги были в капроне, и батильоны на высоченной шпильке.

Словно сравнивая, я тут же обратила внимание на свой внешний вид: удобная обувь на небольшом устойчивом каблуке, джинсы с теплым слоем внутри, и мягкий свитер. Наверное, девушка была для Андрея свежим дыханием в этой пресной семейной жизни со мной. Она ведь и действовала наверняка так же, как одевалась.

— Кристин, я столик заняла! — раздался женский голос за мной, и девушка обернулась. Конечно, при этом мы встретились взглядами.

Мне не было неловко, было интересно наблюдать за её реакцией. А она была довольно непредсказуемой. Она проскользила по мне взглядом, и перевела его за мою спину на свою подругу, вообще почти не удостоив мою персону своим вниманием.

Как и при нашей прошлой встрече.

Похоже, она пыталась мне показать, что я для неё была «пустым местом». И, судя по всему, не так много я и значила в жизни Андрея, раз меня оказалось так просто «подвинуть».

Внутри разгоралась злость. Я боролась с желанием устроить скандал, вот только кому бы от этого стало легче, и что бы изменилось?

Кристина. Вот как её звали. Вот какое имя было у той, что с легкой руки разбила двадцатилетний брак, отношения, которые казались мне идеальными.

На руке я обнаружила у неё тот самый злополучный браслет, с которого для меня всё началось. Конечно, она, наверное, теперь его не снимала, и берегла, как талисман.

Кристина, с двумя стаканчиками кофе в руке, шла мимо моего столика, и я всё же не сдержалась.

— Здравствуй, Кристина. — Выделила я её имя. Девушка чуть затормозила, остановившись у моего стола.

— Здравствуйте. — Ответила она, и просто пошла дальше. Наглости этой особе было не занимать. Я вышла из кафе, не дожидаясь своего заказа. Не собиралась смотреть, как какая-то соплячка испытывает триумф, отобрав у меня моё счастье.

В первом попавшемся ларьке купила шаурму, и села есть её прямо в машину.

Вкусно. Тысячу лет не ела ничего подобного. И почему перестала?

Как-то с возрастом я разучилась делать какие-то вот такие мелочи. Покупать шаурму в ларьке, когда сильно хотелось есть, носить узкие юбки и каблуки даже в минус пятнадцать, если хотелось выглядеть красивой, быть дерзкой, непредсказуемой… Может, в этом было дело? Ведь я же тоже когда-то была такой?

В сумке на соседнем сидении завибрировал телефон. Я полезла его искать, и соус из шаурмы капнул мне прямо на свитер. Чертыхнувшись, полезла сначала за салфетками в бардачок, но, как-то неудачно потянулась, и мне свело плечо.

От обиды захотелось плакать.

Недоеденная шаурма полетела куда-то в сторону, а я откинулась на сидение спиной, прижав ладони к глазам, чтобы не разреветься. И плевать уже было на макияж. Телефон продолжал вибрировать.

Так я и сидела несколько минут, приходя в себя. Терпеть не могла такие дни, когда всё валилось из рук. Но я знала, что главное в этом состоянии было не загонять себя дальше, распаляясь, а наоборот как-то отпустить ситуацию, и начать всё с чистого листа.

Глубоко вздохнув, убрала руки от лица. Мир не рухнул, всё было нормально. Осторожно повернулась, и дотянулась до бардачка, выудив оттуда пачку влажных салфеток. Убрала соус со свитера. Он успел частично впитаться, и осталось пятно, но с ним легко справится стиральная машина.

Телефон в сумке искала долго, приказывая при этом себе не злиться, хотя очень хотелось. В конце концов, он нашёлся, и я увидела, что у меня было три пропущенных и сообщение. Все звонки были от брата. Недолго думая, тут же набрала его номер.

— Ты почему не отвечаешь? — вместо приветствия услышала я.

— И тебе привет, Кость. А что, мне вдруг резко стало пять, и у меня не может быть своих дел? Я, вообще-то, работать могу.

— У тебя нет сейчас встреч. Я ещё вчера утром посмотрел твоё расписание в ежедневнике на эту неделю.

— Между прочим, ползать по чужим вещам неприлично.

— Я не ползал. Твой ежедневник лежал на самом видном месте у тебя в спальне.

— Ты чего звонил-то?

— Хотел узнать, как дела. Я переживаю за тебя. Вдруг тебе снова станет плохо. Сдала анализы? — Весь вчерашний день Костя заваливал меня сообщениями, спрашивал о самочувствии. Так что пришлось ему признаться, что я ходила в поликлинику, и что с утра мне назначили анализы, поэтому он был в курсе. Конечно, я не стала ему говорить о предварительном диагнозе, тем более, нужно было сначала его подтвердить.

— Да. Как раз сейчас сидела в машине и ела шаурму. Голодная была — жуть. Без завтрака из-за анализов осталась. Знаешь, как мне было вкусно?

— У тебя давно отравления что ли не было?

— Да ну, брось. Всю юность её ели, и нормально. Я как раз тут подумала о том, что давно почему-то перестала совершать безумные поступки. Кость, я стала скучной?

— Ты стала взрослой, Юль. А взрослые люди, они думают, прежде чем делать что-то.

Тяжелый вздох, и в трубке повисла тишина.

— Я хочу съездить на нашу старую квартиру с Андреем. Буду переезжать туда. Только не спрашивай, как, зачем, и почему, ладно?

— Даже не собирался. На самом деле, я считаю, что это хорошее решение. Плюс, будем рядом с тобой. — Это было правдой. Квартира Кости была в этом же доме. Мы изначально покупали квартиры близко друг к другу. Он был мой брат, друг моего мужа, это было удобно.

Когда мы собрались переезжать в дом, я, на самом деле, сильно переживала этот момент, как и Костя. Но постепенно все как-то привыкли.

— Тебе нужна помощь с переездом?

— Не знаю пока. Вот, хотела заехать, оценить масштаб бедствия. Я даже не особо помню, что там из мебели осталось. Последний раз была там года два назад.

— Слушай, я как раз сегодня в офис только после обеда, из дома работал. Давай, подъезжай, вместе сходим.

На душе от того, что хоть кто-то мог разделить со мной мои проблемы, стало лучше. И всё уже не казалось мне таким беспросветным.

Я быстро добралась до нашего старого дома, и припарковалась, сделав брату дозвон. Параллельно я увидела через зеркало, как дверь из Костиного подъезда открылась, и из неё выпорхнула девушка, тут же сев в такси. Она была чем-то сильно расстроена.

Следом за ней вышел Костя.

Как только такси уехало от дома, я вышла из машины, и пошла к брату.

— Ты опять… — Хотела я отругать его за отношение к девушкам. Мне не нравилось, как мой брат легкомысленно встречался с кем-то, и так же легко бросал. Но его, кажется, всё устраивало.

— Даже не начинай. Проехали. Пошли смотреть квартиру.

Я словно ворвалась в прошлое, поднимаясь на свой этаж, вставляя ключ в замочную скважину… Из открытой двери пахнуло давно непроветриваемым помещением. Рука потянулась к выключателю, и квартира озарилась светом.

Мы с братом прошли внутрь.

— Кость, открой окно, пожалуйста. Надо тут проветрить. Воняет старостью какой-то.

— Да ну, я ничего не чувствую. — Ответил брат, но всё равно пошёл к окну, выполнять мою просьбу.

А я уже не могла терпеть. Запах казался невыносимым. И, зажав рот рукой, я побежала в туалет, потому что меня начало сильно тошнить.

Блин. Похоже прав был Костя насчёт шаурмы. Не была дерзкой, нечего было и начинать…

После небольшой «чистки» организма, мне стало легче. Хорошо, что в этот момент я оказалась здесь, а не где-нибудь по дороге к клиенту.

— Слушай, мне не нравится твоё состояние. — Костя вошёл в ванную комнату, и помог мне включить воду, которая была перекрыта. Я оставалась сидеть на полу. На лбу выступила испарина, и я скинула куртку, в которой всё ещё была.

— Не делай из мухи слона. Вчера перенервничала, сегодня съела шаурму из ларька. Мой изнеженный желудок, кажется, не выдержал такой пытки.

Костя неожиданно тоже скинул куртку, и сел на пол напротив меня.

— Хочешь, переезжай пока ко мне. Пока здесь всё не сделаем. Я тебе свой кабинет отдам, у меня там диван новый.

— Ну, спасибо. И терпеть вереницу твоих женщин? Я уж лучше сюда без вещей.

— Не очень-то ты хорошего мнения обо мне, сестрёнка. Их не так много, как ты думаешь. Я взрослый мужчина, могу держать себя в руках. Несколько дней воздержания… Хотя, давай-ка побыстрее лучше тебе здесь всё обустроим. — Брат скривился, но я понимала, что он шутил.

Я фыркнула от смеха, и запустила в него своей курткой, которая лежала рядом со мной.

На самом деле я чувствовала, что всегда могла положиться на Костю. И мне было жаль, что у него не было женщины, которая, как я, знала бы его настоящего. Он был надежным, любящим, вот только не со всеми. Попасть в его сердце было непросто. А иногда мне казалось вообще, что вакантных мест там больше нет, все они заняты живыми и ушедшими.

Из квартиры я выходила со списком необходимых покупок, и пониманием, что я могла переехать хоть сегодня. Здесь была полностью оборудованная кухня, ванная комната, а в спальне осталась кровать, так как в дом мы решили заказать большую по размерам.

В дом возвращаться мне не хотелось, и я решила, что возьму минимум вещей, и ночевать буду уже здесь. Вызвала знакомый клининг, и девочки обещали к вечеру убраться в квартире, взяв мой заказ вне очереди.

Почему-то резко вспомнила, что помимо пропущенных звонков на телефоне было ещё сообщение, которое я так и не прочитала, но это оказалось просто сообщение из банка. Зато я замерла с телефоном на пару секунд, и всё же написала Андрею.

Юля: «Сегодня возьму часть вещей, ночевать уже не буду. Перееду окончательно на выходных.»

Ответ пришел почти сразу, словно Андрей сидел с телефоном в руках, и ждал моего сообщения.

Андрей: «Я тут подумал, давай без развода, Юль? Хочешь, возьмем паузу, уедешь пока на квартиру, но попробуем всё с начала. С чистого листа. Дай мне второй шанс, я не подведу. Места себе не нахожу…»

Я присела на чуть заснеженную скамейку во дворе дома, и уставилась на экран. Мелкие снежинки падали на него, и тут же таяли.

Зачем он это делал? Травил мне душу. Ведь знал же, что я не смогу. Никогда не умела делиться. Я даже не знала, уволил ли он эту Кристину. Хотя, судя по тому, что она ходила в кафе прямо напротив его офиса… Как это называлось? И волки сыты, и овцы целы? Очень нам подходило. Волк Андрей утолил свой голод, а вот овцой тут получалась, как ни печально, я.

Пришло ещё одно сообщение.

Андрей: «?»

Но я не знала, что отвечать. Сунула телефон в карман куртки, и пошла к машине. Хотела сегодня оформить документы на развод через сайт, там и дел было полчаса край. Но всё оттягивала. А теперь вообще настроение пропало.

Телефон завибрировал, Андрей, не получив от меня ответ в сообщении, решил позвонить. Но я отклонила вызов, а потом вообще внесла его номер в черный список. Пусть побудет там денёк, ничего страшного с ним не случится.

Наверное, я была полностью погружена в мысли о муже, иначе никак не могла объяснить, как я, с пятнадцатилетним стажем вождения, умудрилась выезжая не заметить машину, припаркованную слева от меня. В зеркала вроде бы смотрела…

Вот только вывернув руль, и сдав назад, услышала удар, и характерный скрежет метала, а меня немного трухнуло. Конечно, моя скорость была минимальной, а вторая машина была вообще без движения, так что я никак не повредилась, но вот сердце быстро забилось. Кажется, я попала в свою первую аварию.

С замиранием сердца я вышла из машины, чтобы оценить масштаб «катастрофы». Машина, в которую я въехала, вовсю сигнализировала владельцу, что с ней было что-то не то.

Это был серый внедорожник. Наверное, у меня слились все цвета, и я просто его не заметила. Получилось, что я своим левым задним фонарём ударила ему в заднее крыло. Как итог: у меня разбитая задняя фара, а на серой машине — царапина.

Я не знала, что делать в таких ситуациях. Какая-то паника подталкивала меня сесть в машину, и уехать, но здравый рассудок говорил, что во дворе есть камеры, и вообще, скрываться с места ДТП — подсудное дело, плюс чисто по-человечески…

Увидев, как к машине спешит мужчина, поняла, что дела плохи. Его лицо не предвещало ничего хорошего. И почему я не догадалась позвонить брату, пока он ещё далеко не уехал.

Решив, что лучшая защита, это нападение, я первая бросилась к мужчине.

— Простите, пожалуйста. Я не знаю, как так получилось. Выезжала, и не заметила. Вроде бы ничего серьезного, у вас царапина только. Давайте я заплачу. Сколько нужно? — Я тараторила, пребывая немного в панике.

А вот мужчина, к моему удивлению, молча осмотрел повреждения, потом посмотрел на меня как-то внимательно, и, неожиданно спокойно произнёс.

— У меня немного другой план. Забудем о царапине, а вы мне за это свой номер телефона и обещание свидания…

Я стояла, и открывала и закрывала молча рот, словно рыба. Все слова куда-то испарились из головы.

Не буду скрывать, со мной и раньше знакомились мужчины. Но, всегда было достаточно упомянуть, что я была замужем, и всё останавливалось. И я даже почти снова успела сказать, что несвободна, как мысль пронзила мою голову: а несвободна ли я?

— Может, я всё же лучше заплачу? Сколько может стоить починить такую царапину… Или, хотите, вызовем ГИБДД, чтобы оформили аварию, и по страховой прошло.

Мужчина совсем не выглядел злым, как мне показалось изначально. Он был спокойным, и это его спокойствие распространилось и на меня. Паника стала отступать, пульс выровнялся.

Он был высоким, наверное, даже чуть выше Андрея, а по комплекции чем-то похож на Костю, такой же крупный, спортивный. На вид он был мой ровесник, или чуть моложе, лицо казалось грозным, наверное, из-за довольно густых бровей, но я была уверена, что, стоило ему улыбнуться, как этот грозный флёр уходил.

Несмотря на довольно холодную погоду, он был одет в пальто, и был без шапки. Из-за чего его коротко стриженные волосы покрылись снежинками. На щеках выступала трёхдневная щетина.

— Вы замужем? — В лоб спросил мужчина, а я растерялась.

— Пока да. Но… Хотя нет. Наоборот. Давайте лучше скажу, что теперь я свободна. — Я не думала, что мужчина хоть что-то понял из моей речи, я и сама запуталась.

— Как вас зовут? Меня Сергей. — Незнакомец протянул мне руку, как для рукопожатия. Я пару секунд просто на неё смотрела, но потом сняла перчатку, и вложила в его ладонь свою.

— Юлия. Приятно познакомиться.

— Юля, можно же к вам так обращаться?

— Да, можно и на «ты». — Кивнула я.

— Юля, я не люблю пустых разговоров, время — деньги, как мы знаем, а мне нужно спешить на встречу. Давай ты дашь мне свой номер телефона, и я тебе напишу. Ты мне понравилась, да, вот так, с первого взгляда. И я бы хотел с тобой встретиться. Что там у тебя с твоим мужем, мне не сильно интересно, но, если он такой баран, что может профукать такую жену, я ему не сочувствую.

Я немного покраснела от того, что говорил Сергей, но быстро взяла себя в руки.

— Просто свидание… Я не уверена, что…

— Не свидание. Давай назовём это встреча. Идёт? Дружеская. Пока. Я не буду ни на чём настаивать. Ну и, в конце концов, ты повредила мою машину… — Последнее Сергей сказал скорее в шутку, это было понятно по его выражению лица.

А я вдруг вспомнила сегодняшнюю встречу с Кристиной в кафе.

Разве я нарушала какие-то моральные принципы, просто дав свой номер? Я так не думала.

Достала свой телефон, и продиктовала номер мужчине. Он тут же сделал мне дозвон, и я записала его себе.

— Был бы очень рад пообщаться подольше, и обязательно это сделаю в следующий раз, но я правда опаздываю.

Я кивнула, а мужчина пошёл к машине. Попутно оглядел мою разбитую фару.

— Я сейчас позвоню кое-куда, и адрес тебе скину. Подъедь, чтобы фару заменили. До встречи. — На этих словах он подмигнул мне, и скрылся в машине. А мне ничего не оставалось, кроме как тоже сесть в свою.

Через минуту я и правда получила адрес. Планов, которыми мне хотелось бы заняться, у меня не было, так что я решила действительно исправить свою оплошность, и сразу починить фару. Тем более, что знакомых автосалонов у меня не было, а здесь мне предлагали помощь. Раньше всеми этими вопросами, связанными с машинами, занимался Андрей.

При мыслях о муже, настроение снова начало падать вниз.

Когда я доехала до автосалона, меня там уже ждали. Как вип-гостя проводили в комнату отдыха, а я не знала, чем себя занять. И чёрт меня дернул достать мужа из чёрного списка, чтобы посмотреть, не писал ли он что-то ещё…

Андрей: «Юль, ответь, пожалуйста…»

Андрей: «Ты меня в черный список добавила?»

Андрей: «Я знаю, что обидел тебя, но не знаю, как это исправить теперь. Подскажи мне… Что мне сделать, чтобы ты дала нам второй шанс?»

Андрей: «Всё равно, что разговаривать со стеной… Напишешь мне сама, когда захочешь. Я всегда на связи.»

Последнее сообщение мужа почему-то особенно взбесило меня. Он ещё смел предъявлять мне какие-то претензии?

Наверное, если бы не оно, я бы так и оттягивала. Но злить меня было не нужно. Зашла в приложение услуг, предоставляемых государством, и быстро, прямо через телефон, оформила заявление на развод, отправив Андрею.

Ему должно было прийти уведомление, что я это сделала, и с его стороны ожидалось решение, то есть он должен был одобрить развод, чтобы не пришлось идти в суд.

Мобильный ожил, звонил Андрей. Конечно, он звонил. Видимо, уведомление уже пришло. Он же всегда на связи…

Отклонила звонок как раз в тот момент, когда в комнату отдыха за мной зашли.

— Ваша машина готова.

— Уже? Так быстро… — Телефон всё не прекращал звонить. Андрей был настойчив. Нужно было обратно убрать его в блок.

— Для особых клиентов максимально быстро. — Улыбнулся мужчина. От меня не укрылось это «особый клиент».

— Спасибо большое. Сколько я вам должна? Где оплачивать?

— Нисколько. Хозяин всё уже оплатил, так что можете просто садиться, и ехать.

Мне было приятно внимание Сергея. И, было даже жаль его разочаровывать. Ведь отпуская меня с места ДТП, оплачивая ремонт, он ещё и не подозревал, насколько у меня «всё сложно».

Красивый, видный мужчина, явно не бедствующий… Зачем ему была женщина в процессе развода, которая не могла иметь детей, и у которой, ко всему прочему, неожиданно диагностировали ранний климакс. Вполне возможно, что через пару лет меня можно было не узнать из-за всех этих изменений.

Проверив по камерам через приложение двор дома, я убедилась, что машины Андрея там не было, а это значит, я могла беспрепятственно заехать туда, чтобы собрать вещи на первое время, раз я решила съехать сегодня же.

Сталкиваться с ним пока не было никакого желания, особенно с учётом того, что ему только что пришло уведомление о том, что я подала документы на развод. Мне и так было непросто, а, чтобы противостоять Андрею, нужны были силы.

Дорогу до дома я провела продуктивно, подключив телефон к машине, и обсудив с клиентом множество вопросов. Наверное, мою бдительность сбил как раз этот разговор, потому что, когда я уже припарковалась у дома, мне снова позвонили, и я взяла трубку не глядя, так как Андрей был в блоке, а я подумала, что перезванивал клиент, с которым мы только что говорили.

— Слушаю. — Ответила я, параллельно отстёгиваясь, и даже не глядя на экран, где отображалось имя звонившего.

— Привет, Юля. — Знакомый женский голос заставил замереть, и перевести глаза на экран, чтобы убедиться, что мне не показалось.

— Здравствуйте, Татьяна Валентиновна.

Это была мама Андрея, моя свекровь. Честно, я не ожидала, что Андрей мог дойти до того, чтобы вплести в наши отношения свою мать.

Мы с Костей были поздними детьми. Мама поздно вышла замуж, для отца это был уже второй брак, и, так получилось, что, Костя появился на свет, когда маме было сорок, а я, когда ей было сорок два. Отец умер, когда мне исполнилось тридцать один, а в прошлом году не стало мамы.

А вот у Андрея ситуация была обратная. Его мама забеременела в семнадцать, когда училась в одиннадцатом классе, и, когда ей только исполнилось восемнадцать, родила моего мужа. Она воспитывала Андрея одна, потому что мальчишка, который был его биологическим отцом, был к этому совсем не готов, и канул в небытие. Замуж она больше не вышла, и Андрей был её единственным ребёнком.

Для меня всегда странно было воспринимать её, как родительницу. Наверное, потому что я сравнивала её и своих родителей. Когда мы поженились, моим родителям было шестьдесят, а мама Андрея была по возрасту как я сейчас.

У нас с ней были нормальные отношения. Мы не были лучшими подругами, но и не ругались, не говорили за спиной что-то плохое. Обычное, уважительное общение.

— Как дела? — спросила свекровь будничным тоном, а я нахмурилась. Серьезно? Как дела? Я помедлила секунду, не зная, что отвечать. Никак не могла понять, знала она про нас с Андреем, или нет.

— Татьяна Валентиновна, у вас что-то случилось? Я просто, если честно, даже не ожидала вашего звонка… — Я пыталась слиться с темы. Если Андрей не рассказал матери, что натворил, я не собиралась быть той, кому придётся нести плохие вести.

— Да нет. Я… — было слышно, что женщина замялась, и будто решала, говорить мне что-то, или нет. — Андрей заходил ко мне на днях, мы до магазина вышли с ним, а у меня же, знаешь, по пути там детский магазин как раз. И он как-то застопорился у витрины, ещё и с улыбкой такой… Я, в общем, и подумала, может, у вас новости какие, а вы молчите. От него же не дождешься вечно ничего, молчит, как партизан. Поэтому решила тебе позвонить.

От её слов сердце покрывалось ледяной коркой.

— Татьяна Валентиновна, пообщайтесь с вашим сыном на эту тему. Мне вам сказать нечего. — Я завершила вызов, понимая, что это было не вежливо, но я не смогла бы выдержать эту пытку дольше.

Почему же было так больно, черт побери? Ведь она же знала, насколько непростая для нас это тема, мы просили её не поднимать больше этот вопрос…

А Андрея мне вообще хотелось разорвать на лоскутки. Какого чёрта он писал мне о каком-то втором шансе, а сам ходил и улыбался у витрин детских магазинов. Он как себе представлял нашу жизнь с его внебрачным ребёнком?

Хотелось кричать, выть от всего, что скопилось в груди. Я со стоном закрыла глаза, и упала головой на руль, из-за чего раздался протяжный автомобильный гудок. Как же меня всё достало. Насколько хрупкой была моя жизнь, казавшаяся почти идеальной, что её можно было в одночасье вот так разрушить.

В машине снова заиграла мелодия звонка. И что всем от меня было сегодня нужно? Хотели меня добить? Ну, что ещё?

Увидев, что звонила девочка из клининга, который убирался в квартире к моему переезду, заставила себя немного успокоиться.

— Да?

— Юлия Аркадьевна, простите за беспокойство. Просто начали убираться в гостиной, и за тумбой нашли коробочку с браслетом ювелирным. Не поняли, то ли случайно туда упала, а, может, спрятана там была… не знаем, вот, что с ней делать. Вы говорили, тут не было никого два года, а она как новая.

— Погодите, какую коробочку?

— Ну, бирюзовую такую. И браслет внутри, золотой, кажется.

У меня начала кружиться голова. Я не понимала, что происходит.

Вздрогнула, потому что мне в стекло постучали. Слева у машины стояла какая-то незнакомая мне девушка. А это ещё кто?

— Хорошо. Спасибо, что позвонили. Оставьте коробочку прямо там на тумбе. — Я отключилась, и, взяв сумку, и пытаясь справиться с головокружением, открыла дверь.

— Здравствуйте. — Первой обратилась я к незнакомке.

Мне казалось, я раньше её не видела. Стройная фигуристая брюнетка примерно с меня ростом.

— Здравствуйте, вы же Юлия, жена Андрея, верно? — сделала она шаг вперед.

— Да, а вы…?

— Меня зовут Настя. Это я от него беременна.

Я смотрела на девушку передо мной, а в голове была полная чехарда. Какая ещё Настя?

А Кристина? У Андрея две беременных любовницы, или… Может, это какая-то ошибка?

— Простите, может, вы меня с кем-то перепутали?

— Ну, если ваш муж Омский Андрей Борисович, то нет. — Незнакомка смотрела на меня спокойно. Без испуга, смущения, но и наглости и чего-то подобного в её взгляде не было.

Я прикрыла глаза, чтобы унять головокружение, и это, как ни странно, помогло.

А с чего я вообще взяла, что Кристина — та, про кого он говорил? Сейчас я не могла вспомнить ни одного раза, что он называл её имя, а все свои умозаключения я сделала сама. И основной моей догадкой стал тот браслет. Но если браслет на квартире… Либо он каждой своей любовнице дарил по браслету, либо я всё это время думала на другую. Обалдеть.

Теперь и поведение Кристины, когда она меня почти не замечала, было мне понятно. По факту, я была для неё просто незнакомой женщиной.

Значит, передо мной сейчас стояла та самая?

— Что вам от меня нужно? — так же спокойным тоном ответила я, хотя моя спокойность была абсолютно показушной. Внутри у меня всё бурлило.

— Хотела поговорить. Обсудить произошедшее. Мы с вами, вроде бы как, сейчас не чужие люди. Вы прожили с Андреем много лет в браке, а я ношу под сердцем его ребёнка. Почти родственники.

Мои губы сами собой скривились от её слов. Спасибо, но таких родственников мне было не нужно.

— Не представляю о чём нам разговаривать. Да и желания особого нет, если честно. Сегодня я подала документы на развод, дальше уже не моё дело. Разбирайтесь с Андреем сами. Как заделать ребёнка вы же разобрались.

Я развернулась, опять почувствовав себя не очень хорошо, в ушах начался шум, но я старалась внешне этого никак не показывать. Закрыла машину, и пошла к дому.

Девушка, назвавшаяся Настей, не двигалась с места, провожая меня взглядом.

Я уже подходила к крыльцу, когда почувствовала, что не дойду. К шуму в ушах добавились чёрные мушки в глазах, а ноги начали подкашиваться, словно силы в них больше не было.

Я начала хвататься за воздух рядом с собой, чтобы не упасть, но рядом ничего не было. Пришлось оседать на землю, прямо рядом с сугробом.

— Что с вами? Вам плохо? — Подлетела девушка ко мне. Я смутно видела её, понимая, что она сидит рядом со мной на корточках. — Алло, скорая? Да, женщине плохо, обморочное состояние. Адрес… — Она продиктовала адрес нашего дома, и снова повернулась ко мне. — Где ключи от дома? Я принесу вам воды, пока скорая приедет… Лучше встать из сугроба, и как-то переместиться в дом.

В сидячем положении мне стало чуть лучше, но сил на то, чтобы встать, всё ещё не было.

— В сумке, в наружном кармане на молнии. — Прохрипела я, указав рукой на сумку, которая валялась рядом со мной.

Наверное, было легкомысленно вот так говорить о ключах незнакомой женщине, но мне было уже глубоко всё равно. Если бы она захотела причинить мне вред, то не вызвала бы скорую, а оставила тут валяться на тропинке к дому.

Девушка довольно быстро нашла ключи, и скрылась в доме, появившись оттуда через минуту со стаканом воды.

Она помогла мне выпить её, а потом, придерживая за руку, помогла подняться, и дойти до самого дома.

Я еле как доковыляла до гостиной, и упала без сил на диван. Теперь я была хотя бы в тепле, и мне не грозила смерть от обморожения.

Сама девушка осталась здесь же, присев за один из барных стульев, стоявших недалеко от меня.

— Как вы себя чувствуете? Это вы из-за меня так?

— Не льсти себе. — Покачала я головой. Хотя, обмороки начались как раз, когда Андрей признался мне в их связи. Но, мне не хотелось ещё больше проигрывать в этом сравнении. Я — уже немолодая, неспособная забеременеть, разваливающаяся на части. И она — молодая, беременная, красивая…

Я правда не ожидала, что она будет такой привлекательной. Особенно я видела это теперь, когда она сняла верхнюю одежду. Идеальная фигура. Тёмные, почти чёрные волосы красиво обрамляли лицо с ярко выраженными скулами. Пухлые губы, аккуратный нос, и почти такие же, как волосы, черные глаза.

Когда я думала, что Андрей спал с Кристиной, мне даже было как-то легче. Кристина тоже была привлекательной, но какой-то холодной, высокомерной. А эта Настя…

— Андрей не знает, что я пришла сюда к вам. Наверное, разозлится. Тем более, что вам стало плохо. Он мне велел не приближаться даже, когда я сказала ему, что хотела поговорить.

Я фыркнула. Надо же, какая забота. Может, мне ещё ему спасибо написать?

— А ты вся такая правильная, да? Поговорить она хотела… Что же ты с чужими мужьями-то спишь тогда? — Не могла не съязвить я. Самочувствие начало выравниваться, но я пока боялась садиться, оставаясь лежать на диване.

Настя ничего не успела ответить, на фоне раздалась сирена скорой помощи, видимо, по мою душу. А я уже представила лицо Кости, когда он узнает, что мне снова было плохо. Кажется, плакала моя спокойная жизнь. Здравствуй постоянная опека и запрет ездить за рулём.

Девушка сама встретила врачей, и привела их ко мне. Они провели осмотр.

— Давление низкое. Саш, давай хлорид натрия. — Мужчина-врач быстро раздавал команды своим коллегам. — Как часто давление скачет? Обмороки были уже до этого? — обратился он уже к Насте.

— Простите, я не знаю. Мы сегодня в первый раз встретились с Юлией.

— Недавно был ещё случай, но я уже сходила в поликлинику.

— И что там сказали? — уточнил врач, который уже сделал мне инъекцию.

Я затравленно посмотрела на Настю. Меньше всего мне хотелось сейчас говорить при ней, что сказали мне в поликлинике на приёме. Вряд ли я могла унизиться ещё больше.

— Сдала анализы, приёма ещё не было.

— Хорошо, что не пустили на самотек. С кем проживаете? Могут вам присмотр обеспечить?

— Я… — Ещё немного, и, казалось, я могла прокусить себе щёку, так сильно я её сжала между зубами.

— Я написала её мужу, он уже в пути. — Вдруг сказала Настя, а у меня сердце опустилось. Зачем она так? Это что, были какие-то спланированные унижения?

Врач ещё что-то говорил, но я уже не слушала. Из моей головы всё не выходила мысль, что сейчас приедет Андрей, и мы будем в доме втроём: я, он и его любовница. Просто мой самый жуткий кошмар.

Скорая уехала, а мы остались в доме вдвоём.

Ещё пару недель назад я и подумать не могла, что со мной будет происходить подобное. А сейчас в моей жизни был настоящий театр абсурда. Я лежала на диване в гостиной своего дома, а рядом со мной сидела любовница моего мужа, и мы вместе ждали его появления.

— Зачем ты написала Андрею? Неужели тебе самой нормально находиться со мной и ним одновременно? — Я повернула голову. Чувствовала я себя хорошо, но вместе с нормальным самочувствием ко мне пришла какая-то апатия. Ничего не хотелось. Просто лежать, наблюдать, и будь как будет.

— Я растерялась, если честно. При мне первый раз человеку стало плохо настолько, что он упал.

Я хмыкнула. Она была совсем молодой, неопытной. Вспомнилось, как Андрей с Костей быстро сообразили, что нужно было делать, когда я упала в прошлый раз.

— О чём ты хотела поговорить? У тебя есть шанс, пока Андрей не пришёл. — Я, наконец, села. Глаза не хотели фокусироваться на чём-то, застыв на ножках стула, на котором сидела Настя.

— Я думала, вы другая. Я знала, что у него жена, с которой он давно вместе. Видела фотки какие-то в интернете… Но, когда увидела на корпоративе вас в первый раз, удивилась. Вы красивее, чем я думала. И от вас идёт такая… уверенность, что ли. Кажется, если все женщины — кошки, то вы однозначно породистая.

Я не понимала, как реагировать на слова Насти. Она вводила меня в ступор своим поведением. Если бы она истерила, кричала, что-то требовала, мне было бы намного проще отвечать ей на тот же манер.

— Не надо. Почему ты это говоришь? Ты понимаешь, как я к тебе отношусь? — Я сама себя начала распалять изнури. Злость — это хорошо. Она придавала сил, не давала растечься лужицей на полу, отбросив остатки гордости. — Я тебя ненавижу. Для меня ты та, кто разрушила мой брак, который я считала счастливым на протяжении двадцати лет! В моей голове именно ты виновата в том, что я останусь одна почти в сорок! Ты это понимаешь? — От предложения к предложению мой голос становился громче.

— Я никого ни к чему не принуждала. — Ответила она, и отвернулась от меня. Её шея пошла красными пятнами.

Настя налила себе тоже воды.

— Я дождусь Андрея на улице. — Сказала она, и пошла к выходу. Правильно. Вали. Это пока ещё не твой дом.

От мысли, что она скоро могла стать здесь хозяйкой, стало тошно. К счастью, на этот раз в переносном смысле.

Здесь многое выбирала я лично. И в моей голове это мы с Андреем сидели за этим столом, пили из этих бокалов, ели этими столовыми приборами. Там не было места другой женщине.

— Можете вообще не заходить. Просто забери его, и уезжайте. Спасибо, что не бросила. Больше сказать мне ни тебе, ни ему нечего. Если ждали моего благословения, хрен вам с маслом.

Настя на секунду замерла у двери, а после вышла.

Я встала, решив не терять времени зря. Всё-таки, я приехала собираться, этим нужно было и заняться. Был даже маленький, но всё же шанс, успеть сделать это до того, как приедет Андрей, и уехать, разминувшись с ним.

Но чуда, ожидаемо, не произошло. На моменте, когда я складывала свою уходовую косметику, входная дверь снизу хлопнула.

— Юля! Ты где? — Услышала я голос мужа снизу. Конечно, отзываться я не собиралась. Я вообще не хотела с ним разговаривать. Но сама стояла, прислушиваясь.

Он оббежал первый этаж, и стал подниматься на второй, где меня найти уже не составляло труда.

— Юля, ты как? Что произошло. — Я посмотрела на Андрея, и вернулась к сбору косметики. От его присутствия сердце начало биться чаще. Ещё один предатель моего организма.

Андрей выглядел напуганным и запыхавшимся, словно очень торопился сюда.

— Как видишь, жива. И, даже как будто почти здорова. Хотя, наверное, это для тебя не очень хорошие новости?

— Перестань! — Вдруг повысил голос Андрей, и я вздрогнула. Он так со мной почти не разговаривал. — Сколько можно язвить? Ты можешь вести себя как взрослая женщина? Да, я виноват, да, допустил ошибку, но превращать меня в грязь из-под ногтей не надо.

— Твоя ошибка, кстати, вызвала мне скорую. И стоит сейчас, наверное, внизу, слушая наш разговор. — Внизу и правда что-то задвигалось после моих слов, и меня слегка от этого начало потрясывать. — И это ты перестань. Перестань делать вид, что у нас ещё может быть какое-то будущее.

— Я просил её не приходить и не лезть. — Сжав зубы проговорил Андрей.

— Зря. Я хотя бы теперь понимаю, на что ты повёлся. Она правда красивая. Слушай, а если беременная любовница — это Настя, то Кристина кто?

— Какая Кристина, к чёртовой матери? — Андрей сделал шаг по направлению ко мне, но я отступила назад. Мне было проще держать себя в руках, когда он был на расстоянии. — Настя — не любовница. Я говорил, у нас с ней был лишь один раз. Любовница, это что-то постоянное, любовь на стороне…

— Да плевать мне, Андрей! Называй как хочешь! Как ты понять этого не можешь? Я не хочу никаких объяснений. Говоришь мне вести себя как взрослой? А сам не пробовал? Тебе там должно было уведомление прийти о том, что я на развод подала. Так вот. Будь взрослым мальчиком, заполни там всё, потом подпишем и мирно разойдёмся. Ведь так поступают взрослые? Берут ответственность за последствия своих поступков, а не думают, что им всё просто простится за красивые глаза.

— Андрей! — Раздался испуганный голос Насти снизу, и муж напрягся. Он посмотрел на меня, потом на лестницу, которая вела вниз. — Андрей, у меня кровь… — Уже немного панически донеслось снизу.

Я чувствовала себя каменной статуей. Ни один мускул на моём лице не дрогнул, когда я сказала:

— Что ты стоишь? Иди! Если там что-то с ребёнком?

А Андрей с такой тоской на меня посмотрел, что я почти сдалась. Но он не выдержал первым. Развернулся, и быстро начал спускаться вниз.

Наверное, можно было себе признаться, что это был безусловный конец.

«Нахрена мне эти вещи? Куплю новые. Новая жизнь — новая я.» — Подумала я, и, не дожидаясь ничего, схватила дамскую сумочку, то, что успела уже собрать, и быстро, чтобы меня никто не перехватил вышла из этого дома, планируя больше никогда сюда не возвращаться.

До квартиры я добралась уже через час. На улице был вечер, дороги в моём направлении к центру были полупустыми, хотя в противоположном направлении всё стояло.

Я забрала у соседки ключи, которые оставляла для клининга, мне повезло, что соседи остались прежними, и мы с ними были уже знакомы, и зашла в свой старый новый дом.

Теперь в квартире всё блестело. Комнаты были полупустыми, и очень чётко отражали то, что я сейчас чувствовала. Я будто тоже была полупустой.

Бросила все свои сумки прямо у входа, и закрылась на все замки. Одной здесь было не так уютно, и не чувствовалось полной безопасности. Хотя, конечно, всё равно намного спокойнее, чем быть одной в своём доме, где до ближайших соседей нужно было ещё успеть добежать.

Зайдя в гостиную, первое, на что я наткнулась взглядом, была та самая коробочка бирюзового цвета.

Наверное, этот цвет теперь у меня всегда будет вызывать неприятные ассоциации, ведь, если бы не он, узнала бы я о том, что Андрей мне изменил?

Мне даже стало интересно, рассказал бы он мне, если бы правда не выплыла наружу, или нет?

Мысленно я периодически возвращалась к произошедшему в доме. Настя кричала, что у неё кровь. Что, если я настолько сильно желала ей зла, что вселенная услышала меня, и сделала что-то с её ребёнком? Хотелось бы мне этого?

Столько вопросов, на которые я не готова была сейчас честно ответить даже самой себе.

Я подошла к коробочке, лежащей на тумбе, и села прямо на пол рядом с ней, не сводя с неё взгляда. Словно, она могла куда-то испариться, если бы я перестала смотреть.

Дрожащей рукой я дотронулась до неё, а потом сняла крышку.

Внутри был тот самый браслет. Розовое золото с перламутром.

— Как же ты здесь оказался? — Вслух произнесла я, так и не решившись взять его, а уж тем более примерить.

Если это был тот самый браслет, который я нашла в вечер корпоратива в кармане Андрея, то каким образом он оказался на квартире? Неужели, он приводил Настю сюда?

Тяжело выдохнув, я закрыла коробочку обратно, а после и вовсе убрала её в ящик тумбы. Мне не хотелось, чтобы она мозолила мне глаза, даря ненужные эмоции.

Я перетащила сумку с вещами, которые успела собрать, от входа в спальню. Удачно, что я успела сложить одежду на первое время, и пару тюбиков своей косметики. В принципе, это и было самое необходимое.

Развешивая в шкафу привезённые вещи, случайно увидела рамку с фотографией, убранную на верхнюю полку в шкафу. Я встала на носочки, и потянулась за ней, еле достав.

Я сама запихнула рамку с фото сюда, когда мы переезжали. Было видно, что сегодня её протёрли от пыли, но положили обратно на то место, где взяли. Спрятать мне её пришлось, чтобы Андрей не вздумал тащить её в новый дом.

Ему очень нравилось это фото, а меня дико раздражало. Я несколько раз порывалась его заменить, или выкинуть, но он отстаивал его раз за разом.

Вместе с рамкой я подошла к кровати, и села на край.

На этом фото мы были молодые. Мне было двадцать пять, кажется, а Андрею, значит, двадцать семь. Мне казалось, что я отвратительно вышла на этой фотографии. Мы были в походе с нашими друзьями, и фото сделал кто-то из них, с утра, после ночевки на природе.

На мне был растянутый старый свитер, волосы взлохмачены, на лице ни грамма косметики. Андрей выглядел чуть лучше, просто потому, что он был мужчиной. Мужчины что, встают и уже красивые. В наших руках были железные кружки с чаем, который только что налили нам, сняв чай с костра, поэтому от кружек шёл пар. Мы сидели, и о чём-то разговаривали, глядя друг на друга, и, казалось, не видя никого вокруг.

Когда я спросила Андрея, зачем он вообще это распечатал, ещё и вставил в рамку, он сказал, что считает, что именно так выглядит любовь. То, как мы смотрели друг на друга, с утра, помятые, среди ещё целой кучи народа. На тот момент мы были женаты уже семь лет, и всё равно смотрели, словно никого кроме нас не существовало. Потому что я была в центре его вселенной, а он в центре моей.

Двадцать лет. Двадцать лет воспоминаний. Как можно было выбросить их разом из головы…нереально.

Не знаю, зачем, в каком-то мазохистском порыве, я поставила рамку с фото на прикроватную тумбу. А сама легла на кровать, прямо не раздеваясь, поверх покрывала.

Свет от ночника, стоящего на тумбе, был теплым, убаюкивающим. Сознание начала поглощать темнота, и я была благодарна, она была моим спасением. Облегчением, что этот день закончился.

Проснулась, когда на улице было ещё темно. В комнате горел свет, я, полностью одетая, так и лежала с краю, словно за всё время, что спала, ни разу не повернулась.

Судя по времени, проспала я всю ночь, на часах было без пятнадцати семь.

Хорошо, что проснулась сама. Утром я была записана на приём к врачу, мои анализы должны были быть готовы.

Быстро умылась, и привела себя в порядок. Я даже не думала, пока делала это. Действовала просто на автомате. Завтракать было нечем, поэтому выехала пораньше, чтобы заскочить за кофе с каким-нибудь сэндвичем в кофейне поблизости.

До поликлиники добралась быстро, в голове было пусто, и это, на самом деле, меня даже радовало. А вот перед входом в кабинет, меня начало заметно потряхивать.

Моментально зародились плохие мысли: что, если это был даже не климакс, а что-то серьезнее? Я слышала, что женщины моего возраста, особенно под воздействием стресса, чем только не болели.

Самым страшным диагнозом, конечно, для меня был рак. И, хотя я и старалась концентрироваться на хорошем, на подкорке это всё равно сидело.

— Омская здесь? — выглянула медсестра из кабинета, и я вскочила на ноги. Начали трястись руки, а на лбу выступила испарина, так я начала нервничать.

В кабинете было светло. Я присела на стул, куда мне указали, и замерла.

— Так, Омская Юлия Аркадьевна… Что тут у нас? Ага, вижу. Назначение врача, сдавали анализы, давайте посмотрим, что получилось…

Мне казалось, что тишина в кабинете длилась просто целую вечность. Одновременно хотелось, чтобы врач скорее сказала, что со мной, и, если там что-то сильно плохое, чтобы оттянула момент истины ещё хоть на чуть-чуть.

— Ну, тут всё понятно. Не знаю, зачем вас так наш терапевт напугала. У вас всё как раз наоборот.

Я открыла и закрыла рот.

— В смысле? Не поняла…

— Думаю, вам нужно записываться на УЗИ, убедиться, что всё протекает правильно. Тест на беременность делать не обязательно, всё равно две полоски покажет, ХГЧ высокий. Поздравляю, думаю, вы беременны.

Андрей, около месяца назад

— Андрей, ну съезди, забери, пожалуйста. Я совсем забыла про эту доставку, у меня через тридцать минут суд, а завтра уже её увезут обратно из пункта выдачи, и придётся заново заказывать и ждать. — Я устало откинулся на спинку рабочего кресла, сжав переносицу пальцами, и слушая в телефонной трубке голос жены.

— Зачем вообще нам новая ёлка? И, тем более, ещё середина ноября, Юль! Может, уже и круги плавательные закажем для отпуска весной?

— Я тебе уже объясняла. — Спокойно ответила жена. — В новом доме в прошлом году наша старая ёлка смотрелась ущербно. Она слишком маленькая. А ёлку, вообще-то, ставят и наряжают в начале зимы, а не прямо перед новым годом, так что не так уж и много времени осталось.

Я понял, что проще было согласиться с ней, чем спорить, и к этому мы и пришли. В этом была вся Юля. Если она вбила себе что-то в голову, то убедить её в обратном было практически нереально. Наверное, благодаря своей упёртости и дотошности она и была отличным юристом.

— Андрей Борисович, к вам Анастасия Юрьевна из аналитического отдела. — Раздалось из селектора на столе, а я сжал зубы. Эта девчонка была моей головной болью последние несколько месяцев.

И вот зачем она пришла опять? Я же просил Шепелева мне бумаги принести, на кой чёрт он её ко мне отправил, а не принёс сам?

— Пусть оставит в лотке для бумаг у тебя на столе, я заберу попозже. — Быстро ответил я своему секретарю, а сам, как дебил, сидел и прислушивался, что происходит в приёмной.

Пару месяцев назад мне исполнилось сорок. Я никогда не верил во все эти кризисы среднего возраста, про которые так много говорили, но, если у меня был не он, я даже не знал, как было назвать моё состояние.

Я начал страдать бессонницей, постоянно думая о том, как прошла моя молодость, не упустил ли я какой-то возможности. А ещё, я чувствовал будто мне остро чего-то не хватало. Словно ушла из жизни та острота эмоций, яркие краски. И не было понято для чего вообще это всё.

И да, я и сам понимал, как это всё звучало со стороны. У меня был офигенный дом, любимая красавица жена, я сколотил свой бизнес, так почему мне сейчас было всего этого будто недостаточно? А ещё, внутри сидел вопрос, для чего мне это всё, и этого ли я вообще хотел, когда всё только начиналось…

Никак не помогал тот факт, что одна из наших, можно сказать, новых сотрудниц слишком настойчиво проявляла ко мне знаки внимания.

Она была молода, амбизицозна, и, что уж скрывать, привлекательна внешне. По крайней мере, я видел, какими взглядами её провожали сотрудники моей компании мужского пола. Даже те, кто были женаты, и занимали высокие должности. Но вот она, почему-то, словно поставила себе целью обратить на себя моё внимание.

Мы «случайно» сталкивались в лифте, обедали в одно и то же время, она приходила ко мне даже по каким-то мелким вопросам, явно не требующим моего участия.

И я мог бы уже десять раз сказать ей, что не заинтересован в её обществе, что она мне не интересна, да и что угодно, вообще, но, к моему стыду, я молчал.

Молчал, и наслаждался тем, как перехватывало у неё дыхание, когда мы оставались с ней наедине. Как она смотрела мне в глаза, мечтая найти в них отклик. И я в этот момент чувствовал себя лучше. Не сорокалетним мужиком, которому и осталось, что уйти на пенсию и заняться рыбалкой и садоводством, а интересным мужчиной. Тем, на кого смотрят женщины, когда он заходит в помещение.

Я чувствовал себя богатым, властным, привлекающим внимание. И мне это нравилось. Настолько, что я сам себе был противен. Но я бы не признался в своей слабости ни единой душе, и, пока всё это было лишь в моей голове, я мог с этим жить, делать вид, что ничего этого не существовало.

Понял, что всё зашло слишком далеко вчера, когда получил сообщение с незнакомого номера: «Я тебя хочу. Никто не узнает. С ума схожу.» И я ни секунды не сомневался, от кого именно это сообщение было.

Оно словно нагревало мой телефон, горело, как шапка на воре. И я, несколько раз перечитав его, пока сидел в припаркованном рядом с домом автомобиле, удалил сообщение, и заблокировал абонента. Даже думать не хотел, что было бы, если его случайно прочитала Юля. Меня моментально прошиб холодный пот.

Если до этого момента я мог прикинуться, что все знаки от девушки были лишь плодом моей фантазии, то вот оно, реальное доказательство. И это уже пугало меня до чёртиков.

Я решил максимально ограничить своё общение с Анастасией, насколько это было возможным. Приехал сегодня на работу раньше обычного, чтобы не пересечься в лифте. Заказал обед прямо в офис.

Усмехнулся своим мыслям: большой дядя, бегал от неё, как маленький. А она вот смелая. Сама, значит, пришла.

Быстрым движением руки, пока не передумал, нажал на мигающую кнопку селектора.

— Валь, хотя, пригласи Анастасию Юрьевну, пусть зайдёт.

Натянул на лицо холодную маску безразличия. Она всегда помогала мне лучше всего. Это я был владельцем компании. Я любил свою жену, и не хотел позволять кому-то мной манипулировать. А то, что со мной происходило… это было только моей проблемой. Я её решу.

— Здравствуйте, Андрей Борисович. — Заглянула Настя ко мне в кабинет. — К вам можно? Роман Григорьевич просил вам документы передать, и прокомментировать некоторые пункты, которые мы чуть изменили.

Я тяжело вздохнул, готовясь к непростому разговору.

— Заходи, Настя. — Девушка прошла, оставив небольшую щель между кабинетом и приёмной. — И, закрой, пожалуйста, дверь.

Странный блеск появился в глазах Насти, и я вдруг подумал, как прозвучал, в свете её вчерашнего сообщения.

— Только не придумывай себе лишнего. Боюсь, наш разговор тебе не понравится…

Настя так и застыла с бумагами у двери, но быстро собралась. Расправила плечи, натянула на лицо улыбку, и повернулась ко мне лицом.

Я непроизвольно пробежался глазами по её фигуре. Так уж были устроены мужчины. Даже если я не хотел, я всё равно это делал.

Узкая офисная юбка-карандаш идеально облепляла бёдра, сверху на ней была блузка с вырезом, в котором виднелась ложбинка тяжелой груди. Грудь у неё была что надо. Девушка вообще была словно ожившая гитара, такие у неё были изгибы, а рука так и тянулась прикоснуться. Пухлые губы привлекали внимание вишнёвой помадой.

— Не понимаю, о чём вы. — Смотря мне прямо в глаза выдала девушка, и мне в голову пришла мысль: а что, если это не она прислала сообщение?

Но я тут же откинул все сомнения. Кто ещё это мог быть?

— Присаживайся, Настя. — Кивнул я ей на стул, стоящий напротив моего стола. Девушка грациозно прошла вперед, и села на самый край. — Давай начнём с документов, первым делом самолёты, как говорится.

Она положила бумаги, которые были у неё в руке на стол перед собой, и я притянул их к себе.

— Посмотрите пятый пункт. Мы пересчитали там таблицу, которая была. — Я открыл документ, и попытался вникнуть, что там было написано, но девушка сильно меня отвлекала.

Точнее, она как раз сидела, и ничего не делала, это я отвлекался на неё.

— Так, ладно попозже посмотрю. — Я бросил бумаги перед собой на стол, и откинулся на спинку рабочего кресла, уставившись на девушку. Она облизнула губы, и ответила на мой взгляд. — Ты написала мне вчера сообщение? — Я решил не ходить вокруг да около, и спросить прямо.

Показалось, что на щеках Насти проступил румянец, но это было не сильно заметно из-за косметики на её лице.

На секунду её взгляд опустился на руки, которые лежали у неё на коленях, но она снова подняла голову, и встретилась со мной глазами. Какая, однако, смелая девушка.

— Если и я, то что? — Полуулыбка тронула её губы, а глаза будто приобрели немного лисий разрез. — Всё просто, Андрей Борисович. — На тон тише сказала она, почти перейдя на шёпот. — От вас нужно только «да», или «нет».

Я был поражён её решимостью. Не думал, что в моей компании было много людей, кто смог бы разговаривать со мной в подобном ключе и тоне. Но она знала, видела, что оказывала на меня влияние. Не могла этого не чувствовать. И из-за этого рисковала всем.

— А от тебя нужно только заявление на увольнение. Пока по собственному, разумеется.

Я потянулся к принтеру, стоящему справа от меня, и вынул из лотка для бумаги чистый лист, положив его перед девушкой. Достал из подставки, размещенной на моём столе, ручку, и протянул её Насте.

Но она лишь смотрела на мою руку, и ничего не предпринимала, вообще не двигалась.

— Я не буду увольняться. Что я сделала? — Настя не смотрела на меня, смотрела чётко на стол, и на лист перед собой.

— Вот именно что, ничего. И поэтому я даю тебе возможность уйти по собственному желанию.

— Вас не устраивает качество моей работы? — Настя подняла, наконец, на меня свои глаза. Мне показалось, что они слегка покраснели.

— Меня не устраивает, что ты пишешь мне откровенные сообщения, и всячески провоцируешь, хотя наверняка прекрасно осведомлена, что я женат.

— И чем же я, позвольте спросить, вас так провоцирую? Может, тем, что зашла по рабочему вопросу? Щекотливая ситуация между нами возникла прямо сейчас, да? Или, может, я провоцирую тем, что мы иногда встречаемся в одних и тех же местах, потому что работаем в одном здании, и это очень логично?

Я видел, что девушка заводилась, это она серьезно так считала, или была настолько хорошей актрисой?

— Пиши заявление. — Я встал из-за стола. Как-то машинально, наверное, чтобы казаться выше, сильнее и мощнее. — Это моя компания, и мой кабинет. И последнее слово здесь тоже за мной. Ты меня ещё жизни поучи. Если я сказал, что я не хочу больше с тобой работать, значит, разговор окончен. Пиши долбанное заявление, пока я даю уйти.

— А иначе что? — Скривилась Настя в ухмылке. — Не сдержитесь, и трахнете всё-таки?

Глупо, но её слова прострелили пах возбуждением. Захотелось действительно заткнуть эту строптивую девчонку…

— Иначе уволю по статье. За что? Поверь, всегда найдётся.

— А, может, не нужно перекладывать с больной головы на здоровую? Это же у вас проблемы. Это вы думаете обо мне, хотите, ищете во всём скрытый подтекст, которого, возможно и нет. И сообщение я никакое вам не писала. Просто стало интересно, про что вообще речь. Признайтесь хотя бы себе, Андрей Борисович, что у вас там всё сводит, до того хочется меня, да? — Словно демонстрируя себя, Настя закусила губу, и откинула голову назад, обнажая белоснежную кожу на шее. Её рука в это время забралась в вырез блузки, сминая собственную грудь.

Всё резко закончилось. Так же, как и началось. Настя вскочила на ноги, и пошла в сторону выхода из кабинета.

— Хрен вам, а не заявление.

Я быстрыми шагами сократил расстояние между нами, и дернул её за руку, прижимая к стене.

— Не хочешь по-хорошему? Ну и ладно. В любом случае — уволена. Жду заявление на своем столе до вечера, и, если его не будет, вечером увольняем по статье. — Я цедил слова сквозь зубы. Девчонка не на шутку меня разозлила своим поведением и провокациями. В общении с сотрудниками я старался быть всегда сдержанным. Не тиран, но и вить веревки из себя никому не давал.

Телефон, который я когда-то успел засунуть в карман брюк, завибрировал, оповещая о звонке.

Я отпустил руку Насти, всё ещё меряясь с ней взглядом. Так же, не разрывая зрительного контакта, достал телефон из кармана. Посмотрел на экран, снова звонила Юля, моя жена.

— Да, что ещё? — Ответил я, чуть прикрыв глаза. Какой-то сумасшедший день…

— Андрей, я забыла сказать, что пункт выдачи только до пяти сегодня работает, так что успей, пожалуйста… — Раздалось в трубке, а я открыл рот, и забыл как дышать от остроты ощущений.

Потому что пока я отвечал на телефон, то пропустил момент, как Настя встала на колени передо мной, и я увидел и почувствовал лишь, как резким движением она расстегнула мне ширинку.

Стоял и не двигался, как идиот, смотря на неё сверху вниз. А она словно только этого и ждала. Чуть улыбнулась мне, и её рот с вызывающими вишнёвыми губами стал показывать мне всё, на что был способен…

Юля, настоящее время.

Всё было как в тумане. Я серьезно не помнила, как добралась до квартиры, потому что очнулась от того, что в дверь кто-то звонил.

Рассеянным взглядом окинула комнату. Бумаги, которые я привезла с больницы, лежали справа от меня, а сама я до сих пор была в верхней одежде, и даже обувь не сняла.

Звонок в дверь повторился, и я, несколько раз моргнув, пошла к входной двери.

— Почему так долго не открывала? — За дверью был Костя. — Ты что, только что пришла? — Он смерил меня взглядом, и зашёл внутрь, а я сняла сапоги и пошла обратно на диван.

Я легла, положив голову на диванную подушку, и из гостиной наблюдая, как Костя раздевался.

— Я тут тебе принёс бутылку вина коллекционного, тебе, вроде бы, в прошлый раз понравилось такое. На работе подарили. Подумал, а чего хандрить? У меня тоже какая-то канитель, если честно, в жизни сейчас. Взял выходной себе, прикинь? Секретарша у меня чуть инфаркт не словила, когда услышала.

Костя прошёл в гостиную, демонстрируя мне бутылку вина, которую достал из сумки.

— Предлагаю напиться и забыться. Ты в деле? — улыбнулся он, но я видела, что, глядя на меня, морщина уже залегла между его бровей. Он только старался казаться весёлым.

Я села, заняв вертикальное положение.

— Мне нельзя пить, прости. — Стало немного стыдно. Брат явно пришёл поговорить, и у него в жизни тоже что-то происходило. А тут я со своими проблемами, не видящая и не слышащая ничего вокруг.

— Та-а-ак, а вот с этого место подробнее… — Костя поставил бутылку на тумбу под телевизором, и взгляд невольно упал на ящик, где всё ещё хранился злополучный браслет.

— Я беременна, Кость. — Мы встретились с братом взглядом. Я видела, как осознание медленно отражалось на его лице. Зрачки начали расширяться, а у меня на глаза выступили слёзы.

Брат сел рядом, и заключил меня в объятия, а я перестала сдерживаться, уткнулась в его большую грудь, и начала рыдать, как маленькая, с поскуливанием, всхлипами. И никаких мыслей в голове. Абсолютна тишина. Только голые эмоции.

— Юль, Юля… — Костя взял моё лицо в ладони, и поднял так, чтобы я смотрела на него. — Ты чего хоть плачешь-то? Там что-то плохое?

— Да нет… — Я всхлипнула ещё раз, и чуть отодвинулась, стирая мокрые следы с лица ладонями. — Сказали на УЗИ, что срок шесть недель. Но я там не поняла, как считается. Мне что-то говорили, а я вообще не соображала ничего. — Я снова начала реветь. Никогда не была плаксой, и что со мной было такое!

— Ну, так счастье ведь? Это ты от счастья плачешь? — Костя чуть нагнул голову, ища мои глаза.

А я пожала плечами. Я и сама не могла разобраться. Так ждала. Так долго, столько лет. И вот оно произошло. Моё чудо. А внутри какая-то неразбериха.

— Почему сейчас, Кость? Как всё будет? Ребёнка ещё нет, а я уже не справилась. — Очередной всхлип. — Уже не справилась, понимаешь? Он будет расти с матерью-одиночкой, а когда пойдёт в школу, мне будет сорок пять! Ты это представляешь?

Костя ничего не говорил. Просто притянул меня к себе, крепко обнимая, и гладил по голове, пока я, наконец, не успокоилась. Слёзы не могли литься вечно.

— У твоего ребёнка будет офигенная мама. Сильная, умная, красивая, самодостаточная. А ещё крутой дядя. Который будет любить его так, что он даже и задумываться не будет, полная у него семья или нет. Ну какая же мы неполная семья? Ты посмотри на нас. — Костя поцеловал меня в макушку, а я не сдержала улыбки от его слов.

— Ты правда меня не оставишь одну? — Я посмотрела на брата. Улыбка сошла с моих губ. Для меня очень важно было услышать его ответ. Как-то я и сама не заметила, что моим главным страхом в жизни, оказывается, было одиночество.

— Разве я тебя когда-нибудь подводил? — Ответил Костя, а я отрицательно покачала головой. Это было правдой. Ни разу. Мой брат был моей опорой. Особенно после того, как не стало родителей. Хоть я и была уже взрослой женщиной, он будто решил, что теперь ответственность за меня вместо них лежала на нём.

— Спасибо, что ты у меня есть. — шепотом ответила я.

— А я рад, что мы есть друг у друга. Навсегда. — Брат вытянул вперед руку, выставив мизинец. Мы так делали в детстве, когда спорили на что-то, или, когда обещали друг другу какие-то вещи. Надо же, я уже и забыла об этом.

Схватилась за его мизинец своим, и несколько раз потрясла рукой.

Костя всё же открыл бутылку вина, и полчаса спустя сидел внизу, прямо на полу, опершись спиной на диван, с бокалом в руке. Я лежала на диване, периодически перебирая его волосы рукой. Каждый думал о своём.

— Ты говорил, что у тебя что-то тоже происходит. Поделишься? — Костя на секунду замер, а после отрицательно покачал головой.

— Хватит с нас на сегодня. Как-нибудь в другой раз. Ничего такого, что бы я не мог решить самостоятельно…

— Я бы хотела тебе помочь.

— Всё нормально, Юль. Честно. — Его ответ меня не устроил, но я не стала продолжать тему.

Мы сидели в тишине, пялясь в стену, на которой висел телевизор. Но он был даже не включен.

— Ты сказала Андрею? — От имени мужа кольнуло где-то в груди. Я перевернулась на спину, уставившись в потолок.

— Нет ещё. Сама узнала только пару часов назад. Ты же видел, в каком я была состоянии, когда ты пришёл.

— Скажешь? Ты ведь планируешь ему рассказать?

— А ты как думаешь? Стоит?

— Я бы сказал. Андрей, конечно, говнюк, но он отец ребёнка. Как минимум, пусть платит алименты, когда ребёнок родится. Но я думаю, он не захочет быть номинальным отцом, будет участвовать в воспитании, помогать тебе.

— Ладно. Я подумаю ещё. В любом случае сейчас я не буду ничего ему говорить. Дождусь, когда срок станет чуть больше. В моём возрасте, я читала, могут быть проблемы с вынашиванием, так что…

Костя резко обернулся на меня.

— Прошу, только не читай всю эту хрень. Всё у тебя будет хорошо.

Следующие несколько дней прошли незаметно. Я старалась отвлечься, прийти в стабильное эмоциональное состояние, чтобы начать, наконец-то, совершать что-то не импульсивно, а вдумчиво.

Я заблокировала на время Андрея в телефоне, много работала, боролась с утренним недомоганием, но теперь, когда я знала, из-за чего оно, мне уже было проще. А ещё я записалась к психологу, с которым мы когда-то работали с Андреем парой, и, не зная, чем ещё заполнить свой день, чтобы времени на выдумывание всякой чуши совсем не оставалась, записалась в бассейн. Где-то вычитала, что беременным это было полезно, но решила для начала, конечно, проконсультироваться с врачом.

Череду однообразных дней прервал звонок. Долго смотрела на имя Сергей на экране, пытаясь вспомнить, кто это.

— Алло? — Неуверенно ответила я. Если честно, отвечать не очень хотелось, но было не очень игнорировать мужчину, которому я повредила автомобиль, и который, ко всему прочему, ещё и заплатил сам за починку моего.

— Добрый вечер, Юля. Я надеюсь, не слишком тебя отвлекаю? Удобно разговаривать? — Я как раз вернулась домой после встречи с клиентом, и устроилась в кресле, забравшись в него вместе с ногами, планируя что-нибудь почитать.

— Добрый. Нет, всё нормально. Как раз только зашла домой. Я в прошлый раз так и не поблагодарила тебя за помощь, прости…

— Ничего страшного. Я затем и звоню. У тебя есть отличная возможность поблагодарить меня лично. Как насчёт ужина завтра вечером? — Я закусила губу. Кажется, я обещала ему встречу…

— М-м-м… А, может, я лучше переведу деньга за ремонт своей и твоей машины?

— Ну уж нет. — Я слышала через телефон, что Сергей улыбался. — Один вечер. Большего я не прошу. Или что, я настолько тебе не понравился?

— Да нет, дело не в этом…

Я вдруг разом подумала и об Андрее, который пропал с радаров, может, и пытался мне звонить и писать, но он был в блоке, так что я не видела. А ко мне он, когда я была дома, не приходил. И, наверное, это было даже и к лучшему.

Подумала про свою беременность, и, даже представила лицо Сергея, когда он узнает об этом. Ходить на свидание с беременными женщинами, мне кажется, уже не так весело…

А потом мне пришла в голову мысль: а что я теряла? Вечер в приятной компании, где тобой восхищается мужчина… Не это ли мне было нужно, чтобы хоть немного сейчас поднять свою самооценку со дна?

— Знаешь, а давай. Освобожу завтрашний вечер. Куда мне подъехать? — Я зачем-то встала, и подошла к зеркалу в полный рост, которое висело в прихожей.

— Вот сейчас было обидно. Неужели ты думала, что я позволю тебе добираться самой? Заеду за тобой завтра в семь. Устроит?

— Да. Я живу в том доме, во дворе которого мы встретились. Точнее, сначала встретились наши машины.

— Понял. Тогда до завтра?

— До завтра. — Я первой положила трубку. Продолжив рассматривать себя в зеркале. Уставшая, бледная, тушь, которую нанесла утром, осыпалась под глазами…

Вздохнула, и провела пальцами под нижними ресницами, стараясь убрать эти залегшие темные круги. Вот только дело, кажется, было не в туши.

Повернулась боком, и положила руки на живот. Он пока был ещё совсем плоским, и у меня в голове не укладывалось, что через пару месяцев я буду ходить с кругленьким животом. Как я об этом мечтала… А сейчас?

Да нет, и сейчас ничего не изменилось.

В дверь позвонили, и я вздрогнула, потому что оказалась слишком близко к входной двери и звонку. Посмотрела в глазок, на площадке стоял Андрей. Он что, чуял, когда в моей жизни что-то происходило?

Было стыдно признаться даже себе, но, когда я увидела его по ту сторону двери, то поняла, что соскучилась. Сложно свыкнуться с мыслью, что человек тебе никто, когда ты считал его самым близким на протяжении стольких лет, и когда вы не расставались дольше, чем на неделю, и то не часто.

Я сосчитала до десяти, чтобы не казалось, будто я стояла у двери и караулила его, и открыла, но не широко, а просто выглянув в небольшую щель.

— Привет. — Первый поздоровался со мной Андрей, жадно впившись взглядом в моё лицо.

— Привет. — Почти шепотом отозвалась я.

— Пустишь? — Он смотрел на меня немного исподлобья. В руках был букет красных роз.

Мы пару секунд мерились взглядами, но, в конце концов я отступила, и открыла дверь чуть шире.

— Ну, заходи, раз пришёл.

— Это тебе. — Протянул мне букет Андрей, как только перешагнул порог, и я взяла цветы в руки. Красивые.

— Не стоило. Это всё уже ни к чему. Я надеюсь, ты пришёл сказать мне, что заполнил документы на развод? Давай сделаем это быстро и по-взрослому. Не нужно меня мучить.

— Юль… Я хотел поговорить, обсудить всё. Рассказать, что и как произошло. Дай мне возможность хотя бы раз выговориться, а дальше ты уже будешь сама решать.

— Вряд ли моё решение изменится. Жизнь такое кино, если плохо сыграл, уже не переиграешь. Ах, да… Проходи пока на кухню. Думаю, ещё помнишь, где она.

Я пошла в гостиную, и достала коробочку с браслетом из тумбы.

Прошла в кухню, где Андрей уже сидел за столом, и положила бирюзовую коробочку рядом с ним.

— Я так понимаю, в ночь корпоратива, во время своего «ЧП» вы с Настей забыли это здесь.

Андрей, чуть больше месяца назад

Ошибка.

Я понял, что наделал, и какую ошибку совершил сразу же, как только всё закончилось.

Застёгивал ширинку, смотрел на Настю, с задранной юбкой, которая гармошкой собралась у неё на талии, и не ощущал никакой эйфории, адреналина, больше не было страсти, затмевающей рассудок, лишь горький и вязкий привкус отвращения к самому себе.

А ещё страх. Я почувствовал его в тот же момент.

Кинул взгляд на телефон, который валялся на полу…

Юля звонила мне. А я сбросил вызов, и совершил то, что сейчас уже не мог исправить. Разве это того стоило?

— Я всё ещё должна написать заявление на увольнение? — вырвал меня из моего транса голос Насти, и я обернулся на девушку.

Она не торопилась одеваться, сидела на небольшом диване, чуть откинувшись назад. Флёр её привлекательности развеялся. Обычная. Яркая, даже немного вызывающая внешность. Я будто находился до этого под каким-то гипнозом, а сейчас… Как можно было отмотать время назад? Ведь я же хранил жене верность все эти годы, что на меня нашло?

— Приведи себя в порядок, и на выход из моего кабинета. — Строго отрезал я, и скрылся в туалете, который был у меня отдельный, прямо здесь же.

Глаза на своё отражение не поднимал. Боялся, что увижу там то, что чувствовал внутри. А ещё больше, что эта моя слабость, которой я поддался, чёрным уродливым шрамом вылезет наружу, так, чтобы всем было видно. И тогда Юля обо всём узнает.

Вина полностью захлестнула меня. Я не мог думать больше ни о чём другом.

Я даже представить себе не мог, что было бы, если б она узнала. Мы как-то рассуждали об изменах, просто, в порядке бреда, но её слова чётко засели у меня в голове. Тогда она сказала, что точно бы ушла.

Дело дрянь.

Я замахнулся кулаком, и со всей силы ударил им в стену, чтобы хоть как-то дать выход эмоциям. Боль отрезвляла.

Когда вышел обратно в кабинет, он был уже пуст. В воздухе ещё витал запах секса, но сейчас мне от него было тошно.

Я одним движением ослабил галстук на шее, и расстегнул верхнюю пуговицу рубашки.

Кровь циркулировала в теле как-то неправильно, меня бросало то в жар, то в холод, я сел за стол, и закрыл лицо руками.

— Андрей Борисович, там Никонов весь телефон сорвал уже… — без стука зашла в кабинет моя секретарша.

— Валя! Твою мать! Я сколько раз говорил, что надо стучаться, перед тем, как заходить? — Завёлся я с полуоборота, вскочив на ноги. — Пошла вон! Ещё замечание, и вообще вылетишь отсюда!

Губа секретарши начала подрагивать, а глаза стали влажными. Я был не прав. Мы с Валентиной работали давно, и она была отличным сотрудником. И, конечно же, совсем не заслужила того, чтобы я сейчас с ней так разговаривал.

Но так было проще, срываться на тех, кто был тебе ближе всего.

Сегодня я был просто законченным кретином. Просто отлично.

— Меня ни для кого нет до конца дня. Все встречи перенеси на завтра. Я сейчас уеду, уже не вернусь. Проконтролируй, чтобы Анастасия Юрьевна принесла заявление на увольнение по собственному. Как всё сделаешь, можешь на сегодня тоже быть свободна. — Последнюю фразу я постарался сказать уже чуть мягче, но момент был упущен.

Поджав дрожащие губы, Валя ушла из кабинета. Даже дверью не хлопнула. А надо было, может, и не дверью, а мне по башке, и чем-нибудь потяжелее.

Стоя в очереди дебильного пункта выдачи, гонял мысли по кругу. Честно всё рассказать — было лучшим, что я мог сделать. Хотя бы потому, что я уважал свою жену.

Решил рассказать ей всё. В любом случае, притворяться что ничего не было, я бы вряд ли смог.

Мелькнула мысль купить жене цветы, но сам понимал, как жалко это будет выглядеть. Рядом с пунктом выдачи был ювелирный. Повинуясь какому-то внутреннему порыву зашёл туда.

Кажется, она что-то говорила про то, что давно хотела браслет… Остановился у витрины, вглядываясь в многообразие того, что было там представлено.

— Здравствуйте, вам помочь? — Обратилась ко мне девушка-консультант, и я еле сдержался, чтобы и её не послать куда подальше. Мне бы эту агрессию, да пораньше, чтобы выставить сразу Настю из кабинета.

— Мне нужен браслет. Цена не важна. Что сейчас нравится девушкам?

— Подарок кому-то особенному? — Улыбнулась консультант. А я очень живо представил лицо Юли, когда я вывалю на неё правду. И это было словно наяву. Боль в её глазах, которая передалась мне даже из мимолетного видения.

— Самой особенной женщине.

— Могу порекомендовать вот эту модель. Сейчас очень актуальная. Правда, из-за санкций их теперь сложно достать, поэтому цена чуть…

— Я возьму его. Оплата по карте.

Заходя с гигантской коробкой с ёлкой в дом, и браслетом в кармане, чувствовал себя, как в дерьмовом сериале. Нашкодивший муж пытался задобрить жену ювелиркой… Сердце замерло, когда я понял, что Юля уже была дома.

Моя машина снова сломалась, и была в сервисе, я пока ездил на Юлиной, а она на такси, так что, подъехав, я не мог определить, что дома уже кто-то есть.

Юля показалась в коридоре почти сразу. Такая родная, она широко улыбнулась, увидев меня на пороге.

— Ты её забрал!

Я поставил коробку с ёлкой к стене, не успел ничего сказать, как жена подошла, обвила мою талию руками, и положила голову мне на грудь, где сердце билось часто-часто, от ощущения надвигающейся катастрофы.

— Спасибо. Я тебе говорила, что ты лучший муж на свете? — Не размыкая своих рук, она подняла на меня своё лицо, с глазами-омутами, в которых я всегда тонул.

А я смотрел на неё, и понимал, что сделаю всё, но не расскажу ей. Я не мог её потерять из-за своей глупости.

Я совершил ошибку, которую уже не исправить, значит, надо было сделать так, чтобы о ней никто никогда не узнал.

Юля, настоящее время

Андрей смотрел на коробку с браслетом, лежащую перед ним, и ничего не говорил. Я тоже села за стол. Наверное, я могла бы предложить ему что-то: кофе, чай, но всё ещё не чувствовала, что Андрей был здесь в гостях. Вот он сидел на нашей старой кухне, где мы провели очень много времени. И сам был такой родной…

Он молчал, и я тоже не предпринимала попытки заговорить. Было так хорошо хотя бы на пару минут представить, что всё было как прежде. Без ссор, ругани, и прочего.

Я встала, чтобы налить себе воды. И, когда я оказалась спиной к Андрею, он, наконец, прервал молчание.

— Я никогда не приводил сюда никого. А этот браслет сюда принёс сам. В ночь корпоратива. Настя сказала мне, что беременна, и я пришёл на эту квартиру, мне нужно было подумать, вот и оставил его здесь.

Для меня его версия звучала очень неубедительно, но я не стала ничего говорить. Какой был смысл? Начать снова ругаться? Я больше не хотела.

В комнате зазвонил телефон, и я воспользовалась возможностью ускользнуть из кухни. Андрей душил меня своим взглядом. Раньше я бы плавилась под ним, а сейчас мне хотелось сбежать, потому что всё это было неправильно.

Нужно было постоянно держать в голове мысли о том, что он сделал, так как обида уже начала трансформироваться в тупую ноющую боль, а воспоминания с каждым днём становились всё более мутными. Слишком уж велик был шанс однажды не удержаться, и сделать шаг назад, но это было совсем не в моей природе.

Оказалось, что мне зачем-то перезванивал Сергей. Может, у него что-то не получалось, и у нас отменялась встреча? Я была бы не против.

— Алло? Я думала, мы обо всём договорились…

— Привет ещё раз. Прости, что ещё раз звоню, надеюсь, не сильно отвлекаю, просто, хотел забронировать столик, и вдруг понял, что совершенно не имею представления о том, какую кухню ты предпочитаешь.

— Да я, на самом деле, почти всеядна. — Я улыбнулась, и подошла к окну гостиной, выглядывая во двор. За окном было уже темно, и в доме напротив почти во всех окнах был свет.

Я любила иногда наблюдать вот так за жизнью снаружи. Мне нравилось видеть, что в каждой маленькой бетонной коробочке была жизнь. У каждого были свои проблемы, мысли… В такие моменты я чувствовала себя частью вселенной, и мои трудности в её масштабах начинали казаться пустяками.

— Тогда, может, просто европейская кухня, для начала?

— Для начала? А что, у нас будет тур по нескольким ресторанам?

— Ну, может, я слишком самонадеянный, но я уже рассчитываю на второе свидание… — Я давно ни с кем не флиртовала, и, хорошо, что это происходило по телефону, потому что, если бы это было в жизни, я наверняка бы уже залилась румянцем.

— Европейская подойдёт. — Никак не прокомментировала я последнюю фразу Сергея. — Можем в «Фортуне», если ты не против. Недалеко от моего дома. Не знаю, бывал ты там, или нет. Мне нравится это место.

— Первый раз слышу, если честно. Всё, понял тебя, тогда позвоню сейчас туда. До завтра.

— До завтра.

Я отключилась от звонка, продолжив стоять у окна. Возвращаться на кухню не хотелось.

— Кто звонил? — Услышала я холодный голос мужа. Медленно повернулась, Андрей стоял в дверях гостиной. Как долго, интересно?

— Не думаю, что у тебя есть право на то, чтобы задавать мне теперь подобный вопросы. — Твердо сказала я, отражая подачу.

— Ты пока ещё моя жена. Кто это был? Ты с кем-то встречаешься? — Я видела, что он уже почти вышел из себя, но не собиралась сдаваться. Тем более, что правда ему всё равно не понравилась бы.

— «Пока» жена? Значит, ты всё-таки готов подписать документы на развод? Отлично. Если хочешь, я даже могу за тебя заполнить всё в твоём личном кабинете.

— Юля, не уходи от вопроса. — Андрей начал надвигаться на меня, смотря в глаза, а мне даже отступать было некуда. Я уже стояла, прижимаясь к подоконнику.

— Звонил мужчина, я иду с ним завтра на ужин. — Решила я ответить на его вопрос, но, ожидаемо, это его не остановило. Он подошёл ко мне вплотную, расположив руки по обе стороны от моего тела на подоконнике так, что я не могла выбраться.

— Позвони ему, и скажи, что ты никуда не пойдешь. — Андрей говорил со мной сейчас так же, как говорил со своими подчиненными. И, надо сказать, это было довольно действенно, правда хотелось подчиниться. Вот только он не был моим начальником.

— Убери свои руки, одевайся, и уходи. Кажется, наш разговор свернул не туда.

— И не подумаю. — Андрей не двигался, смотря в глаза. Наши лица были слишком близко друг к другу. Настолько, что так и тянуло совершить такой привычный, отработанный годами жест, приблизиться к нему, и поцеловать.

Я попыталась сделать шаг в сторону, но муж схватил меня и прижал к себе, зарывшись носом в волосы на моей макушке.

— Юль, я так скучаю по тебе. По твоему запаху, по голосу, по всему… — шептал он, раскидывая мурашки по моей коже.

Я сгруппировалась, и оттолкнула мужа со всей силы. Он, похоже, не ожидал, поэтому действительно сделал пару шагов назад по инерции.

— Юля…

— Подойдешь хоть на шаг, и я закричу во всё горло. Не смей так со мной поступать. Если ты меня любил все эти годы, или хотя бы уважал, то просто уйди. Не надо меня унижать тем, что ты не приходишь по несколько дней, потому что у твоей любовницы что-то случилось, а после врываешься с цветами, и весь из себя «скучаю-не могу». Просто прими, что это всё ничем хорошим не закончится. Мы проиграли. Оба. А, может, только я.

— Я не знаю, что делать, Юля! Что ты мне предлагаешь, разорваться? Скажи, что ты хочешь, я всё сделаю, но если там реально мой ребёнок? — Если я говорила спокойным, предупреждающим тоном, то Андрей кричал, но подходить больше не решался, так что я сделала шаг в сторону, чтобы в случае чего иметь пути отступления.

— В том-то и дело, что я ничего от тебя не требую. Это ты каждый раз приходишь и наводишь смуту. Я тебя не держу, иди, воспитывай своего ребёнка.

Андрей сел на диван, и обхватил голову руками. Во мне бурлил целый коктейль из эмоций, но я не позволяла себе сделать и шагу. Стояла, ждала, пока до него дойдёт сказанное мной.

— Я всегда мечтал о тебе. — Тихо начал говорить муж. — Увидел впервые, и сразу понял, что попал. Всю жизнь считал себя счастливчиком, что ты выбрала меня.

Я сглотнула, как-то не была сейчас готова к исповедальным речам. Хотелось пить, но стакан с водой я оставила на кухне. К Андрею не приближалась, стояла на том же месте, где остановилась.

— И, ты знаешь, как я мечтал о детях. Совершил ошибку, но из-за неё у меня появился шанс оставить после себя продолжение. А самое дурацкое, я ведь не дурак. Понимаю, что там может оказаться даже и не мой ребёнок. Но, если всё-таки отец я? До ДНК надо ждать ещё четыре недели.

Он поднял на меня глаза, пытался встретиться со мной взглядами, отыскать в них поддержку. Да, я всегда его поддерживала, была опорой, но, неужели он сейчас не понимал, как звучал… Что в этой его истории мне совсем не было места.

И от этого было как-то гадко.

— Знаешь, ведь даже когда говорят про мечту, всегда говорят о ней в единственном числе. Их не может быть две. Поэтому я, пожалуй, уступлю место твоему желанию быть отцом.

В комнате повисло молчание. Каждый думал о своём. Хотелось плакать, но я сдерживалась.

— Я, когда услышал, как ты по телефону с каким-то мужчиной общаешься, мне словно сердце вынули.

— А теперь представь какого мне. Только ты упорно продолжаешь приходить ко мне, и вынимать его раз за разом. Я прошу тебя, пожалей меня.

— Ненавидишь меня? — Глаза в глаза. Андрей ждал честного ответа, а я прислушивалась к себе, пытаясь его отыскать.

— Спроси меня об этом хотя бы через год. Думаю, тогда ответ будет более объективный и честный. Сейчас мне кажется, что да.

Андрей вздохнул, и встал на ноги, а я сделала ещё шаг в сторону выхода, боясь, что он мог снова пойти на меня.

— Я любил тебя больше двадцати лет, и не думаю, что смогу когда-нибудь разлюбить. Ты останешься навсегда моим самым близким человеком, и что бы у тебя не случилось, как бы ты ко мне ни относилась, знай, я всегда приду к тебе на помощь. Я понимаю, что сам всё разрушил, и хотел бы найти путь, как можно было б если не исправить, то хотя бы попробовать починить то, что сломалось. Но ты не хочешь дать мне такой шанс, и я это понимаю, и принимаю, хотя всё моё нутро противится тому, что я сейчас тебе говорю. Если ты так решила, и действительно этого хочешь, я подпишу бумаги на развод сегодня вечером.

Он произнёс это, и уставился на меня, ожидая реакции. А меня будто парализовало. Ведь получалось, я разрушила наш брак, тем, что не пыталась понять и простить? Нет, виноватую из себя я сделать не дам.

— Спасибо. Жду подписанные документы. — Хриплым голосом произнесла я, и отвернулась, боясь, что Андрей увидит навернувшиеся на мои глаза слёзы.

Поэтому я не видела, как он прошёл мимо, сжав кулаки с такой силой, что побелели костяшки.

Я стояла, слыша, как он обулся в коридоре, и вышел из квартиры, закрыв за собой дверь.

И в ту же секунду, вместе с щелком замка в двери, меня прорвало, словно плотину. Я осела на пол прямо там, где стояла, солёные теплые ручьи катились по моим щекам, а из горла начали вырываться сдавленные всхлипы.

Обхватив колени руками, и притянув их к себе, я положила на них голову, вся сотрясаясь от плача.

Когда немного успокоилась, надела куртку, прямо поверх домашнего комплекта одежды, и вышла во двор. Пройдя два подъезда, свернула в нужный, и ввела код от домофона. Костя сказал мне его, чтобы я могла приходить в любое время.

Уже у самой двери в квартиру брата притормозила, услышав доносившийся оттуда женский голос. Замерла, так и не постучавшись, а потом ушла. Я не могла постоянно использовать его, как жилетку, у него тоже была своя жизнь.

Вернулась к себе в квартиру, закрылась на все замки и заварила травяной чай.

Одиночество. Оно, пожалуй, не тогда, когда ты один, а когда тебе даже не к кому обратиться. Как так получилось, что всю свою жизнь я построила вокруг Андрея? У нас ведь даже друзья были общие, друзья семьи…

Пора мне было становиться самостоятельной.

Уведомление, пришедшее на телефон, заставило взять его в руки.

Андрей заполнил свою часть заявления, и мне предлагали перейти в специальное приложение и подписать его.

Значит, не соврал. Получается, всё?

Я знала, что должно было быть дальше. Я подпишу заявление, оплачу госпошлину, выберу дату, время и отдел ЗАГС, в котором хочу расторгнуть брак, и через месяц нас разведут.

Но всю эту прелесть я оставила себе на завтра, позволив сегодня ещё немного пострадать, и заснуть ещё замужней женщиной.

Убрала телефон, и сделала глоток ароматного чая.

Завтра начнётся моя новая жизнь.

А внутри пусто-пусто…

Саундтрек к главе Nemo — Останься

Я всё сказал ей. Вроде бы. Всё, что хотел сказать. Тогда почему сейчас я смотрел на телефон, и ждал, что она позвонит, когда увидит, что я заполнил всё, что нужно для развода…

Но, телефон молчал. Одна минута сменяла другую, а она мне не звонила.

Почему-то я представлял себе, как Юля сидела сейчас на диване в нашей старой квартире, уютно завернувшись в плед, и смотрела какое-нибудь романтическое кино. Может, даже с бокалом вина в руках… И мне нестерпимо хотелось к ней. Сесть рядом, приобнять таким привычным жестом, чтобы она навалилась на меня, и почувствовать тепло её тела.

Это было так привычно, так тепло. Это дарило мне ощущение, что всё непременно будет хорошо, ведь у меня была опора, поддержка. И этого у нас больше не будет? Но ведь я ещё не наобнимался с ней, недостаточно целовал её с утра, пока она была сонной, слишком мало раз видел её улыбку, дарил цветы и читал любовь и благодарность в её глазах. Сейчас мне всего казалось недостаточно.

Упущенная возможность кровоточащей раной болела где-то в районе груди.

Неужели она и правда этого хотела? До недавнего времени я надеялся, что Юлей руководили обида, злость, пытался дать ей время, чтобы остыть, но она была одним из самых рациональных людей, которых я когда-либо знал. Дело было не во времени. Кажется, для неё моя измена действительно перечеркнула всё.

Я потёр красные глаза, задрав их к потолку, словно кто-то там сверху мог увидеть меня и поддержать.

Для меня было дико представить, что она будет не моя. Я так свыкся с этой мыслью за свою жизнь, что в какой-то момент и не заметил, что начал воспринимать то, что Юля была со мной, как должное.

И вот, сегодня я слышал её разговор. И это уже было реально, она собиралась на встречу.

От мысли, что на неё, на мою Юлю, будет смотреть другой мужчина, что он, может, даже будет трогать её, прошиб холодный пот.

Конечно, он тотчас же влюбится в неё, конечно, будет сходить с ума от желания ей обладать, в этом я не сомневался. Это же была она. Неужели она позволит?

Я сидел в кухне-гостиной нашего дома на диване. Ну, раньше он был нашим, а теперь…

На спинках стульев у стола висели мои рубашки, части костюмов, здесь же на диване я спал. На кухонной столешнице лежали коробки из-под пиццы, которые вот уже третий день я никак не мог выбросить. Полный бедлам, одним словом.

На второй этаж почти не ходил, только чтобы принять душ. Потому что всё, каждая деталь в этом доме напоминала мне о ней.

Тишина угнетала, заставляя чувствовать себя ещё хуже, а как улучшить своё состояние, я не знал. Мне казалось, что за последние несколько дней я перепробовал почти всё: уходил с головой в работу, пил так, что вырубался, но, если позволял себе начать думать, чувствовать, ничем хорошим это не заканчивалось.

Мой кабинет сейчас был словно после ограбления, там всё было перевёрнуто. Примерно так же выглядела гостевая спальня на втором этаже, где я пытался заснуть в первую ночь, после того, как Юля ушла отсюда, пока я выяснял, что там было с Настей.

Настя сейчас была в больнице. В тот день у неё началось небольшое кровотечение, и её оставили в больнице на сохранение на несколько дней. Она писала мне почти каждый день, я пытался читать что-то по началу, но теперь даже не открывал переписку с ней. Я ведь заплатил за её содержание в больнице, значит, о ней и ребёнке должны были позаботиться. А ещё, я ни разу её не навестил.

Было ли мне за это стыдно? Наверное, если только немного. Не больше, чем за то, какую боль я увидел сегодня во взгляде своей жены. А боли там был целый океан. И это всё сделал я. Сломал своего самого любимого человека.

Вот таким я был кретином.

С выдохом лёг на диван, на ощупь достав из-под спины какую-то пачку с чем-то съедобным и выбросив на пол. Прикрыл глаза, представляя, что Юля сейчас лежала рядом со мной, в нашей спальне. Это, наверное, всё, что мне оставалось сейчас. Я обещал отпустить, но ведь в моём воображении нам никто не запрещал быть всё ещё вместе.

Следующий день не принёс облегчения. Совсем. Наоборот, чем больше время близилось к вечеру, тем больше я нервничал.

Был рассеянным на работе. Там вообще последнюю неделю творился хаос, но я пообещал себе разобраться с этим позже.

И, хоть я и знал, что это было неправильно, да и было уже поздно, я же подписал документы на развод, не смог ничего с собой поделать. Мне нужно было увидеть это вживую. Может, тогда мой глупый мозг и сердце наконец-то перестанут меня мучить?

Сел в машину, и поехал к тому самому ресторану, где у Юли должна была состояться встреча с незнакомцем. Машинально запомнил название.

Припарковался за пару сотен метров от входа, чтобы не «светить» машиной, и пошёл до самого заведения пешком.

Что я хотел там увидеть? Да я и сам не знал. Может, какое-то подтверждение, что никакой встречи не было, или, что это был кто-то знакомый, да что угодно…

Но, реальность оказалась жестока.

Почти сразу, как я подошёл, к ресторанчику подъехал большой внедорожник. Я знал эту модель автомобилей, они стоили очень дорого, поэтому машина сразу привлекла моё внимание.

Когда автомобиль припарковался, из него вышел высокий мужчина, чуть крупнее меня. Его привлекательность я оценить не мог, никогда не разбирался в мужской красоте.

И я почему-то сразу понял, что это был он.

А потом, мужчина обошёл машину, и открыл пассажирскую дверцу, помогая выбраться своей спутнице.

У меня участилось дыхание, и, кажется, начался приступ тахикардии. Из машины вышла моя Юля.

МОЯ.

Но она улыбалась ЕМУ, держа в руках букет цветов. В два раза больше того, который вчера подарил ей я.

Глаза начало заволакивать красной пеленой от злости и ревности. И я понял, ещё пару секунд, и я ввяжусь в драку.

Юля

Я где-то читала, что организм беременных специально выделяет больше прогестерона, специального гормона, чтобы в первый триместр защитить беременную женщину от сильных стрессов.

Наверное, со мной происходило именно это, и это было как нельзя кстати. Потому что на следующий день после визита Андрея, я абсолютно спокойно подготовила всё, что было нужно для развода.

Единственное, что я пока так и не решила, это что делать с его бизнесом. Это было дело его жизни, и я, конечно, могла легко отобрать половину, но зачем? Мне эта сфера была абсолютно не интересна.

С другой стороны, у меня должен был родиться ребёнок, о благополучии которого мне тоже нужно было сейчас думать. Я бы хотела дать этому ребёнку всё, что только могла.

Я с нежностью погладила плоский живот. То, что внутри меня уже развивался живой организм всё ещё не укладывалась до конца у меня в голове. Это было настоящее чудо природы, что двое людей могли создать кого-то ещё.

За всеми размышлениями, о своём «свидании», если его можно было так назвать, я вспомнила лишь за час до того, как Сергей должен был за мной заехать. Настроения выходить куда-то не было абсолютно, но, когда я представила, что снова проведу вечер одна, поднялась и заставила себя начать собираться.

В последний год мы редко стали выбираться с Андреем куда-то вдвоём. Раньше у нас было правило трёх семёрок, но после того, как муж решил расширять свой бизнес, пришлось пересмотреть наш досуг.

Правило трёх семерок я подсмотрела в какой-то передаче. Предложила Андрею, и он согласился. Раз в семь дней — вечер вдвоём, неважно где и как, можно даже просто дома перед телевизором, но качественное время вдвоём. Раз в семь недель, то есть примерно каждые полтора месяца — какое-то более крупное свидание: доехать до ближайшего города, и погулять там, снять домик в лесу, съездить на озеро неподалёку, чтобы пожарить мясо… И, раз в семь месяцев мы выезжали куда-нибудь на неделю. Чаще всего за границу.

Предпочтения в отдыхе у нас, к слову, часто разнились. Мне на отдыхе хотелось посещать экскурсии, куда-то ходить, узнавать новое, а Андрей любил поваляться с коктейлем у бассейна, или на пляже, никуда не торопясь. Но мы с ним всегда умели находить компромиссы.

Может, поэтому мы отдалились? Из-за того, что реже стали проводить время вместе? Настолько отдалились, что я даже не поняла, что в нём что-то поменялось, когда он изменил. Ведь в нём же наверняка что-то поменялось?

Я достала одно из своих любимых платьев «на выход» из шкафа, и приложила к себе. Надо же, я уже и не помнила, почему при переезде не забрала его в дом, оставив висеть здесь.

Быстро сбросив халат, натянула на себя платье, и удовлетворенно улыбнулась. Сидело отлично. Тёмно-бордовая ткань красиво оттеняла бледную кожу, а фасон подчёркивал грудь и талию, чуть скрадывая при этом бёдра, которые иногда казались мне слишком широкими для моей комплекции.

Нет, я наряжалась не для Сергея. Я вообще, если честно, даже смутно уже помнила, как он выглядел. Сегодня мне хотелось быть красивой для себя.

Понять, что я не просто «разведенка» по сорок, а что я всё ещё была желанной и привлекательно девушкой. Почувствовать, что это был ещё не конец.

Когда мне позвонил Сергей, я была уже готова. Всегда быстро собиралась. В последний раз взглянув перед выходом на себя в зеркало, улыбнулась. Я и правда была хороша.

Выйдя из подъезда, сразу увидела своего спутника на вечер. Сергей стоял у той самой машины, которую я поцарапала своей, с огромным букетом нежных розовых роз. Ого, как будто это было даже немного слишком для первого свидания.

Эх, он ещё не знал, что я была женщина с «сюрпризом внутри». Наверное, нужно было как-то ему намекнуть, потому что иначе это было немного не честно с моей стороны.

— Ты шикарно выглядишь. — Первое, что сказал мне Сергей. По его лицу я видела, что он не лицемерил. Глаза смотрели на меня с восхищением, и это был именно тот эффект, которого я сегодня добивалась.

— Спасибо. Ты тоже отлично выглядишь. — Так и было. На мужчине был красивый деловой чёрный костюм с чёрной же рубахой. А сверху было надето шерстяное пальто, которое было расстегнуто.

Обменявшись любезностями, мы отправились в выбранный мной ресторан. Он был совсем небольшим, но очень уютным. Я там бывала пару раз по рабочим вопросам, и впечатления остались приятными.

Сергей вёл себя очень галантно. Когда мы доехали, даже оббежал машину, чтобы открыть мне дверь, и подал руку.

Наверное, как только я оказалась на улице, я сразу увидела его.

Андрей стоял недалеко от нас, и откровенно пялился. Я не смотрела в его сторону, чтобы никак не среагировать, но видимо, по моему лицу и так было всё понятно.

— Что-то не так? — Наклонился ко мне Сергей.

— Там… Мой муж, с которым я сейчас развожусь. Я не знаю, что он здесь делает. — Я не успела договорить, когда Сергей уже обернулся, и безошибочно нашёл глазами Андрея.

— Я сейчас. Ни о чём не переживай. — Он хотел отойти, но я схватила его за руку.

— Не надо. Давай лучше пойдём в ресторан, зачем портить вечер. Не трать время.

Но, пока я это говорила, Андрей подошёл к нам сам.

— Юля, отойди от него, и иди к машине. Она на соседней парковке. — Сказал Андрей. Его голос будто стал чуть ниже, а сам он на меня даже не смотрел, сцепившись взглядами с Сергеем.

— Чего? Я никуда не пойду. Ты что тут делаешь, Андрей?

— Кажется, Юля уже не маленькая девочка, и сама знает, где и с кем ей быть. — Ухмыльнулся Сергей. Он говорил спокойно и уверено, но рукой чуть задвинул меня за свою спину.

— А ты вообще кто? Потому что я — муж. Юля моя жена, и она с тобой никуда не пойдёт.

— Муж, насколько я знаю, почти бывший. Так что давай, топай отсюда, пока целый.

— Чего? — Сделал шаг на Сергея Андрей, выпятив грудь, и первым ударил его.

Сергей почти сразу дал сдачи, и началась настоящая драка. Отлично, только этого мне не хватало…

Оба мужчины были крупными, и явно могли нанести друг другу серьезные увечья. Я только на пару секунд растерялась, не зная, что мне делать, но почти сразу сообразила, и побежала к охране ресторана.

— Помогите, пожалуйста, разнимите их. — Крикнула я мужчине на входе. Он окликнул кого-то внутри заведения, и через минуту Сергея и Андрея уже оттащили друг от друга, удерживая, двое мужчин.

— Вы чего, вообще ополоумели? Вам по десять лет, чтобы решать кулаками вопросы? — Я злилась, и даже не знала, на кого больше. На Андрея, за то, что полез в вопросы, которые его не касались, и смел предъявлять мне что-то, хотя у самого было рыльце в пуху, или на Сергея, с которым я была знакома без году неделя, но который уже поднял руку на близкого мне человека, ещё будучи до конца не в курсе, в каких отношениях мы с ним были на самом деле.

Оглядев мужчин, я отметила, что оба друг друга не хило приложили. У Андрея была разбита губа и бровь, а у Сергея шла кровь из носа.

Муж, который уже был почти бывший, смотрел на меня исподлобья. Мне стало его на миг жалко, но я упрямо отвернулась, обратившись к Сергею.

— Ты как? У тебя, кажется, нос разбит. Надеюсь, не сломан?

— Нет, всё нормально. — Сергей повернулся к охраннику, который держал его за руки. — Отпускай, брат. Всё, я не в претензии. Больше в драку не полезу.

Охранник, почему-то, посмотрел на меня выжидающе, и отпустил Сергея только после того, как я кивнула.

Андрея второй охранник тоже отпустил. Я боялась, что он снова бросится на моего ухажера, но нет. Стоял, молча наблюдая за нами.

— Юля, можно тебя на минутку? — Предпринял Андрей ещё одну попытку, и я тяжело вздохнула. Не думала, что что-то могло спасти наше свидание, хуже уже вряд ли можно было сделать.

— Сергей, иди в ресторан. Тебе, наверное, нужно привести себя в порядок… Я сейчас подойду.

— Ты уверена? — Сергей с недоверием посмотрел на Андрея. Но я не боялась мужа. За все годы нашего брака он меня даже случайно не ударил.

— Полностью. Мы быстро переговорим, и я приду. Пока ты будешь здесь, это только усложнит и затянет процесс.

Сергей, бросив на прощание долгий взгляд, скрылся за дверью ресторана. Андрей не начинал говорить, пока не проследил, что Сергей больше не мог ничего услышать.

— Ну, говори. Я тебя слушаю.

Из разбитой губы Андрея сочилась кровь. Мне нестерпимо хотелось вытереть её, помочь ему обработать раны, но я держалась, стараясь на них не смотреть. Понимала, что он мог расценить мою заботу как-то иначе.

— Юль, давай я отвезу тебя домой? Не ходи на свидание, я тебя прошу.

— Почему? — Я скрестила руки на груди. Поверх платья я была лишь в довольно тонком пальто, не рассчитывая сегодня на долгие прогулки.

— Потому что… Ты пока ещё моя жена.

— Тебя это не остановило, когда ты мне изменил. И, напомню, ты не только на свидание ходил, ты переспал с другой женщиной, возможно, заделал ей ребёнка, и собираешься этого ребёнка воспитывать. Не думаешь, что как-то не честно выходит?

— Так это месть? Ты мне мстишь за мою измену? — Андрей сжал челюсть. А меня его вопрос просто выбил из равновесия. Честно, сейчас я уже жалела, что остановила драку. Надо было, чтобы Сергей ещё хорошенько ему накостылял.

— Моя лучшая месть, это быть счастливой без тебя. — Сказал я, и развернулась, намереваясь уйти. Для меня разговор был окончен, и не имел никакого смысла.

— Стой, Юля!

Я продолжала идти, не оборачиваясь, и, никто был не в курсе, как тяжело мне это давалось.

— Через два дня новый год! Ты же не будешь отмечать его одна? Давай хотя бы на время праздника забудем обо всём.

Развернулась.

— Новый год — семейный праздник. А мы с тобой больше не семья. До свидания, Андрей. Я пришлю тебе по почте документ на согласование по разделу имущества. Надеюсь, ты всё ещё будешь интересен своей Насте, когда у тебя останется лишь половина от всего, что есть.

Я скрылась за дверьми ресторана. Оказавшись внутри, прижалась к дверям, тяжело дыша.

Сердце стучало быстро, гулко, гоняя по венам кровь. Я гордилась собой, отвечала так, как мне хотелось, но от чего же внутри было так гадко?

Самое забавное, что я даже ещё не думала, как буду отмечать приближающийся праздник. Что, если у Кости окажутся планы? Я буду одна?

Чуть отдышавшись, прошла внутрь, отдала пальто в гардероб, и хостес проводила меня к нашему с Сергеем столику. Мужчина выглядел уже так, словно несколько минут назад не он участвовал в драке.

— Я волновался, что ты не придёшь после разговора с мужем. Он не выглядит как человек, который готов к разводу. Кажется, всё ещё любит тебя. По крайней мере, ревнует точно. Я так понимаю, инициатором развода была ты?

— Инициатором, можно сказать, что я. А вот причиной стал он сам. Он мне изменил.

Сергей чуть сощурил глаза, наблюдая за мной.

— Разве такой женщине, как ты, можно изменять? Я бы никогда не посмел. Слишком велика потеря для короткого удовольствия.

— Ну, по-видимому, для моего мужа это было не так. Прошу меня извинить, я сейчас вернусь. — Я вышла из-за стола, и направилась в дамскую комнату. На глазах были слёзы, которые я едва сдерживала. Слова Сергея неожиданно сильно меня задели.

Приведя себя в порядок, и, как мне казалось, взяв себя в руки, я вернулась обратно к столу.

Мне и до этого не хотелось идти на свидание, а теперь я уже просто мечтала о том, как окажусь одна дома. Без всех. Чтобы никто не мог сказать мне что-то, или сделать, и даже неосознанно причинить боль.

Я твёрдо решила, что поужинаю, немного пообщаюсь с мужчиной, и попрошу его отвезти меня домой, сославшись на плохое самочувствие.

— Прости, Юля. Когда ты ушла, я понял, что, наверное, сказал что-то лишнее. У меня такое бывает, заносит иногда. Бывшая жена всегда говорила мне, что я прямой, как палка. Всегда что на уме, то и на языке.

— Бывшая жена? — Зацепилась я за слова мужчины. Нам принесли меню, и я открыла его, но всё внимание сосредоточила на своём спутнике.

— Да, я был женат. Ну, это, наверное, нормально. Мне тридцать семь, было бы более странно, если бы я никогда не был женат.

Тридцать семь. Я примерно так и думала. Сергей хорошо выглядел для своего возраста, но его выдавал взгляд, слишком много в нём было опыта, чтобы быть моложе.

Мне не хотелось рассказывать о себе, или возвращаться к теме Андрея, хотя, скорее всего, он всё равно бы спросил через какое-то время про мужа, так что я выбрала стратегию, где роль того, кто задает вопросы была у меня.

— Да, в этом я с тобой согласна. А почему развелись? У вас остались общие дети?

К нам подошёл официант, чтобы взять у нас заказ, но я даже не взглянула в меню.

— Готовы сделать заказ?

— Можно нам ещё пару минут, пожалуйста? — попросил Сергей. — Вино? — Спросил он уже у меня, но я отрицательно покачала головой.

— Я не пью. Сок, если можно, а лучше даже какой-нибудь морс. И пасту с морепродуктами, любую, какая есть в меню.

Сергей тоже отказался от алкоголя. Сначала я мысленно удивилась, что он решил быть со мной солидарным, но потом вспомнила, что он был за рулем, и, возможно не стал пить из-за этого.

Официант забрал со стола меню, поставив перед нами заказанные напитки.

— Так на чём мы остановились?

— Я спросила, почему вы развелись с женой, если не секрет. И остались ли общие дети.

— На самом деле, я и сам не уверен, почему именно мы развелись. — Сергей хмыкнул, уведя взгляд с меня на стакан, наполненный водой, который крутил в руках. — Поженились в университете на втором курсе, и развелись через четыре года. Я тогда работал в найме, мне предлагали хорошее место в другом городе, а она не захотела со мной ехать.

— А до этого всё было нормально?

— Как у всех. — Мужчина пожал плечами. — Ругались иногда, конечно, но я думал, это нормально. А потом бац, и она предложила развестись, когда я сказал, что уезжаю.

— Звучит немного странно.

— Да ладно, не хочу копаться в прошлом. Столько лет прошло, я уже это пережил давно. Детей не было, так что разошлись тихо-мирно.

— У тебя после этого были ещё какие-то серьезные отношения?

— Я вижу, что ты делаешь. — Улыбнулся Сергей. — Мне нечего скрывать, и я тебе, конечно, могу все рассказать. Но знай, что позволяю это только потому, что мне показалось, что расстроил тебя в начале вечера.

Нам принесли еду, и вектор разговора как-то сам собой сместился на отстраненные темы. На самом деле, я даже забыла, что хотела сослаться на плохое самочувствие и уйти. С Сергеем было легко общаться, он был интересным собеседником, и, как оказалось, у нас было много общего, что можно было обсудить.

В итоге, мы просидели в ресторане около двух часов, прежде чем я засобиралась домой. Свидание, которое началось с катастрофы, оказалось не настолько и ужасным.

— Прости, уже поздно, а завтра у меня много дел.

— Конечно. Я всё понимаю.

Сергей довёз меня до подъезда, и, прежде чем я успела выйти из его машины, осторожно взял мою ладонь в свою.

Сердце пропустило удар. Но это было не приятное волнение, а скорее страх. Я испугалась, что он большой, сильный, незнакомый мужчина, и что у него на уме может быть что угодно.

— Мы увидимся ещё раз? Я бы очень этого хотел. — Глядя мне прямо в глаза, Сергей поднёс мою руку к своему лицу, и очень мягко и нежно поцеловал тыльную сторону руки в районе костяшек.

— Давай не будем забегать сильно вперед. Скоро праздники, и ты, наверное, хотел бы провести время с семьей…

— У меня, можно сказать, нет семьи. Но планы на праздники, к сожалению, действительно есть. В основном рабочие. Для владельца сети автосервисов новогодние гуляния — всегда горячая пора.

— Понимаю. Спасибо за отличный вечер. — Я мягко достала свою ладонь из его захвата, и, подарив ему ещё один взгляд, вышла из машины.

У подъезда вдруг встретилась с братом, и как-то машинально обернулась на машину Сергея, но, его уже не было во дворе.

— Ты откуда такая красивая? — Костя поднял брови, оглядывая меня. — А я к тебе хотел заскочить, узнать, как дела. Что-то давненько не виделись…

— Не поверишь, была на свидании. — Я открыла дверь в подъезд своим ключом, и мы вместе стали подниматься.

— А вот с этого места поподробнее? Видел я тачку, из которой ты вышла. Знаешь, сколько она стоит?

— Не знаю, и знать не хочу. — Честно ответила я, подходя к входной двери, и замерла с ключом у замочной скважины.

За ручку двери был засунут небольшой букетик из белых хризантем. И я догадывалась, кто его здесь оставил. Такой же букет подарил мне когда-то Андрей на нашем первом свидании.

Андрей, день корпоратива

Я решил рассказать Юле сегодня. Ходил около месяца, словно не жил, а существовал. Каждый взгляд, вопрос, заставляли меня замирать. Мне казалось, что она всё откуда-то узнала.

Так не могло продолжаться вечно, правда в любом случае когда-то выплыла бы наружу, и я понял, что лучшее, что я мог сделать, это рассказать сам, стараясь сделать это как можно мягче.

Разумеется, я сказал Насте, чтобы она молчала, но ей веры у меня не было. Я, конечно, не снимал с себя ответственности, но она сама сделала первый шаг, кто знал, на что она была способна ещё, и что ей было нужно от меня?

До сих пор не понимал, что на меня тогда нашло. Ну, нравилась девочка, так мне много кто нравился, красивых женщин вокруг было много, но каждый раз я понимал, что они не стоили того, чтобы я разрушал свою семью.

А с Настей было словно какое-то помутнение. Возбуждение такое острое, что не мог сдержаться, и такой же быстрый и сильный откат до состояния, когда я не понимал, какого чёрта произошло.

Когда вернулся в офис на следующий день, заявление на увольнение от девушки уже лежало у меня на столе. Я вздохнул с облегчением, но расслабляться было рано.

Я понимал, что нам нужно было поговорить, поставить точку. Для меня было очевидно, что ничего дальше у нас не будет. Я не испытывал к ней никаких чувств.

Хотел позвонить ей после работы, назначить встречу, но получилось немного иначе. Когда я заезжал во время обеда к маме, чтобы завезти кое-какие вещи, случайно столкнулся во дворе дома с Настей. Видимо, девушка жила где-то неподалеку.

Она сначала хотела пройти мимо, делая вид, что не заметила меня, но я остановил её, схватив за плечо.

— Привет. Надо поговорить. — Просто сказал я. Глаза девушки замерли на моём лице, на секунду мне показалось, что она выглядела испуганной, но это быстро прошло. С чего ей было пугаться меня?

— Если ты планировал повторение нашего вчерашнего «разговора», то не нужно было меня увольнять. Или, это был такой план? Уволить, чтобы встречаться вне работы?

Я огляделся вокруг, Настя говорила довольно громко, а в этом районе, помимо мамы, жили ещё несколько моих знакомых.

— Давай не здесь? У тебя есть минут пятнадцать? Выпьем кофе, тут кофейня за углом недалеко.

Настя поджала губы, и посмотрела куда-то вверх, в сторону окон дома. Я инстинктивно проследил за её взглядом, но так и не понял, что она пыталась там увидеть.

— Ну пошли. — Я только сейчас обратил внимание, что она перешла на «ты».

Мы молча обогнули угол, выйдя на оживленную улицу, и зашли в кофейню, в которой я бывал уже несколько раз. Здесь был неплохой кофе, что было редкостью в подобных местах.

Настя заказала себе какой-то кофе с непонятным для меня названием, я же предпочитал обычный американо или эспрессо. Кофе должен был помочь взбодриться, и с этой функцией эти два напитка справлялись лучше всего.

— Я тебя слушаю.

— По поводу вчерашнего… Что ты хочешь?

— В каком плане? — Настя выгнула бровь, отпив из своего стакана немного кофе. Немного пенки осталось у неё над верхней губой, и она медленно убрала её языком. Надо же, это было отчего-то уже не так соблазнительно. Обычная молочная пенка над губой.

— В прямом. Ты же на что-то надеялась, опускаясь вчера на колени. Деньги, должность, или, может, отношения с тобой?

— А что из этого ты можешь мне дать? — Ухмыльнулась девушка. — Можно выбрать «сектор приз» и получить всё и сразу?

— Об этом я и хотел поговорить. Я — женат, и люблю свою супругу. Так что я бы хотел, чтобы информация о том, что было, не вышла за пределы нашего маленького круга. Всё, что я могу тебе предложить — это деньги. Разумеется, в разумных пределах. Я тебе заплачу, и ты исчезнешь. Сыграешь в амнезию, и больше никогда в жизни не появишься на горизонте моей семьи.

— Звучит не очень. — Настя чуть скривилась, и снова принялась за свой кофе. В этот же момент зазвенел колокольчик, висящий у двери, и оповещающий о каждом приходящем клиенте.

Я посмотрел в сторону входа, и сглотнул. В кофейню зашёл Костя, мой друг и брат Юли. Чёрт.

Надеяться, что Костя нас не заметит, было глупо, потому что я столкнулся с ним взглядом ровно через пару секунд. Тот сначала улыбнулся, после чего перевёл взгляд с меня на девушку напротив, и улыбка начала сползать с его лица.

Костя направился к нам.

— Молчи. — Успел бросить я Насте, и та удивленно на меня посмотрела, явно не поняв, о чём речь.

— Андрей, вот это встреча. — Первым начал Костя, подойдя к нам. — Какими судьбами тут? Я сначала подумал, что ты с Юлей… Представишь меня своей спутнице?

Я видел по лицу Кости, что он едва сдерживался. Уровень его злости медленно полз к максимальному.

— Привет, Кость. Это Настя, мы работаем вместе… — я не успел договорить, Костя схватил меня за лацканы пиджака.

Я среагировал так же быстро, в ответ ухватился за его рубашку. Мы застыли друг напротив друга.

— Ты вообще офонарел? — прошипел я ему почти в лицо. — Ничего не попутал?

— Это ты мне ответь. Что за девка с тобой? Юля в курсе вообще, где ты и с кем тут гуляешь?

— Если ты меня сейчас не отпустишь, я тебя ударю. В руках держи себя, мы не дома.

— Давай, бей. Так даже лучше, потом скажу, что ты первым начал драку.

— Простите, а что происходит? — встряла Настя, смотря на нас с явным интересом.

В кафе раздался звук бьющегося стекла, и мы втроём обернулись. Оказалось, официантка случайно уронила поднос, и разбила чашку.

Я воспользовался заминкой, чтобы освободиться из рук Кости, и сделать шаг назад.

— Кость, иди, куда шёл. Потом поговорим, и я тебе всё объясню. — Друг буравил меня взглядом несколько секунд, но, в конце концов, покачал головой и ушёл в противоположную сторону зала.

— Это ведь брат твоей жены? И что ты ему собираешься рассказать? Что пил кофе на обеде со своей любовницей, и зря он не набил тебе лицо прямо здесь?

Андрей, день корпоратива

С Настей тогда мы договорились на определенную сумму, которую я перевёл ей на счёт. С Костей тоже удалось всё уладить. Сказал ему, что это была просто коллега, с которой случайно столкнулись на обеде. Я так и не понял до конца, чего он так взъелся на меня. Как по мне, это была не совсем адекватная реакция, он ведь видел меня и раньше в компании кого-то, но почему именно сейчас воспринял так остро?

И, мне даже казалось, что всё действительно стихло. Прошёл почти месяц, но именно сегодня, в день корпоратива, когда я собирался признаться во всём Юле, мне пришло сообщение от Насти.

Всего три слова: «Нам надо поговорить», а я уже заподозрил неладное.

Конечно, первой мыслью было, что она хочет ещё денег. Я знал эти схемы, когда любовницы годами шантажировали мужиков, и их аппетиты только росли, они просили больше и больше за своё молчание.

Но это была не моя история. Я ведь собирался обо всём рассказать жене, так что её шантаж в этом случае не имел бы смысла.

Начал печатать ответ уже почти на выходе из дома: «А нам есть, о чем?».

— Хорошо выглядишь. — Услышал я от жены.

— Спасибо. — Я встретился с ней взглядом. Стало не по себе, когда представил, что именно мне придется ей сегодня сказать.

Телефон снова свибрировал, и я посмотрел на экран.

«Оказывается, что да.»

— Хей, я вообще-то здесь. И тоже хотела бы получить свой комплимент. — Я оторвался от телефона, и засунул его в карман брюк, посмотрев на Юлю. Она была как всегда прекрасна.

Как так получилось, что время было будто не властно над этой женщиной? Она была так же красива, как и несколько лет назад. Я всё ещё замечал взгляды других мужчин на ней, но, пока она шла рядом со мной, мне были они не важны. Да и она сама будто бы не видела никого вокруг, кроме меня.

Сможет ли она меня простить?

— Ты просто обалденно выглядишь, Юля. Самая сексуальная жена на свете. — Я потянулся за поцелуем, надеясь хоть немного заглушить эту горечь внутри, но она вложила руку между нами, сославшись на то, что накрашена.

Я же просто боялся, что после того, что я скажу ей сегодня, поцелуи меня не будут ждать ещё долго время.

Мне казалось, я всё продумал. У меня было два подарка. Первый — шёлковый шарф. Я заметил, что она носила такие. Думал, что ей будет приятно получить от меня что-то подобное. Небольшой знак внимания, обычно мы обменивались такими подарками на корпоративе.

Дальше я должен был пригласить её в ресторан. Мы оба не любили шумных вечеринок, и, «отгуляв» официальную часть, вполне могли позволить себе улизнуть с корпоратива. Заранее забронировал столик в нашем любимом месте. Возможно, не лучшее место для признания, но ничего больше я придумать не смог.

Уже там я планировал подарить ей браслет. В моей голове это выглядело жизнеспособно. Я должен был признаться, раскаяться, попросить прощения, и пообещать, что такого в нашей жизни больше никогда не повторится. А потом подарить ей браслет, и предложить обновить наши клятвы.

Юля всегда хотела обвенчаться, но я считал это глупостью. Но сейчас как будто был идеальный момент. Это будет как предложение, только раз кольцо я уже когда-то дарил, и мы были женаты, то почему бы не вручить браслет?

Новый этап нашей жизни, отношений. Я надеялся, что всё получится. Только бы она дала мне извиниться, только бы выслушала. Только бы поверила, что я и правда больше никогда не повторю такой ошибки.

Я понял, что всё пошло не по плану, когда мы только прибыли. Мы шли с Юлей в зал, и с нами со всех сторон здоровались сотрудники компании.

— Добрый вечер, Андрей Борисович… — я машинально повернулся на мягкий женский голос, который принадлежал сотруднице компании, кажется, её звали Кристина, когда увидел прямо за её спиной Настю.

Девушка не мигая смотрела на меня, а я просто отвернулся. Зачем она пришла сюда?

— Кто это? Я не помню её. Новенькая? — Наклонившись ко мне спросила Юля. Адреналин тут же попал в кровь, я сильно напрягся. Как она узнала? И только через секунду до меня дошло, что жена говорила не про Настю. Она спрашивала, про ту, кто со мной поздоровалась.

— Можно сказать и так. Полгода работает у нас в отделе дизайна.

Я выдохнул только когда мы оказались в отдельной кабинке, но сердце было не на месте. Что такого важного хотела сказать мне девушка, что даже как-то сумела пройти на корпоратив? Здесь все были по именным приглашениям, и я был уверен, что её имени в списке гостей не было. Похоже, прошла с кем-то, как плюс один.

Несколько раз я выходил, пытаясь найти Настю, чтобы уже закончить с этим, но каждый раз меня останавливал кто-то из знакомых, и я попросту не видел её среди гостей.

Во второй раз я почувствовал, что мой план идёт по наклонной, когда мы обменялись с Юлей подарками. Простая формальность, но жена, как мне показалось, не была рада шарфику, и я не понял почему.

Из-за того, что она подарила мне часы? Конечно, она не могла знать, что её ждал ещё подарок, но ведь она правильно сказала, в подарке главное не стоимость… Юля никогда не была меркантильной, тогда в чём было дело?

Я проводил её до первого этажа, потому что у неё заболела голова, и ей нужно было отлучиться, с твёрдой решимостью больше не оттягивать, и сразу, как она вернётся, пригласить её уйти, и отправиться в забронированный ресторан.

Но, как только Юля ушла в сторону дамской комнаты, на моё плечо легла рука, а прямо у уха раздался голос:

— С обратной стороны здания чёрный вход. Поговорим на улице.

Рука тут же испарилась, а когда я обернулся, то обнаружил лишь спину, обтянутую белым кружевом, удаляющуюся от меня. Пришлось следовать за ней.

Я посмотрел на часы, только что подаренные женой.

Пять минут, не больше. Столько я выделил на этот разговор. Это будет точка. И больше эта женщина не займет ни секунды времени моей жизни.

Юля, наше время

В моей жизни было тридцать восемь празднований Нового года. Конечно, часть из них, когда я была маленькой, я уже не помнила, но из тех, которые были уже в более-менее осознанном возрасте, я ни один не проводила одна. Всегда рядом был кто-то близкий и любимый.

Я искренне любила этот праздник. Тридцать первого декабря всегда чувствовала какое-то единение со всеми людьми.

Особенное удовольствие мне доставляло стоять вечером в канун нового года у окна, и тайком подглядывать за соседями. Кто-то резал салаты на кухне, кто-то запоздало наряжал ёлку, но в любых действиях, даже самых обычных, чувствовалась атмосфера праздника.

Я знала, что подавляющее большинство включат в полночь обращение президента, нальют шампанское, и обязательно пожелают друг другу счастливого нового года.

Ведь то же самое делала и я со своей семьей. И каждый год действительно был счастливым. Я не могла вспомнить ни одного года, который состоял бы только из негативных событий, всегда было что-то хорошее.

А вот теперь, получалось, что даже пожелать счастливого нового года мне будет некому, потому что я собиралась праздновать этот Новый год одна.

Наверное, стоило озаботиться этим вопросом заранее, но я догадалась позвонить Косте, своему брату, только утром, и он ответил, что его уже пригласили праздновать в компанию с работы.

Он позвонил мне после ещё раз десять, предлагая либо пойти с ним, либо чтобы он отказался от вечеринки, и пришёл наоборот ко мне, но я отклонила все его предложения. Всё было правильно, мне нужно было привыкать к тому, что теперь я была одна, и должна была сама решать эти вопросы, не перекладывая ни на кого ответственность.

Просто так сидеть было грустно, работы не было, потому что все «ушли на праздники», так что я решила не менять традиции, и сама создать себе праздничное настроение.

Заказала доставку из продуктового, и забаррикадировалась на кухне. По итогу к восьми вечера у меня были готовы сельдь под шубой, оливье, в духовке была запеченная курочка с картошкой, а на тарелках помимо салатов были тарталетки с икрой и творожным сыром, бутерброды из обжаренного черного хлеба, натертые чесноком, с солеными огурчиками и шпротами сверху.

Куда мне было такое количество еды — я не знала. Но всё это ассоциировалось у меня с праздником. Так что даже вдыхая ароматы, я уже чувствовала себя немного счастливее.

Я знала, что кто-то предпочитал на новогодних столах видеть что-то необычное, я же была сторонницей того, что именно классические блюда, которые были с нами в Новый год с самого детства, только они и могли создать ту самую, правильную атмосферу.

Впервые за всё время, что я жила в квартире, включила телевизор. Накрыла стол в гостиной, и села «праздновать». Со стороны это выглядело как бездумное перелистывание каналов с одного на другой.

На душе было паршиво. Всё-таки, Новый год — праздник не для одиночества. А как себя ещё развлечь, помимо готовки, я не придумала.

Телефон периодически пиликал весь день от поздравлений друзей и знакомых. Я не брала его в руки с самого утра, как-то не хотелось. И только сейчас, больше от скуки, начала листать и смотреть, что же мне наприсылали.

Сообщение от Андрея я увидела сразу, но открыла только спустя пару минут. Сердце с тоской сжалось.

Интересно, что он делал сегодня? Праздновал ли тоже один? А, может, они были вдвоём с Настей? Со своей новой, можно сказать, полноценной семьей.

Рука на автомате легла на живот, а я собралась с духом, и открыла сообщение от практически бывшего мужа.

Андрей: «С наступающим Новым годом! Я бы очень хотел, чтобы ты была в нём счастлива».

— Боюсь, что этот год для меня станет одновременно счастливым, и несчастным. — Вслух ответила я на сообщение. Рождение ребёнка безусловно подарит мне счастье, а вот то, что я буду при этом одна…

Но ответила текстом я совсем другое.

Юля: «И тебя с наступающим.»

Хватит с него. Я не такая благородная, чтобы и ему желать счастья. Вообще, часть моей души как раз просила, чтобы он страдал. Но вот вторая, которая всё ещё любила, она как-то сдерживала первую.

Ответ на моё сообщение пришёл почти мгновенно, будто Андрей сидел всё время с телефоном в руках, и ждал, пока я ему что-нибудь отвечу.

Андрей: «Как ты? Как празднуешь? Ты с Костей?»

Я хмыкнула, отложив телефон в сторону. Слишком большая заинтересованность в моей жизни, хотя, не скрою, мне было приятно. Снова попыталась сконцентрироваться на том, что шло по телевизору, но то и дело поглядывала на телефон.

В конце концов не выдержала, и снова взяла его в руки.

Сделала фото своего стола, предварительно постаравшись расставить там всё максимально красиво, и, без всяких дополнительных подписей отправила фото Андрею.

В ответ пришло тоже фото. Пустой кухонный стол в нашем доме. На столе лишь початая бутылка виски и стакан, а в качестве закуски нарезана колбаса. Да, не густо.

Андрей: «Я рад, что у тебя настоящий праздник. Ты всегда любила Новый год) И хорошо, что Костя с тобой. Даже не представляешь, что я готов сейчас отдать за твою селедку под шубой…»

Я закусила губу, глядя на сообщение, и фото выше. Он что, тоже праздновал один?

Юля: «Костя с коллегами с работы»

Я написала это, и тут же пожалела. И что я хотела этим добиться?

Смотрела на бегающие точки на экране. Андрей что-то печатал, стирал, снова начинал печатать, опять стирал и так несколько минут.

Наконец, от него пришло новое сообщение.

Андрей: «Ты одна?»

Юля: «Какая разница?»

Андрей: «Если одна, то я приеду»

Юля: «А если нет?»

Андрей что-то ответил на моё последнее сообщение, но я не успела прочитать, потому что мне позвонили. Несколько секунд буравила взглядом высветившееся имя свекрови, думая, брать или нет трубку.

В конце концов нажала «ответить».

— Да, слушаю. — Я старалась, чтобы мой голос звучал буднично и спокойно. Мы не разговаривали со свекровью с того раза, как она мне звонила.

Мне было бы интересно взглянуть на её лицо, когда она узнает, что мы разошлись с Андреем, когда я была беременна. Она всегда так хотела внуков, иногда мне даже казалось, что это было для неё важнее счастья собственного сына, и она с радостью бы женила сына на ком-то, с кем он был менее счастлив, но кто подарил бы ему детей. А получилось вот как…

— С наступающим, Юленька. Вот, звоню тебя поздравить… А Андрей не с тобой случайно? А то никак не могу до него дозвониться. — Её голос был обманчиво мягким. Она использовала его всегда, когда ей что-то нужно было от человека.

— И вас с наступающим. Нет, почему он должен быть со мной? Вы ведь наверняка знаете, что мы с ним разводимся. Я переехала на нашу старую квартиру, а он остался в доме.

— Да, очень жаль, конечно мне, что вот так всё вышло. Столько лет вместе, это надо же! Вы на тебя, значит, квартиру вашу старую переписывать будете?

— А что, вы с этим как-то не согласны? — Я сама не заметила, как встала на оборонительную позицию. Хоть свекровь на меня и не кричала, не давила, я почему-то чувствовала агрессию, и хотела защищаться.

— Ну, это ваше уж дело, разберетесь сами. Просто спросила. — Татьяна Валентиновна сделала обиженный тон, и громко вздохнула.

— Ладно, вы извините, что я так отреагировала. Много что происходит, сами понимаете. Если это всё, то с наступающим ещё раз, мне нужно идти, у меня планы. С Андреем, насколько я знаю, всё хорошо. Мы переписывались минут пятнадцать назад.

— А он где? Вот ведь, матери родной не отвечает, ну что за сына воспитала!

— Татьяна Валентиновна, мне правда пора. Давайте, вы с Андреем как-нибудь сами разберетесь, без меня. До свидания.

Я отключилась, потому что этот разговор мог быть бесконечным, и легче его было закончить. Свекровь была в своём духе. Уверена, что если бы Андрей ответил на её звонок, то она бы мне даже сегодня и не позвонила. Ограничилась бы какой-нибудь открыткой в мессенджере.

Конечно, планов у меня никаких не было, и я соврала ей, чтобы скорее завершить звонок.

Откинулась на спинку дивана, и равнодушно посмотрела на свой праздничный стол. Настроения всё ещё не было никакого.

Наложила себе салат, взяла бутерброд, и стала есть. Не пропадать же добру. Сложу позже все оставшееся в контейнеры, и половину отнесу брату. Уверена, он оценит этот жест, и будет рад.

Хоть он и не страдал от голода, постоянно заказывая себе еду из ресторанов, домашнюю пищу наворачивал за обе щеки. Я видела, как он скучал по обычной человеческой заботе, и не понимала, почему он до сих пор не нашёл себе кого-то, кто мог бы дать ему её. Ведь прошло уже столько лет, как…

В дверь позвонили, и я вздрогнула, поняв, что так и сидела с вилкой, которую не донесла до рта, погрузившись в свои размышления. Последние дни со мной такое происходило всё чаще, и я записала это состояние в один из симптомов беременности.

Отложив столовые приборы, я вышла из-за стола, и, как можно тише, подошла к двери, посмотрев в глазок, но он был закрыт пальцем, или чем-то ещё.

Что за дурацкие выходки?

— Кто там? — спросила я, посмотрев на часы. Время уже приближалось к одиннадцати. Люди в это время были в разном состоянии, и лучше было не открывать дверь кому попало.

Конечно, у меня было несколько вариантов, кто мог прийти.

— Сюрприз. — Услышала я мужской голос, который попытались изменить, но я, конечно же, без труда его узнала.

Улыбнувшись, начала открывать замки, и распахнула дверь. На пороге стоял Костя с каким-то незнакомым мне мужчиной.

— Привет! — Я улыбнулась брату, и кивнула незнакомцу. — Какими судьбами здесь? Я думала, вы празднуете?

— Юль, пустишь двух беглецов? У нас там что-то так тухло было, что я решил сбежать к тебе, а Макс напросился со мной, потому что больше не знал никого в той компании. Он недавно переехал в наш город, вот, познакомились на работе. Макс, это Юля, я тебе про неё рассказывал, моя сестра.

— Очень приятно. — Кивнул мне Максим.

— Проходите, конечно. Я только рада. — Искренне сказала я, шире открывая дверь, пропуская гостей. Когда в квартире начал собираться народ, сразу почувствовалась какая-то новогодняя суета. Мне нравилось.

Я вообще любила, когда к нам приходили гости. Раньше мы часто с Андреем собирали друзей у нас. Но с возрастом все стали такими занятыми, и стало казаться, что состыковать графики уже почти нереально.

— Ого! Вот это стол. Ты кого-то ждала? — Повернулся ко мне Костя, зайдя в гостиную.

— Нет, просто атмосферу создавала. Что еще делать было. Так что вы очень вовремя.

— Это мы удачно зашли. — Улыбнулся Максим, зайдя следом за братом. — А запахи какие… очуметь!

— Присаживайтесь за стол, я сейчас тарелки принесу, и приборы столовые. И шампанское тогда охлаждаться поставлю, а то я купила, но для себя одной не хотела открывать.

Я была на кухне, когда в дверь позвонили повторно.

Костя привёл ещё кого-то? Хотя, наверное, он бы сказал сразу…

В жизни всё, как обычно. То пусто, то густо.

Наверное, если бы к двери подошла я, и посмотрела кто был за ней, я могла бы и не открыть дверь. Но подошёл Костя, и не глядя распахнул.

Поэтому, когда я подошла, я услышала уже только:

— А ты чего тут забыл?

И увидела рукав костюма Деда Мороза. Праздник к нам приходит, как говорится…

Я подошла чуть ближе к приоткрытой двери, в которой стоял брат. В подъезде в костюме Деда Мороза вполне угадывался Андрей. И откуда костюм только взял?

— Привет, ты чего тут делаешь? — Я оттеснила Костю с прохода, и показала ему глазами на комнату, надеясь, что он поймёт всё без слов, и уйдёт к своему товарищу. Дав и нам поговорить без свидетелей, и не оставляя надолго гостя.

Костя пару раз громко вздохнул, но, в итоге прислушался ко мне, и ушёл в гостиную.

— Привет. — Андрей прислонился к косяку двери, и стянул бороду с лица. — Узнала меня? — грустно улыбнулся он, а мне что-то было не до шуток. — Ты же сказала, что Костя не с тобой, и, не ответила на сообщение моё последнее. Я там написал, что приеду.

Блин. Точно, сообщение. Я же со всеми этими звонками и визитами даже не посмотрела, что он там мне написал.

— Так получилось. Планы неожиданно поменялись. — Я впилась глазами в лицо Андрея. Он за те пару дней, что мы с ним не виделись, чуть осунулся, на щеках проступила щетина.

Неловкая вышла ситуация. И что сейчас было делать? На часах был двенадцатый час, выгонять человека в такое время в новогоднюю ночь, наверное, было как-то неправильно?

— Ладно, извини, что вот так ворвался. Я просто думал, ты одна. Мне не хотелось, чтобы ты осталась одна в праздник. Я-то как-нибудь уж пережил бы, но ты бы точно расстраивалась, я знаю. Я тогда пойду, не буду вас смущать.

Андрей чуть приподнял краешек губ в улыбке, и кивнул, после чего поднял руку, и едва ощутимо провёл пальцами мне по щеке. От этого нежного неожиданного прикосновения у меня словно остановилось дыхание, а внутри всё заискрилось.

Он развернулся, сделал шаг, но тут же повернулся обратно.

— Чёрт, совсем забыл. — Скинув с плеча мешок «с подарками», который был частью костюма, он запустил в него руку, будто действительно пытаясь там что-то найти. И, к моему удивлению, вытащил оттуда красиво упакованную коробку. — Вот, держи, это тебе.

Я взяла в руки коробку в упаковочной бумаге. Она была довольно увесистой. Подарок?

— Спасибо, но не нужно. Можешь подарить это… — Я хотела предложить ему подарить подарок Насте, но язык не повернулся снова называть её имя.

— Возьми, пожалуйста. Я никому больше передаривать это не буду. Не примешь ты — выкину по дороге. Купил тебе подарок ещё до того, как… В общем, подарок уже давно у меня лежал, так что захватил его по случаю.

Андрей снова развернулся, и пошёл прочь. На этот раз остановившись лишь у лифта, и обернулся, чтобы увидеть, что я всё ещё стояла в дверях, и смотрела ему вслед, зажав его подарок в руках.

— Счастливого нового года, Юля. — Встретился он со мной взглядом.

А я… Когда лифт открылся на нашем этаже всё же не выдержала. Наверное, кто-то мог назвать это слабостью, но не могла я по-другому. Всю ночь бы потом думала, места себе не находила.

— Андрей, подожди! Не уезжай, подожди минуту.

Я отошла от двери, оставив её приоткрытой, поставила подарок Андрея на тумбу при входе, и прошла в гостиную, где Костя с его другом сидели притихшие. Наверное, прислушивались, к нашему спектаклю в коридоре.

М-да, Максим, скорее всего, чувствовал себя совсем неловко, попав на семейные разборки.

— Ребята, вы будете не против, если к нашему празднику присоединится ещё один человек? — Я перевела взгляд на брата, который смотрел на меня исподлобья. — Я имею в виду Андрея.

— Это твой бывший муж? — Спросил Максим, друг брата, откуда-то обладая уже познаниями в моей личной жизни. Ему что, Костя рассказал? Нужно будет провести с братом беседу по поводу того, что не стоит распространяться о моих семейных отношениях малознакомым людям.

— Пока ещё не бывший, мы в процессе развода.

— Если что, я не против. Я и сам тут гость, так что точно не мне решать. Лишь бы вам было комфортно. — Пожал плечами Максим, а Костя всё молчал.

— Если не хочешь, можешь с ним не общаться. — Сказала я Косте, и пошла обратно в коридор. Ждать ответа от такого упрямого человека как мой брат можно было годами.

Я знала, что рано или поздно, Косте с Андреем придётся общаться. Как минимум потому, что нас всех будет связывать мой ребёнок. Мой. Я сама усмехнулась своим мыслям. В голове я уже перестроилась с того, чтобы назвать ребёнка «наш».

Сначала мне показалось, что лестничная площадка уже была пуста. И я даже удивилась, как чётко осознала, что испытала разочарование по этому поводу. Но взгляд выхватил кусок красной ткани костюма, и сердце снова забилось чуть быстрее. Не ушёл. Я просто не видела.

— Там ещё кто-то есть? — Хмуро смотрел на меня Андрей, засунувший руки в карманы, и опершись плечом на подъездную стенку. — Тот мужик из ресторана? Вы уже новый год вместе отмечаете?

На его скулах ходили желваки, взгляд грозный, словно у хищника, готовящегося к атаке. Несмотря на позу, которая должна была быть непринужденной, плечи были широко расправлены, а подбородок чуть задран вверх.

— Нет, там не Сергей. Костя пришёл не один, со своим другом с работы. — Спокойно ответила я. — Но, даже если бы там был, как ты выразился, тот мужик из ресторана, это бы ничего не поменяло. Так и осталось бы не твоим уже делом.

Наверное, минуту, мы с Андреем стояли, и мерялись взглядами.

— Если что, я уговаривать тебя не буду. Хочешь — заходи, ну а нет, так нет.

Андрей думал не долго, оторвался от стены, и сделал шаг в сторону квартиры. Я не успела отскочить от двери, и мы оба оказались в дверном проёме. Одну руку он положил на мою талию, проходя внутрь.

Даже от такого простого жеста, я уже немного «поплыла». Знакомый аромат ударил в нос, и я еле сдержала, чтобы не прикрыть глаза, и не вдохнуть сильнее этот воздух, который сейчас напоминал мне о том времени, когда мне казалось, что у меня было всё.

Но, момент быстро прошёл, как только Андрей отошел от меня, и убрал руку с талии.

— Не откроешь? — Кивнул он на подарок, лежащий на тумбе. Наверное, хотел увидеть мою реакцию. Что там могло быть?

Мне же наоборот не хотелось открывать его при нём. Вдруг, там будет что-то, на что я отреагирую слишком эмоционально. Тогда я предпочла бы в этот момент быть одна.

— Утром. Это же новогодний подарок, а сейчас только канун. Всему своё время. Проходи в комнату, стол накрыт там.

Глядя на спину Андрея, заходящего в гостиную, я подумала, какая же удивительная штука жизнь. Новогодняя ночь пошла совсем не так, как я представляла изначально…

Я зашла в комнату следом за Андреем, успев по пути захватить с собой ещё одну тарелку.

Изначально я совсем не рассчитывала на большую компанию, поэтому просто поставила стол у дивана. Сейчас на диване сидели Костя со своим другом, и мы с Андреем пошли за стульями на кухню.

— Оставайся, я принесу. — Обратился ко мне Андрей, выйдя из комнаты.

Костя тут же повернулся ко мне.

— Зачем он здесь, Юль? Пусть бы шёл праздновать со своей девкой. — Но, похоже, брат быстро сообразил, что сказал что-то не то, по тому, как исказилось моё лицо. — Прости, я не хотел тебе что-то напоминать, просто…

— Если что-то не устраивает, можешь сказать мне это в лицо, а не шептаться как девчонка за спиной. — Вернулся в гостиную Андрей с двумя стульями, поставив их мягко рядом со столом.

Его тело было напряжено. Он чувствовал, что не для всех здесь был желанным гостем. А ещё, то и дело бросал взгляды на Максима, друга брата, похоже, пока не понимая, как на него реагировать, и, что стоило при нём говорить, а что нет.

Костя поднялся с дивана и вышел из-за стола.

— А я и в лицо сказать могу, и ты это прекрасно знаешь. Просто мне не понятно, зачем ты всё время трёшься рядом с Юлей, не давая ей, наконец-то забыть тебя, и начать жить дальше. Боишься, что окажется, что не так-то ты ей был и нужен? Что быстро замена найдётся?

— Что ты несешь? — Андрей сократил дистанцию между ними, и толкнул Костю в грудь. Я видела, что глаза Кости моментально налились яростью, он всегда вспыхивал, как спичка.

Наверное, ещё мгновение, и брат бы ударил его, но я успела вклиниться, встав между ними.

— Так! Замолчите оба! Если собрались портить мне праздник, дверь знаете где, никого не держу. Не позволю у себя дома разводить драки! — Я правда злилась, еле сдерживалась, чтобы не топнуть ногой в конце своей фразы.

Мужчины чуть отошли друг от друга, но всё ещё смотрели, как два разъяренных быка. Уверена, выйди я из комнаты хотя бы на несколько секунд, и драка неминуема бы началась. У них, кажется, так и чесались кулаки.

— Костя, ты, вообще-то, друга привёл. Сядь, пожалуйста, обратно. Давайте уже нормально сядем, и просто отметим этот долбанный Новый год. Господи, надеюсь, что фраза про то, что как год встретишь, так его и проведешь — не правда.

Кажется, после моих слов, градус напряжения начал понемногу спадать.

— Юль, садись ты на диван, там удобнее, а я на стул сяду. — Предложил мне Костя, но я как представила, что они будут сидеть рядом с Андреем за столом, тут же откинула эту идею. Поубивают же друг друга.

— Не нужно. Садись, где сидел. Мне на стуле удобнее, на диване слишком низко, а вы высокие.

Наконец, после перебранки, мы все сели за стол. Чтобы чем-то заняться, все начали усиленно есть, а я спокойно наблюдала, как трое мужчин поглощали мои кулинарные творения. Большого аппетита у меня что-то не было.

Кое-как, по большей части благодаря другу брата, за столом завязалась какая-то отстраненная беседа. Причем, Костя с Андреем демонстративно друг с другом не общались, общаясь только со мной или с Максимом. Ну и пусть, хоть так. Всё лучше, чем если бы они подрались, или, если бы я по итогу праздновала этот новый год одна.

Время до полуночи пролетело совсем незаметно. И вот, оказалось, что уже начиналась речь президента. Костя сбегал за шампанским до кухни, и сразу открыл бутылку, разливая по бокалам. Он посмотрел на меня странно, когда наливал шампанское в бокал, который держала я.

Вообще, конечно, врач разрешила мне немного шампанского, но мне самой не хотелось. Однако, я хотела хотя бы подержать в руках красивый бокал на тонкой ножке, и вдохнуть его аромат, чтобы при этом газики весело щёлкали по носу. Потому что это было тоже частью того, что создавало настроение.

Не знаю, как Костя истолковал себе то, что я была с шампанским, но следил он за мной неотрывно. Словно, если бы я сделала глоток, тут же бы перестала быть беременной. Мужчины вообще, как мне кажется, были в этом отношении намного более тревожными.

Мы все перевели своё внимание на экран, с которого наш президент подводил итоги прошедшего года, и говорил пожелания на следующий. И вот, начался бой курантов, знаменующий начало нового года.

— С новым годом! — Провозгласила я, подняв бокал в воздух, и все потянулись ко мне, чтобы чокнуться, с ответными криками.

Поднесла шампанское к лицу, правда, чтобы просто понюхать, как Костя всё же не выдержал:

— Стой! Тебе же нельзя! — Я, округлив глаза, посмотрела на него, а он осекся на полуслове, замолчав.

— Я и не собиралась его пить. — Спокойно ответила я. Куранты продолжали бой. — Не отвлекаемся, загадываем желания! — Попыталась перевести я тему. Все замолчали, а я украдкой повернулась к Андрею.

Так и было. Я чувствовала, как он неотрывно смотрел на меня, и я не могла прочитать по его лицу, что творилось у него в голове.

— Уже загадал желание? — Спросила я у Андрея.

— Мне это ни к чему. Оно у меня одно, и всё равно вряд ли сбудется. — Я начала краснеть, понимая, что он говорил скорее всего обо мне. Так проникновенно он смотрел на меня.

— Мир во всём мире никто не отменял. — Несмело улыбнулась я, замолчала, и отвернулась.

А, после того, как отыграл гимн, и по телевизору возобновилась какая-то передача, встала из-за стола.

— Прошу меня извинить, я отлучусь ненадолго. — Мне нужно было сбежать, пока не рвануло. Почему-то обстановка за столом напоминала мне сейчас отложенный взрыв, отсчёт до которого уже начался.

— Юля, можно с тобой поговорить наедине? Буквально пару минут. — Схватил меня за руку Андрей до того, как я успела скрыться.

Кажется, не успела.

Андрей, день корпоратива

Я вышел следом за Настей с черного входа. Она стояла ко мне спиной, не оборачиваясь.

— У меня мало времени. Нужно вернуться обратно в зал. Давай, говори, что хотела, и я пойду. — Я стоял в проходе, планируя уйти сразу же, как только она скажет, что хотела от меня.

Основным моим вариантом было то, что она снова попросит денег, и на этот счёт у меня уже были заготовлены несколько ответов для неё.

Настя резко развернулась, и посмотрела на меня как-то особенно пристально. Из-за её взгляда внутри поселилось нехорошее предчувствие.

— Я беременна, Андрей. — Она говорила, а смысл слов не сразу доходил до меня. Стоп. Что?

— Поздравляю, а я здесь причем? — Я засунул руки в карманы, инстинктивно сделав шаг назад.

Конечно, надо было быть идиотом, чтобы не понять, почему она мне это говорила. Но маленькая надежда всё ещё теплилась во мне. Надежда на то, что это была всего лишь ошибка.

— Ты прикалываешься, или под дурачка косишь? Это твой ребёнок, Андрей! У меня была задержка неделю, и вот, сегодня я сделала тест.

— Ты… уверена? Что беременна вообще, и что от меня? Потому что после одного раза… Звучит немного сказочно. Скажи правду, тебе просто нужны деньги, ведь так?

Настя начала рыться в сумке, и протянула мне, выудив оттуда, какую-то коробочку. Видимо, тест на беременность. Я в этом всё равно ничего не понимал, так что просто посмотрел для проформы.

— Поверь, я и сама не в восторге, что так вышло. Но факт остается фактом. Завтра я пойду в больницу, чтобы всё подтвердить. Кроме тебя у меня никого не было уже несколько месяцев, выводы делай сам.

Медленное осознание катастрофы, которая надвигалась на меня, начало захватывать дыхание, мешая мыслить трезво и рассудительно.

Сократив за пару шагов расстояние между мной и Настей, я подошёл к ней, и схватил за руку.

— Как так вышло? Похоже на какую-то подставу. С чего бы мне верить тебе?

Девушка начала пытаться вырвать руку из моей хватки.

— Отпусти меня! — После нескольких попыток, ей удалось отцепить меня. — Тебе напомнить, чем мы занимались у тебя в кабинете?

Дверь за нашими спинами грохнула, и мы оба вздрогнули, обернувшись. Оказалось, это вышел один из сотрудников компании, обслуживающих вечер, чтобы покурить. Но, увидев наши разборки, тут же скрылся снова внутри.

— Можешь не верить мне, если не хочешь. Только я не собираюсь разбираться с этим со всем одна. Я сразу тебя предупреждаю. Не захочешь признавать отцовство — сделаю ДНК-тест, и тебя уже обяжет суд.

Я запустил руки в волосы, и начал расхаживать из стороны в сторону. В голове одновременно роились тысячи мыслей, и ни одна из них меня не радовала. Это полнейший капец.

— И что ты сейчас от меня хочешь? Зачем надо было делать это на корпоративе?

— А чтобы тебе жизнь медом не казалась. Я так поняла, твоя жена до сих пор не в курсе про нас? Видела, как вы шли с ней под руку. Образцово-показательная семья! А на деле…

— Не смей ничего говорить про мою жену! Ты и мизинца её не стоишь.

— Зато стоит у тебя на меня отлично, не так ли? — Я окатил её гневным взглядом, а она продолжила. — Сразу говорю, что даже думать ни о каких абортах не буду. Я буду рожать.

— Кажется, я не говорил тебе о том, чтобы ты избавилась от ребёнка.

— В общем, я тебя предупредила. Дальше сам решай вопрос со своей женой. Как вы будете жить в свете новых открывшихся обстоятельств. — На этих словах Настя прошла мимо меня, и, больше не оборачиваясь, вернулась обратно на корпоратив.

А мне хотелось орать, выть, побить что-нибудь. Ситуация, в которую я сам себя загнал, теперь казалась ещё более безвыходной.

Не сдержавшись, врезал кулаком в стену, больно отбив костяшки, и тут же начал трясти рукой, чтобы унять боль.

Мне нужно было подумать. Одному. Разложить в голове всё по полочкам, и принять решение, как рассказать теперь об этом Юле. А то, что ей придётся рассказать, сомнений уже не было.

Господи, если до этого я ещё надеялся на то, что она могла как-то попытаться понять, простить, то сейчас шансов на это уже почти не было. Она не поймёт и будет права. Я всё испортил сам.

Словно чувствуя, что я думал о ней, телефон зазвонил, и на экране высветилось имя жены. Я не мог пока с ней разговаривать.

Обойдя здание, вызвал такси, и из такси всё же позвонил жене. Наврал что-то про ЧП на работе, вышло автоматом. Сам же, даже не задумываясь, назвал таксисту не адрес нашего дома, а адрес старой квартиры.

Там меня точно никто не должен был искать, и удалось бы подумать одному.

Открыв дверь ключом, который зачем-то всё ещё всегда таскал с собой, огляделся. Здесь было всё таким родным. Может, Юля и была права, что не нужно было переезжать в дом? Мы были здесь с ней счастливы.

Два часа провёл в душевных терзаниях, пытался придумать какой-то выход, сделать так, чтобы жена от меня не ушла. Потому что сейчас это было для меня самым страшным. Я и представить себе не мог, что когда-то буду жить без неё. Сознательных лет мы провели намного больше вместе, чем порознь.

Дурацкий браслет всё ещё лежал у меня в кармане. Сейчас уже это точно было бы не к месту. Я имел в виду ресторан, подарок, венчание и прочие мои идеи.

Похоже, выхода вообще не было.

Вложив максимальную злость в свои движения, со всей силой запульнул коробку с браслетом в стену, проследив, как он ударился и завалился за тумбу.

Юля, наше время

Я смотрела на руку, которой держал меня Андрей. Место, где наша кожа соприкасалась, горело.

— Мне нужно в туалет. Может, отпустишь? Вернусь, потом поговорим. — Андрей пару секунд не отпускал мой взгляд, словно стараясь найти что-то в моих глазах, какие-то ответы на свои вопросы. В конце концов, освободил мою руку.

— Да, конечно. Я тебя подожду.

Быстрым шагом, пока ещё что-нибудь не случилось, я ушла в ванную комнату, санузел в квартире был совмещенный.

Сердце в груди колотилось быстро-быстро. Я уперлась руками в столешницу, на которой стояла раковина, и пару секунд просто стояла, смотря вниз, пытаясь отдышаться, и привести дыхание и свой зашкаливающий пульс в норму.

Сама не поняла, чего я так испугалась, что Андрей мог узнать о моей беременности. Я же всё равно собиралась рассказать ему, только позже. Тогда почему вдруг такая реакция?

Подняв лицо к зеркалу, встретилась со своим отражением. Лицо было бледным, под глазами залегли круги.

Несмотря на то, что было поздно, спать совсем не хотелось. А от адреналина, который выплеснулся мне в кровь, я, наверное, совсем не скоро должна была захотеть спать.

Умывшись прохладной водой, я ещё несколько минут просто бесцельно пялилась в зеркало. Но, время шло, моё отсутствие было уже странным, а ситуация не становилась более разрешимой.

Плюс я немного переживала за то, как могли общаться мужчины между собой в моё отсутствие.

Когда я вернулась в комнату, то с удивлением обнаружила, что за столом остался только Максим, друг Кости.

— А где Костя с Андреем?

— Они вышли во двор покурить. Сейчас вернутся, наверное. — Максим оторвался от поедания оливье, и почему-то немного виновато на меня посмотрел.

Мне было неловко, я чувствовала себя негостеприимной хозяйкой. Но Костя тоже молодец, взял и оставил друга, которого сам же привёл, одного тут сидеть.

— Всё бы ничего, но они не курят оба. — Сухо улыбнулась я, а Максим заерзал на диване.

— Блин. Давайте я схожу, посмотрю, как там они и что делают? — Понял свой промах друг брата.

— Тогда уж вместе пойдём. — Вздохнула я, и пошла к вешалке, начав натягивать шапку.

Новогодняя ночь была довольно морозной. Так получилось, что я не выходила на улицу целый день, и это погода стала для меня открытием. Как только мы вышли из подъезда, кожу щёк защипало, и вдохнуть полной грудью оказалось тяжело.

— Температура ещё сильнее опустилась. — Констатировал очевидное Максим. Я же уже вовсю оглядывалась по сторонам.

У меня была небольшая надежда, что мы найдем Костю с Андреем ещё в подъезде, но она не оправдалась. На улице их тоже не было видно. Зато соседи, несмотря на мороз, вовсю создавали праздничное настроение себе и всему двору.

Тут и там запускали фейерверки, мимо проходили люди с мишурой, надетой прямо поверх пуховиков, и то и дело слышались громкие крики и возгласы вперемешку с поздравлениями и звоном бокалов.

— Что-то я их не вижу. Сейчас позвоню Косте, спрошу, где они.

— Угу. — Кивнула я, продолжая искать этих двоих глазами.

— Алло, Кость, а вы где? — Похоже, Максиму удалось дозвониться до моего брата. — Да, мы вас потеряли. Вышли с Юлей вас искать. Ладно. Понял тебя. — Максим положил трубку, а я так ничего и не поняла из тех обрывков фраз, что мне удалось услышать.

— Ну что, где они?

— Костя сказал подниматься обратно в квартиру, что сейчас придёт.

— Один что ли?

— Я не знаю, может, он сказал, что придут они вместе обратно, не услышал.

В любом случае, оставаться стоять и ждать их у подъезда на морозе было незачем. Мы вернулись в квартиру. И через пару минут, как и обещал, туда вернулся и мой брат.

— Костя! Вы куда ушли? И где Андрей? — Начала я заваливать брата прямо с порога, пока тот раздевался, снимая куртку и ботинки.

— Домой поехал к себе твой Андрей.

— Так. — Я встала на пути у Кости, который уже собирался пройти обратно в гостиную. — Скажи нормально, что тут было, что ты с Андреем сделал?

— Я? А что я с ним сделать мог? Успокойся, Юля, жив цел твой Андрей. Просто поговорили, вот и всё.

— Так поговорили, что он, ничего не сказав мне, уехал домой? Что-то ты темнишь. Ты видел, что на улице творится? Он точно доедет, а не замерзнет там насмерть в каком-нибудь ближайшем к моему дому сугробе?

Наверное, я была немного параноиком, но мой мозг уже рисовал картинки того, как Андрей с Костей подрались, Костя его завалил, и оставил бессознательного где-то на морозе. Хотя, на самом деле, Костя не выглядел сейчас так, словно дрался.

— Ну, хочешь, позвони ему. — С выдохом сказал Костя. — Только ты, Юль, уже сама как-нибудь определись, разводиться ты с ним хочешь, или новые года вместе отмечать, и меня отчитывать, за то, что я на твою сторону встаю.

Костя прошёл мимо меня в гостиную, а я скрестила руки на груди, поджав губы.

Брат был прав. И от этого вся ситуация бесила даже сильней.

Взгляд сам упал на подарок Андрея, который всё ещё стоял при входе. Что ж, пожалуй, не буду ждать до утра. Открою прямо сейчас.

Решительно взяв в руки подарок Андрея, я направилась к себе в спальню, чтобы открыть подарок в одиночестве, но по пути заглянула в гостиную.

— Костя, я устала, и пошла спать. Не отказывайте себе ни в чём. В холодильнике есть ещё еда и шампанское, если нужно, у нас тут хорошая звукоизоляция, за шум можно не волноваться. Ключ у тебя есть.

— Хорошо. — Кивнул головой Костя.

— Максим, было приятно познакомиться. Простите за такой сумбурный новый год, обычно у нас более весело. Честно.

— Мне тоже было приятно познакомиться. — Улыбнулся друг брата. — На самом деле было отлично, зря вы наговариваете. Я вообще должен был встречать новый год один, так что… Доброй ночи.

Мы обменялись вежливыми улыбками, и я ушла в спальню. На самом деле, радоваться мне что-то вообще не хотелось.

Сев с усталым выдохом на кровать, я пару раз покрутила в руках коробку, обернутую в упаковочную бумагу. Она была слишком крупной, чтобы там было какое-то украшение, и слишком тяжелой. Что он мог мне такого подарить?

Не став мучать себя догадками, я разорвала бумагу, и уставилась на книжную обложку.

Это была одна из моих самых любимых книг: «Гордость и предубеждение» Джейн Остин, книга была на языке оригинала, и немного потрепанной. Я открыла обложку, чтобы посмотреть, что внутри.

Увидев дату выпуска, приложила руку ко рту от удивления. Одно из первых изданий, тысяча девятисотый год, но при этом сохранилась отлично.

Даже представить было страшно, сколько Андрей отдал за неё, но я действительно была тронута. Интересно, она действительно лежала давно у него, дожидаясь своего часа, или он купил мне этот подарок только после того, как я ушла?

Я начала листать книгу, изучая иллюстрации, и внезапно обнаружила, что это было ещё не всё. Примерно посередине книги был вложен конверт.

Достав конверт, и отложив книгу в сторону, я почему-то некоторое время не решалась его открыть. Просто смотрела на белый прямоугольник в свих руках, и не двигалась. И только через несколько минут достала из конверта сложенный в несколько раз лист, который был исписан явно вручную. В конверте было что-то ещё, но я оставила это на потом.

На листе оказалось письмо от Андрея. Муж никогда не писал мне письма вручную, но я прекрасно знала его почерк, и могла с точностью сказать, что это был он.

Залезла чуть дальше на кровать, заняв более удобное, полулежащее положение, и начала читать.

«Дорогая Юля!

Наверное, это глупо, но мне захотелось написать тебе письмо. Причем вот так, вручную. Вложив в него максимально всё, что я бы хотел тебе сказать.

Я пишу это письмо в тот же самый день, когда подписал документы на развод. Теперь я точно понимаю, что это правда. Это действительно с нами происходит.

Если бы кто-то пять лет назад, да даже год назад сказал мне, что мы разведемся, я бы рассмеялся ему в лицо, а сейчас, это наша реальность, и это больно осознавать подобное.

Я прекрасно понимаю, что разрушил всё сам, понимаю, что ты меня не простишь, и, наверное, этим письмом хочу сказать тебе спасибо за то, за что никогда не говорил.

Спасибо за то, что всегда меня поддерживала, что бы не происходило в моей жизни. Для меня, как для мужчины, это было очень важно, хоть я и не всегда это показывал.

Спасибо, что наш дом был местом, куда хотелось возвращаться каждый день, и куда я летел с работы, потому что там была ты. Ты умудрялась совмещать и работу, и уход за домом, и ещё кучу других ролей. Не думаю, что многим под силу подобное.

Спасибо, что часто ставила мои желания выше своих. Так мы переехали в дом, хотя я знал, что тебе всегда больше нравилось жить в городе, и таких моментов было множество, и я все замечал, просто не говорил об этом вслух.

Я всегда чувствовал твою любовь и заботу.

Спасибо, что двадцать лет была для меня лучшей женой, которую только можно было представить.

Я не могу объяснить, зачем я сделал то, что сделал, но хочу чтобы ты понимала, проблема была только во мне, а ты всегда была идеальной.

И такой ты в моей голове и останешься. Идеальной. Любимой. Самой красивой и лучшей женщиной на свете.

Второй такой просто нет.

Как оказалось, у меня было всё, о чём я мог мечтать, но теперь мне предстоит только мечтать о том, что у меня всё это могло быть.

Я говорю это не для того, чтобы тебе стало меня жалко, а потому что хочу искренне сказать тебе, что мне жаль. Я жалею о том, что сделал, но понесу за сделанное наказание и расплату.

Надеюсь, ты будешь счастлива. Сейчас это моё единственное желание.

С новым годом, любимая. В эту минуту, когда ты читаешь письмо, я точно думаю о тебе, потому что последние несколько недель я делаю это всё время.

Всё будет хорошо. Я всегда буду рядом, несмотря ни на что.»

Последние строчки уже расплывались у меня перед глазами, потому что в них стояли слёзы. Я отшвырнула письмо к стенке, и закрыла лицо руками.

Только через несколько минут, чуть успокоившись, я залезла снова в конверт, чтобы посмотреть, что там было ещё.

Там оказалась путёвка в теплые страны на двоих. Одно имя было вписано моё, а вторая графа была пустой. Видимо, подразумевалось, что я могла взять с собой кого захочу.

И я, наверное, уже даже знала ответ.

Две недели спустя, выходя из самолёта, и снова чувствуя холодный московский воздух вместо тропического, мне даже не верилось, что придётся снова окунуться во все дела, после того, что было.

А был очень неплохой отдых.

Я пригласила с собой в отпуск брата, который сначала отнекивался, ссылаясь на огромное количество работы, но после моих уговоров всё же смог вырвать недельку, чтобы провести её со мной в тепле на берегу, попивая коктейли, тем более, что в стране были новогодние праздники, когда мало что работало.

А мне, как оказалось, этот отпуск был просто физически необходим. Я наконец-то привела свои мысли и нервы в порядок, насколько это было сейчас возможно.

Безусловно, перед полётом я проконсультировалась со своим врачом, но та лишь помахала мне рукой, сказав, что в зимний период мне не просто можно, а даже нужно на море.

— Ну что, домой? — Я улыбнулась Косте, забравшись на соседнее с водительским сидение. Его машину мы оставляли у аэропорта.

— Ага. — Кивнул Костя, и тронулся с места. — Я только телефон включил, и на меня там посыпалось… Кажется, сегодня меня ждёт бессонная ночь. Буду разгребать завалы того, что накопилось за этот незапланированный отпуск.

— Да ладно тебе! Ещё скажи, что плохо провёл время. Ты вспомни, когда мы с тобой вот так вдвоём куда-то выезжали? Как будто бы… никогда? Сначала с родителями в отпуск летали, а потом уже…

Андрей на время отпуска негласно стал человеком «имя которого нельзя называть». Мы оба пока слишком болезненно всё воспринимали, так что сошлись на том, что вообще не будем обсуждать его, пока отдыхаем. И нам, можно сказать, это удалось.

— Нет, было круто. Я рад, что всё-таки согласился. Это был мой первый отпуск за последние шесть лет. — Хмыкнул Костя.

— Тем более. Пусть твои сотрудники меня поблагодарят, что у них сейчас будет более добрый и не такой брюзжащий начальник!

— Хей, я и так не брюзжащий. Просто строгий, но справедливый.

— Ладно-ладно, справедливый ты мой. — Параллельно со своими словами я тоже активировала обратно свой телефон, который был выключен больше недели, и стала просматривать, кто мне звонил.

Сразу отметила, кому нужно будет перезвонить по работе, и замерла над контактами свекрови и Андрея. Ну нет, с Татьяной Валентиновной я точно разговаривать не хотела. Что она могла мне сказать? А Андрей…

Я посмотрела дату и время звонка. Получается, звонил перед тем, как я улетела, но я выключила телефон ещё дома, и почти сразу, как мы приземлились.

Помимо прочих, увидела, что был звонок от Сергея, с которым мы ходили на свидание. И вот ему почему-то настроение перезвонить было.

— Алло? — Ответил мне мужской голос, как будто я звонила с какого-то незнакомого номера. Я даже растерялась, думая, что Сергей будет рад меня услышать.

— Алло, Сергей, добрый день. Ты звонил, это Юля. Мы ходили с тобой в ресторан за пару дней до нового года.

— А! Юля, рад тебя слышать! Прости, у нас тут небольшая запара на работе, и я даже не посмотрел, кто мне звонит.

— Да я всё понимаю. Если хочешь, можешь перезвонить позже, когда будешь более свободен.

— Нет, нет, всё нормально. Я звонил тебе пару дней назад, хотел узнать, как ты встретила новый год, и пригласить увидеться ещё раз, если ты будешь не против. Сегодня, например?

— Ой, ты заешь, я ездила в отпуск, и только-только сошла с самолёта, можно сказать. Так что не думаю, что у меня будут силы на встречу вечером.

— Блин. Жаль. Я просто завтра улетаю в командировку на месяц… — Я слышала, как на том конце провода мужчина тяжело вздохнул. Почему-то мне представилось, как он, разговаривая со мной, запустил руку в волосы, и недовольно взъерошил себе прическу.

— Ну, значит, не судьба. — Я вообще не расстроилась из-за того, что свидание сорвалось.

— Похоже на то. Могу я позвонить тебе через месяц, когда вернусь?

— Думаю, вряд ли тебя что-то может остановить. Звони, конечно. Удачной командировки.

Когда я завершила вызов, и убрала телефон, то почувствовала, как Костя смотрит на меня с большим интересом.

— Что? — Не выдержала я его взгляда.

— Уже ходишь на свидания? Я удивлён, если честно.

Я пожала плечами, показывая, что мне всё равно, и я не собиралась никого удивлять или шокировать. Мне вообще на мнение окружающих было плевать, у меня был только мой собственный внутренний моральный ценз, которому я следовала. И только я сама решала нормально ли было то, что я делала.

Мы немного помолчали, каждый задумавшись о своём.

— Когда вас разведут? — Вдруг прервал молчание Костя. В груди неприятно царапнуло, но я сдержалась, чтобы внешне никак не показать свою реакцию.

— В среду. Получим документы о расторжении брака, и всё. Думаю, тогда же и расскажу Андрею про беременность.

— Не слишком жестоко для одного дня? — Поднял брови Костя.

— Уже ничего не слишком жестоко. Он должен знать, я чуть успокоилась. Не хочу потом дополнительно встречаться с ним или писать. Я решила, что нам нужно будет ограничить общение. Потому что пока я постоянно вижу его, то забыть и отпустить не получается.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍— Ну вот сейчас ты больше двух недель его не видела, что, легче?

— Нет. Но я не теряю надежды. Когда-то всё равно станет.

Я проснулась в день развода сама, без будильника. Несмотря на то, что последние пару дней была постоянно сонная. Наверное, это было следствием беременности.

О сегодня, открыв глаза, я сразу встала, даже не дав себе несколько минут чтобы понежиться в кровати.

С Андреем мы после прилёта так и не разговаривали. Он звонил ещё пару раз, но я не брала трубку. Общались только в сообщениях, но и там диалог у нас как-то не строился.

Юля: «Привет. Мы прилетели. Спасибо за подарок, отдохнули хорошо. Я пока не настроена на разговоры, так что пообщаемся в среду, когда придём за документами по разводу. На почту тебе выслала соглашение по разделу имущества, если всё ок, то подпиши, и отправь мне курьером, пожалуйста.»

Андрей: «МЫ прилетели? С кем ты летала?»

Я помнила, как закатила глаза, когда прочитала сообщение. Я отправила ему такое количество информации, а всё, что его интересовала, с кем я ездила отдыхать. Он же не думал, даря мне подарок, что я позову в отпуск с собой его?

Юля: «С Костей. Жду бумаги.»

В итоге он подписал и прислал мне бумаги, писал потом ещё что-то, но я даже не открывала, чтобы прочесть. От Андрея мне больше было ничего не нужно.

По соглашению, которое мы подписали, после развода мне отходила квартира, в которой я жила, с денежной доплатой в размере разницы стоимости загородного дома и квартиры. Дом доставался Андрею. Плюс Андрей выкупал у меня мою долю в своём бизнесе. Мне он был не интересен, а вот деньги точно не помешают.

Я ещё не решила, что буду делать с деньгами, возможно, всё же задумаюсь о каком-то своём небольшом деле, или просто вложу во что-то, что будет приносить дивиденды.

Подойдя к зеркалу, чуть разочаровано вздохнула. В моих планах сегодня было поразить уже бывшего мужа своей красотой, и показать, что он потерял, но как назло я сегодня слегка отекла.

Такое часто стало случаться со мной по утрам. Небольшой самомассаж сделал ситуацию лучше, и я довольная продолжила сборы.

Через полтора часа в отражении была лучшая версия меня самой.

Подвитые волосы красиво были забраны в низкий пучок, оголяя и удлиняя открытую шею. На лице макияж, который казался почти повседневным, но акценты были грамотно расставлены, благодаря чему я казалась моложе, свежее, глаза ещё больше, а губы более пухлыми.

В качестве наряда выбрала чёрный брючный костюм. На улице всё ещё была зима, и в юбке щеголять не хотелось. Зато костюм подчеркивал мои длинные ноги, хрупкость фигуры, а ещё, был своеобразным символом.

На свадьбе я была в белом платье, а на разводе в чёрном костюме.

Мама дорогая. Я разводилась! Я и подумать не могла, что в моей жизни будет развод…

К месту прибыла даже чуть раньше. Сидела какое-то время в машине, но мне быстро надоело. Так что, схватив сумку, вышла и направилась к нужному мне зданию.

Когда меня окликнул женский голос, не сразу поняла, что звали меня.

— Юля! Постойте! — Я обернулась, и увидела, что ко мне спешила Настя, та самая женщина, из-за которой мы с Андреем и оказались сегодня здесь.

А она тут что забыла?

Я растеряно огляделась по сторонам, думая, что и Андрей, возможно, был где-то поблизости, но она была одна.

Я остановилась, не идя к ней навстречу, но и никуда не уходя.

Девушка, надо было признать, тоже выглядела неплохо. На ней была норковая шубка до середины бедра, и высокие сапоги на небольшом каблуке. Шапки не было, зато была укладка. Тоже собиралась праздновать наш развод?

— Здравствуйте, Юлия. — Поздоровалась она со мной, поравнявшись. Я кивнула, и посмотрела на часы. Непроизвольно, просто чтобы понять, сколько у меня было времени. В ЗАГСе мне нужно было появиться через пятнадцать минут.

Странно, что Андрея до сих пор не было.

— Я Андрея жду, мы собирались с ним отпраздновать после… — Девушка осеклась, будто сказала что-то лишнее. — Ой, то есть не отпраздновать, конечно, случайно сказанула, простите. Хотели просто зайти в кафе, обсудить, как что будет дальше у нас.

— Понятно. — Сдержано ответила я. Её слова больно укололи меня. Неужели мой муж был таким человеком?

Писал мне письма о своих неземных чувствах, а, когда ничего не «прогорало», и я отказывалась идти на попятную, шёл праздновать развод со своей любовницей? Планы они решили, видите ли, обсудить.

Пусть подотрётся своим письмом. Решила прийти домой, и выбросить его.

— Я вам хотела сказать большое спасибо. Мало в нашем мире осталось адекватных женщин, которые смогли бы войти в ситуацию.

— И в чем же, по-вашему, я проявила адекватность? В том, что развожусь с мужем, который изменил? Вы бы поступили иначе?

— Я имела в виду то, что не стали затягивать с разводом, разделом имущества. Сами понимаете, у нас обстоятельства. — Настя заботливо положила руки на своё пока ещё плоский живот, и я чуть было не отзеркалила её жест, но вовремя спохватилась.

— Понимаю. Не буду лукавить, счастья вашей будущей семье не желаю. И, по возможности, избавьте меня от своего общество. Нас лично с вами больше ничего связывать не будет.

Я развернулась, и скрылась в здании, оставив Настю позади.

Андрей опаздывал. Но это не помешало тому, что нас развели. Для этого достаточно было того, что пришла я.

— Ваш бывший супруг сможет забрать свидетельство в другое время. — Оповестила меня женщина, работающая там.

Как-то этот день пошёл не по моему сценарию.

С горечью на душе я, теперь уже свободная девушка, села в свою машину. Отъезжая, мой взгляд зацепился за Андрея, который быстрым шагом шёл к ЗАГСу, а, может, на встречу к своей Насте?

В любом случае, откровенности по поводу моей беременности сегодня не состоится. Я уже была не в настроении. И вообще была не уверена, что хотела бы ему рассказать.

Собрался праздновать, и строить новую семью? Да, пожалуйста. Но, как-нибудь уж без меня…

Андрей, наше время

Я прилетел к ЗАГСу как только освободился, по-другому не скажешь. Потому что скорость, которую я развил на своей машине была явно за пределами установленных правил. Но плевать мне было на штрафы, я хотел успеть.

Однако, уже подходя к зданию видел, что рядом не было ни Юли, ни её автомобиля.

Чёрт. Неужели опоздал?

Забежал в здание, открыв первую попавшуюся дверь.

— Мужчина, вы куда? — недовольно заговорила грузная женщина, сидящая почти прямо у входа. — Стучать, во-первых, нужно, во-вторых, у нас сегодня не приемный день.

— Разводятся где? — Без предисловий спросил я. Похоже, по моему тону было понятно, что вести долгие беседы я был не намерен, и женщина сразу приосанилась, и ответила.

— Двести пятый, второй этаж направо. — Я кивнул, оставив, как мне казалось, вежливую улыбку, но, было вполне вероятно, что никакой улыбки не было.

У меня оставался ещё маленький шанс встретиться с Юлей в кабинете, хотя, прошло уже двадцать минут от назначенного нам времени.

Ну почему всё происходило так именно сегодня? Что за злой рок судьбы?

С утра прилетели китайцы, которых мы ждали только к вечеру, и я никак не мог их оставить. Было просто не на кого. Они хотели общаться непосредственно с владельцем. Я написал Юле сообщение, что задерживаюсь, и чтобы она дождалась меня в любом случае, потому что я хотел поговорить, но она даже не прочитала моё сообщение.

Как и все предыдущие. Как и не ответила ни на один из моих звонков.

Порой мне даже уже казалось, что я начинал сходить с ума, когда единственной мыслью в моей голове в течение дня было съездить к нашему старому дому, и проследить за ней. Просто увидеть, понять, что с ней всё нормально, взглянуть хотя бы ещё раз.

Но это было не здорово. Я осекал себя, утешая тем, что поговорю с ней сегодня. А день не задался с самого утра.

У двести пятого кабинета была очередь.

— Мужчина, там женщина сейчас, потом я следующая. — Встала у меня на пути какая-то мадам. Но я уже перестал её слушать, только услышав, что в кабинете была женщина. Это Юля! Я успел.

Отодвинув мадам в сторону, пару раз стукнул в дверь и открыл её, чтобы увидеть, что там была совершенно не знакомая мне женщина.

— Извините. — Я сделал шаг назад, и закрыл дверь, снова оказавшись в коридоре.

— Вот из-за таких хамов как вы, у нас в стране бардак! Я же сказала, что очередь. Так нет, он прёт и прёт… — Мадам, которую я отодвинул, всё не унималась. Говорила, говорила, но я воспринимал её голос лишь как фоновый шум.

Пройдя мимо, и проигнорировав, начал спускаться медленно по лестнице, крутя в руках телефон. Попробовал дозвониться ещё раз Юле, но она не отвечала, как всегда.

Не выдержав, тяжело вздохнул, и сел прямо на ступеньки, зарывшись руками в волосы. Неужели это был конец? Вот такой? Как у нашей красивой истории любви мог быть такой конец?

Нет, ни черта. Я не дам всему вот так просто закончиться. Не хочет со мной говорить? Придётся. И плевал я на её брата. Надо — подерусь с ним, давно пора было, защитник хренов.

С максимально решительным настроем вышел из ЗАГСа, когда мне дорогу перегородила невысокая фигура.

— Привет, Андрей. А я тебя всё кричала, не могла дозваться от входа. Ты так быстро ушёл…

Передо мной стояла Настя. Несмотря на то, что она «кормила» меня новостями о том, что её беременность проходила непросто, и ей было плохо каждый день, по её внешнему виду сейчас это сказать было сложно.

Я смотрел на девушку, и честно сомневался, а оно мне было надо? Мне казалось, что я делал правильно, думая и заботясь о возможно моём ребёнке, тем более, о котором давно мечтал. Только вот чем дальше, тем яснее я понимал, насколько было важен факт не того, что у тебя будет наследник или наследница, а от кого этот ребёнок будет рождён.

Я плохо пока мог представить себя отцом. Просто делал то, что казалось мне на тот момент правильным.

— Привет. Ты что тут делаешь? Мы же договорились завтра увидеться в больнице.

Завтра должен был наступить долгожданный день, когда я сделаю ДНК-тест. Конечно, результаты будут не сразу, но начало уже будет положено.

Я прислал вчера Насте адрес клиники, в которой мы будем его делать, и уже обо всем договорился. В этой клинике работал мой хороший знакомый, поэтому я мог быть уверен в результате.

— Хотела поговорить с тобой, вот и приехала.

— Будем разговаривать после теста. Я тебе всё уже сказал. Пока у меня на руках нет подтверждения, я ни о чём разговаривать не буду.

Настя, которая до этого выглядела обманчиво мягкой и расслабленной, вмиг вытянулась струной.

— А я о тесте и хотела поговорить. Я не буду делать тест в твоей клинике. Вдруг ты подменишь результаты? Согласна делать только в той, в которой наблюдаюсь. Там я буду знать, что всё нормально.

Она развернулась, видимо, намереваясь уйти. Но я схватил её за руку.

— Нет. Я озвучил тебе свои условия. Либо так, либо никак.

— И что, если я не приду, будешь жить с мыслью, что где-то может быть твой ребёнок? Какого тебе будет это? Нормально?

— Для меня, если ты не придёшь в клинику, которую выбрал я, будет означать, что всё, что ты говорила — ложь. И да, совесть меня мучить не будет. Завтра в восемь жду тебя по указанному адресу, я тебе его скидывал. А сейчас, у меня дела. Мне некогда, так что пока.

Я сел в автомобиль, всё ещё намереваясь поехать к Юле, когда мой мобильный снова зазвонил.

— Да! Чего ещё? — грубо ответил я.

— Андрей Борисович, вы долго ещё? Тут китайцы нервничают уже, я не знаю, что делать.

— Чёрт! Чёрт! Чёрт! — я ударил несколько раз по рулю, так, что раздался звук клаксона. — Ну почему именно сегодня! Сейчас буду.

Я сидела уже полчаса на диване, так и не сняв свою верхнюю одежду. Пялилась в одну точку перед собой. В голове, казалось бы, должны были бродить какие-то мысли, но там была звенящая пустота.

За последний месяц я так устала, как не уставала, пожалуй, никогда. Даже с учётом того, что ещё неделю назад была отпуске.

Меня эмоционально истощала эта постоянная драма в моей жизни. Но, как полностью разрешить вопрос я не понимала. Да и одной принять такое решение было не просто. При этом разговора с бывшим мужем у нас не выходило.

Конечно, частично в этом была виновата я сама, потому что не отвечала на его звонки, и с развода сегодня сбежала, но я просто выжидала момент, когда буду в более стабильном эмоциональном состоянии, чтобы мы могли поговорить нормально.

Очередной звонок телефона заставил меня перевести взгляд на экран. Я думала, что звонил опять Андрей, потому что за последний час он позвонил мне уже раз десять, но звонили из клиники, в которой я наблюдалась.

У нас с мужем, уже бывшим, был хороший знакомый, который открыл клинику репродуктивного здоровья. Сейчас она была довольна известна в столице, и пользовалась успехом, так что я напросилась, можно сказать, к нему.

Все первые анализы я сдала ещё в государственной поликлинике, и вот, в начале недели принесла свои документы сюда.

Раньше мы дружили семьями, и знакомый был рад помочь. Правда, очень удивился, что мы с Андреем разводились, и что я просила его не говорить о том, что я там наблюдалась. Но, была благодарна, что он вошёл в моё положение.

— Да? Слушаю. — Я наконец-то стянула с себя куртку, и отложила её в сторону.

— Добрый день, Юлия Аркадьевна, вы просили перезвонить вам, когда освободится окошко у Цветаевой на консультацию. Завтра в восемь утра девушка одна отказалась, записываю вас?

Пришлось встать, и выйти в прихожую, чтобы найти свой ежедневник, в котором я вела записи по работе.

— Секунду, проверю сейчас своё расписание… Да, могу. Запишите меня тогда, пожалуйста.

— Всё, отметила у себя. Завтра ждём вас к назначенному времени, запись довольно плотная, так что просьба не опаздывать. Если у вас что-то изменится, пожалуйста, сообщите заранее. Хорошего дня!

— Спасибо большое, и вам. — С тяжелым выдохом завершила вызов, уставившись снова на экран. Пятнадцать пропущенных от Андрея. И что он так хотел мне сказать? Поделиться, как они счастливы со своей Настей после нашего развода?

Решила не перезванивать.

На правах уже бывшей жены получалось, что я ему ничего была теперь не должна.

Вечером, когда раздался звонок в дверь, я знала кто там ещё до того, как подошла к глазку.

У меня сегодня был непростой день, я стала разведёнкой, осталась одна после двадцати лет брака, и считала, что имела полное право прожить это состояние без посторонних. Но «посторонний», кажется, был другого мнения.

С той стороны двери, ожидаемо, оказался Андрей. Стоял чуть взъерошенный, выглядел плохо. Похудел за то время, что я его не видела, щёки впали, под глазами мешки. Ослабленный галстук висел на его шее, а сам он опирался одной рукой на косяк двери, второй нажимая на звонок.

— Юля, я знаю, что ты дома. Я видел свет с улицы. — Сказал он громко, я продолжала молчать. — Я больше не хочу быть в стороне. Юль, ну открой. Мне надо с тобой поговорить. Ты понимаешь, что мы развелись! Это же пи****…Я не готов вот так всё закончить. Я тебя люблю. Загибаюсь без тебя, Юль!

Скрестив руки на груди, я отвернулась от двери, привалившись к ней спиной. В глазах начали собираться слёзы, но я пока держалась изо всех сил.

— Она мне не нужна. Я про Настю. Я с ней всё равно не буду. Слышишь? Не важно, от меня ребёнок или нет. Если окажется, что от меня, буду помогать финансово, участвовать как-то в воспитании, но с ней не буду. Мне кроме тебя никто не нужен Юль. Я дурак, козёл, да, всё так. Ну, хочешь, побей меня, накричи. Но не молчи, не закрывайся.

Я прикрыла глаза, пытаясь не сорваться. Ведь я же уже решила, что не смогу. Даже если дала бы Андрею второй шанс, то поняла, что не смогла бы мириться с тем, как к нам домой приходил бы чужой ребёнок, называл Андрея папой, что он ездил видеться в дом Насти с ним. Эта история была не для меня.

Телефон, который я держала в руках, зазвонил. Звонил Андрей, видимо, пытался услышать звонок, стоя за дверью.

— Ответь мне. Пожалуйста… — послышалось из-за двери.

Я нажала на сброс вызова, и медленно пошла в спальню, смахнув на ходу слезу, катившуюся по моей щеке.

— Юля! — Андрей уже кричал, а не говорил. Мне пришлось применить всю свою силу воли, чтобы не ответить ему. Это всё равно ни к чему бы не привело. Сегодня мы стали чужими людьми. И ему и мне следовало это понять.

— Я сейчас полицию вызову! — раздался ещё один голос на лестничной площадке, но я его уже почти не слышала, закрывая дверь в спальню, где легла на кровать, и с головой накрыла себя одеялом.

Правда, как я не избегала встречи, она всё равно состоялась. Причём оказалась настолько неожиданной, что я даже не знала, что было лучше, чтобы я открыла дверь Андрею и поговорила с ним сама, или столкнулась вот так.

Когда я выходила из кабинета гинеколога на следующий день, врач сказала мне вслед:

— Поставила вас на скрининг первого февраля, за пару дней ещё придёт напоминание.

И, выслушав её, и переведя взгляд вперёд, я столкнулась в коридоре клиники с побледневшим лицом бывшего мужа, который смотрел на меня не мигая.

Нет, он не был глуп, и наверняка всё понял. Отсюда и была такая реакция.

По иронии судьбы справа от него сидела Настя, которая выглядела сейчас ничуть не менее удивленной, чем сам Андрей. «Забавно», что я и его любовница, похоже, наблюдались в одной клинике.

— Юля, — вскочил на ноги Андрей. — это как всё понимать?

Настя вскочила следом за Андреем, и тут же вцепилась в его руку.

— Ты что делаешь? — Нахмурившись, посмотрел он на неё, и попытался освободиться от её захвата, словно это было чем-то странным. Специально работал напоказ передо мной?

Пока они разбирались, я повернула в сторону выхода, и прошла мимо «сладкой парочки».

Да, сейчас, очевидно, разговора нам было не избежать, но говорить при любовнице бывшего мужа я бы точно не хотела. Будь у меня такая возможность, я вообще бы сделала так, чтобы она даже не догадывалась о том, что я тоже была в положении. Однако, вряд ли она была настолько глупа. Мне показалось, что все сейчас всё поняли.

А не хотелось мне, чтобы она знала, по простой эгоистичной причине. Я не хотела быть проигравшей в её глазах. А это было именно так, потому что при равных условиях, что и я, и она были беременны, мой муж оставался с ней. Пусть это и было моё решение, и Андрей вчера уверял меня, что не останется с девушкой после родов.

— Юля, подожди! — Андрей, по-видимому, всё же смог отцепиться от Насти, и быстро нагнал меня.

— Давай потом. У вас, кажется, тут дела какие-то? Сейчас врач, наверное, пригласит к себе… Так что тебе лучше далеко не уходить.

— Что потом? Когда? Если ты мне не отвечаешь теперь даже на сообщения! Нет, будем говорить сейчас. Ты вышла… — Андрей даже запнулся на слове от переизбытка эмоций. — Ты вышла от гинеколога сейчас, и то, что она сказала… Это ведь значит, что…

— Я беременна. Да. Это так. Срок девять недель. Получается, забеременели с твоей любовницей почти одновременно. Видимо, у тебя был очень плодовитый период.

— То есть, ребенок от меня?

— Ты ведь сейчас не серьезно, Андрей? А от кого он ещё может быть, по твоему мнению? Второе пришествие неожиданное? Святой дух постарался?

— Я не это имел в виду, Юль. Я просто в шоке, мягко говоря. Почему ты мне ничего не сказала? — Я открыла рот, чтобы ответить, но Андрей схватил меня за руку, сведя брови к переносице, и продолжил говорить. — Постой. Или ты вообще не собиралась мне говорить?

Кажется, этот факт его сильно задел.

— Отпусти руку. Собиралась. Представляешь, даже вчера. Но твоя Настя немного испортила мне настрой, сообщив, как вы рады вместе были нашему разводу, что даже решили отпраздновать его. И вот, на волне вашей радости, как-то всё желание пропало. Подумала, куда тебе сразу столько новостей в один день. Вдруг, весь праздник вам испорчу.

— Что? — Андрей скривился, и оглянулся в коридор, где Настя стояла, скрестив руки на груди, и следила за нашим разговором. — Что она тебе сказала, и где вообще вы встретились?

— Там, где вы договорились увидеться. — Уже менее уверенно продолжила я. Потому что мне начало казаться, что я, возможно, чуть погорячилась и поторопилась с выводами, и Андрей сам был не в курсе их праздника жизни. — У здания ЗАГС, когда приехала свидетельство о разводе забирать.

— Омский, Краснова — раздался в коридоре голос, а в одном из кабинетов открылась дверь, и высунулась голова санитара.

— Тебе, кажется, пора. — Я закусила губу.

— Юля, мы тут с Настей, чтобы сделать ДНК-тест. Я не думаю, что это займет много времени, дождись меня, пожалуйста. Нам теперь точно надо поговорить. Только не уходи, я тебя прошу.

Андрей посмотрел на меня с такой надеждой, что я не смогла ему там же отказать. Может, судьба не случайно столкнула нас, и нам действительно нужно было пообщаться? Плюс, теперь Андрей был в курсе, что я была беременна, и, наверняка у него было множество вопросов.

Так что я кивнула, и сделала шаг в сторону, где у стены располагались стулья для ожидания.

Андрей развернулся и быстрым шагом пошёл в кабинет, куда его пригласили. Там у двери стояла Настя, и она выглядела немного бледной и взволнованной. Что, спектакль пошёл не по её сценарию? Кажется, получалось именно так.

Настя с Андреем скрылись за дверью, а я осталась сидеть в коридоре, только сейчас обратив внимание, что, вообще-то, там были ещё и другие люди, некоторые из которых теперь с интересом меня разглядывали, похоже, став свидетелями нашего разговора.

Ещё бы, целая мыльная опера перед глазами, можно было сказать.

Пока сидела и ждала, не выдержала, залезла в телефон и написала Косте.

Юля: «Андрей узнал, что я беременна. Сейчас жду его, чтобы поговорить. Получилось случайно.»

Мне хотелось получить какую-то поддержку от брата, но он даже не читал моё сообщение. Похоже, был занят на работе, или где-то ещё. Так что пришлось справляться со своими эмоциями и чувствами самостоятельно.

Андрей и Настя появились снова в коридоре действительно быстро. Бывший муж тут же направился ко мне, даже не удосужившись взглянуть на девушку, или что-то сказать ей. Мне показалось, что, когда он вышел в коридор, и увидел, что я никуда не ушла, на его лице промелькнуло облегчение.

— Пойдем? — Спросил он, как только поравнялся со мной.

— Да. Ты ей даже ничего не скажешь? — Мотнула я головой в сторону Насти. Та выглядела очень расстроенной.

— Нет. Кровь у нас взяли, теперь дело за результатами. Она прекрасно об этом знает, я всё ей уже сказал.

Я встретилась с Настей глазами. Интересно, что мне при встрече она всегда казалась немного робкой, интеллигентной, но сейчас этот флёр будто развеялся, и мне даже привиделось, что она смотрела на меня с какой-то агрессией, которую я до этого не чувствовала.

— Пошли. Только не долго, сразу предупреждаю. У меня встреча с клиентом в десять.

— Хорошо. Давай только не в местное кафе, не люблю больничный общепит, ты же знаешь. Я сейчас проезжал, видел какое-то заведение в соседнем доме.

Я кивнула, и мы пошли вместе к выходу. А Настя не торопилась за нами, как я подумала сначала, а начала активно разговаривать с кем-то по телефону.

Мы шли по улице молча. Я чувствовала, что Андрей то и дело смотрел на меня, но сама делала вид, что очень сосредоточена на том, чтобы не поскользнуться, и внимательно следила за своими ботинками.

Рядом с кафе, куда мы шли, были небольшие ступеньки, покрытые льдом, и не посыпанные ничем, и Андрей подал мне руку. Я вложила свою ладонь в его, и он помог мне спуститься.

Его рука привычно грела мою, и это был такой обычный жест, мы делали так сотни, тысячи раз. Только вот дальше шли, взявшись за руки, а сейчас я вынула свою ладонь из его захвата.

Андрей придержал для меня дверь, чтобы я зашла в кафе, и сам зашёл следом. Всё как всегда, и это чувство накрывало меня словно купол какой-то неизбежности. Полное осознание того, что вот такого больше не будет. Возможно даже, что было в последний раз.

Это сейчас он пытался со мной поговорить, что-то вернуть, а что будет через год, два? Что я буду делать, когда рядом с ним появится постоянная женщина, к которой у него будут чувства? Почему-то я сомневалась, что Андрей останется надолго один. Он был видным мужчиной.

— Ты голодна? Я просто не завтракал. Давай сначала сделаем заказ. — Поднял он на меня глаза. Мы с ним сидели друг напротив друга за небольшим столом, расположенным около окна.

Мимо окна шли люди, кто-то даже смотрел сквозь него, чтобы понять, что там внутри. Наверное, для незнакомцев мы казались обычной парой, которая пришла позавтракать, и никто и не догадывался о том, какое количество проблем на самом деле у нас было.

Сделав заказ официанту, я ждала, пока Андрей сам начнёт разговор. Я, в принципе, всю информацию, которую хотела, ему уже сказала.

— Так значит мы ждём ребёнка… Обалдеть. Ты понимаешь, что тебе теперь от меня не отделаться? — Он откинулся на спинку стула, внимательно глядя на меня.

— Ирония судьбы, да. Я сразу скажу, что не собиралась лишать тебя возможности быть отцом, тем более, что ты всё равно по закону был бы записан в свидетельство о рождении, так как между родами и нашим разводом пройдёт слишком мало времени…

— Вообще, я не это имел в виду. Когда ты узнала? — Андрей наклонился ближе ко мне. Настолько, что я почувствовала его парфюм, и мне стало чуть дурно. То ли от его близости, и понимания, что мы теперь чужие люди, то ли от моей восприимчивости к запахам.

Эту свою новую «суперспособность» я обнаружила не так давно, когда меня чуть не стошнило в кабинете от запаха одной из моих клиенток. Причем пахла она не плохо, просто… В общем, «приколы» беременных.

Я отстранилась от него, и он тоже выпрямился, тяжело сглотнув, и сцепив руки в замок.

— Уже после того, как узнала об измене. Помнишь, мне было плохо, и я пошла в больницу. Там и выяснилось, что причина моих недомоганий была в том, что я беременна. А обмороки и прочее — это обычный токсикоз.

— Юль, это же всё меняет. — Андрей попытался взять меня за руку, но я увела руку в сторону.

— Ничего это не меняет. Всё остается по-прежнему. Мы теперь разведены, у тебя с Настей всё ещё ожидается ребёнок, ты всё так же изменил мне. Просто теперь новые вводные, что теперь у тебя будет не один ребёнок, а целых два. От меня, и от твоей любовницы.

— Мы сдали сегодня ДНК-тест с Настей. Мне обещали результаты в течение недели сделать. Мне почему-то кажется, что это не мой ребёнок, Юль. Но я не могу быть до конца уверенным, пока…

— Ладно. Избавь меня от подробностей, пожалуйста. Твоего ребёнка она носит или нет, между нами этот вопрос мало что поменяет.

Андрей замолчал, и мне пришлось посмотреть на него, когда молчание начало затягиваться. Ему принесли кофе, но он его не пил, а задумчиво помешивал тёмную жидкость уже на протяжении пары минут.

— Можешь поверить, что мы больше не муж и жена? Сидим с тобой вместе, в кафе, как мы мечтали, ждём ребёнка, вот только мы не вместе. Разве тебе это нравится? — Не глядя на меня, всё ещё мешая свой кофе, произнёс Андрей

Он облокотился о стол, и закрыл лицо руками.

— Почему всё так сложно! Если бы я мог повернуть время вспять, я бы всё поменял. Но это невозможно, а ты не даешь мне даже шанса попробовать что-то исправить.

— А что ты можешь исправить? Я не понимаю. Какой шанс тебе нужен? Я не блокировала твой номер. Да, не отвечала иногда, не читала сообщения, но имею на это полное право. Я с тобой разговариваю, хотя могла бы уйти в полный игнор. Я правда хотела сообщить тебе о беременности. Не делай меня плохой. Я стараюсь, и делаю то, что могу, стараясь при этом оберегать своё физическое и ментальное здоровье.

— Мне этого мало. Я хочу быть с тобой. Жить с тобой вместе, делить все радостные и грустные моменты. Чтобы у нас были отношения, и все вокруг знали, что ты моя женщина. У нас будет ребёнок, ты понимаешь?

— Тебе же не пять лет, чтобы исполнялось всё, чего ты хочешь… Взрослые люди работают над тем, чтобы достичь желаемого.

— То есть ты позволишь…

— Не ищи в моих словах того, чего в них нет.

— Врач сказала что-то про какой-то скрининг, когда ты уходила. Что это?

— Можно сказать, УЗИ. Ребёнка будут проверять на патологии, иногда на этом сроке видно уже и пол.

— Я могу пойти с тобой? Первого февраля ведь, так?

Я замялась, закусив губу. На самом деле, мне хотелось, чтобы со мной кто-то был в этот день. Во-первых, для поддержки, потому что я правда волновалась. Всё же я была не юной девчонкой, и рисков у меня было выше крыши. Во-вторых, просто чтобы разделить радость от события.

С другой стороны, Андрей мог воспринять моё согласие неправильно. Сейчас он был слишком воодушевлён новостью о ребёнке.

— Андрюша, Юля! Надо же, какой сюрприз…Вот уж не ожидала! — Услышала я слева от себя, так и не успев ответить, а повернув голову, увидела свою «любимую» свекровь.

— Мама? Ты чего тут делаешь? — Повернулся к свекрови Андрей. — Ты же звонила с утра, сказала, что плохо себя чувствуешь, приехать просила…

Я перевела взгляд с бывшего мужа на его мать. Она совсем не выглядела больной. Напротив, я бы сказала, цвела и пахла.

— Мог бы и спросить в таком случае, как я себя чувствую, раз не приехал. Так вот умру, никто и не узнает… — С укором ответила женщина. — Я присоединюсь к вам, раз уж всё равно встретились? Юля, ты не против? — Татьяна Валентиновна повернулась ко мне, словно почувствовав, что я ей не могла отказать, в отличие от Андрея.

Но ответить я не успела.

— Мам, прости, но давай не сейчас. Мы тут с Юлей разговариваем, как видишь. — Он показательно схватился за тот же стул, за спинку которого сейчас держалась свекровь, мешая ей его выдвинуть. — Ты ведь куда-то шла? Ты так и не ответила, кстати, как тут оказалась. Я начинаю думать, что ты за мной следишь. Звонишь постоянно, выспрашиваешь что-то, теперь вот вообще караулишь…

— Случайно оказалась. Жизнь, похоже привела, чтобы уберечь тебя от ошибки. Не припомню, что когда-то воспитывала тебя таким образом, чтобы мать родную можно было лесом послать. — Женщина злилась, я всё ещё придерживалась тактики молчания. Это были не мои разборки, и лезть в них я была не намерена.

Почему-то вспомнилось, как Андрей впервые привёл меня к себе домой, и решил познакомить с мамой. Я тогда жутко волновалась. Так хотелось ей понравиться… А сейчас смотрела на неё, и понимала, ей бы не понравилась ни одна из женщин Андрея. Кого бы он не привёл.

Потому что она умела думать только о себе. А, когда Андрей стал уделять ей меньше внимания, все кто был к этому причастен, непременно становились врагами.

Сейчас у меня перед ней не было абсолютно никакого трепета. Смотрела на неё, и видела обыкновенную женщину под шестьдесят, у которой настолько скучная и неинтересная своя жизнь, что она постоянно следит за жизнью сына.

— А я не припомню, чтобы сорокалетних мужчин нужно было воспитывать. Я уже давно сам решаю, что, как и где мне делать. Я нормально тебя попросил, не устраивай тут сцен.

Татьяна Валентиновна оставила выпад Андрея без внимания, перебросив сумку с одной руки на другую, и развернувшись ко мне теперь почти полностью.

— Поздравляю вас с разводом, кстати. Андрей говорил, он должен был быть вчера… Думаю, так будет лучше для всех. — Она будто не знала, как надавить ещё побольнее, чтобы я точно не смолчала, хотела вывести нас на эмоции, и, раз на Андрея её слова не действовали, перебросилась на меня.

— Для кого, для всех? Например, для вас? Я ведь вам никогда не нравилась, в качестве жены Андрея? — Не смогла я оставаться хладнокровной. Женщина перешла в наступление, а я привыкла отражать выпады, а не «проглатывать» их.

— Не придумывай, Юля. Я всегда хорошо к тебе относилась. Но, не скрою, что сейчас рада, что у Андрея появился шанс найти себе кого-то, кто смог бы построить с ним настоящую семью. Родить детей. Знаешь, в сорок лет у мужчины жизнь только начинается…

— То есть по-вашему семья, это только когда есть дети? И как вам, счастливо жилось одной в своей семье? Зато с Андреем. У нас же была поддержка, взаимопонимание, мы любили друг друга, и были счастливы. Для меня это и было определением настоящей семьи. — Хмыкнула я, и посмотрела на часы. Кажется, Татьяна Валентиновна не собиралась никуда уходить.

— Андрей, ты слышишь, как она со мной разговаривает? Скажи ей что-нибудь!

— Мама, давай потом поговорим. — Уже с нажимом произнёс Андрей.

Как назло, к нам ещё и подошёл официант, подливая масла в огонь.

— Вы присоединитесь к столику? Принести вам меню? Только сразу оговорю, сейчас загруженность зала высокая, срок выполнения заказа от пятнадцати минут…

— Да, принесите, пожалуйста. — Кивнула Татьяна Валентиновна, снова попытавшись выдвинуть стул.

— Нет, не нужно нести, она уже уходит. — Задвинул стул обратно Андрей.

Официант растеряно стоял у столика, не понимая, что ему делать, и как реагировать.

— Подойдите через пять минут. — Упростила я ему задачу, и он с радостью последовал моему совету, скрывшись за барной стойкой.

— А какие у вас двоих могут быть вообще вопросы ещё общие? Только не говори мне, что Юля у тебя решила ещё больше имущества забрать.

— Мама, тебе не кажется, что ты переходишь черту? Мне бы не хотелось тебе грубить, поэтому, пожалуйста, уйди сама, по-хорошему.

— Андрюша, то есть по-твоему нормально выгонять собственную мать? Может, лучше попросить уйти совершенно чужую тебе теперь женщину?

— Не надо никого просить. — Я встала, поправив брюки, которые чуть-чуть задрались от того, что я сидела. — Я сама уйду. Мне пора, у меня встреча с клиентом.

— Ну и правильно. — Едко улыбнулась бывшая свекровь. — Всего хорошего, Юля. Уверена, с теми деньгами, что ты забрала у моего сына после развода, можно и не работать вообще. Наверное, ты счастлива.

Я замерла, считая про себя до десяти, но это не помогло.

— Кстати, забыла сказать. У нас с Андреем будет ребёнок. Оказалось, что я была беременна, когда узнала о его измене, и мы начали разводиться. Получается, ваше желание почти исполнилось, у нас теперь будет семья. Только у каждого своя. У меня вот полноценная, по вашему мнению. Ведь в ней будет расти ребенок! Правда, без отца, но это глупости. Ведь у них будет возможность видеться в выходные. А ещё, я тут подумала, что с бабушкой своего ребёнка знакомить не буду. Ни к чему это. Я мать, я так вижу.

Когда я уходила, мне было даже жалко, что я была к бывшей свекрови спиной, и не могла сполна насладиться её вытянувшимся лицом. У неё был полнейший шок.

А Андрей встал из-за стола, и пошёл за мной.

— Не ожидал от тебя. — Сказал он матери, прежде чем пройти мимо неё.

— Юля, стой. — Остановил меня Андрей уже у самого выхода. — Мы не договорили.

— Мне правда уже нужно идти. Возвращайся в зал, у тебя там мама, плюс у нас остался неоплаченный счёт.

— Я тебя подвезу. — Он сунул пятитысячную купюру проходящему мимо официанту, и показал на столик, за которым мы сидели. Этого было более, чем достаточно, хватило бы даже чтобы оплатить счёт его матери.

— Я тоже на машине, так что не нужно.

Мы вместе вышли из кафе. Я чувствовала, как всё ещё ошарашено наблюдала за нами Татьяна Валентиновна, но больше она ничего не предпринимала и не говорила.

— Заеду к тебе вечером. Во сколько ты вернешься?

— Не знаю. У меня сегодня плавающий график. Не могу сказать точно. — Я обманывала, я знала, во сколько примерно вернусь, но внутри всё ещё клокотала злость от разговора с бывшей свекровью, так что я не была уверена, что вынесу продолжение беседы.

— Юль, извини за маму. Ты же знаешь, она иногда без тормозов. Я с ней поговорю.

— Да мне, в принципе, всё равно. Мне с ней больше не общаться. Это ты Настю свою готовь.

— Ты всё время мне теперь будешь так отвечать? Сколько раз мне повторить, что я не собираюсь строить с этой девушкой какие-то отношения? — Андрей злился. Я видела это по ожесточившимся чертам его лица.

— Да сколько угодно. Только какой смысл? Всё, я поехала, пока. — Я пошла в сторону парковки, где оставила свою машину. Пока шла, прислушивалась, что происходило за моей спиной, но, судя по звукам, Андрей за мной не шёл.

Я даже мельком обернулась перед поворотом, но оказалось, что он действительно всё ещё стоял у кафе, и просто смотрел мне вслед.

Иногда я спрашивала саму себя, а что я сама хотела? Что мне было нужно, чего я от него ждала?

И, каждый раз, в зависимости от настроения, ответ был разным.

Когда-то мне хотелось, чтобы он оставил меня в покое. Перестал писать и звонить, приходить ко мне. Просто испарился из моей жизни, оставшись лишь воспоминанием.

Но чаще всего, как сегодня, например, я хотела, чтобы он сражался. Попытался доказать мне ещё раз, десять, сто, если потребуется, что то, что он сделал, было ошибкой. И что он её больше не повторит. И что любил и любит он только меня.

Только вот я снова села за руль, оставшись одна, с этим гадким привкусом безысходности. Может, я слишком многого ждала? Как там говорят… Наши ожидания — наши проблемы.

Андрей

Всю душу мне вымотала.

Я смотрел ей вслед, и боролся между желанием догнать, силой посадить к себе в машину и не отпускать, и отпустить на все четыре стороны, сделать так, как она просила: не мучать её своим присутствием.

Но, если бы это было так легко… Я честно старался после нового года. А как было жить, если у меня словно кислород забрали. Все краски жизни погасили, и сделали мир чёрно-белым.

Мы проросли друг в друга, как два дерева, росших всё время рядом, а когда нас отсадили, оказалось, что она могла функционировать без меня, а вот я не мог и дальше расти самостоятельно. Жалкое сравнение, но это было то, что я сейчас чувствовал. И, как всё это исправить, у меня не было ни единой мысли.

— Пусть уходит. Скатертью дорожка. — Раздался сзади голос моей матери. Последнее время я не мог с ней нормально общаться. Это было неправильно, но меня жутко раздражало всё, что бы она ни сказала. Пока я держался просто на здравом смысле, что это была моя мать.

— Это моя жена. Выбирай выражения. Ещё раз, и я не посмотрю, что ты меня родила.

— Уже бывшая жена. И что ты мне сделаешь? Ударишь? Из-за этой бракованной?

Не стоило ей этого говорить. Внутри поднялась такая волна ярости, какой я давно не испытывал. Мама слишком много на себя брала. Подлетел к ней, обезумев, схватив за воротник её пуховика.

— Замолчи. Юля — самый честный и чудесный человек которого я знаю. И она, в отличие от тебя, ни разу за все двадцать лет не позволила себе и слова плохого сказать в твой адрес, несмотря на всю твою пассивную агрессию, которой ты кормила её, особенно последние пять лет, когда мы сказали, что больше не будем пытаться родить ребёнка.

— Точно ли честный? — Не унималась мать. Она будто растеряла весь страх, смотря на меня скорее с вызовом. Что она хотела мне доказать? Какую мысль поселить? Неужели не понимала, что её влияние на меня уже совсем мало. — Как же так получилось, что жили двадцать лет, а детей не было. Только развелись, и раз… беременность. Может, это не ты плохой, а у неё у самой рыльце в пушку? Вот кому нужно тест ДНК делать, сынок.

— С ума сошла? — тряхнул я её, а она охнула. Я, услышав её слабый вскрик, отпустил воротник, и сделал шаг назад. — Знаешь, нам с тобой, наверное, тоже нужна пауза в общении. А тебе бы неплохо было к психологу обратиться.

Мать фыркнула, и развернулась на каблуках, направляясь обратно в сторону кафе.

Когда она уже почти скрылась из виду, меня вдруг словно шарахнуло по голове.

— Стой! — Крикнул я, и она, с улыбкой победительницы, повернулась ко мне.

Думая, похоже, что я решил извиниться, или что-то подобное.

— Что значит, «вот кому нужно тест ДНК делать»? Ты знала, что сегодня мы с Настей ездили сдавать ДНК-тест? Откуда? Я тебе этого не говорил.

— Глупости. Я даже не в курсе, кто такая Настя. — Ответила мама, но я увидел, как поменялось её лицо. — Ты прав, нам, наверное, лучше взять паузу в общении на какое-то время, чтобы ты подумал над своим поведением, и как стоит общаться со своей матерью.

Она попыталась сбежать от разговора, но меня уже было так просто не провести.

— Стоять!

Андрей

— Мама, что ты сделала? — Я стоял у входа в кафе, сжимая руки в кулаки, стараясь не кричать, чтобы её не спугнуть. — Откуда ты знаешь про тест ДНК?

— Ничего я не знаю, просто так ляпнула, к слову пришлось! Чего пристал? Лучше за своим языком следи. — Мама пыталась слиться с темы, излюбленная ею тактика.

— Если я узнаю, что ты была как-то к этому причастна, то это будет конец, мама. — Я внимательно посмотрел на неё, и от меня не укрылась, что она будто стала бледнее ещё на тон.

— К чему причастная? И какой конец может быть между матерью и сыном? Я же не девушка, с которой можно расстаться.

— Ты поняла, что я имею в виду. — На этих словах я развернулся и тоже пошёл к машине. Но, через пару шагов остановился и оглянулся, мама всё ещё стояла у входа, глядя рассеяно перед собой. — За счёт я заплатил, если что. Сделай мне одолжение, не лезь в мои дела больше. А то мне начинает казаться, что зря я с тобой нормально общаюсь.

— Это всё твоя Юля тебя против меня настраивает! Я всегда это знала.

Я покачал головой, и, наконец, ушёл, больше ничего не сказав.

В моей жизни давно роль главной женщины занимала не мама, но как-то я пропустил момент, когда она начала пытаться снова отвоевать себе часть моей жизни.

Придя в офис, впервые достал телефон. Увидел несколько сообщений от Насти, и пару пропущенных от друга, который владел клиникой, где делали ДНК-тест.

Открыл сообщения, но там не было ничего интересного. Вопросы с претензией, почему я оставил девушку в больнице одну, вопросы о том, правда ли моя бывшая жена беременна, и тому подобное.

Бывшая жена… Когда я произносил эти слова, внутри неприятно зудело. Никогда не думал, что когда-то буду так кого-то называть. И уж точно не Юлю.

Я помнил, что, когда женился, был уверен, что это был брак на всю жизнь. Я был без ума от девушки. Моя первая и последняя настоящая любовь. Так я считал. А сейчас что? Изменилось ли что-то внутри меня?

Стоило потерять, чтобы понять, как сильно я желал быть вместе с ней. Я уже и забыл это чувство.

Вот только быть в позиции, когда Юля от меня не зависела, могла начать отношения с кем угодно, мне вообще не нравилось. Настолько, что было странное желание внутри запереть её где-нибудь, и не выпускать, пока не согласится вернуть всё как было.

Усмехнулся. Ещё пару месяцев назад моя голова была забита тем, как всё однообразно, понятно, страхами, не упускал ли я какие-то возможности жизни. А сейчас я бы отдал очень многое, да всё бы отдал, только бы вернуться в то время.

Открыл ящик стола, и достал фотографию, которую хранил здесь, наверное, с тех пор, как начал сидеть в этом кабинете. На столе у меня не было никаких фото, чтобы не выглядеть сентиментальным, и, чтобы конкуренты не могли знать слабых мест при переговорах здесь. Но в ящике хранить её мне никто не мешал.

На фото была Юля, когда ей было лет двадцать пять. У меня вообще было много её любимых фотографий, и это была одна из них.

Удивительно, что время было почти не властно над моей возлюбленной. Появилась лишь какая-то осмысленность во взгляде, но выглядела она так же молодо. Многие партнёры говорили, как мне повезло с такой красавицей женой.

Да. Повезло…

Новость о том, что у нас с ней будет ребёнок, полностью перевернула моё сознание сегодня, и лишь укрепила меня в мыслях, что я должен сделать что угодно, но вернуть Юлю. Я не смогу жить, зная, что она растит нашего ребёнка без меня. Ведь это было всё, о чём мы мечтали. И от этой мечты я отказываться не собирался.

Вот только, если бы оказалось, что ребёнок Насти всё же от меня, это бы сильно всё осложнило. Я пока не был уверен, что Юля когда-то бы согласилась вернуться ко мне, зная, что я буду воспитывать чужого ребёнка. А отказать от своего ребенка вообще… Я был не уверен, что, зная, что он мой, я смог бы это сделать.

К слову, о втором ребёнке.

Набрал номер знакомого, который звонил. Я просил его поговорить с гинекологом, у которого была Настя, чтобы что-то узнать. Конечно, была врачебная тайна, этика, или что там ещё… Но, все мы понимали, как это работало.

— Привет, прости, не мог говорить раньше. Ну что, удалось что-то выяснить?

— Привет. На самом деле, пока ничего конкретного. Но то, что она беременна, это факт. Правда, со сроком там что-то непонятно, со слов гинеколога. Она бы поставила больше девяти недель, но говорит, без УЗИ не скажет, потому что много факторов может быть.

— Понял тебя. Спасибо. С меня причитается.

— Да ладно, сочтёмся как-нибудь. Ну и накуролесил ты, Андрюха. Вот честно, от тебя вообще не ожидал. Много от кого мог бы, но вы с Юлькой же как две половинки одного целого всегда были. Я и в любовь-то верил, только на вас глядя.

— Не сотвори себе кумира, как говорится. Вот так в жизни бывает. Держи в курсе, хорошо? Как результаты ДНК будут, сразу мне присылай. Если удастся ускорить процесс…

— Ну, это понятно. Я побежал, у меня тут в кабинет кто-то ломится.

— Ага, давай. До связи. И, спасибо ещё раз.

Я откинулся на спинку кресла. Настроение испортилось. Хотя, казалось бы, куда уж хуже.

На сегодня у меня оставалось ещё одно дело личного характера, которое появилось внезапно лишь сегодня с утра. Верить мне в это не хотелось, но не проверить я не мог. Так что пригласил к себе своих безопасников.

— Ребят. Есть задание. Нужно пару недель последить за моей мамой, так, чтобы она была не в курсе. Мне докладываем с кем она общалась, о чём, когда и где. В идеале, сразу, как только это произойдет.

Юля

Андрей приходил в следующие несколько дней ко мне каждый вечер. Первый раз я его не пустила, потом позволяла заходить на чай, но быстро выпроваживала.

С такими успехами он мог никуда не исчезнуть из моей жизни. Я видела его каждый день, и тяжело было выбросить кого-то из головы и сердца при таком раскладе.

А мы с ним словно вернулись к тем дням, когда уже оба испытывали что-то друг к другу, но не были в отношениях.

Я периодически вспоминала тот период, и, на самом деле, он, пожалуй, был одним из самых ярких для меня по эмоциям. Когда от легких касаний, взглядов, сердце билось так быстро и громко, что, казалось, это слышали все вокруг. Когда постоянно пытался добавить какого-то смысла сказанным словам.

Андрей постоянно заходил к нам домой, когда Костя ещё не вернулся. Я думала, это случайность, но потом он признался, что делал так специально, чтобы провести время со мной. Ничего не мог поделать, так его тянуло.

А сейчас? Тоже тянуло?

Брату эти «гости» совершенно не нравились. Он даже предлагал мне переехать на какое-то время к нему, но я отказалась. Во-первых, за столько лет я отвыкла от жизни с кем-то, кроме бывшего мужа, а во-вторых, образ жизни Кости оставлял желать лучшего, и мне не хотелось быть зрителем его постоянных похождений.

— Скажи ему, чтобы не приходил. Не пускай, в конце концов.

— Я говорила ему. Не помогает. Он всё равно приходит, с цветами, чем-то ещё… — Я присела на стул, стоящий рядом, пока разговаривала с братом по громкой связи. Обхватила голову руками. — Что-то я запуталась, Кость.

— В чём именно? Не вижу, где здесь можно запутаться.

— Может, мне надо было дать ему второй шанс? С этой беременностью я никогда не знаю, это мне так хочется, или за меня говорят гормоны.

— Юль, решать, конечно, тебе, но не забывай включать голову. Ты никогда не была слишком импульсивным человеком. Нужно понимать, что эта история навсегда останется с вами, будет висеть дамокловым мечом над отношениями. Тебе хочется вернуть то, как было, а так больше не будет. А ещё, хочу сразу предупредить, что, если его простишь ты, это совсем не будет означать, что и я его прощу.

— Да, ты прав. Конечно, прав.

Мы ещё немного поговорили с Костей, но, когда закончили разговор, я не сдвинулась с места. Забралась с ногами на стул, и сидела, будто ожидая какого-то «просветления» свыше.

В дверь позвонили, но я не торопилась открывать. Чувствовала, что пришёл снова Андрей, но сегодня у меня было странное настроение. Предчувствие с самого утра, что что-то должно было произойти, и именно и-за него я и завела этот разговор с Костей.

Когда звонок повторился, заставила себя встать, и подойти к двери. Как я и думала, за дверью оказался бывший муж.

— Привет, Андрей. У меня нет настроения для гостей сегодня. Давай ты не будешь больше так без предупреждения приходить. Мы с тобой больше не семья, у меня могут быть другие планы, и, вообще, мог быть кто-то в гостях.

— Кто, например? — Ощутимо напрягся Андрей.

— Да без разницы кто. Смысл в том, что не надо каждый вечер тут обивать пороги моей квартиры.

— Но ты так и не ответила мне. Я хочу участвовать, и присутствовать на каждом этапе. — Дело в том, что Андрей всё ещё просил меня взять его с собой на первый скрининг. Он был уже меньше, чем через неделю, а я ещё не решила, идти мне туда одной или с ним.

Сейчас меня больше всего останавливал тот факт, что Андрей пойдёт наверняка на скрининг потом ещё и с Настей. А если мы попали бы к одному и тому же специалисту? Ведь мы обследовались в одной клинике. Что мог подумать врач, когда один и тот же мужчина пришёл с двумя разными женщинами?

— Напишу тебе сообщением, как решу. Не обязательно для этого приходить. Мы развелись Андрей, всё, привыкай. Чужие люди. Я не хочу быть истеричкой, и выгонять тебя с криками, так что уйди сам.

— Ты правда хочешь, чтобы я ушёл? — Серьезно посмотрел он на меня. Я только сейчас обратила внимание на цветы в его руке. Розы. Красные, красивые, крупные. Как я люблю. За последние дни он подарил мне столько цветов, сколько я не видела за последний год, пожалуй.

Я сглотнула. Нужно было признаться себе, я совсем не хотела, чтобы он уходил. Просто знала, что так будет правильно. Да и Костя говорил…

— Да. — Тихо произнесла я. Андрей протянул молча мне розы, и я взяла их в руки. Букет был довольно тяжелый.

Посмотрел мне прямо в глаза, и чуть поджал губы.

После чего развернулся, и пошёл к лифту, нажал на кнопку его вызова, и запустил руки в карманы пальто, не оборачиваясь больше на меня.

А я стояла с этими цветами, хотела сказать что-нибудь, или сделать, чтобы он не уходил, вернулся, вот только продолжала молча наблюдать как он уходил.

Когда дверцы лифта открылись, у Андрея зазвонил телефон, и, когда он увидел имя звонившего, чуть поменялся в лице.

Интересно, кто там был? Его мать? Настя?

Он тут же ответил на звонок, не заходя в лифт, и дверцы съехались обратно, унося лифт с моего этажа.

— Да, привет. Слушаю. — По тону его голоса я не могла понять, с кем он говорил, но мне показалось, что я услышала из динамиков мужской голос. Звонили по работе? — Понял, спасибо, сейчас посмотрю.

Андрей повернулся ко мне. Его лицо отражало просто весь спектр эмоций, и он явно сильно волновался. Таким я его не видела… да, пожалуй, никогда.

— Результаты ДНК-теста готовы. Позвонили, сказали, что мне на почту выслали. — Ответил на мои мысленные вопросы Андрей. — Откроешь вместе со мной?

У меня по коже пробежали мурашки. Странно, но я боялась. Чего именно?

Если он окажется отцом ребёнка Насти, это ведь ничего не изменит? А если ребёнок не его? Что бы это значило для меня?

Сглотнув, я медленно кивнула. Все важные события в этой жизни мы проходили вместе, и, похоже, Андрей даже не задумался, что это будет странно, что мы будем открывать результаты теста вдвоём.

Но мне хотелось знать, а ждать, зная, что результаты уже известны, я бы не смогла.

На этот раз я чуть шире открыла дверь и сделала шаг в сторону, пропуская Андрея в квартиру.

Он быстро скинул ботинки, пальто, и пошёл на кухню, а я посеменила за ним.

Совсем забыла, что у меня в руках всё ещё был букет, опомнилась лишь когда села вместе с цветами рядом с ним за стол. Пришлось встать и положить пока цветы на столешницу. Мне было сейчас не до того, чтобы искать во что их поставить и обрезать. Все мои вазы давно уже были заняты. Цветы не успевали так быстро увядать, как мне их дарил бывший муж.

Когда я снова вернулась за стол, Андрей положил телефон перед собой.

— Есть что-нибудь выпить? — Поднял он на меня глаза.

— С горя, или радости? Вроде бы оставалась бутылка шампанского не открытая с нового года. Больше нет ничего.

— Давай. — Кивнул он. — В любом случае, каков бы не был вердикт, мне точно нужно будет выпить.

Шампанское оказалось перед ним через минуту, но открывать он его не спешил, как и письмо. Мне же от нетерпения уже хотелось лезть на стену. Я была из тех, кто ненавидел ждать. По мне лучше было сразу с места в карьер, чем мучиться и накручивать себя.

— Открывай уже. Я не планировала сидеть тут с тобой до вечера. — Нарочито спокойно проговорила я, стараясь не выдать своего нетерпения.

— Если ребёнок мой, я всё равно с ней не буду, ты же помнишь? — Андрей попытался накрыть мою ладонь своей, но я вовремя успела отдернуть руку.

— И это всё равно ничего не изменит между нами.

— А если отцом окажусь не я? Юль, ведь у нас ещё есть шанс на нормальную семью. Будем работать над отношениями, я клянусь, что больше такого не повторится. Родим ребёнка, у него или у неё будет полная семья, мама и папа. Ты готова из-за своей гордости лишить этого ребёнка?

— Для начала давай откроем результаты теста. Ты забегаешь слишком далеко. И, ещё раз напоминаю тебе, что это не я разрушала нашу семью, чтобы потом у меня было желание что-то спасать и строить заново.

— Ты будешь всю жизнь мне это припоминать? Никогда не попробуешь даже простить?

— Открывай письмо. Моё терпение и время на исходе.

Андрей вздохнул, но потянулся к телефону. Я видела, как были напряжены кисти его рук. И, когда он долго всматривался в экран, я поняла, что даже затаила дыхание.

— Открываю. — Просто сказал он, и что-то нажал. А после его глаза забегали по экрану, наверное, читая то, что было во вложении.

Я всматривалась в его лицо, пытаясь по нему прочесть, что же там было написано. Но, как показала практика, в своём бывшем муже я разбиралась очень посредственно. Лучше мне было услышать это вслух.

— Ну? Что там? — Всё же не выдержала, и нетерпеливо спросила я.

А Андрей перевёл взгляд на меня, и его глаза заискрились.

— Написано, что вероятность отцовства ноль процентов. — Моё сердце замерло, а Андрей снова обратился к присланному ему документу. — Результаты исследования позволяют заключить, что Омский Андрей Борисович исключен, как биологический родственник. — Прочитал он, и улыбка начала расползаться по его лицу.

— Это точно? — Переспросила я. Сердце в груди громыхало уже как бешеное. — Дай я сама прочитаю. — Я протянула руку, и Андрей вложил в неё свой телефон, куда я сразу жадно впилась глазами, перечитывая то, что только что зачитывал мне бывший муж.

— Обалдеть… — Андрей откинулся спиной на стенку кухни, и взъерошил волосы пятерней. После чего потянулся к бутылке шампанского и открыл её громким хлопком, начав пить прямо из горла. — Это просто… — он сделал ещё глоток. — Ты понимаешь, что это значит?

Мы встретились взглядами, и я аккуратно отложила его телефон обратно на стол.

— Что у тебя будет только один ребёнок, а не два? Ты празднуешь, или горюешь? По какому поводу всё же шампанское? Ты так и не ответил.

— Юль, да хорош. — Приосанился он. — Я тебе уже сказал, что хочу быть только с тобой. И теперь, получается, что меня с Настей ничего не связывает.

Телефон Андрея, лежащий на столе между нами, снова завибрировал. И мы оба уставились на то, как на экране появилось имя "Настя".

Андрей сделал ещё два крупных глотка.

— Не ответишь?

— Похоже, она тоже получила ДНК-тест. Его должны были отправить нам обоим на почту. Даже не знаю, о чём нам теперь ещё можно разговаривать. Разве только о том, какого хрена она плела мне всю эту чушь? Явно ведь знала, что ребёнок не от меня.

— Ладно. Решайте сами дальше свои вопросы. — Я встала, направляясь в сторону выхода. — Тебе пора. Телефон не забудь. Я согласилась только на то, чтобы вместе открыть письмо. Моя миссия закончена.

— Юля, ну что мне ещё сделать? — Андрей пошёл за мной, и начал меня оттеснять к стене коридора. Я пыталась уйти в сторону, но он действовал быстрее, в конце концов зажав меня.

— Стоп, Андрей! Ещё один шаг, и за порог этой квартиры ты больше не попадешь.

Это его остановило, и он даже сделал шаг назад.

— Хорошо. Я всё равно буду добиваться тебя Юль. Теперь уж точно не отступлюсь. У нас ещё есть шанс на счастье, это я знаю точно.

Я никак не прокомментировала его выпад, оставшись стоять прижатой к стенке.

И, только когда он уже стоял одетый на пороге подошла ближе.

— Увидимся в клинике первого числа? — С надеждой в голосе спросил он.

— Ладно, уговорил. — Сдалась я, а Андрей будто расцвёл. Я просто чувствовала, как он боролся с желанием броситься ко мне, обнять и поцеловать.

— Я больше тебя не подведу.

Первого числа я сидела в коридоре клиники, и злилась на себя, что доверилась Андрею. Время приёма уже почти подошло, а его всё ещё не было.

Мне нужно было успокоиться, и напомнить себе, что я была здесь не для того, чтобы увидеться с бывшим мужем, а, чтобы узнать, что с ребёнком всё хорошо, и она или он развивался в соответствии с нормами.

— Омская Юлия Аркадьевна. — Выглянула из кабинета медсестра. Вообще, все заходили в кабинет сами, знали, кому на сколько было назначено, и только я ждала до последнего, что за мной пришлось выйти.

— Это я. — Я встала, машинально положив руку на живот, который наконец-то начал вырисовываться.

Я очень ждала момента, когда начну выглядеть как беременная, а природа, словно издеваясь надо мной, совсем не хотела мне в этом помогать. Даже сейчас это я знала, что живот у меня был, потому что я была беременна, а для кого-то незнакомого я выглядела бы просто как будто плотно поела.

Наверное, всё дело было в моём строении, я всегда была худенькой.

— Проходите, ваша очередь. — Как для отсталой проговорила мне медсестра, и я пошла к кабинету, последний раз кинув взгляд в конец коридора, где располагался выход.

Андрей

Словно специально на парковке перед клиникой не было ни одного свободного места. Пришлось бросить машину, перекрыв выезд паре припаркованных автомобилей. У меня на панели был закреплен мой номер телефона, так что могли позвонить, если что.

Да и вообще, плевать мне сейчас было на машину, только бы не опоздать.

Неделя получилась просто сумасшедшей. Почти сразу, как только я узнал результаты ДНК-теста, мне пришлось уехать в командировку, где я был не на связи. Я подумал, что всем это пойдет только на руку.

Прилетел сегодня с утра, рейс задержали, и, как только самолёт приземлился, сразу помчался сюда. Я не мог пропустить такое событие. Юля этого точно бы не поняла, да и я бы не простил.

Быстрым жестом поднял руку, чтобы проверить время, до приёма было ещё десять минут. Можно было выдохнуть, я успевал.

— Андрей… — Услышал я женский голос, как только оказался в холле клиники.

Рядом со мной возникла Настя. Вот кого я не ожидал увидеть, так это её. Очень не вовремя, и непонятно, зачем.

— Мы можем поговорить?

— Нет. Мне некогда, и не о чем с тобой разговаривать. — Попытался отмахнуться я от неё, но девушка ухватилась за мою куртку, не давая мне уйти.

Пришлось обернуться. В глазах Насти стояли слёзы. Она пыталась взять меня жалостью? Или, что это ещё был за спектакль?

— Дай мне пройти. Не унижай сама себя. Я давал тебе возможность просто уйти.

— Андрей, это неправда. Меня оклеветали! Это твой ребёнок. Давай сделаем тест в другой клинике. — Истерично начала Настя. Получилось слишком громко, так, что на нас даже стали оглядываться находящиеся рядом люди.

Я схватил девушку за локоть, и повёл за собой. Она явно собиралась устроить сцену в общественном месте, а мне это было не нужно.

Нашёл какой-то закуток коридора, где располагался процедурный кабинет, и на тот момент никого не было.

— Значит так. Говорю один раз. Дурочку выключай. Решила, как на лоха, повесить на меня чужого ребёнка? Не выйдет. За то, что между нами было, я уже так ответил, что хватило с головой, а с ребёнком решай сама, что делать.

— Это не чужой ребёнок! Твой! Твоя бывшая жена всё подстроила. Она же знакома с владельцем клиники, ведь так? Они подделали результаты теста. Только женщина знает, от кого у неё ребёнок, и я не сомневаюсь, что ребёнок, которого я ношу под сердцем, от тебя. А вот кто заделал ребёнка твоей бывшей…

Я еле сдержался, чтобы не ударить девушку. Даже испугался этого. Но, всё же, успел взять себя в руки. В итоге схватил её за лацкан пальто, в котором она пришла.

— Закрой рот. Тебя не касается больше моя жизнь, и жизнь моей жены. Убирайся отсюда, и даже близко ни ко мне, ни к ней не подходи. — Прорычал я.

Я думал, что девушка испугается, вырвется и уйдет, но вместо этого она замерла, глядя мне в глаза.

— Знаешь, а вот в такого тебя я и влюбилась. Решительного, знающего, что ты хочешь. Как тогда в кабинете. Ты ведь точно знал, что хотел. Точнее, кого. Меня. И всё случилось.

— Зато теперь я знаю, что совершил тогда самую большую ошибку в своей жизни. — Мне бы выставить её грубо из клиники, но рука не поднималась на беременную женщину. Всё же, какие-то принципы и совесть у меня были.

Я смерил взглядом Настю. Больше не было никакого страха в глазах. Слёзы тоже высохли. Что она была за человек? Я никак не мог её раскусить. В ней словно было сто обличий, и она меняла их как перчатки.

А я… Я ведь должен был быть сейчас не здесь, не с ней. Как опять так получалось?

Почему она всегда меня находила и останавливала в самые неподходящие моменты? Как вообще узнала, когда я должен был быть сегодня в клинике?

Только я успел это подумать, как Настя спиной открыла дверь в какую-то темную подсобку, зайдя туда. Она стояла внутри, призывно придерживая дверь, ожидая, что я пойду за ней.

А сама смотрела на меня. Не разрывая зрительный контакт, и закусив пухлую нижнюю губу, она расстегнула сначала своё пальто, потом дернула полы своей блузки в стороны, так, что пуговицы с неё разлетелись по полу с характерным звуком.

Её глаза с поволокой приглашали к ней присоединиться. Пальто и раскрытая блузка не скрывали теперь ажурный бюстгальтер с полной грудью. Которую она начала ласкать свободной рукой.

И всё это почти в коридоре клиники, где её могли легко увидеть!

— Я тебя хочу. Андрей, иди сюда. Давай прямо здесь. — Чуть хрипло прошептала Настя.

У меня давно не было секса. Но даже это не давало мне забыть, кто был передо мной, и повестись на её провокацию.

Я просто покачал головой, сделал шаг навстречу Насте, а после легко коснулся её, толкая внутрь, и она, конечно же, поддалась. Шагнула в темноту, чем я и воспользовался. Сам я вернулся тут же в коридор, и запер дверь подсобного помещения, развернувшись, и отравившись туда, куда и собирался изначально.

— Андрей! Стой! — Настя следом за мной выбралась из подсобки, но вовремя вспомнила, что была практически неглиже и не стала меня догонять. — Ты ещё пожалеешь! Когда приползёшь ко мне, я тебя не приму обратно. Останешься и без Юли своей, и без…

Что она кричала в конце, я уже не слышал, закрыв дверь. Мне были не интересны её переживания.

На душе почему-то стало легко. А ещё, мне было непонятно, как я мог в прошлый раз пойти на подобное. Где были мои мозги?

Сейчас, когда я вспоминал произошедшее, мне казалось, что я был словно в каком-то трансе, что, конечно же, не могло быть правдой, и меня нисколько не оправдывало.

Перешагивая через две ступеньки сразу, я добрался до нужного мне коридора. Времени у меня оставалось совсем мало, и я просто молился, чтобы не опоздать.

Но, удача, похоже, была на моей стороне, потому что, когда вбежал в коридор, я увидел Юлю, которая заходила в кабинет.

— Юля! — Окрикнул я её, и на меня обернулись сразу несколько недовольных лиц, сидящих там, в ожидании своей очереди на приём.

Юля меня тоже услышала, и мне даже показалось, что, когда она увидела меня, то на её лице отразилось облегчение.

А я… даже словами не мог передать, что чувствовал. Как сильно соскучился по ней за эти несколько дней, за всё то время, что мы с ней не жили вместе. Я уже стал забывать, какого это было, когда тебя встречали дома, когда можно было обнять кого-то перед сном… Как же мне всего этого не хватало!

Сколько мне ещё предстояло провести в этой тюрьме одиночества, и чем я думал, когда самовольно обрёк себя на подобное?

Сейчас я готов был поклясться, что, если бы мне выпал ещё один шанс на то, чтобы у меня была с Юлей семья, мы были женаты, я бы никогда его больше не упустил. Всю жизнь бы помнил, какого мне было без неё.

— Девушка, у нас плотная запись, мы не можем больше ждать… — недовольно начала медсестра, но я уже подошёл к двери.

— Извините, это я задержался. Я отец. — Я встретился с Юлей взглядами, и меня прострелило насквозь. Сначала от того, что я впервые произнёс это словосочетание, и до меня реально стало доходить, что я скоро стану папой. Во-вторых, от того, как на меня посмотрела бывшая жена.

Нет, не бывшая жена. Просто моя любимая. Даже в мыслях не мог её так называть.

— Я уже думала, ты не придёшь. — Тихонько сказала Юля, проходя в кабинет, и я последовал за мной.

— Я бы ни за что в жизни не пропустил это. Извини, был в командировке, и рейс задержали. — Юля прошлась по мне взглядом, будто только сейчас заметив, что костюм и рубаха на мне были немного мятыми, потому что я провёл полночи в самолёте.

И что на щеках была легкая небритость, а под глазами наверняка были темные круги, как всегда, последнее время, потому что я мало и плохо спал.

Она кивнула, оставив мой ответ без комментария, но, похоже, поверив мне.

Юля легла на кушетку, а мне предложили сесть на стул рядом с ней. Врач нанесла какой-то гель ей на живот и стала водить специальным аппаратом, внимательно смотря в экран перед собой.

На противоположной от нас стене висел телевизор, где дублировалось изображение с экрана врача, но мне вначале было ничего непонятно.

Я был в таком шоке, что, замерев, просто смотрел на черно-белое изображение, и слушал про какие-то КТР и БПР, которые были у ребёнка в пределах нормы, а потом случилось это.

Включился звук, и мы услышали быстро бьющееся сердечко. Сердце нашего ребёнка. Мы переглянулись с Юлей, и у обоих на глаза выступили слёзы. У нашего малыша билось сердце! И это был самый совершенный звук из всех, что я когда-либо слышал.

— Частота сердечных сокращений хорошая. — Прокомментировала врач. — Ну что, родители, хотите узнать пол? Думаю, что можно уже увидеть попытаться.

— Да, хотим. — Ответила за нас двоих Юля, а я, абсолютно инстинктивно, взял её за руку. На этот раз свою ладонь она не убрала. А меня всего начало тут же плющить вот от такого просто жеста.

— Так… Посмотрим, кто у нас тут в домике прячется… — Прищурившись, вглядывалась в экран врач, а мы, кажется, даже дыхание задержали, чтобы её не отвлекать. — Думаю, у вас будет мальчишка!

Дальше врач что-то показывала нам на экране, обводя части, которые должны были нам о чем-то сказать, но я уже слушал вполуха.

У меня будет сын! У нас с Юлей будет сын! Который, возможно, будет похож на неё или на меня. Который будет называть её мамой, а меня папой. И как же мне хотелось, чтобы мы жили все вместе… Только бы она смогла меня простить…

После УЗИ мы оба выходили воодушевленные. А мой взгляд на выходе зацепился за одинокую беременную женщину, которая сидела в коридоре с грустным лицом.

Может, она была одинока, и грустила, что никто не поддержал её в важный для неё момент? У меня сердце разрывалось, когда я думал, что Юля могла вот так же оказаться здесь сегодня одна.

— Хочешь посидеть где-нибудь? Обсудить всё? — Я чувствовал, что надо было «брать быка за рога». Не знаю, как, но лёд между нами точно тронулся, когда мы оба осознали только что, что внутри Юли уже полноценный человечек, и мы были его родителями.

— Прости, не могу. У меня рабочая встреча в офисе через двадцать минут. Пока ещё такси вызову…

— Я тебя подброшу, я на машине. — Тут же вызвался я.

До работы Юли мы ехали, активно обсуждая всё, что услышали на скрининге. И я словил такую легкость… мы словно вернулись в то время, когда были женаты. Вот только, конечно же, это чувство было конечно. Как только мы подъехали к офису Юли, она снова закрылась в свой панцирь, куда не хотела меня пока впускать.

— Ладно, я побежала. Пока.

— Увидимся на неделе? Я могу приехать, или сходим куда-нибудь. — Не оставлял я попыток.

— Посмотрим. — Ответила Юля, и захлопнула дверь в машину, оставив меня один на один со своими мыслями.

Размышления о ребёнке привели меня к мыслям о маме. Я всегда её жалел… Кроме меня у неё никого не было, и, мне казалось, что это было моим долгом заботиться о ней. Но она уже перешла все мыслимые и немыслимые границы.

Наверное, мне всё же стоило поговорить с ней, и расставить все точки над и. Предупредить, что, если она будет лезть в мою жизнь, или жизнь Юли, я с ней больше общаться не буду.

Удачно, что дом матери как раз находился недалеко от офиса Юли. Я быстро нашёл парковочное место, а в подъезд по случайности попал без звонка в домофон. Кто-то переезжал, и грузчики подперли подъездную дверь кирпичом, оставив открытой.

Поднялся на этаж, и открыл сразу дверь. Мама почему-то редко закрывалась. Они с соседками любили заходить вот так просто друг к другу, хотя мне всегда это казалось диким.

Чего я не ожидал, так это того, что мама окажется не одна. А ещё больше того, что я услышал, зайдя в коридор.

— Я собственного сына опоила! А ты…! Проститутка! Ещё явиться ко мне решилась! Нагуляла ребёнка, и думала на Андрея повесить?

— Это его жена подделала результаты! Я вам говорю. И никто не виноват, что у вашего сына стоит только с помощью допинга, был бы нормальным мужиком, не пришлось бы подливать ничего ему. — Голос Насти я узнал сразу, вот только смысл её слов медленно заходил мне в сознание.

— Закрой рот! — Раздался вопль матушки, а после громкий звук, как от пощёчины. И я не выдержал, зайдя в гостиную, где моя мать стояла прямо напротив Насти.

— Можете сами решить, кто будет объяснять мне, что здесь происходит. И лучше вам не врать, и не изворачиваться, потому что вы даже представить себе не можете, насколько я уже сейчас зол от того, что услышал. Так что последствий в любом случае не избежать. А узнаю, что наврали…

Юля

Я весь день ходила словно блаженная после первого скрининга. До этого, казалось, головой понимала, что беременна, но сейчас, когда увидела ребёнка на экране, когда узнала, что у нас будет мальчик… Непередаваемые ощущения, которые может испытать только мать, ждущая ребёнка.

И как же я была счастлива, что мне всё же удалось в жизни испытать такой опыт.

Наверное, если бы не вся эта ситуация с нашим порушенным браком, я вообще была бы сейчас самым счастливым человеком на Земле.

Андрей никак меня не отпускал, да и я, если честно, плохо пока представляла, как собиралась быть подальше от него, вместе при этом воспитывая ребёнка. Но, не сомневалась, что жизнь должна была расставить всё по своим местам.

Он звонил мне пару раз за сегодня, но каждый раз в неподходящие моменты, я была занята, поэтому мы так и не поговорили.

До дома добралась на такси, и, как только вышла из него, тут же увидела машину Андрея рядом с моим подъездом. Приехал. Внутри сладостно зарождалось какое-то чувство, но я гасила его в корне, не давая развиться.

Я не должна была этого испытывать каждый раз, как видела бывшего мужа. Прошёл почти месяц с нашего развода, мне стоило бы начать привыкать к тому, что мы были практически чужими людьми.

Андрей увидел меня сразу, и вышел на улицу с водительского сидения. Он и утром выглядел не супер, по нему было видно, что ночью он не отдыхал, а сейчас и вовсе казался натянутым до предела, взвинченным. Волосы были и так взъерошены, а он всё запускал в них руку, трепля ещё больше.

— Юля! — Кинулся он ко мне, забирая сумку с пакетом из моих рук. — Тут такое вскрылось… Мне нужно тебе рассказать.

— Ну пошли… — Пожала я плечами. Настроение было сегодня максимально спокойное, и даже спорить с кем-то и препятствовать совершенно не хотелось.

Мы зашли вместе в квартиру, и прошли на кухню. Я параллельно стала разогревать себе ужин. Не спрашивая Андрея, разложила тушеную картошку, которую приготовила накануне, по двум тарелкам. Почему-то была уверена, что он ничего не ел и был голодным.

Он ждал, пока я совершу все манипуляции, и сяду обратно к нему за стол.

Наконец, когда я села напротив, поставив всё разогреваться, начал говорить.

— Юль, мама мне что-то подливала всё это время. И в тот день подлили. Понимаешь? А я думал, почему не мог себя контролировать…

— Так, Андрей. Стоп. Кто, что, кому подлил? В какой день? Я ничего не поняла.

— В общем… — Андрей схватился за переносицу, даже чуть зарычав. Ему, похоже, было сложно собрать свои мысли воедино, и выдать мне их так, чтобы мне стало понятно. — Прости, я почти двое суток уже без сна. Сейчас постараюсь яснее сформулировать.

Микроволновая печь издала сигнал, и я встала, достав наши тарелки, и поставив их на стол. Аромат еды заполнил кухню. Если прикрыть глаза, можно на секунды было бы представить, что это был обычный наш вечер из старой жизни, когда мы оба жили здесь.

— Я сегодня поехал к маме, и, так получилось, что случайно застал их с Настей разговор. Она была дома у моей матери. Выяснилось, что Настя — это дочь старой маминой подруги. Ну и мама с подругой разговорились. Насте нужно было удачно выйти замуж, потому что «часики тикали», а маме моей очень хотелось внуков. И они решили, что сведут нас с Настей.

Я даже замерла с ложкой у рта, и вернула её обратно в тарелку.

— И твою маму не смущало, что ты уже женат? Да и как можно свести двух взрослых людей? Вы же не козлики.

— Настя и сама, как оказалось, была не против этой идеи, активно включилась в игру. А вот меня посвящать не стали. Мама знала, что я бы вообще мог разорвать с ней всякие отношения, предложи она мне подобное. Так что они решили действовать хитрее, по-женски, как она сказала.

Андрей тяжело вздохнул, и съел ложку картошки, вмиг прикрыв глаза и чуть простонав.

— М-м-м! Я уже и забыл, как вкусно ты готовишь! Обалденно просто.

— Давай дальше, а то мне наоборот. Даже кусок в горло не лезет пока.

— Настя устроилась ко мне в компанию. У нас работала её подруга, она и помогла. Для начала думали, что, может, я сам бы мог обратить на неё внимание. Она старалась быть чаще рядом, флиртовать со мной…

— Дай угадаю. Подруга, это та девушка с корпоратива? Кристина?

— Нет, Валя. Моя секретарша.

— Валя? Она же уже лет семь на тебя работает… — Я правда была растеряна. Мне всегда горестно было осознавать, что ты никому не мог доверять, даже людям, которые были с тобой много лет.

— Да. Я тоже был в шоке. Собственно, когда ничего у них не получалось, мама придумала гениальный план. Подлить мне возбудитель. Какой-то натуральный, не как виагра. Он влиял на выработку гормонов, и что-то там ещё… Валя добавляла его мне в кофе в течение нескольких месяцев. А я всё думал, что со мной происходило? Почему так плющило?

Меня перекосило от представившейся картинки. Потому что на ней всё ещё был Андрей, который занимался сексом с другой женщиной, и моему сердцу было не объяснить, что человек был не в себе.

— Я тоже не понимала, что на тебя нашло в последние месяцы. Стал такой сексуально активный… А вот оно что. Как же тогда получилось, что Настя беременна не от тебя?

— Там вообще смешно. Она, когда устроилась, закрутила роман с одним из наших менеджеров. Ну и залетела. За простого менеджера выходить замуж она не хотела. Поняла, что времени у неё почти нет, и надо действовать активнее. Поэтому взяла инициативу в свои руки. Сама забрала у Вали возбудитель, и влила мне в кофе больше необходимого. После чего дождалась начала действия, и пришла лично в кабинет подписывать документы. Сама проявила инициативу, ну и… дальше ты уже знаешь. Маме она тоже наплела, что беременна от меня, и та была счастлива как не в себя.

— Я тут подумала, что, возможно и наш ребёнок получился только благодаря действию этого лекарства.

— Мне бы не хотелось думать, что это так, но кто знает… В общем, как-то так. Если что, с матерью после услышанного я общаться больше не намерен. Не уверен, что смогу её когда-нибудь простить.

Я поджала губы, обдумывая услышанное. И, вроде бы, всё теперь встало на свои места, но легче от этого как-то не становилось.

— Рада, что всё выяснилось. Только, боюсь, что этого недостаточно чтобы склеить то, что мы сломали, Андрей. — Честно сказала я. — Мы не будем снова вместе.

— Давай хотя бы попробуем… Мы же даже не пробовали. У нас будет ребёнок, и я всё ещё так люблю тебя, Юль. Ты даже не представляешь насколько. Мы ещё можем всё вернуть, я уверен. Я всё сделаю для этого.

— Я тебя не простила. — Встала я из-за стола. — Пыталась. Не смогла. И не уверена, получится ли когда-то. Давай закончим эту историю. Злодеи известны, пострадавшие тоже. Но в финале, к сожалению, мы не муж и жена, а просто люди, воспитывающие общего ребёнка. Это не изменится, как минимум не в ближайшее время. И своими словами ты причиняешь мне только боль.

Андрей долго смотрел на меня, ожидая, что я ещё что-то скажу, но я стойко выдерживала взгляд, не проронив больше ни слова.

— Услышал тебя. — Просто сказал он. После чего поднялся, и пошел в коридор. Я пошла следом, даже не зная зачем.

Андрей надел верхнюю одежду, ботинки, и развернулся ко мне.

— Надеюсь, ты будешь счастлива. Хотя бы так. Если я буду знать, что у тебя и у ребёнка всё хорошо, для меня этого уже будет достаточно. Позвони, когда будет второй скрининг, я приеду. Прости меня, моя любовь. — Это были последние слова, которые он сказал после того, как ушёл.

А у меня в части сердца словно поселилась пустота.

Но я знала, что всё сделала правильно. Однозначно. А то, что от этого мне было плохо… как-нибудь переживу.

Из вакуума меня вырвал звонок моего телефона. Звонил Сергей. Надо же, за прошедшее время я его совсем не вспоминала. А он не забыл, позвонил мне, как и обещал.

— Алло? — Ответила я на звонок. Можно было проигнорировать, но мне хотелось завершить сегодня и эту историю.

— Привет, Юля. Это Сергей. Я тут вернулся с командировки, вот, подумал, может, за месяц никто ещё не успел похитить твоего сердца, и мы могли бы вместе куда-нибудь сходить снова? Я теперь надолго в столице, никуда уезжать не планирую.

— Сергей, прости, но ничего не получится. Я беременна. Нужно было сразу тебе сказать, но… Да без «но», нужно было, но я этого не сделала. Так что, как понимаешь, мне пока не до романтических отношений.

— Оу… Неожиданно, конечно. Отец твой бывший муж?

— Да. Это он.

— Понятно. Ладно, я понял. Но, знаешь… Если через годик и ты, и я будем свободны… В общем, дети меня не пугают. Кто знает, вдруг мы ещё как-то встретимся. Поэтому не прощаюсь. Всего тебе хорошего, Юля. Если что-то будет нужно — звони.

— Спасибо. И тебе. Ещё раз прости, что так вышло.

Я отключилась первой.

На душе было тревожно. Наверное потому, что раньше я ложилась спать, и знала, что будет завтра. А сейчас, для меня завтра было всегда неизвестностью.

Около шести месяцев спустя

Я думала, что это снова тренировочные схватки. Такие уже были у меня за последнюю неделю дважды. Поэтому постаралась снова уснуть, но не получалось.

Пришлось привстать, включить ночник, и начать засекать схватки на телефоне.

Посмотрела вниз, и только сейчас обратила внимание, что футболка, в которой я спала, была надета наизнанку. Мне вообще казалось, что в последние два месяца я отупела настолько, что мне даже было страшно, что мой мозг ко мне не вернётся, после того как я рожу.

Серьезно, я иногда садилась в машину, а через две минуты не могла вспомнить, это я приехала или собралась куда-то.

Я еле как, покряхтывая, вылезла из-под одеяла, сняла футболку, вывернула её, и начала натягивать вновь. Это была старая футболка Андрея. Из тех, что остались здесь. Из моей одежды на меня уже давно ничего не налезало.

С бытовыми вопросами сейчас дела тоже обстояли туго. Андрей приезжал помогать мне почти каждый день. Несколько раз предлагал переехать к нему, или чтобы он переехал ко мне хотя бы на время, но я отказывалась. Сейчас платилась за это.

Хотела уже лечь в обратно в кровать, как почувствовала, что по ноге что-то потекло.

— Ну, отлично. — Закатила я глаза. — У меня теперь ещё и недержание началось? — Ах, да. Ещё я будто разваливалась по частям. Уж не знаю, виною был мой возраст, или так происходило у всех беременных…

Пришлось идти в ванную, чтобы переодеться и взять тряпку. Но, сделав лишь пару шагов, я вдруг замерла.

Какое недержание? Это же воды у меня отошли! Похоже, на этот раз тревога была не ложной.

Я вернулась к кровати, и схватила телефон с тумбы. Волнение нарастало. Это должно было произойти сегодня!

Из-за этого руки чуть подрагивали, и я не с первого раза смогла набрать номер Андрея. Он как специально не отвечал. Я сбросила вызов, и посмотрела на часы. Они показывали два двадцать пять утра. Неудивительно, что он не брал трубку.

Выдохнув, постаралась успокоиться. Зачем я вообще собиралась звонить Андрею? Со мной в доме жил Костя, нужно было звонить ему, чтобы он отвёз меня в роддом.

К счастью, брат взял трубку после первого же гудка.

— Привет, Юль, что такое? — Довольно бодро, и немного заплетающимся языком ответил мне Костя. Ну не-е-ет.

— Кость, ты что, не дома? — Про себя я в этот момент молилась, чтобы мне показалось, что брат был не трезв.

— В баре. Сделку удачную заключили, вот, вышли отпраздновать. А что случилось-то?

— Ничего, сон плохой приснился. Давай, потом перезвоню, удачно посидеть. — Говорить брату про то, что у меня начались роды, смысла не было. Неизвестно ещё было, сколько часов это всё продлится, а, зная его, он бы точно сорвался сейчас и приехал, хотя толку от него бы тут никакого не было.

В тот же момент увидела, что мне по второй линии перезванивал Андрей.

— Алло, привет! У меня воды отошли, кажется, началось. Нужно, наверное, в роддом ехать…

— У тебя отошли воды? — Раздался в телефоне снова голос Кости, как будто вмиг протрезвевшего и взволнованного. Чёрт. Похоже, я нажала не на ту кнопку. Я же говорила, что начала тупеть.

— Блин, Кость, я думала, это Андрей. Да, но приезжать не надо. — На этот раз я очень внимательно проследила за тем, чтобы нажать то, что нужно, и завершила вызов.

Андрей звонил уже во второй раз. Как я и думала, оказалось, что он спал, но проснулся и увидел мой пропущенный, и сразу перезвонил. Мы договорились с ним, что он должен был меня забрать через полчаса, но уже через десять минут он позвонил мне в дверь.

— Как ты тут так быстро оказался? Из дома ехать минимум двадцать минут без пробок.

— Я последнюю неделю живу в гостинице, здесь недалеко. — Он взял у меня из рук сумку, которую я собрала в роддом. Собрала, ещё когда поехала «рожать» в первый раз, но так и вернулась вместе с ней обратно домой.

— Что? Не поняла, зачем? Ты что, продал дом? А чего не рассказывал даже…

— Нет, не продал. Просто переживал, хотел быть ближе к тебе, когда всё начнётся, чтобы точно не опоздать. — Сердце дрогнуло от его признания, но в этот же момент случилась новая схватка, которая нивелировала весь эффект.

У Андрея, когда я схватилась за живот и поясницу было такое лицо, будто это ему было в моменте больно, а не мне.

Доехали мы до больницы очень быстро, а там всё подтвердили: началось. Наш малыш должен был появиться сегодня.

У нас был заключен контракт на партнёрские роды. Знаю, это было максимально странно рожать с бывшим мужем. Но, во-первых, мне было страшно одной, во-вторых, это был и его ребёнок тоже, ну и в-третьих… ну, не Костю же мне было с собой звать!

Но, Костю и звать было не нужно, он примчался сам после нашего разговора. Правда, его не пустили, и отправили домой, дожидаться, когда роженица сама сообщит о пополнении.

И так у нас, в самый лучший день, и идеальное время появился сын. Здоровый мальчик, которому мы уже давно придумали имя Миша.

Омский Михаил Андреевич моментально покорил своими глазками, носиком, и пухлыми щечками всех окружающих, а его мама, то есть я, вообще, кажется, слегка сошла с ума от счастья.

Потому что как было объяснить то, что, когда я увидела, с какой любовью и заботой Андрей держал на руках своего сына, и что при этом отражалось на его лице, мне вдруг захотелось самой предложить ему забыть всё прошлое, и смотреть только в будущее. Попытаться вернуть всё хотя бы для этого маленького мальчишки, в котором вмиг стал заключаться весь смысл моего существования.

А Андрей словно чувствуя это, перехватил мой взгляд.

— Спасибо. — Прошептал он одними губами. — Я вас так люблю… Ты даже не представляешь… Спасибо за сына.

Наверное, хорошо, что я была настолько уставшая, что у меня попросту не хватило сил на разговор. И я прикрыла глаза, а по моей щеке скатилась слеза. От счастья, конечно же.

У нас родился сын. И любви во мне стало столько, что казалось, ещё немного и разорвёт.

Два дня спустя

Уже сегодня нас должны были выписать. И, вроде бы всё было хорошо, но я сидела и ревела белугой уже почти час.

Из-за чего? Да из-за всего сразу.

У меня болела грудь, и никак не получалось нормально кормить малыша, из-за чего его докармливали, а я чувствовала такую вину перед ним, что меня просто придавливало этой виной к полу, не давая двигаться.

А ещё, он был таким крошечным. Таким хрупким, и совсем неприспособленным к этому огромному жестокому миру.

И как я собиралась справляться с ним одна? Несмотря на кучу пройденных курсов и прочитанной литературы, сейчас мне стало казаться, что я ничего не знала, не умела, и вообще была не готова стать матерью. Вот такая непутевая женщина досталась моему идеальному сыну.

В дверь постучались, и в палату заглянул Андрей. У него на лице была широкая улыбка, но, как только он увидел моё лицо, она сменилась на беспокойство.

— Что такое? Что случилось? — Он подлетел ко мне, осмотрел меня с ног до головы быстрым взглядом, потом подлетел к прозрачному кювезу, где лежал малыш, и убедился, что и с ним всё нормально, и только после этого немного выдохнул.

Я не прекращала плакать, смотря за его метаниями, а Андрей сел на колени к моим ногам, и заглянул мне в лицо.

— Юленька, что случилось? — Он нежным жестом убрал с моего лица мокрую от слёз прядь волос мне за ухо.

— Я… — дыхание от плача было рваным. — Я… я не справлюсь. — Вывалила я свою проблему на Андрея, и зарыдала с новой силой.

Он же сел рядом со мной, и обнял крепко-крепко, давая мне выплакаться.

А сам при этом гладил меня по спине, и успокаивал.

— Тише, девочка моя. Я справлюсь за нас двоих. Всё будет хорошо. Всё сделаю, но вы у меня будете самыми счастливыми. Не надо тебе ни с чем справляться, слышишь. Я всё решу, любые проблемы, всё у нас ещё будет. — Он шептал мне эти слова, а мне действительно становилось легче.

Я чуть отстранилась от Андрея, подняв на него свои заплаканные глаза.

— Но мы приедем домой с Мишей, и я там останусь с ним одна. В друг у меня не получится?

А Андрей вдруг сделал что-то странное. Обхватил моё лицо с обеих сторон руками, и впился в мои губы поцелуем. Да так крепко, что я от шока даже плакать перестала.

— Что ты делаешь? — Ошарашено произнесла я, шмыгнув носом.

— То, что давно было пора. Хватит с нас этих игр, Юль. Разве ты не видишь, мы семья. Вместе мы по бумагам, или нет, но вот здесь у меня, — он стукнул себе в грудь, — кроме вас никого нет, и быть не может. И даже если ты меня уже разлюбила, я буду делать так, чтобы полюбила вновь. Каждый день тебе буду доказывать, до конца своих дней, что только ты в моей жизни. И никуда не отпущу. Не уеду, не исчезну, не проси даже.

Я смотрела на Андрея открыв рот. Все слова как-то испарились из головы.

— Мы со всем справимся вместе. Моей любви хватит на всю нашу семью.

Своим напором Андрей меня настолько ошарашил, что и моя истерика прекратилась. А в палату тем временем заглянула медсестра.

— Омские, ваша очередь! Сейчас малыша запеленаем и вперёд.

— Никогда больше не уйду, слышишь? И мы едем домой. Вместе. И будем заново строить нашу семью. — Сказал перед тем, как уйти готовиться к встрече нас с малышом Андрей, и вышел из палаты.

Медсестра, которая помогала пеленать детей внизу, была очень болтливая. И, как только нас с Мишей к ней спустили, тут же вывалила на меня тонну ненужной информации. А мне сейчас было вообще не до этого!

— Ой, вот вас там муж встречает, радуйтесь! А только что девушку выписывали, и никто ведь не пришел! Ни единой души. Даже мать собственная, представляете? А девчушка почти три недели в больнице с ребёнком пролежала. Роды с осложнениями такими, малышка болезненная… И никто. Вот ведь как бывает.

Я была рада поскорее вырваться от этой медсестры, и выйти в холл, где меня ждал сюрприз.

Весь холл был украшен шарами и цветами, а в центре этого безумия стоял Андрей, с огромным букетом роз. Который весил, по виду, больше, чем наш новорожденный сын.

Там же, чуть сбоку, и с букетом поскромнее был Костя, который тоже светился счастьем, и смотрел на меня с гордостью.

И как-то всё это ощущения праздника передалось и мне, так что я робко улыбнулась мужчинам.

— Поздравляю вас, родители! — Искренне поздравил Костя, передав мне букет, и с умилением глядя на Мишу. — Вот это красавчик у вас получился! Жалко, правда, что не только на маму похож. — Язвительно скривился Костя, глядя на Андрея.

— Кос, я хотел сказать, кстати, что мы решили, что будем жить вместе с Юлей.

— Что? — Распахнул глаза Костя, уставившись на меня, будто ожидая подтверждения. А я что? И сама только что об этом услышала.

— Миша маленький, и одной Юле будет трудно с ним справляться.

— Да, — подхватила я неожиданна сама для себя версию бывшего мужа. — на время, да? Пока не станет полегче? — Обернулась я к Андрею.

— Посмотрим. — Неопределенно пожал он плечами, и мне показалось, что я увидела на его лице небольшую улыбку.

А после выписки, когда мы шли к машине на парковку в сопровождении шаров и букетов, я заметила одиноко стоящую с ребёнком фигуру там же. И мне она показалась смутно знакомой.

Я пригляделась, и поняла, что не ошиблась. На парковке с младенцем в руках стояла Настя. Получалось, это она была той роженицей, которую никто не пришёл встретить?

К ней подъехало такси, но, перед тем как сесть в него, она вдруг подняла глаза, и встретилась со мной взглядами.

Она, одиноко стоящая с ребёнком, и я, у которой за спиной шли двое мужчин, и несли букеты, шары и подарки.

Я первая разорвала наш зрительный контакт, положила Мишу в заранее приготовленную автолюльку, и сама нырнула в машину на сидение рядом с ним со смешанными чувствами.

Костя приехал на своем автомобиле, а у нас за рулём был Андрей.

Он сел, и поймал мой взгляд в зеркале заднего вида.

— Ну что, домой? — Спросил он, и вокруг его глаз образовались лучики морщинок.

— Домой. — Ответила я.

И почему-то мне стало очень хорошо. Впервые за последние десять месяцев я ощущала, что действительно возвращалась домой.

Восемь месяцев спустя

Я проснулась от того, что услышала, как хлопнула входная дверь. Мне могло это присниться? Я потянулась за телефоном и с ужасом уставилась на время. Что?

Внутри стало тревожно, первым делом я бросилась к кроватке Миши, которая стояла рядом, но он мирно спал. Как он вообще мог проспать до самого утра? Такое с нами случилось впервые.

А потом у меня стрельнуло следующее понимание. Я обернулась к кровати, и начала пихать Андрея, заставляя его проснуться.

— Вставай! Костя пришёл! — Шепотом «крикнула» ему я, и он резко открыл глаза.

— Как? А сколько времени?

— Мы проспали. Миша даже не просыпался, представляешь? Давай, одевайся скорее, пока он сюда не зашел.

— Да пусть уже зайдёт лучше. Или я сам скажу. — Андрей встал с кровати, натягивая на ходу домашние штаны.

— Андрей, мы же договорились! Я ещё не готова.

Да, это случилось. Абсолютно случайно.

Около трёх недель назад я приболела, и на время пришлось оставить грудное вскармливание, а после того, как поправилась, сын отказался брать грудь. Вот так внепланово завершился у нас этот этап.

Я очень расстраивалась сначала, но потом приняла ситуацию. А после у меня случился день рождения. И я решила выпить чуть-чуть шампанского.

В общем, наутро я проснулась в одной постели с довольным как кот, объевшийся сметаны, Андреем.

И вот уже почти две недели мы с моим бывшим мужем периодически «встречались» на общей территории. То есть в нашей бывшей, а теперь уже моей кровати.

Эх, а я так хорошо держалась… Умудрялась жить вместе с ним, и всё было нормально. Спал он в гостиной, а периодические попытки сближения со мной я старалась пресекать. Но в итоге сдалась.

Жалела ли я? Наверное, нет. Внутри меня сейчас возникали совершенно другие чувства к Андрею, чем были раньше. У нас словно случилась перезагрузка. И даже наш секс стал ярче, эмоциональнее. Мы будто оба боялись, что он окажется последним, и выжимали друг из друга всё.

А ещё, он оказался просто обалденным отцом. Я и представить себе не могла, как бы справлялась без него. И это при том, что он работал, а я почти не брала новых клиентов и сидела дома. И это его новое воплощение забрало себе отдельное место в моём сердце.

Когда я смотрела, как он ловко управляется с Мишей, как на Андрея реагировал наш сын, время замирало. Я всерьез думала, что могла смотреть бы за ними вечно.

Но сейчас у нас, кажется, возникла небольшая проблема. Андрей ещё после нашей первой ночи вечером пришёл с кольцом и сделал мне предложение. Я обалдела, конечно, и… отказалась.

Сказала, как есть. В браке я была, и, терять статус жены было больно. Сейчас я была свободной женщиной, у меня был сын, меня устраивали наши отношения с Андреем, и я не хотела бы афишировать их, так что предложила оставить всё, как есть.

Видела, что Андрея задел мой отказ, но он стоически его выдержал, предприняв попытку с предложением ещё раз через неделю, после ещё одной головокружительной ночи. Но снова оказался ни с чем.

А проблема была в том, что Костя, мой брат, ничего не знал об этом. Он был вспыльчивым человеком, и я боялась, как он мог отреагировать.

Сегодня мы оба с Андреем должны были уехать по делам, и попросили Костю посидеть с Мишей. Один раз мы уже оставляли сына с моим братом.

Вот только сегодня мы проспали… Я никак не думала, что такое возможно, ведь обычно Миша был живым будильником. Я впервые с его рождения спала подряд больше пяти часов!

Накинув на себя халат, лежащий рядом, я грозно посмотрела на Андрея, чтобы он не думал даже вывалить на моего брата информацию о нас с ним, и вышла тихонько из спальни.

— Ты чего, спишь ещё? — Тут же столкнулась я с Костей в коридоре. — И Миша тоже? Я стучался, никто не открыл, так что воспользовался ключом, который ты дала.

— Стучался? Мы даже стука не слышали…

— Кто мы? — Нахмурился Костя. Он по пути уже заглянул в гостиную, и увидел, что диван там был заправлен. Наверное, подумал, что Андрей уже был на работе. Чёрт.

— Ну, я имела в виду, мы с Мишей. Пошли на кухню, мне точно нужен кофе. — Я взяла его за плечо, и подтолкнула в сторону кухни.

— Ничего не хочешь мне сказать? — Прищурившись, посмотрел он на меня. Я даже обернулась на дверь спальни, чтобы посмотреть, не вышел ли следом за мной Андрей.

— Да нет… А должна?

Мне всё же удалось его утащить на кухню, я надеялась, что Андрею удастся незаметно выйти и уйти на работу, сохранив наш маленький секрет.

— Юль, я видел вас с Андрюхой в парке. Хорош прятаться уже. Взрослые люди, ребёнок растёт. А они целуются на лавочках, как школьники… — Я мгновенно вспыхнула краской. Говорила я ему, чтобы на людях вёл себя нормально, а его как веревочкой ко мне привязали, и подтягивали постоянно.

То обнимал меня, то целовал.

— Да не мы это были. Может… — я пыталась что-то лихорадочно придумать, но сказать ничего мне не дали.

— Да я ей то же самое говорю. — Появился на пороге Андрей, всё ещё в одних домашних штанах. На руках у него сидел сонный Мишутка, которого мы, похоже, разбудили своими разговорами. Он нежно жался к папе, положив голову ему на грудь.

А его щёчки были всё ещё розовыми от сна, и настолько милыми, что так и хотелось зацеловать. И вот что мне было делать?

— А знаете, раз вы оба такие умные, вот и решайте всё сами вдвоём. Я вообще пошла одеваться и на встречу уже опаздываю. — Я взяла Мишу с рук у Андрея, и поцеловала его в щёчку. Хотелось провести с ним побольше времени, пока не ушла.

Развернувшись, пошла обратно в сторону спальни.

— Значит, я могу решить за обоих и подать заявление в ЗАГС? — Быстро сориентировался Андрей.

— Не дождёшься, Омский. Я же сказала, что замуж выходить больше не планирую…

Одиннадцать месяцев спустя

— Прошу ответить вас, Андрей.

— Да.

— Прошу ответить вас, Юлия. — Я тяжело вздохнула, и перевела взгляд на Андрея.

— Да. — Ответила я, и точно увидела, как плечи Андрея чуть расслабились. Он что, реально до сих пор считал, что я могу отказаться вот сейчас?

— На основании вашего желания и согласия в присутствии близких и друзей, ваш брак регистрируется!

Никто не готовит тебя к тому, что в сорок лет ты можешь второй раз выйти замуж за своего же мужа, будучи глубоко беременной вторым ребёнком, и что за два года твоя жизнь может измениться до неузнаваемости.

Два года назад я случайно нашла в кармане мужа подарок, который предназначался не мне, и это запустило целую череду необратимых событий.

Двадцать лет брака… Мы решили попробовать перезапустить наш сломавшийся счётчик.

— Я тебя люблю. — Так просто, и так глубоко проникали в меня слова Андрея, когда мы с ним вышли из зала регистрации.

Мы были здесь только вдвоем. Так решили сами. Миша был с Костей, чтобы мы провели этот день с Андреем, а со своей матерью Андрей так и не возобновил общение. Хотя мне казалось, что когда-то его сердце всё же должно было оттаять.

— И я тебя. — Искренне ответила я, смотря ему в глаза. — Больше не теряй меня, ладно?

— Никогда. Я лучше умру, чем ещё раз тебя потеряю. — И, знаете… Я решила ему поверить.

Ведь если я верила, что всё будет хорошо, то так оно обязательно и будет.

Конец!