На Краю Мира, в той его части, что открыта лишь крылатым, стоит без движения Древо Смерти. Вот уже пять тысячелетий избранные не видели цветов на могучих ветвях древнего исполина. Но стоит окропить растрескавшуюся землю кровью детей леса, как произойдёт чудо — тот, кому предназначено забирать жизнь, дарует её. Прекрасный чёрный цветок созреет на сухих ветвях. И в тот момент, когда раскрывшиеся лепестки узрят предрассветное солнце, Вечность содрогнётся, и Путь Тьмы откроется вновь.

На тёмной туго натянутой ткани скользили силуэты прекрасных эльфов, проносились длинногривые единороги, проплывали пузатые ладьи, сходились в жестоких сражениях люди, воскресали герои прошлого и прославлялись правители настоящего. А вслед за причудливыми творениями магии иллюзий бежала, боясь опоздать, музыка.

Пальцы летали по чёрно-белым клавишам, то ускоряя, то замедляя темп. Оглушительно звонкие ноты обрывались на вершине и замолкали, заставляя зрителей замирать и вздрагивать. Мажор, минор, репризы, секции, коды — каждое прикосновение к инструменту рождает новые эмоции.

Представление в Театре Иллюзий шло полным ходом. И мне в нём отводилась почётная роль тапёра.

Кто бы мог подумать, что нудные занятия в музыкальной школе всё-таки пригодятся. И что самое забавное, в совершенно чужом и незнакомом мире.

Музыка внезапно оборвалась. Хотя ей этого и не полагалось. Пальцы замерли, и я растерянно уставилась на пустые полосы нотного стана. Там и раньше нот не было, но до этого момента это совершенно не мешало, а сейчас сбилась на ровном месте. Да ещё в самый ответственный момент — король эльфов Эллаирин шёл признаваться в любви принцессе орков Гуниен.

Я поймала недовольный взгляд главного постановщика, стоявшего за занавесом, тряхнула головой, пытаясь собраться, и продолжила играть.

Но не прошло и половины минуты, как повторилось то же самое.

Так, Дашка, соберись, а то вылетишь из приличного заведения и будешь жить на одну стипендию.

Но сегодня явно был не мой день. До конца представления оставалось ещё полчаса, а поймать ритм событий никак не получалось. Музыка совершенно не соответствовала тому, что происходило на сцене.

Я глубоко вдохнула, пытаясь расслабиться, и мельком глянула в забитый до отказа зал — самый знаменитый театр столицы пользовался бешеной популярностью у публики, но толком ничего разглядеть не смогла. Между зрительскими креслами царил таинственный полумрак. Вздохнув, вернулась к пустым листам. Однако наваждение не проходило. Снова посмотрела на зрителей, теперь используя заклинание, позволяющее видеть в темноте.

Что-то было не так. И это что-то пялилось на меня из темноты недобро прищуренными жёлтыми глазами, в которых было столько ярости и гнева, что захотелось немедленно провалиться сквозь сцену вместе с роялем.

Глаза, к счастью (а может, и к несчастью), существовали не сами по себе. К ним в комплекте шёл пепельноволосый парень со скуластым лицом, резко очерченными тёмными бровями, омерзительно ровным носом и немного узкой челюстью, которая так и напрашивалась на хорошую оплеуху. Сидело это девичье счастье в ложе для высоких гостей, в окружении размалёванных светских львиц и вооружённых до зубов охранников-орков.

И что этому хмырю высокородному не нравится? Музыка? Так дверь открыта, никто не держит. Чего так пялиться то? Ну ладно, сейчас мы исправим ситуацию.

Я сидела в углу сцены, в очень тёмном углу, так что обычно зрители даже не замечали моего существования. И сейчас это было на руку. Быстрыми движениями я стянула окружающий мрак и сплела из него нечто вроде зонтика, который надёжно укрыл от чужого недоброго взгляда.

Стоило заклинанию заработать, как всё вернулось в прежнее русло. Пальцы заскользили по клавишам, ритмичная музыка разлилась по залу, а режиссёр прекратил строить мне страшные рожи. Уф, кажется, работа спасена.

— Я полагал, у вас приличное заведение, а не дом терпимости, — высокомерный голос вырвался из приоткрытой двери директорского кабинета.

— Но мессер, это представление… сценический образ… так было всегда, — залепетал, оправдываясь, глава Императорского Театра Иллюзий.

Впервые слышу, чтобы господин Тодеуш, широкоплечий статный крепыш с огромными пушистыми усами, перед кем-то так пресмыкался. Что, интересно, у него за гость такой.

— Было, но больше не будет, — холодно отрезал незнакомец.

Вот же раскомандовался.

— Как вам будет угодно. Ещё раз, прошу прощения за это… эм… недоразумение.

— Лучше исправьте ситуацию, — отрезали в ответ и дверь распахнулась.

Я шагнула назад, но прятаться было уже поздно. Отлично, теперь всё выглядит так, будто я подслушивала.

Жёлтые глаза уставились на меня, не мигая. Ну вот бывают же такие люди, от которых ничего, кроме проблем, ждать не приходится.

— Любезный, — сверля меня враждебным взглядом процедил парень, — вы, если мне не изменяет память, говорили, что костюм просто часть представления.

— Разумеется, — двухметровый дяденька с громоподобным голосом суетливо выглянул в коридор и, заметив меня, побледнел. — Девушка просто не успела переодеться. Мы же за кулисами, здесь актёры часто позволяют себе носить костюмы.

— Ваши актёры вообще себе многое позволяют, — кошачьи глаза незнакомца устремились вниз, на мои голые ноги. Ну то есть не голые, а в сапогах. Не говоря уже о пышной юбке, которая доходила почти до середины икр. Для моего мира — наряд монашки, для местного — грань (весьма сомнительная) приличия.

Так вот из-за чего взбеленился этот поборник нравственности. Надо же какие мы нежные, а с виду и не скажешь.

— Я всё исправлю, — заверил господин Тодеуш, и его могучая фигура заслонила меня от придирчивого гостя.

— Очень надеюсь, — высокомерно отозвался желтоглазый, после чего неторопливо развернулся и зашагал прочь.

Я выглянула из-за плеча директора и недружелюбно посмотрела вслед высокому (если не сравнивать с господином Тодеушем), худощавому парню, пепельные волосы которого оказались намного длиннее моих собственных и были заплетены в толстую косу.

— Уф, — шумно выдохнул директор, когда фигура скандалиста скрылась за поворотом.

— И что это за хмырь? — полюбопытствовала я.

— Неуместная шутка, мисс Феннет, — наставительно произнёс господин Тодеуш, к которому стремительно возвращалась прежняя грозность. — Как и платье.

— Платье — это ваше требование, оно даже в договоре прописано.

— Знаю. А теперь в договоре будет прописано, что вы должны выглядеть прилично. И зачем вы вообще ко мне заявились?

— Продлять этот самый договор. Мы его ежемесячно перезаключаем, у меня же испытательный срок в самом разгаре.

— Считайте, ваш испытательный срок закончен. Придёте завтра, подпишем документы о переходе на постоянный оклад, сегодня некогда.

— А плата?

Господин Тодеуш посмотрел на меня как на надоедливую муху.

— Завтра рассчитаемся.

— Завтра преставление. На что, по-вашему, я должна купить новое платье? Или вы предлагаете выйти на сцену в этом? — я демонстративно потрясла юбками.

— Берите, только отстаньте, — директор сунул могучую пятерню в карман, не глядя сгрёб несколько монет и вложил мне в руку. — И чтобы я вас сегодня не видел.

Я с интересом разжала кулак. На ладони поблескивало пять новеньких золотых монет.

— Но это больше моего жалования.

— Считайте, награда за хорошую работу.

После чего дверь директорского кабинета захлопнулась, а я, осчастливленная внезапным поощрением, побежала переодеваться. До закрытия ворот универа оставалось полчаса.

Я, промокшая до нитки, шлёпала по лужам и проклинала местную погоду. В Драгонхейве, столице Алариса, всегда было пасмурно. А всё благодаря Королевскому Магическому Университету и силе первозданного Хаоса, которая была заключена в самих его стенах. За полгода моего пребывания здесь, солнце так ни разу и не выглянуло. А дни, когда с мрачных небес не капало, можно пересчитать по пальцам одной руки.

Что мешало мне наколдовать щит и хотя бы не мокнуть? Запрет на использование магии вне стен Университета. Он распространялся на всех студентов. Так что сегодня в театре я здорово рисковала. Очень надеюсь, этот желтоглазый хмырь не донесёт. А то отправят к зельеварам котлы отмывать или запретят выход в город. И плакала тогда работа.

От мрачных мыслей меня отвлек мокрый, криво приклеенный к стене, плакат. На небольшом клочке бумаги кричащими красными буквами было выведено: «Внимание!». Заинтересовавшись, я остановилась и с трудом разобрала мелкие чёрные буковки: «В связи с исчезновением трёх фей, стража Драгонхейва просит всех представителей этого народа временно воздержаться от выхода на улицу в ночное время. Ваша безопасность в ваших руках».

Угу, спасение утопающего, дело рук самого утопающего. Плавали, знаем. Вот мир, вроде бы, другой, а отношение к гражданам везде одинаковое.

Внезапно сбоку что-то мелькнуло и до меня донеслось весьма недружелюбное:

— Кошелёк или жизнь?

Чёрная тень отделилась от мрачных стен невысоких кирпичных домиков, приблизилась и обозначилась в весьма симпатичного парня. Выше среднего, широкоплечий, чёрные волосы собраны в высокий хвост, кончики ушей немного заострены. Темнокожее лицо, совсем нечеловеческой красоты, украшают витиеватые серые татуировки, которые подчёркивают хищные, резкие черты лица. Чёрные кожаные штаны и куртка, несмотря на общую потрёпанность, смотрелись на нём весьма органично. А выглядывающая из-за правого плеча рукоять меча подтверждала серьёзность угрозы.

В общем, передо мной стоял тёмный эльф.

— Молния или огненный шар? — вопросом на вопрос ответила я. — А может, натурой возьмёшь?

Я потрясла мешком со свежей рыбой перед носом у грабителя. Ввиду отсутствия в этом мире пластика, мешок был сшит из обычного льна. Посему ароматствовал не хуже полноценной рыбной лавки.

— Оставь эту натуру для своего потенциального фамильяра. А что касается магии, вне Университета она запрещена. И почему ты опять бродишь по тёмным улицам без оружия?

— Потому что вероятность того, что я самоубьюсь этим самым оружием намного выше, чем встреча с грабителями.

— Сомнительное утверждение. Забыла про исчезнувших фей? Их уже четыре за два неполных месяца. Поговаривают, дриады тоже начали пропадать.

— Не будь занудой, — попросила я. — Мне до феи или дриады как орку до эльфийской принцессы.

— Хочешь или нет, тебе придётся научиться фехтовать. Это входит в программу подготовки боевых магов. И чем раньше ты это осознаешь, тем меньше шишек набьёшь.

Ну как можно быть таким занудным и таким симпатичным одновременно?!

— Пойдём лучше, пока ворота не закрыли.

Я шагнула вперёд и замерла — горла коснулась холодная сталь.

— Я не шутил. Кошелёк или жизнь? — тёмно-фиолетовые глаза не выражали ничего, кроме холода, зато тонкие губы едва заметно искривились в усмешке.

Кажется, кто-то решил заняться моим воспитанием. Лучшего места и времени найти, конечно, сложно. Эх, ну что за вечер такой?!

Однако посокрушаться относительно злодейки-судьбы мне не дали. Меч снова рассёк воздух и пришлось шевелиться, чтобы не лишиться пряди волос.

— Проиграешь, твоя зарплата станет моей, — подстегнул стремление к победе Арэиен.

— Если тебе нужны деньги, так бы и сказал, чего сразу драться, — фыркнула я, отпрыгивая назад.

— Гордость не позволяет сидеть на шее у женщины, вот ограбить её — другое дело, — ухмыльнулся эльф.

В отличие от своих лесных братьев, дроу были нечистолюбивы и шутить с ними можно было на любые темы, кроме женщин — за прекрасную часть своего клана они способны оторвать голову любому и без дополнительных вопросов. Как утверждает магистр Дарий, преподаватель истории, всё дело в матриархате. Пусть формально дроу отошли от него пару тысячелетий назад, уважение к женщине осталось прежним.

К сожалению, это уважение никак мне сейчас не поможет. Во-первых, я не часть клана. Во-вторых, тёмные эльфы относятся к женщинам как к равным, то есть в драке поблажек не дождёшься. Это чужим трогать эльфиек нельзя, а своим — сколько хочешь.

В итоге, я отступала, а Рэй, играя со мной как кот с мышью, не спешил заканчивать это представление.

Самое отвратительное, что у этого… воспитателя хватит наглости действительно отобрать честно заработанное. Вернёт потом, конечно. Но предварительно измучает уроками фехтования. Фанатик ушастый!

Клинок в очередной раз промелькнул у моего носа, вильнул и устремился к горлу. Шарахнуть бы его молнией, в самом деле, но, во-первых, на боевое заклинание мигом вся городская стража сбежится, а во-вторых, если бы не он я бы в этом мире и часа не протянула. Да и не успею уже. Ой, кажется, проиграла.

Но вместо того, чтобы второй раз коснуться моего горла, меч Рэя со звоном отскочил, нарвавшись на металлическую преграду.

Не успела я сообразить, что происходит, как меня оттеснили в сторону. Между мной и ушастым воспитателем кто-то стоял. Мне была видна только спина и чёрный капюшон, накинутый на голову неизвестного заступника.

В переулке повисла тишина, нарушаемая только шумом сбегающей по водосточным желобам дождевой воды.

— Проваливай, — произнёс неведомый защитник.

Я не поверила собственным ушам. Сегодня мне уже приходилось слышать этот надменный и властный голос. Но что высокородный засранец забыл в тёмной подворотне? Где его охрана? И с какой радости он кинулся меня защищать?

— Уйду, но только вместе с девушкой, — расплылся в клыкастой улыбке Арэиен.

Защитничек пожал плечами, мол, как пожелаешь, и внезапно исчез. Снова зазвенела сталь. Я развернулась на звук и увидела два смазанных силуэта. Противники двигались с такой скоростью, что глаза не успевали следить.

Мне ещё не доводилось видеть бой между мастерами меча, но, судя по описаниям в книгах, это был именно он. И радоваться тут нечему — обычно такие схватки заканчивались смертью одного из противников.

А главное, всё это происходит из-за чьей-то страсти к глупым шуткам. Нет, надо что-то делать. И быстрее — охрана универа ждать не будет, ворота закроют ровно в десять. А спать на улице желания нет никакого. Ну и оказаться причиной чьей-то смерти, конечно, не очень хочется. Хотя в Арэине я не сомневалась, а желтоглазого не очень то и жалко.

В общем, выход был один. Не сказать, что очень разумный, но ничего другого в мою бедовую голову не пришло. Я вдохнула, собрала всю имеющуюся в наличии храбрость и ринулась вперёд, прямо туда, где с бешеной скоростью мелькала сталь.

— Прекратите немедленно! Рэй!

— Он первый начал, — дроу возник рядом, заслонив плечом от непрошенного защитника.

— Но это не повод затевать смертоубийство.

— Слово элеры — закон, — тёмный эльф убрал мечи, даже не глядя на противника.

— Элеры? — нет, всё-таки это тот самый хмырь.

Теперь он стоял напротив, и жёлтые глазищи с прежней ненавистью смотрели на меня. Он что, хотел спасти меня от дроу, чтобы зарубить саморучно?

Я поёжилась и подошла поближе к другу.

Ноздри желтоглазого гневно раздулись. Он с шумом выдохнул и медленно, словно пробуя воздух на вкус, вдохнул. Глаза заблестели ярче. Вода под его ногами вскипела и начала стремительно испаряться. Узенькую улицу заволокло туманом.

Рэй взял меня за руку и быстро заговорил, обжигая горячим дыханием:

— Сейчас поставишь самую мощную защиту от огня, которую знаешь, используешь заклинание ускорения и убежишь. Ясно?

— Не ясно. Почему это я должна бежать? — бросать друзей в мои планы не входило.

— Иди! — рявкнул тёмный эльф. Да так, что я шарахнулась в сторону.

А к туману тем временем прибавился рык. Очень жуткий. Ну просто фильм ужасов какой-то.

— Мессер! — за спиной послышался топот, и в наш мрачный переулок вбежала толпа вооружённых до зубов орков.

Арэиен процедил сквозь зубы что-то на тёмном наречии. Судя по всему, малоцензурное.

— Мессер!

Орки продолжали вбегать, рык усиливался, а пальцы дроу с каждой секундой сжимали моё запястье сильнее.

Кажется, вернуться до десяти мы не успеем. Ну что я за ходячее несчастье такое? Почему мне вечно не везёт? И даже перемещение в другой мир не особенно изменило ситуацию. Да и попала я сюда не то чтобы по собственному желанию. Точнее, меня вообще никто не спрашивал.

Шесть месяцев назад

Я второй раз за неделю проспала всё на свете, в смысле, ненаглядную работу. А всё из-за проклятого будильника, который упорно отказывался меня поднимать. С одной стороны, приятно, когда хоть один представитель мужского пола заботится о твоём здоровом сне. С другой — если так пойдёт дальше, не видать мне премии как своих ушей. И это в лучшем случае.

Наскоро приняв душ и прикидывая, сколько придётся выложить за такси в час-пик, я выключила воду, завернулась в полотенце и дёрнула ручку, но дверь ванной не открылась. Что за ерунда? Может, захлопнулась? Нет, как она может захлопнуться, если закрывается изнутри?

Подёргала задвижку. Безрезультатно. Бред какой-то! Бросив дурацкий замок, я потолкалась в дверь плечом. В ответ на это лампы замигали и свет потух. Мамочки! В горле пересохло, страх, подстёгнутый вскормленным ужастиками воображением, рисовал картину одна другой краше.

В панике я ещё раз толкнула дверь, и та неожиданно легко поддалась. В лицо ударил резкий порыв ледяного ветра, от яркого света заслезились глаза, а ноги утонули в густой пушистой траве.

У меня что, галлюцинации с недосыпа начались? Всё, больше никаких книжек на ночь!

Но как следует раскаяться в любви к печатному слову я не успела. Ветер усилился, и в считанные секунды вокруг поднялась настоящая буря. Чёрные тучи заволокли светившее ещё секунду назад яркое солнце, вдалеке загремел гром. Высоченные деревья, окружавшие маленькую полянку, согнулись под натиском резких порывов.

А я не могла сдвинуться с места — тело словно онемело. И самое прекрасное — рядом со мной начал медленно закручиваться ураган.

Если переживу этот кошмар, больше никогда не буду опаздывать на работу!

Нет, рано паниковать. Это же всего лишь сон. Наверное. Ну не может такое произойти на самом деле! Заморосил мелкий дождик, и ко всему прочему стало ещё и холодно. Так, без паники, просто мне приснился очень реалистичный сон!

Голова закружилась, перед глазами всё поплыло, и я поняла, что падаю. Падаю безвольной куклой, потому что руки-ноги по-прежнему отказывались повиноваться.

Не успела бухнуться в мягкую траву, как рядом мелькнуло что-то тёмное.

— Успокойся, — прошептал на ухо тихий бархатный голос. — Тебе ничего не угрожает. Дыши ровно.

Угу, лучший способ успокоить человека — сказать «успокойся».

— Ещё немного, и разнесёшь здесь всё. А этой роще, между прочим, не одна тысяча лет. Эльфы спасибо не скажут, — сменил тактику неведомый психоаналитик.

Деревья, конечно, жалко, но… так, какие ещё эльфы?!

От удивления страх прошёл сам собой. А вместе со страхом стих и ветер. Произошло это практически мгновенно.

Я обернулась и столкнулась с изучающим взглядом тёмно-фиолетовых глаз. Рядом со мной на траве сидел темнокожий полуголый парень, рельефный торс которого украшали непонятные серые татуировки. Тёмные длинные волосы заплетены в косу, уши заострены, лицо красивое, но какое-то пугающее.

— Здрасти, — пробормотала я и вспомнила, что из одежды на мне одно не очень длинное полотенце.

— Молодец, прекрасное самообладание, — похвалил незнакомец. — А теперь нам лучше отсюда убраться. Такой выброс магической энергии даже местная стража не пропустит. Идти можешь?

Я растерянно моргнула, пытаясь собраться с мыслями и заодно закутаться в полотенце поплотнее.

— Куда идти? Какая стража? Где я вообще? И кто вы такой?

— Очень хорошие вопросы, но сначала мы найдём безопасное место, а потом будем во всём этом разбираться.

Странный тип доверия не вызывал, но пока он был единственным, кто мог хоть что-то прояснить. Так что я, презрев здравый смысл, согласилась потащиться неизвестно куда непонятно с кем. До сих пор не знаю, куда в этот момент девались мои мозги и осторожность.

Попытка подняться окончилась полным фиаско — устоять на трясущихся от слабости ногах оказалось непросто.

— Понятно, — даже не стал задавать лишних вопросов спаситель. Какой-то он подозрительно понятливый и добрый. Неспроста. И куда я вляпалась? А главное, как?!

Пока я сомневалась в честности остроухого, тот надел валявшиеся неподалёку рубашку и высокие кожаные сапоги, закинул на плечо увесистую сумку и ножны с двумя длинными узкими мечами. Ну прекрасно, у него при себе ещё и набор холодного оружия.

— Держи, — парень бросил мне кусок длинной чёрной ткани и выразительно посмотрел на голые ноги. — Твой наряд, конечно, впечатляет, но в нашем мире такое не носят.

В нашем тоже — мысленно ответила я и опомнилась:

— В каком смысле «в нашем мире»?

— В самом прямом. Надевай, — он кивнул на предоставленный наряд.

Я озадаченно подняла кусок ткани за край. И как это надевать? И что это за деталь гардероба такая? Неужели паранджа?

Остроухий вздохнул, забрал бесформенную хламиду и накинул мне на плечи. За что-то потянул и защёлкнул у горла серебряную застёжку в виде ящерки.

— А запасной обуви у тебя нет? — топать босыми ногами по земле, конечно, очень полезно, но я лучше проживу на десять лет меньше, зато без заноз в пятках.

— Она тебе не понадобится, — заверил спаситель и подхватил меня на руки.

Оглядевшись, он произнёс нечто маловразумительное и быстро зашагал в сторону густо разросшихся деревьев. Происходящее всё больше напоминало обычное похищение. Хотя нет, какое ж оно обычное, когда похититель ушаст и про другие миры сказки сочиняет.

— Ну раз мы всё равно идём, может, хотя бы представишься? — я поёрзала, пытаясь устроиться поудобнее и не прижиматься слишком уж сильно к мускулистому торсу незнакомца, но стало только хуже. Теперь моя щека упёрлась ему в грудь, и я отчетливо слышала ритмичный стук чужого сердца. Ритмичный, но какой-то уж слишком быстрый. Кажется, с пирожными пора завязывать.

— Арэиен нэ Руогэр, первый мечник Дома Теней. А как мне обращаться к тебе?

— Даша.

— Хм, — неоднозначно промычал в ответ остроухий Арэиен.

— Что значит “хм”?

— Необычное имя.

— У тебя как будто среднестатистическое, — ему ещё имя не нравится.

Я сама не заметила, как перешла на “ты”. Что самое странное, беспокойство относительно благонадёжности спасителя совсем пропало. Арэиен внушал противоестественное чувство защищённости. Мы были знакомы меньше получаса, а я уже была готова доверить ему свою жизнь, а также квартиру, машину, если бы таковая имелась, и доставшиеся от бабушки фамильные украшения.

— Не среднестатистическое, но довольно распространённое среди моего народа.

— Поздравляю.

— Если не хочешь привлекать лишнее внимание, представляйся Даной.

— Я подумаю. А теперь расскажешь, что со мной произошло?

Остроухий замолчал, сосредоточенно рассматривая окружавшие нас деревья. Неужели заблудились? Если так, то не удивлена. Кто ж по лесу ходит, не выбирая тропинок. И что теперь? Хоть сейчас и лето, ночевать в чаще все равно не очень хочется.

— Полагаю, — Арэиен свернул направо, в совсем уж непролазные дебри, — кто-то провёл ритуал призыва и перенёс тебя в наш мир. Но не учёл магический потенциал. В твоём мире нет магии, да?

— Нет, если не считать бабок-гадалок, ясновидящих, яснослышащих и прочих шарлатанок.

— Значит, я прав.

— А при чём тут магический потенциал?

— Если бы не он, ты бы попала в круг призыва. И скорее всего, была бы уже мертва.

— Зачем кому-то тащить меня в другой мир, чтобы убить?

— Может, жертва для чего-то понадобилась, — как о чём-то само собой разумеющимся сказал он. — В любом случае, призыв существ из других миров — тягчайшее преступление. Поэтому оставлять тебя в живых слишком опасно. Вдруг встретишь кого и всё разболтаешь. Собственно, так оно и получилось…. Почти пришли.

— Куда пришли? — я завертела головой, но ничего, кроме всё тех же деревьев, не увидела. — И про магический потенциал всё равно непонятно.

— Магия пробудилась, вышла из-под контроля и разорвала связь с тем, кто тебя призвал, — Рэй остановился. — Так, теперь слушай и запоминай. Мы находимся на территории Алариса, империи драконов, и прав у женщин здесь нет. За вас всё решают мужчины, то есть отец, брат или муж. На твоего брата и тем более отца я похожу мало, так что сделаем вид, что ты моя невеста.

Мда, мама была бы счастлива — наконец-то у её непутёвой дочери появился претендент на руку, сердце и прочий ливер. Жаль, нельзя позвонить и сообщить радостную новость. А то от фразочек типа “годики-то идут” и “кот мужика не заменит” скоро глаз дёргаться начнёт…. Ой! Кот! Бедный мой Тошка. Как же он там один, кто его кормить будет?!

— Ты меня слышишь? — остроухий для привлечения внимания невысоко меня подбросил. Хорошо хоть поймал, спасибо ему за это.

— Слышу-слышу, не тряси так. Только повтори последнюю фразу.

— Если согласна, мне нужно несколько капель твоей крови.

— На что согласна?

Ну вот, а всё так хорошо начиналось. Мне что, посчастливилось встретить вампира? А с виду и не скажешь. И наощупь тоже. Не то чтобы мне доводилось щупать вампиров, но они же мертвецы, значит, должны быть холодными. Стук сердца, опять же, прекрасно слышен. Кстати, довольно учащённый несмотря на то, что мы стоим.

— Согласиться временно побыть моей невестой, — с видом учителя, которому приходится в десятый раз объяснять нерадивому ученику теорему Пифагора, сообщил Арэиен.

— Если это всё понарошку, зачем кровь?

— Затем, что на тебе должны быть татуировки моего клана. Иначе никто не поверит.

Я с сомнением поглядела на спасителя. Ох, мутный он какой-то. Но стоило только заглянуть в тёмно-фиолетовые глаза, в глубине которых плясало дикое тёмное пламя, как все сомнения мигом пропали.

— Или я тебе настолько не нравлюсь, что даже роль фиктивной невесты будет для тебя невыносима, — ухмыляясь, спросил остроухий и склонился надо мной так, что его губы едва ощутимо коснулись моих.

— Нравишься, — пробормотала я и опомнилась, — в смысле, переживу я роль твоей невесты, не волнуйся.

— Ну и прекрасно, — спаситель довольно улыбнулся и аккуратно поставил меня на землю. — Давай руку.

Я нерешительно протянула раскрытую ладонь. Что за ерунда со мной происходит? То Арэиен кажется самым надёжным мужчиной на земле, то последним проходимцем с вампирскими наклонностями. Может, не стоило спешить с… ой!

Пока я сомневалась в правильности скороспелых браков, остроухий уколол мой палец чем-то острым и присосался к маленькой ранке не хуже заправского упыря.

До сих пор не понимаю, как на это согласилась. Но факт остаётся фактом, в тот момент я стала элэрой первого мечника Дома Теней.

Сейчас

— Ты мне доверяешь? — прошептал Рэй, в руках которого снова появился меч.

— Конечно. А что?

— Тогда пей, — дроу полоснул по ладони клинком и сунул мне под нос окровавленную руку.

— Что пить?

— Водицу из лужи, — скривился парень. Несмотря на опасность ситуации, время поехидничать он нашёл. — Кровь, разумеется. Надо завершить обряд [1], тогда никто из драконов не сможет на тебя претендовать.

— «Претендовать»? А моего мнения никто спросить не желает? Я что, вещь какая-то?!

— Для крылатых ящеров любая женщина вещь.

Я посмотрела на располосованную ладонь, с которой в раскисшую грязь капала кровь, сглотнула и, морщась, слизнула пару капель. Фуууу! Надеюсь, больше никогда от меня подобного не потребуют.

Руки обожгло. Татуировки, обвивавшие предплечья со дня нашей с дроу встречи, раскалились, а затем их жар начал подниматься выше, к шее. Горло сдавило, дышать стало нечем. Задыхаясь, я схватила эльфа за руку, ища помощи.

— Не сопротивляйся, — Рэй сжал мою ладонь и обнял за плечи. — Я рядом, всё будет хорошо.

Пока я пыталась не умереть, туман рассеивался.

А к нам, отделившись от орков, быстро шёл высокий худой мужчина с тонким кривым носом и узкими злыми глазами. Морщин на лице не было, но короткие тёмные волосы уже успела припорошить седина. На тонкой фигуре как на вешалке висел дорогой плащ, украшенный золотой вышивкой. На ногах щегольские сапоги с загнутыми носами. Длинные тонкие пальцы увиты многочисленными кольцами.

— Убирайся, — процедил он, презрительно глядя на Арэиена.

Дроу оскалился и ответил что-то на своём певучем языке. На это незнакомец бросил несколько резких, злых слов на том же наречии, после чего отвернулся и решительно направился к центру сосредоточения тумана.

Рэй не стал дожидаться его возращения. Подхватив меня на руки, эльф двинулся прямо на толпу вооружённых орков. Они плотными рядами перекрывали выход из проулка, но когда между ними и Арэиеном осталось чуть меньше метра, всё-таки разошлись, уступая нам дорогу.

— Ты как? — спросил остроухий, когда мы отошли от опасной компании на пару кварталов.

Я неоднозначно пожала плечами и с опаской потрогала горло. Боль утихла, наощупь тоже никаких изменений, но всё равно ощущение странное.

— Прости, подобное требует подготовки, но сейчас выхода не было, — дроу склонил голову набок, к чему-то прислушиваясь, а потом ускорил шаг.

— Я, конечно, слышала про драконов и их гаремы, но я свободный человек, будущий боевой маг. Разве он мог меня забрать?

— Конкретно этот дракон мог. Любому другому хватило бы и незавершённого брачного ритуала. Правда, теперь придётся ставить Клан в известность.

— Извини, что опять втравила в неприятности, — перед Рэйем действительно было стыдно. Он и так для меня слишком много сделал.

— Не переживай. Присоединение к семье сильного мага это повод для радости.

— Хм… а что будет, когда я… отсоединюсь от семьи?

Я всё-таки была не настоящей невестой и согласно нашему с дроу договору в любой момент могла уйти.

— Ничего не будет. Женщина свободна и вправе разорвать отношения в любое время.

— А мужчина?

— Нет, на мужчине лежит ответственность перед избранницей. Он не может просто так её бросить, — при этих словах Рэй странно на меня посмотрел, а в глубине тёмно-фиолетовых глаз читались радость и… совсем незнакомая алчность.

— То есть я могу сидеть у тебя на шее до скончания времён? Удобно, — фыркнула я, желая перевести всё в шутку и потушить этот странный огонь в глазах дроу.

— Можешь, — совершенно серьёзно ответил он. — Теперь ты можешь всё.

Лицо Рэя оказалось совсем близко, я почувствовала горячее дыхание на своей коже, тёмное пламя разгорелось сильнее. Дроу одновременно пугал и притягивал. Точно также, как тьма в его глазах.

Губы Арэиена оказались совсем близко. А, собственно, почему бы и нет? В конце концов, мы практически женаты. Поддавшись шальному порыву я потянулась к нему.

— Как вижу, подготовка к завтрашнему состязанию идёт полным ходом, — раздалось недовольное совсем рядом.

Арэиен резко вскинул голову и по-звериному ощерился. Красивое лицо исказила самая настоящая злоба. Я повернулась и увидела магистра Юрэна, декана моего факультета и преподавателя боевой магии.

[1] Заключение брака у дроу делится на три этапа: первый — романтические отношения без обещания брака; второй — обручение, после этого этапа пара считается женихом и невестой; третий — сам брак. Девушку, вступившую в отношения с дроу, называют элерой и относятся с уважением, но частью клана мужчины она становится только после завершения второй части ритуала.

Ну всё, теперь отработками замучает. Он и так терпеть меня не может. Ещё бы, единственная девушка на его факультете, где «бабам не место». Цитата точная. Именно это уважаемый магистр заявил директору, когда увидел меня среди своих студентов в День распределения.

— Или уважаемый сэир[1] решил преподать тебе несколько уроков целительства? — продолжил магистр — невысокий мускулистый крепыш с испещренным шрамами лицом.

Рэй хорошо знал Юрэна. Два года назад дроу получил специализацию боевого мага и тут же поступил на факультет целителей. На вопрос «зачем?», мне он ответил, что желает подробнее изучить анатомию — мол, для воина самое главное знать уязвимые места противника. И вот, то ли из-за смены специализации, то ли ещё из-за чего, но с Юрэном тёмный эльф с тех пор не ладил.

— Если и решил, вас это не касается, — дроу быстро взял себя в руки и ответил совершенно спокойно.

— Зато меня касается то, что адептка моего факультета находится в городе. А между тем, ворота Университета закроются через пять минут.

— Целых пять минут? Да у нас уйма времени, — фыркнул Рэй.

— Что ж, советую воспользоваться им с умом. И для вашего же блага, Феннет, научитесь к завтрашнему дню симулировать какую-нибудь приличную болезнь. А то хоронить вас придётся за счёт факультета.

На этой оптимистичной ноте уважаемый магистр нас и покинул.

— Никто тебя не тронет, — проговорил дроу, проводив Юрэна недобрым взглядом.

— Угу. Но в одном он прав, ворота действительно скоро закроют, и мы однозначно не успеем, — я попыталась сползти с рук эльфа.

— Ну это уж точно не проблема, — Арэиен крепче прижал меня к себе. — Я не позволю ни дракону, ни какому-то меченому вояке испортить этот вечер.

Остроухий оказался совсем близко, и когда его губы коснулись моих, по городским улицам прокатился оглушительный звериный рык, полный боли и отчаяния.

Я уперлась в грудь эльфа ладонями, пытаясь прервать поцелуй, но с тем же успехом можно было попробовать остановить ураган.

Дроу до боли сжал моё плечо, татуировки отозвались на это грубоватое прикосновение томительным жаром, и я мгновенно забыла про закрытые ворота и крик неведомого существа. В этом мире остались только мы с Арэиеном.

[1]Сэир — уважительное обращение к представителям магических рас. Женский вариант — сэира.

— И всё-таки, почему мы вместо того чтобы попытаться вернуться в общежитие, как ни в чём не бывало едим мороженое?

После встречи с Юрэном дроу потащил меня сюда, в таверну «Грем и Гром», находящуюся на приличном расстоянии от универа.

— Тебе не нравится? — удивился Арэиен, который, впрочем, почти не притронулся к своей порции.

— Как такое может не нравиться?

Мороженое было не совсем обычное, то есть, совсем необычное. Для начала, оно оказалось горячим и походило на небольшой карамельно-молочный вулканчик, лавой в котором служило нечто наподобие земляничного варенья. По кругу вулканчик окружали хрустящие вафельные скалы, присыпанные шоколадной крошкой. В общем, вкуснятина невероятная. Не зря так долго ждали, когда приготовят.

— Тогда чем ты недовольна?

— Почему недовольна? Я довольна. Только непонятно, как мы в общежитие попадём.

— Дана, ты серьёзно полагаешь что за столько лет существования Магического Университета ни одному его студенту не пришла в голову светлая мысль проковырять потайной тоннель? — с насмешкой спросил дроу.

— Ну… слухи разные ходят, — я подцепила аппетитно торчавшую вафлю, обмакнула в «лаву» и отправила в рот. — А ты знаешь, где он находится?

— Знаю. Теперь мы можем поговорить?

— О чём?

— О твоём новом статусе.

— О каком именно?

Тёмный эльф с прищуром на меня посмотрел и спросил:

— Знаешь, как переводится элера?

— Невеста? — предположила я. Салари [1] был не самой сильной моей стороной, хотя и входил в учебную программу.

— Не совсем. У этого слова много значений, начиная от подруги и заканчивая женой. Интерпретация зависит от татуировок, которые носит девушка.

Я покосилась на выглядывающие из-под рукавов тёмные завитки. Теперь эту красоту точно не спрячешь.

— И что говорят мои татуировки?

— Что ты моя невеста, теперь уже официально.

— А раньше я кем была?

— На всеобщий это можно перевести как подруга или девушка, — подумав, ответил он. — Главное, твой статус изменился. Теперь ты часть моего клана. И должна пройти посвящение.

— Какое ещё посвящение? — насторожилась я, едва не подавившись кусочком «вулкана».

— Не переживай, это простая формальность, — беззаботно отмахнулся Арэиен.

— И из-за простой формальности ты притащил меня сюда? — не поверила я.

— Я «притащил» тебя сюда, — уязвлённо ответил эльф, — потому что хотел угостить лучшим десертом в столице.

Я смущённо хмыкнула и с удвоенным энтузиазмом принялась копаться в упомянутом десерте. Происходящее напрягало. Ещё сегодня утром мы с дроу были друзьями, но после случившегося всё стало намного сложнее.

— Рэй, — неопределённость мне никогда не нравилась, — официально я твоя невеста, а по факту?

— Это решать тебе, — с поистине дьявольской усмешкой ответил Арэиен. И в моей голове возникла странная ассоциация. Удивительно, как она не посетила меня раньше.

— Ты не Рэй, ты Арэй.

— Кто?

— В моём мире когда-то был такой бог. Войной промышлял. Отличался хитростью, беспринципностью и непомерной жаждой крови.

— И правда, как с меня писано, — дроу сравнение понравилось. Ещё бы! Для их народа эти качества ценятся выше всего.

Ой, ну вот почему мне не встретился какой-нибудь прекрасный лесной эльф-вегетарианец?

— Не смотри так, я же нравлюсь тебе именно поэтому, — Арэиен накрыл мою ладонь своей, провёл большим пальцем по чёрному узору татуировки.

— С чего ты взял, что мне нравишься? — я вернула ему улыбку, но руку сбрасывать не стала.

— Если бы не нравился, ничего бы не вышло. Татуировки порождает не кровь, а чувства.

— То есть я тебе тоже не безынтересна?

— Ещё как, — сегодня он был удивительно откровенен. На моей памяти, впервые.

Зато мне открывать душу совершенно не хотелось. Эльф, конечно, красив и невероятно обаятелен, но о коварстве этой расы забывать не стоит. Как бы ни хотелось верить в обратное, его интерес ко мне вызван не только симпатией.

Нет, прежде чем бросаться в омут с головой, надо всё обдумать. Только делать это, когда рядом сидит практически идеальный мужчина и ТАК смотрит, очень сложно.

Меня спас орк, случайно запнувшийся о мой стул. Зеленокожий здоровяк едва не расстелился на полу трактира и тут же высказал миру всё, что думает о коварном предмете мебели, а заодно и о той, кто на этом предмете сидит.

— Извинись, — холодно проговорил Рэй, не поднимаясь со своего места.

— Да пошёл ты, — отмахнулся здоровяк, которому придавала храбрости толпа сородичей, сидевших за двумя дальними столиками.

Я не поняла, в какой момент дроу очутился рядом с хамом, но не прошло и пары секунд, как тот тяжело бухнулся на четвереньки.

— Извинись, — повторил эльф, упершись подошвой сапога в спину орка.

В трактире повисла тишина. Зеленокожих сегодня было на редкость много — «Грем и Гром» для них слишком приличное заведение, и обычно они здесь вообще не появляются. Однако все понимали, чем может кончиться драка между дроу, пусть и вооружённым, и десятком орков. И все они ошибались, потому что никто из них не видел эльфа в деле. Никто, кроме меня.

Дружки хама, наконец, сообразив, что произошло, поспешно поднялись из- за столов.

— Арэй, — со вздохом проговорила я и посмотрела в потемневшие фиолетовые глаза, — пожалуйста.

Он усмехнулся и демонстративно поправил матово-чёрный браслет в виде змеи, кусающей себя за хвост, — знак первого мечника Дома Теней.

Орки замерли. Хам, всё ещё стоявший на четвереньках, браслета не видел, но реакция сородичей многое ему рассказала.

— Прошу прощения, сэира, я позволил лишнее, — пробасил он. Никогда бы не подумала, что эти грубияны знают такие слова.

Арэиен немного выждал и с видимой неохотой убрал ногу со спины несчастного. Орк, обрадованный столь лёгким спасением, поспешил убраться из трактира. За ним последовали и его собратья.

— Будь на твоём месте женщина из дроу, он был бы уже мёртв, — проговорил эльф, возвращаясь на своё место.

— Ну тогда может, тебе найти женщину из дроу? — мне сравнение не понравилось.

— Не злись, это был комплемент. Общаться с расчётливыми стервами — то ещё удовольствие, — Арэиен откинулся на спинку стула. — И мне понравилось.

— Что? — не поняла я.

— Имя, которым ты меня назвала.

— Само вырвалось.

Я почувствовала, как проваливаюсь в глубину тёмно-фиолетовых глаз. Да что ж такое, сижу и как полная дура пялюсь на этого хитрющего типа. Ну не могла же я и впрямь в него влюбиться!

— Будешь доедать или пойдем?

— Буду, — я с облегчением уткнулась в тарелку и принялась набивать рот десертом, вкуса которого даже не чувствовала. Может, это всё из-за татуировок? Надо бы расспросить Тара.

[1] Салари — язык, на котором говорят драконы, дроу и эльфы.

Я рассталась с Арэиеном у входа в женское общежитие. На прощание дроу сообщил, что завтра его не будет — надо оповестить клан о появлении у него невесты, после чего небрежно чмокнул меня в щёку и ушёл.

Нет, на идеального мужчину он однозначно не тянет — взял и бросил девушку на растерзание боевым магам, даже поприсутствовать на завтрашнем смертоубийстве не собирается. Но выкинуть его из головы тоже не очень получилось. Ой, всё, пойду спать. А об Арэиене подумаю завтра.

По тёмной комнате пришлось перемещаться наощупь — соседку будить было совестно. Но план тайного проникновения сорвался уже на третьем шаге.

— Уй, — вырвалось помимо воли, когда я случайно вписалась коленкой в стол.

— Дана, это ты? — сонно спросили рядом, и комнату осветил пульсирующий шар ярко-зелёного цвета.

— Кто ж ещё, — я зажмурилась и ударилась о злополучную мебель второй коленкой. — Ай… а нельзя выкинуть эту рухлядь?

— Это не рухлядь, а фамильная реликвия. И почему ты так поздно? Опять на работе задержали? Надеюсь, хоть сверхурочные оплатили? Кстати, тебя Арэиен искал. И профессор Юрэн, — на одном дыхании проговорила миниатюрная, симпатичная девушка и убрала тонкими пальцами прядь длинных светло-зелёных волос за заострённое ушко. Моя соседка по комнате была невероятной болтушкой. А ещё дриадой.

— Они оба меня нашли, — ответила я, аккуратно обходя стол.

— Муррр, — одеяло на моей кровати зашевелилось и оттуда высунулась лопоухая полосатая мордочка.

Голубые глаза вопросительно уставились на меня, а розовый мягкий нос с интересом принюхался. Поняв, что запах рыбы ему не почудился, Тошка (он же Аристотель), путаясь лапами в одеяле, выбрался наружу, расправил орлиные крылья и взлетел.

Котёнок мантикоры напоминал помесь тигра, орла и скорпиона. От последнего ему досталось жало на кончике хвоста и мстительный характер. В нашей спальне он проживал абсолютно нелегально, но это не волновало ни меня, ни Хеллу, которая готова была приютить хоть всех бездомных животных в округе.

Под кроватью самой дриады что-то подозрительно зашуршало, и я увидела два жутковатых красных огонька. На милую белочку с крылышками, блудного фамильяра подруги, который ушёл в загул ещё два дня назад, огоньки не походили даже отдалённо.

— Это что там такое?

— А, фурия, Рул попросил присмотреть. У бедняжки крыло сломано.

Рул — зоомаг и по совместительству парень Хеллы. Посему у нас постоянно жила какая-нибудь раненная магическая живность. И не всегда мирная. Точнее, обычно совсем немирная. У себя парень не мог держать всё это счастье из-за постоянных проверок — комендант мужского общежития, покусанный питомцами Рула не единожды, повадился чуть ли не через день обыскивать комнату фанатичного зоомага на предмет незаконного содержания волшебных существ (на законном основании в комнатах могли проживать только зарегистрированные фамильяры).

Собственно, Тошку тоже притащил Рул. Маленький, слепой котёнок, оставшийся без матери (спасибо придуркам с арбалетами), был обречён, и даже сам спаситель не особенно надеялся на благополучный исход. Но несколько бессонных ночей и прогулянных пар сотворили чудо. После этого отдать полосатого непоседу я уже не смогла. А ещё мне казалось, что между нами возникла магическая связь. К сожалению, Тошка был ещё мал, чтобы претендовать на роль фамильяра. Но я почти уверена, что он мой магический зверь, единственный и неповторимый.

Тем временем юный мантикор, даже не подозревающий об уготованной ему судьбе, спланировал с кровати, плюхнулся на упитанную попу и, помахивая хвостом, побежал инспектировать принесённую вкуснятину. Мешок тут же был распорот острыми когтями, а рыбёшки меньше чем за минуту испарилась в зубастой пасти хвостатого обжоры.

Если так дальше пойдёт, я разорюсь на его питании. Рул, правда, уверял, что мантикоры прекрасные охотники, и как только Тошка подрастёт проблема с содержанием отпадёт сама собой. Осталось только запастись терпением и дождаться этого славного времени — на взросление мантикорам нужно не меньше двух лет.

— Лапочка, — умилилась Хелла, созерцая, как крылатое чудовище догрызает рыбью голову.

— Угу, ещё бы ела эта лапочка поменьше. Ладно, я в душ и отдыхать. А то не хватало ещё проспать завтрашний позор.

— Может, всё пройдёт не так уж и плохо, — попыталась утешить дриада, но как-то неубедительно. Было понятно, что она сама в это не верит.

— Конечно, всё пройдёт не плохо, а просто ужасно. Харг от меня мокрого места не оставит.

— Первый бой с ним? Но он же третьекурсник, — удивилась подруга.

— Единственный, остальные вообще с четвертого и пятого. Считай, повезло, — я криво усмехнулась, взяла из шкафа полотенце и потопала в ванную. Хотя в пору было идти к океану топиться.

Дело было в том, что меня угораздило попасть в восьмёрку претендентов на должность телохранителя местного принца, который числился студентом Королевского Университета. Правда, посещал его раз в несколько месяцев и не то чтобы сильно надорвался учиться.

Тем не менее, по традиции один из студентов факультета Боевых магов должен стать его телохранителем на время пребывания в стенах Универа. Нафига принцу ещё один телохранитель, если, по слухам, одна королевская стража насчитывает около сотни орков, непонятно. Тем не менее, должность считалась почётной и трудно получаемой.

А сам механизм избрания вообще жутко запутанный и начинается с предсказателя. Магистр Шаан, глава факультета Прорицателей, входит в транс и называет имена восьми боевых магов, которые на следующем этапе отбора должны сойтись в бою. Победитель станет телохранителем наследника, проигравших ждёт несмываемый позор.

Обычно в список претендентов попадали ученики старших курсов, но мне, впрочем, как всегда, несказанно повезло. Моё имя было произнесено Шааном среди других. Самое отвратное, отказаться от этой сомнительной чести нельзя. И теперь придётся драться. С боевыми магами, каждый из которых минимум дважды прошёл практику и знает раз в сто больше заклинаний, чем я. А почему бы, собственно, и нет?

Прикидывая, кому бы завещать уход за Тошкой, я шагнула в тёмную ванную и тут же вляпалась во что-то склизкое. Отступила назад, ноги подло заскользили по этому склизкому, и я полетела на холодный пол. В отчаянной попытке устоять, взмахнула руками, ударилась обо что-то твёрдое и металлическое.

Раздавшийся после этого грохот наверняка перебудил всё женское крыло общежития. А мне на голову вылилась какая-то склизкая дрянь.

— Ой, забыла предупредить, — раздался извиняющийся голос Хеллы. — Тар тут какое-то новое зелье сварил, просил быть осторожнее. Ты вообще как?

Стерев жижу с лица, я открыла глаза и нежно, без злобы и ненависти, посмотрела на забывчивую дриаду, прибежавшую вместе с зелёным пульсаром на шум.

— Что за зелье он варил?

— Ну… ты же знаешь, Тар специализируется на одной теме, — замялась подруга, прячась за косяк двери.

Я знала. И тема эта — приворотные зелья.

— Включи свет, пожалуйста.

Хелла щелкнула пальцами, и моему взгляду предстала чудесная картина. Я сидела на полу, а вокруг растекалась лужа розовой клейстерообразной жижи без запаха, рядом лежала перевёрнутая реторта с трубочками, чуть в стороне разбитые вдребезги банки-склянки с порошочками и декоктами.

Ну всё, сейчас на одного тёмного эльфа в этой школе станет меньше.

Тарэн был младшим братом Арэиена и позором семьи, в смысле, Дома Теней. Вместо того, чтобы как уважающий себя дроу заняться мордобоем, то есть податься в мечники или в те же боевые маги, он пошёл в алхимики. Узнав об этом, семья мигом лишила его содержания, но Тара это не остановило. Талантливый алхимик быстро сообразил, что на зельях можно неплохо зарабатывать. Особенно на приворотных.

Была только одна проблема — варить зелья в общежитии запрещалось. А уж продавать их без специальной сертификации и разрешения Совета Алхимиков тем паче. В итоге, когда Тара застукали с котлом в собственной комнате, ему вынесли первое и последнее предупреждение. И, разумеется, после этого тайная лаборатория перекочевала к нам. Во-первых, Хелла, Рул и Тарэн давно дружили, во-вторых, за аренду нашей ванной алхимик платил неплохие деньги.

Арэиен ничего про это не знал. То есть он был в курсе, чем зарабатывает его брат, но даже не подозревал о нашей с дриадой скромной роли.

Однако всему есть предел. Мы, в конце концов, договаривались, что он будет только варить свои эликсиры у нас, а не хранить. Нам и так приходилось чуть ли не спать с открытыми окнами — запахи любовные декокты источали просто омерзительные. В общем, тазик с зельем стал последней каплей, которая переполнила чашу терпения, и теперь я, наскоро смыв липкую дрянь, шагала по тёмным коридором замка. Вот сейчас ка-ак выскажу этому ушастому экспериментатору всё, что о нём думаю!

Хорошо хоть все спят. А то мало ли, вдруг простой водой эту дрянь не смоешь и зелье уже начало действовать.

— Хоть из-под земли достаньте! — раздался громкий голос совсем рядом. — И не надо за мной ходить!

Ближайшая дверь распахнулась, едва не заехав мне по лбу, и в коридор кто-то вышел. Я попятилась, надеясь спрятаться за массивную статую какой-то эльфийской королевы, но неизвестный крикун уже остолбенело на меня пялился.

Да ёжики колючие, опять?!

— Ты?! — от изумления желтоглазый шарахнулся в сторону. Надо же какой впечатлительный.

— Давай будем считать, что мы друг друга не видели? — предложила я, продолжая пятиться.

— «Не видели?» Ты со мной договариваться собралась? — прошипел этот вечно всем недовольный индивид. — Я, по-твоему, кто? Остроухое недоразумение, которое с рождение по бабской указке живёт?!

— Ну что ты, до «остроухого недоразумения» тебе расти и расти. Ты, знаешь ли, просто недоразумение. А лучше сказать, ошибка природы, — история с зельем окончательно испортило мой и без того не очень золотой характер, поэтому сносить оскорбления какого-то желтоглазого урода, пусть он хоть трижды дракон, я не собиралась.

— Что ты сказала? — шёпотом спросил парень.

— Так у тебя не только с вежливостью проблемы, но и со слухом? Тогда советую обратиться к целителям. А мне пора, время позднее, нужно ещё кое с кем пообщаться.

— И сколько берёшь за… «общение»? — брезгливо скривив губы, поинтересовался желтоглазый.

Ах ты… птеродактиль ощипанный!

— Сколько бы не брала, тебе ни за какие сокровища не светит, — я вскинула голову, поймала взгляд хама, устремлённый в глубокий разрез блузки, и дёрнула за завязки, стягивая их у горла. Пялиться он ещё на меня будет!

После чего развернулась и продолжила свой путь. Взгляд жёлтых глаз ощущался до самой лестницы.

Стучаться к Тару пришлось долго. Ещё бы, уже за полночь, все приличные (и не очень) студенты давно спят.

— Ты чего? — сонный полуголый дроу зевнул, запуская пятерню в растрёпанные пепельно-серые волосы. С Рэйем, несмотря на близкое родство, у них было мало общего. Тар уступал брату и в росте, и в ширине плеч, зато в его лице было меньше хищного и пугающего.

— Пришла пожелать спокойной ночи, — мрачно проговорила я. — Признавайся, что ты у нас в ванной оставил?

— А что случилось? — с эльфа мгновенно слетела сонливость.

— Да вот, искупаться я в этой твоей чудодейственной дряни решила.

— Это шутка?

— Конечно, именно ради того, чтобы пошутить, я притащилась к тебе в два часа ночи.

— Так, подожди, — Тар зажмурился и помотал головой, — давай ещё раз, что произошло?

— Я опрокинула на себя реторту с твоим зельем. Не волнуйся, душ уже приняла.

Дроу, не успела я договорить, отпрыгнул назад и закрыл ладонью нос.

— Ты чего?

— Этот эликсир действует в радиусе метра. Моя новая разработка, — Тар с опаской на меня посмотрел. — Как думаешь, насколько близко мы друг к другу стояли?

— Не знаю. И за линейкой, чтобы измерить, не побегу. Лучше скажи, как это счастье смыть?

— Никак, — хмуро ответил дроу. — Говорю же, новая разработка, высокостойкая. И сколько сохраняется эффект — не знаю. Я только собирался эксперименты провести.

— И что мне теперь делать?

— В идеале, запереться и не общаться с представителями противоположного пола. Ты, кстати, пока сюда шла, никого не встретила?

— Встретила, — с ужасом вспомнила я желтоглазого хама.

— Кого?!

— Дракона.

— Уф, ну это не страшно, на них любовная магия не действует.

— Зато на других действует. У меня же завтра смертоубийство. В смысле, состязание на роль телохранителя. Если сама не приду, Юрэн насильно притащит. Слушай, — я улыбнулась, озарённая внезапной идеей, — а может меня дисквалифицируют? За использование приворотного зелья на соревнованиях?

— Даже не думай, — дроу отрицательно покачал головой. — Во-первых, этот эликсир ничем не засечёшь. А во-вторых, меня и себя подставишь. Зелье изготовлено незаконно. Оба из универа вылетим.

— Тогда думай, как быть, раз такой умный.

— Давай утром встретимся? — предложил после минутной паузы Тар. — Ты выспишься перед боем, а я за это время попробую что-нибудь придумать.

Я с сомнением посмотрела на друга, немного подумала и согласилась:

— Договорились. Но учти, не явишься, всё Рэю расскажу.

— Да когда я тебя обманывал?! — так искренне возмутился эльф, что я немедленно пожалела о своём согласии. Но деваться уже некуда. Договорились же.

— Дана, вставай, — кто-то настойчиво тряс меня за плечо.

— Ни за что! — спать хотелось жутко. Вчера я легла ближе к трём и заснула далеко не сразу.

— Вставай. Осталось полчаса до первого боя.

— Как полчаса?! А где Тар? — я села и откинула одеяло. Холодный ветер, гуляющий по старому замку, мигом забрался за шиворот, и я поспешила снова закутаться. Тошка, спавший под боком, недовольно завозился и прикрыл нос когтистой лапкой.

— Тар? — удивилась дриада. — А он тебе зачем?

— Чтобы оторвать голову, видимо.

Хелла хотела ещё что-то спросить, но тут в дверь забарабанили:

— Феннет, выходи, а то сам зайду, — от голоса магистра Юрэна задрожали стёкла.

— Сейчас, я почти собралась.

Времени на разборки не осталось. Пора на заклание. Ох и оторвутся сегодня на мне все, кому не лень. Никто не упустит прекрасной возможности доказать, что «бабам на факультете боевой магии не место».

Быстро одевшись, я сунула в карман горсть разрешённых для использования в состязании артефактов, схватилась за ручку двери и замерла. Любовное зелье! Если магистр подойдёт ближе, чем на метр… ой, даже представлять этого не хочу.

В дверь снова постучали.

— Время истекло!

Я беспомощно огляделась, взгляд упал на прикроватную тумбочку дриады, на которой была раскидана косметика. Среди пузырьков-скляночек стояла одна совсем неприметная, малюсенькая, из горного хрусталя с парой капель бесценного масла цветов Древа Мудрости. Если верить Хелле, масло помогало в учебе. Но убедиться в этом не получилось — на масло у меня оказалась аллергия (как, впрочем, и на учёбу).

Недолго думая, я схватила пузырёк, вытрясла на палец мутноватую каплю и старательно втёрла в кончик носа.

— Апчхи! Апчхи!

Результат превзошёл все ожидания. Несчастный нос мигом покраснел и отказался дышать.

В дверь снова забарабанили.

— Апчхи!

Пора, нехорошо заставлять начальство ждать. Я выдохнула и, оглушительно чихая, вышла из комнаты.

Юрэн демонстративно поморщился и отступил назад. Его фамильяр, длиннющий змей, шкуру которого украшали огненные узоры, предостерегающе зашипел и плотнее стянул кольца.

— Меньше надо на свиданки по ночам бегать, тогда и болеть не будешь, — наставительно произнёс магистр. — А ну отойди. Не хватало ещё, чтобы ты меня заразила. Учти, если кто из моих ребят завтра сляжет, ближайший месяц будешь класс драить.

Я виновато понурила голову, внутренне радуясь правильности выбранной стратегии. Магический мир — не магический, а насморк ни там, ни тут так лечить и не научились.

— Ладно, пошли. И за что только боги покарали меня на старости лет?!

У меня был ответ на этот вопрос, но я решила оставить это знание при себе. Тем более что всё шло неплохо. И даже студентов в коридорах нет — наверняка поспешили занять лучшие места на Ристалище.

Только что я буду делать на арене? Она маленькая, там особенно не разбежишься. Хотя, может, на свежем воздухе это зелье не такое токсичное? Заклинания, опять же, можно с успехом использовать и на расстоянии. Сражения между боевыми магами, конечно, предусматривали использование немагического оружия, но вряд ли….

— Выбирай, — вывел меня из задумчивости голос магистра.

Я огляделась и к своему удивлению узнала арсенал — огромный, разделённый на секции зал, заставленный разнообразным оружием на любой вкус. Даже не заметила, как мы сюда пришли. Мда, надо бы хоть немного по сторонам смотреть.

— Что выбирать? — уточнила я на всякий случай.

— Чем будешь сражаться, — с раздражением ответил Юрэн. — И не тяни время, Феннет. На арену ты всё равно выйдешь. Змей магистра насмешливо высунул язык и изогнулся, подбираясь ближе.

Ага, на арену выйду, а с арены унесут.

Но делать нечего. Единственное, чем я хоть немного владела, — парные клинки дроу. Ох, и изведёт меня Рэй нотациями в духе «я же говорил». Непонятно ещё, что хуже — орк-третьекурсник или зануда со званием жениха. Хотя почему непонятно? Очень даже понятно.

— Шевелись!

О своих отношениях с одногруппниками ничего печатного я сказать не могла. Лозунг «бабам здесь не место» разделяли все — от первокурсников до выпускников. Складывалось впечатление, что особь женского пола на факультете — это личное оскорбление для каждого боевого мага. Но и это ещё цветочки. Даже не берусь вообразить, что бы со мной было, если бы не Арэиен.

Клановые татуировки служили отличной защитой от практик типа «подкараулить в тёмном переулке и проучить». И пусть на занятиях мне доставалось, зато по итогам первого семестра я оказалась в тройке лучших первокурсников. На позеленевшую физиономию магистра, который оглашал результаты экзаменов, любо дорого было посмотреть.

В общем, нет ничего удивительного, что все мои однокашники очень ждали состязания, собираясь полюбоваться на избиение зазнавшейся девчонки. В том, что избиение таки состоится, никто не сомневался, включая меня.

Состязание должно было пройти на Ристалище — приличного размера площадке, находившейся на вершине одной из башен замка, прямо под открытым небом. Справа боевую арену брали в полукруг многоярусные трибуны, слева открывался умопомрачительный вид на бушующий океан. Площадка не была ничем огорожена и любой желающий мог подойти к краю и взглянуть с обрыва вниз, на острые скалы и белоснежную пену, бурлившую у их основания.

Мне доводилось здесь бывать только однажды — во время зачисления на факультет. Но и тех впечатлений хватило с лихвой. Не то чтобы я боялась высоты, но всё равно жутковато.

В центре Ристалища отчётливо проступал белый идеально ровный круг, метра три диаметром. Это и была арена. Сейчас на неё устремились все взгляды собравшихся, а таких оказалось немало — телевизора нет, вот местные и развлекаются, как могут.

Я стояла перед белой чертой и старательно делала вид, что пронизывающий до костей ветер и противный мелкий дождь нисколько меня не беспокоят. Главное зубами громко не клацать. Согласно традиции, сражаться следовало босиком и с голым торсом. К счастью, мне разрешили всё-таки надеть штаны с рубашкой. Но сапоги отобрали и теперь ноги стремительно примерзали к ледяным каменным плитам.

Моего противника, двухметрового зеленокожего орка с выступающими нижними клыками, массивными надбровными дугами и лысой макушкой, погода вообще не беспокоила. Он даже штаны надеть не удосужился и явился на бой в набедренной повязки и со здоровенной секирой на плече. Этакая непоколебимая гора мускулов. На меня орк смотрел с откровенным презрением. Интерес у него вызвали только разросшиеся по телу татуировки, и то лишь на пару секунд. Как и все, Харг был в курсе наших с дроу отношений.

Я переступила с ноги на ногу и огляделась. Друзей видно не было. Ну вот, ещё и помру в одиночестве. Кажется, начинаю понимать, почему маги так привязаны к своим фамильярам. Я бы сейчас от присутствия Тошки точно бы не отказалась. Хотя всё это мечты. Даже будь мантикор моим официальным фамильяром, на бой его бы не пустили. А то бы это дало мне слишком большое преимущество, ведь у орков и дроу магических существ среди друзей не водится. [1].

— Две минуты до боя! — прогрохотал, усиленный магией, голос магистра, отвлекая меня от пространных размышлений.

— Эти зубочистки тебя не спасут, — проговорил орк, с презрением разглядывая моё оружие. — Лучше сразу рой могилу.

— Апчхи! — чихнула я в ответ и демонстративно шмыгнула носом.

Орк брезгливо сплюнул под ноги и отвернулся — мол даже угрозами обменяться нормально нельзя. Его понять можно, для зеленокожих перебранка перед боем едва ли не важнее самого сражения. И в другое время я бы с удовольствием поучаствовала. Но полный нос и замёрзшие ноги не особенно располагали к беседам. А ещё надо срочно придумать, как удержать противника на расстоянии метра.

— Внимание! — снова объявил магистр, и вокруг мигом воцарилась тишина. — Правом, завоёванным мной в сражении Великих, я объявляю состязание открытым. В первом бою сойдутся Харг Оргод из племени Водных Искателей и Дана Феннет из Дома Теней. Прошу в круг.

Юрэн бросил на меня злорадный взгляд, явно надеясь хорошенько развлечься.

— Дана, держись, мы тут! — едва ли не громче магистра прокричал Рул. Опоздавший приятель бесцеремонно проталкивался вперёд, нещадно работая локтями. За ним шли Хелла и Нирэл, на лице которого застыло обычное скучающее выражение. Тара среди друзей не было.

Выживу — убью. Но это потом. А сейчас пора за дело.

[1] Устанавливать магическую связь с фамильярами могут только три расы — люди, светлые эльфы и дриады.

Ещё раз чихнув, я покрепче сжала холодные рукояти мечей и перешагнула белую черту. Орк, которому драка с девчонкой престижа не добавляла, с неохотой сделал то же самое. Через мгновение после этого белоснежный контур замерцал и поднялся, отделяя нас от собравшихся.

Началось.

— Апчхи!

Я сорвала всю торжественность момента. Харг лениво занёс здоровенную секиру над головой, шагнул ко мне и… лицо орка, и без того не лучившееся интеллектом, расплылось в наиглупейшей улыбке. Он медленно опустил железяку, распахнул клыкастый рот и проговорил:

— Люб….

А дальше всё произошло как-то само. Но я этого не хотела. Честно! Я вообще пацифистка. Но тут, наверное, испугалась. Короче, несчастную жертву любовного зелья подкинуло в воздух метра на четыре и со скоростью пушечного ядра уронило обратно. Харг, под которым местами раскрошился камень, несколько раз дёрнулся и затих.

Мамочки! Надеюсь, я его не убила.

Судя по воцарившейся тишине, этот вопрос беспокоил не меня одну. Но тут орк зашевелился и даже поднял голову. И это опять получилось случайно. Клянусь! Зато после второго удара он признаков жизни больше не подавал.

— Кхм, — первым очнулся магистр, — я, конечно, знал, что этот бой будет коротким, но не предполагал, что настолько…. Что ж, чудеса иногда случаются…. Хм… я хотел сказать, что по итогам первого боя победила Дана Феннет из Дома Теней.

Моё имя он произнёс с заметным трудом. Оваций не было, поле боя я покидала под гробовое молчание толпы и шум океана (только в самом конце опомнившиеся друзья захлопали, но как-то неуверенно). Впереди был ещё один бой (кто бы мог подумать, что я до него доживу), и ждать его полагалось в специально отведённой комнате. Одна радость — хоть немного согреюсь.

Спустившись по винтовой лестнице в гордом одиночестве, я свернула в коридор, открыла неприметную боковую дверцу и… какая-то сволочь плеснула на меня ледяной воды из большого железного ведра.

Я вспомнила все ругательства, которые слышала в своей жизни, и сразу же поделилась ими с миром.

— Красиво, — хмыкнул Тарэл, ставя ведро на пол. — Повторишь потом? Я запишу.

— Да… ты… да… я… сдурел совсем?!

— Я изобрёл противоядие. Теперь ты нетоксична, — спокойно ответил эльф. Он вообще отличался крепкими нервами.

— Не забудь полить Харга, — хмуро посоветовала я и придвинулась ближе к огню. Рядом с камином как раз стоял мягкий стул, на спинке которого висел шерстяной плед.

— А он попал под действие эликсира?

— Нет, во мне открылся невероятный талант к боевой магии. Конечно, попал! Иначе это бы не его, а меня сейчас от каменного пола отколупывали.

— Плохо.

— А что не так? — насторожилась я.

— Я придумал состав, нейтрализующий действие эликсира до его контакта с жертвой. Это намного проще, чем снимать очарование с пострадавшего, — пояснил Тар, задумчиво потирая подбородок. — С другой стороны, это должно быть интересно. Непростая задачка.

— Интересно?! А если орк будет меня преследовать? Знаю я твои эликсиры. Они и из нормальных людей фанатиков делают. Что они сделают из орка даже подумать страшно.

— Не переживай, он всё равно на ближайший месяц у целителей пропишется. За это время что-нибудь придумаю.

— Придумывай. А я пока завещание напишу. Кстати, ты не сможешь присмотреть за Тошкой?

— Эм… знаешь, я бы с удовольствием, но мантикоры меня не любят, — заявил дроу и с изумлением уставился на мои руки. — Эм… Дана, вы же с моим братом вроде как просто друзья?

— Друзья, — буркнула я, поспешно закутываясь в плед.

— Тогда мне срочно нужен словарь всеобщего. Надо посмотреть значение слова «друзья», а то мало ли в какую неудобную ситуацию можно попасть.

— Ну давай ещё поёрничай. Это вообще не твоё дело.

— Как сказать, мы теперь вроде как родственники, — без особой радости проговорил дроу. — Уверена, что тебе оно надо?

— Что именно?

— Быть частью нашего клана? Поверь, удовольствие ниже среднего.

— Не вижу в этом серьёзной проблемы, Рэй сказал, что я могу разорвать нашу связь в любой момент.

— Так и сказал? — помрачнел Тар.

— Да. А что? Разве это не так?

— Так, — поспешно заверил эльф. — Но я бы на твоём месте всё равно не спешил. С другой стороны, чего я лезу в чужие дела, у меня своих проблем хватает. Пойду лучше спасать Харга.

И Тар, прихватив пустое ведро, поспешно вышел из комнаты. Кажется, мне что-то недоговаривают.

Прошло не меньше часа, а я всё сидела и ждала, когда же объявят мой выход — оставался ещё один бой, и он точно закончится для меня плачевно.

Однако минуты тянулись, а никто не спешил объявлять о начале нового испытания. Может, про меня забыли?

Когда дверь с оглушительным грохотом распахнулась, я едва не подпрыгнула на месте.

В комнату, пыхтя, вошёл магистр Юрэн. За ним неспеша вполз змей. Немного постояв, магистр кинул на меня испепеляющий взгляд, потёр широкий подбородок и изрёк своё любимое:

— Больше никаких баб на моём факультете. Никогда!

— Вы хотите меня исключить?

— Великие, за что мне это? — выдохнул Юрэн и перевёл на меня тяжёлый взгляд, который предательски скользнул вниз, к мокрой рубашке, облепившей грудь, но вояка тут же вернул его обратно. — Ладно, встала и пошла за мной. Молчи и запоминай. Поняла?

— Ага, — я вскочила со стула.

— Итак, никакого хамства и панибратства. Говоришь, когда тебя спрашивают, в остальное время рот на замке. Чего встала? Вперёд!

Магистр распахнул дверь и вышел. Я побежала за ним, стараясь не наступить на извивающийся хвост его фамильяра.

— Ко всем обращаешься на вы, смотришь в пол. Драконы не выносят, когда им заглядывают в глаза. И никакой самодеятельности, выполняешь любой приказ. Понятно?

— Понятно, — кивнула я и совершенно случайно выронила один из прихваченных с собой мечей.

Оружие упало на каменный пол. По замку раскатилось оглушительное эхо. Немногочисленные студенты и без того на нас поглядывающие, теперь откровенно пялились.

— Это что такое? — Юрэн недовольно пнул носком ботинка противную железяку.

— Меч, — честно ответила я.

— Издеваешься?! Учти, если допустишь хоть одну ошибку, я с тебя самолично шкуру спущу, — пообещал магистр очень проникновенным голосом.

— Не издеваюсь, просто пытаюсь понять, что происходит, — на всякий случай я отступила назад.

— Что происходит? — прошипел он. — Позор происходит! Да такой, какого мой факультет ещё не знал.

После этого в высшей степени несодержательного ответа он продолжил путь и не произнёс ни слова до тех пор, пока мы не добрались до директорского кабинета.

Неужели орк пришёл в себя, и теперь все знают о приворотном зелье? Кажется, пора готовиться к исключению. Только при чём здесь драконы?

— Заходи, — магистр открыл передо мной дверь. — Быстрее!

Эх, прежде чем выгонять, выдали бы хоть сапоги. А то я так и в самом деле насморк подхвачу. Ещё и одежда до сих пор мокрая. Хотя в водных процедурах Тара был один существенный плюс — противоядие смыло эфирное масло Древа Мудрости, и ко мне вернулась способность нормально дышать.

Размышляя, что хуже — подхватить пневмонию или вылететь из самого престижного вуза этого мира, я вошла в кабинет директора. Вообще-то, довольно просторного, но из-за невероятного количества собравшихся, сейчас он казался каморкой для швабр.

Только сомнительно, чтобы столько народу собралось ради моего отчисления. Но тогда заче…. Ох, ты ж… и куда я опять вляпалась?

В директорском кресле сидел тот самый неприятный тип с кривым носом, которого мы с Рэем видели вчера в переулке. Не к добру это.

— Все вон, — спокойно проговорил тип и добавил, глядя на меня: — кроме этой… студентки.

Самым поразительным было не то, как вёл себя кривоносый, а то, что не прошло и минуты, как кабинет опустел. Я осталась одна, босая, промокшая, неловко прячущая за спиной мечи, которые непонятно куда теперь девать.

Повисла тишина. Неизвестный придирчиво меня разглядывал, я мёрзла. Хоть бы переодеться дали. А то мокрая ткань рубашки так и липла к коже, молчу уже про улучшившуюся прозрачность. Тут, в конце концов, не конкурс мокрых футболок.

— Итак, — скрипуче проговорил кривоносый и поднялся. Высокий, тощий, опасный.

Мне захотелось отшатнуться назад, но я заставила себя остаться на месте и гордо вскинуть подбородок.

— Значит, — после непродолжительной паузы продолжил мужчина, медленно приближаясь, — первокурсница смогла меньше, чем за полминуты, уложить орка с боевым опытом на больничную койку. Необычно, вам не кажется? Я бы даже сказал, противоестественно.

— Чистая случайность, — в горле пересохла и голос получился какой-то жалкий и дребезжащий.

— Случайность? — кривоносый мерзко улыбнулся и схватил меня за руку. Да так быстро, что я даже не успела заметить его движения. — Кто вас нанял?

— Никто. Зачем нанял? Куда нанял? Почему нас? Каких ещё нас? Что вообще происходит?! — я попыталась освободить руку, но не тут-то было. Эта сволочь для надёжности ухватилась и за второе запястье.

В узких глазах странного типа читались злоба и досада.

— Не строй из себя дуру! Кто украл перстень? Отвечай! — он тряхнул меня так, что зубы клацнули. — Кто заплатил твоему ушастому за тебя и сколько?!

— Какой ещё перстень? Кто заплатил? Что за бред вы несёте?! К психиатру обращаться не пробовали? Попробуйте. Навязчивые идеи, знаете ли, штука серьёзная.

В глазах кривоносого ясно читалось желание меня придушить. Прямо сейчас. Тонкие ноздри мужчины гневно раздулись, он сжал руки на запястьях сильнее.

— Ай! — вскрикнула я и выронила клинки. Они глухо ударились об пол, застеленный пушистым ковром, и замерли молчаливым укором — мол, последнее оружие выбросила, не боевой маг, а пародия какая-то.

— Ещё хоть слово в таком тоне, и я выжгу твоё сердце. Понятно или…

— Отошёл от неё! — по кабинету прокатился едва ли не звериный рык.

По спине побежали мурашки.

В дверях стоял блюститель нравственности собственной персоной. Только его здесь не хватало. Мало мне неприятностей.

Зато кривоносый, мигом утратив воинственность, демонстративно спрятал руки за спину, сделал шаг назад и, опустив голову, покаянно произнёс:

— Прошу простить, мессер, я позволил себе лишнее.

— Нет, Дагмар, ты перешёл границы дозволенного, — медленно проговорил желтоглазый.

— Мессер, происходящее напоминает заговор. Я настоятельно советую…

— Я не давал тебе слова. Уходи.

— Если мне будет позволено, — кривоносый, продолжая старательно изучать пол, сцепил руки за спиной так, что кончики пальцев побелели.

— Тебе и так было позволено многое. Даже слишком многое. Прочь, — желтоглазый разговаривал с неким Дагмаром как хозяин со слугой, хотя последний годился ему в отцы.

Кривоносый зыркнул на меня исподлобья и направился к двери. Прежде чем выйти, он тихо произнёс:

— Ваша воля, мессер, для меня закон.

— Если бы, — скривился желтоглазый и захлопнул за Дагмаром дверь.

В кабинете снова воцарилась тишина. Дракон изучающе меня разглядывал, с каждой секундой становясь всё недовольнее. А я переминалась с ноги на ногу и чувствовала, как начинаю краснеть. Не то чтобы стеснялась своей фигуры, но так пристально на меня ещё не пялились.

— Кто ты и откуда? — наконец спросил желтоглазый.

— Дана… — я внезапно поперхнулась и закашлялась. Попыталась повторить, но снова ничего не вышло. Что за ерунда?! Так, надо успокоится. Это наверняка от нервов и холода.

— Дана Феннет, — слова давались непросто, — из Норта [1]. Мои родители…

— Хватит, — оборвал собеседник и уставился на меня с какой-то дикой, почти звериной, тоской. Ну вот, даже легенду не дослушал. — С сегодняшнего дня ты мой телохранитель. Посему, постарайся выглядеть прилично. А сейчас хотя бы прикройся.

Он снял длинный тёмно-синий сюртук и бросил мне. Я, разумеется, поймать не успела. А когда попыталась поднять, дважды уронила.

Какой из меня телохранитель? А главное, для кого? Неужели этот вечно всем недовольный хмырь наследник? Уууууу….

— Да сколько можно! — рыкнул дракон, не выдержав. Сам подобрал сюртук, накинул мне на плечи и замер, разглядывая.

Он оказался совсем близко, жёлтые глаза неотрывно следили за мной. А наш прынц выше, чем казалось. И довольно симпатичный. Даже глаза с этого ракурса не кажутся пугающими. Лицо, правда, так и осталось надменным, но всё равно красивое, аристократическое.

Руки внезапно обожгло — татуировки дали о себе знать. Мысли тут же прояснились. Я моргнула, прогоняя наваждение. Так, куда это меня занесло? Надеюсь, сейчас произошло обычное недоразумение. Не может же мне понравится хам с замашками тирана. И почему руки означенного хама всё ещё лежат на моих плечах?

Я недоумённо подняла голову, и утонула в золотистом огне его глаз. Татуировки снова заныли, но вызванная ими боль была почти незаметной, едва ощутимой, нереальной. Зато дракон с каждой секундой казался всё более настоящим. Я чувствовала силу, с которой он сжимал мои плечи, ощущала приятный, хоть и резковатый, запах осеннего леса, костра и прелой земли. А ещё меня обжигало исходящим от него жаром. Обжигало почти до боли, но почему-то прекращать эту пытку не хотелось.

Не знаю, сколько длилось наваждение, но закончилось оно внезапно. Дракон, едва не рыча, отпрянул от меня как от чумной. А пламя в безумных глазах разгоралось всё сильнее. Теперь оно было уже не жёлтое, а алое. И продолжало стремительно темнеть.

Татуировки сдавили руки не хуже цепей и подбирались к горлу. Но стоило дракону отступить, как хватка магических меток ослабла, и по телу разлилось согревающее тепло. Ничего себе, до этого момента даже не понимала, как же сильно я замёрзла.

— Приведи себя в порядок, — сдавленным, практически неузнаваемым голосом попросил он, развернувшись к окну.

Я кивнула, как будто он мог это видеть. Но говорить сейчас было выше моих сил. Что происходит?! И, ой, кажется, у меня инсульт. Или инфаркт. Иначе почему сердце колотится с такой силой, будто пытается пробить грудь и вырваться на свободу.

Пока я выясняла, умираю или ещё нет, дракон продолжил:

— Через час жду в своих покоях тебя и твоего…

Желтоглазый запнулся и с трудом выдавил:

— Опекуна.

— Но Рэя сейчас… — голос, кажется, вернулся.

— Я разве тебя о чём-то спрашивал? — зло рыкнул дракон.

— Нет.

— Тогда, может, и не стоит открывать рот? — тем же тоном закончил он и быстро, не глядя на меня, протопал к двери.

Но прежде чем выйти, произнёс:

— Дроу лживые, беспринципные и эгоистичные твари. Они пальцем не пошевелят, если им это невыгодно. Надеюсь, ты это понимаешь.

«Пока самое понятное здесь то, что ты хам!» — подумала я, всё ещё пытаясь прийти в себя.

[1] Норт — крупнейший город на севере Алариса.

— Какой он?! — набросилась Хелла, не успела я войти в комнату.

Тут же, развалившись на моей кровати, сидели Тарэн, Рул и Нирэл — светлый эльф и последний участник нашей странноватой компашки. Тошка, свернувшись клубком и довольно мурча, лежал на коленях зоомага и моё появление проигнорировал. Как и Крос — белоснежный кот, фамильяр эльфа. Тот вообще сидел на подоконнике и меланхолично наблюдал за птицами, игнорируя всех собравшихся сразу.

— Кто? — я с недоумением посмотрела на подругу.

— Наследник, конечно же. Говорят, он невероятный, — с придыханием проговорила дриада, а Рул только закатил глаза

— Угу, невероятный хам.

— А это у тебя что такое? — дриада подёргала за рукав сюртука.

— Подарок с барского плеча. Слушайте, может, хоть вы объясните, что случилось? Почему после первого же боя я внезапно оказалась телохранителем этого… наследника?

— Так ты не в курсе? — удивилась девушка, внимание которой было поглощено рассматриванием царской одежды. — Пуговицы костяные, варварство какое.

— Не в курсе, — я сняла сюртук и отдала его Хелле.

— В финал вышли Алак и Дарэн, первый из нашего клана, второй из клана Ветра, — ответил Тар, поняв, что толку от дриады сейчас никакого.

— То есть я должна была драться с кем-то из дроу?

— Да. Но во время боя они друг друга покалечили, — хмыкнул алхимик. — И у меня такое ощущение, что вышло это не просто так.

— Почему? — не поняла я.

— Мы с драконами враждуем не одно тысячелетие. И никому из нас они не доверят охрану своего ненаглядного наследничка. Полагаю, ящеры вовремя подсуетились, и теперь два лучших боевых мага Юрэна валяются на соседних койках с Харгом. И валяться им, поверь, очень долго.

— Прекрасно. Ну тогда хоть расскажите, что меня ждёт, — я устало плюхнулась на свободное кресло в углу.

— Стой! — крикнул непойми из-за чего переполошившийся Рул.

В ту же секунду правую лодыжку обожгла сильная боль. Вскрикнув, я вскочила с ногами на кресло и успела заметить скрюченную трёхпалую лапу с длиннющими загнутыми когтищами. Лапа несколько раз полоснула воздух и исчезла под креслом.

— Ш-што это? — тихо спросила я, боясь пошевелиться.

— Гарпия. Ты её напугала, у них очень хрупкая нервная система, — с осуждением сообщил зоомаг и присел на колени, чтобы заглянуть в логово когтистой твари.

— Я её напугала?! Да она меня чуть без ноги не оставила!

Лодыжка действительно выглядела ужасно — три глубоких пореза кровоточили и стремительно распухали. Болело всё это просто невыносимо. Я сглотнула и вспомнила про обезболивающие заклинания — не зря штудировала перед соревнованием. Кто бы знал, что они понадобятся не во время, а после.

— Я путаю, или её когти ядовиты? — спросила дриада, отвлекшаяся от изучения сюртука и подошедшая поближе.

— Ерунда, ничего смертельного, — отмахнулся Рул. — Через пару часов пройдёт. А вот кровотечение надо остановить прямо сейчас.

— Говорил же, этой твари здесь не место, — со вздохом произнёс убийственно спокойный Нирэл.

Я вообще не видела, чтобы он проявлял эмоции. Надменный, высокомерный и невероятно красивый зеленоглазый блондин смотрелся в нашей компании странновато. И тем не менее, был её неотъемлемой частью.

— Эта «тварь» нуждается в уходе, потому что какие-то «не твари» выстрелили ей в спину из арбалета. Трижды! — зоомаг набычился и поднялся во весь рост. Это было впечатляющее зрелище. Здоровенный, широкоплечий крепыш с ёжиком каштановых волос и светло-карими глазами походил на медведя. По происхождению Рул был человеком, но в такие моменты складывалось впечатление, что какая-то из его прапрабабок согрешила с орком. Тонкокостный, изящный эльф по сравнению с ним выглядел рахитичным хлюпиком.

— Уход можно обеспечить и вне стен женского общежития, — спокойно ответил эльф и убрал с рукава невидимую соринку.

— Знаешь что…

— Хватит ругаться, — Хелла положила тонкую руку на плечо зоомага. — Надо помочь Дане, а то она очень быстро бледнеет.

Мне действительно поплохело. Голова кружилась, перед глазами плясали тёмные точки, а в ушах то и дело начинало шуметь.

— Её стоит показать целителям, — посоветовал Нирэл.

— А как мы объясним рану? — не согласился Тар.

— Тогда позовите Арэиена, — подал другую идею светлый эльф. — Он, в конце концов, целитель.

— Ни за что, — не согласилась дриада. — Он Рулу сразу же голову оторвёт.

— Вот ещё, — зоомаг недовольно повёл плечами. Выглядеть слабаком ему не хотелось, особенно в глазах собственной девушки, но все понимали — Хелла права.

— Тогда давайте хотя бы кровь остановим и посмотрим, что будет дальше, — предложил Тар. — У меня есть несколько отличных заживляющих зелий, могу сбегать и….

Непонятный шум стал оглушительным, перед глазами всё поплыло и меня накрыла непроглядная иссини-чёрная тьма.

— Кажется, очнулась, — тихо проговорила Хелла.

Я несколько раз моргнула, прогоняя туман забытья, и совсем рядом увидела точёное личико, обрамлённое пышными зеленоватыми волосами.

— Как себя чувствуешь?

— Неплохо, только пить хочется, — в горле скребло и саднило.

— Держи, — Тар протянул стакан с водой и помог сесть.

Друзья толпились вокруг, с беспокойством меня разглядывая.

— Что случилось?

— Ну… — замялся зоомаг, — яд оказался не таким безобидным, как нам казалось.

— Повезло, что у меня нашлось кое-что для боевых магов, — дроу довольно улыбнулся, демонстрируя заострённые зубы. — Моя разработка, не эликсир, песня. Редчайшие ингредиенты, два года работы и, благодаря Дане, великолепно прошедшие полевые испытания.

Я поперхнулась водой.

— В каком смысле «испытания»?!

— Не бери в голову. Тем более, что всё отлично прошло.

— Ну да, особенно когда у твоей подопытной остановилось сердце, — хмыкнул Нирэл.

— Что?!

Дроу бросил недовольный взгляд на эльфа и проговорил:

— Это была не остановка. Просто небольшая пауза между ударами.

Я только устало вздохнула и поглядела на ногу. Штанина хороших, почти новых кожаных брюк разорвана до колена, три глубокие полосы от когтей хоть и не кровоточат, но выглядят ужасно, и пальцы почему-то синие и, кажется, ничего не чувствуют.

— Это временно, — заметив, как я тыкаю в ступню, пояснил Тар. — К вечеру пройдёт.

— Прекрасно, а до вечера мне что делать?

— Полежи, отдохни. Сегодня всё равно никаких занятий.

— Отдохни, — буркнула я и кое-что вспомнила. — Да какой отдохни! Меня же этот ваш наследник ждёт. Сколько я была в отключке?

— Ну… — друзья переглянулись, потом дриада неуверенно ответила, — с полчаса, может, чуть больше.

— Так, я в душ и переодеваться, — достав полотенце и вещи, прихрамывая на раненную ногу, я побежала приводить себя в порядок.

— Найди перстень, или я оторву тебе голову…

Прынц возвышался над сгорбившемся Дагмаром. Вид у дракона был весьма впечатляющий, даже на шее серебристые чешуйки проступили.

Вообще-то ни подглядывать, ни подслушивать я не собиралась. Но дверь имперских покоев оказалась приоткрыта.

Чтобы не навлекать на себе ещё больше неприятностей, я шагнула обратно, и мгновенно была пригвождена к полу взглядом взбешённых ярко-жёлтых глаз:

— Ты опоздала!

— З-заблудилась, — горло опять сдавило. Что за ерунда? Надо с ребятами проконсультироваться, может, у драконов есть какая-то супер-сила, мешающая с ними нормально общаться.

Глаза ящера потемнели.

— А что? Я, между прочим, на первом курсе и ещё путаюсь.

Странно, а это получилось произнести без проблем. Что за ерунда?

— Свободен, — бросил дракон Дагмару: — А ты проходи.

Вторая часть была обращена ко мне, но я бы предпочла смыться вместе с кривоносым. У меня, вообще-то, одна работа уже есть и дополнительная не требуется. Тем более, вряд ли за честь охранять прынца полагается какая-то оплата. Наверняка, телохранитель должен быть счастлив от осознания самого факта.

Стараясь не сильно подволакивать ногу, я вползла внутрь. Дагмар, пронёсшийся мимо, бросил на меня многообещающий взгляд и исчез в коридоре, не забыв плотно закрыть за собой дверь.

Ну вот, опять наедине с этим припадочным. И за что мне такие мучения? Помня о рекомендации не смотреть дракону в глаза, я с любопытством огляделась. Да, администрация универа не поскупилась. Большая комната, обклеенная дорогущими тканевыми обоями из нежно голубого шёлка, впечатляла. Как и изящная деревянная мебель эльфийской работы. А ведь это даже не кабинет или спальня, просто приёмная.

— Дана, — с запинкой произнёс дракон и тут же поправился, переходя на официальный тон: — мисс Феннет… я прекрасно знаю, что дроу позволяют своим женщинам многое, но ваши новые обязанности я бы предпочёл обсудить с вашим опекуном.

— Рэя сейчас нет в замке.

— И где же он? — холодно спросил дракон. Прынц изменился и теперь вёл себя подчёркнуто вежливо и отстранённо. Как будто и правда прислугу нанимал. Очередную кухарку или кто там ему борщи варит? Если он, конечно, снисходит до найма таких презренных созданий как слуги.

— Дома. У него возникли неотложные дела.

— То есть на испытании он не присутствовал? — вопрос был произнесён совершенно безразлично, но намёк на то, что я участвовала в боях, а дроу это проигнорировал, не уловить было сложно.

— Не думаю, что он счёл выборы вашего телохранителя достаточным поводом, чтобы пренебречь семьёй, — ответила я, подстраиваясь под тон дракона. Надо будет узнать хотя бы его имя. С другой стороны, вряд ли мне будет позволено обращаться к прынцу подобным образом.

— Для девушки из северной провинции вы, мисс Феннет, слишком много говорите, — внезапно объявил он.

— Для мужчины из хорошей семьи вы, мессер, слишком любите унижать людей, — не выдержала я.

Дракон вскинул брови и пристально на меня посмотрел. Я, разумеется, взгляда не отвела. Не нравится — его проблемы.

Прынц с шумом выдохнул:

— Вас, видимо, совсем не учили хорошим манерам?

Я открыла рот, чтобы ответить, но меня грубо оборвали:

— Женщине стоит знать, когда открывать рот, а когда держать его закрытым. Итак, я бы предпочёл обсудить ваши обязанности с мужчиной, но раз его нет, а в должность следует вступить уже завтра, придётся ограничиться общими моментами.

У меня что, на лбу написано «недоразвитая»? Нет, к тому, что приходится брать у Рэя письменное разрешение для самых обычных дел, вроде выхода в город, я привыкла, но вот так откровенно и со вкусом меня в грязь ещё не макали. И это бесило. Ещё никого не хотелось задушить так сильно, как этого гада крылатого. И как только я могла подумать, что он симпатичный?

— Завтра, на рассвете состоится посвящение, — продолжал дракон, не обращая на меня внимания. — Прошу не опаздывать. Ритуал пройдёт на Ристалище и займёт не больше пары минут, потом у меня будут кое-какие дела, и вам придётся меня сопроводить. Думаю, к завтраку мы вернёмся. На время занятий вы свободны, но в четыре жду вас у себя. Всё понятно?

— Угу.

— Прекрасно, — с раздражением отозвался дракон. Мой ответ ему не понравился. — Можете обращаться ко мне мессер.

— Угу, мессер, — поправилась я, с наслаждением наблюдая, как на шее наследника проявляются чешуйки.

— Вы свободны.

Не зная, что полагается отвечать в подобных ситуациях (никто придворному этикету меня не учил) я молча кивнула и пулей вылетела из комнаты.

Это не принц, это какое-то чудовище! Да любой орк приятнее этого типа!

— Вижу, встреча удалась, — в конце коридора меня ждал Нирэл.

— Даже не представляешь, насколько. Слушай, ну почему этот дракон такой засранец?!

— Вообще-то, не только он, — улыбнулся эльф. — Дана, ты просто ещё ни разу не сталкивалась с жителями Алариса по-настоящему.

— Я учусь в столице уже полгода.

— Да, но ты не знаешь, какого быть женщиной в мире драконов.

— Ты знаешь, — насмешливо фыркнула я.

Блондин вздохнул:

— Представь себе — да. Видишь ли, для местных женщина — бесправное, безголосое существо, которое покорно выполняет всё, что говорят мужчины. Я удивлён, что Ворн вообще решил с тобой встретиться, а не дождался Рэя.

Ворн? Так вот как зовут нашего прынца. Мрачновато, но ему подходит.

— Он хотел, но посвящение в рыцари, тьфу, телохранители должно состояться завтра на рассвете.

— Понятно, — задумчиво протянул друг.

— Погоди, но ведь в театре со мной обращались вполне сносно. И не только со мной, другие актрисы тоже не стеснялись подавать голос, — я вспомнила, как наша прима требовала повышения зарплаты, и содрогнулась. Таких скандалов при мне ещё не закатывали.

— Актрисы, магички и… женщины лёгкого поведения воспринимаются немного иначе. Скажем так, ввиду своих профессий у них есть право голоса.

— Странное соседство, — оценила я.

— Ну… — Нирэл замялся, — обычно актрисы и куртизанки это смежные профессии. А ты тоже… эм немного актриса. К тому же, магичка.

— Прелестно.

Теперь понятно поведение высокородного ящера. Точнее понятно, за кого он меня принял. О боги, час от часу не легче!

— Слушай, а чем мне вообще грозит весь это цирк с телохранительством? — с тоской спросила я.

— Да ничем особенным, должность номинальная, — ответил Нирэл. — Потаскаешься за наследником пару недель, пока он не вернётся в королевский замок.

— Всего пару недель? — удивилась я.

— Государственные дела не терпят отлагательств, — усмехнулся эльф. — Вряд ли они позволят ему задержаться здесь дольше.

— Две недели — ерунда, продержусь, — настроение стремительно улучшалось. Невозмутимость Нирэла действовала как хорошее успокоительное.

Разумеется, я проспала. Ещё бы, вчерашнее представление в театре никто не отменял, и мне пришлось с больной ногой идти в город и два часа почти неподвижно сидеть за роялем.

Повезло, что Тошка, любивший по утрам охотиться за моими неосмотрительно высунутыми из-под одеяла пятками, не изменил себе.

— Лишу довольствия! — пробормотала я, пряча ноги, но мантикор уже был у меня на голове и готовился сменить роль охотника на парикмахера.

Укрыться под одеялом второй раз не получилось — лапы кота запутались в длинных прядях волос. Ругаясь вполголоса, чтобы не разбудить дриаду, я кое-как освободила животину, на когтях которого, судя по ощущениям, осталась половина моей шевелюры, и мельком глянула в окно, где царили предрассветные сумерки. Перевела взгляд на магические часы с четырьмя стрелками. Лишняя указывала на время восхода и захода солнца — очень полезная вещь, когда дневное светило вообще не появляется на небе.

— Вот же!

Я соскочила с кровати и принялась быстро одеваться, хватая первое попавшееся. До церемонии оставалось чуть меньше четверти часа. Ещё и нога до сих пор болит. Да что ж за неделя такая?!

И почему, интересно, не прозвенел будильник? Уууу. Представляю, какую рожу скорчит этот крылатый.

Накинув плащ, который оказался противно сырым — вчера забыла высушить, я выбежала в коридор и, на ходу ставя обезболивающие заклинания, помчалась вперёд. Какое счастье, что в такую рань замок пустой и никто под ногами не путается.

И всё-таки как хорошо, что у меня есть Тошка. Без него бы вообще проспала всё на свете. Размышляя о пользе кота в доме, я взбежала по лестнице и, наконец-то, оказалась на вершине одной из многочисленных башен замка. Пронизывающий ледяной ветер тут же продемонстрировал, как плохо иметь дырявую память. Влажная ткань плаща мигом промёрзла, и если секунду назад мне было жарка, то теперь зуб на зуб не попадал.

— Через тридцать секунд рассветёт, — с раздражением проговорил желтоглазый, которого, разумеется, разбудили вовремя. И явно без помощи когтистых животных.

Дракон окинул меня брезгливым взглядом, особое внимание уделив причёске (даже не хочу представлять, что там устроил Тошка), и рыкнул:

— Быстрее!

Я подошла к ящеру и огляделась. Больше на Ристалище никого не было.

— А где все?

— Руку! — продолжал командовать прынц.

Пришлось послушаться. Он с силой сжал моё запястье и вложил в раскрытую ладонь нечто очень горячее. Горячее до такой степени, что захотелось срочно избавиться от неведомой вещицы. Но дракон накрыл второй рукой мой зажатый кулак и зашептал нечто непонятное, неотрывно глядя мне в глаза.

Почти мгновенно всё вокруг погрузилось в тишину. Не было уже ни яростного шума волн, ни ветра, ни криков чаек. Остались только жёлтые глаза и едва различимый треск. Сначала я не поняла, что это, и догадалась лишь тогда, когда камень под ногами запылал. Странный звук издавало ярко-алое пламя, стремящееся пожрать всё вокруг, включая меня.

Но страшно почему-то не было. Жёлтые глаза, как и царивший вокруг огонь, совсем не пугали. В них читались лишь боль и отчаяние. Странные чувства для всесильного дракона.

— Ты будешь служить мне, пока я не отпущу, — прошептал ящер и его голос был подобен шороху перепончатых крыльев. Такой же тихий и устрашающий. — Ты будешь повиноваться лишь моей воле и исполнять только мои приказы. Анкар станет залогом твоей клятвы.

Какой ещё клятвы? Я же ничего не говорила! И что ещё за анкар? Нечто в ладони раскалилось сильнее. Такое ощущение, что эта дрянь сейчас прожжёт руку насквозь! Какого тут происходит?! Это не похоже на обычную формальность!

— Кровь Древних скрепит клятву, — закончил дракон и наконец-то отпустил мою руку.

Ледяной ветер, о котором я совершенно забыла в окружении пламени, набросился как цепной пёс. Шум волн показался оглушительным. Но это было ещё ничего по сравнению с болью, пронизывающей руку. Я с трудом разжала ладонь, но она оказалась пуста. Никаких раскалённых предметов не наблюдалось, зато наблюдалась рана странной формы. Хотя, кажется, форма не странная. Это же очертания дракона. Довольно топорно исполненные, но вполне узнаваемые.

— Через пару часов заживёт, — сообщил дракон, пристально меня разглядывая.

— Это что вообще за дрянь?! Мало мне больной ноги, так теперь и рука.

— Что с твоей ногой?

— Не твоё дело! — рявкнула я, совсем забыв с кем разговариваю. Единственное, что меня оправдывает — боль. Она действительно была невообразимой.

— Что ты сказала?! — зарычал прынц.

— Больно, говорю, очень.

— А ты не сопротивляйся.

— Угу, помирай с радостью.

— Ты не умираешь, — со злостью и раздражением ответил он, потом выдохнул и куда спокойнее продолжил: — Пойдём, меня уже ждут.

И он потопал к двери, даже не оглянувшись, иду ли я за ним.

Ждали принца драконов почему-то в подвалах. Я тут была впервые и совсем не ориентировалась. Между тем мы только спустились, а уже успели трижды свернуть, кажется, направо. Или налево? Ну всё, обратно одна не выберусь. И что этому зануде здесь понадобилось?

Погружённая в свои мысли, я совсем забыла о необходимости обновлять обезболивающее заклинание, и тут же за это поплатилась. Из-за внезапной боли нога подвернулась, и я полетела вперёд, прямо на широкую спину прынца.

— Ой!

Он обернулся мгновенно, за какие-то доли секунды, и выставил руки, не позволив мне упасть, а заодно и коснуться себя. Заклинание целителей, которое я инстинктивно попыталась восстановить, рассыпалось. Волна высвобожденной магии прокатилась по коридорам подвала, натолкнулась на внешнюю защиту замка и помчалась обратно.

От прилетевшего отката у меня едва искры из глаз не посыпались. Да что же за утро нескончаемой боли?!

— Отдай! — меня неожиданно тряхнули за плечи.

— Чего? — я растерянно моргала, пытаясь прогнать круги перед глазами.

— Отдай артефакт, который ты только что использовала, — холодно потребовал дракон, в голосе которого слышалось нескрываемое презрение.

— Какой артефакт?

— Ну если ты хочешь, чтобы я это сказал… — протянул он, сильнее сжимая пальцы на моих плечах. — Ты напала на меня и использовала очень мощный артефакт, подозреваю, оставленный дроу.

— Совсем сдурел?! — от возмущения и неожиданности я опять забыла, с кем разговариваю. — Какой артефакт? Да нужен ты мне сто лет, на тебя нападать! Я просто оступилась, потому что нога болит. А высвободившаяся магия появилась из-за прерванного во время произнесения заклинания.

— Прерванного заклинания? — на губах прынца появилась высокомерная усмешка. — Не льсти себе. Мало кто из магистров способен одномоментно влить столько силы в свою ворожбу.

Тут я даже растерялась. Ещё никто, даже Юрэн, не ставил под сомнение наличие у меня сильного дара. Но растерянность быстро прошла, и сменила её злость.

— Если бы я хотела тебя убить, от тебя бы даже крыльев не осталось!

Заклинаний в моём арсенале было немного. А из тех, что не причинили бы вреда, но продемонстрировали силу, вообще одно. Им и пришлось воспользоваться.

Вокруг дракона, отсекая его от меня, замкнулась полупрозрачная сфера. Секунда, и сфера поднялась в воздух вместе с содержимым. Изнутри в тонкие стенки ударила странная энергия. Она была не похожа на привычные чары. В ней было слишком много могущества и необузданности.

Я знала, что драконы обладают иммунитетом к заклинаниям. И чтобы преодолеть этот иммунитет нужен по истине неисчерпаемый резерв магической силы. К счастью, в моём распоряжении таковой имелся.

Магия стекала с кончиков пальцев и вливалась в сферу непрекращающимся потоком, а дракон продолжал парить в воздухе, колотя кулаками по обманчиво тонкой преграде. Он что-то кричал, но заклинание отлично глушило все звуки. Ну и хорошо, а то бы сбежалась на шум охрана, и все воспитательные мероприятия насмарку.

Через пару минут игры с крылатой рыбкой в аквариуме голова закружилась, а ноги начали стремительно слабеть. Кажется, не такой уж и бездонный мой источник магии. Ладно, всё равно пора заканчивать, хорошенького помаленьку.

Помня о недавнем опыте, заклинание деактивировала аккуратно, чтобы не разлить энергию второй раз и не схлопотать по лбу раз в сто больнее. Да и вернуть хоть что-то обратно в резерв не помешает.

Дракон полетел вниз — своды были довольно высокие, метра три-четыре, но у самого пола извернулся и приземлился-таки на ноги. Поднялся во весь рост и та-ак посмотрел. В общем, мне показалось, что сейчас задушит. Или прибьёт. Или испепелит. Или сожрёт. Или как там крылатые ящеры расправляются с нахальными ведьмами?

— Выкинешь нечто подобное ещё раз, на цепь посажу, — прошипел прынц не хуже самой настоящей гадюки. — Поняла?

— Да, мессер, — я покладисто кивнула.

— Теперь за мной. И если хоть кто-нибудь об этом узнает…

— Точно не от меня.

Он не ответил, развернулся и зашагал вперёд с такой скоростью, будто за ним адские псы гнались. Зато у меня так бежать не получилось. Я всё-таки переоценила силы, и теперь даже простенькое заклинание, чтобы обезболить ногу, поставить не получалось.

— Можно немного побыстрее? — всё-таки не выдержал он.

— Нога болит.

— Так используй магию. У тебя же её много, — ядовито посоветовал дракон.

— Уже нет. Вся на вас, мессер, ушла.

Прынц резко остановился и оглянулся:

— Что с твоей ногой?

— Ударилась, — в горле запершило, и ответ получился сиплый и едва различимый.

— Покажи.

— Зачем это? — насторожилась я. Ещё не хватало, чтобы он увидел следы от когтей фурии. Тогда Рулу, а заодно и нам с дриадой может серьёзно попасть.

— Я могу помочь, — дракон подошёл ближе и выжидательно на меня уставился.

— Не надо, мне уже лучше. К тому же, как я могу показывать свои голые ноги совершенно постороннему мужчине? Да ещё при живом женихе.

— А если он станет мёртвым? — мрачно спросил прынц.

— От этого вы не перестанете быть посторонним, мессер.

— Отчего же, — он усмехнулся. И мне от этой усмешки стало так жутко, что захотелось развернуться и бежать отсюда куда подальше. И пусть эта дурацкая нога хоть отвалится по дороге — всё равно не остановлюсь.

— Мессер, вот вы где, а мы уже заждались, — из тени мрачного коридора вышел невысокий щуплый человечек с длинным тонким носом, большими круглыми глазами блёкло-серого цвета и седыми волосами, собранными в тонкую короткую косичку. Одет он был в белую мантию, без украшений и вышивок.

Какой странный тип. Интересно, кто это? За полгода учёбы я ни разу его не видела.

— Магистр Флавий, не стоило так утруждаться и покидать свою обитель.

— Таким старикам как я, полезны прогулки.

Флавий? Хм… знакомое имя. Только где я его слышала?

— Надеюсь, я не помешал? — старикашка бросил в мою сторону слишком уж откровенный для его возраста взгляд.

— Нисколько, — дракон немного сдвинулся, закрывая меня от странного магистра. — Думаю, нам не стоит тратить время на разговоры.

— О, конечно, прошу за мной. Я уже закончил обследование и готов поделиться результатами, — и старикашка неторопливо зашаркал по мрачным коридорам подземелья. Как раз подходящий для меня темп.

Почти сразу Флавий свернул в узкую дверцу, ведущую к лестнице, и мы спустились ещё на два пролёта ниже. Глубоко, однако, закопалась эта седовласая мумия.

Преодолев лестницу, мы оказались в ярко освещённой аудитории. Вполне обычной, надо признать — столы и лавки для студентов, книжные полки вдоль стен, шкафы с разнообразным магическим хламом, большая доска.

Всё как и везде, кроме одного — в дальнем углу, в стеклянном сосуде с желтоватой жидкостью, плавал скелет. Вокруг него причудливыми рыбками кружили внутренние органы. Человеческие. Так, и куда этот ящер меня затащил?!

— Прошу за мной, — подобострастно улыбнулся Флавий и прошаркал к неприметной дверце, расположенной прямо за странным аквариумом. — Я провёл полный осмотр.

— Нашли что-то интересное?

— Она умерла от большой кровопотери. Как и в предыдущих трёх случаях, характер повреждений и оружие совпадают.

— Если всё повторилось, зачем вы меня позвали? — нахмурился дракон.

— Не всё, — магистр многообещающе усмехнулся. — Есть кое-какое отличие.

Флавий отворил дверцу и сделал приглашающий жест.

Прынц без промедления зашёл внутрь, а вот мне как-то не очень хотелось. Разговор звучал подозрительно и наводил на безрадостные мысли.

— Мисс? — вопросительно посмотрел на меня старикашка.

— Может, я тут подожду?

— И как, в случае нападения, вы сможете отсюда защитить жизнь наследника?

— А вы собираетесь на него нападать?

— Я?! — возмутился Флавий.

— Кто же ещё? Никого, кроме нас, тут всё равно нет.

— Мисс Феннет, войдите, пожалуйста, — донёсся из неведомой комнаты раздражённый голос дракона.

Раскомандовался, птеродактиль ощипанный!

Не успела додумать эту мысль, как мне очень захотелось внутрь. И ноги, практически без участия мозга, понесли вперёд, к цели. Надо скорее попасть в эту странную комнату. Жаль не умею телепортироваться.

Едва не снеся магистра, я залетела внутрь и только после этого меня отпустила. Что это было?! И… почему так чешется обожжённая ладонь? Неужели этот паршивый змеёныш теперь может мной так просто распоряжаться?!

Я подняла голову и увидела ответ в глазах прынца. По спине пробежали мурашки. На лице дракона читались удовлетворение и облегчение. Так, мне срочно нужен учебник по ментальной защите!

— Прошу сюда, — окликнул Флавий, неспешно направляясь в дальнюю часть просторной ярко освещённой комнаты.

Только сейчас я обратила внимание на то, что стены были покрыты чем-то вроде кафеля, только без стыков и деления на плиточки. Белый гладкий материал должен был отлично мыться и судя по сливу в полу, делалось это регулярно.

Мебели тут почти не было, только небольшой металлический столик с какими-то инструментами, стеклянный шкафчик с баночками-скляночками и два длинных стола, на одном из которых лежало нечто, накрытое простынёй. И это нечто очень напоминало человеческое тело.

Мамочки! Это же морг! Нет, на такое я не подписывалась.

— Боевой маг испугался мертвеца? — насмешливо спросил дракон, с лёгкостью прочитав мои эмоции.

— Боевые маги ничего не боятся, — я сжала кулаки и порадовалась, что мы пришли сюда до завтрака.

— Это очень хорошо, — серьёзно проговорил прынц. — В ближайшие недели ты увидишь многое из того, что может напугать простого человека.

— Кх, — кашлянул магистр, — подойдите, пожалуйста, ближе.

И он отогнул край простыни, открывая лицо девушки. Зеленоватые волосы, заострённые уши, красивое лицо с тонкими губами — дриада. Белая, почти меловая кожа и какая-то неестественная неподвижность — вот и все признаки смерти. Будь на щеках чуть больше краски, и можно было бы подумать, что она просто спит.

— Не вижу отличий, — дракон окинул девушку равнодушным взглядом.

Флавий довольно улыбнулся и потянул ткань ещё немного. Теперь стало видно горло с широким разрезом от уха до уха. Я сглотнула. Никакой крови, но от этого было даже хуже.

— Посмотрите сюда, — магистр поднял прядь блестящих волос.

Под ухом у дриады проступала багровая отметина. Возможно, руна, но такую мы пока не проходили.

— На остальных телах точно не было ничего похожего? — нахмурился принц.

— На остальных телах были срезаны небольшие кусочки плоти. Как раз в этом самом месте. Я полагал, так убийца собирает трофеи. Теперь ясно, что это просто попытка замести следы и скрыть настоящий мотив.

— А что это за символ? — спросила я, не в силах отвести взгляд от странного знака, который, кажется, был выжжен на коже девушки.

Дракон с магистром посмотрели на меня как на табуретку, которая внезапно заговорила. Ну да, женщинам же не положено открывать рот без милостивого дозволения мужчин.

— Хм… трактовка символов, юная мисс, не моя специализация, — помедлив, ответил Флавий. — Думаю, вам лучше обратиться к магистру Лиену.

— Спасибо за совет, — ответил за меня принц. — Есть ещё что-то?

— Тело было обнаружено не на окраине города, а на пересечении Нота и Апелиона.

Я нахмурилась, но промолчала. Это же самый центр. А улица Нота очень короткая и едва ли не половину занимает Императорский Театр Иллюзий. То есть дриаду убили едва ли не у меня под носом. И это не говоря о том, что об опасности предупреждают вроде бы только фей.

— Значит, им помешали, — задумчиво протянул дракон. — Поэтому они не успели перенести тело и срезать символ. Её убили там же, где обнаружили?

— Насколько мне известно, следов крови там не было. Но лучше поговорите с инспектором Джасом.

— Обязательно поговорю, — он ещё раз осмотрел шею, непойми чему кивнул и уточнил: — Ещё какая-то информация будет?

Флавий довольно улыбнулся, обошёл тело и откинул простыню с ног.

— Полюбуйтесь, — магистр указал на маленькие стопы, испачканные землёй.

— Она пыталась сбежать?

— Всё намного интереснее. На пятках и пальцах есть повреждения — царапины и мелкие ссадины, которые жертва легко могла получить, убегая по мостовой от убийц. К тому же остались неглубокие порезы на ладонях и коленях. Как если бы она несколько раз упала во время побега. Но дело в другом.

Он замолчал, выдерживая паузу.

— В чём же? — нетерпеливо рыкнул дракон.

— Эти повреждения были получены после смерти, — торжественно объявил магистр.

— Как такое возможно?

— Если бы некроманты ещё остались в нашем мире, я бы сказал, что её труп подняли и заставили бежать.

— Только этого не хватало, — шумно выдохнул принц, потом уточнил: — Надеюсь, это всё?

— Теперь — да.

— Прекрасно, — он развернулся и направился к выходу. — Мисс Феннет, вы идёте?

— Так дриады и феи не просто пропадают? — спросила я, нарушив царившую тишину. Мы почти выбрались из подземелья и другого времени задать вопрос у меня могло не появиться.

— Не просто. Надеюсь, ты понимаешь, что это тайна? Если станет известно о смертях, начнётся паника, — дракон остановился и повернулся ко мне. — Никто не должен знать о том, чем я занимаюсь. Ясно? Ни слова о деле, даже намёка. Никому, даже твоему остроухому.

— Да поняла я, режим полной секретности.

Мда, молчать будет непросто. Особенно когда твоя лучшая подруга дриада.

Он пристально в меня вгляделся, потом не очень уверенно предложил:

— Если опасаешься случайно проговориться, я могу приказать через анкар.

— Спасибо, я сама!

Только не хватало очередного магического подчинения. Мне и одного раза достаточно.

— Я просто хотел помочь, — поморщился дракон. Видимо отказ прозвучал слишком резко. — Многим очень тяжело хранить секреты. Или ты не из их числа?

На что это он намекает? Неужели подозревает, что я не та, за кого себя выдаю? Надеюсь, нет. Ох, надо что-то делать со своими манерами, иначе встряну по полной.

— Никто от меня ничего не узнает… мессер, — запоздало добавила я.

Сегодня однозначно в библиотеку. Чую, справочник по этикету и учебник ментальной защиты станут моими настольными книгами.

— Когда мы наедине, можешь называть меня Ворн, — неожиданно предложил принц, всё это время разглядывающий меня с тем же интересом, что убитую дриаду.

— Разве это не нарушение правил?

— Ты только и делаешь, что нарушаешь правила. Одним нарушением больше, одним меньше — какая разница? — он безразлично пожал плечами.

Какой-то странный этот дракон. То ведёт себя как слетевший с катушек истерик, то спокоен как удав.

— Пойдём, сейчас не до болтовни. Надо успеть поговорить с инспектором.

— Мы в город?

— Нет, Джас должен ждать в кабинете директора.

Ну прекрасно! Очередная лестница. Нет, к вечеру у меня точно нога отвалится.

Инспектор оказался невысоким человеком с абсолютно невыразительной внешностью. Лучше всего ему подходило слово — серый. Причём это относилось как к одежде, так и к лицу. Единственное, что хоть как-то могло выделить его в толпе — взгляд. Маленькие, блёклые глаза землистого цвета смотрели холодно и неприязненно. Словно в каждом встречном он видел преступника.

— Моё почтение, мессер, — короткий поклон дракону и смазанный взгляд в мою сторону. Интереса я у инспектора не вызвала. Ну и хорошо.

— Доброе утро, — ответил принц и сразу перешёл к делу: — Рассказывайте.

— Вчера около полуночи городская стража совершала дежурный обход. Их внимание привлекли крики и шум. Когда стражники прибыли на место происшествия, то обнаружили тело дриады. Совершенно обнажённое. Она лежала посреди мостовой, лицом вниз, руки раскинуты, — он прервался и с сомнением добавил: — Ребята уверяли, что это выглядело так, будто она бежала и упала. Проблема только в том, что к тому моменту жертва была мертва и совершенно обескровлена уже не один час.

— Подозреваемые или свидетели есть?

— Время было позднее, — Джас покачал головой.

— Но откуда тогда шум?

— Видимо убийцы транспортировали тело, но что-то пошло не так. На месте мы обнаружили несколько свежих отпечатков, что даёт представление о количестве преступников.

— И сколько же их было?

— Трое.

Дракон задумчиво потёр переносицу.

— Кроме того мы установили личность жертвы.

— И кто она?

— Алтея ла Унэр, ученица второго курса. Предположительно пропала три дня назад в стенах Университета.

— Её похитили отсюда?! — принц подался вперёд.

— Именно, — с прежним хладнокровием ответил инспектор. — Поэтому у меня к вам вопрос, мы продолжаем держать происходящее в тайне или будут дополнительные указания?

Дракон зарычал и принялся мерять комнату шагами. Он о чём-то думал, и пока он думал ковёр директорского кабинета дымился, а в ворсе то тут то там вспыхивали искорки.

— Нам придётся усилить охрану Университета, — наконец проговорил он, остановившись, потом посмотрел на меня: — И сообщить, что одна из студенток пропала. Но о том, что она пропала здесь, никто знать не должен.

— Слушаюсь, мессер, — Джас поклонился. — Будут ещё распоряжения?

— Пока нет, мне надо подумать.

Инспектор ещё раз поклонился, коротко попрощался с драконом и вышел. На меня даже не взглянул.

Прынц между тем сделал ещё два круга и устроился в директорском кресле.

— Я тоже могу идти? — мне надоело топтаться без дела.

Он не ответил, продолжая задумчиво молчать, глядя в потолок. Кажется, вообще вопроса не услышал. Или решил не обращать внимания? Может, раз ему на меня настолько плевать, он не заметит моего исчезновения?

— Рождённые в Аларисе так не говорят, — через целую вечность произнёс принц, и я не сразу поняла, к чему это относится, — Откуда ты?

— Из Норта, — горло в очередной раз сдавило.

Он помолчал, потом устало махнул рукой:

— Иди. Только не забудь, никому ни слова.

— У меня подруга дриада.

— Университет будут охранять. Больше отсюда никто не пропадёт.

Я с сомнением хмыкнула, но промолчала. Ладно, пойду к себе, хоть переоденусь перед занятиями.

— На завтраке ты сидишь вместе с моей свитой, — уже в спину бросил дракон, и я едва не оступилась. Сижу с его свитой?! А ошейник на меня он надеть не хочет?

Ворн смотрел на закрывшуюся дверь. Магические цепи жгли плечи и грудь, но это был единственный способ снова не скатиться в безумие. Пока не найдут перстень, ему придётся их носить. Но это лучший из вариантов.

Он закрыл глаза, пытаясь прогнать образ хрупкой девушки, только что покинувшей кабинет. Но ничего не вышло. Она преследовала его с того момента, как он впервые увидел её. В затемнённой части сцены, за роялем. В совершенно вульгарном, безвкусном платье, которое даже с натяжкой нельзя было счесть приличным. К сожалению, другие наряды оказались не лучше. Сплошь мужские костюмы, излишне подчёркивающие, выставляющие фигуру на всеобщее обозрение. А то, в чём её заставили выйти на арену… это и одеждой назвать нельзя.

Ворн зарычал.

Он был бессилен прогнать её из своей головы. Взгляд, жесты, улыбка — всё это преследовало его и во сне, и наяву. Но хуже всего был запах. Он больше ничего не чуял, кроме девушки.

Дракон с силой надавил на виски. Нужно сосредоточиться на убийствах. Происходящее слишком опасно. Если отец окажется прав… воспоминания об отце воскресили замученное лицо матери. Её тонкие руки со следами цепей на запястьях….

«Выкинешь нечто подобное ещё раз, на цепь посажу» — собственный голос прогремел в ушах колокольным звоном. Ворн стиснул зубы и ударил кулаком по столу.

Нет, он не будет таким, как отец. Он не заставит её силой быть рядом. Никогда. Сегодня он просто сорвался. Подумал, что она пытается его убить. Утихшая было ненависть пробудилась и захлестнула с такой силой, что он едва мог соображать. И это при том, что цепи сдерживали эмоции. Представить страшно, что было бы, не отыщи Дагмар это заклинание.

Повезло, что она оказалась такой сильной. Дракон улыбнулся, вспоминая окутавший его поток магии. Но тут же помрачнел. Теперь понятно, зачем она нужна дроу. Лживые твари!

Второго удара столешница не выдержала и треснула.

Нет, надо успокоиться и вернуться к убийствам. И для начала придётся найти символ, выжженный на шее дриады. Значит, вечер он проведёт в библиотеке… Наверное, она часто бывает там. Дагмар говорил, Дана хорошо учится.

Дана… он скривился. Это было не её имя. Она врала. Зачем? Её заставляет дроу? Вряд ли, она не похожа на девушку, которую можно легко заставить. Или ушастый ей врёт? Вот это куда вероятнее. Но ничего, это пока. Скоро анкар приживётся, и татуировки потеряют над ней власть. Тогда и поговорим.

Ворн зло усмехнулся.

7.2

— Ты хоть поспать успела? — спросила Хелла, когда я вернулась в комнату. Дриада стояла у распахнутого шкафа и перебирала платья.

— Немного.

Я упала на кровать и закрыла глаза. Чтоб этому дракону провалиться! Мало было неприятностей, так теперь ещё и серийного маньяка втайне держать.

Кровать скрипнула под тяжестью котёночка. Щеки коснулся пушистый бок. Мантикор неспешно добрался до раненной руки, мокрый нос уткнулся в обожжённую кожу, и противная ноющая боль стихла. С болью ушли тревога и усталость. Как же хорошо.

— Дана, ты это видишь? — удивлённый голос Хеллы выдернул меня из блаженного забытья.

— Что? — я открыла глаза и изумлённо уставилась на Тошку. Крылья мантикора светились нежно-фиолетовым, когти горели чёрным огнём, в глазах появилось беспокойство. — Ой, а что это с ним?

— Поздравляю, теперь у тебя официально есть фамильяр, — ответила дриада, не торопясь подходить ближе. — Очень необычный фамильяр.

— Почему необычный? — я погладила котика по загривку. От шерсти в разные стороны полетели фиолетовые искорки.

— Во-первых, он слишком маленький, в таком возрасте магическая связь обычно не устанавливается, рано ещё. Во-вторых, в нём слишком много силы.

— Может, это моя? Просто ему передалась. Маги же с фамильярами делятся энергией.

— Нет, — подруга отрицательно покачала головой. — У фамильяров другая магия, её сразу чувствуешь. Надо будет с Рулом поговорить и узнать, где он его подобрал.

— Поговори. А мне решительно всё равно, правильный у меня фамильяр или нет. Самое главное, больше не надо его прятать, — я немного подумала и спросила: — Можно взять Тошку с собой на занятия?

— Если он согласен — пожалуйста. Можете хоть совсем не расставаться.

— Отлично!

Ну хоть одна хорошая новость.

На моё счастье прынц на завтрак не явился, и я со спокойной совестью села с друзьями. Вниманием Рула тут же завладел Тошка. Зоомаг принялся с интересом осматривать новоиспечённого фамильяра и удивлялся произошедшему ещё сильнее дриады.

Пока Рул с Хеллой восхищались млеющем в лучах славы мантикором, Нирэл пристально меня разглядывал.

— Ты чего? — не выдержала я. Есть под изучающим взглядом эльфа было невозможно.

— Твоя аура изменилась. И татуировки, — помедлив, ответил друг. — Ворн что-то сделал?

Я молча показала обожжённую ладонь.

— Идиот, — Нирэл помрачнел.

— Что это такое? Хоть ты объясни.

— Это повод для начала очередного конфликта между драконами и дроу.

— Яснее не стало, — я придвинулась ближе. Эльф говорил негромко и явно не хотел, чтобы друзья нас услышали.

К счастью, Рул с Хеллой были слишком увлечены Тошкой, а Тара и вовсе не было. Дроу обычно не ходил на завтрак, предпочитая поспать лишний час.

— Это анкар, — ещё тише ответил Нирэл.

— Ты издеваешься?

— Ну хорошо, — вздохнул он. — Это, своего рода, клеймо. Метка принадлежности. Такую ставят на самых приближённых слуг, иногда на наложниц.

— Чего?!

— Будем считать тебя слугой, — деликатно решил эльф. — Но суть от этого не меняется, теперь Ворн имеет над тобой власть. Ты не сможешь противиться его приказам.

— А при чём тут дроу?

— При том, что ты невеста первого мечника Дома Теней. Дав тебе анкар, Ворн бросил Арэиену вызов. Не прямо, конечно, но по-другому расценить этот поступок трудно, — друг вздохнул. — Вообще не понимаю, как клеймо прижилось. Татуировки должны были тебя защитить.

— И что теперь будет? Ну, когда Рэй узнает об этом?

Может, забинтовать пока руку? Или начать носить перчатки?

— Он уже знает, — вздохнул Нирэл и выразительно посмотрел мне за спину.

Я оглянулась, не ожидая увидеть ничего хорошего.

Двери небольшого зала, служившего столовой, были распахнуты, и в них хорошо просматривался просторный холл с мозаичной плиткой на полу и высокими витражными стёклами. Сейчас посреди холла стояли напротив друг друга Ворн и Рэй. Разделяло их чуть меньше метра. Они о чём-то говорили. Вроде бы спокойно, но мне хватило одного взгляда на дроу, чтобы понять — он в бешенстве.

— Ой, — я попыталась встать со стула, но Нирэл положил руку мне на плечо, останавливая.

— Не вмешивайся.

— Почему? Они же друг другу в глотки вцепятся!

— Не вцепятся. Королевская свита и другие дроу не позволят.

Я только сейчас заметила, что со стороны Рэя собралось немало тёмных эльфов, а за плечами Ворна стоял Дагмар и ещё несколько мужчин, скорее всего, тоже драконы.

— Но… — оставаться в стороне было совестно. В конце концов, это же всё из-за меня.

— Дана, не лезь. От твоего присутствия будет только хуже. Они оба начнут злиться сильнее. К тому же, Арэиен не сможет отказать тебе в просьбе, что сделает его слабаком в глазах драконов.

— Я не собираюсь у него ничего просить!

— Даже не ввязываться в драку? — прозорливо уточнил эльф.

— Ну-у, — растерялась я, а потом забеспокоилась ещё сильнее. — Они что, драться собираются?

— Если останешься сидеть здесь, до этого может и не дойти. Если побежишь туда, точно будет дуэль.

— Как же всё сложно! — я закрыла лицо руками, пытаясь хоть немного успокоиться.

7.3

— Мяу! — мягкая лапа коснулась плеча.

Стало полегче.

— Спасибо, — я погладила Тошку и посмотрела на невозмутимого эльфа:

— А избавиться от этого анкара можно?

— Только если Ворн снимет. Но это вряд ли.

— Почему?

— У него есть хорошее обоснование своего поступка.

— Это какое же?

— Ты почти полноправный член дома дроу. То есть опасна для него. Анкар в этом случае служит единственной гарантией того, что ты не попытаешься убить своего подопечного.

— Он меня боится? — несмотря на ситуацию мне стало смешно. — Большой и сильный дракон испугался первокурсницы, которая мечи толком держать не умеет?

— Ты себя недооцениваешь, — усмехнулся Нирэл. — И я не сказал, что Ворн тебя боится. Я сказал, что это может быть достаточным обоснованием для использования метки.

— Дроу с этим согласятся?

— Дроу, вероятно, да. А вот Арэиен вряд ли.

— И чем это кончится?

— Сейчас узнаем, — Нирэл ободряюще улыбнулся и тут же отодвинулся от меня.

Зато Тошка прижался к руке и воинственно распушился. Чего это он?

Вообще-то маги способны обмениваться со своими фамильярами мыслями, но нам с мантикором до этого было ещё далеко.

— Надо поговорить, — Рэй, беззвучно подошедший к нашему столу, выглядел спокойным и даже немного отстранённым. Правда, под его взглядом татуировки запульсировали, а клеймо дракона раскалилось.

— Где? — я обречённо вздохнула и встала.

— Пойдём, — он взял меня за руку. За ту, на которой всё сильнее разгорался анкар.

Но стоило эльфу коснуться знака, как тот мгновенно затих.

Я удивлённо посмотрела на Рэя, но пока вопросов решила не задавать. На нас и без того все пялились. А уж когда пришлось пройти мимо драконов, так у меня, кажется, едва каменный пол под ногами не оплавился.

И только Тошка, летевший рядом, беззаботно махал крыльями, сохраняя удивительное присутствие духа, и с любопытством поглядывал вокруг. Мантикора можно было понять — до сегодняшнего дня он почти безвылазно сидел в моей комнате и не видел замка и его обитателей. А тут такая возможность.

Пока я радовалась за фамильяра и старательно не замечала пристального внимания студентов, дроу не спеша дошёл до своей комнаты, открыл дверь и замер. Он был слишком напряжён, как будто опасался, что я сейчас испугаюсь и сбегу. У него там ров с крокодилами, что ли?

Справедливости ради скажу, в комнате Рэя бывать мне не доводилось, но не думаю, что там настолько ужасно. Или мне опять чего-то недоговорили? В любом случае, сейчас и выясним.

Хм, крокодилов нет, львов с тиграми, вроде тоже. Один Тошка, и тот вежливо приземлился на подоконник, поджал хвост и притих.

Рэй вошёл следом и закрыл дверь.

Я ещё раз огляделась. По площади комната была такой же, что и наша с дриадой. Только здесь стояла одна кровать и поэтому казалось, что места больше.

— Скажи, только честно, ты знала, что он собирается сделать? — спросил дроу, продолжая сжимать ручку только что запертой двери.

— Ты про эту гадость? — я раскрыла ладонь, демонстрируя не до конца заживший ожёг.

— Именно, — Рэй поморщился, ему было неприятно смотреть на метку.

— Нет, разумеется. Ворн просто вложил что-то мне в руку, а потом стало очень больно.

— Ворн?

— Прынц ваш.

— Он не наш. И я знаю, как его зовут.

— Я надеюсь, это не сцена ревности?

Дроу так пристально на меня смотрел, что захотелось провалиться сквозь землю.

— Рэй, прекрати! — не выдержала я.

— Я за тебя беспокоюсь, — помедлив, тихо проговорил он. — Рядом с ним ты в опасности.

— Надо было думать об этом, когда оставлял меня здесь одну сражаться с толпой боевых магов, — с обидой напомнила я. Ну правда, бросил с проблемами, а теперь наезжает.

— Никто из них не причинил бы тебе вреда, — отмахнулся он и наконец-то отпустил ручку двери.

— Откуда такая уверенность?

— Дана, ты правда считаешь, что я выпустил бы тебя на ринг будь хоть малейшая возможность того, что тебе причинят вред? — Рэй подошёл ближе. В тёмных глазах застыло беспокойство. Правда, оно там было не одно, но разобраться в остальных чувствах дроу у меня не вышло.

— То есть ты за моей спиной сговорился с этими… индивидами?! — возмутилась я. Вот, значит, почему он не переживал. Просто попросил больших страшных дяденек не обижать маленькую глупую девочку.

— Ты очень талантлива, но пока против боевого мага с опытом у тебя очень мало шансов. К тому же, я и в кошмарном сне не мог представить тебя рядом с… драконом.

— А сразу предупредить не мог? Я, между прочим, думала, что это всё взаправду, — мне всё-таки было обидно. Пусть дроу и прав.

— Юрэн сразу бы догадался, — Рэй улыбнулся и коснулся моей щеки. — Не злись.

— Я не злюсь, но лучше о таком всё-таки предупреждать. И вообще, если бы ты остался, у меня точно не появилось бы это, — я осторожно коснулась драконьей метки. Уй, ещё болит.

— Тут ты совершенно права, извини, — он убрал руку от моего лица и сделал шаг назад. Серые татуировки, украшавшие тело дроу, внезапно потемнели, и кожа под ними словно бы омертвела.

Арэиен отодвинулся ещё немного и прикрыл глаза, пытаясь успокоиться.

— Рэй? — перемена в его внешности произошла как-то слишком уж внезапно и быстро.

— Извини, давай поговорим вечером. Я немного переоценил свою выдержку.

— Ты о чём?

— Вечером.

Не успела я опомниться, как вместе с Тошкой оказалась в коридоре. Стоило двери за нашими спинами захлопнуться, как из комнаты Рэя донёсся оглушительный грохот. Ну вот, теперь хоть руку вместе с этим проклятым клеймом отрубай!

Однако вечером мы так и не поговорили. Как и на следующий день. Рэй опять пропал. При этом Тар ничего внятного по этому поводу сказать не мог и старался как можно быстрее сменить тему. У прынца тоже внезапно обнаружились какие-то важные дела, и он вернулся ко двору. В общем, оба испарились почти на неделю. И если отсутствию дракона я только радовалась, то исчезновение Рэя беспокоило. А ещё из головы не выходил образ убитой дриады. Что если Хелла станет следующей?

Наверное, если бы не Тошка, я бы точно сошла с ума. А так мантикор отвлекал на себя практически всё внимание. Став фамильяром, он принялся расти какими-то противоестественными темпами. За неполных пять дней котёночек превратился в небольшого телёнка, и в нашей с дриадой комнате внезапно стало тесно.

Рул приходил осматривать фамильяра каждый вечер. При этом он утверждал, что такого не бывает, смотрел на меня с подозрением (будто опасался, что я Тошку какими-то магическими стероидами кормлю) и уходил рыться в учебниках по зоомагии.

Из-за непомерных размеров, не все преподаватели соглашались пускать мантикора на занятия. И первым запретителем, разумеется, стал Юрэн. Хотя его собственная змеюка была больше Тошки раза в два.

Вот и сегодня пришлось оставить несчастного фамильяра томиться в четырёх стенах, а самой идти на боевую магию, стоявшую первой парой. Было грустно. По витражным окнам замка стекали капельки дождя, на улице стояла непроглядная ночь — небо в столице светлело ближе к обеду, а тусклый свет факелов не столько освещал, сколько наводил тоску.

Рэя не было уже шестой день. И мне его ужасно не хватало. Сама не ожидала, что буду так сильно скучать по дроу. Можно было, конечно, списать всё на татуировки, но за последние дни я такую ментальную защиту выстроила, что едва совсем их не лишилась. Пришлось даже к Тару за помощью бежать и выяснять, чего они так побледнели.

Жаль только дурацкий анкар не бледнел и исчезать не собирался.

— Феннет, живее!

От резкого оклика я вздрогнула и наконец-то вынырнула из потока разрозненных мыслей. Надо же, вот и зал для тренировок. Даже не заметила, как дошла.

— Разобрали мечи, разбились по парам, — прогремел голос магистра Юрэна, эхом заметавшийся по каменным сводам.

Я скривилась и поплелась к оружейным стойкам. Ну зачем боевому магу махать железками? Что за блажь? Можно же издалека шарахнуть чем-нибудь помощнее и никаких проблем.

— Сегодня отрабатываем технику. Так что забудьте про магию, — добил магистр.

Ещё лучше.

— Феннет, шевелись, пора оправдать славу лучшего бойца школы. Будешь работать с Гремом.

Я едва мечи не выронила. Грем — это двухметровый орк, размером с небольшую гору. Да он тяжелее меня раза в четыре!

И роль массы тела в обычном бою никто не отменял. С ним даже дроу без магии сражаться не любят — если от такого удар пропустишь, мало не покажется. И это при их ловкости! А для меня орк — худший противник из возможных. К тому же у Грема немалый боевой опыт, как и у всех зеленомордых. Они едва ли не с рождения в войнах с соседними племенами участвуют. А у меня даже ни одной приличной уличной драки не было.

— Феннет не тяни единорога за самое дорогое, — поторопил магистр.

Я поудобнее перехватила клинки и подошла к орку. Грем смотрел с нескрываемым презрением и бросал злобные взгляды на Юрэна. Конечно, с бабой заставили сражаться, унизили.

— Бой! — без предупреждения и подготовки скомандовал магистр.

Над моей макушкой мелькнула секира. Когда орк успел занести её для удара — даже не заметила. За что едва не осталась без головы — тренировочные бои проводились с настоящим оружием.

Второй удар должен был прилететь по плечу, но я успела увернуться и даже царапнула орка кончиком меча по предплечью.

Грем негодующе взревел и начал рубиться по-серьёзному. Пришлось туго. Я металась внутри очерченного круга, уворачиваясь и нанося ответные удары, которые только злили громилу — причинить ощутимого вреда они не могли.

— Стоп! — прогремело едва ли не у самого уха.

Я облегчённо выдохнула. Неужели пережила? Невероятно. Никогда бы не подумала, что смогу так быстро передвигаться.

— Я что сказал, Феннет?! Кто разрешил тебе использовать магию?

— Я не использовала.

— Да неужели? Думаешь, я слепой?! — он указал на мои руки.

Ох ты ж… Серые, почти незаметные татуировки сейчас блестели и переливались, словно расплавленное серебро. При этом ничего особенного я вроде бы не чувствовала.

— Она не может это контролировать, никто не может, — вмешался один из дроу. Кажется, Эйнар. — Татуировки — не просто рисунки, вам ли не знать.

— Проклятые бабы, — едва слышно процедил магистр и куда громче добавил: — Ну раз уж это ваши татуировки, ты с ней и вставай в пару.

Эйнар спокойно кивнул и сменил Грема.

— Бой! — скомандовал Юрэн, не успели мы обменяться приветственными кивками.

Эйнар двигался намного быстрее орка, зато не отличался его силой и пропустить удар от такого противника казалось не так фатально. Но когда через минуту клинок противника замер у моего горла, я поняла, как ошибалась. Это для орка скорость и ловкость, которую подарили татуировки, была запредельной, а вот для дроу ничего особенного.

— Арэиен плохо тебя учит, — со смешком проговорил Эйнар. — Неужели ты ему совсем недорога?

Ну началось. Теперь этот гад обязательно ввернёт пару шуточек на эту тему в разговорах с другими дроу, это дойдёт до Рэя, и тот загоняет меня до полусмерти. Если Арэиен вообще вернётся.

Я тоскливо вздохнула, но тут же собралась. Сейчас не место и не время сопли распускать. Кое-как собравшись, я вспомнила всё, чему меня учили, и вернулась в круг ринга. Добраться до шеи Эйнара, конечно же, не получилось, но хотя бы не позволила дроу второй раз обозначить смертельный удар.

Когда прозвенел гонг, говоривший об окончании занятия, я едва стояла на ногах.

— Ужасно, Феннет, — оценил мою работу магистр. — Повезло, что твоя должность — лишь дань традициям и по-настоящему никого защищать тебе не придётся.

Я молча вернула мечи на стойку и вышла из зала, сопровождаемая насмешливыми взглядами одногруппников. Но мне было плевать. И не только на одногруппников, а вообще на всё и всех. Так что вместо того чтобы бежать в другое крыло замка на историю магии, я отправилась в комнату мыться. Сегодня не тот день, чтобы сидеть в мокрой, плохо пахнущей одежде полтора часа и слушать заунывные рассказы о былых временах, когда драконы были больше, а орки добрее.

8.2

Едва не опрокинув алхимический аппарат с множеством трубок и большой стеклянной колбой, я вылезла из ванны и закуталась в полотенце. Немного полегчало. Правда, желание учиться всё равно не вернулось. Может, ну его? Прогуливать так прогуливать.

Ещё и представление вечером. Придётся идти в город. А там слякоть, нескончаемый дождь и ни единого лучика солнца. Ещё пару месяцев такой погоды и точно с ума сойду.

Я вздохнула и упала на кровать. Тошка тут же оказался рядом. Несчастные ножки скрипнули, но выдержали вес немаленького котика.

Мантикор уткнулся мордой мне в бок и замурчал. Кровать меленько завибрировала. Кажется, нам пора расширять комнату. С другой стороны, кот — это уютно. И чем больше этот кот, тем больше уюта. Я обняла Тошку за шею, прикрыла глаза, и сама не заметила, как провалилась в сон.

… темнота и тишина. Я поднесла руку к лицу, но не смогла разглядеть даже очертаний. Куда это меня занесло?

— Эй? — негромкий крик в мёртвой тишине показался оглушительным.

Сделала пару нерешительных шагов, выставив на всякий случай руки, чтобы ни на что не налететь. Пол оказался неровный, с выступами и рытвинами. Так и запнуться недолго.

За спиной послышался едва уловимый шорох.

— Кто здесь?

Всё мгновенно стихло.

Я замерла, ожидая новых звуков, но их не последовала. Потопталась на одном месте и снова сделала несколько шагов.

Шорох повторился и, кажется, стал громче. Мамочки! Я оглянулась, но ожидаемо ничего не увидела. И тут совсем рядом кто-то зарычал, а прямо передо мной вспыхнули огромные жёлтые глазищи. Чёрный, вытянутый зрачок разрезал радужку на двое, и в его глубине горело дикое, тёмное пламя. Удивительно, но этот чёрный огонь казался намного живее жёлтого, заполнявшего остальное пространство глаза. А ещё он завораживал и манил к себе, во мрак.

Сбросить наваждение удалось не сразу. И когда это получилось от страха перехватило дыхание. Я попыталась закричать, но изо рта не донеслось ни звука. А между тем, дракон приближался. Он же сейчас меня сожрёт! Рука с клеймом неприятно заныла. В ответ на эту боль ожили татуировки. Стало легче, и страх немного отступил.

И в этот момент я вспомнила про единственного, кто мог помочь.

— Рэй!

Я проснулась от собственного крика. По спине катился холодный пот, руки тряслись, татуировки горели ярким серебристым светом. Тошка с беспокойством вертелся рядом, выбивая из кровати скрипучие стоны.

— Всё хорошо, не беспокойся, — хрипло проговорила я и закашлялась.

Только кошмаров для полного счастья не хватало. Ещё и таких реалистичных. Мантикор подлез под руки, вынуждая обнять. Я послушно прижалась к пушистой морде, немного полегчало. Надеюсь, Арэиен скоро вернётся. Арэй… кто бы знал, что мне его будет так не хватать.

Дверь комнаты внезапно распахнулась. Я с надеждой вскинула голову, а вдруг, чем драконы не шутят, Рэй вернулся. Но нет, это оказалась дриада. Непривычно бледная, со щеками мокрыми от слёз и покрасневшими глазами.

— Что случилось? — я подтянула полотенце — надо бы уже одеться, и подошла к подруге.

Хелла, ничего не говоря, уткнулась мне в плечо и разрыдалась.

— Хел, ты чего? С Рулом, что ли, поругалась? — растерянно спросила я. Никогда не умела успокаивать. И вообще не знаю, как вести себя в таких ситуациях.

Она замотала головой, продолжая плакать.

— Ну… может воды хочешь? Или присесть?

Ответом были новые всхлипы.

Через пару минут мне всё-таки удалось усадить её на кровать. После чего я сбегала к столу за водой и вручила дрожащей девушке наполовину наполненный стакан.

— Выпей, станет полегче.

— Не станет, — дриада упрямо замотала головой.

— Да что случилось то?

— Тэя, — выдохнула Хелла и разразилась новым приступом рыданий.

— Кто такая Тэя?

— Моя сестра… д-двоюродная, — сквозь плач ответила девушка.

— С ней что-то случилось?

— Её убили! — стакан выскользнул из рук дриады и со звоном упал на пол.

У меня перед глазами возникло тело зеленоволосой девушки. Неужели это была она? Как же её звали? Кажется, Алтея. Ну да, а Тэя — это сокращённый вариант.

— Откуда ты знаешь? — дрогнувшим голосом, спросила я. Ворн же велел всё держать в секрете.

— Родители сказали. А ещё велели молчать. Молчать о смерти! Как так можно! Она же не первая. Дана, ты же понимаешь, — Хелла внезапно прекратила плакать и схватила меня за руки, с надеждой заглядывая в глаза. — Ты же тоже понимаешь, что пропавшие дриады и феи не просто пропали? Их убили! Всех!

Она немного помолчала и быстро продолжила, глотая окончания слов:

— Драконы просят полной секретности. Обещают защитить нас, но как они нас защитят? Родители не должны были мне говорить, но они беспокоятся. Если это повторится, они заберут меня отсюда. Но как же остальные? Другие дриады ничего не знают! Как можно оставить их здесь в неведении?!

Я растерянно гладила подругу по спине и не знала, что сказать. Она была права и задавала справедливые вопросы. В отличие от меня. Я слишком легко согласилась держать всё в тайне, испугавшись воздействия через анкар. А надо было сразу ей всё рассказать.

— Хел…

От внезапно раздавшегося стука мы с дриадой одновременно вздрогнули.

— Это Рул. Хелла, ты там? У тебя всё хорошо? — голос зоомага звучал взволнованно. — Ребята видели тебя очень расстроенной.

Я вопросительно посмотрела на дриаду. Та, помедлив, кивнула.

— Да, мы здесь. Сейчас открою, — я быстро надела первое попавшееся под руку платье и побежала к двери.

— Что случилось? — встревоженный Рул вошёл в комнату и сразу же бросился к расстроенной дриаде. — Хел? Кто тебя обидел?

Девушка уткнулась ему в грудь, продолжая плакать. Прекрасно понимая, что зоомаг станет для подруги лучшим утешителем, я тихонечко забрала сумку с учебниками и вышла. Тошка остался лежать рядом с кроватью Хеллы.

8.3

В коридорах царило непривычное оживление, которое обычно случалось перед обедом. Но лично я в столовую не собиралась. У меня все мысли были только о мёртвой дриаде. Если местные власти до сих пор не нашли убийцу, значит, работают они не очень хорошо. И Ворн, который вроде бы должен следить за ходом расследования, исчез в неизвестном направлении. В общем, если я не хочу лишиться единственной в этом мире подруги, надо шевелиться самой.

Заодно отвлекусь от мыслей о Рэе и воспоминаний о безумном сне. До сих пор не могу забыть взгляд жёлтых глаз и мрак, таящийся в их глубине.

Я поёжилась, потом расправила плечи и зашагала в библиотеку. Не знаю, как буду искать этот дурацкий символ, но найду. Не зря же его так старательно срезали вместе с кожей несчастных.

Правда, придётся прогулять оставшиеся занятия, что было не в моих привычках. И за полгода учёбы я пропустила лишь те пару дней, что сидела с Тошкой. Но сейчас на кону чужая жизнь. А что до учёбы, то отработки ещё никто не отменял.

К вечеру я пересмотрела не меньше трёх справочников по рунологии и магической символики. Повезло ещё, что догадалась зарисовать символ в тот же день, когда увидела. Но, к сожалению, даже ничего похожего не нашлось.

По случаю наступления темноты в библиотеке зажгли свечи, и от тусклого света глаза очень быстро устали. Но никуда уходить я не собиралась. Хоть всю ночь здесь проторчу, но своего добьюсь!

Внезапно меня что-то отвлекло. Непонимающе подняла голову и столкнулась с лихорадочно горящими фиолетовыми глазами. Ещё не до конца осознав происходящее, я медленно встала и замерла. В паре метров от меня стоял Арэиен. Только за эти несколько дней он изменился до неузнаваемости.

Одежда висит на исхудавшем теле, по лицу, кажется, можно изучать строение черепа, тёмная кожа посерела до такой степени, что татуировки слились с ней, в глазах застыл безумный блеск.

— Рэй? — я нерешительно шагнула вперёд, а потом не сдержалась и бросилась ему на шею.

У меня было такое чувство, будто мы не виделись целую вечность. А ещё я сама не поняла, в какой момент дроу стал настолько мне дорог. Ведь если рассуждать здраво, наши отношения вряд ли можно назвать особенно близкими. Но додумать эту мысль я не успела. Она мелькнула где-то на краю сознания и тут же утонула в потоке невероятно сильных эмоций и ощущений.

Я прижалась к груди тёмного эльфа, слыша, как в висках всё сильнее пульсирует кровь, а сердце готовится выскочить из груди. Как же я соскучилась! Вот только… кажется, это не совсем мой Рэй. Я подняла голову, вгляделась в лицо, провела дрогнувшей рукой по гладкому подбородку.

Серая, сухая как пергамент кожа оказалась невероятно горячей, каменно-твёрдые мышцы словно растворились, оставив после себя лишь кости, на запястьях чётко обозначились широкие кровавые полосы. Сам парень еле держался на ногах. И только в горящих глазах бушевала невероятная сила.

— Что случилось? — я осторожно, боясь причинить боль, коснулась израненных рук.

— Ты меня звала, — ответил Арэиен, с жадностью всматриваясь в моё лицо. — Я слышал.

— Звала?

О чём это он?

— Тебе было страшно, я чувствовал.

— Страшно? А когда это было?

Он нахмурился, потом с усилием сглотнул и ответил:

— Не помню. Но я точно слышал твой голос. Поэтому пришёл.

Я выдохнула, пытаясь собрать разбегающиеся мысли. Хотя если честно, меня больше беспокоило здоровье дроу, а не причины, по которым он пришёл.

— Рэй, можешь объяснить, что с тобой произошло? Ты же сейчас упадёшь.

— Не упаду, — на потрескавшихся губах появилась тень прежней улыбки. — Пока ты рядом, я никогда не упаду.

Он помолчал, потом взял за плечи и, склонившись, спросил:

— Это же ты, Дана? Ты мне не мерещишься?

Лицо дроу было совсем близко, тонкие пальцы с невероятной силой впивались в кожу, а в глазах всё сильнее разгоралось безумие.

— Это я. Рэй, расскажи, что случилось? — я старалась говорить спокойно, но чем дольше мы разговаривали, тем яснее становилось — с Арэиеном приключилось нечто очень нехорошее.

Он не ответил. Взгляд стал стеклянным и устремился куда-то вдаль. И тут до меня дошло, что мы вообще-то находимся в библиотеке, которая по вечерам совсем не безлюдна. В общем, пора заканчивать бесплатное представление для всех желающих.

— Дай пару секунд, — я попыталась вернуться к столу, чтобы собрать вещи, но Рэй не пустил.

— Ты куда? — настороженно спросил он.

— Возьму сумку и пойдём отсюда. Поговорим там, где спокойнее.

Дроу вроде бы понимающе кивнул, но не отпустил. Пришлось отцеплять его пальцы от плеча, брать за руку и вместе идти к столу. И уже тут одной рукой собирать разбросанные пергаменты с записями. А между тем, желающих на нас попялиться становилось всё больше. Страшно представить, сколько завтра будет сплетен.

8.4

Из библиотеки я повела Рэя в его комнату. Можно было к себе, но не хотелось беспокоить и без того расстроенную Хеллу. Да и не уверена, что дроу сейчас безопасен для окружающих. Пока мы шли, он бросал такие взгляды на проходивших мимо студентов, что даже мне жутко становилось. А уж как шарахались бедолаги.

— Откроешь? — спросила я, когда мы добрались до нужной двери. Студенческие спальни запирались на магические замки, которые реагировали только на официально зарегистрированных жильцов.

Рэй непонимающе на меня посмотрел.

— Дверь откроешь? — пояснила я.

Всё то же недоумение. Не знаю, где его носило эти дни, но память там ему отшибло основательно. И такое ощущение, что с каждой минутой он всё сильнее утрачивал связь с реальностью.

— Смотри, надо просто положить руку вот сюда и повернуть, — я показала, что нужно сделать и к своему огромному удивлению услышала щелчок. Дверь открылась. Открылась, считав мою магию. А это ещё что за чудеса?

Ладно, завтра разберусь. Сейчас стоит сказать проведению спасибо и быстрее затолкать дроу в комнату, пока он действительно кого-нибудь не убил.

О том, что останусь наедине с профессиональным убийцей (а как ещё можно назвать первого мечника и боевого мага в одном лице?) я как-то не подумала. Хотя чему удивляться, знакомые всегда кажутся нам менее опасными, чем чужаки.

В общем, через минуту я оказалась в кромешной темноте — у Рэя на окнах висели плотные шторы. Хватка на запястье стала сильнее. По спине пробежал холодок, а к горлу подкатил противный склизкий комок. Стоило немалых усилий взять себя в руки и призвать несколько пульсаров, чтобы разогнать мрак.

Но как только комната осветилась, дроу сощурился и зарычал, закрывая лицо. Пришлось приглушить свет до полумрака.

— Может, присядешь? — предложила я и потянула его к широкому креслу в углу.

Ответом мне было молчание. Пришлось едва ли не силой тащить Рэя через всю комнату. В кресло он не сел, а упал. Путешествие от библиотеки до жилого крыла отняло у него последние силы.

— Иди сюда, — незнакомым, рычащим голосом проговорил он и утянул меня к себе на колени.

Рэю было плохо. И, кажется, он был ранен — на светлой рубашке кое-где проступили тёмные пятна.

Неужели они всё-таки подрались с Ворном? Если так, то это объяснило бы кровь, но почему Арэиен так похудел? И не могли же они пять дней драться. Или могли? Эх, не надо было мне оставлять дроу одного. Было же понятно, что он на пределе.

— Я могу чем-то тебе помочь?

— Побудь рядом, — попросил он, крепче прижимая меня к себе.

В тщетной попытке хоть как-то унять его боль, я дотронулась ладонью до раскалённого лба, и эльф облегчённо закрыл глаза. Попыталась использовать заклинание обезболивания, но ничего не вышло, оно просто не сработало. Зато внезапно ожили мои татуировки. Заплясали серебряными змеями и поползли к ладоням. Ненадолго замерли на кончиках пальцев и перетекли к Рэю, связывая нас.

В ответ на это тускло замерцали клановые знаки на коже самого дроу. Кажется, сработало.

И тут меня замутило, в голову словно раскалённые иглы вонзили, а глаза заслезились от тусклого света, показавшегося нестерпимо ярким. Я мгновенно погасила пульсары, стало легче. Но ненадолго. Буквально через пару минут меня захлестнуло волной первозданного животного ужаса, смешанного с дикой яростью, и повлекло в неведомую тьму. Перед глазами мелькали какие-то ящероподобные твари с обезображенными зубастыми мордами, измученные человеческие лица и странные знаки, похожие на тот, что был на шее убитой дриады.

Из липкой тьмы вязкого непонятного сна меня выдернул громкий, настойчивый стук. Я с трудом разлепила веки и вздрогнула, столкнувшись с взглядом фиолетовых глаз.

— Не пугайся, это снова я, — усмехнулся дроу.

Стук повторился. Дверь под сильными ударами задрожала.

— Кто это? — не представляю того смертника, который отважился ломиться ночью в спальню к тёмному эльфу.

— Сейчас выясним, — Рэй поднялся, продолжая держать меня на руках, потом аккуратно посадил в кресло и отправился открывать.

Выглядел он ненамного лучше, чем вечером, но на ногах держался увереннее и безумие в глазах, вроде бы, угасло.

Дроу неспеша отпер дверь, и в комнату хлынул тусклый свет, разрезанный длинными тенями. А затем я услышала яростный рык и быструю речь на салари. Ничего разобрать, разумеется, не получилось (надо срочно учить язык), но тон был малодружелюбный.

Я снова прислушалась. Хм, пусть смысл и непонятен, а вот говорившего узнать можно. Кажется, это наш дорогой и любимый прынц. Ты смотри, примчался. И дела государственные не помешали.

— Пусти! Я должен убедиться, что она в порядке, — внезапно перешёл на всеобщий дракон.

— Тебя? Без цепей и сдерживающих заклинаний? — насмешливо ответил дроу. — Даже не надейся.

— Ты для неё не менее опасен!

— Уже нет, — Рэй сохранял удивительное хладнокровие. Значит, действительно пришёл в себя.

— Не обманывайся, — слова Ворна смешивались с рычанием и понимать его становилось всё сложнее.

— Хочешь сказать ещё что-то, или на этом закончим?

— Мне надо убедиться, что она в порядке.

— Не надо, — и дроу захлопнул дверь перед носом дракона.

Я ожидала очередного приступа ярости, но ничего не произошло. Только анкар на мгновение нагрелся и тут же остыл.

— Рэй, что происходит?

Дроу устало ссутулился. Стало ясно, что этот разговор отнял у него немало сил.

— Ещё рано, поспи. А утром всё расскажу.

— Вряд ли я сейчас смогу уснуть.

— Ну хорошо, — с неохотой согласился он. — Только сразу предупреждаю, это будет не самая весёлая история из тех, что ты слышала.

— Я уже догадалась. И всё-таки, предпочту некрасивую правду, чем неведение.

— Ну не такая уж она и некрасивая, просто мрачная, — усмехнулся Арэиен и протянул мне руку. — Иди сюда.

Я встала, подошла к дроу и оказалась в его объятиях.

— Я очень скучал, — прошептал он мне на ухо. — Долго меня не было?

— Пять дней, а ты, разве, не знаешь?

— Не так уж и долго, — хмыкнул он, — а мне казалось, прошло не меньше месяца.

Он склонился и невесомым поцелуем коснулся моих губ. По телу пробежала дрожь. Но поцелуй как-то уж слишком быстро закончился.

— Спасибо, — проговорил он.

— За что? — я потянулась за его губами.

— За то, что спасла. Твой зов вырвал меня из небытия, — ещё один короткий поцелуй.

— Но что с тобой случилось? Это из-за анкара? — я задавала вопросы, ответы на которые были мне очень нужны ещё минуту назад. Но сейчас, когда дроу стоял так близко, в голове царил туман, и я с трудом понимала смысл своих же слов.

— Из-за анкара и проклятия.

— Какого ещё проклятия? — я наконец-то дотянулась до его губ. И этот поцелуй уже не был таким коротким.

— Дана, — шумно выдохнул Рэй через несколько минут.

— Я тоже соскучилась.

— Так ты ещё хочешь знать, где меня носило? — с улыбкой спросил он.

— Хочу. И у меня такое ощущение, что тебя носило не одного, а в компании Ворна. Зачем он, кстати, приходил? И откуда такая потребность меня увидеть?

— Когда ты успела так хорошо выучить салари? — удивился дроу.

— Зачем мне салари? В конце вы разговаривали на всеобщем.

— Нет, — он отрицательно покачал головой и сделал шаг назад, внимательно меня разглядывая, — мы не переходили на всеобщий.

— Рэй, прекрати так смотреть, а то страшно становится.

Мне действительно стало не по себе. Ещё и вспомнилось, с какой лёгкостью я открыла дверь чужой комнаты.

— Это не страшно, это закономерно, — помолчав, ответил он. — Но обычно такое происходит позже.

— Какое такое? — ещё немного, и точно сердечный приступ из-за всех этих недомолвок заработаю.

— Это последствие магической связи.

— Так это из-за татуировок? — я облегчённо выдохнула.

— Или из-за анкара. Ворн тоже прекрасно знает салари, — дроу помрачнел.

— А замок от твоей спальни тоже Ворна слушается?

— Ты о чём?

— О том, что я вчера открывала твою дверь.

— Это другое. Ты моя элера, по правилам университета у тебя есть право входить в мою комнату.

— А у тебя в мою?

— Нет, ты живёшь в ней не одна. Но давай вернёмся к салари. Можно посмотреть на клеймо? — он требовательно протянул руку.

Я пожала плечами и раскрыла ладонь, демонстрируя зарубцевавшийся ожёг, который в таком виде ещё больше стал напоминать дракончика.

Дроу брезгливо сморщился, разглядывая метку.

— Что скажешь?

— Ты точно не давала согласия на это?

— Как я могла дать согласие, если меня никто не спрашивал?

Что за глупые обвинения?

— Но ты и не сопротивлялась, — не унимался Рэй.

— Из слов Ворна я поняла, что это обязательная часть.

— Ясно, — он помрачнел ещё сильнее, в глубине фиолетовых глаз снова появился безумный огонёк.

— Давай лучше ты мне обещанную страшную сказку расскажешь, — я положила руки ему на плечи и заглянула в глаза. — А то ещё немного, и умру от любопытства.

9.2

Дроу с тоской посмотрел на меня, потом непойми чему улыбнулся и неожиданно проговорил:

— Ты сейчас со мной, остальное не имеет никакого значения.

Я недоумённо нахмурилась, и тут же оказалась в его объятиях.

— А как же сказка?

— Сказки положено рассказывать на ночь, — заявил он, подхватил меня на руки и положил на кровать

— Спать не буду!

— Я и не заставляю. Но тебе стоит немного отдохнуть, день будет насыщенным, — он невесело усмехнулся и опустился на пол рядом с кроватью: — Рискну предположить, Ворн просто так не успокоится.

— И чего мне ждать?

— Будешь до вечера ходить за ним хвостиком и выполнять всякие глупые команды.

— А как же занятия?

— Дана, кого из нас здесь не было? — фыркнул дроу. — Сегодня же суббота.

— Ой, у меня же вечером представление, а я платье новое так и не купила, — я попыталась сесть, но Рэй поймал меня за руку и спросил:

— Тебе что важнее, платье или узнать, почему наш дорогой принц за тобой по ночам бегает?

— Ну… это сложный вопрос, — улыбнулась я и поудобнее устроилась на чужой подушке. — Ладно, рассказывай. Ой… только надо ботинки снять, а то что это я на чужой кровати и в грязной обуви.

Эльф закатил глаза, а я принялась поспешно расшнуровывать высокие сапоги, совсем не сочетающиеся с платьем. С такими только штаны носить.

— У тебя красивые ноги, — неожиданно заметил Рэй.

Я оглянулась на довольного дроу, и поспешно одёрнула слишком задравшиеся юбки. Потом вспомнила обстоятельства нашего знакомства и насмешливо уточнила:

— А раньше ты этого не замечал?

— Замечал, но этим замечанием некогда было поделиться, — он вернул мне улыбку и продолжил: — Мне очень повезло, что ты не из нашего мира.

— Почему повезло? — я наконец-то избавилась от второго сапога и вернулась на мягкую подушку.

— Ты не скована драконьей моралью, как большинство человеческих девушек, и этим похожа на тёмных эльфиек. Но в отличие от них не настолько беспринципна.

— Если бы я была из этого мира, вряд ли бы мы вообще встретились.

— Кто знает, иногда боги любят шутить, — философски отозвался Рэй.

— Ну всё, хватит посторонних разговоров, переходи к интересному.

Дроу вздохнул, заботливо укрыл меня одеялом, вернулся на так понравившийся коврик у кровати и спросил:

— Что ты знаешь про иерархию драконов?

— Ничего, если честно. Как-то не интересовалась.

— Тогда начнём с неё. Тут ничего сложного, она похожа на нашу. Только вместо домов у них кланы. И степень родства, входящих в эти кланы куда шире и определяется цветом шкурки.

— Какой ещё шкурки?

— Драконьей, — ухмыльнулся эльф.

— Рэй! — возмутилась я.

— Я совершенно серьёзно. К какому клану принадлежит дракон, определяет его цвет. Например, Империей правят серые драконы, они же составляют клан Серых.

— И давно эти серые правят?

— С самого прихода крылатых ящеров.

— Откуда это они пришли?

— Из другого мира, так что у тебя с ними есть кое- что общее, — глаза Арэиена снова лихорадочно заблестели.

— То есть припёрлась кучка неместных и завела в целом мире свои варварские порядки?

— Вроде того.

— Какой знакомый сценарий, — хмыкнула я. — Но какое отношение зацикленность Ворна на мне имеет к иерархии драконов?

— Как я уже сказал, серые правили с момента прихода драконов и никому не желали уступать трон. Не удивительно, что вскоре нашлись те, кто захотел их подвинуть.

— Другой клан?

— Именно. Чёрные драконы. Если верить легендам, они были намного могущественнее своих собратьев и обладали уникальной магией, позволявшей им напрямую обращаться к Тьме.

— Если они были такими сильными, почему с самого начала не захватили власть? — удивилась я.

— Они были сильнее каждого из кланов по отдельности, но не всех сразу.

— И что мешало им найти союзников?

— Как понимаю, репутация. Видишь ли, эти события происходили очень давно и хроник тех времён осталось не так уж много.

— Но в конце концов, они всё-таки решились на бунт? — догадалась я.

— Да, — кивнул Рэй. — Началась кровопролитная война. Кое-кто из кланов всё-таки встал на их сторону, но таких оказалось немного.

— Долго это продолжалось?

— От полувека до тысячелетия. Тут источники сильно расходятся во мнении.

— Ничего себе разброс, — хмыкнула я и повернулась на бок. Так слушать было удобнее. — И чем всё кончилось? Чёрные проиграли?

9.3

— Не просто проиграли. Они потерпели сокрушительное поражение. Причём в дуэли, — Рэй замолчал, что-то обдумывая.

— Какой ещё дуэли?

— Обычной. Драконы вообще любят с их помощью решать все свои проблемы, — невесело улыбнулся дроу. — И в тот раз всё опять свелось к этому.

— Как одна дуэль может решить ход войны? — не поняла я.

— Легко, если это дуэль между главами кланов. Война слишком измотала обе стороны, и они решили прибегнуть к последнему средству — сойтись один на один. Победитель получал право властвовать в этом мире хоть до скончания веков, проигравший отдавался ему на милость вместе со всеми своими сторонниками, — голос Арэиена стал тихим и мрачным. Кажется, мы дошли до страшной части этой сказки.

— Что-то мне подсказывает, милости проигравшие не дождались.

— Не все. Когда предводитель чёрных драконов был повержен, серый пощадил его сторонников, но сам клан наказал.

— И что это было за наказание? — спросила я, не дождавшись продолжения.

— Дуэль проходила на Изнанке мира.

— Где?

— Изнанка мира — пространство, по легендам, доступное лишь драконам. Именно оттуда открывается портал в их мир. Именно там они оказались, когда впервые ступили на здешние земли.

— И чем эта Изнанка так страшна?

— Там не существует времени. А значит, произнесённые заклинания и проклятия не имеют срока давности.

— Серый проклял восставших?

— Он отсёк им крылья. Точнее, он отсёк крылья поверженному противнику, но остальные чёрные тоже их лишились. Вместе с крыльями драконы утратили связь со своим звериным началом и потеряли над ним контроль. А заодно лишились практически всей своей магии.

— И что стало с ними потом?

— Тех, кто был в тот момент в зверином обличии, убили свои же. Обезумевшие ящеры уничтожали всё вокруг, не разбирая друзей и врагов. Правда, отлов чудовищ занял не один год и за это время пострадали многие. — Рэй неожиданно ухмыльнулся. — Но это ещё не самое интересное.

Я вопросительно на него посмотрела.

— Глава клана чёрных тоже обезумел, но прежде чем это случилось, он успел проклясть своего врага. Точного текста не сохранилось, но смысл примерно такой — «отныне и во веки веков никто, кроме истинных, не сможет дать вам потомства. Но все они будут разбросаны по мирам Великого Калейдоскопа, а сила вашей ненависти к ним будет равна силе вашей любви».

— И что всё это значит?

— А ты подумай, — Арэиен испытующе на меня посмотрел.

— Кто такие эти истинные? — хрипло спросила я, начиная понимать, к чему он клонит.

— До войны драконов можно было назвать однолюбами. Они встречали свою настоящую, как они её называли истинную, любовь и больше никто на целом свете не был им нужен. Если с этой истинной или истинным что-то случалось, они не могли больше никого полюбить, но это не мешало продолжению рода.

— После проклятия всё изменилось?

— Да, теперь никто, кроме истинных, не может дать потомство дракону. И сила их любви с тех пор действительно равна силе их ненависти. Самый известный пример — мать Ворна, наша императрица. Дорогой супруг превратил её жизнь в нескончаемую пытку. Она несколько раз пыталась покончить жизнь самоубийством. В итоге ей это удалось.

Повисла тишина. Дроу думал о чём-то своём, глядя в пустоту. А я вспоминала встречи с Ворном и с каждой секундой мне становилось всё страшнее.

— Нет, ерунда! Не могу я быть какой-то там истинной для дракона. Это всё бред! — возмутилась я.

Рэй молчал.

— Какие имеются доказательства?

— Ну начнём с того, что ты не из нашего мира.

— Ворн об этом не знает. По крайне мере, мне так показалось. А значит, он не считает меня своей истинной. Если бы считал, то сразу понял, что я неместная.

— Не думаю, что наследник знает об этой части поклятия.

— Ты знаешь, а он нет?

— Эта часть проклятия держится в строжайшей тайне. О ней знают Император, ограниченный круг приближённых и наши шпионы из числа их любовниц, — он презрительно скривился. — Ящеры слишком болтливы в постели. И кстати, именно из-за проклятия перемещение между мирами карается смертной казнью. Боятся, что кто-нибудь попытается вытащить истинную какого-нибудь дракона и шантажировать его или убьёт, чтобы прервать род.

— С такими законами драконы давно должны были умереть от старости и одиночества, — фыркнула я. — Или на крылатых смертная казнь не распространяется?

— Право получить истинную выдаётся лично Императором. За преданность и прочие выдающиеся заслуги. Отличный способ удерживать власть, не находишь?

— Угу, просто замечательный. Погоди, получается, я тоже в этот мир не просто так попала? Меня призвали! И ты знал?!

9.4

— Подозревал. После первой встречи с наследником, убедился. Думаю, ты была для него подарком. Поэтому Ворн ничего о тебе и не знал. Как и о том, что все истинные попадают сюда из других миров.

Рэй говорил спокойно, а вот меня переполняло столько эмоций и мыслей, что голова готова была взорваться. Я встала с кровати и зашагала по комнате, даже не ощущая холода каменного пола.

— Так ты знал и молчал?!

— Сейчас я не молчу.

— Но ты мог сказать раньше!

— Зачем? Чтобы ты боялась? Или считала себя от меня зависимой? До встречи с драконом ты знала, что если покинешь Империю, сможешь отказаться от татуировок и жить спокойно. Теперь ты знаешь, что это превратит тебя в лёгкую добычу для Ворна. К тому же я был уверен, что здесь не появятся драконы. Их здесь не обучают. Никого, кроме наследника, — дроу устало потёр лоб и добавил: — Да и он появляется очень редко.

— То есть мне повезло? — ехидно спросила я, чувствуя, как в груди разрастается злость. Злость на Рэя, драконов с их проклятиями и вообще весь этот мир!

— Тебе повезло не встретиться с ним сразу после перемещения, — холодно ответил Арэиен. — Анкар соединил не только тебя и дракона, мне тоже немного досталось… его эмоций.

— О чём ты? Это из-за анкара тебя так долго не было?

— Меня накрыло прОклятой драконьей магией. Я вынырнул оттуда только благодаря тебе. Ты позвала меня. Если бы не это, полагаю, мы бы сейчас не разговаривали.

— То есть я виновата, что ты едва не умер? — теперь злость смешалась с раскаянием.

— Благодаря тебе я выжил. А в том, что едва не умер, виноват только Ворн. Во всём этом виноват Ворн, — резко проговорил дроу и поднялся с пола. — Но это не отменяет того, что мне следовало рассказать тебе всё, как только дракон появился.

— Почему ты этого не сделал? — спросила я тихо, злиться на Рэя стало просто невозможно.

— Не поверишь, — он странно улыбнулся и привлёк меня к себе.

— После всего услышанного я даже в зелёных человечков с Альфа-Центавры поверю.

— В кого?

— Неважно. Так почему не рассказал?

— Испугался.

— Ты? Нет, вот в это точно не поверю.

— Я испугался, что Ворн тебя заберёт, — прямо ответил дроу и совершено серьёзно продолжил: — До той драки в переулке даже и не предполагал, насколько ты стала для меня важна. А потом… нужно было как можно скорее завершить обряд. Я не мог тянуть и тратить драгоценное время на объяснения.

— А после? Время было предостаточно.

Рэй не ответил, собираясь с мыслями. Прошла минута, затем другая. Я нетерпеливо переступила с ноги на ногу. Эмоции постепенно отступали, и снова стал ощущаться холод, царивший в замке.

— Сложно было предугадать твою реакцию, — наконец, проговорил он, потом заглянул мне в глаза и тихо продолжил: — Я не хочу тебя потерять. Дроу не драконы. Если ты захочешь уйти, я не смогу ничего сделать.

— Ты боялся моей реакции и не говорил. Что изменилось сейчас? — голос дрогнул. Спокойно смотреть в тёмно-фиолетовые глаза эльфа было невозможно. Чёрный огонь, горевший в глубине зрачков, притягивал, уговаривал забыть всё и жить дальше.

— У тебя появился анкар. Теперь ты связана с драконом. А ещё я на себе почувствовал силу проклятия и злости Ворна.

— Но… — я растерянно посмотрела на порезы, украшавшие руки дроу, — как же ты? Что будет с тобой?

— Подобного не повторится, — уверенно ответил Рэй. — Тогда я был не готов, сейчас всё иначе.

Он осторожно коснулся моей щеки:

— Не переживай за меня. Мы, тёмные эльфы, очень живучие твари.

Я закрыла глаза, пытаясь привести мысли в порядок. С одной стороны, Рэй кучу всего от меня скрывал. С другой, на данный момент от этой ситуации дроу пострадал больше всех. К тому же, кажется, я ещё не до конца поняла, как много он для меня сделал.

— Бух!

Я вздрогнула и оглянулась. В окно комнаты что-то врезалось.

— Стой здесь, — велел Арэиен и пошёл выяснять, что творится снаружи.

В стекло снова что-то ударилось. Дроу отодвинул тяжёлые портьеры и на мгновение замер в изумлении. За окном, активно махая крыльями, завис здоровенный мантикор.

— Тошка! — обрадовалась я.

— Тошка? — Рэй недоверчиво посмотрел на летуна. — Чем ты его кормила?

— Рыбкой. Ну чего ты стоишь, открывай, а то там ветер и дождь, ещё замёрзнет.

— Замёрзнет он, как же, — хмыкнул эльф, но послушно потянулся к щеколде. — Только сначала сама обуйся, а то не хватало ещё чтобы ты заболела.

Не успела я оглядеться в поисках сапог, как на меня налетел огромный кот и принялся с мурчанием облизывать.

— Фу, — я со смехом попыталась отпихнуть слюнявую морду, но теперь сделать это было практически невозможно.

Угомонился мантикор только через несколько минут. И то лишь потому, что пригрозила лишить его довольствия и обязать самостоятельно добывать себе пропитание.

— Мур, — обижено мяукнул он, потом плюхнулся на упитанную попу и неожиданно заговорил: — Хелла тебя мур ищет.

От изумления я едва не села на пол рядом с фамильяром. Потом посмотрела на Рэя и спросила:

— Ты это слышал?

— Что? — не понял дроу, с интересом разглядывающий котёночка.

— Тошка только что сказал, что Хелла меня ищет.

— Нет, не слышал. Фамильяра может слышать только его хозяин, — спокойно ответил он.

— Но это же невероятно! А ещё мне, наверное, стоит найти дриаду. Вдруг это важно.

— Ты хочешь уйти? Сейчас? — взгляд Рэя стал холодным.

— У Хеллы убили сестру.

— Это связано с исчезновениями лесного народа? — нахмурился он.

— Ага.

— Тогда иди, — немного подумав, ответил Арэиен, — только будь осторожна. Это очень непростая история и её затеяли очень опасные существа.

— Кого мне бояться, когда рядом Тошка? — я погладила мантикора по загривку, и в густой шерсти вновь зажглись фиолетовые искорки.

— Он не всегда рядом, — не унимался Рэй. — Тебе пора научиться себя защищать, сейчас ты находишься в ещё большей опасности.

Ну вот, опять завёл любимую пластинку.

— Я в опасности? Убивают, вообще-то, дриад и фей.

— Ты истинная Ворна, — эти слова дались эльфу непросто, — любой из его недоброжелателей захочет тебя или убить, или похитить.

Я закатила глаза:

— По-моему, ты слишком зациклился на моей безопасности.

— Зато ты на неё внимания не обращаешь. У тебя какие планы на завтрашний вечер?

— Пока не знаю. Надо ещё уточнить насчёт представления, но, кажется, завтра я не нужна.

— Прекрасно, тогда в восемь начнётся наш первый урок самообороны.

— Ну Рэй!

— Без возражений. А теперь иди и найди Хеллу, это может быть важно.

9.5

Всё-таки отвертеться от военной муштры не получилось. Хотя, я бы лучше с ристалища не вылезала, чем вся эта история с драконами. При мысли о том, что со мной могло бы стать, не проявись так вовремя дар, становилось плохо.

Погружённая в свои мысли я шагала вперёд. И только когда Тошка предостерегающе муркнул, вернулась в реальность. Вернулась и сразу же попятилась. У нашей с дриадой двери стоял Харг. Живой и практически невредимый, если не считать забинтованной головы. В руках орк держал здоровенный букет белых роз.

Меня он, к счастью, не заметил, благодаря чему я успела быстренько спрятаться.

Мда, кажется, теперь понятно, зачем меня искала Хелла. Но что делать? Подходить к орку опасно — приворотные зелья, особенно сильные, крышу начисто сносят. А между тем, надо как-то попасть в комнату. Хм… немного подумав, я решила, что разбираться с проблемой должен тот, кто её создал.

К Тару пришлось стучаться долго. Ещё бы, дроу в выходной вообще раньше полудня не вставал.

Когда же дверь открылась, вместо друга я увидела тёмную эльфийку, завёрнутую в одеяло.

— Тарэн занят, — раздражённо взглянув на меня, сообщила она и попыталась закрыть дверь. Но я успела вовремя поставить ногу на порог.

— Ради меня он освободится.

На красивых губах появилась высокомерная усмешка:

— Детка, ты себя переоцениваешь.

— Давай проверим?

— Ну проверяй, — она отошла в сторону, пропуская меня в комнату. Девушка была абсолютно уверена в своём превосходстве. Ну ещё бы, я на её фоне смотрелась бледной поганкой. Однако торжество эльфийки длилось недолго.

Далеко проходить я не стала, остановилась у самого порога и громко объявила:

— Харг очнулся.

— Что?! — Тар вскочил с кровати, опомнился и стыдливо прикрылся подушкой.

Я деликатно сделала вид, что ничего не заметила.

— Он же должен ещё в коме лежать.

— Что могу сказать? Любовь творит чудеса. В общем, жду в коридоре. Одевайся и иди разбираться с этим несчастным, а то я в свою комнату попасть не могу.

— Почему это я должен с ним разбираться? — возмутился Тар. — Да и как? Зелье ещё не готово.

— Предлагаешь натравить на него Рэя? А заодно рассказать, каким образом зеленомордый воспылал ко мне чувствами?

Эльфийка заинтересованно навострила ушки, ловя каждое слово.

— Кхм, — опомнился дроу, — подожди в коридоре. Я сейчас выйду.

Доверие — не самой сильной стороной его народа.

Пока мы с Тошкой ждали, небо за высокими окнами из непроглядно-чёрного превратилось в грязно-бурое. Светает. Надо бы успеть разобраться с орком до того, как студенты проснуться.

— Где он? — в коридор вышел растрёпанный эльф с красными глазами и в помятой рубашке.

— У моей комнаты караулит.

— Ну и натравила бы на него своего котика, — Тар покосился на Тошку.

— Не смешно.

— Кто смеётся? — настроение у друга было паршивое. Ну конечно, разбудили в такую рань ещё и шевелиться заставили. Просто форменное безобразие.

А я неожиданно поняла, что даже рада всей этой беготне. Пока занята, нет времени думать о всём том, что вывалил на меня Рэй. Не думать и не воображать мрачных перспектив на будущее — что может быть чудеснее?

— Останься здесь, — велел дроу, когда мы спустились на наш жилой этаж. — А лучше спрячься где-нибудь, чтобы Харг тебя не заметил, если будет мимо проходить.

— Где я тут спрячусь?

Коридор представлял собой длинную, всего один раз круто поворачивающуюся кишку, вдоль которой с двух сторон тянулись двери студенческих спален.

— Ну постучись к кому-нибудь и напросись в гости.

— В такую рань?

— Слушай, ты меня просила избавиться от орка, вот этим я сейчас и займусь. Всё остальное — твои проблемы.

После чего дроу развернулся и потопал «избавляться от орка», а мы с Тошкой остались посреди коридора. Не заметить нас мог только слепой.

Вернуться на лестницу? Но на лестнице мы тоже можем столкнуться. Я огляделась. Хм… кажется, здесь недалеко было несколько пустых комнат. Можно попробовать спрятаться в одной из них. Открыть спальню, в которой никто не живёт, под силу любому студенту. Магический след, конечно, останется, но что в этом такого. Спросят, скажу, что ошиблась дверью.

Идея мне понравилась, и я принялась за поиски. Тошка, разлёгшийся посреди коридора (кошки они и есть кошки, даже огромные) с интересом за мной наблюдал.

Однако пустые спальни решительно отказывались находиться. А время, между тем, шло. Вскоре совсем рядом послышались тяжёлые орочьи шаги. Коридор поворачивал под прямым углом, так что пока Харг нас с мантикором не видел, но это совсем ненадолго.

Ну всё, сейчас будет весело. Тошка, уставший смотреть на мои метания, неожиданно поднялся, подошёл к одной из закрытых дверей и ткнул в неё лапой. Я недоумённо посмотрела на мантикора. Он повторил свои движения.

— Туда?

— Быстрее мур! — отозвался шёпотом фамильяр.

Не веря своему счастью, я помчалась к указанной двери. Ручка повернулась с первого раза, и мы с мантикором оказались в безопасн…Ой!

Посреди необитаемой комнаты стоял практически голый (если не считать полотенчика, обёрнутого вокруг бёдер) Ворн. Мокрые, распущенные волосы отброшены назад, по светлой коже стекают капельки воды, в общем, кто-то только что выбрался из душа. Не мог посидеть там ещё пару минут? Я бы хоть сбежать незамеченной успела.

А вообще принц у нас ничего так. Даже мышцы имеются, несмотря на то что с виду качком он не выглядел. И лицо не такое хищное, как у Рэя. Так, куда это меня понесло? Мне не то что смотреть на это чудо, близко приближаться не стоит!

— Дана? — оторопело проговорил дракон и втянул носом воздух, будто принюхиваясь.

Я вцепилась в Тошкин загривок и вжалась в стену.

— Эм… извините, мы комнатой ошиблись. Ни в коем случае не хотели мешать вашим эм… водным процедурам. Не переживайте, мы уже уходим.

Я говорила и одновременно пыталась нащупать ручку двери, но это никак не получалось. Почему она вообще открылась, если здесь кто-то живёт?!

— Не бойся, — шепнул мантикор. — Ничего он тебе не сделает.

В глазах дракона тем временем всё сильнее разгоралось жёлтое пламя.

— Твой фамильяр прав, — с трудом выговаривая слова, произнёс наследник. — Я не причиню тебе вреда.

Я растерянно посмотрела на мантикора:

— Ты слышишь Тошку?

— Ну я же не глухой, — на губах появилось подобие улыбки, хотя сам дракон стоял в прежней позе и, казалось, боялся пошевелиться.

— Но никто, кроме хозяина, не может слышать фамильяра.

— Ты сейчас хочешь обсудить именно это? — уточнил наследник.

— Я вообще ничего не хочу обсуждать. И нам уже пора. Нас ждут.

— Кто? — по-змеиному прошипел Ворн, и я ощутила его горячее дыхание на своей щеке.

Дракон внезапно оказался совсем рядом. Руки упёрлись в стены по обе стороны от моей головы, пепельные волосы растрепались и свесились вниз, рассекая красивое лицо. Я сглотнула, чувствуя исходящий от ящера жар и ощущая едва уловимый запах лесного костра.

— Кто тебя ждёт? — повторил он, склоняясь ещё ниже.

— Тар, — я смотрела в жёлтые глаза, такие яркие и завораживающие… обладателю таких глаз невозможно врать.

— Кто такой Тар? — моего лба коснулась пепельная прядь.

Я отвлеклась, но дракон быстро поймал мой взгляд и повторил:

— Кто такой Тар?

— Тарэн, брат Рэя.

— И зачем он тебя ждёт?

— Он должен помочь избавиться от Харга.

— От орка? — дракон недоумённо нахмурился. — Зачем тебе избавляться от орка?

— Он меня преследует.

— Почему?

— Из-за любовного зелья.

— Ты опоила орка любовным зельем? — удивился дракон.

— Нет, он случайно попал под действие.

— Зачем ты вообще использовала любовное зелье?

— Не использовала. Просто нечаянно опрокинула на себя, — я говорила медленно, монотонно и практически не понимая собственную речь. Сейчас всё моё внимание было сосредоточено на жёлтых глазах и пламени, в них горевшем.

Дракон замолчал. Жар, исходивший от него, стал сильнее.

— Дана, откуда ты? — голос Ворна вырвал меня из блаженного небытия. Сколько я там пробыла и где это «там» находится было непонятно. Но очень хотелось обратно.

— Из комнаты Рэя.

Дракон снова замолчал. Ну и хорошо, теперь ничего не мешает оставаться здесь, в этом чудесном небытие, где нет ничего, кроме янтарного пламени.

— И что ты там делала? — в рычании слова угадывались с трудом, но смысл уловить получилось.

— Лежала, а потом…

Руку, которой я машинально гладила Тошку, словно молния ударила. Голова мгновенно прояснилась. Я наконец-то осознала, что в паре сантиметров от меня стоит разъярённый дракон, готовый, кажется, прямо сейчас откусить мне голову. Дракон, который умеет гипнотизировать и заставляет говорить правду!

Сердце от страха застучало сильнее, меня охватил настоящий ужас, и магия, которую я вроде бы давно приручила, снова вырвалась на свободу. Дар пробудился, и его сила за эти месяцы возросла. К счастью, на этот раз волна была только одна. Но и этого хватило с лихвой.

Дракона вместе с Тошкой и мебелью разметало по комнате. Замок содрогнулся, а в защитном куполе универа появилась здоровенная трещина.

Прынц неподвижно лежал под перевёрнутым креслом, а вот Мантикор оказался куда крепче и через минуту стоял рядом. Шатался, но стоял.

— Валим! — я вцепилась в котёнка, и мы, не оглядываясь, выбежали наружу.

Пронеслись мимо валяющихся в коридоре орка и дроу, добрались до родной спальни и наконец-то оказались в безопасности.

10.2

— Дана? — сонная дриада подняла голову с подушки. — Там в коридоре Харг.

— Всё в порядке, спи, — перешла я на шёпот.

Хелла кивнула и упала обратно на кровать. Я немного подумала и последовала её примеру. Мне надо хорошенько выспаться, а потом… потом я проснусь и, может быть, всё услышанное от Рэя окажется обычным сном.

— Дана, вставай. Уже вечер, — голос дриады доносился откуда-то издалека и слышать его сейчас очень не хотелось. — Работу проспишь.

— Какую работу? — сонно спросила я и попыталась спрятаться под одеялом.

— Любимую. Вставай или жить тебе на одну стипендию, — пригрозила подруга.

— Мне на работу к семи.

— А сейчас уже шесть. Вставай!

— Как шесть? — я откинула одеяло и села. Глянула в окно — обычная серость, которая сменяется только на ночной мрак. По такой погоде в жизни не определишь, сколько времени.

— Я проспала весь день?

— Ага. Рэй с наследником приходили, тебя искали, — доверительно сообщила Хелла. — Ох, какой же он… ммм…

Она мечтательно закрыла глаза.

— Кто именно?

— Ну уж точно не эльф. От него и раньше то мороз по коже шёл, а теперь даже подходить боязно. Не понимаю, как ты с ним на свидания ходишь.

— Я и не хожу.

— Ну конечно.

— Правда. У нас от силы было одно свидание. Остальное вообще не имеет к свиданиям ни малейшего отношения.

— Но ты же согласилась стать его невестой. Значит, не боишься, — Хелла поудобнее устроилась на моей кровати.

— Если кто меня и пугает, так это ваш наследник.

— Да он же лапочка!

— Угу. И эта лапочка умеет гипнотизировать взглядом, — хмуро сказала я.

— Так это правда, — непойми чему обрадовалась девушка.

— Ты знала?

— Не то чтобы прям-таки знала… слухи разные ходят. В том числе и про то, что драконы правящего клана могут заглядывать в души и заставлять говорить правду, но сами они не очень-то это афишируют.

— Считай, слухи подтверждены.

Я зевнула. Чувство было такое, будто проспала не больше пары часов. Ещё и голова разболелась.

— А по-моему, в мужчине должна быть изюминка.

— В этом не изюминка. В этом целый килограмм отборного винограда, — хмыкнула я и повнимательнее присмотрелась к дриаде. Глаза покраснели, лицо опухшее. Вот я молодец. Со своими проблемами совсем забыла про её горе. — Ты сама как? Хоть немного легче?

Хелла вздохнула и шмыгнула носом, мигом теряя всю весёлость:

— Не успокоюсь, пока этого мерзавца не найдут!

— Найдут, весь город на ушах, — я обняла подругу.

Дриада уткнулась мне в плечо и проговорила:

— У неё недавно поклонник появился. Не знаю, кто. Она в секрете держала. Но мне кажется, он как-то к этому причастен.

— С чего ты взяла?

— Интуиция.

— Ну… — растерянно отозвалась я, не зная, что сказать.

— Не веришь? Вот и следователь не поверил, — Хелла отодвинулась и скрестила руки на груди. — Но я-то знаю, что права.

— Я не говорила, что не верю. Просто это дело явно связано с остальными похищениями дриад, а там орудует целая банда. Если этот неведомый поклонник как-то с ними связан, для тебя это может быть очень опасно.

В отличие от следователя, я к интуиции подруги относилась с уважением — было время убедиться, что иногда она работает лучше любой предсказательницы. Но если Хелла действительно во всё это полезет, то может закончить точно также, как Тэя.

— Если я ничего не сделаю, она так и останется неотмщённой!

— Послушай, — я поймала руку дриады и крепко сжала, — то, что я скажу — тайна. И об этом никто не должен знать, даже Рул. Договорились?

— Разумеется, — быстро кивнула она, готовая слушать.

— Этим делом занимается не только полиция, оно на контроле у наследника. Обещаю, как только у меня появится возможность поговорить с ним наедине, я расскажу о твоих предположениях. А ты пока ничего не будешь предпринимать. Хорошо?

Хелла недоверчиво на меня посмотрела, быстро облизала пересохшие губы и порывисто кивнула:

— Хорошо. Но у тебя неделя. Если следствие не продвинется, я попытаюсь сама его найти.

— Продвинется, обещаю.

Я не врала. Теперь у меня просто не оставалось другого выхода, кроме как помочь Ворну. Только как? Весь мой детективный опыт сводился к просмотрам сериалов и чтению Агаты Кристи. Ладно, что-нибудь придумаем. А сейчас главное успокоить подругу и не дать ей сгоряча вляпаться в неприятности.

— Спасибо, я сделаю всё, что смогу.

Дриада в ответ тяжело вздохнула и устремила невидящий взгляд в окно, по стёклам которого струями лилась вода. В Драгонхейве опять шёл дождь.

— Смерти моей хочешь?! — не успела я переступить порог театра, как на меня налетел главный постановщик — тощий, высокий тип с вздёрнутым носом, похожий на одуванчик из-за невероятно густых ярко-рыжих кудрей. — Пять минут до начала, а нашего единственного пианиста нет!

— Уже есть, господин Грай, не кричите.

— Надеюсь, платье ты купила?

Упс. А вот про платье я совсем забыла.

— Нет, ты точно загонишь меня в гроб, — выдохнул он, потом махнул рукой: — Чего стоишь?! Иди переодевайся!

Я поспешила скрыться в гримёрке.

Представление прошло на удивление хорошо. И это при том, что спектакль оказался премьерой, а мне даже сюжет заранее никто не рассказал.

— Пойдём с нами, отметим, — в общую гримёрку заглянула Лия, магичка-иллюзионистка, отвечающая за главных женских персонажей.

В волшебном театре теней вместо кукол использовали мороки, и все актёры были маги.

— Да мне бы успеть до ворот универа, пока они не закрылись.

— Ой, только не говори, что не знаешь о тайном ходе, — отмахнулась высокая, ярко накрашенная брюнетка. — Пойдём, посидишь немного и пойдёшь. Ну давай, за компанию.

Я немного подумала и согласилась. После вчерашнего мне неплохо было бы расслабиться и хотя бы часок не думать о драконах с их проклятиями.

Это действительно подействовало. В веселье и шуме театральной труппы вообще очень сложно на чём-то сосредоточиться, кроме означенной труппы. Я даже не понимала, куда мы идём, пока впереди не показалась знакомая вывеска — «Грем и Гром». Кажется, кто-то сегодня объестся сладким. Я мечтательно прикрыла глаза, вспоминая десерт, которым угощал Рэй.

Правда этот образ живо воскресил в памяти то, что предшествовало нашим с дроу посиделкам, и сладенького резко расхотелось.

— Не хмурься, тебе не идёт, — на плечо упала рука Эльтера, одного из известнейших актёров театра. Рядом с высоким, рыжеволосым эльфом шла довольно улыбающаяся Лия.

— Ничего, вот дойдём до «Грема», и она развеселится, — подмигнула девушка и обняла остроухого за талию.

А Нирэл был прав, когда говорил о нравах актёров. Не будь Лия магичкой, и её немедленно заклеймили бы позором и заперли дома на всю оставшуюся жизнь.

Немного понаблюдав за коллегами — обычно мне было некогда участвовать в их празднествах, я поняла, что они ведут себя практически также, как люди в моём мире. То есть рядом с ними можно почувствовать себя как дома и даже немного забыться. Представить, что последних восьми месяцев в моей жизни не было. А что до странной одежды и обстановки, то будем считать это частью карнавала. В моём мире они не такая большая редкость.

То ли воображение у меня оказалось излишне буйное, то ли я просто очень сильно хотела сбежать от проблем, но результат оказался выше самых смелых ожиданий. Я очень легко забылась и развеселилась — танцевала, болтала, шутила, травила на ходу выдуманные байки… в общем, отрывалась по максимуму. И вернулась на грешную землю лишь в тот момент, когда бармен громко объявил, что заведение закрывается.

Сначала даже не поверила — почему так рано? Потом выглянула в окно и увидела предрассветное грязно-серое небо. Это ж сколько я здесь провела?! Хорошо ещё на учёбу не надо, но в универ всё равно как-то возвращаться. Или проще дождаться открытия ворот?

— Нам по дороге. Тебя проводить? — ко мне подошла Лия. Девушка совсем не выглядела уставшей. Всё такая же весёлая, бодрая и с идеальным макияжем. Сразу видно — это не первая её ночь в трактире.

— Проводить, — не стала я отказываться. — Только, наверное, не до универа, а до какой-нибудь забегаловки рядом, где можно будет позавтракать.

— Хм, — она нахмурила соболиные бровки, — есть одно местечко, но придётся с полчасика подождать открытия.

— Не проблема.

— Тогда пошли. Эль, не отставай, — магичка окликнула эльфа, который никак не мог расстаться с Гарри, нашим осветителем. Вид у последнего был страдальческий — остроухого чем-то не устраивала работа парня, и он постоянно донимал того замечаниями и советами.

— Пойдём, он догонит, — Лия цапнула меня за локоть, и мы вышли на улицу под моросящий утренний дождик.

Она оказалась права, не успели мы отойти от бара и на пару метров, как дверь отворилась, и показалась рыжая шевелюра остроухого. Рядом с ним шагал Лаэр, ещё один эльф и участник труппы.

Наша компания, весело болтая, свернула на центральную улицу и неспешно добралась до Большого перекрёстка.

— Как пойдём? — спросил Эль, оглядываясь на подругу.

— Только не через центр. Видеть его уже не могу, — поморщилась Лия.

— Слово дамы — закон, — улыбнулся остроухий, сворачивая налево — в северную часть города, где вообще-то было не очень безопасно. Но кого бояться четверым магам?

Мы забрели в самое сердце Улицы воров, когда совсем рядом раздался отчаянный женский крик.

— Кажется, это оттуда, — Эль указал на крошечный переулок, ведущий в тёмную подворотню, и первым бросился на помощь.

За ним последовал Лаэр. Мы с Лией отстали лишь на пару секунд. Воздух завибрировал от магии — кто-то из коллег создавал вокруг нас защитный барьер, кто-то подвешивал боевые заклинания, готовясь к сражению. Я и сама перебирала в уме скудный арсенал, концентрируя энергию в кончиках пальцев.

И всё это оказалось ненапрасным.

11.2

Мы подоспели в тот момент, когда троица непонятных личностей в чёрных плащах и с накинутыми на головы капюшонами, запихивала хрупкую, полуголую девушку в крытую карету. Девушка вырывалась, и её ярко-зелёные, стрекозиные крылья отчаянно били нападавших по плечам и спинам. Фея!

Лаэр среагировал первым, и с его рук сорвался поток серебристо-изумрудной энергии. В воздухе магия растянулась тонким широким пологом и накрыла похитителей. Но ничего, кажется, не произошло. Только один из негодяев отвлёкся от девушки и развернулся к нам. Лицо его, как оказалось, скрывала не только тень от глубокого капюшона, но и серая маска.

Следующее заклинание отправила уже Лия. Классический боевой «молот» — поток воздуха, который при прямом попадании мог не только сбить противника с ног, но и пробить насквозь незащищённое тело.

Похититель, видимо, был прекрасно знаком с заклинанием, с лёгкостью его отбил и ответил тоже чем-то из воздушной стихии, но намного мощнее. Я инстинктивно подняла руки и случайно коснулась защитного купола. Энергия с кончиков пальцев потекла в чужое заклинание, усиливая защиту. Это нас и спасло. Атака оказалась такой мощной, что толстенную каменную стену за нашими спинами пробило насквозь.

А меня наконец-то озарило. Я же могу делиться силой! Пусть сама заклинаний знаю немного, но рядом-то полноценные маги.

— Кому помочь? — спросила я у изумлённых коллег.

— Лаэру, — первой опомнилась Лия. — У него есть боевой опыт.

Я без споров положила руку эльфу на плечо и разрешила пить энергию.

Светло-ореховые глаза парня заблестели ярче, и он неожиданно упал на колени. Неужели поплохело? Но тут же выяснилось, что ему нужен был доступ к земле. Упершись ладонями в каменную мостовую, Лаэр что-то быстро зашептал на салари.

Пока маг был занят Лия с Элем перебрасывались заклинаниями с похитителем, а его сообщники почти запихали несчастную фею в карету.

Мне очень хотелось ей помочь, но сейчас я могла только делиться силой. Кажется, Рэй прав, мне надо учиться. И не только железками махать.

А потом началось невероятное. Из земли, разбрасывая в стороны камни, которыми была замощена улица, проросли длинные лозы, пропитанные магией. Часть из них устремилась к похитителем, часть оплела колёса кареты и ещё несколько сплелись в нечто наподобие заборчика, отделившего нас от врагов.

Типы в балахонах, которые тащили фею, отвлеклись — теперь им пришлось думать не о том, как быстрее упаковать жертву, а о том, как бы самим не стать жертвами.

Огненные и воздушные заклинания резали лозы, но на их месте мгновенно вырастали новые. Друзья тоже не прохлаждались, тесня противников если не силой, так разнообразием. О большей части заклинаний, которые они использовали, я даже не слышала. Но выглядело всё очень эффектно, сразу видно — иллюзионисты.

Однако успех развить не получилось, похитители быстро пришли в себя, и вот уже не огненные мечи рубили отдельные лозы, а огненные шары под чистую выжигали растительность. Я снова прикоснулась к куполу, усиливая защиту.

— Держитесь, — сквозь зубы процедил Лаэр, и земля под вражескими ногами пошла глубокими трещинами. — Сейчас немного потрясёт.

Я крепче вцепилась ему в плечо, чтобы случайно не разорвать приток энергии. Дома вокруг вздрогнули, из разверзшейся земли что-то дико завыло, а по ушам ударил оглушительный драконий рёв. Над небольшим двориком завис огромный серебристый ящер. Он опустился так низко, что острые когти задевали крыши, взрывая черепицу. Протиснуться в узкое пространство между домами он не мог, отчего ревел ещё яростнее. И вместе с рёвом из огромной зубастой пасти вырывались лепестки пламени. Да он же в лёгкую нас всех спалит!

Видимо, не я одна пришла к такому выводу. Позабыв про нас и карету с феей, похитители бросились к ближайшему дому, входная дверь которого оказалась открытой, и скрылись в нём.

— Никто за ними не идёт! — приказал Лаэр, заметив, как дёрнулся Эль. — Там наверняка потайной ход и полно ловушек. Теперь пусть с этим стража разбирается.

Со стороны улицы действительно что-то мелькнуло, но вместо стражи из арки прохода появился Рэй. Выглядел он заметно лучше, даже мясом немного оброс и уже не напоминал узника концлагеря. В руках эльф держал мечи, в воздухе над его головой парило несколько магических сфер — подвешенные боевые заклинания.

— Дана, ты в порядке? — спросил он, быстро осматриваясь.

— Да, но похитители сбежали. Кажется, это те самые, которые убивают дриад.

Рэй нахмурился, скептически оглядел нашу компанию и спросил:

— Куда они пошли?

Я молча указала на дверь и убрала руку с плеча эльфа. Кажется, можно уже расслабиться. Лия, видимо, разделяла моё мнение, потому что сняла защитный купол.

В это мгновение над крышей снова взревело. Огромные перепончатые крылья замахали сильнее. Поднявшийся ветер невероятной силы заставил нас пригнуться.

— Оставайтесь здесь, — бросил Рэй и зашагал к дому. — И проверьте, как девушка.

Ой, точно. В карете же фея. И судя по тому, что оттуда не доносится ни звука, пленнице действительно нужна помощь.

— Дана, ты со мной? — спросил дроу на пороге дома.

Я удивлённо на него посмотрела, то есть «оставайтесь здесь» относилось не ко мне?

— Быстрее решай, уйдут, — поторопил эльф.

— Конечно, — ещё бы я отказалась! В крови кипел незнакомый охотничий азарт и желание отомстить за Хеллу и её сестру.

Дракон снова взревел и ударил хвостом по крыше, у меня за спиной осыпалась черепица. Спасибо, что не на голову.

11.3

Дом, в котором скрылись похитители, оказался не настоящим. В смысле, нежилым. Тут даже комнат как таковых не было — просто этажные перекрытия без стен-перегородок и дверей. Я сделала несколько шагов вверх по узкой лестнице без перил, но Рэй знаком попросил вернуться.

— Они ушли вниз, — шепнул эльф, когда я оказалась рядом. — Думаю, там есть потайной тоннель.

— Тогда чего мы ждём?

Он усмехнулся, щелчком пальцев призвал тусклый пульсар и устремился в темноту подвала. Сырость, запах плесени, земляные стены и пол, полусгнившие деревянные опоры — вот что ждало нас внизу.

— Ты молодец, — всё также тихо проговорил Рэй.

Я недоумённо на него посмотрела.

— Ты поступила как настоящий боевой маг, выбрала лучшую тактику боя, — пояснил он.

— Да какая тактика, я же просто поделилась силой.

— Именно, в данной ситуации это было лучшее решение. Отдать силу тому, кто мог сражаться эффективнее. Только поэтому у вас получилось так долго продержаться против троих магистров, — дроу довольно улыбнулся.

— Магистров, ты уверен? — не поверила я.

Мы подошли к круглой дыре в полу, отсюда вниз вела вертикальная лестница. Рэй внимательно её осмотрел, кинул несколько незнакомых заклинаний, хмыкнул и полез вниз.

— Насчёт двоих да, третий — под вопросом, — ответил он, прошёл несколько ступенек и спрыгнул с последней, которая почему-то обрывалась в метре над землёй.

Я последовала за ним. Ноги почти бесшумно опустились в мягкую землю.

— Думаешь, мы вдвоём с ними справимся?

— Почему вдвоём? Сейчас прибежит стража. А пока мы попробуем не упустить их след.

Тусклый пульсар, освещавший путь, разделился на четыре шара, которые разлетелись по углам небольшого помещения.

— А я думала, ты будешь ругаться из-за моих ночных похождений, — улыбнулась я, всматриваясь в тёмные стены, казавшиеся совершенно неприступными. И куда, интересно, подевались любители чёрных плащиков?

— Дана, неужели я похож на ревнивого идиота? — даже обиделся Рэй. — Ты взрослая девочка и иногда тебе нужно отдыхать. Особенно после всего, что мне пришлось на тебя вывалить. Так что забудь об этом и давай сосредоточимся на деле.

— Хорошо.

Нет, всё-таки я ошибалась. Рэй вполне подходит на роль идеального мужчины.

— Нам туда, — уверенно заявил дроу минутой позже и направился к дальней, совершенно глухой стене.

Я пошла за ним, не задавая вопросов. Сейчас и без того всё станет понятно.

— Видишь? — он указал на землю у стены.

— Точно, следы. А я и не заметила.

— Куда ведут, поняла? — задал следующий вопрос дроу. Кажется, он решил использовать это приключение, чтобы кое-чему меня научить.

Я кивнула. Следы обрывались у самой стены. Причём была парочка таких, где пятка осталась с этой стороны, а носка видно не было, словно владелец ботинка прошёл сквозь стену. А ещё немного сбоку от основных следов я заметила длинную полосу, словно бы кто-то тащил верёвку. Очень толстую верёвку.

— Идём, — отвлёк меня голос Рэя. Дроу как раз заканчивал чертить прямо на стене руну Загадок. Правда, начертил он её задом наперёд, словно в зеркальном отражении.

Дождавшись меня, эльф положил ладонь на знак, вливая силу, и тот засветился фиолетовым. Прошло несколько секунд, и совершенно неприступная стена растаяла, открывая арку, ведущую в темноту.

— Не боишься? — с улыбкой спросил Рэй.

— Вот ещё! — мне действительно не было страшно. А вот поймать убийц очень хотелось. Так что я первой шагнула в темноту.

Дроу, призвав пульсары, присоединился ко мне, и мы быстро зашагали по узкому земляному коридору вперёд.

— Кем был тот эльф, с которым ты поделилась силой? — через пару минут гробовой тишины, шёпотом спросил Рэй.

— Лаэр, один из актёров. А что?

— Интересный персонаж, — задумчиво хмыкнул дроу. — С хорошим боевым опытом и заклинания у него интересные. Он случайно не участвовал в Зелёном восстании?

— Мы не так чтобы большие друзья. И за всё время работы перекинулись лишь парой фраз. А что это за восстание такое?

Рэй ответил не сразу, сначала к чему-то прислушался, потом пустил вперёд пульсар и только после этого заговорил:

— Пару десятилетий назад эльфийское королевство захватил тиран. Он правил силой, поднимал налоги, притеснял население, истреблял нелояльных. В итоге эльфы не выдержали и восстали. Практически безоружные горожане против профессиональной армии.

— И чем закончилось?

— Двумя годами кровопролитной войны и свержением тирана. Маги тогда стали основной боевой силой мятежников. Думаю, твой друг именно там получил свой опыт. И раны.

— Какие ещё раны? — не поняла я. Внешне эльф, вроде, ничем не отличался.

— Магические. Их видно только если смотреть на ауру. На втором курсе научишься, — Рэй снова остановился и опять отправил пульсар вперёд.

— Слушай, — мне в голову внезапно пришёл вопрос, который должен был появиться в ней минут пятнадцать назад, — а как ты так быстро здесь появился?

— Хелла ночью разбудила и сказала, что ты не вернулась с работы. Пришлось идти искать.

— А разве ты не можешь определить моё местонахождение по татуировкам?

— Только если ты в опасности, — Рэй неожиданно замер и приложил палец к губам, потом едва слышно проговорил: — Кажется, ход заканчивается. Приготовься, я не знаю, куда мы попадём.

11.4

Чтобы выбраться, эльфу снова пришлось провернуть трюк с руной. Только после этого земляная стена, в которую мы упёрлись, исчезла, открывая проход. Мы опять оказались в совершенно пустом доме. И в этом случае даже межэтажных перекрытий не было. Просто огромная коробка с небольшими, закрытыми ставнями окнами.

— Здесь пусто, — я огляделась и кинула парочку поисковых заклинаний, но ничего найти не смогла.

— Да, успели уйти, — Рэй раздражённо скривился. — Ладно, пойдём глянем, в какую часть города нас занесло.

— Я вот всё думаю, зачем они пытались затолкать фею в карету, если у них под носом был потайной ход.

— Сейчас узнаем, — он распахнул входную дверь, и мы вышли на центральную улицу города, которая находилась совсем рядом с Имперским театром.

— То есть они похитили её где-то здесь, — догадалась я. — А потом протащили через тоннель, чтобы спокойно посадить в карету и увезти. Но зачем столько телодвижений, если им нужна была только её кровь?

— Думаю, не только, — Рэй с каждой минутой становился всё мрачнее. — Мне всё больше кажется, что у нас под носом совершается какой-то магический ритуал. Мерзкий, тёмный и влекущий за собой ужасающие последствия.

Может, рассказать ему про символ, который нашли на теле дриады? Вдруг он сможет помочь?

— Рэй, знаешь… — начала я, но договорить не успела.

— Ты в своём уме?! — вслед за нами из распахнутой двери дома вышел Ворн и с ходу налетел на дроу, схватив того за ворот рубахи.

Дракон был в бешенстве, от обнажённого торса даже пар шёл. А ещё на принце кроме штанов ничего не было, даже обуви. Ты смотри, монаршая особа разгуливает по центру города практически с голой попой — какой скандал.

— Держи себя в руках, — Рэй спокойно скинул руку ящера.

— Мало того, что ты не можешь уследить за своей женщиной, и она по ночам таскается неизвестно где и с кем, так ты ещё зовёшь её с собой! Туда, где может быть опасно! — Ворн словно бы и не услышал обращённых к нему слов.

— Во-первых, моя женщина проводит время так, как пожелает. Во-вторых, моя женщина не беспомощный ребёнок и не нуждается в слежке. В-третьих, моя женщина может прекрасно за себя постоять. И сегодня она это доказала, — дроу проговорил это всё тем же спокойным тоном, не забывая голосом выделить слово «моя».

На шее дракона проступили серебристые чешуйки.

— Её едва не убили!

— Она будущий боевой маг. Ей не обойтись без полевого опыта. А в бою, знаешь ли, мы всегда в опасности, — философски пожал плечами Рэй.

— Ты хочешь её смерти?!

— Я хочу, чтобы Дана могла себя защитить. Её жизнь не должна зависеть от моего присутствия. Ведь я не всегда смогу быть рядом.

— Это жалкие отговорки, — зло выплюнул Ворн.

— Это правда. И если она тебе не нравится, это твои проблемы. Пойдём, нам пора в универ, — Рэй протянул мне руку.

— Не так быстро, — рыкнул дракон. — Надеюсь, не надо напоминать, что Дана всё ещё обязана меня защищать?

— Ты нуждаешься в защите? — дроу издевательски ухмыльнулся.

— Нуждаюсь. Поэтому она останется со мной.

— Ну да, для тебя же это единственный способ держать Дану рядом. Добровольно она с тобой и рядом не встанет.

Наследник скрипнул зубами, но промолчал. В доме как раз послышался шум и крики, а потом на улицу высыпал целый отряд стражи во главе с инспектором Джасом. Пока стража громогласно делилась на пары для осмотра местности, Рэй спокойно подошёл ко мне и отдал ножны вместе с клинками.

— Тебе сейчас нужнее. И если хочешь, я могу остаться.

— Не надо. Какой в этом смысл? — отказалась я и зевнула в ладошку. После бессонной ночи очень хотелось спать.

— Вот, держи, — дроу вытащил из кармана маленький мешочек из чёрного бархата.

— Что это?

— Пилюли бодрости. Одной хватит, чтобы продержаться до вечера.

— Спасибо, — я сжала мешочек в кулаке и неожиданно даже для самой себя, повисла у эльфа на шее.

— За обычные алхимические снадобья меня ещё так не благодарили, — усмехнулся он, обнимая меня за талию.

— Не уходи больше так надолго, — тихо попросила я.

— Не уйду, — совершенно серьёзно пообещал он. — Больше никогда.

Мы стояли обнявшись, а вокруг бегали стражники, что-то кричал инспектор Джас и рычал на всех дракон. Но мне, если честно, было плевать. Я только сейчас осознала, что действительно едва не лишилась жизни — та троица, не вложи я случайно энергию в защиту, размазала бы нас без особого труда. И от этого действительно стало страшно.

— А ещё я буду учиться. И не только мечами махать.

— Знал бы, что тебя замотивирует, давно бы нанял парочку бандитов, чтобы подкараулили в тёмной подворотне, — улыбнулся Рэй.

— Это не смешно! — возмутилась я и попыталась разорвать объятия.

— Я тебя люблю, — неожиданно заявил дроу и, воспользовавшись моей растерянностью, быстро поцеловал.

Короткого поцелуя было мало. Но это всё же лучше, чем ничего.

— Теперь иди. Мало ли, вдруг нашему змеиноголовому кирпич на голову упадёт, пока ты тут со мной стоишь, — он ещё раз поцеловал меня, правда, только в щёку, ласково коснулся подбородка: — Будь осторожнее.

— Постараюсь.

После этого эльф ушёл. Как всегда, не оглядываясь.

А я стояла и лыбилась как полная дура, смотря вслед высокому исхудавшему эльфу, который сейчас казался лучшим мужчиной в мире. Нет, лучшим мужчиной в двух мирах.

Я сидела в весьма приличном трактире, который открыли в несусветную рань ради визита самого наследника, и ждала этого самого наследника. Прежде чем уйти «приводить себя в порядок», Ворн бросил на меня испепеляющий взгляд и что-то приказал инспектору Джасу.

И вот прошло уже не меньше двадцати минут, а ни тот, ни другой так и не появились. Хотя чего это я, пусть и дальше не приходят. После пилюли Рэя сон отступил и самочувствие заметно улучшилось. Такой отдохнувшей я себя давно не чувствовала. А тут ещё трактирщик завтрак принёс — яичницу с колбасками и чашку какао с молоком.

В общем, одиночество и вкусная еда — что может быть прекраснее?

Но не успела я съесть и половины завтрака, как явился наследник. Для разнообразия одетый, но всё такой же злой.

— Нам надо поговорить, — заявил он, садясь напротив.

Ну вот, а я надеялась, что мы будем искать убийц.

— Ты стала меня бояться, — перешёл он сразу к делу. — Из чего могу заключить, что твой… ушастый друг многое тебе рассказал. Интересно, он поведал о том, где провёл эти несколько дней и почему на него пришлось надеть кандалы?

— Вы, мессер, весьма осведомлены о делах Рэя. Складывается впечатления, что находились неподалёку.

— Мы же договорились, что наедине ты можешь обращаться ко мне на «ты», — напомнил дракон.

— Мы не наедине, — я указала на трактирную стойку, за которой стоял хозяин и старательно делал вид, что ничего не слышит. Правда, актёр из него был так себе.

— Уйди! — рыкнул на него Ворн, и беднягу буквально ветром сдуло.

— Не знаешь, с феей всё в порядке? — спросила я прежде, чем он успел снова открыть рот.

— С какой ещё феей?

— С той, которую пытались похитить.

— Без понятия. Скоро явится с докладом Джас, спросишь.

— Женщина будет спрашивать у мужчины? А мужчина в обморок от ужаса не упадёт?

— Тебе знакомы хотя бы элементарные правила приличия? — взвился дракон.

— Немного. Но я предпочитаю быть невежей и говорить, чем соблюдать унизительный этикет и молчать.

Казаться трусихой в глазах ящера не хотелось, и я немного перебарщивала с демонстрацией храбрости.

— Хорошо, раз уж ты так любишь говорить, скажи, почему твой ушастый друг отправился домой сразу же после исчезновения моего перстня.

— Какого ещё перстня? Что ты вообще привязался с этим перстнем? Если память не изменяет, ты и меня обвинял в его краже.

— Перстень — древний артефакт. Он был создан, чтобы сдерживать нашу ненависть к своим истинным.

— Твоему отцу он несильно помог.

Ворн вздрогнул как от пощёчины, но ответил:

— Мой отец отыскал его слишком поздно… в день, когда погибла мама. Тогда же он и отдал перстень мне, — не отрывая от меня взгляда, проговорил Ворн. — И вот что удивительно. Артефакт пропал в день нашей встречи. Именно в тот момент, когда я нашёл свою истинную. Тебе не кажется это странным?

— Кто угодно мог стащить твой перстень. Любой из драконов. Разве никто из них не захотел бы защитить своих истинных?

— И выбрал для этого тот самый день?

— Это всё? Извини, конечно, но по-моему в твоих словах больше ненависти к Рэю, чем хоть каких-то доказательств. Да и когда он мог украсть перстень, если остаток вечера мы провели вместе?

Лицо принца окаменело, он сделал несколько глубоких вдохов, но это не помогло, и дальше Ворн прорычал:

— Ты принадлежишь мне, вне зависимости от того, что происходит между тобой и этим ушастым ублюдком.

— Я никому не принадлежу!

— Думаешь? А как же это? — он брезгливо посмотрел на татуировки. — Полагаешь, дроу откажется от тебя и заберёт эту дрянь? Если так, то ты очень глупа. Глупа, как все женщины.

— Чудесно. Я наивная дурочка, для которой лучшая судьба — оказаться на цепи у кровати самовлюблённого идиота, который не в состоянии себя контролировать без древнего артефакта. Знаешь, лично мне больше нравится вариант с Рэем, даже если он мне и врёт, то хотя бы не воспринимает как грязь под ногами, — я встала, собираясь уйти.

— Сядь на место, — приказал дракон.

— Да иди ты… — мне хотелось выдавить этому гаду глаза и выполнять его указания я не собиралась.

За спиной с грохотом упал стул, а через секунду меня схватили за запястье и резко развернули.

— Ты не смеешь так со мной разговаривать! — прорычал Ворн.

— Почему? Ты же себе ни в чём не отказываешь! Почему мне нельзя? Потому что ты принц? Или мужчина? Или дракон? — одно могу сказать точно, в этот момент я его не боялась. Абсолютно.

— Потому что я твой истинный.

— Только не надо впутывать меня в свои игры. Истинные — это для драконов. Я обычный человек.

— Обычный? Уверена? Тебе не кажется странной та сила, который ты обладаешь? Не слишком ли её много для обычного человека? — он старался говорить спокойно, но не мог сдержать прорывающегося между словами рыка.

— Это какой-то бред! — я попыталась выдернуть руку, но его хватка оказалась слишком сильной.

— Да неужели?! — жёлтый огонь в глазах загорелся ярче, на лице проступили серебристые чешуйки. — А если мы проверим?

В свободной руке Ворна вспыхнул огонь.

Я сглотнула. Он что, решил меня поджечь?! Да он же совсем с катушек съехал!

— Пусти!

— Дана, послушай, я знаю, что делаю, — заявил он, всё больше погружаясь в безумие.

— Отойди от меня! — я попыталась поставить защиту, но колдовать одной рукой оказалось сложно.

— Дана, поверь мне! — дракон с такой силой сжал мою руку, что кости захрустели.

— Отпусти! Хватит! Мне больно!

12.2

Я отчаянно дёрнулась и неожиданно легко освободилась. Оглянулась и увидела Ворна. Дракон пятился. Чешуя на коже пропала, безумие в глазах угасло, на его месте появился страх, если не сказать ужас.

— Прости, — прошептал он, продолжая отступать, потом обхватил голову руками и попросил: — Уйди. Сейчас я опасен для тебя.

— Ворн… — я застыла. Взять себя в руки и сориентироваться в происходящем получилось далеко не сразу.

Дракон согнулся словно от боли и сжал зубы:

— Уходи, пожалуйста.

Ждать третьей просьбы я не стала. Выбежала из трактира и застыла, привалившись к двери. Сердце бешено колотилось, воздуха не хватало, а руки дрожали.

Из трактира послышался грохот. Кажется, кому-то придётся покупать новую мебель. Дракон буйствовал не меньше четверти часа. Что мешало мне хотя бы отойти подальше, чтобы снова не попасть под горячую руку? Ватные ноги. Я и у двери-то едва стояла. Осознание того, что меня едва не сожгли заживо, пришло не сразу.

— Мда, шашлык из истинной — блюдо для драконов-гурманов, — нервно рассмеялась я.

Всё, хватит с меня этих истерик! Больше с наследником мы наедине не остаёмся.

Мне понадобилось ещё пять минут и одна бодрящая пилюля, чтобы окончательно прийти в себя и сдвинуться с места. Но не успела и на другую сторону улицы перейти, как меня нагнал Джас.

— Мисс Феннет, если не ошибаюсь? — спросил он с непередаваемой брезгливостью на холёной роже.

— Не ошибаетесь.

— Мессер сказал, что теперь вы контролируете расследование. Это так? — сам не веря тому, что говорит, спросил инспектор.

— То есть мессер что-то вам сказал, а вы пришли ко мне, чтобы уточнить, так ли это? — с насмешкой спросила я. — Вы полагаете, моё слово важнее слова наследника?

— Я такого не говорил, — быстро ответил Джас.

Рядом неожиданно взревело и над головой пролетел серебряный дракон. Он быстро набрал высоту, сделал широкий круг над городом и исчез в грозовых облаках.

Улетел? Ну хоть одна хорошая новость. Но если он улетел, значит, я тут осталась за главную? Бесправная женщина? Кажется, Ворн действительно с катушек съехал.

— Так вы готовы выполнить приказ мессера или как?

— Разумеется, — смотреть на кислое лицо инспектора было непередаваемым удовольствием.

— Тогда докладывайте.

— Что именно? — товарищ явно не спешил облегчать мне жизнь.

— Всё. И начните, если вас не затруднит, с состояния феи. Она в порядке?

— Фея мертва.

— Что? — я сбилась с шага и недоверчиво посмотрела на инспектора. Шутит, что ли? — Но ещё час назад она была не просто жива, но даже отбивалась от троицы похитителей.

— На тот момент, когда вы её нашли, она была мертва минимум пять часов, — спокойно ответил Джас.

— Впервые вижу таких резвых мертвецов.

Кажется, он не шутит, а издевается.

— Это потому что вы незнакомы с некромантией.

Я зажмурилась и попыталась сосредоточиться на происходящем. Сделать это после общения с драконом оказалось непросто.

— Тэя… убитая дриада, которую нашли раньше, на неё тоже воздействовали некромантией, так?

— Именно.

— И много в столице некромантов?

— Некроманты более двухсот лет как ушли в подполье и никак себя не проявляют, — посмотрев на меня, как на умственно отсталую, заявил инспектор.

— Почему? — пусть смотрит, как пожелает, главное, чтобы говорил.

— Потому что мало кому приятно жить по соседству с теми, кто может одним щелчком пальцев поднять из могилы твою любимую бабушку.

— И их никак нельзя обнаружить?

— Некроманты, если вы не в курсе, кроме своего тёмного дара, способны работать со стихиями. Следовательно, могут скрываться под личиной любого мага.

— Жаль, было бы неплохо перекинуться парой слов с нашим союзником, — вздохнула я.

— Союзником? Вы называете существо, издевающееся над умершей плотью, нашим союзником? — Джас преобразился, и стал походить на фанатичного инквизитора, повстречавшего ведьму.

Теперь понятно, почему некроманты прячутся. Я бы на их месте тоже спряталась.

— Это, как вы выразились, «существо» дважды помогло обнаружить тела. Если бы не его дар, несчастных девушек отвезли бы загород и прикопали в ближайшем лесу. И мы бы никогда их не нашли.

Инспектор скривился и недовольно проворчал:

— Не дважды.

— Что?

— Все тела, которые мы смогли обнаружить, ранее находились под действием некромантии.

— А количество тел и пропавших девушек совпадает? — насторожилась я.

— Нет.

Получается, наш неведомый помощник поднимал трупы убитых и отправлял на встречу с доблестной стражей?

— То есть если бы не некромант, девушки так и считались бы пропавшими без вести и у вас не было бы никаких зацепок? — озвучила я свои мысли.

— Это слишком громко сказано, — признать свою беспомощность инспектор не мог. — Да, некромант нам немного помог, но…

— Он сделал за вас всю работу, — отмахнулась я. — И подарил кучу улик, а вы и после этого не смогли ничего продуктивного сделать.

— Мисс Феннет, вам не кажется, что вы забываете своё место?! — прошипел Джас, угрожающе надо мной нависая.

— Не кажется, — я спокойно сложила руки на груди. — А вот вы своему месту явно не соответствуете.

12.3

— Мурмяу!

Не знаю, куда бы завёл нас этот разговор, но тут на меня налетел Тошка. Мантикор принялся вылизывать лицо и шею. При этом он очень жалобно мурчал и, кажется, пытался извиниться за своё отсутствие.

— Ладно уж, — отмахнулась я, — ты прощён.

Котёнок ещё раз лизнул меня в щёку и наконец-то успокоился.

— У вас будут ещё вопросы? — уточнил Джас, брезгливо поглядывая на Тошку. Интересно, а у самого инспектора есть фамильяр? Он же, вроде, маг и человек.

— Будут. Удалось обнаружить следы убийц?

— К сожалению, нет.

— А кому принадлежат дома, через которые проходит потайной ход?

— Выясняем.

Он отвечал вкрадчиво и холодно, давая понять, что разговор со мной не доставляет ему никакого удовольствия. Неужели думает меня этим пронять? Наивняга! До магистра Юрэна ему как пешком до Марса. Вот кто мастер портить настроение и рушить самооценку.

— Когда выясните?

— Как только, так сразу.

— Прекрасно. Жду вашего доклада к вечеру. И обследуйте тоннель. Там наверняка остались какие-то следы. Хотя бы отпечатки обуви. Надеюсь, вы их не затоптали? — спокойно проговорила я, наслаждаясь видом медленно закипающего инспектора. Вон аж уши покраснели. Ещё немного, и пар из ноздрей повалит.

— Если моя компетентность вызывает у вас сомнения, поговорите с принцем о смене главы расследования.

— Обязательно поговорю, — улыбнулась я. — И не забудьте, вечером жду доклада.

После чего я развернулась, и мы с Тошкой зашагали к универу. Надеюсь, мне не влепят выговор за ночные похождения.

— Ты смотри, а я думал, желающих поучиться в воскресенье не найдётся, — магистр Лиен, седовласый, маленький старичок глухо засмеялся и неспеша пошаркал к кафедре, которая была ему настолько высока, что обычно студенты лицезрели только лоб и торчащие на макушке седые волоски.

Я быстренько юркнула за парту — о дополнительной лекции по рунологии напомнил Тошка, причем за десять минут до её начала. Пришлось бежать со всех ног и, кажется, по дороге я сбила магистра Юрэна. Ох и будет мне счастье на следующей тренировке.

— Ну-с, приступим. Сегодня у нас не обычная лекция. Я не зря пригласил всех желающих, вне зависимости от курса и специализации. Сегодня мы будем говорить о рунах, а точнее магических письменах, которым в университетской программе уделяется до обидного мало времени, а между тем, это очень увлекательная тема. Полагаю, старшекурсники уже догадались, о чём пойдёт речь. А для тех кто не догадался, скажу, что сегодня мы обсуждаем ритуальные литеры. К каковым, например, относятся татуировки дроу, лесных эльфов из Северных племён, брачные отметки дриад и фей, кастовые метки гномов, а также клейма подчинения и верности, которые так любят господа драконы, хотя сама идея принадлежит не им и изначально клейма использовали эльфы-пастухи, чтобы не растерять стадо.

Что и следовало доказать, для дорогого наследника я что-то вроде глупой козы, которую, если вовремя не заклеймить, то она сбежит в лес, свалится с горы или окажется в чужом стаде.

Тошка, который увязался со мной, демонстративно зевнул и свернулся пушистым клубочком в проходе, заняв при этом всё пространство. Сидели мы прямо у выхода, так что теперь даже если кто и захочет покинуть лекцию, то ему придётся иметь дело со спящим мантикором.

— Примечателен в этой связи источник силы для подобного рода знаков.

— Что примечательного может быть в обычной магии? — спросил с места кто-то из студентов.

— В том-то и дело, что это не магия, — довольно улыбнулся магистр. Лиен поощрял инициативных и въедливых студентов, так что в его аудиториях обычно царило невиданное свободомыслие и шум, сопровождавший это самое свободомыслие.

— Если вы немного знакомы с лесным народом, — продолжил магистр, — то знаете — татуировки наносятся всем, вне зависимости от наличия дара. А всё потому, что источником для создания подобных литер является духовная сила. То есть тот, кто наносит узор, делится частью своей души. А это, как вы понимаете, образует между источником и реципиентом особую связь. Именно поэтому брачные татуировки имеют такое огромное значение и стремительно укрепляют даже самые непрочные чувства.

— С брачными понятно, а как же кастовые метки у гномов или воинские у эльфов? — спросил кто-то из первых рядов. — Речь о чувствах там, вроде бы, не идёт.

— Отчего же? Преданность тоже имеет определённое отношение к нашим эмоциям. Именно в преданности и проявляется подобная связь. Поэтому эльфу-воину знаки наносит командир, а гному — старший в роду.

12.4

— А если говорить о клеймах? Чем они отличаются от ритуальных татуировок? — не унимался любопытствующий. — Там слуге тоже прививается преданность?

— С этим немного сложнее, — магистр в задумчивости почесал седую макушку, — если стандартные ритуальные литеры служат для укрепления связи, то клейма используют для подчинения. Прямого и жёсткого. Иными словами, воля хозяина сталкивается с волей раба, побеждает сильнейший. Но у этой борьбы есть неочевидная сторона. Для такого противостояния нужно куда больше силы, чем для ритуальных татуировок, которые всегда наносятся по обоюдному согласию. И чем сильнее хозяин и слуга, тем больше духовной энергии они вольют в метку, и тем теснее будет их связь. Это звучит странно, но подчас сильный раб связан со своим хозяином намного крепче, чем муж и жена, прожившие всю жизнь в счастливом браке.

Я поймала на себе взгляд пронзительно-голубых глаз магистра. Кажется, часть этой лекции посвящена именно мне. А ещё Лиен откуда-то знает про анкар. Или это уже ни для кого не секрет?

— Что примечательно, — продолжил старичок, — если хозяин и слуга наделены магическим даром, то их силы могут объединяться или передаваться. Причём в обе стороны. Мне известен случай, когда раб, сильный маг воздуха, наделил своего хозяина-дракона способностью летать и в человеческом обличие. Взамен раб получил доступ к огненной стихии, с которой раньше никак не мог подружиться. Но мы слишком сосредоточились на клеймах, давайте вернёмся к началу лекции и поговорим об истории возникновения ритуальных литер как таковых.

Дальше магистр принялся подробно (если не сказать нудно) описывать создания и эволюцию татуировок и меток разных магических рас. О клеймах Лиен больше не заговорил. Но мне хватило и услышанного. И если честно, оно меня не очень порадовало. Это что же получается — чем сильнее я сопротивляюсь Ворну, тем крепче наша связь? И с Рэем не легче. Теперь непонятно, то ли мне самой эльф так сильно нравится, то ли всему виной татуировки.

О боги, а казалось, что хуже уже некуда! Лекцию я слушала вполуха. История не особо интересовало, а всё самое важное Лиен сказал в начале. Но под конец занятия я всё-таки не выдержала, подняла руку и задала самый важный для себя вопрос:

— Магистр, а возможно разорвать эту связь без согласия второй стороны? Я говорю про клеймо. Может раб скинуть власть хозяина?

На меня тут же устремились десятки заинтересованных взглядов. Мало мне сплетен, но ответ на вопрос слишком важен.

— Видите ли, — Лиен вздохнул и озадаченно потёр подбородок, — тут всё очень сложно. К тому же, у нас слишком мало информации. Подобные случаи крайне редки.

— Но они были, так?

— Так. Но участники тех событий никаких инструкций нам не оставили. К тому же, в подавляющем большинстве случаев снятие клейма приводило к гибели одного из участников ритуала. В отличие от тех же брачных татуировок дроу, которые снимаются с обоюдного согласия, клеймо подобным правилам не подчиняется. И даже если хозяин захочет, он не всегда может освободить раба.

Так эта дрянь со мной навеки?!

— Понимаю ваше изумление, — видимо, на моём лице сейчас было очень много написано. — Что удивительно, даже не все драконы до конца осознают последствия своих действий. Именно поэтому клейма используются не особенно часто и только для слуг, которые скорее всего никогда не покинут хозяина.

Повисла небольшая пауза. Лиен, кажется, ожидал продолжения расспросов, но мне сейчас было сильно не до того. Из разговоров с Рэем и Нирэлом я поняла, что клеймо — это временно и при желании Ворн может избавиться от метки в любое время. Но теперь всё оказалось совсем не так. Неужели этот дракон действительно не понимал, что делает?! Или наоборот, прекрасно понимал?

— Ещё вопросы? — спросил магистр, не дождавшись от меня никаких комментариев. Но, кажется, на сегодня студенческое любопытство было удовлетворено на сто десять процентов. — Что ж, тогда благодарю за внимание. Увидимся на занятиях.

Студенты зааплодировали — Лиен был единственным преподавателем, чьи лекции заканчивались подобным образом. Я, вместо того чтобы разделить общие восторги, сорвалась с места и помчалась ему наперерез.

12.5

— Магистр, — в закрывающуюся дверь отчаянно крикнула я.

— Да? — старый маг удивлённо оглянулся.

— А можно ещё один вопрос? Последний.

— Да, конечно, — он вернулся в аудиторию и заинтересованно на меня посмотрел. — Вас что-то беспокоит?

— Мне нужна помощь с трактовкой символа. Пыталась найти сама, но ничего даже похожего не обнаружила, — я поспешно выудила из кармана свёрнутый листок с изображением руны.

Лиен наклонился ближе, чтобы разглядеть рисунок и нахмурил брови.

— Откуда это у вас?

— Не могу сказать.

— В таком случае, извините, но я не вправе рассказывать об этом символе, — магистр недовольно поджал губы. — Это слишком… опасно. Для всех.

— Магистр, я бы всё рассказала, но меня сдерживает клятва.

В подтверждение своих слов пришлось продемонстрировать ему анкар. Пусть Ворн и не исполнил угрозы, но рассказывать тайну следствия даже преподавателю чревато. Мало ли кому он случайно проболтается.

— Так это правда, — ошарашенно проговорил Лиен и с опаской, словно касался ядовитой змеи, подтянул поближе мою ладонь.

Пару минут он неотрывно изучал знак, потом неожиданно улыбнулся:

— Ох, дети-дети, сами не понимаете, что творите.

— Вы о чём?

— Скоро сама узнаешь. А что до этого символа, то это одна из вариаций руны Смерти. Причём смерти насильственной и через жертвоприношение, — голос его стал серьёзным. — В библиотеке ты про него ничего не найдёшь. Подобные символы под запретом не одну сотню лет. Если же говорить об этом варианте, то одно его начертание, даже просто на бумаге, карается серьёзным наказанием. Так что очень рекомендую никому больше это не показывать.

— Магистр, это не праздное любопытство. Мне очень надо знать, для чего используются такие руны и можно ли как-то отследить момент нанесения или активации.

— Используются для жертвоприношений. И только в тех случаях, когда требуется забрать у жертвы жизненную силу и надолго её сохранить. В древности, например, с помощью этой руны целый год убивали молодых мужчин, собирая их силу, а потом в День Великого Хорша приносили всё накопленное в жертву.

— Что за День Великого Хорша?

— Давно забытый праздник, — отмахнулся Лиен. — Смысл в другом. Кто бы ни использовал этот знак, он не просто убивает и забирает жизненную силу, он её зачем-то накапливает. А что до возможности отследить, то в этом может помочь только некромант.

— Почему?

— Потому что в момент активации руны маг обращается к самой Смерти. Некроманты это чувствуют. Однако, боюсь, с поисками последователей Смерти возникнут ещё большие проблемы, чем с трактовкой самой руны. А теперь мне действительно пора. Удачи, Дана. И постарайся не попасть в неприятности.

Кажется, я в них уже попала. Вздохнув, я в сопровождении Тошки побрела в жилое крыло. Лекция сегодня затянулась, и за окнами успела воцариться непроглядная тьма. Внезапно накатила невероятная усталость. Захотелось рухнуть и уснуть, что я, собственно, и сделала, как только оказалась в спальне. Будь в комнате хотя бы Хелла, можно было бы обсудить неведомого поклонника её сестры, а так нет никакого смысла себя мучить. Тем более после бессонной ночи.

— У-у! У-у!

— Что происходит? — я высунула нос из-под одеяла и огляделась. За окном царила ночь. А ещё там же царил непонятный вой. Громкий и очень жуткий.

— Ты тоже это слышишь? — шёпотом спросила дриада, не спешившая покидать кровать.

— Ещё бы. Это сложно не услышать.

— Фух! — облегчённо выдохнула подруга. — А я уж думала, что с ума схожу. Мне последние ночи Тэя снится, вот и мысли всякие дурные в голову лезут.

— Какие мысли? — насторожилась я.

— А вдруг это её неупокоенная душа страдает? Отмщения просит.

Я сглотнула и вцепилась в загривок спящего рядом Тошки. Мантикору замогильные песни спать не мешали. Как сопел, так и продолжил сопеть, даже ухом не повёл.

— Она могла стать призраком?

— Ага, — Хелла кивнула и затараторила: — Наш замок стоит на невероятном источнике магии, тут любая мимолётная обида может в монстра превратиться, про убийства и не говорю. И ведь уже бывали случаи. Лет двадцать назад в одной из аудиторий убили студента, а потом он…

В стекло что-то бухнулось, и мы с дриадой не сговариваясь завизжали. Окно со стуком распахнулось, в комнату влетел пронизывающий ветер с дождём и… цветами. Десятка два белых роз сделали красивый круг над моей кроватью и опустились на одеяло, сложившись в букет.

Я оторопело посмотрела на розы, потом на окно и увидела глуповато улыбающегося Харга. Орк держал в огромных лапищах что-то наподобие укулеле. Только по форме это больше напоминало домру, чем гитара, а вот размеры вполне совпадали.

— Любимая, — пробасило зелёное чудо, — эта песня для тебя.

И орк завыл тем самым замогильным голосом, который мы только что слышали.

— Убью Тара, — пробормотала я через минуту, когда изумление немного отпустило и вернулась способность говорить.

— Я помогу, — пообещала Хелла, не сводившая взгляда с горе-романтика. — Только сначала надо с этим что-то сделать.

Тошка недовольно завозился и закрыл лапами голову.

— Харг, — позвала я.

Но орк, самозабвенно терзающий инструмент, меня не услышал.

— Харг! Харг!

— Да, любимая? — замолчал он, наконец-то меня услышав.

— А ты с какой целью эм… заглянул?

— Ну как же, — орк даже растерялся. — Песню спеть и эта… может… ну если ты завтра не занята… может… ты сходишь со мной… ну… на свидание.

И он густо покраснел.

— Понятно, спасибо за предложение, обязательно подумаю, — я сползла с кровати, пошарила ногами по полу, не нашла тапочки и босиком потопала к окну. — До завтра, Харг. У тебя выдающиеся музыкальные способности.

— Правда? — расплылся в довольной улыбке орк.

— Однозначно, — заверила я и закрыла окно прямо у него перед носом.

— Шторы задёрнуть не забудь, — попросила Хелла.

— Ага. Слушай, а как он сюда забрался? Стены-то отвесные и океан внизу.

— Да какое-нибудь заклинание левитации применил. Оркам с полётами, конечно, непросто, но ради такого дела вон как расстарался.

— Ясненько, — вздохнула я.

— Что думаешь с этим делать? — спросила дриада, не спешившая снова ложиться спать.

— Если честно, Харг меня вообще не беспокоит.

— Что-то случилось? — насторожилась подруга. — У тебя неприятности?

— Неприятности? — я нервно рассмеялась. — Да я так вляпалась, что дальше некуда.

— Давай рассказывай. Не знаю, помогу или нет, но легче точно станет.

А почему бы и нет? Выговориться точно не помешает.

Где-то через час поток моих душевных терзаний иссяк, и дриада смогла вставить первое слово:

— Оба они хороши. И принц, и Рэй. Только о себе думают. А что до этих меток, то есть идея.

— Их можно снять? — с надеждой спросила я.

— О таком, к сожалению, не знаю, но если тебя беспокоят отношения с Рэем, кое-что подсказать могу?

— Меня, конечно, больше дракон волнует. А что до Рэя, то от татуировок я отказываться сейчас всё равно не собираюсь. Но теперь мне надо понять, что между нами происходит на самом деле. Без влияния всякой магии.

— Есть способ проверить, добровольно ты согласилась на получение татуировок или под воздействием.

— Каким ещё воздействие?

— Знаешь, — дриада замялась, — если честно, рассказанное тобой звучит очень подозрительно. Это я про знакомство с дроу и ваше поспешное обручение. Как первое, так и второе.

Хелла вообще-то была в курсе моего неместного происхождения, но я никогда особо не распространялась обо всех обстоятельствах. И теперь выходило, что зря.

— И что мне делать?

— Немного подождать. Я кое-что подготовлю, и мы во всём разберёмся.

— Спасибо, — искренне поблагодарила я и обняла дриаду.

— Да брось, для чего ещё нужны друзья?

13.2

После ночного разговора с Хеллой мысли о личной жизни отошли на второй план. Так что вместо того чтобы хандрить, утром я побежала в библиотеку. Там удалось наскоро просмотреть «Энциклопедию некромантов». Составитель которой обещал, что в его труде читатель найдёт «исчерпывающую и достоверную информацию о слугах Смерти». Однако ничего исчерпывающего читатель не нашёл. Только кучу рассуждений о том, плохо это или хорошо — тревожить покой мёртвых. В общем, ничего полезного. Ещё и завтрак едва не пропустила.

А когда наконец-то добралась до столовой за нашим столом сидел только Нирэл. Эльф неспешно пил кофе и со скучающим видом листал какую-то брошюрку. Рядом, на свободном стуле царственно возлежал его белоснежный фамильяр и презрительно взирал на окружающих.

— Нирэл, как найти некроманта? — вместо приветствия, спросила я и села на стул.

Эльф подавился глотком кофе и закашлялся.

— И тебе доброе утро, — хмыкнул он через минуту. — Чем перед тобой провинились некроманты?

Я испытующе посмотрела на друга. Вообще-то болтуном он никогда не был, так может рискнуть и рассказать? К тому же, одной пытаться расследовать дело, над которым профессионалы безуспешно бьются не один месяц — не так уж и просто, мягко говоря.

— Если я тебе кое-что расскажу, обещаешь хранить это в тайне?

— Дана, ты — человек, с которым я общаюсь чаще всего.

— Да мы уже несколько дней даже не здоровались.

— Вот и ответ на твой вопрос.

Я вздохнула, пододвинула к себе чашку холодного кофе и в общих чертах выложила эльфу всё, что знала об убийствах. После окончания моего рассказа Нирэл немного помолчал, потом проговорил:

— Занятная история. Но с некромантом будет непросто, если, конечно, у тебя нет никого на примете.

— Вообще-то есть. Я тут немного полистала одну энциклопедию.

— Это которую некий Айзек Линэн составил? — с улыбкой уточнил он.

— Именно. Полезного почти ничего, кроме одного момента — удивительным образом чаще всего некроманты встречаются среди эльфов.

— Меня подозреваешь?

— Вообще-то нет, хотя… — я внимательно поглядела на друга. Загадочный, молчаливый одиночка — чем не претендент на роль некроманта? — Ладно, на твой счёт я подумаю. Но сейчас хотелось бы проверить другой вариант. Одного эльфа из нашего театра.

Мне не давало покоя заклинание, которое Лаэр так и не закончил. По описаниям из той же энциклопедии это походило на начало призыва мёртвых. Да и Рэй как-то странно глянул на эльфа. Плюс фразочка дроу про «интересные» заклинания.

— Это попроще, но придётся вывести его из равновесия.

— Зачем?

— Все маги, а некроманты к таковым тоже относятся, во время стрессов начинают фонить.

— В каком смысле?

— Их аура активнее излучает магию. Причём магию той стихии, которая им ближе.

— То есть некромант начнёт излучать магию Смерти?

— Да, но это продлится всего несколько секунд.

— А я смогу почувствовать его магию?

— Нет, — Нирэл отрицательно покачал головой. — Тебе нужно будет с собой кое-что взять.

— Артефакт?

— Не совсем, — эльф зловеще улыбнулся.

— Не пугай меня.

— Ничего пугающего. Обычный скелет.

— Какой ещё скелет?! — я представила себе того самого красавчика, что мариновался в банке у магистра Флавия.

— Крысы. Или кого-то соразмерного.

— Зачем?

— А что ещё, по-твоему, среагирует на некромантию?

— Хочешь сказать, если некромант разнервничается, вокруг повскакивают трупы? — желание искать мага столь тонкой душевной организации как-то мигом пропало.

— Нет, разумеется, иначе они бы не спрятались, — Нирэл усмехнулся. — Но скелет затрепыхается. Может, пару раз шевельнётся. Но только скелет кого-то маленького. И тебе надо находиться от некроманта на расстоянии не больше полутора метров.

— Линейку предлагаешь захватить?

— Ну это как хочешь.

Я вздохнула, посмотрела на дно опустевшей чашки и с подозрением спросила:

— А ты откуда столько про это знаешь?

— Потому что тёмными, безлунными ночами я пробираюсь на кладбище и превращаю несчастных мертвецов в своих верных слуг, — замогильным голосом ответил эльф, потом резко схватил меня за руку и громко сказал: — Бу!

Я вздрогнула, Нирэл бессовестно рассмеялся.

— У меня чуть сердце не остановилось!

— Видела бы ты себя, — серьёзный, хладнокровный и совершенно безэмоциональный эльф веселился не хуже беззаботной феи с крылышками.

— Ну хватит ржать! — насупилась я.

— Не обижайся, не мог отказать себе в удовольствии, — посмеиваясь, ответил друг, потом, куда спокойнее, продолжил: — Вообще-то кое в чём Айзек был прав. Среди моего народа действительно часто рождаются некроманты, поэтому мы немало о них знаем.

— А от вас они тоже прячутся?

— Нет, если в общине появляется некромант, окружающие тут же оповещаются. Другое дело что чужакам о таком не рассказывают.

— Понятно. Ну и где мне найти скелет мыши?

— Полагаю, в подземельях этого добра полно.

Я поморщилась. Дожилась. Дашка — расхитительница крысиных гробниц.

— Ладно, не кривись, найду я тебе скелет, — усмехнулся эльф. — Ты когда собираешься на подвиги?

— У меня завтра вечером репетиция.

— Тогда забегай перед ней.

13.3

Заболтавшись с Нирэлом я едва не опоздала на первую пару, которой стояла боевая магия. Какого же было моё изумление, когда вместо недовольного Юрэна меня встретила пустая аудитория. Ну и куда все пропали?

Немного потоптавшись, я дождалась гонга на пару, но никто так и не пришёл. А ведь сегодня три пары боевой магии. Так и где все?

На поиски одногруппников у меня ушло полчаса. Эти упыри обнаружились в комнате отдыха. Оказалось, что пары отменили — Юрэн внезапно заболел, о чём объявили ещё на завтраке, но в этот момент меня в столовой не было.

Интересно, что за недуг свалил нашего дорогого учителя? С другой стороны, у меня появилась куча свободного времени, почему бы не потратить его с пользой. И начать лучше всего с поисков Джаса, который вчера так и не явился с докладом.

Но стоило мне выйти из комнаты отдыха, как на пути возник Рэй.

— А ты почему не на занятиях? — удивлённо спросил дроу.

— И тебе доброе утро, — улыбнулась я. — Могу спросить тебя о том же.

— Я на больничном. Целители не рекомендуют мне перенапрягаться, — на его лице появилась нарочито страдальческое выражение.

— Значит, ты не одинок. Юрэну тоже внезапно поплохело.

— Ничего, завтра полегчает, — уверенно заявил Рэй.

— А ты откуда знаешь?

— Вчера в город прибыл гномий караван.

— И что?

— А то что у нашего магистра есть маленький грешок — любит он с бородатыми в конт перекинуться.

— Конт?

— Карточная игра. Гномы непревзойдённые мастера. Полагаю, ваш дорогой наставник сейчас находится за карточным столом в одном из портовых трактиров и проигрывает жалование за полгода.

Я удивлённо подняла брови. Надо же, а с виду и не скажешь, что Юрэн такой азартный.

— Однако боевая магия — это не то, что тебе следует пропускать. Посему, прошу за мной, — Рэй протянул мне руку.

— Куда это?

— Ты же сама хотела научиться сражаться.

— Но мы договаривались на вечер, у меня сейчас дела.

— Вот вечером ими и займёшься, а сейчас по расписанию боевая магия, — заявил дроу и цапнул меня за локоть. — Только заглянем сначала к тебе, возьмёшь сменную одежду. Придётся немного промокнуть.

— Мы пойдём на улицу? — удивилась я.

— Нет, но тебе понравится, — фиолетовые глаза заблестели ярче, и у меня тут же пропало желание спорить.

В итоге Арэиен привёл меня в подземелья.

— Только не говори, что мы пойдём изучать трупы, — я поёжилась, вспоминая мёртвую девушку.

— Ты знаешь про старика Флавия? — удивился он.

— Немного.

Дроу хмыкнул, но расспрашивать не стал.

— Так куда мы? — я опять запуталась в хитросплетениях подземных ходов.

— Сюрприз. Но обещаю, трупов не будет.

Скоро мы добрались до винтовой лестницы, круто уходившей вниз.

— Почти пришли, — Рэй взял меня за руку и повёл дальше.

Спуск продолжался недолго, и меньше чем через минуту мы оказались в просторном гроте, в центре которого находилось прозрачное озеро, вода которого светилась нежно-голубым. Этого сияния хватало, чтобы осветить весь грот, лишь высокие своды оставались во мраке.

Деревянные мостки начинались едва ли не у самой лестницы и тянулись над водой, уходя вглубь озера.

— Если ты решил научить меня плавать, то я умею.

— Тут недостаточно глубоко для подобных уроков, — улыбнулся Рэй. — Здесь мы будем заниматься водной магией.

— Но это же только для целителей. Боевые маги не пользуются водной стихией.

— Не пользуются и «только для целителей» — разные вещи, — ответил дроу, после чего уселся на мостки и принялся снимать сапоги. — Присоединяйся.

Он приглашающе похлопал по доске рядом с собой.

Пока я озадаченно осматривалась, дроу избавился и от рубашки. Удивительно, но эльф каким-то чудом успел восстановить форму. Мускулистое, гибкое тело обвивали серые татуировки, которых, кажется, стало ещё больше. Единственное, что напоминало о произошедшем — красные полосы, украшавшие рельефный живот.

Оставшись в одних штанах, дроу поднялся:

— Будешь купаться в одежде? Или я тебя смущаю?

— Смущаешь? — удивилась я, потом вспомнила местные нравы. — Если бы ты увидел в чём ходят на пляж в моём мире, то наверняка смутился бы сам.

— Тогда в чём дело?

— В водной стихии. Почему она? И разве ты не будешь учить меня драться? — я задавала вопросы, а сама уже стягивала белую блузу — часть школьной формы наряду со штанами или юбкой (на выбор студенток). Под блузой было нечто вроде спортивного бюстгалтера средневекового типа, то есть кусок эластичной ткани, обмотанной в два слоя вокруг груди.

Затем последовала обувь. А вот штаны по примеру Рэя, оставила.

— Так что там с водной стихией? — спросила я, закончив раздеваться.

Подняла глаза и встретилась с изучающим взглядом дроу. Арэиен с жадностью меня разглядывал.

— Ты прекрасно выглядишь, — проговорил он чуть хрипловатым голосом.

— Спасибо. Секрет прекрасного вида заключается в количестве снятой одежды, — не удержалась я от смешка.

— Истинно так, — дроу рассмеялся в ответ, взял меня за руку и повёл дальше по мосткам.

Остановился на самом краю.

— Ну что, искупаемся?

Я глянула вниз и сквозь прозрачную воду увидела чистое дно, выстланное чёрными шершавыми камнями.

— На вид неглубоко.

— И не только на вид. Тебе где-то по грудь будет. Самое оно для занятий, — и он первым скользнул в воду. Без брызг и шума.

Я последовала за ним, но бесшумно не получилось.

— Ой, она же тёплая, — удивилась я.

— В мои планы не входило тебя заморозить, — улыбнулся Рэй, притянул меня к себе и обнял за талию.

— Что дальше? — я провела рукой по рябящей глади.

— Дальше будем учиться управлять водой, — он не сводил с меня горящих фиолетовых глаз. И сосредоточиться под этим взглядом было решительно невозможно.

— Почему вода?

— Боевые заклинания водной стихии самые мощные.

— Почему тогда ими никто не пользуется?

— Слишком энергозатратно, а ещё с водой непросто договориться.

— Договориться?

— Водная стихия — самая привередливая. Но это лишь поначалу. Научишься управлять малыми потоками, дальше легче пойдёт. Поверь, если ты её освоишь, больше ни один магистр не сможет с тобой совладать. Водная стихия в сочетании с огромным магическим резервом сведёт на нет любое преимущество противника.

Я скептически фыркнула.

— Давай попробуем, — Рэй встал у меня за спиной. — Вот увидишь, для твоего дара это идеальная стихия.

— Ну давай пробовать. А что делать?

— Закрой глаза, — шепнул Рэй на ухо и взял меня за запястья. — Теперь положи ладони на воду. Почувствуй её.

Я сглотнула, ощущая спиной обнажённую грудь дроу. Да какая вода?! В таких условиях невозможно сосредоточиться ни на ком, кроме этого коварного эльфа!

13.4

Магическая нить привела Ворна в подземелья. И что Дане здесь понадобилось? Сначала он решил, что она пошла к Флавию, но мерцающая паутина тянулась совсем в другом направлении. Ведомый магической силой, дракон добрался до той части катакомб, где обычно занимались целители.

Повёл плечом — анкар жёг. Магические цепи, сдерживающие ненависть дракона к своей истинной, клейму не нравились. Но ничего, он потерпит. Он всё что угодно вытерпит, лишь бы снова не подвергнуть её жизнь опасности.

Да, он вытерпит, а что насчёт Арэиена? Дроу теперь стал опасен не меньше, а то и больше, чем сам Ворн. Что делать с ним? Попробовать рассказать Дане правду? Рассказать, где ушастый провёл эти дни и почему на его руках следы от цепей? Но он поклялся, что будет молчать. Видимо, зря.

К сожалению, свою ошибку он понял лишь в тот момент, когда дроу сбежал. Освободился от цепей, прорвался к порталу и исчез. На прощание не забыв испортить телепортационный круг. Ворну пришлось лететь почти всю ночь, чтобы добраться до Университета. И что же он обнаружил?

Дракон шумно выдохнул. Она была с ним. С этим обезумевшим чудовищем! И это при том, что глава Дома Теней пообещала — её старший сын не вернётся обратно, пока будет представлять для окружающих хотя бы малейшую опасность. Пообещала в обмен на клятву Ворна не рассказывать о произошедшем. И что теперь?

Теперь мерзкий остроухий не отходит от его истинной и продолжает плести интриги! А он ничего не может сделать. И в первую очередь из-за собственной несдержанности. Единственное, что хоть как-то его оправдывает — невероятность происходящего. Всё, что связано с этой девчонкой, с его истинной, невозможно. Начиная от их встречи, заканчивая её даром и анкаром, который почему-то появился не только у неё на руке, но и на плече самого дракона.

Ворн глубоко вздохнул, собираясь с мыслями и шагнул на ступени, ведущие вниз, в большой грот. Остановился, не дойдя до конца лестницы, и огляделся.

Высокие деревянные мостки тянулись едва ли не до середины водоёма, на них как попало лежала чья-то одежда.

Решила искупаться? Ворн недоумённо покрутил головой и наконец-то заметил девушку. Не одну.

Дана стояла по пояс в воде, мокрые волосы откинуты назад, по светлой коже стекают капельки воды. Глаза закрыты, нижняя губа прикушена, по щекам разливается румянец. Она стояла почти обнажённая, если не считать узкой полоски ткани на груди, ничего, впрочем, не скрывающей. За спиной девушки возвышался дроу.

Дракон, запертый в теле человека, взревел. Ворн сжал кулаки, и отросшие ногти до крови распороли ладони.

Дроу склонился ниже, взял её за руки и что-то зашептал на ухо. Румянец на щеках Даны стал ярче. А проклятое отродье уже касалось губами её шеи.

Ненависть, лютая и всепоглощающая, ударила Ворну в голову. Никто и никогда ещё не вызывал в нём ничего подобного. Ему захотелось превратить ушастую тварь в пепел. Как этот плебей мог не то что коснуться, подойти к той, которая принадлежит только ему?!

— Рэй, ты меня отвлекаешь! — возмущённый голос Даны пробился сквозь пелену ярости. — Я так в жизни ничему не научусь.

— Извини, сейчас помогу, — ушастый шептал, но дракон уже поднял голову. Ворн почти перекинулся и ему стали доступны звериные слух и обоняние.

Проклятое отродье выпрямилось и через татуировки потекла магия. От него к ней. Лживый ублюдок усиливал их связь, выдавая это за обучение!

— Ух ты, — восхищённо проговорила девушка, когда вода под её руками забурлила. — У меня так никогда не получится.

— Получится, — усмехнулся дроу. — Нужно лишь немного потренироваться. Будешь заниматься чаще, быстрее добьёшься успеха.

— Да хоть каждый день. Главное, чтобы не железяками махать.

— Каждый день, это мне нравится, — дроу развернул Дану к себе и с жадностью оглядел. Бесстыдно задержался на груди, провёл рукой по гладкому животу и по-хозяйски притянул к себе, обнимая.

Она не противилась, покорно принимая чужие ласки. Без стеснения и сомнений. Его истинная. Та, что была для него создана… почти обнажённая… в объятиях самого непримиримого врага драконов… И он не властен это остановить, иначе потеряет даже призрачную надежду отнять её у этого чудовища.

Ворн не помнил, как поднялся на Ристалище и перекинулся. Осознал себя уже парящим в облаках, далеко от университетского замка и столицы. Анкар раскалённым клеймом жёг плечо, от сдерживающих цепей не осталось и обломков, а взбешённый дракон мечтал лишь об одном — вырвать глотку остроухому.

На обед я опоздала — в гроте мы с Рэем слишком задержались. И не то чтобы из-за водной магии. Как и следовало ожидать, учёба рядом с полуголым дроу — то ещё испытание.

Когда же добрались до столовой, Арэиен потянул меня к длинному столу, стоявшему в самом удалённом от окон месте. Именно там сидели все дроу. За исключением Тара, который демонстративно игнорировал родню.

— Но… — начала было я, потом глянула на своё привычное место, не увидела друзей и махнула рукой. Обедать в одиночестве не очень хотелось.

Правда, и сидеть в окружении дроу тоже оказалось тем ещё удовольствием — только ленивый на меня не пялился. Рэй, разумеется, демонстративно игнорировал чужое любопытство. Мне было сложнее. Особенно когда он мимоходом подвинул меня вместе со стулом поближе к себе.

— Дана, расслабься, ты моя элера.

— А почему тогда все так смотрят?

— Ну, может быть потому, что я до сих пор не представил тебя семье, — спокойно ответил дроу.

— А надо было?

— Не бери в голову. Это всего лишь условность. К тому же, я не хочу пугать тебя раньше времени своей роднёй. И кстати, что происходит между тобой и Харгом?

Вопрос был настолько неожиданным, а переход резким, что я едва не подавилась.

— Ничего не происходит.

— Уверена? А то ночные серенады говорят об обратном, — усмехнулся тёмный эльф.

— Серенады? Ты знаешь?

— Всё жилое крыло знает. Музыкальные таланты орков вообще мало кого оставляют равнодушными.

Я затравленно глянула на Рэя. Но ничего понять по выражению лица не смогла — спокойное, расслабленное. Как будто мы местное меню обсуждаем.

— Ерунда всё это, — я решила попробовать замять тему. Выдавать Тара не хочется, значит, и правду говорить нельзя.

— Если он тебе докучает — скажи. Я разберусь.

— Не надо, справлюсь.

— Уверена?

— Абсолютно.

Больше к этой теме мы не возвращались, но я чувствовала — разговор ещё не окончен. Надо потормошить Тара, пусть уже включает голову и решает проблему.

Но мысли о через чур талантливом алхимике стремительно улетучились. Рядом с Арэиеном думать о ком-то другом просто не получалось. Тем более что отношение тёмного эльфа ко мне заметно изменилось.

Дижения стали свободнее и откровеннее. А ещё дроу искал любой повод, чтобы меня коснуться. Он убирал за ухо выбившиеся волосы, поправлял загнувшийся ворот рубахи, подавал салфетку, обязательно касаясь пальцев, обнимал за талию. Постоянно подкладывал еду и вообще вёл себя как мать-наседка с синдромом гиперопеки.

— Спасибо, но мне точно хватит, — я поспешно отодвинула тарелку, чтобы не получить очередную порцию овощей на гриле.

— Уверена? Ты сегодня потратила много сил.

— Уверена.

— Тогда, может, сока?

— Рэй, я выпила уже два стакана. Ещё немного и лопну.

— Я перегибаю? — прямо спросил дроу.

— Немножко, но это даже приятно.

— Приятно? Мне кажется, есть кое-что намного приятнее, — изящные пальцы эльфа коснулись виска, прошлись по щеке, и он заклеймил мои губы поцелуем. Вот так просто, на глазах у всего универа.

Но Арэиен был слишком близко, чтобы думать о чужом мнении и осколках репутации. Так близко, что я не готова была его отпустить. Хотелось продолжения, чего-то более серьёзного, более откровенного и близкого.

Поцелуй внезапно прервался. Рэй не сводил с меня ярко-горящих фиолетовых глаз.

— Ты со мной? — требовательно спросил эльф.

— Что? — я совсем плохо соображала и вообще хотелось новых поцелуев, а не поговорить.

— Ты теперь со мной? Ты моя элера?

Что за странные вопросы. Это же и так понятно.

— Дана, ответь, мне важно, — глаза дроу разгорались всё сильнее.

— Д-да, — не совсем понимая, в чём дело, кивнула я и была тут же награждена поцелуем. По-звериному хищным и страстным. Меня ещё никто и никогда так не целовал. И это было невероятно и вместе с тем странно.

Звон гонга прервал наш поцелуй — обед заканчивался, скоро продолжатся занятия. А у меня пара по истории. И на неё надо идти — две предыдущие я уже прогуляла. Так что опаздывать не стоило. Но оставить эльфа оказалось непросто.

— Мне надо идти, — прошептала я, не желая, чтобы Рэй размыкал объятия.

— Увидимся вечером?

— Да, только у меня полно невыполненных домашек.

— Не беда, приноси с собой. Я помогу, — предложил он.

— Куда приносить? — не поняла я.

— Ко мне. У меня нет соседей, если ты помнишь, так что можно спокойно позаниматься.

— Позаниматься? — я не удержалась от смешка.

— Именно. И, поверь, я прослежу, чтобы ты не отлынивала, — тон у дроу стал серьёзным.

С этого зануды станется. Хотя о таком репетиторе можно только мечтать.

— Буду ждать в семь, сразу после ужина. Не опаздывай, — он поднялся из-за стола и потянул меня за собой. — Позволишь проводить.

— Позволю, — милостиво разрешила я и рассмеялась.

14.2

— Кажется, у вас с Рэем всё хорошо? — осторожно спросила Хелла, пока я бегала по комнате, собирая конспекты и учебники.

— С чего ты взяла?

— Ты так светишься, что можно на магических шарах сэкономить, — улыбнулась подруга.

— Это бессовестное преувеличение, — не согласилась я.

— Это не преувеличение, а преуменьшение, — она помедлила и неуверенно продолжила: — Слушай, ну раз всё так хорошо, может, и не стоит ворошить прошлое и выяснять, добровольно ты согласилась принять татуировки или нет. В конце концов, не будь между вами симпатии, никаких бы татуировок не получилось.

Я вздохнула и села на кровать. С одной стороны, очень хотелось согласиться с дриадой и забыть про все сомнения. Рядом с Рэем действительно было хорошо. И дроу не относился ко мне как к вещи. С другой, знать правду всё-таки хотелось. Нормальные отношения на лжи не строятся. И в этом я успела убедиться ещё в своём мире.

— Нет, — наконец, решила я. — Мне надо знать.

— Как скажешь, — нахмурилась Хелла.

— Давай лучше сменим тему. Про ухажёра твоей сестры никакой новой информации?

— Он точно из универа. Студент или преподаватель.

— Преподаватель? Разве это не запрещено?

— Разумеется, запрещено. Точно также, как запрещено по ночам выходить в город, приглашать в свои комнаты толпы друзей, содержать незарегистрированных животных, варить любовные зелья…

— Поняла, можешь не продолжать.

— А у тебя какие новости по расследованию? Есть что-то новенькое?

— Да, но пока это лишь две призрачные зацепки, которые я не знаю, как связать.

— Две? Да у нашей доблестной стражи и одной нет. А они это дело не первый месяц расследуют. Бездари! — Хелла зло пнула ножку кровати.

— Студент или преподаватель, — задумчиво произнесла я.

А ведь дом с тайным ходом, который в центре города, расположен недалеко от другого тайного хода. Но тогда получается, жертвоприношения совершают в универе. Ерунда какая-то! Тут же куча магов. Как такое скроешь? Или не ерунда? Благодаря этой кучи магов тут такой магический фон, что любое заклинание, даже самое запретное, можно спрятать и никто внимания не обратит.

В дверь постучали.

— Кто? — раздражённо спросила дриада, нервно перебиравшая гардероб. Когда Хелла была расстроена она всегда наводила порядок в своих вещах.

— Я за Даной, — послышался голос Рэя.

Я глянула на часы. Ой, уже четверть восьмого.

— Сейчас.

Поспешно скидав оставшиеся вещи в сумку, попрощалась с подругой и выбежала в коридор.

— Извини, забегалась.

— Бывает, — улыбнулся Рэй и обнял меня за талию. — Пойдём?

— Ага.

Всю дорогу я кусала губы и думала о словах дриады. Стоит ли портить всё сомнениями, если дела действительно идут хорошо?

— Что-то не так? — наконец спросил Арэиен, когда мы добрались до его комнаты.

— А если я спрошу тебя о чём-то не очень приятном, ты скажешь правду?

Если что-то не так, надо дать Рэю шанс объясниться.

— Разумеется, — дроу отпер дверь и остановился, пропуская меня вперёд.

Я выдохнула и вошла внутрь с тем же чувством, с каким ныряют в ледяную воду. За спиной щёлкнул замок. Сумка с книгами упала на пол, я медленно обернулась и встретилась с настороженным взглядом эльфа.

— Что случилось?

— Когда мы встретились… впервые. Ты вынудил меня согласиться стать твоей невестой?

— Вынудил? — прищурился он.

— Воздействовал на меня ментально?

— Заставил ли я тебя согласиться принять татуировки? — дроу говорил спокойно, но что-то в его внешности пугало.

— Да.

— Никого нельзя к этому принудить. Согласие должно быть добровольным. Согласие обоих, — тихо проговорил он.

— Но… — я потёрла лоб, собираясь с мыслями.

— Но я использовал заклинание успокоения, — продолжил Рэй. — Ты была напугана, а твой дар напрямую связан с эмоциями.

Я недоверчиво на него посмотрела. Любое ментальное заклинание меняет сознание. Поэтому в местном суде запрещены даже самые лёгкие успокоительные заговоры.

— А второй раз? — голос дрогнул. — Когда мы встретили Ворна.

— Нет, ты и сама это знаешь, — отозвался эльф. Он напряжённо застыл, жадно ловя мои движения.

Знаю. Прямое магическое воздействия я уже научилась ощущать. Но ведь татуировки всё это время тоже не спали, они усиливали нашу связь, мою симпатию к Рэю. И теперь я никогда не узнаю, по своей воле согласилась на это вот всё или нет.

— Дана, — позвал Рэй, потянулся ко мне, но дотронуться не осмелился, — посмотри на меня, пожалуйста.

Я подняла голову.

— Пусть первородная Тьма, прародительница дроу, будет залогом моей искренности, — в его раскрытой ладони вспыхнул сгусток чёрного пламени. — Я, Арэиен нэ Руогэр, первый мечник Дома Теней, клянусь, что люблю тебя. Люблю с того самого момента, когда впервые увидел.

Он говорил, а чёрное пламя разгоралось всё сильнее, отражалось в фиолетовых глазах, плясало тенями на лице и едва слышно пело. Пело на салари о том, что ждёт посмевшего солгать в присутствии древней силы.

14.3

Договорив, Рэй резко сжал кулак, гася пламя. В неосвящённой, наполненной тенями комнате повисла тишина.

— Я не хотел спешить, торопить тебя. Если бы не появился Ворн, я бы не стал настаивать на завершении обряда, пока ты учишься, — продолжил Рэй.

Он говорил спокойно, а у меня в душе столько всего происходило, что описать невозможно. Мысли и эмоции перемешались. А ещё, кажется, я совсем не была готова к признанию в любви. Особенно вот такому.

— Дана.

Я вздрогнула, снова посмотрела на дроу и утонула в фиолетовых глазах. Губы Рэя мягко коснулись моих, едва ощутимо, с невозможной нежностью. Зато руки, опустившиеся на талию, держали болезненно крепко, не желая отпускать.

Он ласкал меня. Поцелуями и прикосновениями рассказывая, как я ему нужна и как сильно он боится меня потерять. Рэй объяснялся в любви без слов, и они действительно казались не нужны. Ненужный мусор, который только всё портит.

Из блаженного небытия меня вырвала сильная боль. Анкар раскалился, я вскрикнула, схватилась за ладонь и провалилась в водоворот слишком быстро мелькающих картинок. Постепенно картинки остановились. Передо мной замерла последняя — тёмные катакомбы, нестерпимо воняющие отходами, слышен яростный писк крыс и недовольное ворчание каких-то кулей одежды, которые уползают подальше отсюда, кажется, это нищие и попрошайки. Но откуда их здесь столько? И где это здесь?

— Попался, чешуйчатый, под землёй не перекинешься, — звучит мерзкий голос за спиной.

Резко оборачиваюсь и вижу пятерых вооружённых мужчин, лица которых закрывают чёрные платки. Наёмники. Мои губы расползаются в ядовитой ухмылке, в жилах вскипает злая радость. Ну наконец-то. Хоть будет с кем подраться.

— Чего лыбишься? У тебя даже мечей нет или от страха спятил? — продолжает отвлекать наёмник, пока его дружки медленно берут меня в кольцо.

— Дана!

Я открыла глаза и тут же зажмурилась. Рядом кружили нестерпимо яркие световые пульсары. Рэй приглушил их и спросил:

— Что случилось?

— Кажется, нашего дорогого прынца пытаются убить, — хрипло ответила я и села, опершись на подставленную дроу ладонь. Анкар болел до того сильно, что меня начинало мутить.

— Откуда ты знаешь? — нахмурился Рэй.

— Видела, как его в каких-то катакомбах окружили наёмники. По крайней мере, он думает, что это наёмники.

— Думает?

— Я видела происходящее его глазами. И, кажется, немного слышала мысли. Ему нужна помощь.

— Как ты ему поможешь? Ты даже не знаешь, где он находится.

Метка раскалилась, боль потекла выше по руке.

— Мурмяу! — Тошка требовательно заскрёбся в дверь.

Рэй, продолжая хмуриться, впустил мантикора, и тот с порога прыгнул ко мне. Уткнулся мокрым носом в ноющую ладонь. Боль отступила, анкар засветился красным.

— Нет! — вскрикнул дроу, потянулся ко мне, но не успел — нас с Тошкой уже несло неведомо куда.

Через порталы ходить мне ещё не доводилось. Слишком уж это энергозатратно, требует большого мастерства и результат непредсказуемый. А ещё из-за магии Хаоса из университета они не открываются. Не должны открываться!

Но все законы оказались бессильны перед драконьими заскоками. Не прошло и нескольких секунд, как мы с Тошкой буквально свалились на голову одному из разбойников.

Придавленный тип наугад махнул загнутым клинком, за что получил от монтикора увесистую оплеуху и обмяк грязным куском тряпья.

— Дана?! — разнёсся по пещере яростный рык.

Я оглянулась и увидела Ворна. Принц, уже с оружием в руках, отбивался сразу от десятка наёмников, взявших его в плотное кольцо. Ничего себе, а в видении их было значительно меньше.

— Убирайся отсюда! — в глазах дракона плескалось расплавленное золото, кожу покрывала серебристая чешуя, даже в человеческом виде служившая ему неплохой бронёй.

Куда убираться, я спросить не успела. Из вонючей темноты ближайшего чёрного провала выскочило ещё несколько ребят с занавешенными лицами. И эти явились уже по мою душу. Тошка зарычал и угрожающе поднял хвост с жалом на конце. Я потянулась за мечом, который выронил придавленный, но вовремя поняла, что это бесполезно. Наёмники владеют оружием куда лучше. Значит, надо пользоваться магией.

— Дана! — от отчаянного крика Ворна я шарахнулась в сторону и только благодаря этому клинок наёмника не проткнул меня насквозь.

Испуг, смешанный с внезапно проснувшейся злостью, придал силы. Я вскинула руки и, не знаю почему, обратилась к водной стихии. Это было глупо. Особенно после одной единственной тренировки, но всё получилось само собой.

Меч неугомонного наёмника снова метнулся ко мне. Рассек воздух, целя в сердце, а водная стихия так и не отозвалась.

14.4

В полумраке татуировки замерцали серебряным, движения наёмника замедлились, и я с лёгкостью увернулась от удара. Подобрала меч, который так некстати решила сменить на магию, оказалась у нападавшего за спиной и рубанула. Почти наугад и вроде несильно, но тот вскрикнул и повалился на землю.

А мир не торопился восстанавливать привычной ход времени. Бандиты по-прежнему двигались как сонные мухи, и только Ворн перемещался непривычно быстро, пробиваясь ко мне сквозь толпу противников.

Совсем рядом крутился Тошка, жаля хвостом всех, кто не успеет увернуться. В целом, бой шёл неплохо, пока не появились они — пятеро мужчин в лёгких кожаных доспехах, в руках вместо мечей кнуты, у поясов приторочены ножны с кинжалами, из-за плеч выглядывают наконечники копий. Лица открыты, но вымазаны какой-то грязью, длинные чёрные волосы собраны в высокие хвосты. У одного из новоприбывших была с собой железная сеть, которую он волок за собой по земле.

Двигались все пятеро так же быстро, как мы с Тошкой и драконом. Ой, теперь понятно почему. Из-за грязи, которая украшала не только лица, татуировки сразу в глаза не бросились, но они были. Татуировки дроу. При том что наёмники эльфами не были.

Заметив новеньких, дракон ускорился — между нами осталось всего несколько метров. И тут один из наёмников вскинул кнут. Ворну удалось рассечь плеть, но та мгновенно срослась. Ещё три попытки, и петля затянулась на шее дракона.

Всё происходило настолько быстро, что я не поняла, в какой момент кнут обхватил моё собственное запястье. Меч со звоном выпал. Тошка зарычал, ударил лапой, освобождая меня, и тут же сам попал в ловушку — два кнута обвились вокруг лап. Мантикор яростно вгрызся в хлысты.

Дракону каким-то чудом удалось освободиться, но двое грязнорожих уже шли на него с сетью.

Я нагнулась за обронённым мечом, но пальцы неожиданно закололо — водная стихия отозвалась. Не успела обрадоваться, как послышался яростный, нарастающий шум и… на нас обрушился ледяной поток. Подхватил, разметал и потащил дальше, по тёмным катакомбам.

Понять, что происходит было решительно невозможно. Меня мотало из стороны в сторону, пару раз кинуло на камни, выбило последний воздух и снова потащило неведомо куда.

Темнота, неразбериха, кто-то несколько раз пытался схватить меня за руку, к счастью, безуспешно. А туннель всё не заканчивался. Лёгкие горели огнём… дышать… как же хочется дышать. Хоть один глоток воздуха! Я терпела до последнего, но в конце концов не сдержалась. Вода хлынула в нос и… ничего не произошло. Хотя нет, произошло. Мне полегчало.

Так, и когда это я научилась дышать под водой? Но поразмыслить над этим, находясь в бушующем потоке, было особо некогда. А тут ещё туннель в очередной раз вильнул, я ударилась виском обо что-то твёрдое, и мир окончательно померк.

— Дана! Дана! — меня нещадно трясли за плечи.

— Хва-ва-т-тет! — едва не прикусив язык, попросила я и открыла глаза.

Первым увидела перепуганного Ворна. Даже не думала, что лицо этого высокомерного типа способно на подобные мимические чудеса.

— Ты меня слышишь? — требовательно спросил он и на всякий случай ещё раз тряхнул за плечи.

— Слышу. И даже вижу. А где Тош…

На середине фразы на меня обрушился мокрый, урчащий комок шерсти. Отбившись от фамильяра, я с трудом (после водных горок всё тело невыносимо болело) приподнялась на локтях и огляделась.

В нескольких метрах от нас текла река, над головой возвышался каменный мост, невдалеке слышался базарный гомон, а совсем рядом — цокот копыт. Кажется, мы в городе. Но это точно не Драгонхейв.

— Где мы? — спросила я и поёжилась. Зиму, пусть и весьма умеренную, никто не отменял.

— Там, где тебя быть не должно. Ты как сюда попала?! — испуг сменился гневом.

— Прилетела. На крыльях любви, — я разозлилась. Что за манера постоянно орать, рычать и вызверяться? Неужели нельзя нормально разговаривать?!

Ворн от моего заявления потерял дар речи.

— Это была шутка, — на всякий случай уточнила я. — Меня сюда анкар перенёс. Слушай, а кто были те типы с татуировками дроу? С виду — обычные люди.

Прынц прищурился и недоверчиво на меня посмотрел.

— Ну что ещё?

— Мы в Шафаре, столице Пустынных кочевников, — помедлив ответил Ворн.

Мда, объяснил. За полгода в этом мире я успела только немного почитать про Империю Драконов. На остальное просто не нашлось времени — надо было учиться. Так что ни про каких кочевников мне ничего известно не было.

— Ты не знаешь, — с заминкой проговорил он и его взгляд стал задумчивым.

— Я не обязана всё знать.

— Не спорю, но как же так. Неужели ты настолько не интересуешься делами своего жениха? — последнее слово он не проговорил, а презрительно выплюнул.

— Рэй какое отношение к этому имеет?

— Эти земли уже не одно столетие находятся под негласным покровительством дроу. А те развесёлые ребята — прямые ставленники Дома Теней.

Я нахмурилась. Понятнее происходящее не стало.

14.5

— Так, а ну вставай, — неожиданно заявил Ворн.

— Зачем?

— Затем, что ты совсем замёрзла, — дракон без разрешения взял меня на руки и понёс к каменным колоннам. — Уйти отсюда мы пока не можем, меня ищут, а тебе здесь вообще находиться нельзя. Придётся греться и ждать вечера.

— Почему это мне нельзя здесь находиться?

— Женщинам запрещено входить в ворота Шафара.

— Но я магичка.

— Не имеет значения.

Ворн дошагал до каменных плит, служивших укреплением основания моста, усадил меня на одну из них и скинул с плеча кожаную сумку. Как только в водовороте не потерял?

Пока дракон рылся в вещах, у меня от холода застучали зубы. Каменная плита не намного лучше мокрого песка, если честно. Сам прынц, хоть и тоже промок до нитки, на замёрзшего не походил.

— Можешь создать защитный полог? Нас не должны увидеть.

— Могу, но заклинание будет фонить.

— Здесь нет магов.

— Какое прекрасное место — ни женщин, ни магов. А драконы тут водятся?

— Те люди с татуировками, которые тебя так заинтересовали, были охотниками на драконов. Так что если здесь и появляются мои сородичи, то только в клетках и цепях, — лицо на мгновение исказилось от ярости, но он на удивление быстро взял себя в руки.

Я с недоверием посмотрела на Ворна. Хотя… если вспомнить их вооружение: цепи, копья, кнуты — прямо набор юного охотника. И всё-таки не могут же дроу всё это поддерживать.

— Ты поставила защиту?

— Да. Нас никто не увидит и не услышит.

— Прекрасно, — он провёл рукой над каменной плитой, и из ничего разгорелось пламя. Яркое и горячее. Затем протянул мне чёрный плащ, который оказался сухим, хотя сумка, из которой его извлекли, промокла насквозь.

Плащ — это хорошо, но на мокрую одежду его надевать — идея так себе.

— Отвернись.

— Что? — не понял дракон.

— Отвернись, мне надо переодеться.

Ворн послушно повернулся ко мне спиной. А я начала поспешно скидывать мокрые вещи, прикидывая, сколько всё это будет сушиться. Оставшись в нижнем белье, закуталась в просторный плащ. Тошка тем временем подобрался поближе к костру, свернулся клубком и спрятал нос в пушистом хвосте.

— Можешь поворачиваться, — разрешила я, завидуя фамильяру. Ему ничего специально сушить не надо.

— Не думал, что женщины дроу отличаются стыдливостью, — ядовито заметил дракон.

— Думал? Зачем же так утруждаться, мессер? — теперь уже я демонстративно отвернулась и занялась одеждой. Если хорошенечко отжать и разложить на камнях, должна быстро высохнуть. Только не мешало бы выяснить, как долго мы собираемся сидеть под этим мостом.

Не хотелось бы застрять в подобном месте надолго. У меня же занятия и Рэй. Рэй, который признался мне в любви. И не только в любви. Всё-таки не зря наше обручение казалось слишком поспешным.

Я прикусила нижнюю губу. Здесь, на расстоянии от дроу, всё казалось уже не таким простым. К тому же то, что Рэй меня любит, не значит, что он не может врать.

Была у меня подруга. Ей тоже один товарищ в любви признавался, причём вполне искренне. А потом выяснилось, что у него жена и двое детей. Что примечательно, сей факт вообще никак не сказался на его признаниях. До последнего уверял в искренности своих чувств, а жена — это так, досадное недоразумение.

— Дана, ты меня слышишь? — с раздражением окликнул дракон.

— Что? Да, задумалась просто.

— Мне надо отойти. Нам нужна еда и одежда. Побудешь здесь одна?

— Зачем нам еда и одежда? Мы тут жить что ли остаёмся?

Нет уж, спасибо. Где тут ближайший аэропорт? Ну или конюшня?

— Мы тут до ночи. А сейчас раннее утро.

— Почему до ночи?

— Потому что когда на улице светло заметить огромного дракона намного легче.

— Ты собираешься перекидываться? — я вспомнила огромную зубастую зверюгу.

— А ты предлагаешь идти пешком?

— Хочешь сказать мы полетим? То есть ты меня покатаешь?

Полёт на настоящем драконе — вот это круто! Страшновато, конечно, и дракон немного не в адеквате, но всё равно это нечто запредельное.

Я поймала на себе странный взгляд Ворна. Вроде, не злится в кои-то веки, но всё равно непонятно, о чём думает.

— Покатаю, — усмехнулся он и поднял с песка мокрую сумку. — И не выходи из-под купала.

— Ага. Погоди, а что ты вообще тут делал? В Шафаре, в смысле.

— Джаса вчера ночью убили. Кто-то из местных наёмников, — сообщив эту нетривиальную новость дракон вышел из защитного круга, а я осталась переваривать услышанное.

Неужели инспектор узнал что-то важное? Но что? И где его нашли? Вернётся Ворн, разузнаю подробности. А пока… пока подумаю о том, что происходит с моей личной жизнью.

14.6

Я посмотрела на пляшущий на голых камнях огонь, пододвинулась ближе и плотнее закуталась в тёплый плащ. Наверняка магический — тонкий, почти ничего не весит, а греет не хуже шубы, к тому же, водостойкий.

Мда, кажется, я преступно мало знаю о мире, в который меня занесло. А всё потому, что моя жизнь ограничивалась стенами универа и краткими вылазками в город. Мир же оказался куда огромнее и сложнее. Вот сюрприз-то.

Невесело усмехнувшись, я провела пятернёй по мокрым волосам. Что же это получается. Если Ворн говорит правду, то тёмные эльфы помогают охотникам на драконов. Но разве такое возможно? У них же перемирие. С другой стороны, они избегают прямых конфликтов. А цели, ради которых дроу наносят татуировки наёмникам, ещё пойди докажи. Всегда можно сказать, что это всё делается исключительно по доброте душевной.

Но почему мне никто не рассказывал об охотниках на драконов и их связи с дроу? А я разве об этом спрашивала? Тем более что о моем иномирном происхождении знают только друзья. Они, конечно, всегда готовы ответить на вопросы, но эти вопросы надо сперва задать.

Ох, как же всё непросто! И с Рэем в первую очередь. Здесь, на приличном от него удалении, я вообще не уверена, что хочу быть его невестой. Он, конечно, симпатичный, но если подумать, мы почти незнакомы.

Погружённая в свои мысли я проворонила тот момент, когда на берегу появились двое. И измазанная грязью рожа одного из них была мне очень хорошо знакома — один из тех охотников, что напали на нас с Ворном. А вот вторым был дроу.

— Сахмет, так не пойдёт, — заговорил эльф на всеобщем. — Мы дали вам наводку, указали, где его ждать, и что в итоге? Вы упустили этого проклятого ящера при том, что он был один.

— Будь он один, мы бы справились. Но с ним была ведьма и какая-то клыкастая тварь.

Тошка, до этого мирно спавший, поднял голову и недобро глянул на наёмника.

— Какая ещё ведьма? — насторожился ушастый.

— С вашими татуировками, — буркнул охотник.

— Темноволосая?

— Угу.

Дроу зло выругался и резко спросил:

— Она жива?

— Да кто знает. Нас потоком воды прямо в эту реку снесло. И нас, и дракона, и ведьму.

— Обыщите реку и берега, найдите её! — эльф почему-то выглядел испуганным.

— Это невозможно. Река слишком быстрая, её могло унести намного….

— Без разницы! Найдите, или я лично перережу всем вам глотки. Понял?

— Да, господин, — наёмник согнулся в почтительном поклоне, потом спросил: — А как быть с драконом?

— Если встретите — убейте. Но если при этом с девчонки хоть волос упадёт, шкуру с живых спущу.

— Слушаюсь, — наёмник отвесил ещё один поклон.

— Чего встал? Выполняй, — рявкнул дроу, и здоровенный детина, на голову выше остроухого, побежал по песочку, на ходу крича что-то на гортанном, непонятном языке.

Дроу немного постоял на берегу, о чём-то размышляя, потом скривился словно от зубной боли и неторопливо последовал за наёмником.

Вот теперь мне действительно есть о чём подумать!

Ворн шёл по пыльным узким улочкам самого ненавидимого им города и не мог сдержать улыбки. Здесь, вдали от Университета и Сердца Хаоса, лежавшего в его основании, проклятие ослабело. Ещё и анкар странным образом успокаивал. В итоге, та всепоглощающая ненависть, которая вспыхивала всякий раз при появлении истинной, стихла. Пусть не ушла совсем и нет-нет, да поднимала голову, но он хотя бы мог спокойно разговаривать с Даной. Дана… надо бы выяснить её настоящее имя.

Впереди послышался топот, вскоре ему навстречу вылетело несколько вооружённых наёмников, но он даже глаз не отвёл. Драконы неплохо умели скрываться в толпе и менять цвет глаз, который выдавал их чаще всего. Цвет и заключенная во взгляде сила. И от того, и от другого Ворн мог легко избавиться, а накинутый на голову капюшон, сорванного с ближайшей верёвки плаща, скрыл слишком непривычный для этого места цвет волос.

Повезло ещё что их вынесло на окраину города. И что он не потерял Дану в потоке, а потом сумел быстро вытащить на берег. Перед глазами возникло бледное лицо с посиневшими губами, и сердце снова охватили холод и страх.

Дракон передёрнул плечами, свернул в узкий проулок и оказался на базарной площади, мгновенно утонув в царившем здесь шуме. Надо бы поспешить. Пусть Дана и поставила защиту, но надолго одну её оставлять нельзя. В этом городе слишком опасно. К тому же, она не имеет ни малейшего понятия, куда попала.

Ворн быстро прошёл мимо помоста, где торговали рабынями (единственные женщины, которым разрешалось здесь находиться), обогнул овощной ряд и направился к лавкам с готовой едой. Взял запечённое на углях мясо, пару лепёшек, овощи, без которых здесь не обходилась ни одна трапеза, и сладости. Если и было что-то хорошее в Шафаре, так это они. Дане должно понравится.

Вспомнил восторг на её лице, когда стало ясно, что обратно она полетит на драконе, и сердце забилось сильнее. Увидеть бы это выражение ещё хоть раз.

Он тряхнул головой, отгоняя ненужные мысли и вошёл в лавку готового платья. Торговец, бородатый старичок с грузной чалмой на голове, глянул на него сначала недовольно, но повнимательнее присмотревшись к гостю (сапоги на драконе были уж слишком хороши для нищего), расплылся в вежливой улыбке:

— Чего желаете, господин?

— Кожаные штаны, тёплую рубашку и сапоги.

— На вас?

— Нет, — помедлив, ответил Ворн и мысленно обозвал себя дураком. Как он собрался покупать одежду, если не знает размера. Ладно одежда, но обувь. — На кое-кого поменьше.

Старик понимающе усмехнулся и с необычной быстротой для столь почтенного возраста принялся доставать с полок вещи.

— Выбирайте, — подбодрил торговец, продолжая метать на прилавок тряпки.

Ворну даже себе одежду покупать доводилось нечасто — только в тех случаях, когда надо было путешествовать тайно. А тут целая куча вещей, которые, к тому же, едва отличаются размерами и цветом.

— Уважаемый, мне нужно что-то практичное на где-то такой рост, — он махнул ладонью на уровне своей груди.

— Понимаю, — кивнул старичок и с прилавка исчезло всё, кроме рубахи оливкового цвета и чёрных длинных штанов. — Размер сапог?

— Покажите несколько самых маленьких.

Обувь была мужская, и «самые маленькие» оказались совсем не на женскую ногу. Но другого тут вряд ли найдёшь. Пришлось взять, что было.

— Господин, — пересчитав монеты, обратился к нему хозяин лавки, — могу я позволить себе дать вам небольшой совет?

— Какой совет? — насторожился дракон.

— Идите через набережную. Там сейчас много наёмников, на вас они внимания не обратят, а вот разговаривать будут много и громко.

— Спасибо, — помедлив ответил он и повернулся к выходу.

— И ещё, господин. Не всем нам нравится власть дроу и их порядки, — куда тише проговорил старичок.

Оборачиваться дракон не стал, но этого и не требовалось. Он прекрасно знал, что среди пустынного народа растёт недовольство ушастыми покровителями, но не предполагал, что настолько.

Но радоваться тут особо нечему — его узнали. Значит, надо торопиться.

Выйдя с рынка, Ворн секунду поколебался и всё-таки свернул к набережной. Старик оказался прав, от количества наёмников рябило в глазах. Командиры поспешно строили подчинённых и отдавали приказы. Между обычными наёмниками ходили охотники, злые до бешенства. Ворн насчитал не меньше двадцати. Слишком много. Если его сейчас обнаружат, может не справиться.

К счастью, собравшиеся были слишком увлечены, чтобы обращать внимание на безоружного бедняка — сумку дракон предусмотрительно спрятал под старую вылинялую хламиду, служившую ему плащом.

Проходя мимо головорезов, он слышал обрывки их разговоров. Оказалось, что искали не его, а девушку. Черноволосую, с татуировками дроу. Ворну стояло огромных усилий не перейти на бег. Вся эта толпа искала Дану. А она была совсем близко, практически у них под носом. Если ей придёт в голову выйти из-под купола и прогуляться….

Дальше он старался не думать, однако воображение то и дело подкидывало разные картины будущего, одна другой цветастее. От необдуманных поступков его удерживал анкар и чутьё дракона — если бы с ней что-то случилось, он бы мгновенно об этом узнал.

— Эй ты, оборвыш! — окликнул кто-то из наёмников, когда он почти добрался до моста.

Ворн сделал вид, что не услышал, но головорез не поленился догнать его и развернуть.

— Глухой, что ли?! Не слышишь, уважаемый человек к тебе обращается.

— Не думал, что это мне, — тихо ответил Ворн, которому хотелось съездить по роже «уважаемого человека», но он прекрасно понимал — Дану отсюда никто, кроме него, не вытащит.

— Отнесёшь это эфенди Аджару, — наёмник сунул ему в руки конверт. — И быстро. Будешь расторопным, награжу, а если нет — сам знаешь.

Дракон быстро кивнул, спрятал конверт и зашагал дальше.

— Эй, ишак, ты забыл, в какой стороне дом уважаемого Аджара?! — снова заорал наёмник. На этот раз куда злее.

Ворн скрипнул зубами, развернулся и посмотрел на зарвавшегося ублюдка. Посмотрел так, как умеют только серые драконы.

Наёмник, собиравшийся снова что-то заорать, подавился словами и замер. А принц продолжал смотреть в тёмные, злые глазки, которые стремительно блекли. Воля у продажной твари оказалась слабой. Ворн сломал его меньше, чем за полминуты. Потом отдал приказ.

— Ты забудешь, что видел меня. Если спросят про послание для Аджара, скажешь, что нанял мальчишку.

— Слушаюсь, господин.

— А ровно в полдень ты достанешь меч и убьёшь любого охотника на драконов, который окажется поблизости. Если после этого останешься жив, ищи других охотников и продолжай убивать.

— Да, господин.

— Теперь иди.

Наёмник послушно развернулся и зашагал к гомонящей толпе, а дракон поспешил к мосту. Мерзкий ублюдок испортил всё настроение.

15.2

Ворна долго не было, и я (о ужас!) начала за него волноваться. Дожилась! Кошмарный ящер, женоненавистник, который только и умеет, что гадости говорить и командовать! А я за него переживаю. Всему виной, конечно, дроу с его приказами убить дракона, но тем не менее. Этот птеродактиль ощипанный пару дней назад едва меня не спалил.

Однако напоминания о прегрешениях дракона почему-то не особенно помогали успокоиться. Мне даже о Рэе подумать было некогда. А между тем, нам, когда вернусь, надо будет серьёзно поговорить, не отвлекаясь на сомнительные признания.

— Мурмяу! — возмутился Тошка, которому я случайно наступила на хвост.

— Извини. Сидеть надоело.

— Да идёт мур он. Сейчас спустится, — проворчал фамильяр и снова свернулся клубком.

— При чём тут дракон! Просто ноги разминаю.

— Ну мур, конечно.

Мантикор оказался прав. Прошло буквально несколько минут, и на берег спустился Ворн. Правда, совсем не с той стороны, с который я его ждала, и с какой-то тряпкой, отдалённо напоминающей плащ, на плечах.

Дракон безошибочно определил наше местонахождение и, не сбавляя шага, пересёк защитную черту. Заклинание на него даже не среагировало. Как будто я сама под купол возвращалась.

— Здесь еда и одежда, — Ворн поставил на камни сумку, брезгливо стащил с себя хламиду и бросил под ноги. Подошёл к костру, и опавший было огонь взметнулся ввысь. Прынц в задумчивости протянул к нему ладони, словно греясь и неожиданно спросил: — Как тебя зовут?

Я едва не выронила сумку, в которую успела сунуть любопытный нос.

— Дана, — в горле противно заскребло.

Ворн с шумом выдохнул и заговорил:

— Я знаю, когда мне врут. И нетрудно догадаться, что ты не из этого мира. Если раньше были сомнения, то сегодня они исчезли.

Аппетит мигом пропал. Ну вот, и стоило переживать об этом через чур сообразительном ящере?

— Не волнуйся, я никому не расскажу. Это не в моих интересах, — продолжил он. — Так как тебя зовут?

— Даша, — немного посомневавшись, всё-таки ответила я. Кое в чём дракон прав — после сегодняшнего действительно глупо отпираться. Я слишком многого не знаю об этом мире.

— Даша, — медленно повторил дракон. — Твой мир сильно отличается от нашего?

— Ну… там нет магии и девушки ходят в мини-юбках, — хмыкнула я, возвращаясь к прерванному занятию. Кажется, голову прямо сейчас мне откусывать не собираются, так почему бы не поесть. Тем более что пахнет всё очень вкусно.

— Мини-юбках?

— У ваших девиц панталоны длиннее. Это мне? — сумка оказалась с дополнительным измерением, где нашлась пара сапог и одежда. И размер явно был не Ворна.

— Тебе, — кивнул он, пристально меня разглядывая.

— Спасибо.

Ты смотри, почти моего размера. Но одеться можно и потом, в плаще и так тепло, а вот еда может и остыть. Я подтянула ближе свою не досохшую блузку и разложила на ней принесённое. Тут было мясо, лепешки, овощи, фрукты и большой бумажный пакет с восточными сладостями (ну по крайней мере, это было нечто очень похожее).

Закончив с сервировкой, я покосилась на дракона. Всё-таки не такой уж он и страшный. Особенно если не рычит.

— А можно спросить?

— Конечно, — кивнул Ворн.

— Не то чтобы мне нравится, когда на меня орут, но почему ты такой спокойный?

— Нашёл заклинание сдерживания. Оно отчасти усыпляет дракона и его чувства.

— И силу?

— Угадала, — усмехнулся он.

— Но это не все причины, да? — почему-то мне казалось, что дело не только в чарах.

— Мы далеко от Университета и Сердца Хаоса. Сердце — это нечто вроде природного артефакта. Оно усиливает магов и их заклинания, а также действие всех проклятий. Но чем дальше от Сердца, тем слабее маги этого мира и их чары. Именно поэтому в таких отдалённых местах, как Шафар нет магов. Для некоторых из твоих коллег оказаться на задворках мира равносильно потере дара.

— Да? — удивилась я и проверила резерв. Странно, никаких перемен. Как выплёскивалась магия через край, так и продолжает выплёскиваться.

— К тебе это не относится. К тебе вообще местные законы не применимы, — он странно усмехнулся, почти как безумный, потом спросил: — Можно задать вопрос?

— Задавай, — пожала я плечами. И так уже кучу всего разболтала.

— Ешь, а то остынет, — неожиданно сменил тему Ворн.

— Ага, спасибо, — я цапнула ещё теплый кусочек мяса и положила в рот. Ух ты, вкуснотища какая! — Так что ты хотел спросить?

— Это будет личный вопрос. И он тебе наверняка не понравится.

Ты смотри какие мы щепетильные стали.

— Переживу как-нибудь, задавай, — вкусная еда сделала меня благодушной.

— Знаешь, у Сердца Хаоса есть и другие свойства, — начал дракон совсем не с вопроса. — Оно усиливает не только заклинания, но и действие магических меток и… татуировок.

Я посмотрела на анкар, потом на татуировки. Вспомнила о Рэе. Вопрос Ворн так и не задал, но и без того ясно, на что он намекает.

— Извини, конечно, но мои отношения с Рэем касаются только меня и его.

— Разумеется, — взгляд дракона стал колючим. — Только если хочешь разобраться в этих отношениях, лучше сделать это здесь, подальше от чужого влияния.

15.3

— Давай лучше о Джасе. Что случилось? И если на него напал кто-то из местных, значит, за убийством стоят дроу?

— Хотелось бы сказать — да, но не могу, — скривился дракон сел напротив и отщипнул кусочек лепёшки. — Наёмников Шафара мог нанять кто угодно. Для них главное оплата, а заказчиком могу быть даже я.

Дракон вёл себя противоестественно спокойно и даже высокомерие куда-то испарилось. Как будто передо мной стоял, в смысле, сидел, совсем другой человек. Неужели это Сердце Хаоса действительно так сильно меняет? Хотя, чему удивляться? Я и сама совсем по-другому смотрю на мир. И Арэиен уже не кажется самым идеальным мужчиной на земле. Даже наоборот, к нему у меня появляется всё больше вопросов.

— Ворн, — позвала я дракона, и тот отчего-то вздрогнул.

— Да?

— Есть способ закрыться от влияния Сердца Хаоса?

Дракон долго на меня смотрел, потом ответил:

— Я нашёл только одно заклинание, и оно малоприятное. Мне бы очень не хотелось, чтобы ты ощутила магические цепи на себе.

Мне бы тоже, но надо поговорить с Рэем, не находясь под действием татуировок. Иначе я так ни в чём и не разберусь.

— А если я настаиваю?

— Ешь, я подумаю, — с неохотой ответил Ворн. — А сейчас давай вернёмся к нашим убийствам. Джас ничего перед смертью тебе не говорил?

— Нет. Но кое-что у меня и без него есть.

Дракон удивлённо на меня посмотрел. На лице мелькнули знакомые эмоции — неужели женщина способна мыслить самостоятельно и даже (о ужас!) делать выводы?

— Что? — в голосе послышалось снисхождение, на губах появилась улыбка. Примерно так взрослые улыбаются детям, которые хвастаются очередной кривой поделкой.

Я выдохнула, стараясь не обращать на это внимания, и спокойно заговорила:

— Мне кажется, ритуал проводился в стенах универа.

— Нет, эту версию проверяли. Она оказалась неверна.

— Проверяли? — удивилась я.

— Одной из первых. Джас об этом с самого начала подумал, но версия не оправдалась.

Я нахмурилась.

— Не переживай. Ты и без того сделала большой шаг — не каждому удаётся повторить путь настоящего сыщика, — похвалил дракон.

Мне захотелось его придушить. Разумеется, ни о каких доказательствах своей правоты я даже заикаться не стала. Какой смысл разговаривать с тем, кто не воспринимает тебя всерьёз? Только непонятно, зачем вообще нужно было разрешать мне заниматься расследованием? Или он просто хотел сделать приятное глупой девочке? Дать ей почувствовать свою значимость? Кажется, так оно и было.

А вот Рэй, несмотря на то что у меня есть к нему вопросы, никогда меня не недооценивал. И обращался, как с равной.

— Что-то не так? — насторожился дракон.

— Всё в порядке.

— Ты обиделась?

— Ну что ты. Маленьким глупеньким девочкам не положено обижаться на больших умных мальчиков, — ответила я и изобразила на лице кривую улыбку.

— Послушай, я ценю твою помощь, но расследование — это слишком сложный…

Я даже дослушивать не стала. Какой смысл? Одного тона достаточно. Пусть сейчас дракон и не мечтает откусить мне голову, для него я осталась глупенькой девушкой, которая шагу не может ступить без сопровождения мужчины.

— Даша, — к плечу осторожно прикоснулись. Я вздрогнула — меня давно не называли настоящим именем.

Дракон стоял рядом. И когда только успел подойти?

— Я очень ценю твою помощь, — продолжил он прежним тоном взрослого, пытающегося утешить ребёнка.

— Давай закроем тему. Мне всё ясно. Нам обязательно здесь до вечера сидеть?

— Обязательно, — мрачно ответил Ворн и убрал руку.

Надулся из-за того, что я не оценила его душевный порыв? Его проблемы.

Я вздохнула и задумчиво посмотрела на неспешно текущую реку — такие только на равнинах бывают, горные намного опаснее. И только сейчас поняла, что слышу ее голос — голос реки. Певучий, мелодичный, красивый. Очарованная невероятной песней, я не сразу начала вслушиваться в слова, а когда вслушалась по спине пробежали мурашки.

— Надо уходить, — Я схватила чужую сумку и принялась как попало складывать еду и вещи. Блин, переодеться же не успела.

— Что случилось? — с недоумением спросил дракон.

— Нас нашли. Сюда идёт большой отряд охотников за драконами.

Покончив с едой и мокрой одеждой, я отдала сумку дракону и, уже не заботясь о приличиях, скинула плащ и быстро натянула новые штаны и рубашку.

— Откуда ты знаешь? — Ворн во все глаза смотрел на то, как я прыгаю на одной ноге и пытаюсь запихать вторую в сапог.

— Знаю и всё!

Но дракон не спешил двигаться. В отличие от того же Тошки, который проснулся и теперь настороженно к чему-то принюхивался.

— Слушай, — я, приостановив попытки надеть второй сапог, выпрямилась и зло посмотрела на прынца, — понимаю, что верить глупой бабе выше твоего мужского достоинства. Но если ты сейчас не сделаешь над собой небольшое усилие и не запихаешь свои предрассудки в ж… эм… куда поглубже, нас убьют!

15.4

Дракон нахмурился, а я вернулась к надеванию второго сапога.

Тошка зарычал. Ворн тоже, потом вырвал у меня из рук сапог и собственноручно надел. Ух ты. Теперь меня персона королевских кровей не только кормила, но и одевала. Жаль не перед кем похвастаться.

— Держи, — дракон вручил мне сумку, затем снял рубашку, которая тоже досталась мне. За рубашкой последовали высокие ботинки и… штаны.

В последний момент я все-таки опомнилась и отвернулась. Что за стриптиз? Или это такая воинская хитрость? Испугать охотников видом голого мужика?

— Когда взлетим, поставь какой-нибудь воздушный щит, — быстро проговорил он, поглядывая в небо. — Наверху тебе будет трудно дышать.

— Ага, — кивнула я и оглянулась через плечо, но Ворна видно уже не было. Высокую фигуру затянуло серым туманом, который быстро расползался по земле и заполнял всё пространство под мостом.

Прошло меньше минуты, и из тумана высунулась огромная чешуйчатая голова с массивными роговыми выступами. Не закричала я только потому, что язык от страха прилип к нёбу.

Вблизи ящер казался куда страшнее и опаснее.

Не знаю, сколько бы продолжался ступор, если бы не Тошка. Фамильяр тяпнул меня за рукав рубахи и потянул в туман, к дракону.

А убрать эту дымовую завесу никак? Ничего же не видно.

Но тут перед глазами мелькнуло кожистое крыло и легло под ноги.

— Залезай, — распорядился фамильяр и для ускорения толкнул меня головой в бок.

— Да как на это можно залезть?

— Встань на крыло, — продолжал командовать мантикор.

— А оно выдержит? — кожаная перепонка не казалась особенно надёжной.

В ответ Тошка только рыкнул. Река запела громче, предупреждая о приближающейся опасности. Медлить больше нельзя. Эх, была не была! Я шагнула на крыло, мантикор прыгнул следом, и нас неожиданно легко приподняло. Ноги поехали вперёд, я с криком плюхнулась на попу. Хорошо хоть мембрана оказалась мягкая и падать было не больно. Пока размышляла о плюсах строения драконов, крыло поднялось выше, и мы с фамильяром скатились к шипастой спине.

Устроиться между костяных выростов оказалось непросто, особенно Тошке. Пришлось даже приклеить его заклинанием. Кто бы знал, как полезны иногда безобидные студенческие шалости.

Провозившись с фамильяром, совсем забыла про себя, и когда дракон внезапно задвигался, едва не слетела. Никогда не каталась на лошади, но ощущать, как под тобой движется живое существо, могущее по собственной прихоти сбросить — испытание то ещё.

Пока боролась со страхом, ящер вышел из тумана, и все придуманные ужасы мгновенно отошли на второй план, уступив место реальным. Мост буквально заполонили наёмники, и среди них было немало охотников. Почти все они держали наготове копья. Да они же Ворна в ёжика превратят!

Дракон расправил крылья, готовясь взлететь. Может, хоть огнём в них плюнет? Он же дракон, должен уметь.

— Он не может, — ответил на мои мысли Тошка. — Цепи не позволяют. А если он их скинет, то навредит тебе. Попробуй сама.

— Огнём плюнуть?

Толпа заулюлюкала, рядом пролетело первое копьё.

— Водой. Быстрее!

Дракон легко подпрыгнул, сделал несколько сильных взмахов крыльями — от поднявшегося ветра меня снова едва не снесло. Пришлось «приклеить» и себя к чешуйчатой спине.

Ещё два копья устремились в нас, одно пролетело мимо, второе чиркнуло дракона по чешуйчатому боку.

— Колдуй, иначе они его убьют!

— Как?! Я не знаю ни одного водного заклинания.

— Так же, как вызвала потоп. Быстрее! — рычал Тошка, с беспокойством поглядывая на мост.

И словно в ответ на его слова, очередное копью пробило правое крыло насквозь. Дракон взревел и упал на землю. Благо, поднялись мы невысоко, и он успел подставить лапы.

Анкар нагрелся, но боли не было, только сердце сжалось. И стало по-настоящему страшно. Не за себя, за Ворна.

Я прикрыла глаза, стараясь успокоиться, и обратилась к водной стихии. Так, как учил Рэй. Просто позвала, прося о помощи. Без заклинаний и попыток подчинить чужую силу. Поделилась своей в надежде, что мне ответят.

Река забурлила, неспешное течение усилилось.

Два копья прошлись по драконьему боку, одно оставило глубокую рану. Ничего себе. Он же бронированный!

Ворн снова подпрыгнул, расправил крылья, делая очередную попытку взлететь. Рядом что-то мелькнуло, и на втором крыле появилось две дырки.

— Мурау! — взвился монтикор и угрожающе поднял ядовитый хвост.

И тут что-то загрохотало, над тихой рекой поднялась волна, размерам не уступавшая морским. Зависла на мгновение над мостом и ударила по столпившимся наёмником. Всё произошло так неожиданно, что они даже опомниться не успели.

Небо за считанные минуты затянуло тучами. Затем послышались раскаты грома, засверкали молнии, и на город обрушился ледяной ливень.

Дракон сделал третью попытку взлететь, и на сей раз у него получилось. Оставшиеся на набережной наёмники не смогли ничего сделать — сквозь водную стену, на которую очень походил начавшийся дождь, бросить копьё было невозможно.

Я опомнилась, только когда мост с наёмниками стал совсем крошечным. Дождь нещадно хлестал по плечам, стекая с зачарованного плаща. Мокрые волосы прилипли ко лбу и щекам, руки, которыми я вцепилась в костяные выросты, свело от холода. Тошке тоже досталось — красавец-мантикор превратился в помоечную кошку, тощую и грязную.

Рядом оглушительно загрохотало — дракон собирался нырнуть в грозовые тучи. Я едва успела поставить барьер. Вокруг засверкали молнии, по магическому щиту потекла вода. И ничего не видно, кроме иссиня-чёрного тумана. Однако тучи быстро закончились и вперед показалось ослепительно яркое солнце. Дракон расправил крылья и замер, ловя потоки воздуха. Облака остались внизу, а над нами простиралось голубое бездонное небо, залитое солнцем.

Надо же, а ведь последние полгода я мечтала именно о солнце. Вот мечта и сбылась. Да уж, во истину, бойтесь своих желаний.

Мы летели, наверное, уже несколько часов. За это время Тошка успел просохнуть, а я промёрзнуть до костей — магический купол защищал от ветра и не давал задохнуться, но едва согревал воздух, то есть инеем мы не покрывались, но и одежда не высохнет.

Интересно, долго ещё?

Дракон неожиданно вздрогнул и завалился на бок. Если бы не заклинания, мы бы с мантикором не удержались. Взмахнул правым крылом, выравниваясь, пролетел несколько метров, и сложил крылья. Голова безвольно мотнулась вбок, и мы полетели вниз, беспрерывно вращаясь.

Верх и низ смешались. В бесконечной болтанке я могла думать только о том, как бы не разжать руки. Защитные чары сбились, и когда мы попали в скопление облаков, пришлось мокнуть второй раз. Потом показалась земля, которая мелькала то сверху, то снизу. Кажется, я даже не кричала. А чего кричать — всё равно шансов никаких. Если только Ворн очнётся, но он, кажется, и не собирался. Неужели раны копий оказались настолько серьёзными.

Через пару мгновений стало ясно, что нас ждёт не просто земля, а горы, у подножья которых раскинулся густой лес. Ну всё, тут точно без шансов.

Я зажмурилась, готовясь к неизбежной встрече с природой, но вместо удара услышала звериный рёв. Меня подкинуло так, что клацнули зубы. Потом резко мотнуло вправо, ещё один рывок вверх и удар грудью о чешуйчатый панцирь. В этот момент заклинание, удерживающее нас с Тошкой, не выдержало. Я слетела с драконьей спины, пересчитала все костяные выступы и упала в опавшую листву.

Неужели живая? Открывать глаза было страшно, но пришлось. Надо проверить, как там Тошка.

Фамильяр нашёлся в нескольких метрах от меня — он лежал на усыпанной прошлогодними листьями земле и не подавал никаких признаков жизни. Невдалеке застыл серебристой горой дракон. В отличие от нас ему не повезло — он приземлился на самом краю лесной поляны, пробороздив брюхом по деревьям.

Думалось с трудом, голова гудела, перед глазами всё плясало. Кое-как приподнялась на локтях и осмотрела себя. Кажется, всё на месте и никаких ран, если не считать пары ссадин. С другой стороны, могут быть внутренние повреждения, но даже если они есть, вряд ли я о них узнаю. Эх, надо было в целители идти. А то в арсенале только два заклинания — одно для остановки крови, второе — обезболивающее.

Вздохнув, попыталась перевернуться на живот и встать на четвереньки. Ох… получилось только с пятой попытки. И, кажется, между третьей и второй я потеряла сознание, а потом меня и вовсе жутко замутило. Чудесно, ещё и заработала сотрясение.

В общем, пока я возилась, мантикор успел очнуться и сам до меня доползти.

— Мурмяу, — в щёку ткнулся мягкий нос, и сразу же полегчало. Головная боль стихла, тошнота отступила. Тошка не просто делился силой, он лечил.

— Спасибо, — поблагодарила я котика. — Сам не ранен? Может, чем помочь?

— Я — фамильяр. Моё здоровье зависит от твоего благополучия, — ответил он и сел рядом.

— Как думаешь, что с Ворном?

— Пойдем посмотрим? — предложил кот.

Я вздохнула, поправила драконью сумку, которая даже с плеча не слетела во время падения (точно заговоренная), и встала на ноги. Немного пошатывало, но в целом сносно. Явно лучше, чем принцу.

— А Нирэл говорил, что должность телохранителя просто условность, — хмыкнула я и задумчиво посмотрела на Тошку. Мантикор сильно вырос. И не только внешне. За последние дни изменилась даже его речь.

Но додумать эту мысль не вышло, мы как раз приблизились к дракону на достаточное расстояние, чтобы увидеть стёсанный деревьями бок. Шкуру разодрало в том месте, куда до этого прилетело копьё, и теперь из раны текла тёмная кровь.

Я сглотнула, чувствуя, как подступает паника. А вдруг он действительно умрёт? От этой мысли стало не просто страшно, меня охватил настоящий ужас, и сердце заполнила беспросветная тоска.

Неужели так анкар действует? Раб не может пережить смерти хозяина?

— Живой, — заключил Тошка, который успел добежать до головы.

— Это, конечно, хорошо. Но что с ним делать? Я не зоомаг. И даже не целитель.

Фамильяр вернулся обратно, подошёл ближе к страшной ране и придирчиво её обнюхал:

— Яд. Поэтому он и упал.

— И что нам теперь делать?

— Не знаю, — растерянно ответил Тошка.

— Но нельзя же сидеть, сложа руки!

— Не кричи. Я знаю, не больше твоего.

Так, выдохнули и успокоились. Мантикор действительно в этом деле не помощник — он ещё месяц назад вообще котёнком был. Так что придётся всё решать самой и начать надо с главного. А главное — дракона отравили. Значит, надо хотя бы раны промыть и дать ему побольше воды. Активированного угля, конечно, не помешало бы. Но его ещё добыть надо. Только есть две проблемы — ящер слишком большой и неизвестно, где тут ближайшая река.

Внезапно в небе громыхнуло, и на нас обрушился очередной ливень. Да сколько можно?!

16.2

С одной стороны, дождь — это хорошо, раны промоет, но ещё немного, и я пневмонию заработаю.

— Пойду поищу укрытие, — мяукнул фамильяр и скрылся между деревьями.

Отлично. Теперь я осталась одна. Только стаи волков сейчас не хватает, чтобы меня сожрать.

Но волки так и не появились — дураков шататься по такому дождю не нашлось. Тошка тоже куда-то запропастился. Зато дракон начал проявлять подозрительную активность. Глаз не открыл, но ворочался и издавал странные звуки, похожие на смесь рыка и стона.

Главное, чтобы во время своих метаний меня не придавил, а то уж больно активно по полянке катается. Я на всякий случай отбежала под сосны — там капает хоть немножко поменьше и достать до туда непросто. Однако мои опасения не оправдались — ящер ещё немного поворочался, а потом пропал в непойми откуда взявшемся тумане.

Прошло буквально несколько минут, и туман рассеялся, оставив на земле скорчившегося человека. Застонав, Ворн перевернулся на живот и поднял голову. Намокшие грязные волосы закрыли половину лица, жёлтые глаза лихорадочно горели, по бледной коже стекали капли дождя.

Ёжики пушистые, и что мне с ним делать?! Ни навеса, ни палатки, ни пещеры, одни деревья с дырявыми кронами.

Сбросив первое оцепенение, я подбежала к раненному дракону. Заметив меня, он едва слышно выдохнул — «Живая», и упал в грязь.

— Ворн! Даже не думай отключаться! — я сняла плащ, собираясь накинуть его дракону на спину, и замерла.

На плече ящера горел анкар. Что за ерунда?! Откуда у принца драконов может быть рабское клеймо?!

Он снова застонал. Ладно, потом разберёмся.

— Ворн! Слышишь, не теряй сознания! — я от отчаяния хлопнула его по плечу. Два анкара случайно соприкоснулись, и между ними возникла тонкая светящаяся нить.

Ой, и что всё это значит? Я помахала рукой, надеясь, что нить оборвётся, но не тут-то было. С каждой секундой она наливалась силой и уплотнялась.

Ящер внезапно закашлялся. Я плюнула на магические заморочки и накинула ему на плечи плащ.

— Ты цела? — едва шевеля языком, спросил Ворн и поднял голову, вглядываясь в моё лицо.

— Со мной всё в порядке. Лучше о себе подумай. Тошка говорит, что тебя отравили.

— Невозможно, — он отрицательно покачал головой, — у драконов иммунитет к ядам. Если только…

Он снова закашлялся, и на губах появилась кровь.

— Я нашёл пещеру! — из кустов выскочил радостный мантикор.

— Далеко?

— Не очень.

— Ты сможешь идти? — я с сомнением посмотрела на Ворна, который и сидеть-то толком не мог.

— Если ты прикажешь — смогу, — золото в глазах разливалось всё ярче.

— В каком смысле «прикажу»?

— Ну ты же видела на моём плече анкар, — тихо ответил дракон.

— Хочешь сказать… да нет! Не может этого быть! Я не могла. И не умею, и…

— Приказывай! — неожиданно громко рявкнул он.

— Вставай и иди, — от неожиданности выдала я, и поспешно добавила: — В пещеру.

Ворн действительно поднялся, с трудом выпрямился, потом протянул руку и потребовал:

— Дай штаны.

Ой, точно. На нём же ничего, кроме плаща. Пришлось выуживать из сумки требуемое. Дракон, заполучив одежду, развернулся спиной и начал медленно её натягивать. Мне стало совестно, и я тоже отвернулась.

А между тем, дождь не кончился, и мы все продолжали мокнуть. Вот же вредный ящер. Ну дошёл бы до пещеры с голой попой, под плащом всё равно не видно.

— Надень, — закончив со штанами, Ворн вернул мне плащ.

Я его даже не услышала, уставившись на разорванный бок. Пока он лежал, раны видно не было, потом её прикрывал плащ, но теперь, когда ящер оказался с голым торсом, вся эта красота оказалась у меня перед глазами. Да у него же рёбра сквозь обрывки кожи видно!

— Веди, — приказал дракон Тошке, и фамильяр развернулся к кустам, готовый показывать дорогу.

— Ворн, давай я хотя бы кровь остановлю и обезболю? — запоздало предложила я.

— Не сейчас, когда придём, — послышалось обрывистое сквозь стиснутые зубы.

Да он же едва ноги переставляет. Дошёл бы, на заклинание левитации у меня сил не хватит (на подкормку водной стихии ушло слишком много энергии), а тащить на себе — я не валькирия. Ворн хоть и не орк, но выше меня почти на две головы.

К счастью, Тошка не обманул. Пещера действительно находилась совсем недалеко. Тёмная, правда, и холодная, но хоть на голову не капает. Не успели мы оказаться под каменным навесом, как дракон без чувств рухнул на землю.

16.3

Я никогда не была любительницей походов и отдыха на природе. Поехать на дачу — это пожалуйста, но с палаткой в лес — спасибо, кормите комаров сами. Проще говоря, к походным условиям была совершенно не готова. Ещё и резерв почти на нуле. Едва хватило, чтобы остановить кровотечение и обезболить. А вот дракона внутрь пещеры пришлось-таки тащить на себе. Хорошо ещё Тошка помог.

Сгрузив Ворна на всё тот же многострадальный плащик, я села рядом и задумалась. Сейчас вечер, совсем скоро ночь, надо бы хоть костёр развести, чтобы просушить одежду, а ещё неплохо было бы поесть. Хорошо хоть с последним проблем нет — еду я успела сложить в сумку до прихода наёмников. Но как быть с костром? Ночевка в темноте и холоде не воодушевляет.

— Смотри, — окликнул меня Тошка из глубины пещеры. — Кажется, это чья-то стоянка.

Я с трудом встала и потопала к фамильяру. Двигаться совсем не хотелось, но деваться некуда.

— Хм… это котёл, что ли?

— И дрова, — мантикор указал на приличную горстку сухих веток.

— А если хозяин всего этого добра вернётся?

— Тут никого больше двух месяцев не было. Или хочешь просидеть до утра в темноте и сырости?

Не поспоришь. Только я никогда не разводила огонь.

— Да чего там разводить, подожжёшь файерболом, и всё, — отмахнулся фамильяр.

— Ты мысли мои читаешь?! — возмутилась я.

— Не специально, я их просто слышу.

— Постоянно?!

— Только когда ты рядом.

Ну чудесно. Теперь чтобы подумать о личном, придётся прятаться от собственного фамильяра.

— Было бы о чём думать. И вообще, давай уже костёр разведём, холодно.

— Ты же в шубе.

— В мокрой шубе, — Тошка зябко повёл лопатками.

Чудесно. Рядом два кошмарных чудовища невиданной силы, а спасать их от холода должна хрупкая девушка без законченного магического образования. Эх.

Тошка с укоризной на меня посмотрел, раскрыл непомерных размеров челюсть и подхватил охапку веток. Мне даже стыдно немного стало.

В итоге нам с фамильяром удалось сложить нечто вроде костра. Но для розжига нужна была бумага. Будь у нас файербол, обошлись бы и без неё, но я слишком поздно поняла, что водная стихия продолжает пить магию, и теперь на восстановление резерва уйдёт не один день. А сейчас максимум на что способна — пара искр.

Я оглядела пещеру, но ничего бумажного не заметила. Неизвестный доброжелатель не оставил нам книжек или журналов, чтобы скоротать досуг. Но тут на глаза попалась сумка. Хм, может там что-то есть?

Немного поборовшись с совестью, я таки заставила её замолчать и отправилась копаться в чужих вещах. Драконья сумка оказалась безразмерной, а сам дракон тем ещё барахольщиком. Однако среди горы старых вещей, о предназначении большей части которых я даже не догадывалась, из бумажного оказалось только одно письмо. Причём запечатанное и без надписей на конверте. Читать чужие письма не в моих правилах, но если просто позаимствовать конвертик?

Нехорошо, конечно. Мне и в сумку-то залезать не стоило. Но сам дракон валяется бездыханной тушкой, на улице становится всё темнее, а дождь продолжает лить. И на дворе вообще-то зима. Мягкая, тёплая по нашим меркам, но зима.

Ну вот почему магия пропала в самый нужный момент?!

Продолжая борьбу с вредной совестью, я всё-таки распечатала конверт. Чисто механически выхватила пару строчек, написанных на всеобщем, отвернулась. Рука с письмом замерла. Не веря глазам, может, показалось, внимательнее вчиталась в кривоватые строчки и в холодной пещере неожиданно стало жарко.

Это было письмо одного из главарей наёмников к какому-то важному чиновнику Шафара. В послании цветасто расписывалось, с каким старанием охотники на драконов исполняют приказ первого мечника Дома Теней. И это несмотря на то, что приказ был отдан всего за пару часов до прибытия «серебряного ящера». А убийство столь сильного дракона — задача не из лёгких. Хорошо что мудрые командиры наёмников, из числа коих был и сам автор, нашли рецепт яда, который должен свалить даже принца.

Это что же получается, Рэй нанял наёмников, чтобы убить Ворна?! Я нервно рассмеялась. Поверить прочитанному было сложно. А если это сам Ворн всё подстроил?

Ну да, и едва не умер тоже для воплощения своего коварного плана. Я шумно выдохнула, с силой потёрла виски и встала.

Как письмо вообще попало к дракону? Мог ли он его выкрасть в городе? Да запросто, Ворна очень долго не было. Читал ли он его? Кажется, нет. А что будет, если прочитает? Это же прямое доказательства попытки убийства наследника. Причём не последним дроу. В письме не зря указан официальный титул Рэя. Значит, с большой долей вероятности, это окончится войной. Или каким-нибудь малоприятным конфликтом, где наверняка погибнет куча народу.

Не то чтобы мне хотелось защищать Арэиена — сейчас он перешёл черту, но война — это слишком.

Я посмотрела на письмо и разорванный конверт, валявшийся рядом с кучкой хвороста. А что если глупая женщина разожжёт костер с помощью ценного послания?

Ворн открыл глаза и замер, стараясь не дышать. Спиной к нему, едва касаясь обнажёнными ступнями его ног, лежала Даша. Густые волосы выбились из наспех заплетенной косы и рассыпались по черному плащу практически сливаясь с ним. Под сюртуком, которым укрылась девушка, отчётливо обозначалась фигура — хрупкие плечи, узкая талия, упругие бёдра.

Дракон принюхался и почуял головокружительный аромат весеннего рассвета и первых подснежников. Но в этот раз кроме привычного запаха истинной чувствовался и его собственный. Ворн сглотнул и шумно выдохнул — запахи кружили голову. Он наконец понял, что его всё это время так раздражало — от его истинной не пахло им. Теперь это изменилось, и зверь удовлетворённо молчал, не толкая человеческое начало на глупости.

Ворну захотелось увидеть ее лицо. Он приподнялся на локтях и едва не взвыл от боли — растревоженная рана, до этого успокоенная магией, дала о себе знать.

Боль немного отрезвила. Ворн, стараясь не разбудить Дашу, осторожно сел и осмотрел себя. Живот и грудь были туго забинтованы разорванными на полосы кусками белой ткани, сквозь которые кое-где проступала кровь. Пятна были совсем небольшие, значит, Даша не только убрала боль, но и остановила кровь.

Ворн снова посмотрел на свернувшуюся под сюртуком девушку. Такую маленькую, хрупкую и совсем беззащитную.

Она что-то пробормотала во сне, подложила кулачок под щеку и подтянула колени к груди. Да ей же холодно!

Самому дракону был не страшен и лютый мороз, но она то человек. И пусть плащ, на котором они спали не пропускал холода камней, в пещере под утро стало по-настоящему морозно.

Дракон заметил маленький, тлеющий костерок в метре от них. Протянул руку и заставил пламя вспыхнуть ярче. Немного подумал и закрыл вход в пещеру огненной стеной. Снаружи был сильный ветер, выдувающий все тепло.

Ещё немного посмотрев на безмятежно спящую девушку, он осторожно поднялся. Накатила страшная тошнота, голова загудела и раны обожгло новой болью. Кажется, Даша вчера говорила что-то о яде. Похоже, она была права. Но если это так… Ворн со злостью сжал кулаки. В этот раз дроу не уйдут от ответа!

А если бы на его месте был кто-то другой?! Серые обладают повышенным иммунитетом к ядам. Но никому из золотых или алых, которые могли бы заменить принца в подобном путешествии, не суждено было бы выжить.

Ворн рыкнул, сделал шаг вперёд и напоролся на острый каменный выступ. Надо бы одеться. Но вся его одежда осталась на берегу той злополучной речушки. Одна надежда на сумку.

И эта надежда полностью оправдалась. Дракон действительно нашел комплект чистой одежды и остатки вчерашней еды. А ещё кучу как попало сложенных вещей. Ворн посмотрел на спящую девушку. Вряд ли она рылась в его сумке из чистого любопытства, но ему это все равно не понравилось. Драконы вообще не терпят, когда трогают их собственность. Особенно без разрешения.

Собственность… Ворн снова посмотрел на Дашу. В его понимании она тоже была его собственностью, только упрямо не хотела этого признавать. Так упрямо, что он начинал сомневаться в правильности своих суждений. Но разве может женщина иметь свое мнение?

Раньше он полагал, что за ее словами и действиями стоит остроухий. Дракон был уверен, что Арэиен вкладывает ей в голову нужные ему мысли. Но сейчас она не была под влиянием дроу, однако это мало что изменило.

Ворн вздохнул и поморщился — глубоко дышать было больно. А ведь вчера она его спасла. Непонятно только, как. Как у неё хватило сил на такое? И почему стихия подчинилась? Неужели только потому, что она из иного мира? Или дело в чём-то ещё?

Принц немного подумал и попытался сосредоточиться на другом. Наёмники откуда-то знали, что он прилетит в Шафар. Это при том, что даже он сам об этом не знал, когда улетал из Драгонхейва. После того, что увидел в гроте, он боялся не сдержаться, и просто хотел убраться как можно дальше от своей истиной. Только на полдороги он принял решение отправиться в пустыню и выяснить, кто заказал убийство Джаса. И там его уже ждали.

Дракон осторожно коснулся выжженного на спине клейма. Он всегда знал, где находилась Даша. А что если она тоже может его чувствовать?

Ворн оценивающе посмотрел на девушку. Вряд ли она хотела его смерти. А вот дроу… дроу мог. Возможно, она даже не знала о его планах. Эльф мог через татуировки подключиться к анкару и выследить.

Тогда он должен знать, где они с Дашей сейчас. Или чтобы использовать анкар ему нужно находиться рядом с девушкой? Было бы неплохо, если так. Иначе они в опасности.

Дракон снова посмотрел на истинную. Сейчас он даже не сможет перекинуться, чтобы её защитить. И пока непонятно, куда их занесло. Может, они всё-таки успели добраться до Империи?

— Аааа! — полный ужаса крик разорвал тишину пещеры, заметался под сводами эхом и ударил Ворна по ушам.

Даша перевернулась на спину и забилась в непонятном припадке. Она больше не кричала, отчего происходящее наводило ещё больший страх. Дракон сорвался с места и мгновенно оказался рядом с истинной, взял за руки, не зная чем помочь, и вздрогнул. Её кожа оказалась невероятно холодной, а с волос стекала ледяная вода.

17.2

Темнота и тишина. Опять что ли?! Да сколько можно? Надеюсь, хоть дракона в этот раз не будет?

Покрутила головой, но виднее не стало. Может, попробовать поискать свет? Главное, чтобы не в конце тоннеля. Ну и в пропасть не хотелось бы случайно свалиться.

Сделала первый шаг, вроде пол ровный. На всякий случай выставив руки, пошла вперёд. Время воспринималось странно. Непонятно, сколько я так пробродила — пару минут или несколько часов, но ничего не изменилось. Всё та же тьма и тишина.

Зажигалку бы сюда или фонарик. Хм, а ведь я уже больше полугода маг и пора бы уже начинать думать соответственно своему положению. Не уверена, конечно, что во сне заклинания работают, но почему бы не попробовать.

Яркий магический свет ослепил. Я вполголоса выругалась, открыла слезящиеся глаза, привыкшие к тьме, и замерла.

Небольшой пульсар выхватывал из мрака не так уж и много. Но в это «не так уж и много» попала огромная голова чёрного ящера с острыми роговыми выступами, идущими по ребру носа и перерастающими в некое подобие короны на голове.

Глаза ящера были закрыты. Спит или помер? Ой, да какая разница! Валить надо!

Я попятилась, стараясь даже не дышать. Успела отойти на целых три шага, когда глаза дракона открылись. Жёлтые, с бушующей тьмой зрачков.

Мы с ящером молча уставились друг на друга. Он, кажется, был удивлён нашей встрече не меньше моего. Однако удивление быстро прошло, и дракон заинтересовано принюхался.

— Может, сделаем вид, что мы друг друга не заметили? — предложила я, не в силах больше выносить эту тишину.

Ящер в ответ запрокинул вверх голову и неожиданно дохнул огнём. Поток обжигающего пламени пронёсся над моей головой, закрутился в кольцо и завис. Тьма вокруг расступилась, но за пределами огненного светильника оставался непроглядный мрак. И зачем нам такая иллюминация, если всё равно ни черта не вид…

Ой, кажется, вот зачем. Огонь, видимо, был нужен не для того, чтобы осветить пространства, а чтобы показать самого дракона. Во всей, так сказать, красе. Он был огромный, с роговыми выступами на спине, и хвостом, украшенным чем-то вроде костяной булавы, но «краса» была не в этом. У дракона не было крыльев. На их месте виднелись ярко-красные полосы, из которых до сих пор сочилась кровь.

Чёрный дракон! Самый настоящий, из древних сказок!

Зачем извечному врагу серых понадобилась истинная их наследного принца я думать не стала, просто развернулась и побежала. Прямо во тьму, которая уже не казалась такой пугающей.

Ящер промедлил пару секунд и бросился следом. По неведомой пустоте прокатился рёв, который послужил отличным стимулом для ускорения.

Впереди летел пульсар, освещая путь — случайно свалиться в какую-нибудь яму или споткнуться очень не хотелось.

Однако все предосторожности оказались напрасны. Ещё секунду назад вокруг царил мрак, а через мгновение я оказалась бегущей по ристалищу, причём прямо к обрыву. До края оставалось меньше метра. Резко остановиться на такой скорости я попросту не смогла. По инерции сделала несколько шагов, и с отчаянным криком полетела вниз. Прямо в бушующее море, ощерившееся острыми скалами.

Сердце судорожно сжалось, дыхание от ужаса перехватило, в ушах свистел ветер, перекрывающий даже шум воды и нескончаемый гомон чаек. Ледяные капли кнутом секли лицо и голые руки.

Наверное, надо было закрыть глаза, но я не смогла. Скалы приближались, одежда и волосы намокли от брызг, поднимавшихся на несколько метров ввысь. Ну вот и всё.

Но прежде чем я достигла мокрых камней, из воды, прямо подо мной, появилась исполинская чешуйчатая голова, цветом сливавшаяся с морской водой. Зелёные глаза непонятного чудища посмотрели на меня, и пасть распахнулась, ощерившись острыми зубищами. То есть я ещё и кормом для кого-то должна стать?! Вы издеваетесь!

Проснувшееся возмущение придало сил и вместо того, чтобы спокойно сдохнуть, я собрала остатки магии и послала прямо в пасть прожорливой твари огненный ураган.

Крик, последовавший за этим, был настолько силён, что мозг, казалось, плавится под его воздействием. И почему-то этот же крик сдавливал лёгкие и мешал сделать вдох. На меня накатила очередная волна паники. Я не могла ни дышать, ни видеть, ни слышать. Я даже не чувствовала стука собственного сердца, если оно ещё бьётся, конечно.

17.3

— Мы проследили за ним до южной границы, потом снова началась гроза, и он пропал, — Гьер докладывал, не поднимая глаз, и это раздражало до одури.

— Значит, отравленный дракон, который может сдохнуть в любую секунду, утащил непойми куда мою элеру? А до этого твои идиоты пытались его убить, при том, что Дана в это время находилась рядом? Я ничего не забыл?

— Тэар[1], - Гьер сглотнул и вжал голову в плечи, — девушка не пострадала.

— Да неужели?! — Рэй сам не заметил, как перешёл на рык.

— Что здесь происходит? — в приоткрытую дверь его комнаты заглянул Тар. Только этого нытика здесь не хватало.

— Не твоё дело.

— Дана моя подруга, — упрямо заявил брат и встал на пороге, за его спиной виднелась троица так называемых «друзей» — болтливая дриада, человек и заносчивый светлый, чей интерес к Дане последнее время раздражал Арэиена всё сильнее.

— Уйди, — приказал дроу Гьеру и недовольно посмотрел на брата.

— Да, тэар, — ещё один поклон, и младший поспешно удалился.

— «Тэар»? — удивлённо поднял брови Тар. — Когда ты успел стать главой дома? Что тут вообще творится? И куда пропали Дана с Ворном?

— Дела семьи тебя не касаются, ты сам отказался быть частью дома, — отмахнулся Рэй и повернулся лицом к окну, за которым из-за проливного дождя ничего не было видно.

Ему хотелось действовать, но что делать он не знал. Его элера, его любимая была неизвестно где, в невероятной опасности. И он был виноват в этом. Если с ней что-то случится, других виновников не будет. Только он. Осознание этого было страшнее любой раны или проклятия.

Дроу сглотнул, чувствуя, как внутри него ворочается страшная тёмная тварь, пробудившаяся из-за анкара. Он тратил огромное количество сил, чтобы не дать этому снова вырваться. Не стать одержимым. Но чем дольше от неё нет вестей, тем сложнее держаться.

— Хорошо, дела семьи меня действительно не касаются, — откуда-то издалека донёсся упрямый голос брата. — Но про Дану ты мне расскажешь.

— Собрался отдавать мне приказы? — тихо спросил Рэй и повернулся к Тару лицом.

Брат отшатнулся, но быстро взял себя в руки и снова спросил:

— Где Дана?

— Не знаю! — по кабинету прокатился отчаянный рык, и Рэй внезапно замер.

Татуировки, которые появились после обручения с Даной, мгновенно раскалились и также стремительно остыли. На Арэиена дохнуло морозом, по позвоночнику пробежал противный холодок и… она пропала.

Он больше не чувствовал её. Совсем. Даже на границе сознания. Она словно исчезла из этого мира. Тьма, таящаяся в сердце, хлынула наружу, сметая всё на своём пути. Он найдёт её во что бы то ни стало! Найдёт!

— Арэиен! — холодный, властный голос вырвал его из тёмного водоворота.

Рэй зажмурился, помотал головой и посмотрел в спокойное лицо светлого.

— Скажи только одно — она с Ворном?

— Да, — с трудом ответил дроу. Складывалось ощущение, что за эти несколько секунд он утратил способность не только ясно мыслить, но и говорить.

— Значит, он её защитит, — спокойно отозвался Нирэл.

— Её? Он себя защитить не в состоянии! — рявкнул Рэй, чувствуя, как татуировки исчезают, и рвутся последние ниточки, которые связывали его с девушкой.

Нет! Этого не могло произойти. Только не с ней!

[1]Тэар, тэари (женский вариант) — обращение к главе дома дроу.

— Даша! — Ворн держал в руках безжизненное тело девушки и не мог поверить в случившееся.

Пару минут назад она безмятежно спала, а потом что-то произошло. Неужели её задело отравленным оружием?

Дракон обхватил худенькое тельце сильнее, коснулся губами холодной щеки и зашептал на салари.

— Я люблю тебя. Люблю больше всего в этом мире. Больше жизни. Очнись, пожалуйста, слышишь? Ты меня слышишь? Даша. Я клянусь, я не трону тебя, не прикоснусь без согласия… только вернись. Прошу… Даша, пожалуйста. Ты можешь остаться с дроу, да делай, что хочешь, только живи. Живи, умоляю тебя!

Он шептал, не останавливаясь, взывал к давно ушедшим богам и проклинал чёрных драконов. Клялся, молил, угрожал, но ничего не происходило. Ворн говорил и говорил, покрывая холодное лицо поцелуями. Говорил до тех пор, пока его не прервали.

В пещеру, перепрыгнув бушующее у входа пламя, ворвался мантикор.

— Быстрее! Ей нужен драконий огонь! — фамильяр беспокойно закрутился на месте.

Ворн, одержимый внезапной надеждой, ничего не спрашивая, провёл над телом истинной трясущейся ладонью. В воздухе заплясала огненная дорожка. Заплясала и тут же исчезла. Дракон нахмурился и быстро повторил тот же трюк. Но и в этот раз пламя продержалось не больше секунды. Ничего не понимая, он в третий раз призвал стихию, и на этот раз заметил, как Даша с жадностью «выпивает» драконий огонь.

Если она ещё способна поглощать магию, значит, надежда есть. Ослеплённый этой мыслью, Ворн, отдавая последнее, создал вокруг тела истинной огненный кокон.

Холод. Тьма. Давящая на уши тишина. Такая тишина бывает под водой. Когда ныряешь глубоко-глубоко и замираешь, заворожённый царящим вокруг спокойствием. Мне бы даже понравилось, если бы не холод и темнота.

Не знаю, сколько я вот так мёрзла, но вдруг вдалеке появился слабый огонёк. Я с надеждой потянула к нему руки, но он мгновенно угас. Прошло совсем немного времени, как на его месте появился новый. Правда, этот тоже продержался недолго, но на его место пришёл следующий. Это повторилось несколько раз, пока совсем рядом не засияло яркое тёплое пламя. Такое ласковое и живое, что захотелось в нём раствориться.

Я вытянулась и смогла кончиками пальцев дотронуться до пляшущих алых лепестков. Даже не обжигает, только греет. Надо же… ой, куда это меня потянуло?!

Пламя закрутилось вихрем, за считанные секунды разрослось до невероятных размеров и потянуло вверх. Уши заложило, голова закружилась и к горлу подкатила тошнота.

Я с трудом разомкнула веки. Перед глазами плясали яркие пятна, кожа потеряла чувствительность, а в ушах стоял дикий шум.

— Даша, Дашенька, ты вернулась? Ты здесь? — пробился сквозь шум чей-то сбивчивый шёпот.

Даша? Неужели вернулась в родной мир? В магическом никто Дашей меня не называл.

— Ты слышишь? — голос стал громче. — Дашенька?

Я несколько раз моргнула, разноцветные пятна потускнели и сквозь них удалось разглядеть невероятно бледное мужское лицо. Черты, вроде бы, были знакомы, но мозг почему-то никак не хотел собирать их в кучу и опознавать владельца.

— Даша?

Рядом с мужчиной появилась лобастая кошачья голова. Тошка! Мантикора я узнала сразу. Но что всё-таки случилось? Неужели это всё из-за какого-то сна?

Я попыталась сесть, но не смогла — руки и ноги не слушались.

— Тише, подожди. Тебе надо отдохнуть.

— Боюсь, — вмешался фамильяр, — на отдых нет времени. Тут повсюду шныряют орки.

— Много?

— Видел несколько отрядов. В каждом по пять воинов и маг.

— Патрули. Значит, мы в Диких лесах. Граница с Империей совсем близко, но добраться до неё будет непросто.

— Чего нам бояться? Драконы не враждуют с орками, — заметил Тошка.

— Да, не враждуют. Но орки живут по своим законам, и я сейчас не в том состоянии, чтобы демонстративно их нарушать.

— Зачем нарушать? — не понял фамильяр.

— Затем, что у зеленомордых свои представления о гостеприимстве. Даша, ты меня слышишь?

Я хотела ответить, но получилось нечто хриплое и маловразумительное, так что пришлось ограничиться обычным кивком.

— Тогда запоминай. Если нас найдут, я скажу, что ты моя истинная. Но тебе придётся вести себя соответственно.

Его истинная? Значит, он дракон. Как же его зовут? В… Вар? Нет. Вит? Нет, но точно на «В». Вран? Ван? Я нахмурилась, перебирая варианты, но правильный всё никак не находился.

— Даша, ты меня слушаешь? — раздражённо спросил дракон.

— Извини, — с трудом выговорила я. — Как тебя зовут?

— Ты меня не помнишь? — забеспокоился он.

— Помню, но не совсем.

Звучит, конечно, странно. Но это действительно так. Я прекрасно помнила всё, что было с ним связано — начиная с встречи и заканчивая сожжённым письмом. Но вот лицо и имя были как в тумане.

18.2

— Что значит «не совсем»? — дракон смотрел с тревогой.

— Я помню всё, что с тобой связано, но внешность и имя — очень смутно.

Он нахмурился, внимательно меня оглядел и спросил?

— Тебя задело оружием наёмников?

— Нет, — я отрицательно качнула головой, и пещера превратилась в карусель.

Кажется, лучше совсем не двигаться. Уши заложило от непойми откуда взявшегося гула, к горлу подкатил противный ком.

— Даша? Только не закрывай глаза, — голос дракона прорвался сквозь непонятный шум и вернул обратно в пещеру.

Однако не закрывать глаза было трудно. Меня одолела ужасная слабость, захотелось снова нырнуть в сон. И пусть там ждут хоть десять бескрылых драконов… ой, бескрылый дракон! Точно, это же после встречи с ним всё и началось. Вот кто во всём виноват.

— Не закрываю.

— Молодец, — на уставшем лице появилась тень улыбки, он помедлил и спросил: — Даша, а своего остроухого ты помнишь?

— Рэя? Помню, конечно, — только сцены ревности мне сейчас не хватало.

— Насколько хорошо?

На что это он намекает? Арэиена я помнила прекрасно, только почему-то при первой же мысли об эльфе на сердце стало беспокойно. А ещё появилось непонятное чувство. Как будто мы говорим о человеке, которого давно нет в моей жизни.

— Что случилось? — прямо спросила я, окончательно запутавшись в воспоминаниях и эмоциях.

— Татуировки дроу пропали, — не отрывая от меня взгляда, ответил дракон.

— Как пропали? — я, помня о последствиях резких движений, осторожно опустила голову и посмотрела на руки.

Ничего. Даже следов не осталось. Как такое возможно? Глянула на ладонь, но проклятый анкар был на месте. По спине побежали мурашки. Это выходит, что я теперь собственность эмоционально неустойчивого дракона?! Мамочки, верните всё как было!

— Рэй разорвал нашу связь? — голос был каким-то дребезжащим и едва слышным.

— Без твоего согласия он не смог бы этого сделать.

— Тогда почему они пропали?

— Ты сильно расстроилась? — золотистые глаза сузились и желание рассказывать ему про сон мигом пропало. Я вспомнила, кто находится рядом.

— Что со мной произошло? — теряя остатки самообладания, спросила я, мысленно прикидывая, куда бежать и где прятаться. К сожалению, ни единого плана спасения в голову так быстро не пришло.

— Думаю, ты умерла, — яростное пламя в его глазах стихло, он вздохнул и продолжил: — Судя по твоей ауре, от истощения.

— Какого ещё истощения?

— Иногда маги используют слишком энергозатратные заклинания, и чтобы они сработали вливают не только силу из магического резерва, но добавляют и жизненную энергию. Ты отдала всё, что было. Только не понимаю, как. Во сне никто колдовать не умеет.

Я вспомнила огненный ураган, который послала в пасть неведомой твари. Неужели это из-за него?

— Но почему исчезли татуировки?

— Любовь обычно заканчивается у гробовой доски, — невесело усмехнулся дракон.

— А рабство продолжается и после? — мне было вообще не смешно.

— Оно у нас взаимное, если ты не забыла, — зло ответил он, потом прикрыл глаза и добавил куда спокойнее: — Извини, чтобы поделиться с тобой силой, пришлось снять цепи. И теперь проклятие снова даёт о себе знать.

Угу, как же надоели высказывание в стиле «я веду себя как полный засранец, но я не виноват». И тут мне кое-что вспомнилось.

— Но я один раз уже умирала, но татуировки тогда не пропали.

— Умирала? О чём ты?

— В день боя с Харгом, когда я опоздала на встречу с тобой. Помнишь?

— Так мне это не показалось? — у ящера от удивления брови поползли вверх.

— Ты знал?!

— Разумеется, ты же моя истинная. Как я мог не почувствовать твою смерть. Но это длилось недолго.

— Да, небольшая остановка сердца. И тогда татуировки никуда не делись.

— Я не большой специалист по татуировкам остроухих. Так что обратись за разъяснениями к ним, — с раздражением ответил он.

— Обязательно обращусь, — вздохнула я и поёжилась.

Холодно. Несмотря на горевший костёр и дракона, от которого ощутимо веяло жаром. Я шмыгнула носом и ещё раз посмотрела на руки. А ведь мечты сбылись. Мне же хотелось понять, что нас связывает с Рэем. Вот пожалуйста, получи, Дашка, и распишись.

С другой стороны, раз представился такой случай, почему бы им не воспользоваться. Конечно, было бы лучше, будь Арэиен рядом, но хватит на сегодня и сбычи одной мечты. А пока выясним, насколько дроу был со мной честен.

Воспользовавшись тем, что дракон о чём-то крепко задумался, я прикрыла глаза и представила во всех подробностях нашу с Рэем первую встречу. Хорошо так представила, не забывая пользоваться полученными за полгода магическими знаниями.

Вот же гад! Арэиен действительно воздействовал на меня ментально. И никакое это было не успокоение. Это было самое настоящее очарование! Еще и в глаза врал, а говорил, что элере лгать не может. Хотя, нет, не лгал — очарование же обладает ярко выраженным успокоительным эффектом. Так что он не соврал, он просто не всё рассказал. Вернее, рассказал то, что ему удобно. То есть поступил как настоящий тёмный эльф.

Увижу — придушу!

18.3

Кипя праведным гневом, я перебирала в памяти то, что произошло потом — встречу с драконом, завершение обряда, грот, признание в любви… Хотелось назвать Арэиена подлецом, который коварно принуждал меня ко всему этому. Очень хотелось, но не очень получалось.

Да, я злилась. Да, Рэй поступил как последняя сволочь! Да, мне не нравилось отсутствие выбора. Да, мне хотелось забить дроу лопатой. Но в то же время я, как полная дура, беспокоилась о том, как он пережил разрыв нашей связи. Вроде бы и хотелось, чтобы помучился — уж кто-кто, а он заслужил, но от глупой жалости никуда не денешься. К тому же, Рэй после таких известий может натворить столько всего, что пострадает не только сам, но и окружающие.

— Ворн, — прозвучал рядом тихий голос.

— Что? — не поняла я.

— Если тебе ещё интересно. Меня зовут Ворн, — пояснил дракон.

Точно. И как я могла забыть? Голос принца вернул меня из воспоминаний, прямо в горячие объятия. Дракон всё ещё прижимал меня к себе, стараясь согреть, гладил мокрые волосы и со смесью радости и страха вглядывался в лицо.

Ворн. Имя ударом колокола прозвенело в голове, вызывая ужас. Теперь по законам этого мира я принадлежу ему. На мне больше нет татуировок, остался только анкар. Хотя, даже пропади и он, от ящера не сбежать. Избавиться от клейма истинной не так легко, как от магических меток тёмных эльфов.

Сердце в панике заколотилось быстрее. Сейчас мне хотелось только одного — сбежать. Куда угодно, только подальше от него.

Рэй! Вот кто мог бы меня защитить. И пусть он хоть трижды обманщик и интриган, но за всё время нашего общения он ни разу даже голоса на меня не повысил. Вдруг он всё-таки успел определить моё местонахождение прежде, чем наша связь пропала. Если так, то у него получится меня найти. Злость на дроу сменилась надеждой. Глупой, наверное, но это лучше, чем безвыходность и отчаяние.

— Что случилось?

От голоса дракона я вздрогнула.

— Я же вижу, в тебе что-то изменилось. Ты меня боишься? — он склонился ближе. Растрёпанные пепельно-серые волосы упали на лицо и коснулись моей щеки.

— А разве не должна? — с вызовом ответила я, трястись от страха было стыдно. — Татуировки — моя единственная защита.

— Защита? От меня? — лицо Ворна застыло. Понять, о чём он думает было невозможно.

В пещере повисла тишина, которую нарушало только басовитое сопение спящего фамильяра. Нет, вот же наглая рожа. Я практически при смерти, а ему всё до фонаря.

Дракон неожиданно подался вперёд, сухие, потрескавшиеся губы замерли в сантиметре от моих.

— Запомни, — заговорил он, обжигая дыханием, — я никогда не прикоснусь к тебе без твоего согласия. Анкар ничего не значит, живи как жила. Учись, общайся с кем хочешь, работай.

Последние слова дались ему с видимым трудом.

— Делай, что хочешь. Тебе больше не нужен опекун. Как только мы вернёмся в Империю, я подпишу соответствующий указ. Клянусь Великим пламенем.

Я сглотнула, не в силах отвести взгляда от расплавленного золота чужих глаз.

— Тебе больше не нужен дроу, чтобы быть свободной.

— Но я же твоя истинная.

— И я сделаю всё, чтобы ты выбрала меня, — золото заблестело ярче. — Выбрала сама.

— А если не выберу? — едва слышно, сама не веря, что это произношу, спросила я.

— Ну это мы ещё посмотрим, — на пергаментно сухих губах появилась по истине дьявольская усмешка. — Просто дай мне шанс.

— Дать шанс? Ты о чём? — не мешало бы выяснить все детали на берегу, чтобы потом сюрпризов меньше было.

— О паре свиданий, например, — дракон продолжал улыбаться, при этом его губы почти касались моих.

— Разве принцы ходят на свидания?

— Смотря с кем.

Жар, исходивший от дракона, стал сильнее. Холод отступил. По позвоночнику прокатилась волна искристой магии — Ворн делился со мной силой, отдавал последнее, что у него ещё оставалось.

Драконий огонь дурманом опутал разум, стало так хорошо, что захотелось прыгать и смеяться.

— Поспи, я буду рядом, — донёсся издалека бархатный голос, и я с готовностью выполнила его команду.

— Просыпайся, у нас проблемы, — в бок толкалось что-то мягкое, но очень настойчивое.

— У нас всегда проблемы, — пробормотала я, перевернулась на другой бок и оказалась на холодных камнях. Так, а где мое любимое одеялко?

Не понимая, что происходит, открыла глаза, увидела пещеру и мгновенно всё вспомнила. Ну почему это не был просто дурной сон?!

— Вставай, пока орки дракона на части не разобрали.

— Почему разобрали? Зачем разобрали? Они же союзники.

— У них нейтралитет. И кажется, зеленокожие не против его нарушить, — мантикор беспокойно глянул на огненную стену, закрывавшую вход.

— Зачем им война с драконами?

— Я знаю не больше твоего, — ответил Тошка с раздражением. — И совсем не понимаю орочьего. Но обстановка накаляется.

— Как ты об этом узнал, если не понимаешь орочьего?

— Там и без знания языка все понятно.

Вздохнув, я села, но тут же едва не свалилась обратно — слабость осталась при мне, как и головокружение. Даже помереть спокойно некогда!

— Сейчас помогу, — Тошка снова ткнулся в меня пушистым лбом.

Заметно полегчало, но магический резерв если и наполнился, то совсем чуть-чуть. Очень странно. Обычно он начинал восстанавливаться практически сразу после произнесения заклинаний. На полное восполнение уходило не больше суток. А сейчас такое ощущение, что я и во сне колдовала, вычерпывая только что накопленное.

— Поторопись, — мантикор подтолкнул меня к выходу.

— Дай хоть сапоги надеть, холодно же!

С улицы донёсся лязг оружие. Кажется, действительно стоит поторопиться. Быстро обувшись, добралась до выхода и замерла — передо мной стояла стена пламени. И как её обойти?

— Иди, не тронет, — заверил фамильяр, первым перепрыгивая через магический барьер.

Его действительно не тронуло, а меня?

Лязг повторился и стал громче. Ладно, была не была. Я зажмурилась и шагнула вперёд, прямо в горящее пламя. Лицо и руки, не защищённые одеждой, закололо, а потом на меня налетел порыв ледяного, пронизывающего до костей ветра. Ой, надо было хоть плащ накинуть, холодно-то как!

— Вернись в пещеру! — рыкнули совсем рядом.

Я открыла глаза и вовремя — в меня летела магическая сеть, отправленная зеленомордым колдуном, героически засевшим в дальних кустах.

Заклинание разбилось о щит, маг принялся плести что-то новое, а я, воспользовавшись передышкой, огляделась. У входа в пещеру стоял Ворн. Дракон был в одних кожаных штанах, босые ноги утопали в грязи, широкая повязка, закрывавшая рёбра и живот, промокла от крови, на плече появился свежий глубокий порез, лицо мелово-бледное, глаза впали и под ними залегли тёмные круги, пепельные волосы прилипли к вспотевшему лбу. В общем, выглядел принц как оживший покойник. И только золотые глаза горели настолько живой яростью, что она, казалось, способна сокрушить не только десяток орков, взявших дракона в клещи, но и возвышающиеся рядом горы.

Ворн крепче сжал кривой орочий ятаган и не оборачиваясь повторил:

— Вернись в пещеру!

Орки не сводили маленьких, злых глаз с дракона, ожидая удобного момента для нападения. Спешить они не собирались — трое торопыг уже лежали невдалеке сломанными куклами, повторять их судьбу желающих не было.

Тошка зашипел, воинственно вздыбил шерсть, увеличившись при этом раза в два, и встал рядом с Ворном.

Мда, едва держащийся на ногах дракон, молодой мантикор и ведьма с пустым магическим резервом против отряда орков — так себе расклад.

— Чего ты им такого плохого сделал? — спросила я, разглядывая оскаленные рожи.

— Даша, уйди!

— А смысл? Сейчас они добьют тебя, потом придут за мной. Вместе мы дольше продержимся.

— Никто меня не добьёт, — прорычал Ворн.

Я промолчала. Уверена, дракон держался на ногах только за счёт исключительной зловредности.

— В последний раз прошу, уйди.

— Не уйду.

— Как хочешь, но я бы предпочёл, чтобы ты этого не видела.

Я недоумённо на него посмотрела, но на том месте, где стоял дракон, уже никого не было. Не знаю, пользовались ли мастера меча магией, но скорость их передвижения была просто фантастической.

Ворн превратился в серое смазанное пятно, скачущее от одного противника к другому. Орки валились на землю один за другим, не успевая даже поднять оружие для защиты. Единственный, кто попытался что-то сделать — маг, но ему на голову тут же приземлился рассерженный мантикор, на этом ратные подвиги колдуна закончились.

Первый поверженный орк ещё не прекратил захлёбываться кровью, когда упал последний из противников. Зрелище было, надо признать, не из приятных. Хорошо что желудок пустой.

— Иди собирай вещи, — бросил Ворн, не глядя мне в глаза.

— Вещи? — не поняла я.

— Надо уходить. Это был разведывательный отряд, когда он не вернётся, орки забьют тревогу. Пока этого не случилось, мы должны уйти как можно дальше отсюда.

Уйти? Да он на ногах едва держится. Не говоря про открывшиеся раны.

— Идут! — вскинул опущенную голову Тошка. — Совсем близко, я их чую. Десятка два — три.

19.2

Ворн выругался, отбросил орочий ятаган и принялся срывать окровавленную повязку.

— С ума сошёл?! Заражение заработаешь и кровотечение усилится.

А может ещё и внутренние органы выпадут — мысленно добавила я, пытаясь остановить сошедшего с ума ящера.

— Я перекинусь, — не обращая на меня внимания, продолжал стягивать тряпки дракон, — думаю, смогу дотянуть до границы с Империей, тут совсем недалеко стоит наша застава.

Мне эта идея совсем не понравилась. Во-первых, один раз с дракона я уже падала. Во-вторых, на оборот тратится очень много энергии, и боюсь, у Ворна её просто нет.

— Никуда ты не полетишь! А я тем более.

— Ты можешь хотя бы один раз не спорить, а сделать так, как я говорю?!

— Могу, но не сегодня.

Видя, что он никак не реагирует на слова, я схватила дракона за руку. Он замер.

— Послушай, это самоубийство. И ты сам прекрасно это знаешь. С твоим кровотечением ты и часа не протянешь.

— Час мне и не нужен. До заставы лететь меньше, — упрямо ответил Ворн, но с места не сдвинулся, продолжая странно на меня смотреть.

«Дана!» — раздался в голове оглушительный крик. Я отшатнулась и потёрла виски.

— Что случилось? — дракон шагнул ближе.

«Дана, слышишь меня?» — в этот раз голос звучал тише и мне удалось узнать его обладателя.

— Рэй? — я удивлённо огляделась, но ничего, кроме кустов и нервно прохаживающегося мантикора, не увидела.

— При чём тут он? — нахмурился Ворн.

«Дана, где ты? Опиши, что видишь».

— Ну… мы рядом с пещерой, а пещера в горе. Большой такой. И лес вокруг, — сбивчиво проговорила я, чувствуя, как позорю свою учительницу русского языка и литературы.

«Одна гора или цепь гор?», — продолжил мысленный допрос дроу.

— Одна.

«Держись, скоро буду», — ответил он и исчез из моей головы.

— У Арэиена открылся талант телепата? — неприязненно спросил Ворн, догадавшийся, что произошло.

— Не знаю, раньше за ним такого не водилось.

Мне, если честно, было всё равно, какие у дроу открылись таланты, лишь бы он успел раньше орков. А там разберёмся.

— Ты можешь у него кое-что узнать? — помедлив, спросил дракон.

— Не уверена. Я больше его не чувствую. Когда мы разговаривали мне казалось, что он совсем рядом, а теперь такого нет.

— Жаль, — отозвался Ворн и усмехнулся: — И после этого они будут утверждать, что не обокрали нашу сокровищницу.

— Ты о чём?

— О причине внезапно возникших у твоего несостоявшегося жениха телепатических способностей.

— Поконкретнее нель…

— Тише! — дракон мгновенно собрался, подхватил с земли брошенный ятаган и сделал шаг вперёд, загораживая меня.

Тошка воинственно поднял хвост и подскочил ближе.

Кусты зашуршали, и оттуда градом посыпались стрелы. Хорошо, что я так и не убрала магический щит, иначе превратились бы мы в ёжиков.

— Когда начнётся, отходи к пещере, — быстро заговорил Ворн. — Пламя и после моей смерти будет гореть какое-то время. Этого должно хватить до прихода остроухого.

Какой ещё смерти?! Что должно начаться?

Ой, кажется, поняла.

Как только дождь из стрел стих, на нас, вопя и размахивая разнообразным оружием (от дубин до копий) хлынула толпа орков.

— Да что ты им такого сделал? — спросила я, вливая остатки сил в щит.

— Ничего, — сквозь зубы ответил Ворн, отбиваясь разом от нескольких противников. Меня от буйствующих зеленомордых прикрывал Тошка, но долго это продлиться не могло.

Отвлекшись на фамильяра, я прозевала тот момент, когда очередное брошенное копьё пробило-таки магический щит. Атакующий целил мне в голову, но после столкновения с барьером траектория изменилась, и копьё задело только плечо.

Боль была обжигающе резкой. Не успела от неё отойти, когда непойми как оказавшийся рядом Ворн толкнул меня в пещеру. Я полетела спиной вперёд, сквозь бушующее пламя и приземлилась на холодные, плоские камни.

Проехала на лопатках не меньше метра и остановилась, врезавшись раненным плечом в боковую стену пещеры. Хорошо хоть не головой, но всё равно больно.

Встать сразу не получилось, пришлось немного полежать на холодных камнях, что было даже приятно — боль от синяков и ран притихла. Но стоило расслабиться, как снаружи послышались странные крики, потом раздался яростный драконий рёв и рычание Тошки.

Да их же там на части сейчас разорвут!

19.3

Я до боли прокусила губу и с трудом поднялась на подкашивающиеся ноги. Резерв был пуст, выпит до капли. Как пользоваться жизненной энергией и поможет ли это я не знала, зато знала, где раздобыть немного магии.

Не так давно Ворн уже делился со мной драконьим огнем, и принцип уловить было несложно.

Оглушенная криками и лязгом оружия, я добрела до огненной стены и поднесла руку к пламени. Потянула энергию, опустошая чужое заклинание, и встретилась с неожиданным сопротивлением. На этот раз Ворн не хотел делиться, но ему пришлось.

Силы оказалось неожиданно много. Дракон не поскупился на защиту. И удержать все это богатство оказалось непросто. Чужая сила рвалась на волю и я, кажется, знала, как наилучшим образом ее освободить.

Когда огненная стена окончательно угасла, мне представилась картина почти закончившегося боя — орки окружили Ворна с Тошкой и готовились с ними расправиться. Принц и фамильяр ещё сопротивлялись, но было понятно — хватит их ненадолго. Тошка так вообще превратился в жалкий комок грязи и крови. Нет, это уже ни в какие ворота. Никто не смеет обижать котиков!

Я знала, что драконье пламя не причинит вреда ни самому дракону, ни Тошке — мантикор спокойно проходил через огненную стену, поэтому предупреждать никого не стала. Просто отпустила рвущуюся с цепи силу.

То, что произошло дальше, превысило все мыслимые ожидания. Орков не просто смело, их испепелило на месте. Те, что стояли совсем близко, попадали обгорелыми головешками. Прятавшимся в кустах повезло меньше — их душераздирающие крики, полные мучительной боли, разлетелись по лесу.

А я стояла и смотрела на весь этот ужас, не в силах поверить в увиденное. Ещё пару минут назад орки были живы, и вот их уже нет. Пусть они враги, но в такой смерти есть что-то неправильное, нехорошее. В довершении всего в нос ударил запах обгорелого мяса, и к горлу подступила тошнота.

— Ложись! — отчаянный крик Ворна заставил оглянуться, но сделать я ничего не успела.

Со стороны леса снова посыпались стрелы. Дракон превратился в смазанное серое пятно и через мгновение оказался рядом. Прижал меня к окровавленной груди и развернулся спиной к стрелам, закрывая.

Я зажмурилась, понимая, что сейчас произойдет, но ничего не случилось. Вокруг воцарилась невероятная тишина, в которой слышалось только бешено стучащее сердце дракона.

— Мессер! — заорали совсем рядом с такой громкостью, что я подскочила на месте, а дракон так сильно сжал меня, что едва не сломал рёбра.

— Мессер, вы живы!

Ворн выпрямился, и я смогла немного оглядеться. Над нами мерцал, переливаясь всеми оттенками фиолетового, защитный купол. Многоуровневый, изолированный и замкнутый сам на себе, то есть ставил его магистр. И скорее всего, не один.

Но пока никого, кроме верного подпевалы принца, видно не было. Только среди кустов и деревьев мелькали быстрые тени, но понять, кто это — враги или друзья, отсюда было сложно. Интересно, Рэй с ними? Если да, то почему его не видно?

— Не отходи, — коротко бросил дракон, и дёрнул меня за руку, отодвигая подальше от бегущего к нам Дагмара.

Ну вот, стоило появиться третьему лицу, как мной вновь стали командовать. И это мы даже к Сердцу Хаоса не вернулись. Ох, что-то сильно сомневаюсь, что Ворн действительно даст свободу и не будет совать нос в мои дела.

— Мессер, благословение богов, вы живы, — выдохнул кривоносый и бросил на меня неприязненный взгляд.

— Что случилось? Почему орки на меня напали?

— Красные восстали, — быстро облизнув тонкие губы, сообщил подпевала.

— Когда? — глаза принца сузились, ноздри раздулись от гнева.

— Вчера прошёл слух, что ваша истинная мертва, — косой взгляд в мою сторону. — А к тому времени многие были убеждены, что она с вами.

— Красные решили, что меня тоже нет в живых?

— Да. Ночью они напали на замок, к ним присоединилось несколько орочьих племён.

— Отец жив?

— Пока неизвестно, бои ещё продолжаются. Защитники держатся, но им приходится туго.

— Почему ты не послал к ним подмогу? — рыкнул Ворн, до боли сжимая моё запястье.

Я попыталась высвободиться из хватки, но не смогла. А дракон, кажется, даже не ощутил этой попытки.

— Без вас я опасался, что подмога перейдёт на сторону восставших, — Дагмар отвёл взгляд.

— Драконы всегда присоединяются к сильнейшему, — на лице принца появилась нехорошая улыбка. — А как может быть силён тот, у кого не осталось наследника?

— Но вы живы, это изменит ситуацию.

— Пока мы доберёмся, пройдёт слишком много времени. А полететь в замок сейчас я не могу, — Ворн с беспокойством посмотрел на меня.

— Если вы опасаетесь за жизнь истинной, я могу…

— Нет, я останусь с ней, а ты отнесёшь сомневающимся это, — дракон поддел голой ступнёй обугленную голову и толкнул в сторону Дагмара. Та подкатилась прямо к ногам советника. — Полагаю, этого будет достаточно.

— Слушаюсь, мессер, — Дагмар поспешно поклонился и поднял с земли обугленный череп. — Прикажете лететь прямо сейчас?

— Да, не теряй времени.

Советник ещё раз поклонился и поспешил убраться прочь.

19.4

— И как обугленная голова орка поможет доказать то, что ты жив?

— Любой дракон, взглянув на неё, сможет определить, кто и когда испепелил этого зеленомордого, — ответил Ворн.

— Но технически пламя высвободила я.

— Это не имеет значения, — отмахнулся он и с жадностью всмотрелся в моё лицо.

По спине пробежал холодок. Знаю я этот взгляд. В прошлый раз он едва не окончился моим сожжением.

— Отпусти, пожалуйста, — я как можно спокойнее потянула руку к себе. — Хочу проверить, как там Тошка.

— С ним всё в порядке.

— Не уверена, — я продолжала тянуть руку, но дракон не отпускал. — Ворн, прекрати!

— Тебе опасно от меня отходить, — на бледном, осунувшемся лице лихорадочным золотом заблестели безумные глаза.

— Пусти, — я оглянулась на фамильяра, который свернулся грязным клубком и закрыл глаза. В порядке он однозначно не был.

— Нет, — безапелляционно ответил ящер.

Ну вот всё и вернулось в прежнее русло. Даже дня не продержался.

— Даша, послушай, — видимо, на моём лице было слишком многое написано, и дракон решил объяснить своё поведение, — пока всё не уляжется, ты будешь очень желанной мишенью для восставших.

— Я собираюсь отойти на два метра! И знаешь, не обижайся, конечно, но сейчас ты вряд ли способен кого-то защитить. Лучше отпусти меня и займись своими ранами.

— Ты останешься со мной!

Нет, я сейчас точно возьму что потяжелее, и переворот закончится успехом.

— Отпусти, тебя же попросили.

Я вздрогнула и оглянулась. К нам неспешно шёл Арэиен. И мне хватило одного взгляда фиолетовых глаз, чтобы простить ему всё. Нет, я, конечно, заставлю его во всём покаяться и задам немало неудобных вопросов, но разорвать отношения однозначно духа не хватит. Да и судя по его виду, за то время, что мы не виделись, он расплатился за свою ложь.

— Убирайся, — рыкнул Ворн. — Она больше тебе не принадлежит.

— Она мне никогда и не принадлежала, — улыбнулся Рэй, не отрывая от меня взгляда. — Дана свободна и вправе сама решать, что ей делать и с кем быть.

— На ней больше нет твоих татуировок.

— Это ничего не меняет. Я люблю её и надеюсь, она сможет меня простить, — он отвечал на вопросы дракона, но его слова предназначались не Ворну. Рэй говорил только со мной.

А я смотрела на дроу и понимала, почему Хелла его боится. В Рэе действительно было много пугающего, хищного и опасного. Он походил на грациозного хищника, несущего с собой смерть. Всё-таки не зря я когда-то вспомнила про Арея. Амплуа бога войны подходило дроу лучше всего.

Удивительно, как татуировки меняли представление о нём. Раньше Рэй совсем не казался пугающим. И все же, мне казалось, что этот хищник не причинит вреда. Глупо, конечно, но я слишком хорошо помнила его другим — нежным и любящим.

— Отпусти мою элеру, — дроу остановился в полуметре от нас.

— Татуировок нет, она больше не твоя.

— Это не тебе решать, — улыбнулся Рэй. — А что до татуировок, это просто условность.

Дракон не ответил, но вены на его висках вздулись сильнее. Не хватало ещё драки.

— Ворн, — спокойно заговорила я и мысленно обратилась к анкару, находящемуся на его спине, — отпусти.

В золотистых глазах вспыхнуло удивление, а пальцы уже разжались, выпуская запястье.

— Спасибо, — вполне искренне поблагодарила я и поспешила к Тошке. Хотелось, конечно, высказать Рэю все, что я о нем думаю, а потом уткнуться носом в грудь и разрыдаться, но сейчас надо помочь фамильяру. Устроить скандал и поплакаться я всегда успею.

Рэй молчаливой тенью последовал за мной.

— Тошка? — я провела рукой над измученным телом мантикора, но смогла почувствовать только отголоски боли. На большее сил не хватило.

— Ты можешь ему помочь? — я с надеждой посмотрела на Арэиена.

— Могу, но, полагаю, зоомаг справиться с этим лучше целителя, — он указал мне за спину.

Оглянувшись, я увидела спешившего к нам Рула. С ним было ещё несколько магов, которые обсуждали что-то на бегу.

— Здесь собралась вся школа?

— Почти. Орки переметнулись, и когда стало известно ваше с драконом местоположение, по тревоге подняли всех старшекурсников, кто мог сражаться. Университет — часть Империи. И все его учащиеся обязаны в случае войн или восстаний встать на защиту правящего драконьего клана.

Эльф говорил, а сам продолжал рассматривать меня так, будто видел впервые.

— Дана, ты как? — тяжело дыша, спросил подоспевший Рул и бухнулся на колени рядом с фамильяром.

Маги, прибежавшие с ним, поспешили к Ворну, который стоял в луже собственной крови.

— Со мной все в порядке, помоги лучше Тошке.

— Как знаешь, но ты ранена, — друг кивнул на располосованное плечо.

— Я займусь, — ответил за меня Рэй.

— Ну тогда отходите и не мешайте, — Рул отвернулся, концентрируясь на мантикоре.

— Пойдем в пещеру. Мне нужно осмотреть рану, — Рэй поднялся и выжидательно замер.

Опять в пещеру. Видеть ее уже не могу.

19.5

Заметив отсутствие энтузиазма, он пояснил:

— Здесь холодно, а мне надо, чтобы ты сняла рубашку.

Какое интересное предложение, а главное — своевременное.

Рэй поймал мой взгляд и проговорил:

— Я не могу лечить, не видя ранения.

— Зато врать ты можешь хоть с закрытыми глазами, — буркнула я.

Дроу скрипнул зубами, но его голос был полон безразличия:

— Ладно, не хочешь идти, раздевайся здесь.

Раздеваться на глазах у половины универа? Я ещё раз посмотрела на застывшего на земле мантикора и склонившегося над ним Рула. Друг был непривычно серьёзен и сосредоточен. Ему сейчас мешать не стоит.

Я вздохнула, с трудом поднялась на ноги и, шатаясь, направилась к пещере. Рэй шел рядом, но помогать не спешил, прекрасно чувствуя моё настроение.

Прежде чем войти в злополучное убежище, оглянулась и встретилась взглядом с Ворном.

Дракон сидел на здоровенном валуне, вокруг него суетились целители. Выглядел он уставшим и опустошенным, даже золото в глазах потускнело. Учитывая его раны, удивительно, как вообще ещё в сознании.

— Идём? — окликнул Рэй, проследив за моим взглядом.

Я кивнула, мысленно пытаясь погасить чувство не пойми откуда взявшейся вины.

— Ты ему ничем не поможешь, — заметил дроу и в голосе послышалось непривычное напряжение.

Не помогу, он прав. А ещё, если я подойду, Ворн наверняка расценит это как согласие с новыми правилами, где он отдает приказы, а я подчиняюсь. А такого точно не будет.

Я отвернулась и перешагнула через черную полосу, оставленную на камнях драконьим огнем. Прошла немного вперед, развернулась, заметила на лице Рэя облегчение и не сдержалась.

— Ты мне соврал! — и со всей силы стукнуло его кулаком в грудь. Действие отозвалось болью в раненной руке, но меня это не остановило. И за первым ударом последовал второй. — Смотрел в глаза и врал!

— Для раненной и обессиленной у тебя неплохой удар, — хмыкнул он, даже не пытаясь защищаться.

— Это не смешно!

— Я и не смеюсь.

— Зато стоишь как истукан!

— Я знаю, что ты испытываешь. Тот артефакт, который помог тебя найти, позволяет читать мысли. Я не специально! — возмутился дроу, уклоняясь от очередного удара. — И прежде чем ты меня забьёшь до смерти, дай хотя бы рану осмотреть. Выглядит она не очень.

Недовольно пыхтя и морщась от боли, я нехотя стянула рубашку, которая кое-где уже успела присохнуть к ранам. Их оказалось на удивление много — падать с дракона не очень безопасно.

Я поёжилась — полоска ткани, плотно обхватывающая грудь не особенно спасала от холода.

— Что случилось? Откуда столько синяков? — Арэиен сжал кулаки.

— Полеты на драконе — не самое безобидное занятие. Особенно если дракон отравлен. За что особое спасибо тебе.

— Мне? — Рэй шумно выдохнул и провел рукой перед моими глазами, собирая информацию о повреждениях.

— Я читала письмо наемников. Ты нанял охотников на драконов, чтобы убить Ворна.

— Я? — Рэй остановился и непонимающе на меня посмотрел.

— Только не надо притворяться, ты мне уже врал.

— Я никого не нанимал, — голос дроу стал резким. — А что касается нашего знакомства — да, я тебя очаровал. Мне нужно было, чтобы ты оказалась под моей защитой.

— Ну да, без твоей защиты я бы не прожила.

Рэй выдохнул и как можно спокойнее заговорил:

— Наши информаторы донесли, что заговорщики среди драконов хотят призвать истинную кого-то из высокопоставленных лиц Империи, для шантажа. Мы решили перехватить инициативу… Не шевелись, — руку Рэя окутало серебристое свечение. — Истинная дракона — слишком жирный козырь, чтобы его упускать.

— Спасибо за комплимент, — хмыкнула я.

— Помолчи, пожалуйста, и дыши спокойно, — свечение с ладони перешло на горло и частично захватило раненное плечо.

— Но когда я увидел тебя, планы изменились. Я не мог позволить использовать тебя и уж тем более не хотел, чтобы ты оказалась у дракона, — он неприязненно скривился. — Единственный способ, которым я мог тебя защитить и от ящеров, и от семьи — сделать своей элерой.

— Семьи? Ой, — плечо свело от резкой боли.

— Дана, я же просил, помолчи, — он приблизил ладонь вплотную к коже, и боль постепенно стихла. — То, что говорят о дроу, правда. Мой народ совсем не образец для подражания. Если бы мы не были связаны, я бы не смог ничего противопоставить воле главы дома. А что до убийства твоего ненаглядного дракона, то мне прекрасно известно, как работает анкар. Я бы никогда не подверг твою жизнь такой опасности, — с раздражением закончил дроу и убрал руку, гася свечение. — Теперь можешь высказаться.

— Почему, когда я спросила, ты сразу не сказал про очарование?

— И чем бы это закончилось? Ты бы отвернулась от меня. Или вообще потребовала разорвать нашу связь.

— Сейчас ее нет, и никто не умер.

— Сейчас один чокнутый ящер может в любую минуту взять тебя за шкирку и утащить туда, куда захочет! — Арэиена прорвало. — Не знаю, что он тебе наобещал, но стоит ему приблизиться к Сердцу Хаоса, и все обещания закончатся. У тебя не будет ни прав, ни выбора!

Я сглотнула и отступила назад. Рэй был страшен в гневе, но, по существу прав. Только можно было и не орать.

— Скажи, — продолжая сверлить меня яростным взглядом, спросил тёмный эльф, — глядя мне в глаза, неужели ты ко мне ничего не чувствуешь? Неужели всё, что между нами было, всего лишь магия татуировок?

— Не скажу, — буркнула я и отвела взгляд.

Ну вот, собиралась устроить кое-кому скандал, а в итоге орут на меня.

19.6

Дроу шумно выдохнул, повисла томительная пауза.

— Надень, пока не простыла, — после продолжительного молчания Рэй снял куртку и протянул мне. — Я тебя подлатал, но на полное восстановление уйдёт несколько дней. И скажи пожалуйста, как ты умудрилась исчерпать свой резерв?

— Ловкость рук и никакого мошенничества, — ответила я, с трудом просовывая больную руку в рукав куртки. Наложенное обезболивающее заклинание ещё не вошло в полную силу, и двигаться пока было тяжело.

— Упрямая девчонка! — неожиданно заявил дроу, сгрёб меня в охапку и прижал к себе. — Я чуть с ума не сошёл, когда наша связь оборвалась. Думал, тебя больше нет.

Он уткнулся носом мне в макушку и тихо проговорил:

— Татуировки ничего не создают, они только укрепляют существующее.

— И всё равно у меня такое чувство, что ты что-то недоговариваешь.

— Ты права, — помедлив, ответил Рэй. — У меня много секретов. И некоторые из них ты имеешь право знать.

— Некоторые?

— Остальные касаются дома Теней и тех интриг, которые моя семья неустанно плетёт.

— Как понимаю, охотники на драконов и Шафар относятся ко второй части секретов?

— Таков мир дроу, — спокойно ответил Арэиен.

Для него иметь секреты было естественно. И теперь желание Тара сбежать от родни становится всё понятнее. Я, конечно, не наивная девочка и знаю, что большая политика дело грязное, но здесь совсем другое. Не уверена, что готова быть рядом с тем, кто будет от меня постоянно что-то скрывать.

— Дана, — быстро заговорил Рэй, — не делай поспешных выводов. Есть вещи, о которых я просто не могу никому рассказывать. Это…

— Даша! — раскатился по округе ярусный рык.

Я вскинула голову и шагнула к выходу из пещеры.

— Даша? — дроу поймал меня за руку. — Ты ему рассказала? Он знает, что ты из другого мира?

На лице Рэя появилось непонимание, сменившееся гневом.

— Что между вами произошло?

— Даша! — крик повторился.

— Я должна идти, — меня охватило беспокойство.

— Ты ему ничего не должна!

Анкар запульсировал, но приказа не было. Только мольба, крик отчаяния.

— Не уверена.

В фиолетовых глазах вспыхнуло чёрное пламя, но пальцы Арэиен разжал.

— Не ошибись, выбирая, — бросил дроу и неспешно направился к выходу. Я поспешила следом, обогнала его у выжженной полосы и оказалась снаружи.

Ворн с совершенно обезумевшим видом стоял у кромки деревьев, в руках дракон держал ятаган. Вокруг него толпились целители, но подходить близко опасались.

— Где она?! — рыкнул принц и огляделся. Он был всё в тех же грязных штанах, босиком и в окровавленных тряпках, которые не так давно служили повязкой.

Взгляд бешеных глаз наткнулся на меня, Ворн застыл.

— Даша, — облегчённо выдохнул дракон, закрыл глаза и рухнул на землю.

Я нерешительно шагнула вперёд.

— Не подходи, он не в себе и может быть опасен, — Рэй преградил мне дорогу.

Я открыла было рот, чтобы возмутиться, но тут на поляну выползла здоровенная змея, а за ней показался и хозяин.

— Пора уходить, скоро здесь будет подкрепление орков, — деловито сказал Юрэн и поправил рукоять меча, торчавшую из-за правого плеча. — Всех, кто не может ходить, потащим левитацией. На сборы десять минут.

И он опять скрылся в кустах. Похоже, магистр командует всей операцией, иначе бы так не распоряжался.

Целители засуетились вокруг Ворна с удвоенным усердием, а я оглянулась, ища Рула с Тошкой. Но ни фамильяра, ни друга поблизости не наблюдалось.

— Что случилось? — спросил Рэй, видя моё беспокойство.

— Тошку не вижу.

— Не переживай. Сейчас найдем, — Арэиен злился, но старался сохранять спокойствие.

Дроу осмотрел место, где мы оставили Рула с мантикором и нахмурился. Я подошла ближе и заметила длинный след, тянущийся к кустам.

Рэй прошел по следу и скрылся в лесу. Я немного потопталась, зябко кутаясь в чужую куртку, не дождалась, и последовала за ним. Прошла совсем немного и набрела на небольшую прогалину, где и нашёлся дроу. Он сидел на корточках, ко мне спиной и что-то разглядывал на земле.

— Что случилось? — я сделала несколько шагов и замерла, увидев, что именно так придирчиво изучает эльф.

На земле бездвижно лежал Рул. Лицо мага было залито кровью.

— Он… — закончить фразу я не смогла.

— Нет, живой. Я остановил кровь и наложил заклинания ускоренной регенерации. Сейчас должен очнуться, — ответил дроу и подозрительно огляделся.

— А Тошка?

— Его здесь нет, — Рэй поднялся на ноги и оглянулся, — боюсь, Дана, его похитили.

Он с сочувствием на меня посмотрел, ожидая реакции.

— Зачем? Кто? Кому понадобился мой мантикор?!

Что за ерунда?

— Очнётся зоомаг, узнаем. Но, думаю, проблема в том, что ты истинная Ворна, а мантикор твой фамильяр.

— Его надо найти! Они наверняка где-то рядом, — я осмотрелась, пытаясь отыскать хоть какой-нибудь след.

Надо было остаться с ними. Ну и сняла бы рубашку на улице, никто бы не умер. Это всё из-за меня! И что с ним будет? Он же ранен. Ещё и Рул пострадал, а если повреждения серьёзнее, чем кажутся?

— Дана, — Рэй поймал меня за руку и насильно притянул к себе, обнял и спокойно заговорил: — послушай меня, сейчас мы их не догоним. Скоро здесь будут орки. Но клянусь, я найду его.

— А если они убьют его раньше? — спросила я, чувствуя, как по щекам катятся слёзы. Мой Тошка непонятно где, у каких-то ублюдков! Раненный и одинокий! И они могут с ним сделать всё, что угодно!

— Если бы хотели убить, не похищали. Мы его найдём, слышишь?

— Как?

— Он же твой фамильяр, значит, ты сможешь его почувствовать. Надо лишь немного подкопить сил и провести один не очень законный обряд.

— Ты мне не врёшь? — я подозрительно посмотрела на дроу.

— Зачем? — удивился он.

— Чтобы успокоить.

— Я знаю, что значит для мага его фамильяр. И понимаю, что для тебя этот кот значит намного больше. Я бы никогда не стал о таком лгать, даже ради твоего успокоение, — прямо ответил Рэй.

Я всхлипнула и постаралась взять себя в руки. Не увидят дорогие одногруппники во главе с Юрэном моих слёз!

Здоровенная зелёная ящерица, ловко лавируя между деревьями и совсем не замечая отсутствия дороги, бежала по лесу с приличной скоростью. Гибкое тело низко припадало к земле, движения казались неуловимыми и стремительными.

Вдоль чешуйчатой спины тянулось длинное, широкое седло с высокой лукой, рассчитанное на нескольких всадников. По бокам шли специальные крепления для фиксации ног и ремешки для рук. Но я магической техникой безопасности пренебрегла и вместо ремешков мёртвой хваткой вцепилась в Рэя, который и управлял зверюгой. На ящерицах мне путешествовать ещё не доводилось, и чего ожидать от незнакомой животины было неясно.

Среди деревьев то там, то тут, мелькали остальные участники нашего спасательного отряда. Впереди, этого я не видела, но знала, везли раненных, среди которых был и Рул. Зоомаг, как и обещал Рэй, пришёл в себя, но ничего вспомнить не смог. Следы похитителей сходу обнаружить тоже не получилось, они как в воздухе растворились. А теперь я ещё и стремительно отдалялась от возможных улик, которые могли помочь в поисках фамильяра.

Меня неустанно грызла вина. Тошка ни разу не бросил меня в беде, как бы тяжело не было. И сегодня он тоже пострадал из-за меня. Если с ним что-то случится…

Я ткнулась лбом в спину дроу. Нет, если буду представлять, что с ним могут сотворить, то точно с ума сойду. Лучше, как и говорил Рэй, сосредоточиться на поисках. Итак, кто мог его похитить?

Орки? Вряд ли. Во-первых, они не могли пробраться через магические барьеры. Во-вторых, им самим Тошка однозначно не нужен. Значит, за похищением должен стоять заказчик, но поверить, чтобы кто-то так быстро успел подсуетиться и договориться с вождём зеленомордых, я не могла. Получается, похитители либо пробрались в лес следом за спасательным отрядом, что очень маловероятно — мы всё-таки на земле орков, либо среди спасителей есть предатели.

Последний вариант казался самым реальным. Я сглотнула и огляделась. На мелькавших рядом ящерицах сидели только дроу. Ни людей, ни светлых эльфов, ни представителей других рас.

— Рэй, — негромко позвала я. Скорость была не очень высокой и разговаривать можно было спокойно.

— Да?

— А эти дроу все из дома Теней?

— Разумеется. После случившегося никого из университетских магов я к тебе не подпущу, — он проговорил это спокойным, будничным тоном.

Значит, не я одна подозреваю в похищении Тошки своих однокашников. Чудесно. Хотя, это не первый раз, когда ученики и преподаватели университета попадают под подозрение. Уверена, к убийству дриад и фей кто-то из них тоже руку приложил.

А что если это одни и те же негодяи? Но тогда зачем им фамильяр? Или они и его хотят в жертву принести? По спине пробежал мерзкий холодок, мне стало страшно.

— Рэй, — снова позвала я, но продолжить не решилась.

— Я уже приказал, чтобы подготовили всё для обряда поиска. Как только доберёмся до университета, сразу же приступим.

Мне даже говорить ничего не пришлось, дроу и без слов всё понял.

Может, зря я придираюсь к его секретам? В конце концов, дела дома Теней меня не касаются. Нельзя же требовать, чтобы он обо всём мне докладывал. Это глупо и не приведёт ни к чему хорошему.

— Тэар, — к нам приблизился один из всадников и обратился к Рэю на салари, — мы почти на месте. Прикажете идти с остальными или дальше сопровождать вас?

— Идите, но сделай так, чтобы никто об этом не узнал.

— Слушаюсь, тэар, — он поклонился и скрылся между деревьями.

— Кто такой Тэар? — не поняла я. — И почему мы не едем со всеми?

— Тэар — глава дома. Не едем, потому что тут недалеко есть другой портал, который приведёт нас прямо в столицу, а не на окраину Империи.

Я нахмурилась. В двух предложениях Рэй умудрился выдать столько новой информации, что она требовала времени на переваривание.

— Этот дроу назвал тебя тэаром, но ты же не глава дома.

— С недавнего времени, глава, — спокойно отозвался Рэй.

— И ты не рассказал? Или это тоже меня не касается?

— Касается, но сначала надо было пройти ритуал посвящения, — он потянул повод, и ящер свернул направо, отдаляясь от основного отряда. Больше ничего объяснять эльф не стал.

Вскоре густой лес расступился, и мы оказались у развалин старой башни. Толстенные кирпичные стены поднимались обломанными краями вверх, словно грозя небу оскаленным полу беззубым ртом. Копоть толстым слоем покрывала башню и выжженную землю, её окружавшую. Рядом с развалинами не росло ни единой травинки.

— Тут недавно был бой? — удивилась я. Башня не выглядела недавно разрушенный. — Растений совсем нет.

— Бой был давно. Но земля, пострадавшая от драконьего огня, становится безжизненной, — Рэй спешился и мрачно фыркнул, уставившись себе под ноги.

— Что-то не так? — я совсем не грациозно сползла с ящерицы и сразу же отошла подальше. Мало ли что от неё ждать.

— Кажется, среди похитителей твоего фамильяра есть дроу.

— Они были здесь? — с надеждой спросила я. Если так, то у нас появилась хоть какая-то зацепка.

— Были. Совсем недавно. Следы свежие и портал, судя по отголоскам магии, закрылся не больше получаса назад.

— Значит, мы можем их догнать?

— Не уверен. Но попробуем. А пока не отходи от меня далеко. Здесь могут быть ловушки.

20.2

Он, неспеша, направился к башне, оставляя на усыпанной пеплом земле рифлёные следы ботинок.

Я пару секунд полюбовалась на них и застыла. В памяти возникло совсем другое место, где я видела точно такие же отпечатки.

— Рэй, а среди похитителей есть дроу из дома Теней?

— Не знаю. О портале известно многим из моего народа.

— Но обувь… у вас она другая.

— Ты о чем? — он непонимающе оглянулся.

— Только у эльфов из твоего дома такой рисунок подошвы, — я указала на землю.

— Это потому что у каждого дома свои портные, скорняки и сапожники, — кивнул он. — А что до обуви, то это не просто рисунок, в него вплетена руна лёгкой поступи, скрывающая звуки шагов.

— Я видела точно такой же рисунок в доме, через который пронесли мертвую фею.

— Почему я его не видел? — удивился Рэй.

— Потому что ты сразу пошел к спуску в подвал, а я успела заглянуть на первый этаж.

— Если так, то нам повезло, — непойми чему обрадовался Арэиен.

— Почему?

— Я смогу быстро найти предателей среди своей семьи. А сейчас пойдем, стоит поспешить, — и он вошел в дверной проем, верхняя часть которого давно обвалилась.

— А как же ящерица? — я оглянулась на наш транспорт, но его уже и след простыл.

— Они умеют находить дорогу домой. Не волнуйся, — дроу оглянулся, взял меня за руку и потянул за собой.

Мы оказались внутри башни. Всё здесь было усыпано обломками кирпича, под которым лежало проржавевшее оружие, а кое-где даже проглядывали выбеленные дождями кости.

Я сглотнула. Сегодня было слишком много смертей.

— Что здесь случилось?

— Бунт орочьих племен против драконов. Это произошло лет сто назад и закончилось подписанием мирного договора.

— Бунт? То есть раньше леса орков были частью Империи?

— Нет, но крылатые соседи не забывали требовать с зеленокожих дань в виде воинов. Оркам это надоело, и они восстали. Тогда относительно быстро удалось решить всё миром.

— Миром? — я выразительно огляделась.

— Сожжённая башня — ерунда по сравнению с полноценной войной. Так что да, миром. Однако недовольные остались как среди драконов, так и среди орков.

— А я думала, что драконы враждуют только с дроу.

— Драконы завоеватели, и успели повоевать со всеми расами. Проигравшие стали частью их Империи. Те, кому удалось отбиться — временными союзниками, — Рэй провел меня к дальней стене и нырнул в низкую арку, служившую переходом в соседнюю комнату.

Эта часть башни сохранилась лучше. Остались даже межэтажные перекрытия, спрятавшие часть укрепления от непогоды.

Рэй подошёл к одной из с стен, совершенно не отличающейся от всех остальных и что-то едва слышно прошептал на салари. В ответ на это стена засветилась четкими контурами высокой арки. Портал активировался, но пока не открылся.

— Дана, — Рэй повернулся ко мне и крепче сжал ладонь, — прежде чем мы уйдём, ты не хочешь все вернуть?

Голос был спокойным, но сам дроу напряженно застыл, ожидая ответа. Кажется, даже дышать перестал.

— Ты про татуировки? — спросила я больше для того, чтобы потянуть время. У меня пока не было ответа на его вопрос.

Арэиен молча кивнул.

Я сделала глубокий вдох и закусила губу. Стук сердца набатом отдавался в висках. Когда Рэй был далеко, я понимала, что он мне нравится, но это казалось обычным увлечением. Сейчас, когда дроу стоял рядом, всё изменилось. Мне хотелось быть с ним, чувствовать его прикосновения, отвечать на поцелуи, ощущать запах чужого тела на своей одежде. Мне очень хотелось быть с ним, несмотря на глупую историю с очарованием. Но мне хотелось этого без дурацких татуировок, без магии, без всей этой ерунды, которая вешает на нас клейма и ярлыки. К ни го ед. нет

— Дана? — позвал Рэй, прерывая мои раздумья.

— Может, обойдёмся без татуировок? — тихо спросила я. — Зачем они нам, раз это всего лишь условность?

— Эта условность спасает тебя от Ворна. Если ты вернёшься в Империю сейчас, он получит статус твоего опекуна, — дроу не сводил с меня горящих фиолетовых глаз. — А все подписанные мной документы станут недействительны. В том числе разрешение на обучение магии и работу в театре.

Аргумент был более чем серьёзным. Но анкар на плече у Ворна работал. А значит, не только принц может диктовать свои условия.

— Или ты рассчитываешь на драконье благородство? Не стоит, у ящеров его нет, — Рэй стиснул зубы, сдерживая злость. — Впрочем, как и у дроу.

— Ты о чём?

— Я не собираюсь спокойно стоять и смотреть, как он тебя мучает, — эльф неожиданно притянул меня к себе, палец кольнуло что-то маленькое и острое. Ещё полсекунды, и Арэиен, этот поборник моей свободы, уже слизывает выступившую каплю крови.

Руки онемели от холода, словно их неожиданно в прорубь окунули. Я поспешно закатала рукава. Вены потемнели, запульсировали и проросли змеями татуировок. Смолисто-чёрными и матовыми. Они не отражали свет, а поглощали его. Яркие, смертоносные и живые. А ещё их было много, и они стремительно расползались по телу, не ограничиваясь одними руками.

Ладонь с анкаром неприятно заныла. Я разжала кулак и увидела, как татуировки берут дракончика в шипастое кольцо. Кольцо безостановочно вращалось, а тоненькие иголочки, украшавшие его изнутри, беспрерывно жалили ящера.

— Что это такое? — оторопело спросила я. То, что сотворил Рэй, не было похоже ни на одни клановые метки дроу, какие мне доводилось видеть.

— Лучшая защита от Ворна, — ответил он, но по выражению лица было ясно — Рэй и сам ничего подобного не ожидал.

20.3

— Ты издеваешься?! Я тебя ещё за первые навязанные татуировки не простила, а ты опять?! Да вы с Ворном вообще не отличаетесь. Два упёртых идиота, которые только о себе думают, прикрываясь заботой о моей безопасности. Видеть вас не хочу!

Я говорила, а татуировки с каждым словом всё больше походили на настоящих змей. И змеи эти совсем не расположены были к Рэю. Да и я никакой внезапно проснувшейся симпатии к нему не ощущала.

— Дана, я понимаю твою злость…

— Да неужели?! Тебя кто-нибудь заставлял стать чужой невестой?

— Это просто защита, — сухо ответил он.

— Это клеймо принадлежности. И оно ничем не лучше того, что поставил Ворн.

— Не смей нас сравнивать!

— Почему это? Лично я вижу между вами всё меньше отличий.

— Хорошо, — резко бросил он и перешёл на салари: — я отказываюсь от тебя как от своей элеры и отзываю клятвы.

Но татуировки, вместо того чтобы исчезнуть, внезапно подняли головы, отделяясь от кожи, и угрожающе зашипели на дроу, надувая капюшоны.

— Это что такое? — оторопело спросила я и замахала руками, пытаясь сбросить змей. — Рэй?

Но дроу в изумлении молчал. Сейчас он чем-то напоминал очень удивлённого волка. И выглядело это весьма забавно. Я бы даже посмеялась, если бы не было так страшно.

— Рэй! Что это?

— Впервые вижу подобное, — ответил, наконец, он, закатал рукава рубашки и посмотрел на чёрных змей, украсивших и его кожу.

Эти не шипели, но тоже двигались.

— Дана, — задумчиво заговорил дроу, — а ты чувствуешь какие-то перемены?

— У меня из рук змеи выросли! Это достаточные перемены?! — нервы начали сдавать, и я перешла на повышенный тон.

— Я не о том. Тебе внезапно не захотелось всё мне простить?

— Не дождёшься!

— Вот и я на тебя злюсь, — хмыкнул он.

— Ты на меня? Это за что, интересно?

— Потом, — не стал вдаваться в подробности дроу. — Сейчас меня больше татуировки беспокоят.

Змеи немного утихли, но головы пока не спрятали и продолжали подозрительно поглядывать на Арэиена.

— Их можно как-то утихомирить?

— Не знаю. Но проблема даже не в этом. Я не могу определить их назначение.

— А разве они не делают меня твоей невестой?

— Не уверен. Брачные татуировки усиливают положительные чувства и притупляют отрицательные, а эти… эти усиливают и то, и другое. К тому же, они явно больше предназначены для защиты.

— Ну ты же хотел меня защитить, вот твоя мечта и сбылась, — ядовито ответила я, тщетно пытаясь побороть внезапно возникшие, очень странные желания. Всё сильнее хотелось укусить Рэя или стукнуть, а потом поцеловать. Ну или наоборот.

Я зажмурилась и помотала головой, пытаясь прогнать наваждение, но стоило посмотреть на дроу, как чувства вспыхивали с новой силой.

Глаза Арэиена заблестели ярче, и я прочитала в них отражение собственных желаний. В отличие от меня дроу бороться с собственными чувствами не привык.

Драться со мною, он, конечно, не стал. Только схватил за руки, игнорируя воинственно настроенных змей, прижал ближе и поцеловал, до крови прикусив губу.

Я ответила тем же.

Горьковато-соленый вкус чужой крови дурманом ударил в голову. Всё вокруг заполнилось острым, терпким запахом полыни и вереска.

Над нашими головами раскатисто прогремел гром. Секунда, и по полуистлевшим перекрытиям забарабанил проливной дождь.

А запах, между тем, становился всё гуще, насыщеннее и неотвратимее. Я едва понимала, что происходит. Горячие руки дроу до боли сжимали бедра, сильные пальцы глубоко вонзались в кожу. А я в это время терзала ногтями чужую шею, чувствуя, как змеи моих татуировок расползаются по тёмной коже эльфа.

Не знаю, куда бы нас завело, но тут несчастное перекрытие не выдержало. Одна из деревянных балок с грохотом рухнула, и на нас обрушился дождь из камней. Грохот вырвал из блаженного забытья, Рэй вскинул голову и на мгновение его силуэт смазался. Когда же дроу снова стал различимым, над нами уже стоял защитный полог, по которому продолжали стучать обломки кирпичей.

— Ч-что это было? — сглотнула я. Мысль о том, что мы могли погибнуть, пришла далеко не сразу.

— Молния, — он непойми чему усмехнулся и положил руку мне на талию. — Не знаю, что это за татуировки такие, но твой резерв они восполнили так, что магия через край полилась.

— Хочешь сказать, это из-за меня в нас молнией шарахнуло?

— Ага, от переизбытка твоих чувств, — довольная улыбка на лице Рэя стала шире.

— От переизбытка негативных чувств, — поправила я и ощутила, как стремительно краснею.

20.4

Пока дроу бессовестно ухмылялся, а я пыталась справиться с бурлящими эмоциями, кирпичный дождь закончился. Остался только обычный.

— Хватит так на меня смотреть! — возмутилась я и убрала руку Рэя с талии. — Открывай портал, надо возвращаться, пока с Тошкой ничего не сделали.

— Желание элеры — закон, — дроу развернулся к мерцающей арке.

— То есть это всё-таки брачные татуировки? — я перевела взгляд на змей. Головы они спрятали, но продолжали извиваться вдоль рук и шеи.

— Думаю, какая-то их вариация.

— И много у них вариаций?

— До сегодняшнего дня думал, что их вообще нет, — беззаботно ответил Рэй.

— Тогда с чего ты решил, что это именно вариация?

— По твоей реакции.

— Так, слушай, — я выдохнула, выставила ментальный блок от змей, которые мешали думать и настойчиво переключали на эмоции, и продолжила, — это ничего не значит. И вообще я не уверена, что мне нужны такие отношения. Ни с тобой, ни с Ворном, ни с кем бы то ни было. Я не хочу, чтобы мной управляла магия. Это ясно?

— Предельно, — Рэй зло прищурился.

— Замечательно. Так ты откроешь портал или как?

Дроу молча провёл ладонью над стеной. Мерцающая арка исчезла, а на её месте возник сероватый туман, сквозь который ничего невозможно было разглядеть.

— Прошу, — Арэиен приглашающе указал на портал.

Ох, если с Тошкой что-то случится, я этих ненормальных из-под земли достану!

Окраина столицы встретила нас криками, толпами вооружённых чем попало людей и пожарами.

— Что это? — оторопело спросила я, не веря своим глазам.

— Мародёрство, — Рэй огляделся и потянул меня в неприметный, грязный переулок. — Атрибут любого переворота. Сейчас все заняты делёжкой власти и никому нет дела до граждан. Вот граждане и решили поживиться, пока есть возможность.

— Они что, грабят друг друга? Но зачем? Они же соседи, им и дальше жить в этом городе. Вместе.

— Дана, ты ужасно наивна, — усмехнулся он и замер, прижав указательный палец к губам.

Я застыла, и услышала топот многочисленных ног, пробежавших совсем недалеко от нас.

— Если бы не фамильяр, я бы тебя и на перелёт дракона к городу не подпустил, — через минуту продолжил дроу. — Путь до универа очень опасен.

— Но похитителям Тошки тоже будет непросто. Может, попробуем их догнать?

— Мы этим и заняты. Только, боюсь, шансов немного. Хотя…

Неожиданно в небо ударил магический луч. И его источник находился всего в паре кварталов от нас.

— Это заклинание из арсенала магистров, — Рэй стал похож на гончую, взявшую след. В глазах появился азарт охотника, на губах играла хищная улыбка. Сейчас он был особенно хорош, я поневоле даже залюбовалась, но вовремя взяла себя в руки. Не место и не время для подобного!

— Не используй пока магию, — попросил дроу, придирчиво оглядывая улицу, через которую нам предстояло пройти. — И держись как можно ближе.

Он вытянул из ножен мечи и бесшумно двинулся вперёд. Я последовала за ним, чувствуя себя лосём, продирающимся сквозь бурелом. Каждый шаг казался оглушительным, не говоря уже о сумке Ворна (и почему я её вообще с собой потащила?!), которая гулко хлопала по бедру.

К счастью, улица быстро закончилась, и мы оказались в очередном грязном проулке. Но не успела я облегчённо выдохнуть, как едва ли не из кучи мусора на нас выпрыгнул здоровяк с дубиной и замер, увидев Рэя.

Дроу изображать статую не стал, один короткий взмах, и грабитель свалился на землю, не издав ни звука.

— Зачем? — не то чтобы мне было его очень жаль, но ничего плохого он нам не сделал.

— Нам не нужен лишний шум, — просто ответил Арэиен и потопал дальше.

Кажется, бабам и правда не место среди боевых магов. Не думаю, что когда-нибудь смогу так же спокойно отнимать жизни. А даже если и смогу, то однозначно не хочу до такого дожить.

— Дана, — окликнул эльф, успевший пройти до конца дома.

— Иду, — кивнула я и едва не споткнулась на ровном месте.

По улочке прокатился рык, не узнать который было невозможно. Тошка!

Я перешла на бег, но Рэй умудрился схватить меня за плечо, останавливая.

— Мы ему поможем, но надо сначала оценить обстановку.

Рык повторился, но на этот раз в нём был не только гнев, но и боль.

— Там моего фамильяра убивают, а я тут буду обстановку оценивать?! Ну уж нет!

— И что ты можешь сделать? — разозлился дроу.

— Многое!

Река артериями многочисленных каналов расползалась по всему городу, и сейчас я её прекрасно чувствовала. Стоит лишь позвать, и тогда…

— Уверена, что получится? — не знаю как, но Рэй всё понял без слов.

— Да.

Сейчас не до сомнений. Тошка едва не умер, спасая меня, и теперь в беду попал из-за меня же. Я просто обязана его спасти.

— Хорошо, я прикрою, — кивнул эльф и с явной неохотой попросил: — Только не пугайся меня, если что.

— «Если что»? Ты о чём?

— Надеюсь, ни о чём.

Так, и что это было?! Ладно, не до того, пора мантикора вытаскивать.

К месту сражения мы прибыли одновременно с выпущенной на свободу рекой. Вода хлынула в небольшой, квадратный дворик, пока только затапливая булыжную мостовую.

Израненный Тошка, покачиваясь, стоял на широко расставленных лапах, а вокруг него собралась четвёрка магов и один фамильяр. Маги были в масках, но это уже не имело никакого значения. Я узнала фамильяра, да и сложно не узнать здоровенного змея. Не зря меня так насторожил след верёвки в том подземелье. Теперь понятно, что это за «верёвка» была.

— Недоброго дня, магистр, — тихо проговорила я, а в груди уже поднималась волна такой злости, что хватит спалить (или утопить?) весь город.

— Всегда говорил, что от тебя одни неприятности, — Юрэн неторопливо снял маску и бросил под ноги. Испуганным или огорчённым он не выглядел. — Надеюсь, ты не думаешь, что Арэиен тебя спасет?

На изувеченной роже магистра появилась ухмылка, и он перевёл взгляд на Рэя:

— Забавно будет, если ты сожрёшь свою элеру.

Дроу промолчал, только взгляд стал ещё холоднее.

В каком смысле «сожрёшь»? Но задавать вопросы я благоразумно не стала. Наверняка этот упырь просто добивается ссоры. Так что подыгрывать ему просто глупо.

Пока Юрэн болтал, его подельники, утратив всякое стеснение, тоже сорвали маски. Это оказались совсем не магистры, как думал Рэй, просто старшекурсники. Имён их я не знала, только лица знакомые.

— Молодняк на убой погнал? — Арэиен кинул презрительный взгляд на троицу. — Больше идиотов, проводить глупые ритуалы и резать беззащитных девчонок не нашлось?

— Что ты понимаешь, ублюдок! — лицо Юрэна побагровела. Слова дроу попали в цель.

— Ну уж точно побольше этих.

— А ну вернись! — этот окрик предназначался уже мне.

Стоять на месте и выслушивать чужие оскорбления, конечно, очень интересно, но у меня тут фамильяр едва живой стоит. И для начала хотелось бы ему помочь.

— Да пошёл ты, — отмахнулась я от магистра, не сбавляя шаг.

Тошка переступил с лапы на лапу и повернулся в мою сторону. В измученных глазах читалось облегчение. Но так просто добраться до мантикора ожидаемо не получилось. Мне наперерез бросилась змеюка, а за ней и верная свора Юрэна.

— Дана! — успел предупреждающе крикнуть Рэй, прежде чем в меня полетело первое заклинание.

Но дроу волновался напрасно. Я ожидала чего-то подобного. Вода под ногами забурлила, и вокруг меня и Тошки образовались огромные серебристые пузыри, пропитанные магией. Думаю, такую защиту даже драконье пламя не возьмёт, не то что магия недоучек.

Моё предположения подтвердилось буквально через секунду. Нет, дракон на нас не напал, но троица постаралась изрядно, осыпая нас с фамильяром боевыми заклинаниями по мощности, кажется, совсем не уступающими магистерским.

Мда, защита у меня хорошая получилось, но не можем же мы тут до вечера стоять. И Тошки нужна помощь. Не знаю, где он взял силы на сопротивление, но их у него больше не осталось. Как бы кровью не истёк. Подобраться бы к нему и хотя бы первую помощь оказать. На это навыков должно хватить.

От размышлений отвлёк взрыв, прозвучавший буквально в полуметре от меня. Здоровенный огненный камень, рухнувший с небес, оставил после себя глубокую воронку, но в цель не попал — для такого снаряда дроу был слишком подвижной мишенью.

Пока магистр пытался снова наколдовать нечто подобное, Рэй умудрился оказаться за спиной одного из учеников Юрэна. Мгновение, и тот, хрипя, повалился на землю. Но уйти безнаказанным у дроу не получилось. Его сразу же откинуло назад, протащило по залитым водой камням и впечатало в стену. Но даже такой удар не смог его оглушить.

Рэй выпрямился, тряхнул головой и уклонился от очередного заклинания Юрэна. Скорость и боевой опыт давали дроу преимущество, но не уверена, что этого хватит против троих противников. Так что стоит собраться и как можно скорее придумать, чем ему помочь.

Однако только я начала прикидывать разные варианты, как число противников неожиданно увеличилось до восьми. Ещё пятеро магов в жутковатых масках примчались на огонёк и не теряя времени принялись за Рэя.

Его же сейчас убьют, а я тут стою как полная дура! Надо что-то делать, хотя бы попытаться использовать стандартные заклинания. Только в качестве источника вместо привычных стихий, вроде огня и воздуха, взять воду. Вдруг получится.

Первые две попытки провалились, потом я осознала, где сделала ошибку, подправила магическое плетение и… булыжная мостовая буквально взорвалась ледяными осколками. Длинные и короткие, разные по форме и цвету, ледяные снаряды разлетелись в разные стороны, повреждая чужие щиты.

Сам по себе ни один осколок не мог нанести серьёзного вреда магам, но в таком количестве они превратились в грозное оружие. Главное, случайно Рэя не задеть.

21.2

— Молодец, — рядом промелькнула тень, и я увидела дроу, — а теперь хватай фамильяра и уходите. Я их задержу. Пробивайтесь напрямую к университетскому замку, сил тебе хватит.

— А как же ты?

— Справлюсь, не переживай.

— Я не собираюсь тебя бросать.

— Дана, — Рэй быстро огляделся и нахмурился — осколков становилось всё меньше, заклинание теряло силу, — послушай, пока ты здесь, я не могу сражаться в полную силу. Уходи, с ними я справлюсь.

Дроу проговорил это и снова исчез. Через доли секунды он был уже на другой стороне двора. Я посмотрела на раненного Тошку. Сбежать? Арэиен сильный, но не до такой степени, чтобы с толпой боевых магов в одиночку сражаться. И пусть мне до сих пор хочется его придушить, это не повод оставлять его на верную смерть. Но прежде чем геройствовать, стоит позаботиться о мантикоре.

Пользуясь тем, что внимание собравшихся полностью поглощено дроу, я сменила купол на щит и едва ли не на цыпочках добралась до Тошки.

Фамильяр жалобно ткнулся лбом мне в бок и повалился на мостовую. Мда, в таком состоянии мы далеко не убежим, даже если очень захочется.

Влив максимум энергии в защиту, я отвернулась от побоища и сосредоточилась на мантикоре. Первым делом, обезболила и остановила кровотечение. Но что дальше? Лечить я не умею, а у Тошки, кажется, задняя лапа перебита.

Да что ж такое, водная стихия — просто идеальна для целительства, а у меня с её помощью только драться получается. Я в сердцах ударила ладонью по водной глади, поднимая брызги. Они взметнулись вверх и застыли. Вода капельками висела в воздухе, не спеша падать.

Я осторожно дотронулась пальцем до одной из них, и та обратилась в льдинку. Лёд. Хм, интересно, а как хорошо боевые маги держат равновесия?

Сомневаясь, что получится, я опустила руку в залившую двор воду. Река стремительно пребывала, и сейчас глубина была где-то по щиколотку. Прошла секунда, ещё одна, а потом раздался такой отборный мат, что захотелось уши закрыть.

Маги во главе с Юрэном вмёрзли в мостовую. И только Рэй каким-то чудом умудрился оказаться не во льду, а на льде. Хотя нет, не только Рэй, нас с Тошкой тоже не задело.

Дроу, не теряя драгоценные секунды, атаковал Юрэна как самого опасного. Магистр, конечно, и с прикованными к земле ногами мог дать отпор, но о нападении ему пришлось забыть. Одновременно с этим несколько магов принялись плавить лёд с помощью огненных заклинаний. Однако это ни к чему не привело. Вода словно в хрусталь обратилась и таять даже не думала.

Я провела ладонью по голубоватой глади. Холодная. Только что там за тени? Присмотрелась и отпрянула. Из водной глубины ко мне мчалась распахнутая пасть исполинского зверя. Всё происходило точно также, как во сне. С одним исключением — сейчас я не спала.

А зверь приближался, по двору разлетелся его голодный рык, змеи татуировок подняли головы. Меня охватил дикий ужас. Происходящее казалось абсолютно реальным. Сомнений, что ненасытная тварь сейчас сожрёт, не было. Мне оставалось жить несколько секунд.

Но становиться чьим-то обедом очень не хотелось. Я закричала, разрывая связь с водной стихией. В ответ на это лёд треснул и растёкся грязной водой, освобождая пленённых магов. Рык мгновенно стих, зверь пропал. Но вместе с ним пропала и наша с Тошкой защита.

Маги, получив свободу, набросились на Рэя, который совершенно не ожидал такого поворота. На дроу обрушился шквал заклинаний.

— Нет! — мой крик разлетелся по двору не хуже рыка чудовища, но ничего исправить было уже нельзя.

Я сглотнула с ужасом понимая — от такого невозможно защититься. Ни один магистр бы не выжил. Слишком много стихий, слишком разнообразные заклинания. Поставить щиты сразу от всех практически нереально. А если вспомнить, что нападение оказалось для дроу полной неожиданностью…

И всё из-за того, что я испугалась. Испугалась какой-то галлюцинации! Ну откуда здесь взяться морскому чудовищу?! Здесь, в городе, посреди каменных домов! Какая же я дура!

Заклинания продолжали лететь туда, где стоял Рэй, но многие из магов уже разворачивались ко мне. Судьба Рэя была предрешена. В том урагане магии, который сейчас его окружал, никто бы не выжил.

Последним от сферы с бушующими стихиями отвёл взгляд Юрэн.

— Я бы предложил вам сдаться, мисс Феннет, но если честно, вы мне абсолютно не нужны. И ваша смерть принесёт куда больше пользы, чем плен. Так что не обессудьте.

Я сглотнула, стягивая остатки магии — водные заклинания сожрали очень много силы, но всё было тщетно. Шансов выжить у нас с Тошкой не осталось. Как же глупо! Какая же я глупая! И теперь из-за меня погибнет два самых близких существа.

21.3

Сама я, правда, тоже долго не протяну. Вокруг Юрэна закрутился огненный вихрь. А магистр у нас всё-таки знатный тролль. Выбрал для моего убийства заклинание с прекрасным названием «Смерть дракона». Говорят, по силе его пламя действительно не уступает огню ящеров. Что ж, надеюсь, это так. А то долго и мучительно гореть что-то совсем не хочется.

Вихрь раскручивался всё быстрее, кажется, это то же заклинание, которое я использовала во сне, чтобы прогнать водного монстра. Как-то слишком много совпадений для одного дня.

— Я же говорил, бабам не место на моём факультете, — Юрэн скривился в злобной улыбочке и спустил стихию с цепи.

Наверное, надо было зажмуриться, но я не смогла. Просто стояла и молча смотрела, как ко мне приближается смерть.

Время словно замедлилось. Огненный вихрь был даже по-своему красив, но тут что-то заставило отвлечься. Убитый Рэем маг внезапно дёрнулся, неестественно изогнул ноги и прыгнул. Слишком длинный прыжок, на который неспособен ни один человек, окончился в центре огненной воронки.

Заклинание сработало буквально в метре от меня. Как хорошо, что я всё-таки поставила щиты. Пусть лёгкие и не особо надёжные, но их хватило. Ни меня, ни Тошку, над которым ещё держалась водная сфера, пламя так и не тронуло.

А во двор, неестественно выгибаясь, уже вбегали новые мертвяки. У неведомого некроманта сегодня было много материала для работы.

Маги, ругаясь, переключились на вновь прибывших, а я бросилась к Рэю. Точнее, к тому, что от него осталось. Остаточные сполохи слишком мощной магии ещё кружили над тем местом, где стоял дроу, но потихоньку гасли.

Я практически добежала, когда поняла, что сполохи не просто гаснут, они исчезают, поглощённые чёрным туманом, стремительно растекающимся по земле.

Туман казался очень знакомым. Внезапно один из мертвяков, пробегавших мимо, схватил меня за плечи и потащил назад.

Я закричала, вырываясь, но хватка у неупокойника оказалась просто железной.

— Помогу, — с трудом, едва слышно прошипел он и для надёжности повторил: — Помогу.

Но помочь он так и не успел. Из чёрного тумана, заполонившего едва ли не весь двор, вырвался огромный ящер. Жёлтые глаза пылали ненавистью и безумием, а на спине вместо крыльев виднелись длинные окровавленные полосы.

Я сплю или мои кошмары внезапно ожили?!

Пока пыталась хоть немного сориентироваться в происходящим, ящер, который с трудом поместился в дворике, оказался рядом. Перед глазами мелькнули кинжальной остроты зубы, и голова неупокойника покатилась по мокрой мостовой.

Огромные, чешуйчатые ноздри раздулись в опасной близости от меня. Ящер стоял ко мне боком, и я могла видеть только один его глаз. Но и этого было достаточно. Ярость и безумие — вот что было во взгляде бескрылого дракона.

Неужели это и вправду Рэй? Да быть такого не может! Как?! Нет, наверняка это какая-то ошибка. Но тут память услужливо подбросила фразу Юрэна о том, что Рэй съест свою элеру. Неужели магистр знал?

— Рррр-мяу! — донёсся до меня жалобный стон.

Тошка! Он же совсем один остался и почти без защиты. Я повернулась к мантикору, который оказался в окружении мертвецов — те, вроде, не нападали, но фамильяра нервировали.

Однако стоило только сделать шаг по направлению к Тошке, как ящер зарычал. В глубине чёрных, вертикальных зрачков вспыхнуло что-то недоброе.

Сейчас ещё раз зубами щёлкнет, и моя голова окажется рядом с головой мертвяка. Но так просто отделаться не получилось.

Юрэн, о котором я совсем забыла, обо мне, к сожалению, не забыл. Совершенно игнорируя огромного ящера, магистр отправил в меня сразу несколько заклинаний. Что я могла ему противопоставить? Только защитные чары. Стандартные, но с таким вложением энергии, что прозрачный, невидимый купол стал матовым и материальным.

От невероятного по силе магического удара щит завибрировал, гладкая поверхность пошла рябью, но выстояла. Я глазам своим не поверила. Нас же с первого занятия учили, что стандартные защитные чары спасают только от ворожбы совсем уж неопытных магов. А для противостояние настоящему мастеру надо защищаться от стихии, которую он использует.

Но это были ещё не все сюрпризы. Отражённая магия, не сумев прорвать преграду, веером разлетелась в стороны. И большая её часть попала на ящера. Чешуйчатая морда, правда, совсем не пострадала, но настроение бескрылого всё равно не улучшилось.

Чёрный дракон взревел, дикие, полные ярости глаза зло прищурились, вычисляя обидчика. Вот сейчас решит, что это я во всём виновата, и останется от меня горстка пепла. Зубастая морда действительно развернулась, но на пламени ящер решил сэкономить. Вместо огня на меня обрушилась огромная чёрная туша. Ну да, чего огонь переводить, когда можно просто раздавить.

21.4

Щит, выдержавший атаку магистра, затрещал под тяжестью ящера, продавился и лопнул. Я упала на колени и, вжав голову в плечи, зажмурилась. Сердце стучало в висках, руки дрожали, но боли не было. Вообще ничего, кроме тьмы. А потом над головой взревело, воздух нагрелся и неожиданно стало светло.

Я с опаской подняла голову и увидела, как чёрная чешуя наливается багряным. Это продлилось всего несколько секунд, потом всё снова стихло и погрузилось во мрак. Кажется, кто-то только что устроил огненное шоу. Надеюсь, Тошка под раздачу не попал. Бедный фамильяр, вообще не надо было от него отходить!

Шумно выдохнув, я подняла голову, но ничего разглядеть не смогла. Дракон не шевелился, и мне тоже не очень хотелось привлекать его внимание. Но не сидеть же у него под брюхом вечно.

Может, хоть пульсар призвать? Но тут ящер наконец-то отмер. Рядом зашуршало, и по глазам ударил свет. Совсем тусклый, но после кромешной темноты даже серое небо Драгонхейва казалось необычайно ярким.

Ой, нет, не небо. Ярким было драконье пламя, ещё не до конца угасшее. Я в ужасе огляделась — представшая картина оказалась до боли знакомой. Живых, как и в случае с орками, здесь не осталось. Даже поднятые некромантом мертвяки обуглились и потеряли всякую способность двигаться.

Тошка! Я развернулась к мантикору, но дорогу заступил чёрный ящер.

— Отойди! — страх исчез. Наверное, мне просто надоело бояться.

— Ррр-ау! — обижено ответил дракон и потянулся зубастой мордой вперёд.

— Убери зубы! И если с Тошкой что-то случилось, ты не только без крыльев, но и без головы останешься!

При упоминании крыльев в глазах снова вспыхнула дикая злоба.

— Ррррр!

— Уйди! Там мой фамильяр!

Ящер снова рыкнул, немного помедлил, но всё-таки отошёл. Я, обходя обгоревшие останки и зажимая нос (кажется, на ближайшие месяцы меня смело можно причислить к вегетарианцам), добралась до слабо мерцавшего защитного купола. Водный щит, поставленный в самом начале боя, ещё держался. Слабо, на остатках энергии, но стоял. А в его центре тяжело дыша, лежал мантикор. Без сознания, израненный, но живой!

Стоило мне коснуться щита, как он опал и растёкся лужей, которая практически мгновенно испарилась на раскалённой мостовой. Хорошо, что булыжник под фамильярам тоже был прикрыт куполом и если и нагрелся, то совсем чуть-чуть.

— Рррр? — дракон снова вытянул огромную морду.

— Рэй, если ты меня слышишь, перекидывайся. Мне есть, что тебе сказать!

Но вместо ответа ящер только зло оскалился и раздражённо ударил хвостом. Кусок стены дома напротив отвалился и осыпал кирпичами кого-то из жертв драконьего пламени.

— То есть ты не Рэйен? — по спине пробежал холодок, я отыскала взглядом место, где последний раз видела дроу, но ничего, кроме почерневшего от заклинаний камня, не нашла.

Хотя, он же сам говорил, что бескрылые драконы отделены от своего человеческого начала. Мда, об этом он сказал, а о том, что сам имеет обыкновение становиться подобной тварью, деликатно умолчал. Нет, ну это уже слишком! Как же они меня с Ворном достали. Оба!

Всё, забираю Тошку и иду в замок, а с этим пусть сородичи разбираются. В конце концов, он у них теперь главный.

С помощью левитации я приподняла мантикора, стараясь держать тело параллельно земле, и направилась к арке выхода. Но не прошла и двух метров, как из этой самой арки повыскакивало с десяток дроу. И радоваться этому не стоило. Среди пособников Юрэна было несколько тёмных эльфов, так что вполне возможно, что это запоздавшее подкрепление.

Дракон тоже сородичам не обрадовался и недобро зарычал.

— Дана! — сквозь застывшую шеренгу дроу прорвался Тар. — Иди сюда! Мы вас уже обыскались.

Друг, с опаской поглядывая на застывшего ящера, сделал несколько шагов и остановился в нескольких метрах. Слишком приближаться к озверевшему братцу парень не рискнул.

— Я отведу тебя в замок, — спокойно проговорил он. — А ребята пока эм… помогут Рэю.

— Рррр! — дракон оскалился и снова крутанул хвостом. Бедный дом лишился ещё одного куска стены.

Тар опустил глаза, немного склонил голову и вытянул руку вперёд.

— Я, Тарэл нэ Руогэр, отверженный Домом Теней, клянусь, что не причиню никакого зла Дане Феннет, элере тэара Дома Теней, — на его ладони вспыхнул чёрный огонь.

Бескрылый недовольно переступил с лапы на лапу, снова зарычал и отвернулся.

— Пошли, — шепнул друг, насторожено поглядывая на дракона.

Меня дважды звать не пришлось. Подцепив заклинание левитации, я поспешила за другом. И только выходя из арки оглянулась, чтобы увидеть, как дроу окружают своего бескрылого главу и набрасывают на него какую-то странную серебристую сеть.

— Тебе лучше этого не видеть, — Тар взял меня за руку и потянул вперёд.

В спину ударил оглушительный рёв.

— Ты знал? — спросила я, когда мы в молчании протопали не меньше квартала.

— Нет, кто о таком расскажет отступнику? — алхимик отрицательно качнул головой. — Только сегодня, когда понадобилось к порталу идти и вас встречать, рассказали.

Я немного помолчала, собираясь с мыслями:

— То есть он не с рождения такой?

— Нет, конечно. Я вообще всегда считал, что это сказки.

— Что именно?

— Что мы потомки тех самых бескрылых драконов, — Тар поморщился при упоминании древних отступников.

— Так ты знал об этом?!

— Это воспринимается… воспринималось скорее как красивая сказка. Я, как и многие дроу, был убеждён, что чёрные драконы давно вымерли.

— Но Рэй обратился.

— Да, после появления у тебя анкара.

— Так вот почему он на несколько дней пропал, — догадалась я.

— Ага, его едва не убили. Говорят, дракон был безумен, буйствовал несколько дней, и мать уже хотела разрешить Ворну избавить Арэиена от мучений…

— Так там ещё и Ворн был?!

— Он видел начало оборота и притащился в пещеры за Рэем, — Тар остановился, к чему-то прислушиваясь, потом махнул рукой, и мы пошли дальше. — Как наследник серых он имел право убить обезумевшего чёрного.

— Но не убил.

— Рэй неожиданно пришёл в себя. Его дракон сначала успокоился, а потом и вовсе позволил сменить ипостась, — друг вздохнул и невесело усмехнулся: — Скажи мне кто о таком пару месяцев назад, не поверил бы.

— И что теперь? Что это вообще значит?

— Без понятия. Меня во многое не посвящают. Даже то, что я тебе пересказал, кое-как удалось вытянуть.

— У меня сейчас голова лопнет от всего случившегося, — я потёрла виски. Очень хотелось лечь спать, чтобы проснуться и выяснить — всё случившееся всего лишь сон.

К тому же после пережитого стресса и перерасхода магии накатила страшная усталость. И в какой-то момент ноги просто подогнулись, а стоявшие вокруг дома погрузились во тьму. Тихую, спокойную и умиротворяющую.

Тусклый факел едва освещал катакомбы, но призвать пульсары они не решились. Сейчас слишком опасно привлекать внимание. После всего случившегося магистры настороже и реагируют на малейший всплеск магического фона.

Две тёмные фигуры, почти не различимые во мраке, шли по узким, давно заброшенным проходам, и гулкое эхо разносило по древним сводам звуки их шагов.

Когда проход расширился и превратился в небольшую пещеру, они замедлили шаг и вскоре совсем остановились. В пятно света от факела, который освещал их путь, попал обсидиановый жертвенник, по краям которого свисали цепи. В изголовье лежал загнутый кинжал с простой, деревянной рукоятью. Рядом стоял пузатый медный кувшин, бока которого украшали древние письмена.

— Стоит поблагодарить дракона, он сделал всю грязную работу, — с насмешкой проговорил один из незваных гостей.

— Там были все? — уточнил его спутник, голос которого оставался беспристрастен.

— Троих я убрал сам.

— Значит, свидетелей не осталось. Хорошо. Надеюсь, крови они собрали достаточно?

— Более чем. Осталось дождаться подходящего момента. Только… Они говорили с тобой? Их планы не изменились? — в интонациях первого появилась тревога.

— Нет, всё осталось по-прежнему. Но меня волнует некромант. Есть представление о том, кто это?

— Пока нет. Но девчонка Ворна кого-то подозревает.

— Сможешь узнать, кого?

— Думаю, да.

— Тогда не тяни. Этот любитель мертвечинки слишком часто вмешивается в наши дела.

— Слушаюсь.

— И ещё кое-что.

— Да?

— Надо сделать так, чтобы нашему принцу было, чем заняться. Красные нам подыграли, но этого мало.

— Хорошо, я подумаю, чем его развлечь.

— Подумай. И не стесняйся использовать истинную, не зря же мы её сюда притащили.

— Господин, а как поступим с бескрылым?

— Разве он не сдох?

— Пока нет.

— Неужели Юрэн так и не использовал данные ему артефакты?

— Использовал, но проклятое племя живуче.

— Хм… — неведомый «господин» задумчиво потёр подбородок, скрытый тенью капюшона, и проговорил: — Если выживет, страви его с Ворном. Наша милая малышка станет прекрасным поводом для очередной драки между дроу и Серыми. А пока они рвут друг другу глотки, мы закончим начатое.

— Кстати, о малышке. У неё слишком сильный дар, это может помешать.

— Так прикончи её фамильяра! — впервые в безразличном голосе послышалось раздражение. — Убей крылатую тварь, и девчонка не сможет контролировать свои силы. Только не повторяй ошибок идиота Юрэна, живой он нам не нужен, даже в качестве пленника.

— Слушаюсь, — человек в чёрном плаще склонился в почтительном поклоне и умолк.

Повисла тишина, в которой слышался только треск факельного пламени. Так прошло несколько минут, потом называемый господином проговорил:

— Они заинтересовались девчонкой.

— Истинной?

— Да. Постарайся, чтобы она дожила до Их прибытия. И что у нас с Ключом? Вы его нашли?

— Мы провели обряд. Ты был прав, Ключ где-то в стенах Университета.

— Где-то? Ты не хуже моего понимаешь, что кровь не может храниться вечно. Найди Ключ, время на исходе.

— К слову о крови, мы оставим её здесь?

Ответ на свой вопрос он получил не скоро. Называемый господином медленно подошёл к кувшину, провел тонкой ладонью по его боку. От его прикосновения магические символы тускло засветились.

— Да, оставим, — наконец, произнёс он. — Пусть ждёт своего часа.

— Сосуд могут найти. Маги подозревают, что жертвоприношения проходили в катакомбах.

— Так развей эти подозрения. Дай им другой след. А мне пора, нужно ещё кое-что подготовить, дабы наш наследник не заскучал на троне.

— Здоровье Императора так плохо?

— Не настолько, чтобы радоваться, но какое-то время править он будет не в состоянии. И нам было бы неплохо успеть открыть Врата до того, как он снова войдёт в силу, — после этих слов называемый господином развернулся и пошёл обратно, оставив факел своему спутнику.

Конец первой книги.