Я - Макс Огнев, и я без пяти минут миллионер. Точнее был им, пока не попал в эту чертову воронку... И вот я в Российской Империи, да ещё и последний из рода Пожарских. Рода, на который объявлена охота.
Как выжить в этом мире Проколов, дворянских родов и интриг? Стать лучшим Воином, Магом или Инженером?
Я решил пойти по другому пути – построить собственную финансовую империю.
Теперь меня зовут Макс Огнев-Пожарский, и я Купец почти второго ранга.
— Значит, новик Худяш был задушен, совсем как новик Илан. Символично, не находите, новик Огнев?
Допрос продолжался уже третий час, и я не видел ни малейших предпосылок к его окончанию.
А началось все в лазарете, куда мы со смотрителем принесли Коровина и остывшее тело Худяша.
Смотритель оперативно слинял, а вот я не успел, и Храмовый лекарь в ультимативном порядке заставил меня занять койку рядом с фон Штерном.
Слева от Ландера уже лежал белый, как мел, Коровин, а за ним многострадальный Ростик.
Я, конечно, сопротивлялся, но лекарь не желал ничего слушать — постельный режим, и точка. Мол, перенапряжение энергоструктуры, критическое истощение организма и так далее.
В итоге, когда в лазарет заявилась целая делегация из начальства, я лежал на больничной койке, словно какой-то больной.
Камнев, Крысин, князь Михайлов и еще один мужчина, имени которого я не знал, выстроились перед нашими койками, и, не сговариваясь, дружно уставились на меня.
— Это граф Назыров, — подсказал мне Виш, кивая на незнакомца. — Заместитель настоятеля Храма по воспитательной части. Маг седьмого ранга.
Ого, седьмой ранг! С таким шутки плохи!
— Рассказывай, Огнев.
Голос Камнева был напряжен, а сам Воин подобрался, словно перед схваткой. Да и остальные одаренные зачем-то подошли поближе, обступив мою койку.
Не нужно было быть семи пядей во лбу, чтобы понять — разговор намечается серьезный.
— С какого момента, господин майор? — уточнил я, мысленно прокручивая в голове мою версию произошедшего.
— С самого начала.
Камнев не уточнил, что он подразумевает под началом, но рассказывать, как я попал в этот мир, было бы глупо и несмешно, поэтому перешел сразу к закрытию Прокола.
Наша с фон Штерном разведка, запоздалое появление Коровина и его дружков, атака Худяша, собравшиеся в центральной пещере кобольды, наша превентивная атака…
Я решил ничего не утаивать и рассказал все, как есть.
Во-первых, меня смущало присутствие семирангового Мага, который мог распознать обман. А во-вторых, я боялся запутаться в своих же собственных показаниях.
Говорят, что у лжецов должна быть очень хорошая память. И пусть память у меня хорошая, но дела я предпочитаю вести открыто и честно.
Единственное, о чем я умолчал, так это о помощи Виша и вынесенных с Прокола трофеях.
Ну а потом, стоило мне закончить рассказ, на меня обрушилась целая лавина вопросов.
Причем, допрашивал граф Назыров, который, к слову, поставил вокруг нас купол Тишины. И что-то мне подсказывало, что как только они закончат со мной, то перейдут к фон Штерну.
Впрочем, времени думать о том, что будет дальше у меня особо не было, поскольку все внимание было сконцентрировано на том, чтобы не сболтнуть ничего лишнего.
И стоило мне закончить свой рассказ, как граф перевел разговор на Худяша, в связи с чем на меня обрушилась целая волна каверзных вопросов.
— Значит, новик Худяш был задушен, совсем как новик Илан. Символично, не находите, новик Огнев?
— Нахожу, — отрицать очевидное я не видел смысла. — Символично вышло.
Допрашивал меня исключительно граф Назыров, а остальные одаренные молча следили за нашим разговором.
Время от времени я чувствовал интерес князя и недовольство Крысина, но никто из них и не думал перебивать зама по воспитательной части.
— Это вы убили новика Худяша?
— Нет, конечно!
— У вас была к нему личная неприязнь?
— Ещё какая! Он трижды пытался поджарить меня Огненным шаром. Даже четырежды!
— Ну-ка, ну-ка, — граф прищурился и смерил меня хищным взглядом. — Давайте остановимся на этом моменте поподробней. Где, как и когда?
— Первый раз в келье, когда новики Коровин, Худяш, Илон и Ростик устроили мне теплый, кхм, прием…
— Новик Худяш использовал магию в келье? — уточнил Назыров.
Я был более, чем уверен, что Маг в курсе всех конфликтов новиков, но ёрничать не стал.
— Так точно, использовал.
— Дальше.
— Второй раз в душевой, третий в…
— Постойте, новик Огнев, — граф по птичьи склонил голову набок. — В келье и душевой имела место быть Огненная стихия?
— Ну почти, — поморщился я. — Оба раза мне удавалось прервать формирование заклинания.
— То есть, по факту, новик Худяш магию в стенах Храма… не использовал?
Я хотел было возмутиться, но, поймав на себе внимательный взгляд князя, не стал спешить с ответом.
— От твоего ответа зависит, грозит ли Храму проверка, — подсказал Виш.
Можно было встать в позу и настоять на своем, но выгодней было ответить… правильно.
— По факту нет, — вздохнул я.
— Значит эти два эпизода мы не рассматриваем, — кивнул граф Назыров, обменявшись с князем довольными взглядами. — Продолжайте, новик Огнев.
— Новик Худяш метнул в меня Огненный шар, в Проколе и…
— Кто может подтвердить? — перебил меня Назыров.
— Фон Штерн, Ростик, Коровин, — незамедлительно отозвался я. — Но это ерунда по сравнению со свитком. Я выжил только благодаря наручу, который одолжил мне наставник Камнев.
— С каким свитком? — тут же подобрался Назыров.
От Камнева тут же повеяло недоумением, а от Крысина… беспокойством?
— Не вздумай сказать название! — предупредил меня Виш, но я и сам понимал, что новик вроде меня не может знать о существовании
— Крысина спросите, — я кивнул на одаренного. — Он наверняка помнит, какой свиток дал Худяшу.
На этот раз князь поправлять меня не стал, а граф Назыров лишь бросил на скупщика Храма короткий взгляд.
— Новик Огнев, вы желали новику Худяшу смерти?
— Я не желал новику Худяшу смерти, — я поморщился, но всё же решил сказать, как есть. — Вот только, честно говоря, я удовлетворён случившимся.
— Вот как? — впервые за весь допрос на лице графа мелькнули эмоции. — Разверните ваш ответ.
— Он был ненадежный, — я пощелкал пальцами, подбирая слова. — Мог ударить в спину, не слушался приказов, вел себя в высшей степени высокомерно. Из-за него могла погибнуть вся группа, и я рад, что больше не придется ходить на закрытие Проколов с таким человеком.
— Вот как, — покивал Назыров. — Коллеги, кто-нибудь хочет что-нибудь добавить?
Камнев тут же кивнул и, шагнув поближе, протянул мне руку. Я же, не будь дураком, вытащил из Инвентаря наруч и отдал его Воину.
— Спасибо, Дмитрий Иванович, вы мне, считайте, жизнь спасли.
Камнев едва заметно улыбнулся и, взяв наруч, шагнул назад.
— Что ж, коллеги, предлагаю перейти к фон Штерну…
В следующий момент
Фон Штерн, который до этого с интересом наблюдал за моим допросом, неожиданно расплылся в улыбке и, отвечая на невнятный вопрос Назырова, начал рассказывать про… родной мир?
— Как интересно, — протянул Виш. — Это не просто
«Мы слышим левую ерунду?» — мысленно предположил я.
— Именно, — подтвердил Виш. — Теперь ясно, почему они не стали дожидаться, пока вас выпишут из лазарета. Не хотят, чтобы вы сговорились.
«И что дальше?»
— Ставлю на подставу от Крысина, — рассеянно отозвался Виш, перебираясь с плеча мне на голову. — Хотя и князь, скорей всего, ведет свою игру… Все, Макс, не отвлекай, попробую читать по губам…
Не отвлекай, так не отвлекай…
Я откинулся на подушку и задумчиво уставился в потолок.
В том, что Виш прав насчет Крысина, я даже не сомневался, очень уж неприятный был у него взгляд.
Знать бы ещё, что он задумал…
Некоторое время я перебирал в голове варианты подлянок, которые может устроить Крысин, но незаметно мысль свернула в сторону вынесенных с Прокола трофеев.
Мой личный Инвентарь пополнился зачарованным кинжалом Крысина, семью золотыми, одним магическим кристаллом и двумя костяными амулетами.
Кристалл, как я понял, выступал в роли магического накопителя, а костяные амулеты были аналогами гоблинского артефакта.
Виш заверил меня, что они под завязку «заряжены» огненной стихией, и энергии хватит на три-четыре Огненных шара.
Свойства зачарованного кинжала Виш раскрывать мне не стал, ну а я и не настаивал — я планировал оставить его себе, а значит в Храме его демонстрировать было бы не лучшей идеей.
Что до золота, то сейчас в общей сложности мой НЗ составлял десять золотых.
Помимо этих трофеев в моем Инвентаре лежали две необработанные шкуры Червя, тринадцать мешочков с сон-травой, пять мешочков с ядом, два дворянских перстня и нож Анастасии.
И я очень жалел, что отдал все гром-камни Ростику…
В общем, для пары дней в новом мире неплохо, но можно было и получше. Намного получше.
— Сам виноват, — видимо последнюю мысль я подумал настолько громко, что Виш её услышал. — Если бы мы проверили все тайники кобольдов…
«Мы поступили правильно, — не согласился я. — Что до трофеев — это дело наживное».
— Тебе просто везет, что у меня нюх на золото, — усмехнулся Виш. — Не хочу, чтобы у тебя сложилась иллюзия, будто в этом мире деньги валяются под ногами.
«Не переживай на этот счет, — успокоил я Виша. — Я знаю цену деньгам. И раз уж здесь столько Проколов — грех этим не воспользоваться. Сам знаешь, что чем больше стартовый капитал, тем лучше».
— Правильная точка зрения, — похвалил меня фамильяр. — Осталось только пережить этот допрос.
Я уже научился распознавать намеки Виша и тут же подобрался.
Дракончик редко в открытую предупреждал меня о намечающихся проблемах, ограничиваясь намеками.
И сейчас, вспомнив наш предыдущий диалог, я тут же сложил дважды два.
«Крысин?»
— Я уже говорил, что на твоем пути будет много испытаний, — невесело улыбнулся Виш. — И только от тебя зависит, как ты будешь их преодолевать.
Я кинул взгляд на закончившее допрос руководство и морально приготовился к поединку.
И пусть в руках Крысина не было шпаги, но кто сказал, что это не может быть поединок умов?
Он явно хочет выставить меня в неприглядном свете перед князем Михайловым, моя же задача — не дать очернить свою репутацию.
Ну а потом Крысина ждет ответочка. Я не забыл про выданное стелой задание разорить нечистого на руку скупщика.
План действий у меня уже есть, и сейчас главное выбраться из лазарета и сходить с Камневым в несколько Проколов.
Я невольно улыбнулся — если у меня получится обдурить Крысина — это будет… красиво.
— Соберись, Макс, — одернул меня Виш. — Идут к нам.
Я едва заметно кивнул, показывая, что принял предупреждение фамильяра к сведению, и поудобней устроился на кровати — лежать было некомфортно, и я принял сидячее положение, подложив подушку к спинке кровати.
— Амулетный артефакт у тебя пуст? — уточнил Виш, следя за идущими к нам одаренными.
«Два мешочка с сон-травой и два золотых, — мысленно отозвался я. — А что?»
— Да так, — рассеянно отозвался Виш. — Все, Макс, готовься.
— Новик Огнев! — граф Назыров посмотрел мне в глаза. — Мы опросили ваших боевых товарищей и пришли к выводу, что вы невиновны.
Ну слава тебе господи!
— Но, — Маг едва заметно поморщился. — Наставник Крысин утверждает, что обладает неоспоримыми доказательствами вашей вины! Будьте добры предоставить ваш амулет!
— А разве это не личное? — уточнил я, пытаясь понять, что происходит. — Насколько я знаю, никому нельзя давать прикасаться к своему амулету.
— Вы правы, — граф покосился на князя, и тот недовольно нахмурился.
— Огнев, — князь Михайлов властно махнул рукой. — Просто открой содержимое своего Инвентаря!
— Так точно, господин полковник! — образцово отрапортовал я и потянулся к амулетному Инвентарю.
От графа Назырова веяло скукой, от князя Михайлова легкой заинтересованностью, от Камнева так и разило напряжением и тревогой — Воин волновался, что не может мне помочь.
И только Крысин так и светился от злорадства.
Вот только я, хоть убей, никак не мог понять, почему.
Впрочем, стоило мне заглянуть в привязанный к амулету Инвентарь, как все встало на свои места.
Рядом с монетами и мешочками сон-травы лежал оберег Илана.
Тот самый, который пропал с тела задушенного новика!
'Вот сволочь! — мысленно восхитился я. — Теперь ясно, почему Крысин расстался с мечом и золотом! Он установил связь между нашими амулетами!
— Именно поэтому Камнев запретил тебе доставать свой амулет, — кивнул Виш. — И что же ты будешь делать?
Вопрос был, на мой взгляд, риторический.
Оставлять оберег Илана в Инвентаре равносильно признанию в убийстве новика, а значит…
Я усилием воли переложил оберег Илана в свой личный Инвентарь и открыл содержимое амулетного.
Стоило мне раскрыть привязанный к амулету Инвентарь, как Крысин тут же победно крикнул.
— А вот и оберег новика Илана! Я же говорил, что это был новик Огнев! Из-за своей жадности, новик Огнев не догадался избавиться от улики и…
— Простите, — я бесцеремонно перебил надувшегося от значимости Крысина. — Что вы несете?
— Действительно, Крысин, — голосом князя можно было заморозить всю тундру. — Потрудитесь объясниться.
— Откуда у новика два золотых — это, конечно, интересно, — добавил граф Назыров, внимательно разглядывая содержимое моего Инвентаря, — как и сон-трава, но никакого оберега я не наблюдаю.
— Князь, — голос Камнева так и звенел от злости, — разрешите вызвать этого торгаша на дуэль!
— Но… — Крысин смешно заморгал, уставившись на призрачную картинку золотых и мешочков с сон-травой. — Позвольте… Он точно должен быть у него! Он… Он… Он скинул оберег!
— Огнев, встань, — приказал князь, и я тут же вскочил с кровати.
Крысин бросился было осматривать койку, но окрик князя приморозил его к земле.
— Не ты! Граф, будьте добры…
Назыров с достоинством кивнул и щелкнул пальцами, поднимая постельное в воздух.
Я же, не дожидаясь приказа, разделся до трусов и вытянулся по стойке смирно.
Сейчас преимущество на моей стороне, и не время выпендриваться. Пусть уж лучше руководство проверит меня до нитки, зато у меня будет алиби.
А вот Крысину я сейчас не завидую…
— Чисто, Александр Алексеевич, — вещи, которые до этого момента кружили в воздухе, вернулись на свои места, а сам граф неодобрительно покачал головой. — Наставник Крысин, вы меня разочаровали.
— Но…
— Молчать! — князь рявкнул так, что с потолка посыпалась штукатурка, — Неделя тебе, Крысин. Если не найдешь убийцу новика, сам на рудники поедешь.
— Я…
Но Михайлов одарил скупщика таким взглядом, что тот мгновенно заткнулся.
— Новик Огнев!
— Я! — я уже привычно вытянулся во фрунт.
— Назначаю тебя замкомвзвода!
— Рад стараться, господин полковник!
— Приведи себя в порядок и наведайся к стеле! После чего поступаешь в распоряжение майора Камнева. Все свободное от учебы время будешь выполнять его приказы. Покажешь себя, получишь послушника досрочно. Вопросы?
— Так точно, господин полковник! — я решил ковать железо, пока горячо. — Возможен ли досрочный выпуск из Храма? Не хочу терять время даром, хочу закрывать Проколы во славу Отчества!
— Ты что несешь! — схватился за голову Виш. — Как же адаптация?
Михайлову же моя речь понравилась. Вначале он, конечно, нахмурился, услышав про досрочный выпуск, но стоило мне сказать про закрытие Проколов, как он тут же подобрел.
— Орел! — одобрительно кивнул князь. — Боец! Выполнишь месячную норму послушника, обсудим твой досрочный выпуск.
— Рад стараться, господин полковник! — гаркнул я. — Разрешите привести себя в порядок и отправиться к стеле?
— Разрешаю, — благосклонно кивнул Михайлов. — Граф, барон, у вас есть ещё вопросы к новику Огневу?
— Новик Огнев признан невиновным, — задумчиво протянул граф Назыров, не спуская с потерянного Крысина внимательного взгляда. — Приглашаю вас, новик Огнев, зайти ко мне завтра вечером для составления индивидуального плана занятий.
— Так точно, наставник Назыров! — отрапортовал я. — Буду!
— Барон? — князь вопросительно посмотрел на Камнева.
— Никак нет, — покачал головой Воин. — Жду тебя у стелы, Макс.
— Буду там через несколько минут, Дмитрий Иванович! — кивнул я и, дождавшись, когда начальство перестанет меня разглядывать, потянулся за храмовой одежкой.
— С этим разобрались, — князь кивнул сам себе и перевел взгляд на скупщика. — А ты, Крысин, марш в мой кабинет. Нам предстоит долгий разговор. Граф, не составите нам компанию?
— Пожалуй, откажусь, — Назыров отвесил учтивый полупоклон. — У меня, благодаря новым изменениям, — граф бросил на князя нечитаемый взгляд, — накопилось много работы. Нужно сформировать учебные классы и адаптировать программу под без-дарных новиков.
— В таком случае, не буду вас задерживать, граф, — кивнул князь и, нахмурившись, поманил Крысина за собой.
Я же, дождавшись, когда начальство покинуло лазарет, наскоро натянул на себя одежду, подмигнул фон Штерну и выскользнул в коридор.
Второй раз попадаться в слишком уж заботливые руки лекаря я не собирался.
— Неплохо, Макс, — усмехнулся Виш, не забывая указывать мне дорогу к стеле, — я знал, что ты справишься. Каковы дальнейшие планы?
«Стела, конечно, — мысленно отозвался я. — Пора получить награду и, чем черт не шутит, выбить какие-нибудь бонусы!».
До зала со стелой я добрался одновременно с Камневым.
Воин, как я понял, специально дождался меня у входа, давая мне шанс его догнать. Вот только стоило мне с ним поравняться, как он приложил палец к губам.
Я понятливо кивнул — наверняка тот же самый Крысин будет из кожи вон лезть и постарается нас в очередной раз подставить или нарыть компромат.
Поэтому ближайшее время в Храме лучше держать язык за зубами.
Камнев показал на стелу, затем сделал вид, что ест, и, достав из ниоткуда разделочный нож, уколол воздух.
Пришлось кивнуть ещё раз, показывая, что я понял его пантомиму.
Впрочем, чего там понимать-то? Сначала стела, потом обед, ну а потом очередной Прокол.
И что-то мне подсказывало, что Воин планировал обсудить произошедшие события именно в Проколе.
— Иди уже, — поторопил меня Виш. — Не терпится узнать, на какой подарок расщедрится стела!
Мне тоже было интересно, и я поспешил дойти до мраморного шпиля и прильнуть к нему всем телом.
Да, достаточно было прикоснуться к стеле ладонью, но я отчего-то хотел к ней прижаться. Совсем как моя бывшая, которая во время редких прогулок по лесу страсть, как любила обниматься с соснами.
Вообще, Вика была интересной девчонкой — занималась йогой, была убежденной вегетарианкой, заряжалась энергией соснового бора.
Вот только если раньше я посмеивался над её увлечениями, то сейчас в корне поменял свои взгляды.
Если верить Вишу, из неё получился бы идеальный маг — развитые энергетические каналы, духовная чистота и всякое такое.
Глубоко внутри мелькнуло тусклое сожаление — может быть зря мы с ней расстались? — но стоило мне прикоснуться к стеле, как воспоминания о Вике тут же исчезли из моей головы.
От стелы шла приятная прохлада, и она как будто вымывала из меня всю накопившуюся усталость.
На секунду я даже подумал, что она… живая.
— Привет, Стела, — прошептал я, — как делишки?
Я общался со стелой всего лишь второй раз, но уже не мог воспринимать её как кусок камня. Не знаю, в какой момент я решил обращаться к ней как к живому человеку, но на мой взгляд, имя Стела ей очень даже шло.
— Делишки — огонь, Макс Огнев, — в голосе стелы мелькнула улыбка. — Ты пришел за наградой, Макс Огнев?
— В общем-то да, — согласился я. — Но, положа руку на сердце, я очень рад тебя увидеть.
— Это взаимно, Макс Огнев, — заверила меня стела. — За тобой интересно наблюдать.
— Ты прямо-таки все видишь? — уточнил я. — Даже то, что происходит в Проколе?
— Я вижу все, что видит твой амулет, — напомнила стела. — Макс Огнев, ты готов получить награду?
— Стоп! — слова стелы навели меня на интересную мысль. — Получается, ты должна знать, кто убил новика Илана!
— Увы, Макс Огнев, — равнодушно отозвалась стела. — Есть много заклинаний, которые блокируют работу амулетов.
— То есть в душевой кто-то использовал плетение Тишины? — уточнил я. — Ты можешь сказать, кто это был?
— Эта информация скрыта, Макс Огнев, стоимость сто золотых.
— Ого! — удивился я. — Вот это расценки!
— Это называется товарно-денежные отношения, Макс Огнев. Спрос рождает предложение.
— Какая ты умная, — усмехнулся я. — Вот только если ты знаешь все, что происходит в Храме, зачем князь устроил это расследование? Ведь у него должен быть доступ ко всем локациям! Князю достаточно узнать, кто воспользовался заклинанием Тишины, и убийца будет найден!
— Ответ на твой вопрос стоит пять золотых, Макс Огнев.
Честно говоря, подросшие расценки меня неприятно удивили. Что это — отлаженный годами механизм или наглость стелы?
— Стела будет постоянно адаптироваться под твой ранг, давая все более сложные задания, — прошептал Виш, с опаской поглядывая на стелу. — Но что касается сотни золотых, то это явно чья-то защита.
«Думаешь, Крысин?» — мысленно уточнил я.
— Сомневаюсь, что у него есть такие деньги, — отозвался фамильяр. — Может статься, что у Крысина есть в Храме сообщник, а точнее покровитель. Так что я бы на твоем месте, Макс, не лез в эти шпионские игры.
«Но ведь если я узнаю, что плетением Тишины воспользовался Крысин, то смогу выкинуть его из Храма!»
— Во-первых, с чего ты взял, что убийца использовал именно плетение Тишины? Стела ничего такого не говорила, ты сам додумал этот момент.
А ведь Виш прав, стела действительно сказала, что есть много заклинаний, которые блокируют работу амулетов!
— А во-вторых, — продолжил Виш. — Ну скинешь ты Крысина, ну уедет он на каторгу, ну придет на его место другой одаренный. Но проблема-то не решится! Наша задача разорить его и посмотреть, кто стоит за этим ничтожеством.
И вновь Виш оказался прав. Моя цель — выполнить задание стелы, а не наводить порядок в Храме!
«Хорошо, Виш, — я мысленно кивнул. — Тогда получаем плюшки и к Камневу? Есть у меня одна мысль, но без помощи Воина тут не обойтись».
— А ты умеешь заинтриговать, — хмыкнул фамильяр. — Действуй! А пока ты будешь мило беседовать со стелой, я помогу с циркуляцией энергий в твоем теле. Возможно, получится заложить основу для третьего энергоузла.
Слова дракончика про третий энергоузел прозвучали чертовски интересно, и я мысленно пообещал себе расспросить его на этот счет подробней.
— Завтра и без меня расскажут, — усмехнулся Виш, видимо, моя мысль оказалась слишком громкой. — На уроках магического искусства.
Точно, я же нахожусь в чертовой школе для попаданцев, и здесь есть уроки!
Так, надо срочно вытаскивать из Храма всю нужную инфу и валить в свободное плавание!
— Знаешь, Стела, — я прижался к обелиску щекой. — Я пока пас. Пять золотых мне и самому нужны. Давай лучше перейдем к бонусам.
— Как скажешь, Макс Огнев, — стела не выказала ни малейшего недовольства или нетерпения. — На текущий момент тебе доступен лишь один… бонус.
— И какой же?
— Потенциальный дар Выносливость. Как тебе такое, Макс Огнев?
«Виш, что значит „Потенциальный дар“?»
— Что есть определенные условия для его получения, — незамедлительно отозвался фамильяр. — Скрытые. Стела озвучит их только в том случае, если примешь задание.
«Я правильно понимаю, что оно того стоит?»
— Шутишь? — удивился фамильяр. — Увеличить Выносливость в два раза, а емкость Инвентаря в пять? Конечно стоит!
«С чего бы стеле выдавать мне такой вкусный дар?»
— Видимо, ты ей нужен, — дракончик пожал плечами. Ты же помнишь, что стела действует исключительно…
«В своих интересах, — мысленно закончил я. — Знаешь, что-то мне подсказывает, что как только я уловлю принцип её заданий, то пойму что-то очень важное».
— Возможно, — не стал спорить Виш. — Но всегда помни, соглашаясь на кота в мешке можно в итоге остаться в дураках.
Хах, символично слышать такое от фамильяра, которого меня буквально заставили выбрать. Да, никто не вынуждал меня выбирать конкретно Виша, но описание «кот в мешке» великолепно подходит для Виша.
В любом случае, потенциальная Выносливость отлично ляжет на мой билд, а значит…
— Я согласен, Стела!
— Помни, что, согласившись, ты не сможешь отказаться.
— Помню.
— Хорошо, Макс Огнев, — в голосе стелы мелькнуло… удовлетворение? — Твое задание: до получения статуса новик помочь Привратнику Камневу закрыть один-единственный Прокол.
— В смысле до получения статуса новик? — нахмурился я. — Что до закрытия Проколов, я и так собирался помочь Камневу…
— Приказа от князя Михайлова на зачисление форточника Огнева в группу новиков не поступало, — невозмутимо отозвалась стела, проигнорировав мои слова про Камнева.
— Ого! — не удержался Виш. — Князь решил подстраховаться и даже новика тебе не дал? Любопытно…
— Таааак, — я с неохотой оторвался от стелы и посмотрел на терпеливо дожидающегося меня Воина. — Ладно, разберемся… Закрываю Прокол и к тебе?
— Все верно, Макс Огнев.
— А бонус за первые десять сделок?
— Осталось ещё две, Макс Огнев.
— А поощрение за закрытие Прокола?
— Это было задание князя, Макс Огнев.
— Ясно, — я недовольно поморщился, но настаивать не стал. — В любом случае, спасибо.
— И ты даже не попросишь второй ранг? — в голосе стелы сквозило отчетливое удивление и даже недоумение.
— Я иду путем Чести, — не удержался я. — Пока не заслужил!
— Хорошо, Макс Огнев, — немного помолчав, произнесла стела. — Ты действительно необычный форточник. Если сумеешь удержаться от получения второго ранга до выпуска из Храма, получишь дар, который тебе пригодится. Лично от меня.
— Договорились. До встречи, Стела!
— До встречи, Макс Огнев!
Я с неохотой оторвался от стелы и потопал к Камневу.
Честно говоря, хотелось некоторое время побыть одному и обмозговать услышанное от стелы, но если я сейчас попробую слиться, Камнев не поймет.
К счастью, Воин не стал лезть мне под кожу и, дождавшись, когда я выйду из зала, коротко бросил
— Предлагаю подкрепиться.
— Согласен.
И, к моему величайшему облегчению, дальнейший путь до столовой мы провели в тишине.
Не знаю, о чем думал Камнев, но я все никак не мог выбросить из головы последние слова стелы.
И больше всего меня беспокоило то, что стела раскусила мою игру.
«Виш, она все знает⁈»
— Если ты про свое нежелание получать второй ранг, то да, — фамильяр старательно делал вид, что ему по барабану, но я чувствовал идущее от него напряжение. — Думаю, стела в курсе про Свечу, и дает нам шанс.
«Шанс на что?»
— Встать на ноги… Зуб даю, что стелу не устраивает текущее положение вещей с Проколами, и она хочет исправить ситуацию…
«При помощи нас?»
— Знаешь, Макс, — Виш задумчиво уставился в затылок идущего перед нами Воина. — Что-то мне подсказывает, что в данный момент главный герой далеко не ты…
'Камнев! — сообразил я. — Стела хочет, чтобы он выжил! Точно, у него же кабальный договор с Уваровыми?
— Не совсем, — поправил меня Виш. — Уваровых мы подозреваем в убийстве Пылаева и в том, что их род подставил Камнева. Логично, что Уваровы и выставили это самоубийственное требование о закрытии десяти Проколов, но лучше перестраховаться и уточнить у Камнева.
'Согласен, — кивнул я. — Я бы на месте Уваровых втянул бы в эту интригу дружественный Пылаевым род. Что может быть лучше, чем столкнуть лбами Камневых и дружественный Пылаевым род?
— Разжечь родовую войну и подмять под себя активы ослабевших семей, — кивнул Виш. — классика жанра.
«Поговорю с Камневым, — решил я. — Вот только на текущем уровне мы мало что сможем сделать».
— По правде говоря, я уже жду не дождусь, когда мы с тобой выберемся в высшую лигу, — вздохнул Виш. — Надоело копаться в песочнице.
'Не спеши, Виш, — я мысленно одернул дракончика. — Поспешишь — людей рассмешишь. И вообще, знаешь анекдот про старого быка и стадо?
— Не знаю, — заинтересовался Виш. — Что за анекдот?
«Ну который, 'Мы медленно спустимся с горы…»*. Неужели не вспомнил?
— Да рассказывай уже! — возмутился фамильяр. — Интересно же.
«Позже», — мысленно усмехнулся я, возвращая Вишу все его «Потом расскажу».
— А ты жестокий человек, Макс, — Виш посмотрел на меня взглядом котика из Шрека, — злопамятный…
Настроение немного улучшилось, и в столовую я заходил уже с улыбкой.
Камнев ожидаемо свернул направо, в зону наставников, и приветливо махнул Алле Ильинишне.
Я же, при виде поварихи, вспомнил свое обещание.
— Дмитрий! — я догнал Воина и ткнул его в бок. — У тебя же остались жабьи красители с закрытия Прокола? Дай парочку.
— Держи, — Камнев даже спрашивать не стал, зачем мне понадобились эти склянки.
Предо мной появилось размытое изображение двух склянок, и я подтвердил осуществление торговой операции.
Я же, подойдя к раздаче, выложил на прилавок мешочек с сон-травой, крысиный яд и склянку с красителем.
— Добрый день, Алла Ильинишна, это вам, как и обещал.
— С…спасибо…
Повариха явно не знала, как ко мне обращаться и какой у меня статус. То ли я наставник, то ли новик…
Я же не спешил ей помогать, с улыбкой наблюдая за её душевными терзаниями.
— Мне как обычно, Алла Ильинишна.
— Хорошо… ваше благородие.
— Смотри-ка, Макс, тебя записали в дворяне, — хихикнул Виш. — Какой стремительный карьерный рост!
Я же, улыбнувшись, оставил на прилавке два серебряных и направился к Камневу.
— Подкрепимся и на закрытие Прокола, — прогудел Камнев, бросив на меня хмурый взгляд.
— С удовольствием, Дмитрий Иванович.
Честно говоря, я настроился на долгое ожидание, но, к чести Аллы Ильинишны, не прошло и минуты, как на столе появилось фирменное рагу, сбитень и… стакан молока.
Заказ Камнева, к слову, в точности дублировал мой, вот только вместо молока на столе оказалась чашечка ароматного кофе.
При запахе еды разыгрался нешуточный аппетит, и мне приходилось прилагать усилия, чтобы трапезничать, кхм, интеллигентно.
Не зря же повариха вашим благородием меня обозвала? Придется, хах, соответствовать!
Пока мы с Камневым трапезничали, Виш плескался в молочной ванной, ну а когда дело дошло до кофе и сбитня, фамильяр с явной неохотой занял место на моем плече.
— Пошли? — прогудел Камнев, ставя на стол пустую чашечку из-под кофе.
— Пошли, — кивнул я, в три глотка допивая терпкий сбитень.
Камнев оставил на столе одну серебряную монету, и мы вместе пошли на выход.
Уже выходя из столовой, я бросил взгляд на наш столик и увидел стоящую около него Аллу Ильинишу, которая с недоумением держала в руках нетронутый стакан молока.
«Чего это она?»
— В следующий раз вылей его куда-нибудь, — посоветовал Виш. — Я, скажем так, питаюсь вкусом. И молоко сейчас вода водой! Зуб даю, повариха никак не может взять в толк, что с ним случилось.
А вот с этим нужно действенно быть аккуратней. Казалось бы, ерунда, но чем больше вокруг меня странностей, тем подозрительней.
Ну да ладно.
При входе в портальный зал, я неосознанно напрягся — Бог его знает, чего ждать от смотрителя и, по совместительству, Слуги рода Пожарских!
Но, к счастью, все прошло штатно.
Толстячек ни единым жестом или взглядом не выдал своей заинтересованности. Я уж было перевел дух и даже перестал следить за дежурными фразами Камнева и смотрителя, как случилось неожиданное.
— Наставник Камнев, вы уверены? — толстячок впился в Воина пронзительным взглядом. — Редкий Прокол требует слаженной работы целого отряда шестиранговых одаренных!
— Уверен.
— К тому же выбранный Прокол относится к элиткам, — не сдавался смотритель. — И там предположительно будет несколько альф.
— Мы готовы.
— Наставник Камнев, — смотритель покачал головой, — идя в Прокол с нежитью, вы, скорей всего, хотите сделать ставку на огонь. Но вы должны знать, альфы нежити первым делом берут сопротивление огню. По частоте использования оно находится на втором месте. На первом идет…
— Сопротивление дробящему оружию ближнего боя, — закончил за него Камнев. — Уважаемый смотритель, я знаю, что делаю.
— Поднять свой ранг за счет талантливого форточника, — кивнул смотритель. — Но вот, что я вам скажу… Не в мою смену.
Камнев нахмурился, а его рука стиснула рукоять клинка, который достался мне от Крысина.
Между одаренными явно назревал конфликт, поскольку никто из них не собирался отступать.
— Ну что, Макс, — голос Виша так и сочился ехидством. — На чью сторону ты встанешь? Слуга рода или Привратник-второй номер, связанный с Пожарскими клятвой крови?
*анекдот:
Старый и молодой бык стоят на вершине горы, а внизу пасется стадо коров.
Молодой бык предлагает старому:
— Давай быстро спустимся с горы, быстро съедим по охапке сена и быстренько займёмся вон той коровой.
— Нет, мы медленно спустимся с горы, медленно съедим по стогу сена и медленно-медленно займёмся всем стадом.
Выбор — это частая история в бизнесе, и я, как уже говорил, научился его делать.
Вот только иногда любой твой шаг ведет к ошибке.
Мой бывший босс Илюха часто любил повторять —
В принципе, я мог познакомить смотрителя с Камневым, и вопрос мгновенно оказался бы решен, но мой опыт подсказывал, что это не лучший вариант.
Да, искушение начинать формировать свою будущую команду велико, но это будет слишком… проблемно.
Во-первых, стоит мне получить второй ранг, как Свеча разгорится сильнее, и императорские ищейки, типа графа Багрянцева, перевернут Храм вверх дном.
И будет очень обидно погореть на какой-нибудь мелочи, которая всплывет во время рядового опроса смотрителя или Камнева.
Во-вторых, весь мой опыт построения команд говорил об одном — если твои замы получают возможность решать важные вопросы без тебя, то ты медленно, но верно теряешь контроль над ситуацией.
Пусть уж лучше Камнев и смотритель считают себя единственными, кто имеет связь с родом Пожарских.
Подло? Точно нет. Я бы сказал, это разумно и дальновидно.
К тому же, не дай Бог, мы с Камневым попадем в руки императорским ищейкам… В таком случае, смотритель продолжит свой, кхм, дозор.
Ну и в-третьих, не стоит забывать о золотом правиле инвестора —
Все эти мысли пронеслись у меня в голове за какие-то доли секунды, и я, не раздумывая, шагнул вперёд.
— Уважаемый смотритель, — я посмотрел толстячку прямо в глаза, — мне нужно в этот Прокол.
— Редкий Прокол, — одаренный страдальчески поморщился, — да ещё и элитка…
— Всё, что нас не убивает, делает нас сильнее, — нахмурился я.
— Силы неравны, — толстячок, казалось, вот-вот разрыдается, — я просто не могу вас туда отпустить…
— Мал золотник, да дорог, — в памяти всплыла подходящая поговорка, а следом, словно озарение, ещё одна. — Пламя начинается с искры.
Портальный смотритель хотел было что-то сказать, но лишь покачал головой.
— Вот я никак не могу понять, — задумчиво протянул Виш. — Ты, Макс, бесстрашный или безрассудный? Всего две фразы, и тут же два намека.
'Что ещё за намеки? — мысленно удивился я, дожидаясь ответа от задумавшегося толстячка.
— На то, что ты металлумий золота — раз, и то, что ты каким-то образом относишься к роду Пылаевых — два.
«Пылаевы-то тут при чем?»
— Ну как же, — Виш недовольно махнул хвостом. — Пламя пылает.
Мда уж… вот это логика, конечно…
— Хорошо, — смотритель, по всей видимости, пришел к какому-то выводу. — Кто я такой, чтобы мешать возвышению юного одаренного, — толстячок мазнул по мне взглядом, — и амбициям опытного Воина, — он посмотрел на Камнева. — Я открою портал под вашу ответственность, барон Камнев.
— Под мою ответственность, — подтвердил Камнев.
— В таком случае, — смотритель не смог сдержать тягостного вздоха. — Имя, ранг, цель визита.
— Дмитрий Камнев, Воин пятого ранга, закрытие редкого Прокола, со мной идет Макс Огнев, Купец первого ранга.
— Его до сих пор нет в списках послушников, — смотритель, не отрывая взгляд от глаз Камнева, кивнул на меня. — Как вы можете это объяснить?
— Ознакомительная экскурсия по приказу настоятеля храма, — невозмутимо отозвался Камнев.
— Что ж, да будет так, — смотритель покачал головой и хлопнул по стеле.
В следующий момент на портальном круге появилась уже привычная мне рябь.
— Настройка займет некоторое время.
Камнев молча кивнул, а толстячок, опершись на стелу, прикрыл глаза.
А в следующий момент передо мной появился призрачный силуэт огненного шара.
— Сфера Огня! — тут же присвистнул Виш. — Ты понимаешь, что он тебе предлагает?
«Не очень», — честно признался я, смотря на артефакт, как баран на новые ворота.
— С этой штукой ты можешь зачистить Прокол одним щелчком пальца, Макс! Это очень редкая вещь. Какой там редкая, уникальная!
«Смотритель хочет убедиться, что я выживу в Проколе?»
— Абсолютно верно, — кивнул фамильяр. — Бери, не раздумывая. Запас карман не тянет.
Впрочем, я и не собирался отказываться от артефакта. Вот только в моем понимании, это было немного нечестно.
Смотритель и так рискует, сначала отдав мне монету из казны Пожарских, а затем и такой крутой артефакт.
Понятно, что ситуация у него непростая, и он делает все, чтобы помочь роду, но лично мне стало как-то некомфортно.
Смотритель поставил все на зеро, то бишь на меня, а я пока что никак не отплатил ему добром на добро.
Вот только, что я могу?
Хотя, стоп. Кое-что все-таки могу.
Я усилием воли достал из Инвентаря монету Пожарских и предложил её в обмен на Сферу Огня.
Надеюсь, смотритель поймет мой шаг.
Реакция толстячка была… забавной.
Сначала он вытаращился на монету, потом нахмурился, затем задумался, после чего с уважением склонил голову.
— Умный человек, — хмыкнул Виш. — Понял и оценил твой жест. Если мы не вернемся, то он будет ждать очередного форточника столько, сколько потребуется.
«На то и расчет», — мысленно согласился я.
— Знаешь, Макс, — Виш, не моргая, уставился на смотрителя. — Я даже немного завидую Пожарским. Этот Слуга рискует своей жизнью ради рода. Такую верность не купить за деньги, а значит, твои предки знали какой-то секрет.
«Секрет есть, — усмехнулся я. — И он очень простой. Поступай с людьми так, как хочешь, чтобы поступали с тобой».
— Скажешь тоже, — не поверил Виш, ну а я не стал его убеждать.
Главное, что я поступил правильно, и от этого на душе стало теплее.
Смотритель тем временем подтвердил обмен, и протянул Камневу графитовый стержень.
— Удачного закрытия.
— Благодарю, — Камнев взял палочку и шагнул к краю портального круга.
Толстячок посмотрел на меня, словно в последний раз, и неохотно щелкнул пальцами, отчего вибрация, идущая от портала, заметно усилилась.
Я, не удержавшись подмигнул смотрителю — мол, все будет хорошо — и подошел к портальному кругу, остановившись около Камнева.
Мы с ним переглянулись и вместе шагнули в портал.
И снова тундра, и снова проплешины зон отчуждения.
Вот только на этот раза наш Прокол светился оранжевым светом.
Камнев, зайдя в зону отчуждения, уже привычно протянул мне полученный от Крысина меч и уселся в позу Лотоса.
— По старой схеме, — Воин прикрыл глаза, — сначала разведка, потом зачистка. Альфы тебя, скорей всего, почуют, но далеко отходить не буду. Если совсем прижмет, я заключу тебя в Гранитную сферу. Ты, главное, не паникуй.
— Понял, принял, — я перехватил клинок поудобней. — Снова скелеты?
— В основном да, — кивнул Камнев. — Но могут быть и сюрпризы.
— Например?
— Узнаем на месте. Все, Макс, чем раньше закроем Прокол, тем больше времени будет обсудить дальнейшую стратегию.
— А сейчас?
— Неуютно мне как-то, — с явной неохотой признал Камнев. — Есть вероятность, что Закрытие этого Прокола поможет мне вернуть седьмой ранг, и я вновь открою доступ к нескольким полезным навыкам.
— Что-то намечается? — уточнил я, заразившись идущей от Воина тревожностью.
— Князь подгоняет, — вздохнул Камнев. — Требует как можно быстрее подготовить новиков к закрытию Проколов и выступить против Уваровых.
— Так-так-так, — тут же заинтересовался Виш. — А вот с этого места поподробней!
— Что именно он хочет? — уточнил я.
Я хорошо помнил о желании князя втянуть Камнева в разборки с Уваровыми.
— Тут такой момент, Макс, — Воин поморщился и посмотрел на меня исподлобья. — Помнишь, ты просил меня помочь какой-то девчонке?
— Анастасия Сталь, — кивнул я. — Конечно помню.
— Так вот, я послал весточку брату, он отправил к ней Слугу рода.
— Какие-то проблемы с доспехом?
— С доспехом все в порядке, — отмахнулся Камнев. — Сделали в лучшем виде. К слову, паровой котел пришлось сменить, и это встало в дополнительные траты. Мне неприятно это говорить, но вышло на десять золотых.
— Пришлось сменить в каком смысле? — уточнил я. — Старый окончательно умер?
— Нет, старый реанимировали, он был в рабочем состоянии, но мощности не хватало. Пришлось выбирать — оставить старый и ограничить эффективность доспеха или поставить новый.
— В таком случае вопросов нет, — не думаю, что Камнев стал бы меня обманывать. — Взаимозачет?
— Согласен, — тут же кивнул Воин, — это будет самым оптимальным решением. Завтра в Храм придет кристалл с записью, и я передам его тебе.
— А ты не продешевил? — усмехнулся Виш.
«Нет. Если бы старый котел пришел в негодность, Камнев должен был бы заменить его новым. И в таком случае, я бы опротестовал его решение о дополнительной плате. Но речь идет о модернизации. Это доп услуга, которой не было в договоре».
— Ох уж эти ваши торгашеские схемы и договорняки, — Виш притворно закатил глаза. — Не жалко десятку-то?
«Сам знаешь, что у Камнева сейчас напряженка с деньгами. И взаимозачет — идеальное решение. Он избавляется от висящего на нем долга, я вкладываю зависшие деньги в, кхм, скажем так, потенциальный проект».
— Да так и скажи, что она тебе понравилась! — Виш хитро прищурился и заглянул мне в глаза. — Ну понравилась же?
«Может и понравилась, — не стал отрицать я. — Но дело не в этом. Я ей слово дал».
— Вообще-то клятву крови, — поправил меня Виш.
«Тем более, — не стал спорить я. — Да и потом, за десять сделок стела обещала бонус. Про задание и вовсе молчу — сотню договоров нужно заключить!».
— Ну как скажешь, — хмыкнул Виш.
Я же, не обращая внимания на фамильяра, щёлкнул пальцами и посмотрел на Камнева. Виш мне кое-что напомнил, и я решил не откладывать дело в долгий ящик.
— Дмитрий, мне нужна твоя помощь.
— Ты же знаешь, Макс, что я к твоим услугам, — Воин пожал плечами. — Но, если честно, я бы предпочел продолжить разговор после закрытия Прокола.
— Да не вопрос, — не стал спорить я. — Я пошел в портал, а ты просто подумай, какой ингредиент можно достать из Прокола, чтобы он удовлетворял нескольким условиям.
— Что за условия? — заинтересовался Камнев.
— Первое — его можно добывать в больших количествах. Второе — его местонахождение никому неизвестно. Третье — он визуально красивый и четвёртое — его должно быть много.
— Ну и задачку ты мне задал, — Воин с удивлением покачал головой. — Надо подумать.
— Подумай, — кивнул я и, перехватив меч поудобней, шагнул к порталу. — Если после альфы останется ядро Силы — оно твое.
— Уверен? — уточнил Воин.
— Абсолютно, — подтвердил я. — Второй ранг мне нужно взять за сделки, а не за Проколы.
— Иногда ядро Силы можно обменять на дар, — обескуражил меня Камнев.
— Не в нашем случае, — тут же отреагировал Виш. — Если поглотишь ядро Силы, оно пойдет на формирование энергоцентра. А это, хочешь-не хочешь, уже второй ранг.
— Нет, Дмитрий, — я покачал головой, — спасибо, но я пас.
— Укрепление тела? — Воин и не думал сдаваться.
— Тоже нет, — Виш недовольно махнул хвостом. — На данном этапе укрепление тела идет за счет закрытия Проколов. Лишнего не надо. Да, так будет чуть дольше, зато гармоничней, и без ненужных подозрений.
— Спасибо, — я снова покачал головой, — но нет. У меня свой Путь.
— Ну как знаешь, — не стал спорить Камнев. — Тогда чего мы ждем?
— Действительно!
Я кивнул Камневу и смело шагнул в оранжевую рябь портала.
И вновь легкое головокружение и привычный уже холодок в животе, и я оказался… на кладбище?
Причем, оно было далеко не пустым!
Я ещё только увидел слоняющихся между надгробий скелетов и зомби, как мои руки уже вонзили меч в землю.
Но и этого мне показалось мало — клинок еще только-только входил в сырой кладбищенский грунт, как я уже впитал в себя золотой.
Причем, не доставая его из Инвентаря.
Мгновение, и меня окутал золотистый щит.
— Молодец, — похвалил меня Виш. — Только на будущее — не забывай покрывать
Фамильяра совершенно не волновали возбудившиеся при моем появлении скелеты и зомби. Он на них даже не смотрел.
А вот мне пришлось слегка поднапрячься даже несмотря на появление призрачной фигуры Камнева.
Воин мелькал, словно молния, рассекая нежить своим огненным клинком, но скелетов все равно было слишком много. Десятки, а то и сотни!
Настолько много, что мне пришлось поработать кулаками и ногами.
За сохранность своей драгоценной тушки я не переживал —
На моей стороне играл целый ряд преимуществ.
Рост — я был выше бо́льшей части нежити. Масса — от моих ударов скелеты разлетались, словно кегли. И мобильность — я был банально быстрее и подвижней.
Чуть сложнее оказалось справляться с зомби — эти твари не уступали мне массой и практически не обращали внимания на мои удары.
К счастью, помня предыдущие разы, я сразу же расширил
Повезло, что по сравнению со скелетами, их было не так уж много, и Камнев выбивал в первую очередь именно их.
Ну а когда я забрался на безымянный саркофаг высотой в полтора метра, дело и вовсе пошло.
Все, что мне нужно было делать — встречать стягивающуюся ко мне нежить прицельными пинками в голову.
Скелеты разваливались с первого удара, а их черепушки улетали далеко за пределы кладбища.
Один раз даже сработало умение Пиромант, и скелет — жаль, это был не зомби — вспыхнул, словно спичка.
Что до зомби, то их пинать нужно было в несколько раз сильнее — так, чтобы опрокидывать на землю.
Очень не хватало какой-нибудь биты, ну, а дубинка Илана, которая до сих пор валялась у меня в Инвентаре, была какой-то хлипкой.
Камнев же, убедившись, что я справляюсь с редким ручейком низкоранговой нежити, сосредоточился на уничтожении зловонных зомби.
Эта нежить, в отличие от обычных ходячих мертвецов, была не так-то и проста.
И как шепнул мне Виш, достаточно было одного касания или укуса, чтобы подцепить от них неприятную заразу.
Начиная лихорадкой и заканчивая чумой.
И если поначалу я считал, что мне не повезло с местом Прокола, то спустя некоторое время я понял, что оно было идеально.
Много надгробий, мало нежити. А та, которая есть, вся сплошь и рядом низкоранговая.
Но стоило отойти несколько десятков шагов в сторону, как начинали попадаться зловонные зомби и боевые скелеты.
И если Камнев справлялся с последними без труда, я не рисковал вступать в бой с неизвестным противником.
Мне хватало и обычной нежити!
К тому же, моментами скелеты умудрялись подобраться ко мне сразу с нескольких сторон и даже попасть по ногам своими ржавыми клинками.
А пару раз зомби вцепились в голень так, что я чувствовал боль даже несмотря на Золотой щит.
В любом случае, каким бы защищенным, благодаря Золотому щиту, я себя ни чувствовал, я оставался напряжен и собран до того момента, как Камнев зачистил весь погост.
— Неплохо, — прокомментировал Виш, стоило Воину обезглавить последнего зомби. — Даже Огненный щит ставишь одновременно с золотым, но… шибко накладно.
— Это ты о чем? — пробормотал я, не сразу сообразив, о чем говорит Виш.
— У тебя было десять золотых, а осталось шесть. Это хорошо, что впитывать золото вошло у тебя в привычку и уже сформировался рефлекс. Но ещё парочка таких кладбищ, и ты останешься без НЗ.
И действительно, я незаметно для себя впитал четыре золотых, обновляя проседающий щит!
И это оказалось чертовски неприятно.
Да, это всего лишь деньги, и защита жизни дороже, но это мои деньги, и я не для того создаю капитал, чтобы сливать его в Проколах.
Эдак всего золота мира может не хватить!
А мне, на секундочку, ещё становиться купцом-миллионщиком. И без оборотного капитала это практически невозможно.
— Как хорошо, что все закончилось, — пробормотал я себе под нос. — Признаться, я думал, что редкий Прокол будет посложнее.
— В смысле, закончилось? — удивился Виш и указал на замершего у склепа Камнева. — Это всего лишь стартовая площадка, Макс!
— Полторы сотни скелетов и зомби — это стартовая площадка? — уточнил я. — Включая почти полсотни боевых скелетов и зловонных уродцев?
— Это редкий Прокол, — напомнил Виш. — Ты ожидал чего-то другого?
— Но тут же некуда идти! — я оглянулся по сторонам, показывая на окружающую кладбище беспросветную тьму. — Или ты хочешь сказать, что нам туда? За забор?
— Нет, — Виш покачал головой и указал лапой на Камнева, — туда.
— К склепу?
— В склеп, — поправил меня фамильяр.
— Да ладно!
Все мои мечты о легкой прогулке мгновенно пошли прахом. Склеп — это, скорей всего, подземелье. А подземелье — это… проблемы.
— Я тебе больше скажу, — Виш прищурился, вчитываясь в выбитые на склепе символы. — Это не просто склеп, это усыпальница мага.
— И что?
— Как это что? — дракончик посмотрел на меня, как на неразумное дитё. — Это значит одно. Внизу нас ждет лич.
Как там говорится — час от часу не легче?
Насколько я знал по компьютерным играм и книгам, лич — это могущественный маг смерти, которого очень сложно убить.
Тут не каждый Маг справится, чего уж говорить о перворанговом Купце?
Выходит, вся надежда на Камнева…
— Дмитрий, а мы точно справимся? — уточнил я, подходя к склепу.
Призрачный Воин коротко кивнул и указал мне на вход.
— Я должен зайти туда первым? — уточнил я.
И вновь короткий кивок, от которого у меня по спине пробежало целое стадо мурашек.
Вот серьезно, драться со скелетами и зомби было не страшно, особенно в моменте. Но шагать в неизвестность, особенно во тьму, в которой скрывается злобный лич — это… волнительно.
— Виш, — беззвучно прошептал я. — Может слетаешь на разведку?
— Слетаю, — подтвердил фамильяр. — Но сначала нужно шагнуть за Полог.
— Полог?
— Магическая преграда, которая удерживает нежить. Может быть разрушена только одаренным. Обычно Пологом накрывают темницы могущественной нежити.
— Не проще ли её уничтожить?
— В том-то и дело, — усмехнулся Виш, — что проще всего запереть того же самого лича в каком-нибудь склепе или крипте и закрыть Пологом. Лет сто-двести продержится. А дальше это уже не твоя проблема.
— После нас хоть потоп?
— Именно, — дракончик расплылся в зубастой улыбке. — Люди не любят думать наперед.
— Ладно, — я с сомнением посмотрел на зияющий тьмой проход. — Что по трофеям, Виш? Может, на этом погосте найдется что-то, что пригодится внизу?
— Увы, — Виш развел лапами, — на этом кладбище всего три тайника. Два в могилах. Третий в том саркофаге, на котором ты отбивался от нежити.
— Так чего мы ждем? — не понял я. — Там же может быть что-то интересное!
— Там обязательно есть что-то интересное, — подтвердил Виш. — Об этом даже на саркофаге написано.
— В чем подвох?
Я слишком хорошо успел узнать Виша — фамильяр никогда ничего не делал просто так. И раз он не хочет вскрывать саркофаг, значит есть какая-то причина.
Про могилы я молчу — внутри меня прочно сидят установки, что это неправильно. Но саркофаг… Его как буто специально выставляют на общее обозрение!
Плюс открыть его особого ума не надо — всего лишь сдвинуть каменную крышку.
Да и потом, во всех фильмах и компьютерных играх в саркофагах хранится какой-нибудь крутой артефакт, который помогает справиться с главным злодеем.
В данный момент, в роли плохого парня у нас лич, а значит в саркофаге лежит что-то, что поможет с ним справиться.
А раз Виш до сих пор не предложил мне его вскрыть, значит есть нюанс.
— Проклятье, Макс, — дракончик недовольно поморщился. — Ну и мумия поднимется.
— Сильное проклятье?
Мумия — это не страшно, ведь у меня есть Камнев, а вот проклятье — совсем друге дело.
— Тут не угадаешь, — Виш покосился на возвышающийся в центре погоста саркофаг. — Но обычно трофей чуть лучше. И обычно он помогает справиться с личом…
Виш чуть ли не один в один продублировал мои мысли.
— Проклятье можно снять?
— Теоретически да.
Эта тема, как я понял, была фамильяру неприятна. Ну или он всерьез считал, что я соблазнюсь потенциальным артефактом.
— Виш, постоянно из тебя клещами приходится инфу вытаскивать.
— Потому что не всегда моя помощь идет во благо, — вздохнул фамильяр. — Ты сам должен сделать выбор.
— Не так-то просто делать выбор, не зная исходных данных, — проворчал я.
— Того, что ты знаешь, достаточно. И помни, стела оценивает все, что происходит в Проколах.
Класс! Мало того, что спускаться в темное подземелье, в котором обитает лич, так ещё нужно решить — стоит ли неизвестный артефакт проклятья…
— Дмитрий, — я посмотрел на призрачную фигуру Воина, терпеливо дожидающегося, когда я шагнул в темноту склепа. — Может, осмотрим для начала погост? Может найдем что-то полезное.
Воин посмотрел на меня, на погост, а затем указал своим пылающим мечом на саркофаг.
— Предлагаешь его вскрыть? — уточнил я.
Воин бросил на меня задумчивый взгляд и неохотно поплыл к саркофагу.
— Молодец, Макс, — голос Виша так и сочился сарказмом. — Нашел, на кого переложить ответственность. Поступил, как настоящий дворянин и деловой человек — делегировал неприятный выбор.
А ведь Виш прав. Я сейчас действительно смалодушничал.
Здравый смысл подсказывал, что артефакт, какой бы он ни был, очень сильно пригодится. Но интуиция во весь голос кричала, что разорять саркофаг будет неправильно.
И вместо того, чтобы поступить, как мужчина, я переложил ответственность на Камнева.
— Дмитрий, стой!
Не знаю, что сподвигло меня открыть рот, ведь Воин уже почти добрался до саркофага. То ли мысль об ответственности, то ли нежелание нарушать покой погребенного…
А может быть просто показалось, что это будет… правильно.
— Бог с ним! Не будем вскрывать саркофаг!
Воин с явным облечением полетел назад, а Виш расплылся в довольной улыбке.
— Молодец, Макс! Считай, ты прошел первое испытание лича.
— Что за испытание? — проворчал я, чувствуя одновременно и облегчение от сделанного выбора, и недовольство от того, что пошёл на поводу своих чувств.
— Узнаешь чуть позже, — хихикнул фамильяр. — Иначе будет… неинтересно!
Неинтересно ему, видите ли, будет!
Впрочем, я не стал ничего ему отвечать и, стиснув в руке телескопическую дубинку Илона, неохотно шагнул вперед.
Прямо в беспросветную тьму склепа.
Вот только стоило мне оказаться внутри, как тьма тут же отступила, сменившись приятным полумраком.
Мир посерел, но я отчётливо видел все вокруг — и гладкие, как лед, стены склепа, и винтовую лестницу, уходящую вниз.
— Увидимся внизу! — бросил Виш, срываясь с плеча и исчезая за плавным изгибом лестницы.
Следом за ним мимо меня промчался призрачный Воин.
— Класс, — прошептал я себе под нос. — Молодцы, ребятки! Оставили меня одно в темноте…
— Не боись, Макс, — неожиданно для меня в голове раздался веселый голос Виша. — В этом подземелье разлито столько энергии, что я могу поддерживать с тобой связь из любой точки склепа.
— Ну хоть так, — делать было нечего, и я ступил на лестницу. — Если по пути мне встретится какой-нибудь скелет или зомби, ты меня предупредишь, или это тоже будет неинтересно?
— Не встретится, — обнадёжил меня Виш. — Камнев уже зачистил три пролета. Даже горгулий не пожалел.
— Ну хоть кто-то на моей стороне, — проворчал я, уже намного уверенней спускаясь по лестнице.
— Не прибедняйся, Макс, — хохотнул Виш. — Здесь навскидку с десяток тайников, в которых я чую золото. Это мы удачно зашли!
— Такое ощущение, что тебе здесь нравится, Виш.
— Конечно нравится, — не стал спорить фамильяр. — Здесь же Сила прямо в воздухе разлита! Если ты не будешь хлопать ушами, и начнешь вдыхать её в себя, прогоняя через энергоцентры и энергоканалы, тебе тоже начнет здесь нравиться.
— А ничего, что это магия Смерти?
— Для обычного одаренного — это проблема, да, — согласился Виш. — Но у тебя есть я. Считай, что я выступаю в роли специального фильтра, не пропуская эманации Смерти. Так что можешь спокойно гонять очищенную Силу по своей энергоструктуре.
— Я ненароком не прыгну на второй ранг?
— Не должен, — немного подумав, сообщил Виш. — Но если все пойдет по плану, то к закрытию этого Прокола, у тебя будут энергоканалы третьего ранга. А это, я скажу тебе, отличное преимущество.
— Подозрительно будет, — вздохнул я.
— По идее, да, — не стал спорить Виш. — Но
— Кстати о личе, — на очередном повороте моему взору открылись несколько груд костей, бывшие совсем недавно скелетами, и две кучи камней — все, что осталось от горгулий. — У меня вопрос.
— Валяй! — благодушно разрешил Виш. — О, ещё один тайник!
— Как так вышло, что в моем мире столько книг, игр и фильмов про магию, тех же самых личей, нежить и так далее? Ведь у нас нет ничего такого. Максимум — дошедшие до моего времени легенды, мифы и детские страшилки.
— Хороший вопрос, Макс, — тут же посерьёзнел фамильяр. — Хороший и непростой. Не знаю, поймешь ли ты.
— А ты попробуй.
Чем ниже я спускался, тем чаще мне начинали встречаться останки нежити, и я в какой уже раз порадовался, что у меня на пути так удачно встретился Камнев.
— Вот тот же самый Камнев, про которого ты только что подумал, — прочитал мои мысли Виш. — Редчайший Путь Привратника, заточенный на закрытие Проколов. Вроде как, повезло, да? Но нет, по факту, это неслучайная встреча. Таких случайностей просто не бывает, Макс.
— Стела?
— В этом случае точно Стела, — подтвердил Виш. — Идем дальше, портальный смотритель. Снова повезло?
— Получается, или повезло, или снова стела.
— А вот и нет. Стела здесь не при чем, но встреча явно неслучайная. Я не буду сейчас морочить тебе голову и рассказывать, кто пытается играть во властелина мира, но поверь, Макс, большинство случайностей — неслучайны.
— Ты клонишь к тому, что все упоминания в моем мире про магию и всякое такое неслучайность?
— Определенно нет. Как стела притягивает нужных ей одаренных, образуя форточки между мирами, так и отголоски магии просачиваются в ваш мир. Сны, фантазии, идеи, которые далее выплёскиваются в виде историй.
— Я так и думал, — кивнул я. — тогда следующий вопрос — почему в моем мире нет магии?
— Боюсь, на этот вопрос тебе никто не даст ответ, — тут же посерьезнел Виш. — Даже если будет знать.
— Я просто подумал… — протянул я, обходя очередную кучку костей. — С каждым годом в моем мире все больше фэнтезийных фильмов, книг и игр. У нас есть даже целые классификации, не говоря уже о выдуманных мирах с максимально детальной проработкой.
— К чему ты ведешь, Макс?
— Все эти форточники, порталы между мирами, просачивающиеся отголоски магии… А что будет, если граница… исчезнет? В моем мире появится магия?
— Надеюсь, — голос Виша потух, что ли? — мы никогда об этом не узнаем.
— Но почему? Ведь…
— Макс! — Виш впервые перебил меня так грубо. — Просто поверь. Если кто-то сделал твой мир изолированным от магии и закрыл его от влияния стелы, значит так надо.
— Но…
— Вопрос закрыт, Макс. Это слишком опасная тема. Вырастешь до десятого ранга, тогда, возможно, мы вернемся к этому разговору.
— Ну, знаешь ли…
— Макс, пожалуйста.
В голосе Виша было столько… тревоги, что я решил не продолжать.
— Ладно, Виш. Что там по нежити? Где Камнев? Где лич? Где тайники?
— Спасибо, — шепнул фамильяр, тут же переключаясь на деловой тон. — Ещё три пролета, и ты окажешься в небольшом зале. В левом углу увидишь статую со сложенными лодочкой ладонями. Первый тайник там.
Слова Виша вновь оставили за собой легкую недосказанность, пробуждая в то же самое время недетский интерес.
Я поудобней перехватил дубинку и ускорил шаг — мне не терпелось найти тайник и посмотреть, каков будет улов.
На кости и редкие кучки камней я уже не обращал внимания — Камнев уничтожал всех и вся, ну а Виш, встреться нам на пути что-то интересное, обязательно бы подсветил находку.
Единственное, что привлекло мое внимание в конце лестницы — несколько звериных черепов.
В памяти сразу же всплыли прочитанные в какой-то книге костяные гончии.
— Виш, это костяные гончии?
— Не совсем, — тут же отозвался фамильяр. — Еще четыре зала, и поймешь, откуда здесь волчьи черепа.
— Ну ладно…
Не доверять фамильяру причин у меня не было, и я, спустившись с лестницы, вошел в небольшой зал.
Ну как зал… Складывалось ощущение, будто кто-то могущественный просто взял и вырезал огромный кубик, стороной в пять-шесть метров.
А потом облицевал его черным камнем.
— Это обсидиан, — подсказал вездесущий Виш. — Благодаря нему, магия не просачивается наружу.Статую нашел?
— Нашел.
Её трудно было не найти — огромная фигура монаха буквально нависала над каждым, кто оказывался в этом зале.
Судя по груде камней, валяющихся в остальных углах, здесь раньше было ещё три статуи, но время их не пожалело.
— Или не время, — загадочно уточнил Виш. — Все, Макс, дальше сам.
Дальше сам… Вот, ей-Богу, подчас без Виша было бы проще, что ли?
Он, конечно, старается, дает подсказки и всякое такое, но иногда лишь сильнее запутывает.
— Снова какой-то подвох?
— Я бы сказал нюанс, — поправил меня фамильяр. — И помни, все твое в руках.
— Что ты сказал? — последнюю часть фразы Виш произнес так невнятно, что мне пришлось его переспросить.
— Я говорю, все в твоих руках, Макс.
— Ну да, ну да…
Статуя монаха уходила под потолок, и сложенные лодочкой руки находились на высоте где-то четыре метра.
У меня не было с собой ни веревки, ни уж тем более стремянки, но, к счастью, каменные складки монашеской мантии позволяли забраться наверх.
Пришлось, конечно, попотеть, опытным путем определяя оптимальный маршрут, но в конце концов я смог забраться по складкам мантии и дотянуться до левой руки статуи.
Я не скалолаз, но какой мальчишка не лазил в детстве по деревьям или не взбирался на крышу гаража?
Плюс новые возможности моего тела приятно удивляли, и если раньше я мог сделать выход силой* только с раскачки, то сейчас с легкостью забросил свое тело на согнутую в локте руку статуи.
Ну а дальнейшее оказалось делом техники.
Несколько шагов, и я попадаю в сложенные лодочкой ладони монаха, в которых лежит… медная катушка?
— Катализатор молнии, — подсказал мне Виш. — Зуб даю, это подстраховка тех ребят, которые заточили в склепе лича. — Я уже нашел ещё два тайника с арбалетным ложем и гарпуном. Соберем, получится одноразовая молния.
— Это ненаучно, — проворчал я, убирая медную катушку в Инвентарь и интуитивно заглядывая под каменный капюшон монаха. — Оно просто не может работать.
— Без энергокристалла нет, — согласился Виш. — А с ним, да.
— А с ним да… — протянул я, с интересом разглядывая высеченное из гранита лицо монаха. — И как же он выглядит?
— Ты его уже видел, — напомнил Виш. — Помнишь кристалл, который ты нашел в тайнике шамана кобольдов?
— А огромный желтый топаз, величиной с мою голову, это не то?
Если смотреть на лицо монаха с пола, то было видно лишь поджатые губы. Но со сложенных в лодочку ладоней открывался совершенно другой вид.
Поджатые губы, острый нос, нахмуренный лоб и… глаза.
Даже несмотря на тень от капюшона, глаза монаха светились… решимостью и верой?
Источником этого необычного свечения были два огромных желтых топаза.
Хотя… может это просто обычные стекляшки, которые я принял за топазы?
— Это точно не энергокристаллы, — вздохнул Виш. — Это, как ты абсолютно верно определил, топазы.
— Проклятые? — уточнил я, жадно разглядывая целое состояние, находящееся от меня на расстоянии каких-то пары метров.
— Да пока нет, — туманно отозвался Виш. — Кстати, Макс, Камневу бы не помешала твоя помощь. В четвретом зале он наткнулся сразу на трех альф.
— Да-да, — машинально протянул я, не спуская взгляда с гигантских драгоценных камней. — Я скоро.
Виш умолк, а я, зачем-то вооружившись кинжалом Анастасии, осторожно двинулся по рукам монаха к его груди.
По идее, при должной сноровке и удаче, я смогу забраться ему на плечо, а уже оттуда в капюшон.
Ну а дальше — дело техники.
Между нависающим капюшоном и лицом монаха как раз достаточно места, чтобы упереться в губы и опереться спиной о внутреннюю часть капюшона.
Я ещё ни разу не вытаскивал камни при помощи ножа, но что-то мне подсказывало, что я справлюсь.
Эти топазы должны быть моими!
Их сияние притягивало взгляд, и я безрассудно лез вперед, позабыв обо всем на свете. Меня даже не смущало, что я могу упасть из-за одного неверного движения.
Больше того, меня даже не смущал зажатый в правой руке кинжал, из-за которого я не мог ухватиться за естественные изгибы каменной мантии.
Вообще, мой дальнейший путь был словно в желтом тумане — я понятия не имел, каким чудом я не сорвался в своем стремлении добраться до вожделенных топазов.
И только оказавшись на плече монаха и вынужденно разорвав зрительный контакт с топазами, я немного пришел в себя.
Какого, собственно, черта, мне так приспичило завладеть этими камнями?
Да, с одной стороны, эти камешки раз и навсегда решат все мои финансовые проблемы, но с другой, они явно оказывали на меня ментальное воздействие.
Но больше всего меня смущало молчание Виша.
Фамильяр как будто сказал все, что хотел, и сейчас в очередной раз наблюдал, как именно я поступлю…
Брать или не брать — вот в чем вопрос.
Помнится, я говорил, что умею делать выбор? Что ж, видимо этот мир решил в очередной раз меня проверить.
*выход силой (выход на две) — силовой прием, при котором человек, подтягиваясь на турнике, закидывает тело выше перекладины, в конечном итоге оказываясь над ней.
— Так, Макс, — я постарался отрешиться от всего и вся и проанализировать сложившуюся ситуацию. — Сначала думай, потом делай.
Вообще, я всегда придерживался и стараюсь придерживаться такой позиции.
На мой субъективный взгляд, физическая сила — это путь в никуда. Да, ты можешь стать чемпионом мира, но всегда будет кто-то, кто окажется сильнее или круче тебя.
Это я понял на тренировках по АРБ.
В какой бы хорошей форме я ни был, старшие товарищи и тренер раз за разом меня побеждали.
Эти проигрыши, конечно, подстегивали мои амбиции, но после того, как я сломал себе ключицу, я понял — путь физической силы — это путь травм. И чем их больше, тем тяжелее двигаться дальше.
К счастью, это понимание пришло ко мне вовремя, и я, вместо того чтобы идти в профессиональный спорт, сосредоточился на, скажем так, ОФП*.
Я достиг того уровня, когда с легкостью мог справиться с тремя-четырьмя гопниками или даже подвыпившей компанией, и в дальнейшем просто поддерживал текущий уровень.
Умение махать руками и ногами, а при случае и кинуть противника через бедро или взять на болевой, давало мне уверенность в себе и в завтрашнем дне.
Но выйди против меня профессиональный боксер, я бы… не стал с ним биться.
На таком уровне любая драка — это почти стопроцентные травмы, а я слишком дорожу своим здоровьем, чтобы решать дело кулаками.
Ещё раз — одно дело уличная стычка с гопниками, в которой невозможно договориться, другое — бой с профессионалом.
Профессионал прекрасно понимает все риски, и с бо́льшей вероятностью предпочтёт договориться. Ведь я тоже могу нанести серьезный вред его здоровью.
В общем, в итоге я пришел к тому, что мой выбор — это ум.
Да, на этом пути тоже много конкурентов, но проиграв схватку интеллектов, ты ничего не теряешь.
Да, неприятно, когда тебя переигрывают, но всяко лучше, чем сломанное колено или выбитый передний зуб.
Но был и ещё один аргумент в пользу интеллектуального развития.
Решать вопросы умом, а не силой — это, как бы банально ни прозвучало, выгодно.
А я люблю выгоду.
— Так, Макс, — я поудобней устроился на каменном плече монаха и принялся анализировать события последних нескольких минут. — Давай разбираться.
Первое. Виш с самого начала намекнул, что это будет какое-то испытание. И что-то мне подсказывает, что этот выбор из той же оперы, что и саркофаг.
Второе. Топазы совершенно точно оказывали на меня ментальное воздействие, а это неприемлемо.
Третье. Даже если я заберу себе эти топазы, то банально не смогу их реализовать.
Мне просто никто не даст настоящую цену — раз. Или, узнав, что у меня с собой такое сокровище, попытаются убить — два.
Нет, рано или поздно я их реализую — но для начала мне придется создать себе репутацию и встроиться в высшее общество Империи.
Четвертое. Что произойдет со статуей после того как я достану из нее топазы?
Судя по грудам камней, валяющихся по углам — ничего хорошего. Да и потом, смогу ли я преодолеть влияние этих топазов?
Что-то мне подсказывает, что нет.
Пятое…
В голове крутилась какая-то мысль, но я все никак не мог её поймать.
Казалось, что вот-вот, и я пойму что-то важное, некий нюанс, некую подсказку…
Точно, подсказку!
Виш не случайно заострил внимание на этой статуе… Как он сказал?
Все в твоих… Все в руках… Все твое в руках!
Точно, Виш сказал:
Было бы глупо игнорировать такой откровенный намек, и я, стараясь не заглядывать монаху под капюшон, убрал кинжал в Инвентарь и принялся спускаться на пол.
К черту эти топазы!
Вот не зря у меня на душе было неспокойно! Тут и ментальное влияние этих камушков, и небольшая, но существующая вероятность, что статуя оживет — привет, Бьёрн!
Да, возможно, это все моя паранойя, но я сделал свой выбор.
Да и вообще, там Дмитрию нужна моя помощь!
Оказавшись на земле, я с трудом подавил желание взглянуть вверх и пробормотал себе под нос.
— Веди, Виш!
— Молодец, Макс! Ты только что справился со вторым испытанием лича!
— Серьезно?
— На полном, — подтвердил фамильяр. — И я, честно говоря, очень сильно за тебя переживал.
— Почему?
— Жадность, — я прям увидел, как Виш пожимает крылышками. — А ты Купец.
— Логично, — вынужденно признал я. — Веди, Виш. К Камневу.
— Для начала навести парочку тайников, — поправил меня дракончик. — За Воина не переживай, он застрял в четвретом зале, но я его страхую. Кстати, Макс!
— Что?
— Не спеши. Иначе есть риск пропустить кое-что интересное и ненароком наткнуться на кое-что… опасное.
— Хорошо, Виш.
Сейчас, после непростого выбора у статуи монаха, я, кажется, понял заложенный в испытаниях принцип.
Что саркофаг, что топазы, выступающие в роли глаз каменного монаха — все это было про нарушение покоя и осквернение, м-м-м, могил.
И если я прав, то дальнейшие испытания, на которые только что намекнул фамильяр, будут связаны с этим.
Когда я прошел в следующий зал, напоминающий собой вытянутый прямоугольник, на меня накатил откат.
Затряслись колени, задрожала челюсть, накатил запоздалый страх — подумать только, что было бы со мной, если бы я выкорчевал те топазы!
Статуя монаха могла рассыпаться, похоронив меня под грудой камней! Могла ожить и прихлопнуть меня, словно комара! Могла… Да много чего могло случиться!
Переждав отходняк — сколько себя помню, у меня такое всю жизнь: в сложной ситуации действую не раздумывая, зато потом наступает откат — я взял себя в руки и пошел дальше.
Шел неспеша, внимательно осматривая все вокруг на предмет тайников и потенциальной опасности.
Залы все походили друг на дружку, словно близнецы — в каждом из них по левой и правой стороне находились ряды каменных саркофагов.
На каких-то стояли статуи, на каких-то валялись груды камней, какие-то и вовсе были разрушены.
Весь пол был усеян ошметками брони и сгнившими остатками оружия — когда-то давно здесь кипел нешуточный бой.
Про валяющиеся то тут, то там груды костей и собачьи черепа и вовсе молчу — Камнев, навскидку, перебил свыше трехсот скелетов.
К тому моменту, когда я добрался до Камнева, я успел найти, с помощью Виша, конечно же, дюжину тайников и пройти очередное испытание.
По большей части, тайники представляли собой каменные ниши, в которых лежал полусгнивший хлам.
Когда-то это были зелья, свитки и даже артефакты, но время оказалось бессердечным.
Впрочем, я и не думал расстраиваться, поскольку моей добычей стали двадцать овальных золотых монет и с десяток серебряных.
И меня даже не смущал оттиск волчьей морды на каждой из монет. Золото и серебро — есть золото и серебро, что бы ни было на них выгравировано.
Что до очередного испытания, им оказалась урна с прахом.
За урной лежало новенькое арбалетное ложе, а сама урна светилась изнутри.
И что-то мне подсказывало, что внутри находится ещё один огромный топаз.
Признаться, подлая мыслишка взять урну с собой у меня все же проскользнула, но я её отбросил.
Уж если решил вести себя благородно и не тревожить прах усопших, то веди себя так до конца!
— Ну наконец-то, Макс! — крикнул Виш, стоило мне дойти до четвертого зала. — Мы тебя уже заждались!
Как будто не уговаривал меня не спешить! Ну Виш, ну шутник…
— Диспозиция такая, — я не видел фамильяра, но зато прекрасно видел призрачную спину Дмитрия, застывшего в дверном проеме. — Камнев справился с мелочевкой и упокоил одного альфу, но вынужден был отступить под напором оставшихся двух альф.
И действительно, сквозь призрачную фигуру Воина было видно, как почти трехметровый скелетон с волчьим черепом без устали машет матово-черным двуручником.
Не понял, это что скелет оборотня?
— Песьеголовые, — пояснил Виш. — Элитные легионеры Ануба. Серьезный противник.
Вот, значит, откуда здесь волчьи черепа… Я-то грешил на костяных гончих, а это, кхм, всего лишь песьеголовые…
Надеюсь, Виш или Камнев посвятят меня, что это за твари такие…
Впрочем, несмотря на необычного противника, я и не подумал отступить.
— Дмитрий, я тут!
Воин дернул плечом, показывая, что услышал меня, и тут же ускорился, превращаясь в размытое пятно.
Я уж испугался, что он решил пойти на прорыв, но в следующий момент, стало ясно, что дело в другом.
Шварк!
Откуда прилетел кислотно-зеленый плевок, я не заметил, но успел уловить стремительное движение клинком, и клякса, вместо того чтобы прожечь Камнева насквозь, отлетела куда-то в сторону.
— Черные скелеты, — пояснил Виш. — Воин и маг. Камнев держится, но он, в отличие от нежити, устает и совершает ошибки.
«Ты-то где?» — мысленно поинтересовался я.
— За спиной мага, — незамедлительно отозвался Виш. — Он стоит за четвертым от входа саркофагом по правой стороне.
«План действий?»
— В ближнем бою от тебя толку мало, а значит делаем ставку на Золотой шип. Думаю, десяти монет должно хватить.
«Сколько⁈»
Может быть дело было в накопленной усталости, но в этот момент я не выдержал и психанул.
«Виш! Какой смысл в том, что я старательно собираю золото, если мне постоянно приходится его тратить⁈»
— Напомни-ка мне, Макс, кто ты? — невозмутимо отозвался Виш. — Собиратель или Купец?
«Купец», — мысленно проворчал я, начиная понимать, куда клонит фамильяр.
— То, чем мы сейчас занимаемся — это детские игры, — а вот сейчас Виш озвучил мои мысли. — Это не про заработок, а про усиление тела и выполнение взятых на себя обязательств. Ты же обещал помочь Камневу?
«Обещал…».
— Набрал у стелы заданий?
«Набрал…»
— Ну вот и действуй. То, что сейчас приходится расходовать накопленное золото — это вынужденные действия. И вообще, считай это…
«Инвестицией в себя, — закончил я. — Я понял тебя, Виш».
— Ну а раз понял, то начинай формировать Золотой шип и не забудь обернуть его огнём. А мы с Камневым тебя подстрахуем.
Какое бы недовольство ни выказывала моя внутренняя жаба, фамильяр был прав.
Сейчас не время жадничать — раз. И нужно уже побыстрей приниматься за торговые операции — два.
Решено! Закроем этот Прокол, и я начинаю прощупывать храмовый рынок. Ну а следующим на очереди будет Крысин.
Разорить этого мерзавца будет настоящим вызовом для меня. Но сначала нужно разобраться с личом и его прихвостнями.
— Дмитрий! — я был уверен, что Воин меня услышит. — Формирую огненный шар!
Камнев, не переставая отбиваться от нескончаемых атак скелетона с двуручником, умудрился отсалютовать клинком, давая понять, что услышал.
Десять монет прямо из Инвентаря превратились в тепло, и я почувствовал бьющую из меня силу.
— Щит не ставлю! — предупредил я Камнева. — Все в атаку! Бью после очередной кляксы!
Воин не ответил, но судя по тому, что он снова ускорился, маг-скелетон готовил очередной кислотный плевок.
— Готовься, Макс! — предупредил меня Виш, а следом в Камнева полетела зеленая клякса.
Шварк!
Камнев каким-то чудом отбил вражескую магию в скелета с двуручником, отчего тот отпрянул назад. Воин тут же устремился вперед, оттесняя противника назад и давая мне оперативный простор.
— Нннннаааааа! — я выскочил в дверной проем и с облегчением выпустил из рук
Данг!
Моя магия ударила черного скелетона-мага прямо в грудную клетку. И если огонь тут же бессильно опал, то золотое копье света, в которое превратился мой
— Молодец! — гаркнул Виш. — А теперь добивай! Засади ему в лоб!
Камневу удалось оттеснить черного скелетона всего на несколько шагов, и был риск того, что нежить сможет дотянуться до меня своим двуручником.
Но я, как это обычно со мной случается в бою, бесстрашно бросился вперёд и сразу вправо.
Около левого уха запоздало сверкнул черный клинок, но я уже вскочил на ближайший саркофаг.
Неудачная атака скелетона словно дала мне заряд энергии, и я — не знаю, откуда появились силы — перелетел на второй саркофаг, а оттуда на третий и на четвертый.
— В лоб, Макс! — напомнил Виш, наблюдая за происходящим с пятого саркофага. — Пока он не очухался!
Скелет-маг действительно был плох — магия золота разворотила ему грудную клетку, правая рука улетела куда-то в проход, а левой он судорожно пытался сформировать атакующее плетение.
— Нннна!
Кажется, я погорячился и использовал сразу две монеты.
Зато
— Разменять монету на увеличение скорости? — задумчиво протянул Виш, перелетая с саркофага мне на плечо. — Неплохо, неплохо… А ты в курсе, что это заявочка на третий ранг?
«Со страху просто, — мысленно отозвался я, спрыгивая с саркофага и по широкой дуге заходя за спину оставшемуся скелетону. — Испугался, что он первый успеет ударить».
— И правильно сделал, — похвалил меня Виш. — Шестой саркофаг по левой стороне, за ним валяется ржавая гизарма.
«Понял».
Я не знал, что такое гизарма, но вряд ли бы Виш посоветовал мне идти в ближний бой с кинжалом.
Метнувшись к указанному фамильяром месту, я заглянул за саркофаг и довольно оскалился.
На полу лежало некое подобие копья с крюком — как раз то, что нужно, чтобы издалека зацепить скелетона.
— Только осторожно, — предупредил Виш. — Он знает, что ты сзади, и готовится к атаке.
«За ногу или за ребра?» — уточнил я, наблюдая за тем, как Камнев пытается оттеснить скелетона в угол.
Воин медленно, но верно смещался вправо, огибая скелетона так, чтобы я оказался если не сзади, то, хотя бы сбоку.
— За ногу, — решил Виш. — И накинь-ка щит, Макс.
Монет оставалось не так уж много, но сейчас было не до экономии, и я, не раздумывая, пустил золотой на защиту.
И только окутавшись Золотым щитом, я поспешил на помощь Камневу.
Вот только скелетон оказался не так-то прост. Он внимательно следил за всеми моими попытками зацепить его ногу, успевая при этом отбиваться от атак Камнева.
Более того, несколько раз он меня чуть было не достал, но каждый раз я успевал отпрянуть назад.
Удача улыбнулась нам во время пятой попытки.
И то, это, по сути, была заслуга Камнева.
Я, улучив подходящий момент, сделал выпад, стараясь подцепить стопу скелетона. Враг же, вместо того чтобы отступить в сторону, резко поднял ногу и тут же её опустил прямо на гизарму.
Оружие буквально вырвало у меня из рук, но не успел я испугаться и расстроиться, как сверкнул огненный меч Камнева, и волчий череп, кувыркаясь, улетел за ближайший саркофаг.
— Любо-дорого посмотреть! — выдохнул Виш. — Гизарму только не забудь!
«А оно мне надо? — удивился я. — Я как-то не планирую повторять такой сомнительный опыт. Неприятно, знаешь ли, когда чужой меч пролетает в считанных сантиметрах от головы».
— Дело не в этом, Макс, — Виш покачал головой. — Это единственное оружие во всем подземелье, которое осталось цело. Ничего не щелкает?
«Медная катушка и арбалетное ложе! — сообразил я. — Это что, часть сборного артефакта?».
— Только не забудь снять наконечник, — подсказал Виш. — Нас интересует только металлическая часть гизармы. И помоги Камневу.
«В смысле?» — я повернулся к Воину и с трудом удержался от того, чтобы впечатать ладонь себе в лоб.
Камнев снова стоял перед оставшимся после альфы ядром Силы и вопросительно смотрел на меня.
— Дмитрий, — я покачал головой. — Ну что за детский сад? Договорились же! Все ядра — твои. Мне пока что хватает энергии самого Прокола.
Воин с сомнением посмотрел на светящийся шар энергии и указал мечом на остатки скелета-мага.
— Да нет же, — я не удержался от тяжелого вздоха. — Они все твои. Ещё раз, Дмитрий, мне нужен второй ранг за сделки, а не благодаря закрытию Прокола. И хватит уже себя так вести. Ты в курсе, что у тебя синдром самозванца?
Воин коротко поклонился и вонзил меч в ядро.
— Ну а пока Камнев переваривает полученную энергию и восстанавливает потерянные ранги, предлагаю вскрыть два тайника и собрать этот… хе-хе, электроарбалет.
Камневу понадобилось полчаса, чтобы полноценно впитать в себя все три ядра Силы, а мы с Вишем за это время нашли и выпотрошили два тайника.
В одном оказалось золотое ожерелье и два золотых браслета, в другом — запаянный в стеклянную колбу свиток.
Золото отправилось в Инвентарь, а свиток я использовал на арбалетном ложе, медной катушке и наконечнике гизармы.
Честно говоря, я был настроен крайне скептически, но реальность превзошла все мои ожидания.
Три несвязанных между собой вещи превратились в монолитный арбалет.
Причем, деревянная рукоять и ложе волшебным образом переходили в стальные дуги и хищный гарпун. Что до медной катушки, то она превратилась в матовый короб, едва слышно гудящий от напряжения.
— Ну а что ты хотел? — усмехнулся Виш, заметив мое удивление. — Инженерный свиток с заложенной в него схемой артефакта.
«И из этого я смогу сразить лича?» — я с сомнением оглядел футуристического вида арбалет.
— Абсолютно верно, — кивнул Виш, подлетая к темнеющему в конце зала Пологу. — И у тебя, Макс, будет ровно одна попытка.
*ОФП — общефизическая подготовка.
— Дмитрий, ты знаешь, что нас ждёт за Пологом?
Я вопросительно посмотрел на призрачную фигуру Воина.
Тот молча кивнул и крутанул клинок так, что тот превратился в огненный круг.
— И тебя не смущает, что это будет лич?
Воин отрицательно покачал головой.
— Макс, ну зачем так палиться? — недовольно протянул Виш. — Сначала безошибочно нашел два тайника, сейчас демонстрируешь знания, которые ну никак не могут быть у обычного форточника. Я бы на месте Камнева всерьез задумался, кто ты такой.
— Ну а что мне сделать — проворчал я так, чтобы Воин меня услышал. — Если мой мир был богат… на вот это вот всё?
— Быть скромнее? — предложил Виш.
«Не мой вариант, — мысленно отозвался я. — Какой у нас план, Виш?»
— Заходим, связываем лича боем и прожариваешь его до хрустящей корочки.
«Смешно, — оценил я. — Насколько я знаю, лич — это практически неуязвимая машина смерти!».
— Камнев справится, — заверил меня фамильяр. — Ты, главное, попади.
«Или что?»
— Или всего оставшегося золота не хватит, чтобы выдержать атаку лича.
«А те испытания, которые я якобы прошел? — напомнил я дракончику. — Саркофаг, монах и урна?»
— Я могу гарантировать лишь одно, — фамильяр смерил Полог задумчивым взглядом. — У лича окажется на три приспешника меньше.
«У него еще и приспешники будут! — удивился я. — Виш, может ещё не поздно вернуться?»
— Не поздно, — не стал спорить фамильяр, — но тогда ты провалишь задание стелы. А ей очень сильно нужно, чтобы Камнев восстановил десятый ранг.
«Десятый? — не поверил я. — Всего за один Прокол⁈».
— Восстанавливать всегда легче, чем достигать впервые, — Виш пожал крыльями. — К тому же, ты сам поделился с ним ядрами Силы. На текущий момент, Камнев вернул восьмой ранг.
«Так вот почему он возился с впитыванием ядер Силы целых тридцать минут?»
— Конечно! Это небыстрый процесс. Но Дмитрий профессионал и Мастер меча, поэтому ему понадобилось всего полчаса. К сожалению, ему чуть-чуть не хватило до девятого.
«К сожалению?»
— Если бы он взял девятый, с упокоением лича было бы намного меньше проблем.
«Погоди-ка, ведь после лича тоже останется ядро силы?»
— Верно, — подтвердил Виш. — Вот только для нас это будет уже не столь важно.
А вот сейчас мне стало как-то волнительно.
С одной стороны, на моей стороне были Камнев, который, оказывается, вернул себе восьмой ранг, и Виш, который, как я знал, умеет создавать вокруг себя огромный огненный шар.
С другой… чертов лич.
Про которого я вообще ничего не знаю. Ни какая у него защита, ни какие у него есть заклинания, ни как его, в конце концов, убить.
Ах да, еще у меня есть электроарбалет!
«Виш, нам нужен план».
— Ты знаешь, что делать, Макс.
Уууу, началось… Вот, ей-Богу, подчас Виш бывает жутким занудой!
— Дмитрий, — я посмотрел на замершего наготове Воина. — Ты связываешь лича ближним боем, а я стреляю по нему из этой бандуры.
Воин скользнул по электроарбалету скептическим взглядом и коротко кивнул.
— Вместе, — выдохнул я. — Шагаем на «три». Раз, два, три!
И мы шагнули.
Голову привычно закружило, практически сразу скрутило кишки, и я оказался в следующем зале.
Вот только вместо двойного ряда саркофагов, по центру помещения стояла… золотая статуя?
Если, конечно, можно назвать статуей золотой скелет.
— Гадство, — прошептал Виш, впиваясь когтями мне в плечо. — Вот же угораздило! Макс, мне нужно время!
«Проблемы?»
— Пока не знаю, — фамильяр вжался в мое плечо, словно боясь, что статуя его увидит. — Где Камнев?
И действительно, призрачной фигуры Воина… не было.
— Потерял Привратника? — усмехнулась статуя, делая шаг вперед. — Какая досада.
— Замер, где стоишь, — на меня накатила привычная уверенность, и я слегка повел гарпуном своего электроарбалета.
— Какие мы грозные, — в глазницах золотого черепа вспыхнули багровые искры. — Не боишься, что я выпью твою душу?
— Учитывая, что ты треплешься вместо того, чтобы заняться делом, не боюсь.
Если бы лич, вместо поболтушек, сразу бы на меня напал, я бы запаниковал и, скорей всего, бросился бежать.
Ну, может быть и не бросился бы, но точно вел бы себя не так уверенно, как сейчас.
Ведь что он сделал? Вместо того, чтобы безмолвно разорвать меня на тысячи маленьких Максов, он перевел наш поединок на знакомую мне территорию.
Очевидно, что переговоры он затеял не просто так, и сейчас целенаправленно тянул время. Ну а поскольку Виш попросил меня о том же самом, то сейчас воцарился некий паритет.
Мы оба тянем время — раз, и у нас у обоих есть в рукаве туз. Причём, я не знаю, что планирует сделать лич, ну а он не знает, что у меня есть Виш.
— Постой-ка, — лич деланно удивился. — Ты же ещё сопляк! Да подмастерье моего ученика в разы сильнее тебя! Ты же… — скелет шагнул вперед. — Ты же… недомаг!
— Ещё один шаг, и этот недомаг превратит тебя в горстку пепла, — я взял лича на прицел.
— Эта пукалка не способна даже поцарапать мой щит! — высокопарно заявил скелет, тем не менее замирая на месте. — Без неё и Привратника ты ни на что не годен. Я понял, кто ты! Ты полное ничтожество!
Если лич планировал вывести меня из себя, то у него ничего не вышло.
Первое, чему учится любой продавец — игнорировать направленный на него негатив.
Впрочем, правды ради, стоит сказать, что когда мне начинали грубить, я просто-напросто прекращал общаться с человеком.
Сейчас же, понятное дело, такой возможности не было.
— Да, точно, — лич клацнул челюстью. — Полнейшее ничтожество! Даже магия металла, и то находится в зачаточном состоянии! И как только такая бездарность, как ты, сумела добраться до моих покоев?
На покои эта каменная коробка походила в меньшей степени. О чем я не преминул сообщить личу.
— Ты хотел сказать, до твоей темницы? Или просторного, но… гроба?
— Ты! — в глазах лича полыхнуло багровое пламя, и он шагнул вперед.
Щёлк!
Предохранитель, сверкнув сталью, угрожающе завис над матовым коробом
— Шаг назад, костлявый.
Лич заскрежетал зубами, но все же подался назад.
— Мы оба знаем, что эта подделка на меч Серафима тебя не спасет!
— Но проверять ты этого, конечно же, не будешь, — усмехнулся я. — Кстати, знаешь, что мне нравится в этой штуке больше всего?
Лич ожидаемо промолчал, а я демонстративно, но осторожно погладил арбалет левой рукой.
— Гарпун. Он словно специально сделан для уничтожения таких, как ты. Благодаря своей конструкции, он обязательно зацепится за твой хребет или ребра. Несколько ударов сердца, и от тебя останется лишь лужица позолоты.
— Ну так стреляй, ничтожество! — казалось, еще немного, и лич впадет в истерику.
— Обязательно выстрелю. Если мы… не договоримся.
В глазах лича мелькнул интерес, а я постарался улыбнуться как можно алчней.
Вообще, если бы я знал наверняка, что выстрел из электроарбалета испепелит лича, я бы не стал тянуть время и не раздумывая спустил курок.
Но Виш сказал, что ему нужно время…
— Так ты торгаш… — лич склонил череп набок, разглядывая меня, словно экзотическую зверюшку. — Теперь мне многое стало ясно.
— Не Торгаш, а Купец, — поправил я скелета. — Я же не называю тебя… баньши.
— Нужно быть полным глупцом, чтобы назвать лича баньши! — заявил скелет. — К тому же, тебе же хуже.
Лич смерил меня взглядом и с интересом протянул.
— Что ты хочешь, купчишка?
— Много чего, — уклончиво ответил я. — Вопрос в другом, чего хочешь ты?
— Чего хочу я? — переспросил лич. — Это же очевидно.
— И тем не менее, — я и не подумал смущаться.
— Любой Защитник знает, что цель лича — попасть в другой мир, — скелет смерил меня подозрительным взглядом. — Ты не просто ничтожество в магическом плане, ты ещё и глупец, не знающий самых элементарных вещей!
— Зачем тебе в наш мир?
— Развивать магию смерти, конечно же, — незамедлительно ответил скелет. — В вашем мире совершенно не умеют обращаться с энергией Смерти. Она копится в энергополе мира и со временем начинает сильно фонить.
Скелет демонстративно сделал паузу, проверяя, понимаю ли я, что он говорит.
— Если её не упорядочить, баланс жизни и смерти нарушится, и ваш мир будет уничтожен. А поскольку все миры так или иначе связаны, заденет и нас. Твой жалкий умишка не в силах постичь всего величия моей миссии! Но если все максимально упросить — мое появление спасет твой мир!
— Брешит, — шепнул Виш. — Мешает правду и ложь. Мне нужно еще пару минут.
Лич же, как будто бы услышав шёпот фамильяра, впился взглядом мне в плечо и подался вперед.
— Чую…
— В чем подвох? — перебил я лича.
— Какой подвох? — скелет, позабыв про мое плечо, уставился мне в глаза. — Нет никакого подвоха!
— Ну-ну, — усмехнулся я. — Не будь подвоха, тебе бы уже постелили красную дорожку и встречали цветами! Не дури мне голову, костлявый!
— Я же сказал, — лич недовольно клацнул челюстью, — твой жалкий ум не в силах…
— Конкретней, — поморщился я. — Иначе можешь забыть о возможном сотрудничестве.
— А вот это совсем другой разговор, — лич посмотрел на меня, как лев на ягненка. — Слабые духом боятся крови, но сильные понимают, что несколько тысяч смертей — справедливая плата за спасение мира!
— Неужели на это кто-то ведется? — шепнул Виш. — Макс, у меня почти все готово.
— Что ты сказал? — лич вновь покосился на мое плечо.
— Правильно ли я понимаю, что ты предлагаешь мне сделку?
— Да, сделку, — лич закивал так, что его череп заходил ходуном. — Выгодную сделку!
— Что получишь ты — понятно, — я сделал вид, что задумался. — Вот только что получу я?
— Десять тонн золота! — лич впился в меня внимательным взглядом. — Сто тонн!
— Ну-ну, — хмыкнул Виш и едва слышно затараторил. — Он держит Камнева во временном кармане. Дмитрий сопротивляется, и на его удержание у лича уходят почти все силы. Параллельно с этим он сформировал
«Почему в таком случае, он до сих пор меня не атаковал?»
— Как я понял, у него стоит запрет на убийство живых одаренных.
«Точнее, Виш!»
— Точнее никак. Только если заключить сделку. Если я прав, он сам предложит тебе пакт о ненападении.
«В чем подвох?»
— Скорей всего после этого пакта, он призовет своих приспешников.
«А они…»
— Не должны прийти, — заверил меня Виш. — Ты не поддался соблазну осквернить их покой.
«А Камнев?»
— Появится, как только лич потеряет контроль над временным карманом.
«Что будет, если я в него пальну?»
— Или он умрет, или нет. В отличие от тебя. Ты умрешь точно. Он не зря держит наготове
«Ты сможешь меня подстраховать? Как тогда у кобольдов с мешочком сон-травы?»
— Приготовься впитать все монеты, Макс. Иначе — никак. Но сначала попробуй заключить сделку.
«Виш, мне надоело, что каждый раз мы ходим по острию кинжала…»
— Таков путь, Макс, таков путь.
— Ты! — лич аж подпрыгнул и гневно ткнул в меня пальцем. — Ты не один!
— Я просто шизофреник, — рассеянно отмахнулся я, прокручивая в голове последовательность действий. — Ну так что насчет сделки? Сто тонн золота, и я провожу тебя в мой мир?
— Сто тонн! — лич даже не подумал торговаться. — Ты получишь их в тот же самый миг, когда я окажусь в твоем мире!
— Во-первых, мне нужен аванс, — хладнокровно заметил я, подбираясь, словно перед прыжком. — Во-вторых, гарантии личной безопасности.
— Я лично не причиню тебе вреда, если ты не причинишь мне вреда! — багровое пламя, вырвавшись из глазниц, окутало всего лича. — Клянусь своей силой и посмертием!
— Я же говорил, — довольно шепнул Виш. — Зуб даю, это одна из закладок песьеголовых! Подстраховались на тот случай, если лич умудрится вернуться в их мир.
Мне было очень интересно, что за песьеголовые, и в чем именно заключалась подстраховка — ведь лич сможет убить тех же самых песьеголовых руками своих приспешников, но любопытствовать не стал.
Позже.
К тому же, сделка была важнее.
— Я лично не причиню тебе вреда, если ты не причинишь мне вреда! — повторил я. — Клянусь своей силой и жизнью!
— Да будет так! — лич, казалось, увеличился в размерах. — А теперь…
— А теперь, залог, — перебил я его. — Десять килограмм золота.
— Ты найдешь свою плату в саркофаге. А теперь веди меня…
— Нет, — я покачал головой. — Залог прямо здесь и сейчас, иначе сделки не будет.
Лич полыхнул багровым пламенем и оглушительно клацнул зубами.
— Помни, торговишка, — багровый туман вытекал из пустых глазниц, словно кисель. — Ты поклялся. Нарушишь клятву, превратишься в моего немёртвого слугу!
— Золото, — напомнил я, стискивая электроарбалет потными ладонями.
— Ты бы знал, с каким удовольствием я вырву твое сердце, — проскрежетал лич и неожиданно для меня вырвал из плеча свою левую руку, после чего швырнул её в мою сторону.
— Мое почтение, — пробормотал Виш, разглядывая упавшую передо мной золотую руку. — Я до последнего не верил, что у тебя получится.
«Что дальше Виш?»
Признаться, я не горел желанием прикасаться к этому проклятому золоту, но на душе было приятно — как-никак, я уже в плюсе!
— А дальше придется побегать, — усмехнулся фамильяр, выпрямляясь в полный рост. — Он меня вычислил.
Я, не раздумывая, выгреб из Инвентаря все золото, которое там было, и усилием воли отправил поток обжигающей силы в Виша.
— Я знал, что здесь что-то нечисто, — просипел лич, взмахивая целой рукой. — Поэтому подстраховался!
Багровый туман, текущий из его глазниц, превратился в три воронки, из которых появились три светящиеся фигуры.
— Рыцарь, монах и маг огня, — прокомментировал Виш, с удовольствием наблюдая за призраками. — Интересно, чью сторону они примут… Кстати, не забудь по сигналу подкинуть свою бандуру в воздух.
— Взять его! — взвизгнул тем временем лич, указывая на меня. — Он нужен мне живым.
Первым отреагировал монах. Он повернулся ко мне, и я невольно прищурился — его глаза полыхали солнечным светом.
Монах ударил кулаком в раскрытую ладонь и произнес.
— Школа Солнечной ладони приветствует тебя, незнакомец! Между нами нет вражды.
— Между нами нет вражды, — машинально повторил я.
Монах довольно улыбнулся и рассыпался… сонмом солнечных зайчиков.
Будь у лича сердце, у него обязательно случился бы приступ — настолько шокирован он был происходящим.
Но призраки и не думали останавливаться, и следующим ко мне повернулся рыцарь в сияющих доспехах.
— Орден Прекрасной дамы приветствует тебя, незнакомец! Между нами нет вражды.
— Между нами нет вражды, — уже увереннее отозвался я.
Рыцарь коротко кивнул и, превратившись в вихрь светящихся клинков, истаял в воздухе.
Последним повернулся призрак мага.
— Братство Имперских магов приветствует тебя, незнакомец! Между нами нет вражды.
— Между нами нет вражды, — подтвердил я.
Маг с улыбкой мне подмигнул и обратился в огненный пар с вкраплениями… каменных сосулек?
— Макс! — крикнул Виш, срываясь с плеча. — Давай!
Я подкинул энергоарбалет в воздух и рванул в сторону — не то, чтобы лич метнул в меня Копье Праха или Иглу Смерти, просто сработали заложенные природой инстинкты.
Бей или беги.
Бить мне было нечем, и я побежал.
Слева от меня сверкнул подхваченный Вишем арбалет, и меня ослепила ярко-белая молния, вонзившаяся в грудь личу.
Вот только вместо того, чтобы упасть на землю, я рванул ещё быстрее. Я бежал, не видя дороги, и только далекий голос Виша подсказывал, куда бежать.
— Влево! Вправо! Замри! Вперед!
По ушам хлестнул нечеловеческий визг лича, а в нос ударил кислый запах магии Смерти — лич, как и предсказывал Виш, начал бить заклинаниями по потолку и стенам.
Вокруг меня падали и раскалывались каменные валуны, в тело то и дело вонзались осколки и увесистые булыжники, но я и не думал останавливаться.
Здравый смысл подсказывал, что на мне уже нет живого места, но инстинкт выживания оказался сильнее и упорно гнал меня вперёд.
Со всех сторон взрывался пол и стены, с потолка падали огромные куски камня, а я метался среди всего этого безумия, как загнанный зверь.
Внутри билось отчетливое понимание — остановка равно смерть.
И пусть бежать вслепую было жутко некомфортно и страшно, я все равно рвался вперед.
Казалось, все мое естество обратилось в слух, и тело реагировало на команды фамильяра еще до того, как я понимал их смысл.
Наверное, это было состояние потока.
Если, конечно, так можно назвать гонки со смертью.
В какой-то момент я почувствовал, что в зале появился Камнев, и тут же стало намного проще.
Перестал падать потолок, под ногами перестал взрываться пол, и даже зрение начало медленно возвращаться.
— Дай огня, Макс! — горячий шёпот Виша вкручивался в уши, проникая в самый мозг. — Помогу!
И я, не соображая, что делаю, заорал, выплескивая из себя накопившийся страх, гнев и злость на чертова лича!
Я даже не был уверен, что целюсь в правильном направлении!
Руки обожгло огнем, а следом по ушам ударила звенящая тишина. Мгновенно накатила запоздавшая боль от попавших в меня каменных осколков.
— Молодцом, Макс! — голос Виша доносился откуда-то издалека. — А ну не отрубайся! Флягу, Макс! Выпей флягу!
Я не помню, как у меня в руках оказалась фляга, и как я сделал первый глоток…
Звук и картинка двоились и даже троились, очень сильно хотелось лечь и, свернувшись в клубок, закрыть глаза.
Но нудный шёпот Виша не давал провалиться в долгожданное беспамятство, и я с неохотой делал все, что говорил мне фамильяр.
Вот я делаю несколько глотков из фляги с восстанавливающим зельем, и зверская боль неохотно отступает…
… Выливаю зелье себе на голову…
… Прижигаю огнем страшную рану на бедре…
… Смотрю на рассыпавшиеся в пыль костяные ожерелья, которые я зачем-то достал из Инвентаря…
… Поднимаю с пола золотую руку лича…
… Жмурюсь от сияния света и тепла, идущих от… ядра Силы? Вспышка, и по телу разливается приятная мощь…
… Опираясь на пылающий клинок Камнева, ковыляю по очередному залу…
… Падаю и вновь поднимаюсь, за каким-то чертом продолжая плестись вперёд…
… С каким-то отупением смотрю на уходящую куда-то вверх лестницу…
… Упрямо ползу на четвереньках, вцепившись в огненный клинок Дмитрия…
… Стою на коленях и отупело смотрю на покрытые волдырями черные ладони, каждое движение которыми отзывается тупой ноющей болью…
… Кубарем качусь по ступенькам назад и, врезавшись в груду камней, больно ударяюсь локтем и головой…
… Из последних сил выползаю из склепа…
… Лежу на земле, отмахиваясь от осточертевшего жужжания Виша и болезненных покалываний Камнева…
… На меня накатывает жуткая злость на не дающих мне отдохнуть Виша и Камнева, и я, рыча от всеохватывающего гнева, тянусь к клинку Камнева, чтобы врезать ему по морде…
… Острые кости, врезающиеся в ладони и колени, мягкая сырая земля, разлагающиеся тела зомби, в которые я проваливаюсь по локоть…
… Странная рябь перед глазами, освежающий порыв ветра, клочок бесконечной тундры, и недосягаемые пики заснеженных гор…
… Хруст графитового стержня и комбо из головокружения и заворота кишок…
И последние воспоминания:
Испуганный взгляд портального смотрителя, сильные руки Камнева, несущего меня по смутно знакомым коридорам, и опостылевший уже шёпот Виша:
— Не спи, Макс! Слушай меня, Огнев! Не спи, слышишь? Не спи. Смотри на меня, Макс… Не спи… Не…
— Барон, вы можете идти. Ничего с Огневым не случится. А вас князь Михайлов уже трижды вызывал к себе.
…
— Послушайте, барон, это уже банальное неуважение ко мне и моему профессионализму! Я, как целитель Храма, гарантирую вам, что все с Огневым будет в порядке!
…
— Барон, если вы немедленно не покинете лазарет, я буду вынужден вызвать охрану!
Не помню, что мне снилось, но заунывным голосом целителя можно было и мертвого поднять.
Если я правильно понял, доктор пытался выпроводить Камнева восвояси, но Воин не обращал внимания ни на какие увещевания.
Надеюсь, он не сидит у моей кровати, словно в какой-нибудь слезливой драме?
Последняя мысль оказалась настолько интересной, что я с трудом разлепил глаза и посмотрел по сторонам.
Камнев обнаружился на соседней кушетке.
И ведь он действительно сидел все это время рядом и не спускал с меня глаз.
С одной стороны, это было как-то банально и избито, но с другой — чертовски трогательно.
— Привет, — прохрипел я, смотря Камневу в глаза. — Как сам?
Спрашивать: «Закрыли ли мы Прокол?» или «Мы выбрались?» было глупо, и я не придумал ничего лучшего, чем перевести стрелки на Камнева.
— Лучше, чем ты, — поморщился Воин, вставая с больничной койки. — Поговорим позже.
Я хотел было спросить, что он хочет сделать, но не стал. Было очевидно, что Камнев, несмотря на протесты целителя, берет меня на руки, чтобы куда-то отнести.
— Барон! Что вы себе позволяете⁈ Положите больного обратно!
— Все настолько плохо? — выдавил я из себя, чувствуя, как по спине струится липкий страх остаться на всю жизнь недееспособным инвалидом.
— Барон! Немедленно положите новика Огнева назад! Ему нужно восстановиться!
Учитывая, что я не чувствовал левую ногу и обеих рук, опасения были небеспочвенными.
Можно было, конечно, скосить глаза и лично убедиться, что не так с моим телом, но… я боялся.
Боялся увидеть подтверждение своим опасениям.
— Барон! Я буду жаловаться!
— Жить будешь, — буркнул Камнев, вынося меня из лазарета. — А теперь, помолчи.
Учитывая, что предыдущие слова дались мне не так-то просто, я не стал спорить и послушно замолчал.
Надеюсь, Камнев знает, что делает…
Эта мысль почему-то вместо привычного спокойствия породила смутную тревогу. Как будто чего-то не хватало… Чего-то важного.
Виш!
Я вздрогнул всем телом и, наплевав на страх увидеть то, что мне не понравится, покосился на левое плечо.
К счастью, дракончик был на месте.
Вот только Виш… спал?
Не знаю, как он умудрялся не сползать с моего плеча, но фамильяр бессовестно дрых, сладко посапывая во сне.
Хм, кажется, это первый раз, когда я вижу спящего Виша!
Не удержавшись, я скользнул взглядом по своему телу и тут же зажмурился.
Мои худшие опасения подтвердились — на месте левого колена и обоих локтей белели марлевые повязки.
Твою ж мать…
К слову, я принял эту весть как-то уж слишком спокойно. Бьюсь об заклад, во мне сейчас столько успокоительного, что я еле думаю…
— Куда мы? — прохрипел я.
— Не трать силы, Макс, — посоветовал Камнев. — Скоро все поймешь.
Легко сказать, не трать! Ведь это у меня нет рук, а не у тебя! Черт возьми, как такое могло произойти…
— Лич оказался силен, — проворчал Воин. — Мы еле справились…
Вряд ли Камнев прочитал мои мысли. Скорей всего он, будучи боевым офицером, прекрасно понимал, что чувствует оказавшийся на моем месте человек.
— Не представляю, как ты сумел добраться до выхода из Прокола.
Я тоже не представляю…
— Мы обязательно все обсудим, но не здесь. На следующем Проколе.
Ну уж нет! Хватит с меня этих Проколов!
— И… прости меня, Макс.
— Не мели ерунды, — прохрипел я. — К тому же, как я понимаю, у тебя есть план?
— Что-то вроде того.
Слова Камнева прозвучали не особо обнадеживающе, поэтому я сделал лучшее, что мог в данной ситуации — закрыл глаза.
Впрочем, долго я так не продержался.
Не тот склад характера, чтобы подобно страусу засунуть голову в песок, якобы спрятавшись от навалившихся проблем.
Поэтому я открыл глаза и, отстраненно следя, как Камнев то сворачивает на развилке, то спускается по лестнице, принялся думать.
У меня нет рук и ноги — раз, Виш спит и не с кем посоветоваться — два, Камнев тащит меня Бог знает куда — три.
И это не считая никуда не девшегося Крысина, которого почему-то покрывает князь.
Мысль лениво свернула на князя, и я криво усмехнулся.
Михайлов стопроцентно ведет свою игру, и, кажется, я знаю, какую.
Руководству Храма явно не нужны проблемы с императорской канцелярией, и что-то мне подсказывает, что смерть Илана списали или на потери в Проколе, или ещё на что-то.
Предположение, конечно, немного абсурдное, но зато оно прекрасно объясняет, почему князь, несмотря на его внешнюю реакцию, так долго тянет с поиском убийцы.
Ведь если найти убийцу, то от убийства в Храме будет уже не отвертеться.
А убийство в Храме новика равно интерес засевших в императорском дворе недоброжелателей Михайлова.
И если посмотреть на происходящее с этой стороны, поведение князя становится логичным.
Поэтому он и не воспользовался моим предложением принести клятву крови. Поэтому он и отправил неопытных новиков в Прокол.
Вот только зачем ему публично давить на Крысина? Ведь князь знает, что Илана убил или Крысин, или подзуженный им Худяш.
Только если…
Скрип круглой двери вырвал меня из моих мыслей, и я недовольно посмотрел сначала на Камнева, а затем и на то место, куда мы пришли.
И стоило мне осознать, где мы находимся, как сердце мгновенно забилось.
— Это… Изолятор?
— Да, Макс, — прогудел Камнев. — Когда князь узнает, он придет в ярость.
— Но… как? Разве можно проходить через Изолятор… повторно?
— Нельзя, — Камнев аккуратно опустил меня на пол и кивнул на разделяющее Изолятор стекло. — Но так вышло, что ты не был официально внесен в храмовые списки.
— А сейчас, получается, внесен?
— Именно, — подтвердил Воин. — Не забудь скинуть все лишнее на жаровню.
И предупреждая мой следующий вопрос, добавил.
— То, что лежит в Инвентаре, не пострадает во время очищения.
— Буду должен, Дмитрий.
— Не неси ерунды, Макс, — губы Камнева дрогнули в едва заметной улыбке, и он похромал к противоположной двери.
Кажется, бой с личом потрепал не только меня.
Проводив Воина взглядом, я усилием воли осмотрел свое тело. Судя по количеству бинтов и тупой ноющей боли, я не должен был выбраться из Прокола…
Как же, черт возьми, хорошо, что Камнев додумался сделать этот финт ушами. Ведь это далеко не очевидное решение…
Дальнейший ход моих мыслей прервало появление Дмитрия на другой стороне Изолятора, а следом резко запахло озоном, и с потолка обрушилось жемчужное сияние.
Все тело охватил жар вперемешку с щекоткой.
Ноги, руки, грудь, голова — казалось, чесалась каждая клеточка моего тела! Два удара сердца, и нестерпимые жар и щекотка превратились в приятное тепло.
Стало настолько хорошо, что захотелось понежиться в этом тепле как минимум часик.
К сожалению, спустя несколько секунд тепло исчезло, и я с неохотой открыл глаза.
— Высшее исцеление, — зевнул Виш. — Получилось, Макс.
— Что получилось? — беззвучно отозвался я, с удовольствием сжимая и разжимая кулаки. — Ты помог упокоить лича? Как того Червя?
— По другому было никак. Эта сволочь сделала ставку на щит и сумела пережить удар молний. Знаешь, как было непросто палить в него из той бандуры и вести тебя через каменный дождь?
— Виш, оно того стоило?
— Ты про то, что мы напали на него первыми? — уточнил фамильяр. — Конечно. Нам повезло, что те призраки его притормозили. Иначе все сложилось бы иначе.
— Двоякая ситуация, — поморщился я, поднимаясь на ноги. — К чему тогда был весь тот фарс с клятвами?
— Одежду в камин! — крикнул через стекло Камнев. — С вещами сам знаешь, что делать!
Я кивнул Воину и послушно скинул все бинты и то, что осталось от мантии послушника в горящий камин.
На поднос отправился серебряный крестик. Часы, увы, не пережили стычку с личом и остались где-то в Проколе.
Вещи сменились серебристой склянкой с зельем Иммунитета, которую я машинально убрал в Инвентарь.
— Хитро, — усмехнулся Виш. — Что до клятвы, не забивай себе голову. Напал на лича я. И убил его тоже я.
— А как же
— Ты выпустил
— Ясно, — вздохнул я, снимая с подноса появившуюся одежду. — Что произошло с моими руками и ногой?
— Каменные осколки — раз, — Виш перелетел с плеча на голову, давая мне накинуть на себя тунику. — Истинный огонь, который ты выплеснул из себя — два. Клинок Камнева — три. Ну а потом ты уже на поверхности влез в останки чумового зомби.
— Не помню такого.
— Я зато помню, как начали гнить твои руки, — поморщился Виш. — Знаешь, как было больно смотреть на Камнева, который ничем не мог тебе помочь?
— Выходит, — я закончил одеваться и направился к отливающей синим двери, — повезло?
— Шутишь? — удивился фамильяр. — Какой повезло? Что я, что Камнев, мы оба выложились на все сто! Ну и ядро Силы не стоит списывать со счетов.
— Значит, мне не показалось? — я вспомнил ту вспышку света и тепла, на смену которым пришла сила.
— Макс, — Виш посмотрел на меня, словно на ребенка. — Если бы не ядро, ты бы не вышел из Прокола. А вместе с тобой и мы.
— Спасибо, Виш, — я скосил глаза на фамильяра и, выйдя из Изолятора, протянул руку ожидающему меня Камневу. — Спасибо, Дмитрий.
— Моя ошибка, — прогудел Воин, пожимая мне руку. — А теперь, поспешим к стеле.
— Опять он за свое, — Виш закатил глаза. — На мой взгляд, все вышло отлично! Слегка рискованно, но это уже детали.
«Слегка?», — мысленно возмутился я, следуя за Воином.
— Да ладно тебе, Макс, — Виш так и излучал оптимизм. — Посмотри на произошедшее с другой стороны!
«И с какой же?»
— Первое, ты жив и здоров!
«Благодаря Изолятору!»
— А какая разница? — резонно возразил фамильяр. — Да, пришлось постараться, чтобы навести Камнева на эту мысль, но ведь сработало!
«Стоп, так это твоих рук дело?»
— Конечно, — Виш расплылся в довольной улыбке. — Камнев — отличный Воин и хороший человек, но он совершенно не разбирается в интригах. Из него сделали клинок, и в некоторых вопросах он жутко наивен.
«Постой, но как у тебя вышло?»
— Помнишь, я рассказывал тебе про договор князя с Камневым? — напомнил мне Виш. — Михайлов не стал официально регистрировать тебя в Храме, чтобы помочь Дмитрию обойти кабальный договор.
«То есть я как бы только что появился в Храме?»
— Бинго! — Виш взмахнул хвостом. — Правда, пришлось постараться, чтобы внушить Камневу эту схему.
«Но стела фиксирует все события!»
— Фиксирует, — согласился Виш. — И если императорская канцелярия решит провести аудит, у неё возникнут большие вопросы. И поверь, стоимость заклинания Высшего исцеления будет меньшей из проблем.
«Слушай, меня этот момент смутил ещё в тот раз. Ведь если стела все фиксирует…»
— Для начала разные уровни доступа, — Виш с полуслова понял, что я имею в виду. — Даже у Михайлова нет доступа к полноценному функционалу. Ну и политика.
«Политика?»
— Зуб даю, в императорской канцелярии есть специальный отдел, который собирает досье на каждого одаренного, не говоря уже о дворянах. И в нужный момент это досье помогает, скажем так, сделать правильный выбор.
«А Крысин?»
— Он зачем-то нужен князю, — Виш взмахнул крыльями, имитируя пожатие плечами. — Зуб даю, у Михайлова своя картотека с грешками подчиненных и не только. Князю нужен Крысин и нужен Камнев. Но если бы Дмитрий узнал, что убийство Илана дело рук Луки, он бы вызвал его на дуэль и убил.
«Разделяй и властвуй, — кивнул я. — Но это все равно как-то гадко».
— Добро пожаловать в большую политику, — усмехнулся Виш. — То ли ещё будет!
«Подытожим-с».
Я, практически на автопилоте следуя за Камневым, решил подвести итог услышанному. Причем, думал «громко», так, чтобы слышал Виш.
В принципе, Виш только что подтвердил мои мысли насчет позиции князя.
Да, на первый взгляд она выглядела нелогично, но если вспомнить, что у Михайлова свои интересы, то все вставало на свои места.
Что до стелы, то, как я понял, для неё все эти махинации и комбинации — как сериальчик.
Делай, что хочешь, об этом узнает только одаренный с более высоким доступом! Вот только что-то мне подсказывает, что рано или поздно за все придется платить.
Вопрос в том, как вписаться в эту игру и, по возможности, не заляпаться в грязи по самую маковку.
В том, что мне придется вступить в игру, я уже не сомневался. Не хочу быть пешкой, которую пытаются использовать все, кому не лень.
И если раньше у меня нет-нет, да и проскальзывали мысли плюнуть на все эти дворянские игрища и спокойно заняться бизнесом, то сейчас стало очевидно — не выйдет.
А значит нужно проанализировать текущие расклады и выбрать самую выгодную модель поведения.
И первое, что приходит на ум — мне нужно стать сильнее.
Ну и, конечно, раздать долги.
У князя может быть сколько угодно планов на мой счет и на счет Крысина, но я такое прощать не собираюсь.
Отсутствие рук и ноги действует… отрезвляюще. И больше я сюсюкаться с встающими у меня на пути врагами не буду.
— Целиком и полностью разделяю твою позицию, — Виш, как я и думал, с легкостью прочитал мои мысли. — Забираем награду у стелы, становимся сильнее, помогаем Камневу закрыть долг перед князем и валим из этой богадельни.
«Согласен, — мысленно кивнул я, заходя вместе с Камневым в зал к стеле. — Стать сильнее — это, после произошедшего, в приоритете. Но ты забыл кое-что важное».
— И что же? — удивился Виш.
«Ну как же, Виш, — усмехнулся я, подходя к стеле. — Мне нужно разорить Крысина и пополнить свой золотой запас».
Вообще, я думал, что Камнев проведет у стелы минимум минут десять, но Воину хватило одного касания, после чего он уступил место мне.
Я уже привычно обнял обелиск, прижимаясь к нему всем телом.
— Ну привет, Стела!
— Здравствуй, Макс Огнев. Ты готов получить награду за выполненное задание?
— Жду — не дождусь!
— За помощь Привратнику Камневу в закрытии редкого Прокола, новоиспеченному новику Максу Огневу доступен потенциальный дар
Я почувствовал, как в груди разливается приятное тепло, а в следующий момент заныли все до единой мышцы.
Более того, я, казалось, почувствовал каждую косточку в своем организме. К счастью, эти странные ощущения длились недолго, и спустя несколько минут меня отпустило.
Все, что говорило о полученном только что даре — приятная усталость во всем теле, как после хорошей тренировки.
— Поздравляю, Макс, — шепнул Виш. — Твоя Выносливость увеличилась в два раза, а емкость Инвентаря в пять!
— Макс Огнев, для тебя есть ещё одно задание.
Стоит отдать должное, стела дождалась, когда меня перестанет ломать, и только после этого продолжила диалог.
— Что за задание? — уточнил я.
Вообще, я планировал взять паузу и сосредоточиться на разорении Крысина и подготовке к досрочному выпуску из Храма, но за спрос денег не берут.
— Твое задание: немедленно помочь Привратнику Камневу закрыть один-единственный Прокол.
— Ты шутишь? — нахмурился я. — Мы же только что оттуда!
— Ты можешь отказаться, Макс Огнев, — бесстрастно заметила стела. — Каково будет твое решение?
— Погоди, — я покачал головой, — мне надо подумать.
— Хорошо, Макс Огнев, у тебя есть пять минут.
— Про награду спроси, — подсказал Виш. — Если предложит что-то стоящее, значит, дело действительно серьезно.
«Дело в Камневе, да? — мысленно протянул я. — Стеле нужно, чтобы Дмитрий восстановил десятый ранг?».
— Я тоже так думаю, — кивнул Виш. — Видимо, есть какое-то условие, которое стела стремится выполнить…
«Знать бы, что за условие…»
— Это же стела, — удивился Виш. — Она просчитывает тысячи комбинаций не только в Империи, но и по всему миру. Боюсь, мы никогда не узнаем, зачем она помогает Камневу.
«Ну и ладно, — я, честно говоря, принял решение уже в тот момент, когда услышал предложение стелы. — Все равно я и так собирался помочь Дмитрию. К тому же, ядро силы, оставшееся после лича, досталось мне».
— Ну, значит, соглашайся, — не стал спорить Виш. — Но про награду не забудь уточнить!
— Что по награде? — я не стал откладывать дело в долгий ящик.
— Один золотой, Макс Огнев. И все, что найдешь в Проколе.
— Все, что я найду в Проколе, и так будет моим, — не согласился я. — Что до одного золотого — это даже не смешно. Минимум десятка.
— Два золотых, Макс Огнев, — немного помолчав, предложила стела. — И это мое последнее слово.
— В таком случае, — я с первых слов понял, что стела не намерена торговаться, — добавь сверху… информацию.
Неминуемый поход в Прокол, месть Крысину и висящее задание разорить скупщика Храма слились в интересную мысль.
— Ты меня заинтересовал, Макс Огнев, — оживилась стела. — Какого рода информация тебя интересует? Учти, что всякая информация имеет свою цену.
— Сущая ерунда, — заверил я стелу. — Раз уж мы с Дмитрием идем закрывать Прокол, то подскажи, в каком Проколе я смогу найти много красивых, но бесполезных, м-м-м, ингредиентов?
— Именно ингредиентов? — уточнила стела.
— Необязательно. Это могут быть какие-нибудь камешки или кристаллы, или…
— Под твой запрос подходят два Прокола. Оба необычные. Оба элитки. Первый — Гнездо гарпий. В их гнездах можно найти множество разномастных блестящих вещиц. Второй — Жабье озеро. В их подводных норках находятся сотни жемчужин, которые жабы используют для создания своих бамбуковых трубок.
— Бамбуковых трубок, говоришь? — в памяти всплыл момент с самострелами фон Штерна. — Подойдет!
— Договор, Макс Огнев? — голос стелы потеплел, что ли?
— Один золотой авансом, и договор, — подтвердил я.
— Знаешь, Макс Огнев, — у меня в ладони появилась золотая монета, — ты можешь получить второй ранг Купца прямо сейчас! Что скажешь, Макс Огнев?
— Не будем спешить, — дипломатично отозвался я, с неохотой отрываясь от стелы. — До встречи!
— Один момент, Макс Огнев, — мне показалось, или в голосе стелы мелькнуло тщательно скрываемое… сожаление? — К сожалению, ты должен Храму десять тысяч золотых.
— Что⁈ — я аж поперхнулся. — С какой стати⁈
— Повторное использование Высшего исцеления, Макс Огнев. Признаю, комбинация вышла изящная, но никому не позволено обкрадывать Храм. В данный момент мало кому есть до этого дело, но через три месяца в Храме будет проводиться ежегодный аудит, и все всплывет на поверхность.
— Стоп-стоп-стоп, — я покачал головой, судорожно пытаясь сообразить. Как выкрутиться из сложившейся ситуации. — Ты ведь сама говорила, что официально я не был зарегистрирован, так?
— Так, — подтвердила стела.
— Давай разбираться, кто не зарегистрировал мое появление?
— Наставник Крысин. Но он лишь выполнял приказ.
— Чей приказ?
— Наставника Храма.
— Тогда все вопросы к Михайлову, — отрезал я. — Если князь решил вести свою игру, покрывая Крысина и выкручивая руки Камневу, то это его проблемы.
— Но Высшим исцелением воспользовались вы с Камневым.
— Был приказ князя принять меня в Храм официально?
— Был…
— Значит Камнев — лишь исполнитель. И все вопросы, опять-таки, к князю Михайлову.
— Опасно, — шепнул Виш, внимательно вслушивающийся в нашу со стелой беседу. — Ты уверен, что хочешь настроить князя Михайлова против себя?
— Новик Макс Огнев, ты уверен, что не хочешь признать долг перед Храмом? — вторила Вишу стела.
— Нет никакого долга, — нахмурился я. — Есть решение князя Михайлова. Его мотивы мне неизвестны.
— Да будет так, новик Макс Огнев, — бесстрастно отозвалась стела. — Поздравляю с первыми десятью сделками, Макс Огнев.
А в следующий момент передо мной появился образ… энергетического кристалла?
— Средний энергетический кристалл, — пояснила стела. — ты выбрал непростой путь, Макс Огнев, и смелость заслуживает поощрения.
— Полтинник золотом, — довольно заулыбался Виш. — очень крутая награда!
— Спасибо, — кивнул я стеле, подтверждая обмен.
— До скорой встречи, Макс Огнев, — отозвалась стела. — Следить за твоим путем… интересно.
Я хмыкнул себе под нос и оторвался от обелиска. Дар
Вообще, стоило мне получить золотой, как на душе сразу стало поспокойней.
Нужно поскорей провернуть аферу с Крысиным и заняться торговлей. Мне кровь из носу нужен стартовый капитал — раз, и золотой запас — два.
А следовательно, нужно прощупать внутренний рынок Храма и выявить запросы потенциальных клиентов. Но сначала Камнев.
Я посмотрел на Камнева и растянул губы в улыбке.
— Ну что, Дмитрий, ещё один Прокол?
— Ещё один Прокол, — подтвердил Воин. — Этот будет в разы легче.
— Я знаю, — кивнул я. — Давай уже закончим с этим делом.
— Я только за, — поморщился Камнев. — Предлагаю заглянуть к скелетам.
— Жабки, Дмитрий, нам нужны жабки.
Если Воин и удивился, то ничем этого не показал.
— Пошли, — кивнул он.
Путь до портального зала занял менее пяти минут, и каково же было удивление смотрителя, когда я вошел в зал на своих двоих.
— Даже так, — толстячок покачал головой и перевел взгляд на Камнева. — Это… было неожиданно. Вы же понимаете, барон, что совсем скоро по Храму поползут неприятные слухи?
— Какие слухи? — буркнул Камнев.
— Зная вашу… специализацию, не так уж сложно сделать определенные выводы…
— Я не хочу об этом говорить, — нахмурился Дмитрий. — Да и вам-то какое дело, уважаемый смотритель?
— Учитывая, что это уже шестой Прокол, который вы будете закрывать с новиком Огневым, — толстячок, не моргая, смотрел на Камнева, — а ваш ранг, как я могу судить, вырос, то резонно предположить, что в жилах новика Огнева течет кровь… Пылаевых?
— Повторюсь, — Камнев положил ладонь на рукоять клинка. — Вам-то какое дело?
— Вы хотите, чтобы я объяснил вам, как скажется появление Пылаева на политический расклад дворянских родов Российской Империи?
На это Камнев лишь страдальчески поморщился и промолчал.
— Везде есть свои минусы и свои плюсы, — подключился я, кидая смотрителю обмен и выставляя Сферу Огня. — Мы осознаем потенциальные риски и хотим закончить наши дела до того, как информация просочится за пределы Храма.
— Вот как, — смотритель смерил меня внимательным взглядом, а в обмене появилась монета Пожарских. — В таком случае… всех благ.
— Спасибо, — улыбнулся я, подтверждая сделку.
— Снова под вашу ответственность? — повернулся к Камневу смотритель.
— Так точно, — буркнул Камнев.
— В таком случае, — смотритель покачал головой. — Имя, ранг, цель визита.
— Дмитрий Камнев, Воин девятого ранга, закрытие необычного Прокола, Жабье озеро, элитка. Со мной идет новик Макс Огнев, Купец первого ранга.
— Готово.
На этот раз смотритель не стал вставать в позу и, не отрываясь от своей стелы, взмахнул рукой. Портальный круг покрылся рябью, и Камнев тут же потянул меня за собой.
Я же и не думал возражать.
Единственное, что я себе позволил — подмигнул смотрителю.
Как ни крути, а связь со Слугой рода нужно поддерживать.
И вновь уже привычное головокружение и холод в кишках.
— Пошли, — стоило нам появиться в тундре, как Камнев тут же потащил меня в ближайшую зону отчуждения.
— Зуб даю, у Дмитрия много чего накопилось, — хмыкнул Виш, развалившись у меня на плече. — Надо отдать должное Камневу. Он, в отличие от некоторых, понимает, что зоны отчуждения — самое безопасное место.
«На кого ты намекаешь?» — мысленно возмутился я.
— Да есть тут один деятель, — усмехнулся Виш. — Первого ранга…
— Макс! — Дмитрий, стоило нам оказаться в зоне отчуждения, упал на одно колено. — Прости меня!
— Ты с дуба рухнул? — удивился я. — А ну встань немедленно!
— Я подверг твою жизнь риску!
— Дмитрий, — я дернул Воина за руку, заставляя его подняться на ноги. — Во-первых, мы все взрослые люди, и я прекрасно осознаю риск и степень опасности. Во-вторых, ты мне не нянька. В-третьих, все же окончилось хорошо!
— Да, но…
— Отставить! — признаться, поведение Камнева начало меня немного раздражать.
— Ну а что ты от него хочешь? — усмехнулся Виш. — Его с детства готовили на позицию второго номера. В него с малолетства вдалбливали, что он и его первый номер — исключительные. Борцы с иномирной угрозой. Защитники Империи. Привратники Проколов! Будь к нашему большому, сильному, но немного наивному другу поснисходительней.
— Понимаешь, Макс, — прогудел Камнев. — Я десятки раз был на краю смерти. И я не боюсь смерти. Но когда не стало Алексея Николаевича, и Уваровы выставили меня виновным в смерти последнего из Пылаевых, я… потерял смысл жизни.
Было видно, что Воину нужно выговориться, поэтому я молча кивнул, показывая, что внимательно его слушаю.
— Молчу уже о позоре, который упал на меня и мой род несмываемым пятном. Ведь моя семья специализируется на подготовке высокоранговых телохранителей, за которыми любой одаренный чувствует себя как за каменной стеной.
Любопытно, выходит, Камневы — это профессиональные защитники…
— А тут этот контракт, который предложил князь… Это была возможность умереть, сохранив лицо и честь, и я благодарен Александру Алексеевичу за его жест.
Ну-ну, бедный-наивный Камнев! Князь и здесь умудрился извлечь для себя выгоду. Наверняка он бросал Камнева на самые сложные Проколы!
— С твоим появлением, у меня появился шанс, и я вновь почувствовал свою… полезность.
Дмитрий заглянул мне в глаза, пытаясь прочитать в них, понимаю ли я, о чем он говорит.
— И когда ты швырнул в лича тот огненный шар и без сознания рухнул на пол, я… испугался. Что я снова стану бесполезным, что не оправдаю оказанного мне доверия. Я сам не заметил, как упокоил лича. Пока мы дошли до выхода из Прокола, я трижды поседел.
И действительно, стоящий передо мной Камнев щеголял седыми висками.
— Я не хочу так больше, — Камнев с силой стиснул рукоять подаренного мной клинка. — Больше никаких Проколов…
— Да счас же! — перебил я Воина. — И думать об этом забудь! Мы будем ходить в проколы ежедневно. Мне нужно так укрепить свое тело, чтоб больше ни один лич не смог меня… поранить.
— Я не договорил, — Камнев криво усмехнулся. — Больше никаких Проколов до тех пор, пока не пройдешь мой курс выживания и укрепления тела.
— Группа новиков, которых повесил на тебя князь? — сообразил я. — Да без проблем, Дмитрий, я с удовольствием пройду все твои курсы. Но давай будем совмещать их с Проколами?
— Посмотрим, — буркнул Камнев. — ты просто не представляешь, что стоит на кону. Особенно сейчас, когда все узнают…
— Ты про слова смотрителя? — сообразил я. — Ну… рано или поздно это все равно бы произошло. Нам просто нужно понять, что делать дальше.
— Я очень далек от политики, — вздохнул Камнев. — Но учитывая, какое задание дала мне стела, и беря во внимание слова смотрителя, меня терзают смутные опасения…
— Что нас с тобой попытаются убить? — предположил я.
Воин неохотно кивнул, а я, вспомнив недавние ощущения после стычки с личом, непроизвольно оскалился.
— В таком случае, Дмитрий, нам нужно убить их первыми.
— Даже если это будет род Уваровых?
— Тем более, — отрезал я. — Это они подставили тебя?
— У меня нет точной информации, — поморщился Камнев. — Но я абсолютно уверен, что Уваровы так или иначе замешаны в убийстве Алексея Николаевича.
— Вот оно что! — у меня в голове сложился пазл. — Крысин работает на Уваровых — раз. Стела всеми силами старается дотянуть тебя до десятого ранга — два. Ты не находишь себе места в преддверье чего-то нехорошего — три!
— Верно, Макс, — довольно кивнул Виш. — Я тоже так думаю.
— Значит, мне не показалось? — вздохнул Камнев. — Над нами действительно сгущаются тучи?
— Думаю, да, — кивнул я. — И скорей всего в ближайшее время Уваровы попытаются от нас избавиться.
— Зубы обломают, — скривился Камнев. — Особенно когда я восстановлю десятый ранг.
— Так чего мы ждем, Дмитрий? — улыбнулся я, кивая на желтоватую рябь Прокола. — Элитка ждет нас. Тебе же хватит ядра силы жабьей альфы?
— Хватит, — уверенно кивнул Воин. — Пошли?
— Один момент, — попросил я. — Под водой есть жабьи норы, и там есть залежи жемчужин, которые жабы используют для создания своих бамбуковых трубок.
— Кажется, я понял, о чем ты, — кивнул Камнев. — Это те ингредиенты, которые ты просил меня достать?
— Да, Дмитрий. Мне нужны все эти жемчужины.
— Зачем? Они же практически бесполезны? Насколько я знаю, их можно использовать только для создания духовых трубок.
— Решил открыть мастерскую по созданию магических самострелов? — предположил Виш. — Как у фон Штерна?
Я мотнул головой, показывая фамильяру, что он не угадал, и посмотрел на Камнева.
— Надо, Дмитрий, — план по разорению Крысина в моей голове начал обретать вполне себе реальные очертания. — Надо.
— Будут тебе жемчужины, — кивнул Воин. — Но готовься, что будет небольшой упадок сил. Чтобы доставить их на берег, мне понадобится твоя энергия.
— Без проблем, — кивнул я, предвкушая аферу века. — Пошли быстрее! Нам еще на обед нужно успеть.
Прокол мы закрыли достаточно быстро.
Камнев, как и в прошлый раз, не дал жабам-недомеркам выйти из воды.
Стоило нам появиться на берегу, как Воин просто исчез в озере, и через какое-то время вода пошла пузырями и позеленела.
Дмитрий явно не церемонился, стремясь побыстрее раздобыть ядро Силы и закрыть Прокол.
Рябь обратного портала появилась спустя пятнадцать минут с момента нашего прибытия, а ещё через минуту из озера вышел Камнев.
Мне было жутко интересно, как Воин решит проблему транспортировки, но все оказалось до банального просто.
Дмитрий заключил все жемчужины в каменный валун и выкинул его на берег.
— Ну а что ты хотел, — хмыкнул Виш в ответ на мой удивленный взгляд. — Девятый ранг, как-никак. Точнее, уже десятый.
— Почему же тогда мне так сильно досталось от каменных осколков лича?
— Поверь, — Виш с интересом наблюдал, как валун, следуя повелению Воина, рассыпается песком. — Если бы он тебя тогда не прикрывал, мы бы не вышли из того Прокола.
Ну а потом стало как-то не до разговоров.
Сначала я сортировал и убирал в Инвентарь принесенные Дмитрием жемчужины. Их оказалось порядка трехсот. Потом, вернувшись в зону отчуждения, я дважды описал Воину свой план.
Ну а когда мы вернулись в портальный зал Храма, события и вовсе закрутились.
Первым делом смотритель незаметно сунул мне сложенный в несколько раз лист бумаги. Затем дожидающийся нас Крысин повел меня и Камнева к князю. Ну а в кабинете князя состоялся очередной неприятный разговор.
— Опять ты, Огнев, — князь так и излучал недовольство. — С тобой сплошные проблемы.
Объяснять что-то человеку, у которого на все есть свое мнение, да еще и власть, чтобы это мнение продавливать, бесполезно. Поэтому, все, что мне оставалось — прикинуться тупоголовым солдафоном.
Как там? Подчиненный перед лицом начальствующим должен иметь вид лихой и придурковатый, дабы разумением своим не смущать начальство!
— Виноват, господин полковник! Исправлюсь, господин полковник!
— А ты, — Михайлов перевел взгляд на стоящего рядом со мной Камнева. — Ты понимаешь, что сделал?
— Никак нет, господин полковник! — Камневу тоже было не впервой общаться с разгневанным начальством.
— Ты создал прецедент, майор! — князь с силой жахнул кулаком по столу. — Теперь каждый новик и послушник будет всеми правдами и неправдами добиваться Высшего исцеления. Тебе сказать, сколько оно стоит⁈
— Виноват, господин полковник! Исполнял приказ, господин полковник!
— Чей⁈
Отвечать «Ваш» в нашем положении было изощренным способом самоубийства, поэтому Камнев сделал так, как мы с ним договаривались.
— Наставник Крысин не внес Огнева в официальные списки Храма. Пришлось это исправлять. Но по инструкции без прохождения Изолятора допуск к стеле запрещен, господин полковник!
— Огнев уже контактировал со стелой!
— Официально нет, господин полковник!
Мы чуть ли не открытым текстом предлагали повесить всех собак на Крысина, и мне было очень интересно, какое решение примет князь.
— Крысин у меня свое получит, — откинувшись на спинку кресла, протянул Михайлов. — Но с тебя, Камнев и тебя, Огнев, это вины не снимает.
Князь сделал театральную паузу, давая нам время проникнуться и осознать всю глубину нашего проступка.
— Ты, — Михайлов ткнул пальцем в Воина. — Закроешь тысячу Проколов. А ты, — его ухоженный указательный палец устремился в мою сторону, — выполнишь для меня кое-какую работу.
Князь нас фактически закабалял, и это было понятно каждому из присутствующих в кабинете.
Соглашаться на такое было нельзя, но и отказываться было равносильно самоубийству. Поэтому, мне пришлось пойти ва-банк.
— При всем уважении, господин полковник, дворяне не выполняют кое-какую работу.
Стоило этим словам вырваться из моих уст, как на меня уставились три пары глаз — князь, Камнев и Виш синхронно повернулись ко мне.
Я же никак не мог понять причину их удивления.
Портальный смотритель прав — рано или поздно слухи о появлении родича Пылаевых просочатся за пределы Храма. Да что там! Крысин первым доложит Уваровым о произошедшем.
Поэтому, тянуть не было смысла, и я планировал во всеуслышание заявить, что я Пылаев.
Да, с вероятностью почти в сто процентов на меня начнётся охота — ведь не случайно же был убит Алексей Николаевич? — но других вариантов я не видел.
Мне так или иначе нужно примкнуть к какому-нибудь роду, поскольку еще слишком рано заявлять о том, что я — Пожарский.
Так пусть уж лучше меня считают последним из Пылаевых — как говорится, дерево нужно прятать в лесу.
— Какой ты дворянин, Огнев? — нахмурился князь. — Ты в нашем мире всего несколько дней.
— Дворянами не становятся, — высокопарно ответил я. — Ими рождаются. И неважно, в каком мире.
Михайлов скривился, но и не подумал отступиться.
— Неважно, что было в твоем мире, сынок, — я почувствовал, как невидимая сила наваливается мне на плечи и начинает вдавливать меня в пол. — У нас свой табель о рангах!
— В таком случае, — ненавижу, когда на меня пытаются давить! — Запрашиваю официальное разбирательство данного инцидента. Пусть императорская канцелярия решит, кто понесет ответственность за махинации с Храмовой стелой.
— Ах ты, — князь аж задохнулся от возмущения. — Да ты понимаешь, что все это было сделано, чтобы твой дружок, — он кивнул на майора, — не сдох в очередном Проколе⁈
— Во-первых, — отчеканил я. — Майор Камнев мне не дружок, а боевой товарищ и второй номер в нашей связке. А во-вторых, не нужно держать нас за идиотов. Хотите поддержки в конфронтации с Уваровыми — ведите дела честно.
— Вот как ты заговорил, щенок… — князь медленно поднялся из-за стола, а невидимая тяжесть навалилась на меня с удвоенной силой. — Можешь забыть о досрочном выпуске!
— Вы, князь, — признаться, я держался из последних сил, — забираете данное мне обещание?
— Ты, Огнев, ходишь по очень тонкому льду, — прищурился Михайлов. — Одно мое слово, и…
— Макс прав, Александр Алексеевич, — вступился за меня Камнев. — Одно дело услуга, которая не противоречит чести дворянина. Другое — кабальная сделка.
— Он не дворянин! — рыкнул князь.
— Он мой первый номер, — не смутился Дмитрий. — А я давал клятву крови. А это значит лишь одно: он — Пылаев.
— Это ещё нужно подтвердить, — я прямо-таки физически чувствовал, как Михайлов хочет наплевать на приличия и прогнуть нас по полной. — А пока он никто, и звать его никак!
Давление усилилось, и я сам не знаю, как устоял на ногах. Казалось, еще чуть-чуть, и меня или вдавит в пол, или аура Михайлова бросит меня на колени.
— Макс — мой первый номер, — Дмитрий положил мне руку на плечо, и давление князя мгновенно ослабло. — И любую агрессию в его адрес я буду воспринимать как вызов… лично мне.
— Зря вы это затеяли, конечно, — буркнул Виш, — Гораздо проще было бы сделать вид, что согласны на все его условия.
В словах фамильяра присутствовала определённая логика, вот только сейчас Виш был не прав, и я это чувствовал.
Кто такие дворяне? Это — одаренные, добившиеся тем или иным образом привилегированного положения.
Сравнивая дворян с моим миром, можно сказать, что это представители определенных групп, обличенные властью. А власть — равно сила.
Будь это активы, связи, компетенции или ресурсы.
И не дай Бог ты покажешь слабость — тебя сожрут и не заметят.
Если раньше, будучи простым форточником, я мог позволить вести себя, как обычный новик, то сейчас, заявив права на фамилию Пылаев, я резко сузил себе пространство для маневра.
Да, перспектив у дворянина больше, но конкретно здесь и сейчас, мне не оставалось ничего другого, как пойти с Михайловым на конфликт.
Ну а прав я или нет — покажет будущее.
Главное, что внутри я абсолютно уверен, что поступил правильно.
Михайлов же еще некоторое время пытался давить своей аурой, но сообразив, что в дело вступил без пяти минут Воин десятого ранга, задумчиво хмыкнул.
— А у тебя есть яйца, парень, — он обратился ко мне, демонстративно не обращая внимания на Камнева.
— Тянет время, — прокомментировал Виш, и в этом случае я был полностью согласен с фамильяром. — Решает, как поступить.
— Я готов вести с вами дела, — я посмотрел князю в глаза. — Но на взаимовыгодных условиях.
Тут даже дурак поймет мой посыл. Михайлов же дураком определенно не был.
Да, он заигрался во власть имущего, да, у него свои интересы и планы, вследствие чего он ведет себя как негодяй. Но он точно не дурак…
— Сотня Проколов, — Михайлов, по всей видимости, принял какое-то решение. — И самое главное, Пылаевы, — князь посмотрел мне в глаза, — объявят войну Уваровым.
— Нужно именно объявить? — поморщился я. — Или втянуть?
— Неважно, — отмахнулся князь. — Мне нужен официальный повод поддержать дружественный род.
Молодец, Макс, не успел заявить о себе как о дворянине, лови первый сюрприз… И не просто какая-то сделка, а самая настоящая война!
Впрочем, князь не обговорил сроки и тип войны, а на этом можно сыграть.
— Принимается, — кивнул я, не обращая внимания на удивленный взгляд Камнева. — Что насчет Крысина?
— А что с ним? — поморщился князь.
— Он работает на Уваровых, — я и не надеялся, что князь сдаст скупщика, который, судя по всему, ему нужен, но хотел прояснить этот вопрос. — И создает проблемы.
— Крысина не трогать, — поморщился князь. — Если будет наглеть во время приема ингредиентов с Проколов, дайте мне знать, я его угомоню.
— Кстати, насчет ингредиентов, — ну раз уж Михайлов сам поднял эту тему, то грех не воспользоваться! — Видели самострелы фон Штерна?
— Видел, — кивнул Михайлов, — он уже подал заявку на прохождение Инженерного экзамена.
Так, а вот этот момент нужно будет обдумать… наверняка и мне такое предстоит… Может, изобрести, ха-ха, застежку-молнию, скрепку? Или, чего уж мелочиться, командирскую башню на Т-34!
В любом случае, надо будет обсудить этот момент с Вишем.
— Есть информация, что один из ингредиентов, необходимых для производства самострелов — это некие жемчужины, — я заговорщицки понизил голос. — Но фон Штерн все яростно отрицает.
— Неудивительно, — усмехнулся Михайлов, окончательно сворачивая разговор в деловое русло. — Нам бы, к слову, эти самострелы пригодились. Послушникам в Проколы — самое оно!
— Пригодились бы, — согласился Камнев. — Есть у меня пара идей, в каких Проколах их можно достать…
— Действуй, майор, — князь разрешающе махнул рукой. — Сможешь к концу месяца вооружить всех послушников Храма самострелами — с меня премия.
— Хорошо, — кивнул Дмитрий и замолчал, всем своим видом демонстрируя, что ему малоинтересен завязавшийся с князем торг.
— Насчет Крысина ясно, — я поспешил вернуть разговор в нужное мне русло. — Что насчет убийцы Илана?
— Так это же был Худяш, — делано удивился князь. — И он уже понес свое наказание.
— Я вас понял, — несмотря на то, что внутри меня вспыхнул огонь возмущения, я сумел сдержать себя в руках. — В таком случае, с вашего позволения, я наведу порядок среди новиков. Это будет способствовать повышению качества обучения.
— Я уже отправил приказ о присвоение тебе звания командира взвода, — благосклонно кивнул Михайлов. — Делайте с Камневым все, что посчитаете нужным. В разумных пределах.
— Несомненно, — кивнул я. — Что до Уваровых, в Храме наши возможности ограничены, а вот досрочный выпуск поможет быстрее… скажем так, создать подходящие условия для втягивания их в войну.
— Хорошо, — поморщился князь. — Если сумеете за два месяца поставить на поток подготовку новиков к закрытию Проколов, будет вам досрочный выпуск. Но спрашивать буду строго. По каждому экзамену.
— Договорились, — я с достоинством кивнул, делая вид, что мы решили все вопросы.
— В таком случае, я вас больше не задерживаю.
— Всего хорошего, князь.
Стоило нам выйти из кабинета Михайлова, как Камнев негромко выругался.
— Полностью поддерживаю, — усмехнулся Виш. — Ситуация, мягко говоря, критичная.
— Для начала, предлагаю пообедать, — произнес я, — что до беседы с князем, для нас ничего не изменилось. Ты, Дмитрий, готовишь новиков, я тренируюсь, учусь и провожу сделки.
— Ты хотел сказать, позавтракаем? — поправил меня Камнев. — Что до остального… согласен. Вот только страшно представить, что нас ждет чрез два месяца…
— Дожить сначала надо, — отмахнулся я. — Главное, что князь в высшей степени разумный человек и с ним можно иметь дело.
Камнев с подозрением на меня покосился, но говорить ничего не стал. В отличие от Виша.
— Ты сейчас серьезно, Макс?
«Конечно, нет, Виш! — мысленно ответил я. — Но ты сам говорил, что в Храме у всех стен есть уши».
— Это да, — Виш тут же сбавил обороты. — Тут ты прав. Что-то задумал?
«Очевидно, что для Михайлова мы разменные монеты, — принялся размышлять я, следуя за Камневым. — Он хоть и сменил гнев на милость, но я ему не верю».
— И правильно делаешь, — усмехнулся Виш. — Прямо сейчас он активировал переговорный амулет и дает распоряжение графу Назырову присматривать за тобой. Ну а про то, что Михайлов прикрывает Крысина, ты и сам уже догадался.
«Было бы до чего догадываться, — хмыкнул я. — Ты вот что мне скажи, Виш. С какой поры дворяне покрывают убийц?».
— Ты про Илана? — уточнил фамильяр. — Как тебе сказать, Макс… Я вижу это так: Храм для Михайлова — промежуточная ступень. Это ссылка. Он не считает послушников своими людьми. Они, точнее вы, для него — оловянные солдатики.
«Вот-вот, — мысленно покивал я. — Аж противно!»
— Да брось, Макс, — Виш демонстративно зевнул. — Зуб даю, ты точно так же относился к своим сотрудникам.
«Я не…», — начал было я, но тут же осекся.
А ведь Виш прав. Подчас, когда по логистической линии возникали проблемы, мне было абсолютно плевать, какие проблемы у водителей.
Болит голова, жена заболела, собаке плохо… Ну серьезно, когда на кону миллионные убытки, личные проблемы водил кажутся чем-то абстрактным и неважным.
А сколько я в свое время уволил людей за пьянку на рабочем месте?
И да, некоторых работников я, бывало, использовал в своих интересах, запуская через них нужные мне слухи…
Да уж, и чем я лучше того же самого Михайлова?
Хотя нет, лучше. Я, по крайней мере, не покрываю убийц.
— А если бы это был очень ценный для тебя сотрудник? — видимо, последняя мысль прозвучала слишком громко. — Незаменимый. Что бы ты сделал в таком случае?
Вот умеет же Виш вывернуть все так, что и ответить нечего.
«Надеюсь, я не попаду в такую ситуацию, — неохотно отозвался я. — В любом случае, у нас всего два месяца».
— Согласен, — фамильяр взмахнул хвостом. — Нужно выбираться отсюда как можно быстрее. И это я молчу о ежегодном аудите…
«Виш, мне нужна будет твоя помощь».
— Ты про учебу? — с полуслова понял меня дракончик. — Я помогу тебе с Историей Российской империи, Дворянским этикетом и Магическим искусством. С Фехтованием и физ подготовкой подсобит Камнев. А вот инженерное дело, уж прости, целиком на тебе.
«Что нас ждет после выпуска?»
— Обычно форточники вступают в род, и дальнейшее назначение зависит от главы рода. Единственное условие Храма — провинции с Проколами. В твоем случае, я думаю, тебе позволят самому выбрать провинцию. Нам нужно только доказать твою принадлежность к роду Пылаевых.
«Что-то мне подсказывает, что Михайлов все устроит, — усмехнулся я. — Мы с Камневым нужны ему для конфликта с Уваровыми».
— И снова согласен, — кивнул Виш. — Плюс, учитывая, что ты хочешь создать свою финансовую империю, я рекомендую тебе выбрать самую дальнюю северную провинцию. И постепенно расширяться.
«Думаю так, — я решил поделиться с Вишем своими мыслями. — Как только определимся с местом назначения…»
— Село Николаевка, — перебил меня Виш. — Зима восемь месяцев в году. Одна-единственная дорога, которую часто наглухо заметает, непроходимые леса и один-единственный промысел: рыболовная ловля.
«Предлагаешь заняться торговлей рыбой?»
— Самый оптимальный вариант. Есть ещё два неплохих места, но Николаевка расположена на севере. Где, как ходят слухи, и находится заброшенное поместье Пожарских.
«Север, говоришь? — во мне тут же проснулся логист. — Снега, заметенные дороги и всякое такое? Кажется, Виш, я знаю, какое изобретение я буду делать».
— И какое?
«Скоро узнаешь», — усмехнулся я, заходя вместе с Камневым в столовую.
Уже не знаю, случайно или нет, но левая часть столовой была практически полностью заполнена новиками.
Я же машинально свернул направо и, приветливо улыбнувшись поварихе, направился за наш с Камневым столик.
— Алла Ильинишна, нам как обычно!
Наверное, чтобы не отрываться от коллектива, следовало расположиться в левой части столовой.
Но мне настолько сильно хотелось поскорей перекусить и, самое главное, прочитать письмо, которое сунул мне смотритель, что я слишком поздно об этом задумался.
— Молодец, Макс, — буркнул Виш, слетая на стол в ожидании своего стакана молока. — Тебе впору давать мастер-классы «Как за минуту настроить против себя всех новиков Храма»!
Обычно во время еды я стараюсь концентрироваться на процессе приема пищи. Тщательно пережевывать, наслаждаться вкусом и так далее.
Парадокс, но соблюдение этих нехитрых правил улучшает пищеварение, и, соответственно, самочувствие.
Но в этот раз я нарушил свои привычки и развернул переданную смотрителем записку.
Дочитав послание портального смотрителя, я в задумчивости уставился в чашку с фирменным рагу Аллы Ильинишны.
С одной стороны, здорово, что у меня появился союзник. С другой — я пока не представлял, что с ним делать.
Машинально сложив письмо толстячка, вернее Иннокентия Жаркова, я сжал его в кулаке и представил, как бумага обращается в пепел.
— Зачем так грубо, — тут же поморщился Виш, выныривая из стакана с молоком. — Ох, Макс, тебе ещё учиться и учится.
Грубо, не грубо, но результат — оставшийся в кулаке пепел — меня более, чем устроил.
— Дмитрий, — я поднял взгляд на Воина. — Что сегодня по плану?
— Завтрак, — Камнев кивнул на вторую половину столовой, где сидели новики. — Построение, притирка, обед, урок истории, боевая практика, ужин и отбой.
— Притирка — это?
— Командное прохождение полосы препятствий, — пояснил Камнев. — Новики уже разбиты на отряды Крысиным, но я намереваюсь устроить отсев.
— А слова князя насчет командира взвода?
— На данный момент в Храме 34 новика, включая тебя — Дмитрий кинул на меня испытующий взгляд. — Справишься?
— Разберусь, — кивнул я. — По сколько человек в отделениях?
— Выходит, по одиннадцать.
— И это отделение?
Когда я служил, в моем отделении было восемь бойцов, и то сержант зашивался, пытаясь уследить за всеми нами.
— Князь приказал не церемониться, — Камнев пожал плечами. — Думаю, через месяц в строю останется только половина.
— А остальные?
— Макс, — поморщился Дмитрий. — Не задавай глупых вопросов. Проколов много, послушников мало. Дальше продолжать?
Дальше продолжать было не нужно. Я лично был в том отделении, на котором Михайлов обкатывал новый подход закрытия Проколов.
И если потери нашей пятерки составили полтора человека — Худяш и оторванная ступня Ростика, то что уж говорить об остальных!
К тому же, завтракающие сейчас новики, в отличие от «старичков», без-дарные.
— Будет непросто, — подытожил я.
— Это мягко сказано, — усмехнулся Камнев.
— Наверняка потенциальные потери можно как-то уменьшить.
— Можно, — не стал спорить Камнев. — И мы обсудим это позже, после вечерней поверки.
— А смысл? — не понял я. — Если это можно сделать прямо сейчас?
— Давай для начала переживем притирку, — притормозил меня Камнев. — Не забывай, многие из новиков попали в Храм совсем недавно. Да, стела приглушает эмоции, но первые дни — это всегда головная боль.
— Для этого и есть наставники, нет?
— Не забывай, что князь отменил все испытания, а значит те же самые Уваровы перестали забирать бо́льшую часть форточников.
— И? — я никак не мог понять, к чему клонит Воин.
— Штат Храма не рассчитан на такое огромное количество новиков, — пояснил Камнев. — Поэтому справляться придется своими силами.
— Вот это поворот…
До меня только сейчас дошло, что командовать всей этой оравой предстоит мне.
Я-то думал, что моей задачей будет координация действий командиров отделений, а выходит, что их для начала, нужно назначить…
— Вот-вот, — кивнул Камнев. — К тому же среди новеньких есть ребятки с гонором.
— Притирка будет непростой? — сообразил я.
— Без дуэлей точно не обойдемся, — подтвердил Дмитрий.
— В таком случае, — я с сожалением посмотрел на пустую тарелку из-под рагу. — Мне нужно кое-что сделать.
— Рассчитываешь на Бура и фон Штерна? — догадался Камнев.
— Да, я же успею до построения?
— У тебя десять минут, — прикинул Воин. — Сбор в главном гимнастическом зале.
— А это…
— Подскажу, — шепнул Виш, с интересом следя за нашей беседой.
— … а впрочем, разберусь, — закончил я, поднимаясь из-за стола. — Тогда увидимся на построении.
— Увидимся, — подтвердил Камнев.
— Молоко! — напомнил Виш.
Времени искать, куда вылить молоко, не было, и я убрал стакан в Инвентарь.
Надеюсь, оно там не расплещется!
Изначально я планировал идти до лазарета, но Виш любезно указал мне на стол, за которым сидели мои соседи по кубрику.
И я, не обращая внимания на любопытные взгляды новеньких, прошел на левую часть столовой и подсел к своим.
— Здарова, парни!
Всего за столом было место для шестерых новиков, но поскольку Ростик до сих пор находился в лазарете, то оставался один свободный стул.
Бур с фон Штерном были рады меня увидеть, а остальные — Линок, Кирик и Хлостя смотрели с опаской.
На последних троих я рассчитывать не мог, а вот Бур и Ландер с ходу поняли, что я от них хочу, и согласились стать командирами отделений.
Линока, Кирика и Хлостю мы, посовещавшись решили определить в отделение Бура, ну а Ландер заверил меня, что найдет подход к любым новикам. Будь их хоть тридцать человек.
С этим важным делом мы управились за пару минут, и оставшееся до конца завтрака время парни заочно знакомили меня с форточниками.
Из двадцати девяти новичков пятнадцать были крестьянами, семеро — разбойниками, четверо — ремесленниками и трое профессиональными солдатами.
Возраст форточников колебался от шестнадцати до сорока двух, и у каждого была своя история попадания.
Кто-то шагнул в портал из-за накопленных долгов, кто-то чтобы избежать смерти, а кого-то просто продали за три воза пшеницы.
Естественно, настрой был соответствующий.
Кто-то излучал недоверие, кто-то фонил глухой злостью, но самой распространенной эмоцией был страх.
Новики, прибывшие в Храм в течение последних нескольких дней, до сих пор с трудом соображали, где они, и чего от них хотят.
Как я понял, из-за убийства Худяша и последовавших за этим событий, новичков прогнали через Изолятор и расселили по кельям, где они и провели последние два дня.
Единственное занятие, которое они посетили, была Боевая практика, которую вел Камнев.
Выходит, днем он выполнял задания Михайлова, а ночью закрывал вместе со мной Проколы.
По всему выходило, что новики, можно сказать, дикие.
Утешало одно: граф Назыров лично пообщался с каждым из попаданцев — странно, меня он почему-то своим вниманием обделил — и объяснил форточникам, куда они попали.
А вот объяснить, чего от них ждет Храм — это, по всей видимости, была наша задача.
Храму же, если отбросить в сторону высокопарные слова о Чести, Достоинстве и Справедливости, нужны были послушники.
А именно бойцы, которые будут выполнять суточную норму по закрытию Проколов.
Наверняка парни могли рассказать мне много всего интересного, но завтрак подошел к концу, и мы направились в главный гимнастический зал.
На построение и последующую притирку.
— Господин майор! — страшно сказать, сколько трудов стоило нам с Буром и фон Штерном построить эту толпу в шеренгу. — Первый взвод новиков по вашему приказанию построен!
— Встать в строй.
Камнев, отпустив меня на место, прошелся вдоль шеренги, внимательно рассматривая всех новиков.
И, судя по тому, как он то и дело морщится, увиденное ему не понравилось.
— Итак, как вы попали в наш мир, вам объяснят на уроках истории. Моя же задача — сделать так, чтобы вы смогли выжить.
Воин сделал паузу, давая новикам прочувствовать серьезность момента.
— Скажу сразу, каждый из вас может стать серьезным человеком. Пойти на государеву службу, влиться в дворянский род, выбрать военную стезю. Вчерашний крестьянин может получить личное дворянство! А то и потомственное!
Камнев задержал взгляд на троице заухмылявшихся солдат.
— Российская империя щедро награждает воинов, защищающих отечество! Для получения личного дворянства необходимо закрыть всего лишь тридцать Проколов во время обучения в Храме. Ну а для поддержания выданного дворянства нужно будет регулярно выполнять ежемесячный план.
С одной стороны, сомнительное предложение — считай, вечная служба. С другой — оно того стоило.
— Неважно, что вы выберете, — Камнев, заметив, что по строю начали пробегать шепотки, повысил голос, — служба Империи или одному из дворянских родов, военная стезя или личное дворянство. Важно дожить до этого момента!
Камнев прищурился, и от него во все стороны ударила волна всесокрушающей силы.
— И я, с моими помощниками, — кивок в мою сторону, — сделаю все, чтобы вы выжили в своем первом Проколе! И не просто выжили, но и получили за его закрытие награду — один боевой или мирный дар!
Воин замолчал, давая возможность всем без исключения новикам проникнуться важностью момента.
— А теперь… По отделениям разойдись! Десять минут на знакомство. Десять минут на то, чтобы выбрать командира отделения. Десять минут на то, чтобы изучить полосу препятствий! Два часа на прохождение полосы. Работать будете двойками.
Камнев кивнул на многочисленные спортивные конструкции, расположенные за его спиной.
— Ну и последнее. Любые разногласия решаются посредством дуэлей. Ещё раз. Любые разногласия решаются на дуэлях! Если кто-то пустит в ход кулаки в неофициальном порядке, я лично сломаю этому идиоту обе руки.
Дмитрий говорил спокойно и даже негромко, но стоящие в шеренге новики слушали его, затаив дыхание.
От Воина веяло такой силой, что даже самый недалекий разбойник понимал — это не угроза, это констатация факта.
Мне, честно говоря, не хотелось снова вступать в эту реку — с лихвой хватило срочки — но других вариантов свалить из Храма я пока что не видел.
Увы, как бы сильно мне ни хотелось побыстрее начать строить свою финансовую империю и отправиться на поиски казны Пожарских, я понимал — придется потерпеть.
И только от меня зависит, как я проведу следующие полтора-два месяца. Буду учиться для галочки или возьму от Храма максимум возможного, да ещё и заработаю на этом.
А раз так, то придется вспомнить службу в армии и работу на Илюху — что ни говори, но отдел логистики, это та же самая армия. Только люди помотивированней, да и средств воздействия побольше.
Ну да не впервой. Найду, чем их замотивировать.
Можно договориться с фон Штерном насчет самострелов и выдавать их за успехи в учебе. А можно помогать с закрытием Проколов…
Про торговлю и вовсе молчу. Я тут такой чёрный рынок в обход Крысина устрою — мама не горюй!
В общем, при должной толике фантазии и сноровки, боевая практика может стать не только полезным и интересным времяпрепровождением, но ещё и прибыльным!
Все эти мысли промелькнули в моей голове за считанные секунды, и я, шагнув вперед, повысил голос.
— Отделение! Ко мне!
Мой отряд, разрушив строй, бестолково столпился вокруг меня. Краем уха я слышал аналогичные приказы фон Штерна и Бура, но они шли как-то фоном, что ли?
Все мое внимание в данный момент было приковано к окружившим меня новикам.
Да, мне не впервой командовать и управлять людьми, и да, я был руководителем у вполне себе взрослых и состоявшихся дядек.
Но сейчас на меня напала робость.
Такое иногда случается, когда нужно выступать со сцены перед большим количеством людей — вроде опыт есть, но все равно волнительно.
К тому же контингент, собравшийся около меня, был весьма разношерстный.
Кто-то заглядывал мне в глаза чуть ли не с щенячьей преданностью, кто-то смотрел с опаской, кто-то с нескрываемым превосходством.
Из одиннадцати человек в мое отделение попали два солдата, два ремесленника, три разбойника, и четыре крестьянина.
У меня не было личных дел, чтобы понять, кто есть кто, но поза, выражение лица и взгляд могли о многом сказать.
Два сорокалетних мужика с военной выправкой и снисходительными взглядами — это наверняка бывшие солдаты.
Два мужичка, держащие себя с достоинством — скорей всего ремесленники.
Троица мутных типов с приценивающимися взглядами — ни дать ни взять, разбойники.
Ну и четверка испуганно жмущихся друг к другу здоровяков, на которых пахать не перепахать — крестьяне.
— Итак, бойцы! Для начала познакомимся и разобьемся на две группы. Далее изучим полосу препятствий, обсудим её прохождение и определим двух капралов. Ну а потом…
— Погоди, начальник. Майор сказал, что сначала мы выберем командира!
Я, честно сказать, думал, что проблемы будут от солдат.
Как-никак у них есть боевой опыт и, судя по шрамам на головах, эти ребята хапнули неприятностей. К тому же, они были старше меня чуть ли не в два раза.
И если до попадания в этот мир, они, скорей всего, имели проблемы со здоровьем, то после Изолятора и Высшего исцеления, вышли на пик силы.
В общем, претензий на лидерство я ждал именно от них.
На крайний случай, я предполагал, что зубы покажут бывшие разбойники — по крайней мере двое из трех выглядели опасными бойцами.
Но предъява неожиданно прилетела от… ремесленников.
Причем сленг походил на разбойничий. Неужели успели спеться с троицей бандитов?
Впрочем, с этим можно разобраться и позже…
Я с интересом посмотрел на мастерового, заявившего претензию на лидерство в отделении.
На вид лет тридцать пять-сорок, крепкий, я бы даже сказал мощный. Лицо обычное, глаза умные… После работы Высшего исцеления, проблематично сказать, чем он занимался раньше.
Единственное, что бросалось в глаза — мастеровой, несмотря на бычью шею и мощные руки, сильно сутулился. И даже Исцеление не смогло исправить эту многолетнюю привычку.
Что по итогу? Сильный — руки, что стальные клещи! Неглупый — по глазам было видно, что он прекрасно понимает, что делает. Уверенный в себе — видимо, не дурак подраться.
В общем, мужик не выглядел слабаком, и я видел лишь одно решение образовавшейся проблемы.
— Давай выберем, — улыбнулся я, разминая шею и руки.
Столпившиеся вокруг мужики, не сговариваясь — наверняка проснулись заложенные природой рефлексы — образовали круг, в котором остались только я и бросивший мне вызов мастеровой.
— Дуэль на право командовать отделением, — ремесленник покрутил плечами, готовясь к схватке.
— Дуэль, — подтвердил я и, вскинув руки к голове, мягко двинулся вперед.
Несмотря на то, что стоящий передо мной ремесленник был в два раза шире меня и чуть выше, я не боялся проиграть от слова совсем.
После закрытия восьми Проколов, я стал значительно сильнее и крепче. И это я молчу про поглощенное ядро силы и
Я просто-напросто знал, что круче любого из форточников.
Вопрос был не в том, чтобы победить, а в том, чтобы наглядно продемонстрировать свое превосходство и право отдавать приказы.
И при этом, что самое главное, не покалечить стоящего передо мной новика.
Как-никак, на данный момент это мои люди.
— До первой крови или до признания поражения!
Я обозначил правила дуэли и, дождавшись короткого кивка, пошел на сближение.
Проще всего было бы разбить вышедшему против меня мужику нос или губу, но я решил пойти более долгим, но перспективным путем.
С легкостью уйдя от попытки новика сгрести меня в медвежьи объятья, я пробил ему в грудь и тут же утек в сторону.
Сбить дыхание, к моему сожалению, у меня не вышло — новик успел прикрыть солнышко предплечьем — но и так вышло неплохо.
Сила удара была такова, что мастеровой отшатнулся назад, а в его взгляде появилось искреннее изумление.
— Хватит играть с ним как кошка с мышкой, — фыркнул Виш, делая вид, что ему совсем не интересен наш поединок. — Ты можешь уронить его с одного удара!
«Дело не в том, чтобы уронить, — не согласился я, позволяя противнику схватить меня за одежду. — Он и так уже осознал, что победа за мной. Дело в том, чтобы это поняли и остальные».
Довольный мастеровой — еще бы, ведь ему удалось взять меня за грудки! — рванул меня на себя, но не тут-то было…
Увы, но новик, сам того не зная, оказался в анекдотической ситуации — когда якобы охотник «поймал» медведя, но не знает, что с ним дальше делать…
Я шагнул к противнику и, ухватив его за грудки, сделал банальную подсечку левой ногой.
Он видел, что я делаю, и даже попытался сопротивляться, но силы были не равны.
Гдадах!
Пол в зале был деревянный, а мастеровой, как оказалось, совершенно не умеет группироваться при падении.
Хорошо хоть я его немного придержал — иначе новик мог заработать перелом ключицы.
Ну а дальнейшее было делом техники.
Сначала я взял его левую руку на захват и обозначил перелом локтя. Затем зафиксировал кисть. Следом заломил плечо.
И каждый прием сопровождался кряхтением и хэканьем новика.
— Какой упрямый! — восхитился Виш, с интересом наблюдая за покрасневшим форточником, который и не думал сдаваться.
«Или тупой, — мысленно буркнул я, не понимая, почему мастеровой до сих пор не признал своего поражения. — Ладно, сам напросился!»
Я с легкостью пресек попытку новика вырваться из захвата и, слегка напитав кулак Силой, вбил его в пол.
Кранк! Деревянная доска с хрустом треснула, а мой противник от неожиданности вздрогнул.
— Гришка, сдавайся! — первым отреагировал второй мастеровой. — Он явно сильнее!
— Сдавайся, Григорий, — прогудел один из солдат, — он одаренный.
— Мужики дело говорят, — согласился худощавый разбойник. — Он нас всех положить может и не запыхается.
Крестьяне согласно загудели, и ремесленник Григорий неохотно протянул.
— Сдаюсь, Ваше благородие.
— Ещё не благородие, — усмехнулся я, поднимаясь на ноги и протягивая руку новику.
Тот хоть и с неохотой, но мою помощь принял и, поднявшись на ноги, тут же поспешил отойти подальше, потирая ушибленное плечо.
— Ну что, бойцы, ещё вопросы есть? — я внимательно посмотрел каждому из новиков в глаза. — Если да, то давайте решим их все прямо сейчас, чтобы потом время не тратить.
— Никак нет, — усмехнулся тот же самый солдат, который посоветовал мастеровому сдаться. — Господин…
— Макс меня зовут, — я правильно истолковал заминку новика. — Макс Огнев. Купец первого ранга.
— Купец?
Если после победы над мастеровым моя репутация устремилась куда-то в небо, то сейчас, судя по кислым лицам новиков, она резко упала.
— Купец, — с усмешкой подтвердил я. — Ну так что, перейдем к знакомству или…
— Или! — один из разбойников, решившись, шагнул вперед. — До первой крови?
— Или до признания поражения, — кивнул я.
Вышедший в круг мужик был явно не дурак подраться.
Об этом говорило все — его поза, хорошо развитые мышцы, холодный взгляд убийцы.
Я встречал таких на деловых встречах — обычно это были или бывшие военные, или поднявшиеся в девяностые бизнесмены.
И всех этих людей объединяло одно — их интересы и интересы бизнеса были превыше всего.
Этакие волки, не привыкшие никому подчиняться и признающие только силу.
Сам я с такими людьми даже не пытался общаться, но зато внимательно следил, как держит себя с ними Илюха.
В те моменты мой босс из Илюхи превращался в Илью Алексеевича, и в переговорной становилось на одного волка больше.
Тяжело объяснить словами, но в такие моменты воздух аж звенел от напряжения, а ладони начинали потеть от необъяснимого страха.
Наверняка дело было в первобытных инстинктах — организм понимал, что рядом находится хищник, который сожрет тебя и не подавится.
Вот примерно такие же эмоции я и испытал, заглянув в глаза вышедшему в круг новику.
Свое место под солнцем он готов был выгрызать клыками и когтями, и это считывалось, стоило посмотреть ему в глаза.
Меня он опасался — дыра в полу до сих пор служила зримым напоминанием моей силы, но выбранный мной путь бывшего разбойника явно не впечатлил.
И сейчас он готов был рискнуть всем, чтобы стать командиром отделения.
В принципе, будь я на его месте и видя перед собой молодого в общем-то парня, тоже сделал бы ставку на свой жизненный опыт.
Вот только он не знал, что у меня за спиной почти десяток закрытых Проколов, балансирование на грани жизни и смерти, а сам я… Огнев-Пожарский!
— Давай, Степан! — поддержал разбойника его щуплый товарищ, выпуская в меня… облачко тьмы?
А вместе с явно магической атакой на меня кинулся и мой противник.
— Ай, как неспортивно, — усмехнулся Виш, не делая ни малейших попыток мне помочь. — Впрочем, чего еще ожидать от бывших головорезов, приговоренных к казни?
Облачко тьмы, несмотря на мои попытки от него отмахнуться, окружило мою голову, мгновенно снизив видимость.
Я вынужденно отступил назад, разрывая дистанцию, и усилием воли призвал плещущийся в крови Огонь.
Вокруг моей головы вспыхнула тусклая вспышка пламени, испепеляя чужую магию, но Степану хватило вынужденной заминки.
Не знаю, откуда у него появился нож — с собой пронести он его явно не мог — но этим ножом он, сблизившись на расстояние удара, пырнул меня в правый бок.
На место удара мы посмотрели одновременно.
Я — из-за укола тупой боли, он… не знаю, почему.
Скорей всего Степан был удивлен, что вместо того, чтобы пробить одеяние послушника и пропороть мне бок — вряд ли он планировал меня убивать — его нож наткнулся на преграду!
— Не зря эти Храмовые робы так ценятся во внешнем мире, — отвлеченно заметил Виш, вместе со мной разглядывая место удара. — Ах да, ну и не стоит сбрасывать со счетов полученную от стелы
— Ах ты, пёс! — ошеломление, вызванное подлым ударом Степана, прошло, и я схватил его за горло.
Время словно замедлилось, а я, наоборот, ускорился, и виной тому был полыхающий внутри огонь ярости.
Рывок, и вот уже разбойник болтается в воздухе, цепляясь правой рукой за мое предплечье. Левой он, скотина такая, с зажатым в ней ножом, без остановки тыкает мне в грудь.
Захват кисти, хруст, и нож вылетает из ослабевшей ладони на пол.
Я же, дернув Степана к себе, с силой бью лбом ему в нос. И снова вытягиваю руку вверх, заставляя разбойника извиваться в воздухе.
Да, я не хотел калечить своих новиков, но такое прощать нельзя.
Кровь хлещет из разбитого носа разбойника, но я и не думаю останавливаться.
Хэк! Хэк! Хэк!
Моя левая рука, словно молот, врезается ему в живот, раз за разом выбивая из новика воздух.
Тихая волчья злость в глазах Степана сменяется сначала страхом, затем ужасом, но я и не думаю его отпускать.
И только когда на смену ужасу скорой смерти приходит мольба отпустить и готовность повиноваться, я разжимаю пальцы, и разбойник падает на пол.
К нему тут же бросается щуплый товарищ, но, поймав ухом мой подзатыльник, кубарем летит в другую сторону.
— Ещё один такой фокус, — внутри меня кипит гнев, и слова приходится выталкивать из себя. — И я переломаю вам пальцы.
После моих слов в отделении повисает тишина, и я понимаю — на этот раз припугнуть, как того же Ростика, ограничившись одними словами, не выйдет.
Если дружки Степана попробуют нарушить установленные мной правила, а они обязательно попробуют, то придется ломать им пальцы.
Иначе — не поймут и примут мое человеколюбие за слабость.
— Ещё желающие есть? — я буквально рычу, и не пытаясь успокоить полыхающий внутри гнев.
— Никак нет! — солдаты вытягиваются в струнку, а крестьяне с ремесленниками молча качают головами.
Мельком вижу во взгляде Григория понимание, как же ему повезло, что я лишь обозначал захваты.
И лишь один новик — третий разбойник — смотрит на меня исподлобья. Со злобой.
Шаг к нему, короткий тычок в солнышко и мощная оплеуха объясняют новоиспеченному новику всю глубину его заблуждений.
— Ещё раз так на меня посмотришь, — ласково рычу оказавшемуся на полу разбойнику. — Все зубы тебе пересчитаю. Понял?
Разбойник что-то мычит, ну а я что? Мне не жалко помочь бедолаге ускорить его мыслительный процесс.
Пинок в живот, и повторный вопрос.
— Понял?
— Понял… Ваше… благородие, — хрипит бандит, пытаясь удержать в себе завтрак.
Полыхающий в груди огонь стихает, и я медленно возвращаюсь в свое привычное состояние.
— Сильно ты их, — Виш поудобней устраивается на плече. — Не жаль?
«По-другому с такими, как они, никак, — мысленно выдохнул я. — Осуждаешь?»
— Ничуть, — фамильяр и бровью не повел. — Наоборот, горжусь! Нужно четко осознавать, кто какой язык понимает. Ты только что показал, что в вашей, кхм, стае, один вожак, и это ты. Вон, на фон Штерна посмотри!
«А что с ним?» — машинально заинтересовался я, соображая, как быть дальше.
— Он своих разбойников до полусмерти избил. Причем так, чтобы отделение Бура тоже увидело, что происходит с несогласными.
«Жестоко, — поморщился я. — Но… по-другому реально никак».
— Запомни это, — посоветовал Виш. — И помни всегда. Иначе в один прекрасный день, у тебя в боку окажется очередная заточка.
'Жесть, — я покачал головой, обводя взглядом вытянувшихся новиков. — И это люди! Высшая ступень развития природы!
— Тебе напомнить законы природы? — усмехнулся Виш. — Выживает сильнейший. И человек, на секундочку, самый страшный хищник в любых мирах. Даже зорды и песьеголовые никогда не сравнятся с людьми.
«Зорды?»
— Потом расскажу. Ты, давай, командуй своим отделением.
А ведь Виш прав, пауза уже подзатянулась. Даже побитые разбойники уже встали на ноги и делают вид, что их все устраивает.
— Значит так, — я недобро зыркнул в сторону автора теневого облачка и требовательно уставился на солдат. — Имя, род деятельности, сильные и слабые стороны!
— Владимир, сержант егерского отряда, охотник, хромой… был. Сюда нас с Иваном в наказание отправили…
— Иван, лучник егерского отряда, охотник, азартный малясь. Обыграл офицыра, ну и нам с Володей сначала плетей дали, потом в Прокол…
— Илларион, столяр, свое уже отслужил, последние два года мучился с животом. В Прокол сам с Гришкой пошел, за долги.
— Григорий, кожемяка, вместе с Илларионом в княжеской дружине лямку тянул, потом вместе в мануфактуры устроились, а потом столичные шишки свое представительство открыли… Разорились мы в общем. Так здесь и оказались…
— Степан, искатель лучшей доли, бывший сотник королевских пикинеров, мастер ножа. Донесли на наш вольный отряд, так здесь и оказались…
— Назар, искатель лучшей доли, бывший лесоруб, разумею в ловушках, глух на правое ухо, остальное Степан уже молвил…
— Антон, искатель лучшей доли, сбежал из королевской магической школы, умею в иллюзии и теневую магию. К вольному отряду прибился…
— Вася, землепашец, все вроде… Ну в ополчении послужить пришлось. Потом на земле осели. Сюда нас помещик отправил, в качестве ежегодной подати… Как мечников записал…
— Боря, тоже землепашец, с Василием на соседней улице жил. Что до минусов… Ну, за воротник заложить не дурак…
— Леня, мельники мы, после пожара вся семья погибла, а я обгорелый был сильно, а тут вон оно как. А меня крайним оставили и кинули в Прокол. А тут вместо демонов люди…
— Матвей, землепашец, урожай не уродился, пришлось на дорогу выходить… Там нас и скрутили, руку по локоть потерял, а потом на казнь, в Прокол…
Из того, что поведали новики, я сделал несколько выводов.
Первое — во многих мирах к Проколам относились настороженно. Кто-то считал их порталами в преисподнюю. Кто-то — дверью в мир демонов.
И зачастую Проколы использовались как альтернатива смертной казни.
В некоторых мирах Проколы находились под контролем государства, в некоторых — под контролем культов, сект и вполне себе официальных религий.
Этим и объяснялась разница в рассказах новиков. В тех мирах, где Проколы были под культами, их считали чем-то священным и ежегодно приносили жертвы.
Мрак, да и только! Хотя, как еще относиться к одностороннему порталу, оживающему в определенные периоды?
Второе — большинство Проколов использовались в качестве наказания, и, по сути, все форточники были смертниками.
По крайней мере, дома их уже никто не ждал.
Третье — Великое исцеление вылечивало не все.
Свежие, до года, раны исцелялись полностью, а чем дальше — тем хуже. Свыше семи лет Исцеление уже не работало. Этим и объяснялись белые ниточки шрамов на головах у Владимира и Ивана.
Ну и четвертое — большинство новиков имело военную подготовку, даже крестьяне. Наверняка это была не случайная удача, а постоянная практика, что не лучшим образом характеризовало прочие миры.
Впрочем, здесь и сейчас мне было это на руку.
— Хорошо, — стоило последнему новику закончить рассказывать о себе, как я тут же взял ход беседы в свои руки. — А теперь посмотрите на полосу препятствий. Есть мысли, как её проходить?
Форточники дружно повернулись к выстроенным из дерева конструкциям, но высказывать мысли не спешили.
Я же и не думал подсказывать.
Моя задача — выбрать себе помощника. Я, конечно, могу выполнять обязанности и командира отделения, и командира взвода, но это очень непросто.
Следовательно, лучшим вариантом будет назначить командиром кого-нибудь из новиков.
И пока что из всех кандидатов мне больше всех понравился Владимир.
Он был сотником — раз. Совершенно не боялся Степана и его дружков — два. И от него веяло житейской мудростью и рассудительностью — три.
К тому же сюда он попал со своим другом Иваном, а значит у него уже есть готовый помощник.
— Неплохой выбор, — согласился Виш, развалившись у меня на плече. — Что скажешь насчет Степана?
«После того, что сейчас было, точно нет, — мысленно отозвался я. — Мне в отделении бандитские порядки не нужны».
— Я бы к нему присмотрелся, — Виш лениво взмахнул крылом. — Он не из тех, кто довольствуется малым.
«Посмотрим, Виш».
Что-что, а в мгновенное перевоспитание разбойников я не верил.
— Итак, бойцы, ваши предложения!
Новики отвечать не спешили. Не то боялись показаться дураками, не то не знали, что сказать.
— Классическая полоса испытаний, — подал голос Владимир. — Первый отрезок, — он указал на ряд деревянных щитов, выполняющих роль барьеров, — на выносливость. Тут главное не сбить дыхалку.
Я согласно кивнул, мысли бывшего сотника на сто процентов совпадали с моими.
— Второй отрезок — он указал на подвешенное в воздухе бревно, — на координацию. Третий, — кивок на двухметровую деревянную стену, — на сплоченность. Ну а дальше все на силу и выносливость.
— Отлично, Владимир! — новик, сам того не зная, помог мне сделать выбор. — Новик Владимир назначается командиром отделения!
Сам Владимир невозмутимо кивнул, а остальные отреагировали более интересно.
Степан недовольно поморщился, ремесленники, переглянувшись, пододвинулись ближе к солдатам, ну а крестьяне машинально выпрямились.
— Заметил, Макс? — Виш кивнул на ремесленников. — Сначала они прибились к бандитам, но сейчас поменяли свое мнение.
«Заметил, — усмехнулся я. — Если у Степана и были призрачные шансы подмять под себя власть, то сейчас точно ничего не выйдет. Что крестьяне, что ремесленники — Владимир в качестве командира устраивает всех».
— Пообещай им что-нибудь за победу, — посоветовал Виш. — Хотя, чего это я тебя учу? Ты и сам все знаешь.
«Знаю, — согласился я, — но все равно спасибо, что напомнил».
— Владимир! — я посмотрел на подобравшегося новика. — Ставлю задачу. Пройти полосу испытаний лучше остальных отрядов. Сумеете — каждый получит по серебряной монете и доступ к некоторым ингредиентам.
Как только я узнал, что у меня в отделении будет кожемяка, мне сразу же пришла мысль сделать из шкуры Червя что-нибудь полезное.
Заодно и заложу основу собственного, в обход Крысина, рынка.
— Придете последними — все отделение отправится на десятикилометровый марш-бросок.
— Не отправимся, — Владимир окинул теперь уже свое отделение тяжелым взглядом. — В колонну по два стано-овись!
Я с удовольствием посмотрел, как отделение споро строится. Иван, не дожидаясь приказа своего товарища, уже подсказывал новикам — кому добрым словом, кому затрещиной.
Эх, и не зря говорят — человек может бесконечно смотреть на то, как горит огонь, течет вода и работают другие люди!
Я бы последнее немного изменил — и на то, как слаженно работают другие люди!
— Господин… Макс, — Владимир немного замялся, не зная, как ко мне обращаться. — Отделение к прохождению полосы готово!
— Отлично, Владимир, — кивнул я, смотря на две колонны по пять человек и стоящего во главе командира. — А теперь подвинься.
Владимир хоть и подвинулся, уступая мне место, но в его глазах застыл немой вопрос.
— Полоса проходится двойками, — пояснил я. — И мы с тобой пойдем первыми.
Наверное, если бы я проходил эту полосу сразу после появления в этом мире, мне пришлось бы нелегко.
Координация, сила, ловкость, выносливость, дыхалка — многочисленные этапы представляли собой серьезное испытание даже для одаренного.
Но после закрытия Проколов, я действительно стал мощнее, и прохождение полосы не стало для меня проблемой.
В отличие от остальных.
И если Владимир, благодаря моей помощи, прошел полосу довольно быстро, то другим новикам пришлось попотеть.
В итоге, четыре часа пролетели незаметно.
Мы бегали, прыгали, ползали, забирались по канату и уклонялись от мешков с песком и это было… интересно.
Но ещё интересней оказалось наблюдение за новиками.
После того, как командиры отделений прошли полосу — Буру пришлось непросто, но он справился — Камнев собрал нас вокруг себя и начал задавать простые в общем-то вопросы.
Почему этот новик выбрал именно этот путь?
Зачем тот новик взял доску с предыдущего испытания?
Кто в двойке взял на себя лидерство?
И так далее, и тому подобное…
Сначала я думал, что таким образом Дмитрий убивает время, но в какой-то момент осознал, что смотрю на преодолевающих полосу новиков, как на детали одного механизма.
Внезапно оказалось, что действия новиков говорят громче, чем их слова.
Кто-то совершенно не умел работать в паре, кто-то до дрожи боялся двухметровой высоты, кто-то пер напролом, и не думая трезво оценивать ситуацию…
И Камнев, задавая нужные вопросы, подсвечивал нам слабые и сильные стороны новиков.
За какие-то четыре часа я составил представление обо всех без исключения новиках и уже примерно понимал, как каждый из них поведет себя в Проколе.
Но основное внимание я, конечно же, сфокусировал на своем отделении.
Уж не знаю, что стало решающим фактором — обещанные мной награда и наказание или руководство Владимира, но отделение первым выполнило установленный Камневым норматив.
Ребята пришли первыми, на несколько минут обогнав отделение фон Штерна, и это не могло не радовать.
Затем был обед, на котором мои новики получили заслуженную награду в виде серебряной монеты, а следом наступил долгожданный урок истории.
По крайней мере, для меня.
После вынужденного признания себя Пылаевым, в моей голове появились часы с обратным отсчетом, и я цеплялся за любую возможность узнать о внешнем мире побольше.
Было очевидно, что из Храма нужно было валить, но сделать это нужно было с умом.
И урок истории, на мой взгляд, был лучшим источником информации.
— Приветствую вас, господа!
Наставник Войтович смотрел на полную аудиторию с явным удовлетворением.
Казалось, его нисколько не смущает, что вместо восьми новиков ему придется учить тридцать с гаком студентов.
Наоборот, учитель истории так и светился от радости.
— Вы не представляете, как приятно видеть столько новых лиц! — Войтович приветливо улыбнулся и погрозил пальцем отвлекшемуся на что-то Степану.
— Господа, у каждого из вас будет шанс стать влиятельным гражданином Империи, и только от вас зависит, воспользуетесь ли вы этим шансом.
Войтович покосился на задние ряды аудитории, где о чем-то спорили аж три новика, и щелкнул пальцами.
По аудитории пробежал ветерок, а троица болтунов, получив воздушные щелбаны, тут же замолчала.
— Я уже давно перестал питать иллюзии, что новики Храма — это разумные личности, отдающие себе отчет в необходимости моего предмета, — дружелюбно усмехнулся Войтович. — Но спешу вас заверить, господа…
Наставник сделал театральную паузу и, убедившись, что внимание аудитории целиком и полностью приковано к нему, продолжил.
— Вы будете знать историю Российской империи, даже если мне придется её в вас вколачивать.
Сказано это было таким спокойным и уверенным тоном, что лично я сразу же понял — Войтович сдержит свое обещание.
— За сим, господа, переходим к теме нашего сегодняшнего занятия. Сословное деление империи и табель о рангах.
Честно говоря, эта тема мне была не очень интересна, так как у меня уже сложилась общая картина происходящего.
Да, наверняка я не знал уйму нюансов, тот же Кодекс дворянина, в конце концов, но общее понимание социальной организации Империи у меня было.
Что касается сословного деления, то общество делилось на две неравные группы: податные и неподатные.
В неподатные входили дворяне, Храмовые комплексы и армия. В податные — все остальные.
Но не обошлось без сюрпризов. От налогов освобождались только те дворяне, которые получали доходы с поместий, которыми род владел минимум три поколения.
Во всех остальных случаях, дворяне обязаны были платить налог с дохода, превышающего тысячу золотых рублей в год.
То есть, по факту, от налогов была освобождена только старая аристократия, она же самая богатая.
Что касается личного дворянства, то те должны были платить налог на доход, превышающий пятьсот золотых рублей.
Но еще интересней была ситуация с податными.
За крепостных крестьян платил помещик из расчета пять-десять рублей за душу.
Свободные крестьяне отдавали десять процентов от производимого, эдакий оброк, плюс сверху платили десятину золотом — процент со всех источников дохода.
Ремесленники и мещане отдавали в казну только десятину. Но при этом существовал целый налоговый кодекс, в котором было свыше тысячи положений.
Если вкратце, то налог рос в зависимости от типа производимого товара и занимаемой должности — эдакий аналог прогрессивного налога.
Что до купцов, то тут и вовсе было в разы интересней.
Купцы платили не только десятину с дохода, но и ежегодный сбор в пять процентов с объявленного капитала.
В зависимости от капитала, который, слава Богу, можно было объявлять самостоятельно, купец попадал в одну из трех гильдий.
И здесь, в отличие от рангов, счет шёл в обратную сторону, совсем как в Российской империи моего мира.
Для того, чтобы стать купцом третьей гильдии, необходимо иметь капитал всего лишь в тысячу рублей. Второй — в десять тысяч. Первой — в сто тысяч.
Купцы третьей гильдии могли заниматься мелкой розничной торговлей в городах и уездах, производить рукоделия, содержать трактиры, бани и постоялые дворы.
Купцы второй гильдии могли не только вести оптовую торговлю в пределах империи, но и заниматься производством и доставкой товаров.
Ну а купцы первой гильдии имели право на осуществление внешнеэкономической деятельности. То бишь, торговать с другими странами.
Помимо десятины и гильдейского сбора, в империи существовал десятипроцентный транспортный налог и фиксированные взносы для ведения бухгалтерии.
Ах да, ну и подушная подать за работающих на купца крепостных, от пяти до десяти рублей за душу.
В общем, несмотря на то, что я ожидал послушать про взаимоотношения дворянских родов, лекция вышла дюже интересной.
Что до рангов — то здесь я ничего нового не узнал, за исключением того, что государева служба хоть и считалась гражданской, но имела точно такие же привилегии, как и военная.
По сути, единственное различие гражданской и военной службы было в том, что карьерный рост в армии шел быстрее. В силу естественных причин.
Самое забавное было услышать все эти «коллежский асессор», «титулярный советник» и так далее. Один в один — Петровский табель о рангах. Вот только ранги идут с первого, а не с четырнадцатого.
На мой вопрос, откуда взялась такая классификация, Войтович загадочно улыбнулся и сослался на некоего гениального форточника.
Ну а на мои дальнейшие попытки прояснить этот вопрос, наставник лишь многозначительно улыбался и отсылал меня в библиотеку.
Мол, ознакомившись с двадцатитомной Историей Российской Империи и с Бархатной книгой, можно получить ответы на все свои вопросы.
Да и остальные новики, увидев, на моем примере, что за спрос денег не берут, засыпали наставника вопросами.
И это оказалось неожиданно полезно.
Я почему-то считал, что знаю сейчас о рангах все и даже чуть больше остальных, а потому был приятно удивлен новой информацией.
Оказывается, при выборе воинской стези, за каждый третий ранг стела давала одаренному один боевой дар. При этом, одаренные, выбравшие гражданскую стезю, получали дар за каждый четвёртый ранг!
По достижению десятого ранга, одаренный получал уникальный дар, и это являлось своего рода финальной целью для любого форточника.
Десятый ранг давал возможность основать свой род и получить потомственное дворянство.
Для десятирангового одаренного открывались практически все двери, будь то гражданская или военная служба.
Ну и самое главное, с такими ребятами старались не связываться даже самые могущественные аристократические семьи.
По крайней мере, становилось понятным стремление Камнева и стелы восстановить Дмитрию десятый ранг. Вот только в то, что Уваровы отступятся, я особо не верил.
В конце занятия Войтович рассказал новикам о переменах, вызванных решением князя Михайлова отказаться от Испытаний.
И вот здесь мнения форточников разделились.
Половина аудитории утверждала, что князь, отменив Испытания, поступил правильно. Другая половина справедливо считала, что, оставшись без даров стелы, новики потеряли весомое преимущество.
Конец спорам положил намек Войтовича о нерегулярных поощрениях стелы.
В качестве примера наставник привел меня, что было… несколько неожиданно.
— Итак, господа, обратите внимание на новика Огнева! Макс, прошу вас, выйдите ко мне.
— Хорошо, наставник Войтович.
Честно говоря, я не собирался светить полученные от стелы дары, но у преподавателя было на этот счет другое мнение.
— Новик Огнев, в некотором роде, уникум. Сначала за прохождение Испытаний он получил от стелы три дара, один из которых боевой. А спустя пару дней, за закрытие редкого Прокола Макс был награжден ещё одним навыком!
И вновь аудитория поделилась на две примерно равные части.
В глазах одних читался восторг, в глазах других — глухая зависть.
— Правда, стоит отметить, что новик Огнев чуть было не умер во время закрытия Прокола.
А вот эту фразу все без исключения новики пропустили мимо ушей, и зря.
— Чтобы не быть голословным, обратите внимание на данный предмет!
В руках наставника Войтовича сверкнуло лезвие кинжала.
— Новик Огнев, будьте добры, вытяните вперед левую руку.
— Может не надо? — проворчал я, догадываясь, что хочет сделать Войтович.
— Надо, — не согласился наставник и, дождавшись, когда я вытяну руку, с силой кольнул меня в предплечье.
Я почувствовал укол боли, но лезвие не смогло пробить кожу.
— Как вы видите, господа, — Войтович схватил меня за руку и продемонстрировал её зрителям. — Я не смог пробить кожу новика Огнева, поскольку он получил от стелы дар Выносливости. К чему я это показал?
— К тому, что каждый из нас за время пребывания в Храме может получить дар, — громко и отчетливо произнес я. — Закрывать Проколы придется в любом случае, но благодаря этому можно стать сильнее.
— Точнее, новик Огнев! — потребовал преподаватель.
— У некоторых из нас есть шанс получить дар в награду от стелы, — я понял, чего от меня добивается Войтович, и решил разделить свой ответ на две части. — Но помимо этого каждый из нас становится сильнее после каждого закрытого Прокола.
— Абсолютно верно! — подтвердил наставник. — И это, господа, не какое-то там везение, а результат кропотливой работы над собой. — Новик фон Штерн!
— Я! — отозвался Ландер, поднимаясь с места.
— Новик Бур!
— Я! — здоровяк последовал примеру Ландера.
— Новик Ростик!
— Он в лазарете… — подсказал фон Штерн
— Ясно, — кивнул Войтович. — Так вот, господа, все названные мной новики уже поучаствовали в закрытии Прокола и, не получив от стелы никакой награды, тем не менее стали сильнее. Верно?
— Так точно, — подтвердил фон Штерн и недобро улыбнулся. — Мое отделение уже прочувствовало это на себе.
— Силы больше стало, — подтвердил Бур. — И дыхалки.
— У вас нет дара, — слова Войтовича были подобны удару хлыста. — Но у вас есть возможность стать лучше. Чем больше Проколов вы закроете за время пребывания в Храме, тем сильнее вы станете!
Лучшее завершение урока было сложно придумать, и Войтович отпустил проникшихся новиков на боевую практику.
На этот раз вопросов «На кой ляд нам сдалась эта полоса препятствий» больше не возникало.
Каждое отделение работало не на страх, а на совесть, ну а Камнев молча следил за тем, чтобы все до одного новики выкладывались по полной.
Включая фон Штерна, Бура и меня.
Для тех, кто справился с полосой препятствий, уровни сложности повышались, и то, что казалось раньше легкой прогулкой, превращалось в изматывающее испытание.
Камнев, вместо того чтобы обучать нас бою на мечах или рассказывать про слабые и сильные места монстров Проколов, заставлял нас… бегать.
И снова четыре часа пронеслись, словно миг, а я осознал, что день подходит к концу уже в столовой, с жадностью уплетая миску тушеных овощей.
Тело гудело от усталости, и мне жутко хотелось добраться до койки и отрубиться. И это с моей Выносливостью! Чего уж говорить о других новиках?
Наших сил хватило добраться до келий, наскоро принять душ и рухнуть на кровати. Причем, лично я заснул ещё до того, как моя голова коснулась подушки.
В общем, мои планы устроить вечернюю торговую сессию потерпели крах.
Впервые за долго время вместо наполненного золотом бассейна мне снилась чертова полоса препятствий…
Это же время. Храм. Келья настоятеля
— Граф, слово предоставляется вам.
На совещании в кабинете князя Михайлова присутствовали все те же.
Наставник Камнев, назначенный князем ответственным за боевую подготовку.
Наставник Войтович, в качестве одного из основных преподавателей текущего набора.
И граф Назыров — заместитель настоятеля по учебной части.
Не было только наставника Крысина, который находился в опале и чей статус куратора был передан Камневу.
— Пока что тяжело сказать, князь, — зам по учебной части заглянул в свой блокнот и сделал в нем пару пометок. — Но прогноз умеренно позитивный.
— Вот как? — заинтересовался князь. — А если поподробней.
— Если поподробней, то передаю слово наставнику Камневу, — Назыров посмотрел на сидящего напротив Воина, приглашая последнего высказать свое мнение.
— Из тридцати четырех новиков у нас двадцать семь без-дарных, и один лежит в лазарете без ступни, — начал Камнев. — Но при всем при этом новики показали неплохие физические результаты при сдаче нормативов.
— Чем обусловлены данные показатели? — заинтересовался князь.
— Совокупностью трех факторов, — отозвался Воин. — Первое — высокая мотивация рядового состава. Второе — удачный сержантский состав. Третье — из двадцати семи новиков двадцать два имеют за спиной службу в армии.
— Пока что ничего удивительного, — пожал плечами князь. — Что до последнего, то восемьдесят процентов попадающих к нам форточников так или иначе служили.
— Да, но раньше бо́льшая их часть до нас не доходила, — вмешался граф Назыров. — И наша аналитика зависела от отчетов дворянских родов. Сейчас мы можем с уверенностью сказать, что предположения о повышенной милитаризации соседних миров подтвердились.
— Есть ли какой-нибудь практический толк из этого, кха-кха, наблюдения?
— Конечно! — тут же отреагировал граф, — Полученные данные позволят скорректировать курс подготовки! Мы можем убрать базовую воинскую подготовку и сконцентрироваться на прикладных навыках, которые пригодятся во время закрытия Проколов.
— Отлично! — обрадовался Михайлов. — Тогда начинайте ускоренную подготовку. Нам нужны закрытые Проколы! На сегодняшний день в тундре находятся свыше тысячи незакрытых Проколов. Хуже того, сегодня мне поступил рапорт о трансформации редкого Прокола в уникальный!
— Нам нужно больше высокоранговых послушников, — поморщился Камнев. — Но проблема в том, что количество обычных и необычных Проколов, которые доступны для закрытия, падает.
— Что значит доступные? — переспросил князь.
— Все, кроме элиток, — хмуро бросил Камнев. — Согласно уставу Храма, новикам запрещено закрывать элитки без соответствующего сопровождения.
— Они справятся без сопровождения? — уточнил князь.
— В теории да, но…
— Никаких «но», — отмахнулся князь. — Граф, — он посмотрел на своего заместителя по учебной части. — Немедленно убрать этот пункт из устава!
— При всем уважении, князь, я категорически против, — нахмурился Назыров. — Я уже пошел у вас на поводу и согласился на отправку пяти новиков. Мы все в курсе, чем это закончилось.
— Они одаренные, граф! — напомнил Михайлов. — Риск был минимален!
— И тем не менее, у нас один погибший. А точнее два, — парировал Назыров. — Что до новеньких, они и вовсе без-дарны!
— Значит будут закрывать Проколы со своими старшими товарищами! — рассердился князь. — Майор, это возможно?
То, что князь обратился к Камневу не по титулу, а по званию, свидетельствовало о высшей степени его раздражения.
— В теории да, но…
— Решено! — отрезал князь. — Граф?
— Я не согласен, князь.
Михайлов прикрыл глаза и сделал несколько вдохов-выдохов.
Это на Крысина он мог орать без стеснения. Да и Камневу, как младшему по званию, по статусу, да еще и должнику, он мог высказать все, что думает. С графом так говорить было нельзя.
— При каких условиях вы готовы дать свое согласие, граф? — протянул Михайлов, взяв свои эмоции под контроль.
— Ни при каких! — начал было Назыров, но, остановив взгляд на Камневе, замешкался. — Хотя… есть один вариант…
— И какой же? — Михайлов впился в своего упрямого зама требовательным взглядом.
— Я хотел бы проверить теорию сорока Проколов… — Назыров мечтательно посмотрел в свой блокнот. — Из этого выйдет блестящая научная работа! Возможно… Возможно она принесет мне следующий ранг.
В кабинете повисла тишина.
Все без исключения одарённые, присутствующие на совещании, понимали — графу, идущему Путем администрирования, практически нереально взять восьмой ранг.
Но научная работа, в основу которой ляжет социальный эксперимент, исследующий взаимосвязь новиков, Проколов и стелы, может оказаться для графа тем самым пропуском…
Выбирая же между риском для жизни одного новика и возможностью получить восьмой ранг — выбор очевиден.
— Только через мой труп, — глухо произнес Камнев, глядя в никуда.
Не нужно было быть гением, чтобы понять, кого граф хочет привлечь к своей… научной работе.
— Барон, — граф Назыров посмотрел Камневу в глаза. — Огнев уже закрыл восемь проколов, осталось всего тридцать два…
— Только. Через мой. Труп.
— Послушайте, барон, — граф стиснул блокнот побелевшей от напряжения рукой. — Дело не столько в ранге, что, признаюсь, моя сокровенная мечта, дело в науке. Только представьте себе, если теория подтвердится, и Огнев получит от стелы секретный дар?
— Это все байки, — буркнул Камнев.
— Легенды, — поправил Воина Маг. — Которые родились не на пустом месте! Подумайте только — секретный дар!
— Смертельный секретный дар, — поправил Мага Камнев, показывая, что он тоже в курсе легенды о закрытии новиком сорока Проколов.
— Неважно, барон!
— Нет.
— Дима, — к разговору подключился Михайлов. — Ты мне должен.
— Но…
— Барон, — граф Назыров, решившись, отодвинул блокнот в сторону. — Мы все прекрасно понимаем, что стоит Огневу выйти из Храма, как он тут же столкнется с серьезными проблемами. С Макса спросят все долги Пылаевых…
— На нас, — упрямо поправил графа Воин.
Дмитрий прекрасно понимал, что граф с князем зажали его в угол, но сдаваться без боя не собирался.
— На вас, — не стал спорить Назыров. — И я обещаю роду Пылаевых свое покровительство.
— Даже так? — Камнев устремил на Мага задумчивый взгляд.
Покровительство рода Назыровых — это неплохое подспорье как в будущей войне с Уваровыми, так и для дальнейшего развития рода.
— Скажу больше, — кивнул граф. — В ответ на ваше согласие, я помогу новику Огневу развить энергоканалы и помогу пройти ему родство со стихией Огня.
А вот это был удар ниже пояса.
Камнев уже долгое время думал, как он может помочь своему первому номеру в магическом плане, и никак не мог найти выход.
И вот сейчас граф Назыров предлагал ему практически беспроигрышный вариант.
— Поверьте, барон, я сам заинтересован, чтобы Макс Огнев сумел закрыть сорок Проколов, — граф выложил на стол последний козырь. — К тому же, он единственный, который может помочь остальным новикам выжить при закрытии Порталов. Четыре дара — это четыре дара…
— В счёт долга? — решившись, Камнев посмотрел на князя, и тот неохотно кивнул.
— В счёт долга.
— Я согласен, граф. Но при условии, что вы как можно быстрее поможете ему раскрыть магию Огня.
— Договорились!
Назыров с Камневым скрепили договор крепким рукопожатием, и князь Михайлов довольно улыбнулся.
— Вот и отлично, господа! Ну а с вас, граф, я жду корректировки учебного плана.
Князь бросил взгляд на стоящий на столе календарь и кивнул сам себе.
— Новики должны приступить к закрытию Проколов не позже, чем через неделю. В сопровождении своего старшего товарища… Макса Огнева!
— Итак, мамкины инженеры, — наставник Крылов взял с верстака рулон шкуры Червя и продемонстрировал его аудитории. — Сегодня мы из этого замечательного ингредиента сделаем вот такую красоту!
И наставник показал грубые на вид наручи.
— Понимаю, выглядит непрезентабельно, — Крылов поправил сползший с глаза окуляр и взмахнул свободной рукой. — Но эти малышки уберегут ваши предплечья не только от клинков противника, но даже заблокируют одну простенькую магическую атаку!
Вся эта неделя превратилась для меня и для всех новиков в бесконечный день сурка.
Подъем, душ, боевая притирка, завтрак, боевая практика, обед, уроки истории, магии или инженерного дела, ужин и отбой.
Новики настолько уставали, что на выяснение отношений, чем баловались в свое время Бур с Худяшем, не было ни времени, ни сил.
А у меня, ко всему прочему, добавились ночные закрытия Проколов.
Камнев рассказал мне о случившейся в кабинете Михайлова беседе, и я вынужден был признать, что Дмитрий все сделал правильно.
Я не питал иллюзий и прекрасно понимал, что князь в любом случае продавил бы свое решение, а так удалось получить личного наставника по магии.
Но у всего была своя цена, и мне пришлось жертвовать своим сном.
Впрочем, ночные Проколы пошли мне даже на пользу.
Во-первых, бо́льшую часть времени я или медитировал, или спал. Дмитрий, вернувший себе десятый ранг, самостоятельно закрывал Проколы в течение часа-двух.
Во-вторых, пребывание в Проколах укрепляло мое тело и, к вящей радости Виша, закаливало энергоструктуру.
В-третьих, из каждого Прокола мы с Дмитрием выносили всякие разные ингредиенты и золото с серебром.
Так, у меня в Инвентаре лежали, грея душу, десять золотых, ну а в Инвентаре Камнева находилось порядка десяти наименований различных ингредиентов.
По уму, мне нужно было выждать ещё две недели, чтобы увеличить количество и ассортимент торговых позиций, но тянуть дольше было нельзя.
С завтрашнего дня, согласно новому указу князя Михайлова, новики должны были пройти крещение Проколами.
Отношение к данному нововведению было, мягко сказать неоднозначным.
Послушники, живущие в Храме от полугода и более, молча крутили пальцем у виска — с их точки зрения, Михайлов стремительно сходил с ума.
Новики же, которые не были в курсе заведенных в Храме порядков, относились к обязательному участию в закрытии Проколов положительно.
Наш с фон Штерном и Буром пример служил для них зримым доказательством, что Проколы — это сила, слава и хабар.
Наставники же заняли выжидательную позицию.
С одной стороны они не одобряли проводимую князем политику, с другой, горячо поддерживали стремление новиков освоить как можно больше практических навыков, которые понадобятся для выживания.
Кто-то больше, кто-то меньше.
Например, Войтович не просто вбивал в наши голову историю Российской империи, но попутно рассказывал про стелу и Проколы.
Ну а наставник Крылов, который вел у нас инженерную подготовку, и вовсе, в ущерб теоретическим лекциям, помогал с изготовлением личных артефактов.
Причем, идею о личных артефактах подкинул именно я.
С одной стороны, я столкнулся с проблемой реализации ингредиентов — чертов Крысин устроил мне настоящее торговое эмбарго. С другой, Камнев подсказал несколько семейных рецептов.
Да и ребятам, чего уж там, хотелось помочь.
К своему первому закрытию Прокола новики готовились максимально серьезно, и я решил повысить шансы ребят на выживание.
Изобретать велосипед я не стал, и предложил… рассрочку.
Я предоставлял ингредиенты и рецепт, ну а новики обязались выплатить мне пятнадцать серебряных монет после успешного закрытия Прокола.
Именно после успешного.
Таким образом, я как бы давал гарантированный результат. К тому же, как известно, мертвому деньги не нужны.
Ну а поскольку на подготовку у нас была выделена всего лишь неделя, то пришлось привлекать к своему бизнесу четырех помощников.
Кожемяку Григория, сотника Владимира, егеря Ивана и… неожиданно, разбойника Степана.
С Григорием все было понятно — будучи кожемякой или кожевником, он отлично умел управляться со шкурами — свежевать, готовить к выделке и так далее.
Владимира и Ивана я привлек в качестве бывших охотников — мужики умели обращаться со шкурами.
Ну а Степан попал ко мне в, м-м-м, артель, за великолепное владение ножом.
Практика быстро показала, что Григорий банально не успевает одновременно готовить шкуры и выделывать их. Поэтому я тут же рационализировал нашу работу.
Владимир с Иваном скоблили шкуры, осуществляя черновую подготовку, Степан без всяких сантиметров отрезал идеально ровные куски, ну а Григорий занимался непосредственно выделкой.
Тут-то и пригодились те самые необработанные шкуры, которые я все это время хранил в амулетном Инвентаре.
Правда, пришлось раскошелиться на зелья Восстановления, которые помог достать Камнев, но к последнему уроку Инженерного дела, у нас оказалось сорок три заготовки под наручи.
Наручи, по заверениям сначала Камнева, а потом и Крылова, не только отлично защищали предплечья, но и действительно могли выдержать слабенький магический удар.
Ну а пока мои помощники занимались выделкой шкур, я занимался, казалось бы, бесполезным делом — заключал с новиками договоры.
По идее, мне, как Купцу, достаточно было скрепить сделку рукопожатием — стела все равно фиксировала все происходящее в Храме — но у меня был план.
Я не просто заключал договоры, я то невзначай предлагал купить нурсы — жемчужины для чудо-самострелов фон Штерна — то сетовал на нехватку важнейших компонентов, то обещал платить золотом за любую информацию о нурсах.
Я ни на секунду не забывал о выданной стелой миссии по разорению Крысина и начал постепенный прогрев рынка.
Да, новый указ князя об обязательном участии в закрытии Проколов внес серьезные корректировки в мой план, но глобально ничего не поменял.
Просто если раньше я планировал сделать ставку на самострелы фон Штерна и запустить слух о жутко полезном ингредиенте под названием «нурс», то сейчас пришлось начать с наручей.
В моих интересах было сохранить как можно больше новиков.
Во-первых, это какой-никакой социальный капитал. А во-вторых, именно эти люди и станут основой серого рынка.
В общем, в сухом остатке план был использовать последний урок Инженерного дела для создания наручей.
Тут и повышение защиты личного состава — раз. Моя репутация как о командире, который не просто заботится о своих подчиненных, но и в курсе полезных нововведений — два.
Ну а в процессе, я не забывал поднимать ажиотаж вокруг нурсов — никто не знал, что это такое и где их взять, но все уже очень сильно хотели их себе заполучить.
Ведь за какую-то неделю, среди новиков прочно укоренилось следующее мнение: наручи — это защита. Нурсы — это атака.
Все хотели заиметь супер крутой — как у фон Штерна — самострел, и бо́льшая часть новиков делала ставку именно на Проколы.
При чем здесь самострел и нурсы? Да при том, что я усиленно распространял слухи о всемогуществе нурсов, мол с ними самострелы фон Штерна могут прибить даже альфу!
В итоге, форточники спали и видели, как они выносят из Проколов целые сумки нурсов.
Но для этого требовалась сущая малость — выжить.
Вот почему на уроках наставника Крылова стояла гробовая тишина, и новики жадно ловили каждое слово пожилого уже Инженера.
— Благодаря новику Огневу и его помощникам, — Крылов кивнул в нашу сторону, — у нас есть готовый материал. Рецепт же лежит перед каждым из вас. Первые десять человек получат дополнительный материал и рецепт поножей.
Инженер обвел строгим взглядом притихших новиков и сверкнул своим окуляром.
— И чего вы ждете, мамкины инженеры⁈ Время пошло!
В огромной мастерской мгновенно закипела работа, и я, убедившись, что все заняты созданием наручей, направился к Крылову.
— Ты уверен? — сказать, что Виш был в восторге от происходящего — ничего не сказать.
Дракончику отчего-то нравилось, когда целая орава одаренных дружно работала над каким-то проектом.
Единственное, что вызывало его сомнения, был мой экзаменационный продукт, о котором я и хотел поговорить с наставником Крыловым.
«Виш, — мысленно отозвался я, аккуратно обходя увлекшегося работой Бура. — Мы же решили, что лучшим стартом моей будущей империи будет север страны. Как там, Николаевск?»
— Николаевка, — поправил меня фамильяр. — Самый север империи. В тех местах столетия назад отгремела Вторая магическая война, и с тех пор там сильный магический фон. Если повезет, то можно продержаться там до пятого ранга. Свеча не сможет пробиться сквозь осадочный фон Стужи.
«Стужи?»
— Долгая история, — отмахнулся Виш. — Если вкратце, то норвежцы после потери всего своего флота обратились к запретной магии предков и превратили сотни километров земли в ледяную пустыню.
«И мы поедем туда жить? — ужаснулся я. — И вообще, на кой Российской империи нужна эта глушь? Я понимаю, там была бы нефть, а так…».
— Для начала, это лучшее место для одаренного, — заверил меня фамильяр. — Север — одна из немногих локаций в этом мире, где условия приближены к условиям Проколов. Места буквально пропитаны магией. Чем ближе эпицентр, тем сильнее.
«Теперь понятно… Магия — местная нефть».
— А ещё та же треска из Норвежского моря ценится в пять раз дороже, чем из Баренцева. Рыба — это наш путь в Купцы, Макс. И я решительно не понимаю, зачем тебе такое ненужное изобретение!
Под ненужным изобретением Виш имел в виду будущую мотособаку — артефакт, который, по моей задумке, заменит на севере лошадей и упростит логистику между населенными пунктами.
Мой фамильяр всеми лапами был за патентование Огневского ну или Огневого траления.
Я забыл, как в действительности назывался этот метод промышленной ловли рыбы, то ли патологический, то ли логический, и решил присвоить ему свою фамилию*.
Я примерно представлял себе конструкцию самой сети и общий принцип ловли, поскольку один из моих коллег был фанатом промышленной рыбалки и мечтал открыть свой консервный завод.
К слову, консервный завод тоже казался Вишу беспроигрышным вариантом.
Но я в этом вопросе был неумолим — проработав в отделе логистики, я, как никто другой, знал, что подчас доставка товара важнее самого товара.
И если раньше я никак не мог понять, на кой черт Илюха посадил меня — менеджера по продажам — в отдел логистики, то сейчас я был ему безмерно благодарен.
Если товарка — это кровь бизнеса, то логистика — это его артерии.
И я, к счастью, понимал, как обратить логистику себе на пользу.
«Нет, Виш, — я мысленно покачал головой. — Рыбу выловят и без нас. Наверняка норвежские и российские маги с рыбаками уже придумали не один и не два рабочих способа. Наша задача — довезти товар до конечного потребителя. Быстро и качественно».
— Тогда давай лучше займемся консервами? — Виш и не думал сдаваться. — Представь только, рыбу не нужно будет никуда везти! Бац-бац, и скоропортящаяся рыба превращается в продукт длительного хранения.
«Дорого, — я покачал головой. — Не потянем. А мотособака — самое оно. К тому же стела выдала мне в награду средний энергетический кристалл. Считай, самый главный ингредиент у меня есть».
— Ну как знаешь, — сдался Виш. — Но если Крылов тебя пошлет, будем делать Огненное траление!
«Посмотрим», — уклончиво отозвался я, добираясь, наконец, до пожилого Инженера.
— Наставник Крылов! Разрешите обратиться?
— Ты мне эту военщину бросай, давай, Огнев, — проворчал пожилой Инженер. — Почему наручи не делаешь?
— Мне не нужно, да и материала у нас не сказать, что сильно много. Пусть уж лучше ребятам больше достанется.
— Ну и зря, Огнев, — ворчливо заметил Крылов, склоняясь над своим личным верстаком. — Самоуверенность до добра не доводит. Да и Камнев не всегда будет рядом. Ну да ты это и сам понимать должен. А если не понимаешь, значит, дурак.
— Понимаю, наставник, — не стал спорить я.
— Если понимаешь, то на кой ляд тогда пришел? Или хочешь, чтобы я тебя делом занял? Так это я мигом!
— Я насчет экзаменационного проекта посоветоваться хочу, — угроза Инженера найти мне занятие мне не понравилась, и я поспешил перейти к делу. — Как у опытного мастера.
— Вот только не надо мне задницу лизать, Огнев, — поморщился пожилой уже одарённый. — Ты эти фокусы для Крысина оставь. Какой ещё экзамен, Огнев?
— Досрочный, мастер, — я и не подумал смущаться. — Выпускной.
— Даже не думай! — замахал руками старичок. — Наручи — это вещь полезная, не спорю, но никакой творческой реализацией здесь и не пахнет!
— А я и не про наручи посоветоваться пришел, — по крайней мере, Крылов не стал возмущаться насчет досрочного экзамена, и это вселяло надежду. — Есть у меня одна интересная задумка, мастер.
— А ты, Огнев, как я погляжу, совсем насчет закрытия Прокола не волнуешься? — прищурился наставник.
— А чего там волноваться? — удивился я. — Под моим началом будет целое отделение, да ещё и Камнев.
— Камнев? — нахмурился Крылов. — Уверен?
— Это же логично, — я закатил глаза. — В первый раз новиков лучше отправить в сопровождении опытного Воина. Ну а потом уже полегче станет.
— Ну-ну, — покачал головой Крылов. — Так-то оно так, да не так. Все равно, не находишь, что вопросы насчет экзаменационного проекта несколько преждевременны?
— Нормально, — не согласился я. — К тому же, пока ребята заняты делом, у вас есть время. Так чего бы не спросить?
— Ладно, валяй, — сдался Крылов. — Мамкин ты инженер!
— Тройные лыжи, — я достал приготовленные ночью наброски, — короб, в котором находится механизм, седло, руль. Данная придумка будет иметь десять лошадиных сил!
— Как-как? — переспросил Крылов. — Лошадиных сил?
— Ну это я образно, — поморщился я, не горя желанием углубляться в нюансы измерения единиц мощности. — Она сможет тянуть десять телег.
— А что за механизм?
— Гусеничная платформа, приводимая в движение за счет тройных шестеренок. Те в свою очередь будут запитываться от энергетического кристалла. Можно замахнуться и сделать несколько режимов движения и вывести управление на руль.
— Стоп-стоп-стоп, — тормознул меня Инженер. — Схалтурничать решил? На магиию надеешься?
— Так тут соль не в источнике движения, — вывернулся я, — а в гусеничной платформе! К тому же моя мотособака предназначена для использования в заснеженных регионах империи!
— Как ты сказал? Мотособака? — Крылов в задумчивости пожевал губами, разглядывая корявый чертеж. — Что за дурацкое название?
— Её так в моем мире называют, — я пожал плечами. — Как бы замена собачьим упряжкам.
— Хочешь сказать, не сам придумал? — прищурился Инженер.
— Не сам, — признал я. — Так сказать, позаимствовал технологическое решение у своего мира.
— А не боишься, что не засчитаю?
— А что, не засчитаете?
Про наставника Крылова в Храме ходили разные слухи, но все без исключения послушники сходились в одном — старый Инженер был не дурак и прекрасно понимал, что самостоятельно изобрести что-то форточники вряд ли могли.
А вот выдать технологию своего мира за личное изобретение — пожалуйста!
Крылову же было плевать на авторское право и патенты. Главное, что он ценил в форточниках, были честность и приносимые ими технологии.
Собственно, поэтому я и не боялся признаваться в том, что это технология, скажем так, честно позаимствована
— Засчитаю, — усмехнулся Инженер. — За месяц управишься?
— Если с гусеничной платформой поможете, то управлюсь.
А еще Крылов терпеть не мог самоуверенных индюков и обожал сам участвовать в процессе создания чего-то нового.
— Ладно, мамкин ты инженер, — наставник блеснул окуляром и хлопнул меня по плечу. — Помогу тебе, так уж и быть.
— Вот спасибо! — искренне обрадовался я. — А когда можно будет подойти?
— Давай-ка вот, что, — Крылов пожевал губами. — Вернешься с закрытия Прокола, вот тогда и поговорим.
— Хорошо, — я широко улыбнулся. — Спасибо, мастер!
— Андрей Иванович, — улыбнулся Инженер.
— Спасибо, Андрей Иванович, — поклонился я.
— Все, Огнев, — Крылов напоказ нахмурился. — Шуруй отсюда! Вон, фон Штерну помоги руну сопротивления правильно выжечь!
Я же, стерев с лица довольную улыбку, ещё раз поклонился и потопал к верстаку Ландера.
— Ну ладно, — неохотно протянул Виш, развалившись у меня на плече. — Возможно эта твоя мотособака — неплохой вариант.
«Конечно неплохой, — усмехнулся я. — И самое главное, её реально успеть сделать за месяц! Про пользу и вовсе молчу! Представь только, провести торговый караван в самое холодное время…».
— Звучит интересно, — кивнул Виш. — На севере бывает по три месяца снабжение прекращается из-за метелей. Товары в три раза в цене поднимаются.
«Вот это и будет моим выпускным экзаменом, — решил я. — Закуплю рыбу на берегу Норвежского озера и доставлю её в империю».
— А как все устаканится, заглянем в парочку мест, проверим развалины усадьбы Пожарских.
«Звучит, как план!»
— Камнева, как я понимаю, ты заберешь с собой?
«Конечно. Надо только придумать, как расплатиться с Михайловым».
— А портального мастера?
«Иннокентия-то? — уточнил я. — Нет, ему на некоторое время надо будет остаться в Храме. Иначе подозрительно выйдет».
— Согласен, — кивнул Виш. — А с Крысиным что будешь делать?
«Да есть парочка идей, — расплывчато ответил я. — Но для начала проверну аферу с жемчужинами».
— Думаешь, выйдет? Крысин хоть и подлец и предатель, но не дурак.
«Выйдет, — в этом я был уверен на все сто. — К тому же фон Штерн в курсе и, если что, поддержит легенду».
С Ландером я действительно успел перекинуться парой слов.
Он заверил меня в своей поддержке и помощи, ну а я взамен пообещал ему подсобить в изготовлении и, самое главное, в продвижении его самострелов.
— Успеешь? — с сомнением протянул Виш.
«Должен. Главное, чтобы закрытие Проколов не заняло много времени. Хотя, учитывая, что с нами будет Камнев, уложимся за парочку часов!».
— Хорошо бы, — вздохнул фамильяр, — а то мне не понравилась реакция Крылова…
«Не придумывай, Виш, — отмахнулся я, подходя к верстаку фон Штерна. — Все будет хорошо».
К сожалению, в тот момент я ещё не знал, что по решению князя, в том числе благодаря интригам Крысина, мое отделение пойдет на закрытие Прокола уже через пару часов.
Сразу же по окончанию Инженерного дела.
Но что самое неприятное — мы пойдем одни. Без поддержки в лице Камнева.
— В смысле, новики идут одни? — я с удивлением посмотрел на Камнева. — А как же наши с князем договорённости?
— Не знаю, — буркнул Дмитрий. — Князя вызвали в столицу, Возможности уточнить приказ лично нет. Мне велено немедленно провести промежуточный зачет второго и третьего отделений. А ты со своим отделением идешь в портальный зал.
Камнев перехватил нас на выходе из мастерской наставника Крылова и с ходу огорошил пренеприятнейшим известием.
Воина нагрузили — срочно придумали якобы очень важное задание, а мое отделение получило приказ немедленно явиться на закрытие Прокола.
И пока все три отделения стояли по стойке смирно и сгорали от любопытства, мы с Камневым решали, что делать.
— Промежуточный зачет? — я с трудом удержался о того, чтобы хлопнуть себя по лбу. — Это что ещё за ересь?
— Обычная подстава, — Виш не разделял моего удивления. — Наоборот удивительно, что выдалась относительно спокойная неделя.
Нет, я, конечно, помню, что Виш предупреждал о постоянных проблемах, но я и не думал, что их будет настолько много…
— Так, — я взял себя в руки и посмотрел на Камнева. — А что если… мы не успели получить приказ?
— В первую очередь об этом подумал, — вздохнул Воин. — Но приказ закреплен через стелу. Штраф — потеря ранга.
— Ого! — я покачал головой. — А что насчет награды?
— Какой награды? — не понял Камнев.
— Соразмерной штрафу, — пояснил я. — Дай догадаюсь, приказ принес Крысин?
— Михайлов оставил его своим ВрИО…
По тому, как сморщился Камнев, было видно, что он сам в шоке от выкрутасов князя.
— Он, кстати, ждет тебя и твое отделение в портальном зале. Не забудь выбить из него всю положенную новикам снарягу.
— Обязательно, — я оглянулся на свое отделение. — Есть информация насчет Проколов?
— Гарпии, — ещё больше погрустнел Камнев. — Макс, может… стоит покинуть Храм?
— Ты совсем, что ли? — сказать, что я опешил, ничего не сказать. Сначала один предлагает сбежать из Храма, теперь, вот, второй. — Справимся, Дмитрий Иванович.
— Знаешь, Макс, — Камнев покачал головой. — Если раньше я и питал какие-то иллюзии насчет Михайлова, то сейчас все окончательно встало на свои места. Как только выполним условия договора, мы валим отсюда.
— А что, были какие-то другие варианты? — машинально уточнил я, обдумывая предстоящую вылазку.
— Да так, — смутился Камнев. — Просто я думал обосноваться на пару лет в Храме. Подальше от дворянских интриг и поближе к Проколам…
— Волков бояться, в лес не ходить, — пробормотал я. — Что по Проколу?
— Необычный.
— Элитка?
— Нет.
— Сколько гарпий нас ждет?
— От сорока до сотни.
— Отлично, — в голове сам собой сформировался план на прохождение Прокола. — Что с остальными отделениями?
— В приказе написано, отправить второе и третье отделения на закрытие Прокола сразу же после возвращения первого…
— В общем, не парься, все будет нормально, — я, как мог, успокоил Камнева. — Мы зайдем за луками и арбалетами и перестреляем этих гарпий, как куропаток. Ты, главное, помни про наш план.
— Нурсы? — уточнил Воин. — Помню. Но знаешь, Макс, если бы не твоя просьба, я бы ни в жизнь не стал торговать с Крысиным.
— Надо, — я добавил в голос стали. — В первый раз продай штук пять-семь.
— Может, лучше в морду ему дать?
— Это всегда успеется, — одернул я Воина. — С явной неохотой пять нурсов, хорошо?
— Хорошо…
Судя по реакции Камнева, Воин, прежде чем продать нурсы, намеревался хорошенько помотать Крысину нервы.
— Все, Дмитрий, до встречи!
— До встречи, Макс, — прогудел Воин и протянул мне свой клинок и родовые наручи. — Держи, авось пригодится.
— Спасибо, — растроганно произнес я, принимая артефакты.
— Клинок в полную силу раскроется только в твоих руках, — предупредил Воин. — Удачи!
— Это всего лишь необычный Прокол, — напомнил я Воину. — Кстати, можно фон Штерна на пару слов задержать?
— Без проблем, — кивнул Камнев и, повернувшись к застывшим новикам, повысил голос.
— Второе и третье отделения сейчас идут на Боевую подготовку. Новик фон Штерн! Подойти ко мне! Новик Бур, принимай командование над отделениями!
— Второе и третье отделение за мной бегом-м-марш! — гаркнул Бур и, кивнув мне, двинулся вперед, показывая пример остальным новикам.
Если новики и удивились, почему первое отделение осталось стоять на месте, то вида не подали. Камнев в плане дисциплины был строгим наставником.
Фон Штерн дождался, пока двадцать форточников, преследуемые злым Камневым, исчезнут в коридоре, и подошел ко мне.
— Какие-то проблемы, Макс?
— Крысин, сволочь, подгадил, — поморщился я. — В связи с этим у меня будет две просьбы.
— Помогу, чем смогу, — не задумываясь, отозвался Ландер.
— Спасибо, дружище, — кивнул я. — Первое. Самострелы. Мы идем против гарпий, нужно подстраховаться.
— У меня осталось пять штук, — вздохнул фон Штерн. — Забирай три.
— Ещё раз спасибо, друг, — я оценил широкий жест товарища, — но двух хватит за глаза.
Фон Штерн спорить не стал, и два самострела тут же перекочевали мне в Инвентарь.
— Второе. Рано или поздно к тебе подойдет Крысин. Скорей всего это будет после закрытия Прокола. Скорей всего будет щемить тебя насчет сдачи ресурсов.
— Щемить? — не понял фон Штерн.
— Пытаться прогнуть, — объяснил я. — Ты для виду поупирайся, а потом отдай ему весь хабар, который мы вынесем из Прокола.
— Ты с нами пойдешь? — уточнил новик.
— Обязательно, — кивнул я.
— Хорошо, — фон Штерн одним кивком выразил и радость от того, что я иду с ними, и подтвердил выполнение просьбы.
— А когда увидишь вот такие штуки, — я бросил в обмен одну жемчужину, — выкупай за любые деньги.
— Нурсы? — понятливо кивнул Ландер. — То самое, о чем мы с тобой говорили?
— Именно. У меня есть конфиденциальная информация, что благодаря этим малюткам, твои самострелы будут стрелять в разы лучше.
— Выкуплю у Крысина все, что будет, — пообещал фон Штерн. — А тебе с парнями удачи в Проколе.
— Спасибо, — кивнул я. — Вы тоже готовьтесь. Следующим пойдет твое отделение.
— Всегда готовы! — усмехнулся Ландер и бросился догонять своих ребят.
Я же, проводив его взглядом, посмотрел на своих орлов.
— Владимир!
— Я! — отозвался командир отделения.
— Мы идем на закрытие Прокола. Предполагаемый противник — гарпии. Приказываю вооружить личный состав арбалетами и копьями!
— Луки?
— По желанию, — не стал запрещать я. — Кто умеет. Уж что-что, а пострелять нам придется.
— Мы с Иваном возьмем луки, — прикинул Владимир. — Илларион, Григорий, Назар, Василий, Борис и Матвей возьмут арбалеты. Степан с Леонидом вооружатся копьями. Ну а Антон будет морок на вражин наводить.
— Отличный план, — одобрил я. — А теперь за мной навстречу подвигам, шагом-м-марш!
В портальном зале нас ждал довольный Крысин.
Наверняка этот негодяй ждал, что я начну возмущаться или качать права, но я не доставил ему такого удовольствия.
Спокойно убедился, что каждый из новиков получил комплект снаряжения и проконтролировал, чтобы у каждого был запас болтов или стрел.
На подначки скупщика не реагировал, даже когда он завел свою шарманку про род Уваровых. А в ответ на требование сдать все ингредиенты по возвращению, лишь усмехнулся.
Ну и под конец, когда Владимир вооружил и построил отделение, я демонстративно надел на себя наручи Камнева и взмахнул огненным клинком.
То ли у меня у самого получилось поделиться с ним силой, то ли Виш помог, но вспыхнувший огнем клинок произвел на всех неизгладимое впечатление.
И как же, черт возьми, было приятно удаляться в Прокол под зубовный скрежет Крысина!
Стоило нам оказаться в тундре, как все мое напускное веселье враз слетело.
Да, опыт зачистки Прокола без Камнева у меня был, к тому же сейчас в моем отряде было в три раза больше бойцов, но это не повод расслабляться.
— Шапкозакидательское отношение ещё никого не доводило до добра, — подтвердил Виш, наблюдая за тем, как Владимир с Иваном натягивают на луки тетиву. — Как обычно?
«Как обычно, — мысленно подтвердил я. — Ты на разведку, я прикрою ребят магией».
— Странно, наверное, слышать такое от дракона, — Виш иронично улыбнулся, — но… не жалей золота, Макс! Используй минимум две монеты.
«Тебе легко говорить, — поморщился я, дожидаясь, когда Владимир справится с тетивой, — знаешь, как жаба душит?»
— Считай это инвестицией в себя, — отмахнулся фамильяр. — К тому же закрытие этого Прокола окупит все наши вложения. В гнездах гарпий попадается много всего интересного.
«Сложность, как я понимаю, в том, чтобы туда попасть?»
— Абсолютно верно! Но у тебя есть я. Один золотой, и я организую доступ напрямую в твой личный Инвентарь.
«Звучит заманчиво… Но не будем делить шкуру неубитого медведя, Виш».
— Ты хотел сказать, гарпии? — ухмыльнулся дракончик.
Отвечать Вишу я не стал.
Мало того, что это был риторический вопрос, так ещё и Владимир закончил с тетивой и ждал моей отмашки.
Форточники, несмотря на то что это был уже не первый портал в их жизни, заметно робели.
— Заходим и рассредоточиваемся, — приказал я, направляясь в зону отчуждения. — Слушаем команды Владимира. Антон, ты со мной. Будем прикрывать наших.
— Мечом? — не удержался от комментария Степан, который до сих пор не мог принять того факта, что из главы разбойников превратился в рядового.
— Увидишь, — усмехнулся я и, убедившись, что Владимир ведет новиков за мной, шагнул в желтую рябь Прокола.
Виш тут же сорвался с плеча и взмыл в ясное небо.
— Повезло с погодой! — сообщил фамильяр, — но есть нюанс.
«Не томи», — отозвался я, отходя в сторону и машинально расходуя золотой на магический щит.
— Гарпии не дуры, чтобы атаковать при такой видимости. А погода в горах быстро меняется.
И действительно, с горной площадки, на которой мы оказались, открывался великолепный вид на горы. И все бы ничего, но с запада небо потихоньку затягивало тучами.
«И что делать?»
С одной стороны площадки был обрыв, с другой отвесные скалы. По идее, по ним можно было попробовать вскарабкаться наверх, но… это была бы чистой воды авантюра.
— Используй ещё одну монету, — посоветовал Виш. — Гарпии не смогут игнорировать сияние твоего Золотого щита. Даже несмотря на огненную маскировку.
«Дорого…»
— Я вижу как минимум семь тайников, Макс, — успокоил меня фамильяр. — Мы вынесем отсюда минимум тридцать золотых!
Я ничего не имел против обмена один к десяти, поэтому, не раздумывая, «выпил» ещё одну монету.
— Вот, — довольно протянул Виш. — Совсем другое дело. Ты светишься сейчас, как маленькая звездочка. Жди гостей, Макс!
— Внимание! — крикнул я, протягивая один самострел дрожащему от страха Антону. — Гарпии летят!
— Сторона? — деловито уточнил Владимир.
Почему-то никого не смущало, откуда я знаю, кто и когда нападет. Все новики почему-то были уверены в том, что я неимоверно крутой специалист по закрытию Проколов.
— Они будут заходить от солнца, — подсказал Виш. — Первая пятерка уже заходит на пикирование.
— Заходят от солнца, — продублировал я. — Майор дал мне приманку, поэтому атаковать гарпии будут меня.
— Иван, мы с тобой к валуну! — тут же сориентировался сотник. — Остальные вон к тем камням, на солнце не пяльтесь, контролируйте небо над нами с Ваней! Степан, Леонид, прикрывайте Макса! Антон…
— Антон, иди с Владимиром! И будь готов прикрыть наших стрелков туманом, — я пришел на помощь сотнику, который понятия не имел, что делать с магом-недоучкой.
Изначально я хотел держать магика при себе, но, немного подумав, понял, что это будет неудобно — придется не только отбиваться от гарпий, но еще и страховать пацана.
Новики быстро заняли свои позиции, и спустя несколько минут томительного ожидания, над площадкой появились первые гарпии.
Надо заметить, что гарпии оказались чертовски быстры.
И я моргнуть не успел, как едва заметные точки превратились в покрытые перьями тушки полуженщин-полуптиц.
И, судя по ошарашенным взглядам наших арбалетчиков, появление гарпий не заметил не только я один.
Фьють! Фьють!
К счастью, Владимир с Иваном не сплоховали, и первые же стрелы вошли в грудь падающих монстров по самое оперение.
Две из пяти гарпий безвольными тушками врезались в скалу, а остальные три отпрянули от выпущенного мной Огненного шара, чем подписали себе смертный приговор.
Они не только погасили набранную с таким старанием скорость, но и стали прекрасной мишенью для наших арбалетчиков.
Данг! Данг! Фьють! Фьють! Данг!
Новики стреляли, словно заведенные.
Адреналин так и хлестал, арбалетные болты летели во все стороны, Владимир, срывая голос, крыл матом впавших в раж форточников.
К счастью, мы смогли отбить первую пробную волну из пяти гарпий без жертв.
Вторую отбивали уже спокойней, на третьей и четвертой набили руку, и седьмую волну мы расстреляли ещё на подлете.
Мне трижды приходилось прибегать к помощи магии, благо клинок Камнева отлично проводил огненную стихию…
То ли Борис, то ли Матвей чуть было не подстрелил Степана, пытаясь попасть по долетевшей до меня гарпии…
Антон, позабыв про самострел, с перепугу создал теневое копье, которым сбил юркую гарпию. Копьем, правда, назвать небольшой сгусток тьмы, назвать было сложно, но тем не менее!…
Степан с Леонидом поймали на копья почти дюжину гарпий, а я, в горячке боя, трижды получал от кого-то из них по спине. Хорошо хоть не острием…
В общем, можно сказать, что мы отделались малой кровью.
Единственным критическим моментом, на мой взгляд, был эпизод с обезумевшей от боли гарпией и, кажется, Илларионом.
Чертова гарпия, получив болезненную рану в крыло, дернулась в сторону и, влетев в наших стрелков, свалилась в пропасть.
Учитывая, что они находились практически на краю обрыва, нам чертовски повезло, что Илларион, кажется, гарпия задела именно его, устоял на ногах.
Грамотное командование Владимира, правильный выбор оружия и моя золотая аура превратили непростое испытание в легкую прогулку.
Мне даже не пришлось прибегать к помощи самострелов фон Штерна.
По итогу, зачистка Прокола закончилась со следующим счетом:
Сорок семь гарпий против двухсот болтов, почти сотни стрел и одного потерянного арбалета — кто-то из новиков выронил оружие в пропасть.
Свои шесть золотых, потраченных на
Так же, как и царапин наших копейщиков — Степана и Леонида.
И если последних я не брал в расчет из-за несерьезности ран, то мои траты щедро компенсировал Виш, организовав мне натуральный дождь из золотых монет.
Всего, по итогу, в моем НЗ оказалось тридцать пять золотых и почти под полтинник серебра.
И это не считая ожерелья из жемчужин, чем-то похожих на те самые нурсы, о которых я всех расспрашивал.
Ожерелье мы сняли с одной из гарпий, и я тут же выкупил его у новиков за двадцать два серебряных — по две монеты каждому.
Ну а потом был уже привычный портал сначала в тундру, а потом и в Храм.
И как же приятно было смотреть на кислое лицо Крысина, кто бы только знал!
Его требование сдать ингредиенты я проигнорировал — честно говоря, я как-то подзабыл, что перья гарпий очень ценятся во внешнем мире.
А на его официальный запрос показать содержимое Инвентаря, я как бы нехотя продемонстрировал Крысину ожерелье и пяток серебряных монет.
Ожерелье скупщик тут же реквизировал, забрав его, якобы, в уплату потерянного арбалета. Да еще и штраф наложил на все отделение.
Парни, понятное дело, расстроились, ну а я с трудом сдерживал довольную улыбку — глаза Крысина, стоило ему увидеть ожерелье и услышать реплику кого-то из новиков про нурсы, так и вспыхнули алчностью.
В общем, рыбка с неблагозвучной фамилией Крысин медленно, но верно заглатывала крючок все глубже.
Вот только порадоваться я толком не успел.
Разобравшись с хабаром, Крысин отправил первое отделение сдавать промежуточный зачет — то бишь отдыхать — а на смену моим парням пришли ребята фон Штерна.
Увы, но мне покой только снился.
Спустя почти шесть часов, два закрытых Прокола, три сломанные руки, два сломанных арбалета и миллиарды сожжённых нервных клеток, боевое крещение новиков подошло к концу.
На самом деле счет шел на десятки вывихов и ран.
Новики впадали в ступор при виде оживших скелетов и позволяли бить себя ржавыми мечами… Нечаянно ломали выданные копья о валуны… Теряли сознание от страха и получали легкое сотрясение от отрезвляющих оплеух своих командиров.
Я прикрывал форточников как мог, стараясь вмешиваться только в критические моменты.
Не то чтобы я не хотел тратить золото… Да кого я обманываю? Да. Я не хотел тратить золотые монеты направо и налево!
Как ни крути, но текущие Проколы — это детский сад. И умереть в обычном или необычном Проколе, находясь в окружении дюжины здоровенных лбов — это нужно постараться.
В общем, я помогал новикам, как мог, но золото на их защиту тратить не стал.
Возможно, с моей стороны это было несколько эгоистично, особенно учитывая, что весь хабар Виш тащил мне в Инвентарь, но… мне было плевать.
Раз никто не умер, значит моя работа выполнена. Так? Так.
Да и потом, нельзя сказать, что я отсиживался без дела.
Пусть я до сих пор и был с мечом на вы, но значительно выросшая выносливость, вкупе с огненным клинком Камнева, позволяла мне крошить скелетов за счет голой физической силы.
По итогу довольны остались все, кроме Крысина.
Новики получили уникальный опыт и крохи разлитой в Проколе Силы.
Я заработал в общей сложности сорок пять золотых и целый Инвентарь взятых с нежити ингредиентов.
Дмитрий и Иннокентий, увы, я до сих пор не знал отчества Слуги рода Пожарских, убедились, что я сам в состоянии за себя постоять.
Что касается официального скупщика Храма, то он каждый раз во время моего возвращения так смешно бесился, что мне хотелось отправиться закрывать ещё один Прокол.
И ещё, и ещё!
Но больше всего меня порадовал Антон.
В конце этого чертовски долгого дня, когда я сводил все три отделения в Проколы, поужинал и даже принял душ, ко мне подошел наш теневой магик, и у нас состоялся короткий, но очень интересный разговор.
— Макс, тут такое дело, — сбежавший из Академии магик мялся, словно девчонка, — даже не знаю, как тебе сказать…
— Говори как есть, Антон, — посоветовал я. — Без обид, но я жутко хочу спать.
— Как бы так сказать… — начал было магик, но заметив, как я нахмурился, тут же перешел к делу. — Наставник Крысин…
— Продолжай…
— Он расспрашивал меня про нурсы и… и заставил меня рассказать, зачем они тебе нужны.
— Жаль, — мне стоило больших трудов демонстративно поморщиться. — Но спасибо, что рассказал. Ты ни в чем не виноват, Антон. Я не в обиде.
— Но в следующий раз он может снова потребовать… рассказать всякое…
— Ты новик, он наставник, — отрезал я, радуясь про себя, что у меня появился канал для скармливания Крысину дезинформации. — Так и должно быть. Не парься, Антон.
— Правда? Спасибо, Макс…
— Без проблем, Антон. И да, если сможешь раздобыть нурс, то я куплю его у тебя за любые деньги.
Парнишка ненадолго завис, и я думал, что так и уйдет, но магик все не выдержал и поинтересовался:
— Но… зачем они тебе, Макс?
— Это настолько наивно, что мне его даже жаль, — усмехнулся Виш. — Ведь он только что признался в том, что Крысин взял его в оборот. Интересно, что он ему пообещал?
«Наверняка что-то связанное с магией», — предположил я, а вслух сказал совсем другое.
— Это секрет, Антон… Но тебе, так и быть, скажу. Дело в том, что я продаю их в обход Крысина… портальному смотрителю.
— Зачем?
— А черт его знает. Может порталы ими заряжает, может солит… Берёт, и ладно.
— И дорого берет?
— А вот это уже, Антон, секрет фирмы.
— Да, я понимаю…
— Вот и ладушки, Антош. Я спать.
— Да, доброй ночи, Макс…
Пожалуй, впервые за все мое пребывание в Храме, я засыпал с широкой улыбкой от уха до уха.
Крысин не просто попался на мой крючок, он заглотил его по самые гланды!
— Ну что, Макс, все готово?
— По идее, да, — я еще раз мысленно пробежался по плану и чуть ли не в сотый раз принялся проверять работу мотособаки.
С момента боевого крещения новиков прошел месяц, и Проколы перестали быть для нас чем-то страшным.
Да, не обошлось без смертельных случаев, да, Крысин все так же гадил, но жизнь в Храме вошла в колею, что ли?
Когда живешь в постоянной смертельной опасности, начинаешь потихоньку к ней привыкать.
Страх смерти или же неудачи — как оказалось, для некоторых это актуальнее — никуда не девается, но организм, привыкая жить в таком ритме, адаптируется.
И вот, спустя какой-то месяц, ты уже сам ждешь вылазки в Прокол!
Непросто признавать, но за те пять недель, которые мы провели в Храме, из нас сделали самых настоящих адреналиновых наркоманов!
И если я, благодаря Вишу, прекрасно осознавал, что происходит, то остальные новики свято верили, что наконец-то нашли в этом мире свое место.
И мне трудно было их судить — посещение Проколов щекотало нервы — раз, делало нас капельку сильнее — два, и, наконец, служило отличным источником обогащения — три.
Дошло до того, что в какой-то момент по Храму прокатилась волна дуэлей за право закрывать сверхурочные Проколы!
Впервые за последние несколько лет Храм смог выполнить месячный план по закрытию Проколов, а Михайлов был на седьмом небе от счастья.
Князь мыслями уже был в столице и вовсю готовился к триумфальному возвращению ко двору.
Этим он, кстати, окончательно разочаровал Камнева. Воин втайне надеялся, что Михайлов вернется в армию, но князь решил сменить тяготы армейской службы на придворные интриги.
Казалось бы, какое мне дело до триумфального возращения Михайлова ко двору?
Как оказалось, самое прямое.
Поскольку Храм, да и Империя, как я понял, переживали не самые лучшие времена, финансирование было серьезно урезано, и наставников можно было пересчитать по пальцам.
Настоятель Храма, князь Александр Алексеевич Михайлов, будучи Воином-Полководцем седьмого ранга, он пребывал на текущий момент в чине полковника.
Его зам по учебной части, граф Иван Сергеевич Назыров — Маг-Ученый седьмого ранга, статский советник и наставник по магической подготовке.
Барон Дмитрий Иванович Камнев, единственный Воин-Привратник десятого ранга, уволенный из армии в чине майора, выступал одновременно и в качестве наставника по воинской подготовке, и в качестве неофициального куратора новиков.
Андрей Иванович Крылов — Инженер-Изобретатель седьмого ранга, наставник по инженерной подготовке и местный энтузиаст технического развития страны.
Иван Алексеевич Войтович — Маг-Иллюзионист седьмого ранга, наставник по гуманитарным предметам, то бишь по истории и культуре Империи.
Лука Антонович Крысин — Инженер-Подборщик седьмого ранга, официальный куратор новиков и не менее официальный скупщик Храма.
Иннокентий Сергеевич Жарков (я все-таки узнал его отчество) — Маг-Портальщик девятого ранга, портальный смотритель и, как оказалось, неофициальный торговец Храма.
По крайней мере, это были те одаренные, которые взаимодействовали с новиками и которых я знал лично.
Из этих восьми одаренных, нами занимались всего четверо — Назыров, Камнев, Войтович и Крылов. В то время как количество новиков перевалило за сто человек.
Основной пик прибытия форточников пришелся на первые две недели, и это, по словам наставников, было в порядке вещей.
Дважды в год, в конце марта и в конце сентября, форточники шли непрерывным потоком. В прочие месяцы форточники тоже оказывались в этом мире, но их количество резко падало. Один-два в неделю, не больше.
И я, честно сказать, был рад, что основной пик прибытия форточников подошел к концу.
Почему? Да потому что забота о новеньких упала на мои плечи!
Поскольку наставники зашивались и даже не успевали проводить уроки, то «старички» — я, фон Штерн, Бур, Линок, Кирик и Хлостя вынуждены были подключиться к этому процессу.
Как нетрудно догадаться, в качестве сержантского состава.
Был, правда, ещё и Ростик, которому вместо ступни поставили протез, но он был совсем плох.
После смерти Илана, из новика будто бы вынули стержень, и он полностью замкнулся в себе.
Я пытался его пару раз разговорить, но, похоже, именно меня он и винил во всех своих бедах. Фон Штерн и Бур тоже пробовали растормошить Ростика, но он все равно отказывался идти на контакт.
Как ни прискорбно, но Ростик сам сделал свой выбор.
У него был шанс проявить себя в Инженерном деле — собственно, единственный Путь, который ему оставался, но вместо этого, Ростик предпочитал жалеть себя.
И не просто жалеть, но ещё и украдкой делать мне подлянки.
Гвоздь в сапоге, вылитое в постель ведро воды, подброшенная под подушку гнилая рыба…
Каждый раз Ростик бывал сильно бит и на несколько дней отъезжал в больничку. Вот только по возвращению, все начиналось сначала.
Мне и так хватало проблем — управленческих, экономических, магических и военных — а тут еще этот чертов Ростик!
Вот ей Богу, время от времени я всерьез задумывался о том, чтобы его по-тихому придушить.
Руководство сотней форточников, торговая афера по разорению Крысина, закрытие Проколов, подготовка к досрочной сдаче экзаменов, индивидуальные задания с Назыровым…
Все это сжирало время, и мелкие гадости обиженного на жизнь новика были уже за гранью добра и зла.
Да и потом, Степан, который так и не оставил своих амбиций, тоже время от времени подкидывал проблем — то зацепится с кем-то из форточников, то начнет сколачивать свою коалицию…
И если раньше Владимир с Иваном держали его в узде, то после расширения корпуса новиков до сотни человек, следить за Степаном стало несколько проблематично.
Да, можно было сформировать отделение из таких же проблемных типов, как Степа, и поставить его командиром, но это было бы выстрелом себе в ногу.
Кому нужно отделение, командир которого упрямо продвигает разбойничьи порядки?
Вот и приходилось разрываться между новиками, торговыми делами и учёбой.
Про занятия с Назыровым я вовсе молчу.
Он не просто занимался со мной прокачкой энергоканалов и введением в стихию Огня, но и банальным образом меня… исследовал!
Замерял магический потенциал после закрытия Проколов, высчитывал емкость внутреннего источника, вел подробный дневник физических и магических изменений.
В общем, граф Назыров с головой ушел в написание научной работы.
Да, это раздражало, да, приходилось скрывать текущий в моих жилах Истинный огонь — благо, его было немного — но я в любом случае был благодарен графу.
За какой-то месяц я стал вполне себе уверенным пользователем Огненной магии и сформировал понимание моего дальнейшего развития.
Увы, пока я находился на первом ранге, освоение магических и воинских техник последующих рангов было невозможным.
Каким образом я находил время для торговли с новиками — сам не понимаю.
С одной стороны, создание подпольного рынка трофеев было ресурсозатратным делом — Крысин пытался прищучить меня, как мог, да и прибыль выходила смешная.
Но с другой стороны — я получал на выхлопе самое главное:
Крысин, несмотря на всю его ко мне неприязнь, окончательно уверился в редкости и ценности нурсов, и именно сегодня я планировал его разорить.
Вот только для этого нужно было сделать последние штрихи…
Вообще, с торговлей в Храме сложилась любопытная ситуация.
По сути, новики и послушники должны были сдавать хабар Крысину в обмен на серебро или Храмовую репутацию.
На деньги можно было приобрести нестандартное оружие и обмундирование, а репутационные очки, при удаче, поменять у стелы на что-то полезное.
Вот только Крысин давал настолько мизерную цену, что послушники предпочитали вести натуральный обмен между собой.
Кому-то нужны были ингредиенты для зелий, кому-то для артефактов, кому-то для инженерных проектов или укрепления брони.
Четкого курса обмена не было, и новики обменивались интуитивно, на глазок.
Помимо Крысина, существовал ещё один рынок — Иннокентий Сергеевич, портальный смотритель, давал хорошую цену, но всякая мелочь его не интересовала.
Можно сказать, что у Жаркова предпочитали отовариваться уже опытные послушники, которые готовились к жизни «после Храма».
Он неохотно шел на контакт с новиками, делая исключение только если ему предлагали нурсы.
Ну и, конечно же, я.
За это время я хорошо прощупал рынок, и отлично понимал, что нужно новикам, что послушникам и даже наставникам.
Но самое главное — я достоверно воссоздал иллюзию свободной торговли.
Вроде как форточники имели выбор — обменивайся по бартеру, иди к Крысину или портальному смотрителю, ну или к Максу.
Но по факту выбора у форточников не было.
Обмениваться ингредиентами друг с другом было не всегда удобно. Сдавать хабар Крысину — невыгодно, а портальный смотритель и вовсе игнорировал «молодых».
Хочешь-не хочешь, но выход был один.
Неофициальный магазин Макса Огнева!
Как я уже сказал раньше, прибыль с этого, м-м-м, бизнеса была с гулькин нос — моя маржа была практически нулевой и я, по сути, занимался благотворительностью
Но взамен я получал другое: влияние и репутацию.
Каждый новик в Храме знал — у Макса Огнева есть все.
Да, у меня был Дмитрий, которому я мог заказать тот или иной ингредиент, и вместе сходить на закрытие Прокола.
Да, у меня были деньги, чтобы в нужный момент выкупить весь хабар.
Да, у меня была силовая поддержка — как бы Крысин ни плевался желчью, Камнев ясно дал ему понять: тронет меня — потеряет зубы.
Но все равно мне приходилось тяжело, и я с нетерпением ждал того момента, когда весь этот спектакль закончится.
И именно сегодня должна была случиться финальная сцена тщательно срежиссированной торговой аферы — в день моей сдачи досрочного экзамена по Инженерному делу.
— Макс, ты точно все проверил? Крылов второй попытки не даст.
— Не нагнетай, Ландер, — отмахнулся я, усилием воли отрываясь от мотособаки. — Лучше своим самострелом займись.
Сегодня экзамен сдавал не только я, но и фон Штерн, у которого, по сути, экзаменационный продукт был готов уже давным-давно.
Ландер предоставлял вниманию комиссии в лице Крылова свой самострел.
Зачарованная деревянная трубка, зачарованный, по желанию, снаряд и… собственно все.
Бил самострел фон Штерна на десять шагов и был незаменимым спутником любого новика, идущего в Прокол.
Казалось бы, вот она, золотая жила! Открывай производство и неси самострелы в массы, становясь между делом миллионером!
Увы, но у самострелов фон Штерна имелись три минуса, которые ставили крест на их повсеместном использовании.
Они были дорогие в создании — процесс зачарования требовал много энергии.
Они быстро разряжались в лишенном Силы месте.
И они были одноразовыми — эдакое оружие последнего шанса. Идеальное для рискующего жизнью новика и совершенно не нужное среднестатистическому обывателю.
Впрочем, для того, чтобы сдать экзамен, самострелы Ландера подходили идеально.
— А чего ими заниматься? — удивился фон Штерн, с которым мы довольно тесно сдружились за этот месяц. — Сдача досрочного экзамена, можно сказать, у меня в кармане.
— Опять твои оракульские штучки? — усмехнулся я, вставляя в гнездо питания средний энергокристалл.
— Можно сказать и так, — не стал спорить фон Штерн. — Ну что, ты готов? Зову наставника?
— Один момент, — я сделал вид, что проверяю, хорошо ли крутится руль, а мысленно адресовал запрос Вишу.
— Ещё немного, — тут же отозвался фамильяр. — В данный момент Крысин занимает деньги у князя.
«Михайлов в Храме? — удивился я. — Его же уже неделю не было!».
— В Храме, в Храме, — заверил меня Виш. — Он обязан присутствовать на экзамене. Ну или, по крайней мере, принять у наставника ваши с фон Штерном результаты.
«Сколько Крысин уже занял?»
— Много! — Виш довольно хохотнул. — Взял в долг у Назырова, у Войтовича и даже у Крылова! Очень уж Крысин хочет стать монополистом.
— Ну так что, Макс? — напомнил о себе фон Штерн. — Зову Крылова?
— Можно, — разрешил Виш. — Сдача экзамена — идеальное алиби.
— Зови, — кивнул я, занимая место слева от мотособаки.
Сегодня, можно сказать, был момент двойного триумфа — финальный аккорд торговой аферы и приемка мотособаки.
И если ловушку Крысину я готовил при помощи Камнева и Иннокентия Сергеевича, то с мотособакой мне помог наставник Крылов.
Он чуть ли не с нуля разработал концепцию гусеничной платформы и рулевого управления повозкой.
Про вес и размеры и вовсе молчу — то, что я вытащил из своей памяти, не шло ни в какое сравнение с реальным уровнем местного технологического развития.
Положа руку на сердце, истинным автором мотособаки был именно Андрей Иванович Крылов.
И сейчас он невольно помогал мне создать алиби.
— Михайлов дал Крысину денег, — пока я сдавал экзамен, Виш следил за Крысиным и справно доносил до меня актуальную информацию. — Ого, он связывается с Уваровыми!
«Сколько ему зарядил Камнев?».
— Тысячу золотых, — усмехнулся Виш. — И только при условии, что Крысин устроит ему встречу с Уваровыми.
«Молодец, Дмитрий, все как по плану».
— Это да, — хмыкнул Виш. — Ух ты! Уваровы дали ему денег! Танцуй, Макс! Крысин смог добрать недостающие восемь сотен!
Благодаря Вишу, мы знали, что личный капитал официального скупщика Храма составляет двести золотых. Гигантские деньги, если задуматься.
Остальные восемьсот он назанимал, рассчитывая как минимум удвоиться.
Портальный смотритель принимал нурсы по курсу один к двум. Иными словами, Жарков платил по два золотых за каждый нурс.
Два золотых за нурс!!!
Именно столько стал стоить нурс за месяц наших с Вишем ежедневных усилий.
И сейчас, благодаря Антону, который слил Крысину информацию о появлении у Воина огромного количества нурсов, которые тот хочет сбыть портальному смотрителю, Крысин пошел ва-банк.
Он перехватил Камнева на подходе к портальному залу и предложил забрать все нурсы оптом.
Тут стоит прояснить, на что рассчитывал наш жадный не-друг. У Жаркова почти никогда не было с собой больших сумм, и портальный смотритель или давал расписку, или покупал нурсы небольшими партиями.
Крысин же предлагал получить деньги здесь и сейчас.
Дмитрий для приличия поломался и, выбив из Крысина договоренность о встрече с Уваровыми, отдал ровно тысячу нурсов, которые он якобы купил у меня за пять сотен золотых.
Стоит сказать, что без регулярно сливающего информацию Антона, у нас ничего бы не получилось.
Магик исправно доносил Крысину содержание наших бесед, и Крысин был свято уверен, что знает обо мне все и вся.
И сейчас официальный скупщик Храма, заняв тысячу золотых, спешил к Камневу, чтобы совершить обмен.
— Новик Огнев! Ты готов к сдаче досрочного экзамена по Инженерному делу?
— Так точно, наставник Крылов!
Мне было непросто одновременно следить через Виша за Крысиным и демонстрировать возможности мотособаки, но я справился.
Прокатился по площадке, показал, из чего сделан агрегат, продемонстрировал принцип работы и официально подал заявку на патент.
И вместе с тем я с нетерпением следил за Крысиным.
Вот он заключает сделку с Камневым, передавая Воину в обмен на тысячу нурсов тысячу золотых и портальный артефакт Уваровых.
Вот он чуть ли не вприпрыжку бежит к портальному смотрителю.
Вот он с торжествующей улыбкой высыпает все нурсы перед Иннокентием Сергеевичем.
И вот он, тот самый момент, который я так долго ждал — Жарков смотрит на Крысина невыразительным взглядом и молча качает головой.
Как хорошо, что к тому моменту я закончил демонстрировать возможности мотособаки и ждал решения комиссии в лице Крылова.
Ведь благодаря этому я смог в полной мере насладиться изменением выражения лица Крысина.
Самодовольная улыбка сменилась недовольной гримасой, гримаса — нахмуренными бровями, затем на смену злости и непониманию пришел страх — до Крысина дошло, что единственный покупатель нурсов потерял к ним интерес.
Наверное, нехорошо так говорить, но мне было чертвовски приятно.
Человек, который долгое время обкрадывал новиков, прокручивал в Храме мутные схемы, фактически продавал форточников Уваровым, наконец-то понес заслуженное наказание.
И удар пришелся по самому дорогому, что у него было — по его кошельку.
Момент, когда Крысин с искаженным гримасой ярости лицом бросается на невозмутимого Иннокентия Сергеевича, совпал с вердиктом Крылова.
— Новик Огнев!
Портальный смотритель и пальцем не пошевелил, но вокруг него вспыхнул голубоватый щит, об который Крысин разбил себе нос.
— Я, как наставник по Инженерному делу…
Но щит — или силовое поле — не знаю, как правильно это назвать, на этом не успокоился и разошелся по залу, вытолкнув Крысина в коридор.
— Принимаю твой проект и официально подтверждаю сдачу досрочного экзамена!
Сияющее гордостью лицо Крылова и зареванная, трясущаяся от ужаса морда Крысина ярко контрастировали между собой.
— Поздравляю, новик Огнев! — широко улыбнулся Крылов, пожимая мне руку.
— Поздравляю, Макс, — расплылся в зубастой улыбке Виш, кружа над убитым горем Крысиным.
— Поздравляю тебя, Макс Огнев! — раздался у меня в голове голос стелы. — Заканчивай с остальными экзаменами и приходи за заслуженной наградой!
Первой моей реакцией было пуститься в пляс.
Тут тебе и досрочная сдача инженерного экзамена, и долгожданное разорение Крысина, и обещанная стелой награда!
Вот только стоило мне вникнуть в смысл послания, как мой энтузиазм слегка поутих — «Заканчивай с остальными экзаменами» означало «Не приходи, пока не закончишь все свои дела».
С боевым и магическим экзаменами все было в порядке — Камнев и граф Назыров без проблем выставят мне зачет.
Дмитрий ежедневно гоняет меня до седьмого пота, причем его не волнует, что я, по сути, выполняю обязанности командира роты и слегка ограничен во времени.
Воин лично следит за моим физическим развитием, особе внимание уделяя работе с холодным оружием.
Да чего уж там! Я даже мечом научился махать вполне себе сносно, не говоря уже о полосе препятствий.
Про силу и выносливость и вовсе молчу. Благодаря Проколам, я стал минимум в три раза сильнее себя предыдущего.
В общем, со сдачей воинского экзамена проблем точно не будет.
Что до магического, то граф Назыров хоть и видит меня реже, но знает, на что я способен, как бы не лучше Дмитрия.
Из-за того, что я осознанно не поднимаю ранг до второго, вся получаемая мной энергия идет в прокачку энергоструктуры тела.
А эксперименты графа?
При каждой нашей встрече он прогоняет через меня нейтральную энергию, замеряя таким образом что-то понятное только самому себе.
Виш же с удовольствием пользуется халявной силой и планомерно формирует необходимые для дальнейшего развития узлы и меридианы.
В общем, с магическим экзаменом тоже не будет проблем.
А вот что касается основного — то здесь все сложнее.
Я знаю лишь одно — для успешной сдачи досрочного экзамена мне необходимо будет совершить торговую сделку за пределами Храма.
Что до деталей, то граф Назыров обещал довести их до меня после закрытия сорокового Прокола.
Учитывая, что на моем счету было уже тридцать восемь закрытых Проколов, до финального экзамена оставалось день-два…
— Я бы на твоем месте поторопился.
В голосе Виша отчетливо читалось напряжение, и я тут же подобрался.
Лучше всего было бы последовать совету фамильяра и отправиться к графу немедленно, но в данный момент экзамен сдавал фон Штерн, и я не мог взять и уйти.
Это было бы некрасиво, да и Ландер, хоть и демонстрировал непоколебимую уверенность в своем проекте, нуждался в дружеской поддержке.
Да и потом, оставшиеся пять-десять минут погоды не сделают.
— Это как сказать, — не согласился Виш. — Знаешь, чем сейчас занят Крысин?
«Считает убытки?»
— Упрашивает князя взять тебя под арест.
«Да ладно! — удивился я. — И как успехи?»
— Скажем так, — протянул Виш. — Пока что без шансов, но ещё полчаса, и князь будет знать все то, что знает Крысин.
«Даже так? Значит, князь решил выжать из ситуации все, что можно?».
— Михайлов молодец, — Виш с явной неохотой похвалил Михайлова. — Сообразил, в каком положении находится Крысин, и сейчас выкручивает ему руки. Дает туманные обещания покрыть долги. Крысин заливается соловьем. Только что закончил рассказывать, какие вы с Камневым плохие, и сколько ему пришлось занять денег.
«Вот дурак…».
— И не говори, — усмехнулся Виш, — вроде храмовый скупщик, а дурак дураком, сам дает Михайлову козыри… Ого, начал выкладывать инфу про Уваровых. Сколько форточников успели к себе переманить, какие они используют технологии для обучения… Любопытно…
«Нам это пригодится?»
— Думаю, да, — Виш явно прикидывал, как мы в будущем сможем распорядиться полученной информацией. — Ого! А ты знал, что в тундре стоит база Уваровых⁈ Эти хитрецы умудрились выбить государственную квоту по закрытию свободных Проколов!
«Свободные Проколы?»
— Проколы, закрывать которые могут все одарённые Империи. Они могут открыться в любой точке страны, и кланы с квотами имеют право их приоритетного закрытия.
«В чем заключается хитрость Уваровых?»
— Квота выдается на определенное число Проколов. Минимум сотню. Если клан не выполняет квоту, то попадает на серьезные штрафные санкции. Молчу про репутационные издержки…
«Все еще не понял».
— Одно дело закрывать Проколы в провинциях — для этого нужна сеть осведомителей и несколько боевых отрядов, готовых выдвинуться на вызов в любую минуту. Другое — закрывать Проколы в тундре…
«Постой, разве это не территория Храма?».
— Бинго, Макс! Уваровы расположились на границах храмовых территорий и частенько закрывают храмовые Проколы на спорных территориях.
«Получается, официально они ничего не нарушают?».
— Не нарушают. Вот только в тундре, из-за магического фона, закрывать Проколы легче — раз. Для подготовки новиков они используют наработки Храма — два. И с каждым годом государственная квота увеличивается — три.
«Погоди-ка, ты хочешь сказать, что Уваровы медленно копают под Храмовую монополию на форточников?».
— Абсолютно верно, Макс! — Виш, судя по голосу, находился в крайней степени возбуждения. — Ты понимаешь, что это значит?
«Не очень…».
— Михайлов может на этом очень хорошо заработать. И я не про деньги. Или он потребует с Увыровых какие-то преференции, или…
«Или?»
— Или сольет их императорской канцелярии. Если постараться, то деятельность Уваровых можно приравнять к подрыву государственной безопасности.
«Сложно, Виш. Нам-то какое дело до их разборок?».
— Не забывай про ваше с Камневым обещание поддержать князя в войне с Уваровыми.
«Ладно, перефразирую, чего нам следует опасаться? Точнее, к чему готовиться?»
— Пока не знаю, Макс, — рассеянно отозвался фамильяр. — Пока не знаю… Но я бы на твоем месте постарался как можно быстрее убраться из Храма. Сейчас Крысин для князя, кхм, более ценный актив, чем вы с Дмитрием.
«Слушай, Виш, — экзамен фон Штерна плавно подходил к концу, и я решил подстегнуть умственную деятельность дракончика. — Это все очень интересно, но…».
— Макс! — перебил меня Виш. — Крысин поставил князю условие. Твоя голова в обмен на полноценный компромат на род Уваровых. Надо валить. Срочно.
«Погоди, — я усилием воли пресек приступ паники. — Кто в здравом смысле положится на Крысина?»
— Он дает клятву крови, Макс, — Виш сделался максимально серьезен. — Крысин просится под крыло Михайлову. Я бы на месте Михайлова всерьез обдумал возможность кинуть вас с Камневым против Уваровых, а пока они заняты вами, ударить им в спину.
«В чем выгода Михайлову?»
— Уничтожит Уваровых. Получит политические очки. Поставит Крысина наставником Храма. Михайлов получит контроль над уникальным ресурсом империи, а ты останешься здесь навсегда.
То, что под ресурсом Виш имеет в виду форточников, было понятно, и в то же самое время немного обидно.
— Зуб даю, Михайлов будет балансировать между вами двоими до последнего. Ксуров Крысин… Изменение его статуса нам крайне невыгодно, Макс.
«Не убивать же его теперь…», — с раздражением подумал я, начиная осознавать, в какую яму угодил благодаря своей же схеме.
— Я бы на твоем месте хорошенько над этим подумал, — абсолютно серьезно заявил Виш. — Если Михалов сделает Крысина настоятелем Храма…
Продолжать Виш не стал, но все и так было понятно.
Если Крысин станет настоятелем — раньше я считал, что это нечто невероятное — то он сделает все, чтобы расквитаться со мной и Камневым.
Учитывая же, что в данный момент Крысин ВрИО, перспектива назначения его руководителем вполне себе вероятна…
«Гадство…».
— Это ещё что, — вздохнул фамильяр. — Дальше будет хуже. Непростой выбор, коварные враги, смертельные испытания… Ты сам выбрал такой Путь.
«Как будто Воином было бы легче…»
— Конечно, — заверил меня Виш. — Закрывал бы себе Проколы спокойно, и все. До десятого ранга ты бы никому и не сдался. Выбрав же Путь Купца, ты автоматически заявил права на политику.
«Не утрируй, — мысленно поморщился я, наблюдая за тем, как сияющий от счастья фон Штерн пожимает руку Крылова. — Держи в курсе насчет дальнейшего разговора Крысина и Михайлова».
— Что думаешь делать? — обеспокоенно протянул Виш. — Может мне лучше вернуться к тебе?
«Не переживай, — отмахнулся я, — совершать поспешные телодвижения не собираюсь».
— И все же…
'Забегу к Назырову, поторгуюсь с ним насчет досрочного выпуска. Хоть ВрИО в данный момент Крысин, но более, чем уверен, что у Назырова хватит полномочий.
— Без подтверждения Михайлова, это будет спорный момент, — предупредил меня Виш.
«Да и плевать, — поморщился я. — Ты же сам сказал, отсюда пора валить».
— Это да, — вздохнул фамильяр. — Что насчет Крысина?
«Есть одна мысль, — неохотно поделился я. — Кажется, пришел черед поговорить с Ростиком…».
— Любопытно, — тон Виша резко стал деловым. — Но ты же понимаешь, что следы не должны привести к тебе?
«Не учи ученого, — сказать, что на душе было погано — ничего не сказать. — Лучше подскажи, где сейчас Назыров».
— Граф у себя в кабинете. Камнев на боевом слаживании, гоняет взвод Владимира. Там, к слову, вся ваша банда, за исключением тебя и фон Штерна. Ростик в лазарете. Степан в наряде по кухне.
Хоть я и спрашивал Виша только насчет Назырова, фамильяр не стал мелочиться. Учитывая, что Виш никогда ничего не делал просто так, эту инфу следовало расценивать, как подсказку.
«Держи в курсе насчет… Ну ты понял…».
— Удачи, Макс, — пожелал в ответ дракончик.
То, что мне предстояло сейчас сделать, было неправильно, но альтернатива была в разы хуже.
К счастью, долго ждать фон Штерна не пришлось, и я, перекинувшись с другом парой слов и поздравив его с победой, договорился встретиться с ним через полчаса.
— И ещё, Ландер, можешь захватить с собой десять самострелов?
— Я так полагаю, спрашивать, зачем они тебе, бесполезно? — ухмыльнулся фон Штерн, все ещё пребывающий в состоянии эйфории. — Будут тебе самострелы! Через тридцать минут у полосы?
— У полосы.
Дождавшись от Ландера подтверждение, я, прижимая к груди выданное Крыловым свидетельство, бросился к Назырову.
В голове шел обратный отсчет оставшегося у меня времени, а все предстоящие телодвижения напоминали мне сражение в Проколе.
Вот только там все в разы легче.
Там ты зависишь в основном от себя. Здесь же — приходится принимать в расчет других людей.
Ты как минимум можешь не найти нужного тебе человека, а как максимум получить от него категорический отказ.
Впрочем, в глубине души я знал — мне такие ситуации, в которых приходится договариваться и решать проблемы, в кайф.
Мне повезло, и граф оказался у себя.
Войдя после разрешающего «Войдите» в кабинет зама по учебно-воспитательной части, я сразу перешел к делу.
— Иван Сергеевич, у нас проблемы!
— Что случилось? — граф оторвался от своего блокнота, в котором, как я знал, он постоянно делал пометки, касающиеся научной работы, и с тревогой посмотрел на меня.
— Увы, но ваш научный триумф висит на волоске!
Времени у меня было мало, поэтому пришлось действовать топорно, не гнушаясь манипуляционными приемами.
— Это ещё почему? — Назыров нахмурился и отложил блокнот в сторону. — Макс, потрудись объясниться!
— Нет времени объяснять, — я решительно отверг просьбу-приказ графа. — До окончательной проверки вашей гипотезы мне осталось закрыть ровно два Прокола, но ситуация сложилась таким образом, что взамен я вынужден просить вас об услуге.
— Пока что это больше похоже на шантаж, — не согласился Назыров. — Что у тебя стряслось, Макс?
— Мой досрочный выпуск повис на волоске. А вы, Иван Сергеевич, должны понимать, что он для меня важнее вашей научной работы.
— Конкретней, Макс, — поморщился граф. — И брось свои дешевые манипуляции. Не люблю, знаешь ли, когда меня держат за идиота.
— Предлагаю сделку, — я решил действовать в лоб. — Я немедленно закрываю два Прокола, а взамен вы гарантируете мне допуск к стеле и досрочный выпуск из Храма.
— Ну, положим, допуск к стеле у тебя и так будет, — проворчал граф, сверля меня взглядом. — Мне нужно будет убедиться, что ты получил сороковой дар. Что до выпуска, это к князю.
— А если его нет?
— Тогда к временно исполняющему обязанности.
— Крысин найдет сотню причин, чтобы отсрочить мой выпуск…
— Увы, Макс, но…
— Простите, Иван Сергеевич, но или вы, как зам по учебно-воспитательной части, помогаете мне оформить досрочный выпуск, или я не закрою следующий Прокол.
— Ты не посмеешь! — возмутился граф. — У нас договор!
— У вас договор с Камневым, — поправил я Назырова. — Ещё раз простите, Иван Сергеевич, но обстоятельства вынуждают меня действовать подобным образом.
— Ты же понимаешь, что это шантаж, Огнев?
— Это неудобная для вас сделка, — не согласился я. — Зато честная и прозрачная. Меня в свое время поставили перед фактом.
— Ты получил личное наставничество! — возмутился граф. — Да об этом мечтают даже отпрыски дворянских родов!
— Получил, — не стал спорить я. — Но просил ли я об этом? Иван Сергеевич, ещё раз, мне нужные гарантии досрочного выпуска.
— Ты же понимаешь, что это физически невозможно, Огнев?
— Я понимаю, что вы умнейший человек в этой богадельне, и вы наверняка уже подложили соломку. Мало ли кого назначат следующим настоятелям Храма?
Граф дернул щекой, но отвечать ничего не стал. Вместо этого он уставился на меня самым тяжелым взглядом из своего педагогического арсенала.
Эта немая дуэль длилась почти минуту, после чего Назыров устало махнул рукой.
— А, Бездна с тобой!
Ругаясь себе под нос, граф выдвинул верхний ящик своего письменного стола и выложил на стол заверенный храмовый бланк с подписью князя.
— Не спрашивай, откуда это у меня, — предупредил Назыров и ткнул в середину бланка. — Видишь эти три поля?
— Вижу, — подтвердил я. — Инженерное, военное, магическое дело?
— Именно, — кивнул граф. — В твоём случае полей должно быть четыре, но кто знал, что нам понадобится нестандартный бланк…
— У меня есть подтверждение от наставника Крылова, — я выложил на стол бумагу, подтверждающую сдачу инженерного экзамена.
— Пойдет, — кивнул Назыров, взмахивая рукой.
Бумаги засияли, и в следующий миг два бланка объединились в один. Три поля превратились в четыре, одно из которых было уже заполнено.
— Берешь этот бланк, — граф развернул бумагу к себе и что-то размашисто написал на втором поле. — Сдаешь экзамен у Камнева и, после завершения своего основного экзамена, приложишь его к стеле.
— И все?
— И все, — подтвердил граф. — Твое пребывание в Храме официально окончится. Но ты должен понимать, что не подтвердив своего дворянства, ты будешь серьезно ограничен в своих правах.
— Мы с Камневым подали ходатайство почти месяц назад, — нахмурился я.
— Запрос на подтверждение твоего кровного родства с ветвью Пылаевых все еще находится на рассмотрении в императорской канцелярии.
— Ладно, — проворчал я, протягивая руку за бланком, — разберусь.
— Не так быстро, — граф выхватил документ у меня из-под носа и холодно улыбнулся. — У меня тоже есть условия.
— Слушаю вас, Иван Сергеевич.
— Первое, ты раскроешь описание дара, который получишь от стелы. Второе, с тебя, Огнев, одна услуга лично мне. Третье, с тебя тысяча золотых.
— Вот скотина! — вопль Виша заставил меня вздрогнуть. — Негодяй! Мерзавец! Сволочь!
— Сотня, — я решительно покачал головой. — И обойдемся без услуг. С первым пожеланием согласен.
— Девятьсот пятьдесят и услуга, — нахмурился граф.
— Сто пятьдесят и вопрос закрыт.
— Девятьсот и я вынужден настаивать на услуге.
— Двести и обойдемся ни к чему не обязывающей дружеской беседой…
Спор продолжался почти полчаса, и то, я начал закругляться, вспомнив про договоренность с фон Штерном.
В итоге сторговались на семь сотен золотых, взаимовыгодной встрече и демонстрации полученного от стелы дара.
Прощание с графом вышло скомканным, но мне было плевать.
Честно говоря, я был об этом человеке более высокого мнения, но его попытка выжать из меня по максимуму испортила все впечатление.
Да и его осведомленность о прибыли в тысячу золотых — причем Назыров с лёгкостью связал Дмитрия и меня — наводила на подозрения…
В общем, граф Назыров меня разочаровал. И если раньше я планировал отнестись к нему по-человечески, то сейчас поменял свое мнение.
Верну, как говорится, той же монетой.
— И правильно, Макс, — поддержал меня Виш. — С первым покончено. Идем дальше?
«Да, — мысленно кивнул я. — Сначала на полосу, заранее попрощаемся с ребятами, а потом к Ростику. Пришло время возвращать долги».
— Побратимы, ровно через год я буду ждать вас у выхода из Храма. Если к тому моменту вы не передумаете, приму всех без исключения.
Я внимательно посмотрел на замерших передо мной форточников.
Бур, Линок, Владимир, Иван, Илларион, Григорий, Василий, Борис, Леонид — большинство из них выбрали Воинский или Инженерный Путь и уже уверенно командовали своими отделениями.
Владимир, так и вовсе занимал должность командира взвода, ну а по факту выполнял обязанности сотника, совсем, как в его прошлой жизни.
Все эти форточники по достоинству оценили мое к ним отношение — огромные скидки на ингредиенты, забота во время закрытия Проколов, редкие, но стабильные игры на сплочение коллектива…
Мы, не побоюсь этого слова, стали настоящей семьей.
Пусть мы и провели вместе полтора месяца, но за это время мы вместе ели, вместе спали, вместе тренировались и учились. Ну и самое главное — мы вместе сражались.
Во время срочки я нашел в армии своих лучших друзей. В Храме я нашел побратимов.
Достаточно одного боя, чтобы понять — твой человек стоит плечом к плечу или не твой. У нас же таких боев прошли десятки.
И я не просто видел сейчас перед собой побратимов, я смотрел на свою будущую команду.
Владимир, Иван, Бур, Василий — основа моей будущей службы безопасности или родовой дружины.
Илларион, Григорий, Борис и Леонид — мои будущие бизнес-управляющие.
Ну а Линок, неожиданно для меня, заинтересовался торговлей, и в перспективе имел шансы стать моим помощником.
В общем, я видел перед собой не только побратимов, с которыми прошел огонь и воду, но основу своей будущей торговой империи.
Ведь если так вышло, что мне пришлось задержаться в Храме на полтора месяца, почему бы заранее не наметить перспективы развития?
Через год, если у меня все получится, то ко мне примкнут решительные и понюхавшие пороху Инженеры и Воины, с опытом управления и умением адаптироваться к сложным ситуациям.
Ну а если у меня не получится, то мужики с лёгкостью найдут себе место под солнцем.
Причем неважно, останутся в Храме или примкнут к какому-нибудь клану.
— По возможности буду поддерживать связь, — я сглотнул вставший в горле ком. — Вы, главное, не рискуйте понапрасну. Ну да чего уж я, сами все прекрасно понимаете!
— Понимаем, — усмехнулся Владимир, — уж насчет Проколов можешь быть спокоен. Здесь дураков нет, все понимаем, что жизнь одна. Ты сам, Макс, давай поаккуратней там.
Форточники согласно загудели, а я, не сдержавшись, смахнул скупую мужскую — настолько искренне эти здоровенные мужики выражали сейчас свою заботу.
— Через год, — повторил я, протягивая ладонь Владимиру. — Ровно через год.
Еще несколько минут мне жали руку и пытались раздавить в медвежьих объятьях — ей-Богу, если бы не ежедневные усиления тела, парни поломали бы мне все ребра!
Попрощавшись с побратимами — я был более чем уверен, что через год мы вновь удивимся — я направился к фон Штерну.
Фон Штерн, несмотря на то что мы с ним крепко сдружились, держался от остальных форточников слегка отстраненно. Потомственный дворянин, все дела.
Во мне же он видел ровню, такого же аристократа, каким являлся он сам, ну а я и не думал его разубеждать. Ведь какая разница, кем я был в своем мире? Во мне течет кровь Пожарских-Пылаевых, и я ощущаю себя соответственно.
— Вот что Ландер, — я, крепко пожав протянутую ладонь друга, посмотрел ему в глаза. — Более чем уверен, что у тебя уже есть понимание, куда двигаться после выпуска из Храма…
— Возможно, — не стал спорить фон Штерн.
— Но знай, если что, я и мой род придет тебе на помощь.
— И это взаимно, Макс, — серьезно кивнул фон Штерн, кидая мне обмен и предлагая принять десять самострелов. — Ты хоть и выбрал Путь Купца, но ведешь себя как благородный лорд. И что-то мне подсказывает, что наши пути ещё не раз пересекутся.
— До встречи, друг, — я благодарно кивнул и, не выдержав, сграбастал фон Штерна в объятья.
— До встречи, Макс, — Ландер от переизбытка чувств хлопнул меня по спине. — Задушишь!
— Не дождешься, — усмехнулся я, выпуская фон Штерна. — Удачи, друг.
— И тебе, — Ландер скопировал мою усмешку. — И да, не забывай брать уроки фехтования и помни про наш договор!
— Мне все равно не превзойти тебя в работе со шпагой, — я покачал головой. — Что до самострелов, не переживай. Как только я оформлю официальное производство, твои тридцать процентов будут ежемесячно поступать на твой счет. Главное, не забудь его оформить.
— Оформлю, — заверил меня фон Штерн. — Это ты у нас уникум, досрочно сбегаешь из Храма. Всем остальным счет открывается автоматически по прошествию полугода.
— В любом случае, не думаю, что сумею наладить производство раньше, — я хлопнул фон Штерна по плечу. — До встречи, дружище.
— До встречи, Макс.
И фон Штерн, кивнув на прощание, направился в начало полосы — разговоры-разговорами, а тренировки никто не отменял.
Я же, посмотрев ему вслед, пошел к Камневу.
Дмитрий стоял чуть в стороне от полосы препятствий, но это не мешало ему внимательнейшим образом следить за происходящим вокруг.
— Дмитрий Иванович, — на виду у остальных новиков я обращался к Камневу по имени отчеству. — Когда можно будет сдать досрочный экзамен?
— Давай сюда, — Камнев взял протянутый бланк и тут же расписался в соответствующем поле. — Три из четырёх? Неплохо.
— Спасибо, — кивнул я, убирая бланк в Инвентарь. — А теперь по делу.
— Слушаю, — на лице Воина не дрогнул ни один мускул, но я заметил, как он напрягся.
— Крысин слил Уваровых Михайлову. Полностью. Теперь он работает на князя.
— Ожидаемо, — поморщился Воин. — Настоящий мужчина постарался бы вернуть займы или отправился бы в Прокол.
— То — настоящий мужчина, — усмехнулся я. — А это Крысин.
— Что ещё?
— Назыров знает, что Крысин выкупил у тебя нурсы за тысячу золотых. Потребовал их с меня. Я сторговался на семьсот.
— Жаль, — Камнев едва заметно поморщился. — Но это тоже было ожидаемо. У графа, как у зама по учебно-воспитательной части, практически полноценный доступ к следящим кристаллам. Что будем делать с деньгами?
— Сотню оставьте у себя, двести давайте мне.
— Держи, — Камнев предложил мне обмен. — Что делать с остальными ингредиентами?
— Набираем позиции. Емкости Инвентаря хватит?
— С лихвой.
Решение было непростое, но прикинув все за и против, мы с Вишем решили подкопить ингредиенты, чтобы потом часть из них реализовать по выгодному курсу.
Оставшиеся я планировал использовать для производства.
Вот если бы Крысин давал хорошую цену или ингредиенты можно было бы продавать напрямую стеле, не пришлось бы идти на такие ухищрения.
Увы, но торговая ситуация в Храме оставляла желать лучшего.
— Что по Проколам, Макс?
— Идем прямо сейчас. Осталось два Прокола, и я очень надеюсь, что обойдется без сюрпризов.
— Оставлю новиков на Владимира, — кивнул Дмитрий. — Выдвигаемся?
— Выдвигаемся, — подтвердил я. — Встретимся в портальном зале через двадцать минут. Мне нужно кое-куда забежать.
— Через двадцать минут в портальном зале, — кивнул Камнев. — Принято.
Вот чем мне нравился Дмитрий Иванович, так это его прямолинейностью и отсутствием сомнений.
Надо — значит надо. Никаких сомнений и раздумий. Эдакий рыцарь без страха и упрека.
Вот только был и минус — не всеми своими планами стоило делиться с Дмитрием.
Например, как сейчас.
Зачем Камневу знать, что я иду к Ростику в лазарет? Правильно, незачем.
Я не удержался и, покидая тренировочный комплекс, помахал занимающимся новикам рукой.
Этот жест был скорее нужен для меня — как символическая точка моего пребывания в Храме. Все-таки, как-никак, я успел немного прикипеть к этому месту.
И каково же было мое удивление, когда вся сотня форточников, прекратив свои занятия, повернулись ко мне и чуть ли не синхронно отдали честь.
Видимо, мое прощание с сержантским составом не прошло незамеченным, и все тренирующиеся в зале форточники уже знали о моем убытии.
На глазах сами собой навернулись слезы, и губы сами собой прошептали:
— Увидимся ровно через год…
Очень хотелось задержаться и попрощаться с каждым новиком лично, но идущий в моей голове обратный отсчет неумолимо отмерял оставшиеся минуты.
— Поспеши, Макс, — Виш подлил масла в огонь. — Князь вот-вот закончит инструктировать Крысина…
И я поспешил.
Путь до лазарета занял у меня считанные минуты. Лекарь гремел склянками у себя в кабинете, и я незамеченным проскользнул к койке Ростика.
— Отомстить пришел? — процедил новик, бросив на меня затравленный взгляд.
— С чего ты взял? — удивился я.
— Я бы перед убытием так и сделал, — неохотно признался Ростик.
— С чего ты взял, что я убываю?
— Уже неделю слухи по Храму ходят, — Ростик пожал плечами и тут же скривился от боли в ключице. — Давай, делай свое дело.
— Дурак ты, Ростик, — констатировал я, присаживаясь на соседнюю кровать. — Неужели ты вправду думаешь, что если бы я хотел от тебя избавиться, я бы не нашел способа?
— Кто тебя знает, — проворчал новик. — Илана же ты задушил.
— Я бы физически не смог этого сделать, — поморщился я. — Ты же там был и должен помнить, как все было.
— Это был ты, — упрямо процедил Ростик. — Больше некому.
— Думай, как хочешь, — я реально не видел смысла с ним спорить. — Но вот тебе парочка фактов. Первый — до того, как Бур с Худяшом решили поучить меня уму-разуму, мы с фон Штерном договорились разбить вашу пятерку. И ты с Иланом должен был отойти в его зону влияния.
— Причем здесь это? — поморщился Ростик.
— А ты подумай, — посоветовал я. — Если сам не додумаешься, спроси совет у фон Штерна.
— Вот ещё, — скривился новик, но я не обратил на его гримасу ровным счетом никакого внимания.
— Второе, помнишь, после возвращения из Прокола Крысин обвинил меня в убийстве Илана, а потом, стоило мне предложить принести клятву крови, он тут же сдал назад?
— Все было немного не так, — поморщился Ростик. — Но допустим…
— За несколько секунд до публичного обвинения, Крысин подбросил мне в Инвентарь одну штуку…
— Не неси чушь! — тут же взвился Ростик. — В Инвентарь нельзя ничего подкинуть!
— Можно, если ты касался своим амулетом амулета высокорангового одаренного. Не веришь, спроси у любого из наставников.
— Зачем ты мне все это говоришь?
— Третье, — уверенно продолжил я, доставая из Инвентаря кинжал Худяша. — Помнишь, что это такое?
— В первый раз вижу, — Ростик, мазнув взглядом по кинжалу, отвел глаза.
— Ну-ну, — хмыкнул я. — Этим кинжалом Худяш пырнул Бура. Ей-Богу, не знаю, на кой черт ему это понадобилось, но знаю другое — этот кинжал ему всучил Крысин.
— К чему ты клонишь? — Ростику было явно неприятно продолжать разговор, и я порадовался про себя, что занятый своими делами лекарь не слышит нашей беседы.
— А знаешь, как умер Худяш? — я проигнорировал вопрос Ростика. — Его задушил кобольд, которого Худяш пырнул этим кинжалом. Кстати, рана была точь-в-точь, как у Бура.
— Зачем ты мне все это рассказываешь?
— Думаю, ты не просто так побежал к выходу, — невозмутимо продолжил я. — Думаю, Худяш хотел избавиться и от тебя…
— Что за чушь ты несешь!
— Илона убил Крысин, и ты прекрасно это знаешь. Ещё ты знаешь, что Худяш должен был убить тебя и Бура, ведь вы же, чёрт возьми, свидетели! Спорим, твоя амнезия — это не случайность? И что-то мне подсказывает, что тот же Войтович сможет с легкостью убрать эту поставленную ментальную заплатку.
Речь получилась несколько эмоциональной, но меня уже понесло.
— Вот только ты, вместо того чтобы принять эту реальность и жить дальше, выбрал оставаться в своем выдуманном мирке, где все проблемы из-за меня, а не из-за твоих поступков. Ведь вас же с Илоном никто не заставлял идти под Бура и Худяша?
— Не смей называть его имя! — выкрикнул Ростик, но меня уже было не остановить.
— Вы же сами выбрали издеваться над Линоком, Кириком и Хлостей! А они, на секундочку, такие же крестьяне, как вы! И ты, вместо того чтобы стать сильнее и отомстить настоящему виновнику этой трагедии, пакостишь мне исподтишка!
— Я… Я…
— Головка от часов «Заря», — припечатал я. — Ты трус, Ростик. И больше всего ты боишься, что Крысин убьет и тебя.
Последняя фраза была словно озарение. И только произнеся её, я понял — это действительно так. И страх Ростика перед Крысиным настолько велик, что он готов был терпеть от меня побои за свои пакости, но сохранять свой статус кво.
— Он для тебя господин, — я покачал головой, не веря своим словам. — А я для тебя такой же крестьянин, как ты, только посильнее и поудачливей, да?
Ростик ничего не ответил, но я и не ждал ответа. Сейчас все действительно встало на свои места — рабское сознание Ростика сыграло против него самого.
— На, — я кинул зачарованный кинжал Крысина на кровать новику. — Это тебе в память о твоем друге. Клинок, который пробивает робы послушников Храма. И вот ещё, — я достал из Инвентаря оберег Илана. — Эту штуку мне подкинул Крысин.
— Это же… — глаза новика превратились в блюдца, — откуда у тебя это⁈
— Я только что сказал, — я покачал головой и протянул оберег Илона новику. — Собственно, за этим я и заходил. Прощай, Ростик.
— Постой, — новик прижал оберег к груди. — В моем мире потеря оберега значит, что душа не найдет пристанища. И я… И он…
Картинка, которая, как я думал, уже сложилась, внезапно дополнилась новыми деталями.
— Понятно, — вздохнул я. — Крысин не первый год в Храме и уже примерно представляет, из каких миров сюда попадают форточники. Он забрал ваши обереги, так?
Ростик неуверенно кивнул, и я с трудом удержался от того, чтобы хлопнуть себя по лбу.
— А сразу сказать ты не мог? Господи! Скольких проблем удалось бы избежать!
— Ты не понимаешь…
— Все я понимаю, — перебил я новика. — Мне тоже было страшно, но я не стал прятать голову в песок.
— У него мой оберег…
— Удар кинжалом в печень, и ты вернёшь свой оберег, — жестко отчеканил я. — Вернешь в бою. И это будет хорошее посмертие. Впрочем, выбор за тобой.
И я, сказав все, что посчитал нужным, направился к выходу.
Негромкие слова Ростика догнали меня уже у двери.
— Если ты считаешь, что таким образом искупил свою вину, то это не так. И я не успокоюсь, пока…
— Реально дурак, — буркнул я, выходя из лазарета.
Дослушивать Ростика не было ни сил, ни желания. Вот реально, горбатого только могила исправит.
— Думаешь, сработает? — не знаю, каким образом Виш умудрялся следить и за Крысиным, и за мной, но у него выходило на удивление хорошо.
«Посмотрим, — мысленно поморщился я. — Учитывая, сколько раз Ростик получал по ребрам за свои выкрутасы… Он упорный, я бы даже сказал упоротый тип. Получится — хорошо, не получится… значит, не судьба».
— Замечательный план, Макс, — голос Виша так и сочился сарказмом. — Получится — получится, не получится — не получится. Класс!
«Что там с Крысиным и Михайловым?», — поморщился я.
— Идут в тренировочный зал, — немедленно отозвался Виш. — Сейчас будут штрафовать Камнева.
«Надо было забирать все…»
— Надо было, — согласился Виш. — Но кто ж знал?
«К Степану успею забежать?»
— Должен. Но если не хочешь пересечься в портальном зале с Крысиным и князем, тебе следует поспешить.
Пересекаться с Крысиным и князем я желанием не горел, поэтому рванул в столовую, что было сил.
Степана я нашел на кухне, где проштрафившийся новик вместе с ещё двумя форточниками чистил картошку.
— На два слова, — я поманил бывшего разбойника за собой, и тот беспрекословно подчинился.
Встречи с Аллой Ильинишной мне удалось избежать, и это несказанно радовало.
— Степан, как ты видишь свое будущее?
— Туманным, — усмехнулся новик. — Как ты видишь, я не привык подчиняться.
— Вижу, — не стал спорить я. — Что насчет рода?
— Обдумываю этот вариант, — поморщился Степан. — Но не хотелось бы. Уж лучше пойти в вольные охотники — ездить по Империи и закрывать Проколы.
— Скажи мне, Степан, — я посмотрел в глаза новику. — Сколько человек ты убил?
Это был очень важный вопрос, от ответа на который зависело, буду ли я сотрудничать с бывшим разбойником.
Новик сгорбился, скривился, но все же ответил.
— Одного. Когда отбивались от баронских стражников… Бил дубинкой по шлему, а попал в висок…
«Виш?».
— Не врет, — хоть фамильяра и не было рядом, он каким-то образом чувствовал, лжет мой собеседник или нет.
— Через год я вернусь в Храм за своими ребятами.
На слове «свои» на лице Степана промелькнула тень не то недовольства, не то сожаления.
— У меня большие планы, Степан, и, возможно, мне понадобятся такие ребята, как ты.
— Какие такие? — уточнил новик.
— Лихие, — немного помолчав, ответил я. — Вольные. Мобильные. Отряд форточников, который будет исполнять мои поручения.
— И чем работа на тебя будет отличаться от службы роду?
— Наше сотрудничество будет взаимовыгодным, — я пожал плечами. — Доставка товара, если по пути, разведка местности, вычисление и устранение потенциальных… неприятностей и всякое такое. Если вкратце, то мне, Степан, нужен человек, который будет решать проблемы.
— Звучит как-то мутно.
— Я сказал, ты услышал, — мой жизненный опыт подсказывал, что давить на таких, как Степан, бесполезно. — На текущий момент у меня три проблемы. Это ты, Крысин и Ростик.
— Я? — удивился Степан.
Что самое забавное, два остальных имени не вызвали у него удивления.
— Ты, — хладнокровно подтвердил я. — Ты нарушаешь дисциплину, вносишь в ряды новиков разлад, транслируешь идеи вольной жизни, тем самым усложняя жизнь мне и Камневу. Наша задача подготовить форточников к закрытию Проколов, сделать из них отличных бойцов, которые смогут выжить в окружении монстров. А ты нам мешаешь.
— Так уж и мешаю, — нахмурился новик.
— Мешаешь. Из-за того, что ты баламутишь воду, страдает процесс подготовки. И это неприемлемо.
— Ну что я могу? — Степан развел руками. — Я такой, какой я есть. Вольный человек! Хочешь, убивай меня, но я не изменюсь.
— Об этом я и хотел с тобой поговорить, — кивнул я. — Я предлагаю тебе два варианта развития событий. Или ты соглашаешься на мое предложение, перестаешь мешать командирам и берешься за ум, чтобы через год отправиться на вольные хлеба…
— Или? — нахмурился Степан.
— Или мы с тобой прямо сейчас идем на дуэль, и я тебя убиваю. Шпаги, ножи, магия — неважно, что.
Я посмотрел сквозь новика ничего не выражающим взглядом и добавил.
— Итак, Степа, какой вариант ты выбираешь?
— Где тот Макс, которого я знал? — усмехнулся Виш. — Неужто ты наконец-то начал решать проблемы, хе-хе… превентивно?
Пока Степан думал над моим предложением — я дал ему ровно минуту — Виш упражнялся в остроумии. Но, несмотря на шутливый тон, я чувствовал, что фамильяр рад.
И если раньше эта склонность дракончика к радикальному решению возникающих проблем меня удивляла, то сейчас я просто принял это за данность.
Казалось бы, какие эмоции может испытывать человек, глядя на миниатюрного дракончика, который помещается на плече? Умиление и симпатию, конечно же!
Ведь дракончик — это тот же самый котик, только чешуйчатый, да и летать умеет.
Так я изначально Виша и воспринимал.
Но спустя полтора месяца нашего партнерства, я поменял свое мнение.
Виш — не человек, и ему абсолютно плевать на людскую мораль.
Убить Ростика из-за его подлянок — легко. Избавиться от проблемного Степана? Давно пора!
Причем Виш умело мимикрировал, принимая и разделяя мои моральные ценности и координаты. Но его суть нет-нет, да и проявлялась. В основном, когда он шутил.
Говорят, в каждой шутке есть доля шутки. Не знаю, насколько справедливо это утверждение, но к Вишу оно подходило идеально.
Впрочем, надо заметить, что Виш не подталкивал меня к какому-то конкретному выбору, а если и подталкивал, то делал это максимально для меня незаметно.
Я до сих пор помнил его предложение перехватить управление над моим телом и бой с личом, во время которого фамильяр мне помогал, и, честно говоря, опасался, что такое случится вновь.
Но Виш наоборот старался избегать критических ситуаций, и это меня немного успокаивало.
Мой старший товарищ и бывший босс Илюха любил повторять — «Пойми, какую выгоду преследует оппонент, и ты поймешь, что он хочет».
И я вот уже битый месяц пытался понять, в чем выгода Виша.
Впрочем, кое-какие догадки у меня были.
Виш, как я заметил, очень любил золото. Но ещё больше, по моим наблюдениям, он любил его поглощать.
И если я, используя золотую монету для создания щита, получал только защиту, то дракончик как будто впитывал золото в себя.
Совсем как в тот раз, когда я, поглотив при помощи Виша золотой, преобразовал его в энергетический узел!
В общем, Виш был непрост, и в такие моменты, как сейчас, я вновь и вновь возвращался к этим мыслям.
Но самое тревожное было, что я внутренне был согласен со своим фамильяром!
Мне хватило Худяша, Ростика и Крысина — страшно вспомнить, сколько моей крови попили эти ребята! И я всерьез рассматривал текущий вариант устранения Степана.
Из-за его тайного саботажа, затягивался процесс превращения новиков в послушники, а это, на секундочку, было одним из обязательств Камнева.
И чем дольше я буду обходиться во внешнем мире без Камнева, тем опасней это будет. Для меня, конечно же.
Нет, первое время я явно смогу за себя постоять — спасибо Дмитрию и графу Назырову — но после первых покушений, за меня возьмутся всерьез.
Ну а в том, что эти покушения будут, я был уверен на все сто процентов. Тут и намеки Виша на полную опасностей жизнь, и разборки с Уваровыми…
Про императорскую канцелярию и вовсе молчу. Как только Свеча, которая находится сейчас у Бог пойми кого, загорится ярче, меня начнут искать всерьез.
В общем, выбирая между занимающимся саботажем Степаном и своей жизнью, выбор очевиден.
— Итак, Степан, время вышло. Я так полагаю, ты выбираешь ножи?
— С чего ты взял? — в голосе новика явно читалась досада, а значит я оказался прав.
— Так у тебя будут хоть какие-то шансы. Пошли в тренировочный комплекс, Камнев как раз пока там.
— Да с чего ты решил, что я согласился на дуэль? — возмутился бывший разбойник.
— Потому что минута уже прошла, а ты до сих пор тянешь время. В связи с этим…
— Постой, Макс! — новик скривился так, будто съел целый лимон. — Я… согласен.
— С чем? — уточнил я.
— Ровно через год, я готов заключить с тобой договор о взаимовыгодном сотрудничестве.
— Отлично, — бесстрастно кивнул я. — Ты только что сэкономил мне десять минут. Осталось выполнить тестовое задание.
— Какое задание? — нахмурился Степан.
— Помнишь, я говорил тебе, что у меня на текущий момент три проблемы? Так вот, сейчас их количество сократилось до двух.
— Ты что, хочешь, чтобы я…
— Реши эти проблемы, Степан, и я буду воспринимать тебя всерьез. Не как мелкого бандита, возомнившего себя непонятно кем, а как партнера.
— Я не буду никого убивать…
— И в мыслях не было, — я покачал головой. — Подумай, Степан. Подумай и реши эту проблему.
— Но как⁈
— Найди способ. Эти двое должны перестать приносить вред Храму и новикам.
— Но…
— Прощай, Степан, — время уже поджимало, и я уже сказал бывшему разбойнику все, что хотел. — Точнее, до встречи.
Пока я добирался с кухни до портального зала, меня преследовало неприятное ощущение. Я то боялся, что забыл сделать что-то важное, то переживал, что вот-вот столкнусь с Крысиным или князем.
К счастью, стоило мне оказаться в портальном зале, как все страхи тут же улетучились. Да и влетевший следом Виш, моментально спикировавший мне на плечо, придал уверенности в себе.
— Поспеши, Макс, идут сюда, — несмотря на серьезность предупреждения, Виш и не думал волноваться.
А раз так, то у меня есть как минимум несколько минут.
— Иннокентий Сергеевич, — я приветливо кивнул смотрителю. — Новик Огнев, Купец первого ранга, два необычных Прокола.
— В одиночку? — поморщился Слуга рода Пожарских.
— Со мной сила рода, — улыбнулся я.
Со стороны выглядело так, будто я пошутил, но Жарков прекрасно понял мой намек.
Своими словами я давал ему понять, что никто и ничто не забыто.
— Удачи, — вздохнул смотритель и небрежным движением руки открыл портал.
Я благодарно кивнул и, проходя мимо, сунул ему в руку записку, после чего уверенно отправился в серое марево портала.
В записке были не только указания, что делать с нурсами, но и описание моего дальнейшего плана на жизнь.
В своем письме я просил Иннокентия Сергеевича продолжить скупать нурсы, но уже за сущие копейки, и оставаться в должности портального смотрителя ещё минимум год.
Диверсификация — наше все, и прежде, чем приближать к себе Слугу рода, следует для начала укрепить свои позиции.
На первых порах мне с лихвой хватит Камнева, а дальше… Дальше будет видно.
Да и потом, свой человек в Храме никогда не помешает.
С этими мыслями я шагнул в серое марево портала.
Привычно полюбовавшись на зеленеющую тундру, я уверенно направился к ближайшей зоне отчуждения.
Это был мой тридцать девятый Прокол, и я был абсолютно уверен, что с легкостью с ним справлюсь.
Так, собственно, и произошло.
Я оказался в заброшенном селе, по которому бродили скелеты, зомби и парочка костяных гончих.
Огненный клинок Камнева сносил гнилые черепушки с первого удара, а
Да, пришлось потратить золотой, но после зачистки села я стал обладателем семи золотых монет и двух серебряных браслетов.
Единственная заминка произошла с костяными гончими — эти твари не придумали ничего лучше, чем кинуться на меня одновременно, и мне пришлось немного побегать.
Нет, можно было бы принять бой, но я не стал рисковать понапрасну.
Бросился оббегать ближайший домик, и, дождавшись, когда гончие разделятся, чтобы замкнуть меня в клещи, справился сначала с одной, а потом, развернувшись, покромсал на куски и вторую.
Как говорил мой друг детства, с которым мы нет-нет, да и поигрывали в Доту, «Изи катка*».
Виш и вовсе проспал всю зачистку у меня на плече, восстанавливая силы.
Как бы ни был крут мой фамильяр, но надолго отлучаться от меня он не любил.
В сороковой портал я заходил в приподнятом настроении — отличная физическая подготовка, солидный запас золота и проработанный энергокаркас давали все основания полагать, что все пройдет как надо.
Вот только стоило мне оказаться в Проколе, как что-то пошло не по плану.
И первым неладное почуял Виш.
— Что-то здесь не так, Макс, — фамильяр, который во время зачистки предыдущего Прокола вальяжно лежал у меня на плече, подобрался. — Готовь
— Уверен? — уточнил я, поудобней перехватывая меч и оглядываясь в поисках опасности.
Тундра сменилась бескрайним полем, вот только вместо зон отчуждений по окурге были разбросаны руины.
Совсем как в моем первом Проколе…
— Червяки? — протянул я.
— Похоже на то, — скривился Виш. — Я бы на твоем месте нашел руины повыше и покрепче.
— Сколько времени у меня есть? — я, последовав совету фамильяра, направился к ближайшим руинам.
— Минута-две, — проворчал фамильяр. — Эти твари чувствуют вибрацию.
— А тебе не кажется странным, что за полтора месяца и кучу закрытых Проколов, это всего лишь вторая встреча с червяками?
— Поэтому их шкура и ценится так высоко, — пожал крыльями Виш, напряженно прислушиваясь к каждому шороху. — Поспеши, Макс!
— Да иду я, иду!
Хоть до руин было от силы метров пятьдесят, я добирался до них чуть ли не вечность.
Сначала споткнулся об чертову ямку, потом зацепился ногой за непонятно откуда взявшийся корень. Потом и вовсе остался без подошвы сапога.
Шел себе, шел, и бац! Левая подошва осталась на земле…
— Макс, внимание!
До руин оставалось каких-то пять метров, когда песок вокруг меня вспучился, и на меня кинулись сразу шесть червяков.
Я машинально отмахнулся, отбросив одного червяка и располовинив второго, отшатнулся в сторону и чуть было не полетел на землю от сильнейшего удара в поясницу.
Пробежал пару шагов вперед, гася инерцию, принял на клинок третьего червя и… снова споткнулся!
Четвертый, сволочь такая, вцепился в левую ногу, и только
Я кувыркнулся в сторону, придавив высунувшегося из земли червяка, и, вскочив на ноги, описал клинком широкий полукруг.
Сразу два червя, потеряли по полбашки и упали на землю, содрогаясь в беззвучных конвульсиях.
Правда им на смену появилась ещё дюжина тварей!
— Не время экономить! — крикнул Виш. — Используй сразу три монеты!
— Это какая-то чертовщина, Виш! — я, постоянно спотыкаясь и цепляясь за все подряд, попятился к руинам, то и дело отмахиваясь от нападающих на меня червяков. — Это место проклято!
— На неудачу, — подтвердил фамильяр, — я тоже это понял. Осторожней, Макс! Не потеряй клинок!
Виш словно в воду глядел — я отмахнулся свободной рукой от высоко подпрыгнувшего червя и описал ещё один полукруг клинком.
Ударил удачно — за раз рассек штук пять червей, вот только меч выскользнул из вспотевшей ладони и улетел на песок.
Я, наплевав на опасность, бросился было за ним, но меч… ушел под землю. А на его месте появилось сразу четверо червей.
— Виш, ты это видел⁈ — крикнул я, отмахиваясь от атакующих меня червяков.
— Видел, Макс, — проворчал фамильяр. — Плюнь на меч, потом достанем, лезь на руины!
— Это ты накаркал, — мстительно заявил я, пятясь к руинам.
Я ещё дважды падал из-за совершенно идиотских случайностей, потерял второй сапог, который с меня стянул особо наглый червяк, и порвал робу на спине.
— На спине, Виш! Я порвал чёртову храмовую робу! Сам порвал!
— Экономь дыхание, Макс, — посоветовал фамильяр, с тревогой наблюдая за стягивающимися со всей округи червями. — Тебе ещё на эту груду камней забираться.
И он снова сглазил меня!
Раз пять у меня соскальзывала рука, раз шесть подворачивалась нога, а один раз я умудрился влететь лицом в осколок того, что раньше было стеной…
Про сломанные ногти на руках и ушибленные пальцы на ногах я и вовсе молчу.
Да если бы не Золотой щит, я бы трижды убился об эти чертовы руины!
Про то, сколько я потратил золота, и сказать страшно… Я провел в этом чертовом Проколе едва ли десять минут и за это время потратил дюжину золотых!
И с каждой проведенной минутой этот Прокол начинал нравиться мне все меньше и меньше.
Когда я наконец забрался на этот чертов кусок стены и замер, стараясь лишний раз не дышать, к «моим» руинам стеклись, казалось, все до одного червяки этого Прокола.
— Их же здесь под сотню, Виш, — протянул я, наблюдая за тем, как черви кружат вокруг руин.
В песке они чувствовали себя, как рыба в воде, и, судя по всему, каким-то образом подтачивали фундамент моих руин.
По крайней мере, каменная стена, на которую я чудом забрался, медленно, но верно уходила под песок.
— Как тут не верить древним легендам, да, Макс? — проворчал в ответ фамильяр, наблюдая за плещущимся вокруг нас морем червей.
— В топку эти легенды. Есть идеи, что делать дальше?
— Я могу тебе помочь, Макс, — задумчиво произнес Виш. — Десять золотых, и через минуту от червей останется пепел. Но в таком случае, ты не получишь награду от стелы.
— Это лишь теория Назырова, — поморщился я. — Или ты реально веришь, что за прохождение сорокового Прокола положена какая-то награда?
— Раньше нет, — пожал крылышками Виш. — Теперь, да.
— Вот оно как… — на мгновение мне показалось, что я понял что-то важное. — Думаешь, это очередное испытание?
— Уверен. И только от тебя зависит, как именно его проходить.
— Вот тут не понял.
— Любую задачу можно решить минимум двумя способами, — Виш принял загадочный вид. — Настала пора сделать очередной выбор, Макс.
— За такие слова моя учительница по математике с позором выгнала бы тебя из класса, — проворчал я.
— Ты понял, о чем я, — поморщился Виш.
— Да понял, понял…
Понять было несложно. Виш намекал на то, что я могу или сражаться, увеличивая тем самым вероятность происходящих со мной неудачных событий, или могу попробовать… расслабиться.
Почувствовать этот мир, обрести дзен, погрузиться в состояние потока, и все в таком духе.
И если первым моим желанием было послать Виша куда подальше, то чем дольше я обдумывал эту мысль, тем сильнее она мне нравилась.
— Знаешь, а давай попробуем, — проворчал я, щедро поглощая пять золотых и окутывая себя пятикратным
Мои руины к этому времени ушли в песок почти наполовину, и особо резвые червяки уже допрыгивали до моих голых ног.
Допрыгивали и сгорали в обжигающем пламени моего щита.
— А ты горячий парень, Макс, — подколол меня Виш, но я лишь мимолетно улыбнулся.
На меня накатило какое-то странное состояние.
Я будто смотрел на себя со стороны — на объятого огнем парня в порванной робе, плавно погружающегося в песок.
Вокруг бесновались черви, бесстрашно бросаясь прямо в огонь, и их количество стремительно сокращалось.
Со стороны это выглядело страшно — черви, казалось, вот-вот сожрут этого невозмутимого паренька, но время шло, стена, на которой он сидел, уже полностью ушла под песок, а парень и не думал двигаться.
Как будто он понял нечто важное…
Вот уже закончились все до единого черви, а сам парень уже по пояс погрузился в песок, но он и не думал что-то предпринимать.
Так и сидел, медленно, но верно уходя под землю.
Не знаю, сколько это длилось, но в какой-то момент я снова осознал себя и чуть было не выпал из этого забавного состояния.
Над поверхностью осталась лишь моя голова, и, судя по скорости погружения, ещё минута, и меня окончательно засосет в эту песчаную трясину.
Дико хотелось орать, паниковать и трепыхаться, но я сдержался.
Глубоко внутри теплилось понимание — начну суетиться, станет только хуже. Как было до того момента, пока я не замер на обломке каменной стены.
Это было сложно объяснить рационально, но я знал, что в данном случае у задачи действительно два решения.
Сопротивляться изо всех сил, получая в ответ соразмерные удары судьбы, или… расслабиться.
Перестать сопротивляться и бороться, и понизить тем самым отдачу окружающего мира до нуля.
Это было нелогично, это было интуитивно, это было сумасбродно, но я чувствовал, что это сработает.
Хотя накатывающий на меня животный страх оказаться заживо погребенным говорил об обратном.
Ту невыносимо долгую минуту, когда под песком скрылся сначала мой нос, а потом и глаза, я запомню надолго.
Очень помогала молчаливая поддержка Виша. Ведь грози мне смертельная угроза, фамильяр однозначно сказал бы мне бежать.
Было чертовски сложно удерживать в себе то состояние покоя, которое я обрел, и я боялся, что ещё немного, и я психану.
И в тот момент, когда я был готов плюнуть на всю эту философию и что было сил заработать руками и ногами, я… провалился.
— А ты молодец, Макс, — усмехнулся Виш, стоило мне приземлиться… на пол? — Я думал, не выдержишь.
— Где мы, Виш? — я потёр подвернувшуюся ногу и с опаской осмотрелся по сторонам.
Несмотря на кромешную тьму, я видел очертания… квадратной комнаты?
— Древний тайник, темница, винный погреб, — лениво отозвался фамильяр, — какая разница? Главное — не где мы оказались, а что здесь есть.
— Ни черта не вижу, — проворчал я, стоя на месте. — Можешь подсветить?
— Один момент, — я почувствовал, как в плечо вонзаются острые когти фамильяра, а в следующий момент с моим зрением что-то произошло.
Мир подёрнулся серой пеленой, и я увидел, что действительно нахожусь в небольшой — три на три — комнате, где раньше, судя по висящем на стенах огрызкам цепей, действительно была темница.
Но самое интересное находилось не на стенах, а на полу.
На грубо подогнанных друг к другу каменных плитах валялся меч Камнева, а рядом ещё какой-то клинок.
— Бронзовая рапира, — подсказал мне Виш. — Довольно популярное оружие в африканских колониях.
— Африканских колониях? — переспросил я. — Ты про этот мир или в принципе?
— Про этот. Обрати внимание на основание клинка. Видишь клеймо? Это подпись одного известного французского оружейника.
— Но… — я убрал меч Камнева в Инвентарь и с интересом принялся осматривать рапиру. — Как такое возможно?
Проклятье так и продолжало действовать, и я немыслимым образом успел трижды порезаться о лезвие рапиры.
— Назыров считает, что сороковой Прокол — это про редкий дар, связанный со смертью, задумчиво протянул Виш, но главный секрет сорокового Прокола — это нечто другое.
— Виш, — на меня снизошло спонтанное озарение. — А сколько времени эта рапира здесь лежит?
— Вижу, ты тоже понял, — усмехнулся фамильяр. — Пара недель, не дольше.
— И эта рапира попала сюда откуда-то из Африки?
— В точку, Макс.
— Получается… в этот Прокол ведут минимум два входа?
— Получается, что так, — Виш выглядел задумчивым, и я его прекрасно понимал.
Если мы правы, то перед нами открывалась уникальная возможность исчезнуть.
Макс Огнев не вернется с Прокола, а где-то в Африке появится какой-нибудь Максимильян Лё Флам!
Да, Камневу придется нелегко, да и про задания стелы придется забыть, и о ребятах… Но зато там я не буду изгоем и врагом империи номер один!
— Перспективно… — протянул я, прокручивая в голове все плюсы и минусы.
— Перспективно, — согласился Виш. — Я бы даже сказал… идеально.
К какому выбору склоняется Виш, понять было нетрудно, вопрос, к чему склоняюсь я…
Ведь здесь у меня друзья, соратники, родина, в конце концов!
Да, я нахожусь в другом мире, но в душе я — русский, и к Империи, в которую я попал, я отношусь как к своей матери.
— Слишком много «я», не находишь? — проворчал Виш.
Видимо, я опять увлекся и начал думать слишком громко…
— Знаешь, Виш, — я покрутил рапиру у себя в руках и чертыхнулся, снова порезав палец о лезвие клинка.
Убрав рапиру в личный Инвентарь, я покосился на фамильяра.
— Это действительно уникальный шанс, но… не в этот раз.
— Твое право, Макс, — вздохнул фамильяр, — в таком случае… чего ты ждешь?
— В смысле? — нахмурился я.
Но дракончик, вместо того чтобы ответить, кивнул на левую стену.
— И что я должен там увидеть? — не понял я.
— Слева портал в Храм, — терпеливо пояснил фамильяр, — справа — в Африку. Если сфокусируешь взгляд на центре стены, то заметишь едва уловимое мерцание.
— Но… как?
— Не знаю, Макс, — Виш покачал головой. — Возможно, это особенность сороковых Проколов, возможно, в каждом Проколе есть такое место. Эдакое… сердце Прокола.
— Есть над чем подумать, — кивнул я. — Если я покину Прокол, он закроется?
— Ты же его зачистил, — развел крыльями Виш. — Значит, закроется.
— В таком случае, не будем терять времени.
И я, стараясь делать небольшие аккуратные шажочки, двинулся к стене.
Увы, но несмотря на всю мою осторожность, я дважды подвернул ногу, чуть было не пробил стопу о неизвестно как появившийся здесь ржавый гвоздь, и, поскользнувшись, влетел в стену головой.
К счастью, за мгновение до того, как пробить себе голову, я оказался в портале.
— Кто бы мне сказал, что я буду так рад увидеть тундру, в жизнь бы не поверил, — проворчал я, аккуратно шагая вперед.
Путь из зоны отчуждения до ведущего в Храм портала занял пятнадцать шагов, во время которых я ни разу не поскользнулся и не упал.
Ну а благодаря зелью Исцеления, которое я не рисковал пить в Проколе, порезы на руках тут же затянулись, а потянутые лодыжки перестали ныть.
К моему неимоверному облегчению, проклятье Неудачи исчезло вместе с Проколом, и я смело шагнул в серую рябь портала.
На головокружение и холод в кишках я уже давно должен был перестать обращать внимание, но все же каждый раз, когда я проходил через портал, мне было немного не по себе.
— Тебя ждали, послушник Огнев, — не успел я появиться в портальном зале, как ко мне обратился смотритель. — Мне велено передать тебе приказ немедленно явиться в приемную князя.
Он задержал взгляд на отсутствующей обуви и порванной робе, но ничего не сказал.
— Понял вас, уважаемый смотритель… — я посмотрел на толстячка, адресуя ему немой вопрос, с каких таких пор я стал послушником?
Иннокентий Сергеевич коротко покачал головой и молча кивнул мне на выход.
— Зуб даю, Михайлов распорядился поставить где-то здесь следящий артефакт, — Виш, не мигая, уставился на противоположную стену. — Боятся пропустить твое появление, Макс!
— Спасибо за информацию, уважаемый смотритель! — благодаря подсказке Виша, все вновь встало на свои места, и я поспешил на выход. — Немедленно направляюсь к князю!
Я был на закрытии Проколов порядка трех часов, и, естественно, князь посчитал ниже своего достоинства все это время ждать меня здесь.
Как, впрочем, и Крысин.
Выскочив в коридор, я что было сил припустил к храмовой стеле.
Наверняка информация о моем появлении уже достигла Михайлова, и у меня есть лишь несколько минут до того момента, как он меня перехватит.
В то, что Михайлов повелся на мою показуху, я не верил.
Или я доберусь до стелы, или местное руководство сделает все, чтобы я остался в Храме еще на год.
Я так спешил, что когда передо мной появилась закутанная в плащ фигура, банально не успел отреагировать.
Снес бедолагу, несмотря на разницу в весе, и, крикнув: «Прости, друг», помчался дальше.
И только когда повернул в финальный коридор, ведущий к стеле, до меня дошло, что это был Крысин.
«Виш, ты же знал!»
— Знал, — фамильяр расплылся в фирменной зубастой улыбке. — Крысин третий час караулит тебя на подходах к стеле. Но мне было жутко интересно, что будет, когда вы встретитесь.
Если бы я не мчался, как угорелый, а шел, как все нормальные люди, у Крысина был бы шанс меня задержать, ну а так…
Но Виш, каков шутник, а!
«Ну, Виш, ну ты…»
Впрочем, времени на разборки с шутником у меня не было. Залетев в зал, я в два прыжка оказался у стелы и хлопнул по ней рукой.
— Привет, Стела!
— Здравствуй, Макс Огнев, — незамедлительно отозвалась стела. — За тобой, как всегда, интересно наблюдать.
— С удовольствием бы с тобой поболтал, — протараторил я. — Но, увы, не располагаю временем. Давай сразу перейдем к финальному экзамену!
— А как же награда за закрытие сорокового Прокола? — мне показалось, или в голосе стелы промелькнуло ехидство?
— Только если быстро, — великодушно согласился я.
— Куда ты спешишь, Макс Огнев?
— Да как тебе сказать, — я покосился на выход. — Я очень сильно хочу сдать досрочный экзамен и покинуть Храм.
— Я гарантирую тебе, что никто не сможет помешать тебе в этом благом для мира устремлении.
— Князь с тобой не согласится, Стела…
В этот момент из коридора появился разъяренный Крысин и, не успев зайти в зал, завизжал.
— Как ты посмел, щенок⁈ Мало того, что хитростью привел меня на грань разорения, так ещё и поднял руку на наставника Храма⁈ Почему ты здесь, негодяй⁈ Ты должен быть у князя!
— Вот видишь, Стела, — поморщился я, покосившись на брызжущего слюнями Крысина. — Сколько вокруг… чудаков.
Я хотел сказать неадекватов, но в последний момент решил выразиться помягче.
— Не беспокойся об этом, Макс Огнев, — стеле не было никакого дела до истерики Крысина. — Прежде, чем мы перейдем к сдаче экзамена, ты готов получить награду за выполненные задания?
Я очень хотел согласиться, предвкушая награду за выполнение сразу трех официальных личных заданий и еще одного неофициального, но был один нюанс.
Повышение ранга в Храме однозначно привлечет внимание тех, в чьих руках сейчас находится Свеча. Не нужно быть гением, чтобы сложить дважды два и выйти на меня.
Нет уж, я лучше немного потерплю и получу заветный ранг на севере, там, где мой прогресс скроет магический фон Стужи…
— Готов, Стела! Но только в том случае, если твои, несомненно щедрые награды не повлияют на повышение моего ранга.
— Ты провел сотню сделок, Макс Огнев. Заключил договор с настоятелем Храма, князем Александром Михайловым. Разорил Луку Крысина. Ты, несомненно, получишь второй ранг, Макс Огнев.
— Тогда, может быть, отложим этот безусловно приятный момент на потом?
Стела задумалась, а я только сейчас заметил, что не слышу истошных воплей Крысина. Покосился налево и со странной смесью злорадства и тревоги увидел не только Крысина, но и Михайлова с Назыровым.
Все трое что-то говорили, но, благодаря стеле, я их не слышал.
— Твое право, Макс Огнев, — стела, приняв какое-то решение, вернулась к нашему диалогу. — Но у меня будет небольшое условие.
— Сотня золотых, — машинально отреагировал я.
— Нет, другое, — не поняла меня стела.
— С тебя сотня золотых, — объяснил я. — Такова стоимость небольшого условия. Сама понимаешь, Путь Купца, все дела…
— А если я немедленно дам тебе второй ранг? — будь у стелы лицо, она сейчас обязательно бы прищурилась.
— Не дашь, — уверенно заявил я. — Ты уже просчитала варианты, и решила, что мой вариант выгодней. Я не в курсе твоих мотивов, но мы оба знаем, что тебе тоже будет выгодно, если я повышу ранг чуть позже и не в Храме.
— Ты прав, Макс Огнев, — не стала спорить стела. — Но платить я тебе ничего не буду. Если хочешь получить повышение ранга в Николаевске, где ты и собираешься сдавать свой экзамен, то тебе придется… модифицировать твой амулет.
— Зачем? — нахмурился я.
— Чтобы я могла дотянуться до храмовой стелы, — как нечто само собой разумеющееся отозвалась стела.
— Эммммм…
— Чтобы ты получил ранг на севере, мне нужно модифицировать твой амулет, — терпеливо пояснила стела. — Находящийся в Николаевске ретранслятор… слишком слаб.
— Ладно, — на это мне нечего было возразить. — Валяй.
— Сто золотых, Макс Огнев.
— Хих! — прыснул замерший на плече Виш и едва слышно шепнул, — Как она тебя, Макс!
— Смешно, — поморщился я, — Шутка засчитана, Стела.
— Никаких шуток, Макс Огнев.
— Ты меня разоришь, Стела!
— Другого предложения у меня для тебя нет, Макс Огнев.
— Соглашайся, — выдохнул Виш. — Независимость от Храмовой стелы того стоит.
«Что ты имеешь в виду?»
— Если для работы со стелой подойдет любой обелиск, то эта сотня окажется лучшей инвестицией в твоей жизни.
Я понимал, о чем говорит Виш. Подчас информация или, в моем случае, доступ к информации, дороже золота.
Вот только хватит ли в таком случае у меня денег на мою экзаменационную задумку?
На данный момент, у меня четыреста золотых. Двести мне дал Камнев, две сотни скопилось у меня за все время закрытия Проколов.
Даже если я сейчас отдам сотню, у меня останется почти триста золотых, а этого с лихвой хватит на стартовый капитал.
— Согласен, — решился я. — Что нужно делать?
— Приложи золото и амулет к обелиску, — прошелестела стела. — Это займет буквально несколько минут.
Не знаю, как для стелы, но для меня эти несколько минут растянулись чуть ли не в полчаса.
Меня бросало то в жар, то в холод, а висящий на груди амулет, казалось, прикипел к груди.
Про Михайлова, Назырова и Крысина и вовсе молчу — им наверняка пришлось ещё хуже, чем мне — тяжело стоять и смотреть, как происходит что-то непонятное и при этом тебя туда не пускают.
Особенно если ты настоятель Храма.
Впрочем, лично мне было плевать и на Михайлова, и на Назырова, и уж тем более на Крысина.
— Готово, Макс Огнев! — голос стелы стал более живым, что ли? — Теперь ты сможешь получить следующий ранг у любого обелиска.
— Вот и отлично, — усмехнулся я. — Перейдем непосредственно к экзамену?
— Я могу выдать тебе награду, которая никак не повлияет на повышение ранга, Макс Огнев.
А вот это было максимально интересно.
— Продолжай, — кивнул я. — Что-то на выбор или…
— Или, — усмехнулась стела. — За первую сотню сделок тебе полагается достижение
— Неплохо, — признал я. — Что-нибудь еще?
— За сделку, заключенную с настоятелем Храма, тебе доступно достижение
— Тоже неплохо, — по правде сказать, мне очень понравилось это достижение, но я по привычке не стал демонстрировать свои настоящие эмоции.
Я рано или поздно столкнусь с настоящими акулами бизнеса, и будет мегаполезно, если они не будут воспринимать меня как ноунейма.
Нет, я более чем уверен, что так оно и будет, но благодаря этому достижению, у меня хотя бы будет шанс на первое касание. Ну а дальше, все уже зависит от меня.
— За разорение Луки Крысина, ты получаешь достижение
— Ну такое себе… — достижение было однозначно крутое, но слишком уж сильно ограничивало потенциальный круг торговых партнеров.
Увы, но подчас приходится вести дела с максимально мутными типами…
— Ах да, — стела сделала вид, что вспомнила часть информации. — Окружающие тебя разумные и особенно одаренные будут чувствовать идущую от тебя силу.
— Максимально размыто и непонятно, — прокомментировал я. — Но все равно спасибо.
— За прохождение сорокового Прокола, Макс Огнев получает дар «Удача». Повышается шанс встретить что-то интересное. Обстоятельства чаще складываются в вашу пользу.
— Круто, — побывав в Проколе, я по достоинству оценил полученный дар.
Даже если он будет нейтрализовывать такие вот проклятья — ему цены не будет!
— Макс Огнев, ты готов приступить к прохождению досрочного экзамена?
— Готов, — уверенно заявил я, — но для начала мне нужно отдать должок. — Они нас слышат?
— Нет, — в голосе стелы мелькнуло… смущение? — Я… не часто вступаю с одаренными в диалог.
— Понял тебя, — усмехнулся я. — Сохраню в тайне наш маленький секрет. А сейчас, можешь сделать так, чтобы они меня услышали?
— Конечно, Макс Огнев. Как будешь готов, скажи, «Я готов приступить к сдаче экзамена».
Не успел я кивнуть, подтверждая, что услышал условия стелы, как на меня обрушился шквал эмоций.
— Огнев, чтоб тебя! — надрывался Михайлов. — А ну живо сюда!
— Огнев, у нас договор! — вторил ему Назыров.
— Он меня избил в коридоре, он меня избил в коридоре! — Крысин вполне себе профессионально корчил из себя жертву.
— Господин полковник, — я вытянулся во фрунт, — во исполнение нашего договора, новик Огнев отправляется на прохождение досрочного экзамена!
— Какой экзамен, Огнев⁈ Я тебя никуда не отпускал!
— Наставник Назыров, — я, не слушая Михайлова, повернулся к графу. — Во исполнение нашего договора докладываю, стела одарила меня достижением «Торговец».
Я усилием воли продемонстрировал свеженькое достижение.
— Это достижение, которое любой торгаш получает после заключения сотни сделок! — возмутился граф.
Все-таки Назыров не зря был замом по учебно-воспитательной части, и он с первого взгляда понял, что я его дурю.
Что ж, будет ему впредь наука — тщательней обговаривать условия договора.
— Мы договорились, что я скажу, что получу от стелы. Я получил достижение «Торговец», — я невозмутимо пожал плечами. — Сделка выполнена, граф.
На Крысина я и смотреть не стал.
Одаренные ещё что-то кричали, но я их не слышал.
— Честь имею, господа, — холодно улыбнулся я, прислоняясь спиной к стеле. — Я готов приступить к сдаче экзамена!
— Новик Макс Огнев официально приступает к досрочной сдаче экзамена!
Заявление стелы услышали все без исключения одаренные, присутствующие в зале.
— Условия досрочной сдачи: провести сделку в доступной для выбора локации, сделать прибыль в тридцать процентов. Рекомендуемая сумма оборота от десяти до тысячи золотых. Новик Огнев, выбери локацию!
— Выборгская губерния, село Николаевка, — место мы с Вишем при посильной помощи Камнева выбрали ещё месяц назад.
Хоть село и находилось на берегу Баренцева моря, и почти все его жители промышляли рыбной ловлей, торговцы были здесь редкими гостями.
Им гораздо проще было закупиться рыбой в Николаевске, как в этом мире называли Мурманск, где был огромный оптовый рынок.
Купцы первой гильдии и вовсе предпочитали расторговываться в Норвегии, в полной мере реализуя свое право на заграничную торговлю.
Для меня же Норвегия пока была закрыта, а брать рыбу в Николаевске было банально невыгодно.
К тому же, по тому, что я узнал в храмовой библиотеке, зачастую треска доходила до центральных регионов Империи, скажем так, подпорченной.
Об этом мало где писали, и я встретил лишь два упоминания о качестве привозимой с севера рыбы, но эти два момента мне подсветил Виш, и я склонен был доверять фамильяру.
В итоге, учитывая, что у меня была заточенная на зимние путешествия мотособака, на которую я возлагал большие надежды, я решился ехать напрямую в Николаевку.
А оттуда, закупив там рыбу, отправиться сначала в Николаевск, а там уже действовать по ситуации. Или расторговаться, или, вникнув в местные расклады, попробовать немного попрогрессорствовать.
План был, конечно, так себе, но уж тридцать процентов прибыли я точно смогу выручить.
Плюс, учитывая, что стела определила рамки оборота от десяти до тысячи золотых, я спокойно могу пройтись по нижнему лимиту.
Вопрос был в одном — предоставит ли стела портал, и если да, то до куда?
— Новик Макс Огнев получает предписание отправиться в город Николаевск. По истечению двух месяцев, новик Огнев обязуется прибыть к стеле, иначе экзамен будет провален. Новик Макс Огнев! Немедленно явитесь в портальный зал для прохождения досрочного выпускного экзамена.
— Есть прибыть в портальный зал! — громко отрапортовал я, с трудом сдерживая рвущуюся изнутри радость.
У меня получилось, получилось!
— Один момент, — граф Назыров недобро усмехнулся и посмотрел на князя. — Господин настоятель, вы, как глава Храма, имеете возможность установить более точные временные и денежные лимиты.
— Лимиты? — нахмурился Михайлов, поначалу не сообразив, на что намекает Назыров.
— Назыров на тебя обиделся, — шепнул мне Виш, — мстит за сокрытие информации о полученном даре.
«Ну и плевать, — мысленно поморщился я. — Нечего было мне руки выкручивать. Он с меня семь сотен содрал из-за чертовой подписи! Хотя и так было очевидно, что я с легкостью сдам этот досрочный экзамен».
— Это точно, — усмехнулся Виш. — Незачем ему знать про дар
— Лимиты, — с нажимом произнес Назыров. — Денежный, от десяти до тысячи золотых и временной, от двух недель до двух месяцев.
— И что с ними? — Михайлов все никак не мог понять, к чему клонит его зам.
— Огнев — один из лучших новиков Храма, — Назыров мазнул по мне недовольным взглядом. — Торговый оборот в десять золотых будет для него смешной суммой!
— Вот какие лимиты… — до князя наконец дошло, на что намекал Назыров. — Абсолютно согласен, граф! Огнев! Назначаю минимальный денежный лимит в тысячу золотых! Что касается сроков экзамена, то максимальные временные рамки — две недели!
— Вас понял, господин наставник! — бодро отрапортовал я, а сам подумал, — «Вот же сволочи…».
— А кто будет следить за выполнением требований? — подал голос Крысин. — Нужно отправить непредвзятую комиссию!
Учитывая, что за выполнением экзамена при помощи амулетов следила сама стела, Крысин в очередной раз спорол ерунду.
Михайлов с Назыровым синхронно поморщились, но скупщика это, похоже, не смутило.
— И не забудь сдать комплект Храмовой одежды! — Крысин, на мой взгляд, только что пробил очередное дно.
Интересно, он реально не понимает, что все, происходящее в Храме, записывается стелой?
К тому же, у меня в Инвентаре хранится четыре набора храмовой одежды. Так, на всякий случай.
И то, что официальный куратор новиков приказывает на время экзамена сдать храмовую одежку, это уже не мелочность, а нарушение внутреннего регламента Храма.
Интересно, Михайлов или Назыров его осадят?
Но нет, что князь, что его зам, оба промолчали.
Я молча скинул то, что осталось от одежды и, оставшись в нижнем белье, с вызовом посмотрел на Михайлова.
— Честь имею, господа.
Князь покраснел, то ли от недовольства, что я ответил не по уставу, то ли сообразив, как все выглядит со стороны. Ведь своими дурацкими приказами, Крысин подставлял в первую очередь Михайлова.
Впрочем, мне уже было плевать. Возвращаться назад я не планировал, поэтому мог позволить себе определенные вольности.
Да и потом, если что — будет козырь на будущее. Со стороны руководства, а значит и Храма, это был косяк, и я непременно воспользуюсь этим в будущем.
Обо всем этом я подумал уже на ходу, поскольку, не дожидаясь, пока господа руководители придумают мне очередное усложнение, быстрым шагом направился к выходу.
И только ступив в коридор, я услышал гневный рык Михайлова:
— Огнев! А ну стоять!
— Бежим! — шепнул Виш, и я рванул с места, словно спринтер.
Дураков нет, и чем быстрее я окажусь в Николаевске, тем быстрее закончится эта бесконечная кабала.
А вот Камневу, в отличие от меня, придется ещё потерпеть…
Кажется, за мной кто-то бежал, не удивлюсь, если это был Крысин, но шансов у него не было.
Залетев в портальный зал, я молниеносно облачился в запасной комплект одежды и кинулся к порталу.
— Новик Огнев, Николаевск, досрочное прохождение экзамена!
Жарков молча кивнул, взмахнул рукой, и я, не замедляя хода, влетел в появившуюся передо мной рябь портала.
Прощай, Храм! Привет, внешний мир!
Николаевск встретил меня стылым ветром и недовольным сопением портального смотрителя.
— С платформы слезай, — проворчал пожилой магик. — Ходят тут всякие, только успевай настройки менять…
Я же, не обратив внимания на брюзжание деда, молча направился к выходу.
Хоть я и был здесь в первый раз, но у меня был личный гид в лице Виша, который незамедлительно принялся за дело.
— Выходи из мэрии и поворачивай направо. Дальше по прямой до торговых рядов. Предлагаю для начала утеплиться.
Я молча кивнул и поплотнее закутался в храмовую робу. Несмотря на весеннее время, в Николаевске было жутко холодно.
— Это все из-за Стужи, — прочитал мои мысли Виш. — Николаевск хоть и задело самым краешком, но тем не менее…
Прежде, чем я покинул мэрию, мне пришлось зарегистрироваться и получить храмовую бирку.
Тщедушный клерк, щеголяющий зачарованным на сопротивление холоду кафтаном, вписал в огромную амбарную книгу мое имя, социальное положение и цель прибытия в Николаевск.
Затем я получил деревянную бирку, на которой тот же самый клерк выжег предоставленную мной информацию и махнул рукой на выход, показывая тем самым, что я могу идти.
До торговых рядов я добрался довольно быстро, но сколько там ни бродил, так и не смог подобрать ничего стоящего.
Обычную одежду брать не было смысла — даже порванная храмовая роба грела в разы лучше — а утепленные штаны и сюртук стоили столько, что я только диву давался.
Тридцать золотых за комплект из штанов и кафтана, и ещё десятка за сапоги — на мой взгляд, это был грабеж среди белого дня.
— Так, действительно, выйдет экономичней, — согласился со мной Виш. — Но без золота тебе не справиться, слишком малый энергетический резервуар. Рассчитывай на золотой в сутки.
«Итого четырнадцать золотых за две недели, — тут же подсчитал я. — Все, Виш, пошли приценимся».
В итоге, мне все равно пришлось раскошелиться на пятнадцать серебряных, чтобы купить обычную зимнюю одежду — местные торговцы, видя храмовую робу, тут же взвинчивали цены в два-три раза.
Не знаю, почему, но мой внешний вид не внушал доверия местным торговцам.
— Что думаешь, Макс? — все то время, что я ходил по рыбному базару, Виш хранил молчание, всем своим видом демонстрируя, что он и не думает мне помогать.
Вот только дракончик явно заинтересовался двумя лавками.
На первый взгляд они ничем не отличались от остальных торговых точек, но судя по ценнику, а он был раз в пять выше среднего, здесь продавали не простую рыбу.
И действительно, как пояснил торговец, эта рыба была прямиком из Прокола.
Мне тут же пришла идея стремительного обогащения, но я решил не торопиться и идти по плану.
— Что я думаю? — беззвучно протянул я, гуляя по пустым рыбным рядам. — Первое, товара на прилавках практически нет, привоз обещают где-то через месяц, когда сойдет лёд.
Вообще, я с удивлением узнал, что несмотря на близость к рыбным деревушкам типа Николаевки, рыбу доставляли на кораблях.
Вот только лёд, который должен был сойти ещё неделю назад, до сих пор держал речной путь в белоснежном плену.
Местные торговцы винили во всем Стужу, мол каждый год лёд стоял на реке все дольше, да и вообще было все холоднее и холоднее.
Для меня было решительно непонятно, почему Империя до сих пор не решила эту проблему, ведь страдали и местные жители, и морская торговля.
Безалаберность? Намеренное вредительство? Чей-то интерес?
Впрочем, на текущий момент, это было неважно.
— Далее, — я кивнул на встретившуюся на пути бочку с треской, — от рыбы воняет тухлятиной. И знаешь, что?
— Что? — заинтересованно протянул фамильяр.
— И это всех устраивает, Виш. Только подумай, если здесь, на крупнейшем оптовом рынке продают подгнившую рыбу с невычищенной требухой, то в каком состоянии она доезжает до столицы? Про южные и восточные провинции и вовсе молчу.
— Как думаешь, в чем проблема?
— Местные, все, как один, говорят, мол «А што такова?», — я передразнил последнего из торговцев, который никак не мог понять, чем меня не устраивает рыба. — Надо ехать в Николаевку и уже там узнавать, почему тут так наплевательски относятся к качеству продукта.
— Прям все? — усомнился Виш.
— Не все, — усмехнулся я. — Есть здесь две лавки, там рыба хорошо вычищена, заморожена и засолена. Но и ценник там дай Божé!
— Занятно… — протянул Виш. — И что дальше?
— Да ничего, — поморщился я. — Поедем в Николаевку, попробуем закупиться хорошо вычищенной рыбой.
— Ты как будто чем-то расстроен, Макс.
— Да как тебе сказать, — я с тоской посмотрел по сторонам. — Я думал, что приеду весь такой умный и красивый, быстренько изобрету вяленую и соленую рыбу, а тут…
— А тут и так все это есть? — понятливо покивал Виш. — Ты не первый форточник в Империи, Макс, да и местные тоже не дураки.
— Это да, — вздохнул я. — В общем, пока что буду делать ставку на качество. А там посмотрим. Есть ещё парочка мыслей…
— Что за мысли?
— Проколы, конечно, — я с укоризной посмотрел на фамильяра. — Виш, хватит валять дурака, я же видел, как ты заинтересовался теми двумя лавками.
— Мало ли, чем я заинтересовался…
— Ну-ну, — поморщился я. — будь у меня побольше времени и будь тут Камнев, я бы не раздумывая направился на поиски Проколов. Но в одиночку, в незнакомом месте… Да я тут вечность могу эти Проколы искать.
— Это да, — неохотно согласился Виш.
— Да и потом, — я увидел на рынке все, что хотел и свернул на центральный торговый проспект. — Судя по тому, что я увидел, это не разовая история, а постоянная. А значит кто-то из местных осознанно не закрывает Прокол.
— Логично, — признал фамильяр.
— Ну и без форточников здесь не обошлось, — я целенаправленно двигался к ближайшей лавке, торгующей рыбой из Прокола. — В общем, хочешь — не хочешь, нужно ехать в Николаевку. К тому же, нужно пользоваться тем, что на реке стоит лёд.
— А сейчас ты…
— Хочу скинуть часть запасов. Наверняка хотя бы в одной из двух этих лавок заинтересуются ингредиентами из Проколов.
— Ну наконец-то, — фыркнул фамильяр, поудобней устраиваясь у меня на плече. — Я уж думал, не догадаешься.
— Куда уж мне до тебя, — усмехнулся я, сворачивая к искомой лавке.
С собой у меня было двести золотых — все, что осталось после торгов с Назыровым — мне же нужно было сделать оборот в тысячу золотых…
Я трезво оценивал свои шансы и понимал — пятикратную прибыль сделать на рыбе нереально.
А значит, мне нужно срочно поднимать свой стартовый капитал.
Собственно, именно с этой целью я и скупал в Храме ингредиенты из Проколов.
Пока что вместимость личного и амулетного Инвентарей оставляла желать лучшего, но мне было грех жаловаться.
— Добрый день, уважаемый, — я поприветствовал скучающего за лавкой приказчика. — Скажите…
— Рыбные лавки дальше по улице, — процедил мужчина лет сорока, скользнув по мне оценивающим взглядом. — Здесь продукция не по карману обычному люду.
— Я не покупать, — отношение высокомерного приказчика мне не понравилось, но я не стал обострять конфликт. — Я с коммерческим предложением.
— Не интересует.
— Вы, похоже, не понимаете, — нахмурился я. — Я Купец первого ранга, уважаемый. Будьте добры, позовите хозяина лавки.
— Купец? — приказчик смерил меня презрительным взглядом и оглушительно расхохотался. — Иди отсюда, мальчик!
— И как ты будешь реагировать? — Виш ощерился в своей фирменной зубастой улыбке. — Сломаешь ему нос? Поджаришь
— Всего хорошего, уважаемый, — холодно произнес я и, не говоря больше ни слова, вышел из лавки.
— Скучный ты тип, Макс, — усмехнулся фамильяр. — А как же показать, кто здесь тварь дрожащая, а кто право имеет?
Вишу очень понравилась эта фраза, которую я ненароком обронил, и он при каждом удобном случае с удовольствием её использовал.
— Много чести, — буркнул я, направляясь к следующей лавке.
За все время моей работы сначала на маркетплейсах, а потому и в компании Илюхи, я понял следующее — не стоит метать бисер перед свиньями.
Да и потом, если хозяин лавки держит у себя такого приказчика, то он либо такой же, либо совершенно не следит за своими работниками.
А это несерьезный подход.
— А что ты будешь делать, если во второй лавке окажется точно такая же ситуация? — ехидно уточнил Виш.
— Буду действовать по обстоятельствам…
К счастью, во второй лавке приказчик оказался не просто более адекватным, но ещё и одаренным.
Он с первого раза заметил едва видимую дрожь окружающего меня Огненного щита, и вел себя в высшей степени учтиво.
Сначала поинтересовался, чем он может быть мне полезен, затем, узнав, что у меня на продажу есть ингредиенты из Прокола, профессионально взял меня в оборот.
Надо признать, что от разговора с этим немолодым уже мужчиной я получил самое настоящее удовольствие.
Для начала он продемонстрировал отличное знание продукции Проколов, а следом у нас случилась содержательная беседа.
Во время разговора приказчик ненавязчиво меня прощупал, оценив покупательскую платежеспособность и мою погруженность в предмет торга, и сделал свое предложение.
В итоге предложенные им цены на ингредиенты оказался вполне себе адекватным.
Не сказать, что мне дали честную цену — в столице я смог бы выручить за ингредиенты в два, а то и в три раза больше — но для северной провинции это была хорошая цена.
Более того, приказчик дал пояснение по каждой позиции, где она используется и кому он сможет её продать, и какие сложности есть с последующей реализацией.
В общем, впервые за долгое время я встретил коллегу-профессионала, с которым приятно было пообщаться.
Итогом нашей беседы стала обоюдовыгодная сделка.
За все ингредиенты я получил огромные по купеческим меркам деньги — двести пятьдесят золотых.
А в качестве бонуса Игорь Андреевич Хомутов — так звали приказчика — согласился помочь с реализацией рыбы, которую я обещал доставить из Николаевки в течение десяти дней.
Мы ударили по рукам и расстались довольные друг другом.
Мой стартовый капитал превысил отметку в четыреста пятьдесят золотых — настоящее богатство по местным меркам — и я освободил оба Инвентаря.
Отпраздновав заключение сделки плотным обедом, Вишу, как обычно, достался стакан молока, я снова вернулся на рынок.
Закупил десять пудов соли* и двадцать сосновых бочек — больше в Инвентарь не влезло и, прикупив на всякий случай овечий тулуп, потопал за городские ворота.
Переть на себе сто шестьдесят килограмм соли было непросто, но выросшая благодаря Проколам сила и выносливость позволяли совершать такие подвиги.
Ну а за городом я достал из личного Инвентаря мотособаку и, разместив соль в грузовом прицепе, сел за руль.
Меня ждала четырёхчасовая дорога по холодной, заснеженной дороге, но на душе было тепло.
Первая часть моего досрочного экзамена была выполнена: я успешно обратил ингредиенты в звонкую монету и подготовился к транспортировке рыбы.
Дело было за малым — добраться до Николаевки и договориться с местными рыбаками.
— Ну, с Богом! — выдохнул я и, вставив средний энергокристалл, нажал на газ.
Мотособака послушно покатилась вперед, а я довольно улыбнулся:
На этот раз у меня все выйдет без сучка и без задоринки! Ведь правда же?
*1 пуд равен 16, 38 кг
— Скажи мне, Пахом, почему ты и твои работники так плохо чистите рыбу?
Я находился в Николаевке уже третий день, и до сих пор не мог добиться от рыбаков внятных ответов на мои вопросы.
А интересовало меня все подряд. Каким образом местные ловят рыбу, где и как солят, почему используют именно сосновые бочки и ещё миллион вопросов.
Но больше всего меня тревожил вопрос качества.
Достаточно было разок пройтись по рыбным рядам Николаевска, чтобы понять — местные рыбаки были криворукими лентяями.
Поскольку ничем другим нельзя было объяснить состояние рыбы.
Большинство рыбы, которую я видел на рынке в Николаевске, была уложена в сосновые бочки и щедро посыпана солью.
Вот только заглянув в бочку становилось понятно — рыба, как говорится, второй свежести.
Об этом говорил и запах, и внешний вид товара — каждая вторая рыбина была ужасно почищена — жабры, требуха, склизкая чешуя…
Признаться, когда я ехал в Николаевку, я ожидал встретить здесь максимально тупых и ленивых людей, которые банально не умеют работать ни руками, ни головой.
Иначе невозможно было объяснить такое халатное отношение к продукту.
Каково же было мое удивление, когда я понял, что местные рыбаки — великолепные специалисты своего дела!
Я закономерно задался вопросом, почему же, черт возьми, местные рыбаки так плохо чистят рыбу⁈
Вот только местные шарахались от меня, как от чумного, и мгновенно включали дурачка, когда я начинал приставать к ним с вопросами.
И только на второй день я смог получить ответы на свои вопросы.
Случилось это в доме у старосты Николаевки, Пахома, который по совместительству, являлся главой местной артели рыбаков.
Сегодня у артели был выходной, и я застал Пахома дома.
Вот только несмотря на то, что беседа шла уже битый час, мы ни на пядь не приблизились к интересующему меня моменту.
— Почему плохо? Как умеем, так и чистим, — Пахом, здоровенный двухметровый детина с белым шрамом на левой щеке, развел руками. — Как деды завещали, так и делаем, господин Макс.
Свою жену и пятерых детей Пахом отправил в баню на помывку, и нашему разговору никто не мешал.
Вот только на столе, за которым мы сидели, не было даже чая — явный намек на то, что мне здесь не рады.
— Пахом, ты давай-ка бросай этой дурью маяться, — поморщился я. — Давай поговорим, как деловые люди…
Стоило единожды посмотреть в хитрые глаза Пахома, чтобы мгновенно понять — этот громила у себя на уме.
И хоть староста всеми силами строил из себя недалекого рыбака, я успел понять — он тот еще хитрец.
— Это как, господин Макс? — староста, когда разговор заходил о чистке рыбы, становился неимоверно глуп.
— Пахом, — я демонстративно закатил глаза. — Сколько ты выручаешь за свой улов?
— Ну дык, — глава артели почесал затылок, — выходит по три медяка за рыбешку.
— А в бочку сколько рыбин влезает?
— Можно и сотню сложить.
— Выходит, за бочку выручаешь три серебряных?
— Когда как, — уклонился от прямого ответа рыбак. — А что?
— Я дам тебе четыре, но за хорошо почищенную рыбу.
— Это вам лучше Дениску нанять, господин Макс, — Пахом тут же попытался перевести стрелки, — он может так рыбу почистить, что ни чешуи, ни костей, ни уж тем более требухи не будет. Уж бочку-то за месяц сможет выдать. Да и любой деньге рад будет.
— Да сдался мне твой Дениска, — рассердился я. — Мне нужно двадцать бочек почищенной рыбы!
— Можно пацанов привлечь, — Пахом покосился на окно, из которого был виден длинный сарай, гордо именуемый местными школой.
— Покажи ему монету, — посоветовал свернувшийся в клубок Виш, — Или тресни по его наглой роже.
Виш, несмотря на
И я целиком и полностью понимал фамильяра — даже
— Вот, — я продемонстрировал старосте серебряный, — может быть это поможет наладить деловой разговор?
— Непохоже на деловой разговор, — хитро прищурился Пахом.
— Тресни по этой зажравшейся харе, Макс! — посоветовал Виш. — Его рожа так и просит кулака!
— Хорошо, — я, не обратив внимания на слова фамильяра, достал из Инвентаря золотой и положил его на стол. — А если так?
— Уже лучше, — Пахом сделал вид, будто золото его не интересует, но в его глазах вспыхнул алчный огонек.
— А знаешь, Пахом, я, пожалуй, пойду, вон, к Дениске. Он мне и за серебряную монету все расскажет.
Я знать не знал, кто такой Дениска и как его найти, но под наглого Пахома прогибаться не собирался.
Чем больше я общался с этим громилой, тем отчетливей понимал, что передо мной находится очень хитрый, наглый и расчётливый человек.
— Не спешите, господин, Макс, — широко улыбнулся Пахом, не сводя глаз с монеты. — Деловой разговор, так деловой разговор!
— Смотри, Пахом, — я катнул старосте золотой. — Если меня не устроит твой ответ, то я и деньги назад заберу, и недовольство свое выражу.
— Не извольте сомневаться, господин, Макс, — староста, не вставая, изобразил нечто похожее на полупоклон, — все сделаем в лучшем виде.
— Скажи мне, Пахом, отчего вы так плохо чистите рыбу?
— Как умеем, так и чистим, — фальшиво улыбнулся староста. — Как все, так и мы.
— Ты это уже говорил, — я сделал вид, что не заметил демонстративного фырканья Виша. — Мне нужна правда.
— Простите, господин, Макс, — Пахом нахально пожал плечами, — как есть говорю.
— Ну как знаешь, — поморщился я, тщательно сдерживая раздражение. — Гони золотой назад.
— Как можно ваше благородие, — староста, прикрыв монету ладонью, изобразил обиду, — на вопрос был дан ответ. Деловой разговор!
Дах!
Ударил я резко, но от души.
Из-за того, что мы оба сидели за столом, удар вышел несколько смазанным, но старосте хватило и этого.
Кулак влетел в челюсть Пахому, мгновенно стирая с его лица эту нахальную улыбочку.
Здоровяк ещё хлопал глазами, переваривая, что только что произошло, как мой второй кулак уже летел ему в ухо.
Дах!
И если первый удар Пахом как будто и не заметил, то от второго улетел на пол.
— Выбирай, Пахом, что тебе сломать — руку или ребра?
— Лучше нос ему сломай, — посоветовал Виш. — Как он со сломанной рукой рыбу нам ловить будет?
Сказать, что во мне кипела злость — ничего не сказать!
Я не просто был зол, я был в ярости!
Ну почему люди вечно принимают вежливость за слабость?
Почему сразу нельзя вести себя уважительно?
Бесит!
Пахом что-то прохрипел, но я не расслышал, что именно.
— Руку, говоришь? — процедил я, поднимаясь из-за стола. — Ну, руку, так руку!
Руку, понятное дело, я ему ломать не собирался, а вот нос — другое дело!
— Стой, — староста с трудом поднялся на ноги и сейчас смотрел на меня с опаской. — Ты кто такой?
— Купец первого ранга, Макс Огнев, — снова представился я. — Ты понимаешь, что вынуждаешь меня сломать тебе руку?
Пахом вместо ответа неожиданно ловко метнулся к печи. Мгновение, и в его руках, как по волшебству, появился топор.
— Не стоит, — я демонстративно создал
Увидев огонь, здоровяк мгновенно сник и побледнел — уж что-что, а магов огня на севере уважали.
— Ваш благородие, простите, Бездна попутала!
— За свою дерзость, — я демонстративно забрал лежащий на столе золотой, — работой расплатишься. А сейчас, по сути, Пахом!
— Невыгодно это, ваш благородие!
— Как это? — не понял я. — А ну-ка давай поподробней.
Дважды Пахому повторять не пришлось, и информация полилась полновесной рекой.
И чем дольше я его слушал, тем больше давался диву.
Местные, как я и предполагал, оказались крутыми спецами во всем, что касалось рыбы, и с легкостью могли вычистить её так, что хоть на стол императрице подавай.
Но зачем, если торговцы и так скупали всю рыбу подчистую?
Местные быстро смекнули, что раз купцы покупают все, что есть, то упор нужно делать не на качество, а на количество.
Ведь зачем заморачиваться, если все равно купят?
Вот и чистили рыбу тяп-ляп, стараясь побыстрей заполнить всю бочку и забить её крышкой.
Единственное, чего не жалели — так это соли. Её в бочку подчас засыпали чуть ли не на четверть.
И если поначалу я постоянно порывался возмутиться, то к концу разговора начал понимать местных рыбаков.
Но одно дело понимать, другое — быть согласным с текущим положением вещей.
Такое ведение дел меня не устраивало от слова совсем, и я, как только Пахом замолчал, задал ему очень важный вопрос.
— Ты готов работать по-новому? Ставить на первое место качество, а не количество? Делать так, будто для себя?
Староста посмотрел на меня, как на умалишённого, и этот его взгляд был красноречивей любых слов.
— Ясно. Ты когда в море идешь?
— Завтра поутру, ваше благородие… — смотри-ка, две оплеухи, я уже благородие стал! — Мы обычно солим прям на корабле. Так и идем, пока все бочки не заполним.
— С тобой поеду. Бочки не брать. Соль тоже. Помощникам скажи, что, если хоть одна рыбина окажется с требухой, сожгу к чертям. И их, и тебя, и твой корабль.
— Правильно, — буркнул Виш, пряча нос под крыло. — Они только силу разумеют. Может все-таки сломаешь ему нос?
— Хорошо, ваш благородие, — было видно, что Пахому мое решение не понравилось, но он благоразумно промолчал. — Завтра поутру, стало быть…
— И попробуй только без меня уйти, — я показал Пахому кулак. — Все, до завтра.
— До завтра, ваше благородие!
Я поднялся из-за стола, накинул на себя овечий тулуп и уже у дверей повернулся к старосте.
— А Дениску твоего где найти можно?
— Он не мой, — проворчал Пахом. — Крайняя изба. За школой стоит. Мимо не пройдете, ваш благородие.
Я едва заметно кивнул и покинул теплый дом жуликоватого старосты.
— Что-то мне подсказывает, что мы с Пахомом каши не сварим, — проворчал Виш. — Мутный тип. Город далеко, он тут сам себе хозяин.
— А учитывая, что он глава артели, — покивал я, — то завтрашний поход за рыбой рискует стать разовой историей.
— А Дениска этот тебе зачем, Макс?
— Да есть одна мыслишка, — у меня из головы все не шли слова Пахома про бочку очищенной рыбы в месяц. — Соленая рыба в Николаевске уже есть, вяленая тоже, замороженная тоже присутствует. А вот почищенной нет.
— Дурацкая идея, — прокомментировал Виш. — Какой идиот будет переплачивать вдвое, чтобы купить почищенную рыбу?
— Вот и посмотрим, — не стал спорить я. — Видишь его дом?
— Тебе же сказали, за школой, — буркнул фамильяр. — Шагай давай, разминай ножки свои.
— Может, кому-то крылышки размять?
— Я тебе чайка, что ли? В такую погоду летать! — возмутился Виш, и дальнейший путь до избы Дениски мы провели в тишине.
Пахом не соврал — мимо такого дома действительно было сложно пройти.
Может раньше это и было избой, но сейчас жилище Дениски больше походило на холм с торчащей из него трубой.
Кто-то старательно обсыпал избу землей, оставив нетронутой одну только стену с окном, и лишь едва чадящая труба давала понять, что здесь кто-то живет.
— Тук-тук! Есть кто дома?
Стучаться в окно я не стал и, обойдя земляную избу, спустился в некое подобие окопа, плавно переходящего в лаз.
На пути мне попались три свисающие с земляного потолка тряпки и две перекрывающие ход доски — не то альтернатива двери, не то попытка сохранить тепло…
Стоило мне оказаться внутри избы, как в нос тут же ударил спертый воздух, запах давно не мытого тела и вонь отхожего места.
Первой моей мыслью было развернуться и уйти — я не собираюсь вести дела с человеком, живущим в такой помойке, но меня остановил едва слышный стон.
Чертыхнувшись про себя, я посмотрел по сторонам — единственное окно было настолько грязным, что света практически не давало.
— Есть тут кто?
В ответ мне снова послышался приглушенный стон, и я неохотно двинулся на звук.
Дойдя до еле чадящей печки, я чуть было не споткнулся о горшок с нечистотами, и с изумлением уставился на сваленный у печи ворох тряпок.
А точнее на выглядывающее из тряпок… чумазое личико.
— Эмммм, привет?
— Ты не Дениска, — пискнула девчушка. — Он не придет?
— Не знаю, — признаться, я совершенно потерялся и никак не мог понять, как себя вести. — А ты кто?
— Я — Марыся, — девчушка шмыгнула носом, — а Дениска точно придет?
— Он твой брат? — предположил я, не зная, что ответить девчушке.
— Да, он заботится обо мне, маме и Янике. Только Яник уже второй день лежит неподвижно, а мама постоянно стонет.
В подтверждение её слов из груды тряпья послышался глухой стон.
На мгновение внутри поселился неприятный страх замараться в чем-то неприятном, но я тут же отвесил себе мысленный подзатыльник.
Неужели я пройду мимо умирающей от голода семьи? Ну уж нет!
— Так, Марыся, — я присел на корточки и, поморщившись от ударившего в нос запаха, протянул девчушке флягу с восстанавливающим зельем. — Ну-ка давай по порядку.
Рассказ девочки стал для меня чем-то отрезвляющим.
Год назад отец Марыси не вернулся из моря — шторм и ледяная вода оставили семью без кормильца.
Печальную новость принес староста Пахом, и мать ребят чуть не сошла с ума от горя — ещё бы, стала вдовой, да еще и с тремя детьми…
Почти год они жили на скопленные деньги — отец Марыси был неплохим рыбаком — но потом деньги закончились, и стало совсем тяжело.
Сначала случился пожар, почти уничтоживший избу, и остаток денег пришлось отдать мужикам, обсыпавшим дом землей.
Потом в курятник пробралась лиса и передушила всех кур, оставив семью без яиц — единственного стабильного источника пропитания…
Мать Марыси и Дениска брались за любую работу, но платили им сущие копейки, которых едва-едва хватало на еду. А месяц назад женщина и вовсе слегла с горячкой.
Дров нет, еды нет, мать лежит в забытьи — так неожиданно для себя девятилетний Дениска стал главой семьи, а пятилетняя Марыся его помощницей.
Пока пацан перебивался случайными заработками — его нет-нет, да и брали в море или на засолку рыбы — Марыся следила за порядком в доме.
Подметала, выносила раз в день помойное ведро, готовила уху и кормила мать и трехлетнего Яника с ложечки.
К слову, именно Дениска чистил рыбу от костей, и именно поэтому староста и обмолвился про пацаненка.
Дениски, кстати, не было дома уже третий день, и Марыся всерьёз волновалась. Кормить маму и Яника было нечем.
Я же, стоило мне увидеть Яника, не знал, что сказать.
Мальчик, когда я аккуратно разобрал груду тряпок, был похож на скелет, и при виде этого тщедушного тельца, у меня к горлу подступил ком.
Уже ни на что не рассчитывая, я померил его пульс и с облегчением выдохнул — в мальчонке еще теплилась искорка жизни.
Что до Марыси, то, честно говоря, девчушка мало чем отличалась от Яника — такая же худая, ходячий скелет…
Вот только она, в отличие от младшего брата, была в состоянии говорить, ходить и заниматься домашними делами.
Я сначала никак не мог понять, в чем дело, но, присмотревшись к девчушке, почувствовал искру таланта — Марыся оказалась слабенькой одаренной.
Что касается матери ребятишек, та и вовсе была плоха — горячий лоб, плотно сжатые губы, высокая температура — женщина буквально сгорала изнутри.
Первым делом я напоил всех троих восстанавливающим зельем, затем без жалости разломал одну сосновую бочку и хорошенько растопил печь.
Следом пришел черед уборки.
Я вынес все тряпки, в которые кутались оставшиеся без кормильца крестьяне, и хорошенько их выхлопал. Затем, сходив за ледяной водой, вымыл всю избу.
И, с трудом отмыв и открыв единственное окошко, хорошенько проветрил помещение.
От разведенной мной сырости мать Марыси тут же закашляла, и я, не задумываясь, потратил половину своего энергетического резервуара, чтобы пустить вокруг себя волну жара.
После генеральной уборки в избе стало заметно легче дышать, и я, убедившись, что состояние Яника и Марысиной мамы немного стабилизировалось, пошел за едой.
Проскочила было мыслишка найти местного знахаря, но я её тут же отбросил.
К местным, особенно к старосте Пахому, у меня возникли серьёзные вопросы.
Как можно бросить на произвол судьбы вдову с тремя детьми?
Почему крестьянская община будто бы вычеркнула эту семью из своей жизни?
И самое главное — неужели это в порядке вещей и, хуже того, неужели такие вот Яники умирают в Империи каждый день?
От этих мыслей меня прошиб холодный пот, и я совершенно иначе взглянул на свою жизнь.
Ведь у меня же есть все! Здоровье, знание, деньги, магия, в конце концов!
А я нет-нет, да и позволяю себе поныть, мол то не так и это не так…
Тут же люди в буквальном смысле умирают от голода.
— Это не твоя вина, Макс, — после того, как я хорошенько растопил печь, Виш согрелся, подобрел и уже не напоминал ощерившегося во все стороны дикобраза. — Это жизнь. Ты и так сделал более, чем достаточно. Считай, целый день потратил на эту семью!
Дракончика, в отличие от меня, больше интересовали не крестьяне, а пляшущее в печи пламя.
— Не время раскисать, Макс! Вспомни Ростика, Степана, Крысина, Пахома! Да все они только и ждут, пока ты ошибешься. Начнешь восстанавливать справедливость — потеряем время. И толку все равно будет с гулькин нос. Всем не помочь, Макс!
— Всем — нет, — согласился я, смотря на то, как Марыся осторожно кормит с ложечки брата и маму.
Не знаю, почему, но на душе от вида этой трогательной заботы становилось одновременно и тепло, и… жарко.
Тепло от… чувства сострадания и сопричастности, что ли? А жарко — от поднимающегося изнутри гнева.
Мимо такого проходить никак нельзя, а значит экзамен подождет, и завтра местным придется ответить на ряд неприятных вопросов…
— Я рад, что ты это понимаешь, Макс, — Виш покосился на семью бедняков и ещё раз повторил. — Всем не помочь.
— Знаешь, Виш, — я поймал взгляд улыбнувшейся мне Марыси и улыбнулся в ответ. — Я как-то прочитал книгу, в которой главный герой, столкнувшись с похожей историей, поставил себе невероятную цель.
— Спасти всех? — поморщился фамильяр.
— Поскромнее, — я покачал головой. — Сделать так, чтобы хотя бы дети в Российской империи перестали умирать от голода*.
— О, нет, — Виш уткнулся башкой мне в плечо и закрыл свою мордочку крыльями. — Макс, не надо!
— Помнишь, ты говорил про обеты? — на моих губах застыла кривая улыбка. — Чем сильнее будет взятый одаренным обет, тем лучше?
— Макс, давай не сейчас! — фамильяр уже успел хорошо меня изучить и понимал, что сейчас произойдет. — Тебе ещё сделку проводить! Времени в обрез!
— Сейчас, Виш, — шепнул я и торопливо, поскольку услышал, как кто-то ползет в избу по лазу, произнес. — Клянусь, я сделаю так, чтобы дети в Империи перестали умирать от голода.
— Смелое заявление, — проворчал Виш, не обращая внимания на появляющегося из лаза паренька. — И как же ты это сделаешь?
Я же, проигнорировав вопрос фамильяра, приветливо улыбнулся ошарашенному пацану.
— Привет, Денис! Я — Макс Огнев, Купец первого ранга, и у меня к тебе есть деловое…
Договорить я не успел.
Висящий на груди храмовый амулет вспыхнул огнем, и я согнулся пополам — такое, в отличие от неприятных вопросов Виша, проигнорировать было невозможно.
Дениска замер, не зная, что делать, Марыся бросилась мне на помощь, а Виш тем временем впечатал себе в лоб лапу.
— Ну все, Макс, доигрался. Стела тебя услышала.
«И что… теперь?» — боль была острой и жгучей, будто мою грудь только что заклеймили каленым железом, но, к счастью, довольно быстро прошла.
— Да ничего, — с раздражением отозвался Виш. — Выполнишь — получишь в награду пару рангов и какой-нибудь уникальный дар. Не выполнишь… мы потеряем абсолютно все.
«Да ладно тебе, Виш, справимся!».
Фамильяр в ответ лишь фыркнул.
Мне же было не до обид Виша, поскольку оба ребенка, Дениска и Марыся, всерьез перепугались.
— Макс, что с тобой?
— Марыся, это кто такой⁈
— Со мной все в порядке, — прохрипел я, разгибаясь. — Что до твоего вопроса, Денис, я уже представился.
— А… — пацан на мгновение завис, а в следующий момент нахмурился. — Ты чего тут делаешь?
В правой руке Дениски тускло блеснуло лезвие ножа, и я посмотрел на пацана с невольным уважением.
Я был в пять раз больше Дениски, но тот и не думал трусить, намереваясь защищать свою семью до конца.
— Дениска, Макс — хороший! — Марыся хоть и не увидела ножа, но своим девичьим естеством почувствовала, что вот-вот разгорится ссора. — Он нам помог! Мать даже кашлять перестала. А Яник дышать начал!
При упоминании мамы и младшего брата из пацана будто вынули стержень, и он шмыгнул носом.
— Это… правда?
— Пошли ужинать, Денис. Как я уже сказал, у меня к тебе деловое предложение.
Про ужин я сказал неслучайно.
Во-первых, совместный прием пищи всегда сближает. Во-вторых, то, как человек ест, может многое о нем сказать. Ну и в-третьих, я хотел посмотреть, как Дениска чистит рыбу.
То, как себя держал мальчик, мне понравилось.
Сначала Денис убедился, что Марыся накормила лежащих в забытии мать и Яника, и только потом сел за стол.
Ел он спокойно и с достоинством и, хоть его и распирало от любопытства, первым разговор не начинал.
Что до чистки рыбы, то пацан действительно оказался виртуозом.
— Денис, прежде чем мы начнем обсуждать важные вещи, мне нужно убедиться, что все, что сказал про тебя староста Пахом — правда.
— И что же он сказал? — глаза мальчика потемнели от злости, и я точно уверился в том, что без старосты здесь не обошлось.
— Что ты идеально чистишь рыбу, — я протянул ему купленную рыбу специально для этой цели. — Это так?
Дениска, оставив мой вопрос без ответа, вооружился своим смешным ножичком, и через десять минут на тарелке лежало рыбное филе.
Виш так впечатлился, что слетел с моего плеча на стол и внимательно изучил филе в поисках хотя бы одной косточки.
— Здорово, — протянул я и щелчком пальцев сжег оставшуюся на столе требуху.
Оба, что Дениска, что Марыся, впечатлились продемонстрированным фокусом, но паренек все же сумел взять себя в руки.
— И о чем же вы хотели поговорить… господин Макс? И вообще, чем обязаны вашему визиту?
— Просто Макс, — поправил я пацана. — Мне нужен человек, который будет чистить рыбу так, чтобы не осталось ни одной косточки.
— И все? — удивился Дениска. — Да у нас каждый второй в деревне так может.
— И что, — не поверил я, — все чистят рыбу так, как ты?
— Ну не все, — мальчик призадумался, — а что, надо совсем-совсем без костей?
— Совсем-совсем, — подтвердил я. — Чтобы так же, как у тебя, получалось.
— Как у меня не будет, — в голосе Дениса мелькнула гордость. — Я каждую косточку считаю, поэтому можно есть рыбу, не боясь подавиться.
— Каждую?
— Ну да, — подтвердил пацан. — Я знаю, сколько костей в треске, семге, осетре и белуге. Даже норвежскую сельдь, и ту знаю!
— Норвежскую?
— Мы почитай на каждом выходе с ними пересекаемся, — кивнул Денис. — Они, в отличие от наших, прямо на корабле рыбу солят.
— А ваши?
— Так в амбарах, вестимо, — пацан бросил на меня снисходительный взгляд. — Так соли меньше уходит, и до весны можно рыбу хранить.
— Постой-ка, Пахом сказал, что он сразу в бочки рыбу укладывает…
— Это только Пахом так делает, — скривился Денис. — Чтобы купцам втридорога продавать. Другим так делать не позволяет.
— Понятно…
Чем больше я узнавал про Пахома, тем больше у меня к нему появлялось вопросов.
— А скажи мне, Денис, если я тебе рыбу свежую доставлю, сможешь всю её почистить и в сосновые бочки уложить?
— Смогу, как не смочь, — важно ответил мальчик. — Только без толку все будет.
— Это ещё почему?
— Сосновые бочки вкус портят, — авторитетно заявил пацан. — Если как староста делать, чтобы богачам продавать, то нужно буковые или дубовые бочки. И соль хорошую.
— Такая пойдет? — я достал из Инвентаря пудовый мешок соли.
Денис её внимательно осмотрел, попробовал и важно кивнул.
— Пойдет.
— А бочки где взять дубовые?
— Это вам, господин Макс, в Николаевск надо.
— Ясно… А расскажи-ка мне, Денис, про то, как местные рыбу ловят.
— Я бы рад помочь, господин Макс, но завтра мне на коптильню с утра-пораньше.
— Забудь про коптильню, — я выложил перед пацаном горсть серебряных монет. — Я приглашаю тебя к себе на работу. Пойдешь?
— Пойду, — завороженно кивнул пацан, не отрывая взгляда от денег. — А что делать-то надо будет?
— Это я тебе сейчас расскажу.
Наш разговор затянулся на три с лишним часа, и я узнал о рыбной ловле много интересного.
И о том, как солят рыбу на корабле, и о том, как она гниет в коптильнях, и о разнице в цене на разные сорта рыб.
Но самое главное, что я понял — моя бизнес-идея обречена на провал.
За оставшиеся двенадцать дней физически невозможно продать рыбы на тысячу золотых.
Даже если брать бочонок за три серебрушки и продавать в Николаевске за шесть-семь монет, выходило, что для оборота в тысячу золотых я должен перепродать двадцать пять тысяч бочек.
И это было нереально.
Даже если я сделаю ставку на качество и выручу в два раза больше, то все равно остается неподъемная ноша — двенадцать с половиной тысяч бочек!
Что до очищенной рыбы, то и здесь все было не так радужно, как хотелось бы.
Да, рано или поздно очищенную рыбу распробуют, да, её начнут покупать, но я физически не смогу заготовить много рыбы — раз, запустить рекламу — два и наработать репутацию — три.
И это я молчу о транспортировке рыбы из Николаевки в Николаевск…
Когда Денис, из которого я вытянул все, что касалось рыбной ловли, уже откровенно поплыл, я попрощался и, выбравшись на улицу, медленно побрел на берег.
Коротать оставшееся время до рассвета и думать.
Заготовка, транспортировка, оптовая продажа… — все это могло сработать, но нужно было больше времени.
У меня же оставалось всего двенадцать дней.
И, как ни крути, на ум шли лишь две вещи.
Первое — Проколы. Второе — норвежская сельдь.
И выбирая между Проколами и норвежцами, я склонялся к последним. К тому же, как оказалось, норвежцами Денис называл моряков, живущих на границе с Норвегией.
Если я правильно понял, то это были местные поморы, которые промышляли в Норвежском море.
У них можно было купить сельдь по приятным ценам, и я решил, что это мой шанс.
Меня, правда, смущал правовой статус моряков — гражданами какой страны они были, Денис сказать затруднялся.
Я же постоянно держал в голове запрет на международную торговлю для простых торговцев и купцов.
Но, взвесив все за и против, я решил рискнуть.
Уж слишком многое стояло на кону. Провал экзамена — раз, год моей жизни в Храме — два и опасность получения второго ранга — три.
Ведь если тот человек, у которого в данный момент находится Свеча, увидит, что огонек вспыхнул где-то в Храме, у меня начнутся серьёзные проблемы.
А значит, или я получаю ранг в Николаевске, или не получаю его вовсе.
Да и потом, не зря все действительно богатые люди говорят, что могут отчитаться за каждый миллион, кроме первого.
К счастью, мои нерадостные мысли были прерваны появлением Пахома и его работников.
Хмуро поздоровавшись, староста проводил меня к рыболовной шхуне и, спустя каких-то полчаса, мы уже шли под парусами.
Пахом хмуро правил кораблем, а двое его помощников, такие же здоровенные лбы, как и сам староста, готовили сети и драили палубу.
Было видно, что Пахом не в восторге от моего присутствия, но на рожон староста не лез.
Даже когда я сказал, что рыбная ловля отменяется, и мы идем искать норвежцев, Пахом не стал возмущаться и лишь хмуро кивнул.
Из трех часов бесконечного блуждания по свинцово-черному морю мне запомнились лишь две вещи.
Постоянное чувство своей ничтожности по сравнению с морской стихией и рассвет.
Глядя на рассвет, я впервые за три дня почувствовал… внутреннюю наполненность, что ли?
Даже Виш, который всеми силами демонстрировал, что он со мной не разговаривает, завороженно уставился на поднимающееся солнце.
Это было настолько красиво, мощно, сильно и величественно, что я невольно пропитался этим состоянием.
И именно в тот момент я понял, что у меня все получится.
А еще через десять минут на горизонте мелькнул чей-то корабль.
Пахом тут же направил свою шхуну по курсу, и спустя час наши корабли поравнялись.
— Здарова, Анисим! — Пахом, стоило рыбакам обменяться швартовыми, первый поприветствовал своего коллегу. — Как улов? Как семья?
— Потихоньку-помаленьку, — капитан «норвежского» корабля был на голову выше Пахома. — А ты чего знак о переговорах подал? Неужто решился сельдь у меня закупить?
— Я — нет, — отмахнулся Пахом. — А вот мой пассажир — возможно.
— А пассажир сам говорить не умеет? — хитро прищурился Анисим и смерил меня оценивающим взглядом.
— К чему влезать в беседу двух морских волков? — усмехнулся я, разглядывая корабль «норвежца».
Сам Анисим меня особо не интересовал — один-в-один копия Пахома, только побольше, да немного постарше. То ли дело корабль!
Корабль Анисима был в полтора раз больше шхуны Пахома, и на его палубе я заметил несколько десятков бочек, накрытых рыболовной сетью.
Помощников у Анисима было в два раза больше, чем у Пахома, и они, честно говоря, больше походили на головорезов, чем на рыбаков.
Но самое главное — Анисим был одаренным.
— Чего хочешь, салага? — со стороны могло показаться, что капитан меня оскорбил, но я не спешил обижаться.
Денис успел меня просветить о снисходительном отношении моряков к сухопутным.
— Меня зовут Макс Огнев, и я Купец первого ранга. Хочу закупить сельди на четыре сотни золотом. Что скажешь, уважаемый Анисим?
— Сколько? — Анисим аж закашлялся от услышанной суммы.
Что до Пахома, тот и вовсе икнул.
— Четыре сотни золотом, — повторил я. — Или для тебя это много?
— Для меня это в самый раз, — к чести Анисима, от названной суммы моряк оправился достаточно быстро. — Главное, чтобы ты, Макс, оказался не пустословом.
Я молча кинул Анисиму обмен и усилием воли продемонстрировал выложенное в столбики золото.
— Что ж, Макс Огнев, — во взгляде рыбака появилось любопытство. — Ты сумел меня заинтересовать. Какая сельдь тебе нужна?
— А какая есть?
— Есть обычная норвежская, есть норвежская королевская. Обычная двадцать серебряных монет за бочку. Королевская — золотой!
— В чем разница?
— Королевская больше и с икрой, — Анисим сделал знак, и один из его помощников кинулся в трюм. — В Империи она считается деликатесом. Сможешь выручить за бочку пяток золотых!
— Чего тогда сам не расторговываешься? — усмехнулся я.
— Мне в Николаевск нельзя, — Анисим скопировал мою усмешку. — Иначе стал бы я тут с тобой разговоры говорить?
— А кто тебя знает? — я пожал плечами.
— Меня все знают, — Анисим кивнул на Пахома. — И местная голытьба, и норвежцы.
Пахом на этих словах скрипнул зубами, но промолчал.
— Так ты норвежец? — в лоб спросил я. — Мне проблемы с международной торговлей не нужны.
— Поморы мы, — с гордостью заявил моряк, подтвердив мои догадки. — И рыбачу я на своей территории.
Что-то мне подсказывало, что под своей территорией Анисим имеет в виду не только все Баренцево море, но и Норвежское.
— Мне нужна чистая сделка, — я покачал головой. — С гражданином Империи.
— Вообще не проблема, — усмехнулся Анисим. — Иван!
— Здеся! — гаркнул один из моряков.
— Покажи свой амулет!
Рыбак с готовностью вынул из-за пазухи артефакт и продемонстрировал его мне.
Я только хотел спросить, и что я должен там увидеть, как заметил выбитого на амулете двуглавого орла.
— Пойдет, — кивнул я.
— Сделку заключим через Ваньку, — Анисим широко улыбнулся. — Вот только деньгу приму со счета на счет.
— С какого счета? — не понял я.
— Ты же Купец, — удивился Анисим. — Неужто у тебя до сих пор нет счета в банке?
— А зачем он мне?
— А как ты сделку фиксировать собираешься? — Анисим покачал головой. — Несерьёзный подход у тебя, Макс.
— Позор, — проворчал Виш. — Сиволапый крестьянин делает замечание без пяти минут дворянину! И ведь он прав…
— Не было надобности, — поморщился я, прикидывая про себя, сколько времени уйдет на то, чтобы добраться до Николаевска. — Через пять дней будет.
— Давай через семь, — выдвинул встречное предложение Анисим. — Пока мы сходим за королевской сельдью, пока наловим, пока назад вернемся.
— Давай через семь, — не стал спорить я. — Возьму восемьсот бочек!
— У тебя ж всего четыреста? — удивился Анисим.
— Все верно, — кивнул я. — Оптом возьму две бочки за золотой.
— Побойся Древних! — взревел Анисим. — Одиннадцать бочек за десять золотых!
— Восемнадцать, и заберу всё, что наловишь!
— Да даже двенадцать бочек за десятку — это грабеж среди бела дня!
— Семнадцать, и по рукам!
Наш торг продолжался почти полчаса.
Мы не обращали внимания ни на волны, ни на ветер, ни на возмущенное сопение Пахома.
Торг не прервался даже тогда, когда на палубе появился помощник Анисима и продемонстрировал мне королевскую сельдь.
По итогу сговорились на пятнадцать бочонков за десять золотых, при условии, что бочки будут дубовые или, на крайний случай, буковые.
Я обещался взять шестьсот бочек королевской сельди за четыреста золотых.
Я бы взял и больше — все равно у меня оставалось еще полсотни золотом — но, увы, шестьсот бочек — это был предельный вес для корабля Анисима.
Договорились мы с Анисимом встретиться недалеко от Николаевки ровно через неделю.
Причем, на мой взгляд, наш договор был больше похож на угрозу.
— Смотри, Макс, — Анисим, стиснув мою ладонь, опасно прищурился. — Я очень не люблю убытки. Как временные, так и трудовые. Если я и мои ребятки придем через неделю, а тебя на месте не обнаружится, я превращу тебя и всю Николаевку в сосульки.
На этих словах Анисим покрылся грозной ледяной броней, а я кажется, стал понимать, почему норвежцы ничего не могут сделать с этим помором-браконьером.
По крайней мере, я бы не хотел столкнуться с даром Анисима в открытом море…
Впрочем, страха как такового я не испытывал. За пару месяцев, проведённых в этом мире, я хорошо выучил, что местные понимают лишь один язык — язык силы.
— Смотри, Анисим, — я сжал ладонь помора так, что у того затрещали кости, а сам щедро зачерпнул энергию на усиление
Вокруг меня весело заревело пламя, отчего ледяная броня Анисима начала стремительно таять.
— Я тоже не люблю убытки и необязательных партнёров. Если через неделю ты не придешь или придешь без товара, я превращу тебя и твою родню в угольки.
Расходились наши корабли не сказать, что довольные друг другом, но с полным взаимным уважением и намерением во что бы то ни стало выполнить условия сделки.
И если Анисим отправился за королевской сельдью, то мы с Пахомом пошли за треской.
Для открытия счета мне нужно было вернуться в Николаевск, а ехать туда с пустыми руками было не комильфо.
Путь до города мне был уже знаком, и за эту неделю я собирался заложить основу будущего бизнеса — показать местным, что такое качественный продукт.
— Макс, впереди засада.
— Снова⁈
Но Виш, посчитав, что и так сказал достаточно, не ответил.
Фамильяр дулся на меня уже третий день и подавал голос лишь в чрезвычайных ситуациях.
Я же искренне не понимал, из-за чего он обиделся — ну дал я клятву позаботиться о детях Империи, что с того?
Да, это почти невозможно, да, на это потребуется уйма времени и денег, но это будет правильно, черт возьми!
К тому же, учитывая отношение в этом мире к крестьянам, я делал на это сословие серьезную ставку.
Да что там, крестьяне должны были стать основой моей будущей финансовой империи!
На мой взгляд, есть два пути, как решить проблему с голодом.
Первое — начать зарабатывать миллиарды и выделять какую-то сумму на что-то типа пособий.
Второе — просто-напросто создавать рабочие места. Те же самые консервные заводы в северных провинциях или свекольные плантации в южных.
В общем, примерное понимание, куда и как двигаться у меня было, и именно в Николаевке я решил провести, м-м-м, апробацию своих бизнес-идей.
Можно сказать, что в мыслях я уже переключился на, ни много ни мало, экономическое развитие региона, а тут очередная засада!
Впрочем, предыдущая оставила меня в серьезном плюсе — три тулупа с сопротивлением холоду, валенки, защитные амулеты, арбалеты, бронебойные болты, перевязь метательных ножей и денег на десять золотых.
Да, было неприятно добивать арбалетчика-подранка, но оставлять его на съедение волкам было бы ещё бессердечней.
Что до волков, то стая шла за мной все это время и отстала лишь сейчас — лес потихоньку заканчивался, и совсем скоро должен был показаться Николаевск.
И что-то мне подсказывало, что не будь я одаренным, волки обязательно бы напали.
— Внимание! — буркнул Виш, с явной неохотой высовывая мордочку из-под крыла.
Я обновил щит и вооружился самострелом — эти подарки фон Штерна успели отлично себя зарекомендовать!
Готовился я ко всему — ещё одна тройка магов в сопровождении арбалетчиков, наемный стрелок или даже мечник, но реальность превзошла мои ожидания.
На выезде, в трехстах метрах от леса, стояла одинокая сторожка, которую администрация Николаевска использовала в теплое время для сбора торговой пошлины.
Это было каменное одноэтажное строение с широким незастекленным окном — идеальное место для взимания платы за проезд в летнее время.
Стражники, которые обычно и осуществляли сбор, были хорошо защищены от порывов ветра, солнечных лучей, не говоря уже о волках и лихих людях.
Из широкого окна хорошо просматривался весь лес, и подойти незамеченным было не так-то просто.
Ну а единственная дорога не оставляла иных вариантов — едешь в Николаевск с товаром, будь добр плати.
Вот только в зимнее время никто не пользовался этим трактом, а значит и держать стражников на холоде было бы глупо.
Вот только сейчас в ней явно кто-то находился.
По идее, это идеальное место для засады — ну кто будет ожидать нападения из этой сторожки?
Но закутанный в тулуп мужчина и не думал прятаться. И, судя по форменной фуражке, это был… стражник?
Обмороженное лицо, повисшие усы, закрытые и покрывшиеся инеем глаза — стражнику, если это действительно был он, было не до торговых пошлин.
Дежурящий в сторожке солдат замерзал у меня на глазах…
Первой моей мыслью было проехать мимо — ну какое мне дело до этого стражника? Но я все же ударил по тормозам.
Такое ощущение, что судьба специально подкидывает мне такие вот испытания и с интересом наблюдает — пройду я мимо или нет.
Спрыгнув с нагретой сидушки мотособаки, я скользнул взглядом по целой веренице грузовых саней, которые мой агрегат тащил на себе, и подошел к окошку.
За те три дня, что я провел в Николаевке, я продал всю соль и бочки, взамен накупив хорошо почищенной трески.
Я заказал у местного столяра десять больших коробов на салазках и перекладывал в них всю выловленную и почищенную рыбу.
Да, пришлось воспользоваться помощью Инвентаря — Пахом и его работники с изумлением смотрели, как почищенная ими рыба пропадает с палубы, но результат мне нравился.
В деревянные короба влезало примерно по два-три центнера рыбы, да ещё и оставалось место для льда — я, пользуясь погодой, сделал из них ледники.
В итоге, сэкономил на соли и на бочках и поездку в банк обернул потенциальной прибылью.
Все эти мысли пронеслись у меня в голове за какие-то доли секунды, и я перевел взгляд на обмороженного стражника.
— Уважаемый, как дела?
На мои слова солдат никак не отреагировал, и я, вздохнув, полез в сторожку.
— Очень умно, — буркнул Виш. — Ты его ещё с собой возьми.
Фамильяр явно намекал на Дениску и его семью, которых я взял под свое крыло.
— Ладно, это был бы бездомный котенок, — продолжил ворчать Виш. — Но это человек! У него своя голова на плечах. И его не зря сослали на этот пост в такую погоду.
В словах дракончика был свой резон, но я физически не мог пройти мимо умирающего человека.
— У него даже тулуп обычный, — Виш так и фонтанировал недовольством. — Тебе своих проблем мало, Макс? Тебя только что убить собирались, а ты еще проблем себе на голову ищешь?
Не отвечая фамиляру, я стянул с солдата бесполезный тулуп и достал из Инвентаря трофейный — с сопротивлением к холоду.
— Двадцать золотых коту под хвост, — прокомментировал фамильяр. — Мо-ло-дец.
Я же, надев на солдата зачарованный тулуп, потянулся за флягой с восстанавливающим зельем.
Оставалось его буквально на донышке — бо́льшая часть пошла на маму и брата Дениски, но солдату хватило и пары глотков.
— Стой, кто идет! — вот каковы были первые слова пришедшего в себя стражника.
— Макс Огнев, — усмехнулся я. — Купец первого ранга. Возвращаюсь из Николаевки. Везу рыбу.
— Егерь Немиров. Сколько рыбы везете, ваше благородие?
— Десять телег.
— Десять серебряных, ваш благородие.
Я молча протянул замёрзшему стражнику десять монет и с сочувствием посмотрел на его ноги.
— Вот, — я достал из Инвентаря зачарованные валенки, снятые с одного из магов, и протянул их солдату.
— Минус двенадцать золотых, — пробурчал Виш. — Макс Огнев — купец года!
— Не буду спрашивать, за что тебя так, — я, проигнорировав слова фамильяра, посмотрел на стражника. — Но просто так на холодную смерть не посылают.
— Офицеру в морду дал, — разоткровенничался солдат. — К Аленке моей полез.
— Сочувствую, — сил смотреть на то, как стражник пытается снять обледеневшие валенки со своих обмороженных ног было выше моих сил, и я ему помог.
— Спасибо, ваше благородие, — по щеке солдата скользнула одинокая слезинка. — Силой клянусь, все верну.
И действительно, стоило мне присмотреться, как я заметил едва тлеющий в груди огонек дара.
— Увольнялся бы ты с такой службы, Немиров.
Егерь посмотрел на меня, как на умалишенного, но ничего не сказал.
Я же, убедившись, что сделал все, что мог, дождался, пока стражник отогреется до такого состояния, чтобы выдать мне торговую бирку, и поехал дальше в город.
— Все верну, ваш благородие, — сказал мне на прощание егерь Немиров. — Не извольте сомневаться.
Кивнув стражнику на прощание, я оседлал свою мотособаку и двинулся дальше.
Стен, как таковых, у города не было, и я направился по самой широкой улице прямо на рынок.
Сказать, что мое транспортное средство произвело фурор в торговых рядах — ничего не сказать!
И хоть по причине позднего вечера и плохой погоды на рынке практически никого не было, но торговцы моего механического коня оценили.
К тому моменту, когда я доехал до лавки Хомутова, мне трижды предложили продать мой агрегат, что навело меня на интересную мысль.
— Здравствуй, Макс, — Игорь Андреевич встречал меня у входа в лавку. — Вижу, ты не с пустыми руками?
— Как и договаривались, Игорь Андреевич, — я кивнул на грузовые короба. — Помните, у нас был разговор о качественном продукте? Прошу оценить.
Приказчик не поленился и проверил каждый из коробов. Причем он брал рыбу не только сверху, но и с самого низа.
— Отличный товар, — наконец-то признал Игорь Андреевич. — Вот только много выручить с него не выйдет. Торговцам без разницы, что закупать, их интересует только прибыль.
— А вы продавайте её как заморскую, — предложил я. — Учитывая, что основа вашей торговли — это рыба с Прокола, то и выходы на купцов первой гильдии у вас найдутся.
— Возможно, — уклончиво ответил приказчик. — Заберу все за пять сотен серебром или девять золотых монет. И сделаю скидку на соль и бочки.
Цена, которую предложил Игорь Андреевич, была хороша, и я даже не стал торговаться.
Мы ударили по рукам и принялись обсуждать следующую сделку.
Я взял у Хомутова сто пудов соли и десять дубовых бочек под рыбное филе, а он, в свою очередь, согласился выкупить у меня всю королевскую сельдь.
Ну а поскольку сделка была серьезной даже по меркам Хомутова, мы договорились встретиться с ним ещё раз — уже после того, как я открою счет в банке и оплачу взнос в третью гильдию.
Тысячи золотых у меня пока что не было, но проблем с получением купеческой грамоты быть не должно.
Во-первых, мой Путь давал мне право заниматься торговлей, во-вторых, главное было уплатить ежегодную пошлину, билетный сбор в пользу Империи и десятину от каждой совершенной сделки.
Встретиться с Игорем Андреевичем мы договорились утром следующего дня, как только я закончу все свои бумажные дела.
Грузовые короба я оставил у Хомутова, а мотособаку благоразумно убрал в Инвентарь, как говорится, береженого и Бог бережет.
Гостиницу я снял неподалёку от банка, без сожаления отдав за постой десятку серебром.
Ужин и горячая ванна встали мне ещё в десяточку, но оно того стоило.
Я с удовольствием понежился в исходящей паром воде и, плотно поужинав, завалился спать.
Вишу достался уже классический стакан молока и место в камине — из-за близости Стужи, фамильяр постоянно мерз.
Ночью я ожидал неприятностей, но к моему удивлению, никто и не подумал заявиться ко мне в гости.
И я, честно говоря, рассчитывал, что у меня а запасе будет еще пара спокойных дней.
Пока Уваровы выяснят, что маги-наемники не справились со своей задачей, пока доложат об этом начальству, пока назначат нового исполнителя…
В общем, по этому вопросу я выражал осторожный оптимизм.
В том, что на охоту вышли Уваровы, я не сомневался — а кто, собственно говоря, это мог еще быть? — и был уверен, что мне удастся поводить их за нос.
Да и потом, по правде говоря, мне понравились трофеи. По грубой оценке, после реализации хабара я мог выручить от сотни золотых монет!
Поэтому, как говорится, приходите, будем рады!
Больше всего я переживал за сделку с Анисимом. Уж слишком много там было неучтенных факторов.
Сам Анисим, Пахом, погода, дорога до Николаевска…
Сегодня меня видели слишком многие, и я был более чем уверен, что в следующий раз в лесу меня будут ждать не наемники Уваровых, а тати, посланные местными торгашами.
Река в ледяных оковах, лесным трактом пользоваться будет только смертник — а товар-то нужен!
На товар-то сейчас идет повышенный спрос!
В общем, утром я встал с тяжелой головой — уж слишком много всего нужно было учесть, чтобы не остаться в дураках.
Впрочем, все эти заботы могли подождать — в первую очередь нужно посетить банк и официально вступить в торговую гильдию.
— Как здесь закончим, зелье пополни, — Виш, судя по его совету, немного оттаял и уже не так сильно на меня дулся. — За амулет, к слову, можно было выручить и побольше.
Я молча кивнул и протянул приказчику Вольных охотников свою флягу.
— Будьте добры, восстанавливающее зелье до горлышка.
Если в банке все прошло без сучка и задоринки — мне открыли счет, помогли его пополнить и даже выделили скромную кредитную линию — то в гильдии нас мурыжили несколько часов.
Судя по намекам секретаря торговой палаты, два золотых мгновенно решили бы все наши проблемы.
Я же начинать свою торговую деятельность с дачи взятки категорически не желал.
Вот и пришлось сидеть в абсолютно пустом коридоре, дожидаясь назначения аудиенции.
И когда я был готов плюнуть на все и, спровоцировав конфликт, вызвать секретаря на дуэль, меня наконец-то пригласили.
Две подписанных бумаги, ежегодный сбор в полсотни золотом за право стать купцом третьей гильдии и двадцать золотых за ведение бухгалтерии…
Из торговой палаты я вышел на семьдесят золотых беднее и с четким пониманием — это ещё не конец.
Впереди меня ждал транспортный налог и десятина…
Учитывая, что после всех трат у меня осталось триста восемьдесят восемь золотых, мне срочно требовалось найти минимум шестьдесят два золотых.
Так я и оказался в лавке вольных охотников — так местные называли авантюристов, наемников и форточников, промышляющих закрытиями Проколов.
Я был уверен на все сто, что хабар, который я намеревался продать, станет ниточкой, ведущей к пропавшим магам-наемникам, но других вариантов не видел.
Приказчик лавки торговался со мной неохотно, без огонька, и в итоге мы сошлись на сотне золотом за арбалеты, метательные ножи, защитный амулет и зачарованные тулуп с валенками.
И, насколько я мог видеть, больше всего его заинтересовал именно защитный амулет.
В любом случае, меня сделка более чем устроила, и я, пополнив запасы Восстанавливающего зелья, поспешил к Хомутову.
— Когда тебя ждать, Макс? — Игорь Андреевич не просто загрузил солью мой небольшой караван, но и подготовил его к пути.
Смазал салазки жиром, поправил разошедшийся короб и раздобыл для меня средний энергетический кристалл.
Конечно, все это делал не лично он, но подход приказчика мне нравился.
Хомутов дотошно вникал во все детали и безукоризненно выполнял взятые на себя обязательства.
— Три-четыре дня, Игорь Андреевич. Точнее сказать не могу.
— По тракту поедешь?
— Ну да, не через лес же.
— Будь осторожен, Макс, — Хомутов внимательно посмотрел мне в глаза. — До меня дошли слухи, что Зубаеву не понравился твой выбор.
— Зубаеву?
— Хозяин второй лавки, — пояснил Игорь Андреевич. — Наш основной конкурент.
— Аааа, — вспомнил я. — Та лавка с грубым приказчиком? Так мне ясно было сказано, мои товары их не интересуют. Да и потом, вряд ли человек, у которого работает такое хамло, сам отличается вежливостью
— Зубаев слишком горд, чтобы самому стоять за прилавком, — улыбнулся Хомутов. — Но ты прав, работники у Зубаева ему под стать.
— Зубаев форточник?
— Если бы, — поморщился Хомутов. — Сын бывшего мэра. Как его отец посадил на место главы по распределению форточников, так он там и сидит.
— Распределение форточников?
— Ты же сам из Храма, — удивился Хомутов. — Разве не знаешь про ежегодную квоту?
— Закрытие Проколов, что ли? — уточнил я.
— Они самые, — подтвердил Хомутов. — Город делает запрос в столицу, после чего из Храма прибывает послушник. Вот Зубаев и занимается их распределением.
— Ясно… А вы?
— А что мы? — усмехнулся Игорь Андреевич. — Так уж вышло, что один из ваших, оказавшись по распределению в Николаевске, влюбился в мою дочь. Так здесь и остался.
— Семейный подряд, да?
— Он самый, — хмыкнул Игорь Андреевич. — Зять Проколы закрывает, дочь учет ведет, ну а я вот реализацией и торговлей занимаюсь.
— Здорово, — с уважением протянул я. — Но что-то мне подсказывает, что Зубаева такое положение дел не устраивает.
— Не устраивает, — усмехнулся Хомутов. — Вот и гадит нам понемножку. Но на большее не решается.
— Слушайте, Игорь Андреевич, а вы сказали, что зять Проколы закрывает. Я думал, у вас один Прокол, которым вы и кормитесь.
— Одно время так и делали, — кивнул Хомутов. — Но последнее время их слишком уж много. Приходится закрывать. Много рыбы пропадает.
Из сказанного я сообразил, что Проколы наверняка находятся на воде, будь то река или море, но озвучивать свои догадки не стал.
— Ежели нужна будет помощь в закрытии Проколов, дайте знать, — улыбнулся я, на всякий случай закинув удочку. — Я в этом спец.
— Буду иметь в виду, — снисходительно усмехнулся Хомутов.
Про мой Путь и ранг он говорить ничего не стал, но все было понятно и так — тяжело поверить в то, что Купец первого ранга способен самостоятельно закрыть Прокол.
Впрочем, переубеждать Хомутова я не собирался. По крайней мере сейчас.
— Ты, Макс, опять все важное прослушал, — проворчал Виш. — Он же тебя не зря про тракт спросил и на Зубаева намекнул.
— А что, Игорь Андреевич, — я едва заметно кивнул Вишу, показывая, что услышал фамильяра. — Выходит, этот ваш Зубаев может и засаду в лесу устроить?
— Всяко может быть, — уклончиво отозвался Хомутов. — Но ты будь, на всякий случай, аккуратен. У Зубаева имеются связи в мэрии. Может такую бюрократическую карусель запустить, что до осени из города не вылезешь. Про товар и вовсе молчу — сгинет.
— Понял вас, — немного помолчав, произнес я. — Спасибо за предупреждение.
— Это меньшее, что я могу сделать для своего торгового партнера, — улыбнулся Хомутов. — И знай, я отправлю верного человека следить за выездом из леса. На всякий случай.
— В таком случае отправьте на тракт не очень верного человека, — медленно произнес я, озвучивая пришедшую мне ночью идею. — А верного отправьте в порт.
— Но река же стоит, — нахмурился Хомутов.
— Увидимся через три-четыре дня, Игорь Андреевич, — усмехнулся я. — Надеюсь, к моему прибытию все будет готово, и сделка не займет много времени. Ну, вы меня понимаете.
— Понимаю, — медленно кивнул приказчик, ломая себе голову над моими словами про порт. — Чтобы Зубаев не успел подгадить. Но, Макс, каким образом…
— До встречи, Игорь Андреевич! — перебил я Хомутова. — Ну а как все закончится, не откажусь познакомиться с вашим зятем. Он Воин?
— Инженер, — машинально отозвался приказчик. — Да-да, конечно. Приглашаю вас к нам в гости, Макс. Вот только я все никак не пойму, зачем…
— Всему свое время, Игорь Андреевич.
Я посмотрел на готовый к отправке паровозик коробов и широко улыбнулся.
— Ну и последний вопрос, перед тем как я отбуду. Скажите, Игорь Андреевич, как я могу купить деревню Николаевку?
Игорь Андреевич обещал подумать над моим запросом, и я видел по его глазам, что его отношение ко мне серьезно изменилось.
Если раньше он относился ко мне пускай и с уважением, но с некой долей пренебрежения, то сейчас он все чаще кидал на меня задумчивые взгляды.
Но я прекрасно понимал, что поступки говорят громче слов, и рассчитывал, что будущая сделка окончательно расставит все точки над «ё».
А значит, нужно сделать все, чтобы она прошла успешно.
Ну а потом, после того как сдам выпускной экзамен, можно будет подумать и о Николаевке, и о консервном заводике, и о собственной службе безопасности.
И первым кандидатом будет егерь Немиров.
Когда я выехал из Николаевска и доехал до сторожки — он так и продолжал нести караул — у нас состоялся короткий, но интересный разговор.
— Вы, ваше благородие, если надумаете в наших краях обосноваться и караваны с окрестных сел в Николаевск водить, то можете на меня рассчитывать.
Выглядел Немиров в разы лучше, чем при нашей первой встрече, и помирать от холода не собирался.
Мотивация егеря была мне в общем-то ясна — с таким офицером житья ему на службе не будет — но мне было интересно, что он скажет.
— А как же служба, Немиров?
— Думается мне, что купец, который не раздумывая дает дорогущую зачарованную одежду первому встречному, найдет двадцать золотых для выкупа верного человека.
Как минимум не глуп, сумел оценить ситуацию и сделать правильные выводы. Вот только…
— Верного ли — вот в чем вопрос.
— Силой и здоровьем клянусь, отслужу, ваш благородие! — егерь прижал руку к груди. — Я местные леса вдоль и поперек исходил прежде, чем на службу попал. Все тропки, все деревушки знаю. Ежели интерес будет, могу и до Проколов довести, и в Ледяную пустошь сопроводить. С такой одежкой можно и до эпицентра дойти!
А вот это интересно…
— Я тебя услышал, Немиров. Ничего обещать не буду, но подумаю над твоим предложением.
По всему выходило, что Немирова надо брать.
На эту северную губернию у меня были большие планы, ну а Ледяная пустошь прикроет меня от взора Свечи.
Про Проколы и вовсе молчу. Если Немиров и правда знает, где они находятся, то это же джек-пот!
В лес я заезжал уже с приподнятым настроением.
Мало того, что у меня есть Дениска, с которым мы предварительно договорились о сотрудничестве, так ещё и Немиров появился.
Получается, медленно, но верно обрастаю, м-м-м, сотрудниками?
Илюха не раз говорил — бизнес начинается тогда, когда ты принимаешь на работу сотрудника и сажаешь его на зарплату.
И я, поработав в его фирме, в полной мере оценил правоту бывшего босса.
Будучи студентом, я занимался продажей товаров на маркетплейсах и считал себя предпринимателем. Но только возглавив отдел логистики и приняв на работу первого сотрудника, я понял, что такое настоящий бизнес.
Это не только решение проблем других людей, это — ответственность.
И, честно говоря, мне понравилось это чувство.
С одной стороны, я не мог подвести Илюху — мое непосредственное начальство, с другой — от того, как я выстрою работу отдела, зависела зарплата ребят.
И эти два фактора мотивировали меня выкладываться на все сто.
Так же будет и здесь.
У меня в команде уже есть Камнев и Жарков, совсем скоро ко мне присоединятся Денис со своей семьей и егерь Немиров, а через год пара десятков новоиспеченных послушников.
Ну чем не основа международной финансовой империи?
— Внимание!
Голос Виша вырвал меня из мыслей, и я с удивлением огляделся по сторонам.
Опять засада? Неужели Уваровы отреагировали так быстро?
— Снова маги с арбалетчиками?
— Сейчас узнаешь, — мрачно пообещал Виш, и что-то в его голосе заставило меня выставить
А в следующую секунду на меня напали.
Сразу два волка кинулись с обеих сторон, и если в левого я успел метнуть Шипом, то правый всем своим весом обрушился на меня.
Я слетел с сидушки и покатился по снегу, прямо в пасть серому хищнику.
Как обычно во время боя на меня накатила странная смесь холодного спокойствия и горячего азарта.
Я вскочил на ноги и метнул сразу два шипа, но волк припал к земле, пропустив огненные сгустки магии над собой.
— Сзади! — предупредил Виш.
Я машинально впитал еще одну монету и вновь окутал себя
Сунувшийся было ко мне волк получил кулаком в морду, и я, как самый настоящий Геракл, резким рывком порвал ему пасть.
Противно хрустнули шейные позвонки, и серая туша рухнула на снег, заливая кровью все вокруг себя.
Стая тем временем взяла меня в кольцо, и в круг вышел здоровенный матерый волчара.
— Первые два были загонщиками, — шепнул Виш. — Сейчас черед вожака.
Вот только волк, вместо того чтобы кинуться на меня, замер на месте и угрожающе зарычал.
— Только не говори мне, что он тоже одаренный, — процедил я, напитывая магией кулаки. — Я что-то чувствую.
— Некорректно называть дикого зверя одаренным, — поморщился Виш, с интересом разглядывая рычащего волчару. — Но ты прав, Макс. Это не обычный волк.
— Стужа? — догадался я.
— Наверняка, — подтвердил Виш. — Скорей всего, родился где-то на периферии Ледяной пустоши.
— На периферии?
— Если бы ты встретил зверя из эпицентра ледяной пустоши, мы бы уже были мертвы.
У меня промелькнула было мысль, что Ледяная пустошь чем-то походит на Прокол, но тут же испарилась.
— Почему он не нападает?
— Скорей всего, вожак почуял текущий в твоей крови Истинный огонь, — Виша встреча с серыми хищниками, похоже, немного развлекла. — Увы, но разойтись краями не выйдет.
— Золото жаль, — вздохнул я и ударил по окружившей меня стае веером из Огненных шаров.
Такое нехитрое действие практически обнулило мой резервуар, но оно того стоило.
Со стороны сложилось впечатление, что от меня прокатилась волна огня, и волки бросились врассыпную.
Не сказать, что я нанес им сильный ущерб — обожжённые носы и шерсть не в счет, но природный страх перед огнем оказался сильнее.
Не дрогнул лишь вожак.
Он припал к земле и зарычал так, что у меня на затылке зашевелились волосы. Но как будто этого было мало, хищник окутался ледяной дымкой.
— Сейчас прыгнет, — буднично предупредил Виш.
— Посмотрим, — выдохнул я, тратя остатки резервуара на Огненный щит.
Вокруг меня вспыхнул кокон огня, и волк, перестав рычать, посмотрел мне в глаза.
Казалось бы, меня должен был охватить ужас — лес, собачий холод, волчья стая с одаренным вожаком, но я не чувствовал страха.
Да и какой страх может быть, когда у меня с собой золото?
Понятно, что четыреста золотых, которые пойдут на закупку сельди, неприкосновенны, но благодаря продаже части трофеев, у меня образовался личный запас в тридцать с чем-то золотых.
В общем, я и не думал бояться. И волчара это увидел.
А я понял — он не нападет. Но и отступить не имеет права, поскольку за ним сейчас внимательно наблюдает разбежавшаяся по кустам стая.
— Не нападайте на людей, — посоветовал я волку, отходя спиной к заглохшей мотособаке. — Иначе мы снова встретимся, но разойтись краями уже не выйдет.
Не знаю, понял ли меня волк или нет, но все то время, пока я убирал тело первого хищника с пути и заводил мотособаку — к счастью, волки не смогли её повалить — вожак так и не напал.
— Повезло, — прокомментировал Виш, стоило нам покинуть место скоротечной схватки.
— Просто он понял, что проиграет, — не согласился я. — Какие-то дурные волки, не находишь? Надо было вчера их шугануть.
— С двумя золотыми, которые ты выделил себе на защиту? — скептически отозвался Виш. — Ну-ну…
— Ты, я вижу, отошел? — после скоротечной схватки на меня навалился откат, и я покрепче схватился за руль.
— Когда я говорил про обеты, — сухо отозвался Виш, — я имел в виду что-то полезное. Например, не употреблять алкогольные напитки или не дымить папиросами. Это — рационально. Тут и польза для твоего магического развития, и достойная награда от стелы. А сейчас…
— Награда жидковата будет? — усмехнулся я.
— Да при чем здесь это! — возмутился Виш. — Ты просто не представляешь, во что ввязался со своей клятвой! Я думал, что ты рациональный делец, Макс. А ты оказался наивным идеалистом.
— Поживем-увидим, — не стал спорить я. — Сейчас самое главное — заключить сделку.
— Это да, — согласился Виш. — Надеюсь, ты понимаешь, что на обратном пути нас будут ждать?
— Понимаю, — кивнул я, сбрасывая скорость перед поворотом.
— И в этот раз Уваровы подготовятся получше.
— Тоже думаешь, что это Уваровы?
— А кто еще? — продублировал мои мысли Виш. — Им же не сам ты нужен, а Камнева оставить без первого номера. Ты, Макс, в этой войне играешь хорошо если вторую роль.
— Ну и славно, — я и не подумал расстраиваться. — Мне, главное, из Храма выпуститься, а дальше будет проще.
— Планируешь сделать ставку на рыбу и морепродукты? — предположил Виш. — Ты же понимаешь, что этот рынок уже поделен?
— Посмотрим, — туманно отозвался я, не спеша делиться с Вишем своими планами. — Ты лучше вот что скажи, мне кажется, или мотособака как-то тяжело идет?
— Не кажется, — Виш моим ответом явно остался недоволен. — А чего ты хотел при такой нагрузке?
— Ну, десять коробов она худо-бедно тянет, — не согласился я. — Но я рассчитывал на больше.
— Шестьсот бочек от Анисима, — смекнул Виш. — В короб влезет шесть бочек… Десять ходок, Макс.
— Вот-вот, — поморщился я. — Коробы, в принципе, сделать не проблема. Вопрос, справится ли мотособака?
— Очень сомневаюсь, — Виш покачал головой. — Энергокристалла должно хватать на месяц бесперебойной работы, а ты его за сутки досуха выпил. Точнее не ты, а груз.
— Главное, что увезла, — отмахнулся я. — Но больше, скорей всего, не потянет…
— Что будешь делать?
— Пока не знаю, — протянул я, обдумывая пришедшую в голову мысль. — Слушай, Виш, а Анисим, он, получается, стихийник?
— Ну да, — Виш не понял, с чего это я вдруг вспомнил про норвежского помора.
— Он Маг Воды?
— Скорей всего, — подтвердил фамильяр. — Причем, судя по толщине ледяной корки, минимум третьего ранга. А что?
— Да так… Я тут вспомнил, что их корабль двигался быстрее шхуны Пахома, и засомневался.
— А, ты про воздушника? — кивнул Виш. — Скорей всего это кто-то из команды Анисима.
— Или он сам?
— Или он сам, — немного подумав, согласился Виш. — Очень маловероятно, но кто знает, какой у него дар?
— А ты сможешь вычислить воздушника, если это окажется кто-то из команды?
— Ты мои расценки знаешь, — усмехнулся Виш.
— Золотой?
— Золотой.
Дальнейший путь мы провели в тишине.
Не знаю, о чем думал Виш, но я и так, и сяк прикидывал, как уложиться в одну, максимум в две ходки.
Правда, пришлось прерваться, чтобы убрать с дороги поваленную наемниками сосну, но это не заняло много времени.
В Николаевку я прибыл ближе к вечеру. Проверил, как дела у Дениса с Марысей, отдал ребятишкам восстанавливающее зелье и заказал у столяра Сергея ещё сорок коробов.
За оптовый заказ Сергей взял по три серебрушки за короб и обещался управиться за два с половиной дня.
Здравый смысл подсказывал, что я, скорей всего, не смогу увезти пятьдесят прицепов, но я решил рискнуть.
Если получится — сумею уложиться за одну ходку. Если нет — то придется делать пять ходок, но обратно буду мчаться без груза.
Я говорил, что не люблю, когда слишком многое зависит от других людей?
Так вот, эти два с половиной дня были для меня сущим адом.
Староста Пахом должен был отвезти меня на встречу с Анисимом, столяр Сергей — успеть подготовить коробы с салазками, Охотник Даниил — следить, чтобы в деревне не появились чужие…
Денис с Марысей обещали почисть три бочки рыбы, рыбак Игнат продал мне дом для ребят, а местный балабол Антип с удовольствием стал моим информатором…
Я разрывался между подготовкой к встрече с Анисимом и подготовкой к открытию будущей лавки.
Я одновременно волновался за уйму вещей.
Пахом соскочит в последний момент, Анисим не придет в установленный срок, возникнут проблемы с норвежцами, в Николаевку нагрянут наемники Уваровых…
В общем, когда настало время выходить в море, я с облегчением выдохнул.
По крайней мере, коробы были готовы, шхуна Пахома ждала на причале, а охотник Даниил вместе с Денисом были готовы в точности выполнить все мои ЦУ.
Я все так же нервничал, что в любой момент все пойдет не по плану, но по крайней мере прошел самый худший страх — страх ожидания.
На корабль Пахома я грузился внешне бесстрастно, но внутри меня все так и клокотало от предвкушения и нетерпения.
Ведь эта сделка по вложенным нервам могла посоперничать с разорением Крысина.
И если хоть один пункт не сработает…
Впрочем, лучше об этом не думать.
— Готов, Макс? — Виш, чувствуя мое волнение, прижался ко мне всем телом.
— Не очень, — кажется, я забылся и ответил фамильяру вслух.
Впрочем, плевать. Косые взгляды Пахома — это меньше, что волнует меня в данный момент.
— Я скажу тебе одно, Макс, — Виш, стоит признать, относился к моему плану, мягко говоря, скептически. — Ты самый сумасшедший торговец, которого я встречал в жизни.
— Я знаю, Виш… — едва слышно шепнул я, занимая свое место на борту.
На берегу Денис, Даниил и Сергей готовили коробы и ждали моего возвращения.
— Бездна его знает, получится у нас или нет, — дракончик с сомнением покосился на берег. — Но это однозначно будет интересно!
— Тоже так думаю, — беззвучно отозвался я и повысил голос. — Поехали!
Вообще, события последней недели остались в памяти рваными мазками.
Сначала шли «старые» — знакомство со старостой, встреча с Дениской и его семьей, первый выход в море…
Затем посвежее — поездка в Николаевск и стычка с наемниками, замерзший егерь Немиров, растороговка с Игорем Андреевичем, банк, торговая палата, сборы…
И напоследок совсем недавние — стычка с волками и многочисленные хлопоты в рамках подготовки к «Золотой сделке», как её называли в селе.
Казалось бы, при чем здесь моя сделка и жители Николаевки?
О, как оказалось, в забытой империей деревушке кипят такие страсти, что ни в жизнь не поверишь!
И чуть ли не в каждой второй истории был замешан староста Пахом…
— Так, Макс, а ну-ка тормози, сейчас не время вскрывать местные гнойники!
Видимо, раз Виш подал голос, я опять подумал об этом слишком громко.
Я усилием воли задавил воспоминания о тех историях, которые поведал мне местный балабол Антип, и сконцентрировался на предстоящей сделке.
Мы, если верить Пахому, прибыли на место, и сейчас оставалось только дождаться появления предприимчивого помора.
То ещё удовольствие стоять на ветру, но по-другому никак.
Я посмотрел за борт колышущейся на волнах шхуны и ещё раз мысленно пробежался по списку.
Короба готовы и ждут на берегу. Что с ними делать, Денис знает.
Когда наша шхуна вернется, мальчик оседлает мотособаку и направится в уговоренное нами место.
В том, что Денис доедет до точки назначения, я и не сомневался, зря мы с ним что ли тренировались каждую ночь?
Что до охотника Даниила и столяра Сергея, те тоже проинструктированы по самое не хочу.
Первый будет охранять мотособаку от любопытных носов местных, а потом, встав на лыжи, пойдет на место встречи вместе с Денисом.
Задача Даниила присматривать за мальчиком и во все глаза следить за лесом — сомневаюсь, что волки заявятся в деревушку, но бережёного и бог бережет.
Что до Сергея, то столяр так же встанет на лыжи и пойдет за Денисом. Вот только в отличие от охотника, у него две задачи.
Первая — коробы. Следить, бдеть и, если понадобится, осуществить скоротечный ремонт.
Вторая — провести над мотособакой небольшую модернизацию. Вернее, над одним из коробов, но не суть.
Идеи и реализация обошлись мне в пятнадцать золотых, ведь для этого Сергею пришлось разобрать свой корабль, но я надеялся, что все окупится.
В курсе моей задумки были только Сергей, я и Денис.
Сергей выступал в качестве инженера-строителя, я — в качестве силовой тяги, ну а Денис — водителя мотособаки.
Это было очередное слабое звено моего плана, но трудовое рвение моих помощников внушало осторожный оптимизм.
И если Даниил с Сергеем прельстились хорошей оплатой, то Денис работал не за деньги, а за совесть.
После того, как я купил его семье хороший теплый дом за три золотых — смешные деньги! — мальчик стал моим самым преданным вассалом.
Ну как вассалом… слугой.
Мне такое позиционирование не нравилось, но для местных это было в порядке вещей, и некоторые рыбацкие семьи даже завидовали Дениске, мол, повезло, хороший хозяин нашелся…
Дико? Ещё как!
Но я не зря спрашивал у Игоря Андреевича насчет выкупа деревушки.
Как я узнал сначала от Дениски, потом от Антипа и, в конце концов, у банковского служащего, Николаевка была самой, что ни на есть, крепостной деревушкой.
У неё даже помещик свой имелся.
Правда, последний безвылазно сидел в своем охотничьем домике уже третий год подряд, и у меня были все основания считать, что он отошёл в мир иной.
Ведь ничем другим борзость и вседозволенность Пахома объяснить было нельзя.
Я с тщательно сдерживаемой злостью покосился на старосту и вновь усилием воли отогнал от себя нехорошие мысли.
— Позже, Макс, — фамильяр отлично чувствовал мои эмоции, к тому же он тоже слышал рассказ Антипа. — Сначала сделка.
Виш прав, сначала сделка…
Увы, но в данный момент я целиком и полностью зависел от Пахома и ссориться с ним мне было не с руки.
— Не факт, что Антип сказал правду, — в кои-то веки, Виш решил выступить в качестве адвоката.
— Денис тоже все выдумал? — беззвучно отозвался я, впиваясь пальцами в деревянный борт шхуны.
Как только мальчик понял, что я действительно хочу помочь ему и его семье, он рассказал много чего интересного. В том числе и тайные подробности обнищания его семьи.
Он стопроцентно был предвзят, но если наложить его слова на сплетни Антипа, рисовалась неприглядная картинка…
— Макс, — шикнул на меня Виш. — Успокойся! Сначала сделка!
Неохотно кивнув, я покосился на искореженный борт — и не заметил, как смял толстую дубовую доску, словно бумагу.
— Лучше подумай о том, как будешь доставлять полученный от Анисима груз.
Виш одной репликой смог переключить мое внимание.
Я знал, что фамильяру интересно, каким образом я планирую выполнить свои обязательства по доставке, но я намеренно помалкивал.
Для себя я аргументировал это тем, что боюсь сглаза и всякое такое, но в глубине души отдавал себе отчет, что дело в другом.
Я банально не хотел, чтобы Виш читал мои мысли, как открытую книгу.
Да, иметь такого всезнающего помощника-фамильяра очень удобно, но в глубине души я чувствовал, что это все не просто так.
И в тот миг, когда я перестану принимать самостоятельные решения и действовать так, как считаю нужным, произойдет нечто непоправимое.
Я не мог сформулировать, что именно меня смущало, но не колеблясь ни минуты установил для себя одно-единственное правило — я и только я хозяин своей жизни.
В общем, несмотря на наши превосходные с Вишем отношения, я старался не допускать его в свои мысли.
Внешний пласт — пожалуйста. Подчас я специально думал громко или мысленно нацеливался на фамильяра. Но все остальное — ни в коем разе.
Мои мысли не должны становиться достоянием общественности в лице Виша.
Хм, кажется, мне пора озаботиться какой-нибудь ментальной защитой…
— Плывет!
Слова Виша сбили меня с мысли, и я не удержался от шпильки в адрес фамильяра.
— Правильно говорить не «плывет», а «идет».
— Почему? — заинтересовался Виш.
— Ну, так моряки говорят…
— А ты моряк?
— Нет, а что?
— Ну вот и не выпендривайся тогда, — подытожил фамильяр, наблюдая за приближением корабля Анисима.
Я не нашелся, что возразить фамильяру и посмотрел в ту же сторону, куда и Виш.
— Мне кажется, или корабль Анисима двигается слишком уж быстро?
— Не кажется, — довольно кивнул Виш. — У него в штате действительно есть воздушник. Причем, скорей всего это дар.
— С чего такие выводы?
— В прошлый раз я не почувствовал ни одного одаренного выше третьего ранга, — пояснил Виш. — Они, конечно, могут использовать скрывающие силу амулеты, но я в этом сомневаюсь.
— Что за амулеты? — ждать прибытия Анисима было волнительно, и я решил немного отвлечься.
К тому же информация об амулетах не будет лишней.
— Всякие есть, — Виш едва взмахнул крылышками. — Чем выше ранг амулета, тем он дороже.
— Мне такой нужен?
— Лишним не будет, — усмехнулся фамильяр, — но тебе лучше что-то на сокрытие огненной стихии.
— И от Свечи поможет?
— Это вряд ли, — покачал головой Виш. — От Свечи ничего не скроет… Почти…
— Почти?
— Ну… — Виш с сомнением посмотрел в свинцовое небо. — Только если Стужа…
— Что Стужа?
— Можно заглянуть в Ледяную пустошь, — неохотно проворчал Виш. — Но там очень холодно. К тому же если туда и идти, то только в Эпицентр.
— Я не против…
— Зато я против, — нахмурился Виш. — Какой тебе эпицентр, Макс! Вырасти хотя бы до пятого ранга! Да нас там схарчат и не подавятся!
— Ладно, — примирительно улыбнулся я. — Не будем загадывать так далеко, сначала сделка.
— Вот-вот! — Виш обрадовался смене темы. — Сделка!
Дальше разговор сам собой увял. Я готовился к торгам с Анисимом, Виш с интересом следил за тем, как корабль помора идет с полными парусами против ветра.
Но стоило Анисиму подойти к нам поближе, как паруса тут же обмякли, и оставшееся расстояние корабль проделал своим ходом — по инерции.
Мягкий толчок в бок ознаменовал прибытие товара, и я, не обращая внимания на кислую гримасу Пахома, смело шагнул на корабль Анисима.
— Приветствую доблестных моряков!
— И тебе не хворать, — усмехнулся Анисим, пожимая мне руку. — Предлагаю не ходить вокруг да около, Макс, и перейти сразу к сделке.
— Только за, — кивнул я и, скользнув взглядом по нахмуренным бровям помора, предположил. — Проблемы?
— Есть немножко, — скривился Анисим. — Поцапались с норвежцами, пришлось уходить раньше намеченного срока и немного поплутать.
Честно говоря, мне было плевать на сложности Анисима. Все, что меня волновало — сумел ли помор добыть сельдь. Но все же я решил соблюсти правила приличия.
— Какая досада, — я поцокал языком. — Надеюсь, все прошло… благополучно?
— В общем и целом, да, — скривился Анисим. — Но улов оказался ниже ожидаемого.
— Сколько? — нахмурился я.
— Пятьсот бочек.
Я скептически посмотрел на пустую палубу, но Анисим и не подумал смутиться.
— Осип!
На зов капитана выкатился розовощекий толстячок и, приветливо махнув рукой, кинул мне торг.
— Ого, — присвистнул Виш, вместе со мной лицезрея выставленные в ряд бочки. — Осип у нас, оказывается, сундук. Зуб даю, Анисим не просто промышляет контрабандой, он сидит в этом захолустье с какой-то целью!
«В смысле?»
— Сам посуди, — вздохнул Виш. — У Анисима целая команда умельцев. Тут тебе и Повелитель ветра, и Сундук, да и сам помор не так-то прост!
«Думаешь, будут проблемы?»
— Сундуков вообще стараются не светить, — Виш смерил толстячка задумчивым взглядом. — Тут же… Анисим чуть ли не прямым текстом сказал, кто такой Осип. Помор или считает тебя за дурака, или настолько уверен в себе, что чихать хотел на все слухи.
«А я ему еще грозился огненными карами, — припомнил я. — Мда уж…».
— Это как раз нормально, — отмахнулся Виш. — В тот момент он понял, что ты не будешь прогибаться, и с тобой можно попробовать вести дела.
«Выходит, несмотря на всю его крутизну, я ему нужен?»
— Выходит так, — подтвердил фамильяр. — Зуб даю, у него натянутые отношения что с норвежцами, что с нашими. И ты можешь выступить в роли… посредника.
«И я так думаю», — мысленно кивнул я, а вслух сказал. — Анисим, я понимаю, что у
Помор правильно считал сделанные мной акценты и криво усмехнулся.
— Твои условия?
— Цену за бочку оставляем такой же, выходит, за пятьсот бочек триста тридцать золотых.
— Триста тридцать три, — поправил меня Анисим.
— Пусть так, — не стал спорить я. — Далее, я буду вынужден заплатить серьезную неустойку…
— Сколько?
— К сожалению, санкции очень серьезные, — я посмотрел Анисиму в глаза. — Но есть вариант закрыть это недоразумение по бартеру.
— Это как? — заинтересовался помор.
— Дойдешь со мной до Колы*.
— Она же еще во льду?
— И поможешь спустить товар на реку, — продолжил я. — Что-то типа ледяной горки с твоего корабля на лед. Ну или Осип спустится.
— Не хотелось бы подходить так близко к территории Империи, ну да ладно, — Анисим заметно расслабился. — Это все?
— Почти. Мне нужен твой Повелитель ветра, чтобы…
— Сдурел? — Анисим посмотрел на меня, как на идиота. — Вообще забудь, что ты сейчас сказал, и никогда больше не произноси этих слов.
— Да брось, Анисим, — поморщился я. — Сундука мне светанул, а воздушника своего жмешь. Даже я понимаю, что корабль физически не может идти против ветра, да еще и так быстро.
— Откуда ты такой умный нарисовался? — прищурился Анисим, выигрывая себе время.
— Я — форточник, Анисим. Ещё вопросы есть?
— Много.
— Запиши, чтобы не забыть, — хмыкнул я. — В общем, твой воздушник поможет мне дойти до Николаевска, и…
— Там лёд, Макс, — Анисим демонстративно закатил глаза. — И, поверь. Ты не сможешь его растопить.
— И в мыслях не было, — усмехнулся я. — Мы поставим на мои, м-м-м, сани, мачту с парусами, и с ветерком домчим до Николаевска. А в порту меня уже встретят.
— Э-э-э… — Анисим уставился на меня, как баран на новые ворота.
— Сани с мачтой?
— На лыжах, — подтвердил я.
— Хм, — Анисим переглянулся со своей командой. — Значит, по реке пройти хочешь?
— Пара часов пути, и мы в Николаевске, — кивнул я.
— Хм… Так ещё никто не делал…
— Ну так что, Анисим, договор?
— Значит, помочь тебе доставить сельдь до Николаевска?
— Именно.
— А обратно как?
— Или своим ходом, или довезу, — предложил я. — Первое предпочтительней.
— Накинешь сверху червонец?
— Мне ещё неустойку платить, Анисим.
— На доставке еще больше потеряешь!
— Да я тогда уж местных подряжу за пару серебряных по тракту довести. Я там уже дорогу проторил.
— Кому ты заливаешь. Там сейчас такой холод, ни одна лошадь не пройдет.
— Мои сани пройдут, — уверенно заявил я. — Ну уйдет у меня пару дней на доставку. Велика беда…
— Триста пятьдесят, и по рукам?
— Триста сорок, и твой воздушник обратно своим ходом добирается.
Анисим хитро прищурился и некоторое время разглядывал меня так, будто увидел в первый раз.
— Вот теперь точно верю, что Купец, и что форточник, — хмыкнул помор и протянул мне руку. — Договор.
— Договор, — я с удовольствием пожал лапу здоровяка и, найдя взглядом Пахома, крикнул. — Курс на Кольский залив! И поживее!
*Кола — река, на которой стоит Николаевск, она же впадает в Баренцево море
— Практически идеальный курс! — крикнул Анисим, с легкостью перекрывая шум морских волн. — Мы на месте, Макс! Что дальше?
— Один момент! — отозвался я и повернулся к стоящему у руля Пахому. — Кидай якорь, Пахом.
Староста поморщился, но перечить не решился.
Было видно, что Пахом ждет не дождется, когда мы, ну или он вернется в деревню.
Мы не просто дошли до Кольского залива, мы по пути прошли мимо Николаевки, и я пустил в небо Огненный шар — условный знак.
Денис с мужиками как будто только этого и ждали — мотособака тут же пришла в движение и последовала на финальную точку встречи — в залив.
И вот сейчас шхуна Пахома и корабль Анисима остановились в пятидесяти метрах от ледяной кромки залива — подходить ближе, по заверениям моряков, было опасно.
На льду ещё никого не было, но Виш заверил меня, что Денис прибудет в течение получаса.
С одной стороны, долго ждать, с другой — у меня есть время, чтобы решить накопившиеся вопросы.
— Ты хороший моряк, Пахом, — произнес я.
Сегодня на шхуне Пахому помогали оба помощника, но староста сам кинулся бросать якорь.
Пахом действительно был хорошим моряком — всегда возвращался с богатым уловом, отлично управлялся со своим корытом, чувствовал ветер.
Да чего уж, даже Анисим признал, что староста на одном опыте сумел проложить почти идеальный маршрут до Кольского залива.
Он, конечно, знал эти места вдоль и поперек, но тем не менее!
Пахом и вправду был хорошим моряком.
— Вот только человек ты — плохой.
Пахом тут же напрягся, а его помощники — один Василий, второй Яков, не помню, кто из них кто — постарались оказаться как можно дальше от своего босса.
— Ты что ли хороший? — прогудел староста, доставая из-за пазухи амулет. — Заявился в мою деревню, нарушил привычный уклад вещей!
— Привычный? — скривился я, внимательно наблюдая за старостой. — Это когда ты мужей приглянувшихся тебе девиц на корм рыбам пускаешь? Или несогласных разоряешь? Про вашего помещика и вовсе молчу, ну ты наверняка его помнишь, Василий Иванович Колов. Должен помнить… Ведь ты и его убил?
— Они сами, — Пахом прекрасно понимал, что это последний разговор в его жизни, но его наглость, помноженная на хитрость, не давала ему признать поражения. — Что до остального, так это ж крестьяне бесправные. Они только силу и понимают.
— Вот! — Виш довольно улыбнулся и погрозил мне когтем. — Видишь! Я же говорил!
— Ты сам-то, Пахом, когда бесправным крестьянином быть перестал?
— Когда ответственность за деревню на себя взял! — Пахом потряс амулетом. — Меня его благородие благословил.
— Врет, — безапелляционно заявил Виш. — Или снял амулет с уже мертвого Колова, или и вовсе помог помещику преставиться.
— По закону ты должен был сдать амулет своего помещика Колова в мэрию и заявить о его смерти, — я покачал головой. — Даже если бы ты тишком принес амулет к стеле, и то выгодней бы вышло. Глядишь, стела одарила бы тебя достижением. А став одаренным, ты бы сначала в свободные выбился, а потом и официально права на деревню смог бы заявить.
— Брехня это все, — отмахнулся Пахом.
— Это не брехня, это имперский закон, — я пожал плечами.
— Я сам себе закон, — с вызовом произнес староста и тут же испуганно прикусил язык.
— Крестьянин, он крестьянин и есть, — презрительно проворчал Виш. — Рожденный ползать летать не сможет!
У меня было другое мнение на этот счет, но спорить с фамильяром я не стал.
В данный момент меня гораздо больше волновал вопрос — что делать с Пахомом.
— Ты, говоришь, закон? — переспросил я и кивнул на амулет. — По праву сильного, да?
— Я не то имел в виду, — Пахом, сообразив, что он ляпнул, тут же сдал назад. — Я спас деревню! Я не дал ей разориться и исчезнуть!
— И в то же самое время ты где силой, где шантажом, где подлостью склонял к любовным утехам замужних женщин и молоденьких девчонок…
Мой голос оставался спокоен, но внутри я так и кипел от едва сдерживаемой ярости.
Антип оказался самым настоящим кладезем деревенских сплетен. Кто, где, с кем и как…
Он-то мне и рассказал, что отец Дениски умер не своей смертью.
Ну а последующие напасти, свалившиеся на безутешную вдову — отказ в работе, пожар, появление в курятнике лисицы — все это не просто так.
Пахом в этом отношении не стал придумывать ничего нового и с точностью скопировал тактику почившего помещика.
Как он её называл — воспитательная система Колова.
Я же называл её по-другому — террор, террор и еще раз террор.
Да, Пахом не дал деревне загнуться, как это произошло с несколькими деревушками по соседству. Да, он исправно отвозил десятину в Николаевск. Да, он поддерживал порядок.
Но какой ценой?
Пахом превратился в туземного царька, упивающегося своей властью, ну а Денискина мать и её семья были выбраны на роль пугала.
Эдакий наглядный пример, что будет, если кто-то пойдет против воли старосты.
Единственное, что я никак не мог понять, почему Пахом, несмотря на абсолютную власть, продолжал ловить рыбу.
Конечно, все его выкрутасы и устроенный беспредел вызывали во мне гнев, но эта была не такая уж редкая история.
По крайней мере, я знал многих, казалось бы, нормальных ребят, которые мгновенно менялись, стоило им получить власть или большие деньги.
То, что Пахом не справился с обрушившейся на него вседозволенностью было ужасно, но… понятно.
А вот то, что он, заполучив практически абсолютную власть, продолжал рыбачить было… странно.
— Молчишь? — я покачал головой. — И правильно делаешь. Вот только я одного не могу понять, Пахом. Почему ты продолжил рыбачить?
Я был готов, что загнанный в угол староста мне соврет или пошлет куда подальше, но Пахом неожиданно сказал правду.
— Море люблю…
— Море… — эхом отозвался я.
— Да он ксуров романтик, — фыркнул Виш, которого ничуть не впечатлили слова Пахома. — Заканчивай с ним, Макс. Анисим ждет.
— Ты плохой человек, Пахом, — вздохнул я, принимая непростое для себя решение. — Ты сделал много зла. Но в то же самое время, со смертью Колова деревня не разорилась…
— Я исправлюсь, — тут же залепетал Пахом, почуяв проблеск надежды. — Отслужу! Верой и правдой!
Даже несмотря на амулет Колова, который Пахом выставил перед собой, мы оба понимали, что я сильнее.
А кто сильнее, тот и есть закон.
— Я дам тебе шанс, Пахом, — приняв решение, я посмотрел двухметровому старосте в глаза. — Вместо заслуженной казни, я тебя отпускаю. Сможешь добраться сначала до берега, а потом и до деревни, будешь жить. Нет — значит, на то воля богов.
— Ты богов лучше не поминай, — поморщился Виш. — В этом мире эти высокие материи находятся под табу. А в остальном, очень красиво сказал.
— Но… — Пахом посмотрел на бушующие за бортом свинцовые волны, — там же море…
— Море, — согласился я. — Глядишь, и ответит тебе взаимностью.
— Очень сурово, Макс, — Виш, по-моему, был в восхищении, — но очень метафорично!
— Но я…
— Или так, — я покачал головой и усилием воли зажег на ладони простенький
Пахом колебался несколько мгновений, в течение которых я был уверен, что он все же примет бой. Пусть и безнадежный, но… искупляющий что ли?
Но нет.
— Бездна с тобой! — выдохнул староста, или, вернее будет сказать, бывший староста?
И, швырнув амулет на палубу, принялся срывать с себя одежду.
— Умный, — поморщился Виш. — Может и доплывёт…
Я же молча дождался, пока Пахом разденется до исподнего и, подойдя к готовящемуся прыгнуть за борт здоровяку, схватил его за руку.
— Это тебе за Марысю и Дениску, — произнес я, глядя Пахому в глаза.
Весь тот гнев, что таился во мне все это время, выплеснулся наружу, и я, стиснув предплечье Пахома, услышал хруст ломаемой кости.
Пахом побледнел от боли, но даже не подумал ударить меня свободной рукой или вырваться из моего хвата.
Очень хотелось размозжить ему голову за учиненный им беспредел, но я справился с собой. Разжал пальцы и сделал шаг назад.
Пахом, стоило мне отойти, тут же сиганул за борт.
— Думаешь, доплывет? — Виш, неслыханное дело, аж перелетел с плеча на борт шхуны, чтобы лучше видеть, что происходит с бывшим старостой.
— Бог его знает. Но если доплывет, то я сделаю все, чтобы он отправился на каторгу.
— Любишь ты усложнять, Макс, — неодобрительно заметил Виш, следя за тем, как голова Пахома то появляется, то исчезает среди тяжелых волн ледяного Баренцева моря.
— Зато по справедливости, — проворчал я и посмотрел на помощника Пахома. — Вам тоже даю выбор. Или выйти против меня, или последовать за своим боссом.
— Я-то при чем? — взмолился вроде бы Василий. — Это все Пахом!
— Я про ваши художества в курсе, — поморщился я. — Знаю, кто дома поджигал и руки несогласным мужикам ломал. Про обесчещенных вами женщин даже упоминать не буду.
— Это все Пахом!
— Здоровый мужик, а ведешь себя как мальчишка, который попался на пакости, — я чуть было не сплюнул на палубу. — Или дерись, или ныряй следом за Пахомом.
— Это не я!
Мне надоело слушать причитания взрослого мужика, у которого рыльце было в пушку чуть ли не больше, чем у старосты, и я, подскочив к рыбаку, пробил ему в грудь.
С ноги.
От удара рыбака унесло за борт, а я повернулся к Якову.
— Тебе тоже помочь?
— Я сам, — едва слышно пролепетал здоровенный бугай и, бросив испуганный взгляд за борт, принялся раздеваться.
Оставшись в исподнем, он хотел было что-то сказать, но, наткнувшись на мой взгляд, резко передумал.
— Бездна попутала, — рыбак отвел глаза. — Семью только не трогайте…
— Надо же, о семье вспомнил, — удивился Виш. — Кстати, Пахом до сих пор плывет.
— С женщинами и детьми не сражаюсь, — поморщился я.
Яков заглянул мне в глаза и обреченно шагнул за борт.
— Зря, — прокомментировал Виш. — Зуб даю, жены знали, чем их мужья занимаются.
— Разберемся, — проворчал я и посмотрел на корабль помора.
Что Анисим, что вся его команда все это время молча наблюдала за происходящим.
— Куда шхуну денешь? — крикнул Анисим.
Помор не то сделал вид, не то ему действительно было плевать на судьбу Пахома.
— Местным отдам, — я пожал плечами. — В артель. Рыбу-то ловить как-то надо.
— Тоже дело, — кивнул помор. — Где твои чудные сани?
— Скоро будут, — заверил я помора. — Как доберемся до льда?
— На лодке, — Анисим покосился на своих помощников, и те тут же бросились готовиться к спуску на воду. — Пойдем вчетвером. Ты, я, Иван и Осип. Окончательный расчет произведем после погрузки.
— Триста после погрузки, остальные сорок после доставки груза в порт, — усмехнулся я.
— А! — махнул рукой Анисим. — С тобой спорить — себе дороже!
Я молча усмехнулся, а вот Виш не утерпел.
— Кто бы говорил, — фыркнул нахохлившийся дракончик. — Анисиму палец в рот не клади.
— Это точно, — беззвучно согласился я. — Ты за ним приглядывай, если что.
— Не боись, — заверил меня Виш. — Все будет под контролем. — Кстати, если тебе интересно, Пахом все еще держится на воде, а вот остальные двое уже все, того.
— Неинтересно.
В то, что Пахом сможет добраться до деревни, я не верил.
До ледяной кромки или до берега еще куда ни шло, но это только начало. Ведь если выплывает, ему придется несколько часов идти по сугробам. Голым.
Зато сможет в полной мере прочувствовать все то отчаяние, которое испытывали его жертвы.
— Вижу Дениску!
А вот это были определенно хорошие новости!
Присмотревшись, я увидел ползущий по льду караван. Хоть короба и были пустыми, Денису приходилось выжимать из мотособаки все, на что та была способна.
Как-никак, пятьдесят, м-м-м, вагончиков!
По бокам от управляющего мотособакой Дениса бежали на лыжах Сергей и Даниил.
Пока что все, тьфу-тьфу-тьфу, идет по плану. И сейчас наступит момент истины — сдюжит мотособака целый караван из пятидесяти груженных коробов или нет?
Чисто теоретически, паруса должны справиться, но практически…
— Прыгай!
Анисим тем временем спустил на воду лодку, и призывно махал мне рукой.
Помор хоть и увидел мотособаку издалека, он все равно впечатлился и с нетерпением ожидал того момента, когда её можно будет потрогать собственными руками.
— И почему я не выбрал Воздух вместо Огня? — проворчал я себе под нос, хватаясь за какую-то веревку.
Сказать, что я спускался неуклюже — ничего не сказать.
Ладно хоть Анисим лично помог мне спуститься, остановив лодку в опасной близости от шхуны.
— Просто лучше избегать водных мест, — не согласился вернувшийся на плечо Виш. — Кстати, хочешь прикол?
Я молча кивнул, и Виш указал лапой на Ивана, помощника Анисима.
— Иван — пустышка. Он тоже одаренный, но он не воздушник. Классический Маг Воды со специализацией в Лёд.
«Выходит, — мысленно протянул я. — Анисим и есть повелитель ветра?».
— Именно, — усмехнулся Виш. — Маг воды, да ещё и с таким сильным даром. Зуб даю, он идет Путем Корсара или Пирата.
— А что, Макс, — Анисим, не утруждая себя греблей, следил за тем, как мотособака аккуратно ползет по льду. — Можно ли твои чудные сани на море использовать?
Иван с Осипом синхронно гребли, и ледяная кромка залива стремительно приближалась.
— Теоретически можно, — кивнул я. — Но без магии никуда. Мотособака работает на среднем энергетическом кристалле, который и приводит в движение гусеницы. По идее, можно сделать пропеллер… Вернее, гребные винты. Надо считать.
— Понятно, — задумчиво протянул Анисим, и до самого льда мы ехали молча.
А потом и вовсе стало не до разговоров.
Сначала Осип выгружал бочки с сельдью, а я проверял содержимое и грузил в короба…
Затем мы с Даниилом поднимали мачту и устанавливали её в первый короб, который специально для этой цели был усилен…
Потом вся та куча народу, которая собралась вокруг моего импровизированного каравана, принялась проверять короба, бочки, крепления и прочие нюансы.
Дважды под нами трещал лед, но Анисим с Иваном успевали его укрепить.
Трижды косилась мачта — Даниилу никак не получалось укрепить её так, чтобы она прочно стояла в коробе и не падала.
Раз семь рассыпались бочки — веревки не выдерживали груза.
День потихоньку сменялся вечером, а я чувствовал признаки накатывающего отчаяния. По всему выходило, что доставить всю рыбу за раз не выйдет…
— Вижу, у тебя проблемы, партнер, — Анисим, в отличие от помогающих нам Ивана и Осипа, все это время изучал устройство мотособаки.
— Небольшие затруднения, — криво улыбнулся я, удерживая мачту, пока Даниил в очередной раз пытался закрепить ее так, чтобы она не рухнула.
— Ха-ха, — едко прокомментировал Виш. — Макс, хватит маяться дурью. Выгружай бочки на лёд и отвози по пять коробов за раз.
И как бы мне ни хотелось это признавать, но Виш был прав…
— Могу помочь, — неожиданно предложил Анисим.
— И чем же? — нахмурился я, выискивая подвох.
— Я могу приморозить мачту так, что она не упадёт, — Анисим с прищуром посмотрел на десятиметровое бревно с перекладинами, на которых висели свернутые паруса. — Ну и противовес организую. Часа три подержится.
— Противовес?
— Ну да, — Анисим показал на короб. — Надо нарастить лед по краям, иначе может опрокинуть весь твой караван. Заодно и бочки приморожу. Да так, что ни одна не улетит.
— Что хочешь взамен?
— Ты поможешь мне сделать движитель для моего корабля.
— Несоразмерно, — я покачал головой. — Технология в обмен на логистику. Это даже несмешно, Анисим.
— Но проблема у тебя уже сейчас, — усмехнулся Анисим. — Мало ли что произойдет с грузом, пока ты будешь мотаться туда-сюда.
— В таком случае у нас не выйдет дружбы, — вокруг меня вспыхнул Огненный щит. — Победителей не будет, Анисим.
— Не горячись, — поморщился помор. — Если б я хотел, ты бы уже лишился своего состояния. Кстати, не хочешь рассказать, откуда у тебя столько золота?
— Не люблю, когда мне угрожают, Анисим. Я за взаимовыгодное и справедливое сотрудничество. Что до проблем… я умею их решать.
— Я видел, как ты умеешь решать проблемы, — усмехнулся помор, но тут же посерьезнел. — Мне нужен такой же магический движитель, Макс.
— У тебя сейчас куча денег, — парировал я. — Найми Инженера.
— Помоги мне с этим движителем, — отмахнулся Анисим, — и я помогу тебе, Макс.
— С доставкой я и сам разберусь.
— Очень в этом сомневаюсь, ну да ладно, — Анисим покачал головой. — Пусть это будет жест доброй воли.
— Давай обсудим этот вопрос после того, как я закрою контракт?
Помор некоторое время смотрел мне в глаза, после чего выдал.
— Я буду ждать тебя до вечера, Макс. Вернешься — обсудим все детали. Не вернешься…
В глазах Анисима сверкнул лёд.
— Мы с тобой сильно поссоримся.
— Умеешь ты, Макс, — в голосе Виша промелькнуло восхищение, густо замешанное с интересом, — партнеров себе выбирать! Что думаешь делать?
— Договорились, Анисим, — ощерился я, отвечая сразу же и Вишу, и помору.
Господи, во что я вляпался на этот раз? Впрочем, сейчас главное сдать экзамен! А с Анисимом и чертовым движителем можно будет разобраться попозже.
— А теперь, помимо угроз, хотелось бы увидеть обещанный жест доброй воли!
Ну а что? Сельдь сама себя до Николаевска не довезет.
— За оптовую поставку пяти сотен бочек королевской сельди предлагаю тебе, Макс… девять сотен золотых.
— Как это девять? — растерялся я. — Договаривались же по два золотых за бочку?
— Ты качество рыбы видел? — Игорь Андреевич покачал головой. — Её всю перечищать придется. Девять сотен — хорошая цена, Макс.
Девятьсот золотых…
Огромные деньги по местным меркам, но мне-то нужна тысяча!
Причем, неважно, что Анисиму я заплатил триста сорок золотых вместо четырехсот. Условия экзамена — не сэкономить, а сделать оборот!
Если посчитать три бочки рыбного филе, которое успел начистить Дениска, то это ещё три золотых монеты.
Плюс рыба, которую я выкупил у Пахома, её удалось реализовать за пять сотен серебром или за девять золотых…
Итого… девятьсот двенадцать.
И это я не считаю свои траты — короба, расходники, торговый патент, транспортный налог, десятина, покупка дома и мачты, зарплата мужикам…
Да, я при любом раскладе остаюсь в хорошем плюсе, но для сдачи экзамена мне не хватает восемидесяти восьми монет!
Даже если я рвану в Николаевку и выкуплю у местных всю рыбу, я никак не смогу распродаться на восемьдесят золотых.
И что же сейчас делать…
Мой взгляд упал на ждущего меня на улице Дениску. Только если…
— Игорь Андреевич, у меня к вам предложение, от которого вы не сможете отказаться!
— Да? — усмехнулся Хомутов. — Удиви меня, Макс.
Что ж, вот он, момент истины…
Сейчас все мои десятидневные труды — да что там, можно сказать, даже двухмесячные! — зависят от того, удастся ли мне сделать дополнительную продажу или нет.
И это… чертовски волнительно.
Вообще, если бы кто-то, например стела, предложил мне повторить этот квест за любую награду, я бы отказался.
Господи, как наивен я был, рассчитывая на мотособаку и паруса!
И сейчас, в лавке Хомутова, ко мне пришло понимание — я слишком сильно понадеялся на магию и пренебрег всеми правилами доставки грузов и вообще бизнеса!
Я, человек, который возглавлял логистический отдел крупнейшей в регионе трубной компании!
И если бы не ледяная магия Анисима, у меня ни в жизнь бы не вышло довезти такое количество сельди за один присест.
Помор не только помог установить и закрепить мачту, но и нарастил похожие на крылья ледяные противовесы. Про морозные стяжки для бочек и вовсе молчу.
Да, наш караван походил на беременную гусеницу с минимальной маневренностью, но мы каким-то чудом добрались до порта.
А там нас уже встретил доверенный человек Хомутова.
Если бы я был более честолюбив или охоч до внимания толпы, то в полной мере оценил бы тот фурор, который произвел наш караван.
Когда я заходил в лавку к Хомутову, о чудо санях говорил чуть ли не весь город!
Меня же в тот момент волновало другое — поскорей продать рыбу, получить деньги и заверить у ближайшей стелы сдачу экзамена.
Я настолько сильно ждал окончания сделки и сдачи экзамена, что даже не обратил особого внимания на слова Хомутова о засаде.
Информация о том, что на тракте меня ждала засада из трех пятиранговых Магов, была как будто сама собой разумеющейся.
Ведь то, что Уваровы не успокоятся, было очевидно.
После предыдущего фиаско наёмников, у них было всего два варианта, где меня подловить.
Первый — в Николаевке, чего я, честно говоря, опасался и почему, собственно говоря, и нанял охотника Даниила.
Второй — дожидаться меня у города, и самое главное было понять, где именно они будут меня ждать.
Лично мне кровь из носу нужно было, чтобы они выбрали тракт, поэтому я и попросил Хомутова мне подыграть.
Хомутов согласился и демонстративно проинструктировал одного из своих работников караулить меня на тракте. Сам же тайно наказал своему помощнику ждать меня в порту.
И наша нехитрая обманка сработала, выиграв полчаса драгоценного времени.
Я успел добраться до лавки Хомутова и в данный момент чувствовал себя в безопасности. Вряд ли наемники осмелятся напасть на меня в городе.
И когда я в мыслях уже получал второй ранг и прикидывал, что же делать с объявившейся угрозой, Хомутов одной фразой подрезал мне крылья.
Девятьсот монет…
Столько усилий, столько грязи, спасибо Пахому, столько взятых на себя обязательств, и тут такое!
И у меня, как ни крути, оставался последний вариант.
Предложить Хомутову нечто уникальное.
— Игорь Андреевич, я предлагаю вам приобрести мою мотособаку.
— Мотособаку, говоришь? — в глазах Хомутова вспыхнул огонек интереса.
— Да, — подтвердил я. — Те самые чудо сани, о которых говорит весь город.
— И сколько же ты за них хочешь?
Игорь Андреевич был опытным торговцем и делал все, чтобы не показать своей заинтересованности, но я тоже парень не промах.
В глазах приказчика читалось отчетливое желание стать первым обладателем уникального транспортного средства.
Уж не знаю, какая мотивация была у Хомутова — великосветские понты или желание уделать Зубаева — но это было и неважно.
Сейчас важно было назвать правильную цену.
Моя предпринимательская чуйка подсказывала, что Хомутов купит мотособаку даже за тысячу золотых, но в таком случае наши отношения будут безнадежно испорчены.
Мне же хорошие отношения с Игорем Андреевичем были дороже сиюминутной выгоды.
Ведь я пришел в этот регион всерьез и надолго.
— Девяносто девять золотых разово, плюс ежемесячные отчисления в десять золотых на протяжение года.
— Дорого, — с сомнением протянул Хомутов.
— Статусность — недешевая вещь, — я и не думал торговаться. — Итак, какое будет ваше положительное решение?
На ум пришла история Илюхи про люксовый заказ на посеребренные трубы, который поступил к нам из ОАЭ.
Заказ был нестандартный, и Илюха выкатил им пятизначный ценник.
Арабы начали было торговаться, но мой старший товарищ сказал тогда им эту фразу: «Статусность — недешевая вещь. Да, это дорого. Но вы будете первые, у кого будут серебряные трубы».
А когда заказчики заикнулись о скидке, Илюха сказал: «Через две недели цена поднимется на десять процентов. Но в знак моего уважения, я добавлю в заказ посеребренные фитинги и втулки».
Тогда я так и не понял, почему нельзя было сделать арабам скидку, но сейчас, стоя напротив взволнованного Хомутова, на меня снизошло озарение.
Дорогой люксовый товар — это не про скидки. Это про возможность им обладать.
И чем дороже заплатит за него покупатель, тем статусней будет для него эта покупка.
И Хомутов сейчас торговался скорее по привычке. Он прекрасно понимал, что здесь и сейчас мотособака стоит тех денег, которые я за нее запросил.
— По рукам!
Игорь Андреевич протянул мне руку, и я с удовольствием её пожал.
Да, жалко, но на текущий момент надобность в мотособаке временно отпала.
Можно сказать, она выполнила свое предназначение, и я с чистой совестью отдал её в хорошие руки.
Да и потом, поскольку Анисим со своими ребятами решил все-таки заглянуть в город, мне не было нужды спешить обратно в Кольский залив.
Ну а если приспичит, я всегда могу заказать ещё одну мотособаку в Храме. Думаю, Крылов не будет против подработки.
Ну а Камнев вынесет из Храма столько мотособак, сколько наш Инженер сумеет сделать.
Вопрос только в том, как связаться с Храмом, но об этом я подумаю завтра. Сейчас есть дела поважнее.
— Честно говоря, я думал, ты продашь амулет помещика Колова или предложишь свои услуги по закрытию Проколов, — Виш с сожалением посмотрел на стоящую на улице мотособаку. — Но, должен признать, элегантное решение. Вот только как мы будем возвращаться в Николаевку?
«Лыжи купим, — мысленно отозвался я, принимая от Хомутова плату за транспортное средство. — Виш, у нас получилось!»
— Получилось то получилось, — ворчливо протянул фамильяр, — но не забывай, что Анисим ждет твоего ответа — раз, где-то в городе тебя караулят наемники Уваровых — два. Ты взвалил на себя бюрократические заморочки, касающиеся приобретения Николаевки — три. Про подтверждение дворянства и вовсе молчу!
«Разберемся!».
Виш мог долго перечислять висящие передо мной проблемы, но в данный момент мне было не до них.
Все, о чем я думал — это стела, сдача экзамена и получение долгожданного ранга!
Уладив все формальности с Хомутовым и дав указание Дениске ждать меня с мужиками в ближайшей таверне, я бросился в мэрию.
За ребят я не переживал. Даниил и Сергей не дадут мальчонку в обиду, к тому же, они не раз уже бывали в Николаевске.
Зато очень сильно переживал за себя.
С одной стороны, я выполнил условия досрочного экзамена, с другой… мало ли что может пойти не так?
Особенно, учитывая, м-м-м, мою специфику.
Вот нисколько не удивлюсь, если встречу наемников Уваровых недалеко от мэрии!
К счастью, по пути мне никто не встретился, и спустя двадцать минут я заходил в центральный зал мэрии, где прямо по центру стоял белоснежный шпиль стелы.
— Да не волнуйся ты так, — Виш, почувствовав мой мандраж, попытался меня успокоить. — Условия мы, вроде как, выполнили…
«Вроде как», — хмыкнул я, не спеша класть руку на стелу.
Почему-то к этому обелиску мне не то, что прижиматься, даже прикасаться не хотелось.
— Давай, Макс, нас ждет ещё уйма дел… К тому же, интересно, какую награду тебе выдаст стела!
«Это да».
Виш знал, куда надавить, и я, пересилив странное неприятие, прикоснулся к стеле.
Мой амулет тут же вспыхнул обжигающим огнем, и я чуть было не заорал. Впрочем, не столько от боли, сколько от неожиданности.
— Приветствую тебя, Макс Огнев! — в голове раздался знакомый голос стелы. — Приложи амулет к обелиску.
Причин не доверять стеле у меня не было, и я послушно коснулся своим медальоном мраморной поверхности обелиска.
— Это магический кремний, — поправил меня Виш. — Редкая вещица… Да ещё и в такой глуши…
Наверняка Виш сейчас намекал на какой-то секретный секрет или таинственную тайну, но меня в данный момент больше заботило другое.
Амулет и так был теплым, а тут нагрелся ещё больше, как будто… передавал информацию, собранную за эти десять дней.
Хотя… почему как будто? Точно передает!
Хм, интересно, как стела отреагирует на стычку с наемниками и самосуд над бандой Пахома?
И засчитает ли продажу мотособаки?
— Макс Огнев! — амулет неожиданно похолодел, а голос стелы стал более насыщенным. — Ты готов услышать вердикт?
— Конечно готов, — я облизал враз пересохшие губы. — Для этого я и пришел!
— За время твоего пребывания в Выборгской губернии, ты совершил десять сделок. Из них семь признаны подготовительными, и три фактическими.
Это я и так знал, но торопить стелу и не подумал.
— Твой оборот составил тысяча сто одиннадцать золотых, полный цикл сделки одиннадцать дней…
Я затаил дыхание, дожидаясь вердикта стелы. Вроде как все условия выполнены… Так чего же она тянет⁈
— Макс Огнев, приложи к стеле экзаменационный бланк!
Я дрожащими руками — какого черта я так волнуюсь? — приложил к обелиску лист бумаги с подписями наставников Храма.
— Макс Огнев! Досрочный выпускной экзамен сдан успешно!
Бланк окутался золотистым сиянием, а я почувствовал, как внутри меня расслабляется туго сжатая пружина, которая все эти дни держала меня в постоянном напряжении.
Сдал! Я сдал экзамен!
Меня захлестнула волна эйфории, и я несколько секунд стоял, прижавшись лбом к стеле.
Неужели у меня получилось?
Перед глазами встали разъяренные лица Михайлова, Назырова и Крысина — да уж, возвращаться назад в Храм было бы чистой воды самоубийством…
Сейчас же я свободен! Сво-бо-ден!
Я широко улыбнулся, всем своим естеством ловя эти моменты безграничного счастья.
— Это называется успех, Макс, — шепнул Виш. — Награда за твои усилия. Внешняя мотивация быстро гаснет, и только внутренняя позволяет нам сворачивать горы.
«Мотивация в норме», — мысленно отозвался я.
— Мотивации никогда не бывает много, — не согласился Виш. — Её нужно постоянно поднимать!
«Мотивацию надо поднять», — усмехнулся я, вспомнив популярный в моем отделе мем.
Увы, как бы я ни старался задержать этот сладостный момент победы ещё на немножко, он медленно, но верно таял, оставляя после себя пустоту.
Впрочем, ощущение этой пустоты, или правильнее будет сказать, опустошения, было приятным.
— Послушник Макс Огнев официально заканчивает Храм с отличием!
Экзаменационный бланк, который я до сих пор сжимал в руке, вновь окутался светом, превращаясь в верительную грамоту — местную разновидность, хах, красного диплома!
— Макс Огнев, прежде чем мы перейдем к выбору твоего дальнейшего пути, ты готов получить заслуженный ранг?
— Готов!
— Макс Огнев! — голос стелы наполнился торжественностью, — Поздравляю Купцом второго ранга!
Ну наконец-то! Господи, как же долго я к этому шел…
— Макс Огнев! — тем временем продолжила стела. — Поздравляю Купцом третьего ранга!
Стоп, в смысле третьего?
— Что она творит, Макс! — Виш в ужасе вцепился мне в плечо. — Два ранга подряд — это гарантированная реакция Свечи!
— Макс Огнев! — стела и не думала останавливаться. — Поздравляю…
— Стоп! — из моего горла вырвался не то рык, не то хрип. — Только не говори, что еще один ранг!
— Четвёртый ранг за несколько банальных, в общем-то, сделок? — в голосе стелы явно мелькнула усмешка. — Вижу, с самомнением у тебя полный порядок, не так ли, Макс Огнев?
— Да я так, — смутился я. — Немного перенервничал… Прости, что тебя перебил.
— Макс Огнев, — голос стелы вновь наполнился торжественностью. — Поздравляю основным даром!
— Можешь улучшить один из уже имеющихся базовых, — пояснил Виш, не дожидаясь моего вопроса. — Силу воли, Пироманта или Оптимизацию процессов.
«Пироманта?», — предположил я, очень уж мне не понравилось превосходство ледяной магии Анисима перед моей.
— Я бы на твоем месте хорошенько подумал, — вкрадчиво произнес Виш. — Благодаря чему твоя авантюра увенчалась успехом?
«Оптимизация!».
Стоило мне дойти до этой очевидной в общем-то мысли, как все тут же встало на свои места. Моя сделка века должна была развалиться ещё на этапе доставки, но каким-то чудом все получилось.
И теперь я знаю имя этого чуда.
— Оптимизация процессов! — четко произнес я, и висящий на груди амулет слегка нагрелся.
— Поздравляю Оптимизацией процессов II ранга, — мне показалось, или в голосе стелы я услышал… одобрение?
— Отличный выбор, Макс, — шепнул Виш. — Ну а учитывая, что ты получил дар на третьем уровне, так и вовсе!
Кстати, да… насколько я помню, только при выборе воинской стези одаренный получал дар на каждом третьем уровне. Я же, как купец, определенно принадлежал к гражданской линии.
— Стела, а почему я получил дар на третьем ранге?
— Тебе был обещан небольшой подарок, Макс Огнев, — подсказала стела. — В случае выпуска из Храма до получения второго ранга.
— Точно! — я с трудом удержался от того, чтобы хлопнуть себя по лбу. — Спасибо, стела!
— Это ещё не все, Макс Огнев, — стела совсем по-человечески выдержала паузу. — Теперь, будучи гражданином Империи, ты можешь официально заявить права на родство с Пылаевыми. Лично.
— Я уже подавал прошение.
— Ты чем слушаешь! — рассердился Виш. — Тебе же ясным языком сказали, лично! А значит и процесс пойдет быстрее.
— Но будь осторожен, Макс Огнев, претендуя на фамилию Пылаевых, ты заявляешь права не только на активы этого рода, но и на его обязательства и долги.
— Понял, — кивнул я. — Могу ли я заявить права немедленно?
В этом вопросе я целиком и полностью полагался на Камнева. Будучи телохранителем и вторым номером последнего из Пылаевых, Дмитрий наверняка был в курсе всех схем и раскладов.
— Можешь, Макс Огнев. Заявка немедленно уйдет в центральную стелу. Но не забудь заверить бумаги в канцелярии.
— Не вопрос.
Учитывая, что я и так находился в мэрии, это не займет много времени.
— Макс Огнев! Теперь тебе доступны техники второго и третьего ранга. Не забудь найти подходящих наставников!
Ура? Прощай опостылевший
Пока что я чувствую только, что мой личный Инвентарь увеличился практически в два раза!
— Это все благодаря
Это точно, если бы не заработанный в Храме дар, увеличивший выносливость в два раза, а емкость Инвентаря в пять, я бы сейчас так не радовался.
— Макс Огнев! По результатам твоих действий в селе Николаевка, тебе доступно личное задание. Узнать, что случилось с Помещиком третьего ранга, Василием Ивановичем Коловым, и по какой причине село трижды перезакладывалась в имперском банке. На текущий момент долг по распискам составляет две тысячи золотых. Реши проблему с долгами и, по возможности, доставь амулет Колова.
То есть, теоретически я в любой момент могу выкупить деревушку за две тысячи золотых? Любопытно… Что до амулета, то тут мне есть, чем удивить стелу!
— По моей информации, Василий Иванович Колов погиб, вот его амулет. — я приложил к стеле артефакт, который остался после Анисима.
— Макс Огнев! Обновление личного задания! Найди место смерти помещика Колова и выясни, что случилось. Макс Огнев! Тебе доступно личное задание — «Хозяин села». Найди завещание помещика Колова и, ежели такое отсутствует, найди одаренного, который согласится взять на себя ответственность за деревню. Срок задания — до конца текущего налогового периода.
— Согласен, — не раздумывая согласился я.
У меня на Николаевку и так были планы, и я с удовольствием подомну эту деревушку под себя. Тем более официальным способом! Правда две тысячи золотых… Ну да разберемся!
— Макс Огнев! — стела тем временем и не думала останавливаться. — Будучи свободным гражданином Империи и являясь Купцом третьего ранга, твоя ежемесячная форточная повинность — три Прокола.
Повинность — звучит не очень, но сами Проколы я закрою с удовольствием!
— Макс Огнев! Для получения четвертого ранга, тебе необходимо стать купцом Второй гильдии.
По идее, имея на руках деньги, я могу войти в гильдию хоть сегодня, но что-то мне подсказывает, что я и так привлек к себе внимание, перепрыгнув через второй ранг.
— Ещё как привлек, — поморщился Виш, с легкостью прочитав мои мысли. — Будем надеяться, что из-за близости Стужи пронесет.
— Макс Огнев! Не забудь получить рекомендацию из Храма и… удачи! Продолжай удивлять меня, и я в долгу не останусь.
— Спасибо, Стела… — прошептал я, с сожалением разрывая контакт.
С одной стороны, у меня была уйма дел, с другой, я до сих пор чувствовал в себе некое опустошение.
— Не забывай про Уваровых, — напомнил мне Виш, — которые ждут тебя где-то на выходе из города или в самом Николаевске.
«Забудешь тут про них», — отозвался я, мысленно пробегаясь по списку ближайших дел.
— И про Анисима, — напомнил Виш. — Помор ждет твоего ответа.
«Помню…».
— И я бы на твоем месте воспользовался предложением егеря Немирова и наведался бы в Ледяную пустошь. Свеча точно отреагировала, а ты сам понимаешь, чем это нам грозит. К тому же, только там можно найти амулет, который сможет скрыть текущий в твоих жилах истинный огонь.
«Это да…».
Я убрал висящий на груди амулет за пазуху и задумчиво посмотрел на стелу.
Долг Анисиму, разборки с Уваровыми, развитие Николаевки, поход в ледяную пустошь, вытягивание сюда Камнева, налаживание торговых связей с местными купцами, поиск наставников, подтверждение дворянства…
Все это выглядело неподъемно, но меня грели три мысли.
Первая — на моем счету почти тысяча двести золотых монет, немыслимое богатство по меркам Николаевки.
Второе — я уже придумал, как вытащить Камнева из Храма.
Ну и третье — я — Макс Огнев, Купец третьего ранга, и я не сверну со своего пути!
«Будем есть слона по кусочкам, Виш, — мысленно протянул я, прикидывая, с чего бы начать. — Но для начала, предлагаю разобраться с шавками Уварова».
— Хороший план, Макс, — согласился Виш. — Ты готов приступить к освоению золотых плетений второго и третьего ранга?
— Готов, — прошептал я, невольно улыбаясь.
Уваровы думают, что открыли на меня охоту. Что со всех сторон обложили меня своими псами.
Не-ет, ребята, это не вы загнали меня в угол Империи, это я заманил вас в северную глушь!
К тому же, для выкупа Николаевки, мне как раз нужно взять откуда-то восемь сотен золотых.
— Как думаешь, Виш, сколько хабара мы получим с наемников Уваровых?
Книга предоставлена Цокольным этажом, где можно скачать и другие книги.
Сайт заблокирован в России, поэтому доступ к сайту через VPN. Можете воспользоваться Censor Tracker или Антизапретом.
У нас есть Telegram-бот, о котором подробнее можно узнать на сайте в Ответах.
Если вам понравилась книга, наградите автора лайком и донатом: