Переводчик: Viano Mari

Вычитка: Персефонa & Ведьмочка

Для тех, кто вечность ищет, думая, что это никогда не произойдет.

Знаешь эту ложь во благо, которую ты говоришь, потому что она безобидна? Например — «я бы хотела пойти куда-нибудь сегодня вечером, но у меня уже есть планы», но ты же знаешь, что эти планы включают только тебя, диван и кино? Или любимый человек готовит весь день, а когда приходит время есть, оказывается, что приготовленная еда на самом деле ужасна, но ты бы никогда этого не сказала, поэтому лжешь и говоришь, что все вкусно?

Так вот, та ложь во благо, которую я сказала, больше не безобидна.

Или она никогда не была такой, даже с самого начала.

Я имею ввиду, что притворяться помолвленной с кем-то — это серьезное дело, однако в свою защиту, скажу, что верила, будто эта фиктивная помолвка продлится всего лишь одну короткую неделю и, когда неделя подойдет к концу, я вернусь к жизни, которая у меня была.

Я и подумать не могла, что ложь выйдет из под контроля и начнет жить своей жизнью. Я, конечно, никогда не ожидала, что так глупо влюблюсь в Джейса Эллиса.

— Ты отправила тете Люси информацию о своем рейсе? — спросила я маму, лежа рядом с ее открытым чемоданом. Я слышу звон вешалок, доносящийся из шкафа с другой стороны комнаты.

— Да, мам, — отвечает мама будто подросток, а я реально чувствую, как она закатывает глаза.

— А ты отправила ей список лекарств, которые понадобятся пока ты там, чтобы тетя Люси могла подтвердить их наличие в аптеке? — я встречаюсь взглядом с мамой, когда она подходит с кучей вещей в руках и скидывает их на уже собранную гору одежды рядом со мной.

— Да. Хватит быть такой надоедливой.

Когда вижу улыбку на ее лице и румянец на щеках, я почти верю, что последние полтора года не что иное, как плохой сон. Однако красивая цветочная повязка для волос, закрывающая поседевшие волосы, которые теперь покрывают ее голову — это все напоминание о том, что мне надо знать, что это не так.

За один год маме пришлось пройти через две операции, химиотерапию и облучение, чтобы убедиться, что рак груди, который был диагностирован, отступил. Она одна из тех счастливчиков, кто смог добиться успеха по окончанию лечения неделю назад. Все равно тот узел, который образовался у меня внизу живота, когда маме поставили диагноз, все еще там и я не уверена, что он когда-нибудь исчезнет.

— Со мной все будет хорошо.

Это утверждение вырывает меня из моих мыслей, и я фокусируюсь на маме. Когда замечаю, как в ее прекрасные черты закралось волнение, только обо мне, я растягиваю губы в улыбке.

— Я знаю.

И я верю. Я действительно знаю, что с мамой все будет хорошо, но мне все равно не нравится, что она будет так далеко от меня.

— Еще раз, скажи мне, почему ты должна ехать так надолго? То есть, что вы с тетей Люси собираетесь делать целых шесть недель?

— Мы справимся, а ты, моя прекрасная девочка, будешь вести себя как двадцатисемилетняя свободная девушка, какой и являешься, и пойдешь гулять с друзьями, или встретишься с мужчиной и проведешь с ним время.

Я фыркаю. Ничего не могу поделать. Моя социальная жизнь закончилась, все мои друзья перестали звать меня куда-либо, с тех пор как мама проходила одно лечение за другим, так как моим ответом на их приглашение всегда было «нет».

А провести время с мужчиной? Большое спасибо, но нет. Это я уже проходила и снова не хочу.

— Не веди себя так. Ты можешь попробовать хотя бы пойти на свидание, — вздохнула мама.

— Мам, я вижу рыбу в море и она вся заражена какими-то токсинами, которые ее окружают. Пожалуй, это все пластиковые отходы.

— Пенни, вокруг есть хорошие парни. Тебе просто нужно их найти.

— И где ты предлагаешь мне искать одного из этих хороших парней, мам? — удивляюсь я. — В приложении для знакомств, где эти парни ищут с кем переспать? Или, может, в баре, где парни пьяны и тоже ищут девушку на ночь?

— Не умничай. Ты можешь встретить кого-то в любом магазине.

— Магазин?

— Да, такое случается постоянно.

— Тогда мне стоит устроиться на работу в продуктовый магазин на лето. Так я буду рядом с мистером как из типичной романтической-комедии, когда ему понадобится упаковка молока, — смеюсь я, пока мама бросает в меня одну из своих подушек с оборками.

— Я просто хочу сказать, что пока меня нет, ты должна заняться чем-то помимо сидения на диване в своей пижаме, просматривая документальные фильмы о мировых войнах и древней истории, как семидесятилетняя бабуля.

— История важна.

— Верно, — мама улыбается, и ее лицо становится мягче, но тон серьезный. — Пожалуйста, займись чем-нибудь веселым, хорошо? Даже если это будет всего раз. Так ты сможешь поделиться этим со мной, договорились?

— Отлично, я найду себе веселое занятие пока тебя не будет.

— Хорошо.

Мама наклоняется, чтобы погладить меня по щеке, а затем смотрит на свой чемодан.

— Теперь помоги мне собрать вещи, чтобы я могла отправиться в аэропорт.

— У тебя еще около пяти часов до вылета.

— Да, но может, я захочу выпить кофе или пройтись по магазинам до посадки в самолет. К тому же, я не хочу спешить.

— Ладно, ладно, давай соберем тебя, так ты быстрее уедешь отсюда, — я надуваю губы и сажусь, а мама смеется.

По правде говоря, мне не нравится идея, что мама уедет, но я счастлива, что она проведет время с моей тетей и бабушкой в Нью-Йорке, даже если я буду скучать по ней. Какое-то время мы не знали, что будущее готовит нам, так что это хорошо, что мама может путешествовать, а я знаю, что ей нужна эта поездка.

И потом, у меня есть свои планы.

В течение последнего года, пока мама проходила лечение и делала операции, я работала с турагентом, планируя поездку в Париж. Мама говорила, что хочет посетить этот город сколько я себя помню. Я хочу обрадовать ее этой поездкой, не «если», а «когда» наступила ремиссия. Когда мама вернется из Нью-Йорка, я смогу поделиться новостью, что мы едем в путешествие ее мечты. Десять дней в Париже, с проживанием в шикарном отеле рядом с Эйфелевой башней, будем есть и пить все что захочется, посмотрим на историю, которую я люблю, своими глазами.

Я взволнована и знаю, что, когда мама узнает, вероятно, она упадет в обморок от счастья.

Но сначала мне нужно пережить следующие несколько недель, потому что, чтобы оплатить поездку, мне пришлось найти работу на лето. Я планировала поработать в одной из местных компаний рядом с домом, но потом моя подруга из колледжа Кристи, предложила мне временную должность ассистентом. Она только родила, и нужен был кто-то, чтобы заменить Кристи пока она в отпуске по уходу за ребенком, и так как я смогу заработать больше, нежели чем работая в кофейне, я согласилась на ее предложение.

Я нервничаю, потому что не работала в офисе с тех пор как была в колледже, и все что я помню, это что мне была ненавистна каждая секунда такой работы. Нет ничего хуже, чем приходить на работу и иметь дело с политиками и другими персонами. Должна сказать, у меня нет практики взаимодействия со взрослыми — и это преуменьшение, так как большую часть времени я препираюсь с шести и семилетками. Но продолжаю говорить себе, что раз я справилась со всей драмой, что ежедневно случалась в классе, со мной все будет в порядке.

По крайней мере, я надеюсь на это.

Единственное, что меня беспокоит, это девушка, которую сначала наняла Кристи, чтобы прикрыть ее пока она будет в декрете, а та неожиданно уволилась. Когда я спросила почему, Кристи сменила тему, а когда я вновь подняла этот вопрос, она уклонилась от разговора вновь. Так как ее босс, большая шишка с деньгами, могу себе представить, что он сыграл свою роль в том, что девушка уволилась без предупреждения. Это не обнадеживает в том, что меня ожидает.

Но вдруг я ошибаюсь. Может он замечательный, а я накручиваю себя. Время покажет.

С сумкой на плече и на каблуках, которые кажутся чужеродными, после ношения кроссовок последние несколько лет, я открываю дверь «Эллис Текнолоджес» и думаю, не опоздала ли я. Огромное двухэтажное пространство наполнено тихим гулом разговоров; мужчинами и женщинами, целеустремленно снующими туда-сюда, словно крошечные муравьи в стеклянных муравьиных фермах, которые я держу в своем классе, чтобы дети могли наблюдать.

— Могу я помочь?

Повернув голову, я вижу как очень привлекательный мужчина в форме охранника приближается ко мне, идя по залитой солнечным светом белой плитке. Я бросаю быстрый взгляд на его именной бейдж — Майк.

— Привет, я буду заменять Кристи Смит несколько следующих недель.

— Пенни, правильно? — спрашивает Майк. — Кристи говорила о тебе.

Я киваю в ответ.

Он делает движение подбородком вправо.

— Пошли со мной, я выдам бейдж, потом провожу тебя к ее столу и представлю Джейсу.

— Отлично.

Я следую за Майком, цокая каблуками по плитке; этот звук привлекает внимание людей, идущих по своим рабочим делам и останавливает их на ходу. Я выделяюсь как большой палец, медными волосами, собранными в тугой пучок, и шикарным деловым костюмом среди всех остальных, одетых так словно они идут по делам субботним днем в своих джинсах, шортах и футболках.

Мои щеки заливаются румянцем, а волнение расцветает в груди. Такого дискомфорта я не испытывала уже много лет, наверное, со времен средней школы. Ловлю себя на том, что избегаю смотреть кому-либо в глаза и держусь поближе к Майку.

Это не заняло много времени, он сделал фото и напечатал мой бейдж. И мы снова пошли. Я следую за Майком наверх, где мы проходим между длинными столами, расставленными почти как в моем классе. За исключением того, что за ними никто не сидит. Все стоят разделившись на маленькие группы болтая или смотря на огромные экраны, расположенные по обе стороны комнаты. На экранах трансляции игр и число просмотров.

Когда Майк останавливается, я наблюдаю, как он нажимает кнопку на стене, прежде чем оглянуться на меня через плечо.

— Твой офис здесь.

Дверь из дымчатого стекла отъезжает, и открывается вид на огромный угловой офис с окнами от пола до потолка. Войдя внутрь, я настолько теряюсь в этом виде за прозрачным стеклом, что, не задумываясь, подхожу к окнам. Там, где я живу недалеко от Модесто, я никогда не вижу мост Золотые Ворота и покрытые зеленью холмы за ним, а отсюда просто захватывающий вид на них.

— Догадываюсь, что ты — Пенни. Я бы хотел приступить к делам… как только ты закончишь, — раздается глубокий мужской голос, который разносится по комнате и заставляет меня подпрыгнуть.

Я разворачиваюсь на каблуках, прижимая руку к груди, откуда мое сердце пытается выпрыгнуть.

За покрытым черным лаком столом, заваленным бумагами и кофейными чашками, небрежно сидит темноволосый мужчина в очках в толстой оправе, которые сидят у него на переносице. Аккуратно выбритые усы и щетина покрывают его щеки и подбородок. Он загадка в этих очках, которые придают ему немного занудный вид, с татуировками, спускающимися по рукам и заканчивающимися чуть выше запястий. Без сомнений, если бы он надел костюм, то был бы почти неузнаваем — как Кларк Кент в «Супермене», когда носил очки.

Когда мужчина встает, я переминаюсь с ноги на ногу на каблуках, чувствуя себя словно идиотка, что не спросила Кристи о дресс-коде, потому что очевидно, что здесь его нет. Единственное отличие между мужчиной передо мной и всеми остальными за пределами этой комнаты заключается в том, что его простая черная футболка выглядит дорогой и свежевыглаженной. Как и шорты цвета хаки, которые на удивление круто смотрятся на нем.

Но уверена, что глава компании, тот, на кого я на самом деле буду работать, не может быть одет так неформально. И разве Майк не представил бы нас, если бы это был он? Так что этот парень, должно быть, еще один сотрудник. И довольно грубый.

— Ты здесь?

— Прости, — я прочищаю горло. — Просто потрясающий вид, — мои щеки покрываются румянцем. — Я имею ввиду, вид отсюда потрясающий. А не ты выглядишь потрясающе, — я зажмуриваю глаза и трясу головой. — Это не значит, что ты не привлекательный.

— Теперь, когда мы выяснили, что ты не находишь меня отвратительным, могу я спросить, почему ты опоздала?

— Я не опоздала, — я морщу лоб, когда мужчина подходит ко мне ближе.

— Мы начинаем в семь, — он поворачивает запястье, чтобы посмотреть на свои модные часы. — Уже больше восьми.

— Кристи сказала мне прийти сюда к восьми, — говорю я, хотя на самом деле мне интересно знать, кто, черт возьми, вообще начинает работать в семь утра?

Мне даже в школе не надо было быть в семь утра, дети приходили к открытию дверей к восьми. Этот парень приходит на час раньше босса, чтобы приготовится к рабочему дню? Но разве это не то, что делает ассистент?

— Похоже, вы двое будете в порядке, — бормочет Майк, стоя возле двери.

Это прерывает множество вопросов, которые у меня есть и я прикусываю нижнюю губу, когда мужчина передо мной поворачивается к нему с угрюмым видом.

— Спасибо, Майк. Дальше я сам.

— Конечно, босс, — Майк переводит взгляд на меня. — Было приятно познакомиться. Хорошего дня, Пенни. — Затем он снова смотрит на Мистера Ворчуна: — Джейс.

И внезапно мои легкие перестают работать, когда до меня доходит, кто этот парень.

— И тебе, — выкрикиваю я, поднимая руку, чтобы помахать как идиотка, пока он поворачивается и выходит из офиса.

— Встречи начинаются в семь. Офис открывается в восемь, — говорит мой временный босс, и теперь я знаю, что это Джейс Эллис. Сразу как выходит Майк, я приклеиваю к своему лицу извиняющуюся улыбку.

— Извините, я не знала.

— Теперь знаешь. — Джейс проходит мимо меня и нажимает кнопку на стене, которая открывает дверь в маленький офис с таким же видом как у него. — Это твое рабочее место; предполагаю, Кристи не лгала и ты знаешь как печатать и отвечать на звонки.

— Она не врала, — говорю я Джейсу в спину, пока он открывает ноутбук на столе.

— Как ты знаешь, Кристи работает из дома с самыми неотложными делами, но мне все равно нужен кто-то здесь, чтобы заниматься расписанием и текущими задачами, пока она отсутствует.

— У нее только что родился ребенок, — напоминаю я, потому что Джейс, похоже, расстроен тем, что Кристи не здесь — у него на побегушках.

Джейс поворачивается и смотрит на меня через плечо прищуренными глазами, а так как я профессионал в том, что касается недовольных взглядов, которые заставили бы большинство людей съежиться, то выдерживаю его и жду, когда Джейс сдастся.

— Будешь пользоваться этим компьютером, пока работаешь здесь, — наконец-то уступает он, сжимая челюсть. — Иди сюда, садись. Я покажу тебе программу, которую мы используем, и объясню некоторые вещи, прежде чем отправится на встречу.

— Конечно.

Я проскальзываю между ним и столом, втягивая живот, чтобы случайно не задеть его. Поставив сумочку и пакет с ланчем на пол, я выдвигаю стул, и как только моя задница оказывается на сиденье, Джейс обходит стул сзади и встает рядом со мной. Мускусный аромат его одеколона не ошеломляет, но, смешанный с его теплом, он определенно отвлекает, когда Джейс наклоняется надо мной, чтобы приблизиться к компьютеру.

— Это программа, которую мы используем для электронной почты, — он кликает на маленькую иконку в углу экрана и программа открывается. — Я настроил временный адрес, которым ты будешь пользоваться, пока работаешь здесь. Письма, которые будут приходить, как правило связаны с расписанием.

Он закрывает папку «Входящие» и кликает мышью по другой иконке.

— Это мой календарь. Ты можешь добавлять в него задачи по мере необходимости, только убедись, что я не занял это время.

— Поняла, — говорю я, потому что хочу дать ему знать, что слышала то, что он мне сказал. Однако, когда Джейс поворачивается и свирепо смотрит на меня, становится понятно, что лучше мне слушать молча. — Извини.

— Это, — Джейс возвращается к компьютеру и открывает другую иконку на экране. — Наша программа для работы со звонками и я жду, что ты ответишь на каждый входящий звонок, пока ты на рабочем месте. Напомню, входящие звонки связаны с расписание. И опять же, проверяй, что время свободно.

Я прикусываю нижнюю губу, чтобы снова не заговорить, но очевидно, это неправильный ход, и понимаю это, когда Джейс поворачивает ко мне голову и приподнимает бровь.

— Поняла, — шепчу я.

— Есть какие-нибудь вопросы? — Джейс делает шаг назад и смотрит на меня сверху вниз, и так как он высокий, я начинаю понимать, как мои ученики чувствовали себя, когда я возвышалась над ними и их партами.

— Есть что-то, что я должна знать?

— Все четко и ясно. Отвечай на электронные письма. Когда кто-то просит о встрече, отмечай их в моем календаре. Отвечай на телефонные звонки.

— Оки-доки, — бормочу я, и Джейс глубоко вздыхает, прежде чем покачать головой.

— Меня не будет в офисе следующий час, буду на встрече. Когда вернусь, сможешь задать вопросы, если они появятся.

— Хорошо, — отвечаю я, и Джейс двигается к выходу, но останавливается и поворачивается лицом ко мне, выглядя почти… обеспокоенным?

— Если позвонит моя мама, скажи ей, что я перезвоню. Даже если будешь знать, что я в офисе и свободен, не переключай ее на меня.

Открываю рот, чтобы спросить Джейса как переключить звонок на него, но прежде, чем успеваю, он уходит и дверь за ним закрывается.

Я выдыхаю и осматриваюсь вокруг, мои глаза цепляются за фото в рамке, которое стоит на углу стола, с Кристи и Джеком, ее мужем. Поднимая фото, я улыбаюсь, помню момент на ее свадьбе, когда оно было сделано, сразу после того, как их объявили мужем и женой. Джек в своем смокинге, нежно держит лицо Кристи в ладонях и целует ее до потери сознания, а ее длинное розовое платье развевается на ветру. Это был волшебный момент, и даже я, самый ярый скептик в мире, не могу отрицать, насколько они были счастливы и влюблены.

Сейчас, шесть лет спустя, это все еще не изменилось. Они образец идеальной пары, а Джек — один из немногих мужчин на планете, которому я позволила бы подняться на борт своей лодки, если бы Землю постигло наводнение.

Звонок компьютера на столе заставляет меня подпрыгнуть, и я быстро откладываю фотографию и провожу пальцем по трекпаду, чтобы ответить на звонок.

— Эм, офис мистера Эллиса. Чем я могу вам помочь? — отвечаю я, чувствуя себя идиоткой, потому что наверняка должна была хотя бы спросить Кристи, как мне отвечать на телефонные звонки.

— Пенни, это всего лишь я, — Кристи смеется и звук отдается в моих барабанных перепонках, заставляя улыбнуться.

— О, привет!

— Я только что получила сообщение от Джейса. Он сообщил мне, что ты приехала.

— Да.

— Дай угадаю. Он был очень любезен и потратил дополнительное время, чтобы ты устроилась, — ее тон сочится сарказмом.

— Что-то вроде того, — пищу я.

— Уверяю, он грозен лишь на словах, а как только ты узнаешь его поближе, поймешь, он милашка.

— Он кажется замечательным, — отвечаю я, и Кристи снова смеется, вероятно, потому что знает, что я лгу сквозь зубы.

— Я собираюсь позвонить тебе по видео, просто прими звонок, когда увидишь всплывающий значок.

— Хорошо.

Мне не приходится долго ждать, перед лицом появляется что-то похожее на видеокамеру и кнопка звонка, и как только я касаюсь ее стрелкой, улыбающееся лицо Кристи заполняет экран.

— Вау! Посмотрите-ка кто при полном параде на работе! — усмехается Кристи, а я закатываю глаза.

— Ты могла бы сказать, что дресс-код в том, что дресс-кода нет.

— Извини, я совсем запуталась, но ты выглядишь прекрасно. И мне нравится, когда у тебя такие волосы.

— Спасибо, но мои ноги все равно ненавидят тебя прямо сейчас.

Она смеется, затем расширяет глаза, когда на заднем плане раздается резкий крик.

— Черт, кажется, я разбудила Айви. Дай мне секунду.

— Я буду здесь, — говорю Кристи, и она быстро встает и исчезает из поля зрения камеры.

Подняв с пола свою сумку, я достаю бутылку с водой и ставлю ее на стол. Затем роюсь в ней в поисках мобильного телефона и проверяю его, чтобы убедиться, что нет пропущенных звонков или сообщений от мамы. Их нет, но, опять же, вчера мама допоздна гуляла с моей тетей. Они обе ходили на Манхэттен смотреть «Короля Льва» на Бродвее, так что кто знает, когда она вообще проснется. С тех пор как мама приехала в Нью-Йорк, я почти ничего о ней не слышала, только смс или звонок узнать, как дела. Помимо этого я действительно слежу за мамой только через социальные сети, где она публикует все, что делает во время поездки.

— Хорошо, я вернулась.

На экране появляется Кристи, прижимающая Айви к груди, и мое сердце мгновенно тает при виде крошечного розового свертка в ее руках.

— Извини, я подумала, что у меня есть, по крайней мере, пятнадцать минут, прежде чем она снова встанет.

— Не извиняйся.

Я смотрю, как Кристи сжимает Айви в руке и расстегивает майку.

— Ой, — я съеживаюсь, когда Айви вцепляется в сосок, а Кристи вздрагивает.

— Расскажи мне об этом. Мои соски настолько воспалены, что болят. Я не понимаю, как мамы кормят грудью годами, даже спустя долгое время после того, как у их детей появились зубы.

Я отвожу взгляд от кормления Айви и сосредотачиваюсь на уставших, но счастливых глазах Кристи.

— Предполагается, что так будет лучше для нее.

— Миллионы младенцев прекрасно обходились без грудного молока. С Айви все будет в порядке, когда мы перейдем на бутылочку через несколько недель. — Кристи снова отводит взгляд от Айви, чтобы посмотреть на меня. — К тому же, Джеку будет приятно на некоторое время взять на себя ночные кормления. Я имею в виду, не пойми меня неправильно, мне нравится быть мамой. Но я смогла бы обойтись без ощущения себя молочной фабрикой, которая работает двадцать четыре часа в сутки.

— Без сомнения, — соглашаюсь, потому что не могу представить себя единственным источником питания и ухода для крошечного человечка.

— Ладно, хватит обо мне и моих сиськах. Расскажи мне, как ты себя чувствуешь и что тебе нужно знать.

— Думаю, для начала должна спросить, как нужно отвечать на звонок, когда он поступает? — спрашиваю я, и она смеется, затем объясняет мне, как правильно отвечать на телефонные звонки, как перевести вызов и что мне нужно говорить, отвечая на электронные письма.

К тому времени, как вешаю трубку, я чувствую себя немного увереннее в том, что смогу справиться со всем. Но это чувство длится только до тех пор, пока я не открываю почтовый ящик и не вижу, что меня ждут более пятидесяти сообщений.

Господи, это будут очень долгие несколько недель.

С латте в одной руке и сумкой в другой, я вхожу в центральные двери офиса «Эллис Текнолоджес» в 6:50 утра. У меня в запасе десять минут, которых должно хватить, чтобы отсканировать бейдж и занести мои вещи в офис, прежде чем придется искать Джейса для утренней встречи.

Одна вещь, которую я усвоила за последние несколько дней, что этот парень никогда не перестает двигаться. Джейс всегда в бегах, переходит с одной встречи на другую. И хотя меня все устраивает, поскольку это означает, что мне не нужно проводить много времени в его присутствии, также раздражает постоянный поиск Джейса, когда мне нужен ответ на что-то. Клянусь, я собираюсь раздобыть в эти выходные поисковый трекер и положить его незаметно в карман Джейса, чтобы жизнь стала немного легче.

— Как дела, Майк? — спрашиваю я, подходя к стойке регистрации, где он сидит со своим кофе и улыбкой на лице.

— Сегодня пятница и у меня будет отпуск неделю. Так что я бы сказал, что хорошо.

— Счастливчик, — я слышу смех Майка, пока сканирую свой бейдж. — Займешься чем-нибудь веселым в свободное время?

— Мы с женой повезем дочь в Диснейленд.

— Восхитительно. Это ее первый раз?

— Второй, но в прошлый раз, когда мы туда ездили, ей было два года. Сейчас доченьке семь, так что это будет другой опыт.

— Я хочу посмотреть фотографии, когда ты вернешься.

— Договорились, — ответил он.

Я стала уходить, но остановилась и развернулась к нему лицом.

— Ты случайно не знаешь где Джейс сегодня утром?

— Я видел по камерам, как он спускался в подвал не так давно. Ты можешь попробовать поискать там, если Джейс не вернулся в офис.

— Подвал?

— Ага, в лифте на своем этаже спустись на уровень «В» и попадешь прямо туда.

— Чудненько, спасибо, — я еще раз улыбаюсь Майку, а затем поднимаюсь по лестнице в свой офис.

Не увидев Джейса за его столом, я оставляю вещи, затем, взяв кофе с собой, выхожу обратно за дверь. По пути к лифтам через помещения, я здороваюсь с людьми, стоящими вокруг. Со второго рабочего дня, я одета так же неформально, как и все вокруг, поэтому больше никаких косых взглядов и перешептываний о том, кто я такая. Слава богу.

В лифте нажимаю кнопку, ведущую в подвал, и двери открываются всего через пару секунд. Я дважды моргаю, когда выхожу из лифта. Комната огромная, темная и битком набита десятками диванов и телевизоров.

— Привет, — кричу я в темноту, которая кажется еще темнее из-за выкрашенных в черный цвет стен.

Я не получаю никакого ответа, кроме учащенного биения моего сердца. «Это не фильм ужасов, Пенни», — упрекаю себя, оглядываясь по сторонам.

Когда замечаю мягкое свечение в дальнем конце комнаты, я направляюсь в том направлении, затем останавливаюсь. Нахожу Джейса, сидящим на краю дивана, упершегося локтями в колени, его пальцы лихорадочно заняты контроллером в руках, когда он смотрит в телевизор перед собой, на голове у него наушники.

Поскольку Джейс развлекается, я воспользовалась моментом, чтобы изучить его в его стихии. В начале своего первого рабочего дня я узнала, что «Эллис Текнолоджес» — не заурядная технологическая компания. На самом деле это игровой бизнес. А у Джейса, задолго до того, как он поступил в колледж, чтобы научиться создавать игры, на самом деле был игровой канал на YouTube, где он только и делал, что играл в игры и записывал себя за этим занятием.

Похоже, что играя в онлайн-игры, которые могут смотреть другие люди, можно заработать большие деньги, и Джейс был одним из первых, кто занялся этим, когда был еще подростком. Сейчас в игры, которые он создает, играют миллионы людей по всему миру, а его игровая платформа является одной из самых популярных. Дети и взрослые регистрируются и делают то, что делал он, чтобы зарабатывать деньги: играют, чтобы другие могли смотреть, или соревнуются с другими игроками в крупных соревнованиях, которые проводятся ежемесячно.

Этот парень умен, по-настоящему умен. Джейс делает то, что ему нравится и отлично преуспевает в этом. Он также по-настоящему красив, единственное, что выбивает его из ряда привлекательных для меня, — это его личность. То есть, я ненавижу судить кого-то только через пару дней, но пока его отношение оставляет желать лучшего. Хотя уверена, что есть много женщин, которым это безразлично, поэтому я сомневаюсь, что он страдает из-за женского внимания.

— Ты так и собираешься стоять и пялиться на меня? — интересуется Джейс, даже не посмотрев на меня, а я едва сдерживаюсь, чтобы не закатить глаза от прямого вопроса.

— Возможно.

Делаю шаг ближе и смотрю на экран телевизора, во что он играет. На экране это выглядит так, будто на другой планете идет какая-то война, и Джейс отвечает за убийство любого, кто встанет у него на пути, используя меч вдвое больше, чем его персонаж, похожий на эльфа.

— Я пришла найти тебя и узнать, где будет утренняя встреча.

— Встреча отменилась.

— Ох, — говорю я, а Джейс бросает на меня быстрый взгляд прежде чем снова сосредоточится на экране телевизора.

— Мне нужно, чтобы ты освободила мое расписание сегодня днем. Меня не будет в офисе большую часть дня.

— Хорошо, — бормочу я, стараясь не расстраиваться, что мне придется позвонить и разослать письма примерно сотне человек, а я еще даже не выпила кофе. — Может мне перенести их на следующую неделю, поскольку из твоего календаря вычеркнута пятница?

— Меня не будет на следующей неделе. Не будет в городе, — он чертыхается и срывает с себя наушники, небрежно отбрасывая их вместе с контроллером в сторону. — Ты что, не смотрела в календарь?

— Нет, не на следующую неделю.

— Конечно, нет, — ворчит он, проводя руками по лицу.

— В свою защиту скажу, что я не была уверена, что переживу эту неделю, не уволившись, поэтому я не хотела забегать вперед, — пожимаю плечами, и Джейс убирает руки от лица, чтобы одарить меня взглядом, полным недоверия. — Что? Я просто честна.

— Все встречи, которые необходимо перенести с сегодняшнего дня, придется отложить до моего возвращения в город. У меня есть важное дело, над которым я работаю, и оно пока что требует все мое внимание.

Джейс встает с дивана, и я замечаю, что у него темные круги под глазами, как будто он не спал несколько дней. Интересно, они были там всегда, просто скрытые очками, которые он обычно носит?

— Хорошо, Рейнджер Джо, — бормочу себе под нос, а Джейс хмыкает в ответ, прежде чем обойти меня.

У меня нет другого выбора, кроме как следовать за ним. Мы возвращаемся к лифту, затем стоим в неловком молчании после того, как он нажимает кнопку.

— Над какой сделкой ты работаешь? — выпаливаю я, нуждаясь в том, чтобы заполнить тишину, которая воцарилась в лифте.

— Если я скажу, мне придется тебя убить, — отвечает Джейс, а я так резко вскинула голову, что кажется, будто ударила себя хлыстом.

— Я просто шучу, — поднимает руки Джейс.

— Знаю, просто не могу поверить, что только что ты пытался шутить со мной, — я перевожу взгляд, когда двери лифта открываются, но замечаю кислый взгляд Джейса в мою сторону, прежде чем выхожу из лифта.

— Пенни, — зовет он, и я поворачиваюсь, чтобы посмотреть на него, понимая, что он остановился в нескольких футах позади меня. — Я вернусь сюда сегодня днем, и мы обсудим, что будет на следующей неделе, пока меня не будет в офисе.

— Звучит как план. — Я улыбаюсь самой сладкой улыбкой, затем направляюсь бодрым шагом в свой офис, зная, что мне не придется лично иметь с ним дел целую неделю.

Мне повезло.

Звонок телефона вырывает меня из сна, и я открываю глаза, обнаруживая, что в комнате темно. Мое сердце мгновенно начинает колотиться от беспокойства, когда я ищу устройство, которое оставила включенным рядом с кроватью. Никто, кроме мамы, не позвонит мне до восхода солнца, а она позвонит, только если что-то не так.

— Алло? — отвечаю я, задыхаясь, прижимая сотовый к уху еще до того, как полностью беру его в руки и провожу пальцем по экрану.

— Пенни, это Джейс, — глубокий голос моего нового босса гремит у меня в ухе, вызывает замешательство, смывая беспокойство, которое я испытывала несколько секунд назад.

— Джейс? — я протираю уставшие глаза. — Который час?

— Пять.

— Пять, — повторяю я, уверенная, что услышала неправильно, потому что нет ни одной причины, чтобы он позвонил мне в пять утра в выходные.

— Мне нужно, чтобы ты встретила меня в аэропорту через час.

— Что? — я приподнимаюсь на локте и включаю прикроватную лампу, когда он вздыхает.

— Мне нужно, чтобы ты встретила меня в частном аэропорту недалеко от Модесто через час.

— Почему?

— Я объясню, когда встретимся.

— Итак, ты хочешь, чтобы я встретила тебя в аэропорту, но не скажешь — почему я должна это сделать, пока я не приеду?

— Да.

— В субботу.

— Я знаю.

— Я не работаю по субботам, Джейс.

— Теперь работаешь. Увидимся, когда приедешь сюда, — он делает паузу, — и собери сумку, чтобы вещей хватило на неделю.

Джейс вешает трубку прежде, чем я успеваю сказать ему, куда засунуть эту сумку; убираю мобильник от уха и смотрю на устройство в своей руке так, словно это оно во всем виновато.

«Он сумасшедший, если думает, что я действительно соберусь с ним встретиться», — ворчу себе под нос, прежде чем бросить телефон на прикроватный столик и выключить свет. Взбив подушку, я снова опускаю голову… Затем стискиваю зубы, представляя, как Париж ускользает прямо сквозь пальцы.

Сомневаюсь, что смогла бы найти другую работу на следующей неделе, где мне платили бы столько, сколько я зарабатываю сейчас. А если бы мне потребовалась неделя, чтобы найти другую работу, я бы потеряла целую неделю в деньгах.

Ругаясь, я откидываю одеяло и сажусь на край кровати, прежде чем включить лампу. Хватаю телефон, набираю номер, с которого мне только что звонили, и жду.

— Да, — Джейс отвечает после третьего гудка.

— Какую одежду мне нужно упаковать?

— Та, что была на тебе в офисе на этой неделе, подойдет.

— Отлично, — я вешаю трубку до того как Джейс сделает так снова, и надеюсь, ему это не нравится так же сильно как и мне.

Встаю с кровати и иду за своим новеньким ярко-розовым чемоданом из комнаты для гостей и срываю бирки, прежде чем откатить его и положить на кровать. Я никогда не путешествовала или никогда не ездила туда, где мне понадобился бы чемодан, поэтому, пока не начала планировать поездку в Париж, у меня его не было. Теперь я рада, что купила этого малыша, когда увидела его в распродаже, иначе я бы отправилась с рюкзаком и пакетом для мусора, набитым моим барахлом.

Пока упаковываю шорты, джинсы, леггинсы, футболки и пару летних платьев, я задаюсь вопросами, куда мы отправимся и зачем Джейсу понадобилось, чтобы я была с ним. В четверг, когда он вернулся в офис, мы прошлись по тому, что будет, пока он отсутсвует в офисе, Джейс не упоминал о своей большой сделке, над которой работает. И вчера, пока переносила встречи, я заглянула в его календарь на следующую неделю. Конечно же, время занято без какой-либо информации о его планах. Так что я действительно понятия не имею, что происходит, но знаю кое-кого, кто мог бы знать.

Как только у меня набирается достаточно одежды на неделю, я закрываю чемодан и направляюсь в ванную с мобильником. Стою у раковины, наведя большой палец на номер Кристи, и смотрю на время. Сомневаюсь, что она была бы в восторге, если бы я позвонила ей в пять тридцать утра в субботу, особенно после того, как во время нашего последнего разговора она сказала мне, что Айви не давала ей спать всю ночь.

Покачав головой, откладываю сотовый в сторону, затем смотрю на свое отражение в зеркале и замечаю покрасневшие глаза, которые появились из-за того, что я поздно легла. Поскольку знала, что мне не нужно вставать на работу, я долго принимала ванну, выпила огромный бокал вина, а затем засиделась допоздна за просмотром документального фильма о вулкане, уничтожившем Помпеи много лет назад. Это было очень интересно, но теперь я жалею, что шесть часов подряд смотрела телевизор вместо того, чтобы лечь спать.

Со стоном хватаю зубную щетку, затем выполняю утреннюю рутину, прежде чем надеть очки, поскольку я не могу носить контактные линзы. Я надеваю шорты, майку и безразмерную толстовку. Сунув ноги в шлепанцы, я убеждаюсь, что квартира заперта, затем несу чемодан к машине, бросаю его в багажник и сажусь за руль.

Я добираюсь до маленького частного аэродрома менее чем за пятнадцать минут, а волнение скручивает мой желудок, когда паркуюсь на одном из множества пустых мест на стоянке. Это чувство не имеет ничего общего с путешествием наедине с Джейсом, а относится к полету.

Или как минимум, это то, что я говорю себе.

Я стягиваю волосы в высокий хвост, беру сумку с пассажирского сиденья и выхожу из машины. После пары рывков достаю чемодан из багажника, делаю глубокий вдох и качу его к простому, на вид стальному, зданию.

Когда подхожу к двери, на улицу выходит женщина на каблуках в приталенном пиджаке и юбке и улыбается мне:

— Пенни?

— Да, — я останавливаюсь перед ней, и женщина протягивает руку, забирая у меня ручку чемодана.

— Я Донна. Мистер Эллис ожидает вас в самолете. Если вы пойдете со мной, я отсканирую ваше удостоверение в системе, попрошу подписать пару документов, а затем провожу вас к нему.

— Хм, хорошо.

Я захожу внутрь здания, когда Донна жестом предлагает мне идти впереди нее. Пока мы пробираемся по блестящим бетонным полам, я оглядываю обширное помещение со стойкой, занимающей переднюю часть. Остальная часть открытой комнаты заполнена причудливыми стульями, столами и кухней, где подают выпечку и кофе.

— Не хотите ли чего-нибудь поесть или выпить? — спрашивает Донна, когда мы подходим к стойке, а у меня сводит живот при мысли о том, чтобы съесть что-нибудь.

— Нет, спасибо, — я роюсь в сумочке в поисках бумажника, затем протягиваю удостоверение личности.

— Хорошо, это займет всего пару минут, — Донна берет мою карточку и помещает ее в автомат, который почти сразу же выплевывает ее обратно.

— Вы знаете, куда мы направляемся? — спрашиваю я, пытаясь рассмотреть что-то в компьютере, в который смотрит Донна, но она поднимает глаза на меня.

— Уэнатчи¹.

— Уэнатчи? — повторяю я, абсолютно не представляя где это.

— В Вашингтоне.

— Штат Вашнгтон?

— Да, — она смеется. — Вы правда не знали, куда собираетесь отправиться?

— Час назад я даже не знала, что куда-то собираюсь.

— Серьезно? — Донна широко раскрывает глаза.

— Серьезно.

— Хорошо, у меня нет всей информации, но я знаю, что в аэропорту вас будет ждать арендованный автомобиль, так что после приземления вы отправитесь дальше.

— Отлично, — я забираю удостоверение, а Донна бросает на меня сочувственный взгляд.

— Прошу вас подписать пару документов, и все готово.

Она разворачивает экран компьютера лицом ко мне, и я быстро просматриваю два документа, которые выглядят достаточно простыми, прежде чем пальцем нацарапать внизу свое имя. Когда заканчиваю, она поворачивает экран обратно и берется за ручку моей сумки:

— Я провожу вас.

Кивнув, я иду с Донной к стеклянным дверям, где вижу небольшой, но очень дорогой на вид самолет, ожидающий всего в нескольких футах от нас, с опущенной лестницей и двумя привлекательными мужчинами в костюмах, разговаривающими возле ступенек. Мои колени начинают превращаться в желе, когда мы выходим на улицу, затем мое сердце начинает бешено колотиться, когда Донна останавливается перед мужчинами, на пиджаках которых прикреплены бирки, подтверждающие, что они пилоты. По виду они ненамного старше меня, скорее они оба выглядят так, будто проводят больше времени в тренажерном зале, чем летают, что вызывает огромную тревогу.

— Мисс Бивер, я Том, а это мой второй пилот Генри. Сегодня утром мы полетим с вами и мистером Эллисом, — говорит Том, протягивая руку, и я пожимаю ее своей дрожащей рукой.

— Очень приятно познакомится с вами обоими, — я беру руку Генри, после того как отпускаю Тома. — Так вы, ребята, давно летаете? — спрашиваю я, и они оба понимающе улыбаются.

— Мы вместе летали в Военно-воздушных войсках пять лет.

— Они одни из лучших. Ты в надежных руках, — Донна ободряюще сжимает мою руку, прежде чем передать мой чемодан Генри. — Пока они загружают твой чемодан, ты можешь подняться на борт. Мистер Эллис ждет тебя.

— Точно.

Я вытираю липкие ладони о джинсовые шорты и тихо благодарю Донну, прежде чем начать подниматься по ступенькам к Джейсу.

Было у вас когда-нибудь такое чувство внизу живота, похожее на тревожный звоночек, предупреждающий, что что-то значимое вот-вот случится? И так как ты не знаешь хорошее или плохое, ты просто продолжаешь двигаться вперед.

Это именно то, что я чувствую, когда прохожу через маленький проход в самолет и вхожу в тускло освещенный салон. Посмотрев налево, я замечаю открытую кабину, что позволяет мне видеть миллионы кнопок и переключателей сразу за двумя креслами, затем поворачиваю направо. Во втором ряду сидит Джейс, опустив голову и нахмурив брови. Оглянувшись на дверь, я замечаю Донну, стоящую у подножия лестницы, и как только наши взгляды встречаются, она показывает мне большой палец.

Я делаю ей ответный жест, затем глубоко вдыхаю и вновь поворачиваюсь к Джейсу, обнаружив что он больше не хмурится, смотря на свои колени, а смотрит на меня.

— Если ты будешь жаловаться, что я опоздала, клянусь я сойду с этого самолета, — выпаливаю я, а он трясет головой.

— Ты выглядишь испуганной. Ты в порядке?

— Нет, — я направляюсь к Джейсу и сажусь в кресло через проход от него. — Я никогда раньше не летала.

— Ты никогда раньше не летала на самолете? — он смотрит с сомнением, а я закатываю глаза.

— После смерти моего отца приоритетом моей мамы было сохранить крышу над головой. Поездки никогда не вписывались в ее бюджет, а с тех пор, как я стала старше, я всегда ездила на машине туда, куда хотела.

— Сколько тебе было, когда умер отец?

— Четыре, — я обхватываю руками сумку, лежащую у меня на коленях. — Итак, ты собираешься рассказать мне, почему я нужна тебе в поездке в Уэнатчи, штат Вашингтон?

Я меняю тему, потому что, видит Бог, не хочу делиться с Джейсом слезливыми историями о своей жизни.

— Хорошо… — Джейс прочищает горло, внезапно становясь нервным, что только разжигает мое любопытство.

— Мистер Эллис, мисс Бивер, мы готовы закрывать дверь и должны оторваться от земли примерно через десять минут, — говорит Том, заходя в самолет, Генри сразу за ним.

— Спасибо, Том, — отвечает Джейс, и я начинаю внутренне паниковать, когда свет снаружи гаснет, а дверь втягивают внутрь и запирают на задвижку, отрезая мне единственный путь к бегству.

— Эй, все хорошо, — успокаивает мягко Джейс, и я смотрю вниз, где чувствую, как тепло опутывает мои пальцы; Джейс обхватывает крупной, загорелой рукой мою. — Мы можем взять машину, если тебе это нужно и полет — слишком для тебя.

— Нет, — я качаю головой. — Мне нужно практиковаться, — отвечаю я, поднимая взгляд на Джейса.

— Практиковаться?

— Неважно, — я сжимаю его руку сильнее, когда самолет начинает двигаться… а потом паниковать, когда Джейс встает со своего кресла.

— Что ты делаешь? — задыхаюсь я, переводя взгляд с его теперь пустого места на него.

— Расслабься, я просто пристегну тебя, — он присаживается передо мной и забирает сумку из моих рук, ставя ее на пол, прежде чем скользнуть руками вниз по моим бедрам. Я бы хотела сказать, что мое тело никак не реагирует на то, что Джейс находится так близко и прикасается ко мне, но мои соски напрягаются, а дыхание перехватывает в горле. Когда защелкивается замок ремня безопасности, Джейс поднимает голову, и наши взгляды встречаются. — Теперь ты в безопасности.

Почему я вдруг почувствовала, что это совершенно неправда?

— Спасибо!

Я прочищаю горло, и Джейс одаривает меня улыбкой, которая застает врасплох. Я знаю, что он симпатичный мужчина, знала это с того момента, как мы встретились. Хотя, если бы Джейс был придурком, но улыбался мне вот так все время, мне было бы наплевать, какой он грубый.

Джейс встает и занимает свое место, а я ожидаю, что он… сделает… Я не знаю… может быть, проигнорирует мое существование? Но вместо этого Джейс наклоняется ко мне через проход и снова берет мою руку в свою. Я настолько отвлечена его прикосновениями, что, кроме ощущения внизу живота, когда самолет отрывается от земли, больше ничего не замечаю.

Когда самолет в воздухе и выравнивается, по внутренней связи раздается голос Тома, сообщающий нам, что полет продлится около шести часов и большую часть пути должен пройти гладко.

— Ты спросила, почему ты здесь, — Джейс отпускает мою руку, и я сосредотачиваюсь на его лице.

— Ага.

— У меня есть предложение для тебя.

— Предложение?

— Мне нужно, чтобы ты притворилась моей невестой на неделю.

— Чего? — вся кровь приливает к моей голове, и я чувствую головокружение.

— Моя мама весь последний год уговаривала меня остепениться, а у меня нет времени ни на отношения, ни на то, чтобы разбираться с ней и ее миллион и одним вопросом или предложениями на этой неделе. Мне нужно чем-то отвлечь маму, пока я завершаю сделку, над которой работаю, а что может быть лучше, чем появление с моей невестой?

Джейс достает из кармана коробочку и открывает ее, показывая мне кольцо с огромным бриллиантом.

— Ой! Что за хрень? — вскрикивает он.

— Мне нужно знать, сон ли это.

— Ты должна была ущипнуть себя, а не меня, — Джейс сердито смотрит в мою сторону, потирая руку.

— Я не собираюсь ставить себе синяки, идиот, — я оглядываюсь вокруг и понимаю, что нет никакого способа избежать этого безумия. Мы буквально в консервной банке у черта на куличках. — Ты похитил меня.

— Что? — в его голосе слышится ужас.

— Ты посадил меня в самолет, и я не могу выйти.

— Я не похищал тебя.

— Очень похоже на похищение, Джейс! — кричу я, а Джейс тянется и закрывает мне рот рукой.

— Прекрати говорить, что я похитил тебя, — рычит Джейс, а я свирепо смотрю на него. — Я заплачу пятьдесят тысяч долларов.

Я расширяю глаза. С такими деньгами, я смогу заплатить за больничные счета мамы и мой студенческий кредит, и даже немного останется.

— Ты серьезно? — шепчу я, убрав его руку.

— Конечно, я чертовски серьезен.

— Ты хочешь, чтобы я притворялась твоей невестой неделю за пятьдесят… тысяч… долларов.

— Да, — Джейс сжимает челюсти.

— Я не понимаю. Почему ты спрашиваешь меня?

— Ты не первая.

ОУЧ.

— Спасибо, — говорю я с сарказмом.

— Послушай, девушка, которую я нанял, получила пищевое отравление. Она сообщила мне об этом сегодня утром, прежде чем я позвонил тебе. Я не смог придумать никого другого в такой короткий срок, кому я мог бы доверять.

— Ты доверяешь мне? — я выдавливаю смешок.

— Кристи доверяет тебе, а я доверяю ей свою жизнь.

— Ты уверен, что девушка, которую ты нанял, получила пищевое отравление, а не бросила тебя просто потому что решила, что никакие деньги не стоят того, чтобы терпеть тебя? — я поднимаю брови.

— Поверь мне, она не бросила меня. Во всяком случае, не так, — самодовольно говорит Джейс, и я морщу нос от отвращения.

— Ты такой пошлый.

— Хм, — бормочет Джейс, а затем спрашивает: — Что ты скажешь?

— Итак, я должна только притворяться твоей невестой неделю и держать твою маму подальше от тебя, чтобы ты мог работать? Ничего больше?

— Ничего больше!

Джейс протягивает мне коробочку с кольцом, и мое сердце начинает бешено колотиться. Смогу ли я это сделать?

Должна ли я это делать?

Я смотрю на кольцо, затем на него.

Я знаю, что не должна. Я ни за что не должна притворяться его невестой, но эти деньги могли бы помочь маме и мне. И это одна неделя. В течение одной недели ты можешь делать все, что угодно, если это того стоит. Верно?

— Пенни?

— Не торопи меня. Я думаю, — выпаливаю я, а Джейс поднимает руки вверх. Закрыв глаза, я поджимаю губы, зная, что должна сказать «нет», но жадность берет надо мной верх. — Хорошо, — я выдыхаю и встречаюсь с ним взглядом. — Я сделаю это.

— Правда, — я замечаю, как Джейс расслабляет плечи, и киваю.

— Да.

— Отлично.

Он протягивает мне коробочку, и я достаю кольцо, которое настолько безвкусное, что должно быть поддельным. Или я просто надеюсь на это.

— Надеюсь, подойдет, — говорит он и смотрит как я надеваю его.

Мне приходится приложить немного больше усилий, чтобы натянуть его на костяшки пальцев, но как только оно надето, посадка почти идеальная. На самом деле, я удивлена, что вообще смогла его надеть. Я уверена, что та, кого он выбрал в качестве своей фальшивой невесты на неделю, не считалась толстушкой по сегодняшним искаженным стандартам красоты.

Вес металла и камня кажется чужеродным, и когда я поднимаю руку, все, о чем я могу думать, это то, что все выглядит нелепо.

— Кто выбрал его?

Я оглядываюсь и замечаю, как Джейс достает бумаги из сумки, похожей на портфель.

— Бекки.

— Девушка с пищевым отравлением?

— Нет, — рассеянно бормочет Джейс, когда начинает звонить его телефон. Глядя на экран, он вздыхает, затем бросает взгляд на меня. — Я должен ответить.

Он встает, протягивает мне стопку бумаг, прежде чем отойти в хвост самолета.

Я смотрю на первую страницу, где есть немного информации о Джейсе, затем откладываю ее в сторону и смотрю на свою руку, задаваясь вопросом, о чем, черт возьми, я думаю.

О, я знаю. Я идиотка!

Я вздрагиваю, просыпаясь, когда что-то холодное касается моей щеки, и подаюсь вперед, моргая, глядя на мужчину, стоящего надо мной. Требуется пара секунд, чтобы туман рассеялся, и я вспомнила, почему Джейс навис надо мной, а я не дома в постели.

— Ты уснула, — говорит Джейс, делая шаг назад, а я смотрю, как позади него Том открывает дверь самолета.

— Мы приземлились?

— Около пяти минут назад, — он поднимает свой портфель с кресла. — Возьми свою сумку, наша машина уже ждет нас.

Не говоря ни слова и все еще немного не в себе, я беру бумаги, которые Джейс вручил мне ранее, и кладу их в сумку, прежде чем расстегнуть ремень. Я следую за ним мимо Тома и Генри, благодарю их, прежде чем осторожно спуститься по ступенькам из самолета. Когда ступаю на асфальт, смотрю на холмы вдалеке и делаю глубокий вдох.

— Ты идешь?

— Да.

Я ускоряю шаг и встречаю Джейса позади темно-синего джипа, припаркованного возле открытого ангара.

— Это твоя машина? — спрашиваю я Джейса, когда он открывает багажник.

— Зачем мне машина в Вашингтоне?

— Не знаю, может, ты часто приезжаешь сюда и поэтому она тебе нужна.

— Ты посмотрела бумаги, которые я дал тебе?

— Я… — я начинаю говорить ему «нет», но тут подкатывает Том с нашими чемоданами, и внимание Джейса переключается на него. Пока они вдвоем обсуждают наш обратный рейс, который состоится в следующее воскресенье, загружая наши вещи в багажник, я подхожу к джипу со стороны пассажира и открываю дверцу.

Мне требуется минута, чтобы усесться на место, и как только я это делаю, открываю сумку и начинаю доставать бумаги, чтобы посмотреть, что в них, но останавливаюсь, когда звонит мой телефон.

Когда я вижу, что звонит мама, у меня кружится голова, и сердце начинает трепетать в груди. Впервые в жизни я думаю о том, чтобы не отвечать на ее звонок, но знаю, что если не отвечу, она будет волноваться.

Выругавшись, я провожу пальцем по экрану и прикладываю телефон к уху.

— Привет, мам, — приветствую я, надеясь, что она не услышит панику, которую я изо всех сил пытаюсь скрыть.

— Привет, милая, все в порядке?

— О, да, отлично, — я смотрю на Джейса, пока он легко садится за руль. Когда его взгляд останавливается на моем лице, я прижимаю палец к губам в безмолвной мольбе, чтобы он помолчал. — Ты в порядке?

— Да, просто сижу с твоей тетей, пью кофе. Сегодня днем мы собираемся отправиться в торговый центр, чтобы немного пройтись по магазинам, — говорит мама, когда Джейс заводит двигатель джипа.

— Круто.

— Что ты задумала?

— Эм… — о, господи. Я ненавижу врать маме, но если расскажу ей, что я на самом деле делаю, она вылетит следующим рейсом обратно в Сан-Франциско. — Я просто тусуюсь.

— Пожалуйста, скажи мне что не будешь весь день сидеть и смотреть телевизор?

— Нет, обещаю, — я тереблю ручку своей сумки. — Я буду занята.

— Хорошо, — мама вздыхает, звучит так, будто она мне не верит.

— Так, как ты себя чувствуешь? Ты принимаешь все лекарства?

— Да, мам, — она смеется. — Перестань беспокоиться обо мне.

Как будто это произойдет.

— Хорошо.

— Я скучаю по тебе.

— Я тоже скучаю по тебе, мам, — я отворачиваюсь, чтобы посмотреть в окно. — Повеселись сегодня с тетей Люси.

— Я так и сделаю. И, пожалуйста, Пенни, сделай что-нибудь веселое.

— Окей.

Она вешает трубку после тихого прощания, и я поджимаю губы.

— Где твоя мама? — спрашивает Джейс, и я смотрю на него.

— В Нью-Йорке, навещает мою тетю.

— Вы двое близки?

— Очень, — я киваю. — Итак, как долго нам ехать?

— Мы будем на месте примерно через пятнадцать минут.

— Пятнадцать минут? — мышцы живота напрягаются. Не знаю, почему я решила, что у нас будет больше времени, прежде чем мы доберемся до места назначения. — Твоя семья уже там?

— Да.

— Подожди, — я отчаянно качаю головой. — Тебе не кажется, что нам нужно придумать план? Я даже ничего о тебе не знаю, кроме того, где ты учился и чем занимаешься.

— Ты не читала бумаги, которые я тебе дал? — спрашивает Джейс, бросив на меня раздраженный взгляд.

— Нет.

— Вот почему я отдал их тебе. Таким образом, ты узнала бы обо мне и истории «как мы встретились», — говорит он, указывая пальцем одной руки, другая остается на руле, и у меня возникает серьезное желание ударить его по руке.

Достав бумаги из сумки, я перелистываю на вторую страницу, потому что на первой содержится лишь основная информация о нем. Читая первый абзац, я чувствую, как у меня морщится нос.

— Мы познакомились на игровой конференции, и наше первое свидание было в In-and-Out Burger, — я фыркаю. — Ты это придумал?

— Да.

— Как насчет того, что мы познакомились через друга и наше первое свидание было в кофейне?

— Ты не можешь просто изменить историю.

— Ну, поскольку я не собираюсь запоминать всю эту чушь в ближайшие пятнадцать минут, нам нужно это изменить, — я перелистываю страницы и качаю головой. — Здесь нет ничего обо мне.

— Что?

— Здесь вся информация о тебе, но нет ничего обо мне, — я смотрю на него. — Ты вообще знал что-нибудь о девушке, отравившейся едой?

— Что еще нужно знать?

— Я просто притворюсь, что ты шутишь, — я складываю бумаги пополам и засовываю их обратно в сумку. — Ладно, кое-что обо мне. Я ходила в университет Южной Флориды. Именно там я получила степень магистра в области преподавания. Я хотела стать учителем истории в старших классах, но решила начать с обучения детей младшего возраста.

— Ты учитель? — спрашивает Джейс шокированным тоном, и я смотрю на него с таким же недоверием.

— Да, Джейс. Я преподаю в первом классе, — я качаю головой. — А теперь помолчи и послушай.

— Хорошо, хорошо.

Я замечаю, как на его губах промелькнула полуулыбка, и игнорирую, насколько это мне нравится.

— Я живу в Модесто, примерно в двух кварталах от мамы. Как я уже говорила, мой отец скончался, когда мне было четыре года, и моя мама больше никогда не выходила замуж. Моя любимая кухня — индийская, любимый цвет — желтый, а любимая песня навсегда «Sweet Child o‘ Mine» группы Guns N’ Roses.

— Правда?

— Что? Тебе не нравится эта песня?

— Просто удивлен, что она тебе тоже нравится.

— Почему? — я сужаю глаза.

— Ты выглядишь так, словно твоя любимая песня что-то из творчества Тейлор Свифт.

— Я люблю Тейлор, так что я даже не собираюсь оскорбляться этим заявлением, — я пожимаю плечами, а Джейс смеется.

Он действительно смеется.

— Хорошо. Есть что-нибудь еще? — спрашивает он, выводя меня из шока от того, что у него, на самом деле, есть чувство юмора.

— Около миллиона вещей, но у нас нет времени, так что твоя очередь.

— Это на тех бумагах, которые ты только что засунула в свою сумку.

— Я спрашиваю тебя.

— Отлично. Я ходил в университет Нью-Йорка и переехал в Сан-Франциско, когда запустил свою первую видеоигру «Алый Сын». Мои родители все еще женаты и вместе уже тридцать лет. Мое любимое блюдо — бургерная In-and-Out, любимый цвет — черный, а любимая песня — «Believer» группы Imagine Dragons.

— Отношения?

— В колледже встречался с девушкой и все было серьезно, но она не смогла смириться с тем, что я все время работаю, и списала меня со счетов, — он смотрит на меня. — У тебя?

— Я была помолвлена на последнем курсе колледжа, но мой бывший не смог смириться с тем, что спит с одной женщиной, поэтому я списала его со счетов.

— Мудак, — бормочет Джейс, и я киваю, потому что не могу не согласиться.

На нас опускается тишина, и, в отличие от прошлых раз, когда я была с Джейсом, я не чувствую необходимости заполнять ее, наблюдая, как мы проезжаем через долину, лес и сворачиваем к озеру Уэнтачи. Когда мы съезжаем с шоссе, открывается великолепный вид на местность, окруженную деревьями и горами. Так красиво, как на открытке.

— Ты бывал здесь раньше? — я бросаю взгляд на Джейса, когда мы проезжаем по жилым улицам, ведущим к домам вдоль воды.

— Каждый год, с тех пор как я был ребенком, наша ежегодная семейная встреча всегда проходит здесь, — говорит Джейс, и в моей голове начинают звенеть тревожные звоночки.

— Это же не произойдет на этой неделе, верно?

— Как раз на этой.

— О, боже мой! — я вскрикиваю, не веря своим ушам. — Ты хочешь, чтобы я лгала всей твоей семье?

— В этом нет ничего особенного.

— Есть! Я имею в виду, лгать твоим родителям было уже большим делом, но теперь ты хочешь, чтобы я солгала кому… дюжине человек?

— Сто тридцать шесть, — произносит Джейс себе под нос, но я все равно слышу цифру так громко, что готова поклясться, он выкрикнул ее.

— Кажется, я сейчас потеряю сознание.

Я наклоняюсь и кладу голову между колен, заставляя себя замедлить дыхание, поскольку чувствую приближение приступа паники.

— Все будет хорошо.

Это не так. Хорошо точно не будет. Это было глупо, и я не знаю, почему вообще согласилась это сделать. Я зажмуриваю глаза.

— Эй, — Джейс спокойно опускает мне на спину тяжелую руку и начинает поглаживать круговыми движениями. — Дыши.

Я дышу или мне кажется, что дышу. Делаю глоток воздуха и заставляю сердце перестать колотиться так бешено.

— Это закончится ужасно.

— Посмотри на меня.

Я качаю головой, и Джейс замирает, затем я чувствую его пальцы у себя на затылке. От его прикосновения у меня по спине бегут мурашки.

Вскидываю голову, чтобы освободиться от руки Джейса, и что бы это, черт возьми, ни было, я смотрю на него и понимаю, что он съехал на обочину.

— Мне нужно домой.

— Пенни.

— Серьезно, Джейс. Это глупо. Просто скажи маме, что тебе нужно работать и у тебя нет желания остепеняться. Она будет уважать это.

— Я пытался, а она нет.

— Отлично, пытайся снова, — я вскидываю руки. — Плюс, ты не думал, что твоя мама расстроится, когда ты скажешь ей, что твоя помолвка блеф?

— Нет, ей будет жаль меня, когда я скажу ей, что мы расстались, и тогда она поймет, почему я не хочу других отношений.

— Вау, ты все это спланировал.

— Ага, — Джейс пожимает плечами.

— Если все пойдет плохо.

— Этого не будет, — Джейс перебивает меня прежде чем я успеваю ему сказать, что это будет его вина, а не моя. — Одна неделя и это закончится прежде, чем ты успеешь оглянуться.

Видя отчаяние в его глазах, я внутренне вздыхаю, затем шепчу:

— Ладно, пойдем, познакомимся с семьей.

Менее чем через пять минут мы въезжаем на грунтовую дорогу, и вскоре в поле зрения появляется двухэтажный дом с красной крышей, серо-голубой обшивкой и белыми ставнями. Это один из самых красивых домов, которые я видела с тех пор, как мы ехали, и он выглядит достаточно большим для семьи с дюжиной детей. Также множество домов поменьше, похожих по цвету, расположенных длинным рядом вдоль кромки воды.

Джейс паркуется под деревянным навесом, и, как и я, отстегивает ремень безопасности.

— Готова? — спрашивает он, посмотрев на меня после того как глушит двигатель машины и открывает дверь.

По-правде говоря нет, я абсолютно не готова, и больше чем уверена, что это глупейшая вещь, которую я когда-либо делала в своей жизни. Но вместо всего этого говорю «ага» и открываю свою дверь.

Как только ступаю на землю, наполняю легкие свежим воздухом, который намного прохладнее, чем дома, и иду к багажнику, где Джейс уже достает наши чемоданы.

Я пытаюсь подбодрить себя, когда Джейс поднимает оба наших чемодана с земли и направляется к лестнице, напоминая себе о том, чему я научилась, когда в детстве ходила в театр, потому что мои актерские навыки понадобятся в ближайшие несколько дней. Но что бы я ни делала, я все равно чувствую себя неподготовленной.

Когда мы достигаем террасы, с которой открывается вид на озеро, я хочу остановиться и полюбоваться видом на покрытые деревьями холмы и воду, но раздвижная стеклянная дверь открывается, и начинается хаос.

— Мой малыш! — очаровательная миниатюрная женщина со светлыми волосами до плеч плачет от счастья, бросаясь к Джейсу.

Я стою в стороне и наблюдаю, как они обнимаются, и не могу сдержать улыбку, когда женщина покачивает Джейса из стороны в сторону и быстро болтает о том, как она рада, что он приехал.

Чувствуя, как жар бьет мне в лицо, я оглядываюсь и вижу пожилого джентльмена и парня, который выглядит почти идентично Джейсу, стоящих в открытом дверном проеме и наблюдающих за мной, как будто я пришелец с другой планеты.

Пока пытаюсь решить, должна ли я сама представиться, слышу как женщина ахает, хватая меня теплой рукой, пугая меня.

Я быстро смотрю на Джейса, но он не смотрит на меня. Его внимание сосредоточено на матери, чьи глаза широко раскрыты и смотрят на меня, когда я смотрю на нее в ответ.

— Пенни, я бы хотел познакомить тебя с моей мамой, Джанелль. Мам, я бы хотел представить тебе свою невесту Пенни.

— Что? — кричит она, и эхо ее голоса отражается от холмов вокруг нас, заставляя птиц взлететь, как в фильме.

Не знаю, чего я ожидала, что произойдет дальше, но когда Джанелль взрывается рыданиями, я наполовину прониклась мыслью выброситься с террасы на землю внизу.

— Мам, успокойся. Ты пугаешь Пенни, — бормочет Джейс, обнимая ее за плечи, а она кивает, а затем смотрит на меня.

— Извини, — она вытирает свои мокрые щеки, — я просто… ждала этого дня целую вечность.

Она делает шаг ко мне и берет мою свободную руку.

— Очень рада с тобой познакомиться, Пенни, — ее лицо смягчается, и я ненавижу себя, потому что вижу как она счастлива и знаю, что это чувство будет временным.

— Мне тоже приятно с вами познакомиться, — улыбаюсь я, затем ахаю, когда внезапно Джанелль крепко обнимает меня.

— Почему ты ничего не сказал? — спрашивает она сына, укачивая меня так же, как делала это с ним.

— Потому что он всегда делает что-то, чтобы привлечь внимание, — говорит парень, похожий на Джейса, и я встречаюсь с ним взглядом через плечо Джанелль и наблюдаю, как он приподнимает темную бровь, словно бросая мне вызов не согласиться.

— Перестань, — ворчит мужчина рядом с ним, а Джанелль отпускает меня только для того, чтобы схватить мою левую руку и поднять. Она вздыхает и охает над кольцом на моем пальце.

Джейс подходит к пожилому джентельмену и обнимает его.

— Это кольцо такое…

— Вычурное, — говорю я не подумав и закрываю рот рукой; Джанелль вскидывает на меня взгляд. — Простите, — я вся напрягаюсь каждой мышцей, затем мгновенно расслабляюсь, когда она улыбается.

— Я хотела сказать милое, но оно довольно большое, — она оглядывается через плечо на сына. — Ты что, спросил самое большое кольцо в магазине?

— Хотел, чтобы не было никаких сомнений, что она занята, — отвечает Джейс, встречаясь со мной взглядом, и мои щеки покрываются румянцем.

Боже, если бы это не было враньем, я бы точно упала в обморок от такого заявления.

— Отлично, с этим точно не будет вопросов, — счастливо отвечает мама.

— Могу я теперь познакомиться с нашей будущей невесткой? — спрашивает мужчина, который, должно быть, отец Джейса, и Джанелль улыбается ему, отступая на шаг.

— Приятно познакомиться с вами, мистер Эллис.

— Дэниел, — он игнорирует мою руку, которую я протягиваю, и обнимает меня так же крепко, как обнимала его жена. — Так приятно познакомиться с тобой, Пенни.

— Мне тоже, — улыбаюсь я, когда Дэниел отпускает меня, и отправляюсь на поиски Джейса, но нахожу его занятым звонком телефона в его руке.

— Я уверен, ты к этому уже привыкла, — я запрокидываю голову на это утверждение и всматриваюсь в точно такое же лицо, как у Джейса. — Я Брайс, близнец Джейса.

— Приятно познакомиться.

— Мне тоже, — бормочет он, забирая оба чемодана и разворачивается, идя с ними внутрь.

— Пойдем, давай устроим тебя. Я уверена, ты устала после поездки, — Джанелль берет меня за руку и подталкивает в дом.

— Я поспала в самолете, так что все не так плохо, — говорю я, пока мы проходим через кухню, затем по коридору к лестнице, позади Брайса, который все еще держит наши вещи.

— Джейс спал или работал все время?

— Хм… думаю работал, — бормочу я, смотря как Брайс открывает дверь и вносит оба чемодана, оставляя их за дверью, прежде чем подняться по лестнице сбоку.

— Я надеюсь, у вас двоих все получится, — Джанелль ведет меня в комнату, где кровать меньше, чем у меня дома, и у меня дрожат колени, когда я понимаю, что происходит. — Наверху есть пара дополнительных подушек. Я принесу их для вас сегодня перед сном. — Джанелль подходит к прикроватному столику, включает лампу. — И просто дай мне знать, если захочешь еще одно или два одеяла. С тобой все в порядке? Ты выглядишь немного бледной, милая.

Моргая, я сосредотачиваюсь на лице Джанелль, которое внезапно оказывается прямо перед моим.

— Да, — я качаю головой. — Я в порядке, абсолютно в порядке. Это здорово! Так, так, так здорово. Я не думаю, что могло бы стать хуже, я имею в виду, лучше, — быстро поправляю я себя. — Я не думаю, что могло бы стать лучше.

— Ну, отлично, супер, — она оглядывает комнату, затем взмахивает рукой. — Там гардероб. Есть несколько вешалок, но ты дай мне знать, если понадобятся еще, — Джанелль указывает на другую дверь, — ванна прямо за этой дверью, бабушка Джейса будет делить ее с вами, когда приедет сюда этим вечером, так что убедись что закрыла двери, так как комнаты совмещенные.

— Закрывать двери, поняла, — киваю я, затем смотрю на Джейса, когда он входит в комнату.

— Все хорошо? — спрашивает он, подходя ко мне и кладя руку мне на поясницу, тепло от его ладони проникает сквозь толстовку и майку.

— Отлично, твоя мама просто показывала мне комнату, — я поворачиваюсь, заставляя его перестать прикасаться ко мне.

— Спасибо мам, — говорит он, похоже, нисколько не удивляясь, что мы с ним будем делить кровать целую неделю. С другой стороны, чего бы ему удивляться?

Если бы я действительно подумала об этом, я могла бы предположить, что так все и будет. Я имею в виду, что в наши дни не так много родителей заставляют своих детей спать отдельно от тех, с кем они встречаются, пока они не поженятся.

Черт, это действительно были старые добрые деньки.

— Хорошо, я оставлю вас, ребята, устраиваться. Пойду приготовлю что-нибудь на обед, как будете готовы не стесняйтесь — спускайтесь и присоединяйтесь к нам.

— Спасибо, миссис Эллис.

— Джанелль, — она похлопывает меня по руке, прежде чем выйти из комнаты, закрывая за собой дверь.

Как только Джанелль, вероятно, оказывается вне пределов слышимости, я поворачиваюсь к Джейсу и упираюсь руками ему в грудь, отталкивая его на шаг назад.

— Серьезно? — шиплю я.

— Что?

— Ты знаешь что, — снова шиплю я.

— Это из-за кровати?

— Да, Джейс, — взмахиваю руками я. — Это абсолютно точно из-за кровати.

— Я буду спать на полу.

— Чертовски верно, что так и будет, — я падаю на задницу на край кровати и закрываю лицо руками.

— Ты уже нравишься моим родителям.

— Это потому что я классная, — я падаю на спину и смотрю в потолок.

— Но есть одна вещь, о которой нам нужно поговорить.

— Что это? — спрашиваю я, чувствуя как кровать проминается, прежде чем внезапно надо мной оказывается лицо Джейса.

— Каждый раз, когда я касаюсь тебя, ты вся вздрагиваешь или отстраняешься. Если ты продолжишь так делать, они что-то заподозрят.

Блин, он прав. Абсолютно прав.

— Буду лучше стараться, — быстро заверяю Джейса, затем резко поворачиваю голову в сторону, когда Джейс пальцами касается моей щеки. — Очевидно, мне нужно поработать над этим.

— Хорошо.

Он скрывается из виду, и затем я понимаю, что он хватает меня за руку и стаскивает с кровати, заставляя встать.

— Что ты делаешь?

— Мы поработаем над тем, чтобы ты привыкла к моим прикосновениям.

— Это глупо, — я поворачиваюсь, чтобы вернуться на кровать, но он хватает меня за петлю джинсовых шорт и притягивает к себе лицом.

— Закрой глаза.

— Джейс, — я вздыхаю.

— Просто закрой глаза.

— Прекрасно, — я делаю как он просит, затем вздрагиваю когда чувствую его пальцы на своей щеке.

— Расслабься.

— Окей, — я трясу руками и подпрыгиваю на носках. — Давай еще раз.

На этот раз я чувствую его пальцы сбоку на своей шее, и мой пульс подскакивает от прикосновения, но не двигаюсь. Затем пальцами, грубыми на моей коже, Джейс скользит вниз по моей шее. Я не знаю, то ли из-за того, что мои глаза закрыты, то ли из-за звука дыхания Джейса, смешанного с моим, и запаха его одеколона, проникающего в мое сознание, но внезапно все перестает казаться таким невинным, как пару секунд назад.

— Хорошо?

— Да.

О боже, неужели мой голос звучит так хрипло, когда Джейс пальцем скользит вниз по моей ключице? Мои соски начинают напрягаться, а низ живота скручивается; я открываю глаза, но, стараясь не смотреть на Джейса, делаю шаг назад.

— Ну что ж, это определенно сработало. Спасибо за урок.

Я разворачиваюсь и направляюсь в ванную так быстро, как только позволяют ноги, затем запираюсь внутри и прислоняюсь спиной к двери, задаваясь вопросом, во что, черт возьми, я вляпалась.

Когда я выхожу из ванной десять минут спустя, комната, слава богу, пуста. Я думаю о том, чтобы забраться в постель и поспать, пока все это не закончится, но желудок урчит, напоминая мне, что я сегодня ничего не ела. Требуется еще несколько минут, чтобы убедить себя выйти из комнаты и еще раз встретиться с Джейсом лицом к лицу.

Кто знает, что он подумал о моей реакции. Надеюсь, что он вообще об этом не думает.

Я открываю дверь спальни, и в тот момент, когда выхожу в коридор, крошечное тельце врезается мне в ноги, заставляя меня споткнуться.

— Извини, — произносит маленький мальчик милым голосом, а затем, прежде чем я успеваю принять извинения, вспышка светлых волос мелькает в дверном проеме кухни и скрывается за углом. Я следую за мальчиком и обнаруживаю, что кухня пуста, за исключением двух человек — маленького мальчика, который сидит на коленях великолепной женщины с волосами того же цвета, что и у него.

Она обнимает его, останавливая на мне взгляд, и я улыбаюсь.

— Привет, я Пенни, — я не знаю, что такого во взгляде женщины, которым она меня одаривает, но я сразу понимаю, что она настороже.

— Невеста Джейса?

— Да.

— Значит, Брайс не солгал, — женщина опускает взгляд на мою руку с кольцом, и мне требуется вся моя сила воли, чтобы не спрятать его за спину. — Как долго вы двое вместе?

Блин, нам с Джейсом точно следовало обсудить этот вопрос. Мы действительно дерьмово подготовились.

— Эм, ну… — я начинаю что-то придумывать о времени и о том, что оно ничего не значит, но мои слова обрываются, когда маленький мальчик выпрыгивает из рук женщины и начинает кружиться в танце.

— Мне нужно пописать, мам. Мне нужно пописать, мне нужно пописать… — он крутится вокруг да около, держась крошечной ручкой за перед джинсов, и я могла бы обнять его за то, как идеально он отвлекает.

— Черт, — она быстро встает и оглядывается по сторонам, как будто в панике.

— В нашей комнате есть ванная, — говорю я ей, и, кивнув, женщина подхватывает мальчика и выбегает из кухни с ним на руках.

Теперь, когда кухня в моем распоряжении, я подхожу к стойке, уставленной пакетами с чипсами, печеньем и блюдом с бутербродами. Пока я готовлю себе тарелку, раздвижная дверь открывается, и входят Джейс и Брайс. Каждый из них несет по два чемодана, за ними Джанелль, Дэниел и пожилая женщина с фиолетовыми волосами. Не темно или ярко-фиолетовый, а серебристо-фиолетовый, похожий на оттенок лаванды, который почему-то смотрится на ней элегантно.

— Мальчики, просто отнесите эти сумки в комнату бабушки, а мы разберемся с ними позже, — командует Джанелль сыновьям, прежде чем переключить внимание на меня. — Мама, это Пенни, невеста Джейса, — она машет рукой в моем направлении, выглядя как Ванна Уайт, демонстрирующая главный приз в «Колесе Фортуны».

— Она его невеста?

Женщина усмехается, и даже если меня не удивляют ее сомнения, я все равно немного обижена. Я имею в виду, может, я и не супермодель, но думаю, что я симпатичная и обладаю некоторыми замечательными качествами. Первое — это моя обаятельная личность, второе — моя задница.

У меня отличная задница.

Не то чтобы она могла видеть ее прямо сейчас.

— Мама! — шипит Джанелль.

— Что? — женщина смотрит на свою дочь, которая бросает на нее неодобрительный взгляд. — Хорошо, — она сосредотачивается на мне, — Приятно познакомиться с тобой, Пенни. Я Джанет.

— Я тоже рада с вами познакомиться, — я заставляю себя улыбнуться.

— Я бы хотела вздремнуть, — говорит громко Джанет, когда Дэниел направляется туда, где я все еще стою рядом с едой, и он громко вздыхает.

— Ладно, давай устроим тебя. Может быть, у тебя будет настроение получше, когда ты проснешься, — ворчит Джанелль, затем смотрит на своего мужа, который как раз начал брать тарелку для себя. — Дорогой, ты не поднимешься и не принесешь еще пару одеял, пока я отведу маму в ее комнату?

— Конечно, — говорит Дэниел, затем переводит взгляд на меня, и в них начинают плясать озорные искорки. — Надеюсь, она задушит себя ими, пока спит.

Я фыркаю. Даже если это неуместно, все равно забавно. Дэниел усмехается, затем ставит тарелку и выходит из кухни.

Снова оставшись одна, я откусываю сэндвич, затем наблюдаю, как Джейс входит в дверной проем.

— Все в порядке? — спрашивает он, остановившись прямо передо мной.

— Твоя бабушка кажется восхитительной, — говорю я, и Джейс ухмыляется, беря чипсы с моей тарелки. — Кроме того, нам нужно поговорить о том, как долго мы встречаемся. Женщина с маленьким мальчиком спросила, и я не знала, что сказать.

— Пару месяцев.

— Серьезно? — я закатываю глаза. — Так мы повстречались пару месяцев и уже помолвлены?

— Если ты знаешь, то знаешь, — он берет сэндвич из моих рук и начинает класть его в рот.

— Эй, — я быстро останавливаю Джейса, схватив за запястье. — Он мой, сделай свой.

— Ты не поделишься со своим будущим мужем?

— Нет, — сказала я, а он наклонил голову и все равно откусил кусок.

— Хочешь? — он держит сэндвич передо мной.

— Фууу, нет. Теперь на нем твои микробы.

— Давай. Ты же знаешь, что хочешь мой кусочек, — насмехается он, поднося бутерброд к моему лицу, заставляя меня рассмеяться.

— Идиот, — я слушаю хихиканье Джейса, и наблюдаю, как он запихивает в рот последний кусочек, в то время как энергия в комнате, кажется, меняется и становится тяжелее.

Обернувшись, я обнаруживаю, что блондинка, с которой мы встречались ранее, стоит у открытого дверного проема и наблюдает за нами.

— Мне нужно сделать пару телефонных звонков, — говорит мне Джейс, и следующее, что я чувствую, его губы прижимаются к моим в поцелуе, который заканчивается прежде, чем я успеваю моргнуть. — Я вернусь.

— Эм… да. Хорошо, — я смотрю, как он уходит, доставая из кармана сотовый, и потираю покалывающие губы.

— У меня не было возможности представиться, — блондинка подходит к стойке и берет бумажную тарелку. — Я жена Брайса, Хейли, — она смотрит на меня, и я не знаю, что Хейли ищет, но очевидно, что она ждет моей реакции.

— Чудно, а маленький мальчик?

— Дэш, ему только что исполнилось три.

— Он милый.

— Так и есть, — говорит Хейли, затем склоняет голову набок. — Джейс упоминал обо мне?

О боже, что теперь?

— Упоминал о тебе? — я надеялась, что игра в дурака сработает в мою пользу.

— Мы с ним какое-то время встречались в колледже.

У меня отвисает челюсть.

Она девушка, которая «списала его со счетов, потому что он слишком много работал». О, господи.

— Я поднимаю этот вопрос только потому, что не хочу, чтобы все стало еще более неловким, чем оно уже есть.

— О, — я машу рукой. — Это совсем не неловко. Даже не немного. По крайней мере, не для меня. Я имею в виду, если ты та, кто спала и с Джейсом, и с Брайсом, я уверена, что для тебя совершенно странно находиться рядом с ними обоими, — я закрываю глаза и пытаюсь быть сама собой, чтобы заткнуться. — Прости, — шепчу я, когда, наконец, могу встретиться взглядом с Хейли. — У меня всегда была ужасная привычка болтать, когда мне неудобно.

Пока Хейли смотрит на меня не мигая, я переминаюсь с ноги на ногу. Раньше думала, что мне неудобно, но теперь я знаю, что на самом деле значит это слово.

Я собираюсь пнуть Джейса в голень за это. Он должен был сказать мне, что его бывшая девушка будет здесь и что она вышла замуж за его брата-близнеца и родила от него ребенка.

Ладно, сначала, я, возможно, обниму Джейса, потому что даже мысль о том, что он наблюдает, как его брат женится на женщине, в которую он, вероятно, был влюблен, вызывает нежелательное сочувствие к этому мужчине, которое поражает меня прямо в грудь. Это должно быть чертовски хреново.

— Это странно, — тихо говорит Хейли, наконец нарушая тишину, и мое тело сдувается, как воздушный шарик. — Я понятия не имела, что в конечном итоге влюблюсь в Брайса. Это просто случилось, — я наблюдаю, как она делает глубокий вдох. — Я рада, что теперь у Джейса есть ты, и я действительно надеюсь, что вы двое счастливы.

— Спасибо, — говорю я, потому что, черт возьми, что я должна была сказать? Джейс нанял меня быть его фальшивой невестой, потому что он не хочет новых серьезных отношений и все еще одержим работой. О, и мы познакомились всего несколько дней назад. — Я собираюсь ненадолго выйти на улицу, — говорю Хейли, и она кивает.

Взяв с собой тарелку, включая новый сэндвич, я выхожу через заднюю дверь, затем спускаюсь по лестнице во двор. Заметив причал, который выходит к воде, где пристроен лодочный сарай, я подхожу к его концу и сажусь, положив тарелку на колени. Пока я любуюсь видом и ем свой ланч, мои мысли постоянно возвращаются к Джейсу и к тому, почему я здесь.

Он действительно хотел, чтобы я была рядом, чтобы не подпускать к себе маму, или ему слишком сложно находиться рядом с Хейли и своим братом, одному и без посторонних? Полагаю, что так. С другой стороны, что, черт возьми, я знаю? Я едва знаю этого парня, и я, определенно, не знаю, какие отношения были у него с Хейли. Знаю, Джейс сказал, что она списала его со счетов, потому что он все время работал, но он, очевидно, отпустил ее, так много ли она вообще для него значила?

На самом деле, мне не нужно знать ответы на эти вопросы.

Я здесь только для того, чтобы помочь Джейсу и заработать пятьдесят тысяч долларов, чтобы я могла отвезти маму в Париж и оплатить ее счета и несколько своих собственных.

Эмоциональное благополучие Джейса Эллиса — не моя забота.

Верно?

Верно.

Но, черт возьми, я не знаю, может быть, я лгу сама себе.

В доме тихо, когда я возвращаюсь после того, как поела; достаю телефон из сумочки и беру его с собой на террасу. На экране около дюжины пропущенных звонков от Кристи, включая несколько сообщений. У меня засосало под ложечкой, когда я открываю ее сообщения. Они написаны большими буквами, и я понимаю, что она кричит на меня, и в каждом она спрашивает меня, не сошла ли я с ума.

Я не хочу, чтобы кто-нибудь подслушал разговор, который мне нужно с ней провести, поэтому беру телефон с собой на причал и набираю ее номер, глядя в сторону дома. Таким образом, меня не застанут врасплох, если кто-то все-таки выйдет на улицу.

— Пожалуйста, скажи мне, что Джейс просто пошутил надо мной и что ты сейчас не носишь кольцо, которое он тебе подарил, и не собираешься провести неделю с ним и его семьей! — кричит Кристи мне в ухо, как только берет трубку.

— Ну… — я обнимаю себя руками. — Случилось так…

— Он предложил тебе деньги, — перебивает меня Кристи. — Я поняла это из сообщения, которое он оставил мне сегодня в пять утра. Сообщение, которое я прочитала только после часа, потому что по-глупости подумала, что ему нужно что-то по работе, а я не работаю по субботам, поэтому проигнорировала его. Я понятия не имела, что он звонит, чтобы сказать мне, что увозит одну из моих лучших подруг из штата и заставляет ее притворяться его невестой.

— Он не заставлял меня.

— Я знаю, но он использует тот факт, что у него есть деньги, чтобы получить то, что он хочет, это вроде как в духе миллиардеров.

— Я могу оплатить медицинские счета мамы деньгами, которые он мне даст, — шепчу я, закрывая глаза. — Она не говорит об этом, но я знаю, что они нависли над мамой стрессом, который ей не нужен.

— Пенни, — шепчет Кристи в ответ, — я понимаю почему ты делаешь это. Абсолютно точно. Просто я переживаю за тебя.

— Не надо, — я открываю глаза, и когда я это делаю, вижу Джейса, стоящего на террасе с телефоном у уха и смотрящего на меня. — Я в безопасности, и это всего на одну неделю. Что такого ужасного может случиться?

— Ты могла бы влюбиться в него?

— Это никогда не будет проблемой, — фыркаю я.

— Я знаю Джейса уже пять лет, и своими глазами видела сколько сердец он разбил, даже не пытаясь.

— Даже не сомневаюсь в этом, но я не идиотка. Даже если эта ситуация делает меня похожей на идиотку.

— Обещай мне, что ты не позволишь своему мягкому сердцу вмешаться. Я знаю тебя, Пенни. Знаю, что ты всегда пытаешься спасти всех. Но Джейс… Он не тот человек, которого можно спасти.

— Я не пытаюсь спасать всех.

— Когда я подумала, что не смогу забеременеть, ты предложила выносить ребенка для нас с Джеком. А когда парню, с которым ты работаешь, нужно было попасть в список доноров для пересадки почки, ты пошла посмотреть, подходишь ли ты. Знаю, что она твоя мама, но ты была с ней на каждом приеме, операции и лечении с того дня, как ей поставили диагноз.

— Любой бы так поступил.

— Нет, не любой. Никто не стал бы делать все это, но ты сделала. Знаю, если бы мне было нужно, чтобы ты выносила мою милую девочку, ты бы сделала это. И также ты бы отдала почку ради кого-то другого. Ты та, кто ты есть.

— Все это не имеет значения, — я выдыхаю, когда Джейс начинает спускаться по лестнице на террасу. — Я знаю, что это неправда. На самом деле я не выхожу замуж за Джейса… и даже не встречаюсь с ним! Как только закончится эта неделя, наша сделка будет закончена, и мы оба вернемся к жизни, какой она была.

— Хорошо, я верю, что ты не пострадаешь.

— Я не собираюсь попадать в беду, но я ценю, что ты заботишься обо мне.

— Всегда, я люблю тебя.

— Я тоже люблю тебя, и я обещаю, что все будет хорошо.

— Хорошо, а если нет, я просто убью Джейса.

— Убивать не обязательно, — смеюсь я, затем шепчу: — Джейс идет, так что я заканчиваю с тобой разговор и кладу трубку.

— Хорошо, мы скоро поговорим.

— Скоро, — заверяю я и вешаю трубку, а Джейс поднимает бровь, когда я засовываю свой сотовый в задний карман джинсовых шорт.

— Кто это был?

— Кристи.

— Она наконец-то проверила свою голосовую почту?

— Ага, — я обхватываю себя руками за талию. — Все в порядке?

— Ребенок и бабушка легли вздремнуть. Папа собирает вещи, чтобы пойти на рыбалку с Брайсом, а мама на кухне с Хейли, пытается придумать, что приготовить на ужин, — отвечает он, загибая пальцы.

— Разве ты не пойдешь на рыбалку со своим папой и братом?

— Нет, по правде говоря, это не мое.

— Либо так, либо ты не хочешь проводить время наедине со своим братом? — я вонзила ногти в ладони в качестве наказания за сование носа не в свои дела, потому что мне не нужно знать ответ на этот вопрос. — Не отвечай.

— Итак, кто рассказал тебе о Хейли?

— Она, — я бросаю на него взгляд. — Ты тоже мог бы сказать мне, что бывшая девушка, которую ты упоминал, будет здесь и что она вышла замуж за твоего брата и родила от него ребенка.

— Это было в заметках.

— Конечно, там это было, — я закатываю глаза. — У девушки с пищевым отравлением было больше времени, чем полет на самолете и пятнадцатиминутная поездка на машине, чтобы разобраться что к чему?

— У нее был месяц.

— Думаю, это хорошо. Сейчас не очень пригодилось… но хорошо, — я снимаю толстовку и сажусь на край причала, затем поднимаю взгляд и наблюдаю, как Джейс колеблется, прежде чем подойти и занять место рядом со мной. — Итак, где все остальные?

— Кто?

— Сотня и тридцать шесть человек, которые должны быть здесь. Где они?

— Приедут завтра. Маме нравится приезжать на день раньше.

— Понятно, — я откидываюсь на локти, закрываю глаза и позволяю солнцу согревать мою кожу. — Есть что-то еще, что я должна знать?

— Например?

— Не знаю, тайный ребенок? Старые чувства, которые ты питаешь к своей бывшей? План мести, который ты тайно планировал, чтобы отомстить своему брату? — я открываю один глаз, смотрю на Джейса и нахожу, что его взгляд на моей груди. Игнорируя внутренний жар, который я внезапно ощущаю на щеках и внизу живота, я сажусь. — Я просто хотела бы предупредить, что эти выходные превратятся в игру в подсказки.

— У тебя богатое воображение.

— Я работаю с детьми, издержки профессии.

— Тайного ребенка нет и у меня хорошие отношения с братом и Хейли.

— Хорошо, но, должно быть, трудно находиться рядом с ними каждый год целую неделю, — тихо говорю я, зная, что делаю именно то, чего говорила себе, что не буду.

— Это первый год, когда я приехал сюда с тех пор, как они поженились, — Джейс переводит внимание на воду, а я ожидаю, что на этом все закончится, поэтому, когда Джейс продолжает, я задерживаю дыхание, боясь, что он замолчит. — Я разозлился, когда услышал, что они вместе, но они правда счастливы, так что я смирился с этим.

— Ты можешь радоваться за них и все равно злиться, — я толкаю Джейса в плечо, точно так же, как я бы подтолкнула кого-нибудь из своих учеников, когда пытаюсь заставить их открыться в своих чувствах. — Вы с ней долго были вместе?

— Почти четыре года.

— В общем… долгое время, — высказываюсь я.

— Я планировал жениться на ней, — Джейс издает смешок.

— Мне жаль.

— Что есть, то есть.

— Ага, — выдыхаю я, не зная, что сказать.

Я не могу представить себя на его месте, и полностью понимаю, почему его мама хотела, чтобы он кого-то нашел. Это не только облегчило бы жизнь всем остальным, но и ему самому было бы легче находиться рядом с ними, если бы у него была женщина, в которую он влюблен.

— Ты когда-нибудь каталась на гидроцикле?

На этот вопрос, который, кажется, возникает из ниоткуда, я поворачиваюсь, чтобы посмотреть на него.

— Что?

— Водный мотоцикл. Ты когда-нибудь каталась?

— Нет, я едва умею плавать.

— Иди, надень свой купальник.

— Какой купальник? Я не знала, что мы едем в дом твоей семьи на озере. Я думала, буду помогать тебе с работой.

— Я уверен, у моей мамы есть что-нибудь, что ты можешь одолжить. — Джейс встает, затем тянет меня за собой, не оставляя мне другого выбора, кроме как пойти с ним.

Яркие цветочные принты подходят не всем, и даже если вы невысокого роста, это не значит, что вам обязательно подойдет одежда миниатюрного размера. Я убеждаюсь в этом, когда смотрю на себя в зеркало.

Одергивая верх костюма, который Джанелль была так любезна мне предоставить, я пытаюсь прикрыть свое декольте, которое выходит за верхнюю часть бюста в форме сердца, но это ничего не дает, а только натягивает нижнюю половину костюма на мою задницу.

Отвернувшись в сторону, я прикусываю нижнюю губу и задаюсь вопросом, может, мне следовало выбрать другой купальник из тех, которые предложила мне Джанелль, как только Джейс спросил ее, могу ли я что-нибудь одолжить. Теперь уже слишком поздно. Этот был новым, со все еще прикрепленными бирками и теперь купальник близок с моей леди. И даже если бы Джанелль не взяла его обратно, я бы определенно чувствовала себя неловко.

— Пенни, — стучит Джанелль в дверь, звуча обеспокоенно. — Все хорошо? Подходит?

— Да… Вполне… — я бросаю еще один взгляд в зеркало. — Закрывает самые важные части.

— Прости? — зовет Джанелль, и я вздыхаю, прежде чем открыть дверь, чтобы она могла убедиться сама.

— Ой, — ее глаза расширяются, когда она рассматривает меня, затем Джанелль делает шаг ко мне и кладет руки на мою четвертого размера грудь, прежде чем неловко опустить их по бокам. — Ты немного больше… с большим достоинством, чем я.

— Я должна сказать Джейсу, что мы поедем завтра в город, — шепчу я, пытаясь поправить верх, который не поправится, если я внезапно не обрету магические способности, которые могут увеличивать случайные предметы или производить больше ткани.

— Нет, нет, — она начинает отчаянно мотать головой. — Этот прекрасно смотрится на тебе, и Джейс ждет тебя на причале. Завтра я могу отвезти тебя в город за чем-нибудь другим, но пока подойдет и этот купальник.

— Я не знаю, — переминаюсь с ноги на ногу и наблюдаю, как Джанелль хватает полотенце со спинки кровати, прежде чем передать мне.

— Просто завернись в это, потом, когда доберешься до причала, все равно наденешь спасательный жилет. Все будет хорошо.

— Хорошо, — сдаюсь я и оборачиваю ярко-розовое полотенце вокруг тела, пока она наблюдает.

— Намного лучше, — Джанелль гордо улыбается, затем направляется к двери, но останавливается и снова поворачивается ко мне лицом.

— Я должна сказать тебе спасибо.

— Спасибо? За что?

— За то, что была добра к Хейли, — она теребит пальцы, знак, который дает мне понять, что она нервничает. — Я знаю, наверное, странно видеть здесь бывшую девушку мужчины, за которого ты собираешься выйти замуж, но она действительно милая, и я надеюсь, что со временем вы двое сможете стать друзьями.

— Я тоже на это надеюсь, — тихо говорю я, потому что знаю, что это то, что нужно услышать Джанелль, и это также то, что я бы сказала, если бы то, что было между мной и Джейсом, было настоящим.

Я рано поняла, как быстро ты можешь потерять кого-то, а после болезни мамы я поняла, насколько на самом деле драгоценна жизнь. Нет времени на обиды, о которых ты можешь в конечном итоге пожалеть, когда будет слишком поздно все исправить. И даже если я верю, что Джейс имеет право все еще злиться из-за того, что произошло между братом и Хейли, эта ситуация не имеет ко мне никакого отношения. Все они взрослые люди, которым нужно сесть и поговорить, чего, скорее всего, никогда не было.

— Ты мне действительно нравишься, Пенни.

Джанелль похлопывает меня по руке, затем разворачивается и направляется к выходу из комнаты, бросив через плечо, чтобы я повеселилась.

Ничего не остается, туго обмотавшись полотенцем, я направляюсь к лодочному домику и нахожу Джейса, ожидающего меня там, как и говорила Джанелль. Только она не сказала мне, что он будет без рубашки и что я должна морально подготовиться к тому, что увижу его полуголым. Пока Джейс занят чем-то, что делает на одном из больших водных мотоциклов внутри небольшого здания, я рассматриваю его четко очерченный пресс V-образной формы, который исчезает в его черных плавках, а также татуировки, покрывающие торс Джейса и мускулистые руки. Ни один парень, заработавший миллионы на видеоиграх, не должен выглядеть так, как он. Черт возьми, ни один парень не должен иметь права выглядеть так хорошо, как он, и точка.

— Ты в порядке?

Ухватившись за этот вопрос, я отрываюсь от разглядывания и встречаюсь взглядом с Джейсом, зная, что мои щеки, вероятно, покраснели от того, что меня застукали за этим занятием.

— Ага, отлично.

— Нервничаешь?

— Нет, с чего бы мне нервничать?

— Ты упоминала, что не самый лучший пловец?

Он наклоняется и берет ярко-красный спасательный жилет прежде, чем направится ко мне.

— О, да, но я знаю основы, которые должны помочь мне выжить, если я окажусь в воде, — говорю я, когда Джейс останавливается передо мной так близко, что я могу видеть вкрапления голубого, смешанного с зеленым, которые сочетаются в его глазах.

— Ладно, бросай полотенце, и давай наденем это на тебя.

— Я справлюсь, — крепче сжимаю полотенце одной рукой, и Джейс приподнимает бровь, но отдает жилет.

Убедившись, что полотенце туго заправлено, я надеваю спасательный жилет, затем пытаюсь защелкнуть зажимы, но полотенце продолжает цепляться, что затрудняет задачу. Что ж, это и те, кто разработал эту дурацкую вещь, явно не подумали о женщинах, у которых есть грудь.

— Дурацкая штука, — стону я, раздражаясь.

— Позволь мне помочь, — Джейс убирает мои руки прочь, затем одним быстрым движением полотенце падает к моим ногам, а его взгляд прикован к моей груди. — Господи.

— Это грудь. Уверена, ты видел ее миллион раз, — я хлопаю себя рукой по декольте в попытке прикрыться, не то чтобы это сильно помогало что-то скрыть.

— Хорошо, — он прочищает горло. — Она красивая.

— Боже мой, — шепчу я, и он поднимает на меня глаза. — Ты не просто так это сказал.

— Я парень. Было бы неправильно, если бы я заметил и не оценил, что у тебя красивые буфера.

— Не будь придурком, — ворчу я, а затем задыхаюсь, когда Джейс тянет меня вперед за лямки спасательного жилета, защелкивая первую пряжку.

— Завтра я отвезу тебя в город, чтобы купить тебе другой купальник, — он защелкивает вторую. — Мне не нужно, чтобы кто-то еще пялился на сиськи моей невесты.

— Не говори так.

— Почему бы и нет? Если бы они были моими, я бы не хотел ими делиться.

— Мы можем просто проехать это? Становится странно.

Я вздыхаю, а Джейс улыбается такой улыбкой, что я начинаю сомневаться в своем решении остаться с ним наедине. С другой стороны, моя реакция на него на физическом уровне заставляет меня сомневаться во многих вещах.

— Все готово.

Джейс отпускает меня и хватает спасательный жилет, быстро надевает его, затем с легкостью человека, который несколько раз в жизни катался на гидроцикле, забирается на него и садится верхом на сиденье.

— Поехали, кексик, — Джейс заводит двигатель.

— Кексик? — Я кривлю губы, потому что «фу».

— Я примеряюсь. Думаю, было бы хорошо, если бы у нас были ласковые прозвища друг для друга.

— Нет, спасибо.

Я мгновение колеблюсь, прежде чем поставить одну ногу позади Джейса на выступ мотоцикла и перекинуть ногу через него. Конечно, купальник при движении задирается мне до самого низа, поэтому мне приходится потратить минуту, чтобы поправить ткань, прежде чем сесть на сиденье позади Джейса.

— У каждой пары, которую я знаю, есть прозвища друг для друга.

— Мы не собираемся быть одной из таких пар, — я закатываю глаза, пытаясь понять, за что мне следует держаться, потому что прикасаться к Джейсу кажется мне не очень блестящей идеей.

— Как скажешь, милая, — он тянется назад и хватает меня за оба запястья, затем оборачивает их вокруг своей талии. — Держись.

Я так и делаю, в основном потому что у меня нет выбора. В одну секунду гидроцикл просто покачивается на воде, а в следующую вылетает в открытую дверь так быстро, что мои волосы развеваются за спиной.

Я слышу смех Джейса, смешанный со звуком моих криков, когда он кружит нас по кругу, прежде чем выпрямиться и умчаться дальше от дома.

Пока Джейс ведет нас через озеро, я восхищаюсь красотой местности и домами, разбросанными тут и там, некоторые спрятаны в глубине леса, окруженные деревьями, другие приютились близко к кромке воды.

— Должно быть, здорово было проводить здесь лето в детстве, — кричу я, перекрывая шум мотора, который как реактивный самолет выплевывает воду позади нас.

— Так и было. Хочешь посмотреть дом, который мы раньше снимали? — спрашивает Джейс, и мои пальцы сжимаются на его талии.

— Конечно.

Не говоря больше ни слова, он около десяти минут везет нас по озеру, прежде чем резко затормозить и заглушить двигатель.

— Вот, — Джейс указывает на небольшой домик недалеко от берега, цветовая гамма которого напоминает дом, в котором мы сейчас остановились. — Когда мы там останавливались, не было ни электричества, ни даже ванной, но это было одно из немногих мест, которые могли позволить себе мои родители, — я слышу улыбку в его голосе. — Когда я получил первый крупный чек, я попытался купить его, но владелец не был заинтересован в продаже.

— Так что ты построил кое-что побольше.

— В конце концов. Это заняло несколько лет, чтобы я смог накопить и купить землю, вместе с основным домом и гостевыми домиками, но это того стоило. Особенно когда я отдал родителям ключи.

— Это было мило с твоей стороны, — тихо говорю я, а Джейс издает ворчливый звук в ответ, прежде чем посмотреть на меня через плечо. — Ты готова отвезти нас обратно в дом?

— Нет.

— Очень жаль, — Джейс встает, ныряет в воду, заставляя гидроцикл раскачиваться из стороны в сторону. Когда он появляется пару секунд спустя и откидывает мокрые волосы с лица, я низко наклоняюсь к нему. — Я не вожу.

— Ты поведешь, — он подплывает сзади и забирается на него. — Двигайся.

— Нет, — отказываюсь я, и Джейс вздыхает, прежде чем подтолкнуть мои бедра вперед и прижать меня к передней части сиденья.

— Возьмись за ручки, — приказывает он, устраиваясь позади меня.

Я хочу снова отказаться, но не делаю этого, потому что эта поза кажется гораздо более интимной, чем предыдущая, и мне нужна причина, чтобы отодвинуть свое тело от его. Я не должна находить своего ненастоящего жениха таким привлекательным, особенно после некоторых наших предыдущих встреч, когда он был настолько краток, что доходил до грубости.

Как только мои руки оказываются на месте, я внимательно прислушиваюсь к тому, что Джейс говорит делать дальше, а затем медленно трогаюсь. Я не знаю, о чем он думает по дороге домой, когда большими руками обхватывает мои бедра, но все, что я продолжаю повторять снова и снова в своей голове, это то, что я ненавижу его прикосновения.

Совершенно измученная после душа, я иду прямо к кровати и ложусь вся мокрая, в том числе и с мокрыми волосами. Сочетание раннего подъема, времяпрепровождения на воде, поздний обед, а затем перекус заставили мое тело и мой разум почувствовать, что их пропустили через мясорубку.

Когда дверь спальни открывается, я даже не утруждаюсь открытием глаз. Я чувствую, что это Джейс, даже не глядя. Я слушаю, как он перекладывает вещи, затем, пару минут спустя, я слышу, как закрывается дверь и включается душ. И это последнее, что я замечаю перед тем, как потерять сознание.

— Почему ты на полу?

От этого пронзительного вопроса, который, я знаю, не является частью моего сна о том, как мы с Джейсом занимались невыразимыми вещами, мои глаза распахиваются, и я вижу Джанет, стоящую в открытом дверном проеме ванной. Моргая, глядя на ее темную фигуру, очерченную светом позади, я задаюсь вопросом, может быть, я все еще сплю, и теперь это кошмар.

— Бабушка, — стонет Джейс у кровати, и мое сердце немного тает, потому что, даже когда я сплю, не имея возможности узнать, он все равно лег спать на полу, как мы и договаривались.

— Почему мой внук на полу? — спрашивает Джанет, и я знаю, что этот вопрос адресован мне.

— Почему вы здесь? — глупо спрашиваю я, и на мгновение она выглядит ошарашенной, затем приходит в себя.

— Я заблудилась в ванной. Подумала, что это дверь в мою комнату. Теперь ответь на мой вопрос.

— Пенни была расстроена, и ей нужно было немного побыть одной, — говорит ей Джейс, и у меня отвисает челюсть. Он не просто так это сказал.

— Побыть одной? — она хмурится на меня. — Как ты думаешь, ваш брак продлится очень долго, если ты будешь говорить своему мужу спать на полу каждый раз, когда расстраиваешься?

— Я…

— Нет, — обрывает она меня. — В мое время мы разбирались со своими проблемами, а затем ложились спать, как это сделала бы пара. Мы не обижались, и не спали потом порознь. Что именно ты хотела решить своим поведением?

— Ну…

— Ничего, — снова перебивает она меня. — Ты ничего не решишь. А теперь, Джейс, ложись в постель к своей невесте и все обсуди. Вам двоим предстоит многое сделать, чтобы из этого что-то получилось. Не то чтобы я ожидала, что это произойдет.

Джанет уходит, хлопнув за собой дверью.

Падая на спину, я смотрю в темный потолок и жду, но когда Джейс не издает ни звука, ни движения, чтобы подойти к кровати, раздражение скручивается у меня в животе.

— Ты же понимаешь, что если она вернется сюда, а тебя не будет со мной в постели, мне придется иметь дело с ее гневом, верно?

— Я тебя не слышу. Я сплю, — тихо говорит Джейс, и юмор в его голосе не вызывает ничего, кроме еще большего раздражения.

— Иди в постель, Джейс, — выдавливаю я, бросая подушку в его сторону.

— Ладно, ладно, ты просто должна была попросить, — я слышу, как он двигается, затем вижу его тень, прежде чем кровать прогибается.

— Не мог придумать, что-то другое, чтобы сказать ей, когда она спросила, почему ты спишь на полу? — шиплю я, отодвигаясь на край кровати как можно дальше от Джейса, что не так уж далеко, потому что кровать такая чертовски маленькая, а он такой, блин, гигант.

— Она застала меня врасплох.

— Серьезно?

— Что? Это звучало правдоподобно.

— Ты сделал меня «плохим парнем». Верно. Ты мог бы сказать, что это ты мудак и расстроен из-за меня, поэтому решил спать на полу?

— Даже если я зол, я бы не стал спать на полу, если в моей постели женщина, куколка, так что мое объяснение было более правдоподобным.

— Неважно, — фыркаю я, подкладывая подушки между нами. — Просто оставайся на своей стороне кровати.

— Ты только что построила крепость из подушек между нами? Боишься, что не сможешь держать свои руки подальше от меня? — я слышу улыбку в его голосе и закатываю глаза.

— Да, я очень беспокоюсь, что могу задушить тебя во сне.

— Задушить, хм? Мне нравится идея немного поиграть с дыханием, — Джейс усмехается, а я сдерживаю улыбку, потому что серьезно, парень, это уже слишком.

— Просто спи.

— Хорошо, любимая булочка.

— И хватит с меня прозвищ, — я ложусь обратно и натягиваю одеяло на голову, надеясь, что смогу быстро снова заснуть.

— Остановлюсь, когда найду идеальное, — говорит он задумчиво, а я вздыхаю.

— Ты раздражаешь. Тебе кто-нибудь когда-нибудь говорил об этом?

— Нет, — отвечает Джейс, и я уверена, что он не лжет.

— Это потому, что все остальные боятся, что ты их уволишь.

— Возможно, но ты — нет.

— Нет, — подтверждаю я, затем чувствую движение на кровати.

— Спокойной ночи, Пенни.

Выдохнув, я закрываю глаза, затем шепчу:

— Спокойной, Джейс.

‒‒‒‒‒‒‒‒‒‒‒‒‒‒‒‒‒‒‒‒‒‒‒‒‒

Я ЗНАЮ ЭТО ЕЩЕ ДО ТОГО, как открываю глаза, что у меня неприятности. Или, может быть, я подсознательно знала это прошлой ночью, когда Джейс лег ко мне в постель. Крепости из подушек, которую я построила, чтобы разлучить нас, давно нет, и теперь мы оба лежим посреди кровати.

Джейс позади меня, моя голова покоится на его бицепсе, а другой рукой Джейс обхватывает мою грудь, в то время как пахом прижимается к моим ягодицам.

Я зажмуриваю глаза, пытаясь игнорировать тот факт, что мое тело горит, а его член кажется действительно огромным, прижатым к моей заднице.

Я уже знала, что он горяч. Мне не нужно было знать, что он так хорошо одарен.

Нуждаясь в том, чтобы уйти от Джейса, я быстро высвобождаюсь из его объятий и встаю с кровати. Он не просыпается, какое облегчение. Не думаю, что смогла бы снова взглянуть на него, если бы он увидел мое лицо прямо сейчас. Я уверена, что с одного взгляда он смог бы прочитать все грязные мысли, бурлящие в моей голове.

Крадучись, я иду в ванную и запираю обе двери, прежде чем включить холодную воду. Я брызгаю немного на лицо, надеясь охладить свою разгоряченную кожу и смыть похоть, все еще туманящую мой мозг. Прошли годы с тех пор, как я испытывала хотя бы намек на желание, и последнее, что мне сейчас нужно, это чтобы мое тело завладело всеми моими рациональными мыслями.

И что еще хуже, в этой ситуации у меня даже нет способа самостоятельно справиться с этим сдерживаемым сексуальным желанием.

Поднимая голову, я смотрю на себя в зеркало и напоминаю себе, что могу справляться с трудными ситуациями. Это то, что я постоянно говорю своим детям, и то, что мне нужно помнить сейчас больше, чем когда-либо.

Почистив зубы, я открываю дверь в спальню и нахожу кровать пустой. Я не знаю, где Джейс, но чувствую запах кофе, доносящийся из кухни, и это единственная мотивация, которая мне нужна, чтобы надеть лифчик и выйти из комнаты. Когда я добираюсь до кухни, там пусто, за исключением Джейса без рубашки, который сосредоточен на своем телефоне, лежащем на столе, в то время как в руке он держит чашку кофе. Я думаю о том, чтобы уйти и вернуться с рубашкой, чтобы он мог прикрыться. Никому, особенно мне, не нужно видеть его во всей красе этим утром, особенно после того, как я проснулась.

— Доброе утро, зайка-обнимайка, — говорит он, не глядя на меня, и тепло разливается по моей шее к щекам. Знает ли Джейс, что этим утром играл роль большой ложки? Он не мог. Он же спал, не так ли?

— Доброе, — я переминаюсь с ноги на ногу, когда Джейс взглядом встречается с моим.

— Кофе? — спрашивает он, поворачиваясь, чтобы прислониться спиной к стойке с кружкой в руках.

— Пожалуйста, — я подхожу к Джейсу, и его взгляд скользит по моим волосам, которые, я знаю, находятся в диком беспорядке после того, как я спала с распущенными волосами, пока они были еще влажными.

Джейс отводит от меня взгляд и поворачивается к одному из шкафчиков повыше, достает оттуда кружку.

— Сливки, сахар?

— Ты не знаешь, какой она пьет кофе? — спрашивает Джанет, заставляя меня подпрыгнуть, и я внутренне стону. — Вы двое безнадежны.

— Доброе утро, бабушка, — Джейс посылает Джанет очаровательную улыбку, и она закатывает глаза, прежде чем подойти и поцеловать его в щеку.

— Ты хорошо спал? — она похлопывает Джейса по руке.

— Ага, Пенни извинилась сразу после того, как ты ушла, так что мы оба хорошо выспались.

О, мой бог.

— Ваш совет изменил мою жизнь, — я улыбаюсь, когда Джанет смотрит на меня.

— Может быть, для тебя все-таки есть надежда, — Джанет приподнимает подбородок в знак одобрения. Или пренебрежения. Что касается нее, нельзя сказать однозначно.

— Я надеюсь на это, — я сохраняю улыбку на лице, и Джанет фыркает, прежде чем посмотреть на Джейса.

— Сделай мне чашечку кофе, дорогой. Я буду снаружи, — приказывает она, затем выходит через заднюю дверь, оставляя ее открытой.

Когда я убеждаюсь, что она достаточно далеко и не услышит, я подхожу ближе к Джейсу, а он наклоняет ко мне голову. Я игнорирую тот факт, что мой желудок сжимается, когда моя грудь прижимается к его груди. Я приподнимаюсь на цыпочки, приближая свой рот как можно ближе к его уху:

— Я собираюсь отрезать твои яички, пока ты будешь спать, — я одариваю его приторно-сладкой улыбкой, потом опускаюсь. Он хихикает, как будто думает, что я шучу, хотя это не так на сто процентов.

— Ты врунишка! — драматично кричу я, мчась за Дэшем по проходу.

— Нет, ты старая, — он хихикает, ускоряя бег, а я слышу смех его мамы и бабушки позади нас.

— Я не старая. Ты старый.

— Мне всего три, — он говорит три как «при», заставляя меня смеяться.

— Уф, ты снова выиграл, — я даю Дэшу пять, когда мы оба останавливаемся, затем поднимаю его с пола, чтобы он не смог снова убежать, пока мы ждем, когда Хейли и Джанелль догонят нас двоих.

— Спасибо, — Хейли улыбается, забирая его у меня, когда доходит до конца прохода.

— В любое время, — я наблюдаю, как она покрывает лицо Дэша поцелуями, которые заставляют его хихикать, и улыбаюсь.

— Итак, сколько внуков вы с Джейсом собираетесь мне подарить? — спрашивает Джанелль, когда мы все продолжаем идти.

— Уф, — я прикусываю губу. Я должна была предвидеть, что возникнет этот вопрос. В конце концов, она действительно верит, что я невеста ее сына, и это то, о чем нормальная пара должна была бы поговорить перед помолвкой. Но все же, как и ко всему остальному, я к этому не готовилась. — Я не знаю. Может быть, двое, — я пожимаю плечами, полагая, что два хорошее четное число.

— Я могу принять это, но убедитесь, что один из них девочка. Я хочу внучку.

— Я не уверена, что мы сможем это решить, но я сделаю все, что в моих силах, — я смотрю на Хейли, когда она смеется, и мне не нравится то, что она находится достаточно близко, чтобы слышать этот разговор.

Я имею в виду, из того, что я поняла, она полностью забыла Джейса, но это все равно странно. И это одна из причин, почему сегодня утром за завтраком, когда Джанелль сказала мне, что Хейли и Дэш присоединятся к нам для поездки в город, чтобы я могла купить купальник, я подумала о том, чтобы придумать отмазку, почему я больше не могу поехать.

Я не хотела причинять неудобства никому, в том числе и себе. Но потом я увидела выражение лица Джанелль и поняла, что не могу так с ней поступить. К тому же, поскольку Джейс был занят на работе, в доме оставалась только Джанет, чтобы составить мне компанию. А я лучше пройдусь босиком по раскаленным углям, покрытым тарантулами, чем проведу время наедине с этой ужасающей женщиной.

— Вы с Джейсом говорили о том, как долго вы будете ждать, прежде чем начнете пытаться? — спрашивает она, вырывая меня из моих мыслей, и я качаю головой. — У тебя есть время.

— Много времени, — соглашаюсь я, может быть, слишком поспешно.

— Пенни, купальники здесь! — кричит Хейли, спасая меня, даже не подозревая об этом, и мы с Джанелль идем на звук ее голоса через весь магазин.

Пока Хейли гоняется за Дэшем, а Джанелль бредет по проходу с кулерами и игрушками для бассейна, я просматриваю вешалку с купальниками.

Мне требуется больше времени, чем следовало бы, чтобы найти два варианта, потому что все большие размеры исчезли, а то, что осталось, не многим женщинам, которых я знаю, могло бы подойти. Я беру оба в примерочную и примеряю их, обнаруживая, что ни один из них не подходит. Спереди один выглядит как простой черный костюм, но сзади у него высокий, по-настоящему высокий вырез, обнажающий половину моей задницы. Другой, я обычно не выбираю такие, потому что это бикини, с завышенной талией, но он не так ужасен. Но из-за топа, это не самый лучший вариант в мире. Моя грудь все еще очень обнажена, но прикрыта больше, чем вчера.

Решив взять оба, тогда у меня будет, по крайней мере, два плохих варианта, я выхожу из примерочной, где нахожу Джанелль, сидящую на огромной коробке и ожидающую меня.

— Я нашла самый идеальный плот для сплава, — она гордо улыбается, а я опускаю взгляд на коробку и вижу наклейку с изображением гигантской желтой утки, внутри которой сидят люди.

— Это дудка, дудка, дудка! — скандирует Дэш, подбегая к своей бабушке, и я стараюсь не хихикать, когда Хейли закрывает глаза.

— Ты нашла купальник? — спрашивает меня Джанелль, спрыгивая с коробки.

— Да. Беру два. Вариантов было немного, но эти должны подойти.

— Значит, поездка прошла успешно, — радостно говорит она, начиная толкать коробку по проходу, а Дэш помогает ей.

— Может, мне сбегать за тележкой? — спрашиваю я, наклоняясь, чтобы помочь ей толкать.

— Нет, если у меня будет тележка, в итоге у меня будет целая куча вещей, которые мне не нужны.

— Ты имеешь в виду гигантскую утку? — спрашивает Хейли, а я смеюсь.

— Это подарок для всех, — она смотрит на свои часы, когда они начинают звонить.

— Это Дэниел. Он, наверное, звонит, чтобы сообщить мне, что люди начинают прибывать, — Джанелль нажимает кнопку сбоку, затем кричит, — привет, милый!

— Твоя сестра здесь.

— Отлично! Скажите ей, что я вернусь примерно через двадцать минут.

— Ладно. Еще, твоя мама хотела бы поговорить с тобой.

— Я… — начинает Джанелль, но прежде чем она успевает произнести еще хоть слово, Джанет говорит по маленькому громкоговорителю.

— Ты бросила меня. Я не знала, что ты собираешься в город.

— Я подумала, ты хотела бы отдохнуть, прежде чем все начнут приезжать, — она встречается со мной взглядом и съеживается, когда Джанет продолжает.

— Если бы я хотела отдохнуть, я бы так и сказала. Ты даже не упомянула о походе в магазин.

— Извини, мам, у меня плохая связь. Ты прерываешься. Мне придется тебе перезвонить.

— Джанелль, не смей вешать трубку…

Джанелль нажимает кнопку сбоку на своих часах, обрывая остальную часть предложения матери.

— Я люблю свою маму, — уверяет она меня, а я киваю, потому что уверена, что она любит. Я также уверена, что Джанелль была бы не против запереть ее где-нибудь в комнате на всю оставшуюся вечность. — Джейс упомянул, что твоя мама в Нью-Йорке, навещает твою тетю.

— Да.

— Я не могу дождаться встречи с ней. Нам с Дэниелом нужно будет запланировать визит осенью.

О, господи.

— Да, это было бы здорово, — говорю я, зная, что к тому моменту уже все закончится.

— Мы сделаем так, чтобы это произошло, — Джанелль счастливо улыбается, и чувство вины скручивает мой желудок.

Я смогу избежать этого.

Мы не сразу возвращаемся домой. Вместо этого мы проезжаем мимо кофейни на обочине дороги, и каждый из нас берет кофе со льдом. Ну, за исключением Дэша, он получает детское мороженое, которое, я уверена, заставит его бегать кругами, как только мы вернемся домой. Мы также заезжаем, чтобы купить червей для наживки для Дэниела в маленьком магазинчике в городе, после того как он отправляет Джанелль сообщение.

Когда мы подъезжаем к дому чуть позже часа, я думала, что там будет всего пару машин, но я даже представить себе не могла, что нас встретит.

Глядя в лобовое стекло, я уверена, что любой, кто увидел бы меня, подумал бы, что я наблюдаю зомби-апокалипсис, судя по тому, как широко раскрыты мои глаза. Сейчас десятки автомобилей припаркованы вдоль дороги, ведущей к другим домам поменьше, которые соответствуют цветовой гамме главного дома, где мы остановились. Не меньше сотни или больше людей прогуливаются вокруг: некоторые на причале, кто-то в воде, а дети бегают вокруг, играя с водяными пистолетами. Женщины устроились в шезлонгах на берегу озера, загорая, а мужчины полуодеты, с пивом в руках. Я даже замечаю, как несколько человек устанавливают палатки в тени леса.

Я не должна удивляться, поскольку Джейс предупреждал меня, что на празднествах на этой неделе здесь будет сто тридцать шесть человек, но думать про сто тридцать шесть человек и видеть, как они толпятся в одном месте, — это две разные вещи.

— Похоже, почти все приехали, — говорит Джанелль счастливым голосом, объезжая машины и детей, чтобы припарковаться позади джипа Джейса.

— Приедут еще люди? — шепчу я.

— Я знаю, это, наверное, кажется ошеломляющим, но ты отлично проведешь время, — Хейли наклоняется вперед и гладит меня по плечу с заднего сиденья. — Будет много семейных испытаний и соревнований. Вся неделя похожа на летний лагерь.

— Соревнования? — я смотрю на нее через плечо.

— У тебя когда-нибудь был день в школе, когда вы соревновались с другими классами?

— Да, — и в школе, где я преподаю, у нас все еще есть День Спорта.

— Похоже на это, только соревнуются друг с другом большие семьи и все их родственники. Есть шоу талантов, кулинарный конкурс чили, охота за мусором, викторины и все такое прочее. Джанелль с сестрой планируют эту неделю весь год, и это потрясающе.

— И теперь в нашей команде еще два человека.

Джанелль тянется, чтобы сжать мою руку, и я посылаю ей улыбку. Я не собираюсь быть той, кто скажет Джанелль, что я очень сомневаюсь, будто Джейс будет вовлечен во что-либо, что произойдет на этой неделе.

— Ооо. Ева не выглядит счастливой, — говорит Хейли, когда женщина с растрепанными седыми волосами, одетая в струящееся летнее платье в цветочек, спешит в нашу сторону с кислым выражением лица.

— У нее, наверное, была стычка с мамой, — Джанелль смотрит на меня. — Ева — моя сестра.

— Поняла, — говорю я, расстегнув ремень и выходя из машины вместе с кофе и сумками с покупками.

— Я собираюсь запереть нашу мать в коробке на дне озера, — объявляет Ева, как только Джанелль открывает свою дверь, и я слышу смех Хейли с заднего сиденья, прежде чем захлопнуть свою дверь.

— Она была не в духе с тех пор, как приехала сюда, — слышу я, как Джанелль говорит сестре, пока я открываю заднюю дверь, чтобы помочь Хейли вытащить Дэша.

— А когда она была в настроении? — спрашивает Ева. — Она сказала мне, что я похожа на ведьму из детского сборника сказок. Не улыбайся, — шипит она. — Это не смешно!

— Немного забавно, — возражает Джанелль, затем выкрикивает мое имя.

— Тебя зовут, — говорит Хейли сквозь очередной смешок, и я передаю ей Дэша, как только она опускает ноги на землю. — Я собираюсь отвести его к себе и посмотрю, смогу ли я уговорить его вздремнуть.

— Я не устал, — говорит Дэш Хейли, пытаясь высвободиться, но она крепко обнимает его.

— Тогда мы просто отдохнем, — она целует его в макушку и направляется к дому, а я направляюсь к багажнику, где Джанелль и ее сестра пытаются вытащить коробку из багажника.

— Пенни, я хотела бы познакомить тебя с моей сестрой Евой. Ева, это невеста Джейса, Пенни.

— Это…

— Что? — Ева отстраняется от меня и переводит взгляд с Джанелль на меня. — Джейс обручился?

— Он удивил нас новостями вчера.

— Срань господня, он здесь?

— Так и есть, — подтверждает моя ненастоящая будущая свекровь.

— Я же тебе говорила! — кричит Ева, вскидывая руки в воздух, прежде чем сосредоточиться на сестре. — Что я сказала? — спрашивает она, только чтобы ответить на свой собственный вопрос. — Я говорила тебе, что Джейс собирается найти кого-нибудь и что она вернет его к жизни, — она сосредотачивается на мне и хватает меня за свободную руку. — И вот ты здесь.

— Ева думает, что она экстрасенс, — говорит мне Джанелль.

— Я не думаю. Я и есть экстрасенс, — Ева пристально смотрит на сестру, затем выражение ее лица смягчается, когда она поворачивается, чтобы встретиться со мной взглядом. — Так приятно познакомиться с тобой, Пенни.

— Я тоже рада познакомиться с вами.

— О боже, — Ева отпускает меня и хлопает в ладоши. — Эта неделя обещает быть потрясающей.

— Кто-нибудь догадался привезти мне кофе? — на этот вопрос Джанет, которая направляется к нам, Джанелль перестает пытаться достать коробку из багажника.

— Врачи сказали тебе, что тебе нельзя употреблять слишком много кофеина, мам.

— Это Америка. У них есть кофе без кофеина.

— Мама, не все думают о тебе каждую секунду дня, — говорит Ева, и лицо Джанет краснеет так, словно вот-вот взорвется.

О боже, действительно.

— Я просто… — я делаю шаг назад, когда Джанет переводит взгляд в мою сторону. — Просто пойду и посмотрю, смогу ли я найти кого-нибудь, кто поможет с коробкой, — я разворачиваюсь и иду к дому так быстро, как только могу.

Когда я открываю заднюю дверь, нахожу Дэниела на кухне с пончиком на полпути в рот.

— Привет, Джанелль нужна ваша помощь, чтобы достать коробку из багажника.

— Что она купила? — спрашивает он, и я морщу нос.

— Вот и увидите.

— Господи, ей нельзя доверять ходить за покупками по складским магазинам, — бормочет Дэниел, прежде чем направиться к двери, запихивая в рот весь пончик.

Улыбаясь про себя, я захожу в комнату, которую мы делим с Джейсом, и останавливаюсь, когда обнаруживаю, что в комнате темно, а он лежит на кровати, прикрыв глаза локтем.

Я не раз заставала маму в таком положении, и это заставляет мое сердце учащенно биться. Я повесила свою сумку на крючок с обратной стороны двери и допила кофе, прежде чем подойти к кровати. Стоя над Джейсом, я сомневаюсь, прежде чем прикоснуться тыльной стороной пальцев к его лбу, который, к моему облегчению, прохладный на ощупь.

— О, — выдыхаю я, когда Джейс захватывает мое запястье своей большой рукой.

— Как прошел поход по магазинам с мамой, принцесса? — спрашивает Джейс, встречаясь со мной взглядом, и даже при слабом освещении комнаты невозможно не заметить боль в его глазах.

— Что не так?

— Головная боль. Ты купила купальник?

— Ты выпил лекарство?

— Нет.

— Выпьешь, если я принесу?

— Ты не ответила на мой вопрос.

— Купила два. Теперь ты выпьешь, если я принесу его?

— Да, — говорит Джейс, и я машу рукой, безмолвно требуя, чтобы он отпустил меня, но он этого не делает. — У тебя все было хорошо с Хейли? — его глаза изучают мои, и я качаю головой, застигнутая врасплох беспокойством в его тоне.

— Конечно.

— Хорошо, — он отпускает меня, и я обхожу кровать, направляясь в ванную, где достаю упаковку тайленола из своей косметички.

— У тебя часто болит голова? — спрашиваю я, вытряхивая две таблетки и возвращаясь к кровати.

— Иногда, — Джейс протягивает руку, и я кладу их ему на ладонь, затем беру бутылку воды, которая стояла у него на прикроватном столике.

— Как продвигается сделка?

— Зашла в тупик, — отвечает Джейс, проглотив обе таблетки.

— Тупик?

— Все это часть переговоров. Это похоже на игру в «цыпленка». Мы должны подождать, чтобы увидеть, кто расколется первым.

— Это звучит раздражающе, — бормочу я, и Джейс раскрывает губы.

— Так и есть, — он ложится обратно, и я переминаюсь с ноги на ногу, не зная, что с собой делать. — Что не так?

— Ничего.

— Это уже что-то.

— Отлично. Сейчас, когда все здесь, я чувствую себя неуютно, выходя на улицу, и твоя бабушка рядом, а я действительно не хочу оставаться с ней наедине.

— Так побудь здесь со мной, — легко отвечает Джейс, и я смотрю на кровать, затем на него. — Я не укушу.

— Тебе нужно отдохнуть.

— Тогда отдохни со мной, — Джейс извивает руку, словно она змея, заставляя меня взвизгнуть, и следующее, что помню, как перекатываюсь через большое тело Джейса и ложусь рядом с ним, положив голову ему на бицепс. — Лучше?

Точно нет. Я пытаюсь пошевелиться, но Джейс другой рукой обхватывает меня.

— Мне просто нужно полежать здесь, пока таблетки не подействуют, а потом мы сможем покататься на водных мотоциклах.

— Ты можешь меня отпустить? — я фыркаю, пытаясь оттолкнуть его тяжелую руку, но она не поддается.

— Ты останешься, если я это сделаю?

— Да, — сдаюсь я, и Джейс отпускает меня.

— Все здесь? — спрашивает Джейс, когда мое сердце начинает замедляться, и я переворачиваюсь на бок, прихватывая с собой подушку, чтобы не опираться на его руку.

— Я не знаю, все ли, но здесь много людей. Я познакомилась с твоей тетей Евой. Она кажется действительно милой.

— Так и есть.

— Она сказала, что она экстрасенс и знала, что ты найдешь меня. — Я не могу скрыть улыбку, и Джейс опускает подбородок, чтобы посмотреть на меня.

— Ева так сказала? — Джейс вновь приоткрывает губы.

— Она сказала твоей маме, что ты собираешься найти кого-нибудь, и что она вернет тебя к жизни.

— Черт, значит, я был мертв? — спрашивает Джейс со смешком, и я смеюсь.

— Очевидно.

— Тогда никакого давления на тебя.

— Совсем никакого, — я изучаю его красивое лицо, а затем тихо спрашиваю, — ты скучал по тому, чтобы приезжать сюда со всеми?

Джейс долго не отвечает, так долго, что я начинаю думать, что он и не ответит. Поэтому, когда он тихо говорит «Да», у меня в груди становится тяжело. Не задумываясь, я протягиваю руку и касаюсь его челюсти, а когда начинаю убирать руку, Джейс снова захватывает ее, и прижимает к груди, закрыв глаза.

Я думаю о том, чтобы отстраниться, потому что знаю, что это то, что я должна сделать, но не делаю. Я оставляю свою руку там, где она есть, и закрываю глаза, когда его сердце бьется под моими пальцами.

Эта ситуация становится щекотливой — по крайней мере, для меня. Я не думала, что Джейс может мне нравиться, но я начинаю получать удовольствие от его компании и чувства юмора гораздо больше, чем следовало бы.

— Сколько времени нужно, чтобы надеть купальник?

Услышав этот вопрос, который мне прокричали через дверь ванной, я поворачиваюсь и смотрю на дерево между мной и Джейсом.

— Не торопи меня, — выдавливаю я, распуская волосы из пучка, в который я их собрала, и волосы ниспадают мне на плечи, скрывая верхушки грудей, заставляя меня чувствовать себя немного менее уязвимой.

— Прошло больше пятнадцати минут, — жалуется Джейс, а я закатываю глаза, глядя на свое отражение, когда беру сложенную одежду со стойки рядом с раковиной.

— Не прошло и пятнадцати минут, — я толкаю дверь и вхожу в спальню.

— О, черт, так еще хуже, — стонет он, и я поворачиваю голову в сторону кровати, где сидит Джейс. — Ты не будешь его носить, — он стоит во всем своем великолепии без рубашки, пока я раскладываю стопку одежды на комоде. По крайней мере, я начинаю привыкать видеть его полуодетым. — Ты сказала, что у тебя два купальника. Где второй?

Я прищуриваюсь, глядя в глаза Джейса, которыми он блуждает по моей груди, полоске обнаженной кожи между верхом бикини и трусиками с завышенной талией, а затем спускается к моим бедрам, которые, как я знаю, не идеально подтянуты, а вместо этого покрыты ямочками.

— Не смотри на меня так, Джейс. Я и так чувствую себя достаточно неловко без помощи твоих комментариев и выражения твоего лица.

Я имею в виду, конечно, в примерочной в магазине я знала, что купальники, которые я выбрала, не были потрясающими, но я думала, что смогу, по крайней мере, носить их. Теперь, когда Джейс смотрит на меня, у меня возникает желание прикрыться.

И я ненавижу это.

Каждый день я пытаюсь научить своих детей тому, что люди не запомнят, была ли на тебе самая крутая новая одежда, был ли ты худым или толстым. Эти мимолетные мысли приходят и уходят в мгновение ока. Но то, как вы заставляете других чувствовать себя в вашем присутствии, останется с ними надолго после того, как вы уйдете.

— Черт меня побери, — Джейс проводит руками по лицу. — Я почти поддался желанию позволить тебе думать, что ты выглядишь отвратительно, просто чтобы ты изменилась.

Джейс опускает руки по швам, и мое сердце начинает бешено колотиться, когда я узнаю в его взгляде то, что есть на самом деле.

Признание.

Возможно даже желание.

— Ты… — он обрывает себя, качая головой. — Этот цвет подчеркивает твои красивые зеленые глаза, а с распущенными волосами… — Джейс сжимает руки в кулаки и двигает челюстью, прежде чем выпаливает, — тебе не нужно меняться.

О боже, для моего сердца небезопасно так колотиться. И почему у меня все внутри сжимается?

— Это… — я прочищаю горло в надежде, что мой голос звучит более нормально и с меньшим придыханием. — Спасибо.

— Ты готова?

Нет, не после этого, что бы это ни было. Я имею в виду, Джейс точно не сказал мне, что считает меня красивой, но в некотором роде он просто обошелся без четких слов. О боже, я так облажалась, если реагирую на такое дурацкое заявление.

— Да, — я наклоняю голову и поворачиваюсь к двери, надевая шлепанцы, прежде чем распахнуть ее.

— Вот и вы двое, — приветствует Джанелль, проходя через заднюю дверь, когда мы заходим на кухню. — Мне было интересно, собираетесь ли вы когда-нибудь выйти и присоединиться к миру живых.

— У Джейса разболелась голова, — быстро говорю я ей, не желая, чтобы она подумала, что мы делаем что-то, чего определенно не делали, и Джанелль резко смотрит на Джейса.

— Ты в порядке? — в ее тоне сквозит беспокойство.

— Пенни дала мне кое-что и позаботилась обо мне, — он обнимает меня за талию и целует в макушку. Мое тело реагирует на прикосновение, и я начинаю прижиматься к нему, затем осознаю, что делаю.

— Конечно, она это сделала, — Джанелль счастливо улыбается, переводя взгляд с него на меня. — Итак, чем вы двое сейчас займетесь? Мы с Евой расставили стулья. Вы двое можете присоединиться к нам? Я просто зашла, чтобы взять нам обоим выпить, — Джанелль подходит к холодильнику и достает две белые банки.

— Может быть, когда вернемся. Я хочу покатать Пенни на гидроцикле и заскочить в Burt’s, чтобы перекусить бургером, если он еще открыт.

— Звучит забавно. Не забудь, что сегодня вечером приветственное барбекю и костер.

— Мы вернемся раньше, — уверяет Джейс, провожая меня до двери, прежде чем распахнуть ее для нас с мамой.

Когда мы выходим на улицу, я смотрю вниз на причал и пляж с террасы и задаюсь вопросом, во что я вляпалась. Играет музыка, повсюду бегают дети, взрослые сбиваются в группы или тусуются на берегу озера, а по воде плавают десятки разноцветных плотов. Это хаос, но, судя по звукам и внешнему виду, это его лучший вид.

— Пошли. Я хочу познакомить вас с несколькими людьми, прежде чем вы двое уедете, — говорит Джанелль, беря меня под руку, прежде чем подтолкнуть вниз по лестнице, не оставляя мне другого выбора, кроме как пойти с ней.

Когда мы добираемся до нижней ступеньки, я впервые в жизни понимаю, каково это — быть знаменитым.

Ладно, может, и не знаменитым. Но такое чувство, что все, и я имею абсолютно все, смотрят на нас с Джейсом. Даже дети перестают бегать вокруг, чтобы посмотреть, как мы проходим мимо.

— Ты в порядке? — спрашивает Джейс, прикасаясь своими пальцами к моим.

— Конечно, с ней все в порядке. Она с семьей, — отвечает Джейсу его мама, таща меня к группе женщин, собравшихся у воды.

После этого все как в тумане. Я разлучена с Джейсом, окруженного членами семьи, которые не видели его годами. Я не знаю, со сколькими людьми Джанелль меня знакомит, и даже не помню их имен, пока она таскает меня из одной группы в другую, но знаю, что это утомительно — внезапно оказаться в центре внимания.

— Боже мой, твое кольцо просто потрясающее, — говорит женщина, поднимая мою руку, чтобы осмотреть кольцо. Она примерно моего возраста, и, по-моему, Джанелль представила ее как кузину Джейса Сэмми, прежде чем ее увели.

— Спасибо.

— А ты учительница? — спрашивает симпатичная брюнетка рядом с ней, оглядывая меня.

— Да.

— Как тебе удалось заполучить Джейса?

— Мэл! — Сэмми ахает, затем ее взгляд переходит на меня. — Не обращай на нее внимания. Она моя лучшая подруга, но иногда она не знает, как фильтровать то, что слетает с ее губ.

— Это просто вопрос, — Мэл пожимает плечами. — Я имею в виду, я видела в instagram последнюю девушку, с которой он встречался, и она была моделью.

— Ты хочешь сказать, что следила за Джейсом и вынюхивала про девушку, с которой он встречался? — она закатывает глаза, прежде чем снова обратить свое внимание на меня. — Мэл ходила со мной на встречи нашей семьи с тех пор, как нам было лет по десять, и с тех пор она влюблена в Джейса.

— Я никогда не была в него влюблена. Я просто всегда думала, что он горячий, — говорит она мне, и я сжимаю губы. В смысле, что меня могла бы обидеть и даже раздосадовать ее честность, но поскольку я понимаю, почему она была очарована им, и смущена тем, почему он был со мной, я не обращаю на это внимания.

— Я собираюсь украсть свою невесту, если ты не против? — глубокий голос Джейса рокочет, посылая мне облегчение, затем его теплая рука скользит по моей талии. — Ты готова ехать?

— Да, — я запрокидываю голову, чтобы встретиться с ним взглядом, и его пальцы впиваются в мою кожу, отчего у меня перехватывает дыхание.

— Вы двое такие милые, — шепчет Сэмми.

— Да, милые, — добавляет Мэл, и я замечаю, что выражение лица Джейса становится раздраженным, прежде чем поворачиваюсь, чтобы посмотреть на Сэмми.

— Было приятно с вами познакомиться, — затем я смотрю на Мэл. — Уверена, что увижу вас двоих на этой неделе.

— Безусловно, — Сэмми улыбается, в то время как Мэл пристально смотрит на Джейса.

— Позже, — бормочет Джейс, хватая меня за руку и уводя прочь, не сказав больше ни слова.

После того, что было раньше, я не думала, что буду с нетерпением ждать, когда мы снова останемся вдвоем, но сейчас я более чем готова убраться отсюда подальше от всех остальных.

— Спасибо, что спас меня, — говорю Джейсу, когда мы заходим в лодочный домик, и он отпускает мою руку.

— Я бы сделал это раньше, но каждый раз, когда я подходил к тебе на шаг ближе, кто-то еще подходил, чтобы поговорить со мной, — Джейс возвращается ко мне, держа в руках один из спасательных жилетов, которые висели на ручке гидроцикла. Когда Джейс протягивает мне жилет, я начинаю надевать его, но успеваю перекинуть только через одну руку, как гул мотора сотрясает здание. Затем из-за угла появляется гидроцикл с одиноким гонщиком.

Даже не имея возможности видеть глаза парня за солнцезащитными очками, я могу сказать, что он хорошо выглядит, и это не потому, что у него загорелое тело и он явно мускулистый. Нет, мое наблюдение основано исключительно на густоте его темных волос, выдающейся челюсти, полных губах и изгибе носа.

Как только он останавливается, на его лице появляется очень привлекательная улыбка, и он поднимает прикрывающие глаза темные очки на голову. Да, определенно симпатичный.

— Мама сказала, что ты здесь, придурок, — он одним быстрым движением спрыгивает со своего места на причал, затем бросается к Джейсу, заключая его в медвежьи объятия. Я отступаю и наблюдаю, как они обнимаются, затем улыбаюсь, когда взгляд парня возвращается ко мне. — Заткнись блин, — он отпускает Джейса, чтобы тот мог указать на меня.

— Йен, это моя невеста Пенни. Пенни, мой кузен Йен.

— Заткнись блин, — повторяет Йен, опуская глаза на мою руку. — Мама сказала, что ты помолвлен, а я ответил, что она под чем-то. Когда, черт возьми, это случилось?

— Пару месяцев назад, — говорит ему Джейс, и в этот момент я понимаю, что Йен на это не купился. Выражение его лица меняется с игривого на серьезное, и когда Йен поднимает на меня взгляд, он полон подозрения.

— Мы встречаемся уже несколько месяцев, обручились всего за пару дней до того, как приехали сюда на встречу-воссоединение, — я пристально смотрю на Джейса. — Или, может быть, я думала, что мы вместе, хотя на самом деле это не так.

— Несколько месяцев? Я думал, ты встречался с той цыпочкой Анной несколько месяцев назад.

Фу, эта информация не должна раздражать меня так сильно, как это происходит. Во-первых, потому что я даже не знала Джейса несколько месяцев назад, а во-вторых, отношения ненастоящие!

— Анна была до меня, — перебиваю я, чтобы Джейсу не пришлось что-то придумывать, потому что одному богу известно, что сорвалось бы с его губ. — Мы встретились сразу после того, как они расстались.

— Ты что-то быстро двигаешься, тебе не кажется? — Йен смотрит на своего кузена. — Вы только начали встречаться, и уже помолвлены?

— Не волнуйся. Мы планируем очень, очень долгую помолвку, — заверяю я, стараясь успокоить Йена.

— Не такую уж долгую, — говорит Джейс, и я раздраженно вздыхаю. — Просто говорю, принцесса. Я не планирую ждать год, чтобы сделать тебя своей женой.

Чудно, он использовал это прозвище уже дважды, а я действительно ненавижу его больше, чем все остальные.

— Придется, — я скрещиваю руки на груди или пытаюсь это сделать. Задача намного сложнее, когда мешает жилет.

— Мы поговорим об этом позже, — говорит мне Джейс, затем бросает на Йена взгляд, который заставил бы меня надавать ему по яйцам, если бы это было на самом деле.

— Нет, мы не будем об этом говорить.

— Поговорим.

— Не будем, — я свирепо смотрю на него, затем расширяю глаза, когда Джейс тащит меня вперед за ремень спасательного жилета.

— Да.

— Нет.

— Да, — Джейс наклоняет голову и сильно прижимается губами к моим, а я испуганно выдыхаю, отчего мои губы приоткрываются. Поднимая руки, я прижимаю их к груди Джейса, чтобы оттолкнуть его, но Джейс поднимает руку и обхватывает мой затылок, удерживая в заложниках.

Я говорю себе, что это напоказ, что это ненастоящее, когда растворяюсь в поцелуе. Затем кончик его языка касается моей внутренней части нижней губы, и я протягиваю свой и пробую его на вкус. Вкус мяты и солнечного света, и его грудь приятно прижимается к моему мягкому телу. Так хорошо, что вырывается вздох желания, а Джейс стонет в ответ.

О боже.

Я распахиваю глаза от осознания и отталкиваюсь от Джейса, тяжело дыша, в то время как мое сердце бешено колотится.

Быстро взглянув на Йена, я понимаю, что облажалась, потому что он не выглядит более убежденным. На самом деле, Йен выглядит смущенным, переводя взгляд с Джейса на меня. Как будто он только что стал свидетелем чего-то, чего не должен был видеть.

— Мы… Мы должны идти, — я делаю шаг к Джейсу и сокращаю неловкое расстояние между нами, и когда наши взгляды встречаются, я понимаю, что он выглядит таким же ошеломленным, как и я. Как будто он тоже не планировал, что это произойдет.

— Ага, — голос Джейса звучит хрипло, когда он сосредотачивается на своем кузене. — Мы собираемся уходить. Давай выпьем пива сегодня вечером.

— Конечно, — бормочет Йен.

Я застегиваю застежки на спасательном жилете и сажусь на гидроцикл, испытывая легкое искушение просто самостоятельно уехать. Чтобы оказаться как можно дальше от этой ситуации, от Джейса и воспоминаний о том поцелуе. Но, конечно, я не могу этого сделать, чтобы это не выглядело так, будто я убегаю, поэтому жду, пока он сядет на сиденье передо мной.

— Держись, — приказывает Джейс, нажимая на газ, и я хватаюсь за него, когда мы вылетаем из лодочного домика, затем быстро убираю руки с его талии и вцепляюсь в сиденье позади себя. — Я сказал, держись, — рявкает он сквозь шум двигателя и плеск воды позади нас.

— Я держусь.

— Держись за меня.

— Я в порядке! — кричу я в ответ и слышу, как Джейс ругается, прежде чем гидроцикл начинает замедлять ход и останавливается. Когда он проснулся сегодня днем, то сказал мне, что мы едем в фургон с едой, который обосновался на причале у истока озера. Но я все еще могу видеть дом и всех остальных с того места, где мы находимся.

— Что ты делаешь?

— Нам нужно поговорить, — Джейс заглушил двигатель, и мое сердце, которое начало возвращаться к нормальному ритму, забилось быстрее. Я хочу сказать ему, что нам не нужно разговаривать, но после этого поцелуя необходим серьезный разговор. — Иди сюда, — Джейс тянется ко мне, и я качаю головой.

— Я в порядке.

— Пенни, не будь ребенком, — говорит он, и впервые с тех пор, как мы сели с ним в самолет, я вспоминаю, каким придурком он может быть.

— Я не ребенок.

— Тогда иди сюда.

— Я прямо здесь. Если ты хочешь поговорить, начни говорить.

— Я не собираюсь ломать себе шею, чтобы поговорить с тобой, — Джейс встает, и я держусь изо всех сил, когда судно кренится в сторону. Затем у меня перехватывает дыхание, когда Джейс садится верхом на сиденье лицом ко мне, обхватывая мои ноги коленями.

Я оглядываюсь по сторонам. И снова я в ловушке с ним, и у меня нет возможности сбежать.

— Ты продолжаешь похищать меня.

— Господи, я тебя не похищал, — рычит Джейс, а я оглядываюсь.

— Я застряла на маленькой штуке посреди озера. Куда я могу уйти?

— Если бы ты хотела сбежать, ты могла бы поплыть.

— Или я могла бы просто столкнуть тебя в воду и уехать на гидроцикле обратно к причалу.

— Ты могла бы попробовать, — насмехается Джейс, а когда я поднимаюсь с сиденья, его глаза вспыхивают. — Попробуй.

— Не искушай меня.

— Господи, ты сводишь меня с ума, — он проводит пальцами по волосам, выглядя таким же раздраженным, как и в день нашей встречи. — Теперь о том поцелуе.

Жар разливается по моей шее к щекам при упоминании об этом, и я снова качаю головой.

— Этого поцелуя не должно было случиться. Я понимаю, почему это произошло. Я имею в виду, нормальная пара могла бы так целоваться, когда ссорится. Но мы не обычная пара, и сейчас более очевидно, чем когда-либо прежде, что нам нужны границы.

— Границы, — повторяет Джейс, а я киваю.

— Да, границы, чтобы это не повторилось снова. Никогда…

— Какими, по-твоему, должны быть границы? — спрашивает он, и я опускаю взгляд на свои бедра, которые внезапно становятся горячими, и нахожу там его руки, его пальцы впечатываются в мою кожу.

— Никаких прикосновений, — я отталкиваю его руки.

— Значит, я не могу прикоснуться к своей невесте, — он недоверчиво смотрит на меня. — Как это сработает на этой неделе?

— Ты можешь положить руку мне на спину, подержать меня за руку и поцеловать в висок или щеку, если тебе нужно.

— Если мне понадобится, — усмехается Джейс, и я позволяю своей голове снова опуститься на плечи.

— Приемлемое поведение, Джейс, и ничего больше, — говорю я ему и себе, потому что я не должна знать, какой он огромный, каков он на вкус, и мне действительно не следует запоминать его сердцебиение, словно новую любимую песню. — Теперь мы на одной волне?

— Конечно, — легко отвечает он.

— Отлично, — я облегченно выдыхаю.

— За исключением…

— О, господи, что теперь?

— Если бы ты действительно была моей невестой, Пенни… — Джейс встает, и я запрокидываю голову, когда он возвышается надо мной, затем откидываюсь назад, когда Джейс наклоняется. — Я бы не согласился просто держать тебя за руку и целовать в щеку. К черту приемлемое поведение.

— Что это значит?

Джейс не отвечает, разворачивается так, чтобы снова оказаться лицом к рулю, затем его глаза встречаются с моими через плечо:

— Держись за меня, черт возьми.

Я немедленно подчиняюсь, и как только мои руки обхватывают его за талию, мотор снова заводится, и мы трогаемся.

Мы подъезжаем к длинному причалу с несколькими лодками и гидроциклами, привязанными к нему, кажется, целую вечность спустя. Джейс замедляет ход и заезжает на свободное место. Как только он останавливается, то спрыгивает и привязывает нас к столбу, потом протягивает мне руку. Я беру ее и неуклюже пробираюсь на причал, затем снимаю спасательный жилет, передаю Джейсу и игнорирую то чувство, которое возникает внизу живота, когда Джейс задерживает взгляд на моей груди.

Когда оба наших жилета надежно убраны, Джейс берет меня за руку, и мы идем по тропинке, ведущей в лес, где я слышу играющую музыку и чувствую запах, который можно описать только как райский. Чем ближе мы подходим, тем громче становится музыка, и вскоре мы выходим на поляну, где припаркован грузовик с едой и расставлены столы для пикника под сенью деревьев.

Здесь нет сотни людей, но больше пары десятков, большинство из них нашего возраста. Некоторые выглядят как подростки, но все одеты так же, как мы с Джейсом.

— Что ты собираешься заказать? — спрашивает Джейс, когда мы подходим к фургону с едой, и я просматриваю меню, но на нем трудно сосредоточиться, когда, клянусь, вся моя концентрация на моей руке, которую Джейс все еще крепко держит.

— Я не знаю. Что ты будешь?

— Бургер, картошку, газировку.

— Мне то же самое, — я пожимаю плечами, и Джейс подводит нас к окну, где пожилая пара работает внутри грузовика. После того, как мы оформляем заказ, я высвобождаю свою руку из его и беру каждому из нас по газировке из холодильника, затем следую за Джейсом к свободному столику.

— Ты часто приходил сюда, когда был ребенком? — спрашиваю я, оглядываясь по сторонам, когда мы усаживаемся друг напротив друга.

— Когда у нас были деньги, мы с Брайсом приходили сюда пообедать.

— И подцепить девушек, — говорю я, замечая, что на него смотрит не одна женщина.

— И подцепить девушек, — он ухмыляется, и я не могу удержаться от улыбки. Сейчас Джейс привлекательный мужчина, и, держу пари, подростком он был таким же.

— Держу пари, вы, ребята, сводили с ума свою маму.

— Немного, — он тянется через стол, а я отклоняюсь назад, когда его палец приближается к моему лицу. — Не двигайся, — Джейс провел пальцами у меня под глазом, затем по щеке, — загадай желание.

— Что? — я скашиваю глаза, пытаясь разглядеть, что у него между большими пальцами.

— Это ресница. Загадай желание.

О.

Закрыв глаза, я начинаю загадывать то же желание, которое загадывала с тех пор, как моей маме поставили диагноз, затем вспоминаю, что мне больше не нужно этого делать.

— Черт возьми, ты серьезно относишься к желаниям, — я слышу улыбку в его голосе, когда придумываю новое желание, затем наклоняюсь и сдуваю ресницу. — Что ты загадала?

— Я не могу сказать тебе, — говорю я, затем оглядываюсь через плечо, когда называют наш номер.

— Я заберу, — Джейс встает и подходит к грузовику, и я наблюдаю, как все женщины вокруг становятся немного выше. Даже девочки-подростки, которым нечего смотреть на мужчину его возраста, хихикают друг с другом.

Он никого из них не замечает, или, может быть, Джейс просто настолько привык быть в центре внимания, что это его больше не беспокоит. На самом деле, я не могу представить себя на месте Джейса, когда все постоянно ищут моего внимания или одобрения. Когда я впервые встретила его, я бы поклялась, что Джейсу это нравится, когда все постоянно подчиняются его воле, но теперь…

Теперь я не знаю, что и думать о моем фальшивом женихе.

— Тетя Пенни, ты хочешь это? — спрашивает Дэш своим сладеньким голоском, протягивая мне коричневую, почти черную зефирку на палочке. Я не знаю, кто сказал Дэшу, что он должен называть меня тетей Пенни, но когда он впервые произнес это сегодня вечером, я чуть не упала в обморок.

Я знала, что мне придется солгать, но мне кажется неправильным лгать ребенку. Особенно такому милому, как он. Черт возьми, кого я обманываю, я ненавижу лгать всем.

— Конечно, — я наклоняюсь вперед на своем сиденье, осторожно держа в руке бокал красного вина, и забираю у него палку. Как только она оказывается у меня в руках, Дэш направляется обратно к своей бабушке, которая готовит для него новую. К текущему моменту он сделал двенадцать неудачных попыток приготовить идеальный зефир для употребления в пищу. Или, может быть, он просто нарочно разрушает их все, чтобы продолжать играть с огнем, который Дэниел развел, когда солнце начало садиться. Я предполагаю последнее.

— Где Джейс? — этот вопрос от Джанет, я смотрю в ее сторону.

— Он внутри, работает, — я плотнее закутываю плечи в свитер, который на мне.

— Джейс не хочет проводить время со своей невестой и семьей? — она бросает на меня неодобрительный взгляд, как будто это я виновата, что его нет рядом.

— Он сказал, что спустится. Просто у него на работе сейчас происходит что-то важное, на чем он пытается сосредоточиться, — говорю Джанет, затем потягиваю вино.

Ладно, делаю большой глоток. И это не совсем вино — это какая-то смесь Соло, которую приготовили Джанелль и Ева. Что бы это ни было, оно вкусное, и я уже немного навеселе. Не то чтобы я жалуюсь. С тех пор, как мы с Джейсом вернулись сегодня днем, он куда-то пропал. Я хочу разозлиться на него за то, что он бросил меня ради работы, но ведь я на это подписалась, так что, смирившись, извлекаю из этого максимум пользы. И, честно говоря, могло быть и хуже.

Услышав смех людей, я смотрю в сторону пляжа и вижу, что Сэмми, Мэл, Йен, его брат Трой, который выглядит почти как его близнец, но на год моложе его, и Райан, друг Троя, а ни чей-то родственник, — все затеяли игру в волейбол.

— Пенни, присоединяйся к нам, — кричит Сэмми, когда ловит мой взгляд.

— О нет, все в порядке, — я отмахиваюсь на ее предложение.

— Ты должна присоединиться к ним, — взывает Джанелль, и, черт возьми, один ее взгляд заставляет меня сдаться.

— Хорошо, — я ставлю свой бокал на пол рядом со стулом и встаю. — Я должна предупредить вас, ребята, что от меня, вероятно, не будет никакой помощи. В старшей школе я была той, кто играет в группе и театре, а не занимается спортом, — говорю я, направляясь к волейбольной сетке, и все смеются.

— Все в порядке, — Сэмми улыбается мне, когда я занимаю место позади нее и Мэл.

— Ты первый, — Йен бросает мяч Райану, и тот подает его через сетку Сэмми, которая отправляет мяч обратно, а Трой едва удерживает его в воздухе. Мяч направляется к Мэл, и она подпрыгивает, подняв руку в воздух, и отбивает его через сетку, прямо между обоими парнями, где он приземляется к их ногам.

— Ноль-один, — Сэмми танцует и хлопает в ладоши, заставляя меня смеяться.

— Хватит с ними церемониться, ребята, — говорит Йен, и я закатываю глаза, потому что это просто пижонские слова.

Сэмми подает следующей, и Райан с легкостью отбивает мяч от земли, отправляя его через сетку, а когда он уже в воздухе, я понимаю, что он летит прямо ко мне. Сложив руки вместе, я начинаю движение на него, но прежде чем успеваю, Мэл отступает на шаг, отодвигая меня с дороги, и отправляет мяч обратно через сетку.

— Извини, — щебечет она, не глядя на меня, что не приносит ей никакой пользы, потому что Трой мощно бьет по мячу и он перелетает через сетку к ее ногам. Я хочу рассмеяться, но, поскольку для них игра имеет значение, не смеюсь.

По мере того, как игра продолжается, я начинаю чувствовать себя так, как когда мне было девять, и мама записала меня на софтбол. Меня отправили на дальнее поле, где я проводила каждую игру, собирая цветы от скуки.

— Мэл, ты могла бы, по крайней мере, позволить Пенни попытаться достать до мяча, — огрызается Трой, когда Мэл снова пытается достать мяч передо мной, но терпит неудачу и приземляется на четвереньки.

— Она сказала, что не сильна в игре, — фыркает она, отряхиваясь. — Я пытаюсь помочь ей.

— Или выпендриваешься, — Райан качает головой, а щеки Мэл краснеют.

— Хорошо, давайте поменяемся командами, — предлагает Трой, когда ребята выигрывают, затем его взгляд останавливается на мне. — Пенни, иди сюда. Йен, ты займешь ее место.

Я хочу сказать «нет», что собираюсь пересидеть эту игру, но Йен оказывается под сеткой и толкает Сэмми в спину, прежде чем я успеваю. Я обхожу сетку и пытаюсь занять тоже место, которое было на другой стороне, Райан качает мне головой:

— Нет, ты справа.

— Значит, ты хочешь проиграть? — спрашиваю я, а он хихикает.

— Ты первая, — говорит Трой, вкладывая мяч мне в руки, и мои глаза расширяются. — Вот твой шанс, малыш. Просто перебрось его через сетку.

Сомневаюсь, что у меня это получится. Тем не менее, я отступаю назад, поднимаю мяч одной рукой и бью по нему другой. Мяч шокирующе пролетает над сеткой, и Йен отправляет его обратно в Троя, который блокирует его и отправляет на землю в их сторону, что дает нам одно очко. Трой подает, и когда мяч достается Мэл, она смотрит на меня, и я знаю, что ее больше не волнуют, мои слова, что я дерьмово играю.

Она посылает мяч в мою сторону, а я, к счастью, блокирую его, прежде чем он сможет достать меня, и он направляется к Йену. Как и в случае со мной, она встает перед ним, чтобы достать до мяча, но из-за его массы она не в состоянии убрать его с дороги. И чтобы случайно не ударить ее по лицу, он пропускает мяч, и тот падает на землю, принося мне очко. Ладно, очко для нашей команды, но для меня это похоже на личную победу, поэтому я подпрыгиваю.

— Хорошая работа, Пенни! — Сэмми подбадривает, а Мэл свирепо смотрит на нее. — Что? — она пожимает плечами и смеется. — Она молодец.

— Твоя очередь, детка, — Трой бросает мне мяч, и теперь, окрыленная победой, я делаю в точности то, что делала раньше. На этот раз мяч попадает в сетку и летит обратно ко мне. Я пытаюсь поймать его, но не успеваю, и он закатывается под сетку.

— Моя очередь, — Мэл поднимает мяч и подбрасывает его в воздух, прежде чем бросить в мою сторону с такой силой, что звук от ее удара рикошетом разносится по воздуху. У меня нет ни единого шанса, когда мяч летит в меня, и я не успеваю прикрыть лицо, прежде чем он попадает мне в лоб и переносицу.

— О нет, — выдыхаю я, когда струйка теплой жидкости просачивается сквозь мои пальцы, а мои глаза начинают слезиться.

— Черт, — Трой бросается ко мне, стаскивает свою футболку и прижимает ее к моему лицу.

— Думаю, я закончила играть, — говорю я ему, прижимая ткань к своему окровавленному носу, а он смеется.

— Пойдем, раздобудем тебе льда.

— Пенни, ты в порядке? — Сэмми подбегает ко мне трусцой, за ней следуют Райан и Йен, а Трой ведет меня к костру.

— Да.

— Ты чувствуешь, что нос сломан? — Обеспокоено спрашивает Джанелль, а Ева рядом с ней заламывает руки.

— Я так не думаю, — я уверяю ее, хотя понятия не имею, каково на самом деле чувствовать сломанный нос.

— Сядь, я принесу тебе льда, — мягко говорит Трой, и я сажусь на стул, который оставила ранее.

— Ты останешься с ней, а я принесу лед, — Йен похлопывает брата по плечу и убегает трусцой.

— Извини за это, — говорит Мэл, подходя и становясь рядом с Сэмми.

— Все в порядке.

— Запрокинь голову, — приказывает Джанет, нависая надо мной сбоку, и я выполняю. Я едва не поперхнулась, когда почувствовала, как кровь стекает по горлу.

— Дай-ка я посмотрю, — Трой садится передо мной на корточки, хватая меня за запястье. Он медленно стягивает футболку, и его глаза блуждают по моему носу и остальной части лица. — Останавливается.

— Это хорошо, правда? — спрашиваю я, снова прижимая ткань к носу.

— Да, детка, это хорошо, — ухмыляется он.

— Что, черт возьми, произошло? — рявкает Джейс, а я выглядываю из-за плеча Троя и вижу, что он несется в нашем направлении.

— Мэл попала ей по лицу волейбольным мячом, — говорит Трой, вставая, и Джейс поворачивает голову в ее сторону и бросает на Мэл взгляд, от которого я впадаю в панику, хотя он направлен не на меня.

— Это был несчастный случай, — быстро говорю я ему. — И полностью по моей вине.

— Да, — он занимает место Троя передо мной и наклоняется так, что его лицо оказывается напротив моего. — Дай мне посмотреть, — требует Джейс, и я медленно убираю футболку и наблюдаю, как дергается его челюсть.

— Я в порядке, — я вытираю под носом и испытываю облегчение, когда вижу чистое пятно на рубашке, свежей крови почти не осталось.

— Вот, приложи это, — говорит Йен, снова присоединяясь к нам, и передает Джейсу пакет со льдом.

— Спасибо, — я съеживаюсь, затем поднимаю взгляд на Троя и протягиваю ему ткань. — Извини за футболку.

— Все хорошо, — он забирает ее у меня, затем мои глаза поднимаются к лицу Джейса, когда он хватает меня за запястье и поднимает со стула.

Я думаю, мы уходим, поэтому начинаю открывать рот, чтобы пожелать всем спокойной ночи, но следующее, что я помню, он садится на мое место и усаживает меня к себе на колени.

— Джейс, — я пытаюсь пошевелиться.

— Останься, — рычит он мне на ухо, в то время как рукой обхватывает меня за талию.

О боже мой.

— Вот тебе свежий напиток, — Джанелль протягивает мне новую чашку Соло, наполненную почти до краев.

— Это поможет справиться с болью, — Ева подмигивает, и я делаю большой глоток, затем смотрю на Джейса, когда он кладет руку мне на щеку.

— Лучше бы у тебя не было синяка, — ворчит он, осторожно прикладывая лед к моему носу, и я вздыхаю, задаваясь вопросом, что, черт возьми, со мной не так. Я не должна находить это раздражающее заявление милым, точно так же, как мне не должно нравиться сидеть у него на коленях.

Я в полной жопе.

Плывя сквозь сон, который поглотил меня почти в ту же минуту, как моя голова коснулась подушки прошлой ночью, я перестаю дышать, когда осознаю свое затруднительное положение. Стена из подушек, которую я построила, давно исчезла, и мы снова вдвоем лежим, прижавшись друг к другу, посреди кровати.

Откуда берутся все эти объятия, я просто не понимаю. Я никогда не обнимала своего бывшего, даже после секса, и уж точно не спала, положив голову ему на грудь и перекинув через него руку и ногу, как будто боялась, что он исчезнет. Да и он никогда не спал, засунув руку мне в трусы и обхватив мою задницу.

В отличие от вчерашнего, из этой путаницы будет намного сложнее выбраться, не разбудив Джейса. Пока я пытаюсь придумать свой первый ход, я чувствую, как его пальцы подергиваются, затем его грудь поднимается от глубокого вдоха.

О боже, он проснулся. Я знаю это, на бессознательном уровне. Поэтому я делаю то, что сделал бы любой здравомыслящий человек — притворяюсь, что сплю. Джейс долго не двигается, так долго, что я начинаю сомневаться, не ошиблась ли я, и паниковать, затем его рука медленно выскальзывает из моих трусов. С колотящимся сердцем я чувствую, как его теплые губы касаются линии моих волос, заставляя мое сердце забиться еще сильнее. Затем он легко отодвигает меня от себя и, встав с кровати, натягивает одеяло мне на плечи. Когда я слышу, как закрывается дверь ванной и включается душ, я выпускаю задержанный вдох и открываю глаза.

Я не знаю, что это было. Он не был раздражен тем, что мы обнимались, и, казалось, не спешил уходить от меня. И этот поцелуй, что это было? Зачем тебе целовать в макушку свою ненастоящую невесту, когда она спит и никого нет рядом, чтобы увидеть, как ты это делаешь?

Услышав, как звонит мой сотовый телефон, подключенный к розетке на комоде, я вскакиваю с кровати, чтобы ответить, а затем начинаю паниковать, когда вижу, что мама звонит мне по видеосвязи. За последние пару дней я переписывалась с ней пару раз по смс, но она была так занята, бегая с тетей Люси, что мы не смогли поговорить по телефону, что меня устроило.

Оглядываясь по сторонам, я задаюсь вопросом, что мне следует делать. Мама не знает, что меня нет в городе, и я даже не готова объяснить ей эту ситуацию — не то чтобы я когда-нибудь буду готова. Подойдя к глухой стене за дверью, я становлюсь к ней спиной и провожу пальцем по экрану.

— Привет, мам, — я улыбнулась ее хорошенькому личику и испытываю немалое облегчение, увидев, что на щеках у нее больше румянца, чем в последний раз, когда я ее видела.

— Привет, милая, — она улыбается в ответ, но тут же хмурится. — Ты только проснулась?

— Да, — я бросаю взгляд на часы на своем мобильном. — У меня сейчас только начало восьмого, помнишь? Разные часовые пояса.

— О да, — она смеется. — Значит, ты рано встала.

— Я следую твоему совету и стараюсь не тратить все свое время на просмотр телевизора.

— Молодец, — я наблюдаю, как мама выходит на улицу, и вижу голубое небо над ней, когда она садится. — Итак, чем ты занималась?

— Немного тем, немного этим.

— Что это значит?

— Кексик, кинь мне мое полотенце. Я забыл его взять, — зовет Джейс, открыв дверь ванной, и, клянусь, мой желудок уходит в пятки, когда я наблюдаю, как у мамы отвисает челюсть.

— Кексик? — шепчет мама, а я съеживаюсь от нелепого прозвища, быстро хватаю полотенце Джейса с края кровати и бросаю его в сторону ванной.

— Спасибо, — он закрывает за собой дверь после того, как поймал его, и я сползаю на пол.

— Тебе нужно объясниться, юная леди, — шипит мама, и я закрываю глаза.

— Я объясню, но не прямо сейчас, — тихо говорю я, и ее глаза сужаются.

— Почему не прямо сейчас?

— Потому что это слишком сложно объяснить по телефону, — я убавляю громкость, чтобы никто, проходящий мимо за дверью спальни, не услышал.

— У тебя неприятности?

— Нет, — я отчаянно качаю головой. — Вовсе нет. Я просто… — о боже, что я должна сказать? — Я нашла работу, и это мой босс, Джейс. Я сейчас с ним на работе, — шепчу я.

— Твой босс.

— Да.

— И ему нужно, чтобы ты дала ему полотенце, и он называет тебя кексиком?

— Как я уже сказала, это сложно.

— Это что, одна из тех новых сексуальных штучек?

— Что? — я не могу удержаться от истерического смеха, который вырывается наружу.

— Я прочитала статью, в которой люди встречаются, чтобы заняться сексом и поиграть в ролевые игры.

— Боже мой, мам! Фу, нет. Это совсем не так, — я чувствую, как мое собственное лицо вспыхивает. — Он мой босс, и на этой неделе ему понадобилась моя помощь.

— У тебя есть работа?

— Да.

— Почему ты устроилась на работу? Тебе всегда нравилось отдыхать летом. Ты в порядке? Что-то случилось?

— Ничего не произошло. Я просто подумала, что было бы неплохо выбраться из дома, как ты и предлагала.

— Хочешь кофе? — спрашивает Джейс, выходя из ванной в одних баскетбольных шортах, затем его взгляд падает туда, где я сижу на полу. — Что ты там делаешь?

— Разговариваю с мамой, — я смотрю на нее на экране. — Можно я тебе перезвоню?

— Тебе не обязательно прерывать разговор со своей мамой, — мягко говорит Джейс, и я удивляюсь, как я оказалась в такой ситуации. О, точно. Я жадная до денег идиотка.

— Дай мне увидеть его, — просит мама, и я не хочу, правда не хочу, но все равно поворачиваю телефон в его сторону.

— Привет, миссис Бивер, — Джейс дарит ей одну из своих очаровательных улыбок, и, клянусь, я слышу, как она вздыхает.

— Я чувствую себя в невыгодном положении, — говорит мама. — Вы знаете обо мне, но я впервые слышу о вас.

— Пенни, — он издает цокающий звук. — Всегда полна секретов, — он подмигивает мне, и я пристально смотрю на него, слыша мамин смех.

— Она всегда умела держать все в себе, — соглашается мама, и я возвращаю телефон обратно.

— Что ж, теперь вы познакомились. Могу я позвонить тебе, когда у меня будет несколько минут днем?

— Можешь.

— Я позвоню. Я люблю тебя.

— Я тоже тебя люблю, и рада была познакомиться с тобой, Джейс, — кричит она.

— Я тоже, миссис Бивер. — Уронив телефон на пол у бедра, я закрываю лицо руками.

— Ты никогда не говорила мне, что твоя мама больна, — мягко говорит Джейс, убирая мои руки от лица, заставляя меня посмотреть на него. Выражение его лица почти заставляет меня забраться в его объятия. Оно мягкое и наполнено теплом, которого я от него не ожидала. С другой стороны, в нем есть много такого, чего я бы не ожидала.

— Это не так.

— Детка, я знаю, как выглядит человек, прошедший химиотерапию. Бабушка болела несколько лет назад.

— Она болела? — спрашиваю я, и он кивает.

— Мама закончила свое последнее лечение несколько недель назад, и теперь у нее нет рака. В том смысле, что ей нужно пройти какое-то ежемесячное обследование, когда она вернется от моей тети, просто чтобы убедиться, что рак не вернулся, но больше никакой химиотерапии.

— Это хорошо.

— Да, — соглашаюсь я, и он протягивает руку, касаясь моей переносицы. — Синяка нет.

— Слава богу, — я трогаю то место, где была его рука, и обнаруживаю, что оно все еще немного побаливает.

— Как насчет кофе? — спрашивает Джейс, и когда я начинаю кивать, раздается звуковой сигнал, заставляя меня подпрыгнуть.

— Что это было? — я оглядываюсь на окно позади меня.

— Сегодня понедельник, — он встает и протягивает руку. — Сегодня начинаются соревнования.

— Я только что присоединилась к «Голодным играм»? — Я наблюдаю, как он смеется, затем поднимает два пальца и подносит их к губам. — Ты видел этот фильм?

— Конечно, смотрел, — Джейс выводит меня из комнаты на кухню, где все уже встали.

— О, хорошо, вы, ребята, проснулись, — Джанелль подходит и берет меня за лицо, когда улыбается мне, обнаружив, что на мне нет синяков. — Ты готов к началу веселья? — Она наклоняется и целует Джейса в щеку.

— Мне нужно доделать кое-какую работу, так что до вечера с вами, ребята, будет только Пенни.

Черт возьми, эта новость не должна расстраивать меня так сильно, как это происходит.

— Хорошо, милый, — говорит Джанелль, даже не пытаясь скрыть разочарование в голосе.

— Вот, кексик.

Я переключаю свое внимание на Джейса.

— Спасибо, — он передает мне чашку кофе, приготовленного именно так, как я люблю.

— Не за что, кексик, — он опускает подбородок и целует меня в макушку, точно так же, как делал этим утром, когда думал, что я еще сплю. И точно так же, как утром, мое сердце подпрыгивает от счастья.

Черт возьми, как я вляпалась.

Всего пару раз в жизни были ситуации, когда я задавалась вопросами, что я делаю и как я оказалась в этой ситуации. Но за последние несколько дней эти вопросы к самой себе возникали все чаще, я сбилась со счета.

Сегодня утром после завтрака я узнала, что один из первых конкурсов, в котором будут участвовать все семьи, назывался «Спаси детей». Конечно, я задавала вопросы, например, почему детей нужно спасать и от чего мы их спасаем, но Джанелль только смеялась и заверяла меня, что я получу ответы на все вопросы, как только начнется игра. Все, что мне нужно было знать — победитель получит приз. И нет, не гипотетический приз, а настоящий… в форме каноэ.

И вот она я, стою по пояс в воде позади Джанелль, Дэниела, Брайса и Хейли с веревкой в руках. Наша цель — подтянуть к себе каноэ, наполненное детьми, и пересечь финишную черту быстрее, чем команда рядом с нами, и те, кто сделает это первыми, победят. Так будет повторяться снова и снова, пока одна из присутствующих здесь больших семей не уедет с призом.

И в последний день семья, которая выиграет больше всего соревнований, заберет домой гигантский приз, который существует уже много лет и ценится среди всех здесь присутствующих больше, чем Кубок Стэнли.

— Ты готова? — спрашивает Джанет, вырывая меня из моих мыслей, и я замечаю, что она смотрит на меня через плечо.

— Абсолютно готова.

— У нас получится, — Хейли смеется, посылая мне улыбку со своего места позади Брайса, прежде чем повернуться лицом к лодке.

— Готовы! — раздается чей-то крик.

Не отрывая глаз от причала, я наблюдаю, как Джанет выходит на середину и поднимает в воздух что-то похожее на банку с красным стаканчиком на конце.

— Да начнутся игры! — кричит она, нажимая кнопку, и раздается звуковой сигнал.

Я замыкаю нашу группу из пяти человек, в начале двое парней, как и в другой команде. Сжав крепче веревку, я начинаю тянуть изо всех сил. Дети на лодках смеются и подбадривают нас, пока мы тянем их к себе и лодки летят по воде. Все как в тумане, настолько, что у меня даже нет времени подумать о том, что я делаю, прежде чем снова звучит сигнал, и нас объявляют победителями мероприятия. Или победителями этого раунда — неважно. Я подпрыгиваю и обнимаю Джанелль, которая хихикает и подпрыгивает вместе со мной.

— Хорошая работа, — Хейли дает мне пять. — Я же говорила тебе, что это весело.

— Так и есть, — соглашаюсь я, пока мы выбираемся из воды, чтобы другая команда могла занять наше место.

— Джейс много упускает, — тихо говорит Джанелль, и я выдыхаю. Я бы хотела заставить его участвовать, но сомневаюсь, что смогла бы заставить этого человека делать то, чего он не хочет.

— Его потеря — я прижимаюсь своим бедром к ее. — Может он услышит, как мы веселимся, и присоединится к нам.

— Он не участвовал в соревнованиях с тех пор, как учился в старшей школе.

— Серьезно? — я сажусь на скамейку рядом с Джанелль.

— Когда Джейс запустил свой видеоканал, у него не было времени. Потом он поступил в колледж, и времени стало еще меньше, и ты знаешь, как оно сейчас, — Джанелль бросает на меня сочувственный взгляд. — Вот почему я была так счастлива видеть, что он нашел время покатать тебя на гидроцикле и провести его с тобой, — она наклоняется ко мне.

— Джейсу здесь нравится, и он сказал мне, что рад своему приезду, — ладно, на самом деле он этого не говорил, но в каком-то смысле и сказал. Честно говоря, я бы сказала что угодно, потому что не могу видеть выражение ее лица прямо сейчас.

— Я просто надеюсь, что теперь, когда у него есть ты, он сбавит обороты. Деньги важны, но это не самое важное в этом мире.

— Вы правы.

— В этот приезд я вижу, что он ведет себя как прежде, больше, чем за все предыдущие годы, так что, похоже, ты делаешь что-то правильно, — Джанелль обнимает меня за плечи и прижимает к себе, а я впиваюсь ногтями в ладони.

— Джанелль, мне нужна помощь! — зовет Ева и Джанелль вздыхает, прежде чем встать и посмотреть на меня сверху вниз.

— Сейчас вернусь.

— Я буду здесь, — я смотрю, как она уходит, затем сосредотачиваюсь на новой команде, которая в воде, и смеюсь, когда некоторые дети перегибаются через борт лодки, чтобы помочь им двигаться быстрее.

— Привет, Пенни, — я поднимаю руку, чтобы заслониться от солнца, и улыбаюсь Трою, когда он направляется ко мне.

— Привет.

— Как твой нос сегодня? — его глаза изучают мое лицо, и я пожимаю плечами.

— Синяка нет, но все еще немного болит.

— Наверное, так будет пару дней, — он садится рядом со мной. — Итак, Сэмми упомянула, что ты учитель.

— Да. Я преподаю в первом классе.

— Я в девятом.

— Ты тоже учитель? — Я не знаю, почему эта информация меня так удивляет. Может быть, потому, что он не похож ни на одного учителя, который у меня когда-либо был. — Что ты ведешь?

— Естественные науки.

— В самом деле? Я хотела преподавать историю в старших классах.

— Больше не хочешь?

— Не знаю. Сначала я просто хотела выделить некоторое время на то, чтобы освоиться в школьной системе, прежде чем идти до конца. Теперь я нервничаю каждый раз, когда друг рассказывает мне страшную историю об одном из своих учеников в старшей школе.

— Все не так страшно, как люди это представляют. Большинство детей хорошие. Я имею в виду, всегда есть пара, которая ведет себя неадекватно, но я был одним из таких детей, поэтому стараюсь относиться к ним помягче.

— Так, ты один из тех классных учителей, которого все любят.

— Я стараюсь, — мы оба смеемся. — Где ты сейчас работаешь?

— В Модесто. Ты?

— В Стоктоне, — отвечает он.

— Ты из Калифорнии?

— Родился и вырос. Мы с Йеном выросли там. Он уехал после колледжа, но я нашел дорогу обратно.

— Где ты учился в колледже?

— Флорида.

— О, так ты провел четыре года на вечеринках, — я улыбаюсь, когда он смеется.

— Пенни, наша очередь, — говорит мне Джанелль, направляясь к воде.

— Меня вызвали.

— Удачи.

— Спасибо, — я посылаю ему улыбку, затем следую за своей командой и встаю в очередь позади Джанелль.

Когда звучит сигнал, я знаю, чего ждать, поэтому начинаю тянуть вместе со всеми остальными, только я не ожидала, что грязь на дне озера станет в большей степени скользким месивом после того, как так много людей постояло на этом же месте. Мои ноги скользят и соскальзывают по грязи, а между пальцами ног ее густоты почти достаточно, чтобы я отпустила веревку и сдалась.

Когда я вижу, что лодка другой команды почти у финишной черты, я тяну сильнее, поскальзываюсь и ухожу под воду, случайно пытаясь сделать вдох, что вызывает у меня еще большую панику. Брыкаться ногами и использовать руки, чтобы дотянуться до поверхности, мне не помогает. Веревка, которая собралась у моих ног, каким-то образом обвилась вокруг меня и держит в заложниках. Как раз в тот момент, когда я задаюсь вопросом, так ли я умру, меня поднимают из воды.

— Пенни, ты в порядке? — спрашивают люди со всех сторон, пока я кашляю и пытаюсь отдышаться.

— Дайте ей, черт возьми, немного места, — огрызается Джейс, и я моргаю, глядя на его мокрое лицо.

Как он сюда попал? Когда?

— Я… — я кашляю. — В порядке, — говорю я собравшейся вокруг меня толпе и пытаюсь ударить Джейса в грудь за то, что он был резок со всеми, но мне не хватает силы, чтобы он хотя бы это заметил.

— Ты забрала десять лет моей жизни, — Джанелль прижимает руку к груди. — Я даже не знала, что ты ушла под воду, пока Джейс не нырнул.

— Мне жаль.

— Я просто рада, что с тобой все хорошо, — она дотронулась рукой до моих мокрых волос, посмотрела на своего сына. — Я принесу вам двоим полотенца.

— А я принесу тебе воды, — добавляет Хейли, прежде чем последовать за Джанелль.

— Ты можешь опустить меня, — я поднимаю взгляд на Джейса, который все еще прижимает меня к своей груди.

— Я мог бы, но не собираюсь, — Джейс начинает выносить меня из воды к скамейке, на которой я сидела ранее. Я даже не пытаюсь сопротивляться, по выражению его лица очевидно, что он уже раздражен мной.

— Ты в порядке, Пенни? — спрашивает Трой, когда Джейс садится, держа меня на коленях.

— Да, я просто поскользнулась, а потом веревка обмоталась вокруг меня, — сбивчиво объясняю я.

— Твой парень добрался до тебя прежде, чем я успел встать со скамейки запасных, — говорит Трой, похлопывая Джейса по спине. — Откуда ты вообще взялся?

— Держи, Пенни, — вмешивается Хейли, прежде чем Джейс успевает ответить на вопрос, на который я хотела бы услышать ответ, и я улыбаюсь, забирая у нее открытую бутылку воды.

— Так, мы выиграли? — спрашиваю я, сделав глоток.

— Это, блядь, не имеет значения, — Джейс свирепо смотрит на меня.

— Вообще мы выиграли, — говорит Брайс, и Джейс посылает ему убийственный взгляд. — Просто говорю, — он пожимает плечами, ничуть не беспокоясь.

— Хотя бы так, — бормочу я, и Трой смеется, но Джейс продолжает сердито смотреть на меня, не находя ничего смешного в этой ситуации.

— Вот, вы двое, идите, — Джанелль подходит, протягивая мне два полотенца, и я слезаю с колен Джейса, несмотря на то, что он усиливает хватку. Сев на скамейку рядом с ним, я начинаю сушить волосы. Мои глаза расширяются, когда я вижу, как Джейс достает свой сотовый из кармана шорт, которые на нем надеты.

— Пожалуйста, скажи мне, что он водонепроницаемый, — шепчу я, когда он кладет его на скамейку между нами.

— Да, — он скидывает ботинки и носки, заставляя меня понять, что Джейс бросился спасать меня, полностью одетый. Эта информация вызывает у меня странное чувство в груди, но я игнорирую ее.

— Я думала, ты работаешь? — говорю я, когда все расходятся.

— Это твой способ сказать спасибо за спасение жизни?

— Со мной все было бы в порядке.

— Да, детка, я уверен, чертов Трой был бы счастлив спасти тебя.

— Что это значит? — спрашиваю я, чувствуя, как брови сходятся на переносице.

— Ничего, — Джейс качает головой, стягивая рубашку через голову. Черт, ну когда я привыкну видеть его без рубашки? Я никогда не была особым поклонником татуировок — не то чтобы я против них, просто они никогда не были моей слабостью… до него.

— Ты собираешься пересидеть следующий раунд? — спрашивает Хейли, когда раздается звуковой сигнал, и я отрываю взгляд от тела Джейса, чтобы посмотреть на нее.

— Н…

— Да, — перебивает меня Джейс, и я поворачиваюсь, чтобы свирепо посмотреть на него, прежде чем снова посмотреть на Хейли.

— Нет, я присоединюсь.

— Кексик, ты не…

— …буду делать то, что мне говорят? — я прерываю его кивком головы. — Ты прав. Я совершенно не собираюсь этого делать, — говорю я, и Хейли улыбается.

— Ты чуть не утонула! — рычит он.

— Я в порядке, и если ты так беспокоишься обо мне, ты можешь присоединиться к нам, — я встаю, и Джейс испускает поток ругательств, поднимаясь со скамейки.

— Где остальная часть твоего костюма? — огрызается он, пытаясь обернуть меня своим полотенцем.

Я отталкиваю Джейса и тычу пальцем ему в грудь.

— Помнишь наш разговор о том, что ты заставляешь меня чувствовать себя неловко?

— Твоя задница на улице, — он хмуро смотрит на меня сверху вниз, и я оглядываюсь по сторонам. Каждая женщина здесь одета в купальник, похожий на мой, у некоторых даже меньше материала и он гораздо более откровенный.

— Я ношу не меньше, чем кто-либо другой.

— Ты не они.

На кончике языка так и вертится сказать Джейсу, что я не принадлежу ему, но я чувствую, как люди наблюдают за нами, и я знаю, что если они наблюдают, то они слушают.

— Тебе просто придется смириться с этим, — выдавливаю я сквозь стиснутые зубы, прежде чем броситься к Джанелль, которая разговаривает с Евой.

— Все в порядке? — спрашивает Ева, читая выражение моего лица, когда я присоединяюсь к ним.

— Просто замечательно, — я заставляю себя улыбнуться, и она заглядывает мне через плечо.

— О, Джейс увидел твой купальник.

— Что не так с ее купальником? — спрашивает Джанелль, оглядывая меня. — Я думаю, он очень подчеркивает достоинства.

— Ты видела спину, милая сестренка? — спрашивает Ева, и жар поднимается по моей шее к щекам. — Не смущайся. — Ева хватает меня за руку. — Ты выглядишь потрясающе. Мужчины просто склонны становиться неандертальцами, когда влюбляются.

— Он не… — я оборвала себя, потому что как раз собиралась сказать, что он в меня не влюблен. — …всегда был неандертальцем, — я вздыхаю, и Джанелль смеется, беря меня под руку, когда мы направляемся к воде.

Лежа в постели, я уставилась в темный потолок и молча молю свой разум отключиться, чтобы уснуть. Я была измотана. Мое тело устало после событий дня, и даже моему мозгу нужен перерыв от чрезмерных размышлений. И все же, кажется, я не могу заснуть. И то, что мужчина, который, оказывается, является причиной всех моих проблем, мирно спит рядом со мной, не помогает.

Этим утром Джейс не сразу вернулся домой к работе, как я догадываюсь после нашей стычки. Нет, он оставался рядом и даже присоединялся к нам каждый раз, когда нам снова приходилось заходить в воду. И хотя он не жаловался вслух, я уверена, что он был раздражен, что только еще больше заставляло меня злиться на него.

Когда все было посчитано и готово, были объявлены победители, которыми, кстати, были не мы. Затем я отошла, чтобы посидеть в одиночестве. Мне нужно было поговорить с самой собой. Нужно было напомнить себе, что у нас с Джейсом нет настоящих отношений, поэтому какие бы проблемы у него ни были, они не мои, а его. Только моя передышка длилась недолго. Сэмми присоединилась ко мне вместе с Троем, а потом подошел Джейс, чтобы сообщить, что он возвращается к работе.

Прежде чем я успела сказать «ладно, развлекайся», он схватил мое лицо и поцеловал так сильно, что моим губам стало больно, когда он отстранился.

Поцелуй не был похож ни на один из тех, что у нас был. Он был наполнен тем, что я могла описать только как гнев, и это смутило меня больше, чем все остальное.

После этого я не видела Джейса до конца дня, даже за ужином. Но не раз я чувствовала, что кто-то наблюдает за мной, а когда поднимала взгляд на дом, то видела его тень, очерченную в окне верхнего этажа.

Типа… что, черт возьми, это было?

Итак, я лежала без сна последние… Я не знаю, сколько часов, после того, как притворилась спящей, когда он, наконец, лег в постель. И тот факт, что Джейс может спать так, будто ему ни о чем в мире не нужно беспокоиться, только еще больше раздражает меня.

Может мне поможет немного свежего воздуха проветрить голову? Я встаю с кровати, затем хватаю свой свитер с обратной стороны двери и выхожу из комнаты. В доме тихо и темно, когда я выхожу в холл, прокрадываясь на цыпочках на кухню, и тихонько приоткрываю заднюю дверь. Надевая свитер поверх моего комплекта с шортами для сна, я спускаюсь по ступенькам и направляюсь к воде. Когда все спят, тишина окутывает меня, и чувство, которое весь день сидело у меня в животе, начинает исчезать.

Добравшись до конца причала, я сажусь, затем откидываюсь на спину и смотрю в ночное небо. Звезды кажутся еще ярче, когда луна — всего лишь полоска на небе, и все огни выключены, и хотя звуки людей вокруг никак не влияют на твое зрение, насколько знаю, я как будто вижу их более отчетливо, находясь здесь в одиночестве.

Когда я слышу шаги по деревянным доскам, на которых лежу, я запрокидываю голову, чтобы посмотреть, кто идет, и мышцы моего живота напрягаются, когда я замечаю Джейса, идущего ко мне.

Отлично.

Он не произносит ни слова, когда садится, и я тоже. Затем Джейс ложится назад в ту же позу, что и я.

— Не можешь уснуть? — спросил он через минуту, а я глубоко вздохнула.

— Да, — выдохнула я.

— Что не дает тебе уснуть?

— Ты, — говорю я, не задумываясь, и его пальцы, которые только что касались моих, дергаются.

— Почему? — спрашивает он после долгой паузы, и я качаю головой.

— Вообще много причин.

— Назови их.

— Во-первых, комментарий о моем купальнике был неуместен. Затем ты изобразил, что тебе пришлось присоединиться к своей семье, хотя никто тебя не заставлял. И… И тот поцелуй, который ты подарил мне перед тем, как исчезнуть.

— Я был придурком, сказав что-либо, кроме того, что ты потрясающе выглядишь в этом купальнике, — тихо говорит Джейс, и мои мышцы напрягаются. — И я не расстраивался из-за того, что проводил время со своей семьей. Ты до смерти напугала меня, когда ушла под воду и не вынырнула сразу. Я все время после этого волновался, что это повторится, — он делает паузу. — И… Я видел, что Трой все время рядом с тобой.

— Трой? — я поворачиваю голову, чтобы посмотреть на Джейса, задаваясь вопросом, какое отношение ко всему этому имеет Трой.

— Его глаза постоянно следят за тобой, Пенни.

— Тебе мерещится всякое, — я закатываю глаза.

— Бьюсь об заклад, к тебе постоянно пристают, а ты, блядь, понятия не имеешь, что это происходит.

— Не имею.

— Верно, — бормочет он.

— Не имею, — повторяю я для пущей убедительности и потому, что не хочу, чтобы последнее слово осталось за ним. — И Трой совсем не в моем вкусе.

— А кто твой типаж?

Ты. О боже мой, откуда, черт возьми, взялась эта мысль?

— У меня его нет, — быстро говорю я, садясь, и он садится вместе со мной.

Разминая ноги, я смотрю на темную воду.

— Ты когда-нибудь купалась нагишом?

— Что? — я издаю долгий вздох, когда смотрю на Джейса, смена темы застает меня врасплох.

— Ты когда-нибудь купалась голой? — повторяет Джейс.

— Нет.

— Пошли.

— Ты это не серьезно.

— Конечно, серьезно, — он встает и снимает рубашку через голову.

— Что ты делаешь? — я оглядываюсь по сторонам.

— Ты идешь? — Джейс стягивает шорты с бедер, и у меня перехватывает дыхание, когда я вижу его всего. И я действительно имею в виду всего… его. — Мои глаза выше, кексик, — он цокает языком, и мои щеки горят. — Давай! — кричит он, прежде чем нырнуть в воду, и я вскакиваю на ноги и ищу его.

— Джейс? — я зову его, когда он не выныривает через пару секунд. — Джейс! — я начинаю паниковать и оглядываюсь по сторонам, но здесь нет никого, кто мог бы мне помочь.

— Ты все еще одета, — он появляется внезапно, хватаясь за край причала, и я прижимаю руку к своему колотящемуся сердцу.

— Ты меня напугал.

— Давай. Вода классная.

— Я не…

— Пенни, жизнь одна, — говорит он, и будь я проклята, если это утверждение не сработает.

С тех пор, как я была маленькой, моя мама всегда говорила: «Живешь только один раз, Пенни, и никто не уходит из этого мира живым, так что тебе лучше наслаждаться каждым моментом, который у тебя есть».

— Ладно, — с колотящимся сердцем я снимаю свитер, пока он наблюдает, затем начинаю поднимать майку, но останавливаюсь, когда чувствую, как его взгляд прожигает открытую кожу моего живота. — Отвернись.

— Хорошо, — смеется Джейс, отворачиваясь от меня.

Я раздеваюсь быстрее, чем когда-либо в своей жизни, затем прыгаю в воду и даже не успеваю запаниковать, как его руки обхватывают меня и он прижимает меня к своему теплому телу.

— Лжец. Здесь холодно! — я задыхаюсь, убирая с лица холодные мокрые волосы.

— Ты привыкнешь. Держись за меня, — приказывает Джейс, прежде чем отплыть подальше от причала.

— Не могу поверить, что я делаю это, — тихо говорю я, когда он перестает плыть.

— Прикольно быть плохим, — ухмыляется Джейс, и все, что я могу сделать, это покачать головой.

— Скольким девушкам ты это говорил?

— Ни одной, — его пальцы скользят по моей спине, и я прижимаюсь грудью к его груди, наслаждаясь теплом. Когда я чувствую, как его твердый член прижимается к моему животу, мои внутренности скручиваются в узел.

— Джейс.

— Пенни, — его пальцы скользят вверх по моей спине, заставляя мурашки распространяться по моей коже подобно приливной волне.

— Что ты делаешь?

— Думаю о том, чтобы поцеловать тебя.

— Мы не должны, — шепчу я, глядя ему в глаза, и его взгляд опускается к моим губам.

— Я думаю, мы оба знаем, что хотим этого, — он наклоняется и проводит своей нижней губой по моей.

— Это не значит, что это было бы умно.

— Возможно, это самый умный поступок, который я когда-либо совершал в своей гребаной жизни, — говорит Джейс, накрывая мой рот своим, и я смело погружаюсь в поцелуй, склонив голову набок.

Наши тела сливаются воедино, когда наши языки сплетаются, и я делаю то, что хотела сделать уже несколько дней, запускаю пальцы в его густые волосы. Когда Джейс отрывает губы от моих, я издаю разочарованный всхлип, потом вырывается стон, когда зубами Джейс прикусывает кожу моей шеи и спускается к вершинам моих грудей.

— Черт, я одержим ими, — он поднимает верхнюю половину моего тела из воды с такой силой, что я задаюсь вопросом, может ли он коснуться дна здесь. Затем теплыми губами Джейс обхватывают мой сосок, и все, что находится вне его рта на мне, перестает существовать.

Обхватив его ногами, я откидываю голову на плечо и впиваюсь пальцами в его тело, наслаждаясь ощущением того, как Джейс в полной мере пользуется отсутствием одежды и окружающей нас темнотой. Я должна была знать, что у него это хорошо получится…

Хотя мне не стоит знать, насколько он хорош в этом.

В голове у меня полный сумбур, и, словно Джейс знает, что я слишком много думаю, вновь находит ртом мой, и я перестаю думать вообще. Вместо этого я отбросила все и просто наслаждаюсь его вкусом и ощущением теплой кожи на моей. Как кто-то может быть таким твердым, но таким нежным — загадка, которую я сомневаюсь, что когда-нибудь разгадаю.

Когда раздается хихиканье и всплеск, я отстраняюсь от Джейса с широко раскрытыми глазами и колотящимся сердцем.

— Что это было? — я тяжело дышу.

— Кому-то пришла в голову та же идея, что и нам, — тихо говорит он, и я пытаюсь вглядеться в темноту, чтобы увидеть, кто это.

— Йен, из-за тебя у нас будут неприятности! — я слышу женский крик, и мои глаза расширяются еще больше.

— Думаю, это Мэл, и, очевидно, она с Йеном, — говорю я, крепче прижимаясь к Джейсу, когда он начинает молча подплывать к причалу.

— Наверное, они встречались много лет, — он улыбается, видя, как я хмурюсь. — Что?

— Она сказала, что влюблена в тебя. Или, по крайней мере, Сэмми сказала мне это. Еще она прямо сказала мне, что считает тебя сексуальным.

— И?

— Как она может влюбиться в тебя и переспать с кем-то другим?

— Во-первых, я здесь со своей невестой, так что она знает, что у нее нет шансов. И даже если бы меня здесь не было с тобой, она не в моем вкусе.

— Она красивая.

— Нет, ты красивая. Она обычная.

— Да, точно, — бормочу я, и он перестает плыть.

Взяв руками мой подбородок, он смотрит мне в глаза… и разрушает меня.

— С твоими формами, волосами и индивидуальностью, Пенни, нет никакой конкуренции.

Черт возьми, Джейс умеет подбирать слова, и это плохо. Действительно, действительно плохо. Последнее, что мне нужно, — это влюбиться в своего ненастоящего жениха.

— Как ты думаешь, мы сможем выбраться отсюда так, чтобы они не узнали? — спрашиваю я, потому что сменить тему и притвориться, что его заявление не произвело на меня никакого эффекта, — самое разумное, что можно сделать прямо сейчас.

— Зависит от того, насколько тихой ты можешь быть, — говорит Джейс, и в его голосе звучит… разочарование?

— Очень, если это означает, что больше никто не увидит меня голой, — этот комментарий вызывает у меня озорную улыбку, от которой поджимаются пальцы на ногах.

— Я отнесу тебя на берег с противоположной стороны причала, затем возьму нашу одежду и встретимся там.

— Хорошо, — я помогаю, как могу, пока мои ноги не касаются дна, а затем прячусь, пока Джейс уплывает. Я наблюдаю за ним со своего наблюдательного пункта, когда он хватает нашу одежду, затем почти смеюсь, когда Джейс плывет обратно ко мне, держа ее над головой. Можно только догадываться, почему Йен и Мэл его не видят. С другой стороны, судя по тому, что я слышу, они полностью отвлечены тем, что делают.

Как только Джейс возвращается ко мне, я беру свою одежду и встаю, чтобы надеть майку, затем выхожу из воды, чтобы надеть шорты. Мои зубы начинают стучать, когда прохладный воздух касается моей влажной кожи, и Джейс бросает на меня обеспокоенный взгляд.

— Давай отведем тебя внутрь, — он помогает мне надеть свитер, затем обнимает меня, и я прижимаюсь к Джейсу, чтобы впитать тепло.

— Кажется, я что-то слышала, — говорит Мэл; я замираю на месте и смотрю на Джейса с колотящимся сердцем.

— Здесь никого нет. Не прекращай сосать, — стонет Йен, и я не могу сдержать вырывающийся смешок.

— Боже мой, здесь кто-то есть! — кричит Мэл, а я разражаюсь смехом. Мы с Джейсом, держась за руку, бежим к дому так быстро, как только можем.

Дрожа, я вхожу в раздвижную стеклянную дверь перед Джейсом и жду, пока он закроет ее за нами. В доме так же тихо, как и тогда, когда я уходила, поэтому стараюсь, чтобы мои шаги были легкими, пока мы проходим через кухню и идем дальше по коридору. Я уверена, никто не усомнится в том, что мы оба бодрствуем, и даже не удивится, почему мы оба такие мокрые. Тем не менее, даже мысли о встрече с его мамой или папой, когда я знаю, что мои губы распухли, а соски все еще покалывает, достаточно, чтобы сердце учащенно билось.

Закрыв за собой дверь, когда мы входим в нашу спальню, Джейс прижимается к моей спине своим большим телом, затем губами касается моего уха.

— Душ.

Все еще стуча зубами, я киваю, и он обходит меня по направлению к ванной, пока я останавливаюсь, чтобы достать из сумки свежую одежду и полотенце.

Я захожу в ванную мгновение спустя, когда Джейс включает душ, и застываю на месте, когда понимаю, что он голый. При включенном свете я могу видеть все гораздо четче, чем снаружи.

Боже мой.

— Ммм, — я начинаю отступать, и Джейс поворачивается ко мне лицом, его глаза сканируют мои.

— Мы просто примем душ, так что убери это испуганное выражение с лица, Пенни, — шепчет Джейс, забирая вещи из моих рук и бросая их на стойку.

— Вместе? — это такой глупый вопрос, но, тем не менее, я чувствую, что нуждаюсь в подтверждении.

— Бабушка прямо там. Если мы сделаем еще что-нибудь, она проснется и начнет колотить в дверь, — Джейс стаскивает мой свитер с плеч, а я позволяю ему упасть на пол. — Это всего лишь душ, — он перемещает руку к нижнему краю моей майки и ждет, «отправив мяч в мою сторону». Прикусив губу, я киваю. Джейс скользит вверх тыльной стороной пальцев по моему животу, когда поднимает майку над моей головой. Мои соски, которые и так уже затвердели, болезненно напрягаются под прохладным воздухом и его пристальным взглядом, и, даже зная, что мне не следует этого делать, я снимаю шорты.

Я захожу в душ первой, и горячая вода почти причиняет боль моей чувствительной коже, но я благодарна, что она отвлекает мое внимание, когда мы оказываемся в маленьком пространстве. Закрыв глаза, я позволяю воде стекать по мне, затем моргаю и открываю глаза, когда чувствую, как Джейс прижимается ко мне спереди, его руки в моих волосах, и я чувствую запах своего шампуня.

Мы оба молчим, пока он моет мне волосы и ухаживает за ними, и ни один из нас не произносит ни слова, пока Джейс мыльными руками блуждает по моему телу, а я отвечаю взаимностью.

Знаю, что мы ходим по краю, никто из нас не должен пересекать черту, но я настолько потерялась в похоти, которая окутывает меня в течение нескольких дней, что трудно вспомнить, почему мы не должны переступать через нее. Я не знаю, кто кого целует первым, но наши губы находят друг друга, и Джейс прижимает меня к стенке душа. Как и раньше, я наслаждаюсь ощущением его тела, прижатого к моему, и когда Джейс сжимает мою грудь, стон желания вырывается из меня, а Джейс проглатывает его. Затем Джейс перемещает между нами свою большую ладонь, и мои бедра дергаются, когда он двумя пальцами раздвигает мои половые губы.

— О, черт, — тихо стонет Джейс, прижимаясь лбом к моему плечу, когда обнаруживает, что я мокрая.

Измученная и на взводе, я прижимаюсь к его руке, и Джейс играет с моим клитором с такой точностью, что я знаю, если бы он не поддерживал меня, я была бы на полу в душе. Когда Джейс входит в меня двумя толстыми пальцами и вновь накрывает мой рот поцелуем, поглащая стон, мои внутренности сжимаются.

Теряя самообладание, я обхватываю рукой его толстую длину и сжимаю, когда тяну вверх, затем снова скольжу вниз. Его дыхание смешивается с моим, и мы вдвоем ласкаем друг друга, как будто участвуем в гонке, кто первым доведет другого до оргазма.

У меня начинает покалывать кожу головы, и дыхание замирает, когда Джейс большим пальцем обводит мой клитор, и вот так просто, мне конец. Мое лоно пульсирует вокруг его пальцев, я чувствую, как Джейс прижимается бедрами к моим, а тепло разливается по моему животу.

Сама не своя и теперь совершенно обессилев, я даже не могу помочь ему привести нас в порядок. Я полностью бесполезна, когда мы выходим из душа. К счастью, Джейс кажется не возражает помочь мне вытереться и надеть пижаму.

Пока Джейс надевает боксеры, я падаю на кровать и натягиваю одеяло на плечи, клянусь, я слышу его смех. Сквозь сомкнутые веки я вижу, как гаснет свет, и мгновение спустя я чувствую, как кровать прогибается, когда Джейс забирается ко мне под одеяло.

— Иди сюда, — шепчет он, притягивая меня к своей груди, и я прижимаюсь к нему, как сонный котенок. — Ты, кажется, в порядке, — он скользит рукой по моей спине.

— Уверена, что завтра буду переживать из-за того, что произошло, но я слишком устала, чтобы делать это прямо сейчас.

— У меня есть к тебе предложение, — Джейс скользит рукой по задней части моих штанов, и обхватывает ладонями мою задницу.

— Если ты предложишь мне деньги за то, чтобы я переспала с тобой, Джейс, клянусь, твоя мама никогда не найдет твое тело, — устало говорю я, и он смеется.

— Мы оба знаем, что мне не нужно платить тебе за то, чтобы ты переспала со мной, Пенни, — Джейс впивается пальцами в мою кожу. — Ты хочешь переспать со мной, а я хочу трахнуть тебя, вот почему я предлагаю нам раскрыть карты, чтобы это не значило.

Зарываясь лицом в его грудную клетку, я думаю о предложении Джейса. Как и все остальное, что я делала на этой неделе, вероятно, было бы глупо соглашаться с ним. С другой стороны, какой смысл бороться с этим, когда любая защита, которую я строила, разлетелась вдребезги, хотя он даже не предпренимал для этого попыток?

И это моя последняя мысль перед тем, как я засыпаю, не ответив.

— Кто-нибудь может мне объяснить, почему сейчас все женщины сидят у озера, покрытые грязью? — спрашивает Дэниел, входя в кухню через раздвижную стеклянную дверь.

Я смотрю на Джанелль, а она смеется.

— Моя кузина Мередит клянется, что вчера, после того как она намазала лицо грязью, ее кожа стала более гладкой, чем была за последние годы. Она рассказала об этом всем сегодня утром, и теперь они все пробуют ее метод.

— Вы, женщины, чертовы психи, — бормочет он, качая головой.

— Женщины — чертовы психи! — Дэш выкрикивает свое согласие из-за стола, и я хихикаю над выражением «о, черт» на лице Хейли.

— Извини, — говорит Дэниел Хейли, затем смотрит на Дэша. — Мы так не говорим, приятель.

— Хорошо, — Дэш вздыхает, как будто расстроился.

— Как дела с чили? — спрашивает он, подходя к плите, где стоит Джанелль.

— Думаю, у нас есть реальный шанс победить в этом году, — она улыбается ему через плечо, и Дэниел целует ее в макушку. — Мне просто нужно добавить халапеньо, как только Пенни закончит их резать, а затем мы оставим все тушиться, пока не придет время есть.

— Пахнет восхитительно, — говорит он ей, затем переводит взгляд с Хейли на меня. — Где мои сыновья?

— Брайс отправился на прогулку с Харпер, — отвечает Хейли, даже не глядя на Дэниела, и его взгляд останавливается на мне.

— Джейс все еще работает, — я пожимаю плечами, предполагая, что это правда. Этим утром, когда я проснулась, его не было со мной в постели. Когда я пришла на кухню, там его тоже не было. В конце концов, я спросила Джанелль, знает ли она, где он, и она сказала мне, что Джейс в ее библиотеке наверху. Изначально из любопытства, потому что я понятия не имела, что у нее есть библиотека, а также просто желая увидеть его своими глазами, я приготовила для Джейса чашечку кофе и нашла его именно там, где сказала Джанелль.

Джейс стоял у окна и разговаривал по телефону спиной ко мне, поэтому я не стала его беспокоить. Я поставила кофе на стол и ушла прежде, чем он узнал, что я заходила. Или, может быть, правда в том, что я ушла до того, как он смог отмахнуться от меня, как будто я не важна. Потому что я уже чувствую, что это так, особенно после того, что произошло прошлой ночью, и того, что он даже не зашел выпить кофе этим утром.

Я просто продолжаю напоминать себе, что то, что Джейс довел меня до оргазма и сказал, что хочет переспать со мной, не значит, что все изменилось. Это не какая-то сказка или одна из книг, которые так полюбились маме во время ее лечения.

Неважно. Я не собираюсь париться по этому поводу. Я весь день была занята тем, что помогала Джанелль готовиться к одному из сегодняшних конкурсов, а именно приготовление чили, а сегодня вечером состоится викторина, в которой я с нетерпением жду возможности поучаствовать.

— Все готово, — я передаю Джанелль разделочную доску, затем иду к раковине вымыть руки. Когда мои пальцы начинают гореть под теплой водой, я включаю холодную и начинаю паниковать, потому что жжение не проходит. По правде говоря, становится только хуже.

— Что не так? — спрашивает Джанелль, а я смотрю на свои руки, которые становятся ярко-красными.

— У меня такое чувство, будто они в огне, — говорю Джанелль, и мой взгляд устремляется на Дэниела, когда он чертыхается. — Что?

— Ты не надела перчатки.

— Что?

— Масло халапеньо может вызвать ожоги. Нужно было надеть перчатки.

— Ты не говорил мне, что мы должны были носить перчатки, — Джанелль хватает мои руки и подносит их к своему лицу, чтобы осмотреть.

— Все это знают, — говорит Дэниел, и Джанелль бросает на него взгляд, который заставляет его поднять руки. — Дайте мне немного алкоголя.

— Не нужно напаивать ее прямо сейчас. Поехали в больницу.

— Я не буду давать ей алкоголь. Ей нужен спирт для растирания, чтобы удалить масло перца с кожи, — он вздыхает.

— Ааа, — она кивает. — Хорошо, давай попробуем, — ее взгляд останавливается на мне. — Ты в порядке?

— Да, — вру я, потому что она, кажется, напугана больше, чем я, а мои чертовы руки горят.

— Вот, — Дэниел возвращается на кухню с маленьким полотенцем и бутылочкой спирта для протирания. — Держи руки над раковиной.

Я протягиваю руки, и Дэниел смачивает обе мои ладони жидкостью. Я тру их друг о друга, затем он смачивает полотенце еще спиртом, оставляя меня вытирать им руки. Сразу становится легче, за что я очень благодарна, но под моим кольцом кожа краснее и раздраженнее, чем на остальных частях. Я снимаю его и тру там, где металл удерживал масло на коже.

— Я думаю, тебе придется оставить это, пока краснота не спадет, — говорит мне Джанелль, забирая у меня кольцо и кладя его на подоконник. — Твои руки чувствуют себя лучше?

— Определенно стало лучше, чем было, — я смотрю на Дэниела, — спасибо.

— В любое время, но, девочка, мне правда нужно знать, ты всегда так подвержена несчастным случаям. Сначала мяч в лицо, потом чуть не утонула, а теперь это? — он оглядывает меня. — Может быть, нам нужно завернуть тебя в пузырчатую пленку.

— Похоже, здесь действительно есть закономерность, — Джанелль вздыхает.

— Надеюсь, больше ничего не случится, — я улыбаюсь им двоим. Честно говоря, похоже, это карма возвращается, чтобы укусить меня за задницу за то, что я солгала им и всем остальным.

— Почему здесь пахнет, как на спиртовом заводе? — спрашивает Джанет, заходя на кухню.

— С Пенни произошел небольшой несчастный случай, — отвечает ей Джанелль, и она смотрит на меня.

— Еще один? Что случилось на этот раз?

— Мы не знали, что нужно надевать перчатки, когда режешь халапеньо, — отвечает Джанелль, прежде чем успеваю я.

— Что значит, ты этого не знала? Все это знают, — говорит она, и я наблюдаю, как Дэниел бросает на Джанелль взгляд «Видишь? Я же тебе говорил».

— В любом случае, ты поздно проснулась, мам. Ты хорошо спала? — спрашивает Джанелль свою маму, и мои мышцы напрягаются, когда глаза Джанет встречаются с моими.

— Я прекрасно спала, пока что-то не разбудило меня около часа ночи, и после этого я не могла снова уснуть.

О боже, мои уши начинают гореть сильнее, чем когда-либо горели мои руки, и я начинаю опускать голову, чтобы скрыться из-под ее пристального взгляда, но вместо этого я поворачиваюсь и смотрю на Хейли, когда она хихикает.

— Прости, — она притворяется, что кашляет, когда все смотрят на нее. — У меня запершило в горле.

— Что тебя разбудило? — спрашивает Джанелль, заваривая свежий кофе, поскольку уже больше двенадцати, а утренний давно закончился.

— Я не знаю, но звучало это как умирающий кот.

— О боже мой, — Хейли смеется, и, клянусь, я испытываю сильное искушение выбежать за дверь и выброситься с балкона.

— В самом деле? Это странно. Я здесь не видела ни одной кошки, — говорит Джанелль, а я начинаю мыть посуду, так словно мне платят за то, чтобы я была уверена, что тарелки достаточно хороши для королевской семьи.

— Тебе не нужно мыть посуду, Пенни. Ее можно просто отправить в посудомоечную машину, — кричит Хейли, а я удивляюсь, как я вообще могла подумать, что она мне нравиться, когда очевидно, что она злая.

— Спасибо, — говорю я, взглянув в сторону Хейли, и она одаривает меня широкой улыбкой.

— В любое время, — Хейли встает, подхватывая Дэша. — Я собираюсь отвести этого парня вздремнуть.

— Не буду спать, — Дэш запрокидывает голову и начинает брыкаться. — Я не устал.

— Хорошо, мы не будем спать. Мы просто посмотрим мультик.

— Хорошо, — радостно говорит Дэш, обнимая Хейли за шею, и она закатывает глаза.

— Во сколько мы будем есть чили? — спрашивает Дэниел, когда они выходят из кухни.

— Думаю, все договорились на пять. Столы уже накрыты, так что нам просто нужно переложить ингредиенты в мультиварку, когда все будет готово, и убрать.

— Хорошо, тогда я собираюсь вытащить лодку, — он оглядывает кухню. — Кто-нибудь хочет порыбачить?

— Я пойду, — говорю я, когда никто больше не предлагает присоединиться к нему.

— Правда? — он с сомнением смотрит на меня.

— Конечно, я никогда раньше не рыбачила, но всегда хотела попробовать.

— Хорошо, тогда давай я подготовлю удочки, и ты встретишься со мной в лодочном домике, когда закончишь здесь.

— Отлично, — я смотрю, как Дэниел направляется к двери, и чувствую, что Джанелль приближается.

— Ты этого не знаешь, но только что ты сделала его день лучше.

— Чудно, — тихо говорю я, и выражение лица Джанелль смягчается; она прижимается затылком к моему плечу.

— Я закончу с этим. Ты иди, надень какую-нибудь обувь, — она отводит меня от раковины, и я вытираю руки, прежде чем направиться в свою комнату.

Когда я возвращаюсь на кухню через несколько минут, там пусто. Я нахожу Джанелль и Джанет сидящими на крыльце, так что я прощаюсь с ними обеими, а затем спускаюсь по лестнице. Когда я иду к лодочному домику, клянусь, я чувствую на себе чей-то взгляд, но не оборачиваюсь, чтобы посмотреть, вдруг я увижу Джейса, наблюдающего за мной из окна верхнего этажа.

Хотя мне очень, очень этого хочется.

— Не могу поверить, что еще раз у тебя попалась рыба, — Сэмми смеется, когда я начинаю наматывать леску.

— Мы должны пригласить тебя на соревнование по рыбной ловле, — Йен хватает сачок с сиденья, куда положил его ранее.

— Просто новичкам везет, — ворчит Мэл, и я даже не смотрю на нее. Или, может быть, это я не могу смотреть на нее после того, что услышала прошлой ночью.

— Ты просто завидуешь, — Трой забирает сачок у Йена и перегибается через борт лодки, чтобы помочь мне вытащить рыбу.

— Ты собираешься вытащить этот крючок? — спрашивает Дэниел, и наматывает свою леску, а я качаю головой.

— Нет, я позволю вам это сделать, — говорю я ему, и он смеется.

— Говорю тебе, как говорил своим мальчикам. Хочешь порыбачить, сам насади наживку на крючок и сам снимай рыбу.

— Я не уверена, что это хорошая идея. Я, острые предметы, скользкая рыба и много воды могут привести к катастрофе.

— Это правда, — бормочет он, и я смеюсь, когда Трой переносит мою рыбу на лодку. Я отступаю назад, когда она начинает барахтаться у моих ног, но я не прыгаю, как в первый раз. Теперь я знаю, что лодка может быть большой, но она все равно качается на воде, когда ты кричишь и бегаешь вокруг.

— Мы оставим ее или выбросим обратно? — спрашивает Йен, вынимая крючок изо рта рыбы.

— Выброси. Если мы вернемся домой с полным холодильником рыбы, Джанелль может убить меня.

— Понял, — Йен перегибается через борт лодки и ждет, пока рыба взмахнет хвостом, прежде чем отпустить ее.

— Хочешь снова забросить удочку? — спрашивает Йен, и я смотрю на Дэниела, поскольку он здесь главный, а он смотрит на часы.

— Я думаю, нам, наверное, пора возвращаться.

— Да, моя мама, наверное, задается вопросом, где мы, — говорит Сэмми с того места, где загорала рядом с Мэл с тех пор, как они присоединились к нам на лодке.

Когда мы с Дэниелом готовились к отъезду, Йен, Трой, Сэмми и Мэл возвращались после того, как брали гидроциклы, а когда они услышали, что мы собираемся на рыбалку, то решили присоединиться к нам. Это было весело и более расслабляюще, чем я думала. Тем не менее, я уже проголодалась. И, честно говоря, я готова снова встать на твердую почву под ногами.

— Хорошо, я начну собирать вещи, — Сэмми встает, и я помогаю ей сложить наши банки с газировкой и бутылки с водой в мусорный пакет, пока ребята убирают все рыболовные снасти. Когда мы заканчиваем, я сажусь рядом с креслом капитана и наслаждаюсь видом, пока мы едем обратно к дому. Наше плавание занимает около пятнадцати минут, и после того, как Дэниел паркуется в лодочном домике, мы все помогаем ему прибраться, а парни выгружают все снаряжение, прежде чем помочь нам, девочкам, выйти.

Когда Трой протягивает мне руку, я беру ее и начинаю перешагивать через борт лодки. Я спотыкаюсь и падаю на Троя, когда Сэмми кричит:

— Ты потеряла свое кольцо?

— Нет, — отвечаю Сэмми.

— Ты в порядке? — спрашивает меня Трой.

— Я в порядке, — я выпрямляюсь, делаю шаг сторону от него и начинаю подниматься по причалу. Когда замечаю Джейса, стоящего рядом с широко открытым дверным проемом, скрестившего руки на груди и не сводящего с меня взгляда, останавливаюсь.

Отлично.

Даже несмотря на то, что он не произносит ни слова, я знаю, что он раздражен.

Но знаешь что? Он меня тоже разозлил, так что неважно.

— Привет, Джейс, — Мэл проходит мимо него с Сэмми, и я едва удерживаюсь, чтобы не закатить глаза, смотря ей в спину.

— Чувак, тебе следовало присоединиться к нам. Твоя девочка поймала пять рыб, — говорит Трой, берет холодильник и направляется к выходу, а Йен несет наш пакет для мусора.

— Она прирожденная рыбачка, — добавляет его отец, и гордость в голосе Дэниела вызывает что-то забавное у меня в груди.

— Я даже не знал, что ты уходишь из дома, — замечает Джейс, засовывая руки в передние карманы своих шорт, не сводя с меня глаз.

— Ты работал, — говорю я, поднимая удочки, чтобы Дэниелу не пришлось наклоняться за ними.

— Все равно было бы неплохо знать, чем занимается моя невеста.

— Может быть, если бы ты перестал так много работать, ты бы знал эту информацию, — вставляет его отец, и я затаиваю дыхание, потому что его голос звучит не так беззаботно, как обычно. На самом деле, он звучит раздраженно. — Только потому, что ты хочешь провести свою жизнь, сидя в офисе или перед экраном, не означает, что все остальные в мире хотят этого.

— Пап.

— Да, я знаю, знаю. Тебе нужно работать, — Дэниел качает головой и забирает у меня удочки, встречаясь со мной взглядом. — Это было весело, малышка.

— Да, — я улыбаюсь. — Спасибо, что взяли меня с собой.

— Ты можешь присоединяться ко мне в любое время, — говорит он, и я знаю, что приму его предложение.

Когда Дэниел покидает маленькое здание и я остаюсь наедине с Джейсом, я жду на месте, потому что могу сказать, что у него что-то на уме, и я бы предпочла просто покончить с этим.

— Почему я нашел это на кухне? — он достает мое кольцо или свое кольцо из кармана и протягивает его между нами. — И почему ты тусовалась с Троем, когда я сказал тебе, что чувствую к нему?

Я смотрю на Джейса, пытаясь сообразить, что сказать и как мне следует реагировать. Если бы это было на самом деле, если бы он был моим женихом, черт возьми, даже моим парнем, то его вопросы вывели бы меня из себя. Особенно после того, как он игнорировал меня весь день. Но это не так, так что не признавать, насколько я на самом деле зла, вероятно, будет умно.

— Я помогала твоей маме с чили, нарезая халапеньо. Я не знала, что нужно надевать перчатки, и у меня была реакция на масло. Мои руки горели, а под кольцом было раздражение. Твоя мама положила его для меня на подоконник. Я должна была отнести его в нашу комнату, но забыла об этом, — я делаю вдох. — Что касается Троя, — шепчу я его имя на случай, если он или кто-нибудь поблизости может нас услышать, — я его не приглашала. Твой папа пригласил всех присоединиться к нам, когда мы уезжали. Я что должна была сойти с лодки, когда он сел на нее?

— Теперь с твоими руками все в порядке? — спрашивает Джейс, не отвечая на мой вопрос, и я вытягиваю их перед собой.

— Уже лучше, — говорю я, и он начинает сокращать расстояние между нами.

Я напрягаюсь, когда он вторгается в мое пространство, и задерживаю дыхание, когда он поднимает мою руку и надевает кольцо обратно мне на палец. Когда Джейс смотрит на него, поглаживая кожу большим пальцем, я убираю свою руку из его.

— Я придурок.

— Верно, — соглашаюсь я, поднимая руки между нами и упираясь ими ему в грудь, когда Джейс пытается приблизиться. — Признание того, что ты придурок, не является извинением.

— Мне жаль, — его глаза блуждают по моему лицу. — Я знаю, мне нужно справиться с тем, что я чувствую, когда Трой смотрит на тебя или прикасается к тебе. Мне не следовало предполагать, что ты сняла кольцо, чтобы отомстить мне за то, что я не смог провести время с тобой этим утром.

— Я бы не стала так делать, — говорю Джейсу, и его рука ложится мне на бедро.

— Знаю. Я просто разозлился, когда увидел, что ты уходишь со всеми, — Джейсу нравится, когда его рука лежит на моей пояснице, и это движение притягивает меня ближе. — Спасибо, что принесла мне кофе, — Джейс наклоняется, задевая своим носом мой, и я закрываю глаза.

— Пожалуйста.

— Отстой, — тихо говорит он, покусывая мою нижнюю губу.

— Что?

— Я планировал сделать с тобой чрезмерно непристойные вещи этим утром, но мне рано позвонили, и пришлось ответить. И этот звонок привел к еще одному, и еще к одному.

— Я понимаю.

— А ты? — Джейс откидывается назад, чтобы встретиться со мной взглядом, и каким-то образом я понимаю, что мой ответ важен. Возможно, важнее, чем должно быть, учитывая нашу ситуацию.

— Да, — говорю я через секунду, и Джейс наклоняет голову набок, захватывая мои губы в глубоком поцелуе, который заставляет меня забыть все раздражение и злость, которые я испытывала с тех пор, как проснулась и обнаружила, что он ушел этим утром. Я растворяюсь в Джейсе и прижимаюсь грудью к его груди, впитывая прикосновения, как будто это наркотик, в котором мне было отказано слишком долго.

Джейс прижимается губами к моим в последний раз, прежде чем отстраниться, и я распахиваю глаза, взмахнув ресницами. Когда наши взгляды встречаются, я не знаю, о чем он думает, но я точно знаю, что выражение его лица заставляет тепло разливаться внутри меня.

— Значит, ты поймала пять рыбин? — спрашивает Джейс с улыбкой, и я смеюсь, прижимаясь лбом к его груди.

— Да.

— Жаль, что я не смог это увидеть, — он запускает пальцы в мои волосы на затылке.

— Это было потрясающе, — я наклоняю голову в его сторону.

— Папа сам сделал тебе наживку на крючок?

— Нет, Йен, и рыбу тоже он доставал.

— Должно быть, ты действительно нравишься папе, если он не заставлял тебя делать грязную работу, — Джейс улыбается, не отрывая взгляда от моих волос, где все еще находятся его пальцы.

— Думаю, в тот момент, когда я начала прыгать по лодке, когда на борт достали первую рыбу, он понял, что я не создана для этой задачи, — признаю я, и Джейс склоняет голову к плечу, смеясь.

— Хотел бы это увидеть.

— Нет, — заверяю я Джейса, и он улыбается мне.

— Мама была впечатлена, что ты предложил пойти с папой.

— Твой папа… — я смотрю на плечо Джейса, когда понимаю, откуда берется его привязанность к отцу. Поскольку я росла без отца с четырех лет, то не скучала по нему, но мне не хватало представления о нем и о том, как все могло бы быть. На фотографиях, которые у меня есть, он казался счастливым и преданным, и мама говорила мне, сколько я себя помню, что ему нравилось быть моим папой. Я просто всегда хотела, чтобы у меня было хотя бы несколько воспоминаний, связанных с ним. И не раз в жизни были ситуации, когда было бы приятно, если бы на него можно было опереться. — Тебе повезло, что он у тебя есть.

— Пенни, — тихо произносит Джейс, и я качаю головой, потому что мои глаза горят, а в горле першит. — Иди сюда, — Джейс обнимает меня, и я позволяю ему прижать себя к груди.

Мне требуется пара минут, чтобы взять под контроль свои эмоции, и как только я понимаю, что со мной все в порядке, я откидываюсь назад и смотрю на него снизу вверх.

— Уже пришло время для чили?

— Мы не собираемся признавать то, что только что произошло? — Джейс блуждает взглядом по моему лицу.

— В основном.

— Хорошо, — Джейс вздыхает. — На этот раз я сниму тебя с крючка, — Джейс целует меня в лоб, затем обнимает за плечи. — Пойдем, раздобудем тебе поесть.

Мы выходим из лодочного домика и идем по причалу, и когда мы достигаем берега, я вижу, что готовка в самом разгаре. Люди ходят вокруг с мисками в руках и карточками с записками, распечатанными Джанелль. А вдоль стола, который, вероятно, имеет двадцать футов в длину, стоят мультиварки, подключенные к множеству удлинителей, а между ними пакеты с чипсами и различными начинками.

Каждый из нас взял карточку с оценками, и мы приступаем к делу. К сожалению, наша команда занимает второе место, когда все посчитано и оглашено. Но этот проигрыш, похоже, ни для кого не имеет значения позже вечером, когда я привожу нашу команду к победе в викторине. Мы уходим с призом, который я получаю за все часы просмотра исторических передач.

Лучи утреннего солнца только начинают заливать нашу комнату, я слышу, как тихо звонит мой телефон, подключенный к розетке на стороне кровати Джейса, и поднимаю голову с его бицепса, он все еще спит. Не желая будить его, я осторожно приподнимаюсь на четвереньки, перебираюсь наполовину через его тело и тянусь к телефону. Я не узнаю номер, когда смотрю на экран, но определенно узнаю ощущение от рук Джейса, когда он обхватывает мои бедра.

Я перевожу взгляд на Джейса, и, когда вижу выражение его лица, мое сердце начинает бешено колотиться. Оно ускоряется еще сильнее, когда Джейс поправляет меня так, что я усаживаюсь на его талию, оседлав прямо над стояком.

— Ответь на звонок, — Джейс перемещает руки вверх по моим бедрам, и мне требуется вся моя концентрация, чтобы не уронить телефон.

— Алло, — отвечаю я, звуча задыхающейся даже для собственных ушей, а он ухмыляется.

— Срок гарантии на вашу машину подходит к концу, — сообщает мне автоматический голос, и я быстро вешаю трубку.

— Ты не хочешь новый гарантийный срок на машину? — спрашивает Джейс, поднимая руки, чтобы погладить мою грудь под слишком большой футболкой, в которой я спала ночью.

— Та, что у меня есть, все еще хороша, — Я качаю бедрами над его членом, когда Джейс теребит мои соски.

— Гарантии очень важны, — говорит он мне, и я киваю в знак согласия, потому что разговоры невозможны. Не тогда, когда Джейс большой ладонью двигается вниз по моему животу, а большим пальцем скользит под край моих кружевных трусиков, нацеливаясь на клитор. Я кусаю губы, чтобы удержать стон, когда Джейс начинает обводить этот чрезмерно чувствительный комок нервов. Я наслаждаюсь ощущением его мускулистой груди под моими руками.

— Джейс, — его имя срывается с моих губ тихим вскриком, когда он останавливается.

— Я верну пальцы обратно, — Джейс садится и стягивает с меня футболку через голову, внезапно заставляя меня осознать, насколько светло в нашей комнате, даже при закрытых жалюзи. — Я хочу видеть тебя всю, когда раздеваю, — он руками обхватывает мои запястья, удерживая их в плену, когда я пытаюсь прикрыться, и тепло от его взгляда разливается по моей груди и животу. — Думаю, ты понимаешь, что я одержим твоим телом, — ему нравится прижиматься своими бедрами к моим. — Чувствуешь, какой я чертовски возбужденный? Ты знаешь, сколько раз я сходил с ума, просто думая о тебе?

Сердце не унимается, я ищу в его глазах ложь, но не вижу ни намека. Мысль, что я нравлюсь Джейсу… я все еще едва могу по-настоящему ее осознать, но очевидно, что это так. Я вижу правду во взгляде Джейса, чувствую это у себя между ног и понимаю по тому, как он держится так неподвижно, словно боится, что я лишу его любимого лакомства.

— Хорошо, — шепчу я, и когда Джейс ослабевает хватку на моих запястьях, я кладу руки на бедра и жду, что он сделает дальше.

— Хорошая девочка, — Джейс пальцами скользит по моему животу, заставляя мышцы подергиваться, затем перемещает пальцы к моей груди. Джейс следит за тем, как обводит мои соски, делая их невероятно твердыми. Когда он садится и покусывает сначала один сосок, затем другой, это чудо, что я могу молчать. Мое тело буквально горит. Мои нервные окончания полыхают, и я вся мокрая.

Я прижимаюсь бедрами к его бедрам. Джейс хватает меня за задницу, удерживая над эрекцией, не позволяя мне двигаться, пока на полную использует наше положение. Я бы не подумала, что возможно достичь оргазма от того, что мои соски сосут, облизывают и покусывают, но мой взгляд начинает затуманиваться, а внутренности сжимаются. Разрядка, в которой я нуждаюсь, кажется просто недосягаемой.

— Джейс, — я дергаю его за волосы, в этот момент не стесняясь просить, и он смотрит на меня.

— Господи, — Джейс проводит рукой по моей спине, затем запускает пальцы в мои волосы, притягивая мое лицо к своему. Когда наши губы соприкасаются, Джейс переворачивает меня на спину и устраивается у меня между ног. К этой новой позе я могу приспособиться, и я наслаждаюсь ею в полной мере.

Блуждаю руками по теплой, гладкой коже Джейса, а затем спускаются вниз по спине к боксерам, прежде чем скользнуть ими к паху Джейса, чтобы я могла сжать член в кулаке. Он такой твердый, что кажется стальным; прижимаюсь бедрами к его бедрам, желая — нет, нуждаясь — ощутить всего его внутри меня.

— О боже, — стону в рот Джейсу, когда он сдвигает кружево моих трусиков в сторону и со стоном обводит мой клитор. Я кончаю мгновенно, моя киска пульсирует в такт биению моего сердца, но я все еще нуждаюсь в большем.

— Я должен исправить этот беспорядок, который устроил, — шепчет Джейс мне в губы, а я моргаю, пытаясь рассеять туман желания, не уверенная в том, что понимаю, о чем он говорит. Джейс вырывается из моих объятий и прокладывает путь вниз по моему телу поцелуями приоткрытым ртом, снимая с меня трусики и бросая их на пол. Затем широкими плечами Джейс раздвигает мои ноги, и его рот оказывается на моей киске с почти животным рычанием.

Вжимая голову обратно в подушку, я закрываю глаза и вцепляюсь в его волосы. В это время Джейс пальцами впивается в мою плоть, удерживая меня раскрытой, чтобы он мог поглощать меня. Как раз в тот момент, когда я не уверена, что смогу вынести еще что-нибудь, Джейс вводит в меня два толстых пальца и вновь берет мой клитор в рот.

Я кончаю снова, прикусывая губу так сильно, что чувствую вкус крови, а оргазм не похож ни на что, что я когда-либо испытывала раньше. Все мое тело покалывает, бедра трясутся, и, клянусь, я теряю сознание. Его теплые губы, которыми Джейс целует мой живот, возвращают меня к реальности. Я распахиваю глаза, взмахнув ресницами, когда Джейс ползет вверх по моему телу. Он накрывает мои губы своими, прежде чем перекатывается так, что я снова оказываюсь верхом на нем. Затаив дыхание, я принимаю наше новое положение и смотрю на Джейса сверху вниз, задаваясь вопросом, когда и как он снял свои боксеры, а я и не заметила.

— Достань презерватив из моего кошелька в ящике стола, — хрипло приказывает он, удерживая меня за бедра, и, даже обессилев от двух испытанных оргазмов, я нахожу в себе силы наклониться и сделать, как он просит.

Протягивая Джейсу презерватив, я откидываюсь назад и наблюдаю, чувствуя легкую панику из-за его размера. Он разрывает упаковку и натягивает презерватив на раскрасневшуюся головку и всю длину. Член огромен, и это не преувеличение. Он не только длинный, но и толстый.

— Иди сюда. — Джейс обхватывает мое бедро, и я опираюсь на колени. Он придерживает основание своего члена в нужном положении, а я медленно опускаюсь на него. — Какого хрена ты такая тугая? — низко рычит он, а я поднимаю на него взгляд.

— Много времени прошло, — я хватаю его за плечи и покачиваю бедрами. — Думаю, ты, наверное, слишком большой.

— Черт, — шипит Джейс сквозь стиснутые зубы, а я прижимаюсь губами к его плечу и прикусываю, чтобы не закричать, когда он проникает невероятно глубоко. — Ты заставишь меня кончить еще до того, как я войду в тебя, — он хватает меня за волосы на затылке и тянет. Я встречаюсь взглядом с Джейсом, и с первого взгляда понимаю, что он держится на волоске. — Возьми меня, принцесса.

Я прижимаюсь к Джейсу в объятиях, и склоняю голову к плечу, стон без разрешения срывается с моих приоткрытых губ, когда я полностью насаживаюсь на член.

— Твоя маленькая киска такая чертовски горячая и тугая, Пенни, — его слова звучат как похвала, и черт бы побрал меня за то, что я наслаждаюсь этим. Джейс откидывается назад, увлекая меня за собой, и наши рты находят друг друга, пока мои бедра двигаются и извиваются над его. Между его ртом, его руками, блуждающими и сжимающими, и ощущением того, что Джейс, наконец, внутри меня, трудно оставаться сосредоточенной, поэтому я отрываюсь от него и сажусь. Крепко прижав руки к груди Джейса, я смотрю вниз, туда, где мы соединены.

О, боже мой.

— Ты выглядишь великолепно, принимая меня целиком, — Джейс обхватывает мои груди, сжимая их вместе. — Однажды я трахну их, а потом кончу тебе в рот, — мои внутренности сжимаются сильнее, когда образ того, как Джейс делает именно это, заполняет мой разум. — Тебе нравится эта идея? — он усмехается. — Моя грязная, непристойная принцесса, покажи мне, какой грязной ты можешь быть. Потрогай себя. Покажи мне, как тебе это нравится.

Ни за что.

Я качаю головой, и Джейс берет мою руку и подносит ее к своему лицу, засасывая два моих пальца в рот, обводя их языком. Затем, не отрывая взгляда от моих глаз, Джейс кладет пальцы на мой чрезмерно чувствительный клитор. Я прикусываю нижнюю губу, чтобы не закричать, уверенная, что разбужу весь дом, если поддамся желанию. Когда Джейс отпускает мою руку, я убираю пальцы с клитора и опускаю их вниз, проходясь по его длине.

— Джейс, — шепчу я, а он садится, захватывая мой рот в глубоком поцелуе, прежде чем отклониться назад и прошептать мне в губы:

— Если бы мы не могли разбудить всех в этом доме, я бы перевернул тебя на живот и трахнул, шлепая по заднице, — он кладет руку на одну половинку, сжимая ее. — Но поскольку я не могу этого сделать, мне нужно, чтобы ты прекратила играть и объездила меня.

У меня кружится голова, я смотрю, как Джейс ложится на спину, и сомневаюсь всего секунду, прежде чем начать двигать бедрами, давая Джейсу то, что он хочет, и забирая то, что нужно мне. Выражение его лица искажается выражением мучительного удовольствия; Джейс сжимает мои бедра так крепко, что я уверена, у меня останутся синяки.

Я гонюсь за оргазмом, который, как я чувствую, нарастает, и как раз в тот момент, когда перехожу грань, Джейс хватает меня за шею и притягивает мои губы к своим. Он быстро толкается своими бедрами, прежде чем крепко прижаться ими ко мне.

Запыхавшаяся и потная, я падаю ему на грудь, и Джейс обнимает меня. Я знаю, что должна соблюдать некоторую дистанцию между нами, потому что секс и объятия после него — это то, что делают влюбленные, а этого нет между нами. Но мои мышцы словно превратились в кашу, а веки отяжелели, как будто я не спала несколько дней.

— Я сдвинусь через секунду, — шепчу я больше себе, чем ему, все еще пытаясь отдышаться, и Джейс скользит вверх по моей спине, затем обхватывает сзади шею.

— Нет, — шепчет он в ответ, и ощущение, как он целует меня в макушку, последнее, что я помню, прежде чем снова засыпаю, когда Джейс все еще внутри меня.

Я наблюдаю, как Джейс разговаривает по телефону в другом конце комнаты, поджав под себя босые ноги и забыв о журнале про рыбалку на коленях. Поскольку он говорит на японском языке, а еще пятнадцать минут назад я даже не подозревала, что он его знает, понятия не имею, о чем он говорит, но мне не нужен переводчик, чтобы понять, что он недоволен.

Его сегодняшняя непринужденная улыбка давно исчезла и сменилась тем закаленным взглядом, который был у него при нашей первой встрече. Я ненавижу этот взгляд.

Когда Джейс фокусируется на мне взглядом, а выражение лица смягчается, внутри меня все тает, и я перевожу внимание к журналу. Я была удивлена этим утром после завтрака, когда он попросил меня пойти потусоваться с ним, пока он работает, но я согласилась, потому что альтернативой было бы переосмысление всего того, о чем я стараюсь не думать. Не то чтобы его присутствие помогало мне справиться с этой маленькой проблемой. Я понимаю, он все еще причина того, что мои чувства в раздрае.

Я понятия не имела, что в конечном итоге он мне по-настоящему понравится, но это так. Химия между нами — это то, чего я никогда не испытывала ни с кем другим, но эти два факта на самом деле не имеют значения. Так ведь? В субботу, до которой остается всего пара дней, мы вернемся к реальности, и каждый раз, когда я думаю об этом, меня начинает подташнивать.

— Ты собираешься стать рыбаком? — его вопрос вырывает меня из мыслей, и я поднимаю глаза, чтобы увидеть, что Джейс сидит за столом, а его телефон забыт поверх стопки файлов.

— Рыбачка, и, возможно, — я пожимаю плечами. — Это расслабляет.

— Я знаю кое-что еще, что может тебя расслабить, — он улыбается, и у меня горят уши. — Принцесса, ты краснеешь?

— Ты такой раздражающий, и я ненавижу это прозвище.

— Хмм, — Джейс встает и медленно подходит ко мне, и будь я проклята, потому что мои соски и другие части тела начинает покалывать, когда он подходит ближе. Встав надо мной, Джейс наклоняется, упираясь кулаком в диван рядом с моим бедром, а другой кладет на подлокотник, приближая лицо к моему. — Кажется, ты не возражала, что я назвал тебя принцессой этим утром.

— Ну… это было утром.

— Значит я могу использовать его, когда буду внутри тебя. Запомнил, — Джейс ухмыляется, прежде чем отметить нежным поцелуем мои губы. — Что скажешь, если мы уберемся отсюда?

— Ты закончил работать? — я бросаю взгляд на его телефон, который как раз случайно начинает звонить.

— Пока, — он держит свое лицо в дюйме от моего. — Хочешь поехать в Уэнатчи? Там есть несколько исторических мест, которые мы могли бы посетить?

— Серьезно? — спрашиваю я, слишком воодушевленно.

— Поскольку прошлой ночью ты знала ответы на все вопросы, я решил, что история — твой конек.

— Так и есть, — я улыбаюсь, и Джейс смеется, прижимаясь еще одним поцелуем, прежде чем поднять меня с дивана. — Иди одевайся, встретимся на кухне.

— Ура, — я, не задумываясь, наклоняюсь и целую его в челюсть. — Я быстро.

Подпрыгивая, я иду в нашу комнату и роюсь в сумке в поисках чего-нибудь из одежды, затем снимаю футболку и велосипедки, которые были на мне.

Я надеваю простое белое макси-платье и направляюсь в ванную, распускаю волосы из пучка, в который они были собраны, решая оставить распущенными и использовать немного лака, чтобы они не выглядели такими растрепанными. Затем я хватаю косметичку и быстро добавляю немного бронзера и румян вместе с тушью.

Почти закончив, я хватаю свою джинсовую куртку и как раз собираюсь надеть сандалии, когда слышу громкие голоса, доносящиеся с кухни.

— О нет, — шепчу я, распознав Джейса и Брайса. — Что-то не так.

Я распахиваю дверь и хочу помчаться по коридору, но кто-то хватает меня за запястье, останавливая прежде, чем я успеваю дойти до кухни. Я оборачиваюсь, чтобы сказать, кто бы это ни был, отпустить меня, но замираю, когда Дэниел мягко говорит:

— Эта ссора давно назревала. Тебе нужно дать им возможность разобраться.

— Но… — начинаю я, но он перебивает меня.

— Поверь мне, Пенни. Это надолго, — он тянет меня за собой к лестнице, подальше от криков, затем подталкивает подняться по первой ступеньке. — Иди, подожди в библиотеке с Джанелль.

Прикусив губу, я в последний раз бросаю взгляд в сторону кухни, затем киваю и поднимаюсь по лестнице, подпрыгивая каждый раз, когда раздается громкий шум. Добравшись до библиотеки, я открываю дверь и пытаюсь улыбнуться, обнаружив Джанелль, свернувшуюся калачиком на диване, где я сидела ранее.

— Закрой дверь, милая, и иди сюда, — Джанелль похлопывает по дивану рядом с собой, и я неохотно делаю, как она попросила, затем обхватываю себя руками за талию и подхожу к тому месту, где она сидит. — Урок, который вы довольно быстро усвоите, если у вас когда-нибудь будут сыновья, это то, что мальчики не умеют говорить о своих эмоциях. Они позволяют всему накапливаться, пока не становится слишком поздно, и тогда они взрываются, — она гладит меня по руке, когда раздается громкий хлопок. — Звучит хуже, чем есть на самом деле.

— С чего все началось? — я смотрю на нее.

— Брайс потерял немного денег из-за неудачной инвестиции, и он упомянул, что ему, возможно, придется продать их дом. Я мимоходом рассказала об этом Джейсу, а он решил вмешаться и предложил ему возместить потерянное.

— Значит, Брайс зол из-за того, что Джейс предложил дать ему деньги, которые понадобятся, чтобы он не потерял свой дом?

— Думаю, мы обе понимаем, что за этим кроется нечто большее.

— Да, — я вздыхаю. — Знаю.

— Оба моих мальчика, да благословит их Господь, идиоты. Брайс, потому что не поговорил с братом, а Джейс, потому что думал, что, если даст кому-то деньги, все изменится к лучшему.

— Джейс делает это с добрыми намерениями, — защищаюсь я, потому что на самом деле, если уж на то пошло, Брайсу следовало бы поблагодарить брата за предложение, а затем извиниться за то, что он был придурком. Это не касается того, что он влюбился в Хейли, потому что иногда что-то случается, и ты не можешь остановить свои чувства. — Где Хейли и Дэш?

— Вышли из дома с Евой.

— Могло быть и хуже.

— Могло быть и хуже, — соглашается она. — Хейли было бы плохо, если бы она узнала, что они ссорятся, — шепчет Джанелль, и я знаю, что она права. Но я также знаю, что избегать слона в комнате можно только до тех пор, пока он не растопчет тебя.

Мы погружаемся в молчание, и мне интересно, что происходит внизу, потому что теперь там тихо, затем мой пульс учащается, когда дверь открывается, и я вскакиваю на ноги, когда Дэниел просовывает голову внутрь.

— Вы двое можете выходить.

— Сколько мебели они сломали? — Джанелль спрашивает так, будто спрашивает о погоде.

— Пару стульев.

— Мне нужно идти обуваться, чтобы ехать в больницу?

Мои глаза расширяются от этого вопроса.

— Не в этот раз, — говорит он, затем смотрит на меня. — Джейс попросил меня передать тебе, что он собирается выпить пива с Брайсом, и вернется.

— О, хорошо. Ага, — я киваю, радуясь, что они на самом деле разговаривают и что ссора не усугубила ситуацию.

— Вы двое куда-то собирались? — спрашивает Джанелль, когда мы спускаемся по лестнице.

— Мы собирались съездить в Уэнатчи, чтобы посмотреть несколько исторических мест.

— Звучит забавно. Я возьму тебя с собой, если хочешь.

— О, нет, все в порядке, — я качаю головой, останавливаясь в дверях своей спальни. — Думаю, я побуду у себя, пока Джейс не вернется.

— Хорошо, что ж, ты можешь присоединиться ко мне у озера, если тебе станет скучно. У детей сегодня днем забег в мешках и перетягивание каната, — Джанелль гладит меня по спине, затем отправляется на кухню, и я выдыхаю, прежде чем повернуться и посмотреть на Дэниела.

— Джейс в порядке?

— Может быть синяк, но с ним все в порядке, — мягко ответил Дэниел, затем подтолкнул меня к двери. — Иди и отдохни. Он скоро вернется.

— Хорошо, — я киваю, затем, без особого выбора, открываю дверь и подхожу к кровати. Я падаю на спину и смотрю в потолок, зная наверняка две вещи. Во-первых, чувство внизу моего живота не рассосется, пока я сама не увижу, что Джейс все еще цел и невредим, а во-вторых…

Мужчины такие странные.

Поскольку Джейс и Брайс все еще не вернулись спустя часы, мы с Хейли сидим, скрестив ноги, на траве в окружении группы девчонок. Все они с волнением и восхищением наблюдают, как мы плетем венки из цветов, которые они принесли нам. Первый, который я сделала, пока мы с Хейли разговаривали, я отдала Дэшу, а после того, как он побежал показывать его своим кузенам и друзьям, на меня обрушился хаос из маленьких девочек. Так что Хейли, которая быстро научилась плести, начала помогать мне.

Неудивительно, что Хейли забеспокоилась, когда приехала домой и узнала, что между ее мужем и Джейсом произошла ссора. Она сразу же пришла, чтобы убедиться, что я не расстроена из-за этого. После объяснения, что я считаю обоих мужчин идиотами, облегчение на ее лице дало мне понять, насколько она беспокоилась о моих чувствах.

Я уверена, что другая женщина, возможно, расстроилась бы из-за того, что ее жених ссорился из-за своей бывшей, но Джейс на самом деле не мой жених, и даже если бы он был им, я знаю, что ссора была связана не столько с Хейли, сколько с отсутствием уважения у брата. Это не значит, что Джейсу понравилось бы, если бы Брайс сказал ему, что у него были чувства к Хейли, когда они были вместе, но я могу почти гарантировать, что он смог бы принять это, если бы они поговорили.

Вместо этого Джейс чувствовал, что все что-то скрывают от него. Таким образом, ему пришлось не только смириться с тем фактом, что его брат был влюблен в женщину, на которой он думал, что в конечном итоге женится, но и с тем, что его семья не рассказывала ему об этом. Даже если я понимаю, почему они так поступили, я все равно считаю, что это неправильно. Правда всегда выходит наружу в тот или иной момент, поэтому обычно легче разобраться со всем лицом к лицу и принять последствия.

Когда венок из ромашек, над которым я работала, готов, я поднимаю его, и маленькая девочка, которая ждала своей очереди, наклоняется вперед, чтобы я могла надеть его ей на голову, как корону.

— Я похожа на сказочную принцессу? — спрашивает она с беззубой ухмылкой, заставляя меня улыбнуться.

— Ага, — я щелкаю малышку по носу, и она вскакивает на ноги.

— Я пойду, покажу маме.

— Хорошо, но иди, не беги, — кричу я ей в спину голосом учительницы, и она переходит на бег трусцой, заставляя меня смеяться.

— Кто следующий? — спрашиваю я, и симпатичная блондинка поднимает руку. — Хорошо, — я сплетаю ее корону, а когда заканчиваю, надеваю ей на голову, и ее место занимает другая девчонка. К тому времени, как мы с Хейли заканчиваем плести для девочек, и они уходят, чтобы присоединиться к начавшейся игре по перетягиванию каната, мои пальцы уже сводит судорогой. Рядом со мной все еще лежит куча цветов, и я решаю сделать корону для себя.

— Ребята вернулись, — тихо говорит Хейли, когда я возлагаю цветы себе на голову, и поворачиваюсь, чтобы посмотреть, как Брайс и Джейс идут в нашем направлении. — Ты права, они идиоты, — шепчет она, когда мужчины подходят достаточно близко, чтобы мы могли увидеть, что у Джейса теперь темная линия под левым глазом, а у Брайса порез над верхней губой.

— Говорила же тебе, — бормочу я, испытывая облегчение от того, что, помимо того, что я вижу, ни один из них, похоже, не пострадал серьезно.

Когда они приближаются к нам, оба слегка улыбаются, и я чуть не закатываю глаза, потому что они выглядят так, как выглядят мальчики в моем классе, когда знают, что совершили какую-то глупость, но не жалеют об этом.

— Итак, теперь у нас все в порядке? — спрашивает Хейли, поднимаясь на ноги, и я задерживаю дыхание, когда она смотрит на Джейса.

— У нас все хорошо, — тихо говорит он, и она поджимает губы, прежде чем посмотреть на мужа, когда он хватает ее за руку.

— Как насчет того, чтобы оставить Дэша с бабушкой, а мы вдвоем прокатимся в город и купим что-нибудь поесть? — предлагает Брайс, что я расшифровываю как «нам нужно поговорить».

— Хорошо, пока ты проверишь, что твоя мама не против, я переоденусь, — тихо отвечает Хейли, затем ее взгляд останавливается на мне, и она мягко улыбается, прежде чем уйти.

— Увидимся с вами двоими позже на «Захвате флага», — говорит Брайс, прежде чем направиться к маме. Я поднимаю взгляд на Джейса и вижу, что он смотрит на меня с любопытством.

— Что?

— Ты выглядишь прекрасно, — Джейс подходит и садится позади меня, а у меня внутри все трепещет. — Насколько ты зла? — он прижимает колени ко мне и кладет на них запястья.

— Ничуть не зла, — я поворачиваюсь, чтобы посмотреть на него через плечо, не задумываясь протягиваю руку и дотрагиваюсь пальцами до синяка у него под глазом. — Вам обоим стало лучше теперь, когда вы избили друг друга? — спрашиваю я, и Джейс хихикает, хватая меня за руку, чтобы поцеловать пальцы.

— Мы поговорили после.

— Ты использовал настоящие слова или просто выпил пива и сказал, что все хорошо?

— Было много ворчания, но мы произнесли несколько слов.

— Хорошо, — тихо говорю я, и Джейс снова притягивает меня к своей груди и обнимает одной рукой.

— Прости, что наш день не удался.

— Все в порядке. Я рада, что тебе удалось разобраться с братом.

— Я тоже, — я чувствую его губы возле своего уха. — Итак, расскажи мне о цветах.

— О, — я касаюсь своей головы. — Мы с Хейли делали венки из ромашек для всех девочек, и у меня осталось немного цветов, — я начинаю снимать свой, но Джейс хватает меня за запястье.

— Он милый. Оставь.

— Хорошо, — я опускаю руки к коленям и смотрю на его тетю, которая зовет нас по именам, и замечаю, что ее телефон направлен в нашу сторону.

— Поймала, — она улыбается, глядя на свой экран.

— Она только что нас сфотографировала?

— Ага, — легко отвечает Джейс. — Ты разговаривала сегодня со своей мамой?

— Мы переписывались недавно. Они с моей тетей собирались на остров Эллис с моей бабушкой.

— Она все еще волнуется?

— Нет, не совсем.

На самом деле, я немного удивлена тем, что мама полностью согласна со всем. Я имею в виду, в тот день, когда я перезвонила ей после того, как она звонила мне по Facetime, у нее было много вопросов о том, чем я занимаюсь. Почему я не сказала ей, что устраиваюсь на работу? Кто такой Джейс? Но к тому времени, когда мы закончили разговор, с ней все было в порядке, и, что удивительно, так и есть до сих пор. Опять же, я не сказала маме, что притворяюсь невестой моего босса на встрече с его семьей.

— Ты была в Нью-Йорке? — спрашивает Джейс, вырывая меня из моих мыслей, и я смотрю на него в ответ, прежде чем сосредоточиться на воде.

— Там выросли мои родители. Когда мне было два года, мой папа получил работу на мосту Золотые Ворота, поэтому он перевез нас в Калифорнию. Мама думала о переезде обратно после его смерти, но она не хотела отрывать меня от всего, что я знала. Я уже столкнулась с большими переменами, — я выдыхаю, затем тихо добавляю, — на самом деле, думаю, что мама не хотела покидать дом, который они с папой купили вместе.

— Как твой отец?..

— Автомобильная авария, — отвечаю я, прежде чем Джейс успевает закончить. — Он возвращался домой с работы, когда это случилось.

— Мне жаль, — Джейс губами касается моей макушки, и его хватка на мне усиливается.

— Все в порядке, — я закрываю глаза, чувствуя, как у меня сжимается горло, не потому что мысли о моем отце заставляют меня грустить, хотя это и так, а потому что, когда все будет сказано и сделано, даже зная, что это просто притворство, я буду скучать по тому, чтобы быть с Джейсом вот так.

— Хорошо, итак, нашей команде нужно добраться до этих трех мест, — шепчет Брайс, указывая на три точки, обведенные кружком на карте, освещенной фонариком Хейли. — Я думаю, Джейс должен отвлечь другие команды, пока вы, девочки, будете обходить вокруг, собирая наши флаги, а я останусь здесь, чтобы защитить те, что здесь.

Я оглядываю темный лес, в котором мы стоим, чувствуя неуверенность в этом плане. Я всегда немного боялась темноты, но пребывание здесь делает этот страх еще более очевидным. Тем не менее, я не могу признать, что я самая трусливая в команде или что я чувствовала бы себя лучше, если бы Джейс был со мной.

— Думаю, звучит здорово, — тихо говорю я, и Джейс, стоящий позади меня, сжимает мою талию, как будто знает, что я не уверена.

— Хорошо, как только вы двое достанете флаги, встретимся здесь, и мы все вместе отправимся на пляж, — говорит Брайс, сворачивая карту и передавая ее Хейли, которая прячет карту в карман.

— Ммм… — я оглядываю свою команду. — Не хочу показаться идиоткой, но как именно мы запомним, где это «здесь»? Мы посреди леса.

— Мы оставим фонарик на земле под деревом неподалеку, чтобы оно было освещено, — предлагает Джейс, и хотя я не уверена, что это самый разумный план, поскольку другие люди смогут его увидеть, я действительно не знаю, есть ли другой вариант. Для того чтобы наша команда выиграла это соревнование, мы все должны добраться до пляжа вместе с нашими флагами, не будучи помеченными членом команды соперника.

— Пятиминутное предупреждение, — слышу, как Дэниел кричит в лесу, где бы он ни находился; адреналин и страх начинают циркулировать по моим венам.

— Ты в порядке? — спрашивает Джейс, когда Хейли и Брайс уходят, чтобы положить фонарик под дерево.

— Нет, — я поворачиваюсь к нему лицом. — Но, очевидно, я все равно это делаю, — говорю я, и Джейс хватает меня за края черной толстовки, которая прикрывает мои волосы, и использует ее, чтобы притянуть меня к себе.

— Держись с Хейли, не высовывайся и двигайся быстро. Я буду поблизости и попытаюсь преградить путь любому, если увижу, что он направляется в твою сторону.

— Хорошо, — шепчу я, и Джейс наклоняет свое лицо достаточно близко, чтобы я почувствовала его теплое дыхание на своих губах.

— Одна минута! — кричит Дэниел.

— Будь осторожна, — он целует меня, и я прижимаюсь к нему, как всегда, когда его губы на моих.

— Готова? — спрашивает Хейли, а Джейс оставляет еще один быстрый поцелуй на моих губах, прежде чем отпустить меня.

— Готова, — я беру Хейли за руку и крепко сжимаю. Когда звучит сигнал, мы вдвоем срываемся с места.

Факт, который я быстро усваиваю, это то, что бегать по лесу в темноте звучит так же глупо, как это есть на самом деле. Днем я, скорее всего, подверну лодыжку, споткнувшись обо что-нибудь, что попадется мне на пути. Так что почти полное отсутствие света, страх и отсутствие спортивных способностей — верный путь к катастрофе, когда я спотыкаюсь о ветки деревьев и собственные ноги.

— Кажется, я слышу, что кто-то приближается, — шепчу я, таща Хейли за собой к большому дереву, и мы вдвоем ныряем за него. Прислушиваясь, я ищу звук, который слышала раньше, но трудно что-либо разобрать из-за стука моего сердца в ушах и нашего тяжелого дыхания.

— Может, это был Джейс.

— Может быть, — я оглядываюсь вокруг дерева, чтобы посмотреть, смогу ли я заметить какое-либо движение, но я ничего не вижу. Опять же, это мало что значит.

— Ты видишь вон то дерево? — спрашивает Хейли, и я смотрю туда, куда она указывает.

— Да.

— Я предлагаю рискнуть добежать и посмотреть, привлечет ли это кого-нибудь.

— Хорошо. Да. Конечно, — я пытаюсь подбодрить себя, и она убегает раньше меня. Я следую за Хейли так быстро и тихо, как только могу, не слыша ничего, кроме хруста веток и листьев под ногами. Я подбегаю к дереву, моргаю, ведь вокруг него повязана желтая лента, которая ведет к дереву в нескольких футах от меня, а между ними висят три флага, каждый разного цвета.

— О, боже мой.

— Что? — спрашивает Хейли, оглядываясь по сторонам.

— Смотри, — я показываю, и она ахает, затем расширяет глаза, когда мы слышим, как люди начинают тихо переговариваться поблизости, вероятно, те, кто должен приглядывать за флагами.

— Что теперь?

— Я не знаю, — я выглядываю из-за дерева, но никого не вижу. — Мы могли бы просто попробовать. Ну, на самом деле, что самое худшее может случиться?

— Нас поймают, — бормочет она.

— Что ж, альтернатива — стоять здесь всю ночь.

— Верно, — Хейли выглядывает из-за дерева. — Хорошо, ты иди первой, а я за тобой.

Низко пригибаясь, я отправляюсь так тихо, как только могу, и, проходя мимо ряда флагов, протягиваю руку и хватаю наш. Продолжая идти, потому что я не хочу быть слишком близко, если кто-то заметит, что одного из флагов нет. У третьего дерева, за которым я останавливаюсь, Хейли догоняет меня и забирает флаг из моих рук, размахивая им над головой.

— Оказалось слишком просто.

— Это потому что они не следили, не подойдет ли кто-нибудь к ним сзади, — шепчет она, когда мы бежим к другому дереву. — Надеюсь, следующая команда сделает то же самое.

— Надеюсь, — соглашаюсь я, уже снова запыхавшись. Черт, мне действительно нужно воспользоваться дурацким абонементом в спортзал, который я купила себе еще в январе, так как решила на новый год привести себя в форму. — Ты помнишь, на какой еще ориентир мы должны обратить внимание дальше?

— Ну, это была желтая команда, и их ориентиром должно было быть огромное дерево со свисающими ветвями. Я думаю, что у синей команды огромный валун, а красной — ручей.

— Хорошо, значит, нам нужно искать валун или ручей?

— Да, но если мы будем на задворках этих мест, то я не уверена, что мы разглядим что-то из перечисленного, — Хейли останавливает меня, хватая за руку, когда поблизости ломается ветка.

Сглотнув, я оглядываюсь, но не вижу ничего дальше, чем на несколько метров в любом направлении. Когда я слышу, как ломается еще одна ветка, я почти испытываю искушение крикнуть «кто там?», но я сомневаюсь, что Хейли была бы очень рада, если бы я выдала наше местоположение. Плюс, именно так умирает каждая женщина в любом фильме ужасов, когда-либо снятом.

— Как же я ненавижу это, — шепчу я.

— Давай просто продолжим двигаться, — шепчет Хейли в ответ.

Держась за руки, мы идем через лес, и через пару минут я замечаю вдалеке свет — не очень яркий, но как будто у кого-то включен фонарик. Мы вдвоем замедляем шаг и каждый раз прячемся за деревом, постепенно приближаясь к свету. Затем мы замираем, когда женщина кричит во всю глотку. Сначала я не знаю, что и подумать, но потом замечаю Сэмми, бегущую за кем-то с фонариком в руке. Я думаю, это Трой, но это может быть и Йен. Трудно сказать.

— Клянусь, я убью тебя, — кричит она, преследуя парня, а я смотрю на Хейли.

— Ты думаешь, это она защищала их флаги?

— Держу пари, так оно и было, — взволнованно говорит Хейли, и мы вдвоем пускаемся трусцой в ту сторону, откуда бежали Сэмми и Йен. Когда я вижу красную ленту со свисающим с нее флагом, мне хочется кричать от счастья.

— Беги! — Хейли кричит во всю глотку и мое волнение тает.

— Ни за что, черт возьми, — слышу я крик Сэмми позади нас, и Хейли хватает меня за руку, таща за собой по неровной земле. Мы пролетаем через ленту, как будто это финишная черта в конце забега, и я слышу, как она раскачивается на ветру, а позади нас раздаются шаги по земле.

— Попалась, — говорит Джейс, и я оглядываюсь через плечо и мельком вижу его как раз перед тем, как он помечает Сэмми.

С криком она падает на колени, вскидывая руки в воздух, и я борюсь с желанием рассмеяться над ее драматизмом.

— Прости, Сэмми! — я оборачиваюсь и смотрю через плечо в ее сторону.

— Лгунья, — она надувает губы, и я улыбаюсь, когда Джейс подбегает, чтобы присоединиться к нам.

— Привет, кексик, — он наклоняется, чтобы быстро поцеловать меня в губы. — Сколько флажков вы, девочки, получили?

— Два, — я отсоединяю тот, который мы только что получили, от ленты, к которой он все еще прикреплен. — Значит, нам нужно найти еще один.

— Нет, — он достает флажок из кармана своей толстовки. — Я ненадолго потерял вас двоих и оказался возле ручья, где нашел это.

— Итак, нам просто нужно найти Брайса, — радостно говорит Хейли.

— Ага, — Джеймс берет меня за руку, и мне неприятно признавать, что я чувствую себя намного безопаснее, когда он со мной. — Давай просто надеяться, что его никто не заметил.

— Я буду так зла на него, если это случится, — ворчит Хейли, затем останавливается и поднимает руку.

— Что это? — спрашиваю я, подходя к ней.

— Я не знаю, — она оглядывается. — Клянусь, я что-то слышала.

— Вот фонарик, — Джейс указывает в том направлении, и я всматриваюсь в темноту и замечаю фонарик в нескольких футах от себя, лежащий на боку, больше не освещающий ветви над головой, а вместо этого посылающий поток света по земле.

— И где Брайс? — спрашиваю я, поворачиваясь по кругу.

— Посмотри вверх, — раздается крик Брайса, и секундой позже я слышу глухой удар и вижу, как его высокая тень появляется перед Хейли, которая направилась к фонарику.

— Ты прятался там все это время? — спрашивает она, смеясь.

— Ага, — он хихикает, смотрит в нашу сторону. — Мы вышли из игры?

— Боже мой, ты в нас не веришь, — Хейли бьет его в грудь, в то время как Джейс тянется к моей руке.

— Я верю в тебя, малыш. Пенни, та, в кого я не верю.

— Это немного грубо, — я пристально смотрю в его сторону, надеясь, что даже если он этого не видит, он может это почувствовать.

— Кексик, тебе действительно не везет.

— Ты прав, и это началось, когда я встретила тебя, так что, наверное, мне следует что-то с этим сделать, — я поднимаю взгляд на Джейса. — Например, избавиться от источника этого.

— Ты никогда от меня не избавишься.

— Мммм, — промычала я, и Джейс крепче сжал мою руку.

— Черт, — вырывается у Брайса, когда мы слышим крики людей, и я мгновенно понимаю, что это еще одна команда, бегущая к победе.

Не говоря ни слова все мы начинаем бежать, и когда пробираемся сквозь деревья, я вижу Мэл, Йена, Лейни — дочь Евы, которая появилась вчера, потому что она медсестра и не смогла взять отгул, и Троя, выходящих из леса в нескольких футах от нас.

— О нет, — я начинаю бежать быстрее, и люди, которые выбыли, и также все, кто ждал, пока мы играли, начинают подбадривать нас, пока мы бежим к причалу.

— Давай! — кричит Джанелль, размахивая руками в воздухе и подпрыгивая вверх-вниз, а я бегу так быстро, как только могу, что совсем не быстро. На самом деле, это похоже на один из тех снов, в которых вы пытаетесь бежать так быстро, как только можете, но независимо от того, сколько усилий вы прикладываете, ваши ноги слишком тяжелы, чтобы по-настоящему развить скорость.

— Поднимем их! — кричит Брайс, и я не понимаю, о чем он говорит, пока Джейс не разворачивается лицом ко мне. В следующее мгновение его плечо упирается мне в живот, и я повисаю вниз головой у него на спине.

— Опусти меня! — кричу я во всю глотку, когда Джейс бежит на полной скорости, и слышу, как Хейли кричит то же самое вместе со мной. Поскольку я ничего не вижу, я не знаю, когда мы доберемся до финиша, но вскоре все начинают аплодировать, и меня толкают, прежде чем поставить прямо на ноги.

— Мы победили, — он смеется, обнимая меня так крепко, что у меня перехватывает дыхание, и хотя я хочу разозлиться на Джейса за то, что он перекинул меня через плечо, как бесполезный мешок с картошкой, я не могу. Его счастье заразительно, и я, как идиотка, понимаю, что по уши влюбилась в него.

Черт.

— О боже, — хнычу я, а Джейс рукой закрывает мне рот.

— Ты должна вести себя тихо, принцесса, — шепчет он, его теплое дыхание касается моего уха. Встретившись с ним взглядом в зеркале, я киваю, чувствуя неистовство, когда Джейс сжимает мой клитор, а его твердый член медленно заполняет меня сзади.

Когда я вошла внутрь, чтобы переодеться в купальник, и потом потусоваться у озера с Джанелль и Хейли, я не ожидала, что он спустится вниз и подстережет меня в ванной, пока я буду голой. У меня был план, как на сегодня увеличить дистанцию между нами, и мой план работал. Я проснулась раньше него и высвободилась из его объятий, а затем занялась тем, что помогла его маме подготовиться к сегодняшнему шоу талантов, которое является заключительным мероприятием встречи родственников.

Пока он работал, я думала, что буду в безопасности, что мне не придется видеть его снова до сегодняшнего вечера.

Но в ту секунду, когда я оказалась голой, Джейс открыл дверь, прижал меня к раковине и начал шептать мне на ухо непристойности. Вот так просто мой план поступить правильно, по-умному, вылетел в трубу, и, как наркоманка, я начала практически умолять Джейса поступить со мной по-своему.

— Хорошая девочка, — он убирает руку от моего рта, а зубы впиваются в мое ухо. — Теперь откинь свою задницу назад, принцесса. Я хочу проникнуть поглубже.

О боже, я приподнимаюсь на цыпочки и делаю, как он просит.

От его одобрительного рычания у меня по спине пробегают мурашки, и я закрываю глаза, чтобы не видеть его позади себя. Джейс следит за нами в зеркале горящим взглядом, в то время как я смотрю на него, покрытого татуировками; руками, перекрещивающимися на моем теле, что составляет полный контраст с моей кремовой чистой кожей. Тяжело дыша, дрожа и на взводе, я обхватываю пальцами край столешницы. Я не знаю, сколько еще я смогу продержаться. Часть меня не хочет отпускать, переступать через край, потому что, когда это произойдет, этот момент закончится, и мне придется вернуться ко лжи самой себе для моего же чертова блага.

— Посмотри на меня, принцесса, — тихо приказывает Джейс мне на ухо, и когда я качаю головой, он выскальзывает из меня почти полностью, оставляя только кончик члена у моего входа. Я распахиваю глаза, и когда встречаюсь с его взглядом в зеркале, задерживаю дыхание. — Смотри, — Джейс сжимает обе мои груди своими большими руками. — Почувствуй, — он медленно скользит обратно в меня, и мое дыхание замирает, когда Джейс задевает ту часть меня, которая причиняет удовольствие и боль.

— Я мог бы жить внутри твоей уютной маленькой киски, — Джейс скользит зубами по моему горлу, и мои мышцы сжимаются вокруг его члена. — Тебе нравится эта идея? — я чувствую его улыбку на своей коже, когда откидываю голову к нему на плечо. — Я не могу дождаться, когда трахну тебя как следует, — выдавливает Джейс, прижимаясь бедрами к моим снова и снова, с каждым толчком приближая меня к грани освобождения.

— Джейс, — хнычу я, близкая к тому, чтобы развалиться на части, и Джейс обхватывает мое горло.

— Хочешь кончить?

Я киваю, и одной рукой Джейс скользит вверх по моему подбородку, чтобы повернуть мою голову к себе, а другой движется вниз по моему животу и меж моих бедер. Джейс скользит языком в мои приоткрытые губы, и я целую его в ответ; пальцами Джейс кружит над моим клитором. Я дергаю бедрами, ноги слабеют, и звезды начинают танцевать за моими закрытыми веками.

До него оргазм был просто разрядкой, но каждый раз, когда Джейс доводит меня до предела, я чувствую, что испытываю внетелесный опыт. Джейс отрывается от моих губ и накрывает мой рот ладонью, набирая темп и жестко трахая меня, отрывая от земли при каждом толчке вверх.

Я кончаю, выкрикивая его имя, и чувствую, как его толчки становятся беспорядочными, когда Джейс использует меня, чтобы кончить. Полностью опустошенная, я падаю вперед, прислонившись к стойке передо мной, когда Джейс замирает, уверенная, что оказалась бы на полу, если бы он не держал меня.

— Боже, Пенни, — шипит Джейс, в то время как мое лоно продолжает сжиматься вокруг его члена, как будто пока не желает его отпускать. — Твоя киска убьет меня, принцесса.

Джейс губами скользит вниз по моей спине, когда медленно выходит из меня. Поворачивая меня в своих объятиях, Джейс обхватывает меня руками, крепко прижимая к своей груди, и я закрываю глаза, слушая, как его сердцебиение стучит у моего уха, темп совпадает с моим собственным.

— Ты в порядке? — Джейс кончиками пальцев убирает волосы с моего влажного лба, и я поднимаю на него взгляд.

— Да, — тихо говорю я, и мягкий взгляд его глаз еще немного разрушает щит, который я возвела вокруг своего сердца, как будто это не более чем распущенная нитка на старом свитере.

— Ты голодна? Я подумал, мы могли бы взять гидроцикл и поехать пообедать? — Джейс заставляет меня отступить на шаг, затем тянется и включает воду в раковине.

— О, — я подпрыгиваю, когда теплая ткань внезапно оказывается у меня между ног. О боже, все было намного проще, когда я думала, что он придурок. — Я собиралась провести немного времени с твоей мамой и Хейли, так как мы уезжаем завтра, — мне действительно нужно привести свой план в действие, потому что даже мысль о том, что наши пути разойдутся, вызывает у меня желание убрать эту опасность от своего сердца.

— Хорошо, пока ты тусуешься с девочками, я посмотрю, не хотят ли мой папа и Брайс чем-нибудь заняться.

— Правда?

— Да, — он протягивает мне низ моего купальника. — Я могу смириться с этим и порыбачить пару часов.

— Я уверена, твоему отцу это понравилось бы, — я хватаю верх своего костюма и надеваю его, пока Джейс разбирается с презервативом.

— Какие планы на вечер? — спрашивает он, надевая шорты.

— Твои родители исполняют песню из «Грязных танцев», а Дэш показывает какие-то фокусы со своими родителями.

— Что мы делаем?

— Что? — я отрываю глаза от его пресса.

— Мы выступаем?

— Нет, — я чувствую, как мои брови сходятся на переносице. — Я сказала твоей маме, что это действительно не совсем твое.

— Ты хотела что-то сделать?

— У меня нет таланта, — я качаю головой.

— Есть, — его глаза блуждают по мне и темнеют. — Но это не то, чем я хочу поделиться со всеми.

— Это просто слова, — мои щеки вспыхивают, и он хихикает.

— Ты милая, когда краснеешь, принцесса.

— Перестань называть меня так, — я выхожу из ванной, когда Джейс открывает дверь, и прежде чем успеваю сделать пару шагов, он разворачивает меня, а затем толкает обратно на кровать. Когда он опускается на меня сверху, мой пульс учащается, и я смотрю на его красивое лицо. — Что ты делаешь?

— Кое-что проверяю, — он наклоняет голову и покусывает мою шею до верхушек грудей, затем опускает чашечку моего купальника. Когда Джейс втягивает мой сосок в рот, выгибаю спину, а пальцами впиваюсь в его бицепс. — Ты моя, принцесса? — спрашивает он, со звуком отпуская мой сосок, и я качаю головой. — Хм, — Джейс проводит рукой вверх по моему бедру, пальцами играя по краю моих трусиков.

— Джейс.

— Прямо здесь, принцесса, — шепчет он, скользя пальцем под резинкой по моему чувствительному клитору. — Моя маленькая грязная принцесса уже мокрая для меня.

— Я ненавижу тебя.

— Нет, — Джейс поднимается по моему телу, приближая свое лицо к моему. — Ты л…

— Пенни, ты в порядке? — Джанелль стучит в дверь, обрывая все, что он собирался сказать, и мои глаза расширяются, как будто мне шестнадцать, и его родители застукали меня целующейся со своим парнем.

— Да, — я отталкиваю от себя Джейса и быстро поправляю свой костюм, как будто она может видеть через дверь. — Я как раз заканчиваю переодеваться.

— Хорошо, увидимся снаружи.

— Да, встретимся там, — я свирепо смотрю на Джейса, когда он переворачивается на спину и закидывает руки за голову, как будто ему на все наплевать. — Я собираюсь убить тебя во сне.

— Я ничего не сделал, просто доказал свою правоту, кексик, — садится он.

— Повеселись со своим папой, — я надеваю шлепанцы и обхожу кровать.

— Пенни, — зовет Джейс, когда начинаю открывать дверь спальни, и я смотрю на него.

— Да?

— Я хочу поцеловать тебя на прощание.

— Что?

— Я хочу поцеловать тебя на прощание.

— Жаль, — я открываю дверь шире, и взвизгиваю, когда Джейс разворачивает меня лицом к себе.

— Поцелуй меня, — требует он, приближая свое лицо к моему.

— Нет.

— О, господи, просто поцелуй его. Мне пришлось слышать, как вы двое делали и похуже, — ворчит Джанет, проходя мимо нашей открытой двери, и я недоверчиво приоткрываю рот, а все тело становится горячим от унижения.

— Бабушка, перестань смущать Пенни! — Джейс кричит у меня над головой, а я зажмуриваюсь.

— Перестань пользоваться туалетом, как будто это твой личный бордель, — кричит она в ответ, и Джейс смеется.

Он смеется… как будто это смешно.

О…

Мой…

Бог.

— Это не смешно, — шиплю я, и он ухмыляется.

— Это немного забавно, принцесса, — Джейс хватает меня за лицо и запечатлевает поцелуй на моих губах. — Увидимся позже.

— Нет, потому что я собираюсь отправиться на поиски волшебного портала, который заберет меня из этого места.

— Удачи с этим, — улыбается Джейс и снова целует меня, прежде чем вытолкнуть за дверь.

Придурок.

Возможно, вчера я и не нашла волшебный портал, но, тем не менее, я нашла способ подавить свое смущение с помощью коктейлей маргариты, в которых было больше текилы, чем всего остального. Но сейчас, когда солнце ярко светит сквозь жалюзи, которые мы, очевидно, забыли закрыть прошлой ночью, и у меня раскалывается голова, я серьезно сожалею о своем решении забыть о своих заботах.

— Доброе утро, королева танцев, — шепчет Джейс мне на ухо, и я стону, когда образ того, как я танцевала прошлой ночью, вспыхивает в моей голове. Воспоминание, которое, я действительно надеюсь, является ничем иным, как остатком ночного кошмара, а не реальным событием.

— Пожалуйста, скажи, что ты не позволил мне выйти на сцену прошлой ночью на шоу талантов, — шепчу я, накрывая голову подушкой.

— Позволить тебе? Я ничего не разрешал тебе делать. Ты сказала нам, что собираешься исполнить один из танцевальных номеров, которым научилась, когда была в спортивной команде, и ты не примешь «нет» в качестве ответа.

— Меня выгнали из спортивной команды после первой недели, потому что я случайно ударила капитана по лицу.

— Это чушь собачья, — говорит Джейс, и в его голосе слышится раздражение за меня.

— Три раза, — я зажмуриваюсь, когда он вырывает у меня из рук подушку.

— Ты ударила ее по лицу три раза?

— Да, — я приоткрываю один глаз и вижу, что он улыбается мне.

— Вчера вечером ты забрала домой трофей шоу талантов, так что можешь опубликовать это в своих социальных сетях и показать этим цыпочкам, что они облажались, выгнав тебя из команды.

— Думаю, я оставлю это достижение при себе, — бормочу я, и Джейс наклоняется, касаясь губами, на которых играет улыбка, моих губ.

— Ты действительно гибкая, кексик. У меня такое чувство, что ты что-то от меня скрываешь.

— Боже мой, заткнись, — шепчу я, зная, что мое лицо, вероятно, вишнево-красное.

— Было жарко.

— Я так сильно тебя ненавижу.

— Нет, не ненавидишь, — Джейс скатывается с кровати, и я замечаю, что он полностью одет. — Все завтракают.

— Который час?

— Начало одиннадцатого. — Я сажусь, затем опускаю взгляд, когда Джейс опускает глаза на мою грудь и его взгляд вспыхивает.

— Где моя футболку? — я натягиваю простыню на грудь.

— Прошлой ночью ты решила, что хочешь спать без нее, потому что тебе было неудобно.

— И ты мне позволил?

— Как будто я стал бы спорить с тобой по этому поводу? — он усмехается.

— Что, если бы был пожар?

— Его не было.

— Но что, если бы был? — я быстро встаю с кровати и начинаю оглядываться в поисках чего-нибудь, что можно было бы надеть.

— Тогда я бы дал тебе футболку, — я ловлю усмешку Джейса, когда натягиваю футболку через голову, и закатываю глаза.

— Я выйду после того, как почищу зубы, — я поворачиваюсь к ванной и ожидаю, что он уйдет, но Джейс следует за мной и прислоняется к дверному косяку. — Во сколько наш рейс? — спрашиваю я и беру зубную щетку.

— В два, — рассеянно говорит Джейс, когда его телефон начинает звонить, и он достает его из кармана, глядя на экран. — Я должен ответить. Встретимся на кухне.

— Конечно, — бормочу я, и он уходит, чтобы ответить на звонок.

Мне требуется несколько минут, чтобы привести себя в порядок, дабы не выглядеть с похмелья настолько, насколько я себя чувствую, затем выхожу из комнаты.

Когда я захожу на кухню, все взгляды устремляются на меня, и я не знаю, кто начинает хлопать первым, но вскоре все делают это, смеясь.

— Спасибо, — стону я, вытаскивая один из складных стульев, которые принесли внутрь после драки мальчиков, и сажусь рядом с Хейли.

— Как ты себя чувствуешь сегодня утром? — спрашивает Джанелль, протягивая мне чашку кофе.

— Хорошо. К сожалению, я выпила недостаточно, чтобы полностью забыть все, что произошло прошлой ночью, — говорю я, и все начинают смеяться.

— Ты устроила настоящее шоу, — Джанет улыбается, пряча улыбку за чашкой кофе, и я поджимаю губы. Я не знаю, когда мне начала нравиться пожилая леди, но за последнюю неделю я прониклась к ней симпатией, даже несмотря на то, что она одна из самых грубых людей, которых я когда-либо встречала в своей жизни.

— Я не могу дождаться, чтобы увидеть, что ты придумаешь в следующем году, — Хейли прижимается своим плечом к моему, и я заставляю себя улыбнуться, потому что напоминание о том, что меня здесь не будет в следующем году, отстой.

— Помоги? — Дэш раскачивается, кладя передо мной книжку-раскраску, и я беру его на руки, чтобы посадить к себе на колени. Когда мы начинаем раскрашивать, Джейс заходит на кухню, и его взгляд останавливается прямо на мне, затем перемещается на Дэша.

— Ты пытаешься украсть мою девушку, маленький пижон? — спрашивает он. А Дэш, даже не потрудившись взглянуть на него, быстро отвечает:

— Да.

— Тебе нужно завести свою.

— У меня есть своя, — он поворачивается, чтобы посмотреть на меня. — Верно, тетя Пенни?

— Верно, — я провожу рукой по его мягким волосам, и Дэш улыбается мне, прежде чем спрыгнуть с моих колен и пойти к своей маме.

— Итак, — начинает Джанелль, переводя взгляд с Джейса на меня, пока он маневрирует, чтобы усесться на сиденье и посадить меня к себе на колени, — мы с папой поговорили, и мы приедем навестить вас в конце следующего месяца, если вас двоих это устроит.

О нет. Мое сердце болезненно сжимается в груди, и это чувство только усиливается, когда она продолжает.

— Я подумала, что, пока мы там, можно было бы заняться интересными туристическими делами, для которых у нас не было возможности, и провести немного времени с твоей мамой, — глаза Джанелль заблестели, когда встретились с моими. — Может быть, даже немного заняться планированием свадьбы.

— Неплохо, — говорит Джейс, накрывая мою руку своей, и тут я понимаю, что впиваюсь ногтями в его бедро.

— Хорошо, я не могу дождаться. Это будет так весело, — она улыбается. Джанелль подходит к плите и спрашивает через плечо: — Сколько блинчиков ты хочешь, Пенни?

— Я не буду, спасибо, — я забираю свою руку из руки Джейса и прижимаю ее к своему животу, в котором чувствую тошноту.

— Тебе следует поесть, кексик. Это может помочь с похмелья.

— Может быть, позже.

— Хорошо, — я чувствую, как его губы касаются моего плеча, и это чувство в груди, которое я пытаюсь игнорировать, усиливается. Неделю назад все казалось таким простым — войти и выйти… на пятьдесят тысяч долларов богаче. Я не ожидала, что получу одно из лучших впечатлений в своей жизни или влюблюсь в семью Джейса и в ту воображаемую жизнь, которой мы жили.

Боже, я идиотка.

— Мне нужно принять душ и собраться, — тихо говорю я, оглядываясь через плечо на Джейса.

— Хорошо, я зайду собрать свои вещи через несколько минут.

— Конечно, — я встаю, и Джанелль посылает мне улыбку, прежде чем я беру свой кофе и выхожу из кухни.

После душа я начинаю собирать все свои вещи и прибираться в комнате. Заходит Джейс, чтобы собрать свои вещи, и помогает мне. К тому времени, когда мы заканчиваем, уже почти час и пора уходить, поэтому он выносит наши чемоданы из комнаты, и все решают проводить нас, чтобы попрощаться.

Стоя около арендованного Джейсом джипа, я наблюдаю, как он загружает мою сумку в багажник, а затем, глубоко вздохнув, поворачиваюсь лицом к его маме. Когда Джанелль сжимает меня в крепком объятии, слезы, которые я пыталась сдержать все утро, проливаются наружу. Я ненавижу прощания, и это кажется хуже, чем большинство.

— Не плачь, — она откидывается назад, чтобы посмотреть на меня, обхватывая мое лицо обеими руками. — Увидимся через несколько недель.

— Знаю, — я вытираю рукавом свитера влагу со щек.

Движение бессмысленно, потому что в тот момент, когда Дэниел обнимает меня, я снова начинаю плакать.

— Когда мы приедем в гости, мы с тобой отправимся на рыбалку, — мягко говорит он, крепко сжимая меня, прежде чем отпустить.

— Я бы с удовольствием, — я шмыгаю носом, снова вытирая щеки, прежде чем обнять Хейли.

— Когда у тебя будет свободная минутка, прими запрос в друзья, который я отправила тебе сегодня утром, — говорит она, покачивая меня из стороны в сторону.

— Приму, — я отпускаю ее, затем быстро обнимаю Брайса, прежде чем поднять Дэша. — Веди себя хорошо.

— Я не могу этого обещать, — его руки крепче обвиваются вокруг моей шеи, когда я смеюсь, и, поцеловав его в щеку в последний раз, я ставлю малыша на ноги и смотрю на Джанет.

— Ну, давай. Давай покончим с этим, — приказывает она, широко разводя руки, и я с улыбкой на лице иду в ее объятия. — Сначала я не была уверена, но я думаю, что у вас двоих все будет просто отлично, — шепчет она мне на ухо, и эти глупые слезы текут сильнее.

— Спасибо, — шепчу я в ответ, затем обхватываю себя руками за талию, наблюдая, как Джейс прощается со всеми. Закончив, он берет меня за руку и начинает вести к джипу.

— Стойте, подождите, — кричит Ева, и мы оба поворачиваемся и смотрим, как она бежит в нашу сторону с трофеем, который примерно такой же большой, как она сама. — Ты не можешь уйти без этого, — она протягивает трофей мне.

— О, я не могу, — я начинаю отрицательно качать головой, но она сует его в мои руки, не оставляя мне другого выбора, кроме как взять.

— Мы все согласились, что ты можешь оставить его себе на год, — Джанелль смеется, а я смотрю на всех собравшихся вокруг нас, затем опускаю взгляд на дурацкий трофей, который держу в руках, и разражаюсь слезами.

— О нет, — шепчет Ева, и трофей забирают у меня, чтобы Джейс мог повернуть меня и обнять.

— Все в порядке, кексик. — Правда ли это? Я так не думаю. — Она не любит прощаний, — говорит Джейс поверх моей головы. А я знаю, что все, вероятно, смотрят на него с вопросом, что, черт возьми, с ней не так?

— Я в порядке, — я делаю глубокий вдох и вытираю щеки.

— Ты уверена? — спрашивает Джейс, когда пальцами берет меня за подбородок, приподнимая мою голову так, что у меня нет выбора, кроме как посмотреть на него.

— Да, — я киваю, и, не говоря ни слова, Джейс качает головой, затем наклоняется, чтобы поцеловать меня в лоб.

— Прости, — я смотрю на Еву, и ее лицо смягчается, прежде чем она обнимает меня.

— Скоро увидимся.

— Хорошо, — я прерывисто вздыхаю, когда она отпускает меня, затем Джанелль снова обнимает меня.

Когда мама Джейса отпускает меня, Джейс берет меня за руку и провожает до двери, пока его отец кладет трофей в багажник.

— Эй, — Джейс обхватывает мою щеку, когда сажусь в машину, и я встречаюсь с ним взглядом.

— Я в порядке, — вру я, и он дарит мне мягкую улыбку, которая говорит, что он знает, что я лгу, прежде чем прикоснуться своими губами к моим и закрыть дверь.

Когда Джейс садится за руль, я машу из окна всем, кто наблюдает за нами, затем глубоко вздыхаю. Дело сделано. Все сделано, и теперь я не знаю, что делать с собой, или даже что сказать Джейсу. «Спасибо тебе за оргазмы и неделю, проведенную с твоей семьей» — звучит невероятно глупо, и я ни за что не хочу даже говорить о деньгах, потому что, честно говоря, они мне больше не нужны. И если он заговорит об этом, я, скорее всего, набью ему морду.

На самом деле, я чувствую, что мне нужно несколько дней, чтобы разобраться в своих эмоциях с помощью вина и большого-большого количества мороженого.

— Я хочу, чтобы ты поехала со мной домой, — говорит Джейс, нарушая тишину, которая установилась между нами, и я смотрю на него. — Или мы могли бы остановиться у тебя, но поскольку мой дом ближе к офису, в понедельник добираться на работу будет легче.

— Ты хочешь, чтобы я осталась с тобой?

— Да, — Джейс тянется к моей руке и переплетает наши пальцы.

— В твоем доме в Сан-Франциско? — я спрашиваю просто для подтверждения.

— Да, — он смеется, поглядывая на меня и сжимая мою руку. — С тобой все в порядке?

Со мной? Я не знаю, что происходит, и я слишком труслива, чтобы спросить его прямо, потому что, черт возьми, быть отвергнутой не легче, чем когда Джейс говорит мне, что просто хочет переспать со мной еще несколько раз.

— Кексик, тебе нужно поговорить со мной. Я не знаю, что происходит у тебя в голове, и я не посещал занятий по чтению мыслей, когда учился в колледже.

— У меня нет чистой одежды, и мне нужно проверить почту.

— Хорошо, сегодня вечером мы останемся у тебя дома, а завтра, после завтрака, можем отправиться ко мне.

— Хорошо, — соглашаюсь я еще до того, как осознаю, что говорю, потому что, как жадная до наказаний, я воспользуюсь любой возможностью провести с ним время, и к черту последствия.

Джейс стоит прямо за мной, я вставляю ключ в замок своей двери и, повернув ручку, толкаю ее внутрь. Включив свет, я отступаю назад, пока он заносит наши сумки внутрь, затем закрываю за нами дверь и по привычке задвигаю ночную задвижку на место. Несмотря на то, что я спала в самолете, пока Джейс работал, я все еще вымотана путешествием.

Или, может быть, я истощена эмоциональными американскими горками, на которых сегодня каталась.

В любом случае, я ничего так не хочу, как съесть что-нибудь, принять душ и свернуться калачиком в постели с ним.

— Мило, — Джейс оглядывается, и я вижу то, что видела каждый божий день в течение последних шести лет. Моя маленькая гостиная с диваном, который я добыла в IKEA, развлекательный центр, на котором хранятся все мои ценные книги по истории вместе с растениями, которые дети дарили мне на протяжении многих лет, и мой телевизор. Поскольку кухня находится всего в нескольких шагах и разделена всего половиной стены, я знаю, что он видит мои открытые шкафы и всю столовую посуду, которую я купила на блошиных рынках по всему городу. Я не раз убеждалась, что вернусь домой и обнаружу, что у меня есть чашка или чайник, тарелка, которая должна быть где-нибудь в музее.

— Спасибо, — я иду в спальню, которая находится всего в нескольких шагах отсюда, и включаю там свет, прежде чем скинуть туфли и снять свитер, который надела поверх платья, бросив его на изголовье кровати.

Когда возвращаюсь в гостиную минуту спустя, я застаю Джейса рассматривающим несколько фотографий, которые висят у меня на стенах, и он улыбается мне. Когда Джейс сказал мне, что мы останемся у меня на ночь, я не подумала о том, как странно было бы видеть его в моем пространстве среди всех моих вещей.

— Как долго ты здесь живешь?

— Шесть лет, плюс-минус несколько месяцев, — я подхожу, чтобы встать рядом с ним, и с непринужденной фамильярностью Джейс притягивает меня к себе, и я смотрю на него снизу вверх. — Когда я окончила колледж — переехала к маме, но после того, как устроилась на работу, она сказала мне, что собирается брать с меня почти втрое больше, чем я заплатила бы за ипотеку или аренду жилья в любом другом месте, — я смеюсь над взглядом, которым он на меня смотрит. — Я знаю, это звучит так, будто она была резка, но это был ее способ заставить меня расправить крылья. Мне это было нужно, иначе я бы жила с ней вечно, и она это знала.

— Значит, у тебя проблемы с переменами?

— Нет, — я хмуро смотрю на него. — Я просто…

Черт, у меня действительно проблемы с переменами.

Я ненавижу перемены больше всего на свете, вот почему я осталась со своим бывшим, даже когда знала, что он подонок. И почему я не перешла в старшую школу преподавать историю, хотя это было моей мечтой, и почему я не сделала дюжину других вещей, которые хотела сделать за эти годы.

— Это не имеет значения, — я иду на кухню, игнорируя его тихий смех, когда Джейс следует за мной, и открываю ящик, где храню меню ближайших ресторанов. — Я переехала сюда и коплю на дом, который, скорее всего, никогда не смогу себе позволить, потому что давай будем честными. Я учительница, и у меня нет возможности оплатить ипотеку на миллион долларов в этом районе. Но… — я поднимаю на него глаза. — Однако у меня будут кое-какие сбережения на случай, когда я однажды выйду на пенсию, и есть это жилье.

— Это жилье, — он подходит ко мне сзади и обхватывает меня за талию. — Что мы будем есть на ужин?

— На твой выбор. Китайская кухня, индийская, пицца или прямо по улице есть Subway. Какое у тебя настроение?

— Ты, — Джейс покусывает мою шею.

— Китайская, поскольку они доставляют, — говорю я и чувствую, как Джейс улыбается у моей кожи.

— Звучит заманчиво.

Поворачиваясь в объятиях Джейса, смотрю на него снизу вверх. Когда Джейс блуждает по моему лицу пристальным взглядом, и это знакомое мягкое выражение наполняет его глаза, я хочу спросить, о чем он думает, но страх удерживает вопрос застрявшим у меня в горле.

— Мне нужно заняться стиркой и сбегать проверить почту.

— Что ты хочешь, чтобы сделал я?

— Ты можешь заказать для нас ужин, — я наклоняюсь, касаясь своими губами его губ, затем обхожу Джейса.

— Чего ты хочешь? — спрашивает он, доставая из кармана свой сотовый телефон.

— Я не знаю. Удиви меня, — беру чемодан из гостиной и качу его на кухню, к шкафчику, где расположены моя стиральная машина и сушилка. Пока я загружаю стирку, Джейс заказывает ужин и заканчивает к тому времени, как я запускаю машинку. — Хочешь прогуляться со мной до моего почтового ящика? — спрашиваю я, надевая пару сандалий, которые держу рядом с дверью.

— Конечно, — Джейс пожимает плечами, и я беру ключи со столика рядом с дверью.

Когда мы выходим на улицу, я жалею, что не захватила с собой свитер. С заходом солнца воздух остыл, и даже если на улице не холодно, я все равно чувствую холодок на своей обнаженной коже. Как будто Джейс знает, о чем я думаю, он обнимает меня за плечи и прижимает к своему телу.

Поскольку мой почтовый ящик находится внизу длинного ряда лестниц, на то, чтобы добраться до него, уходит несколько минут, поскольку мы сплелись друг с другом, как сиамские близнецы, и я ни за что не отпущу его, если не отпустит он.

Когда мы добираемся до конца, я открываю свой почтовый ящик и стону. Маленькая металлическая щель забита рекламными листовками, журналами, как я предполагаю, дюжиной нежелательной почты и несколькими счетами.

Джейс забирает у меня все, как только я достаю бумаги из ящика, и когда мы поворачиваемся, чтобы вернуться ко мне, Бен, который живет в соседней квартире, направляется к нам по тротуару.

Любопытное выражение на его лице, когда он переводит взгляд с Джейса на меня, заставляет меня прикусить нижнюю губу и занервничать. С тех пор как я здесь живу, у меня никогда не было парня в гостях, так что я уверена, что у него есть миллион вопросов, даже если мы всего лишь соседи, а не лучшие друзья.

— Привет, Бен, — приветствую я, присаживаясь на корточки, чтобы уделить Мини, его щенку, немного внимания, когда она начинает пританцовывать на своих коротких задних лапках.

— Привет, Бен? — повторяет он, в его голосе звучит недоверие, и я поднимаю на него взгляд. — Женщина, где, черт возьми, ты была?

— Ммм… — я встаю и смотрю на Джейса. — Меня не было неделю.

— Очевидно, — фыркает он, оглядывая Джейса, прежде чем сфокусироваться на мне. — Фрэнк собирался позвонить в полицию завтра, если ты не придешь домой. Он убедил себя, что ты будешь в эпизоде одного из криминальных подкастов, которые он так любит.

— Мне жаль. Я не подумала о том, чтобы оставить записку или что-то в этом роде.

— Записку, — он смеется. — Мы жили с тобой по соседству два года, и ты присматриваешь за Мини, когда нас нет дома. У нас должен быть твой номер.

— Ты прав, — бормочу я, затем поднимаю взгляд на Джейса и объясняю. — Бен и Фрэнк живут по соседству со мной, — я показываю рукой в сторону Бена.

— Понятно, кексик, — говорит Джейс, затем устремляет взгляд к Бену, когда он ахает.

— Ты выходишь замуж? — он хватает меня за руку и подтаскивает на шаг к себе. — Черт возьми, этот камень огромен.

Боже мой, как я могла забыть о дурацком кольце? Несколько дней оно казалось чужеродным на моем пальце, но теперь кольцо просто там, как продолжение меня.

Я вырываю свою руку из его хватки, что нелегко.

— О нет, я…

— Мы только что обручились, — Джейс обрывает меня прежде, чем я успеваю солгать, и я прижимаю руку к животу и смотрю на него снизу вверх, чувствуя слабость. Я до сих пор даже не знаю, что происходит между нами, поэтому то, что он говорит, что мы помолвлены с кем-то, кто не входит в круг его семьи, это уже слишком.

Слишком много.

— Правда? — Бен переводит взгляд между нами, и я переминаюсь с ноги на ногу. — Фрэнку это понравится, он всегда говорил о том, что нам нужно найти кого-нибудь для тебя, но большинство мужчин, которых мы знаем… — его голова дергается из стороны в сторону. — Ну, вы поняли.

— Да, — тихо говорю я. Джейс перекладывает всю мою почту под мышку, чтобы притянуть меня к себе, как будто один из натуралов, о которых Бен не знает, собирается появиться, перекинуть меня через плечо и убежать со мной.

— Мы должны отпраздновать это, — говорит Бен. — У меня есть бутылка шампанского, которую я приберег для подходящего случая, и это он.

— Мы бы с удовольствием, — вставляет Джейс, прежде чем я успеваю вежливо отклонить его предложение. — Мы только что вернулись домой и заказали ужин, но если ты…

— Это прекрасно, — обрывает его Бен, прежде чем Джейс успевает закончить то, что собирался сказать. — Фрэнк будет дома в восемь. Мы встретимся с вами в саду в половине девятого, — он переводит взгляд на нас по очереди. — Я закончу прогулку с Мини, а затем отправлю Фрэнку сообщение, сообщу ему о наших планах.

— Звучит заманчиво, — говорю Бену, и он широко улыбается мне, прежде чем уйти, зовя Мини следовать за ним.

— Итак, сегодня вечером мы выпьем с моими соседями, чтобы отпраздновать нашу помолвку, — говорю я, когда мы поднимаемся по лестнице ко мне домой, и Джейс улыбается мне, смотря с высоты своего роста.

— Да.

— Ты же помнишь, что мы на самом деле не помолвлены, верно?

— На тебе все еще кольцо.

— Да, потому что… — я начинаю объяснять, что забыла об этом, но прежде чем успеваю закончить, начинает звонить телефон Джейса. Он отпускает меня, чтобы достать его из кармана, выражение его лица говорит мне, что он не очень доволен, когда смотрит на экран.

— Извини, я должен ответить, — он останавливается у моей входной двери и передает мне вещи в руки. — Я буду через минуту.

— Конечно, — я принимаю от Джейса быстрый рассеянный поцелуй, затем захожу к себе и оставляю дверь незапертой, чтобы ему не пришлось стучать.

Пока он на улице, я за несколько минут разбираю почту, затем, так как стиральная машина закончила стирать, перекладываю все вещи в сушилку. Я как раз начинаю поливать растения, когда он заходит внутрь, неся четыре знакомых на вид сумки, набитые до отказа.

— Возможно, я переборщил, — объясняет он, читая выражение моего лица.

— Ты заказал все меню? — я следую за ним на кухню.

— Учел разные варианты для тебя, — Джейс начинает доставать вещи из сумок, и трудно не заметить, что мое сердце растаяло в лужицу у его ног.

Шампанское всегда ударяло мне в голову. Даже на сытый желудок шипучая жидкость способна заставить меня чувствовать себя так, словно я выпила дюжину рюмок водки. Вот почему после двух бокалов я чувствую себя счастливой, расслабленной и немного навеселе. Или, может быть, эти эмоции вызваны тем, что я сижу на коленях Джейса, пока мы болтаем с Фрэнком и Беном посреди сада между нашими квартирами. Конечно, я общалась с этими двумя мужчинами за последние пару лет, но это всегда было мимоходом или когда Бен просил меня присмотреть за Мини для него, пока он уезжал куда-то за город на ночь или выходные.

Я никогда не знала, какие они забавные и насколько милые. Теперь я жалею, что не нашла времени познакомиться с ними поближе.

— Как долго вы, ребята, вместе? — спрашиваю Бена, когда Фрэнк уходит, целуя его, чтобы принести бутылку вина.

— Четыре года. Я был влюблен в него за год до того, как мы начали встречаться, но в то время я даже не знал, что ему нравятся мужчины, поэтому держал это при себе. Потом однажды вечером мы гуляли с друзьями, и он спросил, собираюсь ли я когда-нибудь сделать первый шаг, — Бен ухмыляется. — Я поцеловал его прямо тогда, и с тех пор мы вместе.

— Мне нравится, — шепчу я, на глаза наворачиваются слезы.

— А как насчет вас двоих? Как долго вы вместе? — спрашивает он, и, черт возьми, я должна была знать, что будут встречные вопросы ко мне, если я спрашиваю его про отношения.

— Недолго, — отвечает Джейс, прежде чем я успеваю. — Но в ту минуту, когда я увидел ее, я понял, что она должна быть моей.

— Ты этого не понял, — выпаливаю я, не задумываясь, встречая его взгляд через плечо.

— Понял.

— Я тебе даже не нравилась.

— Нет, я сразу же захотел трахнуть тебя, и поскольку в то время ты работала на меня, это бы не сработало, — говорит Джейс, и я ищу его пристальный взгляд. Святая корова, он говорит правду. Я-то предполагала, что влечение всегда было односторонним.

— Значит, ты… что… директор ее школы? — спрашивает Бен, и я поворачиваюсь в его сторону. Я совсем забыла, что он здесь.

— Я подменяла подругу в офисе Джейса. Он работает в сфере технологий в Сан-Франциско, — объясняю я, но не упоминаю, что на самом деле Джейс владеет компанией.

— О чем вы, ребята, говорите? — спрашивает Фрэнк, направляясь к нам с бутылкой красного вина.

— Пенни рассказывала, как они с Джейсом познакомились.

— Как вы двое познакомились? — спрашивает он, присаживаясь, и я рассказываю ему то, что только что сказала Бену, а Фрэнк переводит взгляд с Джейса на меня. — Но вы ведь недолго были вместе, не так ли?

— Да.

— Нет, но такое чувство, что я знаю ее целую вечность, — Джейс целует меня в макушку, и я таю в его объятиях.

— Итак, когда ты выходишь замуж?

— Ох, — я напрягаюсь, потому что именно здесь все может стать по-настоящему щекотливым. — Мы не выбирали да…

— Следующим летом или, может быть, осенью. Я хочу, чтобы у Пенни было время насладиться помолвкой. Я застал ее врасплох, когда предложил ей выйти за меня замуж, и мне повезло, что она согласилась. Если я заставлю ее взять мою фамилию, она может сбежать, а я не могу так рисковать.

— Она выглядит вполне довольной, — Бен улыбается Джейсу, затем сосредотачивается на мне. — Если вам нужна помощь в планировании вашего знаменательного дня, я знаю людей, которые работают в этой отрасли, и буду рад познакомить вас с ними.

— Мы были бы признательны, — тихо говорю я, и Джейс одобрительно сжимает мою талию.

И вот так я снова живу в стране иллюзий, потому что все во мне хочет верить, что это реально.

Следуя за обычным джипом Джейса, который на удивление почти идентичен тому, который ждал нас в Вашингтоне, только этот черный с несколькими улучшениями, я включаю сигнал поворота после того, как тот загорается у него. По мере того, как мы приближаемся к Сан-Франциско, беспокойство начинает расти внутри меня. Прошлой ночью и этим утром, когда он был в моем пространстве, я чувствовала себя неожиданно нормально после того, как преодолела первоначальную неловкость. Но сейчас я вступаю на незнакомую территорию, и как бы мне ни хотелось сказать, что я готова к этому, я ни в чем не уверена. С другой стороны, неделю назад я не была готова принять тот факт, что мы с ним делим постель, а теперь я не могу представить, что не буду засыпать или просыпаться с Джейсом каждый день.

Звонит сотовый, вырывая меня из раздумий, и когда я вижу имя Кристи на приборной панели, мой палец зависает над кнопкой на руле. Этим утром я поговорила с мамой, и поскольку Джейс был прямо там и дал понять, что он там, крикнув «привет!» и приблизив свое лицо к моему телефону, чтобы она могла его видеть, у меня не осталось выбора, кроме как объяснить, что мы с ним вроде как встречаемся. Хотя, когда я это сказала, он выглядел не очень счастливым. Но что я должна была сказать? Моя мама, со своей стороны, была явно счастлива, даже взволнована тем, что я снова рискнула познакомиться с мужчиной, и она сказала, что с нетерпением ждет встречи с ним, когда вернется домой.

Но Кристи не моя мама. Я знаю, она не обрадуется, что я теряю бдительность и делаю то, что предложил Джейс на прошлой неделе, оставляя все на волю случая. Нет, она, скорее всего, скажет мне, что я идиотка, особенно после того, как неоднократно давала понять, что мне не следует привязываться к Джейсу. Каждый раз, отправляя сообщение проверяя меня, пока нас не было, Кристи всегда добавляла «Не влюбляйся в него, Пенни» в конце каждого сообщения. Сначала я думала, что она ведет себя нелепо, потому что я не собираюсь влюбляться в Джейса. Но по прошествии недели я поняла, что должна была отнестись к ее предупреждению серьезнее.

Не то чтобы это принесло какую-то пользу. Я имею в виду, посмотри на меня сейчас, я следую за Джейсом в его дом, где останусь, по крайней мере, на несколько дней. Ведь он попросил меня собрать сумку, чтобы продержаться до следующих выходных.

Сделав глубокий вдох, я отменяю звонок и даю молчаливое обещание все объяснить Кристи, когда наберусь смелости спросить Джейса, что именно мы делаем. Я просто знаю, что сейчас не время рассказывать ей о том, что происходит, или выслушивать ее мнение. Я уже с головой в этой ситуации, мне не нужно, чтобы она еще больше сбивала меня с толку. Даже если я знаю, что она делала бы это из любви ко мне.

По мере того, как Джейс ведет нас ближе к пляжу, где дома, кажется, увеличиваются в размерах с каждым кварталом, комок в моем животе растет вместе с ними. Он включает поворотник и останавливается, я останавливаюсь вместе с ним, когда Джейс сворачивает на частную подъездную дорожку, и я наблюдаю, затаив дыхание, как открываются огромные двойные ворота. Я заезжаю за ним, паркуюсь перед одной из четырех гаражных дверей и смотрю на дом перед собой. Отсюда видны все резкие углы, но гигантские деревья склоняются над краями крыши, добавляя мягкости высокому сооружению.

Когда раздается стук в мое окно, я отвожу взгляд от его дома и смотрю на Джейса через стекло, чувствуя себя еще более не в своей тарелке, чем когда-либо в своей жизни.

Я должна была знать, что, поскольку Джейс миллиардер, он не будет жить в маленьком, удобном доме, подобном тому, в котором я выросла, и что он выберет дом, о котором большинство не может даже мечтать. Тем не менее, я не думала об этом.

— Ты собираешься выходить из своей машины?

— Я не знаю, — честно говорю Джейсу, и он жестом показывает мне опустить стекло.

— Что происходит, кексик? — он наклоняется к машине.

— Ты живешь в особняке, — выпаливаю я, быстро взглянув на его дом. — Знаю, я должна была предполжить это. Ну, то есть, если только ты не Уоррен Баффет, он все еще живет в доме, который купил за тридцать с чем-то тысяч долларов миллион лет назад, — я хмурюсь. — Хотя я уверена, что он также владеет островами и недвижимостью по всему миру, так что теперь я не знаю, почему я привела его в качестве примера.

— Это не особняк.

— Я почти уверена, что да, — не соглашаюсь я, оглядываясь на дом.

— Это всего лишь семь тысяч квадратных футов.

— Моя квартира восемьсот, и если бы я измерила, держу пари, на самом деле было бы меньше.

— Пенни, вылезай из машины, — вздыхает Джейс.

— Я…

— С тобой все будет в порядке, — Джейс открывает мою дверь и нажимает кнопку, чтобы поднять стекло, прежде чем перегнуться через меня, чтобы отстегнуть мой ремень безопасности.

— Джейс.

— Не волнуйся. Я не дам тебе потеряться, — Джейс поднимает меня с моего места, затем обхватывает мое лицо руками, как только я оказываюсь перед ним. — Я куплю нам портативные рации, если тебе от этого станет легче.

— Не будь занудой.

— Это не я тот, кто ведет себя иррационально.

— Я не веду себя иррационально, — выдавливаю я, когда Джейс отводит меня в сторону, чтобы закрыть дверь.

— Ты, но все в порядке. Мы зайдем внутрь, и ты увидишь, что это обычный дом.

— Особняк.

— Неважно, — бормочет Джейс, доставая обе наши сумки из багажника, и я хватаю трофей. — Идем.

Неохотно я следую за ним к двойным дверям, и когда они открываются, все, что я могу сделать, это уставиться с изумлением. Я предположила, что двери ведут в дом, но, конечно, это не так. За ними раскинулся огромный сад, бассейн и каменная брусчатка, ведущая к ступеням, а за всем этим арки и колонны, похожие на те, что можно увидеть в Риме. Есть даже голова льва, сделанная из какого-то камня, извергающего воду в бассейн, создавая спокойный звук.

— Здесь красиво, — говорю Джейсу в спину, когда он идет мимо бассейна к дому. — Держу пари, всем нравится приходить, когда у тебя вечеринка.

— Я не устраиваю вечеринки, и, кроме моей семьи, здесь никто не был, — он открывает двери в дом, и я снова ошеломлена.

Всего в нескольких шагах от входной двери находятся стеклянные окна, за которыми открывается вид на мост Золотые Ворота, который утирает нос виду из его офиса. Я бездумно подхожу к окну и кладу руки на стекло, глядя на залив и пляж внизу.

— Ты здесь живешь? — шепчу я, когда Джейс подходит сзади и обнимает меня за талию.

— Да.

— Ты когда-нибудь ходишь на пляж? — спрашиваю я, когда вижу пару, прогуливающуюся по песку внизу.

— Я — нет, но мы можем, — он целует меня в макушку. — Пойдем, я тебе все покажу.

— Хорошо, — я нерешительно отрываю взгляд от пейзажа и беру Джейса за руку.

Дом большой, намного больше, чем нужно одному человеку, но каждая комната оформлена настолько идеально, что я не чувствую себя как в выставочном зале. Здесь тепло и гостеприимно, совсем не так, как я ожидала. Или, может быть, мне следовало это ожидать, потому что Джейс совсем не такой, как я предполагала.

— А это главная спальня, — Джейс заходит в комнату раньше меня, и я замечаю каменные полы, камин и окна, выходящие на залив. Кроме кровати и двух стульев, здесь нет никакой мебели, но есть большая гардеробная, а в ванной комнате перед стеклянными окнами установлена ванна для купания, а одну сторону комнаты занимает сауна, достаточно большая для двоих.

— Ты все еще ошарашена? — он поворачивается ко мне лицом и начинает пятиться к кровати.

— Нет, и я не ошарашена.

— Кексик, ты была готова уехать и оставить меня в пыли, — Джейс улыбается, когда я падаю на спину на его мягкий матрас.

— Что ж, теперь я здесь, — я переплетаю свои ноги с его, и Джейс проводит пальцами по моей щеке.

— Ты здесь и полностью в моем распоряжении теперь.

— Этим утром я была полностью в твоем распоряжении, — напоминаю я ему, когда Джейс скользит рукой вверх по внешней стороне моего бедра.

— Поверь мне, я не забыл об этом, — Джейс наклоняет голову, чтобы поцеловать меня, и я поднимаюсь ему навстречу. — Чем ты хочешь заняться сегодня? — спрашивает он, отстраняясь ровно настолько, чтобы задать этот вопрос.

— Сходим на пляж.

— Мы можем это сделать. — Джейс снова целует меня, и вскоре мы уже переплетены, потные, с колотящимися сердцами и тяжелым дыханием, которое заполняет комнату.

Позже тем же вечером, после того, как мы поели бутербродов с арахисовым маслом и желе, сидя на кухонном столе, Джейс берет меня с собой на пляж, где мы гуляем, держась за руки, пока садится солнце. Это волшебно. Один из моих любимых моментов с ним.

Я просыпаюсь с мужчиной, который опускается на меня, лицо Джейса между моих бедер; он держит мою задницу, когда пожирает меня. Ничего этого я никогда не испытывала в своей жизни, я знаю, какой однообразной и печальной жизнью я жила до него. Ткань простыни скручивается в моих пальцах, и я приподнимаю бедра выше, желая большего, потому что я жадная. Когда Джейс начинает использовать пальцы, я знаю, что близко, что даже если я захочу сдержаться, чтобы продолжать испытывать наслаждение от его рта, я никак физически не смогу остановить приближающийся оргазм.

— О боже, Джейс, — кричу я, пытаясь сомкнуть ноги, но он держит меня открытой и втягивает мой клитор в рот. У меня перехватывает дыхание, а возбуждение наполняет вены, внутри все начинает сокращаться, когда Джейс толкает меня с головой в чистое блаженство. Когда прихожу в себя, я чувствую, как Джейс скользит губами вверх по моей лобковой кости и животу; открываю глаза, когда чувствую его дыхание на своей груди.

— Доброе утро, принцесса, — улыбается мне Джейс.

— Доброе утро, — я хихикаю и провожу пальцами по его взъерошенным волосам, пока он прикусывает один сосок. Приподнимая свои бедра навстречу его, я чувствую, как твердая головка его члена упирается в мой вход, и у меня перехватывает дыхание в предвкушении того, как Джейс окажется внутри меня, когда он стонет, отпуская мой сосок.

Двигаясь надо мной, он захватывает мой рот в глубоком поцелуе, затем снова садится на колени, и я наблюдаю, как он разрывает презерватив и скользит им вниз по своей твердой длине. Вида его мышц, бугрящихся под татуированной кожей, достаточно, чтобы у меня перехватило дыхание.

— Ложись на живот, принцесса, — хрипло приказывает он, и как только я принимаю нужную позу, Джейс тяжелым телом вдавливает меня в кровать, широко раздвия мои ноги коленями. Джейс пальцами скользит у меня между ног; я извиваюсь бедрами, затем головка его члена оказывается там, и он скользит внутрь меня. Как всегда, я чувствую себя переполненной, как будто этого слишком много, но никогда не будет достаточно. Медленно, так медленно, Джейс начинает трахать меня, а я поднимаю руки над головой и вжимаюсь в него с каждым толчком.

Когда Джейс жестко опускает на мою задницу руку, я ахаю от удивления, в то время как мои мышцы сжимаются вокруг него.

— Черт, принцесса, ты выглядишь такой красивой, раздвинувшись для меня вот так, — Джейс набирает скорость, опуская руку на другую половинку моей задницы. Острая боль и удовольствие посылают покалывание от головы до пальцев ног, и я громко стону, затем хнычу, когда Джейс поднимает меня на колени и начинает ласкать что-то глубоко внутри меня, о существовании чего я даже не подозревала до него.

— Джейс, — я хватаюсь за спинку кровати для поддержки, и он наклоняется ко мне всем телом, затем обхватывает рукой мою грудь и подтягивает меня вверх. Насаженная на его член, я ничего не могу сделать, кроме как впиться ногтями в кожу Джейса, когда он входит в меня, отрывая мои колени от кровати каждый раз, когда приподнимает бедра. Уверенная, что сейчас потеряю сознание, я поворачиваю голову к Джейсу, и он целует меня, просовывая язык между моими губами. Я целую его в ответ… или пытаюсь. Честно говоря, мое тело настолько перегружено, что мне трудно сосредоточиться на его губах и на том, что делает его член одновременно.

— Ты, блядь, течешь мне на колени, принцесса, — стонет Джейс мне в шею, и я глупо киваю, а затем подпрыгиваю, когда он пальцами скользит по моему сверхчувствительному клитору. — Ты близко. Я чувствую, как твоя киска чертовски крепко сжимается вокруг меня.

— О боже, — я мотаю головой.

— Ты хочешь кончить на мой член, пока я кончаю в тебя?

— Да, — я изо всех сил двигаю бедрами. — Я хочу этого. Дай это мне, — умоляю я, и Джейс щиплет меня за сосок.

— Я не знаю, готов ли я, — его теплое дыхание касается моего уха, заставляя меня застонать. — Мне чертовски нравится быть внутри тебя. Я не готов к тому, чтобы это закончилось, — Джейс покручивает мой клитор пальцами, и мои внутренности плотно сжимаются вокруг него. — Господи, твоя киска сведет меня с ума.

— Джейс, — я зажмуриваю глаза, потому что это оно, здесь я умираю. Клянусь, такое чувство, что мою душу вырывают из тела, когда я без предупреждения испытываю оргазм. Все погружается во тьму, мое сознание тает, и звуки, которых я никогда раньше не слышала, наполняют комнату. Его бедра начинают беспорядочно дергаться, мой оргазм обретает новую жизнь, и я кончаю снова, даже не подозревая, что это возможно. Джейс стонет и удерживает мои бедра у себя на коленях, так что между нами нет пространства, мое тело падает вперед, и Джейс падает вместе со мной.

Тяжело дыша и потея, я чувствую, как сердце Джейса сильно бьется у меня за спиной. Я закрываю глаза, а затем смеюсь, когда он бормочет:

— Я думаю, ты убила меня.

— То же самое, — я издаю разочарованный стон, когда Джейс медленно выскальзывает из меня, затем перекатывается на спину.

— Иди сюда, — Джейс притягивает меня к себе, и я кладу голову ему на грудь. Я могла бы поспать еще несколько часов, скоро с восходом солнца я знаю, нам нужно вставать, чтобы успеть в офис. — Ты не против принять со мной душ?

— Нет, он нужен, — я поднимаю голову, чтобы посмотреть на Джейса. — Ты меня испачкал.

— Я сделал это, — он гордо улыбается.

— Мне нужен кофе.

— Хорошо, — он садится и нависает надо мной. — Я принесу тебе чашку после того, как разберусь с презервативом.

— Спасибо, — закрываю глаза, когда Джейс целует меня, затем открываю их, когда он встает с кровати. Я наблюдаю, как Джейс заходит в ванную, и минуту спустя выходит, оставив звук льющейся воды позади себя. И нежный взгляд, который он бросает на меня, прежде чем покинуть комнату, все еще обнаженный, заставляет мое сердце совершать странные поступки в груди.

— Если ты будешь продолжать в том же духе, я испорчу завтрак, — говорю я ему час спустя, когда Джейс стоит позади меня у плиты и пользуется тем фактом, что я решила сегодня зачесать волосы наверх, оставив шею открытой.

— Ты не можешь испортить омлет, кексик.

— Я почти уверена, что ты сможешь, — я выключаю конфорку, и Джейс протягивает руку мимо меня, чтобы открыть шкаф и достать две тарелки. Я выкладываю яйца на каждую, пока он достает тосты из тостера.

— Сегодня я буду на встречах в офисе и вне офиса, а моя последняя назначена на шесть, так что я подумал, что мы могли бы поужинать сегодня вечером, если ты не против, — Джейс садится за стол напротив меня, и я заканчиваю жевать кусочек яичницы, который только что взяла.

— Звучит заманчиво, но не думаю, что мы обязаны это делать. Я не против просто взять что-нибудь с собой, как мы делали прошлым вечером. Честно говоря, вчера, когда мы уходили из офиса, я устала из-за тебя, и у меня будет не сотня, а больше людей, соперничающих за мое время и внимание.

— Так всегда, когда меня нет в городе. К пятнице все вернется на круги своя, — говорит Джейс, но я сомневаюсь, что это правда. На этой неделе и на следующей каждая секунда в его календаре заполнена встречами, телефонными звонками или чем-то еще. — Кроме того, ты разговаривала с Кристи? Она сказала, что пыталась дозвониться тебе, но ты не отвечала.

— О, да. Я планировала позвонить ей сегодня, — вру я, беря свой кофе, и Джейс кивает, доедая то, что осталось на его тарелке, прежде чем поднять ее.

Когда Джейс кладет тарелку в посудомоечную машину, я делаю то же самое со своей, а затем улыбаюсь ему, когда он прижимает меня обратно к столешнице.

— Поскольку я сегодня задержусь, я дам тебе ключ, чтобы ты могла вернуться домой, а потом я поймаю такси и встречу тебя в ресторане. Я посмотрю, смогу ли я заказать столик на семь.

— Разве не мне следует заказать столик заранее?

— Нет, — он прикасается своими губами к моим. — Ты просто должна появиться. Я хочу кое о чем с тобой поговорить.

— О чем?

— Поговорим за ужином, — Джейс бормочет ругательства себе под нос, когда его телефон начинает звонить, и, честно говоря, я ругаюсь вместе с ним, когда он говорит мне, что должен ответить на звонок, а это значит, что я не могу выпытать у него ответ на свой вопрос.

С улыбкой на лице после просмотра видео, на котором дочь Майка кричит во все горло, впервые катаясь на американских горках, я выхожу из офиса и иду через улицу в кофейню. Взяв кофе для себя и Джейса, я заказываю ему сэндвич, затем направляюсь обратно через улицу. С тех пор как мы пришли сюда сегодня утром, он работает без остановки, так что нравится ему это или нет, я собираюсь заставить его сделать перерыв и что-нибудь съесть, даже если мне придется удерживать Джейса, пока он это делает.

Я возвращаюсь наверх, нажимаю кнопку на его двери, и она открывается. Как обычно, Джейс стоит за своим столом, вероятно, даже не замечая потрясающего вида из окна, пока разговаривает по телефону.

— У меня не хватило духу ей все объяснить, — говорит Джейс, когда я подхожу к его столу, но его следующее заявление заставляет меня застыть на месте. — Нет, я заканчиваю все сегодня вечером. Все это отнимает у меня слишком много времени, и, в конце концов, я знаю, что это никуда не приведет, — Джейс замолкает и проводит рукой по волосам, в то время как у меня начинает кружиться голова. — Ты прав. Идея о том, что это превратится во что-то реальное, была захватывающей, но я думаю, мы оба знаем, что из этого никогда ничего не получится, — усмехается Джейс. — С ней все будет в порядке. Я легко ее отпущу и объясню, что дело не в ней, а во мне.

Я медленно отступаю к двери, удивляясь, что мои ноги вообще в состоянии держать меня в вертикальном положении. Когда мне каким-то образом удается сбежать из его кабинета так, чтобы он не обернулся и не увидел меня, я выбрасываю вещи, которые держу в руках, в мусорное ведро и направляюсь в ближайший туалет.

Зайдя в одну из кабинок, я закрываю глаза и борюсь со слезами, обжигающими горло.

Я идиотка. Я знала это раньше, но сейчас это стало еще очевиднее. Я не знаю, как убедила себя, что это нечто большее, чем есть на самом деле.

Джейс заканчивает все сегодня вечером? Вот почему он хотел пойти куда-нибудь поужинать, чтобы он мог спокойно бросить меня в месте, где я не устрою сцену? И ему было интересно думать о том, что это перерастет во что-то реальное, но это отнимает слишком много его времени? К черту Джейса и его глупое, унылое существование!

Я глубоко дышу, превозмогая боль в груди, и пытаюсь взять себя в руки. Часть меня хочет просто убежать, пойти к нему домой, поскольку у меня есть ключ, собрать свои вещи и облегчить ему задачу. Но другая часть меня хочет посмотреть Джейсу в глаза, когда он скажет мне, что я ничего для него не значу.

Когда начинает звонить мой сотовый, я достаю его из заднего кармана и мгновение смотрю на имя Кристи на экране, прежде чем ответить и поднести его к уху.

— Эй, — я пытаюсь говорить нормально, но это единственное слово звучит хрипло.

— Эй? — тихо повторяет она, затем кричит, — не смей говорить мне «эй», Пенни Бивер! Я звоню тебе уже два дня, а ты меня избегаешь. Что, черт возьми, происходит? — спрашивает она, и я разражаюсь слезами. — О боже, прости, что накричала на тебя. Я просто так волновалась.

— Дело не в этом, — всхлипываю я и хватаю немного туалетной бумаги из рулона рядом со мной.

— О боже, с твоей мамой все в порядке?

— С ней все в порядке, — я прислоняюсь спиной к двери. — Я сделала это. Я влюбилась в него, хотя ты и говорила мне этого не делать.

— О, Пенни, ты идиотка.

— Знаю, — я шмыгаю носом, вытирая лицо. — Пожалуйста, не говори «я же тебе говорила». Я не могу сейчас с этим смириться.

— Я не скажу, что я тебе это говорила, — шепчет она, затем спрашивает: — Где ты?

— Прячусь в туалете.

— В офисе?

— Да, — я слышу, как открывается дверь снаружи кабинки. — Мне нужно положить трубку. Пожалуйста, ничего ему не говори. Мне нужно разобраться с этим самой, — шепчу я.

— Пенни…

— Пожалуйста, Кристи, позволь мне разобраться с ним. То, что у нас с ним есть… или было, — я сглатываю. — Не имеет к тебе никакого отношения. Мне нужно позаботиться об этом.

— Хорошо, но, пожалуйста, позвони мне или отправь сообщение, чтобы я знала, что с тобой все в порядке.

— Отправлю.

— Люблю тебя.

— Я тоже тебя люблю, — я вешаю трубку, затем еще несколько минут беру себя в руки, прежде чем выйти из кабинки. Побрызгав немного воды на лицо, я достаю из сумочки свою дорожную косметичку, которая, к счастью, была у меня с собой, и поправляю макияж или, во всяком случае, пытаюсь это сделать. Все еще кажется, что я плакала, но я знаю, что легко могу сказать, будто у меня приступ аллергии, и никто не узнает, что я лгунья с разбитым сердцем.

Прежде чем выйти из туалета, я проверяю календарь Джейса, чтобы узнать, где он, и жду, пока не удостоверюсь, что он ушел, прежде чем вернуться наверх. Остаток дня я провожу за работой, стараясь убедиться, что делаю все возможное, чтобы помочь Кристи, потому что после сегодняшнего я больше не вернусь. И хотя мне неприятно оставлять ее без замены и сообщить об этом в последний момент. Что есть, то есть, и я знаю, что она все поймет.

К пяти часам Джейс все еще не вернулся, поэтому я придерживаюсь нашего первоначального плана и возвращаюсь на его джипе домой. Еще до того, как я случайно услышала его телефонный звонок, он сказал мне, что заказал для нас столик на семь тридцать в «Acquerello». Это модный ресторан, в который я действительно с нетерпением ждала похода, потому что я буду с ним. Теперь меня пугает мысль о том, чтобы сесть напротив него в комнате, полной незнакомых людей, зная, что он планирует вырвать мое сердце.

Когда я добираюсь до дома Джейса, я собираю все свои вещи, которые оказались в его шкафу, и убираю все следы моего пребывания в его доме, а затем начинаю готовиться к ужину.

Даже если к концу ночи я превращусь в хнычущее месиво, я сделаю все возможное, чтобы подготовиться. Я принимаю душ, натираюсь с головы до ног, расчесываю волосы, затем добавляю несколько крупных локонов и наношу макияж с точностью профессионала.

С подведенными глазами, красными губами и тем, что мне нечего терять, я надеваю облегающее черное шелковое платье на тонких бретельках, которые не позволяют носить нижнее белье. Надеваю шлепанцы и переношу все свои вещи в машину, затем возвращаюсь внутрь и еще раз прохожу по дому, чтобы убедиться, что ничего не забыла, прежде чем надеть туфли на каблуках.

До отъезда я получаю сообщение от Джейса, в котором он сообщает, что будет в ресторане до половины восьмого, так что он подождет меня в баре и зайдет со мной внутрь. Я не отвечаю на сообщение. Вместо этого я собираю силы, которые мне понадобятся, чтобы пережить этот вечер, оставляю обручальное кольцо, которое он подарил мне неделю назад, на барной стойке и запираю за собой дверь.

Быть безэмоциональной — это то, к чему я привыкла в своей жизни.

Не то, чтобы я не чувствовала тяжесть печали и гнева в болезненных ситуациях. Скорее, я могу переключать свои эмоции, чтобы никто другой не видел, насколько сильно мне на самом деле больно.

Я сделала это, когда умер мой папа. Даже когда я была маленькой, я помню, что не могу показать маме, как я расстроилась, когда она сказала мне, что папа никогда не вернется домой, потому что она подпитывалась бы моей обидой и было бы еще больше боли.

Я сделала это снова, когда у моей мамы обнаружили рак. Я сидела рядом с ней и держала ее за руку, когда врач подтвердил ее худшие опасения и мои. Я подавила желание разозлиться из-за того, как несправедливо, что маме придется страдать без причины, и страх, который я испытывала, зная, что могу потерять ее.

И сегодня вечером снова я игнорирую боль в груди и сдерживаю ее, пока все не закончится и я не останусь одна.

Я уверена, психолог сказал бы мне, что мой способ справляться с душевными ранами нездоровый. Но иногда нужно делать все, что в твоих силах, просто чтобы дожить до следующего момента, когда, надеюсь, все будет немного легче.

Направляясь ко входу «Acquerello», я делаю глубокий вдох и прижимаю руку с клатчем к животу, в котором все переворачивается.

По дороге позвонил Джейс, но я не ответила. Вместо этого отправила ему сообщение, в котором сообщила, что дам ему знать, когда приеду в ресторан. Конечно, я этого не делаю.

Прежде чем я успеваю взяться за медную ручку, которая открывает дверь в ресторан, ее толкают в мою сторону, и мужчина в смокинге одаривает меня теплой улыбкой.

— Добро пожаловать, — приветствует он с сильным британским акцентом, пропуская меня внутрь. — У вас заказан столик на этот вечер?

— Я думаю, что да, но я встречаюсь кое с кем в баре, — говорю мужчине, и он жестом показывает мне пройти мимо подиума к бару, который находится всего в нескольких шагах от двери.

Я замечаю Джейса, сидящего на барном стуле, и, как будто он знает, что я пришла, поворачивает голову в мою сторону. Его глаза вспыхивают жаром, который трудно игнорировать, когда он блуждает ими по моему телу, и я жалею, что он так на меня влияет. Но мне становится немного легче от того, что Джейс, похоже, тоже не контролирует свою реакцию. Даже если он не видит, к чему это приведет, очевидно, что я все еще привлекаю его.

Когда Джейс встает и направляется ко мне, мое сердце начинает бешено колотиться. До сегодняшнего вечера я никогда не видела его одетым ни во что, кроме шорт и футболки, и теперь я знаю, что была права, когда говорила, что в костюме его почти не узнать. И дорогая на вид одежда ему идет.

— Ты выглядишь… — Джейс берет мою руку в свою, и мне требуется все мое усилие, чтобы не отстраниться от его прикосновения. — Потрясающе. — Джейс скользит взглядом по моему телу. — Господи, Пенни.

— Спасибо, — я использую перемещение своей сумки как предлог, чтобы уйти от его прикосновений. — Извини, что тебе пришлось подождать.

— Все в порядке, — он хмурится. — Ты должна была позвонить, чтобы я мог тебя встретить.

— Я не хотела мешать, если ты выпиваешь. — Я оглядываюсь на подиум. — Можем занять наш столик?

— Да, — его хмурый взгляд остается на месте, когда Джейс кладет руку мне на поясницу. Я ненавижу себя за то, что мне так нравятся его прикосновения.

Симпатичная официантка с прической эльфа провожает нас к нашему столику мгновение спустя, и Джейс отодвигает для меня стул, прежде чем занять свое место.

— Так о чем ты хотел со мной поговорить? — спрашиваю я, занимаясь тем, что поправляю салфетку на коленях.

— Такая нетерпеливая.

— Просто любопытно, — тихо говорю я, затем поднимаю взгляд на официантку. Она подходит и спрашивает, не хотим ли мы по бокалу вина или выпить чего-нибудь еще, пока просматриваем меню.

Зная, что после этого я сама поеду домой, я заказываю воду, а Джейс заказывает скотч, затем, когда девушка уходит, он достает из кармана конверт и толкает его через стол ко мне.

— Это тебе, — говорит он, и я смотрю на конверт так, словно это гадюка, готовая напасть и впрыснуть в меня свой яд. — Знаю, мы договаривались о пятидесяти, но я добавил немного больше.

Он добавил немного больше?

О боже, меня сейчас стошнит. Я поднимаю взгляд на Джейса, и мое зрение начинает затуманиваться.

— Я не хочу этого.

— Пенни.

— Нет, — я качаю головой и отталкиваюсь от стола, чтобы встать. — Оставь свои деньги при себе, Джейс.

Схватив свой клатч, я иду так быстро, как позволяют каблуки на моих ногах, и проталкиваюсь через дверь ресторана, слыша, как Джейс подходит ко мне сзади, когда я иду по тротуару.

— Пенни! — кричит Джейс, но я игнорирую его. — Черт возьми, — он хватает меня за руку и разворачивает лицом к себе.

— Отпусти меня, — я пытаюсь вырваться, но Джейс сильнее меня, и его хватка крепка.

— Поговори со мной. Что, черт возьми, происходит?

— Мне не нужны твои деньги. Я не шлюха, Джейс.

— Ты знаешь, я дал тебе эти деньги не потому, что я так думаю.

— Верно, — я освобождаюсь от него и делаю шаг назад. — Ты мог бы просто быть честным, — я вскидываю руки в воздух. — Черт, я бы предпочла, чтобы ты сказал мне, что дело не во мне, а в тебе, вместо того, чтобы совать мне деньги, прежде чем сказать, что просто ничего не сработает, — я начинаю срываться.

— О чем ты, блядь, говоришь? — Джейс встает передо мной и начинает пятиться назад.

— Я слышала твой сегодняшний телефонный разговор. Знаешь, тот, в котором ты сказал, с кем бы ты ни разговаривал, что было приятно притворяться, что из этого может что-то получиться, но мы оба знаем, что из этого никогда ничего не выйдет.

— Господи, ты чокнутая.

— Пошел ты! — я кричу во всю глотку.

— Кексик, — он протягивает руки. — Пожалуйста, послушай меня.

— Нет, — отрицаю я, обходя Джейса.

— Я разговаривал с одним из членов правления, — кричит Джейс мне в спину. — Последние пару недель я вел переговоры с покупателем компании из Японии. Сегодня, после обсуждения цены, я сказал ей, что больше не заинтересован в продаже.

О нет.

Я останавливаюсь.

— Этот телефонный звонок не имел к тебе никакого отношения. Господи Иисусе, женщина, неужели ты не видишь, что я чертовски сильно влюблен в тебя?

О боже.

Я оборачиваюсь и вижу Джейса на тротуаре, где он остановился в нескольких футах позади меня.

— Ты влюблен в меня?

— Глупо влюблен в тебя, — бормочет он, качая головой.

— Думаю, я все испортила, — шепчу я, и выражение лица Джейса смягчается, когда он начинает приближаться ко мне.

— Если бы я слышал только эту сторону разговора, то, вероятно, предположил бы то же самое. — Джейс хватает меня за шею, когда оказывается достаточно близко, чтобы дотронуться до меня. — Я понимаю, почему ты была расстроена. Я просто хочу, чтобы ты поговорила со мной.

Я бросаю взгляд в сторону ресторана.

— Я думала, ты бросаешь меня. Я была готова к этому, но потом ты дал мне чек, — я закрываю глаза. — Мне жаль.

— Ты любишь меня? — спрашивает Джейс, нежно сжимая мою шею, и я открываю глаза, чтобы встретиться с ним взглядом.

— Да, — тихо признаю я, и Джейс прижимается лбом к моему. — Я не хотела влюбляться в тебя, но это просто случилось.

— Видимо, иногда так и бывает, кексик, — Джейс прижимает мою руку к своей груди и поглаживает мой безымянный палец. — Где твое кольцо?

— На барной стойке в твоем доме.

— Мне не нравится, что на тебе его нет.

— Джейс…

— Я постараюсь справиться, если ты скажешь «нет», Пенни, — обрывает он меня. — Но я хочу, чтобы ты носила это кольцо, зная, что я планирую сделать тебя своей женой в следующем году.

— Ты… — я качаю головой. — Ты действительно хочешь, чтобы мы были помолвлены?

— Я сказал тебе, что по уши влюблен в тебя.

— До меня просто начинает доходить, что это реально.

— И ты можешь продолжать делать это с моим кольцом на пальце, — говорит Джейс, и я не могу удержаться от смеха. — Скажи мне, что выйдешь за меня замуж, кексик.

— Может быть, я такая же сумасшедшая, как и ты.

— Это значит «да»?

— Да, — шепчу я, в глубине души зная, что никогда не пожалею о том, что сказала Джейсу «да».

Сидя за столом в домашнем офисе Джейса, я просматриваю только что заполненное заявление в старшую школу, расположенную всего в квартале от его дома, и прикусываю губу. Нажатием кнопки оно будет отправлено, и меня либо примут, либо нет. И это так страшно.

— Ты уже сделала это? — отрывая взгляд от компьютера, я наблюдаю, как Джейс идет ко мне, выглядя взъерошенным после сна и абсолютно великолепным во всей своей красе без рубашки.

— Пока нет, — признаю я, когда Джейс выходит из-за стола и разворачивает меня на стуле лицом к себе.

— Что тебя сдерживает?

— Что, если я им не нужна? — я качаю головой. — Или что, если меня возьмут.

— Что? — он улыбается.

— Просто все это слишком: мы помолвлены, ты просишь меня переехать к тебе, а потом я устраиваюсь на эту работу.

— Ты хочешь жить со мной?

— Я не знаю, вид отсюда какой-то отстойный, и ты храпишь.

— Кексик, — вздыхает Джейс, вытаскивая меня из кресла, затем садится на то место, где сидела я, и усаживает меня к себе на колени. — Если ты не готова, просто скажи, и мы справимся с этим.

— Я не смогу заснуть без тебя, — шепчу я, наблюдая, как Джейс теребит мое обручальное кольцо. Он часто так делает, как будто не может поверить, что это реально. — И я хочу жить здесь с тобой, просто это большой шаг, а прибавить к этому новую работу в конце лета может оказаться перебором.

Джейс улыбается и смотрит на меня.

— Ты говоришь, что тебе не нравится пробовать новое пирожное, но я никогда не встречал человека, более готового проявить себя и попробовать что-то новое. Ты храбрее, чем сама о себе думаешь.

— Я люблю тебя. — Я таю в объятиях Джейса от этих слов.

— Спасибо, черт возьми, — Джейс целует меня в ответ, когда я прижимаюсь губами к его губам. — Теперь ты хочешь подать заявление или это должен сделать я?

— Я сделаю это, — тихо говорю я. Устроившись на коленях Джейса, я поворачиваюсь обратно к его компьютеру и нажимаю кнопку отправки на экране, затем наблюдаю, как появляется окно с сообщением, что оно принято. — Готово.

— Хорошо, теперь я могу отвести тебя обратно в постель?

— Да, — я смеюсь, и он встает, заставляя меня подняться вместе с ним. — О, подожди.

Я поворачиваюсь лицом к Джейсу, когда замечаю время на часах в другом конце комнаты.

— Моя мама сегодня возвращается домой, мы должны быть в аэропорту через полтора часа.

— Тогда давай поторопимся, — Джейс наклоняется, толкая меня плечом в живот, и следующее, что я помню, мир переворачивается с ног на голову.

— Джейс, опусти меня, — визжу я.

— Я сделаю это, когда ты будешь там, где я хочу, — Джейс шлепает меня по заднице достаточно сильно, чтобы я ахнула.

— Ты заплатишь мне за это.

— Я с нетерпением жду этого, — смеется Джейс, бросая меня на кровать, и у меня даже нет времени подумать, прежде чем Джейс вдавливает меня в матрас своим весом, а его рот оказывается на моем.

Я не думаю, что он заплатит, когда все будет сказано и сделано, но я действительно вознаграждена оргазмом, так что почти уверена, что, в конце концов, победила.

‒‒‒‒‒‒‒‒‒‒‒‒‒‒‒‒‒‒‒‒‒‒‒‒‒

Нервно покачивая ногой, я сижу рядом с Джейсом в зоне ожидания аэропорта и с тревогой жду, когда мама выйдет из-за угла. Сегодня день, когда она наконец возвращается домой из Нью-Йорка. Хотя я скучала по маме больше, чем она могла себе представить, я волнуюсь, потому что она ни за что не упустит гигантский камень на моем пальце. И, как любой родитель, я знаю, что когда она заметит это и поймет, что это такое, у нее возникнет миллион вопросов и к Джейсу, и ко мне.

— Это она? — спрашивает Джейс, и я встаю, оглядывая толпу людей, выходящих через двойные двери. Когда замечаю в толпе маму, я бросаюсь бежать к ней, и она смеется, раскрывая мне объятия, когда видит меня.

— Привет, милая, — она целует меня в макушку, и я обнимаю ее крепче.

— Как прошел твой полет? — я отпускаю маму и отодвигаю нас с прохода, чтобы не мешать людям выйти.

— Длинный. Я устала, — мама качает головой, когда я бросаю на нее обеспокоенный взгляд. — Я в порядке, так что не начинай волноваться. Просто это очень долгий перелет, — ее глаза скользят по моему плечу и расширяются. Обернувшись, я улыбаюсь Джейсу и протягиваю ему руку.

— Мам, я бы хотела познакомить тебя с Джейсом. Джейс, это моя мама.

— Ты намного выше, чем я думала, — говорит мама, а он усмехается, наклоняясь, чтобы обнять ее.

— Приятно познакомиться с вами, миссис Бивер.

— О, зови меня мамой, — она улыбается Джейсу, прежде чем бросить на меня взгляд широко раскрытых глаз, который ясно говорит о том, что она одобряет.

— Сколько у вас сумок?

— Три, я немного прошлась по магазинам, и мне пришлось купить пару дополнительных сумок. — Мама берет меня за руку, когда мы ступаем на эскалатор, который доставит нас в зону выдачи багажа, и как только мы достигаем самого низа, она поднимает обе наши руки, и мое сердце останавливается. — Что это?

О боже, вот и началось. Я знала, что должна была снять кольцо и оставить его, пока не смогу объяснить ей про нас с Джейсом. Но когда я предложила эту идею мужчине позади нас, он чуть не сошел с ума, поэтому я решила рискнуть и разобраться с любой реакцией мамы.

— Я знаю, что должен был спросить вас, — вмешивается Джейс, когда мы сходим с эскалатора. — Но, честно говоря, единственное, о чем я думал, — это надеть кольцо на палец Пенни.

— Ты выходишь замуж? — взгляд мамы мечется между нами, и я, честно говоря, не знаю, что делать с выражением ее лица, потому что это смесь озабоченности и восторга.

— Сюрприз, — я морщу нос.

— Ты беременна? — выдыхает она, и я делаю шаг назад.

— Что? Нет, мы определенно не беременны.

— Пока нет, — добавляет Джейс, и я свирепо смотрю на него. — Что? Однажды это произойдет.

— Мы не беременны, мам. Мы просто влюблены.

— Просто влюблены, — она переводит взгляд между нами.

— Да, — тихо говорю я.

— Ты выходишь замуж? — спрашивает она, и я киваю, затем наблюдаю, как ее глаза наполняются слезами. — О боже, ты выходишь замуж! — мама крепко обнимает меня, и я закрываю глаза, пока она покачивает меня из стороны в сторону.

Возможно, я должна была знать, что она не будет возражать против этого. Всю мою жизнь мама всегда подталкивала меня, когда я нуждалась в мотивации, и поддерживала, когда я нуждалась в одобрении.

— Я люблю тебя, мам.

— Ты уверена, что не беременна? — шепчет она мне на ухо, и я не могу удержаться от смеха.

— Я уверена на сто процентов.

— Хорошо, — она откидывается назад, обхватывает ладонями мое лицо и качает головой, прежде чем убрать руку. — Я хочу знать все, — она берет меня под руку.

— Хорошо, — я соглашаюсь, зная, что ни за что не расскажу ей всего.

Я поднимаю взгляд на Джейса, когда он кладет руку мне на поясницу, и мы обмениваемся тайной улыбкой.

Может быть, однажды, когда я стану старой и седой, я расскажу нашим детям историю о том, как я на самом деле влюбилась в их отца, но пока я оставлю эту информацию при себе, даже если это история любви для учебников истории.

Стоя в белоснежном кружевном платье в спальне, которую мы с Джейсом делили прошлым летом еще до того, как по-настоящему понравились друг другу, я смотрю на свою маму и вздыхаю. Весь день она громко плачет, и бедному визажисту, которого мы наняли, пришлось приводить ее в порядок не один раз.

— Мама, пожалуйста, не начинай снова плакать, — шепчу я, и она пытается быстро вытереть глаза скомканной салфеткой, которую держит в руке.

— Ты просто выглядишь такой красивой.

— Ты правда красивая, — соглашается Джанелль с того места, где стоит, пока Хейли и Кристи работают с крошечными пуговицами на спине моего платья.

— Как ты себя чувствуешь? — спрашивает Джанет. — Струсила?

— Все в порядке, хорошо, — уверяю я ее.

На самом деле, если бы я могла выйти замуж за Джейса несколько месяцев назад, я бы приняла его предложение слетать с ним в Вегас и покончить с этим. Но, к сожалению, наши мамы никогда бы этого не допустили. Они обе после знакомства взялись за планирование свадьбы, как будто это была их работа, и ни одной из них не было отказано в том, чтобы сделать сегодня все, о чем они мечтали.

Единственные вопросы, которые они мне фактически задавали, были о том, какие цветы я хочу видеть и кого бы я хотела пригласить, об остальном они позаботились.

Не то чтобы я хоть немного расстроилась из-за этого, между выходом на новую работу учителем истории в средней школе рядом с пляжным домиком и тем, чтобы проводить с Джейсом столько времени, сколько позволяла его и моя работа, у меня не было ни сил, ни времени планировать свадьбу. По крайней мере, не такую грандиозную, как та, на которой я буду присутствовать сегодня в качестве невесты.

Когда раздается стук в дверь, Хейли отходит, чтобы открыть, и мгновение спустя я слышу нежный голос Дэша, говорящий:

— Это для тети Пенни.

— Ты можешь отдать это ей, — говорит Хейли, и я поворачиваюсь, чтобы улыбнуться Дэшу.

— Ты выглядишь как принцесса, — шепчет он, и я присаживаюсь перед ним на корточки, когда он протягивает мне тонкую квадратную коробочку.

— Спасибо, — я касаюсь его щеки, и Дэш быстро обнимает меня, прежде чем выбежать обратно за дверь.

Вставая, я открываю коробку и читаю записку, нацарапанную на листке линованной бумаги, лежащем поверх венка из ромашек, и слезы впервые за сегодняшний день наполняют мои глаза.

«Когда я увидел тебя в белом платье, сидящую на траве, с венком из рошамек в волосах, я понял, что женюсь на тебе, и сегодня, наконец, тот день, когда я смогу сделать тебя своей.

Я люблю тебя, Кексик.

Сейчас и всегда»

Сложив записку, я засовываю ее в лифчик и осторожно достаю цветы из коробки.

— Что было в записке? — спрашивает мама, когда я поворачиваюсь к зеркалу и надеваю цветочную корону на голову.

— Он просто попросил меня надеть это, — тихо отвечаю я и вижу, как смягчается лицо мамы, когда я смотрю на нее в зеркало.

— Готово, — говорит Кристи, становясь рядом со мной.

— И как раз вовремя. Нам нужно быть внизу.

Бросив последний взгляд на себя в зеркало, я беру букет, который протягивает мне Джанелль, и выхожу за дверь, когда Хейли открывает ее. Когда мы добираемся до кухни, я жду, пока все выйдут раньше меня, затем смотрю на маму, когда она берет меня под руку. Поскольку моего отца здесь нет, я попросила, чтобы мама была той, кто поведет меня к алтарю к Джейсу, и, конечно, она согласилась.

— Ты готова?

— Это я должна задать тебе этот вопрос.

— Я была готова с тех пор, как он сказал мне, что по глупости влюблен в меня, — говорю маме, и она смеется, кладя голову мне на плечо.

— Тогда давай отведем тебя к твоему жениху.

Через открытые стеклянные двери я слышу, как заиграла музыка, и, глубоко вздохнув, я вместе с мамой переступаю порог через край террасы и вижу Джейса, ожидающего в конце причала под аркой из ярких цветов.

Нам требуется слишком много времени, чтобы добраться до него, и я вижу, что Джейсу так же, как и мне, не терпится поскорее покончить с этой частью, пока моя мама передает меня ему.

— Ты выглядишь прекрасно, — его произнесенное шепотом заявление у моей щеки то, что я слышу от него каждый день. Однако эффект, который оно производит на меня, все тот же, что и в первый раз, когда Джейс это сказал.

— Я люблю тебя, — одними губами произношу я, когда Джейс выпрямляется, и он шепчет мне эти слова в ответ.

Когда священник начинает говорить о любви и истинном значении брака, я с трудом улавливаю эти слова. Я совершенно ошеломлена любовью, которую вижу, сияющей в глазах Джейса.

И когда он целует меня после того, как мы оба говорим «да», я знаю, что всегда буду благодарна, что НИКОГДА для нас превратилось во ВСЕГДА.

КОНЕЦ

Перевод выполнен: t.me/bookinfashion

Я надеюсь, что тебе понравилось «Никогда не говори никогда». Эту книгу было так весело писать, и она всегда будет одной из моих любимых, ну вы знаете: «ПРИВЕТ, ДЖЕЙС».

Я надеюсь, если вам понравилось, вы уделите пару минут, чтобы оставить отзыв или рассказать другу и поделиться своей любовью.

Как всегда, спасибо вам за чтение, я бы не осуществила эту мечту без всех вас.

ХХ

Аврора

[←1]

прим: расположен у слияния рек Колумбия и Уэнатчи, недалеко от восточных предгорий Каскадного хребта. Уэнатчи находится на западном берегу реки Колумбия.