— Доброе утро, Солнце! Чей сегодня день? — спросила мама у дочери.

— Мой! Мой! — громко и радостно крикнула в ответ матери именинница — А где папа?

Папа? Сейчас узнаем….

Мама Тори решила набрать номер мужа и услышала то, чего не хотела бы услышать ни одна жена, любящая своего мужа и уж тем более в день рождения любимой дочери.

Ну ты где? Тори тебя ждёт. Мы тебя ждём.

— Здравствуйте, это мисс Элизабет Саммерс? — спросила капитан полиции.

— Да, это я здравствуйте, извините, а с кем я говорю? — женщина начала беспокоиться.

— Меня зовут Одри Ли, и я из полиции, вы знаете мистера Эдисона Саммерс?

— Знаю. Он мой муж. Что-то случилось? Где он? Почему не он взял трубку? — Бет паниковала ….

— Мистер Саммерс, попав в ужасную аварию, получил слишком сильные повреждения не совместимые с жизнью и погиб на месте, ещё до вызова и прибытия "Скорой помощи «. При нём были документы, телефон, подарочный пакет цветы и какая-то коробка. Вы сможете опознать его и вещи? Алло?

Капитан всё чётко изложив о плохой новости, сама запаниковала, когда в трубке услышала ничего кроме громкого удара об что-то и голоса маленького ребёнка, скорее всего девочки, лет пяти — шести, зовущей маму.

Капитан полиции мисс ли узнала место проживания семьи Саммерс и направилась в их квартиру. Ключи от квартиры

Одри обнаружила в куртке тела и решила их взять для дела, а точнее для того чтобы узнать, что случилось с миссис Саммерс и как её дочь. Когда та зашла в квартиру увидела ужасающую и душераздирающую картину. Бет от услышанного в телефоне закричала и упала в обморок ударившись головой об стол (и даже после этого она всё ровно бы выжила, если бы не осколки, которые влетели в неё) Она лежала на полу в луже крови, а около неё была девочка, которая говорила, поглаживая маму по голове и щекам:

Мам, всё будет хорошо, вставай! — и плакала очень тихо.

Когда Виктория обернулась, услышав шаги, не пугаясь постороннего человека, спросила:

— Вы её спасёте? Помогите ей! — умолял беззащитный ребёнок. — Конечно, я помогу.

Но как оказалось было уже поздно чем-либо помогать. Время прошло не мало.

Мисс ли в контактах телефона погибшего мистера Саммерс нашла номер телефона единственного, как оказалось, родственника семьи этой маленькой крохи. Это был дедушка Тори Фрэнк, которому на тот момент было уже шестьдесят восемь лет. Он был отцом Эдисона. Мистер Саммерс Старший сразу решил без каких-либо вопросов, взять под опеку свою единственную внучку, несмотря на возраст.

Дедушка жил один. Очень часто он ездил на охоту и рыбалку. Обожает готовить. В девятнадцать лет он познакомился с Маккензи. Фрэнк пошёл на охоту в лес и увидел её, девушку, которая доставала что-то из огромной спортивной сумки. Но, когда девушка повернулась к нему боком и он увидел, что находится у неё в руках, Фрэнк, словно "потерял голову" и всё-таки решил к ней подойти:

— Ого! Ничего не видел в жизни красивей и восхитительней, чем девушка заряжающая ружьё! — юноша был в восторге, — Фрэнк, — протянул руку девушке в знак дружбы.

— Спасибо. А вы тоже ничего так. — видимо ей такие комплименты уже делали, но она Фрэнку всё же дала шанс, — Маккензи.

И так они договаривались ходить на охоту вместе. Он ухаживал за ней, и она принимала его ухаживания. Маккензи сразу поняла, что нравится Фрэнку. Для них лес, природа, вода, всё живое было незабываемым. Маккензи любила ходить в лес не только на охоту, но и на простые прогулки. Фрэнк читал ей собственно-сочинённые стихи и делал ей икебаны, рассказывал истории. Маккензи поняла, что тоже влюблена во Фрэнка. Так продолжалось два года, и они поженились. Ещё через два года Маккензи объявила о ещё об одном счастье в их совместной жизни Фрэнку, что беременна. Он был очень рад этому и решил, что для ребёнка сделает всё, чтобы он был самым умным, добрым и главное мудрым человеком! И через девять месяцев родился Эдисон. Всё было хорошо, пока Маккензи не заболела. У Маккензи Инфекция: Воспаление матки. Эта болезнь её и погубила. Через год Маккензи не стало. Для Фрэнка это был удар, но он знал, что у него остался сын без самого лучшего человека и нужного в этом мире: мамы. И он сможет, как бы не было трудно, но он вырастит своего сына. Таким же, как и сказал тогда, когда его жена объявила о беременности: он будет самым умным, добрым и главное мудрым человеком. Он поклялся своей жизнью.

Элизабет Эшлер попала в Американский Детский дом Маунтин-Стейтс с самого рождения, после того, как от неё отказались родители. Бет была нежеланным ребёнком, но всё-таки её родители решили подарить ей жизнь. В Детском доме девочка пыталась подружиться с детьми, которые тоже, как и она проживали с ней. Но ребята её игнорировали. Когда Элез подрастала она подумала: " Ну… хотя бы не бьют". Друзей-сверстников девочка не завела, но смогла подружится с местным врачом, который работал в её Детском доме. Его звали Фрэнк Саммерс. Она его очень любила, да и он её тоже. Однажды Фрэнк увидел, как девочка в свои восемь лет читала порванную, дряблую книгу, взятую с библиотеки, о медицине, удивлённо спросил: — Эта книга очень сложна в чтении, даже старшеклассникам. Ты действительно понимаешь то, о чём читаешь?

— Да, конечно. Минутку…. Вы врач? — она удивилась, как и он сам.

— Да, я врач. И я прочитал эту книгу вдоль и поперёк, ещё когда был в твоём возрасте. Ты хочешь стать врачом? — задав вопрос, мистер Саммерс сам знал ответ.

— Я очень хочу им быть. Мне это очень нравится. И я им буду. — маленькая девочка своими словами восхитила доктора ещё больше.

— Тогда прибегай ко мне после уроков, только уже ко мне на урок по медицине. — он был уверен, что она сможет стать в будущем идеальным врачом.

— Вы серьёзно? Это было бы здорово! Я приду конечно, спасибо! — девочка была в восторге, она сияла.

Так проходили дни. Девочка научилась многому у мистера Саммерс. Теперь Бет стала помогать врачу убираться в его кабинете: мыть полы, протирать пыль везде, в общем наводить порядок. Она, если он уставал работать и сидел допоздна, приносила ему часть своей еды из столовой и кормила. Они вместе каждый год праздновали день рождение Бет в его кабинете и пили чай с тортом. Врач рассказывал ей разные истории из своей жизни и давал также разные и нужные советы о жизни. Однажды в пятнадцатый день рождения Элизабет, когда они кушали и пили зелёный чай, Фрэнк спросил у ученицы по медицине:

— Бет, я стал замечать, что ты всё время одна. В столовую ходишь одна, ешь одна, не с кем не разговариваешь, сидишь одна в классе, ну если не считать меня. Что-то не так? Ты боишься знакомств? — растревожился мистер

— Я пыталась подружится с девочками ну и с парнями тоже, но они …точнее, я думаю, что не способна на то, чтобы стать другом и уметь дружить, да и они все меня игнорируют, и не обращают внимания. — слеза, которая упала на нежную щеку, испортила всё настроение. — Успокойся, моя девочка, — принялся успокаивать мужчина-у меня есть идея. — с хитринкой посмотрел на неё доктор.

На следующий день, когда в Детском доме был тихий час, Бет пошла в кабинет поболтать с Фрэнком, оказалось, что его там не было. Собираясь выходить, она услышала удар головой об стол и услышав тихие ругательства, она обернулась. Из-под стола вылез парень лет пятнадцать-шестнадцати:

— Привет, — по-дружески обратился он к ней.

— Ага, и тебе того-же. Ты кто? — девушка не знала, как реагировать на то, что с ней, похоже, пытаются подружиться. Ведь у неё нет друзей и не было, от слова совсем. Поэтому мозг так грубо и дерзко отреагировал на приветствие. Бет, только спустя несколько секунд поняла, что никогда его не видела в Детдоме. А отсюда и вывод: он точно не из этого дикого места.

— С легка грубо, ну ладно. Я… — попытался ответить тот, но сказать не успел, т. к. его опередили. — Погоди-ка! Мне кажется в этом деле кое-кто замешан…Ты случайно не знаешь кто такой мистер Фрэнк Саммерс? — оживилась девушка. — Конечно, знаю. Он мой отец! — паренёк, явно гордился родственником, — Случайно, не знаешь в этом прекрасном месте под названием " Детский Дом Маунтин-Стейтс" временно проживает очень красивая, а главное привлекательно-дерзкая и умная девушка, — похоже его же слова, ему же и нравились, — но у которой к сожалению, по непонятной причине нет хороших и преданных друзей, — уже с некоторой печалью сказал он.

— Спасибо за комплементы, но…Послушай, если тебя попросили дружить со мной, то я считаю, это не дружба, а пари, какое-то. Я имею в виду то, что, если ты со мной будешь дружить, значит что-то получишь. Это так? — её грубость перешла в грусть.

— Зачем ты так? Ты даже ничего не знаешь обо мне! — его грустное выражение лица и голос, расстроили её ещё больше, чем то, что она подумала. Он вышел из кабинета.

— Дедуль, а куда мы идём? — спросила Тори у дедушки.

— Мы с тобой, моё золото, идём в райское место! — дедушка знал, что это место ей понравится. Сегодня Виктории исполняется десять лет. И дедушка решил познакомить её с лесом, с реками и озёрами, где есть мощный водопад, где плавает множество рыб и даже тех, которых можно поймать и съесть. Познакомить поближе с ягодами, грибами травами, цветами, а также животными, не представляющие опасности. Девочка очень мечтала побывать в лесу, но Фрэнк пока не решался на это. Он сам любил природу, он же охотник и рыболов! Знал всю биологию, где в параграфах говорилось о природе, растениях и травах. Также изучал зоологию и анатомию человека. Ведь Фрэнк Саммерс врач! По многим категориям. Когда дедушка с внучкой достигли начала "райского места», внучка была в полном восторге от того, какого великого масштаба лес. Какие высокие, нет, гигантские деревья и их так много! А травы и цветов на полянке?! Девочка подбежала к сосне и потрогала кару дерева. Девочка от восхищения совсем забыла про мистера Фрэнка Саммерс, который с восхищением смотрел не на сам лес, а на неё саму:

— Это очень красиво! О! Какой красивый цветочек! — девочка оценила одуванчик.

— Хочешь кое-что покажу? — попытался заинтересовать свою любимцу, пожилой мужчина. Зачем спрашивать-то? И так всё ясно….

— Да-да! Хочу! — она тряслась от счастья. И он показал, как плетётся венок из одуванчиков.

— Научи и меня, пожалуйста! — Смотри внимательно и повторяй-проводит мастер-класс мистер Саммерс Старший.

— Хорошо. — после паузы в ровно две минуты, Виктория, сплела уже два таких венка и заставила дедушку его одеть. Тот, как мог сопротивлялся, но сопротивления, как оказались, бесполезны.

— Ты, очень красив, — и она громко и звонко засмеялась. Позже они шли и собирали чернику (дед познакомил Тори и с ягодами.)

— Хочешь я тебе из набранной черники сделаю пирожки? — предложил он.

— Думаю, это вкусно, хотя нет, я уверена!

На том и порешали. После трапезы внучка оценила пирожки: миллион из ста! Одобрено внучкой!

— Понравились?

— Очень! Я наелась! Спасибо за День рождения — это классный подарок и проведённый с тобой день. Я люблю тебя, — она поцеловала его.

— И я тебя люблю сильно-сильно, ты для меня всё! Но это ещё не всё… — поцеловав в ответ и приобняв, он достал книгу о медицине и протянул ей:

— Когда-то твоя мама сидела одна на скамейке в Детском доме она читала эту книгу о медицине, и я её заметил. Тогда я был врачом там, она сказала, что это её мечта-стать врачом, и она стала. Ведь она была моей ученицей. Как-то мы разговаривали про семью, хотела бы она её завести и знаешь, что она сказала мне? — и он увидел в её лице заинтересованность, — "я бы хотела иметь дочь, даже если у меня не будет мужа и я очень бы хотела, чтобы моя дочь, была самым лучшем человеком и помогала людям, не важно каким способом, а была ещё доброй и приветливой. Со всеми." Ну я подумал про этот способ, я надеюсь он правильный и так хотела бы, думаю, твоя мама. — с этими словами дедули девочка взяла книгу, всё для себя уяснивши и как взрослая, кивнула, с едва ли не покатившимися слезами, пошла спать.

В этот момент Виктория сама себе сказала:

— С этого дня я стала взрослой уже не по — игрушечному.

Фрэнк, как и поклялся вырастил из сына настоящего человека, сам при этом зная, что это правильно. Когда он укладывал спать маленького Эдди и через пару минут, удостоверившись что, тот, уже спит, шёл спать к себе. Он вспоминал свою любимую и единственную Маккензи всю ночь пока не засыпал. И однажды она пришла к нему во сне, за несколько часов до десятого дня рождения их сына. В его сне он был на рыбалке и охоте в лесу. Мистер Саммерс, поймав рыбу, очень обрадовался, ведь она была его первой пойманной рыбой. Им было по шестнадцать лет.

— Ты молодец! Ты справился, я никогда в тебе не сомневалась! Ты смог! Я горжусь тобой! — она стояла в бирюзовом коротком платье, но не слишком откровенном и в лёгких сандалиях. Волосы были длинными и распущенными, достающие ей до низа живота. У Маккензи были зелёные большие глаза с длинными ресницами и пухлые губы, чуть тронутые блеском для губ. Она была великолепна. — Спасибо, это моя первая! — А ты милый! Я не об этом.

— О чём же?

— Я рада что наш сын вырос и стал человеком настоящим! Ты поклялся, ты обещал и сделал это, выполнил и сдержал обещание!

— Это наш с тобой ребёнок. Я должен, я обязан. Это мой долг и обязанность. Я никогда не брошу Эдисона. — эта любовь очень сильно чувствовалась и в его голосе, и в его любви к сыну и жены. — Я очень скучаю по тебе и люблю тебя, драгоценная моя! — Я люблю тебя тоже дорогой! И нашего Эдди! Как ты сказал сыну про меня? — его сон как будто был реальностью. — Стала ангелом и полетела в райское место. — грусть напала на него. — Так и есть…Не забывай меня. Я рядом. Всегда. — обнявши его, девушка испарилась. Больше она не снилась ему, ни разу. В тот день когда он проснулся с глубокого сна в день рождения сына, сидя на постели, он понял, что плачет. Сон он помнил наизусть: от начала до самого его завершения. Когда на утро Фрэнк пошёл достать торт из холодильника и подарок из шкафа, сын, поздоровавшись, спросил, обеспокоенно: — Пап? Ты чего? Что-то случилось, ты заболел? — папа, стоя спиной к сыну, вытерев слёзы, подарил подарок, поздравив, и всё-таки решил рассказать про сон и причину слёз. — Она красивая. Ей идёт бирюзовый. — констатировал факт, сын. — Вот бы у меня такая же любовь была, и такая же жена как моя мама! — заглянул в будущие мальчишка. Первые слова сына, встряхнули отца: — А откуда ты знаешь про бирюзовый цвет? Что он ей идёт? Я ведь не говорил про это тебе. (про платье Фрэнк действительно не упоминал в рассказе) — Я видел этот сон тоже, пап!

Потом они от души посмеялись и, съевши торт, Эдди вскрыл подарок, в котором был очень старый фотоаппарат плёночный с фотографиями Маккензи и Фрэнка, который не видел Эдисон ещё тогда чёрно-белые. Он даже работал, спустя столько времени!

— Спасибо Пап! Ты лучший! Я люблю тебя и маму. Даже если её нет с нами. — печаль тронула его улыбку.

— С днём рождения, сынок! помни что мама сказала нам, она нас любит и гордится нами!!! — улыбнулся Саммерс — Старший.

— Я помню, и никогда не забуду! Главное ты помни! — собираясь идти к себе в комнату, именинник обернулся:

— Пап, поехали туда?

— А давай!

Оба поняли куда хотят направится.

Тори, пока дедушка отсутствовал по различным делам или, когда она была свободна, читала книгу об медицине. Как-то само по себе у девочки легко давалось чтение и понимание написанного. Её заинтересовала рождаемость детей так, что она захотела стать медсестрой акушерского дела, а как пойдёт дело, так она станет и главным врачом акушер-гинекологом. Виктория хотела понять, что случилось с бабушкой Маккензи поподробнее, на счёт инфекций. Когда Фрэнк рассказывал о своей Маккензи, и от чего случился летальный исход, он не смог это объяснить: — Я не знаю. Учился на врача, был лучшим из лучших учеников, самого лучшего наставника и профессора в медицинском деле, старого мистера Майка Смит. Который был лауреатом на различные премии, а также на Нобелевскую премию по физиологии и медицине. Я даже старался ровняться на него. Хотел в будущем стать таким же, как он. Но, таковым не стал. Я знал много и одновременно недостаточно.

— Дедуля ты же был врачом в Детском доме моей мамы! Значит у тебя получилось. Так ведь? — девочка была озадачена.

— Да, был. Но я хотел большего, а не смог. Я провалил экзамен, решающий всё. И не стал кем хотел. Так и проваливалась моя жизнь, я потерял самое прекрасное что было на этой земле, мою жену, твою маму в столь малом возрасте и сына своего твоего отца. За профессию, о которой мечтал. — он загрустил, и казалось, что вена во всех его несчастьях лежит на нём. Фрэнк и сам так считал. — Тогда как ты, не сдав экзамен стал врачом в Детском доме? — спросила внучка. — Я знал главную основу медицинского дела, поэтому мне дали разрешение на простую работу медбратом, ну а затем и по важнее, врачом. Педиатр или терапевт. — А кем хотел и старался быть по- какой категории? — интерес взял вверх. — Акушер-Гинеколог. Да-да так тоже бывает, — он увидел удивление у девочки. — Я очень любил и сейчас люблю детей. Это и был повод стать таким врачом. Мне было интересно узнать, как родится ребёночек, его первый крик, эмоции и облегчение мамы. Ведь рождение — ребёнка-это чудо.

— Я сочувствую тебе дядечка мой родной! — Тори не долго думав, вскочила и расцеловала дедушку. — Ты не в чём не виноват! Ни в том, что не сдал экзамен, ни в том, что потерял нашу с тобой родню! Не переживай, прошу! — молила она его.

— Виктория Саммерс, подъём! — дверь в девичью комнату распахнулась и у порога стоял мистер Саммерс с цветами.

— Ну, дедушка! Зачем? Ещё ведь так рано! — ещё сонная, прозевала она.

— Как зачем?! Сегодня твой выпускной! Ты должна быть в идеальной форме! Давай! Время не ждёт… — волнуется за по взрослевшую внучку дед.

— Стоп! Сколько времени!? — в её глазах отобразилась паника. Смеясь, тот взглянул на кисть руки:

— Пол девятого….

— Что?!!! Как пол девятого?!!

Она побежала в душ. Пока выпускница на водила порядок у себя на голове и лице, после душа, мистер Саммерс гладил платье внучки. Воспользовавшись моментом, пока девушка искала туфли, он взял фотоальбом и смотрел фотографии малышки внучки, сам не понимая, как так быстро прошло время. У него не произвольно потекли слёзы. Как же он гордился ею!

— Деда! — позвала она его.

— Да, детка? — со скоростью света он вытер слёзы и убрал альбом.

— Я всё вижу! — она села на корточки и, взяв его ладони в свои, сказала:

— Ты растил моего отца, а после и меня. Вот это всё: моя отличная успеваемость, воспитание и какой я стала сейчас не моя заслуга, а твоя. Ты сделал меня такой, какая я сейчас. — Тори встала на колени, — Я хочу сказать тебе спасибо! И что не отдал меня в Детский дом. Я перед тобой в вечном долгу. Я люблю тебя!

— Я тоже люблю тебя! Эй! Встань, и не плачь, вон посмотри: у тебя от слёз потекла тушь!

— Это слёзы радости и благодарности.

— Ну всё, хватит слов! Пора бежать!

И, после поправки макияжа, они двинулись в путь. Оказалось, что слёзы мистера Саммерс ещё не закончились. Они вновь дали ход в момент награждения его дорогой внучки. После окончания выпускного бывший врач сказал:

— У меня есть для тебя сюрприз!

— Какой же? — Мы не будем праздновать твоё окончание школы дома! А в ресторане!!! — он ждал реакции.

— Ты серьёзно?!!! — не верила она.

— А что ты не хочешь? Нет ну если так-то….

— Нет-нет что ты!!! Я очень хочу, но это дорого!

— Я хочу, чтобы тебе было хорошо! Тем более ты это заслуживаешь, а деньги — это просто бумажки, как обычно говорят. Так ты как? Согласна? — Фрэнк способен на многое, ради внучки.

— Конечно!

……

Это день был незабываемым! Тори долго не спала, вспоминая всё, что было в этот день. И тут же подумала про себя: "Я стану Акушер-Гинекологом. ведь мой единственный человек, который всегда со мной рядом и опекал, воспитывал меня, должен знать, что же случилось с его женой- моей бабулей. И я сама ему об этом расскажу."

Через пять дней она подала заявку на обучение в Медицинский университет Вашингтона. Каждый день Тори двадцать четыре часа в сутки проверяла почту и спустя семь дней получила ответ:

— Дата! Деда!!! — Я смогла! — её радости не было придела.

— Что? Что такое? — запаниковал тот.

— Заявка одобрена! Я поступила в Медицинский университет Вашингтона и стану Акушером-Гинекологом! Это мой сюрприз тебе.

— Вот это новость! Обрадовала меня, старика! Это мы с тобой отметим, не переживай. Я верю ты станешь тем, кем пожелаешь. Это я знаю точно! Я горжусь тобой, родная!

Они кинулись в объятия друг друга. И сидели так очень долго в тише и умиротворении.

Эдисон всё детство мечтал быть служащим в полиций как Аксель Фоули (Эдди Морфии) из фильма “Полицейский из Беверли-Хилл”

ведь он, как говорил маленький Эдди (тёзка актёра) “мега крутой”. Но, позже, в четырнадцать лет задумался о другой профессии: Авто-менеджер. Ведь он мечтал иметь свою собственную машину и всё в ней понимать. Его начали интересовать автозапчасти, он сам решил самостоятельно учить наизусть названия автомобилей, к примеру, ему нравился “ E28 BMW M5” тогда он был лучшем автомобилем 1980-ых годов! И тогда Фрэнк на неё потратил кучу денег и позже подарил своему сыну и Бет, когда те решили поженится. А Эдди и Бет откладывали себе на отдельную квартиру. Когда Бет вышла с облегчением из Детского дома в восемнадцать лет и начала учится на врача после окончания школы, Эдисон окончил свою школу и пошёл учится на авто-менеджера. Бет оказалось было негде жить, Фрэнк и его сын Эдди, с которым она уже начала встречаться и ходить на свидания (с удовлетворением отца) по обоюдному согласию решили, чтобы Бет жила с ними, пока не накопят на своё гнёздышко. Ну, ей пришлось согласится. А как по-другому?

— Как можно отречься от будущей семьи?! — со смехом сказала она им, когда они объявили ей о своём решении, которое как утверждали сын и отец “не обсуждается”.

— Правильно мыслишь! — сказал сын.

— А ты сомневался в её правильных мыслях? — спросил мистер, ожидая понятного и так, ответа.

— Я в своей будущей жене и матери моего будущего ребёнка, никогда не сомневался, не сомневаюсь и не буду сомневаться! — утвердил Эдди свой ответ.

— Что, прости?! — она удивлённо захлопала ресницами.

— Да-да. Я хочу от тебя детей, ведь я очень тебя люблю! И также я буду любить и наших деток.

— Давайте скорей! Я уже давно жду внуков! — с одной стороны просто, а с другой стороны так радостно и долгожданно, шуткой сказал он.

— Как давно? — спросила Бет и вопросительно уставился на него сын.

— С рождения Эдди и с того момента, как мой мальчик сказал о тебе. Ну, а потом я узнал тебя поподробнее и тоже так посчитал.

Ночью Бет лежала на совместной пастели в объятиях спящего Эдди, и улыбалась, думая:

Сегодня в Медуниверситете у Тори первый день. Она надеялась, что там у неё будут друзья. И что это проклятье, как бы, которое случилось с её мамой Бет, не случится. Была у неё надежда на это. Она знала, что нужно быть со всеми общительной и готовой к дружбе, общению. Девушка, как только зашла в здание и прошла к расписанию. Виктория до сих пор не может свыкнется с мыслью о том, что она студентка Универа! Когда девушка зашла в аудиторию, она удивилась. Аудитория был внушительных размеров. Туда поместилось бы, плюс-минус студентов 160–180! Учится ей лет шесть, как она узнала из интернета. Ведь она к поступлению готовилась. Не только в смысле учёбы, но и в смысле как всё устроено в Университетской жизни.

“Во-у! Сколько же тут студентов! Получается, я такая же, как и они, я- студентка Медицинского Университета в США! Я не могу поверить!”

— Эй, Привет! Ты новенькая? — поприветствовал её кто-то, видимо это девушка.

— Привет! Да, — студентка оторвала от мыслей Тори своим милым и радушным голосом.

— Ты учишься со мной вместе в одном классе. Нам в эту аудиторию, — она указала на левую дверь, где на табличке было написано:

“Аудитория имени мистера Бенджамина Смита профессора и доктора исторических по медицине наук”

— Ой, сори, я забыла представиться. Меня зовут Британи Бэтч, хочешь зови меня Брит, мне так больше нравится! — она с улыбкой подпрыгнула.

— Здорово! А я Виктория Саммерс, хочешь зови меня Тори, мне так больше нравится! — подарила улыбку в ответ девушка. — Мне почему-то кажется, что ты не первокурсница, не так ли?

— Тебе не кажется, — она с хитринкой усмехнулась, — А ты догадлива! Я на третьем курсе. Хотя я носом чую, что меня исключат с универа! Уже совсем скоро!

— Ого! А почему выгонят?

— Потому что, я прогуливаю занятия и мне на них скучно… Тем более миссис Эбигейл Тэтчер сказала:

“Это было последнее предупреждение мисс Бэтч! Больше поблажек не будет! Это я вам точно говорю! “

— И вот так я и осталась на ещё один или сколько там, не помню, курсов. — сказала Брит без единого сожаления.

— А тогда почему ты здесь? — ” видимо её это устраивает”-подумала про себя, Виктория.

— Отец настоял., -она пожал плечами, — Я хочу быть дизайнером одежды, а он против, по его мнению, у меня ужасный вкус. — А ты почему на мед пошла?

— Это моя мечта! — Тори утвердила этот факт.

И, после звонка, они вошли в аудиторию, сев вместе. Изучать историю медицины.

У девушек уже закончился урок по исторической медицине. Они вышли из Аудитории как вдруг какой-то паренёк подбежал к новой подружки Тори и приобняв, поцеловал в щеку. Тот, посмотрел на Викторию вопросительно, даже не улыбнувшись. Он оглядел её с ног до головы и затем уставился вопросительно на Брит. Она, очнувшись после от " волшебного поцелуя" своего, похоже, парня и, только сейчас поняла, что нужно представить своему возлюбленному, свою новую подругу:

— Ой, сори! Киран, познакомься это-моя подруга, а также новенькая студентка-первокурсница Виктория, но мне нравится её называть Тори.

— Привет! — поздоровалась Виктория.

— Ну здравствуй. Я Киран Воттерсон второкурсник.

— Рада знакомству.

— И я.

"А он не очень-то и приветлив со мной"-мелькнуло в голове у Тори.

— Ну и ладненько.

Они спустились этажом ниже, в столовую. После прошли ещё четыре урока. И Британи предложила своей новой подруге:

— Слушай, мы сейчас идём гулять, ты с нами?

— А как же уроки? На завтра ещё и реферат писать! Брит, ты забыла?

— М-да, Брит, ты не с тем, человеком познакомилась, такие как она зациклены только на учёбе. Быть идеальной ученицей для учителей и профессоров, а также идеальной дочерью для родителей. — он явно невзлюбил Тори.

Виктория старалась не заплакать от того, что произошло прямо пять минут назад. У неё всё-таки получилось.

— Что с тобой? Ты почему с ней так? Это опять твоё настроение, каждую секунду меняющееся!? Я не позволю тебе обижать её! — Брит, взяла за руку Вик, сказав:

— Пошли, Тори, отсюда.

— Куда? — всё ещё ничего не понимала та.

— К тебе. Мы сделаем все уроки и с лёгким сердцем пойдём гулять. Раз уж мы "люди, которые зациклены только на учёбе"!!!

— Да, пожалуйста. Мне плевать. Только не говори потом, что тебе скучно без меня. — он, ушёл с таким равнодушным лицом, что было ощущение, так уже было.

Всю дорогу Британи плакала. Когда Брит начала успокаиваться, Тор решила спросить:

— Что случилось? Он всегда такой или я что-то сделала такого, что он сорвался на меня как с цепи, собака?

— Честно? Я не знаю. Но я знаю, что он ревнивый очень.

— Так, а я тут причём?

— А при том, что я когда начала с ним встречаться, к нам в университет перешла из одного ВУЗА девушка — первокурсница и я с ней познакомилась. И представила её своему парню, как ты уже поняла, Кирану она понравилась, хотя она училась лучше всех у нас. Ну в общем как ты была. То, что тебе про зацикленных на учёбе он ей не говорил. Она мне начала говорить, чтобы я бросила Кирана, ведь она раньше с ним встречалась, и знает его хорошо. Он, это узнал и так её опускал ниже плинтуса что она перешла в другой университет снова.

— Но, почему он ей не сказал про зацикленных, а мне сказал?

— Пытается тоже опустить видимо. А меня не обижает потому что влюблён давно.

— Боже. Но, я не уйду отсюда, пока не доучусь и не стану кем стремлюсь! Ему меня не сломить!

— Я верю в тебя!

— Спасибо что заступилась. — обнимала её Тори, — не плачь! Пошли ко мне, сделаем этот проклятый реферат и пойдём веселиться!

— Пошли. — смахнув последнюю слезу, она улыбнулась, и они пошли домой к дедушке Тори.

— Здравствуй, дедуля!

— Привет моя милая! — Фрэнк обрадовался внучке и позади неё увидев девушку, спросил:

— А что за красавица стоит рядом с тобой?!

— Это Британи моя подружка из Универа. Мы вместе ходим на одни пары и вместе сидим в аудитории на лекциях.

— Здравствуйте мистер Саммерс! Мне очень приятно с вами познакомиться! — ответила вежливо Брит.

— Я тоже рад знакомству мисс Британи!

— Называйте меня Брит, мне… — она не успела договорить.

— Так больше нравится! — подхватила Тори. — и они засмеялись.

— Брит, а откуда вы знаете мою фамилию?

— Мне Тори столько о вас рассказывала по пути к вам!

— И что говорит вам моя детка? Какой я?

— Вы талантливый врач, мудрец, добрый друг и федеральный мастер- кондитер по пирожкам с черникой! — отчеканила девушка.

— Браво! — мистер, выше перечисленного, был удивлён и, словно зритель на концерте, зааплодировал. — Зовите меня просто Фрэнк, мне так больше нравится.

— ООО, ну теперь это наша фишка! — все троя, после паузы, снова рассмеялись на весь дом.

— Как на счёт чая с лимоном, мятой и сэндвичами? — предложил молодой “дедуля”.

— Да, если можно, — еле слышно сказала Брит.

— Нужно!

— Дедуль, мы хотим поесть в моей комнате и заодно сделаем уроки на завтра, и после мы пойдём погуляем, ты не против?!

— Конечно нет! Только возьми с собой телефон, чтобы быть со мной на связи и чтоб я не переживал за вас. И ещё вот это возьмите, — и он протянул им два контейнера с салатом и с бутылками свежевыжатого апельсинного сока.

— Спасибо! Ты заранее подготовил два контейнера с салатом, но откуда ты знал, что я приду не одна? — она удивилась.

— Я видел вас в окно и как вы, вместе смеясь, общались. Показывали друг другу что-то в телефонах и по вашим лицам было всё понятно.

— Что, понятно?

— А то, что вам интересно друг с другом! — Фрэнк сказал правду.

— Не зря я сказала Брит что ты мудрец! Я люблю тебя, — она чмокнула его.

Девушки дописывали реферат и за одно доедали сэндвичи. После этого они вышли на улицу. Они гуляли до десяти вечера, а перед тем как они пошли назад, Виктория сказала:

— Хочешь увидеть кое-что прекрасное?

— Да, очень! — ответила Брит.

Они подошли к дому Саммерс где в заднем дворе была лестница, ведущая на крышу, Брит с тревогой посмотрела на крышу.

Это заметила Виктория и спросила:

— Ты боишься высоты?

— Ну есть такое.

— Просто доверься мне и держись за меня, поняла?

Та кивнула. Через мгновение они уселись, попивая чай с лимоном и мятой, тогда Брит заплакала.

Когда Виктория это увидела, она решила помолчать, т. к. знала, что этот плач от увиденного. Её переполняли эмоции от этого вида, ведь этот закат был настолько красив и прекрасен, что и “пробили” на слёзы. Когда солнце село и закат закончился, вдруг зазвонил телефон. Это был Фрэнк.

— Нам пора домой. Деда волнуется.

— А сколько время?

— Пол двенадцатого ночи.

— Ого! — Пошли быстрее!

Они побежали домой. Брит хотела уже пойти к себе, как её начали отговаривать Фрэнк и Тори:

— На ночь глядя? Ты что с ума сошла? А если что-то случится с тобой?! — уговаривала Викторе.

— Не волнуйся я бегаю хорошо и, уже скоро буду дома. Фрэнк и вы не волнуйтесь!

— Это не обсуждается. Останешься у нас, а утром мы встанем по раньше, тебя накормим и Тори проводит тебя до твоего дома. А через час-два, встретитесь у Универа. Идёт?

— Дедушка прав. — согласилась Вика.

— Хорошо.

— Ура! Пошли ко мне.

— Вот ещё что, Брит, позвони родственникам и скажи, что ты у нас, думаю они не будут против.

— Конечно, я уже набираю. Спасибо Фрэнк! Вы теперь мой добрый друг!

— Точно! Вас на ужин я позову. Окей?

— О’кей.

И они убежали в комнату.

Тори вместе с подругой и сидели и общались. Британи решила спросить:

— Тори расскажи, почему ты живёшь с дедулей? А где твои родители? Если тебе больно и не хочется говорить об этом, то мы закроем эту тему на всегда.

— Нет, я расскажу тебе. Когда мне исполнялось пять лет в мой день рождение папа, поехав за подарком мне разбился на машине. Мама узнала об этом и упала в обморок. Врачи, говорили она бы выжила, но из-за травмы ничего нельзя было сделать. И дедушка меня взял к себе. Ни сестёр, ни братьев у меня нет, бабушка умерла ещё когда родила папу. Дедушка остался один, а моя мама жила в Детском доме Маунтин-Стейтс. Вот так всё и было. — девушка глубоко вздохнула и также глубоко выдохнула. В комнате зависло напряжение.

— Мне сложно понять твою историю, потому что у меня никогда такого ужаса не было. Я не смогу понять каково тебе потерять родителей, но скажу одну вещь…. Тебе повезло с Фрэнком! — Британи изо всех сил старалась не сказать, чего лишнего, ведь она искренне сочувствовала подружке.

— Спасибо за поддержку, Брит! — Тори печально улыбнулась, крепко обняв ту.

— Ой! Хватит-Хватит! А ни то задушишь! — закричала Брит

И вдруг неожиданно для себя они обе заплакали. Не было понятно от чего, думается из-за эмоций: печалью о родных и настоящую, искреннюю и крепкую дружбу!

После того как девочки успокоились от бурлящих событий, настала очередь Виктории спрашивать Брит о её семье.

— Я давно живу с отцом, вдвоём. Моей маме, т. е. жене моего папы, сказали, что она больна раком и что она может долго не прожить. Папа ужаснулся и не знал, что делать, он её очень любил и пытался вылечить в клинике. Там сказали, что она — симулянтка.

Я там не была, но через окно смотрела что происходит. Ты бы видела его лицо, когда они сидели в кабинете врача, а тот объявил о симуляции!

— Не представляю… — Тори была шокирована.

— А ты представь! У него был пустой и одновременно ледяной, каменный взгляд. Он посмотрел на маму и сказал, чтобы она собрала свои вещи и убиралась из дома. И что никогда больше не увидит ни меня, ни его! Позже он подал на развод. Я не плакала.

Почему? Сама не знаю. Маму с тех пор я не видела. Папа ни разу не обмолвился словом, когда я интересовалась, не хотят ли они померится.

— Я сожалею…Но, тебе-то комфортно жить с папой?

— Да! Мы всегда вместе. Но, иногда он злой очень сильно и бывает приходит домой в нетрезвом состоянии. Я понимаю, что, он всё ещё любит маму и скучает по ней. Я иногда думаю, что он очень хочет вернуть её. Только ему нужно больше времени.

— Она звонит тебе?

— Редко, потому что боится отца. Что он всё узнает. И нам обеим не поздоровится.

— В каком смысле?! — и снова шок.

— Ох! НЕТ-НЕТ! Он нас не бил ни разу! Я имела в виду, что он подумает, что я его предала, и позвонит в полицию из-за надоедливых, постоянных звонков.

— Ужас… Я очень надеюсь, что у вас в семье всё наладится! — и Вика раскрыла объятья.

— Я тоже надеюсь. — увидев приглашение в объятья любимой подруги, та засмеялась:

— Так-с, только без милых и дружеских удушений, окуй?

— Ага, да-да-да! — так же смеётся и Тори.

— Эй! Ты, мелкая зараза! — и в правду: они обнимались так крепко, будто сестрёнки маленькие.

— Почему это?

— Я уже на третьем курсе, а ты только на первом, забыла?

— Уп-с, кажется да!

Фрэнк принёс им еды, после сам отправился спать, пожелав девчонкам спокойной ночи. Те его отблагодарили и Тори поцеловала его в щеку.

После еды они говори и говорили. Через два часа время было уже час семнадцать ночи.

— Всё, Брит, пора спать нам в университет завтра!

— Спокойной ночи, мисс Саммерс-Самая — Младшая! — и обе прыснули от смеха, давя ладонями на рот, кабы не разбудить мистера Фрэнка Саммерс.

— Так! Мисс Британи Бэтч, я сказала: ОТБОЙ!

— Ладно, отбой так отбой. Спасибо за день! — она легла подруге на плечо.

— И тебе! -

Девочки прижались к друг другу. Интересно каким будет их день завтра?

— Доброе утро! Брит, как спала? — Виктория перевернулась на другой бок, где должна была лежать её подруга, ну или должна была… — а где ты?

Тори была озадачена. Было восемь утра. Выходной. Сегодня девочкам не надо было идти в ВУЗ, поэтому хотели сходить на шоппинг.

Тори пошла искать подругу по всем у дому, после тщетных попыток отыскать подругу, на её зов вышел дедуля Саммерс.

— Привет, любимая! Выспалась? — он чмокнул её в щёчку, румяную и помятую ото крепкого сна, она ответила.

— Да, спасибо дедушка! А….-она хотела спросить, но Фрэнк её опередил:

— Британи дома нет.

— А где же? Расскажи всё по- порядку. Я ничего не понимаю.

— Я встал в шесть утра, где-то через десять минут, открылась твоя дверь и она вышла. Я спросил её: чего она так рано встала, ведь сегодня выходной у вас в ВУЗе…, -он пытается объяснить.

— И — и- и….? -, внучка теряет терпение.

— Она резко поздоровалась со мной и сказала, что уходит и больше не придёт сюда никогда. Ой! — он спохватился, — вот, — он протянул ей записку, и сказал:

— Я не читал, решил тебе отдать сразу как проснёшься.

— Да, спасибо я прочту в комнате, хорошо?

— Конечно.

Она вошла в своё личное пространство и, сев на кровать, принялась читать:

“Я ВСЕГДА МЕЧТАЛА О ПОДРУГЕ, ЧТОБЫ МЫ ПОНИМАЛИ ДРУГ ДРУГА БЕЗ СЛОВ, ЧТОБЫ МЫ МОГЛИ ГОВОРИТЬ О ЧЁМ УГОДНО И ХРАНИЛИ ВМЕСТЕ ОБЩИЕ СЕКРЕТЫ! И я, КОГДА УВИДЕЛА ТЕБЯ ТАМ, В ВУЗе, Я ПОДУМАЛА, ДАЖЕ НЕ ТАК, Я УЖЕ ПОНЯЛА, ЧТО ЭТО ТЫ, ВИКТОРИЯ САМЕРС! НО, ТЫ ПРЕДАЛА МЕНЯ! А, ПОДРУГИ, ТЕМ БОЛЕЕ, ЛУЧШИЕ, НИКОГДА ДРУГ ДРУГА НЕ ПРИДАЮТ! ЭТО И ЕСТЬ ДРУЖБА! ВИДИМО Я ОШИБЛАСЬ! Я ПОПРОСИЛА ПАПУ, ЧТОБЫ ОН ПЕРЕВЁЛ МЕНЯ В ДРУГОЙ ВУЗ, ОН МНЕ РЕШИЛ ПОМОЧЬ. ПОЭТОМУ Я НЕ ХОЧУ С ТОБОЙ ИМЕТЬ НИЧЕГО ОБЩЕГО, ТЫ — ПРЕДАТЕЛЬНИЦА! Я ТЕБЯ ЗАБЛОКИРОВАЛА ВЕЗДЕ, ПОЭТОМУ НЕ ВЗДУМАЙ СО МНОЙ СВЯЗАТЬСЯ! ЗАБУДЬ МЕНЯ! Я БОЛЬШЕ НЕ ТВОЯ БРИТ!”

— Что, чёрт побери, происходит?! — Внучка врача плакала навзрыд и её верный друг, и мудрец сразу прибежал.

— Что, милая, что? — он побледнел.

Она протянула ему записку, а, через пару минут её разорвал в клочья и обнял рыдающую.

Когда та успокоилась, он вопросительно посмотрел на неё:

— Я знаю, что делать. Вдруг она что-то сделает с собой? Мне нужно узнать, что происходит, дедуль, иначе я потеряю единственную свою любимую подругу. Навсегда и безвозвратно.

Он посмотрел в эти глаза и увидел в них страх за подругу. Кивнув, он обнял её крепко:

— Я верю в тебя. Будь осторожно. Береги себя.

— Я люблю тебя!

Он улыбнулся.

— И я тебя, моё счастье!

Несмотря на то, что было написано в записке об блокировке её SMS и звонков, Тори решила позвонить ей. И вправду её заблокировали.

Тори решила пойти к её отцу, т. е. к ним домой. Она заранее знала, что скажет ему и была уверенна в своих силах. Она твёрдо стояла на том, чтобы узнать, что произошло!

— Извините? Есть кто дома? — она постучала в дверь

— Кто там? — отозвался мужской голос.

— Здравствуйте, мистер Бэтч, я подруга Брит, меня зовут Виктория Саммерс и я хочу поговорить с вами о ней.

— Здравствуйте, мисс Саммерс, я знаю не только то, что вы подруга моей дочери, но и внучка моего лучшего друга Фрэнка, врача и мудреца, не так ли? — он вопросительно, но с тёплой улыбкой спросил.

— Да, всё верно. — она явно шокирована.

“У мистера Бэтч очень красивый голос, — заметила Тори. — и красивая внешность. Теперь понятно в кого его дочь” Тревор был пропитан ароматом эвкалипта, а также от него веяло запахом мужскими духами и табаком. Он был зеленоглазым брюнетом, а чёрный смокинг сидел как влитой. Он был худ, но не тощий, и с высоким ростом.

— Хорошо, проходите. Только у меня есть два свободных часа.

— Это не займёт много времени.

— Отлично. Так не будем тянуть время.

“Как же здесь красиво”. По-современному”

— Я слушаю вас внимательно.

— Мы подружились с Британи в ВУЗе и всё время проводили вместе. Вчера я её пригласила к себе в гости чтобы поделать уроки, а потом погулять. Позже мы попили чай, и она решила пойти домой, но мы с дедушкой её уговорили остаться у нас> Мы болтали и заснули. Утром я проснулась, а её нет. Нигде. Деда протянул мне записку, где она сказала, что я предала её. Я пыталась позвонить ей, но она меня заблокировала. Я была в шоке от прочитанного. Может вы знаете, что произошло? Хотя я догадываюсь.

— Да, я тоже заметил, что что-то с ней не то. Она мне позвонила и сказала, что останется у вас. И тут она приходит в шесть сорок вся заплаканная. Прошла в комнату, не реагируя ни как на мои вопросы, и с силой закрыла дверь.

— А, то что она хочет в другой ВУЗ перевестись, вы знали?

— Нет, а с чего вы взяли?

— Это было в записке, вот я сфотографировала-она протянула ему телефон с фото.

Прочитав, он спросил Викторию:

— Вы сказали, что догадываетесь что с ней. Я бы хотел услышать догадку.

— Хорошо. Я уверенна эта её ссора с Кираном Воттерсоном подкосила её здоровье. Она нервничала поэтому поводу.

— Кто такой Киран Воттерсон? — он спросил это с таким голосом и выражением лица что, Тори стало страшно.

— Он её… — она не успела договорить, как входная дверь со всей силы распахнулась.

Это пришла Британи. “ С ней что — то не так”-подумала Вик.

Когда отец Брит и сама Виктория повернулись к двери, у двоих в глазах было не понимание об происходящем. На лице у девушки был синяк под глазом, а из носа шла кровь. Брит была в ярости, увидев, ту самую подругу-предательницу. И накинулась на неё.

— Пошла, вон отсюда! И больше не приходи сюда никогда! Ненавижу.

— Отпусти! — Брит вцепилась ей в волосы. — Тори кричала.

К девушкам подбежал отец Британи и облил её водой, которая стояла на кухонном столе. И ударил пару раз по щекам чтобы та пришла всегда.

— Встала! И всё объяснила нам обоим! Как ты ведёшь себя, не благодарная тварь! Она и приняла тебя и угостила, она твоя подруга!

— Она мне никто!

— Выражения выбирай! — он легонько пнул её. — Я жду. Мы ждём!

— Я ничего не хочу слышать. Извините за беспокойство мистер Бэтч! Прощай, Брит!

— Подождите мисс Саммерс! Мы не договорили! Я бы тоже хотел знать, что эта чертовка о себе возомнила!

— Дело в том, что я больше не хочу. Простите.

— Так, останови её! — сказал он Британи.

— Пусть валит. Предательница!

— Стойте, вот возьмите! — он протянул Тори карточку с его номером — Позвоните мне завтра в пять часов вечера, и мы договоримся о встрече, пожалуйста! — он умолял.

— Хорошо.

Тори пришла домой очень уставшей. Фрэнк, который спросил, как всё прошло, не услышал ответа, но увидел жест рукой, что означал: только не сейчас. Это движение означало: только не сейчас. Тот, конечно не злился на внучку и дал ей время. Он понял, что всё покатилось к чертям. Внучка приняла душ и пила горячий согревающий чай с мятой. Виктория пыталась уснуть, но мысли не желали останавливаться. Она то и дело, что вспоминала сегодняшний цирк. А лицо Брит? Которое было всегда таким добрым и открытым? Почему оно изменилось? Что же всё-таки произошло? Девушка дотронулась до больного места на голове. Боль ныла. Виктория решила забыть о неудачные попытки дружбе и принять то, что она, как и её семья не смогли обзавестись друзьями. Верными и преданными. После того как Вик приняла душ, она легла спать, не зная, что делать дальше. А позже увидела сон.

Ей приснилась Британи, которая, стояла босиком на траве у здания ВУЗа под дождём. И плача говорила:

— Помоги мне пожалуйста, моя Тори! Мне плохо! Приди к отцу, поговори с ним. Мне нужна твоя помощь! Я не хочу терять тебя!

— Я постараюсь. — Вик, побежала в сторону здания, чтобы обнять подругу, но на этом сон и кончился.

Виктория проснулась в одиннадцать утра и решила, что попробует вернуть её ещё раз.

Дедушка Фрэнк уже встал, приготовив и завтрак, и обед за, то время что спала его внучка. Она подошла к нему и поцеловала в щеку. Не бритую и с сединой. Которая так мило кололась.

— Здравствуй, дядечка! Помнишь, когда я тебя в детстве так целовала тебя, я говорила, что ты колешься как ёжик и смеялась?

— Привет, сладкая! Конечно! Это моё любимое воспоминание, и ещё самое любимое, когда ты родилась.

— Эх! Как хорошо же было тогда!

— И в правду. — Саммерс-Старший посмотрел на свою девочку вопросительно и с интересом ожидая, скажет ли она ему что-нибудь про вчерашнюю встречу.

— Начну с начала. Я пришла к её отцу мистеру Бэтч, я представилась, и он узнал меня по тебе. Сказав, что ты его старый друг. Я сказала причину, по которой пришла к нему, и он меня впустил. Брит дома не было. Когда я хотела уже сказать, том парне Коране, как она распахнула дверь со всей мощью здорового медведя, с синяком под глазом и кровью из носа. Накинувшись на меня, она начала меня оскорблять и вцепилась в мои волосы. Тут её отец окатил её водой. Ну в общем вёл себя с ней строго и грубо. Позже я решила уйти, но он, остановив меня, протянул карточку и сказал мне чтобы я ему набрала в пять часов вечера и договориться о встрече.

— И что ты думаешь по этому поводу?

— Попытка не пытка. Я хочу помочь ей.

Время без пяти пять и Виктория звонит мистеру Бэтч. Трубку взяла девушка с красивым и приветливым голосом. Видимо, это милое создание была его секретаршей:

— Алло, здравствуйте, вас приветствует компания по реставрации мебели “YOUR FURNITURE. COMPANY” (твоя мебель. компания). Что-нибудь желаете отреставрировать? Восстановить? Давайте я вас запишу.

— Алло, здравствуйте, нет спасибо, у меня назначена встреча с мистером Бэтч.

— Пожалуйста, назовите ваше имя и время встречи.

— Моё имя Виктория Саммерс, время встречи пять часов. Но, он не сказал где именно будет встреча.

— Отлично. Минуточку… — видимо она не дослушала последнее предложение. — Приезжайте к Дэй-Роуд здание 114. И нажмите на кнопку вызова. Там вам откроет наш секьюрити.

Когда Тори пришла, её встретила секретарь по имени Милли Грейс, молоденькая улыбчивая девушка лет двадцати семи. И повела в здание. Она нажала на специальный телефон и дозвонилась до мистера Тревора Бэтч. Секретарша назвала имя Тори и пару раз ответила “да”, положив трубку, она указала на роскошный диван, который был похоже отреставрирован, и сказала:

— Ожидайте. Сейчас мистер Бэтч спустится к вам.

Он, думается не спал всю ночь из-за вчерашнего поведения дочери, но при этом выглядел очень даже свежо. Хотя есть нотки усталости. Он переживает за состояние дочери.

— Добрый вечер, мистер Бэтч! — поздоровалась Виктория.

— Добрый вечер, мисс Саммерс! — поздоровался мистер.

— Я по делу. Мы договаривались о встрече. — на её лице отобразилась уверенность в себе.

— Я помню. Тори вы не против чтобы наша встреча прошла в ресторане?

— Не против.

— Отлично. Нас подвезёт туда мой шофёр мистер Динер, а поэтому нужно немного подождать.

— Хорошо. Давайте подождём.

Через пять минут приехал Эллион Динер. Он забрал их, и они укатили к ресторану под названием “ВАШ ВКУС. ВАШ ВЫБОР.” Этот ресторан был очень современно украшен. Хотя было видно, что с уклоном на реставрированную мебель. “, наверное, это его заведение”-подумала девушка.

Они сели за столик у окна, когда к ним подошёл с меню официант:

— Добро пожаловать, мистер Бэтч, что предпочтёте сегодня? — вежливо поздоровался тот. Догадки Вик подтвердились.

— Грей, принеси мне стейк из индейки и белое вино. — Тревор перевёл взгляд на Тори, которая прочитала меню и положила его на стол.

— Хороший выбор мистер, что предпочтёт ваша спутница?

И вполне серьёзные люди, такие как мистер Бэтч — владелец достаточно большой компанией по реставрации мебели и как студентка главного ВУЗа в штате Вашингтон Виктория Саммерс, начали очень громко смеяться над неловкой ситуацией. Пока они хохотали до боли в животе, Грей с удивлением на лице думал:” Что с ними? Им плохо? Взрослые же люди“ Когда они наконец-то прекратили и объяснили из-за чего такое странное поведение Грею, тот не выдержал и тоже рассмеялся, и извинился.

— Да, я рад что у меня в подчинении такой весёлый молодой официант! Спасибо тебе, Грей! То, что поднял нам с подругой моей дочери настроение! — живот уже проходил.

— Всегда рад стараться! Извините что так подумал! Я не имел в виду того, что вы….

— Всё хорошо, прошу успокойтесь! Благодаря вам Грей у меня тоже отличное настроение! — Виктории он импонировал.

— Так каковы ваши пожелания, мисс? — вспомнив, что он на работе и должен обслужить клиента с клиенткой, перешёл к делу.

— Салат из морепродуктов и свежевыжатый апельсиновый сок, а на вынос грибная запеканка и кофе.

— Отличный выбор. Ожидайте. — он вышел из зала.

Бэтч с Викторией перешли к делу.

— Так кто же такой этот Киран?

— Киран Воттерсон — парень вашей дочери Брит. Когда Британи меня с ним познакомила, он меня оскорбил и задел за живое. Она меня защитила и заступилась за меня.

— Так, как именно задел?

— Оскорбив родителей.

— Что было дальше? — покачав головой, в знак того, что он и вправду мерзавец.

— Брит заплакала. Я спросила: почему именно меня и за что? А она ответила так:

“Он очень ревнив.” И когда она начала с ним встречаться, к ним в универмаг перешла из одного ВУЗа девушка-первокурсница и Брит с ней познакомилась. Когда Британи познакомила её с Кираном, она ему понравилась. Позже та девушка из другого ВУЗа, начала говорить, чтобы Брит его бросила, ведь она с ним раньше встречалась и знает его хорошо. Он узнал про этот “разговор” и и опускал ниже плинтуса, унижал эту девушку. И она перешла в другой ВУЗ снова. После Брит сказала, что, он её (саму Брит) никогда не бил и не обзывал т. к. любит.

Теперь я думаю, что, этот синяк и кровь из носа у Брит были от него. Вероятно, он разозлился и ударил её.

Мистер Бэтч был тих и молчалив при рассказе Тори, но когда та закончила, он ледяным тон сказал:

— Мне нужно подумать — он вскочил со стула, положил деньги за заказ еды на двоих и уходя, бросил:

— Я позвоню вам, когда смогу. — он вышел на свежий воздух и закурил. Девушка забрала еду на вынос и выйдя из ресторана, не обнаружила ни мистера Бэтч ни шофёра Денвера.

На следующий день Виктория отправилась в ВУЗ. Брит в Универе не было. Она увидела Кирана, который смеялся в компании красивой смуглой девушки. Вик никогда её не видела. Её охватила злость. Тори была уверена, что это Киран нанёс Британи удары в лицо, поэтому решила всё происходящее с подругой узнать от него. Ну или у той девушки.

И тут неожиданно прозвонил звонок на пару. “Чёрт! Ладно придётся перенести свой план на потом”. -и она зашла в аудиторию.

Когда пары закончились, Тори увидела, что Киран улыбнулся той девушке и поцеловав, попрощался. “ Это мой шанс!”

Когда та девушка попрощалась с парнем Брит, Тори подбежала к ней и начала разговор:

— Привет, меня зовут Эмили. — представилась Тори под выдуманным именем.

— Привет, я Онни. — представилась девушка.

— Ты знаешь Кирана? — Вик перешла к делу.

— Какого Кирана? — она явно не понимала о ком идёт речь.

“Что? Она его не знает?”-теперь Вик в недоумении.

— Киран — парень с которым ты попрощалась только что.

— Разве его имя не Даниил?

— Нет, это Киран Воттерсон и у него есть девушка! Моя подруга Британи Бэтч!

— Давай, расскажи мне всё.

— Здесь?

Онни подумала минуту:

— Идём.

Онни и “Эмили” пошли к лавочке на улице и Тори начала говорить:

— На самом деле меня зовут Тори Саммерс и учусь здесь. Я познакомилась с девушкой по имени Британи Бэтч, а она познакомила меня со своим парнем Кираном Воттерсон. А он представился тебе как ты сказала Дэниелом, так?

— Да. — Онни была в шоковом состоянии.

— Он меня возненавидел и унизил при нашем с ним знакомстве прямо перед Брит.

— И что?

— Он псих. Вот что. — и Вик рассказала полную версию всего того, что прошла за два дня учёбы в ВУЗе. И о ссоре между Вик и Брит.

Онни опустила голову на какое-то время и подняв, сказала:

— А ведь и правда. Он стоял рядом со мной в то время, когда ко мне подошла подружится одна девушка, он её толкнул так, что она упала и разбила подбородок. Та бедняга, заплакала и сказала, что пожалуется на него в полицию штата, он засмеялся диким смехом и показав пальцем, проговорил: “Я шишка в этом штате, а ты никто!”

— Ну вот. Теперь и ты убедилась в этом.

— Тори! Я знаю кое-что о девушке Британи Бэтч и об этом придурке.

— Я слушаю.

— Когда я перешла в ваш ВУЗ, около меня стояли три девушки старше меня и говорили про эту Брит и как ты и сказала Кирана.

— Так и?

— Онни говорили вот что: Девушка по имени Виктория Саммерс присвоила себе парня Британи Бэтч, Кирана и встречается с ним. И что Виктория целуется и обнимается только с ним. Британи об этом узнала, и пошла к нему на разборки, а тот её ударил в лицо.

Вот конец истории, которую я услышала от них. Клянусь, Тори я не знала этого Кирана в лицо!

— Это всё ложь! Я с этим психом никогда не встречалась и не буду встречаться, и ты его избегай! Но, спасибо тебе за то, что мне только что рассказала. — она обняла смуглую красотку Онни.

— Всё нормально. Это тебе спасибо за предупреждение. Можно вопрос?

— Конечно!

— Может будем общаться? Смогу помочь тебе помириться с подругой, у меня есть связи и могу с тобой поддерживать связь? Ты как не против?

— Нет, не против! Вот мой номер — она протянула свои контакты- я наберу, как поговорю с ней.

— Отлично, я записала. Увидимся! — она ушла.

На следующее утро между семью и семью пятидесяти Виктория позвонила отцу Брит и назначала встречу, где ей ело удобно. Тот принял приглашение. Спустя час они сидели на лавочке на аллеи.

— Виктория вы что-то узнали?

— Да. Ваша дочь поверила сплетням о мне.

— Каким ещё сплетням?

— Якобы Виктория Саммерс встречается с парнем Британи Бэтч, Кираном Воттерсон.

— Но это же не так, правда?

— Вы серьёзно?! Этот недоумок полностью облил мою семью грязью. А я ещё должна с ним быть вместе?! Как вы и думаете? Уверяю вас, это ЛОЖЬ! Мне он противен! У этого недочеловека рука поднялась на вашу дочь, мою любимую подругу! Я дорожу Брит, а вы так думаете про меня? Вы плохой отец! Я сама во всей этой дыре разберусь, и без вашей помощи! — она повернулась и пошла по аллее прочь.

— Мисс Саммерс! Извините я не то имел в виду! Подождите! Ох!! — мистер Бэтч нагнулся и схватился за сердце.

Виктория увидела, что он упал и вызвала “скорую”. Инфаркт.

— Алло? Это Брит. С кем я говорю?

— С Тори, — у девушки от волнения на лбу появились капельки пота.

— Что тебе нужно? — недовольно прозвучало в трубке.

— Мистер Бэтч в больнице.

— О боже! Что с ним? — у Брит изменился тон голоса.

— Инфаркт.

— Как это произошло, и ты там каким боком? — и снова то же недовольство.

— Это не важно, Брит, приезжай.

— О'кей. Куда?

— Больница на Уайт-Авеню, третий операционный корпус, палата № 607.

— Я еду. Встреть меня, я заблужусь.

— Хорошо. Жду звонка, как подъедешь.

Виктория почувствовала, как в кармане джинсов вибрирует телефон. Это был дозвон от Брит. Она спустилась по лестнице, прошла к первому зданию и увидела, как Брит разговаривает с эм…. Кираном. Стоп. с Кираном Воттерсон!

“-Киран, ты всё правильно сделал! План под названием “Ревность и Предательство” выполнен! Я эту Тори знаю, ты всё сделал так, как она заслуживает!

“-Она заслуживает быть хорошим человеком! Я из-за тебя с ней поругался! Виктория Саммерс красивая и умная девушка! Не заслуживаешь так это ты! — протестовал Киран. — Я расскажу всё Тори.

”-Только попробуй! Хотя… — она подумала. — Попробуй. Тебе никто не поверит, я всем сказала, что ты псих! И мне помог ты в этом.”

“-Да, я знаю. Это мой косяк. Ты меня не напугаешь!”

И тут к ним на “огонёк” присоединилась Виктория:

— Всем привет! Я всё слышала, можете не напрягаться мне докладывать весь свой, э, как ты там сказала Брит? План под названием “Ревность и Предательство”? — Киран и Брит переглянулись. — Только скажи ещё одну вещь, Брит, честно. Онни. Она вам подыграла?

— Кто это? Я даже не знаю о ком ты говоришь! — Брит была то ли в растерянности, то ли ей было не ловко от того, что её и сообщника поймали.

— Она лжёт. — тихо и спокойно отметил Киран. — Прости нас.

— Говори за себя! — огрызнулась Брит на Кирана.

— За что ты так со мной? — печально обратилась к бывшей подруге Вик.

— А ты не помнишь?

— Припомни мне.

— Я училась с тобой в начальной и старшей школе. В одном классе. Выпускной. Награждение. И, это был тот момент, которого я ждала всю свою школьную жизнь! Меня должны были наградить. Самая лучшая ученица во всей школе. Но, наградили тебя, чертовку! Ненавижу! Ты меня опозорила! Перед всеми! Хватит! Теперь я тебя опозорила. — она произнесла это с душевной и глубокой болью.

— Так это была просто зависть. Ясно. Говоришь, ты должна была иметь титул “Самая лучшая ученица во всей школе”, а сама не знаешь элементарной вещи. Грустно.

— И какой же?

— Зависть — плохое чувство. — она, желая уйти сказала: — Твой отец лежит в операционном корпусе, палате № 607. — и повернулась чтобы покинуть здание.

— Катись к чёрту!

Тори усмехнулась, хотя была расстроена, и кинула телефон, что дал ей мистер Бэтч, через спину. Он упал на кожаный диван рядом стоящий у конца здания где они говорили.

Включив в наушниках любимую песню Coldplay “Paradise”, Виктория даже не плакала. То чувство, когда она была расстроена, исчезло. Она была опустошена. Она не чувствовала ничего. Ни боли, ни предательства, ни злости. Ни-Че-Го.

И вдруг опять завибрировал телефон. Это был мистер Бэтч. Ему было не понятно, что произошло и требовал объяснений.

— А вы спросите у своей доченьки. Она даст ответ по точнее, — и бросила трубку.

Опять звонок. Это был Саймон Тир, друг детства мистера Фрэнка. Тори забыла совсем о том, что перед тем как она пошла на встречу к мистеру Бэтч, дед Фрэнк оповестил её, что они с мистером Тиром пойдут на охоту вдвоём.

— Здравствуйте мистер Тир! Как дела у вас? — она была рада слышать его.

— Привет, красавица. Плохо дела. Очень плохо. Тори ты, когда домой? — в трубке послышалась тревога.

— Боже! Что случилось? Что-то с дедулей? — она почувствовала страх о потери близкого, единственного и любящего её человечка. И которого любила сама.

— Да. Дуй быстрее домой, Тори!

— Я уже в пути!

Это было так. Она бежала и рыдала так громко, что проходящие мимо люди, оглядывались и перешёптывались. Но ей было плевать на них всех.

Через десять мину она подбежала к дому, у которого стояла машина “скорой помощи”. Ей навстречу кинулся Саймон.

— Что случилось?! Где дедуля?! — Вик кричала. — Я хочу его видеть! — внучка Фрэнка попыталась войти в дом, но её перехватил друг деда.

— С ним сейчас врачи. В дом нельзя, Виктория. Тебя не пустят.

— Что случилось? Говорите! — теперь девушка была зла.

— На нас напал медведь.

— Что?! Как это произошло?

— Пойдём-ка присядем. — они сели, и он начал-Мы стояли рядом друг с другом и заряжали ружья. После того как зарядили, мы нацелились в птиц, пролетавших мимо. Тут Фрэнк предложил по очереди стрелять. Я начал первым. И, направивши ружьё на птицу, я попал в медвежонка. Не заметив, что он сидел в кустах один. Я попал не туда, потому что меня отвлекла от цели, тонкая ветка, хрустнувшая подо мной. Я услышал, крик сзади себя и очень громкое рычание. Кричал Фрэнк, а рычала медведица. Обернувшись, твой дед толкнул меня, и я упал на землю. А Фрэнка лапой ударила медведица, задев участок, где находится сердце. Отомстив за своего медвежонка, она взяла его в свои лапы и унесла прочь. Фрэнк остался лежать на земле, дальше меня и стонать от боли. Я встал и подбежал к твоему деду, навалил его на себя и вышел из леса. Хорошо, что мы были не далеко от выхода из него. Я собрался вызвать “скорую помощь”, но потерял телефон. Люди хоть прошли мимо и помогли. Тори, он пожертвовал собой ради меня! Ты должна гордится им! Ведь он — Настоящий Герой!

— Я горжусь им! Он самый лучший в мире человек! И он должен жить! Я буду верить в это!

Когда девушка прибежала домой “ скорая” пробыла дома пятнадцать минут. Пока они говорили прошло ещё пятнадцать минут.

Вышел врач и одним взмахом головы в сторону дома Саммерс пригласил их войти. Когда Саймон и Тори вошли они увидели ужасную картину.

Её дедушка лежит на носилках и стонет. А врач начинает говорить:

— Мы его не довезём в ту больницу, где делают такие операции. Он умрёт по пути в больницу.

— Так вы даже не пробовали!!!

— Мы такой случай видели не первый раз. И знаем наверняка. Он не выживет.

Девушка со слезами на глазах повернулась к Сайману Тир, и он предложил:

— Если он не доедет, то можно же попробовать сменить транспорт?

Вся бригада “скорой помощи” и Тори вопросительно посмотрели на Сайман.

— Что вы имеете в виду? — спросил врач.

— Вертолёт.

— Где же вы его достанете и, кто его оплатит?

— Я всё сделаю ради друга, который спас мне жизнь! — он подумал и сказал: Так Тори. Можно я воспользуюсь вашим телефоном?

— Конечно, вон там возьмите. — она указала на маленький журнальный столик, на котором стоял телефон.

— Пару минут, мне нужен звонок.

Пока мистер Тир звонил, Фрэнку облегчили боль временным уколом.

Тот, вернулся.

— Ну что? — внучка Саммерс Вик, была полна надежд.

— Вертолёт прилетит через двадцать минут.

— Сколько у нас времени? — спросила у врача, Вик.

— Время есть. Мы сможем успеть. — он улыбнулся впервые за всё это кошмарное ожидание.

Через двадцать минут, как и обещал Тир, прилетел вертолёт. И ещё через десять минут Фрэнка доставили в больницу. Но не в ту где лежал мистер Бэтч, а в ту где проводят более сложные операции, которая необходима Саммерс-Старшему.

Старик еле дышал, лёжа в палате, около которой за стенкой находилась операционная.

— Господи, помоги ему! Прошу и умоляю! — взмолилась Тори, когда её “доброго и мудрого лучшего друга” положили на каталку и повезли в операционную.

Часы ожидание шли долго. И все эти часы Виктория Саммерс молилась.

Спустя девять часов вышел сердечно-сосудистый и кардиохирург.

Тори и Саймон посмотрели на него. Тот покачал головой. Вышедшей после операции медсестре, он сказал:

— Оформите и запишите как: рана после нападения дикого зверя несовместимая с жизнью.

Затем он обернулся к Викам и Сайману со словами:

— Мне очень жаль.

— Как несовместима?! Нет! Нет! Не может быть!!! Дедушка!!! — убитая горем, девушка упала в обморок.

Пока девушка была без сознания, ей приснился сон.

Во сне у неё было день рождения. Исполнялось пять лет. Мама её поздравляла с именинами, как ей позвонили из полиции, сообща о гибели отца Тори и мужа, мамы Виктории. Мама упала в обморок и умирала на руках своей маленькой пятилетней дочки. Потом появился дедушка и изменил жизнь своей внучки к лучшему.

Как теперь она без него?

Ведь его любовь держала её на этой земле. И её любовь к нему имела такую же силу.

Через два часа Тори проснулась в палате. А за дверью стоял Саймон, говоривший о чём-то с доктором.

Девушка думала, что будет делать дальше, даже не заметив, как вошёл друг её погибшего дедушки. Настоящего Героя!

— Я даже не буду спрашивать, как ты. Знаю, что плохо. Я помогу тебе с похоронами если хочешь.

— Да мне плохо. Но я справлюсь. Дедушка же справился после смерти моих родителей и своей жены. И я буду как он. А с похоронами я и сама разберусь. Спасибо за вертолёт. Я верну долг.

— Тори успокойся. Ты ничего мне не должна. А вертолёт это меньшее, что я смог сделать для него. И вот ещё что. Прости меня, детка. Если бы не этот чёртов выстрел, медведь и охота сейчас он был бы жив. — в его глазах навернулись слёзы.

— Вашей вины здесь нет. Вы не виноваты. Это случайность. Может так и должно быть. — она обняла его.

— Что же будешь делать дальше?

— Есть вариант. И я ему последую. И вот ещё, мистер Тир. Спасибо вам за то, что смогли хоть чем-то помочь. Вы для него были очень хорошим другом.

— А ты лучшим!

— Да, вы правы. Дедушка бы с вами согласился.

Был четверг, когда её выписывали. Девушка пролежала три дня в палате. Из-за потери сознания, после шокированной новости о дедушке, она не могла даже дойти до туалета. Ведь у Тори кружилась голова, будто ударилась ею.

— Как вы себя чувствуете мисс Саммерс? — спросил доктор, когда был вечер.

— Уже лучше, спасибо. Когда я смогу выписаться? У меня очень много дел и проблем, а их нужно решить. Я не могу больше лежать здесь.

— Сегодня вы едете домой, не волнуйтесь.

— Да? Благодарю доктор.

— Но сначала вы прямо сейчас сдадите кровь. Мы должны удостоверится в том, что вам стало лучше. Хорошо?

— Да, конечно.

К Виктории подошла медицинская сестра и взяла кровь на анализ. Пока её не было, Тори наблюдала за другой медсестрой, которая ставила капельницу пациентке. Спустя несколько минут, показавшиеся вечностью для Виктора, пришёл врач.

— Ну что, можете отправляться домой. Вы здоровы. Физически. Но если… — он с печалью взглянул в глаза пациентки.

— Нет. Мне не нужен психолог.

— Тогда до свидания. Всего хорошего. — он протянул ей свою широкую ладонь для пожатия. Она ответила тем же и добавила:

— Спасибо за лечение. И за операцию для деда.

— Это моя работа.

— Вот только…

— Что такое?

— Ваша медсестра.

— А что с ней?

— Она неправильно поставила капельницу вон той пациентке, — и она указала на угол палаты, где лежала пожилая женщина.

Доктор был шокирован, а после улыбнулся своей прекрасной улыбкой.

— Вы врач?

— Почти угадали. Учусь на эту профессию. Только по другой части.

— Интересно. По какой если не секрет?

— Акушер-Гинеколог.

— А почему именно этот раздел?

— Это личное.

— Да, конечно. Ваше право, извините.

— Что будет с медсестрой?

— Уволим.

— У меня другое предложение. Давайте сделаем так. За то, что вы попытались спасти моего дедушку, я научу её ставить капельницу. Согласны?

— Ну ладно, дадим ей шанс. — он позвал медсестру с помощью специальной кнопки, — Нори, подойдите в палату № 46, пожалуйста.

— Иду, мистер Линнер. — откликнулась та.

Когда Нори вернулась, мистер Линней был с ней строг.

— Вы допустили ошибку при постановке капельницы пациентки миссис Линды Касс. Подойдите и посмотрите в чём ваша ошибка. Проверти всё то, что вы сделали при постановке.

Девушка по имени Нори, была на вид моложе Тори. Лет так шестнадцать. С маленьким ростком и с очень худым телосложением.

— Я проколола вену насквозь, мистер Линнер. — Нори опустила глаза и голову вниз, до такой степени, что было такое впечатление она её перевесит.

— А из-за чего это произошло? — спросил её начальник.

— Я торопилась доделать все нужные дела и поехать домой. Ведь… — Нори остановилась.

— Ведь что?

— У меня болеет мама. Я должна сегодня ей привезти лекарство от сердца. Потому что сегодня у меня зарплата. Аптека работает до восьми.

— Получается вы спешили домой, чтобы помочь маме? — вмешалась Тори.

— Да мисс.

— Езжай. Я поменяю миссис Касс капельницу и всё обработаю. Езжайте. Осталось полтора часа до восьми. Успеете.

— Спасибо вам мисс! — она была спокойна и рада.

— Подождите, Нори! — крикнула Виктория.

— Да?

— Вы завтра работаете?

— Работаю.

— Я приду и покажу как правильно ставить капельницу. Согласны?

Она кивнула.

— Тогда до завтра.

— Пока.

Когда Тори закончила с бабулей, та её отблагодарила:

— Спасибо тебе дорогая моя! Вот держи, — Линда протянула ей небольшой пакетик с соком в коробочке, тремя бананами и апельсином. — мне сын и муж каждый день приносят еду. Покушай. Знай всё наладится. — когда Тори хотела начать протестовать, подумала о том, что та обидится и поэтому взяла пакет.

— Спасибо. Выздоравливайте!

Повернувшись, Виктория увидела, как на неё смотрит доктор Линнер. Это можно было назвать влюблённость.

— Мне пора домой. До завтра мистер Линнер.

— До завтра мисс Саммерс. Спасибо за Линду.

Она вышла из палаты.

— Вы смотритесь прекрасно. — сказала миссис Касс.

— Да. — он смотрел ей в след с любовью в глазах и через минуту спохватился, — Ой, да нет что вы! Просто….

— Я всё вижу своими глазами. Тем более мне в этом году семьдесят семь, и я многое поведала и знаю, что такое любовь с первого взгляда! Думаешь я не видела, что ты все эти три дня не отходил от неё?

— Видели. Но на это были причины. У неё умер дедушка. Она нуждалась в заботе.

— И ты дал ей это Тревор. Скажи мне. Ты хочешь быть с ней рядом всегда и в горе, и в радости? В богатстве и бедности?

— Вы что свадебный регистратор? — с усмешкой спросил тот.

— Вообще-то да. Я раньше работала во дворце бракосочетаний. Ответь на мой вопрос уже!

— Хочу! Только не знаю, как. Вы мне поможете?

— Эх, сынок! А для чего, скажи, я задала тебе этот вопрос?

— Я думал вы шутите.

— О боже! Да ты ж ещё ребёнок, оказывается. А ещё людей лечишь.

— Нет! Я не ребёнок, просто молод ещё.

— Вижу. Ты готов?

— Готов!

— Тогда слушай.

На самом деле Тори ещё не ушла. Она всё прекрасно слышала, стоя за стенкой. Но услышав последнее предложение, решила уйти.

“Пусть попытается”-подумала она.

Ночью ей приснился сон. После которого стало совсем всё иначе.

— Вы? — девушка по имени Тори увидела перед собой дедушку Фрэнка и родителей.

Они стояли вместе, улыбаясь и держа друг друга за руки. Они все стояли в лесу, в том месте, где всегда рыбачил Саммерс-Старший. Там, всегда было красивое небо с различными градиентами. Но на этот раз небо светилось ярким светом, хотя при этом солнца не было.

— Здравствуй, наша девочка, как же ты выросла! — первая взяла слово мама, Бет Саммерс.

Тори улыбнулась, а потом её лицо сменилось потёкшими слезами, а в голосе прозвучала обида:

— Вы все здесь. А я там. В мире где всё человечество жестоко и несправедливо! Вы все оставили меня одну! — она рыдала.

— Так устроен мир. Всё в этом мире не вечно. — взял слово отец.

— Да знаю я! Не маленькая уже! Мне пришлось повзрослеть, чтобы понять это. Боже, почему именно со мной всё так вышло! Я не понимаю!

— Такова наша судьба… — сказал дед.

— Вся эта ваша судьба полный бред! У меня никого нет! Я одинока! Видимо это мой приговор до конца моих дней!

— Нет, доченька. Хочешь я кое-что тебе объясню? — мама была спокойна, хотя дрогнувший голос говорил об обратном.

— Попытайся, милая. — ответил папа тихонько.

— Я слушаю.

— Тори, знаешь почему я выросла в Детском доме? Так и не видела родителей своих? Меня никто не удочерил? Кроме твоего отца и дедушки со мной не кто не общался и меня игнорировали?

— Почему же? — ей стал интересен ответ.

— Всё то, что случилось с моей жизнью сделало меня сильнее. Эдди остался без мамы, а твой дедушка без своей жены, чтобы смерть Маккензи сделала их сильнее. Я вытерпела эту утрату, вытерпели и твои отец и мистер Саммерс. Они и я уверяли себя, что у нас всё наладится. И наладилось. Да, нас оставили близкие для нас люди и ушли на тот свет, но мы смогли жить дальше. Нас втроём объединило горе. Мы вместе его пережили. А когда ты появилась, наша жизнь изменилась. Судьба подарила нам, тебя, Тори!

— Ты на что намекаешь? — девушка озадачена.

— На то, что ты уже сильная. Ты смогла пережить тот период, когда нас не стало в свои маленькие годы. — раскрыла секрет мама Бет.

— И мы уверены, что сможешь пережить многое и не простое на своём пути! Даже когда я покинул тебя, в момент предательства, ты эту боль стерпела дважды. — дедушка этими словами, выражал полное сочувствие к своей внучке. Он будто бы просил прощения.

— Вот ещё кое-что. Один момент. — вспомнил он и посмотрев на сына, кивнул ему. В знак того, чтобы тот взял слово.

— Какой? — Виктория наклонила голову в бок.

— Твоя судьба. Ты не будешь больше одинока. — улыбнулся Эдди.

— Пап, скажи прямо, я не могу понять о чём ты!

— Твоя любовь. Она ждёт тебя. В твоём мире.

— Мам?

— Он имеет в виду, то что тебя очень сильно любит один человек. Он готов с тобой быть рядом всегда! Если ты позволишь тому случиться! — перевела, Бет, на более понятный язык.

— Вы мне говорите о том враче? Мистере Линнере?

— Да, детка. Если ты ему дашь шанс, то больше не будешь одинока!

— Но… — Виктория, не успела закончить, начатое предложение, как к ней подошла мама и прижала указательный палец к губам дочери.

— Тсс…Знай, если ты протянешь руку судьбе и доверишься своему чувству, то твоя жизнь изменится на-все-где! — с этими словами к Тори подошли и Эдди с Фрэнком чтобы крепко обнять её.

Девушка на миг объятий, о которых так мечтала, закрыла глаза, но открыв, заметила, что была в лесу одна. У неё потекли слёзы.

— Спасибо мои дорогие! Я не забуду ваши слова и буду всегда помнить вас! — она легла на траву и заснула.

Проснулась уже дома от звонка мистера Линнера.

— Доброе утро мисс Саммерс! Нори ждёт вас! Вы придёте сегодня? — он был на весел, судя по голосу.

— Доброе утро. Конечно приду! До встречи. — сонная ответила та.

Тори собираясь, размышляла над сном. Как же ей было хорошо в нём! Мама была очень красивой и привлекательной, папа был настоящем красавцем, за которым бегали бы все девчонки на свете, думала Тори. А её любимый, добрый лучший друг и мудрец был одет в одежду для охоты и улыбался ей во сне тёплой улыбкой.

“-Эх, они правы. Я должна быть сильной, иначе в этом мире ни как! А вот Линнер. Он мил. Но не знаю, судьба он моя или нет, я дам ему шанс. Стоп! Откуда они узнали о Линнере?”

С этими словами она вышла из дому.

Виктория приехала на такси к больнице для преподавания урока медсестры по имени Нори. Но, когда она зашла в палату ей уже, как оказалось, не нужно было этого делать.

— А что здесь происходит? — с удивлением спросила та, когда увидела кучу шаров, которые висли над головами, находившихся в палате. Линда, накрашенная, хлопала в ладоши. Около кровати больной Линды, которая уже была не такой уж и больной, стоял с букетом цветов, скромный мистер Линнер. На тумбочке миссис Касс стоял торт в коробке.

— Ну давай же! Ты всё можешь! — она попыталась сказать эти слова шёпотом, однако Тори всё услышала. — Не бойся! — и подтолкнула аккуратно в спину Линнера.

— Я… я, — видно, что он растерян.

— Что вы? — мисс Саммерс с улыбкой за ним наблюдала.

— Я дарю вам эти прекрасные, как вы ирисы и… — он не договорил.

— Пионы-подсказала ему Линда.

— Да, пионы и написал вам стихотворение! Послушаете? — из кармана Тревор достал блокнотный лист. Он посмотрел на неё, ожидая согласия.

— Откуда мистер Линнер, вы узнали, что я люблю пионы? — Тори была очарована. Ей не дарили никогда цветы. До этого дня.

— Для вас я просто Тревор. — И на тебя, прошу. — Виктория кивнула-Это не важно. Для меня важно лишь то, что вы сейчас мне ответите. Мисс Саммерс вы пойдёте со мной … как это сказать то?

— На свидание?

— Да! — Тревор крикнул от радости через чур громко. — Так что?

— Сначала я хочу послушать твой стих, Тревор.

— Хорошо, как скажете, мисс Саммерс!

— Вперёд, Трави! — воскликнула Линда.

— А вы не подслушивайте! — и они втроём засмеялись.

— И так?

–” Тори, восхитительная, Тори! Вы так чудесны, не из сна моего, вы, что ли? Я очень рад был бы, рядом с вами находиться! Смотря на вас желая, вами насладиться! Словно тигр своей тигрицей!”

— Это прекрасно! Спасибо тебе за этот сюрприз, Тревор! — подойдя к нему, она его поцеловала в щеку.

— Я написал про вас правду! Вы и в правду восхитительны мисс Саммерс!

— Для тебя Тори, и на тебя. — наступила пауза.

— Я понял. Так что?

— Я бы пошла, но, дедушка… — Девушка улыбнулась с грустью на лице.

— Я помогу всё уладить, Тори!

— Правда?

— Конечно! У меня есть деньги. Пришла зарплата. Мы всё сделаем как надо, даю слово! А сейчас пойдём погуляем?

— А как же твои пациенты? — забеспокоилась та.

— О них позаботится старшая медсестра.

— Ладно. Пошли.

— Итак, как ты хочешь всё это сделать? — спросил Тревор у Виктории, когда те, гуляли аж до вечера.

— Я хочу его кремировать. По наиболее бюджетному варианту. Я узнавала в интернете. — последовал ответ.

— По подробнее, пожалуйста.

— По “прямой кремации”. Это когда прощальная церемония не проводится, а прах выдаётся родственникам в пластиковой урне.

Стоимость «прямой кремации» в г. Вашингтоне составляет около 1,5 тыс. долларов.

— Подожди-ка! Я знаю, что, в случае если тело умершего не востребовано, то медицинское учреждение, в котором зарегистрирована смерть, самостоятельно производит кремацию, после чего урна с прахом хранится в данном учреждении в течение одного календарного года. Может сделаем по-другому?

— Как именно?

— В смысле удобен?! — от слов Тревора она была шокирована. — Смерть близкого и единственного человека для меня был ударом! А ты говоришь про какое-то удобство?!

— Тори, ты меня не так поняла! — Линнер никогда не видел подобного поведения от его “девушки” как он считал Викторию.

— Я не так поняла?! — она наклонила голову в знак вопроса и ожидания другого ответа от Тревора, которого она считала просто другом, не кем больше, как сам Линнер.

— То есть я не так высказался. Прости меня, я не хотел. — он очень сильно изменился в лице.

Виктория тоже изменилась в лице перед тем как Тревор “ не так высказался”. А также изменилась в лице после того как нагрубила ему.

— Это ты меня прости, психоз видимо. — она к нему подошла и поцеловала в щеку.

Влюблённый врач сразу улыбнулся Тори, в знак того что, он её понимает.

— Ну так что за вариант?

— Развеивание праха.

— Я слышала об этом. Думаю, мы должны так поступить.

— Ты знаешь место, где развеешь прах дедушки?

— Знаю. Там, где он любил охотится и рыбачить. Я развею прах над речной водой, где он поймал свою первую рыбу. — она сделала обдумывающую паузу. — И мою бабушку.

Вдруг между врачом и его бывшей пациентки неловкий момент, и они засмеялись.

— Поймал и твою бабушку, говоришь? — Он смеялся так звонко, а его улыбка была настолько красивой, что она уставилась на него.

Сама она посмеялась несколько секунд, но Тревор смеялся дольше. Всё это время Тори смотрела как он смеётся. Когда он насмеялся от всей души, то увидел её задумчивое лицо. Линнер хотел что-то сказать на это, но не успел. Ведь его “девушка” кинулась в его сторону и начала целовать его в губы. Он уверенно, будто каждую минуту ждал этого поцелуя, взял её за тонкую талию и ответил ей тем же.

После этого они провели ночь вместе.

Они разговаривали обо всём. Линнер о своей жизни, а Тори о своей.

Тревор Линнер, лёжа в обнимку с Тори на кровати, решил спросить:

— Вики, что тебя с подвигло меня поцеловать в губы, ведь я для тебя просто друг, не так ли?

— Вики? «А мне нравится! — она вернулась к реальности», — Спрашиваешь, что меня с подвигло? То, что я влюбилась в тебя мистер Линнер!

— Как и.…-он не успел сказать, так как его снова перебили.

— Да-да! Как и ты в меня! Я всё знаю! — Вики так спокойно это произнесла, что у Тревора пошли мурашки по коже.

— Что? Что ты знаешь? — Парень старался скрыть волнение, но это у него получалось слабо.

— Я слышала твой разговор с Линдой Касс в больнице. Я тогда не отошла от двери.

— Ты всё слышала?! — он казалось злится.

— Ну да. А что?

— А то, что … в общем не важно. — он оделся и вышел из комнаты.

“У него тоже что ли, психоз?”-Виктория Саммерс тоже оделась и подошла к нему, когда он пил воду на кухне.

— Объясни. У тебя что-то в душе наболело? — по правде говоря, Виктория беспокоилась за возлюбленного.

— Мне нравилась одна девушка. Я рассказал это по секрету своему лучшему другу, когда мы были одни в комнате. Она стояла у двери и подслушала наш разговор. Когда я шёл на лекцию, услышал её разговор с подругами. Она говорила об услышанном в моей комнате. И они дружно смеялись. — он вышел из кухни и направился к выходу из квартиры Саммерс.

— И ты подумал, что, я буду так же как они смеяться?

— Может да, а может и нет. — он пожал плечами. — Не знаю. Я тебя не знаю. — теперь его и след простыл.

Виктория долго не могла сомкнуть глаз. Она была грустна и печальна.

Когда наступил следующий день, она сказала самой себе:

“Я не могу потерять ещё и Тревора, я люблю его и ради него я пойду на всё!”-Виктория, не евши, попела воды с лимоном и когда время уже было не очень раннее позвонила ему. Телефон был отключён. Где жил Линнер она не знала. Поэтому поехала в больницу. Для того, чтобы найти своего возлюбленного, прожить с ним в любви и мире всю оставшуюся жизнь любой ценой!

В больнице Тори отыскала Нори и спросила, где может находиться мистер Линнер. Та, на неё посмотрела с вопросом. Виктория не хотела вдаваться в подробности, что произошло, но изложило всё по-другому.

— Мы немного поругались. По спорили. Распсиховался и ушёл. А дозвонится не могу. Поможешь? — девушка подумала, что эта история прокатит. Когда Нори, нагнулась к столу письменному и достала листок бумаги с ручкой, что-то начиная писать, поняла, что прокатило.

— Возьмите мисс Саммерс, это его мобильный, — она протянула её листок.

— Давай на тебя, а? Просто Тори. — ” просто Тори” забрала листок с номером Тревора.

— Конечно. Тогда Нори. — девушка-медсестричка протянула руку для пожатия и та, ответила взаимностью.

— Спасибо за помощь!

— Да на здоровье! Обращайся!

— Я зайду к миссис Касс? — обернувшись с улыбкой спохватилась Вик.

— Ей стало хуже. Главврач некого просила туда не впускать. — на глазах Нори вот-вот появятся капли слёз.

— Что с ней? Ей не здоровится? Но ведь она была весела тогда, помнишь? В тот день? — Тори ужаснулась, не понимая причины плохого самочувствия, полюбившейся ей пациентки её “парня”.

— В день вашего свидания с мистером Линнером? Помню, конечно. Переволновалась. И плюс к этому узнала про сына дурную весть.

— Что не так?

— Он связался не с теми людьми и его шантажируют. Она мне так сказала. А после этих слов ей стало ещё хуже. Это всё, что я знаю.

— Какой ужас. Может нужно для миссис Касс что-нибудь из еды? Фрукты, соки или бульон домашний? — Виктория Саммерс, учащаяся в ВУЗе на медицинское дело, позабыла элементарные вещи, которые должны знать все врачи.

— Фрукты категорически нет. А вот бульончик домашний можно. — тут она перешла на шёпот, будто её услышат. — И то, надо спросить у наших Глав врачихи.

— Я поняла. Приду завтра. — сказала тоже шёпотом та.

— Стой, Тори!

— Мм?

— Возьми мой телефон. Позвонишь если что!

— Да.

Она ушла.

Набрав номер Тревора, она волновалась.

— Да? — его голос дрожал.

— Это я Тревор! Тори.

— Мм.

— Ты где находишься сейчас?

— Это важно?

— Что именно?

— Моё местоположение?

— Да, Тревор, это очень важно!

— Я нахожусь на небе, там, где живут ангелы….

— Ты что пьян? Говори живо где ты!

— Нет! — он бросил трубку и отключил телефон.

“Чёрт, Тревор! Ну ничего! Сейчас двадцать первый век на дворе! Я легко узнаю твоё местоположение!

И нашла его в баре с красочным названием “Двадцать первый век” с современным интерьером.

Тревор Линнер был похож на бомжа и будто бы посидевший. Когда его обнаружила Виктория он и в правду был пьян.

То, что произошло дальше её шокировало.

На самом деле всё не так, как она подумала. Линнер сидел у стойки, да, похожий на бомжа, но, когда Тревор что-то прошептал бармену, а тот достал какую-то коробочку всё во мгновение ока остановилось.

Это была не просто коробочка, а футляр с обручальным кольцом.

Когда её “будущий супруг” слез со стула за барной стойкой, то словно принц, встал на колени и сказал особенную и одновременно банальную речь:

— Виктория Саммерс, вы для меня являетесь и лучшим, верным другом; человеком, с которым всегда весело и с которым хочется идти на край света! Вы согласны жить со мной в богатстве и бедности, в болезни и здравии? И, — он сделал коротенькую паузу, — стать миссис Линнер? — Тревор смотрел на Тори глазами надежды.

Девушка долго разглядывала Тревора, который еле-еле держался на коленях. И произнесла:

— Я буду твоей миссис Линнер. Я согласна! — Виктория заплакала. Позже спохватилась, — Встань же муж мой и подари самый долгий поцелуй в моей жизни!

Когда тот встал, шокированный просьбой, сразу же с удовольствием и страстью поцеловал свою жену.

Через неделю они расписались. Несмотря на то, что Тревор и Тори знакомы совсем чуть-чуть. Но оба почувствовали связь между друг другом, будто знаком давно. Хотя она уже чувствовала подобную связь с её бывшей подругой Британи и вспомнив эту девушку, разозлилась. Тревор говорит, не надо злиться на неё. Она просто не адекватная, поэтому лучше не обращать на таких внимание.

“А то твои нервы не выдержат, как истинный врач говорю!”-заключил он, когда Тори с ним поделилась своими эмоциями.

Виктория решила закончить учёбу в ВУЗе, но в другом. Там, где сам учился Тревор.

Однажды, во время завтрака в понедельник Тревор спросил:

— Вики, когда ты займёшься дедушкой? — он допивал кофе. Выглядел Тревор не важно.

— Ой! Ты читаешь мои мысли, Трави. У меня на этой неделе выходной в субботу, и я решила посвятить этому день. У тебя проблемы какие-то? — доев яичницу с тостом, она подошла к раковине и положила в неё грязные тарелки.

— Нет. Я хочу пойти с тобой. — он произнёс это предложение с дрожью в голосе.

— Ты сам не свой сегодня. Что-то случилось? Я волнуюсь. — Это было правдой. Вики всегда интересовало физическое и психологическое здоровье мужа. Ведь по образованию она врач и должна чувствовать малейшие признаки недуга.

— Мне звонил брат. — пауза, — Мама. — ещё одна пауза, — Её не стало. — теперь он плакал.

— Мне очень жаль, дорогой! — Виктория крепко обняла и поцеловала мужа. — Какая причина смерти?

— Старость и сердце. Ей было семьдесят четыре. Она поздно родила нас с Джейдом, в сорок четыре года меня. Отец не желал, мама хотела. Она любила детей.

— Ты не рассказывал про свою семью.

— А ты хочешь это услышать?

— Хочу. Тревор, я твоя жена и я волнуюсь о тебе! Мне важно знать, что ты здоров и что с тобой всё в порядке, понимаешь? Я должна знать о тебе всё, ведь ты мой муж! И ещё потому что я люблю тебя, родной! Ведь кроме тебя у меня никого нет!

— И я тебя люблю! Больше всех на свете!

Тревор и его брат Джейд родились в семье строителя Джереми Линнера и няни по образованию Трейси. Джереми был всегда и везде грозен, и серьёзен. А с людьми и на работе строг и высокомерен. В своей семье он был таким же. Его жена Трейси была ему полностью противоположна. Она была нежной и доброй. Её очень любили дети, и даже самые непослушные, с которыми она работала. А собственные дети и вовсе обожали свою маму.

Когда у Линнеров родился второй сын Джейд, через пять лет после рождения Тревора, Джереми уволили с работы. Так как ему сделали выговор. Не первый. По причине слишком строгого и отвратительного отношения к своим же рабочим. Сами рабочие вздохнули с облегчением после его увольнения. Мол, наши молитвы были услышаны! Сам Линнер был в бешенстве.

Со вторника по четверг Виктория и Тревор были все в делах. У Виктории последние экзамены, а вот у Тревора в больнице появилось много забот. В лесу неподалёку от дома Виктории, где она жила с дедушкой Фрэнком и сейчас живёт с мужем-так захотела Тори-случился пожар. Компания молодых ребят пострадали. И в результате ожогов их привезли на “скорой” в больницу как-раз где работает Тревор Линнер. В пятницу Вик и Тревор обсуждали тему с прахом их родных.

— Ты точно хочешь вместе со мной? — уточняла жена доктора. — Может у миссис Трейси Линнер есть любимое место, где бы её душе было бы лучше, нет?

— Мы разговаривали с ней по этому поводу. Ещё до того, когда я ушёл из дома из-за отца. — он шумно вздохнул. — Мама попросила меня, чтобы я сделал это с тем человеком, которого люблю. И там, где хочу, ведь она доверяет мне. Это её слова.

— Тот человек, которого ты любишь, это я?

— Ты, милая.

— Спасибо, но, Джейд, ты с ним посоветовался?

— Да, он согласен.

— Тогда я тоже не буду против. — она подошла к нему и оставила поцелуй на его щеке.

Тревор влюблёнными по уши глазами посмотрел на любимую и ответил тем же. Встав с места, он крикнул:

— Я скоро приеду!

— Куда ты?

— За документами мамы, и прахом.

— Тревор, ты же сказал, что забрал его и документы. Говори мне правду, куда ты едешь? — она встала и опёрла руки в боки.

— Ладно. Я забыл у Джейда свою речь….

— И чтобы я не злилась решил соврать? — она была возмущена, но по лицу Тревора было понятно, что тому это даже нравится.

— Мысли читаешь!

— Нет, я тебя достаточно хорошо теперь знаю.

— Не злись, малыш. Я уехал. — и чмокнув её, его и след простыл.

Пока не было Тревора, Тори всё обдумывала. А точнее обдумывала свою речь для развеивания праха. Закончив, она, не сдержавшись, заплакала.

Когда Тори успокоилась, ей позвонила Нори:

— Привет, Тори!

— Здравствуй, дорогая Нори! Как ты? Как миссис Касс?

Нори и Тори очень быстро нашли общий язык. Нори стала более общительной, а здоровье у мамы наладилось. Девушка прекрасно соображала и была способной. Нори дружелюбная и не была склонна к зависти и злости. Если же у неё что-то не получалось, она обращалась к людям постарше неё либо же старалась делать всё сама. Тори была ей как сестра и Нори Викторию очень уважала.

Так они и стали созваниваться и дружить.

— Всё отлично! Миссис Касс выписывают, а меня назначали Стар-мед! То есть старшей медсестрой, представь себе Тори!

— Ты умница, Нори! Я горжусь тобой! И рада за Линду! Во сколько она выписывается? — поинтересовалась Виктория.

— В двенадцать.

— Так, время… — Виктория взглянула на часы… — Восемь. Мы с Тревором подойдём к одиннадцати, хорошо?

— Да, отлично! Мне предупредить Линду?

— Нет, пусть будет сюрпризом.

— Тогда жду. До связи!

— Пока-Пока!

Вдруг из-за открытого окна зазвучал клаксон. Это приехал Тревор.

— Ты готова?

— Да.

— Виктория Линнер, вы плакали?

— Есть немного.

— Я понимаю. Знаю, ты справишься.

— Ну не знаю. Ты сам — то как? Мне кажется ты тоже не очень — то и готов.

— Тебе кажется, детка. Со мной всё нормально.

— Ладно, верю.

— Звонила Нори только что.

— Так и что говорит? — интересуется Линнер. Его перевели от Нори в другое отделение.

— Её повысили! На должности старшей медицинской сестры!

— А я знал, что она может!

— Дата, вот прям только что не знала, как правильно ставить капельницу и катетер, а теперь старшая медсестра! Молодчина!

— Согласен.

— И ещё хорошая новость! Линду выписывают.

— Ого, давно пора.

— В двенадцать. Я сказала, что мы с тобой придём к ней. Я куплю торт.

— После наших дел?

— Конечно.

— Как скажешь.

В лес они подъехали, с другой стороны. Так как спасатели ещё разбираются с сгоревшими останками. Пока Лайнеры шли к тому самому месту, где хотели развеять прах своих родных, у Викки закружилась голова.

— Всё нормально. Я, наверное, волнуюсь и всё.

— Точно нормально всё?

— Да. Успокойся. Кто первый начнёт?

— Ты.

— Ладно. — она глубоко вздохнула. — Я скучаю, дедуль! Ты всегда будешь для меня добрым другом и мудрецом! Ты мой герой! Мне не хватает тебя, но у меня теперь есть Тревор Линнер, человек моей мечты, — Тори повернулась, смотря с улыбкой на мужа- него для меня всё, мне повезло с ним! И всё благодаря тебе и мамой с папой! Спасибо дедушка! Ты навсегда в моей памяти! Ты мне в детстве рассказал историю, про твой сон. Что тебе приснилась моя бабушка-твоя жена и благодарила тебя за своего и твоего сына, моего отца. Что ты его вырастил один и из него получился прекрасный человек и всё благодаря тебе! Она гордилась тобой! Как и я! И историю про то, как вы познакомились на этом месте. Это мои любимые истории! Здесь же в этом, как ты говорил мне в детстве, — райском месте — я и отпускаю твою душу. Я уверена тебе будет там хорошо! Спасибо тебе за тебя! За то, что ты был со мной рядом всю мою жизнь! Я люблю тебя! — На лицо светило солнце, глаза были мокрые от слёз, а губы расплылись в улыбке.

Следующим был Тревор:

— Мамочка, прости, Джейд не смог прийти сегодня, но хотел. Поэтому скажу за нас двоих. — он спрятал глаза, наполненные слёз от Тори, чтобы та, не заплакала сильнее. — Я и Джейд очень сильно любили тебя! И будем любить тебя до конца наших дней! И наши дети, и их дети, и всё наше поколение Линнеров будет любить тебя! Я и Джейд будем вспоминать тебя каждый день, не забывая ни на минуту! Ты самая прекрасная жена, мама и просто женщина на всей Земле! Твоё прекрасное лицо всегда останется в нашей с братом памяти и не уйдёт и по сей день. Отец не мог дать тебе, ту любовь которую должен был, но мы её тебе дали и будем давать, приходя сюда и говоря о тебе! — он повернулся к жене, — Когда — то ты мне сказала одну вещь: Я должен выбрать одну женщину на всю жизнь и любить её как ни полюбишь никого и никогда, и её детей, которых обязан воспитывать и защищать — он улыбнулся, — И, когда я увидел измученную в утрате близкого человека Викторию Саммерс, спящей после обморока, я понял о чём ты говорила мне! Я нашёл её! Свою женщину, о которой ты говорила! Теперь она моя жена Виктория Линнер! Я обещаю, что, буду защищать наших детей с Викторией и сделаю их счастливыми! Спасибо, мамочка за нас с братом! Ты была замечательной мамой! И останешься ею во веки веков! — с этими словами он взял за руку свою жену, и они вдвоём рассыпали прах своих родственников.

Когда они собирались уходить, повернувшись к тропинке из леса, в сторону машины, Виктория схватилась за голову. Тревор испугался не на шутку.

— Так, мне это не нравится! Давай в больницу!

— Нет-нет. Мне лучше. Поехали в магазин, я пить хочу и за тортом.

— Мне кажется или ты мне врёшь?

— Тебе кажется, милый. Едем!

— Ладно. Но говори если станет хуже! Пойми, это не шутки!

Когда они приехали в больницу с тортом, у Тори всё было хорошо. До поры — до времени.

Миссис Касс была счастлива, когда увидела Тори и Тревора Линнер. Подошла к ним и Нори. Все праздновали выписку Линды.

Вдруг, когда Виктория начала живать кусок торта, её стошнило. Дойти из туалета до стула, на котором она сидела, попивая чай, она уже не смогла. Потеряла сознание.

К Виктории сразу прибежали врачи, которые находились рядом. Они оказали ей нужную помощь. Вскоре Тори пришла в сознание. Она никак не могла понять, почему лежит в постели в палате. Вокруг кровати, на которой лежала миссис Линнер, стояли с улыбками на лице, сам Тревор, Нори и Линда. На вопросительный взгляд Тори, первой ответила Нори:

— С тобой уже всё хорошо, Тори. Опасений здоровью никаких нет.

— А что со мной было? Я отравилась чем-то? — на её лице было непонимание.

Все близкие Виктории тихонько посмеялись.

— А ты вспомни свою специальность, и тогда всё поймёшь. — с ещё большей улыбкой ответил Тревор.

— Ну Гинеколог-Акушер и что? — Она сделала паузу и её глаза расширились. Видимо она поняла. И схватившись за живот, который скоро округлится, произнесла:

— Что правда? Малыш? — воскликнула та.

— Ну или малышка. — ответил Тревор.

— А точно? Ты узнавал?

— Сейчас узнаем точно, пока это было предположение медсестры. Ждём врача.

— Я уже здесь, — крикнул у двери врач УЗИст. Он еле-еле нёс оборудование для исследования УЗИ. И был коллегой Тревора.

После обследования он, сняв перчатки, с важностью в голосе, сказал волновавшимся:

— Эй, Линнер! Ну что, могу тебя поздравить, ты скоро станешь папашей! А вы очаровательная Виктория — мамочкой!

— Спасибо, Рой.

— Подождите!

— Да, миссис Линнер?

— Какой срок?

— Шесть недель.

— Есть отклонения?

— Нет.

— Как развивается плод?

— Активно.

— Дорогая, успокойся, ты не на экзамене в ВУЗе и не на работе. Отдохни. — он кивнул коллеге, тот ушёл.

— Я люблю тебя, милая! У нас с тобой будет ребёнок!

— Ты счастлив?

— Я? Милая, ты задаёшь странные вопросы! Я очень счастлив! Ты даже не можешь представить как!

— И я! Я счастлива! Я тоже очень люблю тебя!

— Боже, как же это прекрасно! Я рада за вас, милые Тори и Тревор! — захлопала в ладоши будто сама малышка, Нори.

— А я полностью согласна с Нори. Это чудо! — взяла слово Линда! Поздравляю вас, мои дорогие!

— Линда, я хочу поблагодарить вас! Если бы вы не подтолкнули Тревора сделать мне сюрприз и позвать на свидание, мы не были бы вместе и не было бы нашего ребёнка!

— Дорогая, Тори! Это не я, это всё Судьба!

— Так бы сказал мой дедушка, был бы он жив!

Виктория, то ли от счастья, то ли от воспоминаний тихонько заплакала. Любимые теперь для неё люди решили будущую маму в этом не останавливать.

Шли дни, а за ними недели и месяцы. Виктория Линнер готовилась к родам. Её муж Тревор Линнер занимался работой, а между тем и договаривался с рабочими — строителями. Что бы те, из пустующей комнаты Фрэнка Саммерс, сделали комнату для ребёнка.

Тревора назначали Заведующим кардиохирургическим отделением. У Линды дела идут хорошо. У сына все проблемы решились. У Нори появился бойфренд, и теперь она с ним бегает на свидания. О том, как они проходили докладывает Тори. Теперь они лучшие подруги. Виктория сдала все экзамены на “Отлично”. Правда дистанционно.

Когда Тревор уезжал к Джедде в гости без Вик, так как той с каждым днём было тяжело переносить долгие часы дороги, она была дома одна. Тревор просил Нори по возможности навещать беременную жену и подругу Викторию. Но так получалось не всегда.

В один из таких дней ей позвонил один человек:

— Киран Воттерсон? — она была удивлена, когда услышала голос неизвестного.

— Здравствуй, Тори.

— Что тебе нужно? — ей явно было не приятно с ним говорить.

— Я хочу поздравить тебя с замужеством и беременностью.

— И?

— Поздравляю.

— Ещё что-то?

— Да. Британи.

— Понятно. Мне пора.

— Тори! Послушай,

— А зачем?

— С ней беда случилась!

— Так, а я тут при чём?

— Ей плохо. Лежит в больнице. Хочет, чтобы ты пришла к ней.

— Я не хочу!

— Тори….

— Хочешь совет, Киран? Не бегай за ней. Ты красивый и хороший парень, тебе не она нужна. Поверь мне!

— Спасибо, но набери ей хотя бы!

— Пока, Киран.

— Тори…

Она бросила трубку. На самом деле Виктория часто вспоминала Брит. Но когда, на следующий день она набрала Кирана, узнать где лежит её бывшая подруга, было уже поздно.

— Она скончалась, Тори… Ты не успела.

— Что с ней было?

— Зависимость.

— Её кто-то заставил?

— Нет. Это из-за смерти отца.

— Мистер Бэтч умер?

— Да, он погиб в аварии.

— Боже…

— Она хотела извиниться перед тобой.

— Мне очень жаль, Киран.

— Да, мне тоже.

— Прости меня.

— Ничего. Я не злюсь. У тебя своя жизнь. Ладно давай пока.

— Подожди, Киран!

— Мм?

— Я прощаю её. И тебя тоже. Обид больше нет.

— Спасибо, Виктория, желаю счастья вам с мужем и ребёнком!

— Пока.

Она заплакала, открыв галерею с фотографиями Британи и её самой. Виктория всё не решалась все эти годы их удалить.

“Прости меня, Брит! То, что было в прошлом, надо было и оставить в прошлом, но я не смогла, прости меня!”

Затем, удалила все фото с ней, оставив одну. Ту, где они смеялись вдвоём, обнимая друг друга.

Тревор приехал через три часа. За это время Виктория поспала и приготовила ужин. За столом рассказала про звонок однокурсника и новость о Брит. Тревор начал играть в психолога. В итоге он её успокоил, и они легли спать.

Ночью, Тревор спал сладко, а Тори долго крутилась из стороны в сторону, пока не заснула.

Ей приснился сон.

Виктория стояла в том самом лесу, райском месте у рыбачьего места, любимого места Фрэнка.

В дали спиной к Тори стоял сам Фрэнк Саммерс, но без родителей Виктории.

— Деда? Это ты?

— О, здравствуй, моя золотая! Я вижу ты уже не Виктория Саммерс, а Виктория Линнер, не так ли? — он, улыбнувшись, обернулся.

— Да, дедуль! Я нашла своего человека, всей моей жизни!

— Я пришёл к тебе за обещанием, моя девочка!

— За каким?

— Я знаю о чём ты думаешь. Ты должна пообещать мне, что не станешь лезть в прошлое, и узнавать из-за чего погибла Маккензи!

— Хорошо.

— И ещё одно обещание!

— Какое?

— Ты сделаешь моё правнучку самой счастливой на этой Земле! Пообещай мне!

— Откуда ты знаешь, что будет девочка? — она коснулась живота, которого во сне ещё не было.

— Это не важно! Так ты обещаешь?

— Да. Конечно. Обещаю!

— Хорошо, милая, я верю тебе! — когда он собирался уходить, внучка окликнула своего деда:

— Я очень скучаю по тебе! И люблю тебя!

Он с улыбкой обернулся:

— И я тебя, Виктория, очень люблю! И скучаю сильно! Прощай!

— Прощай!

После того как мистер Саммерс ушёл навсегда, у Тори начались неожиданно схватки. Она кричала так громко, что проснулся Тревор, сладко и крепко спавший. Он позвонил в “скорую” своим коллегам и те приехали достаточно быстро. Когда Викторию Линнер клали на носилки, она сказала Тревору:

— Стены нужно покрасить в розовый, думаю дочери понравится! Ааюна! Боже как больно!

— Дочери, в смысле? Откуда ты знаешь, что у нас будет дочь?

— Ааюна! Потом…Как больно!

— Понял! Увозите!

— Линнер, ты с нами?

— Я подъеду позже. Езжайте!

Было три часа ночи. Тревор оделся и найдя сумку с вещами для беременных, и сел в автомобиль. По уши довольный.

Эпилог.

— Доброе утро, любовь моя! — он обнял Викторию.

— И тебе доброе утро! — Виктория, нарезая салат, подставила губы Тревору для поцелуя.

— Я и представить не мог, что у меня будет такая очаровательная жена и мать моей дочери.

— Значит тебе повезло со мной, как и мне с тобой.

— Согласен со мной!

— Ой! Джози пора поднимать! Уже девять!

— Дорогая, дай поспать ребёнку в свой день рождения!

— Дао. Как время быстро идёт, не так ли? Вот только мы с тобой познакомились, а уже у нас с тобой дочь.

— И в правду. Я тоже не заметил, как всё быстро произошло! Красавица жена и мама моей красавицы дочери!

Звонок в дверь. Это Нори с Кираном. Да, они вместе. У Нори с её “бывшим” ничего не получилось, поэтому Виктория решила подругу познакомить с Кираном Воттерсоном. Те сразу полюбили друг друга. Но про свадьбу ещё не говорили. А Нори стала крёстной Джози.

Когда следом пришёл и Джейд со своей женой Рейчел, которая ждала мальчика, и пришла Линда проснулась виновница торжества.

— Привет всем! — Джози была очень красивой девочкой. С длинными светлыми волосами, с высоким ростом и тёмными глазами.

— Привет, дорогая! На счёт три: раз! два! три!

— С днём рождения! — крикнули все разом.

— Спасибо! — Джози побежала и сразу принялась всех обнимать и целовать.

Все ели салаты, мясо, различные закуски. Позже перешли к десерту. Огромному торту с шестью свечами. Джозефина распаковывала подарки. С радостным личиком. И тут слово взяла Виктория Линнер:

— Детка, мы все тебя очень любим и ценим. Ты наше чудо, сокровище, ты наш дар! Мы — вся твоя семья и навсегда останемся ею. Мы с тобой будем рядом всегда, даже если нас не станет, помни об этом! Ты будешь самой счастливой на этой Земле я тебе обещаю! Мы все тебе обещаем!

— А после этих замечательных маминых слов, с которыми мы все согласны, следом идёт твой подарок!

Тревор вместе с Джейдом принесли огромную коробку. Они поставили её на пол в зале, где проходил праздник. Нори, Рейчел, и Линда с Тори начали хлопать и кричать имя дочери семьи Линнер.

В коробке был щенок золотистого ретривера. Девочка взяла на руки щенка и сказала:

— Спасибо вам всем за него! Я буду его очень любить! Он лучший! Вы у меня тоже самые лучшие! Я очень люблю вас всех! — она снова кинулась целовать каждого.

— Как назовёшь?

— Саммерс.

Виктория неожиданно начала всхлипывать.

— Мамочка? Ты чего это? — она повернулась к Тревору, — Папуль, что с мамой?

— Твоя мама, вспомнила своих любимых родных. И ей грустно, что в этот прекрасный момент их нет рядом!

— Всё хорошо, солнышко! Мама больше не плачет!

— Больше не плачь, ладно?

— Конечно!

Когда все разошлись, а папа играл с дочкой и щенком, Тори думала, смотря на свою семью:

— Как же мне повезло с ними, они моя жизнь, а я сделаю всё для того, чтобы наша жизнь была самой лучшей! Теперь-то я наконец поняла одну вещь. — с улыбкой Виктория смахнула снова накатившиеся слёзы.

— Я больше не одинока!