Мое зрение то появлялось, то исчезало, туману сна потребовалось больше времени, чем обычно, чтобы рассеяться, и я смогла сосредоточиться. Мерцающие огни сверкали повсюду вокруг меня, и я затаила дыхание, осматривая окружающую обстановку. В единственном окне слева от меня был виден только темный незнакомый пейзаж. Я могла различить силуэты деревьев и видеть звезды, усеивающие ночное небо, но ничего за его пределами. Я понятия не имела, где я нахожусь. И я понятия не имела, как я сюда попала.

— Ара? — Голос Райвина был более неуверенным, чем я когда-либо слышала, мое имя было произнесено как молитва.

Мое сердце подпрыгнуло от этого звука, мое тело отреагировало на его присутствие с нетерпеливым ожиданием, прежде чем оно внезапно было раздавлено невидимой стеной. Я напряглась, отступая от него. Сбитая с толку, я изо всех сил пыталась примириться с войной внутри моего собственного тела.

— Где я? Почему я так отреагировала?

Он помедлил в дверях. — Ты помнишь, что произошло?

Я покачала головой.

— О, хорошо, она проснулась, — сказала Лэра, присоединяясь к брату в дверях. — Теперь я не обязана выслушивать, как ты обвиняешь меня в ее смерти до конца наших жизней.

Принцесса протиснулась мимо брата и пересекла комнату, прежде чем сесть на кровать рядом со мной. — Что с тобой не так? Ты выглядишь так, словно увидела привидение.

— Она не помнит, — подсказал Райвин.

— Понятно. — Лэра изучающе посмотрела на меня, затем повернулась к своему брату. — По крайней мере, это объясняет, почему она не разорвала тебя в клочья. Не то чтобы она могла больше обходиться без своей магии.

Ее слова обрушились на меня, как волна, разбивающаяся о берег, и мои глаза расширились, увидев мужчину, в которого, как мне казалось, я влюбилась.

Я вспомнила. Минотавр, разрушения, потери… Белан исчез. Все подношения исчезли. Мы освободили «Богиню мести», а потом Райвин забрал у меня все.

— Мне очень жаль, — сказал он.

— Ты предал меня. — У меня было такое чувство, что моя грудь вот-вот взорвется. Если бы он попросил, если бы только он попросил, я бы отдала ему все. Что угодно. Вместо этого он взял. Он украл. Было ли правдой хоть что-нибудь из того, что он сказал? — Ты использовал меня.

Лэра пригладила мои волосы и издала щелкающий звук, который, вероятно, должен был успокаивать. Не отрывая от меня взгляда, она обратилась к своему брату. — Тебе нужно уйти.

Я уставилась на него, когда тени закружились вокруг него, скрывая его из виду. Я не отрывала глаз от темноты, заполнившей холл, пока дверь не закрылась, оставив меня наедине с принцессой Коноса.

— Он облажался, — сказала Лэра после долгой паузы. — Но это не значит, что мы не можем закончить то, что начали. С его помощью будет легче, но если ты хочешь, чтобы я отправила его за матерью, пока мы, девочки, разберемся с моим отцом, я надеру ему задницу на Наксосе так быстро, что у него закружится голова.

Я посмотрела на нее, отмечая серьезное выражение ее лица. Каким-то образом, за несколько дней наших совместных тренировок, мне показалось, что мы стали друзьями. — Ты не знала, что он собирался забрать мою магию?

Она покачала головой. — Я никогда не думала, что он способен на такое. Я подозревала, что он был твоей парой, но после того, что случилось с его матерью… — она вздохнула. — Я думаю, это показывает, что ты никому не можешь доверять. Даже своей паре.

— Мы на Наксосе? — Я не могла думать о Райвине прямо сейчас. Или о моей украденной магии. Пока нет.

— И чем скорее мы уберемся отсюда, тем, по-моему, лучше. Эти менады чертовски пугают меня. — Она вздрогнула. — А Дион всегда пытается затащить меня в свою постель.

— Я не выхожу за него замуж. — Я встала, у меня так сильно закружилась голова, что мне пришлось снова сесть.

— Не волнуйся, он не настолько глуп, чтобы перечить Райвину. Я полагаю, в этом преимущество того, что он сделал. Никто не рискнет бросить вызов кому-то с его тенями и твоей магией.

— Даже ты? — Спросила я.

Она сжала губы. — Мы разберемся с этим по ходу дела. А пока просто знай, что в этой ситуации я выбрала твою сторону и буду верна тебе, пока ты не перейдешь мне дорогу.

— Я не планирую переходить тебе дорогу. Я даже не знаю, что происходит. — Я снова встала, на этот раз двигаясь медленнее. Мне было приятно двигаться всем телом.

— Я думала, боги собираются уничтожить тебя прямо там. — Она покачала головой. — Я не могу поверить, что Никс не защитила тебя после того, как ты помогла ей. Но это боги за тебя. Кучка эгоистичных ублюдков.

Мой лоб нахмурился, когда я прокрутила события в лабиринте, и я посмотрела вниз на свои руки, ожидая увидеть кровь, которую я пролила. Ее не было. Кто-то очистил меня, доставил на Наксос. Как долго я была здесь? Какие разрушения произошли, пока я была надежно спрятана?

— Король все еще жив, и Никс нам не поможет. Я правильно помню? — Я проглотила комок в горле. — Все было напрасно. Мы убили монстра и освободили Никс, но все трибуты мертвы. И я должна быть мертва. Пустая боль разлилась внутри меня.

— Теоретически, мы ослабили моего отца, так что у нас больше шансов убрать его. Но поскольку Никс не смогла этого сделать, нам придется придумать новый план. Его все равно будет трудно убить, — сказала Лэра.

— А Никс? — Спросила я, почти боясь узнать ответ.

— Понятия не имею, но мы еще не видели возвращения солнца.

— Мы должны добраться до Атоса, — выпалила я. — Она сказала, что собирается отомстить людям. Мы должны предупредить мою семью. Убедиться, что они готовы.

— Если она уже на пути туда, мы мало что можем сделать, — сказала Лэра, пожимая плечами.

— Нет, это не вариант. Должно же быть что-то, — ответила я. — Мне нужно увидеть Райвина.

— Ты уверена? — Спросила Лэра.

Я кивнула. Гложущее чувство гнева и праведности медленно просачивалось в пустоту, где раньше была моя магия. — Одна.

— Хотя я, безусловно, одобряю этот взгляд в твоих глазах, я хочу напомнить тебе, что по сути ты теперь человек. Я не знаю, какое влияние оказало на него твое волшебство. Я не знаю, было ли отсутствие заботы моего отца о других результатом его действий или он всегда был таким. Но я знаю, что есть правила и причины, по которым мы не можем вытягивать магию из других, если только это не наша пара. Это не так, это не должно быть сделано.

— Я не боюсь Райвина, — сказала я.

— Я думаю, это часть проблемы. Вам обоим следовало бояться друг друга, а вместо этого вы решили влюбиться друг в друга. — Она покачала головой. — Вот такая неразбериха случается, когда эмоции берут над тобой верх.

Раздался тихий стук в дверь, и мы оба повернули головы в ее сторону как раз в тот момент, когда она открылась.

На лице Райвина появилось умоляющее выражение. — Я уйду, если ты мне скажешь. Я покину остров, если ты захочешь. Но, пожалуйста, сначала дай мне пять минут.

Лэра молча направилась к двери и, бросив сердитый взгляд на своего брата, выскользнула, оставив меня наедине с моей парой.

Он был бледен, под глазами залегли фиолетовые круги. Волосы растрепаны, одежда помята. Я никогда не видела его в таком состоянии. Не то чтобы это имело значение. Казалось, это делало его более привлекательным. Я ненавидела то, что какая-то часть меня хотела стянуть тунику прямо через его голову и бросить его на кровать.

Я отошла к стене, подальше от кровати, чтобы уменьшить искушение. — Ты не имел права делать то, что сделал.

— Это был единственный способ спасти тебя. Я ненавижу себя за это и знаю, что ты ненавидишь меня, но я проведу остаток своей жизни, заглаживая свою вину перед тобой, — сказал он.

— Ты мог бы спросить меня. Ты мог бы посвятить меня в свои планы. Вместо этого ты украл это у меня, ты никогда не давал мне выбора. Как ты мог так поступить со мной? После всего. Как ты мог?

— Потому что ты бы сказала — нет.

— Ты этого не знаешь наверняка. Ты даже не дал мне шанса, — возразила я.

— Это неестественно — делиться нашей магией. Если бы ты знала, что это произойдет, магия создала бы щит, чтобы удержать её внутри тебя, как только я принял бы ее немного. Я бы не смог этого вынести.

— Я потратил годы на изучение этого, пытаясь выяснить, что произошло между моими матерью и отцом, пытаясь помочь ей и пытаясь понять, как она могла этого не предвидеть. Поверь мне, если бы я попросил, твоя магия защитила бы саму себя, и ты была бы мертва.

— Это был мой выбор. — Я уставилась на него. — Ты не знаешь, как бы я отреагировала. Тебе следовало спросить меня.

— Ты можешь ненавидеть меня сколько угодно, но я не собирался позволять тебе умереть. Я поклялся тебе, что всегда буду защищать тебя, и это то, что я сделал. Ты можешь вернуться в свое Королевство, к своим сестрам, к своей жизни. И если ты будешь ненавидеть меня до самой смерти, я надеюсь, что это будет долгая ненависть.

Я сделала шаг к нему, гнев бурлил в моих венах, пульс стучал в ушах. — Пошел ты. Ты лишил меня выбора, но ты сделал это после того, как заставил меня доверять тебе. После того, как ты заставил меня влюбиться в тебя. Я любила тебя.

Райвин судорожно вздохнул, и вся краска отхлынула от его лица. — Ты любила меня?

— Я думала, что да. Но как я могла любить того, кто лгал мне? — Мои глаза горели от сдерживаемых слез. — Мне следовало поверить тебе, когда ты сказал, что ты мне не подходишь.

Его челюсть напряглась, а взгляд стал жестким. — Я никогда тебе не лгал. Все, что я тебе сказал, было правдой.

— Нет, я полагаю, вместо этого ты просто что-то скрывал от меня. Заставил меня почувствовать, что я не могу жить без тебя. Я влюбилась в человека, который убил моего отца, Райвина. Что я за чудовище? — Слезы текли по моему лицу.

— Клянусь тебе, я делал только то, что считал нужным, чтобы сохранить тебе жизнь. Я всегда заботился о твоей безопасности, — сказал он.

Я едва могла расслышать слова из того, что он говорил. Мой разум гудел от всего, через что мы прошли, прокручивая в голове все, что он когда-либо говорил мне. Каждый взгляд, каждое прикосновение, каждое мгновение, которое мы провели вместе.

Я больше ничему из этого не могла доверять.

— Как долго, Райвин? Как долго ты планировал это? Когда ты заподозрил, что я обладаю магией? Это было до или после того, как ты поцеловал меня? Ты знал, что я твоя пара, когда мы встретились на Атосе? Ты знал до того, как трахнул меня? Ты знал, когда сказал мне убить тебя?

— Сожалеешь? — Спросил он, сокращая расстояние между нами.

Его запах окружил меня, и мое дыхание стало поверхностным, все мое тело реагировало на него, несмотря на мой гнев. Мои вены горели, кожу покалывало. Мои инстинкты хотели, чтобы я заявила на него права всеми возможными способами. Я могла сказать по тому, как поднималась и опускалась его грудь, как приоткрывались его губы, как потемнели его глаза, что он чувствовал то же самое.

Краем глаза я заметила, что у нас есть зрители. Дион открыл дверь и, прислонившись к стене, наблюдал за происходящим с ухмылкой на губах. — Не останавливайся из-за меня. Это самое веселое, что у меня было за многие годы. Я думал, что ты будешь скучным человеком, но, дорогая, предложение руки и сердца остается в силе.

Тени Райвина мгновенно окружили бога, и глаза Диона расширились, выпучившись, а лицо стало фиолетовым.

— Отпусти его. Сейчас же. — Я подошла ближе к Райвину. — Отпусти его.

Тени рассеялись, и темный принц взглянул на меня, прежде чем обратить свирепый взгляд на Диона. — Не смей приближаться к ней. Мы здесь только потому, что ты у меня в долгу, но это не включало в себя заигрывание с Ара.

— Ты, должно быть, шутишь. Ты не имеешь права. Я лучше выйду за него замуж, чем когда-либо снова согрею твою постель.

Дион рассмеялся мальчишеским хихиканьем, наполнившим комнату искрометностью. От этого мне стало легко, и напряжение, казалось, немного спало.

— Я понимаю, что ты мне сейчас не доверяешь. Но не говори подобных вещей. Ты не знаешь его так, как я. — Райвин взглянул на бога, затем снова перевел взгляд на меня. — Трахай кого хочешь, но, пожалуйста, не его.

— Он говорит это только потому, что знает, что если ты проведешь со мной немного времени, то не сможешь вернуться к нему. — Дион подмигнул.

Райвин зарычал, и я подняла руку в знак остановки, прежде чем он смог продолжить. Повернувшись к своей паре, я поймала его взгляд и, не моргая, выдержала его взгляд. — Я не знаю, смогу ли я когда-нибудь простить тебя за то, что ты сделал. С этого момента я сама принимаю решения о своей жизни. Понимаешь?

Райвин, обладающий силой двух богов, на самом деле выглядел взволнованным. Он сглотнул, затем кивнул. — Просто скажи мне, что тебе нужно, чтобы я сделал. Что угодно.

— Я хочу закончить то, что мы начали. Мои сестры, мое королевство, они не в безопасности, пока правит король фейри. Или пока Никс охотится за людьми. — Я снова подняла руку, своим жестом предотвращая любые слова, готовые сорваться с его приоткрытых губ. — И прежде чем ты что-нибудь скажешь, ты должен знать, что если ты собираешься сказать мне, что это слишком опасно, и что я не могу помочь, тебе стоит дважды подумать.

— Это именно то, что ты собирался сказать, не так ли? — Дион развеселился.

Принц бросил на бога свирепый взгляд, но ничего не ответил.

— Больше никаких секретов. Больше никакой лжи. Мы работаем вместе и найдем способ защитить Атос. Ты должен мне хотя бы это. — Внезапный прилив легкомыслия заставил меня споткнуться, и тени подхватили меня.

Я отшатнулась назад, подальше от клубящихся усиков.

— Тебе нужно отдохнуть. Тебе потребуется некоторое время, чтобы прийти в себя, — сказал Райвин.

— Вы все можете оставаться здесь столько, сколько вам нужно, но если ваша война последует за вами к моим берегам, вы все пропали, — предупредил Дион.

Я вернулась к кровати и села, не обращая внимания на ледяной холод, от которого по моей руке побежали мурашки, когда тени Райвина скользнули по моей коже. Я бы предпочла, чтобы это были его тени, а не его руки. Я не была уверена, что у меня хватит сил злиться на него, если он подойдет слишком близко. — Тебе следует уйти.

— Это мой дом, — сказал Дион.

— Ты можешь остаться, я просто хочу, чтобы он ушел, — сказала я, не отводя глаз от Райвина.

— Дорогая, я не уверен, что ты смогла бы справиться со мной, — сказал Дион.

— Если ты прикоснешься к ней… — Райвин зарычал.

— Вон. Вы оба. — В комнату вошла Лэра. — Дайте ей поспать. Одной.

— Нет. Я не хочу спать. — Я встала, не обращая внимания на тяжесть в глазах и усиливающуюся пульсацию в висках. — Я хочу знать все, что нам известно. Что происходит в Коносе? На Афоне? Моя семья в безопасности? Король ослабел?

— Знаешь, она бы понравилась твоей матери, — сказал Дион, пожимая плечами. — И матери Лэры тоже.

Челюсть Райвина напряглась. — Ни одна из этих проблем никуда не денется. Тебе нужен отдых. Мы можем обсудить это позже.

Я покачала головой. — Нет. Мы обсудим это сейчас. Мне нужно знать, что все было не напрасно. Скажи мне, что моя семья в безопасности, пожалуйста.

— Я введу тебя в курс дела, дорогая, — предложил Дион. — Все, что ты захочешь узнать.

— В этом нет необходимости. Райвин протянул руку, и я опустила взгляд, на мгновение испытав искушение принять его предложение, прежде чем снова посмотреть на него, не двигаясь. Он опустил руку. — В шкафу есть одежда, если хочешь переодеться.

Я посмотрела вниз на тонкую, почти прозрачную ночную рубашку, в которую кто-то меня одел, зная, что если бы я была в более ярко освещенном месте, то была бы полностью обнажена.

— Носи все, что хочешь. На моем острове нет правил. И лично я думаю, что ты прекрасно выглядишь в том, что на тебе надето, — крикнул Дион, прежде чем уйти. — Я разолью вино и встретимся внизу. Дай мне знать, если захочешь, чтобы я прогнал твоего приятеля.

— Не смей, — предупредил Райвин.

Ухмылка тронула мои губы. — Он действительно может это сделать?

Его губы сжались в тонкую линию, и он кивнул.

Я промурлыкала. — Приятно это знать. Тогда, полагаю, тебе следует вести себя наилучшим образом.

— Увидимся внизу. — Райвин закрыл за собой дверь, оставив меня в комнате одну.

Дом был открытым и воздушным. Весь нижний этаж был окружен колоннадами, которые поддерживали второй этаж. Полы из мягкого дерева придавали помещению теплоту, контрастирующую с роскошью остальной официальной обстановки. Плюшевые диваны и шелковые подушки были расставлены группами, что позволяло вести беседы.

Здесь не было ни закрытых дверей, ни стен. Только несколько аккуратно расположенных штор, создающих иллюзию уединения. Даже кухни не было. Вместо этого, это было похоже на столкновение бального зала и гостиной. Это было идеальное место для вечеринок, что имело смысл, исходя из историй. Мне стало интересно, что видел этот дом, но я быстро поняла, что не уверена, что хочу это знать.

Дион растянулся на белом диване, перед ним на столе стояли бочонок рубиново-красного вина и несколько бокалов. Лэра села напротив него в деревянное кресло, которое выглядело далеко не таким удобным, как остальная мебель. Хотя идея у нее была верная. Стулья предлагали независимость. Я села на стул рядом с ней, а Райвин устроился на диване справа от меня.

Подошла женщина, неся поднос с едой. На ней был белый пеплос, а на длинных темных волосах — венок из цветов. Широко улыбнувшись, она поставила его на стол перед богом. — Для вас, милорд.

— Спасибо, Адессея. — Дион улыбнулся ей, и ее щеки порозовели.

Это был странный обмен репликами, и я наблюдала, как она попятилась из комнаты, низко опустив голову, и исчезла за занавеской.

— Тебе не надоело, что все они умоляют о твоем внимании? — Спросила Лэра, беря с подноса виноградину.

— Они проделали весь этот путь только для того, чтобы услужить мне, — ответил он. — Я благодарен им за все.

— После того, как они бросят своих мужей и детей, — мрачно сказал Райвин.

— Если бы их мужья заставляли их чувствовать себя достойными, их бы здесь не было. — Дион налил вино в бокал, затем предложил его Лэре. — Это мой собственный винтаж. Совсем не то вино фейри, которое так любят в вашем королевстве.

Лэра взяла чашу, затем поставила ее перед собой. — Я здесь не для церемоний и уж точно не одна из ваших менад.

— Не думаю, что им понравится твое общество, принцесса, — сказал Дион.

— Очевидно, что здесь есть история, в которую я не посвящена, но мне все равно, что это такое. Я хочу знать, что происходило с тех пор, как мы покинули Конос, — я взглянула на Райвина. — Как я вообще сюда попала?

— Портал, — ответила Лэра.

— Значит, он все еще активен?

Лэра кивнула. — Это естественное явление в точке схождения лей-линий. Оно будет там еще долго после того, как мы все уйдем.

— Где Вант? — Я огляделась, наполовину ожидая, что он присоединится к нам.

— Он занят другими делами, — сказал Райвин.

— Он в безопасности? — Спросила я.

Лэра отправила в рот еще одну виноградину. — Никто из нас не в безопасности.

— Здесь ты в достаточной безопасности. Мой остров — священное место, — с усмешкой сказал Дион. — Возможно, Ара присоединится к моим менадам. Ты проживешь здесь гораздо дольше со своей хрупкой человеческой жизнью, чем если бы последовала за этими двумя.

Я бросила на него неприязненный взгляд, и улыбка на его лице исчезла. Он сделал большой глоток из своего бокала.

— Возможно, тебе стоит остаться здесь, — сказал Райвин. — Просто пока мы не разберемся, что происходит. Убедись, что тебе безопасно уходить.

— Это не твой выбор, брат, — вмешалась Лэра, прежде чем я успела ответить. — Ара сама распоряжается своей судьбой. Она больше не твоя забота.

— Она моя пара, — прошипел он.

— Перестань говорить обо мне так, будто меня здесь нет. Лэра права. Я сама делаю свой выбор. А теперь, кто-нибудь объяснит, что происходит, или мне придется найти корабль и убраться с этого острова самостоятельно?

— Милорд, — женщина, разносившая еду, снова появилась, опустив голову в знак покорности. — Приближается корабль.

Я напряглась, и лицо Диона стало жестким и холодным. Он посмотрел на Райвина. — Если это люди твоего отца, которые ведут войну на мой остров, считай, что нашей дружбы больше нет.

— Вы двое друзья? — Спросила Лэра веселым тоном.

Райвин приподнял бровь, но ничего не ответил.

— Ты думаешь, это твой отец? — Спросила я Райвина.

— Белые паруса, — подсказала женщина. — Не красные.

Мои плечи немного расслабились.

— Что ж, я полагаю, нам следует пойти поприветствовать наших гостей, — сказал Дион.

Женщина вздрогнула, затем поклонилась. — Я подготовлюсь к приему посетителей.

— Я полагаю, вы все идете с нами, — сказал бог, вставая. Он разгладил свою тунику цвета слоновой кости, затем провел рукой по своим темным кудрям. — Жаль, что ты больше не можешь призывать монстров. Было бы намного проще уничтожить корабль таким образом. Хотя, я полагаю, ты мог бы это сделать, поскольку эта магия теперь таится в тебе. — Он пожал плечами, проходя мимо Райвина.

На мгновение я не могла дышать. Я знала, что моя магия исчезла. Я знала, что Райвин забрал ее у меня, но до меня не дошло, что он может ею владеть. Он действительно забрал все это. В дополнение к темным теням, которые он мог вызывать, и смерти, которой он мог командовать, он мог контролировать воду и вызывать монстров. Он и раньше был достаточно силен, но разрушения, которые он мог вызвать сейчас, было невозможно себе представить.

Райвин положил руку мне на локоть, и я вздрогнула, отодвигаясь от него. Его губы сжались. — Я не буду использовать это, ты должна это знать. У меня нет намерения когда-либо использовать твою магию.

Я отодвинулась от него. — Я не хочу говорить об этом. — Дион уже направлялся к выходу, и я быстро пристроилась в шаге за богом, спускаясь по широкой лестнице на ухоженную грунтовую дорожку, ведущую прочь от дома. Светящиеся шары висели в воздухе вдоль тропинки, освещая темноту пышного острова.

Ожидающий корабль покачивался вдалеке, стоя на якоре вдали от острова, как спящий великан на фоне звездной черноты. Море было пустотой, темной и зловещей, видимой только благодаря лунному свету. Я колебалась, пока Дион приближался к берегу, готовый поприветствовать маленькую лодку, направлявшуюся к нам от более крупного судна. Райвин взглянул в мою сторону, но продолжил идти вперед, следуя за богом к берегу.

— Ты боишься, — сказала Лэра из-за моей спины.

— Я никогда не была так близко к океану ночью, — объяснила я. Было и что-то еще, неприятное чувство обреченности, нависшее надо мной, отчего сам воздух казался слишком тяжелым.

— Вероятно, твоя магия помогла тебе соединиться с морем, — предположила Лэра. — Теперь, когда она исчезла, ты будешь реагировать по-другому.

Я сжала руки в кулаки. Океан был одной из немногих вещей, которые всегда приносили мне умиротворение. Он создавал ощущение спокойствия, ощущение того, что все будет хорошо. Это была еще одна вещь, которую я потеряла. Моя нижняя губа задрожала, когда волна горя захлестнула меня. В груди сдавило.

— Не позволяй ему украсть это у тебя. Я подозреваю, что там еще что-то осталось от подарков твоей матери. Океан все еще может казаться тебе вторым домом, местом сопричастности, — сказала она. — Они продолжают говорить, что ты теперь человек, но я не согласна. Ты все еще наполовину бог. В твоей крови все еще есть какой-то элемент этого.

Она была права. Я не могла позволить ему отнять у меня и это. Шагнув вперед, я направилась к песку. Я наклонилась, чтобы нащупать свое оружие, прежде чем поняла, что у меня ничего с собой нет. Если эти посетители представляли угрозу, я не собиралась им помогать. Хотя, я предположила, что с Дионом и Райвином любой, кто намеревался причинить нам вред, был бы уничтожен прежде, чем они смогли бы нанести свой первый удар.

Приближающаяся лодка достигла берега, и из нее вышла одинокая фигура. Это было похоже на мужскую фигуру, но в скудном освещении я не могла разглядеть деталей.

Лэра вздохнула. — Я думала, мы оставили всех волков позади.

— Вант? — Проблеск надежды затрепетал в моей груди, и я перешла на бег, мои ноги увязали в мягком песке. Я врезалась в оборотня, обнимая его. — Я так рада тебя видеть.

Он обнял меня в ответ. — Я рад, что ты в безопасности.

— Хватит, — прорычал Райвин.

Волк-оборотень отпустил меня и попятился. — Я не пытаюсь украсть твою пару.

— Я ему не принадлежу, — огрызнулась я. Мы собирались проходить через это каждый раз, когда я общалась с другим мужчиной?

Вода плескалась у моих лодыжек, внезапный холод заставил меня задохнуться.

— Начинается прилив, — сказала Лэра.

— Слишком быстро, — добавил Дион.

Что-то взревело, и у меня кровь застыла в жилах. — Что это было?

— Мы не собираемся задерживаться, чтобы это выяснить, — Лэра схватила меня за руку и потащила прочь.

— Ты что-нибудь призвал? — Спросила я Райвина, взбираясь по песчаному берегу к скалам.

— Это был не я, — сказал он. — Я же сказал тебе, я не буду пользоваться твоей магией. Никогда.

Моя челюсть сжалась.

— За тобой кто-нибудь следил? — Спросила я Ванта. — Я так не думаю.

— Ты передал сообщение? — Спросил Райвин.

— Какое сообщение? — Я оглянулась через плечо на мужчин, следовавших за мной.

— Так помоги же мне, оборотень, если ты принесешь эту войну на мои берега… — Проворчал Дион.

Я чуть не рассмеялась. Он продолжал угрожать, но я не была уверена, что он действительно что-нибудь сделает. Я задавалась вопросом, была ли какая-то часть его, которая хотела, чтобы конфликт пришел сюда только для того, чтобы он мог высвободить часть той хаотической магии, о которой я так много слышала.

— Я смог связаться с Уиллартом. Он передаст сообщение на Телос для нас, — ответил Вант.

— Этот старый трус? — Лэра развернулась, взяв меня за руку. Я хмыкнула, затем высвободилась из ее хватки.

— Он один из немногих, кто не у короля в кармане, — строго сказал Вант.

— Это потому, что его изгнали, — прошипела она.

— Подкрепление, — сказал Райвин. Все посмотрели на него, но он уставился на меня. — Вот о чем они говорят. Мы запрашиваем подкрепление у других домов Телоса. Те, которые, как мы думаем, будут сочувствовать нашему делу.

— Спасибо. — Я слегка улыбнулась.

— Этого может оказаться недостаточно, — добавил Вант. — Короля так быстро окружили его сторонники, что я не смог добраться до него. Никто не мог. Я был не единственным, кто предпринял попытку подобраться достаточно близко.

— Это то, что ты сделал после того, как я прошла через это? — Я уставилась на своего друга. — Ты пытался справиться с ним один?

— Мы надеялись, что он будет достаточно слаб. Но нет, я не пытался. Я ждал, рассчитывая на помощь других безмолвных врагов. Я видел, как они пытались, все они потерпели неудачу, поэтому я сделал то, что должен был сделать. — Он покачал головой.

— Тебе пришлось защищать его, не так ли? — Спросила я.

— Мы все делаем вещи, которыми не гордимся, — сказала Лэра. — Как бы то ни было, оборотень, ты принял правильное решение. Мои глаза в суде показывают, что у него больше поддержки, чем мы предполагали.

— Он думает, что ты все еще верен ему? — Спросила я.

Челюсть Ванта напряглась, и он кивнул. — Я не уверен, как долго мне будет сходить с рук отсутствие.

— Он знает, что ты ушел? — Спросил Райвин.

— Я сказал ему, что ищу тебя, — сказал Вант. — Он послал всех наемных убийц, которые у него были, за твоей головой. Награда настолько высока, что ее будет невозможно игнорировать.

— Черт. — Райвин глубоко вздохнул. — Это было глупо с его стороны.

— Из-за этого их всех убьют, — сказала Лэра.

— Это приведет их сюда, — процедил Дион сквозь стиснутые зубы.

— Я думаю, ты хочешь хаоса, — сказала я, поворачиваясь к богу. — Больше дельфинов, верно?

Он ухмыльнулся. — Война — не моя сфера деятельности. Мне не позволено вмешиваться, не разгневав других богов.

— Но у вас есть полное право защищать свой дом, — ответила я, пожимая плечами.

Его губы скривились в сторону, и он несколько мгновений пристально смотрел на меня, прежде чем на его губах появилась улыбка. — Ты была бы мне прекрасной женой, ты знаешь это?

— Осторожнее, Дион, — предупредил Райвин.

— Нам надоело ссориться между собой, — отругала Лэра. — Никто не собирается вступать с нами в союз, если мы не сможем выступить единым фронтом.

— Ненавижу, когда ты права, — сказал Райвин.

— Означает ли это, что Дион присоединяется к нам? — Спросил Вант.

— Я понятия не имею, о чем ты говоришь, оборотень. Я нейтрален. Не моя вина, если ты украдешь мои корабли или совершишь набег на мое оружие. — Дион пожал плечами, затем ускорил шаг, идя быстрее всех нас. Я чуть не рассмеялась. Я была права, он действительно хотел хаоса.

Вант вытянул руку, преграждая нам путь. Мы остановились, пока расстояние между нами и Дионом увеличивалось. Затем оборотень повернулся, выражение его лица было смертельно серьезным.

— Что? — Спросил Райвин.

— Я наблюдал, как шестеро мужчин пытались убить твоего отца. Никто из них не смог его тронуть, — тон Ванта был мрачным. — Говорят, у него есть защита от волшебницы, создавшей облачный покров. Говорят, его нельзя убить.

Мое сердце ушло в пятки. — Это невозможно. Все, что мы делали, это ослабляли его настолько, чтобы у нас был шанс.

— Мы что-нибудь придумаем. У любой магии есть слабое место, — сказала Лэра.

Лицо Райвина превратилось в непроницаемую маску.

— Это еще не все, — добавил Вант.

Мы все посмотрели на него, но как только его внимание переключилось на меня, я перестала дышать.

— Он планирует атаковать Атос, как только другие суда будут готовы мобилизовать свои флоты.

Время остановилось. Это было именно то, чего я боялась, но теперь стало еще хуже. Это было личное, после того, что я натворила в Коносе. Король фейри не собирался вести переговоры. Больше никогда не будет Выбора. Для каждого человека в моем королевстве будет только смерть.

— Давайте быстрее доберемся до корабля. Мы должны предупредить Атос, — сказал Райвин.

Мое сердце подпрыгнуло. Я не была уверена, что когда-нибудь снова увижу своих сестер. Это была не та встреча, на которую я надеялась, но, по крайней мере, я увижу свой дом.

— Я всегда думала, что умру от руки своего отца, — сказала Лэра. — Мы могли бы покончить с этим.

Диона нигде не было видно, когда мы отплыли на единственном корабле, пришвартованном к острову. Команда была почти безмолвна, разговоров хватало только на то, чтобы передать что-либо о плавании корабля. Это было жутковатое плавание по бескрайней черноте моря под звездами. Лужица лунного света плыла вместе с нами, отражение в воде было единственным способом увидеть вспенивание волн.

Закрыв глаза, я прислонилась к перилам, вдыхая соленый аромат. Раньше это приносило столько утешения, но теперь к нему примешивался укол страха. Или, может быть, это было сожаление.

— Как ты себя чувствуешь?

Я открыла глаза и увидела Райвина, стоящего рядом со мной. — Я не уверена, что должна чувствовать, — ответила я.

Теперь он выглядел более лощеным. Час, который мы потратили на подготовку к отъезду, пошел ему на пользу. Даже в тусклом свете светящихся шаров на палубе он выглядел более отдохнувшим. Честно говоря, он выглядел действительно хорошо. Я с трудом сглотнула, подавляя ту часть себя, которая хотела уткнуться лицом в его грудь и почувствовать, как его сильные руки обвивают меня.

— Я знаю, ты сердишься на меня, но однажды ты сказала, что доверяешь мне, — мягко произнес он.

— Это было до того, как ты забрал мою магию.

— Ты никогда этого не хотела. Я знаю, ты этого боялась, — ответил он.

— Это не оправдывает твоих действий. Я училась контролировать это. Я начинала чувствовать, что я не слабая. Ты забрал это у меня, — выпалила я.

— Ты совсем не слабая. Мы оба это знаем. — Он потянулся ко мне, и я отстранилась. Он отступил, затем со вздохом провел рукой по волосам. — Я не жалею об этом. Если бы я сказал тебе, это бы не сработало.

— Ты этого не знаешь наверняка, — огрызнулась я. — Твое исследование касалось чистокровной богини и чистокровного фейри. Я не твоя мать.

— Если бы я думал, что есть другой способ, я бы сделал это, — сказал он.

— Я больше не буду говорить с тобой об этом. — Мои пальцы сжались на перилах. — Если тебе не нужно что-то обсудить, связанное со спасением Атоса, я бы предпочла, чтобы мы некоторое время не разговаривали.

Он кивнул. — Если это то, чего ты хочешь.

У меня сжалось в груди. Это было то, чего я хотела, не так ли? Тогда почему мне захотелось запустить пальцы в его волосы и утешить его, когда он смотрел на меня с таким убитым горем выражением?

Я стояла на своем, пока он уходил, и, наконец, сделала полный вдох, когда он скрылся из виду. Было невозможно объяснить ту пустоту, которую я чувствовала внутри. Часть из них, где была моя магия; остальное было из-за пропажи Райвина.

Отвернувшись от воды, я заметила Ванта, наблюдавшего за мной со своего насеста на груде ящиков. Когда мы впервые поднялись на борт, то исследовали ящики и обнаружили, что они полны оружия. Дион, возможно, и не мог официально помочь нам, но я знала, что мы все будем у него в долгу, когда это будет сделано.

Вант вздернул подбородок, затем приглашающе кивнул в сторону ящика слева от себя. Я молча подошла, чтобы присоединиться к нему, и села на ящик, в котором, как я знала, лежало несколько дюжин хорошо обработанных кинжалов, которые были лучше всего, что мы делали сами на Атосе.

Было что-то комфортное в том, чтобы сидеть рядом с перевертышем. Мы долго сидели, уставившись в темноту, единственными звуками которой были случайные кривляния притихшей команды или плеск волн о борт корабля, пока мы срезали путь к моему дому.

— Ты думаешь, мы приедем слишком поздно? — Я наконец нарушила молчание, но не повернулась, чтобы посмотреть на своего друга.

— Королю понадобится некоторое время, чтобы собрать своих сторонников, прежде чем он нападет, — ответил Вант.

— А как же Никс? — спросила я. Я не могла сказать этого раньше, но после данных ею обещаний я забеспокоилась, что мы прибудем и обнаружим, что мое королевство уничтожено богиней.

— Райвин, кажется, думает, что ее план состоит в том, чтобы помешать солнцу, чтобы люди страдали.

Я посмотрела на небо, гадая, как долго мы пробудем под темным пологом ночи. Недостаток солнца уничтожил бы весь наш урожай, а это означало, что погиб бы весь домашний скот. Ни водорослей, ни рыбы. Даже море не избежало бы этого наказания.

— Ей всегда нравились драматические наказания, — проворчал Вант.

— Она всегда была такой… кровожадной? Я слышала истории, но действительно ли она была ответственна за такой большой ущерб, если так долго была заперта без своих способностей?

— Она может быть такой. Как и все они. — Он покачал головой. — Вот почему я терплю Райвина. Он мог бы пойти другим путем со своей родословной.

— Но ты только терпишь его. И я знаю, что он сражался за своего отца. Но вы оба ненавидели Лэру за ее участие в восстании. — Я вздохнула. Между ними было так много общего. — Я знаю, что не мое дело спрашивать, но я хотела бы понять.

Челюсть Ванта напряглась, и его взгляд вернулся к морю. Я глубоко вздохнула и уставилась на свои стиснутые руки, лежащие на коленях. Я знала, что лучше не подталкивать кого-то говорить о вещах, которые могут быть слишком болезненными для обсуждения.

— Долгое время он был оружием своего отца, — сказал Вант.

Я оглянулась и увидела, что Вант все еще смотрит на воду.

— Мой отец был лидером одной из последних независимых стай. Он сыграл важную роль в сплочении остальных для восстания против короля. — Выражение лица Ванта было таким далеким. Как будто он видел, как перед ним разыгрывается его прошлое.

Я ждала, боясь пошевелиться, боясь дышать. Я не хотела напугать его или помешать продолжить.

— Я был молод. Нападение на замок было моим первым сражением. Мы знали, какой силой обладают фейри, но ничто не могло подготовить нас к тому, на что способен юный принц. Никто раньше не видел разрушений на таком уровне. С тех пор мы этого не видели. Я не уверен, как я выжил. Большинству это не удалось. Должно быть, я просто был вне досягаемости. Или боги решили, что мне нужно увидеть, как мой отец истекает кровью у меня на глазах. Я не уверен, почему меня выбрали продолжать.

Я потянулась и положила свою руку на его. Он сомкнул свои пальцы вокруг моих. — Мне так жаль. Мне не следовало спрашивать.

Он посмотрел на меня. — Это было очень давно.

— Райвин убил твоего отца. — Я выдохнула. Неудивительно, что он боролся со своим положением.

— Он также появился в нашем доме на следующий день и нанял меня в свою личную охрану. — Челюсть Ванта дернулась. — Я был в списке казненных. Он пощадил меня.

— Почему? — Вопрос прозвучал прежде, чем я успела подумать.

— Я никогда не спрашивал.

— Тебе нужно простить себя, — внезапно сказала я.

Он нахмурил брови.

— Возможно, я перегибаю палку, но ты согласился работать на своего врага, на убийцу своего отца. Ты был молод. Ты хотел жить. Ты сделал правильный выбор, — сказала я.

— Правда? — спросил он.

Я кивнула. — Да. Потому что ты сейчас здесь. И я не могу представить, что тебя не будет рядом.

— Я стоял там и смотрел, как казнили тех, кто не хотел служить королю. — Он отвернулся от меня, все его тело напряглось. Я крепче сжала его руку и сидела с ним в тишине, пока его плечи не расслабились.

— Мы все совершаем поступки, которыми не гордимся. У меня был свой список, который, казалось, рос день ото дня. — Но это то, что мы делаем по мере продвижения вперед.

Он хмыкнул, и у меня возникло ощущение, что он закончил с этой темой, поэтому я сменила ее, вернувшись к настоящему. — Ты думаешь, солнце вернется?

— Когда это произойдет, нам нужно быть готовыми. Никс наращивает свою силу во тьме. Когда свет вернется, я думаю, она тоже это сделает, — сказал он.

— Что ж, похоже, я не так сильно спешу увидеть дневной свет, как думала, — признала я.

Вант повернулся так, что его колени оказались лицом ко мне, и отпустил мою руку. К нему вернулась его обычная сосредоточенность, тот взгляд, который появлялся у него, когда он оценивал все вокруг. — Ты должен знать, что король сказал Райвину, что если он положит конец восстанию оборотней, то освободит Никс и вернет ей силы.

Я моргнула, воспринимая новую информацию.

— Без разрушений, которыми владеет твоя пара, у нас мог бы быть шанс свергнуть короля прежде, чем он поймет, как использовать украденную магию. Он знал это, мы знали это. Мы были так близки. Райвин сохранил своего отца у власти, а затем внезапно узнал правду о нем. Даже когда его отец не выполнил своего обещания и не освободил Никс, было уже слишком поздно.

— Райвин был оружием его отца. На его руках было так много крови, что ему больше некуда было идти. Его презирали даже больше, чем короля.

Мне показалось, что у меня сдавило грудь. Так много предательства, так много потерь.

Вант встал. — Мы будем в Атосе через пару часов. Тебе следует попытаться отдохнуть.

Я кивнула, хотя и не собиралась спать. Мое тело все еще болело, и все вокруг по-прежнему казалось таким слабым, но я боялась закрыть глаза.

Внезапно корабль накренился, и меня выбросило из ящика, я приземлилась на бок только для того, чтобы меня быстро отбросило на противоположную сторону, когда корабль качнуло. Ветер бросал волосы мне в лицо, море ревело. Небо, казалось, разверзлось, внезапно хлынул дождь, промочив нас за считанные секунды.

Команда перекрикивалась друг с другом, переходя на новые позиции, иногда скользя по скользкой палубе. Я схватилась за ящик, радуясь, что его привязали, и поднялась, но только для того, чтобы снова быть сбитой с ног, когда корабль сильно качнуло.

Гроза налетела из ниоткуда. Без солнца было невозможно разглядеть сгущающиеся грозовые тучи, но, несмотря на это, мы смотрели на звездное небо. Неужели все так быстро изменилось? У меня по рукам побежали мурашки, но не от холода. Я видела, как над океаном бушевало так много штормов. Я знала, что погода над водой может быстро измениться, но это казалось неестественным.

Моя туника и брюки прилипли к телу, волосы прилипли к лицу. Я отодвинула его в сторону и вгляделась в натиск, пытаясь понять, где я могла бы оказать наибольшую помощь. Наверное, было бы лучше, если бы я не путалась под ногами. Я понятия не имела, что я делаю на корабле. Проливной дождь обжигал мою кожу, как лед, и мои зубы начали стучать. Мне нужно было спуститься на палубу. Я была здесь обузой.

Я снова осторожно встала, на этот раз лучше собравшись с силами. Я медленно повернулась к двери, ведущей вниз, и оказалась лицом к лицу с шестью фигурами, одетыми с головы до ног в черное.

Мои глаза расширились, и один из них бросился вперед, схватив меня прежде, чем я успела убежать.

Я вцепилась в руку, сжимавшую мое горло, впиваясь пальцами в промокшую черную ткань моего похитителя. Они даже не дрогнули. Извиваясь и вырываясь, я делала все возможное, чтобы вырваться, но хватка была слишком крепкой, чтобы я могла вырваться.

— Отпусти ее! — Крикнул Райвин, перекрывая вой ветра.

Рука крепче сжала мою шею, и я сделала неглубокие вдохи, которые давались мне все труднее.

Краем глаза я увидела, как другие фигуры пришли в движение, окружая Райвина. Где Вант? Где Лэра? Принц был полностью окружен, хотя я видела, как он уничтожал больше врагов, чем эти, даже не прикасаясь к ним.

— Награда предназначена только для тебя. Мне не нужна девушка, — крикнул мой похититель грубым, рычащим мужским голосом, который звучал скорее по-звериному, чем по-человечески.

Я подавила желание вздрогнуть, сильнее вонзив ногти в руку, надеясь причинить боль. — Отпусти меня.

— Она такая храбрая, — продолжил он. — Я понимаю, почему тебе нравится держать ее рядом.

— Последнее предупреждение. — Тон Райвина был убийственным.

— Вот в чем проблема. Мы заработаем больше денег, если доставим тебя живым, и нам пригодится золото. — Он вытянул нож перед собой, показывая лезвие Райвину, прежде чем приставить его к моему горлу.

Я втянула воздух, затем поморщилась, когда острие лезвия впилось в мою кожу.

— Если ты убьешь меня, он только сделает твою смерть более мучительной, — прошипела я.

Мой похититель зарычал, затем усилил хватку. — Больше никаких разговоров, или я прикончу тебя ради забавы.

Райвин двигался быстро, атакуя ближайшую к нему фигуру с плавной точностью, которую я привыкла ожидать. Дождь продолжал лить, затрудняя обзор и делая палубу скользкой. Ривен, казалось, использовал это в своих интересах, двигаясь еще быстрее, скользя по доскам, когда атаковал окружавших его убийц.

Я попыталась высвободиться, но с каждым движением лезвие ножа все сильнее прижималось к моей коже. Я неохотно замерла, наблюдая, как Райвин сражается.

Державший меня убийца приблизил губы к моему уху и прошептал: — Я понимаю, почему король предпочитает оставить его в живых. Я должен был уже убить тебя, но мне любопытно знать, вернется ли твоя сила после его смерти.

Я не ответила, но сохраняла напряженную позу, отметив, что пока мой похититель наблюдал за дракой перед нами, нож расслабился настолько, что больше не касался моего горла. Я сморгнула капли воды, прилипшие к моим ресницам, пытаясь прояснить зрение, но в этом потопе это было невозможно. Мне просто нужна была передышка, мне нужно было отвлечься.

Внезапно рука моего похитителя обмякла, оторвавшись от моего горла, нож со звоном упал на землю за секунду до того, как его тело упало на палубу. Я быстро обернулась и увидела, что Лэра ухмыляется мне. Она пожала плечами, как будто в этом не было ничего особенного, затем побежала, чтобы присоединиться к своему брату, расправляющемуся с другими нашими врагами.

Я откинула волосы с лица, затем наклонилась, чтобы схватить нож упавшего мужчины. Прежде чем я успел решить, с чего начать драку, другая пара рук схватила меня.

— Отпусти меня! — Я набросилась на него, пиная и размахивая руками.

— Успокойся! — крикнул Вант. — Это всего лишь я.

Я извивалась в его хватке. — Отпусти меня, Вант.

— Чтобы тебя там убили? Я так не думаю.

— Я все еще умею драться, — запротестовала я.

— Пока ты мне это не докажешь, я не хочу рисковать, — отрезал он.

Внезапно Райвин упал навзничь, а двое убийц получили несколько ударов ногами, прежде чем Лэра и один из матросов схватили их.

— Райвин! — Я закричала, когда ужас охватил меня. Он не двигался. Он все еще лежал. — Отпусти меня, Райвину нужна наша помощь!

Вант поднял меня с земли, как ребенка.

— Пожалуйста, мы должны помочь ему! — Я попыталась высвободиться, но Вант крепко держал меня. Райвин все еще был на палубе, в то время как Лэра и матросы напали на остальных.

Оборотень нес меня, пока я продолжала кричать, но я не уверена, что он вообще слышал меня из-за рева ветра и стука дождевых капель по палубе. Как Райвин мог быть повержен? Я видела, как он справлялся с гораздо большими силами и уходил без единой царапины. Теперь ему даже помогала моя магия. Он должен быть самым устрашающим из всех присутствующих.

Вант толкнул меня в поджидающие объятия незнакомого мне моряка. — Не отпускай ее.

Я начала сопротивляться, как только Вант отошел, повернувшись лицом к незнакомцу. — Ты освободишь меня.

— Я так не думаю. Ты не можешь вырвать мои руки из суставов, — сказал он.

Моя челюсть сжалась. Раньше у меня была сила, которая могла управлять такого рода страхом. Я пробовала ее совсем недолго, прежде чем ее лишили. Я боролась с хваткой незнакомца.

— Ты можешь попытаться, но если ты убежишь, он убьет меня, — сказал моряк.

Я остановилась. Он был прав, и я не хотела, чтобы это было на моей совести.

Вант прибыл на бой с мечом в руке. Сквозь шум я могла разглядеть его быстрые движения, когда он сражался с одним из двух оставшихся бойцов. Лэра сражалась с другим, и еще четверо валялись на палубе, где все еще лежал Райвин.

Я перестала следить за боем, мои глаза остановились на поверженном принце. Отсюда я не могла сказать, дышит ли он. Все мое тело напряглось, горло сжалось. С ним должно было быть все в порядке. Он должен был быть жив. Я могла быть зла на него, но я не могла потерять его. Я бы не потеряла его.

— Пожалуйста, — я попыталась сменить тактику, — позволь мне пойти к нему. Он ранен. Вант и Лэра держат ситуацию под контролем. Я буду в безопасности.

— Прекрати болтать. Мужчина усилил хватку, и я боролась с желанием расплакаться от растущего разочарования. Я никогда в жизни не чувствовала себя такой беспомощной. Я даже не могла высвободиться из захвата матроса. Сколько моей силы было получено от магии, которой я владела?

Внезапно его хватка ослабла, и я оторвала взгляд от Райвина, заметив, что на ногах остались только Лэра и Вант. Я не стала ждать, прежде чем броситься бежать.

Упав на колени рядом с Райвином, я потянулась к его шее, прижимая к ней пальцы. Чувствовался слабый пульс, но его было трудно нащупать.

— Мы должны оттащить его вниз, — перекрикивая ветер, прокричала Лэра.

Вант теперь был рядом со мной. Он подхватил принца на руки, как ребенка, и понес его, направляясь к люку, ведущему в брюхо корабля. Я последовала за ним, бросив единственный взгляд назад, на остатки боя. Команда оттаскивала тела к борту корабля, бросая их во вспенивающееся море.

Это казалось невозможным. Как Райвин, при всей его силе, мог быть ранен? Поскольку он должен был просто получить травму, все остальное было совершенно неприемлемо.

Я также просто знала, что если бы он был мертв, я бы знала. Я бы смогла это почувствовать, не так ли? Мне казалось, что для меня было бы невозможно существовать в мире, где не было Райвина. Он должен был быть жив. Другого выбора не было.

Я даже не была уверена, как мне удалось спуститься по трапу, но обнаружила, что стою на нижней палубе на коленях рядом с Вантом. Райвин лежал на спине, не двигаясь.

Интерьер корабля был едва освещен, и было трудно разглядеть черты его лица, но мне не нужен был свет, чтобы узнать каждый изгиб его лица. Это был мой Райвин.

Я все еще не могла доверять ему и не была уверена, что когда-нибудь прощу его за то, что он сделал, но прямо сейчас все это не имело значения. Я убрала его мокрые волосы с глаз и провела рукой от его лба вниз по щекам. Ему было так холодно.

— Он дышит? — Спросила Лэра, присоединившись к нам.

— Да, но он борется, — ответила я.

— Он неважно выглядит, Лэра, — добавил Вант.

Я осмотрела его, сдвинув насквозь промокшую тунику, пытаясь найти какие-либо признаки ранения. Помимо сероватого оттенка его кожи, закрытых глаз и затрудненного дыхания, я не смогла найти ничего плохого.

Я начала снимать с него брюки и тунику, проверяя, нет ли раны, которая нуждалась в заживлении. Должно быть, я что-то упустила.

Рука Ванта коснулась моей, останавливая мое продвижение. — Он был отравлен. Это единственное, что могло его остановить.

— В этом нет никакого смысла. Какой яд мог убить такого, как он? — Я думала, у фейри иммунитет, а он был полубогом, что добавляло ему сил.

Вант поднял маленький дротик. — Это было у него в шее, когда я нес его вниз.

— Что это? — Я уставилась на крошечный предмет. Как что-то такое маленькое могло причинить столько вреда?

— Я не знала, что они все еще существуют. — Лэра взяла дротик у Ванта. — У кого есть ресурсы для этого?

— Я не уверен, — сказал Вант.

— Ты хочешь сказать, что есть яд, который может уничтожить фейри и богов? — Спросила я.

— Это большая редкость, — сказала Лэра. — Я думала, все, кто знал, как это делается, мертвы.

— Кто-то, должно быть, сохранил немного, — предположил Вант.

— Или кто-то узнал, как это делается, и был готов рискнуть, попытавшись создать его, — сказала Лэра, и ее голос звучал более обеспокоенно, чем я когда-либо слышала. — Я даже не знала, что в нашем королевстве осталась амброзия или железо фейри, чтобы его приготовить.

— Должно быть, это осталось со времен войн фейри. А это значит, что кто-то может нам помочь, — сказал Вант.

— Что нам делать? — Спросила я, мои слова прозвучали слишком отчаянно.

— Нам нужно противоядие, или он умрет, — ответил Вант.

— Где мы его возьмем? И сколько у нас времени? — Я знала, что нам нужно сменить направление. Направить корабль туда, где нам нужно было быть, чтобы найти это противоядие.

— Нам нужен бог. Кто-то, кто сочувствовал бы нашему делу, но они никогда не приветствовали его в своих рядах, я не могу представить, что они пошли бы на какие-либо неприятности, чтобы сохранить ему жизнь. — Сжатый подбородок и руки, скрещенные на груди, были единственным признаком того, насколько она была расстроена и сердита. Это был первый раз, когда у меня возникло ощущение, что Лэра действительно заботилась о своем брате, даже несмотря на то, что они долгое время были в ссоре.

Я сжала рукой амулет, висящий у меня на ключице, затем провела пальцами по прохладному металлу. — А что с моей матерью? Мы сможем добраться до нее вовремя? — Я никогда не встречалась с богиней, но она оставила меня, чтобы я могла жить. Там должна была быть какая-то привязанность или, по крайней мере, желание увидеть, как я не умру. И прямо сейчас, когда Райвин с трудом переводил дыхание передо мной, я чувствовала, что умираю.

— Мы не можем гарантировать, что доберемся туда живыми. И я не уверена, что эта команда согласится доставить нас туда, — сказала Лэра.

— Ну так скажи им, что если они этого не сделают, мы прикажем превратить их всех обратно в дельфинов. Это было предположение, но, учитывая тот факт, что остров Диона был полностью населен женщинами, а готовая команда появилась за несколько мгновений до того, как нам нужно было отплывать, я предположила, откуда они взялись.

— Напомни мне не переходить тебе дорогу, когда ты злишься. — Лэра повернулась и полезла вверх по лестнице.

Я взглянула на Вант. — Ты думаешь, она действительно поможет нам?

— Я думаю, стоит попробовать, — сказал он.

— Ты думаешь, у него получится? — Тихо спросила я.

— Я не уверен. Но если у кого-то и есть шанс выжить, так это у него. Рискуя затронуть щекотливую тему, тот факт, что он полон дополнительной магии, может просто помочь. Предполагается, что яд разъедает магию владельца, уничтожая ее по крупицам, пока ничего не останется, а затем он проникает в оставшееся смертное тело. Той дополнительной магии, которой он владеет, может быть достаточно, чтобы спасти ему жизнь.

Мое дыхание было прерывистым, и впервые с тех пор, как я проснулась и узнала, что Райвин сделал со мной, я обнаружила, что благодарна ему за обман. В конце концов, я придумаю, как справиться с последствиями. Но мне нужно было, чтобы он выжил, чтобы могло быть «потом».

Люк открылся, и Лэра выглянула вниз. — Ара, ты и твое ожерелье нужны мне здесь, наверху. Если мы столкнемся с кем-нибудь из созданий твоей матери, нам понадобится любая дополнительная защита, которую мы сможем получить.

— Уже иду, — крикнула я.

Она исчезла за люком, но оставила его открытым.

— Продолжай. Я понял, — сказал Вант.

Я нежно поцеловала Райвина в лоб, затем наклонилась к его уху. — Не смей умирать у меня на руках. Я еще не перестала злиться на тебя.

— Ты позовешь меня, если что-нибудь изменится? — Спросила я.

Вант кивнул. — Я останусь здесь, пока ты не спустишься.

Конечно, нужно было разобраться еще с чем-то. Потому что того, через что мы прошли за последние несколько дней, было недостаточно. Итак, боги добавили превращение Софии и жизнь моей матери к своему списку способов, которыми они проверяли меня. Или наказывали меня. И теперь солнце зашло. Возможно, сами боги были в состоянии войны. Или, может быть, кто-то убил их всех. В этот момент я подбадривала того, кто мог их уничтожить.

— Нам следует подготовить солдат к атаке? — Спросил Аргус.

— Какие солдаты? — спросила я. Наши силы были настолько истощены, что мы нуждались в подкреплении со стены и союзе с драконами, чтобы иметь хоть какую-то надежду хотя бы просто защитить себя.

— Что случилось с солнцем? — Спросила София тихим и спокойным голосом. Паника, которая была у нее раньше, исчезла.

Один кризис за раз. Вот как я собиралась пройти через это.

— Аргус, проследи, чтобы Софию привели в порядок и о ней позаботились. Возьми только тех охранников, которым ты доверяешь свою жизнь. Никому об этом не говорить. Понимаешь?

Охранник кивнул. — У меня все под контролем.

— Я должен пойти в храм, попросить богов о руководстве, — сказал Иштван.

— Не нужно, старик, — раздался грубый голос. — Я знаю, что происходит.

Я обернулась и увидела Короля-Дракона, входящего в комнату. Мои челюсти сжались. Вот тебе и стража, не пускающая людей. — Кто-нибудь там делает свою работу?

— Я позабочусь об этом, — сказал Аргус, словно прочитав мое раздражение. — Принцесса, пойдем со мной. — Он протянул руку к Софии.

— Иди, Соф, — сказала я.

— Это было в первый раз? — Спросил Король-дракон, осматривая разгромленную комнату. Он даже не вздрогнул. Не казался удивленным или обеспокоенным этим.

— Это был несчастный случай, — подсказала София.

— Первый раз всегда хуже всего, — сказал Король-Дракон. — Она проголодается, прежде чем нападет в следующий раз. При поддержке она сможет сдержать это.

Я нахмурилась, Аргус остановился, и мы все повернулись к королю. — Откуда ты это знаешь?

— В Дракусе время от времени появляются полувампиры. Конечно, существуют меры предосторожности, но иногда это все равно заканчивается трагически.

— И что же тогда будет дальше? — Спросила я.

— Ты не знаешь? — Он оглядел комнату, затем покачал головой. — Ваш отец сам обратился, а потом так и не удосужился выяснить, как это может отразиться на его детях?

— Мне не нужно твое суждение прямо сейчас, — отрезала я. — Я не мой отец, но я королева этого королевства.

— Я отведу ее в ее комнату, — сказал Аргус, уводя мою чертову сестру прочь.

Я оглядела комнату. — Никто не войдет сюда, пока я во всем не разберусь, понятно?

— Слишком много крови, чтобы ее отмыть, — прокомментировал Король-Дракон.

— Бесполезно, — сказала я. — Теперь скажи мне, что ты имел в виду. Что ты знаешь о солнце?

— Я могу это объяснить, — сказал Иштван.

— Еще секреты, Иштван? Вспыхнул гнев. — Я думала, это в прошлом.

— Все ваше королевство было построено на секретах, ваше высочество, — сказал Король-дракон.

Иштван сжал губы в тонкую линию. Я могла сказать, что он хотел что-то сказать, но, казалось, он обдумывал свои слова, что нечасто с ним случалось.

— Выкладывай, — потребовала я.

— Нам нужно пойти куда-нибудь еще, — ответил он, переводя взгляд туда, где лежала моя мать.

Мой желудок сжался, и внезапно я почувствовала запах крови, и волна горя прокатилась по мне, угрожая опрокинуть меня. Это было так, словно стена, которую я пыталась возвести, чтобы преодолеть этот кризис, рухнула, и я была всего лишь сиротой, которая теряла всех, кого любила, одного за другим.

Сдавленный всхлип сорвался с моих губ, и я сморгнула навернувшиеся на глаза слезы. Я быстро вытерла их и заставила себя вздохнуть и поднять подбородок. Я бы справилась с этим срывом наедине. Не здесь. Не сейчас. И уж точно не перед Иштваном.

Я направилась к дверям, зная, что остальные последуют за мной. Остановившись на пороге, я увидела охранника, который выглядел наименее зеленым. — Проследи, чтобы мою мать подготовили к королевским похоронам.

Стражник поклонился. — Конечно, ваше высочество.

— Позаботьтесь об остальных. Они также получат услуги с высочайшими почестями, — добавила я.

— Ваше высочество, боги повелевают… — Начал Иштван.

Я бросила на него сердитый взгляд. — Они будут польщены.

Он опустил голову. — Как пожелаешь, моя королева.

В коридорах горели факелы, и у немногих слуг, которых я увидела, были испуганные лица. Большинство из них несли свертки под мышками и избегали смотреть на меня. Они бежали из дворца, и я не могла их винить. Если они хотели уйти, у них было мое благословение. Вполне возможно, что мы были в конце, и если они хотели быть со своими семьями, я понимала.

Как только мы свернули в пустой зал, я повернулась к Королю-дракону. — Объясни.

— Это Никс, — ответил он.

— Богиня? — Мои брови нахмурились.

— Она была в тюрьме при вашем королевстве, и я предполагаю, что она оттуда вышла.

Я посмотрела на Иштвана, ожидая, что священник опровергнет заявление короля. Он кивнул. — Это и мое предположение.

— Под нашим городом была богиня, и никто мне не сказал? — Это было последнее, что я ожидала услышать. — Что еще ты от меня скрываешь?

— Возможно, тебе захочется заниматься чем-то одним за раз, — предложил Король-Дракон.

— Созови совет. Я скоро встречусь с ними в кабинете. — Я пронеслась по коридору к своим комнатам. Я дала себе немного времени, чтобы поплакать в подушку и умыться, чтобы скрыть слезы, а потом у меня была работа. Если мы продержимся достаточно долго, я смогу оплакать ее, как только мое королевство будет в безопасности.

Я практически чувствовала опасность, таящуюся вокруг нас. Без солнечного света сверкающая голубая красота океана сменилась бесконечной черной гладью. Лунный свет, мерцавший на единственном клочке волнующейся воды, дразнил нас, когда мы приближались к тому месту, где жила моя мать.

Было странно прокладывать курс на встречу с женщиной, которая оставила меня расти с отцом-человеком, так что у меня никогда не возникало ни малейшего представления о том, что я другая. Часть меня злилась на нее за то, что она оставила меня одну на все эти годы, но, честно говоря, я никогда не чувствовала себя одинокой, когда со мной были мои сестры. Все время была не в своей тарелке. В одиночку — никогда.

Стая дельфинов проплыла рядом с нашим кораблем, и я посмотрела на существ, на их гладкой коже отражался слабый лунный свет. Я задавалась вопросом, всегда ли это были дельфины или они были чем-то вроде творений Диона? Дельфины внезапно исчезли, и что-то еще сопровождало наш корабль. Массивное существо не отставало от нас, время от времени рассекая воду так, что его чешуя отливала знакомым опалесцирующим блеском. Я ждала, что придет страх, но его не было. Каким-то образом я знала, что монстр не причинит нам вреда. Был ли это тот же морской змей, с которым я сталкивалась в прошлом, или это было что-то другое?

— Мы полностью окружены. Монстры со всех сторон, — крикнул моряк. — Мы должны повернуть назад. Я не думаю, что богиня хочет, чтобы мы были здесь.

— Мы продолжаем. У нас на борту двое, которые носят средства защиты, необходимые для безопасного прохождения через эти воды, — ответила Лэра.

Мои пальцы коснулись амулета в виде змеи, висевшего у меня на шее, и я понадеялась, что этого будет достаточно, чтобы мы благополучно добрались до острова. Просто потому, что я чувствовала себя в безопасности, это не означало, что мы были в безопасности.

Я оглянулась на воду и больше не могла видеть чудовище, но знала, что оно все еще там. Я чувствовала это.

Вытянув пальцы, я потянулась к воде, пытаясь воззвать к силе, которую, как я знала, не найду. Когда ничего не произошло, я тяжело сглотнула и втянула руку обратно, сжав пальцы в кулак. Это было нервирующее чувство. Как будто чего-то не хватало. Как будто это было просто вне досягаемости. Я не была уверена, был ли проблеск знакомости, который я почувствовала, затянувшейся нитью моей магии, или это был фантом; воспоминание о том, что у меня когда-то было.

Дважды я искала Ванта, чтобы проверить Райвина. Он все еще дышал, но это была единственная информация, которую сообщил оборотень. Я знала, что это означало, что дела идут все хуже. Единственная причина, по которой я оставалась на палубе, заключалась в том, что Лэра была уверена, что я помогала нашему переходу. Если на нас нападут до того, как мы доберемся до острова, Райвину не на что будет надеяться. Итак, я ждала. Наблюдая за темной водой, слушая, как команда спорит о том, какими глупцами мы были, попытавшись это сделать, и жалея, что не могу молить богов о жизни Райвина. Я знала, что лучше не пытаться заговорить с кем-либо из них.

Крошечные искорки усеивали линию деревьев, освещая тропинку через лес. Они двигались и жужжали, порхая вокруг и заставляя все вокруг чувствовать себя зачарованными. Это было бы прекрасное место для прогулок и наслаждения, если бы нимфы перед нами не представляли угрозы.

Тропинку было трудно разглядеть, она была заросшей и дикой. Я даже не была уверена, что это вообще тропинка. Пока мы шли, я продолжала оглядываться на Ванта, чтобы убедиться, что он не отстает. Он начал проявлять признаки борьбы со своей ношей. Я видела, как пот блестит у него на лбу, слышала участившееся дыхание. Как долго он сможет нести Райвина? Я хотела бы помочь, но знала, что лучше не предлагать. Я бы не смогла выдержать его вес.

— Сколько еще? — Тихо спросила я.

— Мы почти на месте, — ответила нимфа передо мной.

Пройдя еще несколько шагов, они остановились, затем все Нимфы отступили под деревья, исчезнув из виду.

— Что за черт? — Лэра выставила оружие перед собой. — Я знала, что это плохая идея.

Мое сердце бешено заколотилось, и я медленно закружилась по кругу, осматривая окружающую обстановку. К счастью, огни продолжали гореть, освещая деревья вокруг нас, но мы все еще были окружены растениями. Пляжа больше не было видно, и выхода не было видно. Нет четкого указания пути.

— Они обманули нас, — прорычал Вант. — Ты не можешь доверять нимфам.

Мне стало слишком жарко и слишком холодно одновременно. В голове пронеслись все наихудшие сценарии, прокручивающиеся с быстротой молнии.

— Мы должны повернуть назад. Попробуем найти дорогу к кораблю, — предложила Лэра.

Ее слова тяжелым грузом висели на мне, все глубже погружая в отчаяние. Мы не могли проделать весь этот путь просто так.

— Нет. — Я сосредоточилась на увядающем теле Райвина. Его дыхание было таким поверхностным, что я больше не могла видеть, как поднимается и опускается его грудь.

Шагнув вперед, я продолжила путь в том направлении, куда нас вели Нимфы.

— Куда ты идешь? — спросила она. — Ты хочешь, чтобы тебя убили.

Не обращая на нее внимания, я раздвинула подлесок и продолжила идти. — Чето! Где ты? Покажись, трусиха!

Все, что я держала в себе, вырвалось наружу. Все мое разочарование, весь мой страх, весь мой гнев, все мое разочарование и ревность. Все то, что я чувствовала, будучи ребенком, который никогда полностью не вписывался в общество.

Тяжелый груз жизней моих сестер на моих плечах, ответственность за заботу о них, в то время как обо мне никто не заботился. Безмолвный траур по потере моей матери, страх, что она умерла из-за меня, покинутость, которую я почувствовала снова и снова, когда узнала что она не умерла.

— Где ты, мама? — Закричала я, горячие слезы защипали мне глаза.

— Ара, повернись, — прошипел Вант.

— Ты прячешься? Ты просто бросаешь меня, а потом убегаешь? — Я уже даже не была уверена, что говорю, но продолжала кричать. Продолжала взывать к богине, которая произвела меня на свет. Матери, которая бросила меня.

От порыва ветра затряслись все деревья, и мерцающие огни погасли. Лэра схватила меня за руку и потянула. — Ара, нам нужно идти.

Я отстранилась от нее и продолжила идти в темноте, спотыкаясь о ветки и лианы, поднимаясь после падения, только для того, чтобы упасть снова.

— Ты вообще здесь? Ты довольна собой? Довольна тем, что стало со мной? Счастлива, что твоя сила ушла из моих вен, и тебе больше не нужно предъявлять на меня права? — Я ускорила шаг, вслепую врезаясь в деревья. Я была потеряна, ошеломлена, напугана, зла и убита горем. Все чувства смешались в безумный коктейль, не давая возможности остановиться на одной эмоции.

Какое это имело значение? Что, если я разгневаю богиню? Я начала задаваться вопросом, что еще я могу потерять. Что еще мне вообще позволят сохранить. Я открыла Райвину свое сердце, а он предал меня. И все же он был моим. Я все еще хотела его. Я не хотела его терять.

Я вышла на поляну и остановилась, как только увидела открытое пространство, залитое лунным светом. Мой взгляд привлек непритязательный дом, перед которым горел огромный костер. Клубы дыма поднимались к звездам. Теплое свечение освещало пространство, отбрасывая извивающиеся тени на собравшихся существ. Некоторые выглядели почти как люди, возможно, больше как нимфы. У некоторых были рога или хвосты, другие больше походили на растения, чем на людей.

Каждый из них обернулся, их глаза наблюдали за мной с любопытством. Никто из них не покинул своего места у костра. На мгновение я застыла, гадая, не попала ли я не в то место.

Но я чувствовала это. Я знала, что Чето была здесь. Я знала, что моя мать была здесь. Точно так же, как я знала, что весь остров пропитан магией.

— Где она? — Спросила я, на этот раз более твердым голосом. — Где Чето?

— Ты проделала весь этот путь, чтобы наброситься на меня за то, что я тебя бросила? — Спросил утонченный, полный достоинства женский голос. С противоположной стороны костра появилась женщина, ее движения были грациозными и плавными, напоминающими движения водяной змеи в море.

— Мама? — Это был вопрос и утверждение. Признание и осуждение.

Мы смотрели друг на друга, казалось, часами, но я знала, что прошло всего несколько ударов сердца, прежде чем ее голова повернулась в сторону, рассматривая моих друзей, когда они приближались.

— Ему здесь не рады, — сказала она. — Никому из них здесь не рады.

— Они со мной. И нам нужна твоя помощь, — призналась я.

На ее губах появилась кошачья улыбка. — Ты пришла сюда со своим гневом, ища моей помощи?

— Да, — согласилась я.

— Я вижу, ему это удалось. Твоя магия исчезла, — заметила она.

Я кивнула, не утруждая себя тем, чтобы позволить себе зацикливаться на том факте, что она знала, что он собирался сделать, и что она ничего не сделала, чтобы остановить это. Во всяком случае, это означало, что она была замешана в предательстве. Это должно было ранить сильнее, чем было на самом деле, но ничто не причиняло большей боли, чем то, что меня всю жизнь заставляли верить, что она мертва.

— Он был отравлен, — сказала я. — Мне нужно знать, есть ли у вас противоядие.

Она нахмурилась и, казалось, обдумывала мои слова.

— Вы можете нам помочь? — Спросила я.

Вант шагнул вперед, остановившись рядом со мной, Райвин все еще был у него на руках. — У него почти не осталось времени.

— Я не уверена, насколько это меня волнует, — сказал Чето.

— Потому что, когда он умрёт, ее магия вернется, — сказала Лэра.

Я напряглась, повернув голову лицом к принцессе. Я даже не подумала об этом. Что-то глубоко внутри, темное, скользкое существо подняло голову, радуясь перспективе вернуть эту украденную часть меня. Почти так же быстро, как оно поднялось, я подавила его, прогоняя тоскливую тьму прочь. Я не восстановила бы свою магию после смерти Райвина. Другая часть меня, та, что была привязана к нему, кричала от боли, эта часть меня знала, что мы были так близки к тому, чтобы потерять его навсегда.

— Они придут за ней, если у нее есть магия, — добавил Вант.

Я ненавидела то, что мы использовали это. Я ненавидела то, что сделал Райвин. Я ненавидела то, что моя магия исчезла, но они были правы. Боги придут за мной. Здесь. На острове Чето.

— Ты можешь спасти его? — Спросила я.

— Я подозреваю, что это была окончательная смерть, — добавил Вант.

Брови Чето приподнялись. — Это редкий яд.

— Это единственное, что могло с ним такое сотворить, — сказал Вант.

— Пожалуйста, ты можешь что-нибудь сделать? — Спросила я, мой тон был едва ли не умоляющим.

Мы собрали аудиторию. Несколько женских фигур расположились веером вокруг богини, наблюдая с заинтересованными выражениямилиц. Их почти человеческие черты резко выделялись в пляшущих тенях костра, заставляя их надевать призрачные маски, которые напоминали мне, что ни один из них не был человеком. И что все они, вероятно, могли бы убить меня, не задумываясь дважды, даже если бы казались такими же нежными, как цветы, на которые они похожи.

— Брачные узы — это такое проклятие, — сказала она со вздохом. — Пойдем.

Мы последовали за ней к дому. Внешний вид был простым. Оштукатуренные стены с черепичной крышей. Именно такой дом я ожидала бы увидеть у живущего в нем торговца. Не богиню. Это было совсем не похоже на просторный мраморный дом Диона.

Интерьер рассказывал совсем другую историю. Внутри он оказался намного больше, чем я ожидала. Сверкающие полированные полы, изысканная мебель, прекрасные скульптуры… любая простота, обещанная внешностью, растаяла.

Мы прошли мимо красочной мраморной статуи трех женщин, танцующих вместе, их тела окружены цветами. Для того, кого считали богиней монстров, я была удивлена связью с природой. Помимо нимф, стены ее дома были покрыты фресками и мозаикой с цветами и растениями. Я подумала, не называла ли когда-то это место домом другая богиня.

— Положите его сюда, — приказала Чето, указывая на длинную кушетку из слоновой кости. Вант опустил недееспособного принца на подушки, затем отступил назад. Он встряхнул руками и потер плечи.

— Спасибо, что понес его, — сказала я.

Он кивнул и пошел прочь, все еще потирая плечи.

— Ты сможешь это сделать? — Спросила Лэра. — У тебя есть противоядие?

— Да, но я не уверена, что это сработает. — Она наклонилась и прижала пальцы к его шее. Она нахмурилась, затем посмотрела на меня. — Он почти ушел. Ты же понимаешь, что если пришло его время, ничто не сможет этого изменить.

— Его время еще не пришло, — сказала я. — Пока нет. Я еще не закончила с ним сражаться.

— Я могу это уважать, — Чето почти улыбнулся. — Но это недостаточная причина, чтобы использовать мой последний флакон противоядия.

— Пожалуйста, если есть шанс… — мой голос дрожал, страх потерять его вытеснил гнев, который я направляла всего несколько мгновений назад.

— Ты позволишь ему жить после того, что он натворил? — спросила она.

— Я не могу потерять его. Я знаю, что это не имеет смысла, но он нужен мне живым, — сказала я.

Она вздохнула, затем встала. — Я сейчас вернусь.

— Спасибо, — сказала я.

Кивнув, она повернулась и вышла из комнаты.

Мы с Лэрой оба уставились на мужчину на диване перед нами. Он никогда раньше не выглядел таким хрупким. — А что, если это не сработает? — спросила я. Казалось опасным даже произносить эти слова вслух, но я знала, что она, должно быть, думает о том же.

— Тогда нам придется придумать, как помешать богам убить тебя, — ответила Лэра.

— Я совершаю ошибку? — Спросила я.

— За что? За то, что не дала ему умереть? За попытку спасти его? За то, что все еще любишь его, несмотря на то, что он предал тебя? — Она посмотрела на меня, приподняв одну бровь, ожидая моего ответа.

Я пожала плечами. Все это. Ничего из этого.

Чето вернулась в комнату, ее длинные прозрачные серые пеплосы волочились по блестящему коричневому полу. Она выставила перед собой бутылку. — Эта бутылка стояла здесь дольше, чем он был жив, но это единственная доза, которая у меня есть.

— Я ценю, что ты делаешь это для него, — сказала я.

Она прищелкнула языком. — Я делаю это не ради него. Если бы это зависело от меня, я бы смотрела, как он испускает последний вздох. Он заслуживает этого за то, что сделал с тобой. И, честно говоря, я убивала людей и за гораздо меньшее.

— Я знаю.

— Я делаю это даже не потому, что ты любишь его. Ты поймешь, что брачные узы не означают, что ты привязана к нему. — Она опустилась на колени рядом с ним, держа бутылку у его лица. — Я делаю это, потому что, если твоя магия вернется, а ты не будешь готова, все, что я делала, чтобы сохранить тебе жизнь, будет напрасным.

— Так ты согласна с ним? Ты одобряешь то, что он сделал? — Спросила Лэра.

— Вовсе нет. Однажды я хотела бы увидеть, как она убьет его сама. Вернет то, что он украл. — Она посмотрела на меня. — Когда ты будешь готова встретиться лицом к лицу с богами, чтобы доказать, что достойна моей силы, конечно.

Я напряглась, мой разум обдумывал это в течение одного удара сердца. Требование моей магии заставило эту темную часть меня воспламениться. Но она быстро погасла. Я никогда не смогла бы сделать то, что она предлагала. — Почему я? — Я изменила это, зная, что у всех богов было множество незаконнорожденных детей. — Почему ты прятала меня от них?

— Потому что я влюбилась, — сказала она.

— Боги все время влюбляются в смертных, — заметила я.

Она влила содержимое бутылки в рот Райвину, затем встала. Понимающе ухмыльнувшись, она усмехнулась. — Это правда. Но в тот день, когда ты родилась, меня навестила Нона, и она сказала, что у тебя нет будущего. Нет пути. Она сказала мне, что ты слишком опасна, чтобы оставлять тебя в живых, поэтому я спрятала тебя, зная, что однажды тебе суждено будет бросить вызов богам. И когда настанет тот день, когда ты сможешь вернуть себе свою магию, я буду смеяться, глядя, как ты все это сожжешь.

Звук капающей воды эхом разнесся по пещере. Я протянула руку, чувствуя шероховатый камень под пальцами, отчаянно пытаясь найти выход. Где-то впереди был свет, и я осторожно пересекла неровную землю, мои ноги скользили по гальке, когда я шла. С каждым шагом свет, казалось, тускнел, становясь все дальше с каждым вдохом.

Я не была уверена, куда иду, но знала, что должна добраться до того света. Ускорив шаг, я двинулась быстрее, цепляясь пальцами за стену сбоку от себя для равновесия.

— Ара?

Голос был знакомым и одновременно новым. Я не была уверена, кто это, но знала, что это важно. — Кора? Это ты?

— Ара, быстрее!

Я двигалась быстрее, несколько раз чуть не упав, но каким-то образом умудряясь оставаться на ногах. — София?

— Пожалуйста, Ара, ты нужна мне.

Мое сердце бешено колотилось, и напряжение свернулось внутри меня, как змея, готовая напасть. Я должна была добраться до того, кто звал меня. Это был вопрос жизни и смерти. Я не знала, кто это был и где я была, но я знала это точно.

— Держись! — Крикнула я, ловя себя на том, что моя лодыжка подвернулась на шатком камне. Свет угасал. У меня было на исходе время.

Отпустив стену, я помчалась вперед, прилагая все силы, чтобы прорваться через пещеру. Я должна была добраться туда, пока не стало слишком поздно. Этот свет не мог померкнуть, я не могла его потерять.

Наконец, я вышла в сияние и заслонила глаза от света. — Ау? Я позвала, щурясь на свет. Я больше не была в пещере. Солнце тепло светило надо мной, и я откинула голову назад, закрыв глаза, чувствуя тепло на своем лице, наслаждаясь ощущением. Я чувствовала запах моря, слышала шелест ветра в кронах деревьев.

Весь страх и беспокойство, которые я чувствовала несколько секунд назад, растаяли. Я открыла глаза и огляделась, осматриваясь в своем новом окружении. Я стояла на поле красных маков, а впереди виднелось незнакомое строение. Четыре колонны обрамляли квадратную платформу, между ними была подвешена вздымающаяся синяя ткань, служившая крышей. В центре платформы стояли два великолепных белых дивана, на которых были разбросаны темно-синие подушки. Это было уютное место.

Я медленно направилась к нему, зная, что должна была пойти туда. Это было то место, куда меня позвали. Но где был человек, который звал меня? Разве не происходило чего-то опасного или отчаянного? Это было мирно, безмятежно, счастливо.

Диван был таким же мягким и манящим, каким казался, и я села, положив одну из подушек себе на колени и сжав ее. О чем я беспокоилась? Все было просто прекрасно.

— Ара?

Этот голос я знала. Я узнала бы его где угодно. В мгновение ока я вскочила на ноги, отбросив подушку. — Райвин. С тобой все в порядке.

Он нахмурился. — Конечно, я в порядке. — Он был одет по-другому. Его обычный черный цвет сменился нежно-голубой туникой, цвета Атоса. Из дома.

Он ступил на платформу, и у меня перехватило дыхание, когда я уставилась на него. Я и забыла, насколько он красив. Как его глаза затягивали меня в свои серебристые глубины, как я могла часами смотреть на его губы, как мне хотелось прикоснуться к каждому дюйму его тела, просто чтобы вспомнить, что он чувствовал.

Райвин остановился передо мной. — В последнее время у нас было недостаточно времени наедине.

Это казалось правдой, даже несмотря на странное ноющее ощущение, дергающее меня, почти предупреждающее. Его большие руки легли на мои бедра, и он придвинулся ближе, пока моя грудь не прижалась к нему.

Вспышка дискомфорта усилилась, и я сделала шаг назад, задаваясь вопросом, почему я изо всех сил пытаюсь установить с ним контакт. Как это могло быть? Было ли это из-за голоса ранее? Я огляделась по сторонам, наполовину ожидая обнаружить, что кто-нибудь наблюдает за нами.

— Все в порядке? — спросил он.

Я повернулась к нему, удивляясь, почему я чувствую такой конфликт. Райвин был всем, чего я хотела.

Он нежно погладил меня по руке, прикосновение успокаивало. — Может, нам пойти домой?

Домой. Я нахмурила брови. Домой. С Райвином. Разве это не то, чего я хотела? Разве это то, что у нас было? — Где находится дом?

Он провел большим пальцем по моей нижней губе. — Дом там, где мы с тобой вместе, ты это знаешь.

Я сделала это, не так ли? В этом был смысл. Он был дома. Когда я была с ним, я чувствовала, что принадлежу ему. Я закрыла глаза, подчиняясь его прикосновениям, когда его большой палец погладил мой подбородок, затем щеку. Его рука переместилась на мой затылок, пальцы запутались в моих волосах. Когда он нежно притянул меня ближе, я не сопротивлялась.

Как только его губы встретились с моими, мой разум опустел. Единственное, о чем я могла думать, были он и я.

Его руки были везде одновременно, прикасаясь, лаская, сжимая. Я застонала в ответ на его поцелуй, наслаждаясь ощущениями, танцующими на моей чувствительной коже. На вкус он был как мед, вино и соль, и мне нужно было его больше. Я с жаром ответила на его поцелуй, наши движения сливались в безумном тандеме. Мои руки скользнули по его широким плечам, и я сжала его крепче, мои пальцы впились в его спину.

Он застонал, и этот звук был подобен импульсу желания, от которого мои внутренности расплавились. Его рука переместилась к моему горлу, и он большим пальцем приподнял мой подбородок. Я захныкала, когда поцелуй был прерван, но прежде чем я успела пожаловаться, его зубы прикусили мою нижнюю губу достаточно сильно, чтобы причинить боль, прежде чем он втянул ее в рот. Одна рука лежала у меня на спине, другая была под моими пеплосами, лаская мою грудь. Он умело играл с моими сосками, прикасаясь и пощипывая, заставляя меня делать короткие вдохи, когда боль и удовольствие сочетались.

Когда его рот снова завладел моим, я обмякла, упав в его ждущие объятия. Он опустил меня на мягкие подушки. Они были там раньше? Мой разум был слишком затуманен. Это не имело значения. Единственное, что имело значение, это то, что он был здесь, со мной.

Я скользнула руками под его тунику и провела ладонями по его теплой коже, ощущая все твердые мышцы под пальцами. Он стянул ткань через голову и сбросил ее. Мои руки замерли, и я воспользовалась моментом, чтобы пожирать его глазами. Я и забыла, насколько невероятной была каждая частичка его тела. Его широкая грудь была упругой и волевой, переходящей в мускулистый живот и четко очерченный изгиб бедер. Я прикусила нижнюю губу, когда потянулась к поясу его брюк.

Он схватил меня за запястья, затем опустился на меня сверху, удерживая мои руки прижатыми над головой. Его губы прошлись поцелуями по моему подбородку и вниз по шее, прежде чем переместиться к ключице.

Теперь мои запястья были свободны, и пока он поднимал ткань моих пеплос, стягивая их вокруг талии, я занялась его брюками, приспуская их большими пальцами.

Он прикусил мою шею, затем завел руку мне за спину, чтобы поднять меня. Мое платье было снято в мгновение ока, и он отбросил брюки в сторону. Мы были великолепно, восхитительно обнажены, и в тот момент, когда его тело прижалось к моему, я ахнула, когда мурашки пробежали по каждой клеточке моей кожи. Это было похоже на маленькие вспышки молнии, заставлявшие меня чувствовать себя более живым, чем когда-либо прежде.

Его рот был на соске, посасывая и дразня. Я обхватила его ногами за талию, притягивая к своему центру. Мои руки скользнули по его обнаженной спине, двигаясь ниже, пока не достигли его задницы. Я притянула его ближе, мое дыхание вырывалось отчаянными хрипами. — Ты нужен мне внутри.

— Мне нравится, когда ты умоляешь, — сказал он.

Я почувствовала его твердость при входе в меня. Он коснулся чувствительной кожи, и мое дыхание участилось в ожидании. — Перестань дразнить меня.

Он зарычал, затем игриво прикусил мою грудь, в то время как его рука дразнила другую. Я впилась ногтями в его спину, мои глаза закрылись, пока я колебалась между удовольствием от ощущений и разочарованием из-за того, что не чувствовала его внутри себя.

Как только я потеряла бдительность, он врезался в меня. Моя спина выгнулась, и я вскрикнула, вцепившись в подушки подо мной для поддержки. Он схватил меня за ноги, отрывая мои бедра от пола, продолжая толкаться. Я ахнула, когда он достиг того места внутри, которое заставляло меня стонать и задыхаться, вскрикивая снова и снова. Я была так близко, наслаждение нарастало так сильно, что я затаила дыхание. Давление усилилось, мои внутренности сжались, как пружина. Наконец, оно сломалось, высвобождаясь подобно приливной волне. Мое тело содрогнулось, и перед глазами взорвались звезды. Я вскрикнула, хватая Райвина и притягивая его ближе к себе.

Он застонал, дрожа, когда нашел собственное освобождение. Наклонившись, он прижался своим лбом к моему. Мы оба были влажными от пота и тяжело дышали. Я убрала волосы с его глаз, затем прижала руку к его щеке. Он мягко улыбнулся, улыбкой чистой радости. Это было так искренне и интимно, что я растаяла, все мое тело расслабилось от ощущения нас двоих. Я могла бы умереть счастливой, если бы это означало видеть его такую улыбку.

Он сел рядом со мной, притянув меня к себе так, что я оказалась у него на груди. — Звезды сегодня прекрасны.

Я посмотрела вверх, увидев сверкающие огни сквозь разрывы в колышущемся пологе. От прохладного ветерка по моей влажной коже побежали мурашки. — Я не хочу уходить.

— Я знаю. — Он поцеловал меня в лоб, и я закрыла глаза, наслаждаясь ощущением его губ на своей коже.

— Почему так не может быть всегда? — Спросила я.

— Потому что жизнь — это трагедия, — ответил он.

— Ара? — Скрипучий голос разбудил меня толчком, давнее воспоминание о сне заставило мои щеки покраснеть.

— Ара? Где мы? — Спросил Райвин.

— Ты проснулся. — Я вскочила со стула и склонилась над ним, пытаясь разглядеть его внешность в слабом мерцающем свете. Все смущение от слишком реального сна исчезло, сменившись облегчением от того, что я вижу его живым. — Как ты себя чувствуешь?

Он крякнул, садясь. — Как будто меня пожевали и выплюнули обратно. Что случилось? Где мы? — Наморщив лоб, он оглядел комнату.

— Тебя отравили. Мы чуть не потеряли тебя, — объяснила я.

Он потер лоб, затем заднюю часть шеи. Гримаса на его лице сказала мне, что он все еще ощущает действие яда. По крайней мере, он был в сознании. Это должно было быть хорошим знаком.

— Не так уж много всего может меня сломить, — сказал он после долгой паузы.

— Это было что-то редкое. Вант думает, что это была окончательная смерть.

— Я даже не думал, что есть кто-то, кто может это сделать. — Он вытянул руки, затем оперся на кровать, прежде чем встать.

Я поднялась на ноги и протянула руку, чтобы поддержать его. — Осторожно.

— Я в порядке, — заверил он меня, положив свою руку поверх моей. — Я уже чувствую себя лучше. Где ты достала противоядие?

Я пыталась не говорить ему, где мы находимся, но он узнает, как только мы выйдем из комнаты. И чем быстрее мы уберемся с этого острова на Атос, тем лучше. — Мы на острове Чето. Это было единственное место, о котором мы могли подумать, где могло быть противоядие.

Его брови приподнялись. — И она дала это тебе? Для меня?

— Я подозреваю, что это было для меня, — призналась я. — Она сказала, что если ты умрешь, я верну свою магию.

— Это имеет больше смысла, — ответил он. — Я не очень-то нравлюсь твоей матери.

— Тем больше у нас причин убираться отсюда. Думаешь, ты сможешь путешествовать? — Я не была уверена, как долго мы здесь пробыли, но я чувствовала себя более отдохнувшей, чем за последние месяцы.

— А где все остальные? — спросил он.

— Они нашли комнаты для отдыха, пока мы ждали тебя. — Я положила руку ему на поясницу, беспокоясь, что ему нужна поддержка.

Он не оттолкнул меня, когда мы направлялись к двери. Мы вдвоем в молчаливом согласии вышли из комнаты. Не потребовалось много времени, чтобы найти остальных, сидящих на причудливых белых диванах вокруг низкого мраморного столика. Вант встал, как только увидел нас, оборотень почти улыбнулся при виде Райвина. — Ты выкарабкался.

— Жаль тебя разочаровывать, — сказал Райвин почти игриво.

Я выглянула в окно, отметив, что все еще темно. — Как долго мы спали? — Спросила я.

— Уже прошел день, — сказала Лэра. — И у нас есть новости.

Мы с Райвином подошли к диванам. Похоже, в доме были только мы. — Где Чето? — спросила я.

— Не думаю, что ей нравится проводить с нами время, — сказала Лэра, пожав плечами. Она пододвинула к нам тарелку с оливками и сыром и корзиночку с лепешками. — Ешь.

В животе у меня заурчало, и я взяла оливку.

— Какие новости? — Спросил Райвин.

— Никс действительно спит. Чето согласна, что мы узнаем, когда она проснется, когда вернется солнце, — объяснила Лэра.

— Что ж, по крайней мере, на данный момент нам приходится беспокоиться на одну вещь меньше. Помимо того факта, что без солнца у нас было много других проблем, но я не была уверена, что хуже. Богиня, жаждущая мести, или недостаток урожая и солнечного света. По одной проблеме за раз.

— Мы также узнали, что король фейри заключил официальный союз с вампирами в Фивах, а также с Двором Гадюк и Двором Грома, — сказала она.

— Это разочаровывает, — сказал Райвин.

— Вампиры из Фив безжалостны и безмозглые. С его стороны было ошибкой вступать с ними в союз. Они набросились бы на него просто ради забавы. Иметь их рядом рискованно для всех нас, — сказал Вант.

— Я думал, твоя мать ненавидела его. Ее двор действительно хочет присоединиться или это потому, что она привязана к нему? — Я спросила.

— Она поддержит его, если мы не ослабим его настолько, чтобы она перешла на другую сторону. Она верна только себе, — ответила Лэра.

— А как насчет других, с которыми вы пытались связаться? — Спросила я. — Разве вы не говорили, что кто-то пытался привлечь людей на нашу сторону?

— Я думал, мы закроем Громовой двор. То, что они присоединились к королю, — это удар, — сказал Вант.

— У нас все еще есть несколько вариантов, — добавил Райвин. — Никаких известий от Золотого Двора или Горных жителей?

— Пока нет, но я бы не стал рассчитывать на то, что жители Гор откажутся от своей независимости ради этого, — сказал Вант.

— Они не будут поддерживать его долго, если моему отцу удастся уничтожить королевство Драконов, — сказал Райвин.

— Ты думаешь, это вообще возможно? Ты сказал, что он никогда раньше не держал его в руках, а теперь он слабее, чем был. — Я потянулась за кусочком хлеба, затем добавила немного сыра, прежде чем сложить его.

— Они не могут перекинуться на Атосе, — сказал Райвин.

— Что? — Это была новость.

— Там недостаточно магии для них. Чтобы превратиться в дракона, требуется гораздо больше, чем для превращения в волка, — объяснил он. — Когда я был там, это было ограничено. Потребовалось гораздо больше времени, чтобы заставить мою магию работать, и я был ограничен в том, как часто и в каком количестве я мог использовать. Я прошел через это только благодаря крови моей матери. Если он нападет, пока они все еще на Атосе, у него может появиться шанс ослабить их.

Я откладываю хлеб, не откусив ни кусочка. — Нам нужно идти. Сейчас. Мы должны предупредить их.

— Я уже вызвала корабль, — сказала Чето, входя в комнату. Ее глаза нашли Райвина. — Я вижу, ты выжил.

— Кто-нибудь рад, что ты все еще жив? — Спросила Лэра, ее тон сочился сарказмом.

Райвин уставился на нее, и я подавила смешок.

— Теперь вы трое выходите. Я хочу поговорить со своей дочерью, — заявила Чето.

Из комнаты словно выкачали весь воздух. Райвин придвинулся ближе ко мне, его рука коснулась моей.

— Все в порядке, — заверила я его. — Продолжай, я сейчас приду.

Вант встал, затем откашлялся. — Спасибо за гостеприимство. Он склонил голову в самом почтительном жесте, который я у него когда-либо видел.

Чето бегло осмотрела его, затем сделала пренебрежительный жест рукой. Он быстро ретировался, направляясь к двери.

Лэра поклонилась. — Рада тебя видеть, как всегда.

— Если ты причинишь ей вред… — Райвин начал.

Я толкнула его локтем. — Не начинай. Я справлюсь.

— Вон, принц, — скомандовала Чето.

Он раздраженно поджал губы, но вышел вслед за сестрой. Чето указала на диван, и я села. Она села напротив меня, стол разделял нас. Она взмахнула рукой, и появились два бокала вина. Мои губы приоткрылись, а глаза расширились.

— Я не умею готовить вино, но заставить его появиться на свет — милый трюк. Это магия, которой ты, вероятно, могла бы овладеть при некоторой практике, поскольку вино — это всего лишь еще одна форма воды, если по-настоящему задуматься об этом. — Она взяла бокал и сделала большой глоток, затем поставила его на стол. Она наклонила голову к моему бокалу, ясно показывая, что я должен выпить.

Мой желудок скрутило. Это была проверка? Я не думала, что она причинит мне вред. В конце концов, она уже могла легко это сделать. Я провела пальцами по амулету у себя на шее, напоминая о том факте, что, несмотря на то, что она бросила меня, она послала кого-то, чтобы сообщить способ, который поможет мне оставаться в безопасности во время пересечения моря.

Я подняла бокал и сделала глоток. Напиток был сладким и восхитительным. Я поставила бокал, ожидая, не произойдет ли чего-нибудь.

— Не могу сказать, что я согласна с твоим выбором спутников, — начала Сето, делая еще глоток вина, — но я впечатлена тем фактом, что ты все еще жив.

У нас был разговор по душам? — Эм, спасибо.

— Ты создана для чего-то великого, я это знаю. Я просто не думала, что это твой путь. Так что, если ты когда-нибудь решишь, что находишься не там, где должна быть, можешь вернуться сюда, — предложила она.

Дверь открылась, и Вант заглянул внутрь. — Корабль готов. Я подожду тебя снаружи.

Чето взяла свой бокал с вином. — Тебе стоит уйти. Постарайся пожить еще немного. Кажется, я начинаю понимать суть всего этого материнства.

Я встала. — Спасибо, что позволили нам остаться здесь. И за помощь Райвину.

— И последнее. — Чето подошла ко мне и протянула руку, в которой не было бокала с вином, показывая маленький кожаный мешочек. — Не открывай его, пока в этом нет крайней необходимости.

— В чем дело? — Спросила я.

— Я не могу тебе этого сказать, — ответила она, передавая мешочек мне в руку. — Но жизненно важно, чтобы ты хранила его запечатанным до тех пор, пока он тебе не понадобится.

— Тогда как я узнаю? — Спросила я.

— Ты просто сделаешь это. Она подошла к двери и открыла ее. — А теперь уходи. Когда я увижу тебя в следующий раз, мир будет другим.

— Что происходит? — спросила я, как только распахнула дверь.

Короля-дракона не было в его спальне, но его люди стояли за дверью. Возможно, именно поэтому они не помешали мне войти.

— Что ж, это приятный сюрприз, — произнес его низкий голос, когда он завернул за угол из ванной комнаты. Его длинные рыжие волосы были зачесаны назад и все еще влажные, и он вытирался, не заботясь о том, чтобы что-нибудь прикрыть.

Он вытер полотенцем свои сильные плечи и мускулистую грудь, прежде чем вытереть живот. Мои глаза прошлись вниз по его телу, останавливаясь на рельефных мышцах его живота, к впадинке на бедрах, привлекая мое внимание ниже. Полотенце теперь было у него за спиной, оставляя все на виду. Тепло разлилось внизу моего живота, и я сжала бедра от ощущения покалывания между ног. Я задержалась на его внушительном члене, прежде чем поняла, что делаю. Щеки запылали, я сжала челюсти и напомнила себе, что не должна была находить этого мужчину привлекательным. Я все еще пыталась придумать способ расторгнуть этот брак.

Когда я встретилась с ним взглядом, он ухмылялся. — Я рад, что тебе нравится то, что ты видишь. Это сделает нашу брачную ночь более приятной для нас обоих.

— Это восхитительно, что ты все еще думаешь, что я выйду за тебя замуж, — огрызнулась я.

— Ты с готовностью вошла в мою комнату, а затем принялась пожирать меня глазами. — Он пожал плечами.

— Я не пожирала — знаешь что? Это не имеет значения. Я здесь, потому что моя сестра не говорит мне, что происходит, но, по-видимому, ты весь день встречался с ней. Или ночь, что бы это, блядь, ни было, раз солнце решило не возвращаться. — Я скрестила руки на груди и заставила себя сосредоточиться на его лице.

— Не мое дело делиться тем, что королева, возможно, не хочет, чтобы знали ее подданные.

Я усмехнулась. — Ее подданные? Я ее сестра.

— Однако ты не правитель. Иногда правитель должен скрывать что-то от других ради блага королевства, — сказал он.

Я придвинулась к нему ближе, моя челюсть болела от того, как сильно я сжимала ее. — Я не знаю, как у вас в Дракусе обстоят дела, но я отказываюсь сидеть и пассивно наблюдать. Это не очень хорошо сработало для Ары, и я знаю, что моя мать никогда бы не допустила такого оскорбления.

— Твоя мать умерла, — сказал он.

По моим венам пробежал лед, и я сделала шаг назад, пытаясь переосмыслить слова, которые он только что сказал. Должно быть, я неправильно его расслышала; должно быть другое объяснение. Возможно, это была проблема с переводом. Я знала, что они говорили на общем Дракусе, но у них был и свой собственный язык.

— Мне очень жаль. Полагаю, твоя сестра скажет тебе, когда будет готова. Считай это моим предложением мира. Показывая тебе, что я буду стараться быть тебе достойным мужем, обращаясь с тобой как с равной.

Мои брови приподнялись. — Предложение мира? Сказать мне, что моя мать мертва? И порядочный? Кому нужен порядочный муж? Я хотела любви и преданности, и поздних ночей под звездами, и ленивого утра в постели. Я хотела детей, тепла и привязанности. Ничего из этого ты не можешь дать.

— Для принцессы у тебя было невероятно нереалистичное представление о том, каким должен быть брак. Члены королевской семьи не имеют права выбирать. — Выражение его лица было почти жалостливым.

— Не смотри на меня так. Я выросла в единственном человеческом королевстве и не являюсь наследницей трона. Насколько я знала, я вышла бы замуж за богатого торговца, которым был Томас. Ну, он был бы им, когда его отец ушел на пенсию. — От стыда и разочарования мои щеки запылали. Я думала, что нашла кого-то, с кем могу провести свою жизнь, и мне была ненавистна мысль о том, что я совершила такую огромную ошибку.

— Он не заслуживал тебя, — мягко сказал он.

— Не надо мне этого. Мне не нужна твоя жалость. Конечно, он отверг меня, когда столкнулся с тобой лицом к лицу. Ты видел себя? Ты наводишь ужас. Вероятно, ты мог бы оторвать ему руки, и это в твоем человеческом обличье… — Я остановила себя из-за того факта, что этот массивный зверь, похожий на человека передо мной, был в этом обличье лишь некоторое время. Были и другие времена, когда он был настоящим монстром. Существо с чешуей и крыльями, которое могло дышать огнем. И от меня ожидали, что я лягу с ним в постель?

Я думаю, что нет.

— Если это то, что тебе нужно сказать себе. — Он пожал плечами.

Мне захотелось дать ему пощечину, но я смирилась с тем фактом, что предпочла бы видеть его самодовольным, чем испытывающим жалость ко мне. — Что случилось с моей матерью? — спросила я. Я сменила тему, перестав думать о невозможной ситуации быть замужем за этим мужчиной.

— Я думаю, будет лучше, если тебе скажет королева.

— А что случилось с порядочностью? Это не изменит того факта, что она мертва, не так ли? — У меня сжалось горло, и я изо всех сил старалась скрыть свои эмоции. Я не доставлю этому незнакомцу удовольствия видеть во мне какую-либо слабость. Если моя мать действительно умерла, это меньшее, что я ей должна.

Она бы хотела, чтобы я сохраняла контроль. Особенно над мужчиной. Это было то, к чему она меня готовила. Все эти частные уроки, только мы вдвоем, где я научилась хлопать ресницами и застенчиво улыбаться. Как я научилась показывать именно тот участок кожи, который нужен, чтобы привлечь внимание. Конечно, позже она пожалела об этом, когда я приняла ее учение и побежала с ними. Она думала, что сможет контролировать меня, но дала мне ровно столько информации, чтобы я нашла свою собственную силу. И мое собственное удовольствие.

Я пристально смотрела на короля, молча ожидая, когда он расколется. Если бы я застряла с ним на какое-то время, мне пришлось бы найти способ получить от него то, что я хотела, и прямо сейчас это была информация.

— Что случилось? — Настаивала я.

— София, — ответил он.

Я напряглась. — Объясни.

Он покачал головой, и его плечи поникли. Если бы я не знала его лучше, я бы сказала, что ему было искренне неудобно делиться со мной плохими новостями. Я сделала шаг ближе к нему и смягчила тон, зная, что, возможно, зашла слишком далеко. — Пожалуйста.

Его глаза встретились с моими. — Твоя младшая сестра наполовину вампир. Кажется, никто не знал. Когда они впервые испытывают жажду крови, они берут ее у любого, у кого могут. Твоя мать оказалась не в том месте и не в то время.

Мои колени подкосились, но я не ударилась ими об пол.

— Я держу тебя. — Король-дракон поддержал меня, не давая упасть. — Мне жаль, что тебе пришлось узнать об этом вот так.

Опомнившись, я оттолкнула его и разгладила складки на своих пеплосах, не отрывая глаз от пола, чтобы он не мог видеть, как я смаргиваю слезы. После нескольких всхлипываний и глубоких вдохов я взяла себя в руки. — Спасибо, что рассказала мне. Это было не так уж трудно, не так ли?

— Тебе не нужно притворяться, что тебя это не беспокоит. Я уважаю сильных женщин, но тебе позволено чувствовать, — сказал он.

— Я не обязана тебе выражать свои чувства, — огрызнулась я.

— Если ты хочешь, чтобы все было именно так. — Он не скрывал своего раздражения.

Я не хотела говорить о своей матери или сестре. София вообще была жива? Они убили ее за то, что она сделала? За то, кем она была? Я отбросила эту мысль, сосредоточившись на другом насущном вопросе. — Почему темно?

— Никс злится, — просто сказал он.

Я выгнула бровь. Я даже не была уверена, что верю в то, что боги на самом деле где-то там. — Никс? Богиня? Она не вмешивалась в наш мир на протяжении поколений. С чего бы ей вдруг появляться снова?

— Вероятно, потому, что Атос прятал её в своей тюрьме.

Я приложила руку ко лбу, затем опустила ее и покачала головой. — Что Атос сделал?

— Я думаю, тебе следует поговорить со своей сестрой обо всем остальном, — сказал он.

— Ты скажешь мне. Если тебе нужен хоть какой-то шанс оказаться в моей постели, ты сделаешь так, чтобы это стоило затраченного времени, — огрызнулась я, удивляясь сама себе за эти слова. Слишком поздно звать их обратно.

Казалось, он вот-вот рассмеется, но потом взял себя в руки. — Значит ли это, что тебя забавляет мысль о нас с тобой в постели?

— Просто отвечай на мои вопросы, — ответила я.

Он придвинулся так близко, что я уловила запах кожи и специй, ненавидя себя за то, что мне на самом деле нравилось, как от него пахнет. Его голос был низким, а губы были у моего уха. — Король Фейри держал ее взаперти под вашим городом. Вот почему он никогда не трогал Атос. Вот почему мы так и не пришли за Атосом, хотя ваш народ так жаждал нашей крови.

Мой пульс участился, и моим первым побуждением было отказать ему, но это объяснило, почему фейри просто не уничтожили нас давным-давно. — Как она выбралась?

Он сделал шаг назад, и от его отсутствия мне вдруг стало холодно. Мне пришлось подавить желание придвинуться к нему поближе.

— Это та часть, которой мы не знаем, — признался он.

Пустые корабли покачивались в гавани, рыбацкие сети были брошены. Не было никаких огней, чтобы приветствовать нас, только темнота. — Похоже, сейчас здесь плывем только мы, — прокомментировала я.

— Я полагаю, это храмы? — Спросила Лэра, указывая на светящиеся маяки на склоне холма перед нами. Те части города, которые я могла видеть поверх стен, были такими же темными, как и берег, но храмы, разбросанные повсюду, были освещены, как будто это был праздничный день. От них валил дым, и я знала, что они делают подношения, которые не оставят равнодушными.

— Они, должно быть, все собрались у них, — сказала я. — Но они молятся не тем богам. Здесь нет храма Никс.

— Возможно, это одна из причин, почему она злится, — сказала Лэра.

— В любом случае, это не имеет особого значения. Они помогают, когда хотят обожания, бросают нас, когда им скучно, и усложняют нашу жизнь, когда им нужно развлечение. — Не было смысла скрывать свой цинизм по отношению к богам. Я уже была в их неблагоприятном списке.

— Они дураки, — сказал Райвин, присоединяясь к нам, когда мы смотрели, как команда опускает планку. — И они потеряют весь город, если не будут делать ничего, кроме как молиться кучке эгоистичных, развратных придурков.

— Знаешь, учитывая тот факт, что вы оба наполовину боги, ты определенно несешь много дерьма о своей крови, — отметила Лэра.

— Я бы избавился от этого, если бы мог, — сказал Райвин.

— Я бы не стала так быстро предлагать это, — мрачно сказала я.

— Что ж, как бы ни было приятно видеть, что вы двое снова начинаете ненавидеть друг друга, я думаю, нам нужно вести себя прилично. Мы не знаем, чего здесь ожидать, — сказала Лэра.

— Мы можем ожидать недоверчивых, разгневанных людей, если они не слишком поглощены своими глупыми молитвами, — сказал Вант.

— Что ж, когда боги покарают всех нас за наше неуважение, я собираюсь сказать им, что я единственный, кто держит эти мысли при себе. Есть некоторые вещи, которые ты просто не говоришь вслух, — прошипела Лэра.

— Я и не подозревала, что ты такая набожная, — прокомментировала я.

— Я — нет, но, если ты не заметила, я здесь единственный полноценный фейри. У меня нет человека, который помог бы мне слиться с толпой, и я тоже отчасти не бог.

— Я всего лишь оборотень, — добавил Вант.

— Я беспокоюсь не о тебе. Я беспокоюсь за себя, — сказала она.

— Давай просто доберемся до дворца как можно быстрее. — Я подошла к опущенной доске, которую приготовила для нас команда, и, не дожидаясь, пока остальные последуют за мной, спустилась вниз, направляясь обратно на афонскую землю.

Когда я добралась до песка, мне пришлось проглотить комок в горле. Я не была уверена, что когда-нибудь вернусь сюда. Теперь я возвращалась с нашим врагом на буксире, чтобы предупредить о надвигающемся вторжении после потери всех остальных трибутов. Это было не то, на что я надеялась. У меня не было ни хороших новостей, ни надежды, ни утешения для моего народа или моей семьи. Я была предвестником разрушения.

Я бросила последний взгляд в черную бездну моря. Конос был невидим в темноте, океан вел в пустоту. В темноте ему не хватало энергии и радости, которые он приносил раньше. Я задавалась вопросом, увижу ли я когда-нибудь снова искрящуюся голубую воду.

Атос выглядел так же, но по-другому. Несколько зданий были освещены, а улицы пусты. Он приобрел какой-то заброшенный вид, и наши шаги казались слишком громкими, когда мы пробирались через город. Я никогда не ходила пешком так далеко по своему родному городу, всегда ездила верхом или в экипаже. Неровные дороги под моими сандалиями были знакомыми и в то же время угнетающими. Крошащиеся, неровные, а иногда и расшатанные камни были напоминанием о том, как низко пал этот некогда великий город.

— Итак, вот он, величайший человеческий город в мире, — сказала Лэра, не скрывая своего отвращения.

— Это защищало нас долгое время, — сказала я, защищаясь.

— В том-то и проблема, что на самом деле этого никогда не происходило, — сказал Райвин. — Эти ваши стены не остановят армию фейри. И если вы не соберете здесь всех драконов, я не вижу, чтобы все шло хорошо.

Я остановилась, и мое сердце камнем упало в желудок. — Разве мы пришли сюда не для того, чтобы предупредить их? Чтобы дать им шанс защитить себя?

— Мы так и сделали, — ответил он.

— У них есть мы, — добавила Лэра. — Твоя и моя магия. Магия Ары была бы полезна, если ты захочешь ею воспользоваться. С монстрами мы могли бы уничтожать корабли еще до того, как они достигнут суши.

У меня внутри все перевернулось. Я должна была помочь с этим. Я должна была научиться контролировать это и спасти своих людей.

— Пойдем, — Вант тронул меня за руку. — Мне не нравится, что здесь так тихо.

Мы продолжали идти по пустынной улице, я повернула голову, чтобы посмотреть на «Черный опал», когда мы проезжали мимо. Впервые за все время у его ворот не было охраны. Это было так, как будто весь город был заброшен.

В воздухе повисло тяжелое предчувствие, напряжение было густым и пустым одновременно. Я теребила подол своей туники, чтобы чем-нибудь себя занять и выплеснуть избыток нервной энергии.

Что-то грохнуло, и я подпрыгнула, издав писк, который был странно звучащим сдавленным криком. Вант и Райвин приготовили оружие, и Лэра, подняв брови, посмотрела на меня. — Ты завизжала?

— Тсс, — я успокоила ее, затем поползла на звук, следуя за остальными.

Кошка зашипела, затем промчалась мимо нас, на бегу сбив кучу ящиков рядом с пустым магазином.

Сердце бешено колотилось, я облегченно выдохнула. — Просто кошка.

— Вокруг действительно никого нет, — сказал Вант, не опуская оружия.

— Они все должны быть в храмах, — я посмотрела на Храм Геры, ближайший храм к центру города. Оттуда я повернулась, чтобы увидеть Храм Зевса, а вдалеке — Храм Афины. Он находился на окраине города, его было видно только из-за горящих внутри костров. В каждом из трех больших храмов горели все возможные светильники. Они были достаточно далеко, чтобы я не могла разглядеть людей, которые, вероятно, собрались возле них, оставляя подношения или молясь, в то время как послушники и священники поддерживали огонь в масле.

Пока мы ехали дальше по дороге, я все ожидала увидеть людей, возвращающихся из храмов, но они оставались в стороне. Даже в праздничные дни подношения оставляли довольно быстро. После посещения храмов всегда были другие развлечения. Было тревожно сознавать, что все сидят снаружи и молятся богам, которым на нас наплевать. Они не пришли бы за нами. Мы были предоставлены сами себе.

Наконец, я смогла разглядеть дворцовые ворота. Одинокий стражник стоял там, с внутренней стороны ворот, а не на своем обычном месте снаружи. По моей спине пробежал холодок. После того, что произошло на «Выборе», я не была уверена, кому из охранников я могла доверять. Были ли убиты те, кто восстал против меня, когда Райвин сравнял поле боя с землей?

Взглянув на принца, я не могла не почувствовать прилив благодарности. В тот день он сохранил мне жизнь, но меня охватило чувство вины, когда я вспомнила, чего это стоило.

— Стойте! — крикнул стражник, вытаскивая меч и направляя его на нас.

Я жестом приказала своим спутникам отойти назад, прежде чем подойти к стражнику, выставив руки перед собой, чтобы показать, что я безоружна. Подойдя ближе, я надеялась, что узнаю охранника, но он был мне незнаком. — Я здесь, чтобы увидеть своих сестер, — спокойно сказала я.

Брови стражника нахмурились. — Принцесса Ара?

— Мне нужно немедленно увидеть свою сестру. — Я знала, что моя одежда была испорчена, волосы спутались, но я высоко подняла подбородок, стараясь хоть как-то проявить неповиновение.

— Я должен спросить о твоих гостях, — неуверенно заикаясь, произносит он.

Я взглянула на своих друзей и заметила, как Лэра закатила глаза. — Хорошо. — Она махнула рукой, и охранник хмыкнул, его тело напряглось. Он попятился назад неестественным движением, скованным и принужденным.

Темные тени скользнули мимо меня, касаясь моей кожи, как опасная ласка. От них у меня по рукам побежали мурашки, и я отодвинулась в сторону, напоминая себе, что чувство опасности, которое я испытывала, было предупреждением, а не чем-то, чему я должна была наслаждаться. Я возненавидела то, что моя голова мгновенно представила, что еще он мог бы сделать с этими тенями.

Щупальца обвились вокруг ворот, волнистые и скользящие, движущиеся и струящиеся. С глухим стуком замок открылся. Дверь заскрипела и застонала, когда тени отодвинули ее в сторону, охранник боролся с невидимыми силами, заставлявшими его сохранять дистанцию.

Как только мы закончили, я повернулась к Лэре. — Ты можешь освободить его?

— Он может попытаться последовать за нами. Я могла бы просто вырубить его, — предложила она.

— Они тебе больше не враги, — заметила я.

С преувеличенным вздохом Лэра взмахнула рукой. Охранник шагнул вперед, чуть не упав. Тяжело дыша и паникуя, он отошел от нас. — Что ты сделала?

— Меньше, чем я бы сделала, если бы ее здесь не было и она не разыгрывала из себя героиню, — усмехнулась Лэра.

Охранник держался на расстоянии. — Ты собираешься убить меня?

— Она не собирается тебя убивать, — ответила я, прежде чем Лэра успела сказать что-нибудь еще, чтобы напугать охранника.

— Ну, не прямо сейчас, — сказала Лэра с широкой улыбкой.

— Пожалуйста, мы можем сделать то, зачем пришли? — Спросил Вант сквозь стиснутые зубы.

Лэра вздохнула, словно раздосадованная тем, что он отнял у нее время, чтобы помучить бедного охранника.

— Пошли, мы должны найти Лагину. — Я одарила охранника, как я надеялась, сочувственной улыбкой, но он выглядел таким же напуганным мной, как и моими спутниками.

Фонари и факелы висели вдоль дорожки и усеивали лестницу, ведущую ко входу во дворец. Это было самое яркое освещение, которое мы видели за последние дни.

Мы направились к главному входу, но не успели далеко уйти, как увидели целую группу охранников, спускающихся по лестнице, чтобы перехватить нас.

— Я пришла увидеть свою сестру, — сказала я вместо приветствия. — Пожалуйста, отойдите в сторону, чтобы я могла войти.

Стражники убрали оружие. Самый крупный стражник выступил вперед, выставив меч. — Это принц, за которым они охотятся.

— Он будет стоить больше, если мы захватим его живым, — сказал другой.

— Нам еще есть чем поделиться, если он мертв. — Они выступили вперед как единое целое, все взгляды были прикованы к Райвину.

Я вышла вперед, раскинув руки в стороны, загораживая своих друзей, прежде чем они успеют наделать глупостей. — Отойдите, сейчас же. Принц со мной, и если вы тронете его, то будете отвечать перед самой королевой.

Один из охранников подбежал ко мне и с такой силой оттолкнул в сторону, что я шлепнулась на землю, как брошенная детская игрушка.

Вант быстро помог мне подняться, затем встал передо мной, загораживая меня от охранников. — С ней все в порядке, — крикнул он. Я знала, что он разговаривал с Райвином, даже если не могла видеть его рядом с гигантским оборотнем, стоящим на страже передо мной.

— Это была ошибка, — прорычал Райвин.

Я отошла в сторону, и Вант обернулся. — Извини, ты не в том состоянии, чтобы драться.

— Дай мне оружие. — Я схватилась за один из ножен у него на бедре.

— Я так не думаю. Пусть они заберут это, — возразил Вант.

Я больше не хотела смертей. Я устала от шлейфа тел, который мы оставляли за собой. Я быстро сделала вид, что двигаюсь в сторону, затем обошла оборотня, поспешив туда, где стоял Райвин, его тени клубились вокруг него, резко контрастируя с мерцающим светом фонаря.

— Уйди с дороги, Ара! — крикнул Райвин.

Самый крупный стражник ухмыльнулся мне, на его лице читалась чистая злоба. — Я убью тебя, чтобы добраться до него, принцесса.

— Тогда моя смерть будет единственной кровью на твоих руках, потому что ты не сможешь победить его. — Я свирепо посмотрела на него, провоцируя его сделать еще один шаг. — У тебя есть два варианта. Ты пропускаешь нас и живешь дальше, или умираешь мучительной, медленной смертью.

— Болезненно и медленно? — Райвин казался удивленным. — Я был уверен, что ты будешь молить о пощаде для них. Должно быть, я начинаю надоедать тебе, принцесса.

Я проигнорировала его, сосредоточив свое внимание на охранниках. Большинство из них переминались с ноги на ногу, их поза была менее уверенной, чем раньше. — Делайте свой выбор. В любом случае, я отойду в сторону, но здесь умрет не принц. Разве мы и так не потеряли достаточно людей?

— Ты предатель. Если единственная смерть будет твоей, она того стоит, — сказал он.

— Она убила минотавра, но, конечно, рискни с ней, — добавила Лэра.

Несколько глаз устремились на меня, подозрительно сузившись. Я пожала плечами. — Он убил трибьюта. Он это заслужил.

— Я думаю, мы должны их отпустить, — сказал один из охранников.

— К черту это. — бросился в атаку самый крупный охранник.

Я увернулась как раз в тот момент, когда он сделал выпад с мечом, затем рванулся вверх, крепко сжимая мой нож. Его глаза выпучились, когда лезвие вонзилось в обнаженную кожу его шеи. Брызнула кровь, и меч со звоном упал на землю, когда он вцепился когтями себе в шею. Его глаза выпучились, и он задыхался, его рот открывался и закрывался, когда он делал хриплые вдохи.

Тени скользнули мимо меня, окружив меня, как в объятиях, прежде чем добрались до умирающего стражника. Они путешествовали от его лодыжек вверх к туловищу, кружась и закручиваясь вокруг него, пока он не оказался в коконе темноты, поглощая задыхающиеся, булькающие звуки, исходящие от последних вдохов мужчины. Когда тени рассеялись, мужчина исчез.

Я тяжело дышал, мое сердце бешено колотилось, все мое тело было напряжено. С ножа в моей руке капала алая жидкость. — Я хочу увидеть свою сестру.

Никто из охранников не возразил. Они молча отошли в сторону. Большинство из них кланялись, когда мы проходили мимо, некоторые бормотали: «ваше высочество» или «принцесса», когда мы проходили мимо.

Как только мы оказались внутри, Райвин схватил меня за плечо и притянул ближе к себе, не замедляя шага. — Как ты это сделала?

— Я взяла нож у Ванта, — ответила я. — Я не собираюсь оставаться безоружной.

Он схватил меня и потащил в коридор. Вант и Лэра остановились. — Дайте нам минутку, — сказал он им.

Они сделали несколько шагов, пока я не скрылась из виду. Я была уверена, что они где-то поблизости.

Райвин придвинулся ближе, выражение его лица было совершенно диким. Я отступила назад, мой пульс участился. Когда я добралась до стены, он заключил меня в клетку, держась руками за стену по обе стороны от моей головы. Я чувствовала жар его тела, и меня окружал его аромат, от этого ощущения напряжение скручивало мой живот. То, что я все еще хотела сделать с этим мужчиной…

— Я спрашиваю не о ноже, — сказал он с ноткой предупреждения в голосе.

— Я никогда не буду извиняться за то, что защищала себя или своих друзей, — сказала я.

— Я не создавал эти тени, — сказал он.

Теперь мое сердце бешено колотилось совсем по другой причине. — Что?

— Ты воспользовалась моей магией. Как? — требовательно спросил он.

— Я не знаю. — Я уставилась на него, ошеломленная, не веря своим ушам. — Я не уверена.

Долгое время мы молчали, и я изучала его лицо, следуя своей старой привычке восхищаться его странными и прекрасными серебристыми глазами, твердым подбородком, мягкими губами. Взяв себя в руки, я стиснула челюсти и сжала руки в кулаки. Он не имел права злиться на меня. — Ты украл мою магию, не спрашивая. Я не собираюсь извиняться за то, что я сделала.

— Я не сержусь. Я благодарен. Все, чего я хочу, — это чтобы ты жила. — Его губы накрыли мои прежде, чем я успела вымолвить еще хоть слово.

Мои глаза расширились от удивления всего на мгновение, прежде чем мое тело ожило, заставляя кожу покалывать. Все казалось горячим и холодным одновременно; ошеломляющим и интимным; таким правильным и таким неправильным. Я наклонилась навстречу поцелую, мои руки обвились вокруг его шеи, пальцы запутались в его волосах. Он прижался ко мне, углубляя поцелуй. Наши языки встретились, и мы пожирали друг друга отчаянными движениями, ни один из нас не переводил дыхания.

Что-то темное поднялось внутри меня, поднимаясь подобно приливу, захлестывая меня до такой степени, что мне пришлось отстраниться от него, хватая ртом воздух. Тени клубились вокруг нас, его сила витала между нами, как неукротимая, дикая тварь. Она пульсировала и колебалась, кружа вокруг нас, как разъяренный зверь.

Отдышавшись, я тяжело сглотнула, затем провела пальцами по распухшим губам, вглядываясь в темноту, кружащуюся вокруг нас. Когда мое сердцебиение замедлилось, а дыхание выровнялось, тени уменьшились, пока не рассеялись. — Что это было?

— Мы собираемся помочь тебе научиться контролировать это, — сказал он.

— Это была я? — спросила я.

Он убрал волосы с моих глаз. — Это все из-за тебя.

Дрожь пробежала по мне. Я призвала его тени, привела их к нам. Затем я вспомнила, что сделала с тем охранником. Магия поглотила его. Моя рука замерла на горле, и страх просочился внутрь. Я посмотрела на Райвина. — Что, если я причиню кому-нибудь боль? Это снова была моя магия. Тот страх потерять контроль.

— Я помогу тебе. — Он провел костяшками пальцев по моей щеке, и я отвернулась от него, отодвигаясь от стены.

— Ты не знал, что это произойдет, не так ли?

Он покачал головой. — Нет, я этого не знал.

От разочарования мои плечи поникли. — Это ничего не меняет. Ты предал меня. Ты отнял у меня выбор. То, что я поцеловала тебя в ответ, еще ничего не значит.

Его челюсть напряглась. — Я понимаю.

— Нам нужно идти. — Я заставила себя отойти от него, зная, что если останусь в этом коридоре слишком надолго, то могу сломаться. Я не была уверена, что когда-нибудь смогу перестать испытывать к нему чувства, но я не могла доверить свое сердце кому-то, кто недостаточно уважал меня, чтобы принимать во внимание мои решения. Особенно те, которые напрямую влияли на меня. Он украл мой выбор. Что еще он мог сделать под предлогом моей безопасности? Я не была куклой. Мне нужно было контролировать свою собственную жизнь.

— Что там произошло? — Спросила Лэра.

— Ничего, — ответил Райвин.

Я попыталась скрыть свое удивление. По какой-то причине он не хотел, чтобы его сестра знала, что я воспользовалась его магией. Возможно ли, что он все еще не доверял ей, несмотря на то, что мы договорились работать вместе?

Мы миновали нескольких охранников, но они не вступили в бой. Я не была уверена, было ли это потому, что они знали, кто я такая, или потому, что за нами тянулся шлейф теней. Хуже всего было то, что я не была уверена, я ли та, кто выходит из тени, или это Райвин.

— Даже если бы это было правдой, это настолько расплывчато, что может означать что угодно. Как только я произнесла эти слова, мой желудок скрутило. Сколько раз я собиралась услышать одно и то же? Я не могла быть настолько важной в схеме вещей. Это казалось невозможным. Все, что я сделала, потерпело неудачу.

Если только мне не суждено было все это разрушить.

— Aра? Просто скажи мне, — повторила Лагина.

Я взглянула на своих друзей; на лицах у всех было отсутствующее выражение. Ни предупреждений, ни сочувствия, ни ободрения. Они позволили мне сделать выбор.

— Не знаю, хочу ли я отвечать на этот вопрос, — призналась я.

Плечи Лагины опустились. — Как давно ты знаешь?

— Я узнала об этом после того, как покинула Атос, — сказала я.

— Мне нужны подробности? — спросила она.

— Скорее всего, нет, — вмешалась Лэра. — Если ты не можешь смириться с тем, что твоя вторая сестра — скучная полувампирша, ты уж точно не сможешь смириться с наследием Ары.

Я бросила на Лэру сердитый взгляд. — Это бесполезно. Принцесса пожала плечами, и я вернула свое внимание к сестре. — В любом случае, это не имеет значения. Все, что досталось мне от матери, ушло. Эту часть меня удалили. Я просто человек.

Лагина нахмурила брови. — Я не понимаю.

— Это сложно. — Я не собиралась вдаваться во все детали. — Я не думаю, что это пророчество что-то значит. Половина того, что слетает с уст Оракула, — чепуха.

Лагина все еще выглядела напряженной, но взяла у меня книгу и отложила ее. — Тогда как ты объяснишь тот факт, что солнце зашло и фейри уже в пути?

— Ну, Никс отвечает за солнце, — начала я.

Она махнула рукой. — Я знаю о тюрьме. Каким-то образом Король-дракон узнал. Не то чтобы мои советники давали мне эту информацию, пока она не перестала быть полезной. Чего мы не знаем, так это как она выбралась и каковы ее планы.

— Она хочет отомстить людям, — сказала Лэра.

— Может, не будешь? — Прошипела я.

Принцесса вздохнула. — Это занимает слишком много времени. Смотри, Ара убила Минотавра и освободила Никс. Богиня была в ярости, что люди забыли о ней, и поклялась отомстить, но сейчас она спит. Король фейри — нет. Он представляет большую угрозу.

У Лагины отвисла челюсть, и она уставилась на меня так, словно никогда раньше не видела. — Ты что?

— Я же говорила тебе, что это сложно. — Я слегка улыбнулась.

— Все, что вы делаете с принцем Коноса, сложно. Освобождение богини и убийство монстров — это вещи уровня героя. Из-за чего тебя добавляют к пророчествам.

— Это не имеет значения. Может быть, я и подстроила все это, чтобы положить конец, — сказала я, озвучивая свой страх, — но я больше ничего не могу сделать. Я бесполезна. Все, что делало меня особенной, исчезло.

— Это неправда, — сказал Райвин.

— Не надо, — огрызнулась я.

Дверь открылась, и вошел крупный мужчина, прогуливаясь по комнате так, словно это место принадлежало ему. Лагина встала. — Я полагаю, ваша свита предупредила вас о наших посетителях. — Она посмотрела на своих охранников. — И мои охранники не смогли заставить тебя постучать, прежде чем войти.

— Твои охранники знают, что я не причиню тебе вреда, — ответил он.

— Это называется хорошими манерами, — парировала она. — Стучать. Может, в Дракусе этого нет?

Я встала. — Итак, это знаменитый Король-дракон.

— А ты, должно быть, храбрая сестра. Та, что училась в Коносе. — Он обвел взглядом остальных в комнате. — Я вижу, ты привезла несколько сувениров.

— Я правильно расслышал? Ты та, кто освободил Никс? — Он уселся в свободное кресло, не дожидаясь приглашения.

— Ты слышал это в коридоре? — Спросила я.

— У драконов превосходный слух, — ответил он.

— Они просто не могут переместиться на Атосе, — прокомментировала я.

Он приподнял бровь.

— Ты не можешь перекинуться здесь? — Спросила Лагина.

Король все еще смотрел на меня. — Похоже, ты слишком много знаешь для принцессы, находящейся под защитой.

— Вы увидите, что принцессы Атоса полны сюрпризов, — сказал Райвин.

— Я открываю это для себя, — сказал король.

— Это ни к чему нас не приведет, — сказала Лагина. — Если ты не можешь перекинуться, а король фейри уже на пути сюда, что нам делать? У нас недостаточно солдат. Городские стены продержатся не так долго.

— Подожди, пока не услышишь, что короля даже нельзя убить, — сказала Лэра веселым тоном.

Все повернулись к ней.

— Что? Я просто говорю то, что мы все думаем. Если мы не сможем убрать моего отца, мы не сможем победить. У нас нет цифр, но они не будут сражаться под его знаменами, если он уйдет, — объяснила она.

— Никто не непобедим. Даже король фейри, — сказал король-дракон.

— Я наблюдал, как он выживает дольше, чем следовало бы, — сказал Вант. — Предполагается, что он защищен магией.

Король-дракон встал. — Я забираю свою невесту и возвращаюсь в Дракус. — Он повернулся к Лагине. — Как ее ближайший родственник, вы можете поселиться у нас.

— Что? — Теперь я стояла, не помня, как заставила себя пошевелиться. Потрясение от его слов было слишком сильным. — Ты же не можешь иметь в виду…

— Он помолвлен с Корой, — сказала Лагина, как будто это было запоздалой мыслью.

— Ты не могла начать с этого? — Обвинила я.

— Немного занята тем, что пытается сохранить нам всем жизнь, — огрызнулась Лагина.

— Ты уверен, что хочешь привести этих леди в свой дом? — Спросила Лэра.

— Если вы закончили спорить, у меня есть решение, — сказал Райвин.

Все посмотрели на принца. — Магия, которая использовалась, чтобы сдержать Никс, была очень мощной. Вероятно, это причина ограниченного количества магии в этом городе. Если мы сможем освободить его, то обретем способность лучше орудовать здесь.

— Полагаю, вы не скажете нам, почему вообще освободили ее? — Король проворчал.

— Это потому, что мой отец украл ее магию, чтобы стать более могущественным, — просто сказал Райвин. — Мы пытались его обезвредить.

— Ты потерпел неудачу, — заметил король.

— Очевидно, — сказала Лэра, не скрывая раздражения. — Ты уверен, что соответствуешь слухам о драконьем интеллекте.

— Ты мне не нравишься, — сказал он с рычанием.

— Становись в очередь, — рявкнула она.

— Хватит! — Вмешался Вант, заставив замолчать всю группу. Мы все посмотрели на оборотня.

— Мне кажется, у нас есть два варианта. Мы либо покидаем этот город и бежим, либо пытаемся высвободить часть этой магии и сражаться. Вы согласны?

На мгновение мы замолчали, затем все дружно кивнули.

— Хорошо. Тогда что это будет? Покинуть Атос или попытаться спасти его? — Вант посмотрел на каждого из нас, не сводя с нас глаз.

— Мы не можем вывести всех, — наконец сказала я. — Они никогда не доберутся до Дракуса. И это при условии, что они примут кучу беженцев-людей.

Король зарычал. — Я бы впустил любого, кто пережил путешествие.

— Я не могу представить, что цифры будут большими, — сказала Лагина.

— Люди — хрупкие создания, — добавила Лэра.

— Может быть, если бы ваш вид не убивал нас ради развлечения… — Начала Лагина.

— Вы бы поубивали друг друга, если бы мы этого не сделали. Не ведите себя так, будто вы все ни в чем не виноваты и добры друг к другу, — вмешалась Лэра.

Лагина сжала губы в тонкую линию, и я поняла, что она была в нескольких секундах от того, чтобы окончательно потерять самообладание.

— Это был долгий день. Или что бы это ни было. — Я посмотрела в сторону окна, отметив, что там все так же темно, как и раньше, затем снова перевела взгляд на сестру. — Нам нужно немного отдохнуть, а потом посмотреть, сможем ли мы найти магию. Если его невозможно освободить или что бы мы ни делали с ним, мы можем начать эвакуацию Атоса.

— Почему мы ждем отдыха? — Спросил король-дракон.

— Потому что люди хрупки, — повторила Лэра.

Я бросила на нее злобный взгляд. — Мне нужно немного отдохнуть. Я не говорю за всех людей.

— Я даже не знаю, утро сейчас или вечер. Или когда я в последний раз спала. Я никогда по-настоящему не задумывалась о том, насколько мы полагаемся на солнце, — задумчиво сказала Лагина.

— Ты устала? — Спросила я, заметив, что она выглядит намного старше, чем всего несколько дней назад.

— Я не уверена, — ответила Лагина. — Не думаю, что могу позволить себе роскошь чувствовать усталость.

— Я понимаю. — Я придвинулась ближе к сестре, чтобы обнять ее, и притянула к себе, чтобы обнять сбоку.

— Пока ты будешь спать, мы сходим в пещеры, — внезапно сказал Райвин.

Вант встал. — Я действительно надеюсь, что Селена сбежала из города.

— Надеюсь, что нет. Она — наш лучший шанс найти информацию, — сказал Райвин.

Лэра встала. — Расскажи мне все, что узнаешь, по дороге туда.

— Я присоединяюсь к тебе, — добавил король-дракон.

Райвин, Лэра и Вант повернулись, чтобы посмотреть на короля. — Я думаю, мы справимся, — ответила Лэра.

— Вам могла бы понадобиться любая помощь, которую вы можете получить, если хотите получить хоть какой-то шанс спасти этот город, — указал он.

— Скажи нам, почему тебя это волнует, еще раз? — Холодно спросила Лэра. — Союз с Атосом ничего для тебя не значит. Ты здесь ослаблен, и добавление человека к твоей линии тебе не поможет.

— Мои причины — это мои собственные, — сказал он низким рычащим тоном.

— О, прекрати. Это смешно. Если мы собираемся работать вместе, ты должен прекратить устраивать соревнования по писанию. Он говорит, что Кора — его пара. Что бы это ни значило, для него это важно, — сказала Лагина.

Мой желудок скрутило узлом вины. Я знала, каково это, когда могущественное существо говорит тебе, кем ты должен быть. Это чувство возникло из-за ожидания потери твоего выбора. Глубокое знание внутри, которое заставляло тебя сомневаться во всем, потому что, даже если ты не хотела, чтобы тебя тянуло к нему, это было так.

— Хорошо. Он может прийти. Но его пара останется здесь, с тобой, — сказал Райвин.

— Хорошо. Я хочу, чтобы она была как можно дальше от магии, за которой мы охотимся, — ответил король.

— Тогда тебе следует уйти, — подбодрила я. Меньше всего мне было нужно, чтобы они увидели, как я засыпаю на ногах, и мне нужно было позаботиться еще об одной вещи перед сном.

Райвин колебался, и я могла сказать, что он раздумывал, что сказать, но в конце концов просто кивнул и вышел из комнаты. Лэра и Король-Дракон последовали за ним.

— Будьте начеку, — сказал Вант. — Я думаю, происходит нечто большее, чем мы осознаем.

— Я так и сделаю. — Как только они вышли за дверь, я повернулась к сестре. — Где София?

Аргус молча следовал за нами, пока мы шли по коридору. Это заставило меня почувствовать себя немного лучше, зная, что он собирается остаться с Лагиной, несмотря на все это.

Как только мы отошли от охранников, все еще находившихся в кабинете, я повернулась к Лагине. — Чего я могу ожидать здесь? Она все еще не в себе? — Это был мой самый большой страх. Ее нежное сердце и невинность были освежающей передышкой от постоянной борьбы за власть во дворце.

— Она изо всех сил пытается приспособиться, — предположила Лагина. — Мы все пытаемся.

Все охранники за дверью Софии были мне знакомы. Было приятно узнать, что некоторые из старших охранников выжили, хотя я не могла не задаться вопросом, были ли они на самом деле верны.

Лагина постучала. — Софи? Это я, Джина. У меня для тебя сюрприз.

Мы подождали несколько ударов сердца, прежде чем дверь приоткрылась, и, посмотрев в обе стороны, Лагина протиснулась внутрь. Я последовала за ней, и Аргус закрыл за нами дверь.

В комнате было так темно, что моим глазам потребовалось мгновение, чтобы привыкнуть, прежде чем я смогла разглядеть очертания обеих фигур. — София?

Она ахнула, затем вспыхнула свеча, и я увидел улыбку на ее лице за секунду до того, как она столкнулась со мной. Моя сестра крепко обняла меня, ее руки обвились вокруг моей шеи. Все ее тело сотрясалось, когда она рыдала в мои волосы. — Ты жива. Ты жива.

Я пригладила ее волосы, лаская по голове, как делала, когда она была маленькой. — Все в порядке, я здесь. Я в безопасности.

Внезапно она вырвалась из моих объятий, быстро отстраняясь от меня. — Но ты не в безопасности. Не здесь, со мной. — Ее глаза дико метались по сторонам, на лице была чистая паника. — Ты должна убираться отсюда. Ты не можешь быть здесь. Я могу причинить тебе боль.

— Ты не причинишь мне вреда, — заверила я ее.

— Ты больше никому не причинила вреда, — сказала Лагина. — Это был несчастный случай. Это больше не повторится. Теперь у тебя есть все, что тебе нужно.

— Нет. — София покачала головой. — Ара, ты должна убедить их отправить меня в Подземный мир. Я не могу быть здесь. Я не могу находиться среди обычных людей. Я угроза. Опасность. Монстр.

— Ты не являешься ни одним из этих существ, иначе причинила бы мне вред в тот момент, когда я вошла сюда. Вместо этого ты обняла меня, — напомнила я ей.

Она напряглась, нахмурив брови, словно обдумывая мои слова.

— Ты ни в чем не виновата, — добавила я. — Мы не знали, поэтому не смогли подготовиться. Как ты можешь быть виновата? Ты была ребенком. Это был не твой выбор.

— Это я лишила жизни свою собственную мать, — голос Софии дрогнул, когда она заговорила.

— У них есть способы предотвратить это, — сказала Лагина. — Если бы мы знали…

— Если бы мы знали, они бы убили ее, — сказала я.

Обе мои сестры посмотрели на меня широко раскрытыми глазами. — Не делай вид, что это сюрприз. Мы все знаем, как все в этом королевстве относятся ко всем, кто не является человеком. Нас воспитывали в страхе перед всеми остальными. Фейри, вампирами, оборотнями. Даже боги. Ты думаешь, ребенку-полувампиру позволили бы жить?

Рука Софии переместилась к груди, и она опустила глаза, делая медленные вдохи. Я никогда не видела ее такой противоречивой.

— Я не оправдываю его за то, что он сделал, — добавила я. — Но мы больше не можем позволить себе игнорировать тот факт, что нас воспитали смотреть на мир определенным образом. Поддерживать иллюзию безопасности, которую обеспечивал этот город. Играть роль.

— Вот почему тетю Катерину отправили к стене, — тихо сказала Лагина.

— Что? — Моя тетя всегда вдохновляла меня. — Она не вызвалась добровольно?

Лагина покачала головой. — Другим ее вариантом был храм.

Я сжала руки в кулаки, не обращая внимания на обкусанные ногти на ладонях. Я должна была догадаться. Я должна была увидеть параллели. Я была так слепа.

— Все было ложью, не так ли? — Мягко спросила София.

— Да, — ответила я без колебаний. — И это не твоя вина. Так что ты не собираешься расплачиваться за их ошибки.

— Моя мать… — она прерывисто дышала. — ее больше нет. Это моя вина.

— Больше никаких обвинений. Ты разберешься во всем. Я не хочу слышать оправданий, ты понимаешь? — Я никогда не разговаривала с ней так резко, и ее удивленное выражение лица почти заставило меня взять свои слова обратно. Но я знала, что это был единственный способ, которым она собиралась меня выслушать. Офелия никогда ничего не покрывала сахаром, когда дело доходило до заказов.

— Ты возьмешь свою жажду под контроль, и мы выясним, что это значит для твоей дальнейшей жизни. Мы больше никого не потеряем, ты меня слышишь? — Я уставилась на нее, не мигая.

Наконец, она кивнула. — Хорошо.

Я попыталась скрыть свое облегчение, но почувствовала, как мои плечи опустились, когда напряжение ушло. — Итак, что мы можем сделать, чтобы помочь ей? — Спросила я Лагину.

— У Иштвана уже в пути несколько сообщений, и Король-Дракон, кажется, знает кое-что о том, как ей помочь, — ответила она.

У меня отвисла челюсть при упоминании Иштвана. Если бы на троне была я, он бы не дышал. Я все еще не доверяла ему и никогда не буду. — Похоже, помощь уже в пути.

— Они заставляют меня пить кровь животных, — тихо добавила София. — Кажется, это помогает.

— Видишь? Мы с этим разберемся. — Я придвинулась к ней поближе и взяла ее руку в свою. Она слегка улыбнулась мне, и я почти увидела девушку, которой она была, когда я уходила, прячущуюся за этими пустыми глазами. Я знала, что никогда не увижу, как она вернется к тому, кем была раньше. Как и у меня, пути назад не было. Но она вырастет и станет кем-то другим. Кем-то более могущественным.

Я всегда считала ее такой хрупкой, но под этим невинным фасадом скрывалась более сильная женщина. Никто из нас не позволил ей бросить вызов себе, чтобы обрести эту силу. Мы больше не могли с ней нянчиться.

— Нам понадобится ваша помощь, — сказала я. — Возможно, ты станешь сильнее и могущественнее, когда эта новая часть тебя пробудится.

— Ара, — прошипела Лагина. — Она ни во что не ввязывается.

— Я хочу помочь, — с вызовом сказала София.

Я улыбнулась. — Я знаю, что хочешь. — Я была удивлена, что никогда не замечала этого раньше. В ней была еще одна сторона, которую мы все не замечали. Мы не позволили ей выйти за рамки, в которые мы ее поместили. — Как только мы выясним, как помочь тебе контролировать чувство голода, мы сможем сосредоточиться на том, как ты можешь использовать это в своих интересах.

— Ты позволишь мне помочь с темнотой? — спросила она.

— Кто лучше поможет справиться с тьмой, чем вампир? — Ответила я.

Впервые я увидела искреннюю улыбку и поняла, что она справится с этим. Это будет нелегко, и она уже никогда не будет такой, какой была, но она собиралась выйти победительницей.

В окнах было несколько ламп, когда мы шли по заброшенным улицам. Должно быть, кто-то из людей устал приносить свои вести богам. Или у них закончились подношения. В воздухе было не так много дыма, как раньше. Я задавался вопросом, смеялись ли боги, сжигая те немногие ресурсы, которые у них были, в то время как их посевы гибли от недостатка солнца.

— Как ты вытащил Никс? — Спросил король-дракон, пока мы шли. — Я знаю, что ты шел не через город.

— Не понимаю, какое тебе до этого дело, — ответила Лэра.

— Да, если тебе нужна моя помощь, — сказал он.

— Я не уверена, что мы вообще просили об этом, — парировала Лэра.

— Мы воспользовались порталом, — сказал я. — И нет, нам не нужна твоя помощь, но если бы ты руководил этим, я бы хотел знать.

— Значит, ты можешь быть разумным, — сказал он. — После всего, что я о тебе слышал, я не был уверен.

— Не похоже, что твоя репутация безупречна, — заметил я.

— Нет, но я знаю, что слухи обо мне в основном правдивы. Так что, если это так для тебя, я осознаю, во что ввязываюсь. Тем более, что мы все знаем, что моя магия ограничена на Атосе. — Он остановился, и я замер, гадая, к чему он клонит.

Лэра протяжно вздохнула. — Пожалуйста, не устраивай здесь соревнования по измерению члена. Я этого не вынесу.

Король-дракон искоса взглянул на нее, затем снова перевел взгляд на меня. — Я знаю, что твоя сила перевешивает мою. И я также знаю, что единственная причина, по которой кто-либо из нас вообще заботится об этом городе, заключается в том, что в нем живут семьи женщин, к которым мы… привязаны.

— Привязаны? — Лэра закатила глаза. — Какой безнадежный романтик.

— Нет никакой гарантии любви между супругами. Мы все это знаем. Особенно вы двое после того, что ваш отец сделал со своей парой, — сказал король-дракон.

— Кто сказал что-нибудь о друзьях? — Спросил я.

— Это очевидно. Может, она и не хочет тебя, но я знаю, что у тебя нет выбора, по крайней мере, обеспечить ее безопасность. Нет никакой другой причины, по которой ты был бы здесь, помогая этим людям, — ответил король.

— Во всем этом есть какой-то смысл? — Спросил Вант, придвигаясь ближе ко мне. Оборотень был примерно того же размера, что и король-Дракон, и, вероятно, король знал, что на Атосе способностям волка к превращению ничто не мешало.

Суть в том, что сейчас мы на одной стороне. А это значит, что мы должны прикрывать друг друга. По крайней мере, временно. В противном случае никто из нас не будет доверять другому, и у нас никогда не будет шанса защитить этот город.

— Я тебе не друг, — сказал я.

— Я и не прошу тебя быть таким, — ответил он. — Но если мы не можем объединиться ради этого, в этом нет смысла. С таким же успехом мы могли бы начать эвакуацию прямо сейчас.

— Ты мне надоедаешь, — сказала Лэра. — Мы собираемся найти магию или нет?

— Я серьезно. За пределами Атоса я мог бы уничтожить вас всех без труда. Даже вы не сможете противостоять драконьему огню. Я знаю, что здесь я уязвим, и я не собираюсь рисковать своей жизнью или жизнью моей пары ради этого города, — сказал он. — Я заберу свою пару и оставлю этот город навстречу его гибели.

— Хорошо, мы тебя не убьем, ты это хотел услышать? — Сказала Лэра.

Король зарычал.

— Мы на одной стороне. Пока. — Я сделал шаг ближе к нему, затем понизил голос, на случай, если кто-нибудь выглядывал из окон. Мы пробыли здесь слишком долго, и если бы кто-нибудь случайно посмотрел, мы привлекли бы внимание. — Но ты не можешь быть настолько глуп, чтобы думать, что то, что происходит на Атосе, не повлияет на тебя. Ему наплевать на Атос. Он хочет Дракус. Всегда хотел.

— Он не сможет удержать мой город, — ответил король.

— Это не остановит его от попыток. — Я скрестил руки на груди. — Возможно, здесь я ошибаюсь, но я почти уверен, что вашему народу также нужно солнце для выживания.

— Какое это имеет отношение к фейри? Не я разозлил Никс, — сказал он.

— Нет, она ничего не имеет против драконов. По крайней мере, не сейчас. Но чем дольше она прячет солнце, тем дольше мы все остаемся без урожая. В Коносе они могут расти без солнечного света. Мы приспособились к недостатку солнца. Не думаю, что Дракус приспособился, — заметил я.

— Ты угрожаешь моему народу? — Он подошел на шаг ближе ко мне, и я почти почувствовал запах серы, который всегда ассоциировался у меня с драконами.

— Я не угрожаю. Я говорю тебе, что у нас есть проблемы посерьезнее. И мы не сможем помочь тебе с Никс, если все будем мертвы, — сказал я.

— Может быть, богиня была бы умиротворена, если бы Атоса не стало. В этом городе находилась ее тюрьма, — сказал он, пожимая плечами.

— Возможно. Но я никогда не видел в ней человека, умеющего прощать. Если она не может выместить свой гнев на людях на Атосе, она найдет их в других местах. Другие королевства, где они живут свободно. Такие места, как Дракус.

— Теперь ты действительно угрожаешь моему королевству, — сказал он.

— О, черт возьми, — сказала Лэра. — Ты знаешь, кто он?

Король взглянул на Лэру. — Принц Коноса? Предполагается, что это что-то значит?

— Он сын Никс, ты, тупой дракон. Если у кого-то и есть шанс успокоить богиню, так это у него. — Она покачала головой, явно раздраженная. — Теперь, если мы все покончили с угрозами и перекладыванием ответственности на других, можем ли мы, пожалуйста, продолжить нашу работу? Я бы предпочла не встречать свой конец в этом паршивом человеческом городе, потому что вы, скоты, не смогли взять себя в руки. А теперь согласитесь не убивать друг друга, пока наши цели совпадают, и мы сможем жить дальше.

— Честно говоря, она, вероятно, здесь самая опасная, — сказал Вант. — Возможно, тебе стоит ее послушать.

— Я не боюсь шпиона, — сказал Король-Дракон, хотя и отступил от меня на шаг.

— Продолжай недооценивать меня, — сказала Лэра с улыбкой. — Мне легче, когда никто не воспринимает меня всерьез.

— Ты знаешь, что женщины, живущие в этом дворце, ценят превыше всего? Включая твоего супруга? — Внезапно вмешался Вант, игнорируя Лэру.

— Друг друга, — ответил я, хотя знал, что он обращается не ко мне.

Он взглянул на меня, затем снова перевел взгляд на Короля-Дракона. — Именно так. Ты хочешь ее в своей постели? Сделай так, чтобы ее сестры не умерли.

Он хмыкнул, затем кивнул. — Хорошо.

Я снова начал идти, гнев и раздражение заставили все мое тело напрячься. Я не ожидал всего этого, когда приехал на Атос. Я решил, что выясню, действительно ли моя мать здесь, и начну разрабатывать план ее освобождения. Я не рассчитывал на то, что буду чувствовать себя обязанным защищать город от гнева моего отца. Честно говоря, я думал, что он умрет.

В темноте Черный Опал выглядел не так величественно, как тогда, когда я навещал Ару. Лэра зажгла свет, направив сферу перед нами, когда мы приблизились к арочному входу. Стражи не было, и мы вошли во внутренний двор. В свете Лаэры растения уже выглядели увядшими, а фонтаны не работали. Казалось, что его забросили гораздо раньше, чем зашло солнце.

— Ты сказал, что это дом Селены? — Спросил Вант.

Я кивнул.

— Где она? — спросил он. — Она не похожа на человека, который стоит на коленях перед богами.

— Она могла бы, если бы не хотела, чтобы кто-нибудь знал, кто она такая, — сказала Лэра.

— Селена? Не та знаменитая убийца? — Спросил король-дракон.

— Предполагается, что она мертва, но, очевидно, мы больше не можем доверять даже загробной жизни, — сказал Вант.

Я остановился у входа, заметив, что занавеска с бисером исчезла. На ее месте была довольно крепкая на вид деревянная дверь. На мгновение я подумал, не постучать ли. Вместо этого я потянулся к ручке. Когда она повернулась, я посмотрел на Лэру и Ванта, мои брови приподнялись в немом удивлении.

Лэра пожала плечами, затем склонила голову. Вант вытащил оружие. Я открыл дверь.

Интерьер был освещен несколькими рассеянными лучами света. Без толпы и дыма он выглядел тусклым и древним. Кафельные полы были потрескавшимися, несколько ковров были потертыми и серыми, что, вероятно, не было их первоначальным цветом. Подушки, на которых сидели люди, были покрыты пятнами, которые заставили меня сморщить нос.

— Селену не застали бы мертвой в таком месте, как это, — сказала Лэра.

— Я должен согласиться с принцессой, — добавил Вант.

— Ресторан выглядит лучше, когда в нем полно людей, которые приносят золото, — раздался ровный, чистый женский голос, когда владелица вошла в большую комнату. Ее длинные серебристые волосы были собраны в узел на макушке, из-за чего она казалась выше, чем была на самом деле. С ее смуглой кожей и большими темными глазами она могла бы быть сестрой Лэры. Никто бы не подумал, что она намного старше. Я мог видеть, как ей удавалось попасть туда, куда она хотела. С такой красотой, как у нее, большинство мужчин не стали бы сомневаться в ее присутствии.

— Я думал, что убил тебя, — сказал Вант.

— Мне казалось, я говорила тебе не приводить эту собаку в мое заведение, — сказала она, приподняв брови.

— Вы оба нужны мне прямо сейчас, — ответил я.

— Ты бросила нас, — сказала Лэра, не скрывая обвинения в своем тоне.

— У меня не было выбора. Селена взглянула на Ванта, затем переключила свое внимание на мою сестру. В детстве ассасин была Лэре как тетя. Она терпела меня, но души не чаяла в моей сестре.

— Ты оставила меня с ним. Энергия в комнате изменилась, и я боролся с внезапной волной гнева. Лэра позволила своей магии взять над собой верх.

— Убери это, — рявкнул я.

Ощущение быстро рассеялось, но ущерб был нанесен.

— Это было интересно, — сказал король-дракон. — Я вижу, твоя магия здесь не отключена.

— Я не понимаю, о чем ты говоришь, — сказала Лэра.

Король усмехнулся. — Я почувствовал это принцесса. Я знал, что ты шпион; я знал, что ты получаешь необходимую тебе информацию, но я не представлял, что ты можешь заставить всех почувствовать твои эмоции.

Я чуть не выказал облегчение, но сдержался. Он был так близок к тому, чтобы узнать, на что она способна, но не понимал, что она намного сильнее. Мы никогда не обсуждали ее магию, но за эти годы я узнал достаточно, чтобы хорошо представлять, на что она способна. И это было ужасно.

Король шагнул ближе к Селене, и убийца осталась стоять на месте, высоко подняв подбородок. Он склонил голову в знак приветствия, и я несколько раз моргнул, удивленный этим обменом репликами.

— Госпожа Селена, я рад познакомиться с вами. Хотя за эти годы вы убили многих моих друзей, я могу уважать ваш талант. — Он поднял голову. — Для меня было бы честью заключить с вами временный союз.

Она приподняла темную бровь, затем посмотрела на каждого из нас по очереди. — Вы все работаете вместе?

— Похоже на то, — неохотно согласился я.

— Я полагаю, вы здесь из-за Никс, — сказала Селена.

— Не совсем, — ответила Лэра.

— Король направляется сюда со всеми союзниками, которых он может призвать, — объяснил Вант.

Она напряглась. — Я покинула тот остров не просто так.

— И по какой же именно причине? — Лэра выпалила эти слова, как будто сдерживала их в себе несколько часов.

— Твоя мать знает, — сказала Селена.

— Ты использовала меня, чтобы инсценировать свою смерть, — выпалил Вант.

Она пожала плечами. — Мне нужен был побег, который был бы правдоподобным.

— Мама? Все в порядке? — Из-за угла вышла молодая женщина, и мои глаза расширились. Я думал, что Лэра и Селена могли бы сойти за сестер, но эта женщина была практически близнецом моей сестры.

Фиалковые глаза, длинные серебристые волосы, потрясающая смуглая кожа. Даже то, как она двигалась, было похоже на шаги моей сестры.

— Кто ты, черт возьми, такая? — Спросила Лэра.

Женщина посмотрела на Селену, затем обвела взглядом всех нас. Я видел, как дрожат ее руки. Она была похожа на кролика, загнанного в угол. Хотя внешне она могла походить на мою сестру, в ней не было ни капли ее бесстрашия.

Селена вздохнула. — Ну, теперь ты знаешь, почему я ушла.

— Это, это она… — Лэра с трудом подбирала слова. Я никогда не видел чтоб она теряла дар речи.

— Он причинил тебе боль? — Спросил Вант.

— Я не собираюсь обсуждать это с тобой, — ответила Селена.

— Как тебя зовут? — Король обратился к женщине, его придворные манеры проявлялись в доброй улыбке и мягком поведении.

Женщина, казалось, немного расслабилась, когда обратила на него свое внимание. — Я Вера.

— Рад познакомиться с вами, Вера. — Король вежливо склонил голову.

— Она твоя сестра, — подтвердила Селена, не сводя глаз с Лэры. Затем она посмотрела на Ванта. — И нет, это был не мой выбор.

— Я должен был убить его в тот день, — прорычал Вант.

— У тебя еще будет шанс, — сказал я.

— Нет, он этого не сделает, сказала Лэра. — Потому что я собираюсь убить его первой.

Что-то грохнуло, и я вздрогнула. Вся комната затряслась, задребезжали ящики, свечи замерцали, моя кровать завибрировала.… Я вскочила с кровати, уверенная, что сплю или мне мерещится. Свеча упала на пол; пламя погасло, ударившись о мраморный пол.

Я поспешила к другой свече и схватила ее со стола, стараясь сохранить равновесие, чтобы огонек не погас. С потолка посыпалась пыль, и грохот продолжался, пока я раздумывала, стоит ли мне покинуть свою комнату.

Прежде чем я успела принять решение, тряска прекратилась. Мое сердце бешено колотилось, и я задыхалась, как после бега. Я никогда не испытывала ничего подобного раньше, но я читала истории о сотрясении земли. Пришли ли боги за нами? Были ли фейри уже здесь?

Неся свечу, я подошла к двери как раз в тот момент, когда она распахнулась. На пороге стоял незнакомый стражник. Я напряглась, готовая защищаться, если понадобится, но он согнулся практически вдвое, пока переводил дыхание.

— Ты в порядке? — Спросила я.

Он сделал еще один вдох, затем выдохнул, прежде чем выпрямиться. — Твоя сестра послала меня проведать тебя. Я сбежал.

— Я в порядке. Что это было? — Спросила я.

Он покачал головой. — Я не уверен.

— Где она? Что бы это ни было, хорошего быть не могло.

— Учись, — сказал он, задыхаясь. Он был пожилым мужчиной, и я подумала, не выполнял ли он менее активную работу до того, как поступил в охрану.

— Я провожу тебя туда, — предложил он.

Я кивнула, затем вышла из своей комнаты, закрыв за собой дверь. Я не была уверена, как долго я там пробыла. Отсутствие солнечного света значительно затрудняло определение времени. Все, что я знала, это то, что чувствовала себя более отдохнувшей, чем раньше, но я не была уверена, было ли это из-за волнения или я действительно немного поспала.

— Как тебя зовут? — Спросила я охранника, пока мы шли.

— Все зовут меня Хэл, — ответил он.

— Спасибо, что пришел проведать меня, Хэл, — сказала я.

— Для меня это большая честь. Знаешь, не все из нас считают то, что ты сделала, таким уж неправильным, — небрежно сказал он.

Теперь я знала, что он провел здесь не так уж много времени. Охранники, которые так дружелюбно разговаривали с нами, были редкостью, и обычно это происходило после знакомства друг с другом. Как Дэвид. Или Белан. У меня сжалось в груди, и я проглотила горе. Сколько еще мне придется оплакивать, прежде чем все это закончится?

— Я слышал, он вернулся сюда с тобой, — продолжил Хэл. — Принц. Это правда?

— Да. Он помогает нам против своего отца. — Я знала, что лучше не сообщать такого рода информацию охраннику, которого едва знала. Это было из тех вещей, на которых мой отец настоял бы, чтобы их обсуждали за закрытыми дверями.

— Хорошо, что вы двое прониклись симпатией друг к другу, пока он был здесь. Ты можешь себе представить, что было бы, если бы он не переметнулся на сторону женщины? Без обид, принцесса, я просто не могу представить, насколько хуже было бы, если бы он напал на своего отца, — сказал Хэл.

Я не хотела объяснять, насколько все было сложнее. Или как я не была уверена, что магии Райвина будет достаточно, чтобы помочь нам, когда фейри и их союзники будут штурмовать наши берега. Но он был прав. Если бы Райвин работал со своим отцом, у нас не было бы никакой надежды.

Когда я подошла к кабинету, ко мне присоединились несколько консультантов, которые также направлялись навестить мою сестру. Похоже, они не разделяли энтузиазма Хэла по поводу моего присутствия.

— Открой дверь, Аргус, — сказала я, игнорируя собравшихся советников, которые ждали у двери разрешения войти.

Охранник подчинился, и я не скрывала своей неприязни к мужчинам, стоявшим в холле, когда вошла.

Лагина расхаживала по комнате. Иштван стоял в углу, наблюдая за ней. Они оба посмотрели на меня. Моя сестра подбежала поприветствовать меня. — Ты в безопасности.

— Я в безопасности. София и Кора? — Спросила я.

— Они в порядке. Я проверила их по пути сюда, — объяснила она. Их комнаты были в противоположном крыле от моей. Другим способом Офелия разлучила нас.

— Что это было? — спросила я.

— Боги разгневаны, — мрачно сказал Иштван.

— Ты уверен? Поэтому здесь нет солнца? — Я не стал скрывать свой сарказм.

— Что ты хочешь, чтобы мы сделали? Мы сделали пожертвования, мы просмотрели все книги… — В голосе Иштвана действительно звучал страх.

Я уставилась на священника, неуверенная, видела ли я когда-нибудь, чтобы он проявлял какую-либо эмоциональную реакцию, кроме презрения. — Подожди, все, что ты пробовал, — это делать подношения главным богам. Тем, в честь кого у нас есть храмы, верно?

— Мы оставили меньшие пожертвования для других. — Он вернулся к «презрению».

Я сдержалась, чтобы не закатить глаза. — А как же Никс? Что-нибудь для нее?

Он несколько раз открыл и закрыл рот. Я закрыла лицо руками, злясь на себя за то, что не подумала об этом раньше. Опустив руки, я посмотрела на священника. — Никс злится, потому что думает, что люди забыли о ней. И мы доказываем ее правоту, ничего не делая для нее.

— Здесь никогда не было храма Никс, — сказал он.

— В том-то и дело. Ее не почитают. И, несмотря на то, что она богиня ночи, никто и не подумал связаться с ней или умилостивить, когда мы отправились в вечную ночь. — Я не могла поверить, что это не было первым, о чем я спросила, когда мы приехали.

— Нам нужно построить ей храм, — внезапно сказала Лагина. — Большой храм.

— И как именно мы это сделаем? — Спросил Иштван.

— Разберись с этим, — потребовала она. — Найди каменщиков и архитекторов, достань материалы. По крайней мере, мы будем на пути к тому, чтобы начать это, если богиня явится, чтобы уничтожить нас. Если она увидит, что мы пытаемся исправить зло, возможно, она смилостивится.

Если Никс была такой же, как другие боги, это был хороший план. Был реальный шанс, что она будет в восторге от перспективы быть удостоенной нового храма.

— Что ты все еще здесь делаешь? — Спросила Лагина. — Иди.

Иштван поклонился, затем метнулся к двери, оставив ее открытой, когда уходил. Я видела, что советники все еще толпятся у входа, ожидая, когда их впустят в кабинет.

Лагина откинула волосы назад, затем глубоко вздохнула. — Джентльмены, пожалуйста, входите.

Я подошла к окну и выглянула наружу, отстраняясь от разговора, который Лагина вела со своими советниками. Они были уверены, что пожатие было предупреждением, и у всех у них были разные представления о том, что она должна сделать в ответ. Ни одно из них не было хорошим.

Вглядываясь в темноту, я перестала прислушиваться к разговору. Небо было усеяно звездами, созвездиями, названия которых я выучила в детстве, но забыла. Я подумала, не стоит ли мне выучить их снова сейчас, пока они выставлены на постоянной экспозиции.

— Простите, ваше высочество, — голос Аргуса оторвал меня от созерцания звезд.

Все в комнате повернулись к дверям. Охранник поклонился, следуя протоколу, который, как я знала, был сделан ради советников. — Принц и принцесса Коноса вернулись.

— Впусти их, — сказала Лагина.

Советники ахнули, их голоса внезапно повысились, когда они заглушили друг друга множеством жалоб.

Райвин, Вант, Лэра, Селена и незнакомая мне женщина вошли в комнату. Они были покрыты толстым слоем белой пыли.

— Что случилось? — Спросила я.

— И кто эти новые люди? — Спросила Лагина, защищаясь, скрестив руки на груди.

— Ты помнишь Селену, — я указала на владелицу «Черного опала».

— Прошло некоторое время, и я слышала, что у вас новый титул, — Селена низко поклонилась, — Ваше Высочество.

Лагина напряглась. — Простите, я вас не узнала.

Селена встала, затем отряхнула с рук немного белой пудры. Это не сильно изменило густой слой пудры. Она была вся в этой дряни, что делало ее похожей на привидение. — Позвольте мне представить вам мою дочь Веру.

Женщина поклонилась, следуя примеру матери. — Ваше Высочество, для меня большая честь познакомиться с вами.

— Она еще одна родная сестра, — сказала Лэра, судя по голосу, недовольная этим открытием.

— Вас теперь трое? — Лагина не скрывала своего беспокойства. — Так она, я имею в виду, вы не люди?

— Фейри, как и мы, — подтвердила Лэра.

— Добро пожаловать, Вера. — Я пыталась говорить тепло, но мой тон был натянутым. Неловкость в комнате была заразительной.

— Ты здесь, потому что ты фейри, или потому что в этом замешан Черный Опал? — Спросила Лагина.

— Тюрьма находилась под Опалом, — объяснила я.

— Почему я не удивлена, — сказала Лагина со вздохом.

— Значит ли это, что ты нашел магию? Ты разблокировал ее? — Нетерпеливо спросила я.

— О, мы нашли её, но выпустить её будет нелегко, — сказал Райвин.

— Твой отец был хитрым человеком, — сказала Лэра, усаживаясь в кресло, и облако пыли поднялось вокруг нее, когда она села. — Он знал, что делал.

— Оно заперто там, в колодце. Должно быть, какой-то колдун был замешан в удержании всего этого на месте. — Райвин покачал головой.

— Это объясняет, почему магия так ограничена для большинства из нас, — сказал король-дракон.

— Ну, ты можешь это починить? — Спросила Лагина.

— Пожалуйста, скажи мне, что мы можем как-то обнародовать это, — добавила я.

— Есть способ, но никто из нас не может получить к нему доступ, — сказал Райвин.

— Что это значит. Мы должны сдаться? Бежать? — Это было последнее, что я хотела делать. Даже если мы сбежим, что помешает королю фейри преследовать нас до тех пор, пока он не уничтожит нас всех?

— Нам нужен вампир, — выпалил король-дракон. — Скорее всего, тот, кто состоит в кровном родстве с твоим отцом.

— Ты хочешь, чтобы София помогла? — В голосе Лагины звучал ужас. — Она не в том состоянии, чтобы куда-либо идти.

— Она — наш единственный вариант, — сказал Райвин. — Здесь больше магии, удерживающей это на месте, чем я когда-либо видел в одном месте. По сути, это было сделано с блокировкой крови в качестве первого шага. Как только мы пройдем через это, мы сможем получить доступ ко всему остальному и сможем высвободить магию.

— Она сделает это, — сказала я. — Я знаю, она захочет помочь.

— А если это не сработает? — Спросила Лагина. — Что с ней будет, если ты ошибешься. Что будет, если она не сможет?

— Тебе лучше не знать, — ответил Райвин.

— Я не соглашусь на то, из-за чего может погибнуть моя сестра, — заявила Лагина.

— Очень жаль, что ты не заботилась так же об Аре, — надменно сказала Лэра.

Лагина повернулась к принцессе, и я почти почувствовала, как гнев волнами накатывает от нее. Я схватила ее за плечо и оттащил назад. — Прекрати.

— Я не просила тебя уходить, — сказала Лагина.

— Но ты собиралась послать Софию, — напомнила я ей. — Она бы умерла.

— Я совершила ошибку, — сказала Лагина. — Я больше не буду рисковать кем-либо из вас.

— Это не тебе решать. София может решать сама. — Я убрала руку с плеча сестры. — Ты не можешь контролировать все.

— Почему это нельзя сделать без нее? — спросила она, поворачиваясь к Райвину.

— Твой отец уже был вампиром, когда запечатал магию. С человеческой кровью это не сработает. — Он взглянул на меня. — Или Ары.

Лагина прижала кончики пальцев к вискам и закрыла глаза. Когда она открыла их, то посмотрела на каждого из нас. — До того, как умер мой отец, самым близким к магии для меня была горячая вода в моей ванне.

— Возможно, вы будете удивлены, какую магию вы увидите, когда мы ее выпустим, — сказал король-дракон.

— Я не уверена, что готова к этому, — призналась Лагина.

— Тебе нужно подготовиться, — предупредил он ее.

— Книги, — сказала я, вспомнив закрытые тома. — Те, что за портретом.

Она нахмурила брови. Она не знала. Я быстро рассказала о скрытых книгах, которые однажды пыталась прочитать. — Если есть что-нибудь о том, как здесь было раньше, это могло бы помочь вам подготовиться.

— Я не думаю, что это хорошая идея, Ваше Высочество, — вмешался один из советников.

Я повернулась к нему, пораженная его восклицанием. Я и забыла, что они здесь. Все они стояли возле стола моего отца. Теперь за столом Лагины, предположила я. Они слушали, позволяя нам планировать и обсуждать.

— И почему же? — Спросила Лагина.

— Потому что они знают, — сказала Лэра. — И большинство из них работают на кого-то другого.

— Охрана! — Лагина закричала.

Двери распахнулись, и Аргус и другие охранники, стоявшие снаружи, ворвались в комнату.

Один из советников выхватил оружие и бросился к Лагине, но Райвин был быстрее, двигаясь перед моей сестрой с безупречной грацией. Он увернулся от атаки мужчины, затем ударил его ножом в бок, прежде чем обезоружить.

Советник упал на землю, зажимая кровоточащую рану. Он шипел проклятия, свирепо глядя на Райвина. Принц приставил лезвие к горлу мужчины. — Попробуй что-нибудь, и я закончу то, что начал.

Остальные советники отступили назад, их глаза расширились от шока.

— Она лжет, — крикнул один из них. — Мы верны Атосу.

— Арестуйте их всех, — приказала Лагина.

— Ваше высочество, — запротестовал один из них.

— Ты доверяешь этой ведьме из Коноса больше, чем нам, — прошипел другой.

— Мы служили твоему отцу много лет, — сказал кто-то еще. — Мы верны Атосу.

Лагина колебалась, словно пытаясь примириться с тем фактом, что она поверила слову Лаэры, а не советникам своего отца.

— Мне сказать ей, кто из вас впустил горничную, которая пыталась убить Ару? — Спросила Лэра.

Райвин встал передо мной, тени сгустились вокруг нас. — Кто это был?

— О чем она говорит, Ара? — Спросила Лагина, не сводя глаз с мужчин.

— Меня отравила служанка, которая заменила Милу, — призналась я.

Она взглянула на меня. — Ты мне никогда не говорила.

— Она чуть не умерла, — добавил Райвин. — Кто из вас виноват?

Карлин, младший советник, проработавший у моего отца всего несколько лет, сбежал.

Райвин двигался вместе со своими тенями, отрезая мужчине путь к выходу прежде, чем он успел добраться до двери. Прежде чем кто-либо из нас успел отреагировать, принц приставил нож к горлу мужчины.

Из раны хлынула кровь, и мужчина рухнул на землю, по полу растеклась алая лужа.

— Отведите их всех в темницу. Я не хочу слышать никаких оправданий. — Она указала на других советников и не выказала никаких признаков сострадания. Она была воплощением чистой злобы, и я не винила ее. Это были не те люди, которых она выбирала. Они были скорее пережитками правления нашего отца.

Мужчины запротестовали, когда Аргус и его охранники схватили их, обращаясь с ними так же грубо, как с любым преступником. — Не давай мне повода отправлять тебя в Подземный мир, — пригрозил Аргус.

— А что насчет этого? — Спросил Аргус в дверях, указывая подбородком на человека, лежащего на земле.

— Мы разберемся с этим, — предложила Лэра.

Мужчины притихли, когда их утащили, их хныканье заглушили шаги охранников.

Тени Райвина вернулись, окружив упавшего человека. Когда они рассеялись, тела уже не было. Я вздрогнула, вспомнив, как призвала эту силу, даже если не знала, как она работает и куда именно отправляются мертвые.

Затем он подошел к мужчине, которого ранил ножом в бок. Мужчина пытался отдышаться, хныкал и молил о пощаде. — Хочешь, я прикончу его?

Моя сестра повернулась к Лэре. — Я слышала о тебе. О твоем мастерстве здесь ходят легенды. Что ты знаешь об этой коварной змее?

Лэра встала, затем небрежно подошла к моей сестре. — Возможно, ты не так слаба, как я думала.

— Недооценивать меня было бы ошибкой, — сказала Лагина.

Лэра улыбнулась, не сводя взгляда с моей сестры. — Он годами отчитывался перед моим отцом. Но он не один. Один из них отчитывается передо мной, другой — перед вампирами в Фивах, а третий — перед ним. — Она наклонила голову в сторону Короля-Дракона.

— Кто-нибудь из них лоялен? — Лагина спросила, не дрогнув.

— Только один, но это только потому, что они еще не достигли его цены. Не потому, что он решил оставаться верным. — Лэра зевнула, прикрывая рот, затем отвернулась, как будто это был самый скучный разговор в ее жизни. — Кто-нибудь может принести нам что-нибудь поесть? Я умираю с голоду.

— Что нам с ним делать? — Спросила я, глядя на истекающего кровью мужчину на полу.

— Он мертв в любом случае. Ты можешь позволить ему страдать или покончить с этим быстро, — сказала Лэра, пренебрежительно махнув рукой.

Лагина смотрела на мужчину, пока тот судорожно втягивал воздух. Рука Райвина была твердой, лезвие находилось прямо над его горлом.

— Джина… Я не могла поверить, что она обдумывала это. — Покончи с этим.

Она колебалась еще несколько ударов сердца, и как раз в тот момент, когда я хотела отдать приказ сама, она кивнула Райвину. Принц быстро взмахнул клинком, и мужчина издал тошнотворный булькающий звук, его тело содрогнулось в конвульсиях, прежде чем он затих.

Я больше не была уверена, что узнавала свою сестру. Но опять же, я сомневаюсь, что она узнала меня. Все изменилось за такое короткое время.

— Всем следует переодеться к ужину, — объявила Лагина. — Мы снова соберемся в официальной столовой.

— У тебя нет слов для меня? — спросил Король-Дракон.

Лагина придвинулась к нему ближе, остановившись как раз перед тем, как они соприкоснулись. — Я работала над тем, как внедрить своих информаторов при вашем дворе. А потом появился ты и попросил руки моей сестры. На данный момент я бы сказала, что наши судьбы переплетены, нравится нам это или нет.

Она повернулась, затем пошла прочь от него, остановившись в дверях. — Думаю, в официальном платье. Возможно, это наш последний семейный ужин на некоторое время. — Она толкнула дверь и вышла.

Король-дракон усмехнулся. — Если Кора хоть немного похожа на Лагину, я всегда буду настороже.

— Лагина предсказуема, — сказала я. — Кора дикая, неприрученная. Ты никогда не сломаешь ее и не прижмешь к себе.

— Хорошо, — сказал он. — Теперь, я полагаю, мне следует принять ванну. Полагаю, королева настояла на том, чтобы успеть переодеться перед ужином из-за нашего внешнего вида.

— Когда она сказала — все, она имела в виду «всех»? — Робко спросила Вера.

— Да, я думаю, что она это сделала, — сказала я. — Я покажу тебе комнату для гостей, где ты сможешь привести себя в порядок.

Райвин вытирал окровавленный нож о свою пыльную тунику, оставляя красную полосу, которая обычно была бы скрыта темной тканью. Когда наши взгляды встретились, дрожь пробежала у меня по спине. Я отвела взгляд, прежде чем успела переосмыслить свои чувства к нему.

Селена и Вера настояли на том, чтобы снять комнату подальше от комнаты Лиры. Это заняло некоторое время, но я, наконец, нашла комнаты, которые были достаточно хорошо оборудованы для всех их нужд.

— Эта комната кажется подходящей, хотя, полагаю, там не найдется никаких черных туник, в которые ты мог бы переодеться, — сказала я Райвину, указывая на комнату рядом с комнатой его сестры.

— Если ты думаешь, что я позволю тебе пойти в твою комнату одной, ты сошла с ума, — сказал он.

Я скрестила руки на груди. — Я была в своей комнате одна, пока ты ползал по глиняной пыли, или чем там ты весь покрыт.

Он посмотрел на свою тунику, затем снова на меня. — Это было до того, как я узнал, насколько глубоко враги проникли во двор твоего отца.

— Это были твои люди, — напомнила я ему.

— Народ моего отца, — возразил он.

— Разве Лэра не отвечает за все это? — Спросила я.

— Обычно все контролирует она, но тот факт, что ни один из советников твоего отца не был по-настоящему предан ему, поражает. Должно быть, он наживал врагов, куда бы ни пошел, — сказал Райвин.

Я пыталась придумать больше аргументов в пользу того, почему Райвин не мог прийти в мою комнату, но я уже шла. — Ты знаешь, они могли прийти за мной, пока тебя не было. С чего бы им приходить за мной сейчас?

— Потому что мы их разоблачили, — сказал он.

— Мне кажется, что это натянуто. Ты уверен, что не пытаешься просто проникнуть в мою комнату? — Спросила я.

Он пожал плечами.

— Я так и думала. — Я все еще была зла на него, но уже начала оттаивать. Не то чтобы я хотела этого. Я не была уверена, что смогу злиться на него вечно. Может быть, это и к лучшему, что у всех нас, скорее всего, было потрачено время взаймы.

Мы остановились перед моей комнатой. — Ты же понимаешь, что я не полезу с тобой в ванну.

— Она недостаточно велика для нас двоих. — Он открыл дверь и жестом пригласил меня войти.

Я приподняла бровь. — Что ж, спасибо, что пригласили меня в мою собственную комнату.

Он ухмыльнулся и последовал за мной внутрь. Когда он закрыл дверь, свет ламп, горевших в коридорах, погас, оставив нас в абсолютной темноте.

Паника усилилась, и мой пульс участился. Я повернулась, потянувшись к ручке двери, когда появился свет.

Много света.

Десятки маленьких плавающих огоньков искрились и подмигивали по комнате. Они были точно такими же, какие я видела в лесу на острове Чето. Красивые и игривые, огни мерцали и плыли, отбрасывая теплое сияние вокруг моей комнаты. Все пространство стало волшебным и манящим.

Какими бы опасными и смертоносными ни были фейри, в том, что они могли создать, было так много красоты.

— Я не буду беспокоить тебя, пока ты моешься, — сказал Райвин. — Но я собираюсь подождать в твоей комнате, чтобы убедиться, что ты в безопасности.

Я направилась к ванным, остановившись, прежде чем переступить порог. Я повернулась к Райвину. — Как бы то ни было, я рада, что ты не умер.

Большие окна, из которых открывался вид на море, напоминали о том, как много изменилось. Бесконечные голубые просторы исчезли. Его сменила бездонная чернота. Пустая темнота, не тронутая слабым светом луны. Звезды мерцали, их веселый блеск в этот момент казался почти насмешливым. Если бы не они, я бы так и не узнала, где кончается море и начинается небо. Я очень устала от ночи.

Слуги суетились по комнате, заканчивая накрывать на стол и наполнять вином бокалы. Это был первый раз, когда я увидела слуг с тех пор, как вернулась во дворец. Я задавалась вопросом, сколько человек сбежало после Выбора. Вероятно, они точно знали, что здесь произошло. Кем был мой отец, почему погибли Мила и другие.

Кем была София.

Горе, охватившее меня, было двояким: глубокое чувство потери для всех тех, кто побывал в Подземном мире, и скорбь по моей сестре. Она так много потеряла, а потом потеряла свою человечность.

— Ара, ты сядешь справа от меня, — объявила Лагина, входя в комнату. — Мы предложим другой конец стола Королю-Дракону, поскольку он самый высокопоставленный из приглашенных членов королевской семьи. — Она взглянула на Райвина. — Если только ты не захочешь заявить об этом, несмотря на то, что планируешь цареубийство. Возможно, мы ужинаем с будущим королем Коноса?

— Мне не нужна глава стола, — сказал он, игнорируя ее очевидную попытку выяснить его планы относительно преемственности Коноса.

Прежде чем разговор стал еще более неловким, вошел Король-дракон. Он остановился в арочном проходе и оглядел комнату. Селена и Вера приблизились, и король посторонился, пропуская их.

— Добро пожаловать, — сказала Лагина. — Пожалуйста, все присаживайтесь. Нам многое нужно обсудить за ужином.

В комнате воцарилась тишина, и меня пробрал озноб. Обернувшись, я увидела Софию, которая колебалась у входа. Аргус и еще один охранник стояли по обе стороны от нее.

Она выглядела меньше и хрупче, чем я когда-либо видела ее. Ее кожа была бледной, длинные светлые волосы почти белыми, голубые глаза слишком большими для ее худого лица. Бледно-голубые пеплосы не помогали, мягкий цвет подчеркивал блеклость ее фигуры.

— Спасибо, что пришла, София, — мягко сказала Лагина.

Она кивнула, затем грациозно прошла вперед, заняв свое обычное место у дальней стены в центре длинного стола. Охранники заняли места рядом с ней, окружив ее.

Это была необычная компания. Селена и ее дочь сели напротив Софии, в то время как Король-дракон и Лагина заняли места во главе стола. Я села рядом с Лагиной, а Райвин занял место рядом со мной. Вант сел рядом с ним, оставив пустой стул между ним и Софией.

— Где Кора? — спросила я.

— Она опаздывает, — ответила Лагина.

— Мне привести ее? — Спросил Король-дракон.

— Зачем тебе это делать? — Хладнокровно спросила Лагина. — Вероятно, она избегает этого ужина, чтобы выразить протест против договоренности. Если ты попытаешься заставить ее поесть, это только вызовет еще больший бунт.

— Она собирается стать королевой, — пробормотал Король-Дракон. — Ей лучше научиться делать то, чего она не хочет делать.

— Она выполнит свой долг, когда придет время, — заверила его Лагина. — Дай ей хоть немного контроля, пока она не потеряла свой дом.

— Не все приходят в восторг, узнав, что у них есть пара. Особенно когда они росли, даже не подозревая о существовании брачных уз, — объяснила я.

— Ты говоришь о своей сестре или о себе? — спросил король. — Брачные узы священны. Их следует чтить.

— Облигации не имеют значения. Вы не можете владеть другим человеком. Если твоя пара тебя не хочет, придумай, как жить дальше. — Райвин взял стакан, стоявший перед ним, и сделал большой глоток.

Я ненавидела тепло, разлившееся по моим венам от его слов. Если бы я только могла им доверять.

— Мы здесь не для того, чтобы обсуждать Кору, — сказала Лагина, когда слуги начали расставлять блюда с едой на столе. Они добавили тарелки с жареной рыбой, миски со свежими овощами, корзиночки со сладкими медовыми лепешками и блюда со свежим инжиром.

Это разительно контрастировало с темнотой снаружи. Все эти свежие продукты из садов и огородов казались мне слишком роскошными, когда я знала, что растения, из которых они были получены, отмирают.

— Пожалуйста, все, берите, что вам нравится. Потом поговорим, — предложила Лагина.

Она отпустила слуг, велев им оставить на столе бочонки с вином перед уходом. Мы обслуживали себя сами, как будто были на семейном ужине, интимность была либо необходимостью для сохранения тайны, либо уловкой, направленной на то, чтобы заставить нашу собравшуюся группу ослабить бдительность. В любом случае, это был умный ход со стороны моей сестры.

Я положила себе на тарелку пару инжира и немного овощей, но отказалась от остальных угощений. От мысли о еде, пока мы были в разгаре таких серьезных дел, у меня скрутило живот. Я взглянула на Софию и отметила, что ее тарелка оставалась пустой. Она была не совсем похожа на себя. Ее кожа имела серовато-пепельный оттенок, сверкающие голубые глаза были пустыми и опущенными.

— Ты должна попробовать что-нибудь съесть, — подбодрила я, пододвигая к ней тарелку с медовыми пирожными.

Она посмотрела на меня. — Я вообще могу еще есть?

— Я видела, как едят другие вампиры, — сказала я.

Все за столом, казалось, дружно вздохнули.

— Она никому не причинит вреда. — Я не потрудилась отвести глаз от своей сестры. Пододвинув тарелку с пирожными поближе, я кивнула ей. — Ты в порядке. Съешь что-нибудь.

Она потянулась за тортом, ее рука слегка дрожала. Торт казался таким маленьким на ее большой тарелке, но я не хотела заставлять ее добавлять еще. На данный момент, если бы я могла заставить ее съесть это, это было бы началом.

Лагина прочистила горло, и мы все повернулись к ней. Моя сестра, королева Атоса. Это все еще казалось нереальным.

Она подняла свой бокал. — Прежде чем мы начнем, выпьем за тех, кого мы потеряли, и за тех, кого потеряем на этом пути.

Все присоединились, подняв бокалы. Мы выпили. Единственным звуком был звук опускаемых бокалов на стол. В комнате было так тихо и тяжело от вопросов, оставшихся без ответов. Мы ждали. Я сделала еще один глоток.

— Как вы все знаете, король фейри уже на пути сюда, — начала Лагина. — Наши новые союзники, Драконы, — она наклонила голову в сторону короля, — не смогут принять другую форму на Атосе, чтобы помочь нам сражаться с фейри, если мы не найдем способ это исправить.

Глаза Софии расширились, и она ахнула. Казалось, она не заметила, что остальные из нас никак не отреагировали. — Что мы можем сделать? Мы не можем сражаться с фейри в одиночку. Даже с нашими солдатами, возвращающимися со стены.

— Есть способ, которым мы могли бы обрести способность превращаться, — сказал Король-Дракон. — Но нам понадобится твоя помощь.

— Моя? Ты же не хочешь, чтобы я помогала. Я слишком рискую, — сказала она.

— Ты именно та, кто нам нужен, — вмешалась я.

— Единственный способ, которым мы можем высвободить магию, — это разрушить магию, которую использовал твой отец, чтобы запечатать ее. И мы не можем сделать этого без кого-то из его рода, — объяснил Король-дракон.

— Почему я? — Тихо спросила София, взглянув на Лагину, затем на меня. — Почему другие мои сестры не могут этого сделать?

— Это дополнительная охрана, которую добавил твой отец, — сказал Король-дракон. — Нам нужен кто-то с вампирской кровью.

— Ты единственная, кто может это сделать, — добавила я.

— Ты поэтому устраиваешь ужин? — Спросила София.

— Мы не сможем сделать это без тебя, — ответила Лагина.

София взяла свой бокал и отпила вина, затем сморщила носик, прежде чем поставить бокал обратно. — Звучит так, будто у меня нет выбора.

— Мне очень жаль, — извинилась Лагина таким тоном, будто именно это она и имела в виду. Это было редкостью с ее стороны, и, вероятно, это была единственная причина, по которой напряженное выражение лица Софии смягчилось.

Моя младшая сестра тяжело вздохнула. — Хорошо. Но я не могу ничего обещать.

— Мы просто просим тебя попробовать, — сказала Лагина.

— И если ты потерпишь неудачу, весь ваш город будет разрушен, — добавила Лэра, пожав плечами.

Мои глаза расширились. — Лэра, — рявкнула я.

— Она заслуживает правды. Даже если все остальные здесь нянчатся с ней. — Лэра переключила свое внимание на Софию. — Послушай, принцесса, сейчас ты более могущественна, чем была. Ты сильнее, тебя труднее убить, ты быстрее, ты будешь лучше видеть в темноте, и, честно говоря, через несколько дней ты будешь практически неотразима для любого человека, с которым столкнешься. У тебя появятся силы, о которых ты и не мечтала. И они должны позволить тебе принять их, чтобы ты могла расти.

Лицо Софии слегка позеленело. — Я ни о чем таком не просила.

— Никто из нас не просил тех подарков, которые у нас есть. — Лэра взглянула на меня, вероятно, вспоминая, как однажды сказала мне то же самое.

— Я знаю, это ошеломляет, — сказала я Софии.

— Ты ничего не знаешь, — прошипела она. — Ты бросила нас. Ты бросила меня. Предполагалось, что это буду я. Если бы я изменилась на Коносе, я бы убила их, и моя мать была бы все еще жива. — Она встала так быстро, что ее стул упал на пол. — Единственное, о чем ты когда-либо думаешь, — это о том, как ты можешь стать героем. Не имеет значения, какое влияние это окажет на кого-либо еще, главное, чтобы ты вмешалась и спасла положение.

— Соф… — Я встала, но она выскочила из комнаты, двигаясь так быстро, что была уже за дверью, прежде чем я отошла от стола.

— Все прошло хорошо, — сказала Лэра.

Я бросила на нее неприязненный взгляд. — Ты разозлила ее.

— Я сказала ей правду, — парировала Лэра.

— Ей нужно было это услышать, — сказал Король-Дракон.

Я нахмурилась. — Что? Зачем ей все это слышать?

— Потому что она начнет замечать изменения, и если у нее не будет никакого предупреждения, это может быть очень тяжело. Особенно для того, кто кажется таким чувствительным, — сказал он.

— С ней все будет в порядке, — заявила Лагина. Как будто ее слова было достаточно, чтобы изменить сами звезды.

— Я должна пойти поговорить с ней, — сказала я.

— Нет, не стоит, — Райвин положил руку мне на плечо. — Дай ей немного времени. Она согласится помочь, а это то, что нам сейчас нужно. Ты сможешь помириться с ней, если мы все будем еще живы, когда это закончится.

— Я поговорю с ней, — раздался сзади голос Коры, и я, обернувшись, увидела ее в дверях.

— Как долго ты там находишься? — Спросила Лагина.

— Достаточно долго, — ответила она, затем перевела взгляд на меня. — Прости, что не поприветствовала тебя раньше, Ара.

Я подошла к сестре, и она обняла меня. — Я рада, что ты жива.

— Я тоже рада тебя видеть, — сказала я ей.

Она выпустила меня из своих объятий. — Тебе нужно, чтобы она что-то сделала с магией?

Я кивнула.

— Хорошо. Я этого не понимаю, но я поговорю с ней, — сказала она.

— Спасибо, — ответила я, зная, что она была единственной, у кого был шанс связаться с Софией прямо сейчас.

Кора посмотрела на стол, и я поймала ее взгляд на Короле-Драконе, который длился всего мгновение, прежде чем она повернулась и ушла.

Когда я снова посмотрела на него, его тело было так напряжено, что я подумала, он вот-вот сорвется со стула. Но он остался, его взгляд по-прежнему был прикован к тому месту, где только что стояла Кора.

Я вернулась на свое место за столом, хотя есть мне не хотелось.

— София одумается, — прошептал Райвин.

— Я уверена, что она согласится. Она захочет помочь, — согласилась я.

— Я не об этом. Она просто разозлилась. Она не винит тебя в том, что случилось с ее матерью, — сказал он.

Я тяжело сглотнула, затем кивнула. Я знала, что это не моя вина. Я знала, что она стала вампиром не из-за меня, и я знала, что ушла, чтобы спасти ее. Но если бы был способ избавить ее от боли, через которую она проходила, я бы это сделала.

Хуже всего было то, что единственная причина, по которой я грустила об уходе Офелии, заключалась в том, какое влияние это оказало на нее. Я бы пожертвовала ею сто раз, если бы это означало безопасность моих сестер. Это было единственное, что мне когда-либо поручали, и я серьезно относилась к своей работе. До такой степени, что я поставила это превыше всего остального. Я была именно таким человеком, каким она меня считала.

И я начала сомневаться, стоило ли оно того.

— Ты собираешься рассказать мне подробности о том, что произошло ранее сегодня? — Прошептала я Райвину.

Гости ужинали тихо, единственным звуком был скрежет столового серебра и глухой стук возвращаемых на стол бокалов. Это было самое неловкое блюдо, которое я когда-либо ела.

— Не здесь, — ответил он в тон моему шепоту.

— Я и не подозревала, что Черный опал так связан со всеми злодеяниями моего отца, — сказала Лагина.

— О, Селена и злодеяния уходят корнями в далекое прошлое, — сказала Лэра.

— Ты можешь сказать это снова, — пробормотал Вант.

— Я могу заверить вас, что расположение тюрьмы было случайным. — Селена откусила изящный кусочек, казалось, ее не беспокоил разговор.

— Я даже не уверена во всех деталях, но я собираюсь сказать, что это ложь, — вмешалась Лагина.

Селена приподняла бровь. — Меня в чем-то обвиняют, Ваше Высочество?

— Конечно, нет, — сказал Райвин.

— Я могу ответить за себя, — сказала Лагина, даже не взглянув на принца. — Я понимаю, что здесь все не так, как кажется. Мне все равно, какая у тебя история, я просто знаю, что совпадений не бывает, и я знаю, что ты ни в коем случае не человек. Честно говоря, ты слишком красива. Я должна была догадаться много лет назад, но я была глупа и поверила тому, что мне сказали.

— Ты не обязана отвечать ей, — сказала я.

Лагина искоса взглянула на меня, затем вернула свое внимание к Селене.

— Все в порядке. Я знаю, каково это, когда тебе лгут. Предали те, кого ты любил больше всего на свете, — начала Селена. — Я пришла сюда давным-давно, еще до твоего рождения. До того, как твой отец стал королем. Но я забрала Опал по его просьбе. В качестве одолжения.

— Оплата или причитающийся срок? — Спросила Лагина.

— В срок, — ответила она. — К сожалению, он скончался до того, как я сообщила об этом.

— Тогда я буду у вас в долгу, но я буду настаивать на том, чтобы использовать свое усмотрение в отношении его предоставления, — сказала Лагина.

— Вы очень добры, Ваше Высочество. — Селена склонила голову.

— Он попросил тебя охранять тюрьму? — догадалась Лагина.

— Только после того, как была предпринята попытка освободить богиню, — призналась Селена.

— Откуда он узнал о тебе? — Спросила я.

— Я никогда не спрашивала, — призналась она.

— Ты фейри, — сказала Лагина.

Селена кивнула.

— Ну разве это не прелесть? Я думаю, ты, возможно, единственный человек за столом, — сказала Лэра.

Лагина устремила на меня пристальный взгляд с безмолвной мольбой на лице.

Я еще не уточнила у нее, кем была моя мать и кем она была, но казалось, что теперь мы раскрываем все секреты. Я не хотела больше скрывать это от Лагины. — Мою мать зовут Чето.

— Черт. — Лагина тяжело вздохнула, теряя самообладание. В этот момент я увидела свою сестру. Не королева, не правительница города, а сестра, с которой я раньше исследовала город. Сестра, с которой я пробралась в Черный Опал. Сестра, которая знала все мои секреты. Как мы могли потерять все это за такое короткое время?

— У нее нет магии, если тебя это беспокоит. Ее забрали у нее, так что теперь она, по сути, человек, — сказала Лэра.

— Ты просто пытаешься разыграть драму в этот момент, не так ли? — Вант зарычал.

— Возможно. Это, должно быть, самый скучный ужин, на котором я когда-либо присутствовала, — призналась принцесса, пожав плечами.

— Лэра, — Райвин произнес ее имя, словно предупреждение.

— Мы вернулись, — объявила Кора.

Перепалка прекратилась, и мы все обернулись, чтобы увидеть двух моих младших сестер, ожидающих в дверях.

— Она собирается это сделать, но у нее есть условия, — объявила Кора.

— Расскажи нам, — мягко попросила Лагина.

София шагнула вперед. — Я хочу, чтобы она научила меня, как использовать это в своих интересах. — Она указала на Лэру.

Мне пришлось заставить себя закрыть рот. Это было не то, чего я ожидала.

— Я знаю, почему ты ушла, Ара, правда. Но я заслуживаю шанса сделать что-то для этой семьи, и если я могу быть достаточно сильной, чтобы помочь, я хочу помочь, — сказала она.

— Это невозможно, — сказала Лагина. — Ты не боец. Ты никогда им не была.

— Да, она такая, — сказала я, удивляясь, почему я никогда не замечала этого раньше. Там что-то было, под робкой сладостью. Мы просто никогда этого не замечали. Или никогда не давали этому шанса. Мы защищали ее, потому что она была самой младшей и милой из нас.

— Ты забываешь, что я должна согласиться и на это? — Спросила Лэра. — Я никогда добровольно не учила полувампира, как быть вампиром. У меня нет абсолютно никакого опыта в этом. И я не милая.

— Ты была единственной, кто хотел говорить со мной так, словно я могла бы стать чем-то большим, — сказала София.

— Я не уверена, что ты хочешь, чтобы она тебя обучала, — добавил Вант.

— Что ты хочешь этим сказать? — Лэра практически зарычала.

— Она хорошая учительница, — сказала я. — Она была бы хороша для Софии. И, возможно, часть милоты Софии передалась бы Лэре. Но я не собиралась произносить эту часть вслух.

— Ты уверена, что хочешь, чтобы твоя сестра была рядом с Лэрой? — Тихо спросил Райвин.

Я пожала плечами. В конце концов, это был не мой выбор. София спрашивала, а решать должна была Лэра.

Мы наблюдали за принцессой, ожидая ее ответа. Она скрестила руки на груди и смотрела на Софию так, словно та оскорбила ее подобным вопросом.

София ничего не знала о магии, и я предполагала, что она не слышала о репутации Лэры. Хотя, судя по решительному выражению ее лица, я не была уверена, что ей было бы все равно, если бы она это сделала.

С глубоким вздохом Лэра опустила руки по швам. — Хорошо. Но только если ты действительно переживешь все это. Чего нет никакой гарантии.

— Хорошо. Тогда у тебя есть вампирша — София закрыла глаза, затем тяжело сглотнула. Она сделала глубокий вдох, затем открыла глаза. — Ты сама превратилась в вампира.

— Значит ли это, что ужин готов? — Спросила Селена.

Лагина встала. — Я хочу, чтобы ты вернулась и освободила магию как можно скорее.

— Давай покончим с этим, — сказала Лэра, поднимаясь со стула. — Мне скучно, и я могла бы заняться чем-нибудь более интересным, чем болтаться по этому дворцу.

Райвин встал, за ним Вант. Я присоединилась к ним, готовая покончить с этим.

— Тебе нужно остаться здесь, — сказал Райвин.

Я рассмеялась. — Ты знаешь меня лучше, чем это.

Пещеры были такими, какими я их помнила, за одним исключением. Факелы, которые обычно горели в своих креплениях на стене, были темными, их заменили пылающие шары света, волшебным образом плавающие по пространству. В какой-то момент я могла бы привыкнуть к магии, которая сопровождала фейри, с которыми я проводила все свое время.

Рука Райвина коснулась моей, когда мы следовали за группой, и мое сердце затрепетало в ответ на его прикосновение. Я не потянулась к нему, но и не отстранилась.

Мы быстро догнали группу, которая пробиралась мимо бассейнов к коридору, в котором я никогда не была. Лэра и София были впереди, Вант и Селена позади. Король-дракон остался с Лагиной во дворце на случай, если им понадобится защита, когда мы выпустим магию на волю, а Вера была наверху, с конкретными инструкциями не подпускать никого к Опалу.

— Так вот что находится здесь, внизу, — сказала София с ноткой благоговения в голосе. — Это прекрасно.

— Это твое первое путешествие к Опалу, не так ли? — спросила я.

Она промычала в знак согласия. — Мне не разрешили. Теперь кажется забавным, насколько хорошо я была защищена, учитывая, насколько я опасна.

— Сейчас ты тоже не опасна, — добавила я. — Ты получишь контроль над этим, и с тобой все будет в порядке.

— Я не думаю, что хочу быть в порядке, — возразила София. — Я думаю, что хочу быть опасной.

— Мне нравится эта девушка, — сказала Лэра с веселыми нотками в голосе.

— Можем ли мы сосредоточиться на выполнении работы? — Спросил Вант.

Мы продолжили путь по коридору, из которого я видела, как выходили слуги. Я подумала, что он ведет к складскому помещению, но когда мы углубились в туннель, я обнаружила, что мы находимся внутри другого лабиринта пещер и туннелей.

— Насколько велико это помещение? — Спросила я.

— Я не исследовала это все, — призналась Селена.

Я почувствовала какое-то гудение, притяжение. Инстинктивно я провела пальцами по стене справа от себя. — Это там, не так ли? — Тихо спросила я, подняв подбородок в сторону туннеля впереди справа.

— Ты чувствуешь это? — Спросил Райвин.

— Да.

— Сюда, — объявила Селена, сворачивая в туннель навстречу притяжению, которое я почувствовала.

— Что это? — Спросила София. — Это как покалывание. Или скольжение. Или что-то в этом роде.

— Ты чувствуешь магию. Она пытается вырваться на свободу, так что по мере приближения она будет только усиливаться, — объяснила Селена.

— Почему я никогда не чувствовала этого раньше? — Спросила София.

— Я тоже не чувствовала этого до недавнего времени, — добавила я. — Ты больше привыкаешь к этому, но все равно это странно.

Вант встал перед моей сестрой. — Держись позади меня. Я не уверен, что мы найдем, когда подойдем ближе.

— Мы нашли стену, оборотень, ты был там, — сказала Лэра.

— И мы долбили стену, прежде чем сдаться и уйти. Если что-то и осталось, чтобы охранять ее, мы не сделали это счастливым, — ответил Вант.

— В его словах есть смысл, — сказала Селена.

— Я думала, ты его ненавидишь, — сказала Лэра.

— Это не значит, что я не могу согласиться с ним в этом. Мы говорим о древней, могущественной магии, которую сдерживают против ее воли. Магия хочет быть свободной. Ему не нравится, когда его заманивают в ловушку или отправляют туда, где ему не место, — сказала Селена.

Холодок пробежал у меня по спине. — Сколько же магии заключено здесь, внизу?

— Достаточно, чтобы полубогиня не узнала, что она не человек, — сказала Лэра. — Я подозреваю, что именно поэтому твоя мать на самом деле спрятала тебя здесь. Без дикой магии твоя никогда не проявится.

— Итак, что произойдет, когда мы выпустим это? — Спросила София.

— Уверен, ничего хорошего, — мрачно ответил Вант.

— У нас нет выбора, — добавил Райвин.

Поворот за поворотом мы путешествовали по туннелям. Мне не нужно было спрашивать, откуда они знают дорогу. С каждым шагом магия, казалось, пела в моих венах. По мере нашего приближения она становилась все сильнее. Я знала, что остальные могли чувствовать, как она зовет нас, подталкивая вперед. По мере того, как магия усиливалась, усиливалось и дурное предчувствие. В ощущениях было предупреждение, намек на осторожность. Что-то подсказывало мне развернуться, хотя я знала, что мы на правильном пути.

Хотя туннели были узкими, Райвин никогда не отходил от меня. Я ненавидела то, насколько успокаивающим было его присутствие. Мое беспокойство росло вместе с магией, но я не собиралась отсылать его прочь. Было приятно видеть его рядом со мной, зная, что его тени на моей стороне с тех пор, как моя магия исчезла. Возможно, у меня и было с собой оружие, но я знала, как мало урона оно может нанести большинству магических существ. И это было не существо. Это была чистая магия. Как я могла защититься от этого?

В моем животе скрутились узлы, нарастала тошнота, ощущения нарастающей силы выводили меня из равновесия.

— Оно уже сопротивляется нам, — сказала Лэра. — Может быть, оно не хочет быть свободным.

— Оно не знает, что мы здесь, чтобы освободить его, — сказала Селена. — Магия — это дикая штука.

— Я не уверена, что смогу долго продолжать, — сказала София.

— Мы почти на месте, — подбодрила его Селена.

Конечно же, следующий поворот привел нас в тупик. Пещера закружилась у меня перед глазами, и я почувствовала себя так, словно была на корабле, качающемся на волнах. Белая пыль покрывала каждую поверхность, из-за чего мои сандалии скользили, когда я шла неровными шагами. Землю усеивали куски белого мрамора — остатки того, что они сделали, когда были здесь в прошлый раз.

— Вот и все, — объявила Лэра. — Мы прошли первый слой, но нашли это.

Я придвинулась ближе, держась рукой за стену для равновесия. Райвин схватил меня за локоть. — Позволь мне помочь тебе.

Он, казалось, твердо стоял на ногах, на него не повлияла энергия, которую я чувствовала. — Почему ты в порядке?

— Чем больше в тебе магии, тем меньше ты ее чувствуешь, — ответил он.

Моя челюсть напряглась, и я посмотрела на остальных членов нашей группы. Казалось, я была единственной, кто пострадал так сильно. Все остальные шли нормально. Мне стало интересно, не пытается ли кто-нибудь еще отчаянно избежать рвоты.

— Ты можешь вернуться, — тихо сказал Райвин. — Никто не будет думать о тебе хуже.

Я бросила на него неприязненный взгляд, и он сжал губы, вероятно, держа свои мысли при себе.

Бронзовый круг с нашим фамильным гербом был прикреплен к белой мраморной стене перед нами. Он практически светился странным золотым сиянием.

— Это он? — Спросила София, проводя пальцами по бронзовому медальону.

Лэра вытащила кинжал. — Да, а теперь самое интересное.

— Что она делает? — Я едва могла произносить слова. Дышать становилось все труднее, как будто что-то тяжелое давило мне на грудь.

— Магия крови, — сказал Райвин.

Селена отошла от стены, Вант последовал за ней, оставив у медальона только Лэру и Софию. Райвин обнял меня, и я почувствовала такую слабость, что не стала сопротивляться. Мое зрение затуманилось, и я чувствовала себя такой усталой. Я знала, что мне нужно убираться отсюда, но не могла заставить себя пошевелиться, чтобы уйти.

— Ты готова? — Спросила Лэра.

— Просто сделай это, — сказала София.

Лэра взяла Софию за руку и сделала длинный надрез на своей ладони. Моя сестра поморщилась, но не вскрикнула. Кажется, я сказала ей, что горжусь ею, но не была уверена, сказала ли это вслух, потому что она не смотрела в мою сторону.

Она была так сосредоточена на своей задаче, что, казалось, не замечала ничего вокруг. Она медленно потянулась к медальону, кровь с ее ладони оставила на земле ярко-алые пятна.

Я покачнулась, и Райвин обнял меня крепче. Он откинул мои волосы назад. — Ты хочешь, чтобы я забрал тебя отсюда?

Я не ответила, я была слишком сосредоточена на Софии. Она прижала ладонь к медальону, и по белой стене потекла струйка крови. Когда она убрала руку, на бронзе остался ужасный след, но надолго он не задержался. Кровь пришла в движение, заполняя бороздки вокруг нашего фамильного герба, рубиновая жидкость текла по углублениям, как красная река. Затем медальон повернулся, медленно вращаясь по кругу. Когда он остановился, раздался грохот, затем стена начала сдвигаться вправо, открывая проход за ней. Вокруг нас посыпалась пыль, земля задрожала, когда дверь исчезла в углублении.

Когда это прекратилось, мы остались с пустой черной бездной. Магия хлынула наружу, заставляя мое сердце биться быстрее. Я хватала ртом воздух, когда от его сокрушительной тяжести у меня помутилось в глазах. Схватив Райвина за руку, я изо всех сил пыталась удержаться на ногах, но по мере того, как дверь продолжала открываться, мое дыхание становилось все более прерывистым. Весь мир качался, и я изо всех сил старалась держать глаза открытыми. Мне показалось, что откуда-то издалека я услышала, как Райвин зовет меня, но я не могла его видеть. Я не чувствовала его. Потом все потемнело.

Ара вцепилась в мои руки, ее дыхание вырывалось с трудом. Я прижал ее крепче, страх сдавливал мою грудь, затрудняя дыхание. — Ара, останься со мной.

Ее глаза дико метались по сторонам, и она судорожно глотала воздух. Паника на ее лице потрясла меня. Я не должен был позволять ей заканчивать. Я должен был заставить ее остаться. Не то чтобы она послушалась меня. Ара рухнула в мои объятия. Все ее тело обмякло.

Что-то взревело из темноты, и я, подняв голову, увидел золотые глаза, уставившиеся на нас в ответ. Огоньки фейри замерцали, их сияние ослабело, когда существо из глубин приблизилось к нам. Я не собирался позволить ей умереть здесь. Не от сокрушительной магии, изливающейся на нас, и не от зверя, направляющегося к нам.

— Ара, пожалуйста, держись. Я вытащу тебя отсюда. — Я повернулся, не заботясь о том, что что-то рычало из темноты. Не заботясь о том, что я оставляю всех остальных позади.

Внезапно все огни фейри погасли, и мы оказались в пустоте.

— Райвин! — позвал Вант.

Я отчетливо услышал звук, с которым он обнажил меч.

Рычание и скрежет когтей по камню эхом отдавались в темноте. Я чувствовал сердцебиение Ары, ее теплое дыхание. Оно было ровным и сильным. Она боролась с этим.

София закричала, и кто-то пробежал мимо меня, задев меня рукой, когда они возвращались. Я подозревал, что это была Селена, которая не стала задерживаться, чтобы встретиться лицом к лицу со зверем, которого мы выпустили на волю.

— Принцесса, подойди к стене и иди вдоль нее, подальше от моего голоса, — позвала Лэра.

— Нам нужен свет, — приказал Вант. У него не было магии, чтобы создать шары.

— Нет света, — ответила Лэра. — Это не работает. Мы сражаемся вслепую. Постарайся не пырнуть меня ножом, оборотень.

— Райвин, где ты? Ты можешь прорезать темноту? — Потребовала ответа Лэра.

Я колебался, зная, что Ара в таком состоянии в серьезной опасности. Я подумывал взять ее и сбежать. Я мог представить, как она просыпается, как свет возвращается в ее глаза; затем гнев, который она выплеснет, как только поймет, что я спас ее и обрек на гибель всех остальных. Я потерял бы ее навсегда, если бы спас сейчас.

— Блядь. Да. Я уже в пути. — Ее мораль действовала на меня отрицательно.

Я прислонил ее к стене, надеясь, что она проснется сама и что я не оставил ее просто как закуску для какого-нибудь существа, с которым мы столкнулись.

Вытянув руки перед собой, я позвал свои тени. — Оружие наготове, не гоняйся за ним. Ты можешь кого-нибудь зарезать.

— Где Ара? — Спросил Вант.

— Внизу, — ответил я.

Он хрюкнул, и зверь взревел. Я знал, что он попал в цель, и надеялся, что она не поглотит его целиком, пока я буду тратить время на призыв своих теней.

Я чувствовал, как поднимается моя магия, и знал, что она кружится вокруг меня, двигаясь сквозь темноту, как будто она принадлежала этому месту, как будто она была частью хаоса, в котором мы находились.

Дикая магия текла вокруг нас, и я взывал к ней, призывая ее к себе, используя ее, чтобы усилить мою собственную тьму. Я чувствовал остальных в комнате. Мои тени смыкались вокруг них, направляя меня к нашему врагу.

Когда они нашли свою цель, я направил все, что у меня было, в сторону существа. Оно завопило, издав оглушительный вой, когда я усилил хватку на нем. — Назад. Я понял!

Я услышал шарканье и понял, что моя сестра и мой друг свободны от моей магии. Используя все, что у меня было, я свел руки вместе, заставляя тени раздавить существо, успокаивая его и отправляя обратно в Подземный Мир.

Огни снова ожили, но тяжесть магии осталась. Я подбежал к тому месту, где Ара все еще лежала без сознания на земле, и пощупал пульс. Мои плечи опустились от облегчения, когда я обнаружил, что она все еще жива. Она была невредима, и ее сердцебиение и дыхание были сильными.

— Что это было? — Спросил Вант. Сбоку на лице у него была большая рана, кровь стекала по шее на тунику. Меч в его руке был покрыт алым, таким темным, что казался почти черным.

— Я не уверен, — признался я.

Лэра держала по кинжалу в каждой руке, ее тело напряглось, когда она вглядывалась в темноту прохода впереди. — Что бы это ни было, я предполагаю, что он был не один.

Софию трясло, ее лицо было почти таким же белым, как стена, к которой она была прижата. — Думаю, я передумала. Я не знаю, смогу ли я бороться с подобными вещами.

— Конечно, сможешь. Тебе просто нужно помнить, что теперь ты одна из них, — сказала Лэра.

София побледнела еще больше. — Я совсем не похожа на это создание.

— Ты хищница, дорогая. Это хорошо. Тебе не нужно нападать вслепую, как это делал тот монстр. Ты можешь выбирать, когда даешь себе волю, — сказала Лэра. — Ты все еще остаешься собой. То, что для тебя важно, все еще существует.

Софию все еще трясло, но она выглядела немного менее напряженной. — Но я убила свою собственную мать.

— Ты больше никогда не позволишь монстру внутри себя победить, — мягко сказала Лэра.

Я слегка нахмурился. Было странно видеть подобную мягкость от своей сестры.

Я снова обратил свое внимание на Ару, убирая волосы, упавшие ей на глаза. Она выглядела такой умиротворенной. Как будто она просто спала.

— Я вижу, Селена сбежала, — сказал Вант.

Эльфийки-убийцы нигде не было видно, но, возможно, это и к лучшему. Она привела нас сюда, но это не означало, что мы могли доверять ей. — Не беспокойся о ней. Давай просто закончим с этим и вернемся во дворец.

— Ты не думаешь, что дело было в этом? — Спросила Лэра. — Я никогда не ощущала столько магии.

— Но он все еще здесь. Он не выходит из туннеля. — Весь проход был пропитан магией. Как будто оно все еще было поймано в ловушку, на привязи где-то в глубине темноты впереди. — Я не думаю, что это все.

— Конечно, это было бы не так просто, — сказал Вант.

— Я останусь с Арой и Софией, — вызвалась Лэра.

— Нет, я заберу их обратно, вы двое идите, — ответил я.

— Ты что, издеваешься? У тебя есть твои тени и ее способность управлять монстрами и водой. Ты гораздо полезнее с тем, что находится там, внизу, — сказала она.

— Если кто и менее полезен, так это я, — неохотно сказал Вант. — Я замахивался на воздух. — Он покачал головой.

— Хорошо. Забирай принцесс. Мы закончим с этим, — сказала Лэра.

— Что, если я тебе снова понадоблюсь? — София отошла от стены. К ее лицу вернулась большая часть румянца.

Лэра взглянула на меня с безмолвным вопросом на лице. Я кивнул. Моя сестра повернулась к новому вампиру. — Если ты готова к этому, мы примем помощь.

— Я могу это сделать. Я просто разволновалась, — объяснила она.

— Мы не рождаемся со способностью смотреть в лицо вещам, которые нас пугают, — сказал Вант.

— Спасибо, — ответила София. — Позаботься об Аре, ладно?

Вант уже поднял Ару с пола и держал ее на руках, как спящего ребенка. Все мое тело отреагировало, ревность пронзила меня. Мне захотелось оторвать его голову от тела за то, как он прикасался к ней.

— Я узнаю этот взгляд, старый друг, — сказал Вант. — Я оберегаю ее, а не краду у тебя.

Мои ноздри раздувались, а челюсти были крепко сжаты. Руки сжались в кулаки, мне пришлось бороться с желанием уничтожить оборотня, держащего Ару.

— Смирись с этим, брат, — прошипела Лэра. — Если бы Ара хотела громоздкого оборотня, она бы его уже заполучила.

— Не уверен, что это поможет, принцесса, — пробормотал Вант.

— У нас есть дела, и ты можешь либо позволить ему отвести ее в безопасное место, либо попросить его нести ее позади нас, навстречу опасности, — рассудила Лэра.

Я моргнул и заставил себя разжать кулаки. Ара не была моей, даже если каждая частичка меня хотела заявить на нее права. Такое поведение только отдалит ее от меня еще больше.

— Пошли. — Я последовал за сестрой, не обращая внимания на Ванта и Ару, зная, что уйти — лучший способ подавить ревность.

Лаэра посылала плавающие огни впереди нас, они мерцали и искрились в темноте, освещая проход. Это был скорее белый мрамор, вырезанный неровными штрихами. Зазубренные края свидетельствовали о том, что каменщики взломали его слишком быстро или без особой осторожности.

Ощущение волшебства ослабло, но притяжение все еще было, подталкивая нас вперед.

— Это что, пары? — Спросила София после того, как мы некоторое время шли молча. — Вся эта история с — прикоснешься к ней и умрешь?

Лэра рассмеялась, а я нахмурился. Теперь, когда я был на некотором расстоянии, я понял, насколько глупо выглядел. Вант не представлял угрозы. И Ара все равно меня не хотела.

— Это то, что происходит между вами, не так ли? — Ее голос звучал неуверенно, как будто она пробовала новый язык.

Я колебался, задаваясь вопросом, как много я должен сказать. Традиционно каждый человек должен был поделиться своими брачными узами со своей семьей. Это было не мое дело, но никто в Атосе вообще не ожидал брачных уз.

— Между нами все сложно, — наконец остановился я.

— Он облажался, вот что он пытается сказать, — добавила Лэра. — Она была у него, но он ее потерял.

— Любовь заставляет нас совершать глупости, — сказала София.

— Ты на самом деле защищаешь его? — Лэра усмехнулась. — Магия в этом туннеле, должно быть, действует тебе на голову.

София усмехнулась. — Я только что столкнулась со своей долей странного поведения людей, которые объединились в пары.

— Она права, я облажался, — признал я.

— Знаешь, Ара заслуживает лучшего, чем она получила, — сказала София. — Я знаю, все думают, что я не замечаю, что происходит вокруг дворца. Что я не знаю, сколько она берет на себя и чего от нее требуют. Они нянчились со мной, но это означало, что они не так сильно беспокоились о том, что говорили в моем присутствии.

— Я знаю, что она заслуживает лучшего, — сказал я.

— Она уже так много потеряла. Отказалась от всего, что у нее было, ради всех остальных. Я больше всего надеюсь на нее, что она сможет найти способ жить для себя, а не для всех остальных, — сказала София.

— Я знаю. Она заслуживает счастья, — согласился я.

— Она заслуживает того, кто не откажется от нее, — пояснила София.

Я выпрямился, и маленький огонек надежды зажегся в моей груди. Она говорила то, о чем я думал?

— Если ты думаешь, что можешь дать ей это, ты должен бороться за нее. Но если ты причинишь ей боль, я разорву тебе горло, — сказала София.

Лэра захихикала. — И все думали, что ты милая, невинная сестра.

Я покачал головой. Если мы пройдем через это, я проживу остаток своей жизни, пытаясь быть человеком, которого заслуживала Ара. Я бы загладил свою вину перед ней и не прекратил бы попыток до того дня, пока не перестал бы дышать.

Пол загрохотал, и я остановился. — Ты это почувствовал?

Лэра держала оружие наготове. — Держись позади меня, София.

Я придвинулся ближе к принцессе, зажимая ее между нами. — Будь готова бежать, если понадобится.

Земля снова задрожала, сотрясая всю пещеру. Мелкие кусочки мрамора и пыль дождем посыпались на нас, заставляя нас кашлять. Грохот усилился. Что-то определенно приближалось к нам, но я не мог сказать, с какой стороны. — Где это?

— Я не знаю, — голос Лэры звучал напряженно, что с ней случалось редко. Обычно она очень хорошо маскировала свои эмоции.

Я сжал свой меч, готовый нанести удар, как только существо покажется. Еще больше тряски, еще больше падающих кусков мрамора, еще больше пыли.

Я сделал шаг вперед, назад, туда, откуда мы пришли. Я чувствовал, как что-то приближается, и был почти уверен, что оно загнало нас в эту комнату из другого прохода за закрытой дверью. Что бы это ни было, оно находилось здесь долгое время, запертое в этом магическом хранилище. И оно было злым.

Запах разложения и соли заполнил мои ноздри, и я услышал, как Софию за моей спиной стошнило. Лэра с отвращением заскулила.

Затем чудовище повернуло за угол, и мы увидели змееподобную голову, ведущую за собой длинное скользящее тело, которое атаковало нас, извиваясь и извиваясь, пока пробиралось по пещере.

Я чувствовал это, пульсирующую в нем жизнь, тяжелое дыхание, страх, который им управлял. — Лэра, ты можешь прочесть это?

— Нет, просто убей это, — крикнула она.

Я опустил меч, затем поднял другую руку, сила потекла через меня без предупреждения. Сила Ары. Сила Чето.

Зверь замедлил бег, но страх все еще оставался. Он щелкнул челюстями, обводя пространство большими золотистыми глазами, охватывая нас всех. Я почувствовал голод. Боль, от которой я чуть не согнулся пополам. Поморщившись, я сделал шаг вперед, пытаясь подавить это чувство.

Зверь остановился, его большая бледно-зеленая голова двигалась из стороны в сторону, в то время как длинное мерцающее тело оставалось неподвижным. Оно зашипело, высунув синий язык, продолжая покачиваться из стороны в сторону.

Магия Ары вспыхнула во мне, требуя применения. Я наклонился к нему, надеясь, что она простит меня за то, что я позволил ей течь, за то, что использовал её после того, как я поклялся не делать этого.

Я закрыл глаза и представил туннели, представил путь, по которому мы прошли, показывая путь через Опал, на улицы, к морю. Я представил себе свободно плавающих рыб и морских обитателей — желанную трапезу для голодного монстра.

Змея снова зашипела, и я открыл глаза, крепче сжимая меч.

К моему удивлению, он попятился, и я почувствовал его интерес к посланию, которое я отправил. Он повернулся и направился тем же путем, каким мы пришли, к двери. Массивный хвост на ходу врезался в стены, продолжая вибрировать. Мне пришлось прикрыть голову, чтобы сзади не посыпались обломки. Когда я поднял глаза, его уже не было видно.

— Что бы ты ни сделал, ты молодец, — сказала Лэра.

— Оно исчезло? — Спросила София. — Есть еще?

Внезапно я услышал крик. Голос, который я узнал бы где угодно. Ара. Я послал зверя прямо за ней.

Я побежал и обнаружил, что стою лицом к двери, которую мы открыли с другой стороны. Она закрылась за нами. — Ара! — Я постучал в дверь, затем огляделся, отчаянно пытаясь найти способ открыть ее.

— Помогите мне открыть её! — Я позвал Лэру и Софию.

В этот момент земля снова задрожала, и я, оглянувшись, увидел сотни пауков размером с лошадь, мчащихся к нам.

— Беги! — Закричала Лэра. — Если мы не побежим сейчас, ты умрешь прежде, чем снова увидишь Ару!

Я бросил последний взгляд на дверь и побежал.

Вант держал меня за волосы, пока я продолжала опорожнять желудок. Мой лоб был влажным от пота, а мир все еще вращался. Хотя все было не так плохо, как раньше.

Наконец, я встала и вытерла рот тыльной стороной ладони. Вант ослабил хватку на моих волосах. Я взглянула на него, ожидая, что он скажет что-нибудь осуждающее, но он просто смотрел на меня, как будто я была сделана из стекла. Это было еще хуже.

Я посмотрела в конец коридора, на дверь, которая вела к магии. Я все еще чувствовала ее присутствие, но оно было не таким сильным, как раньше. У Ванта было как раз достаточно времени, чтобы объяснить, что я потеряла сознание до того, как стало хуже.

— Лучше? — Спросил Вант.

Я вытерла рукавом пот со лба, затем кивнула. Головокружение прошло, и я восстановила контроль над своим дыханием. Кроме того, я больше не чувствовала потребности в рвоте, так что это казалось незначительной победой.

— Нам нужно возвращаться, — сказала я.

Вант скептически приподнял бровь.

— Наверное, она уже рассеялась. — Я не была уверена, пытаюсь ли я убедить его или себя.

Земля загрохотала, с потолка посыпались пыль и обломки. Я прикрыла глаза, пытаясь сохранить равновесие, надеясь, что дрожь прекратится. Вместо этого она усилилась. — Что это? — спросила я.

— Я не знаю. — Вант выхватил меч.

Я вытащила кинжалы из ножен на бедрах и повернулась к двери, через которую мы только что вошли. — Что-то приближается.

Вант двинулся впереди меня, затем оглянулся. — Нам нужно бежать.

В дверях появилась массивная змеиная голова, и все мысли о бегстве исчезли. Существо рванулось вперед, его тело совершало волнообразные движения взад-вперед, пока оно пробивалось сквозь темноту.

Его болезненно-зеленая чешуя имела тусклый блеск, совсем не похожий на красивый опалесцирующий отблеск, который я видела у морского змея. Он зашипел, показав клыки и раздвоенный синий язык.

— Вант… — Я подошла к нему, подняв оружие.

— По моим подсчетам, мы целимся в горло, избегая его челюстей, в нем может быть яд, — крикнул он.

Все происходило слишком быстро и слишком медленно одновременно. Ожидание, когда существо доберется до нас, показалось мне вечностью, хотя я знала, что прошло всего несколько ударов сердца.

Крепче сжав кинжалы в потных ладонях, я напряглась, готовясь к атаке.

Огромный хвост монстра врезался в раздвижную дверь, когда он проходил через нее, заставив весь туннель сильно задрожать. Огромные куски мрамора падали вокруг нас, и я откашливалась от пыли, быстро моргая, чтобы уберечь глаза от падающих обломков, не отвлекаясь при этом от существа.

— Сейчас, — крикнул Вант.

Мы оба бросились вперед. Оборотень ушел влево, подпрыгнув в воздух и приземлившись на змею. Я двинулась вправо и, не колеблясь, глубоко вонзила кинжал в чешуйчатую плоть. Я разрезала жесткую кожу, кряхтя, когда вытаскивала кинжал. Из раны сочилась темно-черная кровь, сопровождаемая зловонием, которое слишком сильно напомнило мне о гниющих животных. Я была рада, что в моем желудке больше ничего не осталось, и старалась не дышать через нос, вонзая второй клинок в монстра.

Существо взвыло, и этот звук заставил мои кости завибрировать, а зубы сжаться. Я рубанула вверх, но мои кинжалы не принесли ничего, кроме того, что разозлили зверя.

— Берегись! — крикнул Вант.

Я вытащила свой кинжал, когда оборотень спрыгнул с истекающей кровью змеи на землю рядом со мной. Гигантская голова повернулась к нам, шипя и забрызгивая нас слюной и кровью. Я подавилась, затем вытерла глаза так быстро, как только могла.

— Беги! — крикнул Вант, схватив меня за руку. Мы проскользнули мимо змея, направляясь к входу, через который пришли. Я слышала, как существо следует за нами. Он двигался быстро, травмы едва ли замедляли его.

Он щелкнул челюстями, но я не оглянулась, направляясь к выходу. Внезапно я услышала рычание и, оглянувшись в сторону, увидела на том месте, где только что был Вант, огромного волка. Он бросился на монстра, оскалив зубы и выпустив когти.

Змей остановился и поднял свою массивную голову, показывая зубы приближающемуся волку. Вант прыгнул, приземлившись на монстра, вонзив когти в его бок, а затем соскользнув вниз.

Змей взвыла, закричав так резко, что я вздрогнула. Затем он дернула шеей, сбив Ванта на землю. Он тяжело приземлился.

— Вант! — крикнула я. Я побежала к своему другу, но змей двигался слишком быстро, отрезая меня от него и образуя барьер вокруг упавшего оборотня.

Волк Ванта поднялся, но змей обвил его своим длинным хвостом, схватив в плен. Волк кусался, рычал и вырывался, но, несмотря на свежие раны и сочащуюся кровь, змей, казалось, не испугался.

Я заметила брошенный Вантом меч на земле. Я не могла держать его долго, но мне и не нужно было долго. Мне просто нужно было немного удачи. Быстро помолившись любому из богов, которые, возможно, все еще были на моей стороне, больше по привычке, чем по чему-либо другому, я бросилась в атаку.

Змей открыл пасть, шипя и щелкая челюстями. Он не нападал, он ждал меня. Я улыбнулась и побежала к нему, зная, что он недооценивает меня.

Сжав меч изо всех сил, что у меня были, я направила его вверх как раз в тот момент, когда добралась до монстра. Он нанес удар, и я вонзила клинок зверю в пасть, вверх, в голову. Используя все, что у меня было, я взмахнула мечом. Один из чудовищных клыков вцепился мне в руку, глубоко порезав. Я вскрикнула, боль заставила меня ослабить хватку.

Отшатнувшись назад, я схватила один из своих кинжалов здоровой рукой, оставив раненую руку висеть вдоль тела.

Чудовище билось, мотая головой из стороны в сторону, ударяясь о стены туннеля, вслепую борясь с застрявшим в нем мечом. Посыпалось еще больше обломков и пыли, и я отступила еще дальше, избегая существа, которое кричало в агонии.

Наконец, зверь рухнул, издав несколько последних булькающих звуков, а его золотые глаза стали устрашающе пустыми.

Массивное тело обмякло, и Вант выбрался из захвата, покачав головой, как только освободился.

— Ты в порядке? — Спросила я волка.

Он задрожал, затем его тело начало трескаться и ломаться. Я отвернулась, не желая смотреть, как он покидает одну форму, чтобы вернуться к другой.

Я услышала, как он собирает разорванную одежду на земле, и дала ему мгновение, прежде чем повернулась к нему. На нем была туника, но он держал ее как мантию. Она едва прикрывала его. Я осмотрела его на предмет травм и увидела несколько царапин, алая кровь выделялась на фоне белой мраморной пыли, которой он был покрыт.

— Ты, кажется, в порядке, — сказала я с облегчением.

Он подошел ко мне и коснулся кожи под порезом на моей руке. — Это от клыков?

Я поморщилась. — Да, но это не так уж плохо.

— Нам нужно отвести тебя к целителю на случай, если оно было ядовитым. — Он повернулся к поверженному монстру, затем посмотрел на меня. — Молодец. Тебе даже не понадобилась магия, чтобы одолеть этого зверя.

Я пожала плечами. — Ничего особенного.

Он усмехнулся. Мы оба знали, что я лгу. Этот змей чуть не убил нас обоих.

— Дверь закрылась, — сказала я.

— С ними все будет в порядке, — ответил Вант.

— А что, если там еще есть эти монстры? — Спросила я.

— Полагаю, что есть, — сказал он. — Но они пожалеют, что пересеклись с Райвином и Лэрой.

Я выдавила из себя улыбку, пытаясь не показать, как я волнуюсь. Или как сильно я хотела быть там с ними, помогать им. Я ненавидела то, что мы вернулись сюда, в то время как София помогала Райвину и Лэре высвободить магию. — Ты думаешь, они смогут это сделать?

— Я надеюсь на это, — сказал Вант. — Без этих драконов у Атоса нет ни единого шанса.

Обратная дорога во дворец показалась мне вечностью, но я отказалась позволить Ванту нести меня, как он предлагал столько раз. Тяжело дыша и дрожа, я добралась до ворот, где охранники быстро впустили нас. По крайней мере, они все еще могли узнать меня в таком состоянии.

Когда мы поднимались по лестнице ко входу, волна жара, а затем холода пронзила меня с такой скоростью, что я не была уверена, почудилось ли мне это. Ахнув, мои глаза расширились, и я огляделась в поисках источника этого ощущения.

— Я думаю, они выпустили магию, — сказал Вант.

Плечи с облегчением расслабились, я выдохнула. — По крайней мере, хоть что-то пошло правильно.

— Ара? — В голосе Лагины слышалась паника. — Что случилось? Где остальные?

Моя сестра сбегала вниз по лестнице, Аргус и Король-Дракон следовали за ней по пятам.

— Я в порядке, — сказала я, зная, что со мной не все в порядке. Но я была жива, и это было все, на что я могла надеяться.

— Позвольте мне помочь вам. — Она обняла меня за талию. — Кто-нибудь, позовите целителя. Найдите лучшего, кого сможете. Кто-то незаметный.

— Они все будут в храмах, — послышался вкрадчивый тон Иштвана. — Я могу помочь.

— Я сама рискну, спасибо, — ответила я.

— Ара, не говори глупостей. Вся твоя рука в крови, — пожурила Лагина.

— Найди кого-нибудь другого, — прошипела я.

— Если бы я хотел причинить тебе вред, я бы сделал это давным-давно, принцесса, — сказал Иштван.

Я заметила Ванта поблизости и потянулась к нему, притягивая к себе, в то время как моя сестра подтолкнула меня ближе ко входу. — Не подпускай его ко мне.

Оборотень кивнул. — Я отвечаю за нее. Ты можешь вернуться к своим другим обязанностям.

— Ара… — Лагина готовилась к лекции, но я не собирался давать ей начать.

— Я в порядке, Джина. Правда. Я взглянула на Короля-Дракона. — Разве тебе не стоит проверить свое превращение? Посмотри, работает ли это уже?

— Готово? Спросила Лагина. — Сработало?

— Есть только один способ выяснить, — ответил я, не сводя глаз с короля.

Вслед за нами раздался топот сотен ног по мрамору. Я никогда не видел таких монстров и мог бы умереть счастливым, никогда не увидев их снова. Раньше пауки меня не беспокоили, хотя они были одним из немногих страхов Лэры. Но от этих тварей у меня по коже побежали мурашки. Призвав свои тени, я отправил их за нами, погасив огни, созданные Лэрой, и проглотив преследующих нас пауков.

Я все еще слышал их, скользящих по мрамору в темноте. Я призвал из глубин своей магии, протискиваясь между монстрами. Они продолжили.

— Моя магия на них не действует, — крикнул я в темноту.

— Конечно, это не так, — процедила Лэра сквозь зубы. Она снова зажгла свет, и я бросился вперед, догоняя ее и Софию.

— Сделайте что-нибудь! — Крикнула София, в ее голосе звучала чистая паника.

Я оглянулся через плечо и увидел, что существа настигают нас. Нам повезло, что они двигались не слишком быстро. У меня сложилось отчетливое впечатление, что они загнали нас в угол, преследуя, но не нападая.

— Должно быть, мы приближаемся к тупику, — сказал я.

— Убей их, Райвин, — рявкнула Лэра. — Это то, что ты делаешь. Ты убиваешь тварей. Убей их.

Мой желудок сжался. Это было то, что я сделал. То, чем я был известен. Но мои тени потерпели неудачу. Я остановился и повернулся, вытаскивая меч из кобуры лицом к паукам. — Продолжайте! Делайте то, что должно быть сделано!

Я усилил хватку, готовый срезать как можно больше этих тварей. По крайней мере, я мог бы дать им шанс высвободить остальную магию.

— Не умирай, Райвин. Я не смогу удержать богов вдали от Ары, — сказала Лэра.

Я выругался. Она была права. Это будет не последняя моя битва. Я одержу победу. Ненавидя себя, я воззвал к незнакомой магии в своих венах, к которой я уже подключилась однажды. Это плавающее, запутанное месиво, которое мне не принадлежало. Сначала он сопротивлялся, как будто знал, что я нарушил свое обещание, когда использовал его против змея.

Протянув руку к паукам, я послал все, что смог уловить. Магия открылась, реагируя скорее на существ, чем на меня. Это было так, как будто он распознал присутствие монстров, игнорируя тот факт, что незнакомец был вооружен.

— Стойте! — Заорал я, направляя всю магию Ары, которую только мог призвать, на огромных существ.

Они замедлили шаг, теперь двигаясь осторожно.

Я нажал еще раз, на этот раз добавив в смесь свою собственную магию. Тени двигались извивающимися щупальцами, обвивая пауков, обвиваясь вокруг ног и тел, удерживая их на месте. Этого было достаточно, чтобы заставить их перестать двигаться, но я чувствовал их голод, их желание уничтожить всех нас.

Эти пещеры были их домом, а мы представляли угрозу.

— Мы не причиним вам вреда. — Я чувствовал себя нелепо, разговаривая с ними, и не знал, поймут ли они.

Они снова начали двигаться, сражаясь с тенями, проталкиваясь сквозь них. Щелкая и шипя, существа боролись с путами.

Они хотели моей смерти.

Я не был уверен, откуда я это знал, но я мог сказать, что они не остановятся, пока не полакомятся всеми нами. Черт.

— Лэра, что бы ты ни делала, двигайся быстрее, — крикнул я. Одно за другим существа высвободились из моих теней. Шаг за шагом они приближались ко мне. Глаза-бусинки поблескивали в огнях, оставленных Лаэрой. Их ножки цокали по мраморному полу, когда они двигались в унисон.

Я поднял меч и бросился в атаку.

По одному за раз я сразил пауков. Они окружили меня, щелкая, шныряя и хватая. Я отрубал им ноги и головы и вонзал свой меч в их тела.

Пот стекал по моему лицу, когда я посылал тени, чтобы сдержать как можно больше врагов, пока сражаюсь с ближайшей угрозой. Казалось, они все быстрее преодолевали мою магию, нападая группами. Челюсти щелкнули; клыки заблестели. Мне удалось увернуться от их зубов, не зная, ядовиты ли они.

Тела были свалены в кучу, ноги торчали во все стороны. Я забрался на упавших пауков, чтобы добраться до тех, кого сдерживал. Как только они вырвались из моих теней, я атаковал их, уничтожая понемногу, пока не остался, тяжело дыша, в море павших существ.

Ноги подергивались, а пустые глаза уставились на меня. Отдышавшись, я оглядел бойню, убеждаясь, что все они мертвы.

Я был покрыт темной, липкой кровью, и большая часть моей магии истратилась на то, чтобы сдерживать их. Как они сопротивлялись мне? Я уничтожал целые поля сражений, но эти пауки считали мою магию помехой лишь на короткое время. Это было так, как будто они питались моей магией, высасывая ее из меня по мере того, как я ее использовал.

Качая головой, я спустился с горы пауков, все еще сжимая меч. Я должен был найти Лэру. Какая бы магия ни была заперта здесь, внизу, она, должно быть, повлияла на обитавших здесь существ. Должно быть, так они отбивались от моей магии.

Я не хотел сталкиваться ни с чем другим. Мы должны были найти оставшуюся часть захваченной магии и убраться отсюда, пока не стали добычей чего-нибудь похуже пауков.

— Они мертвы, верно? — Спросила Лэра, услышав мое приближение. Она даже не отвела глаз от огромной круглой двери, на которую смотрела. Я чувствовала, как магия пульсирует, словно жар огня, запертого за стеной. Она хотела вырваться наружу.

— Они мертвы, — сказал я. — Но они сопротивлялись моей магии. Если мы столкнемся здесь с чем-нибудь еще, у нас могут быть неприятности.

Лэра оглянулась через плечо. — Тогда давай сделаем это и уберемся отсюда, пока нас еще кто-нибудь не нашел.

— Мы не знаем, как его открыть, — сказала София. Она была бледна и дрожала. Я даже не был уверен, как она еще могла функционировать после всего, что видела. Ара была права, она была сильнее, чем мы думали.

С ее руки капала кровь, и я заметил багровое пятно на двери. Очевидно, так ее не открывали.

Я подошла и положила ладонь на гладкий, прохладный мрамор. В отличие от грубо вырезанных стен, эта была гладкой и отполированной. Тот, кто это сделал, приложил к этому все усилия.

Я приложила к нему другую руку, и магия вспыхнула, посылая через меня поток, который заставил меня ахнуть.

— Что ты сделал? — Требовательно спросила Лэра.

— Ничего. Я только дотронулся до него, — сказал я.

Она прижала к ней ладони, но ничего не произошло. — София, дотронься до стены. Посмотри, отреагирует ли что-нибудь.

Принцесса приложила обе руки к мраморной поверхности. Мы почувствовали слабый импульс магии, но это было что-то.

Я приподнял бровь и посмотрел на Лэру. Она отошла от двери, и я последовал за ней, отступив назад, чтобы лучше рассмотреть происходящее. — Это не может быть связано с кровью, если оно отреагировало на тебя. Оно реагирует на магию? Оно не распознало мою.

— Это узнавание Ары. Это было абсурдно. Ара никогда не знала, что обладает такой силой. Как ее отцу удалось создать что-то подобное, используя ее магию как часть ключа?

— Попробуй, — София отступила от двери. — Используй свою магию. Посмотри, откроется ли она от этого.

Я кивнул, затем сделал глубокий вдох, снова подключаясь к этой магии. Преодолевая чувство вины, я боролся за нее, призывая ее вперед. На этот раз все получилось проще, даже без существа, которому нужно было отвечать. Я не был уверен, хорошо это или плохо.

Ара никогда больше не заговорит со мной, когда узнает, как часто я использовал ее магию.

Дверь вздрогнула, затем замерла. Ни всплеска магии, ни признака того, что она реагирует на то, что я послал.

— Дело не в магии, — в голосе Лэры звучало удивление.

София придвинулась ближе, снова прикасаясь к нему. Маленькая струйка магии, казалось, исходила от двери, заставляя туннель вокруг нас мерцать.

Я прикоснулся к нему снова, получив еще большую реакцию. Он проигнорировал Лаэру, вообще не отреагировав на ее прикосновение. Она отступила, затем покачала головой. — Ты, должно быть, шутишь надо мной.

— Что? — Спросил я.

Она усмехнулась. — Это ваша гребаная связь. Она признает вас семьей.

Мое сердце упало в желудок. Я слышал о том, насколько связанными кого-то делают брачные узы. Две половинки одного целого. Но достаточно, чтобы вызвать семейную связь через магически запечатанную дверь? — Этого не может быть.

— Так и есть, — сказала она. — Ты часть ее, даже если она тебя не хочет.

У меня внутри все перевернулось.

София посмотрела на меня. — Тогда вместе. Все, что у нас есть. Она закрыла глаза, и я был впечатлен тем, как она подчинилась своим инстинктам.

Я выругался себе под нос. Я не чувствовал себя достойным использовать свои связи с Арой и ее семьей для этого. Пока я не вернул ей доверие, пока я не вернул ей любовь, я чувствовал себя мошенником, делая это.

— Просто сделай это, — приказала Лэра.

Я стиснул зубы и подумал об Аре. Я подумал о том, как впервые увидел ее на Атосе. Как мое сердце пропустило удар, как я понял, что должен обладать ею, даже если я еще не знал почему. Как я сопротивлялся, боролся с этой связью. Я знал, что не подходил ей. Я знал, что она заслуживала большего, чем я. Я пытался выбросить ее из головы с другими женщинами. Я так чертовски старался не хотеть ее. Но она была единственной, кого я хотел. Я жаждал ее. Она была воздухом, которым я дышал, водой, которую я пил; она была всем, что придавало жизни смысл. Без нее не было ничего, кроме темноты.

Тени возникли вокруг нас сами по себе, мои эмоции заставили их закружиться.

— Райвин… — Предупредила Лэра.

Земля затряслась, и магия окутала меня.

— Не останавливайся! — Крикнула София.

Из ее носа текла кровь, и я чувствовал, как мои тени смешиваются с окружающей нас магией. Ревел ветер, отбрасывая волосы мне на лицо. У меня заболели уши, когда в голове усилилось давление.

— Дверь движется! — крикнула Лэра. — Продолжайте!

Земля задрожала, завибрировав, когда массивная мраморная плита откатилась в сторону. Я держал руки ровно, позволяя двери двигаться под ними. Когда она сдвинулась, я остался стоять в пустоте, двери больше не было под моими ладонями. Я споткнулась, изо всех сил пытаясь удержаться на ногах, когда дикий и буйный ветер, пронизанный магией, пронесся мимо. Я почувствовала вкус молнии, и мою кожу покалывало так сильно, что я поморщилась от боли. София упала, но Лэра подхватила ее прежде, чем она ударилась о землю.

Я упала на колени, опираясь о землю, чтобы собраться с силами, пока натиск силы сдерживался, чтобы обрушиться на нас, когда она хлынула из отверстия. Мир закружился, и на меня накатила тошнота. Как раз в тот момент, когда я подумала, что могу потерять сознание, ветер стих, и мы остались с блестящими остатками магии, висящими вокруг нас. Голубые огоньки переливались в воздухе, плавая, как крошечные драгоценные камни.

Я встал, поводил рукой в воздухе, прикасаясь к плавающим частицам и ощущая легкую дрожь от каждой, к которой прикасался. У нас получилось. Опустив руку, я глубоко вздохнул, и мои плечи поникли.

— Я надеюсь, что драконам этого было достаточно, потому что я больше так не поступлю, — сказала Лэра.

Я рассмеялся, чувствуя себя немного сумасшедшим после всего, что мы только что пережили.

Она встала, поднимая с собой все еще находящуюся без сознания принцессу. Я подошел к ней и забрал у нее Софию, держа ее на руках так же, как Вант выносил отсюда Ару.

— Этим атосским принцессам определенно нравится драма, — сказала Лэра.

— Они обе наполовину люди. Я впечатлен, что они продержались так долго, — сказал я, когда мы возвращались из туннеля.

— Ара, возможно, уже полноценный человек, — ответила Лэра.

Я подумал о тенях, которых она призвала от меня, и о том, как я смог воспользоваться ее магией. Она была не такой слабой, как думала моя сестра. Все собирались недооценить ее. И я не мог не думать, что есть способ использовать это в наших интересах. Я просто еще не был уверен, как.

Лэра замерла, втянув воздух, ее взгляд стал пустым. Я перестал двигаться. Она что-то видела.

Мгновение спустя она покачала головой, затем ее глаза снова встретились с моими, возвращаясь к настоящему.

— Что это? — спросил я.

— Они все присоединились к нему. Все. Даже Золотой Двор и жители Гор. Мы предоставлены сами себе. — Она выдохнула, что прозвучало как поражение. — Корабли с Телоса направляются в Конос за окончательными распоряжениями.

— Сколько времени? — Спросил я.

— Они прибудут через два дня и не собираются брать пленных, — сказала она.

Смотреть, как король извивается, ломается и корчится, было слишком тяжело. Я поморщилась и отвернулась, не в силах вынести, что его человеческая форма терпит боль, вызванную этим изменением. Я видела, как Вант проходил через то же самое, но я никогда не собиралась привыкать к этому и по возможности избегала смотреть.

— Да помогут нам боги, — пробормотал Вант рядом со мной.

Я оглянулась и увидела огромного дракона, поднимающегося с земли. Огромные крылья широко расправились, посылая порывы ветра, которые раздували мои волосы перед лицом, когда он поднимался в небо.

Темно-синяя чешуя блестела в свете факелов, зверь все больше сливался с ночным небом с каждым взмахом крыльев. Он был удивительным. Ужасающим и прекрасным одновременно. Почти идеальное сочетание с ночным небом.

— Предполагается, что я выйду за него замуж, — тихо сказала Кора.

Я даже не слышала, как она присоединилась к нам. Я обернулась и увидела, что она в ужасе смотрит на Короля-Дракона. Все краски исчезли.

— Он чудовище, — прошептала она.

Я оглянулась на огромного дракона, летящего над дворцом. Его хвост, увенчанный опасными шипами, хлестал позади. Огромные когти блестели на его руках и ногах. Я знала, что в массивной челюсти зверя торчат острые зубы.

— Мы что-нибудь придумаем. — Учитывая обещание Лагины Коре и связь, я не была уверена, что произойдет, и не знала, что сказать.

Кора сжала мою руку, придвигаясь ближе. — Он не уйдет без меня.

Я сжала ее руку. — Постарайся не думать об этом. Сначала мы должны пережить нападение фейри.

Он пролетел мимо нас, направляясь к морю, пока не исчез из виду. Я прищурила глаза, пытаясь найти существо, но оно было скрыто темнотой.

Внезапно вспыхнула вспышка света, осветив дракона на фоне ночного неба.

Огонь.

Он дышал огнем.

У меня кровь застыла в жилах.

Я тренировалась сражаться с этими существами. Я знала, на что они способны, но, увидев одного из них вблизи, поняла, насколько они смертоносны.

Кора выпустила мою руку и пошла прочь. Я задержалась на мгновение, наблюдая за вспышками пламени, описывающими дугу в небе, прежде чем последовать за ней. — Подожди, — крикнула я.

Она повернулась. — Ара, я люблю тебя, правда. Но прямо сейчас мне не помешало бы несколько минут побыть одной.

Я замерла, глядя, как она уходит, и жалея, что у меня нет слов, чтобы помочь ей с этим. Нам нужна была помощь Короля-Дракона, но я ненавидела, что все это было связано с рукой моей сестры.

— Неважно, сколько раз ты это смотришь, это всегда впечатляет, — сказал Вант, спеша догнать меня.

— Ты сражался с ними раньше, верно? Они действительно могут помочь нам против фейри? — Спросила я. Мне нужно было знать, что оно того стоило.

— Без них у тебя нет ни единого шанса, — ответил он.

— Это не ответ, — сказал я.

— Я знаю.

Я не настаивала. Я должна была верить, что мы сможем это сделать. Иначе какой был смысл? Огоньки в висках все еще мерцали. Я задавалась вопросом, сколько людей все еще там, сидят на страже и молятся богам.

Я не могла не представить богов, окруженных роскошью, с удовольствием наблюдающих, как мы готовимся уничтожить друг друга. Нахмурившись, я ускорила шаг. Я всегда задавалась вопросом, реальны ли боги, но теперь, когда я встретила некоторых из них, я пожалела, что до сих пор не знала. Было еще хуже знать, что они существуют, но мне было все равно. Хуже того, им, возможно, даже нравится наблюдать за нашей борьбой.

Возвращаясь во дворец, я услышала какую-то суматоху. Кричали стражники, оружие бряцало по полу. Взглянув на Ванта, мы пришли к молчаливому соглашению. Мы побежали на звук.

— Я не хочу причинять тебе боль, — произнес мужской голос с рычанием.

Я ускорила шаг, узнав его где угодно. — Он друг! — Я позвала охранников, даже не увидев Райвина. Добравшись до них, я заскользила по мраморному полу, раскинув руки для равновесия.

Охранники посмотрели на меня так, словно никогда не видели ничего менее достойного. Мои щеки вспыхнули. — Пыль на моих сандалиях. — Я покачала головой. — Неважно. Просто впусти их. Они со мной.

Несколько охранников оглядели меня с головы до ног, словно гадая, кто я такая. Я была вся в пыли и крови. Я повернулась к Райвину и заметила, что он кого-то держит на руках. — София!

Я обошла стражников и бросилась к принцу. — Что с ней не так? Что случилось?

— С ней все в порядке. Думаю, ей просто нужно немного отдохнуть, — сказал Райвин. Его руки дрожали. Вес Софии давил на него. Я никогда не видела, чтобы он проявлял какие-либо признаки слабости. — Ты в порядке?

— Что здесь происходит? — Спросил другой мужской голос.

— Сэр, — скандировали охранники.

Я бросила взгляд и увидела приближающегося Аргуса. — Слава богам, — выдохнула я. — Аргус, ты можешь отвести Софию в ее комнату?

— Принцесса? — Спросил другой стражник.

— Две принцессы, дурак, — огрызнулся Аргус.

— И королева, — добавила Лэра, присоединяясь к нам.

Стражники склонились в поклоне.

— Хватит церемоний. Кто-нибудь, помогите Софии, — приказала я.

Аргус забрал мою сестру у Райвина, и принц немедленно подошел ко мне. — Что случилось с твоей рукой?

— Она продолжает отказываться от лечения, — проворчала Лагина.

Я проигнорировала сестру, переводя взгляд с Райвина на Лэру и обратно. — С вами обоими все в порядке?

— У нас все в порядке, — сказала Лэра.

— Мы видели драконий огонь, — сказал Райвин.

— Он перекинулся, — подтвердила я.

— Хорошо. — Райвин провел рукой по волосам, и пыль и мелкие камешки посыпались вокруг него. Он избегал смотреть на меня, его взгляд метался повсюду.

— Что случилось? — Я могла бы сказать, что он что-то скрывал.

Лэра вздохнула, звук был преувеличенным и тяжелым. — Король фейри будет здесь через два дня.

— Я сообщу королю-дракону. Вы трое приведите себя в порядок и немного отдохните. Мы догоним вас, когда вы будете готовы. — Лагина не стала дожидаться ответа и повернулась, чтобы уйти.

Охранники вокруг нас переминались с ноги на ногу и теребили оружие у себя на поясе. Все они выглядели такими молодыми и неопытными. Я чувствовала их беспокойство, но у меня не было для них никаких утешительных слов.

Райвин коснулся пальцами моей руки, и я зашипела. — Что ты делаешь?

— Это, по крайней мере, нужно почистить. Ты должна попросить Ванта позаботиться об этом за тебя. — Он сделал шаг в сторону. — Отдохни немного, Ара.

Что-то глубоко внутри меня разбилось вдребезги, когда он ушел. Я хотела догнать его и затащить к себе в комнату. Я хотела чувствовать его рядом с собой. Я хотела слушать, как он тихо дышит, спит в постели рядом со мной.

— Пойдем, — сказал Вант. — Я помогу тебе привести себя в порядок.

— Что я сделала? — Спросила я.

— Я думаю, он пытается следовать твоим желаниям, — ответил Вант.

Я тяжело сглотнула. Это было то, о чем я просила, не так ли? Почему мне было так больно каждый раз, когда я была вдали от него. Дурацкие брачные узы. Должно быть, во всем виноваты эти узы. Я знала, что он мне не подходит. Я знала, что мне было лучше без него. Не так ли?

Мы шли в ногу по тускло освещенным коридорам. Свечи выпускали струйки черного дыма, колеблемые ночным бризом. Я посмотрела сквозь колоннады на море. Даже при свете звезд я не могла сказать, где кончается вода и начинается небо. Я вздрогнула. Из-за этого все выглядело намного опаснее.

Моя комната была освещена светящимися шарами фейри, и я была почти уверена, что Лэра или Райвин зашли, чтобы добавить их для меня. Моя жизнь обернулась совсем не так, как я ожидала. Вместо того, чтобы защищать границы Атоса от драконов, я объединила с ними силы против фейри.

Вант открыл кран, и в ванну полилась вода. Я напряглась, уставившись на сосуд, который едва не стоил мне жизни. Я больше не могла контролировать воду и ждала, когда страх вернется. Этого не произошло. Я осторожно придвинулась ближе, опуская кончики пальцев в ручей. Он был теплым и успокаивающим. Я не была уверена, ушел ли страх из-за того, что я достигла уровня мрачного принятия того, что я не могла контролировать, или это было потому, что Вант помогал мне чувствовать себя в большей безопасности.

Он развязал импровизированную повязку, которую наложил в пещере, и я поморщилась, когда он стянул ткань с липкой крови. Рана выглядела ужасно. Рана была глубокой и все еще сочилась. Не говоря уже о том, что она была покрыта грязью и пылью.

Оборотень нашел тряпку и кусок мыла и, намочив их, взбил в пену. Он выключил воду. — Я помогу тебе вычистить это, а потом ты сможешь сделать все остальное.

— Такой джентльмен, — поддразнила я.

— Я уже рискую своей жизнью, прикасаясь к тебе. Ты захочешь смыть мой запах, прежде чем снова увидишь свою пару, — предупредил Вант.

Я подавила желание закатить глаза и открыла рот, чтобы сказать что-нибудь язвительное, когда ткань коснулась раны на моей руке. Я вскрикнула, затем рефлекторно отдернула руку.

— Оставайся на месте, — приказал Вант.

Ворча, я убрала руку, затем глубоко вздохнула. Оборотень осторожно вымыл мою руку, чередуя полоскание ткани в ванне с отмыванием дополнительных слоев пыли и запекшейся крови.

Я прикусила внутреннюю сторону щеки и пересчитала плитки на полу в туалете, чтобы отвлечься от боли. Наконец он бросил тряпку в мутную красную воду.

— Я думаю, нам повезло, — сказал он, его пальцы коснулись огрубевшей кожи моей руки. — Я не вижу никаких признаков яда или инфекции.

— Что ж, это хорошо, — согласилась я.

— Но у тебя все равно останется шрам. Рана слишком глубокая, и у нас нет волшебных целителей, чтобы запечатать ее вовремя, — извинился он.

— Все в порядке. Я не возражаю против шрамов. — Мой разум мгновенно показал мне шрамы на спине Райвина, и я отбросила эту мысль прочь.

Он убрал свою руку с моей. — Тебе следует привести себя в порядок. Я подожду в твоей комнате, пока ты не закончишь, чтобы снова перевязать тебе рану.

— Ты можешь пойти в свою комнату и принять ванну, предложила я. — Мне и здесь хорошо.

Он снисходительно улыбнулся мне. Как будто я была ребенком, который сказал что-то особенно забавное. — Я подожду в твоей комнате.

Я знала, что не выиграю в этом споре, поэтому начала раздеваться. — Как пожелаешь.

Его глаза расширились, и он развернулся, его уши стали ярко-розовыми, когда он выбежал из ванной. — Очень смешно, Ара.

— Тебе не пришлось бы рисковать, увидев меня обнаженной, если бы ты пошел в свою комнату, — напомнила я ему.

— Прими ванну, принцесса, — позвал он.

Я усмехнулась про себя, сливая воду и снова наполняя ее. Пока она текла, я добавила немного миндального масла, которое Мила использовала для особых случаев. Учитывая возможность того, что каждое мытье может стать для меня последним, я решила, что она посоветует мне пользоваться хорошими средствами. У меня защипало в горле, когда я вспомнила все время, которое я провела с ней, и все время, которое я потратила впустую с ней.

Мне следовало почаще расспрашивать ее о семье. Я должна была делать для нее добрые дела, чтобы улучшить ее жизнь. Я так сильно скучала по ней. Я надеялась, что она будет гордиться мной за тот выбор, который я делаю сейчас, даже если я узнаю об этом слишком поздно, чтобы помочь ей.

Вода была не такой глубокой, как я привыкла, но ее было достаточно, чтобы покрыть мои ноги. Прогресс. Забравшись внутрь, я использовала новую тряпку, чтобы вычистить всю грязь и пыль из пещер. Мне пришлось добавить еще воды, чтобы я могла ополоснуть волосы, но я недолго оставалась в ванне. Вант заслужил свою очередь привести себя в порядок, и я знала, что он не собирается покидать мою комнату, пока я не закончу.

Я быстро вытерлась и завернулась в халат, прежде чем вернуться в свою комнату. Я замерла, когда Райвин поднялся со стула за моим столом. Он умылся и переоделся в обычную синюю тунику. Я никогда не видела его в цвете Атоса, и должна была признать, что этот цвет ему шел. Это навеяло воспоминания о приснившемся мне сне, и тепло разлилось у меня между ног.

— Я думала, ты хочешь, чтобы Вант помог мне. — Мне не понравилось, каким обвиняющим прозвучал мой тон.

— Я могу позвать его, если ты так предпочитаешь, — сказал он.

Я вздохнула. — Ты знаешь, что я не это имела в виду.

Он протянул мне связку чистых белых бинтов. — Можно?

Я заметила, что рукав моего халата уже покраснел от кровоточащей раны. За ним требовался уход. Я неохотно повернулась, чтобы не смотреть на него, затем вытащила руку из-под халата, затем подобрала ткань, чтобы прикрыть грудь, прежде чем повернуться к нему лицом.

Он был нежен, когда оборачивал полоски ткани вокруг моей руки, его прикосновение было мягким и уверенным. Я вдохнула его запах и закрыла глаза, заставляя себя думать о чем угодно, только не о нем в моей постели.

Закончив, он отступил назад, оставив между нами большое пространство. Я напряглась. Чувствовал ли он то же самое, что и я, или я его больше не интересовала?

— Я пришел поговорить с тобой. — Он неловко поерзал.

Я нахмурилась. Он провел рукой по волосам и уставился в пол.

— Ты нервничаешь. — Мое сердце бешено забилось. — Что случилось? Это одна из моих сестер? Что-то случилось?

Его глаза расширились. — Нет, ничего подобного. Просто я хочу, чтобы ты снова доверилась мне. Когда-нибудь. Так что мне нужно тебе кое-что сказать.

Моей первой мыслью было, что он был с другой женщиной, но мне пришлось напомнить себе, что мы больше не вместе. И еще, что на это не было времени. Как бы он вообще встретил кого-то, с кем можно было бы переспать?

Злясь на себя за то, что так легко поддалась ревности, я скрестила руки на груди и стала ждать.

— Я использовал твою магию, — признался он.

Я опустила руки по швам. Я не ожидала, что он скажет это, и понятия не имела, как реагировать.

— Вант рассказал мне, что случилось со змеем, и это моя вина. Я использовал твою магию и случайно отправил ее тебе, и мне очень жаль, — признался он.

— Этот монстр пришел за мной из-за тебя? — Мой голос прозвучал слишком громко.

— Не нарочно. Я отослал его подальше от нас, но в итоге он наткнулся на тебя и Ванта, и если бы ты не остановила его… — Он покачал головой. — Эта травма, которая у тебя, это из-за меня.

Странное ощущение пустоты наполнило мою грудь, но оно не было таким пустым или злым, как раньше. — Без моей магии это могло убить тебя. И Лэру. И Софию.

— Возможно. Я должен был просто бороться с этим. Я не знаю, зачем я использовал твою магию. Она просто отреагировала. Я обещал тебе, что не буду. Это не входило в мои намерения, клянусь, — сказал он.

— Это все? — спросила я.

— Нет, — ответил он.

— А что еще ты мог сделать? — Спросила я, не уверенная, что хочу это знать.

— Ну, это еще не то, что я сделал. Это то, что я намерен сделать, — ответил он.

Я приподняла бровь в безмолвном вопросе.

— У нас есть два дня до приезда моего отца. Я планирую использовать это время, чтобы научить тебя пользоваться моими тенями.

— К нему присоединяются все другие дворы, — объявила Лэра. — Даже если они этого не хотят.

— И никого из них невозможно удержать от присоединения? Спросила Лагина.

Лэра покачала головой. — Пока он дышит, они слишком боятся его, чтобы противостоять.

— Почему? — Спросила я. — Без силы Никс и без его монстра он не тот, кем был. Никто из них не хочет рисковать?

— У него на них что-то есть, — добавил Райвин.

— Я согласна. Но я не вижу, в чем дело. Каким-то образом он заблокировал получение мной определенной информации, — призналась Лэра.

Райвин искоса взглянул на нее, на мгновение выказав беспокойство, прежде чем придать своему лицу отсутствующее выражение. Этого было достаточно, чтобы вывести меня из себя еще больше.

— Остальные мои люди будут здесь завтра, — сказал Король-Дракон. — С восстановленной нашей магией мы сможем атаковать еще до того, как корабли достигнут берега.

— Разве этого не должно быть достаточно? — Спросила София. — Ты не можешь просто сжечь их все, пока они не добрались до нас?

— Они будут сопротивляться, — сказала Лэра невероятно мягко. Для всех остальных это был сарказм и язвительность. Но принцесса фейри питала слабость к Софии. Я предположила, что это был ее дар. Все всегда так к ней относились.

— Я все еще думаю, что все это ужасная идея, — пробормотала Кора.

— Ты хочешь что-нибудь добавить, моя невеста? — спросил Король-дракон.

Кора вздохнула. — Не называй меня так.

Он пожал плечами, и я уловила легкую ухмылку, прежде чем он пожал плечами. — Как пожелаешь, принцесса.

Кора закатила глаза. — Я даже не знаю, почему я здесь. Вы все, похоже, приняли решение насчет этого.

— У нас нет выбора, Кора, — сказала я.

— Мы можем сбежать. Мы делали это раньше. Мы могли бы начать все сначала в каком-нибудь новом месте. Если драконов недостаточно, чтобы помешать фейри добраться до Атоса, какие у нас есть шансы? — спросила она.

— Ты думаешь, они позволили бы нам уйти? Ты думаешь, они не стали бы преследовать нас? Кто из нас выдержит неделю в Хребте? — Спросила я.

— Им нужен Дракус, — сказал Райвин. — То, что мы отправимся туда, просто быстрее привлечет их внимание к конечной цели. Атос — ничто. Это мелкая месть, не более. Если бы все люди ушли, он бы просто сосредоточился на Дракусе и позволил всем вам умереть по пути туда.

Кора прижала пальцы к вискам. — Вот почему мне здесь не место. Ничто из этого даже не имеет смысла для меня. Тебе нужен настоящий совет.

Лагина потянулась через стол и потянула Кору за руку вниз, чтобы та могла сжать ее ладонь. — Это мой совет. Ты — важная часть этого.

— Я всего этого не понимаю, — сказала Кора. — Почему это вообще волнует фейри?

— Ты не можешь думать о причинах, — сказала Лагина. — Сосредоточься на том, как мы можем спасти наше королевство.

Кора кивнула, но не выглядела убежденной.

— Вы — люди, которым я доверяю. Никто из совета Отца не был надежным, и я, конечно, не могу доверять Иштвану, — сказала Лагина.

Я посмотрела на дверь, как будто ожидала увидеть скользкого священника, просунувшего голову внутрь. Лагина отправила его наблюдать за строительством нового храма в Никс. Они уже копали, расчищая место для него, чтобы мы могли показать богине прогресс, когда бы она ни решила прийти сюда, чтобы уничтожить нас.

— Ты научишься. Это хорошая практика для тебя. Если вы решите принять участие, голос королевы так же важен, как голос короля в Дракусе, — сказал Король-дракон.

Кора напряглась, и я почувствовала легкий толчок от его слов. Конечно, я знала, что так оно и работает, но к представлению Коры в роли королевы нужно было привыкнуть.

— Вант может помочь подготовить твоих людей, — предложил Райвин.

— Я могу сопровождать его, — предложил король-дракон. — Им следует привыкнуть к виду дракона, прежде чем мои люди прибудут завтра.

Лагина кивнула. — Хорошо. Давайте на этом закончим, а завтра соберемся снова, чтобы поделиться любой новой информацией.

Все сидевшие за столом встали, и мы направились к двери. Аргус, который молчал все собрание, проводил Софию, в то время как Кора вышла, не оборачиваясь. Вант и Король-Дракон ушли вместе, что было странной парой, оставив меня с Лагиной, Райвином и Лэрой.

Моя сестра отвела меня в сторону и прошептала: — Ты доверяешь этой информации, верно? Все еще трудно доверять кому-либо из Коноса.

— Они хотят смерти короля так же сильно, как и я, — ответила я.

Лэра кивнула. — Хорошо. Она выпрямилась, затем заговорила своим обычным тоном: — Я собираюсь узнать о состоянии нового храма. Увидимся за ужином?

— Я буду там, — заверила я ее.

Она взглянула на Райвина и Лэру, прежде чем выйти из комнаты. Я повернулась к братьям и сестрам. — Что вы двое запланировали?

— Не твое дело, — отрезала Лэра, перекинула свои длинные серебристые волосы через плечо и направилась к двери. — Увидимся позже.

Я покачала головой. По крайней мере, она снова вела себя как обычно.

— Пошли, у нас есть работа, — сказал Райвин.

Мой желудок скрутило в узел. Я нервничала из-за того, что столкнулась с его тенями, но должна была признать, что я также была взволнована. Та маленькая часть меня, которая жаждала власти, казалось, мурлыкала в предвкушении.

Лэра ненавидела тронный зал, вероятно, поэтому он был пуст, когда мы прибыли. Райвин закрыл за нами дверь, на мгновение погрузив нас в темноту, прежде чем выпустил несколько парящих светящихся шаров фейри.

— Это действительно то место, где ты хочешь поработать со мной над тенями? Я не могла не думать о том, что он сделал со своими тенями, когда я в последний раз была с ним в этой комнате.

— Я знаю, что это не идеально, и я знаю, что это тебе напоминает, но это защищено. Никто не может услышать или почувствовать, что мы здесь делаем, — сказал он.

Это объясняло, почему дополнительные охранники не прибежали после того, как Райвин убил моего отца. По моей спине пробежали мурашки, и мне пришлось отвернуться от принца, чтобы взять себя в руки. Как я могла примирить чудовище, которым был мой отец, с человеком, которого, как мне казалось, я знала? И как я должна была понимать тот факт, что все еще была влюблена в его убийцу?

Со мной было что-то очень неправильное.

— Ты хочешь, чтобы я нашел другое место? — Спросил Райвин.

Я глубоко вздохнула, затем повернулась к нему лицом. — Нет. Все в порядке. Даже хорошо. Потому что это напомнило мне, почему я не могла позволить своим чувствам диктовать мои действия с ним.

— Очень хорошо. Мы должны начать с чего-нибудь легкого и продвигаться дальше. Поскольку я смог использовать твою магию, пока нас не было рядом друг с другом, я думаю, что ты могла бы использовать мою, даже когда мы не вместе. Таким образом, ты никогда не будешь беззащитна.

— Когда ты раньше обращался к моей магии, твои эмоции были на высоте, и опасность была велика. Первым испытанием будет то, сможешь ли ты специально призвать мою силу.

Он подошел на шаг ближе ко мне, затем протянул руку. — Прикосновение могло бы облегчить задачу.

Я взглянула на его руку и заколебалась. Мое сердце бешено колотилось, а кожа уже казалась слишком горячей. Я хотела, чтобы это было из-за перспективы того, что я собиралась предпринять. Или тот факт, что я вернулась в то место, где этот человек убил моего собственного отца. Но это было не так. Дело было в том, что я знала, что как только я прикоснусь к нему, мне будет трудно сосредоточиться на том, что нам нужно было сделать.

Я сделала шаг назад. — Я бы предпочла попробовать без прикосновений. Ты не всегда будешь рядом со мной.

Он опустил руку, и я почти почувствовала его разочарование. — Хорошо.

— Ты думаешь, это то же самое, что когда я использовала свою магию раньше? — Я подавила разочарование от того, что начала все сначала. С его магией, а не с моей.

— Может быть. Почему бы тебе не попробовать то, что сработало у тебя раньше? Посмотрим, сможешь ли ты подключиться ко мне.

Я открылась, мысленно нащупывая ощущения, которые замечала раньше. Та маленькая темная часть меня, которую я пыталась подавить, ожила и, казалось, потянулась к Райвину. Я могла чувствовать его, но не так, как раньше. Это было по-другому. Как будто я чувствовала все то, что делало его тем, кем он был. Мое тело было легким и полным возможностей. Существовала связь, ниточка, которая, казалось, протянулась от меня к нему.

Я шагнула ближе к нему, позволив своим инстинктам руководить мной, пока не оказалась прямо перед ним. Он сиял. Голубые огоньки танцевали в пространстве между нами, как осколки звезд.

— Что ты делаешь? — спросил он, слегка запыхавшись.

— Я не уверена. — Я потянулась к нему. Как только мои пальцы коснулись его щеки, по мне пробежал толчок. Моя спина выгнулась дугой, и боль зигзагом прокатилась по позвоночнику, как вспышка света.

Райвин схватил меня, поймав прежде, чем я упала. — Что ты сделала? — Он откинул мои волосы назад и опустил нас на землю.

Я удивленно посмотрела на него. — Я не уверена.

Тени кружились вокруг нас, заключая в кокон из тьмы, усеянной сотнями мерцающих голубых огоньков, которые плавали вокруг нас, как тлеющие угольки.

Я села, высвобождаясь из его хватки, и посмотрела на созданный нами циклон. — Это была я или ты?

— Я думаю, это были мы, — сказал он.

Я вытянула пальцы, прикасаясь к кружащимся черным теням. Там, где я прикасалась, танцевали маленькие искорки, заставляя меня дрожать. Я подняла руку, недоверчиво уставившись на свою ладонь. Я не была уверена, что мы сделали и как это нам поможет, но это было похоже на начало чего-то большего.

Райвин потянулся ко мне, накрыв свою ладонь моей, затем опустил пальцы так, что держал меня за руку. Я тоже сцепила пальцы, затем уставилась на наше сплетенное пожатие. Напряжение вокруг нас усилилось, и я почувствовала, как волосы на моих руках встают дыбом.

Тени исходили от него, извиваясь и обвиваясь вокруг моей руки, окружая меня, как темные ленты. Я ахнула от страха, вспомнив, что я видела, как делали эти тени, когда они заключали кого-то в ловушку. Однако это ощущение длилось недолго, потому что каким-то образом я знала, что они не причинят мне вреда.

Они были игривыми, извивались и взбивались, кружась вокруг меня, как дружелюбные змеи. Я хихикнула, затем посмотрела на Райвина. Он ухмылялся, но я заметила, что вокруг него не было ни одной тени. — Я забрала их все?

— Я не уверен. — Он поднял свободную руку и щелкнул запястьем. Ничего не произошло. Он пожал плечами. — Думаю, да.

— Я не могу этого сделать. Я не смогу использовать твою магию, если она отнимет ее у тебя, — сказала я.

Он обнял меня свободной рукой за спину, затем притянул ближе, пока мои колени не коснулись его. — Я бы отдал тебе все, если бы это означало знать, что ты в безопасности. Ты должна это знать. Возьми это. Все, что у меня есть, твое.

В его глазах было чистое желание. Голодное выражение, от которого у меня задрожали руки. Несмотря на все, что между нами было, он все еще смотрел на меня так, как будто я была единственным человеком, на которого он когда-либо хотел снова посмотреть. И вопреки себе, я не могла не ответить на этот взгляд, заглядывая в бурлящую глубину его серебристых глаз. Там было что-то еще. Истощение. Слабость. Боль.

Из его носа начала капать кровь.

Я резко отпустила его магию. Натянув рукав туники на руку, я наклонилась вперед и вытерла кровь. Он поймал мое запястье. — Я в порядке.

— Ты не в порядке. — Я присела на корточки. — Я причинила тебе боль.

— Я справлюсь с этим, — сказал он.

Я покачала головой. — Нет. Твое тело сопротивлялось, как ты и говорил. Оно не хотело, чтобы я использовала твою магию.

— Ты не просто использовала её, — объяснил он. — Ты перекачивала её. Брала её так же, как я брал твою.

На мгновение темнота вспыхнула, требуя большего. Я оттолкнула ее. Я не могла сделать то, что он сделал со мной.

Райвин взял мое лицо в ладони, коснувшись каждой щеки. — Ты должна принять это, Ара. Все это. Но это не может произойти тогда, когда я этого ожидаю, иначе мое тело будет сопротивляться этому.

— Я не могу, — сказала я.

— Ты можешь. Это идеально. Боги сказали, что ты не можешь получить магию Чето. Они никогда не говорили, что ты не можешь получить мою. — Он улыбался, но я слышала его прерывистое дыхание. То короткое время, что я впитывала его магию, дорого ему обошлось.

— Я не буду, — сказала я.

— Ты должна. Это единственный способ обезопасить тебя. Только так я смогу начать заглаживать вину за то, что я сделал. — Он провел большим пальцем по моей скуле. — Пожалуйста, Ара. Мне нужно, чтобы ты жила. Ты должна это знать.

— Прекрати просить меня забрать твою магию, — сказала я.

Он открыл рот, чтобы заговорить, но я наклонилась вперед и прижалась своими губами к его губам, заглушая его протесты.

Он поцеловал меня в ответ, голодный и отчаянный. Его руки были в моих волосах, а мои скользнули вниз по его спине, притягивая его ближе ко мне. Я нуждалась в этом. Я нуждалась в нем.

Наши языки боролись, и мои пальцы впились в него, хватая так, словно я потеряю его, если отпущу. Этот поцелуй был всем, чем я была, и я чувствовала, как много он отдавал мне от себя, когда наши губы и языки соприкоснулись.

Вспыхнула магия, тени и холод закружились вокруг нас, как буря. Мою кожу покалывало, и по позвоночнику словно пробежала молния.

Мои волосы хлестнули меня по лицу, и я крепко прижалась к нему, наслаждаясь ощущением соединения наших тел, прижатых друг к другу так близко, что невозможно было понять, где заканчивался он и начиналась я.

Затем я почувствовала вкус меди и ахнула, высвобождаясь из его поцелуя. Он схватил меня за тунику и притянул к себе, но я сопротивлялась, большим пальцем вытирая кровь у него из-под носа.

Тени вокруг нас рассеялись, и ветер стих. Мы создали это, не прилагая усилий. Наши эмоции вызвали магию, которая причиняла ему вред. Или я пыталась выкачать из него побольше, пока мы целовались.

— Не останавливайся, — прошептал он.

Я подняла пальцы, показывая ярко-красный цвет. — Мы не можем этого сделать. Посмотри, что это с тобой делает.

— Я в порядке. — Он вытер нос рукавом.

Я встала, затем протянула руку, предлагая помочь ему подняться. Он приподнял бровь, как будто получать помощь от меня было оскорбительно. Я закатила глаза. — Я почти забрала всю твою магию. Поверь мне, я знаю, как это утомительно.

Он вздохнул, затем взял меня за руку, но на самом деле даже не потянул за собой, когда поднимался. Я почувствовала себя немного лучше, зная, что он, по крайней мере, достаточно силен, чтобы подняться, и я надеялась, что не причинила ему никаких травм, от которых он не оправится.

Мы имели дело с вещами, лежащими за пределами нашего понимания. — Ты говорил раньше, что супруги могут делиться магией. Как мы это сделаем, если я не воспользуюсь?

— Я думал, что именно этим мы и занимаемся, но, думаю, нет, — сказал он.

— Если это поможет мне защищаться, нам следует попрактиковаться в этом. — Я направилась к двери, затем оглянулась через плечо. — Если только тебе не нужно время, чтобы отдохнуть?

— Что ты имеешь в виду? — Он последовал за мной, остановившись рядом у двери.

— Мы сражаемся. Тренируемся с оружием, добавляя при этом немного магии, — сказала я. — В любом случае, это более реалистично, не так ли? Я не смогу стоять на расстоянии и использовать свою магию против любого атакующего. Для меня это было бы близко.

Я ненавидела то, что не могла принести больше пользы. — Тебе придется научиться управлять водой, возможно, даже вызывать каких-нибудь существ. — Я проглотила комок в горле. — Боги никогда не говорили, что ты не можешь использовать эту магию.

— Я не хочу использовать твою магию. С моей стороны было неправильно делать это раньше.

— Нет, не делай этого. Если это даст нам шанс спасти мое королевство, мы используем все, что у нас есть. — Я открыла дверь. — Тренировочные площадки. Помоги мне позаимствовать ровно столько твоей магии, чтобы дать мне преимущество, необходимое для борьбы с фейри.

— Я придумываю это по ходу дела, — сказал он.

— Я не прошу тебя быть идеальным. Просто будь честен со мной. — Моя грудь сжалась, когда я пошла вперед. Я подавила желание оглянуться, чтобы увидеть его реакцию. — Скажи мне, если я приму слишком много. Не скрывай от меня ничего.

Он был так тих, что я чуть не оглянулась, но испугалась того, что могла увидеть. Мне нужна была честность с его стороны, и я не хотела никаких проявлений жалости.

— Соглашайся, — наконец сказал он.

Я медленно выдохнула, стараясь не слишком менять позу. Я не хотела, чтобы он точно знал, насколько это было важно для меня. Потому что появился проблеск надежды. Если бы я могла снова доверять ему, был бы у нас шанс?

Это казалось слишком серьезным, чтобы принимать во внимание все остальное происходящее, но держаться от него подальше оказалось сложнее, чем я думала.

Мы добрались до тренировочной площадки и обнаружили, что Вант и Король-Дракон работают с группой охранников. Все они повернулись, чтобы посмотреть на нас, когда мы приблизились. Я подошла к тренировочным мечам и схватила два. В держателях на бедрах у меня были ножи, так что больше они мне не понадобились.

— Сюда. — Я указала подбородком на дверь на другой стороне тренировочной площадки.

— На что вы все уставились? — спросил Вант. — За работу! — крикнул Вант. — Возвращайтесь к работе.

Райвин молча последовал за мной к двери. Мы прошли по длинному, редко используемому коридору к комнате, в которой я не была с самого детства. Райвин зажег несколько ламп, парящие шары следовали за нами, пока мы пробирались через пустой зал.

— Я не был в этой части дворца, — сказал Райвин.

Я остановилась перед большой, тяжелой дверью. — Когда я была маленькой, мы вместе брали здесь уроки, но когда мы стали старше, занятия прекратились.

Я толкнула дверь и оглядела заброшенную музыкальную комнату. Самая большая арфа была прикрыта тканью, но арфы поменьше и лиры, висевшие у стены, были покрыты толстым слоем пыли. Музыка не была приоритетом ни для моего отца, ни для Офелии, и я никогда ее не чувствовала, даже если мне нравилось слушать выступления других.

Мои ноги скользили по пыльному мраморному полу. Слуги уже давно не заходили сюда даже убираться. — Я не думаю, что кто-нибудь вообще помнит об этом месте. Нас это не должно беспокоить.

— Хорошо. — Райвин взял один из тренировочных мечей, которые я все еще носила. — Покажи мне, на что ты способна.

Я схватила меч, затем атаковала, как научилась. Райвин защищался, нанося удары с легкостью. Я могла сказать, что он сдерживался, но я все равно повторяла движения, пытаясь почувствовать его магию во время нашего спарринга.

Завитки теней покрывали пол, клочья тьмы, которые рассеивались, как туман, стоило нам потревожить его. Я знала, что магия была здесь, я чувствовала ее, но каждый раз, когда я ловила нить, Райвин атаковал, и я теряла концентрацию.

Пот катился по моим щекам, и я уже тяжело дышала. Меч никогда не был моей сильной стороной, и мы уже некоторое время сражались, наши движения были почти как танец. Казалось, он научился тем же боевым приемам, что и я.

Наконец, я сделала шаг назад, переводя дыхание. Я опустила оружие. — Ты слишком мягок со мной.

— И все же ты не смогла воспользоваться ни каплей моей магии, — заметил он.

Я сжала губы, когда разочарование заставило мои плечи опуститься. Мой бой был слабее его, и я не могла воспользоваться магией, чтобы дать себе преимущество.

Он нахмурил брови.

— Что? — Спросила я, зная, что он что-то недоговаривает.

— Я никогда раньше не видел, чтобы ты пользовалась мечом. Это то, чему тебя учили?

— Я тренировалась во всем, но уклоняюсь от меча, если могу, — призналась я. — Я знаю, что мне это труднее.

— Тогда зачем мы его используем? — спросил он.

— Потому что это часто то, что я обнаруживаю в драке. — Я пожала плечами.

— У тебя при себе ножи. — Его взгляд опустился туда, где ножи были прикреплены к моим бедрам.

Я вздрогнула, затем прогнала грязные мысли, которые наводнили мой разум о нем и моих бедрах.

Он снова посмотрел на меня и ухмыльнулся.

— Не смотри на меня так. — Я отбросила тренировочный меч в сторону и выдернула один из ножей из кобуры. К счастью, сегодня я была в тунике и леггинсах. Если бы я была в пеплосе, я бы продемонстрировала большую часть кожи, чтобы получить доступ к нему.

Райвин двигался так быстро, что я едва успела отрегулировать хватку. Я отразила его первый удар, нож так сильно завибрировал на тренировочном лезвии его меча, что у меня застучали зубы.

Низко пригнувшись, я вырвалась от него и развернулась, нанося удар ножом. Острие задело его, но он двигался так быстро, что ему не грозила реальная травма.

Внезапно его нога оказалась под моей, и я упала, потеряв при падении нож. Я поползла, потянувшись за лезвием, но он наступил на него ногой, не давая мне схватить его. Я перекатилась на другую сторону и быстро поднялась на ноги, вытаскивая свой второй нож из кобуры. Двигаясь быстро, я притворилась, что иду направо, затем изменила направление, надеясь застать его врасплох.

На мгновение мне показалось, что я поймала его. Затем тени поднялись, схватили меня за запястья и потянули мои руки по бокам. — Ты жульничаешь.

— Я делаю то, что ты должна делать. Направь это на себя, заставь тени работать на тебя, — отрезал он.

Я застонала, пытаясь освободиться от хватки, которую закручивали темные усики на моих запястьях. Райвин небрежно подошел ко мне, затем выхватил нож из моей сжатой руки, отбросив его в сторону. Он наклонился ближе. — Борись со мной.

Я потянулась к нему, пытаясь забрать тени с собой, ища ту нить, которая связывала нас; пытаясь найти ту тьму внутри меня. Конечно, его там не было, когда я действительно в нем нуждалась.

Райвин был прямо передо мной, тени, сгущавшиеся вокруг него, делали его похожим на темного принца, которым он был на самом деле. — По крайней мере, заставь их освободить тебя.

Моя челюсть напряглась, и я позволила разочарованию перерасти в гнев. Мне нужно было, чтобы это сработало. Мне нужно было иметь что-то, что могло бы сделать меня сильнее.

Сосредоточившись на усиках, которые обвивались вокруг меня, я убедила их ослабить хватку. Я почувствовала легкое натяжение, ту нить, которая, казалось, соединяла меня с его тенями. Я удерживала это ощущение, пока приказывала теням отпустить меня, и чувствовала, как они слабеют. Прежде чем они рассеялись, я отправила их Райвину.

Они обвились вокруг его ног. Его глаза расширились от удивления за мгновение до того, как тени повалили его на пол.

Я поспешила к своему упавшему ножу и схватила его, прежде чем подойти к упавшему принцу. Он приподнялся на локтях, удивленно глядя на свои связанные ноги. Я вскарабкалась ему на ноги, оседлав его, прежде чем быстро приставить клинок к его горлу. — Попался.

Он ухмыльнулся, затем схватил меня за руки, быстро повернув нас так, что я оказалась на земле, а он на мне. Тени рассеялись, как дым, уносимый ветром, и я осталась лежать, задыхаясь, на пыльном полу, а принц пригвоздил меня к месту.

На этот раз я все еще держала нож, но он держал мои запястья в своих руках, не давая мне пустить его в ход. Это не помешало мне извиваться под ним, пытаясь ослабить хватку и пустить в ход свое оружие.

Он не перенес весь свой вес на мои бедра, несмотря на то, что он сидел на мне верхом, а я все еще сопротивлялась ему. Расстроенная, я попыталась высвободить руки, но он держал крепко. Он наблюдал за мной с веселым выражением лица.

Кряхтя, я попробовала снова, раздраженная тем, как легко это далось ему. Это напомнило мне, насколько он был сильнее меня. Просто насколько все были сильнее меня.

Небольшое ощущение темноты вернулось, и я ухватилась за него, позволив ухмылке сформироваться на моих собственных губах, когда я призвала его магию. Тени сгустились позади него, затем обвились вокруг его талии, отрывая его от меня.

Он приземлился на землю, тяжело дыша.

Я перекатиласт, затем вскарабкалась к нему, снова забираясь на него сверху, чтобы прижать к земле. На этот раз тени помогли мне, и когда он попытался дотянуться до меня, то не смог поднять руки.

— Не так уж весело быть неподвижным, не так ли? — Спросила я.

— Это зависит от того, что ты собираешься делать со мной, пока я у тебя здесь, — поддразнил он.

Я закатила глаза, затем слезла с него. Как раз в тот момент, когда я убирала нож в ножны, тени нашли меня и потянули вниз. Я вскрикнула, ударившись об пол, больше от уязвленной гордости, чем от настоящей боли. По крайней мере, его тени мягко опустили меня на землю.

— Ты слишком рано отпраздновала свою победу, — сказал он, опускаясь на колени рядом со мной.

Я села. — Я думала, мы закончили.

Он приподнял бровь. — Как ты это сделала?

— Что сделала?

— Я все еще удерживал тебя. Ты вырвалась без особых усилий. — Он выглядел впечатленным.

Я посмотрела вниз на свои руки и ноги, которые несколько мгновений назад были опутаны темными усиками. — Я не уверена.

— Возможно, нам нужно убедиться, что ты не слишком много думаешь, когда используешь мою магию. Ты должна перестать блокировать свою интуицию. Больше позволяй своим инстинктам руководить тобой, — посоветовал он.

— У моих инстинктов есть история принятия неправильных решений. — Я замахнулась ногой позади него, отправляя его вниз. Он кувыркнулся вперед, приземлившись на меня сверху.

Я лежала, растянувшись на полу, а Райвин лежал у меня на животе. Он рассмеялся, звук был глубоким и сочным. Я не была уверена, что когда-либо раньше слышала, как он смеется.

Когда мы перевели дыхание, он приподнялся, пока его лицо не оказалось над моим. Мне показалось, что моя грудь расширяется от чистой радости только от того, что я вижу свет в его глазах и улыбку на его губах. Внезапно улыбка растаяла, выражение его лица приобрело другой вид. Который я хорошо знала.

Я втянула воздух, все мое тело пылало, и я вздернула подбородок в предвкушении. Это было все приглашение, в котором он нуждался.

Когда наши губы встретились, это был взрыв.

Я нуждалась в этом. Я нуждалась в нем. Неважно, что все было сложно. Не было никакого способа узнать, решу ли я когда-нибудь все между нами. Все, что я знала, это то, что сейчас это кажется правильным. Его вкус, ощущение его тела напротив моего, огонь, который, как я чувствовала, разгорался внутри меня.… Это заставило меня почувствовать себя более живой, чем когда-либо за долгое время.

Я отстранилась, тяжело дыша и покраснев. — Не здесь.

Он провел рукой по волосам, затем кивнул. Я встала, затем протянула руку. Он принял ее и молча последовал за мной, когда мы покидали тронный зал. Я была благодарна за минимальное количество охранников. Мы миновали только двоих, и оба они отвели взгляд, как только увидели нас.

Я изо всех сил пыталась открыть свою дверь, когда мы пришли, я была так взволнована и переполнена желанием. Райвин открыл ее, и как только она закрылась за нами, его рот снова оказался на моем.

Тени сгустились вокруг нас, и я оторвалась от поцелуя, вглядываясь в шевелящиеся завитки. Райвин повернул мой подбородок так, что я оказалась лицом к нему. — Чьи-то эмоции берут над ней верх.

— Это опять я? — Спросила я, играя пальцами с краем его туники.

Он улыбнулся. — Это все ты. Он поднял руку, и сотни парящих золотых искр присоединились к теням, кружась и паря вместе с темнотой. Это было похоже на то, что тебя окружали звезды.

Я с трудом сглотнула. — Это прекрасно.

Его глаза остановились на мне, его взгляд был голодным. — Да, это так. — Он обхватил мою щеку своей большой рукой. — Ара, я…

Я прижала указательный палец к его губам. — Ничего не говори. Это всего лишь секс.

Он нахмурился на мгновение, прежде чем кивнул.

— Это ничего не меняет. — Я не была уверена, говорю ли я это для него или напоминаю себе.

— Все, что тебе нужно, — сказал он.

— Прямо сейчас ты мне нужен. — Я поднялась на цыпочки и обняла его за плечи, прежде чем прижаться губами к его губам. Его руки скользнули по моей спине и голове, запутались в волосах. Он нетерпеливо вернул мой поцелуй. Мы поглощали друг друга, отчаянно и беспорядочно. Наши языки столкнулись, и мы покусывали и облизывали друг друга, продолжая натиск. Это было сердито и неистово. Как будто мы знали, что это может быть наш последний шанс.

Звук рвущейся ткани соперничал со звуками наших судорожных вдохов. Мои соски напряглись от внезапного обнажения, когда мои пеплосы упали на землю. Я потянулась к его тунике, задирая ее, пытаясь прижаться губами к его губам.

Он отстранился, и я осталась стоять там, обнаженная и тяжело дышащая. С ухмылкой он снял тунику и брюки, затем подхватил меня на руки. Он перешагнул через мое разорванное платье, когда нес меня к моему столу.

Я сидела, свесив ноги через борт, жадно разглядывая мужчину передо мной. Он двигался между моих бедер, его большие руки скользили вверх и вниз по моей коже. Непрошеный стон сорвался с моих губ. Даже этого простого прикосновения было достаточно, чтобы я почувствовала, что горю.

Его руки схватили меня за задницу, подтянули к краю, так что я оказалась прижатой к нему. Тени кружились вокруг нас, смешиваясь с ослепительными огнями, искрящимися и плывущими. Я видела, как его магия причиняла столько вреда, но эта была мягкой, успокаивающей, защищающей. Клубящиеся усики двигались на призрачном ветерке, скручиваясь и взбиваясь вокруг нас; пульсируя и струясь, как дыхание.

— Ты такая чертовски красивая, — сказал Райвин с придыханием. Он погладил меня по щеке, затем скользнул рукой мне за голову, притягивая мое лицо ближе к себе. — Я сделаю все, чтобы снова заслужить тебя.

Мой желудок сжался. Я не была готова обсуждать будущее наших отношений прямо сейчас. Мне просто нужно было почувствовать что-то хорошее. Я нуждалась в нем. Даже если бы я не смогла объяснить, что это значит. — Райвин…

Он застонал. — Мое имя на твоих губах — самый сладкий звук.

— Если ты не поцелуешь меня, так помоги мне… — Я положила руки ему на плечи, затем скользнула ниже, впиваясь пальцами в его мускулистые руки.

Он наклонился, его губы коснулись моих в подобии поцелуя. Он задержался там, наши губы едва соприкасались, пока нарастало напряжение и нарастало разочарование. Я приподняла подбородок, но он отодвинулся ровно настолько, чтобы удержать меня от того, чтобы прижаться губами к его губам.

Как раз в тот момент, когда я подумала, что сейчас закричу, он возобновил поцелуй. Нежный, исследующий, страстный. Этот поцелуй был противоположностью тому, с чего мы начали. Это были обещания и надежда, нежность и покой. Это было все, чем мы могли бы стать, живи мы в другое время или в другом месте. Если бы мы были просто двумя людьми, которые не были связаны судьбами, неподвластными нам.

По моей щеке скатилась слеза, и я почувствовала вкус соли. Он отстранился, затем вытер слезу большим пальцем. Это было слишком. Слишком интимно и слишком реально. Я прерывисто дышала, пытаясь справиться с нарастающими эмоциями. Я должна остановить его, прежде чем мое тело даст обещания, которым не сможет соответствовать мое сердце.

Его пальцы приподняли мой подбородок, а большой палец провел по нижней губе. — Я знаю.

Мое сердце бешено заколотилось, когда наши глаза встретились. Эти слова значили для меня больше, чем все, что кто-либо когда-либо говорил. Они были заряжены. Так много всего произошло между нами, и еще больше предстояло нам.

Когда он прижался своими губами к моим, я не сопротивлялась. Я прильнула к нему, когда нежный поцелуй перерос в нечто более сильное. Мы двигались в одном ритме, высвобождая все желание и разочарование. Его руки ласкали мою спину, прижимая меня ближе, когда он медленно входил в меня.

Я затаила дыхание, пока мое тело приспосабливалось к нему, и ахнула, когда он полностью вошел внутрь. Я наклонила голову, прерывая поцелуй; моя спина выгнулась, сильные руки удерживали меня в вертикальном положении. Он вошел в меня, и я обхватила ногами его бедра, притягивая его ближе.

Я поцеловала его грудь и ключицу, прежде чем вернуться к его губам. Он поднял меня со стола, отнес на кровать, где нежно уложил. Я прижала ладонь к его груди, не давая ему опустить лицо к моему. Его брови нахмурились.

— Моя очередь, — сказала я, отталкивая его от себя. С ухмылкой я опустилась перед ним на колени. Он приподнял брови. Я забралась к нему на колени, оседлав его, затем наклонилась вперед, заставляя его лечь плашмя на кровать.

Его член был прижат ко мне, и я дразнила его, приподнимая и опуская бедра. Он застонал, затем обхватил мои бедра, двигаясь вместе со мной. Я наклонилась, глубоко целуя его. Его руки скользнули по моей заднице, затем двинулись вверх по спине и зарылись в волосы. Затем он перекатился так, что я снова оказалась под ним.

— Нечестно, — поддразнила я.

— Ты тянула слишком долго, — сказал он с рычанием. Он переместился ниже, так что его колени оказались между моих ног. Затем его пальцы коснулись чувствительного бугорка между моих бедер, и я ахнула, мои бедра удивленно приподнялись.

Когда его рот заменил пальцы, я вскрикнула. Он двигал языком опытными движениями, посылая покалывания, которые заставили меня застонать. Пальцы вошли в меня, и я вцепилась в простыни, когда моя спина выгнулась. От двойного ощущения давление в моем животе снизилось, стягиваясь, как слишком туго натянутая пружина. Задыхаясь и постанывая, мои бедра выгибались, пока он продолжал работать ртом и пальцами. Влажность росла, и я знала, что вот-вот кончу. Задыхаясь и разгоряченная, я закрыла глаза, позволяя удовольствию нарастать, пока оно не достигло крещендо, с криком отправляя меня за край.

Запыхавшаяся и измученная, я воспользовалась моментом, чтобы отдышаться, пока Райвин наблюдал за мной с неподдельной гордостью на лице. Он опустил голову, готовый снова доставить мне удовольствие, но я отстранилась. — Теперь действительно моя очередь.

— Я хочу снова заставить тебя кричать, — сказал он.

— Ты поймешь, — пообещала я, садясь. Я призвала тени, и они обвились вокруг принца.

Он рассмеялся.

Я приказала им подтолкнуть его к кровати, и, к моему удивлению, они подчинились. Когда тени рассеялись, я забралась на него сверху. На этот раз я не колебалась и, опустившись на него, увидела, как его глаза закатились на затылок.

Райвин застонал, его дыхание стало прерывистым, когда я приподнялась и опустилась на него. Он впился пальцами в мои бедра, двигаясь вместе со мной, когда я оседлала его.

Я наклонилась, целуя его, продолжая двигаться всем телом, он схватил меня за задницу, сжимая и лаская, прежде чем его руки исследовали остальную часть меня. Мои груди прижимались к его груди, и ощущение его кожи на моей было всем, в чем я нуждалась. Удовольствие нарастало с каждым движением моих бедер, усиливаясь вместе с моим дыханием. Когда его руки сомкнулись вокруг меня, прижимая к себе, я упала, мое тело подскочило к краю, чистое блаженство взорвалось во мне. Я застонала и вскрикнула как раз в тот момент, когда он нашел свое собственное освобождение.

Тяжело дыша и удовлетворенная, я слезла с него, затем легла на кровать рядом с ним, уставившись на мерцающие золотые огни. Несколько оставшихся теней рассеялись, исчезая, когда я спустилась с вершины оргазма. Я посмотрела на Райвина. Он пристально смотрел на меня. — Думаю, мне нравится учить тебя пользоваться моими тенями.

Я усмехнулась. — Думаю, мне это тоже нравится.

— Знаешь, мне, пожалуй, стоит еще немного потренироваться, — сказал он, многозначительно приподняв бровь.

У меня внутри все сжалось в предвкушении, и я повернулась на бок, чтобы смотреть ему в лицо. — Наверное, мне стоит больше практиковаться.

— Я думаю, ты… — Райвин повернулся лицом к двери, прежде чем закончить предложение. Через мгновение раздался стук в дверь.

— Надеюсь, это будет вкусно, — проворчал Райвин.

— Драконы прибывают, — крикнул Вант через закрытую дверь.

Мои плечи поникли. — Мы сейчас будем.

Каждый волосок на моем теле встал дыбом, когда я уставилась в небо. Даже в темноте я видела, как над нами хлопают крылья.

Десятки драконов кружили над Атосом, от их чудовищных форм у меня по спине пробегали мурашки. Как я могла подумать, что смогу сразиться с этими существами?

— Это заставляет тебя сомневаться во всем, не так ли? — Спросила тетя Катерина.

Я взглянула на нее, отметив, что она все еще смотрела в небо, наблюдая, как к нам присоединяются наши новые союзники.

Последние несколько дней ее не было дома, чтобы встретиться с остальными нашими солдатами, которые спускались со стены. Что-то насчет беспокойства, что они увидят драконов, летящих по маршруту, и нападут, если ее не будет рядом, чтобы заверить их в нашем новом союзе. Наши солдаты со стены обустраивались в своих новых казармах и приходили в себя после путешествия. Теперь драконы были здесь, ища открытое пространство для приземления, чтобы присоединиться к своему королю.

Если оценка Лэры верна, завтра мы увидим красные паруса Коноса. Я взглянула на луну. Иштван начал отслеживать это, как только небо потемнело, и объяснил мне это вчера. Я неохотно похвалила его усилия, и он пригласил меня приехать посмотреть, как продвигается строительство нового храма Никс. Я не была уверена, что чувствую по поводу заключения предварительного союза со священником.

Король-дракон выступил вперед, Лагина стояла рядом с ним. Я заметила, что ни Коры, ни Софии не было рядом. Лэра и Вант тоже остались, работая с нашими солдатами, чтобы помочь им подготовиться к завтрашней битве.

— Тебе следует подняться туда, — прошептал Райвин.

Формальных королевских обязанностей я старалась избегать больше всего на свете, но Лагине, вероятно, не помешала бы моя поддержка.

Я обвила свою руку вокруг руки Райвина и потащила его за собой. Идти с ним вот так было странно знакомо и комфортно, но я имела в виду то, что сказала вчера. Просто потому, что мы поддались похоти, это не означало, что я брала на себя какие-то обязательства. Несмотря на то, что к нам присоединились драконы, все еще оставалась вероятность, что я не проживу достаточно долго, чтобы решение о моих отношениях с Райвином имело значение в любом случае.

Драконы приземлялись вдалеке, затем снова превращались в людей, прежде чем направиться к нам. С того места, где я стояла, я не могла видеть мучительный хруст костей, когда их тела переходили из одной формы в другую. Это выглядело менее болезненно, более органично. Возможно, это не причиняло им такой боли, какой казалась, когда я наблюдала за превращениями оборотней.

— Ваши люди знают, что мы не враги, верно? — Спросила Лагина, ее глаза следили за огромным коричневым драконом, кружившим в небе над посадочной площадкой.

— Они благородны, — ответил он.

— Наши мужчины последуют нашему примеру, — сказала тетя Катерина. — Дружбу можно наладить позже. На данный момент меня устраивает, что мы не убиваем друг друга.

Король-дракон усмехнулся. — Если нежелание моей невесты поддерживать нашу связь является каким-либо признаком, то нужно что-то очень сильное, чтобы дружба когда-либо возникла.

— Она придет в себя, — сказала Лагина.

— Сколько драконов? — Райвин спросил, меняя тему.

— Пятьсот человек прибудут сегодня, — ответил король. — Остальные мои войска охраняют Дракус.

— У нас было бы больше солдат, но мы потеряли несколько сотен человек во время Отбора. — Тетя Катерина бросила раздраженный взгляд на Райвина.

— Я не буду извиняться за это, — сказал Райвин.

— Мы можем не прямо сейчас? — Прошипела я.

Приблизилась дюжина мужчин, прервав наш разговор. Еще больше драконов кружили, и непрерывный поток людей Короля Драконов направлялся к нам, продолжая приземляться и принимать человеческий облик. Каждый из них остановился перед своим королем, опустившись на одно колено в знак покорности, прежде чем продолжить путь к месту сбора позади нас.

Один из мужчин задержался, продолжая стоять на коленях после того, как остальные ушли. — Ваше высочество, я предлагаю свою жизнь и душу на службу вам.

— Вставай, Кабир. — Король покачал головой. — Так драматично.

Кабир встал с широкой улыбкой на лице, затем подошел ближе к королю. Двое мужчин обнялись, король похлопал другого мужчину по спине. — Рад тебя видеть, брат.

Кабир был немного ниже своего брата, но у него были такие же темно-рыжие волосы и широкая мускулистая фигура. Теперь, когда я смотрела на него, я была удивлена, что не сообразила этого в тот момент, когда увидела его.

Когда они разошлись, Лагина шагнула вперед. — Добро пожаловать, принц Кабир.

— Титул не нужен, ваше высочество, — объявил Кабир. — Я никогда не займу этот трон. Это может перейти прямо к Татьяне, если что-нибудь когда-нибудь случится.

— Вас еще много? — Спросила я.

Кабир рассмеялся. — Нас четверо. Думаю, у нас есть кое-что общее с королевской семьей Атоса.

— Что ж, спасибо, что пришел к нам на помощь, Кабир, — сказала Лагина. — Можешь называть меня Лагиной.

— Я обращаюсь к королеве по имени, ты слышал это, Бахар? — Поддразнил Кабир, ударив своего приятеля по руке.

— Бахар? — Лагина попробовала произнести имя, и я уставилась на короля, как будто видела его впервые. Было так странно осознавать, что я на самом деле никогда не знала его имени. Казалось, это немного познакомило его, сделало менее опасным.

Король, Бахар пожал плечами. — Ты никогда не спрашивала.

Лагина промурлыкала. — Ты прав.

— Эта всегда такая официальная, — сказал Кабир, затем обратил свое внимание на меня. — А ты, должно быть, та прекрасная Ара, о которой я так много слышал. Тот, кто украл принца Фейри. — Он взял мою руку и поцеловал ее, прежде чем взглянуть на Райвина, затем снова перевел взгляд на меня. — Отличная работа, дорогая.

— Если честно, я не уверена, кто кого украл, — ответил я.

Райвин приподнял бровь.

— Что ж, твоему принцу повезло. — Кабир отпустил мою руку, затем склонил голову к Райвину. — Ваше Высочество.

— С Райвином все в порядке.

— Я думаю, мне здесь могло бы понравиться. Все это время я слышал о том, насколько формальным и ограничительным был суд Атоса. Но у тебя есть сестра, влюбленная в принца фейри, другая замужем за драконом, и та, которая просто случайно оказалась вампиром. — Кабир улыбнулся, как будто его полностью позабавили собственные слова. — Я не могу дождаться, когда увижу, какие секреты откроются о тебе, моя королева.

Лагина вздохнула. — Это я зануда.

— Вовсе нет. Правитель последнего города людей? Я бы сказал, что это кое-что значит, — сказал он.

Все это время король был наполовину сосредоточен на приветствии драконов, которые постоянно подходили, опускались на колени, а затем уходили. Позади нас собралась группа из почти сотни человек, ожидающих приказов.

— На сегодня достаточно лести и изысканных манер, брат, — сказал Бахар. — Мне нужно вернуть моего генерала.

— Вы генерал? — Слова вырвались раньше, чем я смогла остановить себя.

— Не позволяй игривому настрою ввести тебя в заблуждение, — сказал Райвин. — У него репутация почти такая же мрачная, как у меня.

— Спасибо вам за это признание, добрый сэр, — сказал Кабир, взмахнув рукой.

— Я пойду с тобой, — вызвалась тетя Катерина. — Мы можем начать расселять твоих людей.

Кабир и тетя Катерина оставили нас, чтобы отвести драконов во временное жилище. Мы собрали столько палаток и припасов, сколько смогли, и оставили их в саду для драконов. Атос не был готов разместить столько воинов, и мы никак не могли отправить их в город. Люди, вероятно, и так были достаточно напуганы. Иштван отправил послов в каждый храм, чтобы помочь распространить новости, но после всего, что мы пережили, было трудно заручиться их поддержкой.

Наконец прибыл последний из драконов, и Лагина с Бахаром закончили приветствовать вновь прибывших.

— Я думаю, вам двоим следует оставить подношение для Никс на месте нового храма, — объявила Лагина, когда мы шли ко дворцу.

— Завтра прибудут фейри, — возразила я. — У меня должны быть более важные дела, в которых я должна помочь.

— Вы освободили ее из тюрьмы, возможно, она вас послушает, — сказала Лагина. — А ты, ну… есть шанс, что ты сможешь достучаться до нее.

— Богов никогда не заботило, что думают о них их дети, — ответил Райвин.

— Я знаю. Но вы двое — наш лучший шанс завоевать хоть какую-то симпатию, — сказала она.

Я уронила банку, которую держала в руках, и потянулась за ножом, поворачиваясь к приближающимся нападавшим. — Что это? Кто вы такие?

Они были одеты в черное с головы до ног, точно так же, как группа, появившаяся на нашем корабле. Маски скрывали их лица, оставляя открытыми только глаза. Сверкнула молния и прогремел гром. Я рискнула бросить быстрый взгляд вверх и заметила, что тучи закрыли звезды.

Это определенно была та же группа, с которой мы сталкивались раньше. Даже во время штормов. Какую магию они использовали и как они узнали, что мы будем здесь?

Группа расступилась, пропуская вперед одного из своих с сопротивляющимся Иштваном в руках. Я приподняла бровь, задаваясь вопросом, действительно ли они думали, что я готова на все в обмен на священника. Это сделало меня ужасным человеком, но я была рада, что на этот раз это был он, а не я.

— Отпусти меня, — прошипел Иштван сквозь стиснутые зубы. Он боролся с хваткой приближающегося к нам мужчины, но это, казалось, только разозлило незнакомца. Клянусь, я видела, как он закатил глаза.

— Чего ты от нас хочешь? — Спросил Райвин, придвигаясь ко мне поближе.

— Мы здесь ради тебя, принц. И мы не прекратим охоту на тебя, пока не поймаем, — прорычал мужчина, державший Иштвана.

Волосы у меня на затылке встали дыбом. Я была уверена, что это тот же голос, который я слышала раньше. Я видела, как они бросали свои тела в море, но это ничего не значило.

— У вас нет причин удерживать меня, — сказал Иштван. — Я старый человек, священник. Боги накажут тебя, если ты причинишь мне вред.

— Боги уже наказали меня, — сказал мужчина. — И меня бы здесь не было без твоего приглашения.

Я прищурилась. — Ты сказал им, что мы здесь? Ты предал нас?

— Я всегда буду делать то, что лучше для Атоса. Ты была проклятием для этого королевства с того самого дня, как тебя высадили у ворот дворца, — усмехнулся Иштван.

Тени клубились вокруг меня, расходясь от моих ног. Я знала, что вызвала их, и когда я взглянула на Райвина, гордость на его лице была очевидна.

Внезапно небо разверзлось, и хлынул дождь, задув факелы и заставив чаны с маслом мерцать и шипеть. Моя одежда мгновенно промокла насквозь. Я почувствовала, как волшебство внезапно покинуло меня, когда мое внимание переключилось на ливень.

— Последнее предупреждение. Ты можешь пойти с нами добровольно, или мы убьем священника, а затем убьем тебя и твою девушку, — заорал мужчина, державший Иштвана.

— Иди вперед и убей его. Ты не получишь принца. — Я сделала шаг вперед, заслоняя Райвина. Я ни за что не подпустила бы их к Райвину. В прошлый раз, когда мы столкнулись с этой группой, я чуть не потеряла его из-за яда, от которого у нас не было другого противоядия.

— Как ты можешь принимать сторону Коноса из-за своего дома? — Иштван зашипел.

— Ты не мой дом, — огрызнулась я.

Убийца провел клинком по горлу Иштвана, и священник издал сдавленный звук. Я напрягся, меня захлестнуло чувство вины. Не потому, что мне было жаль Иштвана, а потому, что я чувствовала, что мир стал лучше без него. Я была ничуть не лучше врагов, с которыми сражалась. Священник был прав, я не была уверена, что смогу назвать Атос своим домом с такими мыслями, как у меня.

Из раны текла кровь, а изо рта у него пузырилась кровь. Он давился и брызгал слюной, делая отчаянные вдохи, прежде чем его тело обмякло.

Убийца отшвырнул тело в сторону, как будто оно было не более чем досадной помехой. Он небрежно вытер лезвие о тунику. Он спокойно посмотрел на нас. — Я больше не упущу эту награду.

Я держала свой нож перед собой, прекрасно осознавая тот факт, что мы окружены. Вокруг нас было по меньшей мере шесть человек. Я переживала и худшие обстоятельства, и Райвин тоже. — Это твой последний шанс уйти отсюда невредимым.

Убийца рассмеялся, затем сделал выпад. Я увернулась, затем взмахнула клинком, промахнувшись мимо нападавшего. Он снова бросился на меня, двигаясь с пугающей скоростью. Если бы я не тренировалась с Лаэрой, я бы не увидела ничего подобного. Я слышала хрюканье и лязг тел и клинков, когда Райвин сражался со своими собственными врагами, оставив меня с лидером.

Мой противник двигался с легкостью, несмотря на мокрую землю. Мои ноги скользили по грязи, волосы падали на лицо, но я не могла рисковать и убрать их.

Мне удалось войти в контакт, мой клинок задел ткань, но не пробил кожу. Убийца ухмыльнулся. — Ты более дерзкая, чем я помню.

— Ты пытаешься убить человека, — выпалила я в ответ.

Он толкнул меня, и я отшатнулась назад, мои каблуки ударились обо что-то, сбившее меня с ног. Я приземлилась на тело Иштвана, и меня охватила паника. Прежде чем я успела подняться на ноги, убийца поставил ногу мне на грудь, прижимая меня к мертвому священнику. — Что это ты говорила, принцесса?

Я откатилась в сторону, оказавшись лицом вниз, глядя Иштвану прямо в его безжизненные глаза. Вес ноги вернулся, на этот раз на мою спину. Я хрюкнула и снова попыталась откатиться в сторону, но на этот раз меня прижали.

Холодная сталь прижалась к моей щеке. — Мне действительно стоит перестать играть с тобой, когда мы встретимся, и просто убить тебя. Но что в этом забавного?

— Что я тебе такого сделала? — Спросила я.

— Тебя пощадили, в то время как многих других — нет, — сказал он. — Тебя даже не должно быть в живых, дочь Чето.

Райвин врезался в убийцу и отбросил его от меня, отправив на землю. Я слезла с Иштвана, мои ноги скользили по грязи, из-за чего мне потребовалось больше времени, чем следовало, чтобы встать.

Когда я, наконец, встала на ноги, я развернулась и увидела Райвина, сражающегося лицом к лицу с единственным оставшимся бойцом. Это было слишком знакомо. Слишком похоже на прошлый раз. Страх и гнев разогрели мои внутренности, принося с собой что-то еще. Та нить магии, но на этот раз она была другой. Запутанной и беспорядочной. Мне было все равно. Все, что я знала, это то, что я должна была что-то сделать.

Я двинулась вперед, и мои сандалии прилипли к грязи. Отбросив их в сторону, я босиком продолжила свой путь к Райвину и последнему убийце.

Я остановилась рядом с ними, выслеживая их, пытаясь изолировать нападавшего. Они были так близко, что я испугалась, что совершу ошибку и наврежу Райвину. Я глубоко вздохнула, затем сократила дистанцию и повалила Райвина на землю, прежде чем выпустить все, что могла.

Дождь застыл в воздухе, капли зависли, как стеклянные шарики. Затем они столкнулись, закручиваясь и вращаясь в циклоне, пронизанном тьмой. Нет, не темнота, а тени.

Вода и тени обвились вокруг убийцы, стягиваясь вокруг него сверкающими темными лентами. Он закричал, вырываясь из оков. Сжав челюсти, я использовала магию, приказывая ей продолжать атаку. Она образовала странный кокон вокруг нашего нападавшего, пока он не погрузился в воду и тени. Магия крутилась и взбивалась, окутывая и кружась вокруг него вихрем.

— Хватит, — крикнул Райвин.

Этого было недостаточно. Я была убеждена, что это тот же человек, который чуть не убил его.

— Я сказал, достаточно, — крикнул Райвин.

Я не могла остановиться. Я должна была убедиться, что убийца не сможет снова причинить нам вред.

Рука Райвина коснулась моей руки, и я вздрогнула, теряя контроль над магией. Вода хлынула вниз, обрушиваясь на землю подобно водопаду. Убийца исчез.

Дождь прекратился так же внезапно, как и начался. У меня подкосились колени, и Райвин подхватил меня. Он пригладил мои волосы, затем приподнял мой подбородок, чтобы я смотрела на него снизу вверх. — Ты чертовски потрясающая. Ты знала об этом?

Я слишком устала, чтобы отвечать, но сумела выдавить смешок.

— Давай отведем тебя обратно, чтобы ты могла отдохнуть. Нам понадобятся эти новые навыки против армии моего отца. — Он подхватил меня на руки, и я прислонилась к его теплой груди.

Он чувствовал себя как дома.

Я вошла во дворец одна.

— Я думаю, тебе следует отдохнуть, — предложил Райвин.

— Скоро, — заверила я его. По возвращении мы молчали, но я знала, что у него были вопросы, и, вероятно, он был обеспокоен количеством использованной мной магии. У меня были свои вопросы. Величайший из них заключался в том, вернуло ли меня возвращение к моей собственной магии через Райвина на радар богов. И не в хорошем смысле. Хотя с каждым днем я становилась все более уверенной, что ничего хорошего не будет, если боги вообще обратят на тебя внимание. Даже если моя магия не расстраивала их, я чувствовала, что трачу время взаймы.

В коридоре появилась маленькая фигурка, ее неземная форма, появившаяся из-за угла, создавала впечатление, что она материализовалась из воздуха. Может быть, так оно и было.

— Морта, — Райвин остановился рядом со мной. — Что ты здесь делаешь?

— Ты думал, тебе это сойдет с рук? — спросила она.

— Я так и знала, — пробормотала я себе под нос. Я спасла нас и обрекла всех одновременно.

— Не ты, девочка. Хотя, я уверена, они довольно скоро заметят, что ты сделала. На данный момент они отвлечены, — сказала Морта.

— Я думал, богам нравится, когда смертные сражаются, — сказал Райвин.

— Магия, — пояснила она. — Та магия в пещере. Ты высвободил ее. Последствия будут за пределами твоего воображения. Даже я этого не предвидела.

— Обсудите это с моим отцом. Именно он запер её там в первую очередь, — указала я.

— Потому что кто-то попросил его об этом, — сказала Морта. — Лишение людей магии делает их уязвимыми. Ими легче манипулировать. Слабыми.

— Ты шутишь, да? — Спросила я.

— Теперь я понимаю, почему твой путь был таким неясным, — сказала Морта. — Ты каталист.

Я нахмурилась. — Я не понимаю.

— Это не обязательно то, что вы делаете, но это то, что вы приводите в движение для окружающих, — сказала она. — Вы вдохновляете людей. Подбадривайте их. Ты приносишь перемены. Если бы я не знала, кем была твоя мать, я бы подумала, что ты родилась от муз.

— Ты хочешь сказать, что я заставляю людей совершать плохие поступки, которые доставляют нам неприятности? — Спросила я.

— Ты не должна была жить, — сказала она тонким и пронзительным голосом. — И если бы твоя мать отправила тебя в Подземный мир, как она сделала с другими своими детьми, ты бы не привела все это в движение. — Она взглянула на Райвина. — У тебя не было бы пары, и ты по-прежнему была бы правой рукой своего отца.

Райвин придвинулся ко мне поближе. — Почему ты здесь, Морта?

Она улыбнулась, и это зрелище встревожило меня. — Потому что я хочу посмотреть, как все это рушится. Я рискнула, когда оставила ее в живых. И я хочу увидеть отдачу.

— Мы проиграем, — сказала я, слова срывались с онемевших губ.

— Вероятно, — согласилась она. — Есть много возможностей. И большинство из них не очень хороши для тебя. Но есть шанс, что то, что ты сделаешь сегодня вечером, изменит весь мир.

— Я знаю тебя лучше, чем это, — сказал Райвин. — О чем ты умалчиваешь? Это на тебя не похоже — посылать мне такие загадочные сообщения. Это больше подходит твоим сестрам.

Она поколебалась, затем скользнула ближе к нам. Прозрачная серая ткань ее пеплос, развевающаяся вокруг нее, делала ее еще более невесомой.

Я напряглась, когда она остановилась прямо перед нами. Я никогда не стояла так близко к ней, и я могла чувствовать магию, волнами исходящую от нее. От этого у меня скрутило живот.

— Мои сестры уже в пути. — Морта переключила свое внимание на меня. — Ты понимаешь, что это значит, девочка?

Я затаила дыхание, затем покачала головой, не уверенная, как интерпретировать то, что она только что сказала. Она угрожала мне или предупреждала?

— Это значит, что боги наблюдают за тем, что происходит на Атосе, — сказала она.

— Я не понимаю, — выдавила я. Ничто из того, что она говорила, не было полезным.

— Это значит, что теперь все ваши судьбы связаны. То, что здесь произойдет, повлияет на всех нас, — ответила она. — Вам удалось разрушить сами звезды, и я не могу дождаться, чтобы увидеть, чем это закончится.

Судьба повернулась, отворачиваясь от нас. Затем она скользнула по коридору, оставив нас стоять там.

— Что только что произошло? — Спросила я.

— Это было предупреждение, — сказал Райвин.

— Она ничего не объяснила, — возразила я. — О чем именно она предупреждала?

— Ты не сможешь драться завтра, — сказал он после долгого молчания.

Я бросила на него сердитый взгляд. — Ты думаешь, если держать меня взаперти во дворце, это помешает богам найти меня?

Он вздохнул. — Нет.

— Тогда мы сделаем то, что запланировали. Я помогу тебе и Лэре найти твоего отца. Это наш единственный шанс, — сказала я.

— Я не могу потерять тебя, — в его голосе звучала боль.

— Ты не потеряешь меня. Я умею драться. Прятать меня и ждать, пока они меня найдут, — значит только оттягивать неизбежное, если пришло мое время, — сказала я.

Он сократил расстояние между нами. — Это убивает меня, Ара. Я чувствую, что уже потерял тебя. Ты и я, с этим расстоянием между нами. Я знаю, что заслуживаю этого. Я знаю, что это моя вина. Мне нужно больше времени. Я не могу потерять тебя, пока не докажу, что заслуживаю тебя.

Я потянулась к нему, скользнув рукой ему за голову, запустив пальцы в его темные волосы. — На самом деле ты никогда меня не терял. Я не знаю, что готовит нам будущее, и позволит ли нам судьба когда-нибудь быть счастливыми, но я точно знаю, что не могу представить никакого будущего, где тебя не будет рядом со мной.

Он наклонился и крепко поцеловал меня. Его тело прижалось ко мне, и я отшатнулась назад, пока не врезалась в стену.

Каким-то образом нам удалось добраться до двери, практически упав в первую попавшуюся комнату. Я закрыла за нами дверь и осмотрела затемненное пространство. Райвин послал в воздух шар света, и я поняла, что мы находимся в комнате швеи. На столах были сложены разноцветные ткани. Вокруг были разбросаны корзины, полные припасов. В углу была ширма, за которой мы обычно переодевались, а в центре комнаты — пьедестал, на который мы вставали для измерения.

Единственное, о чем я заботилась, так это о том, что мы были одни. И не было никакого шанса, что сегодня вечером кто-то будет работать над платьями. Я потянула Райвина за тунику, таща его к длинному столу. Он уже расстегивал фибулы, скреплявшие мои пеплосы на плече. Ткань растеклась лужицей у моих ног, и я переступила через нее. Он поднял меня так, что я оказалась на столе, и положил на груды шелка и льна.

Он разделся и с озорной ухмылкой забрался на стол, устроившись между моих бедер. Я приподнялась на локтях, чтобы снова поцеловать его, и его руки обвились вокруг моей спины, заключая меня в объятия, когда он вошел в меня.

Эти мгновения были безумными, как будто нас могли обнаружить в любой момент. Моя спина скользила по гладкому шелку с каждым толчком, и я стонала, когда он продолжал двигаться внутри меня.

Внезапно стол содрогнулся, затем рухнул, и я закричала, но не упала на землю. Вместо этого я оказался в гамаке из теней, парящем над полом.

— Как ты это сделал? — Спросила я, затаив дыхание.

Тени мягко опускали нас, пока мы не оказались в безопасности на земле. — Я же говорил тебе, что всегда буду защищать тебя.

Я страстно поцеловала его, отдаваясь всем этим сложным чувствам. Я ни за что не смогла бы держаться от него подальше. И я поняла, что не хочу этого делать.

Не прерывая нашего поцелуя, он притянул меня к себе на колени. Наши тела подходили друг другу, как пазл. Он так идеально заполнил меня. Я переместилась на него сверху, покачивая бедрами, поднимая и опуская колени, подводя себя все ближе и ближе к краю.

Наши руки и рты были безумием прикосновений и вкуса, ощущения сводили меня с ума. Я чувствовала его на каждом дюйме своего тела, пока не перестала быть уверенной, где начиналась я и заканчивался он.

Мой темп ускорился вместе с моим дыханием. Дыхание Райвина обжигало мне шею, он застонал, и я поняла, что он был близко. Со вздохом я позволила себе упасть, позволила себе сдаться.

Удовольствие пронзило меня, посылая ударные волны вниз по позвоночнику. Моя спина выгнулась, и я вскрикнула как раз в тот момент, когда Райвин нашел свое собственное облегчение.

Отдышавшись, я уставилась на него. Мой враг, мой темный принц, мой возлюбленный, моя пара. Весь мой мир. — Я люблю тебя. — Слова вырвались сами по себе, но я говорила искренне, и я знала, что для меня не существует никого, кроме него.

Он притянул меня ближе, обхватив своими сильными руками. Он уткнулся носом в мою шею и прошептал: — Я люблю тебя.

Каким-то образом мы добрались до моей комнаты и легли в мою постель. Если бы нам предстояло встретиться лицом к лицу со смертью, я бы провела каждое последнее мгновение, чувствуя себя живым.

Прозвучали рожки, и я села, мгновенно почувствовав холод во всех местах, где были руки Райвина. В моей комнате зажужжали огни, парящие шары дразнили меня в темноте.

Снова проревел гудок, и я спустила ноги с кровати только для того, чтобы меня потянули обратно. Райвин прижался своими губами к моим в голодном, почти болезненном поцелуе. Щетина царапнула мои щеки, и я поцеловала его в ответ, на мгновение запомнив движения, прежде чем высвободиться.

К третьему звуку рога мы оба встали и натянули кожаные доспехи. Нам не потребовалось много времени, чтобы присоединиться к остальным в «оверлуке» на крыше дворца. Люди текли через ворота, ища убежища за стенами дворца. Это было ложным утешением, но мы не собирались прогонять наших людей. Если был хоть какой-то шанс пережить это, то лучше было не появляться в городе.

Море простиралось в бесконечность, корабли плыли к нам, едва различимые в темноте.

— Он привел не весь свой флот, — сказала Лэра.

— Куда подевались остальные? — Спросил Райвин. — Ты сказал, что он приведет всех сюда.

Лэра посмотрела на своего брата, и я увидела страх в ее глазах. Я даже не знала, что она может чего-то бояться. — Должно быть, он знает о моей силе больше, чем мы думали.

— Он манипулировал тобой? — Спросила я.

— О чем ты говоришь? — Спросила Лагина.

— Это неправильно. Что-то здесь не так, — сказала Лэра.

— Драконы смогут захватить эти корабли, — сказал Вант. — Он знал, не так ли? Он знал, что на стороне Атоса драконы.

— Но он не знал, что мы освободим магию, — сказала Лэра.

— Где остальные корабли? Они придут позже? Ждут, когда первая волна отвлечет нас? — Спросила я.

Глаза Лэры были закрыты, и Райвин поднял палец, показывая, что нам следует подождать.

Я посмотрела в сторону берега, едва различимого в темноте. Вант был там с остальными наземными войсками, ожидая несколько кораблей, которым удалось пережить атаку дракона.

Зазвонили колокола. Пришло время.

Драконы взмыли в небо, хлопая своими большими крыльями, и помчались к кораблям.

— Нам нужно идти, — сказал Райвин.

— Будь осторожна, Ара, — сказала Лагина.

Я кивнула, затем посмотрела туда, где Лэра все еще стояла с закрытыми глазами. Она должна была присоединиться к нам, мы трое должны были сражаться с нашими солдатами на суше, делая все возможное, чтобы защитить их и уничтожить любого фейри, который доберется сюда.

Она открыла глаза, затем сделала глубокий вдох. — Он использовал мою магию против меня.

— Что ты имеешь в виду? — Спросила Лагина. — Что это значит для Атоса?

Она посмотрела на мою сестру. — Он преследует Дракус. Весь этот флот — приманка.

Лэра схватила Райвина за руку. — Как ему удалось одурачить меня? Ты сказал ему? Откуда он знает? Я даже не сказала своей матери, что я могу сделать.

— Я не знаю, — сказал Райвин, затем посмотрел в небо. — Но сейчас у нас есть проблемы посерьезнее.

Огромный крылатый зверь пролетел над кораблями Коноса, существо было видно только по силуэту, который оно создавало, заслоняя звезды.

— Это один из наших, верно? — Нервно спросила Кора.

Изо рта чудовища вырвался огонь, предупреждающий выстрел, нацеленный на приближающихся драконов.

— Как, черт возьми, ему удалось привлечь дракона на свою сторону? — Спросила Лэра.

Еще одна вспышка пламени пронеслась по небу, осветив десятки драконов, летящих к Атосу. Смогут ли драконы на нашей стороне одолеть их или они доберутся до города прежде, чем те смогут их остановить?

— Идите внутрь! — Крикнула я. — Уведите всех в укрытие. — Я подтолкнула Кору вперед и схватила Лагину за руку. — Убирайся отсюда.

— Откуда они взялись? — Спросила Лэра.

— Я не знаю, но мы должны спуститься туда, — сказала я.

Райвин, Лэра и я направились туда, где ждали солдаты. Вант выкрикивал приказы, но я не была уверена, что кто-нибудь слушал. Ряды мужчин в синих туниках Атоса смотрели в небо, и некоторые из них нарушили строй, чтобы лучше видеть.

— Где вы хотите нас видеть, генерал? — Райвин обратился к Ванту.

Оборотень повернулся к нам. — Откуда взялись эти гребаные драконы?

— Понятия не имею. Но я думаю, что мы увидим больше драконов, достигающих берега, чем мы ожидали, — сказал Райвин.

— Это ничего не меняет, — приказал Вант, поворачиваясь к мужчинам. — Мы сражаемся за ваш город. Не думай о драконах, сосредоточься на том, чтобы убедиться, что любой, кто покинет одну из этих лодок, не доплывет до берега.

Я сжала руки в кулаки, пытаясь сдержать нервную энергию, которая заставляла мои внутренности скручиваться.

— Это не только для нашего города, — сказал Нико, пожилой генерал, служивший под началом моего отца. — Это для всех людей. Мы не позволим фейри вмешиваться в наши дела. Это закончится сейчас. Сегодня ночью.

Он поднял кулак в воздух и закричал. Мужчины присоединились, крича в унисон. Радостные крики эхом отдавались вокруг нас, от их возбуждения у меня сдали нервы. Они были правы, это было ради Атоса. Ради всех людей. Мы собирались спасти наш город.

— За Атос! — Крикнул Нико и побежал. Солдаты последовали за ним, направляясь к берегу, где только что причалили лодки.

Я вытащила свои кинжалы из ножен, затем кивнула Райвину и Лэре.

Принц схватился за меч. Тени закружились вокруг него, обвивая запястья и лодыжки. — Давайте выясним, достаточно ли храбр мой отец, чтобы сражаться самостоятельно, или он отправился с другими кораблями на Дракус.

Размеренными шагами он двинулся вперед, подняв руку, отчего по песку заскользили тени. Лэра последовала за ним, а я держалась в нескольких шагах позади них.

Тела падали, когда мы прорывались сквозь битву, тени убивали их одного за другим, когда мы проходили мимо. Фейри в красных туниках падали без усилий. После нашей встречи с ассасинами, которые противостояли его силам, я забыла, насколько он опасен. Это были не люди. Это были фейри. И тени Райвина успокаивали их одну за другой, не беспокоясь.

Мне следовало бы испугаться, но все, что я могла делать, это думать о том, как я благодарна ему за то, что он был на нашей стороне.

Когда мы приблизились к берегу, я не могла удержаться и украдкой поглядывала на людей, дерущихся вокруг нас. Летел песок, лязгала сталь, люди кричали в агонии, когда их сбивали с ног.

Я ахнула, отпрыгивая назад, когда мужчина в синей тунике упал к моим ногам. Из раны в его боку хлынула кровь. Его глаза были открыты и безучастно смотрели в небо.

Его убийца стоял над ним, тяжело дыша, сжимая окровавленный меч. Одетый в красное боец Коноса улыбнулся мне, обнажив клыки. Я подняла нож и оскалила на него зубы. Я действительно начинала ненавидеть вампиров.

С воплем мужчина бросился на меня, занеся меч над головой. Я увернулась, затем подсекла его ногой, отправив на землю. Меч выпал из его руки, и пока он тянулся за ним, я вонзила нож ему в бедро, затем быстро убрала его. Он закричал, его руки автоматически потянулись к ране.

С рычанием он заставил себя встать, затем нанес удар кулаком мне в челюсть. Лицо пронзила боль, а глаза наполнились слезами. Он бросился вперед, обхватив меня руками, а затем повалил нас обоих на землю.

Кто-то пнул его в бок, отбросив от меня, и я быстро отодвинулась и поднялась на ноги. Нога Лэры была на груди мужчины. — Ты никогда не был лучшим бойцом, Пит.

Он хмыкнул, затем схватил ее за ногу и дернул так, что она потеряла равновесие и ее оттащило в сторону.

От ярости мне стало слишком жарко. Никто так не обращался с моими друзьями. Тени сгустились вокруг меня, потянувшись к солдату. Они обвились вокруг его рук и ног, повалив на землю. Его глаза расширились. Он выругался, затем сказал что-то на языке, которого я не узнала.

Я сжала руку в кулак, приказывая теням задушить этого человека. Они подчинились, окружив его, прежде чем втиснуться вокруг него, пока там, где только что было его тело, не осталось ничего, кроме клочьев тьмы.

Лэра плюнула на то место, где он только что был, затем огляделась. Я сделала то же самое, снова схватившись за нож на случай, если на нас нападет еще кто-нибудь. Битва изменилась, и мы были на грани, нас по большей части игнорировали.

Лэра схватила меня за руку и оттащила подальше от драки. — Райвина здесь нет.

Я осмотрела поле боя, изо всех сил пытаясь разглядеть людей в темноте. Только несколько огоньков фейри парили в небе, держа битву в тени.

— Откуда взялись тени, Ара? спросила она. — Это была ты?

— Ты уже знаешь ответ на этот вопрос, — сказала я, все еще наблюдая за битвой в поисках принца.

Драконий огонь пронесся по небу, возвращенный ответным потоком огня от одного из противостоящих драконов. Крылатые существа вели собственную битву в воздухе.

— Что ж, будем надеяться, что боги не сочтут это угрозой, — сказала она.

— Боги сейчас не совсем моя забота. — Я все еще пыталась найти Райвина. — Где твой брат?

Теперь она тоже наблюдала за битвой, мы оба пытались найти принца. — Там!

Я увидела его как раз в тот момент, когда она указала на него, и мое сердце ушло в пятки. Райвин был окружен кольцом упавших мужчин, и к нему приближались другие. Но это не было причиной, по которой я бросилась к нему. — Беги, Райвин!

Огромный дракон обрушивал огонь на сражающихся солдат и направлялся прямо к моему принцу.

Это были не драконы. Я не знал, что это такое, но это должно было быть колдовство. Что-то темное и опасное. Что-то, чего не должно было существовать.

Я повел своих драконов вперед, наши крылья били в темноте, двигаясь с отработанной точностью. За эти годы мы вместе сражались в стольких битвах, но никогда не боролись с этим.

Я открыл огонь, целясь в существо, приближающееся к нам. Зверь завизжал, издав высокий птичий звук. Кабир оказался рядом со мной, выпустив струю своего собственного пламени в нашего противника.

Существо мерцало и переливалось, затем превратилось в пыль, которая разлетелась по земле. Я взглянул на своего брата, его золотая чешуя блестела в лунном свете. Он бросил на меня взгляд, прежде чем переключить свое внимание на следующее существо.

Я продолжил свой путь, нырнув ниже, чтобы поджечь один из кораблей, ожидавших возле гавани. В воздухе пронеслись стрелы, и я повернулся, с легкостью уклоняясь от них. Затем с корабля прилетела еще одна порция стрел, рядом с той, на которую я атаковал. Я взмахнул крыльями, поднимаясь над ними, но одна зацепила мое крыло, пронзив тонкую ткань. Я взревел, затем нырнул, целясь в людей, которые осмелились стрелять в дракона.

Со вспышкой пламени судно загорелось. Люди кричали и прыгали через край, и я знал, что морские звери прикончат их за меня. Мимо пролетело еще несколько стрел, и я развернулся, обрушивая новый огонь на второй корабль.

Остальные мои драконы летали поблизости, атакуя вражеских драконов и корабли. Однако это было слишком просто, и кораблей было слишком мало. Мы ожидали увидеть весь Конос и все дворы Телоса. Это был даже не весь флот Короля фейри.

Я пролетел мимо ожидающих кораблей, зная, что с Дракуса их более чем достаточно, чтобы позаботиться о врагах внизу. Осматривая темную воду, я искал спрятанные корабли. Они должны были быть здесь, ожидая сигнала. Их должно было быть больше.

Мое драконье зрение позволяло легко работать в темноте. Я мог видеть все. Случайные существа рассекали плещущиеся волны, далеко вдалеке виднелся остров Конос, окутанный вечными облаками.

Чего я больше не видел, так это кораблей.

Я повернулся к Атосу, кипя от гнева. Нас предали. Принцесса Коносская была хорошо известна своей сетью шпионов. Я верил тому, что она сказала, но она выставила всех нас дураками.

Захватив любой корабль, который попадался мне на пути, я направился к берегу, зная, что остальные легко упражняются в стрельбе по мишеням из «лжедраконов» и практически пустых кораблей.

Впереди, на берегу, бушевало сражение, но даже я мог сказать, что там было не так много солдат, как мы ожидали. Все это было неправильно.

Я приземлился неподалеку как раз в тот момент, когда один из вражеских драконов пронесся мимо моего собственного. Существо открыло пасть и обрушило огонь на поле боя.

Райвин посмотрел на меня, и наши взгляды встретились. Я закричала, но этот звук поглотил грохот битвы.

Все происходило как в замедленной съемке. Я уклонялась от ударов мечом и лавировала между бойцами. Крики преследовали дракона. Запах обугленной плоти и серы заполнил мои ноздри. Я не собиралась успевать вовремя.

Что-то разорвалось внутри меня. То темное, с чем я боролась, взорвалось, высвобождая каждую каплю страха, каждое чувство отверженности, все моменты, когда я чувствовала себя слабой или бессильной. Он вырвался на свободу, как молния, прорезающая облака. Вода пронеслась мимо меня, приливная волна с ревом поднялась из ближайшего моря. Он пронесся над полем боя и обрушился на Райвина как раз в тот момент, когда дракон проходил мимо. Огонь шипел и дымился, протестуя против воды.

Чудовище взревело, но продолжило свой путь, направляясь к Атосу. Волна, отступая, подхватила меня и потащила к морю. Я глотала соленую воду большими глотками, прежде чем смогла прийти в себя. Там, где только что было поле боя, стояли сотни растерянных и промокших насквозь солдат. Тела проносились мимо меня, уносимые волной в океан.

Я поежилась от холода ледяной воды. Пробираясь обратно к берегу, я боролась с напором прилива, волны бились мне в грудь, когда откатывались к морю.

Я лихорадочно искала своих друзей. Где они? Сражение прекратилось, и солдат на берегу было намного меньше.

— Ара! — Крикнул Райвин.

— Райвин? — Я прищурилась и увидела машущую фигуру в темноте. Я помахала в ответ. Мои плечи опустились от облегчения. С ним все было в порядке. Как только я доберусь до берега, мне нужно будет найти Лэру и Ванта. Мне нужно было увидеть их всех, убедиться, что они в безопасности.

Что-то скользнуло мимо моей ноги. Я напряглась, приостановив продвижение. Я не могла разглядеть деталей в черной воде, но я знала, что ко мне присоединилось что-то большое. Я потянулась к амулету на шее, мои пальцы коснулись металла. Я знала, что это поможет мне найти остров Чето и должно было обезопасить меня, но сработало ли это здесь?

Существо снова проскользнуло мимо меня, и я отпрянула в сторону, натыкаясь на еще более скользкую чешую.

Оно обвилось вокруг меня, удерживая на месте. Мой пульс участился. — Я не причиню тебе вреда. — Могло ли это существо понять меня?

Я почувствовала, как оно снова пошевелилось, затем меня подняли из воды, существо оказалось подо мной. Взвизгнув, я обхватила его руками за шею, чтобы не упасть. Как только я взялась за него, мне стало легче. Внезапно я поняла, что монстр не причинит мне вреда.

Он поплыл вперед, к берегу, остановившись, когда вода стала мелче. Он опустил голову, и я выбралась наружу. В немногих оставшихся огнях я могла разглядеть лицо существа и его огромные светящиеся золотые глаза.

— Спасибо, — сказала я.

Он резко отвернул от меня голову и щелкнул челюстями. Когда я оглянулась, то увидела ноги, свисающие с запрокинутой головы монстра, и пару бегущих солдат Коноса.

Змея набросилась на свою жертву, кости хрустнули, прежде чем она запрокинула голову и проглотила человека целиком. У меня дрожали руки. Это существо могло бы помочь мне, но оно было опасно.

Краем глаза я заметила, что одна из лодок Коноса отчаливает. Они убегали.

Змея нырнула обратно в воду, и я поняла, что она преследует лодку.

Вверху с неба вырвался драконий огонь, охвативший еще один корабль Коноса, который направлялся с Афона.

Позади меня раздались радостные возгласы, и, обернувшись, я увидела, что Райвин наблюдает за мной. Рядом с ним стояли Лэра и Вант. Все они держали оружие наготове, их взгляды были прикованы к кораблям, покидающим Атос.

Я подошла к ним, дрожа и промокнув насквозь, но живая. — Они уходят.

— Моего отца не было с ними, — сказала Лэра. — Это была не настоящая битва.

— Откуда взялись эти драконы? — Спросила я.

— Это были не настоящие драконы, — сказала она. — Это была магия. Как только они исчезли, они начали отступать.

— Они проверяли это на нас, — сказала я.

— Атос — более легкая мишень, чем Дракус. Это был тренировочный заход, — сказал Вант.

Я посмотрела в небо, где драконы все еще кружили над нашим берегом. Что они собирались сказать, когда приземлятся и поймут, что происходит?

— Мы должны помочь им, — сказала я. — Мы не можем позволить им захватить Дракуса.

Я заметила группу, идущую к нам, и прищурилась, пытаясь разглядеть их. — Это драконы.

Мы обернулись, наблюдая, как король и многие из его людей направляются к нам. Их тела были напряжены, и я почти чувствовала их гнев отсюда.

— Вам всем придется многое объяснить, прежде чем я подожгу весь этот город, — прорычал Бахар. Кровавый след стекал по его обнаженной руке. Несколько других оборотней последовали за ним, все они вернулись в свою человеческую форму. Некоторые были ранены, как их король, других просто унесло ветром. Все они были одеты в ткань, обернутую вокруг талии, и с соответствующими сердитыми выражениямилиц.

— Они использовали мою силу против меня, — сказала Лэра. — Я не знаю как, но он знал.

— Это была приманка, не так ли? — Спросил Бахар.

— Думаю, да, — подтвердила Лэра.

— Он всегда хотел Дракуса, — сказал Райвин.

— И его дети использовали меня, чтобы он мог напасть на мой дом, пока я был в отъезде со своими лучшими людьми, защищая бесполезный человеческий город, — огрызнулся Бахар.

— Это не то, что произошло, — сказал Райвин.

— Где он сейчас, принцесса? — Бахар переключил свое внимание на Лэру. — Или ты случайно утратила свои способности?

Лэра покачала головой. — Я не знаю. Я не знаю, как он оттолкнул меня.

— Потому что ты была в этом замешана. — Бахар двинулся со скоростью, которой я не ожидала, и схватил меня, оттаскивая от моих друзей.

Ошеломленная, я пошатнулась вперед, затем мне пришлось восстановить равновесие. — Что ты делаешь? — спросила я. Я дернула рукой, пытаясь освободиться от его хватки.

Райвин вытащил свой меч и сделал шаг вперед. — Отпусти ее сейчас же, оборотень.

— Поклянись ее жизнью, что ты не предавал меня, — сказал Бахар.

Все молчали, все солдаты Атоса, которые образовали круг вокруг нас, все люди Бахара смотрели на нас в ожидании.

— Клянусь ее жизнью, — сказал Райвин. — Говорю тебе, мы думали, что это все. Мы думали, что наконец-то освободимся от него.

Король-дракон отпустил меня, и я бросилась к своим друзьям, убедившись, что нахожусь вне его досягаемости.

— Он уже в Дракусе? — Спросил Бахар.

— Я не уверена, — сказала Лэра.

— Мы должны вернуться домой, — сказал Кабир.

Прибыли еще драконы, выстроившись в линию позади своего короля. Они перешептывались друг с другом, вероятно, передавая информацию вновь прибывшим.

— Мы отправимся на Дракус, — сказала я. — Мы поможем.

Король выглядел удивленным, но прежде чем он успел что-либо сказать, Вант прошел перед ним, уставившись на что-то позади нас. — Что это?

Сбитая с толку, я повернулась, осматривая берег. — О чем ты говоришь? — спросила я.

Он указал на небо, и я ахнула. Шепот и удивление поднялись от всех на пляже. Горизонт был розовым. Вставало солнце.

— Похоже, Никс проснулась, — сказал Райвин.

— У нас может возникнуть проблема посерьезнее, чем мой отец, — сказала Лэра.

Никс должна была прийти за Атосом, но Король Фейри направлялся в Дракус. Морта была права, весь мир вот-вот изменится. И было очень мало шансов, что мы выберемся отсюда живыми.

Хотите еще, пока ждете захватывающего завершения? Присоединяйтесь к моему списку, чтобы получить эксклюзивную бонусную сцену и обновленную информацию о том, что я напишу дальше.