Любовь — морковь и всё такое. О любви столько сказано, написано и спето, что кажется уже и не повториться трудно, но я всё же хочу рассказать свою историю.
Любовь бывает чистой, светлой, любовь бывает страстной, любовь бывает возвышенной, а бывает и горькой, мучительной, даже губительной. Я с головой, как в омут, бросилась во всепоглощающую любовь и чуть не погибла. Давно это было.
День первый.
Я проснулась. Странная комната, кровать. Больница? Зашёл человек в белом халате. Врач? Ненароком спросил, как меня зовут. Я надолго задумалась. Открыла рот, чтобы ответить и вдруг поняла, что не могу говорить, не только не могу говорить, но и издать какой-нибудь звук. А за окном лупил косой дождь по стеклу. Там на воле качались ветки черёмухи с едва начавшимися распускаться гроздьями белых цветков. А значит сейчас май, и всё будет хорошо.
День второй.
Та же комната, то есть больничная палата, за окном всё также качаются распускающиеся кисти черёмухи. Меня пришли навестить мать и сестра. Я умом понимаю, что они мои близкие, но совершенно их не помню. Дали блокнот и ручку, теперь я могу написать всё, о чём вспомню. Пытаюсь произносить простейшие слова. Мелкими глотками пью из чашки сок, воду. Твёрдой еды пока не могу проглотить ни кусочка. Капельницы помогают, чувствую как лекарство облегчает мою участь. Что же со мной произошло такое? Я устремила пустой взгляд за окно на белеющие кусты черёмухи.
День третий.
За окном цветёт черёмуха. Капли дождя лениво барабанят по стеклу. На улице немного прохладно. Я уже довольно бойко хожу по палате и могу постоять у окна, любуясь белоснежными цветущими кустами. Снова вечером пришла мать и сестра, привели с собой мальчика. Я должна была его узнать. Он — мой сын. Сын? Что-то родное забрезжило вдалеке, в глубине мозга. Меня угостили шоколадкой. Когда они ушли, я откусила от плитки и не узнала вкуса. А за окном ветер запутался в белых от цветков ветках черёмухи. Я подошла к окошку и залюбовалась белыми, как облака кустами. На ум почему-то пришло белое платье, в такое я наряжалась в день свадьбы. На голове я помню короткую ажурную фату. Тогда я была счастлива. И это всё, что смогло пробиться сквозь туман забвения. Голова была пуста, как надутый воздушный шарик. Лица жениха, моего будущего мужа я, как ни силилась, не могла вспомнить, только голова разболелась. Я медленно отошла от окна, легла на больничную койку, отвернулась к стенке и попыталась уснуть.
День четвёртый.
Не спалось. Я поворочалась немного, вздохнула и отправилась в туалет, громко шаркая немощными ногами. Шлёп, шлёп, и снова шлёп, звуки гулко раздавались по пустому длинному коридору. Ещё очень рано, хотя и рассвело за больничными стенами. В туалете висело зеркало, на которое я раньше не обращала внимание. Остановилась, осторожно заглянула в зеркало, а оттуда из-за зеркалья на меня пялилась старуха с чёрными кругами под глазами и жёлтой нездоровой кожей на лице. Сами глаза выражали такое отчаяние, даже безисходность, что я содрогнулась всем телом. И это я? Мне расхотелось глядеться в зеркало.
День пятый.
Ко мне пришёл мужчина высокий симпатичный. Я его не узнала, нет, но внутри меня зашевелилось что-то тёмное и страшное, казалось, мой рассудок меня покидал.
— Уходи! Уходи, я не хочу тебя видеть! — Осипшим голосом я пыталась кричать, но только слёзы покатились по щекам. Это были пока ещё пустые слёзы, но я чувствовала, что мужик виновен в моём состоянии. Я тщетно пыталась сосредоточиться и вспомнить. Что толку реветь? Слёзы показывают только бессилие. Надо бороться! У меня есть сын, отец, мать, сестра. Ради них я просто обязана быть сильной. А с кем же мне необходимо бороться? Да только с самой собой, с собственными слабостями и ленью. Вдруг плотину разума прорвало. Калейдоскопом беспорядочно перед глазами замелькали сцены из жизни. Вот я совсем маленькая, вот и выпускной в школе, свадьба, моя свадьба, потом вдруг что-то из школьных уроков.
Я лежала с закрытыми глазами, мой муж давно ушёл из палаты. Лежала, боясь пошевелиться, вспугнуть воспоминания, надо их ещё было упорядочить. Мысли скакали, как блохи на собаке. Этот мужчина являлся моим горячо любимым мужем, и это точно. На свадьбе мы были такие молодые и счастливые! Остался целый альбом фотографий, и на всех на них я с обожанием смотрела на новоиспечённого супруга. Он наблюдал за мной, казалось немного свысока, даже с лёгкой усмешкой. Так мы и прожили десять лет. Я родила сына и была уверена, что ребёнок ещё больше скрепит наш союз. Я с юности мечтала о ребёнке от любимого человека и была по своему счастлива. Вопреки моим надеждам, сыном муженёк не заинтересовался, а ко мне чувства его медленно, но верно угасали. Психологи утверждают, что в развале семьи виноваты оба супруга, скорей всего так и есть. Возможно я мало прикладывала усилий, чтобы завлечь мужа, как мужчину эротикой, разнообразить нашу сексуальную жизнь. Жена должна быть похитрее что ли, поизворотливее, уметь предугадывать желания спутника жизни. Может, я в чём-то ошиблась, может у меня не хватило терпения не замечать нелепые привычки мужа, не обращать внимания на его промахи? Может, мы в чём-то разошлись во мнениях, не поняли друг друга? Как доказать мужчине, что для меня он единственный, и я хочу только одного — ответного чувства? Почему он не стремился работать поинтенсивнее и обеспечивать материальный достаток нашей маленькой ячейки общества? Почему моего супруга мало интересовали успехи сына в школе, его развитие и взросление?
Я бездумно пялилась в окно. Одни вопросы и ни одного ответа. А за окном черёмуха принялась активно разбрасываться цветочными лепестками, и земля внизу казалась укрытой хлопьями пушистого снега.
Один мудрый человек сказал, что в паре обычно один любит, а другой позволяет себя любить. Десяток лет я любила, и видит бог, любила по-настоящему, а потом меня вдруг заклинило, и я возжелала ощутить себя обласканной спутником жизни. Я, как и все женщины, в момент усталости от житейских невзгод, захотела опереться на крепкое мужское плечо и просто немного передохнуть. Мой муж не был заядлым выпивохой, даже не курил. Другая женщина? Я бы легче поняла измену, увлечение другой более интересной дамой, но нет же, не случилось. Возможно, мой муженёк был прав, когда заверял меня, что он однолюб. После двух лет совместной почти безоблачной супружеской жизни мой горячо любимый человек под «пьяную лавочку» признался, что когда-то втрескался по уши в девушку, а та ему отказала и не стала с ним встречаться. Когда эта девушка вышла замуж, он закрутил роман в пику ей. А вдруг тогда клин клином не выбился, и моя любовь не перевесила? Я десять лет упорно боролась за сохранение нашей семьи, но всё было тщетно, и в конце концов руки мои опустились, я сдалась. Мой рассудок не выдержал наплевательского отношения «второй половинки», а также настигшей меня тогда безработицы, нищеты. Мир для меня выключился в одно мгновение. Я ушла в нирвану.
Всё это поступило в мой мозг и упорядочилось, как по полочкам разложилось в логические мысли, но легче почему-то не стало. Врач мне мудро посоветовал, если я не могу полностью простить мужа, то для собственного же блага должна сменить обстановку. Я уехала подальше, чтобы раны подзатянулись, чтобы сердце не рвалось на части от боли и завалила себя работой. И всё у меня получилось. Время лечит, и я всё же простила негодника за невнимание к себе, за нелюбовь, но жить с ним вместе уже не смогла.
Мы разбежались в разные стороны, естественно, что сын остался со мной, и каждый из нас двоих зашагал своей собственной тропой жизни. Не получилось одной судьбы на двоих. А ведь в первый год семейной жизни мечталось даже о где-то там далёкой золотой свадьбе, где «дедушка с бабушкой рядышком столько лет, столько лет вместе… " И ведь винить-то совсем некого. Возможно, надо возродить институт свахи? Как раньше красиво проводились обряды сватовства, обручения, молодые знакомились, приглядывались друг к другу. Может, тогда и разводов станет меньше?