Вот уже не одну чёртову неделю я пытаюсь написать курсовую по предмету, от которого буквально зависит вся моя жизнь. Ведь, если я напишу её плохо, то не закрою сессию до конца, а это значит, что до экзаменов меня не допустят и никакой диплом мне в итоге не светит. Придётся говорить об этом родителям и снова выслушивать в свой адрес оскорбления и упрёки в том, какая же я жалкая и ни на что не способная.

— Чёрт, как же меня это всё достало! — прокричала я, с силой оттолкнув от себя ноутбук, отчего тот чуть не свалился с кровати. Когда уже мои мучения наконец кончатся и я смогу вздохнуть свободно? Ответ: никогда. Потому что с моей матерью это просто невозможно.

Закончив свой внутренний монолог, я, чтобы хоть немного успокоиться, встаю с кровати и иду на кухню делать себе кофе. В своём относительно небольшом доме я живу вместе с родителями, двумя котами, собакой и младшей сестрой, которой одиннадцать лет и она учится в четвёртом классе, но на данный момент никого из них нет, кроме разве что наших животных, так что пока у меня есть время подумать над тем, как решить все проблемы с учёбой и не "умереть" от рук своей властной матери. Отхлебнув немного кофе, я снова задумалась над ситуацией:

— Хм, как же мне написать эту курсовую и при этом не опозориться перед преподом? Вариант списать с интернета точно не подходит, так как тему он придумал сам лично, а значит во всемирной паутине её скорее всего нет. Подкупить его я тоже не могу, так как денег у меня особо нет, да и одолжить тоже не у кого, к тому же об этом всё равно узнают родители. Остаётся либо писать самой, а сроки уже и так поджимают, либо просить кого-то из знакомых или же… можно взять академ и за это время попробовать уговорить родителей мне помочь. А что, не плохая идея. Пожалуй, так и сделаю.

И тут из плена собственных мыслей, меня вырвал телефонный звонок. Встав из-за стола, я побрела в свою комнату и взяв телефон, не глядя на него, ответила. Оказалось, что мне звонит моя двоюродная сестра Юля, с которой мы к слову, учимся в одном и том же универе только на разных факультетах, она — на психотерапевта, а я на писателя. Разговорившись с сестрой, я стала жаловаться ей на свои проблемы по учёбе, в надежде, что может хотя бы она подскажет, как мне быть в этой ситуации. В ответ на это Юля предложила мне встретиться у неё дома и всё спокойно обсудить в реальной жизни. Тут мне ничего не оставалось кроме, как согласиться. Переодевшись и накрасившись на скорую руку, я взяла ключи с телефоном и вышла. Кстати, совсем забыла представиться. Меня зовут Аня, мне двадцать один год, я невысокого роста, с тёмно-русыми волосами средней длины, немного полненькая, с маленьким носом, серыми глазами и тонкими губами. Живу я, как вы уже поняли всё ещё с родителями, парня нет, да он мне собственно и не очень то нужен, потому как главнее всего для меня это карьера, и только после этого можно подумать о семье. С родителями у меня отношения так себе, особенно, если учитывать тот факт, что моя мама старается контролировать каждый шаг своей родной дочери, а отец прекрасно видя всё это лишь отмалчивается и делает вид будто я во всём виновата сама. Единственные люди, с которыми у меня хорошие отношения это мои сёстры и бабушка. Вот пожалуй и всё, что я могу о себе рассказать. Возвращаясь к повествованию, к сестре я добралась где-то через полчаса. Еле-еле поднявшись на шестой этаж и проклиная всё на свете, особенно своё никчёмное здоровье, я позвонила в дверь. Буквально через минуту сестра открыла мне и впустила в квартиру. Жила она в довольно скромной однушке со своим парнем, который сейчас находился на работе, поэтому мы могли свободно общаться, никого не стесняясь. Теперь немного о сестре: Юля — девятнадцатилетняя стройная, высокая шатенка, с длинными прямыми волосами, серо-голубыми глазами, небольшим носом и тонкими губами, как и мои. Пригласив меня сразу на кухню, Юля поставила чайник, попутно расспрашивая о том, что же у меня случилось. Рассказав ей всё, как есть, я стала ждать от неё хоть каких-то логических рассуждений.

— Мда, ну и ситуация. Слушай, ну неужели твоим родителям настолько плевать на эмоциональное состояние их дочери, что они даже в такой серьёзной ситуации не помогут?

Болезненно усмехнувшись, я ответила ей:

— Ты ведь прекрасно знаешь КАКАЯ у меня мать, она не станет помогать, если на это нет веских причин.

— То есть, то, что ты НЕ МОЖЕШЬ закрыть последнюю сессию это для неё не является веской причиной?

— А она спросит, почему ты не можешь её закрыть? И, что я скажу тогда? Что у меня противный препод и я сдаю уже вторую курсовую, но он её не принимает? Она ответит: старайся лучше, иначе я отберу телефон и в интернет ты будешь заходить только в учебных целях. Ещё предложения есть?

— Ну, давай я попрошу Ваню занять тебе денег и ты найдёшь кого-нибудь в универе, кто напишет эту курсовую?

— Мысль хорошая, но, быть должной я не хочу, даже тебе и твоему парню. Тем более, отдавать мне нечем.

— Ты так говоришь как — будто эта курсовая тридцать косарей стоит, ну максимум тысяч пять. И ты можешь отдать их, хоть через год за это не волнуйся.

— Да, она не стоит слишком много, но проблема в том, что этот придурок препод, самолично выдумывал тему и дал мне самую сложную из возможных, так что никто за неё браться не хочет.

— Ладно. Ну, а интернет на что?

— Пфф, чтобы меня потом обманули, как и тебя? Нет уж, спасибо.

— Так, Ань, что тогда ты от меня хочешь? Ты отвергаешь просто каждую идею, но при этом ждёшь моей помощи. Что же мне тогда сделать то, убить твоего препода?

— Ага, чтобы тебя потом посадили, а я была соучастницей — шутливо ответила я. На самом деле я уже придумала кое-что, мне лишь надо узнать твоё мнение.

— Так чего ты сразу не сказала? Конечно, выкладывай.

— Короче, я хочу взять академ отпуск на полгода, но так, чтобы моя мать ничего не узнала, ну или по крайней мере не сейчас. Иначе, она меня прибьёт.

— Ну, во-первых, зачем тебе он, ты думаешь, что за полгода этот препод уволится и тебе дадут нового куратора?

— Нет, конечно. Он уволится только лишь, если сдохнет. Так у меня по крайней мере будет больше времени, чтобы написать её самой, понимаешь? Или найти того, кто поможет.

— Ну, вообще это не лишено смысла конечно, а, что ты скажешь матери?

— Ничего. Абсолютно.

— Ты же понимаешь, что она всё равно узнает?

— Да, поэтому и прошу, посоветуй, что мне делать?

Задумавшись, сестра уставилась в одну точку и сидела так, вот уже пару минут. В один момент мне это надоело и я окликнула её, на что та лишь сказала не мешать ей. Прошло около пяти минут, прежде чем Юля продолжила:

— Я придумала. Кажется.

— Ну? Не томи уже! — воскликнула я в нетерпении.

— Ну ладно, только предупреждаю тебе этот план не понравится.

— Говори уже.

— Ты должна исчезнуть. Разумеется не по настоящему и не надолго.

— Чего?! Исчезнуть? Сестра, ты что обкурилась?

— Нет. Ты просто послушай. Ты сейчас звонишь в деканат и просишь дать тебе академ, скажем, по семейным обстоятельствам. Потом ты едешь домой, говоришь родителям, что останешься у меня на пару дней, типо для того, чтобы я помогла тебе с курсовой, собираешь кое-какие вещи, а потом мы уезжаем.

— Куда?

— Вообще, мы с Ваней собирались ехать на море, можем захватить и тебя тоже. А уж там твоя мать тебя точно не найдёт.

Удивлённо посмотрев на сестру, я пыталась переварить всё, что она мне сейчас сказала, но услышанное никак не хотело укладываться в голове, поэтому мне ничего другого не оставалось, кроме как пялиться на неё, как дура.

— Слушай, я знаю, что это всё довольно спонтанно получается, но ничего другого, мне просто в голову не лезет. Поэтому, либо соглашайся, либо придумай что-то получше.

— Я согласна — выпалила я, прежде чем поняла, что сейчас сказала.

— О, ну вот и отлично.

— Да, вот только на какие шиши я поеду интересно. Нет, у меня конечно есть где-то тысяч двадцать-двадцать пять, но я то планировала их потратить на другие нужды.

— Ну, либо так, либо ты встретишься с гневном своей матери. А вообще, ты можешь заплатить только за билет на поезд и за номер, в котором будешь жить, в остальном я по мере возможности помогу тебе.

— И ты серьёзно сделаешь это ради меня?

— Ну да, отдашь потом, как сможешь. Тебе нужно отдохнуть Ань, от проблем, от учёбы, от родителей в конце-концов, да и мне твоя компания очень пригодится, особенно зная Ваню.

— Ха, это мило. Спасибо тебе.

— Не за что. В общем, я заказываю билеты на троих? На завтра.

— Да — как можно увереннее ответила я.

— Ок, только я сейчас Ване позвоню и скажу тогда, пусть найдёт для нас квартиру.

И договорив, она встала со стула, уйдя на балкон. Как только она вышла, меня тут же одолел приступ паники, я понятия не имела зачем только что согласилась на эту явно провальную идею и на кой чёрт мне вообще понадобился этот академ, если мама всё равно об этом узнает, и тут же позвонит мне, заставив вернуться домой. А с другой стороны…, Юля права, я итак пахала, как лошадь весь год, училась за троих, плюс ещё и подрабатывала, и всё для чего? Для того, чтобы угодить своей мамочке, но ей всю жизнь будет мало этого. Хватит с меня, я заслуживаю хоть немного отдыха в той компании, что выбрала себе сама! И плевать, что будет дальше, даже, если мне не дадут этот чёртов отпуск, я всё равно придумаю что-то ещё, и свалю нахрен отсюда. Как только мне всё же удалось убедить себя, что хуже уже точно не будет, вернулась сестра и сообщила, что её парень найдёт нам квартиру в Краснодаре. Ещё раз поблагодарив её за подкинутую идею, я стала собираться уходить, ведь мне ещё предстояло ехать в универ и договариваться с деканом. Договорившись, что я приду к ней ближе к двенадцати с вещами, она проводила меня до такси и вернулась к себе. Закончив со всеми делами в университете и еле-еле уговорив мать отпустить меня "погостить" к сестре, я собрала кое-какие вещи, что понадобятся в поездке, сняла деньги с карты, и вернулась к Юле. Безумно уставшая за день, я быстро рассказала ей про то, что меня всё же отпустили с универа и поговорив ещё немного про завтрашнюю поездку, и про то, во сколько нам лучше всего будет выехать, чтобы не опоздать, мы все отправились спать. Теперь к слову о Ване: ему, как и сестре девятнадцать лет, высокий, худощавого телосложения, волосы короткие тёмно-русого цвета, глаза карие, нос прямой чуть с горбинкой, губы пухлые, в ухе носит серьгу. Учится в одном универе со мной и Юлей на юриста, подрабатывая при этом бариста в кафе, Утром я проснулась от громких криков сестры и её парня. Всё ещё сонная и ничего не понимающая, я мигом вскочила с дивана и наспех одевшись, поспешила к ним, узнать в чём дело. И тут оказалось, что Ваня на самом деле так и не нашёл нам никакой квартиры, хотя ещё вчера наплёл Юле совершенно иное. Честно говоря, в тот момент меня это совершенно не удивило, особенно учитывая то, что было такое уже не впервые. Но, понимая, что у нас уже скоро отправление, а, где нам жить в Краснодаре, мы так и не знаем, я, пока сестра пыталась докричаться до своего парня, стала думать, что же теперь делать. Копаться в интернете не вариант, потому как ни времени, ни денег на особенно шикарное жильё лично у меня нет, значит нужно искать что-то по прибытии. И тут, в мою голову пришла одна очень мимолётная идея, которой я поспешила поделиться с остальными.

— Слушайте! — воскликнула я. У меня есть идея, где мы можем остановиться.

И вот уже две пары удивлённых глаз, таращились на меня, ожидая, что я скажу дальше.

— У меня есть родственница, она живёт в Краснодаре и насколько я слышала от матери, сдаёт свой дом для туристов. Давайте я позвоню ей и попробую договориться?

— А вдруг она сдерёт с нас втридорога? Нам ведь потом ни на что не хватит — ответила мне Юля.

— Она плату берёт чисто символическую, при том, что у неё двухэтажный коттедж с бассейном, тем более, я её родственница.

— И тем более, времени на это у нас уже нет, поезд через четыре часа, а вещи ещё не собраны — подал свой голос Ваня.

Злобно посмотрев на парня, сестра закричала:

— Конечно у нас нет времени, потому что ты идиот, который НИКОГДА и ни о чём не думает! Сам сказал мне, что всё решишь с жильём и что теперь? Мы вынуждены ехать не понятно к кому и куда!

— Ах это я виноват значит? Да я целыми днями пашу, как лошадь на этой чёртовой работе, а ты сидишь дома и ничего не делаешь. Неужели не могла даже об этом позаботиться?!

— Я бы нашла нам квартиру, если бы ты просто мне сказал правду, а не уверял, что сам всё найдёшь! А теперь оказывается, что я ничего не делаю, а ты бедненький устаёшь на работе?

Пытаясь привлечь к себе внимание, я произнесла:

— Ребят, может хватит уже?

— Именно! Я работаю каждый день без выходных, при том, что у меня серьёзные болезни, а ты вместо того, чтобы помогать только и делаешь, что выносишь мой мозг!

— Так может тебе найти другую, которая будет лизать твою жопу и угождать во всём, а то я ведь совсем не такая? — с иронией произнесла Юля.

— Может и стоило бы.

— Так всё, хватит вам обоим! Либо вы сейчас же затыкаетесь и мы спокойно едем отдыхать, либо Я уезжаю сама!

— Сама? — удивлённо спросила Юля. А ничего, что это как бы моя идея была, чтобы ТЫ ехала с нами подальше от матери и проблем?!

— Была твоя, а станет моей, так что, я звоню тётке или как?

— Звони-звони — спокойно сказал Ваня. Не обращай на неё внимания, она всегда так себя ведёт вначале, а потом успокаивается.

— Ну и отлично. Тогда собирайте вещи и поживее пожалуйста, особенно ты — ответила я, указав пальцем на сестру.

И пока она не успела что-либо возразить в ответ, я быстро выскочила из квартиры на лестничную площадку. Поболтав немного с тётей и договорившись об относительно небольшой плате за две недели нашего проживания, а главное о том, чтобы об этом не узнала мама, я снова вернулась в квартиру, и сообщила остальным новость.

— В общем, я сказала, что ориентировочно мы пробудем у неё двенадцать-четырнадцать дней и тётя сказала, что возьмёт с нас троих четыреста пятьдесят рублей за сутки. Также весь второй этаж в нашем распоряжении, холодильников там два, теликов тоже, один кондиционер правда, бассейн, как я уже раньше говорила и до моря пять-семь минут пешком. Устраивает?

Нахмурившись, сестра спросила:

— Четыреста пятьдесят рублей с троих, недалеко от моря, да ещё и дом двухэтажный с бассейном… хм, а ты уверенна, что там нет никакого подвоха?

— Например?

— Ну, вдруг у неё дом полуразвалившийся какой-нибудь или тараканы на каждом шагу бегают с клопами вместе?

— Ага, а ещё у неё в подвале "Бабадук" обитает и она нас ему на ужин подаст. Фигнёй не страдай, я была там пару лет назад, нормальный у неё дом, да ремонта требует косметического, но ничего более. Ясно?

— Ясно-ясно.

— Тогда иди и собирайся. И без разговоров пожалуйста.

— Ок.

Кое-как собравшись через пару часов, мы наконец смогли вызвать такси и отправиться на вокзал. Дождавшись прибытия своего поезда, загрузили все свои вещи на наши места и стали ждать отправления. Вытащив телефон с сумки, я увидела множество пропущенных звонков от матери и отца, испугавшись, что родителям могли позвонить из деканата, и сообщить о моём "опрометчивом" поступке или же тётка решила сдать меня и я тут же перезвонила им обоим. Но оказалось, что они звонили лишь для того, чтобы спросить всё ли у меня нормально, чего раньше они дела крайне редко, особенно, если я была с родными. В ходе разговора я заметила, что голос матери был слишком странным, она то ли плакала, то ли была близка к тому, чтобы разрыдаться. К тому же постоянно просила меня беречь себя и лишний раз не выходить поздно на улицу. Списав всё это на то, что она, как и всегда просто пытается контролировать каждый мой шаг, я не стала даже спрашивать, что с ней и договорив, благополучно забыла об этом, тут же настроившись на ожидающий меня отдых.

Спустя пять часов.

Приехали мы в город только к вечеру. Поймав такси, мы сразу же направились по адресу тёти. Благо, в то время пробок уже почти не было, так что довезли нас довольно быстро. Ещё на подъезде к дому, я позвонила тётке и попросила нас встретить. Выгрузив все вещи из машины, мы двинулись навстречу ей. Завидев невдалеке свою родственницу, я стала пристально её рассматривать. Собственно, за те несколько лет, что мы не виделись, она не очень-то и изменилась. Всё та же женщина пятидесяти лет, низкого роста, полного телосложения, практически седая, хотя раньше красилась в огненно-рыжий цвет, длинные волосы, морщинистая кожа, на лице были едва заметные веснушки, глаза карие, прямо, как у моей матери, нос довольно крупный. Встретившись со мной глазами, она посмотрела на меня своим добрым, ласковым взглядом и тепло улыбнувшись, спустилась со ступеней, чтобы открыть нам калитку во двор. Зайдя на территорию дома, мы поздоровались с тётей и, пока я болтала с ней, Ваня с Юлей принялись рассматривать дом снаружи.

— Блин, куда мы только что приехали — донеслось до моего слуха высказывание сестры.

Быстро окинув её злобным взглядом, я мысленно просила всех несуществующих богов, чтобы тётя этого не услышала, но, у старушки оказался всё ещё хороший слух, поэтому она посмотрев на Юлю, улыбнулась и спросила:

— Тебя что-то не устраивает, милая?

По-видимому, Юля не ожидала того, что у моей тёти такой хороший слух, поэтому она тут же стушевавшись, ответила:

— Нет, нет, что вы, всё отлично. Просто дом у вас такой… эм, как бы сказать…

— Моя девушка хотела сказать, что дом у вас замечательный — ответил за неё Ваня. Но просто ради любопытства, Аня сказала, что у вас есть ещё и бассейн, а я его тут нигде не вижу.

— Так он на заднем дворе. А вообще, вы не смотрите на то, что снаружи дом кажется сильно обветшалым, просто я уже старая, а муж мой считай уж лет пять, как помер, из детей у нас только дочка, так что некому им заниматься теперь. Но внутри всё получше будет, так что идёмте скорее.

— Хорошо — неловко улыбнувшись, хором ответили ребята.

Ну, а я, чтобы хоть как-то поправить положение, тут же попыталась обратить внимание тётки на себя.

— Тёть Вер, не обращай на них внимание, мы просто немного устали с дороги, вот и настроение ни к чёрту.

— Да я всё понимаю, дорогая. Ты лучше расскажи, как сама то поживаешь?

— Да чего рассказывать то, учусь на последнем курсе универа, подрабатываю в кафе официанткой…

Хитро прищурив глаза, старушка спросила:

— Парень то есть?

— Нет, тётя нету, да и не надо мне его, не хочу потом также, как родители ругаться по любому поводу. Мне бы самое главное карьеру построить, а остальное потом.

— Эх, молодёжь, я в ваши годы уже дочку нянчила и замужем была, а вам сейчас только карьеру бы сделать, да денег заработать.

— Тёть, давай не будем об этом — строго сказала я. Мне хватает и дома нравоучений.

— Так я же не учу тебя, детка, просто делюсь своими мыслями, ты не обижайся на меня.

— Всё нормально. Я не обиделась.

— Ну и хорошо. Ну, а дома как, с матерью какие отношения, я ведь, так понимаю, она не знает, что ты здесь?

— Не знает. Я сбежала от неё и от проблем тоже.

Всплеснув руками, тётя Вера испуганно спросила:

— Ой, а что случилось то? Ничего серьёзного надеюсь?

— Ничего криминального, не волнуйся. Просто нам с ней полезно будет друг от друга отдохнуть.

— Понимаю-понимаю. Дети не всегда находят общий язык с родителями, это печально конечно, но вполне поправимо.

— С моей мамой вряд ли это может быть поправимо.

— Так это ты не съехала от неё потому что ещё, вот, как устроишь свою жизнь, так и мамка твоя изменится, можешь мне поверить.

— Наверное.

— Эм, извините, а может мы уже пойдём в дом? — подала голос Юля.

Тут же встрепенувшись, тётя воскликнула:

— Ох, вот я старая дура, совсем вас заболтала! Вы же уставшие, спать наверное хотите. Пойдёмте детки скорее.

Усмехнувшись, я взяла свой чемодан и потащила по ступенькам вверх к дому. Если говорить конкретно про дом моей тёти, то собственно мне вполне понятна реакция сестры. Так как с тех пор, как я была здесь ничего и не изменилось. Всё та же старая деревянная калитка, которую никто даже покрасить не может, небольшой дворик, палисадник с разного вида цветами, потресканные от времени ступеньки, ну и сам так называемый коттедж, фасад которого, видимо не обновлялся уже лет десять, если не больше. Единственное, что здесь пожалуй изменилось это окна, вместо деревянных теперь стояли пластиковые, а это значит, что хотя бы дуть из всех щелей не будет, как раньше. Но вот мы наконец зашли внутрь и я стала осматриваться. На первом этаже всё было также, как и раньше: три комнаты, в одной из которых спала сама тётя Вера, другая раньше принадлежала её дочери Ирине, а третья была типо гостиной, особого ремонта на первом этаже не было. Обычные бюджетные обои, которые от старости кое-где начали отрываться, на полах в комнатах лежал старый линолеум, ванная комната же была обделана белой плиткой, где унитаз был совмещён вместе с небольшой ванной, а рядом с ней висела раковина. В кухне дела обстояли не лучше: такие же старинные обои, по материалу больше напоминаюшие самую дешёвую бумагу, слева от входа распологалось окно, рядом с ним обеденный стол, справа от стола стоял холодильник, ну а дальше висели кухонные шкафы. Чтобы не делать этого потом, мы с ребятами сразу зашли на кухню, где тётя нас покормила и успела "замучить" Юлю с Ваней вопросами, когда же у них будет свадьба. После этого мы уже не голодные, но всё же такие же уставшие, поднялись наверх. Здесь нам троим понравилось уже больше. Было видно, что ремонт делали совсем не давно и во всех трёх комнатах сразу. Красивые, глянцевые натяжные потолки, на полах довольно дорогой паркет, удобные двухспальные кровати с чистым постельным бельём, отдельная ванная комната с джакузи и зеркальным потолком, отдельный туалет. Пока Юля и Ваня купались я решила немного разобрать свой чемодан и достать одежду для сна. Как раз в этот момент ко мне зашла тётка.

— Нюта, я забыла сказать твоей сестре, но думаю ты и сам ей передашь.

— Да, что такое?

— Понимаешь, у меня для отдыхающих есть некоторые правила, которые я прошу не нарушать, пока они тут находятся.

Нахмурившись, я переспросила:

— Правила? И в чём же они заключаются?

— Ну во-первых, не водить сюда гостей по ночам, днём можете делать, что хотите, но не в ночное время, во-вторых, не при каких обстоятельствах не спускайтесь после двенадцати ночи на первый этаж и в-третьих, в мою комнату не заходить. Понятно?

— Да…, но мне любопытно, почему нельзя спускаться на первый этаж после двенадцати?

Спросив это, я заметила, как у старушки начали бегать глаза из стороны в сторону и она нервно заломив руки, ответила:

— Понимаешь, у меня в последнее время, то бессонница случается и я просто так брожу по дому, то лунатить начинаю, поэтому и прошу, не беспокойте старушку ночью, ладно дорогая?

— Ну хорошо, если так, я передам всё своим, не волнуйся.

— Вот умница. Тогда я пошла к себе?

— Да, конечно. Доброй ночи.

— Доброй ночи, милая. Спи спокойно.

— Ага — ответила я, натянуто улыбнувшись, а сама подумала другое. Да уж поспишь тут спокойно, когда ты такие заявления делаешь тётушка. Надеюсь она не заявится ко мне ночью со своим лунатизмом.

Подумав об этом, я решила, что надо бы дверь на ночь запирать на замок на всякий случай. Но вот через пару минут сестра с парнем наконец вышли из ванны, позвав уже меня. Быстро искупавшись, я вышла из ванной и постучалась к ребятам. Получив положительный ответ, вошла в комнату. Спросив не нужно ли им чего-нибудь, я тут же вспомнила о разговоре с тётей и поспешила рассказать обо всём им. Выслушав меня, сестра не удержалась от того, чтобы не сказать, что скорее всего в словах старушки кроется какой-то подвох и хоть бы нам вообще дожить до конца этого путешествия. В ответ на это, я лишь беззлобно фыркнула, но сама прекрасно знала, что моя паранойя теперь точно не успокоится и постояно будет подкидывать всё более изощрённые доводы, по поводу поведения родственницы. Парень сестры же откровенно говоря лишь посмеялся с нас обеих, сказав то, что Тётя Вера наверняка даже не собиралась меня пугать, лишь просто решила поделиться переживаниями. С одной стороны я была с ним вполне согласна, но с другой… не знаю даже, что на это ответить. В общем, решив, пока не заострять на этом внимание, я пожелала этим двоим доброй ночи и вернулась к себе. Завалившись в кровать, я попыталась отогнать от себя все не нужные мысли и вскоре уснула. Очнулась уже утром, когда лучи солнца стали попадать на мою кровать. Не хотя я раскрыла глаза и… то, что мне пришлось увидеть перед собой, чуть не лишило меня дара речи. Рядом с кроватью на стуле сидела тётя и широко раскрыв глаза, глядела на меня сверху вниз, и улыбалась. Подпрыгнув на месте, я громко выругалась, чуть не свалившись на пол, на что она мне сказала:

— Ты проснулась, милая! Как спалось?

Стараясь выровнять своё рваное дыхание и успокоить бешено колотящееся сердце, я злобно посмотрев на неё, ответила:

— Как спалось?! Тётя, какого чёрта ты тут делаешь?

— Ну, я просто зашла посмотреть не проснулась ли моя племянница, но увидев, как ты мило спишь, не захотела будить, а просто села рядышком и стала ждать.

— Никогда, слышишь, никогда так больше не делай! Я же чуть не умерла от страха!

— Ну прости меня дорогая, я просто не удержалась от того, чтобы не посмотреть на тебя. Я ведь одинокая и ко мне почти никто не наведывается, а тут ты приехала. В общем, прости ты меня дуру старую!

Вздохнув, я посмотрела на неё уже без тени злобы и ответила:

— Ладно. Но больше так не делай. Если хочешь пообщаться, приходи, но уже после того, как я проснусь. Договорились?

— Договорились, Нюта. Ну, я пойду тогда завтрак тебе готовить.

— Ага.

Как только дверь за тёткой закрылась, я раздражённо пробормотала себе под нос:

— Чёртова старуха, испортила мне всё утро! Надо было всё-таки закрыть дверь на ключ.

Через силу успокоившись, я принялась за свои обычные будничные дела. Как можно быстрее приведя себя в порядок, я отправилась будить сестру и её бойфренда, после этого мы все отправились на кухню. Кинув быстрый взгляд на тётю, но так, чтобы она этого не заметила, я прошла к плите и сделав себе кофе, села за стол. Позавтракав, я предложила ребятам сходить на море, пока ещё не сильно жарко и они тут же согласились со мной. Но, в итоге, благодаря моей сестрице, которая никогда не слыла особо пунктуальным человеком, мы вышли из дома лишь к полудню. Ко всему прочему, Ване пришлось возвращаться домой ещё раз, потому что она, как оказалось потом, забыла в комнате свой купальник. Как следствие, они поругались снова и Юля никому ничего не сказав, ушла за коктейлями одна. Отыскав наконец "укромный" уголок под деревом, чтобы не сгореть, я расстелила свой полотенец и сев на него, засмотрелась на море. Через пару минут ко мне присоединился Ваня, сев чуть поодаль и нахмурившись, стал смотреть в том направлении, куда ушла Юля. Потом, резко повернувшись в мою сторону, он заговорил:

— Слушай Ань, я не хотел говорить при твоей сестре, иначе она бы снова устроила истерику, но и оставить это так, тоже не могу.

— Что случилось? — обеспокоенно спросила я.

— Твоя тётя… кажется рылась в наших вещах.

— С чего ты это взял?

— Когда я вернулся домой за купальником, то увидел, как она выходит из нашей комнаты.

— И? Может она хотела там убраться или взять что-то своё?

— Ну во-первых, зачем там убираться, если мы только успели переночевать в комнате один раз, во-вторых, когда я спросил, что она там делала, то та на меня наорала и сказала, что это её дом, и она имеет право ходить там, где ей вздумается. И в третьих, я заметил, что она лазила в тумбочке, там, куда я положил все наши документы.

— Ну, в итоге же ничего не пропало?

— Пока вроде нет. И всё же, доверять ей как-то теперь не хочется.

— Я поняла тебя.

Видимо подумав, что меня обидели его слова, Ваня тронув меня за плечо, сказал:

— Послушай, я понимаю она твоя родственница и ты не спешишь доверять моим словам, но клянусь тебе, я не соврал. Она действительно вела себя подозрительно и…

— Вань, я разберусь с этим, не волнуйся. А пока перепрячь от неё всё самое ценное, понял?

— Понял.

— И да, Юле об этом ни слова, она итак не особо горит желанием оставаться у неё.

— Естественно я ничего ей не скажу.

— Ну вот и отлично. И, если что ещё случится, то сразу говори мне об этом, ладно?

— Да.

— Так ладно, там Юля идёт, ведём себя естественно.

Как только сестра подошла к нам, то тут же смерила нас подозрительным взглядом и спросила:

— О чём вы тут говорили?

Только я хотела ответить ей, как меня тут же перебивает Ваня, раздражённо отвечая:

— О тебе и твоём "прекрасном" характере, благодаря которому, ты всегда раздуваешь ссору из ничего.

— Началось — недовольно подумала я.

И пока я тоже не попала под раздачу, мне пришлось "незаметно" убежать от этой парочки прямиком в море, дабы остудить себя и поразмыслить над словам Вани, касаемо тёти Веры. Побыв некоторое время в относительной тишине и спокойствии, и обдумав свои дальнейшие действия, вышла на сушу, где мои спутники уже преспокойно общались, попивая алкогольные коктейли. Предложив им немного прошвырнуться по магазинам и прикупить что-нибудь себе или родителям, мы переодевшись, ушли с пляжа. Побродив около двух часов по магазинам и сувенирным лавкам, я с остальными зашла в кафе, чтобы наконец нормально пообедать. После этого мы вернулись домой, чтобы немного прийти в себя от жары и отдохнув, снова пойти гулять. Вытащив те вещи, что купила для себя и перемерив, я сложила их в чемодан, и отправилась на первый этаж, чтобы разобраться с тётей. Но, как только я подошла к двери, то услышала, что она разговаривает с кем-то по телефону. Прислонившись поближе, я пыталась понять, с кем же тётя говорит и вскоре, поняла, что это моя мать. Из разговора стало ясно, что мама жаловалась на меня тётке, говорила, что я сбежала от неё к сестре, всё больше и больше закрываясь в себе. На моё удивление тётя Вера не стала поддерживать её, а наоборот просила не давить на меня и проявлять терпение, даже, если я в чём-то и виновата сама. По-видимому, мать с ней не соглашалась, поэтому очень скоро они поменяли тему разговора, а я совершенно позабыв о том, что хотела сделать, как можно тише вернулась к себе. Разбираться, как вы понимаете, я с ней не стала. Где-то ближе к восьми вечера, я, Юля и Ваня пошли погулять, заранее предупредив тётю Веру о том, что к двенадцати обязательно вернёмся. Первые полтора часа мы втроём просто гуляли по пляжу, потом сходили в 3d кино, поели мороженое, постреляли в тире, где мне удалось выиграть себе большую игрушку кита. После всего этого мы с сестрой заскучали и потащили Ваню в кафе. Заказав как можно больше еды и выпивки, мы спокойно сидели и, общались, до тех пор, пока официантка не подошла к нам, притащив с собой бутылку дорогущего вина. Посмотрев на неё, я сказала, что мы его не заказывали, на что она ответила, что это подарок лично мне от парня за соседним столиком. Машинально обернувшись, я увидела довольно симпатичного зеленоглазого брюнета, обычного телосложения, с несколько крупным носом и пухлыми губами. Смотря прямо в нашу сторону, он улыбнулся мне и помахал рукой, сама не понимая почему, тоже самое сделала и я.

— Ты знаешь его? — спросила Юля.

Повернувшись к ней, я ответила лишь короткое нет и снова обратила свой взгляд к ожидающей официантке. Спросив сколько стоит эта бутылка, я тут же поняла, что лучше бы этого не делала. А цена её была порядка десяти тысяч рублей. Прекрасно понимая, что ни я, ни Юля с Ваней никак не смогут её оплатить, да я бы и не позволила себе брать у них деньги на такое, пришлось сказать, чтобы девушка отнесла ту обратно моему "таинственному" дарителю. Проследив за ней взглядом, я увидела, как она передала ему бутылку и ушла, на что он кинув на меня свой разочарованный взгляд, как я подумала, потерял всякий интерес. Но, нет тут то было. Когда сестра с парнем отошли ненадолго, чтобы спросить цену за экскурсию, тот парень подошёл ко мне и лучезарно улыбнувшись, представился Александром. Спросив, почему я "отклонила" его подарок, он, как бы незвначай присел рядом. Прекрасно понимая, что сделал он это намеренно, я пересела на место сестры, подальше от него, всем своим видом показывая, что в его компании не нуждаюсь. Но то ли этот Александр от природы был тугодумом, то ли просто делал мне назло, игнорируя всяческие намёки. Отчего я несколько разозлившись, сказала ему, что такие "подарки" мне ни к чему и я требую, чтобы он ушёл отсюда и не тратил больше ни своё, ни моё время. Немного опешив от моего поведения, парень извинился за то, что был таким настырным, объяснившись, что просто хотел познакомиться с девушкой, которая ему понравилась и ничего более. И тут же моя злость сменилась на вину. Я хотела было извиниться перед ним за этот свой "спектакль", но не успела, ведь перед нами возникли лица Вани и Юли. Обеспокоенно оглядев меня, сестра спросила:

— Ань, что случилось? Почему ты кричала?

— Я… я… — промямлила я, тут же замолчав.

Но тут слово решил взять сам Александр.

— Видите ли у нас с вашей сестрой возникло некоторое недоразумение, она наверно подумала, что я хочу как-то навредить ей, но уверяю, я просто хотел познакомиться.

— И зачем же? — спросил Ваня. Что тебе от неё надо?

— Она мне понравилась только и всего.

— Ага, именно поэтому ты подсел к ней, как раз в тот момент, когда за неё некому было бы заступиться?

— Да я ведь просто…

— И к тому же, откуда ты знаешь, что ОНА моя сестра? — спросила Юля. Следил за нами?

— Каюсь. Следил.

После этих его слов, меня тут же охватила внезапная волна страха и я вся съёжившись, как бы прильнула под бок сестры. Заметив это, парень поспешил оправдаться:

— Послушай, я увидел тебя сегодня на пляже, хотел подойти, но ты о чём-то увлечённо говорила с ним — сказал он, посмотрев на Ваню. А потом подошла она и назвала тебя сестрой, отсюда я и сделал вывод, что вы родственники.

— А подойти и познакомиться тогда, нельзя было? — спросила Юля.

— Он не хотел, потому что думал, что всё получится именно так, как сейчас — ответила за него я.

— Именно. Я не насильник, не серийный убийца, я не хотел её пугать, правда.

— Убийца бы точно также и сказал — ответил Ваня.

— Возможно. Но я не такой. Клянусь вам. Я лишь хотел с ней познакомиться.

Устало вздохнув, Юля положила руку мне на плечо и спросила:

— Ну и, что ты на это скажешь? Позволишь ему остаться тут или же прогонишь?

Пристально посмотрев на Александра, я пыталась понять правда ли то, что он сейчас рассказал или же это просто очередная уловка со стороны парня, чтобы заставить меня довериться ему и затащить в постель. Но, в тот момент его выражение лица было настолько невинным, что мне ПРИШЛОСЬ поверить ему.

— Я ему верю, ребят.

— Ты уверенна? — хором спросили Юля и Ваня. Это ведь может быть очередная уловка, чтобы втереться в твоё доверие.

— Я уверенна. И ты можешь остаться с нами пока что…, а дальше посмотрим.

— Спасибо — улыбнувшись, ответил Александр. Уверяю, я не обижу тебя и не обману.

— Это мы ещё посмотрим — недоверчиво посмотрев на него, ответила сестра.

Неловко улыбнувшись ему, я пересела на своё место. Вначале всё было мягко говоря не очень хорошо, сестра постоянно кидала недовольные взгляды на Александра, Ваня старался его как-то уколоть побольнее, ну а мне оставалось только спасать положение. Но, спустя несколько бокалов вина, а затем и ещё парочку, языки у нас у всех развязались и мои спутники уже не относились так враждебно к этому внезапно появившемуся в нашей жизни парню. Из разговора с ним мне удалось узнать, что здесь он местный, старше меня на два года, живёт один и всего в паре километров от моей тётки, что мне почему-то показалось странным и наконец, работает дрессировщиком в дельфинарии. Обменявшись с ним номером телефона, он взял с меня слово, что мы с сестрой и Ваней обязательно придём посмотреть на его завтрашнее выступление. Удивительно, но остальные без проблем согласились на его предложение. Выпив ещё немного, мы стали собираться домой. Уже ближе к полуночи, мы заявились домой и стараясь вести себя, как можно тише, разбрелись по комнатам. Уже лёжа в кровати, я прокручивала в своём нетрезвом мозгу, довольно насыщенные события прошедшего дня и вскоре, уснула.

Проснувшись утром с диким похмельем и сильной жаждой во рту, я долгих десять минут пыталась заставить себя встать с кровати, и освежиться. Наконец, мне удалось подняться и взяв свои банные принадлежности, я зашла в ванную. Закрывшись изнутри, чтобы тётя в очередной раз не вздумала меня напугать, я открыла кран и встала под душ. Ощутив прохладные капли воды на своей коже, я тут же поняла, что это именно то, чего мне катастрофически не хватало, учитывая данное состояние. Намылив себя мылом, я машинально стала вспоминать Александра — его глаза, то и дело поглядывающие на меня, его белоснежную улыбку, и приятный бархатный голос, нежно ласкающий мой слух. И чем больше я о нём думала, тем чаще ловила себя на мысли, что мне безумно хочется увидеть его снова. Но, вместе с этим меня очень пугало такое стремительное течение событий, к тому же ещё и эти недоверчивые слова сестры в его сторону, надеюсь, что всё же я буду права и он не окажется каким-нибудь психом. В любом случае, сейчас всё есть, как есть и я же не собираюсь слишком сильно с ним сближаться. Надеюсь, что мне хватит на это ума и смелости. А, как же тогда быть с его приглашением в дельфинарий? Не могу же я отказаться, это будет невежливо с моей стороны. Хотя, можно было просто сделать вид, будто я об этом забыла. И тут же мне в голову пришло осознание, Юля с Ваней ведь тоже согласились прийти, а это значит, что они никак не дадут мне просто слиться. Ладно, будем действовать по ситуации. Закончив со своими процедурами, я оделась и вышла из ванной. Спустившись на первый этаж, я зашла на кухню и увидев там своих, поздоровалась и села за стол, принявшись за завтрак. Быстро поев, я поблагодарила тётю и хотела уже возвращаться в свою комнату, чтобы выпить таблетку от головы, и полежать, но, не тут то было. Сестра остановила меня, спросив:

— Ты как себя чувствуешь? Может пойдём на море?

— Юль, меня шатает и голова ужасно болит, какое море может быть?

Видимо для такого, как Ваня мои слова показались смешными, раз он усмехнувшись, сказал:

— Видимо не стоило тебе вчера пить вино, что принёс тот парень. Вдруг он его отравил?

В ту же секунду любопытный взгляд тёти Веры устремился в мою сторону и она удивлённо спросила:

— Парень? Какой ещё парень, Аня?

Кинув на Ваню недовольный взгляд, я повернулась к тёте и быстро ответила:

— Никакой. Это Ваня так шутит. Я просто перебрала вчера и мне всё ещё плохо, так что, если вам хочется тащиться на море именно сейчас, то идите. Без меня!

И раздражённо оттолкнув от себя стул, я быстрым шагом вышла из кухни, поднявшись к себе. Покопавшись в чемодане, я нашла там лекарства, что брала с собой и выпив таблетку, снова легла в кровать. Взяв в руки телефон, я поняла, что он безнадёжно разряжен. Подключив его к зарядке, я тут же увидела множество пропущенных звонков от матери и отца. Пришлось перезвонить каждому и объясниться за своё "неподобающее" поведение. Не знаю поверили ли они в то, что я придумала, но учитывая моё данное состояние, ни объяснять что-то, ни ругаться, мне сейчас вообще не хотелось. Поэтому, я предпочла оставить всё, как есть. И на вопрос матери, когда я собираюсь возвращаться домой, ответила, как можно уклончивее. Поговорив с родителями, я положила телефон на тумбочку и устало прикрыла глаза, очнувшись через пятнадцать минут от того, что мне пришло смс. От Александра. Которое гласило: "Привет. Надеюсь, ты помнишь, что обещала прийти сегодня на моё сегодняшнее выступление"? Вымученно застонав, я решила закосить под дурочку, написав ему: "Не понимаю о чём ты. Я не помню, чтобы соглашалась вчера на что-то". Через минуту он присылает мне смеющийся смайлик и ответ: "Хорошая работа, но боюсь у тебя не выйдет сделать вид, будто ты ничего не помнишь".

— Вот же говнюк чёртов — недовольно подумала я. Теперь отказаться будет неудобно.

И настрочив ему, ещё одно смс, о том, что приду на выступление, но не одна, наконец оставила телефон в покое. Стоило мне попытаться опять уснуть, как в дверь кто-то постучался. Недовольно зарычав, я воскликнула:

— Войди!

Тут дверь в комнату отворилась и на пороге появилась моя сестра. Неловко улыбнувшись, она спросила:

— Можно войти?

Мельком посмотрев на неё, я сухо ответила:

— Ты уже это сделала.

И тут же отвернулась лицом к окну. По-видимому, Юля прекрасно поняла, что я всё ещё недовольна произошедшем на кухне, потому как она не ушла просто молча, а подойдя к моей кровати, села рядом и заговорила:

— Я знаю ты злишься и…

— Какая ты проницательная — перебила её я.

Но сестра никак не отреагировала на эту колкость, а лишь продолжила говорить:

— Ты злишься и я это понимаю, Ваня не должен был так шутить, тем более при твоей тёте, ведь это даже не его дело. Но я с ним уже поговорила и объяснила, что тебя такое отношение очень сильно задевает.

— И что? Я должна после твоих слов тут же оттаять и простить этого…

От дальнейших слов я тут же отказалась, дабы не обидеть сестру.

— Не нужно никого прощать, просто игнорируй его и общайся со мной. Я ведь не издевалась над тобой.

— Но и не защитила!

— Это не правда! Когда ты выбежала из кухни, я тут же заткнула Ваню, а потом даже поссорилась с ним.

— Допустим. Но он ведь всё равно пойдёт с нами и я буду его видеть. А что, если он опять начнёт шутить?

— Либо я снова заткну его, либо ты уйдёшь домой. Ну пожалуйста Ань, я не хочу идти с ним одна, ты нужна мне.

— Ты ведь всё равно не отстанешь?

— Не-а.

Шумно выдохнув, я посмотрела на сестру и сказала:

— Я пойду с вами на море, если ты не бросишь меня одну и тоже поедешь на выступление Александра в дельфинарий.

— А… ооо вот блин, я и забыла, что он вчера нас приглашал. Ну что ж, я бы всё равно тебя одну не бросила, просто думала, что ты забыла об этом.

— Я и забыла, пока он сам не напомнил. Так что?

— Ну естественно я пойду с тобой и надеюсь, что без Вани, если конечно он завалится спать. Во сколько там начало?

— В 15:20.

— Так, а сейчас уже двенадцать. Ну ладно, час искупаемся на море, а потом придём, переоденемся и поедем к твоему Александру.

— Он не мой!

— Ладно-ладно, не злись.

— Ок.

По-быстрому переодевшись в купальный костюм, я немного накрасилась и уже через двадцать минут мы вышли из дома. Как и обещала сестра через час мы снова вернулись домой. Отмыв себя от надоедливого песка, я раскрыла чемодан и оглядев вещи, подумала:

— Ну и, что же мне надеть, чтобы не выглядеть так, словно хочу ему понравится, но и при этом не быть бомжихой?

Остановившись на обычном сарафане в пол голубого цвета и открытых босоножках, я сочла свой выбор вполне себе симпатичным, а посему продолжила собираться. Нанеся на лицо вечерний макияж, чтобы не пришлось потом краситься и сделав акцент на глаза, дабы сделать их более выразительными, я взяла в руки телефон и написала Александру про билеты. На что тот ответил, что вынесет их нам, уже тогда, когда мы прибудем на место. Спросив у него адрес, я стала прикидывать, сколько нам примерно понадобится времени, чтобы доехать до места. С учётом всех пробок, которых в данное время может быть не мало, нам нужно где-то минут тридцать, так как Краснодар всё же не маленький город. Решив, что лучше будет, если мы приедем чуть раньше, я сказала Юле, что нам пора бы уже и выдвигаться. В общем, оставив Ваню дома, мы вызвали такси и двинулись в путь. Приехав на место, мы остановились прямо у входа и я ещё раз написала Александру смс. Через пару минут он вышел и передал нам билеты, правда пообщаться мы так и не успели, так как его уже ждали "подопечные". Поднявшись на третий этаж здания, мы зашли в довольно огромное помещение, в котором то и дело сновали люди. Несмотря на то, что в центре данного помещения располагался не менее большой бассейн, духота тут стояла невыносимая, поэтому мы с Юлей тут же почувстовав лёгкое недомогание, поскорее нашли свои места, пока нам не стало хуже. В целом представление шло чуть больше часа и мне лично очень понравилось, так как я была рада воочию наблюдать за морскими обитателями. Чего конечно же не скажешь о моей сестре. За время шоу она успела изрядно вымотать мне нервы своим нескончаемым "нытьём", отчего я к самому концу уже просто хотела убить её. Однако, ей повезло, представление кончилось, поэтому я изъявила желание подойти к Александру и поблагодарить его за подаренные положительные эмоции. Проводив нас до входа, он вызвал нам такси и пока я, и Юля его ждали, пытался уговорить меня встретиться сегодня вновь в том самом кафе, где мы вчера встретились. После недолгих уговоров я всё же согласилась, но, эту идею никак не разделила Юля, устроив мне прямо в такси "разнос". Итак, как вы понимаете после нашей ссоры, ни я, ни сестра до конца этого дня ни разу не заговорили друг с другом. И только тогда, когда я вечером стала собираться в кафе, то узнала от своей тётки, что Юля с Ваней незадолго до этого уехали на экскурсию в Сочи и будут только завтра ночью. Не на шутку разозлившись, я тут же схватила свой телефон и отправив ей парочку "ласковых" слов, выскочила из дома, даже не попрощавшись с тётей. Пытаясь хоть как-то отвлечься, я решила просто побродить по ночному пляжу. Гуляя под светом луны и находясь в уединении с собой, мне не хотелось больше никуда идти, хотелось лишь стоять тут, и ни о чём больше не беспокоиться. Но тут, словно кто-то специально решил нарушить мою идиллию. Мне пришло сообщение от Александра. И мне тут же пришлось вернуться в реальность, ведь я же обещала ему "свидание". Быстро натянув на себя улыбку, я отправилась в кафе. Встретившись, мы сели за столик. Следующие полчаса для меня прошли мягко говоря не очень, он всё время говорил лишь о себе, изредка спрашивая о том, как я себя чувствую. В конце-концов, мне это надоело до такой степени, что я решила уйти домой. Перебив парня, я резко выпалила:

— Послушай Саш, я наверно пойду домой.

Обеспокоенно посмотрев на меня, он спросил:

— Почему? Я что, что-то не так сказал или обидел тебя?

— Нет-нет, что ты, просто я сильно поссорилась с сестрой и у меня особо нет настроения развлекаться.

— Может поделишься?

— Не думаю, что стоит. Ведь это напрямую касается тебя.

— Ах, вон оно что. Дай угадаю, она не хочет, чтобы мы общались?

— Типо того. Считает, что ты странный и можешь как-то навредить мне.

— Ну, а ты сама, как считаешь?

Задумавшись на пару секунд, я тут же выпалила то о чём впоследствии скорее всего пожалею.

— Я считаю ты хороший человек и мне повезло, что мы встретились.

Посмотрев на меня, он тут же улыбнулся самой искренней улыбкой, на которую был способен человек и ответил:

— А я считаю тебя самой милой, хорошей и доброй девушкой, как минимум в радиусе этого города.

Смущённо закусив губу, я тут же хихикнула от неожиданности, но быстро взяла себя в руки, сказав:

— Ты меня смущаешь Саш, а я этого не люблю.

— Почему? Ты ведь такая милая в этот момент.

— Вот поэтому и не люблю. Я больше предпочитаю быть серьёзной.

Громко рассмеявшись, он ответил:

— Всё понял, больше не буду. Извини.

— Ничего.

Изучив меня с пару секунд, он продолжил:

— Насчёт твоей сестры. Насколько я понимаю её мнение для тебя очень важно и мне бы не хотелось быть грубым, но лично мне плевать на то, как она ко мне относится. И я не перестану с тобой общаться, даже если она будет ставить мне палки в колёса. Понимаешь?

— Да.

— Вот. Но, если вдруг ты с ней согласна, то пожалуйста скажи мне об этом сразу и не делай вид, будто сама хочешь быть здесь со мной.

— Я и не делаю…

— Делаешь. Только из вежливости. И это видно.

Снова задумавшись ненадолго, я вдруг поняла, что он прав. Я всегда пыталась быть идеальной дочерью, сестрой, внучкой, племянницей, всегда жила так, как того хотели другие и поступала так или иначе только с разрешения других. Возможно они хотели для меня только лучшего и просто не знали, как по-другому мне это донести. А возможно просто хотели мной манипулировать, чтобы я всегда была под боком, словно собачка. И теперь я понятия не имею какого это, когда человек САМ принимает решения и САМ несёт всю ответственность за них, даже в таком пустяковом деле, как отношения между парнем, и девушкой.

— Да, ты прав. Я зависима от мнения окружающих. И я понятия не имею, как мне принять решение самой.

— Постарайся прислушаться к себе. Я понимаю для тебя это сложно на данный момент, но, сейчас здесь нет никого кроме нас и некому на тебя давить. Так вот подумай, хочешь ли ты дальше со мной общаться или стоит всё прекратить на данном этапе?

— Хочу. Я хочу с тобой общаться. Хочу жить здесь и сейчас, не забегая вперёд.

Улыбнувшись, Александр ответил:

— Значит так тому и быть.

И с того момента, как мы с ним всё обсудили, и я наконец поняла, чего же хочу на самом деле, мне стало значительно легче в моральном плане. Я даже забыла о ссоре с сестрой на некоторое время. Пока на утро я не оказалась в весьма "странной" для меня ситуации.

Утром я снова проснулась с ужасной головной болью и похмельем. Единственное, что сразу же меня насторожило — это то, что перед тем, как разлепить свои веки, я краем уха, как — будто бы услышала рядом чьё-то дыхание. Сначала я подумала, что это мне лишь кажется, но прислушавшись, я тут же поняла, что чутьё меня не подвело. Рядом действительно кто-то лежал. Мгновенно раскрыв глаза, я с ужасом повернула голову в противоположную сторону от себя и увидела там — АЛЕКСАНДРА! Голого! Тут же вскочив с кровати, я буквально кубарем скатилась с неё, ударившись головой об пол. Быстро поднявшись, отползла от кровати к стене и только сейчас заметила, что на мне тоже нет одежды. Натянув на себя одеяло, что упало вместе со мной и испуганно завертев головой, я даже не заметила, как парень, который естественно проснулся сразу же после моей "истерики", теперь пялился на меня своим всё ещё сонным взглядом.

— Ань, ты в порядке? — спросил он.

Ошеломлённо посмотрев на него, я прокричала:

— В порядке?! Какой к чёрту в порядке? Как я оказалась здесь… с тобой… в одной кровати?!

— А ты что, ничего не помнишь?

— Если бы помнила, то наверно не спрашивала бы, не считаешь?

— Да конечно, извини. В общем, мы вчера сильно засиделись в кафе и, когда стали собираться уходить, ты начала говорить, что-то типо домой тебе нельзя, что после полуночи твоя тётка никого не пускает и я предложил поехать ко мне.

— И?

— Ты ничего не ответила, так как уснула у меня на плече, потому пришлось вызвать такси и назвать собственный адрес. Я же не мог оставить тебя там одну.

— Так ладно, а почему я голая тогда?! Неужели между нами что-то было?

— Нет конечно! Просто, как только мы пришли в мою спальню, ты проснулась и разделась. Сама.

Сказав это, он смущённо отвёл взгляд и я заметила, как его щёки покраснели. Отметив насколько Саша был милым в тот момент, я тут же посерьёзнела и ответила:

— Допустим, но почему тогда ты лёг со мной тоже голый?

— Во-первых, я не голый, а в трусах, а во-вторых, где мне нужно было лечь? На холодном полу может?

— Ну, уж точно не рядом с малознакомой девушкой — недовольно ответила я.

— Оо, ну уж извини, я живу в маленькой однушке, а не в двухэтажном коттедже, как некоторые.

— Я не живу там, а гощу у тёти!

— Без разницы! Мало того, что мне пришлось таскаться с тобой пьяной и орущей матерные песни на всю округу, так ещё и в место спасибо получаю недовольные возгласы на тему, где мне нужно было лечь спать!

Ответив это, парень отвернулся от меня и начал раздражённо одеваться. Почувствовав себя в тот момент настоящей мегерой, я натянув повыше одеяло, попыталась перед ним оправдаться:

— Слушай, прости меня, я просто никогда ещё не оказывалась в такой ситуации, поэтому очень сильно испугалась и повела себя, как дура.

— Да, это видно — недовольно буркнул он и встал с кровати, принявшись заправлять её.

Сделав тоже самое, я завёрнутая в одеяло, встала перед ним, продолжив:

— Саш, ну прости ты меня, я идиотка знаю, но мне правда стало безумно страшно, когда я увидела тебя рядом с собой, да ещё и голого.

— Да не был я голым!

— Да не важно это! Главное то, что я испугалась, когда подумала, что позволила себе…

— Переспать с парнем на первом свидании, будучи в пьяном угаре? — усмехнувшись, спросил Саша.

— Именно. В общем, извини ещё раз.

Хитро прищурившись, он ответил:

— Я прощу тебя так уж и быть, но, только если согласишься со мной позавтракать.

— Мне надо домой, тётя там наверно все больницы обзвонила уже.

— Так набери ей сама и объяснись.

— У неё нет мобильного, а номер домашнего я не помню.

Недовольно фыркнув, Саша закатил глаза, ответив:

— Ясно, всё стараешься побыстрее от меня уйти.

— Что? Это вовсе не так! Пойми, она мне итак разнос бы устроила за то, что ночью домой не явилась, а, если я ещё на пару часов с тобой останусь, то она меня вообще убьёт!

— Я могу и сам с ней поговорить, объяснить всё.

— Нет! Это точно глупая идея, если она о тебе узнает, то тут же позвонит моей матери и всё, считай конец моего отпуска.

Услышав мой ответ, он расстроенно покачав головой, сказал:

— Понятно. Ладно, собирайся, сейчас отвезу тебя домой.

Видя то с каким удручённым видом Саша собирался, я невольно стала корить себя за то, что совершенно не поняла то, насколько тот не хочет меня отпускать от себя. Но, а, как же тогда мне быть с тёткой, она ведь наверно места себе не находит, переживает обо мне. Хотя…, что вообще измениться, если я посижу тут ещё немного, всё равно тётя Вера себе накрутит всяких ужасов и меня ждёт неминуемый скандал. Так пусть хоть я с удовольствием проведу эти "последние" часы. Вздохнув, я сказала ему:

— Я останусь.

— Останешься?

— Да. Но ненадолго.

Улыбнувшись, Саша ответил:

— Это же… это отлично. Я тогда пойду приготовлю нам завтрак.

— Хорошо, а я пока оденусь наконец. Вот только найти бы ещё свою одежду.

— Она… вон там — смущённо проговорил Саша.

И, проследив за его взглядом, я тут же обнаружила всё, что было на мне вчера. Оставив меня одну, парень убежал на некое подобие кухни, а я подняв свою одежду с пола, начала одеваться. Уже через пятнадцать минут он позвал меня к себе. Сев за стол, я принялась за свою еду. Всё то время, пока я была с Сашей, он всячески интересовался моей жизнью, отношениями с родными и тем, как мы с Юлей, и Ваней попали сюда. Рассказав ему всё, что только можно было рассказать парню в данной ситуации, я начала спрашивать и про его жизнь. Как выяснилось воспитывался он в дет. доме и родителей своих не знал. После совершеннолетия ему выделили от государства однокомнатную квартиру и Саша остался в городе, устроившись работать в дельфинарий, родных сестёр или братьев у него также нет. Проболтав с ним ещё какое-то время, я стала собираться домой. К тётке я вернулась только к половине четвёртого. Стараясь вести себя, как можно тише, я вошла в дом и сняв с себя обувь, буквально на цыпочках стала подниматься наверх, лишь бы тётя Вера меня не услышала. Но, мои "старания" тут же провалились, когда я услышала её злой, властный возглас:

— А ну стоять, юная леди!

Мысленно чертыхнувшись, я обернулась к тёте и улыбнувшись, сказала:

— Привет тёть Вер, что случилось?

Продолжая сверлить меня своим взглядом, она продолжила:

— Нет вы только посмотрите на неё, сама шлялась где-то всю ночь, заставила меня нервничать, а теперь ещё и смеет спрашивать: "что случилось"?

Шумно вздохнув, я сошла с лестницы и остановившись возле женщины, посмотрела прямо на неё, ответив:

— Ну во-первых, я не шлялась, а гуляла с другом и домой не решилась возвращаться только из-за твоих дурацких правил. А во-вторых, я же не виновата в том, что у тебя нет чёртового мобильника, иначе я бы предупредила тебя о своём отсутствии!

— Ах, так ты ещё и с "другом" была? Ну и кто он? Живо выкладывай, не то я сейчас всё твоей матери расскажу!

Недовольно поджав губы, я процедила:

— Я не обязана перед тобой отчитываться.

— Не обязана значит?

— Именно.

— Ну значит я сейчас позвоню матери и всё выложу ей, пусть забирает тебя. Хватит с меня уже, я терпела твои выходки сколько могла, но это…

— Что? Ну? Договаривай же!

— Ты становишься не лучше своей бабки, дорогуша. В твои годы она тоже шлялась не пойми с кем, а потом родила твою мать и даже не знала, кто отец её дочери.

— Я не шляюсь ни пойми с кем, я была с другом в кафе!

— А потом? Поехала ночевать к нему, да?

— Да! Но между нами ничего не было!

— Да неужели?! То есть вы просто "попили" чая и спать легли в разных комнатах? Блудница малолетняя.

В словах тётки явно чувствовался весь её скопившийся яд, что она годами держала в себе, а теперь выплёскивает его на того, кто как она думает, не способен защитить себя сам. Но я больше не позволю никому вытирать об себя ноги, а уж тем более этой наглой старухе. Подойдя к ней вплотную, я с вызовом посмотрела той в глаза и сказала:

— Не смей так со мной разговаривать, поняла меня?

— А не то что?

— Вызову полицию и расскажу им о том, как ТЫ рылась в вещах моих родственников, и украла у них паспорта.

— Но это ведь не правда.

— А кто об этом знает, а? Я расскажу всё, как надо мне, сестра с её парнем просто повторят тоже самое, ну, а тебе никто не поверит. И сядешь ты тётя за кражу, пусть ненадолго, но жизнь я тебе подпорчу знатно. Ну так что, инцидент исчерпан или как?

— Какая же ты дрянь, Аня. Я то всегда тебя считала хорошей девочкой, а ты… ничем не отличаешься от своей мамаши.

Усмехнувшись, я ответила:

— Я просто была удобна для вас всех, а теперь, когда решила показать свой характер, то тут же стала дрянью, блудницей и всё в таком духе, так ведь?

— Ты не права, я всё время был добра к тебе.

— Возможно, вот только чувствуется мне, что у тебя на то есть свои мотивы, какие я пока не разгадала, но они точно есть.

— Ну, как разгадаешь — сообщи, если конечно действительно поймёшь, чего я хочу.

Нахмурившись, я не понимающе посмотрела неё, спросив:

— А это ещё, что должно значить?

Вот только вопрос мой так и остался без ответа, а тётка загадочно улыбнувшись, просто скрылась за дверью своей комнаты. Сказать, что я была удивлена её словам, это значит ничего не сказать, но тем не менее, добиваться от неё правды, у меня никакого желания уже не было. Итак, вернувшись в свою комнату, я просидела там до самой ночи, просто переписываясь с Сашей. К слову, я рассказала ему о сегодняшнем "инциденте" с тётушкой и, если пропустить порцию отборного мата с его стороны, то реакция парня нисколько не удивила, и он списал это на старческие глюки. Вот только мне не показалось, что это был лишь старческий маразм, не знаю почему, но её последние слова я расценила скорее, как угрозу, нежели какой-то несвязный бред. И от этого признаюсь, мне стало как-то страшно, особенно учитывая то, что я находилась в её доме совершенно ОДНА. И, единственное, что меня успокаивало это то, что скоро должна была вернуться сестра, и Ваня, хоть я с ними и была в ссоре. Отвлёкшись немного на просмотр тик-тока, я сама не заметила, как уснула. А проснулась уже в двенадцать ночи и тут же решила проверить дома ли Юля с Ваней. Осторожно приоткрыв дверь, чтобы она вдруг не заскрипела и не разбудила старую гарпию, я аккуратно вышла из комнаты, направившись к своим. Но, дойти я так и не успела, так как в ту же секунду входная дверь, которая вела на улицу с шумом отворилась. Еле-еле заставив себя не заорать, я тут же прикрыла рот рукой, отбежав обратно к своей комнате, вот только заходить в неё не спешила. Быстро присев на корточки, я тихонько подошла к перилам лестницы, чтобы разглядеть, что творится на первом этаже. И наконец, я рассмотрела там свою тётку Веру. Но то, что я увидела далее… лично в моём понимании логически объяснить было никак нельзя. Тётка вся красная, как помидор с огромным трудом пыталась затащить в дом огромный мусорный мешок. Когда же у неё это всё-таки получилось и она стала тащить его дальше, то я заметила, как с него начала капать какая-то жидкость. Но, так как я была достаточно далеко и зрение у меня тоже было не очень хорошее, я никак не могла разглядеть, что же это была за жидкость. Хотя тогда, я наверно уже догадалась, что это было такое. Вся съёжившись от страха, я буквально вжалась в стену, ещё крепче прикрыв рот рукой, но при этом упрямо продолжая следить за старухой. Силясь дотащить этот злосчастный мешок, она пыхтя, ухватилась за него ещё сильнее, продолжив свой путь. Спустя минут пять-семь, я поняла, куда она его пыталась оттащить. В подвал. И похоже, у неё это всё-таки вышло, так как я услышала, что она открыла в него дверь. Дождавшись, пока тётка сделает своё дело, я поднялась на ноги и стала осторожно спускаться вниз, дабы она меня не услышала. Спустившись, я посмотрела в том направлении, где та недавно скрылась и не увидев её там, поняла, что она меня скорее всего так и не увидела. Или же старуха просто хочет, чтобы я так думала и ждёт, пока я расслаблюсь, чтобы поймать. В любом случае, деваться мне уже было некуда, да и собственное любопытство никак не позволит просто уйти. Сойдя с лестницы, я осторожно подошла к разводам на полу и опустившись на корточки, стала пристально их рассматривать. Выглядели они точь в точь, как кровь, что меня естественно напугало ещё больше, но тут здравый смысл всё же возобладал надо мной и я подумала: какой бы противной и наглой моя тётка не оказалась в итоге, она всё-таки не тот человек, который может убить другого, да ещё и хладнокровно затащить труп в свой же дом. Хотя, может мне кажется и это вовсе не кровь? Наконец, чтобы окончательно убедиться в правдивости своих мыслей, я потёрла пальцем пол и поднеся к губам, лизнула его. В ту же секунду, я почувствовала, как к горлу подкатил рвотный рефлекс. Теперь сомнений у меня не осталось — это были кровяные разводы. Вот только кому она принадлежит: человеку или же животному? Раздумывать над этим у меня не было времени, так как надо было, как можно быстрее сваливать, пока тётка не вернулась. Стерев кровь с пальца, я встала на ноги, принявшись также осторожно возвращаться к себе. Но, тут уже надо сказать "спасибо" моей чёртовой неуклюжести, ведь, как специально моей ноге нужно было зацепить дурацкую тумбочку для обуви. И я конечно же, не устояв на ногах, полетела прямо на неё. Мысленно обматерив себя, я начала молиться, чтобы тётка не услышала меня. И секунд тридцать, пока я пыталась растереть ушибленную ногу, всё действительно было тихо. Но вот, я услышала её торопливые шаги и старческое кряхтение. Соблюдать осторожность было уже ни к чему, надо валить, ведь неизвестно, что она со мной теперь сделает. Вскочив на ноги, я пулей пронеслась по лестнице, буквально влетев в свою комнату и заперев её на два замка, как-будто это могло меня спасти. Несколько минут молчания и вот уже я слышу истошный вопль тётки, а ещё через небольшой промежуток времени, она оказавшись возле двери, начала очень сильно дёргать ручку. Испуганно стоя посреди комнаты, я старалась не подавать никаких признаков жизни и даже как-будто бы не дышала. Поверила ли она в это? Хах, конечно же нет. И, в следующую секунду из-за двери послышался её голос:

— Я знаю, что ты всё видела. Открывай живо!

Всё сильнее трясясь от страха, я почувствовала, как у меня начинает перехватывать дыхание и темнеть в глазах, а ноги, и руки становятся ватными. У меня так уже было несколько раз, когда я очень сильно пугалась чего-то, но вот этот случай не идёт в сравнении ни с чем. Моя чокнутая тётка возможно убийца, а я нахожусь сейчас в её доме совершенно одна без подстраховки и, если она меня убьёт, то никто даже знать не будет, где искать мой труп.

— Милая, открой дверь прошу, дай мне хотя бы объясниться.

Так, надо взять себя в руки и дать ей понять, что я не боюсь. Собрав все силы в кулак и стараясь унять дрожь в теле, я подошла к двери и охрипшим голосом ответила:

— И не подумаю.

— Что ты сейчас сказала? — ядовито произнесла тётка.

— Ты слышала. Думаешь я такая идиотка, которая поверит твоему "ангельскому" голосочку? Ещё чего!

— Ах вот как? А что ты скажешь, когда я ВЫЛОМАЮ ЭТУ ЧЁРТОВУ ДВЕРЬ И ВЫПОТРОШУ ТЕБЯ, КАК СВИНЬЮ, А?! — яростно прокричала она.

Услышав это, я тут же рассмеялась в голос, вот только смех мой больше был похож на то как — будто я задыхаюсь, что не очень-то походило на обычную насмешку. Но, я всё же не теряла надежды усыпить тёткино внимание.

— Ломай, если конечно сможешь. Вот только что-то мне подсказывает, что в твоём возрасте совершенно противопоказаны какие-либо физические нагрузки.

— Ах, ты ещё и издеваешься? Ну, посмотрим, что ты скажешь, когда я что-нибудь сделаю с твоей сестрой и её женишком. Прибежишь к тёте, как миленькая и будешь умолять о том, чтобы я отпустила их!

— Можешь даже не пытаться испугать меня, здесь всё равно никого нет, так как я их уже предупредила обо всём!

— Предупредила?

— Именно! И можешь быть уверенна они вызовут полицию и скоро прибудут сюда, чтобы вытащить меня, а ты сдохнешь в тюрьме за всё, что сделала!

Не знаю подействовали ли мои слова на неё, но, тем не менее, за дверью я её уже не слышала. Но разумеется проверять действительно ли тётка ушла не стала, а лишь просто села на пол, продолжая глазами сверлить дверь. Разумеется, ни о каком сне уже и речи быть не могло.

Уже утром я заметила, что всё же смогла уснуть или же… это был обморок от пережитого ночью? Конечно же я никак не могла ответить на этот вопрос. Итак, резко раскрыв глаза, я тут же подорвалась с пола и с диким взглядом уставилась на дверь. Всё также закрыта, значит тётка больше не пыталась сюда войти, что уже замечательно, ведь я до сих пор в безопасности. Хоть и относительной. Пулей ринувшись к кровати, я схватила свой телефон и увидев множество сообщений от родителей, Саши и Юли, попробовала позвонить сестре, но та была вне зоны действия, а мой "новый" друг, попросту даже не ответил на звонок. К тому же, я тут же заметила, что батарея на телефоне была почти на нуле, а это значит, что заряд тем более надо беречь. Быстро настрочив последним двоим смски о том, что тут произошло и, что мне нужна срочная помощь, я стала думать, как же сбежать из этого ада. Через входную дверь? Конечно нет, так как скорее всего старая карга меня там уже поджидает. Может вылезти через окно? Второй этаж — падать недалеко и разбиться крайне маловероятно. Значит — решено. Взяв с собой только небольшой клатч, я перекинула его через шею и открыв окно настежь, осмотрелась. Рядом ничего нет, кроме водосточной трубы, но и до неё ещё было где-то сантиметров сорок. Приличное расстояние скажу я вам, особенно для того, кто до одури боится высоты. Но, ещё больше я боюсь быть убитой собственной тёткой, так что делать нечего, придётся вылезать. Взяв всю свою силу воли в кулак, я стиснув зубы, принялась вылазить из окна, но в силу всех обстоятельств, старалась делать это ещё и, как можно тише. Вытащив ноги наружу и чуть спустив их вниз, я стала лихорадочно искать под ними хоть какую-то опору. Наконец, я смогла встать носком на краешек кирпича. Дрожа от страха и буквально обливаясь потом, я держась одной рукой за подоконник, высунула треть лица, чтобы хоть как-то понять за что ухватиться дальше. Дальше для меня всё было, как в тумане, стараясь не думать о том, что в любую секунду руки или ноги могут соскользнуть и я упаду вниз, как минимум разбив себе пятую точку, если конечно повезёт, я спустя… даже не знаю сколько времени, кое-как добралась до этой чёртовой трубы. Повесившись на ней всем телом, я старалась слезать, как можно осторожнее, но она то и дело постоянно скрипела, и качалась, вынуждая меня беситься от страха. В общем, еле как, но я всё же спустилась вниз и тут же от бессилия свалилась на холодный пол. Опёршись головой о землю, я накрыла её руками, пытаясь отдышаться. Через пару минут такого "отдыха", я поняла, что оставаться мне здесь больше нельзя и встав на ноги, оттрехнулась, затем посмотрела на окно из которого только недавно вылезла, и на входную дверь, на случай, если тётка заметила мою пропажу. Но, никого не увидев, я облегчённо вздохнула и развернувшись, хотела уже спускаться по направлению к калитке. Как вдруг, я увидела подходящих к дому сестру и Ваню. "Засветившись" от счастья, я тут же побежала к ним и встретив их уже у самого входа, тут же бросилась сестре на шею. Вскрикнув от неожиданности, Юля хотела было оттолкнуть того, кто чуть ли не повис на ней, но быстро сообразив, что это была я, она обеспокоенно осмотрев меня, спросила:

— Почему ты такая растрёпанная? Что произошло?

Пытаясь объяснить им всё, я открыла рот, но то ли из-за пережитого стресса, то ли от того, что мои лёгкие ещё недостаточно восполнили недостающий запас кислорода, не смогла вымолвить ни слова. Видя моё состояние, Ваня пытался успокоить меня, но всё было тщетно, я лишь мямлила и не могла рассказать ничего из того, что произошло. Тогда Юля посмотрев на меня, сказала:

— Так, давай мы зайдём в дом, ты успокоишься и всё расскажешь, да?

Я пыталась не дать им войти туда, пыталась сказать, что рядом с тёткой находится опасно и нужно вызвать полицию, но они двое твердили мне, что во всём разберутся сами. И, взяв меня за руку, она буквально потащила меня за собой. Зайдя в дом, Юля позвала тётку и спустя пару секунд та вышла к нам. Увидев нас, она посмотрела так, словно вот-вот набросится на меня и придушит, но сестра тут же привлекла её внимание.

— Потрудитесь объяснить, почему мы с парнем только что встретили мою сестру, сбегающую от вас из окна?

Услышав это, тётка лишь на секунду снова посмотрела на меня своим испепеляющим взглядом, а затем, состроив невинное выражение лица, ответила:

— У нас с Аней вчера вышло некоторое недопонимание из-за чего мы поссорились.

— Какое недопонимание? — спросил Ваня.

— Она всю ночь не приходила домой, я беспокоилась, не спала из-за этого, а, когда та явилась домой поздно вечером, то я высказала всё, что думаю об этой… ситуации, а твоя сестра обиделась на меня.

— И? Вы хотите сказать, что именно из-за этого, она решила сбежать от вас… через окно? Ерунду не говорите пожалуйста.

С вызовом посмотрев на Юлю и Ваню, тётка как-будто бы даже стала выше ростом и подойдя к нам, спросила:

— В чём вы меня обвиняете, молодёжь?

Продолжая смотреть на неё с холодно-спокойным выражением, сестра ответила:

— Я не обвиняю, а хочу разобраться, чем вы так напугали мою сестру.

— Ну так спроси у неё сама, что она дитя малое, которое само не может за себя ответить?

— Хорошая идея, как же я раньше не догадалась — иронично ответила она.

И теперь, три пары глаз вопросительно уставились уже на меня. Мельком глянув на тётку, я поняла, что из-за страха за свою жизнь и жизни двух, окружавших меня сейчас людей, вряд ли смогу рассказать то, что видела этой ночью. Но молчать я тоже не могу, иначе сестра сочтёт меня ненормальной, значит нужно ответить что-то в духе: "Я не знаю, что видела".

— Я не уверенна, но, кажется я видела сегодня ночью что-то.

— Ань, а по конкретнее, что ты видела то?

— Я… видела, как тётя Вера… ттт… тащила какой-то мусорный мешок с улицы к себе в подвал. Иии… и потом я испугалась, закрывшись у себя в комнате до утра.

Конечно то, что она после всего этого ещё и угрожала мне расправой, я не сказала, по какой причине, вы уже знаете. Удивлённо посмотрев сначала на тётку, а потом и на меня, ребята хором спросили:

— Ты уверенна, что это тебе не приснилось?

— Ууу… уверенна.

— Точно?

— Да.

— А, что было в том мешке, ты конечно же не знаешь.

— Не знаю, но… мне показалось, что с него капала кровь.

И тут, старуха буквально взорвалась от злости, и схватив меня за руку, стала трясти, крича и плюясь от бешенства:

— Ты врёшь, дрянь такая! Никакой крови там не было и ничего я в подвал не тащила! Ты просто хочешь отомстить мне за то, что я отчитала тебя за аморальное поведение! Так ведь?!

Пытаясь оттащить старуху от меня, Ваня вцепился в неё обеими руками, но та никак не хотела отставать.

— Отпустите её! — кричала Юля, схватившись за меня.

Наконец, сестра вырвала меня из "плена" старушечьих рук и мы вместе с ней благополучно повалились на пол, ударившись о стену. В тот же момент, Ваня мгновенно вцепился в её руку, чтобы та больше не вздумала нас тронуть. Зашипев от боли, я потёрла рукой ушибленную голову и злобно уставившись на старуху, прошипела:

— Совсем ополоумела, карга старая?! Убить меня решила?!

Улыбнувшись своей безумной улыбкой, тётка ответила:

— Тебя?! Убить?! Да кому ты нужна то. Я просто хотела, чтобы ты наконец заткнулась и перестала нести несусветную чушь!

— Ах чушь? То есть, по-твоему я сумасшедшая идиотка, которой всё, что она видела просто приснилось?

— Именно! Я никого никогда бы не убила и уж тем более не стала бы прятать труп в своём собственном доме!

— Убила?! Труп?! — ошарашено произнесла Юля.

— Да! — воскликнула я.

— Но ведь ты же сказала, что сама не знаешь, что видела? — спросил Ваня.

Мельком глянув на него, я совершенно спокойным тоном ответила:

— Сказала, да. Потому что хотела защитить вас от неё, ведь неизвестно же, что у этой… ведьмы на уме. А теперь, после всего, что сейчас произошло, я молчать не стану! Ты сядешь тётушка! По полной! Закончив своё жалкое существование в тюрьме!

Пристально посмотрев на меня, словно желая придушить силой мысли, старуха мерзко расхохоталась и сказала:

— А где твои доказательства, милая? Ты где-то видишь здесь труп или может следы крови, да и вообще, откуда тебе знать, что это были человеческие останки, а? Может я убила какое-нибудь надоедливое животное или птицу. А за такое у нас не сажают, максимум штраф берут.

— Ты ведь понимаешь, что сама сейчас призналась в убийстве?

— Где я такое сказала? Это было лишь предположением, дорогая моя.

— Пусть так, я всё равно заявлю на тебя и подпорчу твои нервы, уж будь уверенна.

— Ты их испортишь лишь себе, ведь твои родители по-любому узнают об этих беспочвенных обвинениях и уж тогде тебе достанется от матери. Ха — ха — ха — ха — ха — ха — ха!

— Так всё, мне надоел этот чёртов балаган! — вдруг прокричала Юля. Отведите нас в свой подвал и мы сами всё там просмотрим.

— Согласен, пора с этим кончать уже — сказал Ваня.

— Как пожелаете, детки.

С видом полного повиновения, тётка повела нас в подвал. Хоть я и заведомо знала, что там скорее всего ничего странного не будет, надежда обвинить её в убийстве, и избавиться от такой родственницы всё же теплилась в моей душе. Открыв дверь и спустившись в подвал первой, она включила нам свет и стала с ехидной улыбкой следить за тем, как мы втроём ищем давно уже не существующие улики. Проведя там какое-то время, мы просмотрели каждый уголок этого дурацкого подвала по несколько раз, но естественно так ничего и не увидели. И я бы может смогла согласиться с тем, что возможно, мне это всё почудилось или приснилось не знаю, или же тётка действительно просто убила какое-то животное. Если бы только не одно жирное НО, почему она так испугалась того, что я её увидела ночью, почему стала угрожать расправой, если это не труп человека? Спросить её прямо? Конечно же правды от неё можно и не ждать или она снова скажет, что я сумасшедшая, и просто хочу её оклеветать. Остаётся тогда либо жить здесь дальше до конца отпуска и надеяться на то, что она никого из нас не тронет, что теперь вообще кажется маловероятным, либо бежать отсюда безоглядки. Второй вариант приоритетнее будет. А, если сестра с парнем откажутся мне верить и скажут, что никуда отсюда не уедут? Я же не смогу бросить их тут. С этой. Ладно, будем решать проблемы по мере поступления. Выйдя из оцепенения, я вдруг поняла, что тётка пристально меня рассматривает, вероятно ждёт признаю ли я, что была не права. Посмотрев на неё в упор, я резко воскликнула:

— Чего уставилась? Ждёшь того, что я буду извиняться перед тобой?

Усмехнувшись, та ответила:

— Как минимум. Ты ведь меня оклеветала.

— Это не правда и ты это прекрасно осознаёшь! То, что у меня ПОКА нет никаких доказательств твоей вины ещё не значит, что их не будет вовсе.

— Да? И, как же ты собираешься их собирать?

— Придумаю как — нибудь. Рано или поздно ты снова подставишься, уж тогда то, я тебя и поймаю.

И тут ко мне обратилась сестра:

— Ань, ты понимаешь насколько сейчас абсурдны твои слова? Мало того, что мы потратили время на то, чтобы найти несуществующий труп, так ты ещё и собираешься "играть" в долбаного сыщика?

— А что ты мне предлагаешь? Хочешь, чтобы она осталась безнаказанной?

— Я предлагаю тебе успокоиться и извиниться перед тётей, пока она нас не выгнала.

Снова посмотрев на тётку, я увидела её злобный ухмыляющийся взгляд, который так и говорил мне о том, что я совершенно точно ПРАВА. Но, если сестра мне не верит, а на её парня и вовсе нет надежды, то, как же я тогда добуду доказательства одна? Мне срочно нужен тот, кто поддержит и поможет в том, что я собираюсь делать дальше. Значит остаётся лишь одно.

— Я не стану перед ней извиняться за свою правоту. Она монстр, хладнокровно убивающий людей, пусть даже у меня и нет пока никаких доказательств. Но я их добуду можете не сомневаться, а пока этого не произошло, мне тут делать нечего.

— Что это значит? — спросили Ваня и Юля хором.

— Я поживу пока у друга.

— То есть, ты нас бросаешь?

— Можете ехать со мной, если хотите.

— И жить не понятно у кого, только потому что тебе там что-то почудилось? Извини, но на такое я точно не пойду.

— Ну, а ты Вань?

— Я не могу её бросить тут одну. Извини.

— Чего и следовало ожидать. Ладно, это ваше право. Вернусь за вами, когда придёт время отъезда. Но пожалуйста, будьте осторожны с ней.

— Хах, предостерегаешь нас, но при этом сама же бросаешь? Хреновая ты сестра.

Отвечать на колкость сестры я не стала, лишь просто сказала:

— Мы увидимся гораздо раньше, чем вы думаете.

И развернувшись, я двинулась к выходу. Остановившись возле тётки, посмотрела на неё и тихим голосом сказала:

— Если ты только посмеешь их тронуть, я вспорю твою чёртову глотку, тварь.

И, не дожидаясь её ответа, я бросилась прочь из подвала. Вернувшись в комнату, я скинула с плеча сумку и вытащив из неё телефон, попыталась включить его, но, оказалось, что он уже разрядился. Быстро поставив его на зарядку, я принялась собирать чемодан. За то время, пока я собиралась мой мобильник немного подзарядился и я включив его, тут же обнаружила множество звонков и сообщений от Саши. Перезвонив ему, я рассказала тому обо всём, что сейчас произошло и попросила приехать, забрать меня к себе, на что он тут же согласился. Через пятнадцать минут он приехал и погрузив мои вещи в багажник, мы уехали к нему.

Три дня спустя.

С тех пор, как я сбежала из дома тётки прошло уже три дня. И за это время, я всё ещё никак не продвинулась в своём импровизированном "расследовании". Каждую ночь мы с Сашей следили за её домом, в надежде, что там произойдёт хоть что-то необычное, но проклятая старуха как — будто знала, что я рядом, даже днём из дома практически не выходила, не говоря уже о ночи. А сестра со мной общалась не охотно, считая, что я её "бросила", сбежав к какому-то парню. Ну не буду же я ей говорить о том, что практически всё время слежу за ней снаружи, не то подумает обо мне неизвестно что. В общем, моя фантазия дошла уже до того, что мне пришло в голову опросить чуть ли не каждого таксиста, в том районе, где живёт тётка, потратив при этом не маленькую сумму за их ожидание. Все они, как один утверждали, что хорошо знают её, так как она часто куда-нибудь ездит, оставляя при этом хорошие деньги сверху. На мои вопросы о том куда конкретно они её подвозили, таксисты отвечали: "Мол, то на рынок за продуктами, то в ТЦ, пару раз в год на вокзал ездила, посылку от дочери получала". Короче говоря, ничего интересного. Но вскоре, мне попался один очень интересный экземпляр, который, как мне показалось связан с тётушкой отнюдь не "деловыми" отношениями. Зовут его Анатолий — на вид обычный мужичок лет пятидесяти — пятидесяти пяти, седой, крупного такого телосложения, но отнюдь не толстый, нос как у орла, губы пухлые. Сев в машину мужчины, я незаметно для него включила диктофон на телефоне и принялась "разводить" того на информацию. И вот собственно, что он поведал: "С Верой я знаком уже лет так десять, хорошая, добрая женщина она. Всегда то продукты мне передаёт, то по триста-пятьсот рублей сверху накинет, то… в гости позовёт на "чай". В общем, отношения у меня с ней хорошие. Были. До одного момента". На мой вопрос, что же случилось между ними, он продолжил: "Где-то месяцев пять назад, она позвонила мне среди ночи и попросила срочно приехать. На мой вопрос, почему та не могла вызвать другого таксиста, а позвонила ночью именно МНЕ, Вера сказала, что-то вроде другие не могут держать язык за зубами и тем более, я ей должен. И да, не спрашивай о чём она имела ввиду, я всё равно не скажу ничего. Кхм, так вот, я приехал, она вытащила чемодан на крыльцо, мы погрузили его в багажник и Вера сказала, что это вещи, которые я должен отвезти на окраину города в дом её внука. Мол, он сам приезжать за ними не хочет". Когда я спросила не открывал ли он тот чемодан, мужчина ответил: "У меня сначала были такие мысли, уж очень странно вела себя твоя тётка в тот момент, но потом она подкинула мне сверху пять косарей и я тут же перестал об этом думать". Мысленно осудив мужика за его беспечность, я всё же спросила, что было дальше: "Ну, а дальше я отвёз чемодан по адресу и оставив его на возле дома, вернулся обратно. Вот только знаешь… мне кажется, что там вовсе не вещи были.

— И, что же по вашему там было? — спросила я.

— Не знаю, но от этой её просьбы, мне вдруг стало как- то не по себе. Как — будто я совершаю что-то плохое, понимаешь?

Посмотрев на него, я подумала:

— Уж не сомневайся дядя, я прекрасно понимаю о чём ты.

Но в ответ лишь неопределённо пожала плечами, чтобы не вызвать на счёт себя подозрений. А таксист всё никак не унимался.

— Ещё и запах от него исходил, совсем не приятный, а я, когда спросил у неё, мол чего от него так воняет, она сказала, что чемодан старый, и просто сыростью провонял. Но то был не запах сырости,… скорее трупный смрад.

— Хотите сказать, что тётя Вера убила кого-то и через вас решила избавиться от останков?

Задумчиво почесав подбородок, он ответил:

— Не знаю. Правда, не знаю. Я же не проверял его, а лишь просто сделал, как она попросила. Вот только после этого я настойчиво попросил её ко мне больше не обращаться.

— И что же, она выполнила вашу просьбу?

— Да. С того дня Вера больше никогда меня ни о чём не просила, да и к себе звать перестала. Наверно другого… друга себе нашла.

— Ясно. Ну спасибо вам за такой… увлекательный рассказ.

— Да не за что, дитя. Хотя подожди, а тебе это вообще зачем нужно было?

Но я ничего не ответив, кинула лишь короткое: "До свидание" и быстро вышла из машины, буквально влетев в машину Саши.

— Гони быстрее, пока он не пошёл за мной! — воскликнула я.

И он без лишних вопросов втопил педаль газа и вскоре, мы уже были у него дома. Оказавшись в квартире, я приняла всё рассказывать ему. Ни разу не перебив меня, Саша внимательно слушал всё, что я говорю и по его реакции было видно, его это откровение шокировало не меньше, чем меня. Закончив, я умолкла на пару минут, пытаясь переварить всю полученную от таксиста информацию, но, чем больше мне удавалось понять, тем меньше видела какие-либо пути для спасения сестры и Вани.

— Чем же я только думала то? — произнесла я. Как могла оставить со своей чокнутой тёткой сестру?

Сочувственно посмотрев на меня, Саша сказал:

— Это не твоя вина, ты ведь не могла знать на сто процентов, что то, что ты видела правда.

— Да, но я и теперь не могу быть уверенна. Ведь таксист не проверял тот чемодан и он не мог знать, что там внутри чьё-то тело. Это лишь мои догадки.

— И всё равно я считаю, что нам надо пойти с этим в полицию.

— И что по-твоему они сделают? Прослушают запись, что я сделала и тут же её посадят? Нет. Они скажут, что слов какого-то таксиста недостаточно для того, чтобы арестовать её. А вдруг он в тот момент был пьяный или просто захотел отомстить тётке за то, что та стала его динамить?

— Да, вполне логично.

— Вот видишь.

— Но и в тоже время, полиция хотя бы ею заинтересуется, понимаешь?

— И что? Думаешь, она после этого испугается и перестанет убивать людей? Совершенно точно нет. Скорее это её ещё больше разозлит и уж тогда моим родным точно конец. Тут надо действовать иначе. Хм. А что, если… вначале показать запись ей и посмотреть на реакцию?

— И чего ты этим добьёшься? Надеешься на то, что она раскается во всём и тут же отпустит твоих родных? Нет, тут нужен другой план.

— Например?

Угрюмо посмотрев на меня, он ответил:

— Тебе это явно не понравится.

— О чём ты? Говори же!

— Тебе придётся сыграть роль приманки. Можно сделать копию данной записи и я с ней отправился бы в полицию, а ты к тётке, и…

Перебив его, я с воодушевлением продолжила:

— И пока я буду выводить её на чистую воду, ты поговоришь с полицейскими, и убедишь их проверить там всё. А, когда они приедут, то увидят лишь разъярённую старуху, которая пытается убить меня.

— Убить? — с беспокойством спросил Саша. Нет, я не это имел…

Но я даже не дала ему договорить и тут же заткнула рот поцелуем.

— Ты просто гений. Сегодня же и сделаем это.

Не весело улыбнувшись, он лишь кивнул в ответ.

Подключив телефон к ноуту парня, я скинула Саше запись на рабочий стол, а оттуда уже на его мобильник. Когда всё было готово, я стала собираться на "миссию". Подготовившись, я отошла от зеркала и посмотрела на Сашу, который стоял возле окна, задумчиво глядя на горизонт. Подойдя к нему со спины, я положила свои руки ему на живот и спросила:

— Что с тобой?

Даже не удостоив меня своим вниманием, он продолжил молчать дальше. Несколько разозлившись на эту выходку, я раздражённым голосом спросила:

— Так и продолжишь молчать?

— А что мне ещё остаётся, тебя ведь не интересует моё мнение.

— Это ещё как понимать?

Резко скинув с себя мои руки, парень повернулся ко мне, воскликнув:

— Я беспокоюсь за тебя, ясно?! Что если, пока я буду уговаривать копов предпринять хоть какие-то действия, ОНА тебя убьёт? Как я должен потом с этим жить, скажи?

Ошарашено посмотрев на него, я часто-часто захлопала глазами, думая, что на это ответить. Наконец, я почему-то решила, что лучшая защита — это нападение. Сложив руки на груди, я недовольно взглянула на него и ответила:

— А ничего, что это был твой план? Ведь ты же предложил использовать меня, как приманку!

— Да, но я не думал, что ты вообще на это согласишься!

— А, то есть, ты надеялся, что я что, возьму и брошу попытки разоблачить свою чокнутую тётку, и не стану спасать родных? Тогда я тебя огорчу, но этого не последует. И вообще, если ты так боишься за меня, то можешь пойти туда сам, а я в полицию поеду.

И тут мне показалось, что я увидела в глазах парня неподдельный страх. Но, что же это? Он боялся какой-то старухи или же сам скрывал что-то от меня?

— И ты думаешь, что она меня послушает? Да она меня даже на порог не пустит, особенно после того, как вспомнит, как я тебя оттуда увозил.

— Вот видишь. Выбора нет, ты сам признал это. Значит остаюсь только я.

— Ладно, допустим. Но отправлять тебя вот так вот без подстраховки я не собираюсь.

— Ты моя подстраховка Саш, ведь только ТЫ будешь знать, где я нахожусь.

— Я не об этом сейчас.

Не понимающе глядя на его лицо, я переспросила:

— А о чём тогда?

— Сейчас. Подожди секунду.

И, сказав это, он тут же вышел из комнаты, оставив меня одну в полном недоумении. Вернулся Саша примерно через десять-пятнадцать минут с пистолетом в руках. Увидев его с оружием в руках, я тут же заметно напряглась. Но парень лишь подошёл ко мне и вложив пистолет в руку, сказал:

— Вот. Так мне будет гораздо спокойнее.

Ошеломлённо взглянув на него, я промямлила в ответ:

— Но… но… я же не умею им пользоваться.

— Там ничего сложного нет. Снимаешь с предохранителя, целишься и стреляешь. Всё.

— Но… но…

Положив на мои плечи свои руки, он слегка встряхнул меня и продолжил:

— Успокойся, слышишь? Либо ты её грохнешь, либо она тебя. Третьего не дано. Поняла?

Не в силах что-либо ответить, я лишь закивала головой.

— Молодец. А теперь давай научимся стрелять.

— А как же соседи, вдруг они услышат шум и вызовут полицию?

— За это можешь не волноваться, во-первых, пистолет с глушителем, во-вторых, с соседями я в хороших отношениях, так что ничего страшного не случится.

— Ну… ладно.

В общем, остальные несколько часов у нас с Сашей ушли только лишь на моё "обучение" стрельбе. Таким образом, он завёз меня к тётке уже ближе к вечеру, а сам же поехал прямиком в полицию. Спрятав пистолет под одеждой, я взяла в руки телефон и написала сестре, что хочу зайти в гости помириться, но, в итоге от неё никакого ответа так и не последовало, что конечно же никак не могло меня не насторожить. Тем не менее, от плана я решила всё же не отказываться, в чём как раз и состояла моя роковая ошибка. Поднявшись на крыльцо дома, я старалась мысленно подготовить себя к тому, что меня ждёт. Кое-как подавив в себе волнение, подкатившее к самому горлу, я потянулась к двери, собираясь в неё постучать, но не успела, так как она тут же открылась и перед моим носом предстала тётка. Нагло оглядев меня с ног до головы, она ухмыльнувшись, спросила:

— Что, любовник выгнал из дома или пришла снова меня обвинить в чьём-то убийстве?

Пытаясь перебороть себя, чтобы вдруг не ляпнуть чего-то лишнего, я сильно-сильно сжала руки в кулаки, впившись ногтями в кожу.

— И тебе привет, тётя.

— Зачем пришла, племянница?

Глубоко вздохнув, я старалась придать своему лицу страдальческое выражение, чтобы она поняла, как же мне "жаль" за те слова, что я ей наговорила.

— Тётушка,… я пришла не для того, чтобы снова ругаться. Я лишь хочу просто нормально поговорить с тобой и объяснить своё… никчёмное поведение.

В ответ на это, старуха презрительно оглядев меня, отошла в сторону и я внутренне ликуя, прошла внутрь. Позвав меня на кухню, тётка зажгла газ на плите, поставив чайник греться. Затем, сев на стул, она снова посмотрела на меня вопросительным взглядом. С огромным усилием воли сглотнув комок, что образовался в горле, я стала судорожно подбирать слова.

— Эм…, в общем,… я хотела сказать, что очень сожалею о том, что посмела усомниться в тебе и надеюсь, что ты сможешь меня простить.

Наигранно рассмеявшись, тётка ответила:

— Деточка, ты не просто усомнилась во мне, ты обвинила в убийстве свою тётю, которая всегда была добра к тебе, любила тебя и защищала, несмотря ни на что. А теперь ты вдруг приходишь, говоришь парочку дежурных фраз, по типу: "прости меня тётя, я была такая дура" и думаешь, что я вот так просто поверю в твою искренность?

И тут, во мне как — будто щёлкнул какой-то механизм, и я вдруг поняла, что у меня больше нет никакого желания строить из себя невинную дурочку, что "осознала" свою вину, и пришла мириться с родственницей. Равнодушно посмотрев на женщину, я ответила:

— Ты права. Мне абсолютно плевать на то, что я унизила тебя и обвинила в убийстве, ведь всё то, что было сказано мной в твой адрес — чистая правда.

Она собиралась уже мне возразить, но я её снова прервала:

— И пока ты снова не начала строить из себя униженную, и оскорблённую, я хочу чтобы мои родные спустились сюда. Они тоже должны услышать то, что я узнала.

Кажется, мои слова подействовали на старуху весьма положительно, ведь она тут же начала заметно нервничать, закусив нижнюю губу чуть ли не до крови.

— Ну? Мне долго ждать?

— Они… не смогут спуститься к нам.

— Почему? Ты что-то с ними сделала?! — прокричала я.

Посмотрев на меня, взглядом загнанного зверька, что попал в руки охотника и теперь считает минуты до своей кончины, она начала оправдывать себя:

— Нет, нет, что ты, я бы никогда их не обидела, дорогая.

— Тогда где они? Отвечай!

— Они уехали на экскурсию и будут только завтра.

Прекрасно понимая, что скорее всего старуха врёт, я решила поступить также, чтобы заставить её признаться во лжи.

— Но, когда я звонила сестре перед приходом сюда, она сказала, что они с Ваней никуда не собирались.

И тут, тётка посмотрела на меня совершенно по-другому. Выпрямившись всем телом, она снова усмехнувшись, ответила:

— Ты блефуешь. Ты никому не звонила, потому что насколько я знаю Юля с тобой общаться не хочет, после всего того, что ты тут устроила.

— Допустим — сдавшись, ответила я.

— Хах, держу пари у тебя и доказательств то против меня никаких нет. Наверно думаешь, что, если запугаешь меня, то я тут же во всём сознаюсь, так ведь?

— Ха — ха — ха — ха! А вот тут ты ошибаешься, тётя.

Сказав это, я вытащила из кармана шорт телефон и включила ей ту самую запись разговора с таксистом. Прослушав её с начала до конца, тётка с совершенно каменным выражением лица, спросила:

— Откуда это у тебя?

— Твой друг Анатолий мне помог, уж очень ты его обидела — саркастично ответила я. Ну что, признаваться будем или станешь и дальше из себя невинную овечку строить?

Не весело улыбнувшись, она ответила:

— Что же ты никак всё не угомонишься то? Ну вот каким образом тебя это касается, скажи мне? Я ведь никогда не причинила бы боль тебе или твоим друзьям.

— Значит это всё-таки правда — констатировала я.

— Я этого не говорила и вообще, данная запись совершенно ничего не доказывает! Этот таксист всего лишь алкоголик, который просто решил меня оклеветать и всё из-за того, что я отказалась с ним спать!

— Ну, я в общем-то так и знала, что ты это скажешь.

— Хах, было бы странно, если бы я вот так вот сходу во всём призналась, не находишь?

— Это точно. Ну ничего, думаю полиции и этого хватит, чтобы тобой заинтересоваться.

И тут, от прежней уверенной в своей правоте женщины, снова не осталось и следа. Услышав мои слова, она настороженно спросила:

— Ты о чём?

— Как о чём? Ты правда думала, что я такая дура и не сделаю копию этой записи? Ха — ха, спешу тебя огорчить тётя, но она уже на пути к следователю. Так что, советую тебе паковать вещички.

— Я не верю тебе. Ты не могла этого сделать.

Только я собиралась ответить ей, что это сделала даже не я, как вдруг со второго этажа послышался какой-то шум. Нахмурившись, я взглянула на потолок и спросила:

— Что это там у тебя?

Не отрывая взгляда от моего лица, старуха воскликнула:

— Ничего! Лучше не отвлекайся, а объясни, что ты сделала!

— Тихо! — прокричала я и снова прислушалась.

Мгновение спустя и снова всё повторилось. И тут до меня дошло — она держит моих родным там. Взаперти. Посмотрев на тётку, я спросила:

— Они ведь здесь, да? Моя сестра и Ваня, ты держишь их тут.

Нагло улыбнувшись, та ответила:

— А с чего ты взяла, что это они? Может это кошка.

— У тебя нет животных и хватит строить из себя святошу! Сейчас же веди меня к ним!

Наклонившись поближе ко мне, она с ярым наслаждением прошептала:

— У МЕНЯ ИХ НЕТ.

— Ага, значит по-хорошему не хочешь? Ладно.

Решив, что пора бы уже заканчивать весь этот цирк, я вытащила пистолет и направив на неё, процедила:

— Живо веди меня к ним.

Даже не испугавшись, она вальяжно откинулась на спинку стула и закинув ногу на ногу, издевательски улыбнулась, ответив:

— Думаешь испугаешь меня своим пистолетиком? Патроны то небось холостые.

— Да неужели? — ответила я и особо не прицеливаясь, выстрелила в стену.

Хорошо, что пистолет был с глушителем, иначе тёткины сосед услышав это, точно полицию вызовут. Зато, данное действие заставило её испугаться. Взвизгнув, она мгновенно вскочила со стула и отшатнувшись от него, подняла руки вверх, воскликнув::

— Я сделаю всё, что скажешь только не убивай, прошу!

Победно улыбнувшись, я ответила:

— То-то же. Где ты их заперла, говори?!

— В их комнате. Я отведу тебя к ним, только не стреляй.

— Не — а. У меня есть идея получше. Где ключи от подвала?

— У меня в комнате.

— Иди и возьми их.

— Но…

— Двигай я сказала!

— Хорошо-хорошо, только не нервничай, милая.

Забрав ключи, старуха передала их мне и я заперла её в подвале, чтобы та не посмела выкинуть что-нибудь, и сорвать план. Оставив тётку там, я быстро написав Саше смс о том, что со мной всё нормально и что нашла своих, я тут же поспешила к родным. Взбежав по лестнице, я направилась в комнату сестры, но она оказалась конечно же заперта. Мысленно чертыхнувшись, я стала искать чем же открыть замок. Не придумав ничего лучше, я взяла с кухни нож, попытавшись взломать им замочную скважину. Первые пять минут у меня ничего не получалось, поэтому я надавила ножом чуть сильнее и уже через несколько мгновений услышала долгожданный щелчок. Резко раскрыв дверь, я тут же увидела Юлю и Ваню, которые были крепко привязаны к кровати. Разрезав все верёвки, я осмотрела их на наличие ран, но слава богу ничего не нашла. И, как только они смогли прийти в себя, я рассказала ребятам про наш план с Сашей. Так как оставаться мы в этом доме больше не могли, мною было решено подождать полицию и Александра на улице. Спустившись вниз, мы сразу направились к выходу. Открыв входную дверь, мы с сестрой вскрикнули от неожиданности, увидев на пороге Сашу. Стараясь успокоить своё рваное дыхание, я схватилась за дверь и опёршись об неё, сказала:

— Фух… это всего лишь ты.

В ответ на это, он лишь глупо улыбнулся и ответил:

— Извините, что напугал. Я не хотел.

И обернувшись к сестре, я увидела, как та злобно посмотрев на него, собиралась ответить что-то неприятное. Тут же ткнув её в бок, я быстро ответила:

— Всё нормально. Заходи.

Зайдя внутрь, Саша осмотревшись по сторонам, обернулся ко мне и спросил:

— С тобой всё нормально? Она не ранила тебя?

— Оо, мы в порядке — ядовитым голосом ответила ему Юля. Спасибо, что спросил.

— Юль прекрати. Он ведь помочь нам приехал — сказал ей Ваня.

— Ага, как же. Чёртас два я поверю в его "благородные" намерения!

— А что тогда по-твоему он тут делает? — воскликнула я возмущённо.

— Скорее всего ищет пропуск в твои трусы! Тоже мне, рыцарь в сияющих доспехах.

— А ну прекрати сейчас же! Я всё понимаю, вы пережили такой стресс и у тебя шок, но сейчас ты ведёшь себя, как конченная тварь!

— Пусть так, но я хотя бы не лицемерю прямо тебе в глаза!

Даже не обратив на нас никакого внимания, Саша обратился ко мне:

— Ань не кипятись так, пусть Юля выговорится. При таком стрессе, что они пережили это нормально.

— Ох, ну спасибо, что ты мне разрешаешь!

— Юля! — закричал на неё Ваня. Угомонись уже!

— Ладно! Извините. Может вы и правы, и это действительно просто стресс.

— Ну вот и отлично. Так, где ты оставила старуху?

— Она в подвале.

— Дай мне ключи от него.

Тут же насторожившись от его слов, я спросила:

— Зачем?

— Ну как зачем? Я же должен проверить, что она никуда не сбежала.

— Но там ведь нет даже окон, так что куда она денется? — спросила Юля.

— И всё же, я обязан это сделать, чтобы у полиции потом не было к нам никаких претензий.

— И какие же к нам могут быть претензии интересно? — спросил Ваня. Это ведь мы жертвы, а не она.

— А такие, что она может заявить, что это всё подстроила Аня, с целью потом обвинить в вашем истязании собственную тётку.

— Но это полный бред, ведь старуха хотела убить нас, а сестра спасла.

— Наша полиция никогда не станет учитывать ваши слова, скажут, что вы просто всё ещё в шоке, потому и несёте всякую чушь. Тем более, пистолет тут только у Ани, а тётка её абсолютно безоружна. Припоминаете данный факт?

— Ребят, он прав.

— Ну, а что, если нам избавиться от этого пистолета или стереть Анины отпечатки, а потом просто оставить на нём отпечатки тётки?

— Именно поэтому я и прошу отдать мне ключи от подвала и пистолет, пока у меня ещё есть время всё исправить.

— Конечно, вот держи.

Передав ему ключи и пистолет, я спросила:

— Ты сам справишься или…?

— Я сам всё сделаю, а ты лучше поднимись наверх и проверь ту комнату в которой жила, вдруг старуха могла оставить там что-то, что скомпрометирует тебя.

— Например?

— К примеру, "предсмертная" записка, в которой она обвиняет тебя в убийстве или же любая другая странность данного рода.

— Поняла, разберусь.

— Хорошо.

Повернувшись к своим, я обвела взглядом сестру и Ваню, спросив:

— Может вы со мной пойдёте и поможете?

Испуганно покосившись на ту комнату, где их с парнем держала связанными моя тётка, Юля ответила:

— А ты не обидешься, если мы откажемся?

— Нет, просто я…

— Я могу пойти с тобой — тут же ответил Ваня.

— Нет, не можешь! — обиженно воскликнула Юля. Мне страшно оставаться тут одной!

Усмехнувшись, я ответила:

— Ладно, не парьтесь вы, я сама справлюсь.

— Правда?

— Естественно, куда же я денусь то.

— Ну хорошо, но если что, то зови нас.

— Ага — равнодушно ответила я.

Поднявшись в свою комнату, я обнаружила, что она была не заперта и вспомнив о словах Саши, тут же принялась искать что-то, что могло натолкнуть полицию выдвинуть обвинение мне. Заглянув сначала в тумбочку, потом под неё, а затем подняв тяжёлый ковёр, который лежал на полу, я к счастью поняла, что ничего странного тут не нахожу. Дальше я отправилась осматривать кровать и посмотрев под ней тоже, поднялась на ноги, скинув всю постель на пол. Всё выглядело таким кристально чистым, будто она совсем недавно драила эту комнату, что уже выглядело несколько подозрительно. Решив ещё для верности посмотреть под матрасом, я еле как сдвинула его немного в сторону. И тут мне в глаза бросился чей-то паспорт. Взяв его в руки, я тут же открыла его и увидела кому он принадлежит.

— Это мой! — ошеломлённо подумала я. Неужели эта тварь украла мой паспорт и спрятала под матрасом, чтобы я не смогла вернуться домой?

Проверив ещё для верности действительно ли в этом документе мои данные, я поняла, что глаза меня всё же не обманывают. Даже не обдумав всё как следует, я просто сунула паспорт в карман, намереваясь показать свою находку Саше. Не успев даже выйти из комнаты, я внезапно услышала выстрел. Шокировано уставившись на дверной проём, я совсем не сразу поняла, что же сейчас произошло. Лишь через несколько мгновений я пришла в себя и пулей вылетела из комнаты, не на шутку испугавшись за сестру. Спустившись с лестницы, я увидела перед собой то, что повергло меня в шок: распластавшееся возле лестницы тело Вани, а под ним огромная лужа крови. Ошарашенно уставившись на тело парня, я, чтобы не заорать от страха, быстро прикрыла рот рукой. Всеми силами пытаясь устоять на ногах, другой рукой я взялась за стену, но дрожащие от испуга ноги меня в конечном итоге подвели и я упала. Когда мне стало чуть легче и мозг смог хоть немного соображать, я подумала, что необходимо проверить пульс у Вани, чтобы убедиться в его смерти. Занеся над ним свою дрожащую руку, я пытаясь побороть свой страх, собиралась уже потрогать его шею, как вдруг услышала сзади себя какой-то шорох. Так и не сделав того, что собиралась, хотела уже повернуться и посмотреть, что же там такое, но не смогла, так как меня ударили по голове. Закричав от боли, я тут же накрыла рукой ушибленную голову, почувствовав на затылке что-то мокрое и липкое. И тут меня ударили с новой силой, и я упала рядом с телом Вани. Последнее, что я запомнила прежде чем отключиться это то, как кто-то тащил меня в подвал.

Сколько часов или может дней я была в отключке я не знала, но в себя прийти мне удалось, что уже несказанно радовало. Но лишь до того момента пока я не поняла, ГДЕ именно сейчас нахожусь. Старый тёткин подвал, в котором полно всякого хлама, крыс и пауков, и теперь здесь пройдёт всё отведённое мне для жизни время. Если меня конечно вообще оставят в живых, на что надеяться никак не приходится. Поднявшись с холодного пола, я кое-как села у стены, прислонив к ней ушибленную голову. Слегка притронувшись к затылку и пощупав его, я с облегчением поняла, что никакой серьёзной травмы головы у меня скорее всего нет. Расслабленно раскинув руки в стороны, я стала "наслаждаться" прохладой стены, что немного успокаивала головную боль, так что совсем скоро мне пришлось вспомнить о своём не слишком радужном положении. Вспомнив то, как здесь оказалась, я стала думать, кто же мог меня вырубить, а главное, что сейчас с Юлей и Сашей. Ведь понятно же, что старуха никак не могла этого всего сделать, особенно, если учитывать то, что та сидела в тот момент здесь. Значит в доме был кто-то ещё, кто-то кто выпустил её… убил Ваню и утащил мою сестру, и парня. Но, тогда напрашивается вопрос, КАК этот кто-то смог справиться сразу с тремя людьми и ПОЧЕМУ я не услышала даже намёка на борьбу? Очевидно, что сидя здесь, я точно ничего не узнаю, значит надо как-то подняться и привлечь к себе внимание, чтобы старуха пришла. Встав на колени и держась одной рукой за стену, а другой опёршись об пол, я с большим усилием поднялась на ноги. В ту же секунду я почувствовала острую боль в затылочной части, которое вызвало небольшое головокружение и тахикардию. Чтобы снова не отключиться, я немного постояла возле стены, пытаясь успокоить своё бешено колотящееся сердце. Лишь спустя минут пять мне удалось прийти немного в норму и продолжить свой путь. На негнущихся ногах я дошла до лестницы и встав на первую ступень, взялась обеими руками за перила, чтобы вдруг не свалиться назад, если станет совсем плохо. Преодолев свой путь наверх, я собрала все силы в кулак и затарабанив кулаком в дверь, закричала:

— Эй, кто-нибудь! Выпустите меня, прошу! Откройте!!

Пару минут за дверью ничего не происходило и я уже решила спуститься вниз, потому что меня начинало неимоверно тошнить. Как вдруг, я услышала в коридоре чьи-то шаги. И в следующую секунду в замочную скважину вставили ключ и провернув несколько раз, открыли дверь. Резко зажмурив глаза от света, что попадал из коридора в тёмный подвал, мне не сразу удалось разглядеть, кто же сюда вошёл. Но уже через пару мгновений этот некто подал голос:

— Слава богу очнулась, а то я уж думала, что он тебя убил.

Услышав мерзкий голос своей тётки, я резко раскрыла глаза и злобно посмотрев на неё, сказала:

— Выпусти меня отсюда.

Улыбнувшись той доброй и ласковой улыбкой, которой она всегда мне улыбалась, когда я приезжала навестить её, старуха ответила:

— Прости, но не могу. Иначе ты снова попытаешься сбежать или того хуже убьёшь меня.

Усмехнувшись, я сказала:

— А, если я пообещаю вести себя хорошо, ты мне поверишь?

— Конечно нет, ты ведь исчерпала свой лимит доверия.

— Хах, как и ты, ТЁТЯ.

Последнее слово я с презрением "выплюнула" ей в лицо, отчего та несколько сконфузившись, продолжила:

— Спускайся вниз, я сейчас принесу твой завтрак.

— Мне ничего от тебя не на…

— Спускайся!!! Живо!

От тёткиного громогласного голоса мне стало как-то не по себе и я решив, что лучше будет не злить её, стала снова спускаться вниз по ступенькам. В следующее мгновение дверь за ней захлопнулась и я опять осталась одна. Вернувшись на то место, где и очнулась, я села на пол, и стала ждать, когда придёт тётка. Не прошло и двадцати минут, как она вернулась с подносом еды, поставив его возле меня. Поставив поднос на ноги, я стала придирчиво осмотривать еду, боясь, что старуха может меня отравить. Не отрывая от меня своего пристального взгляда, она засмеявшись, сказала:

— Не бойся ты так, я не собираюсь тебя травить. Ты мне ещё пригодишься.

Недоверчиво покосившись на неё, я ответила:

— Зачем?

— Поешь нормально, тогда и поговорим.

Быстро кивнув, я буквально накинулась на еду, мысленно удивившись тому насколько была голодная. Справившись за несколько минут с завтраком, я отставила поднос подальше, вопросительно уставившись на женщину.

— Что ты хочешь знать? — спросила она.

— В первую очередь, где мои родные?

Посмотрев на меня, она улыбнувшись своим полу золотым ртом, ответила:

— А ты разве не помнишь, как сидела над мёртвым телом парня сестры?

И тут видение всплыло у меня перед глазами: вот я стою в своей комнате и слышу выстрел с первого этажа, бегу туда и вижу обездвиженное тело Вани, а под ним огромная лужа крови. Поблизости ни Юли, ни Саши. И в следующее мгновение меня кто-то ударяет по голове, и затаскивает сюда. Затем видение исчезло и я злобно проговорила:

— Где моя сестра и парень? Что ты с ними сделала?

— Аха — ха — ха — ха — ха! А с чего ты взяла, что с ними что-то произошло? Вдруг они живы, здоровы и посмеиваются сейчас над тобой?

— Что ты мать твою несёшь? Моя сестра никогда на такое не пойдёт, она любила Ваню и не убила бы его, и уж тем более, не стала бы ни за что издеваться надо мной?

— Да ты что? Неужели ты так уверенна в ней, даже после тех истерик, после всей злобы, что она выливала на тебя?

— Да уверенна! Потому что я знаю её с детства и не смотря на все наши ссоры, она любит меня и переживает, также, как и я! Так что даже не пытайся воздействовать на меня и убедить, что это она всё подстроила.

— Ну что же, ладно. Вера в порядочность сестры у тебя не пошатнулась, а что насчёт Саши?

Не понимающе взглянув на неё, я спросила:

— Откуда ты знаешь Сашу? Я ведь вас даже не знакомила.

— А мне и не нужно это, деточка. Ведь я познакомилась с ним гораздо раньше тебя.

Испуганно посмотрев на тётку, я нервно хихикнула в ответ, сказав:

— Что ты имеешь ввиду под словами "познакомилась с ним раньше"?

Не переставая издевательски улыбаться, тётка констатировала:

— У меня роман с твоим парнем.

Ошеломлённо уставившись на неё, я не веряще стала качать головой из стороны в сторону, приговаривая:

— Нет. Нет. Нет. Нет. Этого не может быть. Он не мог так со мной поступить. Не мог!

— Почему же? Сколько дней ты его знаешь? Три? Четыре? Насколько ты вообще уверенна в его порядочности и верности?

Задумавшись на несколько секунд, я поняла, что в этом тётка была действительно права, Сашу я знала очень мало и совершенно точно не была в нём уверенна.

— Тётя, это он тебя заставил всё это сделать? Если это правда, то ты можешь рассказать мне и мы вместе придумаем, как его перехитрить, и сбежать отсюда.

Снова расхохотавшись словно психически неуравновешенная, женщина не переставая улыбаться, ответила:

— Дурочка ты, дорогая моя. Ничего он не заставлял меня делать, я САМА ему предложила тебя, как подходящую кандидатуру в матери нашего ребёнка. Сначала он конечно отказывался, но я то родить никак уже не смогу, а другие девушки ему не нравились, потому и приходилось от них избавляться, чтобы не ляпнули ничего лишнего.

Услышав это, я еле как сглотнула скопившуюся во рту слюну и машинально положив руку на живот, промямлила:

— Ччч… чего? Какой ещё ребёнок? Ты что несёшь, дура старая?

— Ну как же? Ты разве не помнишь, что между вами было?

Вспомнив тот день, когда мы сидели в кафе, а после утром проснулись в одной постели, червь сомнения начал снова грызть мой мозг. Неужели старуха говорит правду и Саша меня изнасиловал в ту ночь? А теперь… теперь что, я жду от него ребёнка?! Подумав о том, что меня теперь ждёт, я обхватила голову руками и стала раскачиваться из стороны в сторону, как душевнобольная. С удовольствием рассматривая мои мучения, тётка даже не предпринимала никаких действий, чтобы меня успокоить. Вцепившись руками в волосы, я потянула их вверх, как-будто пыталась вырвать и закричала:

— Этого не может быть!!! НЕТ!! Скажи, что это не правда, что это всего лишь злой розыгрыш!

И в следующую секунду я услышала мужской голос:

— Это правда.

Мгновенно успокоившись, я уставилась на силуэт, спустившийся с лестницы. Подсознательно я уже знала, кто это был, но всё равно спросила, чтобы убедиться в своих домыслах окончательно:

— Кто здесь?

Секунду спустя и на свет вышел улыбающийся Саша, произнеся:

— Это я, любовь моя, что не узнала?

Увидев его, такого довольного собой и улыбающегося, я отрешённо посмотрела на него, и спокойно-угрожающим тоном спросила вновь:

— Что всё это значит, что ты сделал со мной, объяснись?

Заливисто рассмеявшись, он ответил:

— А что здесь объяснять? Ты сильно напилась, а потом мы переспали и теперь ты беременна.

— Это не правда! — прокричала я. Ты врёшь! Я не могу быть беременна, у меня… у меня ведь даже симптомов никаких нет!

— Так бывает, дорогая — вмешалась в разговор тётка. Просто ещё мало времени прошло, но по срокам беременность должна была наступить, я же всё подсчитала.

Поднявшись на ноги, я оглядела их глазами полными слёз и тут же бросилась с кулаками на психа, что некогда полюбила. Ударяя его куда только придётся, я кричала, словно взбесившаяся пантера.

— Вы больные! ОБА! Я ненавижу вас! НЕ — НА — ВИ — ЖУ!!!

Пытаясь оттащить меня от парня, тётка била меня по спине и рукам, но так и не могла остановить. Пока сам Александр, кое-как схватив мою руку больно скрутил её. Закричав от боли, я тут же отпустила его, согнувшись пополам и зарыдала. Схватив меня за волосы, Александр поднял мою голову и ударив наотмашь по лицу, отчего я тут же упала, прокричал:

— Хватит! Заткнись! Тебе это всё равно больше не поможет!

Не переставая рыдать, я закрыла свою голову руками, будто бы мне помогло это спрятаться от всего ужаса, через который приходится сейчас проходить. Лиц своих мучителей я теперь не видела, только услышала их стремительные шаги по лестнице и звук закрывающейся двери подвала. Я снова осталась одна. Одна со своими мучениями, страхом за жизнь и некому будет меня спасти теперь, как я спасла Ваню, и Юлю. Хах, а спасла ли я их разве? Он возможно мёртв, если конечно старуха не соврала, а она…, что с моей сестрой я вообще не знаю. А что теперь будет со мной? Я поверила этому… психу, когда тот клялся, что между нами ничего не было, влюбилась в него, как идиотка, хотя сестра меня просила не доверять ему. А теперь что? Я возможно беременна от него, а даже если и нет, то это ещё хуже. Страшно представить, что они со мной сделают, когда узнают, что никакого ребёнка нет. И с этими гнетущими мыслями я уснула или потеряла сознание, даже не знаю. Но и сон мой был крайне тяжёлым. Я то и дело просыпалась от собственных всхлипываний, и мольбы о помощи. Проснувшись через какое-то время от того, что дверь в подвал снова отворилась, я тут же подорвалась с пола, испуганно уставившись на лестницу. Увидев, что ко мне пришла тётка, я чуть-чуть успокоилась и села обратно. Но тут я увидела, как за ней зашли двое мужчин, тащивших за собой что-то вроде большой коробки или же… КЛЕТКИ и поставив её возле меня, тут же ретировались из помещения, не задавая никаких вопросов. Не успев даже предпринять что-либо, тётка тут же схватила меня за руку, принявшись заталкивать внутрь клетки. Как я ни брыкалась, как ни кричала, на неё это никак не подействовало. И вскоре, я уже сидела в своём новом "жилище", чувствуя себя, словно собака в будке, хотя по сути это так и было. Несмотря на то, что клетка была довольно большой, мне всё равно удавалось лишь полностью сесть в ней, что естественно очень сковывало мои движения. Сил плакать или кричать уже не было, потому мне оставалось только принять судьбу и не злить своих мучителей, чтобы не сделать хуже. По-видимому того, что тётка запихнула меня в клетку, ей показалось мало, потому она скомандовав мне просунуть через прутья руку, привязала её так туго, что та через пару мгновений начала неметь. Пытаясь дёргать ею хоть как-то, чтобы кровь снова прилила к руке, я пыталась приподняться чуть выше, но тут же упёрлась головой в крышку клетки. Понаблюдав с минуту на мои мучения, тётка повернулась к выходу и собиралась уходить, но я её остановила, жалобно закричав:

— Тётя, мне больно! Прошу, ослабь немного верёвку!

Даже не повернувшись ко мне, она ответила:

— Прости не могу, ты слишком сильно разозлила Сашеньку, потому будешь сидеть так, пока не образумишься.

Но я и не собиралась успокаиваться, и продолжила её умолять, надеясь на то, что хоть немного смогу вразумить эту женщину.

— Я буду послушной тётя, клянусь буду, только отвяжи мою руку, я же её почти не чувствую уже!

Оглянувшись, она с болью в глазах посмотрела на меня и ничего не ответив, выбежала из помещения так быстро, как только могла.

— Чёртова старуха! — гневно подумала я. Ну погоди мне, я обязательно выберусь отсюда и тогда тебе конец!

И теперь лишь мысль о мести грела мою истерзанную душу.

Утро следующего дня.

Всю ночь я провела в сплошных мучениях: спина болела из-за того, что мне так и не удалось принять удобную позу для того, чтобы хоть немного поспать, желудок неприятно урчал, потому что единственным приёмом пищи у меня был вчерашний завтрак. Да и тот вышел из меня вчера вечером, плюс ко всему я ещё и умудрилась здесь заболеть, что значительно ухудшало моё моральное, и физическое здоровье. С тех пор, как тётка запихнула меня в эту проклятую клетку, она так и не приходила ко мне, ровно, как и её чокнутый "бойфренд". По-видимому, он решил так наказать меня за вчерашнее. Хах, наивный. Думает, если свяжет меня по рукам и ногам, то я сразу стану послушной, и перестану пытаться выбраться отсюда. Только я подумала об этом, как вдруг дверь в подвал открылась и ко мне спустилась старуха. Подойдя к клетке, она равнодушно посмотрела на меня и спросила:

— Как ты себя чувствуешь?

Смерив её таким же взглядом, я ответила:

— А сама, как думаешь? Ты запихнула меня в клетку, как собаку, в которой даже лечь не возможно нормально, но тебе и этого показалось мало, и ты привязала ещё и мою руку, а теперь спрашиваешь, как я?

— Это была не моя инициатива, Аня, да и ты сама его довела.

— Мне плевать! Я заболела, благодаря тому, что находилась в этом холодном и сыром подвале, а ещё я хочу есть, и в туалет. Такой жизни ты желаешь матери вашего с Александром ребёнка?

Я понимала, что тётка просто ослеплена любовью к этому психу и не совсем осознаёт что то, что они творят с невинными девушками, вроде меня, никогда ей счастья не принесёт. И что скорее всего, она не желает мне смерти, потому и пытаюсь воздействовать именно на неё. И кажется, мне удалось её разжалобить. Подойдя к клетке вплотную, тётка бережно взяла мою руку и отвязала её, затем она помогла мне выбраться. И пока я растирала свои затёкшие ноги, и руки, та осматривала меня на предмет увечий. После этого она коснувшись моего лба, спросила:

— Температуры вроде нет. Так, что у тебя болит, скажи мне?

— Горло и в носу очень колит.

— Ясно. Значит так, ты пока посиди тут, а я пойду сварю тебе бульон и схожу в аптеку за лекарствами.

С мольбой посмотрев на неё, я застонала как можно жалобнее и продолжила:

— Тётя, но я очень хочу в туалет.

— Сходишь здесь — непреклонно ответила она.

Ошеломлённо глянув на неё, я воскликнула:

— Ты издеваешься?!

— Извини, пока Александр дома я не смогу вывести тебя наверх, так что либо терпи, либо… сходи здесь.

И ничего больше не ответив, женщина ушла. Раздражённо стукнув ногой по клетке, я стала думать, что же сделать, чтобы она всё-таки позволила выйти мне наверх. Прошло не так много времени, как тётка вернулась в подвал и принесла мне поднос с куриным бульоном, и купленные ею лекарства. Первым же делом я сразу накинулась на еду и через пару минут тарелка была уже пуста. Затем я приняла лекарства от простуды и накинув на плечи плед, принесённый тёткой, облокотилась спиной о стену, посмотрев на неё.

— Я могу подняться наверх и сходить в туалет? — спросила я.

Пристально посмотрев в мои глаза, тётка ответила:

— Думаю да, Саша пока на работе. Но ты должна обещать вести себя хорошо.

Станцевав в своих мыслях ламбаду, я еле как сдержалась, чтобы не улыбнуться и тем самым не выдать себя, и сделав максимально серьёзное выражение лица, ответила:

— Я клянусь тебе тётя, что ничего не стану предпринимать и буду послушной. Я уже смирилась со своей судьбой.

С сомнением оглядев меня, та сказала:

— Надеюсь, я не пожалею о том, что сделаю.

— Конечно пожалеешь, карга старая — подумала я.

Но вслух произнесла лишь:

— Не пожалеешь.

Кинув на меня ещё один сомнительный взгляд, она двинулась к лестнице. Поднявшись, женщина открыла дверь и грубо схватив меня за локоть, повела в туалет. Я надеялась на то, что мы поднимемся на второй этаж, ведь там было гораздо больше места для моих дальнейших действий, но, не тут то было. Старуха завела меня в туалет, совмещённый с ванной, что находился на первом этаже. И тут, когда я уже хотела закрыть дверь, чтобы обдумать свой план, она вдруг подставила в проём ногу, намереваясь зайти за мной. Вопросительно посмотрев на неё, я сказала:

— Тётя, ты чего?

— Я тебе не доверяю, потому хочу зайти тоже.

Возмущённо фыркнув, я продолжила:

— И будешь наблюдать за тем, как я писаю? Вот уж нет.

— А тебя никто и не спрашивает, а ну дай пройти сейчас же!

Вцепившись в дверь, она пыталась меня оттолкнуть, но в силу своей молодости я была значительно сильнее пятидесятилетней женщины, что конечно же не играло ей на руку. Быстро схватив руку тётки, я оторвала её от двери, но отпускать и не думала даже.

— Тётя пожалуйста, позволь мне хотя бы сходить в туалет нормально, я же обещала, что не сбегу, да и куда тут можно убежать? Окно такое маленькое, что туда только кошка пролезет!

Пытаясь высвободить свою руку, она продолжила:

— Тебя это не остановит. Я ведь знаю ты что-то задумала, иначе зачем запирать за собой дверь!

— Может потому что я хочу хотя бы нормально сходить в туалет, а не как пленница сидеть в клетке под твоим пристальным взором?!

Кажется мои слова несколько отрезвили старуху, а посему она оставила попытки пробиться через меня и лишь строго ответила:

— У тебя пять минут. Не более.

— Спасибо. Я быстро.

И буквально захлопнув у неё перед лицом дверь, я закрыла её на щеколду. Резко повернувшись, я стала судорожно искать то, что могло бы мне помочь устранить тётку. Пару минут я обсматривала всё, что только можно: и под ванной, и за туалетом, посмотрела даже в шкафчике, где она держала таблетки от давления, но так ничего и не нашла. Пока не наткнулась на отсек с банными принадлежностями, в котором среди многочисленных кремов для омоложения "одиноко" лежало лезвие. Улыбнувшись своей находке, я быстро схватила его и спрятав в лифчике, закрыла шкафчик. Нажав на кнопку слива, я смыла унитаз, чтобы всё выглядело правдоподобно и нервно выдохнув, открыла дверь, столкнувшись с оценивающим взглядом тётки Веры.

— Я всё — улыбаясь, ответила я.

— Покажи руки — грозно ответила та.

Выставив руки вперёд, я показала ей их, но на этом она не успокоилась. Притянув меня к себе, старуха стала лапать меня в тех местах, где, как ей казалось, я могла что-то спрятать. Мысленно я молилась всем несуществующим богам, только бы она не заставила меня снять лифчик и не увидела там лезвие. Но, опасность миновала и она отпустила меня, окинув ещё одним подозрительным взглядом. Пропустив её вперёд, я аккуратным движением достала из декольте своё "оружие" и пока тётка открывала дверь в подвал, тихо подошла к ней сзади, со всей силы полоснув им по горлу. В ту же секунду сильная струя крови брызнула в стену, а умирающая женщина схватилась за своё горло, пытаясь остановить кровотечение. Отойдя от неё так, чтобы она вдруг не запачкала меня, я с ярым наслаждением стала наблюдать за её предсмертными конвульсиями. Когда всё кончилось, я взяла ключи от подвала и скинув по лестнице труп, как мне показалось тщательно вытерла всю кровь, и побежала к выходу. И только у двери я поняла, что не могу уйти отсюда, пока не найду сестру. Да, шансов того, что она всё ещё здесь крайне мало, но тем не менее, если я не проверю, то никогда себе не прощу этого. На первом этаже было мало мест, где её могли спрятать, а потому я просмотрела всё довольно быстро и тут же побежала наверх. Заглянула сначала в ванную и туалет, затем в кладовую, и только потом в те комнаты, где мы жили. Но естественно тут никого не было. Жива ли сейчас моя сестра, а самое главное, как и где её следует искать, я конечно же не понимала, что доводило меня до дичайшей паники. Ведь это я затащила её и Ваню сюда и теперь он мёртв, а её судьба вообще неизвестна, и всё это только моя вина! Теперь мне остаётся либо сбежать отсюда, как можно быстрее, передав всё в руки полиции, либо попытаться узнать местонахождение Юли самой. Выбрав второй вариант, я вооружившись парочкой кухонных ножей, стала ждать прихода Саши.

Через пару часов он всё же появился на пороге дома и открыв дверь, вошёл, где я его тут же "поймала". Приставив к его горлу нож, я проговорила:

— Ну привет, любовь моя.

Услышав мой голос у себя за спиной, я почувствовала, как он напрягся всем телом, явно не ожидая такого исхода событий.

— Ты… как ты выбралась?

— А что такое, ты не рад меня видеть? — притворно-обиженным голосом спросила я.

Осмелев немного, он ответил:

— Нет почему же, я просто счастлив, что ты убила свою сумасшедшую тётку, теперь мне не придётся делать вид, будто она мне интересна и мы наконец-то можем быть вместе.

Услышав его слова, которые разозлили меня ещё больше, я сильнее придавила лезвием кожу на шее парня, так что тот вскрикнул от неожиданности и прошипела:

— Ты врал меня всё это время, делал вид будто я тебе интересна, а сам спал с моей тёткой, обманывая при этом и её тоже! Затем воспользовался мной в момент слабости! Из-за вас я теперь ношу в своём чреве мерзость, которой ты меня наградил! А теперь ты ждёшь, что я прощу тебя и мы после всего, что произошло будем вместе?!

— Да. Но это ведь случилось только потому что Я полюбил тебя! Неужели ты думаешь, что я стал бы спать с кем-то, кто мне не интересен?

— Слушай ты, не держи меня за идиотку! Я не первая твоя жертва, были и другие девушки тоже, но их вы убили за ненадобностью!

— И у тебя есть доказательства?

— Есть конечно. Запись на моём телефоне, помнишь?

— Да, которого у тебя теперь нет. Я уничтожил всё, что там было. ВСЁ. Так что, если убьёшь меня, то не сможешь доказать свою невиновность.

— С тобой или без тебя, меня всё равно посчитают виновной во всё этом, а так я хоть смогу уберечь других девушек от своей же ошибки.

Ответив ему, я с новой силой надавила ножом на горло, отчего по нему тут же потекла тоненькая струйка крови, а Александр схватив мою руку, попытался отдёрнуть её.

— Стой! Пожалуйста, пощади!

— А меня ты пощадил, а? А мою сестру, Ваню или других невинных девушек? Нет, тебе же нравилось смотреть на наши мучения, нравилось осознавать то, что мы теперь в твоей полной власти! Так почему же Я должна щадить такую тварь, как ты?!

— Потому что ты нужна своей сестре! И, если не поторопишься, то она умрёт!

Услышав это, я схватила его за руку и резко повернув к себе, приставила нож к горлу, прошипев:

— Где она?! Говори!

— Скажу, если обещаешь не убивать меня.

— Это зависит только от тебя. Ну так что?

— Я с твоей тёткой вывез её пару часов назад на окраину города, там ей принадлежит дом, в котором мы держали предыдущих своих жертв. Отсюда час езды на машине.

— Тот самый дом про который говорил мне Анатолий?

— Да.

— Название улицы, номер дома, живо!

— Красноармейская, дом 7. Торопись, не то она, замурованная в гробу под землёй, вряд ли долго протянет, а ведь уже вечер — издевательски произнёс он.

От его улыбающегося лица мне стало настолько мерзко, что я тут же размахнувшись, со всей силы ударила его кулаком в нос. Закричав от боли, парень упал на пол, накрыв рукой кровоточащий нос. Направив на него нож, я прокричала:

— Вставай, мразь!

— Не могу, ты мне нос сломала!

— Если сейчас же не встанешь, то я ещё что-нибудь тебе сломаю! Или же проткну. Хочешь этого?!

— Нет!

— Тогда живо поднимай свой лживый зад и ступай в подвал!

С трудом заставив его подняться, я отвела Александра в подвал и забрав мобильный этого психа, закрыла того вместе с трупом своей почившей тётушки. Пусть посидит там и насладиться её "ароматами", пока я спасаю свою сестру. Избавившись от ненужного балласта, я стала соображать, как мне стоит поступить дальше. Вызвать полицию и всё рассказать им? Рискованно. Вряд ли они поверят в мою невиновность, особенно, если придурок, что сидит сейчас в подвале, выставит меня в "невыгодном" свете. А он очевидно так и сделает, иначе не видать ему больше свободы. Тогда, как же мне спасти сестру одной? Если там вообще ещё есть кого спасать. Чёрт! Чёрт! Ну что же мне делать то?! Следующую минуту я только и делала, что занималась самобичеванием, пока в мою голову не пришла идея. Совершенно глупая, но другого выхода у меня нет вовсе. Вспомнив, что Анатолий давал мне свой номер телефона, я тут же поняла, что он может быть моим последним шансом увидеть Юлю живой. Пытаясь напрячь все свои мозговые извилины, я стала судорожно вспоминать чёртов номер. Телефон в руках дрожал, словно осиновый лист на ветру, ноги подкашивались от любой мысли о сестре, а голова и вовсе отказывалась соображать, поэтому заставить себя хоть немного успокоиться, мне удалось лишь через долгих десять минут. Вспомнив наконец эти злосчастные цифры, я тут же набрала их и нажала на вызов. После пяти минут уговоров, он всё-таки пообещал мне помочь, сказав, что примерно помнит, где находится тот дом. И надо сказать, что он не обманул меня. Приехав к дому тётки через пару минут, он просигналил мне несколько раз и я выбежав на улицу, пулей влетела в машину и без особых приветствий крикнула ему:

— Поехали скорее!

Нажав на педаль газа так что, колёса на машине буквально взвизгнули, Анатолий быстро сорвался с места, оставив за собой чёрный след и запах жжёной резины. На место мы прибыли где-то через сорок минут и выйдя из машины, стали тут же осматриваться в поисках сестры.

— Он тебе что-то конкретное сказал? — спросил Анатолий. Она внутри дома или где-то на участке спрятана?

— Он сказал, что она лежит в гробу и что времени у неё осталось не так много. Это дословно.

— Значит они заживо похоронили её. Твари.

— Да, так что пожалуйста давайте быстрее, не то у меня очень плохое предчувствие.

— Так Анна, не смей нагнетать тут, этим ты сестре своей не поможешь.

— Знаю — недовольно ответила я.

Пройдя по дорожке от дома, сложенной из больших каменных плит, мы с мужчиной оказались на некотором подобие огорода, который уже давно был в запустении. Он был не таким большим каким показался мне вначале, но всё же его размеры не вселяли ровно никакой надежды на счастливое спасение Юли.

— Слушайте, как мы здесь сможем найти её? Мы же несколько часов тут провозимся, пока всё перекопаем!

Улыбнувшись во все тридцать два зуба, таксист ответил:

— Мда, сразу видно, что ты в такой ситуации никогда не оказывалась.

— Вы издеваетесь? Можно подумать вы оказывались или же спасали кого-то.

— Во-первых, не кипятись так, а во-вторых, нет не оказывался, но тем не менее в фильмах видел, что когда человека хоронят намеренно, то в том месте будут видны следы или же не ровно засыпанная земля. Так что давай разделимся и всё просмотрим тщательно.

— Надеюсь, вы правы.

— Прав девочка, доверься мне.

— Ладно — вздохнув, ответила я.

И под чётким руководством Анатолия, я стала искать хоть какие-то следы нахождения здесь сестры. На просмотр территории у нас ушло ещё пятнадцать-двадцать минут, но ни я, ни Анатолий так ничего и не нашли. Паника понемногу снова начинала овладевать мной и я почувствовала, как в носу защипало, а в уголках глаз стали собираться непрошенные слёзы. Остановившись на месте словно вкопанная, я накрыв лицо руками, захныкала, как ребёнок. Как я поняла, Анатолий всё это заметил и уже через пару секунд оказался возле меня по-отечески прижав к себе.

— Эй, ну ты чего, а?

— Ну, как вы не понимаете, мы не сможем найти её! Моя сестра мертва и всё из-за кого? Из-за меня!

— Да почему из-за тебя то? Это ведь не ты её похитила и притащила сюда, закопав живьём.

— Нет, но я притащила её в дом к тётке. Думала, если она родственница, то значит с нами ничего плохого случится не может. А оно вот, что получилось.

— Но ты же не могла знать, что твоя тётка сбрендила от одиночества и решила стать убийцей ради молодого любовника.

— Я должна была это понять ещё тогда, когда стала замечать за ней странности.

— Послушай, странности бывают у всех, это же не значит, что все люди психопаты или убийцы.

— Не значит.

— Ну вот. Пойми, в том, что произошло нет вины ни твоей, ни твоей сестры. Вы жертвы. И сестра твоя живая, и скоро найдётся, я уверен в этом, так что хватит заниматься самобичеванием, давай продолжать поиски.

— Я очень надеюсь, что вы правы.

— Прав, не сомневайся даже.

После очередной моей "минутной" слабости, я снова заставила себя прийти в норму и продолжила поиски. И буквально через пару минут случайно наткнувшись на чьи- то следы, но явно не свои, и не Анатолия, я стала искать глазами дальше, а затем ошеломлённо прокричала:

— Нашла! Я нашла!

Услышав это, мужчина тут же оказался рядом и мы вместе принялись яростно копать яму. И вот уже через некоторое мгновение, мы кое-как подняв деревянный тяжёлый гроб, начали пытаться открыть его. Эйфория от долгожданной встречи с сестрой застилала мне глаза так, что я больше ни о чём не могла думать, а ведь через пару минут мне снова предстояло встретиться лицом к лицу со страхом. Когда мы наконец открыли этот проклятый гроб, то не увидели там ни тела, ни даже намёка на то, что в нём кто-то мог быть. Вцепившись в него ногтями, я не понимающе замотала головой из стороны в сторону, приговаривая:

— Не может быть. Этого не может быть. Он обманул меня! Моей сестры здесь никогда и не было!

Положив руку мне на плечо, Анатолий сжав его в успокаивающем жесте, тихо проговорил:

— Мне жаль, дочка. Очень жаль.

Повернувшись лицом к мужчине, я на гране истерики, прокричала:

— И что мне теперь с этим делать, скажите?! Как мне искать сестру? Где? Я ведь ничего от этого психа не узнаю, даже если буду избивать его до полусмерти!

— Эй тише, никто никого избивать не будет. Мы сейчас просто поедем в полицию и расскажем им всё. Вместе.

— Да? Чтобы я потом загремела в тюрьму за убийство тётки? Вы что издеваетесь надо мной?!

— Успокойся, никто тебя не посадит, я буду твоим свидетелем и расскажу всё, как было.

— А Александр, который сидит сейчас в подвале вместе с трупом, скажет, что вы лжёте, ведь там полно моих отпечатков!

— Послушай меня. Ты хочешь найти сестру?

— Хочу!

— Тогда ты обязана заявить в полицию и всё им рассказать, как есть. Никто не сможет посадить тебя, если ты будешь активно сотрудничать со следствием, даже в том случае, если Александр будет отпираться от собственной вины.

— Как у вас всё просто — недовольно говорю я. Вы забыли в какой стране мы живём? Здесь никогда не будет преобладать справедливость. Только полное беззаконие и коррупция.

— Возможно ты и права, но…

— Ладно, не утруждайтесь, я вас поняла. Ради сестры мне придётся это сделать, иначе одна я её никогда не отыщу.

— Вот и молодец. Значит поехали?

— Поехали.

Спустя час мы с Анатолием уже были в полиции. И вот теперь, я сижу в кабинете у следователя и рассказываю ему всё, через что мне пришлось пройти. По его лицу понятно, что он не особо спешит мне верить, а потому задаёт одни и те же вопросы, чтобы "случайно" подловить на лжи. Но я упрямо повторяю всё слово в слово, как и было обговорено с Анатолием. Что до него, его тоже допрашивали сейчас, как и меня, только уже в другом кабинете. По-видимому, пытались надавить на мужчину, чтобы он вдруг ляпнул чего-нибудь лишнего и можно было бы засадить невиновного человека, тем самым быстро закрыв дело. Когда с допросом было покончено наступила ночь и сейчас нас снова везли в дом тётки, чтобы наконец начать следствие. Вначале, внутрь зашли полицейские вместе со следаком и только после этого впустили уже нас с Анатолием. Открыв дверь в подвал, они нашли Александра, который как мне показалось находился уже на грани истерики и был готов сознаться в чём угодно, лишь бы больше не оставаться один на один с трупом. Признавшись во всём, что сделал, парень разрыдался и упав на колени, начал молить меня о прощении. Его "муки" совести меня не интересовали от слова совсем, единственное, чего я хотела это то, чтобы он наконец сказал, ГДЕ моя сестра. Задав ему этот вопрос, я ожидала, что тот скажет правду хотя бы теперь, но вместо ответа, парень лишь посмотрел на меня и расхохотавшись, словно ненормальный, внезапно вскочил на ноги и попытался сбежать. Конечно же сделать этого он не успел и ему тут же скрутили руки, посадив в машину. А мне после очередной неудачи стало плохо настолько, что я упала в обморок.

Три недели спустя.

С того злополучного дня, как похитили мою двоюродную сестру Юлю прошло целых три недели. Не смотря на моё полное содействие полиции и их слаженной работе, к моему великому сожалению, её так и не удалось найти. Ни улик, ни следов того, что её держали в том же доме, что и меня, ни того, кто бы видел, что Юлю оттуда вывезли. НИ — ЧЕ — ГО. Что до Александра, тот был нем, как рыба и, даже не смотря на все допросы с "пристрастиями" от следователя, отказался рассказать куда он увёз мою сестру. Успокаивало только одно: за все свои деяния он отправится за решётку пожизненно и без права освобождения за хорошее поведение. За это следователю отдельное спасибо. Что насчёт меня. После чистосердечного признания Саши я загремела в больницу. Оказалось, что я действительно был беременна от него, но из-за всего, что мне довелось пережить случился выкидыш. Не могу сказать, что я уж слишком сильно расстроилась из-за этого, потому как всё-таки роль матери ребёнка, родившегося от психопата-убийцы, это совершенно не то, чего я бы хотела для себя. До суда мне пришлось остаться в Краснодаре и уже после того, как я немного пришла в себя в больнице, я позвонила родителям и рассказав им часть всего, что случилось, попросила приехать, и побыть со мной. В тот же день мать с отцом приехали ко мне, застав в палате следователя. Переговорив с ним, они вернулись ко мне. Без слёз мамы и скандала со стороны отца конечно же не обошлось, но через силу мне всё-таки удалось их успокоить, и объяснить, почему я сбежала из дома, и почти не давала о себе знать. И вот сейчас я снова сижу у себя дома на кухне. На дворе ночь, за окном идёт проливной дождь, а я молча наблюдаю за тем, как по стеклу стекают тяжёлые дождевые капли. Через пару минут во входную дверь начнёт кто-то с силой стучать, до смерти испугав меня и младшую сестру. Мгновенно поднявшись со стула, я вооружившись кухонным ножом, всё-таки случившееся меня кое-чему научило, быстрым шагом подойду к двери и посмотрев в глазок, увижу ту, кого уже никогда не надеялась увидеть живой. Повернув ключ в замке, я резко раскрою дверь, где на пороге дома стоит Юля. Насквозь промокшая, в грязной одежде, которую я видела на ней ещё в последнюю встречу, со спутанными волосами больше похожими на клубок змей, но ЖИВУЮ. Счастью моему нет предела и я набросившись на сестру с объятьями, чуть не сбиваю ту с ног, а затем пропускаю её в дом, чтобы наконец узнать, где она была все эти дни.