Lars Nielsen

Backrooms Logs: Akte Faceling

First published in German under the title

Backrooms Logs: Akte Faceling

by Lars Nielsen

© Lars Nielsen – alle Rechte vorbehalten.

Иллюстрация на обложке Main Shen

© Комарова М. А., перевод на русский язык, 2024

© Издание на русском языке, оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2024

Все права защищены. Книга или любая ее часть не может быть скопирована, воспроизведена в электронной или механической форме, в виде фотокопии, записи в память ЭВМ, репродукции или каким-либо иным способом, а также использована в любой информационной системе без получения разрешения от издателя. Копирование, воспроизведение и иное использование книги или ее части без согласия издателя является незаконным и влечет за собой уголовную, административную и гражданскую ответственность.

Привет, народ!

Капюшон моей тёмно-зелёной парки промок под холодным ноябрьским дождём. Из-за падающих капель я едва мог видеть дорогу. Вот впереди появилась расплывчатая зелёная точка. Я быстрее закрутил педали: чем раньше я выберусь из этого мокрого кошмара, тем лучше.

Справа послышался пронзительный гудок, заскрипели по асфальту шины, сверкнули фары, и моё сердце пропустило удар. Буквально в паре сантиметров от меня затормозил широченный «Мерседес». Мой двухколёсный конь качнулся, и я чуть не упал, но в последний момент успел выставить ногу, чтобы сохранить равновесие. Из жёлто-коричневого такси выглянул водитель. Глаза у него были выпучены, рот приоткрыт, а в руках он держал телефон, по которому явно пару секунд назад разговаривал.

– Дурак! – сердито фыркнул я и кивнул на светофор: не видно, что ли, что красный горит?! Пошатываясь и качая головой, я снова уселся на велосипед и покатил дальше.

Пока я ехал, вдруг понял, что в Германии такси вообще-то не жёлто-коричневые, а бледно-бледно-жёлтые. О, эта сцена мне запомнилась до мелочей. Сейчас я просто ненавижу жёлтый. Любые оттенки, особенно грязный зеленовато-жёлтый, который и вы непременно увидите, если с вами случится то же, что и со мной.

Я гнал по глубоким лужам на своём старом оранжево-жёлтом велике, на который заработал сам, разнося еду в рыбном ресторанчике. В этот день моя мама-наседка всё предлагала отвезти меня в школу и высадить прямо у входа, словно младшеклассника, но я отказался, хоть это было и очень мило с её стороны. Вот только шестнадцатилетнему подростку, согласившемуся на такое, просто-напросто не миновать насмешек. Ехать на папином двенадцатитонном автокране тоже была так себе идейка, тем более сейчас он стоял на стройке. Нет уж, пусть в моих кроссовках хлюпает вода, а джинсы будут насквозь мокрыми, зато не придётся краснеть от стыда. Я же не моя двенадцатилетняя сестра. Она просто обожает, когда её возят по всему Дюссельдорфу, точно королеву Рейнланда.

Оглядываясь назад, могу честно вам сказать, что моя мирная и беззаботная жизнь была просто чудесной.

Я ехал в правом ряду, мимо проносились машины, и брызги грязи летели мне прямо в лицо. Какая же мерзость… До моего дома в районе Бильк через центр Дюссельдорфа было максимум десять минут. Чтобы ситуация с такси не повторилась, я вытягивал шею и вертел головой по сторонам, стараясь увеличить дальность и угол обзора. Тут-то я и наехал передним колесом на трамвайные пути, которые располагались перпендикулярно велосипедной дорожке, и меня стало заносить. Было просто невозможно и рулить, и одновременно сохранять равновесие. Шлем висел у меня на руле: я понадеялся, что для защиты мне хватит и капюшона. Это было очередной серьёзной ошибкой.

Велосипед упал. Я ударился головой о мокрый асфальт. В глазах потемнело.

Я очнулся от нарастающего электрического гудения. Сердце дико колотилось, и в голове тоже неприятно стучало. Пару минут я лежал с закрытыми глазами, растянувшись на мокрой поверхности. Только вот это был совсем не асфальт. Коврик? Когда я приоткрыл глаза, в них тут же ударил яркий свет.

Промокший до нитки, я еле-еле смог подняться и огляделся. Огромная комната, со всех сторон возвышаются стены, оклеенные обоями противного жёлтого оттенка с небольшой прозеленью. В нос ударил отвратительный гнилой запах. Я даже знать не хотел, чем именно так воняло. На потолке периодически загорались отдельные световые панели, которые раздражающе гудели, но закономерности в этих вспышках не было. Словно при перебоях с электричеством в какой-нибудь захудалой гостинице.

Куда я попал? Последнее воспоминание – я грохнулся с велосипеда и больно приложился головой. А где я теперь?

Твёрдый и влажный пол. Мокрая одежда. Вокруг стены. Настойчивый гул и неравномерное мерцание ламп на потолке. На голове, похоже, шишка. Нет, это всё не сон. Что же тогда?

Должно быть, кома. Да, точно, я впал в кому. И моё тело лежало в больничной палате, опутанное проводами и трубками, а рядом попискивал кардиомонитор. У моей кровати стояли родители – или, по крайней мере, мама Николь – и младшая сестра Эмилия. Они шептали что-то ласковое, пытаясь меня разбудить. Да, наверное, так и было. А что тут ещё можно предположить?

Поначалу я терпеливо ждал. Должен же я в какой-то момент очнуться. Или нет? Через некоторое время я внимательно посмотрел на свои умные часы. Было 15:12:45. На смартфоне, который я вытащил из кармана штанов, – то же самое. Сотовая связь не ловила, как и интернет. Время остановилось, местоположение не определить… Ах да, я же в коме. Чего я, собственно, ожидал?

Гудение, мерцание и эти жёлтые стены медленно, но верно начинали сводить меня с ума. Я решил покинуть эту странную комнату, надеясь, что где-то за её пределами найдётся местечко получше. Это ведь был мой сон, и путешествовал я по своему сознанию. В дальней стене обнаружились двери, ведущие в две комнаты. Что ж, главное – держаться левой стороны. Руководствуясь этим правилом, непременно доберёшься до конца лабиринта. Я заметил, что в некоторых местах на стенах проступала вода, от чего они казались будто бы покрытыми какой-то плёнкой. Я подошёл ближе, пальцем смахнул каплю, понюхал. Затхлый запах.

Краем глаза я заметил какое-то шевеление и шум… Но когда обернулся, комната оказалась пуста. Ага, теперь с другой стороны! И на этот раз звук отчётливее. Я присмотрелся к обоям и увидел крошечные холмики, которые хаотично, точно жирные жуки, перемещались под ними. Я подошёл к этому месту. Сердце бешено колотилось. Но передо мной оказалась совершенно гладкая жёлтая поверхность. Неужели мне всё это померещилось?

Я открыл левую дверь. А за ней оказались коридоры, комнаты, комнаты и коридоры… Я прошёл вперёд и открыл несколько дверей. Все помещения были разной площади, но такими же жёлтыми, как и комната, в которой я очнулся. Я понял, что буду бродить по этому странному лабиринту до бесконечности, пока не проснусь. Беруши сейчас оказались бы очень кстати, гудение начинало понемногу надоедать.

– Эй? – крикнул я. Попытка не пытка. – Э-э-эй? Меня кто-нибудь слышит?

Тишина. Я пожал плечами и потопал дальше по коридорам. Интереса ради начал считать шаги. На десятитысячном прекратил. По пути я пытался вырезать ключом метки на стенах – вдруг я хожу кругами. Но у меня не получилось оставить ни единой царапины. Удивительно, но я привык к гудению, да и запах мне не мешал. Человеческий мозг вообще очень легко ко всему приспосабливается.

По ощущениям я болтался так пару часов. Хотелось есть, пить и прилечь. Я едва держался на ногах, такими тяжёлыми они казались. Ещё и мокрая одежда натирала. Этот сон оказался гораздо реалистичнее, чем мне того хотелось бы. Я всё-таки решил отдохнуть и опустился на влажный пол.

Гудение вдруг прекратилось. Пошатываясь, я снова поднялся на ноги. Вдалеке послышался голос. Тихий-тихий, почти шёпот, даже слов было не разобрать. Откуда же он доносился? Чтобы сориентироваться, я приник ухом к дверям ближайших комнат. Но тут снова загудели лампы, и голос стало совсем не слышно. Я решил идти дальше. И тотчас бормотание возобновилось, и стало даже громче гудения ламп. Может, это моя семья меня зовёт, пытается разбудить?

– Сюда! – снова закричал я. – Я здесь!

Бормотание прекратилось. Я сделал несколько осторожных шагов вперёд. Голос молчал.

Спустя несколько часов я вымотался окончательно, во рту у меня пересохло, глаза слипались. Кома или не кома, но вот без воды и сна было совсем тяжело. Я подошёл к стене, сложил ладони вместе, чтобы в них натекла вода, и выпил её. На вкус, конечно, не особо приятно, но, по крайней мере, жажду я утолил. А затем устроился полусидя в более-менее сухом углу, свернул парку вместо подушки и заснул.

Проснулся я резко и сразу подскочил, как мячик. Сердце оглушительно билось. Что-то изменилось.

ЗА МНОЙ ЧТО-ТО НАБЛЮДАЛО.

По шее пробежали мурашки. Я быстро оглядел ближайшие коридоры.

Послышался странный шум, который с каждой секундой становился всё громче. Что-то приближалось ко мне, и, возможно, я был в большой опасности.

Мой пульс участился. На лбу выступил пот, бросало то в жар, то в холод. Впервые меня охватил настоящий панический страх. Прочь отсюда! Во что бы то ни стало прочь. Сейчас же!

Не оглядываясь, я наугад дёрнулся влево и почувствовал гнилое дыхание неведомого преследователя у себя на шее.

Бежать. Бежать! Свернул за угол, потом за ещё один. В лёгких горело, а в боку закололо.

Из последних сил я рванул вперёд, спотыкаясь о собственные ноги. На бегу я, естественно, не успел затормозить и врезался в стену с однотонными жёлтыми обоями.

И снова я проснулся, тяжело дыша. Сердце стучало так, что гудело в голове. Я сидел под телебашней, прислонившись спиной к деревянной скамейке. Передо мной простирался захватывающий вид на цветущий зелёный парк и туго натянутые стальные тросы моста Рейнкни. Рядом со скамейкой был аккуратно припаркован мой горный велосипед, тут же лежал синий школьный рюкзак. Небо хмурилось, и, судя по глубоким лужам, недавно прошёл ливень.

Да что вообще творится? Только что я удирал по бесконечному мерзко-жёлтому лабиринту от невидимого монстра – а теперь… это?

Я поскорее достал смартфон. На дисплее высветилось «16:15». Секунды бойко отмеряли время – с моего падения прошёл примерно час. Дрожащими руками я ощупал голову. У виска вздулась огромная шишка, которой даже касаться было больно. Голова трещала.

Может, это было просто видение? Как я тут оказался? Выходит, я целый час шатался по городу, не понимая, что делаю, а не помнил я этого потому, что у меня был провал в памяти после удара?

Наверное. Да, пожалуй, это бы всё объяснило. Хотя бы как-то.

– Ну и что? – спросил Крис, беззлобно подтрунивая надо мной, пока мы катили свои велики к самому известному в Дюссельдорфе бассейну «Мюнстер-Терме», где у нас проходила тренировка по плаванию.

– А что? – Я слегка толкнул его в ответ.

– К мозгоправу ходил, да?

– Чушь не городи, какой мозгоправ, – ответил я. Большим умом мой лучший друг не отличался. Удивительно, как его до сих пор из гимназии не выгнали. – Это невролог. Мне делали МРТ. Засунули в специальный аппарат и сканировали мозг.

– Наверняка они там все очень огорчились, – засмеялся Крис. – В башке-то у тебя пусто.

– Ха-ха, очень смешно, – нахмурился я. – Но, вообще, ничего опасного не нашли. Так что всё в порядке.

Формально это было правдой. На деле же сильная головная боль, которая мучила меня с того самого происшествия, пока, к сожалению, не прошла, но я всё равно заверил всех, что у меня ничего не болит. Просто чтобы больше не ходить в больницу и не терять время впустую. Маму я, правда, убедил только после третьего визита к врачу, и пришлось всё повторить чуть ли не тысячу раз. К счастью, она наконец-то отстала. А боли… Когда-нибудь и сами пройдут, беспокоиться не о чем.

– А что твой старик сказал? – уточнил Крис.

– Ничего.

– Ничего? Ты серьёзно? – удивился друг. – Сын чуть голову не расшиб, а он совсем ничего не сказал?

– Ну ладно, сказал, – признался я. – Велел в следующий раз быть внимательнее и не забывать про осторожность.

– Шутник он, однако.

Я молча пожал плечами и сунул руки в карманы. Да, такой у меня отец: большую часть времени возился со своим краном и мной почти не интересовался. А если всё же интересовался, то просто давал очевидные наставления или что-либо запрещал.

– А про свой глюк ты кому-нибудь рассказывал? – поинтересовался приятель.

– С ума сошёл, что ли?! – крикнул я. – Нет, конечно! Меня же тогда в психушку упекут!

– Это да, просто, может быть…

– Слушай, Крис, ты на чьей стороне? – разозлился я. – Не надо было вообще тебе об этом рассказывать. Наверняка уже вся школа в курсе!

– Нет, бро, ты что! Я никому не говорил. Честно, – обиженно пробубнил Крис.

– Ладно, – кивнул я. – Вот и дальше молчи об этом.

Мы почти подошли к бассейну. Интересно, почему наша команда не тренировалась на базе какого-нибудь современного спорткомплекса?

Прошло два часа. Тренер пронзительно свистнул – тренировка окончена. Сто метров за 52,3 секунды, сегодня это мой рекорд. Крис оказался чуть быстрее, буквально на доли секунды. Я убеждал себя, что это всё потому, что он выше на три сантиметра и руки у него длиннее. Мы вылезли из бассейна и стали убирать жёлтые мячи, бело-голубые поплавки и прочий инвентарь.

– Эй, Марк, не отнесёшь мячи в подвал? – окликнул меня тренер с противоположного конца бассейна.

– Да, без проблем! – согласился я.

Я закинул тяжёлую сетку с мячами за спину и зашагал по лабиринту коридоров, выложенных серо-белой плиткой, в одних плавках и шлёпанцах. Вскоре я спустился в подвал, где довольно сильно пахло сыростью. Даже сюда проникал шум сверху. Над входом слабо светила лампочка, тени казались больше, чем были на самом деле. Помимо различных полок с инвентарём, в комнатке была закрытая металлическая дверь, на которой висела табличка «Подсобное помещение». Поскольку я бывал здесь по меньшей мере раз сто, мне не нужен был свет: я и так знал, где что лежит. Поэтому я уверенно бросил сетку с мячами в отведённый для них угол. Послышался глухой удар об пол.

Вдруг в подвал хлынул яркий свет. Я повернулся к двери в подсобку и увидел, что она чуть приоткрыта. Я удивлённо шагнул к ней. Буквально пару минут назад дверь была заперта, это точно!

Мне стало любопытно, и я потянул ручку на себя. За дверью оказалось вовсе не подсобное помещение, забитое незнакомыми приборами и водопроводными трубами, а пустой длинный коридор с грязно-жёлтыми стенами. Вдалеке виднелись многочисленные двери, а кое-где даже повороты в другие коридоры. На бетонном полу скопились лужи.

Дальше по коридору раздался чей-то крик, за ним последовал стук.

– Нет! На помощь! На помощь! Меня кто-нибудь слышит?

Кричала девочка.

– Помогите! Пожалуйста! Я не могу выбраться!

О нет! И что делать? Если дверь случайно захлопнется, изнутри её не открыть. Может, предупредить кого-нибудь? А вдруг потом будет поздно?

Я присмотрелся. Вроде бы самый обычный подвальный коридор, а двери наверняка ведут в складские помещения. Чем же так напугана девочка? Естественно, я не мог ничего выяснить, стоя столбом в дверях, – нужно было пойти посмотреть, насколько всё серьёзно. А помощь можно привести и потом. Я тряхнул головой и шагнул в коридор.

Неоновая лампа надо мной мигнула. Послышался треск, и вдруг стало темно хоть глаз выколи. Сердце бешено заколотилось, я испуганно вскрикнул и начал пятиться назад в сторону подвала. Только вот никакого подвала не было! Я больно стукнулся затылком о твёрдую стену. Я оказался в ловушке. Кричи не кричи – никто не услышит.

Вдали капала вода. Так, ладно. Главное – без паники. Наверняка мои друзья просто решили меня разыграть. Положили где-нибудь в коридоре телефон, на котором заранее включили запись с криками о помощи, выключили свет и надрывали животы от смеха.

– Эй! – крикнул я. – Не смешно, клоуны! Включите свет сейчас же!

Дрожащими руками я искал позади себя металлическую дверь. По-прежнему было темно, а под пальцами чувствовалась влажная стена. Ну где же там ручка? Я начал всё больше нервничать.

– Ну что за фокусы? Не смешно, говорю! – воскликнул я.

Резкий звук моего голоса эхом отскочил от стен. Снова вспыхнул свет, загудела люминесцентная лампа. У меня прямо камень с души упал. Надо же было так заиграться! Знать бы, чья это затея.

Двери позади меня не оказалось. Я стоял в тупике, с трёх сторон ограниченном побелёнными каменными стенами. Я снова запаниковал. Невозможно!

Я лихорадочно начал осматривать всё вокруг, пытаясь найти хоть что-то, что помогло бы мне выбраться. Царапал стены. Снова и снова звал друзей. Безуспешно. Позади вдруг послышался низкий рык, и я в испуге замер на месте. Похоже на хищную кошку. Я осторожно оглянулся. В зыбком свете потолочных ламп я разглядел, как из дальнего конца коридора выползает тень, по очертаниям напоминавшая зверя. Он плавно двигался в мою сторону, а потом вновь раздалось рычание.

Это вывело меня из оцепенения. Пульс тотчас участился. Я прижался голой спиной к холодной как лёд стене и боком начал пробираться к ближайшему ответвлению коридора. Столкновение со зверем ничем хорошим бы не кончилось. Уже сейчас я прикинул, что атакующий меня монстр был никак не меньше пантеры.

Что лучше: свернуть в коридор у следующей развилки или забежать в дверь напротив? Расстояние было почти одинаковым, но дверь могла оказаться заперта, а потому выбор очевиден.

Не оглядываясь на монстра, я сорвался с места и свернул за угол. Позади заскрежетали когти, а потом послышался жуткий вой. Хищник начал погоню. В шлёпанцах, конечно, бегать по шероховатому бетону было не слишком удобно. Пару раз я с плеском наступал в лужи. Взглянув за плечо, чтобы оценить обстановку, я увидел в свете то и дело мигающей лампы, что монстр тоже повернул в этот коридор. Это было худое, похожее на скелет создание, покрытое редкой шерстью. Из пасти у него торчали острые, как два кинжала, клыки. С почти что человеческого черепа свисали длинные сальные пряди. Но больше всего меня пугали его когти длиной с палец и его скорость. Существо неумолимо приближалось. Сбежать было нереально. Оставалась лишь пара мгновений…

Вдруг перед глазами мелькнула металлическая дверь. Я добежал до неё, в панике схватился за косяк, пытаясь затормозить, потерял один шлёпанец, скорее надавил на ручку и подтолкнул дверь плечом. Она со скрипом открылась, и я бросился внутрь. Правую голень пронзила резкая боль. В бьющем из коридора свете я увидел, как грязные когти вонзились в мою плоть. Собрав последние силы, я отдёрнул ногу, толкнул дверь изнутри и навалился на неё всем весом, стараясь держать ручку повёрнутой наверх. Монстр с той стороны нещадно бил лапами по поверхности. Я слышал его вой и рёв, жуткий скрежет, но прорваться чудовище не могло. Значит, мой единственный шанс на спасение – это удерживать эту дверь закрытой. И ждать.

Стратегия оказалась правильной. В какой-то момент – я, если честно, потерял чувство времени – атаки на дверь прекратились. Но выглянуть из своего убежища я рискнул только спустя целую вечность. Коридор был пуст, словно ничего не произошло, а вся дверь исцарапана, кое-где даже виднелись вмятины от ударов. Я снова закрыл её и теперь уже осознанно осмотрелся в своём укрытии. Помещение освещала круглая лампа на потолке. Сама комнатка была небольшой, примерно три на три метра, и почти пустой. Ни дверей, ни окон. Только в углу куча тряпья и ещё какой-то мусор.

Нога ужасно горела: на голени остались три глубоких пореза, но кровь не шла. Поскольку я оказался здесь в одних только плавках, мне даже нечем было перевязать рану.

Среди мусора в углу я с удивлением обнаружил работающий карманный фонарик и нож с длинным лезвием. Безумие какое-то! Однако жаловаться я не стал. Перевязывать рану грязными тряпками я, конечно, не собирался. Впервые с момента моего попадания в это загадочное место я смог спокойно обдумать, что делать дальше и как выбираться. Я сел, прислонившись спиной к двери. Так я сразу мог узнать, если кто-то или что-то попытается ко мне вломиться.

Где я оказался? Явно не в подвале под бассейном. Там точно не шныряют кровожадные монстры. Значит, очередное видение. Пожалуй, вполне себе логично.

Как я в прошлый раз очнулся? Врезался в стену. Интересно, сработало бы это снова? «Это же, по сути, сон, – подумал я. – Почему у меня должно не получиться?» Я поднялся и постарался собраться с мыслями. Значит, прямо в противоположную стену… В бетон… Не целиться – бежать.

Но я не смог заставить себя это сделать. Нет, правда, – намеренно влететь в глухую стену? Тут надо быть или в край отчаявшимся, или просто сумасшедшим. А я пока ни тот, ни другой. Должен найтись другой способ.

Тогда я решил вернуться обратно в коридор и продолжить искать выход. Главное – не спешить и не привлекать внимания монстра шумом. Схватив фонарик и нож, я открыл дверь и начал пробираться вперёд по влажному бетонному коридору. Свой второй шлёпанец я так и не нашёл.

Как и в прошлый раз, когда я шатался по бесконечным жёлтым комнатам, мне показалось, что я хожу кругами по лабиринту. Коридоры, комнаты, комнаты, коридоры… Пусто. Пока. Главное – не терять бдительность, существо может снова откуда-нибудь выскочить.

На одной стене я увидел граффити. Кто-то нарисовал странный знак неоново-зелёным и розовым цветами – значения символа я не знал. Может, это азиатский иероглиф? Я коснулся рисунка кончиками пальцев, и моя рука вдруг прошла сквозь стену! Я в ужасе её отдёрнул. Всё в порядке, пальцы на месте. Стена в этом месте оказалась полупрозрачной, будто состояла из раскрашенного воздуха. Может, это и есть выход из кошмара?

Когда я уже решился сделать шаг, меня остановил женский голос, звучавший откуда-то слева. Незнакомка говорила по-английски:

– Я бы этого не делала. Если, конечно, ты не любишь веселье. Но оно станет последним в твоей жизни.

Я испуганно оглянулся. У ближайшего поворота стояла худая девушка в белом лабораторном халате, года на два-три старше меня. На боку у неё висела кожаная сумка со специальным держателем для пробирок, а на плечо был закинут дробовик, что казалось каким-то… лишним, что ли, не вписывалось в образ.

– Полагаю, ты тут новичок? – Она оглядела меня с головы до ног и сделала пару шагов навстречу.

– Э-э… Да. Можно и так сказать, – замялся я.

– Удивительно, как ты жив остался! На твою ногу без слёз не взглянешь. Это гончая тебя так?

– Кто?

– Неважно, забудь, – отмахнулась девушка. – Идём скорее! У нас тут есть охраняемый аванпост, там мы тебя подлатаем и объясним основные правила. Отсюда меньше пяти минут, пошли. – Она повернулась спиной ко мне и зашагала по коридору. Поскольку я не сдвинулся с места, девушка окликнула меня, не оборачиваясь: – Ну, что встал?

Я подавил своё удивление и помчался за ней.

– Меня зовут Лия, – представилась она. – А тебя?

– Марк. Марк Шмидт.

– Очень рада познакомиться, Марк!

В голове у меня крутились тысячи вопросов, но я так вымотался, что не задал ни одного, а просто покорно последовал за новой знакомой. Пройдя пару развилок, мы остановились у двустворчатой двери бирюзового цвета. Похожие обычно встречаются в больницах. Лия ввела код на цифровом блоке и приложила пластиковую карточку. Раздался щелчок, и девушка с видимым усилием открыла правую створку двери.

А там меня ждал следующий сюрприз. Похоже, тут располагался современный исследовательский центр. Из разных коридоров навстречу нам шли люди в халатах, как у Лии.

Мы проходили мимо кабинетов с письменными столами и ноутбуками, лабораторий с оборудованием, похожим на то, что используется на уроках химии в школе, и небольших кухонек. На нас почти никто не обращал внимания. Словно разгуливать по серьёзному учреждению в одних плавках совершенно нормально.

Один раз я остановился, уверенный, что заметил знакомое лицо. Но когда оглянулся, никого уже не было.

Чуть позже мы вошли в просторный кабинет, в котором стояли письменный стол и удобный угловой диван. За столом сидел крепко сложённый мужчина примерно тридцати лет. Он работал за ноутбуком, но, заметив нас, отодвинул его в сторону и поднялся нам навстречу.

– А, у нас новенький. Я доктор Ксавьер Миндер, руковожу этим аванпостом, – представился он. – Можешь звать меня Докс, если хочешь. И добро пожаловать на Первый уровень Закулисья.

– То есть тебя уже во второй раз за несколько дней перебросило из Реальности в Закулисье? – удивлённо спросил он, даже перестав жевать протеиновый батончик.

– Перебросило? – удивился я.

– Да, между измерениями или здешними уровнями, – объяснил Докс. – Это происходит, когда случайно или осознанно проходишь через дверь, которая является точкой входа или выхода.

– Ага… Теперь, кажется, понял, – кивнул я. Сначала я ударился головой и провалился на Нулевой уровень. А потом прошёл через безобидную на вид дверь в подвале нашего бассейна и оказался здесь, на Первом. – У воды, которую мне дали, был немного странный привкус. Вроде свежая, но при этом почему-то пахнет орехами. – Что это?

– Это Миндальная вода. Средство против почти всех бед: галлюцинаций, ядов, ожогов. Кроме того, на неё можно обменивать разные предметы, так как найти её в свободном доступе получается не всегда.

Мы сидели в столовой и ели протеиновые батончики. Мою рану на ноге промыли и перевязали. Я переоделся в удобный спортивный костюм и слушал, как всё устроено в этом Закулисье.

– Должен сказать, – произнёс Докс, – что многие люди живут здесь месяцами, а то и годами, пока им не удастся перейти обратно в Реальность. Иногда этого так и не происходит.

– Почему? – уточнил я.

– Объяснений нет, – развёл руками Докс. – Они остаются здесь до конца жизни. А в Закулисье жизнь может кончиться быстрее, чем можно ожидать. Особенно если человек здесь не ориентируется.

Я судорожно сглотнул. Вот такого я точно не ожидал. До сих пор мне казалось, что вернуться обратно в Реальность будет не так сложно.

– О… Ладно. И всё же я бы хотел попытаться, один раз у меня это получилось, – сказал я.

– На Нулевом уровне шансы всегда выше, – развёл руками Докс. – Судя по данным, которые нам удалось собрать об этом месте, первые три уровня Закулисья прилегают к Реальности плотнее всего. Все новички обычно попадают на Нулевой.

– Хм… ясно… – задумался я. – И как мне вернуться на Нулевой уровень? Сквозь стену пробежать? Будет больно?

Докс рассмеялся.

– Нет, это не обязательно, – ответил он. – Просто коснись её. Если стена проницаемая, сквозь неё можно проходить, и тогда тебя перебросит на другой уровень или даже в Реальность, если повезёт. Проход между измерениями не всегда расположен в стене, часто это могут быть двери или лестничные пролёты. Заранее этого, увы, не предугадать.

– Звучит достаточно легко, – улыбнулся я.

– Да. И в то же время нет, – начал объяснять Докс. – Большинство из тех, кто решил воспользоваться этими проходами, вовсе не возвращаются в Реальность. Они попадают на другие, более опасные уровни Закулисья – со сложными ловушками, жуткими монстрами или не совсем дружелюбными обитателями. Мы здесь не единственные.

– И всё-таки я бы рискнул. Ну… так как мне вернуться на Нулевой уровень?

Докс пожал плечами.

– Да так же, как ты сюда попал. Поищи двери и лестницы. Некоторые ведут на Нулевой уровень, а остальные – на Второй.

– Второй? А что там?

– Его можно легко узнать по огромным трубам, как в гигантской котельной. И чудовища там враждебнее, чем здесь. – Он помолчал. – Мой тебе совет – оставайся пока тут. Удастся ли тебе вернуться сюда со Второго уровня, если ты не найдёшь выход в одиночку, это большой вопрос. А здесь лишние руки всегда нужны. Со временем ты научишься безопасно передвигаться по Закулисью, защищаться и находить уровни, где нет угроз. Заодно интуицию разовьёшь.

Может, действительно остаться? На аванпосте относительно безопасно. Или всё-таки рискнуть и поискать дорогу домой? Оставаться не слишком хотелось, я был уверен, что смог бы найти выход из этого кошмарного и опасного измерения в хорошо знакомую мне Реальность.

– Глупый вопрос можно? – уточнил я. – Пока я здесь, в Закулисье, что происходит с моим телом в Реальности?

– Его там нет. Понимаешь, ты либо здесь, либо там. В двух измерениях одновременно существовать невозможно. Да и время здесь течёт не так, как в Реальности. Здесь пройдут дни, а то и недели, а там – минуты или часы.

– И в случае удачного переброса моё тело вернётся в то же самое место? – засомневался я.

– Ну… Скорее нет. Людей обычно перебрасывает в место, которое находится недалеко от точки входа. Но не в саму точку.

Что ж, это объясняет, почему во время первого возвращения в Реальность я очнулся в парке.

В конце нашего разговора Докс добавил:

– Послушай… Предлагаю тебе сдать анализ крови, чтобы мы могли исследовать твою ДНК. Вполне вероятно, что у тебя какие-то способности, о которых мы не знаем. А взамен мы дадим тебе оружие и снаряжение. Это шанс на выживание здесь. И ещё: я бы на твоём месте не стал надеяться на возвращение в Реальность. Едва ли это возможно.

Я согласно кивнул. На том и порешили.

Я отдохнул пару часов, а потом получил рюкзак, в котором оказались упакованы две бутылки Миндальной воды, протеиновые батончики, карманный фонарик, нож и спальный мешок. Также мне выдали небольшое копьё. Объяснили это тем, что так я смогу хотя бы некоторое время противостоять местным чудовищам. Честно говоря, я рассчитывал на нечто более масштабное, что ли. Но оружие посерьёзнее в Закулисье было редкостью и стоило дорого, поскольку добывались из Реальности или с самых опасных уровней. Зато мне дали много советов.

Когда я направился к дверям, ведущим на выход, в животе у меня всё сжалось. Всего пару часов назад я был простым старшеклассником, и больше всего меня огорчало, что я не самый быстрый в секции по плаванию. А сейчас, вооружившись копьём, я шёл в опасные коридоры Первого уровня, покидая относительно защищённый аванпост. И теперь я знал, что по коридорам бегают не только гончие, но и гораздо более опасные создания. И всё же я хотел попытать удачу. Вдруг у меня получится вернуться?

– Привет, новичок, – послышался знакомый голос. – Можно составить тебе компанию?

Ко мне подошла Лия с набитым рюкзаком и дробовиком, полностью снаряжённая к долгой и опасной вылазке.

– Хочешь пойти со мной? – удивился я.

– Хочу, но почему, расскажу снаружи. А сейчас поторопимся. – Она подтолкнула меня к дверному проёму, по сути, решив всё за меня. Я и не возражал, чтобы она пошла со мной, а, наоборот, был благодарен. У неё же было оружие!

Теперь у меня больше шансов вернуться в Реальность.

Мы осторожно двигались по пустым коридорам Первого уровня, периодически натыкаясь на загадочные граффити уровня веселья. Иногда свет начинал мигать, и мы слышали вдалеке рычание гончих. Но, видимо, из-за того, что нас было двое, эти твари оставили нас в покое.

– Так почему ты решила пойти со мной? – спросил я Лию.

– Честно говоря, я надеюсь, что ты мой шанс вернуться в Реальность, – ответила она.

– Думаешь, у меня есть какие-то способности?

– Скорее особый ген. Но суть одна. Без тебя мне отсюда не выбраться.

Я сильно сомневался, что смогу сам вернуться в реальный мир, что уж говорить о том, чтобы взять с собой кого-то ещё. Но вслух ничего не сказал.

Через полчаса мы нашли в угловом коридоре лестничный пролёт. Деревянные ступеньки вели наверх.

– Хм… Нам, похоже, не сюда. Нужно же вниз, – прокомментировал я.

– Вовсе нет. Обозначения уровней придумали люди для удобства. В действительности же направления лестниц и коридоров в Закулисье ничего не значат. – Она чуть пригнулась, осматривая слабо освещённую лестницу, но входить не спешила. – Я уверена, что всё, что мы здесь видим и переживаем, – лишь интерпретация нашего мозга. Он объясняет происходящее в чужом измерении понятным нам языком. Это не даёт нам сойти с ума, но искать в этом логику нужно не всегда. Понимаешь, что я имею в виду?

– Да, звучит разумно, – кивнул я. – Иначе кому-то пришлось бы специально всё здесь выстраивать. А это полный бред.

– Вот именно, – ответила Лия. Кажется, она подтвердила свою догадку. – Ладно, теперь проверим, нужный ли это выход. Иди первым, раз уж у тебя особые способности, но всегда держи меня за руку.

Как по мне, эта лестница ничем не отличалась от других. Я взял Лию за руку и начал медленно подниматься по скрипучим деревянным ступеням, держа наготове копьё. Стены были обиты зелёным бархатом. От латунных люстр исходило приятное мягкое свечение. Лестница закручивалась и казалась бесконечной. Я уже собирался колко пошутить о нашей трудной дороге, но тут ступеньки закончились. Мы стояли перед деревянной дверью с причудливыми узорами.

– Похоже, пришли, – сказал я и повернулся к Лие.

Но позади никого не оказалось. Как же так? Я всего пару секунд назад держал её за руку. Или нет?

– Лия? – тихо позвал я, понимая, что криком можно привлечь монстров. – Лия? Где ты?

По-прежнему было тихо, и я судорожно сглотнул. Что случилось? Это я её случайно потерял или она меня намеренно оставила? Может, она знала гораздо больше, чем говорила? Я снова покосился на деревянную дверь. Открыть и пройти или лучше вернуться? Вдруг это ловушка? На Первом-то уровне я только примерно понимал, с чем могу столкнуться.

В итоге я всё-таки решился открыть дверь.

– Мяч слева! Слева! Перехватывай! – Крис толкнул меня локтем в бок. – Чувак, ну что за ерунда!

Он бросил джойстик от Плейстейшн на диван и посмотрел на меня обиженно и раздражённо.

– Хорош уже в облаках витать! – заявил Крис. – Ты весь день какой-то рассеянный.

Только сейчас я понял, что меня, судя по всему, успешно перебросило. Перебросило в Реальность! Сразу гора с плеч свалилась.

– Крис? Крис! Это и вправду ты! – Я порывисто обнял друга, хотя такие телячьи нежности были совсем не в моём стиле. Как же хорошо снова оказаться в нашей банальной реальности без свирепых чудовищ, бесконечных одинаковых коридоров и мрачных исследовательских центров.

– Ты чего, Марк? – Крис оттолкнул меня. – С головой всё нормально? Целый день чудишь.

– О, да… Извини… Не знаю, что на меня нашло. О чём ты? Разве я чудил целый день?

– Тебе вроде как лучше знать, – пожал плечами друг.

К сожалению, нет. Ничего я не знал. И сейчас лихорадочно придумывал оправдание.

– Прости, наверное, у меня всё-таки было сотрясение, и это его последствия, – начал я. – Так как я чудил?

– Да как бы объяснить… – Похоже, Крис подыскивал подходящие слова. – Это началось сразу после тренировки. У меня сначала было такое впечатление, что ты меня не узнаёшь. Будто ты не в себе. Приходилось объяснять тебе каждый шаг. А потом… Ты словно разучился играть в ФИФА! При том, что сам меня на эту игру подсадил!

Разве Докс не говорил мне пару часов назад, что тело может существовать только в одном из параллельных измерений? Что-то тут не так…

Может, стоило рассказать Крису, что я снова был в Закулисье? Историю с Нулевым уровнем он уже знал. Нет! Он решит, что я сумасшедший, и, может, даже расскажет о моих чудачествах маме.

– О… Да, извини. Я и правда был немного не в себе, – пояснил я. – Но теперь я здесь. – Как бы его в этом окончательно убедить? Я посмотрел на гигантский экран в гостиной Криса. – Счёт один-три. Всего-то? Ничего, сейчас отыграемся!

Так хотя бы другу смог доказать, что снова стал прежним. Но вопрос оставался открытым. Что со мной было здесь, пока я сам находился в Закулисье? Или, точнее, неужели кто-то был в моём теле, пока я шатался по параллельному измерению?

Я влетел в свою комнату на втором этаже и сразу рухнул на прохладную постель, игнорируя расспросы обеспокоенной мамы. Бельё на кровати пахло чистотой. Я жадно втянул этот привычный запах и закрыл глаза. Кошмар остался позади.

Мне удалось вернуться, и это замечательно, но я не особенно радовался. Слишком боялся, что меня снова перебросит в Закулисье, а кто-то или что-то останется лежать в моём теле на этой кровати. Будет ли это моё тело или тело жуткого монстра, который лишь прикидывается мной? По спине пробежали мурашки.

Тут мне пришла в голову ужасная мысль. Ведь чужак мог пользоваться моим смартфоном. Святые пельмешки… Неужели он прочитал все сообщения в мессенджерах? Я начал лихорадочно листать приложения. О нет! Я оказался прав: все сообщения выделены как прочитанные. К счастью, никому не звонили и ответных сообщений не отправляли.

Что это за существо? И как оно это провернуло? Тут я хлопнул себя ладонью по лбу. Смартфон ведь можно разблокировать по отпечатку пальца. Я сейчас же отключил эту опцию и вместо неё поставил пароль из двенадцати цифр, надеясь, что чужак не сможет прочитать мои мысли.

Что ещё? Проверить по данным геолокации, где мой телефон был последние несколько часов. Я открыл программу: сначала в бассейне, потом дома у Криса. Так, ну это ладно.

В какие ещё приложения оно заходило? Я открывал все по очереди и проверял активность. Ого! Похоже, существо заглянуло во все соцсети, которые были доступны. Даже в те, которыми я сам никогда не пользовался. Очень странно. После того как я убедился, что чужак никому не навредил в моё отсутствие, а только пролистал приложения на телефоне, я немного успокоился. Теперь нужно выяснить, не попадали ли другие люди в Закулисье…

И представьте моё удивление, когда я обнаружил, что существует больше тысячи сайтов с информацией о Закулисье! Некоторые из них были подробнейшими справочниками со сведениями обо всех встречающихся в этом странном мире объектах. Сотни уровней, монстры и аванпосты, даже способы перехода с уровня на уровень. Советы о том, чем лучше вооружиться. Куча видеороликов, посвящённых разбору этой темы. А ещё пользователи охотно делились своими историями попадания в Закулисье и возвращения в Реальность. То есть в буквальном смысле сотни тысяч фанатов разбирались во всём этом.

Меня поразило, что вся эта «крипипаста» раньше не попадалась мне на глаза. Как ужастики о Закулисье прошли мимо меня? Впрочем, ничего странного: когда я был младше, отец строго-настрого запрещал мне бродить по сайтам с ужастиками. Он следил за тем, что я смотрю на компьютере и планшете. Даже ту самую программу-шпион потом установил. Параноик, одним словом! Сам я в какой-то момент потерял интерес к ужастикам, увлёкся научной фантастикой, «Стартреком», стал, можно сказать, настоящим «трекки». Разумеется, ту тягомотину из 60-х я не смотрел, мне больше по душе были новые фильмы и игры. Хотя старый сериал гораздо лучше подготовил бы меня к тому, с чем мне пришлось столкнуться. Ну что ж, каждый может ошибиться.

Описания Нулевого и Первого уровней, а также гончих и учёных-биологов были довольно короткие, но в целом соответствовали тому, что я видел. В тот день я пришёл к выводу, которого придерживаюсь до сих пор, что девяносто девять процентов записей о Закулисье, что висят в Интернете в свободном доступе, – просто выдумки. Эдакие сказки-страшилки на ночь, которые сочиняют люди.

Тем не менее в каждой легенде есть доля правды. Так и тут. И мой собственный опыт – яркое тому подтверждение. Поэтому я жадно проглатывал всю предоставленную информацию. Скопировал все релевантные статьи себе на смартфон – он, судя по всему, и в Закулисье отлично работает. Если бы меня снова перебросило, я был бы лучше подготовлен.

Это всё, конечно, было очень полезно, но кое-какую информацию я так и не смог найти: статьи об одержимости неизвестными существами. Когда я задал этот вопрос на парочке форумов, на меня тут же обрушился поток гневных комментариев, суть которых сводилась к тому, что я в Закулисье вообще ничего не смыслю. Потому что перебрасывает туда обычно вместе с телом. Либо же не перебрасывает вообще. Всё, иначе не бывает.

Но я не сдавался. Хоть я и не нашёл того, что искал, зато по крайней мере пообщался с другими людьми, которые тоже, возможно, бывали в Закулисье. Конечно же, почти каждый фанат утверждал это.

Спустя пару часов мозги у меня начали кипеть. Как же найти того, кто действительно был в Закулисье?

Спустя ещё немного времени мне пришла в голову одна идея. Я так и не нашёл в сети упоминаний главы биологов. Мне он представился как доктор Ксавьер Миндер, или просто Докс. Каждый, кто недавно попадал на Первый уровень, должен был его знать, ведь к нему приводили всех. Я изменил стратегию и стал прямо спрашивать у тех, кто якобы бывал в Закулисье, как звали главу исследовательского центра. Если бы кто-то ответил правильно, я мог бы доверять его словам.

Через несколько дней мне улыбнулась удача: девушка на одном из форумов назвала прозвище доктора Миндера. Мы разговорились в личных сообщениях, каждый делился своим опытом. Она писала под ником Алекс и, если верить её словам, жила в Мюнхене. Наши истории были удивительно похожи. Её тоже непроизвольно перебрасывало в Закулисье и обратно в Реальность. Причём даже чаще, чем меня.

В итоге мы договорились о личной встрече на нейтральной территории. Такое вот «свидание вслепую» двух чудом спасшихся из Закулисья.

– Береги себя, Марк, – обняла меня мама. Затем она подмигнула мне и добавила заговорщическим тоном: – И удачи тебе!

Я еле сдержался, чтобы не закатить глаза. Вокруг нас толпились пассажиры, пробирающиеся к своим вагонам высокоскоростного поезда. Отца, как всегда, рядом не было. Он и не поинтересовался моей интернет-возлюбленной, его волновало лишь то, что билет чересчур дорогой и я мог бы выбрать более бюджетный вариант, поехав на обычной электричке с парой-тройкой пересадок. Он будто в параллельной реальности живёт! А впрочем, ничего нового.

– Да, спасибо, мам. – Я высвободился из её объятий и исчез в купе, где с размаха закинул рюкзак на полку для шляп, располагавшуюся над моим сиденьем. Слишком старомодное название: кто сейчас шляпы носит?

Мы с Алекс договорились встретиться в парке, где обычно было много народу. И, по-видимому, она мне не до конца доверяла, раз отказалась ехать ко мне сама. Хотя я тоже не был уверен, что она действительно живёт в Мюнхене и по ту сторону экрана сидит Алекс, а не какой-нибудь шутник, который решил разыграть меня. Я знал о ней так же мало, как и она обо мне.

Поездка до Мюнхена занимала почти пять часов. Родителям я рассказал, что познакомился в Интернете с одной девочкой, влюбился в неё без памяти и очень хочу встретиться с ней лично. Ложь во спасение – это не ложь, а всего лишь альтернативный способ взглянуть на искажённую правду. Это я в Интернете вычитал. В итоге мне разрешили поехать. Отец, конечно, поначалу был против, даже заявил, что я должен вернуть ему потраченные на поездку деньги. К счастью, благодаря маме они всё-таки оплатили мне и билет на экспресс, и ночёвку на молодёжной турбазе. Она сказала, что я уже достаточно взрослый, и новый опыт – это всегда здорово, или что-то в таком духе. Но что поделать – мне пока нет восемнадцати, а подрабатывая в ресторане, увы, много не заработаешь.

Мимо окон проносились размытые зелёные пятна. Между ними можно было различить цветущие луга с фермами и коровами. Мы подъезжали к Нюрнбергу, мчась на скорости чуть меньше трёхсот километров в час. Я, пошатываясь от тряски, пробирался к туалету по срочному делу. Сел на унитаз… Подробности, пожалуй, опущу, но в какой-то момент я, похоже, задремал. Точнее не скажешь. Через пару минут я поднялся, вымыл руки и открыл дверь.

На меня тут же пахнуло теплом. В нос ударил запах машинного масла и ещё чего-то сладковатого. Перед собой я увидел не оранжево-красноватые фанерные лавочки и серо-голубой пол. Это был слабо освещённый узкий коридор с трубами толщиной в руку по обеим сторонам. Казалось, он тянется бесконечно.

Только не это! В этот раз я поступил разумнее и выходить в коридор не стал. В очередной раз соваться в Закулисье не хотелось. Я закрыл дверь и остался стоять в туалете. Когда я немного успокоился и сердце перестало стучать как сумасшедшее, я снова открыл дверь. Гадость! Всё тот же коридор Второго уровня Закулисья, если верить описаниям в Интернете. Я снова захлопнул дверь.

Ну и что было делать? Пожалуй, стоило переждать здесь, пока какой-нибудь другой пассажир не захотел бы воспользоваться туалетом. Или пока мы бы не прибыли в Нюрнберг. Наверняка проход между измерениями исчез бы.

Я долгое время разглядывал унитаз, но снаружи ничего не происходило. Никто не стучал в дверь, да и поезд уже давно должен был прибыть на вокзал. Меня затошнило, и я пошатнулся. Не может быть… Но когда я достал смартфон из кармана брюк, мои подозрения подтвердились: время остановилось.

Меня снова забросило в Закулисье без снаряжения, поскольку рюкзак остался лежать в Реальности на полке для шляп и до него было уже не добраться.

С меня градом катился пот, и вскоре моя одежда стала влажной. Я медленно двинулся вперёд по коридорам, в которых было жарче, чем в сауне. Вдали слышались металлический стук и грохот огромных механизмов, с каждым шагом эти звуки усиливались, но я пока так и не увидел ни одного источника этого шума. То там, то здесь мне попадались чёрные лужи, затянутые маслянистой плёнкой, – это с решёток над моей головой, капала мерзкая жижа, источавшая запах гнили.

Через некоторое время я дошёл до развилки, и температура упала до приемлемого уровня. К этому моменту я уже осознал, что направление вообще не играло никакой роли, и всего лишь хотел выбраться в Реальность. А выход мог быть, по сути, где угодно. Поэтому всякий раз в местах, где трубы были не очень горячими, я осторожно ощупывал стену, как советовал мне Докс, – плотная или проницаемая? К сожалению, пока безуспешно.

Вдруг что-то вспыхнуло, потом раздался оглушительный треск, и я остался в кромешной темноте. Механизмы заглохли. Да что ж такое! Я нащупал горячую ржавую трубу рядом. По крайней мере, я всё ещё на том же месте. Я стоял и думал о том, что гончие, с которыми я уже сталкивался, ненавидят свет. Тогда я достал смартфон из кармана и включил на нём фонарик. Он светил недалеко, буквально на два-три метра вперёд, да и батарея могла быстро разрядиться. Но это давало небольшую уверенность, хотя что там дальше в темноте разглядеть не удавалось. Я осторожно побрёл вперёд, смутно угадывая движение вокруг, но едва я поворачивал фонарик в ту сторону, как оказывалось, что в коридоре пусто.

Некоторое время я на ощупь пробирался в темноте и вдруг заметил, как вдали мелькнула яркая точка. Неужели там светлая зона? Я остановился и с ужасом понял, что точка приближается и вдобавок увеличивается в размерах с пугающей быстротой! Точно поезд в конце туннеля, который летел на меня, не снижая скорости. С усилием я стряхнул оцепенение, круто развернулся на пятках и помчался в обратную сторону, освещая себе путь фонариком. Когда я в панике оглянулся, источник света приблизился настолько, что можно было различить каждую черту моего преследователя.

Какая же мерзкая морда! Ярко-белые светящиеся глаза, острые зубы, искривлённый рот – существо будто насмехалось надо мной. До следующего поворота я явно не успел бы добежать. И дверей нет… Мои лёгкие горели, а мысли в голове путались. Расстояние между мной и монстром с хищной улыбкой стремительно сокращалось. Какие там десятки секунд – жалкие мгновения…

Это смеющееся лицо мне кого-то напоминало… Да это же смайлер. Я же читал о нём на сайтах про Закулисье. На бегу я лихорадочно тыкал в экран, пытаясь выключить фонарик. Этого монстра привлёк именно свет!

Тут я угодил ногой в чёрную лужу, поскользнулся и, потеряв равновесие, полетел вперёд. В следующий миг я с грохотом упал и ударился лицом о шероховатый бетонный пол. Телефон выпал из руки и исчез где-то в темноте. Фонарик и дисплей погасли – наверное, разбился экран. Я лежал на боку, тяжело дыша и постанывая от боли, и ждал, что вот-вот мне наступит конец. Я даже не решался пошевелиться.

Рядом всплыла жуткая гримаса смайлера, он оскалил зубы, острые словно кинжалы, разинул пасть, готовясь к смертельному укусу, – и с шумом пролетел мимо. На миг стало холодно. Я остался один в темноте. Вскоре издалека послышался страшный рёв, похожий на тройной залп огромных новогодних петард. Затем я услышал крики и пронзительный нечеловеческий визг, которые очень быстро стихли. Долго не было слышно ни звука. Видимо, смайлер нашёл другую жертву. Я медленно поднялся на ноги. Вернулся оглушительный грохот машин, снова вспыхнул, слабо мигнув, свет. Я отыскал свой телефон: экран разбился, но он работал.

Через пару минут сердцебиение у меня выровнялось. Я собрался с силами и продолжил искать выход в Реальность.

Я дошёл до следующего перекрёстка, напоминающего букву «Т», и, прежде чем выбрать, в какую сторону мне идти, снова достал смартфон. Камера работала. Я хотел, чтобы остались доказательства того, что я был здесь, и начал записывать видео. Однако таймер не запускался, и тогда я решил сделать фото. Уж это-то должно сработать! Я специально держал камеру как можно дальше от себя, чтобы сделать селфи. Пытаясь найти нужный ракурс, я повернул камеру немного в сторону… и снова моё сердце пропустило удар. Только что я видел лишь свою бледную и поцарапанную физиономию, и вот за моим плечом в коридоре оказался человек! Я в ужасе оглянулся. Буквально в десяти шагах от меня стоял ОН. Или, лучше сказать, – ОНО. Существо, похожее на человека, было выше меня сантиметров на тридцать, худое, в цветных лохмотьях, заменявших ему одежду, но без обуви. Вместо головы из его шеи торчала бесформенная кость, обтянутая бледной кожей. Вроде как голова, но без лица, ушей и волос.

Я бросился прочь. Добежав до следующего поворота, хорошо он был недалеко, я в панике оглянулся и заметил, что монстр и не пытался меня преследовать. Но я всё же свернул за угол и прижался спиной к стене. По-прежнему тяжело дыша, я осторожно выглянул в коридор. Существо медленно, будто просто прогуливаясь, отдалялось от меня. Оно двигалось совсем в другую сторону.

Это был безликий! О них я тоже читал: существа всё слышат и видят, но не могут говорить. Взрослые особи в целом безобидны, если, конечно, не сталкиваешься с ними один на один коридоре. К моему удивлению, из стены выплыл ещё один безликий и исчез в том же направлении, что и первый. А за ним ещё один. Спустя некоторое время их была уже целая дюжина, все в цветном тряпье. Похоже, в этой точке они переходили с другого уровня и затем скользили куда-то дальше по коридору. Двери поблизости я так и не увидел.

Разумнее, конечно, было бы затаиться. С другой стороны… Это же точка перемещения! Может, стоило попробовать? В любом случае лучше так, чем слоняться по уровню без оружия в ожидании следующего смертоносного существа. Я выждал ещё пару секунд и подбежал к месту, откуда появлялись безликие.

Я осторожно коснулся стены. Пальцы прошли насквозь, словно никакой преграды и не было. Я поспешно оглянулся. Коридор был пуст. Вдохнув поглубже, я шагнул в стену.

Передо мной тут же материализовалась новая комната. На полу лежал грязноватый тёмно-серый ковёр. Потолок украшали щербатые грязно-белые элементы из гипса, в которые были вкручены лампы. В углах громоздились старые коробки и стопки бумаги. В целом совершенно обычное офисное помещение.

В глаза сразу бросились непрозрачные окна, заклеенные белой или чёрной плёнкой. Вроде всё в порядке, опасности поблизости нет. Я медленно подошёл к одному из окон, открыл его и выглянул наружу. Офис располагался на первом этаже, и оттуда был виден зелёный сквер с детской площадкой. Было лето, светило солнышко, а дети бегали и смеялись. На лавочках сидели их мамы и следили за ними, попивая кофе из одноразовых стаканчиков.

Похоже, меня перебросило в Реальность. Туда, куда я и хотел попасть. И я выглядывал из самого обыкновенного офисного здания, которое было заброшено. Только почему-то звуки с улицы сюда не проникали. У меня появилось нехорошее предчувствие. Чтобы проверить свою страшную догадку, я взял одну из коробок в углу и кинул её на улицу.

В окне тотчас мелькнула клыкастая пасть: существо с треском раскусило картон. Я в испуге отпрянул. Нет, это явно не выход в Реальность. Я по-прежнему в Закулисье. На Четвёртом уровне, если не ошибаюсь.

Я отправился на дальнейшие поиски, стараясь держаться подальше от окон. Под стопкой бумаг я нашёл маркер и пластиковую бутылку с Миндальной водой. Потом заметил заполненную доверху корзину для мусора. Куча скомканных и порванных записок, которые кто-то сюда выкинул. Мне стало любопытно, и я вытряхнул всё на пол, чтобы изучить её содержимое. На одних бумажках шариковой ручкой и маркером были нацарапаны непонятные иероглифы. Писали их, похоже, разные люди. На других листах я обнаружил сложные формулы на неизвестном мне языке и рисунки. А ещё наброски механических деталей.

Я допил Миндальную воду и с новыми силами продолжил поиски выхода. Дверей было много. Большинство из них вели в такие же пустые кабинеты или же были заперты. После десятка комнат я наткнулся на стальную противопожарную дверь с табличкой «Выход». Как-то уж слишком очевидно. Но тем не менее я её открыл. За ней оказалась неприметная серая лестничная площадка.

Я сделал шаг…

Послышался звук слива бачка. Видимо, здесь был тот, кто захватил моё тело в Реальности, пока я был в Закулисье. В нашем мире прошло всего минут пять, но в дверь уже колотила какая-то дама, крича, что ей срочно нужно воспользоваться уборной.

Приведя себя в порядок, я открыл дверь и, пошатываясь, поплёлся в своё купе. Оставалось только надеяться, что я не буду попадать в Закулисье каждый раз, когда начну клевать носом. Кстати, никакой трещины на экране моего смартфона больше не было, и, к сожалению, фотографии из другого измерения не сохранились. То ли мой телефон тоже клонируется, то ли просто из того мира ничего нельзя взять с собой, я точно не знал.

Вернувшись к себе, я достал рюкзак с полки для шляп и до конца поездки держал его на коленях. Так было гораздо надёжнее.

Послеполуденное солнце светило сквозь густую листву старых каштанов на переполненные лавочки в центре парка. Повсюду слышались громкие голоса и смех. Здесь мы и условились встретиться. Летом в парке было много посетителей. Его, кстати, оказалось не так сложно найти, даже будучи в Мюнхене впервые.

Я прикрыл глаза от солнца ладонью и огляделся. Ага, вон лимонно-жёлтая шляпа. Алекс писала, что я узнаю её по этой детали. С дико колотящимся от волнения сердцем я двинулся к лавочке, то и дело наталкиваясь на кого-то. Алекс оказалась крепко сложённой, широкоплечей девушкой со светло-русыми волосами. Понятно, что уже не школьница, ей было лет двадцать, может, чуть больше. Помимо жёлтой шляпки в глаза бросился облегающий оливково-зелёный стёганый жилет на молнии, который совершенно не сочетался с головным убором.

– Эм… Привет. Я Марк, – несмело обратился я к девушке. – Мы договаривались о встрече.

Она подняла голову и долго рассматривала меня зелёными глазами. Наконец, к моему облегчению, девушка радостно улыбнулась:

– Марк! Ой, как здорово, что всё получилось. Привет! Я Алекс. – И она протянула мне руку в знак приветствия.

Я пожал её и болезненно поморщился. Ну и хватка у моей новой знакомой! Точно тисками руку сжало.

Начало общению было положено. Мы до вечера просидели в парке: запивали вкусную еду прохладным лимонадом и болтали. Причём не только о том, что мы пережили в Закулисье, но и вообще обо всём на свете. Как оказалось, Алекс изучала бизнес-администрирование в Мюнхенском университете имени Людвига и Максимилиана, предпочитала романтические фильмы и – совсем как я – с первого же попадания в Закулисье внимательно всё исследовала в новом мире. Наши истории из параллельного измерения были удивительно похожи, хотя в Реальности у нас оказались совершенно разные интересы и вкусы.

Насчёт того, что кто-то может занимать наши тела в Реальности, пока мы в Закулисье, Алекс ничего сказать не смогла, поскольку с таким не сталкивалась. Но она сочла эту мысль по-настоящему жуткой. Сама Алекс не замечала ничего подозрительного. Последний раз она переместилась в параллельное измерение три месяца назад. Поэтому она и не снимала теперь свой жилет с кучей карманов. Так всё необходимое для выживания снаряжение всегда было при ней на случай, если её снова неожиданно перебросит. У Алекс, к слову, был зелёный пояс по джиу-джитсу, и вообще она старалась держать себя в форме, что было сложно не заметить.

Девушка рассказала, что её каждый раз забрасывало на более сложный уровень. Точно, как меня. В последний раз она попала на Седьмой. Также она посчитала скорее везением, чем закономерностью, что мне до сих пор удавалось так быстро возвращаться в Реальность. Ей иногда требовалось больше десяти попыток, а бывало, приходилось бродить по уровням несколько недель и бороться за свою жизнь с существами, которые их населяли.

Солнце клонилось к закату, стало прохладнее. А мы по-прежнему взволнованно переговаривались – и обсудили ещё далеко не всё.

– Давай пойдём ко мне? – предложила Алекс. Должно быть, я в этот момент выглядел слегка неуверенно, потому что она весело рассмеялась: – Да не переживай так. Просто поболтаем.

Разумеется, я согласился: мне было очень интересно узнать как можно больше о её приключениях на разных уровнях и впечатлениях от увиденного. Она рассказывала гораздо больше, чем любой сайт в Интернете.

Через час мы сидели на крошечном балкончике на седьмом этаже дома постройки семидесятых и пили чай. Алекс жила в общежитии в районе Нойперлах. Места было не так много: комната, служившая одновременно гостиной и спальней, небольшая кухонная стойка и совсем малюсенькая душевая бледно-жёлтого цвета. Честно говоря, я представлял себе более практичный интерьер, если брать в расчёт её стиль одежды, а также частые перебросы в Закулисье. Но всё было очень мило и уютно: стены цвета лаванды, синий диван, одеяла с узором. А на столе – ваза со свежими полевыми цветами.

Оставшуюся часть вечера Алекс рассказывала, что с большим удовольствием носила бы другую одежду, что ей не то чтобы очень нравилось пять раз в неделю ходить на джиу-джитсу и тренироваться с утяжелителями. Только вот бесконечные и непредсказуемые перебросы в Закулисье не оставляли ей выбора. Из-за этого она даже перестала общаться со многими друзьями. Поначалу я восхищался тем, какая она сильная, выносливая, а ещё и столько знает о Закулисье. Но теперь я понял, что на самом деле она очень одинока, и мне стало её жаль.

Поздно вечером Алекс зевнула и сказала:

– Ну, думаю, на сегодня мы закончим. А завтра подумаем, как нам быть.

Я испуганно взглянул на часы.

– О нет! У меня же бронь на местной молодёжной турбазе. На входе наверняка уже никого нет, а я так и не получил ключ от комнаты.

– Нет проблем. Если хочешь, переночуй у меня, – предложила Алекс. – В шкафу есть надувной матрас и спальный мешок.

Я с облегчением поблагодарил её и невольно подумал: а что, если бы кровать была одна? И тут же мысленно отругал себя за это. Это же не свидание, а просто обсуждение серьёзной и потенциально смертельной общей проблемы. Обмен опытом, не более. К тому же она старше меня.

Мы стали готовиться ко сну. Когда я устроился на старом надувном матрасе, Алекс вышла из ванной и улеглась в кровать.

– Слушай, – сказал я. – А ты всегда так ложишься? Ну, то есть без жилета и снаряжения? Тебя никогда не перебрасывало, пока ты спишь?

– Что? Нет, подобного ещё не случалось, – ответила Алекс. – Даже не знаю, возможно ли вообще такое. Я обычно попадала в Закулисье из-за своей невнимательности или неосторожности, например, когда случайно врезалась в стену. А однажды сунулась в подвал, дверь которого, как позднее оказалось, была точкой входа.

Это меня успокоило, иначе я бы так и не сомкнул глаз.

Посреди ночи я проснулся от того, что на меня кто-то смотрит. Матрас просел, я открыл глаза и в свете луны разглядел сидящую рядом Алекс. Что происходит?

– Алекс, я… – прохрипел я.

В этот момент её ладони сомкнулись у меня на шее. Я начал задыхаться и в панике попытался освободиться, но её крепкие руки были точно клещи. Шансов не оставалось. Перед глазами уже плясали красные точки с хвостиками и звёздочки. Я никак не мог вдохнуть, кислород кончался. Я беспомощно размахивал руками, стараясь что-то схватить, и наконец сумел нащупать что-то твёрдое. Телефон! Все мои чувства практически притупились, и в глазах постепенно темнело. Собрав последние силы, я ударил Алекс по голове углом телефона. На мгновение хватка ослабла. Я захрипел, жадно вдохнул и попытался одновременно повернуться со спины на бок и, словно бык на родео, сбросить с себя Алекс. И мне это удалось! Она снова схватила меня, но я вывернулся и на четвереньках пополз к её кровати.

– Врёшь, не уйдёшь! – прошипела девушка и метнулась к кухонной стойке.

Я по-прежнему хватал ртом воздух и всё не мог подняться на ноги, которые меня не слушались. Пульс просто зашкаливал. А Алекс уже летела на меня с диким воплем. В лунном свете что-то блеснуло. Я машинально схватил с её кровати одеяло и накинул его на девушку, а сам отпрянул в сторону. Она покачнулась и с криком повалилась на матрас. Страшно воя и рыча, Алекс пыталась выбраться из-под одеяла. А я босиком помчался к входной двери.

Заперто! Хорошо хоть ключ искать не пришлось, он уже торчал в замке. Алекс же тем временем освободилась и снова с рёвом бросилась на меня. Дрожащими руками я повернул ключ. Дверь открылась.

До сих пор удивляюсь, как я успел, ведь счёт шёл на миллисекунды. Тем не менее я смог вытащить ключ, выскочить за дверь и захлопнуть её за собой, навалившись плечом. Оставшаяся в квартире Алекс колотила в дверь кулаками.

А я скорее запер её снаружи.

Она рычала и билась, словно бешеная фурия. Моё сердце чуть из груди не выпрыгнуло! Я стоял в коридоре общежития, выложенном бежевой плиткой, в одних боксерах и футболке. Никого из соседей Алекс будто не интересовало, что это за шум.

Что же делать? Ждать здесь или уйти? Но все мои вещи, кошелёк, паспорт и телефон остались в комнате. К тому же кто-то из жильцов в любой момент мог вызвать полицию. Немного подумав, я решил, что в одиночку не смогу ничего сделать, и направился к выходу. Кто знает, может, у Алекс есть второй ключ, она сможет выбраться и в очередной раз попытается меня атаковать?

Скрипучий лифт вёз меня вниз. Я вышел из дома и плюхнулся на скамейку у подъезда. Было холодно. И не только потому, что я сидел легко одетый на мокром камне. Теперь я был уверен, что с Алекс случилось то же самое, что и со мной в поезде. В её тело что-то вселилось, пока она спала. И это что-то попыталось меня убить.

Но почему? Оно же могло и дальше притворяться ею, как оно притворялось мной тогда у Криса. Этого я понять так и не смог. У меня закружилась голова. Оставалось лишь надеяться, что Алекс – настоящая Алекс – скоро отыщет выход из Закулисья и вернётся в Реальность. Тогда она снова станет собой. Но ведь могут пройти как минуты, так и часы, а то и дни. Или этого вовсе никогда не произойдёт, если она погибнет в Закулисье…

Вдруг открылась дверь подъезда.

– Марк? Эй, всё хорошо? – Вышла встревоженная Алекс. В пижаме, домашних тапочках и с влажными волосами. Она небрежно прислонилась к стене. Алекс потёрла виски. – Это ты меня по голове ударил? Может, объяснишь?

– Алекс! – Я попытался собраться. – Эм, а ты помнишь, как зовут моего лучшего друга?

– Конечно, помню! Крис, – ответила девушка.

Я расслабился. Настоящая! Значит, сущность, которая вселяется в тело, не перенимает знания этого самого тела. Тем лучше.

– Как же хорошо, что этот кошмар закончился! – Я бросился к Алекс и крепко её обнял.

– Ну-ну… Всё хорошо. Ничего страшного не случилось. – Она легонько оттолкнула меня. – Меня перебросило на Восьмой уровень, но теперь я вернулась. Там одни пещеры и довольно мрачно. А ещё куча монстров, которые не прочь напасть на всё, что движется. Особенно на тех, кто без оружия.

– Шутишь? – возмутился я. – Да ты на меня кинулась среди ночи!

– Ох ты… Правда, что ли? – Алекс тут же приняла серьёзный вид. – Поэтому дверь была заперта снаружи, а в квартире такой бардак?

– Да! – Алекс, похоже, думала, что её всего лишь в очередной раз перебросило. Вместе с телом, разумеется. – Ты была одержима! Как и я.

– Вот чёрт! – воскликнула девушка. – Если это правда и меня перебросило, пока я спала…

– …значит, у нас огромная проблема, – закончил я за неё.

Мы сидели в кафе. На столе перед нами лежали круассаны, тосты и яичница.

– Вот что я думаю, – проговорила Алекс и сделала глоток американо. – Надо поговорить с экспертом из Закулисья. В Реальности нам никто помочь не сможет.

Пожалуй, это было разумно, хотя затея мне не особо нравилась.

– Как насчёт Докса? – предложил я. – Биологи как раз хотели исследовать мою ДНК, может, уже выяснили что-то.

– Пожалуй, неплохая мысль, – кивнула Алекс.

– Но остаётся ещё одна серьёзная проблема, – заметил я и сделал глоток карамельного макиато. – Пока мы в Закулисье, наши тела занимают какие-то существа, и они могут навредить и нам, и окружающим.

– Значит, будем присматривать друг за другом, – решила Алекс. – Один из нас отправляется в Закулисье. Второй остаётся здесь. Вдруг удастся выяснить, чем или кем именно мы одержимы.

Мы долго смотрели друг на друга. Звучало, в общем, логично. Но кто именно пойдёт?

– По идее, в следующий раз я попаду на Третий уровень, – сказал я. – Оттуда мне нужно будет перебраться на Первый, чтобы поговорить с Доксом и биологами.

– Хм… А меня забросит на Девятый, – ответила Алекс. – Тёмные кварталы. Относительно безопасно, но ничего полезного там не узнать. Спускаться оттуда на нижние уровни будет трудно и утомительно. – Она помолчала. – Попасть бы на Одиннадцатый, в огромный Бесконечный город. В крайнем случае поищем там дружелюбных и мирных жителей. Например, ребят из Большой Исследовательской Группы. Лично мне они пока не вредили.

– До него всё равно сложнее добираться, – нахмурился я. – Значит, проще к биологам. Короткая спичка моя, – с иронией заметил я, хотя на самом деле мне было совсем не смешно.

Алекс начала меня готовить. Она дала мне свой супержилет и кучу ценных советов. Даже пистолет вручила. Я же ни разу не держал в руках настоящего оружия и уж тем более никогда не стрелял.

– Это предохранитель. А это курок, – объяснила она. – Не пугайся. Бабахнуть может громко, это да. Здесь двадцать патронов и вот ещё запасной магазин. Это тебе пригодится против самых злобных обитателей Закулисья. Гончих, безликих или враждебно настроенных людей, – закончила она.

Стрелять? Я в ужасе сглотнул.

– А Миндальной воды у тебя нет? – уточнил я, но Алекс пропустила мой вопрос мимо ушей.

– Забавно, но в Закулисье обычно перебрасывает со всем снаряжением, – заговорила она о другом. – Механизмы, в частности, там работают вполне неплохо, кроме разве что часовых, но забрать их обратно не получается. – Алекс пожала плечами. – Не знаю, почему так.

В итоге я взвалил себе на спину рюкзак с бутылкой воды, протеиновыми батончиками, ковриком, спальным мешком и другими полезными вещами. Примерно так же я представлял себе экспедицию по джунглям. Сравнение, в принципе, подходящее. Только вот обитатели Закулисья будут пострашнее тигров и питонов.

Алекс же раздобыла шокер, который мгновенно парализовывал электрическим разрядом, и стяжки. Так она планировала сдерживать сущность, которая захватит моё тело, когда меня перебросит в Закулисье.

– Теперь осталось найти вход, – заметил я, слабо улыбнувшись.

Рассуждать, конечно, было легко. Но если целенаправленно искать точку переброса, сделать это вовсе не просто. Мы обыскали подвал дома Алекс. Заглянули в шкафы и под кровать. Целое утро носились по окраинам Мюнхена. Обследовали старые заброшенные заводы и городские леса. Ничего!

– Вот не повезло! – воскликнул я, когда мы присели отдохнуть в лесу. Было около часа дня. – В пять у меня уже поезд обратно в Дюссельдорф.

– Тебя ведь перебрасывало и тогда, когда ты был в отключке? – задумалась Алекс.

– Ну да, – пожал плечами я.

– Ладно, – произнесла Алекс.

Последним, что я увидел, был её кулак. И у меня тут же потемнело в глазах.

Негромкое поскрипывание и электрический гул заставили меня подскочить от ужаса. Неужели снова Нулевой уровень? Не-е-ет, пожалуйста! Ну, по крайней мере, я там, где хотел оказаться, – в Закулисье. Метод болезненный, но гораздо более действенный, чем бегать по городу, стирая подошвы ботинок. Хотя так и здоровью недолго навредить. В следующий раз лучше просто выдвинемся на поиски пораньше.

Снаряжение, собранное Алекс, тоже переместилось вместе со мной. Я достал фонарик и огляделся. Неподалёку от меня гудел какой-то зловещий агрегат, но я так и не понял, для чего он. В дальнем конце комнаты в приглушённом свете угадывалась стальная дверь, обитая заклёпками. Я отправился к ней. Дверь открылась достаточно легко. За ней оказался узкий туннель с уклоном вниз, далеко в темноту уходили аккуратно проложенные электрические провода толщиной в палец. Обстановка была явно более современной, чем в помещении на Втором уровне со старыми паровыми трубами. Так вот как выглядит Третий!

Я уже говорил, как ненавижу тесные помещения? Нет, у меня не клаустрофобия, просто, если есть возможность не лезть в туннель, в котором можно легко застрять, я туда и не полезу. А когда я смотрел на этот, у меня возникало ощущение, что я оттуда не выберусь.

Чем дальше я спускался, тем ближе сходились стены. Или мне казалось? Но нет, я прополз метров пятьдесят и уже касался плечами боковых опор. Я не останавливался. Вскоре меня начало подташнивать. Когда-то я смотрел документальный фильм про спелеолога, который застрял между двумя скалами. Его тело нашли спустя несколько месяцев.

Однако другого выхода не было, и я полз дальше, зажав зубами фонарик и толкая перед собой набитый рюкзак. На лбу выступили капельки пота, но из-за тесноты я не мог его вытереть. Тут рюкзак выскользнул у меня из рук и исчез в темноте. Впереди была дыра. Держа фонарик в зубах, я пробрался к краю и посветил вниз. На дне, парой метров ниже, я разглядел рюкзак.

Сначала я благоразумно свесил ноги, потом осторожно начал спускаться, в итоге повис на руках, после чего спрыгнул. Мягкого приземления, однако, не вышло, и я покачнулся. С одной стороны коридора, в котором я оказался, была установлена решётка, словно в тюремной камере. Другую сторону освещали красные лампы, висевшие на потолке через каждые пару десятков метров. Между этими секциями царила непроглядная темнота. По стенам тянулись тонкие электрические провода и большие трубы, которые я видел на предыдущих уровнях.

Я намеревался найти дверь с табличкой «Выход», которая, возможно, вывела бы меня на Второй уровень, а оттуда я бы выбрался и на Первый.

Следующие несколько часов я безуспешно бродил по коридорам. Периодически из проводов вырывались зеленоватые струйки незнакомой жидкости, которые я осторожно обходил. За попадавшимися мне на пути дверями были электрические агрегаты и паровые машины, которые, казалось, не работали. В углу одной из комнат я нашёл пластиковый контейнер с белым желе. Это же Королевский паёк, о котором мне рассказывала Алекс. Очень сытный и вроде как вкусный. Я сунул контейнер в рюкзак. В другой комнате на полке стояли пластиковые бутылки, в которых, судя по запаху, была Миндальная вода.

Откуда тут всё это? Появилось из пустоты, словно я был в компьютерной игре. Я, случайно, не подопытная крыса в научном эксперименте? Может, неким высшим формам жизни, например, инопланетянам, доставляет удовольствие наблюдать за маленькими неуклюжими человечками, которые ищут выход и никак не могут его найти. Нет, глупости всё это! Это не эксперимент и не игра, а параллельное измерение с жуткими смертоносными существами.

Когда я вышел из комнаты обратно в тёмный узкий коридор, послышался едва уловимый шелест, будто бабочка крыльями трепещет. Такого звука здесь я ещё не слышал. Я посветил в ту сторону фонариком, вытащил пистолет и снял его с предохранителя, как меня учила Алекс. На этот раз я готов ко всему. Будто в триллере, я держал в одной руке фонарик, в другой – оружие и крался дальше. По нарастающему шуму можно было предположить, что неподалёку слетелась целая стайка бабочек. Вдруг мне показалось, что звук раздаётся сзади. Я быстро оглянулся, и несколько крошечных мотыльков с длинными шупальцами тут же метнулись прочь, неуклюже ударяясь о стеклянные лампы.

И тут из темноты на меня брызнула зелёная жидкость. Она попала на одежду и тыльную сторону руки.

– Ай! – вскрикнул я.

Жгло точно огнём! Я попытался побыстрее всё вытереть, развернулся на пятках и бросился бежать дальше по коридору, игнорируя ноющую боль в руках, то и дело сворачивая, чтобы сбить преследователей с толку.

Звук трепещущих крыльев снова усилился. С каждой секундой он становился всё громче и громче – а ещё приближался. Уже не маленькие мотыльки, а скорее крупные птицы! Снова брызнула зелёная жидкость, попав в этот раз на провода слева от меня. Раздалось шипение, и вверх взмыли едкие пары. Да это кислота! Пора уносить ноги!

Выключать фонарик было нельзя, иначе я бы остался в кромешной тьме и непременно бы во что-нибудь врезался. Но вскоре коридор выровнялся, поэтому я решил рискнуть и дальше побежал в потёмках. Возможно, это дало мне фору. Периодически я останавливался и на пару секунд снова включал фонарик, чтобы сориентироваться и случайно не потеряться. Похоже, моя стратегия увенчалась успехом: я оторвался, но трепетание крыльев, хоть и стало тише, никуда не исчезло.

На Т-образном перекрёстке я остановился и быстро посветил сначала в одну сторону, потом в другую.

Слева оказалась автоматическая дверь, которая невероятно быстро и с грохотом то открывалась, то снова закрывалась. Может, попробовать проскочить? Шансы на успех были ничтожно малы. А справа располагался лифт, выкрашенный в латунный цвет.

Таблички «Выход» не было ни там, ни там! Но вот в лифте мне будет, пожалуй, безопаснее: меня не расплющит и не обрызгает кислотой. По крайней мере, хотелось бы на это надеяться. Итак, я сделал выбор и побежал направо. Добежав, я с силой ударил по большой кнопке вызова. Двери открылись. Дрожащими руками я выключил фонарик, чтобы не привлекать лишнее внимание.

Лифтовая кабина, отделанная латунью и увешанная зеркалами, была хорошо освещена, и свет из неё попадал и в коридор. Я скорее шагнул внутрь, прижался спиной к стене и начал в панике искать кнопку, закрывающую двери. Нужная обнаружилась на дальней панели кабины, и я надавил на неё большим пальцем. Спешил я не зря: первые мотыльки уже залетели в лифт и облепили светильник на потолке. Наконец створки лифта стали медленно бесшумно закрываться. Я успел разглядеть несущихся на меня существ. Отнюдь не безобидные крошки-мотыльки, это были бабочки размером с человеческую голову, серые, мохнатые, со зловещими миндалевидными глазками и длинными усиками, похожими на антенны. Сквозь щель между створками брызнула зелёная кислота и начала расползаться по полу. Я в панике прижался к стене, чтобы на меня снова случайно не попало. Тут двери наконец-то закрылись, и кабина поехала вверх.

Будучи не в состоянии думать о чём-либо ещё, я взял пластиковую бутылку с Миндальной водой и смочил целительной жидкостью обожжённые руки. Холодная вода тут же смягчила боль, и раны стали на глазах заживать. Кое-где остались красные пятна, а где-то даже вздулись волдыри, но пальцы работали.

Кислотная лужа источала мерзкий запах и разъедала ковровое покрытие. Только сейчас я решил спокойно оглядеться в кабине.

Оказалось, в лифте была всего одна кнопка. И, судя по надписи на ней, вёз он меня в некую Оранжерею.

Двери лифта с тихим щелчком открылись. Из широко распахнутых окон напротив него струился мягкий солнечный свет, отражаясь от серой плитки справа от меня. Тёплый ветерок доносил в кабину сладковатый цветочный аромат. Некоторое время я рассматривал море цветов, похожих на розовые облака во время заката.

Затем я осторожно шагнул из кабины, держа наготове оружие, и огляделся по сторонам. В свете последних событий нужно постоянно быть начеку. Слева от меня на аккуратных клумбах росло знакомое растение – многолетник. Яркие цветы с широкими чашечками, кусты с закрученными листьями, сочная зелёная трава по колено. Но мурашки по коже бежали вовсе не из-за этого. В месте, где растёт много цветов, должны быть и пчёлы, и бабочки, а может, даже птицы. А их не было. Только шелестел ветер.

Я достал смартфон и поискал скопированную из Интернета статью. Ага, я был прав, это Оранжерея, Девятьсот тридцать первый уровень. И монстров здесь нет. Впрочем, этой информации я не очень доверял, поскольку на собственном опыте уже не раз убеждался, что на сайте часто пишут одно, а в действительности сталкиваешься совсем с другим. К счастью, в рюкзаке у меня лежали три бутылки Миндальной воды, которая помогала в том числе против галлюцинаций, если обстановка вокруг оказалась бы лишь иллюзией. Я сделал большой глоток и отправился искать выход на Одиннадцатый уровень – именно туда, если верить статье, можно попасть отсюда.

Я долго бродил вдоль окон без особой цели, опасаясь приближаться к растениям, – чувствовал, что может произойти беда. Также я старался избегать прямых солнечных лучей, как и рекомендовал автор статьи. Кстати, удивительно, но, несмотря на то, что внешний фасад Оранжереи образовывал полуокружность, угол наклона лучей не менялся.

Через пару часов мне стало не по себе: я стал подозревать, что проход на нижние этажи находился за клумбами. Я выпил ещё немного Миндальной воды и повернул к центру Оранжереи, если можно было это так назвать. В Закулисье были свои правила и закономерности, не такие как в Реальности. И компас, лежавший в кармане жилета Алекс, здесь не работал. Поэтому я просто старался держаться дальше от окон. А ещё не сходить с дорожек и не трогать растения. До определённого момента мне это удавалось.

Но потом я случайно коснулся листа, скрученного словно штопор. Тыльную сторону ладони тут же пронзила жгучая боль, будто я дотронулся до крапивы. Ругаясь, я тотчас отдёрнул руку. Жжение быстро утихло, но ладонь начала неметь. Ой! Теперь и вторая рука будто горела. Это при том, что растения были достаточно далеко. Прижав обе руки к груди, я с ужасом увидел, что листья-штопоры тянутся ко мне!

Онемение быстро распространялось, не только по ладоням, но и выше, по запястьям и предплечьям. Дело плохо! Я скорее побежал к траве и нащупал в рюкзаке бутылки с Миндальной водой, хотя рук уже почти не чувствовал. Одна бутылка упала на траву. Я кое-как схватил вторую, открутил зубами крышку и выплеснул на повреждённую кожу. Чувствительность постепенно возвращалась. Да, эта водичка творит настоящие чудеса! Правда, от вскочивших на коже волдырей она так и не помогла. Видимо, нужно больше времени. Покопавшись в своём снаряжении, я нашёл пару тонких кожаных перчаток с длинными манжетами и надел их. Ну да, знать бы, где упасть… Теперь оставались не защищены только голова и лицо.

Я уже собрался идти дальше, но… мои ноги будто застряли! Не одно, так другое! Я не мог поднять ступню ни на миллиметр. Чтобы выяснить, что происходит, я отодвинул траву в сторону. Отдельные травинки обвились вокруг моих лодыжек точно верёвки. Сохранять равновесие было проблематично, поэтому я скинул рюкзак со спины и ножом начал резать цепкие побеги. Это сработало. Травинки, к счастью, двигались крайне медленно. Через пару минут я освободил и ноги, и снаряжение, которые успели опутать стебли, после чего, кряхтя и обливаясь по́том, перебрался на мощёную дорожку. Листья-штопоры по-прежнему тянулись ко мне, но я не обращал на них внимания.

Я продолжил искать выход, но мне всё время попадались одинаковые клумбы. Неужели я хожу кругами? Вроде столько километров уже намотал… Окон с этой позиции было не видно, но дорожки с растениями тянулись бесконечно. Возвращаться бессмысленно, да и непонятно, в какую сторону идти. Я всерьёз начал беспокоиться. У меня оставалась всего одна бутылка Миндальной воды, и я невольно подумал о галлюцинациях, о которых предупреждали в статье.

Впереди что-то зашуршало. Но всё это время незнакомые существа мне не встречались. Я медленно присел и затаил дыхание. Звук повторился. Словно кто-то стриг траву огромными ножницами для живой изгороди! Я отодвинул в сторону назойливые листья-штопоры, которые лезли к моему лицу, чтобы понять, кто или что издаёт эти звуки.

В двух клумбах от меня стоял безликий, обвитый, точно мумия, зелёно-коричневыми тканевыми полосками. Не закрыто было только «лицо» без глаз, носа и рта. Он сосредоточенно срезал цветы со стеблей и укладывал их в широкую кожаную сумку, висевшую у него на плече. Она была почти доверху забита этими цветами.

Слева и справа слышались похожие звуки. Ещё «садовники»? Скорее всего, выход с уровня где-то неподалёку. Но вот обойти эту компанию было не так-то просто. Особенно если они вдруг решат отвлечься от сбора странного урожая. Поэтому я решил выждать.

Через несколько минут безликий передо мной закончил работу, медленно вышел на дорожку и зашагал по ней. Под его ногами перекатывался гравий. Сейчас или никогда! Пригнувшись, я последовал за ним. Разумеется, держался я на расстоянии, чтобы он меня слышал, но не видел.

В какой-то момент я зазевался, и лист-штопор полоснул меня по левой щеке. Тотчас начало распространяться жжение, на глаза навернулись слёзы, но я сжал зубы и, не обращая внимания на то, что часть лица постепенно немеет, двинулся дальше. Нельзя потерять безликого из виду!

Утирая слёзы, я добрался до последней грядки. Передо мной простиралась площадка, выложенная плиткой из чёрного сланца. Шагов через двадцать она ограничивалась стеной того же цвета. В этот момент безликий исчез в открывшемся проходе с фиолетовым светом. Я лихорадочно огляделся. Больше «садовников» поблизости не наблюдалось. Я скорее пересёк площадку и прижался спиной к стене. Снова покосился на грядки и увидел, что в мою сторону направляются ещё двое безликих с полными сумками цветов.

Шаги первого «садовника» были не слышны, может, потому что его ступни обтянуты плотной мягкой тканью. Мне не оставалось ничего другого, кроме как глубоко вдохнуть и скользнуть в фиолетовый коридор. Это был изогнутый спиралью пандус, ведущий вглубь здания. Казалось, фиолетовое свечение исходит прямо от стен. Я надеялся, что благодаря уклону я успею уйти вперёд и другие безликие меня не заметят. Щека по-прежнему горела, шея и плечи тоже начали неметь, но мне было не до этого. Важнее не отстать от безликого, который шёл впереди, и не попасться тем двум, оставшимся позади.

Я прошёл по этому пандусу, наверное, два или три полных круга и оказался в большой комнате с низким потолком. Передо мной оказалось пять открытых проходов, рядом с которыми колыхались лилово-розовые облачка. Облако перед правым крайним проходом было не таким густым. Наверное, в этот проход только что зашёл безликий, остальные облачка оставались неизменными.

Я не знал, что делать. Кажется, в статье упоминалось что-то о пяти проходах. И на нижние уровни вёл средний. А остальные – в Пустоту. Но я был убеждён, что безликий воспользовался правым проходом. Куда же пойти мне? Времени на размышления не оставалось – в любой момент могли появиться остальные безликие. И я решил положиться на своё чутьё и направился к правому проходу.

На пороге я чуть задержался, собрался с духом – и прыгнул.

Я приземлился в тёмной пещере неизвестного мне уровня. Однозначно это был не один из нижних подуровней Оранжереи. На необработанных серых гранитных стенах скопилась влага. Эхо падающих капель смешивалось с электрическим гудением и перестуком работающего механизма. Пахло плесенью и химикатами. Вокруг простирался зал, потолок которого поддерживали большие каменные колонны. Я взглянул вверх, но ничего не увидел. От стен же отражался слабо пульсирующий фиолетовый свет.

Времени рассматривать новую локацию не было, и я поспешно нырнул в тень за скалистую стену. И очень вовремя! Двое безликих бесшумно вышли из прохода и, пройдя метрах в десяти от меня, направились в центр зала. Вскоре они скрылись из виду: обзор мне загораживала скала.

Пульс постепенно выравнивался. Я достал из рюкзака Миндальную воду и умылся ею. Жжение постепенно прекратилось, чувствительность снова вернулась. Но вот вода закончилась…

Движимый любопытством, я опустился вниз и пополз вперёд по влажным камням, чтобы выяснить, куда так тянуло безликих. Когда я выглянул из-за скалы, у меня перехватило дыхание.

Чего там только не было! Множество колб, толстые трубки, электрические провода, стеклянные пробирки с лиловой жидкостью и металлические пластины, казалось, размером с дом. Я пересчитал безликих у огромной машины – около двенадцати. Они стояли и сидели на отдельных платформах, дёргали рычаги, нажимали на кнопки, но закономерности в их действиях будто не было. Пульсирующее фиолетовое свечение исходило от напоминающего лазер луча диаметром примерно в метр, который уходил вертикально в потолок. К моему удивлению, потолок оказался не каменным. Наверху колыхались лилово-розовые облака Пустоты. Каждые десять-двадцать секунд на крыше машины появлялось нечто вроде энергетического шара, который нёсся вверх по лучу и бесследно пропадал в облаке.

На полу пещеры сидели ещё около двадцати безликих. Это были такие же «садовники», как и те, которых я видел в Оранжерее. Они по очереди выгружали содержимое своих сумок в воронки машины. Похоже, разноцветные бутоны являлись топливом для этого агрегата. Вокруг раздавался оглушительный шум.

Я думал, что странности на сегодня уже закончились, но ошибся. Из нижних проходов вышли ещё несколько безликих, которые показались мне семьёй: два высоких существа, одно чуть пониже ростом и одно совсем маленькое. Они медленно, даже торжественно приблизились к машине. Один из «родителей» шагнул в круглую клетку. Он долго держал детей за руки, похоже, прощаясь с ними. И в следующий миг моя догадка подтвердилась.

Ударила ярко-фиолетовая молния, после послышался грохот, напоминающий удар грома, который разнёсся по всей пещере. Безликий испарился, в клетке осталась лишь горстка пепла, которую разметал случайный порыв воздуха. На лазерном луче появился шарик, который вскоре исчез в облаках на потолке. То же самое сделали и три оставшихся «члена семьи», и каждый раз вверх взмывал энергетический шар. Спустя несколько минут к клетке направилась ещё одна группа из трёх взрослых безликих. До чего же это жутко выглядело… Какое разумное существо добровольно согласится на подобное?

А безликие, какими бы странными ни казались их действия, до сих пор вели себя вполне разумно, почти как люди. Я отполз назад в своё укрытие, чтобы обдумать только что увиденное.

Для чего эта машина? Что могло бы, например, меня заставить пойти на такой шаг?

Пожалуй, причина была бы всего одна: если бы я чувствовал полное отчаяние, утратил бы всякую надежду, и мне бы вдобавок пообещали, что после этого у меня наступит лучшая жизнь.

Точно! Они отправляются в новую, более приятную жизнь в другом измерении. В нашем измерении. Безликие занимают тела людей, которых, к несчастью, забросило в Закулисье. И, в отличие от меня, большинство попаданцев оставались здесь навсегда или погибали, а их тела в Реальности были заняты другими существами, и никто не замечал подмены. И всё это проворачивали безликие!

Вывод напрашивался такой: эту жуткую машину нужно уничтожить! Но один я точно не справлюсь. Биологи мне, скорее всего, не помогут… Значит, нужно найти других переместившихся в Закулисье и убедить их помочь. И это единственная возможность.

Легко сказать, вот только до сих пор я не встречал людей на других уровнях. Больше всего шансов найти союзников, пожалуй, на Одиннадцатом, в Бесконечном городе. Там, если верить Алекс, живут тысячи людей. Но всё усложняется тем, что я не знал, куда перешёл с Оранжереи. Безликие беспрепятственно перемещались по переходам, значит, они работают в обоих направлениях. Я решил вернуться по тому же коридору, через который прошёл сюда, а затем воспользоваться воротами в центре Оранжереи и выйти на её нижний подуровень. В статье писали, что оттуда можно переместиться на Одиннадцатый уровень в Бесконечный город.

Я съел протеиновый батончик, снова вытащил пистолет и поскорее собрал вещи. Оружие в моей руке казалось очень тяжёлым. Стал бы я стрелять? Монстры ли на самом деле безликие или похожи на нас, людей? Даже если они построили и используют эту машину для перемещений… Внутри теплилась надежда, что, если я вдруг случайно столкнусь с одним из существ, оно мне не навредит. И всё равно я не убрал пистолет в рюкзак. Я немного подождал, пока ещё один безликий выйдет из нужного мне коридора, и, прячась за скалой, направился к нему. Когда безликий уже был на полпути к машине, я бросился к выходу и запетлял по коридору.

И вдруг я врезался в безликого, который как раз направлялся в пещеру. Мы оба упали на пол в комнате с пятью светящимися переходами. Из его сумки на чёрную плитку посыпались цветы. Я же выронил пистолет, и он исчез во второй арке среди лилово-розовых облаков. О нет! Я оправился от удивления быстрее, чем существо, вскочил на ноги и рванул к среднему переходу.

Всё вокруг изменилось. Я мчался по узкому выступу мимо небольших клумб. Слева от меня была огромная бетонная стена башни. Справа – широкие незастеклённые оконные проёмы, из которых виднелись розовые облака утреннего восхода. А вдали возвышались шпили небоскрёбов и высоток, так что казалось, будто город парит над облаками. Солнце освещало клумбы, а я тем временем замедлялся, пока наконец не остановился.

Вид был захватывающий, отдельные солнечные лучи преломлялись в зеркальных фасадах зданий далёкого города. Облака покачивались, точно море мягкой сахарной ваты, и уже касались края оконного проёма, который доходил до самого пола. Мягкие с виду, но достаточно стабильные тучки не растворялись со временем. Они будто приглашали на прогулку в город вдалеке. Как, должно быть, приятно лечь на такое облако и просто плыть. И ни о чём не думать.

Тут меня что-то больно кольнуло в бедро. Кто-то обхватил меня сзади, и мы вместе упали на твёрдую плитку буквально в паре шагов от оконного проёма. Оказывается, я, сам того не замечая, опасно приблизился к нему, ведомый солнечным светом и лиловыми облаками. Рядом со мной лежал безликий. Похоже, это тот самый, с которым я столкнулся недавно в переходе. В панике я пополз от него прочь, стараясь при этом не попадать под солнечные лучи.

Он поднял руки и развернул их ладонями ко мне, показывая, что безоружен, а после встал. Я остановился и повторил его жест. У меня появилась возможность разглядеть этого «садовника» лучше. Как и безликие из Оранжереи, он был одет в разноцветное тряпьё, точно мумия, а на плече у него висела практически пустая кожаная сумка. Безликий был на полголовы ниже меня, может, ребёнок или подросток? В любом случае, он только что спас мне жизнь, ведь без него я под гипнотическим влиянием солнца сорвался бы в Пустоту.

– Эм… Спасибо, что помог мне, – нерешительно сказал я.

Безликий покачал головой – он не понял меня. Тогда я повторил то же самое по-английски.

На сей раз он кивнул и начал что-то объяснять жестами, которые я бы никогда не повторил.

– Извини, не понимаю, – теперь я покачал головой. Должно быть, это язык жестов, но я его не знал.

Безликий изобразил, будто что-то пишет на руке. Я порылся в кармане жилета, достал блокнот и ручку и протянул ему.

«Тут опасно. Тебе надо уходить. И быстро!» – написал он корявым почерком по-английски.

– Почему ты помогаешь мне? – спросил я.

«Машины не должно существовать. – Безликий прервался и, склонив голову набок, прислушался. – Уходи. НЕМЕДЛЕННО! Другие вот-вот будут здесь».

Он потянул меня за руку вперёд, и я последовал за ним. Мы почти бежали, пробираясь вдоль бетонной стены. Казалось, что я уже слышу приближающиеся шаги, но, наверное, это было просто эхо. Примерно через пятьсот метров безликий остановился. В стене виднелась узкая вентиляционная шахта. Это выход на Одиннадцатый уровень? Нет, безликий указал на сливную решётку рядом и отодвинул её.

– Но разве на Одиннадцатый уровень проход не через вентиляцию? – уточнил я.

Безликий занервничал и лихорадочно нацарапал в блокноте следующее: «На Одиннадцатом много наших. Тебе надо на Девятый. ПОСПЕШИ!!!»

Я до сих пор не понял, что мне грозило при встрече с другими безликими, но этот уже помог мне однажды. Поэтому я доверился его словам и скорее полез в канализацию, которая должна была вывести меня на Девятый уровень.

Эффект, конечно, просто потрясающий – вот ты карабкаешься по мрачной зловонной клоаке, а в следующую секунду уже шагаешь по заброшенной улице американского пригорода. Но облегчения я не почувствовал, особенно если учитывать, что в Оранжерее было относительно безопасно. Меня ужасно беспокоило то, что я выяснил. В Закулисье существовала специальная машина, которая, судя по всему, испепеляла безликих, а потом отправляла… Да, а что именно она отправляла? Их души? Жизненную энергию? В общем, отправляла это в Реальность, чтобы они занимали тела людей, застрявших в Закулисье.

Мысли кружились у меня в голове, пока я брёл по дороге мимо неосвещённых маленьких домиков с засохшими газонами и пустыми гаражами. Здесь, похоже, недавно прошёл дождь, дорога была ещё мокрой. Светили редкие фонари. Я сжимал в одной руке длинный нож, в другой – тяжёлый фонарь. Пожалуй, сейчас пригодился бы пистолет. Большинство фонарей вдоль дороги не горели или мигали, отбрасывая причудливые тени. Казалось, что широкая, чёрная, как смоль, дорога – это огромный океан, а бледно-жёлтые пятна света – маленькие островки в нём. Мне почудилось в темноте движение, но, когда я направил в ту сторону фонарик, там не оказалось ничего, кроме поникших кустов, старых мусорных баков и забытых детских игрушек. Вдали всё слышались отдельные выстрелы и вой полицейских сирен.

Это мне напомнило один наш семейный отпуск, которых было не так уж много. Инициатором стала мама, которой всегда хотелось новых впечатлений. В тот раз мы – вопреки обычным путешествиям – отправились дальше Голландии. А точнее, в Майами. Мама была в восторге. Папе всё категорически не нравилось. Он постоянно проверял, закрыты ли двери в машине, и настаивал, чтобы мы ездили только в «безопасные места, где много народу»: на общественный пляж, в переполненные торговые центры или известные парки развлечений. Однажды мы слишком рано свернули с главной дороги и попали в квартал, похожий на этот. Заброшенные дома, на улицах много весёлых галдящих компаний, где-то в отдалении слышны полицейские сирены. В общем, больше мы так далеко не ездили.

Пустой пригород, по которому я шёл, всё же отличался от Майами. Заброшенный и мёртвый на первый взгляд, он, скорее всего, кишел мерзкими существами, которые в любой момент могли выскочить из-за угла. Я, конечно, надеялся до этого столкновения встретить людей, которые руководят местным аванпостом, хотя и не знал точно, есть ли он здесь. Зато дружелюбный безликий был убеждён, что союзники на этом уровне найдутся.

Вдруг справа от меня разбилось стекло. Я тут же направил фонарик в ту сторону, сердце бешено колотилось. Из дома доносились женские крики, а ещё слышался рычащий мужской голос, слов я разобрать так и не смог. Но у этого дома ведь совершенно нежилой вид! Я снова пожалел, что у меня при себе больше нет пистолета. Пригнувшись, я по дорожке прокрался к подъезду. Раз тут живут люди и кому-то нужна помощь, я просто не могу пройти мимо! У закрытой двери я разобрал несколько слов на английском: «…в покое… ах ты… подожди у меня».

Не давая себе времени на раздумья, я дрожащей рукой нажал на звонок. Вдруг этого будет достаточно, чтобы спорщики хотя бы отошли друг от друга. Звонок не работал. Ну да, электричества же нет. Может, постучать? А как иначе, раз звонить бесполезно? Я несколько раз стукнул ручкой ножа по двери. Ответа не было. Внутри же, похоже, с громким треском что-то сломали. Обстановка накалялась, а я ничем не мог помочь. Я повернул ручку – закрыто. Как делают герои фильмов? Я отошёл от двери, повернулся к ней боком и ударил ногой по ручке. Ай, больно! Ручка отвалилась, а дверь так и осталась закрытой. Надо поискать другой вход.

Здесь же разбиты окна! Я убрал нож и снова выбежал на улицу. У окна я достал фонарик, чтобы убрать остатки стекла из рамы. Вскоре я со стоном перевалился через край рамы и пополз по тёмной комнате. Кровать с балдахином, тушь, помада, мягкая игрушка-котёнок с удивительно живыми глазами, плакат с музыкальной группой. Всё было очень старым. Словом, типичная комната девочки-подростка пару десятилетий назад.

Шум доносился из соседней комнаты. Так, пора поспешить. Затаив дыхание, я выглянул из-за угла. В комнате, конечно же, не горел свет, но различить силуэты дерущихся было можно. Один человек с силой толкнул другого, так, что тот пролетел через всю комнату. Что-то разбилось. А затем какой-то крупный предмет пролетел в ту же сторону.

– Эй! А ну прекрати! – крикнул я, направляя фонарик в комнату.

В резко очерченном конусе света показался тощий небритый мужчина лет сорока, его взгляд был совершенно безумным. Он посмотрел на меня исподлобья, на ощупь схватил вазу позади себя и швырнул в мою сторону. Я быстро пригнулся. Ваза разбилась о стену, пролетев там, где только что была моя голова. Сумасшедший заревел и бросился на меня. Он кулаком ударил меня в подбородок, и я упал набок, почувствовав вкус крови во рту. На меня посыпались удары. Воздуха не хватало, и я сжался в комочек, пытаясь защитить голову. А перед глазами уже мелькали красные точки и звёздочки, и я молился, чтобы это поскорее закончилось.

Внезапно всё стихло. Я медленно открыл слезящиеся глаза – и вздрогнул от испуга. Безумный лежал рядом без сознания. Я в панике попытался подняться, но мне не удалось, и я пополз вперёд, сел у комода и оглядел разгромленную комнату. Всё тело ломило.

– Всё хорошо. Мы справились, – услышал я запыхавшийся женский голос. Ей, похоже, тоже нужно было восстановить дыхание.

Я недоверчиво уставился на фонарик, которым мне светили в лицо. А голос-то был знакомый. И говорила девушка по-немецки.

– Привет… Это я! – Она поставила фонарик на пол, и я узнал… Алекс!

– Что… как… Ты?! – удивился я.

У меня даже голова закружилась. Вот это встреча!.. Сказать, что я был поражён, – не сказать ничего.

– Да. Спасибо, что помог мне, – поблагодарила Алекс.

– Что ты здесь делаешь? – спросил я.

– Позже объясню. Сейчас надо обработать твои раны, – произнесла она.

– А он… Ты его… – Я покосился на безумного.

– Нет. Конечно, нет! Вырубила на время, вот и всё.

Алекс помогла мне встать, промыла раны и Миндальной Водой. Мне стало гораздо легче благодаря этому чудо-средству. Вскоре я даже смог подняться на ноги. Сильно болело ребро, но остальные раны потихоньку заживали. Алекс тем временем связала напавшего на нас парня.

– Знаешь, кто это? – спросил я, кивая на него.

– Нет, без понятия, – покачала головой она. – Должно быть, бедная душа, которая застряла на этом уровне вечность назад. Он напал на меня, словно дикарь, пока я искала тут снаряжение. Я пыталась успокоить его словами, но толку было мало. Похоже, он совсем разум потерял. И боли будто не чувствовал, а с каждым ударом становился только сильнее. Он чуть не прикончил тебя.

Об этом я предпочитал не думать.

– Ну, так как ты сюда попала? – снова уточнил я.

Алекс помолчала, подбирая слова.

– Стоило тебе вырубиться в лесу, тебя тут же как подменили, – начала девушка. – Словно существо сразу захватило твоё тело. Оно говорило по-немецки твоим голосом. Но… Это точно был не ты.

– И почему ты пришла сюда?

– Я поговорила с тобой… ну то есть с этим… с ним. И я поняла, что дело тут ой как нечисто, – ухмыльнулась Алекс. – Он искал свою семью. Наверное, обычный подросток. Напуганный, растерянный, сбитый с толку, – Она перевела дыхание. – И я решила сама отправиться в Закулисье, чтобы помочь тебе найти решение этой проблемы. Меня забросило на Девятый уровень.

– А что с твоим телом? – спросил я.

– В нём сейчас кто-то другой. Он наверняка ходит по городу. Это ужасно, но у меня не было выбора. Не могла же я связать и саму себя. Но и остаться я не могла – вдруг ты не выбрался бы из Закулисья? Надеюсь, что сущность не навредит моему телу. Она хочет жить. И тот, кто занял твоё тело, – тоже. Поэтому я его и отпустила.

– Что-о-о?! – завопил я.

– Прости, но это был единственный выход, – повесила голову Алекс. – Теперь у нас достаточно времени, чтобы найти решение. Иначе мы так и не узнаем, как остановить перемещение между Реальностью и Закулисьем. Мы оба относительно быстро возвращаемся обратно в наш мир. Долго ли так будет продолжаться и как будет на этот раз… Время покажет. Могут пройти часы, дни, а то и недели. В самом худшем случае нас сочтут ненормальными. Это мы узнаем, когда вернёмся.

Логика в этом, безусловно, была, хотя она мне не очень нравилась. Но сейчас уже поздно что-либо менять.

– Ну ладно, – вздохнул я. – Кажется, я нашёл причину нашей проблемы и знаю, как её решить.

Я кратко описал Алекс машину, которую видел в Оранжерее, и озвучил своё предположение, что безликие с помощью неё перемещаются в тела людей, которых против их воли перебросило в Закулисье. А вот о безликом, который спас мне жизнь, я умолчал: побоялся, что Алекс мне не поверит. Во время моего рассказа она задавала много вопросов, а в конце сказала:

– Я думаю, ты прав. С помощью этой машины безликие занимают тела людей, как только те оказываются в Закулисье. Надо действовать!

– А я о чём! Уничтожим её! Но нам понадобится помощь.

– Хм… На Одиннадцатом уровне в Бесконечном городе живут тысячи людей. Заглянем туда и, возможно, найдём союзников, например, в Большой Исследовательской Группе. На сайте было сказано, что попасть туда можно, ориентируясь по указателям со стрелками.

– Звучит довольно просто, – заметил я. – Ну тогда вперёд! Подумаешь, всего-то триста километров пробежать. Ну или четыреста.

– Тебе не кажется, что мы уже должны выйти на Одиннадцатый уровень? – спросил я неутомимо шагающую вперёд Алекс.

– Марк, ты меня сто раз об этом спросил. – В её голосе послышались нотки раздражения, которых не было в начале нашего бесконечного путешествия. – И это только за сегодня. Может, мы выйдем туда через пять минут, а может, только через пять дней, пять недель или вообще никогда. Мы всё это время следовали указателям, значит, когда-то это произойдёт.

– Хм… Но плакат с изогнутой стрелочкой и рекламой парикмахерской для собак ты почему-то не посчитала.

– Потому что это был не указатель, а реклама, – закатила глаза Алекс.

– А как же указатель на барахолку? Это ведь точно был указатель, – не отступал я.

– Но не дорожный!

– А кто сказал, что ориентироваться надо только на дорожные?

– Марк! Хватит уже! – закричала Алекс. – Идём по дорожным указателям. Точка.

– Ладно, ладно. Просто…

– Умолкни! – Она вдруг резко остановилась. Я уже привык доверять её инстинктам. Вокруг нас по мокрому асфальту стелились тонкие клубы тумана. Постепенно на дороге образовывался иней, и с наших губ начали слетать облачка пара.

– Ох. Что тут творится? – спросил я и подул на руки, чтобы согреть их.

– Т-с-с.

Алекс, пригнувшись, медленно двинулась дальше. Вдали слышался вой ветра, точно надвигалась буря. Будь мы в обычном пригороде, это не казалось бы чем-то ненормальным. Но на этом уровне погоды как таковой не существовало в принципе.

– Давай-ка поторопимся, – скомандовала Алекс. – Что бы это ни было, это явно не к добру.

Мы бежали сквозь туман, стараясь не поскользнуться на замёрзших участках дороги.

– Ты не вспомнила, что это? – спросил я, едва дыша от быстрого бега.

– Нет, я о таком не читала. Не замедляйся. Беги!

Я уже устал, зато мышцы через пару минут согрелись. Туман сгущался, и вот мы уже едва могли разглядеть, что происходит в ста метрах от нас. Вой же всё нарастал. Эти пронзительные звуки невольно заставили меня ускориться. Не останавливаясь, я бросил беглый взгляд через плечо. Шум явно доносился оттуда. Ох, лучше бы я не оглядывался. В животе похолодело, а пульс теперь просто зашкаливал.

– Алекс, не оглядывайся! Беги! – Я ускорился, насколько мог.

– Что?! – Она оглянулась и тоже ринулась за мной.

До сих пор я ничего страшнее не видел. Короткое чёрное тельце, как у насекомого, а голова – как у человека. Существо ловко переползало с крыши на крышу при помощи своих метровых щупалец, которые походили на тонких полупрозрачных угрей.

– Скорее! – кричала Алекс. – Оно нас догоняет!

У меня уже горели ноги, но я продолжал бежать. Сражаться с таким чудовищем бессмысленно, у нас не было ни единого шанса. Оно бы нас обоих одним щупальцем играючи расплющило. В дома забегать тоже нельзя, так мы оказались бы в ловушке. Оставалось только бежать – это единственное спасение. Алекс обогнала меня, и не отстать от неё было трудно. Я просто не мог долго держать такой темп. Как там говорится? Не будь быстрее тигра, будь быстрее других? Проклятье.

Я потерял Алекс из виду и теперь на бегу в панике оглядывался по сторонам. Гибкие щупальца монстра скользили по крышам, подъездным дорожкам и мусорным бакам, казалось, они обгоняли друг друга в бешеном танце. Передние уже оказались в десяти шагах от меня. Просто удивительно, какие способности открываются у человека в экстремальной ситуации. Мне снова удалось ускориться и увеличить разрыв.

Но тут я поскользнулся. Сделав пируэт, я упал на спину, сильно ударившись. Я попытался ползти по покрытой инеем земле. Щупальце дёрнулось вперёд и обвилось вокруг моей лодыжки.

Внезапно я перестал скользить, дальше асфальт был сухим. Я порвал брюки и оцарапал кожу. Закричав от боли, я понял, что лежу в переулке, пытаясь восстановить дыхание. По обеим сторонам от меня высились многоэтажные жилые здания с железными пожарными лестницами. Между ними виднелся краешек голубого неба.

Рядом дёргался остаток оторванного щупальца дёргался, точно угорь на суше. Давление постепенно слабело, и вот щупальце обмякло, превратившись в слизь, пахнущую тухлой рыбой.

Только сейчас я осознал, что спасся. Живой – уже хорошо. Но я еле дышал, меня тошнило, и голова кружилась, а ноги были мягкие, как у куклы.

– Всё в порядке, Марк? – В трёх шагах от меня, уперевшись руками в колени, остановилась Алекс. Как и я, она явно была истощена после такого забега.

– Нет. Уф-ф-ф. Нет, не в порядке, – сказал я. – Это чудовище меня почти схватило.

– Похоже, оно не может покинуть свой уровень. – Она кивнула на кучу слизи у моих ног. – А мы наконец-то на Одиннадцатом.

– Похоже на то.

Мы перевели дух, выпили Миндальной воды и спокойно огляделись. Вокруг раскинулся американский мегаполис. Широкие улицы с жёлтой разметкой, высокие дома, узкие улочки с мусорными контейнерами, светофоры.

Первое радостное впечатление быстро рассеялось и сменилось разочарованием. Припаркованные на обочине дороги машины с угловатыми краями и длинными капотами были созданы в разные десятилетия, но знакомых марок и моделей среди них не было. Город казался заброшенным – как, впрочем, и большинство уровней Закулисья. До сих пор нам не попадались прохожие, и машины мимо тоже не проезжали. В кофейнях и магазинах не оказалось посетителей, а товары были расставлены очень странно: на одной полке вперемешку теснились тостеры, простыни, детские коляски, лодочные моторы и растворимый кофе. Не все двери удавалось открыть, а многие предметы были не настоящими – подделка из пластика или папье-маше. Словно декорации к фильму безумного режиссёра. Но пару раз нам всё же повезло, мы нашли припасы и снаряжение. Миндальная вода, контейнеры с Королевским пайком, ножи, батарейки…

Краем глаза я заметил вспышку. На другой стороне улицы за грязной обшарпанной витриной работал крошечный старый телевизор.

Ничего не сказав, перебежал через дорогу.

– Марк, ты куда это? – крикнула она вслед.

Это устройство влекло меня к себе. По экрану шла серая рябь, изображение иногда исчезало, но при этом звук, хоть и искажённый, был довольно громким. Его периодически перебивал статический шум.

«До-о-о-о-оброе утрррр… Закулисье! Это снова… Ральф… На связи с вами двадцать девять часов в день, четыреста пятьдесят шесть дней в году! Голос… отчаявшегося сердца… Слышите… значит, и ваше ещё бьётся… Сегодня… у меня в гостях… Уровень дня!.. Итак, Роб, расскажи… как это было?»

Послышался другой голос, но качество изображения, увы, не улучшилось. В это время ко мне подошла Алекс и тоже напряжённо прислушалась.

«А, ну что ж, мне… удалось… по-настоящему… На этом уровне… такой мрачный лес. А потом… тёплый костёр, приветливые люди… Сел рядом… Но внезапно… даже не знаю, но мне как будто… Слабел… опустошение… Через пару часов… стало понятно, что… что-то не так… Это были не люди… призраки. И они высасывали… жизненную силу. Уполз на четвереньках…»

«Ох, ничего себе! Что ж, Роб… за увлекательную историю!…если вы тоже… поделиться? Заглядывайте к нам… в студию Закулисья!»

Затем заиграла песня в стиле кантри, которую я не знал.

– Алекс! – Я схватил девушку за плечо. – Это наш шанс!

– О чём ты? – не поняла она.

– Мы же ищем союзников, чтобы уничтожить жуткую машину безликих. Давай найдём этого Ральфа. Предадим дело огласке и заручимся поддержкой.

Алекс с недоумением посмотрела на меня.

– Спятил, что ли? Это же наверняка ловушка!

– А вдруг нет?

– Если честно, я не знаю, как убедить людей помочь нам. Они ведь уже здесь. Многих-то, в отличие от нас, перебросило вместе с телами. Что они от этого выиграют?

– Но ведь не всех так перебросило! У новичков та же проблема. И кто знает, может, и у остальных тоже.

Она помолчала.

– Даже если мы их убедим, как люди нас найдут?

– Пока не знаю, но думаю, мы сможем раскрутиться на студии Ральфа. Остальные придут туда.

– Ну, даже не знаю… – В её голосе звучало сомнение. – Хорошо, всё равно мы пока не встретили ни одного союзника. А тут какой-никакой шанс заявить о себе. Посмотрим, что это за Ральф и чем он нам поможет – если, конечно, он вообще существует и выслушает нас, а не попытается сожрать.

– Так я о том и говорю! – Почему Алекс медлит? – Ну, пошли!

Мы двинулись дальше по запутанным улочкам, которые становились несколько «оживлённее». Периодически мимо проезжали машины, но вели их не люди, а безликие. Люди нам тоже встречались, с такими же тяжёлыми рюкзаками, как и у нас. Но они нас игнорировали и только смотрели под ноги. Когда мы спрашивали, как добраться до студии Закулисья, ответы были односложными, а некоторые просто отрицательно качали головами. Мы потратили на блуждание по улицам около часа. А потом случилось то, что обычно случается в Закулисье: искомое само нашло нас.

– Смотри, Алекс! – Я показал на небоскрёб перед нами. Высоко над нами красовалась неоновая вывеска “Сту… ия Заку… исья”. Каждая четвёртая буква в названии почему-то не светилась, а последняя «я» и вовсе висела на волоске, в любой момент грозя сорваться вниз.

– Ну что ж… – не медля и не оглядываясь, Алекс шагнула к небоскрёбу.

Пыльные раздвижные двери были приоткрыты. Мы просунули в щель кончики пальцев и попытались раздвинуть двери, чтобы пройти в неосвещённое фойе.

Я на секунду взглянул наверх…

– АЛЕКС! – в ужасе закричал я.

– АЛЕКС!

В этот самый момент я заметил под нами тень, которая с угрожающей быстротой росла. Я толкнул девушку в узкий проход и прыгнул туда сам, приземлившись на неё.

Раздался грохот. Осколки стекла, кусочки пластика и куча пыли просочились сквозь щель в двери, и мы оказались покрыты мелким мусором. Кашляя и отряхиваясь, мы поднялись на ноги и развернулись. Это упала с вывески буква «я». И приземлилась она точно на то место, где мы стояли несколько мгновений назад.

– Ух, успели! Знаешь, у меня такое впечатление, что Ральф не очень любит живых гостей, – сухо сказала Алекс.

Мне было совсем не до шуток, и я промолчал. Вскоре, стряхнув с одежды осевшую пыль, мы оглядели помещение, в котором оказались. Солнце слабо освещало фойе с улицы, но внутри угадывалась пыльная стойка регистрации, на которой стояла вазочка с леденцами в ярко-жёлтых фантиках, и три закрытых лифта. Мы решили для начала поискать лестницу и вскоре наткнулись на дверь с табличкой «Пожарный выход», за которой она и обнаружилась.

Мы миновали уже восемнадцать этажей. Почти все двери были заперты, и лишь за некоторыми из них открывались мрачные коридоры. Один раз нам попался пустой офис с заклеенными окнами. Возможно, это был переход на Четвёртый уровень, но нам туда не нужно.

В отличие от бодро шагающей Алекс, я начал потихоньку сдавать и, запыхавшись, прислонился спиной к стене, чтобы перевести дух.

– Фух… Как же высоко забрался этот… – проговорил я.

И в этот момент понял, что и начал проваливаться в бетон! Серая масса будто поглощала меня. Спину начало неприятно покалывать и жечь, и на глазах у меня невольно выступили слёзы. Больно было так, будто я упал в костёр.

– Ай! Алекс! – Я в панике попытался отскочить от стены, но меня затягивало всё глубже.

– Марк! Хватайся за руку! – крикнула она.

Почти ничего перед собой не видя, я схватил её ладонь. Серая вязкая масса продолжала засасывать меня.

– АЛЕКС! – завопил я в панике.

Я не мог отойти от стены ни на миллиметр, точно прикованный к ней цепями.

Алекс отпустила мою руку.

– НЕ-Е-Е-Е-Е-Е-ЕТ!

Вот теперь это точно конец! Жгло так, что я почти лишился чувств. Она меня бросила.

Тут мне в лицо брызнула вода. Она отчего-то шипела и дымилась. По лестничной клетке прокатился нечеловеческий визг. В следующий миг боль и давление отступили. Тяжело дыша, я упал на колени и заметил, как серый комок с рёвом и шипением исчез на нижних этажах.

Алекс умыла меня Миндальной водой и помогла подняться.

– Ты как?

Вместо ответа я оглядел себя. Рюкзак и одежда в некоторых местах почернели, будто обгорев. Резко пахло кислотой. Кожа покраснела, как после столкновения с мотыльками-мутантами.

– Вроде жив. Что это было?

– Похож на Серость, – объяснила Алекс. – Затаился в стене и ждал, пока мимо пройдёт ничего не подозревающий путник. Это существо хватает добычу и утаскивает к себе в логово.

Место на стене, которое прежде было темнее её основного цвета, теперь стало светлее. Видимо, Серость плевался кислотой. После небольшой передышки мы снова зашагали вверх по ступенькам, хотя ноги так и не отдохнули и буквально горели. На сей раз я старался держаться подальше от стен.

На очередной лестничной площадке виднелась полуразмытая надпись: «111».

– Что это? – пробормотал я, потирая ногу. – Мы же вроде только что были на девяносто девятом?

До сих пор таких разбросов в числах не было.

– Да, верно. Может, нам повезло. – Алекс подошла к пожарной двери и осторожно её открыла. – Похоже, это действительно Сто одиннадцатый уровень. Я читала о нём. Но разве нам сюда?

Я подошёл к ней и заглянул внутрь. За дверью оказалась ярко освещённая комната размером со спортивный зал. Стены были выкрашены в ярко-белый. А на полу кто-то построил целый городок с миниатюрной железной дорогой. Крошечные старинные поезда ездили по рельсам и гудели, по дорогам катились машины, а фигурки безликих ходили туда-сюда, занимаясь повседневными делами и не обращая на нас внимания.

– Мирно. – Алекс что-то проверила на своём смартфоне. – И безопасно, в общем.

– Посмотри-ка туда. – Я указал на жёлтую табличку с чёрной надписью на другом конце зала. С такого расстояния надпись, естественно, было не прочесть.

– В статье об этом ничего нет. Думаешь, стоит рискнуть?

Вопрос был обоснованный: мы не были уверены, что сможем вернуться на лестницу через этот проход.

– Не знаю. Может, и вправду разделиться? – предложил я. – Один останется здесь и будет держать дверь открытой, а второй пока осмотрится.

Она пристально посмотрела на меня.

– Думаешь? Вдруг тебя перебросит или ты останешься один на один с очередной Серостью? Я-то уже не смогу тебе помочь.

– Уверен. Это наш шанс. Давай я пойду первым, а ты за мной, если там действительно окажется выход. Или поищешь студию Ральфа уже без меня.

Она кивнула в знак согласия. Я вдохнул и шагнул в помещение, стараясь ступать так, чтобы случайно не сломать хрупкий мини-город. Но тревога была напрасной. Крошечные постройки оказались на удивление прочными, им бы ничего не сделалось. Скорее я сам бы сильно поранился, если бы случайно споткнулся и упал на остроконечную ёлку или край крыши. Шаг за шагом я продвигался вперёд. Несколько раз я почти терял равновесие, и приходилось упираться в пол руками, чтобы удержаться. То тут, то там слышалось гудение машин, жители поспешно отпрыгивали в сторону и сердито грозили мне своими крошечными кулачками.

Вскоре я добрался до серой металлической двери на противоположном конце зала. Светящаяся табличка на ней не оставляла сомнений: «Студия Закулисья. Приёмная». Я открыл дверь и увидел небольшую комнату с бежевыми стенами, двумя жёлтыми креслами и журнальным столиком, на котором стояли кувшин с водой, стаканы и вазочка с лимонными леденцами. На противоположной стороне располагалась ещё одна дверь, над которой светился красный прямоугольник с надписью: «Вход только по предварительной записи!» По углам висели два динамика, из которых доносился голос Ральфа. Похоже, шла запись очередной программы, в которой он рассказывал, что делать новичкам в другом измерении. Говорил он по-немецки, но с сильным американским акцентом.

– Алекс! Можешь идти, всё хорошо! – что было сил закричал я.

И вскоре девушка уже стояла рядом со мной и с порога рассматривала комнату перед нами.

– Выглядит довольно неплохо, – заключила она. – Зайдём?

Не дожидаясь моего ответа, Алекс шагнула в комнату, бросила рюкзак в угол, опустилась в одно из кресел и закрыла глаза. Я последовал её примеру. Ух ты! Наконец-то можно расслабиться. Напряжение постепенно спадало, и я даже задремал.

– О, привет! Добро пожаловать! Вы мои следующие гости? – прогремел вдруг голос Ральфа. Я тут же подскочил.

В проёме двери, ведущей в студию, стоял коренастый лысоватый мужчина лет пятидесяти в джинсах и чёрной футболке AC/DC, на которой были написаны даты туров группы из разных десятилетий.

Алекс собралась раньше меня:

– Привет. Да, спасибо большое. Я Алекс, это мой друг Марк. Мы хотели бы поделиться своей интересной и захватывающей – даже по меркам Закулисья – историей.

– Понятно. Замечательно! – улыбнулся Ральф. – Что ж, прошу в мою скромную студию. Через девять минут начинается программа «Уровень дня». Если ваша история окажется достаточно интересной, вы сможете рассказать её в прямом эфире.

Я тоже поднялся с кресла и скривил лицо – так сильно у меня болели ноги.

– Ох… Прошу прощения, – залепетал я. – И спасибо большое. Было бы чудесно.

Студия была отделана серым пенопластом. Управление, судя по всему, осуществлялось при помощи огромного микшерного пульта с кучей рычагов и кнопок. На четырёх чёрно-белых мониторах крутились разные сцены. Похоже, в коридорах на разных уровнях были установлены скрытые камеры. На экранах сменяли друг друга люди, безликие и прочие размытые существа.

– Присаживайтесь, – сказал Ральф. – И рассказывайте скорее, что у вас за сенсация?

Мы сели за стол напротив него. Алекс ободряюще мне кивнула. Ох, неужели действительно придётся рассказывать, что я видел? Как он отреагирует на такое? А вдруг он с безликими заодно? Отбросив глупые мысли, я вкратце описал события, которые привели меня к таинственной машине, а также высказал предположение, что безликие занимают тела людей в Реальности.

– Это очень серьёзное заявление, юноша, – нахмурился Ральф. – Ты в курсе, что Ральфу лучше не лгать?

Он поднялся из кресла, оперся руками на стол и уставился на меня. Мне показалось, что стены комнаты начали сдвигаться. Освещение потускнело. Глаза Ральфа почернели, а морщины будто стали глубже. Я почувствовал себя таким беззащитным! Он словно заглядывал в самые дальние уголки моей души и вытягивал самые сокровенные секреты. Неужели я совершил страшную ошибку, доверившись не тому человеку?

Но через пару секунд морок спал. Ральф расслабленно сидел на стуле, будто и не вставал до этого. Он довольно хлопнул в ладоши.

– Чудненько. Какая потрясающая история! Давайте же скорее приступим к делу. Но у меня будет одна просьба: рассказывайте всё без утайки, как оно есть, и обязательно озвучьте свои предположения, но на безликих бочку не катите! Я отношусь одинаково ко всем существам Закулисья. Понятно?

Мы кивнули. Помня свой предыдущий опыт, я тщательно продумал, с чего начать.

– Ладушки, – кивнул Ральф. – Надевайте, пожалуйста, наушники и говорите чётко в микрофон. Итак, пять… Четыре… Три… – до единицы он вслух считать не стал, просто показал на пальцах и включил камеру.

Следующие минут пятнадцать я рассказывал в эфире ту же историю, причём постарался вложить в неё как можно больше драмы и высказал своё мнение относительно перемещения безликих в Реальность и вселения в тела людей. Ральф задал мне пару вопросов, но, в общем, не перебивал. Алекс не произнесла ни слова.

Вскоре мы уже снова стояли в приёмной.

– Ну что же, большое спасибо, что заглянули. Было просто здорово! Ещё увидимся, – с этими словами Ральф исчез в своей студии.

– Что теперь? – спросил я Алекс. Она пожала плечами и направилась к выходу.

– Пока походим, подождём, – ответила девушка. – Если кто-то решит последовать нашему призыву, мы найдём его. В Закулисье ведь всегда так. Нужно лишь немного терпения.

За дверью оказалась вовсе не лестничная клетка, а оживлённая улица офисного района. А вышли мы из стеклянной двери, на которой светилась жёлтая надпись «Студия Закулисья». Сначала мне показалось, что нас перебросило во Франкфурт, но потом я понял, что ошибся. По тротуарам ходили люди и безликие всех возрастов и профессий: школьники, туристы, военные, офисные сотрудники…

И тут на нас выскочила гончая с острыми, как бритва, клыками.

Гончая была на поводке, от которого очень хотела избавиться. Двое безликих вели её по тротуару, будто это их домашнее животное, и периодически тянули за поводок, урезонивая её. Никто не обращал внимания на эту огромную псину. Безумие какое-то!

– Приехали. Прямо даунтаун Закулисья, – фыркнула Алекс, оглядываясь по сторонам.

Мы побрели по кварталу, с восхищением рассматривая всё вокруг. Вдали виднелась телебашня с огромным шаром на вершине. Я почему-то сразу вспомнил Торонто. Чуть позже мы сели перекусить в типичную американскую забегаловку. У широкого окна стояли столики с обитыми красной кожей диванчиками. Расплатиться же можно было чем-то из собственного снаряжения. Специальным предложением было обменять карманный фонарик на два обеда, в которые оказалась включена и Миндальная вода.

Мы заказали у официанта-безликого вегетарианские бургеры и картошку фри. Мясной гамбургер, как написал нам в блокноте официант, был «на вкус как курочка».

– Теперь нужно лишь немного подождать. Будем надеяться, что нашу историю услышат те, кому, как и нам, не всё равно, – проговорил я, откусывая бургер.

– Хм.

– Интересно, как сами безликие восприняли эту историю?

– Кхм! – Алекс с набитым ртом кивнула в сторону и покосилась на витрину чуть левее от меня.

Сначала я ничего особенного не заметил, а потом понял, что она хочет показать. Проходившие мимо ресторана безликие оглядывались на нас и слегка касались друг друга. Один или два из них показывали на нас пальцами. Даже без мимики выглядели они в этот момент очень грозно. Когда я отвернулся от окна, то заметил, что многие гости – и люди, и безликие – косятся на нас.

– Алекс?.. – неуверенно прошептал я.

Она наклонилась вперёд:

– Мы получили, что хотели: твою историю услышали.

В этот момент к нам подошёл рассерженный официант и указал на выход.

– Похоже, нам тут больше не рады, – заметила Алекс. – Пойдём-ка отсюда.

Когда мы вышли из кафешки, все безликие, что были на улице, в один миг замерли и повернулись на нас. Гончая молодой пары, которую мы видели до этого, грозно зарычала. Один из её хозяев отстегнул поводок и указал на нас. Естественно, псина тут же рванула в нашу сторону.

– Ходу, ходу, ходу! – завопил я и бросился бежать. Алекс за мной.

Оружия у нас не было, и бороться с этим чудовищем мы не могли, следовательно, нужно спрятаться. По пути я расталкивал идущих навстречу прохожих. Падали на землю пакеты с продуктами и сумки. Люди ругались, безликие грозно жестикулировали. Вскоре мы свернули за угол в небольшой переулок. Через пятьдесят метров перед нами выросла стена. Тупик. Вот проклятье! Я в панике начал дёргать ручку боковой двери. Заперта. Алекс продолжала бежать к концу тупика, и я последовал за ней.

Тут за угол свернула и гончая. Она притормозила, будто оценивая ситуацию. Затем глухо зарычала и медленно двинулась на нас. Когти скребли по земле, с острых, как ножи, клыков капала слюна. А в глазах, так похожих на человеческие, читалась жажда убийства. Мы оказались в ловушке.

Как вдруг из-за угла вылетел оливкового цвета бронированный фургон со стальными распорками и решётчатыми бортиками. Он не затормозил, а на полном ходу врезался в гончую. Её отбросило прямо к нашим ногам, где она и осталась неподвижно лежать, поджав лапы. Колёса со скрипом скользнули по асфальту, и тяжёлый фургон остановился в десяти шагах от нас. Разглядеть водителя за тонированными стёклами было невозможно.

Из окна высунулся темнокожий мужчина с ирокезом на голове и бегло огляделся. Затем он снова исчез в салоне, и я услышал, как он сказал кому-то по-английски:

– Да?! Это номер тридцать семь! Готов.

Открылась боковая дверь. В переулок выскочили трое парней в шлемах и бронежилетах с рациями. Они пригнулись, точно охраняя кого-то. Вскоре в дверях появился ещё один человек. На голове у него был жёлто-коричневый берет, а вот оружия, кажется, не оказалось никакого. Он небрежно прислонился к машине и внимательно оглядел нас светло-голубыми глазами.

– Наделали же вы шуму своей сказочкой на ночь, детки. – Мужчина медленно подошёл ближе, ногой толкнул в сторону гончую и снова повернулся к нам. – Похоже, помощь вам не помешает.

Чтобы не отдавать инициативу Алекс, я решил взять слово. К тому же весь этот бардак начался в основном именно из-за меня.

– Да. Помощь нам действительно нужна. Меня зовут Марк Шмидт, а это моя подруга Алекс… – тут я чуть запнулся, так как до сих пор не знал фамилии девушки. Странно, в Мюнхене у дверных звонков вроде висят таблички с фамилиями? Но у её двери не было точно. – А вы?..

– Капитан Мэддокс, второй отряд. – Он немного помолчал. – Лицо у тебя знакомое. Мы прежде не встречались?

– Нет, я, к сожалению, вас не помню.

– Хм… Ну да ладно, – прежде чем я успел задать ещё один вопрос, капитан крикнул своим людям: – Сворачиваемся! Здесь мы закончили, – и сам направился к машине. По пути он оглянулся на нас: – А вы чего ждёте? Или хотите в одиночку сразиться с этими проклятыми предателями?

Алекс пожала плечами, когда я вопросительно посмотрел на неё. Мы подхватили рюкзаки и двинулись за капитаном к фургону. Внутри пахло потом и машинным маслом. На стенах висело разное снаряжение, полевые аптечки, карты. Трое из отряда расслабленно отдыхали на скамейках. Только сейчас я заметил, что из этих троих двое – женщины. Мэддокс перебрался в кабину и устроился рядом с парнем с ирокезом. Заскрипели шины, и грузовик рванул вперёд, так что нам пришлось держаться, чтобы случайно не слететь со скамеек. Водитель и не думал снижать скорость. Но это, кажется, никого не волновало – они уже привыкли к такому стилю вождения.

– Спасибо ещё раз, – обратился я к капитану, перекрикивая шум мотора и визг шин. – А можно узнать, чем занимается ваше подразделение?

– Мы боремся с местными тварями. Хороший монстр – мёртвый монстр, вот так я скажу.

– А как вы нашли нас? – спросила Алекс.

– Так вы же сами в прямом эфире рассказали, что безликие построили машину, с помощью которой они перебрасывают свои чёрные душонки в тела людей из Реальности, или что-то в таком духе.

– Так-то оно так, но спрашивала я не об этом.

– Умная девочка. – Он криво ухмыльнулся ей и отвернулся, так ничего и не ответив.

Я был очень рад, что мы встретили подразделение капитана. Хоть кто-то нам сможет помочь.

Члены отряда поглядывали на нас несколько снисходительно и не проронили ни слова за всё время поездки.

Примерно через четверть часа, за которые мы успели набить немало синяков, нас сильно качнуло вперёд: фургон резко затормозил.

– Все на выход! Дом, милый дом! – послышался голос Мэддокса, который уже выпрыгнул из боковой двери.

Мы поднялись и последовали за его отрядом. Наш транспорт остановился рядом с тремя такими же автомобилями. Мы зашли в огромный зал размером как минимум с футбольное поле. Повсюду бегали механики, члены отряда и консультанты, насколько я мог судить о роде деятельности всех этих людей по одежде. Тут находились фургоны, пикапы, даже один танк попался. Между ними громоздились оливковые и чёрные ящики, некоторые были открыты. Внутри лежало оружие. Я подумал, что это уже перебор, даже если эти ребята охотятся на монстров на тёмных уровнях.

Мэддокс приглашающе махнул рукой:

– Давайте за мной, Гонзалес уже ждёт.

Мы почти бегом пересекли зал и по лестнице поднялись в застеклённый светлый кабинет под потолком. Это был командный пункт. Большую часть помещения занимал стол с картами. На стенах висели широкие экраны, перед которыми сидели операторы в огромных наушниках. На мониторах отражались обыкновенные городские районы, кое-где я заметил и кадры боёв со смайлерами, гончими и прочими тварями. Даже с воздуха съёмка велась! Я не мог не заметить, что в этом подразделении состояли только люди. Тех же безликих среди членов отряда не было.

Жилистая смуглая женщина в военной униформе и с туго заплетённой косой повернулась к капитану, стоявшему рядом с нами. Она была ниже меня как минимум на голову.

– Это и есть те ребята, выступавшие у Ральфа? – уточнила она.

– Так точно, мэм, – отрапортовал Мэддокс.

– Добро пожаловать на базу одиннадцать-один. Я генерал Гонзалес. – Она шагнула ближе и протянула руку в знак приветствия. – Значит, эта машина, перемещающая безликих в Реальность, действительно существует, мистер… Шмидт, верно?

– Да, это правда. Я видел её своими глазами, – кивнул я.

– Вы не могли бы отвести нас туда?

– Сначала надо в Оранжерею. Это там я случайно наткнулся на «садовников». А потом уже и сам сориентировался. Я попробую вспомнить дорогу и провести вас тем же путём.

– Обычно, кто у Ральфа бывает, часть воспоминаний теряет, – нахмурилась Гонзалес. – Это хитрое существо питается страхом и вытягивает из своих гостей жизненную энергию. В буквальном смысле. Но вот с чем не поспоришь, так это с тем, что на правдивые истории у него нюх.

Вот оно как! Я же чувствовал, что с ведущим что-то нечисто. Но когда я мысленно представил себе дорогу до машины, перед глазами замелькали образы.

– Сориентируюсь месте, – уверенно кивнул я. Не могу же я не вспомнить несколько поворотов! – Что ж, прекрасно. Вы сопроводите нас к безликим.

Это была не просьба.

Гонзалес крикнула в зал:

– Выдвигаемся через два часа. Все отряды. Пойдём налегке. Вооружение обычное. Разнесём эту машину, высасывающую души, и уничтожим мерзких безликих!

– Так точно, мэм. Хороший монстр – мёртвый монстр, – грянул в ответ дружный хор голосов.

– Выдвигаемся! – скомандовала Гонзалес.

Оглушительно взревели моторы, и колонна машин двинулась вперёд. Мы сидели в кузове пикапа. Перед нами ехал фургон капитана Мэддокса, к отряду которого мы примкнули. Он не сомневался в правильности решения и ещё на базе громко радовался грядущему бою, а его люди бесконечно подкалывали друг друга. Я то и дело слышал рассуждения о том, удастся ли нам найти путь в пещеру, ведь, по слухам, безликие умеют манипулировать пространством Закулисья и переходами между уровнями, но боевого настроя это не меняло. Много разговоров было и об опасных существах. Встречи с монстрами могли грозить нам смертью, большинство из них были настроены враждебно. Но ведь и для тигра в Реальности мы могли бы стать всего лишь кормом. Тут же сущности вроде безликих или Ральфа, судя по всему, обладали интеллектом, близким к человеческому.

На мой взгляд, для членов отряда существовала единственная верная точка зрения: для них все, кто не был «настоящим человеком», являлись паразитами, которых необходимо уничтожить. В том числе и безликие. Возможно, за их шутками и разговорами скрывалась нервозность.

Поездка к точке входа на Третий уровень должна была занять около двух часов.

– Алекс? – окликнул я мою спутницу, которая была на удивление немногословна всё время, что мы провели на базе. – Что ты обо всём этом думаешь?

– Нехорошее у меня предчувствие, Марк. Всё идёт слишком гладко, – ответила она.

– Так это же здорово, разве нет?

– Когда в Закулисье всё шло по плану?

С этим не поспоришь. Мы замолчали и погрузились каждый в свои мысли.

Пройти через Третий уровень, вход в который находился в офисном здании, оказалось проще простого. Неважно, кто нам попадался – гончая, мотыльки, смайлер или другие чудовища. Опыт членов отрядов и их боевая мощь не оставляли монстрам никаких шансов. Они справлялись с любым жутким существом. Наконец на лифте мы добрались до Оранжереи. Наверху собрался отряд из примерно пятидесяти людей. Всем раздали перчатки и средства защиты от листьев-штопоров.

Капитан Мэддокс повернулся к своей группе:

– Всё готово? Хороший монстр – мёртвый монстр!

Его люди эхом повторили речёвку.

– Мистер Шмидт? – Ко мне в полном боевом обмундировании шагнула генерал Гонзалес. – Теперь всё зависит от вас. Ведите нас к безликим.

– Э-э… – промычал я. Мои надежды быстро вспомнить дорогу к машине безликих таяли на глазах. Я беспомощно озирался по сторонам – местность казалась совсем незнакомой.

– Положитесь на свою интуицию, – Гонзалес потрепала меня по плечу.

Вместе с Алекс я снова побрёл вглубь сада. По обеим сторонам меня на некотором расстоянии шагали члены отряда. Это немного успокаивало.

По ощущениям, прошло несколько часов. Я начал сомневаться, что найду дорогу, хотя генерал Гонзалес мне доверяла. Смогу ли я снова найти «садовников» и потайной ход? Или мы так и будем ходить по кругу? Может, лучше прервать эту безнадёжную вылазку сейчас, а то потом и обратной дороги не найдём?

Я уже хотел поискать Гонзалес, но тут справа кто-то крикнул:

– КОНТАКТ!

Загремели оглушительные залпы. Пули разрывали листья-штопоры, сбивали бутоны ярких цветов. Мы с Алекс упали плашмя на гравийную дорожку. Нам было нечем защищаться. И в глубине души я был этому очень рад. Так мне не приходилось выбирать, стрелять в безликого или нет. А вот остальные члены отряда даже не задумывались над подобными вопросами. Гремя оружием, они промчались мимо нас.

Через некоторое время мы остались одни на дорожке. Грохот и стук удалялись. И спустя пару минут всё стихло. Мы поспешно поднялись. Найти своих было очень просто. Растоптанные и поникшие растения стали нашим ориентиром. Мы прошли шагов сто, когда Алекс неожиданно схватила меня за руку, не давая двигаться дальше.

– Марк… Посмотри.

Она указала на замотанную в тряпьё фигуру на земле.

– Ох… Это ведь… – слова застряли в горле.

Я впервые в жизни видел мертвеца. Это всего лишь сущность из Закулисья, внушал себе я, монстр. Значит, он не настоящий. Но тут я вспомнил безликого, который спас меня и показал выход из Оранжереи. «Эти существа вселяются в тела людей», – снова строго сказал я себе. Это враги, которые безжалостно лишают людей своей воли. Если так подумать, разве это не приравнивается к нападению? С их стороны такие действия жестоки и коварны, потому что люди оказваются в Закулисье, откуда практически никому не удаётся выбраться. Да, это просто кошмар! Но сейчас мне нужно было сосредоточиться на другом. Дорожки, по которым мы шли, наконец стали казаться знакомыми. Мы бесцельно бродили по Оранжерее несколько часов, чтобы случайно выйти на верный путь! Да уж, законы Закулисья – странная штука.

Я выбросил последние мысли из головы и зашагал дальше.

Чем дальше мы шли, тем больше безликих, лежащих на земле без признаков жизни, нам попадалось. Я старался не смотреть на них и сосредоточиться на дороге.

Мы с Алекс прошли ещё сотню метров и наконец встретились со своим отрядом перед входом на пандус, который вёл к пяти проходам.

– Эй! А вот и наши разведчики! – радостно воскликнул темнокожий парень с ирокезом. – А я новый рекорд поставил – четырнадцать уничтоженных сущностей. Поездочка однозначно того стоила!

Другие тоже шумели и смеялись. А мне было совсем не до веселья. Покосившись на Алекс, я понял, что и ей всё происходящее не нравится. Машину, конечно, нужно вывести из строя. Зачем высмеивать безликих, неважно, злые они или нет? Меня терзал этот вопрос. Однако для сомнений было уже слишком поздно.

Вскоре мы спускались вниз по пандусу. Мы с Алекс сопровождали группу, возглавляемую Мэддоксом.

– Капитан? – Я наконец решился обратиться к нему. – Ведь в Бесконечном городе живут десятки тысяч безликих и прочих сущностей. Но там вы с ними так активно не боретесь. Вроде как.

– Хм… Да, к сожалению. – Он смотрел не на меня, а прямо перед собой. – Это что-то вроде нейтральной зоны. Там желательно вести себя потише. И мы живём бок о бок с этими сущностями, даже дела с ними ведём, но лишь до тех пор, пока они не атакуют людей – как было недавно с гончей. А на большинстве уровней всё совсем иначе.

Я хотел спросить, почему же правила Бесконечного города отличаются, например, от законов той же Оранжереи, но мы уже добрались до нижнего зала, и я промолчал. Перед нами были пять проходов с лилово-розовыми облаками. И ни следа безликих.

– Мистер Шмидт? – окликнула меня Гонзалес. – Вы уверены, что нам нужен правый?

Я подбежал ближе:

– Да, точно он.

Она обратилась к двум солдатам:

– Хорхе. Миллер. Разведать обстановку. Контактов с врагами избегать. Жду обратно через пять минут.

Оба переглянулись, явно колеблясь. Однако не посмели перечить приказу и, вскинув оружие, по очереди шагнули вперёд, как могло на первый взгляд показаться, в Пустоту. Гонзалес достала из жилета песочные часы зелёного цвета и перевернула их. Отряд молчал и напряжённо ждал возвращения товарищей. Кварцевый песок медленно струился в нижнюю часть часов. Вот упала последняя песчинка, а Хорхе и Миллер не вернулись.

– Чёрт! – До сих пор я не слышал, чтобы Гонзалес ругалась. – Либо мистер Шмидт что-то напутал, либо предатели-безликие устроили засаду, поджидая нас.

Последнее я считал вполне вероятным, учитывая, сколько шума отряд наделал в Оранжерее. Наверное, один из безликих всё же смог сбежать и предупредить товарищей. Но в такой напряжённой ситуации озвучить свои предположения я не решился.

– А вы не можете послать туда летательный аппарат, который снимет обстановку? – предложила подошедшая Алекс.

– Конечно, можем. Только вести здесь видеосъёмку невозможно – на границе уровней нет связи. Даже если аппарат вернётся, мы не узнаем, что нас ожидает на другой стороне.

Тем не менее Гонзалес сделала одному из членов отряда знак подготовить к запуску летательный аппарат. Я заметил, что люди начинают беспокойно перешёптываться и стараются держаться ближе друг к другу. Недовольство росло. А летательный аппарат с восемью крошечными роторами с жужжанием поднялся в воздух, неторопливо влетел в правый проход – и пропал. Мы ждали около десяти минут, но он так и не вернулся. Тогда было решено поэкспериментировать и запустить робомобиль, похожий на настоящий автомобиль, но гораздо меньшего размера. Оба аппарата были запрограммированы на мгновенное возвращение после переброса. Но результат был тот же.

– Похоже, они перехватывают наши машины на другой стороне. И нам придётся идти самим, – предположил я.

– Возможно, – ответила Гонзалес и посмотрела прямо на меня. – Или они растворились в Пустоте. Может, заглянешь туда? – усмехнулась она.

Я энергично замотал головой, но вопрос был риторический. Ни один из отряда добровольно бы на это не пошёл.

Тут вмешался Мэддокс:

– Наверху не осталось «садовников», значит, поставка цветочного топлива для машины сейчас остановлена. Разве этого недостаточно?

– В ту пещеру безликие заходили с разных сторон, – вдруг вспомнил я. – Не только через этот проход. Скорее всего, цветы растут и в других местах, ведь все безликие были с полными сумками. Возможно, поставка сейчас замедлилась, но не прекратилась совсем. И машина всё ещё работает…

– Нельзя вечно сторожить здесь, – вмешалась Гонзалес. – Нужно решить эту проблему раз и навсегда. Как вы верно заметили, есть и другие ходы. – Она повысила голос, чтобы услышали все. – Задача сложнее, чем мы предполагали, но это не повод отступать. Правда же?! Хороший монстр – мёртвый монстр!

– Хороший монстр – мёртвый монстр! – хором откликнулся отряд.

На этом уровне почти все предметы были чёрного цвета, который члены отряда называли смоляным. Это была не та бархатистая тьма, которую можно наблюдать ночью на отдалённом лугу, высокой горе или в холодной пустыне. Сейчас над нами висело тёмное небо, на котором переливались самые разные оттенки, большая его часть оставалась чёрной – как лесные муравьи, рояль, нефть, копоть или как сама смерть. То тут, то там пробегали ониксовые тени. Мэддокс мне объяснил, что это люди, которым не посчастливилось провалиться в Пустоту. И теперь они падали и падали в вечности. А мы между тем шли и шли по одинокому острову, дрейфующему в холодной и мрачной Пустоте.

К сожалению, пейзаж вокруг нас был очень однообразным. Чёрный песок далёких южных островов, чёрные пальмы, чёрное море с чёрным горизонтом – и абсолютно никаких контрастов. Единственный «свет», если его можно было таковым назвать, струился в Пустоту откуда-то сверху. Только так мы и различали очертания окружавшей нас местности.

Я нервничал, потому что запасы Миндальной воды были почти на исходе, и нас преследовали странные голоса, которые невозможно было игнорировать.

Это всё твоя вина…

Ты сам выбрал такое будущее…

Это станет твоим концом…

В какой-то момент я невольно задался вопросом: а может, они правы? Наш поход, по ощущениям, продолжался уже несколько недель, по тропинкам, которые были известны только опытным проводникам, мы исходили вдоль и поперёк разные уровни. Всякий раз, когда нам попадались существа, обитающие в Закулисье, члены отряда не задумываясь уничтожали их.

– Я вот чего не понимаю, – спросила Алекс Мэддокса. – Вы так уверены, что найдёте здесь проход в пещеру с машиной. Но почему? Вы сами говорили, что не знаете, где она находится. А это, между прочим, последний уровень перед следующим кластером, и выхода отсюда нет. Да и уже невозможно терпеть преследующие нас голоса.

– Ха! Эдак я никогда не буду готов! – ответил Мэддокс невпопад. Похоже, его мало волновали сложившиеся обстоятельства.

– Это не ответ на мой вопрос.

– Да всё просто: ты сам говорил, что к пещере с машиной ведут десятки ходов с других уровней, а вместо потолка там – Пустота. Сейчас же мы наиболее близки к ней и если найдём переход, с большой вероятностью попадём в ту самую пещеру. – Тут Мэддокс с сомнением огляделся. – Ещё неизвестно, что ужаснее – пещера или этот, с позволения сказать, остров.

– Кто-то из нас точно нашёл бы её, если ходов туда действительно несколько, как утверждает Марк, – заметила Алекс.

– Хм… И да, и нет, – задумчиво прогудел капитан, играя во рту зубочисткой. – В принципе, ты, конечно, права. Но мы ещё в Оранжерее выяснили, что безликие могут изменять переходы между пространствами так, что оттуда никто и ничто не возвращается. И даже создать разрыв между измерениями при помощи своей машины, думаю, так они попадают в Реальность. Многие ходы могут быть открыты относительно недавно, а потому не так хорошо изучены.

Пожалуй, это бы всё объяснило. Теория Мэддокса оказалась довольно-таки смелой.

Вдруг Алекс остановилась и напряжённо прошептала:

– Вы это слышали?

Мэддокс тотчас сжал кулак и вскинул руку под прямым углом, подавая отряду сигнал остановиться. Все замолчали. Доносились только голоса, преследующие нас, и слышалось прерывистое дыхание членов отряда. Через пару секунд между чёрными тропическими листьями справа от меня что-то зашуршало. Захрустел песок. Капитан вытащил пистолет и несколько раз выстрелил в сторону куста. Треск прекратился, и вновь стало тихо, однако остальные члены отряда достали оружие и держали его наготове.

– Что бы это ни было, оно, кажется…

Раздалось шипение. Капитан свалился вниз. И тут начался настоящий кошмар.

– Засада! – крикнул кто-то.

Вокруг раздавались грохот и металлический лязг, местность освещали яркие вспышки. Мы с Алекс тут же упали на песок, закрывая руками головы. Несколько солдат получили ранения. Один болт вонзился в песок на расстоянии нескольких пальцев от моего носа, и мне в лицо попали отдельные песчинки.

– ПРЕКРАТИТЬ! – Это была генерал Гонзалес.

Постепенно всё затихло. Незнакомцы, напавшие на нас, поспешно удалялись.

– Туда! Не дайте им сбежать! – скомандовала Гонзалес.

Более опытные бойцы тут же бросились в сторону, куда направились напавшие. Но по меньшей мере десять членов отряда остались на месте.

– Марк! Чего ты ждёшь? – Алекс поднялась на ноги и пробежала немного вперёд. В темноте она была похожа на тень.

– Иду! – я тут же поспешил за девушкой. Не хватало ещё потеряться.

Почти ничего перед собой не видя, мы бежали сквозь тропические заросли. То и дело приходилось обегать пальмы, почти неразличимые в темноте. Мы постоянно спотыкались о спрятанные в земле корни, а колючие кусты цеплялись за нашу одежду. Фонарики тут мало помогали. Любой источник света, кроме мерцания самой Пустоты, окружение просто-напросто поглощало. Ориентироваться приходилось только на слух. Остальным, похоже, было не лучше нашего, они то и дело чертыхались, и их крики служили нам своеобразным ориентиром.

Постепенно мы с Алекс догоняли отряд. Прямо перед нами через кусты бежал один из его членов, и мы держались позади, полагая, что он знает, куда бежать. Но вот короткий вскрик, затем тишина, – мужчина исчез. Я тут же резко затормозил и придержал за рукав Алекс, чтобы и она остановилась.

– В чём дело? – Девушка повернулась ко мне.

Не отвечая ей, я сделал несколько осторожных шагов вперёд, остановился у края ямы, достал фонарик и посветил перед собой. Внизу мы увидели бездвижного мужчину, за которым бежали пару минут назад. И он лежал в яме не один.

– О нет… – прошептал я.

Алекс молчала.

Сами виноваты.

Вы ведь этого хотели, не так ли?..

Лучше сдавайтесь.

От злобного перешёптывания становилось всё страшнее и страшнее.

– Эй, Алекс? – позвал я подругу.

– Да?

– Я что-то совсем не слышу наших.

– И я.

Тишина. Ни ругательств. Ни криков о помощи. Ни шагов.

Все словно растворились в Пустоте.

– Эй, – послышалось из куста слева. – Алекс, Марк! Давайте за мной, но чтоб ни звука! – Это был парень с ирокезом, имени которого я так и не узнал.

Примерно четверть часа мы, пригнувшись, пробирались вперёд сквозь густую растительность. Гораздо медленнее и осторожнее, чем до этого. Наконец мы добрались до небольшой тёмной полянки, освещённой лишь несколькими фонариками уцелевших членов отряда. Их осталось человек двадцать. Остальные попали в смертельные ловушки, расставленные напавшими на нас. Неужели безликие следили за нами всё время и напали в тот момент, когда мы были беззащитны? Тогда надо признать, их коварный план сработал.

– Так, народ! – прошептала Гонзалес. Она оказалась одной из уцелевших. – У нас, похоже, большие потери. Эти трусы заманили нас в ловушку. – Кажется, она, как и я, считала, что ловушку устроили безликие. – Но наш дух не сломлен, и в полной готовности мы превосходим врага в сто раз!

Она помолчала.

– Мы одна команда! Наша цель – уничтожить монстров и их машину, чтобы защитить людей!

Все одобрительно загудели.

– Цель уже близка. У нас всё получится! И я уже догадываюсь, где прячутся эти трусы! Хороший монстр – мёртвый монстр! – закончила она.

С этими словами Гонзалес наклонилась и с усилием отодвинула… каменную плиту. В центре полянки находился люк! Похоже, она единственная проследила до конца за безликими и увидела, где они скрылись. Один за другим мы полезли в потайной ход. Спустившись по ржавой металлической лестнице, я очутился в наспех вырытом туннеле. Он был довольно низкий, поэтому пришлось пригнуться. На чёрных стенах, освещаемых тусклыми лампами, мерцала скопившаяся влага. По углам росли мхи и лишайники. Пахло затхлостью. Здесь было гораздо прохладнее, чем наверху, и изо рта у меня вырывались облачка пара.

Наконец все спустились вниз, и мы двинулись вперёд. Туннель вёл прямо и уходил вниз. Сложно было сказать, на какую именно глубину. И не была ли это очередная ловушка безликих, задумавших оставить нас в лабиринтах туннеля навсегда…

У меня сильно болела спина. Мы пару часов продвигались по туннелю в полусогнутом положении. Лишь тихие шаги, шуршание одежды и случайный стук нашего снаряжения отдавались эхом по коридору. Никто не проронил ни слова, ведь за каждым углом нас могли поджидать враги. Самым логичным с их стороны шагом было бы затаиться на выходе из туннеля. Вот тогда нового нападения не избежать.

Из задумчивости меня вывели крики двух членов отряда, прогремевшие эхом и постепенно затихшие в отдалении.

– Стоять! Ловушка! – послышался мужской голос.

Я врезался в идущего впереди парня, когда тот внезапно замер на месте. Отданный приказ поспешно передавался от головы колонны в её конец.

– Ловушка-переброс. Нужно подождать, – сообщил парень, стоявший передо мной.

Я повернулся и прошептал то же самое Алекс.

Спустя несколько минут мы услышали, как по камню три раза ударили молотком. И отряд медленно двинулся вперёд. Моё сердце бешено колотилось. Что ждёт впереди?..

Когда я дошёл до участка туннеля, вызвавшего нашу непредвиденную задержку, парень с ирокезом, стоявший рядом с этим местом, чтобы предупредить остальных об опасности, повернулся к стене и, светя себе фонариком, начертил на ней какой-то знак.

– Будьте осторожны. Здесь перебрасывает в Пустоту. – Это объясняло теряющиеся в бесконечности крики. По спине у меня пробежали мурашки.

– Сюда. – Парень с ирокезом посветил на стену.

Узкая каменная тропа обрывалась, и перед нами зияла пропасть. Я подошёл к краю и посмотрел вниз – дно скрывали лилово-розовые облака Пустоты. Просто перешагнуть её было невозможно. Поэтому на высоте полутора метров между тремя крюками была натянута прочная верёвка для скалолазания. На той стороне уже собралась часть отряда. Они стояли на ровной и безопасной поверхности. Я с удовольствием бы оказался сейчас рядом с ними, но прежде нужно было перелезть на руках по верёвке.

О, нет! В школе я терпеть не мог это упражнение, оно у меня никогда не получалось. А вот Алекс, наоборот, дважды себя просить не заставила, отодвинула меня в сторону, схватилась за верёвку и, перебирая крепкими руками, точно горилла, в несколько секунд оказалась на противоположной стороне. Для неё это было просто.

– Давай же, Марк, времени у нас не так много. – Парень с ирокезом призывно посмотрел на меня.

Я тяжело вздохнул и схватился за верёвку. Потянулся как можно дальше вперёд, повторяя за Алекс, – и ухнул в Пустоту.

– Марк! – в ужасе закричала девушка.

Я повис на одной руке, болтаясь над Пустотой, точно мокрый мешок. Тонкая верёвка больно врезалась в мою ладонь. В школе я бы уже отпустил канат и шлёпнулся на мат, но сейчас подо мной раскинулся не спортзал, а Пустота. Отпущу – и буду бесконечно падать вниз. И уже не выберусь. Глаза слезились, но я, собрав все силы, подтянулся и схватился за верёвку второй рукой. Получилось! Я пополз вперёд, не переставляя руки по очереди, а толкаясь одной рукой и подтягивая следом другую. Моя тактика сработала. Пальцы онемели, плечи горели, и сам я пыхтел как паровоз. Но это было не важно – до последнего крюка оставался всего метр.

Резкий рывок.

И тут, словно в замедленной съёмке, последний железный крюк вылетел из стены.

Я снова ухнул вниз по грудь, но верёвку не выпустил.

Так я и висел над пропастью, а верёвка, закреплённая только на первых двух крюках, начала натягиваться. Обе ладони горели.

– Марк! Лезь вверх! – услышал я крик Алекс.

Я не ответил, чтобы поберечь дыхание, и схватился одной рукой рядом с другой, пытаясь подтянуться. Безнадёжно. Висеть и то было тяжело, а тут нужно подтянуться без перчаток, когда верёвка режет ладони.

– Не выходит! – хрипло крикнул я.

И дело было не в силе воли. Мне не хватало именно физических сил.

– Марк! – Алекс показала мне ещё одну верёвку. – Я брошу её тебе. Схватись и просто держись крепче. Мы тебя поднимем.

Мгновение спустя Алекс исполнила своё обещание. Сама девушка и ещё двое членов отряда встали у края бездны, готовясь меня вытягивать. Расклад был ясен: чтобы они могли мне помочь, мне нужно прежде отпустить ставшую бесполезной верёвку и ухватиться за другую, для чего придётся, как ни крути, несколько мгновений висеть на одной руке, что в моём случае почти наверняка означает сорваться вниз. Но разве у меня был выбор?

Я собрался и сначала одной, а затем второй рукой схватился за спасительный канат – и полетел в бездонную Пустоту.

Меня закрутило. Вопя от страха и крепко сжимая в руках свой конец верёвки, я падал в Пустоту. Перед глазами мелькали яркие вспышки, а вокруг царила полная тишина. Я летел точно в вакууме, не чувствуя даже запахов. Тут и ветер не дул! А ещё ловушка-переброс притупляла все чувства. И по ощущениям падение длилось вечно.

С глухим стуком я рухнул на чёрный пляж, который резко контрастировал с кричаще-яркой Пустотой. В лицо ударил жёсткий песок. Перед глазами плясали разноцветные узоры, а все кости сильно болели. Я осторожно встал на колени и выплюнул набившиеся в рот песчинки. Похоже, это была не Пустота, а всё-таки ловушка-переброс, которая просто зашвырнула меня обратно на Девятьсот девяносто девятый уровень. И всё взаимосвязано: если срываешься туда, тебя перебрасывает обратно на остров, подальше от тайного туннеля. К счастью, мы оказались не на другом уровне.

– Добро пожаловать обратно, – послышался голос. Генерал Гонзалес!

Я обернулся. Это была действительно она.

– Капитан Мейерс, – представился мужчина, сидевший рядом с ней. – Заместитель Гонзалес.

Мы оказались на части острова, заросшей густой растительностью.

– Так мы и думали, что сюда ещё один простофиля провалится, – усмехнулась Гонзалес.

– Эм… да. За мной в очереди стояли ещё двое. Если в ближайшие пару минут никто больше не упадёт, значит, остальные перебрались успешно.

Мы выждали минут десять.

– Ну ладно! Выдвигаемся, – Гонзалес поднялась на ноги и зашагала вдоль пляжа.

Я поспешил следом за ней.

– Куда мы идём?

– Назад к туннелю, естественно. Там мы рано или поздно встретим остальных. – Она посмотрела на меня так, будто я задал очень глупый вопрос.

Просто великолепно!

Через полчаса мы добрались до места, где растения стали реже. На песке остались нечеловеческие следы, которые вели вглубь джунглей. Я вспомнил, что на этом уровне, возможно, обитали плотоядные существа, и обрадовался, что мы с ними так и не столкнулись. Гонзалес свернула прямо в густой лес. Мы то и дело обходили глубокие ямы-ловушки и вскоре уже карабкались по знакомому туннелю.

Мы оказались перед знакомой пропастью. Верёвку к тому времени вернули на прежнее место и надёжно закрепили.

– Мистер Шмидт? – Гонзалес кивнула в сторону пропасти, чтобы я лез первым.

Проходить по этому маршруту второй раз было утомительно, но я, вспомнив предыдущий опыт, действовал сосредоточенно и осторожно. Теперь проблем не возникло. Через несколько минут мы собрались на другой стороне и тихо зашагали дальше по туннелю. Впереди послышалось едва различимое бормотание. Гонзалес отправила Мейерса разведать обстановку. А мы расположились на полу туннеля. Совсем скоро капитан вернулся.

– Всё в порядке. Наши ещё не двигались дальше, вход в пещеру оказался совсем близко от пропасти. Они ждут нас неподалёку, – отрапортовал он.

Вскоре туннель стал значительно шире. Мы добрались до других членов отряда: они отдыхали, негромко переговариваясь и похлопывая друг друга по плечам. Алекс шагнула ближе и обняла меня. Это было очень приятно, хотя, казалось бы, о каких эмоциях в такой обстановке может идти речь?

– Кошмар… – прошептала она. – Как же я испугалась! Другие предложили не идти сразу дальше, а подождать вас какое-то время. Надеялись, что вы вернётесь.

– Так и случилось. Но повторять это я бы не хотел. Как минимум никогда.

– Послушайте меня! – уверенно сказала Гонзалес. – Мы, вероятно, добрались до пещеры с машиной. Тру́сы-безликие, похоже, где-то спрятались. Будьте крайне осторожны. Вполне возможно, что там нас поджидает новая ловушка или засада. Как мы уже знаем, туда ведут несколько входов, и из любого из них может выскочить целая толпа безликих.

Мы разделились. Часть наиболее опытных людей шагала впереди, чтобы предупредить нас об опасности, мы шли позади.

Вместе с Алекс я прошёл в ответвление туннеля и очутился в уже знакомой мне гигантской пещере. Из этого прохода к машине вела длинная извилистая дорога. Безликих поблизости не было. Они пытались остановить нас, а теперь, похоже, отступили. Машина, скорее всего, была выключена: колбы и детали не двигались. Но фиолетовый луч всё так же бил в потолок, очерчивая лилово-розовый контур, и ввысь периодически взмывали энергетические шары. Вокруг воронок для бутонов лежали засохшие листья.

– Ого… Марк, это просто безумие какое-то! – воскликнула Алекс. – Значит, безликие забирались в эту клетку?

– Хм… да. Это выглядело жутко. Они шли туда практически безостановочно.

По пещере разнёсся голос генерала:

– Давайте же избавимся от этого ужасного изобретения! За работу! А затем живенько делаем отсюда ноги!

Члены отряда принялись за дело.

– Алекс, тут что-то не так, – шепнул я.

– О чём ты?

– Сам не знаю. Просто странное чувство. Я думаю, эта машина очень важна для безликих. Они вверяли ей свои жизни. Защищали проход из Оранжереи и боролись с нами наверху, не желая пускать к ней. И в туннеле тоже пытались нас остановить. А тут вдруг всё бросили. Неужели они так просто отступили? Что-то не сходится.

– Ну, может, они просто хотели выкроить время, чтобы убраться отсюда, прежде чем мы заявимся. Испугались отряда Гонзалес.

– Хм… Может, ты и права. Не знаю. – Мысли о засаде всё ещё крутились у меня в голове.

– ВЫДВИГАЕМСЯ! – прогремел капитан Мейерс. – Отсчёт пошёл. Все наверх, к проходу в Оранжерею, оттуда мы переберёмся на Одиннадцатый уровень. У вас пять минут!

Дважды повторять было не нужно. Мы бегом последовали за остальными к выходу. Члены отряда один за другим исчезали в уже знакомом мне проходе. За небольшим выступом-укрытием остался только парень с ирокезом, державший коробку, от которой тянулись длинные тонкие провода к распределённым вокруг машины устройствам, которые помогут вывести её из строя. Повинуясь странному импульсу, я присел рядом с ним. Алекс на секунду остановилась.

– Бежим! – крикнула она мне. Я лишь помотал головой.

– Можно я останусь? – спросил я парня с ирокезом.

– Я бы не советовал. Вам обоим лучше поторопиться. Вдруг обвалится вся пещера?

– Да-да, понимаю. Но хочется увидеть всё своими глазами.

– Как знаешь. Спрячься здесь. За стену не заглядывай. Голову ниже, и уши заткни. Когда перестанет греметь, не глазей и не зевай, а бегом в Оранжерею. Усёк?

Я кивнул и сделал, как мне сказали. А Алекс, метнув на меня безумный взгляд, бросилась дальше по проходу. Парень с ирокезом показал на пальцах три, два, один… и повернул красный рычажок на коробке.

Раздался грохот. Я покачнулся и ударился головой о камень. Сверху на меня посыпались мелкие камешки, осколки металла и пыль. Гул и вибрация становились всё громче. Парень с ирокезом хлопнул меня по плечу. Я убрал ладони с ушей.

– Бегом, бегом! Здесь нельзя оставаться. Сейчас всё рухнет, – крикнул он.

Я поспешно поднялся и закашлялся. В воздухе стояли тучи пыли, из-за которой было сложно что-либо разглядеть. Парень с ирокезом потянул меня за рукав к выходу, а камни падали и падали, грохот усиливался, и всё вокруг дрожало. Мы с трудом удерживали равновесие, пол качался под нашими ногами, а в некоторых местах даже трескался. Кашляя и пошатываясь, мы из последних сил рванули к проходу в спасительную Оранжерею.

Но вместо того, чтобы совершить ожидаемый переход, я больно ударился плечами и грудью о каменную стену. Куда он пропал? Он ведь был здесь!.. Я в панике ощупывал влажный камень.

– Вот засада! – Парень с ирокезом тоже лихорадочно искал выход.

И тут пол под нами провалился. Мы полетели вниз.

Каменная плита, на которой мы стояли, рухнула, но длилось это всего пару секунд. При ударе мне сильно отдало в бёдра. Было ощущение, будто я вмиг стал вдвое меньше, чем был на самом деле. Меня словно сплющило. Плита треснула надвое, и её половины остались лежать по обеим сторонам от меня, словно закрывая. Я не смог удержаться на ногах, качнулся вперёд и, инстинктивно прикрывая руками голову, упал грудью на камни. А сверху продолжали падать другие каменные плиты. Я оказался в небольшом укрытии и надеялся, что выберусь оттуда невредимым.

Вскоре всё стихло. Всё-таки обычные законы физики здесь не действуют: мы свалились вниз на каменной плите, и я все ещё был жив! Вокруг оказалось темно хоть глаз выколи и тихо, точно в могиле. Я закашлялся и попытался пошевелиться. Но не смог! Ох, только не это! Снова и снова я пытался сдвинуть плиты хоть на миллиметр, толкая их спиной, руками и ногами. Я ревел, кашлял и потел, но ничего не получалось. Всё равно что лезть по канату на Эверест, подтягиваясь только руками. Валуны, между которыми я оказался зажат, притом не в самой удобной позе, больно кололи спину и грудь, а мне в лицо летели пыль да мелкие камешки. Вот такой бесславный финал – мы с напарником навсегда останемся под этими плитами.

Как скоро для меня всё закончится? Дня через два-три, наверное, я погибну от жажды. Всё лучше, чем бесконечно падать в разноцветной Пустоте.

Прошло несколько часов. Или минут? Камни надо мной вдруг заскрежетали и загремели. Посыпалась пыль. В щель пробился фиолетовый свет.

– Марк? Ты там, внизу? – Это был голос парня с ирокезом.

Какое облегчение! Он смог выбраться, и теперь и я буду спасён.

– Да! – крикнул я и снова закашлялся. – Я тут. Внизу! Не могу пошевелиться.

– Момент!

Снова всё заскрежетало и загремело, и вот тяжёлый груз, давящий мне на спину, упал в сторону. Затем мой спаситель убрал мелкие камни, и я уже самостоятельно выбрался из тесного укрытия.

– Уф. Спасибо огромное! Я уж думал, мне пришёл конец.

– Да не за что, Марк. Меня самого завалило, но не так сильно, я сам выбрался.

– Ещё раз спасибо… Да, а как тебя, кстати, зовут-то? – Я так этого и не знал!

– Миллер. Хорст Миллер.

– Хорст? Серьёзно?

– Да-да, меня часто переспрашивают. Я уже привык. Мой дедушка работал в Германии и женился на немке. И бабушка предложила, что, хоть дед и не немец, стоит продолжить эту традицию и давать детям и внукам немецкие имена. Как-то так… – Он пожал плечами, и я впервые увидел, как этот крепкий орешек ухмыляется.

Отряхнувшись от пыли, мы выпили немного Миндальной воды, которая нашлась среди снаряжения Хорста, и съели по протеиновому батончику, после чего наконец спокойно огляделись. Это была небольшая комната под основной пещерой, которая была разрушена, и только одна метровая колонна торчала из пола, точно сломанный зуб. Над нами виднелась пещера, на первый взгляд основные своды были на месте. А вот оборудованию пришёл конец: по всему залу валялись сломанные агрегаты, остатки труб, осколки стекла, оборванные провода и погнутые жестяные листы.

Лишь фиолетовый лазерный луч в центре пещеры по-прежнему бил из каменного пола вертикально вверх, в хаотичном порядке посылая энергетические шары в Пустоту, а оттуда и в Реальность.

Значит, мы действительно падали всего пару секунд. И обвалился лишь тот выступ, на котором мы прятались. А вниз на пару-тройку метров сбоку под пещерой была ещё одна.

Да, я выжил, но при этом потерпел неудачу – луч был на месте.

Мы выбрались в основную пещеру и исследовали её стены. Все известные имеющиеся выходы, похоже, были завалены – или же безликие изначально так всё и задумали, чтобы выбраться было нельзя. Сейчас я был почти уверен, что тот безликий в Оранжерее намеренно отправил меня в Тёмные кварталы. Он хотел от меня избавиться, чтобы я не выдал их тайну. Был ли он вообще подростком, как я полагал раньше? Может, этих существ порождала машина, и в течение своей жизни они становились меньше? В Закулисье своя особая логика.

Но это всё были праздные мысли, которыми я пока мог поделиться только с Хорстом. Ещё я предполагал, что внизу, под этим лучом, находятся аналогичные пещеры – здесь целый лабиринт! – с такими же машинами, и безликие отправляются в Реальность оттуда. Причём если поначалу новый шар взмывал вверх каждый десять-двадцать секунд, то теперь скорость увеличилась чуть ли не вдвое. Сейчас в минуту улетало как минимум десять шаров. Я лихорадочно подсчитал, сколько же это будет в день. Оказалось, больше четырнадцати тысяч. Хотя в Реальности время шло значительно медленнее, как я уже убедился на своём же опыте.

Я представил, как в моё родное измерение пробираются десятки и сотни тысяч безликих, а то и весь миллион. Дальше воображение мне просто отказывало.

Чего я никак не мог понять – так это того, что в Закулисье попадало не так уж много людей. Это казалось исключительным феноменом. Если бы в день пропадало по миллиону человек, дело тут же придали бы огласке. Правда, вполне возможно, что никто просто не замечал подмены. Либо же только недавно число переброшенных в чужое измерение начало резко расти. Судить, конечно, трудно.

Но последствия были очевидны: однажды это может коснуться и моей семьи, и моих друзей. Даже если мне удастся выбраться из этой проклятой пещеры – может статься, что дома меня будут окружать чужие. Безликие. А мои близкие будут пытаться выжить здесь, борясь с гончими, смайлерами и прочими монстрами – и вскоре погибнут. Мало у кого из обычных людей тут есть шанс.

Остановить лазер было невозможно, но мне срочно нужно было вернуться в Реальность, чтобы предупредить мою семью! Пока их не перебросит в Закулисье, им ничего не грозит. И я продолжил лихорадочно искать выход. Спустя несколько часов стало ясно: выхода не было.

Хотя на меня больше не давили валуны, это всё равно была могила. Безликие оставили меня смотреть, как всё быстрее работает их проклятый лазер. До чего же горькая ирония. Я не удивился бы, если бы выяснилось, что они сейчас сидят перед чёрно-белым телевизором, наблюдают за нашими жалкими попытками найти выход и посмеиваются. Так, наверное, оно и было.

– Эй, Хорст. Есть идеи? Потайной ход или, может, какой-то трюк?

– Конечно, есть. Покружись три раза на месте и покричи: «Проход, откройся!»

– Может, прыгнуть под этот лазер? – предложил я наполовину серьёзно.

– Перенесёмся или в Пустоту, или сразу в Реальность, – усмехнулся Хорст. – Будь всё так просто, безликие бы не строили машину.

Я снова покосился на энергетический пульсирующий луч. Если моя теория верна, он действительно переправит в Реальность, но если нет – можно погибнуть на месте. Со стоном я поднялся с валуна и медленно шагнул навстречу свечению.

– Марк? Марк! Я ж пошутил! Мы найдём выход, обязательно найдём. Мы же можем обыскать стены ещё раз.

Но я не слушал товарища по несчастью и приближался к ярко-фиолетовому свету. Толщина луча была примерно в один шаг. Шары появлялись прямо из пола и взлетали вверх по нему.

Я отступил назад, поднял с пола камень величиной с кулак и бросил в луч, чтобы узнать, что может случиться. Камень с треском лопнул. Раскалённые обломки брызнули в разные стороны, и я в ужасе пригнулся, чтобы случайно не попало и в меня.

– Эй-эй-эй! Давай не занимайся ерундой. Это опасно, – крикнул Хорст позади меня.

– Да, да, знаю. Не волнуйся за меня, – отмахнулся я и отметил про себя, что говорит-то он совсем как моя мама.

Я невольно ухмыльнулся. Но ухмылка быстро исчезла с моего лица – а ведь мама действительно может здесь оказаться. Или моя сестра Эмилия. Или Крис. Или Кнут, мой отец. Хоть мы иногда и спорили, я всё равно за него переживал. Я бы такого даже злейшему врагу не пожелал.

Я осторожно провёл рукой вблизи нового взлетающего шара. Ничего. Ни тепла, ни хотя бы малейшего колебания воздуха. Прыгнуть? Нет уж, я ещё не настолько отчаялся. Я медленно поплёлся обратно к Хорсту.

– Слушай, Хорст, меня в прошлый раз перебросило после того, как подруга хорошенько мне врезала…

– Ага, ясно. Хочешь ещё раз попробовать? Не думаю, что это полезно для здоровья. Сотрясение ещё заработаешь. Да даже простая головная боль ничем не лучше.

– Есть более удачные идеи? Пока мы тут сидим без дела, в Реальности всё больше людей становятся одержимыми безликими.

Хорст задумался, а потом произнёс:

– Ладно, раз ты так хочешь.

– Ну, вперёд!

Он встал за моей спиной, и в следующий момент что-то тяжёлое ударило меня по затылку. В глазах резко потемнело.

Передо мной с грохотом захлопнулась тяжёлая серо-жёлтая металлическая дверь. Некоторое время я просто стоял, не смея пошевелиться. Затем вдохнул прохладный влажный воздух. Пахло бетоном. Слева и справа от меня располагались вертикальные деревянные рейки для запорных люков с висячими замками. Тёмный коридор освещала одинокая лампочка. На какой уровень на этот раз меня зашвырнуло? Или всё же я вернулся в Реальность?

Я оглянулся назад: там оказалась такая же дверь. Табличка с зелёным человечком в белом прямоугольнике обозначала выход. Прежде всего я открыл ту, что была передо мной, и выглянул в неё. Загудела старая неоновая лампа, слабо освещая небольшой, тесный подвал, где хранились велосипеды. В целом самый обычный. Но не как в моём доме. Мы жили в пятиэтажке, обустроенной более современно. И дверь в подвал была отделана металлическими листами.

Только тут я вдруг осознал, что рука, сжимающая дверную ручку, была… не моей. Даже сердце на секунду замерло. Не может быть! Но сомнений не оставалось: ладонь шире, да и кожа темнее. А ещё на мне была не та одежда, что в Закулисье: тёмно-синий дождевик с пуговицами-заклёпками и жёлтой отделкой на месте швов, которого у меня не было даже в Реальности. К тому же на пару размеров больше моих обычных вещей.

О, нет! Это же не я! Не моё тело! Но если тело не моё, это значит, что я переместился в Реальность – как и безликие.

Я испуганно отпрянул назад. Дрожащими руками ощупал лицо и голову. Короткие вьющиеся волосы. Затем оглядел чужие руки и ноги. В ушах шумело. Теперь я сам оказался в чужом теле… А тот, кому оно принадлежало, оказался в Закулисье. И кому из нас больше не повезло?

Постепенно первый шок отступил, я успокоился, разум снова прояснился, и возник новый вопрос: что всё это значит?

Я оказался в моём родном измерении, в Реальности. Лазер действительно использовался для перемещения живых объектов в тела людей. Никто бы не смог меня узнать. Я попал не только в чужое тело, но и, скорее всего, в чужую семью, возможно, даже в чужой город. Ну, хотя бы надеюсь, что не в страну на другом конце света.

Теперь уже бессмысленно предупреждать об опасности из Закулисья родителей или друзей. Даже если я до них доберусь, они мне не поверят. Потому что это же немыслимо! А если я упомяну то, что мог знать лишь настоящий я, они сочтут меня сумасшедшим, который годами следил за Марком, и отправят в психушку.

А что будет со мной, если парня, в чьё тело я сейчас попал, перебросит обратно в Реальность? Меня вытеснит из этого тела? А куда? Если меня уже в этом теле перебросит в Закулисье? Тогда в том измерении будет два таких парня? Или первого, которому на самом деле принадлежит это тело, оттуда вытеснит?

Из-за роя вопросов голова закружилась. Сколько же «если» и «но»… Вариантов много. И осуществиться мог любой из них. Но ни один не решала мою проблему. А безликие между тем продолжали захватывать тела людей каждый день. Я устало сел на пол, прислонившись спиной к скрипучей деревянной рейке. Нет, для меня это слишком. И как мне в одиночку остановить источник энергии, который создан для перемещений?

В Реальности или другом измерении – в чужом теле мне никто не поможет. Только что я чувствовал себя жалким, беспомощным и бесполезным, но и теперь лучше не стало.

Алекс! Она была единственной, с кем я мог это обсудить, а потом и поискать решение проблемы. Но где она сейчас? В Реальности или всё ещё в Закулисье? И с кем я буду говорить – с ней настоящей или вселившейся в неё сущностью? Что ж, как раз это выяснить будет легко. Мы в последнее время столько всего пережили. Можно, конечно, было бы и написать ей, но… Нет, это не тот случай. Лучше лично.

Теперь, когда у меня снова появилась цель, я заметно оживился и огляделся. Рядом лежал серый рюкзак, я поднял его и открыл замок. Похоже, того парня, в теле которого я оказался.

Я достал документы. Итак, Нео Хангула. Пятнадцать лет. Учится в гимназии. Из Мюнхена, в котором живёт Алекс. Имя довольно странное. Наверное, меня перебросило в тело, находящееся ближе всего к точке моего последнего переброса.

Рядом с документами, в которых был указан адрес, школьными тетрадями и листком с контрольной по математике, за которую Нео получил тройку с минусом, я нашёл выключенный смартфон. Я нажал на кнопку и подождал, пока экран загорится. Требовалось ввести шестизначный код. По отпечатку пальца разблокировать телефон не вышло: стояла двухуровневая защита. Я попробовал ввести дату рождения и простые варианты, вроде шести нулей или единиц. Но, к сожалению, ни один не подошёл.

Вдруг металлическая дверь с противоположной стороны со скрипом открылась. Вошёл пожилой мужчина в сером кардигане. Я поспешно поднялся с пола.

– Ты что это тут делаешь? – недружелюбно поинтересовался он.

– А я… в школу шёл, – сориентировался я.

Он недоверчиво посмотрел на меня:

– Опоздал ты уже, скажу я тебе. И школа уж точно находится не в нашем подвале.

– Э… Да. Конечно. Извините, пожалуйста. Ну, я побежал.

Я прошмыгнул мимо него и понёсся вверх по подвальной лестнице, перепрыгивая сразу через две ступеньки. Старик что-то кричал мне вслед, но я не обращал внимания. Меньше всего на свете мне сейчас хотелось общаться с возможными соседями Нео или – того хуже! – его родителями. Всё бы точно пошло наперекосяк. Я распахнул обветшалую входную дверь дома, которая давно нуждалась в покраске, и очутился на самой обычной жилой улице. Автомобили на обочине, живые изгороди примерно мне по пояс, дома на несколько семей. Мятно-зелёный дом, из которого я только что выскочил, был старым. Теперь-то понятно, почему подвал выглядел так ветхо. Прежде чем меня кто-то узнал или заговорил со мной, я со всех ног бросился бежать.

Через пару кварталов, где здания были уже современнее и выше, я остановился, чтобы немного отдышаться и обдумать, что делать дальше. Раз уж Интернета у меня временно нет, значит, надо ехать к Алекс в квартиру и ждать её там. Её – или же безликого в её теле.

Спустя час я был на месте. Добрался без проблем, нужно было только расписание автобусов раздобыть, а проезд я оплатил деньгами из кошелька Нео. В Закулисье я пробыл примерно несколько недель, если считать ещё и моё пребывание в Тёмных кварталах. В Реальности же прошло всего шесть дней. Суббота следующей недели.

Интересно, сущность в моём теле вернулась в Дюссельдорф? В этом я немного сомневался, учитывая нынешнюю ситуацию. А может, это и к лучшему. Странные, конечно, у меня мысли.

Так, ладно. Всё или ничего. Я подбежал к подъезду и уже хотел нажать на звонок квартиры Алекс, как вдруг позади послышался знакомый голос:

– Привет, дружок. Ищешь кого-то?

Это была она. В белых спортивных штанах и такой же толстовке, в руках коричневый бумажный пакет с продуктами. Она смотрела на меня с любопытством и, разумеется, не узнавала.

– О, привет, Алекс! Это я. Марк, – прежде чем она что-либо ответила, я поднял руки. – Да-да. Знаю, о чём ты думаешь. Это всё лазер безликих, меня перебросило не в то тело.

– Марк? – спросила она чуть погодя, когда оправилась от первого удивления. – Это правда ты? Я уж и не думала, что снова тебя увижу.

– Да, я тоже думал, что мне конец. – Похоже, это настоящая Алекс. Но чтобы окончательно в этом убедиться, я спросил: – Ты помнишь, как именно меня перебросило в Закулисье в прошлое воскресенье?

– Конечно, помню. Я тебя вырубила, – сказала она.

Эту подробность знала только Алекс. Случилось это в Реальности, и рядом больше никого не было. Только мы двое.

– Фух. Ты настоящая! – выдохнул я. – Можно войти?

– О, конечно. – С этими словами она открыла дверь подъезда и чуть отступила, пропуская меня вперёд. – Рассказывай скорее, что случилось. А я расскажу, что произошло после обвала в пещере. Да уж, к твоей новой внешности ещё надо привыкнуть.

В её квартире всё было по-прежнему. Только яркие полевые цветы заменили жёлтые подсолнухи. Мы сидели за кухонной стойкой и пили чай. Ничто не указывало на то, что последние несколько дней в теле Алекс находился кто-то другой. Либо та сущность – а может, и сама Алекс – никак и не вредила телу.

После того как я рассказал ей о том, что нам с Хорстом пришлось пережить в полуразрушенной пещере, о том, как я в отчаянии прыгнул под этот лазер, слово взяла она.

– Я ждала тебя вместе с остальным отрядом. Но ты так и не выбрался, и, как оказалось, проход завалило, – её плечи поникли. – Оставаться там было слишком опасно. Поэтому, как бы мне ни было жаль, нам пришлось идти обратно. Мы без приключений добрались до Бесконечного города через нижний подуровень Оранжереи. Там я долго искала выход в Реальность, пока через несколько дней меня наконец не перебросило. К счастью, я попала именно в моё тело. Сущность всё это время жила здесь, в моей квартире.

Она рассеянно огляделась.

– Странное чувство, – продолжила Алекс. – Я была здесь, но при этом не здесь. А ещё сущность в моём теле искала кого-то по всем моим социальным сетям. Не знаю, может, семью, может, друзей… Как было и в твоём случае. Я вернулась только вчера по времени Реальности. И ты должен ещё кое-что узнать… – она запнулась.

– И что же?

– Твои родители тебя ищут. Отец прислал тебе на телефон сотню сообщений. И полиция звонила. Сущность в моём теле, видимо, как-то уходила от расспросов. Я сама ещё ничего не уточняла. Просто увидела кучу звонков и сообщений. Может, тебе стоит дать знать, что с тобой всё в порядке?

Я тяжело сглотнул. Мои опасения подтверждались.

– В этом теле? Ты смеёшься? – воскликнул я. – Мне же никто не поверит. Кроме того, сейчас надо вести себя крайне осторожно. Если в нашем мире так много безликих, как узнать, с кем мы говорим – с настоящим человеком или с сущностью из Закулисья? – Тут меня посетила жуткая мысль. – Возможно, именно это случилось и с моим отцом. Он всегда следил за тем, с кем я общаюсь и что пишу. И запрещал читать страшные истории. Ну какой нормальный человек будет так всё контролировать?

Она пожала плечами.

– Я же его не знаю. Может, ты и прав. – Алекс некоторое время помолчала, раздумывая о чём-то. – А ещё совершенно очевидно, что безликие не гнушаются применять силу в случае необходимости. Например, если не хотят, чтобы их план раскрыли. Поэтому нам важно быть осторожными.

– Вот именно. Нужно придумать, как их остановить. Нельзя просто смотреть, как люди постепенно пропадают в Закулисье. В любой момент в опасности могут оказаться мои близкие, семья и друзья. Вдруг мой настоящий отец и правда уже много лет там находится? – Чем дольше я об этом думал, тем более вероятным это казалось. Когда я был маленьким, отец был другим – заботливым и внимательным. А со временем стал вести себя странно и пренебрежительно. Он был не похож сам на себя! – Нужно что-то сделать! Я… я надеялся, что у тебя есть идея… – говорить больше было не о чем.

Алекс подула на чай и посмотрела мне в глаза. Молчала она долго, и постепенно мне стало неловко. Такой я её ещё не видел. Может, Закулисье изменило нас обоих, просто мы сами этого не видим и не чувствуем.

– Я знаю одно, – наконец нарушила она тишину, – силой этот энергетический луч не уничтожить.

– Согласен.

– Мы не знаем, по каким законам он действует и источник, откуда он берёт начало. Отряд Гонзалес посчитал, что всё уже уничтожено. Я и сама так думала, пока ты не явился.

– Ох. – Я хлопнул себя ладонью по лбу. – Ты права. Безликие пустили нам всем пыль в глаза, заставив думать, что миссия выполнена успешно. Они снова оказались на шаг впереди. И в Закулисье теперь никто не будет с ними бороться, полагая, что они выбыли из игры.

Всё было гораздо хуже, чем я изначально предполагал.

Алекс и бровью не повела:

– Верно. Но мы-то знаем правду. И у нас есть преимущество, которым мы должны воспользоваться.

– О чём ты?

– О нашей ДНК.

– То есть?

– Я изначально подозревала, что у нас обоих какая-то необычная мутация. Ты впервые переместился в параллельный мир, когда упал с велосипеда и потерял сознание. Другие люди попадают туда из жутких заброшенных мест. Нас же раз за разом перебрасывает в Закулисье, но мы возвращаемся оттуда невредимыми. В отличие от других, которые никогда не найдут выход. И тот факт, что ты переместился в новое тело, доказывает, что на тебя луч отреагировал не так, как на Хорста.

При воспоминании о Хорсте у меня снова сжались все внутренности.

– И объяснить нам, в чём уникальность наших генов, могут лишь… – продолжала тем временем Алекс.

– …биологи! – закончил я её предложение. – Надо было сразу к ним идти, как и планировали. Может, тогда мы были бы ближе к разгадке. А вместо этого связались с Ральфом и отрядом.

– Да уж. Поздно дошло. Но зато теперь мы точно знаем, что делать – верно же?

В этом сомнений не было. И именно это мне и не нравилось.

Алекс подготовила новое подходящее снаряжение. Это заняло некоторое время. Я же не выходил из дома все эти дни: возможно, Нео уже искали.

До этого Алекс была на Девятом, поэтому мы считали, что её должно было перебросить на Десятый уровень. Из статьи в Интернете мы узнали, что там пшеничное поле, которое выглядело совсем не так многообещающе, как можно было бы предположить поначалу. А вот со мной история намечалась поинтереснее. Я ведь был не в своём теле. А у Нео возможных отклонений в ДНК, скорее всего, не было. Соответственно, намеренно переместиться ему – или мне – будет сложно. Если, конечно, мои способности не передались этому парню. Тогда меня перебросит на Первый, Второй или Третий уровень – в самое начало.

– А как мы это провернём? – спросил я. – Одновременно стукнем друг друга?

– В твоём случае это вряд ли сработает. Какое самое жуткое место ты знаешь?

– Ну… Так сразу и не соображу. – После того, как я побывал в другом измерении, в нашем всё казалось не таким уж и жутким.

– Давай поищем на форумах, может, есть известные ходы в Закулисье, о которых сообщали другие попаданцы.

Копаясь в Интернете, мы нашли много материалов об организации «А-Синк», якобы имеющей доступ к фиксированному порталу. Но было сложно определить, правда это или выдумка фанатов. Официального сайта у этой компании не было. Что, впрочем, логично.

– А что, если… – начал было я, но осёкся. Мысль показалась слишком банальной.

– Если что?

– Предположим, что переброс больше зависит от тела, чем от духа.

– И что? – Алекс не понимала, к чему я веду.

– Я вселился в тело Нео в подвале его дома. Возможно, дверь туда была точкой входа. Там, кстати, довольно жутко.

– И ты думаешь, тебя перебросит, если ты снова пройдёшь через ту дверь?

– Не знаю. Я мельком его осмотрел. В целом, самый обычный подвал. Но… – Я не мог подобрать слова, чтобы объяснить. – Похоже, в этой точке параллельное измерение очень близко к нашему. По крайней мере, конкретно для этого тела.

– Хм… Разумно. Считаешь, нам нужно заглянуть в тот подвал?

– Хуже точно не будет.

Вечером мы поехали в район дома Нео на жёлтой машине Алекс. То есть это раньше он был жёлтый, словно теннисный мячик, теперь же корпус весь выцвел и был покрыт ржавчиной и вмятинами, а выхлопная труба сломана. В этом маленьком городке чуть южнее Мюнхена, где футболисты клуба «Бавария» и директора бирж боролись за место под солнцем, машина Алекс смотрелась примерно так же, как вывалявшаяся в грязи собака на белоснежном ковре.

На извилистой улочке со старыми домами, в одном из которых жил Нео, мы выделялись уже не так сильно. Алекс припарковала машину у соседнего дома. В это время большинство жителей квартала видели десятый сон. Когда мы вышли из машины, слышала только шум отдалённой федеральной автомагистрали.

– Эм… Алекс?

– Да?

– Кажется, у нас проблема.

– Какая?

– Подвал, о котором я говорил, вон в том доме впереди.

– И?

– Но в ученической карточке Нео указан другой номер дома.

– Хм… А может, они недавно переехали?

– Может… – кивнул я. Но внутри засело нехорошее ощущение.

Мы медленно дошли до подъезда нужного дома. Я неловко выудил чужую связку ключей и поискал подходящий. Он легко вошёл в замочную скважину, однако не повернулся.

– И что теперь? – прошептал я, беспомощно оглядываясь на Алекс.

– Подождём, может, появится кто-то из соседей, и войдём вместе с ним.

– С ума сошла? Тут же все друг друга знают!

– В доме, где я живу, никто никого не знает. Вот что значит большой город. Соседи стараются держаться подальше друг от друга, не желая лишний раз ни с кем контактировать.

– Может, лучше до утра подождать? – спросил я.

– Да ты что! – шикнула на меня Алекс. – Чем страшнее и рискованнее, тем лучше для переброса. Сам же говорил.

Пожалуй, в этом была своя логика. Мы вернулись к машине, включили радио и стали ждать. После долгих блужданий по Закулисью ждать мы привыкли. Однако спустя два часа я засомневался, возвращается ли кто-нибудь домой так поздно.

Но вот по тротуару прошла парочка чуть за тридцать. Оба в длинных пальто, он в парадных брюках, а она в короткой юбке. Направлялись они, судя по всему, к нужному нам подъезду.

Алекс тут же подтолкнула меня.

– Пора!

Мы вылезли из машины, девушка подхватила меня под руку, и мы поспешили за парочкой, которая уже открывала дверь. У изгороди перед домом Алекс замедлила шаги. До двери оставалось метров пять. Женщина недоверчиво покосилась на нас, но ничего не сказала и исчезла в подъезде со своим спутником. Дверь начала медленно закрываться. Алекс подбежала к ней и придержала. Я последовал за подругой, которая приложила палец к губам, призывая к молчанию. Вскоре отчётливо стукнула дверь квартиры, шаги на лестничной клетке стихли.

– Ну, вперёд! Ты первый! – шепнула Алекс.

Я шагнул дальше, прислушиваясь. В одной из квартир шумел телевизор. Я прокрался вперёд по коридору к лестнице в подвал. Алекс за мной. Хотелось надеяться, что нас никто не увидит. Дверь подъезда захлопнулась. И мы остались в кромешной темноте. Я чувствовал, как колотится сердце в груди, и прислушивался к нашему дыханию. Алекс включила фонарик на телефоне. Этого было достаточно, чтобы различить ступени, и я начал спускаться. Моя тень казалась зловещей и жуткой и, похоже, начинала жить своей жизнью. Спустившись вниз, я нажал на ручку металлической двери. По всему коридору разнёсся скрип. Я приоткрыл дверь и скользнул внутрь. Алекс пробралась за мной. Когда дверь закрылась, я нашарил на стене выключатель и повернул его, как это часто делали в старых фильмах. Зарешёченная лампочка еле-еле освещала коридор подвала. По углам плясали тени от фонарика Алекс. Казалось, они только и ждали момента, чтобы напасть на нас.

– Вперёд, вперёд, – торопила Алекс. – Скрип наверняка кто-то да услышал. Вдруг выйдут проверить?

Я зашагал к двери напротив, стараясь не смотреть по сторонам. Снова глубоко вдохнул и открыл её. В подвале тускло светила неоновая лампа.

– Зря мы всё это затеяли, – расстроенно пробормотал я.

– Слишком быстро сдаёшься. Вперёд, ну!

Мы зашли в комнату, и дверь за нами закрылась. Моя спутница медленно шла вдоль стены, ощупывая её кончиками пальцев.

– Эй! Ты это видел? По-моему, странно, – она показала на участок стены, который был окрашен темнее, хотя причины выделять его вроде бы не было. – Может, попробуешь? Мне попасть в Закулисье проще, а удастся ли тебе вернуться туда – не понятно.

Я подошёл к стене, вытянул руку, чтобы коснуться её, и моя рука свободно прошла!

– Да! Оно! – в восторге воскликнул я. – Это проход!

– Ну, бывай. Поначалу мы окажемся на разных уровнях. Встретимся через пару-тройку дней на Первом у биологов.

На прощание я посмотрел ей в глаза. Сложно было определить, что за эмоции в них отражались. Сомнение? Беспокойство? Предвкушение?

Я кивнул Алекс и шагнул вперёд.

Я очутился на Первом уровне в пустом влажном коридоре, где было множество дверей в складские помещения. Хорошо, что не пришлось снова бродить по Нулевому с его назойливым жужжанием, дикими видениями и раздражающими жёлтыми стенами. Но прежде чем отправляться на поиски базы биологов, нужно было кое-что прояснить: кто я сейчас? Хватило одного взгляда: я всё еще Нео. Даже если мы найдём способ уничтожить луч, как я вернусь в моё настоящее тело? Предположений на этот счёт не было. Не давая новой волне отчаяния меня захлестнуть, я зашагал вперёд. Пока понятно только одно: я должен найти биологов. Надеюсь, скоро туда же прибудет и Алекс.

За спиной раздалось рычание, и я в ужасе обернулся. Из-за угла выглядывала гончая. Быстро же меня эта гадина выследила! Между нами было шагов десять. Я не успею добежать до следующей комнаты…

Скрежеща когтями и жутко воя, тварь понеслась прямо на меня. Я сорвал с пояса перцовый баллончик, резко брызнул ей в морду, а сам отскочил в сторону. Сделал я это как нельзя вовремя. Вой сменился визгом. Скуля, существо проковыляло мимо меня. Я с облегчением вздохнул и подождал, пока сердце снова начнёт биться спокойно и размеренно. Как же было близко… И как же хорошо, что при мне оказался баллончик.

Свернув за угол, я вздрогнул. Буквально в нескольких шагах от меня стоял, прислонившись к стене, человек. Я сразу узнал силуэт в белом халате с кожаной сумкой на боку.

– Лия! Как я рад снова тебя видеть, – поприветствовал я девушку, шагнул ближе и посветил фонариком в её сторону.

Она смотрела на меня, чуть наклонив голову набок.

– Ой, извини. Ты, конечно, не узнаёшь меня в этом теле. Это я, Марк. Был тут пару недель назад. А потом такое произошло… Сложно объяснить.

Лия не произнесла ни слова.

– Эм… С тобой всё в порядке?

Ответа не последовало. Она шагнула мне навстречу. Да что с ней такое?

– Лия? Ты в порядке? – не унимался я.

И на всякий случай попятился. Точно ли это Лия?

Вдруг её щека пожелтела, и кожа будто начала рассасываться. Странная сыпь быстро распространялась по всему телу и даже волосы стали менять цвет и структуру. Всё обратилось в бледно-жёлтую сочащуюся слизь. Одежда с треском рвалась, руки и ноги становились длиннее и толще. Меня затошнило. Первый шок прошёл довольно быстро, и я начал отступать. Прочь отсюда! Благо, существо пока не спешило на меня набрасываться. С бешено колотящимся сердцем я медленно отступал, не сводя с него глаз. И только когда дошёл до угла, я развернулся и со всех ног помчался назад.

Я несся по коридору и позволил себе остановиться лишь через несколько сотен метров. Перевёртыш! Он поглотил Лию… Нет, быть того не могло! Только не она! Бравая девушка-биолог, которая встретила меня, когда я попал сюда из подвала бассейна. Она так надеялась выбраться со мной в Реальность. Во мне всё сжалось, по щекам покатились слёзы, и я в очередной раз проклял это жестокое параллельное измерение.

Через пару минут я немного собрался с духом. Что тут теперь сделаешь? Важнее как можно скорее найти базу биологов и вместе с ними придумать, как бороться с безликими. Они ведь так и продолжали вселяться в тела людей, вынуждая их самих оставаться один на один со здешними жуткими тварями.

Я поднял глаза и увидел в отдалении слабо освещённую металлическую бирюзовую дверь, ведущую на аванпост. Вот удача! Я тут же бросился к ней.

– Эй! – закричал я, колотя по двери кулаком. – Это я, Марк Шмидт! Докс! Мне срочно нужна ваша помощь!

Некоторое время было тихо. Но вскоре послышалось жужжание и стук. Так, меня услышали и сейчас откроют. Дверь действительно распахнулась внутрь, но войти мне не дали. Незнакомая мне пара биологов целились в меня из оружия. Такого я не ожидал и отпрянул назад.

Женщина, блондинка средних лет, довольно жёстко спросила:

– Ну-ка стоять. Ты кто такой?

– Я Марк. Марк Шмидт, – на всякий случай я поднял руки. – Я уже был тут пару недель назад. Меня привела Лия. Я чуть не шагнулна уровень веселья, но она вовремя спасла меня. Докс тоже меня знает. Мы тогда много говорили с ним о моей необычной ДНК, – торопливо объяснил я, надеясь, что смогу убедить их.

Биологи переглянулись. И тут вперёд выступил человек, стоявший до этого за их спинами. Докс!

– Фух. Какое счастье, что вы здесь, Докс. Нам срочно нужна ваша помощь! – Я уже опустил руки и хотел шагнуть к старому знакомому, но меня остановили.

– Нет, не так быстро, дружочек, – резко сказал второй биолог – крупный плечистый мужчина с тёмными волосами.

– Извини, конечно, – обратился ко мне Докс, – но Марк Шмидт, с которым я познакомился пару недель назад, был… эм… несколько другим.

– Да, знаю, и это только часть проблемы. Ещё не самое худшее. Давайте я вам всё объясню в более спокойном месте.

Биологи недоверчиво переглянулись, а потом отступили, пропуская меня вперёд.

Я снова сидел в кресле в кабинете Докса и рассказывал ему о своих приключениях, машине безликих, а также поделился с ним теорией, которую сам вполне убедительно доказывал. В конце я сообщил о недавнем столкновении с перевёртышем, который поглотил Лию.

– Ох… Только не это… – Он расстроенно потёр лицо. – Наши опасения подтвердились, это существо действительно перехватило её. Лия отправилась на миссию позавчера и не вернулась. Но такова эта реальность, мы каждую неделю теряем своих.

Он встал и начал ходить по комнате, заложив руки за спину.

– Я думаю, твоя теория верна. Нам поступают сведения, что число вновь прибывших растёт. Многие из них рассказывали, что до этого их друзей или членов семьи точно подменяли. Одержимость, как ты и сказал. Ты и сам отличное тому доказательство. Даже если ты на самом деле просто хороший актёр.

– Нет! Я…

– На самом деле это не так уж важно, – перебил меня Докс. – ДНК тела Марка – твоего настоящего тела – весьма необычна. Мы изучили её за это время вдоль и поперёк. И нашли мутации, из-за которых тебя может перебрасывать. По крайней мере, к такому выводу мы пришли после экспериментов. Возможно, нам удастся синтезировать средство, которое облегчит перебросы. Правда, я пока не знаю, как нам это поможет.

Я лихорадочно соображал, переваривая новую информацию. А потом мне в голову пришла безумная идея, которой я тут же поделился с Доксом. Он побледнел.

Три дня спустя я лежал в засаде на крыше высотки. Со мной были Алекс, Докс и пара биологов, которые так недружелюбно встретили меня на аванпосте. Их звали Лорена и Йеджун. Оба принадлежали к элите биологов, но были не просто учёными, а тренированными бойцами. Алекс только вчера присоединилась к нам на Одиннадцатом уровне. Она была почти без сил. С Десятого перебраться было не так сложно. Однако слухи о том, что именно мы уничтожили машину безликих, распространялись очень быстро. В итоге Алекс пришлось спасаться бегством от разъярённой толпы безликих, и эти кошки-мышки продолжались несколько часов, пока мы случайно не нашли её и не помогли укрыться. Лорена жила в этом районе Бесконечного города уже очень много лет и знала его как свои пять пальцев.

– Посмотрите, – велел Докс, передавая мне подзорную трубу.

Я внимательно разглядывал улицу под нами. Вскоре я понял, что он хотел показать. Это как раз подтверждало мою догадку и было предпосылкой к успеху плана, которым я поделился с Доксом в его кабинете. На этой оживлённой улице люди и безликие спешили каждый по своим делам. На первый взгляд. Однако большинство безликих двигалось в одном направлении.

– Ага! – воскликнул я. – Так и знал, что они прибывают сюда и потом направляются к лучу-телепорту.

– Я заметил эту странность ещё в первое посещение Бесконечного города. Здесь легко затеряться в толпе, и никто не обратит внимания на безликих, шагающих в одну сторону. Может, они идут на рок-концерт или летнюю распродажу. Или просто кофе попить, – проворчала Алекс. – Мы этого не знаем. Всё, что у нас есть, – это твоя безумная идея, которая наверняка нас всех погубит, но ничего не изменит.

– Другого плана у нас всё равно нет, – вздохнул Докс. – И будь это действительно невыполнимо, я бы сейчас сидел в своём уютном кабинете, а не рисковал тут своей жизнью.

Следующие несколько часов мы крались по пустым переулкам и зловонным задним дворам, снова взбирались на высотки, стараясь оставаться незамеченными, пока следовали за толпой безликих. Благодаря Лорене, которая хорошо знала местность, нам это более или менее удавалось. Часто ускользнуть получалось в самую последнюю секунду, иногда нам приходилось прятаться в подъездах домов и за мусорными баками.

– Смотрите! – крикнул я. Мы стояли на втором этаже жилого дома и наблюдали, как внизу отдельные группки по-прежнему тянутся в одном направлении. – Там, вдали! Похоже на огромный стадион.

Четырёхполосное шоссе и ряды домов по обеим его сторонам обрывались у огромной парковки. Там и собирались безликие. За парковкой возвышалась круглая бейсбольная арена из бетона и стали. В небо светили четыре ярких прожектора, хотя в Бесконечном городе и так был вечный день. Безликие шли именно на этот свет.

– Ну прекрасно, – фыркнула Алекс. – И что теперь? Пробраться в логово льва незамеченными будет трудно.

Почему она всё время ворчит и злится?

– Возможно, – ответил я, – но грубой силой мы в борьбе с ними всё равно ничего не добьёмся. Они это предусмотрели.

Я повернулся к Доксу:

– Как насчёт тех машин на парковке? Мы можем попытаться незаметно подъехать на одной из них к стадиону.

– Понял тебя, – кивнул Докс. – Проблема лишь в том, чтобы найти её. Ведь машины или заперты, или внутри водитель с пассажирами. Всё как в Реальности, в общем-то. И, к сожалению, взламывать замки мы не умеем. – Он виновато пожал плечами.

Я посмотрел на Алекс.

– Что ты на меня смотришь? – буркнула она. – Я, по-твоему, на взломщицу похожа?

– Значит, просто угоним, – решил я.

– Ты меня вообще слушаешь? – возмутилась Алекс.

– Конечно, слушаю. План таков: тормозим машину, выгоняем водителя, садимся сами и едем к стадиону.

– Вообще супер! Незаметнее просто некуда. – Алекс закатила глаза.

Шины отчаянно заскрипели по асфальту, когда Лорена и Йеджун с оружием наперевес вдруг выскочили перед автомобилем, который неспешно ехал по боковой улочке. Это был бледно-зелёный фургон с тонированными боковыми стёклами. То, что надо!

– ВЫХОДИМ ИЗ МАШИНЫ! ЖИВО! – рявкнул Йеджун.

Лорена обежала автомобиль и толкнула раздвижную дверь. Внутри сидели трое безликих разного роста. Похоже, это семья. Они испуганно жались друг к другу.

– Не слышали, что сказано? На выход! – повторила приказ Лорена и махнула оружием в сторону.

Безликие подняли руки и сделали всё, как им велели. Дверь кабины открылась, и оттуда выскочило ещё одно существо. Он подбежал к вышедшей троице и подтолкнул их в сторону тротуара. Мне снова стало не по себе от этой мрачной тишины и отсутствия эмоций на их лицах.

– Скорее. Лезьте внутрь, а я за руль, – распорядился Докс.

Через пару секунд мы заняли места в автомобиле, который мало чем отличался от типичного семейного фургона с двумя рядами сидений. Машина бесшумно тронулась.

– А не покажется подозрительным, что за рулём человек? – спросила Алекс.

– Нет. Автомобили на ходу в Бесконечном городе очень ценны, их редко продают безликим, – отозвался Докс. – Но редко не значит никогда. По крайней мере, это не запрещено.

Мы катили по боковым улочкам, где было мало машин. Лорена подсказывала направление.

– Как думаешь, что там, на этом стадионе? Ты ведь хорошо знаешь район, – спросил я её.

– Без понятия. Мы так далеко ещё не заходили. Когда видишь огромное пустое здание, никогда не знаешь, какие твари там обитают. Вот и со стадионом та же история. Но раньше он не был освещён, и безликие им не интересовались.

– Значит, мы на верном пути, – улыбнулся я.

– Да, к сожалению, – фыркнула Алекс.

Да что с ней такое?

Через полчаса мы уже подъезжали к парковке с противоположной стороны. Я ошибался, полагая, что здесь машин будет меньше. Доксу пришлось пригнуться к рулю и стараться держаться подальше от других автомобилей и пешеходов. Мы-то сидели внутри, и нас за тонированными стёклами было не разглядеть.

Но нас так никто и не остановил.

Казалось, стадион возвышался до небес. Конструкцию поддерживали массивные бетонные опоры. Сам стадион был гораздо больше известных мне футбольных арен в Рейнланде. Может, в Мюнхене или в Берлине они примерно такие же по размеру. Докс медленно въехал на нижний уровень парковки и остановился в углу прямо перед пожарной дверью. Не совсем незаметное укрытие, но всё же лучше, чем идти у всех на виду.

– Поспешите, – скомандовал он, вылез из машины и, пригнувшись, побежал к двери.

Мне не нужно было повторять дважды, как и всем остальным. Как только мы забежим внутрь, сможем спрятаться. В несколько прыжков мы оказались рядом с Доксом.

Он подёргал ручку пожарной двери:

– Закрыто.

Из-за бетонных опор по обеим сторонам было не видно, есть ли здесь другие двери или проходы. Зато отчётливо просматривались безликие, направляющиеся к нам и переговаривающиеся между собой с помощью жестов. От нас они были метрах в двухстах.

– Нас обнаружили, – крикнул я, указывая на них. – Нужно срочно искать выход!

С этой пятёркой мы, может, и справились бы, но вот с несколькими сотнями уже бы не совладали. И кто знает, какие защитные меры они предусмотрели. Я метнулся к ближайшей бетонной опоре и заглянул за неё. Мои спутники последовали за мной. В глубину уходил пандус, который заканчивался в двадцати шагах от закрытых ржавых подъёмных ворот. Разгрузочная зона?

– Попробуем спуститься? – спросил я.

– И окажемся в ловушке, – заметила Алекс.

– Не бегать же по всей парковке. Нас в любом случае уже заметили.

Докс быстро прекратил разгорающийся спор:

– Нужно прятаться – и скорее. Давайте вниз! – Но когда мы добежали до ворот, то увидели, что они заперты на висячий замок.

– Я же говорила, это плохая идея! – воскликнула Алекс.

– В сторону! – крикнул Йеджун и выдал оглушительный залп по замку.

У меня аж в ушах зазвенело.

– Обязательно было… – начал я.

– Нет времени, – резко перебил меня Йеджун и вместе с Лорен начал поднимать ворота вверх. – Внутрь, живо, живо!

Кряхтя, они подняли ворота примерно до уровня колен. Теперь, если бы биологи вдруг случайно отпустили их, ворота зажали бы того, кто оказался в этот момент под ними. Я пополз вперёд. В помещении было темно как в погребе. Я колебался. Докс оказался более решительным и уже перекатился внутрь. За ним последовала Алекс.

– Давай же, Марк! – прохрипел Йеджун, весь красный от напряжения.

Я поспешно бросился на пол и скользнул внутрь. Краем глаза я успел заметить, что к пандусу наверху уже подбежали первые безликие. В следующий миг ворота опустились. Алекс включила фонарик, и его свет заплясал по комнате. Мы оказались на довольно просторном складе. Здесь было множество деревянных и металлических ящиков разного размера. Часть из них образовывала пирамиду высотой до потолка. В противоположной стене чернело три выхода со склада. А по ту сторону ворот послышались звуки напряжённой борьбы.

– Скорее, надо поднять ворота, чтобы они тоже спрятались! – воскликнул я и присел, чтобы схватиться за них внизу.

– Марк… Нет, – Докс положил руку мне на плечо.

– Но как же…

– Вооружённые безликие нам до сих пор не встречались. Наши ребята смогут их задержать и сами выберутся. Они опытные бойцы. А у нас другая миссия, в которой на карту поставлено гораздо больше. Нам следует поторопиться, пока противники не проникли сюда.

Я тяжело сглотнул. А вдруг эти двое погибнут? Я ведь задумал эту вылазку… Но с Доксом было сложно не согласиться. Нужно двигаться дальше и благодарить наших друзей за каждую секунду, что они нам выигрывали.

– Да, вы правы, – кивнул я. – Не будем терять время.

Я достал свой фонарик, включил его и вместе с Доксом последовал за Алекс, которая уже направлялась к левому проходу.

Мы зашли в коридор и увидели впереди открытую дверь, за которой что-то слабо мерцало. Оттуда доносились мужские голоса. Я приложил указательный палец к губам, предупреждая Докса и Алекс, и на цыпочках двинулся дальше. Добравшись до двери и заглянув внутрь комнаты, я увидел человек двенадцать, одетых в сине-белую бейсбольную форму. Это оказалась раздевалка с металлическими шкафчиками. А парни, похоже, готовились к игре. На них были футболки с изображением нахмурившегося бейсбольного мячика с человеческим лицом, вся команда потрясала битами в воздухе, а их тренер давал последние указания. Они, произнося слова с сильным американским акцентом, обсуждали предстоящий матч.

Я махнул рукой, призывая Алекс и Докса двигаться дальше, и мы быстро прокрались мимо. Затем коридор повернул. И теперь его освещали неоновые лампы. До нас доносилось приглушённое пение и топот зрителей, которые, видимо, сидели на стадионе где-то над нами. Я не смог разобрать слова фанатского гимна, а от топота под нами дрожал пол. Причём фанаты отбивали какой-то сложный ритм. От всех этих звуков стало не по себе.

– Во дела, – пробормотал Докс. – Откуда же там столько людей? Не безликие же это поют.

– Понятия не имею и не горю желанием это выяснять, – ответил я. – Люди нас не интересуют. Надо разобраться, куда уходят безликие. И поскорее.

Докс чуть слышно прошептал:

– Давайте проберёмся к следующему повороту. Вырубите свет.

Мы кивнули и отключили фонарики. И тогда мы заметили впереди оранжево-жёлтые всполохи. Я первым пошёл на разведку и быстро заглянул за выступ, из-за которого исходил свет. Там была лестница, по которой спускались – как поодиночке, так и группами – безликие разных возрастов. На перилах были расставлены сотни свечей, и именно они ярко горели. Я вернулся к своим и шёпотом сообщил:

– Мы на правильном пути, – и рассказал, что видел. – Только вот как туда спуститься?

– Думаю, лучше всего поискать другую лестницу, – предложил Докс.

Мы повернули и побрели дальше, так же не включая фонариков. Но на следующей лестнице картина была та же самая.

Алекс фыркнула:

– Можете забыть ваш прекрасный план. Они же со всех сторон сюда стекаются. Вряд ли хоть одна из имеющихся лестниц окажется пустой.

Мгновение мы беспомощно переглядывались. Мне в голову пришла идея, но она мне очень и очень не нравилась:

– Спустимся на лифте. Электричество, похоже, работает. Лифт остановится там же, куда ведут лестницы.

Алекс закатила глаза.

– А что, если он увезёт нас в подземную пещеру? Или внезапно обрушится? Или попросту сожрёт нас, как только мы в него войдём? В этом дурацком мире может произойти всё что угодно.

– Есть идеи получше? – уточнил я.

Алекс промолчала.

– Тогда пошли.

Мы вернулись в коридор, снова включили фонарики и зашагали дальше.

Вскоре мы набрели на старый грузовой лифт, весь исписанный граффити.

– Ты уверен? – спросила Алекс.

– Нет, – прорычал я. Я подумал, что без неё мы бы справились гораздо быстрее и лучше. Сил уже нет слушать это нытьё! – Но времени у нас мало. Рано или поздно безликие заметят нас. Тогда они откроют охоту, а вот этого мне бы точно не хотелось.

Я нервно ударил кулаком по жёлтой кнопке, вызывающей кабину. Лифт заскрипел и загрохотал – похоже, работает. Ура! Спустя, кажется, бесконечность двери с металлическим скрежетом открылись. Кабина три на три шага была в убитом состоянии. На стенах пятна грязи и вмятины, зеркало треснуло, воняло жутко. В Реальности я бы в такой лифт ни за что не зашёл – это было рискованно. А в Закулисье и подавно.

Борясь с внутренним сопротивлением, я заглянул внутрь:

– Ого, здесь кнопки до минус двенадцатого. Выглядит многообещающе.

Впервые за всё время Докс покосился на меня с сомнением.

– Ну же, вперёд! – Я попытался подбодрить остальных. – У нас ведь важная миссия, помните?

– Мистер Я-Всё-Знаю-Лучше, – пробурчала Алекс, но тем не менее в кабину зашла.

А у меня лопнуло терпение:

– Алекс! Да что с тобой такое? Почему ты так себя ведёшь? С тех пор, как мы подобрали тебя в городе, тебя точно подменили! Ты сама…

Тут я запнулся и вытаращил глаза. О нет! Точно подменили… Мой пульс участился.

– Да ты и не Алекс вовсе, – едва слышно прошелестел я.

Она вся сжалась и стала похожа на марионетку, у которой перерезали нити. Потом медленно подняла глаза. Этот взгляд был не похож на взгляд Алекс.

– Нет. Не Алекс. Меня зовут София. Простите, – пролепетала незнакомка. – Я надеялась, что это просто дурной сон, и поэтому подыгрывала вам, когда вы меня спасли и звали Алекс, обращаясь ко мне. Это… это не моё тело. И я не знаю…

Я ошеломлённо уставился на неё. Тут сложилась ситуация, обратная моей. Незнакомая девушка случайно попала в тело Алекс, а я застрял в чужом теле. Докс переводил взгляд с меня на неё и обратно. Быстро мы бы с этим точно не разобрались, время и так поджимало.

– Ух ты… – К нему первому вернулся дар речи. – Мне правда очень-очень жаль, Алекс… то есть… София. Но это не сон, это параллельное измерение. У нас, к сожалению, нет времени всё объяснять. Если хочешь, оставайся здесь и попробуй найти выход со стадиона. В городе однозначно безопаснее.

Она посмотрела на нас, затем расправила плечи.

– Я лучше с вами, – твёрдо произнесла София. – Если я смогу как-то помочь остановить этот ужас… Да и я не выживу одна в этом безумном мире.

Я с облегчением выдохнул. Так я смогу присмотреть по крайней мере за телом Алекс. Да и лишняя помощь не помешает.

И я нажал на сломанную кнопку с числом «–12».

На потолке кабины замигал свет. Со скрипом и скрежетом, лифт поехал вниз. По крайней мере, я на это надеялся, поскольку в кабине не было дисплея, из-за чего я не знал, на каком именно мы сейчас этаже. София неплохо держалась. И всё же почему я раньше не заметил, что это другой человек? Она ведь была совсем не похожа на смелую и волевую Алекс, которая в критических ситуациях тут же брала инициативу в свои руки и сохраняла спокойствие и невозмутимость.

От внезапного сильного толчка я пошатнулся и едва удержался на ногах. София вскрикнула. Я встревоженно огляделся, Докс потянулся к ножу, висевшему у него на поясе. Двери начали медленно открываться – и вдруг замерли, раскрывшись примерно на ширину локтя. Кабина остановилась на полметра ниже пола этажа.

– Давайте выбираться. Кто знает, сколько мы так провисим, – решительно заявил я и первым пролез сквозь щель, переползая на этаж.

За мной начала карабкаться София. Она уже наполовину выбралась, когда лифт неожиданно дёрнулся. Девушка в ужасе завизжала, поспешно подтянулась и выбралась на этаж.

– Докс! Выбирайтесь скорее! – закричал я.

Вместо ответа он просунул в щель свою кожаную сумку.

– Внутри всё необходимое, Марк. Ты знаешь, что…

И тут кабина лифта с грохотом полетела вниз.

– ДОКС!! – взвыл я.

Шахта была пуста. Я так и стоял перед дверьми, пока не послышался звук упавшего на дно металла.

– Он что… – дрожащим голосом спросила София, сидящая на голом бетонном полу.

– Без понятия. В Закулисье сложно сказать, погибает человек или нет. По крайней мере, он сберёг для нас сумку. А значит, у нас ещё есть шанс. Мы можем успеть к нашей цели. – Я посветил фонариком на размытую чёрную надпись «-12», которую кто-то нарисовал по шаблону на неоштукатуренной стене.

– Но ты же не знаешь наверняка, в нужное ли место мы прибыли. Безликие могут быть где угодно.

Я застонал. Как только опасность миновала, София снова включила зануду и пессимистку. Я не стал с ней спорить и, подсвечивая себе путь фонариком, направился туда, где чисто теоретически должна была находиться лестница. София последовала за мной.

Вскоре мы добрались до освещённой свечами лестничной клетки, через которую проходили безликие. На этом этаже лестница действительно заканчивалась. Сюда безликие спускались, шли к противоположной стене – и проходили сквозь неё. Отсюда их перебрасывало куда-то ещё. Вот это новости! Я вернулся к Софии, которая осталась ждать меня за углом.

– У нас проблема. Их там перебрасывает, судя по всему, на другой уровень.

– Эм… Перебрасывает?

– Что-то вроде мгновенной телепортации. Теоретически забросить может куда угодно.

– Ого…

– Вот-вот.

Мы помолчали.

– Марк?

– Да?

– Я, кажется, придумала, что делать.

– Сдаться и вернуться в город?

– Что?! Нет. С чего ты вообще взял? – похоже, её возмутило, что я о ней такого низкого мнения. – Я просто подумала: почему бы нам не выждать момент, когда один безликий телепортировался, а второй ещё не подошёл, и прыгнуть вслед за первым?

– Это не так просто. Они идут без остановки.

– Значит, надо их задержать и выиграть пару лишних минут, – объявила девушка.

– Хм… Но как именно мы их задержим, не подставляя себя под удар? Нам ведь нельзя выдавать себя раньше времени.

Мы снова замолчали.

– Я где-то читала, – наконец проговорила София, – что пожар на лестничной клетке может быть очень опасен, потому что дым и жар тянутся вверх, как в камине.

Я удивлённо оглянулся на неё.

– А это может сработать!.. Если найти достаточно горючего материала, поджечь его и бросить на лестницу, все в панике сбегут, а мы проскочим незамеченными.

– Да, но пожар нужен сильный, чтобы безликие испугались. А значит, достанем бензин или что-то такое.

Тут она была права.

– Но остаётся ещё одна проблема, – нахмурился я. – Как нам самим безопасно проскочить? Здесь будет опасно.

– Думаю, лучше устроить пожар этажом ниже, – предложила София. – Безликие побегут наверх, спасаясь от пламени. А те, кто окажется здесь, проскользнут в портал. И всё будет чисто.

– Умно, даже очень, – похвалил я девушку. – Тогда подумаем вот ещё о чём: как мы поднимемся и спустимся. Лестницы сразу отпадают, а кабина лифта сорвалась. Пользоваться другим лифтом, пожалуй, тоже не слишком разумно, особенно после того, что случилось с Доксом.

София задумчиво засопела, а потом выдала:

– Тогда через шахту. По ней поднимемся. Невысоко же, всего один этаж.

Ох, София… Сейчас она напомнила мне Алекс. И при одной только мысли о бездонной шахте меня затошнило.

Через некоторое время мы снова стояли у зияющей чёрной пропасти, в которой сгинул Докс. Общими усилиями раздвинули дверные створки. Снизу повеяло тёплым гнилым воздухом. В середине болтались два ржавых стальных троса. Я наклонился, чтобы посветить фонариком вверх. Несмотря на то, что я держался за дверь, всё равно кружилась голова, а желудок сжимался, стоило только бросить взгляд вниз. Я постарался сосредоточиться на двери, за которую ухватился. За бетонной плитой шириной в пятьдесят сантиметров над дверной балкой находилась закрытая дверь лифта этажом выше. И как же нам туда перебраться? А потом ещё и опереться, раздвигая двери?

Подняться по тросам, которые болтались в центре шахты, было бы сложно даже в моём настоящем, гораздо более спортивном теле. Да что там – почти невозможно. Были свежи воспоминания о том, как я недавно беспомощно повис на верёвке в пещере и сорвался в ловушку. А теперь-то я вообще оказался в теле нетренированного парня с лишним весом. Приставной же лестницы, которую можно было приспособить для подъёма, поблизости не наблюдалось.

– Извини, София, но я не думаю, что мы сможем подняться.

– Ну-ка, посмотрим. – Она подошла ближе и оглядела шахту. – Хм… Проблем не возникнет. Я в отличной форме.

София натянула толстые перчатки из своего снаряжения, чтобы не ободрать ладони. А потом отошла назад и прыгнула. У меня чуть сердце не остановилось. Девушка схватилась за трос и начала подтягиваться вверх, перебирая руками и толкаясь ногами. А я так и стоял с открытым ртом и наблюдал за её акробатикой. У неё здорово получалось. И будь это настоящая Алекс, я бы ничуть не удивился, но от вечно ноющей Софии я такого, признаться, не ожидал. Эта девчонка была не той, кем поначалу казалась.

– Я почти наверху, – крикнула она, чуть запыхавшись. Я подсветил фонариком вверх.

Она раскачалась на тросе, схватилась рукой за дверь, когда та оказалась достаточно близко, и перебралась на выступ под ней.

– Так, ладно… – Она попыталась руками раздвинуть двери, используя одну ногу как рычаг. Послышался жалобный скрип.

– Дава-а-а-ай! – крикнула София, с усилием толкнула двери в стороны и заползла на этаж. Вскоре она, чуть вспотевшая, уже улыбалась, глядя на меня сверху вниз. – Эй, Марк, у меня…

– БЕРЕГИСЬ! – Я в последний момент увидел, как ещё одна кабина лифта начала спускаться, и поспешно отскочил в сторону.

Она пронеслась мимо меня на огромной скорости с отчаянным скрипом. Ещё бы чуть-чуть, и конец. Откуда здесь вторая кабина?

Я снова поспешил к шахте.

– София?! Ты в порядке?

Ответа не последовало.

Я сполз по стене на пол. Как же я устал… Люди погибают в Закулисье, не успеешь моргнуть и глазом.

– Марк?

Уф! С ней всё в порядке! Я поспешно поднялся и подполз вперёд.

– Да! Я тут. Всё хорошо!

– У меня тоже. Просто испугалась. – Она помолчала. – Сможешь подняться, если я спущу тебе верёвку?

– Нет, никак. Прости, София. В этом теле – без шансов. – А ещё я боялся, что в любой момент в шахте пронесётся ещё один лифт.

– Ладно. Давай тогда поищем горючее. Если что-то найдёшь, я подниму это к себе на верёвке. А потом разведу огонь и снова спущусь к тебе.

За четверть часа София насобирала кучу картонных коробок, деревяшек и старых тряпок. Бензина или чего-то похожего на него по свойствам, к сожалению, не нашлось. Как же нам поджечь всё это добро, чтобы безликие не смогли его потушить?

И тут я придумал.

– София? – крикнул я в шахту. – У меня с собой перцовый баллончик и зажигалка. Можешь использовать их.

– Ты рехнулся?! Мой младший брат как-то играл так же с дезодорантом и свечой, он чуть дом не спалил и руки сильно обжёг. До сих пор мучается. Нет, идея отвратительная. Пламя невозможно будет контролировать даже нам самим.

– Хм… Подожди-ка. – Я перечитал состав содержимого баллончика. – В составе, похоже, есть спирт. Может, будет достаточно, если немного распылить, а потом поджечь. Я точно не знаю. Только будь осторожна, чтобы случайно не попало на кожу или в глаза. Перчатки были где-то в снаряжении Алекс.

– Вот это уже лучше. Так и сделаем.

Когда мы обменялись всем необходимым, мне оставалось только ждать. Так странно. Раньше я чувствовал облегчение, когда инициативу в свои руки брал кто-то другой, а теперь у меня пальцы покалывало, так хотелось действовать самому и ни от кого не зависеть. Но, увы, сейчас руки у меня были связаны. Я в очередной раз посетовал на неспортивного Нео – хотя он, конечно, был не виноват, что меня забросило в его тело.

– Спускаюсь! – Крик Софии отвлёк меня от мрачных мыслей. Трос начал сильно раскачиваться, и вскоре она выпрыгнула в коридор, вся в грязи и едва дыша. – Вперёд! Ух, там полыхнуло! Безликие разбегаются. Но вскоре огонь потухнет.

Мы помчались к лестнице. Пробежали совсем немного, но я всё равно полностью вспотел. Наверху потрескивал огонь, на стенах танцевали оранжевые блики, а в воздухе пахло дымом. Вдали ещё слышались шаркающие шаги, а так, не считая этого, было жутко тихо.

Я поспешил к стене и приложил руку – проходит свободно.

– Сюда! – кивнул я на стену.

– И что, просто шагать туда?

– Да. Ну, вперёд!

С этими словами я прыгнул сквозь стену.

София налетела на меня и чуть не сбила с ног. Мы стояли посреди пшеничного поля с высокими колосьями – нам по пояс. Было облачно, и видимость на ближайшие сто метров была ограничена туманом. Дул прохладный ветер, и я зябко поёжился. Тишина, только пшеница на ветру шелестит. Через посевы вела широкая вытоптанная тропинка. Вернуться обратно уже не получится, как я выяснил, оглянувшись назад, – проход пропал.

– И что теперь? – спросила София.

– Давай двигаться дальше, пока огонь на лестнице не потушили и здесь не появились безликие. Если что – спрячемся среди колосьев.

Мы зашагали по широкой тропинке, но так никого и не встретили. Вскоре заморосил холодный дождик, видимость ещё больше ухудшилась. Наша одежда насквозь промокла, и я начал дрожать. София обхватила себя руками за плечи, потирая их, чтобы хоть немного согреться. Лучше не становилось.

Она спросила:

– Может, поискать точку входа и укрыться там?

– Нет. Так мы окажемся в ловушке, как только сюда явится толпа безликих. Возможно, они уже нас нагоняют. К тому же мы, судя по всему, на Пшеничном поле. А значит, тут могут всплыть Лучники, которые будут совсем не рады незваным гостям.

София только кивнула и ничего не сказала.

Протоптанная тропинка с обеих сторон огибала высокую башню и затем снова шла прямо. Вскоре дождь утих, но туман по-прежнему скрывал конец этой дороги. И всё же что-то изменилось. Так сразу и не понять, что именно. Мы шли по тропинке, промёрзшие и дрожащие, и до сих пор нам никто не встретился.

– София? Тебе не кажется всё это странным? – спросил я.

– Хм… Да, пожалуй, – задумалась девушка. – Свет вокруг. Он стал другим. Знаешь, как обычно на рассвете бывает, когда солнце поднимается и облака розовеют…

Она оказалась права. Слабое фиолетово-розовое свечение покрывало всё вокруг. Только вот на этом уровне не должно быть ни солнца, ни смены времён суток…

– Это луч! – догадался я. – У него похожий цвет. Значит, мы почти у цели!

Я почувствовал прилив сил.

– Теперь всё гораздо серьёзнее! Давай сойдём с тропы и пойдём прямо по полю, чтобы случайно не наткнуться на безликих или ещё какую-нибудь ловушку.

София колебалась, но всё же вслед за мной шагнула в холодную и мокрую пшеницу. Естественно, так идти было намного сложнее, и у нас быстро замёрзли ноги. Чем дальше мы продвигались, тем ярче становилось свечение. Ландшафт же окрашивался в неестественный фиолетовый цвет. Источник света был где-то перед нами. Туман тоже стал фиолетовым и так и не рассеялся окончательно.

И вдруг невдалеке в небо ударил яркий энергетический луч. Вскоре мы добрались до края поля и легли на землю между длинными колосьями. Перед нами открывалась обширная площадка. На влажной чёрно-коричневой земле прямо перед моим носом лежали сгоревшие пшеничные стебли. Пахли они соответствующе. Метрах в пятидесяти в дымке возвышалась ещё одна кошмарная машина безликих в форме пирамиды высотой с четырёхэтажный дом. Безликие приближались к ней с трёх сторон и исчезали внутри.

Что мне сразу бросилось в глаза, так это отсутствие взмывающих к небу энергетических шаров, несмотря на то, что безликих сюда прибывало очень много. Не было тут и «садовников», которые снабжали бы машину топливом из лепестков. Ею вообще никто не управлял. Эта, более крупная, версия, скорее всего, работала иначе. Тропинка, по которой мы до этого шли, по-прежнему была пуста. Но это наверняка скоро изменится.

– Это наш шанс, – прошептал я. – Нужно поторопиться, пока с этой стороны никого нет. Может, в тумане я смогу незаметно подобраться к машине.

София судорожно сглотнула.

– Мне пойти с тобой?

– Нет, там ты мне не поможешь. Если меня заметят, всё будет кончено. А если нет… Здесь ты в любом случае в безопасности. – Я солгал ей. Но это была ложь во спасение. Это ведь не Алекс сейчас со мной рядом. Я не хотел брать Софию с собой и подвергать её ещё большей опасности.

Я глубоко вдохнул, поднялся с земли и, пригнувшись, побежал через поле к единственному не используемому пока входу. Когда до него оставалась буквально пара метров, моё сердце забилось чаще. Передо мной открывался мрачный проход в сооружение из дымящихся колб, спиралевидных трубок, наполненных тёмно-красной жидкостью, и шипящих электрических проводов. Машина точно стремилась поглотить меня.

Что лучше: бежать в тёмный туннель или взобраться на машину сбоку?

Решать-то надо было раньше, в укрытии. В принципе, можно подняться по внешней стенке. А внутри уже поджидают неведомые ужасы. Поэтому я свернул и, не оглядываясь, начал искать, где лучше начать подъём.

Я с трудом взобрался на матово-чёрный стальной выступ. Металл был тёплым на ощупь и вибрировал как мотор автомобиля. Не отвлекаться, времени мало. И я карабкался дальше, уклоняясь от струй горячего пара и быстро вращающихся деталей машины. К счастью, безликих здесь не было. Чем выше я лез, тем теплее становилось. Позади осталась примерно половина пути. Проползая мимо круглой печной трубы, из которой валил густой чёрный дым, я почувствовал резкий неприятный запах.

Не задерживаться! Дальше, дальше! Пот лился с меня ручьями. Нетренированные мышцы чужого тела сильно болели из-за того, что мне постоянно приходилось взбираться на ступеньки высотой по пояс и зависать на частях машины. Энергетический луч горел шагах в десяти. Оставалось где-то пять ступеней. На всякий случай я перепроверил сумку Докса – она по-прежнему висела у меня на боку.

– МАРК!! НА ПОМОЩЬ!! – вдруг послышался пронзительный крик Софии, и я остановился.

До сих пор я был сосредоточен лишь на финальной цели и не смотрел по сторонам. Сейчас выбора не оставалось. Внизу, точно между краем поля и машиной, стояла группа из десяти взрослых безликих. Они крепко держали Софию. Угроза была очевидной: спускайся, мальчик, не то ей конец.

А я ведь был почти у цели. И если я сейчас спущусь, тысячи, а то и десятки тысяч людей здесь, в Закулисье погибнут, в то время как безликие займут их тела в Реальности. Рано или поздно это коснётся и моей семьи. Если же я не спущусь, погибнет София, которой не повезло оказаться не в то время не в том месте, да ещё и не в своём теле.

Я раздумывал, как же поступить, и вдруг краем глаза уловил какое-то движение. Ко мне подбирался безликий с ножом в руке, он был всего на пару ступеней ниже. С другой стороны лез второй. И тут я всё понял. София была лишь их отвлекающим манёвром. Живым отсюда никто из нас бы не выбрался. Но речь шла уже даже не о нас. Нужно было спасать мою семью и друзей. И всех тех людей, которые ещё оставались в Реальности и которым никак нельзя было попадать в это жестокое измерение.

Собравшись с силами, я подтянулся на следующую металлическую ступень, которая оказалась горячей. Но я не обратил на это внимания. Единственной моей целью сейчас было добраться до луча раньше моих преследователей – и надеяться, что антидот, который биологи синтезировали из моей ДНК, сработает. А что со мной будет потом, уже неважно.

– МАРК!! НЕТ! НЕ-Е-Е-Е-Е-ЕТ! – крик Софии эхом отдавался у меня в ушах.

Я бы не успел ей помочь. Поэтому с выступившими на глазах слезами двинулся дальше. Не оглядываться. Цель всего одна – и я сфокусировался на ярком луче. Сейчас он сулил новое начало. Спасение.

Всего одна ступень! Почти… В этот момент кто-то резко схватил меня за лодыжку, я рухнул на живот и поспешно оглянулся. Над краем ступени появилась голова без лица. Нож ударился о металл в паре сантиметров от моей лодыжки, полетели искры. Я резко дёрнулся вперёд и толкнул ногой безликого. Он задрожал, точно его ударило током, пошатнулся и упал на ступеньку ниже. А второй был уже в трёх шагах от меня, готовый наброситься.

Мне было достаточно и одной секунды.

Я скорее полез в сумку и вытащил стеклянный флакон с неоново-жёлтой жидкостью, открыл его и, чуть подавшись вперёд, плеснул содержимое флакона на луч. Ничего не произошло!

Второй безликий шагнул ближе и, занеся кинжал, уже собирался атаковать. Но прежде чем его лезвие коснулось меня, вдруг вспыхнуло белое пламя, и лазерный луч практически бесшумно взорвался. Я полетел вниз…

Точно в замедленной съёмке луч, ставший из пурпурно-фиолетового ярко-белым, постепенно расширялся и поглощал машину. А на земле с закрытыми глазами лежала София. Я сам отдалялся всё дальше и дальше от чёрной пирамиды, от которой уже почти ничего не осталось, одни обломки. В самой высокой точке траектории моего полёта я вдруг ощутил невесомость, точно падал в вакууме. Я смог… У меня получилось… Но этот краткий восторг быстро развеялся, потому что я осознал, что полёт скоро закончится. Выжженная земля приближалась с угрожающей быстротой.

Ничто не остановило бы меня или не замедлило. Раскинув в стороны руки, я рухнул на твёрдую землю с высоты пары десятиметровых вышек для прыжков в воду.

Я очнулся в холодном поту. Сердце бешено колотилось. Какой же кошмар, нарочно не выдумаешь… Всё ещё казалось, что я только что упал с огромной высоты: по-прежнему чувствовалась боль от удара. Я потёр глаза и огляделся.

Мой пульс участился, и паника вернулась. Я лежал на узкой кровати. Рядом стоял коричневый письменный стол с какими-то бумагами, над ним висела маленькая книжная полка. В углу раковина из нержавеющей стали и унитаз. А на окне с матовыми стёклами – решётки. Клетка?! Да что тут творится?

Послышался писк. Дверь рядом со мной со стуком открылась, и в комнату заглянул высокий лысый мужчина в белом халате.

– Господин Шмидт? – спросил он меня. – К вам посетитель.

– Посетитель? – Мысли путались.

– Да, некая София Шрёдингер.

– София?

– Да. Вы хорошо себя чувствуете или для начала позвать доктора? – Он, похоже, был всерьёз обеспокоен.

– Нет-нет. Я в порядке. Дойду и сам.

Я сел на кровати и увидел, что одет в серый спортивный костюм. Ноги и руки – мои, не чужие! Прямо камень с души упал, и я облегчённо выдохнул. Что бы там ни творилось в Закулисье, этот кошмар наконец-то закончился.

Медбрат вёл меня, как мне казалось, по коридорам психиатрической клиники. Вроде не тюрьма, не плен. Но я совершенно не помнил, как сюда попал. Последнее воспоминание – разрушение энергетического луча безликих. Всё, что было до этого, я помнил кристально ясно. А что потом… Пробел в памяти. Чужое тело, стадион, лифт… София. Это всё действительно произошло, это не расплывчатый образ из сна.

Медбрат открыл дверь в просто обставленную комнату. В центре стоял пластиковый стол с двумя стульями по обеим сторонам.

И там сидела Алекс! Подстриженная, в модном пиджаке, а на шее платочек в жёлтую крапинку.

– Алекс! – воскликнул я с облегчением.

Она встала и странно посмотрела на меня. С сочувствием? Виновато? Сказать было сложно.

– Привет, Марк. Приятно снова тебя видеть спустя столько времени.

– Столько времени?..

Тут вмешался медбрат:

– У вас максимум полчаса, потом ему нужно будет к доктору. – С этими словами он закрыл дверь снаружи и оставил нас одних.

– Прости, пожалуйста, что я сразу не назвала тебе своё настоящее имя. Алекс – мой псевдоним. На самом деле меня зовут София.

– Не понимаю, – нахмурился я. – Мы путешествовали несколько недель. Почему ты не сказала мне раньше?

– Что ты, каких там недель. Дней восемь от силы.

Что-то тут было не так…

– Да ты вспомни, сколько мы с тобой по Тёмным кварталам бродили!..

Она помолчала.

– Да, доктор меня предупреждал, что ты искренне веришь, будто наше приключение было реальным.

– А разве не так?

– Дело в том, что я профессиональная актриса и постоянная участница ролевой игры по Закулисью.

– Что?

– Да, я сперва подумала, что ты тоже любишь игры и ищешь подходящую компанию. Я и представить не могла, что ты…

– Что я – что?

– Что ты примешь наши выдуманные истории за настоящие. А у тебя реальные проблемы с головой.

– Выдуманные? А как же то, что было в Мюнхене? Нападение в твоей квартире? Поиск точки входа в лесу? Проникновение в дом с подвалом?

– Да, это действительно было. Одержимую я сыграла, по-моему, ну очень натурально.

Просто в голове не укладывалось…

– А как я потом оказался в теле другого парнишки?

– Я тебе подыграла, когда ты мне об этом сказал. Говорю же: просто игра. В ней свои правила и условия. Когда ты явился ко мне с этой историей, я уже собиралась сообщить твоим родителям. Но потом я подумала, что пока ты играешь, с тобой ничего плохого не случится. Поэтому продолжила тебе подыгрывать.

– А все приключения в Закулисье?

– Мы рассказывали по дороге разные небылицы, стараясь детально проигрывать их в лесах, старых бункерах и подвалах. А в конце, прежде чем луч безликих был уничтожен, ты взобрался на холм в Перлахер-Форст и с криком скатился с него. – Тут она невольно улыбнулась.

– А что насчёт тела Алекс и оказавшейся в нём Софии, которая по характеру совсем не другая?

– А, это было спонтанное решение. Я хотела немного повысить градус напряжения. Самой было неприятно постоянно ныть и жаловаться. Прости.

– Да, жаль. – Я отчаянно замотал головой, отгоняя эту мысль. – То есть… Нет! Этого не может быть. Всё, что было в Закулисье, происходило на самом деле. Я же помню. Никакая это не игра. – Последнее слово я буквально выплюнул.

– Я вот что думаю, – продолжил я после паузы. – Тебе кто-то угрожает, может быть, «А-Синк» или другая организация, поэтому ты резко начала всё отрицать и на ходу сочинять что-то более или менее правдоподобное. Они и меня упекли сюда, чтобы мне никто не верил. Но это не отменяет того факта, что мы с тобой – одни из немногих, кто бывал в Закулисье и смог оттуда вернуться.

Она помолчала, покачала головой и посмотрела на меня с сочувствием.

– Я думаю, тебе уже пора к доктору. Мило поболтали, Марк.

– Нет! Подожди. А как же наше первое знакомство на форуме?! Докс. Ты не могла знать это имя.

– Прости, Марк. Я, пожалуй, уже пойду. – Она открыла дверь позади меня, и вошёл медбрат, который, очевидно, подслушивал нас.

– Уже уходите, госпожа Шрёдингер?

– Алекс, – крикнул я, вскакивая, – ну объясни же!

Но она меня проигнорировала.

– Да, спасибо большое.

Девушка скрылась за дверью. Я лихорадочно думал. Новая информация не переваривалась. Возможно ли такое? Всё было просто игрой? Нет. Невозможно. Слишком реалистично. Неужели нет никого, кто доказал бы обратное? Кроме наших с Софией разнящихся воспоминаний. Может, тот старик в подвале? Или та парочка?

– Господин Шмидт? – окликнул меня медбрат. – Пора к доктору, помните?

Я собрался и кивнул:

– Да, конечно.

Я брёл за ним по коридорам, опустив голову, и пытался ещё раз всё осмыслить. Пытался найти нестыковки, хоть какие-то доказательства того, что София мне солгала и всё было на самом деле. Мои мысли прервал сопровождающий меня медбрат, открыв передо мной дверь в комнату. Пошатываясь, я вошёл внутрь и поднял голову. За столом из красного дерева, широко ухмыляясь, сидел не кто иной, как Докс! «Д-р Ксавьер Миндер», – гласила латунная табличка на краю стола рядом с вазочкой, полной красных мармеладных мишек.

Однако не это поразило меня больше всего. У окна стоял жилистый мужчина с неестественно прямой спиной. Точно палку проглотил. Я бы узнал этого человека из тысячи: это был мой отец.

Привет, народ!

Дорогие читатели!

Понравилась ли вам эта история? Ждёте ли вы продолжения? Буду благодарен за ваши отзывы!

Книги живут благодаря читателям, их обратной связи, оценкам, комментариям и, конечно же, рецензиям.

Поэтому не ленитесь писать отзывы. Неважно, сжатыми они будут или развёрнутыми. Это в любом случае поможет другим найти самые лучшие, весёлые, трогательные и захватывающие книги.

По всем вопросам не стесняйтесь обращаться ко мне.

Моя электронная почта: buch@rexword.de

С наилучшими пожеланиями из Мюнхена.

Искренне ваш Аллан Рексворд

Любимые жанры Аллана Рексворда – и как читателя, и как писателя – фантастика и триллер. Однако наряду с созданием напряжённой атмосферы и захватывающих приключений автору важно рассказать историю с точки зрения конкретного персонажа, нарисовать не только фантастическую обстановку, но и богатый внутренний мир героев.