Страх охватил пленников, когда к ним подошли два пирата. Некоторые из матросов рядом с Телемахом опустили глаза, а другие шаркнули назад в надежде, что кого-нибудь  другого будет выбран раньше их, отсрочив собственные страдания. Пираты протянули руку и схватили Неарха, сжав его руки своими волосатыми ладонями. Испуганный моряк умолял своих похитителей пощадить его, пока они вели его к капитану.

- Пожалуйста! -  кричал он. - Не делайте этого! Я не убегу, клянусь!

Пираты проигнорировали его отчаянные мольбы и толкнули на колени перед Буллой, а по ликующей толпе прокатился возбужденный ропот. Вождь пиратов взглянул на Неарха с холодным презрением. Затем повернулся к сирийцу, стоявшему рядом с жаровней, и кивнул.

- Начинай, Ласфен.

Тут же Ласфен вытащил клеймо из пламени жаровни и двинулся к Неарху. Последний начал неудержимо трястись при виде светящегося красного наконечника, его отчаянные мольбы были едва слышны на фоне издевательских насмешек пиратов. Когда Ласфен подошел ближе, моряк попытался отдернуть голову от раскаленного железа, что вызвало еще больший взрывов смеха и оскорблений.

- Нет, не надо … - простонал он. - Пожалуйста . . .

- Замолчи! - прохрипел Булла.  - Держите его.

Один из пиратов обхватил рукой запястье моряка, не двигая его предплечье. Ласфен на мгновение поднес раскаленное жало дразняще близко к коже, и на его губах заиграла жестокая ухмылка. Затем он крепко прижал головку в форме трезубца к предплечью Неарха, вызвав безумный крик боли. Крики матроса были быстро заглушены пьяным ревом толпы, когда дым поднимался от конца клеймящего железа, сопровождаемого кипящим шипением, во время остывания металла о плоть. Клеймение длилось три или четыре мучительных мгновения, прежде чем Ласфен отдернул железо и отступил назад, а Неарх рухнул на гальку, дрожа и всхлипывая. По команде Буллы два пирата подняли его на ноги и потащили прочь, матрос стонал от боли. Булла покачал головой, затем повернулся к Гектору.

- Выводи следующего!

- Да, капитан.

Первый помощник схватил Телемаха и пнул его в спину, подтолкнув к Булле. - Ты слышал капитана! Пошел вперед!

Телемах качнулся вперед, мышцы его живота сжались от страха. Раздалось несколько громких возгласов, когда два пирата схватили его за руки и подтолкнули к жаровне. Ласфен обмотал тряпкой ручку своего инструмента и несколько мгновений подержал жало в пламени, пока оно не заиграло белой плазмой. Затем он снял его и двинулся к Телемаху. Последний напряг мышцы и глубоко вздохнул, готовясь к неизбежной боли. Он чувствовал обжигающий жар, исходящий от конца жала, покалывающий кожу и поджигающий волосы на руке. Вокруг него кричали пираты, подбадривая сирийца.

- Ату, его! - закричал один. – Поджарь тощего ублюдка!

- Заставь его повизжать! - взревел другой.

Ласфен лукаво ухмыльнулся. - Будет больно, парень.

Жгучая боль взорвалась внутри Телемаха, когда Ласфен прижал клеймо к его предплечью. Каждая клеточка его тела кричала, когда он крепко сжал челюсть, борясь с агонией.  Вонь горелой плоти наполнила его ноздри, и сильная волна тошноты зашевелилась в его кишках, поднимаясь к горлу. Он заставил себя не кричать от боли, решив скрыть свои страдания от пиратов. На одно ужасное мгновение он испугался, что может потерять сознание от боли, затем Ласфен внезапно отдернул руку, и Телемах, задыхаясь, упал на колени. Булла шагнул вперед и с любопытством посмотрел на молодого грека.

- Я не помню, что когда-либо видел такое раньше, - сказал он. - Новобранцы всегда плачут, как младенцы, когда их клеймят.

- Давайте  поставим ему еще одно клеймо, - предложил Гектор. - На этот раз на заднице. Тогда он  обязательно завопит, капитан.

Булла покачал головой. – Нет, не стоит. У него есть мужество. С него достаточно. По крайней мере сейчас.-  Он сузил глаза на новобранца. - Как тебя зовут, парень?

- Телемах, - простонал последний.

- Ты должен добавлять  “капитан”.  - На лице пирата промелькнуло выражение, будто он что-то вспоминал. - Ты тот юнга, не так ли? Тот, который  убил Пастуса.

Телемах с вызовом посмотрел в ответ:  –  Да, это я . . . Капитан.

- Пастус был мастером своего дела. Одним из лучших драчунов на моем корабле. И все же каким-то образом тебе удалось  с ним расправиться. Кто научил такого тощего негодяя, как ты, так драться?

- Меня никто не учил. Я сам научился в трущобах Пирея. Там где я вырос. Там ты должен знать, как постоять за себя.

- Уличный сирота, а-а?  -  Булла на мгновение задумался о молодом человеке. - Я прикажу дать тебе что-нибудь поесть и промыть эту рану. Завтра мы снова отправляемся в плавание, и ты будешь мне бесполезен, так как  ты слишком слаб, чтобы карабкаться по канатам на мачту.

- Да. . . Капитан.

Двое пиратов, которые держали Телемаха, подняли его на ноги и подвели к ближайшему костру. Рядом сидел Неарх, по его щекам текли слезы, когда он безутешно смотрел на пламя. Пираты швырнули Телемаха на землю и, что-то бормоча между собой, направились обратно к своему капитану. Через несколько мгновений к ним подошел еще один пират. Он был высоким и худым, с обритой головой и сильно морщинистым лбом. Клеймо трезубца ясно виднелось на внутренней стороне его предплечья. Он протянул Телемаху облупленную глиняную чашу, наполненную вином.

- Вот, - сказал он. - Выпей.

Телемах подозрительно понюхал содержимое:  - Что это?

- Вино. Несколько недель назад мы захватили  его с корабля снабжения. Дешевое, на вкус как крысиная моча, но действует  сильно. Помогает при боли.

- Спасибо. - Телемах поднес чашу к губам и сделал большой глоток. Вино обожгло горло и осело в желудке, но не помогло притупить жгучую боль в руке.

- Меня зовут Кастор. Я квартирмейстер корабля. - Пират склонил голову в сторону толпы мужчин. - Похоже, ты произвел на капитана сильное впечатление.

- Если ты так говоришь  …

Кастор кивнул: - Не позволяйте этой толпе добраться до тебя. Они всегда суровы с новобранцами. Особенно  с теми, кого они захватили с других кораблей. Он нахмурился. - Как ты вообще оказался на торговом корабле? Ты совсем не похож на моряка.

- Однажды ночью в Пирее какие-то бандиты напали на нашего капитана на улице. Я помог ему отбиться от них. Телемах опустил голову. - В награду он предоставил мне место на своем корабле.

Квартирмейстер усмехнулся:. – Своего рода, в виде некоторой награды! Жизнь на грузовом корабле настолько дерьмовая, насколько это возможно в этих краях. Лучше бы ты остался на улице, парень.

- У меня не было выбора, - мрачно ответил Телемах.

- Что это должно означать?

Телемах колебался. Его череп болезненно пульсировал: - Я пошел на это, чтобы помочь своему брату. Он раб в кузнице Торикоса. Я подумал, что если бы мне удалось накопить достаточно денег, я смог бы выкупить его свободу.

- Что ж, одно можно сказать наверняка. С нашей командой ты заработаешь больше денег, чем на торговом корабле. Я знаю это лучше, чем большинство других. Я сам был моряком.

Телемах поднял голову: - Тебя, как нас заставили …?

Кастор покачал головой. - Я плавал с Буллой еще до того, как мы стали пиратами. Мы работали на торговой бадье, торговавшей на Делосе. Это было пять лет назад. Наш прежний капитан был отвратительным  ублюдком. Думал, что он может обращаться с нами как с дерьмом только потому, что он римлянин. Так что некоторые из нас убили капитана и его прихлебателя первого помощника и взяли на себя командование кораблем, а Булла стал нашим командиром. С тех пор мы грабим на морях

- Ты никогда не думал о том, чтобы покинуть эту команду?

- Почему я должен это делать? У меня здесь хорошая жизнь. Во всяком случае, лучше, чем на торговом корабле. Я получаю регулярное питание, долю добычи и свободу  на море. И некоторые из парней не так уж  и плохи, когда узнаешь их поближе.

- Поверю тебе на слово, - сказал Телемах, поглядывая на пиратов, приветствовавших очередного заклейменного матроса. Он снова посмотрел на Кастора. - Куда мы поплывем завтра?

- Мы пройдемся вдоль побережья, поищем еще добычу. Как только наши припасы закончатся, мы вернемся в наше логово, Пиратополис. Город пиратов. Слышал о таком?

Телемах покачал головой.

- Я тоже так думаю, - продолжил Кастор. - Он не отмечен ни на одной карте, и римляне тоже о нем ничего не знают. На самом деле он больше похоже на небольшой рыбацкий порт, чем на город.

- Как далеко он отсюда?

- Два дня пути при попутном ветре. Это был процветающий порт, пока несколько лет назад сильный шторм не обрушился на побережье и не разрушил большую часть поселения. Несколько местных жителей остались, чтобы отстроить свои дома, но большинство из них вскоре уплыли, поэтому мы решили перебраться и использовать его в качестве нашей базы вместе с несколькими другими пиратскими кораблями, действующими в этих водах. Скоро ты сам это увидишь.  - Кастор остановился.-Если тебе удастся продержаться так долго.

Телемах резко сел: - Что это должно означать?-

Пират огляделся, чтобы убедиться, что его никто не слышит. На другом берегу раздался отвратительный крик, когда стали клеймить следующего матроса. Экипаж снова зааплодировал, заливаясь пьяным смехом.

- Скажем так, кое-кто из этой компании не в восторге от того, что тебя взяли к нам, - сказал Кастор. - Включая Гектора. Ходят слухи, что он хочет тебя достать.

- Почему? Я ничего ему не сделал.

- Пастус пользовался уважением у многих членов экипажа. Они с Гектором были хорошими друзьями. И тот захочет отомстить.

- За то, что я зарубил человека, который пытался меня убить?

- Так оно и есть, парень.

- Я никого не боюсь, - смело ответил Телемах.

- Так и должно быть, - согласился Кастор.  –  Но, я серьезно. Гектор - подлый ублюдок. Большинство парней из команды побаиваются его, а они одни из самых крутых мужчин, которых я встречал. Он мрачно посмотрел на Телемаха.  - Поверь мне. С этого момента тебе придется поостеречься.

Шли дни, небо прояснялось, и теплое весеннее солнце нещадно палило над палубой. После холодных зимних месяцев мужчины воспользовались возможностью работать с обнаженным торсом, а  новобранцы были вынуждены чистить палубу и чинить запасные паруса, от которых могла зависеть жизнь пиратов. В то время как некоторые пожилые моряки «Селены» оплакивали  свои семьи и дома, которых они больше никогда не увидят, многие новобранцы быстро смирились со своей участью и вскоре  примирились и с новой жизнью.

Телемах быстро понял, что теперь ему предстоит многому научиться. В дополнение к их обязанностям на палубе, каждый вечер, когда корабль причаливал к берегу, Ласфен учил их, как сражаться фалькатами, щитами и тяжелыми топорами. Телемах оказался способным учеником и вскоре освоил основные приемы вдадения оружием. Это была непосильная работа, но он полностью отдавался каждому уроку, решив доказать свою значимость. Судьба подарила ему этот редкий шанс сколотить состояние, и он поклялся не упустить его.

Но его мысли всегда прерывал Гектор. Первый помощник демонстрировал дикую жестокость по отношению к новобранцам, как только они отплыли, он избивал любого человека, чьей работой был недоволен.  Телемаху он уделял особое внимание и, казалось, прилагал все усилия, чтобы сделать его жизнь невыносимой, никогда не упуская случая проклясть его, или пригрозить ему зловещей карой, когда они проходили мимо друг друга на палубе. Из-за тесноты корабля Телемах не мог полностью избежать встречи с ним, несмотря на все его усилия держаться на безопасном расстоянии, и всякий раз, когда он поднимал глаза, он видел Гектора, смотрящего на него с враждебным выражением лица с другого конца палубы.

Прошло две недели, а пираты не нашли больше ни одной достойной цели, и когда они миновали Колентум, Булла неохотно отдал приказ команде «Трезубец Посейдона»  прекратить поиски и вернуться на свою базу.

Закончив вахту, Телемах скромно пообедал на носовой палубе, вяленой говядиной отмоченной в воде, разбавленной винным уксусом. Кастор стоял рядом, облокотившись на перила, глядя на бурлящее море.

- Сколько нам еще осталось до Пиратополиса? - спросил юноша.

Кастор сузил глаза, глядя на горизонт:  -  Должны быть там задолго до наступления темноты. Эта старая птица под всеми парусами быстрее обычного торгового судна. Но с полным грузом она будет бежать намного медленнее.  Во всяком случае, до заката мы причалим.

- Что мы будем там делать?

- Мы продадим груз, как только капитан договорится с нашим торговцем о цене. Обычно он покупает все, что у нас есть, без вопросов. Молодежь, конечно, побежит на берег и напьется в стельку. Парни постарше проведут время со своими семьями. Кастор сделал паузу: -  Но я сомневаюсь, что мы задержимся там надолго.

- Почему?

Пират поджал губы:  - Ребята надеялись на более ценный улов, чем этот воз зерна. У торговца за этот лот можно будет получить приличную цену, но вряд ли он осыпет экипаж серебром, а капитану нужна хорошая добыча.

- Я и не подозревал, что все так плохо, - сказал Телемах.

- Во всяком случае, пока еще нет. Но мы не единственные пираты, действующие в этих водах.  Отнюдь нет.  Здесь жестокая конкуренция.  Как видишь, сейчас все меньше торговых судов совершают рейсы, потому что боятся нападения. Кастор печально улыбнулся. - Кажется, мы переусердствовали в нашем деле.

Телемах кивнул. С тех пор, как была захвачена «Селена», они не видели ни один парус, что было верным признаком того, что пиратская деятельность нарушила судоходство в этом районе.

- Сколько экипажей охотится в этих водах?  - спросил он.

- Довольно много, - ответил Кастор. - Некоторые из нас действуют с одних и тех же баз, но в море мы в основном держимся особняком.

- Вы не плаваете вместе?

Кастор сухо рассмеялся: - Даже не помышляем об этом!. Раньше среди иллирийских пиратских банд существовало братство, но теперь каждый сам за себя. Ты не найдешь почти никого, кто хотел бы перейти поработать в других бандах.  Особенно в  таких, как у капитана Нестора.

- Нестор? - спросил Телемах. - Он где-то здесь?

Кастор посмотрел на него: - Ты о нем слышал?

- Раз или два, - тихо сказал Телемах, вспоминая истории, которые слышал на борту «Селены». Капитан Нестор был одним из самых страшных пиратских капитанов на иллирийском побережье, печально известным шокирующими актами пыток и жестокостью, которые его люди совершали против любых захваченных ими моряков. - Мы можем столкнуться с ним?

- Я сомневаюсь в этом. Его вотчина дальше на севере. У нас все будет нормально, пока мы станем держаться своего участка моря.

- Что собирается делать капитан? - спросил Телемах, меняя тему. - Если нам не попадутся корабли для грабежа.

- Булла найдет. Он всегда так делает. Правда, прошло уже много времени с тех пор, как мы натыкались на хороший куш. Если он не пошевелится, часть экипажа может отвернуться от него.

- Но он, же капитан. Они ведь не могут просто ударить его по голове?

- Это не имперский флот, парень. Оглянись.-  Кастор указал на других пиратов. - Эти люди пришли отовсюду. Фракия, Испания, Египет, Ликия. Единственное, что их объединяет, это то, что они ищут легкой жизни. Никто не станет подчиняться приказам другого человека, если он не сделает их богатыми. Они просто избавятся от него и выберут кого-нибудь  другого, чтобы командовал ими.

-  Так, какой будет  план? Продолжать рыскать по водам, пока мы не встретим  хороший корабль с добычей?  В конце концов, мы что-нибудь найдем, не так ли?

- Это не так просто. Капитан должен найти баланс между тем, что нужно команде и риском нападения на судно. Меньшие корабли, как правило, сдаются, как только видят наш черный вымпел, но обычно они перевозят  всякий хлам. Самые большие добычи  -  купцы, идущие по торговому пути из Кесарии. Они везут специи, шелк, ладан. Перекупщики платят за это целое состояние. Но многие их команды в качестве меры предосторожности нанимают отставных морских пехотинцев и гладиаторов. Кое-кто из парней предлагал из-за этого брать заложников или совершать набеги на поселения, но наш капитан против.

- Почему? -  Телемах задумался вслух. - Если становится все труднее зарабатывать на жизнь морскими грабежами, не имеет ли смысл искать новые способы?

- Подумай об этом, парень. - Кастор постучал себя по голове. - Прямо сейчас мы всего лишь мелкий раздражитель для Рима. Император может поднять много шума о том, чтобы уничтожить нас, но все знают, что имперский флот находится в дерьмовом состоянии, и у них нет достаточного количества кораблей или людей для эффективного патрулирования морей. Если мы начнем похищать знатных римлян и грабить деревни, они будут вынуждены принять меры. Пока мы совершаем набеги на торговые суда, Рим не будет обращать на нас особого внимания.

- Я бы не был в этом так уверен, - осторожно ответил Телемах. - Я встречал нового префекта. Он поднялся на борт  «Селены», корабля, на котором я служил. Кажется, он полон решимости уничтожать каждого встречного пирата.

Кастор рассмеялся, взмахом руки отметая опасения юноши: - Все эти командиры флота до коликов одинаковые. Я сам встречал одного или двух в свое время на торговых судах. Они приходят во флот, чтобы сделать себе имя. Через год или два он перейдет на более прибыльную должность и забудет о нас. Кроме того,  - добавил он,  -  даже если бы римляне захотели, они бы никогда нас не нашли. Только не среди всех этих островов. Они могут шарить здесь годами, так и не обнаружив нашей базы.

Телемах смотрел на горизонт, желая разделить уверенность квартирмейстера. Но затем он вспомнил огненный блеск в глазах Каниса, когда тот поклялся выследить пиратов, терроризирующих морские пути. Префект флота Равенны не остановится, пока Булла и все остальные пираты в Адриатике не будут казнены.

Позже в тот же день Булла поручил Телемаху опорожнить трюмы. Пираты не удосужились вычерпывать трюмную воду так часто, как их коллеги-торговцы, и невыносимая вонь доносилась из под  решетки в трюме, пока новобранец наклонялся, вытаскивая большие деревянные ведра, наполненные сырой коричневой водой, которые он опорожнял через кормовые поручни. Это была тяжелая работа, и когда ближе к вечеру он спускался по лестнице, то чувствовал, что его руки и ноги сводит от усталости. У него почти не было ни минуты отдыха с тех пор, как он присоединился к пиратской команде, и Телемах страстно желал смастерить кровать из запасных парусов и свернутых канатов, лежащих вокруг грот-мачты, и на некоторое время закрыть глаза.

Он зачерпнул ведро, вытащил его и встал с решетки. Когда он обернулся, то увидел три фигуры, преградившие ему путь между мешками с зерном по обеим сторонам. Гектор стоял перед двумя другими пиратами, его рот растянулся в угрожающей ухмылке, а темные глаза светились жестоким намерением. В правой руке блеснул кинжал. Он двинулся к Телемаху, его ухмылка стала шире.

- Ну, что скажешь, парень?

Телемах стоял на своем: - Дайте мне пройти.

- Или что?-  Гектор натянуто улыбнулся двум другим пиратам. - Ты выпотрошишь меня, как нашего друга Пастуса? Я так не думаю. Кроме того, мы еще не отблагодарили  тебя должным образом.

Телемах взглянул на двух крепко сложенных пиратов по обе стороны от Гектора, затем снова перевел взгляд на первого помощника:  - О чем ты говоришь?

- Это ты! - сказал Гектор, размахивая кинжалом. Лезвие зловеще поблескивало в смрадном полумраке трюма. - Ты убил Пастуса. Сейчас мы собираемся оставить тебе кое-что на память о нем. Вторую метку, вроде той, что на твоем плече. Таким образом, каждый на этом корабле будет знать, что ты убил своего же  товарища.

Телемах почувствовал, как ледяной ужас сжал его горло. Он сделал полшага назад, с бешено колотящимся сердцем, когда оглядел трюм в поисках оружия или другого выхода. Но он был совершенно один. Остальные новобранцы закончили свои дела и поднялись на палубу. Он слышал топот их ног, когда они прошли по изношенному настилу над его головой, и их приглушенные голоса.

Гектор шагнул вперед: - Теперь тебе негде спрятаться, - прошипел он.  - Он переместил свой вес, ткнув кинжал в Телемаха, который распознал действие и дернулся вправо, отступив с пути атаки. Прежде чем Гектор смог удержать равновесие, Телемах пнул его ногой, ударив пирата в пах. Гектор задохнулся от боли и согнулся, прижимая свободной рукой  ушибленные яйца. Кинжал выпал из его рук и с грохотом упал на решетку.

- Хватай его!  - прорычал он другим пиратам. – Провалиться всем в Аид! Да держите же его!

Пират справа бросился на юношу, его лицо напряглось от гнева. Телемах пригнулся, когда человек замахнулся на него, уклонился от удара, а затем вскочил, и ударил пирата в живот. Мужчина ахнул и согнулся пополам. На одном дыхании Телемах заметил неясное движение и резко развернулся к третьему пирату. Мужчина опустил плечо и ударил Телемаха сбоку по голове, отбросив его назад. У Телемаха в глазах ненадолго погас свет, затем он пришел в себя как раз вовремя, чтобы увидеть, как тот пират наносит  ему еще один удар. Когда он дернулся в сторону, чтобы уклониться от удара, его нога зацепила ведро с трюмной водой, которое он оставил рядом с решеткой, и споткнувшись упал на спину, темная вода вылилась из ведра. Облив его.

Он попытался встать на ноги, но один из пиратов ударил его сапогом в бок, съездив ногой по ребрам и сильно замотав. Телемах поднял глаза и увидел, что все трое возвышаются над ним. Первый помощник расплылся в победоносной ухмылке, когда понял, что его противник загнан в угол. Он схватил с пола кинжал, а двое других рухнули рядом с Телемахом, прижав его к палубе.

- Вот так-то, - прорычал Гектор. - На этот раз ты будешь орать как  поросенок,  я, клянусь членом Юпитера, в этом уверен.

Острие кинжала приблизилось к Телемаху. В этот момент по трюму разнесся звук стучащих ботинок, если бы кто-то приближался с кормы. Двое пиратов, удерживающих Телемаха, тут же вскочили на ноги, и все трое развернулись, чтобы посмотреть на приближающуюся фигуру. Телемах поднял глаза и увидел Буллу, стоящего в свете открытого люка.

- Что здесь происходит? - спросил капитан, нахмурившись.

Гектор выпрямился: - Ничего, капитан. Просто несчастный случай, вот и все. Парень поскользнулся, когда опорожнял трюмы. Мы с ребятами просто говорили ему, что ему следует быть менее неуклюжим.

Булла посмотрел на Телемаха:  - Это так?

Телемах колебался. Краем глаза он заметил, что Гектор пристально смотрит на него. Он знал, что если скажет правду, то никогда не заслужит уважения других пиратов. За то короткое время, которое он провел на борту корабля, он увидел, что экипаж  «Трезубца Посейдона»  -  это закаленные, бесстрашные моряки, которые разрешают разногласия кулаками, а не жалуются капитану. Кроме того, Булла вряд ли поверит его версии событий против версии своего доверенного заместителя. Если он пожалуется капитану, рассуждал Телемах, это сделает его жизнь на корабле еще более невыносимей, чем сейчас.

- Да, капитан, Гектор прав.  - Я поскользнулся и упал.

Булла с сомнением посмотрел на него: - Я понимаю. Что ж, впредь надо быть осторожнее. А пока прибери весь этот бардак. -  Он повернулся к Гектору. -  А, теперь не мешайте парню работать.

- Да, капитан.

Булла коротко кивнул, затем поднялся по сходням, а за ним последовали два других пирата. Гектор смотрел, как они уходят, затем оглянулся на Телемаха, его лицо исказилось гневом.

- Это еще не конец, - ледяным тоном прошептал он. - Когда мы причалим, капитана не будет рядом, чтобы спасти тебя. Тогда я заставлю тебя заплатить сполна, парень. Запомни мои слова. Как только мы сойдем с этого корабля, ты будешь моей.

Телемах закончил убирать беспорядок в трюме, затем направился к трапу, тошнотворное чувство страха скрутило его желудок. Рано или поздно ему придется иметь дело с Гектором, иначе его дни в пиратской команде будут сочтены. Мысль о побеге ненадолго пришла ему в голову. Было бы достаточно легко ускользнуть, как только они прибудут в Пиратополис. Он мог исчезнуть в глубине страны, пока остальные члены экипажа будут заняты женщинами и вином, скрыть свое клеймо и попытаться нажить состояние в другом месте. Возможно, он мог бы присоединиться к банде разбойников. Но он быстро отбросил эту мысль. Даже если ему удастся избежать ареста, у него будет мало шансов накопить  достаточно денег, чтобы выкупить брата на свободу. Он думал о Нерее и о лишениях, которые тому приходится терпеть при римском хозяине, и это укрепило его решимость. Нет, он не подведет своего брата!  Ничего другого для этого не было. Ему все равно придется разбираться с Гектором, как только они прибудут на базу.

Добравшись до кормовой палубы, он столкнулся с Герасом. Тот слез с такелажа и кивнул своему другу, его мускулы блестели от пота.

-  Что случилось с твоим лицом? - спросил он.

-  Ничего, - угрюмо ответил Телемах.

Герас изогнул бровь: - Я вижу, у тебя нет настроения. Не волнуйся. Оно у тебя поднимется, когда мы высадимся в Пиратополисе.

- Почему-то я в этом сомневаюсь.

Герас от души хлопнул его по спине: - Знаешь, что тебе нужно? Хорошая выпивка и кусок дешевого пирога. И того и другого в Пиратополисе, по-видимому, предостаточно. Я только что разговаривал с несколькими парнями, и они решили хорошо провести время в городе сегодня вечером. Он ухмыльнулся. - Может быть, жизнь пирата не так уж и плоха, а?

Телемах вздохнул и отвел взгляд, чувствуя укол разочарования и ревности. Они были в команде меньше трех недель, а Герас уже завел друзей. Если бы он был таким же беззаботным, как его компаньон, жизнь на борту пиратского корабля оказалась бы для него куда более сносной.

В этот момент с мачты дозорного донесся тревожный крик: - Капитан! Прямо по курсу! Смотрите туда!

Пираты тут же бросили свои дела и поспешили на носовую палубу, борясь за место вдоль поручней, пока «Трезубец Посейдона» приближался к Пиратополису. Экипаж испытывал ощутимое беспокойство, когда  смотрел на море. Телемах тоже почувствовал это, когда поспешил вперед, протискиваясь между Герасом и Кастором. Герас посмотрел на горизонт, затем на сильно нахмурившегося пирата-ветерана,.

- В чем дело?

Кастор указал в сторону  носовой части корабля. Телемах посмотрел в том же направлении и, напрягая зрение, мельком увидел высокий скалистый мыс в нескольких милях к северу. За мысом земля поднималась к гряде невысоких, покрытых густым лесом холмов.

- Там,  дальше,  Пиратополис,  -  объяснил Кастор. Он сглотнул. - Или то, что от него осталось.

Телемах в тревоге поднял глаза: - Что ты имеешь в виду?

Корабль подняло на следующей волне, и Кастор кивнул в сторону горизонта. Телемах сузил глаза, а потом увидел:  на некотором расстоянии за мысом несколько густых столбов дыма лениво клубились в послеполуденном небе.

С материка дул резкий бриз, и Телемаху стало холодно, когда он смотрел на правый борт. В двух милях справа от него возвышались скалистые горы иллирийского побережья. Прошло десять дней с тех пор, как пираты отплыли от руин Пиратополиса, нагруженные провизией и горсткой выживших, и поиски новой базы до сих пор были безрезультатными. Каждый день у них проходил по одному и тому же распорядку: судно медленно плыло вдоль побережья, а дозорные прочесывали дальний берег.  Всякий раз, когда обнаруживалось более-менее подходящее место, экипаж менял курс и приближался, чтобы рассмотреть его поближе. Но ни одна из бухт или заливов, которые они исследовали, не подходила для их цели. Несколько приличных мест для базы находились слишком близко к портам и колониям возле Иадера, и капитаны торговых судов часто использовали их для ночлега своих судов на берегу. Другие были лучше скрыты, но там не было воды. Остров, который они обследовали тем утром, поначалу выглядел многообещающе, но залив оказался слишком узким и труднопроходимым.

К концу дня небо и море слились в единую серую массу, и некоторые члены экипажа начали открыто ворчать о шансах найти приличную якорную стоянку. Телемах чувствовал, что пиратов одолевает отчаяние.

Рядом с ним,  Кастор вглядывался в горизонт с обеспокоенным выражением лица.

- Я боюс, что это безнадежно, - сказал он. - В здешних краях нет ничего, кроме миль бесплодного берега. Такими темпами мы будем искать новое пристанище до  самих Сатурналий.

- Сколько нам еще идти до Фланоны? - спросил Телемах.

Пожилой пират ненадолго задумался: -  Еще пару дней отсюда, я бы сказал.

- Значит, у нас  осталось еще много береговых линии для поисков.

- Изрядное количество, согласен. Но наша проблема не в том, что негде искать. Речь идет о том, как долго мы можем позволить себе оставаться в море.

Телемах нахмурился:  - Что ты имеешь в виду?

- У нас заканчивается провизия. Нам пришлось наполовину урезать пайки еще до того, как мы добрались до Пиратополиса. Со всеми этими дополнительными ртами, которые нужно кормить, наши нынешние запасы быстро закончатся. Я думаю, мы сможем пробыть в море еще дня два-три, самое большее четыре.

- Что произойдет, если к тому времени мы ничего не найдем?

- Это знают только боги, парень. Капитан может решиться совершить набег на корабль снабжения, чтобы пополнить наши запасы провизии. Или он рискнуть высадиться на не совсем подходящей якорной стоянке, чтобы мы смогли отдохнуть, а затем вернуться к охоте за кораблями.

- Но это безумие. Мы не можем согласиться на незащищенную базу, после того, что римляне сделали с Пиратополисом.

- У него нет особого выбора, парень. Многие уже ропщут  на то, что у них давно уже не было приличной добычи. Им не терпится вернуться к настоящему пиратству, и Булле, возможно, придется пойти на компромисс, чтобы сохранить мир.- Кастор поджал губы. - Хотя на борту есть кое-кто, кто был бы рад сменить капитана.

- Кто?

Квартирмейстер  огляделся, затем понизил голос до шепота: - Хотя это самый страшный секрет на нашем корабле, все понимают,  что Гектор давно уже положил глаз на эту должность. Он может использовать недовольство в своих интересах и бросить вызов Булле.

Телемаха охватила тревога: - Выиграет ли он?

- Сложно сказать. Булла всех устраивает. Он справедливо обращается с командой и получил несколько богатыхх добычь. Но если нынешнее положение не улучшится, кто знает, как проголосует команда?

Телемах отвернулся, обеспокоенный кошмарной перспективой того, что Гектор примет на себя командование кораблем. Если это произойдет, его карьера на «Трезубце Посейдона», несомненно, будет быстро и жестоко подорвана, как только он начнет приспосабливаться к своей новой жизни пирата. Он стряхнул с себя тревожную мысль, глядя на береговую линию, внезапно почувствовав тоску по суше и простоте своей прежней жизни. Жизнь на улицах Пирея была тяжелой борьбой, но, по крайней мере, ему никогда не приходилось беспокоиться о мстительных пиратах, мятежных командах или мощи имперского римского флота. По сравнению с ним его старые враги  - голод, холод и нищета были относительно ручными. Он разочарованно покачал головой.

- Где-то там все-таки должна быть хорошая база, - сказал он. - Обязательно должна быть.

Кастор лишь пожал плечами: - Все, что мы можем сделать, - это продолжать поиски. И молись Посейдону, чтобы эта погода продержалась.

Телемах посмотрел на него:  - Думаешь, погода поменяется?

Кастор кивнул на плотную гряду облаков, сгущающихся над холмами на востоке. - В это время года погода ужасно переменчива. Она меняется чаще, чем прейскурант в афинском борделе.

Действительно, через некоторое время тучи сгустились на горизонте, затмив небо. Бурлящая белая пена мчалась по поднимающейся волне, заставляя корабль крениться и нырять, а ветер резко усилился. Телемах чувствовал, как он шевелит его волосы, когда стоял на палубе, наблюдая, как грозовые тучи приближаются к ним.

Он посмотрел на Кастора:  - Через какое время ураган настигнет нас?

- Достаточно скоро, парень. Вопрос только в том, попадем ли мы в его середину или нет. В любом случае нас ждет тяжелая ночь.

Булла приказал экипажу убрать паруса, а остальные поспешили по палубе, завязывая люки и все, что могло оторваться. Раздался ужасный визг, когда буря сомкнулась вокруг корабля, и ветер снова изменил направление, накренив судно так сильно, что Телемаху пришлось протянуть руку и схватиться за поручни, чтобы не выпасть за борт. С кормовой палубы донесся крик, и он бросил взгляд на корму как раз вовремя, чтобы увидеть, как рулевой падает в пенящуюся массу внизу. Молния на короткое время осветила море, и в один ужасный миг Телемах увидел, как человек качается вверх и вниз по волнам, его руки подняты, и он отчаянно кричит своим товарищам, чтобы они его спасли. Затем его накрыла другая волна с белой шапкой, и он навсегда исчез в море.

- Гектор! - завопил Булла, изо всех сил стараясь, чтобы его голос был слышен сквозь воющий грохот. - Возьми румпель! Быстрее!

Первый помощник поспешил по скользкой палубе, рванулся вперед и схватился за румпель. Он уперся ногами и навалился на рулевое весло, стабилизируя курс корабля. Когда судно выровнялось, пошел град. Льдинки размером со свинцовые снаряды для пращи стучали по бревнам палубы, барабаня по каждому дюйму обнаженной кожи. Телемах схватился за поручни и посмотрел на волны, прикрывая лицо от брызг свободной рукой. Вокруг него не было ничего, кроме туманного ледяного дождя и черных туч, без каких-либо признаков иллирийского побережья. Корабль унесло ветром от береговой линии, с горечью понял он. Всякая надежда найти убежище в ближайшей бухте, чтобы переждать бурю на якоре, исчезла. Пиратам придется бежать от бури и попытаться пробиться сквозь нее.

- Держи румпель! – крикнул Булла Гектору. Потом повернулся к экипажу. – Всем наверх! По два рифа на парус!

Град тут же сменился дождем. Сверкающие ледяные капли колотили по палубе, заливая Телемаха, Гераса и других матросов, когда они неохотно карабкались по снастям, подгоняемые потоком сквернословия своего капитана. Они двигались медленно, дрожа в промокшей от дождя одежде, пока шли вдоль реи. На нижней палубе Булла проревел команду, и они начали подтягивать парус ко второму рифовому кольцу,  чтобы избежать парусность перед штормом. Слишком сильный ветер грозил сломать мачту или поставить корабль под угрозу опрокидывания. Закончив привязывать шпангоуты к рее, они спустились обратно на главную палубу, тяжело дыша от напряжения.

Через час дождь превратился в изморось, и, хотя небо оставалось затянутым тучами, Телемах осмелился поверить, что они пережили самое ужасное ненастье. Но передышка оказалась лишь временной, и ветер снова резко изменил направление, словно Нептун насмехался над пиратами кратким затишьем. Экипаж приготовился еще к одному грязно-серому шквалу мчавшимся к ним по морю.

- Капитан ! - взревел Кастор. - Вон там!

Булла и другие пираты одновременно посмотрели на корму корабля. Сквозь брызги Телемах увидел катящуюся на них огромную волну высотой с дом. Некоторые члены экипажа оторопели от страха, на мгновение замерев. Внезапно Телемах почувствовал, как палуба качается у него под ногами, и посмотрел на Гектора, пытавшегося  повернуть корабль подальше от набегающей волны. Булла закричал, чтобы он развернул его лицом к  волне, и Телемах сразу понял ужасную ошибку суждения Гектора. Уклоняясь от волны, Гектор подвергал корпус «Трезубца Посейдона» всей ярости шторма.

Крики Буллы умолкли, когда волна ударила в борт судна с дикой силой. Вода хлынула на наклонную палубу, и Телемах протянул руку, изо всех сил цепляясь за грот-мачту, когда волна нахлынула на него, наполнив горло и нос соленой водой. Он кашлял и отплевывался, хватая ртом воздух, а когда поднял глаза, то увидел, что зарифленный парус натягивается по швам. Вспышка молнии очертила рею почти вертикально на фоне черного неба.

- Парус все еще держит ветер! - закричал Герас, цепляясь за одну из опор. - Мы потеряем ее!

Очередная волна обрушилась на корабль, смыв еще двух пиратов. Палуба резко накренилась, «Трезубецу Посейдона» не давал выпрямиться  конец вспомогательной реи, которая  завалилась за борт, когда первый из вантов сорвался. Горстка матросов держалась за мачту рядом с Телемахом, боясь  даже пошевелиться. Телемах посмотрел на ящик с оружием на миделе корабля, мгновенно сообразив, что ему нужно делать. Не было времени советоваться с Буллой или кем-то еще. Глубоко вздохнув, он подтянулся по крутой палубе к шкафчику. Сорвав замок, он выхватил изнутри топор и захлопнул дверцу до того, как какое-то другое оружие вывалилось наружу и за борт.

Палуба все больше наклонялась по мере того, как шторм усиливался, и на одно ужасное мгновение Телемах испугался, что может потерять хватку и свалиться за борт. Затем мгновение оцепенения прошло, и он уцепился за боковые перила онемевшими пальцами, когда еще одна волна ударилась о борт  «Трезубца Посейдона», взорвавшись в вспышке ледяных брызг. Наконец он добрался до шкотов, прикрепленных к страховочным булавкам. Подняв топор, он перерубил веревки, и ветер унес каждую из них, когда он их освободил. Ослабленный парус захлопал, как стая диких птиц на ветру, и палуба содрогнулась, когда корабль начал выпрямляться под крики ликования   пиратов. Вода хлынула из шпигатов потоками, когда корабль снова осел.

Праздновать было некогда. Поскольку шторм продолжал бушевать, Булла крикнул пиратам, чтобы они заменили поврежденные листы новыми веревками. Несколько членов экипажа остались сгрудиться вокруг мачты, потрясенные тем, что им удалось вырваться из лап Нептуна. Булла пнул ближайшего матроса.

- Шевелись!  - прогремел он. - Этот корабль сам себя не починит!

Пираты вскочили на ноги и быстро принялись за работу. Горстка членов экипажа достала запасные мотки веревки из рундука и понесла их по палубе к снастям. Обрезанные веревки закружились на ветру, как оторванные усики, ударив одного человека по челюсти, когда он пытался соединить разорванные концы, в то время как несколько их товарищей поспешно развернули небольшой фок, прикрепленный к бушприту, чтобы удержать нос корабля. В то же время другие пираты нашли пару гребных весел, спрятанных на миделе корабля, и соединили их вместе, чтобы заменить румпель, разбитый огромной волной.

Когда Телемах закончил крепить один из шкотов, он увидел, как Ласфен, шатаясь, подошел к капитану со стороны трюма, схватившись за поручни, а судно продолжало тяжело качаться на волнах.

- Что такое, Ласфен? - спросил Булла хриплым голосом от постоянного крика, перекрывающего ветер.

- Это трюм, капитан, - ответил Ластен. - Мы набираем слишком много воды.

- Что можно сделать, чтобы спасти корабль?

Ласфен покачал головой. - Корабль сидит слишком низко в море. Нам нужно сбросить часть груза. В этом наша единственная надежда.

Булла на мгновение замолчал, осознав всю важность оценки сирийца. Он сжал губы, не желая, чтобы лицо выдавало его внутреннюю борьбу:  -  Может есть какой-то другой путь. . .

- Нет, капитан. Некоторые швы сильно натянуты. Мы можем попробовать их починить, но в такую погоду это будет непросто. Если мы не облегчим трюм, корабль утонет.

Капитан помедлил, прежде чем кивнуть: - Хорошо. Пусть люди выбросят груз за борт.

- Да, капитан.

Ласфен отдал приказ, и все свободные руки принялись за дело. Они брели во мраке, поднимая промокшие мешки с зерном и рисом, сложенные под палубой, вместе с тем немногим имуществом, которое выжившие жители Пиратополя спасли из-под обломков своих домов. Когда большая часть груза была утилизирована, а   «Трезубец Посейдона» наконец поднялся выше ватерлинии, команда сосредоточила свои усилия на вычерпывании воды, которая завихрилась в корпусе корабля. В то же время бригада матросов производила временный ремонт поврежденных досок, всовывая в разошедшиеся швы отрезки старой просмоленной веревки. После того, как ремонт был завершен, Булла крикнул экипажу, чтобы он шел отдыхать, а люди оставшиеся на палубе натянули дополнительные  веревки, привязав их к страховочным штифтам. С поднятыми вновь  зарифленными парусами поврежденное судно начало преодолевать шторм.

Вдалеке появилась брешь в облаках, и ветер утих, когда буря медленно стала стихать. Дождь прекратился, и когда на горизонте появился первый луч солнца, Телемах закончил свою смену в трюме и рухнул на кормовую палубу, промокший до нитки и измученный многочасовыми усилиями вычерпывать воду.

- Кровавый Аид!  Этот шторм чуть не погубил нас, - сказал Герас, присаживаясь рядом с ним отдохнуть. - Я думал, мы все окажемся сегодня в водяной могиле.

Телемах просто кивнул, слишком усталый, даже чтобы ответить. Его тело ныло от холода и усталости. Герас тонко улыбнулся ему.

- Взбодрись. У тебя неплохо получилось. Если бы не ты, эта ванна утонула бы вместе со всеми, кто в ней был.

Телемах смотрел на далекий берег:   - Мы еще не избавились от неприятностей.

- Что? -  Герас нахмурился. - О чем ты говоришь?-

Телемах кивнул в сторону опустевшего грузового отсека: - Нам пришлось выбросить единственные ценные вещи, которые еще были у экипажа. - Он оглянулся на Гераса и сглотнул. –  У многих было паршивое настроение.  Как ты думаешь, каким оно будет у них, когда мы достигнем земли?

На следующее утро солнце осветило вершины далеких гор, когда   «Трезубец Посейдона»  проковылял к побережью. Когда он подошел ближе, пираты рухнули на палубу, охваченные усталостью. Всю ночь они работали над спасением корпуса корабля, но, несмотря на все их усилия, судно продолжало набирать воду, замедляя его движение,  до ползучего, пока оно ковыляло на север на пологих волнах. Сдерживая свое разочарование, Булла, наконец, решил найти убежище, чтобы починить свое разбитое судно. Когда рассвело, он приказал поднять паруса и опустить весла, и корабль медленно двинулся по волнам к уединенной бухте вдали от основных торговых путей.

Булла повернулся к Гектору и указал на полосу гальки, где изгибались скалы. За галечным берегом была тонкая полоса сосен, прежде чем земля круто поднималась к гряде бесплодных, неумолимых гор.

- Держи вон туда, - сказал он. - Пусть люди займутся необходимым ремонтом, как только мы причалим. Если мы расшевелим наших людей, то сможем снова отправиться в плавание через день или два.

- А, что будем делать потом, капитан?

- Конечно, продолжать движение к Фланоне.

- Фланона? - пробормотал Гектор, повернувшись к Булле с испуганным выражением лица. - Но мы уже несколько дней рыщем в этих водах, так и не найдя приличной якорной стоянки. Возможно, нам лучше попытать счастья в другом месте. Я слышал, что в Эвксинском море есть хорошие места для охоты.

Булла резко повернулся к нему: - Ты сомневаешься в моем авторитете, Гектор?

- Нет, капитан. Конечно нет. -  Гектор пожал плечами. - Просто говорю. Может быть, пришло время изменить план, вот и все. Парни уже давно не получали никакой добычи.

- Пойми!  - отрезал Булла. - Если мужчинам приходится терпеть какие-то временные трудности, пусть они их потерпят. Будущее этой команды зависит от того, найдем ли мы безопасное место для новой базы. Такое, где мы сможем спрятаться от римлян. Мы будем продолжать поиски, пока не найдем подходящее место. Ты меня понял?

- Да, капитан, - ответил Гектор сквозь стиснутые зубы.

- Хорошо. Рад это слышать.-  Булла выпрямил спину. - А теперь давай  выбросим этот проклятый корабль на берег!

Гектор отвернулся и сердито посмотрел на пиратов, праздно стоящих у мачты: - Вы слышали капитана! Поторопитесь!

Экипаж выполнял свои обязанности в мрачной, усталой тишине, пока "Трезубец Посейдона" огибал угол залива и полз к широкому берегу. Гектор проревел команду, и они подняли весла и сгрудились у кормы, делая последний заход на посадку. Киль накренился, когда он садился на мель, затем пираты прыгнули на отмель и вышли на берег, карабкаясь по рыхлой гальке. Они тут же рухнули отдохнуть, ослабевшие после долгих часов, потраченных на спасение корабля. Но отдыхать было некогда, и Булла тут же приказал фуражерам нарубить дров для костров. Гектору и другим пиратам было приказано вынуть оставшийся груз из трюма и провести тщательный осмотр корабля.

- Кастор! - крикнул Булла, подходя к квартирмейстеру. В отличие от остальной команды, главарь пиратов не выказал признаков истощения.

- Капитан?

- Нам нужны пайки, - сказал Булла. - Спусти шлюпку и налови немного рыбы. Он кивнул на Телемаха. - Возьми с собой и новых парней. Он повернулся и пошел дальше по берегу, чтобы посоветоваться с корабельным плотником.

Кастор крикнул новобранцам, чтобы те забрали из корабельных запасов ловчие сети, ножи для потрошения и плетеные корзины.

- Замечательно, - пробормотал себе под нос Герас. - Как раз в тот момент, когда я с нетерпением ждал момента, когда можно будет прилечь, мы отправляемся на рыбалку. Почему мы всегда получаем дерьмовую работу?

Телемах пожал плечами, но ничего не ответил. Однако в душе он был благодарен за возможность отвлечься. Путешествие через залив, по крайней мере, означало, что он мог еще на какое-то время избавиться от  встречи с Гектором и его непрерывными издевательствами.

- Может быть, это даст нам шанс сбежать, - тихо сказал Неарх. - Мы можем сбежать, как только скроемся из виду.

Лейтус сухо рассмеялся:  - Сомневаюсь, парень. Они будут внимательно следить за нами, пока не убедятся в нашей лояльности. Кроме того, даже если бы мы могли уйти, куда бы мы пошли?

- Недалеко отсюда должны быть поселения, колонии . . .

- А что ты скажешь, когда кто-нибудь увидит вот это? - ответил Лейтус, склонив голову на клеймо на предплечье Неарха. - Мы меченые, парень. Все мы. Как только кто-нибудь это увидит, нам смерть.

- Мы могли бы объяснить, - запинаясь, сказал Неарх. - Скажем им, что нас похитили.

- Удачи тебе,  найти сочувствующее ухо. Признай, мы застряли с Буллой и его бандой, нравится нам это или нет.  Все, на что мы можем рассчитывать , это только на свою работу. Либо так, либо провести остаток дней в тени, прячась в каком-нибудь богами забытом уголке Империи.

- Провалитесь вы все в Тартар! -  воскликнул Герас поднявшись на ноги. -  Давайте пошевелимся. Если мы поплывем сейчас, то сможем вернуться до того, как эта компания допьет то, что останется от вина.

Лодка была спущена через борт выброшенного на берег корпуса «Трезубца Посейдона» в воду, и Телемах и его товарищи-новобранцы вместе с Кастором и парой коренастых пиратов вытащили ее на тихий прибой. Солнце продолжало сиять над зазубренными горными пиками, пока люди поднимались на борт и брались за весла, выводя лодку из залива. Лейтус работал румпелем, направляя лодку вокруг мыса.

- Мы должны найти там приличное место для рыбалки, - произнес Кастор, указав на невысокий скалистый мыс в двух милях дальше по берегу. - Мы забросим туда сети и поймаем, что сможем, а потом вернемся. Но мы должны сделать это быстро.

- Почему? -  спросил Телемах.

- В этих краях разбросано несколько деревень. Как бы нам не столкнуться с кем-нибудь из местных жителей, на случай, если они  вдруг сообщат о нашем присутствии имперскому флоту.

- Какой смысл им это делать? Я думал, римлян здесь ненавидят.

- Все может быть!  Но местные жители больше боятся пиратов. Тем более, что Нестор и его банда в основном охотятся на здешние суда.

- Нестор? - спросил Телемах. - Он где-то здесь?

Кастор смущенно кивнул: - Его база где-то в этих краях. Я  так слышал. В любом случае, я бы предпочел не сталкиваться с ним. Этот человек - хладнокровный убийца. Я лучше встречусь с морским чудовищем, чем с его бандой.

Знакомый холодок пробежал по позвоночнику Телемаха, когда он вспомнил рассказы, которые слышал о Несторе и его банде. Ужас, который они внушали другим пиратам в команде. Он горячо молился, чтобы его пути никогда не пересекались с дорогой капитана Нестора и его людям.

Герас отвел взгляд и вздохнул:  - Чем скорее капитан найдет нам безопасное место, тем лучше. Лично я с нетерпением жду того дня, когда мы перестанем беспокоиться о префекте Канисе.

Телемах поджал губы:  - Я не стал бы тебя обнадеживать. Не думаю, что наше новое пристанище решит все наши проблемы.

-  Что заставляет тебя так думать?

-  Куда бы мы ни пошли, римляне все равно будут искать нас. Возможно, какое-то время мы будем в безопасности. Но рано или поздно нам придется иметь дело с Канисом.

-  Не обязательно. Его люди только что сровняли с землей наше старое пристанище. Теперь, после того, когда он дал нам хороший пинок, может быть, он смотается обратно в Равенну.

- Возможно, - с сомнением ответил Телемах. - Но я не думаю, что он остановится, пока не закончит работу.  Он допросил заключенных в Пиратополисе, прежде чем убить их. От них он узнал, что мы все еще охотимся в Адриатике. А это значит, что он отправит свою эскадру на наши поиски.

- Пусть, - сказал Герас. - Этому высокородному дураку будет трудно найти нашу новую базу, где бы мы ни оказались.

- Возможно. Но что, если он найдет нас раньше?  Что, если мы наткнемся на его флот до того, как сможем обосноваться на новой базе?

Герас уставился на своего спутника широко раскрытыми глазами:  - Во имя богов, ты знаешь, как испортить настроение, парень. Мы только что избежали ужасной бури, и все, о чем ты сейчас думаешь, это сколько времени у нас осталось, пока Канис не схватит нас и не прирежет. Я думаю, тебе нужно выпить больше, чем мне, хотя бы раз.

Час спустя лодочка обогнула мыс, открыв бухту, защищенную рифом на противоположной стороне. Лейтус направил судно на мелководье, и пираты бросили весла и принялись за работу. Забрасывали за борт сети, затем вытаскивали  их самые опытные матросы из команды. Извивающихся серебристых рыбин  бросали в корзины для доставки на берег, чтобы новобранцы его распотрошили, пока улов не испортился.

Солнце ярко сияло над бухтой, когда Телемах ножом для потрошения вспарывал рыбам брюхо, отбрасывая внутренности в сторону, прежде чем положить рыбу в корзину. Жаркое солнце так палило, а прогорклый запах рыбьих кишок быстро заполнял его ноздри, что ему страстно захотело вернуться на борт  «Трезубца Посейдона»  и продолжить вычерпывать из трюма воду. 

- Проклятая рыбалка, - пробормотал Герас. - Вот тебе и жизнь пирата. Все, чем мы занимались с тех пор, как присоединились к команде, это готовили, убирали и работали, как рабы.

Телемах согласно кивнул: - Надеюсь, скоро мы займем делом вместе с остальной командой.

- Вряд ли, если нам не повезет и Булла не найдет базу. Такими темпами мы будем чистить и ловить рыбу до конца судоходного сезона.

- Может, это и к лучшему, - вставил Лейтус.

Телемах вопросительно посмотрел на седого пирата:  - Что ты имеешь в виду?

Лейтус поджал губы:  - Возможно,  для нас не самая плохая идея - какое-то время воздерживаться от набегов на морские пути. Что касается Каниса и его эскадры, которая нас ищет, то нам лучше затаиться, пока все не успокоится.

- Я обязательно выпью за это, - сказал Герас. - Честно говоря, я был бы счастлив, если бы мы проторчали на берегу несколько месяцев.

- Тогда, может быть, нам не следовало записываться в пираты?

Герас вскинул руки: – А какой у нас был выбор? Если бы мы отказались, Булла убил бы нас или продал в рабство. А я лучше умру, чем стану рабом. -  Он помедлил и взглянул на Телемаха. -  Вот, дерьмо. Извини.  Я не это имел в виду.

Телемах на мгновение замолчал, подумав о своем старшем брате. Он вспомнил, когда в последний раз видел Нерея живым, в тот день, когда прибыл сборщик долгов со своими телохранителями, чтобы забрать имущество их покойного отца и продать его детей в рабство. Телемаху удалось бежать, но Нерею не так повезло. С тех пор он стал рабом, вынужденным выполнять тяжелую работу в кузнице Бурруса в Торикосе. Если Телемаху не удастся в ближайшее время найти деньги, чтобы выкупить свободу своего брата, он опасался, что Нерей так и умрет от рук своего господина.

- Не волнуйся, парень, - добавил Герас. - Я уверен, что скоро мы снова начнем охотиться за добычей. Ты накопишь достаточно, чтобы расплатиться с этим римским ублюдком Буррусом в кратчайшие сроки.

Телемах посмотрел на своего спутника:  - А, я  подумал, ты не захочешь возвращаться на море?

- Нет. Но мне не помешали бы несколько лишних монет. Я планирую выздороветь и по-настоящему разозлиться, как только все уляжется, и тогда все  вино Рима будет моим.

Телемах заставил себя улыбнуться: - Ты когда-нибудь думал о чем-нибудь другом? Кроме вина, женщин и себя самого?

Герас пожал плечами и вскрикнул: - Что еще там?

В этот момент со стороны еще одного из пиратов  тоже раздался крик. Телемах посмотрел на вход в бухту, прикрывая глаза от солнца. К берегу приближалась небольшая рыбацкая лодка. В ней сидело несколько фигур, работая веслами и вытягивая шеи, внимательно разглядывавших  людей на берегу. Некоторые из них сжимали рыболовные гарпуны и держали в руках сети. Телемах присоединился к другим пиратам, которые собрались на прибое и наблюдали за лодкой.

- Похоже, мы не одни, - пробормотал Герас.

- Рыбаки? -  подумал Телемах вслух.

- Откуда они могут быть в этих водах?  Возможно, где-то недалеко их поселение.

Крик разнесся по бухте, когда одна из фигур окликнула пиратов. Его спутники перестали грести и уставились на берег.

- Что нам делать?  - спросил Телемах.

- Сохраняйте спокойствие, ребята, - мрачно ответил Кастор. - Мы просто скажем, что мы с грузового корабля в соседней бухте. Подарите им дружескую улыбку.  За одно, узнаем, кто они.

- А, что, если они с враждебными намерениями?

- Тогда нам придется иметь с ними дело. - Кастор напряг челюсти, когда повернулся к остальным. - Держите свое оружие поблизости. Оставайтесь настороже. Если кто-то из них настроен враждебно, убейте его. Не дайте им возможности атаковать первыми.

Мужчины бросили сети и подняли дубинки  и ножи для потрошения рыбы, новобранцы в нервном молчании смотрели, как чужая лодка подгребает к берегу. Телемах стоял рядом с вытянутой  на берег лодкой, внимательно наблюдая за фигурами.  Вблизи они не очень походили на рыбаков. У них были мускулистые, загорелые телосложения матросов, а шрамы на лицах и руках свидетельствовали о том, что они побывали в боях. Некоторые упирались руками в рукояти ножей, словно ожидая беды.

- Приветствую, друзья! - крикнул Кастор, когда фигуры вытащили свою лодку на берег недалеко от них  и прыгнули в прибой.

Ближайший человек вскинул руку и жестом приказала своим товарищам отойти. Он шагнул вперед и осмотрел пиратов, его темные глаза подозрительно сузились. Телемах заметил, что у него на левой щеке был розовый шрам в форме слезы.

- Кто вы такие?  - прохрипел мужчина по-гречески.

Кастор прочистил горло:  - Мы не хотим ничего плохого, - сказал он беззаботным голосом. - Наш корабль прошлой ночью попал в шторм.  Он выброшен на берег неподалеку. Мы здесь только для того, чтобы наловить рыбы, вот и все.

- Что это за корабль? - спросил мужчина. Он увидел клеймо на предплечье Телемаха, и на его лице отразилась тревога. -  Подожди. Я узнаю этот знак. Вы с «Трезубца Посейдона». Корабля капитана Буллы.

Телемах обменялся взглядом с Герасом, прежде чем снова повернуться к человеку со шрамами на лице. - Кажется, наша репутация опережает нас.

- Откуда ты знаете о нашем корабле? - спросил Кастор.

Мужчина проигнорировал вопрос:  -  Где остальная ваша команда?

- Недалеко отсюда. Довольно близко.

- Интересно? -  Губы мужчины изогнулись в тонкой улыбке. - Смешно. Я не помню, чтобы наш капитан разрешал кому-то еще ловить здесь рыбу.

- Разрешал?

Мужчина кивнул на окружающую бухту:  - Эти воды принадлежат нам. Никого не пускают сюда без ведома капитана Нестора.

Телемах замер. – Нестора . . .

Покрытая шрамами фигура подошла на шаг ближе, его товарищи сомкнулись вокруг него. Он поднял нож для потрошения и оскалил зубы.

- Вы нарушили границы. А теперь убирайтесь отсюда и скажите своему капитану, чтобы он отваливал, если не хочет узнать, чем это для него может кончиться.

Кастор присел на корточки, словно готовясь к атаке. Вокруг него другие мужчины потянулись к своим клинкам. Покрытый шрамами пират покосился на своих товарищей. Прошло нсесколько секунд, прежде чем он прорычал: - Бей их, ребята!

Две стороны обрушились друг на друга в бешеной карусели толчков и ударов. Телемах отшатнулся назад, когда пират со шрамами бросился на него. Он едва избежал атаки, затем шагнул в сторону и нанес противнику удар , целясь в горло. Когда пират попытался парировать, Телемах взмахнул свободной рукой и ударил рядом стоящего человека чуть ниже ребер. Но удар не смог сбить пирата с ног, и тот,  яростно зарычав, набросился на Телемаха, прежде чем он смог снова атаковать, заставив его отступить на несколько шагов. Отовсюду вокруг него был слышан лязг и скрежет клинков, а воздух быстро наполнился отчаянным пыхтением людей, борющихся за свою жизнь.

- Сволочь!  - прорычал пират. - Ты покойник!

С гневным ревом он бросился на Телемаха,  дико размахивая клинком. Этот человек был обманчиво быстр, несмотря на свое тяжелое телосложение, почти поймав Телемаха яростным ударом. внезапно, подобно молнии, Телемах переместил свой вес влево, прежде чем атаковать своего противника и взмахнул свободной рукой, сжатой в кулак. Раздался сокрушительный хруст, когда он попал мужчине в переносицу, на какое-то время оглушив его. Пират отшатнулся, и Телемах рванулся вперед прежде, чем его противник успел среагировать и вонзил лезвие в мягкую кожу под подбородком мужчины. Пират застонал, все его тело изогнулось, когда лезвие пронзило ему  череп. Телемах выдернул нож с булькающим влажным шипением, и обмякшее тело человека рухнуло в прибой,  и его кровь смешалась с пенящейся водой.

Он услышал крик и повернулся влево как раз вовремя, чтобы увидеть приземистого бородатого пирата, который пытался воткнуть в него рыболовный гарпун, целясь острие в грудь. Телемах дернулся в сторону, едва избежав удара, и огляделся. На берегу на песке и в прибое корчилось несколько тел, большинство с другой лодки. Решимость экипажа  «Трезубца Посейдона» застала их противников врасплох, и немногие оставшиеся в живых из людей Нестора теперь оказались в меньшинстве, поскольку ход битвы повернулся против них. Телемах снова перевел взгляд на человека с гарпуном, когда тот приготовился нанести новый удар. На этот раз он низко пригнулся и резко вскинул руку с ножом, пытаясь поразить жизненно важные органы пирата. Но длинна оружия противника не позволяла подобраться достаточно близко, чтобы нанести удар, и в следующее мгновение пират взмахнув гарпуном, ударил Телемаха в живот древком своего оружия. Молодой грек задохнулся, и, прежде чем успел прийти в себя, гарпунщик снова атаковал его, ударив дубиной по челюсти. Удар оглушил его и швырнул на песок. Он почувствовал привкус крови во рту и, подняв глаза, увидел, что пират приближается к нему, его глаза засияли триумфом, когда он приготовился нанести удар.

- Попался, подонок! - пират Нестора направил зазубренный наконечник гарпуна в своего поверженного противника. Телемах изогнулся в сторону и ударил гарпунщика ногой по пятке. Тот  издал удивленный крик и неуклюже упал вперед, оружие выскользнула из его рук, когда он приземлился на песок лицом вперед. Телемах вскочил на ноги и ударил человека ногой по ребрам прежде, чем тот успел схватиться за свой гарпун, а затем надавил коленом на спину противника, прижав его к земле. Пират боролся, тщетно пытаясь освободиться. Телемах схватил прядь волос мужчины и поднял руку с ножом, собираясь вонзить лезвие в незащищенную шею на затылке.

- Нет!  - крикнул Кастор. - Оставить его!

Телемах замер. Внезапно он осознал, что звуки перепалки стихли, и, подняв глаза, увидел, что несколько последних их  врагов были повержены, а из их ран текла кровь. Ярость вспыхнула внутри него, когда он увидел тела двух своих товарищей, лежащих на песке. Значит, их победа дорого обошлась им. Он взглянул на Кастора, когда последний шагнул вперед, на его бритой голове блестели капли пота.

- Этот нам нужен живым, - сказал квартирмейстер, переводя дыхание.

-  Зачем? - спросил Телемах.

- Он может рассказать нам о логове Нестора. Оно должно быть рядом.

Телемах на мгновение задержал клинок, кровь закипела в его венах. Он не хотел ничего, кроме как вонзить острие в шею гарпунщика и отомстить за убитых товарищей. Но затем рассудок взял верх, и он встал, отступив от раненого пирата.  Двое выживших из экипажа «Трезубца Посейдона» подбежали и подняли человека на ноги.

- Может быть, мы допросим  его сейчас? - спросил Телемах.

Кастор покачал головой:  - Посади его на лодку с рыбой. Капитан Булла захочет сам его допросить.

- Скоро мы должны увидеть базу Нестора, - сказал Кастор, глядя за нос корабля.

Телемах стоял на палубе рядом со своим товарищем, легкий ветерок ласкал его щеки, пока «Трезубец Посейдона»  полз к скалистому берегу. Впереди открылась длинная узкая бухта с неприступной горой напротив. Согласно сведениям, полученным от пленника, логово врага находилось у подножия горы, по другую сторону мыса.

- А ведь этот твой план может сработать, парень, - продолжал Кастор. - Ради всех нас.

- Сработает! - уверенно ответил Телемах. - Вот увидишь.

- Будем надеяться, что ты прав. Потому что, если люди Нестора разгадают нашу уловку, мы окажемся в дерьме по-настоящему.

Телемах коротко кивнул, оглядывая палубу корабля. В течение последних двух дней команда усердно работала на борту  «Трезубца Посейдона», внося необходимые изменения, чтобы корабль мог сойти за «Ахелоя».  Булла уже видел это судно раньше во время плавания к Лиссусу, и сверяясь с информацией, предоставленной пленником, они внесли несколько изменений в оснастку и паруса  «Трезубца Посейдона». Внимательный осмотр корабля никого не обманет, но Булла счел сходство достаточно близким, чтобы обмануть дозорных в цитадели. Сделав определенные приготовления, на рассвете команда покинула якорную стоянку. Последние несколько часов они ползли вдоль береговой линии Иллирики, обогнув вход в бухту незадолго до полудня. Теперь они приближались к Петрапилам.

На главной палубе стояла лишь горстка пиратов. Остальные члены экипажа спрятались в тесном трюме, играя роль заключенных. К ним присоединились несколько выживших из Пиратополиса, которые оправились от ран и были способны владеть клинком. Опустив взгляд на решетку люка, Телемах увидел под палубой Гераса и Лейта среди массы напряженных лиц, одетых в грязные лохмотья и прикованных друг к другу цепями за лодыжки и запястья, скрепленных тонкими дюбелями, которые можно было порвать в одно мгновение, так чтобы цепи упали. Он удовлетворенно улыбнулся их взлохмаченному виду и обдумал свой план.

Как только  «Трезубец Посейдона» минует наблюдательный пункт, они поднимут вымпел «Ахелоя» и направится к заливу, причалив на береговой линии как можно ближе к базе пиратов. Как только они пришвартуются, Телемах и другие матросы выведут заключенных из трюма на берег, к вражеской цитадели. По словам пленника, было известно, что в Петрапилах  имелся небольшой рынок  торговцев рабами, и вид команды «Ахелоя», сопровождающей свежую партию пленных моряков в цитадель, не вызовет никаких подозрений. Оказавшись внутри, Булла отдаст приказ, и заключенные освободившись от своих цепей, схватят оружие, спрятанное под их туниками, и направятся в покои Нестора. Любые пираты, которые окажут сопротивление, будут убиты. Остальных возьмут в плен и им предложат выбор между смертью и присягой на верность Булле и его кораблю. Как только они захватят Петрапилы, Булла и его люди снова могли  бы начать охоту за добычей. Телемах подумал, что, заплатив несколько крупных трофеев, он, возможно, сможет выкупить свободу своего брата раньше, чем он предполагал.

Но план не был лишен рисков, напомнил он себе. Если обман потерпит неудачу до того, как «Трезубец Посейдона» достигнет берега, у врага будет достаточно времени, чтобы подготовиться к обороне. Даже если экипажу удалось бы причалить и проскользнуть мимо часовых, им все равно нужно было проникнуть внутрь цитадели и убить как можно больше врагов, прежде чем поднимется тревога. Что, если один из охранников у ворот разгадает их уловку и предупредит своих товарищей?  Телемах поморщился при этой мысли. Без элемента неожиданности люди «Трезубца Посейдона»  были бы быстро уничтожены противником. Нестор вряд ли проявит милосердие к своим побежденным врагам. Тех, кому посчастливится попасть в плен живыми, продадут в рабство или же подвергнут ужасным пыткам, прежде чем казнят из милости.

Один из членов экипажа испустил крик, и все взгляды на палубе обратились в сторону небольшого форта на вершине утеса. Над смотровой площадкой сверкнула разноцветная вспышка, когда на мачте был поднят сигнальный флаг.

- Дозорный, должно быть, сигнализирует в цитадель, - прорычал Гектор.

Булла покосился на далекий вымпел:  - Желтый. Это сигнал о приближении корабля, не так ли?

Телемах кивнул. - Так нам сказал наш пленник, капитан.

- Если только этот ублюдок не солгал, - сказал Гектор. - Тогда мы попадем прямо в ловушку.

- Скоро узнаем, - пробормотал Булла.

Солнце продолжало сиять в чистом послеполуденном небе, когда  «Трезубец Посейдона» приблизился к мысу, его парус был установлен под углом, чтобы воспользоваться попутным ветром. Булла решил не использовать своих гребцов, не желая рисковать, утомляя своих людей до того, как они достигнут залива, и перед тем, как судно обогнуло мыс, возникла нервирующая задержка. Наконец, они обошли мыс, и Телемах и другие свободные матросы на палубе,  выстроившиеся вдоль бортового поручня, во всей красе увидели логово пиратов. Каменную косу, выступающую из подножия горы, соединенную с пологим берегом дамбой из гравия. В конце скалистого мыса стояло укрепленное поселение, защищенное с трех сторон отвесными скалами и окруженное осыпающейся каменной стеной. Со стороны суши  был вырыт  оборонительный ров и стояла деревянная караулка.

- Похоже, заключенный был прав, - сказал Кастор с ноткой трепета в голосе. - Этот участок  изрядно хорошо защищен.

Телемах кивнул, заметив катапульты, установленные на платформах над стеной:  - Нестор неплохо укрепился. Однако одно можно сказать наверняка - Это место станет для нас прекрасной базой.

Кастор хмыкнул:  - Если мы сможем его захватить.

Опустив взгляд, Телемах заметил изящную галеру, шедшую на якоре в спокойных водах под цитаделью, и со слов сказанных пленником, он понял, что видит флагман Нестора - «Протей». Судно гораздо меньшего размера лежало перевернутым на бок на берегу, поддерживаемое крепкими бревнами. Несколько крошечных фигурок двигались вокруг него, покрывая корпус новым слоем смолы. Дальше от берега Телемах заметил разбросанные хижины и несколько рыбацких лодок. Сцена выглядела достаточно мирной, и горстка пиратов на берегу не обратила внимания на «Трезубец Посейдона», который скользил по воде.

- Капитан! – запаниковал Кастор. - Взгляни туда!

Телемах проследил направление взгляда квартирмейстера и посмотрел на цитадель. Над крепостью поднялось темное маслянистое пятно, а затем в безоблачное небо взвилась струйка дыма.

- Зажигательные снаряды, - сказал Гектор, стукнув кулаком по перилам. - Я, забери их всех химеры, так и знал. Они раскусили нас! Мы должны развернуться, капитан!

- Сохраняй самообладание, член Юпитера тебе в задницу! - отрезал Булла. - Они пока еще ничего не ответили нам. Еще нет. Они пока еще не бросили нам вызов.

Несколько мгновений спустя раздался крик одного из членов экипажа, когда он протянул руку, и люди на палубе повернулись в указанном направлении, к небольшому форту на вершине мыса. На глазах у Телемаха вымпел опустился, и на его место быстро подняли второй темный вымпел.  Булла напряг челюсть и напрягся.

- Верно. Это сигнал, чтобы идентифицировать себя.  - Он повернулся к Телемаху. –  Поднимай вот эти цвета!

Телемах вместе с Герасом поспешил к ящику на корме и забрал стопку зеленых тряпок. Они перенесли их на такелаж и быстро поработали, прикрепив замки на конце вымпела к только что отремонтированным шкотам, прежде чем поднять его на мачту. Вымпел поднялся на ветру, расплываясь над рангоутом, как зеленый язык. Если показания пленника были верны, судно  было идентифицировано как  «Ахелой» и его возвращение после успешного рейда, а пиратам, в форте было приказано их пропустить.

- Молитесь богам, чтобы это сработало, капитан, - пробормотал Гектор.

- Скоро узнаем, - хладнокровно ответил Булла. Он сложил руки. - Рулевой! Держи курс. Палубные! Опустить паруса! Весла!

Телемах присоединился к остальным, которые как можно небрежнее выполняли свои обязанности, собирая паруса и завязывая ремни. Остальные пираты нагнулись на веслах, продолжая плавный ход, чтобы не вызывать подозрений у фигур на берегу. Теперь они были всего в нескольких сотнях футов от гальки, и с каждым мгновением он  все увереннее чувствовал, что враг распознает их маскировку и обрушит на корабль шквал зажигательных снарядов, превратив его в бушующий ад. Все это время Булла спокойно ходил взад и вперед по палубе, время от времени останавливаясь, чтобы взглянуть на столбы темного дыма, стелющиеся над укреплениями. Его хладнокровное, сдержанное поведение помогло успокоить команду, и Телемах впервые увидел, что такое жизненно важные лидерские качества, необходимые для командования пиратским кораблем.

Капитан крикнул рулевому, чтобы тот направился по галечной полосе подальше от вытащенного на берег пиратского судна. Телемах присоединился к свободным рукам, собравшимся вокруг кормы, с бьющимся в напряженном предвкушении сердцем. Остальные пираты с тревогой наблюдали за поднимающимся над цитаделью дымом, словно ожидая, что в любой момент на них обрушится дождь из пылающих снарядов. Но, ни один из них не выстрелил, а затем обшивка палубы содрогнулась, когда нос корабля приподнялся над галькой, прежде чем осесть. Раздался тихий грохот, весла были подняты, а затем судно остановилось.

- Опустите трапы! - скомандовал Булла  своим людям. - Готовьтесь к высадке!

Экипаж принялся за дело. Пара матросов провела посадочную рампу через отверстие в носовой части и с громким всплеском опустила ее на мелководье. Гектор крикнул остальному костяку команды, чтобы те привели заключенных, и через несколько мгновений Лейтус, Герас и другие вышли из темных пределов трюма, моргая под яркими лучами солнца. В то же время трое мужчин вышли из цитадели, чтобы поприветствовать вновь прибывших. Булла приказал людям высадиться. Гектор повел заключенных с корабля, их цепи звенели, когда они брели по трапу по пояс в воде. Телемах заставил себя идти ровным шагом, с трудом выкарабкиваясь  с галечного берега на более твердую землю.

Он осторожно взглянул через залив на фигуры рядом с вытащенным на берег небольшим судном, наблюдая, не приблизится ли кто-нибудь из них к «Трезубцу Посейдона», чтобы поприветствовать своих вернувшихся друзей. Если бы они это сделали,  их план мог бы провалиться. У них не будет другого выхода, кроме как попытаться сбежать из бухты, прежде чем снаряды цитадели настигнут и потопят их. Но, к его огромному облегчению, никто из их противников не двинулся к ним, один или двое, лишь на короткое время,  остановились, чтобы приветливо помахать рукой, прежде чем вернуться к работе.

Как только последний из пиратов сошёл на берег, Булла повернулся, и смело повел своих людей через галечный берег, направляясь к узкой полоске земли, ведущей к цитадели. Трое мужчин, вышедших из ворот, стояли в дальнем конце дамбы, наблюдая за вновь прибывшими. Телемах шел быстрым шагом, а пираты, играя роль пленников, еле передвигались в своих тяжелых цепях. Раздался вскрик, когда Герас споткнулся о рыхлый гравий и упал на землю. Телемах инстинктивно наклонился, чтобы помочь товарищу подняться на ноги, вызвав гневный взгляд Буллы.

- Эй, ты там! - прошипел капитан низким голосом. - Подумай, что делаешь?  Эта куча людей, уже не твои гребаные приятели.  Они наши заключенные. Начинай обращаться с ними так же, пока эта шайка у ворот ничего не заподозрила!

Телемах быстро отдернул руку. Он немного помедлил, прежде чем нацепить на лицо выражение гнева и ударить Гераса ногой по ребрам, вызвав у последнего удивленный стон.

- Вставай, сволочь! - крикнул он достаточно громко, чтобы его услышали часовые возле сторожки.

Герас с трудом поднялся на ноги, морщась. Он бросил мрачный взгляд на Телемаха:  -  Ну, спасибо  ...

- Извини.

- Ладно! Забудь про это.-  Он сердито покачал головой. - Цепи и побои. Справедливости ради нужно сказать, что я не совсем так представлял свою карьеру пирата.

Телемах нервно сглотнул: - Будем надеяться, что враг купится на это. Иначе скоро мы все окажемся в более крепких цепях.

- Заткните свои рты! Продолжайте двигаться! - отрезал Булла. Он ткнул пальцем в Гераса. – А, ты! Снова в строй!

Герас шагнул обратно в колонну заключенных, бормоча себе под нос проклятия, пока они шли к цитадели. За открытыми воротами Телемах увидел широкую мощеную улицу, окруженную ветхими лачугами, с оживленной рыночной площадью в дальнем конце. Несколько винных магазинов выстроились вдоль площади, ведя бойкую торговлю с людьми Нестора. Горожане с опаской смотрели на пиратов через улицу. Некоторые опускали глаза и быстро проходили мимо, избегая их взглядов. Один или двое смотрели на них с откровенной враждебностью, и Телемах почувствовал что-то вроде неприязни между местными жителями и незваными гостями. Вдалеке он мог разглядеть вершину каменной башни, где Нестор устроил свой штаб.

- Почти готово, - прошептал Булла. - Сохраняйте спокойствие, ребята. Ждите моей команды.

Одна из фигур перед воротами, крутой на вид пират средних лет, подошел к вновь прибывшим. Он вскинул руку, сигналя Булле и его людям остановиться. Двое часовых стояли по обе стороны от человека, положив руки на ручки своих фалькат. Пират шагнул вперед и склонил голову к Булле.

- Вы люди с «Ахелоя»?  - Он нахмурился. – Что-то не узнаю тебя.

Булла улыбнулся: - Мы новички из команды капитана Пелея.

- А-а?  Понимаю.-  Пират хмыкнул, пробежав взглядом по мужчинам. По его обветренным чертам и седеющим волосам Телемах догадался, что это  был один из главарей людей Нестора.

- Где ваш капитан? - спросил он.

Булла ткнул большим пальцем в сторону  «Трезубца Посейдона»:   -  Все еще на борту корабля, собирает остальную добычу. Он скоро выйдет. Он велел нам сначала привести заключенных, так как должен получить хорошую цену за них  у работорговцев.

- Замечательно, если это так?

Губы пирата разошлись в ухмылке, обнажая ряд кривых желтых зубов. Телемах знал, что прибыль от продажи двух десятков пленников станет значительным вознаграждением для тех, кто был близок к Нестору.  И это, без сомнения, пришло в голову мужчине, когда он смотрел на заключенных.

- Тогда давайте посмотрим, что у тебя здесь есть. - Пират остановился перед Герасом и надул щеки. – Забери его Аид, этот выглядит довольно крепким. Работорговцы  за него много не дадут, это точно. Эти скупые афиняне в наши дни платят приличные деньги только за тех, кто умеет читать и писать. А этот выглядит так, как будто не может произнести свое имя, не говоря уже о том, чтобы написать его.

Телемах искоса взглянул на Гераса и увидел ощетинившееся негодованием лицо своего друга. Пока часовые отвлеклись, Телемах медленно опустил руку на рукоять меча. Он сомкнул пальцы вокруг рукоятки оружия, готовый нанести удар при первых же признаках опасности.

- Но кости у него крепкие, - вставил один из часовых, ткнув Гераса в живот. – Тебе лучше продать его в одну из школ гладиаторов. Они заплатят гроши, но это лучше, чем ничего.

- Я полагаю, - проворчал старший. – Это лучшее, на что ты можешь надеяться с этим мешком человеческого дерьма.  Лучше убедись, что у него полный набор зубов. . .

Он протянул руку и схватил лицо Гераса одной рукой, прежде чем засунуть грязный палец ему в рот и ощупать его челюсти. Герас резко отшатнулся, сердито зарычав,  и отшвырнул пирата назад.

- Ублюдок! Отойди от меня!

Грохот эхом разнесся по площади, когда цепи на его запястьях разорвались и упали на землю. На мгновение воцарилась ошеломленная тишина, пока пират удивленно смотрел на разорванные цепи у своих ног. Затем он поднял взгляд на Гераса, и выражение его лица быстро сменилось с замешательства на тревогу. Он потянулся, чтобы вытащить свое оружие из ножен. В то же мгновение Булла поднял свой клинок и крикнул своим людям: - За мной! Вперед! - взревел он. -  Бей их!

Саймон Скэрроу- автор бестселлеров. Среди его бестселлеров: АРЕНА и ЗАХВАТЧИКИ,  а также романы, написанные в соавторстве с Т. Дж. Эндрюсом  Его романы с участием римских солдат Макрона и Катона,  снискали мировую известность  а также многие другие романы список аоторых приводится ниже. 

Ти Джей Эндрюс родился недалеко от аббатства Баркинг и вырос в Эссексе, недалеко от древнеримского гарнизона в Колчестере. После нескольких лет работы в издательстве он стал штатным писателем. Он живет в Сент-Олбансе.