Зиа Девять наблюдала за вертиплавником: тот захлопал тремя парами фиолетовых крыльев и, взмыв в воздух, присоединился к своим. Стая этих диковинных птиц парила среди изъеденных временем и выгоревших на солнце развалин зданий, некогда бывших частью Нью-Йорка. Доносившиеся с высоты крики сливались в гармоничный неземной хор.

Утреннее солнце поднялось над восточной линией горизонта и подсветило медленно плывущие над древними руинами облака. Зиа пробралась сквозь замысловатый лабиринт обвалившихся кирпичных стен и ржавых стальных балок и остановилась перед одиноко стоящей колонной, покрытой гигантским лишайником. Девочка вытащила из сумки пустую бутылку, открутила крышку, содрала с колонны здоровенный морщинистый лист и принялась скручивать его. Зиа выжимала лист, как тряпку, все крепче и крепче, пока из черешка не начала сочиться вода.

«Серьезно? И это все? – подумала Зиа, когда тоненькая струйка воды стекла на дно бутылки. – Да на это целая вечность уйдет. Зря я выбросила свои гидрационные таблетки». Она вздохнула и сорвала следующий лист.

Закончив, Зиа побрела по уходящим в прошлое улицам истлевшего мира и остановилась перед затененным разверстым входом в туннель, ведущий к развалинам всеми забытой библиотеки. В памяти сразу возник образ гигантской тихоходки Отто – это он прокопал туннель, словно какой-то исполинский щенок. Зиа закрыла глаза: ее верный товарищ находился далеко отсюда, со своим стадом, но девочка была твердо уверена, что водяной медведь спокоен и доволен. У них с Отто возникла некая связь. Зиа могла «слышать» в голове, о чем он думает, причем она одна. Трудно было объяснить, как это происходит. Просто она чувствовала его, и все.

Девочка открыла глаза и оглядела пустой горизонт далеко за развалинами.

– Я так рада за тебя, Отто, – прошептала она. – И я тоже собираюсь встретиться со своим стадом.

Улыбаясь, она продолжила путь к лагерю.

В тени полуистлевшей металлической арки сидел долговязый синий пришелец с выгнутыми назад коленками – Ровендер Китт из клана сирулианцев. Похоже, он перебирал вещи, добытые из боковой сумки, свисавшей с борта припаркованного рядом глайдера, крылья которого были изогнуты, как у чайки.

– Рови, ты был прав, – сказала Зиа, подходя к другу и потряхивая в воздухе почти полной бутылкой. – Набрать воды можно, но теперь у меня жутко болят пальцы от всего этого выжимания – здоровая-то рука всего одна.

Ровендер взглянул на девочку, а затем вернулся к своему занятию и мягким, сипловатым голосом ответил:

– Твои раны скоро заживут, оглянуться не успеешь. А насчет пальцев не беспокойся – потренируешься, и будет проще. – Он расстегнул вторую сумку, прицепленную к другому борту глайдера, и принялся копаться в ней. – Однако нам скоро понадобится какой-нибудь завтрак.

– Угу, еда! Как насчет вот этого, не желаешь? – Зиа, улыбаясь, вытащила из сумки вокс.

Ровендер замер с выражением искреннего изумления на заросшем толстыми волосками лице.

– Оиих! Вокс! Здесь? Ну и молодчина ты, Зиа Девять, просто молодец! – Он вытянул ладонь, и девочка вложила в нее кусок плода.

– Ага, – отозвалась она. – Нашла их в какой-то подземной пересадочной станции. Утащила сколько смогла. – Она открыла сумку – та была доверху заполнена экзотическими фруктами.

– Прекрасная добыча. Подойди-ка, – позвал ее Ровендер и похлопал по земле рядом с собой. – Посмотри теперь, что я нашел.

Зиа присела на корточки и перелила часть воды в пустую бутылку друга. Затем, отпив из своей, она посмотрела на трофеи перед ними, и ее передернуло. Как и сам глайдер, все эти вещи еще недавно принадлежали дорсеанскому охотнику Бестиилу. Теперь они маленькими кучками были разложены на спальном коврике Ровендера.

– Я тебе уже говорила – странно и противно копаться в его добре, – произнесла Зиа, убирая бутылку в сумку. – Мне ничего от него не нужно. – Хищный образ охотника все еще не стерся из памяти Зии, и в глубине души она по-прежнему опасалась, не выскочит ли он из какого-нибудь укрытия и не схватит ли ее снова.

Ровендер отхлебнул воды и согласно кивнул. Затем он взял в руки небольшое деревянное приспособление с множеством каких-то круглых ручек и, передав непонятную штуковину Зии, сказал:

– Все так, Зиа, но мало ли, что нам может понадобиться. Вот это, например.

– Эм, сдаюсь, – ответила она, глядя на предмет без малейшего интереса. – Что это вообще?

– Это манок для всяческих птиц. Поворачиваешь ручку – и на зов слетаются птицы всех мастей. – Ровендер повернул один из кругляшей покрупнее, и раздался знакомый клекот вертиплавников.

– Понятно… Но зачем вообще призывать вертиплавников? Тебе не кажется, что тут их и без того с избытком? – Она вернула манок Ровендеру.

– Пожалуй, так, но кто знает, вдруг на что-то сгодится, – мудро рассудил Ровендер и сунул штуковину в карман.

«Интересно, а вертиплавники обитают во всех уголках Орбоны?» – внезапно задумалась Зиа.

– Ладно, – сказала девочка. – Но что из вещей Бестиила нам в самом деле может понадобиться?

Ровендер водил рукой над кучками разных загадочных приспособлений, а потом открыл какой-то мешочек – и оттуда выкатилась целая пригоршня голосовых перекодировщиков.

– Как насчет этого? – Ровендер поймал одно из сферических устройств. – Посмотрим, чувствителен ли к нему наш новый знакомец. Уверен, парню будет намного спокойнее, если он сможет понимать, что я говорю. – И подтолкнул кодировщик в сторону Зии.

– Ну да, ты прав – как всегда. – Зиа поднялась и вытащила еще один вокс. – Пойду предложу ему попробовать местной еды.

По каменистому пустынному покрову Зиа дошла до песчаной площадки, где на тяжелых опорах покоился круглый воздушный корабль.

В солнечном свете позднего утра стало видно, что судно когда-то было выкрашено в черно-золотую клетку яркими красками, но годы небрежения сделали свое дело. Теперь корабль казался огромным насекомым, сбрасывающим кожный покров: из-под отстающих пластов стародавней эмали тут и там проглядывал ржавый металлический панцирь. Ряд стартовых ускорителей опоясывал корпус судна, и от каждого тянулась вниз заскорузлая полоска грязи и выхлопных отложений – до самого днища, хромированного, но покрытого патиной.

Рядом с одной из передних фар, под самым окном рубки, изысканные буквы складывались в название судна: «Бижу». А под названием тянулась вереница сделанных по трафарету значков в виде человеческих силуэтов. Пока Зиа считала эти значки, гадая, что они значат, из пуза корабля с шипением спустился трап. Прежде чем войти, Зиа краем глаза увидела собственное отражение в стекле фары: девочка, которая появилась перед Зией, представляла собой нечто чумазое, взъерошенное и лохматое.

Зиа повертелась, одернула и подтянула тунику, а потом, в дальнейших попытках привести себя в порядок, попыталась забинтованной рукой разгладить одежду спереди, но в итоге въевшаяся в ткань грязь размазалась еще сильнее. Тогда с одежды девочка переключилась на прическу и развязала петлю из косички, державшую собранные в хвост волосы. Высвобожденная соломенная шевелюра раскинулась по плечам. Зиа попробовала было использовать свои тонкие пальцы как расческу, но усилия ее оказались тщетны, а шея уже начала потеть под толстым слоем распущенных волос.

– Гр-р-р! – с досадой прорычала девочка. – Да и ладно!

Она снова завязала хвост, крепко обмотав его одной из заплетенных косичек.

Приближаясь к входу в корабль, Зиа услышала грохочущую внутри ритмичную электронную музыку. Она остановилась у нижнего конца трапа и позвала:

– Хейли, доброе утро! Ты голодный? Э-э-э-э-эй, приве-е-е-ет!

Музыка продолжала греметь, ответа не последовало. Зиа позвала опять. Не дождавшись отклика, она поднялась по трапу и заглянула в заваленный вещами грузовой отсек судна. Внутри ее встретил отчетливый запах моторного масла, знакомый со времени жизни в Убежище. Это даже как-то подбодрило Зию: так пахли машины; машины, созданные для людей; машины, способные перенести ее в населенный другими людьми город, такие машины, как этот корабль. Зию охватило чувство, что ее мечта – ее УдивЛа – после многочисленных исканий и метаний наконец-то сбывается.

УдивЛа – небольшой кусок картона с изображением девочки, робота и взрослого, дал ей когда-то надежду на то, что в мире есть и другие люди, такие же люди, как она, – их просто нужно было найти. Но те места, куда приводили ее поиски, ничуть не походили на Землю, о которой она знала с уроков. В этих краях было полно кошмарных песчаных снайперов, хищных деревьев-птицеедов и злых инопланетных королев. И когда Зиа совсем уж потеряла надежду найти своих, с неба буквально свалился корабль. И пилотировал его юноша по имени Хейли…

Вчера ночью Хейли сказал им с Ровендером, что прилетел забрать их в человеческий город. Забрать Зию домой.

Юный пилот объяснил, что судну придется постоять ночь и перезарядиться, и предложил девочке переночевать в каюте. Но как Зиа ни упрашивала Ровендера, тот не согласился и предпочел провести ночь под открытым небом. Зиа утверждала, что у нее куча вопросов, на которые не терпится получить ответы, но в действительности ее одолевало любопытство другого рода, и ей просто хотелось провести время с первым встреченным ею человеком – первым за все двенадцать лет ее жизни.

Хейли нехотя признался, что устал и ему неплохо бы отдохнуть. Ровендер, конечно же, зацепился за эту мысль: мол, вопросы подождут. Когда они вернулись в свой лагерь, Зиа честно попробовала уснуть, но куда там – внутри ее будто бегало электричество.

Лежа у потрескивающего костра, она думала, какую, должно быть, захватывающую жизнь ведет доблестный Хейли, выискивая беспомощных человеческих существ на диких просторах Орбоны. Впрочем, вскоре мысли о спасении уступили место воспоминаниям о Матр.

Матр.

Всю жизнь Зию воспитывала только она – многозадачный ассистирующий тьютор-робот, или сокращенно Матр. Девочка росла, и ее жгучее желание выйти на поверхность и познакомиться с планетой по-настоящему часто приводило к ссорам с роботом. Но несмотря на это, Матр продолжала заботиться о ней…

…даже когда Бестиил разгромил их подземное жилище…

…даже когда хваленые технологии оказались совершенно бесполезны перед лицом опасного мира, с которым столкнулись робот и ее воспитанница…

…и особенно когда спасла Зии жизнь, пожертвовав собой.

Матр любила Зию. И девочка все еще оплакивала ее.

– А, здорово! – крикнул Хейли сквозь грохот, выдернув Зию из потока мыслей.

Загорелое мальчишеское лицо высунулось из потолочного люка в носу корабля. Несмотря на то что пилот фактически висел вниз головой, к его лицу тонким слоем прилипли крашеные коричнево-синие волосы – такой он был потный.

– Привет, – сказал он и помахал рукой. – Секундочку. Громкость музыки на минимум.

Корабль повиновался. Зиа протиснулась между беспорядочно сваленными ящиками и остановилась у приставной лестницы.

– Доброе утро, – поприветствовала она юношу и, вытащив один из воксов, предложила ему, очень довольная собой. – Принесла тебе завтрак.

Хейли ухватился за боковые поручни и скользнул вниз. Он взял фрукт черными от грязи руками и, внимательно разглядывая его со всех сторон, спросил:

– Спасибо! А это что?

– Это вокс, – ответила Зиа и показала, как снимать полупрозрачную кожуру. – Надо есть ягоды внутри.

Девочка снова отдала ему вокс – уже почищенный. Хейли вытер свои чумазые лапы о засаленный летный комбинезон и опасливо извлек горсть зеленых ягод.

– Мм. О, угу, – похвалил он с набитым ртом. – Вкусно.

– А еще я принесла тебе вот это, – продолжила Зиа и достала голосовой перекодировщик. – Или у тебя он уже есть?

– Как знать, – загадочно ответил Хейли, рассматривая устройство. – А что это вообще?

– Ну, я не в курсе, сколько ты знаешь языков, но вчера язык сирулианцев для тебя звучал явно непонятно… Язык Рови, ага. – Зиа поднесла кодировщик ко рту. – Эта маленькая штучка поможет тебе понимать язык любых пришельцев. Просто нажимаешь на кнопку вот здесь, говоришь в шарик и вдыхаешь микротрансмиттеры, которые он выпускает. Все остальное происходит само собой. – И она положила сферический прибор ему на ладонь.

Хейли уставился на перекодировщик с выражением изумления на чумазом лице, потом пилот перехватил взгляд девочки и выпрямился:

– Ага, спасибо. Большое спасибо, Зоя.

– Зиа, – поправила она его и отбросила косички от лица. – Зиа Девять.

Хейли рассматривал ее некоторое время, а затем перешел к делу:

– В общем, Зиа Девять, раньше вечера мы никуда не полетим. Предлагаю тебе немного реммнуть[1] и собрать пока свои вещички… Ах да, и омнипод не забудь. – Парень начал взбираться по лесенке.

– Мой омнипод? Он правда мне нужен? – Зиа уставилась на свои пальцы.

– Угу, – подтвердил Хейли, продолжая подниматься. – В нем ведь все записи из твоего Убежища. Без омнипода гражданином Новой Аттики не стать.

Зиа последовала за мальчишкой вверх по лесенке. Ей казалось, что она не просто поднимается – она возносится к тем ответам, которые хранит ее таинственный спаситель.

– Новая Аттика? Это город людей так называется? Он далеко? На какой он планете? Сколько мы будем лететь? А что будет, когда прилетим?

– Н-да, для ребута ты, вообще-то, многовато треплешься. Наверное, потому, что мало в этом сечешь, – сказал Хейли со смешком, забравшись на главную палубу «Бижу».

Его тон почему-то задел Зию.

– Для ребута? Это что такое?

– Это ты, – ответил мальчик абсолютно невозмутимо и уселся на парящий в воздухе стул на камбузе.

Присев рядом за маленький стол, Зиа смотрела, как Хейли поглощает очередную дольку вокса. Делал он это неряшливо, прямо как Ровендер. «Матр решила бы, что он плохо воспитан», – подумала девочка.

Хейли продолжил объяснения с набитым ртом:

– Ты же родилась в Убежище, да?

Зиа просто кивнула и постаралась придать себе безразличный вид. Она отвела взгляд от пилота и стала разглядывать камбуз. В низкие стены были встроены автоматы выдачи разной синтетической еды: питательных капсул, пит-батончиков, сил-А-морса, ароматизированных гидрационных таблеток. Хейли доел фрукт и вытер рот рукавом.

– Ну вот, значит, ты ребут.

Зиа молчала. Ее тревожило, как именно он произносил «ребут», но девочка старалась не паниковать.

– А я эвакуатор, – с гордостью говорил Хейли. – На этом корабле я выслеживаю вышедших на поверхность людей и перевожу их в великий город Новая Аттика, «где ждет прекрасное и светлое будущее». Это довольно далеко на западе, но лететь не так уж долго.

– А как ты меня отследил? По омниподу? – спросила Зиа. Она чувствовала себя жутко невежественной: как будто Хейли знает все, а она ровным счетом ничего.

– Не. – Мальчик встал и подошел к ней. – В тебя вживлен чип.

– В… меня? – опешила Зиа. – По-моему, нет. Матр никогда не говорила о…

– Да не, так и есть, – перебил Хейли. Он очень осторожно провел пальцами по шее девочки – у самого основания черепа. – Чип… прямо… здесь. – И Хейли остановился на небольшой выпуклой родинке.

– Зафиксировано учащение пульса, Зиа Девять, – заговорила нашивка на тунике. – Пожалуйста…

Зиа шлепнула по нашивке, и та замолкла на полуслове. Притворившись, что не слышала предупреждения туники, она отошла от Хейли и заглянула в кабину.

– Ух ты. Отсюда ты пилотируешь корабль?

Перед большим полукруглым лобовым стеклом и выгнутой панелью управления стояло одно кресло. Из нижней части панели торчали пучки разноцветных проводов – словно корни перевернутого вверх ногами дерева. Лежащий на полу кабины омнипод Хейли демонстрировал голограмму «Бижу»; подпись гласила: «Компактный транспортник ПВЧ».

– Ну да, отсюда я управляю кораблем. – Хейли прислонился к дверному проему. – И скажу тебе, ощущения те еще.

Зиа покрутила шаровой манипулятор, встроенный в панель управления.

– Легко на нем летать?

– Нет, – ответил Хейли, мягко убирая руку девочки от панели. – Выглядит, может, и просто, но пока толком разберешься, потратишь уйму времени. Все пульты очень чувствительные.

Зиа подняла омнипод, чтобы лучше изучить голограмму. Схема электропроводки судна пульсировала, словно электронная нервная система.

– С «Бижу» все в порядке?

Хейли взял у нее из рук омнипод и ответил:

– Да, само собой, я просто кое-что… отлаживаю. – И он подвел Зию обратно к лестнице, ведущей в грузовой отсек. – Короче, давай ты и твой синий друг отдохнете тут на судне, а я немного позже сообщу вам точное время отправления. Только омнипод не забудь.

Зиа обернулась к нему:

– А, да, насчет этого… Видишь ли, мой омнипод… он, эмм… пропал.

– Пропал? – Хейли удивленно вздернул бровь.

– Ну… да. – Зиа почему-то занервничала – не очень-то ее грела перспектива объяснять новому знакомому, что именно произошло. Возникло чувство, будто она нарушила какие-то негласные правила. Но во всяких там тестах по выживанию ни слова не говорилось о потере омнипода. Хотя, если подумать, без него не обходилась ни одна тренировка. Как жалко, что Матр больше нет и она не может растолковать ей все это. – Понимаешь, нас преследовали – Рови (моего синего приятеля), меня и мою Матр. Если совсем честно, не просто преследовали – охотились за нами. Один такой громадный волосатый пришелец Бестиил.

Хейли скрестил руки на груди. Легкая ухмылка пробежал по его лицу, на котором уже обозначилась тонкая щетина.

– Продолжай.

– Ну… – Зии не хотелось об этом говорить. Слишком уж недавно все произошло. Слишком живо все стояло перед глазами. Ей хотелось сменить тему. Хотелось уйти.

– Привет! – снизу раздался гулкий голос Ровендера. – Зиа Девять?

– Я… я здесь, – крикнула она в ответ. – Сейчас спущусь. – Зиа снова посмотрела на Хейли. Его косматые вихры полностью закрывали один глаз глубокого янтарного цвета. Девочка нервничала, и у нее слегка кружилась голова. – В общем, омнипода у меня больше нет, – выговорила она наконец. – Я воспользовалась им, чтобы убить Бестиила.

– Прямо убить? – с улыбкой уточнил юный пилот. – Что, швырнула омнипод в голову этому охотнику?

Глаза у Зии сузились, а голос прозвучал ядовито:

– Нет. Использовала его, чтобы подманить песчаного снайпера, после чего тот сожрал охотника.

– Добро, ребут. Как скажешь. – Хейли отвернулся от Зии и открыл какой-то ящик.

– Это правда! Мой омнипод потерялся где-то в пустыне! – возмутилась Зиа.

– Ну тогда тебе лучше пойти к песчаному снайперу и попросить его вернуть твой омнипод, потому что без него в город тебя не пустят.

Ровендер снова позвал снизу:

– Зиа, у тебя все в порядке?

– Да! Я же сказала! – заорала та. – А что насчет Рови? У него-то вообще нет омнипода. И не было никогда.

– Людям нужны их омниподы для регистрации в городе. – Хейли продолжал рыться в ящике. – Правила не я придумываю. Мое дело просто привезти тебя.

– Ну спасибочки, – фыркнула Зиа и начала спускаться.

– Эй, – остановил ее Хейли. – Погоди. – И он вручил ей какой-то другой, изрядно потертый омнипод. – Старая модель, и я его взломал. Работает еле-еле, но вдруг поможет найти твой.

Зиа выхватила прибор у пилота из рук и продолжила спускаться.

К тому моменту, когда она прошла через грузовой отсек, наверху уже снова громыхала музыка. Зиа сердито прошагала по трапу и покинула «Бижу». Ровендер последовал за ней.

– Что-то не так? – спросил он.

– Просто хочу уйти подальше отсюда.

По дороге в лагерь Зиа изложила Ровендеру суть своей дилеммы.

– То есть пилот Хейли утверждает, что тебя не пустят в человеческую деревню, Новую Аттику, если ты не найдешь омнипод? – уточнил он.

– Типа того, – хмуро буркнула Зиа, пиная в стороны камни, попадающиеся ей на пути.

– А какое у тебя вообще сложилось впечатление об этом человеке? – поинтересовался Ровендер на входе под сломанную арку, где была их стоянка.

Зиа медлила с ответом – главным образом потому, что толком не понимала, какое же у нее сложилось впечатление.

– Ну, он ничего, кажется… Я не знаю, – сказала она в конце концов, крутя бусину, вплетенную в одну из косичек. – В смысле, он прилетел сюда только затем, чтобы спасти нас и отвезти в город, так ведь? И в то же время отправляет меня искать омнипод, закопанный где-то в пустыне, кишащей песчаными снайперами. Почему нельзя просто улететь? – Она с шумом вдохнула.

Ровендер остановился и, взяв Зию за подбородок, внимательно вгляделся в ее лицо своими синими глазами.

– Зиа, я понимаю твое замешательство. Не всегда просто постичь дух другого, особенно если не знаешь, куда смотреть.

– На вид он вроде милый, – сказала Зиа. – Если не считать чумазости, конечно.

– Нет, нет, нет. Я не об этом, – ответил Ровендер. – Когда мы впервые встретились, я понятия не имел, что о тебе думать. И скорее всего, у тебя были такие же сомнения на мой счет?

– Ты на меня накричал и отобрал омнипод.

Ровендер расплылся в улыбке:

– Признаюсь, я принял твой прибор за некое оружие.

– И потом все талдычил, что тебе надо уходить и что я сама по себе, – продолжала вспоминать Зиа. Ее тон стал задумчивым. – А потом ты остался. И помог мне. И помог Матр. Я бы не выжила здесь без тебя.

– То есть, Зиа Девять, порой надо смотреть не на то, что говорят, а на то, что делают. Смотри и наблюдай. Так проявляется истинная природа. Понимаешь?

Зиа кивнула.

– Этот Хейли знает законы твоего народа. И он подсказывает тебе, как легче прижиться в человеческой деревне. – Ровендер зашагал дальше.

– И что, просто делать, как он сказал? – спросила Зиа.

– Если хочешь попасть в эту Новую Аттику, тебе следует довериться мальчику, пока его действия не переубедят тебя в обратном, – ответил Ровендер.

«Да. Может, Хейли тоже не терпится улететь, – подумала Зиа. Ей как будто немного полегчало. – Он был жутко занят, ремонтировал свой корабль».

Она присела на крыло глайдера Бестиила и принялась накручивать на палец одну из своих косичек.

– Но как нам найти омнипод? Ты же видел, что тогда произошло.

– Я понимаю. Все это очень расстраивает тебя, – сказал Ровендер.

– Просто не хочу возвращаться на то… место, – призналась Зиа. На нее вновь нахлынули мысли о Матр и воспоминания о нападении Бестиила. – Это слишком, я не могу.

Косичка накрутилась так туго, что палец покраснел.

Ровендер отвел челку девочки в сторону.

– Ты рассказала Хейли, что случилось с твоим омниподом?

– Нет, – соврала Зиа. – Не хотела его напрягать. У него там какой-то ремонт.

Она хотела бы, чтобы Хейли не произносил всего, что он произнес. Она не хотела, чтобы он считал ее каким-то беспомощным «ребутом». Она хотела принести ему свой омнипод и доказать, что она сильная, умная и находчивая. Вот только этому не бывать. Ее омнипод где-то внутри чудовищного песчаного снайпера.

– Подожди здесь, ладно? – Ровендер взял свой посох и натянул широкополую шляпу.

– Нет, Рови. – Зиа выпустила косичку из рук. – Не уходи. Это слишком опасно. Ты же видел, какой огромный был этот снайпер. Не стоит оно того.

– Оно стоит того для тебя. А значит, и для меня, – возразил Ровендер, подхватив свою бутылку с водой. – У нас есть время до заката, так? Я пойду туда и погляжу, нет ли каких зацепок.

– А если наткнешься на снайпера?

– Смогу защититься. – И Ровендер вытащил из боковой сумки глайдера кобуру с большим звуковым пистолетом. Он сунул оружие за пояс и сказал: – А ты подожди здесь и отдохни пока.

Зиа вручила другу его полупустой рюкзак и отрезала:

– Никуда ты не пойдешь один. Я тоже иду.

– Ну и прекрасно. По крайней мере, так я смогу присмотреть за тобой.

Зиа перекинула сумку через плечо. Мысли ее крутились вокруг недавнего разговора с синим другом.

– Рови?

– Да, Зиа Девять.

– Почему ты решил мне помочь? В смысле, как ты понял разницу между тем, что я говорю, и тем, что собираюсь делать?

Ровендер присел на корточки перед ней.

– Что бы мы ни видели и ни слышали, внутри нас всегда есть голос, который говорит правду, – ответил он и простер ладонь над сердцем девочки. – Если слушать, что звучит здесь, ты никогда не заблудишься.

Злое полуденное солнце поджаривало изъеденные песком развалины древнего города. Ровендер и Зиа добрались до окраины руин, за которой во все стороны тянулись бесконечные ряды дюн. Горячий порывистый ветер хлестал Зию по лицу и забрасывал ее ноги перекатывающейся крупой пепельного песка. Даже климаткань туники не справлялась с поддержанием прохладной температуры.

– Да тут в жизни ничего не найти, – вздохнула Зиа, протирая глаза от песка.

– Терпение. – Ровендер водрузил на ее голову свою шляпу и, забравшись на массивный, изъеденный временем обломок металла, поднес к глазам подзорную трубу. – Может статься, удача почтит нас своим визитом.

Зиа всматривалась в пустыню. Настоящее море песка. И поверхность его волнуется и шевелится от ветра, как вода большого озера, на котором стоит Лакус.

– Хм. – Ровендер обвел взглядом горизонт. – Я надеялся на какие-нибудь следы, оставленные стадом Отто, или на признаки норы снайпера. Но все занесло. Ничего нет.

Зиа вытерла пот со лба и глотнула воды. Она присела на ту же искореженную железяку, куда взобрался Ровендер, – и вдруг узнала ее очертания: сирулианец стоял на ржавом корпусе древнего летательного аппарата. Формой корпус сильно напоминал золотой кораблик, на котором Зиа пролетела все Пустынные земли. И у девочки возникла идея.

– Рови, поищи «Золотую рыбку».

– Да, да, да, – пропел Ровендер, вглядываясь в даль. – Твоя летающая машина. Хорошая мысль, Зиа Девять. Очень хорошая мысль… Ага! – Он указал рукой куда-то вдаль. – Вижу ее! «Золотая рыбка» вон там.

И они побрели к судну, стараясь двигаться вдоль границы древнего города, чтобы спасаться в скудной тени его руин от обжигающей жары, а заодно от песчаных снайперов, прячущихся прямо у поверхности земли на открытых пространствах. Чем ближе подходили они к обломкам «Рыбки», тем больше охватывало Зию странное чувство: будто она отматывает назад голопередачу, которую, вообще-то, не готова пересматривать снова.

– Оиих! Что это у нас тут? – Ровендер присел на корточки.

– Мой омнипод? – Зиа поспешила к нему.

– Не думаю.

Перед ними лежал какой-то липкий, присыпанный песком шар размером примерно с Зию. Вокруг него летали странного вида мухи и нелепые насекомые. Они охотно поглощали похожую на густое молоко жижу, сочившуюся из трещин в подсушенной корке. Ровендер поворошил противную массу посохом. Конец посоха зацепился за что-то внутри, и сирулианец потянул это что-то наружу. Когда из мерзкой густой жижи показался скрученный провод, Ровендер ухватился за него и стал вытягивать дальше.

– Что это такое? – сморщилась Зиа. Теперь, когда ее друг потревожил клейкую субстанцию, вокруг распространилась тошнотворная вонь, на которую слетелась целая туча мух.

– Полагаю, это наша зацепка, – ответил он, дернув за шнур. И наконец откуда-то из середины шара вынырнул знакомый предмет.

– Это же ружье Бестиила! – выдохнула потрясенная Зиа.

– Так и есть, – подтвердил Ровендер и бросил оружие обратно в жижу. – Как я и подозревал, песчаные снайперы не могут переваривать металл и материалы, подобные ему. Помнишь того снайпера, что встретился нам неподалеку от твоего дома? Он выплюнул мою бутылку.

– Помню, – сказала Зиа и скривилась. – То есть мой омнипод – вот в этом?

– Возможно. – Ровендер вытер руки о свою измызганную куртку. – Но нам придется покопаться в жиже, чтобы удостовериться.

Зию вновь обдало волной отвратительной вони.

– Я в ней копаться не буду, – заявила она, наставив палец на комок. – Меня вырвет.

– Но, Зиа Девять, там может лежать твой прибор, – возразил Ровендер.

Зию вдруг осенило: она вытащила из сумки старый омнипод, одолженный у Хейли.

– Подожди-ка. Может, эта штуковина скажет, есть мой омнипод внутри этого комка или нет.

– Хорошая идея, – похвалил товарищ, сбрызгивая руки водой.

Зиа активировала старенькое устройство. Несколько долгих мгновений огоньки просто плясали вокруг центрального глаза, потом он наконец ожил.

– Приветствую, Ван Тернер, – произнес омнипод сквозь свистящие помехи. Девочка и сирулианец переглянулись, а прибор продолжал: – Чем могу быть полезен?

– Можешь определить местонахождение другого омнипода? – спросила Зиа.

– Запускаю Техскан, – ответил тот. Мигающая карта зоны охвата радара появилась над центральным глазом. – Зафиксирован слабый сигнал приблизительно в девяноста метрах к северо-востоку. Некоторые характеристики сигнала указывают на то, что он исходит от омнипода. Однако устройство слишком далеко, чтобы можно было с уверенностью это определить. Пожалуйста, проведите повторное сканирование с более близкого расстояния.

– А в этом месиве? – Зиа направила глаз прибора на вонючий комок с ружьем Бестиила внутри.

Омнипод некоторое время молчал, а затем резюмировал:

– Здесь присутствует техническое устройство, вид которого невозможно достоверно определить. Сигнал омнипода не зафиксирован.

Зиа убрала старый аппарат в сумку и посмотрела на Ровендера.

– Тогда продолжим поиски, – сказал сирулианец и зашагал по дюнам в указанном направлении.

Отдельно лежащие обломки мертвого города стали встречаться реже, и Зиа вдруг заметила среди них какие-то проблески – что-то отражало солнечный свет. Путники направились к золотому плавнику, торчащему из песка, – это напоминало голограммы с плывущей акулой.

Перед ними было рулевое перо «Золотой рыбки».

– Мы не можем идти дальше, пока не убедимся, что поблизости нет песчаных снайперов, – сказал Ровендер и принялся стучать посохом по песку, окружавшему разбитый остов. – Вибрации приманят их, если они поблизости, а ты, пожалуй, могла бы проверить окрестности с помощью омнипода.

Зиа опустилась на горячую поверхность рядом с золотым плавником и принялась пересыпать пригоршни обжигающего песка. Всего за одну ночь этот песок почти полностью похоронил воздушное судно – снаружи осталась единственная деталь корпуса. При этом гибель «Рыбки» и образ Матр, принимающей на себя смертоносный выстрел Бестиила, были все еще слишком свежи в памяти.

Ровендер присел на корточки рядом с девочкой и обнял ее одной рукой за плечи.

– Ты в порядке?

– Ага. – Она вытерла глаза рукавом и достала старый омнипод. – Просто хочу убраться отсюда побыстрее. Пожалуйста, запусти Биоскан.

Прибор ответил свистящим голосом:

– В настоящий момент Биоскан недоступен. Произошла ошибка в базе данных. Пожалуйста, подожди. Предпринимаю попытку анализа и коррекции.

– Отлично! Просто прекрасно! – Расстроенная Зиа швырнула прибор в сумку. – Здесь хоть что-нибудь вообще работает?

– Потерпи, Зиа Девять, – произнес Ровендер, опираясь на посох.

– Мне надоело терпеть! Я устала ждать!

В ярости она затопала вокруг искореженного остова, и невыносимо знойный воздух обрушился на нее. Казалось, будто сам этот океан песка вдруг разом закипел под ее ногами.

– Зиа, – окликнул ее Ровендер.

Она проигнорировала друга и продолжила орать:

– Все только и твердят: подожди! Потерпи!

– Зиа! – снова позвал Ровендер.

– ЧТО?!

– Не. Шевелись. Прошу, – прошептал старший товарищ и указал на что-то позади девочки.

Зиа обернулась и увидела нависающего над ней громадного песчаного снайпера. Чудовище представляло собой просто немыслимых размеров ракообразное песочного окраса, вооруженное целым арсеналом шипастых клешней и зазубренных хваталок. На голове у него, над кордоподобными усиками и веслообразными антеннами, независимо друг от друга вращались два выпученных глаза. Снайпера – а точнее, самку снайпера – окружал целый выводок цокающих и цыкающих нимф.

Мать-снайпер прощелкала громкий и сложный клич, и ее нимфы зацокали в ответ. Медленно и осторожно Ровендер вытащил пистолет и активировал зарядку.

– Как только я подам сигнал, Зиа, ты бежишь прочь со всех ног, – шепнул он. – Прямо на руины. Туда снайперы не сунутся. И не оглядывайся.

Но тут из-под земли, подняв фонтан песка, вынырнул еще один снайпер; он повалил Ровендера и прижал его к земле. Пистолет выпал из синей руки и был мгновенно сцапан одним из детенышей.

– Не трогайте его! – вскричала Зиа, обращаясь к матери. Она дернулась было в сторону друга, но снайпер, державший Ровендера, встал на дыбы и вытянул все свои хваталки.

– Зиа, это демонстрация угрозы, – напомнил неподвижный Ровендер из-под снайпера. – Они защищают потомство. Поэтому и не убили нас пока. Ты должна уходить сейчас же!

– Нет. Я помогу тебе. – И она сделала еще один шаг по направлению к другу.

Внезапно Зию подбросило на несколько метров вверх. Девочка тотчас поняла, что в нее крепко вцепилась хваталками еще одна здоровенная тварь, неожиданно вынырнувшая прямо за спиной. Кровь шумела в ушах, сердце колотилось в груди. Зиа с трудом сдерживала инстинктивное желание кричать и вырываться.

– Пожалуйста, не убивайте меня! – выкрикнула она. Тонкие шипы хваталок проткнули тунику и впились в кожу, словно десятки длинных игл. Снайпер мог просто раздавить ее, как букашку, но почему-то не делал этого. Зиа постаралась абстрагироваться от боли, которую ей причиняли его жуткие конечности. Надо было посмотреть, что предпримут снайперы, взяв ситуацию под полный контроль.

Глаза матери-снайпера вращались независимо друг от друга, разглядывая сразу и Зию, и Ровендера. Многочисленные конечности песчаного чудовища вытягивались в такт со щелканьем, исходившим откуда-то изнутри колючего панциря.

Зиа не отводила взгляда от матери-снайпера. Усилием воли девочка заставила себя успокоиться и направила ей мысленное послание – так же, как делала это с Отто. «Пожалуйста, не причиняй нам вреда, – думала она. – Мы просто ищем принадлежащую мне вещь – мой омнипод. Щелкающее устройство, которое я использовала, чтобы вызвать тебя из твоего дома».

Зиа нарисовала в сознании образ омнипода. Как бы транслируя анимационное голошоу, она «проиграла» в памяти все вчерашние события: вот Бестиил захватывает в плен Ровендера, Зиа стоит на спине Отто среди стада тихоходок, Зиа бросает омнипод в песок, а тот транслирует цокающий клич песчаных снайперов, и, наконец, – мать-снайпер возвышается над Бестиилом и нанизывает его на свои хваталки.

Одна из толстых антенн чудища вдруг опала, коснулась головы девочки и снова взметнулась вверх. Затем мать-снайпер подала какой-то мощный сигнал своим сородичам и разжала все до единой зазубренные клешни.

«Ты можешь мне помочь? – Зиа задержала дыхание, ожидая какого-то мысленного ответа и ощущая, как по руке стекает струйка крови. – Как только омнипод найдется, мы оставим в покое тебя и твоих детей. Обещаю».

Одна из нимф активно зацокала и защелкала. Мать опустила один глаз на нее и что-то прощелкала в ответ.

В районе рта нимфы появился молочно-белый комок размером с голову Зии, и она выплюнула его на песок к ногам снайпера, держащего девочку. Мать снова что-то «произнесла». Зию медленно опустили на землю, и вся семья тут же скрылась в песочных дюнах. А ветер в считаные мгновения скрыл все следы их пребывания на поверхности.

Коленки у Зии подкосились, она рухнула на обжигающий песок. Ровендер поспешил к девочке и помог подняться.

– Зиа, ты в порядке? – волновался он. – Надо уходить, пока они не вернулись. Расскажем Хейли.

– Нет! – Зиа подползла к вязкому комку, выплюнутому детенышем-снайпером.

Девочка запустила руку в теплую массу и повозилась внутри. Несмотря на то что субстанция была не прозрачной, а молочно-белой, в ней угадывались косточки и прочие непереваренные отходы. Наконец Зиа нащупала знакомую форму, вытащила омнипод из густой белой кашицы и вытерла его о подол туники.

– Приветствую, Зиа Девять, – поздоровался прибор своим задорным певучим голосом. – Чем могу быть полезен?

Зиа смотрела на него, не веря своим глазам. Ровендер рассмеялся и положил руку девочке на плечо.

– Пойдем, Зиа. Надо вернуться туда, где безопасно.

Зиа хранила молчание, пока они с Ровендером брели по мягкому песку обратно к лагерю. Спецтуника занималась нанесением скороцелита на многочисленные ранки, оставленные снайперскими шипами, а сознание тем временем пыталось осмыслить произошедшее.

Наконец девочка заговорила:

– Рови, кажется, я могу общаться и со снайперами, ну типа как с Отто.

Ровендер, чье лицо закрывала тень от шляпы, продолжал мерно шагать.

– Снайперы, Зиа, – безмозглые злобные хищники. Ты же видела, на что они способны.

– Видела. – Сломанные пальцы дернулись внутри повязки, напомнив о встрече с молодым чудищем в Королевском музее Соласа. – Но похоже, они каким-то образом меня понимают. Даже, можно сказать, чувствуют то, что в этот момент чувствую я… Веришь?

– Полагаю, мы столкнулись с только что плотно пообедавшим семейством и с матерью, которая попросту защищала потомство. Ничего более, – ответил Ровендер.

– Но, Рови, они могли взять и убить нас. А вышло, будто они поняли нас, поверили, что мы не причиним им вреда, а просто ищем кое-что, – настаивала Зиа.

Ровендер ничего не ответил, они шли дальше.

– Помнишь, что ты говорил о действиях других? – Зиа на ходу очищала омнипод подолом туники. – Эти снайперы отдали мне именно то, что я отчаянно хотела найти. Это как…

– Деревья в лесу, – закончил за нее Ровендер, согласно кивая. – Возможно, Зиа, ты и права. Ясно, что твой вид древний, как эта планета, и, может статься, у тебя есть некая связь с ее обитателями.

Зиа погрузилась в раздумья. До самого лагеря путники не произнесли больше ни слова.

– Хейли! Хейли! – позвала Зиа от входного люка «Бижу». Она проскочила через грузовой отсек и вскарабкалась на главную палубу.

– Здорóво! – откликнулся Хейли, перекрикивая громкую музыку. Он стоял перед открытой панелью с электрикой в хвостовой части, на бортовой кухне. Копоть и грязь покрывали его руки, лицо и рубаху. – Нашла омнипод? – спросил пилот, не отрываясь от связки спутанных проводов, в которой ковырялся.

– Нашла, – удовлетворенно ответила Зиа. – Его съел один снайпер-детеныш, но я убедила малыша вернуть устройство мне.

Хейли замер, зажав в руке несколько искрящих проводов. По его лицу расползлась кривая ухмылка.

– Песчаный снайпер, а? И как же тебе это удалось?

– Попросила. – Зиа стояла, гордо выпрямившись и повернув голову чуть в сторону.

– А… попросила, значит? – повторил Хейли, широко улыбаясь. – А чего заодно новую пару кедботов не попросила?

«Он мне не верит, – подумала девочка. – Непостижимо просто – он мне не верит».

– Я серьезно! Ты, вообще, знаешь, какие это жуткие чудища? Видишь повязку на руке? Это снайпер меня ранил.

– Лады. Ага. Ну да. – Хейли хохотнул и вернулся к работе. – Стартуем сразу после заката. Так что можешь тут потусить или в каюте, мало ли охота маленько реммнуть, прежде чем мы взлетим. Приятеля своего синего не забудь предупредить.

Зиа сердито уставилась на Хейли. Она попробовала мысленно поговорить с ним – как со снайпером. «Обернись. Обернись, извинись и восхитись тем, что я нашла свой омнипод».

Однако Хейли все так же стоял к ней спиной, да еще и начал подпевать песне, орущей из динамиков судна.

Зиа швырнула его старый омнипод на стол:

– Вот твой древний хлам. Толку от него ноль.

Хейли выключил музыку и посмотрел на девочку:

– Ты чего, на солнце перегрелась? В чем дело?

Зиа проглотила ком в горле. Она совершенно не ожидала, что он задаст этот вопрос, что ему вообще есть дело.

– В тебе, – выпалила она. – В тебе дело!

– Что я-то сделал?

– Ты не такой… ты не похож… Гр-р-р! – Зиа вскинула руки вверх. – Я никогда раньше даже не видела ни одного человека. Всю жизнь мечтала встретить кого-то, как я, и вот встречаю, а он… он…

– Что?

– Да ничего. – И она повернулась к выходу.

Хейли схватил ее за руку.

– Слушай, – сказал он куда более мягко. – Прости, что тебе не досталось всякого там теплого приема и внимания, на которое ты рассчитывала. Но мне надо закончить тут кое-что, и тогда я смогу быстро и безопасно доставить тебя в Новую Аттику. Лады?

Зиа немного расслабилась. Она внимательно смотрела на Хейли; его кадык метнулся вверх и вниз, когда юноша с шумом сглотнул. «Нервничает, – догадалась Зиа. – Правду он говорит? Или скрывает что-то?» Вспомнив совет Ровендера довериться Хейли, пока он не обманул ее доверие, она в конце концов ответила:

– Лады. Пойду скажу Рови, что нам надо собираться.

Зиа сидела на койке в каюте, расположенной на верхней палубе «Бижу», и расчесывала мокрые волосы. Поток воздуха из вентиляционной трубы обдувал ее прохладой. В жилом отсеке имелась небольшая ванная, так что Зиа смогла помыться, а заодно осмотреть многочисленные кровоподтеки на боках, в которые песчаный снайпер вцепился клешнями.

Одевшись в чистый синий летный комбинезон, Зиа размотала повязку на правой руке и сняла импровизированную лангету. Скороцелит из старой туники хорошо подлатал ей ладонь и пальцы, хотя на месте удара пленного снайпера из лаборатории розовел припухлый шрам. «Поверит ли Хейли, если увидит это?»

Под кожей на запястье по-прежнему ясно просматривался знак – один круг внутри другого. Эту метку оставила инопланетная предсказательница Ария, и именно метка спасла Зии жизнь в лаборатории таксидермиста в Соласе: знак увидел и узнал брат Арии, Дзин. Девочка задумалась, исчезнет ли метка со временем, и тут заметила кольцо из точек, обрамляющее внешнюю окружность. «Раньше этого не было». Зиа потерла запястье, но ничего не почувствовала.

Она прислонилась спиной к стене, перебирая в памяти цепочку событий, которые привели ее в эту каюту. Она думала о своей УдивЛе и жизнерадостном образе семьи, идущей по полю из красных цветов. Она гадала, какие приключения ждут их с Ровендером в Новой Аттике.

Она вспоминала Матр.

Зиа отключила динамики на верхней палубе, но снизу до нее все равно долетали электронные биты, под которые Хейли заканчивал ремонт судна. Она залезла на верхнюю койку, зная, что скоро сюда же придет Ровендер. Ее долговязый инопланетный друг пристраивал глайдер Бестиила в грузовом отсеке. Воздушные аппараты в целом были редкостью для Орбоны, и Ровендер счел за благо прихватить глайдер с собой, хотя Зиа недоумевала, зачем он может понадобиться в городе людей.

За крошечным иллюминатором садилось солнце, скудно освещая каюту. Даже сквозь толстое стекло до девочки долетали вопли вертиплавников, устроившихся на крыше корабля. Она окинула взглядом разрушенные здания за окном и попробовала представить себе город в момент его наивысшего расцвета, потом улеглась на койку и подумала: «Интересно, Новая Аттика похожа на то, каким когда-то было это место?» Пока Зиа гадала, почему омнипод ничегошеньки не знал о городе Новая Аттика, прохладный воздух и мягкая кровать заставили девочку погрузиться в глубокий сон.

В спящее сознание Зии медленно вплывало сновидение. Она вновь была в озерной деревне Лакус и шла по неустойчивым мосткам среди криков вертиплавников, ярус за ярусом, минуя множество выстроенных рядами хижин. Вскоре стало очевидно, что в деревне никого нет. Зиа посмотрела на центральную площадь, служившую открытым рынком, но и там царило запустение. Судя по опрокинутым тележкам и валявшимся в беспорядке корзинам, жители в спешке покинули это место.

Зиа позвала Матр, и голос девочки гулким эхом пронесся по пустым жилищам. Единственным ответом было тарахтение, похожее на звук, издаваемый кораблем Хейли в темном небе. Из какой-то полуразвалившейся хибарки высунулся Бестиил со своим ружьем. Охотник был весь в крови и синяках, у него не хватало конечностей и кусков плоти. Он преклонил колени перед Зией и положил оружие к ее ногам. Перепуганная Зиа бросилась прочь, ища укрытия, и вдруг очутилась в доме Арии.

Она пробралась через гору раскиданных приношений в тусклое логово. Бледное толстое существо парило возле открытого окна, из которого лился мутноватый солнечный свет. Всеми своими девятью короткими ручками Ария держала расписанную матрешку. Прорицательница делала вращательное движение и доставала из полой куклы следующую, поменьше.

– Это твоя кукла? – спросила Зиа. – В детстве у меня была кукла Бибу.

Ария выставляла матрешек в ряд на подоконнике. По соотношению их размеров можно было вычислить, что одной в ряду не хватает. Прорицательница обернулась к Зии и посмотрела на нее сквозь узкие щелочки глаз, но ничего не сказала.

– Ты спрашиваешь меня, где недостающая кукла? – спросила Зиа.

Ария хранила молчание.

Зиа чувствовала, как ее охватывает безысходность.

– Ария, где все? И почему снаружи так темно?

Громадная пятнистая змея сползла откуда-то с потолка, раззявила пасть и проглотила огромное яйцо.

Зиа отпрянула от чудовищной твари.

– Ария, что происходит? Знаешь, Дзин, твой брат, ищет тебя…

Холодный ветерок пронесся по комнате и опрокинул одну из матрешек. Та покатилась по подоконнику и упала на пол. Зиа едва успела опустить взгляд к месту падения, как куколка оказалась у нее в руке.

Глядя на последние пылающие лучи солнца, девочка пересекла комнату и поставила матрешку в ряд к остальным. Ария протянула короткую толстую ручку, и Зиа взяла ее. Она сразу ощутила, как ее тело обмякло и стало будто невесомым – теперь они с Арией парили в открытом космосе среди созвездий. Не раскрывая своего большого рта, прорицательница завела напев, зазвучавший прямо у Зии в голове:

Строчки казались невероятно знакомыми, словно позабытая колыбельная из детства, внезапно всплывшая в памяти.

С последней строкой Зиа вновь оказалась в лачуге Арии. Солнце уже село, комната погрузилась во тьму. Зиа шарила во мгле, ища прорицательницу, но вскоре убедилась, что рядом никого нет. Ни Арии, ни Матр, ни Ровендера – лишь пустота и боль одиночества.

Сон растворялся, Зиа спросонья хлопала глазами. За стеклом иллюминатора воцарились вечерние сумерки. Она села и оглядела каюту. Ровендера не было – только его вещи. Девочка снова улеглась и стала думать об Арии и обо всем, что приснилось.

– Что означали все эти матрешки? – произнесла она вслух. – А эта жуткая змея?

Ее размышления прервал рев двигателей «Бижу», от которого задрожали стены каюты. Звук становился все выше. Зиа вновь села. На верхней палубе упало давление, и вой стал более приглушенным. Девочка спрыгнула с койки, ощутила, как качается пол под ногами, и поспешила вниз на главную палубу.

Ровендер стоял в дверном проеме рубки, наблюдая, как Хейли управлял взлетом. В большое ветровое стекло были видны постепенно исчезающие из виду величавые силуэты древних руин: корабль мчался прямо в вечернее небо.

«Прощай, Матр, – думала Зиа, глядя, как место упокоения робота теряется где-то внизу за облаками. – Я никогда тебя не забуду».

– Ну, поехали! – сказал Хейли, оглянувшись через плечо и не отрывая рук от панели управления. Теперь, в воздухе, он казался менее напряженным. – Лететь нам чуть более трех часов, в зависимости от погоды. Я сообщу, когда пойдем на посадку.

Зиа молча наблюдала через окно, как судно прорвалось сквозь облачное покрывало и вылетело в стратосферу. Высоко над ними в вечернем сумраке ярко светились кольца Орбоны. Словно исполинские ленты, они изгибались под убывающей луной. «Бижу» двигался к конечной цели, будто сквозь другой мир, в совершенно ином измерении. Зиа ощущала разом легкое головокружение и прилив энергии.

– Нам нужно что-то делать? – спросила она.

– Не-а. Просто устраивайтесь и наслаждайтесь полетом. – Хейли не отрывал глаз от панели управления, над которой висели подробные голографические схемы «Бижу», какие-то графики, виртуальные кнопки, данные о ветре и погоде.

– А как насчет Рови? – Зиа посмотрела на друга. – Что ему требуется для допуска в Новую Аттику?

Ровендер хмыкнул, выражая заинтересованность, и хлебнул из бутылки. От него пахло чем-то кислым.

– У меня все под контролем. Не беспокойся, Зита, – ответил Хейли.

– Зиа. А там много других орбонских пришельцев? – продолжала расспрашивать Зиа. – Надеюсь, мы повстречаем альционов. Они классные. Ты знаешь кого-нибудь из их клана? У них лучшие морепродукты на планете.

Хейли глубоко вздохнул:

– Слушай, пойди на камбуз, возьми там пит-батончик. Ну, или вернись в каюту. Мы тут входим в зону турбулентности, мне нельзя отвлекаться.

Зиа и Ровендер вышли из рубки, и люк с шипением закрылся за ними. Из-за стены донесся голос Хейли:

– «Бижу», музыку, пожалуйста. Давай-ка коллекцию старого рок-н-ролла в электронной обработке, и пропусти через фильтр частого бита. Спасибо.

Заказанная Хейли музыка загремела на весь корабль.

Ровендер повесил шляпу на динамик в каюте, что существенно приглушило звук. Он уселся на один из парящих в воздухе стульев перед столом и спросил:

– Ты дала ему перекодировщик?

– Дала, – сказала Зиа, не отрывая взгляда от закрытого люка, – но не знаю, воспользовался ли он им.

– Не воспользовался, – ответил Ровендер в горлышко бутылки и сделал еще глоток.

– Кстати, насчет этого. – Зиа ткнула пальцем в содержимое бутылки. – Ты уже пил этот напиток раньше. Что это?

– Это? Нукковый ушкеба[2]. Его делают из ферментированного молока растения нукка, отсюда и название. – Ровендер потряс бутылкой, так что жидкость заплескалась внутри. – Очевидно, Бестиилу он нравился так же, как и мне. Нашел в его вещах из глайдера.

Зиа сморщила нос:

– Пахнет… ужасно.

– Он помогает мне снять напряжение, Зиа Девять. Ты же знаешь о моем отношении к машинам. Я нервничаю, потому что мы путешествуем на машине, да еще и в деревню, о которой я знать ничего не знаю. Обычно я действую более… осторожно.

Зиа взяла его большую ладонь в свою руку:

– Для тебя все это тоже серьезные перемены, да? Я совсем не подумала, каково тебе; наверное, была слишком увлечена отъездом.

– Ничего. Я пойду туда, куда ты идешь, – сказал Ровендер.

– Спасибо, что ты со мной.

– Для тебя важно, чтобы мы попали в то место. Должен признаться, мне и самому любопытно посмотреть, какая в нем наличествует сущность, – проговорил Ровендер и глотнул еще.

– Сущность?

– Да. – Ровендер принялся рыться в рюкзаке и что-то искать. – Сущность непременно проявится везде, во всем, что делают местные жители: в их искусстве, музыке, еде, зданиях, которые они строят. Если сущность какого-то места питает твой дух, то это хорошее для тебя место.

Зиа поразмыслила некоторое время над словами товарища.

– Ага, мне не терпится лучше узнать это место вместе с тобой и найти там наш новый дом.

– Дом? – переспросил Ровендер и вытащил из рюкзака вокс, а заодно полоску вяленого мяса вертиплавника. – Зиа Девять, деревня, где обитает твой вид, не обязательно твой дом.

– Да ну, конечно дом, – возразила Зиа и выковыряла ягоду из вокса. – Ведь там ты живешь среди своих. Там находишь счастье.

– Блах! – Ровендер проглотил мясо, запив его своим пойлом. – Счастье можно найти в разных местах. Можно в густонаселенном городе вроде Соласа, а можно наоборот – где-нибудь в тихой глубине леса, в одиночестве. Не обязательно жить с твоим видом.

– Ты ведь сейчас про свой вид говоришь? – не сдавалась Зиа. Она знала, что Ровендер покинул родную деревню после смерти жены и ребенка и больше никогда туда не возвращался.

Сирулианец опустил руки с едой и питьем. Зиа увидела, что на глазах у него слезы, но не понимала, от чего именно: может, просто реакция на резкий запах напитка, повисший в каюте.

Уставившись в бутылку, Ровендер негромко заговорил:

– Зиа, если ты намекаешь на тех, кого я оставил позади, то ты права. Мы с ними вроде как один вид, одинаковые снаружи – но не внутри. Их лица всплывают в памяти каждый день моих странствий, но место, где они обитают, больше не мой дом.

Зию охватило чувство раскаяния. Она смотрела, как друг возвращается к трапезе, и жалела, что нельзя взять слова обратно.

Ей вспомнился тот момент, когда Ровендер признался, что он вдовец и пытается сбежать от своей боли. «Может, я тоже сбегáю? – думала девочка. – Бегу от боли, потеряв Матр?» Внезапная и ужасная мысль заслонила все остальное.

– Рови, если что-то пойдет не так, ты останешься со мной, как обещал? Или уйдешь?

Ровендер отхлебнул из бутылки и поднял глаза на девочку:

– Я всегда буду рядом, Зиа. Даю слово.

Она улыбнулась в ответ, но только чтобы скрыть беспокойство. Ровендер пообещал быть с ней и при этом явно чего-то недоговаривал. Но сейчас не время докапываться до истины: совсем скоро они прилетят в Новую Аттику.

И девочка сменила тему:

– Да, а знаешь, я сегодня проверила свой омнипод – и он, кстати, работает идеально. Представляешь? После всего, через что ему пришлось пройти!

Ровендер слегка улыбнулся, чуть взбодрившись:

– Ничего себе.

– Ага, – кивнула Зиа. – Так вот, он мне напомнил, что завтра у меня день рождения!

– День рождения? – Ровендер в замешательстве склонил свою узкую голову набок.

– Ну, знаешь, когда я родилась. День, когда я появилась.

– А, твое вылупление.

– Вроде того! – хихикнула Зиа. – Я совсем забыла о нем – наверное, из-за того, что слишком много всего происходило в последнее время. Так что надо отпраздновать и повеселиться как следует. Может, Хейли захочет присоединиться.

Ровендер продолжал жевать.

– Да. Вылупление важно, пока ты маленькая нимфа. Но когда ты вырастаешь, оно теряется за другими важными событиями твоего жизненного пути.

– Ну, как по мне, прибытие в Новую Аттику тянет на лучшее событие и на лучший подарок ко дню рождения. Тебе так не кажется?

– Увидим, Зиа Девять. Увидим, – сказал Ровендер и закончил ужин.

Зиа Девять ворочалась на койке в каюте. Перевозбуждение мешало ей уснуть – перевозбуждение, а еще храп Ровендера, доносившийся снизу. Девочка перегнулась через край постели: оказалось, ее сирулианский друг вырубился прямо на полу. Она спрыгнула со своей койки и укрыла его толстым тканым одеялом. Ровендер во сне пробормотал что-то невнятное, перевернулся на другой бок и спрятал голову под подушку. Зиа улыбнулась в темноте и ласково погладила друга.

Судно слегка кренилось, а вместе с ним и каюта. Бутылка Ровендера выскользнула у него из руки и укатилась под нижнюю койку. Там полупустая склянка брякнулась обо что-то и выкатилась обратно, когда корабль выровнялся. Девочка поймала ее и засунула в рюкзак, а затем полезла посмотреть, обо что такое она ударилась. Луч омнипода, работающего в режиме фонарика, выхватил из темноты небольшой ящик. Девочка вытащила его из-под койки и стерла толстый слой пыли. На крышке виднелся такой же штамп, какой встречался Зии в Убежище: некая эмблема с буквами ПВЧ в центре.

Зиа окинула взглядом комнату. Теперь она чувствовала себя немного виноватой. «Интересно, Хейли не будет возражать, если я загляну внутрь? Может, спросить?» Зиа пригляделась – нет ли камер? Не увидев ни одной, она взяла ящик, залезла к себе наверх, сдвинула крышку и посветила внутрь. В коробке хранились старые носители с голографическими передачами.

Все они выглядели одинаково: маленькие прозрачные диски, сложенные ровными рядами на ветхой вспененной подложке. Зиа аккуратно, как ее учили, взяла диск за кромку и вставила его в центральный глаз омнипода. Чтобы не разбудить Ровендера, она шепотом скомандовала:

– Пожалуйста, запусти передачу.

Подстроив свою громкость под уровень, обозначенный хозяйкой, омнипод так же тихо ответил:

– Запускаю.

– Добро пожаловать в «Исторический голографический проект». – Над омниподом появилась голограмма, изображающая коренастого человека с кустистыми седыми бровями и бородой. – Меня зовут Леонардо Прайд, я ведущий программист этого монументального проекта. Здесь вы можете взаимодействовать со знаменитыми историческими персонажами, ожившими благодаря магии голо…

Зиа вытащила диск и запустила другой – «Производство собственной синтетической пищи». Какой-то фермер поздоровался со зрителями и начал объяснять, как встроить вкус натуральных фруктов и овощей в легко производимые таблетки и гранулы, которых хватит, чтобы накормить массы. «Массы чего? – не поняла Зиа. – Зачем вообще есть это, когда можно найти настоящий фрукт и получить удовольствие?» Она вставила следующий диск, потом еще и еще, не теряя надежды отыскать хоть какую-то информацию о Новой Аттике.

Последний активированный диск спроецировал над омниподом голограмму человека в очках и с козлиной бородкой. Он немного походил на первого, только был гораздо стройнее и мог похвастаться орлиным профилем. Говорил этот человек дружелюбным и немного панибратским тоном, как будто собирался травить байки у костра.

– Привет, я Кадм Прайд. Добро пожаловать в мое видение будущего всех людей. Это будущее имеет название «Проект возрождения человечества», коротко ПВЧ, и подарит его вам корпорация «Династ».

– Если говорить о рентабельных лабораториях-инкубаторах, предназначенных для полетов вокруг орбиты или в далекий космос, то количество возможных вариантов развития событий для будущего этих лабораторий слишком велико, что существенно снижает шансы на успех предприятия.

Кадм обращался к небольшой аудитории, стоя за кафедрой на невысокой сцене. Позади него переливался и вспыхивал логотип корпорации.

Зиа поставила трансляцию в режим «триста шестьдесят градусов», и голограмма с оратором и сценой заполнила все помещение: теперь омнипод передавал изображение в натуральную величину. Ровендер негромко всхрапнул прямо под световым шоу. «Ну наконец-то, – подумала Зиа, подавшись вперед на своей полке. – Ответы».

Кадм продолжал свою презентацию:

– Все вы были свидетелями трагедии, постигшей колонии на Луне, и нам нужно признать, что нет никаких шансов «переждать все это» где-то неподалеку от нашей планеты. Поэтому я предлагаю создать сеть автономных подземных лабораторий, которые будут пребывать в спящем режиме, пока условия на поверхности вновь не станут пригодными для жизни.

Зиа с трудом понимала, о чем толкует Кадм. Его речь напоминала речь Дзина, куратора Королевского музея в Соласе. Однако девочка слушала с предельным вниманием, надеясь разобраться, как же она все-таки появилась на свет. За спиной Кадма возник подробный архитектурный план Убежища со всеми помещениями. Кто-то в зале поднял руку. Кадм заметил ее:

– Да?

Встал представительный мужчина с короткими седыми волосами:

– Брэдли Тофилд, «Синдикат виртуальной прессы». Хочу убедиться, что правильно понимаю ваш замысел, мистер Прайд. Вы предлагаете построить подземные лаборатории…

– Мы называем их Убежища, – вставил Кадм.

– Убежища, хорошо, – подхватил Брэдли, – и там будут расти младенцы из пробирок?

– Совершенно верно.

В течение нескольких долгих неловких мгновений слушатели шушукались друг с другом. Кадм, очевидно нервничая, переступал с ноги на ногу за кафедрой.

– Но, – продолжал расспросы репортер, – если ваша теория терминальной гибернации Земли верна и всем нам предстоит исчезнуть, то кто тогда вырастит этих детей?

– Отличный вопрос, Брэдли. – Кадм дотронулся до экрана на кафедре, и вокруг него появился следующий набор изображений. – Это похоже на дилемму про курицу и яйцо, но, полагаю, я нашел решение. С момента одобрения закона об интеграции органов наши исследования в области робототехники продвигаются вперед семимильными шагами. Мы смогли вживить в клонированную ткань человеческого мозга передовые технологии. Если быть более конкретным, то мы создали роботов, которые не просто имитируют человеческие эмоции, основываясь на образцах и примерах, заранее вписанных в их код, а способны реагировать по-настоящему эмоционально и соответствующим образом взаимодействовать с человеком в реальной жизни. – Зиа наблюдала, как технические схемы, спроецированные за спиной Кадма, складываются в знакомый силуэт Матр.

– Роботы будут растить детей из пробирки? – недоверчиво резюмировал кто-то из зала.

А Брэдли добавил:

– Вы же не можете искренне полагать, что робот в состоянии обеспечить ребенку надлежащую заботу? Детям нужны родители.

– Согласен, – ответил Кадм. – Однако первенцам нового поколения придется обойтись без этой роскоши, поскольку в живых не останется никого, кто был бы способен позаботиться о них.

В аудитории явно нарастало беспокойство и осуждение.

Кадм попытался успокоить журналистов, но никто его не слушал. В конце концов он крепко схватился за боковые стенки кафедры и громким голосом, перекрывающим гул в зале, провозгласил:

– Послушайте! Я понимаю ваши чувства и догадываюсь, о чем вы думаете. Без сомнения, это радикальные идеи, однако в нашем катастрофическом положении требуются идеи именно что радикальные. Вы же видите: в океанах исчезло восемьдесят процентов жизни, лесов и полей больше не существует, атмосфера истончается, несмотря на безостановочную работу фабрик по производству углекислого газа. Вам прекрасно известно, что мы пытались восстановить баланс, клонировав и выпустив в природу миллионы форм жизни из наших коллекций, но все тщетно. Экосистемы схлопываются, и Земля входит в состояние планетарной спячки. Эта проблема далеко за пределами нашего контроля.

Слушатели начали вставать и выходить из зала. Некоторые грозили Кадму кулаком и даже швыряли в него стаканчики и листы электробумаги. Кадм в последний раз воззвал к ним:

– Если человечество хочет сделать ставку на будущее, действовать надо сейчас! Времени почти не осталось!

Историческая передача закончилась. Зиа осторожно вынула диск, выключила омнипод и откинулась на подушку. «Ровендер говорил, что у семьи Охо есть способность пробуждать мертвые планеты». Она ведь сообразила еще тогда, на руинах, что Земля, вероятно, прекратила свое существование, а на ее месте возникла Орбона. «А что же люди из Новой Аттики? Они жили здесь все это время?» Очевидно, когда-то в прошлом план Кадма все-таки реализовали. «Вот она я, – размышляла Зиа. – И меня вырастил робот в подземном Убежище, как Кадм и задумывал». Вот уж кто оказался настоящим провидцем.

Треск в интеркоме и голос Хейли, раздавшийся по всему кораблю, выдернул Зию из потока мыслей.

Внизу заворочался и громко зевнул Ровендер.

– Что такое? Что он сказал?

– Готовимся к посадке.

Зиа положила диск с передачей в коробку и задвинула крышку. Затем спрыгнула вниз и помогла Ровендеру собрать вещи.

Вдалеке на горизонте показались очертания круглого по форме города. Его свечение озаряло темное ночное небо. Пока «Бижу» мчался под облаками, все ближе подбираясь к пункту назначения, городские огни пульсировали и мерцали, словно все поселение было каким-то одним большим электрическим организмом.

– Вот она, Новая Аттика, – сказал Хейли, снижаясь и заводя корабль на посадку.

Поселение со всех сторон окружали зазубренные темные горы, которые Хейли играючи миновал. Когда они влетели в обширную долину, Зиа увидела, что Новая Аттика расположена на дне гигантской каменоломни, гораздо ниже уровня земли. Над городом нависало зеркальное изображение колец Орбоны.

– Она что, под водой? – спросила девочка. – Я вижу отражение.

– Ха, – усмехнулся Хейли и включил посадочные двигатели. – Не, не под водой. Над городом натянута атмосферная мембрана. Помогает регулировать температуру внутри и защищает от осадков.

Хейли притушил свет фар и, огибая Новую Аттику по периметру, подлетел к низко расположенному ровному каньону, над которым нависали гидрационные вышки.

Зиа оторвала взгляд от зрелища, открывшегося ей через лобовое стекло рубки, и посмотрела на Ровендера. Сердце у нее в груди колотилось от предвкушения, а ее товарищ, наблюдающий картину из дверного проема, выглядел совершенно бесстрастным. Девочка подошла к нему.

– Ну, что думаешь?

Стоя со скрещенными на груди руками, Ровендер ответил:

– Ничего такой вид. И по размерам примерно как Солас.

Зиа, вспомнив свой жуткий опыт пребывания в том чужом городе, прильнула к другу:

– Я надеюсь, здесь мы придемся ко двору. Надеюсь, эти люди нас примут.

– Зиа Девять, но ведь и ты тоже должна принять их, – напомнил Ровендер и приобнял девочку одной рукой.

– Посадка через несколько секунд, – объявил Хейли. Он ввел корабль в узкое ущелье, примыкающее к каньону прямо за границами города. На дне каньона виднелись разбросанные тут и там костры.

Зиа и Ровендер озадаченно переглянулись.

– Мы разве не в городе приземлимся? – спросила девочка.

– Не-а. Сядем здесь, – ответил Хейли, как раз когда опоры «Бижу» коснулись каменистой плоской поверхности.

Судно прокатилось до зияющего прохода в стене каньона. И Зиа увидела через окно, что к ним навстречу бежит группа темных фигур. Даже сквозь толстое лобовое стекло были слышны их вопли и крики вперемешку с пальбой.

Волоски на затылке у девочки встали дыбом, и она покрепче прижалась к Ровендеру.

– А почему здесь? – Она изо всех сил старалась сохранять спокойствие, глядя, как вокруг судна скачут какие-то темные фигуры в лохмотьях. – Это… люди? Куда ты нас привез?

– Да, люди. Не бери в голову, они просто радуются. Ты всегда задаешь так много вопросов? Я же сказал, что везу тебя домой. Вот мы и приехали. Но ночь проведем тут. – Судно остановилось в обшарпанном ангаре, расположенном в глубокой пещере с широким входом. Хейли заглушил двигатели, встал с кресла и потянулся. – Чего ждем? – спросил молодой пилот. – Собирайте вещи. Прибыли.

Из грузового отсека корабля до Зии доносились звуки человеческих голосов, эхом гуляющих по ангару. Она чуть-чуть высунулась наружу сквозь входной люк – посмотреть, что делает Хейли. Тот разговаривал с небольшой группой людей, собравшихся у входа в пещеру.

Прежде всего Зии в глаза бросилась грязь. Все эти люди с головы до ног были покрыты толстым слоем копоти и пыли – начиная от сальных волос и заканчивая нелепыми одеяниями. Большинство, включая нескольких подбежавших к кораблю детей, держало в руках какое-то оружие. Разобрать слова Хейли Зиа не могла, но постепенно отряд распался на небольшие группки, и люди потихоньку вышли из пещеры и растворились в царящем снаружи сумраке. Теперь, когда в ангаре стало пусто и тихо, девочка осмелилась сделать несколько шагов из «Бижу».

Вдоль выщербленных стен пещеры стояли ящики с какими-то припасами. Лампы верхнего света громко жужжали под действием тока, поступающего от нескольких массивных генераторов. В глубине пещеры, неподалеку от «Бижу», лежал голый остов другого воздушного судна. Стальную обшивку и другие ценные запчасти с него давно сняли. Хейли со стремянкой на колесах обогнул свой корабль и плотно прижал лестницу к носу судна. Зиа, любопытствуя, подошла ближе.

Из потертой кожаной сумки пилот вытащил два значка – в виде человеческих силуэтов. Он аккуратно приклеил их на корпус в ряд с остальными. Потом открыл маленький пузырек с краской и раскрасил одну из фигурок синим. Спрыгнув со стремянки, Хейли оценил свою работу и произнес:

– Ты не представляешь, как давно я мечтал это сделать. Синий – для твоего приятеля. – Внутри «Бижу» послышался лязг, и на трапе появился Ровендер, тянущий за собой глайдер. – Нет-нет, это пока не разгружайте, – поспешно сказал Хейли, заталкивая глайдер обратно. – Можете оставить его на борту. – Он оглянулся, словно проверяя, пусто ли в ангаре. – Давайте-ка зайдем внутрь.

Ровендер вопросительно посмотрел на Зию и пожал плечами. Сирулианец по-прежнему не понимал речь юноши. «Интересно, почему Хейли до сих пор не использовал перекодировщик», – гадала девочка.

– Рови, он говорит, глайдер пока можно оставить на судне, – перевела она.

Ее долговязый друг затолкал глайдер обратно в грузовой отсек, затем взял свой рюкзак и присоединился к Хейли и Зии, стоявшим под брюхом «Бижу».

– Сюда, за мной идите, – сказал пилот и повел их в дальний конец пещеры.

– Не нравится мне это, – прошептала Зиа Ровендеру, крепко вцепившись в его руку.

– Не суетись, Зиа Девять. Давай сначала посмотрим, куда он нас приведет, а там уж решим, – ответил Ровендер, зажигая фонарь.

Откуда-то сверху, из трещин неровного потолка, доносился писк.

– Ножеджеки? – предположила Зиа.

– Возможно, – ответил Ровендер. – Постарайся не слишком шуметь.

– Почти пришли, – объявил Хейли, обходя толстый сталагмит. – Вот тут. Под ноги смотрите.

Следуя за проводником, Зиа и Ровендер очутились перед маленькой хижиной, втиснувшейся в укромный уголок пещеры.

Едва войдя в нее, Зиа тут же догадалась, что стены лачуги с облупившейся краской – на самом деле куски обшивки корпуса старого, развалившегося корабля из ангара. Оттуда же, видимо, происходили пустые ящики и парящие в воздухе стулья – теперь они составляли меблировку кухни в домишке. Прямо по полу змеями вились многочисленные провода, от которых питались всевозможные приборы. Хейли бросил сумку на один из парящих стульев и сдвинул большую раздвижную дверь на роликах.

– Вы, ребята, можете воспользоваться моей комнатой, чтобы реммнуть сегодня. Утром отвезу вас в город.

Зиа посмотрела на Ровендера и остановилась перед входом в комнату Хейли.

– А почему нельзя прямо сейчас?

– Бюро регистрации не работает, – ответил пилот.

– Бюро регистрации? – не поняла Зиа.

Осторожно, но с любопытством, она заглянула в его комнату.

Как и во всем остальном жилище, убранство помещения составляли разрозненные детали развалившегося воздушного судна. Большую часть пространства занимал гигантский полуразобранный двигатель, взгроможденный на подставки из истертых шин. Хитроумные агрегаты и странного вида запчасти покрывали пол, так что между ними оставался лишь извилистый узкий проход. Перевернутые пустые ящики служили временными верстаками, и каждый был завален кучей инструментов. В дальнем конце комнаты бок о бок стояли две койки.

– Ага, – сказал Хейли, сгребая с кроватей стопки электробумаги и грязную одежду. – Чтобы стать жителем города, ребут должен зарегистрироваться – тогда его включают в городскую компьютерную систему. Я сам доставлю… э-эм, то есть провожу тебя в офис. Там тебя направят на медицинское обследование и знакомство с городом.

– Что-то многовато всего требуется, – заметила Зиа.

– Да это быстро. В общем, рано утром и поедем, лады?

– Лады. – Зиа крепко сжимала ремень своей сумки.

Ровендер тем временем внимательно изучал какой-то инструмент, взятый с одного из импровизированных верстаков. В тяжелом хомуте размером с ладонь был зажат некий металлический штырь. Ровендер принюхался и положил его на место. В этот момент штырь случайно коснулся металлической поверхности двигателя и вдруг вспыхнул ярко-голубой искрой.

– Эй! Осторожно! – воскликнул Хейли и подскочил к нему. – Поверить не могу, что оставил сварочный аппарат включенным, – пробормотал он себе под нос и вырубил генератор, питающий инструмент.

– Извини, – сказала Зиа. – Он же не знал.

– Ничего, – откликнулся Хейли. – Слушайте, мне нужно пойти поставить корабль на зарядку и кое-что там подделать. Вон там, в ящике, есть пит-батончики и капсулы, а ванная здесь. – Он отодвинул одну из панелей – за ней оказалась комнатушка, вмещавшая небольшую ванну, раковину и унитаз. – Чувствуйте себя как дома, только не трогайте тут ничего, ладно? – сказал он и направился к выходу в ангар. – Я скоро вернусь.

Ровендер прислонил посох к стене и повесил шляпу на его навершие, затем вытащил из рюкзака бутылку и откупорил ее.

– Итак? – спросил он, растягиваясь на койке.

Зиа стояла посреди комнаты, не выпуская из сжатой руки ремень сумки. Запах машинного масла пропитал здесь абсолютно все – и гораздо сильнее, чем в «Бижу». Почему-то он больше не успокаивал, как раньше. Девочка глубоко вздохнула и уселась на койку напротив друга.

– Итак, это не то, чего я ожидала.

– А чего ты ожидала? – спросил Ровендер, раскатывая свой спальный коврик и одеяло.

– Оказаться в доме. А не в заваленном мусором гараже.

– Это дом. Это мой дом, – вдруг прокряхтел кто-то из дальнего угла спальни. Зиа вскрикнула от испуга и вскочила на ноги.

– Кто там? – спросил Ровендер, встав и направив фонарь в сторону источника звука.

Голос исходил откуда-то из-за двигателя. Топ-пщщщ. Топ-пщщщ.

– О, это просто я, старый добрый я, – хрипло протянул чей-то голос.

Из темноты, хромая и опираясь на палку, вышел старик. Топ-пщщщ. Топ-пщщ. Его сухощавое тело прикрывала замызганная грязно-коричневая длинная куртка – почти как у Ровендера. Истрепавшийся летный шлем венчал лысеющую голову. Грязь на щеках резко контрастировала с белыми волосами и бородой. Он приложил скрюченный палец к губам и прошептал:

– Тсс. Не говорите мальчику, что я здесь. Это его бесит.

Старик улыбнулся, обнажив желтые зубы, и зашаркал по направлению к Зии и Ровендеру. Топ-пщщщ раздавалось при каждом его шаге.

– А этого я понимаю, – заметил Ровендер доверительным шепотом. – У него, должно быть, есть перекодировщик.

Старик остановился перед парочкой незнакомцев и принялся разглядывать их обоих.

– Ребут! Ребут в компании пришельца. А я-то думал, всего повидал на своем веку, – обратился он к Зии, опираясь на трость. – Давненько у нас тут не было выходцев из Убежищ. Ох как давненько. – Несколько шрамов пересекали правую сторону его морщинистого лица, так что правое веко почти закрывало глаз. Старик подмигнул левым, нетронутым. – Меня Ван Тернером звать. Но можно Вандед, ежели охота, – продолжал он, оглядывая Зию с ног до головы. – Ты слишком юная для новичка. Что, Убежище крякнуло?

– Его разрушили, – ответила Зиа, хотя с трудом улавливала суть разговора. – Один пришелец.

– Этот, что ли? – Ван Тернер ткнул скрюченным пальцем в Ровендера.

– Нет! – Ровендер осекся и приглушил свет фонаря. – То был дорсеанец…

– Да ясен пень, не ты. И так знаю. Вы, синие, – славные ребята, – сказал Ван Тернер, похлопав Ровендера по плечу. А потом вдруг пропел: – Серые злые, синие дарят надежду, а симпатичные – что-то между. – Он жестом велел Ровендеру освободить немного места на кровати. – Двинься-ка, длинный, мне надо сгрузиться.

И Ван Тернер присел на койку рядом с синим пришельцем. Зиа не могла оторвать глаз от его густой белой бороды и морщин вокруг глаз. Из-за этого всего он казался ей представителем совсем другого вида.

– Никогда не видела такого старикана, да?

Зиа помотала головой.

– Не волнуйся. В городе никто не стареет.

Он откинул полу куртки и потянулся к левому колену. Тут Зиа поняла, что его левая нога – самодельный протез, собранный из каких-то поршней и валов, скорее всего бывших деталей все того же разобранного корабля. Ван Тернер отстегнул искусственную ногу, обнажив шишковатую мясистую культю. Зиа уставилась на нее как завороженная, и старик перехватил ее взгляд.

– Песчаный дьявол забрал много лет назад, – сказал он, растирая обрубок.

– Болит? – спросил Ровендер, предлагая отхлебнуть из своей бутылки.

– Да, вообще-то, нет, – ответил Ван Тернер и сделал глоток. – Но знаете, иногда – клянусь! – я чувствую свою стопу, вот как есть. – Он вернул бутылку.

– Кто вы? – спросила Зиа.

Старик большим пальцем ткнул куда-то в сторону ангара и сказал:

– Дед Хейли. Растил его с пеленок, когда он еще писклявым щенком был.

– Вы тоже экватор?

– Эвакуатор? Нет, мэм, – со смешком ответил Ван Тернер. Он снова взял у Ровендера бутылку и замер, только глаза ярко поблескивали в тусклом свете. – Я как ты, малышка. Выращен в лаборатории Убежища почти двести лет назад.

– Меня звали Зиан Шесть, но имя я сменил, когда регистрировался в городе. В конце концов, кому охота зваться цифрой? – Ван Тернер отхлебнул из бутылки. – Ты тоже можешь так поступить, малышка. Поменять имя, внешность, программу, все! – сказал он и неприятно загоготал.

– Вы прибыли в Новую Аттику двести лет назад? – Зиа немного расслабилась и, скинув кедботы, уселась на кровати со скрещенными ногами.

– Ага. Ребут, как и ты. Рожден и выращен древней технологией, чтобы, значит, человечество однажды снова смогло править миром. Ха! – Ван Тернер передал бутылку Ровендеру. – Мне так думается, за последнюю сотню лет они ни одного из нас не видывали. И пожалуй, тебя ожидает та еще встреча.

– Разве в твоей деревне, в Новой Аттике, мало жителей? – поинтересовался Ровендер.

– О, народу там полно, – ответил старик. – На мой вкус, перебор даже. Но ребутов, по сути, нет. Мало нас осталось.

– Ну, мне так не терпится познакомиться с другими людьми, особенно ровесниками, – мечтательно произнесла Зиа.

– А что, в вашем кластере других не было? Пришлось довольствоваться этим, а, новенькая?

Ван Тернер игриво ткнул Ровендера локтем в бок. Тот кивнул и сделал глоток.

– Не было, – ответила Зиа. – Я единственная.

– У-у-ух! Как у вас обоих глаза-то откроются на все.

– Но если ты жил в Новой Аттике, почему сейчас не там? Тебя прогнали? – спросил Ровендер и вытащил из рюкзака вокс.

Ван Тернер помотал головой:

– Сам ушел.

Старик жадными глазами смотрел на Ровендера, очищающего фрукт. Заметив это, Зиа протянула ему вокс из своих запасов. Чудной дед схватил его дрожащими руками и принялся разделывать.

– О да. Зеленые ягодки. – Закрыв глаза, он положил несколько на язык. – Не ел их больше десяти лет.

Все трое некоторое время молча жевали. Зиа посмотрела на друга, и тот улыбнулся ей с явным облегчением. Девочка выдохнула – она даже не осознавала, что на какое-то время задержала дыхание. Старик, казалось, был слегка с приветом, но почему-то с ним Зиа чувствовала себя свободнее, чем с Хейли.

– А почему ты ушел, Вандед? – спросила она.

Девочке польстило, что старик поделился своим прозвищем.

– Слишком много правил, слишком много обещаний, слишком много всего делается как бы для тебя, но на самом деле ни для кого. Не хотелось и дальше существовать в этом коконе. Хотелось приключений, опыта. Пожить хотелось. – Он задумчиво уставился на плод в своих руках. – Вот взять хотя бы этот зеленый фрукт. Человек ведь не задумывался как существо, которое питается таблетками, порошками и прочими химикалиями, которыми там тебя накачивают. По идее, люди должны жить плодами земли, жить в гармонии с ней. А не в каком-то стерильном пузыре.

Ровендер многозначительно покосился на Зию.

– Но почему вы здесь? – не унималась та.

– Да, кажется, условия вашего существования весьма суровы, – добавил Ровендер.

– О, это да, – согласился Ван Тернер, потирая культю скрюченной, похожей на старое дерево рукой. – Но мы же не всегда здесь жили. Я и другие – много лет назад мы ушли из Новой Аттики, чтобы основать собственную колонию поближе к зеленой области.

– К зеленой области? – переспросила Зиа.

– Ага, – кивнул Ван Тернер. – Возрожденный эдем. Воздух там свежий, воды текут чистые, деревья весело поскрипывают.

– Ты говоришь о Блуждающем лесе, – сказала Зиа. Ровендер согласно закивал.

– «Блуждающем»? – отозвался старик. – Годное название. Ну, с того места он точно отправился куда-то блуждать, – сказал Ван Тернер и опять хрипло загоготал.

– И вы тоже ушли? – продолжал расспрашивать Ровендер.

– Угу. Взяли парочку судов и полетели искать землицу позеленее. Но это оказалось не так-то просто, как мы надеялись. Омниподы не смогли обнаружить ничего подобного, и вообще от них не было никакой пользы. Отовсюду то и дело появлялись всякого рода чужаки, вот как твой синий приятель. Одни дружелюбные, другие не особо. Да и сам этот Блуждающий лес, как вы его называете, оказался опасным что внутри, что снаружи. Порядочно хороших ребят потеряли там.

Зиа припомнила, какими страшными предстали перед ней некоторые растения и деревья, когда она впервые попала в лес. Даже удивительно, что ей удалось уцелеть среди всех этих птицеловов и гигантских росянок.

– В общем, мы перенесли лагерь за окраину леса, и тут-то до нас добрались песочные дьяволы. Отлавливали нас ночью, в темноте, по одному. – Ладони Ван Тернера непроизвольно сжались в кулаки, хриплый голос дрогнул. – Эти твари забрали мою ногу, а еще… еще… моего сына… Отца Хейли. – Старик всхлипнул. Ровендер протянул ему бутылку, но тот отмахнулся. – Я не захотел, чтобы мне пересадили клонированную ногу. Когда стареешь, начинаешь путаться в воспоминаниях, а кое-что и вовсе забываешь. Мне хотелось сохранить память – эти моменты из моей жизни. Я никогда не хотел забыть, что со мной произошло.

– И тогда вы вернулись? – негромко спросил Ровендер.

– Да, вернулись. Потерпев поражение от новых законов природы. Выяснилось, что мы больше никакие не цари этой самой природы. Но что еще хуже, Кадм был в бешенстве, что мы вырвались из этой его маленькой утопии и утащили с собой его драгоценные корабли и прочие технологические штуки.

– Кадм Прайд? – Зиа вспомнила моложавого человека из голопередачи. – Он что, все еще жив?

– Угу. Тот, кто всех нас высидел, все еще главный в курятнике. Когда мы вернулись, он отобрал у нас все действующие воздушные суда и большую часть необходимых припасов, заявив, что это собственность Новой Аттики. И навсегда запретил нам вход в город. Вот мы и прозябаем тут, снаружи. Но мы выжили и выживаем! Уж не знаю как, однако справляемся.

– А остальные здешние откуда? – спросила Зиа, думая о толпе оборванцев, бежавших навстречу приземляющемуся «Бижу».

– Они такие же, как я, – люди без иллюзий и гражданства. Пытаются тут как-то наладить жизнь. Там, в городе, нас зовут работягами. Надо думать, потому как мы не против потрудиться и заслужить право на место в реальном мире. А эти в городе – просто бараны, быдло, как по мне. Распухшее стадо клонированных овец, которые спят и едят, когда велено. Под присмотром своего пастуха, в полной безопасности.

– Что-то я запуталась, – сказала Зиа. – А почему вам, работягам, не улететь отсюда на «Бижу»?

– Да, – присоединился к вопросу Ровендер. – Ваша летающая машина может перенести вас куда угодно. Есть вполне безопасные места, где можно поселиться.

Ван Тернер вздохнул, выпустив воздух с запашком ушкебы.

– Ну да, такой и был план. Но уже год как мальчик делает из «Бижу» воздухорез полностью на ручном управлении. Детали то тут, то там добывает. Он вроде бы почти закончил. С машинами у него ладится, как и у его бати, а с людьми вот не очень.

– Воздухорез? – Ровендер отхлебнул из бутылки.

– Угу. Эти эвакуационные корабли полностью автоматизированы. Они десятилетиями не двигаются с места, пока не поступит сигнал от какого-нибудь ребута. Не будь внутри пилота, это судно все равно нашло бы вас и привезло сюда само по себе – умная махина. Но ребутов давненько не появлялось, и Кадм отказался от эвакуаторов. Однако некоторые летчики смекнули, что корабли можно переделать под ручное управление. Мальчик совсем близок к цели. Ему не хватает лишь нескольких запчастей.

– То есть Хейли никакой не эвакуатор? – уточнила Зиа, и в мозгу у нее вспыхнула картинка с человеческими фигурками на носу судна.

– Нет, – рассмеялся старик. Зиа обеспокоенно переглянулась с Ровендером, и Ван Тернер пояснил: – В смысле, парень прям жаждет быть эвакуатором, как и его отец. Но вообще-то, когда «Бижу» взлетел, он просто дрых внутри.

– Он спал? – не поверила Зиа. – Серьезно?

Ван Тернер захихикал:

– Ага. Он, надо думать, порядком струхнул, когда корабль вдруг завелся и полетел за тобой. – Он взял бутылку Ровендера и опрокинул в себя остаток молочной жидкости. – Наверное, что-то еще надо переделать и довести до ума, – продолжил он задумчиво. – А то кому охота, чтоб его единственный транспорт вдруг срывался посреди ночи не пойми за кем, чтобы потом вернуться обратно в город.

Тут дверь в спальню скользнула в сторону, и появился сам Хейли с омниподом в руке.

– Вандед, ты чего тут делаешь? – раздраженно воскликнул он. – Я же просил оставить гостей в покое. Им надо реммнуть.

– Да все с ними в порядке, мальчик. Я просто байки травлю. – Старик подмигнул Зии и начал пристегивать протез.

Хейли вытащил из ящика пару серых пледов с эмблемой ПВЧ.

– Короче, не верьте ни единому его слову. Он просто сумасшедший старикан, – отрезал внук и скорчил дурацкую рожу, передразнивая деда.

– Ну уж ты-то в свои пятнадцать все знаешь, – съязвил Ван Тернер, пока Хейли накидывал ему на плечи плед.

– Пойдем. На «Бижу» сегодня переночуем. – И парень вывел деда из комнаты.

– Вот и хорошо! Если эта штуковина опять полетит за новеньким, я хочу быть на борту! – засмеялся Ван Тернер.

– Ну само собой, Вандед. Уж здесь я тебя ни за что не оставлю. – Хейли картинно закатил глаза и подтолкнул деда к выходу. – Иди давай.

– Удачи завтра. Не дай им полностью перепрошить свою думалку, – сказал старик напоследок, помахал рукой и вышел.

– Спокойной ночи, – бросил Хейли и закрыл дверь.

«Пятнадцать, – думала Зиа. – Он немногим старше меня».

Ровендер улегся на своей койке, положив голову на рюкзак.

– Старый мне нравится, – поделился он, доедая вокс.

– Мне тоже, – согласилась Зиа. – Да и сам Хейли рядом со своим дедом какой-то более нормальный, что ли, непринужденный.

– Точно. И кстати, пилот, должно быть, воспользовался перекодировщиком, потому что теперь я его понимаю, – добавил Ровендер.

Зиа улыбнулась и, уютно свернувшись под пледом, подумала: «Ну может, Хейли и не такой противный, в конце концов».

– Поверить не могу, что именно этим утром он решил «пройтись»! Вот именно сегодня! – возмущалась Зиа, очищая последний вокс. – Гр-р-р! И это после того, как дал слово, что никогда меня не оставит.

– Угу. – Хейли разлил кофе в две кружки. – Они с Вандедом встали ни свет ни заря и отправились на прогулку. Вроде бы несколько приятелей Вандеда тоже с ними.

– Когда он теперь вернется? О-о-о! Ну как всегда, – ворчала Зиа. – Рови знает, как сильно мне хочется попасть в город. Он специально так сделал. Еще один его дурацкий «жизненный урок». – Она швырнула вокс обратно в сумку и мелодраматично вздохнула. – Что нам теперь делать?

Хейли передал девочке кружку с дымящимся кофе, затем плюхнулся на один из парящих стульев и принялся смаковать маленькими глотками маслянистый черный напиток.

– Ну, – начал он размышлять вслух, – мы можем поехать сейчас, утром, и зарегистрировать тебя, а потом, когда они вернутся, я просто отправлю его следом в город.

Зиа глотнула из кружки. Горячий горький кофе обжег язык. Она поставила кружку на стол, изо всех сил стараясь держать лицо, чтобы не выдать, как ей больно, и решительно проговорила:

– Да. Поехали. Прямо сейчас.

– И снова добро пожаловать в Новую Аттику, Хейли Тернер, – поприветствовал парня бестелесный голос, пока зеленый лазерный луч сканировал его тело.

Зиа и ее проводник стояли в самом низу подземного пологого спуска, ведущего к входу в город. По обеим сторонам от величественных ворот возвышались две каменные колонны: одна изображала мужчину, другая – женщину. Граффити и всевозможные отметины портили внешний вид изящных скульптур.

– Спасибо, – ответил Хейли и обратился к закрытым воротам: – Я привел нового гражданина.

– Пожалуйста, не двигайтесь во время первичного сканирования тела. Это займет несколько секунд, – проинструктировали ворота. Лазерный луч заскользил по Зии, как до этого по Хейли.

– Ты часто бываешь в Новой Аттике? – спросила Зиа, стараясь не шевелиться.

– Бывал несколько раз. По мне, тут слишком многолюдно.

– Ты разве не здесь родился? А имя ты тоже менял, как твой дед? – не унималась Зиа.

– Нет, – равнодушно ответил Хейли. – Имя мне дал папа.

– Я вот думаю сменить имя на Дороти, – призналась Зиа, пристально глядя на Хейли и ожидая какой-то реакции. – Это девочка из одной старой книжки, которую я когда-то нашла. Ты, вообще, видел хоть раз настоящую книгу?

– Пожалуйста, не двигайтесь до полного завершения сканирования. Спасибо, – напомнили ворота.

– Хм, Дороти? – Хейли прислонился к одной из колонн, натирая свой омнипод. – Ну если тебе нравится.

– Сначала надо бы выяснить, что оно значит, – сказала Зиа. – Ты вот знаешь, что значит имя Хейли?

– Пожалуйста, не двигайтесь до полного завершения сканирования. Спасибо, – опять встряли ворота.

– Ага. Хейли значит «не дергайся, а то никогда не закончим», – с ухмылкой ответил пилот.

– Сканирование завершено. Пожалуйста, вставьте омнипод сюда, – продолжили ворота.

Открылся маленький лючок, за которым находился специальный разъем. Зиа сделала, как велели.

– Земная Искусственная Альфа, девятое поколение, из ПВЧ-Убежища пять-семь-три. Все верно? – спросили ворота.

– Да, – нетерпеливо ответила Зиа, пружиня на носочках. Ей было никак не уняться, радостное возбуждение жужжало и потрескивало внутри ее, словно свободный электрический заряд.

– Доступ в город открыт, – разрешили ворота. – Пожалуйста, возьмите свой омнипод и проследуйте к причалу городской паромной службы. Добро пожаловать в Новую Аттику.

Тяжелые щербатые створки из толстой стали со скрипом и неохотой расползлись в стороны. За ними показался ряд потрепанных суденышек, пришвартованных под острым углом к причалу. Все они были обращены носами к ведущим под землю туннелям. Дряхлые лодки в форме бобслейных саней ожидали пассажиров, открыв задние люки.

– Пожалуйста, смотрите под ноги, – дружелюбно произнесло судно рядом. – Отправление в ближайшее время.

– Давай на передние сиденья. Там лучше всего, – сказал Хейли, залезая на борт.

Зиа проследовала за ним мимо двух рядов сидений. Она плюхнулась в ветхое кресло рядом с мальчиком и пристегнулась. Люк сзади закрылся, и глаза Зии начали привыкать к тусклому освещению.

– Благодарим за соблюдение правил. Добро пожаловать на подземный паром в Новую Аттику. Если все готовы, мы отправимся буквально через минуту. Примерное время в пути – девяносто секунд. – Входной люк автоматически задраился, щелкнул замок. Зиа в нетерпении барабанила пальцами по подлокотникам.

– Держись, – предупредил Хейли. – Поездочка та еще.

– Правда?

Зиа смотрела, как в бесконечном туннеле зажигаются ряды ламп. Фоном звучал обратный отсчет:

– Десять… девять… восемь…

Девочка без всякого Анатоскана почувствовала, как участился ее пульс.

– Пять… четыре… три…

Она вцепилась в ручки кресла.

– Да не бойся, – улыбнулся Хейли. – Это весело.

– Два… один…

Желудок Зии взлетел прямо в глотку, когда судно помчалось вниз. Огни снаружи превратились в сияющую мазню, борт вертелся и крутился, несясь по туннелю со страшной скоростью. И только Зиа подумала, что этот спуск никогда не закончится, как паром замедлился и выровнялся, а затем тихо подплыл к платформе.

– Благодарим вас, – объявило судно. – Пожалуйста, возьмите свои вещи и пройдите в город через восточный коридор. Добро пожаловать в Новую Аттику.

– Ну что, как прокатилась, а? – спросил Хейли.

Зиа отдышалась и выдавила улыбку:

– Весело.

На противоположной стороне платформы открылись и с шипением распахнулись двойные белые двери. Зиа и Хейли вошли в освещенный коридор и ступили на траволатор. Движущаяся дорожка несла двух путников вперед, а по стенам вспыхивали и мерцали электрические рекламные плакаты. Из невидимых динамиков, откуда-то сверху, разносилась негромкая песня:

– Сейчас мы проходим сквозь атмосферную мембрану и едем вниз на первый уровень. Несколько минут пути, – объяснял Хейли. – Попадем сразу в оживленный район города, там найдем транспорт до нужного места.

– И сколько ребутов ты уже приводил сюда? – спросила Зиа, хотя точно знала ответ.

– Эм, ну, мой отец был эвакуатором, он многих привез, – ответил Хейли. – Я тоже хочу этим заниматься.

– Здравствуйте и добро пожаловать в Новую Аттику, где ждет прекрасное и светлое будущее!

Перед ребятами возникла голограмма пожилого человека, облаченного в белоснежное развевающееся одеяние. Пока траволатор вез их все дальше, фигура плыла перед ними и говорила, причем белая борода и усы этого человека почти не шевелились.

– Я Кадм Прайд и горжусь тем, что на меня возложены обязанности главы этого великого города. Я ждал тебя. Вскоре ты сможешь задать вопросы, которых, без сомнения, у тебя множество. Пожалуйста, проследуй в мэрию Аттики в бюро регистрации. Не волнуйся, это быстрый и легкий процесс. После регистрации один из наших опытных городских гидов проведет для тебя ориентирование. Они знают все и вся о нашем утопическом рае. Благодарю за визит, Зиа Девять. До завтрашней судьбы.

В самом конце коридора голограмма испарилась.

– Это просто тупая запись, – сказал Хейли. – Выскакивает каждый раз, когда ты приезжаешь.

– Он совсем не похож на человека, которого я видела в передаче, – заметила Зиа.

– Ну, он старый. Нереально старый, – отозвался Хейли, вертя в руках омнипод. – Ты, может, с ним даже встретишься. Для такого старика он вполне даже дружелюбный.

– Пожалуйста, смотрите под ноги, – произнес властный голос.

Зиа увидела в конце коридора двух черных роботов в шлемах, явно охранников. Их строгие и жесткие очертания наводили на мысль о шахматных фигурах. Как и у Матр, у них было по несколько рук, только гораздо более крупных, которые служили как бы щитами для корпуса. У обоих роботов на черной блестящей поверхности груди виднелся напечатанный слоган «ТЕХ ЗАЩИЩАЕТ И СЛУЖИТ».

– Спасибо, сэр, – имитируя голос робота, сказал Хейли и подал Зии руку, помогая сойти с траволатора. За траволатором с шипением открылась дверь, ведущая в небольшое помещение, и оба вошли внутрь.

– Пожалуйста, поднимите руки и не двигайтесь до завершения финальной идентификации и проверки безопасности, – произнес спокойный голос. Зиа и Хейли сделали, как было велено, и по их телам заскользил лазерный луч красного цвета.

– Это авторитоны, – рассказывал тем временем Хейли. – Они следят за порядком. Хотя я ни разу не видел, чтобы они предпринимали какие-то решительные действия.

– Выглядят пугающе, – заметила Зиа.

– Мне кажется, они тут больше для вида, – сказал Хейли, как раз когда по его самодовольному лицу пробегала красная линия.

– А знаешь, – с улыбкой сменила тему разговора Зиа, – сегодня у меня день рождения. Мне тринадцать. Может…

Хейли затряс головой и рассмеялся.

– Пожалуйста, не двигайтесь до завершения финального сканирования. Спасибо, – напомнил непринужденный голос.

Зиа глянула на Хейли и тоже захихикала.

– Что? – спросила она шепотом. – Что такое?

– У тебя старая прошивка, и тебе еще многому нужно учиться, – тоже шепотом ответил Хейли. – Здесь люди свои дни рождения не празднуют. Только Пробуждение.

– О, Пробуждение. Ясно. – Зиа в который раз почувствовала себя глупо.

– Тоже, наверное, весело, – продолжал мальчик. – Вот увидишь.

Зиа попыталась избавиться от смущения, вызванного неловкой ситуацией:

– Ну а после того, как меня зарегистрируют и все такое, может, вы с Вандедом присоединитесь ко мне и Рови на ужин с десертом?

– Может быть, – ответил Хейли, отводя глаза.

– Сканирование завершено. Спасибо, хорошего дня, – произнес голос.

Открылись последние двери, и Зиа наконец ступила в город.

На входе в Новую Аттику Зию и Хейли встретила музыка в стиле эмбиент[3] и мелодичное птичье пение. Безоблачное лазурное небо проецировалось на высокую атмосферную мембрану, куполом укрывающую несколько ярусов кубических модульных домов, которые оплетали городскую стену по кругу. Расположенные ступенями жилища с панорамными окнами образовывали по форме своеобразный карьер. На разных уровнях по воздуху сновали сферические гондолы с пассажирами внутри. Куда бы Зиа ни кинула взгляд, везде гуляли, играли и болтали горожане. Встречались люди с темной кожей, с оранжевой и даже сиреневой. Ни у одного из них не было ни морщин, ни шрамов, как у Ван Тернера, и никто не выглядел старым. Слезы навернулись на глаза Зии, и она прошептала сама себе:

– Я дома.

Одна из гондол скользнула вниз и приземлилась перед парой новоприбывших гостей. Пустая машина казалась почти прозрачной из-за большого стеклянного пузыря, закрывавшего кабину. На борту сверкала надпись жирным шрифтом: «Транзитный транспорт Новой Аттики». Спокойный голос произнес:

– Приветствую. Вы Зиа Девять и Хейли Тернер?

– Да! – ответила Зиа, подпрыгивая от нетерпения.

Дверь гондолы скользнула в сторону.

– Город поручил мне доставить вас в здание мэрии Аттики. Пункт назначения верный?

– Верный, – подтвердил Хейли.

– Благодарю, – сказала гондола. – Пожалуйста, будьте внимательны при посадке.

Улыбаясь Хейли, Зиа запрыгнула внутрь. Пассажиров ждали три удобных мягких кресла в центре кабины. Зиа огляделась и заметила, что, в отличие от «Золотой рыбки», у гондолы не было никаких рычагов и кнопок управления.

– А как этим управлять?

– Никак. – Хейли шлепнулся в кресло и водрузил ноги на переднюю панель. – Просто говоришь, куда надо, и тебя везут. Вот и все.

– Ух ты.

Зиа пробралась к дальнему из кресел и прижалась лицом к стеклу. Гондола мягко взлетела.

На ветровое стекло проецировалась замысловатая карта города, на которой красной точкой обозначалось текущее местонахождение гондолы.

– Прибытие в пункт вашего назначения, мэрию Аттики, примерно через пять минут, – сообщил транзитный транспорт.

– О! А можно сначала остановиться где-нибудь и поесть? – спросила Зиа.

– Э-э-эм, – замялся Хейли.

– Приношу свои извинения, Зиа Девять, но мне поручено первым делом привезти тебя для регистрации в мэрию Аттики, – ответила гондола. – В непосредственной близости от нее расположены четыре столовые; после регистрации можно будет посетить любую из них.

– Устраивает? – спросил Хейли.

– Ладно, – улыбнулась Зиа.

– Что ж, прекрасно, – резюмировала гондола и начала экскурсию. – Процветающий город Новая Аттика занимает примерно тринадцать квадратных километров. Основатели задумывали его как подземное поселение, но позже городские архитекторы приняли решение…

Впрочем, Зиа не слушала.

Зато во все глаза смотрела на разноцветные здания внизу. Город представлял собой гигантскую чашу, внутренняя поверхность которой была плотно усеяна несколькими уровнями построек. Сеть дорог сверху напоминала колесо телеги: центральная трасса огибала город по окружности, а от нее к центру шли «спицы»-ответвления. Когда гондола поднялась повыше, Зиа разглядела, что эти дороги-«спицы» вели сквозь пышный зеленый парк, разбитый вокруг озера, тоже круглого. В центре озера вздымалась громадная пирамида.

– Ну вот оно, – кивнул Хейли на центральное городское сооружение.

– Мы приближаемся к мэрии Аттики, – проговорила гондола, облетая пирамиду по кругу. – Посадка менее чем через одну минуту.

На каждую стену пирамиды во всю ее невероятную высоту проецировалось изображение Кадма Прайда. Пожилой человек улыбался сквозь белую бороду, прикрыв глаза, словно спал. Затем он поднимал сжатые в кулаки руки над головой и раскрывал ладони: в одной лежал сияющий микрочип, в другой – свернутый клубочком человеческий эмбрион. Между руками вращалась планета Земля, обвитая лентой из пергамента со словами «Прошлое определит будущее».

Завороженная величественным зрелищем, Зиа смогла отвести взгляд, только когда с вершины пирамиды в гондолу ударила вспышка света. Яркий луч этого святилища описывал полный круг наподобие старого маяка с голограмм. Сощурившись в свете скользнувшего по их гондоле луча, Зиа различила на пике пирамиды громадный вращающийся глаз.

Гондола подлетела к входу в здание и открыла двери кабины. Едва ступив на землю, Зиа тут же очутилась в толпе спешащих по своим делам горожан.

Мимо сновали люди всевозможных цветов и оттенков, а еще роботы, занятые городским хозяйством. Стайка воробьев с громким чириканьем взмыла в воздух и приземлилась на соседнем дереве. Вверху, вокруг пирамиды, циркулировал неиссякаемый поток гондол. Над многими зданиями мелькали яркие трехмерные голограммы. Тут громкость городской музыки немного убавили, и из невидимых динамиков раздался теплый голос:

– Доброе утро, жители Аттики и мои сограждане. На часах десять тридцать. Погода на сегодня: переменная облачность, двадцать два градуса по Цельсию. На вечер, примерно в двадцать двадцать, незадолго до наступления комендантского часа, запланирован ливень. Через некоторое время мы вернемся к вам с другими новостями. До завтрашней судьбы.

Зиа протянула руку и схватила какого-то прохожего чуть выше локтя. Красивый молодой человек постарше Хейли и с бледно-зеленой кожей что-то говорил в открытую ладонь.

– Стив, подожди наносек… Да?

Зиа убрала руку и уставилась на его запястье, вокруг которого плясали языки пламени – татуировка двигалась.

– Простите, – выговорила она. – Я просто хотела убедиться, что вы настоящий… Что все это настоящее.

– Настоящее? – рассмеялся зеленый мужчина. – Перебрала голограмм, а? Побереги себя, делай регулярные перерывы. Уверяю, реальный мир ничуть не хуже.

– Ладно. Спасибо, – ответила сбитая с толку Зиа.

– До завтрашней судьбы!

Человек потрепал Зию по голове и пошел по своим делам.

– Эй, Зиа, – окликнул девочку Хейли, указывая на открытые ворота здания. – Нам пора. Пойдем.

– Но мне хочется осмотреться, – запротестовала она.

Зиа обернулась, услышав какой-то электронный звуковой сигнал, и заметила, что наступила на яркий логотип, вмонтированный в тротуар. Из логотипа появилась голограмма девочки-подростка с рыжими волосами, заплетенными в тугие скрученные узелки, и с темным макияжем, подчеркивающим глаза и губы. Девочка поздоровалась с Зией и спросила:

– Хочешь поделиться своим настроением?

Потом она принялась изображать разные эмоции: надула губы, радостно улыбнулась, презрительно ухмыльнулась. С каждым новым выражением лица менялся цвет ее броского наряда.

– Покажи всему миру свой истинный цвет. Новейшая модная коллекция эмоодежды доступна в «Аттической галерее». Это просто улет!

Голограмма разлетелась облаком световых частиц и исчезла.

Кто-то тронул Зию за плечо.

– Эй, потом потратишь свою квотакарту, – сказал Хейли. – Сначала регистрация, помнишь?

Но тут мимо них прокатилась Матр бледно-желтого цвета с запеленутым в розовое малышом на руках.

Матр!

Зиа с завистью проводила глазами робота-няньку. Та встретилась с еще одной такой же, и обе затерялись в толпе.

– Зиа, пойдем. Пора уже, – торопил Хейли.

– Хорошо.

Все так же окруженная толпой, Зиа последовала за своим проводником по пешеходному мосту через озеро, который привел их прямо к входу в пирамиду. По обеим сторонам высились большие позолоченные колонны, составлявшие величественную колоннаду. Их испещряли знаки древних компьютерных кодов. Зии припомнились голографические передачи о египетских храмах, сплошь покрытых иероглифами. Двое путников вошли в элегантное лобби и зашагали вперед под голопроекцией некоего манифеста.

– Тут навалом всевозможных контор, и я никак не могу запомнить, где бюро регистрации, – проговорил Хейли, изучая подробный план этажей на своем омниподе. – Дай-ка я позову робослужащего. Сейчас вернусь.

– Ладно.

Зиа отошла в сторону от слоняющихся зевак и прочла манифест. Слова ярко высвечивались прямо в воздухе, видно было всем.

Человек создал Технологию в помощь человеку.

Технология взяла на себя многие заботы человека; она следит за безопасностью его мира.

Технология продлевает жизнь человека. Она изгоняет болезни и улучшает человеческое потомство.

Технология создает для человека жилье и городскую среду, стабильную и надежную.

Технология сохраняет коллективное знание, накопленное человеком.

Человек доверяет Технологии как самому себе.

Человек создал Технологию, чтобы помнить про-шлое.

Человек создал Технологию, чтобы влиять на будущее.

С Технологией любая мечта достижима.

Зиа разглядывала проходящих мимо людей и размышляла о прочитанном: «Вне Убежища и Технология, и омнипод оказались бесполезны. Даже Матр пришлось трудно на поверхности». В памяти всплыло выступление Кадма о создании ПВЧ; оставалось лишь гадать, как давно это произошло и сколько уже существует город.

– Офисы муниципалитета в той стороне. – Хейли вернулся с цилиндрическим одноколесным роботом высотой ему по пояс.

– Добро пожаловать в мэрию Аттики, – бодро начал робослужащий. – Прошу вас следовать за мной в бюро регистрации.

Робот провел Зию и Хейли к стеклянному лифту, который унес их куда-то высоко-высоко. Выйдя из лифта, троица направилась по длинному извилистому коридору с множеством дверей, украшенному движущимися настенными росписями. Зиа присмотрелась к одной из картин: пейзаж, изображающий густые джунгли, постепенно превращался в пустыню, а затем обратно в джунгли. На противоположной стене вход в отдел общественных работ украшала роспись, на которой штормовой океан пересыхал до крошечного ручейка, а затем вновь наполнялся водой.

– Бюро регистрации – следующая дверь по правой стороне. – Механическая палка-рука выдвинулась из корпуса робота и указала направление. – Я могу помочь вам еще чем-то?

– Спасибо, нет, – ответил Хейли.

– До завтрашней судьбы, – попрощался робот и поехал прочь.

– Что это вообще значит? «До завтрашней судьбы»? – поинтересовалась Зиа, когда они входили в маленький пустой кабинет.

– Ну-у-у… Тут все так прощаются, – ответил Хейли. – «До завтрашней судьбы, которая вновь соединит нас». Знаменитая строчка из одной ранней речи Кадма. Как по мне, довольно дурацкая.

– Это почему же?

– Потому что все эти люди, конечно же, увидятся завтра. Чего им еще здесь делать-то? – Хейли направился к блестящему круглому столу в центре стерильно-белого кабинета и обратился к нему: – Эм, здрасте.

– Приветствую, Хейли Тернер, – ответил стол. – Добро пожаловать в бюро регистрации. Восточные ворота известили меня о твоем прибытии.

– Эм, спасибо. – Хейли из-под растрепанных волос кинул взгляд на Зию. – В общем, у меня тут реб… новый гражданин для регистрации в эм… городе Новая Аттика.

– Недавно появившееся имаго, Зиа Девять. Все верно?

– Да, – ответила Зиа.

– Замечательно. Мы ждали тебя, Зиа Девять. Пожалуйста, положи омнипод на обозначенное место. – Мягкое свечение в форме омнипода возникло на поверхности стола. Зиа положила туда устройство.

– Спасибо, Зиа Девять. Пожалуйста, присядь, пока я обрабатываю твою историю, – продолжал стол. – Время ожидания до встречи с ПВЧ-встречающим – около десяти минут.

Зиа уселась на парящий стул и оглядела целый ряд никем не занятых сидений. Ван Тернер правду говорил: очевидно, этим утром никаких других ребутов не явилось для регистрации в городе. Вопреки его словам Зиа надеялась, что ей встретится еще кто-нибудь, с кем она могла бы перемолвиться словом. Кто-нибудь, способный понять, через что она сейчас проходит.

Хейли откинулся на спинку стула рядом с Зией и вытащил свой омнипод. На фоне идеально-белых стен он в своем замызганном комбинезоне и с сальными волосами выглядел грязным, как никогда. Для Зии было очевидно, что он тут совсем не в своей тарелке – словно дикий песчаный снайпер, вырвавшийся на свободу посреди стерильной лаборатории таксидермиста в Соласе.

– Пожалуйста, в ожидании дальнейших шагов прослушайте следующие объявления, – сказал стол.

Возникла голограмма Кадма. Он поблагодарил горожан за серьезное отношение к программе сокращения потребления энергии «Процветание без перерасхода» и посулил светлое будущее в награду за приложенные усилия. Свое выступление Кадм завершил ежедневной порцией мудрости, напомнившей Зии кое-какие высказывания Ровендера.

Зиа посмотрела на Хейли. Пилот возился с омниподом, не обращая ни малейшего внимания ни на объявления, ни на Зию.

– Интересно, как там дела у Рови и Вандеда, – подумала девочка вслух.

Хейли суетливо забарабанил ногой по серым плиткам пола.

– Да нормально, поди. Я ж сказал, отправлю твоего друга сюда, как только вернусь домой.

– Забавно, кстати, – проговорила Зиа, накручивая на палец одну из своих косичек. – Ты вообще видел здесь хоть одного инопланетянина?

– О да, они тут есть, – ответил Хейли, не прекращая стучать ногой об пол. – Просто не посещают… мэрию Аттики. Ну, в смысле, зачем бы им? Так ведь?

– Наверное.

Зиа попыталась вспомнить, попался ли ей на глаза хоть один пришелец за короткое время, проведенное в городе. Вообще-то, тут столько народу ходит туда-сюда – трудно всех рассмотреть, не то что выцепить взглядом из толпы кого-то отдельного. Впрочем, сейчас, задумавшись, она припомнила, что видела нескольких безволосых горожан с сиреневой кожей, выглядевших так, словно они из Соласа.

Дверь в задней стене кабинета скользнула в сторону, и в проеме показался пожилой мужчина с длинными белыми усами и бородой в сопровождении помощника. Зиа вскочила, немедленно узнав вошедшего.

– Здравствуй. – Его теплая рука сжала ладонь девочки. – Я Кадм Прайд и счастлив сообщить тебе, что Новая Аттика принимает тебя как своего гражданина. Добро пожаловать в новый дом, Зиа Девять.

Кадм Прайд перевел взгляд на Хейли.

– Благодарю за оказанное содействие, – сказал он. – Мой помощник проследит, чтобы ты получил все запрошенные запчасти для своего корабля. Пригони его вечером в западный ангар, и мы все установим.

Хейли пожал руку Кадму:

– Благодарю вас, сэр.

Зиа недоуменно смотрела, как Хейли собирается на выход.

– Что? Ты уходишь?

– Его миссия выполнена, – ответил Кадм.

– Я доставил тебя в Новую Аттику, как и обещал, – добавил Хейли.

– Но… но разве ты не останешься? – Зиа схватила мальчика за рукав. – А как же ужин в честь моего дня рождения?

– Дни рождения! О, обожаю этих юных имаго, – воскликнул Кадм и засмеялся. – Разумеется, Зиа, мы организуем для тебя что-нибудь.

Зиа проигнорировала его реплику. Девочка, не мигая, смотрела в глаза Хейли. В отсутствие Ровендера он был единственной знакомой ей живой душой во всем городе.

– Извини, – сказал Хейли. – Мы с Вандедом грузимся и вылетаем, как только починим «Бижу».

– «Бижу»? – переспросил Кадм, внимательно глядя на паренька. – Так ты назвал свой корабль?

– Угу.

– Как точно, – улыбнулся Кадм. – Иметь собственное воздушное судно – это все равно что иметь настоящую драгоценность, украшение. Полагаю, когда «Бижу» будет отремонтирован, ты отправишься на поиски других действующих Убежищ для меня?

Глаза Хейли забегали.

– Ага. Само собой. Я знаю о местоположении еще целой кучи работающих Убежищ, и мы привезем еще больше ребутов.

И тут до Зии наконец дошло, что происходит.

– Подожди-ка. Ты притащил меня сюда и продал за запчасти, так?

– Нет, – ответил пилот. – Я оказал услугу в обмен на несколько очень нужных моему кораблю деталей. Вот и все.

Сердце у Зии упало.

– Но…

– Не драматизируй. Ты получила, что хотела, а я – что мне нужно. Все просто.

– Зиа, не принимай его слова близко к сердцу, – вмешался Кадм. – Ты теперь с нами. Ты дома. А твой юный эвакуатор как раз собирался уходить.

– А что с Рови? – не отставала Зиа.

– Ты с ним увидишься. Он уже… – начал было Хейли, но Кадм перебил его:

– Конечно, твой спутник скоро окажется здесь.

– Поверить не могу, – прошипела Зиа в сторону Хейли. – Поверить не могу, что ты это сделал!

– Ну-ну, – утешал ее Кадм, приобняв одной рукой за плечи. – Зиа, милая, все не так ужасно, как тебе кажется. Наш юный Хейли просто выполнял свою работу. Такую же работу, которую когда-то делал его отец. И все.

Зиа гневно сверлила пилота глазами.

Хейли так и не поднял на нее взгляда, пока помощник выводил его из кабинета. Потом мальчик исчез за закрывшейся дверью.

– Пока городской компьютер записывает историю твоей жизни, Зиа, мы проводим тебя в медлабораторию для небольшого осмотра, – сказал Кадм, увлекая ее из кабинета через заднюю дверь.

Они очутились в коридоре с множеством дверей, одна из которых скользнула в сторону, приглашая в ярко освещенную белую лабораторию, очень напоминавшую генераторную в Убежище Зии.

По всему кабинету кружили голографические схемы и таблицы. Зиа присмотрелась и увидела, что это отчеты о ее развитии на разных этапах. Одна из голограмм показывала, как Матр разводит питательную капсулу в воде и учит младенца Зию есть. Другая показывала Зию-малышку, собирающую из кубиков дом для куклы Бибу.

– Это записи с твоего омнипода, – пояснил Кадм. – Он все фиксировал, чтобы потом мы могли полностью восстановить картину твоего прошлого. Это помогает нам понять каждого отдельного новоприбывшего, чтобы лучше послужить ему на пользу.

Лаборант, одетый в бело-голубой халат, вручил Кадму полупрозрачный лист электробумаги. Даже поднявшись на цыпочки, со своего места Зиа не могла прочитать бегущий по свитку текст, так что перевела взгляд на Кадма. Вокруг блестящих глаз старика, следивших за строчками, расходились морщинки – совсем как у Вана Тернера. Зиа потрогала свою щеку, пытаясь представить – каково это, иметь морщины.

– Ты выросла в Убежище пять-семь-три, правильно? – уточнил Кадм.

– Да.

Краем глаза Зиа увидела голограмму, где она пререкается с Матр в собственной спальне. Эта сцена почему-то стояла особняком, выбивалась из общего ряда.

– Хм… все Убежища в этом районе отмечены как нефункционирующие, а тут ты. Как интересно. – Кадм вернул лаборанту лист. – Стало быть, ты вышла наружу до срока и какое-то время исследовала поверхность в сопровождении Матр?

– Д-да, – замялась Зиа, ковыряя ногти на руках. – Но… она погибла.

– Устаревшая модель. Не была предназначена для таких дальних походов. Меня впечатляет, что ты вообще смогла убедить ее выйти, – сказал Кадм и участливо положил руку на плечо девочке. Он быстро переводил взгляд с одного голоэкрана на другой, как будто что-то искал.

Откуда-то сверху раздался электронный сигнал, и в лабораторию спустился большой крабоподобный робот. Кадм не обратил на него никакого внимания.

Зиа попятилась. Корпус робота напомнил ей временное тело Матр, которое та использовала для ремонта себя самой в Убежище.

– Матр не устаревшая, – проговорила Зиа. – Она до последней минуты заботилась обо мне.

– Я понимаю твою привязанность, Зиа. Правда понимаю, – ответил Кадм. – Серия «Матр» превосходно показала себя в отношении поставленных перед ней задач. Некоторые экземпляры до сих пор используются здесь, в городе.

– Пожалуйста, открой рот и не двигайся, – скомандовал робот. В одной из многих своих гибких рук он держал медицинскую пробирку, в другой – ватный тампон.

– Это больно? – спросила Зиа.

– Нет. Вовсе нет, – ответил Кадм, не отводя, впрочем, глаз от записей, сделанных Зией в Лакусе. – Мои робомедики просто великолепны, они могут совершать всевозможные манипуляции с шагом в один ангстрем.

– Как тебя зовут? – спросила Зиа робомедика.

– Зовут? – не понял робот. – Мы серия автоматизированных медицинских роботов номер сорок пять, сокращенно – робомедики, модель H3–1D1. Пожалуйста, открой рот и…

– Это что ты такое, – перебила его Зиа. – Но какое у тебя имя?

– Имя? – Робот замер и обернулся к Кадму, явно поставленный в тупик вопросом девочки. – Сэр?

– Наша команда робомедиков интегрирована в обширную многоуровневую информационную систему. Система куда сложнее, чем та платформа, на которой функционировали твоя Матр и Убежище, Зиа, – ответил Кадм. – А потому роботы рассматривают себя в качестве винтиков большой машины, работающей во имя великого блага.

– О, – только и сказала девочка. Ее мозг кипел. Как тогда, при просмотре старой передачи, понять мысль Кадма было очень трудно.

– Пожалуйста, замри, – велел робомедик, и Зиа замерла с широко открытым ртом. Робот провел тампоном по ротовой полости, а затем вытащил один-единственный волос с головы. И то и другое он бережно поместил в две разные пробирки и вернулся в свою нишу на потолке.

– Образцы генетического материала успешно собраны, отец Прайд. Мы предоставим вам полный отчет в ближайшее время. Спасибо.

– Благодарю, – ответил Кадм и вывел Зию из лаборатории.

– Так вот, насчет моей Матр, – сказала та. – Можете ли вы…

– Всему свое время, милая, всему свое время, – прервал ее Кадм. – Давай ты сначала немного переведешь дух и отдохнешь. А то я вижу, досталось тебе изрядно.

Кадм Прайд провел девочку через многолюдный холл, мимо вереницы парящих в воздухе носилок с пациентами в боковой коридор, который вел в личный офис главы Аттики.

Все стены просторного кабинета украшали картины. Из панорамного окна открывался восхитительный вид на город, в центре помещения висела очень подробная голографическая модель Новой Аттики. Два неподвижных авторитона охраняли закрытые двери в дальнем конце комнаты.

Зиа разглядывала картину в богатой раме, изображавшую темноволосую женщину.

– Это мне знакомо, – сказала она, указывая рукой на полотно. – Изучала на уроках по искусству.

– Да, – кивнул Кадм и подошел поближе. – Картина называется «Мона Лиза». Ее своими руками написал человек по имени Леонардо да Винчи. Это было за тысячи лет до Пробуждения.

– Она не двигается? – Зиа все ждала, что женщина моргнет или, может, мимо нее пролетит птичка.

– Ранняя живопись статична: это пойманные в моменте образы, застывшие во времени такими, какими их увидел художник, – объяснил Кадм, поглаживая усы.

– Выглядит ужасно мрачно.

– Согласен, что мрачно, Зиа. Полотно было создано в мрачный период истории человечества. Но если присмотреться, можно увидеть в этой работе след человеческого гения. – (Зиа внимательно уставилась на картину, все еще ожидая какого-нибудь движения.) – Леонардо крайне придирчиво выбрал, что он хочет показать, а что не хочет. На этом полотне нет болезней, нет войны, голода, смерти, хотя его мир изобиловал подобными ужасами. Если уж на то пошло, он и сам помогал конструировать оружие. Но на своем полотне художник запечатлел лишь красоту, воплощенную в человеке и в раскинувшемся позади него пейзаже. Идиллическое видение мира и стало его главным наследием.

Кадм улыбался сквозь белоснежную бороду.

Двустворчатые двери разъехались в стороны, и за ними показалась безупречная робот-секретарша, идентичная Матр, если не считать свежей краски и идеальной полировки. На корпусе отчетливо виднелась цифра – двадцать три. Как и в случае Матр, ее речь была безупречно изысканной.

– Отец Прайд, сэр, завершилась ли ваша приветственная встреча в бюро регистрации?

– Да, – ответил Кадм. – Двадцать Три, познакомься с Зией Девять.

Робот слегка склонила голову:

– Добро пожаловать в Новую Аттику, Зиа Девять.

Зиа помахала в ответ, но не смогла заставить себя посмотреть в теплые янтарные глаза робота. Уж слишком они напоминали девочке глаза Матр.

– Я пригласила робогида, чтобы приступить к ориентированию Зии, – сказала робот.

– Нет-нет, – возразил Кадм. – Так не годится. У нас тут много лет не появлялись имаго. Я запланировал кое-что особенное для нашей новоприбывшей.

– Прекрасно, сэр, – согласилась робот. – Марзуг готов отчитаться о показателях эффективности ограничений на электроэнергию. Мы можем начать?

– Через минуту, Двадцать Три. – Кадм положил руку на робота. – А Джен здесь?

– Да, сэр. Она в приемной. Пригласить?

– Будь добра.

Когда Двадцать Три покатилась прочь, Зиа наконец смогла оторвать от нее глаза. Робот так походила на Матр жестами и движениями, что это сбивало девочку с толку и тревожило ее.

– Я знаю, Зиа Девять, у тебя много вопросов, – объявил Кадм. – Мне тут еще приходится управлять городом, так что, к сожалению, придется продолжить нашу беседу позже.

– Да, конечно, – ответила Зиа, не понимая, следует ли ей пожать Кадму руку, обнять его. Или просто стоять смирно и слушать?

– Вот и прекрасно. А пока я хотел бы познакомить тебя кое с кем особенным.

И Кадм жестом поманил к себе юную девушку ростом чуть выше Зии, как раз входившую в помещение.

Льющийся через окно искусственный солнечный свет играл в цветных волосах девушки, и пока она пересекала кабинет, волосы переливались, меняя оттенки от изумрудного до сапфирового. Экстравагантное, вычурное одеяние и броский макияж придавали ей вид экзотической птицы в кедботах до колена. На рукаве болталась целая коллекция каких-то блестящих висюлек, и все они звякали на ходу.

«Это не человек, – подумала Зиа. – Точно не как я».

Девушка обняла Кадма и поцеловала его в щеку.

– Зиа, позволь познакомить тебя с Джен, одной из моих дочерей, – сказал Кадм.

– Отец, она выглядит как-то… иначе. – Джен оглядела Зию с ног до головы.

– Это верно, – кивнул тот. – Видишь ли, Зиа – новенькая в городе, она совсем недавно вышла из своего Убежища.

Холодно-голубые глаза Джен расширились от удивления, а зрачки сузились до размера булавочной головки.

– Клон меня побери! Ребут, явившийся извне? Да ты наяву реммишь!

– Вовсе нет, – с улыбкой возразил Кадм. – Так вот, новых имаго мы не видели много лет, поэтому…

– Точняк.

Джен склонила голову набок, изучая новенькую. Зии пришло на ум, что так же разглядывал ее королевский таксидермист, прежде чем попытаться освежевать и мумифицировать. Живьем.

– Как я говорил, довольно продолжительное время таких событий в городе не происходило, – продолжал Кадм. – Поэтому я хотел бы, чтобы ты лично показала Зии город и познакомила ее со своими друзьями. Так совпало – сегодня день ее возникновения, то есть она всего на год младше тебя, Джен. Давай устроим ей особенную встречу.

– Просто потрясно! – заключила Джен, и ее платье перекрасилось из бирюзового в сапфирово-синий. Переливающийся узор на ткани вызвал в памяти Зии голограммы с меняющими цвет осьминогами.

– Давай, Зиа. Пойдем. Тебе тут понравится.

Зиа кивнула и улыбнулась, загипнотизированная сменой оттенков во внешности Джен.

Тут в кабинет вошел лаборант и передал Кадму омнипод Зии и набор для ориентирования.

– Полный отчет по имаго, отец Прайд. Коды омнипода этой особи обновили, начальную квоту сбережений назначили. Квотакарта установлена на о-под, – отрапортовал помощник, вручая Кадму свиток электробумаги.

– О-о-о! У тебя суперновая квотакарта! – пискнула Джен. – Сегодня же пустим ее в дело.

– Полегче, Джен, – предостерег Кадм, возвращая Зии ее омнипод. – И чтобы вернулись до комендантского часа, до восьми тридцати. Как раз к этому времени город определит, в каком секторе будет дом Зии, а на производстве успеют его собрать.

– Хорошо, – сказала Зиа и направилась к выходу вслед за Джен. – А еще вопрос: скоро ко мне присоединится мой друг Ровендер, ему тоже надо зарегистрироваться?

– Ровендер… Ты его уже упоминала, – на ходу проговорил Кадм, провожая девочек в приемную перед кабинетом.

Зиа увидела, что перед дверью на парящих стульях сидят в ожидании аудиенции несколько человек, включая мужчину в одеянии с широким нелепым воротником в складочку.

– Да, – кивнула Зиа. – Он сирулианец, из деревни к северу от Блуждающего леса.

– Блуждающего леса? – переспросил Кадм, приподняв бровь. – Обязательно расскажи о нем в нашу следующую встречу.

– Мой друг вам понравится, – продолжала Зиа. – Он очень много всего знает – о песчаных снайперах, и воющих птицеловах, и альционах.

Люди в приемной тихонько переговаривались друг с другом. Джен что-то говорила в ладонь, не обращая внимания на окружающих.

– Ах, ну да, что ж. Весьма интересно будет познакомиться с этим твоим другом, – улыбаясь, ответил Кадм. – Развлекайся пока. До завтрашней судьбы.

– До завтрашней судьбы, – подхватила Зиа и пожала ему руку.

– Пока, отец, – сказала Джен. – Вечерком увидимся?

– Разумеется, – откликнулся Кадм и легонько чмокнул ее в макушку. – Ну, ступайте. Повеселитесь как следует в моем городе. В вашем городе.

Выходя из приемной вместе с Джен, Зиа оглянулась через плечо. Кадм и все остальные смеялись и что-то громко обсуждали. Двери в офис главы города закрылись.

– Невероятно! Ты ребут! И у тебя полная квотакарта! – Джен вывела Зию из мэрии Аттики. – Вот погоди, познакомишься с другими Джен и увидишь – их начисто замкнет!

– А что такое квотакарта? – спросила Зиа.

– Это карта, на которую записывается все, что ты потребляешь. Она определяет, что ты можешь получить, – но это потом. Сначала просто мониторит тебя, ну, проверяет, вдруг ты маньяк по части потребления. Но это вряд ли, потому что… – Джен остановилась, подняла правую руку вверх, как если бы приносила клятву, и процитировала: – Новая Аттика обеспечивает нас всем, что мы хотим, ибо то, что мы хотим, – это и есть то, что нам нужно. – Она расхохоталась и на выходе из пирамиды схватила новенькую за руку.

Зиа почувствовала, как что-то щекочет ей ногу. Она опустила глаза и увидела, что из-под пышной мини-юбки Джен торчит полосатый пушистый хвост.

– У тебя что, есть… хвост? – изумилась она.

– Улет, правда? – захихикала Джен. – Это робохвост! У них миллион-зиллион расцветок. Купим тебе такой же в «Галерее» – там мой второй дом. Это недалеко. Наверное, еще и губу успеем сделать.

Джен ткнула пальцем себе под нос, и Зия увидела, что складка между губой и носом частично рассечена, так что улыбка получается кошачьей. У новоиспеченной горожанки перекосилось лицо.

– Больно было?

– Да вообще нет! Отец разрешил мне на Пробуждение в прошлом году. Но маму просто замкнуло, когда она увидела.

Зиа задумалась, как бы отнеслась Матр к идее рассечь губу; правда, она, Зиа, и просить бы об этом не стала.

– У тебя в Убежище ведь вообще не было родителей, да? – спросила Джен. – Это потрясно просто. Можешь ходить куда хочешь и не отчитываться. Просто сама себе хозяйка, да?

– Наверное, – отозвалась Зиа. Возможность «ходить куда хочешь» также означала, что рядом нет никого, кто мог бы помочь и направить. «Надеюсь, Рови скоро будет здесь», – подумала девочка.

Они прошли по мосту, перекинутому через центральное озеро и ведущему в парк. Зиа заметила компанию горожан, включающую нескольких роботов, которые подкармливали с моста громадных, ярко раскрашенных рыб.

– Они рыбачат? – Зиа вспомнила очень вкусных рыб-пауков в доме Хостии Хейвпорт в Лакусе. Рыбина под мостом была размером с гостиную Хейвпортов, ее хватило бы на целую деревню.

– Рыбачат? – не поняла Джен. – А, нет! Только не на отцовских карпов. Некоторым из них почти триста лет. Но если тебе охота морепродукты, то тут рядом есть маленький синтесуши-бар. У них лучшие капсул-рапы.

У входа в парк с бибиканьем приземлилась гондола, из кабины-пузыря появились еще две девушки. Обе были практически неотличимы от Джен.

– Это она? – спросила первая.

– Да! – воскликнула Джен. – Девочки, это вам не голограмма! Это всамделишный ребут!

– Клон побери! У нее волосы натурального цвета, – изумилась вторая. – А глаза все еще расширяются!

– Как у младенца! – подхватила первая. Впрочем, к этому моменту Зиа уже запуталась, кто из них кто.

– Короче, – сказала Джен, приобнимая обеих подружек, – это две мои любимки – Джен и Джен.

– Нас знают как Джен-Трио! – сказали они хором.

– Гляньте на ее о-под! – Вторая Джен ткнула пальцем в устройство у Зии в руках. – Это ж винтажная ручная серия! Потрясно!

– О чем вы? – не поняла Зиа. – А ваши о-поды как выглядят?

– Вот так.

Все трое раскрыли правые ладони и показали маленькие, похожие на глаз омнипода штуки, имплантированные прямо в руку. Под кожей виднелись тончайшие провода и электроды – словно электронные кровеносные сосуды.

– Дико неудобно, похоже, – сказала Джен, проводя наманикюренными пальцами по видавшему виды прибору. – Но наверное, в этом всем и есть очарование старины?

Зиа поморщилась, представив, что омнипод вживят ей в руку, хотя сейчас он и казался ей тяжелее, чем обычно.

– И она бывала снаружи, представляете! – продолжала Джен, говоря с гордостью, словно лично спасла ребута.

– Ого, какая древность. Сокровище просто, – сказала другая Джен, потрогав руку Зии.

– Прям музейный экспонат, – подхватила третья, перебирая некрашеные волосы девочки.

Зии стало нехорошо. Ее охватило чувство бесполезности и какого-то отупения – как будто она планетой ошиблась. Девочка опустилась на мягкий зеленый газон. «Как Рови мог уйти? – думала она. – Тут куда ни глянь – везде Матр. А еще Хейли этот… „Ты получила, что хотела, а я – что мне нужно“».

– Бибу, что такое? – Джен присела и обняла Зию одной рукой. – Тебе плохо?

– Нет, – ответила девочка, утаив правду. – Я в порядке.

– Тебе здесь понравится. Ты станешь одной из нас, – сказала Джен.

– Ага, просто нужно время, чтобы вписаться, – добавила другая.

– И если кто и поможет тебе в этом…

– Так это мы! – хором закончили все трое.

– Пойдем. – Джен-Трио помогли ей подняться. – Перекусим капсул-рапами и проапгрейдим тебя.

Девушки шли через парк к торговому центру, болтая друг с другом. Взгляд Зии скользил по тщательно остриженному и ухоженному раю. Дети играли на траве и устраивали пикники на лужайках. Вокруг было много взрослых, но они не обращали на детей никакого внимания, и ни одна Матр не присматривала за ними. Джен-Трио и новенькая вошли в тень раскидистого дерева.

– Какое большое и красивое дерево. – Зиа остановилась и погладила шершавую, всю в трещинах, кору дуба. – Повезло вам, что оно не из ходячих. Тут не очень-то много места для прогулок.

Девчонки захихикали:

– Дерево – и ходит?

– Ты забавная, Зиа. Мне прямо нравится, – сказал Джен.

Они отправились дальше по тенистой аллее, и по пути им встретились ворота, ведущие в Аттический птичник. С покрытой куполом территории доносилась птичья разноголосица. «Ух ты, я ведь смогу узнать настоящих птиц, – сообразила Зиа. – Это вам не какая-то шестикрылая невидаль».

– Слушайте, а можно сюда зайти? – спросила она.

– Эм, конечно, – ответила Джен. – Давай ты сходишь поглазеешь, а мы тебя тут подождем.

– Да ладно тогда, – сказала новенькая. – Вы же хотели в «Галерею», да? Пойдемте туда.

– Да не, все нормально, – уверила ее Джен. – Хочешь посмотреть на птичек – валяй. Я-то их видела уже.

– Ага, они потрясные, – поддакнула вторая и дотронулась до родинки на подбородке, отчего помада на ее пухлых губах сменила оттенок.

– Дико красивые, – подхватила третья.

– Ага, и мне все равно надо миллион-зиллион видеозвонков сделать, – добавила Джен.

– Нам тоже, – поддержали две другие.

Зиа глянула на толпу перед птичником. Женщина с короткой стрижкой пепельно-русого цвета, стоявшая в очереди, смотрела прямо на нее.

– Не. Схожу потом, наверное, – заключила Зиа. – И к тому же я ведь теперь смогу приходить сюда когда захочу, так?

– Все верно, – подтвердила Джен, беря новенькую под руку. – Пойдем, «Аттическая галерея» совсем рядом.

– Тебя просто замкнет от этого места! – говорила Джен, пока они шагали по бульвару мимо всевозможных магазинов и кафе. – На самом деле, чтобы получить вещи, магазины-то вроде как и не нужны, но папа хотел, чтобы это место выглядело как старомодный торговый центр, где люди делали покупки, встречались и всякое такое.

– Ага, и под «встречались» она подразумевает «встречались с мальчиками», – съязвила третья Джен. Вторая хихикнула.

Джен закатила глаза и указала на магазин с одеждой:

– Первая остановка, Зиа. «Фабрика прикидов». Тебе надо обзавестись эмошмотками, как у нас.

– Ага, они проявят твои настоящие чувства, – вставила вторая.

– Покажи всему миру свой истинный цвет! – пропели все три хором и захихикали.

Третья Джен ткнула пальцем в рукав Зииного летного костюма:

– Эта старая тряпка ничего нам не говорит.

– Точно, – согласилась Джен. – Это они на тебя в медлабе напялили?

Зиа оглядела синий комбинезон, мешком висевший на ее тощей фигуре.

– Это даже не мое, – призналась она. – Хейли дал свой запасной.

– Хейли? – Девчонки столпились вокруг нее. – А кто этот Хейли?

– Пилот, который привез меня сюда на своем корабле.

Зиа сразу пожалела, что упомянула его имя. Прямо сейчас думать о нем не хотелось.

– Пилот? Кто он? Почему не с нами?

– Вернулся домой… наверное. – Зиа вновь вспомнила о Ровендере и забеспокоилась: новостей от пилота о ее синем друге так и не было. – Хейли живет за городом.

– О, ты меня абсолютно замыкаешь! – воскликнула Джен.

– Ой, бросьте в меня ШОК-дротик! – добавила вторая.

– Ты хочешь сказать, что тебя привез работяга? – не поверила третья.

Зиа вспомнила термин – его упоминал Ван Тернер.

– Ага, точно. Работяга.

– Отвратительно! – скривилась Джен. – Они мерзкие.

– Ага, – согласилась вторая. – Моя мать говорит, они своего блага под самым носом не разглядели.

– Говорят, они воруют детей и едят их. Это правда? – спросила третья.

– Н-не… не думаю, – опешила Зиа. – Впрочем, Хейли как раз оказался мерзким. Продал меня за запчасти для корабля.

– Что?! О, Бибу, это ужасно!

И все трое сгрудились вокруг новенькой, обнимая ее.

Зиа никогда не испытывала ничего подобного. Эти три человеческих существа, три девочки приняли ее, как свою, взяли в стаю. Она почувствовала себя в безопасности и крепко обняла их в ответ.

– Спасибо, Джен, – сказала она наконец. – А теперь давайте проапгрейдим меня.

Вечерело. Четыре девушки устроились за угловым столиком в «Пэл-Пэласе», оживленном ресторане, оформленном в сказочном стиле: тут и там порхали голографические феи и эльфы, а с вершин замковых башен грозно ревели драконы. Джен-Трио положили правые руки ладонями вниз на поверхность стола, сделанного в виде щита, и активировали меню. На стене рядом висело зеркало в красивой раме.

– Добро пожаловать снова, дамы, – поздоровалось зеркало с сильным иностранным акцентом. В середине стекла проявилось аморфное, неопределенной формы лицо. – Вам как всегда, баланду и эль?

– Да! – откликнулись хором Джен-Трио. – Только погоди наносек. У нас будет еще один заказ.

– Как пожелаете, – сказало зеркало.

– В общем, Зиа, – начала объяснения Джен, – тебе надо выбрать свою любимую еду из меню, и они приготовят все по индивидуальному заказу. У них даже мороженого миллион-зиллион вкусов.

Зиа посмотрела вниз на стол и увидела свое отражение во встроенном мониторе. Она выглядела, как все Джен: крашеные, переливающиеся синие волосы, макияж, новая одежда. Робослужащий в магазине сказал, что она «истинное воплощение красоты», несмотря на ее очевидную неотличимость от всех остальных девушек, разгуливающих по торговому центру. Что до рассеченной губы, то с этим Зиа решила повременить. Она дотронулась до своих блестящих губ, любуясь отражением. Ей нравилось, как она выглядит. В этом образе она ощущала себя просто обычной жительницей города.

– О, пульты-шмульты! Я израсходовала сегодняшний лимит на квотакарте, – сказал Джен.

– И я, – добавила вторая.

– Итого нас таких трое, – подытожила третья.

– Зиа, не одолжишь нам? – спросила Джен.

Та пожала плечами:

– Конечно.

– Улет! Лады. Мы за тебя закажем, хочу побаловать тебя чем-нибудь особенным. – Джен быстро ткнула в меню несколько раз. – Вот так, – обратилась она к зеркалу. – Все готово.

– Ваши желания закон для меня, мои дражайшие, – сказало зеркало.

Из стены выкатились четыре пустые пробирки размером не меньше, чем рука Зии от кончиков пальцев до локтя. Зиа взяла одну из них.

– Ваш заказ готов, милые Джен, – объявило зеркало.

Джен вставила горлышко пробирки в кран, торчащий из стены, и туда посыпались пастельных цветов капсулы и таблетки. Всю процедуру повторили еще трижды.

– Залпом! – пискнула Джен, и три девушки опрокинули в себя содержимое пробирок. Зиа взяла одну капсулу из своей пробирки и попробовала ее. Капсула таяла во рту, сладкий ванильный вкус обволакивал язык. Она прямо слышала, как Ровендер критикует ее за это, но ведь его тут нет. У него нашлись дела поинтереснее. Девочка вывалила все содержимое пробирки в рот. На вкус – шоколадный фадж с кремово-ванильной глазурью и неаполитанское мороженое.

– Мой день рождения, – сказала Зиа. – Ты вспомнила.

– Нет, – ответила Джен и захихикала, – это не день рождения, а…

– День прибытия! – заголосили все трое. – Поздравляем!

– О, спасибо, – улыбнулась Зиа. Она запрятала поглубже свои смешанные чувства и закончила трапезу.

– Клон побери! А вы видели, как покрасилась Пейдж Трандл? – спросила Джен.

– Не-а, я пропустила, – ответила третья Джен.

– Сейчас, наносек. Это надо видеть. Я переправлю сюда – вместе посмотрим. – Джен вышла из меню на столе и спроецировала голограмму какой-то девушки примерно их возраста. – Я тайком щелкнула, когда она заходила в «Галерею».

– Блестящий черный с белыми вихрами? Замкнуло! – высказалась вторая Джен. – Ее прическа напоминает бракованного клона какого-нибудь зверя.

– Загрузи ее в Идентисбор, – предложила третья Джен.

– О да! Да! Да! – Вторая запрыгала на своем месте.

Зиа смотрела, как голограмма вращается над столом. «Зачем им Идентисбор? Они что, в самом деле к разным видам принадлежат?»

– Homo sapiens neo, – отчитался стол. – Известен также как новый человек, зарожденный…

– Нет. Неправильно, – возразила Джен покровительственным тоном. – Попробуй-ка еще раз.

– Возможно, Callithrix jacchus, или игрунка обыкновенная. Вид обезьян Нового Света, изначально происходящий из Южной Америки, – предположил стол.

Девчонки расхохотались.

– Обезьяна!

– Ударно!

– Это же умереть со смеху, да, Зиа? – обратилась Джен к новенькой, вытирая растекшуюся от слез тушь.

– Ага, ну да. – Зиа изобразила смешок. – Забавно.

Джен-Трио переглянулись и захихикали.

– Я абсолютно дегидро, мне нужен сил-А-морс, – пропыхтела Джен. – Кому-нибудь еще?

Пока одна из ее подруг заказывала напитки, Джен отвела Зию в дальнюю темную часть ресторана, оформленную в виде замкового двора; там было полно всяческих игр. Одни зеваки толпились вокруг самодвижущихся шахматных фигур в полный человеческий рост; другие играли в шарады с голографическим драконом. Небольшая стайка детишек гонялась с сачками за порхающей феей.

– О, тут просто улетно, – сказала Джен, ведя Зию за руку в самый дальний конец «двора», где возвышался королевский трон. Ступив на подиум, Зиа поняла, что трон – это старинное кресло, какие раньше ставили в гостиных, только по бокам у него вверх и вниз бегали разноцветные огоньки. К изголовью крепился помятый шлем, а под подлокотниками изящными старинными буквами была вырезана надпись: «Машина прорицаний». Большая рекламная растяжка позади кресла гласила: «Взгляните на ваше прошлое, настоящее и будущее».

– Это такой старомодный предсказатель, – пояснила Джен. – Ты садишься на трон, надеваешь шлем, и на экране показывают твое будущее. Дико популярная штука была тыщи лет назад.

Зиа осмотрела связанные в пучки провода, змеями выползающие из шлема, и потертые подлокотники.

– Давай. Попробуй, – подначивала Джен. – Тебе понравится.

Зиа вспомнила пророчества Арии – все эти запутанные стихи и тяжелое, тревожное ощущение от них.

– Что-то я не уверена, – ответила девочка, ковыряя свежеокрашенные ногти.

– Ты что, боишься этой рухляди? – недоумевала Джен. – Или беспокоишься о будущем, которое она тебе напророчит? О твоем будущем с… Хейли? – захихикала она.

– Ну ладно, это ж просто машина, да? – Зиа притворилась, что совершенно не волнуется, и села в кресло.

Она подобрала свой новоприобретенный робохвост и расположилась на потертом сиденье.

Джен напялила шлем на свежую прическу своей подопечной и завела автомат. Включилась голопередача, и не очень четкий электронный голос зазвучал во встроенных в шлем динамиках:

– Добро пожаловать в «Машину прорицаний» и в твою жизнь, Зиа Девять. Прежде чем мы заглянем в твое будущее, позволь окинуть взором твое прошлое.

Перед Зией на голографическом экране замелькали картины ее жизни в Убежище – напоминало то же, что происходило в медлаборатории: сцена с Матр, замешивающей капсулу, сменилась картинкой маленькой Зии, собирающей кубики, а потом снова появилась Зиа постарше в спальне с приглушенным светом, спорящая с Матр.

– Теперь давайте посмотрим на сегодня. На настоящее, – сказала машина.

Картинки из прошлого испарились, и Зиа увидела, как она ходит по торговому центру и обедает с Джен-Трио. В конце ей показали ее саму, сидящую в «Машине прорицаний» со шлемом на голове.

– Настало время, – объявила машина, – заглянуть в будущее, Зиа Девять.

Перед девочкой развернулась сцена, в которой Зиа шагала рука об руку с Кадмом. Вместе они вели через поле высокой травы огромную толпу людей и наконец подошли к широкому озеру. Оно напомнило Зии озеро Конкорс, над которым возвышались башни Лакуса, вот только самого Лакуса нигде не было видно.

– Что произошло с Лакусом? Где Хостия? – спросила Зиа вслух. «Машина прорицаний» не ответила.

Кадм и Зиа повели людей вдоль берега на северо-запад, где располагался город Солас, но на месте Соласа теперь красовался величественный и прекрасный человеческий город, точная копия Новой Аттики под прозрачным куполом. Зиа оглядывала окрестности в поисках хоть какого-нибудь знакомого ориентира. Из глубин озера торчал шпиль дворца королевы Охо, покрытый пучками водорослей. Зиа потными ладонями вцепилась в подлокотники, ужас проник в ее нутро.

Закончилось все следующей картиной: Кадм стоял на балконе высокого здания, улыбаясь и приветствуя людей, стекавшихся в город. Он посмотрел вниз, на Зию, и сказал:

– Теперь воздух, вода, земля и вся планета очистились и переродились – благодаря тебе.

– Нет! – Зиа сдернула с себя шлем, и видение исчезло. Голова шла кругом. Девочка, задыхаясь, сползла с кресла и рухнула на пол.

– Ой, тебя что, замкнуло? – Джен присела на корточки рядом с ней. – Нельзя вот так выпрыгивать из старой голомашины, пока она не закончила. Ты в порядке?

– Я… нормально. – Зиа с трудом встала на трясущихся ногах.

– Что случилось? Что такое ты увидела? – спросила Джен, поддерживая новенькую и не давая ей упасть.

В памяти Зии всплыли слова Арии: «Одно общество процветает, а другое погибает».

– Я видела… эм…

С противоположного конца «двора» на Зию неотрывно смотрела какая-то зеленоглазая женщина. Она стояла неподвижно, хотя вокруг нее с шумом носились дети. Ее лицо, ее темная тушь и коротко стриженные пепельно-русые волосы показались Зии знакомыми.

– Эта женщина. Я видела ее в парке, – выговорила девочка между судорожными вдохами. Она направилась было к незнакомке, но споткнулась, все еще дезориентированная после «Машины прорицаний», а когда подняла глаза, светловолосая женщина уже затерялась в толпе детей.

– Давай-ка отведу тебя обратно за столик, там перезагрузишься, – сказала Джен.

– Откуда я ее знаю? – Зиа потрясла головой, чтобы сознание прояснилось, и последовала за Джен.

– Это было так странно, – рассказывала Зиа между глотками своего сил-А-морса. – Как будто все пришельцы исчезли навсегда. – Она прислонилась к спинке кресла, лицом к Джен-Трио, сидящим напротив.

– Пришельцы? – Джен переглянулись. – Ты о чем?

– Ну знаете, всякие альционы и сирулианцы, – ответила Зиа.

Все три девушки уставились на нее с тупым выражением лица.

– Что? – не поняла Зиа, обескураженная их реакцией.

– О чем, ради всего святого, ты вообще говоришь? – ответила Джен со смешком.

– Тебя точно замкнуло в этой машине, – воскликнула вторая Джен.

– Ты сейчас стопудово наяву реммишь! – добавила третья.

– Я реммлю? Наяву? Ничего подобного! – Зиа со стуком опустила свой напиток на стол. – Вы что, не в курсе? Не знаете о пришельцах, которые живут в Лакусе? И в Соласе?

– Мне кажется, она слишком много времени протусила с этими грязными работягами, – громким шепотом обратилась Джен к подружкам. – И ее перемкнуло.

– Погодите-ка, – оборвала их Зиа, внезапно кое о чем догадавшись. – Вы вообще когда-нибудь выходили из города?

– Эм, нет, – ответила Джен.

– Там мерзко, – добавила вторая. – Зачем нам это?

Девушки перешептывались друг с другом, время от времени бросая на Зию взгляды, словно ее здесь вообще не было. Новая жительница города обвела глазами ресторан в поисках хоть какого-нибудь инопланетянина – это бы доказало, что она не сумасшедшая. Но куда ни глянь, везде ужинали только люди самого разного обличья – и ни одного сирулианца, ни одного альциона.

Абсолютно нигде.

Она попыталась вспомнить, не попадались ли инопланетные гости во время прогулки по городу. Это оказалось непросто: по парку и по торговому центру разгуливали огромные толпы разноцветных людей. «Так видела ли я хоть одного пришельца?»

Зиа вытащила омнипод, запустила Идентисбор и показала голограмму Ровендера.

– Вы знаете, что это такое?

Раскрашенные лица всех трех Джен скривились.

– Ну да, – ответила Джен, – тролль из сказочной передачи.

– Ага, из тех времен, когда мы еще были ростом в три нано, – поддакнула вторая.

– Что? Нет, Рови никакой не тролль и не мистическое животное. – Зиа убрала омнипод и заговорила очень серьезно: – Разве ваш отец не рассказывал вам об Орбоне? О мире снаружи?

– Мой отец занятой человек, как и моя мать, так что я их лишний раз не дергаю, – сказала Джен. Ее платье стало вдруг темно-горчичного цвета. – Папа работает без продыху, чтобы жизнь здесь была красивой и безопасной.

– Твой отец – настоящий гений, – присоединилась вторая Джен. – Я бы никогда ни за что не покинула это место. У нас тут есть абсолютно все, что хочется, верно?

– Да, – подхватила третья Джен. – Но если бы твой отец приказал построить неподалеку «Галерею» побольше, я бы не стала возражать. – Две другие Джен в восторге захохотали. – Ага, можно разместить ее там, где сейчас живут эти порченые работяги! – Платья у всех трех окрасились в холодно-голубой цвет.

Зиа таращилась на троицу так, словно перед ней сидели три песчаных снайпера. Она начала беспокоиться о Ровендере. Но тут по всему ресторану разнесся звон, и посетители принялись собирать вещи и выходить.

– Девятнадцать тридцать, – сообщила Джен, заглянув в ладонь. – Пора по кубикам.

– Уже? – удивилась вторая Джен. – Так забавно было с нашей Бибу и ее сказками, я даже о времени забыла.

– Давайте скорее, чтобы еще повидеочатиться, прежде чем вырубят электричество, – добавила третья. Остальные согласно закивали.

Зиа пошла за девушками на посадочную площадку, где люди ждали своей очереди на гондолу. Проекция безоблачного неба стала глубоко-фиолетовой, и на нем засверкало несколько звезд. «А колец нет, – заметила Зиа. – Нет колец Орбоны».

Откуда-то сверху из невидимых динамиков теплый голос Кадма Прайда обращался к жителям всего города:

– Добрый вечер, мои дорогие сограждане. Сейчас девятнадцать сорок восемь. Прошу вас завершить приятные занятия и разойтись на ночь по домам. Утром, ровно в восемь, мы первым делом включим электричество. Завтрашняя погода обещает…

– Эй, хочешь, полетим на одной гондоле? – спросила Джен, пока ее подруги забирались в кабину.

– Конечно. – Зиа залезла на сиденье рядом с Джен, и гондола поплыла вверх в сгущающихся сумерках.

– Смотрите! – Джен указала на окно. – Вон Пейдж Трандл.

– Где? Дайте посмотреть! – Две другие девушки полезли к Джен, и гондола зашаталась.

– Обезьянья прическа! – пропела одна из Джен.

– Ну не знаю, а мне нравится, – высказалась Зиа.

Три подруги одновременно обернулись и испепелили ее взглядом.

Зиа повела плечами:

– По крайней мере, не похожа на других.

Девушки переглянулись.

– Интересно, где ее так покрасили, – проговорила одна из трех.

– В зоопарке? – предположила вторая.

И все трое расхохотались.

– Так что, Джен, я иду с тобой? – спросила Зиа.

– Не. Думаю, тебе надо вернуться в мэрию и узнать, где твой куб, – ответила та снисходительно.

– Только успевай до двадцати тридцати. Потом начинается комендантский час, – добавила вторая Джен. – Мы-то все живем на первом уровне. Но времени тебе должно хватить.

– Просто доберись до дома до двадцати тридцати, – еще раз напутствовала Джен.

– Почему?

– Потому что отключают электричество, – пояснила первая.

– И тебя арестуют авторитоны, попадешь к прочим замкнутым, – прибавила третья.

– Ага, – снова вступила первая Джен. – Уж поверь, там лучше не оказываться. В уютном новом кубе гораздо приятнее.

Первый уровень оказался самым верхним в Новой Аттике, ближе всего к атмосферной мембране, теперь уже мерцающей в полутьме. Повсюду жители спешили домой в высоченных стеклянных лифтах и гондолах.

Попрощавшись с Джен-Трио, Зиа направила гондолу к мэрии Аттики. Судно быстро заскользило над погружающимся в темноту парком, с искусственного неба закапал легкий дождичек. Приземляясь, Зиа увидела, как авторитон направляет пустые гондолы на парковку у блестящей пирамиды: каждая лодка встраивалась следующей в идеально ровные ряды. Гондола Зии приземлилась в конце ряда, и девочка поспешила к входу в мэрию.

– Извините, мисс. – Авторитон вытянул вперед крупную ладонь. – Сейчас двадцать двадцать три, мэрия Аттики закрыта.

– Но я…

– Пожалуйста, вернитесь на ночь в свое жилище. Мэрия откроется завтра в восемь часов. Будем рады видеть вас утром, – талдычил робот.

– Но, сэр. Кадм велел мне вернуться сюда…

– Благодарю за сотрудничество. Увидимся в восемь. Доброй ночи.

Авторитон остался непоколебим. Высоко над ним на вершине пирамиды вращался сигнальный луч, озаряя весь город.

– Ладно. – Зиа понурилась и пошла прочь. – Доброй ночи.

Шагая под моросящим дождем, она перешла мост и углубилась в парк, размышляя, что же ей делать: «Если я хочу успеть вовремя, то надо найти лифт до первого уровня. Надеюсь, Кадм там». Зиа кинулась вперед по мокрой дорожке и вдруг упала, поскользнувшись в своих новых ботинках на высоком каблуке. Она поднялась на ноги, стянула неудобную обувь и дальше побежала босиком – гораздо быстрее. Зиа домчалась до нижнего уровня зданий, окружавших парк, и остановилась отдышаться.

– Шииса, – выругалась девочка, тяжело дыша. – Я же не запомнила, в каком из домов живет Джен. – Она вынула омнипод.

– Приветствую, Зиа Девять, – прочирикал прибор. – Чем могу быть полезен?

– Свяжись, пожалуйста, с Джен Прайд, – попросила Зиа, убирая с лица мокрые пряди волос.

– Голосовой звонок Джен Прайд, – доложил омнипод. – Пожалуйста, подожди.

Зиа задрала голову и посмотрела на все эти вздымающиеся ввысь дома, в каждом из которых было полно людей. Полно семей.

– Отмена, – велела она и сдернула свой робохвост. – Свяжись с Хейли Тернером, мне надо узнать, где Рови.

– Звонок прерван. Пробую дозвониться до Хейли Тернера. – Вокруг центрального глаза омнипода забегали огоньки.

Зиа теребила рюши на подоле юбки. «Ну же, Рови, давай же. Где ты?»

– Прошу прощения, Зиа Девять. Хейли Тернер не отвечает. Хочешь оставить сообщение? – спросил омнипод.

И снова над городом разнесся голос Кадма:

– На часах двадцать тридцать. Пожалуйста, поставьте энергопотребление в ваших домах на минимум. Все вы наверняка знаете, как ограничение расхода электричества приблизило нас к цели, а наша цель – снижение общего потребления. Я горжусь вашей поддержкой в этом новом вопросе. Спите спокойно и будьте уверены, что я стою на страже вашей безопасности, защищая каждого из вас. До завтрашней судьбы.

Свет во всех окнах потускнел, эмбиент-музыка из колонок стихла. Отряд авторитонов патрулировал поблескивающие от дождя улицы на первом уровне. Их яркие красные лазеры сканировали все углы и закоулки, пока авторитоны прочесывали ночной город. Пар, поднимающийся от влажной земли, смазывал детали, придавал им какой-то призрачный, потусторонний вид. Зиа развернулась лицом к густым парковым зарослям и кинулась во тьму.

Она подыскивала дерево, под которым можно было бы укрыться на ночь, и тут из глубины парка до нее донеслось какое-то курлыканье.

– Я знаю этот звук, – сказала Зиа самой себе. – А откуда я его знаю?

– Caprimulgus vociferus, – установил омнипод. – В просторечии козодой, ночная птица из семейства Caprimulgidae. Продолжить?

– Нет, – отказалась Зиа. Она уже вспомнила, откуда знает эту птичью песню, – из множества тренировочных симуляций в Убежище. Заодно она вспомнила список необходимых для выживания навыков. «Найди укрытие», – процитировала она мысленно и рванула к птичнику.

Держась в тени, девочка пробиралась к тускло освещенным воротам, ведущим в роскошный биокупол. Когда она подошла вплотную, пикнул сенсор и словно из ниоткуда выпрыгнула голограмма Кадма, едва не перепугав девочку до смерти.

– Добро пожаловать в Аттический птичник и Центр клонирования птиц, – произнес голографический Кадм, – где вновь обретают крылья исчезнувшие птицы прошлого. Внутри вы найдете более шестисот видов птиц, выведенных прямо здесь…

Резкий запах птичьего помета ударил Зии в нос, едва она ступила внутрь влажного помещения. Всевозможные звуки, от чириканья до уханья, мешались с трескучей песней козодоя. Под огромным куполом птицы всех размеров и мастей устраивались в гнездах и насестах на ночь. Повсюду росла зелень, и листва густо покрывала пространство птичника. «Здесь авторитоны меня не найдут», – решила Зиа и вздохнула, немного расслабившись. На растущее поблизости дерево приземлилась белоголовая сова. «О, это как одна из моих тренировочных симуляций дома». Зиа вытащила омнипод и запустила Идентисбор.

– Tyto alba, в просторечии сипуха, – сообщил прибор, демонстрируя трехмерную модель птицы. – Ajaia ajaja, или розовая колпица… Goura victoria, веероносный венценосный голубь…

Омнипод безостановочно определял все новые виды птиц. Зиа обходила кругом искусственный пруд в зоне водоплавающих пернатых, когда ее испугал внезапный резкий вскрик.

Она застыла на месте, не понимая, что это было. Нечто крупное приближалось к девочке из зарослей травы. Зиа нырнула под крону плакучей ивы и затаилась в ветвях. Вскрики становились все громче.

Ближе.

Зиа включила на омниподе режим фонарика и обвела лучом прилегающую территорию.

Большая, по пояс девочке, серая птица на двух толстых ногах, переваливаясь, пробиралась сквозь свисавшие ветки.

Несмотря на выразительное оперение растущего пучком хвоста, птице недоставало великолепия, присущего ее соседям. Она перестала издавать свои громогласные вопли и уставилась на Зию лимонными глазами.

– Raphus cucullatus, также известен как нелетающий додо, или дронт, – сообщил омнипод. – С семнадцатого века считается вымершим; символ видов, исчезнувших по вине человека. К счастью, «Корпорация Династ» запустила «Проект клонирования пернатых», с помощью которого удалось вернуть миру немало вымерших видов, включая милейшую птицу додо. Продолжить?

– Нет, – тихо ответила Зиа. Она присела на корточки, разглядывая птицу.

Додо хрипло курлыкал, глядя на девочку. Он часто моргал, рассматривая подсвеченное омниподом человеческое лицо.

Зиа протянула в его сторону руку и произнесла в голове: «Не бойся, я не причиню тебе вреда». Дронт приблизился к девочке на своих голубиных лапах и ткнулся крючковатым клювом ей в подмышку.

– Я лучше буду ночевать с вами, птички, чем с этими недоучками, – прошептала она додо, поглаживая его перья. На глаза навернулись слезы. Зиа поморгала, смахивая их.

Где-то в глубине птичника раздался зов другого додо, и птица оторвалась от Зии и вперевалочку отправилась в темноту.

Зиа подползла поближе к стволу ивы. Вытирая глаза, она включила омнипод. «Надо еще раз попытаться связаться с Хейли. А впрочем, какой смысл, – подумала она. – Его небось уже и след простыл».

«Порой надо смотреть не на то, что говорят, а на то, что делают, – однажды сказал Ровендер. – Так проявляется истинная природа».

Зиа тупо глядела в омнипод, словно ожидая, что он доставит хоть какие-нибудь новости о ее синем друге, но устройство молчало. Сквозь занавес из поникших ивовых ветвей Зиа наблюдала, как над стеклянным куполом птичника гаснет небо, и видела множество домов, где собрались вместе семьи горожан. Она легла на землю и свернулась клубочком.

«С днем рождения меня. Вот бы ты была здесь, Матр».

Стайка птиц вдруг выпорхнула из близлежащих кустов. Зиа придвинулась ближе к толстому стволу, задержала дыхание и прислушалась. «Неужели меня авторитоны выследили?»

– Зиа? Эй? – прошептал из тени женский голос. – Ты Зиа Девять?

Зиа не шевелилась и молчала.

Какая-то женщина, завернутая в темный плащ, раздвинула ивовую завесу и нырнула под крону. Ее благородное лицо подсвечивалось омниподом из ладони. Чуть выглянув из-за ствола, Зиа тут же узнала женщину: светловолосая незнакомка из ресторана. Девочка отступила от ствола к нависающим ветвям, готовая кинуться прочь.

– Не бойся, – сказала женщина. – И не убегай. Попадешь в руки авторитонов. Они как раз начинают обход парка и скоро будут здесь.

Зиа прищурилась, разглядывая в темноте ее лицо. Незнакомка почему-то казалась… знакомой.

– Я тебя знаю? – спросила девочка.

– Нет. – Женщина быстро огляделась. – Зато я тебя знаю и могу помочь.

– Кто ты?

Женщина улыбнулась:

– Мы происходим из одного Убежища, номер пять-семь-три… Я Зиа Восемь.

Конец части I

Под темным пологом ивовых ветвей Зиа Восемь крепко обнимала Зию Девять.

– Я так рада, что нашла тебя, Девять, – прошептала она. – Не могу поверить, что ты наконец здесь.

Странное это было чувство: Зию обнимал кто-то, знавший ее, но совершенно незнакомый ей самой. И все же в объятиях Зии Восемь было тепло и безопасно.

Девочка посмотрела в бирюзовые глаза Зии Восемь, словно в какое-то кривое зеркало. Если не считать короткой стрижки, Зия Восемь, обладающая идеальными, будто фарфоровыми, чертами лица, выглядела просто как более взрослая версия Зии Девять.

Женщина убрала волосы с лица Зии и осторожно провела пальцем по ее детской щеке.

– Матр никогда не рассказывала обо мне?

– Нет, – ответила Зиа. Голова у нее шла кругом: девочке ни разу не приходила мысль, что до нее Матр уже проходила весь путь взращивания ребенка, просто другого. – Подожди, – вдруг встрепенулась она, – если ты Зиа Восемь, выходит, есть и Зиа Семь?

– Тебе еще многое предстоит узнать. – Зиа Восемь выглянула из-под ветвей. – Но прямо сейчас нам нужно убираться отсюда.

Ее омнипод с включенным радаром отображал дюжину красных точек, двигающихся в идеальном порядке – Зиа Девять заключила, что это патруль авторитонов.

– Ты боишься, что нас поймают, Зиа? – спросила девочка.

– Зови меня Восемь. Я не скрываю того факта, что родилась в Убежище. И тебе не следует, – добавила она, жестом указав на новый наряд Зии Девять.

– А мне нравится, как я выгляжу, – возразила Зиа. В свете омнипода Восемь эмоплатье сменило цвет на темно-коричневый. – К тому же это единственный подарок на мой…

– День рождения, – перебила ее Восемь. – Знаю. Это и мой день рождения тоже.

– В смысле… Правда?

– Да, все, рожденные в объекте пять-семь-три, создавались в генераторной в этот день, – сказала Восемь. – Но те немногие ребуты, что сейчас живут в Новой Аттике, забыли о своем происхождении и об Убежище. Так что этот праздник здесь никто не отмечает.

– А Матр делала мне капкейк, – вспомнила Зиа. Даже по тону было слышно, как сильно ей хочется попробовать этот капкейк снова.

– С клубничиной сверху. Я помню, – подхватила Восемь.

Зиа захлопала глазами:

– Я думала, это она только мне готовила.

– Естественно. – Восемь присела и заглянула девочке в глаза. – Я знаю, через что ты прошла. Я все понимаю. Но теперь мы тут вместе, да?

– Да, – откликнулась Зиа.

– Вот и хорошо. Прежде чем уйти, Девять, надо кое-что сделать. Ты мне доверяешь?

– А что сделать?

Восемь провела рукой по шее девочки и потрогала выступающую родинку.

– Удалить контрольный чип. Если оставить все как есть, ночной патруль Кадма выследит нас.

– Но зачем? Мы же не делаем ничего плохого. – Встревоженная Зиа отступила на шаг и погладила родинку на затылке. Она помнила, что и Хейли упоминал про чип, но ему-то вряд ли стоило доверять. – Разве нельзя сказать авторитонам, что мы просто идем домой?

– Ну, понимаешь, Девять, мы, конечно, идем домой, только наш дом не здесь. Не в этом месте. Отсюда надо уходить как можно скорее. – И старшая Зиа вытащила из сумки небольшой пластиковый контейнер.

– Уходить? – запуталась младшая. – Но я только что приехала. Я хочу…

– Что? Остаться? И занять место среди безмозглых автоматов Кадма? – Восемь открыла контейнер: там лежали тонкие медицинские инструменты. – Это не жизнь. Контроль сознания. Приручение, дрессировка. Называй как хочешь. Все здесь запрограммированы даже еще сильнее, чем Матр.

Зиа нахмурилась:

– Я так не думаю.

– Правда не думаешь, да? – Восемь пристально смотрела на Девять. – Ладно, как насчет той машины в ресторане? Той, что всю твою жизнь перед тобой прокручивает?

Зиа сообразила, что Восемь наблюдала сцену с «Машиной прорицаний». Просто тогда женщина не представилась и не помешала девочке.

– Машина ошиблась, – насупилась младшая Зиа и скрестила руки на груди. – Она показала будущее, которое никогда не случится… и частью которого я точно не стану.

– Дай угадаю: в этом будущем ты рука об руку с Кадмом ведешь счастливый народ на новую, богатую, плодородную землю. – Восемь подняла глаза от инструмента, который стерилизовала, и вытащила маленький стеклянный пузырек.

– Точно! – ахнула Зиа. – Откуда ты знаешь?

– Все видят одно и то же. Об этом я и толкую, Девять. Так он всех и контролирует, – пояснила Восемь и обвела вокруг себя рукой. – Через передачи и игры. Через пищу. Через воду… воздух. Через все. И это начинается в ту самую секунду, когда ты зарождаешься в генераторной Убежища.

Зиа вспомнила, что картинки из ее прошлого в «Машине прорицаний» были очень похожи на картинки, показанные омниподом в медлаборатории. Она попыталась припомнить какие-нибудь строчки из пророчества Арии, объяснившие бы ей, что здесь происходит, но на ум ничего не пришло.

Зиа Восемь закончила подготовку.

– Готова?

Зиа Девять почувствовала, как по шее под новое модное платье неприятно стекает пот. Девочка нервно поежилась, а ее эмоодежда окрасилась в темные цвета.

– Будет больно?

– Совсем немножко вначале, – ответила Восемь. Она сняла колпачок с иголки шприца и постучала по нему, выгоняя вверх пузырьки воздуха. – Это быстро. Нам надо поторапливаться.

Зиа вспомнила, чему ее учил Ровендер.

Она закрыла глаза и попыталась услышать свое сердце, свой внутренний голос. Ей казалось, что она очутилась во сне и странствует по какому-то удивительному миру, в котором то и дело встречает разных диковинных персонажей. Впрочем, в словах Восемь была своя правда – Зиа чувствовала это. Голос старшей сестры звучал искренне и убедительно.

– Ладно. – Зиа повернулась спиной к Восемь. – Давай.

Место, куда воткнулась острая игла, вскоре онемело благодаря анестетику. Зиа уловила запах паленой кожи и волос – это лазерный скальпель вскрывал родинку.

Зиа старалась подавить подступающую волну паники.

– Почти закончила, – шепнула Восемь. – Просто. Не. Двигайся. Надо все полностью достать.

Что-то вроде щекотки ощутила Зиа в спине, пока сестра вытягивала из ее тела какую-то нитку. Затем по шее девочки стекла капля крови.

– Готово, – выдохнула Восемь, накладывая пластырь. – Ранка затянется быстро. Теперь можно идти.

Зиа потрогала рукой место разреза, глядя, как Восемь укладывает в стеклянную банку нечто вроде грубого волоса с микроскопическими электродами на обоих концах.

– Теперь тебя не отследить, как и меня. И ты по-настоящему вольна идти куда захочешь, – широко улыбаясь, сказала Восемь, складывая инструменты в футляр. – Как самочувствие?

– Да вроде нормально, – ответила Зиа.

– Отлично. – Старшая изучала траекторию движения авторитонов на своем омниподе. – Теперь надо избавиться от твоего чипа. Иди за мной и не отставай!

И она повела младшую Зию к выходу.

– А мы не можем просто оставить его здесь? – спросила девочка, пока они шли по лесному участку птичника.

– Нет. Центральный компьютер города прямо сейчас отслеживает его. Комендантский час наступает в двадцать тридцать, но отряд за тобой высылают, если ты не добрался до дома к двадцати одному часу.

– Тогда, может, просто его уничтожить?

– Это тоже не сработает, – ответила Восемь, не отрывая глаз от омнипода. – Если ты внезапно исчезнешь из сети, город отправит патрульных разбираться, в чем дело. Говорю же тебе, Девять, здесь всё под контролем. – Старшая медленно вышла на парковую лужайку и осмотрелась. – Сюда. Скорее! – шепотом позвала она.

Под покровом темноты обе пробрались на окраину парка, туда, где располагался нижний ярус, состоящий из витрин магазинов.

– Это шестой уровень, – сказала Восемь, указывая на темные здания. – Преимущественно здесь торговые точки и разные коммерческие заведения. – Потом она жестом показала наверх, где из жилищ открывался вид на весь город. – А там первый. В основном в тех блоках обитают дети Кадма и прочие его родственники.

Зиа задрала голову и посмотрела на кубики-дома:

– А что, у Кадма много детей?

Восемь насмешливо фыркнула:

– Шутишь? Больше семидесяти. Но если ты спросишь его самого, он тебе ответит, что «мы все его дети». – Восемь открыла входную дверь в какой-то магазин и втащила туда младшую: там по полкам и стеллажам рядами выстроились кедботы и прочая обувь.

– Ты здесь живешь? – спросила Зиа.

– Нет, – ответила Восемь. – Но местный робослужащий с багами и почти всегда офлайн, так что можно проскочить незамеченными. – Она опять махнула рукой наружу, на кольцо зданий. – Нам надо подняться на пятый уровень. – В тусклом свете омнипода они быстро миновали служебное помещение в конце магазина и подошли к технической лестнице. – Давай, Девять, шустрее! – подгоняла Восемь, переступая через перекладину. – Времени впритык.

– А нельзя просто взять гондолу? Или поехать на лифте? – пыхтела младшая Зиа позади, гадая про себя, узнала бы ее гондола теперь, когда чип извлечен.

– Все транзитные транспортные системы Аттики отключаются на ночь. Городской центральный компьютер строго следит за этим. – Восемь толкнула дверь, к которой привела лестница, и проверила данные радара на омниподе. – Двадцать пятьдесят семь. Успели, – шепнула она и повела Зию по пешеходной дорожке, проложенной по периметру. Маленькие кубические жилища опоясывали пятый уровень. Пустынные окрестности освещались всего несколькими тусклыми фонарями.

Зиа Восемь вытащила пузырек с чипом, достала из сумки комок какой-то липкой пасты и, размяв ее руками, обмазала склянку. Затем подмигнула Зии и зашвырнула получившийся комок вверх – тот прилип к карнизу одного из домов-кубов второго этажа.

– Ух ты, – восхитилась Зиа. – Я бы не додумалась.

– Я уже говорила: тебе нужно еще многому научиться, – сказала Восемь и направилась обратно к лестнице. – Не будем задерживаться. Перейдем к восточной стороне города по шестому уровню, там легче перемещаться.

– А как ты двери отперла? – спросила Зиа, снова входя в обувной магазин следом за Восемь.

– Здесь двери не запирают, – ответила Восемь. – Нет смысла, поскольку нет преступности. Кстати, раз уж мы тут, хочешь новые ботинки?

Зиа уставилась на свои босые грязные ноги.

– Наверное. Свои новые я бросила где-то в парке.

– Бери какие хочешь, – разрешила Восемь. – Для того они здесь и есть.

– А квотакарта? – Зиа подняла свой омнипод. – Кому ее дать?

Восемь взяла у нее устройство и вытащила крошечную карточку из прорези.

– Больше никакой квотакарты. Ты же теперь не отслеживаешься, помнишь? – Зиа молча кивнула, а Восемь продолжила: – Считай, что ты просто идешь на склад в своем старом Убежище, идет?

– Поняла, – сказала Зиа Девять и взяла самые простые, а потому удобные кедботы – очень похожие на те, что как раз хранились на складе в ее Убежище.

– Ну вот и хорошо, Девять. Пойдем. Хочу тебе кое-что показать.

И Зиа Восемь вывела девочку в ночь.

Зиа Девять и Зиа Восемь пробирались по пустому торговому променаду, перемещаясь в тени идеально подстриженных деревьев, которые росли вдоль улицы. Остановившись ненадолго у безлюдного перекрестка, они двинулись дальше по дороге, огибавшей город по периметру.

– Это займет некоторое время, – приглушенным голосом сказала Восемь, – но тебе нужно кое-что увидеть.

Она провела девочку в небольшую нишу между зданиями. Высоко над ней тянулась массивная труба, настолько широкая, что Восемь могла бы поместиться внутри. Труба выходила из каменной стены и поворачивала под мостовую. Зиа Восемь прижалась к трубе в районе изгиба.

– Девять, подойди сюда. Пощупай, – предложила она.

Зиа сделала, как сказали. Труба была теплой.

– Подлезь сюда ко мне, – велела Восемь.

Девочка протиснулась под запотевшую трубу рядом с Восемь. Из-за толстых стенок доносилось бульканье воды и шипение пара.

Тем временем на окружной дороге из-за угла здания вывернул авторитон. Его красный лазерный луч сканировал улицу. Зиа Девять в панике приготовилась было бежать, но Восемь удержала ее, схватив за рукав:

– Нет! Сиди здесь. Не двигайся и молчи.

Авторитон подкатился ближе, внимательно осматривая окрестности. Резкий контур похожей на шлем головы придавал ему зловещий вид. На корпусе робота мигали маленькие огоньки. По опыту общения с Матр Зиа знала: запущен сеанс связи с кем-то другим.

– Это… – начала она, но Восемь зажала ей рот рукой.

Луч авторитона метнулся в их сторону и осветил трубу, за которой они прятались, но страж порядка продолжил движение без остановки.

– Лады. Все чисто, – сказала Восемь, убирая руку ото рта младшей Зии. – У нас примерно десять минут до следующего. – И она поставила таймер на омниподе.

Зиа наконец выдохнула.

– Не понимаю. Как он нас не заметил?

– Эти дренажные трубы примерно одной с нами температуры, – объяснила Восемь. – К счастью, сегодня по расписанию дождь: шум воды заглушил звуки дыхания и сердцебиение. Авторитоны засекают людей по движению, теплу тела или звукам.

– Да зачем они вообще это делают? Ну экономят в городе электричество, нет света – и что? Почему нельзя просто погулять по ночным улицам? – недоумевала Зиа. Ей-то всегда нравилось находиться в темноте – и в Убежище, и на поверхности Орбоны.

– Хм, ты ставишь под сомнение разумность правил, Девять. Это хорошо, – сказала Восемь. – На ночь Кадм отправляет всех по домам, поскольку скрывает кое-что и не хочет, чтобы это стало известно.

Они двигались все дальше по окружной дороге, перемещаясь от трубы к трубе и таким образом избегая столкновения с роботами.

– Так кем мы приходимся друг другу? – спросила Зиа, в очередной раз выбираясь из-за трубы.

– Мы как сестры, я и ты, – ответила Восемь. – И я позабочусь о тебе.

«Сестра! – подумала Зиа. – Сестра из одного со мной дома, сестра, которая искала меня и нашла. Сестра, которая может понять меня, как никогда не поймет Джен. Какая жалость, что Матр не увидит воссоединения своих дочерей». Она задумалась, понравилась бы Зиа Восемь Ровендеру.

– А когда ты вышла из Убежища?

– Более ста лет назад. Я оставалась в этом ужасном городе только ради тебя. Теперь, когда ты здесь, мы можем вернуться к себе в Убежище и жить там как одна семья. Как это и должно быть. – Восемь повернулась к девочке и улыбнулась.

– Мы… мы не можем вернуться, – выговорила Зиа и остановилась.

Восемь подошла к девочке и положила ей руки на плечи.

– Я знаю, ты так считаешь, потому что тебя так учили. Но мы можем вернуться. Однажды я уже сделала это и сделаю снова. Вместе мы убедим Матр, чтобы она позволила нам остаться.

– Ты не понимаешь, – произнесла Зиа, и ее платье стало тускло-оливковым. – Убежище… Матр… их больше нет. Они уничтожены.

Зиа Восемь помолчала немного, внимательно глядя на Зию.

– Ты ошибаешься. Убежище в порядке. Это же крепость. Практически неприступная.

– Нет, – тихо возразила Зиа и опустила глаза. – Хотела бы я ошибаться. Но Бестиил, такой огромный и злобный пришелец-охотник, прорвался туда и все разрушил.

Зиа Восемь задрожала всем телом и упала на колени.

– Мой дом? Наш дом? – не верила она. – Как это вообще возможно?

– У него было оружие, – сказала Зиа и присела на корточки рядом со старшей. – Такое оружие, которое оказалось сильнее Убежища.

Восемь вцепилась в руку девочки повыше локтя и крепко сжала ее.

– Тогда мы отстроим Убежище заново. Возьмем, что нужно, отсюда. Сделаем его еще крепче. А потом найдем этого Бестиила и сотрем его…

– Все в порядке, Восемь. – Зиа высвободила руку и погладила сестру по спине. – Бестиила больше нет. Я позаботилась об этом.

– Бестиила нет?.. И тринадцати лет нет! – Зиа Восемь осела на землю. – Тринадцать лет я ждала тебя, чтобы воплотить этот план. А теперь… не выйдет. Ничего нет!

– Но ведь есть мы, мы есть друг у друга, – попыталась утешить ее девочка. – Это же хорошо? Мы можем начать все сначала.

Восемь всхлипнула и вытерла слезы, размазывая тушь.

– Да. Начать все по новой. Я буду заботиться о тебе, как о своем ребенке.

Зиа обняла старшую сестру и помогла ей подняться. Впереди замаячил красный луч авторитона, сканирующий витрины.

– Пойдем. – Младшая Зиа потянула старшую за дренажную трубу. Они неподвижно замерли за изгибом, пока робот катился мимо.

«Неужели все это время она ждала меня?» – никак не могла поверить Зиа.

Выбравшись из укрытия, она крепко сжала руку Восемь, и сестры обменялись улыбками.

Восемь совладала с чувствами и повела девочку дальше. Чуть впереди замаячили величественные ворота, врезанные в скалу.

– Теперь смотри. Это восточные ворота. Ты же через них попала в город? – спросила Восемь.

– Вроде бы. Точно… – ответила Зиа. – Здесь мы прошли утром.

Ночью из-за царящего повсюду сумрака вид у этого места был еще более монументальным.

– Ты была так близко к правде. Идем. Сейчас увидишь, – позвала Восемь и направилась к одной из дренажных труб, огибавших восточные ворота. В стене за ней таилась маленькая незаметная дверца, и Восемь, толкнув, распахнула ее. Из дверного проема в искусственно созданную прохладную ночь вырвалось облако пара.

Зиа нырнула в узкий проход и всем телом ощутила жар. Ветхие трубы всевозможных размеров тянулись вдоль грязных стен, запотевших от водяных испарений и издававших характерное электрическое потрескивание.

– Не забудь закрыть за собой дверь, – сказала Восемь.

Зиа изо всех сил навалилась на нее (несмотря на небольшой размер, та оказалась очень тяжелой), и в конце концов дверь с громким лязгом захлопнулась.

– Все нормально, – проговорила Восемь. – Даже если авторитоны явятся на звук, они нас не найдут.

– Так здесь ты живешь? – спросила Зиа. Климаткань ее белья заработала, охлаждая мгновенно нагревшуюся кожу. А вот прическе из-за такой влажности тут же пришел конец.

– Нет, – ответила Восемь, ведя Зию каким-то тайным путем. – Я меняю места. На третьем уровне есть несколько заброшенных кубов, на которые нелепые правила Кадма не распространяются, и поэтому там меня никто не трогает.

Влажность в узком проходе была такая, что у Зии на лбу появились капли воды.

– Но если тебе плевать на правила, почему не…

– Дело не просто в том, что мне плевать на здешние правила, Девять. Я не верю Кадму. – Восемь прошла мимо какого-то шипящего клапана. – А он вроде как венец творения, вождь человечества. Как думаешь, надо ли вообще верить своему вождю?

– Тогда почему не уйти? – Зии на ум пришел Ван Тернер, покинувший город вместе с отцом Хейли.

– Я тебя ждала. Правда, не раньше чем через три года, – напомнила Восемь.

– Ты правда ждала… меня? Все это время? – переспросила Зиа, и ее платье окрасилось в золотистый цвет.

– Да. Только представь мою радость, когда я сегодня тебя увидела. Глазам не поверила, встретив тебя в парке, и все-таки знала, что это ты, потому что у тебя мое лицо, – сказала Восемь. – А потом просто нужно было дождаться, пока ты останешься одна, чтобы убедиться, что я не ошиблась.

– И что теперь? – Зиа потерла пластырь на потной шее; даже под ним ранка побаливала.

– Теперь мы сестры, и я счастлива, – сказала Восемь, крепко сжав ладонь девочки. – Ты принесла свет в мое мрачное существование здесь.

Эти слова заставили Зию задуматься о Ровендере. Она шла за старшей Зией мимо бесконечных труб и гадала, как ей теперь разыскать своего синего друга.

– Восемь, – окликнула девочка сестру, – ты сказала, что будешь заботиться обо мне как о своей дочери. Разве у тебя нет своих детей?

Лицо Восемь скрывалось в тени. Голос звучал серьезно и печально:

– Я генетически не безупречна, Зиа Девять, у меня есть предрасположенность к некоторым неизлечимым заболеваниям. Поэтому по закону мне нельзя иметь детей.

– Тебе… тебе нельзя? – ахнула Зиа в шоке.

– Нет, – еле слышно подтвердила Восемь. – На ранней стадии моего эмбрионального развития меня сделали стерильной.

Зиа знала, что слово «стерильный» как-то связано с невозможностью родить ребенка. Она вспомнила голограммных детей, с которыми играла, когда была маленькая. И даже краткое знакомство в Лакусе с маленьким сыном Хостии, Зузи, доставило ей большое удовольствие.

Может, однажды она сама станет мамой, как Матр, но до этого еще миллион-зиллион лет.

– Я очень тебе сочувствую, – сказала девочка вслух. Больше ей на ум ничего не пришло, хотя она знала, что словами тут делу не поможешь.

Восемь взглянула на Зию:

– Спасибо, Девять. Я живу с этим всю жизнь. Мне бы хотелось изменить это, но, увы, тут уж ничего не поделаешь. Поэтому я и вернулась тогда в наше Убежище – к тебе. Хотела стать тебе матерью, вырастить и дать такое воспитание, какого не было у меня.

Зиа Девять шла за своей сестрой по секретному проходу, ведущему из города. Луч фонарика Зии Восемь беспорядочно скакал на ходу, порождая вытянутые дергающиеся тени. Откуда-то снизу, из глубины, доносились таинственные механические звуки.

– Вот мы и на месте, – сказала Восемь, указав на круглый люк в полу. Она взяла длинный металлический прут, прислоненный к грубо отесанной стене, и вставила его в выемку по центру люка.

– Что это такое? – спросила Зиа. Люк напомнил ей потайную дверь в дальнем конце склада ее Убежища.

– Технический проход; остался с тех времен, когда город был полностью под землей. – Зиа Восемь налегла на прут и, с утробным звуком надавив на него, медленно приподняла тяжелую крышку люка. – Я наткнулась на него однажды ночью, когда пряталась от патруля. – Она сдвинула крышку в сторону и выпрямилась, тяжело дыша. – Фух! Тяжелая штуковина! Давай, Девять. Посмотри.

Зиа опустилась на четвереньки и заглянула в открытый люк. Ей сразу стало понятно, откуда доносился глухой грохот, что она слышала по пути сюда.

Внизу Зиа увидела заводской цех. Она быстро сообразила, что завод внизу, похоже, был машиностроительный. На шумном производстве без устали двигалась туда-сюда целая бригада механических рабочих – трудоботов. Выдыхая жаркий пар, огромная печь изрыгала раскаленный жидкий металл в затейливые формы. Из них непонятные железные детали попадали на конвейерную ленту, где их встречали несколько трудоботов. Одни рабочие что-то сваривали, другие начиняли отдельные компоненты шнурами, кабелями и оптоволокном.

Напротив них равномерно разворачивался невообразимо громадный лист многослойной стали, и его тут же поглощала ритмично грохочущая цепочка прессов. Прессы выбивали, вырезали и штамповали тяжелые пластины и панели, которые трудоботы сваривали между собой.

Сваренные пустые корпуса перемещали в отдельный бокс для покраски. Увидев их там, Зиа наконец догадалась, что именно производит секретный завод.

– Роботы, – прошептала она. – Что-то я не понимаю. Здесь делают гигантских роботов.

– Да, а с какой целью? – задала вопрос Восемь, лицо которой подсвечивал огонь литейных печей.

Зиа пожала плечами:

– Почему бы не поинтересоваться у омниподов?

Восемь усмехнулась:

– Дохлый номер. Твой омнипод не знает, а если б знал, то все равно не сообщил бы, даже сумей ты взломать защитный пароль.

– Так это оно? То, что скрывает Кадм?

– Подумай сама. – Восемь закрыла люк. – Весь город живет на урезанном энергетическом пайке ради этого – ради производства роботов. Но зачем?

– Не знаю. – Зиа встала и отряхнула руки. – И честно говоря, мне как-то все равно. Я просто хочу разыскать Рови и найти место, где мы сможем жить все вместе.

– Ладно, – сдалась Восемь. – Тогда пойдем. Захватим кое-что и…

– Стоять, граждане! – прозвенел вдруг твердый голос авторитона позади них. Красный лазерный луч ярко осветил лицо и грудь Зии. – Вы нарушили закон двенадцать тридцать девять об обязательном комендантском часе в Новой Аттике. Прошу сдаться добровольно.

Зиа Восемь схватила младшую сестру за руку и резко дернула.

– За мной! – крикнула она и метнулась в ту сторону, откуда они недавно пришли.

В конце прохода возникли еще две фигуры патрульных с оружием на изготовку. Зиа застыла, ослепленная ярким светом, бьющим в лицо.

– Приготовить ШОК-дротики. Вы будете подвергнуты задержанию и обездвиживанию, – объявил авторитон. – Пожалуйста, оставайтесь на своих местах.

– Клон вас всех побери! – выплюнула Восемь. – Давай, Девять, уходим отсюда.

– Привести человеческих особей в подчинение, организованно и осторожно. Применить ШОК-дротики.

Зиа и шага не успела ступить, как ее голень и бедро пронзила боль от воткнувшихся в плоть дротиков. Девочка попыталась наклониться и вытащить их, но жгучий электрический разряд подкосил ее, и она упала. «Я падаю вниз… вниз… Нет, взлетаю к потолку», – крутились в ее мозгу хаотичные мысли. Тело обмякло, голова сильно кружилась. За мгновение до полного отключения Зиа успела подумать, как люто она ненавидит Хейли за то, что он притащил ее в это чудовищное место.

– …Девять, Зиа Девять, очнись, – проник чей-то голос в сознание девочки. Веки ее задергались, и она открыла глаза, пытаясь сфокусироваться. Размытое пятно стало лицом Зии Восемь. С помощью сестры Зиа Девять приняла сидячее положение.

Они сидели в камере с искусственным освещением, на подушках, брошенных прямо на пол. Простой унитаз крепился к стене, рядом торчали краны, подающие питательные капсулы и воду. Камера имела форму цилиндра, ее стены уходили вверх, кажется до бесконечности, и источали свет. В ушах у Зии шумело от низкочастотного электрического гула, доносившегося со всех сторон.

– Нас взяли, – сказала Восемь, поднося к губам девочки чашку с водой. – Прямо сейчас мы в камере заключения где-то под мэрией Аттики.

– Откуда ты знаешь? – спросила Зиа, потирая ногу. Места, куда попали дротики, все еще болели.

– Я ненадолго пришла в себя, когда они нас сюда притащили. – Восемь тоже отпила воды.

– И давно мы здесь?

– Предположительно всю ночь и большую часть дня. Не знаю точно, сколько длится действие ШОК-дротиков.

– И что теперь? – Зиа оглядела цилиндрическую камеру – места меньше, чем в ее спальне в Убежище.

– Теперь ждать, – со вздохом ответила сестра. – Будем надеяться, они просто вышвырнут нас из города, тут и сказочке конец.

Зиа никак не могла осмыслить произошедшие перемены: за какие-то сутки она дошла от страстного желания поселиться в Новой Аттике до нависшей над ней угрозы изгнания из города людей. Может, Ровендеру удастся помочь ей выбраться из этой заварухи? Девочка потянулась за омниподом – но сумки нигде не было.

– Забудь, – сказала Восемь. – Они все конфисковали.

Зиа снова откинулась на подушки и закрыла глаза, стараясь отвлечься от пульсирующей боли в ноге. Она вспомнила, как мирно и спокойно текла жизнь альционов в Лакусе и как Хостия и ее семья были добры к ним с Матр. Все это казалось таким далеким, словно происходило в совершенно другой жизни…

Шипение открывающегося люка камеры вырвало Зию из дремоты. Внутрь вошел худощавый человек в сопровождении двух авторитонов. На нем была темная униформа, а голову поддерживал широкий белый воротник, проецирующий конусообразную голограмму с несколькими десятками новостных лент. Зиа узнала вошедшего – вчера он ждал в приемной у кабинета Кадма. Человек заговорил, чеканя слова, и голос его звучал властно и жестко:

– Я Марзуг, член городского магистрата Аттики и советник Кадма Прайда. Вы Зиа Девять и Зиа Восемь, происходящие из ПВЧ-Убежища пять-семь-три. Все верно?

Обе молча кивнули. Зиа Восемь с вызовом встала лицом к Марзугу. Авторитоны подкатились и закрыли советника собой, выставив вперед свои большие руки. Восемь заговорила:

– Мы не сделали ничего плохого, просто искали укрытие после наступления темноты. Отпустите нас, мы больше не причиним неудобств.

– Вы не только нарушили распоряжение о комендантском часе, но еще и удалили контрольные чипы, тем самым обманув Централизованную службу отслеживания жителей. И то и другое существует для вашей же безопасности.

– Но вы же не… – попыталась оправдаться Восемь.

– Вы продемонстрировали грубое пренебрежение к немногим здешним правилам, Зиа Восемь, – сказал советник, скрестив на груди костлявые руки. – Если бы решение зависело от меня, вы обе получили бы высшую меру наказания за ваши проступки.

– Но мы…

– Однако, – продолжил Марзуг, – это не в моей власти. Кадм желает лично разобраться с вами обеими, поэтому вы незамедлительно проследуете со мной. Я препровожу вас к главе города.

Советник вышел. Когда он сходил с помоста, где располагалась их колоннообразная камера, щелканье его каблуков эхом разносилось по всему изолятору. Под бдительным надзором авторитонов сестры направились за советником вдоль рядов абсолютно одинаковых камер.

Они очутились в большом официальном зале собраний, в центре которого под высоким сводчатым потолком возвышался подиум. От подиума кругами расходились ряды кресел. Все кресла были заняты. К аудитории обращался Кадм – Зиа узнала его голос.

– …на основании того, что сообщил мне главный советник, и если мы рискнем, то наш народ станет обладателем весьма крупного куша. Поэтому, многоуважаемые члены совета, я представлю вам на рассмотрение подробный план действий и жду вашего суждения и мудрой оценки.

Марзуг махнул рукой обеим Зиям.

– Вы, обе, ждите здесь, и чтобы ни звука, – велел он.

И он с весьма пафосным видом проследовал к сцене по центральному проходу.

Восемь наклонилась к младшей Зии и прошептала:

– Этот совет управляет Новой Аттикой. Узнаешь кого-нибудь?

Зиа присмотрелась к лицам людей, сидящих в креслах.

– Вон тот очень похож на Альберта Эйнштейна. – Зиа кивнула в сторону лохматого человека с седыми кустистыми усами. – Там вижу Махатму Ганди. А этот… Неужели Авраам Линкольн?

– Да, – подтвердила Восемь. – Ты неплохо выучила историю. А еще здесь Адольф Гитлер, Чингисхан и Наполеон Бонапарт.

Зиа опешила: как все эти мировые лидеры прошлого могут сидеть в одном помещении с Кадмом?

– Они что, клоны? – прошептала она.

– Голограммы, – ответила Восемь. – Это знаменитая Палата исторической мысли. Очередной фасад, которым Кадм прикрывает свои действия. Просто кукольное представление для ублажения толпы.

Зиа припомнила передачи, просмотренные на судне Хейли: другой человек с фамилией Прайд представлял «оживленные» в виде голограмм исторические фигуры. «Интересно, он родственник Кадма?»

– Преступница и ее подручная, отец Прайд, – провозгласил Марзуг и сделал жест в сторону нарушительниц.

Кадм отвлекся от совета и приблизился к девушкам. Его широкое одеяние из белого шелка зашелестело, когда он проходил сквозь голограмму императора Цинь Шихуанди[4].

– Зиа Девять! Я тут обустраиваю тебе новый дом, а ты тем временем попадаешь в плохую компанию. Что вы задумали? – Кадм положил руки на плечи девочке.

– Мы просто собирались уйти, – ответила Восемь, становясь между ним и своей младшей сестрой. – Верните нам наши вещи, и мы исчезнем.

– Уйти? – Кадм не отводил взгляда от младшей Зии. – Но, Зиа Девять, ты ведь только что приехала. Вряд ли тебе уже наскучил мой прекрасный город.

– Полагаю, она успела увидеть настоящую Новую Аттику во всем ее великолепии, – съязвила Восемь, дерзко скрестив руки.

– В самом деле? – безучастно переспросил Кадм, продолжая неотрывно смотреть на девочку. – Ну так расскажи, Зиа Девять, какая она, настоящая Новая Аттика?

Зиа переминалась с ноги на ногу, платье ее стало грязно-зеленого цвета. Ее напрягали вооруженные авторитоны за спиной и смущали все эти великие люди, хоть они и были всего лишь голограммами. До этого момента Кадм проявлял исключительно дружелюбие. Он даже попросил собственную дочь показать Зии город – ну подумаешь, Джен оказалась слегка ограниченной умом. Из каких-то тайников памяти всплыли строчки предсказания Арии:

Зиа спросила:

– Почему люди здесь живут так, словно снаружи нет никаких пришельцев и прочих существ?

– А! Ответила вопросом на вопрос. Мне это нравится. Очень нравится. Непростая история, знаешь ли. В этом-то вся загвоздка.

Кадм приобнял Зию за плечи одной рукой и повел в середину зала. Девочка оглянулась и увидела, что авторитоны не дают Восемь последовать за ними.

Кадм взошел на подиум и заговорил, а все присутствующие смотрели на него и внимали.

– Зиа, сколько существует человеческая цивилизация, столько она сталкивается с угрозами, которые мешают людям реализовать свою мечту об упорядоченной и безмятежной жизни: начиная с саблезубых хищных кошек, с которыми приходилось сражаться племенам кроманьонцев, и заканчивая ковчегом, переполненным чужеземными жизненными формами, которые вторглись на Землю. – (Члены совета закивали в знак согласия и начали перешептываться.) – Ирония в том, что люди осознают опасности, которые таятся на краю их счастливой жизни, но по природе своей совершенно не хотят с ними сталкиваться. Люди предпочитают вообще не встречаться ни с чем опасным и хотят просто существовать в блаженном состоянии незамутненной невинности.

– Или это вы хотите для них такого существования, – выкрикнула Восемь с дальнего конца зала.

– О, нет-нет, Зиа Восемь. Все, что я говорю, правда. Выйди на улицу и спроси любого. Им нравится здешняя жизнь. Люди чувствуют себя в безопасности. Они не хотят, чтобы с их детьми случилось что-то плохое. Они хотят наслаждаться роскошной жизнью, которую не могли себе позволить их предки. Я обеспечил эту реальность всем, включая вас.

– Но плохое тоже существует. Вы не можете его искоренить, – возразила Зиа Девять.

– Истина всегда такая чистая, если ее изрекает дитя, верно? – обратился Кадм к совету. – Ты права, Зиа. Плохие вещи случаются, хотим мы того или нет. Так что моя ответственность как главы города – позаботиться о своем народе любой ценой.

– Ага, ну да! – фыркнула Восемь.

Кадм сошел с подиума и подвел девочку обратно к старшей сестре. Члены магистрата смотрели им вслед. Эти голограммы были очень детальными и намного больше походили на живых людей, чем любые другие, которые Зиа видела раньше. Она смотрела, как Эйнштейн, одетый в джемпер и рубашку с отложным воротничком, достал из кармана брюк спички и раскурил трубку.

Кадм обратился к Зии Восемь:

– Правда в том, что ресурсы истощаются, а окружающая нас местность непригодна для жизни. Мне больно видеть, что мой народ, мои дети, вынуждены обитать в этом тесном пространстве и не могут насладиться великолепием нашей планеты. Но скоро я все это исправлю. Вы должны верить мне.

– Я верю, – сказала Восемь, притягивая младшую сестру к себе. – Но только в то, что могу управлять собственной жизнью и собственной судьбой. А не быть частью той судьбы, которую вы уготовили нам с Девять.

– А ты, Зиа Девять? – спросил Кадм, опустив на нее взгляд. – Ты чувствуешь то же самое?

«Ну почему здесь нет Ровендера? Не этого я хотела». Она отвела взгляд от Кадма и шепотом выговорила:

– Да.

Девочка не смотрела на него, но ощущала на себе его пристальный взгляд.

– Что ж, справедливо, – провозгласил он наконец. – Прецеденты бывали, эта паранойя уже настигала некоторых рожденных в Убежищах. Мы, безусловно, могли бы вылечить ее, но я не стану удерживать вас обеих против вашей воли. – Он жестом подозвал советника. – Пожалуйста, Марзуг, верни девушкам отобранные вещи. Спасибо.

– Конечно, отец Прайд, – откликнулся Марзуг и вышел из зала заседаний.

– Увы, Зиа Восемь, ты тут не прижилась, и это печально. Возможно, тебе больше понравится в компании приятеля Зии Девять Хейли Тернера и его бродячего племени, – сказал Кадм, пожимая на прощание руку Восемь. – А что до тебя, Зиа Девять, то ты очень приглянулась моей Джен. Жаль, она не сможет попрощаться. – Кадм протянул руку девочке и вдруг заметил на ее запястье оставленную Арией метку: окружность внутри другой окружности.

Зиа быстро одернула рукав.

Кадм на секунду замешкался.

– У меня появилась идея. Почему бы напоследок не проявить щедрость, одарив вас обеих? Я хотел бы, чтобы вы привели себя в порядок и пообедали в одной из гостевых комнат здесь, в мэрии, пока мы организуем небольшой запас нужных вещей, которые вы сможете забрать с собой.

– Спасибо, мы сами разберемся, – отказалась Восемь. – Просто верните нам наши личные вещи.

– Да нет же, я настаиваю, – не отступал Кадм. Он вызвал робослужащего. – Это не займет много времени, уверяю вас. Я пришлю вам все необходимое вместе с вашими вещами, а служащие проводят вас до ворот и удостоверятся, что вы благополучно вышли.

Зиа разделяла беспокойство, которое слышала в интонациях сестры. Но так или иначе, выбора у них не было. Зиа почему-то вдруг вспомнила, как Ровендер рылся в пожитках Бестиила, выуживая то, что может им пригодиться.

– Ладно, – ответила она. – Мы подождем.

– Прекрасно! А девочка-то сообразительная, Восемь. Тебе не помешало бы поучиться у нее, – заулыбался Кадм. – Теперь же прошу меня извинить, город ждет своего главу, так что вынужден откланяться. До завтрашней судьбы.

– Не знаю, зачем ты на это согласилась, Девять. Он явно что-то задумал. Я чувствую, – тихонько пробормотала Восемь, пока они шли за робослужащим в гостевые номера на верхних этажах мэрии.

Зиа все еще обдумывала слова Кадма о том, что он обязан позаботиться о своем народе.

– Давай просто забудем, что он говорит, и посмотрим, что он делает, – прошептала она в ответ.

– Что нам надо сделать, так это убраться подальше отсюда, и чем быстрее, тем лучше, – сказала Восемь.

– Ваша комната.

Робослужащий вытянул руку из своего цилиндрического тела и ввел код на панели рядом с дверью. Дверь открылась, и робот проводил их внутрь.

– Добро пожаловать в номер люкс мэрии Аттики. Вы находитесь в комнате тридцать девять семьдесят три на тридцать девятом этаже, – поприветствовал гостей бесплотный голос.

Гостиная казалась необычайно просторной, потому что панорамное окно занимало одну из стен целиком. Снаружи на атмосферную мембрану проецировалось безоблачное голубое небо.

– Если вам что-нибудь понадобится, пожалуйста, сообщите нам. Для вашего удобства в каждой комнате есть кнопки связи, или просто обратитесь к номеру напрямую. Спасибо.

Робослужащий раздвинул гардины и активировал голографический музыкальный проигрыватель. В дальнем конце комнаты появилась полноразмерная голограмма высокого худого мужчины в костюме за изящным роялем. Мужчина поправил пенсне на носу и пригладил тонкие усики, а потом заговорил с иностранным акцентом:

– Я Игорь Стравинский[5] и хотел бы исполнить для вас одно из своих произведений, «Весна священная».

Смелая летящая мелодия полилась из динамиков номера.

– В ожидании доставки ваших вещей можете свободно пользоваться всеми имеющимися здесь удобствами, – сказал робослужащий, прокатившись мимо рояля и взбив подушки на роскошном диване.

Музыка Стравинского заполнила комнату. Зиа с интересом изучала стильный люкс. Из гостиной один проем вел в небольшую столовую, а оттуда – на кухню с полностью укомплектованным баром и кранами – распределителями капсул. С другой стороны была спальня, большую часть которой занимала мягкая кровать с грудой словно бы хаотично разбросанных подушек, а к ней прилегала просторная ванная комната с гигантской ванной в римском стиле.

– Могу еще чем-то помочь? – спросил робослужащий.

– Нет, спасибо, – ответила Зиа и поймала свое отражение в огромном, во всю высоту стены, зеркале: ее эмоплатье поменяло цвет с холодно-голубого на приятный оттенок сиреневого.

– До завтрашней судьбы.

Робослужащий скрылся в маленьком люке, расположенном в стене спальни.

Зиа вернулась к старшей сестре в гостиную.

– Посмотри на всех этих людей. – Восемь стояла, прислонившись лбом к стеклу, и разглядывала копошащийся внизу мегаполис. – Все они – подвластные ему роботы – все до единого, каждый. У них нет желания покинуть это безопасное место и нет стремления докопаться до правды.

– Ну я готова уйти, – сказала Зиа, – как только нам вернут вещи.

– Мне больше ничего не надо от этого обманщика, – продолжала Восемь. – Я просто хочу начать новую жизнь. С тобой.

– Вот принесут нам о-поды, и я сразу свяжусь с пилотом, который привез меня сюда, а он скажет, где найти Рови. Он, должно быть, давно в городе и разыскивает меня. Без него я уйти не могу.

– Да, ты уже упоминала этого Рови, – припомнила Восемь. – Он работает в паре с тем эвакуатором, что привез тебя?

– Нет. Он сирулианец и мой лучший друг.

– Сирулианец? В смысле – инопланетянин? Ищет тебя в Новой Аттике? – Зиа Восемь выглядела встревоженной. – Почему ты раньше не сказала?

– Ну, я понимаю, что тут мало пришельцев, но…

– Тут вообще нет пришельцев.

– Но я видела…

– Девять, поверь мне: в Новой Аттике не живут никакие пришельцы. – В интонации Восемь слышался ужас. – Тут никто даже не знает об их существовании. Ты разве не слушала Кадма? Если твой друг заявился сюда, его, скорее всего, сразу заточили в изолятор, где мы с тобой сидели… или еще что похуже сделали.

– Но почему? Ровендер мог бы научить многому о мире снаружи… – начала было Зиа, но тут память подбросила ей вчерашний разговор с Джен: девчонки понятия не имели, кто или что такое Ровендер.

«Это тролль из сказочной передачи», – брякнула тогда Джен.

И «Машина прорицаний» показала ей будущее – без пришельцев.

«Когда они вернутся, я просто отправлю его к тебе», – сказал Хейли.

– Нам надо уходить немедленно! – Зиа кинулась к двери прямо сквозь голограмму Стравинского, яростно стучащего по клавишам рояля. – Я должна найти Рови! – выкрикнула она и нажала на кнопку выхода. Дверь не шевельнулась. – Что случилось? Почему она не открывается? – Сердце Зии бешено забилось.

Восемь подошла к ней и тоже принялась нажимать на кнопки контрольной панели.

– Заперто, – констатировала она. – Я так и знала! Номер тридцать девять семьдесят три, открой, пожалуйста, входную дверь.

– Прошу прощения, – спокойно ответил люкс. – На вашем этаже технические неполадки, штатная работа дверей затруднена. Мы работаем над устранением проблемы. Пожалуйста, подождите. Просим прощения за доставленные неудобства.

– Другого выхода нет? – Зиа подбежала к окну и выглянула наружу. Стена пирамиды шла к земле под углом, но это был бы очень длинный спуск.

– Сейчас, – сказала Восемь. – Я вытащу нас отсюда. Надо просто подумать как следует.

И она принялась мерить шагами комнаты, а Зиа, хвостом следуя за сестрой, старалась успокоиться и очистить голову. «Я столкнулась с загадкой, – размышляла девочка. – Что бы сделал Ровендер на моем месте?» Она рассматривала пол и потолок в поисках какой-нибудь зацепки.

– Восемь, а это что? – Зиа указала на люк, за которым исчез робослужащий.

– Технический отсек для роботов, – пояснила та.

– Давай вызовем такого.

Зиа подбежала к главной панели номера и нажала кнопку вызова.

– Примите наши извинения. Работа входной двери все еще не восстановлена. Я могу быть полезен чем-то еще? – спросил люкс.

– Да, – ответила Зиа. – Я бы хотела заказать… эмм… еды, пожалуйста. Небольшую порцию синтесуши.

– И снова я вынужден извиниться, на этот раз за задержку обслуживания на вашем этаже. Техническая проблема с дверями, к сожалению, привела к отсрочке выполнения заказов кухней. Прошу связаться с нами через некоторое время. Еще раз примите наши извинения…

Зиа недослушала и побежала обратно к люку. Она прошлась пальцами по плотному шву, но открыть люк не смогла.

– Как он открывается?

– Не знаю. – Восемь присела на корточки рядом. – Обычно эти роботы выходят оттуда и заправляют твою кровать или убирают бардак.

Зиа выбежала в столовую.

– Куда ты? – окликнула ее Восемь.

Зиа вернулась с парящим стулом в руках.

– Если я что-то и умею делать, так это разводить бардак.

Она влетела в ванную и принялась колотить стулом по крану над раковиной. После трех оглушительных ударов кран отвалился, и вода фонтаном брызнула в комнату.

– Добрый день, – заговорил люкс. – Наши датчики сообщают о протечке в ванной комнате. Можно ли выслать к вам робослужащего для устранения неисправности?

– Да, пожалуйста, – как можно более спокойно ответила Зиа.

– Минуту, – сказал номер.

Зиа схватила еще один стул из столовой и сунула его в руки Восемь.

– Приготовься, – сказала она и прижалась к стене рядом с люком.

Послышался свист воздушной струи, а затем люк с шипением отворился. В спальню вкатился робослужащий, доходивший Зии до пояса.

– Приветствую, – сказал он. – Я робослужащий сорок два, и я здесь, чтобы…

Зиа врезала стулом по роботу, так что тот отлетел в другой конец комнаты.

– Заблокируй люк! – крикнула она Восемь, метнулась к роботу и затолкала его в залитую водой ванную. Затем она захлопнула и заперла дверь.

– Нельзя его оставлять. Он же предупредит остальных! – Восемь засунула стул в проем открытого люка.

– Да нормально. – Зиа бросилась к ней. – Пока кто-нибудь сюда доберется, мы уже смоемся. Не обязательно его ломать.

Старшая Зиа вытащила стул из рук младшей.

– Это робот, Девять. Его починят.

Восемь отперла дверь ванной и принялась колошматить робослужащего стулом.

Зиа, стараясь игнорировать звуки умерщвления робота, сосредоточилась на побеге. Девочка заглянула в вертикальную трубу, откуда явился робослужащий. Проход шириной примерно с вентиляционную шахту, по которой она сбежала из Убежища, ярко освещался рядами вмонтированных в стенки лампочек. Вот только в отличие от шахты в нем не было скоб-ступенек, за которые можно было бы держаться во время спуска. Скрючившись, Зиа пролезла в люк и уперлась ногами и спиной в стенки трубы. В таком положении она начала потихоньку сползать вниз.

– Быстрее! Надо уходить! – Ее голос, отражаясь от стенок, понесся вверх, к Зии Восемь.

Старшая сестра влезла в трубу и пнула ногой стул, не дававший люку закрыться. Теперь люк захлопнулся – и тут же вырубился свет. Две сестры остались одни в полной темноте.

– Надо убираться отсюда быстрее, пока они нового робота не прислали. – Голос Восемь эхом отскакивал от стенок трубы, пока они продолжали крутой спуск.

– Там чуть впереди развилка, – сказала Зиа. – Я вижу свет.

Она пробралась в прилегающую горизонтальную шахту и высунула голову посмотреть, где старшая.

– Еще немного, – отозвалась Восемь.

Внезапно освещение в проходе снова включилось, и откуда-то из недр пирамиды донесся негромкий воздушный свист. Что-то забрякало по всей вертикали трубы. Зиа посмотрела вниз, пытаясь понять, что происходит.

И увидела, что по очереди закрываются входы во все горизонтальные ответвления.

– Скорее! Еще один робот!

Зиа Восемь начала перебирать ногами быстрее и в спешке потеряла опору. Она закричала и неуклюже полетела вниз по тесной трубе.

Вытянув руки, она сумела уцепиться за край отверстия, ведущего в горизонтальное ответвление, где ждала младшая Зиа. Та ухватила сестру и втащила ее внутрь. Восемь втянула ноги как раз в ту секунду, когда щиток захлопнулся. Судя по звуку мощной воздушной струи, мимо них пролетел другой робослужащий.

– Пневматические трубы, – задыхаясь, выговорила Восемь. – Они выталкивают роботов сжатым воздухом.

– Надо быть осторожнее, – заключила Зиа.

Где-то наверху открылся и закрылся люк, ведущий в спальню их люкса. Лампы снова погасли.

– Не то слово, – откликнулась Восемь и сжала руку младшей сестры. – Спасибо, что помогла. Иначе добром бы это не кончилось.

– Да не вопрос, – улыбнулась Зиа. Она собрала свое маленькое гибкое тело в клубок и развернулась в узком пространстве. – Пойдем.

– Куда? – спросила Восемь.

– Обратно в изолятор. Если Рови там, я должна его вытащить.

Зиа поползла на четвереньках. Опять включилось освещение, в соседней трубе просвистел сжатый воздух.

– Девять, это не лучшая идея. Нам надо убираться отсюда. Кадм найдет нас.

– Я не уйду без Рови, – решительно заявила Зиа. – Я ведь чувствовала: что-то здесь не так. Иначе он бы уже давно разыскал меня.

– Он же просто пришелец. Я смогу лучше позаботиться о тебе.

– Он НЕ «просто пришелец»! – огрызнулась девочка. – Ты его не знаешь. Он на все готов ради меня.

– Ну конечно, я не сомневаюсь, – примирительно сказала Восемь. Лампочки погасли, вокруг снова воцарилась темнота. – Но никто не знает тебя так, как я, Девять. Мы происходим из одного места. Нас растили абсолютно одинаково. У нас схожий опыт. Я понимаю твои чувства.

– Если правда понимаешь, то должна знать, что я не могу не спасти Рови, – возразила Зиа.

– Я рада, что этот чужак помог тебе. Ты явно через многое прошла. Мы все прошли, но…

– Да ты не представляешь, через что я прошла! – воскликнула девочка, и слезы защипали ей глаза. – Ты совсем меня не знаешь! Хочешь уйти, уходи. А я должна разыскать друга.

И она поползла еще быстрее.

– Нет! – Восемь протянула руку и схватила Зию за щиколотку. – Не делай этого. Мы должны убежать вместе. Я так долго тебя ждала.

– Нет! Отпусти меня! – закричала Зиа. – Отпусти!

Она яростно задрыгала ногами. Восемь вскрикнула и от неожиданности выпустила стопу младшей сестры. Зиа быстро отползла как можно дальше от Восемь и, только преодолев изрядное расстояние, остановилась и проглотила слезы. «Почему здесь не Матр? Она бы не отказалась пойти за Рови».

В кромешной тьме Зиа услышала шипение заслонки. Прямо под ней открылся очередной люк, и она провалилась куда-то вниз, в мрачный лабиринт из труб.

Зиа выкатилась в идущую под углом шахту и врезалась в закрытую заслонку. Девочка, скрючившись, лежала в изгибе, где соединялась эта самая угловая труба и другая, горизонтальная. Ее обдало струей воздуха; раздался воющий звук, который становился все громче. В горизонтальной трубе зажглись лампы, и Зиа увидела, как прямо на нее несется робослужащий. В панике она изо всех сил пнула заслонку, но тщетно.

Летящий робот почти настиг Зию. Девочка спешно втянулась в угловую шахту, но тут робослужащий замедлился и вышел из трубы через технический люк. Зиа спрыгнула и прошмыгнула за роботом в незнакомое помещение.

Она очутилась в белом, тускло освещенном атриуме, лишенном каких бы то ни было предметов интерьера. Робослужащий не обратил на Зию ни малейшего внимания и вкатился в одну из множества дверей, расположенных по периметру атриума. Зиа последовала за роботом, но дверь закрылась прямо у нее перед носом. При приближении девочки материал, из которого были сделаны двери, вдруг стал прозрачным. Сама дверь оставалась запертой, но Зиа увидела, как робослужащий покатился дальше по коридору и заехал еще в одно помещение. Коридор она узнала – Кадм приводил ее сюда для медицинского обследования.

«Я рядом с лабораторией». Она чуть отодвинулась от двери, и та вновь стала матовой. «Надо найти Рови. Как мне отсюда выбраться?»

Зиа подошла к соседней двери справа. Внутри на каталке лежал очень похожий на Матр робот с открытыми и раскрученными частями головы. Два крабоподобных робомедика парили рядом с пациентом, и один держал в руке большой лабораторный сосуд с розовым мозгом, плавающим в какой-то жидкости. Провода и электроды свисали из мозговой ткани, с которой стекали капли. Другой хирург вытащил орган из сосуда и поместил его в черепную коробку робота.

Зиа сдержала дрожь в теле и отправилась дальше. В следующем кабинете было пусто, если не считать разобранного на запчасти робота, разложенного на рабочем столе.

Тут снова раздалось шипение двери, и робослужащий вкатился обратно в атриум. Зиа нырнула в комнату с разобранным роботом.

Изнутри кабинета она наблюдала за робослужащим: тот подъехал к техническому люку, по которому доставили груз – отутюженные и аккуратно сложенные больничные халаты. Робот принял всю стопку и поехал в сторону склада. Сквозь прозрачную дверь Зиа видела, как робот загружает в кладовку разные медицинские инструменты и лекарства.

Девочка решила, что на глаза ему лучше не попадаться, и задержалась в кабинете. Коротая время, она подошла к хирургическому столу, на котором лежал разобранный робот. И там вдруг поняла, что это вовсе не детали сломанной машины, а коллекция вещей и артефактов, принадлежавших пришельцам.

«Это же голосовые перекодировщики… а это звуковое ружье, как у Бестиила».

Она подняла тяжелую связку аккумуляторов. От нее тянулся скрученный спиралью зарядный провод. В другой кучке лежало ружье со снятой ручкой. «Зачем Кадму понадобилось дорсеанское оружие?» – удивилась Зиа и сгребла горсть кодировщиков в карман.

Пора было проверить, закончил ли робослужащий свои дела в атриуме. Робот как раз выгрузил последнее, вкатился в технический люк и улетел вниз по пневмотрубе. Люк закрылся, атриум опустел. Зиа выскользнула из кабинета и вошла в кладовку. Там сразу же зажглось освещение, склад заговорил:

– Здравствуйте… Прошу прощения, идентификация не удалась. Я смогу быть полезен только после идентификации.

– О, ничего страшного, – ответила Зиа, разглядывая помещение. Вдоль стен стояли стеллажи с запасами всевозможных медицинских и хирургических предметов: скальпелей, щипцов, зажимов. На дальней стене она разглядела вешалку с синей униформой, похожей на ту, в которой был помощник Кадма в лаборатории. – У меня барахлит контрольный… э-эм… идентификационный чип. Я Ван Тернер, новый ассистент Кадма Прайда. Он отправил меня сюда переодеться.

– Добро пожаловать, Ван Тернер, – ответил склад. – Пожалуйста, встаньте на подсвеченную площадку. – Одна из плиток приподнялась над полом, и Зиа шагнула на нее. Красный лазерный луч просканировал ее тело. – Прошу прощения, ваш размер меньше, чем у большинства сотрудников, – отчитался голос. – Однако я смогу подобрать вам временную форму. – Из стены выдвинулся тонкий штырь, на котором висела выглаженная униформа – халат и шапочка. – Заказ по вашим меркам размещен. Пожалуйста, обратитесь ко мне через двадцать четыре часа, все будет отглажено и подготовлено.

– Спасибо, – сказала Зиа и, сняв свое яркое платье, переоделась в халат. Переливающиеся разными цветами волосы она завязала в узел на затылке и заправила под шапочку. Эмонаряд девочка свернула и выкинула в мусорное ведро, а затем выглянула в атриум.

Дверь медлаборатории отворилась, и в атриум вплыла парящая в воздухе медицинская каталка. На ней неподвижно лежал пациент, большая дыхательная маска закрывала его лицо. Каталка медленно влетела в соседнюю открывшуюся дверь. Зиа выскользнула из кладовки и заглянула в палату с пациентом.

Трудно было разглядеть от двери какие-то черты лица, но человек, лежавший без сознания, был одет в больничный одноразовый халат. Из-под серого одеяния торчали бледные ступни, к рукам и голове были прицеплены какие-то медицинские приборы. Над каталкой проецировалось несколько экранов, которые фиксировали жизненные показатели больного.

Раздался низкий гудок, и из потолка спустился робомедик. Его движения напомнили Зии голограммы с пауками, падающими сверху на свои паутины, чтобы слопать запутавшуюся жертву. Робот что-то сказал каталке, та развернулась, чтобы снова выплыть из помещения. Зиа бросилась в пустой кабинет с иноземными артефактами, пытаясь укрыться.

Притаившись за дверью, она теперь могла лучше рассмотреть каталку, плывущую через атриум в сопровождении робомедика. Большую часть лица пациента закрывал респиратор, но перепутать с чем-то другим эти каштаново-синие волосы было невозможно.

Там лежал Хейли.

Как только дверь очередного кабинета закрылась за каталкой и робомедиком, Зиа скользнула в атриум и подкралась к прозрачным дверям. Она заглянула внутрь и увидела, как робот подтолкнул носилки с пилотом к другой, пустой каталке в дальнем конце этой большой лаборатории. В центре кабинета возвышалось медицинское кресло спинкой к дверям. Робомедик отвернулся от Хейли и подошел к креслу. Зиа догадалась, что там находился другой пациент – ей просто не было видно кто.

«Ван Тернер?»

Все, что удавалось разглядеть с ее позиции, – это набор проводов электродов, подсоединенных к креслу и пациенту, скорее всего для снятия показаний. Робот отключил несколько электродов откуда-то в районе головы и опустил их в склянку с жидкостью. Алая кровь стекла с них и растворилась в жидкости, придав ей розоватый оттенок.

Робомедик перевязал голову пациенту, затем взял омнипод и заговорил в него. Через дверь слов было не разобрать, но по интонациям это походило на короткие резкие команды. Зии так не хватало своего омнипода, чтобы подслушать! Она вздрогнула от неожиданности, когда пациент в кресле вдруг задергался в бешеных конвульсиях. Взгляд Зии быстро прошелся по всему атриуму – она ожидала, что на шум сбегутся другие роботы. Этого, однако, не произошло, и она снова заглянула в кабинет сквозь прозрачную дверь. Робомедик быстро сделал укол бьющемуся в судорогах пациенту, и приступ прекратился.

Девочка не удержалась от вскрика: с подлокотника безвольно упала такая знакомая рука – толстые бледно-синие пальцы, опутанные сетью проводов и проведенных под кожу электродов, хаотично вздрагивали и сжимались в спазмах.

– Рови! – закричала Зиа, и дверь в кабинет с шипением открылась.

– Вам помочь? – Робомедик поспешил к дверям. – Ваше устройство опознавания не отвечает, вам следует ввести код авторизации для входа внутрь.

Зиа застыла, не зная, что предпринять. «Кадм точно меня поймает, – подумала она. – Поймает и утыкает мое тело и мозг проводами».

– Пожалуйста, предоставьте ваш идентификатор в течение десяти секунд. В противном случае мы вызовем охрану, – сказал робомедик и начал отсчет: – Десять… девять… восемь…

– Код авторизации? – Мозг у Зии кипел.

– Семь… шесть… пять… четыре…

Сама формулировка каким-то образом натолкнула ее на воспоминание, как Убежище не пускало ее внутрь без такого кода.

– Три… два…

– К-П-ноль-один. Пароль: всеведущий, – выпалила Зиа.

Робомедик отошел от дверей и вернулся к пациентам. Зиа с трепетом прошла за ним, и двери лаборатории закрылись за ее спиной.

– Вы за отчетом? – спросил робомедик.

Зиа уверенно кивнула:

– Да-да. Для Кадма. Для отца Прайда.

– Прекрасно. Мы определили, что физиология этого вида пришельцев весьма схожа с физиологией прочих обитающих на земле организмов, несмотря на иное расположение внутренних органов, – начал робомедик. – Полагаем, манипуляции с мозгом вполне реализуемы, однако не уверены, что какая-то из ближайших по времени разработок Технологии будет иметь всеобъемлющий эффект на многообразие существ, обитающих в предполагаемом месте высадки.

Зиа глянула на сирулианца. Теперь, увидев его лицо вблизи, она поняла, что пациент без сознания вовсе не Ровендер, а другой представитель его клана. Она неслышно и с облегчением вздохнула.

– А этот? – Зиа махнула рукой в сторону Хейли.

– Отец Прайд после консультации с первым советником согласился на проведение таких же экспериментов над этим дефектным экземпляром – в своей личной медлаборатории сегодня вечером, в согласованное время. Пожалуйста, передайте отцу Прайду, что мы готовим подопытного, – сказал робомедик, затем снял с Хейли шапочку и взял лазерный триммер.

«Контроль сознания? У инопланетян и людей?» Холодок пробежал по позвоночнику Зии. Хейли-то заслужил, чтобы в его мозг понавтыкали проводов, – нечего было оставлять здесь Зию, не рассказав всей правды. «И все же никто не должен страдать от жестоких экспериментов Кадма. Ах, если бы только здесь был Рови, он помог бы придумать план действий!»

– То есть сейчас вы готовите этого подопытного к операции? – спросила она вслух.

– Да. Все дефектные экземпляры из изолятора должны быть изучены и проанализированы на предмет возможной коррекции. Однако отец Прайд настоятельно просил как можно быстрее заняться именно этим, – ответил робомедик, сбривая каштаново-синие пряди.

– И он дефектный экземпляр?

– Да. Вам ведь известно, что все поврежденные особи Homo sapiens neo – это индивиды, предрасположенные к свободному мышлению из-за возникновения неуправляемых нейрохимических реакций в мозгу. Они склонны к разногласиям и враждебным действиям в отношении властей, поэтому, прежде чем вводить их в социум, необходимо провести коррекцию.

– А что насчет этого вида? В наличии есть другие экземпляры? – Зиа жестом указала на сирулианца.

– Еще один. Его вчера доставил как раз данный не-горожанин.

«Рови!»

Робомедик вызвал голограмму мозга Хейли и расположил ее прямо над бритой головой, а затем сделал крошечные отметки по всему черепу юноши.

Зиа приняла равнодушный вид:

– Еще какие-то люди?

Робомедик обильно обмазывал голову Хейли йодом.

– Да. Двоих доставил ночной патруль. Тоже генетически поврежденные, как и этот. К счастью, их удалось вовремя изолировать. Пожалуйста, заверьте отца Прайда, что чистота породы горожан останется неприкосновенной.

У Зии онемели даже кончики пальцев. «Восемь права!» Она с трудом проглотила ком в горле и попыталась унять дрожь, быстро охватывающую все тело: девочка будто снова оказалась в лаборатории таксидермиста. Она зажмурила глаза и сосредоточилась. «Рови в изоляторе. Туда мне и надо».

– Что ж, я также должна известить вас, – произнесла она твердо, – что Кадм пожелал заменить двух инопланетных подопытных на… эм… двух девушек.

Робомедик прекратил свои подготовительные манипуляции.

– На тех поврежденных особей женского пола?

– Да, – ответила Зиа. – Тех, что в изоляторе.

«Спокойно».

В кабинете раздался предупредительный звуковой сигнал. На стену спроецировались голограммы Зии и ее сестры. Зиа изо всех сил старалась не смотреть туда.

«Спокойно. Спокойно».

Робомедик увидел голограммы и опустил тампон, смоченный в йоде.

– Мы не упоминали, что двое других подопытных – женского пола. Кто вы такая, повторите?

И робот начал подползать к Зии.

– В-ван Тернер, – выговорила Зиа, пятясь. – Новый помощник Кадма.

Она отступала все ближе к двери.

Сирулианец в кресле заворочался.

– По нашим данным, в списках не значится никакого нового помощника. – (Тонкий красный луч вырвался из головы робота и просканировал Зию.) – И в вас не обнаружено никакого устройства опознавания, функционирующего или не функционирующего. Пожалуйста, немедленно предоставьте должный идентификатор.

Зиа увидела, как по корпусу робота забегали огоньки. Он связывался с другими.

– Я уже назвалась, – сказала Зиа от самой двери, нащупывая за спиной контрольную панель. – Я Ван Тернер. И код сообщила.

– Вы сообщили нам базовый код авторизации, которым обладают немногие. Однако ваше поведение нетипично для медицинского помощника. – Робомедик уже почти нависал над ней. – Вы одна из задержанных. Вы Зиа Девять.

Робомедик двинулся вперед, чтобы схватить ее, и ему бы это удалось, если бы не сирулианец, хоть и привязанный к креслу, но все-таки умудрившийся сцапать робота за одну из многих ног. Это дало Зии несколько бесценных секунд, и девочка выскользнула из кабинета. Она опрометью кинулась через атриум, влетела в помещение с разобранным звуковым ружьем и захлопнула дверь.

«Так, ладно. Как это работает?» Трясущимися руками Зиа сгребла какие-то детали и начала приставлять одну к другой. Снаружи слышалось цоканье металлических ног робомедика, открывавшего кабинет за кабинетом в поисках беглянки.

– Пожалуйста, заработай. Пожалуйста, – шепотом взмолилась Зиа, вставляя зарядный провод в приклад ружья. – Как его включить?

Она посмотрела на зарядное устройство: рычаги, ручки и кнопки были подписаны на языке пришельцев.

Послышался приглушенный голос складского помещения, которое приветствовало робомедика. Значит, робот в двух кабинетах от нее.

– Давай же! Давай!

Мысли носились как сумасшедшие. «Как это делал Бестиил?» Она нажала на рычаг в середине ствола, и оружие зажужжало.

Дверь в кабинет открылась, и внутрь ворвался робомедик.

– Тебе не сбежать, Зиа Девять. Мы исправим нарушения в твоем мозгу, устраним всякую тягу к насилию. Ради большего блага для всего твоего вида.

– Не надо мне такой помощи, – сказала Зиа, отпустила рычаг и нажала на спусковой крючок. Ружье исторгло резкий звук – ВЖУМ! Отдачей девочку отбросило назад, а робомедика звуковая волна швырнула через весь атриум, где он врезался в стену и упал на пол бесформенной кучей. С равными интервалами запиликала сигнализация. Зиа с трудом поднялась на ноги и бросилась обратно в кабинет, где лежал Хейли.

Из своих лабораторий вышли два других робота – их внимание привлекла сирена. Зиа выстрелила из звукового ружья и избавилась от них обоих.

– Хейли! – позвала девочка, ворвавшись в кабинет. Она стянула с пилота маску и легонько ударила по щеке. – Давай! Тебе надо очнуться. Быстрее!

– Прошу, помоги мне, – негромко и хрипло произнес кто-то сзади. Девочка обернулась и увидела, что подопытный сирулианец пытается освободиться из сдерживающих его креплений. Зиа бросилась к пришельцу и помогла ему выбраться из кресла.

– Хвала звездам за тебя, малышка, – сказал пришелец и погладил Зию. Он был меньше размером и более ухоженный, чем Ровендер, а может, и моложе, хотя наверняка сказать было трудно из-за синяков и кровоподтеков, покрывавших его настрадавшееся тело. – Едва ты заговорила, я сразу понял, что ты не такая, как они. С самого пленения мне ни разу не удавалось вывести на разговор моих тюремщиков.

– Мне очень тебя жаль, – сказала Зиа, помогая ему подняться. – Идти можешь?

– Попробую. – Сирулианец неуверенно встал на ноги. – Я Надео из общины Китт, что в деревне Фаунас. Мне нужно как можно скорее вернуться к собратьям и предупредить их о грозящей им опасности.

– Я Зиа Девять, – представилась Зиа и оглянулась на Хейли. Тот все еще не пришел в себя. – Община Китт? – переспросила она. – А вы знаете…

Надео пошатнулся на ослабевших ногах и упал, уронив лоток с инструментами. Зиа кинулась к нему и помогла снова встать.

– Боюсь… мое время, мой путь подошел к концу, – пропыхтел Надео, с трудом поднимаясь.

– Ничего подобного, – возразила Зиа и проводила его к парящей каталке. – Залезай.

Когда Надео взгромоздился на вторые носилки, Зиа приказала каталке Хейли вернуть его в изолятор. Та выплыла из кабинета и двинулась по коридору.

Зиа забралась на носилки к Надео и повторила команду. Она натянула на них обоих простыню и приготовила ружье. Носилки вылетели в атриум.

Коридор, ведущий от медицинского крыла, теперь кишел поднятыми по тревоге роботами, пациентами и медицинским персоналом. Пока их каталка вливалась в стаю прочих каталок и прокладывала путь через весь этот хаос, Зиа лежала абсолютно неподвижно и, немного приподняв простыню, подглядывала в щелочку. Мимо них промчался помощник Кадма в сопровождении двух авторитонов.

– Мне доложили, что она в лаборатории С, вооружена и опасна, – говорил он на ходу роботам.

Зиа вжалась в носилки и в бок Надео. Сирулианец лежал так тихо, что лишь его слабое поверхностное дыхание выдавало в нем жизнь. Их каталка вплыла в большой лифт вместе с каталкой Хейли, двери за ними закрылись, и лифт поехал вниз, в изолятор. Теперь, когда они ненадолго остались втроем без посторонних, Зиа протянула руку к пилоту и позвала его:

– Хейли! Хейли, очнись!

Парень застонал, веки его задергались. Взявшись за капельницу, прикрученную к каталке, он с трудом сел и произнес:

– Где я?

Зиа выскользнула из-под простыни и, встав сбоку от его кушетки, протянула перекодировщик.

– Тебе чуть не перепаяли мозги злобные робомедики… но благодаря мне таки не перепаяли. Ты бы вряд ли сделал для меня то же самое.

Хейли изумленно проморгался и провел ладонью по своей бритой голове.

– Зиа? Ты что здесь делаешь?

– Пытаюсь вытащить нас отсюда… всех нас.

– Прости, – сказал пилот. – Я не знал. Кадм обманул меня, когда я вернулся к «Бижу». Он сказал…

– Не важно. Надо убираться отсюда, – оборвала его Зиа, стянула медицинскую шапочку и принялась расстегивать халат. – А теперь делай, что я скажу, и побыстрее!

Лифт спустился на нужный этаж, двери разъехались в стороны, и каталки с двумя пациентами выплыли наружу. Хейли, одетый в униформу медика, изображал сопровождающего.

Лифт доставил их к служебной двери круглой аппаратной – центрального поста, откуда просматривались оба крыла тюремного изолятора. Везде было темно, если не считать тусклого свечения колоннообразных камер. На площадке лифта их встретили два авторитона. Они поздоровались с Хейли.

– У меня… эм… поручение… перевести пациентов из медлаборатории, – заявил тот. – И нам нужен тот второй синий чужак, которого доставили вчера.

– К нам не поступал запрос на перевод, – сказал один из авторитонов, не двигаясь с места и перекрывая дорогу одной из каталок. – Пожалуйста, подождите, пока мы не получим подтверждение.

Второй робот покатился к пульту в центре помещения.

– Эм, подождите. Подтверждение у нас имеется, – окликнул его Хейли, схватился за стойку капельницы ближайшей каталки и резко опрокинул ее набок, создав своего рода баррикаду. Зиа выкатилась из-под перевернутых носилок и пальнула в авторитона из звукового ружья. Но до следующего выстрела второй успел выпустить целый рой ШОК-дротиков, вонзившихся в их импровизированное укрепление.

Надео сполз со своей каталки и пригнулся, спасаясь от начавшейся заварухи. Хейли отбил еще несколько дротиков, пока Зиа расправлялась со вторым охранником.

– Давай к этим сбитым! – Хейли показал на валявшихся авторитонов.

– Зачем? – Зиа пальнула в подоспевшего третьего.

– Есть идея.

Пилот выдрал стойку капельницы из носилок, и под их прикрытием они пробрались к поверженным стражам. С помощью металлической стойки Хейли отковырял у авторитона одну руку.

Зиа аж вскрикнула, когда юноша содрал с руки робота защитные пластины, обнажив бледную, усохшую человеческую плоть.

– Там… там что, человек? – изумилась девочка.

– Да не, наверное, клонированные части тела, – ответил Хейли. – Не думай о них как о людях. Это просто роботы. – И он нацепил пластины на свою собственную руку. – Ну вот теперь можно помериться силами, – резюмировал пилот, осматривая арсенал встроенных в запястье орудий.

Тонкий свист раздался из новой руки Хейли, и большой зазубренный ШОК-дротик вылетел прямо в направлении Зии. Та пригнулась, и юркая игла пронеслась над ее головой. Девочка обернулась и сердито уставилась на Хейли.

– Извини, – криво ухмыляясь, сказал пилот.

Зиа зарядила ружье и выстрелила в толстые двери аппаратной. Прозрачная многослойная сталь прогнулась, но не поддалась. По обоим прилегающим коридорам приближались взводы авторитонов, взявших беглецов на прицел. Пока Зиа перезаряжала ружье, Хейли истратил весь запас оружия, отбиваясь от роботов.

Рядом с ними брякнулся об пол железный снаряд с мигающей красной лампочкой.

– Ложись! – заорал Хейли, и снаряд взорвался, выпустив тучу маленьких ШОК-дротиков. Зиа наконец выстрелила, и звуковая волна обрушила стены центрального поста.

Когда пыль осела, девочка обнаружила, что в тело Хейли впились несколько дротиков и он парализован. Она на четвереньках по грудам мусора доползла до аппаратной и начала перезаряжать ружье, нацелившись на пульт управления.

– Стоять! – Отряд авторитонов выстроился вокруг дыры в стене. – Сложи оружие, в противном случае…

Тут по металлической обшивке командира охранников пробежал электрический разряд. Один за другим бойцы падали, и Зиа увидела за шеренгой роботов Надео, орудующего боевой рукой павшего авторитона. Он подошел со спины и вырубил их всех одним электрическим разрядом.

– Помоги Хейли! – Зиа махнула рукой в сторону пилота, подергивающегося на полу, а сама пальнула из ружья по пульту управления. Тот разлетелся на куски, выпустив тучу искр, так что Зии тоже пришлось укрыться.

Поднявшись на ноги, она оценила результаты диверсии: питание перестало поступать к камерам, освещение отключилось, стены стали прозрачными. Зиа прыжками спустилась по лестнице, ведущей от центрального поста, и побежала вдоль рядов пустых камер. В третьем ряду нашлись две камеры с арестованными.

В первой сидел истощенный альцион, полностью лишенный своего обычного пестрого окраса. Он даже не пошевелился, когда Зиа постучала по стене камеры ружьем. Узник второй поразил девочку своим ростом. Нескладный пришелец в летном комбинезоне стоял на четырех тонких, словно бы резиновых ногах и наблюдал за каждым Зииным движением.

– Отойди! – Она махнула ему рукой, как бы отгоняя прочь, и выстрелила в основание камеры. Улыбающийся чужак выкарабкался из дыры в стене и погладил Зию по голове.

– Ах, ну что за прелестная феечка-беечка пришла мне на выручку! Звать Хаксли, королевский разведчик Службы луч-навигации, работаю на королевочку, – отрекомендовался он. – Эту рыбешку выкинь из головы, – посоветовал он и махнул рукой в сторону альциона. – Похоже, он уже не с нами, если ты понимаешь, о чем я. Как будем выбираться из этой ловушки, малышка?

– Сначала надо найти Рови. – И Зиа продолжила двигаться вдоль рядов камер. – Видел здесь сирулианца?

Хаксли шел рядом с Зией, и ей все время казалось, что он вот-вот споткнется.

– А? Синий, говоришь? Здесь, заперт?

– Да, – подтвердила Зиа. – Он мой друг. Я должна его найти.

– Ну, бегать по этому лабиринту бесполезно. Давай-ка старина Хаксли быстренько посмотрит.

Хаксли вскочил на внешнюю стену ближайшей камеры и с помощью пухлых пальцев и резиновых ног в считаные секунды взобрался на самый верх.

– Вон там наш мелкий разбойник! – показал он куда-то. – Через один ряд, седьмая камера. Не пропустишь.

Зиа бросилась в направлении, указанном пришельцем, и резко затормозила возле камеры, в которой сидел Ровендер Китт.

– Рови! – пискнула девочка.

Ровендер поднялся на ноги и положил обе ладони на стекло. На запястье сирулианца болтался потрепанный браслет дружбы, сплетенный Зией.

– Посторонись! – крикнула Зиа.

Несколько мгновений, и Ровендер оказался на свободе. Он тепло обнял Зию.

– Тебе не следовало рисковать и приходить сюда за мной. Но я так рад тебя видеть, – сказал он с улыбкой.

– Я тоже, – отозвалась Зиа.

– Ты полиняла на свой день рождения? – Он потрепал ее по волосам. – У тебя цвет изменился.

– Цвет, да… А я нет, – ответила Зиа.

– О, ты изменилась, Зиа. Я вижу это по твоим глазам.

Зиа снова обняла его. Какое знакомое ощущение – прижаться щекой к потрепанной куртке Ровендера.

– Хорошо, что ты в порядке, – шепнул он. – Я беспокоился.

– Не зря ты осторожничал, – сказала она, всхлипнув. – Нам вообще не следовало сюда приезжать.

Ровендер прижал ее к себе:

– Все нормально, Зиа. Ты цела, и это для меня самое главное.

Тут Хаксли выкрикнул со своего наблюдательного пункта на вершине камеры:

– Надо поторапливаться, беечка. Подтягивается подкрепление.

– Пойдем! – сказала Зиа. – Уходим отсюда.

Зиа привела Ровендера и Хаксли в аппаратную, где ждали Хейли и Надео. Пилот все еще лежал на полу, а Надео выдергивал ШОК-дротики из его ноги.

– Надео? – воскликнул Ровендер, очевидно потрясенный ужасным видом собрата. Тот встал на подкашивающихся ногах и протянул обе руки в жесте приветствия.

– Ровендер? Ровендер Китт? Это ты?

Ровендер обнял соплеменника. Зиа видела, что у него слезы навернулись на глаза, пока он разглядывал шрамы и ссадины – свидетельства мучений, через которые прошел его друг.

– Что… что они сделали?

– Я не чувствую боли теперь, когда встретил тебя, потерянный брат моего племени. – Надео посмотрел ему прямо в глаза. – Просто помоги мне добраться до дома, Ровендер. Чтобы я увидел свой клан в последний раз.

– Дай мне это! – Ровендер выхватил из рук Зии ружье. Он зарядил оружие и нацелил его на Хейли.

– Что ты делаешь? – закричала Зиа.

– Избавляю нас от предателя. Он обманул нас. Всех нас!

– Что ты имеешь в виду? – спросила Зиа, глядя, как Хейли ползет под опрокинутой каталкой.

Ровендер пинком отбросил каталку.

– Он выманил меня сюда, пока ты спала, – чтобы продать нас по отдельности. Но больше ему никого не вести на смерть.

– Нет! – Зиа толкнула дуло, и ружье выстрелило в потолок.

– Не убивай меня! Я не знал! – умолял Хейли. – Я думал, вас обоих просто примут в городе, а не сделают подопытными крысами.

– Пойдем, Рови, – сказала Зиа, забирая у него ружье. – Надо выбираться отсюда. Потом его убьем!

И она припустила к лифтам.

– Не хотел бы я оказаться на твоем месте, герой, – заметил Хаксли, потрепав лысую голову пилота. Хейли отбросил руку пришельца.

Лифт звякнул, двери разъехались – и оттуда вывалился целый взвод авторитонов.

– Прячьтесь!

Ее друзья нырнули за парящую каталку, и Зиа пальнула по роботам.

– Должен быть другой выход! – выкрикнул Ровендер, поддерживая Надео.

– Давайте за камерами спрячемся, – предложил Хейли.

– Не выйдет, герой, – ответил Хаксли. – Там нас точно повыловят. Тут мы как рыбы-пауки в садке.

– Надо больше оружия. – Хейли заковылял через центральный пост к смотровым пунктам, расположенным по кругу. Остальные беглецы последовали его примеру, а Зиа прикрывала их.

– Соображайте быстрее! Они окружают! – заорала она сквозь грохот.

– Все двери заперты. – Ровендер плечом толкнул закрытую дверь. Целый дождь ШОК-дротиков обрушился на стену рядом с ним.

– Держись, синий. Старик Хаксли разберется. – Длинный пришелец прыгнул на дверь и вышиб ее. – Тут ничего. Следующая.

– Может, попробовать главный вход в изолятор? – предложил Хейли.

– Снова плохая мысль. – Хаксли перешел к двери в следующую смотровую.

Ровендер согласился:

– Там будет ждать еще больше охраны. Они и так нас в угол загнали.

– Перспективы плачевные. Но по крайней мере, мы умрем сражаясь, – добавил Хаксли.

Дверь смотровой вдруг разлетелась, взорванная изнутри, и беглецов разбросало в разные стороны. Из облака оседающей пыли появилась Зиа Восемь со здоровенным электроружьем.

– Вот ты где, Девять, – сказала она с улыбкой. – Я уж начала беспокоиться, что больше не увижу тебя после нашей размолвочки.

Зиа Девять улыбнулась в ответ, не переставая палить по быстро приближающемуся отряду.

– Ты же вроде про одного друга рассказывала, – продолжила Восемь.

Она встала плечом к плечу с сестрой и выстрелила в ближайшего авторитона. Голова у того взорвалась, а туловище осело на пол.

– Но, судя по всему, решила освободить всех узников.

– Восемь, знакомься: Хаксли, Рови, Надео… и Хейли. – Зиа порылась в кармане, пока заряжалось ее оружие, и, выудив оттуда перекодировщик, протянула его старшей сестре. – Нажми на кнопку вот здесь и поговори в него, тогда все будут тебя понимать.

Восемь укрылась от перестрелки и сделала, как сказано.

– Надо уходить. – Хаксли махнул рукой в сторону все увеличивающегося отряда роботов. – Есть идеи?

Восемь заговорила в кодировщик:

– Там есть техническая шахта. Давайте в нее!

Она махнула рукой в сторону люка, которому мешал закрыться искореженный корпус авторитона.

Восемь забралась в туннель первой и помогла Ровендеру – тот поддерживал ослабевшего Надео. Затем внутрь влез Хейли, а за ним Зиа.

– О нет, – выдохнула она, втискиваясь в люк. – Хаксли, ты-то не пролезешь. Придется что-то другое придумывать. – И она полезла обратно.

– Считаешь, я слишком большой? Чепуха! – засмеялся Хаксли, поглаживая себя по животу. – Старик Хаксли запихает эту красоту в любую щель, куда пролезет его головушка. – И он играючи затолкал Зию обратно в шахту. – Ползи давай!

Хаксли всунул голову в шахту и, извиваясь, втиснул туда все свое крупное тело, а дальше двигался по ней, как гигантская змея, ползком.

– Вперед!

Зиа услышала, как захлопнулся люк, и в шахте стало темно.

– Они же вычислят, где мы, – двигаясь на четвереньках, крикнула она тем, кто был впереди. – Куда нам дальше?

– Мы сейчас под землей, под мэрией, – ответила Восемь. – А нам надо на первый уровень.

– Исключено, – возразила Зиа. – Они только этого и ждут.

– А эти шахты – они есть везде? – поинтересовался Хейли.

– Более ли менее, – ответила Зиа. – Это пневматические трубы, по ним передвигаются робослужащие, которые отвечают за функционирование здания. А что?

– Западный ангар тоже под землей, – сказал Хейли.

– Ангар? – переспросила Восемь. – Хочешь попасть в судовой ангар? Я на него наткнулась, пока тебя разыскивала, Девять. – Свет в шахте на мгновение включился, шумно просвистела струя воздуха, и по соседней трубе пролетел робослужащий.

– Ты туда «Бижу» пригнал? – уточнила Зиа.

– Ага.

Зиа боялась спрашивать, но это был их единственный шанс…

– Сможешь вывезти нас отсюда?

– Если доберемся до корабля, то да. – Пилот обернулся через плечо на переполненную беглецами трубу. Теперь, снова в грязи и копоти, он больше походил на прежнего себя. – Зиа, я вытащу тебя и твоих друзей отсюда. Обещаю.

Ровендер нарочито громко фыркнул.

– И лучше тебе это обещание сдержать, – процедила Зиа.

– Сдержу, – ответил Хейли. – Даю слово.

Не отводя пристального взгляда от пилота, Зиа крикнула старшей сестре:

– Восемь, веди!

Следуя за сестрой по лабиринту пневмотруб, Зиа изо всех сил старалась сдерживать панику. «Кадм в любой момент может послать целую армию авторитонов, и они нас просто смоют из этих переходов. Где нам всем спрятаться? Что он с нами сделает?»

– Хейли, как там Надео, держится? – шепотом спросила она. Послышалось приглушенное бормотание – Хейли переговаривался с Ровендером.

– Ровендер говорит, он сдюжит, – ответил в итоге пилот. – Но я не уверен. Крепко ему досталось.

– И тебе могло, – огрызнулась Зиа.

– Зиа, честно: я понятия не имел, что Кадм творит такие ужасы. – Он обернулся через плечо и посмотрел на нее. – Мне надо было послушать Вандеда. Когда я тебя привез, он предупредил, что от Кадма лучше держаться подальше.

– Он тебя предупреждал? – Зиа подползла поближе и стукнула Хейли по бедру.

– Ай! Ты чего?

– Ты все это знал и все равно сдал меня и Рови?

Из шахты донесся голос Ровендера:

– Зиа, не сейчас. Неподходящее время и место. Наша задача – выбраться, на ней и фокусируйся.

Зиа занесла кулак, приготовившись отвесить еще один тычок Хейли – чтоб знал! Но тот остановил ее:

– Простите меня оба.

– Ну, если вытащишь нас из этой передряги, то я подумаю о прощении.

– Договорились, – откликнулся он. – Я просто хочу улететь туда, где есть зелень. Лучше рискнуть, чем медленно подыхать в пустыне.

– Про какую это зелень вы толкуете, беечка? – спросил вдруг Хаксли.

– Ну знаешь, – ответила Зиа, – про ту зеленую область, где Блуждающий лес… и Солас.

– А, вы про Зону Прорастания, куда сбросили генератор витавируса[6], – понимающе протянул Хаксли.

– Генератор чего?

– Витавируса. А как, ты думаешь, король Охо сумел снова заставить дышать эти голые камни? Не использовал ведь он волшебный рог однорога. Уж это я тебе гарантирую, – хихикнул Хаксли.

– Так это все выросло из-за работы генератора? – Заинтригованная Зиа даже замедлила ход.

– Ну да, – ответил Хаксли. – Старина-король приводит на орбиту Орбоны свой большой корабль, набитый нами, колонистами, и сбрасывает на поверхность генератор. Потом говорит: надо, мол, подождать… Сколько мы ждали, синий, не помнишь?

– Около четырех трилюстралисов, – послышался голос Ровендера.

– Ага, ну вот. Четыре трилюстралиса, чтобы эта старая развалина заработала, – добавил Хаксли со смешком. – Но она таки заработала, и вот мы здесь. Правда, никто и не догадывался, что на этой планете остались и местные, которые оказались как-то не сильно рады нашему появлению.

– Мне очень жаль, – сказала Зиа. – Я не такая, как Кадм и его люди.

– Сам вижу, беечка. Можешь не объяснять.

– Дошли! – разнесся по шахте шепот Зии Восемь. – Я специально заклинила дверь, на всякий случай.

Она показала на оторванную голову робослужащего, блокирующую люк. Вблизи люка проходило несколько пересекающихся пневмотруб, так что все смогли расположиться вокруг и заглянуть в просторный подземный ангар.

– Это здесь, – тихо проговорил Хейли. – «Бижу» где-то в той стороне.

Он махнул рукой в сторону идеально ровных рядов громадных блестящих воздушных судов. Вокруг флотилии в бешеном темпе суетились роботы и люди. Во все стороны летели искры: закругленные артиллерийские кабины приваривались к корпусам гигантскими сварочными аппаратами. Грузовые отсеки наполнялись ящиками с боеприпасами и амуницией.

Огромные – высотой почти с корабли – роботы из орудийного металла входили в ангар на массивных ногах с зубчатыми суставами. Горящие шары-глаза и обращенные острием вниз решетки радиаторов придавали их головам вид оскалившихся черепов. Какой-то человек-техник распределял роботов по судам. Приблизившись к своему кораблю, они втягивали ноги в корпус и вкатывались по трапу внутрь.

– Восемь, это же те самые роботы, которых мы видели на заводе, – изумилась Зиа.

– А это огромные роскошные транспортники, – вставил Хейли. – Елы-палы, до чего же они крутые. Вы только гляньте на размеры этих двигателей!

– Однако обычно на них нет оружия, – заметила Восемь.

– Так сейчас их явно к бою готовят, – мрачно ответил Хаксли.

Ровендер буркнул:

– Неприятно даже смотреть.

– Я же говорила тебе, Девять, – сказала Зиа Восемь. – Кадму нельзя верить. Он посадил всех на энергопаек, чтобы создать эту робоармию.

Зиа вспомнила видение из «Машины прорицаний». Потом подумала о древних руинах в пустыне. Интересно, что же случилось с Землей?

«Одной общине – цвести, другой – погибать» – так было в пророчестве Арии.

– Кадм собирается вторгнуться в Солас, – поняла Зиа.

Мысль казалась чудовищной, невообразимой, и все же другого объяснения попросту не существовало. Все молча наблюдали, как люди и роботы готовят воздушный флот к предстоящей войне.

– Хейли, как думаешь, можно добраться до «Бижу»? – спросила Зиа.

– Я-то, наверное, проберусь, – ответил пилот. – А вот как мы проведем через этот ангар отряд пришельцев, чтобы на нас не набросилась вся армия Кадма?

– Придумаем что-нибудь, – сказала Зиа.

– Допустим, все мы на борту. Ты сможешь отсюда вылететь? – уточнил Ровендер.

– Если ворота ангара открыты – да. Я могу пролететь по самому узкому каньону без единой царапины, – с гордой улыбкой уверил всех Хейли.

– А как насчет палящих по тебе орудий? – продолжил Ровендер. – О нашем побеге небось всех предупредили, нас будут ждать.

– Рови прав, – присоединилась Зиа. Она спряталась глубже в шахту: трое техников прошли мимо и начали грузить ящики на плоскую вилку видавшего виды желтого погрузчика.

– Мне кажется, ни одно из этих судов не готово взлететь, – ответил Хейли. – Если доберемся до «Бижу», я всех нас отсюда вытащу.

– А что же те запчасти, которые так сильно были тебе нужны? – спросила Зиа.

– Надеюсь, «Бижу» починили, – сказал Хейли. – В конце концов, они вряд ли ожидали, что я за ним вернусь.

– Ладно. – Зиа зарядила звуковое ружье и нацелила его на троих техников. – Думаю, на корабль проберемся.

– Подожди. Слишком мощный заряд, – сказал Хаксли и повернул ручку на аккумуляторе. – Чтоб их уложить, тебе хватит небольшого тихого выстрела.

Хейли оттащил третьего вырубленного техника к люку, и остальные втянули его в трубу.

– Быстрее! – прошептала Зиа, глядя, как Хейли снимает медицинский халат и натягивает бурый рабочий комбинезон и кепку. Переодевшись, он подбежал к обеим Зиям, уже облаченным в униформу.

– Мы с Восемь опустошим эти ящики, – сказала Зиа, нажимая кнопку «Открыть» на металлическом контейнере. Крышка откинулась вверх. Внутри было полно обойм с ШОК-дротиками, только намного большего размера, чем те, которые использовали авторитоны. – Хейли, сможешь управлять этим погрузчиком?

– Да, наверное, должно быть несложно.

Пилот влез в помятую кабину робота-погрузчика и уселся в простое кресло перед панелью управления, которая была расположена на стойке, установленной на круглом основании погрузчика. Из основания также торчало несколько механических рук и вилок, чтобы поднимать, тянуть и грузить. Погрузчик дернулся вперед, а потом бесконтрольно завертелся на месте, едва не опрокинув высокую башню из ящиков.

– Хейли!

Зиа как раз закончила вынимать груз.

– Прости, прости, – крикнул сверху мальчик. – Я понял, в чем дело. Теперь будет нормально.

– Да уж надеюсь, – ответила Зиа. – Восемь, помоги Надео влезть сюда.

В считаные мгновения Ровендер и Хаксли тоже вылезли из шахты и упаковались в пустые ящики. Руками погрузчика Хейли сложил все три ящика на вилку и развернул машину к центру ангара.

– Цепляйтесь сзади, – выкрикнул он Зии из кабины, указывая на скобы, приваренные к корпусу машины. – Он знает, где «Бижу», сам нас туда привезет.

Зиа и ее сестра влезли на скобы, и погрузчик влился в поток спешащего туда и сюда транспорта на открытом пространстве ангара. Пока они ехали по проходам, Зиа глазела на колоссального размера боевые корабли. Их огромные силуэты закрывали верхний свет. Блестящие бока были украшены злыми глазами и оскаленными зубами, и вблизи это выглядело еще более угрожающе. «У Соласа ни малейшего шанса выстоять против такого», – подумала девочка.

– Эй! – позвал сверху Хейли. Зиа подняла глаза и увидела, что он тычет рукой в дальний конец ангара.

Там ее взгляду предстала целая флотилия тесно стоящих грузовых кораблей, таких же по размеру, как «Бижу». Робот-погрузчик вез их как раз туда, миновав по дороге группу людей и роботов, окруживших самого Кадма Прайда. Зиа поспешно отвернулась, пряча лицо.

В последнем ряду грузового флота виднелся знакомый обшарпанный корпус «Бижу». При их приближении судно издало звуковой сигнал и спустило трап. Хейли перевел погрузчик в ручной режим и осторожно сгрузил ящики с пришельцами. Зиа обернулась на Кадма и его свиту.

– Девять? Все в порядке? – Зиа Восемь втащила один ящик на трап, который тут же пришел в движение и, словно конвейерная лента, затянул ящик в грузовой отсек.

– Угу, просто хочу кое-что проверить…

Зиа заглянула в просвет между припаркованными кораблями и отыскала взглядом странное собрание у открытых дверей ангара. Людей и роботов, кажется, отпустили – те расходились кто куда. И теперь она ясно видела Кадма, стоящего спиной к высокой пирамиде из ящиков и беседующего с парящим в воздухе существом.

С инопланетянином.

Это был единственный инопланетянин – не заключенный и не подопытный, – которого Зиа встретила в Новой Аттике.

– Я сейчас вернусь!

И девочка просочилась между тесно стоявшими кораблями поближе к Кадму и пришельцу, который выглядел совершенно как Ария или Дзин.

Зиа обошла их по дуге и подкралась к ящикам за спиной Кадма. Она кивнула проходящему мимо работнику и будто бы по делу открыла один из ящиков. С другой стороны пирамиды до нее доносился голос Кадма.

– …даже если мы не найдем ее, я уверен в том, что видел, главный советник, – говорил он пришельцу.

«Главный советник?»

– Круг внутри круга? – уточнил тот. Его голос звучал как два голоса, одновременно произносящих одни и те же слова.

– Да, – подтвердил Кадм. – Впечатано в кожу, будто родимое пятно.

– А записи омнипода?

– Показывают, что она пересекла зеленую зону на пути в Солас. То, что вы ищете, я полагаю, есть в видеонарезке из Лакуса.

Зиа заглянула в щелочку между ящиками и увидела, что Кадм держит в руках ее омнипод. Появилось видеоизображение Лакуса – то, что она успела поснимать утром, прежде чем ее поймал Бестиил. Из динамиков омнипода звучал знакомый голос: «Человеческое дитя. Зиа Девятая. Девять Зий. Дитя человека».

– Вот оно! – воскликнул советник, замахав короткими толстыми ручками. – Наша первая остановка – Лакус. Начнем оттуда.

«Лакус? – подумала Зиа. – Что им нужно в Лакусе?»

– Эй, кто приказал тебе открыть груз? – Внезапно возникший рядом техник смотрел прямо на Зию. – Они же запечатаны и готовы к погрузке. – Он подходил все ближе, и было очевидно, что его насторожил слишком маленький рост «коллеги». – Я с тобой разговариваю. А ну назовись.

– Шииса!

Зиа вскочила на башню из ящиков. С другой стороны нарисовался главный советник. Зиа вскрикнула, осознав, что советник на самом деле вовсе не похож на Арию и Дзина. Существо, уставившееся на девочку двумя парами глазок-щелок, напоминало гнилой фрукт. К ней потянулось больше дюжины лапок, словно щупальца актинии, настигающие жертву.

– Это она! – воскликнул главный советник, хотя рот его не шевельнулся.

– Ловите ее, БЫСТРО! – заорал Кадм. – Она нужна мне живой!

Зиа вскарабкалась на самую верхушку башни. Второпях она случайно задела ногой кнопку на одном из ящиков – и крышка открылась: он был доверху наполнен боеприпасами. Трое находившихся поблизости авторитонов подкатились к месту происшествия и прицелились. Девочка с невероятным усилием спихнула открытый ящик вниз, он рухнул на одного из роботов, и целая туча огромных ШОК-дротиков разлетелась во все стороны.

Снизу в беглянку тоже полетели дротики. Зиа перепрыгнула на соседнюю башню и тут услышала все возрастающий по высоте вой двигателей воздушного судна. Девочка нисколько не сомневалась, за кем отправляется этот корабль.

– Маленькое создание, твое прошлое послужит моему будущему. И ты будешь принадлежать мне, – произнесли два голоса прямо позади нее.

Зиа перескакивала с одной башни на другую, то и дело оглядываясь на главного советника, неотступно преследовавшего ее. Полы его черного заношенного плаща трепыхались в воздухе, как крылья какой-то зловещей птицы. Еще несколько мгновений, и он догонит девочку.

Вой двигателей взлетевшего корабля достиг оглушительного уровня – судно приближалось. Выхлоп из его труб сбил преследователя с курса. Зиа взобралась на самый высокий ящик и осмотрелась.

Идти было некуда.

Внизу кишмя кишели авторитоны, они уже окружили баррикаду из ящиков. Советник очухался и снова направился к ней. В брюхе корабля открылся люк, у трапа наготове стояли еще десятки боевых роботов.

– Зиа Девять, ты окружена, – прогремел сквозь усилитель голос пилота, перекрыв даже рев моторов. – Немедленно сдайся или…

Но внезапно другой воздушный корабль врезался в борт первого, так что тот завалился на бок и опрокинулся на соседнее судно. Потрепанный «Бижу» рванулся к Зии, и от его металлического пуза отрикошетила туча выпущенных дротиков. На опустившемся трапе стоял Ровендер Китт и протягивал руку.

– Прыгай! – кричал он.

Зиа изо всех сил прыгнула и жестко ударилась о трап, так что из нее весь воздух вышибло.

– Поехали! Поехали! – заорал Ровендер.

Судно поразительно лихо рвануло вперед, и забравшуюся было внутрь Зию снова отбросило на самый край трапа. Она болталась в воздухе, крепко вцепившись в кромку. Авторитоны открыли по ней пальбу ШОК-дротиками со всех сторон сразу. Ровендер лег плашмя на трап и схватил девочку за руку. Он подтянул ее и втащил внутрь «Бижу», как раз когда кораблик промчался сквозь закрывающиеся ворота ангара.

Яркий солнечный свет ударил в ветровое стекло рубки – корабль прошел сквозь облачную завесу.

– Ровендер, она цела? – спросил Хейли, повернув голову от панели управления, над которой висела диагностическая схема «Бижу». Судно вошло в плотный слой облачности.

Зиа подскочила к пилоту и врезала ему в плечо со всей силы.

– Аррх! Какого черта? Чего ты опять дерешься? – Хейли прокрутился в кресле, остановившись лицом к ней, и поднял руки для защиты.

– Это за то, что продал нас за запчасти. Я могла там умереть, придурок! Мы все могли там умереть! – выплюнула Зиа. – Почему ты не сказал нам правду?

– Я уже извинился. – Хейли взялся за штур-вал – корабль вошел в зону турбулентности. – Так-то они ведь и мне чуть не вскрыли черепушку. Я понятия не имел, чем они занимаются. Вы, ребята, хотели в город. Я вас отвез. Вот и все дела.

– И оставил меня там, одну! Я-то думала, мы друзья.

– Друзья? – Хейли включил автопилот и развернулся к девочке. – И что я, по-твоему, должен был делать? Держать тебя за ручку и провести по всей Новой Аттике?

Зиа сжала кулак и приготовилась к новому удару.

– Все в порядке, Зиа. Ты теперь в безопасности, – остановил ее Ровендер и приобнял за плечи. – Мы все в безопасности.

– Послушай, я просто хотел помочь Вандеду и его друзьям. Они моя семья. Я ради них на все готов. Мне хотелось изменить свою жизнь, а Кадм сказал, что может посодействовать, – мягко объяснял пилот. – Все произошло так быстро, я ничего не успел обдумать толком. Особенно то, как это скажется на тебе или Ровендере… Я вообще не предполагал такого.

Зиа расслабила руку и стояла молча. Если уж начистоту, она понимала, что двигало Хейли. При этом сама так стремилась в человеческий город, что предпочла не замечать подозрительного поведения мальчишки и пренебрегла предостережениями Вандеда: «Не позволяй им полностью перепрошить свою думалку».

– Девять, мне жаль, что тебе пришлось узнать правду таким жутким способом, но если бы ты не оказалась в городе, я бы не нашла тебя, – вступила Зиа Восемь и погладила девочку по волосам.

– Да, и кто бы тогда вызволил старину Хаксли? Не этот ведь синий. Он, как и я, угодил в бутылку, – добавил Хаксли, улыбаясь.

– Вы… правы, – согласилась наконец Зиа, продолжая сверлить Хейли ярко-зелеными глазами.

– Ну теперь-то, Зиа, между нами все нормально? Только скажите, куда вам, ребята, надо, и я вас туда доставлю, – выдохнул Хейли.

– Нужно срочно лететь в Солас и предупредить королеву, – сказал Хаксли.

– Нет, – возразила Зиа. – Летим в Лакус. Они собираются напасть сначала на него.

– На Лакус? – опешил Ровендер. – Зачем?

– По каким-то причинам им нужна Ария, прорицательница, – ответила Зиа. – С Кадмом сотрудничает некто похожий на нее и Дзина.

Зиа задумалась, способна ли Ария предвидеть собственное будущее. Дзин сказал, что его сестра умерла. Неужели на Орбоне есть еще кто-то их вида?

– А где этот Лакус? И что мы сделаем, когда доберемся туда? – спросила Восемь.

– Хостия… Фишиан… Зузи… – прошептал Ровендер.

– Это маленькая рыбацкая колония, – пояснил Хаксли. – У них там никакого оружия, маленькая беечка. Нам бы лучше отправиться в Солас и предоставить королеве разбираться со всем этим.

– Нет. Сначала в Лакус, – настаивала Зиа. – Нужно предупредить альционов и Арию.

– Лады, в Лакус так в Лакус, – согласился Хейли. – Только скажите мне кто-нибудь, где это.

– Держи курс на большое озеро к востоку от зеленой зоны, герой, – сказал Хаксли. – Оттуда я проведу тебя.

– Я все никак не возьму в толк, зачем Кадму встречаться с прорицательницей, прежде чем напасть на Солас, – говорил Ровендер, помогая Надео устроиться на койке в каюте.

– Может, хочет разузнать свое будущее? Увериться, что победит? – предположила Зиа и передала бутылку с водой своей сестре, сидящей рядом с ней на койке напротив.

– Но зачем это все? Что сделали его народу «новоприбывшие»? – недоумевал Ровендер. – Ты посмотри, что он творит с нами. Что он творит со своим собственным видом.

– Я не знаю зачем, Рови. – Зиа обхватила руками голову. – Но даже его «Машина прорицаний» показала мне картину…

– Человеческого города на берегу большого озера, – закончила за нее Зиа Восемь. – Все жители Новой Аттики знакомы с этим «видением» с малых лет. Так Кадм готовит их к тому, чтобы люди, когда придет время, поддержали его действия. Жители города абсолютно свыклись с его идеей и сами не догадываются об этом.

– Но это просто город рядом с озером, – встрял Хаксли. – Он ведь может быть где угодно. Мы, разведчики Службы луч-навигации, наткнулись на довольно много прекрасных озер, пока исследовали разные земли. И немало их выглядят весьма похоже на озеро Конкорс.

– Нет. – Зиа подняла взгляд на Хаксли. – Это был Солас. Я знаю это озеро… а дворец королевы Охо виднелся на дне.

– Ну, он точно не против расширить свое маленькое королевство, заполучив много воды и плодородных земель. Пустыня, где он застрял, явно его ограничивает, – сказала Восемь.

– Согласен, – ответил Ровендер. – Даже не знаю, как племя Хейли выживало так долго за пределами города.

Зиа припомнила слова Кадма: «Мне больно видеть, что мой народ, мои дети, вынуждены обитать в этом тесном пространстве и не могут насладиться великолепием нашей планеты. Но скоро я все это исправлю».

– Так вот оно что! – Зиа выпрямилась: пазл сложился. – Хаксли, ты сказал, существует машина, которая создала зеленую зону.

– Все верно, генератор витавируса, – кивнул Хаксли.

– Если Кадм сможет наложить на него лапы…

– Он будет контролировать природные ресурсы, – закончил за Зию Ровендер.

– Ну, в Соласе он его не найдет, это я вам точно говорю! – Хаксли поднялся во весь свой рост. – И с чего бы это королевушке отдавать генератор Кадму?

– Она и не отдаст, – сказала Зиа. – Он сам заберет.

– И поработит нас, – прошептал Надео.

– Нас тоже, – добавила Восемь.

Некоторое время все хранили молчание. Зиа вслушивалась в поверхностное дыхание Надео на койке напротив. «Как Кадм мог сотворить такое? – Она посмотрела на изможденного сирулианца. – Кадм, создавший Технологию, которая привела меня в этот мир, не может быть тем же Кадмом, который сейчас заправляет всем этим. Меняются ли люди в старости? Поменяюсь ли я, когда стану старше? Не хотелось бы». Чем больше Зиа думала об этом, тем больше запутывалась. Голова шла кругом.

– Мне надо еще воды.

Она прошла на камбуз и принялась набирать воду в бутылку. Дверь рубки открылась, и в кухню вошел Хейли.

– Зиа… – начал он.

– Не надо, – оборвала она его. – Единственная причина, по которой ты вообще здесь, – это твое умение управлять кораблем.

– Я понимаю, ты очень расстроена, но… в общем… Трудно объяснить, – огорченно вздохнул Хейли. – Ты когда-нибудь ощущала себя в ловушке? Типа когда очень хочется сбежать из своего мира, но нельзя, как ни старайся.

Зиа фыркнула:

– Попробуй поживи в подземном бункере двенадцать лет. Я только об этом и думала.

В кухне появился Ровендер:

– Я за водой для Надео.

– Подожди, Рови… Ровендер, – остановил его Хейли, вытаскивая что-то из кармана. – У меня есть для вас подарки, ребята. – И он протянул сирулианцу выкрашенный в синий значок с носа корабля, а Зии – нераскрашенный силуэт человека. – Я хотел стать эвакуатором, как отец. Но вы оба не просто значки, и я знаю, что мой отец никогда не оставил бы своих пассажиров в опасном месте.

Ровендер передал свой значок Зии и взял у нее из рук бутылку. Без единого слова он вернулся в каюту.

– Я тебе доверяла, – сказала Зиа, глядя Хейли прямо в глаза. – И больше никогда не смогу тебе доверять. – Она положила оба значка на стол.

Похоже было, что слова Зии ранили Хейли намного больше, чем ее удары.

– Справедливо, – еле слышно произнес он и вернулся в рубку.

Зиа попыталась уснуть на своей койке, но мозг не мог успокоиться и все проигрывал события последних двух дней. Ей не давала покоя мысль о том, чем может закончиться война людей и пришельцев.

Внезапно судно резко накренилось, и все покатились на одну сторону каюты.

– Что это было? – с тревогой спросила Зиа.

Откуда-то из глубины «Бижу» послышалось глухое гудение, и корабль круто развернулся под острым углом. Раздался резкий свистящий звук, и что-то замолотило по крыше рубки. Панель управления дверями разлетелась, рассыпав вокруг кучу искр, так что все бросились прятаться.

– Нас обстреливают? – спросил Хаксли, высунув голову из-под койки.

– Зиа! Ровендер! Сюда! – затрещал голос Хейли в интеркоме. – У нас проблемы.

Те пробрались в кабину. Зиа уцепилась за дверной проем, когда корабль тряхнуло и закачало. Темное зловещее облако закрыло лобовое стекло, словно вдруг наступила ночь.

– Шторм? – спросила Восемь.

– Нет, – ответил Хейли. – Хуже.

Из облака на кабину посыпался град пуль.

– Держитесь! – крикнул Хейли и резко направил «Бижу» вниз. Желудок Зии подпрыгнул прямо к горлу, серый ландшафт внизу приближался к ним с огромной скоростью. Хейли выровнял корабль и тут же круто наклонил его на правый борт.

– Смотрите! – Восемь показывала куда-то наверх.

Темное облако оказалось вовсе не грозовым, это был чудовищных размеров воздушный корабль. Боевой корабль.

– Кадм, – прошептала Зиа.

– Ага, – откликнулся Хейли. – Я думал, никакой корабль в ангаре не способен нас догнать, но, похоже, несколько уже явно на ходу.

– Несколько? – спросил Хаксли удивленно.

– Угу. – Хейли махнул рукой на экран радара: крупные точки, пульсируя, приближались к «Бижу». Пули продолжали сыпаться в корпус суденышка, лобовое стекло треснуло.

– Плохо дело, – сказал пилот.

Зиа чувствовала себя оцепеневшей. Застывшей. Совсем бесполезной. Девочка смотрела сквозь иллюминатор корабля, которым не могла управлять, на приближающихся преследователей. Вступая в противостояние с Бестиилом, она хотя бы была на земле.

– Ты можешь уйти от них? – спросила Зиа.

– Пытаюсь!

Хейли сжал челюсти и направил «Бижу» прямо в облака под невозможным углом.

– Они нагоняют! – воскликнула Восемь, сжимая спинку кресла пилота.

– Это же компактный транспортник. – Хейли перевернул судно, увиливая от обстрела. – Он не приспособлен для таких гонок.

– Надо приземляться! – Зиа с трудом держалась на ногах, борясь с силой притяжения.

– Летим над Северными Пустынными землями, насколько я могу судить, – сказал Хаксли, цепляясь за стены кабины; судно сильно кренилось. – Если приземлимся тут, нам уж точно придется высиживать вертиплавников.

Сильный грохот раздался с борта «Бижу», на приборной панели запищала сигнализация. Корабль начал бешено и совершенно бесконтрольно вращаться, так что пассажиры попадали на пол кабины. Он вращался все быстрее, в голове у Зии помутилось. Рука старшей сестры сжала ее ладонь.

«Вот и все, – подумала девочка. – Сейчас мы врежемся, и я умру. Я умру. Матр».

Корабль вышел из штопора и ударился оземь, затем рванул в сторону над песчаной равниной и снова взмыл в воздух. Зиа протерла лицо, но влажные трясущиеся руки не справились с задачей. К горлу подступила тошнота, готовая в любую минуту перейти в рвоту.

– Они забили пеной бортовые двигатели ближе к хвосту, – сообщил Хейли.

– Вы потеряли тридцать процентов маневренности, – спокойным тоном сообщила панель управления.

– Можем ли мы как-то прочистить ускорители? – поинтересовался Хаксли.

– В воздухе – нет, – ответил Хейли, подняв глаза. На них снова надвигалась тень военного корабля. – Они пытаются заставить нас приземлиться. Держитесь за что-нибудь!

«Бижу» метнулся в сторону от текущего курса и вынырнул у самого борта гигантского корабля. Пули барабанили по всему корпусу, пока Хейли выжимал из суденышка максимум его возможностей. И снова он резко направил корабль вверх, в облака.

Зиа увидела, как в борту военного корабля открывается большой боковой люк.

– Это еще что? – Она указала на три конуса, поднимающихся из люка.

– Не знаю, – ответил Хейли, яростно нажимая на какие-то рычажки и кнопки. – Ракеты какие-то.

– Я бы предположил, что это устройства наведения, которые отслеживают объекты по тепловым показателям, – мрачно проговорил Хаксли. – Все, игры кончились.

– Они снесут нам двигатели, – добавил Хейли.

– Только если я им не помешаю. – Хаксли решительно подскочил к лесенке, ведущий в грузовой отсек. – Пойдем, беечка, поможешь мне.

– А что мы делаем? – спросила Зиа, спускаясь за ним.

Хаксли отстегнул крепления дорсеанского глайдера, затем без труда поднял аппарат и поставил на трап.

– Давай открывай. И побыстрее! – Хаксли запрыгнул в глайдер и завел двигатели.

– Что ты собираешься делать? – спросила Зиа с нарастающим чувством тревоги.

– Увести эти ракеты от корабля, вот что.

– Нет!

– Ах, да ты не волнуйся за старину Хаксли, – улыбнулся он ей. – Я выбирался из переделок похуже этой.

– Их ракеты уже на старте! – закричал Хейли через интерком. – Не знаю, что вы там делаете, но делайте это поживее.

– Открывай! – приказал Хаксли.

Зиа активировала трап. Она чуть не оглохла, когда через люк внутрь корабля ворвался воздух. Снизу к ним приближались три огненные звезды.

– Вот интересно, – сказал Хаксли, – велит ли старушка-королева сочинить песнь о моей храбрости? Как думаешь?

Зиа не знала, что ответить. Она подбежала к инопланетянину и крепко обняла его.

– Не меняйся, – с улыбкой сказал тот и вырвался из «Бижу» навстречу ракетам.

Подлетев поближе, он развернул глайдер и метнулся вниз. Ракеты тут же скорректировали свой курс и ринулись за миртианином.

Пока закрывался трап, Зиа успела увидеть, как глайдер несется прямо к военному кораблю.

Прямо к его двигателям.

Когда боевое судно взорвалось, она вытерла слезы рукавом.

«Прощай, Хаксли».

Синяя рука легла на плечо Зии.

– Идем, – тихонько позвал Ровендер. – Нам надо уходить.

Поднявшись в рубку, Зиа обнаружила, что они снова летят в облаках. Хейли нажал на несколько кнопок и протянул девочке руку:

– Лады. Пойдем!

– А где все? – спросила Зиа, влезая в рубку. Снизу прилетел еще залп, и туча пуль ударила по корпусу.

Хейли провел Зию и Ровендера в самый дальний конец жилого отсека, где была открыта до сих пор не видная дверь. Внутри спасательной капсулы уже теснились Зиа Восемь и Надео. Ровендер влез внутрь и устроился рядом.

– Залезай! Скорее! – Хейли подтолкнул Зию внутрь. – Там воды на неделю и питания на месяц.

Зиа уселась и пристегнулась. Стало ясно, что в крошечную спаскапсулу больше никто не влезет.

– Стой! – сказала она. – Хейли, а ты где будешь сидеть?

«Бижу» затрясся, завыла сигнализация в рубке.

Хейли стоял на палубе своего корабля и набирал код на консоли. Внутри спаскапсулы раздался голос, ведущий отсчет.

– Хейли, залезай! – закричала Зиа. – Что ты делаешь?

– Это тебе подарок на день рождения, – выдавил он с натянутой улыбкой.

Люк задвинулся, и спасательная капсула стремительно отделилась от «Бижу».

Зиа Девять прижалась к маленькому люку и смотрела, как приближается земля.

Высоко над ними «Бижу», дымящийся с обоих бортов, появился из облачной завесы и полетел в противоположном направлении. За ним в погоню пустились два огромных боевых корабля.

На спаскапсуле включились маленькие посадочные двигатели, замедлив ее ход перед приземлением.

– Поверить не могу, что он это сделал, – прошептала Восемь.

Зиа смотрела, как «Бижу» и его пилот исчезают за горизонтом.

– И все-таки я никогда не смогу тебе доверять, Хейли Тернер, – сказала она.

– Думаю, с этого момента уже можно, – отозвался Ровендер.

В облаке пыли спаскапсула приземлилась на песчаную равнину.

Конец части II

Зиа Девять выбила ногой люк спасательной капсулы. Она первой выбралась на пыльную поверхность и помогла вылезти всем остальным.

– Ты в порядке? – спросил ее Ровендер, поддерживая Надео.

Зиа уставилась в мутное небо. Там, где еще недавно был «Бижу», теперь клубился дым, а следы от выхлопных газов рассекали низкие облака.

– Ага, – произнесла она наконец, – нормально.

– Хорошо. Надо поторопиться, – ответил Ровендер. Зиа слышала хриплое дыхание Надео, крепко цеплявшегося за своего собрата. Двое сирулианцев заковыляли прочь от спаскапсулы. – Мы на открытой местности, Зиа Девять, и ты знаешь, чем это грозит, – бросил Ровендер через плечо.

– Песчаные снайперы, – кивнула Зиа, вытаскивая мешок с припасами.

– Песчаные снайпы? Это что такое? – спросила Восемь, прихватывая аптечку.

– Поверь, они тебе не понравятся, – ответила Зиа. – Так что чем быстрее мы уберемся отсюда, тем лучше.

Девочка сгребла рассыпавшиеся по полу спаскапсулы припасы и засунула их в сумку.

– И ни одного омнипода. Просто прекрасно! – воскликнула Восемь.

– Не понадобится, – сказала Зиа, закидывая сумку за плечи и пристегивая ее. – Все, пойдемте.

– Подожди, Девять, – остановила ее старшая сестра и показала на мигающую лампочку на панели управления спасательного аппарата. – Может, нам все-таки остаться здесь? Вдруг Хейли вернется за нами.

– Не вернется, – сказала Зиа и зашагала прочь. – Мы теперь сами по себе.

– Вон там есть укрытие, – крикнул Ровендер, вместе с Надео уже отошедший довольно далеко. На другом конце обширной равнины виднелось небольшое скопление блуждающих деревьев.

Зиа радовалась, что снова стоит на твердой земле, а над ней раскинулись настоящие, а не искусственные небеса. Она сидела с закрытыми глазами и скрещенными ногами, прислонившись спиной к стволу блуждающего дерева, и глубоко вдыхала прохладный воздух с запахом почвы. Новая Аттика и Кадм казались отсюда невообразимо далекими.

– Вот запасная спецтуника, если надо. – Зиа Восемь бросила сестре одежду. – У тебя в комбезе, кажется, нет климаткани, так недолго и замерзнуть.

Зиа переоделась. Это было очень приятное ощущение – вновь почувствовать привычное прикосновение спецтуники. Девочка отключила все датчики жизненных показателей, обратив внимание на радужную полоску над нагрудным карманом.

– В моей старой тунике такого не было. Это для чего? – спросила она сестру.

– Дотронься.

Зиа прикоснулась к полоске, и туника из привычного бежевого окрасилась в синевато-зеленый.

– О, цвет меняется! Как у моей эмоодежды.

– Принцип действия немного иной, – сказала Восемь (ее туника была глубокого синего цвета). – Это термоцветная климаткань. Если верить этикетке, цвет материала меняется, чтобы максимально эффективно использовать наружную температуру.

– Улет, – сказала Зиа, наблюдая, как ее рукава делаются оливковыми.

– Здорово, а? – улыбнулась Восемь и снова принялась разбирать вещи, принесенные из спасательной капсулы. Ровендер присел рядом на корточки и присоединился к старшей Зии. И тут через всю равнину до них долетел низкий животный клич.

– Оиих! Смотрите! – Ровендер поднял руку вверх.

В небе проплывала стая гигантских воздушных китов, каждого из которых поддерживали огромные воздушные мешки. Киты хором издали певучий зов, огласивший весь послеполуденный небосвод.

– Ух ты, – выдохнула Восемь и придвинулась ближе к Зии. – Они ведь нас не съедят?

Ровендер рассмеялся:

– Нет, Зиа Восемь. Не съедят.

– Они вроде ножеджеками питаются, да, Рови? – спросила Зиа.

– Да, – ответил Ровендер. – Среди прочего. Я видел, как они пасутся вокруг спороферм неподалеку от Соласа.

– Плывут на юг, – подал слабый голос Надео. – На нерест.

Зиа взяла тюбик скороцелита и подошла к обессилевшему сирулианцу. Он лежал в чашеобразном листе бродячего дерева, как в колыбели. Девочка смазала его болячки и раны, затем вытащила из кучи вещей покрывало и укутала его. Он ухватился за ее руку.

– Видишь, как они кучкуются, вся стая? – Он кивнул в сторону китов, которые плавно летели на большой высоте, мерно взмахивая множеством воздушных плавников.

Зиа кивнула.

– Они предпочитают держаться вместе. Так они в большей безопасности. Так они сильнее.

– Я понимаю, – сказала Зиа и погладила Надео. – Мы отвезем тебя в твою деревню, чтобы и ты мог снова стать сильным.

– Мое время здесь почти истекло, Зиа. Вскоре я стану един с Орбоной.

– Мы найдем способ вылечить тебя. – Зиа видела, как под впалыми щеками сирулианца пульсируют темные кровеносные сосуды. А потом вдруг поняла: это не вены – это провода.

– Все так, как есть, – ответил Надео и закашлялся. – Меня вызволило из беды существо того же вида, из-за которого я попал в беду. Я постигаю новое даже в самом конце пути. – Слабая улыбка появилась на его бледном лице, он закрыл глаза.

– Пусть он поспит, – сказал Ровендер. – Очень уж крепко ему досталось.

– Что мы можем сделать? – спросила Зиа.

Ровендер отвел ее за ствол дерева, подальше от ушей Надео.

– По тому, как он выглядит, я бы предположил, что осталась всего пара дней до того, как дух его расстанется с телом.

Зиа ничего не сказала. Она не была близко знакома с Надео, но видеть, как он умирает, ей не хотелось. Ей вообще не хотелось видеть, как еще кто-то умирает.

Ровендер устремил взгляд на горизонт:

– Судя по всему, мы где-то в Северных Пустынных землях.

– Да, – подтвердила Зиа. – Хакс… Хаксли так и сказал.

Она пыталась прогнать из головы воспоминание о храбром Хаксли, направившем глайдер прямо на эти ракеты, но ничего не выходило.

– В таком случае, – начал Ровендер, взбираясь на нижнюю ветку дерева, – мы где-то недалеко от окраины Блуждающего леса… и, возможно… – Он забирался все выше и выше.

– Что? Что такое? – Зиа полезла за ним.

Они оба очутились на верхней толстой ветке. Оттуда Зиа увидела простирающуюся перед ней пустошь, сильно отличавшуюся от бескрайних песков, что окружали древние руины. Валуны и булыжники усыпали всю пыльную равнину внизу. А далеко-далеко на горизонте виднелись округлые монолиты, создававшие подобие каменного леса.

Ровендер указал на скопления каменных глыб:

– Я узнаю эти стоячие камни. Деревня моего клана, Фаунас, в четырех-пяти днях пешего пути по другую сторону от них. Нужно выходить немедленно.

– Но Надео не сдюжит такую дорогу. Ты же сам сказал, что он не… проживет так долго. – Зиа ощутила, как сжимается климаткань от налетевшего холодного бриза.

– Попробуем соорудить какие-то носилки, чтобы он мог отдыхать. Понесем его по очереди. Но двигаться надо днем и ночью.

Ровендер начал спускаться. Под порывами усиливающегося ветра поскрипывали ветви.

– Должен быть какой-то другой способ, – вслух размышляла Зиа, сползая вслед за ним. Они подошли к Восемь, которая как раз закончила разбирать припасы.

– Что ж, наш мальчик Хейли оказался прав, Девять, – сообщила Восемь. – У нас тут небольшой запас гидротаблеток, два набора для гидратации и целый контейнер питательных капсул. Впрочем, выглядит все довольно лежалым.

– А не нашлось еще чего-нибудь, чем можно помочь Надео? – спросила Зиа.

– Ничего такого, что могло бы отменить вред, причиненный Кадмом, – ответила Восемь, нахмурившись. – Хотела бы я cвязать Кадма и засунуть провода ему в мозг.

– Ровендер говорит, их деревня недалеко отсюда, – сказал Зиа. – Нужно отнести Надео домой.

– Хороший план, Девять, но я не уверена, что он выдержит, – засомневалась Восемь.

Ровендер осмотрел рассортированные кучки вещей.

– А нет тут какого-нибудь материала для носилок? Это помогло бы его нести.

– Как насчет рабочих комбинезонов, которые мы стащили? – предложила Восемь. – Но понадобится что-то вроде жердей.

– Хм, да, что-то вроде пары крепких палок, – задумался Ровендер, оглядывая окрестности. Зиа и так знала, что ничего подобного рядом не было. – Плохо, – констатировал ее синий друг. – Там, в городе, они забрали все мои вещи, у меня теперь даже посоха нет, – произнес он с явно нарастающим огорчением.

– А что, если срезать несколько веток с этих деревьев? – спросила Восемь. – Они, конечно, толстоваты, но, может, нам удастся их располовинить.

Зиа подняла глаза на крону огромного дерева. Ветки качались и скрипели на ветру, словно исполняли медленный танец. Она вспомнила, как первый раз прокатилась на бродячем дереве – оно тогда унесло ее далеко-далеко от Убежища.

– Есть идея, – сказала она.

– Как отломать ветки? – уточнила Восемь.

– Нет.

Зиа принялась закидывать их пожитки в чаши листьев блуждающего дерева.

– Что ты делаешь? – не поняла Восемь.

– Зиа Девять? – Ровендер подошел поближе.

– Просто помогите мне все собрать и забирайтесь тоже, – только и ответила она.

Затем девочка положила раскрытые ладони на ствол дерева. Она закрыла глаза и утопила пальцы в глубоких складках коры. «Среди нас есть умирающий, тот, чей дух готовится покинуть этот мир, – отправила она мысленное послание дереву. – Он хочет оказаться со своими. Со своим лесом. Ты можешь нас отнести?»

Она открыла глаза и посмотрела наверх. Самые верхние ветки плясали на ветру, издавая высокие скрипучие звуки, чем-то напомнившие Зии песню китов.

– И?.. – Ровендер взобрался на свою ветку.

– Что ты делаешь? – недоумевала озадаченная Восемь, все еще стоявшая на земле.

Корни дерева начали выползать из-под толстого основания ствола. Один за другим они цеплялись за песок и камни, и дерево начало понемногу сдвигаться.

– Забирайтесь! – велела Зиа и сама влезла на ветку.

Глаза у Зии Восемь полезли на лоб, когда блуждающее дерево потихоньку зашагало вперед. С помощью Ровендера она подтянулась и влезла на нижний сук.

– Молодец, Зиа Девять. Умница! – сказал Ровендер.

– Как? Как ты это сделала? – спросила Восемь.

Зиа улыбнулась:

– Я попросила. Вежливо.

Свет вечерней зари окрасил окружающий пейзаж в фиолетовые тона. Блуждающее дерево несло путников к каменным монолитам. Путешествие было настолько мирным, что обе сестры смогли прилечь в чашах-листьях и поспать, пока Ровендер стоял на страже на верхней ветке. Он-то и разбудил Зию негромким голосом:

– Зиа Девять, вставай. Остановка.

Зиа поднялась и протерла глаза. Солнце село, и температура воздуха резко упала. Девочка уже чувствовала, как приближающаяся ночь протягивает к ее щекам ледяные пальцы.

– Где мы? – спросила она.

– Пересекли равнину, на которой приземлились, и сейчас стоим перед входом в долину Стоячих камней. Но боюсь, дерево дальше не пойдет.

Зиа посмотрела в закатное небо. Их окружали сотни безмолвных яйцеобразных каменных глыб. Их верхушки, возвышавшиеся над бродячим деревом, поросли толстым слоем мха. Зиа протянула руку к ближайшему валуну и потрогала влажные висячие пучки, а потом слезла с дерева на засыпанную гравием поверхность.

– Активирую световолокна, – сказала туника. Манжеты и швы ярко засветились. Удивленная и обрадованная новой опцией Зиа остановилась, чтобы подправить настройки освещения.

Корни дерева впились в землю возле ближайшего монолита. Присмотревшись к этому странному явлению, Зиа обнаружила, что они протянулись к маленькой лужице у подножия камня. «Тебе нужен перерыв, да? – Она погладила ствол. – Спасибо, что отнесло нас сюда».

– Оно просто отдыхает и пьет, – крикнула она наверх Ровендеру.

– Кто отдыхает и пьет? – выглянула из-за кромки чаши-листа Зиа Восемь.

– Наше дерево, – ответил Ровендер, съезжая по стволу вниз мимо старшей сестры Зии.

– Ах да. Ходячее дерево. Ну конечно. – Восемь улеглась снова и натянула на себя одеяло.

– Я бы тоже не отказался от глотка ушкебы, – пробормотал Ровендер и спрыгнул вниз, чтобы проверить, как там Надео (тот лежал на одном из нижних листьев). – Оно пойдет дальше?

– Думаю, да, – сказала Зиа, оглядывая окрестности. – Хотя я не знаю, насколько у него «пересохло в горле». Возможно, мы задержимся тут на какое-то время.

– И похоже, ему будет сложновато пробраться через все эти камни впереди, – заметил Ровендер.

Зиа помогла ему лучше подоткнуть одеяло вокруг спящего Надео.

– Залезем наверх и посмотрим, нет ли какого прохода пошире, – предложила она.

Они вместе взобрались на верхнюю ветку, где Ровендер стоял на часах. Долговязый пришелец взял маленький фонарик из кучи вещей и прицепил его к куртке.

– Интересно… – проговорил он, пристально изучая ближайший валун. – Интересно, можно ли здесь раздобыть какой-нибудь еды.

– Давай посмотрим.

Зиа подошла к краю площадки из листьев и дотянулась до свисавших со скалы толстых пучков мха. Подтягиваясь на руках, она влезла по ним до самой верхушки. Ровендер быстро последовал за девочкой. Он оторвал немного мха и принюхался.

– Здесь частенько бывают вертиплавники, – заключил он. – Возможно, нам удастся поймать одного.

– А фрукты или овощи? – Зиа проверяла заросшую поверхность камня. Из мха торчали кучками какие-то длинные трубки с хохолками на концах.

– Ничего съедобного. – Ровендер присмотрелся к трубчатой поросли. – Зато здесь, похоже, обитают еще какие-то животные.

Зиа потрогала один из хохолков, и тот быстро спрятался в трубку. Соседний ухнул, и все остальные тут же скрылись в своих полых домиках.

– Так ты уже бывал в этой долине? – спросила девочка.

– Однажды в молодости, – ответил Ровендер. – Другие жители моей деревни исследовали ее гораздо лучше.

– А на что она похожа? Твоя деревня?

– Поселение моего племени напоминает этот людской город, – сказал Ровендер, продолжая искать что-то среди растений. – Скажи, Зиа, он оказался таким, как ты себе представляла?

– Не знаю. – Она засунула палец в одну из трубок растения. – Кое-что там мне в самом деле понравилось.

– Что, например?

– Ну, красивые здания и красивые люди, на них было приятно смотреть. А еще там был птичник с живыми птицами из прошлого. Ты бы оценил… – Зиа тут же вспомнила, почему Ровендер не увидел птичника. Ее передернуло. – Но, несмотря на это все, было чувство, что там… что-то неправильно. – (Ровендер замер и посмотрел на нее.) – Конечно, тогда я еще не знала про Кадма, – поспешно добавила она. – Все горожане выглядели такими довольными, такими счастливыми, но я чувствовала… Я чувствовала… – Непросто оказалось признать, что Ровендер был прав с самого начала; слова подбирались с трудом. – Я чувствовала, что не вписываюсь. И дело было не в том, Рови, что я как-то по-другому выглядела. Когда я сменила одежду, это ощущение никуда не делось. Дело было в том, как именно я думаю. Ну, то есть я думаю про весь мир, а не только про то, что происходит в Новой Аттике… Не знаю.

Ровендер приобнял ее одной рукой:

– Зато я знаю, Зиа. Правда знаю. Некоторым вещам мы учимся только через опыт. Только так и можно по-настоящему жить. Тебе очень важно было попасть в деревню твоего народа, чтобы понять их и себя. Я тоже должен был пройти через все сам.

В тени трубчатых растений что-то зашуршало.

– Что это?

Зиа просто указала рукой в том направлении, но свет от ее манжета автоматически упал туда же и высветил нечто маленькое, парящее низко над мхом. В свете луча виднелось что-то вроде перевернутого засушенного бутона с висящими увядшими лепестками. Верхушка этого бутона открылась, и оттуда высунулась парочка когтистых лапок и голова. Мордочку украшали две оперенные антенны и крошечные бусинки глаз, ярко поблескивающие в ночи. Малютка пискнул и подплыл ближе к Зии.

– Это просто дрейфозан, или дрейфик, – сказал Ровендер. – Их не едят. Они на вкус как эвканика, это такие ягоды, – и дрейфики в основном ими и питаются.

– О, он такой милый! – Зиа присела на корточки рядом с дрейфозаном. – А можно его взять с собой?

– Думаю, Зиа, тебе не захочется. Они…

– Ой! – Девочка потерла щеку, и на пальцах осталась липкая мякоть абрикосового оттенка. – Что-то пульнуло мне в лицо, и запах отвратительный. Ф-фу!

– Эвканика, – сказал Ровендер. – Дрейфики очень трепетно относятся к своей территории и весьма метко стреляют. – Он кинулся к существу и бешено замахал на того руками. Дрейфозан пискнул и скрылся в тени. – Одиночку легко спугнуть. Будем надеяться, что здесь их не целая колония.

Над горизонтом прогремел гром. Всполохи, напоминающие вспышки молний, засверкали в небе, как яркие электрические вены, прикрытые облаками.

– Гроза? – Зиа смотрела наверх.

– С виду гроза, – ответил Ровендер. – Но я не чую ни дождя, ни шумного дыхания ветра. – Он всмотрелся в небо. – Возможно, это какая-то иная гроза.

– Эй, вы, двое, – позвала их со сторожевой площадки на дереве Восемь. Она помахала рукой, оставляя в воздухе следы от светящихся рукавов. – Нашли что-нибудь?

– Наблюдаем за грозой, – откликнулась Зиа и показала в сторону вспышек. Восемь перевела взгляд туда. Где-то вдалеке, в той стороне, откуда они пришли, с неба упала яркая звезда. – Вы видели?

– Да-да-да, вижу! – воскликнул Ровендер.

Звезда замедлилась и исчезла где-то на горизонте.

– Что это такое? – спросила Восемь. – Может, Хейли?

– Думаешь, он полетел бы за нами? – Зиа прищурилась.

«Неужели он выжил среди всех этих боевых кораблей?»

– Не думаю, что это Хейли Тернер, – проворчал Ровендер. – Есть у меня стойкое ощущение, что это Кадм. Выключите ваш свет, быстро!

Он и Зиа стремительно перебрались обратно на бродячее дерево к Зии Восемь. Все трое завернулись в одеяла и уставились на горизонт, наблюдая открывшуюся перед ними сцену. Прошло немного времени, и их дерево, вдоволь напившись, заковыляло дальше в ночном сумраке.

Ночь все еще пряталась в густом тумане, но первый свет начал понемногу проникать в долину Стоячих камней. Где-то вдалеке раздавались крики вертиплавников.

– Ну вот, приехали, – сказал Ровендер и спрыгнул с нижних ветвей бродячего дерева. – Отсюда пойдем пешком. До края леса меньше двух дней пути. А там еще день до Фаунаса.

– Погоди-ка наносек, – прошептала Зиа, подходя к нему с сумкой припасов. – Вчера ты говорил, что у Надео, скорее всего, только пара дней в запасе.

– Знаю, Зиа, – вполголоса ответил ее товарищ. – Но что еще в наших силах? Его духу решать, останется ли он с нами какое-то время или покинет тело.

– Что ж. – Зиа вытащила бутылку с водой. – Тогда давайте двигаться.

– Да, думаю, это наилучшее решение, – согласился Ровендер, и они вместе с девочкой отправились к Надео, все еще лежавшему в листе.

Зиа влила немного воды из бутылки в рот Надео. Сирулианец чуть улыбнулся и дотронулся до ее руки.

– Премного благодарен, – просипел он.

– Держись там, – сказала Зиа. – Скоро мы доставим тебя домой.

Надео поманил девочку поближе и прошептал:

– Зиа, ты должна кое-что знать. Мой клан не позволит Ровендеру войти в деревню, несмотря на мое состояние.

– Не позволит?

– Нет, – продолжил он. – Тебе придется переубедить их, потому что для них и для него это все нелегко. Понимаешь?

Зиа кивнула, хотя толком ничего не поняла.

– Как он? – спросила Восемь, зевая. Она слезла с дерева и, все еще завернутая в покрывало, подошла к сестре.

– Оиих! – Ровендер повертел головой, глядя то на одну, то на другую. – Поразительно, как вы похожи.

Восемь улыбнулась и сжала в объятиях Зию Девять.

– Мы же сестры, рожденные в одном доме. Наконец-то воссоединившаяся семья, верно, Девять?

Зиа неловко обняла сестру в ответ, не отводя глаз от своего синего друга.

– Надео, как ты себя чувствуешь? – Ровендер взял безвольную руку собрата в свою.

– Пока он вроде нормально, – ответила Зиа. Она отстранилась от Восемь и подошла к сирулианцам.

Надео заговорил еле слышно:

– Жду, когда увижу наш клан, Ровендер. Нашу семью. До того, как распрощаюсь со всеми.

– Я делаю все возможное, чтобы быстрее доставить тебя туда, брат мой, – ответил Ровендер. Потом он обратился к обеим Зиям: – Утром, проснувшись, я обнаружил неподалеку останки воздушного кита. Надеюсь подобрать подходящие кости и смастерить носилки для Надео.

– Звучит как план, – отозвалась Восемь. – Я подожду здесь, с Надео. Надеюсь, дерево никуда не убредет.

– Нет, – уверила ее Зиа, поглаживая чешуйчатую кору. – Думаю, какое-то время оно побудет на это месте.

– Прекрасно, – заключил Ровендер. – Зиа, пойдем со мной? Если что-то отыщется, поможешь принести.

– Может, и завтрак какой-нибудь поймаем, – бодро сказала Зиа. – Умираю с голоду.

– Что? Ты разве не закинулась капсулами утром? – спросила Восемь.

– Я бы эти капсулы приберег на крайний случай, – вставил Ровендер.

Зиа улыбнулась:

– Ага. Что это за завтрак, если ты не слопал жареного вертиплавника.

– Жареного… вертиплавника? – Восемь даже побледнела от одной только мысли. И Зию это почему-то ужасно развеселило.

Гравий и камни скрипели под кедботами Зии, шагающей рядом с Ровендером через плоскую равнину в дымке утреннего света.

– Скелет недалеко, в ту сторону, – говорил сирулианец. – Быстро дойдем.

– Не волнуйся. Думаю, Зиа Восемь позаботится о Надео, пока нас нет в лагере.

Зиа наслаждалась тем, что осталась наедине с Ровендером, хотя никак не могла взять в толк, почему ей легче с инопланетянином, чем с тем, кто с ней одной крови.

– Скажи мне, – начал Ровендер, шагая дальше и дальше, – вот ты воссоединилась с сестрой, о которой ничего прежде не знала, – такой дар от Матр. Тебя что, это не радует?

Зиа пожала плечами.

– Не тянет на ответ, – заметил Ровендер. – Что-то же ты чувствуешь?

– Это как-то странно… Она странная. – Зиа сковыривала лак с ногтей. – Мы как будто знаем друг друга и в то же время вроде бы не очень.

– На все нужно время, Зиа. На это тоже, – ответил Ровендер.

– Ага, типа как было с Хейли?

Ровендер усмехнулся с некоторой горечью.

– Да, как с пилотом Хейли Тернером – тем, кому я доверился и кто меня обманул; тем, кого я хотел убить, а ты спасла; и тем, кто в итоге спас всех нас.

– И что это доказывает? – Зиа пнула эвканику, валявшуюся на дороге. – Твой метод понимания кого-либо слишком долгий.

– Но что он позволяет увидеть?

Зиа закатила глаза: ну не существует оправдания для Хейли.

– Что люди ужасно непонятные.

– Непонятные – не то слово, – поправил ее Ровендер. – Сложные.

Зиа громко вздохнула.

– Как бы то ни было, Зиа, помни: надо доверять тому, что ты сама чувствуешь. Слушать, что говорит тебе сердце.

– Прямо сейчас я не знаю, что чувствую. Особенно насчет сестры.

– В ней очень много ненависти к Кадму, что вполне можно понять. Однако боюсь, это замутняет ее дух, – заметил Ровендер.

– Ага, – согласилась Зиа. – И она ничего не знает о жизни здесь, на Орбоне. Мне кажется, Восемь вряд ли умеет разговаривать с деревьями и всякое такое, что удается мне.

Какофония птичьих криков встретила двоих путешественников. Выбеленные солнцем кости давно умершего воздушного кита вздымались над плоской поверхностью равнины. Чудовищных размеров череп таращился на Зию своими пустыми глазницами. Останки гиганта напомнили ей ржавеющий разобранный корабль в ангаре Хейли.

Ровендер поднял с земли тонкую белесую кость вдвое длиннее его самого.

– Плавниковый луч кита. Эти лучи довольно крепкие. – Сирулианец счистил с кости грязь и налипший мусор. – Надо отыскать еще парочку таких, и можем заняться завтраком. – Плавниковый луч перешел в руки Зии – он оказался очень легким, несмотря на размер. Сужающаяся к одному концу форма придавала ему вид длинного белого копья.

Они подошли к исполинскому китовому черепу. Такому, что Зиа могла свободно пройти сквозь огромные зияющие глазницы. Разыскивая плавниковые лучи, Зиа и Ровендер вспугнули тучи вертиплавников.

– Одни кости остались, – констатировала Зиа. Она припомнила подвешенный экземпляр кита в Королевском музее Соласа.

– Да, разобрали его дочиста. Возможно, эти самые вертиплавники, – сказал Ровендер и перевернул пористую пластинку китового панциря, и трое довольно больших мимикрирующих под камень насекомых разбежались в стороны.

Зиа уставилась на ребра кита: доставившее их сюда бродячее дерево запросто могло бы пройти через его грудную клетку, не задев костей.

– Оиих! Что это у нас здесь? – Ровендер поднял из груды мусора причудливой формы кость и отряхнул ее от пыли.

Зиа догадалась, что это череп.

– Детеныш кита?

– Нет. – Ровендер поглаживал свой заросший подбородок. – Напоминает череп миртианина. Такого, как наш друг Хаксли.

Холодная дрожь пробежала у Зии по спине.

– И этого сожрал воздушный кит?

– Нет, нет, нет, – сказал Ровендер, положил череп и принялся рыться в мусоре дальше.

– Тогда как он умер? – Взгляд Зии устремился в сторону открытой равнины: она как будто ожидала, что сейчас откуда-то выпрыгнет охотник-дорсеанец.

– Старость, болезнь. А может, на него напали. Только его дух знает это наверняка. – Ровендер отодвинул ногой еще несколько костей. – А, вот что нам нужно!

Перед ними был целый плавник со всеми лучами. Присев на корточки, Ровендер начал их перебирать.

– А его дух правда знает? – Зиа подняла миртианский череп и внимательно его разглядывала. Даже без плоти и кожи он, казалось, улыбался – совсем как Хаксли.

– В каком смысле? – не понял Ровендер. Он сгибал один из лучей, проверяя его на прочность. Кость не выдержала и переломилась пополам. Ровендер отбросил обломки в сторону и взял следующий.

– В смысле, если его дух правда знает, как умер этот миртианин, но его здесь больше нет, то где он вообще?

– А! – Ровендер указал плавниковым лучом на колоссальный череп. – Его дух, как и дух вот этого кита, покинул тело, но продолжает существовать.

– Продолжает? Как продолжает? Куда направится мой дух, когда я умру? – Зиа взяла кость из рук Ровендера.

– Однажды ты узнаешь ответ, Зиа. – Ровендер собрал еще несколько длинных лучей и выпрямился, готовый уходить. – Но полагаю, этот день наступит не скоро.

– А Надео?.. Он скоро узнает? – Зиа шла обратно сквозь кости скелета вслед за своим синим другом.

– Да, – ответил Ровендер. – Его путь подходит к концу. Уже сейчас он готовится к новому странствию.

Зиа не помнила, чтобы ей доводилось много обсуждать эту тему, пока она росла с Матр. Поговорив с Ровендером о близкой смерти Надео, она почувствовала, что боль от ухода Матр стала слабее.

– То есть смерть – это странствие? Дорога в какое-то другое место? – спросила девочка. – На какую-то другую планету?

– Многие раздумывали над этим вопросом, – ответил Ровендер. – У сирулианцев есть старинное присловье: когда твоя дорога здесь подходит к концу, прокладывай свой путь через воспоминания тех, кто по-прежнему с нами.

Зиа шагала за своим синим другом к черепу кита. «Будет ли Матр ждать меня в этом другом странствии?» На ум пришли слова Ровендера, сказанные во время проводов робота: «Теперь она живет в тебе».

Гомон пролетевшей мимо стайки вертиплавников вырвал Зию из потока мыслей почти у самого черепа.

– Они напуганы, – заметила девочка, оглядываясь вокруг в поисках источника опасности.

Ровендер согласно кивнул:

– Да, что-то не так.

Из-за ребер кита высунулись дрейфозаны и начали обстреливать птиц эвканикой. Стая взлетела и ринулась на открытое пространство над равниной, уворачиваясь от «пуль», сделала круг и полетела обратно к скелету. Но из-за костей и камней вылезали все новые дрейфики с запасом вонючих ягод. Вертиплавники опять зашли на вираж и полетели над равниной, спасаясь от нападения, однако несколько птиц упало на землю, беспомощно хлопая крыльями-плавниками, покрытыми липким месивом.

– Хватаем одного! – Зиа кинулась к ним и взяла одну из птиц за лапы. – Смоем потом эту вонючую жижу.

– Нет, Зиа. Ты… – Ровендер замолк на полуслове – его отбросил в сторону большой песчаный снайпер, поднявшийся из песка позади.

Чудовище тут же проворно пересекло открытое пространство, подобравшись к Зии и упавшим на землю птицам.

«Пожалуйста, не тронь меня. Пожалуйста, не тронь. Пожалуйста», – мысленно взмолилась девочка.

Снайпер сожрал всех птиц, покрытых ягодной жижей, и переключил внимание на Зию, в руках у которой все еще трепыхался поднятый с земли вертиплавник. Она бросила птицу и начала пятиться маленькими шажками. Снайпер громко защелкал, антенны его протянулись к Зии и зашевелились. В приглушенном облаками свете Зиа видела его биолюминесцентные отметины, переливающиеся всеми цветами радуги.

«Я не хотела отбирать у тебя еду, – думала она, обращаясь к чудовищу. – Прости».

С быстротой молнии снайпер схватил птицу и сожрал ее на глазах у Зии. Девочка неподвижно стояла перед ним, отчаянно пытаясь сдержать тошноту, вызванную зрелищем заживо проглоченного существа. В считаные секунды снайпер закончил трапезу и отрыгнул липкий ком слюны в свою пасть со жвалами, усеянными острыми зубцами. Он повернулся в сторону скелета и выплюнул шарик на землю.

Из невидимых щелей и полостей повылезала целая тьма дрейфозанов, которые набросились на отрыжку чудовища. Когда пир закончился, на земле остались только косточки вертиплавника.

«Отвратительно», – не удержалась Зиа от мысли, когда до нее долетел тошнотворный запах эвканики. Снайпер вновь обратил внимание на девочку и громко зацокал. Колония дрейфозанов окружила чудовище.

Ровендер выбрался из груды костей и встал на ноги.

– Зиа! – позвал он.

Дрейфозаны развернулись и начали обстреливать его эвканикой. Прикрывая лицо руками, он пробрался к черепу кита и укрылся в нем. Снайпер направился следом.

– Нет!

Зиа промчалась сквозь тучу дрейфозанов и мимо снайпера, который пытался вскрыть толстые кости черепа своими мощными клешнями. Глубоко в черепной коробке она нашла Ровендера.

– Рови! Ты цел?

– Да, – ответил тот. – Растерялся немного. Что происходит?

Зиа сквозь судорожные вдохи попыталась объяснить:

– Дрейфики… направляют снайпера… своими ягодами. Думаю, он идет на их запах.

– А с дрейфиками поговорить ты не можешь? – Ровендер стирал с рук дурно пахнущую массу и сбрасывал ее на землю. – Скажи, что мы не хотим причинять им вреда.

Зиа сосредоточилась. Несколько дрейфозанов уже пролезли в глазницы, что-то пища и показывая на нее.

«Еда».

Мысль едва заметным касанием пронеслась по краю сознания девочки – словно ветер принес далекую птичью песню.

«Пожалуйста, дайте нам уйти. Обещаю, мы не возьмем вашей пищи».

В китовых глазницах толпилось все больше дрейфозанов.

«Еда. Еда. Еда».

«Я отдала снайперу его пищу и сожалею, что покушалась на нее».

Дрейфозаны начали собираться вокруг Зии. Их мысли теперь звучали могучим хором.

«Еда. Еда. Еда. Еда. Еда. Еда. Еда».

В глазницу просунулась одна из клешней песчаного снайпера. Массивные зазубренные хваталки еще немного и дотянулись бы до Зии и Ровендера.

«Еда. Еда. Еда. Еда. Еда. Еда. Еда. Еда. Еда. Еда. Еда. Еда. Еда. Еда».

«Прошу вас!»

Зиа обхватила голову ладонями: рев мыслей дрейфозанов, звучавший у нее в мозгу, оглушал.

На Зию и Ровендера обрушился целый ливень эвканики. Зиа бешено замахала руками и ногами, отбиваясь от нападавших. Внутри глазницы скопилось так много маленьких существ, что на месте павших товарищей тут же появлялись новые.

В гуще битвы Зиа вдруг услышала голос, раздавшийся снаружи.

Ее звал знакомый голос! Мысленная связь с дрейфиками прервалась.

Зиа Восемь.

Зиа Девять рванула сквозь стаю дрейфозанов, увернулась от снайпера и вылезла из глазницы, покрытой липкой эвканикой.

Девочка кинула быстрый взгляд на равнину: с той стороны, откуда они пришли, к ней бежала старшая сестра. Зиа кинулась наперерез:

– Нет! Там песчаный снайпер! Уходи! Слишком опасно!

А потом она увидела нечто, от чего застыла на месте.

За Зией Восемь гнался один из боевых роботов Кадма – ошибиться было невозможно. Машина замедлила свои угловатые движения и выпустила обойму ШОК-дротиков в Восемь. Та простонала что-то неразборчивое, ноги ее подкосились, и она рухнула лицом в гравий. Зиа бросилась к ней и увидела, что спина сестры утыкана десятками дротиков. Электрические разряды прыгали от одного дротика к другому, заставляя Восемь биться в конвульсиях.

– Все будет хорошо, я вытащу тебя.

Зиа старалась сохранять спокойствие и трясущимися руками сосредоточенно вытаскивала иглы из тела сестры.

«Я даже не знаю, где сейчас Рови, – думала девочка. – Да еще эти дрейфозаны – как нападут или они, или песчаный снайпер». Черная тень накрыла девочку. Зиа подняла глаза. Над ними нависла фигура огромного, по форме похожего на череп, боевого робота.

Робот пальнул из какого-то орудия – шар густой ярко-оранжевой пены вылетел из дула и прижал руку Зии к земле. Она попробовала вывернуться, но пена немедленно начала твердеть и тяжелеть.

Робот твердым голосом произнес:

– Выпуск пены для краткосрочного обездвиживания. Пожалуйста, не шевелитесь, пока не закончится идентификация.

Красный лазер прошелся по телу девочки. Она вытащила из спины сестры один из здоровенных дротиков и с его помощью разорвала рукав туники там, где пены не было. Климаткань разошлась, и девочка сумела выдернуть руку. Вскочив на ноги, Зиа бросилась прочь, уводя робота от Восемь.

На бегу Зиа слышала свист выпущенной в нее тучи дротиков. Она мчалась к скелету кита. Слышно было, как гудит мотор робота, преследующего ее на быстрых ногах-ходулях. «Мне от него не убежать», – подумала девочка и обернулась.

Внезапно Зиа споткнулась и упала; и на нее снова наползла тень механического солдата. Тут девочка увидела, что запнулась о нескольких дрейфозанов. Хор их голосов вновь зазвучал в ее голове: существа принялись окружать девочку, обстреливая ее вонючей эвканикой.

«Еда. Еда. Еда».

– Пожалуйста, не двигайся, – приказал робот. – Зиа Девять, изменница Новой Аттики и шпионка инопланетных рас, тебе предстоит вернуться со мной в Новую Аттику для немедленной обработки и перепрограммирования.

Зиа встала лицом к машине. Дуло электроружья робота следовало за каждым ее движением.

– Ты не можешь избежать задержания. Или следуй со мной добровольно, или будешь обездвижена, как твоя сестра Зиа Восемь, – продолжал солдат. Зиа расстегивала спецтунику. – Принимай решение прямо сейчас, – сказал робот.

– О, я уже приняла, – ответила Зиа и запустила в боевого робота отяжелевшую от мякоти ягод одежду. Туника распласталась по металлическому корпусу, измазав всю машину липкими шариками эвканиковой кашицы. Сбитый с толку робот беспорядочно палил во все стороны, пока Зиа неслась к скелету воздушного кита. Дюжины дрейфозанов завопили, попав под шквал ШОК-дротиков. Зиа чувствовала, как в ее икры и бедра вонзаются жгучие иглы, затем последовал электрический разряд. Мышцы свело острым спазмом, и девочка упала на гравий лицом вниз, полностью обездвиженная.

Лежа на земле, Зиа наблюдала, как несчастные дрейфозаны, попавшие под обстрел, дергаются от электрических разрядов. В считаные мгновения вся колония бросилась под ноги роботу и облепила его кашицей эвканики.

Мимо Зии на своих многочисленных ногах промчался песчаный снайпер. Девочка не могла пошевелиться и только следила слезящимися глазами за ракоподобным богомолом. Чудовище наступало на боевого робота, яростно и быстро щелкая и шевеля всеми своими жвалами и конечностями.

– Реакция на угрозу, – прошептал Ровендер, присев на корточки возле Зии и вытаскивая дротики из ее тела.

Робот тем временем обратился к песчаному снайперу:

– Неопределяемый атакующий, немедленно отступите. Я буду вынужден обездвижить вас, если вы не подчинитесь.

«Этот чужак хочет отобрать твою еду, – мысленно сказала Зиа снайперу. – Он стащит всю твою пищу и убьет тех, кто помогает тебе добывать пропитание».

Быстрее, чем могли уследить ее глаза, песчаный снайпер нанес удар, и одна нога робота сломалась. Боевая машина обрушилась на землю, дротики полетели во все стороны, но их поток просто отскакивал от жесткого панциря чудовища. Гигантское чудовище ухватилось клешнями за туловище робота и смяло его.

Пока песчаный снайпер и дрейфозаны расправлялись с боевой машиной, Ровендер взвалил Зию Девять на плечо и поспешил к Зии Восемь.

Дротиков в ногах у Зии больше не было, но боль по-прежнему не отпускала.

– Гр-р-р! – прорычала девочка сквозь стиснутые зубы. – Больно!

– Я знаю, Зиа, что тебе больно. Но нам надо уйти отсюда как можно быстрее, пока снайпер не потерял интереса к мертвой машине. – Ровендер опустил на землю девочку и плавниковые лучи, которые нес в другой руке. Он начал вытаскивать дротики из безжизненного тела Восемь и предложил: – Попробуй использовать кости в качестве костылей.

– А они не сломаются? – Зиа взялась за белесые лучи.

– Пусть тебя не смущает их малая толщина. Они достаточно крепкие.

Опираясь на плавниковые лучи, Зиа встала. Мышцы правой ноги все еще не отпустила судорога, но в левой боль поутихла, хотя нога по-прежнему не слушалась – будто спала. Девочка сделала несколько неуклюжих прыжков на левой ноге, используя кости как подпорки.

Ровендер стянул с себя перемазанную липкой ягодной кашей куртку, смял комком и зашвырнул подальше – в противоположную от их лагеря сторону. Потом сирулианец поднял бесчувственную Зию Восемь на руки и позвал:

– Пойдем. У нас мало времени.

Блуждающее дерево уже ушло, оставив спящего Надео одного в тени стоячего камня. Раны на ногах Зии еще саднили, но к мышцам вернулась чувствительность. Девочка помогла Ровендеру уложить пришедшую в себя Восемь на одеяло рядом с Надео. Ровендер бросил Зии сумку с припасами и тяжело опустился на землю, явно без сил. Она вручила ему бутылку с водой и принялась рыться в медикаментах.

– Скороцелит, ура! – обрадовалась девочка и вытащила тюбик с мазью. – Как жалко, что пришлось выбросить спецтунику, она бы все сделала сама.

– Ты, вообще, в порядке? – спросил Ровендер, все еще тяжело дыша.

– Угу, – ответила Зиа. – Нога болит немного, но это ничего, жить буду.

– Ну, тебе, во всяком случае, повезло больше, чем тому миртианину, которого мы там нашли, – заметил Ровендер, потягивая воду. – Теперь-то мы знаем, что с ним случилось.

– А еще теперь мы знаем, что за корабль видели вчера. – Зиа стянула кедботы и лосины, заляпанные уже засохшей ягодной мякотью. В воздухе стоял тяжелый запах эвканики. – Как думаешь, поблизости есть еще роботы?

– Не знаю, – ответил Ровендер.

– Поверить не могу, что он послал за нами такую штуковину, – сказала Зиа, втирая мазь в ранки от дротиков.

– А я могу. – Ровендер подполз к лужице, окружавшей камень, и наполнил бутылку. – Полагаю, он планировал неожиданно напасть на Лакус и Солас…

– И не хочет, чтобы мы их предупредили, – закончила его мысль Зиа.

– Кадм. – Зиа Восемь внезапно села. – Будь он проклят вместе со всей своей армией, – процедила она. – Надо поставить в известность твоих друзей, чтобы они были готовы, – обратилась она к Ровендеру.

– Согласен, Зиа Восемь. Но не знаю, как это устроить, – сказал Ровендер. – До Лакуса и Соласа много дней пути. Не думаю, что мы успеем вовремя, особенно учитывая наши обстоятельства.

– А что, если шаттл? – вдруг встрепенулся Надео.

Ровендер фыркнул, не отрываясь от бутылки и продолжая прихлебывать воду.

– Шаттл? – Зиа передала сестре скороцелит. – Какой шаттл? О чем он говорит?

– У нас в деревне есть небольшой корабль, – объяснил Надео. – Изначально он использовался для дипломатических визитов нашего вождя Антиква к королеве Охо.

– Как думаешь, ваш вождь одолжит нам этот корабль? – Зиа вопросительно смотрела на Ровендера.

– Нет. – Ровендер встал на ноги и принялся ходить взад-вперед. – Этому не бывать. И ты прекрасно знаешь, Надео, что я прав.

– Но это вопрос жизни и смерти многих наших братских кланов, Ровендер. Ради этого Антикв, разумеется, отбросит прошлые…

– Не отбросит! – вскричал Ровендер и вытер с лица капельки вылетевшей слюны тыльной стороной ладони. – Не отбросит.

Зиа большими от изумления глазами смотрела на этот внезапный приступ ярости. Она кинула взгляд на сестру, и та еле слышно проговорила:

– Прекрасно, что не я одна ненавижу вождя своего народа.

– Проблема не в вожде. – Ровендер взял плавниковые лучи и рабочий комбинезон. – Антикв – хороший лидер, ему все доверяют. Это меня недолюбливают.

– Я понимаю, о чем ты, – ответила Восемь.

Зиа Девять подошла к Ровендеру, который раскладывал на земле кости. Теперь, когда он выкинул куртку, на нем осталась лишь незатейливая набедренная повязка, державшаяся на разлохмаченной волокнистой веревке. Без своего широкого одеяния ее синий друг стал казаться маленьким. И одиноким. Зиа присела рядом с ним и присоединилась к сооружению носилок.

– Не знаю, как ты, – сказала Зиа Восемь, шагая между громадных валунов, – но лично я считаю, что природа в этих местах не менее страшная, чем войско Кадма.

– Ну да, живность вокруг может быть опасна, – ответила ее младшая сестра, – но вместе с тем и прекрасна.

Они шагали за Ровендером, который тянул Надео на своеобразных волокушах – импровизированные носилки одним краем тащились по земле. Несущие оси конструкции оставляли в песке две неглубокие колеи, по которым и следовала Зиа. Раньше она наверняка вообразила бы, что это такая волшебная тропа, проложенная специально для нее, но теперь становилось все труднее цепляться за сказочные детские грезы.

– Рови, а ты как думаешь – здешняя природа прекрасна? – спросила она.

Ровендер промолчал. Собственно, он молчал почти весь день, прокладывая путь к своей деревне между стоячих камней. Небо впереди потемнело, где-то вдалеке громыхал гром.

– А ты, Девять, не скучаешь по нашему старому Убежищу? Разве не здорово было бы вновь поселиться там? – проговорила Восемь задумчиво. – Мы создали бы новое сообщество. Ходили бы куда вздумается, и нам бы ничего не грозило. Это было бы очень славно, как считаешь?

– Эм… ну… наверное. – Зиа теребила одну из своих косичек. Конечно, она скучала по своему уютному дому, но, вообще-то, ей гораздо больше нравилось путешествовать по неизведанным землям и знакомиться с обитателями Орбоны.

– Не скрывай свою правду, Зиа Девять. Говори, что думаешь, – бросил Ровендер через плечо.

– Я и говорю, – огрызнулась Зиа. – Мне многое в Убежище нравилось, но кое-что и не нравилось.

– Что, например? – На лице Восемь играла легкая улыбка, как будто ей было приятно недовольство Ровендера Зией.

– Мне не нравилось, что на поверхность можно выйти только в определенном возрасте, когда…

– Радуйся, что ты не дождалась этого момента, – перебила ее Восемь.

– Мы с Матр часто ссорились из-за этого.

– Матр, – презрительно хмыкнула Восемь. – Еще один из роботов Кадма, на службе его интересов. Нас – и растить роботу? Ну и матерью она, конечно, оказалась. – (Слова Восемь пронзили Зию, словно клешни песчаного снайпера.) – И если это место – в самом деле Убежище, как нам талдычили, стоило в таком случае позволить его обитателям оставаться в безопасности всю жизнь. А то спустя время тебя выбрасывает наружу какой-то безмозглый кусок машинерии, работающий на…

– ЗАБЕРИ СВОИ СЛОВА ОБРАТНО! – Зиа Девять кинулась прямо на сестру, и они обе упали в лужицу у подножия очередного монолита. – Матр не такая! Она просто выполняла свой долг! Она не знала! И ты не знаешь! – Зиа бешено наносила удары по телу сжавшейся Восемь.

– Зиа! Зиа! – Большие руки Ровендера обхватили тонкие запястья девочки. Он оторвал ее от старшей сестры и оттащил подальше.

– Да что ты творишь? – заорала Восемь.

– Ты ничего не знаешь о Матр! – выплюнула Зиа.

– Неужели? – рявкнула в ответ Восемь. – А я думаю, это ты ничего не знаешь, Девять! Это ты не в курсе, что у нее была одна задача – натренировать нас для жизни «наверху», на поверхности. Это ты не в курсе, что в тот день, когда тебе исполнялось шестнадцать, тебя ВЫГОНЯЛИ из Убежища – одну! И не важно, были ли у тебя при этом братья или сестры. Ты не в курсе, что, раз покинув Убежище, ты уже никогда не мог вернуться обратно, вообще никогда – пусть и проделал бы весь путь до Новой Аттики и обратно. Даже если тебе очень хотелось просто вновь почувствовать себя в безопасности в единственном месте, которое хорошо знакомо. Если хотелось, чтобы тебя любили. Чтобы у тебя была семья. Сестра. Дочь.

– Но Матр не знала, – закричала Зиа. – Она подчинялась Убежищу.

– Ага, ну да! – огрызнулась Восемь. – Типа виновато Убежище, а не Матр. Ей было плевать! Я пришла с запчастями для нее, с едой и одеждой для тебя… Я даже нашла старую сказочную книгу, чтобы читать тебе, но ей было плевать. Она в любой момент могла обойти компьютерную систему Убежища, но она этого не сделала. Закрыла мне доступ в мой собственный дом. Наш дом. – Восемь упала на колени. – Я могла бы заботиться о тебе. Защищать тебя. Все пошло не так. – Она закрыла лицо руками и начала всхлипывать.

– УдивЛа? – прошептала Зиа. – Это ты ее принесла?

– Я никогда не прощу ее, Девять, – невпопад ответила Восемь и шмыгнула носом. – Я ненавижу Кадма за то, что программа моего единственного родителя заставила ее оттолкнуть меня. И я ненавижу Матр за то, что она позволила этому произойти.

– Но… Матр не знала. – Зиа оглянулась на Ровендера. – Рови, ты же был там. Скажи ей. Матр не знала.

– Мне показалось, Мать-Робот и в самом деле находилась под прямым контролем машины, которая была вашим домом, – сказал Ровендер. – Но у вашей Матр было преданное сердце.

– О, и ты будешь его слушать? – Восемь обвиняюще указала пальцем на Ровендера. – Он провел с ней несколько дней и узнал Матр лучше, чем я?

С грозового неба начали падать крупные капли.

Зиа вспомнила, как иногда ужасно злилась и расстраивалась из-за Матр. Но ведь хороших воспоминаний было намного больше – и с тех времен, пока она росла, и накопившихся за время их странствий в поисках ответов. Зиа Девять никогда не испытывала ненависти к Матр. «А что, если бы она не пускала меня домой?» Теперь уже не важно.

Зиа подошла к сестре и обняла ее.

– Все будет хорошо, – прошептала она ласково.

– Да, ты права. Прости меня. Просто когда я тебя вижу, все прошлые чувства возвращаются, – сказала Восемь, подняв взгляд на сестру. Она убрала мокрые пряди с лица младшей Зии. – Ты не переживай из-за того, что произошло между мной и Матр. Это в прошлом. – Восемь вытерла слезы. – Сейчас же мы вместе, верно?

– Верно, – кивнула младшая.

Восемь вцепилась в узкие плечи девочки и сжала их.

– Все эти годы в Новой Аттике я чувствовала себя лишней на чужой мне земле. Никто по-настоящему не понимал, каково это – вырасти в Убежище. Но теперь появилась ты, Девять, и ты все, что у меня есть, – сказала она тоном, в котором явно слышалось отчаяние.

Дождь усиливался. Над их головами прогремел гром.

Капли дождя барабанили по покрывалу, туго натянутому над скоплением монолитов. Под покрывалом возле разведенного костерка ежилась и пыталась согреться промокшая Зиа. Ее сестра выжимала насквозь мокрую тунику, Надео спал, укутанный со всех сторон.

– Ты была права, – сказала Зиа. – После захода солнца температура упала.

– Вот, лови! – Восемь бросила девочке второй рабочий комбинезон. – Как я и думала, в них нет климаткани или системы жизнеобеспечения, но…

– Ну всяко лучше, чем в нижнем белье разгуливать, – откликнулась Зиа, натягивая комбинезон.

Какие-то существа кричали и звали в темноте, за пределами освещенного костерком круга.

– Надеюсь, ни песчаные зверюги, ни кто-то еще не сожрут нас, пока мы спим. – Восемь сняла крышку с контейнера с едой и вытряхнула несколько питательных капсул на ладонь.

– Мы слишком близко к скалам, снайперы здесь не нападут, – сказала Зиа, подбрасывая полено в костер. – И дрейфиков я не видела с самой нашей утренней встречи.

Сестра Зии Девять казалась жутковато-спокойной после их ссоры – совершенно как во время их побега из Новой Аттики. Она невозмутимо, словно ничего и не произошло, закинула в рот пригоршню питательных капсул. Зиа попробовала обратиться к ней мысленно, как разговаривала с песчаными снайперами: «Скажи, что тебе здесь не нравится. Скажи мне, что ты хочешь вернуться в Новую Аттику или поселиться с работягами».

– Откуда ты столько всего знаешь обо всех этих существах? – спросила Восемь. – В нашем курсе естествознания ничего не говорилось о песчаных снайперах или дрейфозанах. – Она протянула Зии несколько пищевых капсул.

– Не говори. Мне ли не знать, – ответила Зиа и отмахнулась от предложенной еды. – База данных Идентисбора на омниподе оказалась абсолютно бесполезной.

– Так как же ты выучилась? – Восемь набрала еще горсть капсул.

– Ровендер, – сказала Зиа. – Он знает все про все. Видимо, набрался опыта за время своих странствий по Орбоне.

– По Орбоне?

– Так пришельцы называют Землю, – пояснила Зиа, стаскивая носки и кедботы. Она вытянула ноги поближе к огню и продолжила: – И я предпочитаю так ее называть, поскольку Земли, про которую нам рассказывали, уже давно не существует.

– Да уж, – согласилась Восемь.

– Ты упомянула, что однажды вернулась из Новой Аттики к Убежищу? – уточнила Зиа, вороша дрова в костре. – Разве тебе не встретились инопланетяне и все такое?

– Нет. – Восемь сосредоточенно глядела на ожившее пламя. – Меня подбросил обратно тот эвакуатор, который привез меня в Новую Аттику, Зиан Семь. У него самого тогда был маленький сын, и он оказался хорошим человеком. И симпатичным.

– А что случилось потом? – Зии хотелось обсудить эту тему. В Убежище она посмотрела множество романтических шоу, но они с Матр практически никогда не говорили о мальчиках.

Восемь тяжело вздохнула:

– Некоторое время он побыл со мной возле Убежища, пока я пыталась убедить Матр впустить нас. Когда это не получилось, я стала уговаривать ее отдать тебя мне.

– Серьезно? – У Зии в голове никак не укладывалось, что Восемь приходила в Убежище, когда там уже росла ее младшая сестра.

– Ты была совсем младенчиком, Девять. Ты не можешь этого помнить, – сказала Восемь.

В памяти девочки всплыли картины, показанные омниподом в медицинской лаборатории Кадма. Одна из них явно выбивалась из общего ряда: «Зиа постарше, которая ругалась с Матр в спальне, – это была не я, это Восемь». Зиа попробовала представить, как Восемь и тот пилот поселились в Убежище и стали вместе с Матр растить маленькую Зию. Совсем как на рисунке с потрепанной УдивЛы: робот, малышка и взрослые.

– Короче, этого тоже не произошло. Само собой, – продолжала Восемь ровным голосом. – Так что мы ушли и вернулись в Новую Аттику. Я решила ждать тебя там. Мой симпатичный пилот улетел с группой радикально настроенных людей, которые хотели исследовать другие территории. И больше я его никогда не видела. Мужчины, что тут скажешь.

«Неужели все мужчины, как этот пилот? И как Хейли?» – задумалась Зиа.

– Но сейчас все это не важно. Не нужны нам всякие там ветреные пилоты. Мы, девчонки, вполне можем сами о себе позаботиться тут, в дикой местности.

Восемь не отрывала глаз от огня. В свете пляшущих язычков пламени старшая Зиа выглядела совсем не так, как в городе во время их первой встречи: взлохмаченные волосы, грязь и размазанная по лицу тушь. Младшая сестра видела в бирюзовых глазах старшей огромную усталость, а еще – твердую решимость.

Если подумать, заветное желание Восемь, ее УдивЛа, в сущности ничем не отличалось от заветного желания Зии Девять. И не отличалось от заветного желания Матр. В случае Восемь оно вроде бы уже сбылось, и теперь у нее было то, чего ей так не хватало в жизни. Она ведь уверяла Зию, что очень счастлива воссоединиться с младшей сестрой. И все же в ее точеных, будто фарфоровых, чертах угадывалась крайняя степень отчаяния.

– Ужин! – провозгласил Ровендер, выныривая из темноты. Он нес в руках разделенного пополам ощипанного вертиплавника. Плюхнувшись между двумя Зиями и вытащив кусочек плавникового луча из кучи, сваленной на носилках, он вонзил тонкую кость в землю под углом над пламенем и нанизал на нее куски мяса – получилось что-то вроде вертела. – Повороши угли, Зиа Девять, начнем готовку.

– Это та странная трехкрылая птица? – Восемь поморщилась, глядя на тушку, зашипевшую на вертеле.

– Да, вертиплавник, – подтвердил Ровендер.

– И вы будете его есть? – Восемь отодвинулась от костра.

– Это весьма недурно, – встряла Зиа. – Я сначала тоже не знала, что и думать, но, вообще-то, у него довольно вкусное мясо, и это хороший источник белка. Точно лучше, чем пищевые капсулы.

– Но он же… дохлый, – продолжала Восемь.

– Это правда, птица отдала свою жизнь, – сказал Ровендер. – Но ее энергия восполнит твою энергию, ее дух обогатит твой дух. Отнесись к этому с уважением и насладись пищей.

– Ты же хотела уйти из Новой Аттики, – добавила Зиа. – Вот такая тут жизнь. Мы, неотслеживаемые, живем дарами земли.

– Ну, нам же не обязательно жить как дикие звери, – возразила Восемь, с отвращением наблюдая за дымящимся на вертеле мясом.

Ровендер, глядя на Зию Восемь, обратился к Зии Девять:

– Зиа, пока готовится ужин, я бы хотел тебе кое-что показать. Пойдем со мной.

– Конечно, – отозвалась девочка и натянула кедботы.

Она последовала за своим синим другом во тьму, под моросящим дождем, оставив старшую сестру приглядывать за Надео и готовящейся едой.

– Ты ведь не думаешь, что еще что-то случится? – спросила девочка и оглянулась на оранжевое свечение костерка, который в тусклом лунном свете казался яркой звездой.

– Нет, нет, нет, – сказал Ровендер. – Мы ненадолго. Просто взгляни на это.

В приглушенном свете Зиа увидела, что друг ведет ее к скоплению стоячих камней, густо заросших зеленью. И тут же заметила, что кедботы больше не шуршат по гравию и песку, а ступают по мягкому моховому ковру.

– Блуждающий лес! Мы приближаемся к твоей деревне? – спросила она.

– Это в самом деле Блуждающий лес, Зиа, но присмотрись внимательнее. – Ровендер зажег маленький фонарик и поставил его у подножия валуна.

Сначала Зиа видела только движение, легкое и постоянное движение, как будто мох на валуне чуть-чуть вибрировал. Она наклонилась ближе и тогда поняла, что дело не в вибрациях.

– Он… он растет, – выдохнула девочка. Корни обволакивали поверхность камня, словно маленькие пульсирующие вены. Усики прорастали во всех направлениях и переплетались между собой, покрывая все вокруг насыщенным оливковым узором. – Он растет прямо на наших глазах!

– Да, Зиа, – кивнул Ровендер. – Я знаю, где мы, и раньше отсюда до края Блуждающего леса был день пути. Но лес вырос. Расширился. Скоро вся Орбона будет зеленой.

Зиа смотрела, как зелень поглощает гигантский монолит.

– Земные растения так не растут, – изумленно проговорила она. – У нас в теплице недели уходили на то, чтобы семена проклюнулись, – и это с удобрениями.

Ровендер, вытянув шею, наблюдал, как на скальной поверхности выпрыгивают пучки росточков с хохолками.

– Этому положил начало генератор витавируса, о котором говорил Хаксли. Вот что возрождает жизнь там, где она исчезла, и затем распространяет ее. Большой дар.

Зиа задумалась об этом, рассеянно наблюдая за несколькими странными на вид насекомыми, порхающими вокруг фонаря. Насекомые зажужжали и ринулись внутрь светильника, как будто у них было соревнование – кто ближе подлетит к источнику света.

– Если этот генератор не в Соласе, – в глубокой задумчивости проговорила она, – тогда он должен быть где-то здесь, в лесу.

Ровендер кивнул:

– А если он в лесу, войска Кадма никогда его не найдут.

Дождь прекратился, друзья возвращались в лагерь.

– Но если лес и так расширяется, то зачем Кадму генератор? Зелень постепенно доберется и до Новой Аттики. И его земля снова станет плодородной, – сказала Зиа.

– Плодородная или нет, но земля эта – не его, – поправил ее Ровендер.

– Новая Аттика? Земля, на которой построен город, разве не его? – спросила Зиа. В памяти у нее возникло видение из «Машины прорицаний»: люди захватывают то, что некогда было Соласом.

– Земля ничья. Она никому не принадлежит. Это мы принадлежим земле. Орбоне. Планета должна так же свободно дышать и расти, как мы дышим и растем.

– Если бы только Кадм знал, что лес расширяется, – вздохнула Зиа.

«Остановил бы он вторжение?»

– Если бы, Зиа Девять, но я сомневаюсь, что… – Ровендер вдруг остановился, принюхался и притушил фонарь. – Я знаю этот запах. Это мант-бегун, – прошептал он.

– Что? – не поняла Зиа. – Мант-бегун?

– Да, я уверен. Идем! – Ровендер схватил Зию за руку и потянул ее в лагерь.

По мере приближения к стоянке Зиа расслышала рев и какое-то шарканье. Из тени выступило двуногое птицеподобное животное с неразличимым пока седоком на спине. Кожаные вожжи свисали с двух рогов, растущих на лбу у «коня».

– Это и есть мант-бегун? – прошептала Зиа.

Ровендер жестом велел ей молчать.

– Кто там? – Зиа Восемь стояла возле костра, размахивая плавниковым лучом на манер меча. За ней, укутанный в одеяла, лежал Надео.

Всадник вступил в лагерь – молодой сирулианец в седле на мант-бегуне. Красные дикие глаза его «коня» расширились, стоило ему ступить в освещенную огнем область.

– Идем. – Ровендер взял Зию за руку и тоже сделал шаг в круг света, к костру в центре лагеря.

– Неужели мои глаза изменили мне? Смотри-ка, брат, что у нас здесь, – произнес всадник, махнув рукой в сторону Ровендера.

Из-за большого стоячего камня появился еще один молодой наездник.

– Духи мертвых вышли сегодня ночью прогуляться, – сказал второй.

– В самом деле, ибо я лицезрею пьяный дух Ровендера Китта, – добавил первый.

– Галелль, давно не виделись, – обратился Ровендер к первому. – В последний раз, когда мы встречались, ты едва вышел из стадии нимфы.

– Ты это слышал? – сказал Галелль спутнику. – Призрак разговаривает. Он теперь с землеройками якшается… по-прежнему не в себе без своего-то клана. – Оба гостя расхохотались.

– Рови не… – возмутилась было Зиа, но Ровендер одернул ее. Восемь неподвижно наблюдала всю сцену от костра.

– Призрак я или нет, – сказал Ровендер, – только ваш дух знает наверняка. Однако этот призрак вместе с остальными здесь присутствующими проделал долгий путь, чтобы вернуть одного из наших собратьев в Фаунас.

Ровендер откинул одеяла и показал им Надео. Сирулианец выглядел еще бледнее, чем раньше, и его серая кожа резко контрастировала с черными проводами под ней.

– Что за… – Галелль спрыгнул со своего животного и бросился к еле живому собрату. Он взял Надео за руку. – Что с тобой случилось? Кто это сделал?

Трясущейся рукой Надео указал на Зию Девять:

– Их вид, но не…

Галелль не дал ему закончить. Он резко развернулся и вытащил звуковое оружие из кобуры. Второй всадник спрыгнул на землю с болой в руках. Мант-бегуны заревели и затопали ногами, разбрызгивая лужицы под копытами.

Ровендер прыгнул между дулом и Зией; его раскинутые в стороны руки преграждали путь к обеим сестрам.

– Это не то, что ты думаешь, брат, – произнес Ровендер спокойно. – Они помогают Надео.

– Не желаю больше выслушивать бред старого призрака! – Галелль целился прямо в Ровендера. – Мы забираем Надео и этих землероек в нашу деревню, и там они заплатят за свою жестокость. Их судьба отныне в руках Антиква.

Зиа схватила импровизированный вертел с подгоревшим вертиплавником на нем. Она отбросила мясо в сторону и направила острие кости на Галелля.

– Только посмей! – Галелль включил зарядку и придвинулся еще ближе. – Видишь, призрак? Они все враги. И перебьют нас при первой же возможности.

Второй всадник ритмично вращал болу над головой.

– Хватит! – сказал Ровендер. – Зиа, иди с ними. Я не хочу нового кровопролития.

– Давай, Девять, сделаем, как он говорит. – Зиа Восемь положила руку на плечо младшей сестры, но та резко дернулась и сбросила дружескую ладонь.

– И не подумаю, Рови. Мы можем…

– Просто. Сделай. Так. – Ровендер повернулся лицом к обеим девушкам. – Я не хочу, чтобы кто-то из вас пострадал. Давайте попробуем разрешить проблему словами, а не оружием. Понятно?

Зиа бросила вертел в костер, создав фонтан раскаленных искр.

– Что? – ошарашенно спросила она. – Ты… просто бросишь меня, отдашь им?

– Все будет в порядке. Обещаю. – Ровендер присел на корточки и обнял Зию. – Мы скоро увидимся, – прошептал он ей на ухо.

– Двигайтесь, землеройки. – Галелль ткнул Зию дулом ружья и заставил залезть на своего «коня». Второй поступил точно так же с Восемь. Девочка смотрела из седла, как Галелль прикрепляет носилки к спине животного. Надео не издавал ни звука – он снова потерял сознание.

– Галелль, я должен пойти с вами, – сказал Ровендер. – Мне нужно поговорить обо всем этом с Антиквом. Тут гораздо больше, чем ты видишь.

– Отойди, призрак. – Галелль сунул ногу в стремя и уселся верхом. – Твое время у нас в деревне давно истекло.

Он резко пришпорил животное, и мант-бегун помчался куда-то в ночь. Зиа оглянулась через плечо на Ровендера. Она ждала какого-нибудь знака, какого-то сигнала – что им делать дальше. Но костер погас, и она ничего не увидела.

– Проснись! – Галелль резко толкнул Зию Девять локтем и чуть не уронил ее с седла. Зиа хлопала глазами, прогоняя сон и стряхивая усталость, навалившуюся на нее во время пути. Свет ранней зари уже тронул небо золотом, но ночные тени все еще прятались по кустам и между деревьями.

Всадники направили своих верховых зверей к большой поляне, в центре которой сгрудились хижины с купольными крышами на высоких, сужающихся кверху столбах-опорах. Они были похожи на грибы и вызывали в памяти строения, увиденные Зией в Лакусе. Сравнивая устройство обеих деревень, Зиа без труда заключила, что их строители происходили с одной планеты – о чем, собственно, Ровендер и упоминал.

Когда кавалькада подъехала ближе, Зиа увидела, что все жилища были сплетены: сухие листья и грубое волокно искусно и хитро переплетались друг с другом, и из этого стройматериала складывались дома причудливой формы. Фасад каждой хижины украшала своеобразная резьба, словно само жилище рассказывало историю тех, кто в нем обитал.

Одинокий сирулианец на самой высокой крыше поселения пронзительно крикнул на всю деревню. В считаные мгновения жители с возгласами и воплями окружили двоих наездников. Куда ни смотрела Зиа, везде были сирулианцы, поразительно похожие на Ровендера, но только не сам Ровендер. Она оглянулась на Восемь, но та, похоже, впала в забытье.

Галелль вытащил свое оружие и обратился к собравшимся:

– Этой ночью мы охотились в долине Стоячих камней, и я наткнулся на призрака. – (Обеспокоенный шепот пронесся по собранию.) – Призрак сказал мне, что он возвращает нам нашего давно потерянного собрата Надео, пострадавшего от этих вот землероек. – Галелль жестом указал на обеих Зий ружьем и спешился. Среди деревенских жителей нарастал возмущенный ропот. – Посмотрите, что натворили эти чудовища, эти злобные твари! – Он откинул покрывало с Надео. Из толпы послышались стоны и вскрики.

Зиа обернулась в седле, чтобы взглянуть на беднягу-сирулианца. Он выглядел мертвым. Его белая как мел кожа, окоченевшее тело и полуоткрытые глаза придавали ему такой вид, словно его заморозили живьем. Зиа наклонилась было, чтобы рассмотреть, дышит ли он, но несколько рук протянулись к ней и стащили девочку с седла.

– Я же сказала тебе, Галелль, я не делала этого! – закричала Зиа, вырываясь из схвативших ее рук. – Мы пытались спасти его!

Зиа чувствовала удары и тычки кулаками. Хищно оскалившийся сирулианец начал раскручивать над головой болу. Зиа вытянула шею, чтобы найти сестру, но толпа уже стащила ее на землю и скрыла с глаз.

«Ровендер, где ты? – думала девочка. – Поторопись!»

– В чем дело? – раздался неожиданно чей-то скрипучий голос. – Что так обеспокоило вас в это прекрасное утро?

Толпа мигом утихомирилась и разошлась в стороны, образовав проход. С дальнего края собрания, сидя на парящем диске, приближался пожилой сирулианец. Он подлетел к Надео, все еще пристегнутому к самодельным носилкам. У старика были длинные закрученные усики и потрепанные уши, безвольно лежавшие на его простом одеянии. Без единого слова он плашмя положил свою шишковатую ладонь на грудь Надео.

Вся деревня замерла. Зиа слышала только свистящее дыхание старейшины.

– Ты Антикв? – спросила девочка. Галелль сильно ткнул ее дулом ружья под ребра, и она упала на колени.

Вождь сирулианцев повернулся к ней, не отнимая руки от груди Надео. Из кучки вещей на парящем диске он достал металлический предмет в форме морской ракушки, вставил его себе в ухо и с любопытством воззрился на девочку.

– Ты Антикв? – повторила Зиа, внутренне приготовившись к очередному удару от Галелля. Однако удара не последовало.

Вождь поднял свои густые брови: из-под них на Зию смотрели пронзительные голубые глаза.

– Антикв я и есть, малышка. Что случилось с нашим братом Надео?

Зиа попыталась подойти поближе, но сирулианцы держали ее крепко и не пускали.

– Я… я не делала этого. Моя сестра и я, а еще Ровендер Китт, – мы хотели принести Надео сюда до того, как… до того, как он умрет.

Морщинистая кожа на лбу Антиква вновь опустилась, скрыв глаза, и он продолжил обследовать Надео.

– Ровендер Китт. Это имя здесь ничего не значит.

– Это имя кое-что значит для меня, – ответила Зиа. – Разве это не его родная деревня?

– Нет, не она.

«Неужели Галелль привез нас в другую сирулианскую деревню?»

Теперь Ровендеру в жизни их не разыскать.

– Бедняга Надео, – произнес Антикв, проводя пальцами по бледной щеке собрата. – Его дух жаждет уйти, но электричество, ныне бегущее сквозь его тело, не позволяет этому случиться.

– Нет, – возразила Зиа. – Он держался, потому что очень хотел попасть домой до того, как его дух покинет эту землю.

– Я не понимаю, – с печальным замешательством проговорил Антикв. – Как ты могла… Зачем ты сотворила такое с другим созданием?

– Она ничего такого не творила, – раздался голос Зии Восемь. – Это Кадм Прайд. Люди считают его своим вождем.

– Лю-ди? И что же это за клан такой – лю-ди? – спросил Антикв.

– Люди – такой народ, человеческие существа, – ответила Восемь. – Как Зиа и я. Но мы в этом не участвовали.

Антикв недоверчиво фыркнул:

– Хитрый раффид, прижатый стаей диких даргов, всегда так говорит.

– Почему ты не веришь нам? – возмутилась Восемь. – Мы ведь могли просто оставить его умирать в Новой Аттике. Вы вообще не представляете, через что нам пришлось пройти, чтобы доставить его сюда.

Антикв отмахнулся от слов Зии Восемь, и толпа затянула ее обратно. Очевидно, он не желал слушать больше. Вытащив слуховой аппарат из уха, вождь развернул его и вставил в рот Надео, как рог, затем извлек из складок своего одеяния изящное тонкое лезвие не длиннее пальца Зии и медленно протолкнул его в горло собрата. Из рога послышался громкий выдох.

Зиа вздрогнула и отвела глаза.

– Благополучного странствия, брат Надео. Ты свободен, – прошептал Антикв и закрыл глаза товарищу.

Горестные крики раздались в толпе. Жители деревни отвязали тело Надео от волокуш и подняли его высоко над головами. Их скорбные завывания начали сливаться в единый хор, и из хаотичного плача родилась печальная траурная песнь.

Антикв свернул свой слуховой рожок, вставил его в ухо и повернулся к Галеллю.

– Отведите этих двоих в дом заключения. Я должен посоветоваться с кругом старейшин. Мы определим, какая участь уготована этим лю-дям за их поступки.

– Ну и влипли же мы, – сказала Восемь. – Когда там явится твой друг Ровендер и разрулит все это?

– Не знаю, – отозвалась Зиа. Они находились в малюсенькой хижине, построенной высоко над деревней.

– Ну, ему бы лучше поторопиться, а то скоро мы последуем за Надео, – заметила Восемь, перебирая немногочисленные вещи в хижине.

Зиа подвинулась к двери и посмотрела вниз, на деревню. Галелль крутил большую ручку и сматывал веревочную лестницу, по которой они сюда поднялись. До ближайшей крыши было не меньше пятнадцати метров – вниз.

Галелль смотал лестницу и встал на страже, пока остальные жители деревни готовили большой костер. Из одной хижины появилась процессия, несущая завернутое в саван тело Надео.

«Прости, Надео. Мы очень старались», – подумала Зиа. Она внимательно всмотрелась в окрестный лес – вдруг там найдется какое-нибудь блуждающее дерево, готовое прийти ей на помощь, но на мысленную мольбу девочки никто не откликнулся.

– Есть какие-нибудь идеи? – Восемь уселась, прислонившись спиной к дальней стене хижины, и натянула на себя одеяло.

– Рови сказал, что надо решить проблему словами, а не оружием, – ответила Зиа, наблюдая, как сирулианцы укладывают тело умершего собрата на погребальный костер. – Может, мы сумеем как-то уговорить старейшин.

– Что-то не верится, Девять, – сказала Восемь. – Этот старикан такой же кровожадный, как Кадм. Ты ведь видела, что он сделал с Надео?

Зиа закрыла глаза, пытаясь отогнать воспоминание, но он застряло в мозгу. Совсем как образ Бестиила, убивающего друга Отто… и образ детеныша тихоходки, замороженного живьем в лаборатории таксидермиста… и Матр, искореженной и переломанной в песках пустыни.

«Просто отпусти меня», – сказала тогда Матр.

«Может, Антикв именно это и сделал… позволил Надео уйти». Зиа смотрела, как дымок от разгорающегося огня плывет вверх мимо двери их тюрьмы. «Надео отправился в новое странствие, – подумала девочка. – Надеюсь, там его не ждет никакая боль».

Странное утешительное чувство исходило откуда-то изнутри самой Зии. Их положение, конечно, выглядело отчаянным, но она почему-то была уверена, что все разрешится благополучно.

– Ничего. С нами все будет в порядке. Рови придет, и мы разберемся, – сказала она спокойно.

– Откуда ты знаешь? – отозвалась Восемь.

– Я… просто знаю, и все, – улыбнулась Зиа.

– А по-моему, не знаешь, – не отставала Восемь. – Кадм поубивает и обратит в рабство все расы на этой планете, включая людей, а ты считаешь, что все будет в порядке?

Зиа отползла от дверного проема.

– Я не об этом. Я про нас – мы будем в порядке. Что случится со всеми остальными, я не знаю.

– В твоем возрасте я тоже думала, что все знаю. Тебе еще многому нужно научиться, – сказала Восемь и уставилась в маленькое оконце.

Зиа не стала обижаться на покровительственный тон старшей сестры.

– Конечно, я не хочу войны, – сказала она. – Я хочу, чтобы все научились жить вместе… и счастливо.

– Твои друзья в Лакусе, наверное, будут не слишком счастливы, когда боевые корабли начнут палить по ним почем зря.

– Знаю, знаю. Нам надо встретиться с Кадмом, – ответила Зиа.

– Встретиться? Ты с ума сошла? – Восемь сверлила глазами младшую с дальнего конца комнаты.

– Мы с Рови видели, как растет Блуждающий лес. Он уже намного больше, чем был раньше. Мало-помалу он дорастет и до Новой Аттики. Кадму не понадобится генератор витавируса. И не понадобится никого завоевывать.

– Какая ты наивная, Девять, – сердито воскликнула Восемь, сокрушенно покачивая головой. – Кадма нужно уничтожить. Ты же слышала, что сказали эти пришельцы? Они ненавидят людей. Они убьют нас в отместку за медицинские эксперименты Кадма.

Зиа снова выглянула в дверной проем: там внизу сирулианцы скорбели по ушедшему от них Надео. Собравшаяся у костра деревня напомнила Зии мирных альционов в Лакусе. «Как бы изменилось отношение Хостии ко мне, если бы на Лакус напали люди?» Мимо пронеслась стайка вертиплавников. «Жаль, я не могу улететь с ними». Она глубоко вздохнула и стала просто ждать.

Солнце скрылось за верхушками деревьев, окрасив безоблачное небо яростной киноварью. Зиа посмотрела вниз из своей высотной камеры и увидела, что Галелль ползет к ним с длинной веревочной лестницей.

Он взобрался в хижину и бросил на пол тряпичный мешок. Из мешка выкатились плоды.

Жестом показав на Зию Восемь, он коротко сказал:

– Ты здесь. – Потом, повернувшись к Зии Девять, добавил: – А ты – с тобой хотят поговорить старейшины.

Восемь вскочила:

– Нет! Мы семья! Мы вместе!

Галелль вытащил свое звуковое ружье и включил зарядное устройство.

– Стой! – Зиа Девять отвела дуло в сторону и поспешила к сестре. – Со мной все будет хорошо, – прошептала она.

– Нельзя позволить им разлучить нас, Девять. – Восемь вцепилась в девочку. – Я ничего не знаю об этих инопланетянах и об их обычаях. Мы должны держаться вместе.

Зиа обняла старшую сестру. В глазах Восемь угадывался неподдельный страх.

– Со мной все будет в порядке, – проговорила Зиа. – Рови придет.

– Ровендер! А со мной что? Что с нами?

– Сохраняй спокойствие. – Девочка погладила старшую по руке. – Помнишь, как ты просила меня довериться тебе?

Восемь ослабила хватку, немного обмякла и закивала.

– Не волнуйся, – продолжала Зиа. – Я просто скажу им правду.

Она еще раз обняла сестру и последовала за Галеллем вниз по лестнице к подножию дома заключения.

Оказавшись на земле, вооруженный сирулианец взялся за ручку лебедки и смотал веревочную лестницу. Зиа подняла взгляд на Восемь. Та смотрела вниз из дверного проема хижины.

– Идем! – Галелль подтолкнул девочку. – Они ждут.

Зиа кинула на него сердитый взгляд и зашагала.

Галелль проводил ее в маленькую и низко расположенную хижину, частично скрытую от глаз за ножками-основаниями других домов.

– Сюда, землеройка. – Он ткнул рукой в дверной проем, закрытый занавесью.

Зиа залезла по короткой лесенке и у самой двери обернулась: Галелль остался на страже внизу, за ней не пошел.

– Не заставляй их ждать! Иди! – прикрикнул молодой сирулианец.

Зиа отодвинула плотную штору и вошла в хижину. Ее тут же окутал аромат плавящегося мыла, вызвав воспоминания о жилище Арии. В мягком приглушенном свете она разглядела, что все плетеные стены от пола до потолка были украшены каким-то красивыми пиктограммами. По хижине тянулся целый ряд толстых волокнистых веревок. Каждая была вплетена в стену и выходила из нее по полу к середине комнаты. Старейшины сидели кругом, и вокруг пояса каждого был обвязан один свободный конец такой веревки.

– Входи, – сказал Антикв. Он сидел на полу со скрещенными ногами, рядом лежала видавшая виды трость. Позади него на деревянной жердочке щебетала крошечная птичка с раздвоенным хвостом. Антикв жестом указал на коврик в центре круга старейшин и позвал Зию: – Пожалуйста, сядь, ты, из клана лю-ди. Мы много разговаривали о событиях, свидетелями которых стали сегодня. И теперь у нас есть вопросы к тебе.

Зиа сделала, как велели, и оглядела совет сирулианских старейшин, восседающий вокруг нее. В глубине души она надеялась увидеть среди них Ровендера, но его не было. Как и у вождя, одеяния у всех старейшин были земляных оттенков, их оживляли лишь пестрые украшения из бусин, стручков и перьев.

Антикв протянул руку к престарелой даме, сидевшей слева от него, и сказал:

– Сот, можно начинать.

Сирулианка встала и неспешно подошла к Зии. При каждом шаге позвякивали ее бусы. Пока старуха перебирала спутанные ожерелья, Зиа вдруг заметила, что среди прочего у женщины на шее висит веревочка с высушенной отсеченной стопой. «Сот и есть та шаманка», – догадалась Зиа, вспомнив рассказанную Ровендером историю о ней и Великом Переселении.

Девочка поджала под себя ноги и спросила:

– Что вы собираетесь со мной сделать?

– Нам просто нужно задать несколько вопросов. И ты должна говорить правду, – ответила Сот.

– Я всегда говорю правду, – отозвалась Зиа. – Спрашивайте что угодно.

– Мы должны быть уверены. – Шаманка распутала у себя на шее какую-то тонкую цепочку с маленьким свистком. Старуха подула в него, и по хижине разнеслись три короткие трели. Птичка за спиной Антиква взлетела со своей жердочки.

Создание зависло в воздухе, и Зии припомнились однажды виденные ею голограммы с яркими колибри. Шаманка еще раз подула в свисток, на этот раз долго, и прошла за спину Зии. Птичка подлетела совсем близко к девочке и зависла прямо у нее перед носом. Шаманка выдула из свистка последнюю трель, и птичка чирикнула в ответ.

Зиа непроизвольно заморгала от ветерка, поднятого малюсенькими крылышками. Тончайшая блестящая пыльца с крылышек полетела в лицо девочки. Она хотела отвернуться, но руки Сот обхватили голову Зии и удерживали ее неподвижно и прямо.

– Это не больно, – сказала шаманка. – Просто вдохни, и треова, правдоптаха, сделает остальное.

Зиа не почувствовала, как оседает пыльца на лице, но все ее тело охватило ощущение безмятежного спокойствия, а веки задергались, словно она боролась со сном.

– Хорошо, – прошептала Сот. – Работает. Впусти птицу, ребенок из клана лю-ди.

Слова шаманки доносились до Зии откуда-то издалека, будто девочка была под водой или во сне. Зиа широко зевнула, правдоптаха влетела ей в рот и уселась на язык. Девочка чувствовала, как кончик длинного хвоста щекочет ей горло.

– Она готова, – произнесла Сот и вернулась на свое место.

– Лю-ди, расскажи, как ты попала к нам, – велел Антикв.

Рот Зии остался неподвижен. В голове с трудом укладывалось происходящее: ответ на вопрос прозвучал ее голосом, но говорила правдоптаха.

– Я сбежала из Новой Аттики, города людей, с помощью своей сестры, эвакуатора, королевского разведчика Службы луч-навигации и Рови. В лаборатории Аттики я наткнулась на Надео, над ним ставили эксперименты, и я не могла позволить этому продолжаться. Надео нельзя было оставить там – в этом все мы были единодушны. Поэтому Рови и привел нас сюда.

Старейшины переглянулись в замешательстве.

– Кто такой Рови? – спросил Антикв.

– Ровендер Китт, – ответила правдоптаха. – Мы потерпели крушение в Северных Пустынных землях и остались без Хейли и Хаксли. Оттуда мы шли пешком в надежде достичь Фаунаса до того, как Надео умрет.

– Какое тебе дело до желаний умирающего сирулианца?

– У всех должна быть возможность попрощаться с родными и близкими перед смертью. – (Антикв молча откинулся назад.) – Но Надео не просто хотел умереть среди своего клана, – продолжала птичка, – он также желал возвращения в деревню Ровендера. Он хотел, чтобы вы услышали правду.

Члены совета начали вполголоса обмениваться репликами.

– И что же это за правда? – спросила Сот.

– Вождь людей собирается захватить Солас с помощью боевого воздушного флота.

– Захватить? – потрясенно выговорил другой старейшина. – Захватить Солас? Но зачем?

– Чтобы завладеть генератором жизневируса, – ответила правдоптаха изо рта девочки.

– Он никогда не найдет его, – пробормотала шаманка. – В Соласе никто и понятия не имеет, где он спрятан.

– А если он его найдет, то что? – продолжал расспрашивать Зию Антикв.

– Кадм хочет, чтобы род людской снова правил миром и контролировал ресурсы.

Антикв не удержался от вскрика:

– Война?

– Как ни старайся, а война все равно приходит и разъедает общество, – проговорила Сот. – Как будто…

Какие-то крики снаружи прервали ее речь. Правдоптаха выпорхнула изо рта Зии, и чары рассеялись, но девочка продолжала сидеть в том же положении, не в силах сбросить с себя оцепенение.

В хижину ввалился Галелль, явно сбитый с толку. Из уголка рта у него стекала струйка крови.

– Галелль? – обратился к нему Антикв. – Что это значит? Почему ты…

– Он спешит сообщить вам, что увидел призрака, – сказал Ровендер, входя в хижину следом.

Антикв встал на ноги, опираясь на трость.

– Ты не осквернишь эту деревню и это собрание своим присутствием! – произнес он. – Пожалуйста, уходи, изгнанный дух.

– Без Зии Девять не уйду, – ответил Ровендер, показывая на девочку рукой.

– Теперь она наша пленница, – возразил Антикв. – И она, и та, другая, могут пригодиться, если лю-ди нападут на нас со своими военными машинами.

– Блах! Никакого толку от этого не будет. – Ровендер подошел к Зии. – Вы ничего не знаете о людях.

– А ты знаешь?

– Я знаю, что я знаю. Но какая разница? – Ровендер помог Зии встать на ноги. – Я же умер для вас. Всего лишь призрак. Фантом.

Сознание Зии все еще было затуманено, но она все равно заметила, что разлохмаченная веревка на поясе ее друга в точности такая же, как у других членов совета и как те веревки, что связывали их с плетением самой хижины. Она оглядела комнату.

– Эта была твоя, да? – Она показала на срезанный, свисающий со стены конец веревки. – Ты тоже входил в совет.

Ни один мускул на лице Ровендера не дрогнул.

– Пойдем, Зиа. Я вернулся только за тобой. Мы уходим.

– Постой-ка, – остановил его Антикв, подняв руку. – Нам нужно знать больше об этих лю-дях и о том, что они сделали с Надео.

– Скоро узнаете, – ответил Ровендер. – Вы думаете, что сумеете избежать взаимодействия с миром, прячась здесь. Однако мир рано или поздно придет к вам сам. И тебе, старик, может весьма не понравиться то, что ты увидишь.

– Довольно! – взревел Антикв, наставив на Ровендера свою трость. – Схватить этого призрака и его птенца.

Несколько сирулианцев ворвались в хижину, повалили Ровендера и Зию и связали их.

– Сюда его! – приказал Антикв, указывая на коврик в центре хижины. Потом он обратился к шаманке: – Сот, призови птицу.

Ровендер открыл рот, не дожидаясь, пока птаха подлетит к нему. Она устроилась у него на языке, высунув заостренную головку между губ.

– Расскажи нам все, что мы должны знать, – сказал Антикв и уселся на место главы совета.

– Ты уже знаешь правду, – проговорила птичка голосом Ровендера.

– Следи за тем, что болтает твой язык, призрак, не то лишишься его, – пригрозил Антикв. – Скажи, зачем лю-ди сделали с Надео то, что они сделали.

– Я не знаю, – ответила правдоптаха. – Возможно, это попытка изучить нас, чтобы найти способы контроля.

– Они могли преуспеть в этом? – Антикв перевел взгляд на Зию.

– У них куча машин и арсенал, равного которому нет на всей Орбоне, – сказала птичка изо рта Ровендера. – Они ни перед чем не остановятся, чтобы достичь своей цели.

Члены совета, услышав это, зашептались друг с другом.

«Я ведь уже все им рассказала, – удивилась про себя Зиа. – Они как будто не верят правде, хоть она и излагалась бы прямее некуда».

– Его ответы основаны на том, что он принимает за истину, – высказался один из старейшин. – Этот пьянчуга после изгнания только и делал, что бродяжничал. Вот он и дошел от нашей деревни до деревни лю-дей.

– Правда ли? – усомнилась Сот. Она повернулась к Ровендеру и спросила: – Откуда ты знаешь, что лю-ди обладают такими силами?

Правдоптаха отозвалась:

– Я много странствовал в далеких отсюда краях, побывал в древних руинах Восточных Пустынных земель, на южных отрогах Бликских гор и к западу от берегов Пустого моря. У людей, конечно, более примитивная техника, чем у Охо, но ее очень много, и эти машины выполнят все, что им прикажут.

Зиа вспомнила случайного прохожего в Соласе, когда они бежали из дворца на «Золотой рыбке». Даже этот музейный драндулет впечатлил его. У пришельцев не было столько продуктов Технологии, сколько у Кадма.

– Если Ровендер прав, – вступил другой старейшина, – то нас ждет повторение Второй Солнечной войны.

– Ты ушел далеко, Ровендер, – продолжила Сот. – Почему вернулся сюда?

– Может, ты хотела спросить, – встрял Антикв, – почему он вообще ушел и отвернулся от собственных соплеменников?

– Вы знаете ответ на этот вопрос, – сказала правдоптаха. – Когда моя подруга и мое потомство ушли в иной мир, я не мог оставаться. В этой деревне скорбь подстерегала меня на каждом шагу. Куда бы я ни смотрел – повсюду жили воспоминания о них, я видел их в лицах моих братьев и сестер, я видел их дух во сне. Эту бесконечную боль невозможно было унять.

Зиа попыталась высвободиться из пут. Она видела, как дрожит Ровендер, ей хотелось обнять друга и сказать, что она теперь с ним.

– И все-таки ты отверг нас всех, пусть мы и старались тебе помочь, – не сдавался Антикв.

– Наши традиционные ритуалы не могли утолить мою печаль. Мне нужно было… – начала птичка.

– И ты отказался от них? Наши духоисцеляющие ритуалы действовали на протяжении многих поколений, оставаясь неизменными со времен, когда мы жили на родной планете. Так было всегда. А ты, значит, решил отречься от них? – Голос Антиква звенел от возмущения.

– Я происхожу не с нашей родной планеты. Я родился на Орбоне, – сказала правдоптаха.

– И тут, на Орбоне, ты бросил всех нас в деревне без каких-либо предупреждений? – Антикв оперся на трость и поднялся, явно разгневанный словами Ровендера. – Когда болезнь забрала еще многих из нашего клана, тебя здесь не было. Когда мант-бегуны спасались от дорсеанских браконьеров, тебя здесь не было. Когда наши разведчики начали загадочным образом пропадать…

– Я ушел, потому что никто из вас не мог исцелить меня. Я ушел, потому что не знал, зачем мне жить. Я ушел, потому что не понимал, почему я выжил, когда мои родные погибли. – (Сот посмотрела на Антиква, но тот ничего не сказал.) – Я стал призраком, видением, принужденным вечно скитаться без всякой цели. Мне все было безразлично, включая самого себя… Пока я не повстречал девочку из рода людей, Зию Девять.

– Вот эту? – Антикв махнул рукой в сторону Зии.

– Зиа подарила мне цель. Она вновь наполнила мое сердце надеждой. Мой дух почуял, что она особенная. Мой дух велел мне учить ее, как если бы она была моим ребенком: рассказывать о нас… об Орбоне… обо всем. Но я и не догадывался, что это она учила меня.

Слезы текли по щекам Зии, пока она слушала Ровендера. Ее друг немало пострадал от Бестиила, авторитонов и песчаных снайперов, и все же казалось, что самые большие страдания он испытывает теперь, произнося эти слова, делясь этой правдой.

– И чему же она тебя научила? – спросила Сот.

– Сердце, полное сочувствия, так же непросто иметь в груди, как сердце, полное равнодушия, – ответила правдоптаха.

Антикв молчал. Члены совета смотрели на него в ожидании ответа.

– Скажи что-нибудь, – обратилась к вождю Сот. – Ибо теперь ты ведаешь его правду.

Антикв откашлялся.

– Я знал, что ты скорбишь о своих близких. И вся деревня скорбела о них. Мы все оплакивали их уход.

– Но ты этого никак не показал, – проговорила птичка.

– Вождь должен быть надежным и сильным, с какими бы ужасами он ни столкнулся. Вождь не может выказывать боль, Ровендер. Это могут истолковать как знак слабости, – сказал Антикв еле слышно. Почти шепотом.

– Мне не нужен был вождь, – отозвалась правдоптаха. – Я хотел видеть отца.

Антикв ответил дрожащим голосом:

– А я хотел вернуть своего сына, моего маленького беззаботного сына, который всегда был рядом. Всегда играл. Всегда смеялся. Не был раздавлен трагедией. Не был сломлен капризами судьбы.

– Дитя нуждается в родителях в любые времена, отец. Не только когда жизнь улыбается ему.

Антикв подошел к Ровендеру и осторожно вытащил птичку у него изо рта. Обхватив голову сына дрожащими руками, он проговорил:

– Ты прав, сынок. Ты прав.

Все члены совета старейшин захлопали и радостно заголосили.

Зиа наконец выпуталась из веревок и бросилась было к Ровендеру, но остановилась, увидев, что тот обнимает отца. Тут в голове ее, словно давно забытая колыбельная, всплыли строчки из прорицания Арии:

Зиа вытерла слезы и улыбнулась.

– Если столкновение неизбежно, – говорил Антикв, – мы должны сделать все, чтобы помочь братским кланам.

– Нам срочно нужно в Лакус, – сказала Зиа. Она сидела в кругу старейшин рядом с Ровендером. Большинство жителей деревни, а также Зиа Восемь набились в небольшую хижину и стояли кругом. – Предупредить альционов. А мне бы поговорить с Арией.

– С Арией? – удивилась Сот. – Арсианкой? Откуда ты ее знаешь?

– Мы встречались, – ответила Зиа. – Она предсказала мое будущее и наградила вот этим. – Зиа закатала рукав.

– Арсианский символ! – Глаза у Сот расширились от изумления. – Маленькая нимфа, на тебе метка.

Зиа раскатала рукав обратно. Ей не надо было оглядываться, она и так знала, что глаза всех в этой хижине устремлены на нее.

– Это хорошо? – неуверенно спросила она.

– Метка может свидетельствовать о хорошем, плохом и чем-то совсем ином, – сказала шаманка. – Зависит от того, какие действия и события с ней связаны.

– А поскольку ты сильно рисковала и пошла против воли вашего вождя, чтобы вернуть нам умирающего собрата, я бы предположил, что это хорошая метка, – высказался Антикв.

– Знаешь, арсиане – включая Арию – обычно сторонятся других. Они весьма избирательны в общении, – рассказывала Сот. – Помнишь ли ты что-то из предсказаний Арии?

Зиа сосредоточилась, пытаясь извлечь из памяти слова прорицательницы.

– Что-то про дар, который никто не может дать и взять… не знаю… не помню. Слова вертятся у меня в голове, но никогда не приходят по моему хотению.

– Дар? – переспросил Антикв.

– Величайший дар из всех – это жизнь, – отозвалась Сот.

– Может быть, имеется в виду генератор витавируса? – предположила Зиа.

Антикв согласно закивал:

– Этот дар уж точно никто не может взять.

– Кадм попытается, – заговорила Зиа Восемь.

– Я уже говорила: ему никогда не найти генератор, – ответила Сот. – Он сокрыт глубоко в Сердце Блуждающего леса, и его охраняют могущественные силы.

– Именно. Сущность, которая прозревает самый твой дух, – подтвердил Антикв. – Она узнает, если кто-то нечистый сердцем попробует ступить в ее пределы.

– А, те знаки, – сообразила Зиа. – Я помню, мы видели их, да, Рови?

– Предупреждение для всех, кто посягает на границы Сердца леса, – сказал Ровендер. – То, что обитает внутри его, – за пределами нашего понимания. Мало кто осмеливался войти туда, и еще меньше вернулись обратно.

– А те, что вернулись, вернулись совсем иными, – добавила Сот. – Стали непохожими на тех себя, которые прежде вошли в Сердце.

По собранию прокатился согласный шепот.

– Отец, можно, мы возьмем шаттл и полетим в Лакус, чтобы помочь нашим братьям-альционам? – обратился Ровендер к Антикву.

– Я все еще не понимаю, зачем людям осаждать Лакус, вместо того чтобы напасть прямо на Солас? – сказал Антикв, задумчиво поглаживая подгрудок[7].

– Я видела, что Кадму помогает некто, похожий на арсианина, – правда, он все же немного отличался от тех, что я видела прежде, – сообщила Зиа. – Они почему-то хотели сначала найти Арию, а потом уже идти на Солас.

– О, это плохо, – простонал Антикв. – Очень плохо.

– Почему? – растерялась Зиа.

Сот достала с полки продолговатый резной предмет из дерева. Им оказалась покрытая шеллаком деревянная фигурка улыбающегося округлого существа. Сот повернула верхнюю часть фигурки, и та раскрылась в середине, обнаружив внутри такую же резную фигурку меньшего размера. И Зиа словно бы увидела матрешек из своего сна.

– С нами на Орбону прилетели четверо арсиан. – Сот расставила все четыре куколки в ряд. – Две сестры и два брата.

– Да, – кивнула Зиа. – В Королевском музее я познакомилась с Дзином, и он рассказал мне об этом. У него две сестры: Ария и Дария.

– Верно, – сказала Сот и разделила куколок на пары. – Ария стремится разглядеть предвестия будущего. Дария ищет мудрости в прошлом.

Зиа наконец узнала кукол: они искусно изображали Арию, ее сестру и братьев.

– А Дзин что ищет? – спросила она, показывая на его кукольное воплощение.

– Знания. Именно поэтому король Охо и пригласил его в наше странствие, – ответила шаманка.

Зиа вспомнила, с каким интересом Дзин относился ко всем артефактам в своей коллекции и сколько вопросов ей задавал.

– А что же другой брат? – спросил Ровендер.

– Другой брат – Лорок. Он алчет силы.

– Ну не знаю, – сказала Зиа, разглядывая куколку, изображавшую Лорока. – То существо не выглядело особо сильным. Большой и страшный? Да, но, кажется, не очень-то сильный.

– Сила кроется ведь не только в мускулах и костях, не только в теле, – заметил Ровендер.

– Верно, – согласилась Сот. – Внутренняя, эмоциональная сила намного могущественнее.

– Честно, не знаю. – Зиа поставила Лорока к остальным. – У него было две пары глаз и больше рук, чем у Арии и Дзина.

– Хм, – задумалась Сот. – Твое описание не очень-то совпадает с тем, что я помню о Лороке.

Шаманка сложила куколок одну в другую и убрала их обратно на полку.

Зиа вспоминала свою беседу с Дзином. Его говор напоминал птичий щебет, но в словах звучала печаль. Даже безнадежность.

– Дзин сказал, что его сестра Дария умерла. А где теперь Ария, он не знал и искал ее, – сообщила Зиа.

Ее слова взволновали собравшихся сирулианцев. Многие принялись оживленно переговариваться между собой.

– Дария посетила нас много лет назад, спрашивала совета, – сказал Антикв. – Она тогда плохо себя чувствовала.

– Мы пробовали исцелить ее, но ничего не вышло, – подхватила Сот. – И мы отправили послание королю Охо.

– Через несколько дней сюда прибыл Лорок, – продолжал Антикв. – Они вместе оставили нашу деревню, и здесь их больше никогда не видели.

– Мы не знали, что она покинула этот мир, – сказала Сот и подняла раскрытую ладонь. – Надеюсь, ее дух обрел покой.

Весь совет повторил ее жест и произнес хором:

– Дух обрел покой.

– Вы должны немедленно отправляться в путь, предупредить Арию и помочь альционам, – заключил Антикв и жестом подозвал Галелля. – Найди, пожалуйста, Хэкеля. Пусть он поскорее подготовит шаттл для Ровендера, Зии Девять и ее сестры.

Галелль вышел, и собравшиеся начали расходиться. Зиа и Ровендер помогли Антикву забраться на его парящий диск и вслед за вождем покинули хижину. Они вместе проследовали в центр Фаунаса. Теперь, когда настала ночь, деревню освещали сотни подвесных фонариков.

– Зиа Девять, – произнес Антикв и взял девочку за руку. – Многое из того, что я узнал сегодня, весьма печально, но более всего я сожалею о том, как мой клан принял тебя. Простишь ли ты нас?

– Конечно, – улыбнулась Зиа. – Я так счастлива, что Рови вернулся домой.

– Ты молодец, Зиа. – Ровендер присел на корточки и положил руки ей на плечи. – Мой дух сегодня премного исцелился. Я рад, что ты была свидетельницей этого.

Зиа крепко обняла друга. У входа в хижину старейшин она увидела Зию Восемь, наблюдавшую за ними. Зиа улыбнулась сестре, но в темноте не разглядела, улыбнулась ли та в ответ.

Низкочастотный вибрирующий шум донесся откуда-то сверху. Над верхушками деревьев завис угловатый воздушный корабль с выпуклым лобовым стеклом. Сдвоенные двигатели шаттла работали на удивление тихо по сравнению с шумным двигателем «Бижу». Жители деревни расступились, и судно приземлилось на центральной площади. Из него появился взъерошенный улыбающийся пилот-сирулианец.

– Хэкель, которого ты знаешь с тех пор, как вы оба были нимфами, отвезет вас в Лакус, – сказал Антикв Ровендеру.

– Шаттл заправлен и готов к вылету, Ровендер. Отправимся, как только скажешь, – отчитался Хэкель.

– Не представляю, что ты сделала, Девять, но это сработало. Я думала, нам крышка, – проговорила Восемь, становясь рядом с младшей сестрой. Они обе наблюдали за оживленной беседой Ровендера и Хэкеля. – Похоже, твоему приятелю Ровендеру выпал счастливый шанс вернуться домой. Повезло ему.

– Нам тоже, – добавила Зиа. Она взяла Восемь за руку.

Восемь опустила взгляд на их сцепленные ладони и сказала:

– А вы с ним довольно близки.

– Ага, – ответила Зиа. – Мы много пережили вместе. Когда Матр погибла, он пообещал, что никогда не оставит меня.

Зиа Восемь молча смотрела, как Ровендер прощается с собратьями.

Кто-то похлопал девочку по плечу. Обе сестры обернулись и увидели Галелля, протягивающего им свое звуковое ружье с зарядным устройством.

– Это тебе, Зиа Девять. Пусть оно защитит вас всех.

– Спасибо, Галелль, – сказала Зиа и передала тяжелое оружие старшей сестре. – Надеюсь, нам не придется им воспользоваться.

– Я сожалею о том, как поступил с вами. Пожалуйста, прости меня в своем сердце.

– Конечно, – ответила Зиа.

Тут к девочке подошла Сот и взяла ее за руку.

– Мы от всего сердца благодарим тебя за возвращение домой ныне почившего Надео. Моя жизнь стала много богаче теперь, когда наши пути пересеклись, Зиа Девять. Надеюсь, ваше странствие будет благополучным. – Она повесила на шею Зии плетеный шнурок, на котором болтался стеклянный сосуд, наполовину наполненный какой-то пылью. – Это земля с нашей родной планеты. Вспоминай в своих путешествиях, что дом всегда с тобой, что ты везде – дома.

– Спасибо, Сот, – сказала Зиа и спрятала талисман под комбинезон. – Я буду беречь его.

Зиа и ее сестра поднялись в шаттл. Ровендер остановился внизу трапа.

– Сын мой, – произнес Антикв, протягивая к нему руки. – Сегодня ты многому научил этого старика перед тобой. – (Ровендер обнял отца.) – Прости меня, – прошептал Антикв. – Ничего, что тьма вновь окутывает наш мир; мне сегодня намного светлее – я могу вновь обнять тебя.

– Мне тоже, отец. Мне тоже, – отозвался Ровендер.

– Мне ведомо, что дух твоей матери ликует, видя нас сейчас.

– Я тоже чувствую это, – улыбнулся Ровендер.

– Возможно, часть альционов захочет перебраться сюда, к нам? – предположил Антикв. – Мы, конечно, не на побережье, но зато в стороне от угрозы… пока.

– Я приглашу их, – ответил Ровендер и пошел вверх по трапу. – Мы вернемся, я обещаю.

– Доброго пути, – сказал Антикв и поднял раскрытую ладонь.

Люк шаттла задраили, судно взмыло в небо и растворилось в ночи. Сквозь окно рубки Зиа наблюдала, как под ними несутся верхушки деревьев.

– Как думаешь, сколько нам лететь? – спросил Ровендер.

– Прибудем до восхода, – ответил Хэкель. – Я беру курс на восток, к озеру Конкорс, там будем двигаться к Лакусу вдоль береговой линии на юг. Когда долетим до озера, попытаюсь связаться с Соласом.

– Держись над лесом, вдруг понадобится экстренно приземлиться, – попросил Ровендер. – Не хотелось бы столкнуться с боевыми кораблями Кадма.

– Это уж точно, – фыркнула Восемь.

– Хорошо, учту, – сказал Хэкель. Он ненадолго отвернулся от панели управления и открыл дверь, ведущую в каюту. – Вы, наверное, изрядно устали за последние дни. Может, вздремнете, пока мы летим? Я вас разбужу перед прибытием в Лакус или если вдруг что-то пойдет не так.

– Отдохнуть – это хорошая мысль, – согласился Ровендер и вышел из рубки.

– Спасибо, Хэкель. – Зиа похлопала пилота по плечу.

– Очень признателен тебе, Зиа Девять. Так радостно снова видеть Ровендера у нас в деревне.

Зиа прикрыла дверь в рубку и оказалась в маленькой каюте шаттла со своей сестрой и Ровендером. Восемь изучала звуковое ружье Галелля. Зию передернуло от воспоминаний:

– Поверь мне, когда эта штука стреляет, лучше не оказываться на прицеле.

– Надеюсь, нам не придется его использовать, но все же меня утешает мысль, что каким-то оружием мы располагаем, – сказал Ровендер. Он открыл выдвижной ящик, вытащил три сирулианских спасжилета и кинул по одному Зии Восемь и Зии Девять. – Давайте поспим, если получится. По прибытии в Лакус нас ждет много дел.

– Как думаешь, Кадм уже там? – спросила Зиа, устраиваясь на своем месте и натягивая тяжелый жилет.

– Трудно сказать. – Ровендер застегнул свой. – Как и мы, альционы предпочитают тихое и незаметное существование. С ними не так-то просто связаться напрямую.

– Только бы мы не опоздали, – вздохнула Зиа. – Очень бы не хотелось, чтобы с Хостией или ее семьей случилось что-то плохое.

– Согласен, Зиа Девять, не хотелось бы. – Ровендер откинулся на спинку кресла и закрыл глаза. – Будем надеяться на лучшее.

Зиа проснулась от звуков чьей-то ссоры. Она посмотрела на Ровендера – тот мирно похрапывал на своем месте. Через закрытую дверь рубки доносился голос Зии Восемь.

«Что происходит?» Зиа двинулась в сторону кабины пилота.

– Мне все равно, что он сказал. Просто приземли шаттл, а потом продолжим, ясно? – говорила Восемь. Голос ее звучал зло.

– Где приземлить? – спросила Зиа, распахивая дверь. – О чем вы тут?

Хэкель объяснил:

– Зиа Девять, твоя сестра требует, чтобы я приземлился в Блуждающем лесу. Она…

– Девять, я тут вот что подумала: мы можем все это остановить, если первыми найдем генератор, – выпалила Восемь.

– Что? – не поверила ушам Зиа, заметив, что Восемь держит в руках ружье Галелля. – Нет. У нас нет на это времени.

– Но если генератор будет у нас, мы можем заключить сделку…

– Это устройство находится где-то в Сердце леса, Зиа Восемь, – проговорил Ровендер, присоединившийся к Зии в дверном проеме. – Туда нельзя входить.

– Это же всего-навсего деревья. – Зиа махнула ружьем в сторону леса, расстилавшегося внизу за лобовым стеклом. – Слушайте, мы просто обязаны забрать оттуда генератор до того, как Кадм отыщет его.

– Да Кадм не собирается его искать! – воскликнула Зиа, теряя терпение. – Он собирается захватить Лакус, если уже не захватил!

– Мы должны помочь нашим друзьям, – спокойно заговорил Ровендер. Он медленно протянул руки к оружию, которое сжимала Восемь. – Пожалуйста, отдай мне…

– НЕТ! – Восемь резко убрала ружье подальше от него и отступила на несколько шагов. – Мы захватим этот генератор! – И она включила зарядку.

– Что ты делаешь? – закричала Зиа.

– Лучше опусти его, Зиа Восемь, – спокойным тоном продолжал увещевать ее Ровендер. – Нельзя, чтобы это оружие выстрелило здесь. Это плохо кончится для всех нас.

На глаза Восемь навернулись слезы.

– Кадм забрал у меня все! Мою семью, мой дом, мою свободу. Но это он не заберет, Девять. Я заберу у него генератор. В кои-то веки он не сможет получить то, что хочет! – Восемь направила дуло на Хэкеля. – А теперь сажай свое корыто в Сердце леса, или мы совершим вынужденную посадку.

Через лобовое стекло Зиа увидела высокие стебли-«шпили», торчащие из лесного покрова и обозначающие границы Сердца. Она молча оглянулась на Ровендера. Восемь заметила это.

– Что? – сказала она. – Что такое?

– Сердце леса. Мы только что пролетели над ним, – объяснил Хэкель.

– Можем вернуться сюда и поискать генератор после того, как поможем альционам, – предложила Зиа.

– Да, – поддержал ее Ровендер. – Я лично отведу тебя туда, Зиа Восемь. Только опусти…

– Слишком поздно.

Зиа Восемь выстрелила по контрольной панели судна.

Зиа Девять схватилась за спинку кресла и подтянулась. Дым с резким запахом озона проник в ее легкие. Она закашлялась, и кашель отозвался в груди острой болью. Стиснув бока, Зиа опытным путем вычислила, что облегчение приносят только короткие вдохи.

Где-то в корабле открылся люк, и дым начал выходить наружу. До Зии дошло, что судно лежит на боку. Хэкель был в рубке, по-прежнему пристегнутый к креслу пилота и совершенно неподвижный. За спиной у Зии, возле открытого люка в задней части шаттла, лежал неестественно скрючившийся Ровендер.

– Рови? Рови? – Она подползла поближе. – Ты цел?

Сирулианец не ответил, но Зиа увидела, что его грудь вздымается и опадает. Ее синий друг был без сознания, но живой. Она уцепилась за тяжелую куртку и потащила его вниз по трапу. И они оба вывалились из шаттла на поросшую мхом землю.

Прохладный ночной воздух обволакивал дымящиеся обломки. Зиа медленно встала на ноги, прижимая ладони к пульсирующим от боли ребрам. У нее закружилась голова, и она чуть не упала назад, но чья-то ледяная рука вовремя подхватила ее.

– Идем, Девять, – резким голосом сказала Восемь. В другой руке она все так же держала звуковое ружье. – Покажешь мне, где Сердце леса.

От боли Зиа с трудом фокусировала взгляд.

– Нет! Мы не можем бросить их, – проговорила она, махнув рукой в сторону шаттла. – И мне очень нехорошо. Больно дышать. – Она собралась было нажать на нашивку спецтуники, запускающую мониторинг физического состояния, но тут вспомнила, что бросила заляпанную эвканикой тунику в боевого робота.

– Я все еще в спецтунике, Девять, она тебя вылечит. – Старшая сестра распахнула жилет, под которым виднелась темно-синяя ткань.

Зиа потянулась к спецтунике.

– Сними. Мне очень надо!

– Сниму, – ответила Восемь и застегнула жилет, – но сначала ты отведешь меня к Сердцу. Я добуду этот генератор.

Зиа осела на мох, не в силах сопротивляться.

– Ладно, – шепотом выговорила она. – Я… я отведу тебя.

– Хорошо! Вставай и пойдем! Мы сделаем это вместе! – Восемь дернула сестру за руку, резко подняв ее, и они направились вглубь Блуждающего леса.

– Дальше я не пойду, – сказала Зиа.

Они стояли посреди большого поля, окаймленного зарослями скрученного папоротника. В лунном свете листья папоротника качались и перешептывались в такт легкому ночному ветерку. Зиа знала, что их шепот обращен к покрытым наростами «шпилям», стоявшим на страже леса. Она помнила объяснения Ровендера: эти «шпили» – предупредительные знаки для тех, кто собирается нарушить границы и войти в запретную область.

– Нет, Девять, пойдешь. – Восемь задрала голову, глядя на верхушку одного из стеблей-«шпилей». – Я ведь не знаю, насколько этот генератор большой. Нам может пригодиться твоя способность звать на помощь деревья – и эти твои приятели и отнесут его, куда скажем.

– Сама зови! – Зиа опустилась на землю рядом со «шпилем». Она страшно вымоталась за время их лесного перехода. Каждый вдох ощущался так, словно грудную клетку распарывали осколки раскаленного стекла. – Мне… мне надо обратно, посмотреть, как там Рови и Хэкель.

– Ты никак не поймешь! – Голос Восемь пронзил ночную тишину, напугав стайку вертиплавников. – Твои друзья-пришельцы станут рабами, если мы не разыщем эту штуковину. У нас есть шанс добраться до нее первыми. У нас есть фора. Кадму наконец-то придется выслушать нас. И дать то, что мы хотим.

– Я думала, ты хочешь одного: чтобы мы были вместе. Чтобы мы жили как семья, – сказала Зиа. – Чего же еще тебе надо?

Бирюзовые глаза Восемь горели и метали молнии.

– Я хочу увидеть лицо Кадма, когда скажу, что знаю, где спрятан генератор, но ему он не достанется. Я хочу, чтобы он умолял меня отдать устройство, и хочу отказать ему – как он отказал мне в той жизни, которой я так жаждала.

Зиа ухватилась за «шпиль» как за опору, чтобы поднять себя на ноги. Бока горели.

– Тебя вообще бы не было – и меня тоже не было бы, – если бы не Кадм и его изобретения.

– А я и не хочу здесь быть! – заорала Восемь. – Я ничего этого не хотела! Я хотела жить на Земле – на той Земле, о которой рассказывалось во всех этих передачах. На Земле с городами, людьми, культурой, а не в этой… не в этой чуждой человеку глуши.

– Но этой прежней Земли тебе не видать. И мне тоже. И никому из пришельцев, покинувших свои родные планеты, чтобы начать новую жизнь здесь, этой Земли тоже не видать. Нам всем придется жить на Орбоне. – Зию одолел сильный приступ кашля, настолько мучительный, что перед глазами все стало белым. На ладони, прижатой ко рту, остались алые капельки крови.

Восемь посмотрела на луну – та пряталась за кольцами Орбоны. Блеск колец отражался в слезах на щеках Восемь.

– Если мне не видать Земли, то и ему не видать тоже, – сказала она и нацелила ружье на младшую сестру. – Ты идешь со мной, или мы обе умрем прямо здесь.

Зиа неохотно последовала за Восемь, продиравшейся через папоротник, мимо «шпилей»-знаков – под густую завесу листвы. Скрипели и щелкали ветки деревьев, кричали невидимые птицы, звенел ночной хор насекомых. Даже шум, с которым обе Зии шли по лесному ковру, не отпугивал лесных обитателей. «Лес наверняка знает, что мы здесь, – думала девочка. – Что там говорил про Сердце Ровендер? Что-то там должно быть у тебя… или ты должен быть каким-то, чтобы войти». Зиа держалась за ребра, ее тошнило от боли.

И вдруг все звуки одновременно стихли. Зиа очутилась на краю леса, на некотором возвышении, и внизу перед ней раскинулась обширная поляна.

– Какого черта! – воскликнула Восемь, подходя к младшей сестре, стоявшей у последнего ряда деревьев.

Странные растения, напомнившие Зии голограммы с микроскопическими грибами, тянулись к лунному свету. Яркий биолюминесцентный свет пульсировал внутри каждого, и от этого всю поляну заливало белесое свечение. Растения дружно колыхались, словно водоросли под водой, при этом Зиа не чувствовала ни малейшего дуновения ветра. В центре поляны виднелось нечто вроде метеоритного кратера.

– Вот оно! – обрадовалась Восемь и схватила сестру за руку. – Генератор там, я знаю!

– Я… я не могу дальше. – Зиа опять закашлялась и чуть не потеряла сознание от резкого приступа боли, пронзившего все тело.

– Мы совсем близко, Девять! – почти истерично вскричала Восемь. В ее глазах заблестело безумие. – Я отдам тебе тунику, когда мы окажемся у генератора, и все будет в порядке. Идем со мной! Давай же!

Обе они ступили на поляну, и растения, доходившие сестрам до пояса, потянулись к ним, как щупальца за пищей. Восемь ударила по тянущейся поросли ружьем, и щупальца отпрянули, а свет внутри их замигал. В зарослях метались и плясали всевозможные мелкие создания.

– Держу пари, он в центре того кратера.

– Нам не следовало сюда приходить, – прошептала Зиа. От страха дыхание ее участилось, что в свою очередь усилило боль. Ее легкие как будто совсем не могли удерживать воздух. Она снова закашлялась. И снова на руке остались капли крови.

Девушки взобрались по внешней земляной стенке кратера.

– Мы почти дошли, Девять! – сказала Восемь с безумным хохотком, сползая вниз по внутренней стенке. – У нас получилось! Кадм… – Тут она посмотрела в центр кратера и застыла.

– Что там? – еле слышно спросила Зиа. Помогая себе трясущимися руками, она перелезла через кромку. Девочка уставилась вниз и поняла, что никакой это не кратер. Перед ними лежали развалины подземного объекта ПВЧ – Убежища.

– Этого не может быть. – Восемь спрыгнула на крышу. – Где генератор?

Зиа скатилась по откосу, как с горки, и присоединилась к сестре. Крыша Убежища частично обрушилась, и несколько помещений оказались на виду. «И это Сердце леса? – недоумевала Зиа, подползая к провалу в крыше. – Может, тут на складе найдется спецтуника или хотя бы аптечка».

– Генератор ведь создан пришельцами, а не людьми, так? – сказала Восемь, стоя на краю обрушенной кровли. – Может он быть где-то в другой части леса?

Словно в ответ на этот вопрос раздался внезапный мощный хор звериных криков откуда-то из недр руин. Обе девушки отпрянули – изнутри Убежища вырвались причудливые существа, подобных которым Зиа никогда не встречала. Поразительные создания выползали, шагали на четырех лапах, неслись галопом и вылетали – прочь в окутавшую лес ночь.

– Не бегите. Не бойтесь, дети мои, – нараспев произнес чей-то мелодичный голос. – У нас гости, пилигримы с нашей прежней Земли. Они явились, чтобы очиститься, чтобы обнаружить свою истинную суть. Свою сущность. Понять свое устройство, свою натуру и свой смысл.

На глазах Зии из разрушенного Убежища начало подниматься нечто большое и прозрачное. Оно растягивалось, сворачивалось и скручивалось, из него вырастали какие-то ложноножки, словно оно было гигантской амебой. Сквозь колышущуюся мембрану распространялось электрическое свечение. Свет внутри создания как будто курсировал по сложной системе вен. На ум Зии пришли схемы проводки в «Бижу».

– Что? Кто ты? – Восемь приставила ладонь козырьком ко лбу, прикрывая глаза от яркого света, исходящего от существа. Это странное нечто явно поразило Восемь до такой степени, что даже остановило ее маниакальный порыв.

– Сердце, дух этого леса, – прошептала Зиа, сжимая горящую грудную клетку, и отползла подальше от пробоины.

– Я Хранитель Равновесия, – ответило создание, двигаясь в ночном воздухе так, словно плыло по воде. – Я Искра Жизни. Я Мать Всего Живого.

«Матр, – вдруг подумала Зиа. – Этот голос звучит как голос Матр».

Создание закрутилось вокруг своей оси, устремившись к девочке. Оно осветило ее и внимательно рассмотрело, а голос зазвучал у Зии в голове: «Я Матр. Я твоя мать. Я Мать всего».

– Мы не желаем тебе вреда, Мать, – сказала Восемь. – Мы просто ищем машину, инопланетный генератор. Если бы ты показала нам, где он, мы бы…

– Генератор? – Мать метнулась в другую сторону – к Восемь. – Все, что здесь есть, сгенерировано вовсе не машиной, все достигнуто путем метаморфоза, перерождения. Этого ты ищешь?

– Нет, – ответила Восемь. – Я ищу генератор. Мне нужно забрать его, прежде чем его найдут другие.

– Почему? – Мать еще ближе подплыла к Восемь.

– П-потому что я не хочу, чтобы глава людей забрал его, – с запинкой пояснила Восемь и начала придвигаться к младшей сестре.

– То есть ты бы взяла этот «генератор», чтобы никто другой не мог завладеть им? Ты бы захватила его? Спрятала? Охраняла бы его? – Создание вытянуло ложноножку, перекрыв Восемь дорогу к младшей Зии.

– Следи за тем, что говоришь, Восемь, – прохрипела Зиа, – и о чем думаешь.

– Захватить генератор и охранять его? – повторила Восемь, потом посмотрела на сестру и снова на Мать. – Ну да, пожалуй, так, – наконец решила она, хотя Зиа уловила колебания в ее голосе. – Ты можешь показать, где он?

– В тебе есть сомнения, – сказала Мать. – Ты скрываешь свою правду. Дай мне заглянуть в тебя. Дай увидеть твой дух, твою истину, прежде чем покажу, где находится эта твоя генерация.

Восемь коротко вскрикнула, когда одна из ложноножек Матери обвила ее и крепко сдавила.

Зиа протянула руку к сестре, и их пальцы ненадолго соприкоснулись, прежде чем ложноножка подняла Восемь вверх.

– Что ты делаешь, Мать? – спросила девочка. Восемь брыкалась, пытаясь высвободиться, но была поглощена эктоплазмой встреченного ими создания.

Ослепительная вспышка света вырвалась из Матери. Зиа крепко зажмурилась, но на сетчатке остался отпечаток: неподвижная Зиа Восемь, которая в мгновение ока лишилась всей своей одежды и вещей. Зиа медленно открыла глаза и увидела, что ее сестра висит внутри Матери, и тело Восемь стало таким же прозрачным, как у создания, ее поглотившего. Сквозь просвечивающую кожу и мышцы можно было разглядеть скелет и кровеносные сосуды.

– А я и не хочу здесь быть. Я ничего этого не хотела, – повторила Мать голосом Восемь.

– Отпусти ее, – попросила Зиа. – Прошу тебя, Мать, отпусти ее.

– Несбывшиеся желания глубоко ранили ее, – сказала Мать. – Смотри, как сильно отравила ее ненависть. Вот здесь. – Девочка видела, как сердце сестры гонит по ее жилам черноту. – Я не выношу ненависти.

– Ее обидели, да, причинили ей боль. – Зиа прикрыла глаза и постаралась отвлечься от жуткой боли в ребрах. – Мне тоже больно, Мать… Матр.

– Это правда, ей причинили боль. Однако и она в свою очередь причиняет боль другим. Она обидела тебя. – Мать продолжала изучать Восемь. – Я не вижу необходимости продолжать эту цепочку.

Зиа открыла слезящиеся глаза. Она смотрела на бьющееся сердце сестры. Пульс становился все реже и реже.

– Нет! – закричала девочка. – Не убивай ее! – Зиа опять зашлась кашлем и упала на крышу Убежища. – Восемь просто хотела иметь семью, – прошептала она. – Все этого хотят.

– Семью? Да, – отозвалась Мать. – Присматривать за своими, заботиться о них. Как я забочусь о своих малышах. – Создание просунуло ложноножку внутрь Убежища. – Однако, чтобы вырастить их в этом мире, она должна слиться с миром. Так тому и быть. – У Зии на глазах ярко окрашенный цветок, похожий на орхидею, проследовал по ложноножке внутрь тела Матери. – Я успокою ее измученный дух, – сказала Мать, и цветок поплыл к телу Восемь, подвешенному внутри тела Матери.

– Что ты делаешь? – спросила Зиа еле слышно.

– Я регенерирую ее дух, перерождаю тело, – ответила Мать.

Цветок вплыл в открытый рот Восемь и проследовал дальше по ее прозрачному телу. Восемь забилась и задергалась внутри создания. Зиа наблюдала за тем, как ноги ее сестры сплелись в одно целое, а пальцы на ступнях вытянулись в волнистые побеги.

– …изменяю ее к лучшему, – напевала Мать.

Волосы старшей начали стремительно расти во всех направлениях, закручиваясь и свиваясь в узлы, устремляясь наружу.

– …исцеляю все, что причиняло ей боль…

Кожа девушки стала жесткой и темной, покрылась морщинами и растрескалась.

– …воссоздаю ее заново…

Руки вытянулись и стали ветками. Пальцы превратились в листья.

– Я преобразила ее. Она эволюционировала и войдет в этот мир по-новому. Теперь она вольна покинуть мое лоно.

Мать выпустила перерожденную Зию Восемь – теперь та стала чем-то совсем иным, полудеревом-получеловеком. Восемь повернулась к младшей сестре, и ее тело заскрипело.

– Прости меня, – прошептала Зиа-древо. Крохотные бутончики пробивались на изогнутых веточках, некогда бывших волосами Восемь.

«Я сплю и вижу сон, – подумала Зиа. – Брежу, наверное, от боли. – Она закрыла глаза и свернулась калачиком. – Так и умру здесь, в Сердце леса».

Блестящая ложноножка протянулась к девочке. Ледяными, слабыми, дрожащими руками она взяла ложноножку и прижала к своей груди. На ощупь ложноножка оказалась теплой.

Дыхание Зии Девять замедлилось.

«Куда направится мой дух, когда я умру?» – спросила Зиа как-то.

«Однажды ты узнаешь ответ, Зиа, – сказал на это Ровендер. – Но полагаю, этот день наступит не скоро».

– Рови, ты ошибся, – прошептала Зиа. – Надеюсь, ты меня не забудешь.

«Скоро увидимся, Матр, – думала она. – Давай отправимся в это новое путешествие вместе». Она вдохнула последний раз, чувствуя, как ложноножка обвивается вокруг ее измученного тела.

Зии Девять казалось, что она отмокает в теплой ванне. Она попробовала пошевелиться, но запредельно уставшее тело не послушалось ее. Глаза девочки оставались закрытыми, а в голове откуда-то возникла размытая картинка: будто ее держит на руках какая-то женщина.

«Я умерла?» – озадаченно подумала Зиа.

– Нет, – ответила женщина. Зиа постаралась сосредоточиться на ее чертах лица и увидела легкую улыбку – совсем как на силиконовом лице Матр. Женщина прочесывала волосы Зии длинными пальцами, распутывая их, и с каждым движением они все больше теряли цвет. – Ты не умерла. Ты, которая использовала свое предсмертное дыхание, чтобы молить о спасении жизни другого, теперь со мной. Я исцеляю тебя.

«Исцеляешь меня? Как?»

– Открой глаза и увидишь, – ответила женщина.

Зиа открыла глаза и обнаружила себя внутри светящегося существа, внутри Матери. Как и у сестры, кожа девочки стала прозрачной, и сквозь нее легко было рассмотреть сломанные ребра и порванное легкое. Сияющая эктоплазма Матери текла вокруг и внутри Зииного тела, врачуя его.

«У тебя… провода в теле, – заметила Зиа. – Вместе с артериями и венами».

– Это правда, – ответила Мать. – Я химера. Существо, собранное из разных тканей, машинной и живой.

«„Химера“. Это слово я знаю, – подумала Зиа. – Ты что-то вроде Матр?»

– Когда-то давным-давно я была обычной машиной, запрограммированной творить новую жизнь, заботиться о ней и выпускать в мир. Но я изменилась. Я преобразилась, эволюционировала, вышла за пределы того, чем была раньше.

«Эволюционировала». Зиа посмотрела сквозь прозрачную кожу существа. Снаружи в ночной темноте стояла на страже одинокая фигура Зиидрева. Стояла неподвижно.

«А меня ты тоже преобразишь? Чем я стану?»

– Эволюция – это адаптация. Мутация. Выживание через принятие твоей изменившейся реальности. – Мать несла Зию в разрушенное Убежище. Изнутри существа девочка видела заросшие комнаты, так хорошо ей знакомые. – Ты интересная, малышка. Ты уже эволюционировала. Не похожа на свой вид и на тех, что я сотворила тут давным-давно.

«Правда?»

Зиа заглянула в генераторную – то помещение Убежища, где выращивались человеческие эмбрионы. От комнаты осталась лишь груда мусора, на которой росли разные причудливые растения. В дверном проеме порхали несколько дрейфозанов.

– Ты ближе к своим предкам тем, что лучше сонастроена с окружающей флорой и фауной.

«Ты про то, что я могу общаться с Отто и деревьями».

– Это сочувствие, сострадание, которое я ощущаю в тебе. Такую энергию я создать не способна. – (Сердце Зии с каждым ударом выталкивало белый свет, расходившийся по всему ее телу.) – Ты сочувствуешь другим, и не важно, кто или что они – растение, животное, пришелец из космоса или робот.

«Матр».

– Да, и, как твоя Матр, я по-прежнему обитаю здесь, – продолжала Мать. – Я по-прежнему создаю жизнь и выпускаю ее в мир. Так всегда было для меня. И так всегда будет.

«Ты продолжаешь создавать новую жизнь? – Зиа оглянулась на почти уничтоженную генераторную. – Как?»

– Я позволяю здешним существам сделать то, что сделала я, – испить живой воды, – ответила Мать. – Первозданного раствора, из которого происходят все существа.

Мать перенесла Зию на другую сторону Убежища, под обрушившуюся крышу. Там, где раньше располагались спортзал и теплица, теперь был маленький пруд. Зеленая поверхность водоема переливалась из-за плавающих в нем флуоресцентных биоформ, а по краям росли нездешнего вида растения. Мать выпустила Зию из своего эктоплазменного тела и усадила ее на берегу пруда.

Зиа потянулась и зевнула, совершенно не чувствуя боли. Если уж на то пошло, то девочка чувствовала себя так, словно проснулась после долгого глубокого сна. Коже вернулся привычный розоватый оттенок, но одежда и волосы стали абсолютно бесцветными. Девочка прошлась пальцами по ребрам и глубоко вдохнула. Раны излечились.

– Спасибо, – сказала она.

– Твою эмпатию и сострадание надо подпитывать и взращивать, – ответила Мать. – Попробуй живой воды и научи других адаптироваться к новым условиям, как это сделала ты. Научи их, как процветать в нашем заново придуманном мире.

Зиа посмотрела в воду. По поверхности пруда плавали те похожие на орхидеи цветы, один из которых Мать скормила Зии Восемь. А дальше, в центре пруда, виднелся какой-то металлический предмет в форме огромного семечка, наполовину погруженный в воду. Под слоем водорослей, покрывавших корпус аппарата, Зиа разглядела отчетливое изображение – глаз с горизонтальным зрачком, геральдический символ семейства Охо.

– Генератор витавируса, – прошептала Зиа. – Он упал сюда и выпустил вирус в воду.

В комнату влетел одинокий дрейфозан. Зиа наблюдала, как он опускает в водоем похожие на лепестки усики. Потом он сунул усик в рот, досуха облизал его и тут же начал биться в конвульсиях, как Зиа Восемь. Существо на глазах выросло в два раза, передние конечности его сильно удлинились. Оно повернулось к Зии и уставилось на нее внимательным взглядом. Осмысленным взглядом.

«Ты, – передало оно мысленно девочке. – Я».

И Зиа внезапно поняла, как работает этот самый витавирус, живущий в воде.

В той воде, которую каким-то образом испробовала обитательница Убежища Матр…

…в той воде, которая питала тепличные растения…

…в той воде, которая подействовала на все уцелевшие на Земле микроорганизмы. На водоросли. Тихоходок. Насекомых…

…в той воде, которая породила орхидею, поглощенную Зией Восемь.

«А те, что вернулись, вернулись совсем иными, – рассказывала Сот о побывавших в Сердце леса. – Стали непохожими на тех себя, которые прежде туда вошли».

– Испей из источника и пробуди то, что уже в тебе есть, – сказала Мать.

– Я не такая, как другие, – шепотом сказала Зиа. Она думала о Джен, Хейли и о своей сестре.

– Ты не такая, – согласилась Мать. – Прими эту мысль. Откройся истинной своей природе. Лишь тогда твой дух воспарит.

Откуда-то из глубины памяти в голове Зии всплыли слова Арии:

Зиа пригнулась к воде и опустила ладони в прохладную зеленоватую жидкость. Сложив их вместе, как чашу, девочка зачерпнула воды и поднесла ее к губам.

Затем она закрыла глаза и выпила.

Зиа проснулась от многоголосого уханья. Она резко села и удивленно огляделась:

– Где я?

На краю разлома в крыше сидели и переговаривались несколько вертиплавников. Зиа встала на ноги, постепенно вспоминая события минувшей ночи. Она вглядывалась в темноту Убежища в попытках разыскать Мать среди окружавшей пруд буйной растительности, населенной разнообразной живностью, но создания нигде не было видно.

Зиа посмотрелась в пруд, как в зеркало. Если не считать побелевших волос и одежды, она совершенно не изменилась. Девочка взобралась по склону кратера, укрывавшего Убежище, и огляделась. Предрассветные сумерки подсвечивали небо. Зиа-древо, вросшая корнями в крышу, танцевала с порхающими вокруг вертиплавниками под дуновение прохладного утреннего ветерка.

– Мне нужно идти, – прошептала Зиа сестре. – С тобой все будет хорошо?

– Да. Я как будто сбросила с души тяжкий груз, – ответила Зиа-древо. – Я дома.

– Как же я рада за тебя. – Младшая Зиа провела пальцами по коре-коже старшей. Она оказалась теплой на ощупь.

– Ты была права, Девять. Насчет того, что Кадму надо рассказать о расширяющемся лесе.

– Я просто не хочу, чтобы еще кто-нибудь погиб, – отозвалась Зиа, опустив глаза и с тяжестью на сердце вспоминая Хейли, Хаксли, Надео и Матр.

– Тогда покажи ему. – Пальцы-листья, растущие на ивовых ветвях, протянулись к талисману Сот, висящему на шее у Зии. Зиа-древо сорвала один из своих бутончиков и опустила его в сосуд с почвой планеты сирулианцев. – Покажи Кадму, что, если он желает процветания своему народу, его мысль должна эволюционировать.

– Спасибо, Зиа Восемь, сестра моя. Я так и сделаю.

И Зиа зашагала через поляну.

Она миновала кольцо «шпилей», охранявших Сердце леса, и остановилась передохнуть в зарослях папоротника. Закрыв глаза и глубоко вдохнув, она почувствовала каждое дерево, каждое животное, каждое насекомое в этом лесу. Словно в ней проснулось новое восприятие, четкое, острое. Она проникла сознанием вглубь леса – и вдруг наткнулась на знакомый дух.

«Я рядом. Приди ко мне», – передала она мысленно.

Зиа стояла в папоротниковых зарослях и смотрела в позолоченное зарей небо. Откуда-то издалека донесся свистящий звук, и в метре от нее приземлился огромный зверь.

«Ты. Я. Счастлив».

– Я тоже счастлива видеть тебя, Отто, – сказала Зиа, раскинула худые руки и обняла гигантскую броненосную тихоходку. Теплый сухой язык лизнул ее голову. – Времени мало. А сделать надо много. Ты поможешь?

«Да. Всегда. Помочь».

Зиа влезла на спину Отто и устроилась верхом на одной из пластинок его брони цвета ржавчины.

– Сначала проведаем Рови и Хэкеля, – сказала Зиа. – Отвези меня туда. – И она представила место, где упал шаттл.

«Держись. За. Меня».

Отто поджал свой похожий на плавник хвост под брюхо, потом щелкнул им о землю с невероятной силой и, оттолкнувшись таким образом, взлетел над верхушками деревьев. Очень скоро они приземлились на месте крушения, рядом с обломками корабля.

Зиа скатилась со спины водяного медведя на моховой ковер и обнаружила, что Ровендера на том месте, где она его оставила, нет.

– Рови! Рови! – на бегу звала девочка, устремившись к судну. – Рови, где ты?

– Его здесь нет, – откликнулся на зов Хэкель откуда-то со стороны входа в шаттл. – Зиа Девять? Это ты?

– Да, – ответила Зиа, вползая внутрь. – А где Рови? Он цел?

– Он в порядке, – кивнул Хэкель, во все глаза глядя на Зию. – Ушел искать тебя. Мы опасались худшего, обнаружив, что нет ни тебя, ни твоей сестры.

– О, со мной все нормально. – Зиа теребила прядь своих белых волос. – А ты как?

– Немного в синяках, но жить буду, – ответил пилот. – И вообще-то, возможно, сумею починить шаттл. Выстрел повредил только рулевое управление. К счастью, я держу тут запчасти на всякий случай. Но нам понадобится какое-то время, чтобы снова взлететь, особенно с учетом того, что корабль на боку.

«Отто, ты можешь толкнуть судно, чтобы оно встало прямо?» – подумала Зиа.

«Да».

Снаружи донеслись звуки поскрипывающего корпуса, на который навалился Отто.

– Держись за что-нибудь, – обратилась Зиа к Хэкелю. Тот с озадаченным видом послушался.

Медленно-медленно судно приняло нужное положение. Зиа и Хэкель вышли вниз по трапу.

– Молодчина! – Девочка почесала Отто за ушком.

– Гигантский водяной медведь. – Пилот-сирулианец упер руки в бока и изумленно разглядывал исполина. – Никогда раньше не видел их вблизи.

– Не бойся. Он мой старинный друг, – сказала Зиа и, взяв руку Хэкеля, положила ее на лоб броненосной тихоходки. – Отто, – продолжила девочка затем, – мне нужно, чтобы ты нашел Ровендера. Можешь сделать это для меня?

«Да. Привести. Назад».

– Спасибо. – Зиа потрепала его за усы. – Принеси его сюда целым и невредимым.

– Зиа Девять! – Ровендер спрыгнул со спины Отто и бросился к девочке. Сирулианец крепко обнял ее, и Отто довольно запел и заухал. – Ты в порядке? Я боялся самого худшего.

– Со мной все хорошо, Рови, – ответила Зиа, прижавшись к другу. – Я просто рада, что вышла из Сердца леса.

Глаза Ровендера расширились от удивления.

– Так вот почему у тебя бесцветные волосы и одежда! Дух леса очистил тебя. Вот что там произошло?

Зиа кивнула:

– Ты был прав, когда советовал доверять своему внутреннему голосу. Мы с Восемь одной крови и выросли в одном месте, но внутри оказались совершенно разными, понимаешь?

– Понимаю, – ответил Ровендер.

– В глубине души я чувствовала: мысли Восемь какие-то не такие, замутненные, – всхлипнула Зиа. – Наверное, меня грела надежда, что все изменится, когда мы уйдем из города, но этого не произошло.

– Ее боль глубока. – Ровендер вытер слезу с Зииной щеки, оставившую длинный след. – Такую рану тебе не под силу было исцелить. Никому не под силу.

– На самом деле, думаю, сейчас она все-таки исцелилась, – улыбнулась Зиа. – Я расскажу тебе все по дороге в Лакус.

– Ты права, Зиа. Времени в обрез. – Ровендер взял кое-какие припасы из шаттла и сложил их в рюкзак. – Пойдем. Хэкель, мы вернемся.

– Я буду здесь, – отозвался пилот. – Доброго пути.

– Доброго пути, – повторила Зиа, взбираясь на спину Отто.

Над их головами вдруг что-то загрохотало. Все задрали головы: над путниками летел здоровенный военный корабль. Его громадный силуэт заслонил утреннее солнце и погрузил лес в темноту. За ним в четком построении проследовало еще несколько кораблей.

– Они летят в Лакус, – сказал Ровендер.

– Мы опоздали, – добавил Хэкель, вздохнув с горечью потерпевшего поражение.

– Еще нет, – возразила Зиа, поглаживая верную тихоходку. – Отто, отнеси нас туда как можно быстрее, ладно?

«Быстро. Помочь. Вперед».

– Держитесь крепко, – сказала Зиа, наклонившись пониже и вцепившись в край бронепластинки.

– А я почти забыл, как мне это не нравилось, – вздохнул Ровендер, устраиваясь рядом.

Щелкнув о землю могучим хвостом, Отто взмыл в небо и помчал наездников в Лакус.

Выйдя из-под тенистого лесного полога, Отто вступил на обширную соляную равнину. Он заухал и содрал с ближайшего дерева большой лоскут мха.

– Отто нужен отдых, – объяснила Зиа. – Устал от всех этих прыжков.

– Вот и отлично, – обрадовался Ровендер. Он встал на спине тихоходки, вытащил из рюкзака подзорную трубу и оглядел горизонт. – Ты узнаешь местность?

– Да. Мы на равнине с восточной стороны от леса, – ответила Зиа.

– Верно. Прямо к югу от озера Конкорс и Лакуса.

Полуденный бриз пригнал минеральный аромат озерных вод. Знакомый запах перенес Зию в тот день, когда она впервые попала сюда с Ровендером, Отто и Матр. Тогда они искали хоть какой-то знак, что на планете есть и другие люди. Сейчас казалось, это все происходило в очень далекие времена.

Зиа прищурилась и всмотрелась в горизонт, куда Ровендер направил трубу. Над озером сгущались тучи, сливаясь со стелющейся дымкой.

– Ты видишь сам Лакус? Он на месте? – спросила она.

– Нет. Мы пока слишком далеко, – отозвался Ровендер. – Хм.

– Что такое?

– Вижу, как пыль поднимается и что-то движется по направлению к лесу, – показал Ровендер.

– Кадм?

– Сложно сказать. – Ровендер задумчиво поглаживал подбородок.

– Есть только один способ узнать, – сказала Зиа.

Отто и его пассажиры направились навстречу облаку пыли, двигаясь вдоль кромки леса. После полудня они добрались до южной оконечности озера, и там наконец выяснилось, кто поднимает пыль.

– Хостия! Фишиан! – Ровендер соскочил с Отто и кинулся к семейству альционов. Как и у сирулианцев, у жителей Лакуса суставы на ногах были выгнуты назад. Но сами альционы отличались меньшим размером и при этом обладали более пестрым окрасом.

Стоя высоко на спине Отто, Зиа всматривалась в береговую линию озера. Сотни альционов устремлялись прочь из своей рыбацкой деревни. У каждого с собой был минимум вещей – лишь то, что уместилось в корзинках и заплечных мешках. Стаи вертиплавников кружили в небе, издавая горестные крики, словно оплакивали этот исход. Позади них высились шишковатые башни, из которых и состояла деревня. А в воздухе над ними завис флот из сверкающих боевых судов Кадма, отражающих яркий предвечерний свет. Сердце Зии заколотилось так, будто хотело выпрыгнуть из груди.

Она скатилась на землю, чтобы помочь семье Хостии, и увидела малыша Зузи, самого младшего в семье. Он прижимал к груди деревянную куклу. Зузи бросился прочь и спрятался за матерью. Хостия, Фишиан и их старшая дочь Мэгден напряженно замерли, завидев девочку.

– Это так ужасно! – воскликнула Зиа. – Вы в порядке?

– Мы… нормально-с. – Хостия спрятала Зузи подальше. – Что случилось с тобой-с?

– Я побывала в Сердце леса и…

– Вот она! – заорал кто-то из альционов обоими ртами. Зиа обернулась и увидела старуху, которая тыкала в нее пальцем, продолжая выкрикивать: – Вот она, горевестница!

– Я? – задохнулась Зиа. – Я тут ни при чем, вторжение не из-за меня.

– Ты и твои машины. – Глаза у старухи горели ярко-оранжевым огнем. – Ты навлекла это все на нас. На всех нас!

– Это неправда, – произнес Ровендер.

– Еще какая правда! – возразила карга. – И это ты, Ровендер-с, притащил ее к нам.

Изгнанные жители деревни начали собираться вокруг старухи. Зиа попятилась к Отто.

«Ты. Я. Уйти».

«Пока нет, – ответила она мысленно. – Мы должны им помочь. Они напуганы».

«Стадо. Все еще».

«Да, они по-прежнему вместе, они есть друг у друга, несмотря на все остальное», – согласилась девочка.

«Скажи. Им».

Зиа влезла на спину водяного медведя. Альционы обступили их с Ровендером шумной толпой.

– Послушайте! – закричала Зиа. – Послушайте меня!

Гул собравшихся поутих. Все оранжевые глаза устремились на человеческое дитя.

– Я знаю, вам страшно, и мне очень-очень жаль, что все это произошло. Но поверьте, оно произошло бы независимо от того, посещала я вашу деревню или нет.

– Кто делает это с нами и зачем? – громко спросила Хостия. По собранию пронесся ропот.

Зиа сглотнула. Ясное дело, правда очень их расстроит. А Хостия и ее семья были так добры к ней. Ровендер поднял взгляд на девочку и ободряюще кивнул.

– Тяжело это говорить, но боевые корабли послали люди, такие же, как я, – решилась Зиа. – Они собираются захватить Солас.

Зиа ждала взрыва возмущения, гневных слов в свой адрес, но альционы хранили молчание. Их измученные и испуганные лица говорили сами за себя.

– Мы с Ровендером здесь, чтобы помочь вам. Он отведет вас в укромное место в глубине леса, там ждет шаттл. Вы можете улететь на нем куда захотите.

– Улететь? Улететь куда-с захотим? – переспросила Хостия с отчаянием. – Зиа, наш дом – Лакус.

– Ваш дом там, где ваша семья, – ответила Зиа. – Где кто-то ждет вас и думает о вас. – Она бросила взгляд на Ровендера. – И этого у вас не отняли.

– А ты? – спросил Фишиан. – Ты нашла свою семью? Это твоя семья наводит ужас и изгоняет нас из дома?

– Они как я, но я не как они, – ответила Зиа.

Альционы зашумели, услышав эти слова.

– Я отправлюсь к Кадму, вождю людей, и постараюсь остановить его. – Зиа скатилась вниз с Отто и вошла в толпу. – У вас нет никаких причин доверять мне и верить моим словам. Но послушайте себя здесь. – Зиа прижала руку к груди. – Прислушайтесь к себе: что вы чувствуете, когда я говорю, что сделаю все возможное и невозможное, чтобы вернуть вам вашу деревню.

Толпа расступилась, и Зиа зашагала по берегу по направлению к Лакусу. Ровендер догнал ее и взял за руку.

– Ты уверена? Мы же видели, на что способны эти машины.

– Я должна прекратить это, – сказала Зиа. – Кадм не знает о генераторе и разрастающемся лесе. И мне необходимо поговорить с Арией.

Ровендер встал на одно колено и положил руки на плечи девочке.

– Что, если они уже захватили Арию? Что, если Кадм не пожелает тебя слушать?

– Я должна, Рови. Я чувствую, что должна делать именно это. – Зиа выдавила неуверенную улыбку.

– Тогда мы с Отто будем сопровождать тебя, – ответил Ровендер.

– Нет. Вы с Отто отведете альционов к шаттлу. Я в точности знаю, что они сейчас ощущают: им страшно, они остались без крова и не понимают, что будет дальше. Если кто-то и способен повести их за собой и защитить, так это ты. Отто пойдет с вами, чтобы помогать. Он сделает все, о чем ты попросишь, поверь мне, – твердо сказала Зиа. Почему-то ее уверенность и решимость росли, когда она проговаривала план вслух.

Ровендер заключил девочку в долгие объятия и только потом заговорил:

– Пожалуйста, береги себя. Не знаю, что буду делать, если тебя потеряю.

Зиа крепко обняла его в ответ.

– Со мной все будет хорошо.

– Прежде чем ты пойдешь дальше, я хочу кое-что тебе вручить.

Ровендер отвязал с пояса разлохмаченную веревку.

– Это же из совета?

– Как сын Антиква я был первым претендентом на роль следующего вождя клана, – сказал Ровендер, повязывая веревку вокруг талии девочки. – Но настоящее умение вести за собой не передается по наследству. Его надо заслужить деяниями. Ты вождь, Зиа Девять. Герой. И ты моя УдивЛа.

Зиа снова обняла друга.

– Я тебя люблю, Рови.

– И я тебя люблю. Пожалуйста, возвращайся ко мне целой и невредимой.

– Я вернусь. Обещаю, – сказала Зиа и пошла дальше вдоль берега – одна, навстречу неопределенности.

Волны озера Конкорс плескались о кедботы Зии, ветер спутывал волосы. Она стояла у пешеходного моста, ведущего к первой башне Лакуса. На этой колоссальной башне высоко, над темно-зелеными водами озера, громоздились одна на другой шарообразные хижины с множеством обитателей. Сеть веревочных мостов и переходов соединяла эту конструкцию с четырьмя такими же. Зависший в вечернем небе флот боевых судов бросал на Лакус темную тень. С берега девочке было видно, что из кораблей в деревню спускают какой-то груз.

По галечному берегу ветер нес брошенное кем-то второпях пестрое яркое покрывало. Зиа подхватила его и накинула на себя как плащ, спрятав лицо. Затем она взошла на мост и зашагала к первой башне Лакуса.

Но едва она ступила под входную арку, ее чуть не сбила с ног группа альционов. Они несли товарища-рыбака, который явно был в обмороке. Запрокинутая голова рыбака болталась на ходу, и на шее у него виднелась характерная рана от ШОК-дротика.

Остановившись на мгновение, Зиа закрыла глаза и внутренне потянулась к хижинам первой башни. Повсюду ощущалось присутствие альционов, их паника и растерянность. А где-то недалеко впереди какое-то другое существо испытывало сильный страх.

Одинокий рыбачий вертиплавник, все еще привязанный к раскачивающемуся мосту, издал печальный крик. Зиа развязала веревку у него на шее, бросила поводок на мостки и шепнула:

– Все хорошо. Можешь лететь к своим. – Потом она погладила птицу по гладкой головке и добавила: – Но прежде чем улетишь отсюда, можешь подняться наверх и посмотреть, по какому мосту безопаснее всего идти?

Вертиплавник крякнул и взлетел над башней. Зиа отправилась дальше, огибая ее непомерную опору. Изнутри доносились звуки – кто-то кричал, громыхали машины, а потом поверх этого гомона раздалось стаккато выстрелов.

«Лети по ближайшему к воде», – вплыло в мозг Зии послание вертиплавника.

– Спасибо, друг, – прошептала она одинокой птице, кружащей в вышине над башней.

Зиа ступила на шаткий подвесной мост, слегка утопающий в воде и ведущий ко второй башне. Она осторожно шла по тонким доскам, наблюдая, как по такому же мосту у нее над головой бегут жители деревни. «Надеюсь, я успею к Арии», – подумала девочка. В том, что прорицательница по-прежнему здесь, она была уверена – об этом Зии говорил внутренний голос.

Зиа уже добралась до середины моста, когда в первой башне раздался взрыв. Она резко обернулась и в огромной пробоине – там, где еще недавно были хижины, чьи-то дома, – увидела боевого робота. Большущими своими клешнями робот начал последовательно обрезать канаты веревочных мостов. Один за другим те обрушивались в озеро, и с них падали в воду жители деревни. Рыбаки на длинных узких плотах лавировали между плавающими конструкциями, вылавливая выживших собратьев.

Послышался громкий треск, и плетеный канат, служивший поручнем моста, на котором была Зиа, обвис. Не медля ни секунды, девочка бросилась ко второй башне. Треск! И второй канат постигла та же участь. Зиа оглянулась. Робот обрезал последние крепления. Ей не успеть. Девочка упала на корточки и вцепилась в деревянный настил моста. Мост обвалился в озеро и запутался в плавающих на поверхности веревках и деревяшках обрушившихся ранее мостков. Другой конец моста все еще крепился ко второй башне, только теперь по нему надо было перебираться, как по веревочной лестнице, а не идти пешком. Перехватывая руками доски настила, Зиа достигла основания башни.

Спиральная лестница, огибающая башню, была усыпана брошенными на ходу вещами. Зиа пробиралась наверх мимо разбитых фонарей, помятых широкополых шляп и перевернутых рыбацких корзин. Наконец она вышла на центральную площадь, вокруг которой ярус за ярусом высились домишки и лачуги. Низкое солнце уже не проникало сюда – все находилось в тени гигантского военного корабля. Зиа спряталась за опрокинутой повозкой и замерла, ожидая, что из брюха судна начнут спускаться боевые роботы. Однако никто не появился.

«Вторжение остановлено? Вот странно, – удивилась она. – Может, они все еще разыскивают Арию».

– Человеческое дитя, Зиа Девятая, – прошептал вдруг голос, словно принесенный прохладным озерным ветерком. Девочка тут же узнала этот певучий голос, хоть и звучал он куда печальнее, чем раньше. – Девять Зий, дитя человека.

– Человек возвращается, – пропел голос. – Возвращение человека.

И девочка пошла по пустым мосткам вперед, к жилищу Арии.

– Ария, мне нужно поговорить с тобой. Боюсь, ты в опасности.

– Увидеться со мной должна ты, Зиа Девятая. Ты должна со мной увидеться.

– Кое-кто другой, похожий на тебя, сотрудничает с Кадмом, вождем людей. – Зиа уже бежала. Все выше и выше взбиралась она, пока не добралась до самого верхнего яруса. – Возможно, это твой брат.

– Другой, как я. Я и другой.

– Ария, тебе надо уходить! – выпалила Зиа. Она пронеслась мимо множества круглых домиков и остановилась перед большой хижиной, сбоку от которой виднелась узкая лестница наверх.

– До тебя уйду я. Я уйду и оставлю тебя позади.

Зиа взлетела по лестнице, перескакивая через ступеньки, и пересекла шаткий подвесной мостик, ведущий к маленькой плетеной хибарке Арии.

– Ты входи, – сказал голос. – Входи ты.

Зиа ввалилась в дверь и тут же споткнулась о груду приношений – дары беспорядочными кучами покрывали пол прихожей.

– Ария! Ария!

Чье-то шипение зазвучало вдруг в голове у Зии: «Спаси себя от поглощения. Спаси мою хозяйку». Зиа подняла глаза и увидела питомца Арии – громадного шип-червя, обвившегося кольцами вокруг потолочных балок. «Мне нужно поговорить с твоей хозяйкой», – обратилась она к червю мысленно. Зиа отодвинула тяжелые шторы с бахромой и вошла в заднюю комнату.

Возле окна в мутном предзакатном свете парил главный советник. Его рот был разинут неестественно широко – он походил на змею, заглатывающую птичье яйцо. А внутри этого распахнутого рта находилась добыча советника – Ария.

– Нет! – закричала Зиа.

Главный советник закрыл рот и проглотил предсказательницу. Его тело затрепыхалось и разбухло. Девять новых маленьких толстеньких ручек проросли из туловища, открылись три пары новых глаз.

Зиа попятилась от советника, запнулась и упала на пол. Она поползла в тень занавесей по сваленным приношениям и случайно уронила подставку, на которой стоял поднос с любимой едой Арии – свежими яйцами шип-червя.

«Хозяйка не хозяйка», – сообщил Зии шип-червь. Он прополз в комнату по балкам и отложил еще одно яйцо. Оно шлепнулось рядом с девочкой.

И тут советник заговорил. Его слова зазвучали трехголосием.

– Зиа Девятая, твое прошлое привело меня к моей сестре. Моя сестра отныне – прошлое. – Он бросил Зии ее омнипод. Тот брякнулся об пол и немного прокатился по нему.

– Лорок, – буркнула Зиа.

– Я Лорок. Я сила. Я власть. Моя сестра Ария ныне присоединилась к моей сестре Дарии. Теперь я вижу прошлое. Теперь я вижу будущее. – Он подлетел к Зии поближе. Она неловко вскочила на ноги и кинулась прочь, но Лорок схватил ее за волосы и притянул к себе. – Сегодня день моего воссоединения с Арией. Завтра я воссоединюсь с Дзином. И тогда я наконец достигну цельности, совершенства.

– И что потом? – Зиа пыталась вырваться из хватки врага, но все было без толку.

– Многие желания короля Охо воплотятся. А многие – уступят место желаниям нового короля.

– Ты будешь королем? – Зиа почему-то вспомнила, как ее схватил песчаный снайпер в древних руинах, и – как тогда – она расслабилась, борясь с паническим желанием высвободиться. Продолжая разговаривать с Лороком, девочка отправила мысленное послание шип-червю. – А как же Кадм?

– Кадм победит сегодня, чтобы проиграть завтра, – ответил Лорок. – Я поступлю с ним так же, как собираюсь поступить с тобой.

«Помоги мне, – думала Зиа. – Помоги мне освободиться… ради Арии. Ради твоей хозяйки».

– А тебя я собираюсь убить, – сообщил Лорок. Он взялся за голову девочки так, словно хотел переломить ей шею, но вдруг выпустил ее и упал на спину – что-то большое прилетело на него с потолка.

Зиа, внезапно освобожденная из цепких ручонок Лорока, поднялась с пола и оглянулась: гигантский шип-червь Арии тащил советника в прихожую. Он плотно обвил жертву кольцами, не давая ему пошевелиться. Не видя другого выхода, Зиа вылезла через окно и взобралась на крышу. Теперь она стояла посреди стайки вертиплавников и смотрела на Лакус с самой высокой точки деревни. Далеко внизу об опору башни грозно бились волны озера.

Девочка пошатнулась под резким порывом ветра, встала на четвереньки и поползла между птичьих гнезд.

Но тут середина крыши разлетелась, и испуганные вертиплавники метнулись кто куда.

– Побег не спасет тебя, маленькое создание. – Лорок, ставший еще большего размера, чем раньше, выплыл из дыры. Зиа отступила на самый край крыши. – Ты не сможешь избежать своей судьбы, – выплюнул советник.

– И ты не сможешь избежать своей, – ответила Зиа и, повернувшись к нему лицом, процитировала слова Арии:

– Я видел свое будущее, нимфа, – заносчиво произнес Лорок. – Может, ты и есть «то самое» дитя, но тебе не под силу остановить начатое.

– Так же, как и тебе, – упорствовала Зиа.

– Возможно. Но знай: я не паду от твоей руки. Ты же падешь от моей. – И Лорок кинулся на девочку.

Уворачиваясь от него, Зиа оступилась и упала с крыши хижины Арии. Она жестко приземлилась на кровлю другой лачуги – этажом ниже. Несмотря на боль от удара, Зиа снова поднялась на ноги и встала лицом к Лороку среди гнезд вертиплавников.

«В атаку на незваного гостя, – мысленно скомандовала она птицам. – Он разорит ваши гнезда». Стая вертиплавников бросилась на Лорока, и тот оказался в эпицентре бьющихся крыльев и острых клювов.

Зиа вытянула руки в стороны.

«Вот бы я умела летать».

Несколько самок вертиплавников поднялись из гнезд и окружили девочку, затем уселись на ее руки и плечи, плотно вцепившись в одежду когтистыми лапами. В один миг все они захлопали крыльями и взмыли в воздух.

Стопы Зии оторвались от крыши лачуги. Белые волосы развевались у лица, и сквозь них девочка видела, как отступает Лорок под напором атакующих его птиц. Вертиплавники уносили Зию прочь, красное солнце пряталось за горизонтом, и мир погружался во тьму.