Всё в мире происходит в своё время. Такая умная фраза была вычитана мною в како-то занимательной книге, что в большом количестве имелись в библиотеке. Никогда особенно не понимала, что это должно значить?

Я — фея, поэтому моё время текло размеренно и постепенно. Его было безбрежно много, ведь мы магические существа, которые бессмертны. Так зачем считать то, чего неизмеримо много?

Можно целый день отдыхать, танцевать, заплетать мои чудесные волосы цвета красного дерева, как называла их мама, плавать, читать и не думать о том, что на что-то не хватило времени. Будет ещё завтра и послезавтра, и вообще несчётное количество дней! Мне никогда не было скучно! Всегда можно найти что-то интересное, чем можно заняться!

Надо сказать, что мой живой характер — это дар, доставшийся от обоих родителей, поэтому мне не совсем понятно вечное брюзжание матери по этому поводу. Ну что такого, если девушка любит приключения, вечеринки и весёлую жизнь? Ничего! Но мама так не считала, хотя и сама была не прочь повеселиться, моё же воспитание её тяготило.

Это и неудивительно для феи. Феи вовсе не те чудесные существа, что порхают с цветка на цветок, выполняя иногда пожелания людей, как пишут они в своих сказках. Вовсе нет! Мы свободолюбивые волшебницы, живущие в собственном мире, где вечное лето, никакой работы и мужчин!

Вот это обстоятельство маму ужасно расстраивало, поэтому она частенько спускалась в мир людей, чтобы иметь возможность вволю пофлиртовать с прекрасным полом. Это её слова, а не мои. Мужчины очень радовались такому названию, видимо, потому что не знали продолжения этой фразы, что они прекрасны в своей простоте и незамысловатости.

Но, как бы там ни было, в результате очередного своего отпуска на землю, она обзавелась мной и родительскими обязанностями.

Она честно старалась найти моего отца и сбагрить воспитание на него, но вот никак у неё не выходило. Он будто под землю провалился. Это стало одним из самых больших расстройств в её жизни, ведь пришлось взять ответственность обо мне на себя, а это именно то, что феи так не любят!

Я очень старалась не создавать ей проблем, но они находили меня сами. Честно! Просто мне было интересно, как всё в мире работает, почему волшебство и магия существуют, и самое интересное, что они умудрились сосуществовать во мне!

Если я злилась, то огненные вихри, шары и стрелы начинали разрушать наш дом, а, учитывая, что магов среди фей не было, то помочь с этим мне никак не могли. Сама я справлялась кое-как, в основном медитациями, но сидение на одном месте меня просто убивало.

Первое совершеннолетие феи наступает в двадцать один год, после этого уже можно начинать путешествовать по мирам. Смущала меня только моя огненная магия, которой управляла я практически никак.

И вот однажды, мне пришла в голову чудесная мысль, что я могу поступить в академию магии в человеческом государстве, где мама нашла моего отца! Это же чудесное решение! Там-то точно знают, как научить девушку пользоваться огненным даром! Я даже покружилась по комнате, радостная оттого, что нашла такое простое решение. Когда освою её, то смогу путешествовать и, возможно, отыщу и своего отца! Я совсем не против с ним познакомиться.

Осталось лишь сообщить об этом чудесном решении маме, и я не ждала большого понимания с её стороны. Уж она-то считала, что люди ничему хорошему научить не могут, слишком жадные, корыстные и себялюбивые. Последним и феи не брезговали, но маме лучше такого не говорить!

— Мама, я приняла важное в своей жизни решение!

— Это какое же, Фиаламинэлика? — насторожилась она.

— Я поступаю в магическую академию! И этим всё сказано! Хочу освоить магию, завести настоящих друзей, как в книгах пишут, путешествовать и найти отца! — озвучила я весь список. — И ещё, хочу иметь возможность самой оценить людские достоинства и недостатки, а не только с твоих слов!

Мать некоторое время молчала, видимо, стараясь подобрать слова для своей ответной речи, а заставить Лаурениэль потерять дар этой самой речи, тот ещё подвиг!

— Девочка моя, зачем тебе это нужно? Чему фея может научиться у людей? Сама подумай, как это звучит?!

— Научусь огненной магии, её управлением! — твёрдо стояла я на своём.

— Допустим, — выдохнула фея, — но они тебя обязательно обидят, ведь ты такой нежный цветочек, не знающий подлости и предательства! А люди этим славятся! С чего ты взяла, что они захотят с тобой дружить? Они станут тебе завидовать, ведь ты фея! Ты настоящая волшебница, а они всего лишь маги!

— Уверена, что не все там такие плохие! Если бы там было так ужасно, то ты не стала бы регулярно уходить к людям!

— Я с ними не дружу, — вдруг слегка покраснела мама, — просто, э, общаюсь.

— Сам факт моего существования говорит о тесноте этого общения, — иронично протянула я.

— Не дерзи матери!

— И не думала, просто привожу доступные факты, — миролюбиво отозвалась я.

Мама заходила из угла в угол нашего дома. Внутри неё шла борьба. За эти года она свыклась с мыслью, что надо быть заботливой матерью, и вот теперь есть шанс переложить дальнейшее воспитание на эту самую академию, но люди её явно смущали.

— Ладно, попробуй, но как только поймёшь, что больше там не сможешь находиться, сразу домой! Меня позови, и я помогу выпутаться из неприятностей! И тебе нужны деньги и одежда!

— Разве я голая? — удивлённо осмотрела себя.

Чудесное короткое платье из лепестков мне очень нравилось.

— Люди так не одеваются! Тебя даже на порог этой академии не пустят в таком виде! Там любят кутаться в кучу слоёв тряпок, хотя иногда это оправданно, ведь в некоторых землях бывает и вправду совсем нежарко!

— И как же мне надо себя преподнести людям?

— Во-первых, не выражаться так. Нужно быть проще! Не рассказывать о себе много, не давать себе садиться на шею! Во-вторых, не пытаться дружить со всеми! Это невозможно, да и не нужно!

— Зачем им моя шея? — не поняла я.

— Это такое выражение! Так! Надо совершить вылазку в мир людей, приодеть тебя и показать, как они живут, может, ещё в процессе передумаешь там оставаться. Это, конечно, новый для тебя опыт, но возможно, и, вправду будет полезным! Решено! Отправляемся завтра! Пусть я не была самой лучшей матерью на свете, но если таково твоё желание, я помогу тебе его осуществить, даже если мне придётся ректора этой академии в лепёшку расшибить!

Мне заранее стало жаль бедного ректора, ибо мамин энтузиазм — это страшная вещь, которой невозможно управлять, как стихийным бедствием.

У мамы слово с делом не расходились, если она сказала, что отправляемся завтра, то подняла меня утром следующего дня в несусветную рань, так как пара было готовиться к отбытию.

Спорить с ней даже не пыталась, это бесполезно. К тому же мне не терпелось увидеть мир людей своими глазами, а не представлять его с рассказов матери или страниц книг, которые я читала.

Первым испытанием оказалось надеть человеческую одежду. У мамы имелся некоторый запас платьев, одно из которых она мне и предоставила. Минут десять я пыталась в него влезть и застегнуть, как требуется, но, честно сказать, получалась какая-то ерунда. Оно висело на мне, как мешок, спадало то с одного плеча, то с другого, и в целом болталось как хламида.

— Мам, что за ужас такой? — возмутилась я. — На тебе оно смотрится как-то по-другому! Лучшие и по фигуре!

Я окинула взором её стройную фигурку, что так ловко обтягивало светло-зеленое платье.

— Это потому, дочь, что нужно зашнуровать, а не просто нацепить на плечи, — усмехнулась она. — И так нужно делать каждый раз: надеваешь — зашнуровываешь, снимаешь — расшнуровываешь. Понятно?

— Угу, — что-то промычала в ответ, пытаясь повторить движения матери, которая ловко управлялась с этой самой шнуровкой.

Посмотрев в зеркало, ещё минут пять смеялась, так как мамина сторона платья получилось аккуратно зашнурованной, по фигуре, а моя, будто кто-то сдуру затянул во всю свою мощь, из-за чего платье собралось уродливой гармошкой. Пришлось расшнуровать и тренироваться заново.

В общем, мы раз пять так делали, пока мама признала, что я зашнуровала вполне терпимо.

Ещё одно испытание — это туфли, мало того что узкие, так ещё и на каблуке! Я тренировалась ходить в них, балансируя руками, как по скользкому льду пробиралась.

— Люди специально, что ли, придумывать всякую дрянь, чтобы не жилось спокойно?! — громко возмущалась я. — Зачем им такая неудобная обувка?!

— Это такая мода, рост прибавляет женщинам, ну и вообще считается красивым.

— Ужас какой! А если я надену туфли без каблука, люди подумают, что я страшная? — с беспокойством посмотрела на мать.

— Ну, страшной тебя вряд ли кто-то посчитает, — задумчиво проговорила она, — но вот платье будет волочиться по полу.

Я обернулась, чтобы посмотреть и убедиться в этом самостоятельно, ну да, без каблуков подол будет лежать на полу.

— Да что ж это такое! — разозлилась я. — Пока научишься всем премудростям, некогда будет поступать учиться!

— Не хочу тебя расстраивать, дорогая, но, вообще-то, учебный год уже начался. Если я правильно помню, то занятия уже идут несколько месяцев, — пожала она плечами.

— То есть меня могут ещё и не взять? — обернулась я полностью к матери.

— Да, могут и не взять до следующего года, но я обещала постараться уговорить ректора, и я слово сдержу! — торжественно пообещала она, отчего я немного выдохнула, зная маму, с не проще согласиться, чем отказаться.

Когда я смогла сносно на каблуках пройтись по комнате три раза вперед и назад, ни разу не зацепиться за платье, и вполне себе приветливо улыбаться при этом окружающим, мама сказала, что можем отправляться.

Мы появились на улице за каким-то деревянным строением. Сразу же со всех сторон навалился шум и гам, никакого тебе пения птиц и шуршания листьев, журчания ручья, зато вдоволь ржания лошадей, квохтанья кур, криков детей и взрослых, а также перестука колес разных транспортных средств.

Я ещё молчу про странный запах, который витал в воздухе.

— Где это мы?

— В ближайшем к академии городке. Сейчас снимем номер в таверне, поедим, а потом отправимся пытаться выбить тебе мест для обучения. Если получится, то тогда нужно будет ещё и закупиться здесь.

— Чем же?

— Фиалка! Конечно же вещами для учёбы!

Мама звала меня Фиалкой, чтобы не выговаривать каждый раз чудесное имя Фиаламинэлика, которое же сама мне и выбрала, но она ссылалась на то, что оно семейное, поэтому выбора особо и не было. Если она обращалась ко мне по полному имени, то значит я в чём-то сильно провинилась и мать недовольна.

— Ах да, конечно, вещи для учебы, — пробормотала я.

Мы, не спеша, прошли к дверям здания и вошли внутрь.

Ну это, надо признаться, не Вечный лес.

С любопытством села за столик у окна. К нам тут же подошла девушка в переднике с подносом.

— Что желают леди?

— Овощи есть? — спросила мать.

— На завтрак? Нет, — удивленно проговорила она. — Могу предложить яичницу, жареное мясо, тосты и чай.

— Тогда тосты и чай, — решила мама.

— А яблок у вас нет? — решила всё же уточнить у девушки.

— Ну, если надо, поищу, — как-то неуверенно ответила она.

— Ой, это было бы чудесно! — лучезарно улыбнулась ей, чтобы выразить степень своей благодарности.

Когда девушка отошла на приличное расстояние и скрылась в дверях кухни, что скрепили как несмазанная телега, я оглядела зал более внимательно. Никакой внутренней отделки тут не было, видимо, считалось, что бревнах и есть само по себе украшение. Единственное, что позволили себе хозяева — это развесить связки лука и чеснока по стенам, несколько пучков сухих трав, надо полагать, чтобы отпугивать насекомых, но на этом всё.

Даже на окне не было ни одной занавески.

Столы тоже были деревянными, сколоченными на века. Если такой стол упадет на ногу, то точно будет перелом. Стулья были также громоздкими и тяжелыми.

— Люди не любят изящных вещей? — шепотом спросила я мать.

— Любят, только не все их себе могут позволить.

— Но мы же можем? — осторожно уточнил у нее.

— Можем-можем, только об этом лучше не кричать на каждом углу, чтобы нас не пришли грабить.

— Да разве кто-то может причинить нам вред?

— При желании много чего можно сделать, хотя, конечно, простые грабители — это ерунда, но зачем нам привлекать к своим персонам ненужное внимание? В комнате у себя будешь уют создавать, а тут потерпи.

— Да я просто так спросила. Тут вернулась наша подавальщица, поставила на стол две тарелки с тостами, вареньем и тарелку яблок.

Она неуверенно посмотрела на меня, будто спрашивая: то она принесла или мне, что-то другое нужно? Но я была рада, яблоки хоть были некрупные, но свежие, с красными бочками, явно только что вымытые, так как капельки воды блестели на них как алмазы.

— Ой, да вы просто волшебница! — польстило я девушки, искренне радуясь, что она достала мне то, что я просила.

Я же фея, а мы едим нектар волшебных цветов, овощи и фрукты, а люди, судя по всему, предпочитают мясо.

Мама пила чай маленькими глоточками, а я хрустела румяными яблоками, посматривая на посетителей заведения. Надо сказать, что они на нас поглядывали со взаимным интересом, учитывая, что мы были единственными женщинами-посетительницами в зале.

Когда наши чашки и тарелки опустели, а время, как сказала мама, подошло к приемным часам, мы сели в карету и направились к академии.

Сердце моё трепетало как никогда. Мечта, что столь близко, стоит только руку протянуть, и она станет твоей.

Даже не представляю, что будет, если мне откажут, я уже свыклась с мыслью, что буду студенткой!

Я с большим восторгом смотрела в окно кареты. Всё вокруг мне было интересно, ведь я никогда не была на земле людей.

С восторгом наблюдала как детишки в тёплой и явно неудобной одежде, бегали по снегу, которого было совсем немного, и пытались его соскрести в кучку, чтобы построить какую-то штуку, больше всего напоминающую голема.

Женщины вдоль дороги торговали всякой всячиной, несколько мужчин проехали мимо нас на лошади.

Ой, это было так интересно! Я бы с большим удовольствием тоже так попробовала, даже вслед обернулась, чтобы посмотреть, до того интересно это выглядело.

В общем, на сиденье я вертелась как егоза, мать только глаза закатывала.

— Фиалка, да угомонись же ты хоть на минуту, ещё успеешь на всё это насмотреться до тоски!

— А вот я не уверена, что мне это разонравится! Ты только посмотри, сколько всего интересного вокруг!

— Да видела я уже. Цветочные духи, неужели и я также выглядела в первые дни на земле людей?! Ох уж эта детская непосредственность!

Я не стала напоминать матери, что было это так давно, что она сама уже, видимо, не помнит. Тему возраста при ней было поднимать категорически нельзя. Закончиться это могло чем угодно, а сейчас нужно быть осторожной, чтобы не сбить её с мысли, что мы едем зачислять меня в академию.

— Мамочка, я как-то не спрашивала до этого, а мир людей большой?

— Да, золотко, совсем не маленький. Тут три большие империи, объединившихся давным-давно. Материк, правда, один. Он обитаемый и он огромен. Есть острова, но там никто не живет, слишком холодно. Есть, конечно, огромный океан, где можно плавать, ловить рыбу.

— Он тёплый?

— По-разному, моя хорошая, есть теплый и холодный.

— В этом государстве есть побережье? — с надеждой посмотрела на неё.

— Есть, и вполне большое. На юге даже очень тепло, а на севере климат умеренный, соответственно, и океан летом теплый, а зимой холодный. Ты уже загорелась мыслью там поплавать?

— Ну конечно, это же так волнительно! — всплеснула я руками, отчего с пальцев посыпались искорки, и я быстро стала прихлопывать их руками.

— Милая моя, мы ещё до академии не добрались, а ты уже волнуешься сверх меры! Феи не умирают, но я начинаю бояться, что ты научишься болеть!

— Болеть — это как? — озадачилась я таким беспокойством матери.

— Если судить по виду людей, то плохо. Они становятся вялыми, бледными, у некоторых руки трусятся, поднимается температура, кашляют, про насморк я вообще молчу, это такая гадость, что я даже говорить не буду!

— Насморк страшнее голема? — спросила я в ужасе.

— Страшнее? Я бы сказала ужаснее, более того, это отвратительно!

— Постараюсь обходить его стороной, — честно пообещала я маме.

— О, милая, боюсь это тебе не удастся. Люди страсть как любят это заболевание, а сейчас ещё и время года подходящая для него.

— Так что же мне делать, если я его встречу? Убегать?

— Нет, милая, просто делай вид, что всё в порядке, можешь даже посочувствовать, не нужно делать брезгливое лицо, а то люди обижаются!

Некоторое время я ехала в молчании, чтобы обдумать всё то, что сказала мама.

Конечно, я мечтаю поплавать в океане, а как же, вдруг он совсем не похож на наш? Хотя, если верить книгам, немножко непохож. В мире фей океан нежно — розового цвета с перламутровыми переливами, а в книгах я читала, что океан то синий, то зелёный с белыми барашками. Этот момент я не совсем поняла. Каким образом эти животные попадают в океан, но думаю, они милые и мы подружимся. Я вообще хорошо обращаюсь с животными. Может, тут традиция такая, учить маленьких барашков плавать, может быть, они от этого лучше или чище? Это один из многих вопросов, на которые я бы хотела найти ответы.

С насморком пока не всё понятно. Мамино объяснение несколько загадочно. Это и страшно, и ужасно, но убегать не надо. Надо посочувствовать. Кому надо посочувствовать-то? Насморку или мне, что я его встретила? Хотя, наверно, человеку на которого он напал? Жертва нападения всегда вызывает сочувствие, ведь она же не виновата. Да, точно, значит, буду сочувствовать им! Уверена, это поможет мне приобрести друзей, если я буду доброй и отзывчивой. В общем-то, я по жизни такая, надеюсь, мои одногруппники это оценят.

Наконец, показалось большое здание впереди, про которое мама сказала, что это академия.

— Знакомься, дочь, это — Академия всех стихий!

Располагалась она за чертой города, как только заканчивались последние дома, на берегу небольшой речки, через которую был перекинут мост с перилами, он-то и вел прямо к замку.

Сам замок был построен из каменных блоков приятного светло-коричневого цвета, имел много башенок и красную черепичную крышу. Вокруг был расположен лес, который пестрел всеми оттенками пурпурного, багряного, золотого, коричневого и даже зелёного.

— Мамочка, как же красиво вокруг!

— Да, осень здесь действительно хороша, но обрати внимание, что уже выпадает первый снег, а значит, скоро придут настоящие холода. Надо будет обязательно носить тёплый плащ поверх платья.

— Ещё что-то надеть? Как во всем этом двигаться?

— Как люди, так и ты. Сама захотела среди них жить, так что привыкай сначала к мысли, потом к плащу!

Ответить на это было нечего, поэтому я просто продолжила любоваться окрестностями.

Тут мне понравилось гораздо больше, чем в самом городе. Не было лишних дорог, портивших лес, такие красивые и яркие краски вокруг, чистый воздух, без всякой примеси вони.

Лошадиные подковы цокали по мосту, этот звук казался мне радостным предзнаменованием моего зачисления.

В ворота нас впустили, записав цель визита. Привратник крайне удивился тому, что мы собрались зачисляться, когда учебный год уже идет три месяца, но это было не его дело, поэтому он только проследил, чтобы карету поставили в нужном месте, а не посреди двора.

Когда мы зашли в сам холл, оказалось очень тихо, видимо, сейчас все на занятиях.

Я осматривалась с большим интересом. Стрельчатые окна, забранные сеткой с витражами, барельефы по стенам, магические светильники, натертый паркет, огромный камин, всё это вызвало бурный восторг в моей душе!

Ого, как они живут! У нас-то в основном растительные орнаменты, всё легкое и воздушное, летящее, а тут такая монументальность!

Большущая лестница вела на второй этаж. Вот её перила были выполнены как раз в растительном направлении. Виноградные листья и лоза оплетали их во всю длину.

Не смогла удержаться и пошла вдоль них, касаясь руками лозы, чтобы выяснить, какая она на ощупь.

Мать же выловила кого-то из преподавателей и безапелляционным тоном потребовала проводить нас к ректору. Мужчина слегка опешил от такой напористости и развел руками.

— Увы, леди, я не могу выполнить вашу просьбу по двум причинам. Во — первых, ректора нет сейчас в академии, во — вторых, у меня занятия и я не могу работать провожатым в данный момент времени, но вы можете посетить заместителя ректора. Девушка как раз идёт в нужном направлении, — кивнул в мою сторону. — Как подниметесь на площадку второго этажа, поворачиваете направо и идёте до самого окна, возле него будет табличка «Профессор Мирсток». Вот в эту дверь и заходите! — с этими словами он шустро развернуться и исчез в коридоре, что начинался у подножия лестницы.

Мама недовольно фыркнула в его сторону, но объяснение действительно было элементарным, поэтому последовали туда, куда было указано.

Второй этаж был не менее впечатляющим, чем первый. Всё было выполнено очень красиво и дорого, если верить маме.

Мне же просто здесь нравилось. Уверена, что буду чудесно себя чувствовать в этом месте!

Возле нужной двери я затаила дыхание, а мама, наоборот, набрала в грудь побольше воздуха и постучала.

— Войдите! — раздался голос мужчины.

Нас не нужно было просить дважды, мать тут же толкнула решительно дверь, которая, видимо, не ожидала такого напора и распахнувшись, ударилась о стену. Предполагаю, что тот, кто следит за петлями в этой академии, работу свою знает на отлично.

Мужчина средних лет, приятной наружности, удивленно оторвал взгляд от бумаги, которую читал. Осмотрел дверь, потом нас по очереди, переведя взгляд с мамы на меня и обратно.

— Леди? — неуверенно спросил он.

— Да, мы леди, — царственно кивнула мать и, пройдя вперёд, села на стул для посетителей.

Я же решила быть более вежливой и закрыла за нами дверь, проверив, не проломлена ли стену. Вмятина имелась, и существенная, поэтому и аккуратно погладила это место, убирая разрушения. С древесиной было легко работать. Так что не осталось ничего, что свидетельствовало бы о нашей несдержанности.

Мужчина с интересом наблюдал за мной, мать же нетерпеливо постукивала ноготком по подлокотнику кресла.

— Простите, я не расслышал вашего имени, — сказал он маме.

— Не успела его назвать. Меня зовут Лаурениэль, и как, надеюсь, вы поняли, я фея, — царственно сообщила она обалдевшему собеседнику. — А это моя дочь Фиаламинэлика, она ужасно хочет учиться в вашей академии, хоть я не могу понять зачем?

Профессор Мирсток, ошарашенно кивнул ей и посмотрел на меня.

— Мы очень польщены тем, что вы выбрали наше образовательное учреждение, однако, я не совсем понимаю, чему мы можем научить юную фею? У нас даже нет таких специалистов, — осторожно подбирал он слова.

— Профессор, меня не нужно учить быть феей, это я умею и так, — не сдержалась я и вступила в разговор, — я мечтаю научиться магии!

Надо сказать, мужчина стал выглядеть еще более озадаченным.

— Но, юная леди, нужно родиться с магией. Ей нельзя научиться по желанию, — мягко ответил он мне.

— О, не волнуйтесь! Этот сюрприз я получила вместе с дочерью! — буркнула мама. Фиалка, не морочь мужчине голову, а покажи!

Честно сказать, это предложение меня не обрадовало, ведь я очень волновалась, а значит, могло получиться что угодно. Мне же совсем не хотелось оставлять о себе плохое впечатление.

Неуверенно посмотрела на неё, а потом на профессора. Он тоже с интересом следил за нашим разговором, несколько недоумевал, что именно я ему хочу показать.

Тогда я выдохнула, протянула вперед ладошку и сосредоточилась на ней. Очень хотелось зажечь маленький огонек, но получился огненный шар, размером большим, чем стол, за которым мы сидели, поэтому мы все от неожиданности прыснули в разные стороны. Горячий огненный сгусток перед лицом, совсем не способствует спокойствию.

— Ой мамочки! — пропищала я.

— Так, всё понятно! Помощь вам действительно нужна! Что ж вы так силой-то раскидываетесь!

— Так я ей управлять совсем не умею! — пискнула я, сидя на полу.

Мать недовольно подняла стул, с которого упала и отошла ещё подальше от висящей над столом сферы.

Профессор же с чисто научным интересом смотрел на созданный мной фаербол.

— Потрясающе! Вы не подождите минуточку, если я позову профессора по боевой магии?!Ему точно понравится!

— О, не торопитесь! — съязвила мать. — Мы отсюда никуда не уйдём, пока вы не примете мою девочку на обучение! Мое терпение лопнуло! Надоело чинить всё в нашем доме!

Мать мне подмигнула и улыбнулась, как сытая холёная кошка. Она обожала театр, и сама была не прочь устроить драму в три акта!

Но профессор уже её не слушал, а куда там мчался по коридору. По пути бормоча себе что-то под нос, в тишине, что там стояла, это хорошо было слышно.

Минут через пять он вернулся с ещё одним мужчиной, очень приятной, хоть и мрачной брутальной наружности. Мама вся подобралась при виде незнакомца, узнаю этот взгляд, он ей явно понравился. Тёмные волосы ниже плеч, острые скулы, тёмные глаза, худой, высокий, поджарый. Очень опасный с виду.

Он осмотрел нашу интересную композицию и тут же перевел взгляд на шар, который всё так же висел себе спокойно над столом.

— Это сделали вы? — обратился он ко мне.

— Да, профессор, — кивнула я.

— А ещё один создать сможете? — прохладно спросил он.

— Теоретически смогу, но практически может и не получиться.

— Попробуйте! — настойчиво велел он.

От такого тона я даже слегка успокоилась. Мужчина выглядел таким уверенным в себе, что невольно прониклась доверием и уважением к этому мужчине, ведь если я сделаю что-то не так, он обязательно исправит.

Ещё раз вздохнула, протянула ладошку вперед и постаралась мысленно призывать еще один шар, ну, конечно, вышла ерунда! В потолок ударил огненный смерч.

— Да что ж такое-то! — расстроилась я.

Мужчина протянул руку и сделал пас, как бутон в кулак зажал этот смерч и два посторонних огненных объекта исчезли из кабинета.

— Чудесно! — восхитилась мать умениями профессора, но тот даже бровью не повёл.

— Деньги на обучение у вас есть? — спросил он у мамы.

— У нас всё есть, мы же феи, но об этом вы никому сказать не сможете! — и она щелкнула пальцами. — Пусть это будет наш маленький секрет, не хочу, чтобы в мою дочь тыкали пальцем, и ходили за ней толпами, прося исполнить дурацкие желания.

Заместитель ректора только кивнул на это.

— Сколько нужно?

— У нас очень престижная академия, поэтому учиться тут достаточно дорого, — тут же стал, будто бы оправдываться, профессор Мирсток.

— Сколько? — нетерпеливо приподняла бровь мама.

— Три тысячи золотых за год, — неуверенно отозвался заместитель ректора.

Мать запустила руку в подпространство и вынула кошель размером с хороший бочонок эля. Мешок глухо звякнул о стол.

— Вот вам девять за все три года обучения и тысяча на ремонт, которой последует после моей девочки. Меня прошу беспокоит только в крайних случаях. Фиалка способна, конечно, устранить большинство последствий своих магических экспериментов, но всё же. Сделайте скидку девочке на то, что она мало знакома с повадками людей. Поселите её в хорошую комнату с доброй девочкой.

— Как пожелаете! — кивнул заместитель ректора.

— Раз мы со всем разобрались, тогда я пошел. А вы, юная леди, не забудьте взять список того, что нужно закупить для учебы, и начинайте писать конспекты, ибо три месяца учебы вы уже пропустили, — на этом он кивнул и удалился.

— Ах да, список, дорогие леди, вот он! — достал из ящика стола свиток профессор. — Все это можно приобрести в городе, ничего сложного. Вот договор на обучение, — достал из стола второй лист из соседнего ящика. — Поставьте здесь, пожалуйста, подпись. Я записал, что принял у вас оплату за все три года обучения.

Мать взмахнула рукой и на том месте, где нужно было расписаться, появилась золотистая подпись.

— Отлично. Когда вы будете заселяться?

— Завтра. Сегодня мы пойдем закупать всё, что вы тут написали, — сказала мать и развернувшись, вышла в коридор. Я попрощалась и последовала за ней.

Сердце билось прямо в горле! Меня зачислили. Даже никто не ругался, что в середине года.

Когда мы вышли и сели в карету, то я не удержалась и спросила об этом.

— Милая, ты такой ребенок! Они взяли у нас плату за три года обучения, и вовсе не вычли те три месяца, что ты не училась, плюсе сверху доплатила, да ещё ты фея! Попробовали бы нам отказать! Ну и, судя по всему, ты сильный маг, если судить по каменной роже профессора по боевым искусствам.

— Мама, я не поняла, а на какой факультет меня зачислили?

— А там есть еще какие-то факультеты? Я даже и не подумала об этом! — пожала она плечами.

— Может быть, в договоре написано? — неуверенно предположила я.

— Ну конечно, дочь, сейчас прочитаем! — и она опять достала из воздуха договор и мы, склонившись голова к голове, стали читать. — Так, ну если я правильно поняла, то ты маг-боевик, — пожала она плечами. — Никогда не слышала про боевую фею. Дочь, ну тебе это точно нужно? Ты ни одного жука в своей жизни не задавила, а там драться нужно будет.

— Даже не знаю, придется как-то себя пересиливать.

— Это уж точно, когда на тебя будет нестись вот такой бугай, как тот профессор, то вряд ли уговорами ты его остановишь.

— Я буду работать над собой!

— Тогда запомни материнский совет, если не знаешь, что делать, в любой ситуации падай в обморок, но это не касается тех случаев, когда под тобой проваливается пол! Этот совет всегда работает с мужчинами. Ты или в обморок вались изящно и красиво, или плачь, лучше навзрыд, так, чтобы слово нельзя было вставить, между всхлипами! Поняла?

— Мамуля, ты уверена, что именно так и нужно делать? — засомневалась я такой технике, ведь я мало что знаю, а вечно падать в обморок может и надоесть.

— Если мои советы тебе не нравятся, тогда будешь разбираться сама по ходу дела. Поскольку мы уже въезжали в город, то этот занимательный разговор пришлось отложить на потом, ведь сейчас, предстояла моя первая прогулка по лавкам.

Мы вернулись всё в ту же таверну, где у нас был снят номер. Обед опять не обошелся без недоуменных взглядов подавальщицы, которая очень старалась найти чисто овощные блюда у повара. Это оказалось намного сложнее, чем мне виделось.

— Мама, я очень надеюсь, что в академической столовой, про которую ты говорила, кормят лучше. Разнообразие блюд должно быть на высоте за такие деньги.

— Ласточка моя, это же люди! Ничего гарантировать нельзя, но ты всегда можешь сотворить себе свои любимые фрукты и овощи. Ты же фея!

— Могу, но хотелось бы применять магию нашего народа всё время, пока я нахожусь в академии. Мне тут нужно тренировать магический дар! Вообще, хотелось бы обедать и ужинать с одногруппниками, а не втихаря. Я же не могу посреди столовой из воздуха доставать еду, иначе секрет сохраниться недолго.

Мама опять закатила глаза и ничего не стала говорить.

Её непонимание моего желания подражать людям было немного обидным. Она считала, что это просто смешно, ведь я никогда не стану человеком, так зачем пытаться? Она не верила, что я смогу найти друзей, в лучшем случае, знакомых.

Я же всю жизнь прожив других фей, мечтала узнать что — то новое. Они тоже все давно путешествовали между мирами, видели другие формы жизни, поэтому люди их интересовали не так уж и сильно, так как считались не самой развитой, интересной и долгоживущей расой.

Однако, я так не считала, возможно, мама права, и это от недостатка знания о них, но они находились ближе всех, и где-то там был мой отец.

Хоть теперь мама презрительно поджимала губы, рассказывая о нём, и о человечестве в целом, но были у меня сомнения по поводу её неприязни. Очень уж хотелось разобраться, что там случилось между моими родителями, но моя мать, которая обычно не могла в себя удержать никакой новости, в данном конкретном случае, молчала будто скала. Это как раз и настораживало.

После обеда мы со списком отправились на улицу, где по словам подавальщицы было самое большое количество лавок, которые соответствовали бы требуем таких леди, как мы.

Я не очень поняла, что она имела ввиду, но мать благосклонно кивнула.

— Мы будем посылать вещи сюда, — сказала она хозяину, бросив золотую монету на прилавок, — принимайте, относите в нашу комнату.

Лысоватый мужчина в возрасте, в переднике, с масляным взглядом карих глаз, который мне совсем не нравился, подобострастно кивнул мамочке, заверив её, что всё будет сделано по высшему разряду.

Мне осталось непонятным, как особенно можно отнести пакет с первого этажа на второй, ну, наверное, ему виднее.

Улица, на которую мы пришли, была весьма длинный. Надо полагать, что торговцев тут размещалась немало.

Я только что не подпрыгивала от нетерпения, как хотелось заглянуть в каждую лавку, чтобы собственными глазами оценить ассортимент товаров.

— Фиалка, не подпрыгивай же, тебе уже двадцать один год, а ты всё, как малышка! Если тебе принципиально зайти в каждую лавку, значит, зайдем, только не суйтесь, умоляю тебя!

Какая-то дама, тоже с дочерью, благосклонно осмотрела нас с матерью с ног до головы.

Судя по всему, она полностью одобряла слова моей маменьки, и бросила на свою девочку такой многозначительный взгляд, что я тут же догадалась, что та тоже выслушала от мамы туже речь, возможно, сказанную, немного другими словами.

Мы же с юной незнакомкой, только переглянулись и закатили глаза, будто старые знакомые.

Мать развернула список, чтобы ещё раз просмотреть, что нам нужно приобрести.

— Тут всякие мелочи, которые нужно иметь для магического обучения. Но нам с тобой нужно обязательно пополнит твой гардероб. Ты же практически голая.

Тут мне возразить было нечего, ибо кроме платья, что было на мне и туфелек, более ничего подходящего для этого мира не имелось.

— Даже не знаю, с чего начать? С мелочей или сразу со швеей? — задумчиво постукивала она пальчиком по подбородку, осматриваясь вокруг.

— Давай просто будем заходить по порядку в каждую лавку, смотреть, надо нам что — то там или нет? Заодно разведаю, что здесь вообще продают! — обосновала я такое предложение.

— Хитро, Фиалка, но в чём — то ты права. Ладно, раз уж выбралась сюда, погуляю с тобой подольше.

Так что в первую лавку мы свернули синхронно. Оказалось, что очень удачно зашли. Здесь продавали перья, пергамент, чернильницы, сшитые пергаменты в тетради, листы для магических схем, мелки, пресс — папье и много других полезных мелочей для ученика или студента.

Я с большим удовольствием слушала рассказ продавца о том, что мне может пригодиться, и о качестве продаваемых предметов.

— Послушай, дочь моя, почему в этом списке находится магический котелок и не расплавляемая ложка?? Разве ты будешь учиться на ведьму? — возмущенно спросила мать, дочитав, наконец, список до конца.

Я только пожала плечами. Вот откуда я могла знать ответ на этот странный вопрос?

Зато, судя по всему, о нём был осведомлен наш продавец, который тут же пожелал нас просветить по этому поводу.

— Леди, если разрешите вмешаться в ваш разговор, то могу вам сказать, что даже у боевых магов есть курс зельеварения. Он входит в обязательную стандартную программу обучения, поэтому ваша девочка будет учиться варить зелья, которые могут пригодиться магу, то есть лечебные, целебные, бытовые, боевые.

Мама с каким — то легким ужасом посмотрела в мою сторону.

— Если что, дочь, пусть они сами свою академию восстанавливают, я тут ни при чём. Помни, что домой ты можешь вернуться в любой момент.

— Мама, ну что ты на меня наговариваешь, там же будут не взрывоопасные зелье! — прошептала я, подойдя к ней ближе.

— Было бы желание и детская непосредственность, — так же тихо ответила она мне, — вот узнают местные маги откуда что берется! Но что по- твоему скрывается под словосочетанием «боевые зелья»?

— Дымовая завеса?

Мать скептически хмыкнула и отошла от меня.

На этом мы закончили разбор моих магических талантов будущего зельевара.

Попросили наш заказ отправить в таверну, прошли в следующую лавку.

Тут было не менее интересно, так как продавали всякие мелкие и милые сердцу дам сувениры: платочки, статуэточки, накидочки на кресло, зеркальца и тому подобную чепуху.

Её было так много, что стен не просматривалось сквозь полки. У меня же широко открылись глаза от восторга, столько всего и для меня!

Надо сказать, что в деньгах меня мама совершенно не ограничивала. Учитывая, что она их не зарабатывала, а создавала, то это было неудивительно.

Я с большим упоением рылась на полках, разыскивая самые интересные вещички, которые откладывала сразу на прилавок. Про цену я даже не спрашивала, всё равно не знаю, дорого это или дёшево?

Когда набралась довольно приличная куча, мать остановила меня.

— Родная, пространство в комнате общежития крайне ограничено. Сомневаюсь, что там покои из трёх комнат. Куда ты всё будешь ставить?

— Ой, прости, просто всё такое красивое!

Продавщице польстили мои слова, и она сказала, что я могу заходить в любое время.

Она меня запомнила, как свою любимую покупательницу!

Вот и первый друг нашелся, меня уже ждут снова в гости! Всё это женщина обещала переправить в таверну в течение часа, аккуратно запаковал.

Далее была обувная лавка, где я прикупила не менее шести пар разной обуви. Опять же, по совету продавца. Как только он узнал, что я буду учиться на магическом боевом факультете, то сказал, что мне нужны соответствующие ботинки, если я не хочу лишиться ног.

Ну мне — то это, конечно, не грозило, но совершенно не хотелось, чтобы по моим нежным ножкам кто — то топтался.

Эти ботинки я бы не назвала своими любимыми, так как они были очень тяжелыми, без украшений, с железными носами, поэтому мне казалось, будто меня в колодки заковали.

Четыре пары туфелек и одни лёгкие сапожки.

— Фиалка, если тебе не хватит, так купишь на выходных! — вразумила меня мать.

Затем была лавка, где продавали украшения, и вот тут уж остановилась мама.

Не хочу сказать, что я была равнодушна к украшениям, но мама питала к ним действительно страсть. Полтора часа мы рассматривали там всевозможные цепочки, колье и сережки, браслеты, заколки. Мне кажется, мать перемерил абсолютно всё. В начале, продавец был крайне рад, но через час стал показывать признаки усталости. Оживился он, когда узнал, что мама согласна купить многое из того, что примерила.

Я же себе выбрала чудесные заколки для волос в виде звёздочек, которые собрались в небольшие созвездие, несколько кулонов на цепочке и сережек, а также пару несильно тяжелых браслетов.

— Не хочу, чтобы другие студенты чувствовали на моем фоне какой — то дискомфорт. Вдруг у кого — то нет украшений, а я буду, как весеннее дерево наряжена.

— Ничего ты не понимаешь, — усмехнулась мама, — если у семьи нашлись такие деньги, чтобы отправить своего ребенка на учебу, то значит и на всё остальное эти деньги есть! Так что ты там ещё будешь выглядеть в своих украшениях бедной сиротой. Вот, возьми ещё пару вот этих колье и маленькую диадему. Там же будет зимний бал! Про него я слышала! Все нарядятся, как принцессы, не хочу, чтобы ты выглядела нищенкой.

Решила довериться маминым сведениям, может, они не всегда стопроцентно точны, но я вообще почти ничего не знаю.

Ну и, конечно, все лавки, торгующие платьями, были нами осмотрены самым тщательным образом. Там действительно было на что посмотреть. Масса красивых тканей всех цветов радуги и даже тех цветов, которых в ней не было.

Не успевала я снять одно платье, как мне тут же подавали другое. И честно сказать, со стороны и на мне они смотрелись чудесно, если не брать в расчет их длину и пару подъюбников, то мне все нравилось.

Также ко всему этому нужно было выбрать плащи. Мама сказала брать не менее пяти разных цветов с разной оторочкой, чтобы можно было элегантно подобрать под разные наряды.

Разнообразие перчаток, сорочек, нижнего белья, платков на плечи, шарфов, и тому подобного, выбирались нами.

— Мама, мне кажется, что в одну карету наши вещи завтра не влезут, — шепнула я ей.

— Ну в чем проблема? Наймем две.

— Но ты же сама сказала, что в комнате ограничено место. Куда же я повешу все эти платья?

Мама замерла на секундочку, а потом сказала: «ради такого дела, сделай расширенное пространство в шкафу»!

— И как я объясню, откуда оно там взялось?

— А ты никому не говори и не объясняй! — отмахнулась мама. — Ты — леди, а не служанка, так что не обязана никому ничего объяснять, запомни раз и навсегда!

Позже мы приобрели еще две пары сапог в другой обувной лавке, домашние мягкие тапочки, штук пять разных шарфов.

И уже на выходе, заказали три разных бальных платья, которые не продавали готовыми. Пожилая женщина сказала, что они будут готовы через три недели.

Мать заплатила, чтобы их доставили прямиком в академию.

После всех дел, мы зашли поужинать в городскую ресторацию, здесь был большой выбор блюд, и даже никто косо не посмотрел, когда мы попросили те блюда, где не было мяса и рыбы.

Вернувшись в комнату, я обнаружила, что нам негде спать. Всё пространство было заставлено и заложено свертками, коробками и тому подобным.

— О, священный водопад! — потрясенно проговорила я.

— Да, пожалуй, ты права, тут стало невыносимо тесно.

Мать спустилась на первый этаж и велела хозяину подготовить нам еще один номер, так как в этом негде жить.

Он выполнить её желание с превеликим удовольствием, так как мама, не скупясь, платила ему золотом, а я видела, что за соседний номер постояльцы заплатили всего один серебряный.

Ну да ладно, буду разбираться в ценах уже по мере обучения в академии, думаю, там будет проще, чем сейчас, в такой экстремальной обстановке!

На следующий день мы заселяли меня в общежитие. Действительно, понадобились две кареты, чтобы уместить всё моё добро, ибо его набралось совсем немало.

Мама всю дорогу молчала, о чём-то размышляя.

Я же просто волновалась. Это же мой первый день в академии! Как меня приму? Сколько времени потребуется на то, чтобы распаковать и разложить вещи, ведь я не смогу применять магию на глазах соседки, которую мне выделят.

Вопросов было множество, и все они меня волновали.

Не хотелось бы начинать своё обживание на новом месте с разных мелких бытовых неурядиц!

Возле общежития мы вышли и осмотрелись. Так как мы приехали рано, то некоторые студенты ещё шли на занятия и останавливались посмотреть на нас, кто-то тихонько обсуждал мой заезд. Многие гадали: кто я такая?

Мне было любопытно, а мать и вовсе не обращала на это внимание.

Вещи мы оставили с возницами, а сами вошли в холл, надеясь найти коменданта.

Он как раз пришёл на работу и наливал в кружку горячий напиток, надеясь приятно начать свой день, но сегодня ему не суждено было так поступить, так как мама не собиралась ждать ни одной лишней минуты. Она тут же с порога приступила к делу!

— Добрейшего утра, уважаемый! — начала она, решительно распахивая дверь, которую нам услужливо показал один из студентов. — Мы зашли к вам по чрезвычайно важному делу!

Мужчина едва не облился своим напитком от неожиданного вторжения и прилагал все усилия, чтобы что-то не сказать, так как я видела, что он беззвучно открывает рот, стряхивая капли со своей одежды.

Затем он осторожно поставил кружку и обернулся к нам с весьма недружелюбным видом, но увидя мою маму, всю облагороженную вчерашними покупками в ювелирной лавке, свой пыл несколько подрастерял и даже немного улыбнулся.

— Чем же я могу помочь столь очаровательным леди в столь ранний час? — осведомился он, не забыв упомянуть раннее время визита.

Однако мама и не думала смущаться, ведь если не спит она, значит, пора всем вставать.

— Вы немедленно должны заселить мою дочь в самую лучшую комнату вашей академии. Заместитель ректора Мирсток, заверил меня, что вы проявите должное рвение в этом вопросе. Мой нежный цветочек не привык ютиться в каморках, и я не собираюсь её к этому приучать! — безапелляционно заявила она и грозно взглянула на мужчину.

— Я всегда проявляю рвение на вверенной мне территории, — приосанился мужчина.

— Значит, проявите сверх этого, ибо я отсюда не уеду, пока не буду убеждена в полном комфорте моего ребёнка!

Комендант даже вздрогнул, видимо, перспектива того, что моя мать останется с нами, его совсем не радовала, но его можно понять. Мама умела произвести «сильное» впечатление на неподготовленного зрителя и слушателя. Это я уже за столько лет свыклась с её манерой напористого общения.

— Что ж, готов приступить к своим обязанностям, если вы представитесь, — кивнул он.

Наступила пауза, буквально на пару секундочек, в которую я успела испугаться, так как никакого человеческого имени себе не придумывала.

— Леди Лауренсия Ниалинская, моя дочь Фиалка Ниалинская. Мы уроженки Трасварской империи, вот переехали к вам. Наслышаны об успехах в обучении вашего учебного заведения, и дочь просто все уши мне прожужжала, как хочет тут обучаться, — небрежно сообщала она, будто всю жизнь только так и звалась. — Мой покойный муж такого бы никогда не допустил, но я всего лишь слабая женщина.

Она так театрально вздохнула, что я сама была готова поверить в то, что мать говорит. Ни грамма сомнений.

Хотя она-то тут не первый раз, может, так и звалась этим именем? Одно хорошо, что этот вопрос мы разрешили.

— Меня зовут господин Хросворт, — тут же представился мамин собеседник. — Касательно комнаты, могу сказать, что студенты живут по два человека, поэтому…

Договорить он не успел, так как мать его перебила, не дав закончить.

— Поэтому вы постараетесь найти для моей крошки отдельную комнату, так как она из другой империи и не привыкла к совместному быту! Это недопустимо!

— Но леди! — попытался возразить он.

— Мне казалось, что я внесла достаточное пожертвование в эту академию, чтобы быть принятой со всем радушием, но почему-то его не ощущаю, — прищурилась она и сделала медленный шажок вперёд, будто кобра, готовая к прыжку. — Более того, что-то мне начинает казаться, что вы не воспринимаете мою просьбу всерьёз!

— Ну что вы! Меценаты для нашей академии очень важны! — несколько побледнел комендант.

— Отлично, тогда я жажду увидеть лучшие покои для моей Фиалочки! — отрезала она и села на стул. — Ну что же вы стоите, любезный? Хотите, чтобы моя девочка на обед опоздала, раз уж на завтрак не пошла? Шевелитесь! Мы подождём вас в этом кабинете, — царственно махнула она рукой и господина Хвосварта буквально вынесло за дверь порывом ветра.

Я тоже прошла и села на второй стул, постаравшись красиво разложить платье вокруг, так как эта неудобная одежда мне часто мешала, путалась в ногах и мялась.

— Мама, но я же не против соседки! — зашептала я, — говорили же об этом.

— Родная, я всё обдумала. Тебе на первых порах так будет легче, так как ты сможешь помогать себе магией, которую не придётся прятать от посторонних. Твоя комната — это твоё убежище. И ещё ты сможешь присмотреться к окружающим, чтобы решить, есть ли кто-то, с кем ты согласна жить, ведь выгнать из комнаты труднее, чем подселить в неё. У людей часто есть странные привычки и тебе они могут совсем не понравится. А вдруг твоя соседка будет храпеть? Нет, сначала всё выясни, а потом уж начинай совместное проживание с кем-то!

В маминых словах было много правды. Хоть я и хотела как можно быстрее влиться в коллектив, но есть возможность того, что мне действительно пока проще одной пожить. Обвыкнуться.

— Хорошо, ты права, присмотрюсь к окружающим.

— Вот и умничка!

Дверь открылась, и комендант пригласил нас проследовать за ним.

На пятом этаже нашлась свободная комната, небольшая, хоть и чистая. Проблемы я не видела, хоть и не привыкла к столь компактным жилищам и уже хотела поблагодарить мужчину, как мать аккуратно отодвинула меня от двери, заглянула внутрь и отошла от ней, обернувшись к господину Хвосварту.

— Что это за чулан? И зачем вы нам его продемонстрировали? — удивлённо спросила она.

— Это не чулан, а отдельная комната, — несколько запинаясь произнёс он.

Мама подняла глаза к потолку и медленно выдохнула.

— Вот сколько раз я должна повторить, что моей девочке требуется приличная комната, а лучше покои?! — уже совсем не по-доброму спросила она.

— Но леди Ниалинская! Покои предназначены только преподавателям, и они платные!

— Так всё дело в этом? В деньгах? Что же вы молчали? Сколько надо заплатить за год?

— Но девушка не преподаватель!

— Она гость из другой империи, вот если бы сюда приехала делегация, вы куда бы её разместили?

— На преподавательский этаж, — тихо ответил комендант.

— Вот и ответ на ваш вопрос!

— Но там дверь не выходит на студенческий этаж.

— А вы отведите меня туда, а я уж решу, что там, куда выходит!

Нам пришлось спуститься на первый этаж, а потом подняться на второй по другой лестнице, надо полагать, она и вела в эти самые покои для преподавателей.

— Какие ближе всего к студенческому крылу? — осведомилась мама.

Комендант обречённо ткнул пальцем в ближайшую от лестницы дверь.

Мама решительно вошла в неё, и лицо тут же прояснилось.

— Не дворец, но две комнаты и ванная есть! Берём эту. Входите!

Мы с мужчиной вошли в покои и закрыли дверь. Мама приложила руку к стене, и дверь за нашей спиной исчезла, а появилась в другой комнате, той, что была спальней.

— Ну вот и всё! — радостно объявила она, выходя на втором этаже студенческого крыла. — Велите нести вещи девочки сюда!

Комендант несколько ошалело оглядывался и только кивнул на мамины слова. Переспорить мою родительницу просто невозможно, мне ли не знать это!

Вещи стали появляться в моей комнате с такой скоростью, что, если бы я сама не видела, что их носят люди, никогда бы не поверила. Комендант подгонял носильщиков с большим энтузиазмом и косился в сторону маменьки, отслеживая её реакцию.

— А кто это? — чуть кивнула я на наших помощников. — Для студентов вроде староваты.

Я не очень хорошо разбираюсь в человеческом возрасте, поэтому могу и ошибиться.

— Это обслуга общежития, — небрежно пожала плечами маменька. — Не тебе же тут полы в коридорах мыть, да дрова в камины таскать.

— Я могла бы и научиться, — с энтузиазмом сообщила ей, — а дрова можно магией перенести.

— Вот ещё не хватало! Если тебе так охота изображать прислугу, то делай это в пределах своей комнаты!

Не стала ничего говорить по этому поводу.

Сейчас мама закончит мне помогать с переездом, вернётся домой, и я смогу спокойно учиться, чему захочу и где захочу. Думаю, её родительского энтузиазма растрачено за эти дни на ближайшие десять лет.

Я присела в кресло у столика и оттуда наблюдала за суетой, что затеяла родительница.

Комендант даже приволок какой-то новый ковёр более «женственного цвета». Это его слова, а не мои. Меня и синий ковёр не смущал, но он уверял, что этот тёплый цвет мне подойдёт больше!

— Да, любезный, и ворс тут получше, — благосклонно кивнула мама. — А как же у вас кормят детей? Надеюсь, в комнату доставляют самое лучшее?

Учитывая, что она была в курсе существования столовой, маменька уже откровенно потешалась над бедным господином Хросвортом, который тяжело дышал и мялся в дверях. Он очень бы хотел уйти от нашей «тяжёлой» семейки и выпить спокойно свой давно остывший напиток.

— Так есть же столовая с широким выбором блюд, — обречённо стал он объяснять маме, в комнаты еду не подаём. Не положено.

— Так, мой цветочек… — завела свою песню мама, но тут я уже больше молчать не могла. Мне с этим человеком ещё общаться.

— Мамочка! Ты только посмотри, сколько времени уже! Ты же опаздываешь уже! — заявила я громко во всеуслышание. — Давай же я обниму тебя перед разлукой и буду разбирать вещи в надежде утешиться!

Учитывая, что я могла перенестись к ней в любую секунду, это было явное преувеличение моей тоски, но вокруг были люди, поэтому я старалась выглядеть примерной и любящей дочерью.

— Но, родная, — мама явно ещё не всё высказала бедолаге.

— Нет-нет! Не надо лишних слов, а то я расплачусь! — объявила я и, шмыгнув носом, крепко сдавила мать в объятьях, тихо шепнув, что ей пора, пока она всех местных работников не распугала, и меня за это отсюда не выселили.

Маменька извлекла из корсажа кружевной платочек, очень красиво приложила его к каждому уголку глаз и тихо удалилась, велев коменданту проводить её вниз.

У господина Хросворта было презабавное выражение лица, что-то от огромного облегчения, что-то от восторга и немножко раздражения, совсем чуточку.

Наконец-то все покинули мои покои, и я с большим облегчением вздохнула. Моя первая комната! Я вот-вот стану студенткой! Мечты сбываются!

За размышлениями о своём светлом будущем я начала разбирать вещи, откладывая то, что мне сейчас не пригодится, и расставляя всякие мелочи, что накупила в лавках.

Развешивать платья я небольшая любительница, поэтому просто пожелала, чтобы они сами устроились в шкафу без моего активного вмешательства в процесс развешивания.

Я была крайне счастлива, что являюсь обладательницей магии фей и, в общем-то, могу ничего не делать, магия всё решит, но до чего же это скучно!

Никогда не слышала о спятившей от тоски фее, но становиться первой не хочу, всё же во мне есть и человеческая часть.

Так что я совсем уж скучную работу спихивала на магию, а остальное старалась освоить самостоятельно. Именно поэтому сейчас стирала пыль тряпочкой, самолично полоща её в воде.

Гостиная стала приобретать жилой вид. Теперь было видно, что в ней живу я.

В спальню добавила на кровать несколько разноцветных подушек, коврик у кровати заменила на свой.

Красивый кувшин с бокалами для воды разместился на прикроватном столике.

Надолго я «застряла» в ванной комнате. Расставляя всё приобретённое в человеческих лавках. Сколько же дивных ароматов было у мыла! Это же просто невероятная прелесть! А шампуни? Мне полки не хватило, пришлось вторую нафеячить. Мама терпеть не могла это слово, а мне оно казалось очень милым. А что такого? Мы же феи!

Когда всё было готово, как раз наступило время обеда.

Было бы неплохо сходить в столовую, чтобы осмотреться, и совсем потрясающе было бы найти расписание занятий.

Но начать выход в люди я решила с успокоения коменданта после посещения матушки.

Создав большую коробку конфет с начинкой из трольего настоя и большую пачку божественного чая с Гамильских островов, направилась к кабинету коменданта.

Очень вежливо постучала и дождалась разрешения войти, но, увидев меня, мужчина вскочил со своего кресла и бросился ко мне.

— О, неужели вас уже кто-то успел обидеть?! Подшутить?! Только скажите кто, и я его непременно накажу! Целый этаж сами мыть будут без магии! — разволновался он.

— О, нет-нет, господин Хросворт, у меня всё в полном порядке! Я зашла поблагодарить вас за неоценимую помощь. Вот! — и я протянула ему заготовленные подарки.

Он очень удивился, но недоверчиво принял их.

— Не стоило так тратиться, — сказал он с улыбкой, — но мне приятно, что студенты ещё способны оценить хорошее человеческое отношение.

— Я иду на поиски столовой и расписания. Не подскажете, как пройти?

— О, это очень просто! Выходите из общежития, идёте прямо в двери основного корпуса, что расположен напротив общежития, направо сразу двери столовой, налево зал для собраний, а прямо, между двух лестниц висит магическое расписание!

— Действительно, так просто, что я точно не заблужусь. Благодарю! — на этом мы распрощались, и я отправилась на дегустацию местной кухни.

Лаурениэль) 

Инструкции коменданта выполнить было несложно, поэтому уже через несколько минут я стояла в холле главного корпуса и осматривала обстановку более тщательно, чем в первый раз.

Расписание так красиво и органично вписывалось в стену, что я его не заметила сразу, но теперь уж внимательно вчитывалась в содержание.

Выходило, что сегодня после обеда было практическое занятие у боевиков, значит, я вполне могу на него сходить. Зачем откладывать знакомство со своей новой группой? Это решение пришло ко мне легко и непринуждённо.

В столовую входила окрылённая идеей попасть на учёбу даже раньше, чем планировала.

Надо сказать, что тут было много студентов. Все куда-то спешили, переговаривались и обсуждали. На меня бросали заинтересованные взгляды, но проходили мимо, не задерживаясь.

Видимо, познакомиться будет не так легко, как мне казалось, поэтому я решила всё же подкрепиться, а потом уж обдумать стратегию своего поведения, или хотя бы понадеяться, что одногруппники меня игнорировать не будут. Я надеюсь на это.

Встала в очередь на раздачу, с интересом вслушиваясь в разговор двух студентов, что были передо мной.

— Тронтс сегодня просто зверствует, даже страшно идти к нему на практическое, он нас там просто спалит к богам! — уверял первый, такой накачанный брюнет, огромного роста.

Если он боится идти на занятие, то мне каково?

— Да, что-то он и впрямь сегодня одолел. То ему огонь не нравится, то размер файербола, то меткость подкачала. На свидание ему нужно, а то совсем озверел! — прошептал второй, также абсолютно не хилой наружности парень с русыми волосами.

— Ты сам ему это предложишь? — насмешливо уточнил первый.

— Нет уж, ищи другого самоубийцу! Меня отец прибьёт, если от декана удастся выбраться живым. Такие деньги угроханы в моё образование!

Я нерешительно мялась за их спинами. Выходит, вот они, мои одногруппники? У них та же магия, что и у меня. Будет ли уместным представиться?

В конце концов, я выдохнула и решительно постучала ладошками им по спинам, привлекая внимание к своей персоне.

— Добрый день, извиняюсь, что отвлекаю вас от беседы, но я новенькая и желала бы познакомиться! — жизнерадостно обратилась к ребятам, что обернулись ко мне с крайне удивлёнными лицами, но рассмотрев, тут же стали более дружелюбными.

— Такой красотке грех не помочь! — сообщил брюнет. — Мы любим симпатичных новеньких, не так ли Трампс? Зови меня Стивс, детка!

— Очень приятно, меня зовут Фиалка!

— Да ты что? — рассмеялся второй, — тебе подходит!

— И на кого же ты учишься? — опять вступил в беседу Стивс. — Стой, не говори! Я угадаю! Ты целительница! Я совсем не прочь, если твои нежные ручки будут исцелять меня после боёвки!

— А вот мне кажется, что наш маленький цветочек — маг общей практики! Земля, я угадал? — тут же ввернул Трампс.

Слушая их предположения, я ставила на поднос тарелки с тушёными овощами, салатом и фруктами.

Ребята же набирали мясо и хлеб, я даже несколько передёрнулась от такого разнообразия.

— Вы не против, если я сяду с вами? — спросила в ответ.

— Конечно, нет, сами не успели предложить! — рассмеялся брюнет, и мы вместе заняли свободный столик.

— Я, собственно, с вами заговорила, так как думаю, что вы мои новые одногруппники! — радостно сообщила ребятам и откусила от хрустящей моркови.

Смотрела на их озадаченные лица, хрумкая сладким овощем.

Парни с таким недоверием осмотрели меня, потом поднос с едой и снова меня, потом переглянулись и дружно произнесли: «Нет!»

— Ты что-то путаешь, Фиалка, мы боевики с огненным даром, так что увы, но в одной группе нам не учиться.

— Вот вы не правы, я тоже зачислена на боевой факультет!

— Ты? Да не может быть! — уже без улыбки воскликнул Стивс. — Декан тебя ровным блином раскатает по поверхности полигона! У него в группе и было-то пять девчонок, осталось две, трое не выдержали, ушли в другие академии. У него такой характерец, что закачаешься! Вчера с его занятия Листа унесли с двумя сломанными руками! Конечно, в лекарской всё срастят, но до неё ещё добраться нужно! Он никому не делает поблажек!

— Я их и не прошу, — чуть пожала плечами. — Мне главное — научиться даром управлять!

— Ты просто не понимаешь, на что подписываешься! — возмутился Трампс.

— Увидим, лучше скажите, как надо одеться на практическое занятие после обеда?

— Ну, как обычно…

— Не, сегодня приходи так, — вдруг перебил друга Стивс. — Выглядишь очень миленько, декану понравится.

— Ты уверен? — засомневалась я. — Продавец в магазине сказал, что надо штаны и тяжеленные ботинки носить.

— Это только иногда, когда преподаватель скажет, а ты-то только первый день пришла. Сегодня осмотришься, представишься декану и группе.

— Хорошо, тогда не буду переодеваться, вам виднее, а то не хочется выглядеть не как все.

— Не волнуйся, ты впишешься, уверен, поладишь со всеми, — беззаботно отозвался он.

Дальше мы обедали молча, так как парни поглощали еду с немыслимой скоростью, видимо, не хотели опоздать, а значит, и мне стоит поторопиться, чтобы не опоздать.

— Тогда встретимся на полигоне? — спросил Стивс.

— Да. Как на него попасть?

— Это легко. Обойдёшь этот корпус справа и по дорожке до него, если что, ищи нас!

— Договорились!

С этими словами я пошла в комнату, чтобы причесаться и сменить туфельки на ботинки, всё же осень, а там, наверное, грязно будет.

Ох, как же хочется быстрее попасть на своё первое практическое занятие!

Собиралась я со всей возможной поспешностью и, следуя указаниям ребят, пришла на полигон, где должно проходить занятие, одной из первых.

Это было огромное пространство вытоптанной земли, а где-то далеко за ним начинался лесок. Страшно представить, что это огромное поле надо перебежать вдоль или поперёк.

С края, что ближе к зданию академии, располагались странные сооружения из брёвен, реек и канатов, что не совсем укладывалось в моём понимании обучения. Что это? Для чего это вообще можно использовать?

Решила рассмотреть поближе, так как знакомые ребята ещё не подошли.

Обошла вокруг это сооружение, подёргала канат и с удивлением посмотрела на качающееся бревно. Для качелей это очень толстое бревно, даже неуклюжее, а соседняя палка слишком узкая, на ней тоже будет неудобно раскачиваться.

Мне-то всё равно, у фей чувство равновесия стопроцентное, а людям-то каково?

Лестница, ведущая в никуда, также позабавила. Очень интересно!

Я обратила внимание, что народу на полигоне существенно прибавилось и многие из них смотрели в мою сторону, шушукались, улыбались, а некоторые и вовсе смеялись. Рада, что вызываю столько положительных эмоций, но меня мучил один момент: все студенты были одеты в брюки и ботинки. Я же в своём канареечно-жёлтом платье с кружевом выглядела несколько неуместно.

Возможно, у них какие-то специальные занятия будут?

И тут я увидела своих знакомых, подошедших к группе парней, что стояла ближе всех ко мне. Как хорошо, что они пришли, а то мне ужасно надоело стоять одной, поэтому я решительно направилась в их сторону, радостно улыбаясь. Однако улыбка моя стала меркнуть, когда я поняла, что и они сами, и группа также одеты очень просто.

Что происходит? Вот тот вопрос, что меня занимал.

— Привет, — сказала я, когда остановилась рядом с ними.

— О, какие леди почтили нас присутствием! — тут же улыбнулся один из парней. — Ты решила посмотреть, как тренируются настоящие маги?!

— Ей надоело делать микстуры, поэтому она тут! — вторил ему второй.

— Успокойтесь! — сказал Стивс. — Это наша новая одногруппница, её зовут Фиалка.

Он сказал это таким доброжелательным и медовым тоном, что хоть на булку мажь, но мне это совсем не понравилось.

— Не шути так, Стивс, а то я ещё поверю! — заржал рыжий и конопатый парень. — Ой не могу, одногруппница!

— А чего сама малышка молчит? Растерялась в компании больших и сильных парней? — уточнил шатен, что стоял ближе всех ко мне.

— Нет, просто что тут добавить? Стивс всё правильно сказал, но вот с формой одежды я не угадала, как погляжу, — сказала я ровно.

Да, мне очень хотелось быть общительной и дружелюбной, но дурой я не была, поэтому хоть и медленно, но до меня дошло, что парни надо мной подшутили.

К группе присоединились две девушки, но боги, это были девицы таких габаритов, что парням не уступали и выражение их лиц говорило о том, что подругами мы не станем.

— Это что за цветочек? — спросила жгучая брюнетка со смуглой кожей и чёрными глазами.

— Фиалка, — представил меня Трампс. — Пополнение в нашей группе, чтобы вам двоим не было одиноко с нами!

— Хорош врать-то! Опять своих поклонниц на тренировки тащите, чтобы похвастаться?!

— Что она может? — вступила вторая в разговор. — Веером муху прихлопнуть, а потом вечер об этом сожалеть?

Она потуже заплетала свою рыжую косу и глядела на меня с неприязнью.

— Я пришла сюда учиться, — спокойно ответила ей. — Чему научат, то и буду уметь.

— Уверена, ты станешь виртуозно целоваться по углам и тискаться с парнями в темноте! — припечатала она.

Все загоготали, будто лошади, а мне стало обидно. Ничего ведь плохого не сделала, а уже никому не понравилась.

— Если тебе нужен будет учитель, малышка, только скажи! — тут же предложил брюнет, — я научу тебя такому, что ушки покраснеют!

— Виртуозно нести чушь, когда у нас опрос по теории, Драйвик? — раздался за нашими спинами ледяной голос декана Тронтса. — Таких помощников не требуется.

Вся группа сразу же стихла и выстроилась в шеренгу.

Перед ними осталась стоять я и декан, так как не знала, что мне делать?

— Юная леди, если вы хотите быть студенткой, то вам надлежит соответствующе одеваться на занятия, — проговорил он, осматривая меня с головы до ног,

— Я поняла, профессор.

— Отлично! Все пять кругов по полю, а вы, Фиалка, остаётесь со мной.

Студенты с облегчением отправились выполнять указания, я же только глянула им вслед и осталась стоять на месте.

— Ну, и кто из этих дуболомов предложил вам так нарядиться? — обратился он ко мне.

— С чего вы это взяли?

— С того, что я тут давно преподаю, а эта группа на редкость непрошибаемая и ленивая, зато мнят себя великими комбинаторами и хохмачами.

Да, начинаю понимать, почему декана народ недолюбливает, с такой проницательностью у него не забалуешь, а им, видимо, очень хочется, но не можется. Конфликт интересов, да и только.

— Спасибо за заботу, но я сама буду с ними разбираться.

— Без смертоубийств, остальное разрешаю им полезно, — едко улыбнулся маг.

— Ну что вы, я же добрая фея, — тихо сказала я.

— Просто неопытная, вот тебя и провели.

— Ничего, сочтёмся.

Декан ещё некоторое время смотрел на меня, а потом просто кивнул.

— Что ж, давай покажу тебе основы плетения заклинаний, пока буйные головы проветриваются. Смотри. Вот основная позиция пальцев, с которой начинается большинство боевых заклинаний.

Я с интересом посмотрела на эту фигуру из пальцев, и без труда её повторила. Это не так сложно.

— Вторая позиция, — декан сменил положение.

Я опять повторила.

— Теперь плавный переход между ними, тут нельзя торопиться и менять положения резко, а то собьёшь сложное заклинание.

— Какое, например? — оживилась я.

— Например, «Огненный вал». Мощное заклинание стены огня, но выполнять его нужно виртуозно, а то оно будет рассыпаться, и всё.

— Покажите мне, пожалуйста, я хочу попробовать! — тут же загорелась я!

Декан не стал противиться и два раза продемонстрировал, что нужно делать.

С третьей попытки вышло идеально, и я радостно взглянула на декана, а он даже слегка ухмыльнулся.

— Теперь слова «файро статис ультро трампс», произносишь во время плетения. Надо уложиться, чтобы не договаривать их после плетения, а то сила огня сильно спадёт, поняла?

— Да.

— Пробуй!

Я несколько раз потренировалась плести заклинание и произносить, а затем решила похвастаться успехом и проделала пассы со словами вслух.

— Что ты… — только и успел сказать профессор, как от земли поднялась стена огня около трёх метров в высоту, и понеслась в сторону леса и бегающих студентов.

Надо сказать, что огонь был отличным, жар от него шёл во все стороны, трест слышался и с моего места, и был он таким плотным, что сквозь него не было видно, что происходит с той стороны.

Декан рванул к той странной штуковине из брёвен, что я рассматривала ранее.

Он взобрался очень быстро, я же чуть приотстала из-за дурацкого платья, что путалось в ногах! Но вот мы застыли как два суслика каждый на своём бревне.

— Фиалка, ты зачем заклинание произнесла и запустила?! Убить решила кого? Я же сказал, что осторожной нужно быть!

— Я просто хотела продемонстрировать, как у меня получилось! — расстроено воскликнула я.

— Ну, тут мои поздравления! Ценители твоего таланта бегут в сторону леса, пытаясь спастись и с перепугу забыли, что умеют строить щиты!

— А вы не можете это остановить?

— Теоретически могу, но на практике вряд ли. Ты сколько туда сил вбухала?

— Не знаю.

— Так надо бы проработать первым делом дозировку мощи! Постарайся отозвать своё заклинание!

— Как?

— Мысленно! Ты же хозяйка своего огня, тут не нужны заклинания, только твоё желание!

Я изо всех сил старалась собрать этот огонь обратно, но я будто слепой котёнок, не понимала как, просто мысленно просила его вернуться ко мне.

Даже стало казаться, что он стал более прозрачным.

Кто-то из студентов даже вспомнил про щиты и окружил себя ими, другие продолжали бежать.

А вот один парень, которого отсюда было плохо видно, решил побороться с моей стихией, он послал навстречу моей огненной волне, земляной вал, который накрыл огонь, затушив его.

Я была рада как никогда, студенты падали как подкошенные, тяжело дыша, а их спаситель упал на колени, и сам еле держался на ногах.

— Ага, кажется, там Майкалз! Талантливый парень и сильный, жаль, не на моём факультете! — сказал декан. — Пойдём посмотрим, как он там.

Он стал спускаться, а я просто спрыгнула и изящно приземлилась, так как прыгать в платье намного проще, чем лезть куда-то.

Декан только покосился на меня, но ничего говорить не стал.

Мы бодрым шагом приближались к тому парню, что победил моё заклинание.

Он всё так же пытался отдышаться, но выглядел при этом вполне счастливым. Каштановые волосы разметались в беспорядке, а карие глаза смотрели задорно, прямой нос и упрямый подбородок. Да, похоже, что парень любит сложные вызовы.

Мне мама всегда говорила, что я упёртая, это даже на лице написано. Никогда не могла понять, о чём она, хотя долго смотрела на себя в зеркало, но увидев этого мага, вдруг ясно поняла, что он тоже упёртый!

— Майкалз! Ты молодец! — сказал мой декан, когда мы подошли достаточно близко. — Не ожидал от тебя такой мощи!

— Спасибо, декан Тронтс, лестно слышать похвалу от вас.

— Когда она заслужена, то сказать не стыдно. Попрошу коллегу поставить тебе зачёт по защите от других стихий. Это же высший класс!

— Такой силы заклинания я и не видел никогда, — усмехнулся парень, — не знал, что у вас на потоке есть столь сильные студенты!

— Да их и не было, а тут привалило счастье, откуда не ждали. Вот, кстати, знакомься — Фиалка Ниалинская, наш новый сильный маг огня. Просто с ним ещё обращается не слишком умело. Вот чуть не проредила нам студенческие ряды, хотя им полезно, а то ползают как улитки, а тут такое шикарное практическое занятие!

Я кивнула парню, а он с большим интересом посмотрел на меня, но никаких дурацких комментариев по поводу моего вида отпускать не стал.

— Приятно познакомиться, — кивнул мне в ответ. — Приятно, что в нашей академии есть теперь такие таланты!

Я уже хотела ответить, но тут меня перебил декан.

— Так, Фиалка, ты тут присмотри за Майкалзом, если вдруг поплохеет — в лазарет его, а я пойду проверю своих подопечных, точно ли никто не поджарился? А то мало ли что.

Сказав это, он ушёл, не оглядываясь. Мы с парнем проводили его взглядом.

— Хороший мужик ваш декан, строгий, — проговорил он, когда Тронтс отошёл на значительное расстояние.

— А ваш не строгий? — наконец решила и что-то сказать.

— Строгий, но не до такой степени. Декан Пивс спокойный и уравновешенный, не станет кричать.

— Так что, можно делать на его занятиях, что хочешь, а он и слова не скажет? — удивилась я.

— Нет, он молча отчислит, — широко улыбнулся Майкалз, — а кричать всё равно не будет.

— Ого! Нет, тогда уж лучше пусть кричит, чтобы я знала, что не права была, — отозвалась я.

— Так откуда ты говоришь, такая талантливая появилась?

— Как и все: от мамы с папой!

— Это секрет? Тайна? Ты сбежавшая из дворца принцесса?

— Не совсем, я из Трасварской империи, мы с мамой переехали к вам, и я решила поступить учиться, хоть и немного опоздала.

— А почему декан говорит, что ты плохо владеешь силой?

— Потому что это правда. Меня не отдавали учиться, поэтому дар мощный, но управлять я им не умею.

— Я что-то такое слышал, что у вас женщин не принимают на обучение.

— Так и есть, это не принято, а вот мне очень хотелось учиться, так что сюда я просто летела как на крыльях! Хочу учиться, найти друзей, побывать на балах и студенческих вечеринках, а ещё приключений!

Я перечисляла все свои желания совершенно честно, Майкалз очень располагал к общению, ему было очень легко что-то говорить, так как он не перебивал и слушал внимательно.

— Смотрю, у тебя обширный список желаний.

— Да, но пока они не слишком-то хотят осуществляться, — вздохнула я.

— Отчего же?

— В группе моему появлению не особо рады, ребята тут же подшутить решили и вот я в таком виде явилась на первое занятие, вслух произнесла заклинание, чтобы продемонстрировать, что у меня получается, так что теперь меня все будут не любить, так как я их чуть не сожгла на первом занятии. Боюсь, наши отношения могут быть загублены, так толком и не начавшись.

— Н-да, маги огня очень темпераментные и с чувством меры у них всегда не очень хорошо, думаю, они некоторое время могут быть на тебя обижены за то, что ты заставила их позорно бегать по полю, как бестолковые курицы. Ты им гордость подпалила, а не штаны, — рассмеялся он.

— Ладно, буду разбираться по чуть-чуть со своими проблемами. Ты встать-то можешь? Или мне нужно идти за целителем, который сможет тебя поднять на ноги?

Парень на мгновение замер, будто прислушиваясь к себе самому, а потом медленно выдохнул.

— Что ж, если прекрасная леди предложит мне руку, то есть все шансы доковылять до общежития самостоятельно, — сказал он с совершенно серьёзным лицом.

Я, недолго думая, протянула ему ладошку. Я бы его и на плече отнесла за такую крутую помощь, но он и окружающие этого не оценили бы.

Майкалз уцепился за неё, и я его очень тихо подняла на ноги, он и правда выглядел бледно, хоть и пытался это скрыть за шутками и приколами.

— Слушай, давай-ка мы прогуляемся в целительское крыло, тебе явно нужен укрепляющий эликсир. Не думаю, что это будет лишним. Менее крутым магом ты в моих глазах не станешь.

Так как парень шёл, тяжело на меня опираясь, всю тщетность его попыток увильнуть от похода к целителю можно было предугадать без пифии.

— Хорошо, прекрасная леди, веди меня к целителю, что-то я и вправду переоценил свои возможности.

— Или недооценил мои, — побурчала я.

— Ну, или так, — не стал спорить он.

— Говори, куда идти, я тут ещё плохо ориентируюсь.

Майкалз быстро объяснил, что целительская стоит между полигоном и академией. Чистое и красивое белое здание было тяжело пропустить, так что мы до него дошли достаточно быстро, а там уж парня быстро водрузили на каталку и увезли в палату, по пути сетуя, что так и выгореть можно. Мне же не оставалось ничего другого, как отправиться домой, то есть к себе в комнату.

Вкомнату брела в расстроенных чувствах. Ну а какие они ещё могли быть? Чуть не угробила несколько групп и хорошего парня едва не довела до выгорания магии.

Итоги дня, если задуматься, совершенно неутешительные. Мой выход в свет оказался столь запоминающимся, что его вряд ли быстро забудут, или кто-то пропустит! Это же сплетня месяца будет! Только ленивый не ткнёт в меня пальцем и не спросит у соседа, в курсе ли он моих заключений!

Вот что за невезение! Так хотела завести друзей, а обрету, видимо, кучу врагов.

Хорошо, если родители студентов не начнут требовать моего отчисления.

Эти грустные и пессимистичные мысли снедали мой разум, когда я нечаянно зацепила кого-то плечом и подняла глаза от пола, чтобы извиниться.

Передо мной стояла симпатичная девушка с пепельными волосами, милым личиком сердечком и совершенно неподвижным взглядом, который направлен был явно не на меня.

— Э, прости, пожалуйста, я тебя не заметила и нечаянно налетела, — решила сразу прояснить ситуацию, но девчонка никак не отреагировала на мои слова, тогда я решила тихонечко её обойти и двигаться дальше к себе, но стоило сделать шаг в сторону, как она заговорила.

— Ты, чья душа светла, как солнышко, а дух мятежен, как океан. Полюбишь древнего, но юного, что так же беспокоен, как и ты, — сообщила она совершенно потусторонним голосом, отчего стало как-то не по себе.

Договорив, она сильно вздрогнула и моргнула, стало ясно, что глаза у неё голубые.

— Я что-то опять сказала? Бред какой-то, да? — взволнованно спросила она у меня, а потом уж всмотрелась в мою персону более внимательно. — Ты новенькая? Что-то я тебя не помню.

— Чувство лёгкой бредовости присутствовало, но терпимо, — улыбнулась я такой непосредственности и самокритичности. — Да, я новенькая и меня зовут Фиалкой.

— Хорошее имя, главное, необычное, легко запомнить. Меня зовут Лисса, если захочешь, конечно, ко мне обратиться.

— Почему нет? — не поняла я.

— Знаешь, в этой академии не сильно ценят пифий, что дают предсказания загадками, так что… — пожала она плечами и несколько неуверенно на меня посмотрела.

— У меня совсем нет друзей, так что не мне судить, кто тут не самый популярный, есть все шансы, что после того, как услышишь сплетни обо мне, сама не захочешь со мной общаться, — сказала я расстроенно.

— О, о тебе уже сплетни ходят?! Ты мне уже нравишься! Сколько учишься?

— Сегодня первый день, — сконфуженно призналась девушке, нервно теребя край платья.

— Уверена, мы станем подругами! Человек, который способен заставить говорить о себе эту академию в первый же день своего прибытия, не может быть скучным или трусом! А пока извини, опаздываю на занятие!

Она помахала мне рукой и побежала дальше по коридору и дальше к лестнице.

Я успела пройти всего один коридор, когда в меня кто-то врезался. Ну просто день столкновений! Я опять собралась извиниться, но поняла, что опять смотрю в «стеклянные» глаза девчонки, с которой только познакомилась. Она что, круг сделала, чтобы в меня врезаться ещё разок? Предсказания из неё вышибает, что ли?

— Не думай много, иди, куда зовёт сердце, ибо там пропадут печали. Да поселится смех в твоей жизни, — произнесла пифия и, вздрогнув, перевела на меня взгляд.

— О, привет! Я опять что-то напророчила? — весело спросила она, рассматривая меня с тем же интересом, что и пять минут назад.

— Слушай, Лисса, не обязательно в меня врезаться каждые пять минут, я ещё и первое предсказание не разгадала, — рассмеялась в ответ.

— А, ты с сестрой познакомилась уже? Везёт тебе! Мелкая как всегда и тут умудрилась меня опередить! Проныра, одним словом. Я страшное что-то сказала? Если нет, то меня зовут Тисса и я страшно опаздываю на занятие.

И она побежала дальше, а я присматривалась к её спине.

Действительно, сёстры были очень похожи, но немного разные причёски и старшая чуть-чуть повыше. В общем, можно различить, если нужно, а я просто не ожидала, что наткнусь на близнецов.

Зато предсказаний получила на месяц вперёд!

Мне раньше их никогда не делали. Среди фей нет пифий, так что это интересный опыт. Я наконец зашла в комнату и присела на кровать.

Что значат эти странные слова?

С первым совсем ничего не понятно, а вот второе чуть более простое, как мне кажется, хотя тоже с подвохом.

Куда хочет моё сердце? Домой? Я старалась прислушаться к себе, но нет. Хоть я люблю маму и дом, но пока не успела соскучиться, чтобы туда стремиться.

А куда тогда? Где мне тут было хорошо? Пожалуй, только те несколько минут, что я болтала с Майкалзом, мне и было хорошо. Никто не пытался меня подставить, обидеть и прочее. Может, это про него предсказание?

Нет, если подумать, я же виновата, что он к целителям попал, значит, я могу его навестить. Я читала, что навещать больных ходят с подарками, приносят книги, чтобы они не скучали и даже читают вслух, чтобы заболевший не напрягался.

Так, в столовую идти собирать еду не стоит, там её навынос не выдают, да и показываться мне ещё боязно среди студентов, пока ощущения после занятия живы, так что лучше не мозолить им глаза.

Поэтому я воспользовалась даром и сотворила корзинку, в неё положила пирожки с разными начинками, жареную курочку, фрукты и накрыла всё это полотенцем. Вытащила пару книг, не глядя, и тоже сунула их в корзинку.

Почему-то я торопилась, боялась передумать или растерять храбрость, так что нужно действовать!

Быстро вышла из комнаты и направилась к знакомому зданию. Хоть бы впустили!

Я быстро шагала в сторону нужного здания, продумывая, что сказать на входе. Честно сказать, фамилию Майкалза я не запомнила, да и не уверена, что декан её назвал. Я и так в шоке пребывала от собственного дара, что умудрился чуть не угробить половину боевого факультета, даже кровь в ушах стучала, так что я, видимо, прослушала.

Сочинение выходило корявым, и я, уж совсем упав духом, робко заглянула в холл целительской, там было пустынно, даже дежурная куда-то отошла. Вот же повезло!

Я мышкой прошмыгнула в ту сторону, куда при мне увели парня. Несколько замешкалась в коридоре, так как там было несколько дверей, но здраво рассудила, что ничего страшного не случится, если я загляну и проверю, там ли он?

За первой дверью было совсем пусто, и даже свет отсутствовал, а вот за второй дверью повезло, палата была рассчитана на четырёх человек, но лежал в ней только Майкалз и грустно смотрел в потолок.

Я вошла, и он обернулся на движение.

— О, снова привет! Ты кого-то покалечила и привела его тоже лечиться? — рассмеялся он. — Я буду очень рад, если мне подвезут компанию, тут ужасно скучно!

— Нет, прости, но я больше ничего не магичила, решив, что и так прославилась надолго, поэтому решила сама навестить тебя, — робко проговорила я и присела на соседнюю с парнем кровать.

— Ладно, что же делать? Твоё общество меня тоже устроит. Ты что-то интересное принесла? — с намёком взглянул он на корзинку в моих руках, что я судорожно сжимала.

Общение с людьми шло не так хорошо, как мне хотелось, и я волновалась.

— Подумала, вдруг ты захочешь перекусить? — протянула ему эту самую корзинку. — И там пара книг, чтобы скрасить досуг.

Майкалз заглянул в корзинку, минуту смотрел на что-то, а затем его брови приподнялись.

— Э, какой интересный выбор книг. Даже не знал, что они существуют, но спасибо, буду просвещаться.

— А что с ними не так? — забеспокоилась я. — Плохие попались?

— Почему же плохие? Вот, например, «Хищные лиловые грибы — помощники магов», не совсем уверен, о чём она, но звучит загадочно. Или есть «101 рецепт ядов для начинающих чёрных ведьм», хоть я и не ведьма, но в хозяйстве может пригодиться. Однако, в целом, должен отметить, у тебя довольно кровожадные мысли были при выборе литературы для чтения на сон грядущий, — посмеивался парень, вертя книги в руках.

Я же сидела красная как помидор. Вот что со мной такое? Неужели нельзя было на минутку остановиться и посмотреть, что я там такого извлекла из пространства, тогда сейчас не было бы так мучительно стыдно от собственного выбора. Он решит, что я сумасшедшая!

Я закрыла лицо ладошками и судорожно вздохнула.

— Прости за них, я торопилась и просто не посмотрела, что схватила, — глухо прокомментировала свой странный выбор, чтобы никаких сомнений не осталось, что я это не специально.

— Не переживай так! Я и вправду не читал эти книги, уверен, скучными они не будут, одни названия чего стоят! Но пока отложу их в сторону, так как из корзинки идут чудесные запахи. Надеюсь, книга про яды не является твоей настольной книжкой. Не хотелось бы опробовать весь ассортимент рецептуры на себе, — хохотнул он, уже вгрызаясь в ножку курицы.

— Нет, конечно! Я же не ведьма!

— Знаю, но хобби — это страшное дело. Вот мой сосед коллекционирует болотных жуков. Знаешь, я небольшой фанат насекомых, а приходится жить среди всех этих коробочек, панно из мёртвых букашек и надеяться, что никакой недоучка-некромант нечаянно их не оживит, а то ведь такого нашествия моё бедное сердце может и не перенести.

— Неужели ты правду говоришь? Или пытаешься меня успокоить? — посмотрела на него сквозь пальцы.

— Вот чтоб мне никогда больше таких вкусных пирожков не съесть!

— Ладно, — упустила я руки, — хочется верить, но тогда в гости меня не приглашай, я всё равно не приду. Давай сменим тему, а то мне мерещится шорох лапок.

— Хорошо, а о чём бы ты хотела поговорить?

— Не знаю, может, о тебе? Я-то рассказала, что не местная, а ты откуда?

— О, сразу видно человека не отсюда! Я местная легенда, овеянная мраком, — стал он говорить таинственным голосом и даже приподнялся на локте, чтобы было удобнее жестикулировать.

— Да что ты говоришь? И что же в тебе легендарного? — прищурилась я, с виду просто парень, не заметила, чтобы его что-то там овевало.

— Моя семья когда-то владела этим замком.

— Да что ты? И что же произошло?

— Как что? Трагедия, как и положено по жанру, чтобы образовалась легенда.

— Ничего себе! Расскажешь?

— Отчего нет? Её столько народу знает, что секрета тут нет. Предок примерно пятьсот лет назад обвинялся в убийстве своей жены, тело которой так и не было найдено. Все отвернулись от него, никто не хотел общаться с убийцей, отчего обозлился он. Никто не верил в его невиновность. В своём завещании он передавал половину всего состояние на основание академии магии в стенах родового замка, единственное, что оставил потомкам — это возможность обучаться тут бесплатно. Вторую половину спрятал в замке. Так мы с тех пор и прозябаем.

Условие для возвращения состояния было сформулировано так: «Кто докажет невиновность мою, проявит удаль и смекалку, чтобы найти богатства, тот и достоин их».

— И что? Никто не доказал?! — мне отчего-то стало так обидно за Майкалза и его предка, что даже сердце быстрее стало биться.

— Пока нет.

— Но это же ужасно!

— Для меня нет, ведь есть шанс, что смогу я! — расхохотался парень.

— А ты уже что-то предпринял по этому поводу?

— Пожалуй, я обошёл замок от подвала до чердака, размышляя о том, что же тут надо искать, но пока озарение меня не осенило, — вздохнул он.

— Как интересно, — прикусила я губу.

— Ты никогда не искала сокровища? — с хитринкой спросил маг.

— Нет, но очень бы хотелось.

— Что же, приглашаю тебя принять участие, если возникнет такое желание, уверен, что замковой пыли хватит на всех!

— Спасибо большое!

— Погоди благодарить, ещё скажешь, что не подписывалась под такими приключениями, — улыбнулся он.

— А в какое время ты этим занимаешься?

— Обычно по выходным, так как на неделе учусь, не хотелось бы вылететь с учёбы, а то ни денег, ни образования не получу, и это будет действительно обидно!

— Не говори так! Но я обязательно с тобой пойду на осмотр в ближайший выходной! — твёрдо заявила ему.

— Как знаешь, тут главное замок не развалить с твоими-то талантами.

— Буду стараться сдерживать свои порывы, всё равно делать мне нечего.

— Подожди, ты ещё просто не видела домашние задания от местных преподавателей! Тебе спать будет некогда, не то, что скучать!

— Будем помогать друг другу, можем даже домашку делать вместе, если хочешь, — бесхитростно сказала ему. — У меня много…

Но договорить я не успела, как в палату зашла целительница, строго отчитала за то, что я не даю отдыхать больному и выставила меня за дверь, я даже попрощаться не успела.

Однако уходила с хорошим настроением. У меня нашёлся друг, которому нужна помощь, а значит, не стоит расстраиваться.

Надо бы библиотеку местную навестить, запастись учебниками, надо же нагонять, что я пропустила, да и конспекты переписать, как велел декан. Ну, допустим, с первой частью проблемки мне может помочь Майкалз, но со второй не знаю, к кому и обратиться после сегодняшней демонстрации моих возможностей. Есть у меня подозрение, что никто со мной ничем делиться не захочет.

Вечером я ещё помаялась в комнате, так как заняться было нечем. Понятно, что студенты делали домашние задания, но я побоялась идти их просить после сегодняшнего случая на полигоне.

Понятно, что я могу исчезнуть или отбиться от нападающих, но как потом тут учиться?

Так что я то бродила от стены к стене, то лежала на кровати, то пыталась почитать, но лихорадочное состояние не давало мне заняться чем-то одним. Сон меня сморил на пятом круге.

Проснулась я рано, поэтому успела тщательно привести себя в порядок, одной из первых пришла в столовую, прихватив сумку для занятий. Ела в тишине, посматривая на таких же ранних пташек, как и я. Их было четверо.

Огромный парень, не знаю, как его стул выдерживал, но можно было предположить, что в его предки затесались великаны, причём в недалёких предках. Перед ним стоял целый поднос еды и рядом ещё два таких же. Отсутствием аппетита он явно не страдал.

Второй сидел на значительном расстоянии от него и меланхолично жевал огурцы. Кружок за кружком отправлял в рот и методично пережёвывал, будто уснул и делал всё на автомате. Странный с виду тип.

Две девушки сидели рядом и о чём-то оживлённо перешёптывались, я могла только позавидовать их увлечённости. Есть они забывали, такой интересный и содержательный у них был диалог.

Одна из них чертила вилкой невидимые узоры на столешнице, а вторая то кивала, то отрицательно качала головой, а потом они опять принимались что-то лихорадочно обсуждать.

Вот и все, кто решил в такую рань позавтракать.

Доев, я пошла к расписанию и тщательно переписала занятия на всю неделю вместе с этажами, где они проводились. Номеров кабинетов указано не было.

Сегодня значились основы профильной магии, аж две пары, медитация — тоже две пары.

Первая пара значилась на первом этаже, левый коридор. Я обошла парадную лестницу с левой стороны и медленно двинулась вперёд. Как искать место проведения занятия, если нет номера кабинета?

Я уже пожалела, что вышла так рано, можно было бы проследить за своими одногруппниками и зайти с толпой студентов, а сейчас я одиноко брела по совершенно пустому коридору, рассматривая двери.

На третьей двери была нарисована волна очень искусно, и вдруг рисунок ожил, волна прокатилась по двери, и в мою сторону отлетело несколько брызг. Даже вздрогнула от неожиданности. Следующая дверь находилась на значительном расстоянии, и на ней был изображён костёр. С интересом остановилась рядом и посмотрела на картинку. Она не заставила себя упрашивать, и пламя ожило, костёр взвился вверх, разбрасывая искры.

Что ж, надо полагать, что рисунки в академии заменяют номера, поэтому я решительно взялась за ручку двери и вошла внутрь.

Тут же вспыхнули осветительные шары, и я смогла осмотреться.

Находилась я в огромном помещении, которое было разделено на множество вытянутых ячеек, у входа в каждую стояла парта и стул, а на противоположной стене красовалась доска и огромный стол преподавателя.

Я так понимаю, что тут можно было заниматься теорией и практикой, не мешая друг другу, не было возможности покалечить соседа, если что-то пошло не так. Что же, очень предусмотрительно.

Прошлась вдоль всех парт, присматриваясь, но никаких табличек тут не было, надо полагать, что закрепления за студентами нет. Я присела за дальнюю, чтобы все входящие не шли мимо меня.

Хочется надеется, что все хорошо отдохнули и не держат на меня зла.

Сидела я в одиночестве ещё минут двадцать, а затем дверь, наконец, открылась, и в помещение вошли две девицы с полигона, они позёвывали и вяло переставляли ноги.

Свои вещи бросили на соседние парты в центре.

— Ой, как же я хочу спать. Всю ночь зубрила это заклинание огненных стрел, а оно у меня неважно выходит, сейчас декан мне все кости перемоет, а ведь я старалась, — сообщила рыжая девица, что вчера строила предположения о моих умениях.

— Сакра, угомонись, мы теперь все будем бледно выглядеть на фоне новенькой.

— Вот припёрлась! — тут же возмутилась рыжая. — Без неё нормально всё было, а теперь эта дохлячая гениальность нас носом будет тыкать?! Ненавижу!

— А нечего было вчера на неё бочку катить ни с чего. Всё ж мы девочки, хоть и разные, могли бы держаться вместе, а ты сразу доказывать полезла, кто тут главный!

— Да ты видела её? Цветочек наивный? Что я должна была предположить?

— Что маг может выглядеть как угодно при таком уровне силы, — нравоучительно сообщила брюнетка.

— Знаешь, Матира, если новенькая тебе нравится больше, то с ней и дружи! — обиженным тоном проговорила рыжая.

— Нужны мы ей в друзьях, как же! К ней теперь набиваться будут женихи со всех факультетов, да и подружки знатные найдутся, не чета нам, — безразлично отозвалась брюнетка.

Я же сидела, не шевелясь, и не знала, что мне теперь делать? Надо было сразу как-то дать понять, что я здесь, а теперь выходит, что я подслушивала?

Матира явно была более умной и спокойной, мне она даже нравилась своей жизненной смекалкой и неагрессивностью, а рыжая страдала болезненным самомнением, так что дружить с ней у меня вряд ли получится. Не умею я ходить на цыпочках вокруг дамочек.

Вздохнув поглубже, я решила всё же признаться в своём присутствии, пока свидетелей нет, а то потом ещё хуже станет.

— Между прочим, я не гонюсь за знаменитыми друзьями, — сказала я, выглядывая из своего укрытия, — и, если бы вы не стали надо мной потешаться, с удовольствием бы с вами познакомилась.

Девушки выглядели комично. Если брюнетка просто приподняла брови и застыла, то рыжая, вскинув голову, что лежала на скрещенных руках, стала заливаться малиновой каской, что совершенно не шла к цвету её волос.

— Ты ещё и подслушиваешь по углам! — рявкнула она.

— Я тут сижу, так как пришла первой. Вы мне не представились, поэтому я не знала как к вам обратиться. Больно надо вас подслушивать! Вы ничего интересного и не обсуждали.

— Да что ты говоришь? Кто хотел бы, нашёл, как подать знак, хоть кашлянуть, к примеру, но ты, естественно, не догадалась! — не успокаивалась Сакра, поэтому я и отвечать ничего не стала, а только нахмурилась.

День ещё не начался, а мне уже испортили настроение.

— Нет, ты видишь, Матира, а ты её ещё и защищала! Гнать её надо из группы!

— Угомонись, Сакра, не нам указывать, кому учиться в академии, не забывайся, — сурово сказала брюнетка.

— Не говори мне, что делать! Уже продалась, переметнулась в стан к новенькой, раз она крутая магичка! Иди ты к ней, ты мне больше не подруга! Не желаю сидеть рядом с продажной шкурой! — орала рыжая как не в себе.

Брюнетка смотрела на неё несколько секунд, подхватила свои вещи и пошла в мою сторону. Заняла соседний бокс со мной.

Я настороженно за ней следила.

— Матира, — представилась она мне.

— Фиалка, — отозвалась я осторожно.

— В курсе, склерозом не страдаю, дружбу не обещаю, но вредить не буду, — сообщила она.

— Почему? — не удержалась я от вопроса шёпотом.

— Не вижу, что могло бы нас объединить до такой степени.

— Учёба, например, — предположила я.

— Ну тогда мы товарищи, а не подруги, сопли размазывать по твоему красивому платью я не буду, если меня очередной кавалер бросит, даже не жди.

— Не буду, — покладисто отозвалась в ответ.

Обойдёмся знакомством, так безопаснее.

Так мы и сидели втроём в звенящей тишине, пока, наконец, не зашла сонная парочка одногруппников, о чём-то лениво переговаривающихся. Мне кажется, все вздохнули с облегчением, что эта гнетущая тишина была нарушена.

— Привет, девушки, — лениво проговорил парень с такими тёмными карими глазами, что они выглядели чёрными.

Он, надо полагать, считал себя дамским угодником, и вёл себя вальяжно-вызывающе.

— И тебе фаербол на ногу не уронить, — недружелюбно буркнула Сакра.

Матира только кивнула, я же последовала её примеру, не зная, как реагировать. Официально меня представили, но я не знаю, как всех зовут.

— О, тут наша главная запугивальщица одногруппников! — радостно воскликнул парень, чем меня удивил. — Детка, ты мой кумир!

Да, не такого счастья ожидала я от своего нынешнего окружения. Нравится им такое обращение, что ли? Мне было сложно оценить свой поступок. Сама бы я вряд ли обрадовалась, а он вон как счастлив.

— Угомонись, Лорис, не трать своё обаяние на эту девицу! Она нас всех чуть не угробила, а ты ковриком у её ног стелешься! Гордости у тебя нет совсем? — зло практически прокричала моя рыжая ненавистница. — Вы тут совсем с ума посходили?!

— Сакра, ты что с утра уже без настроения? — едва повёл бровью парень. — Найди себе уже кого-нибудь, а то на людей кидаешься.

Он говорил это очень благожелательным тоном, но взгляд его был совсем не добрым, а вот Сакра смотрела на него расстроенно, и что-то подсказывало мне, что нет у неё никого, так как он ей нравится.

То, что этот самый Лорис на её глазах проявляет ко мне интерес, конечно, стало для неё дополнительным расстройством этого утра. Мне даже стало её жаль несмотря на все разногласия.

— Больно надо! — ответила она высоким голосом и отвернулась.

Второй вошедший не произнёс ни слова, одет он был явно беднее своего друга, не перебивал его, но ко мне симпатии не проявлял точно. Взгляды старался бросать «ровные», не выражающие неприязни, но он точно не станет моим поклонником.

— Слушай, — шепнула Матире, — а как второго парня зовут?

— Зарэк, а что?

— Да смотрит он на меня как-то нехорошо, видимо, обиделся, — неуверенно отозвалась я.

— Этот мог. У него болезненное самолюбие и запросы немалые. Он дружит с Лорисом, потому что тот графский сын, а ему хочется вращаться в этих кругах. Хотя сам он сын баронета, титулу всего сто лет. Не знаю, что его семья продала, чтобы сына сюда определить, но он всеми правдами и неправдами старается обзавестись нужными знакомствами через своего друга. Вкусы у них разные, но Лорису он никогда не возражает, и своё мнение держит при себе.

До занятия оставалось всего восемь минут, поэтому остальная группа уже активно собиралась. Продолжить столь интересный разговор не было возможности.

Входящие с интересом посматривали на наше месторасположение, а Лорис с другом заняли места по соседству со мной и Матирой. Разобиженное выражение на лице Сакры также привлекало всеобщее внимание, но комментариев не следовало, что не могло не радовать.

Но вот прозвенел звонок, и в аудиторию вошёл декан Тронтс. Он, как всегда, был бодр, собран и суров. В его присутствии так и хотелось поправить одежду и расправить плечи, что, впрочем, все и делали. Было видно, что маг им спуска не даёт.

— Доброе утро, студенты! Садитесь.

Мы дружно опустились на стулья и приготовились слушать.

— Как вы помните, на прошлом уроке мы изучали заклинание огненных стрел. К сегодняшнему занятию требовалось выучить формулу и потренировать их создание. Очень надеюсь, что вы не пренебрегали тренировками.

Студенты как-то подозрительно заёрзали на своих местах, видимо, не все учли пожелания преподавателя и теперь сожалели об этом.

— Нет смысла оттягивать проверку домашнего задания, поэтому десять минут вам на разминку, пока я объясню Фиалке, чем мы сегодня занимаемся.

Студенты с интересом посмотрели на меня. Хотя интерес этот был разным: у одних доброжелательный, у других неприязненный.

— Чего сидим? Любуетесь новенькой? А я жду от вас потрясающую демонстрацию домашнего задания, — протянул слова ехидным голосом декан.

Все тут же засуетились, изображая бурную деятельность, а Тронтс пошёл в мою сторону.

— Фиалка, вот тебе заклинание, — он извлёк из воздуха листок, — твоя задача сегодня попробовать сотворить векторное заклинание. Твои огненные стрелы должны попадать в мишень, что висит за твоей спиной на стене.

Декан очень подробно объяснил мне, как рассчитать вектор, направить его, отрегулировать силу и мощь стрелы. Даже на листочке под самим заклинанием рисовал, чтобы было нагляднее.

Я внимательно смотрела и слушала. Не скажу, что всё мне было понятно, но энтузиазм и желание попробовать точно имелись.

— Я так понимаю, что конспекты ты ещё не успела переписать? — ворвался в мои размышления голос декана.

— Э, нет ещё, — отозвалась я.

Было немного неловко при всех признаться, что я боюсь отказа, поэтому так и не подошла ни к кому из одногруппников.

Тронтс каким-то шестым чувством понял моё затруднение. Он как-то по-особенному посмотрел на меня, а потом обернулся к Сакре.

— Студентка Вагейрос, предоставьте свои конспекты Фиалке, чтобы она могла их переписать, — велел он моей соседке по боксу.

Та просто кивнула и продолжила тренироваться. У неё, кстати, весьма неплохо получалось. Пусть стрелы были не слишком сильные, но летели точно в цель.

Я ещё раз перечитала заклинание и тоже стала тренироваться. Проговаривала в уме слова и пыталась делать подсчёты, но выходило что-то странное. Тогда я решила чуть схитрить и вложила магию фей в огненную стихию, пожелав попасть огненными стрелами в цель.

Что же, могу сказать, что две магии вместе произвели на всех неизгладимое впечатление, так как в моих руках возник огненный лук. Стоило немного натянуть тетиву, как на ней появлялась жарко пылающая стрела.

— Ого, — только и сказала соседка, посмотрев в мою сторону. — Ты сильна.

— Я неумёха, — вздохнула я.

— Меньше об этом думай, — велела девушка. — Стреляй!

Так и поступила. Я никогда до этого не занималась стрельбой, поэтому немного волновалась, но всё шло хорошо. Уже с пятого выстрела стала попадать точно в цель.

— Что же, вижу, что вы всегда найдёте свой путь, — раздался голос декана за моей спиной, он вернулся к моему боксу и рассматривал лук. — Такой модификации этого заклинания я не видел, но это точно уровень аспиранта, Фиалка. Таланта у вас хоть отбавляй.

— Спасибо, профессор Тронтс.

Далее я тренировалась с луком и стрелами, пока декан распекал на все лады неподготовленных студентов. Очень было интересно, что будет на второй паре.

Но действительность оказалась не столь впечатляющей, так как всю вторую пару мы писали конспект. Буду надеяться, что медитация мне понравится.

Пока я тренировалась, успела проголодаться и очень надеялась, что после этой сдвоенной пары можно будет сходить на обед.

Звонок стал моим спасением, я с большим энтузиазмом сложила свои вещи, но затем немного замешкалась, так как не знала, каким образом попросить у Сакры конспект.

Хоть декан и велел ей поделиться, но были у меня сомнения, что она с радостью выполнит это распоряжение. Я специально медленно шла, надеясь, что она сама мне его предложит, но та делала вид, будто меня не замечает.

Я решила не нагнетать обстановку и поговорить с Матирой насчёт конспекта, но моим планам было не суждено сбыться.

— Студентка Вагейрос, я, надеюсь, вы помните моё распоряжение, и мне не нужно его повторять дважды, — очень спокойным голосом спросил Тронтс.

Рыжая девица застыла, её напряжённая спина выразила всю глубину протеста по поводу этого распоряжения, но всё же она медленно обернулась и протянула мне тетрадь, которую мне практически пришлось вырвать из сцепленных пальцев.

— Пользуйся на здоровье, — прошипела она, — надеюсь, это принесёт тебе пользу.

После этих слов она резко развернулась на пятках и не хуже пущенной стрелы «вылетела» из дверей аудитории. Мне осталось только тяжело вздохнуть и убрать тетрадку к себе в сумку.

— Будь осторожна, — сказала Матира, — вряд ли она оставит это просто так. У неё ужасно мстительный характер, так что жди какого-нибудь подвоха.

Мне и самой казалось, что вряд ли я смогу что-то переписать из той тетрадки, но мне тоже не хотелось ослушаться декана. Впрочем, мне ведь не запрещали попросить конспект у ещё кого-то вдобавок к тому, что он велел взять. Поэтому я прибавила шагу и нагнала свою соседку по боксу.

— Матира, а ты не разрешишь мне воспользоваться твоим конспектом? — спросила девушку, поравнявшись с ней.

Та полуобернулась ко мне с усмешкой на губах.

— Что, Фиалка, боишься не справиться с каверзами рыжей?

— Я больше боюсь, что испорчу тот конспект, борясь с этими самыми каверзами, и тогда точно наживу врага себе в её лице до скончания времён.

— Ну, в этом ты, пожалуй, права, ладно, надеюсь, не придётся сожалеть о своей доброте, потому что если ты испортишь мой конспект, то будешь переписывать и себе, и мне две тетради. Поняла?

— Конечно! — бодро отозвалась я, счастливая оттого, что она мне не отказала.

— Если тебе больше ничего не нужно, то всё-таки пойдём в столовую, я бы не отказалась пообедать, — сказала девушка и двинулась опять по коридору.

Меня тоже уговаривать не нужно. Раз уж она сказала, что мы должны попасть в столовую, то я приняла это как приглашение пойти вместе с ней. Разговорами не докучала, так как уже догадалась, что Матире сложно сходиться с людьми. Сама по себе она спокойная девушка, которой не требуется много болтовни, она от неё устаёт. Мне бы, конечно, было приятно пообщаться, но надо учитывать желания окружающих, ко мне и так не все по-доброму относятся.

Тихонечко пристроилась за ней в очереди. Собрала себе на поднос фрукты, овощи и сок, на которые девушка покосилась с удивлением, но никак не прокомментировала, и также тихонько присела за стол, куда села и Матира.

— Ты меня преследуешь? — устало спросила она.

— Вовсе нет, — смутилась от такого вопроса. — Но я тут никого не знаю, поэтому решила сесть с тобой, ведь нам потом вместе идти на медитацию. Да и зачем занимать лишний стол?

— Какая, однако, забота об окружающих, — усмехнулась она, но прогонять меня не стала.

Правда, долго наслаждаться тишиной нам не пришлось, буквально через пару минут, когда я только успела съесть два кусочка яблока и три клубнички, рядом со мной грохнулся поднос, на котором было огромное количество еды. Я даже вздрогнула от неожиданности.

— Ну какого кудрявого барана ты творишь, Лорис! — воскликнула Матира, когда на неё попало несколько брызг от стоящих на подносе тарелок.

— Прости, подруга, не рассчитал, — отозвался парень без капли раскаянья. — Так бывает, когда засмотришься на красивых девушек и перестанешь следить за собой.

Он плюхнулся на стул рядом со мной, принявшись осыпать какими-то сомнительными комплиментами. То я была лучезарной как заря, то прекрасна, как струящаяся вода, потом светлоокая как богиня… Следом он стал распространяться на тему моих шикарных волос и ресниц, а в это время напротив него устроился Зарек, вид которого говорил о том, что он с большим удовольствием сел бы в другое место, и наше общество его совсем не прельщает.

— Друг, ну что такое кислое лицо, будто мы сидим не с прекрасными дамами, а в помойке?! — удивлённо спросил его Лорис.

— Не обращай на меня внимания, просто нет настроения с утра, — отозвался тот, но постарался сделать физиономию попроще.

— Вот видите, леди, с чем мне приходится мириться? Намного приятнее смотреть на ваши чудесные лица. Фиалка, что ты делаешь сегодня вечером? — без перехода спросил он.

— Переписываю конспекты, — проговорила я, ничем не выражая интерес к его вопросу.

— Печально, а завтра? — тут же решил уточнить навязчивый кавалер.

— Пишу конспекты, — не меняя тона отчеканила я.

— Господи, какая ты ответственная! Ладно, исключительно ради тебя — послезавтра?!

— Всё ещё продолжу писать конспекты, мне же нужно нагнать за три месяца по всем предметам! — пришлось пояснять на повышенных тонах непонятливому студенту.

— Но когда же я смогу пригласить тебя на свидание? — возмутился он.

— Видимо, никогда, — безразлично пожала я плечами, — я сюда учиться пришла, так что извини, но именно этим я и буду заниматься вечерами.

— Скучные вы, — вздохнул он с видом мученика.

— Позволь узнать: кто эти мы? — посмотрела я на него. — Свидание предложил ты только мне, а ведь здесь ещё сидит и Матира, так спроси эту девушку, у неё-то конспекты есть! — возмутилась я такой бестактности.

Честно сказать, не знаю, у кого был более удивлённый взгляд из троих пар глаз, что посмотрели на меня. Спустя некоторое время всё-таки Лорис отвёл глаза в сторону, подхватил свой поднос и буркнул: «Я совершенно не во вкусе Мартиры, поэтому не предлагаю».

И тут же ретировался за другой столик, подальше от нас.

— Хам, — проворчала я.

— Он-то, конечно, хам, но не могла бы ты не навязывать мне таких кавалеров, — возмутилась соседка по столу.

— Извини, просто так невежливо приглашать только одну девушку на свидание, когда рядом сидит вторая.

— Ты бы ещё нас обеих пригласила к нему на свидание! Может, расписание тогда уже составить? Ну кто так делает?

— Видимо, я, — вздохнула тяжело и посмотрела ей в глаза.

— Прости, и вправду глупо получилось.

— Забудь, — отмахнулась она и продолжила есть. — Ты меньше вздыхай, больше ложкой работай, потому что до конца обеда осталось десять минут.

Я тут же встрепенулась и последовала её совету, женихи женихами, а есть нужно по расписанию.

Когда с едой было покончено, Матира повела меня в кабинет для медитации. Он находился в коридоре по правую сторону от центральной лестницы. Его особенностью было то, что в очень толстой деревянной двери было большое прозрачное окно, в которое можно было рассмотреть большие пухлые подушки, что были раскиданы по полу.

— Какой необычный кабинет, — прокомментировала я увиденное.

— Ага, — отозвалось Матира, — на них студенты обожают засыпать, потом начинают храпеть, а потом профессор Вавайрик отправляет их трудиться на благо академии.

— И что же они делают?

— О, много чего! Например, чистят овощи, моют полы, окна, копают грядки, высаживают деревья, поливают теплицы, помогают в прачечной. И всё без магии! Так что не вздумай уснуть!

— Да я и не собиралась.

— Так все не собираются, но голос профессора Вавайрика способен усыпить и тролля.

— Учту, — улыбнулась я.

— Выбирай себе любую подушку, которая нравится, и занимай её — это и будет твоё место для занятий на сегодня.

Я осмотрелась вокруг: подушки были разных цветов, создавая весёлый калейдоскоп на светлом полу.

Мне чем-то приглянулась абсолютно жёлтая подушка, как солнечный свет, её-то я и решила оккупировать. Аккуратно села и только потом вспомнила, что надо было бы устроиться рядом с Матирой, но, как ни странно, та сама подошла ко мне и заняла другую подушку тёмно- зелёного цвета. Он очень шёл к её тёмным волосам и глазам.

Студенты быстро заполняли аудиторию, плюхаясь на подушки, и кто-то с наслаждением растягивался, вслух мечтая о том, чтобы после обеда чудесно вздремнуть, но нельзя.

Я с большим нетерпением ожидала начала занятия. Что же там за профессор такой?

Последними в аудиторию зашли Лорис с Зарэком и недовольно осмотрелись. Им достались места в первом ряду, перед кафедрой профессора. Однако делать было нечего, звонок уже звенел, и они опустились на две весёленьких подушки жизнерадостного лимонного и салатового цвета. От этого парни стали мне напоминать гигантские тычинки в экзотических цветах.

Матира посмотрела на меня вопросительно, так как моё тихое хихиканье привлекло её внимание, и я шёпотом сообщила о своих мыслях. Она перевела взгляд на ребят, внимательно на них посмотрела и улыбнулась уголками губ.

Что ж наличие чувства юмора всегда приветствуется.

Примечательным в кафедре профессора в этом кабинете было то, что за ней стояла широкая скамейка, на которой лежала чёрная подушка такой же формы, как у нас всех.

И тут наконец дверь чуть скрипнула, и в аудиторию вплыл долгожданный мною преподаватель.

Внешность у него и впрямь была приметная: низенький рост, мне до груди будет доставать, очень толстый, абсолютно лысый, в мантии до самого пола. Он так семенил, что казалось, будто он плывёт над полом, а не ступает по нему. Его пухлые пальчики были сложены на животе, он благожелательно улыбался, осматривая студентов, но вот они почему-то в ответ никаких похожих эмоций не проявляли.

Когда он наконец неторопливо дошёл до своего места, то легко для такой комплекции вспорхнул на мягкое сидячее место, сложив из ног непонятную мне фигуру.

Студенты все разом выпрямили спины и сложили ноги крестиком, положив на колени ладони. Я повторила за ними, хотя не совсем понимала, что мы делаем.

– Добрый день, дорогие мои, — заговорил профессор. — Сегодня мы, как всегда, будем тренировать вашу силу воли, усидчивость, терпение и самодисциплину.

Его голос напоминал журчание ручейка: прохладные интонации в летний жаркий день.

— Напоминаю вам, что тот, кто сможет просидеть в медитативной позе две пары, не заснув и не шевелясь, получит от меня зачёт автоматом. Есть к чему стремиться, не так ли?

— Да, профессор! — хором ответили сидящие вокруг меня парни и девушки.

Я даже вздрогнула от неожиданности. Что тут происходит?

— Итак, напоминаю для тех, кто никак не усвоит, что нужно делать, — продолжил мужчина благожелательным тоном, — вы должны закрыть глаза и погрузиться в сущность своего дара, найти его, подружиться, слиться с ним и стараться по капельке пропускать его через себя, будто чайной ложечкой воду переливать из стакана в стакан. Конечно, это не быстро и не весело, но это упражнение поможет вам идеально контролировать свою силу, дозировать её по степени сложности и мощности заклинания, приучит силу отзываться моментально на ваш мысленный зов. Да, вам не нужно будет проговаривать заклинания вслух! Вот к чему вы стремитесь! Но к чему пустые слова! Приступайте!

И всё моё окружение закрыло глаза.

Речь профессора мне понравилась. Я очень хочу научиться так делать! Мне это необходимо больше других.

Ребята-то уже три месяца тренируются, а мне, надо полагать, сегодня надо встретиться со своей стихией внутри меня. Подружиться с ней было бы просто чудесно. Главное упорство, уверена, у меня всё получится!

Я сидела, замерев сусликом в траве, старалась дышать ровно и не торопясь. Ориентировалась на Матиру.

Слух у меня отменный, впрочем, как и другие органы чувств. Уж точно получше, чем у людей.

— Слушайте своё дыхание, как воздух проходит в ваши лёгкие, это должно вводить вас в лёгкий транс, чтобы услышать стихию, её зов, — вещал время от времени профессор мягким успокаивающим голосом.

Интересно, он специально такую интонацию выбирает, чтобы усыпить студентов?

Но я послушно прислушивалась к его советам, стараясь дышать и слушать, слушать и дышать.

Сам процесс мне нравился, я втянулась, и с дыханием всё выходило отлично, только стихию никак найти не выходило.

Я будто смотрела в черноту, глаза закрыты, свой свет души, искрящийся радужными переливами, виделся мне отлично, но вот огненной стихии пока не наблюдалось.

У меня от напряжения шея заболела, очень хотелось её помассировать, но я заставляла себя не двигаться, чтобы не сбить концентрацию.

Сколько прошло времени, было непонятно, почему никак не выходит найти огненный источник? Спросить профессора или подозвать его ко мне я стеснялась, очень не хотелось опять выделяться на общем фоне. Может, тут не принято общаться с преподавателем во время занятия.

Так что я старательно продолжала всматриваться внутрь себя, и вот вроде бы за светом, что излучала моя фейская душа, что-то мигнуло красноватым пламенем, я стала пытаться подманить огонь к себе, просить его, уговаривать, призывать к ответственности. Уже не знала, что и предпринять. Становилось жарко. Я чувствовала, что у меня по спине стекает капля пота, противно пробираясь по позвоночнику, а я не имела возможности её смахнуть, чтобы не пошевелиться.

Огонь упорствовал, я же напирала на него.

Видимо, чуть перестаралась, так как вдруг оказалась в огненной пустыне. Под ногами расстилался пепел по самые щиколотки, вокруг ревели огненные смерчи, всё носилось и вертелось в хаосе.

Вот это я должна ложечкой переливать? Хотелось истерически рассмеяться.

Соберись, Фиалка! Ты тут главная! Но, видимо, в этом месте мои мысли были общими, так как огонь зло заревел, выражая сомнение тем, кто тут хозяин.

Его негодование росло, моя неуверенность тоже. Я уже даже стала молить его успокоиться и узнать меня лучше. Ведь я же хорошая!

И тут случилось внезапное, кому-то из заснувших студентов что-то приснилось, и он громко вскрикнул во сне.

Меня тут же выбросило из медитативного спокойствия, и я распахнула глаза, но взор мне застилало пламя, оно билось в моих глазах, будто я сидела в центре костра, а подушка подо мной тлела, распространяя запах горелого по округе.

Пухленький профессор шустро обернулся ко мне и тут же зашипел не своим голосом на всех разом.

— Бегом на выход, это не учебная тревога! Кому жизнь дорога, уматывайте быстрее!

А мне-то что делать?! А?!

Я сидела, боясь шевелиться. Мне было страшно, даже жутко, и непонятно что делать. Профессор увещевал меня успокоиться и попытаться взять пламя под контроль. Он совершал какие-то движения своими пухлыми пальчиками, но я их сквозь огонь не видела.

— Студентка, ну попробуйте же вот так сделать, — почти молил он.

— Не вижу я, как! — несколько отчаянно проговорила я. — Вокруг одно пламя и я только размывчатые пятна вижу.

— Вам нужно успокоиться. Попробуйте вспомнить, что вас успокаивает, что вселяет твёрдость духа и надежду в завтрашний день. Возможно, вашу мать, — предположил профессор.

Пламя заревело сильнее, так как я представила реакцию матери на эту ситуацию. Она меня со свету своими нотациями сживёт, если я выживу тут.

— Так, понял, вспоминайте кого-то другого! — постарался исправиться Вавайрик.

Я же лихорадочно пыталась копаться в памяти, что же меня может успокоить, но ничего путного не приходило на ум.

Вот бы сейчас вошёл Майкалз и помог мне, как на поле тогда!

Эта мысль посетила мои испуганные мысли. Он такой спокойный, надёжный и с чувством юмора. На полигоне совсем не было видно, чтобы он пугался или нервничал. Одним этим он вселял в меня надежду, и я принялась усиленно думать о нём.

Представляла, как он выглядит, чёрточку за чёрточкой, его смех, наши разговоры в палате. Не так уж мы много и общались, а чуть что, сразу о нём воспоминания.

Жар вроде бы стал стихать, или я к нему привыкла, даже не знаю. Треск огня меня уже почти не раздражал, отошёл на задний план.

— Продолжайте думать о том же, что и сейчас, а я сейчас вернусь, — прошептал профессор и полностью исчез из поля моего зрения.

Хорошо, — сказала я, — конечно.

Раз просит, то буду. Я продолжила думать о Майкалзе. Очень надеюсь, что ему не икается от моих концентрированно направленных на него дум.

Минута шла за минутой, но лучше не становилось, впрочем, хуже также не стало.

Проблемой становилось то, что тело у меня давно затекло, и более сидеть в такой позе я не могла, поэтому несмотря на то, что было страшно шевелиться, решила хотя бы вытянуть ноги. Это сменит моё положение в пространстве не так глобально, чтобы сбить концентрацию.

Я очень медленно распрямила правую ногу, затем левую и даже потянулась немного. Противные мурашки забегали по моим затёкшим ногам, постаралась их размять докуда достаю, не наклоняясь.

Хоть какое-то облегчение!

Тут за моей спиной скрипнула дверь, а затем раздались решительные шаги, которые никак не могли принадлежать низенькому и пухленькому профессору по медитациям.

Передо мной появился силуэт, но лица мне было не рассмотреть, поэтому я просто ждала, когда со мной заговорит тот, кто пришёл.

— Что же, мне сразу стало понятно, с вами проблемы будут, но даже моё воображение и дурное предчувствие не оправдали их количество, — раздался суровый голос моего декана.

Могла бы и догадаться, куда побежит Вавайрик!

Мне ещё за прошлый раз стыдно, а тут уже новое приключение.

— Я очень извиняюсь, — тихонько вздохнула я, чтобы не сильно шевелиться.

— Представляю себе. Давай попробуем усмирить твоё пламя. Работай изо всех сил, чтобы оно нас обоих не спалило. Хорошо?

— Честно-пречестно, я буду очень стараться, только помогите! — молила я.

Тронтс сел лицом ко мне, если я правильно поняла его действия, потом аккуратно взял меня за руки и так замер на некоторое время.

Пламя продолжало бушевать внутри меня с поразительным постоянством. Вот что ему стоит устать и угомониться, что его так подпитывает, хотелось бы мне знать? Будто горючее какое-то подливают.

— Так, Фиалка, я сейчас буду создавать вектор, направленный внутрь тебя, вроде как указывать твоей стихии направление, куда можно уйти, а ты старайся мне помогать направлять её.

— Конечно, как скажете, — заверила я мага, но уверенности в том, что это поможет, у меня почему-то не было.

По ощущениям стихии совсем не понравилось вмешательство, и она как-то нехотя ворочалась внутри меня, выказывая нерадивой хозяйке всю степень своего недовольства.

Она у меня не привыкла подчиняться, так что теперь терпеть над собой какие-то действия и вставать в рамки совсем не торопилась.

Через короткий промежуток времени я почувствовала в себе изменение, будто кто-то внутри меня пытался что-то протолкнуть, и места внутри меня становилось от этого движения меньше.

Я очень старалась убедить свой огонь, что нужно двигаться в указанном направлении, уговаривала его как маленького, пыталась торговаться, но всё было тщетно, пришло осознание того, что в этой битве сильнейших я проиграла.

Мои силы вот-вот закончатся, и всё выйдет из-под контроля. Я чувствовала, что очень устала и уже еле держусь. Больше всего на свете мне хотелось закрыть глаза и отдохнуть.

Меня уже саму стал раздражать этот свет в глазах, шум в ушах и удушающая жара, будто меня забыли в пустыне, а вокруг ни тенёчка!

— Профессор, я больше не могу, — простонала я. — Ещё чуточку, и я просто потеряю сознание!

— Только не это, только локального взрыва в замкнутом помещении нам и не хватает! — прошипел декан, вцепившись до синевы в мои ладони. — Держись!

— Не могу, — безнадёжно отозвалась я, сгорбившись. Из меня будто стержень достали.

— Тогда продержись хоть пару минут, мы щит поставим на комнату, вокруг же учебные классы, — строго велел он мне.

В ответ только кивнула.

Тронтс отпустил мои руки и исчез из поля зрения. Я же крепилась как могла. Сказала бы, что пот выступил от усилий, но он если и появлялся, то тут же испарялся.

Время для меня тянулось медленно. Я совсем не понимала, сколько держусь, но в какой-то момент и вправду просто потеряла сознание, надо полагать так, как по ощущениям, я провалилась в этот огонь, что бушевал во мне, и потерялась в нём.

Надеюсь, что это — не конец…

Глаза открывались тяжело, веки будто свинцом налились, во рту процветала пустыня. Язык ни в какую не хотел отлипать от нёба, даже дышать было тяжело, будто вся носоглотка высохла и не желала проводить через себя кислород.

Голова раскалывалась какой-то затяжной и густой болью, мерзкая пульсация то нарастала, то стихала.

Так плохо мне никогда не было. Не помню вообще, чтобы я чем-то болела, а тут столько ощущений, и все неприятные. Не удивительно, что у людей столько целителей! Это же просто за гранью добра и зла!

Было непонятно, светло вокруг или темно, поэтому хочешь не хочешь, пришлось приоткрыть один глаз, чтобы оценить ситуацию. Судя по всему, я находилась в целительском доме, куда совсем недавно носила Майкалзу гостинцы.

По крайней мере, обстановка была соответствующая: всё белое. Я здесь находилась одна.

На тумбочке рядом со мной выстроился целый полк из баночек и бутылочек. Надо полагать, меня пытались интенсивно лечить.

В углу горел маленький-маленький световой шарик, служащий ночничком. За окном было темно.

Ничего себе я провалялась!

Кто бы мне теперь ещё воды подал, желательно с лимончиком и мятой. Прямо на языке этот вкус почувствовала.

Самое обидное, что кувшин с водой и стакан стояли на соседней тумбе, с противоположной стороны от лекарств, но у меня совершенно не было сил встать, или хотя бы приподняться, чтобы налить себе попить.

Я бы всплакнула, если бы у меня была влага на слёзы. Полежав еще минут десять, я всё же рискнула повернуться набок в надежде дотянуться до воды. Каких мне это стоило усилий, даже говорить не хочу.

Даже руку до тумбочки смогла дотянуть, но далее мне удалось только стакан уронить на пол. Разбился он жутким грохотом в стоящей тишине, а рука безвольно упала на кровать. Я дышала как марафонец, будто вот сейчас и отключусь снова, так как пить захотелось с новой силой. Ну хоть кричи!

Слава всем богам, кричать не пришлось, шум разбившегося стакана привлек внимание к моей палате, зашла молодая целительница.

— О, вы очнулись! — радостно сообщила она, будто были шансы, что я могу и не очнуться, что меня несколько насторожило. — Что же вы так шумите? Ночь на дворе, все пациенты спят!

— Выспалась, спасибо вам, — буркнула я, этой непонятливой особе. — Очень пить хочу, вот и тянулась за стаканом, да сил нет налить воды, зацепила его нечаянно.

— Ах да, конечно, простите меня, главный ценитель говорил, что нужно вас обязательно напоить! Но он думал, что вы проспите до утра, а может, даже до следующего обеда! — тараторила она, при этом взяв другой стакан от соседней кровати и наполняя его живительной влагой.

Даже звук льющейся воды вызвал у меня приятные ассоциации, нетерпеливо постукивала пальцами по одеялу, ожидая, когда она закончит.

Пить ей пришлось мне помогать, так как я не могла сесть самостоятельно, но тут уж она сообразила и приподняла мне голову, придерживая её, стакан поднесла прямо к губам. Выпила я весь кувшин.

— Как вы ссохлись-то! — охнула она. — Ну да, впрочем, это и неудивительно при таком мощном выбросе огненной магии. Как только живы-то остались? Напугали всех! Там, говорят, вся аудитория в трещинах. Перестраивать придётся. Не бережете вы себя совсем, студиозы.

Очень хотелось ей сказать, что она и сама от студиозов недалеко ушла, но решила не грубить. Раз ей нравится строить из себя сильно взрослую, пускай, может, ей по должности так положено, или скучно в ночное дежурство, вот и старается подольше поболтать. Я же, напившись, почувствовала, что опять стала задрёмывать.

— А эта жуткая слабость у меня долго ещё будет? — решила немножко поддержать разговор.

— Ой, конечно, не завтра пройдёт, — кивнула девушка. — Другие на вашем месте просто выгорели бы, а вы недельку, наверно, проваляетесь у нас, ну хоть отдохнёте и всё меню нашей столовой попробуйте! — рассмеялась она звонким колокольчиком.

— Честно сказать, я и устать не успела, — пробурчал ответ. — Мне ещё конспекты нужно написать! И много. Хоть бы кто-нибудь забрал их из аудитории, а то ещё потеряются.

— Да вы что! Какие конспекты? Там после вас выгорело всё, не осталось ничего, только чёрные стены в трещинах и все! На вас самой пара клочков одежды и было, когда декан принёс.

Мне потребовалось несколько минут на осознание случившейся беды. Целительница ушла, обратив внимание, что я больше не реагирую на её слова, а я раздумывала о том, что загремела на неделю сюда, уничтожила два чужих конспекта, одну аудиторию. Сакра меня будет ненавидеть с ещё большим упорством, а что сказать намечающейся подруге, даже не представляла.

Вот тут уж у меня действительно навернулись слёзы на глаза, благо, что теперь было чем поплакать. Ну что ж я такая невезучая?! Ну как тут заводить друзей, когда всё летит наперекосяк, за что не возьмись?! Может, мама была права, и мне тут не место? Сама вселенная указывает мне на то, что не прижиться фее среди других студентов.

Слёзы тихо лились на подушку, так как сил утирать их у меня не было, да и желания тоже.

Но тут скрипнула рама окна и я, вздрогнув, перевела туда взгляд. Это ещё что такое? Окно медленно-медленно отворялась, будто его кто-то потянул за веревочку, боясь её разорвать.

Когда первая створка полностью распахнулась, в неё бочком влез кто-то, кого я сразу не смогла разглядеть из-за очень тусклого освещения. Мне виделся только тёмный силуэт.

— Стой, а то поджарю! — грозно сообщила я незнакомцу.

Возможно, это вор! Фигура в окне замерла и, развернувшись, голосом Майлза сообщила: «Ну и шутки у тебя!».

— Я, рискуя жизнью, пробираюсь узнать, жива ли ты, ответить взаимной любезностью, так сказать, а ты меня за это изжарить хочешь?

— А, это ты, — выдохнула я тяжело. — Хорошего уже не жду, думала, может, воры.

— У тебя есть тут что брать? — удивленно осмотрелся он. — Возможно, вон тот пустой графин был из какой-то сокровищницы?

— Не знаю, что тут можно брать, я проснулась минут пятнадцать назад, ещё соображаю плохо.

— Зато пугаешь отлично, угрожаешь неплохо, а после той демонстрации, устроенной в академии, не приходится сомневаться, что от меня ничего не останется в случае чего.

— Теперь только ленивый мне об этом не напомнит, — снова всхлипнула я, так как обида на несправедливость вселенной накатила с новой силой.

— Зачем тратишь драгоценную влагу? — удивился парень и, наконец, подойдя ближе, сел на край кровати, подвинув слегка мои ноги.

— Тебе места на соседней кровати мало?

— Если я туда сяду, то получится, что ты будешь видеть только мой силуэт, а я буду почти в темноте на тебя смотреть, тут же как в подвале.

— Какая теперь разница?

— А что такое? Только не говори, что выгорела! Целитель говорил, что выпутаешься. Ещё удивлялся.

— Не знаю, хотя девушка, что заходила перед тобой, тоже сказала о его удивлении. Честно сказать, я не расстроюсь, если выговорю хотя бы наполовину. Этот убийственный дар меня доконает, а заодно и всех вокруг, судя по всему. Есть шанс, что меня вообще выгонят за порчу имущества и угрозу жизни окружающих, — уже в открытую заревела я.

Майкалз взял мою ладонь и стал поглаживать, сочувственно глядя на меня.

— Да нет, не отчислят, с чего ты взяла? Ну, может, поругаются, конечно, для острастки, или попросят внести деньги на ремонт, но чтобы сразу выгонять? Говорят года три назад, пара студентов башню разрушила при экспериментах, и ничего, не выгнали, правда, дежурили потом полгода, но не выгнали же!

— Правда? — немножко оживилась я. — Это хорошо, что не выгнали. Я же не специально! Так хотела подружиться со своим огнем, упорно с ним взаимодействовала, а он ни в какую.

— Разбалованный он у тебя, другие с детства усмиряют стихию, приноравливаются к ней, а ты вон в каком возрасте взялась. Конечно, он не привык к контролю и не особенно стремится. Так что фаер-шоу, которое ты сегодня устроила, возможно, будет не последним, но я уверен, что декан и ректор, когда вернется, придумают что-нибудь, чтобы тебе помочь. Они толковые мужики и оба огненные маги, так что, я думаю, им есть чем с тобой поделиться!

Я как-то без особого энтузиазма кивнула.

— Ну рассказывай, что ещё с тобой не так, а то до утра времени немного, а я ещё подаренные тобой книжки не дочитал, — коварно улыбнулся он. — Удивительно захватывающее чтиво, если честно, даже не знал, как можно использовать грибы. Так и боевым магом быть необязательно, достаточно книжку изучить.

— Я не боевой маг, — вздохнула грустно, — а просто смертельное оружие, как ты изволил выразиться, массового поражения. И грибы мне для этого не нужны.

— То-то я думаю, книжка как новенькая, будто ни разу не открывали.

Я посмотрела на него немного в недоумении, но увидев его коварную улыбку, прищуренные глаза и трясущиеся плечи, поняла, что он просто издевается. Хотела на него даже чуть-чуть прикрикнуть, но когда открыла рот, то расхохоталась.

— Ну вот, наконец-то настоящие человеческие эмоции! Но всё же хорошо закончилось, все живы!

— Все, только конспекты, которые мне одолжили для переписывания, погибли в неравной борьбе с огнем, так что если меня отсюда выпишусь, то одногруппницы добьют.

— Неужели всё так плохо?

— Нет, всё ещё хуже. Одна из них меня и до этого-то ненавидела.

Майлз некоторое время сидел и молчал, задумчиво смотря в стену над моей головой, потом встал и прошелся по палате, а затем снова сел у меня в ногах.

— Слушай, давай тебе немножко поможем, я достану конспект у ребят через одного знакомого, будем тут сидеть и переписывать. Я так понимаю, что тебе нужны три конспекта?

— Нужны, — кивнула в ответ. — Только как же я буду их писать, если рук поднять не могу, так устала.

— Значит, ты будешь моей компанией, а я буду писать, по крайней мере, один конспект тебе помогу сделать, а там, глядишь, уже ты сама сил поднаберешься и одолеешь остальное.

— Спасибо тебе, конечно, но зачем ты это делаешь? Зачем тебе мои конспекты и проблемы?

— Как зачем? Мы же дружить собирались?! Ты мне обещала разобраться с моим пока ещё не существующим наследством, все подвалы и крыши этого замка обойти! Разгадать тайны пропажи жены моего предка! Ну и вообще, скрасить наше тусклое существование за учебными партами! Ты просто уникальный человек! Вокруг тебя происходят удивительные и потрясающие события, как тут не приобщиться?! Ты в этой академии единственная и неповторимая, уж поверь мне, так что можно считать, что я просто примазываюсь к твоим заслугам, — подмигнул он мне.

Было как-то неловко всё это слушать, потому что слава у меня была явно отрицательная и уж конечно, я не человек, по крайней мере, не совсем человек. Единственная из всего сказанного стопроцентная правда — это то, что я хочу с ним полазить по замку, разгадать историю с его наследством.

— Хорошо, буду надеяться, что конспект тебе дадут потому, что мне теперь веры нет. Слушай, сейчас, наверное, поздно, когда ты спать собираешься?

— Вот прямо сейчас и собираюсь, — широко зевнул парень, — так что ты не скучай, отсыпайся, а я завтра после занятий постараюсь раздобыть нужную нам тетрадочку и прокрадусь к тебе в нормальное время для посещений.

— Договорились, — устало ответила я, какие-то несколько минут беседы вымотали меня до крайности.

Уже сквозь сон я слышала, как опять скрипнула оконная рама, а потом наступила тишина.

Теперь осталось пережить встречу с одногруппниками и деканом, а также выслушать об их счастье по поводу того, что они взяли меня на обучение.

Утро встретило меня уже более радостно. Хоть в голове всё ещё было пустынно, а язык прилипал к нёбу, но ощущала я себя явно более живой.

Настроение также поднялось, так как приход Майкалза вселил в меня надежду, что с конспектом я всё-таки разберусь.

Вот бы ещё слабость прошла, и было бы вовсе хорошо! Теперь я точно посвящу себя только учебе. Нельзя жить с такой бомбой внутри.

Надежда на то, что я хоть сколько-то потеряла от своего дара, у меня отсутствовала, не такая я везучая, чтобы оно само пропало! Очень надеюсь, что ректор этой академии, является понимающим человеком, а вот что мне скажет декан, я даже не могла представить.

С одной стороны, он довольно непробиваемый тип и многое повидал со студентами, с другой стороны, я и трёх дней не отучилась, а от меня уже куча проблем, так что его неприятие моего обучения здесь может стать понятным. Самой же мне просто обидно оттого, что я не могу договориться со своей стихией, а я ведь этого так хочу, просто всем сердцем!

Мои раздумья прервала молодая целительница, которая пришла выдать мне назначенные лекарства и сообщить, что скоро будет завтрак.

— О, наш завтрак не такой, как в столовой! Тут же лежат больные люди, так что всё только натуральное и полезное. Это не только облегчение для вашего желудка, но и польза для всего организма — очищение от различных магических компонентов, которые могли не полностью выйти из вашего тела! Через неделю вы будете будто заново рождённой!

— Да я, собственно, и так родилась не так чтобы давно, — пожала безразлично плечами, — для меня главное, чтобы в вашем завтраке были фрукты, овощи или каша без мяса, я вегетарианка.

— Так это же просто замечательно! — всплеснула она руками. — Вы уже на пути к выздоровлению, раз питайтесь таким образом! Хотя скажу, что не все целители разделяют такое мнение, но я придерживаюсь того же принципа и тоже не ем мясо! Но оставим наши предпочтения в сторону, требуется выпить укрепляющее, микстуры, состав от головной боли и ранозаживляющее!

— А у меня есть раны? — удивилась я. — Что-то не помню, чтобы у меня где-то кровь текла.

— Да, у вас на ногах пара небольших ссадин, поэтому главный ценитель решил немного перестраховаться и напоить вас хотя бы пару раз этим чудо-составом. Но всё-таки боли в вашей голове будут самой большой проблемой, с магическим перерасходом так всегда. Если переживать это без микстуры, то вы прочувствуете все круги боли! И придётся сидеть в абсолютно тёмной комнате, так как свет вы переносить тоже не сможете.

— Почему же всё так ужасно? — решила уточнить сразу.

— Потому что вы открыли все свои магические каналы на максимум, держали их так долгое время, а потом ещё и сам выброс. Вам радоваться нужно, что вы только этим отделались, на вашем месте маги даже умирали. Но я всегда говорю, что женщины крепче, нас так просто не убьёшь!

— Спасибо за поддержку, — кивнула я ей, так как её бесконечные речи были поддержкой в мой адрес, и заслужили хоть какой-то реакции с моей стороны. — А когда начинается приёмное время для посетителей?

— После завтрака даётся час, а после ужина два часа.

— Благодарю.

Целительница упорхнула по делам, а я стала размышлять на тему своих проблем. Два часа — это не очень много для переписывания конспекта, но учитывая, что писать будет только Майкалз, с моей стороны, видимо, будет наглостью надеяться, что он сможет написать весь конспект за один вечер. У него ведь ещё и свои уроки, друзья, возможно, факультативы.

А я, горе луковое, не успела сходить в библиотеку, могла бы уже книжки читать потихоньку. Хоть руки всё ещё кажутся налитыми свинцом, но книжку можно было бы прислонить к краю тумбочки и лёжа просматривать.

Тут вернулась целительница со столиком, на котором стоял завтрак. Она помогла мне усесться поудобнее, поставила столик на колени и сказала, что вернется за ним через двадцать минут, когда обойдет всех пациентов.

Движения ложкой вызывали дрожь в руках. Если люди всегда так болеют, то неудивительно, что они в этот период становятся несносными, со слов мамочки. Я всем организмом чувствую, как меня тоже накрывает раздражение от того, что даже ложку до рта донести спокойно нельзя!

Съесть смогла только половину, дальше просто сил не хватило.

Вернувшаяся, как обещала, целительница предложила помочь мне доесть, но я как представила, что она меня с ложечки будет кормить, весь аппетит пропал, поэтому я отказалась.

— Кстати, только вы спросили про посетителей, а к вам уже есть один! — радостно сообщила она.

— Это кто же там меня навестить решил в такую рань?

— О, красавец-мужчина, декан вашего факультета, — мечтательно ответила она.

— Зовите его, конечно, это так мило, что он пришёл меня проведать, — сказала я вслух, а в душе вся сжалась, ожидая заслуженной взбучки.

Через пару минут вошел Тронтс. Он был, как всегда, невозмутим и собран, цепким взглядом окинул меня всю, коротко кивнул.

— Рад, что вы целы, Фиалка, чего не скажешь о кабинете. Мне хотелось бы подробно узнать начало этой истории.

— Вы меня выгоните? — жалобно спросила я, чувствуя, как слёзы наворачиваются на глаза.

— Нет, не выгоню, ваша маменька ведь сразу предупредила, что разрушения будут, деньги на ремонт есть, но мне всё же не хотелось бы повторения такого инцидента. Ведь вы оказались угрозой для окружающих, если бы мы с профессором Вавайриком не успели окружить мощнейшим щитом кабинет, то вы могли ранить, если не убить, студентов на других этажах. Сила вашего огня просто поразительна, учитывая, что вы даже не стопроцентный маг.

Я села поудобнее и стала излагать подробно, шаг за шагом, как пыталась совладать со своим огнём. Декан выспрашивал каждую мелочь, то одним образом построив вопрос, то другим.

Мне казалось, что я на допросе, причём за какое-то страшное преступление, но стойко отвечала на все вопросы, так как он прав. Ведь если бы профессора мне не помогли, я могла покалечить кого-то из студентов. Этого бы мне точно не простили, не говоря уже о том, что я, вообще-то, не любитель кого-то калечить.

— Я понял, трудности у вас и правда большие, но я согласен с Майкалзом, что это из-за того, что вы не с детства тренировали ваш огонь, теперь он как маленький ребёнок, что хочет, то и делает. Поэтому назначу три раза в неделю медитации со мной. Я буду контролировать вас, чтобы не навредили себе или окружающим, буду страховать вас. Понимаю, что это дополнительная нагрузка, но иначе никак.

— Спасибо, декан Тронтс.

— Плюс профессор Вавайрик требует наказания для вас в виде отработки общественно полезным трудом. Он очень расстроился из-за своего кабинета. Он хотел, чтобы вы полы мыли, но я всё-таки выторговал вам работу помощником библиотекаря. Вам, конечно, книжки выдавать не дадут, но стирать пыль всё-таки проще, чем полы драить в коридоре.

— Спасибо вам огромное! Ещё одно!

— Подожди, ещё вспомнишь про это «спасибо», когда поймёшь, что тебе не осталось ни минуты свободного времени, кроме выходного, — сказал он, поднимаясь со стула. — Теперь извини, но мне пора. Кстати, а тот конспект, что тебя Сакра одолжила, тоже был с тобой?

— К сожалению, да, но я уже в процессе решения этого вопроса.

— Рад это слышать, так как эта рыжая девчонка достаточно злопамятна. Если бы она свою злость на заклинания тратила, цены бы ей не было.

Больше он ничего не сказал и ушёл.

Я же с нетерпением принялась ждать вечер, чтобы поделиться с Майкалзом новостями, и узнать, когда это он успел переговорить с деканом о моём даре, ведь я о нём только с ним и беседовала.

Радужные боги вселенной, это был самый долгий и нудный день в моей жизни!

Никогда я так не ждала вечера, чтобы случилось хоть что-то! Я готова принимать всех преподавателей по порядку, только бы как-то занять своё время. Это же просто издевательство над человеком, заставлять его весь день просто лежать на кровати и ничего не делать.

Даже болтливой целительнице я радовалась как родной, но она забегала всего на пять минут принести обед, потом ужин, и время превратилось в патоку. Просто кошмар!

Зато ощущения раздавленности и сухости во всём теле никуда не делись, так что я имела время прочувствовать всю гамму этих ощущений в подробностях.

Вспомнила с тоски все известные мне песни, пыталась их напевать, но от сухости в горле больше кашляла, чем пела, поэтому бросила это занятие. Просто вспоминала слова, чтобы чем-то быть занятой.

— Привет, болезная! Страдаешь? — услышала я голос Майкалза и даже осторожно скосила глаза в сторону двери, вдруг просто показалось? Но нет, парень стоял, прислонившись к дверному косяку, и улыбался мне.

— Заходи, если ты не галлюцинация, — радостно сообщила ему.

— Боги, откуда такие мысли в твоей голове?

— От тоски! Это же просто ужас какой-то! Делать совершенно нечего!

— Спи, — усмехнулся он и, пройдя вперёд, плюхнулся на стул, что принёс от двери ко мне поближе.

— Я уже выспалась на пару жизней вперёд!

— Тогда ты не настоящий студент, раз не хочешь спать, а только притворяешься им! Настоящий студент всегда голоден, хочет спать, и чтобы сессия уже прошла!

— Чудесно, просто чудесно, значит, студент я поддельный, оставим эту тему. Лучше расскажи, тебе удалось добыть конспект? — с надеждой взглянула я на него.

— Удалось, но чего мне это стоило, даже говорить не хочу, будешь мне должна.

— Хорошо, — поспешно согласилась я.

— Что значит «хорошо», даже торговаться не будешь, не спросишь, через какие трудности мне пришлось пройти, чтобы его добыть?! — возмутился Майкалз таким тоном, будто я его ранила в самое сердце.

— Так я вижу, что тебе просто не терпится поделиться своими злоключениями. Выкладывай! — выдала я словечко, что слышала в таверне в городе, вот и пригодилось!

— Ого, да ты продвинулась! — расхохотался он. — Слушай, сначала я долго и безуспешно пытался подкараулить этого нужного нам человека, чтобы он был один и не пришлось объяснять всей округе, зачем мне сдался конспект огневиков. Затем убеждённо вещать о том, что ничего с его драгоценным конспектом не случится, что было явной и заведомой ложью, так как он будет находиться рядом с тобой, а это уже не только потенциальная опасность, но и реальная угроза его существованию. Следом я втирал ему, что делаю это из большой и чистой любви к одной прекрасной особе, что, как ты знаешь, является лишь наполовину правдой. Следом за такое одолжение с меня стрясли обещание помощи при необходимости и оплату похода в кабак в ближайшие выходные за мой счёт! Так что не думай, что мне легко далось выполнение задания по добыванию заветной тетрадки.

Майкалз извлёк её из сумки и продемонстрировал мне.

— Любуйся и восхищайся! Что скажешь?

— Что ты и тролля заговоришь, — улыбнулась я. — Но спасибо тебе большое и за смекалку, и за добычу! А поход в таверну я оплачу, деньги не проблема.

— Твои слова — просто музыка для моих ушей!

— Мне кажется, что наличие денег — единственное моё достоинство в этой академии, — грустно вздохнула я.

— Не говори глупостей! С чего ты это взяла? Ну, началась твоя учёба немного нетривиально, но это вовсе не значит, что достоинств у тебя нет, просто ты их проявить не успела.

— Мне иногда кажется, что только ты во мне потенциал и видишь, декан вроде поддерживает, но по нему не поймёшь, в группе просто насмехаются, а то и боятся, что натворю дел.

— Ты просто новенькая. Таким всегда сложно, ты же входишь в коллектив.

— Пожалуй.

— У тебя такое настроение из-за того, что ты день лежала одна, болела и накрутила себя на ровном месте. Всё, давай настраивайся на рабочий лад, надо законспектировать хоть несколько первых тем.

— Хорошо, как скажешь, — чуть оживилась я. — Только что мне делать?

— Ты лежи и слушай, я буду читать вслух и записывать, а ты слушать пропущенные лекции.

— Тебе работы больше досталось.

— Ничего, ты пока ещё два конспекта перепишешь, выучишь материал.

Майкалз читал мне вслух и даже пояснял многие моменты из прочитанного, мне кажется, что он делал это неосознанно. У него был красивый голос, что просто завораживал меня. Вообще мне с этим парнем было уютно.

Сейчас я напоминала себя в детстве, когда мама перед сном читала мне сказки и комментировала героев, а я лежала и хихикала. Даже сейчас мне хотелось хихикнуть, так забавно мы смотрелись со стороны, но я сдерживалась, чтобы не обидеть Майкалза.

Вдобавок старалась понять то, что он читает. Во многих местах я не понимала ничего. Видимо, мне нужна предыстория этого конспекта, вроде книжки для чтения маленьким детям, только по магии. Что для других было элементарно, то мне было непонятно.

Я так внимательно слушала и думала, что в какой-то момент времени просто уснула и спала так сладко, что проснулась только утром.

На тумбочке лежала записка для меня «Не думал, что являюсь лучшим успокоительным и снотворным, но рад, что помог. Буду завтра. Не скучай. Книга для тебя».

Под запиской лежал учебник для юных магов.

Вот как он обо всём успевает подумать? Будто мысли мои читает, но как не дружить с таким парнем? Он же бесконечно прекрасен в своей предупредительности!

Эту неделю пребывания у целителей я еле выдержала. Каждое утро при обходе пациентов главным из них, я ныла как маленькая девочка, что со мной всё хорошо, я почти здорова, ну в крайнем случае могу в общаге в своей комнате полежать.

Главный целитель невозмутимо слушал мои стенания, сканируя состояние организма, а затем вновь назначал мне лекарства и уходил.

На следующий день всё повторялось сначала.

Учебник, что оставил мне Майкалз, я прочитала от корки до корки раза три. Было очень познавательно, из него я почерпнула много непонятных до того мне вещей, но даже это к выходным мне надоело до крика.

Вечерами друг читал мне конспект, что переписывал, и даже пару раз мы поболтали об академии, но я уже была даже готова встретиться с полоумными предсказательницами, только бы было хоть что-то новое в моей жизни, а не только лежание на кровати, чтение и перерывы на еду и сон.

Не так я представляла себе пребывание в стенах академии. Мне-то виделось, что каждый мой день будет наполнен событиями, приключениями и друзьями, а я опять, считай, одна и скучаю.

В своём мире я могла сходить поплавать, прогуляться по лужайкам, посидеть на радуге, болтая босыми ногами. Я и сейчас могла туда перенестись, но не хотела подставляться, если кто-то заглянет, а меня нет. Такое трудно будет объяснить, плюс, не дай провидение, встречу маму, тогда будет лекция на тему «А я тебе говорила!», а это ещё хуже, чем тоска.

В общем, терпение моё лопнуло, и я решила, что стоит самой что-то сделать, чтобы избавиться от тоски. Я ведь не инвалид и могу ходить, так почему бы не посмотреть, кто лежит со мной по соседству? Вдруг там тоже скучают и будут не прочь пообщаться.

Я аккуратно села и осмотрелась. До ужина ещё часа три, так что вряд ли сейчас меня кто-то решит навестить, поэтому тихонько спустила ноги на пол и крадучись пошла к стене, где на крючке висел халат.

Почему я так осторожничаю, я и сама не понимала, будто грабить кого-то собираюсь, а не по коридору целительской пройтись.

Очень хотелось идти босиком, так удобнее и привычнее, но люди этого не делают, а привлекать лишнее внимание мне не нужно, поэтому со вздохом надела ещё и обувь. Ничего не поделаешь, нужно привыкать быть как все в академии.

Осторожно выглянула за дверь и никого там не обнаружила. За поворотом слышались тихие голоса, там шёл приём, находился пост целителей, а возле палат никого не наблюдалось, поэтому я вышла в коридор и пошла к ближайшей двери.

Осторожно приоткрыв её, заглянула внутрь. Огромный парень спал на кровати, издавая характерные звуки. Его раскатистый храп отражался от стен.

Н-да, пожалуй, ему не до общения, он и так занят. Осторожно прикрыла дверь и перешла к следующей палате, тут лежала старушка, которая мирно вязала носок, надо полагать, кто-то из работников. Тихо закрыла и двинулась к очередной двери. За ней два парня бурно дискутировали, кто виноват, что они оказались в целительской. Оба горячились и утверждали, что виноват сосед. Такими темпами им опять целитель понадобится, но я не очень хорошо знакома с психологией людей, поэтому решила не тревожить ребят, им и без меня не скучно.

Что же так не везёт-то?! Захочешь пообщаться и не найти никого нуждающегося в собеседнике, как и я!

Оставалась последняя палата в этом крыле. Я уже без особой надежды двинулась к ней, видимо, не мой сегодня день, и тихо приоткрыла дверь.

На кровати сидела девушка и грустно смотрела в окно, весь её вид излучал одиночество и тоску. Вот же она! Достойная собеседница для меня! Я поглубже вдохнула воздух, чтобы набраться смелости, и постучала в дверь.

Девушка вздрогнула, видимо, так была погружена в мысли, что совершенно не обращала внимание на окружающее пространство. Она повернула лицо в мою сторону, и я подумала, что где-то её видела. Каштановые вьющиеся волосы, светло-зелёные глаза, чуть вздёрнутый носик, пухлые губки и приятная фигура, не красавица, но очень симпатичная.

— Привет, — робко сказала я. — Можно к тебе, если ты не занята?

— Входи, — несколько растерялась она. — Мы знакомы?

— Мне кажется, что я тебя где-то видела, — протянула я, внимательно рассматривая собеседницу. — Может, в академии?

— Я тут уже довольно долго лежу.

— А что с тобой?

— Подхватила ниверийскую каменную болезнь, — горько вздохнула она и подняла правую руку.

Выглядела эта болезнь и вправду не слишком привлекательно. Рука её напоминала руку, заключённую до локтя в каменную перчатку. Бр-р.

— Как же ты так? Где?

— Мы с мамой ходили по лавкам на выходном дне, и я купила такую красивую шкатулочку, а в ней оказалось проклятие на эту гадость. Я её открыла и вот!

Горькая слеза скатилась по её лицу.

— А она не лечится? — осторожно спросила я.

— Лечится, но медленно, и целитель сказал, что кожа на руке навсегда останется сухой и могут быть неровности, — почти прорыдала она. — Кому я буду нужна уродиной?!

Девушка явно собиралась рыдать. Мне было её очень жаль, но слезами тут горю не поможешь.

— Ты погоди расстраиваться, вот когда лечение закончат, тогда и результат будет виден. Заранее ничего предсказать нельзя! И ты не уродина, с твоим лицом всё в порядке.

— Спасибо, что пытаешься утешить, но я так хотела, чтобы на меня обратил внимание Эрил, он самый популярный парень моего факультета, а теперь он и не взглянет на меня. Я искала самое красивое платье для бала, чтобы он захотел пригласить меня танцевать, но теперь всё пропало! Я и так мало похожа на воздушницу: не стройная, не светловолосая, цвет глаз не тот! Да я просто ходячее недоразумение!

— Точно! — радостно воскликнула я.

— Что прости? Ты тоже так считаешь?

— О чём ты? Нет! — воскликнула я, поняв, что влезла со своим воплем не в том месте и получилось, что я обидела девушку. — Я вспомнила, где видела тебя! Мы виделись в лавке, когда маменька отчитывала меня за то, что я суечусь и не веду себя достойно!

— А ведь правда, — воодушевилась она, даже перестав плакать, — да, точно, это же была ты! Вот ведь как интересно получилось!

— Так ты с того дня тут и лежишь?

— Ну да! А ты как давно к целителям попала?

— Уже пятый день идёт, как я тут от тоски погибаю.

— А с тобой-то что случилось?

— Выброс магический, не смогла поладить со своим огнём, разнесла кабинет профессора Вавайрика, теперь тут восстанавливаюсь.

— О боги! Да он тебе это будет помнить до самого выпуска!

— Чего и боюсь. Кстати, а как тебя зовут?

— Ой, прости, я такая невежливая. Я Миранда!

— Фиалка!

— Какое необычное у тебя имя!

— Это потому, что я из Трасварской империи, у нас там часто дают цветочные имена девочкам.

— Ух ты, я и не знала. Вообще мало что известно о вас.

— Да, это так, но я вырвалась и не хочу об этом думать! — решила отойти я от опасной темы. — Лежать тут ужасно скучно! Расскажи мне лучше, что это за чудесный парень, по которому ты страдаешь. Какой он?

— О, он самый лучший! Такой красивый, что колени подгибаются, а руки начинают дрожать. Его светлые волосы так красиво треплет ветер, а светлые прозрачно-серые глаза светятся на солнце как драгоценные камни. А какие у него изящные пальцы! А губы, боже, если бы он меня поцеловал, я бы просто умерла от счастья.

— Так, может, тогда не надо? — усмехнулась я. Как по мне, её описание говорило о блёклости парня. — Ты ещё слишком молода, чтобы умирать!

— Ты права! Надо дожить до второго поцелуя.

— А на свидание со своим кумиром ты не хочешь?

— Очень хочу! Но вокруг него ходят такие красотки и заискивают, всё время пытаются заговорить, что-то у них всё время не получается, и они просят помощи. У него всегда такой холодный и неприступный вид, что я теряюсь и начинаю нести чушь, если оказываюсь по соседству.

Я смотрела на свою новую знакомую и понимала, что она ничего не знает о моих опасных умениях, также одинока и страдает от неразделённой любви. Ей точно нужна подруга, и я готова ею стать! Надо бы помочь ей с этим парнем, тогда она точно будет со мной дружить!

— Слушай, как выпишешься, сразу же покажи мне его. Надо составить план по завоеванию! Но сначала взгляну на того, кто привлёк твоё внимание. Повтори, как зовут этого героя.

— Эрил, — с придыханием произнесла девушка и залилась румянцем.

— Красивое имя, — тактично вставила я.

— Самое лучшее! А у тебя есть парень?

— Нет, но есть друг. Он мне помогает, когда нужно.

— Парни не помогают просто так, значит, ты ему нравишься! Даже не спорь, — отмела она мои возражения, которые я даже не успела озвучить.

— Ты думаешь?

— Абсолютно уверена! Вот увидишь! Ты такая красотка, что я уверена, у тебя должны быть поклонники, и вовсе не один.

— Я тут учусь всего ничего, некогда было обзаводиться обожателями, так что…

Тут дверь в палату открылась и вошла целительница. Шикнула на меня, чтобы я возвращалась к себе, так как у Миранды перед ужином процедуры, и я ушла в свою палату. От последних событий у меня поднялось настроение, и я села пробовать писать конспект и так хорошо у меня это пошло, что я даже на ужин не отвлеклась, хотя целительница сильно ругалась на то, что я пропускаю приём пищи. Тарелку оставила мне в надежде, что я позже поем.

Майкалз меня предупредил, что его сегодня не будет, так как у него вечерние тренировки, так что я сегодня справляюсь с делами и развлекаюсь сама! И у меня даже неплохо получается! Чем не повод для праздника?

Я провела два последних дня в целительской с Мирандой, утром я писала конспекты, завтракала, потом шла к ней, потом возвращалась на обед и опять писала, пока новая подруга проходила лечебные процедуры, потом опять болтали и сплетничали. Всё как в книжках!

За эти дни я просто оттаяла душой, больше не хотелось плакать в подушку, и это очень радовало. Майкалз сразу заметил во мне перемену, когда пришёл в субботу.

— Смотрю, ты оживилась, — улыбнулся он мне, когда услышал, что я напеваю, наводя порядок на столе.

— Да, ты знаешь, когда жизнь немножко налаживается, настроение сразу стремится вверх! Слушай, а тебя всегда зовут Майкалзом? — спросила я как-то невпопад, но этот вопрос меня давно занимал.

— Э, ого ты активизировалась! Нет, сокращённо можно звать Майком. Может, расскажешь, что случилось? — спросил он, присаживаясь в кресло.

— Просто познакомилась с девушкой, что тоже тут лежит. Она с воздушного факультета.

— Отличная парочка из вас выйдет: огонь и воздух. Чувствую, что нужно готовиться к новому витку приключений.

— Не наговаривай, она довольно робкая.

— Зато ты нет, так что будешь толкать её на всякие безумства.

— Ничего подобного, так что и не надейся. Кстати, о безумствах. Меня не хотят выпускать на этих выходных, так что обследовать замок пойдём на следующих, к сожалению. Главный целитель упёрся намертво, что я должна отлежать весь положенный срок, и уступать не намерен.

— Жаль, конечно, но мои тайны уже несколько веков ждут, так что лишняя неделя вовсе не сыграет существенной роли в их раскрытии, как мне думается. Ты знаешь, что вскоре состоится зимний бал? На него платье нужно.

— Да, я заказала даже три! Покажу, как привезут, выберем, что лучше всего подойдёт.

— Э, я не настолько модник. Может, лучше новой подруге показать? Её совет будет более ценным, чем мой.

— Не принижай себя, что за глупости?! Мужское мнение в данном вопросе неоценимо.

— И хочу сказать, что на бал принято приходить с кавалером.

— А без него не пустят? — удивилась я.

— Пустят, но вдвоём веселее.

— Хорошо. И кого ты пригласил?

— Ещё никого.

— Отлично! Пойдём вместе, составлю тебе компанию, чтобы ты не выглядел покинутым и забытым! — весело сказала я.

— Не думал о себе в таком ключе, пока ты не сказала, — внимательно посмотрел он на меня. — Я выгляжу заброшенным и позабытым?

В воскресенье утром я победила несговорчивого главного целителя, и тот разрешил мне отбыть в общагу в честь выходного, но всё же напоил меня лекарствами перед уходом.

Вот же ответственный человек!

Встал большой вопрос: в чём мне идти? Одежды не осталось после огненного выброса. Целительница, что ухаживала за мной, сжалилась и выдала форменное платье под честное слово, что я его верну, так что я гордо шагала в сторону общаги.

Правда, смотреть на меня было некому, так как все спали утром выходного дня. Я же раздумывала о том, что Миранде ещё минимум неделю лежать ещё, а тут выдался свободный выходной день. Надо бы проведать Майлза, занести ему денег за кабак и поинтересоваться на предмет того, чем он сегодня собирался заниматься.

Есть шанс сегодня начать обследовать замок!

В комнате я быстро привела себя в порядок, переоделась в свои вещи и отправилась в соседнее крыло, чтобы найти своего друга.

Тут меня настигло первое препятствие, я понятия не имела, как его здесь найти. Никаких табличек не было, только номера комнат, но я-то никогда не спрашивала, в какой комнате он живёт!

И что делать?

Я прошлась по коридору, но никаких умных мыслей в голове не появилось. Ко всем стучать? Неизвестно, что обо мне подумают? Хорошо, если не осерчают за ранний подъём.

Меня и так не назовёшь слишком популярной, так что никто не будет счастлив меня видеть.

План созрел быстро, я воровато оглянулась по сторонам, никого в этот час в коридоре не наблюдалось, поэтому я стала уменьшаться в размерах и через минуту была в высоту не более мизинчика на собственной руке.

Осторожно пролезла под первую дверь. Всё казалось таким огромным, кровать словно гора, кто на ней спал не видно. Я встряхнулась, будто стряхивая воду с тела и за моей спиной распустились четыре чудесных крылышка, что переливались на солнце будто радуга.

Оттолкнувшись от пола, взлетела вдоль двери. Этих парней я не знала, и вряд ли захочу узнать. В комнате была настоящая мусорка. Валялись бумажки, огрызки, какие-то вещи, что, надо полагать, нуждались в стирке.

— Фу! — пискнула я и опустилась, выбравшись из комнаты тем же путём, что и попала в неё.

Так я пробралась во все комнаты на этом этаже, но Майкалза так и не нашла. Вот же несчастье! Значит, нужно лететь выше.

Осторожно, вдоль стеночки перелетела на следующий этаж и продолжила знакомство с его обитателями. После двух комнат я поняла, что тут также вряд ли найду Майка, так как жили на этом этаже мои одногруппники, а значит, стоит подняться ещё выше.

В третьей комнате от лестницы мне, наконец, повезло, а самое главное, вторая кровать в комнате была пустой. Не знаю, где его сосед, но так удачно, что он отсутствует.

Я осторожно выбралась за дверь, осмотрелась, приняла свой нормальный вид и постучала в дверь.

Ответа не было. Нет, ну нормально? Я его час ищу, а он спит беспробудно. Я застучала сильнее, но никакого эффекта это не произвело.

И что прикажете делать?

С досады почесала нос. И снова став малюткой, забралась под дверь, решительно взлетев к лицу парня.

— Эй, просыпайся! — крикнула ему, но мой слабенький голос совсем не потревожил спящего.

— Майк, подъём! Приключения ждут!

Ничего.

Тогда я приземлилась ему на голову и стала дёргать за волосы.

Парень чуть повернулся и закинул руку за голову, едва успела отпрыгнуть, чтобы меня не придавило.

Тогда я встала на кончик его носа и туфельной пощекотала ноздрю, быстро взлетев. Он чихнул и повернулся набок. Это всё, чего смогла добиться своими ухищрениями.

Встав на подушку перед лицом Майкалза, я в последней попытке потянула его веко вверх, чтобы он открыл глаза, может, хоть тогда проснётся!

Тянуть пришлось изо всех сил. Я дышала судорожно и заполошно.

Глаз всё же лениво приоткрылся, а потом сфокусировался на мне.

Вот же!

Я бегом бросилась вниз с кровати и под дверь, осмотрелась и снова став большой, занесла руку для стука, но она распахнулась, поэтому ударила по груди Майкалза.

— Ой, прости, ты так неожиданно дверь открыл! — сказала я с самым невинным видом. — Спешишь?

— Фиалка? Что ты тут делаешь?

— К тебе пришла. Меня выписали, а сегодня воскресенье.

— А как ты меня нашла?

— Парень какой-то сказал, что ты живёшь тут, — осторожно скосила глаза на номер комнаты. 415. Надо бы запомнить. — Впустишь?

— Да, заходи, — посторонился он.

— Чего ты такой взъерошенный?

— Спал после вчерашнего, а потом мне приснился абсолютно ненормальный сон.

— Это про что же?

— Будто меня будила малюсенькая фея, ругалась, а внешне была похожа на тебя.

— Что ты говоришь? Фея? На меня похожа? Удивительно, что вам там наливали в той таверне?

— И не говори. Вроде бы всегда всё качественным было, — покачал он головой. — Медовуха была вкусной, совсем малоалкогольной. Если только ребята пошутили и чего-нибудь плеснули.

— Ну кто теперь знает? — беззаботно отмахнулась я. — Мне тоже, бывает, снится странное. Так мы пойдём замок осматривать?

— Вот ты шустрая, я ещё не умылся, не завтракал и честно говоря, не отказался бы доспать ещё чуточку.

— Чтобы тебе и демоны приснились, а не только феи?!

— Да, хороший аргумент. Ладно, спускайся в столовую и подожди меня, я оденусь и спущусь.

— Договорились! — обрадовалась я и вышла обратно в коридор.

В дверях столовой встретилась с Лиссой и уже рот открыла поздороваться, как она выдала:

— Смотри не глазами, а сердцем, слушай не ушами, а разумом!

Не было печали, зато теперь есть очередная загадка!

— Здравствуй, Фиалка! — жизнерадостно продолжила она, будто и не говорила ничего до этого.

— И тебе привет, Лисса.

— Я же ничего не успела напророчить? Да?

— Нет! Ну, когда бы ты успела?! — решила не останавливаться на этом скользком моменте я, а то у меня планы по осмотру замка, а вовсе не по разгадыванию загадок.

— Вот и славно! Мы с сестрой собрались в город. Хочешь с нами?

— Увы, меня уже пригласили, давай в другой раз?

— Конечно! Пока! — и она быстро проскочила мимо меня.

Так, подбадривая Майка своими речами, заставила его есть шустрее, чему он был, кажется, не особенно рад.

Я понимала, что не слишком красиво поступаю, выдворив его с утра из кровати и нагнетая обстановку, заставляю торопиться, но мне ужасно хотелось начать после недели заточения.

Хоть за вчерашние посиделки я деньги парню вернула, но всё же он вчера ради меня старался, а сегодня опять идёт у меня на поводу. Думаю, башни он и без меня осматривал.

Как Майкалз и сказал, после завтрака мы отправились в мою комнату, чтобы я переоделась в более удобную одежду.

Парень хотел обождать в коридоре, но я втянула его в комнату, чтобы он не маячил под моими дверями, привлекая ненужное внимание.

— Ого! — только и сказал он. — Я и не знал, что на студенческом этаже имеются целые покои?!

— Не имеются, — пробурчала я, — это мама расстаралась, чтобы я не чувствовала себя стеснённо, но я бы и в одну комнату влезла, если честно, но спорить с ней себе дороже, так что… Присаживайся, я сейчас.

Майк сел к столу и углубился в просматривание конспектов, что я дописывала.

Я же в спальне бегом переодевалась к новому приключению. В гардеробе, что всё же пришлось увеличить, я нашла плотную рубашку, мягкие штаны и сапожки. Надо полагать, что в башнях будет грязно, возможно, ещё и сквозняки, поэтому подумав, накинула вязаную кофту. Она была не совсем в стиль остального одеяния, но готовых курток на мой размер не нашлось.

Волосы завязала в высокий хвост, как делали многие девушки в академии.

— Ну как? — покрутилась я в дверях спальни. — Куртки нет.

Майк внимательно осмотрел меня и одобрительно кивнул.

— Мы не на светский раут идём, а на чердак, так что красота наших туалетов может порадовать только пауков.

— Тогда ладно!

— Ты первая девушка, кто не поморщился или не взвизгнул при слове «пауки»! — рассмеялся маг.

— А чего на них визжать? У них разве есть уши? — удивилась я.

— Нет, уши есть у других людей, но я рад, что ты это понимаешь. Идём, а то до вечера не выйдем.

На этом тема пауков была закрыта.

Мы вернулись в главное здание, и Майк повёл меня куда-то в самую глубь помещений первого этажа, где находились помещения для работников академии. Там в закоулках была лестница, которая вела наверх.

Бросалось в глаза, что ремонт обошёл данные помещения стороной, по крайней мере, в последнее столетие.

Стена была хоть оштукатурена, но кладка всё ещё сохранялась каменная, как строился замок изначально, если я правильно понимаю.

Видимо, гостей этими закоулками поражать не собирались, поэтому не сильно-то и тратились.

Всю бедственность своего положения я поняла, когда мы преодолели шесть этажей ступенек, а сколько там их ещё будет в башне, неясно. Не привыкла я совершать такие огромные переходы. Дыхание сбивалось, и я еле переводила дух.

Конечно, я за секунду могла оказаться в башне, но как я это объясню Майку?

— Да, Фиалка, завтра, когда ты проснёшься, твои ноги совершенно точно не выразят свою благодарность тебе за неуёмное любопытство, — улыбнулся парень, обернувшись ко мне. Может, присядем, отдохнём?

— Нет уж, идём, иначе я могу и не подняться больше. Тихо крадёмся вверх, приближаясь к разгадке! — просипела я.

— Как прикажет леди!

Подъём продолжался, я мечтала, чтобы верхняя площадка показалась скорее, а то я просто упаду!

На последних ступеньках у меня дрожали ноги, и я практически упала на верхней ступеньке, чтобы отдышаться. А если бы я была в платье?! Кошмар!

— В этой башне раньше жили служанки, — с намёком проговорил Майк, опускаясь рядом со мной.

— Надеюсь, им доплачивали за эти зверства над личностью?

— Нет, конечно. Это ты не тренированная, а вот если бы каждый день поднималась и спускалась, то делала бы это намного быстрее и проще.

— Бедные девушки! — только и простонала я. — А сколько всего башен в замке, напомни мне?

— Двадцать семь.

— О мои бедные ноги!

— Ты сама вызвалась помогать мне.

— И я не отказываюсь, но это просто ужасно. Ладно, напомни-ка мне, что мы должны искать?

— Мы ищем доказательства по поводу невиновности моего предка в убийстве жены, а также ищем состояние, что он спрятал в замке.

— Чудесно. А ты уверен, что он её не убивал?

— Как я могу хоть в чём-то быть уверен? — рассмеялся Майк, это же пятьсот лет назад было! Однако он так яро это утверждал, и в завещании оставил условие найти доказательства невиновности, что есть основания полагать, что это всё-таки правда.

— Логично, но то, что он при жизни это утверждал, ни о чём не говорит. Кому же захочется быть обвинённым в убийстве и повешенным, но вот в завещании — это уже явное излишество, если только ты точно знаешь, что ничего не совершал и злишься, — задумчиво проговорила я.

— Вот и я придерживаюсь такого мнения.

— А вот про сокровища нужно думать неординарно, — постучала я пальцем по перилам. — Все более-менее логичные места проверили до нас. Не одно же поколение ищет, значит, стоит думать в обратную сторону.

— Это как?

— Где бы ты никогда ни подумал прятать сокровища? — посмотрела я на него.

— Да, я думал об этом, но совершенно не представляю, с чего начать? Много где я не стал бы прятать сокровища. Например, в конюшне, на кухне, в своей комнате.

— Кстати, а известно, где были покои твоего предка?

— Известно, но нам не поможет.

— Почему? — удивилась я.

— Потому что это теперь покои ректора академии, и он вряд ли разрешит нам там шарить, а защита на них стоит такая, что закачаешься, если не убьёшься при попытке проникновения.

— Печально, — вздохнула я, — но, как известно, нет ничего невозможного!

— Фиалка, я тебя прошу, без самоубийственных попыток.

— Договорились. Ладно, я вроде отдышалась, оставим покои на крайний случай, мы ещё тут не всё обыскали. Идём!

Надо признаться, что ничего особо интересного я не нашла. Обычные комнаты служанок, от них остались только остовы кроватей, столов и стульев, плюс сундук для одежды.

— Как же тут бедно, — вздохнула я.

— Так комната прислуги, откуда у них богатства? — пожал плечами Майк. — Тут и прятать-то негде хоть что-то.

— Пожалуй, ты прав. Если труп жены твоего предка прятали в замке, то явно не здесь. А где её комнаты располагались?

— По соседству с комнатами мужа, там теперь твой декан обитает.

— Новости одна другой интереснее, — вздохнула я, так как попадаться декану в его покоях желания совершенно не было, но я чувствовала, что обыскать их придётся, и уже заранее ощущала, что нагоняя мне не избежать. — Спускаемся. Ещё много башен впереди, но их оставим на следующие выходные. Я больше такой подъём не одолею!

Но оставить тайну неразгаданной просто невозможно! Я буду не я, если не узнаю в чём там было дело!

Остаток дня я посвятила себя без остатка конспектам. У меня уже пальцы онемели, но я всё же дописала третий из них. Любовно убрала их в сумку, чтобы завтра раздать девушкам, а изначальный вариант и вовсе убрала в шкаф, чтобы ничего с ним не приключилось. Его заберёт завтра Майк после занятий.

Радостно потягивалась, смотря, как небо окрашивается в лилово-багряные тона, готовясь совсем потемнеть.

Выходные всегда проходят удивительно быстро, особенно когда ты занят делом.

Воровато оглядевшись, я вынула из пространства тарелку фруктов, конфеты и ароматный чай. В столовую идти уже было поздно, да и желания особого не наблюдалось.

Я заслужила отдых, как ни крути. И уже с предвкушением уселась поудобнее, чтобы отведать лакомства, когда раздался стук в дверь.

— Ну кто там ещё? — удивилась я столь позднему визиту, но пошла открывать, так как любопытство было мне не чуждо.

Стоило только открыть её, как на меня обрушился водопад восклицаний и буря эмоций, я даже отступила в комнату, чтобы не смело.

— Ой, Фиалочка, как же хорошо, что ты в комнате! — эмоционально вещала Лисса. — Мне было видение, что сегодня привезут твои наряды, и мне страсть как захотелось на них посмотреть, поэтому я решила, что ты не будешь слишком против, если мы с сестрой их примем и принесём к тебе!

— Да, зачем тебе за ними вниз бегать, если мы уже там?! — горячо поддержала её Тисса.

Тут я, наконец, обратила внимание, что они держат коробки в руках и приличного размера, уложенные друг на друга. Портниха не обманула и прислала мне бальные наряды.

— Я вижу, что ты стол накрыла! — разглядела Лисса мои сборы к вечерним посиделкам. — гостей ждёшь?

— Конечно, вы вовремя, чай и остыть не успел! Присаживайтесь! — решила я быть гостеприимной.

— Откуда же ты узнала, что мы придём? — удивлённо спросила Тисса.

— Можете считать, что у меня тоже дар, но он спонтанный! — широко улыбнулась я. — Коробки ставьте на диван, мы их вскроем после посиделок!

— Отлично! Мы с сестрой так давно не ходили в гости, и уж тем более нас не ожидали! — тараторила Лисса, присаживаясь к столу.

Я вышла в спальню, достала пару лишних чашек и тарелку пирожных в придачу, чтобы уж точно покорить моих первых гостей на девичьих посиделках.

— О, да у нас пир горой намечается, — рассмеялась Лисса, рассмотрев в моих руках новые сладости.

— Не будем мелочиться для себя любимых!

Усевшись рядом с сёстрами, я без устали предлагала им угоститься то одним, то другим и взялась разливать чай, чтобы они совсем уж почувствовали себя свободно.

Предсказания у них странные, этого не отнять, но у всех свои недостатки. Зачем же заострять на них своё внимание?

— Расскажите же, откуда вы такие необычные? — решила я, что можно немного и порасспрашивать девушек, когда первый голод был утолён и наступила сытая нега, в которую так приятно делиться воспоминаниями и мыслями.

— Ой, да ничего особенного в нашей биографии нет! — отмахнулась Тисса. — Если не считать дара, который нас не делает слишком уж популярными. Как ты понимаешь, было бы просто чудесно, если бы пророчества были понятными, но нет! Мы изъясняемся загадками, которые сами потом расшифровать не можем.

— Всегда?

— Нет, иногда что-то несложное можем и довольно внятно пророчить, но важное только какой-то путаной абракадаброй.

— Самое интересное, что в нашей семье была только одна пифия — это наша прабабка, а вот теперь мы, но она была знаменита и заработала состояние нашей семьи. Нас сюда и отправили в надежде, что мы сможем и дальше приумножать состояние, но сама понимаешь, мы в этом не так уверены, — дополнила Лисса.

— Живём мы на самом юге империи, титула у нас нет, но наш отец — очень состоятельный землевладелец, у нас огромные сады фруктовых деревьев и ещё пять торговых кораблей, — продолжила Тисса. — Мы не бедствуем, нам даже завидуют, но этот странный дар всё портит. Мы надеялись здесь завести друзей, но и это не вышло, после того как чуть не каждому напророчили какую-то муть. Ты первая, кто не испугался до такой степени, чтобы обходить нас по широкой дуге.

— Вот ещё! — рассмеялась я. — Меня саму тут обходят из-за дара, которым я никак не научусь управлять.

— Ой, да сколько ты тут учишься! — замахала на меня руками Лисса. — Все с детства этому учатся, а теперь строят из себя невесть что! Это они просто завидуют твоей силе, вот и выделываются.

— Есть и такая возможность. Ладно, что уж об этом говорить. Ну а вам нравится кто-то? Есть на примете женихи?

Девчонки смущённо переглянулись зардевшись.

— Так, выкладывайте, кто они?

— Только сердце рвать, — вздохнула Тисса. — Они к нам тоже не подойдут, мы уже отличились. Очень хотели познакомиться и специально подкараулили их в дверях столовой, будто случайно налетев из-за поворота, ну и, конечно, дар не нашёл лучшего времени, чем тогда активизироваться.

— И что же вы такого им напророчили?

— Что-то про то, что быть им вместе долгие годы, быть богатыми, если возьмут необычное в двойном размере. Мы же сами не слышим в трансе, что говорим, но сидящие в столовой так передали.

— А почему им быть вместе? — удивилась я. — Они что напарники?

— Ой, мы не сказали? Они боевики со второго курса, тоже близнецы, как и мы. Маги воды. Какие у них глаза синие! — мечтательно проговорила Лисса. — Неделю за нами ходили и выспрашивали, что это значит, а потом тоже стали избегать, так как ничего толкового пояснить мы не могли.

— Ого, как у вас всё сложно-то. Меня прямо окружают безнадёжно влюблённые девушки!

— А кто ещё?

Пришлось рассказать про то, что я познакомилась с Мирандой, но рассказывать, в кого она влюблена не стала, ведь это её тайна.

— Парни такие чёрствые! — возмущённо проговорила Тисса. — Совсем не видят, кто искренне им симпатизирует!

— И не говори, — поддержала её Лисса. — А ты кого-то присмотрела себе в кавалеры?

— Нет, но я нашла себе друга!

— Парня?

— Ну, да.

— Странно, они обычно с девушками не стремятся дружить, — задумчиво проговорила девушка. — Кто он?

— Маг земли с первого курса Майкалз.

— А, наследник! — обрадовалась Тисса. — Знаем!

— Почему наследник? — удивилась я.

— Так все знают, что он потомок владельца этого замка, поэтому за глаза так и зовут. Никто не верит, что он найдёт сокровище, раз за столько лет не смогли его предки, значит, его и нет вовсе. Просто сказки это!

— А я ему подрядилась помогать в поисках. Не знаю, насколько правдивы рассказы, но помогать буду, так как он мне помогает, да и просто интересно. Я никогда в жизни не искала сокровищ.

Наступила внезапная тишина, так как мы все внезапно замолчали, думая о своём. Я размышляла о перипетиях судьбы своей и Майка, а что настигло близняшек, сказать не могу.

— А знаешь, сестра, мы ведь тоже никогда не искали сокровища, — вдруг обернулась Тисса к Лиссе. — А это может быть увлекательно.

— Да, ты права.

Они обе повернулись ко мне с горящими глазами, и я уже поняла, о чём сейчас меня попросят.

— Фиалка, а спроси своего друга, можно ли и нам присоединиться к вашей команде? Мы не будем мешаться, честно, а если начнём что-то пророчить, то просто не слушайте нас!

Как по мне, то очень трудно не слушать, что тебе говорят, да ещё в столь оригинальной форме, но азарт девчонок был мне понятен.

— Уговорили, спрошу!

Близняшки вскочили и закружились по комнате от избытка чувств.

И тут раздался стук в дверь. Вернее, в неё барабанили так, будто старались сорвать с петель.

— Тебя кто-то очень хочет видеть, — удивлённо обернулась на звук Тисса. — Откроешь?

— Да надо бы узнать, кому я там понадобилась, — ответила ей уже на пути к двери.

За ней оказалась Сакра. Лицо её, как всегда, выражало раздражение, и вся поза говорила об агрессивности.

— Ты! — сразу заявила она с порога. — И сдохнуть по-человечески не можешь! Где мой конспект?! Я не обязана помогать убогим! Так ты ещё и в целительской улеглась отдыхать, чтобы я на всяких листиках конспекты писала! Ненавижу просто! Отдавай мою тетрадь!

— То, что ты мне не симпатизируешь, и так видно, — ответила я.

— Это что ещё за несдержанная девица? — спросила Лисса, выглядывая из-за моей спины.

— О, тут ещё и полоумные собрались! Как я могла не догадаться, что вы обязательно сдружитесь? Не лезь ко мне, недоразумение, а то я тебя в бублик завяжу!

— Не хами, — сказала я, — вот твой конспект.

Сумка стояла у двери, так что я быстро достала тетрадь.

Но тут Лисса впала в транс и уставилась на Сакру пустыми глазами, та даже шаг назад сделала от неожиданности.

— Гореть тебе в призрачном огне, не знать покоя, страдать хоть вечно, пока не спасёт тебя та, что так ненавидишь, — произнесла она замогильным голосом и очнулась. — Ты не сильно-то на это надейся, — продолжила девушка обычным голосом, так и не поняв, что недавно напророчила беду собеседнице. — Бублик из меня не выйдет, силёнок у тебя не хватит. Если я полоумная, то вы вообще психованная! Вот!

Но Сакре было не до её оскорблений, она выхватила тетрадь из моих рук и рванула к лестнице, явно не слишком радуясь, что зашла ко мне.

— Ненормальные!

А нечего начинать разговор в таком тоне! Вот и достойный ответ получился!

— Что это она? — Лисса удивлённо посмотрела на захлопнувшуюся дверь.

— Да она всегда злая и вредная, не стала я расстраивать я её.

— Ты бы тоже не обрадовалась, если бы тебе напророчили сгореть заживо, ожидая помощи, — ехидненько пропела Тисса, видимо, не считавшая, что надо в чём-то сдерживаться.

— Это я ей такое сказала? — беспомощно посмотрела на меня Лисса.

— Ну, там было что-то про призрачный огонь, в котором она будет гореть, так что есть большая надежда, что это не я её спалю, — не удалось скрыть мне облегчение в голосе.

— На минутку нельзя расслабиться, как уже что-то кому-то предскажешь и от тебя бегут как от чумы! — девушка с размаха плюхнулась обратно в кресло. — Так хорошо сидели! Вот надо было ей явиться и достать нас своим присутствием до печёнок.

— Да и боги с ней! — отмахнулась Тисса, на которую вдруг снизошло какое-то вселенское спокойствие. — Лучше поговорить о чём-то другом, а то так можно вечер испортить.

— Правда, мы найдём более интересные темы для беседы, чем она. И вообще, я даже платья ещё не примеряла!

— Точно! Я и забыла совсем! — воодушевилась младшая близняшка. — Меряем первое!

Я не стала сопротивляться, так как мне тоже хотелось уже посмотреть на мои наряды.

Первую коробку открывали, задержав дыхания, аж руки подрагивали.

— Ого!

— Какая роскошь!

— Мне бы такое! — мечтательно проговорила Тисса. — Ты и вправду не бедствуешь! Мы богаты, но отец столько нам на платья не выделяет!

— Мама боится, что мы покажемся оборванцами в новом месте.

— Боюсь, тебя за принцессу будут принимать! — возразила Лисса. — Все парни влюбятся в тебя!

— Ты хочешь сказать, в моё богатство? — иронично выгнула я бровь. — Если сейчас они не обращают на меня внимания, то глупо надеяться на искренность впоследствии.

— Ты, конечно, права, но всё же трудно устоять, когда девушка выглядит как видение, — тихо промолвила она, проводя костяшками пальцев по пенному золотистому кружеву подола, пробуя слегка ноготком изящную вышивку и рассматривая самоцветы на лифе и рукавах. — Меряй!

Я быстро шмыгнула в комнату и надела платье. Мне оно очень понравилось. Неяркий матовый блеск, огоньки самоцветов, красивые волны юбки, колышущиеся в такт шагам, давали мне уверенность в том, что я красива.

Девочки только ахнули, когда я вошла в этом наряде к ним в комнату.

— Какое чудо! — восхитилась Тилли.

— Главное, чтобы не в перьях! — рассмеялась я.

— И не говори! — вторила она мне.

И в разгар нашего восхищения опять раздался стук в дверь. Мы удивлённо переглянулись.

— Ты вроде бы говорила, что у тебя нет подруг, но сегодня вечером твоя популярность не ослабевает, — сказала Лисса.

— Сама удивляюсь. Кто-то решил подшутить? Ошибся дверью? О, хоть бы не Сакра вернулась!

Стук в дверь повторился и стал более настойчивым, надо полагать, что стучавший начал терять терпение.

— Открывай! — хором скомандовали близняшки.

— Посмотрим кто там, — решительно постановила Тисса.

— Будут плохо себя вести, я им обязательно чего-нибудь напророчу! — коварно сообщила Лисса.

— Ты свой лимит на сегодня ещё не выбрала? — спросила я на ходу.

— А его нет, — беззаботно рассмеялась она.

Я, решительно выдохнув, отворила свою многострадальную дверь и удивлённо застыла. На пороге стояла Матира с таким суровым и решительным лицом, будто собиралась на битву. Ей-то что я успела сделать?

— Э, привет, — вот и всё, что я придумала ей сказать.

Одногруппница окинула меня очень внимательным взглядом, как просканировала с головы до ног. Тут-то я и вспомнила, что стою перед ней в бальном платье.

— Добрый вечер, — произнесла она сухо, — не знала, что ты даёшь званый ужин с приёмом, просто хотела узнать о своём конспекте, а то Сакра неслась с такой перекошенной рожей, что я решила: дело труба.

— Зайдёшь? — чуть отступила в сторону от двери, так как стоять в коридоре желания не было, ибо проходившие студенты не могли не заметить нашу пару. — Приёма нет, я примеряю платья к балу.

— Тогда зайду на минутку, — кивнула она и решительно шагнула внутрь.

Окинула взглядом всю нашу живописную композицию, включая накрытый столик, девчонок, упаковку из коробки, разбросанную по полу, и мои туфли, что остались лежать у камина.

— Понимаешь, твой конспект сгорел, как и Сакры, во время инцидента в кабинете, но я переписала его в три тетради, чтобы возместить ущерб.

— А что ж тогда она выглядела разъярённой драконицей в период кладки?

— Быть тебе той, что знает, найти то, что ищешь, отгадать тайну тайную, остаться верной себе до конца! — вдруг замогильным голосом сообщила Лисса, отчего мы все повернулись к ней.

— Вопрос снимается как уже ненужный, — вдруг открыто улыбнулась Матира. — Поделитесь же со мной, что вы ей напророчили.

— Присядешь? — решила я быть гостеприимной, раз уж девушка не испугалась близнецов.

— Можно немножко посидеть, раз уж у вас тут и конфеты есть.

— Девушки, поухаживайте друг за другом, пока я выскользну из платья, — велела им.

— Ты из этого выскакивай, а в следующее заскакивай! — велела Тисса. — Мы же так до утра не управимся!

— Да, надо бы зрелищ, — подтвердила одногруппница, уминая сладости.

Ничего другого не оставалось, как удовлетворить любопытство девчонок. Им очень понравилось персиковое платье с рукавами-фонариками, но мне почему-то оно показалось бледноватым, и жемчуг не слишком оживлял материю. Вот близняшкам бы оно пошло больше, они светловолосые, светлоглазые. Третье платье было цвета морской волны, тоже прелестное, струящееся, с несильно пышной юбкой и довольно открытым лифом.

— Тебе только приёмы давать, — резюмировала Матира. — Я же в любом платье как конь в попоне.

Её тяжёлый вздох разнёсся по комнате.

— Моя одежда — это сапоги, брюки и куртка. С такими широченными плечами тяжело быть изящной.

Откровенно говоря, она не была страшной или бесформенной. Талия просматривалась весьма определённо, плоский живот с прессом был в наличии, вот рост был для женщины великоват, она возвышалась надо мной более чем на голову.

Да, грациозности ей немного не хватало и наличие мускул несколько портило трепетный облик, но она вовсе не безнадёжна, как считает.

— А у тебя есть платье к балу? — спросила у неё.

— Зачем оно мне? Меня никто не пригласил, — пожала она плечами нарочито безразлично.

— А есть тот, от кого ты ждёшь приглашение? — лукаво спросила я. — Или, вернее, от кого бы ты приняла приглашение?

И боги миров, она покраснела как маков цвет.

— Так, ещё одна в копилку страдающих по симпатичным парням, которые на нас не смотрят, — протянула Тисса.

— Ну, а что? Я тоже живая, — буркнула Матира раздосадовано.

— Мы не осуждаем, — сказала ей, — но надо что-то делать! Что толку молча сидеть и страдать? Надо разработать стратегию по захвату понравившихся парней! Боевики мы или кто?!

После моих слов наступила тишина, и девочки с надеждой посмотрели на меня. Вот это я высказалась! Теперь от меня ждут помощи! Но отступать было поздно, раз высказалась, то надо бы отвечать за свои слова.

— Будем думать! Надо бы свести вас случайно или не очень. Вы должны написать мне всё подробно о своих кумирах: кто они, где бывают, что делают, с кем дружат.

— А ты серьёзно подходишь к делу, — уважительно сказала Матира. — Может, хоть кому-то повезёт? Я в деле!

— Упускать такой шанс нельзя. Хуже уже не станет, — с надеждой проговорила Лисса.

— Это точно, хуже уже и некуда, ведь мы изгои, — добавила Тисса.

— Вот и договорились! Пишите, и встретимся у меня во вторник попозже, а то у меня отработка в библиотеке, — закончила разговор я. — Теперь все расходимся спать! Ночь на дворе.

Засыпала я долго, так как моя голова была занята мыслями о том, как помочь девочкам. Они хорошие, только надо открыть глаза парням на это.

Я тоже хороша! О людях я знаю только то, что прочитала в книгах и рассказала мама, не напортачить бы. Всё же это живые существа, а не кабинет. Не хотелось бы разрушить их мечты без возможности восстановления. Я могу!

Эти волнения и не давали мне спокойно заснуть.

Но всё же где-то среди этих дум я уснула, именно поэтому утро было у меня не столь добрым, как хотелось бы. Глаза слипались зверски, а зевота выдавливала слёзы. Цвет лица наводил на мысль, что меня не зря держали в целительской.

На занятия я плелась отнюдь не в бодром духе, поэтому ни на что особо не обращала внимания. Даже в столовую не стала заглядывать.

Страшно было представить, но две первые пары оказались медитацией! Какой извращённый ум в понедельник решил их поставить, даже не решаюсь предположить, но меня терзает сомнение, что я просто усну и опозорюсь. Катастрофа! И так глаза не желают держаться открытыми, а тут ещё и это.

Я почти дошла до кабинета, где в этот раз будет проходить занятие, когда меня окликнули.

Обернувшись, увидела декана, что спешил ко мне.

— Фиалка, постой.

Я покорно остановилась.

— Доброе утро, декан Тронтс, — вежливо проговорила я.

— Глядя на тебя, так и не скажешь, что ты его добрым считаешь, — усмехнулся он.

— Поздно уснула, — опустила глаза.

— Бывает, но я тебя нашёл, чтобы вручить вот это, — он протянул мне изящный браслет из золота. Довольно массивный, но красивый.

— Э, — несколько потерялась я в мыслях, — за что это мне такие подарки?

— Никаких подарков! Это ограничитель магии. Штука не слишком приятная для мага, но так пока надо.

— А в чём же неприятная?

— Ну как сказать, есть такое неприятное давящее чувство, некоторая тяжесть при использовании магии. Это трудно объяснить, но ты сама почувствуешь.

— Спасибо! — обрадовалась я.

— За такое редко благодарят, но тебе нужно, а то ты библиотеку можешь нечаянно спалить, а там много ценных книг, — грустно улыбнулся декан. — Вот как позанимаемся с тобой годик, потом, надеюсь, можно будет снять навсегда.

— Ладно. Хоть украшение красивое.

— Да, оно очень дорогое, но ректор выделил из своих запасов, ради сохранения имущества и студентов.

— Он вернулся? — отчего-то шёпотом спросила у него.

— Да, вчера. Я ему рассказал о твоей проблеме, и он проникся.

— Про моё отчисление ничего не говорил? — неуверенно спросила у него.

— Нет, ректор не такой человек, чтобы избегать трудностей, — покачал головой декан, — так что не бойся. А теперь иди, а то опоздаешь.

Браслет щёлкнул застёжкой на моей руке, и замочек исчез, будто его и не было.

Я быстро ещё раз поблагодарила мага и побежала в кабинет, на ходу рассматривая неожиданное приобретение. Браслет красиво блестел на солнце, и даже зайчиков отбрасывал, что мне очень нравилось.

Каких-то изменений в себя я пока не ощутила, поэтому решила не беспокоиться по этому поводу. Видимо, на меня они не действуют, так как я и не совсем человек.

— О, а вот и наша принцесса с новой побрякушкой, — раздался ядовитый голос Сакры, едва я вошла в кабинет. — Глаз не может отвести от своего сокровища, по сторонам некогда оглядеться!

— Завидуй молча! — отрезала я.

Из дальнего угла мне махнула рукой Матира и я отправилась к ней.

— Садись, я заняла тебе подушку, — кивнула она на оранжевое мягкое сидение. — В этот раз их закупили ещё более жизнерадостных расцветок, чем в прошлый. У меня закрадывается ощущение, что их шил дальтоник, либо это некондиция, вроде по дешёвке распродают неходовое. Ну кто в здравом уме такое купит?

Девушка ткнула в подушку под собой, она была салатового цвета, с красными божьими коровками в виде аппликации, а поверх этого сидела боевая магиня с возмущённым видом.

Смотрелась она и вправду неуместно в своём строгом платье глубокого синего цвета.

— Боюсь, что меня бы это не смутило, — с покаянным видом всплеснула я руками.

— Этого стоило ожидать, ты не от мира сего, так что тебе простительно, — отмахнулась она, а я плюхнулась на подушку.

— А что это ты сегодня и впрямь с таким украшением? Раньше не носила на занятия!

— Это ограничитель магии, чтобы я вас всех не поджарила. Утром декан выдал. Велел носить, не снимая, так что я теперь всегда буду красивая.

— Ну с этим у тебя проблем не было и до браслета, — спокойно сказала Матира. — Но эта штука тебе и впрямь нужна, чтобы и самой не покалечиться. Поносишь сколько-то, а там, смотришь, и научишься уже управляться со своим огнём.

— Надеюсь на это.

Дальше разговаривать мы не могли, так как в кабинет зашёл профессор Вавайрик. Он важно протопал вперёд, недовольно посмотрел на подушку, лежащую на полу, так как возвышения в данном кабинете для него не имелось. Обежал взглядом студентов и остановил его на мне.

Стало несколько неудобно под его пристальным взором, но я продолжала удерживать самое благостное выражение лица, на какое только была способна.

Мужчина прокашлялся и стал напоминать основы медитации, потом велел принимать нужную позу и настраиваться на внутренний мир.

Все сделали, как и было велено, профессор же стал обходить всех по кругу, но возле меня он оказывался подозрительно часто, чем меня ужасно нервировал.

Вызывать свой огонь я и не пыталась, это буду делать на занятиях с деканом, сейчас же я просто глубоко дышала и настраивала себя на хорошее настроение и удачный день.

В конце концов мне надоели его круги вокруг моей персоны, и я приподняла руку, демонстрируя браслет. В щёлочку глаз я видела, что он его внимательно осмотрел, повёл рукой и, наконец расслабившись, ушёл к своей подушке и уселся там, поглядывая на студентов лишь время от времени.

Вот и славно, а то никакого покоя, а у меня ещё сегодня первая отработка в библиотеке.

На медитации я не уснула, хоть и очень хотелось. Пришлось пропеть все известные мне песни, чтобы держаться в сознании где-то глубоко внутри себя.

Не могу сказать, что у меня есть отменный слух, но так как никто не слышал моих рулад, то, думаю, что ничего страшного и не случится. Я старалась петь выразительно, но всё время сбивалась на то, что мне хотелось захихикать. Если вы когда-то пробовали петь молча, то поймёте мои трудности.

Матира сидела как скала, ни разу не приоткрыла ни один глаз, я же всё время сквозь щёлочку мониторила пространство вокруг. Ну скучно же!

Когда прозвенел звонок, я была готова расцеловать пол, не только всех окружающих.

Окружающие о моих мыслях были не осведомлены, но старались обходить меня по широкой дуге, поэтому даже столкнуться с кем-то было затруднительно, не то, что обнять.

— Не обращай внимания, — сказала Матира, подходя ближе, — они ещё не привыкли к тебе.

— Они боятся, что я их покалечить могу, — вздохнула в ответ.

— И это тоже, но привыкнут всё равно.

— У тебя столько энтузиазма, что это просто поразительно! — съязвила я.

— Жизненный опыт, — пожала плечами одногруппница.

Следующая пара была по истории магии. Читала её сухонькая бабулька, которая, как мне кажется, сама и стояла у истоков этой магии, настолько древней она выглядела.

К кафедре она шла добрых минут семь, делая малюсенькие шажочки и шаркая на всю аудиторию, что удивительно для столь хрупкого человека.

Чтение лекции именно таким и было, бабуля водила носом практически по бумаге, зачитывая информацию тихим и дребезжащим голосом, который далее третьей парты слышно не было, но никто не расстраивался.

Многие студенты отлично улеглись на парты, и с наслаждением решили досмотреть те сны, что на медитации не досмотрели.

Я старалась хоть что-то конспектировать, но не всё успевала.

Когда вышли с лекции, я всё же не выдержала и спросила у Матиры.

— Слушай, а так всегда на её парах?

— Ну да.

— А как же экзамен? Все не волнуются об оценке?

— Не особенно. Она всем ставит высший бал, кто не прогуливал пары и не мешал ей читать текст.

— Так вот почему было так тихо, — дошло до меня.

Ведь студенты могли переговариваться, играть на свитке в настольные игры, но все либо спали, либо писали другие предметы, выполняли домашнюю работу или просто читали книги.

— Идёшь в столовую? — обратилась ко мне одногруппница.

— Да, надо подкрепиться перед походом в библиотеку.

— Ты за книгами?

— За отработкой. Меня же туда назначили за спаленный кабинет, — вздохнула я. — Хотя мне и книги нужны тоже.

— Ты смотри там поаккуратней. Библиотекарь этот — такой вредный мужик, ещё и вздорного характера. Ему что не скажи, всё плохо. Как просят что-то взять в библиотеке, настроение портится.

— Настолько противный?! — ужаснулась я. — Мне же у него не знаю сколько отработок назначили!

— Тебе можно только посочувствовать.

Всё время, что я стояла за едой и во время обеда я молча переживала. Мне и так трудно здесь обживаться. Вечно со мной какие-то казусы происходят. Если я что-то сделаю в его библиотеке, как я потом буду там работать?

Настроение испортилось окончательно, когда ко мне подошёл Лорис и опять завёл свою песню о свидании, на которое мне прямо-таки посчастливилось бы попасть, сделай я хоть один шажок в его сторону.

— Если тебе некуда пойти, то у меня сегодня отработка в библиотеке, так что приглашая! — перебила я его на очередной хвалебной оде в честь себя любимого.

— В библиотеку? — запнулся он. — Ой нет, пожалуй, книги навевают на меня тоску. Да и местный библиотекарь не разрешает разговаривать. Сразу начнёт орать, швыряться вещами, или нашлёт спотыкайку. Нет уж.

На этом он и удалился, более не приставая ко мне.

— Лихо ты его отбрила, — усмехнулась Матира, что всё время нашего разговора сидела рядом и невозмутимо поглощала обед, нисколько не смущаясь общества назойливого кавалера.

— Нет, ну а что он! Совершенно не понимает, что я не хочу никуда с ним идти.

— Такие парни не привыкли к отказам, а ты ещё и прехорошенькая. Так просто он от тебя не отстанет. Это я тебе могу напророчить, не являясь пифией.

— Вот ты меня успокоила! А я-то надеялась, что до него, в конце концов, дойдёт.

— Даже не надейся, — сказала она и поднялась из-за стола. — Всё, мне пора, а ты иди знакомиться с господином Дрозтом.

Я очень медленно отнесла поднос на мойку и едва ли не ползком направилась в сторону храма знаний. Лучше бы не спрашивала я о библиотекаре. Вот не знала бы о его вредности и шла спокойно на эту отработку, а теперь боюсь до дрожи, а мне нельзя нервничать просто категорически, а то ещё чего-нибудь сделаю.

Огромные двери библиотеки возникли внезапно для меня, хоть это и нерационально, я же к ним шла. Сделала несколько глубоких вздохов, стараясь успокоиться и, наконец, толкнула ручку двери.

Отворилась створка совершенно беззвучно.

Я аккуратно вошла и прикрыла дверь за собой.

Вокруг стояла звенящая тишина, я сделала два шага вперёд, и вдруг откуда-то сбоку раздался мощный чих, потом ещё один и ещё.

— Будьте здоровы! — вежливо сказала я, так как уже не раз слышала, как студенты говорят такое друг другу.

— Ты издеваешься?! — гнусаво гаркнул голос из-за стойки, за которой я никого не видела.

— Нет, — совершенно честно ответила на вопрос.

— О каком здоровье тут можно говорить? Я еле дышу, у меня всё болит, не могу оторвать платок от носа, а на замену никого так и не прислали! Апчхи!

— Сочувствую.

— Да сдалось мне оно, как троллю расчёска! — завопил невидимый собеседник.

Такой странный разговор меня нервировал, и я решила приблизиться к говорящему, чтобы его рассмотреть.

— А почему вы не можете оторвать платок от носа? Он прилип?

— Ты что тупая? Что за студенты пошли?! Лишь бы над больным поиздеваться, и ведь нет сочувствия, совесть спит!

— Не тупая я, просто спрашиваю, — решила я не реагировать на его плохое настроение. Что тут можно сделать, если человек с таким ужасным характером.

— Сопли у меня! Что тут непонятного?! Апчхи! Простудился на сквозняке!

И тут я, наконец, увидела говорящего и услышала его последнюю фразу.

Передо мной стоял гном. Спутать этого пузатого, низкорослого и очень бородатого представителя подгорного народа с кем-то ещё было невозможно. А вот то, что гномы также подвержены пристрастию к заболеванию, о котором меня предупреждала мама, я не знала.

Так, что я помню из той беседы? Точно, что не нужно бежать, кривиться и выражать неприязнь и брезгливость. Нужно посочувствовать, но это явно не этот случай, ибо моё сочувствие только злит библиотекаря.

— Вы же гном! — решила я перевести тему с его недомогания на что-то другое.

— И что? Апчхи! Чего об этом так радостно орать?! Я же не сообщаю всем вокруг, что передо мной стоить сопливая фея!

— Тише вы! — шикнула на него и нервно оглянулась, не слышал ли кто-то его слова. — Это секрет, и я не болею!

— Это я вижу! Апчхи! Я имел в виду, что у тебя молоко на губах не обсохло!

— Не пью я молоко! Я же… — запнулась на полуслове, — знаете кто!

— Тьфу на тебя! Что за неуч! Сил моих нет, мало дураков-людей, так теперь вот и феи-дурынды стали подтягиваться. Правду говорила матушка, что прокляли меня, — схватился он за голову, но потом тут же опять за платок, так как его пришлось срочно прижимать к носу.

— Простите, но не могли бы вы не поминать мою расу через слово! — возмутилась я.

— А то что?!

— А то превращу вас в сопливого ёжика! Молча будете сопеть, а не ругаться на всю округу!

Гном даже чихать и сморкаться перестал, отлепив платок от своего красного носа, и посмотрел на меня.

— Серьёзно?

— Серьёзнее не бывает! Могу поклясться светом своей души, если не верите!

— Э, ты не торопись, проворная моя! Тут надо всё обдумать. Я единственный библиотекарь. Весь учебный процесс без меня остановится! — сообщил он.

— Ого, какой вы важный работник!

— Да, так и есть.

— Так вот, меня прислали к вам в помощь! Декан Тронтс назначил мне отработку у вас, — улыбнулась я как можно счастливее.

Гном окинул меня подозрительным взглядом. Так мама на меня смотрела, когда не верила, что это не я разлила компот по всему дому.

— За что? — грозно спросил он.

— Ну, там у меня вышла небольшая неувязочка, я не очень лажу со своим даром, он вырвался из-под контроля, сделать ничего не смогли, кабинет сгорел, но щиты выдержали. Всё хорошо закончилось, я всего-то неделю в целительской пролежала. Да, — часто-часто закивала головой.

Гном сел прямо на пол.

— Так… то есть это ты та студентка, что чуть не спалила половину академии и столько же чуть не перебила, а тебя ко мне прислали? Полагаю, что смерти моей хотят?

— Ну что вы сразу о плохом?

— А что хорошего, если ты мне тут всё спалишь?

Я подумала пару минут и робко предположила:

— Обновят библиотечный фонд, и пыль вековая исчезнет.

Господин Дрозт тяжко вздохнул, чихнул, высморкался и поднялся на ноги.

— Так, я понял, что библиотеке хана, так что ты тут осваивайся, а я пошёл лечиться.

— А что же мне тут делать без вас? — крикнула я ему в спину.

— Выдавай книги, вытирай пыль вековую, пока не спалила её.

— А если спалю? — неуверенно спросила опять.

— Возьмёшь веник в подсобке и будешь подметать пепел. Библиотека закрывается в семь!

Дверь за гномом громко хлопнула, и я осталась совершенно одна.

Вокруг стояла звенящая тишина. Я робко топталась у стойки, не решаясь куда-то двинуться. Нет, гном, конечно, молодец! Бросил меня одну без подробных инструкций.

Я же не знаю, как выдавать книги? Просто отдавать, что просят? А если забуду, кому и что выдала? Не стоять же так весь вечер. Нужно действовать.

Грустно осмотрела стол. Нашлись перо с чернилами, чистые листы, какие-то чистые книжечки, вернее, небольшие тетрадочки, что стопкой лежали в деревянном ящике на углу стола.

Ближайшая стена была уставлена невысокими шкафами с небольшими ящиками, где я обнаружила те самые тетрадочки, но уже заполненные. Прочитав несколько из них, догадалась, что в этих самых тетрадочках и фиксировалось, что берут студенты в комнаты.

— Это я могу делать, — сказала самой себе, чтобы было не так грустно в тишине.

Желающих посетить библиотеку не наблюдалось, поэтому решила пойти и начать борьбу с пылью, чтобы мне засчитали отработку, а то вдруг декан придёт проверить, что я успела сделать, а окажется, что ничего, если никто не заглянет.

Тряпка нашлась в той подсобке, где гном мне веник с совком предложил искать. Несколько ветхих лоскутов, что, видимо, не одно десятилетие использовали проштрафившиеся парни и девушки, давно потеряли свой первоначальный цвет.

Вооружившись этим нехитрым оружием для борьбы с пылью, я отправилась к стеллажам. Хорошо, что были они не до потолка высотой, а то бы было не слишком удобно, если бы пришлось лазать по высоченным лестницам. Над моей головой было лишь ещё две полки. Несколько невысоких стремянок стояли между рядами, чтобы доставать книги с верхних полок. Ими-то я и воспользовалась.

Так пролетела пара часов. В библиотеку так никто и не зашёл. За окнами сгустилась темнота, а в небе загорелись первые звёзды. Магические светильники зажглись над стойкой, читальным залом и между рядами.

В гордом одиночестве и тишине я успела протереть пять стеллажей. Работала тщательно. Доставала книги с полок, чтобы и под ними протереть пыль. Ручной труд — это тяжело! Я никогда столько сама не делала, но испытывала гордость за себя. Могу ведь как люди. Значит, чего-то стою не только как фея, но и как человек!

Вся в этих хвалебных мыслях я сразу не услышала какой-то странный звук. Он был на грани слышимости, поэтому я сразу и не среагировала, но спустя какое-то время он всё же привлёк моё внимание.

Я обернулась в сторону источника шума. Ничего в дальнем углу я не увидела, что и немудрено, так как между нами было множество стеллажей.

Постояв в раздумьях некоторое время, решила всё же проверить, вполне возможно, что там окно приоткрыто, поэтому сквозняк шуршит такими-то листочками, а значит, мне нужно навести порядок.

Осторожно пошла на звук. Время от времени я останавливалась и прислушивалась, звук стал чуть громче. Теперь я была уверена, что это голос, но очень тихий. Говорящий что-то бормотал, оттого было трудно разобрать, что конкретно говорят.

Мне пришлось дойти до противоположной от входа стены, чтобы рассмотреть говорящего, вернее, говорящую. Это была женщина, довольно молодая в порванном и грязном платье. Можно предположить, что когда-то оно было нарядным, но сейчас представляло собой жалкое зрелище. Но главным было даже не это! Женщина была призраком!

Я отчётливо видела стену через неё. Каменная кладка с трещинками просматривалась отчётливо.

Женщина бродила вдоль стены, держась за подол, и смотрела перед собой пустым взглядом.

— Да, конечно, он найдёт меня, найдёт, я же не сама, это всё она! Она! Но я тут, а она там. А он где? Неужто невозможно найти меня? Ведь я одна. Совсем одна теперь, а кругом темнота.

Тут уж я не выдержала и вмешалась.

— Леди, вы тут не одна! Я же здесь стою. Может, расскажете, что с вами случилось? — мне очень хотелось пообщаться.

Говорят, что призраки не появляются просто так. Ведь это неупокоенные души, что не смогли что-то сделать за время своей жизни, или когда умерли обиженными и неотомщёнными.

Есть шанс раскрыть какую-то тайну этого замка.

Однако женщина на меня никак не отреагировала, даже головы не обернула, что было странно. Она продолжала бродить и повторять всё те же слова о её одиночестве и что ей страшно в темноте.

С ней явно не произошло ничего хорошего. Можно предположить, что её где-то заперли в темноте и выхода она не нашла, раз теперь призраком бродит.

Странно то, что никто не говорил о призраке в библиотеке. Я ни слова об этом не слышала, а ведь это очень странно. Даже у людей призраки — большая редкость, а тут ничего, поэтому я решила добиться от неё ответа во что бы то ни стало!

Вышла вперёд и встала на пути бредущей дамы, но она, не сбавляя скорости, прошла сквозь меня, что не добавило мне приятных ощущений. Будто морозцем в ясный день пробрало.

— Леди, как же невежливо с вашей стороны проходить сквозь гостей! — обернулась я к ней. — Мы могли бы обойтись и без этого!

Женщина, наконец, соизволила сосредоточить на мне взгляд. Она выглядела весьма удивлённой. Даже обернулась, чтобы проверить, с кем я говорю, но я смотрела прямо на неё, не давая повода усомниться.

— Да, я к вам обращаюсь! — уточнила для непонятливых.

— Вы меня видите? — очень робко спросила она.

— Отчётливо, а ещё слышу и чувствую холод от ваших прикосновений.

— Просто не верится! Столетия забвения и вот, наконец, вы пришли! Никто меня не видит и не слышит. Проходят мимо. Меня никто не нашёл, а я так страдала, хотела есть и пить. Было страшно и темно! Я сорвала голос, но всё напрасно.

По её призрачному лицу катились призрачные слёзы и капали на платье.

— Но кто это с вами сделал?

— Я точно не знаю. Я проснулась в темноте одна. Моя экономка мне всё время говорила, что сестра страшно мне завидует, но я не верила. Никогда не верила. Ведь сестра, она моя родная сестра. Старшая!

Женщина говорила взахлёб, слова наскакивали друг на друга, она явно была не в себе и старалась рассказать как можно больше, пока есть собеседник.

— То есть вы не уверены, что это она?

— Нет, — покачала головой.

— А как вас зовут?

— Леди Камилия Стротивайс. А вас как?

— Фиалка.

— Какое необычное имя, — протянула она.

— Я не местная.

— Это многое объясняет. Ведь до этого никто меня даже не слышал, а вы сразу и слышите, и видите.

— Да, у меня талант влипать в истории. Вот и сейчас я прохожу отработку в библиотеке за неумение управлять своим даром.

— А я тут прячусь от злобного лича, что преследует меня уже не одно столетие! И что ему надо, не пойму?!

— Так вы всегда тут прячетесь?

— Да! Лич не переносит свет, а в библиотеке он горит даже ночью, поэтому я могу тут спокойно побыть, пока не встанет солнце.

— А лич не мешает местным студентам и преподавателям?

— Не очень, так как прячется от них. Маги тут сильные и могут его изничтожить, хоть теперь это будет и нелегко, за столетия он поднабрал сил и энергии.

— Понимаю. А вы тут по своей воле? Или нечаянно не ушли за грань?

— Я не знаю, как уйти. Ничего не произошло после моей смерти. Не появился свет, не прилетел жнец, никакого рая, я просто стала такой, как сейчас! Спросить ничего не могу, ведь никто меня не видит. Вы первая за всё это время! Помогите мне, прошу!

— Я постараюсь, поищу информацию, в крайнем случае спрошу у магов. Кто-то что-то должен знать.

— Спасибо вам, я буду ждать.

— Хорошо, я приду завтра! Сейчас мне уже пора уходить.

Я вспомнила, что не заперла библиотеку в семь часов, как велел гном, а сейчас уже восемь. Быстро направилась к выходу, ведь надо бы Миранду навестить, а то ей ужасно одиноко, как было и мне, так что хоть на полчасика, но заскочу, а потом спать! Новостей столько, что голова пухнет!

Просидела я у подруги и впрямь недолго, так как устала на славу, и всё, о чём мечтала — это ополоснуться и упасть в кровать. Она не стала меня задерживать, так как видела моё плачевное состояние.

— Конечно, иди отдыхать, наобщаемся, когда меня выпишут. Наслышана о пифиях и даже видела их издалека, но тоже боялась приближаться, однако после твоего рассказа мне самой кажется, что я глупая гусыня! Всё, иди, а то тут уснёшь, ты уже кренишься в сторону.

Меня не нужно было уговаривать, и я побрела к себе в комнату. Уже почти добредя из душа до кровати, вспомнила, что завтра зельеварение, поэтому нужно не забыть прихватить котелок и ложку. Выставила их на стол, чтобы были на виду, а то ведь могу и забыть. Только после этого закрыла глаза и тут же провалилась в сон.

Мне снилось что-то непонятное. Вроде бы я брожу по замку в одиночестве. Мне страшно и не совсем понятно, что я тут делаю, а где-то вдалеке слышится злобный смех, который с каждой минутой становится всё ближе, отчего у меня даже спина от напряжения болит. Пытаюсь спрятаться, но ничего не выходит.

Проснулась я от академической общей побудки. Звук был резким и не особо приятным, но, видимо, на другое студенты плохо откликались.

В коридоре стали слышны шаги, кто-то кого-то сонно приветствовал. Через некоторое время активность в коридоре усилилась, голоса становились энергичнее, поэтому я поняла, что нужно подниматься, если не хочу опоздать на занятия, но тело категорически не желало соглашаться с головой.

Мне бы ещё два или три часика крепкого и здорового сна абсолютно не помешали, но взять их было неоткуда.

Нехотя соскреблась с кровати и нашла в запасах своего шкафа бодрящий эльфийский эликсир. Он сейчас был как нельзя кстати.

В голове сразу прояснилось и желание прислониться лбом к косяку, чтобы вздремнуть, исчезло.

— Ну, наконец-то! — обрадованно воскликнула я и устремилась в столовую.

У меня было две надежды: первая — успеть перекусить, и вторая — увидеться с Майкалзом.

События в моей жизни не останавливались ни на миг, и ими стоило поделиться. Всё же он потомок владельцев замка, а значит, много больше меня должен знать о его обитателях.

Студенты двигались сплошным потоком, поэтому рассмотреть хоть кого-то в такой толкучке не получалось, что меня несколько расстраивало, но я решила попытать счастья, когда сяду, будет лучше видно.

Пришлось постоять в очереди за завтраком, а потом ещё искать место, где присесть, так что я села рядом с незнакомыми девушками, чтобы не стоять посреди столовой с подносом. Идти к своим одногруппникам желания не было. Там ещё и Лорис сидел, так что выслушивать его дифирамбы о себе любимом прямо с утра совсем не хотелось.

Время от времени я осматривала внимательно зал, но знакомая лохматая макушка моего друга так и не показалась. Мне оставалось лишь быстро доедать.

— Красавица моя, что же ты не подошла? Теперь же высматриваешь меня столь внимательно, — раздался надо мной ненавистный уже голос одногруппника.

С каким бы удовольствием я надела ему на голову кастрюлю супа!

— Тебе показалось, — ответила я как можно равнодушнее.

— Нет, я понимаю, что признаваться в таком не принято, но тут все свои, стесняться нечего. Я же тебе говорил, что только намекни и я освобожу для тебя вечер. Да, Зарэк?

Я и не заметила, как тот тоже подошёл и встал в нескольких шагах от стола.

— Было такое, — отозвался он нейтрально.

— Вот видишь? Я держу своё слово. Называй любой день!

— После дождичка в четверг, когда радуга над лужей встанет, — буркнула я в надежде, что до него дойдёт моё нежелание общаться.

— Это когда же у нас дождь передавали? — озадачился он. — Ты стала, как наши пифии изъясняться просто загадками, да и только!

— Да, мы, девушки — очень загадочные существа, а теперь извини, мне пора! — с этими словами я ловко проскользнула между парнями и устремилась к выходу, не забыв прихватить котелок.

— Мы же в одну лабораторию идём! — крикнул он мне вдогонку, но я сделала вид, что не слышу.

Не хватало ещё и по дороге бред его слушать!

Так что пущенной стрелой летела в лабораторию в надежде найти место, где рядом не сможет пристроиться этот надоедливый поклонник.

Нужное помещение оказалось внушительным по размеру, между столами были широкие проходы, где трудно было столкнуться.

У каждого был индивидуальный стол. Матира была уже здесь. Она махнула мне рукой, и я направилась в её сторону.

— Скажи мне, что возле тебя осталось одно свободное место! — сразу заявила я, едва оказалась в зоне её слышимости.

– Да, я заняла тебе возле себя, — удивлённо посмотрела она на меня.

— Вот и славно!

— А в чём дело-то?

— Лорис! Он просто не слышит слова «нет» и порядком уже меня достал самовосхвалением!

— Ясно, нас вечно добиваются не те, кто нужны, — вздохнула она и поставила мой котёл на треногу, что была на более низкой части стола, задумчиво водя пальцем по краю.

Я же краем глаза видела, как Лорис, войдя в лабораторию, сразу осмотрелся и увидев меня в кругу других людей, недовольно поморщился, но не подошёл, что не могло не внушать оптимизм. Пусть там и стоит, подальше от меня, а то я когда-нибудь не сдержусь и превращу его в жабу, пусть потом квакает сколько влезет!

Через несколько минут пришёл и профессор, вернее, пришла.

Это была женщина средних лет, чёрные волосы с первыми признаками седины гладко зачёсаны наверх, платье без украшений, глубокого зелёного цвета. Всё в её облике говорило о том, что эта дама не любит шутить сама и нам не позволит.

Надо полагать, что зельевар и должен быть собранным, чтобы отраву не сварить.

— Доброе утро, студенты, — спокойно поприветствовала она нас.

— Доброе утро, профессор Лаврис! — хором ответили все, кроме меня, ведь только мне не было известно её имя.

— Сегодня у нас есть целый учебный день, чтобы сварить кровоостанавливающее зелье. Оно очень популярно у магов боевых направлений, так как травмы у вас бывают чаще всех.

Она обвела группу взглядом, а на мне задержала его на пару секунд дольше. Слава бежит впереди меня.

— Состав и способ приготовления указан на доске за моей спиной, — она изящно взмахнула кистью руки, и рецепт появился там. — Те, кто сможет сварить приемлемый вариант с первого раза, заработают положительную оценку, а те, кто сумеет сварить правильно, смогут забрать зелье себе в качестве приза.

Народ радостно зашушукал, предаваясь мечтам о получении весьма недешёвого средства. Хотя многим просто хотелось утереть нос соседу и доказать свою крутость. Мне трудно кого-то было осуждать, во мне тоже горел азарт. Хоть это зелье мне было не особо нужно, но хотелось хоть что-то сделать в этой академии хорошо.

Внимательно изучив состав и последовательность действий, я начала процесс изготовления, полностью уйдя в себя, как говорится. В какой-то момент времени я заметила, что напеваю, очень тихо, но меня никто не просил прекратить, все внимательно следили за своими котелками.

Когда я выполнила всё, что было указано в рецепте, то поняла, что зелье получилось красивого лазоревого цвета, а было написано, что при правильной варке должно стать мятным по цвету.

Вздохнула. Что-то я, видимо, сделала не так, но как это теперь понять?

— Вы закончили, Фиалка? — вдруг обратилась ко мне преподавательница.

Я нерешительно кивнула, ожидая, пока она подойдёт и вынесет свой вердикт.

Профессор посмотрела в мой котелок, её брови чуть приподнялись, помешала ложкой в котелке, посмотрела на зелье в колбе, что-то над ним пошептала и опять посмотрела на меня.

— У вас есть второй дар целительства? — вдруг спросила у меня.

— Нет.

— Вы уверены?

— Никогда не замечала за собой таких талантов.

— Ну, судя по вашему зелью, они у вас есть. Это зелье явно усовершенствовано, в него влита сила, а не просто травы правильно составлены. Им и умирающего поднять на ноги можно. Так что мои поздравления. Один пузырёк ваш.

Она вручила мне флакончик, а я была счастлива, что ничего не испортила.

— Может быть, вы попробуете сварить ещё одно зелье, ведь вы позже приступили к занятиям, — вдруг спросила профессор, — времени хватит.

— Конечно! — обрадовалась я.

— Тогда вот вам рецепт, это прямо противоположное зелье, угнетающее, для отъёма сил у врагов, преступников, обезумевших магов. Попробуй его сварить.

Преподавательница вытащила лист из воздуха и вручила мне, также мне выдали чистый котёл, а мой, с зельем, она унесла в подсобку.

Новое задание мне совсем не понравилось. Ведь нужно было варить что-то чуждое моей природе.

Я же фея и мои силы направлены на созидание, а не на угнетение. Поэтому это зелье я варила без энтузиазма, просто следуя инструкции.

Вышла жижа коричневого цвета, унылая и пахнущая затхлостью. Фу!

— Так, очень интересно, — посмотрела в мой котелок профессор Лаврис.

— А можно узнать, что там интересного? — не выдержала я.

— Зелье слабенькое совсем, на оценку хватит, но ничего особенного. С каким чувством вы его варили?

— Просто варила, не люблю причинять людям боль.

Кто-то за моей спиной скептически хохотнул, но стоило профессору чуть повернуть в ту сторону голову, как стало абсолютно тихо.

— Это многое объясняет, что же, на следующем занятии я дам вам попробовать сварить сложное целительское средство. Не все целители с опытом могут его изготовить, говорят, для этого нужен дар и особый склад характера, вот и проверим их теорию. Согласна?

— Можно попробовать, профессор. А что это средство делает?

— Погружает умирающего или раненого в стазис на срок до месяца, чтобы можно было его перевезти или дать время подумать, как лечить, найти лекарство, изготовить его. Причин много.

— Я с удовольствием!

Такой шанс испытать себя… Как же его не использовать? Варить полезные зелья мне понравилось. Хоть тут я не навредила, и мой огонь совсем не помешал!

После занятий шла счастливая, так как это было первое занятие, где меня похвалили и мне было очень приятно.

Сегодня же должно состояться первое индивидуальное занятие с моим деканом, и вот оно меня очень волновало. Теперь я очень боялась обращаться к своему огню. Старалась его совершенно не тревожить, чтобы избежать новых разрушений.

То, что я опять буду вынуждена окунуться в нежелающую мне подчиняться стихию очень нервировало и создавало нехорошее давящее ощущение в груди.

Я вяло ковыряла ужин в тарелке в гордом одиночестве. Матира села поговорить с каким-то парнем насчёт спаррингов, а больше мне и сидеть не с кем пока. Близняшек было не видно, а Майкалз стал просто неуловим. Может, девушку себе завёл, а я ещё не знаю?

Он настойчивого кавалера я спряталась за широченной спиной парня, что поглощал еду с неимоверной скоростью, так что осталась незамеченной, это дало возможность спокойно поесть. У меня от его голоса скоро несварение желудка может случиться, а не хотелось бы.

— О чём грустишь? — раздался голос Майка и его поднос опустился напротив меня. — Опять что-то случилось?

— Ну наконец-то! Я тебя весь день ищу! Ты хуже привидения! — стала возмущаться я. — Новостей тьма, а рассказать некому! Вернее, есть кому, но ты мне нужен в первую очередь!

— Фиалка, спокойнее, а то того гляди волосы вспыхнут! Ты чего так разнервничалась? — удивился парень и положил свою ладонь поверх моей руки. — Всё настолько плохо?

— Нет, наоборот, есть прогресс в твоём деле, как мне кажется!

— Так, давай-ка мы сейчас поедим, а потом пойдём и поговорим в тихом месте, тут совсем неудобно обсуждать важные дела, — огляделся он.

Я обратила внимание, что некоторые студенты прислушиваются к нашей беседе, и поняла, что моя эмоциональность привлекла ненужное внимание.

— Ты прав, только времени у меня не очень много, так как у меня сегодня медитация с деканом.

— Ничего, успеем, работа с твоим даром тоже нужна, — серьёзно сказал Майкалз, — нельзя её пускать на самотёк.

Мы некоторое время ели в тишине, потом я вспомнила, что так и не узнала, что же делал парень весь день?

— Ты так и не сказал, где был весь день, — напомнила ему.

— Наш факультет в этом году наряжает зал для зимнего бала, вот мы и старались как могли. Ещё неделю будем этим заниматься.

— А он скоро?

— Фиалка, ну ты даёшь! Все девчонки дни считают до него, только ты не в курсе, когда состоится главное событие года!

— Ты же за мной зайдёшь, значит, я его не пропущу. Платье у меня есть, так что не вижу повода для волнений, — пожала плечами.

Майкалз только головой покачал:

— Чудная ты.

Когда подносы опустели, мы отправились ко мне, чтобы поговорить без лишних ушей, и я могла оставить вещи в комнате и потом сразу отправиться к декану.

— Рассказывай! — велел парень, как только мы расположились в креслах.

— Так вот, я вчера была на отработке в библиотеке!

— И как ты нашла господина Дрозта? — усмехнулся Майк.

— Совершенно больным и расстроенным! Он уже слышал о моих злоключениях, поэтому решил, что его таким образом наказали, и ушёл лечиться в расстроенных чувствах.

— Он оставил тебя одну в библиотеке?!

— Да, а это опасно? — удивилась я.

— Нет, но это неправильно, ты же не библиотекарь, ничего тебе не показал. Вот всегда с ним так. Он тот ещё грубиян.

— Но самое интересное заключалось не в этом!

— А в чём?

— Я встретила призрака!

— Где?! Когда?! Ты уверена? — изумлению Майкалза не было предела.

— Там же, вечером, я услышала какой-то звук и пошла проверить, думала, может, окно не закрыто, а оказалось, что призрак женщины ходит вдоль стены и бормочет, что её не нашли, что ей страшно. Так жалко её стало.

— Поверить не могу! Никто там не встречал призраков! — запустил руки в волосы Майк, отчего они поднялись дыбом, — а ты в первый же вечер наткнулась!

— Леди сказала, что её тут никто не видит, она уже не первое столетие пробует дозваться кого-то, но ничего не выходит.

— Ты спросила, кто она такая?

— Конечно, леди сказала, что её зовут Камилия Стротивайс.

— С ума сойти, это она!

— Кто?

— Пропавшая жена моего предка! Она сказала, кто её убил?

— Она не знает. Её где-то заперли, там она и скончалась, но как попала в то место, не знает, говорит, там было темно, и никто её не услышал, когда она звала на помощь.

— Столько лет ничего, а тут хоть какой-то прогресс! Фиалка, ты просто прелесть! Интересно, почему же ты её видишь? Сводишь меня к ней? Может, я просто ни разу с ней не встретился, и тоже смогу с ней пообщаться?

— Конечно, только завтра. У меня опять будет отработка, вот и приходи.

— Приду, тут можно даже не сомневаться!

— Да, она ещё сказала, что в замке обитает лич, который на неё охотиться, поэтому она в библиотеке и бывает, там свет горит ночью, а лич его не любит очень.

— Как думаешь, это может быть её убийца? — тревожно спросила у парня.

— Тут всё может быть за столько-то лет, а может, это кто-то другой, — задумчиво проговорил он. — Хотя странно, что лича никто не встретил.

— Может и встретил, да рассказать уже не смог об этом, — предположила я.

— Твоя правда, они же обычно злые как не знаю кто, так что пережить такую встречу не каждому дано.

— Она ещё что-то говорила, что её предупреждала экономка о сестре, которая ей завидует, но леди не слушала или не обращала внимания, может быть, очень даже зря! Зависть очень нехорошее чувство, которое может толкнуть на страшные поступки. Разве нет?

— Да, могло и такое случиться, но подождём делать выводы до разговора с призраком, может, удастся что-то ещё выведать? Нужны хоть какие-то доказательства. И лича бы этого изловить, нехорошо, что он по академии перемещается, не случилось бы чего.

— Только прошу, не лови его один! Это опасно. Может, профессорам рассказать?

— Пока нечего рассказывать. Призрака видела только ты, про лича знаем только со слов этого призрака, так что обождём немного.

— Но вот комнаты ректора и декана надо обыскать, — задумчиво проговорила я. — Там как раз и могут быть доказательства.

— Я всё же не понимаю, как их там могли не рассмотреть такие сильные маги? — сказал Майкалз.

— Так и призраков никто у вас в замке сотни лет не наблюдал, а я вот рассмотрела, может, и с доказательствами так же.

Майк бросил на меня странный взгляд, но говорить ничего не стал по поводу моего всевидения.

— Но как мы туда проникнем, чтобы нас не заметили? Вот в чём вопрос.

— Надо следить, когда они отлучатся из замка, или, может, будет какое-то массовое мероприятие, куда они вдвоём будут вынуждены прийти.

— Ближайшее такое мероприятие — это зимний бал, — сказал Майк, — хочешь сказать, что мы в бальных нарядах пойдём обшаривать комнаты?

— Раз надо, значит, будем!

— Понял.

По лицу Майклза было видно, что он очень хочет найти доказательства, но сомневается в успешности идеи, но мне было достаточно, что он хочет разгадать загадку своей семьи. Я ему помогу!

— Слушай, а ты не опаздываешь к декану? — вдруг спросил парень.

Я посмотрела на часы и поняла, что я не опаздываю, а уже опоздала, минут так на пять.

— Божечки! Точно! — вскочила я на ноги. — До встречи!

Мы выскочили за дверь, и я понеслась пущенной стрелой в сторону кабинета декана, на ходу придумывая извинения за опоздание.

В боку страшно кололо, когда я постучала в его кабинет.

— Войдите!

Я робко шагнула внутрь.

— Фиалка, опаздывать, конечно, нехорошо, но и так бегать, что впору задохнуться, не нужно. Сядьте и успокойтесь, — указал он мне на кресло перед столом, — в таком состоянии нельзя заниматься медитацией.

Моё сердечко успокаивалось, а дыхание восстановилось, пока маг дописывал что-то в свитке.

— Всё, теперь идёмте в зал, а то мало ли что, мне мой кабинет нравится и так, — чуть улыбнулся он.

В зале мы сели напротив друг друга.

Декан накрыл одну мою ладонь своей рукой и стал объяснять, как дышать, какую мелодию можно прокручивать в голове, если нужно отрешиться от всего. Он отслеживал моё состояние через прикосновение.

Я выполняла все его рекомендации, но ничего особого не почувствовала. Было непонятно, что с моим огнём? Неужели я весь его истратила? Может, загнала так глубоко, что теперь не дозваться?

Вот в таких мыслях и дыхательных упражнениях я провела два часа, пока декан меня не отпустил, и я не отправилась к себе в комнату.

Посмотрим, что же принесёт завтрашний день.

День начался с того, что на меня налетели сестрёнки-пифии. Вид они имели весьма возмущённый и обиженный.

— Что с вами? — удивилась я такому плохому настроению прямо с утра.

— Да как тут не злиться?! — возмутилась Тиса. — Нам и пяти минут не удаётся пробыть с ними.

— Девчонки из их группы нас уже даже предупреждали лично, чтобы мы к ним не совались! — Лисса тряхнула волосами. — Так что в их красивые глаза нам даже заглянуть не удаётся!

И они замолчали, надувшись, словно мыши на крупу.

Я же шла и обдумывала сложившуюся ситуацию. Девочек было жаль. Конечно, раз эти парни им нравились, то отступать просто так они не желали. Если боевики симпатичные, то на них глаз положили не только близняшки, а тут шикарный повод от них избавиться, рассказывая, что они не в себе.

Ведь если отбросить непонятные предсказания, то они очень симпатичные девчонки с нежным овалом лица, тонкими чертами и прелестными фигурками.

Как мне кажется, влюбиться в таких нетрудно, только дай шанс с ними потолковать поближе. Думаю, им и пары свиданий бы хватило, чтобы боевики оценили их таланты и чудесный характер.

— Тоже думаешь, что нам ничего не светит? — горько спросила Тисса.

— Нет, я составляю план, как мне вас с ними познакомить, а лучше, чтобы они сами захотели с вами познакомиться. Если парень захочет быть представлен девушке, он извернётся, но сделает это.

— Ты думаешь, такое возможно после наших пророчеств? — удивилась Лисса.

— Если их нежелание с вами общаться вызвано только этим, то думаю, надо обернуть ваше пророчество на пользу дела! — коварно улыбнулась я, ибо в голове моей созрел план!

Близняшки посмотрели на меня с двух сторон удивлённо.

— Ты что-то придумала? — хором спросили меня.

— Да, но не спрашивайте, что, а то ещё не получится! Ваша задача показать мне ваших боевиков, чтобы я не перепутала, кого, собственно, нужно вами заинтересовать!

Мы, весело смеясь, вошли в столовую, чем привлекли немало любопытных взоров. Ну а как же? Три непопулярные особы радуются вместе! Как тут не задуматься, что у них может быть общего и хорошего, кроме этой самой непопулярности?

Я продолжала болтать с девчонками на отстранённые темы, чтобы поддержать их моральный дух. Сама же нашла взглядом незанятый столик у стены, противоположной от входа. Нам ведь нужен наблюдательный пункт, расположенный стратегически верно.

Я успела съесть половину всего, что прихватила на завтрак, когда меня за руку схватила Тисса.

— Вон они! Смотри быстрее.

Я тут же посмотрела в сторону двери. Могу сказать, что у девчонок есть вкус. Эти близнецы недаром пользовались популярностью, так как внешностью их природа не обидела. Двое высоких, стройных, черноволосых и чернобровых красавцев с невероятно синими глазами застыли в дверях, осматривая пространство, чтобы где-то присесть.

— А вы не скромничали в выборе, — улыбнулась я. — Но я вас не осуждаю. Вы будете чудесно смотреться вместе на контрасте.

— Мне тоже кажется, что мы станем отличными парами, — судорожно вздохнула Лисса, сцепив пальцы в замок, будто удерживая себя от того, чтобы не дотронуться до приглянувшегося парня.

— Слушайте, а как вы их делить будете? — заинтересовалась я. — Они же одинаковые.

— Вовсе не одинаковые! — тут же заговорила Тисса. — Ты просто с ними не знакома, вот тебе так и кажется, а на самом деле в них масса отличий!

— Это каких же? — не поверила я.

— Марк, когда удивлён, приподнимает левую бровь, а Тарк — правую!

— Что вы говорите, — пробормотала я, размышляя, что втюрились они по самые уши, если обратили внимание на такие мелочи.

— Или, например, Тарк более спокойный и рассудительный, а Марк — порывистый! — добавила Тисса. — Так что Тарк мой!

— Как скажете, — отозвалась я.

Боевики расположились за столом каких-то девчонок, которые тут же стали к ним липнуть. Складывалось впечатление, что они просто не могут оторвать от парней руки. То поправляли им волосы, то смахивали невидимые пылинки с рукавов, то, как бы невзначай, прижимались к плечам.

Пифии «кипели» молча, но выражение лиц у них было просто убийственным.

— Девочки, вы так не смотрите на тот стол, а то взглядом покалечите соперниц, и на вашей улице будет праздник. Немного терпения. Эти курицы ещё будут локти кусать, глядя на вас, — постаралась успокоить подруг.

— Поскорее бы, — простонала Лисса, глядя как одна из поклонниц ласково провела по руке Марка.

Я постаралась поскорее доесть, чтобы увести пифий из столовой, пока они врукопашную не пошли доказывать поклонницам их будущих парней, что они неправы.

Сами пифии давно потеряли интерес к еде.

Оказавшись перед входом в кабинет для практических занятий по профильной магии, я выдохнула и зашла.

Студентов собралось немного, но Матира уже была на месте, а именно она и была мне нужна, поэтому незамедлительно отправилась к ней.

— Привет.

— И тебе привет, коль не шутишь, — откликнулась она.

Это хорошо, что она в приподнятом настроении, так как ей потребуется вдохновение для выполнения моего задания.

— Есть разговор, — шепнула я.

— Ого, а ты умеешь заинтриговать прямо с утра, — приподняла она брови.

— Тем и жива. Помнишь наш разговор о парнях?

Одногруппница даже чуть покраснела и зыркнула по сторонам, проверяя, не подслушивает ли кто.

— Допустим.

— У меня есть план, как помочь близняшкам.

— Шустра ты с помощью, — удивилась Матира. — Только поговорили, а у тебя уже и план готов.

— Пока только для них, но мне твоя помощь нужна, а то не получится.

— Говори, ты меня заинтересовала дальше некуда! — поторопила она меня.

— Что же, слушай. Ты сделаешь вот что…

Матира внимательно меня слушала и не перебивала, но я видела, что она удивлена, растревожена и несколько сбита с толку, но от моей затеи не отказывалась, что внушало в меня оптимистическую надежду, что девушка не откажется поучаствовать в моей авантюре. Я ведь ради них и стараюсь!

Когда я закончила перерассказывать суть своего замысла и взволнованно ждала реакции одногруппницы на моё предложение, она будто превратилась в истукана и никакой реакции не проявляла в принципе.

— Ну не молчи же! — не выдержала я этой гнетущей тишины и дёрнула её за рукав.

— Я просто пытаюсь нарисовать в своём воображении, как всё это буду осуществлять, — задумчиво протянула она, будто очнувшись от транса. — Возможно, ты и не заметила, но я не самый компанейский человек и не лезу никогда в чужие дела, а тут ты предлагаешь мне практически навязывать людям своё мнение и общество. Боюсь, я испорчу затею своими неуклюжими попытками помочь.

— Матира, знаю, что прошу тебя о многом, но мне некого больше попросить помочь в этой авантюре. Но ты представь, как будут счастливы девчонки, если всё получится!

— А если не получится, то над нами посмеётся в лучшем случае только половина академии, а не вся? — скептически уточнила она.

— Не надо сразу настраиваться на неудачу, вот я уверена, что всё будет просто прекрасно! Люди верят в то, во что хотят верить. Просто скажи, что попробуешь.

Подруга помолчала пару минут, но потом всё же кивнула:

— Хорошо, ради девчонок надо сделать, что смогу.

— Вот и отлично, мы и тебе потом поможем обязательно, как выпадет удачный момент! — обнадёжила я её.

Матира выглядела несколько испуганной от такого предложения, а вовсе не обрадованной, но это ничего. Вот увидит, как хорошо всё устроится у близнецов, и сразу проникнется!

Тут в кабинет вошёл наш декан и занятие началось. Я была этому даже рада, так как маг отвлёк от размышлений о моей идее Матиру, что дало ей возможность успокоиться.

Конечно, я знаю, что она не особо рвётся в компании, если только на тренировки с парнями, но и этого мне достаточно.

Кто сказал, что мужчины не сплетничают? Просто называют это мужскими разговорами.

Для моего плана такая компания даже лучше, информация быстрее доберётся до нужных людей!

Не знаю отчего, но я была полна энтузиазма, так что настроение совсем не падало, даже когда огненное заклинание совсем не вышло.

Сакра злобно улыбнулась и задрала нос повыше, ведь она его осилила с первого раза, а я мало того, что боялась выпускать свой огонь, так ещё и браслет на руке блок ставил. Им ещё надо научиться манипулировать, но не буду же я об этом рассказывать всем подряд.

Несколько дней я прожила в ожидании результатов своей авантюры. Чутко прислушивалась к разговорам в столовой и коридорах, присматривалась к окружающим, вдруг кто-то хочет подойти пообщаться, но стесняется?

Я успела сводить Майкалза в библиотеку и попытаться познакомить с призраком, но ничего не вышло. Он её не видел, как и все остальные. Женщина и кричать пыталась, и потрогать его за руку, и летала вокруг него, но ничего не помогало, парень её не видел и не ощущал.

Конечно, его это несколько расстроило, но хотя бы то, что я могу пообщаться с ней его радовало.

— Теперь надо более тщательно обыскивать комнаты в чердачных помещениях и башнях, а уж в подвале и подавно может быть что угодно, его не раз уже перестраивали за минувшие столетия, — с азартом размышлял маг. — Где-то что-то могло остаться в тайниках! Раз ты такая находчивая, то именно тебе может повезти там, где все остальные потерпели неудачу!

— Всё может быть, — осторожно подтвердила я.

Не хотелось его сильно обнадёживать, лучше начнём радоваться, если действительно найдём что-то стоящее. Осталось только время выкроить на поиски.

Я то в библиотеке отрабатывала, то на медитации к декану ходила, отчего оставалось всего ничего времени. Единственное воскресенье, которое официально не было у меня занято отработками, занимали занятия, которые копились за неделю. Печаль, да и только!

Наконец выписали Миранду, и я радостно ожидала встречу с ней вне стен лекарской. Она вся горела нетерпением оказаться в общежитии и иметь возможность общаться с людьми, ходить в столовую и просто быть хозяйкой своей жизни, а то диетическое питание и скука её окончательно доконали.

Решила пригласить её в гости через несколько дней, чтобы она успела пообщаться со всеми своими знакомыми.

Занятия с деканом стали давать хоть какой-то результат. Я смогла научиться зажигать над ладонью маленькое пламя, а не огромный пульсар, а один раз даже смогла сделать огненное кольцо около десяти сантиметров в диаметре.

И вот, когда я уже решила, что до новогоднего бала никакого прорыва в моей затее не произойдёт, вечером, когда я уже собиралась идти переодеваться ко сну, кто-то поскрёбся в мою дверь.

Я удивлённо посмотрела на часы, но все же решила посмотреть кто там. Вдруг кому-то из девочек нужна помощь?

Открыв дверь, я увидела тощего парнишку, правда, на целую голову выше меня, что неуверенно мялся у двери и чуть не ежесекундно оглядывался по сторонам.

— Привет, могу вам помочь? — спросила я удивлённо.

— Э, привет, — нервно сглотнул парень и опять обернулся, — может, зайдём в комнату, а? Не хочу, чтобы нас подслушали.

— Хорошо, — пожала я плечами.

Остаться наедине я не боялась, ведь в случае опасности всегда могу воспользоваться своими фейскими силами, браслет блокировал только огненную магию.

— Слушаю, — поторопила его, когда дверь за спиной закрылась.

— Тут такое дело, говорят, ты хорошо предсказания разбираешь, — замялся он.

Я даже дыхание задержала. Вот оно! Заработало! Клюнули на наживку студиозы!

Постаралась изобразить на лице легкую степень безразличия.

— Кто говорит?

— Да много кто, эта новость уже не первый день по академии ходит. Скажи, так это правда?

— Ты хочешь растолковать своё предсказание? — ответила я вопросом на вопрос.

— Да.

— Тогда рассказывай, помогу, чем смогу, — приглашающим жестом указала на кресло, и парень в него рухнул как подкошенный.

Не знаю, чего на его лице было больше — нетерпения или облегчения.

— Когда я был подростком, мне одна предсказательница сказала, что я буду счастлив, но не всегда, худ, но не вечно, радостен, когда придёт время, и найду суженую в месте, где много кто ходил. Что это может значить? Ты можешь мне растолковать? Ведь целый золотой заплатил, а ничего не понял.

Очень хотелось ему поведать, что его развели на деньги, как доверчивого простака, но это повредит моему делу, поэтому я состроила таинственную мордашку.

— Ну слушай моё толкование. Ты счастлив, пока молод, но придёт день, когда твои родные начнут покидать тебя, уходя за грань, и это будет печалить тебя. С возрастом ты возмужаешь, наберёшь массу тела, особенно если будешь пренебрегать тренировками. И радость тебя обуяет, когда ты встретишь свою суженую в стенах академии. Так что смотри в оба и держи сердце открытым!

— Ого, ты так быстро разгадала эту белиберду, а я уже десять лет мучаюсь! — обрадовался он. — Хорошо, что хоть сейчас сплетни не врали. Спасибо тебе! Нужна будет помощь — обращайся. Меня зовут Миклс, я учусь на воздушном факультете на третьем курсе!

— Хорошо, если понадобится, то непременно.

Парень убежал счастливый словно птичка. Как мало надо людям, чтобы стать счастливыми.

Осталось дождаться тех, ради кого эти слухи, что я крутая толковательница предсказаний, были запущены! Держитесь пифии помощь уже близко!

Ожидание моё было недолгим. Всего три дня. Правда, за это время меня успели достать до глубины души.

После того как первый герой явился за предсказанием, народ решил, что и вправду стоит вывалить на меня все предсказания, что им когда-то довелось услышать.

Беда в том, что свободного времени у меня было совсем мало, поэтому меня караулили на переменах, в столовой, после библиотеки.

В самой библиотеке меня никто не трогал, так как библиотекаря побаивались все. Никто не желал быть застигнутым за тем, что отвлекает меня от отработки.

Так что вся моя жизнь превратилась в сплошное толкование. И если поначалу я пыталась говорить красиво, витиевато, ища глубокий смысл, то к концу третьего дня толкования стали сокращаться до трёх или пяти слов, в зависимости от обстоятельств.

Устала я от такого пристального внимания быстро.

Однако стало модно спросить моего совета, вот все и шли, даже если им это было совсем не нужно.

Но заветный стук в мою дверь состоялся как раз вечером, после медитации, на которой я хоть отдохнула от пристального внимания студиозов.

Открывала дверь с безрадостным выражением лица, так как собиралась поваляться в ванной с пенкой, а тут очередные страждущие на ночь глядя, но когда увидела, кто стоит с той стороны двери, то чуть не расплылась в акульей улыбке.

Наконец-то!

Близнецы имели весьма решительный вид, будто не за толкованием пришли, а собрались на войну.

— Да?

— Добрый вечер, леди Ниалинская. Мы извиняемся за то, что наносим визит так поздно, но оказалось, что застать вас одну очень сложно, — взял слово Марк.

— Согласна с вами лорды, нынче у меня нет и пяти минут покоя. Я так понимаю, что вам также требуется предсказание?

— Вы удивительно догадливы, — склонил в лёгком поклоне голову Тарк. — Можем ли мы войти?

— Конечно, прошу вас проходить, — отступила я в сторону и приглашая гостей внутрь. — Желаете чаю с пирожными?

Решила быть любезной и не торопить гостей с уходом.

Парни удивлённо переглянулись.

— У вас и сладости в комнате есть? — облёк в слова их удивление Марк. — Разве есть в общежитии не запрещено?

— Возможно, но моя маменька очень беспокоится о моём здоровье, так что она договорилась с комендантом о моём обеспечении ввиду моего иностранного подданства.

— Ах да, конечно, — кивнул тот же близнец. — В таком случае будет неразумно отказываться от столь щедрого предложения об угощении.

Я птицей метнулась в соседнюю комнату, извлекла вазу пирожных и поднос с чаем из магического пространства. Осмотрела, всё ли красиво выглядит, и направилась обратно в комнату.

Близнецы чинно расселись в кресла и с большим интересом посмотрели на поднос.

— Угощайтесь, — улыбнулась я им, подавая чашки с чаем, которые собственноручно наполняла ароматным напитком.

— Благодарим, — ответил за двоих Марк.

Я не торопила гостей, ведь говорить с набитым ртом некрасиво и опасно. К тому же вкусная еда настраивает на позитивный лад, а я и сама после медитации не против перекусить. Я в библиотеке и на занятиях так не уставала, как на ней. Очень уж старалась научиться работать с огнём через браслет, но давалось это тяжело.

Когда угощения были оценены по достоинству, я наконец обратила заинтересованный взор на близнецов и они правильно поняли его.

— Спасибо за угощение, но думаю, стоит перейти к цели нашего визита, так как время уже позднее, — сказал Тарк.

— В начале нашего обучения, мы получили предсказание, которое растолковать нам так и не смогли, поэтому, прослышав о вашем умении, решили попробовать обратиться, — продолжил Марк.

— Очень хочу узнать, о чём же оно… — изобразила я полное неведение.

— Звучало оно так: «Счастливы будем всю жизнь и вместе будем долгие годы, богатство приплывёт к нам, как только найдём и возьмём необычное в двойном размере».

Как только стих последний звук, парни с большой надеждой посмотрели на меня, а я тихонько выдохнула. Главное — не волноваться.

— Что же, я так понимаю, что вы очень дружны, многое делаете вместе, — стала прощупывать почву в нашем разговоре, подводя собеседников к нужной мысли.

— Так и есть, мы с рождения неразлучны, — подтвердил Марк, — мы же близнецы.

— Я так и подумала, и я так понимаю, что вы не простые смертные?

— Ну до принцев не дотягиваем. Наш отец барон, и есть старших два брата, так что по жизни сами будем пробиваться, — сказал с достоинством Тарк. — Отец оплачивает наше обучение, чтобы мы могли дальше сами строить свою жизнь.

Я замолчала, полуприкрыв глаза, будто в транс погружаясь для пущего эффекта. Парни меня не тревожили, хотя нервно перекладывали руки и меняли позы в креслах, ожидая ответа.

Когда я решила, что хватит их мариновать неизвестностью, открыла глаза и выпрямилась.

— Слушайте, что поведал мне эфир. Вам нужно жениться на странных девушках-близнецах, они принесут вам богатство и счастье в вашу жизнь, будут любить вас, а вы их, и с братом вы не разлучитесь, идя по жизни и дальше вместе.

Вот уж где парни и вправду напряглись. Они как гончие подались в мою сторону, будто след почуяли.

— А эфир вам не поведал, где водятся такие девушки? — с надеждой спросил Марк.

— Увы, но эфир — это не книга пэров, но раз вы получили это предсказание, то, значит, вы их уже встретили или вот-вот встретите, — изобразила я задумчивость. — кстати, вы мне не сказали, а кто вам сделал это пророчество?

— Ой, да наши странные девчонки-пифии, — отмахнулся Тарк и замер.

Он медленно повернулся к брату.

— Да, странные пифии ведь близнецы, — будто высказал его мысли Марк. — Они симпатичные такие, только эта их особенность выдавать предсказания направо и налево…

— Да, какая разница, если это они? Надеюсь, что они не сами нам это напророчили специально? — вдруг впал в подозрительность один из близнецов.

— Нет, это вряд ли, — покачала я головой, — они же выпадают из реальности на время пророчества и сами его не слышат.

— А что вы о них знаете? Вы же вроде с ними общаетесь?

— Почти ничего, пару раз о занятиях поговорили, и я получила пару предсказаний.

— И вас это не раздражает?

— Не особо, меня раздражают навязчивые кавалеры, длинные неудобные платья и насморк, остальное можно не замечать при желании. Так что я думаю, что такие сметливые парни и сами всё смогут узнать, а мне бы хотелось сегодня ещё успеть поспать, — прозрачно намекнула я, заканчивая аудиенцию.

Незачем теперь разводить сантименты, чтобы они не заподозрили и меня в подталкивании к моим подругам. Мне и им этого не нужно.

— Да, конечно, спасибо вам большое.

Мне галантно поклонились и удалились восвояси, я же только потёрла ладошки. Попались! Пусть знакомятся. Девчонки отличные, им нужен только шанс для общения, а там не влюбиться в таких милашек просто нельзя!

Честно сказать, я полночи ворочалась и не могла уснуть.

Вот вроде бы чувствую, что всё будет хорошо, но волнуюсь, да и поделиться хочется новостями уж очень.

Не выдержав, я накинула халат и отправилась в гости к девчонкам по уже спящему общежитию.

В дверь пришлось стучать долго, пока наконец мне не открыла совершенно сонная Лисса.

— Фиалка? Ты чего в такое время не спишь? Что-то случилось? — встревожилась она.

— Не могу уснуть! От новостей распирает! Ваши красавцы любимые будут с вами знакомиться! — торжественно проговорила я и уже через пять секунд сидела в комнате, так как меня туда буквально втащили в четыре руки.

— Откуда знаешь?

— Правда?

— Кто сказал?

— Когда придут?

Вопросы сыпались с бешеной скоростью и параллельно, поэтому я не могла понять, кто и что спрашивает.

— Тихо! — шикнула я.

— Знаю я потому, что они поняли из вашего предсказания, что их суженые — это вы!

— Это как же они поняли? А до этого не понимали?

— Понять им помогла я. Они пришли ко мне растолковать предсказания, я так и сделала.

— Так эти слухи о тебе правда?! — возопила Тисса. — Мы думали, злые языки врут, зря мелят!

— Я специально пустила этот слух через Матиру, чтобы ваши парни их услышали и пришли ко мне, а я уж ненароком намекнула на ваши персоны. Только теперь не проговоритесь. Я сказала, что мы едва знакомы, поэтому пока завтракаем отдельно. Ждите, пока они к вам не подойдут, а потом тихонько мне расскажете, как всё прошло.

— Поверить не могу, что ты такое устроила, — взволнованно прошептала Лисса. — Целую аферу ради нас провернула. Боже, а если мы им не понравимся?

— Не говори глупостей, вы прелестны. Как вы можете не понравиться? — сказала я совершенно серьёзно. — И у вас серьёзное преимущество перед другими девочками, так как вы тоже близняшки, значит, будете хорошо понимать парней, вы красавицы, богаты и необычны. Да вам все завидовать будут!

— Надеюсь, — прошептала Тисса, — я теперь точно не усну!

А вот я выговорилась и почувствовала, что сон меня нагнал. Широко зевнула, потянулась и решила, что пора уходить к себе.

— Девочки, у вас есть что обсудить, а я пошла спать, я столько дней толковала всякую чушь и не очень, что с ног валюсь. Дальше всё зависит от вас. Могу только пожелать удачи! — на этом я обняла девочек и удалилась в объятья моей мягкой постельки.

Я действительно фея-крёстная для своих подружек!

На следующий день Майклз мне напомнил, что в субботу вечером состоится Новогодний бал, а это значит, что наш шанс пробраться в покои ректора вот-вот настанет.

Не знаю, что я там хотела найти, но что-то должно быть. Не мог же предок парня не иметь никаких подозрений о пропаже жены или хотя бы оставить намёк на то, где он припрятал сокровища рода.

Я совершенно забыла про главное событие года в этой суматохе. И хотя мне, конечно, хотелось посмотреть на праздник, и даже поучаствовать в нем, но, честно говоря, времени ни на что не было. Я так уставала, что не особенно чувствовала прилив радости.

После напоминания Майка я присмотрелась к окружающим и обратила внимание, что вокруг царит приподнятое настроение. Девчонки шушукаются по углам и бросают призывные, трогательные взгляды на парней.

— Что это они на них так смотрят? — удивленно хмыкнула я во время завтрака.

— Ты что, с Луны свалилась? — подняла на меня взгляд Матира. — Девчонки ждут приглашения на зимний бал, а парни не особенно и торопятся с этим.

— Точно, — кивнула я, — ты мне, кажется, говорила об этом, но я забыла.

— Ты вообще ничего вокруг не видишь, только свои «козни» строишь, хотя надо сказать, что не зря стараешься. Наших дорогих пифий близнецы пригласили на бал, и те так счастливы, что это бросается в глаза издалека.

— А мне не сказали, — немного расстроилась я от такой несправедливости.

— Так ты сама сказала не подходить к тебе близко, чтобы не выдать вашу дружбу. Я думаю, они сгорают от нетерпения, так что как-нибудь ночью обязательно прокрадусь к тебе об этом сообщить. Ты хоть к балу подготовилась?

— Ты же видела, что у меня есть платье. Какую ещё подготовку от меня надо?

— Тебе, пожалуй, никакую.

— Но сама ты пойдёшь? Я твоего платья не видела, оно у тебя хоть есть? Честно говоря, за всё время, что я тут учусь, не помню, чтобы я тебя в этом самом платье видела.

— Есть у меня платье, но оно совершенно не идет ни в какое сравнение с твоим. Платье мне не особенно-то и нужно.

— Это ещё почему?

— Возможно потому, что меня-то на бал никто не приглашал, так что постоять в сторонке я могу в любом одеянии. Речь ректора, я думаю, не испортится от качества моего платья.

— Что же ты молчала?! Мы бы уже давно нашли для тебя платье! Самое чудесное! — возмутилась я такой безответственности.

— Поэтому и молчала. Зная твой энтузиазм, так и подумала, что обязательно потянешь меня по лавкам, пытаясь изобразить из меня принцессу, а потом еще какого-то несчастного уговоришь или заставишь пригласить меня на бал, а это ужасно унизительно. Мне, как и любой девушке, хочется, чтобы меня пригласили, потому что я нравлюсь, а не потому, что страшно сказать тебе «нет»!

— Глупости! И, кстати, ты так и не сказала, кто же тот счастливец, который тебе нравится, — переключила я всё свое внимание на подругу. — Я хоть несколько отвлеклась на осуществление мечты близняшек, но отлично помню, что обещала помочь вам всем, но для этого мне нужно знать хотя бы объект ваших желаний.

— Мне как-то неловко об этом говорить, а то ты ещё какую-нибудь сложную схему придумаешь.

Подруга выглядела откровенно несчастной и смущённой, беспрерывно перекладывала ложку по столу и теребила салфетку. Вот что делают с девушками неразделённые чувства!

— Какая разница, какой сложности схема, если она поможет? — не могла понять упрямство подруги. — Ещё когда я тебя просила написать всё, что ты знаешь о парне, чтобы я могла тебе помочь. Девчонки сразу справились, а от тебя ни строчки.

— Я тебе только что сказала, что не хочу быть обузой! — стала горячиться Матира.

— Обуза — это когда ты не хочешь помогать, а тебе навязываются. Я сама предлагаю тебе помощь. От чистого сердца! Парень же, который тебе нравится, я более чем уверена, даже не в курсе об этом!

— Конечно, не в курсе, он же меня не замечает! Я будто пустое место в пространстве! Хотя занимаю совсем немало этого самого места, учитывая мои габариты! — и она хлопнула ладонью по столу, отчего громкий звук разнёсся по столовой и на стали оборачиваться.

— Ты полегче с казённой мебелью, — усмехнулась я. — Не хочешь признаваться, значит, не надо, не буду же я тебя пытать.

— Вот и договорились, — буркнула Матира.

Сочла за благо на этом пока закрыть тему. Она явно была болезненной, так что вычислять парня, что ей нравится, придётся самой. Думаю, это будет проще, чем отыскать состояние для Майкалза. А там уж придумаю, как помочь этой гордячке, было бы желание. Сама она близняшкам помогла, хотя ей было тяжело, значит, мы её тоже в беде не бросим, даже если она об этом не будет знать.

Весь день я упорно училась, хотя у всех остальных головы были заняты абсолютно другим.

Даже преподаватели не особенно усердствовали на предметах, так как видели, что это бесполезно. Что бы они ни говорили, народ только сидел и сплетничал о предстоящем празднике. Девчонки обсуждали платья, парни — кого пригласили, такие темы никакое образование перебить не могло.

Мне на сегодня отменили отработку в связи с праздниками и возобновится она только после зимних каникул, но я думала отказаться от этой привилегии, чтобы побыстрее отработать. В отличие от других студентов, я не собиралась ехать домой, буду здесь, может, успею еще что-то поискать, пока в академии будет пусто.

В одном из коридоров я увидела близнецов-пифий, которые стояли рядом со своими кумирами и взирали на них с трепетной нежностью.

По виду парней нельзя было сказать, что они несчастны, никто из них не обращал внимания на окружающих, пары общались между собой, и было видно, что никто им и не был нужен.

Порадовалась за них издалека, и не стала прерывать их уединение.

Даже последние две пары сегодня отменили, чтобы девочки успели приготовиться к балу, что вызвало бурный восторг у всех. Я же решила, что это время нужно потратить с пользой, то есть выспаться. Неизвестно сколько я потрачу времени на поиски, ведь ещё как-то нужно пробраться в кабинет ректора, а времени на это совсем мало. Под эти мысли я и уснула.

Разбудил меня яростный стук в дверь. Я недоумённо открыла глаза не понимая, что случилось, но тот, кто стучал, уходить явно не собирался. Я лениво побрела к двери. За ней стоял Майкалз, одетый с иголочки в бордово-коричневый сюртук, чёрные брюки, начищенные туфли, волосы были аккуратно уложены.

— Фиалка, только не говори, что ты даже не начинала собираться! — воскликнул он, увидев мою помятую моську и такое же платье. — Ты что, спала все это время?!

— Спала, и что так нервничать? — пробормотала я и широко зевнула. — Заходи, мне нужно десять минуту, и я буду готова.

— Десять минут? Да тебе часа три-четыре нужно, чтобы собраться!

— Хочешь поспорить? — полуобернулась я, уже направляясь к входу в спальню.

— Пожалуй, нет. Дам тебе шанс показать своё мастерство!

Он с гордым видом уселся в кресло, указывая всем видом, что он сидит и ждет меня. Неужели думает, что я подведу?

В спальне я скинула помятые вещи, умылась, расчесала волосы и надела платье и чулки, хлопнула два раза в ладоши, и волосы завились аккуратными кольцами, при следующем хлопке поднялись в причёску, которую я заколола своими любимыми недавно приобретёнными заколочками со звёздами. Провела вдоль платья руками, и оно расправилось, как будто его только что отгладили. Надела драгоценности, которые мы покупали с мамой, ноги вставила в туфельки, и вот я уже готова к выходу в свет! Хотя нет! Капельку подвела глаза, подкрасила реснички и чуточку блеска на скулы. Всё, вот теперь готова.

Распахнула дверь и посмотрела на часы.

— Ровно десять минут! — улыбнулась я, выходя из спальни.

Передать выражение лица Майка было невозможно.

— Ты осторожнее так глаза выпучивать, а то ещё выпадут! — рассмеялась я.

— Как тут не удивляться? Ты побила все рекорды по скорости, даже я собирался как минимум полчаса!

— Вот такая я загадочная девушка, — неопределённо ответила я, и мы чинно покинули комнату, чтобы спуститься в бальную залу.

Думаю, мы смотрелись вместе весьма эффектно, так как встречающиеся нам на пути студенты осматривали нас с большим интересом. Девушки бросали завистливые взгляды на моё платье, отводили резко взор, будто бы и смотреть им было не на что, но потом опять украдкой осматривали каждый сантиметр.

Парни моим платьем интересовались мало, а вот его содержимым и моими драгоценностями больше. Но ни первые, ни вторые о своих думах вслух ничего не говорили, а обсуждали нейтральную тему, которая кратко сводилась к рассуждениям, пара ли мы с Майкалзом, или просто объединились, чтобы одним не приходить.

— Он, конечно, симпатяга, но беден как церковная мышь, — шептала одна девица своему кавалеру, — а она — смотреть не на что, но при деньгах, так что их союз был бы выгоден им обоим.

— Обычный Майк, как и многие тут, а вот на иностранку ты зря наговариваешь, она лакомый кусочек. Личико вполне и фигурка, в этом золотом кружеве смотрится потрясно, да и звонкой монеткой её маменька не обижает, так что она намного лучшую партию может найти, — отвечал её кавалер.

— На что ты намекаешь? Что я хуже этой девицы? — взвилась его пассия.

— Не говорил я такого, ты прекрасна и вне конкуренции, — тут же пошёл на попятную её кавалер.

— Так-то! — фыркнула собеседница, и они закрыли обсуждение наших персон.

Всё время, пока их слушала, любовалась коридором. Его украсили к празднеству. По стенам за вечер выросли сосульки, что блестели в свете магических шаров. Иней полз по светильникам. Даже лёгкий снежок падал из-под потолка, но не достигал студентов, спешащих на бал. Перила обвил зелёный плющ, но края его листовых пластинок были припорошены серебристыми блёстками, он красиво мерцал. Пол же выглядел застывшей рекой, но был абсолютно не скользким.

— Ты же не расстраиваешься из-за таких разговоров? — вдруг спросил Майкалз. — Ты мне нравишься вовсе не за деньги и красоту.

Я удивлённо повернулась к нему.

— Даже не думала об этом, ты же мне сразу сказал, что ищешь состояние предка, так что какие уж тут тайны? Я думаю о том, что надо бы тихо улизнуть, как только ректор появится, а украшения вы придумали очень красивые! — проговорила я на одном дыхании.

— Мог бы и догадаться, что тебя тревожит вовсе не болтовня студентов, — чуть улыбнулся Майкалз. — Но ты мне серьёзно нравишься и, как только мы найдём моё состояние, я начну по-настоящему за тобой ухаживать: с цветами, конфетами, ресторациями и прогулками под луной в карете.

Тут я действительно удивилась, но постаралась не подать вида. Мы вроде просто дружили, Майк не подавал признаков заинтересованности во мне как в девушке, я даже и думать о таком не смела. А он, оказывается, ждёт, когда сможет ухаживать за мной по-настоящему, а сейчас боится навязывать свою бедную персону?

— Ты же понимаешь, что деньги меня не интересуют? — шепнула ему, чтобы окружающие не услышали.

— Конечно, у тебя они есть, поэтому смысл ими интересоваться, но я другое дело, — твёрдо ответил парень. — Принять помощь в их поиске я готов, но жить на средства своей девушки или жены не готов.

Я даже чуть вздрогнула. Ого как он серьёзно и глубоко зрит. Даже жена не должна его содержать! Приятно, конечно, что он не покушается, как другие, на моё состояние, но вот именно его бы я не стала отталкивать. Очень уж мне нравится его общество.

Чуточку покосилась в сторону парня, он чуть хмурил брови и о чём-то напряжённо размышлял. Я не сдержалась, взяла его за руку и сжала ладонь, чтобы поддержать его, о чём бы он там не размышлял.

Майкалз сначала посмотрел на наши сомкнутые руки, потом посмотрел мне в глаза.

— Всё будет хорошо, — сказала я, — найдём мы твоё состояние.

Он вдруг так светло и весело улыбнулся:

— Раз ты говоришь, то я тебе верю! Ты же у нас великая толковательница предсказаний!

— Вот об этом и думай.

Наконец мы достигли дверей в зал, где будет проходить торжество. Тут имелась сцена, также украшенная сосульками и плющом. В углу стояла огромная ель, просто ослепительно сияющая шарами, звёздами и гирляндами.

Студенты распределялись по парам, собирались группками, или стояли по одному. Вот так одиноко стоящую я и увидела Матиру. Она стояла, выпрямив спину до хруста в позвонках, как мне казалось, и неотрывно смотрела на сцену, где пока ровным счётом ничего не происходило.

Платье на ней было довольно строгим, зелёного цвета, что ей не очень-то и шёл, с неброской вышивкой. Честно сказать, не её это был фасон, она себя чувствовала явно неуютно в этом наряде.

— Пойдём к Матире, а то она там одна стоит как в поле деревце, — указала я на девушку Майку.

Он только кивнул, даже не собираясь спорить.

— Привет! Ты быстрее нас добралась! — весело сказала ей.

Матира вздрогнула, так ушла в свои мысли, что не увидела нашего приближения.

— Это не ложно, я особо не прихорашивалась, — пожала она плечами.

— Никого из знакомых не видно? — спросила я.

И как раз в этот момент к нам подошла Миранда и застенчиво поздоровалась. На ней было прелестное голубое шёлковое платье с белоснежным кружевом.

— О, позвольте представить мою подругу по несчастью пребывания в целительском корпусе, Миранду! — сказала я ребятам.

— Мне очень приятно, — кивнула она. — Фиалка много о вас рассказывала.

Матира даже немного в лице изменилась.

— Только хорошее! — тут же поспешила сообщить Миранда.

— Я хотела удивиться, что она нашла, что обо мне рассказать, — успокоила её Матира.

— Только её рассказы и держали мой моральный дух на плаву, — вздохнула подружка, — кроме неё меня никто не навещал, и я умирала со скуки.

Пока мы болтали о всякой ерунде зал наполнился людьми, а на сцену взошли деканы факультетов. Они тоже были нарядно одеты в честь праздника.

— Прошу минуточку вашего внимания, — разнёсся усиленный голос секретаря ректора. — Сейчас ректор Васторс произнесёт речь, затем выскажутся деканы, а потом уж начнётся бал и праздничное застолье для желающих.

Все зааплодировали, а я чуть дёрнула Майкалза за рукав, указав глазами на дверь.

Мы стали продвигаться к ней, но нос к носу столкнулись с видным мужчиной, большого роста и приятной, я бы даже сказала харизматичной наружности, что входил в зал.

— Добрый вечер, — сказал он, посмотрев на Майкалза, — надеюсь, вы не уходите?

— Э… нет, ректор Васторс, — отозвался мой друг, и я поняла на кого нам не посчастливилось наткнуться.

— Вот и хорошо, а то тут ещё будет сюрприз для студентов, поэтому дверь я пока прикрою, — и он закрыл её у нас перед носом.

Да, вот это невезение по полной программе. Ну не ломать же эту дверь на глазах у всех, да и Майк уже сказал, что мы не уходим. Осталось только тяжело вздохнуть и вернуться на место.

— Ничего, не последний день живём, — шепнул мне на ухо Майкалз, и я кивнула.

— Уважаемые студенты, позвольте поздравить вас с очередным прожитым в стенах нашей академии годом. Я уверен, что он прошёл плодотворно, и вы многому научились. Приобрели не только знания, но и жизненный опыт, который иногда даже важнее, ведь ваша жизнь будет долгой, и решать задачи вам придётся не только магического толка.

Он говорил довольно долго и многие его слова мне были приятны и понятны. Вообще, наш ректор произвёл на меня большое и неизгладимое положительное впечатление.

Затем, как и было обещано, слово брали деканы и рассказывали о достижениях своих подопечных, не забывая о планах на будущее.

— А теперь обещанный сюрприз! — объявил ректор, когда со сцены сошёл последний декан.

Двери в холл распахнулись и на секунду установилось молчание, пока все оглядывались, чтобы увидеть, что там находится музыкальная группа и два солиста.

И тут будто все сошли с ума, мужская половина засвистела и заулюлюкала, а девушки, растеряв всякие условности и нормы, визжали как маленькие, а некоторые просто прыгали от восторга.

— Чего это они? — удивилась я.

— Ты что, не слышала группу «Розы с шипами»? Они же знамениты не только в нашей империи, — сказала Матира.

— Может, и слышала, — пробормотала я, но на меня немного-то и внимания обратили.

Студенты хлынули к своим кумирам, а те не стали ждать долго и начали выступление.

Надо отдать им должное, пели они потрясающе, репертуар был разным. Мне очень понравились баллады. Я могла бы просто их слушать, но Майк пригласил меня танцевать, так что мы неспешно кружились по залу под чарующие звуки музыки и голоса.

— Вот уж действительно дар у людей.

— Да, но и работают они много. Так жить надо ещё уметь, — отозвался парень. — Они же вечно на гастролях, сочиняют, исполняют.

После десятой композиции мы отошли к столам попить.

Тут мы были не одиноки, многие хотели освежиться. Майк извинился и отошёл в уборную, я же высматривала на столах, что бы мне хотелось съесть. Все живо обсуждали просто потрясающий сюрприз ректора.

Я стала отходить от стола, когда на меня кто-то налетел и на платье выплеснулся вишнёвый сок, тут же оставивший уродливое пятно на моём чудесном платье.

— Извините… — начала извиняться Сакра, но увидев меня, замолчала, — а, это ты. Тогда и слова тратить не буду. Тебе так лучше! — злобно хмыкнула она и удалилась с гордым видом.

Девчонки, что стояли вокруг, никак не пытались мне помочь, хоть явно и не злорадствовали, но и осуждать Сакру не спешили.

Я решила не скандалить, чтобы не портить всем вечер, а просто провела рукой по платью, и оно под моей ладонью поменяло цвет с золотистого на насыщенно-фиолетовое.

Вокруг раздались сдавленные охи. Заклинание преобразования и изменения материи могли использовать немногие, и уж тем более из студенческой среды.

Я окинула их насмешливым взглядом и отошла. Пусть завидуют, раз уж принципов своих не имеют.

В дверях меня Майк и встретил. Окинул внимательным взглядом.

— Что случилось? — верно определил он ситуацию.

— Досадная неприятность. Сок на платье пролился, — отмахнулась я.

— Что же, зато только ты смогла переодеться в течение одного бала, — улыбнулся он.

— Да я так могу всю ночь менять цвет этого платья, а если очень надо, то и фасон.

— Не стоит всем демонстрировать твои потрясающие умения. Надо что-то иметь про запас! — коварно улыбнулся Майкалз. — Готова продолжить?

— Всегда!

И мы до самого утра танцевали, болтали с друзьями, перемыв все косточки Сакре за её выходку, и ушли одними из самых последних пар. Вечер получился и вправду чудесным.

Уже возле дверей моей комнаты Майк наклонился и поцеловал меня, едва касаясь до губ. Это скорее было обещание, чем настоящий поцелуй, но я и этому была рада, и ещё час не могла уснуть, думая о почти поцелуе!

Следующий день всем дали отдых для того, чтобы отоспаться после бала, поэтому все студенты и даже преподаватели мирно спали утром. Даже я, уставшая ворочаться ночью, видела какой-то сон, когда солнечный луч уже уверенно перемещался по моей постели, полагая, что пора бы уже и проснуться.

Но поднялась я, как и большинство обитателей академии, в обеденное время. Сладко потянулась, проморгалась и решила, что пора бы уже и подняться, чтобы узнать у друзей и подруг планы на зимние каникулы.

То, что я никуда не собираюсь уезжать, секретом не являлось. Мне надо подтягивать учёбу, да и приехала я не так давно, чтобы уже соскучиться по дому.

С этими мыслями я собралась и спустилась в столовую, чтобы наполнить не только желудок едой, но и сознание планами и новостями.

Первым, кого я увидела, был Майк, он задумчиво смотрел на компот, будто ища в нём ответы на все вопросы. Время от времени он тяжело вздыхал.

Когда же он увидел меня, идущую в его сторону, то сразу же сменил выражение лица с задумчивого на робкое.

Чего это он смотрит на меня так, интересно? Решила, что терзаться сомнениями это не моё, поэтому едва присев за стол тут же решила всё прояснить.

— Что за непонятное выражение на твоём лице? — спросила я. — Ты что-то натворил? Не знаешь, как мне об этом сообщить?

— Ну, а ты как бы не догадываешься? — неуверенно спросил он. — Я вчера вечером перед уходом сблизился с тобой, возможно, несколько поспешно.

Он отвёл глаза в сторону и вздохнул, видимо, от моей непонятливости.

— И из-за этого ты теперь переживаешь? А я-то, глупая, думала, что всё нормально! Или тебе так не понравилось, что ты теперь не знаешь, как мне об этом сообщить, чтобы не обидеть?

— Нет! Мне понравилось! Просто мы же друзья, а тут ещё вчера этот разговор дурацкий, что ты хорошая партия, а я бедный, вот и может показаться, что меня вроде как озарило. Ты не думай, просто момент был такой подходящий, а ты такая красивая, что я даже немножко не сдержался.

— Тогда будем считать, что всё в порядке, — улыбнулась ему в ответ.

А то после такой долгой прелюдии я уж подумала, что он попробует красиво меня отшить, а он вон какой трепетный оказался. Даже не знаю, что меня радует, то ли это странное чувство, будто радость поселилась внутри и не уходит, то ли, что я вообще нравлюсь парню, который нравится мне, просто так. Не нужно устраивать никаких хитростей, чтобы с ним познакомиться или понравиться.

Кстати, об этом. Я оглядела зал на предмет нахождения Матиры. Я так и не узнала имя того, по кому она страдает. Надо бы присмотреть за ней, возможно, даже проследить, чтобы выяснить этот момент.

— Кого ты ищешь? — спросил Майк, заметив мой интерес к окружающим.

— Одногруппницу.

— Это Матиру ты имеешь в виду?

— Да, её.

— Она сидит в углу за твоей спиной с довольно мрачным выражением лица. Сейчас я её позову, — и он даже успел приподняться со стула, когда я его дёрнула обратно.

— Не нужно, — зашипела я на него.

— Вы что, успели поругаться со вчера? — удивлённо спросил он, опускаясь на место.

— Вовсе нет, но тут такое дело, — замялась я. — ей кто-то нравится в академии, но я не могу вытянуть из неё, кто это. Хочу немножко понаблюдать за ней, чтобы знать наверняка. Она почему-то уверена, что взаимности не добьётся.

— А ты уверена, что наоборот?

— Конечно! Она же замечательная! Нужен только шанс пообщаться с ней поближе, но она несколько замкнутая девушка, не удивлюсь, если и её кумир тоже. Тогда они никогда могут не заговорить, поэтому неплохо бы создать подходящие условия, и возможно, всё получится!

— Ты просто не можешь пройти мимо чужого горя. Ты уже помогаешь мне, загорелась выручить привидение в библиотеке из беды; библиотекарю, который только и делает, что ворчит, а ты стараешься, будто в похвалах купаешься; теперь подруг пристраивать взялась.

— Мне не трудно, — пожала я плечами.

— Я полагаю, что знаю, кто предмет её воздыханий. Хочу сказать, что губа у твоей подруги не дура. По нему половина академии сохнет. И ты верно угадала с характеристикой его характера. Он просто утёс в бушующем море, вообще не реагирует на все охи и вздохи женского населения, занят только учёбой и тренировками.

— Кто это? И откуда ты так осведомлён об этой загадочной личности?

— Это третьекурсник с моего потока, его зовут Байкон Кропс. Мы часто тренируемся на одном полигоне, и я давно приметил, что в те же дни всегда приходит и твоя подруга. В отличие от его поклонниц, она никогда не лезет знакомиться, но часто посматривает в его сторону молча.

— Так, полдела уже сделано. Теперь нужно организовать им совместный досуг.

— Как ты себе это представляешь?

— Много как, самый простой способ их где-то вместе запереть или дать совместное задание, чтобы они могли познакомиться абсолютно непринуждённо.

— А у тебя есть власть давать такие задания? — усмехнулся Майк.

— Сам же знаешь, что нет, вот поэтому мне и нужно время, чтобы подумать об этом. Но будь уверен, что я обязательно решу этот вопрос. А парень хоть хороший? Чтобы не сосватать ей какого-то пройдоху!

— Хороший боец, спокойный, семья тоже ни в каких тёмных делах не светилась, а больше сказать не могу. Мы учимся на одном отделении, но особо не дружим, но про брошенных подружек ни слова было неслышно.

— Кстати, ты на каникулы где остаёшься?

— Тут, не хочу обременять семью. Я же лишний рот дома, да и время можно потратить на продолжение поисков. Ты как, со мной?

— С тобой. До вечера с тобой, а вечером в библиотеке буду, чтобы быстрее отработку пройти.

— Так у тебя никаких каникул не будет, ты всё время что-то будешь делать! — возмутился парень.

— Почему? Ты разве после библиотеки меня не будешь приглашать посмотреть на звёзды, почитать книгу у камина, поболтать в конце концов.

— Ну, если за день я тебе не буду смертельно надоедать, то, конечно, все вечера твои.

— Я бы ещё и магии немного поучилась, а то я всё равно отстаю.

— Не вопрос, буду тебя подтягивать.

Мы долго обсуждали, чем можно заниматься вдвоём, и что мне нужно узнать из самого необходимого в магии, какие книги можно найти в библиотеке, чтобы понятно было изложено.

— Привет! — раздалось над нашими склонёнными головами.

Близняшки светились словно новые монетки. От их улыбок солнечным зайчиком должно стать стыдно за свою блёклость.

— Я смотрю, у вас хорошее настроение, — улыбнулась им в ответ.

— Ещё бы! Благодаря тебе, мы провели самый потрясающий новогодний праздник! — сказала Тисса с придыханием.

— Да, великолепный! Я до сих пор не верю, что братья пригласили нас с собой на бал! И мы уже договорились погулять вместе в городе на праздниках. Не так уж мы далеко друг от друга живём! — щебетала Лисса.

— Главное, что вам понравилось. Вы когда отбываете?

— Через два часа. Специально прибежали поблагодарить тебя, чтобы ты знала, какая замечательная! — сообщила Тисса счастливым голосом.

— А теперь нам пора! Ещё вещи совершенно не собраны! Встретимся в следующем семестре! — уже на бегу сказала Лисса, и они исчезли в дверях столовой.

— О чём я и говорю, — многозначительно протянул Майкалз.

— Я и не отрицаю своей причастности.

Договорить мы опять не успели, так как к нам подошла Матира, а следом Миранда, что всё ещё сладко зевала.

— Я еле открыла глаза, — сообщила она, подперев кулачком щёку. — Спать хочу ужасно. Только бы не проспать карету, а то домой завтра придётся ехать, а не хочется день терять.

— Ну ты и соня, — серьёзно сказала Матира, — сиди здесь, чтобы и правда не проспать транспорт. Я тоже выезжаю через два с половиной часа, так что могу тебя толкнуть в нужный момент, чтобы ты не прозевала его.

— Спасибо, — сказала девушка, однако тут же стала устраиваться на сгибе локтя, так как глаза её отказывались быть открытыми.

— За ней точно нужно присматривать, а то проспит, — резюмировал Майкалз.

Так, за беседой и шутками мы провели эти самые пару часов, о которых шла речь ранее, проводили всех подруг, а сам вечер остался в нашем полном распоряжении, ибо оказалось, что из всей академии на каникулы остались здесь только мы с Майкалзом, так что всё великолепие замка, украшенного к балу, видели только мы. О таком даже мечтать было трудно, а тут такой подарок судьбы. Кругом одна романтика!

И вот академия будто вымерла. По коридорам не сновали студенты, не было грозных окриков преподавателей, что журили и одёргивали шумящих студентов, вообще ничего и никого не было. Стояла такая тишина, что было слышно собственное дыхание.

Интересная мысль пришла мне в голову, ведь пустота академии давала простор для действий.

Я огляделась. Нарядные ёлки переливались всеми цветами игрушек, что служили им украшением. Гирлянды матово блестели. Кругом красота и мы вдвоём.

Повернулась к Майкалзу, чтобы что-то сказать, но вот что? На меня накатило смущение, от его странного взгляда, которого ранее я не видела. Язык будто прилип к нёбу и не собирался мне помогать. Вот что за ерунда?

Парень смотрел на меня молча, его взгляд скользил по моему лицу, а потом будто прилип к губам. Так, наши мысли явно не совпадают.

— Хочешь я угадаю, о чём ты думаешь? — чуть слышно спросил он.

— Попробуй, — едва пролепетала я, уже решив, что ни за что не сознаюсь в своих мыслях, хоть пытайте меня, ибо стыдно.

— Ты думаешь, что когда вокруг такая красота, то романтичные мысли волей-неволей посещают голову, — сказал он. — Угадал?

— Почти, — всё так же тихо ответила я.

Он внимательно посмотрел на меня.

— Ладно! — не выдержала я. — Всё очень красиво, но думала я том, что сейчас самое время обшарить комнату ректора, а то поздно вечером он там будет спать! Вот!

Сдула прядь волос с раскрасневшегося лица.

Майк изменился в лице. Некоторое разочарование точно присутствовало, но он постарался его скрыть и сосредоточенно нахмурился.

— Ты думаешь, что сейчас самое время?

— По идее, сейчас ректор должен быть в кабинете, а не в спальне, так что можно было бы тихо прокрасться к его покоям. Другого удобного времени может и не выпасть, — убеждала я парня.

— А если нас застукают? У тебя и так наказание! До выпуска будешь отрабатывать? Я вовсе не хочу, чтобы ты все вечера проводила за уборкой.

— Так, Майк, прекрати паниковать. Если всё время думать, что может случиться, то ничего и никогда не произойдёт. Идём. Разведаем обстановку, а после, можно будет и на первое свидание сходить! — коварно добавила я для придания энтузиазма моему другу.

Он даже дыхание затаил.

— Куда же ты хочешь пойти?

— Будем исследовать все невиданные мной достопримечательности академии, её красоты и укромные уголки!

Майк сразу как-то оживился, моя идея по апартаментам ректора стала выглядеть не столь ужасающе, и он задумался о ней уже всерьёз.

— Пожалуй, ты права, ночью идти смысла нет, так как точно наткнёмся на владельца комнат, так что давай сейчас пойдём. Быстрее сходим, быстрее вернёмся. Хоть я и не особо верю, что мы там что-то найдём.

— Оставь свой пессимизм. Если так думать заранее, то действительно можно ничего не найти! — возмутилась я. — Мы должны взглянуть новым взглядом на вещи. Ты же не видел этих комнат?

— Нет. Кто бы меня пустил в апартаменты ректора академии? — удивился парень.

— Ну вот! А уже уверен, что ничего не найдёшь!

— Понял, идём тогда, — поманил он меня за собой.

Мы прошли по холлу, нескольким коридорам, поднявшись на четвёртый этаж, и прислушались.

— Ректор живёт в основном здании?

— Да, он и деканы занимают четвёртый этаж, — шепнул в ответ Майк. — Во времена моего предка общежития ещё не существовало. Там была, как говорят, каменная хозяйственная одноэтажная постройка, и всё.

— Понятно.

Мы практически на цыпочках прокрались к двери. Майк провёл вдоль неё рукой, будто проверяя её.

— Ты охранки ищешь?

— Нет, и так понятно, что они тут есть. Я размышляю как их снимать.

— А ты такое умеешь?

— Немного, я всё же не вор-домушник, поэтому мои познания не назовёшь обширными, — несколько смущённо отозвался Майк.

— Я и не ожидала, что ты профессионал в таких делах, но рада, что сразу не отказываешься.

Майк достаточно долго пытался что-то сделать, водил руками вдоль двери, вызывая её свечение, бормотал под нос заклинания, строил какие-то фигуры из пальцев, которые мне больше всего напоминали дулю, но злополучная дверь никак не желала поддаваться.

— Нет, Фиалка, на ней защита такая стоит, что я даже не знаю, что ещё можно сделать, — наконец, признал своё поражение Майк и отошёл от двери.

Я немного постояла, раздумывая, стоит ли и мне поучаствовать во взломе на глазах парня, но более удобного времени могло больше и не быть, поэтому я сделал шаг вперёд.

— Давай-ка и я попробую, раз уж пришли, чтобы потом не было обидно, что даже не решилась, — сказала я абсолютно невинным тоном девушки, что вообще ничего не смыслит во взломах.

В общем-то, так оно и есть, но мне необязательно что-то знать, чтобы сделать. Я же фея, мне стоит только хорошенько пожелать, а я очень хотела попасть за эту дверь, просто неимоверно!

Для вида я тоже стала водить руками, бормотать какую-то околесицу, создавая видимость бурной деятельности, а потом просто открыла эту пакостную дверь. Замок щёлкнул, и мы оказались на пороге апартаментов ректора, так и не решаясь сделать шаг внутрь.

— Как ты?.. — только стал бормотать Майкл, а потом махнул рукой и впихнул меня внутрь, закрыв за нами створку.

— Нечего маячить в коридоре, а то ещё, не ровен час, кто заметит. Ничего себе у тебя таланты! Надо было сразу сказать, а то я как дурак там старался, время терял.

— Да просто новичкам везёт, — скромненько отозвалась я, жадно осматриваясь кругом.

А посмотреть было на что. Покои и впрямь были шикарными и просторными. Всюду шёлк, парча, бархат, позолоченные шнуры, светильники.

В вазах стоят цветы, которые, надо полагать, не вянут под действием заклинаний.

Я сразу же попробовала посидеть на диване, потрогала статуэтки, выглянула в окно.

— Фиалка, что ты делаешь! — шикнул на меня Майкалз. — Ещё увидит кто!

— Ладно, не волнуйся так, всё же четвёртый этаж.

Парень строго глянул на меня, как бы сообщая, что он думает о столь незначительной высоте.

Но, в общем-то, он прав, ещё не хватало, чтобы из-за нас про ректора пошли неприличные сплетни! Вот уж будет неловкость!

Шкафы у письменного стола были забиты книгами разной степени древности. Один стеллаж занимали рабочие свитки и корреспонденция.

Я сунула нос во все доступные ящики, а когда Майклз вышел в спальню, то и недоступные.

Прошла вдоль стен, ища какие-нибудь аномалии или тайники, но нашла только сейф с деньгами, который даже открывать не стала при парне, раз там ничего интересного нет. На деньги смотреть нам неинтересно, мы же не воры!

Я присела в одно из кресел и осмотрелась.

В целом всё роскошно, в одном стиле, дорого.

Пожалуй, из всего интерьера выделялась одна картина. На ней был изображён мужчина пожилого возраста. Он стоит вполоборота к зрителю и смотрит на стол, где лежат обыкновенные свитки, на краю стоит ваза с цветами, и среди этого беспорядка книга.

Довольно мрачное произведение в тёмных тонах, и веет от него одиночеством.

— Майк, а ты не знаешь, кто это на картине? — крикнула я.

Парень вернулся в гостиную-кабинет и посмотрел на картину.

— Полагаю, это и есть мой предок, чью жену убили. По крайней мере, родители говорили, что она тут есть. Раз более подходящей картины нет, значит, это он.

— Грустный.

— Веселиться ему не с чего, — вздохнул маг, — он всеми презираем и надежды доказать невиновность у него уже нет.

— Да, ты прав. Нашёл что-то?

— Абсолютно ничего. Не хочется говорить что-то в духе «я же говорил», но случай вполне подходящий.

Я ещё раз осмотрелась, чтобы запомнить, что тут и где есть, на всякий случай.

— Хочу отметить, что у ректора прекрасный вкус, и в целом мне импонирует его тяга к прекрасному! — улыбнулась я.

— Что ж, леди Ниалинская, я рад, что угодил вам по всем пунктам, — вдруг услышала я за спиной достаточно холодный голос ректора, так как больше тут уже точно никто не мог оказаться. — Хотелось бы услышать, чем обязан вашему визиту в столь странное время, когда меня нет дома?

Мы с Майкалзом дружно обернулись, я в большой неловкости, а он, кажется, в лёгком ужасе. Вот же попали!

В моей голове билась только одна заполошная мысль, что надо прикрыть Майка. Он не должен вылететь из академии из-за моих идей!

— Ректор Васторс! — воскликнула я. — Это всё я! Мне ужас как хотелось посмотреть на портрет столь знаменитого владельца этого замка, поэтому я решила, что не будет большой беды, если я взгляну на него быстренько и уйду!

Всё это я произносила на одном дыхании, стараясь не делать пауз в разговоре.

Майк же просто стоял молча, цвет его лица напоминал наволочку, такой же бледный.

— Интересный рассказ получается, — между тем сказал ректор. — Мало того, вас совершенно не смутило, что вы вламываетесь в моё жилище, вы зачем-то обыскали всё вокруг, хотя столь вами любимый портрет висит на видном месте. И ещё один не менее интересный вопрос: как вы взломали защиту? Я хоть и не ставил убийственных заклинаний, но всё же непросто взломать заклинания архимага.

Майк нервно дёрнулся, но так ничего и не сказал. Наверное, не знал, что тут можно добавить, поэтому старался не усугублять ситуацию.

Я же вдруг вспомнила совет маменьки насчёт споров с мужчиной. Она там что-то говорила, что нужно плакать. Но как это практически выполнить?! У меня слёз ни в одном глазу!

Я лихорадочно соображала, что же такое предпринять? Наконец, просто пребольно ущипнула себя за руку, спрятав предварительно их за спиной. И вот тут слёзы всё же наполнили мои глаза.

Водопада не получилось, но хотя бы что-то. Я шмыгала носом и уверяла, что всё вышло случайно, я же ничего, считай, не умею, а тут такая оказия вышла!

Ректор смотрел на меня с какой-то непонятной мне ухмылкой, и явно не верил ни одному моему слову. Я уже устала и реветь и носом шмыгать, слёзы стремительно заканчивались, а отпускать нас так и не собирались.

— Думаю, за наглость и враньё, нужно назначить вам отработки, для улучшения воспитательного процесса, — наконец сказал он, шагнув в мою сторону.

— Да я уже как бы отрабатываю, — неуверенно ответила ему.

— Уже? Так вы злостная дебоширка и нарушительница дисциплины? — удивился Васторс. — А с виду такая милая юная леди. Так, может, мне следователей из города вызвать?

Он будто в задумчивости приложил палец к губам.

Я же поняла, что сейчас самое время переходить к решительным действиям. Н-да, я надеялась красиво упасть в обморок, но ведь я никогда в нём не была.

— О, студентка, я вас умоляю! Я и то более правдоподобно сыграл бы эту роль! Что вы тут устраиваете пародию на обморок! Немедленно поднимайтесь! — велел ректор, но я готова поклясться, что он еле сдерживал смех.

— Нет, — сказала я, лёжа с закрытыми глазами, — я не выйду из обморока, пока вы не пообещаете не вызывать следователей!

— Это ещё почему?

— Потому что я и так отстаю по учёбе, мне нельзя отлучаться из академии, я ещё не все конспекты переписала и не все книги изучила!

Ко мне подошёл Майкалз и присел рядом.

— Фиалка, вставай, это и впрямь уже зашло слишком далеко, — шепнул он. — Я переживаю, что ты лежишь на полу.

— Вот неугомонная особа! Теперь уже прилежная ученица, а не взломщица. Зачем вы втянули в это дело такого перспективного студента, как Стротс?

— Ну ладно! — вскочила я на ноги. — Не интересны мне ваши покои! Я пытаюсь разгадать пропажу жены первого владельца замка и отыскать состояние семьи Майкалза!

Я сурово смотрела на мага, пытаясь ему хоть мысленно внушить, что я не вру и вовсе не покушалась на его собственность, что бы он там не думал! Сдались мне его побрякушки и монеты!

— Так, уже становится интереснее, а главное, обретает смысл, — сказал ректор и, пройдя за свой стол, уселся в кресло. — Присядьте-ка и расскажите по порядку, что вы такое придумали? Ведь не одно столетие ищут, а тут вы вдруг возомнили себя великими искателями! Вы знаете что-то, неизвестное остальным?

— Не то, чтобы знаем, — замялась я, — просто надеемся узнать. А то, что никто ничего не нашёл, только и значит, что у нас есть шанс!

— А вы весьма напористая особа! Мне это даже импонирует. Я в молодости тоже верил только в свои силы, но всё же вламываться в чужие покои неприлично и опасно.

— Так что же делать, если тут могли быть подсказки? — вздохнула я.

— Разве вы что-то нашли?

— Нет, но я и подумать не успела, как вы пришли!

— Простите великодушно, что сбил с мысли, — усмехнулся ректор. — Поступим так: раз уж вы уже наказаны, то продолжаете отрабатывать. А вы, молодой человек, раз уж так любите компанию сей студентки, будете ей помогать. Надеюсь, что месяц отработок заставит вас задуматься о том, что нельзя делать всё, что взбредёт в голову. Это вам понятно?

— Да, господин ректор, — дружно ответили мы и поднялись со своих мест.

— А теперь идите и думайте над своим поведением!

Мы вышли из апартаментов ректора и, не сговариваясь, выдохнули.

— Вот так попали! — не смогла сдержать я эмоций.

— И не говори. Жаль, что так безрезультатно. Было бы не так обидно, если бы что-то нашли, а так только отработку получили.

— Ничего, ты не расстраивайся! Есть же ещё и комната декана, — старалась я успокоить парня.

— Постой, ты после всего, что случилось сегодня, хочешь продолжить в том же духе?

— Ну а как вести расследование, если ничего не предпринимать?! — возмутилась я. — Конечно, просто необходимо прокрасться и туда. Вдруг там будет важная зацепка!

— Ты просто невозможна! — схватился за голову Майк. — Ты что, не боишься, что тебя могут выгнать из академии?

— Мне этого не хотелось бы, но я не могу понять — за что? Мы ничего не берём и не ломаем.

— Мы проникаем в чужое жильё!

— Ну, строго говоря, раз ты наследник, то это твоё имущество!

— Вовсе нет! Его предок передал академии. Только наследство, что он спрятал, может быть моим.

— Ну как бы то ни было, мы не покушаемся ни на имущество академии, ни на имущество магов! Идём в столовую. Я жутко проголодалась. Все эти мытарства и театральные постановки отняли мои последние силы!

— Тебе не быть актрисой. Ты так смешно упала, что, если бы ректор не озвучил, я бы и не понял, что ты так обморок пыталась изобразить. Я думал, что он в тебя заклятием остолбенения запустил!

— Вот взялись критики на мою голову! Всё вам не так! — насупилась я. — Как умею, так и падаю!

— Ладно, не сердись. Но вечером свидание в силе?

— Конечно, после отработки в библиотеке сразу и пойдём!

— Во же сто несчастий! Я уже и забыл о ней.

— Зато ректор будет помнить. Непохож он на человека, страдающего склерозом. Он, если забывать начнёт, запишет.

— Ободрила ты меня, сил нет.

— Вот и хорошо, что мы идём в сторону столовой, пополним твои силы! Заодно план действий обсудим.

Майк больше ничего не сказал, но так мученически вздохнул, что стало его почти жаль. Но я не дам ему опустить руки. Сокровища ещё не найдены!

В библиотеке вдвоём стало интереснее. Хоть господин Дрозт ворчал, что понагнали тут кучу народы, протолкнуться негде, но на самом деле помощи был рад. Тесно быть нам никак не могло, так как помещение было огромным, плюс архив к нему и отдел реставрации. Хотя он и был небольшим, но всё же имелся.

Мы с Майкалзом получили персональное задание разобрать и убрать в архиве, провести перепись, если нужно, восстановить рукописи. Конечно, предварительно их нужно было показывать библиотекарю. Сам он над нами не стоял, а предпочитал свою стойку у входа или работу в зале. Даже наше скромное общество его раздражало.

Как этот гном умудрился устроиться работать в общественное место, оставалось загадкой, так как его нелюбовь к людям и другим расам была абсолютно настоящей. Он был отъявленным одиночкой, и этого ничто не могло изменить.

Но теперь, когда мы работали здесь вдвоём, меня это беспокоить перестало, так как вдвоём и работа, и жизнь шла веселее. Даже мрачный архив с приходом Майка стал вполне себе романтичным, ведь где как не в темноте и сумраке случиться маленькому приключению, мимолётному прикосновению, а то и полноценному поцелую!

В общем, я уже ждала нашу совместную отработку с нетерпением.

В первый вечер мы успели осмотреть фронт работ, прослушать бурчание гнома, что являлось техникой безопасности и сводом правил в одном лице. Даже успели пару полок просмотреть и протереть. Тут были интересные издания, не то, чтобы очень древние, скорее, редкие и дорогие, плюс магические заклинания, скорее, для старших курсов, а то и для аспирантов.

— Как тут интересно, — сказал Майкалз, как только мы остались одни и хитро посмотрел в мою сторону.

— Да, очень интересное помещение, где мы можем узнать много интересных вещей о магии, — совершенно серьёзно сказала я.

— И не только, — многозначительно проговорил он и, взяв мои руки в свои ладони, ласково их поцеловал по очереди, отчего я тут же вспыхнула.

— О, если господин Дрозт узнает, что мы не работаем, он нам жизни не даст, — шепнула я с улыбкой.

— А мы и будем работать, вот через минуточку, чуточку постоим рядышком, возможно, я даже капельку положу руки тебе на плечи. Ты же могла замёрзнуть, а я тебя пожалеть и попытаться согреть.

С этими словами он встал совсем близко и прижался ко мне, положив руки на плечи, а затем провёл до локтя и вернулся обратно, но вот что правда, так это то, что я согрелась. Мне даже жарко стало в этом ужасно тесном помещении. Вдруг стала совершенно согласна с библиотекарем, что места много не бывает.

— Ох, Фиалка, тобой можно освещать пространство, такая покрасневшая.

— Нет, ну а что? Меня так ещё никто не согревал. Вообще-то эффективный способ, а если учесть, что я и до этого не мёрзла, то смело могу утверждать, что мне стало жарковато!

— Тебе же уже должно быть восемнадцать лет, ведь это минимальный возраст для поступления в академию.

— Ну, мне уже почти девятнадцать, — смущённо отозвалась я, — а к чему был этот вопрос?

— Просто так, а вот теперь я хотел бы узнать, а когда же у тебя день рождения?

— Семнадцатого января, а у тебя?

— Ещё не скоро, в августе.

— А точнее? — напирала я.

— Двадцать третьего числа.

— Будем знать. Вот видишь, уже новые знания получили, а пробыли-то тут минут сорок всего.

— Ладно, давай уже приступать к отработке, а то гном нас отсюда не выпустит, если ему покажется, что мы филоним, — вздохнул Майкалз. — Я один раз получил сюда отработку всего на три дня, до сих пор помню, как сидел до полуночи, пока не разобрал два ящика из картотеки!

— Сурово!

— А то!

Мы работали достаточно быстро, но время от времени как-то умудрялись задеть друг друга плечом, схватиться за одну книгу и замереть, глядя в глаза друг другу и забывая моргать.

Всё это было волнительно, интригующе и немножко тревожно, но кровь однозначно быстрее бежала по телу.

Чем ближе было время к окончанию отработки, тем меньше спокойствия у меня оставалось. А что я буду говорить? Точно какую-нибудь ахинею. Мне проще сводить других людей, сама я становлюсь почти косноязычной, когда хочется быть такой независимой, искромётной и всезнающей, а я только тяну гласные и краснею.

— О чём задумалась, красавица? — вдруг раздался голос Майкалза за моей спиной.

Я почти подпрыгнула от испуга. Давно я тут стою истуканом, любуясь пространством? Жар опять опалил щёки. Ну вот!

— Просто, ни о чём конкретном. Вот про пифий думала. Сколько они успеют за каникулы предсказаний сделать?

— О, это вопрос интересный! От одного до тысячи, можешь выбрать любое число! — азартно сказал парень.

— Ну, думаю, штук десять на двоих осилят, — улыбнулась я.

— Как-то ты не особо веришь в их силы, — рассмеялся маг. — Я бы поставил хотя бы на двадцать или тридцать, а если они ещё и в обществе будут вращаться, то и все пятьдесят!

— Одно счастье, что все эти потенциально осчастливленные граждане не явятся ко мне за толкованием! — рассмеялась я.

— А что это вы тут прохлаждаетесь, а?! — раздался грозный голос библиотекаря. — Вы что же тут — устроились с комфортом, чтобы отлынивать от отработки?!

— Вовсе нет, господин Дрозт, мы целых две полки успели убрать и просмотреть, не нужно на нас наговаривать! — тут же сказала я. — А наша отработка уже минута как закончилась, вот мы немного и расслабились.

— Отработка ваша закончится, когда я скажу, но раз уж вы всё же что-то да сделали, то идите! Хочу послушать тишину, а вы как стая птиц! Покоя от вас нет.

Нас не нужно было уговаривать. Быстрее ветра мы испарились из библиотеки и отправились на обещанное мне свидание.

Мы целовались за каждой ёлкой, под каждой омелой, на удобных диванчиках, что вынесли в зал для бала, даже подоконники были удивительно широкими и гостеприимными.

Хотя поболтать тоже успели. Я рассказывала о своих любимых книгах и о маменьке, опуская подробности о её фейской сущности.

Майк также делился детскими проказами и тем, как его пыталась воспитывать младшая сестра.

До комнаты меня мой кавалер проводил, когда часы пробили двенадцать, а я так нещадно зевала, что не могла выговорить и слово.

На завтра был назначен дальнейший обыск башен и подсобных помещений, так что следовало выспаться, чтобы не свернуть шею на крутых лестницах.

Такой активный отдых у меня получается, что слов нет!

Мы уже неделю, как исследовали чердаки и даже умудрились обойти все башни замка. Молчу, чего мне это стоило, так как ног своих я уже практически не чувствовала.

— Это лучше любой тренировки! Мне кажется, нас даже декан так не гоняет! — сообщила я Майку. — Когда все вернутся, то удивятся, насколько хороша моя физическая подготовка!

— Вот видишь, есть плюс и в наших изысканиях, — смеялся парень в ответ на мои стенания. — Это, конечно, не так романтично, как смотреть на звёзды и луну, но телу намного полезнее! Подтяну тебя хотя бы по физической подготовке, если со всем остальным не успеем.

— Нет, лучше уж нам успеть со всем остальным! Мы хорошо придумали, слушать информацию на отработках. Мне вообще нравится твой голос!

— Фиалка, мы с тобой и так тренируемся очень много. Мне даже неловко, что у тебя и каникул-то нет. Не успеем проснуться, как завтракаем и идём осматривать замок, потом практические занятия, затем библиотека, и только перед самым сном успеваем немножко погулять или поболтать. Все нормальные студенты сейчас веселятся от души по домам!

— Ну что я могу сказать? Значит, мы ненормальные студенты, — небрежно пожала я плечами.

Это была правда. Мне очень хотелось узнать, в чём тут дело. Я твёрдо решила также обыскать комнаты декана, только в этот раз брать Майка я не буду.

Не хватало, чтобы ему опять попало из-за меня, если что-то пойдет не так. Меня-то и маменька прикроет, к тому же я девушка, с меня и спрос не такой, а Майк тут учится только из уважения к его предкам. Это я могу поступить в другое образовательное учреждение любого государства. Звонкой монеты хватит на всё, а у него возможности не так широки.

Так что подло с моей стороны подставлять его под удар, хотя он так и не считает.

Да, мы ищем его наследство, но для меня это только развлечение, а для него необходимость. Конечно, раскрыть тайну интересно, но, как я поняла из разговоров, деньги семье нужны намного больше, чем ответы. Ведь не только он должен учиться.

Осталось придумать, чем бы его занять на время моей вылазки. Я всю неделю искала повод, но так и не нашла, из-за чего мы могли бы разделиться. Все же, когда в академии никого нет, трудно провернуть такой манёвр.

Сегодня я точно решила, что придётся его усыпить. Пузырёк со снотворным стоял у меня в шкафу. Будет достаточно, если он проспит пару часов.

Декан, как я поняла, уехал проведать родню, так как я его ни разу не видела, надо полагать, что это правда. Так что лучшего времени наведаться в чужие комнаты уже не будет.

Раз это бывшие апартаменты жены предка парня, то там, возможно, будут какие-то улики или подсказки.

Сегодня мы уговорились закончить осмотр последней башни и устроить чаепитие в честь этого события. Вот на этом мероприятии я и собиралась подлить снотворное Майку.

Из-за этого меня грызла совесть, ведь как-то нехорошо поступать так со своим любимым, в спор вступали желание защитить и честность. Первое во мне точно побеждало.

После обеда мы пошли ко мне в комнату, я заварила самый вкусный чай, который смогла найти. К нему полагались, конечно, пирожные. Специально достала те, что больше всего любил мой парень — шоколадные с клубничным джемом.

Трудно было смеяться и беззаботно болтать, зная, что снотворное уже в чашке Майка.

Надо сказать, что уснул он совершенно внезапно. Видимо, я что-то напутала с дозировкой, но это первый раз, когда я кого-то пытаюсь усыпить.

Он едва сделал три глотка, съел пирожное, которое было, кстати, очень маленьким, запил его одним махом остатками чая. Едва успел поставить посуду на стол, как отключился.

Я-то надеялась, что успею переманить его на кровать. Беспомощно потопталась перед креслом, но потом поняла, что время терять нельзя.

Ничего страшного с ним не случится, если он поспит пару часиков полусидя. В этот раз я оделась поудобнее: брюки, рубашку, мягкие сапожки.

Всё-таки эти платья ужасно мешают в любом деле.

По коридору я старалась не бежать, но всё-таки быстрый шаг присутствовал. Сердце опять билось где-то в горле. У меня уже становится нехорошей привычкой пытаться куда-то вломиться. Так можно и вправду стать домушницей.

Подойдя к нужной двери, я внимательно осмотрелась, затем ещё минуту прислушивалась, не раздадутся ли какие-то шаги, и только потом отворила дверь.

В этот раз я её за собой закрыла и запечатала обратно магией, чтобы никто не подкрался со спины.

И вот очередной тщательный осмотр. Простучала все полы и стены, пересмотрела все картины, книги, что стояли в комнате. Надо сказать, что наш декан страдал страшным минимализмом. В его покоях была только кровать с тумбочкой в спальне, а в гостиной письменный стол, два кресла, диван, книжный шкаф, три картины. Даже ковров не было!

Не думала, что он такой аскет!

Так что особенно-то и осматривать здесь было и нечего.

— Только зря репутацию благородной леди портила! — в сердцах шепнула я.

И только собралась аккуратно удалиться, кто-то дёрнул ручку двери. Я замерла, едва дыша, но дверь опять дёрнули. Я поняла, что пора и мне отсюда удаляться.

В ужасе стала осматриваться, куда же мне деться, но единственным запасным выходом было окно. Я отварила створки и глянула вниз. Высоты я не боялась, но все же было как-то неприятно думать о том, что придётся выпрыгивать.

Во дворе, конечно, никого не было, поэтому, когда дверь уже стала приоткрываться, я выпрыгнула в окно, уже в полёте превращаясь в маленькую копию себя.

Интенсивно замахав крылышками, чтобы не переломать ноги, ударившись о землю, впорхнула в ближайшее приоткрытое окно на первом этаже, и уже там, за портьерой, вернула свой обычный рост.

— Священный водопад, чуть снова не попалась! Кого там принесло?

Я быстренько вернулась в комнату и села напротив Майка. Заварила ещё чая и стала дожидаться, когда он проснётся.

Но приключения на сегодня даже не думали заканчиваться.

Через десять минут в мою дверь стали стучать. Знаете, бывает такой настойчивый стук, когда понимаешь, что стоящие с той стороны не собираются уходить.

— Это ещё кто?!

Поднялась и подошла к двери, открыв её с совершенно безмятежным видом. На пороге стоял декан. А он быстрый. Столько ступенек преодолеть за столь короткое время.

— Добрый вечер, Фиалка, — вежливо сказал он, но взгляд его рыскал за моей спиной.

— И вам, декан Тронтс. Не знала, что вы вернулись. Хорошо ли прошли ваши выходные?

— Недурно. Ещё бы возвращение было таким же прекрасным.

— В дороге что-то произошло? — участливо поинтересовалась я.

— Нет, с дорогой как раз всё было чудесно, а вот в моей комнате творится что-то странное.

— Странное? — напряглась я.

— Да, представьте себе. Когда я уезжал, проверил все окна и двери, чтобы были заперты, однако мало того, что я еле попал в собственную комнату, так как дверь заело, оказалось, что и окно открыто. Знаете, очень подозрительно, когда одновременно случаются две странные вещи — заедать дверь и самостоятельно открывается окно! Вы так не считаете?

Голос мужчины был полон язвительности, а взгляд подозрительности, но я держалась и ни в чём признаваться не собиралась.

— Мне трудно что-то сказать по этому поводу, так как я обладаю недостаточным жизненным опытом в этом вопросе. У вас что-то пропало?

— В том-то и дело, что ничего.

— Тогда, наверное, можно списать это на какое-то недоразумение. Может, магические потоки шалят?

— Вы полагаете? — усмехнулся он, уже в открытую. — Ни разу не слышал, чтобы шалили, а тут вдруг принялись!

— Всё случается однажды впервые, — пустилась я в философские рассуждения.

— Это как раз правда. А что это с Майком? — вдруг резко сменил тему декан. — А что с ним? — удивлённо обернулась я. — Немного задремал.

— Вы так устаёте, что спите даже днём?

— Очень устаём, мы много учимся и тренируемся, а ещё у нас отработка.

— Майклз ходит с вами на отработку?

— Да, он, как истинный лорд, ходит мне помогать.

— Что ж, с вами пока не всё понятно, но я обязательно разберусь, — сказал декан и, развернувшись на каблуках сапог, быстро ушёл.

Я немножко потопталась на пороге, размышляя о том, что вряд ли ректор промолчит, а значит, уже завтра мне снова предстоит неприятный разговор по поводу комнаты декана. Но так как меня не поймали сейчас, есть шанс выкрутиться из этой неловкой ситуации.

Такое ощущение, что все только и ждут, чтобы поймать меня на какой-нибудь глупости. А ведь я всего лишь пытаюсь помочь своему парню!

— Как же это тяжело! — не выдержала я.

— Фиалка, только не говори, что ты всё-таки влезла в комнату Тронтса, — вдруг раздался голос Майка за моей спиной.

— Не буду, — ласково отозвалась я.

— Не буду, потому что не лазила в неё, или потому, что я попросил? — очень вкрадчиво спросил парень.

— Не пойму, что сегодня за день такой, все хотят меня допросить?!

— Возможно, это потому, что многие подозревают о твоих возможностях, а я сплю как мёртвый посреди дня?

— Вы слишком много думаете и подозреваете, дорогие мужчины, оттого жить становится тяжело. Давай попьём чаю, — сказала я, чтобы сменить тему, хотя и единорогу было ясно, что это не окончание разговора, но ведь надеяться никто запретить не может!

Майк несколько обиделся на меня за свое спонтанное засыпание. Было неловко оттого, что он разговаривал со мной отстранённо, будто мы мало знакомы.

Днём мы обследовали подвалы, поэтому я не сразу заметила его состояние, так как мы шли на некотором расстоянии друг от друга, простукивали стены, ощупывали кладку, пытались что-то рассмотреть в полу. В такой обстановке крайне тяжело болтать ни о чём. Даже на обед не пошли, так были заняты.

Первые тревожные признаки обнаружила на ужине. Майкалз молча ел, на мои вопросы отвечал почти односложно, отчего я, наконец, ощутила витавшую вокруг прохладную атмосферу.

— В чём дело? — наконец решилась задать прямой вопрос.

— О чём ты? — спросил он в том же ключе.

— О твоём странном поведении? Ты не хочешь со мной разговаривать?

— У меня не подходящее для болтовни настроение.

— Могу ли я узнать почему? — не сдавалась я.

Мне пришлось ждать целую минуту, пока он прожуёт кусок мяса, а потом уж он соизволил мне ответить, аккуратно отложив вилку и с видом человека, что делает тебе неслыханное одолжение.

— Возможно потому, что девушка, которой ты доверяешь, которая тебе нравится, и от которой ты не ждёшь подлостей, внезапно накачивает тебя сонным зельем? Не знаю, как оно там, откуда ты приехала, но в нашем государстве так не поступают.

— Но послушай! — я даже стала немного задыхаться, не зная, как донести очевидную, как мне казалось мысль до собеседника. — Я же ради тебя старалась! Нельзя тебе влипать в сомнительные ситуации, а соврать ты бы не смог, да и не сбежал бы без меня!

— Конечно, нет! — он хлопнул ладонью по столу с такой силой, что даже тарелки все подпрыгнули, издав жалобный звон. — Как ты себе это представляешь? Что я скрываюсь в темноте, пока ты отдуваешься перед ректором?

— Вот о том и говорю! Ты не такой!

— Вообще-то, если ты забыла, это мою тайну мы разгадываем. Это мои привидения, сокровища, замки, личи и прочее! Но мне ты отказываешь в возможности выбора, где и когда мне участвовать! Разве это правильно? Мне вот кажется, что нет, а ты вполне спокойно поступаешься моими желаниями! Мне это совсем не нравится! Где гарантия того, что ты в следующий раз не поступишь так же?! — горячился парень.

— Конечно, поступлю! Если это поможет тебя защитить, то без колебаний! — тут же воскликнула я на эмоциях, но тут же поняла, что зря это сказала, так как Майк в лице поменялся от таких слов.

Он молча поднялся, посмотрел на меня тяжёлым взглядом и удалился из столовой, так ничего мне и не ответив.

Вот я ляпнула-то! Надо было промолчать, дать ему остыть, а я ж, как весь женский род, знаю, где нужно промолчать, но не могу!

Зло взлохматила свои волосы, хотя сильнее всего хотелось постучать головой о столешницу, но это уже явный перебор.

Медленно побрела в сторону отработки, которая сегодня превратилась в пытку, а ведь так всё было хорошо!

Я тихо прошла мимо Майка, который в мою сторону даже глазом не повёл, и удалилась в самую глубь архива, чтобы не видеть его. Только не хватало мне старые бумаги слезами закапать, меня господин Дрозт точно со свету сживёт. У меня щипало в глазах, в горле как-то неприятно першило. Я и не помню, когда последний раз плакала. Видимо, ещё ребёнком. Ужасное состояние.

Грустно снимала свитки с полки. Они были такими ветхими, что я боялась, что что-то может прямо в руках развалиться, даже немного магией их укрепила, а то не хватало что-то ценное уничтожить. Проверила, что нет жучков-древоточцев, протёрла полку и вернула всё обратно, не забыв переписать в огромную книгу. Ничего особо важного не обнаружила, это были перечисления закупленного в замок при его постройке. Ценность скорее семейная, чем историческая.

Большую часть времени только свитками и занималась.

Когда поняла, что времени прошло много, то вышла ближе к двери, но Майка в библиотеке уже не было. Он ушёл без меня.

Было ужасно обидно. Но исправить я уже ничего не могла. Вытерла рукавом глаза и поплелась в свою комнату.

Ничем не могла заняться. Не читалась книга, не писались конспекты, не хотелось есть и пить, только помириться с Майкалзом.

Я бродила из угла в угол, сочиняя, что я могу сказать ему в своё оправдание. Выходила какая-то ерунда.

Так и не придумав, что делать, легла спать.

Помогло мне это слабо. Я ворочалась с боку на бок, вздыхая и не находя удобного положения. Сил моих нет. В полночь я не выдержала. Решительно отбросила в сторону одеяло. Вдела ступни в тапки и надела халат, завязав крепко пояс, чтобы не развязался.

С меня хватит! Я иду мириться с Майком! До утра не дождусь.

Я птицей взлетела на нужный этаж мужского крыла общежития и постучалась в дверь. С той стороны была тишина, что и не удивительно в такое время. Постучала сильнее, но ответа всё ещё не было. Терпение моё лопнуло, и я забарабанила, что было сил, однако, и это нисколько не помогло.

Странно, он же спит, а не умер. Если бы тут кто-то был, то давно выглянул на такой шум.

Я осторожно приложила ухо к двери, а там ничего. Плюнув на всё, приложила ладонь к скважине и дверь открылась.

Тихо юркнула внутрь, чтобы убедиться, что парня в комнате нет. Я в нерешительности остановилась. И куда он мог пропасть среди ночи? Никого, кроме нас с ним, ректора, декана, дежурного целителя и двух кухонных рабочих и библиотекаря в замке не было. Но ко всем перечисленным ночью не пойдёшь. Может, ему плохо стало? Или тоже не спалось, и он ушёл прогуляться? Я нерешительно осмотрелась.

И тут я увидела, что на столе лежит книга, на вид очень старая. Такие я в архиве видела. Хоть света было и немного, но я подошла ближе, чтобы посмотреть поближе. Аккуратно перевернула обложку и прочитала, что это дневник некой Аринсис Вировит.

Это имя мне ни о чём не говорило, поэтому я стала читать внимательно сначала, пытаясь определить, кем была эта женщина. И уже к третьей странице до меня дошло, что это экономка замка, та самая, которая предупреждала хозяйку о нелюбви сестры к ней.

Тут же ближе присела к заветной книжечке, понимая, что Майк сегодня её нашёл и, видимо, решил поступить как и я, то есть ничего не сказать о находке и найти новые сведения самому.

Я лихорадочно листала страницы, стараясь понять, что он нашёл и куда подался, следуя этой информации.

В конце я увидела место, где что-то лежало, чуть меньше по размеру самого дневника и довольно толстое, раз продавило немного заднюю обложку. Я пыталась понять, что это такое, но ведь много чего могло быть квадратной формы. Я так и эдак вертела тетрадку, лихорадочно думая. Наконец, меня озарило, что, скорее всего, тут может быть карта замка или план, ну, что-то в этом роде.

Только мне не было известно в какую сторону Майк пошёл с этим несчастным куском бумаги! Сердце трепыхалось в груди, ничего хорошего я не ждала. Чувствовала, что нельзя ему одному было идти. Ну хоть бы преподавателя взял с собой, раз на меня обижен, но нет!

Сил больше не было терпеть неизвестность, и я бросилась в коридор. Никаких доказательств того, что ему угрожает беда, у меня не было, кроме предчувствия, поэтому я решила быстро облететь территорию.

Так как чердаки мы облазили, то начала с подвала. Неслась во всю силу своих крыльев, дурное ощущение гнало вперёд.

И спустя некоторое время я увидела свечение впереди. Хоть бы успеть! На свет фонаря было не похоже, слишком тусклое и холодное.

Чуть приблизившись, поняла, что Майк нашёл не потайную комнату, а лича! Того самого, о котором говорила его призрачная родственница.

Эта полупрозрачная сущность, отливавшая в холодную прозрачную голубизну, по виду напоминавшая рассеивающийся туман, зависла над моим парнем, что лежал на каменном полу и не подавал признаков жизни.

Я видела, что эта дрянь тянет его жизненные силы, и вытянула столь много, что он вот-вот пересечёт грань, откуда его уже не вернуть.

— Да как ты смеешь! — закричала я во всю мощь лёгких, одновременно посылая волну моей магии, так как огненная на личей не действовала. — Он мой!

Лича отбросило от Майкалза, он просто был сметён моей силой сквозь стену и с воем пропал. Проверять, что с ним стало, было некогда.

Волосы Майка полностью поседели, что говорило о том, что он едва жив, так что я даже до целителей его могу не успеть дотащить!

Пришлось принимать экстренные меры и делиться светом своей души. Он у нас всегда внутри, являясь основой магии фей, мы его редко когда тратим на людей, но я не знаю, как ещё спасти любимого парня!

Тёплая и родная энергия легко уходила в него, и кожа Майка стала мягко светиться. Я только надеялась, что его магия не вступит в конфликт с моей. А то я тогда не знаю, как объяснить, если что-то пойдёт не так.

Когда он задышал ровнее и перестал пытаться умереть у меня на руках, то я попыталась встать, чтобы транспортировать его к целителю, но парень вдруг схватил меня за руку и приоткрыл глаза.

— Что это было сейчас? — хрипло и ошалело спросил он.

— Срочная реанимация отдающего душу богам дурного мага! — рявкнула я. — Лежи и молчи! Я тебя вылечила, чтоб иметь возможность прибить! А сейчас отнесу в лекарскую. Спи!

Левитацией я владела не очень хорошо, так как только тренировалась в этом нелёгком заклинании, поэтому несла мага на руках. Да со стороны это выглядело довльно странно. Хрупкая девушка несёт крупного парня на руках.

— Ну, ты хоть через плечо меня перекинь, — вдруг опять прошептал Майк, а то как-то я совсем немужественно выгляжу.

— Да что же ты такой неугомонный-то! — сказала я. — Как удобно, так и несу! Спи, сказала! Разговорчивым каким стал!

Только перед самыми дверями целителей опустила его на землю и забежала внутрь, изображая потерю сил и небольшую истерику.

Майкалза быстро подхватили и унесли в палату, а я тихо присела в холле на кушетку и прикрыла глаза, устало прислонив голову к стене. А ведь скоро ректор и декан узнают о случившемся! Нет мне покоя.

Разговор вышел примечательным. Даже не знаю, мне кажется, что лучше бы маги на меня орали, а не сверлили укоризненными взглядами, от которых хотелось спрятаться за дверью.

Я успела задремать в холле, так как спать, так и не ложилась, поэтому, когда меня начали трясти за плечо, только вяло отбивалась, надеясь, что от меня отстанут. Но двух умудрённых жизнью педагогов трудно было сбить с намеченного пути, а они очень хотели со мной пообщаться, пришлось приоткрыть один глаз.

— Доброе утро, декан, ректор, — хмуро буркнула я, так как настроение было совсем необщительным.

— Не стоит преувеличивать, — недобро усмехнулся Тронтс, — добрым оно перестало быть, как только целитель сообщил ректору, что у нас юный маг присмерти.

— Сразу хочу отметить, что это не я. Моя заслуга только в том, что я его спасала по мере сил и своих возможностей.

— Это мы и сами поняли, — вдруг взял слово ректор и от его тона у меня мурашки по коже побежали. — По всем параметрам он должен был умереть ещё ночью, но всё ещё жив. Ваш декан знает больше, чем говорит, а судя по тому, как зыркает взглядом сказать и не сможет. Скажите, Фиалка, как ваше полное имя?

— Э, Фиалка Ниалинская, — недоумённо отозвалась я.

— А я думаю, что у вас есть другое имя, а не то, которым вы представляетесь всем.

— Не понимаю о чём вы, — независимо посмотрела на слишком умного мага.

Я стойко молчала, так как мама не велела никому говорить о моём происхождении.

— Что же, если честного ответа я не дождусь, то вам придётся самой следить за состоянием Майкалза. Целитель не знает, что с ним происходит, хотя и лечит.

— Я буду приходить каждый день! — совершенно искренне ответила ректору.

— Ну а теперь будьте любезны и расскажите нам, что вообще студент делал в подвале, — сказал декан, — но помните, что я почувствую ложь.

Обманывать и не собиралась, поэтому подробно поведала всё, что успела с нами произойти, кроме проникновения в комнату декана.

— Удивительно, сколько интересных вещей проходит мимо нас! Вы так не считаете, Тронтс? — удивлённо спросил ректор в конце моего рассказа.

— Студенты не перестают меня удивлять. Потому и работаю тут, — философски сообщил декан и вздохнул. — Полагаю, Фиалке нужен отдых.

Я интенсивно закивала головой, соглашаясь со всем сказанным. Голова была и вправду тяжёлой. Мысли разбегались как тараканы на свету, поэтому всё о чём я могла мечтать, кроме выздоровления Майкалза, так это о мягких подушке и одеяле.

— Хорошо, ночь выдалась для студентов тяжёлой, — постановил ректор и кивком головы отпустил меня.

Быстро исчезла из лечебного учреждения, пока начальство не вспомнило ещё что-то, о чём бы хотело меня расспросить, а я категорически не желала обсуждать.

До комнаты добралась очень быстро и даже подумала, что полежу минутку и разденусь, чтобы было удобно спать, но не судьба была осуществить мне эти намерения, так как я моментально заснула, едва упала на кровать.

Мне ничего не снилось, что весьма радовало. Проснулась я уже, когда солнце начало клониться к закату, первое, что услышала, это жалобные трели своего живота, что сурово протестовал от голодного существования. Есть все шансы, что именно он меня и разбудил.

Я ласково погладила этого несносного бунтаря и потянулась. Надо бы поесть, но бежать в столовую не было охота. На обратном пути от Майка зайду и что-то съем, чтобы не вызывать подозрений, а сейчас сотворила себе салат, лепёшку и вкусный чай.

После ужина сходила в душ, надела чистое платье и немного расчесала волосы. Никакой причёски не делала, так как не перед кем было красоваться.

Целительская встретила меня всё той же тишиной. Если не знать, что тут кто-то дежурит и лежит больной, то можно предположить, что я тут и вовсе одна.

Я нашла кабинет целителя, что сидел и что-то записывал в журнал за идеально убранным столом.

— Добрый вечер, — негромко сказала я, одновременно стуча по двери. — Не помешаю?

— А, это вы Фиалка, проходите, — обернулся мужчина. — Расскажете мне, что вы сделали такого с моим пациентом? Это же просто прорыв! Вы его с того света достали!

— Сожалею, целитель, но вряд ли это кому-то поможет. Я с перепугу сама не знала, что творю, просто хотела поделиться силой, чтобы он выжил. У меня нет целительской силы, так что этот опыт я и сама не смогу повторить, не то что его объяснить кому-то, — вздохнула горько, понимая, что врать нехорошо, но то, что для медицины мои методы бесполезны, абсолютная правда.

— Жаль, — не менее горько вздохнул целитель, — но пройдёмте, посмотрите на Майка. Возможно, вы установили связь между собой, поэтому смогли и вправду поделиться силой.

Ну не могла я рассказать, что связь и вправду установила, но поделилась я жизненной энергией, а не силой. Так как именно её и высосал лич.

Майк лежал через дверь от кабинета целителя, видимо, чтобы далеко не бегать, так как других пациентов не было.

Выглядел он бледно, в прямом смысле этого слова. Лицо почти белое, губы бескровные, синяки под глазами. Мне на секунду показалось, что умер, пока я спала, поэтому стремительно рванула вперёд, потеснив целителя, чтобы притронуться к его руке.

— Да, видок у него ужасный, но он жив, — подтвердил мои мысли мужчина.

— Но почему он без сознания? Ему стало хуже?

— Нет, я погрузил его в лечебный сон, ему так не меньше месяца лежать, так пусть все силы идут на восстановление.

— Месяц?! И он так и не проснётся всё это время? — ужаснулась я.

— Буду смотреть по темпам его выздоровления, но есть шанс, что вы правы, и ему придётся всё это время спать.

Я тихо погладила Майка по руке, у самой же слёзы наворачивались на глаза, ведь он так глупо едва не погиб, а сейчас едва жив.

Мой свет, что я вложила в него, был отчётливо виден только мне. Целитель явно не мог его разглядеть, но он всего лишь человек, так что это неудивительно.

— Оставлю вас, если вы не против, — сказал целитель и вышел из палаты, а я тихо присела на стул, не выпуская холодную руку парня.

— Ну как же ты так, — нежно прошептала я, — из-за какой-то дурацкой ссоры на ровном месте.

Я не знала, что ещё тут можно сказать, поэтому просто сидела и держала его за руку до самого отбоя, а потом целитель отправил меня отдыхать.

Я не устала, но отчего-то заснула, едва легла. Вымоталась, а на душе гадко. Так хочется, чтобы его разбудили и я смогла всласть поругаться, зная, что с ним всё в порядке.

В столовую так и не зашла.

Мои дни слились в какой-то один сплошной поток. Я занималась, проходила отработку в библиотеке, ела и спала.

В один из вечеров вернулась от Майкла в общежитие и поняла, что оно полно народа. С каникул вернулись студенты. Девчонки весело переговаривались в коридорах, спеша поделиться впечатлениями со всеми, кто готов был их слушать.

Это точно была не я, так что очень быстро миновала коридор и скрылась в своей комнате.

Майкл был в стабильном состоянии, но я видела, как целитель хмурится, осматривая его. Поправлялся он слишком медленно, по его мнению, а что в этом виновато никто не знал. То ли моя магия вступала в конфликт с магией целителя, то ли просто тело парня было так слабо, что само едва воспринимало лечение. Как бы то ни было, но я совершенно не могла радоваться хоть чему-то, пока он лежит едва живой.

Следующий день был учебным, и я еле заставила себя выйти к людям. Меня вдруг стали раздражать смех, шутки и обнимающиеся парочки. Особенно они! Мы тут учиться собрались, а они чем занимаются?

Эти невесёлые мысли сопровождали меня всю дорогу до кабинета, под которым я наткнулась аж на две такие пары, но очень похожие. Под дверями моего кабинета стояли пифии со своими вторыми половинами, учитывая, что они явно не изучали огненную боевую магию, значит, меня караулили.

Я за них очень рада, но пока морально не готова изображать восторг.

Тяжело вздохнула, но всё же постаралась нацепить на лицо приветливую улыбку, ну или я хотя бы надеялась, что это была она.

— Фиалка! — первой меня заметила Лисса и вся четвёрка повернулась в мою сторону. — Привет, а мы тебя ждём!

— Я догадалась, если, конечно, никто из вас не сменил магию.

— Ну что ты? — рассмеялась Тисса. — Нет, конечно. А почему ты такая расстроенная?

— Майкл заболел, так что настроение на нуле, — решила не врать я.

— Что случилось? — удивилась девушка.

— О, это не для коридора разговор, — понизила я голос. — Так что лучше расскажите, чем обязана вашему визиту прямо с утра пораньше.

— Мы пришли поблагодарить тебя, — решил не тянуть кота за хвост Тарк. — Благодаря тебе мы встретились и пообщались. Теперь мы совершенно уверены, что нам никто больше не нужен и стали официально встречаться с благословения батюшки Лиссы и Тиссы.

— Чудесно, — искренне улыбнулась я. — Вы отлично смотритесь вместе.

Это была чистая правда, проходящие мимо студенты невольно посматривали на эти две столь приметные две пары. Высокие парни, сильные и мужественные, а рядом две девушки-тростинки, что льнули к ним. Мне бы самой так.

— Хочешь вечером с нами погулять? — предложила Лисса.

— Нет, спасибо, я с Майком вечером сижу после отработки в библиотеке, — решительно отказалась я от перспективы быть пятой лишней. Только меня и не хватало этим щебечущим о своих чувствах парочкам.

— Ты всё ещё отрабатываешь? — ужаснулась Тисса. — Ты же не академию взорвала! Откуда такие наказания?

— Ну, руководству виднее, где применять мои таланты и сколько времени на это нужно, — задумчиво сказала я.

Развивать эту тему совсем не хотелось, ведь тогда придётся рассказывать и обо всех остальных моих шалостях, а не хотелось бы.

Спас меня звонок, который сурово всем и сразу напомнил, что у нас учебный день, а вовсе не каникулы.

Мои друзья встрепенулись и поспешили на занятия, крикнув, чтобы я держала их в курсе своих дел. Я только кивнула в ответ, так как некоторые дела лучше не знать, чтобы не влипнуть в какую-то очередную историю.

Мы тренировали сегодня огненное лассо, которое нужно было создать, а в идеале научиться забрасывать на столбик в трёх метрах впереди. Я повторяла упражнение раз за разом, но мысли мои были далеки., именно поэтому у меня не очень получалось. Энтузиазма за собой совершенно не замечала.

— Что-то ты, пришлая, сдавать стала! — вдруг раздался за моей спиной ехидный голос Сакры. — Только шальной силой умеешь разбрасываться, а как надо показать виртуозность, так ты и сдулась!

Я медленно обернулась к несносной девице и тяжело на неё посмотрела. Вот что ей спокойно не живётся, сама напрашивается на неприятности, чтобы они её нагнали и облагодетельствовали.

— Ну что ты смотришь на меня как ведьма на упыря посреди ночи? — не успокаивалась она. — Вокруг тебя одни неприятности! Не думай, что мы не слышали, что ты тут чуть не угробила парня с земляного факультета! Вы тут только вдвоём были!

Я вот всеми фибрами души чувствовала, как во мне поднимается злость, никогда я не ощущала этого удушающего желания расквасить кому-то нос.

— Иди, куда шла, язва, а то самой бы целой остаться! — рыкнула я на её, вцепившись ногтями в край платья.

— А ты мне не угрожай! — взвизгнула Сакра, но отступила на пару шагов. — За меня есть кому заступиться!

На нас уже обернулись все стоящие поблизости студенты.

— Ты сама нарываешься, а потом орёшь, — раздался спокойный голос Матиры. — Тебе сказали, иди куда шла, не Фиалка к тебе подошла, ты сама нарываешься.

— Тоже мне защитница нашлась! Да и, пожалуйста! Нужны вы мне как упырю подружка!

Девица круто развернулась, вздёрнула нос и удалилась с видом победительницы.

— Не обращай на неё внимание, — чуть сжала подруга мою руку выше локтя. — ты же знаешь, что у неё мерзкий характер.

— Зная, но от этого не хочется меньше её стукнуть.

— На полигоне сбрасывай агрессивное настроение, а то никогда из библиотеки не выпустят, пока в пыль там и не обратишься.

— Может, это и неплохо, — вздохнула я.

Продолжила заниматься, хотя сегодня это мне не принесло никакого удовольствия, затем ещё пара медитации, на которой я раздумывала на тему, почему картина в кабинете ректора висит столько столетий. Зачем её там повесили, без возможности снять, если она не является подсказкой?

Спустя столько веков, теперь её, возможно, воспринимают как раритет, но сам-то хозяин, как я поняла, из его описания, маг не был сентиментальным, не любовался собой, а на официальный портрет для потомков она не слишком похожа. Так что в ней особенного?

Затем мысли плавно перетекли к вопросу, что Майкл узнал, почему спустился в подвал? При нём не нашла я ни карты, ни листа бумаги, хоть чего-то, что указывало бы на причину его прихода туда.

Сегодня не хотелось сидеть, хотелось действовать, поэтому сразу после часового занятия с деканом, на котором он только грозно сопел, так как я совершенно не могла сосредоточиться, поэтому никакой продуктивной работы не получалось.

— Вы совершенно не стараетесь, Фиалка.

— Простите, декан, но у меня ужасное настроение и упадок сил.

— Я понимаю, что вы переживаете из-за Майкалза, но наберитесь терпения. Благодаря вам, он не умер, а значит, выкарабкается. Возможно, потребуется больше времени, чем хотелось бы, но он очнётся.

— Я боюсь, что лич придёт к нему опять, а он там совсем беззащитный.

— Не придёт, мы поставили на его палату мощную защиту, ищем этого гада, но в таком огромном замке это непросто. Если в течение недели не поймают преподаватели, придётся подключать к дежурству и студентов, — вздохнул он.

— Не хотите этого делать?

— Нет, это подвергнет их опасности, а это нехорошо.

— Будем надеяться, что вам с преподавателями повезёт.

На этом мы распрощались. Я даже на ужин сходила, чтобы совсем не пропадать из общества, послушала новости Миранды, которыми она хотела поделиться, чтобы не обижать хорошую девушку своим невниманием и только после всего этого отправилась в подвалы.

Шла медленно, осматривая чуть не каждый камень, простукивая пол, пока не дошла до того места, где нашла Майка. Остановилась и осмотрелась. Что тут такого? На него напал лич по причине того, что парень близко к чему-то подобрался или просто встретил его в этом месте?

Это был большой зал в глубине подвалов. Тут стояли огромные бочки. Не знаю с чем. Возможно, с вином. Я постучала по ближайшей. Похоже, что она пустая.

Майк лежал дальше, там был закуток между стеной и последней из бочек. Там была выложена в стене арка, будто бы для двери, которой тут не было. Она практически сливалась с ней, так как всё было побелено. Есть вариант, что это украшение стены, хотя странно, что в таком месте. Зачем украшения в подвалах, да ещё заставленных такими бочищами?

Я смотрела на стену столь глубоко задумавшись, что не заметила ещё одного человека.

— Ты ужасно странная всегда, но сегодня побила все рекорды. Что ты шаришься по этим подвалам? Что задумала? — услышала я злобный голос Сакры и вздрогнула.

— Боишься? И правильно! Я всем расскажу! Не знаю, что ты нашла, но, видимо, что-то нужное!

Я отошла от стены и, протиснувшись между девушкой и бочкой, прошла к выходу из помещения.

Всё прибавляла шаг, но не слышала, чтобы Вагейрос шла за мной. Я остановилась. Она что, вправду осталась ломать стену?

Потоптавшись на месте, всё же пошла обратно, чтобы удостовериться в намерениях этой девицы, но уже с полупути поняла, что опять попала в неприятности.

Девушка лежала на колу и корчилась. Её рот был открыт, но не раздавалось ни звука, хотя было видно, что она кричит, а над ней парил лич. По коже несчастной будто плясало бесцветное пламя, что отбирало её энергию.

А я так надеялась, что хоть что-то смогла ему сделать, но нет, цел и невредим, ещё и других опять убивает.

Самоубийцей я не была, поэтому бросаться на него не стала, подхватила старый ковш и запустила его в сторону лича, чтобы он отвлёкся от своей жертвы, и побежала к выходу, призывая на помощь во всю мощь своих лёгких.

Декан говорил, что они дежурят по академии. Мне вот прямо сейчас нужна помощь этих спасательных отрядов! Сию секунду, так как взбешённый рык лича донёсся до меня.

Когда я уж было подумала, что легкие просто треснут от натуги, навстречу мне попался спасательный отряд.

— О, наконец — то, спасите, помогите, там напал на Сакру, я не могу, не хватает сил!

У меня было настолько сбито дыхание, а заодно и, испуганные мысли метались по голове, отчего я не могла понятно сформулировать, что хочу сказать. Только чувствовала радость, что, наконец, наткнулась на взрослых магов этой академии.

— Остановитесь, студентка, объясните внятно, кто на кого и где напал? — постарался меня урезонить преподаватель, которого я совершенно не знала.

— Там, дальше по коридору, где большая бочка, на Сакру напал лич! Я в него бросила сырой силы, но его это только разозлило, и он погнался за мной! Я пыталась отвести его от неё, чтобы он её не убил!

— Так, коллеги, сосредоточились и вперед, а вы, юная леди, уходите в свою комнату! Мы сами разберемся! — велел маг, к которому я обратилась, и двинулся вдоль стены, внимательно всматриваясь в коридор. Ещё три мага шли за ним не менее напряженные, чем первый.

Мне ужасно хотелось пойти с ними, чтобы посмотреть, как там моя одногруппница. Мы, конечно, не любили друг друга, но это же не повод бросать её умирать.

Я даже несколько шагов сделал за поисковым отрядом, но последний из идущих, видно, услышал мои шаги и обернулся.

— Вам что сказали? Идите в комнату! Проследуйте туда, не заставляйте связывать вас заклинанием! — грозно сказал он.

Я на секундочку остановилась, но потом подумала, что не стоит создавать лишних проблем, и так на карандаше у директора и декана, поэтому только кивнула и медленно побрела в сторону своей спальни.

Думаю, завтра мне расскажут о результатах. Конечно, хотелось бы и сегодня, но, наверное, там будет не до меня. Но я ошибалась.

Через час в мою дверь раздался требовательный стук. Я его узнала, это точно стучал мой декан. От волнения я, по-моему, ковер стёрла, так как ходила по нему туда — обратно, поэтому до двери добралась в две секунды. Распахнула её настежь, не рассчитала сил, и она ударилась о стену.

— Ой, — вот и всё, что сказала я.

Тронтс был очень хмур. Я видела три чёткие складки на его лбу, что не сулило ничего хорошего. Губы плотно сжаты, а взглядом можно препарировать умертвия.

— Только не говорите, что она умерла, — прошептала я дрожащими губами, — я же бежал изо всех сил, чтобы позвать на помощь!

Слёзы навернулись на глаза, и я всхлипнула.

— Она жива, — угрюмо ответил он, — но надолго ли? Пока непонятно. Выпил он её вполне прилично. Ещё минута — другая и спасать было бы некого, так что вы молодец.

— Тогда почему у вас такое выражение лица? — удивленно спросила я, утирая слезы рукавом, что было совсем неприлично, но мне было не до приличий.

— Когда поисковый отряд прибежал на место, то лича уже не было. Такое ощущение, что он реагирует только на вас. О том, что он там был, и то, что он вообще есть в академии, мы знаем только от вас. Даже мои коллеги засомневались, не применили ли вы какое-то хитрое заклятие к девушке, а потом свалили на несуществующего лича. Ведь столько столетий никто из учащихся и преподавателей не видел, даже не слышал его.

— Ну как же так?! Он есть! Есть, я вам говорю! Неужели бы я могла такое сотворить с Майком?

— Фиалка, послушай, я тебе верю, ведь знаю кто ты, понимаю, что такое заклинание ни за что бы не создала, но поскольку это тайна, то остальные склоняются к тому, что ты ревнивая девчонка, поэтому приложила заклинанием своего парня и эту девицу.

— Радужные водопады! Ну что за бред?!

— Я понимаю, что тебе всё это горько слышать, но будь готова к тому, что весть разнесётся по всей академии. Такое мы, как бы ни старались, не утаим. Поисковые отряды ректор не убрал, преподаватели будут искать его ещё неделю, но если не найдём, тогда, возможно, попробуем объявить и студентам, что есть лич, чтобы они были аккуратнее. Но это, как говорится, под ответственность ректора, так как доказательств всё ещё нет.

Я обхватила себя руками и повернулась к окну, смотря невидящими глазами в их поверхность. Разве могла я подумать, что такое могут на меня «повесить»? Хотя, чему я удивляюсь? Все знают, что Сакра меня не любит, а я отвечал ей взаимностью.

Конечно, проще поверить в то, что я сумасшедшая ревнивая девушка мага, чем в то, что здесь гуляет лич, возрастом в несколько сот лет, когда ни одна живая душа его не видела.

— Фиалка, я очень прошу только об одном, постарайся не лезть в поиски. Этот лич как-то болезненно реагируют именно на вашу парочку.

— Он реагирует ни на нас, а на то, что мы близко подобрались к решению тайны семьи Майка. Что-то там нечисто с этим подвалом. Ведь это почти то же самое место, где на него напали. Там ещё арка такая интересная в стене, вроде бы украшение, но зачем оно нужно на задней стенке за бочками? Если не присматриваться, то и не заметишь. Я как раз рассматривала эту часть стены, когда появилась Сакра, стала обзываться на меня, говорить, что считает меня странной. Я же не собиралась ей рассказывать, чем занимаюсь. И вот тут объявился лич.

— Интересная теория? Постараемся там посмотреть, может, действительно что-то найдем?

— Если не найдете, то, возможно, хоть лича приманите, что было бы уже большим подспорьем в деле.

— Главное — не делайте глупостей. Всё это смертельно опасные игры. Уже два студента на волосок от гибели. Просто не представляю, что смогу сказать вашей матери, если ещё и вы пострадаете.

— Лучшие — совсем ничего не говорить, — мрачно пробурчал я.

— Да, тут я с вами согласен, лучше самостоятельно закапываться. Она дама решительная, так что не уверен, успею ли спрятаться.

— Не думала, что вы такое скажете, — удивленно посмотрела на него.

— Не думал, доживут до такого момента, что придется такое сказать. Ложитесь спать, за пострадавшими присмотрит целитель, а вам завтра на учебу.

Декан ушёл, а я долгое время мерила шагами комнату, как и перед его приходом. Меня пробирало какой-то нервной дрожью, а сон, конечно, не шёл ко мне.

Очень хотелось броситься в подвал, ещё раз осмотреть стену, несмотря на слова мага, но я же обещала, значит, надо хотя бы дать им шанс разобраться самим. Я не вездесущий маг.

Уснуть мне удалось только под утро, поэтому побудка застала меня в отвратительном настроении и состоянии души. Я еле-еле заставила себя умыться и одеться.

В столовую плелась с такой скоростью, что было непонятно, вперед я иду или назад собираюсь развернуться. Взяла тарелку фруктов и села за стол у стены. Не сразу заметила, что люди образовали вокруг меня зону отчуждения. Близко никто не подсаживался. Какой-то тревожный шепоток разносился над толпой. Подняла глаза, чтобы осмотреться, и поняла, что декан вчера был прав. Все уже слышали о вчерашнем нападении на Сакру, но выводы, как он и боялся, сделали неверные.

На меня смотрели кто со страхом, кто с отчуждением, кто с осуждением, но я не видела людей, которые бы верили, что я здесь ни при чём. Ну вот и приехали, называется.

Хотелось со всей дури треснуть тарелкой о стол, чтобы она разлетелась на мелкие осколки. Что ни день, то катастрофа! Но если бы это только помогло, но уверена, что эффект будет обратный, решат, вдобавок я и буйно помешанная.

Медленно встала, отнесла тарелку на мойку и отправилась на полигон. Сегодня был день практических тренировок. Хоть это я помнила, поэтому надела брюки и рубашку, чтобы в этот раз не путаться в платье.

Но и там лучше не стало. Я тренировалась, но никто из группы, кроме Матиры, ко мне не подошёл.

— Ты же веришь, что это не я на неё напала? — грустно спросила одногруппницу.

— Да верю, конечно! Что за глупости ходят по академии?! Сами не знают, что это за заклинание, которое может высосать силы человека до такой степени, но уже решили, что это ты! Все готовы поверить в худшее, ну как же, такая сплетня! Всем даже на наши Сакру наплевать, главное — зловещим шёпотом рассказывать животрепещущие подробности, которых никто не видел! Но я бы тоже была не прочь узнать, что же с ней приключилось? Куда влезла эта ненормальная?

— Она следила за мной, и на нас напал лич, но об этом никому нельзя говорить, чтобы не сеять панику. Хотя, мне кажется, даже если в голос заору, мне никто не поверит, — уже едва слышным шепотом, закончила я.

Матира посмотрела на меня с грустью.

— Пожалуй, ты права. Никто не поверит. Даже я с трудом верю в эту возможность, хотя понимаю, что врать бы ты не стала, но столько столетий тут было тихо, никаких признаков лича! С чего вдруг он активизировался? Он же не приблудный!

— Нет, конечно, активизировался он из-за наших с Майком поисков ответов на вопросы по его семейству, видимо, мы где-то подобрались близко. Вот это и спровоцировало.

— Тогда, Фиалка, тебе остается только держаться, рано или поздно такая правда выплывет наружу, удержать наличие лича, который стал агрессивен, просто невозможно, так что тебя оправдают.

— Лучше бы рано, — проворчала я.

— С этим трудно спорить, но будет так, как будет.

— Думаю, именно так, потому что предсказание наших пифий о том, что Сакра будет гореть в призрачном огне, сбылось. Именно так она и выглядела, будто сгорала в потустороннем пламени, беззвучно кричала. Ужасное было зрелище.

— Может, попросить их ещё попробовать тебе что-то напророчить для того, чтобы как-то вселить в тебя уверенность, что всё будет хорошо, — неуверенно предложила подруга.

— Ой нет, давай не будем, а вдруг эффект будет обратным?!

— То же верно. Ну, тогда ждём, — заключила она и мы перешли к тренировке.

К концу занятия я уже просто не выносила эти косые взгляды, вздохи и шёпотки, где-то заинтересованные, где-то боязливые, где-то шипящие, будто змеиные.

Когда пары закончились, я решила остаться на полигоне и продолжить тренировку. Здесь сейчас станет пустынно, и никто не будет злословить на мой счёт. Есть надежда, что я успокоюсь, так как сил нет больше это слушать.

Когда последние голоса стихли, я отошла к краю поля, где стояли столбы-мишени, и стала формировать боевые фаерболы. Сейчас мне это давалось тяжело, так как ограничители сдерживали мою силу. Получалась прямо ювелирная работа. Я старалась медленно и равномерно вливать силу, чтобы это было сознательное действие, а не выброс сил.

Торопиться мне было особо некуда, перед библиотекой и посещением целительской есть ещё три свободных часа. В столовую не пойду, даже думать не хочу, что там ещё обо мне напридумывали!

Искрящиеся сферы выходили всё лучше, а меткость у меня идеальная, так что я раз за разом попадала в цель, а чтобы усложнить задачу делала после каждого попадания шаг назад, чтобы удлинить дистанцию.

Так увлеклась этим занятием, что не заметила, что кто-то подошёл к месту моей тренировки, поэтому наступив на ногу кому-то неведомому, только ойкнула и обернулась.

Оказалось, что я стояла на ноге весьма симпатичного парня со светлыми волосами и зелёными глазами, что лучезарно улыбался мне несмотря ни на что.

— Отлично прицеливаешься! — сказал он.

— Спасибо, — нерешительно отозвалась я.

Странно, он что только вернулся с каникул и сплетен не знает, что так радуется моим успехам? Тут люди ближе, чем на пять метров стараются не подходить, а он совсем не страдает от моей непосредственной близости.

Тут я вспомнила, что всё ещё стою на его ноге и с ещё одним «ой» сошла с неё.

— О, благодарю, — весело рассмеялся парень и прижал руку к сердцу в шутливом жесте признательности, — было несколько неловко сгонять леди с моей ноги, если ей вдруг потребовалась опора.

— Я вас просто не заметила.

— Да, я так и понял. Вы были весьма увлечены своей борьбой со столбами, и я даже остановился посмотреть на этот красивый поединок, за что и был наказан, практически затоптан прекрасной леди.

— Ныне, величать меня прекрасной леди может только человек с большим оптимизмом.

— Почему же? — приподнял он свои светлые брови.

— Ну как? Разве вы не слышали — я сейчас числюсь главной подозреваемой по делу о двух нападениях.

— Да что вы говорить? — усмехнулся он. — И как всё прошло, если верить сплетням?

— Не очень, — вздохнула я, — оба живы, хоть и без сознания.

— Я и раньше-то не особо верил сплетням, а уж посмотрев какая вы меткая девушка и вовсе ни за что не поверю, что вы не смогли бы изничтожить кого-то, если бы задались такой целью. К тому же один из пострадавших ваш парень и вы очень мило смотрелись вместе.

— Так вы всё же знаете меня?

— Официально нас не представляли друг другу, но я вас видел издали. Позвольте исправить столь ужасное упущение и всё же представиться — Эрил Макстоф, воздушник.

— О, так вот ты какой!

— Э, не знал, что так знаменит, что обо мне легенды ходят по академии.

— Возможно не по всей, но по твоему факультету точно, я сама слышала как девушки обсуждают… — замялась я, что тут можно сказать.

— И что же они обсуждают?

— Какой ты замечательный маг и что они хотят равняться на твоё мастерство! — закончила я гордо.

— Неужели? Приятно слышать, что это их интересует не меньше свиданий.

— А как же! Хотя за всех говорить не буду. А ты что тут делал?

Вдруг решила выяснить причину его появления за моей спиной.

— Что и ты. Пришёл потренироваться в тишине, пока все в столовой и переодеваются, а то потом соберётся народ и станет тесно, — вздохнул он.

Я чуть не улыбнулась его беде. Как он тактично обошёл вопрос о том, что тут не будет места он его поклонниц, а вовсе не от страждущих оттачивать свои боевые навыки.

— Тогда не стоит терять время! — решила я. — Подвинусь, чтобы и тебе осталось свободное пространство. Вот та половина полигона пусть будет твоя, — махнула я в сторону абсолютно пустынного пространства, — а я вернусь к моему столбу с мишенью.

— Ты щедра не по годам, — сказал он, — но раз уж мы тут вдвоём, то сможем устроить совместную тренировку.

— Это как?

— Да как обычно, ты атакуешь, а я отбиваюсь, потом наоборот.

— Э, у меня проблемы с дозировкой силы, — сказала я обречённо, — если я размажу тебя по полю, то меня вообще прибьют в тёмном коридоре, за третью жертву моей агрессии.

— Да, тогда нехорошо получится, — задумчиво протянул он, — тогда создавай фаерболы и кидай в меня, а я буду тренировать щиты, других заклинаний применять не будем.

— Хорошо, — решилась я.

Было приятным разнообразием то, что со мной хотят общаться, а не шарахаются, поэтому не смогла отказать.

Мы тренировались уже час, перебрасываясь не только заклинаниями, но и шутками и ничего не значащими фразами, когда я почувствовала, что мы на поле не одни и резко обернулась.

Шагах в тридцати замерла Миранда. У неё было странное выражение лица. Она будто получила шанс на спасение, рада бы удрать отсюда и немножко обиделась. Ничего себе гамма чувств, а она не преувеличивала, что он ей очень-очень нравится, если даже ко мне приревновала.

— Миранда, привет! — крикнула я. — Ты ко мне?

Я старалась всеми силами показать, что она не так уж и заинтересована в парне. После нашего разговора, выходило, что источник сплетен об Эрил раскрыт.

— Да, — несколько неловко отозвалась она, — принесла тебе ужин, я не знала, что ты не одна.

— А ты говорила, что никто с тобой не разговаривает, — усмехнулся воздушник, — выходит, преувеличивала?

— Вовсе нет. Миранда и ещё человек пять со мной всё же разговариваю, но это не очень много в разрезе всей академии, учитывая, что в группе я не подверглась остракизму только у одной подруги, — вздохнула я и взяла из рук подруги тарелку.

— Негусто что-то сегодня в столовой угощают, — недоумённо воззрился он на овощи.

— Просто Фиалка не есть мясо, — пояснила Миранда, чтобы не выглядеть жадиной.

— Ты сложна во всех отношениях, моя новая знакомая, — улыбнулся он мне, а потом перевёл взгляд на девушку. — Я не знал, что вы дружите.

— Я не кричу об этом на всех углах, — пожала она плечами. — Но мы и не прячемся по академии.

— Миранда чудесная. Я обожаю её целеустремлённость, желание учиться, чувство юмора и желание помогать в трудных ситуациях! — льстить так льстить, решила я.

Сейчас не тот случай, чтобы робеть.

Эрил с интересом воззрился на девушку, а её щёчки заалели.

— Фиалка! Ну разве можно так безбожно льстить мне?

— Говорить правду всегда приятно, особенно хорошим людям, — состроила я невинный взгляд и пошла в сторону брёвен, чтобы присесть и поужинать.

Ребята последовали за мной.

— Что вы сейчас проходите у магистра Чижиса? — спрашивал он у подруги.

— Ветряные потоки и способы их создания.

— О, помню! Незабываемые занятия!

Я присела и молча жевала перец, помидоры, огурцы, всем видом изображая зверский аппетит, чтобы не прерывать их общение.

Когда тарелка опустела, то я поняла, что мне пора, так как время до отработки неумолимо приближалось.

— Ты куда? — встрепенулась Миранда, когда я вскочила на ноги.

— У меня отработка в библиотеке, а потом в целительскую, проверить Майка.

— Давай я с тобой схожу к нему. Зайду за тобой в библиотеку, а то ждать тебя там не выйдет, господин Дрозт будет ругаться.

— Договорились, встретимся у дверей. Надеюсь, я могу рассчитывать, что ты как достойный лорд доставишь мою подругу к дверям библиотеки в целости и сохранности? — сурово посмотрела я на Эрила.

— Леди, я просто оскорблён тем, что у вас даже мысль промелькнула, что я не выполню этого и без вашего напоминания!

— Тогда жду встречи с нетерпением, и я удалилась, давая подруге шанс пообщаться с её кумиром, чтобы выяснить, так ли он хорош, как представлялось ей в мечтах!

Хоть что-то в этом дне было хорошее!

Так и вошло в привычку у этой парочки заходить за мной то в библиотеку, то к декану, чтобы проводить до целительской.

Всегда у них было о чём поговорить. Велись жаркие споры о силе ветра, формулах, использовании дополнительных компонентов и тому подобном.

Я часто вообще не могла понять, о чём говорят эти двое. То ли это особенности их магии, то ли я туповата. Предпочитала считать, что первое, так как второе было обидным.

Неделя прошла, а преподавателя так и не поймали лича, хотя добросовестно прочесали весь замок с верху до низу несколько раз. Терпение моё иссякало.

Майк не приходил в себя, и меня это ужасно расстраивало, в голову закрадывались мысли, что мне недоговаривают, если не откровенно врут, что с ним всё будет хорошо. Давно бы пришёл в себя, если бы всё было хорошо, но нет, он продолжал неподвижно лежать. Только цвет лица перестал быть белым, а приобрёл вполне живой оттенок, чем целитель меня и убеждал о состоянии здоровья парня.

Да я сама себя пыталась убедить, но нехорошие мысли роились в голове.

Я была твёрдо уверена, что лич не покажется никому, кроме меня. Он явно не хочет, чтобы его нашли взрослые маги.

На последнем занятии с Тронтсом, решила поговорить о подвале, так как сам он не поднимал эту тему.

— Добрый вечер, декан Тронтс, — вежливо сказала ему, заходя в кабинет.

— Проходи, Фиалка, мне нужно закончить письмо, через пару минут начнём.

Я присела в кресло с прямой спиной, собираясь с мыслями, чтобы начать разговор.

— Ты выглядишь напряжённой. Что-то случилось?

— Нет, не случилось. Совсем ничего!

— Так, говори.

— Майк не очнулся, а вы так и не сказали мне ничего о подвале. Нашли ли вы ту арку, что я говорила? Есть за ней что-то?

— Потому и не говорил, что ты очень нервно относишься ко всему, что связано с этим парнем и личем. Для тебя это стало личным.

— Как же может быть по-другому? Ведь пострадал мой парень и я вижу лича. Иногда мне кажется, что он специально больше никому не показывается, чтобы все думали, что я придумываю!

— Я такое не исключаю, так как это очень хитрые и могущественные сущности, совершенно не обделённые интеллектом, даже наоборот. Привлекать их внимание смертельно опасно, именно поэтому и хочу, чтобы ты держалась подальше, не навлекая на себя неприятности.

— Я и так в них по самую шею, поэтому надо быстрее его поймать, пока никто не пострадал!

— Понимаю твоё желание, но говорю тебе, что в подвале ничего не нашли. Никакой арки не найдено, поэтому и не хотел тебя расстраивать.

Вот опять. Приведение вижу я одна, арку заложенной двери тоже. Надо полагать, что именно по этой причине, и не нашли ничего предки Майка. Они просто смотрели, но не видели, поэтому не дано им было раскрыть загадки прошлого.

Выходит, что мне самой надо идти и узнавать, что там скрыто, помощи не дождусь, так как оказывать её некому.

Декан смотрел на меня напряжённо.

— Фиалка, понимаю, что ты хочешь, чтобы вопрос быстро разрешился, но это не так просто.

— Да, я понимаю, — произнесла как можно ровнее, — давайте заниматься, а то не хочется опаздывать в целительскую.

— Хорошо, — слегка выдохнул маг, — посмотрим на твой прогресс.

Я честно отработала два часа, голова прояснилась, а мысли были чисты. Я приняла решение и сразу стало легче. Никто за меня ничего сделать не сможет, а значит, нечего разводить тягомотину, буду действовать!

После занятия под «конвоем» Миранды и Эрила дошла до дольных товарищей. Мы всегда на пару минут заходили к Сакре. С ребятами я могла себе это позволить, так как у меня были свидетели того, что я не пытаюсь навредить девушке.

Выглядела она немногим лучше Майка. Волосы поседели не полностью, а только разбавились седыми прядями. Не скажу, что ей это шло. В буйной рыжине они смотрелись чужеродными элементами.

Бледное лицо с заострёнными чертами и каким-то выражением страдания, что закралось в складки губ. Так заканчиваются встречи с потусторонними сущностями.

Далее шли в палату к Майку. Ребята были там со мной минут двадцать, а потом шли по своим делам, всегда интересуясь, нужна ли мне помощь или проводить ли меня до дома. Я всегда отказывалась, так как мне хотелось посидеть у него и поделиться мыслями и новостями, иногда я делала рядом с ним задания, а в комнату уходила только спать.

Сегодня же я настроилась идти в подвал, сразу, как пробуду у него положенное время, чтобы ни у кого не вызвать подозрений, изменением расписания.

Я дошла в свою комнату и переоделась в удобные брюки и рубашку, чтобы не путаться в подоле. Незачем выглядеть красоткой, собравшейся на бал, если идёшь на опасное дело.

Неделю шерстила учебники, пытаясь найти что-то про борьбу с личами, но там ничего разумного не было. Видимо, их могли развеять очень сильные маги, сконцентрировав свою энергию. Я же так сделать не могла, так как не знала как?

По идее, я сильный маг огня, но сейчас в блокираторе, а как сниму, так всё равно не умею толком управлять. Хотя после занятий с деканом прогресс был, но я управлялась с малой силой. Не уверена, что это одно и тоже как в полным её объёмом иметь дело.

Но моей решимости это не поколебало. Буду действовать по мере сил и обстоятельствам.

Когда звуки в коридорах стихли, а яркость магических светильников уменьшилась, я выскользнула за дверь, обернувшись в свою маленькую копию, и полетела под потолком. Люди никогда не ходят, задрав голову, так что так было меньше шансов внезапно наткнуться на кого-то.

Один из патрулей прошёл подо мной. Так что моя предусмотрительность была не лишней. Он двигался от подвала в противоположную сторону, что значило, у меня есть часа два, пока они вернуться, после обхода остальной территории.

Я приземлилась за бочками и вернула свою обычную величину. Арку я видела так же, как и прежде, заложенную кирпичами и замазанную извёсткой.

Достала из пространства кувалду. Смотрелась она в моих руках инородным предметом, но я была сильна, ведь я магическое существо, а не человек. Мои хрупкие запястья лишь видимый обман.

Размахнувшись, я ударила по кладке. Было ощущение, что по окружающему пространству пошла волна. Трещина была совсем небольшой, как я и предполагала, тут создано много защитных чар, ломиться грубой силой будет практически невозможно.

Тогда я подпитала своё примитивное орудие труда магией добра и света, ударив опять. Тут эффект получился более впечатляющим, а я на волне оптимизма била снова и снова, стремясь попасть внутрь.

Когда в кладке образовался маленький просвет, раздался рёв ужасающей силы, сомневаюсь, что хоть кто-то в академии мог не услышать его. Даже стены вибрировали от такой мощи, а я поняла, что мой враг не на шутку разозлился и сейчас явится по мою душу! Это могло значить только одно — я права! Разгадка тайны за этой стеной!

И я ещё раз ударила по ней, выбив приличный кусок, что упал к моим ногам, взметнув немало пыли.

— Ты! — раздался ужасный хриплый голос за спиной. — Как посмела ты лезть сюда! За это я саму тебя там оставлю, где ещё тысячу лет тебя не найдут! Такая же проныра, как и сестрица моя, так пусть будет вам вместе не скучно!

Я приготовилась к атаке, сформировав щит, окружив себя не только огненной магией, но и своей родной!

Мы сошлись в тесном пространстве между бочками и стеной. Не так мне виделись эпохальные битвы, но дальше думать у меня времени не было. Страшная сила ударила в меня, стремясь размазать по этой стене, что была за моей спиной. Видимо, лич решил меня в порошок стереть.

Сначала я просто защищалась, так как на большее не хватало сил, но поняла, что он меня просто измотает и не факт, что ко мне кто-то успеет на помощь, поэтому я постаралась преодолеть это мощное давление.

Пот катился градом по моему лицу, злость набирала обороты. По-настоящему злиться я никогда не умела, могла, конечно, вспылить, но действительно разозлиться никогда не получалось.

Я не понимала, что это такое, отчего происходит это чувство, но сейчас, когда меня пыталась раздавить эта гадость, что погубила не одну жизнь, покалечила моих друзей и знакомых, вдруг прочувствовала в полной мере, как злость распирает меня изнутри, будто воздух, которому некуда деваться.

Мой браслет так раскалился, что я чувствовала запах палёной кожи, но, как ни странно, не чувствовала боли. Чуть покосилась на руку, чтобы понять почему, и увидела, что я сама выгляжу как костёр. В самом прямом смысле слова я пылала. Огонь был по всему телу.

Тут-то я нехорошо улыбнулась. Ведь говорилось, что сущность может развеять сильный маг, что же попробовать никогда не поздно и я направила весь шквал своих эмоций и сил в сторону лича, захватив его в мощный огненный торнадо, что обдирал с него призрачную плоть.

Нечеловеческий вопль в очередной раз потряс академию. А я всё держала огненную стихию, желая, чтобы и частички не осталось от этой мерзкой дряни!

В глазах двоилось, а руки дрожали, я очень боялась потерять сознание, до того как развею лича, и только увидев ректора и деканов, выбегающих из-за бочек, слабо улыбнулась и тихо сползла по стене, отправляясь в темноту.

Пусть ещё кто-то поможет мне сражаться, а то я что-то устала.

Открывать глаза было тяжело. Будто камни на веках лежат. Я напряглась, так как совсем не понимала, что происходит?

Руки столь тяжелы, что не желают подниматься, а это плохо, значит, со мной что-то не так. Я старалась поднести ладонь к лицу, чтобы пощупать, что на нём, но пришлось буквально волочь её по собственному туловищу с перерывами на отдых.

Наконец, дыша урывками, я потрогала пальцами область глаз и до меня дошло, что там лежит влажная ткань, поэтому глаза и не хотят открываться. С некоторым усилием мне удалось её стащить.

Ещё минутка на отдых, и я приподняла веки. Стало светлее, но чёткости моему зрению не прибавилось. Я видела огромные разноцветные круги, что плавали передо мной.

— Что это? — сипло спросила я пространство, но в ответ была тишина. — Эй, кто-нибудь?! Мамочки, я что всегда так буду видеть?

Из глаз покатились слёзы, так как мне стало страшно. Хотелось, чтобы меня обняли и пожалели, ну хотя бы сказала, что всё будет хорошо. Ещё бы узнать новости!

Не прошло и тридцати секунд, пока мысли и вопросы пронеслись в моей голове, как я услышала голос своей матушки, которая тут же схватила меня за руку.

— Малышка моя! Что эти изверги с тобой сделали?! — возмущалась она столь громко и бурно, что был шанс, что её слышно и в главном корпусе. — Всего несколько месяцев прошло, а ты уже на целительской койке! Что это такое! Безобразие! Где начальство этого убогого заведения, где калечат детей?!

На её крики примчались целители, если я правильно поняла по голосам, запахам лекарствами и шагам.

— Леди, что за шум вы устроили в палате? — возмутился мужской голос. — Немедленно прекратите и не пугайте пациентку!

— Я вам сейчас всё это гиблое королевство по камешку разнесу, так что о тишине можете даже не начинать беспокоиться! Что с моим ребёнком? Где ректор?! Ведите его сюда!

— Успокойтесь, — пытался её вразумить целитель. — Вы не сделаете никому лучше!

— Убирайтесь за ректором! — гаркнула мать и вытолкала целителя, запечатав за ним дверь.

— Мама! — только и смогла я сказать. — Посмотри, что с моими глазами.

— О, ты видишь что-то? — выдохнула она, хотя в голосе звенела злость.

— Нет, только цветные пятна.

— Выпустила тебя из виду на несколько месяцев, а тебя тут уже покалечили! — опять стала заводиться она на новый виток возмущений.

— Глаза! — стала злиться уже я.

Можно обо мне подумать, ведь тут пострадала именно я!

— Да, прости, — мама положила руку мне на глаза и замолчала.

Я чувствовала волны магии, что стали накатывать на меня как тихий прибой. Сухость стала проходить, а цветные пятна исчезать. Очень хотелось верить, что получилось, так как слепота мне совсем не нравилась, а мать не была целителем, но лечить всё же умела.

— Давай-ка попробуем, — сказала она и убрала руку с глаз.

Я медленно открыла глаза и посмотрела на маму, что сегодня была одета в платье лимонного цвета с белыми оборками и бриллиантовый гарнитур отбрасывал солнечных зайчиков на все видимые поверхности.

Хмурое лицо Лаурениэль было обращено ко мне, она всматривалась в меня, будто силясь опознать степень моей беспомощности.

— Спасибо, мамуль, теперь намного лучше.

— Рада, что помогла, но хотелось бы знать, как вообще ты докатилась до жизни такой?!

— О, это увлекательная история, в которой ректор нисколько не виноват, так что не стоило кричать и звать его, честно, — стала я взывать к голосу разума родительницы, так как всё же надеялась доучиться в академии, если меня ещё не отчислили.

Так как мать стояла спиной к двери, то она не видела, что та бесшумно открылась и на пороге возник ректор, которого она так хотела видеть. Был он собран и хмур, видимо, зря я надеюсь, что меня поймут и простят.

— Спасибо, студентка, что вы пытаетесь защитить меня и не отрицаете своей вины в собственном состоянии, но я сам способен отстоять собственные интересы, а также интересы академии, чем и занимаюсь вот уже скоро двадцать лет, — сурово сказал он.

Мать вся подобралась, как только услышала начало этой тирады, руки сжались в кулаки, она плавно развернулась в сторону мужчины, собираясь его явно «размазать», если не физически, то хотя бы морально.

— А вот это мы ещё посмотрим! — начала она, но запнулась и замолчала.

Я удивлённо посмотрела на спину матери. Очень странно, что она всего одно предложение смогла за это время сказать, да и то не сильно нагруженное смыслом.

Перевела взгляд на ректора. Тот тоже молчал, но как-то странно смотрел на мать, жадно, если позволено мне будет так сказать.

— Э, мам, позволь представить тебе ректора Васторса, ректор, а это моя мама Лауренсия Ниалинская, — попыталась я сгладить неловкость, что разлилась по палате. Вот лично мне очень хотелось бы отсюда уйти, но я не могла, а эти двое будто бы и не собирались ничего делать, как стоять тут в тишине целую вечность.

— Мы, кажется, знакомы, — наконец произнесла мать каким-то тихим и неуверенным голосом.

— Да? А ты не говорила, — удивилась я.

— Я и не знала, что он тут работает, — ещё тише отозвалась она.

Ректор же отмер и даже сделал шаг вперёд, чтобы не стоять в дверях, а вот мать синхронно сделала шаг назад, чем вызвала ещё один мой недоумённый взгляд.

— А скажите мне, Фиалка, где ваш отец? — вдруг обратился ко мне ректор.

— Он умер, — отозвалась я, как мы и условились с мамой.

— О, что же, леди Лауренсия, предлагаю не мешать выздоровлению вашей дочери и перенести сей удивительно интересный разговор в мой кабинет, где нам никто не помешает. Просто жажду услышать про последние минуты отца Фиалки!

Сказал он это очень странным тоном, мать же молчала, будто воды в рот набрала. Та, которую было не заставить замолчать ни за какие коврижки.

Ректор сделал молниеносное движение вперёд, подхватил матушку под локоток и практически выволок в коридор, аккуратно прикрыв за собой дверь.

Что вообще тут происходит?!

А как же я? Мне кто-то что-то прояснит?!

Тут дверь опять открылась, но на пороге стоял целитель.

— Фиалка, вы уж извините, но ваша мать — просто стихийное бедствие! — возмутился он. — Я столько шума на вверенной мне территории в жизни не слышал!

— Простите её, пожалуйста. Она не со зла. У неё характер вспыльчивый.

— Это мы все поняли, — проворчал целитель.

— Давно я тут?

— Третьи сутки пошли.

— Ого! Я сильно пострадала?

— Сильнее всего глаза от пламени, но вижу, что вам стало лучше. Резерв вы чуть ли не в ноль израсходовали. Перенапряглись сильно, даже через блокиратор. Страшно представить ту силищу, что вы собрали.

— А лич?

— Вы его почти развеяли в одиночку, ректор с деканом за минуту его доразвеяли. Его в вашем огне видно было хорошо, так что теперь все знают, что вы правду говорили.

— А Майк? — вдруг вспомнила я.

— Сегодня ночью очнулся, сейчас спит обычным сном. А девушка очнулась в тот же день, когда вы к нам попали.

— Слава радужному водопаду!

— Да, будто со смертью этой сущностью чары со всех потихоньку спали.

— Можно мне сходить к Майкалзу?

— У вас сил не хватит на этот подвиг. Вы руку попробуйте поднять, — предложил целитель.

Я вспомнила, как стаскивала повязку с глаз и поняла, что он прав, я не дойду.

— Спите, набирайтесь сил, а там уж кто-то до кого-то сможет дойти, — улыбнулся он. — Дело молодое.

Я хотела сказать, что спать совершенно не хочу, но вдруг зевнула раз, потом другой и уснула, так и не успев додумать конец фразы.

Целитель, видимо, решил подстраховаться и усыпил меня, чтобы точно никуда не делать.

Что делать? Люди такие недоверчивые!

Спала я без сновидений, а проснулась оттого, что за дверью слышался какой-то непонятный шум. Негромкий, будто кто-то ногтем царапал стену или дверь.

Звук вроде бы приближался, но со странными перерывами. Я даже немного приподняться смогла, чтобы внимательно посмотреть в ту сторону. Напряжение нарастало. Что там происходит?

Долго напрягаться сил не было, поэтому я опять откинулась на подушку. Целитель сказал, что лича уничтожили, а с остальным я справлюсь. Думаю, что ничего более страшного в этой академии не водится, так что больше интересно, что же там такое происходит.

Так раздражает, что я не могу встать и посмотреть, что там происходит!

Но моё любопытство не осталось неудовлетворённым. Спустя некоторое время ручка моей двери резко повернулась и в палату буквально ввалился Майкалз. Выглядел он плохо. Лоб весь мокрый, ноги его плохо держали, так что дверная ручка была его единственной опорой.

— Майк! Ты там решил сознание потерять!

— О, Фиалка, ты не спишь? Это хорошо! — отозвался он напряжённым голосом и привалился к двери, умудрившись всё же прикрыть её и привалиться к ней уже в запертом состоянии. — Не хотелось бы тебя будить.

— Ты смеёшься? Напугал меня. Ты только не падай там! — крикнула ему, когда поняла, что он сейчас на пол съедет по гладкой поверхности. — Давай уже делай последний рывок до моей кровати, а тут уж ляжешь!

— Я лорд и не могу лежать в твоей постели до свадьбы! — гордо заявил он, но всё же в отчаянном рывке добрался до моего ложа, вцепившись в спинку кровати.

— Да ты такими темпами до выписки не доживёшь! Какая свадьба?

— Пышная, с гостями и цветами, с тортом в пять ярусов.

— Я смотрю ты, и минутки не размышлял, на эту тему, — присвистнула я.

— Обижаешь, я с сестрой планировал свадьбы последние лет семь.

— Чьи свадьбы? — не поняла я.

— Наши с ней. Она свою начала планировать, едва поняла, что это такое, ну и меня решила привлечь.

— Ясно. Слушай, а давай ты всё же приляжешь, тут места есть ещё, я худенькая.

— Ничего, я нормально тут стою.

— Ты чудно качаешься из стороны в сторону.

Парень постарался сосредоточиться на своём состоянии и, видимо, понял, что я говорю правду. Он осторожно постарался улечься на самом краю, но едва не промахнулся и я его уже буквально затаскивала на кровать.

— Ну что с тобой делать! Только сотрясения мозга тебе и не хватает, а то мало ты тут лежишь! — возмущалась я, пыхтя, как ёж.

— Прости, не думал, что это будет так утомительно, — пробурчал он, устраиваясь на моём плече, чтобы не скатываться с подушки.

— Мне вчера целитель прямо сказал, что я не дойду до тебя.

— Мне он это тоже сказал, но я решил, что мы и так долго не виделись ещё и расстались как зря и при неожиданных, так сказать, обстоятельствах, — вздохнул он и постарался вывернуться так, чтобы посмотреть мне в глаза. — Ты злишься на меня?

Смотрела на его бледное лицо, взлохмаченные волосы и просительный взгляд и не могла найти в себе злость или обиду, только облегчение оттого, что он очнулся, закончилось это выматывающее ожидание хороших вестей.

— Нет, уже нет, — отозвалась я спустя минуту раздумья. — Поначалу злилась, но теперь прошло.

— Я рад. Ведь понимаю, что поступил как идиот, действуя на эмоциях, но теперь уже ничего не изменишь.

— Ты заставил меня поволноваться. И опять заставляешь. Зачем ты плёлся сюда, зная, что еле живой!

— Вдруг подумал, что давно не водил тебя на свидание. Будто тысяча лет прошла, а тут все условия: ночь, тишина, романтика…

— И ты бледный полжёшь вдоль стены, пытаясь поцеловать пол? — не выдержав, съехидничала я.

— Женщины! Всё бы вам опошлить! Вот ночь есть?

— Есть, — согласно кивнула я.

— Кавалер есть?

— Есть.

— Обнимашки в наличии?

— Если за них считать то, что ты судорожно в меня вцепился, чтобы не грохнуться с постели, то да, есть.

— Некая новизна и необычность, что не даёт тебе зевать от тоски на свидании, присутствует?

— Безусловно! — совершенно честно отозвалась я. — Какие тут зевки, сердце не успевает успокоиться в череде событий!

— А ты сомневаешься: свидание ли это? Ещё какое!

Майк покрепче обнял меня и уже более решительно придвинулся ко мне, собираясь ещё что-то сказать, но тут раздался топот за дверью.

— Так, сдаётся мне, что моё отсутствие заметили. Так что следующее свидание назначаю у елей в холе! Ты в красивом платье, я держусь на ногах самостоятельно!

Только он закончил говорить, как в палату вбежала молодая целительница. Она окинула нас грозным взглядом, но было видно даже во мраке, что она покраснела и даже старалась не смотреть прямо на нас, а куда-то выше моей головы.

— Молодые люди, это полнейшее безобразие! Просто возмутительное поведение! Вам прописан постельный режим! — стала она вычитывать нам строгим голосом.

— Но мы и лежим в постели, только капельку режим нарушили, — постарался робко возражать Майкалз.

— Вы в это время должны спать, чтобы восстанавливались резервы организма, а не шастать по девичьим палатам! — терпение целительницы закончилось, и она резко взмахнула рукой.

Тело парня вырвало из моих объятий, и его по воздуху транспортировали туда, откуда он и пришёл. Возмущённый голос целительницы я слушала ещё минут пять. Радовало только то, что не мне это всё высказывалось. Надо полагать, решающим фактором в том, кого ругать, послужила палата, в которой нас нашли. Я-то была у себя, а вот Майк нет.

Я была счастлива уже тем, что увидела Майка и лично убедилась, что у него всё хорошо, так что можно лечиться дальше, хотя выписаться хотелось просто неимоверно!

Там, за дверьми целительской, происходит масса событий, а я тут лежу! Пора уже выбираться и довести наши поиски до конца, а то так до конца учебного года не управимся!

Выписали меня через два дня, так как на эликсирах я быстро поправлялась, ведь ничего глобального у меня не болело, просто большая потеря сил, а глаза мне мама вылечила.

Вот её саму я очень хотела бы увидеть и поговорить, но она забегала ко мне на пару минут. Со скоростью ветра уточняла у меня, как я себя чувствую, а потом убегала, куда-то не давая мне и слова вставить о ректоре и их разговоре, пользуясь тем, что я беспомощная лежу на кровати. На выписку не показалась, видимо, боялась, что я теперь смогу её удержать и расспросить с пристрастием. Но ничего, я до ректора дойду и всё выясню, пусть не думает, что я так это оставлю!

На занятиях меня встретили весьма приветливо, видимо, про лича и его уничтожение все уже знали. Тут же была и Сакра. Выглядела она бледной, но пересилить себя не смогла и лишь кивнула в знак приветствия, когда я проходила мимо. Считай, уже подвиг с её стороны.

— Рада, что ты объявилась, — сказала Матира. — У меня новости, давай я к тебе зайду после занятий.

— Только попозже, у меня же отработка.

— Нет её у тебя, она закончилась.

— Откуда ты знаешь? — удивилась я.

— К декану заходил господин Дрозт и очень громко сообщил, чтобы одну ненормальную трудоголичку забрали из библиотеки, так как её отработка закончилась давно, а она всё ходит и ходит, будто его библиотека приют для тех, кому некуда податься по вечерам. Велел тебя на свидание отправить, раз сама не знаешь, куда себя деть! — мы с Баем хохотали до упада.

Пока она рассказывала, я обратила внимание, что подруга как-то не так, как обычно выглядит. Но как не присматривалась, не могла понять, что же изменилось? Одета так же, коса заплетена в обычной манере. И тут я отвлеклась от разглядывания девушки.

— А кто такой Бай? — вдруг вычленила я новое имя.

— Вот об этом я и хочу тебе вечером поведать, так что жди меня после ужина! А сейчас занятие! — она кивнула на входящего профессора Вавайрика.

Посмотрела я на него с превеликим удовольствием. Даже соскучилась по нему за всеми жизненными перипетиями.

Но в одном подруга права, на парах не самое удобное время, чтобы делиться секретами и личной информацией. С нетерпением ожидала ужина, давно мне так не хотелось, чтобы настал вечер. К Майку меня не пускали, так как он был наказал на хождение в еле живом состоянии, что было грустно, так как я и его не успела ни о чём расспросить. Вокруг одни тайны, а ответов ноль!

Хоть Матира обещает рассказать новости, не скрываясь от меня.

Так что я основательно подготовилась к встрече, накрыла стол белоснежной скатёркой, разместила й лучший сервиз, что нашла, конфеты и пирожные, фрукты, всё что нужно для приватной беседы между подружками. Даже подушечки под спину нашла и положила в кресла.

Когда раздался стук в дверь, я уже минут тридцать как ожидала приятный вечер.

— Заходи! — радостно объявила Матире, стоящей на пороге.

— Ого, а ты времени даром не теряла, сообщила она, взглянув на стол.

— Так и есть! Присаживайся и расскажи мне всё-всё.

— Тогда, наверное, это тебе стоит начать рассказ, ведь я и половины не поняла, что случилось, а я уж продолжу, так как твои события случились явно раньше моих.

Не стала возражать и поведала всё о своей охоте на лича, даже как в комнаты ректора и декана обшаривала в подробностях, про Сакру и Майка. Слова из меня лились потоком, я просто не могла их удержать в себе, так хотелось поделиться с кем-то.

Подруга только головой качала, слушая о моих приключениях.

— Не первый день тебя знаю, — сказала она, когда я остановилась, чтобы перевести дыхание и отхлебнуть чая, — но никак не привыкну к тому, что ты экстремально бедовая. По тебе никогда не скажешь, что ты способна куда-то влезть, за кем-то гоняться и прищучить лича!

— А что по мне скажешь? — заинтересовалась я.

— Что на тебя ветерок подует и ты развалишься, — расхохоталась она.

— Ясно, — вздохнула в ответ, — но ты не отвлекайся! Твоя очередь рассказывать.

— О, всё благодаря тебе! Ты обещала, что поможешь мне с кавалером и помогла ведь! Я ни минуты не верила, что что-то выгорит, но нет же, получилось!

— Пока не очень понятно, — отставила я чашечку. — Я же в целительской лежала.

— Вот именно, но даже оттуда помогла! Слушай! Когда тебя ректор вынес из подвала без сознания, то отнёс лечиться и сразу вернулся обратно, убедившись, что тебе ничего не грозит. Он посовещался с преподавателями и решил, что нужно выставить патруль, чтобы все страждущие подробностей студенты не бегали по подвалам. Зная возможности нашей братии, думаю, это было правильное решение. Сами преподаватели аккуратно разбирали стену и осматривали всё, что внутри, снимали слепки аур, буквально по крупицам собирали всё, что им могла дать скрытая комната. И вот на второй день декан выделил в патруль меня, а от магов земли дежурил Байкон Кропс!

— Это он тебе так нравился? — не выдержала я и немного перебила подругу.

— Именно! Я поверить не могла своему счастью, но не могла выдавить из себя что-то умное, чтобы он хоть заинтересованно взглянул в мою сторону. Беседовал он в основном с магами воды и воздуха, что были с нами в патруле, а я тихонько подпирала стену и следила за ним краем глаза. И вот в разговоре, естественно, заговорили о давней тайне и личе, а также тебе, которая его выследила. Он и спросил парней, что им о тебе известно. Вот тут-то воздушник возьми и скажи, что ты спрашиваешь нас, если вон её подружка стоит, у неё и спроси. Я вся напряглась, а он подошёл и вправду заговорил со мной. Спросил, что ты за маг и правду ли о тебе говорят, потом про учёбу заговорили, чему нас учат, незаметно и на меня перешли, так мы и проговорили до утра, а когда сменялись, он сказал, что вечером на ужине подойдёт договорить. Будто за столько часов мы не успели что-то сказать друг другу!

— И подошёл?! Да?!

— Конечно! На меня вся группа так смотрела, что словами не передать, а он просто подсел ко мне и заговорил, будто мы и не расставались с того же места. У меня будто крылья выросли!

Вот тут-то до меня и дошло, что не так с подругой! Всё с ней нормально, просто она выглядела счастливой. Такой я ещё её никогда не видела. Глаза сияли как начищенные монеты, плечи расправленные, улыбка на лице, всё то, чего раньше ей не хватало.

— Рада за тебя, пусть я косвенно, но помогла тебе! — рассмеялась в ответ. — А я-то строила грандиозные планы, как вас непринуждённо познакомить, а вы и сами чудесно справились. Слушай, так, а что там с комнатой? Нашли что-то?

— Нашли, только ещё ничего не объявили, сказали, что пока длится расследование, ничего говорить не будут, но я на своём дежурстве видела, что в комнате был скелет, так что, похоже, нашла ты хозяйку замка.

— Так, надо поговорить с её призраком, а то вдруг исчезнет!

— Прямо сейчас?

— А когда? Если тянуть, то могу не успеть! — вскочила я на ноги. — Если хочешь, подожди здесь.

— Нет уж, я с тобой, а то мало ли чего!

До библиотеки мы добрались в рекордные сроки, так как практически бежали. На нас иногда оборачивались студенты и шепотки неслись в пину. Хотя трудно их винить. Я бы тоже удивилась, куда это на ночь глядя несутся две девушки.

Я вбежала первой, до закрытия оставалось десять минут.

— опять ты! — возопил господин Дрозт. — Это просто невыносимо! Я же сказал, что твоё время вышло!

— Я не на отработку, уважаемый господин библиотекарь, мне с призраком поговорить!

— С каким призраком? — уставился он на меня. — нет у меня их тут.

— Есть, первой хозяйки замка. Я быстро! Она тут от лича пряталась.

— Не видел я её.

— Только я и вижу бедняжку. Я быстро! — и бегом понеслась к тому месту, где обычно бродила леди, за мной Марика, а потом уж и господин Дрозт не выдержал и припустил за нами, видимо, ему тоже не чуждо любопытство.

Призрачная леди была на месте, она привычно что-то бормотала, проплывая вдоль стены.

Хоть что-то остаётся неизменным и это приятно.

— Добрый вечер, леди, — окликнула её тихонько. — Поговорите сегодня со мной?

Дама вздрогнула и обернулась, лицо выражало испуг, но рассмотрев меня она успокоилась.

— А это ты видящая девочка. Пришла поболтать?

— Немножко, больше новость сообщить.

— Какую же? — полюбопытствовал призрак.

— Мы уничтожили лича, так что вы можете больше не прятаться.

— Не может быть! Столько лет, столько долгих лет, и вот ты мне говоришь, что я свободна, — стала причитать леди, заламывая руки.

— Да, мы с ректором, деканами и другими преподавателями справились, — сказала я, решив не привлекать внимание к своим приключениям.

— Даже не знаю как тебя и отблагодарить за такую новость!? — радостно всхлипнула она.

— Может быть вы вспомните что-то, что поможет мне отыскать наследство моего друга, или о своём заточении?

— Я не помню много, — вздохнула она грустно, — говорила же.

Мы обе замолчали, каждая думала о своём. Ей, видимо, вспоминались былые времена, которые теперь она помнила лишь фрагментами. Смерть не помогла ей всё помнить. Большое заблуждение считать, что мёртвые всё знают, они, как и все, помнят только свою жизнь, а в данном случае, даже не всю!

Хотелось бы её как-то расспросить, чтобы ускорить поиски. Решила, что можно не задавать прямых вопросов, раз ответов она не знает, а зайти издалека, так сказать.

— Скажите, а ваш муж любил свой кабинет?

— Очень, он там проводил большую часть дня. Делами занимался, счета вёл. Никому этого не доверял, очень хозяйственным был, да и магом не слабым, так что железной рукой управлял имением.

— А что же сестра ваша? Почему жила с вами? Замуж не хотела?

Призрак даже рябью пошёл, так разволновался.

— Какой там не хотела! Очень бы была рада, да не звал никто! Пугала женихов её мощный тёмный дар. Ну кому нужна жена-проклятийница. Силищи было много, а счастья не было. В коне концов, после смерти родителей пришлось ей к нам с мужем переселяться, а то не гоже девушке жить одной, хоть ей тогда уже и лет было немало. У меня уже трое детей было, а она всё в девках ходила.

— Так она поэтому вам завидовала?

— Ну это моя экономка, горничная, дворецкий, может, ещё кто-то так считали, но я не верила, что она что-то сделает. Ведь тяжело не завидовать, когда живёшь в настоящей семье, а своей создать не суждено. Старалась окружить её заботой, чтобы не чувствовала себя ненужной, но с каждым годом она становилась всё несноснее. Характер портился.

— Скажите, а ваш муж спокойно позировал для портретов? — вдруг решила я задать нетривиальный вопрос.

— Совсем не позировал, при мне ни на один так и не смогла его уговорить. Он считал это пустым бахвальством и время тратить не хотел.

Опять наступила тишина. Я размышляла про картину в покоях предка Майка. Ни одного портрета, а перед смертью вдруг решил оставить свой портрет? Странно как-то, учитывая, что я согласна с призраком, что с возрастом характер портиться, так откуда же взялось это терпение для позирования? Что-то старый хозяин замка задумал, осталось понять что.

— Леди, а что вы скажите на то, чтобы прогуляться в погреб, там нашли тайную комнату с остатками человека, может, поможет вам вспомнить что-то? — предложила вдруг я.

— Вас туда не пустят, — вдруг вставил господин Дрозд в наш разговор свою лепту, я даже вздрогнула, так как забыла, что он тоже тут.

— Нас может и нет, а хозяйку замка никто и остановить не сможет, не видит же никто, — отозвалась Матира.

Конечно, они слышали только мои фразы, но смысл нашей беседы уловили.

— Вот не знал бы, что ты нормальная, — потёр подбородок библиотекарь, — решил бы, что чеконулась девка. Ладно, забирай отсюда эту неучтённую в моём хозяйстве леди и веди её куда хочешь, только потом сдай ректору. Зачем ей по библиотеке моей вечность бродить?

С этими словами гном развернулся и ушёл не оглядываясь.

— Призрак — не багаж! — возмутилась подруга.

— Не будем скандалить, он прав, что надо рассказать ректору, надо же помочь леди, — вздохнула я, — самой мне не справиться, ведь я не знаю как!

Призрак ничего не говорила, будто и не было её тут, а о чём-то глубоко задумалась. Я даже не знала окликнуть её или не стоит. Но тут она сама повернулась ко мне.

— Идём, посмотрим на ту комнату. Раз нет больше лича, то думаю, стоит приглядеться пристальнее к вашей находке.

Призрак медленно поплыл через двери на выход. Хотя она могла бы сквозь стены добраться напрямую намного быстрее, но предпочла двигаться с нами. Устала от одиночества?

Когда мы втроём спустились в подвал, то на дежурстве стояли незнакомые парни, а вот девушки очень даже знакомые.

— Девчонки! Вы пришли нас проведать? — обрадовалась Тисса.

— Немножко, — отозвалась я, чтобы не обижать подруг.

— Так вы на находку вблизи посмотреть? Но ты же сама её и нашла! Хотя, внутрь не успела зайти! — тарахтела Лисса. — Только теперь нельзя никому идти, ректор запретил!

— Мы и не пойдём, успокоила её Матира, — с вами постоим.

— Отлично! А то скучно тут сил нет, а Тарка и Марка нам не дали в компанию.

Я понимала, что их надо было разделить, а то охраной бы заниматься было бы некому, эти влюблённые только друг на друга способны смотреть не отрываясь. Мимо них и рояль бы можно было вынести, а они и не заметили бы.

Хозяйка же замка проплыла невидимкой между студентами и скрылась в проходе найденной мной комнаты. Мне ужасно хотелось туда пробраться, но подставлять девчонок совершенно не хотелось, тем более что тут были чужие парни, которые нас могли мигом заложить.

— Ты огненная дочь огненного отца, половинка от обоих миров, тебе видимы незримые остальным истины, ты найдёшь то, к чему так стремиться твое сердце, главное загляни в книгу рода его! — вдруг выдала Лисса деревянным голосом, заставив всех на неё посмотреть, а охранничков и отойти от нас подальше. — И надо бы нам встретиться вечерком, только завтра, а то мы сегодня как видите, не можем, а то давненько не собиралась.

Этот переход от одного её состояния в другое заставил всех вздрогнуть.

— Сестрёнка, дай осознать первые твои слова, а потом уж про сборы обсудим, — сказала Тисса, — а то ты тут Фиалку озадачила.

— Чем это? Мы и раньше собирались.

— Да ты тут успела нас озадачить своим пророчеством, — прямо сказала Матира, чтобы девушка не мучилась в догадках.

— Опять?! Ты становишься моей любимицей, я уже сбилась со счёта! — воодушевилась Лисса. — Что-то страшное?

— Нет, опять что-то непонятное, — рассмеялась подруга.

Мне оно было почти понятно, даже порадовало обещанием разгадывания тайны! Осталось понять про какую книгу рода речь?

— За всеми этими предсказаниями мы немного подзабыли о призраке, который вдруг вернулся ко мне и по её лицу я поняла, что ей есть, что мне поведать.

— Девочки, с вами хорошо, но у меня ещё поручение от библиотекаря, так что надо дойти до ректора, пока не очень поздно, — сказала я.

— Мне пойти с тобой? — уточнила Матира.

— Нет, я справлюсь, — чувствовало моё сердце, что разговор будет долгим, да ещё и личным, так что друзья и подруги могли стать при нём лишними.

Попрощавшись с пифиями, я пошла к выходу из подвала, а призрачная леди поплыла за мной.

До кабинета ректора добрались мы небыстро. Призраку спешить было некуда, а я размышляла о странном поведении матери при встрече с моим руководителем академии. Эти мысли я от себя гнала, надеясь, что мама сама мне всё расскажет, но, видимо, на родительницу я надеялась зря.

Она просто не давала мне шанса что-то спросить или сказать, а это сразу наводило на определённые мысли.

Реакция ректора также была интересной. Эти их гляделки и его интерес к смерти моего отца подозрительны до невозможности, но я очень старалась не делать никаких выводов, поэтому решила для себя, что не только по делу призрака побеседую с господином Васторсом, но и по интересующим меня вопросом касательно матери. Никто меня из его кабинета не выставит, пока я не получу ответы на интересующие меня вопросы.

Когда заветная дверь оказалась передо мной, глубоко вздохнула, чтобы успокоиться, и постучала.

Никакого ответа не последовало, но дверь отперлась сама собой, приветливо распахнувшись во всю ширь.

Надо полагать, что это недвусмысленное предложение войти!

Мы с призрачной леди шагнули в кабинет.

За своим массивным столом из морёного дерева с затейливым орнаментом, восседал ректор. Он, откинувшись на спинку стула, ждал моего приближения.

Никаких особенных эмоций я на его лице не рассмотрела.

— Добрый вечер, ректор Васторс, — сказала я, остановившись перед его столом.

— И тебе, Фиалка. Хотя скоро уже и ночь наступит, а ты всё не отдыхаешь. Что-то случилось?

— Мне бы хотелось поговорить свами по накопившимся вопросам, — совершенно серьёзно сообщила ему.

— Даже так? — удивился он. — Тогда присаживайся, обсудим.

Я не стала отказываться и опустилась в удобное кресло, обитое бархатом и прошитое золоченой ниткой. Устроившись с комфортом, посмотрела на мага.

— Я привела с собой леди, что была хозяйкой этого замка.

— Ту, что не смогли найти и повесили её убийство на мужа? — уточнил ректор.

— Да. Она сегодня побывала в той комнате, что я обнаружила и хочет что-то рассказать, поэтому мы и пришли. Она будет говорить мне, а я вам, чтобы не переиначить её слова впоследствии. Мне бы хотелось, чтобы вы помогли ей. Сколько можно бедной женщине скитаться одиноким призраком?

— Согласен, что в этом нет ничего хорошего. Помогу чем смогу, — сложил он руки в замок на столе, выражая готовность слушать.

Я же посмотрела на призрачную даму и кивнула ей.

— Когда я зашла туда и увидела кости скелета на полу, то сразу поняла, что это всё, что осталось от моей земной жизни, — начала она рассказ своим тихим потусторонним голосом.

Мне же оставалось также безэмоционально озвучивать её рассказ.

— Стоя там, вспомнилось, как закончилась моя жизнь и как же я была глупа и наивна в отношении своей сестры. Тьма давно поглотила все её светлые чувства, заполнила разум. Она меня просто люто ненавидела за то, что у меня было всё, о чём она мечтала. Да ещё вынужденная жить в нашем доме в непосредственной близи от недосягаемого она совершенно обезумела и решила мне отомстить. Вот за что?! За что?! Я ли наделила её тёмным даром?!

Некоторое время леди молчала, собираясь с мыслями. Мы с ректором терпеливо ждали, когда дама продолжит свой рассказ, что давался ей столь нелегко.

— В один из вечеров, когда муж отправился прогуляться по окрестностям, она сказала, что хочет сходить со мной в погреб, попробовать вино. Было уже очень поздно, почти все слуги ушли спать. Я пыталась её вразумить, но она ответила, что ей без разницы, сколько сейчас времени, так как вся её жизнь свободна, а я в коем веке не занята мужем и детьми. Она надавила на моё чувство вины, и я согласилась. Ну что такого? Сходим и вернёмся. Но свой замысел она явно вынашивала давно. Она нашла этот чулан, который ещё не использовали, навесила на него сильнейшие заклятия отвода глаз, звуконепроницаемости и когда оставила меня там без сознания, то запечатала дверь и прокляла это место, сказав, что никто из этого мира не найдёт меня и не сможет открыть эту дверь. Я очнулась, когда она произносила слова проклятия, но потом забыла это. Мне казалось, что я просто проснулась в темноте одна, но я ведь слышала, как она проклинала меня и моё счастье! Там, стоя за дверью, она просто источала ненависть. Всю душу вложила в заклинания! Мне даже в посмертии не хотелось верить, что моя сестра так меня ненавидела, что отдала душу, став личом, чтобы отобрать у меня всё! Мы даже не чужие люди и так со мной поступить! Там я и осталась навеки, никем не найденная. Про тот чулан все забыли и не смогли бы его открыть, даже если бы вспомнили. Меня никто даже приведением не видит кроме тебя. Такова мощь её проклятия.

— Мне очень жаль, — тихо сказала я.

— И мне жаль, — кивнула она. — Жаль мужа, детей, себя. Они так и не узнали, что со мной стало, ушли за грань в сомнениях и непонимании, но теперь я надеюсь, что найду их, смогу объясниться, рассказать, если, конечно, вы знаете, как и мне покинуть этот мир.

Я вопросительно посмотрела на ректора.

— Думаю, тут всё стандартно. Очистить кости от проклятия, и похоронить в семейном склепе, — сказал маг, силясь рассмотреть его гостью, но явно ничего не получалось, так как он смотрел левее её.

— Вы сможете это сделать?

— Думаю, это лучше поручить той, кто обладает чистейшим светом души, — серьёзно сказал он и посмотрел на меня.

— Я не умею, — тут же отозвалась на его взгляд, но сообразила, что сказала не сразу.

Выходит, он знает, что я фея?

— Мы попросим твою маму, она умеет. Я так понимаю, что второй твой вопрос связан с ней? — внимательно следя за моей реакцией, спросил он.

— Вы правы.

— Тогда нечего тянуть, зови её, тебе это проще, а ко мне она может и не прийти.

— Почему?

— Дуется, — вздохнул он.

— Ясно.

Уж что-что, а про мамины капризы и обиды я могла бы написать методичку!

На секунду прикрыла глаза и отправила зов, с просьбой мне помочь вот прямо сейчас.

Не прошло и минуты как мать появилась возле меня. Она была одета по последней человеческой моде и даже с причёской и украшениями.

Ого!

— Ты была на приёме? — удивилась я, рассматривая её шикарное платье.

— И что?! Я бросила всё, чтобы спасти тебя! Моё единственное дитя, что и недели не может прожить без неприятностей! Рассказывай, что случилось! И почему ты сидишь возле этого унылого старомодного призрака? Где ты его вообще откопала?!

Ректора она демонстративно не замечала, будто его вообще не было в комнате. Интересно.

— Мама, я хочу, чтобы ты провела очищение светом души, так как я не умею, — сказала я совершенно спокойно.

— И зачем нам это нужно? — приподняла мать одну идеальную бровь.

— Чтобы этот чудесный призрак смог уйти к своим давно почившим родственникам, — мягко отозвалась на её вопрос.

— Фиалка, что я тебе говорила про людей и их умения сесть тебе на шею, стоит только понять, что ты можешь для них что-то сделать?!

— Говорила, мам. Всё понимаю, осознаю, но надо помочь, — я смотрела ей прямо в глаза, даже не моргала.

— Ты меня с ума сведёшь! Ладно! Показывай, где там останки несчастной жертвы!

Я не стала долго сидеть и ждать, а сразу соскочила с кресла и повела матушку в подвал. В принципе, мы могли туда и перенестись, но я вспомнила об этом только по дороге, ведь сама старалась ходить пешком, чтобы привыкнуть и не перенестись нечаянно среди людей. Мать ничего по этому поводу не сказала, а вышагивала как королева с гордо поднятой головой и прямой спиной.

Чувствую, не так она безразлична к ректору, как хочет казаться. Сейчас разберёмся с призрачной леди и задам тот самый важный вопрос, что вертится у меня на языке!

Так и подмывало коварно захихикать, но я сдерживалась, чтобы не провалить ритуал.

— Как ты вечно оказываешься в таких местах? — возмутилась мать. — Тебя так и притягивают какие-то подвалы, паутина, чуланы и целительские! Это ты явно не от меня взяла!

— Да, пожалуй, это мне от папы досталось, — беззаботно отозвалась я и прошла в пролом первой, однако краем глаза видела, как эти двое за моей спиной переглянулись: мать недовольно, а ректор удивлённо.

Внимательно следила за тем, как мам окутывала светом души истлевшие останки первой хозяйки замка, как они становятся светлее, будто с них и вправду грязь сошла. Заняло это всего пару минут.

Вот всё, что требовалось после многолетнего забвения.

— Я всё сделала.

Сказано это было явно не для меня, так как это я и сама видела.

— Спасибо мама!

Обернулась к ректору, тот сделал какой-то пасс руками и произнёс несколько слов и останки леди оказались собраны с погребальную урну. Он вопросительно посмотрел на маму.

— О, я теперь ещё и извозчиком должна тут подрабатывать?! — возмутилась она, но схватила меня и ректора за руки, а тот едва успел подхватить урну, как мы перенеслись в семейный склеп семьи Майка, если судить по надписям на табличках.

Маг опять сделал несколько пассов и плита, где было написано имя леди, отъехала в сторону. За ней, естественно, ничего не было, вместо даты смерти стоял вопрос и год.

Ректор расположил урну и задвинул плиту обратно.

— Прах к праху, плоть к плоти, — сказал он и отошёл.

Мама же взмахнула рукой, осыпав пространство пыльцой.

— Свет души не оставит тебя в пути, — произнесла она.

В этот момент мы все увидели призрачную леди, что мерцала в золотистом свете и улыбалась нас.

— Спасибо вам всем! — сказала она, приложив руки к груди.

Но через миг, вспыхнув, словно новая звезда, исчезла, а мы остались в темноте.

— Ну а теперь можно и поговорить! — радостно объявила я, схватила мать и ректора за руки и перенесла в кабинет, чтобы не сбежали!

Сейчас они мне всё расскажут!

В кабинете я их отпустила, но переводила заинтересованный взгляд с одного на другого.

— Теперь, когда мы отправили леди-призрака к лучшему посмертию, ответьте мне на вопрос: что происходит? — сурово произнесла я.

— То ты, мама, кричишь и требуешь ректора, чтобы разорвать его на лоскутки, то теперь и слова ему не говоришь!

— Мне нечего сказать более этому господину, — холодно отозвалась она и почти отвернулась от лорда Васторса.

— Удивительно, Рени, а ведь ранее мы могли говорить часами и нисколько не уставали. Темы всегда находились, — несколько язвительно ответил он на выпад матери.

Я перевела заинтересованный взгляд уже на него. Что ещё за «Рени»?

— О, не надо фамильярничать! Мы не в тех отношениях! — воскликнула мать, резко развернувшись в его сторону.

— А в каких же мы отношениях? Поясни мне, будь добра! — возмутился маг. — Вот я себя чувствую обманутым дураком!

— Ты и есть дурак!

Я слушала эту «милую» перепалку и размышляла о том, что взрослые ведь, а ведут себя хуже детей, что не могут отпустить обиды и спокойно поговорить.

Мама строила из себя неприступную и прекрасную леди, что ей, конечно, очень шло, этакая капризная красавица, но проблемы это не решало.

— Нельзя ли для тех, кто ничего не понимает немного пояснить, — наконец, не выдержала я. — Что вы уже не поделили?

Сама себе напоминала строгую воспитательницу.

— Вообще-то это я твоя мать!

— Я в этом нисколько не сомневаюсь мама и люблю тебя всем сердцем, но это никак не проясняет вопроса вашего странного поведения.

— Мне тяжело общаться с этим магом, у него несносный характер, мы познакомились давно!

Да уж, такой краткости повествования мама достигала нечасто. Перевела взгляд на ректора в надежде хоть на какие-то подробности.

— Понимаешь, Фиалка, я полагаю, нет, даже совершенно уверен, что я твой отец, но Рени строит из себя дурочку и не признаёт этого факта, — спокойно сказал он мне, хотя я видела, что по его волосам пробегают искры, а значит, не так он спокоен, как хочет показаться.

Но сам фак того, что мой отец найден, он сидит передо мной, и это большой, сильный, красивый мужчина, за которого не стыдно, меня неимоверно радовал. Оставался только один вопрос.

— А почему ты меня не навещал? Или к себе не брал хотя бы иногда?

Я как-то незаметно перешла на ты и даже не запнулась, так естественно это вышло. Присела на краешек кресла и ждала ответ.

— Вот тут и начинается самое непонятное. Я не знал о тебе. Даже не догадывался. Думал, твоя мама бросила меня без объяснения причин и ни разу за почти двадцать лет не объявилась. За эти года я много чего успел надумать. Размышлял, что я мог сделать или сказать не так, раз меня так внезапно и бесцеремонно бросили, но до сих пор не получил ответа сам, — ректор перевёл тяжёлый взгляд на маму.

— Нет, вы только его послушайте! Я его бросила! Это же наглость какая! — возопила мать с таким негодованием, что я безоговорочно поверила, что она искренне считает себя невиновной. — Это, вообще-то, я ждала тебя неделю, как дура, в той захудалой гостинице, боялась выйти из номера, чтобы не пропустить твоё возвращение! И только тогда, ушла оттуда и больше не возвращалась в эту захудалую империю!

— Постой, — взмахом руки остановил её ректор. — Я же оставил тебе внизу записку, что меня срочно вызвали по работе на неопределённый срок, так как был сильнейший пожар на юге и местные маги не справлялись. Я же ясно написал, что точно не знаю, когда меня отпустят! Мне надо было бросить погибающее население моей страны, чтобы ты не скучала неделю?!

— Нет уж, это ты не сочиняй! Моё веселье тут ни при чём! Никакой записки я не получала! Так что не нужно сейчас придумывать себе оправдания!

— Ничего я не придумываю! Я оставил её хозяину, чтобы он передал её тебе, когда ты спустишься! Хоть сейчас тебе докажу, пошли, сама его спросишь!

— А вот и пойду! — мать была настроено очень решительно, видимо, многолетняя обида не давала покоя!

— Дочь, Майкалза выписали! Мы с твоей матерью отлучимся! — ректор решительно взял фею за руку и кивнул мне. Я ему рассказал о тебе, а то бедный парень сам не знает, как выжил, а остальные ничем ему помочь не могут, так как тоже не осведомлены о тебе!

— Хорошо, отец, — на последнем слове я несколько запнулась, так как не привыкла его произносить, но мне понравилось.

— Переноси! — грозно велел ректор матери.

— Не указывай мне, что делать! Сама знаю! — тут же взвилась мать, но они всё же исчезли из кабинета, а я решила, что дожидаться смысла нет, так как они ещё долго могут не вернуться. Ругались они так, будто все эти годы были женаты. Очень вдохновенно и профессионально.

Я ещё раз посмотрела на портрет первого хозяина замка, раздумывая о своём.

Надо полагать, гостиница эта навеет много воспоминаний, а там ещё разборки, так что пошла я вниз, может, найду своего парня! Так хочется с ним поговорить, а лучше обнять!

Прошло десять лет

Просто не верится, что уже прошло целое десятилетие! Я отлично помню, как стояла во дворе академии и собиралась быть всю жизнь счастливой, пока мой отец и Майкл, переносили его наследство, а теперь я стою на том же месте, и жду пока муж освободится от студентов, чтобы отвезти меня в театр!

Мы подбросили дорогих внуков к бабушке и дедушке, чтобы они прекрасно провели вечер вчетвером, а мы вдвоём.

Микки и Мичи наши любимые близнецы, четырёх лет от роду, что способны построить крепость не из чего, обороняться от злобной нежити подушками, пройти болото из одеял и спастись на островке из подушек!

Скучать они никому не позволяют, так как сами этого не любят.

Мать говорит, что они все в деда, дед горд до невозможности и разрешает им крушить свои апартаменты в каждый приход.

— Мальчишкам нужно быть активными! В этом нет ничего такого! — возмущался он, если мать пыталась призвать их к порядку. — они точно будут огненными магами.

— Чудесно, а нас обязательно жить на развалинах в связи с этим? — иронично спрашивала мать.

— Моя любимая ворчунья, ну, потерпи немного, они скоро всё это перерастут.

— Да? Глядя на их родителей, мне в это совершенно не верится!

— Наша дочь — очень любознательная леди, даже немножко бесстрашная! — с не меньшей гордостью сообщал ей ректор.

— Как по мне, так она немножечко сумасшедшая, а муженёк ей ещё и потакает! Что за эксперименты они проводят?

— Ну а как ты хотела? Они же работают на кафедре экспериментальной магии.

— Я хотела спокойствия и дочь-леди.

— А получила дочь-экстремального мага.

— Экстремальная фея — это же нонсенс, — грустно вздыхала мать, на этом спор обычно завершался.

Ну а что такого? Я продолжаю любить расследования, эксперименты и весёлые затеи!

К окончанию академии с меня сняли блокираторы, так как я успешно овладела своей стихией. Отец сам со мной занимался, не доверяя никому этот процесс. Как мне кажется, декан был просто счастлив делегировать ему эту почётную обязанность.

В академии очень удивились, когда ректор объявил, что я его дочь, чтобы ни у кого не осталось сомнений. Многие стали пытаться набиться ко мне в друзья, но я осталась со своей верной компанией и их вторыми половинками. Нас вышло не так уж и мало!

Тисса и Лисса со своими мужьями обосновались в имении их родителей и активно помогают им с делами. Они приобрели ещё два корабля за это время, так хорошо у них шли дела. Я довольно часто наведывалась к ним в гости, учитывая, что мне несложно перенестись к ним в гости.

Самое смешное, что у них тоже есть детишки, у каждой пары по дочке. Отцы строят планы относительно наших близнецов. Я ничего не говорю, но не собираюсь составлять никаких долгосрочных планов. Ещё не хватало!

Миранда с Эрилом воспитывают уже троих мальчишек. Папа их горд так, что словами не передать. Работает они в соседнем городе, так что видимся мы нередко. Ему предложили отличную должность магического смотрителя города, так что они не бедствуют.

Байкон окончил аспирантуру, чтобы не оставлять Матиру, а как только она получила диплом, они умотали в приграничье осваивать новые территории. Видела я их. Что могу сказать, прелести дикой жизни меня не впечатлили, если не считать полчища комаров и мошек на один квадратный метр. Я-то с ними справилась, но сам факт! Однако, им нравится. Они о детях даже и не мыслят, не все ещё территории открыты, народы освобождены, а они ещё не нагулялись.

Их я стараюсь забирать в цивилизованный мир, чтобы пообщаться, а то от их немытых физиономий и пропылённой одежды становится страшно. Они не возражают, так как возможность помыться в ванной с пеной, выспаться на мягкой кровати у них появляется вместе со мной, так что стоит ли говорить, что меня ждут и всегда рады видеть!

Лорис так и не встретил богатую леди своей мечты. Он уехал и говорят, живёт в своём имении, покоряя местных красавиц. Возможно, и так, хотя в чём его обаяние, я так и не поняла.

Сакра со мной не разговаривала до самого выпуска, а потом просто исчезла из академии, не сказав никому «прощайте», но декан мне сказал, что её видели в столице, работает в ведомстве правопорядка. Рада, что она нашла своё место в жизни. После выписки из целительской она больше никогда не скандалила, но и улыбки на её лице никогда не появлялось, будто лич выпил все её эмоции.

Зарэк всех удивил, умудрившись покорить девчонку с первого курса. Она хоть и не аристократка, зато приданое такое, что и принцесса позавидовала бы. Парень бросил слушать Лориса да и устроил своё счастье со всей возможной поспешностью. Теперь живёт в столице, прикупил огромный особняк и горя не знает. Водит свою жёнушку по балам и театрам, так что если встречаемся, всегда вежлив и счастлив видеть старых друзей.

Первый раз очень удивилась, услышав такое от него, но потом привыкла. Мы хоть и не дружили, но мне он и не досаждал, а хочется ему думать, что мы были друзьями, то ради всех богов, пожалуйста!

Да, кстати, о декане! К нам пришла учиться молодая аспирантка — воздушница из приморской академии, очень крутая девица. Силищи немерено, энтузиазма ещё больше, никаких чинов и званий не признаёт!

Вот уже два года вся академия следит за этим противостоянием. С переменным успехом они побеждают друг друга в словесных дуэлях и магических баталиях.

Надо написать роман об их отношениях! Это же просто невозможная любовь, как по мне! Просто они ещё этого не поняли. Начинаю думать, что надо бы им об этом намекнуть, пока кто-то не пострадал!

В остальном же моя жизнь прекрасна! Муж преподаёт, меня носит на руках, детей балует, ладит с моими родителями, его меня тоже принимают очень хорошо, так что я счастлива здесь и сейчас, чего и вам хочу пожелать!