*Ба-а-а-ах*

Оглушительный звук. Взрыв сотряс землю.

Все предметы мебели задребезжали от детонационной волны. Глухим отзвуком с металлической примесью она пробежала по стенам дома.

У меня свело скулы от воспоминаний из прошлой жизни, а внутри все съежилось.

Неужели началось?

Топот за дверью комнаты, только усилил мои предположения. Отец что-то кричал сестре и матери.

Я быстро встал с кровати и в два шага сократил расстояние до двери, но открыть ее не успел. Она резко распахнулась и в проеме появилось испуганное лицо отца.

— Ларион, живо за мной! Беда! На посад напали! — не своим голосом произнес отец.

Еще одна волна взрыва пошатнула дом. Мне и отцу пришлось искать опору чтобы удержать равновесие.

Ударили куда-то совсем рядом с нами. Значит, твари уже близко и времени на раздумья или раскачку у нас нет.

Испуганный отец, не говоря больше ни слова, скрылся в коридоре. А я, схватив с полки нож в ножнах, выскочил следом за ним.

За годы проведенные в этом теле, я привык к мирной жизни и уже думал, что все забыл. Но рефлексы, как оказалось, возвращаются быстро. Очень быстро.

Первобытный страх исчез. Мозг заработал на триста процентов. Тело напряглось. Я стал максимально сосредоточен. А еще переживал, что не готов…

На первом этаже уже стояли дрожащие мать, младшая сестра двенадцатилетка и совсем мелкий брат — двух лет от роду, у нее на руках.

— Я не знала, что брать с собой, — кинулась мать к отцу с холщевым мешком в руках. — Взяла хлеба, сыра, солонины и вяленой рыбы…

— Этого хватит, — коротко оборвал ее отец, забирая мешок из рук и надевая его за плечи. — Быстрее у нас нет времени.

*Ба-а-а-ах*

Новый взрыв разорвался, казалось, прямо у нас на пороге. Уши заложило, а в голове задребезжало.

— Мама, мне страшно, — запищала Ника, крепко прижимая к себе брата Никона, который сидел у нее на руках и истошно вопил

— Ничего не бойся, детка. Папа нас защитит, — пролепетала мать. Кажется, она сама не верит, в то, что говорит.

— Все будет хорошо, — заверил нас отец. — Рита, ты за мной, — это он матери. — Держи Нику крепко за руку и ни на что не обращай внимание. Смотрите обе мне только в спину, старайтесь не вертеть головой, — это он уже им обеим. — Ник, постарайся, чтобы и Никон смотрел только прямо, — та кивнула ему в ответ. — Ларион, ты — мои глаза сзади. Ты уже взрослый. Если увидишь, хоть какую-нибудь опасность — тут же дай мне знать.

— Конечно, отец, — коротко кивнул я.

Конечно, отец. Ты даже не узнаешь, что что-то случилось. Дай только встретиться с этими тварями

Отец коротко кивнул мне и открыл входную дверь. Тут же нас обдало запахом паленого мяса и жаром огня.

Краем глаза я заметил, как Ника замерла от ужаса, пока отец выходил из дома. Я легонько подтолкнул ее в бок.

— Давай, иди, — шепнул я ей. — Ничего не бойся. Я за тобой.

Ника посмотрела на меня глазами полными страха, но тем не менее, кивнула. Как будто эти слова предали ей уверенности.

За те три года, что я здесь, эта девочка стала мне родной. Да, что там — прикипел ко всей семье. Они дали мне то, чего у меня никогда не было в прошлой жизни — тепло и заботу.

Но улице было темно. И там творился сущий ад. Почему все самое плохое всегда происходит ночью?

Практически все дома были в огне. Толпа людей сломя голову неслась в сторону крепости, ничего не замечая перед собой, снося на своем пути абсолютно все.

Я видел, как отец стоит в нерешительности. Но собравшись с духом он уверенно потащил мать и сестру за собой.

Моя миссия была проста и одновременно сложна. Поспевать за ними было нетрудно. Несколько раз я отталкивал от сестры слишком плотно бегущих горожан, потому что боялся, что они заденут ее или Никона.

Но сложность заключалась в другом — я никогда не сталкивался с тварями в этом мире.

Пять лет назад гриммеры внезапно напали на мой мир. Перебили мой орден заклинателей и чуть не убили меня самого. Мой мир пал. Гриммеры истребили всех.

В последний момент я успел сотворить заклинание переноса в другое тело. Специально в мир, где есть нашествие гриммеров, чтобы истребить их всех до единого. Понять их, добраться до их главаря и истребить.

Они представляли угрозу вселенского масштаба. Размножаясь с фантастической скоростью, они быстро заполоняли своими особями планету за планетой. Во что бы то ни стало их нужно было остановить.

Этот мир еще держался. Гриммеров сдерживали и не давали распространяться, благодаря драконам.

И вот теперь я здесь. Думал, что смогу сразу начать готовить план мести, но у судьбы был другой взгляд на этот счет.

Мой дар заклинателя потух. То ли из-за перемещеня, то ли из-за особенностей тела. Засел где-то глубоко и я никак не мог его достать. Как не пытался все три года, что нахожусь здесь. Даже жалкий муравей не подчинялся мне.

Поэтому первый бой может стать для меня последним. Остается надеяться только на свои скиллы и обострившиеся рефлексы.

*Ба-а-ах!*

Еще один взрыв озарил пламенем небо.

На этот раз удар попал в крышу двухэтажного дома. Черепица вместе с частью фасада обрушилась вниз. Часть толпы мгновенно похоронило за обломками.

Люди начала истошно вопить. Кто-то бросился вперед разбирать завалы. Я тоже дернулся было на помощь, но тут ж одернул себя, вовремя вспомнив про свою семью.

Отец остолбенело смотрел на мужиков, кинувшихся разбирать завал. Он был сильным и храбрым. В нем всегда горела доблесть.

Похоже он и сейчас стоял, борясь с желанием, как и у меня, броситься на помощь людям под завалами.

Только долг перед собственной семьей останавливал его.

— Семен! — громко сказала мать, дергая отца за руку.

Он не шевелился.

— И-и-и-и! — раздалось где-то позади нас вдалеке.

Звук такой, что многим пришлось закрыть уши, в том числе матери и Нике, а Никон только сильнее заверещал. Высокочастотный, мерзкий и одновременно леденящий.

Я же лишь поморщился. Как, впрочем, и отец.

Это несомненно были гриммеры. Их крик невозможно спутать. Злобные звероподобные твари, обычно передвигающиеся на четырех лапах. Но если они выпрямлялись, то их рост достигал двух с половиной метров в среднем. Кто-то больше, кто-то меньше.

Этот оглушительный рев, что мы слышали, сигнализировал об их скором приближении. И об очередной атаке в том числе.

— Отец! — крикнул я. — Нам нужно бежать

Тот будто бы вздрогнул

— За мной! — дернул он за руку мать.

Я не ошибся. Не успели мы сделать и двух шагов, как новый взрыв сотряс землю.

Ба-а-ах!

Новый залп ударил прямо в толпу перед нами. Ровно в то место, где люди разбирали завал.

Десятки людей охватило пламя. Паника только усилилась. Все, кого не задел удар бросились в рассыпную от эпицентра. Пострадавшие же горели огнем в прямом смысле.

Даже меня, привычного к подобным зрелищам немного передернуло от отвращения. Хотя возможно просто отвык за три года.

Самое ужасное, что все это произошло на глазах у матери и Ники.

Отец тащил их за собой, но они как завороженные смотрели в сторону пострадавших. Шок — не иначе.

Только после того как я начал толкать Нику в спину, дело сдвинулось с мертвой точки.

Нам нельзя было стоять ни в коем случае, враг был где-то рядом. Я чувствовал его запах. Отвратительный, едкий, серный.

Так может пахнуть только самая мерзкая в мире тварь.

А еще, как ни странно, я чувствовал их самих. Только пока не мог осознать в какое именно мере. Но точно знал, что они уже близко. Совсем близко.

Мы пробежали вдоль улицы, спустились вниз к подворотне.

До крепости оставалось около двух кварталов. Минут тридцать не спешным шагом. Ну а если бежать вчетвером… Не думаю, что сильно меньше. Может двадцать девять или двадцать семь.

А это означало, что шансы на выживание у нас очень малы.

Придется постараться. Сильно постараться.

— Семен! Сюда!

Из какого-то подвала нам махал Федор Александрович. Мужчина средних лет, который жил в соседнем доме. Они с отцом хорошо общались, можно сказать дружили.

— Федя! Как ты тут? — мгновенно бросился к открытой двери отец, утаскивая за собой мать с сестрой. А заодно и брата со мной прицепом.

При этом я неустанно следил за нашим тылом. Враг был очень близко. Некогда нам болтать со знакомыми.

— Нас затормозил взрыв. Спрятались здесь. Смотрю твои все целы, — быстро проговорил Федор Александрович.

— Да, — твердо кивнул отец. — А твои?

— Тоже. Прячутся в подвале. Заходите и вы — места на всех хватит.

— Отец, нужно бежать! — поторопил я их.

Он обернулся на меня, нахмурился, а потом коротко кивнул.

— Побежали с нами, Федь. Вместе больше шансов… отбиться.

— Нет. Мы останемся тут. Через металлическую дверь никто не пройдет.

Я, конечно, сильно сомневался в этом заявлении. От ударов магии гриммеров рушатся дома, что уж тут до металлической двери.

Но уговаривать его времени точно нет. Скорее всего их просто похоронит под обломками, а тела позднее найдут горожане из крепости.

— Пойми ты, — говорил отец. — У крепости магический барьер от этих тварей. Там они нас точно не достанут.

— До нее еще нужно добежать! А у меня дети. Знаешь какие они медленные?… О, нет! Черт! — вдруг заорал Федор Александрович.

Он с силой дернул на себя дверь, так что она выскочила из рук отца и быстро захлопнул, мгновенно задвигая засов.

Я тут же обернулся. Из подворотни выскочила троица гриммеров. Они стали бросаться на людей. Всех, до кого только могли дотянуться. Толпа с воплями бежала в разные стороны. Те, кто был ближе всего, тем повезло меньше всех.

Именно такими я их и помнил. Грозные и мерзкие.

— Федя, открой! Пусти нас! — заорал отец. Похоже он тоже увидел, что происходит.

— Прости, Семен, — жалобно пропищал Федор Александрович. — Я не могу рисковать своей семьей. Прости.

Он еще что-то бормотал, медленно уходя в тень.

— Сука! — с силой стукнул кулаком об металл отец.

— Отец, нужно бежать! — кричал я. — Эта дверь ни их, ни нас не спасет.

— Федя, открой! — попытался дернуть за ручку отец.

Мать пыталась его оттащить, я тоже помогал. Но, видимо, он слишком сильно не верил в то, что нам удастся сбежать.

— Смотрите! Витязи! — с надеждой закричала Ника.

Я снова обернулся.

Их было семеро. В полном обмундировании. С копьями и на конях. Элитный отряд князя. Профессиональные военные. Храбрые и сильные. В этом мире я еще не знал более могучих воинов, чем они.

Но что они что смогут сделать против этих тварей?

Толпа разбегалась от коней, давая им дорогу. Витязи врезались в тварей, опустив копья вниз. Но острие лишь только проскользило по толстой шкуре.

Коне заржали и встали на дабы, сбрасывая своих наездников.

Двоих витязей убило сразу. Третьего разорвало пополам. Оставшиеся четверо еще пытались махать своими мечами, но гриммеры были слишком быстры и сильны. Это была априори неравная схватка.

— Им конец, отец! — кричал я на бледного отца. — Нам нужно бежать!

— Да как же? Витязи! Они же… и тут… — бормотал отец.

Я еле-еле оттащил всех и практически силой заставил снова пуститься в бега. Но длилось это недолго.

Мы пробежали половину квартала, прежде чем первая тварь настигла нас. Причем я почувствовал, как она приближается, и только спустя мгновения услышал топот лап.

Я обернулся. Это была точно некрупная особь. Потому что даже на задних лапах не превышала мой рост. Может какой детеныш или вроде того…

Гриммер бросился на семью, что бежала за нами. Отец, мать и маленькая девочка сгинули у меня на глазах.

— Беги! Быстрее! Быстре-е-е-е! — заорал я в спину Нике.

Та, как будто почувствовала неладное и завизжала, изо всех сил толкая вперед мать.

Следующими на очереди были мы.

Что ж, придется действовать. Причем оперативно.

Я в одно движение обнажил свой нож, останавливаясь и разворачиваясь на месте. Гриммер уже несся на меня.

Заняв боевую стойку с упором на правую ногу, я выставил вперед руки и крепко сжал в правой нож обратным хватом.

Гриммер выглядел действительно отвратно — огромный рот от уха до уха полный острых зубов, острые клиновидные уши, длинные черные когти. Вооружен так вооружен.

Плюс черная толстенная кожа, больше похожая на чешую дракона. Мой нож хоть острый как бритва, но такую толщину не возьмет. Да и слишком твердая она.

Пришлось включить «орлиное» зрение, чтобы найти у него слабое место. Этот навык остался у меня от прошлой жизни и не ослаб, как дар заклинателя. Но что от него толку без всего остального дара? Только вот в такие момент мог пригодиться, когда нужно было отыскать у гриммеров слабые точки, которые мигрировали и у каждой особи были свои.

Гриммер несся с огромной скоростью. Его желтые глаза с вертикальным зрачком, не моргая, смотрели на меня.

Сконцентрировался, зараза такая.

Но меня так просто не возьмешь. Хоть я тут и порос мхом. А вот и твое слабое место — подмышка. Подсветилось красным, когда он выкидывал вперед передние лапы, во время бега.

Есть еще глаза, рот, нос — все что не защищено кожей, можно было легко пробить. Но веко рефлекторно закрывается, впрочем как и ноздри можно сомнуть. Про рот я уж молчу. Подмышка оставалась наиболее реальным вариантом. Только это будет ой как нелегко.

Тварь же никак не заставить пойти на тебя подмышками вперед.

Увы. Придется применять боевые навыки.

Как и ожидалось, гриммер напал на меня не подмышками, а двумя передними лапами в прыжке, вытащив когти как можно дальше.

И вот в тот момент, когда острые как бритва когти должны были разорвать мою тонкую плоть, я сделал шаг вправо.

Встав полубоком, я налету перехватил нож. Ровно в тот момент, когда подмышка гриммера пролетала перед мои носом на расстоянии вытянутой руки, вонзил в нее лезвие.

Опаснейшая из всех тварей со скулежом рухнула на землю. Серебристая кровь сочилась из раны. Гриммер лежал на боку, тяжела дыша.

У меня не было времени выяснять смертельной рана оказалась или нет. Достаточно того, что этот боец выбыл из строя.

Все произошло за считанные мгновения и моя семья не успела убежать далеко. Мне пришлось экстренно догонять их.

До чего же медленно они бегут. Таким темпами мы не успеем добежать до крепости.

Первый гриммер уже появился. Они совершенно точно нас нагонят, если только им что-то не помешает. Или кто-то…

Да. Я мог бы. Если бы был полон сил. Но вот так в рукопашную. С одним жалким, даже не магическим ножиком. Маловероятно.

К тому же, особь с которой я справился была совершенно точно какой-то карликовой. Вероятнее поэтому и добралась до нас первой — была очень скоростной. Остальные должны быть крупнее.

*Ба-а-ах!*

Новый взрыв угодил прямо в крышу перед нами.

Отец остановился, задирая голову. Сверху уже посыпалась черепица и облицовка здания. Они стояли ровно под местом падения.

В два прыжка я настиг всех троих, ухватился за сестру с матерью и с силой потянул на себя. Они сделали шаг назад и упали, утаскивая за собой отца, так как его держала мать.

Этого расстояния хватило, чтобы крыша свалилась прямо у ног главы семейства. Вот еще бы чуть-чуть и все.

— Вставайте! — крикнул я. — Надо уходить!

Отец тут же поднялся и помог встать матери. Я поднял сестру с Никоном.

— Ты спас нас, — констатировал отец, проникновенно глядя мне в глаза.

Мне ничего не оставалось делать, кроме как кивнуть.

— Ил-ли-и н-н-не-ет, — в ту же секунду услышал дрожащий голос Ники.

Мы с отцом проследили за ее взглядом.

Трое.

Их было трое!

Огромных. Раза в два больше чем тот, которого я завалил.

Свирепых. Потому что их низкий рокочущий рык был слышен на расстоянии двух домов.

И смертносных. Потому что ничего другого эта встреча не предвещала.

Где были все остальные люди — неизвестно. Вероятнее всего далеко оторвались от нас. А те что бежали за нами уже мертвы.

Отец тут же сделал два шага вперед, закрывая нас своей широкой спиной.

— Бегите, — коротко сказал он, доставая меч из ножен. — Я задержу их.

— Нет, Семен! Ты умрешь! — бросилась к нему мать.

Три твари синхронно дернулись в нашу сторону. Видя, что дальше нам некуда бежать, они не спешили. Крались, как будто наслаждаясь страхом в наших глазах.

— Зато вы выживете, — его уверенность была непоколебима. — Ларион, ты за старшего. Охраняй их. Береги.

— Папа, — всплакнула Ника, поджав губы.

От такого героизма и у меня ком к горлу подкатил. Совсем сентиментальным стал, пока жил здесь. Надо приходить в себя.

Я помотал головой и огляделся. Это место было мне знакомым. Переулок рядом с нами был коротким и вел к другой улице.

— Прячьтесь там! — крикнул я Нике, дергая ее за рукав и указывая на наиболее безопасное место на данный момент.

Подвал жилого дома. Да-да, для Федора Александровича он был губителен, но в краткосрочной перспективе был более, чем привлекательным убежищем.

Оттащил мать от отца и отвел ее до этого подвала. Дверь закрывалась на металлический засов изнутри. Что я немедленно и приказал сделать.

Только услышав лязг металла, я позволил себе вернуться к отцу и встать с ним рядом.

— Лари! — воскликнул он. — Я велел уходить.

— Вдвоем у нас больше шансов.

— Нет у нас никаких шансов! — взревел отец, повернувшись ко мне. — Хоть втроем, хоть вдесятером даже против одного гриммера. У тебя нет даже пяти минут, чтобы оторваться от них, пока они разделываются со мной. И ты теряешь драгоценное время наших девочек.

— Мы справимся, — уверенно сказал я.

— Их кожу не пробить холодным оружием, пойми, — обреченно сказал отец.

— Можно. Если знать куда бить, — слегка усмехнулся я и как бы невзначай взмахнул перед ним ножом.

Взгляд отца зацепился за лезвие, с которого еще не сошла серебристая кровь.

— Но как? — округлил глаза он.

— Бей в подмышку, — кивнул я.

Уже успел просканировать этих троих. Слабое место у них находилось там же, что и у мелкого. Но пока имеем именно это. Попробуй еще доберись до этого места.

Холодок пробежал по моей спине. Я почувствовал одну из трех тварей сильнее чем прежде.

И это хороший знак, на пути к восстановлению своей силы. Странно что мелкого не почувствовал.

Отец как-то неуверенно кивнул. Но по глазам я понял, что внутри у него мелькнула надежда. Надежда остаться с собственной семьей. Хотя бы еще ненадолго.

Не дожидаясь ничего от отца, я повернулся лицом к гриммерам и снова занял боевую стойку с упором на левую ногу. Нож в этот раз не стал брать обратным хватом, просто выставил перед собой.

Отец последовал моему примеру.

Твари были совсем близко. Уже можно было почувствовать их отвратительно серный запах, который вблизи чувствовался еще омерзительнее.

Сделав три шага вперед, твари разделились. Двое из них начали обходить нас с разных сторон, а третий двигался прямо на нас.

Окружают, гады.

Нам приходилось быстро переводить взгляд с одну тварь на другую, причем с каждым их шагом амплитуда все возрастала.

Я переживал за отца и старался держать в поле зрения всех врагов. А он при этом делал все тоже самое.

Гриммеры крадучись приближались к нам, периодически оскаливаясь. Их острые когти звякали о брусчатку. А клокочущий рык звучал тихо, но так угрожающе.

Нервы напряжены до предела. Самому лезть в атаку смысла нет — тут нужен молниеносный удар. Но как же медленно они идут.

До нас оставалось всего шага три. Один из гриммеров уже присел, готовясь к прыжку.

*Изображение гриммеров*

Черная тень заволокла небо, закрывая собой и так тусклый свет луны.

Мы с отцом и три твари, не сговариваясь, подняли головы наверх. Я успел заметить только длинный чешуйчатый хвост, который тут же скрылся за зданием.

Неужели?

— Погонщики, — сглотнув, произнес отец.

— Драконы? — удивился я. — На Волге?

Их здесь никогда не было. Даже мимо не пролетали. Я знал о них, только по картинкам. Да что там. Мой отец тоже их никогда не видел. И отец отца.

Все драконы были на передовой — за уральским хребтом, откуда лезла основная масса гриммеров.

Твари опустили головы и переглянулись. Тот что шел посередине к нам, как будто махнул головой двум своим товарищам. Те немедля бросились в обратную от нас сторону.

Отправил их значит. А сам остался разбираться с добычей.

Это хорошо.

Все-таки с одним справится у нас шансов куда больше, чем с тремя. Они ничтожно малы, но есть.

Отец стал заметно увереннее, после отхода двух гриммеров. Видимо, тоже хоть немного поверил в себя.

Но чтобы эта вера оправдалась, нужно всего лишь победить.

Сделав два аккуратных шага в мою сторону, тварь пригнулась.

Решила начать с противника послабее. Что ж, по одежке встречают как говориться. Не того она выбрала к себе в жертву. Не того.

Просканировав тварь еще раз, я цыкнул. Потому что других слабых мест так и не обнаружилось. Хороших новостей ноль, а они бы пригодились, потому что она определенно готовилась к прыжку на меня.

Отец, тоже это заметив, сделал два уверенных шага вперед, как будто хотел, подставить себя под удар и заодно немного окружить. Смело.

Гриммер низко и протяжно рыкнул, слегка покрутив головой, как будто от чего-то отряхивается. Он стоял на расстоянии двух прыжков, но был уверен в своих силах. Молниеносная атака, на которую у нас просто не хватит реакции. Он ведь стольких из нас уже убил и знал с кем имел дело.

Всего лишь маленькие мышки, которых легко разорвать на части двумя лапами, а потом сожрать острющими зубами.

Но он не на того напал. Мне нужен лишь один момент. И я его не упущу.

Тварь сосредоточенно смотрел на меня, пригибаясь все ниже к земле. Еще секунда и она расправится словно пружина.

Я крепче сжал нож и перенес вес на правую ногу. Все что от меня требовалось — это не промахнуться.

Как же я ошибался.

Тварь обманула нас. В один момент она повернула голову на отца и резко выпрыгнула вперед. Я бросил ей на перерез, но отец стоял ближе.

Черт! Ну зачем он так близко к ней подошел?

Его меч только и успел проскользить по непробиваемой чешуе, не оставив на ней и следа. От неожиданности, он даже и думать забыл про подмышку.

Тварь запрыгнула ему за спину, потянула наверх и подняла над головой… От боли отец выронил меч, схватившись обеими руками за лапы, как будто пытался их убрать с себя. Разумеется, ничего не получалось.

Я подхватил меч с брусчатки, резко подаваясь вперед всем телом. Короткий замах меча снизу.

Тварь в этот момент открыла зубастый рот и оглушительно взревела. Еще секунда и она порвет отца на две части.

Не промахнусь. Я никогда не промахиваюсь.

Удар. Лезвие прошило верхнее нёбо твари и воткнулось в мозг. Меч уперся во что-то твердое.

Тварь мгновенно разжала хватку и упала навзничь на брусчатку, закатив вертикальные зрачки.

Отец свалился вниз. Я хотел подхватить его. Но он только ухнул вниз и тяжело задышал.

— Семен!

— Папа!

Наши девочка, как говорил отец, уже бежали к нам. Он истекал кровью. Раны были достаточно глубокими, но не смертельными.

Я просканировал его «орлиным» зрением и не нашел угроз жизни. Да неприятно и вероятно очень больно, но и только. Гриммер не успел воткнуть свои когти сильнее.

— Как ты? — рыдала мать.

— Папа-папа, ты живой? — вторила ей сестра.

— Жить буду, — поморщился отец. — Ларион, помоги встать.

Я схватил его за руку и аккуратно потащил вверх. Кряхтя, он поднялся.

— Как ты его, а! — пытался восхищаться отец. — Прямо в горло, он даже и пикнуть не успел.

Он бодрился, но выглядел очень скверно. Лекарь ему нужен. Причем срочно. А нам даже раны обработать нечем, или перевязать. Мать кое-как смастерила ему повязку, оторвав полоски материи от длинной кофты.

— Отец, нам надо бежать, — попытался я переключить его на более важную тему. — Ты сможешь?

— Смогу, конечно. Куда ж я денусь, — все так же кряхтя, сказал он. А у самого на лбу испарина выступила.

После непродолжительных ахов и вздохов со стороны наших девочек, мы снова побежали к крепости.

Только теперь изменили порядок — первым был я, потом сестра с Никоном, а за ними отец, который оперся на материно плечо и на морально-волевых пытался бежать.

Мы сильно замедлились. Да еще и бежать приходилось по переулкам и подворотням, потому что на центральную улицу, как мы не пытались выйти, все время утыкались в стену из огня. При такой скорости шансов убежать от гриммеров никаких.

И да, мы видели драконов. А значит погонщики где-то близко, если уже не вступили с ними в борьбу. Но надеяться на такой исход событий — глупо. Мало ли чью тень мы видели. Я больше, чем уверен, что мы не до конца все знаем о гриммерах.

В одной из подворотен, отец рухнул на землю и прислонился спиной к холодной каменной стене.

— Ларион, — прохрипел он.

Мать и сестра замерли, глядя на него в ужасе. Я же, нахмурившись, подошел к отцу и сел на одно колено перед ним.

— Что, отец? — спросил я.

— Веди наших девочек до крепости, — еле ворочая языком проговорил он. Видок у него был очень плох. Его бил озноб. Хоть раны и были не опасны для жизни — заражение никто не отменял. Когти эта тварь точно никогда не чистила.

— А ты?

— Я посижу немного, — проговорил отец. — Сильно торможу вас. Вы рискуете.

— Мы от них оторвались, — попытался возразить ему.

— Нет, послушай, — он вяло схватил меня за ворот рубахи и притянул к себе. — Погонщики здесь. Они затормозили наступление на посад. Но единичные твари все равно могут прорваться. Не могу рисковать… вами. Не могу. Ты вон какой сильный, убил здорового гриммера. Не то что я. Ты точно сможешь постоять за девочек и Никона.

— Пап… — начал было я. Хоть внутри себя и понимал, что он прав. Без него у нас существует хоть какой-то шанс на спасение.

— Не спорь, — оборвал он меня. — Я засяду в каком-нибудь подвале. Ты найдешь меня, когда все закончится. Понял?

Я сжал зубы и кулаки одновременно, но все-таки кивнул. Он посмотрел на мать.

— Рита, — только и произнес он. — Ты знаешь, что нужно делать.

— Но… — всхлипывая начала было она.

— Мы это обсуждали. Так надо. Не спорь.

Мать кивнула, роняя капли слез на брусчатку. Я протянул отцу меч.

— Нет, — только отмахнулся он. — Вам нужнее. Защити их всех. Девочек и Никона! Идите. Всё. Идите!

— Что? — тут же как будто встрепенулась Ника. — Ты остаешься? Но как? Папа, — зарыдала она. — Папа, нет. Пошли с нами, папа. Я тебя понесу. Только пошли. Папа!

Она бросилась к отцу на шею и начала обнимать его, одновременно целую в шею и щеки. Все понимали, что отец вытаскивает билет в один конец, оставаясь здесь.

Отец что-то шептал Нике на ухо, но это не помогало. Он поцеловал ее и Никона по разу в щеку, и мне пришлось оттащить сестру от него. Хоть и делал я это стиснув зубы.

Она кричала.

Вместе с ней кричал Никон, еще не понимая до конца что происходит. Что возможно видит своего отца возможно в последний раз. И наверняка не запомнит его.

Я забрал Никона у сестры и посадил к себе на левую руку. Правая сжимала меч отца. Нож был заткнут в ножнах за поясом. Мать двумя руками тащила за собой Нику и тараторила о том, что так надо и что потом мы найдем отца.

Врала ведь.

Шансы на это крайне малы. Как, впрочем, и наши. Потому что мы ускорялись чертовски медленно.

Тем не менее нам удалось добежать до конца квартала. А это значит, что до входа в крепость нас разделяли какие-то пятнадцать минут. Пятнадцать минут и мы в полной безопасности.

У меня еще теплилась надежда, что из крепости вышли витязи на защиту людей. Хотя более вероятно, что они уже закрыли ворота и никого не пускают вообще. Это было бы более разумно с точки зрения безопасности людей, находящихся внутри.

— Стой, Ларион, — сказала мать тяжело дыша. — Нам нужно перевести дух. Ника сильно устала.

Мы остановились возле высокого зеленого куста. Мать и сестра встали возле меня и уперли руками в колени. Обе глубоко и часто дышали.

Ну хоть Никон перестал плакать. И взрывы стихли. А это значит только одно — наступление на крепость забуксовало. Скорее всего отец прав и в бой вступили погонщики. Простые вояки с форта, вряд ли могли совершить вылазку.

Пока наши девочки отдыхали, отдав Никона матери, я сходил на разведку. И не зря.

Впереди нас ждал завал из обрушившегося дома. А пути в обход как такого не было. Но и это еще было не так страшно.

Как шесть или семь гриммеров возле этого завала, которые вовсю развлекались с толпой людей. Человек было около двадцати. Они тряслись от страха, пока твари зажали их в кольцо и, то и дело, рычали, изображая нападение.

Я просканировал всех семерых. Везде одинаковые уязвимые точки. Один, что был выше остальных на голову, был явным лидером. Я постарался почувствовать хоть кого-то из них. Но ничего не получилось. Дар сладко спал. Зараза!

Обратно, я решил сократить путь между домами и не зря.

Возле дома вжался в стену парень примерно моего возраста. С виду одетый, как типичный аристократ.

На него медленно надвигался невысокий гриммер, скаля зубами и иногда ими клацая. Просто познакомиться и попить винца с аристократом он явно не собирался.

Парень трясся от страха, на лбу выступил пот, а из глаз текли слезы. Гриммер уже замахнулся лапой, чтобы нанести удар, отчего аристократ инстинктивно попытался прикрыться рукой.

Я в два прыжка настиг их, на ходу сканируя тварь. Из слабых мест все та же подмышка и она как раз сейчас была самой заманчивой целью.

Но гриммер услышал меня. Он резко обернулся и дернулся в сторону. А я рассчитывал на легкую драку. Наивный.

Теперь мы стояли лицом к лицу, в то время как аристократ присел на корточке и пытался обогнуть сражение прижавшись к стене.

Я не торопился. Ждал первого удара от гриммера. Люди для них — легкая добыча. Они уверены, что не могут проиграть, так что я стану для него неожиданностью.

Оттолкнувшись от земли, гриммер резко прыгнул на меня, но я вовремя ушел от удара перекатом. Когти прошли в сантиметре от моих ребер.

Тварь была в ярости. С диким воплем, она немедленно нанесла новый удар. На этот раз увернуться мне почти удалось. Все-таки их скорости можно позавидовать.

Острый коготь пропорол мне ухо. Я не понял масштаб трагедии, но почувствовал, как по шее потекла теплая струйка крови.

И все же этот выпад сыграл мне на руку. Я упал на землю, перевернувшись в воздухе. А когда массивная башка нависла надо мной на расстоянии удара, без замаха воткнул лезвие меча противнику в подмышку.

Он как раз поднял вверх лапу, чтобы воткнуть в меня свои когти. Не успел.

С тихим стоном тело гриммера рухнуло на землю.

— Охренеть! — тихо прошептал аристократ. Он подбежал ко мне, помогая подняться с брусчатки. — Я видел, как один такой разметал толпу витязей. А ты сам! Охренеть!

Я отряхнулся и потрогал пострадавшее ухо. Оно было на месте. Только мочка была раскурочена. Повезло. А мог лишиться половины головы.

— Понимаю твое восхищение, но лучше уходить отсюда. Там впереди их целая толпа, — сказал я.

— Я знаю, короткий путь, — тут же воскликнул аристократ. — Пойдем.

— Замечательно, — протянул я. — Только с сестру с матерью позову.

Лицо аристократа тут же исказилось смятением.

— Что не так? — спросил я.

— Прости, но они нас сильно замедлят, — с заминкой произнес он. — Я не могу так рисковать.

— А я не могу их оставить, — твердо заявил я.

— Понимаю, — сочувственно произнес он. — Как тебя зовут?

— Ларион Броневой.

— Рад знакомству, Ларион, — аристократ протянул мне руку. — Петр Ржевский. Ты спас мне жизнь. Я навсегда в долгу перед тобой.

О роде Ржевских ходили легенды. Они были баснословно богаты и имели обширное влияние даже за пределами Самарской крепости.

— Надеюсь ты выживешь, Петр Ржевский, — усмехнулся я, пожимая протянутую руку.

— Это взаимно, — усмехнулся он. — Не поминай лихом, Ларион Броневой.

Сказав эти слова, она скрылся в подворотня, сверкая блестящими шпорами на своих дорогих сапогах. А мне нужно было спешить, чтобы вернуться к своим.

— Пути вперед нет, — обреченно произнес я, когда встретился с матерью и сестрой. — Там гриммеры и завал.

Не стал говорить им про зажатых там людей, чтоб не расстраивались лишний раз. Да и про встречу с Ржевским тоже.

— Ты ранен? — тут же всполошилась мать, кинувшись ко мне. — У тебя кровь из уха. Что произошло?

Черт! Совсем забыл про него.

— Ерунда. Зацепился за что-то. Так пройдет, — отмахнулся я. — Нам нужно думать, как идти дальше. Потому что путь вперед перекрыт, а если будем возвращаться назад, то потеряем кучу времени.

— Тогда пойдем крышами, — тут же предложила Ника.

Я вопросительно посмотрел на нее.

— Что? — насупилась она. — Здесь дома стоят очень близко. И часто с одной крыши на другую есть переход.

— Даже не хочу знать, откуда ты это знаешь, — проворчала мать.

— Да и неважно это, — буркнул я. — Если есть проход, то надо действовать. Только осторожно, не издавая шум.

У этих тварей очень чуткий слух. Сам лишний раз убедился в этом.

Мы оперативно поднялись на крышу двухэтажного дома. Застройка действительно была довольно плотной, а сами крыши оказались достаточно пологие и только к концу плавно опускались.

Я с Никоном, пригнувшись, шел впереди, моля всех богов, каких только знал, чтобы они не дали этому малышу и пискнуть. На ходу пытаясь ему жестами и тихим шипением показывать, что нужно вести себя тихо.

Тот вроде все понимал. Однако это не было стопроцентной гарантией.

Беда пришла, откуда не ждали. Обходя зияющую в здании дыру, крыша которой обвалилась не полностью. Нам предстала картина общим планом — семеро гриммеров, которые накинулись на толпу.

Скрепя сердце, я прикрыл глаза. И хотел бы хоть чем-нибудь помочь, только это было бы самоубийством себя и убийством своей семьи. Гриммеры никого бы не оставили в живых.

Мать и Ника, до этого осторожно пробиравшиеся вперед, замерли как вкопанные. А я бы и хотел их подогнать, но не мог громко говорить.

В один из страшных моментов, Ника так громко пискнула от страха, что все твари одновременно подняли головы наверх. И конечно же тут же увидели нас.

Как они услышали этот писк за голосами собственных жертв — одному богу известно.

— Бежи-и-и-им! — тут же завопил я.

Наши девочки даже вздрогнули от моего крика. Как будто семерых гриммеров, которые мчались на них было мало.

Перебегая с крыши на крышу, крепко вцепившись в Никона, я перебирал в голове все возможные варианты развития событий. И ни один из них мне не нравился.

С семерыми мне не справится, это факт.

Прятаться от них теперь смысла нет — они все равно найдут. Любые металлические двери станут для семерых лишь кратковременным препятствием.

А значит нужно только бежать. Я пытался почувствовать их. Но все тщетно. Пытался почувствовать хоть кого-нибудь в ближайшей округе — никого.

Бежать. Бежать! Бежа-а-ать!

Говорят, это не стыдно. Правду говорят. Потому что сейчас мне страшно. Причем больше страшно за свою семью, а не за себя. Я-то один раз смерть уже пережил.

— А-а-а! — раздалось сзади.

Я обернулся. Ника валялась на крыше, а позади нее уже виднелись макушки голов гриммеров.

— И-и-и-и! — пронзительный визг тварей разнесся на всю округу, вгоняя в страх любого, кто его услышит.

Это видимо для нас. Для еще большего устрашения.

Я метнулся к Нике и помог ей встать.

— Цела? — только и спросил я.

— Да, — короткий ответ, после которого дальнейших комментариев не нужно.

Я схватил ее за руку и потащил за собой. Мать не отставала от нас.

Перебираясь с крыши на крышу в таком молниеносном темпе, мне начало казаться, что мы уже отрываемся от этих тварей. Честное слово, мы даже по ровной дороге так быстро не двигались, как сейчас.

Но это только казалось.

Внезапно я ощутил одного из них. И в тот же момент понял, что они уже очень близко.

— Нет. Нет! Не надо! Лари! Ника! Бегите!

Я развернулся. Мать отстала от нас метров на двадцать. Стояла спиной к нам на предыдущем здании. Досок, по которым мы перебегали с крыши на крыши, за ней не было, а значит она их сбросила до того, как мы ее увидели.

На нее надвигалось шестеро гриммеров. Точно также медленно, как мы видели это в предыдущий раз. Седьмого не было видно на горизонте.

— Мама! Мамочка! — закричала Ника.

— Бегите-е-е-е! — в ответ что есть сил крикнула мать, и сделав два шага назад спиной вперед полетела вниз, широко раскинув руки в разные стороны.

Я зажмурился и тут же потащил за собой Нику. Ком подкатил к горлу. Вот так люди жертвуют собой только чтобы мы жили.

Мы снова бежали. Но уже не так быстро. Ника волочилась за мной как будто по инерции. Она была точно в шоке, мне даже не надо было смотреть на нее, чтобы это понять.

В том, что гриммеры нагонят нас, у меня не возникало сомнений. Отсутствие доски их никак не смутит. Да и с их скоростью, если перепрыгнуть не получиться, можно просто спуститься и подняться, и все равно нас догнать.

Тем более что мы, кажется, попали.

Тупик!

До следующего здания было добрых метров двадцать, а между ними никакой доски или даже натянутой веревки. Я уже видел стену крепости за деревьями и возвещающийся над ней голубоватый барьер… До нее оставалось, может быть, метров пятьсот.

Но мы стояли на краю крыши и медленно осознавали, что нам скорее всего пришел конец.

— Быстро, вниз, — скомандовал я, потянув Нику обратно внутрь здания.

Еще ничего не кончено. Мы просто обязаны попытаться спуститься и добежать до стены, во что бы то не стало.

Тщетно.

Путь к заветному люку в подъезд нам перегородили все те же шестеро гриммеров. Фырча и рыча они начали нас окружать, явно довольные собой. Еще бы! Нагнать такую долгожданную добычу.

Я передал Никона на руки еле живой Нике. Та вяло приняла от меня ребенка. Видно, было как ей плохо. Она еще не отошла от шока после падения матери. А тут ее саму вот-вот настигнет та же участь.

Сжимая в руке меч, я завел за спину сестру с братом, загородив их своей грудью.

Немного присел и оскалился наподобие им.

— Ну давайте, — зло произнес я. — Только по одному, чтобы хоть немного честно было.

И они как будто даже меня поняли.

Первый кинулся в атаку, также как и мелкий — выкинув лапы с когтями вперед. Ну и разделался я с ним также — сделав шаг в сторону и воткнув меч в подмышку.

Глядя как их сородич корчится в предсмертных конвульсиях, остальные пятеро гриммеров не спешили нападать.

Теперь была моя очередь вести. Пряча за спиной сестру с братом, я начал медленно двигаться боком по кругу. Твари последовали моему примеру, только в зеркальном отражении.

Мне важно было довести детей до люка в подъезд. А там может и самому удастся спрыгнуть. Но загадывать об этом было рано. Сейчас на меня нападет еще один.

Я понял это по тому, как прижал уши один из центральных гриммеров. Он как будто помнил о фиаско своего собрата, и сам решил напасть со стороны.

Тварь сделала прыжок влево, потом еще один вправо, еще влево, приблизившись к нам почти вплотную. Когда настала очередь атаки, я не стал дожидаться и сделал выпад вперед и бухнувшись на спину проскользил по гладкой металлической крыше.

Меч при этом, естественно, выставил вверх. Лезвие прошло четко по подмышечной впадине. Мне даже делать ничего не надо было, гриммер сам пролетел по ней.

Минус два. Уже немного легче.

Быстро поднявшись, я встал в боевую стойку, быстро вертя головой, чтобы понять кто их них первый начнет атаковать.

Но у этих тварей был свой план. Поняв, что сольные атаки заканчиваются летально, они решили больше не рисковать. И двинулись на меня все вместе.

*Изображение Ники*

Он появился словно из ниоткуда.

Широким столбом огня разрезая пространство, дракон спикировал вниз. А потом еще раз. И еще.

Каждый раз выжигая гриммеров всё сильнее и сильнее.

И да, если и говорить про их толстую кожу, то огню она поддавалась. Еще как поддавалась.

Первый же залп скукожил ее практически до костей, заставив тварей выть истошными воплями и не давая пошевелиться. Второй и третий стали добивающими.

Я оглянулся, чтобы посмотреть, как там Ника.

Она стояла и не моргая смотрела на обуглившиеся тела гриммеров. Уголок ее губ слегка растянулся в улыбке.

Что и говорить, это зрелище доставило и мне немало удовольствия.

Дракон сделал еще один круг, прежде чем приземлиться прямо между нами и телами погибших тварей.

И как только его массивные лапы коснулись металла, меня аж потом прошиб.

Я его почувствовал.

Всего.

От кончика хвоста до раздувающихся ноздрей.

И, чтоб мне провалиться, дракон тоже понял он это. Он выразительно посмотрел на меня, часто захлопав веками.

Неужели дар вернулся? А что если в этом мире он работает только с драконами?

Тогда это бы конечно многое объяснило и в то же время было максимально странным. Они же самые могущественные существа здесь. И вот так просто подчинятся мне?

Тут же установив зрительный контакт с драконом, я мысленно приказал ему помотать головой, будто отряхивается от воды. И о чудо! Он сделал это.

Похоже я снова вернулся в игру!

А с дракона тем временем, слез погонщик — седой, короткостриженый мужик, с лицом покрытым шрамами. Весь его вид только и говорил об одном — я прошел через сотню сражений и имею за плечами тонну опыта.

Он был в доспехах, повидавших множество боев, с кожаными проставками, а на поясе у него болтался изогнутый обоюдоострый меч с закругленными зазубринами у основания. Крестовину эфеса украшала массивная голова дракона.

Ксалантир — оружие погонщиков драконов. Я мало что о нем знал. Но о том, что оно разрубало гриммеров пополам ходили легенды.

— А ловко ты этих двоих, — проговорил он, подходя к нам вплотную. Даже не заметил, что невербально я пообщался с его драконом. — Я мчал на всех порах. Видел, как они по очереди нападают на тебя, но успел только к самому жареному. Ты молодец, что не струсил, — он сам схватил мою правую руку и крепко ее пожал. — Меня зовут Ратибор. А тебя?

— Ларион, — сглотнув произнес я. У меня пересохло в горле от волнения, но это больше связано с возвращением моего дара.

— Где ваши родители, Ларион? — прищурившись спросил Ратибор.

— Погибли, — не своим голосом произнесла Ника из-за моей спины.

Ратибор посмотрел на нее и с грустью поджал губы. Трудно поверить, что это суровое лицо, на котором буквально живого места не было, может выражать столь сильное сожаление. Но так и было.

— Мои соболезнования, барышня, — произнес он. — Мы почти всех перебили. Посмотрите туда.

Он выпустил мою руку, развернулся и указал пальцем вдаль.

Только сейчас я обратил внимание, что весь посад разрушен. А из самого его центра валит густой и черный столб дыма размером с десяток зданий. Это пожар разросся до таких масштабов.

— Я знаю, тебе не станет легче, — произнес Ратибор. — Но мы спалили их всех дотла. Чудом успели до катастрофы. Их батальон высадился в парке возле реки. Много людей погибло. Но знай, погибло бы еще больше. И благодари бога, что самой удалось выжить. Скажи ему спасибо хотя бы за такого брата, который убил двоих, пока я на всех порах несся к вам. А ведь мог не успеть. Но я знал, что единичные отряды разбредутся по посаду. Такая у них тактика.

Он все говорил и говорил, стоя полубоком к нам и внимательно глядя куда-то вдаль. Так задумчиво.

А я, пока он говорил, попытался мысленно пообщаться с его драконом. Но он ничего мне не сказал кроме одного слова: «Гестия!». Только вот что бы оно могло значить?

С другой стороны, уже большой прогресс, что он разговаривает со мной. Ох, никогда бы не подумал, что буду так рад снова общаться с животными.

В прошлой жизни мне казалось это чем-то обыденным, чем-то как поговорить с другим человеком, как сжать руку в кулак. Само собой разумеющееся.

И только когда в этом мире мой дар исчез, я понял, как его мне не хватает.

— Так, ладно, — цыкнул Ратибор. Конец его речи, я пропустил мимо ушей. — Давайте-ка я вас подброшу до крепости. Вы такого небось никогда не испытывали. Да что там и не видели наверно никогда. Пойдем, — мотнул он в сторону дракона.

Ника как-то завороженно пошла за ним, даже за руку тащить не пришлось. Похоже его речь сильно ее вдохновила. Даже Никон перестал плакать у нее на руках. Хотя он больше завороженно смотрел на дракона.

Да, я тоже любовался. Огромный, ростом с двух средних людей. Длинный, как три большие лошади. И эти перепончатые крылья. Вух. Их размах вдохновлял. В моем мире такого не было. Только стандартные обитатели фауны — волки, медведи, львы и так далее.

Нет, ну здесь они тоже были. Но драконы просто поражали воображение. Этот еще был какого-то изумрудного цвета, который даже при свете луны умудрялся переливаться.

— Не бойтесь. Не укусит, — почему-то засмеялся Ратибор. Он подошел вплотную к дракону и похлопал его по шее. — Подойди. Потрогай, — предложил он Нике.

Та не заставила себя ждать.

Она быстро подошла к дракону и дотронулась до него своей маленькой ладонью. Ее же примеру последовал и Никон. Его ладошка была в разы меньше и смотрелась на драконе, словно маленькая белая точка.

Ратибор ловко залез на дракона и уселся в седле.

— Давайте, ребятки, — протянул он руку Нике. — Время не ждет. У меня еще есть куча дел этой ночью.

Ника посмотрела на него недоверчиво, потом на меня. Я коротко кивнул, мол — можно. Уверенность в том, что ему можно было доверять, меня не покидала.

Как и ощущение того, что где-то бродят гриммеры. Я их чувствовал. Сначала одного большого, потом на горизонте появились и другие. А значит, нам следовало делать отсюда ноги, как можно быстрее.

— Нам нужно торопиться, — предупредил я Ратибора, пока Ника передавала ему Никона. — Твари рядом.

— Знаю, — кивнул тот. — Подворотни кишат мелкими группками, будь уверен. Давай, барышня, садись за мной. Лари, ты садись за ней, и возьми малыша. Места здесь для всех хватит. Сидеть не сказать, что удобно, зато безопасно.

Я последовал за сестрой, уселся за ней и забрал к себе Никона. Как и ожидалось, телесный контакт только усилил нашу связь с драконом.

Да, так бывает всегда. Как только дотрагиваешься до животного, оно сразу становится твоим вассалом. Я чувствовал всего и полностью. Словно сам был драконом, ощущал всю мощь в его теле. И это было, надо сказать, непередаваемо.

Я мог мысленно приказать ему все что угодно. Переминаться с ноги на ногу — сделано. Помотать головой — готово. Рыкнуть прикрыв глаза — исполнено.

Теперь, что бы не делал Ратибор, этот дракон принадлежал мне. Но пока не стоило об этом распространяться. Этот мир любит преподносить сюрпризы. Чаще всего — неприятные.

— Эй-эй, — прикрикнул Ратибор на дракона, похлопывая его по шее. — Ты чего? А ну успокойся. Хэла яма! Ребята побудут пассажирами недолго. Знаю, ты это не любишь. Но придется потерпеть. Все мы испытываем временные неудобства.

Хэла яма? Похоже на драконий язык — Тириксанг. Я об этом только мельком слышал. Люди говорят, что драконы понимают только его. А Ратибор вон и по-русски нормально общается. Лишь одну фразочку вставил. Интересно.

Дракон успокоился, но недоверчиво покосился на своего хозяина.

— Так-то лучше, — сказал ему Ратибор, беря в руки поводья. — Ну что? В путь?

Дракон слегка приподнялся на задние лапы и слегка согнул их, широко расставив огромные изумрудные крылья в разные стороны.

Тут же меня охватило волнение.

Гриммер! Совсем близко!

— Ратибор, быстрее! — крикнул я, плотно прижимая к себе Нику и Никона.

И как раз вовремя!

Я едва успел повернуть голову налево, как увидел летящего прямо на нас огромного гриммера. Что-то мне тут же подсказало, что я его уже чувствовал его раньше.

Это был тот самый седьмой, который отбился от стаи нападавших на нас.

Я только успел уклониться назад вместе с братом и сестрой, как острые когти проскользили мимо нас и воткнулись в грудь и спину Ратибора, проткнув доспехи насквозь.

Они вместе слетели с дракона, кубарем рухнув на крышу.

Говорил же «быстрее»! Зараза!

— Сука-а-а! Гести-и-ия! — взвыл Ратибор, изо всех сил уперевшись в подбородок гриммера. Тот уже тянулся к нему своими зубами, широко раскрыв пасть и при этом не вытаскивая когтей из тела.

Силы покидали погонщика. Его руки дрожали, и он вот-вот был готов сдаться под натиском этой твари.

Дракон не заставил себя ждать. Он повернул голову и сомкнул свои челюсти на гриммере.

— И-и-и-и! — истошный вопль, который издала тварь, был больше жалобным, чем устрашающим.

Она беспомощно барахталась в зубах дракона, пытаясь хоть как-то задеть его, но все было тщетно.

«Добей его» — приказал я дракону.

Сказано — сделано. Мощные челюсти сомкнулись плотнее и до нас донесся лишь только хруст костей. После чего тело гриммера обмякло.

Какой бы кожа толстой не была, под прессом ты не устоишь. Никак.

Но проблем от этого меньше не стало. Еще твари приближались в устрашающих количествах. Я их чувствовал. Помотал головой и на одной из крыш увидел как минимум десятерых, которые бежали в нашу сторону.

Целая толпа неслась к нам во весь опор, сминая все на своем пути.

— Пусти-ка меня, — сказал я Нике, перелезая через нее и вручая ей Никона. — Прижмитесь ко мне крепче!

Взял в руки поводья, в тот же миг ощутив свою полную власть на драконом. Они особо мне были и не нужны, чтобы управлять им. Но так было гораздо удобнее. Иногда руками сделать быстрее, чем сказать языком.

«Подними Ратибора!»

Дракон краешком передних зубов, схватил погонщика за воротник и положил к себе на спину прямо передо мной.

Ратибор лежал поперек, лицом ко мне. Глаза его едва открывались.

— Надеюсь ты справишься, парень, — только и произнес он. Как тут же его глаза закатились, и он отключился.

Да что ж такое-то.

— Только не умирать! — приказным тоном закричал я ему. — Я кому сказал, воин!

Но он меня уже не слышал.

Надо убираться отсюда и поскорее. Количество гриммеров бегущих к нам увеличивалось в геометрической прогрессии — следом за десятерыми бежала еще добрая двадцатка. Они уже были на соседней крыше, трое из них перемахнули через нее и как будто ускорились.

«Взлетай, быстро!»

Дракон снова присел и расправил крылья.

Трое гриммеров синхронно проскочили уже мимо люка в подъезд и оттолкнулись от земли, в прыжке выставив лапы перед собой.

Их когти разрезали лишь только воздух. Дракон взмыл в небо, а они-таки приземлились, но начали подпрыгивать в попытках достать хотя бы до его лап.

Эх и бестолковые создания.

Дракон сделал круг над этими тварями, а я то и дело смотрел вниз.

Когда в кружок сбилось около двадцати гриммеров, я приказал дракону спикировать вниз и атаковать их. Тот безропотно подчинился.

Набрав высоту, он задержался на мгновение, а потом резко развернулся, расправив крылья, и пулей полетел вниз.

Ветер ударил в глаза и растрепал волосы. Хорошо, что моя спина защищала от него Никона и Нику, которая вцепилась в нее, прижалась изо всех сил и громко кричала от ужаса.

Огонь сжег их всех дотла, опять скукожив, словно креветок на сковороде. Мы еще сделали еще три добивающих налета, прежде чем отправились в сторону крепости.

Пока летели, я просканировал Ратибора. Тот был жив, но его жизненные показатели стремительно падали. Сильная кровопотеря. Раны были глубокими и обширными, плюс сильно пострадала поджелудочная.

Ему требовалась срочная помощь лекарей и я изо всех сил подгонял дракона. Но вот в ответ тот дал мне понять, что и так летит с предельной скоростью.

До крепости было рукой подать, а эти минуты показались мне вечностью.

Когда мы пролетели стены города, пришло вдруг осознание, что мы наконец спасены. Теперь мы в безопасности, хоть и не в полном составе.

Пусть так. Хотя бы сестра и брат живы. А родителей постараемся найти. Отец точно должен быть жив. Ну а мать… Всегда есть надежда.

Теперь, когда мой дар вернулся, я смогу здесь горы свернуть и вряд ли кто-то посмеет дать мне достойный отпор. Потому что раз один дракон подчинился, то и все остальные подчиняться. Так было всегда!

Мы приземлились прямо в центре города, возле наскоро возведенных палаток экстренной помощи.

Туда стаскивали раненых, всех кто пострадал от этой трагической атаки на посад.

Была дикая суета, но появление дракона ее быстро успокоило. Народ встал как вкопанный и с изумлением смотрел на нас. Вернее сказать, смотрел на это создание, которое никогда не видело до сих пор.

Я быстро спрыгнул с дракона и подбежал к первой же попавшейся женщине в белом фартуке и чепчике. Судя по внешнему виду, она была сестрой милосердия.

— Лекарь! Нам срочно нужен лекарь! — сказал я.

— Тут всем нужен лекарь! — дерзко крикнул какой-то мужик с перебинтованной головой. Он лежал под белым навесом на квадратных деревянных ящиках, но при нашем появлении сел и свесил ноги вниз.

— Придется ждать, молодой человек, — вторила ему сестра милосердия. — Раненых очень много. Нас на всех не хватает.

Трудно быть убедительным, когда тебе восемнадцать лет от роду. Но они все слишком плохо меня знали.

— Здесь погонщик ранен. Он потерял много крови. Счет идет на секунды, — попытался по-хорошему вразумить их я.

— Погонщик! Барон! Простолюдин! Какая разница? — снова подал голос мужик с ящиков и смачно сплюнул на землю. — Здесь мы все равны. Или ты хочешь сказать, что его раны важнее моих?

Я бы ему, конечно, объяснил разницу между всему, кого он назвал, раз сам не понимает. Не говоря уже о том, что баронов лечат точно не в импровизированном лагере экстренной помощи.

Ну да ладно. Пускай сам как-нибудь дойдет, если мозгов хватит.

Выразительно посмотрев на сестру милосердия, но она сделала вид, что и слушать ничего не хочет. Только взмахнула руками, показывая насколько ей некогда.

Да, жизнь простых людей тоже важна. Но погонщики драконов — куда более ценная единица для Империи. Они защищают её от надвигающейся опасности. Это надо понимать. Даже если ты простой мужик, лежащий на ящиках, или сестра милосердия.

— Я бы не стал испытывать судьбу и проверять привязанность дракона к своему наезднику, — строго сказал я, в спину сестре милосердия.

И тут же приказал дракону выполнить угрожающий рык.

Рев сотряс квартал. Из близлежащих зданий вылетели стекла и посыпались на брусчатку. Народ замер в ужасе.

Надо будет в следующий раз как-то скорректировать силу рыка. А то горожане и так все перепуганные до коричневых штанов. Тут еще дракон с его замашками.

Который, кстати, выпустив в воздух густую струю дыма, с прищуром окинул взглядом толпу, задержав свой взгляд на мужике с ящиков.

— Что за херня здесь происходит? — выскочил из здания мужик в белом халате и с сигаретой в зубах. — Ох, дьявол меня разбери! — остановился он, увидев дракона.

— Ты лекарь? — спросил я у него, приподняв одну бровь. Тот неуверенно закивал. — Там погонщику требуется срочная помощь.

Он снова закивал. На этот раз гораздо энергичнее, но с места так и не сдвинулся.

Мне пришлось самому стаскивать бессознательное тело Ратибора и на плече тащить его к нему.

— Я бы на твоем месте отсмотрел погонщика, пока дракон совсем не вышел из себя, — сказал я опешившему лекарю. — Он понимаешь ли сильно переживает за своего хозяина. Мало ли, может и лязгнуть зубами по одному несговорчивому целителю. А они сейчас в дефиците. Не хотелось бы…

Лекарь закивал энергичнее, но на этот раз как будто бы понял, что от него требуется.

— Туда, — указал он пальцем на здание, из которого только что вышел.

Он предполагает, что я сам должен нести здоровенного мужика в доспехах? Ну ладно. Что уж тут. Мне не привыкать к физическим нагрузкам.

Донеся Ратибора до нужной палаты, я наконец положил его на койку. Кстати, доспехи были легкими и, казалось, не добавляли ему никакого веса.

Тут же все кардинально поменялось. Меня быстро выпроводили, а над погонщиком начали кружить сестры под бодрым командованием лекаря.

Но только я успел выйти из здания, как меня окружили вооруженные люди в черных плащах до пят. Один из них, что был ниже остальных на целую голову, сделал шаг вперед.

Когда они только успели появиться?

— Ты кто такой, пацан? — грозно спросил меня он.

*Изображение Ратибора*

Для своих размеров, он был слишком дерзок, что и показывал всем своим видом. Либо в нем кроются не дюжие боевые способности, либо у него есть деньги и власть.

Гербов, колец и прочих опознавательных знаков, я на нем не видел. Значит, все-таки первый вариант. А с такими меня жизнь научила держать ухо в остро.

А вот висящий на поясе ксалантир, выдал в нем погонщика драконов. Значит, это были соратники Ратибора. Только в отличии от него доброжелательностью он не отличался.

К тому же за его спиной переминалась с ноги на ногу, то ли охрана, то ли дружинники с обычными мечами на поясе. Это еще что за свита?

— Ларион Броневой, — спокойно ответил я. — Я из посада.

— Это мы уже поняли, — кивнул мелкий. — Люди говорят ты прилетел на драконе. И более того управлял им.

— Так и есть, — кивнул я.

— Как ты управлял драконом? — приподнял он одну бровь.

Как-как? Хреном об косяк!

Как я управлял, ты никогда в жизни не сможешь. Да и вряд ли поверишь, если я тебе расскажу. Хоть и сравнительно недолго живу еще в этом мире, но еще никогда не слышал о таком мощном даре заклинателя, который был у меня.

То ли им не позволяли его развить, то ли они сами не могли. А может просто не хотели. Но факт есть факт. Заклинатели в этом мире толком ничего не могли.

А значит нет смысла рассказывать правду о себе. Да и не к чему всем знать об этом. Пускай это будет мой маленький, пока еще не совсем развившийся, секрет.

— Дракон сам все делал, я здесь не причем, — не моргнув, ответил ему я.

— Сам? — прищурился мелкий. — Летел? А ты просто сидел и держался за поводья?

На все три вопроса я ровно столько же раз кивнул. Видно было что у мелкого доверия ко мне ни в одном глазу. А дружина у него за спиной о чем-то тихо перешептывалась.

Как будто я какое-то преступление совершил, честно слово. К чему такая подозрительность? Непонятно. Доставил погонщика к лекарю еще живым, сделал все, что от меня зависело.

— В замок! — слегка обернувшись к своим людям, бросил мелкий, не сводя с меня взгляда. — Всех троих, — добавил он.

Учитывая, что дракон мне полностью подчиняется, я бы мог с легкостью сбежать от них всех, вместе с братом и сестрой. Только вот какая жизнь меня тогда ждет?

Тем более, что, прожив в посаде столько времени, я сильно порос мхом. Пора отряхиваться от него. Хватит! Отпуск слишком надолго затянулся.

Теперь, когда мой дар вернулся, смогу здесь горы свернуть. И начну, пожалуй, с этого мелкого с его дружиной. А там дальше может дело и до всей крепости дойдет.

Но для начала нужно узнать, что от меня хотят. А потом как можно больше узнать про погонщиков и драконов. В первую очередь про драконов. Завести себе дракона не трудно (как оказалось), да только его ж еще прокормить надо.

Я как мог успокоил Нику и Никона, которых спускали на землю трое бравых парней. Видно были, что они сильно напуганы. Шок никак не проходил. Мало же выпало на их долю за сегодняшний день.

А потом нас под конвоем повели в замок. Под пристальными взглядами толпы. Хорошо хоть наручники не одели. Просто плотно окружили и пошли. Нож и меч у меня отобрали. Дракона же забрал один из парней мелкого.

Я нес Никона и прижимал к себе, роняющую слезы, сестру.

Что удивительно, никакого сожаления в глазах горожан я не видел. Черствые люди. Или может быть тоже напуганные. В конце концов, ночка для всех выдалась непростой. Многие потеряли родных и близких в этой мясорубке. Повезло тем, кто ближе всего жил к крепости.

Шли мы недолго. Рассматривать по дороге было нечего, так как все эти места я знал как свои пять пальцев. Отец часто отправлял меня разнести заказы по дворам, вот и выучил все.

Только у ворот замка потрепаного вида мужик-глашатай собрал вокруг себя кучку людей и читал какую-то проповедь.

— Молитесь, братья и сестры мои, — говорил он. — Молитесь богу нашему Симарыгу. Бесы посланы нам в наказание за наши грехи. Они забрали самых больших грешников, а у вас еще есть шанс. Не слушайте князя с его приказами, он приведет вас на верную погибель. Нужно просто молиться и верить. Славься отце наш Симарыг!

Блаженный какой-то. И как его еще городская стража взашей не выгнала. И ведь слушают его еще.

Уже в замке, мелкий остановил дружину.

— Этого в кандалы и в темницу, — коротко скомандовал он. — Детей — гувернанткам.

— Э! — возмущенно воскликнул я.

Но в тот же момент, один из дружинников дернулся ко мне, уже протягивая свои ручонки к Никону.

Я тут же ловко увернулся и огрел его правой свободной рукой. Дружинник повалился на пол, а я, пока он летел, выдернул у него меч из ножен. Не ксалантир, конечно, но тоже очень даже неплохой.

Заводя Нику за спину и крепче прижимая к себе Никона, я направил острие меча вперед, переводя его поочередно с одного на другого.

Дружинники взяли меня в плотное кольцо, тут же обнажив свои мечи. Мелкий же не удостоил меня подобным действием. Вместо этого в его глазах натуральным образов вспыхнуло пламя.

Одаренный значит. Что ж, ему же хуже.

— Не дури, щенок, — процедил мелкий. — Нас больше, и мы явно сильнее. Не усугубляй свое и так шаткое положение.

— Лари, не надо! — взмолилась Ника, вцепившись мне в локоть. — Я уверена это все временно. Ты им все расскажешь, они все поймут. И отпустят нас.

Ох уж очень сомневаюсь я в этом. Не похожи эти ребята на тех, кто кого-то когда-нибудь отпускает. Не просто же так нас задержали.

— Я не отдам вас им, — процедил я, глядя мелкому прямо в глаза.

— Ларион… — начала было Ника, но мелкий ее перебил.

— Не отдавай, — цыкнул он. — Они могут посидеть с тобой в камере. Мне не принципиально. Только вот насколько им будет там удобно? Хороший вопрос, правда? — прищурился, как будто сканировал меня. — К детям у меня вопросов нет. Я взял их только чтобы они не болтались на улице одни. А гувернантки князя хорошо присмотрят за ними. Драконом управлял ты, а значит и отвечать только тебе.

Он специально сделал акцент на слове «только», как будто я совершил какое-то сверхъестественное преступление.

— В чем меня обвиняют? — сурово спросил я.

Мелкий цыкнул и вздохнул.

— Пока ни в чем, — сказал он, всем своим видом показывая, что ему порядком надоел этот разговор. — Но для гувернанток ты староват. Свободных людей у меня нет — сам видел, что творится в посаде. А людям князя, откровенно говоря, насрать на наш кодекс. Да и не думаю, что у него сейчас есть свободные стражники лично для тебя. Выход только один — темница. Вот чего здесь в достатке так это свободных камер. Посидишь немного, пока я все не выясню, ничего страшного. Говорят, это даже полезно.

Я задумался. Этот товарищ говорил так, будто он был одним из погонщиков. Только вот почему он здесь, а не там за стеной? Вопрос.

Такой же уверенности, как Ратибор, он не вызывал. Такой прощелыга легко соврет с каменным лицом. И обвинить ты никого не сможешь — сам ведь доверился, значит, сам виноват.

Мне нужно было проверить только одну вещь. И если она подтвердится, то беспокоиться не о чем.

Замерев на мгновение, я прикрыл глаза. Сначала испугался, что ничего не почувствовал. Такая пустота кругом. Но через несколько секунд тепло разлилось по груди.

Вот он!

Дракон.

Да, я все еще его чувствовал. Точно также, как если бы сидел на нем верхом. Послав ему невербальный сигнал с проверкой связи, получил подтверждение в том, что он где-то рядом. И, что немаловажно, готов прийти ко мне по первому зову.

Вот и все. Дар на месте, дракон на месте. Будем действовать силой, если что. А пока потребуется только хитрость.

Шумно выдохнул, как будто собрался с мыслями и выпустил из рук меч, который тут же брякнул о каменный пол.

— Жди от меня знак в течении суток, — шепнул я на ухо Нике, прижимая ее к себе. — Так, ты будешь знать, что я знаю где ты и за тобой слежу. Гляди только в оба.

Поцеловав Никона, передал его сестре, а сам сделал шаг вперед.

— Так-то лучше, — строго произнес мелкий. Развернувшись на каблуках, он слегка притопнул. — Выполнять приказ! — скомандовал он своим людям и пошел прочь в глубину замка.

Меня бросили в крохотное помещение с миниатюрным окном. Вместо кровати, пара досок торчащих из стены. Вместо сортира дырка в полу в углу. И… собственно, все. Только голые стены, да свет из окна.

О! Свет!

Значит уже восходит солнце, и эта безумная ночь подошла к концу. А сна у меня ни в одном глазу. Столько событий за один день.

Взрывы, гриммеры, отец… мать… Теперь еще и сестра с братом, которых я самолично отдал в лапы неизвестно кому.

В первую очередь, нужно убедиться, что с ними все в порядке.

Раз я подчинил себе дракона, значит и вся остальная живность мне подвластна. По-другому просто быть не может.

И тварей этих я чувствовал. Работает дар. Только мне нужно понять, как его включить до конца.

Сев на шконку в позе лотоса, я принялся медитировать и разбирать по полочкам свой внутренний мир. Без упорядочивания в систему не будет гармонии. А без гармонии невозможно ничем управлять.

Медитация длилась недолго. Мне принесли еды — тарелку каши и ломоть черного хлеба. Щедро. Даже не знаю, как бы не объесться.

И тем не менее, съев первую ложку, я уже не смог остановиться. Во-первых, было действительно вкусно, ну или мне так казалось с голоду. А во-вторых, да, я оказался слишком голодным. К тому же на пустой желудок большие дела не делаются, как говаривал дед Хаким из моей прошлой жизни.

Набив желудок и бросив пустую тарелку обратно в щель, из которой она прилетела, я продолжил медитацию.

Не знаю сколько прошло времени, два часа, три или даже больше, но я все-таки привел свой мир в гармонию и нашел ответ на свой вопрос.

Самое сильное существо в этом мире, подчинилось мне сразу, потому что и дар был сильно развит. В прошлой жизни, я не замечал силу, с которой воздействовал на разумы животных. Делал же все рефлекторно уже на уровне инстинктов.

Здесь надо было контролировать свою мощь, а я по привычке лупил всем потоком. Уменьшив воздействие, у меня все сразу начало получаться.

Уменьшать, кстати, тоже оказалось непросто. Но я справился.

Далее следовало проверить свой бестиарий. Он сильно уменьшился. Катастрофически уменьшился. С миллионных значений свободных слотов, я остался с жалкой половиной тысячи.

Это означало, что я смогу приручить ровно пятьсот существ — ни больше, ни меньше. Причем слотов для огромных созданий было всего два, один из которых был занят уже драконом. Триста самых мелких, сто пятьдесят на средних и сорок восемь больших.

Не густо.

Получается я все начну сначала. Да, бестиарий имеет свойств расширяться по мере его наполнения. Но для того, чтобы перейти на следующий этап мне потребуется забить текущий размер полностью.

А это значит, что даже если я сильно захочу, то не смогу заполучить себе больше двух драконов.

Что ж, придется попотеть.

В конце медитации, передо мной стройными рядами кружил десяток таркашек, которых я завербовал, пока тренировался. Благо они бегали неподалеку.

Открыв глаза, я посмотрел на картину на полу.

Знак бесконечности.

И как ровненько они его вырисовывают. А теперь сложитесь просто в круг.

А теперь квадрат.

Так, а теперь меч.

А если к мечу прилепить два шарика и закруглить…

Стоп!

Так, пожалуй, мы это не будем рисовать. Что-то я заигрался, как маленький. Настолько обрадовался спустившейся силы.

Таракашки встали в строй и подняли свои маленькие головки. Внимательно смотрели на меня снизу вверх.

— Так, товарищи, — сказал я, хлопнув себя ладонями по коленям и встав со шконки. — Вы теперь мои глаза и уши… Хотя, глаза это сильно сказано, в ваши сознания я проникать не могу… Пока! Пока не могу. Но со временем и это мы вернем. А теперь вы идете на разведку, ищите моих сестру и брата. Обо всем необычном тут же докладывать. Как только найдете — тут же сообщить мне. Да и всех своих сородичей по дороге тоже отправлять сюда. Если потребуется — можете применить силу. Вот вам немного силы. Все ясно? Исполнять!

Я наполнил таракашек энергией. Для них нужно совсем немного, а я быстро восстановлюсь. Зато теперь они будут значительно сильнее своих сородичей.

Эх, жаль они честь отдавать не умеют. Было бы совсем забавно. А еще я представил, как они пинками гонят своих братьев ко мне. Тоже то еще зрелище.

У меня сильно улучшилось настроение. Ощущение силы определенно придавало мне уверенности. Я как будто снова почувствовал себя живым. Пробудился после трехлетнего сна.

Таракашки резво побежали по всему замку. Все входы и выходы они знали как свои пять пальцев, и пролазили в любую щель. В некоторых я бы и оказаться не захотел. Идеальные шпионы!

Да, вселяться в сознание животного, видеть его глазами, делать что-то его руками, ну или лапами и зубами, было высшим пилотажем, который я надеюсь вскоре снова обрету. Пока же будем довольствоваться текстовой трансляцией.

Ну как текстовой. Я не видел, не слышал, но чувствовал все, что они видели и слышали. Они мне докладывали на своем языке, а я все понимал и давал дальнейшие указания, что делать.

Много таракашек они прислали ко мне. Штук сто не меньше. Целая мини-армия.

Я быстро вербовал их и отправлял обратно — искать Нику и Никона. Замок был большим, сразу найти не удавалось.

Также, когда мимо камеры пробегали крысы, я вербовал и их. Радиус действия моего дара был пока почему-то небольшим — с этим еще предстояло разобраться. Но крысы могут мне сослужить хорошую службу в дальнейшем.

Эх, еще бы пару кошек и собак. Они частые обитатели подобных замков. И воины из них отличные. Хотя можно любого воином сделать, если проявить смекалку.

Минут через двадцать таракашки рапортовали, что нашли белокурую девочку и маленького мальчика. С ними было все хорошо, какие-то тетки читали им сказку, пытаясь уложить спать.

Что ж это к лучшему. Они сильно устали и им просто жизненно необходим отдых.

Я приказал им сложить слово «Ника» на видном белокурой девочке месте. А когда получил ответ, что она их увидела и заулыбалась, то приказал сложить слово «спи».

Дождаться ответа «уснула девочка или нет», я не успел. Дверь отворилась и в камеру вошел надзиратель. Ну или кто он здесь был? Просто страж? Непонятно. Выглядел как надзиратель. Еще и с черным колпаком на голове. Похоже подрабатывал палач по совместительству.

На дружинника мелкого точно не был похож.

— Вставай, — сплюнул на пол он. — Тебя вызывают

Кто вызывает? Зачем вызывает? Докладывать не входило в его обязанности.

Он одел на меня кандалы и с силой потащил за собой.

Надо бы пустить ему пару таракашек под рубаху, пускай повеселиться. Но оставим это на крайний случай.

По дороге мои подданные все-таки доложили мне о том, что Ника спит. Такая новость не может не радовать.

Палач вел меня по каким-то длинным коридорам и винтовым лестницам. Я изо всех сил пытался запомнить дорогу, а потом плюнул на это дело, заприметив на одном из подоконников кота. Тут же заграбастал его в свою банду и убедился в том, что он сможет вывести меня из замка если что.

Теперь можно не париться.

После нескольких поворотов и подъемов наверх, палач все-таки привел меня в большую пустую залу. Бесцеремонно толкнул между лопаток, чтобы я побыстрее прошел в дверь, которую с грохотом захлопнул за мной.

Ц, палач.

Держи-ка пятак таракашек под рубаху и в штаны. Веселись. И скажи спасибо, что это не крысы.

Отправляя своих подданых, я нисколько не сомневался в том, что их прихлопнут. Се ля ви. Их миссия выполнена. Заведу новых.

— Это сын Броневого? — услышал я знакомый голос.

Только тут обратил внимание, что за слепящим светом, я не разглядел стройный ряд высоких стульев, на которых сидели люди.

Раз. Два. Пять. Семь человек.

Я сделал шаг вперед, чтобы получше разглядеть их лица.

В центре возвышался князь Засекин, правитель Самарской крепости. По обе руки от него сидели верховный магистр Боярышников и командир городской стражи Крупский.

А вот остальных присутствующих я не знал. Похожи на каких-то дворян.

Стоп.

Вот же и мелкий сидит. Слева от всех. Переоделся в парадный костюм и не узнать.

— Так точно, ваше сиятельство, — рапортовал Крупский. — Лично приносил мне заказы. Причем не раз.

И это правда. Мы с ним были знакомы хорошо, хоть и не близко. Приятный во всех смыслах мужик. Такого не часто встретишь среди военных. Строгий, но справедливый. При этом всегда мог проявить мягкость, когда оно того требовалось, конечно.

Князь внимательно посмотрел на меня, почесываю густую русую бороду.

— Ты знаешь, в чем тебя обвиняют, юный Броневой? — спросил он, не сводя с меня глаз.

— Не знаю, ваше сиятельство, — помотал я головой, подзывая всех, кого успел завербовать к этой зале.

Если запахнет жареным, мне придется бежать. Такой микро-армией ничего глобального не сделаешь, но суету они смогут навести. А там уже и…

Дракон.

А с ним не поспоришь. Будет моей страховкой на случай… всего. Что бы ни происходило.

— Тебе вменяют нападение на погонщика и кражу дракона, — абсолютно серьезно сказал князь.

— Чего-о? — вырвалось у меня.

Те, чьих имен я не знал, возмущенно зашушукались между собой. Видимо, не могли стерпеть такого хамского отношения к своему князю.

— Хм. Удивление искреннее, — задумчиво проговорил Засекин. — Джарек, мы точно уверены в виновности этого юноши.

Мелкий тут же взвился на ноги и спустился на две ступени вниз.

— Он управлял драконом, — громко сказал он. — Никто кроме погонщика не способен на такое.

— Я же сказал, что дракон сам принес нас, — возразил я.

Мелкий обернулся и зло поджав губы, помотал головой.

— Вас видели, — с небольшим презрением сказал он. — Перед тем как отправиться в крепость ты трижды направил дракона на скопление гриммеров. То, что дракон принес бы Ратибора к нам, я не сомневаюсь. Сбросил бы вас троих, но своего погонщика принес. Такая уж жестокая правда.

— Ну управлял он драконом и что с того? — хмыкнул Крупский.

На что получил презрительное шиканье от верховного магистра.

— Что? — удивленно наклонился вперед начальник стражи. — Я что-то не так сказал?

Похоже он единственный, кто здесь на моей стороне.

— Это вам не лошадь, Никита Сергеевич, — с укором посмотрел на него Джарек. — Не медведь в цирке, и уж тем более не какой-нибудь пудель. Драконы навсегда привязаны к своим погонщикам и слушаются только их.

В зале повисла тягучая тишина.

— Если драконы такие принципиальные, как же парень управлял им? — нарушил молчание князь Засекин.

— Мы уже встречались с таким, к сожалению, — тщательно подбирая слова, сказал Джарек. — Такое возможно только если юный Броневой — черный маг!

Волна ужаса прокатилась по стульям. Шепот усилился, а Крупский, как мне показалось, даже побледнел. Все присутствующие знатно испугались, после такого заявления.

Верховный магистр не выдержал и взвился на ноги.

— Казнить его! — заорал он, брызгая слюной и указывая на меня крючковатым пальцем. — Казнить! Казнить немедля! Пока он нас всех здесь не уничтожил!

*Изображение князя Засекина*

Теперь понятно чего они так все всполошились. Думают, что я владею искусством темной магии.

В этом мире их не любили и боялись, потому что за ними ходила дурная слава. Магия на крови, некромантия, проклятья и так далее. Немногочисленные черные маги владели этими запрещенными искусствами в совершенстве.

Но ведь никто и не думает, что такие вещи можно и во благо пускать. Может быть, если бы с черными магами поговорили по душам, то…

Хотя о чем это я? Сейчас меня непростительно обвиняют. Нужно доказать, что я не они. В смысле не он. Не черный маг, короче.

— Подожди, Сидор! — властно приподнял правую руку князь. — Сядь!

Магистр потоптался на месте, бубня под нос какие-то проклятья и что-то про «вот в наше время», но все же сел обратно стул, при этом обиженно отвернувшись от меня и князя.

— Джарек, это голословное обвинение, — продолжил князь, не спуская глаз с мелкого. — Я понимаю, тебе больно за своего командира, но не нужно раскидываться подобными ярлыками.

— Да! — громко крякнул Крупский. — Я знаю этого пацана вот с такого возраста, — он указал рукой чуть ниже ручки стула. — Его отец наш верный подданный при дворе. Лучший бронник губернии! Никогда и ни в чем подобном не был уличен. Наоборот, служил верой и правдой. Есть какие-то более существенные доказательства, кроме того, что вы якобы видели, как он управляет драконом?

Джарек сжал зубы и кулаки. Он стоял ко мне в полоборота, но даже отсюда я видел, как его глаза горят огнем ненависти. Причем натурально на зрачках мелькало пламя, как в тот раз, когда я напал на его стражу.

— Кстати, где он? — встрепенулся князь. — Где твой отец, юный Броневой? Мы нигде не можем его найти.

У вас же моя сестра и брат. Не могли у них спросить? Странные товарищи.

— Он был сильно ранен гриммерами и остался в одном из дворов посада, — сдержанно ответил я. — Спас наши жизни ценой своей.

— А мать? — тут же спросил один из людей, чьих имен я не знал.

— Прыгнула с крыши, чтобы задержать гриммеров, — все также холодно ответил я. — Не знаю жива ли она. Впрочем, как и отец.

— Ужас. Просто ужас! Бедные дети, — раздался женский голос.

Только тут в одном из семерых я признал женщину. Длинные волосы были спрятаны под высокий головной убор. А лицо, честно говоря, женских черт имело крайне мало. Это скорее всего Людмила Салтыкова — глава местного прихода. Только ее могли пустить на подобное мероприятие.

Боевая женщина надо сказать.

— Обыскать весь посад и найти бронника с женой, — наклонившись к Крупскому, приказал князь. — Живыми или мертвыми, — добавил он, слегка понизив голос.

— Будет исполнено, ваше сиятельство, — кивнул глава городской стражи.

Он быстро взвился на ноги и вышел из залы.

Это плохо. Черт!

Единственный мой союзник здесь удалился. Мои шансы на успех стремительно падают. Что ж, будем защищать себя как можем. Но есть и хорошая новость — отца и мать начнут искать. Это внушает надежду.

— Джарек, все-таки ответь на вопрос Никиты Сергеевича, — мягко сказал князь Засекин, но так, что при этом было понятно — эту просьбу нельзя проигнорировать.

— У меня есть показания свидетелей, — скрипя зубами отозвался тот. — Разве этого недостаточно?

— Показания в чем? — задал новый вопрос князь. — Что юный Броневой управлял драконом? Достаточно. Что он черный маг? Нет.

— Вы слишком засиделись здесь, ваше сиятельство, — довольно дерзко ответил мелкий, чем вызвал очередной неодобрительный гул среди дворян. — Я понимаю, что мирное время сводит всех с ума и вводит в заблуждение. Дарит иллюзию того, что все нормально и можно дальше жить как жили. Но сегодняшняя ночь показала, что ничего нормального нет. Эти твари уже здесь, в Самаре. Только корпус погонщиков стоит между ними и вами. Но нас мало. Каждый дракон у нас на счету. И если мы будем спустя рукава смотреть на то, как какие-то юнцы угоняют наших драконов, вся линия обороны падет.

— Что ты мне предлагаешь? Казнить этого молодого человека, только потому что так тебе кажется? Мы же не звери, — резонно заметил князь. — Чем мы тогда будем отличаться от тех, от кого вы нас защищаете?

О да, резонный вопрос. Этого Джарека тоже понять можно, если уж начистоту. Он там, мы здесь. Товарищи гибнут, и ты ничего не можешь с этим поделать. Когда принимаешь неравный бой, начинаешь ценить жизнь в разы сильнее. Плюс ко всему им скорее всего движет долг.

— Я могу проверить черный маг он или нет, — подал голос верховный магистр.

Все с интересом посмотрели на него. Но тот сидел и молчал, теребя пальцами пояс от холщовой мантии.

— Ну и? — не выдержал князь. — Долго мы будем ждать?

— А чего вы ждете? — не понимающе посмотрел на нас Боярышников.

— Ты сказал, что можешь проверить черный маг он или нет.

— Ну да.

— Не раздражай меня, Сидор, — взревел князь. — Давай проверяй и разойдемся на этом. У меня есть еще прорва дел на сегодня. Посад в огне, разрушен наполовину. А я вынужден сидеть здесь и решать, что мы будем делать с пацаном!

— Но мне нужно время, — захлопал глазами верховный магистр. — Неделя как минимум. Нужно подготовить необходимые ингредиенты. И честно говоря, я не совсем помню, как точно проводится этот обряд. А талмуд этот в библиотеке. Его еще найти надо.

— Так все понятно с тобой, — закатил глаза князь.

— Через неделю нас уже здесь не будет, — сказал Джарек. — Если, конечно, не возникнет каких-то дополнительных проблем.

— Так я понял, — выдохнул князь. — Юный Броневой, тебе есть что сказать в свою защиту?

Да мне все это представление уже порядком надоело. Нужно его заканчивать.

— Как я уже и говорил, мы просто сидели на драконе. Он сам все делал, — начал я. — Положил к себе на спину Ратибора и полетел. И у меня нет ни малейшего понятия, что это было. Зачем он атаковал гриммеров, я не знаю и знать не хочу. Может он хотел таким образом отомстить за своего хозяина. Или проснулись военные инстинкты.

— Ты совсем ничего не знаешь про драконов, пацан, — зло сжав зубы, произнес Джарек.

— Пусть так. Но я не черный маг, — тут же ответил ему я. — Готов на любые проверки и готов ждать сколько угодно. Лишь бы только доказать вам это.

— Отлично, — выдохнул князь. Видно было, что и ему все это порядком надоело. — Нам нужно посовещаться. Юный Броневой, тебе придется подождать за дверью. Понкрат! Понкра-ат! — только после усиленного крика, дверь в залу отворилась.

На пороге появилась мой провожатый палач. Видок у него был слегка потрёпанный — рубаха торчала из штанов, волосы взъерошены.

Что? Понравилось тебе родео с таракашками, Понкрат? По виду как будто не очень.

Он без слов понял своего князя и, взяв меня под локоть, вывел из залы.

Что ж, все закончилось, не так уж и плохо. Хотя, когда магистр заорал, что меня пора казнить, я был готов выпустить всю свою маленькую армию в атаку и пуститься в бега.

Хорошо все-таки, что до этого не дошло.

Если через неделю погонщики покидают крепость, значит, у меня совсем не осталось времени. Только разве что попроситься к ним в корпус. Тогда бы я получил неограниченный доступ к этой безграничной силе.

Все драконы в моей власти — вот это я понимаю. Тогда бестиарий будет несложно заполнить.

Нужно конечно все тщательно продумать. Особо талантливым погонщикам драконов оставить на время — пускай сражаются. Но остальные…

Так, что-то я уже пустился во все тяжкие. Для начала нужно развить свою силу до уровня прошлой жизни. А лучше еще сильнее. Но будем рещать проблемы по мере их поступления.

Пока у меня есть один дракон и об этом никому не нужно знать. Кто знает, что подкинет мне мой дар. Нужно быть полностью уверенным в себе. Пока что погонщики и без меня справляются.

— Ну что они там?

Я обернулся. За спиной стоял Крупский и как-то вяло улыбался.

— Совещаются, — пожал плечом я.

— Отлично, — кивнул он. — Мы найдем твоего отца. Мои лучшие люди занимаются этим.

— А мать? — резонно спросил я.

— Разумеется.

Он кивнул и в тот же миг скрылся за дверью.

Мне пришлось ждать еще минут двадцать, прежде чем Понкрату было велено меня завести. Он снова попытался схватить меня за локоть, но в этот раз я выдернул руку и пошел сам впереди него.

— Мы приняли решение, — уведомил меня князь. Я сделал вид, что слушаю настолько внимательно, насколько могу. — Верховный магистр любезно согласился ускориться и сделать все необходимые приготовления за три дня. Это нужно, чтобы мы успели провести обряд… Или что там это будет? Проверка в общем. До отъезда отряда погонщиков.

— Отлета, — тихо поправил его Джарек.

— Неважно, — отмахнулся князь, скрипя зубами. Его знатно выводила из себя эта дерзорсть погонщика. — Хоть отката! Вот… А тебе, юный Броневой, придется посидеть эти три дня в камере. Ради твоей и нашей безопасности. За братом и сестрой твоими мы присмотрим — командир стражи Крупский, любезно предложил взять их на свое попечение.

Что? Три дня в камере? Да они охре… совсем что ли?

Нет. Так долго мне там делать нечего. Там же кроме тараканов и крыс никого. А мне нужно собирать в свою армию миленьких кошечек и собачек, которые впоследствии превратятся в грозное оружие.

— Тебе понятен вердикт, юный Броневой? Ты со всем согласен?

— Простите, ваше сиятельство, но как сын бронника, я не привык сидеть без дела, — отозвался я. — Три дня в заточении ради вашей безопасности, сведут меня с ума. Возможно ли попросить вас, найти мне какое-то применение? Пускай даже под чьим-нибудь присмотром.

Князь прищурился, как будто сканировал меня своим взглядом, а потом вопросительно посмотрел на Джарека.

— Что скажешь? — спросил он.

Мелкий задумался на мгновение, сверля меня взглядом. Огонек мелькал в его глазах. Кажется, он что-то задумал.

— Пускай помогает разбирать завалы вместе с корпусом погонщиков, — наконец, произнес он.

— Ты же переживал, что он угонит твоего дракона, — ехидно заметил командир стражи.

— Держи друзей близко, а врагов еще ближе, — холодно произнес Джарек. — Так он будет постоянно под моим присмотром. И если хотя бы попытается дотронуться до дракона, то уйти отсюда спокойно уже не сможет. Мы его везде достанем!

Его глаза дьявольски сверкнули.

Ох не нравится мне это. Он определенно что-то задумал. Только вот что?

Хотя, даже будет интересно посмотреть на его план.

В целом благоприятный исход для меня. В темнице я сидеть не буду, а значит смогу спокойно пополнять бестиарий. Ника и Никона будут под присмотром единственного человека, который питает к моей хоть какую-то симпатию. И можно за них не переживать. Даже наверно видеться получиться.

— Что выбираешь, юный Броневой? — спросил князь. — Темница или корпус погонщиков?

— Погонщики, — без раздумий ответил я.

— Принято, — кивнул князь. — Да будет так. Ты отправляешься под начало капитана Джарека с этой минуты. Выполняй все его приказы беспрекословно. Я дал тебе выбор. Помни мою доброту.

Он сказал это очень надменно, как будто я теперь по гроб жизни ему обязан. С другой стороны, его вердикт оказался весьма лоялен ко мне. Так что можем поставить засечку в столбик его положительных качеств.

— Если вопросов больше нет, я призываю Совет разойтись, — сказал он и встал со стула. — Встретимся здесь же через три дня.

Все начали расходиться.

Начальник стражи Крупский подошел ко мне и по-отечески взял за плечи.

— Ты сделал правильный выбор, — сказал он. — Я бы тоже не выдержал трехдневное заточение. А за сестру и брата не переживай. Они в надежных руках. Если этот разрешит, — он кивнул в сторону Джарека, который в отличии от остальных неподвижно сидел на своем месте. — То может даже встретиться с ними удастся. Я передам им привет сегодня.

— Спасибо, — глядя ему в глаза, сказал я.

Крепко пожав потянутую руку, Крупский удалился, оставив меня наедине с капитаном погонщиков.

Тот, как будто и не думал двигаться с места.

— Не знаю, что ты задумал, но будь уверен, что водить себя за нос я не дам, — сказал Джарек. Его слова эхом разнеслись по пустой зале.

— Я ничего не задумал, — твердо произнес я.

— Посмотрим. Идем.

Он бодро вскочил и быстро зашагал к дверям.

Ведь не боится, что я сбегу. Или может у него глаза на затылке? Пришлось идти за ним.

Не смотря на свой низкий рост, двигался он очень быстро. И весьма уверенно петлял по узким коридорам, как будто уже не раз бывал в этом замке и отлично знал его.

Я же отправил свою невидимую армию следом за ними. Только пару таракашек пустил по следу Крупского — убедиться, что он с Никой и Никоном все будет хорошо.

Корпус погонщиков расположился в одном из постоялых дворов внутри городских стен. Двухэтажное здание смогло с комфортом вместить в себя порядка десяти погонщиков и сорока их слуг. Но обширная прилегающая земля точно бы не смогла вместить в себя столько же драконов. Максимум штуки три и то им пришлось бы сильно ютиться.

Мы зашли внутрь. И как только входная дверь за нами захлопнулась, былое спокойствие капитана погонщиков улетучилось.

Он резко развернулся, схватил меня за грудки и прижал к стене.

— Слушай сюда, щенок, — прорычал он. — Здесь власть князя заканчивается. В этих стенах я — царь и бог. Ты будешь делать все, что я тебе скажу. Спать когда я скажу, есть когда я скажу, срать когда я скажу. Черный маг ты или нет, со мной при любом раскладе не справишься. Даже не пытайся.

— Спокойно-спокойно, — подняв руки, миролюбиво произнес я. — Тебе не за что переживать.

— Я надеюсь, — прорычал Джарек.

— Че кричишь, Джа? — раздался ленивый женский голос, откуда-то из комнат.

И тут же в коридоре появилась обворожительная блондинка с густыми волосами, собранными в тугой хвост на макушке. Стройная, подтянутая, в облегающих штанах, которые облипали упругую задницу. Бюст оценить возможности не было, потому что он был плотно закрыт зеленым комзолом. Но судя по возвышениям там была явно не меньше тройки.

— Принимайте новобранца, — Джарек отпустил ворот моей рубахи, но продолжал зло испепелять взглядом.

— Кто это? — удивленно спросила девушка.

— Это, Сонь, пацан, который оседлал Гестию и до сих пор утверждает, что не управлял ей, — отрывисто произнес Джарек, все-таки отвернувшись от меня и сделав пару шагов в сторону девушки.

Гестия? Значит, дракона зовут так. И он похоже не он, а она. Девочка. Как-то даже не задумывался о половой принадлежности у этих существ.

А Соня тем временем сменила милую улыбку, на искривленные губы презрения.

— Он что так и не признался? — зафырчала она.

— Представляешь? — вторил ей Джарек. — Говорит дракон сам его нес. И сам атаковал гриммеров!

— Да я с тебя сейчас три шкуры спущу, — неожиданно сорвалась с места Соня. Она бросилась ко мне, но ее вовремя остановил Джарек. Девушка повисла у него на руке, размахивая руками в воздухе и пытаясь до меня дотянуться. — Дракон не подчиняется никому кроме погонщика и не принимает самостоятельных решений о вступлении в бой! Это же матчасть! Закон вселенной! Как дважды два!

— Так тише! Успокойся! — пытался утихомирить ее Джарек.

— Да я сама лично видела, как он пустил дракона вниз! Ратибор сейчас борется за жизнь из-за него. Мы не можем оставить это просто так!

— Смирно, лейтенант! — рявкнул Джарек.

Это хоть как-то успокоило девушку. Она встала на пол и одернула полы задравшегося комзола, из-под которого выглядывал соблазнительный плоский животик.

— Убью его, — мотнула головой Соня.

— Что за шум, а драки нет? — из дальней комнаты появился громила, который головой задевал потолок. Ему приходилось наклонятся, чтобы не треснуться о висящие люстры. Коридор был явно ему тесноват.

— Джа привел парня, который вогнал в кому Ратибора и чуть не угнал Гестию, — тут же пожаловалась Соня.

— Так дайте его сюда, — хрустя костяшками пальцев, шел на меня громила. — Сейчас проверим насколько крепкий у него череп.

— Отряд, смирно! — командным тоном крикнул Джарек.

— За Ратибора я его пополам сломаю, — рычал громила. — Ты не остановишь меня, Джа. Я лучше потом на «губе» посижу пару дней.

Я холодно смотрел на здоровяка. Бой будет естественно неравный. В физическом плане он меня пополам сломает. Просканировав его тело, мне стало понятно, что из уязвимых и очевидных мест у него только глаза и пах.

С таким раскладом уже можно поучаствовать в этой драке. Шансы у меня есть. Но там могут подключиться еще и двое его соратников. И одному богу известно сколько тут вообще погонщиков.

Ну если и не одержу победу, то хоть поучаствую.

*Изображение Клима*

— Стоять, Клим! Это приказ, — громоподобным голосом произнес Джарек. — Я сам с ним разберусь.

Амбал не останавливаясь двигался на меня. Медленно. Тяжело переставляя огромный ноги и все так же хрустя пальцами рук.

— Неделя на «губе» и месяц без дракона! — ревел Джарек.

Угрозы капитана на него не действовали. Ну и дисциплина тут у них. Хотя физических сил у Джарека не хватит. Что ему еще остается? Только истошно вопить.

— Клим, стой! Он того не стоит, — попыталась вразумить своего товарища.

Клим действительно остановился. Прямо передо мной. Глыбой нависая надо мной, смотрел тяжелым взглядом. Может пытался просверлить насквозь, но пока получалось откровенно говоря слабо. Я даже не испугался.

— Что мне с тобой сделать, малец? — с легкой ухмылкой спросил амбал. — Разорвать на части или сначала сломать все кости, а потом разорвать на части.

— Можешь попробовать для начала ударить, — взмахнул бровью я. — Вдруг у тебя получится.

— Дерзко, — хмыкнул амбал. — Не люблю таких.

Его кулак просвистел в сантиметре от моей макушки. Я вовремя успел уклониться, наклонив корпус вперед.

Весь минус таких здоровяков в том, что за своей силой и размерами, они были чертовски неповоротливыми.

Я выпрыгнул вверх с вытянутым кулаком, усилив его магией. Из такого положения, это было удобно сделать, спружинив ногами.

Удар пришелся точно в челюсть, но Клим только головой слегка мотнул и сделал шаг назад. Я, конечно, и не надеялся его вырубить, но было бы неплохо.

— Ох ё, — помотал головой Клим. — Натренированный малой.

— С шести лет кую броню вместе с отцом, — парировал я. Пускай знают, что сила взялась у меня не из ниоткуда.

— Без рук больше не сможешь, — проревел Клим.

Он снова двинулся на меня, но мои верные таракашки уже сидели у него на спине и нещадно его кусали.

Клим сначала дернул одним плечом, потом вторым. Слишком толстая кожа у него была, но и она не устояла перед десятком укусов. Они явно отвлекали его от нападения.

Этого я и добивался. Дождавшись, когда здоровяк полностью потеряет концентрацию, я выпрыгнул вперед, проскочил у него под рукой, которой он намеревался ударить меня и, развернувшись, резко выкинул ногу вперед.

Удар пришелся точно промеж лопаток. Клим замахал руками, пытаясь удержать равновесия. Но кто я такой, чтобы помешать человеку падать? Надо быть добрее и помочь.

Двумя руками я толкнул его вперед.

Клим не устоял. Уткнулся в угол и сполз вниз по стене, скользя по ней щекой.

Я победно возвысился над ним, предварительно отправив таракашек в свое логово. Отличные помощники. Надо бы побольше завести таких.

— На моей памяти только двое смогли победить Клима, — холодно произнес Джарек за моей спиной.

— Один из них — Ратибор, — вторила ему Соня.

Я обернулся. Они оба стояли в легком шоке и неотрывно смотрели на меня. И вот непонятно было восхищены они, озадачены или же в чем подозревают.

— Нужно было ждать пока он меня размажет? — задал резонный вопрос я.

— Он слишком добр, чтобы убивать людей, — как ни в чем не бывало ответил Джарек.

— Но покалечил бы, а остановить ты его не смог, — уколол его я.

— Зато ты смог, — кивнул капитан. — И еще больше убедил меня в своих подозрениях.

— Да-а-а уж, — протянула Соня.

Мне ничего не оставалось делать, кроме как пожать плечом.

— Если защита и ловкость — это теперь преступления, то считайте меня преступником, — сказал я.

— Так и будет, — кивнул Джарек. — Идем.

Я подошел к нему, а Соня в это время бросилась к Климу.

— Что? Где я? — бормотал он, пока она его поднимала.

Сильно же я приложил его об стену. Ну ничего, здоровее будет. Хотя куда уж здоровее.

— Все в порядке, здоровяк, — донесся до меня голос Сони, когда мы уже поднимались по лестнице. — Ты всего лишь упал.

Капитан определил меня в комнату без окон, больше похожую на чулан. Когда загорелся свет, я увидел ведра, швабры, тряпки и какие-то соленья. Похоже хозяева дома хранили здесь все, что не поместилось в других комнатах.

— Будешь спать здесь. Ближе к вечеру принесут постель. На ночь я буду тебя запирать. Лучше бы ты выбрал тюрьму.

Да уж конечно! Хотя там было окно. Но здесь я смогу целыми днями быть на свободе. Заниматься тем, что меня волнует сейчас больше всего. Хорошо бы еще отыскать отца и мать, но на это меня явно не отправят.

Определившись с местом ночлега, меня под конвоем капитана и Клима отправили в посад.

Как я понял из их разговора, погонщиков было всего десять. А остальные люди корпуса, были сопровождающими. Какую функцию в их рядах они выполняют я так и не понял. Но сейчас все силы были брошены на разбор завалов и поиск пропавших посадских.

Пока мы шли, я пытался сосредоточиться на обитателях местной фауны. Крыс и тараканов было в достатке. Жуки, пауки, комары и прочие насекомые тоже присутствовали.

Но они меня интересовали мало. Я только поверхностно проходился по ним даром, завлекая в свои сети. Стойкой привязанности такой подход не обеспечит, но когда будет необходимо, я смогу их призвать.

Кошки и собаки — это совсем другое дело. Полноценные боевые единицы. Но в зоне досягаемости дара я обнаружил лишь семь штук одного вида и восемь другого, соответственно.

Не густо, но и уже кое-что.

С ними я уже устанавливал более тесную связь. Кого удавалось погладить, те тут же становились моими поддаными навсегда.

Такие особи будут слушаться меня непрекословно, даже если я отправлю их на верную смерть и они будут понимать это. Ослушаться все равно не смогут.

Этих набралось всего две собаки и кошка. Плюс еще одна которую я завербовал еще в замке. Всего четыре. Специально не стал подзывать к себе всех остальных, а оставил про запас. Было бы странно, если бы при первом же моем появлении, бродяги со всей округи тут же бы меня облепили.

В радиусе дара было еще несколько коней, но они так просто под чары пока не поддавались. Здесь требовался более близкий контакт из-за их больших размеров. Лучше всего действовал конечно кинетический.

Набрав побольше таракашек и всяких мошек, я отправил их на поиски отца с матерью. Вероятность, что найдут — ничтожна, но чем черт не шутит.

Меня определили разбирать завал на десятой улице. Помимо погонщиков и их людей здесь была масса добровольцев.

Люди говорили, что в других кварталах под обрушившимися стенами зданий находили еще живых людей. Но это были единичные случае. В большинстве своем удавалось находить только трупы. Родственники хотя бы смогут их похоронить.

Сам Джарек участия в разборе не принимал. Он только хмуро созерцал за происходящим, умудряясь при этом каждый раз проскользить по мне взглядом.

Ну никуда не денешься от его надзора.

Я просканировал взглядом груду камней лежащую передо мной, но не обнаружил признаков жизни. Для вида начал разбирать камни и оттаскивать их в другую кучу. При этом каждый раз, когда возвращался сканировал все новые и новые участки.

Жизни под ними не было. Только мертвые тела. Этот факт сильно печалил.

Двое мужчин, похоже давно знакомых, едва слышно переговаривались между собой.

— Жаль все медуимы на передовой, — кряхтел один из них под тяжестью валуна.

— Да. Местные одаренные только мух сшибать могут, — вторил его товарищ. — Никакого толку.

— В шестом нашли семью из двенадцати человек, — говорил первый. — Отец, мать, старая бабка и девять детей. Девять, Карл!

— Господи Иисусе! — восклицал Карл. — Чтоб им пусто было, бесам этим проклятым. Столько народу погубили!

— Да будут они прокляты вовеки веков! — вторил ему первый. — Если князь позволит я пойду в дружину.

— Зачем в дружину? — ахал Карл.

— А ты думашь это последняя их вылазка? — кряхтел первый, пока тащил здоровенный булыжник. — Драконщики говорят, что раз один раз были здесь, значит и во второй повадятся.

— Надо бежать отсюда!

— Куда бежать, Карл?

— Неважно куда. Руки в ноги и бежать. Соберу жену и детей, и отправлюсь под Воронеж. Там у жены тетка с мужем. Уж перебьемся как-нибудь пока я избу срублю худо-бедную.

— Да, пойми ты! Если их тут не остановить, они и под Воронежем скоро будут. Раз Екатеринбург уже захвачен и они сюда пришли.

— Как Екатиринбург захвачен? — приходил в ужас Карл. — Бесы за Уральским хребтом уже.

— Ну, — замешкался первый. — Так говорят.

— Кто говорит? Драконщики?

— Может и они, может и не они — неважно. Важно, что бесы в Самаре. Надо дать им бой, Карл.

Люди, конечно, уже раздули из мухи слона. В то, что гриммеры прорвали оборону уральского хребта и уже неслись к нам, мне верилось слабо. Да и не складывалось это со словами Ратибора, который утверждал, что к нам высадился единичный отряд.

Но сплетни, на то и сплетни, чтобы переходя из уст в уста, каждый раз приукрашиваться.

Я бы с удовольствием еще послушал этих двух мужиков, но на горизонте появился князь.

Он медленно ехал на коне в кругу своих дружинников и медленно осматривал масштабы бедствия. Люди, не часто видевшие его среди улиц посада, отрывались от разбора завалов и внимательно провожали его взглядом. Его появление определенно тормозило процесс.

Поравнявшись с Джареком, князь Засекин остановился. Капитан погонщиков лениво обернулся к нему.

Неплохо было бы послушать, о чем они говорят. Я отправил к ним таракашку. Полный диалог услышать не смогу, потому что еще не могу вселяться в существ, но текстовая трансляция даст хотя бы примерное понимание

— Что у вас? — коротко спросил князь.

— Третья куча и ничего, — сожалеюще мотнул головой Джарек. — Другие находят живых. У нас только мертвые. К сожалению.

— Н-да, — тяжело вздохнул князь. — Как парнишка?

— Работает, — усмехнулся Джарек. — Уложил моего самого сильного бойца.

— Как это понимать?

— Клим вышел из-под контроля, — капитан махнул головой в сторону здоровяка, который тащил трехметровую балку на плече. — Он у нас такой. Немного берсерк. Его не остановить в ярости. Но парень оказался проворнее. Каким-то чудесным образом.

Князь задумчиво почесал подбородок. Эта новость явно не радовала его.

— Это не говорит в его пользу, — проговорил он.

— Именно.

— Но, как я тебе уже говорил на Совете, это мы о его помыслах ничего знать не можем. Пускай он одаренный, черный маг или еще кто. Сейчас он здесь, вместе с остальными ищет уцелевших людей. Работает руками.

— И вынашивает свой коварный план, — нараспев произнес Джарек. — Мы не знаем о нем ничего, Григорий Осипович. И ваша проверка, как я уже и говорил, ни о чем мне не скажет. Мой командир в коме, его дракон ведет себя весьма неестественно. Но он ваш человек, ваше сиятельство. Вам и решать, что с ним делать.

— Да будет так, — кивнул князь Засекин.

— По моим законам его бы сразу казнили.

— Славу богу, здесь их нет. И у вас кодекс, а не законы. Если мне не изменяет память.

— Это ничего не меняет.

— Твари еще появлялись? — поспешил сменить тему князь.

— С момента моего последнего доклада ничего не изменилось, — ответил Джарек. — Посад чист, мы истребили всех.

— Есть вероятность, что они вернуться?

— Такая вероятность всегда есть. Именно поэтому мы задержимся здесь еще на пять дней и поможем, чем сможем. Но не больше. Больше просто не получится — мы нужны на передовой.

Таракашек был большим молодцом. Его трансляция не прерывалась ни на секунду, и я довольно подробно понял весь диалог.

Раз Джарек мне не доверяет, это его проблемы. Нужно было убедить князя в собственной невиновности.

Да я ни в чем и не виноват, если разобраться. Несправедливо обвинен в том, чего не совершал.

Ну да, дракон теперь мой. Что ж теперь поделаешь? Я не виноват, что мой дар вернулся в такой неожиданный момент. Хотя если бы вернулся и раньше, я все равно бы завербовал его к себе, тут уж ничего не поделаешь.

Тогда получается, что Джарек прав — я несу для них опасность. Как минимум у них минус одна боевая единица. Но кто виноват, что их планы идут в разрез с моими?

К тому же кто знает, как все повернется в будущем. Как я уже говорил, мне не найти покоя в этом мире, пока все твари не будут истреблены. До единой. А значит, пока наши цели сходятся.

Вот только способы достижения могут быть разными.

Мы разбирали завал до позднего вечера. Нашли только лишь пять трупов, которые на телеге отправили в замок для дальнейшего опознания.

Вернувшись в свой чулан под конвоем, я без сил завалился на импровизированную кровать, устланную каким-то тряпками. Даже неинтересно было о чем говорят погонщики за ужином. Есть тоже не хотелось, потому что всех разбирающих завал кормили гречей с мясом в перерывах.

Перед тем как уснуть, я подозвал к себе пару крыс, и поставил их стеречь дверь. Мало ли кто ночью решит отомстить за свои обиды. Тут обиженных много ходит. Да уж, успел нажить себе врагов всего сутки.

На следующий день у меня были большие планы. Я собирался встретиться с братом и сестрой. Нужно во что бы то ни стало узнать о их состоянии и показаться самому. А то таракашек, который провожал их до дома начальника стражи Крупского, передавал, что они очень нервничают из-за меня.

Да и надо было узнать, что известно об отце и матери. Вдруг их уже нашли. По большому счету было бы здорово вообще попроситься на их поиски. А то от моих подданых толку пока никакого.

Но сколько я не уговаривал капитана, все было тщетно. Он уперся и не хотел ничего слышать. Отвечал только коротко, что раз их ищет городская стража, мне там делать нечего.

— Да пойми! Мой отец может быть жив, — говорил я.

— Еще раз — его найдут, — отвечал капитан.

— Только я знаю, где он остался.

— Если он жив, он ушел оттуда. По-другому от гриммеров не спастись. Нельзя оставаться на одном месте. Если же он остался, то он мертв. Прими это, пацан.

— Упертый баран, — процедил я сквозь зубы.

— Поаккуратней на поворотах, щенок, — оскалился Джарек. — Моему терпению может прийти конец. Я ведь могу и не дожидаться проверки магистра. Ключ от твоей коморки у меня. Потом скажу, что произошел несчастный случай. Даже в красках опишу, как ты неаккуратно подскользнулся и упал на мой кинжал. И мне за это ничего не будет. Уж поверь.

Поверю. Только вот вряд ли ты, что-то сможешь мне сделать.

На очередной завал нас привели в пятый квартал. Работали на нем все те же. Да и мой конвой состоял из тех же самых. Джарек лениво созерцал, а Клим работал не покладая рук, как и остальные люди погонщиков.

Интересно, где они прячут драконов? Их ведь надо кормить, поить и давать полетать. Но я еще ни разу никого не видел.

Может они где-то в соседней деревне? Гестия по-прежнему утверждала, что она рядом и явится ко мне в течение минуты. Значит, точно где-то недалеко. Но почему я их не вижу?

Скорее всего проделки капитана, который, как и обещал, держит меня на расстоянии от своих драконов. Переживает, что я их украду. И правильно!

Новый завал оказался больше вчерашнего. Здесь было разрушено почти всё здание. Некоторые присвистнули, когда его увидели. Но делать нечего, нужно было разбирать. Все дружно принялись за работу.

Я, как и вчера, просканировал ближайший участок, но все также не обнаружил под ним жизни. Тяжко вздохнув, я принялся за работу.

В моих планах было после обеда подойти снова к капитану и попросить о встрече с семьей. Хотя, после отказа в поисках, я уже ни на что не надеялся. Уж слишком он был не похож на человека, у которого есть сердце. Война сильно очерствила его.

И тут, неся очередной валун и сканируя участок завала, я увидел… жизнь!

Крохотную и маленькую. Скорее всего какой-то ребенок, чье сердце билось очень-очень медленно.

И, как назло, участок завала, был поодаль от меня. Было бы странно бросить валун и побежать копать в другом месте.

Да и не успею я в одиночку его достать, слишком глубоко находится этот малыш. Мне нужна помощь и немедленно.

Но, черт! Если я сейчас подниму панику, то снова вызову подозрения Джарека. Он и так уже думает, что я всеми возможными дьяволами поцелованный. Такой перфоманс в моем исполнении уже точно утвердит его в своих умозаключениях.

Мне это совершенно на руку не сыграет. Последствия могут быть катастрофическими.

Жизнь малыша, тем временем, утекала у меня на глазах. Сердце замедлялось, энергия с огромной скоростью покидала тело. Медлить нельзя ни секунды.

Да плевать! Пусть думает, что хочет. Сейчас или никогда.

Я со всей скоростью бросился к участку, за которым лежало тело малыша и начал яростно раскидывать камни в разные стороны.

— Сюда! — во все горло крикнул я. — Все сюда! Здесь кто-то живой!

*Джарек*

Лишь несколько мужчин тут же подбежали ко мне и принялись разгребать куски кирпича и балок.

— Ты уверен, малой? — задыхаясь спросил один из них. Я узнал в нем Карла, который вчера хотел бежать в Воронеж.

— Да, — отмахнулся от него я. — Быстрее! Ему нужна помощь!

Вскоре к нам присоединилось еще трое.

Краем глаза я успел заметить, что Джарек неотрывно смотрит за нами. Ну все, теперь я точно влип и нужно быть предельно осторожным. Его выражение лица не сулит мне ничего хорошего.

Ой да насрать. Выкручусь как-нибудь. Только бы успеть достать малыша.

Мы усердно разбирали ту часть завала, на которую я указал. Но слой был слишком толст. Тело было очень глубоко. Места для помогавших уже не осталось, и многие мужчины вставали вторым рядом, принимая от нас тяжелые куски стен.

— Что-то никого, — кряхтел Карл. — Не хотелось бы в пустую совершить такой марш-бросок.

— Он там, я его слышал, — заверил мужика я.

— Знай-разбирай, — откликнулся второй собеседник Карла, пожелавший вступить в дружину. — Наше дело маленькое. Сильно устанем — подольше отдохнем.

У этого, конечно, больше позитива.

А жизнь тем временем все быстрее и быстрее покидала малыша. В нем осталось около четверти энергии и эти крохи могли скоро закончиться.

— Ну все, приплыли, — констатировал Карл.

Разбор завала уперся в огромный кусок стены. Несколько мужчин одновременно пытались его поднять, но сил даже у них не хватало.

— Надо дробить, — сказал кто-то. — По-другому никак.

— Отойдите, — услышал я за спиной мрачный голос.

Обернувшись, я увидел возвышающегося над остальным Клима. До этого он работал на второй линии, принимая от других валуны.

Клим в два шага достиг нас и, слегка задев меня плечом, наклонился. Его массивные руки ухватились за кусок стены, но даже с его силищей поднять такую бандуру было не так уж просто. На помощь пришли остальные разбиравшие, в том числе я, Карл и его товарищ.

Кусок был крайне тяжелым, пришлось всю свою энергию направить в руки, но и этого было недостаточно. Только когда к плите подключилось еще трое мужчин, мы усилили натиск и… Она поддалась.

С большим трудом, но мы сдвинули ее с места и, подняв, бросили на другую сторону. Под плитой, между двумя балками лежал годовалый малыш. Его чудом не накрыло. Он уцелел только благодаря тому, что балки не дали стене упасть ниже.

На секунду все мужики замерли, глядя на тело младенца.

Как только солнечные лучи коснулись его закрытых глаз, он тут же издал протяжный писк. Очень тихий и слабый.

Я тут же бросился к нему и поднял его с земли. Просканировал всего с ног до головы. Цел. Даже переломов нет. Только сильно истощен и обезвожен. Он скорее всего плакал и кричал, но под такой толщей камней, его просто было не слышно.

Нужно срочно нести его целителю.

— В сторону! Разойдись! — распихивая всех, спешил капитан погонщиков.

Джарек, уверенно пронесшись сквозь толпу, выхватил у меня из рук ребенка. Он положил ладонь ему на грудь и прикрыл глаз.

На наших глазах щеки малыша начали розоветь.

О, так этот товарищ еще и целительными практиками владеет. Чего ж тогда он не подле своего командира? Странно-странно.

— Клим, за мной, — рявкнул Джарек, разворачиваясь и проходя сквозь толпу. — Зацепи пацана с собой. Остальным — работать!

Тяжелая рука Клима тут же бахнула мне на плечо.

— Пошли, — сжимая пальцы проговорил здоровяк.

Больно, черт! Хватка у него мертвая. Я вынужденно дернул плечом.

— Руку убери, — сверкнул в него взглядом. — Сам пойду. Или добавки хочешь?

Клим презрительно ухмыльнулся, но руку все-таки убрал. Видимо, не совсем дурак, чтобы повторять наш поединок.

— Я стабилизировал его, но без лекаря тут не обойтись, — проговорил Джарек, когда мы вышли из толпы. — Клим, организуй нам лошадь.

— Понял, босс, — отчеканил здоровяк.

Когда он ушел, взгляд капитана погонщиков замер на мне. Он поглаживал малыша по груди, и буквально сверлил меня им.

— Ты знал где искать, — сухо констатировал он.

— Услышал крик, — пожал плечом я.

— Крик? Да он еле дышит, чтобы издавать крики.

— Ну или стон, — возразил ему я. — Какая разница? Что-то слышал и понял, что там кто-то есть. Опять нарушил какую-то твою заповедь?

— У тебя сверхспособность находиться в нужном месте в нужное время? А ты не одаренный случаем? Или все-таки черный маг?

— Я спас ребенка, что опять не так? Если бы я не услышал его стон, кто бы знал сколько бы он еще там пролежал. До вечера точно — пока бы мы добрались до этого участка. А то и до следующего утра — завал-то огромный.

Этот парень начинал выводить меня из себя. Я, конечно, подозревал что именно так все и будет. Но больше всего в жизни я ненавидел отмазываться. Хоть правду ему говори, которую он точно не сможет понять и принять.

— Мне не нравится, когда меня водят за нос, — поморщился Джарек. — А еще больше, я не люблю скрытных людей. А ты что-то скрываешь, юный Броневой. Я это за версту чую.

Нас прервал Клим, который привел двух лошадей — для своего капитана с ребенком и нас двоих. Как бы не хотелось ехать вместе с этим амбалом, но другого выхода у меня не было. Пришлось сесть у него за спиной на лошади, которая в ту же секунду стала моей подчиненной.

Вот! Теперь и транспорт у меня есть.

Мы быстро добрались до замка, где передали еле дышащее тело ребенка лекарям. Те заверили нас, что мы успели как раз вовремя, потому что еще бы чуть-чуть и мальчик (а это оказался мальчик) погиб.

— Да, пацан герой, Джа, — хлопнув меня по плечу, сказал Клим. — Спаситель прям.

— Ага. Где беда, там сразу он, — фыркнул капитан. — Отвести его в амбар и собрать всех погонщиков.

— Чего? Там же… Ты уверен?

— Выполнять! — рявкнул Джарек.

Сам капитан прыгнул на лошадь и укатил в закат.

— Какой амбар? Зачем погонщиков? — отрывисто спросил я.

— Кто б знал этого капитана, — фыркнул Клим. — Без Ратибора он совсем берега перестал видеть, — сказал он, залезая на лошадь. — Вот что власть с людьми делает… Полезай, пацан! Вот очнется командир и пройдет его времечко. Совсем другое время настанет. Порядок будет. Ты только не подумай чего! — пригрозил он мне. — Джарек отличный воин. Храбрый и дерзкий. Но командовать эт не его.

Он все причитал, пока мы ехали, а я все соображал, что мне со всем этим делать. С одной стороны интересно посмотреть на всех погонщиков и в принципе понять, что от меня хотят. Не просто же так капитан отправляет в какой-то амбар.

С другой — ничего хорошего от этого ждать не стоит. Вряд ли там будет какое-то празднование в мою честь.

Поэтому следует подготовиться и чем тщательнее, тем лучше. Я собрал всех кошек, по пути нашего следования. Призвал всех собак, которые маленькой гурьбой бежали за нами. Тараканы и крысы были тоже в пути. Мини-армия незримо следовала за нами.

— Вот же ж привязались! — выругался Клим. — Отвалите! Нету у меня ни костей, не мяса. Фу!

Собаки бежали за нами следом, что сильно раздражало здоровяка. Ну а я что сделаю? По крышам как коты они передвигаться не могут. Про тараканов и крыс вообще молчу. Приходится действовать так.

— Фу! Чтоб вам пусто было!

Он еще долго ругался, но отвязаться от них было невозможно. Так мы доехали вплоть до амбара. Это было большое зеленое здание за пределами крепости с обширными лугами для выпаса скота.

Когда мы приехали на место, я приказал собакам окружить амбар и найти лаз внутрь. Коих сто процентов было там предостаточно. Остальные также распределились по перемитру — кто-то выше, кто ниже.

Вот почему я не видел драконов до этого. Они все были здесь и паслись на скотном дворе вместе с коровами. Ну как паслись… Просто лежали и лениво махали хвостами.

Коровы и прочей мелкий нерогатый скот, я так понимаю, служили им завтраком, обедом и ужином.

Присутствие подобного боевого отряда на балансе крепости, точно скажется в последствии на пропитании губернии в целом. Хотя ряды горожан тоже поредели.

Внутри нас уже ждали трое погонщиков.

— Что за срочность? — всполошился один из них при нашем появлении.

Он опирался одной на бочку с какой-то жижей, но тут же встал и подошел к нам. Другие сидели на лавке возле стойл, что-то тихо обсуждая.

— А мне откуда знать? — хмыкнул Клим. — Похоже все из-за этого вот, — он мотнул головой в сторону меня.

— Пацан что-то отчебучил опять? — задумчиво спросил один сидящих. Тот у которого челка закрывала половину лица.

— Ага. Спас малыша из-под завала.

— И только?

— Стоило из-за этого панику поднимать.

— Скорее бы Ратибор очнулся.

Все трое наперебой запричитали.

— Он капитан, ему видней, — развел руками Клим.

Видно было, что Джарек у всех не особо в почете. Хотя может быть у них было так заведено, кто знает.

Меня посадили на лавку и велели не двигаться с места. Пригрозили ликвидацией гениталий. Суровые вояки.

Но мне того и надо было. Я смиренно сел и начал прощупывать местную фауну. Радиуса дара хватало чтобы облизнуть даром всех крупных животных в округе, включая драконов.

Как я и ожидал, все крылатые были на месте, включая Гестию. Но странным образом, ни один из них не шел ко мне на контакт. С одним получилось, наладить невербальную связь, но он лишь, как и Гестия в самом начале назвал свое имя.

«Аврора».

И дальше все. Тупик.

Вот тебе и возвращение дара. Возможно, телесный контакт исправил бы ситуацию, но бежать к ним и всех трогать, больше походило на самоубийство. Не они, так погонщики воткнут тебе какой-нибудь меч в спину. Или того хуже — копье.

А вот крупный рогатый скот шел на контакт лучше, хоть и до полного подчинения, как и у лошадей, мне требовалось дотронуться до них.

Зато я смогу приказать им устроить суету на скотном дворе или в амбаре. Тридцать голов — не шутка же. Что-то кстати маловато. Может остальные на выпасе? Ну или их уже съели. Для такой оравы драконов это перекус на один день.

В амбар потихоньку стягивались погонщики. Я никого из них не знал, только мельком видел, когда с утра меня выводили на разбор завалов.

Последней из десятерых появилась Соня. Но она, вздернув острый носик, тут же отвернулась от меня и подошла к своим.

Все они тихо переговаривались между собой в ожидании своего капитана. Который, кстати, был легок на помине.

Словно фурия он ворвался в амбар. Глаза его горели.

— Закрыть все окна и двери. Быстро! — скомандовал он.

— Что за срочность, Джа? — лениво спросила Соня. — Зачем ты нас созвал?

— Меньше вопросов, сейчас все узнаете, — отмахивался капитан. — Пацан, иди сюда.

Я приподнял бровь, но поднялся и медленно подошел к нему. На всякий случай привел свою мини-армию в полную боевую готовность. Таракашки и крысы уже были шаговой досягаемости от толпы погонщиков. Полноценные боевые единицы в виде кошек и собак, нашли лазейки в стенах амбара и замерли в ожидании приказа.

— После того, что я сегодня увидел, я почти уверен, что этот парень черный маг, — тут же начал с обвинений Джарек. — И мои умозаключение имеют под собой вес. Сначала он управлял Гестией, драконом нашего лидера. Соня сама это видела, и мы не раз с вами это обсуждали. Пусть он и утверждает то, что дракон сам летал и атаковал гриммеров, хотя вы прекрасно знаете — это невозможно.

Погонщики зашуршали, тихо перешептываясь. Я же стоял в напряжении. В любой момент могло случиться, что-то непоправимое для меня. Нужно быть готовым ко всему.

— Далее он удивил нас тем, что уложил Клима, — после небольшой паузы продолжил Джарек. — Да ты сам виноват, — остановил он, только приоткрывшего рот, здоровяка. — Но факт есть факт. В дуэли ты непобедим. Особенно, с таким мелким и тощим пацаном. Это стало вторым доводом в копилку моих подозрений. Ну а сегодня произошло то, что просто ни в какие ворота.

— Он спас малыша, Джа! — не выдержал Клим. — Если бы не он, мы бы откопали холодный труп.

Ого! Неужели я нашел союзника в лице здоровяка? Неожиданно.

— Да, но как он это сделал? — поднял брови Джарек. — Не копал-копал и докопался, а точно знал в каком месте искать, еще и подозвал к себе толпу народа. Кто-нибудь из вас может похвастаться подобной прозорливостью? Или может быть у кого-то такой же невероятный слух как у него? Ведь пацан утверждает, что услышал младенца, хотя тот даже хрипел с трудом, когда мы его достали.

— Это да, это факт. И рта раскрыть не мог, — подтвердил Клим.

Рано радовался. Эх и предатель.

— И что с того, Джа? — подал голос тот, чья челка закрывала половину лица. — Это человек князя. Вы же с ним договорились на какую-то там проверку. Я не понимаю, что ты от нас хочешь.

— Я хочу, чтобы вы следовали кодексу, в данной ситуации, — лицо Джарека вдруг стало непроницаемо. — «Все, что создает угрозу для дракона, должно быть немедленно истреблено», — сказал он, цитируя строчку видимо из этого самого кодекса. — Или вы забыли, что это такое?

— Опять ты за свое, — закатил глаза один из погонщиков. — Уже тысячу раз же обсуждали — мы не можем огульно обвинять всех, кого ты только подозреваешь.

— Ага. А завтра ты проснешься и не обнаружишь своего Зильярда в загоне, — ощетинился Джарек. — Или всех разом. Кто-то из вас хочет лишиться своего подопечного? — он обвел всех взглядом по очереди. — Может ты Савва? Или ты Святогор? М? Сонь, а ты как? Готова навсегда потерять своего Демигара? А именно так и случается, когда в дело вступают черные маги. И я единственный из вас, кто это видел и знает о чем говорит.

— Что ты хочешь? — спросил Савва.

— Испытание драконом, — мрачно произнес Джарека. — Мы сами поймем черный маг он или нет. Не будем дожидаться решение князя.

Среди погонщиков поднялся гул. А я немного опешил. Испытание драконом — звучит как что-то не очень хорошее. Хорошее ведь испытанием не назовут.

Так коровки, ну-ка живо сбивайтесь в табун. И для всех полная боевая готовность. Что-то табун правда получается кривенький. Дар еще что ли слишком слаб? Или радиус велик? Или для таких крупных животных требуется большее влияние. Непонятно пока.

— Князю это не понравится, — воскликнула Соня. — Ты же наверняка предлагал ему такой вариант.

— Конечно.

— И почему же он не согласился, интересно? Может потому, что это смертельно опасно? Мы здесь, чтобы помогать, а не убивать, Джа.

— Я тоже не вижу зла в действиях парня, — подал голос мужик с челкой. — Пока он всех только спасал. Включая Ратибора.

— Или же сначала его ранил, а потом под прикрытием привез в крепость, и мы его остановили, ровно перед тем момент, как он хотел сбежать.

— Чушь!

Эти препирательства мне порядком надоели.

— Так, стоп! — воскликнул я. — В чем заключается испытание?

Все тут же посмотрели на меня. На лице Джарека тут же засияла язвительная улыбка.

— Ты никак решился пройти его? — спросил капитан.

— А как еще доказать вам, что я не он? Ну в смысле не черный маг, — сказал я. — В отличии от тебя, я в этом полностью уверен. Так что давайте любые испытания.

Некоторые погонщики посмотрели с уважением на меня в этот момент.

— Интересно-интересно, — пропел Джарек. — Ты не перестаешь меня удивлять. Или ты полностью уверен в своих силах. Ну ладно. Нужно всего лишь взять и дотронуться до дракона.

— И все?

— Да и все.

Какое-то странное испытание. То он боится, что я угоню их всех драконов, то сам лично толкает их в мои руки. Чего-то тут не вяжется. От этого капитана можно чего угодно ожидать.

Но ладно, попробуем поиграть по твоим правилам, Джарек.

— Тогда ведите.

— Вот видите, — Джарек снова обвел всех взглядом. — Парень сам готов. Остальные готовы и согласны? Жду ваших рук.

Немое молчание повисло в амбаре. Но длилось оно только до тех пор, пока один за другим погонщики не стали прикладывать ладонь к своей левой груди.

Голосование длилось, пока Соня последней не положила миниатюрную ручку на свою трешку. Жаль, что как и всегда, ее было не видно из-за комзола.

— Единогласно.

— Джа, ты уверен? — с нажимом спросила Соня.

— Абсолютно. Елисей, приведи Рамона.

— Может Демигара? — спросил мужик с челкой. — Твой Рамон сосем бешеный.

Угу. Что еще ожидать от такого хозяина? Только бешеного дракона.

— Нет, — тут же встрепенулась Соня. — Я не дам своего дракона. Согласилась на испытание, но дракона не дам. Вон пускай Зильярда берут. Он самый спокойный

— Пойдет Рамон и точка, — отрезал Джарек.

Ну что ж начинается самое веселое. Нужно приготовиться. Дотронуться до дракона, это ведь то, что мне нужно. Лучшего подарка судьбы и не сыскать. Сами ведут мне в руки очередную жертву.

Эх, все-таки Джарек отчасти прав в своих подозрениях.

Ворота амбара распахнулись. Белокурый Елисей вел за поводья черного, как смоль, дракона. Он был гораздо меньше Гестии. Наверно, для такого мелкого погонщика, он был в самый раз.

Его размер можно было соотнести, пожалуй, с двумя лошадьми, может чуть больше. Но крылья были все-таки же величественно огромны, по сравнению с таким небольшим телом.

Рамон шел спокойно, пока не увидел меня. Тут же ощетинившись, он начал фырчать и выпускать из ноздрей густой дым.

— Спокойно, мальчик, — тут же отозвался Джарек. — Тишь-тише! Успокойся. Ика роса, веши уно.

Когда Елисей подвел дракона к нам, капитан забрал у него из рук поводья. Тот сразу как будто успокоился и позволил подвести себя ко мне.

Странным образом я плохо чувствовал Рамона. Даже вблизи. Как ни старался, усилять или ослаблять потоки, он никак не хотел идти ко мне на контакт.

Это было странно, но я уже начинал нервничать. Телесный контакт должен исправить ситуацию, но ведь нужно еще дотронуться.

— Давай, — произнес Джарек. — Пробуй.

Погонщики замерли в ожидании. Все неотрывно смотрели на меня.

Я сделал шаг вперед, направляя всю свою концентрацию на дракона. Вытянул руку вперед, широко расставив пальцы в стороны.

От моего прикосновения до головы дракона оставался какой-то жалкий метр. Дракон фыркнул. Нужно смотреть ему в глаза, так усиливается контакт. Но он то и дело тряс головой, что усложняло мою миссию.

Я сделал аккуратный шаг вперед. Дракон издал тихий, продолжительный рык. Оскалил зубы и ощетинился. Взгляд его был явно недоброжелательным.

Еще каких-то десять сантиметров и я дотронусь до тебя.

*Рамон*

Когда моя рука оказалась в опасной близости от носа дракона, он вдруг ощетинился и лязгнул зубами. Я едва успел убрать руку. Еще бы сантиметр и прощай пальцы.

Тут же дракон встал на дыбы и заревел.

— О нет! Нет! Нее-ет! — закричала Соня.

— Рамон, тихо! Я приказываю тебе успокоиться! — кричал Джарек.

Дракону было глубоко все равно. Он встал на задние лапы и раскрыл рот.

Жесть! Кажется, меня сейчас поджарят!

В последнюю секунду, я успел отпрыгнуть от лавины огня и, перекувыркнувшись по земле, спрятался за ящиками. Так себе укрытие, но хоть что-то.

Не смотря на свои невыдающиеся габариты, Рамон обладал мощной силой.

— Джа, я же тебе говорила! — кричала Соня.

— Рамон, стоп! Ку экус шоли чойнэ! — ревел Джарек, на непонятном мне языке.

Дракон и слышать ничего не хотел. Он вернул на землю передний лапы, и грациозно прыгнул вперед, заглядывая своей массивной головой за мое укрытие.

Меня уже там не было. Пробравшись под хлипким забором, я оказался в стойле и дальше двигался только вперед.

Другие погонщики, отойдя от первоначального шока, кинулись к дракону. Кто-то схватил его за поводья, кто-то за крылья, кто-то за ноги. Клим обхватил своими огромными руками его шею.

Но что такое девять человек, против такой мощи? Естественно, они даже сковать его движения никак не могли.

Джарек не участвовал в физическом задержании Рамона. Он только пел свои мантры таким грозным голосом, на который только был способен.

Все было тщетно. Дракон вошел во вкус. Он сшиб лбом ящики, потом ворота загона, прыгнул внутрь и начал крушить все препятствия какие-то только видел.

Все это время погонщики болтались на нем словно куклы.

— Джа, сделай же что-нибудь! — верещала Соня, пытаясь удержать крыло дракона.

Не найдя меня, Рамон поднял вверх голову и выпустил объемную струю огня в потолок.

И ведь точно над тем местом, где находился я. Не везет так не везет. В крыше амбара зазияла дыра, а остатки черепицы вместе с несущей балкой посыпались вниз.

Я не успел.

Пытался отскочить в сторону, но обвал был слишком обширным. Меня придавило балками, деревом, кусками черепицы и прочим.

Ноги зажало словно в тиски, а правую руку я тут же перестал чувствовать. И как еще голове не досталось? А говорил, что не везет.

Но я рано радовался. Дракон, увидев меня под завалом, взмахнув крыльями перелетел на место крушения.

Его объемные, тяжелые лапы встали на кусок черепицы, еще сильнее придавливая меня к земле. В таком положении вдох было сделать крайне затруднительно.

Голова дракона нависла над моей. Его пасть была приоткрыта, обнажив ровный строй зубов, каждый размером с добрый кинжал. Дико воняло серой и тухлым мясом.

Попытки погонщиков силой убрать от меня дракона никак его не останавливали. Кто-то даже начал бить кулаками по шее, но все оказывалось тщетно.

«Гести-и-ия!» — мысленно завопил я. — «Спасай! Срочно!»

Голова дракона опускалась все ниже, а пасть открывалась все шире.

Где этот чертов дракон? Еще секунда и мне отщипнут голову, как бутон одуванчику!

Я видел алое нёбо, за которым крутился шарик огня, раздвоенный язык и зубы! Много зубов.

«Гести-и-и-и-ия!»

Вдруг стало темно.

Рёв разрезал пространство, проходя дребезжащим эхом по стенам амбара.

Рамон тут же отпрянул и поднял голову наверх, непонимающе хлопая глазами. В разрушенном им проеме сидела Гестия. Истошно ревя, она скалила зубы и клацала челюстью, не сводя разъяренного взгляда с Рамона.

Я услышал скрип ворот. Амбар тут же озарило светом.

— Что здесь нахрен происходит? Ты что тут устроил, Джа?

Раскатистый бас. Голос я не узнавал, а головы повернуть не мог.

— Ратибор! — взвизгнула Соня.

Судя по легкой и быстрой поступи, она бросилась к нему. Обниматься наверно.

Дальше творилось что-то невероятное. Рамон успокоился и слез с меня. Погонщики дружной гурьбой быстро достали меня из-под обломков крыши. А Гестия так и сидела в проеме, нервно помахивая хвостом.

Как будто ничего и не было.

— Ты башкой трахнулся совсем? — ревел Ратибор на Джарека, пока парень с челкой осматривал мое сидящее тело. — Какое к херам испытание? Он же пацан еще зеленый!

Я неспешно оглядывал их всех. Правую руку по-прежнему не чувствовал, но она все еще была на месте, что не могло не радовать. Ногами вроде мог шевелить, а вот вдох давался с трудом и отдавал болью внизу ребер. Похоже на перелом.

Остальные погонщики собрались в кружок вокруг своего командира, смотря на него с неподдельной любовью.

Ратибор возвышался над своими подчиненными. Его торс полностью был перевязан белой материей, а сверху на него была накинута голубая рубаха.

Джарек что-то мямлил в ответ, держа за поводья Рамона. Но ни один аргумент, так и не заставил Ратибора поменять свою точку зрения.

Под конец тирады командир погонщиков плюнул себе под ноги и подошел ко мне. Присев на одно колено, он по-отечески взглянул на меня.

— Ну как он, Давор? — спросил Ратибор.

О! Наконец, имя погонщика с челкой узнал.

— Жить будет, — коротко ответил тот. — Рука вышла из сустава, ребра сломаны, а в остальном только мелкие царапины. Крепкий пацан, — констатировал он.

— Встать сможешь? — протянул мне руку Ратибор.

— Смогу, — кивнул я, хватаясь за нее.

Командир погонщиков потянул меня наверх, и я, кряхтя, не без боли, поднялся на ноги. В целом ощущал себя вполне себе. Еще бы рука не болталась, как сопля на ветру и было бы совсем замечательно.

— Слушайте все, — громогласно заявил Ратибор. — Этот парень спас мне жизнь! Не знаю как у него это получилось, но если бы не он, ваш командир валялся бы сейчас изъеденный тварями, которых мы все терпеть не можем. Он лично убил сначала двоих, один на один выступая в неравной схватке. А потом и ту подлую тварь, что напала на меня. Еще бы секунда и она откусила мне лицо.

Чего он несет? Не я убил того гриммера, а Гестия. Может он был в бреду и уже ничего не помнит. Нет, история для меня, конечно, складная и играет только на руку. Но я не очень люблю пустых бровад,

— Хера! — воскликнул Святогор. — А пацан-то не промах!

— Теперь понятно, почему он меня завалил, — усмехнулся Клим. — До этого на гриммерах потренировался.

Погонщики дружно заржали. Все, кроме Джарека.

— А кто-то считал, что он черный маг? — язвительно заявила Соня, указав взглядом на капитана. С появлением Ратибора она и на меня стала смотреть более доброжелательно.

— Может он и прав, — подал голос я. — Испытание драконом-то я не прошел.

— Э-э, вообще-то прошел, — ответил мне Елисей.

— То есть как? — брови сами собой поползли у меня наверх.

— Дракон не дает себя трогать никому, — пояснила мне Соня. — В исключительных случаях и только с разрешения погонщика. Если бы ты до него дотронулся, то я бы лично вонзила кинжал тебе в сердце. Вот прям в тот же момент.

— Тишь-тишь, — остановил ее ладонью Ратибор.

— Хорошо, — потупила взгляд Соня.

— Но раз у дракона на тебя такая реакция, то ты оправдан по всем статья, — снова вступил в диалог Елисей.

— Вообще-то изначально вы озвучивали другие условия, — заметил я.

— Ты ж был под подозрением, — загоготал Клим. — Такой уж мы народ — погонщики. Все у нас шиворот-навыворот.

Вот те раз.

Это получается если бы мой дар не засбоил, они бы меня зарезали всем миром? Суровый вы народ — погонщики. Теперь даже и не знаю, как им доверять после такого.

Да и стоит ли?

— Да, испытание тяжелое, но очень действенное, — проговорил Ратибор. — Дракон не соврет. Ему можно доверять больше, чем себе. Еще бы некоторые смотрели на два шага вперед, — он грозно зыркнул на Джарека, а тот тут же отвел взгляд. — Знаешь же, что Рамон у тебя неуравновешенный.

— За ним подобного давно не замечалось, — пробурчал капитан. — Последние полгода он слушался меня беспрекословно.

А вот это странно. Скорее всего натиск моей силы, так разозлил Рамона. Я ведь давил как мог и все равно не подействовало. С одним драконом получается с другим нет. Что за чертовщина?

Гестия сразу пошла на контакт. А тут… Черт! Еще разбираться и разбираться во всем этом.

— Один хрен это опасно! — повысил голос Ратибор. — Куча драконов под рукой! Нет, надо взять самого ненадежного.

— Но за них я не мог отвечать, — хмуро сказал Джарек. — Так ответственность полностью на мне. И я готов понести наказание за свои действия.

Ратибор только рукой на него махнул.

— Но как ты вовремя появился, Ратибор, — хлопнул по плечу командира Святогор. — Если бы не ты и Гестия, пацан был бы не жилец.

Скорее больше Гестия, чем он. Именно ее рык, отвлек Рамона. И похоже, что среди драконов тоже есть своя иерархия. В противном случае, зачем бы ему так реагировать на свою соратницу. Видимо, только чувство опасности помогло прийти ему в себя. От остальных людей он такого не ощущал.

— Да-а-а, — губы Ратибора растянулись в блаженной улыбке. — Моя красотка меня издалека увидела. И возвестила вас о моем появлении.

Ну пусть уж лучше так думают. Не буду разочаровывать старика раньше времени.

— Как ты здесь вообще оказался? — задала вопрос Соня.

— Очнулся, а рядом никого из вас нет, — усмехнулся Ратибор. — Ну и пошел искать. А где еще искать погонщика? Только рядом со своим драконом.

— Вообще-то мы все это время разбирали завалы в посаде, — сказал Елисей.

— Да! Где малой также отличился, — загоготал Клим, хлопнув меня по вывихнутому плечу. — Ой, прости, — тут ж сник он, видя как меня переклинило от боли.

— Так, потом расскажете, — командным тоном сказал Ратибора. — Парню срочно нужно к лекарю. А вам — ввести меня в курс дела. По коням!

Настроение среди корпуса погонщиков заметно улучшилось. Вот, что появление командира делает с военными. Под шутки и прибаутки они отвезли меня в крепость к лекарю, после чего уехали, даже не оставив никого на страже.

По дороге я распустил свою мини-армию, приказывая все равно оставаться в непосредственной близости от меня, но уже в более свободном перемещении.

Таракашек отправил проверить как там Ника и Никон. И пока мне вправляли руку и перевязывали, они справились с заданием.

Рапортавали, что все с ними хорошо — Никон бегает довольный по двору, играет в игрушки, а вот Ника хоть и сытая, но поникшая.

Ладно. Главное, что они целы, а с эмоциональным фоном будем работать позже.

Также я приказал отчитаться отряду, который занимался поисками отца и матери. Но они доложили, что их поиски пока не увенчались успехом.

Я добавил к отряду еще один, чтобы увеличить зону поиска. Если так пойдет дальше, то придется пустить все силы на поиски. Четно говоря, я думал, что сразу их найду. Не живыми, так хотя бы… тела.

А тут творилось, что-то непонятное.

Уж слишком много необъяснимого со мной происходит после нападения на посад. Куда не плюнь, везде какие-то непонятки.

На мое удивление лекари отпустили меня на все четыре стороны. Они поколдовали над плечом, сказали, что через пару дней все зарастет и я о ране даже вспоминать не буду и все.

Выйдя на улицу, я даже сначала не сразу сообразил, что мне делать.

Но все встало на свои места, когда я понял, что все обвинения Джарека с меня сняты. Значит, я действительно свободен и могу делать все, что захочу.

И только я направился к дому Крупского, чтобы встретиться с сестрой и братом, как из-за угла на меня выскочила лошадь.

Наездника я узнал сразу — очаровательная белокурая Соня.

— Фу-х, — выдохнула она. — Успела. Ты уже все? Лекари подлатали?

— Как видишь, — мотнул я в сторону примотанной к телу руке. — Сказали ходить так три дня.

Целенаправленно приехала ко мне. И что-то мне подсказывает, что не за плотскими утехами и душевным разговором.

— Отлично! Там это… Ратибор хочет тебя видеть, — сказала она, пытаясь успокоить под собой ходящую кругами лошадь.

Бинго! Только вот что погонщикам нужно от меня?

— Раз хочет, значит так тому и быть, — кивнул я. — Он спас мне жизнь.

— Даже если бы не спас, — усмехнулась Соня. — От приглашений командира погонщиков не отказывается даже сам князь.

— Засекин тоже будет там? — удивился я.

— Не в этот раз. Ты едешь?

Она протянула мне свою руку. Я не без труда забрался на лошадь позади нее.

До чего приятное чувство снова чувствовать женщину у себя между ног. Пускай хоть и полностью одетую. Я взялся за ее плечо одной рукой и тут же почувствовал его тепло. Жаль из-за комзола не могу оценить ее бархатистость, но уверен, что она просто очень мягкая.

Долбанный комзол! Постоянно мешает.

Путь слава богу не занял много времени. А то близость с такой красивой девушкой, точно бы отозвалась напряжением в штанах. Чтобы отвлечься я заграбастал лошадь к себе в сети, направляя энергию в это русло.

В доме погонщиков меня ждали в большой столовой за овальным столом.

Собрались все, кого я уже видел ранее, лишних не было. Кажется, они праздновали возвращение Ратибора в строй. При этом алкоголя на столе не было. Что удивительно. Я думал такие суровые парни пьют в три горла.

— Вот он! — всплеснул руками Клим, при моем появлении. — Быстро ж ты его нашла, Сонька. Проходи, герой, садись. Не больно?

Он за плечи провел меня в центр стола и посадил прямо напротив Ратибора.

— Живой? — усмехнулся командир погонщиков.

— Живой, — кивнул я.

Что они от меня хотят? Такие все радушные и улыбчивые. Даже капитан как-то вяло дергал уголком губ. А Клим так вообще чуть ли не в друзья набивается.

— Но не цел, — крякнул Ратибор. — Да, это наша вина. За этим мы тебя и позвали. Если бы не подозрительность некоторых личностей, твоя рабочая рука смогла бы схватить сейчас эту кружку пенного.

— Я лишь следовал кодексу, — пробубнил Джарек.

Но Ратибор даже слушать его не стал.

— Кое-кто хочет извиниться за свою и излишнюю подозрительность, — усмехнулся он. — Многие бы меня осудили за то, что я заставляю старшего по званию делать это в присутствии своих подчиненных. Но в моем отряде все равны. Я хочу, что бы они понимали, что так будет с каждым. За свои ошибки нужно платить. К тому же, Джа, ты говорил, что готов понести ответственность. Вот она и настала. Никто не застрахован от ошибок. Даже я. И если бы я оказался на твоем месте, то будь уверен, что поступил был также. И меня не смутило бы присутствие моих людей. Моих соратников. Моих друзей.

Джарек явно мялся. Кривил губы и старался на меня не смотреть. Но под пристальными взглядами погонщиков и под их подбадривания, он поднялся на ноги.

— Я ошибался в тебе, — коротко произнес он. — И эта ошибка могла стать фатальной. Моя самоуверенность чуть не довела до беды. Я приношу свои искренние извинения. Знаю, они не принесут облегчение твоей боли. И как человек чести, я готов признать за собой долг перед тобой. Когда-нибудь, если тебе понадобиться помощь, ты можешь обратиться ко мне. Я сделаю все, что в моих силах, чтобы помочь.

Ага, учитывая то, что вы через три дня улетаете, твой должок недолго проживет. Не нужно много смелости, чтобы давать подобные обещания.

Остальные погонщики с криками «Молодец, Джа», захлопали своему капитану.

— Что скажешь, юный Броневой? — усмехнулся Ратибор. — Принимаешь его долг в оплату за свое увечье?

Я напряженно смотрел на него, но после растянул рот в улыбке.

— Разве у меня есть выбор? Конечно, — сказал я.

Погонщики зааплодировали еще громче, кто-то даже заулюлюкал. Не ожидал такой реакции на свой ответ. Возможно, у них так принято.

И все же они были больше настоящим братством. В куда более глубоких отношениях чем просто солдат и старший по званию.

— А чтобы, Джа, легче было исполнить свой долг до конца, — произнес Ратибор. Он замер, держа драматическую паузу. Водил взглядом по своим подчиненным и по мне. — Я хочу позвать тебя к нам в корпус погонщиков.

Многие ахнули. Даже для Джарека и Клима это сюрпризом не стало. Похоже это было спонтанное его решение, и они его не обсуждали.

— Все видели твою удаль, — продолжил Ратибор. — Я лично видел, как ты сражался с гриммерами. Да что там, ты самого Клима с ног свалил.

— Это точно, — не преминул вставить свои пять копеек здоровяк.

Он что, гордиться этим поражением?

— Такие люди нам нужны, — продолжал Ратибор. — Я лично займусь твоим обучением. Корпус погонщиков только выиграет от такого пополнения.

Я не мигая смотрел на него. Впрочем, как и он сконцетрировал, свой взгляд только на мне.

— Ну, — нетерпеливо произнес Ратибор. — Что скажешь?

*Гестия*

Это же то что мне нужно — полный доступ к драконам. А я еще думал, как попасть в корпус. Удача сама идет мне навстречу. Такое нельзя упускать.

— При всем уважении, командир, — подал голос Джарек, пока я медлил с ответом. — Но он уже староват для кадета. Кодекс не позволит.

Да блин!

Пока я думал, он все уже за меня решил. Никуда не денешься от этого капитана. Всюду торчат его нос и уши со своим кодексом. А еще говорил, что за ним должок.

— Хм, — почесал бороду Ратибор. — Сколько тебе лет, парень?

— Восемнадцать, — коротко ответил я.

— Тут дело даже не в кодекса, Джа, — подала голос Соня. — После шестнадцати невозможно установить связь с драконом. Если только не заставлять его силой, как черные маги. Мы же много раз уже пробовали и все это проходили. Обучение проходит в пустую.

— Черт! Почему вы мне сразу не сказали? — явно расстроенный Ратибор вскочил с места и стал ходить по столовой взад-вперед. — Да я и сам хорош, похоже еще не отошел от ранения. Это же все усложняет. Весь план коту под хвост. А я уж думал, что нашел себе перспективного ученика, члена своей команды. Эх. Ты слишком молодо выглядишь, Ларион. Зачем было так быстро взрослеть?

— Ну я же не виноват, что гриммеры напали на посад сейчас, а не два года назад, — усмехнулся я.

— Да уж. В то время последствия были бы куда катастрофичнее. Черт, ладно, — вздохнул Ратибор.

Вот засада, так засада.

Это получается мне теперь никак не вступить в корпус погонщиков. Плакали мои надежды на безграничный доступ к драконам.

Теперь придется искать другой путь, чтобы до них добраться. И он будет гораздо сложнее.

Ладно, пока мой дар еще не до конца развит у меня есть время подумать на этот счет и понять, что нужно делать.

Вот если бы судьба не сыграла со мной злую шутку, все бы было по-другому. С полностью функционирующим даром, я бы точно не скрывался.

Пришлось бы, конечно, решать массу других проблем. Как эффективно управлять армией драконов, что делать с погонщиками и так далее, и так далее.

Но зато все было бы намного проще.

Ладно. В общем и целом, оно и к лучшему. Если сейчас мне развяжут руки, выпустив из-под постоянного контроля, я смогу заниматься более плотно заняться своим даром и насущными делами.

Погонщики будто бы даже немного расстроились. А вот это приятно. Не думал, что за такой короткий срок можно из врага народа превратиться в человека, вызывающего сочувствие.

Как я понял, погонщики хоть и народ суровый, четко следующий своему кодексу, но в том же время очень простой и человечный. Хоть и попадаются отдельные черствые личности.

— Я тебя не оставлю, парень, не переживай, — Ратибор подошел ко мне, взяв за плечи. — Скажу князю, чтобы обратил на тебя внимание. Без дела не останешься. Твои способности надо направлять в благое русло.

— Спасибо, — выдавил я из себя улыбку.

А вот это уже лишнее. Бегать по поручениям князя мне совсем не улыбалось.

Пришлось еще немного посидеть с погонщиками, дабы не обижать добрую братию. Хотя у меня уже свербело отправиться заняться наконец делом на благо себя.

— Через три дня выдвигаемся, — говорил Ратибор своим людям. — Нужно подготовить драконов к долгому перелету. Прикажите послушникам, чтобы тщательно все проверили. Особенно меня беспокоит состояние Демигара и Рамона, — на последнем слове он пристально посмотрел на Джарека. Тот отвернулся. — Если кому-то потребуется помощь, то не брезгуйте попросить ее у своих товарищей. Но, не мне вас учить. Сами все знаете. Нас ждет нехилый марш-бросок. До Еката больше тысячи верст. Давненько мы так далеко не летали.

— То еще будет путешествие, — хмыкнула Соня.

— Да, прощай жопа, — заржал Клим. — Твой миленький орешек больше всех жалко.

— Ой, заткнись, Клим, — фыркнула девушка.

— Кстати, а как вы так быстро сюда попали? — неожиданно для всех подал голос я.

Ну не мог я утерпеть от мучавшего меня вопроса. И тут же пожалел, потому что снова собрал на себя взгляды всех погонщиков.

— Ваш князь подал сигнал тревоги, — ответил Ратибор. — Наши маги создали односторонний портал. Много сил ушло у них на это. Долго пыхтело над ним человек двадцать. Шутка ли — так быстро переправить сорок человек и десять драконов. Но мы без обслуживающего персонала никуда. Поэтому, собственно, и задержались. Так бы, конечно, разрушения были менее катастрофичными. Вот… А обратно только самим. Ваша одаренная мелочь такой портал ни в жисть не создаст.

В этом он прав. В крепости были только одаренные младше шестнадцати лет. Зеленые и не опытные. Их обучали в академии под началом верховного магистра Боярышникова.

А после обучения всех отправляли к Уральскому хребту, на передовую — сдерживать угрозу. Надо ли говорить, что родители одаренных детей не сильно были рады подобному раскладу.

Быть одаренным стало своего рода проклятьем. Тебе ждала неминуемая война и в большинстве случаев с летальным исходом.

— Так ладно, — хлопнул себя по коленям Ратибор. — Мне пора к князю. Тебя подбросить?

— Я же правильно понимаю, что все обвинения с меня сняты? — спросил я, не преминув при этом посмотреть на Джарека.

— Естественно, молодой человек, — по-доброму улыбнулся Ратибор. — Одна из тем для моего обсуждения с князем — это ты. Пускай отменяет сраную проверку и подумает куда тебя можно пристроить.

— Хорошо. Тогда меня можно подбросить до дома начальника стражи.

— Добро, — кивнул Ратибор.

Как же меня достало ездить вдвоем на лошади. Попахивает каким-то унижением. И что самое обидное, что имея в своем подчинении двоих, я вынужден это скрывать и ездить вот так.

Надо срочно обжиться транспортом. На лугах должны вольно пастись беспризорные коняги. Но и это вызовет массу вопросов — такой молодой и с конем. И где его ставить? Нужно стойло. А чтобы иметь стойло нужен дом. Родительский дом на четыре семьи не имел стойла. Только у отца в мастерской имелась гужевая лошадь с повозкой.

Куда не плюнь везде засада.

Мне нужны деньги. Причем доход этот должен быть легальным, не вызывающим вопросы.

Когда командир погонщиков остановил коня возле усадьбы Крупских, я слез с него и задержался на секунду.

— Что такое? — спросил Ратибор.

— Послушай, — начал я. — Меня все терзает одна мысль.

— Ну говори.

— Ты сказал погонщикам, что это я спас тебя.

— Верно.

— Но это ведь была Гестия, а не я.

— Хм. Тоже верно. Что тебя смущает?

— Зачем?

Ратибор тяжело вздохнул и посмотрел вдаль.

— Чтобы тебя приняли, — наконец сказал он. — Погонщики народ сложный и одновременно простой. Они с большим трепетом относятся ко всему, что касается их драконов, но как только ты выходишь из поля этого взаимодействия, то сразу можешь найти тысячу тем для разговора за кружкой кваса.

— Спасибо, — кивнул я. — Что поверил.

— Пожалуйста, — кивнул Ратибор. И пришпорив коня тут же умчался к замку.

Только я зашел за ворота усадьбу, как услышал девичий крик.

— Ла-а-ари-и-и! — вопила Ника.

Она качалась на качелях и читала книжку. Но, увидев меня, отложила все дела, пулей бросившись ко мне.

— Я так переживала, — повисла сестра на моей шее. — Что с тобой было? Где ты пропал? Что за тараканы передают от тебя послания?

— Так, тихо, — шепнул я ей на ухо, крепко прижимая к себе одной рукой. — О наших тайных посланиях, никому ни слова.

— Хорошо, — тут же отозвалась сестра. — Но что у тебя? Тебя отпустили?

Я поставил ее на землю и крепко сжал плечо.

— Да, я полностью оправдан, — улыбнулся я. — Все обвинения погонщиков сняты.

— Ур-р-ра! — тут же завопила Ника, снова принявшись обниматься. — Я так рада! Теперь мы снова сможем быть вместе. Но что с твоей рукой? Ты ранен?

— Все нормально, — отмахнулся я. — Лекари заверили, что за три дня все заживет. Где Никон?

— Он на заднем дворе, играет с детьми тети Эльзы и дядюшки Ника, — тараторила сестра. — Пойдем, я тебя отведу, — она схватила меня за руку и потащила за собой. — Он будет очень рад. Хоть ничего и не понимает еще. Но очень сильно скучает. Все время плачет, что хочет к маме. Это разрывает мне сердце. А дядюшка Ник, говорит, что они никак не могут найти. Ни ее, ни отца. Как сквозь землю провалились. Даже тел нет. И это странно. Пропали не только они. Еще много людей пропало без вести. Ты же наверно знаешь, что завалы почти разобрали. Нашли всех, кроме семерых. Среди которых отец и мать. Просто мистика какая-то. Зато остается надежда, что они живы. Теперь, когда ты с нами, мы сможем их найти.

— Да, мы сможем вернуться домой, — улыбнулся я.

Так рад снова ее видеть. И особенно приятно, что она пришла в себя. Хоть щеки порозовели. Но что это? Она снова становится мрачной?

— Что такое? — спросил я.

— Не вернемся, — всхлипывая произнесла она. — Дядюшка Ник сказал, что ему жаль, но наш дом разрушен. Как и папина мастерская. И легче снести обломки и построить заново, чем восстанавливать.

Да что ж такое-то. А я разбирал завалы у самой стены в двух кварталах от нашего дома. Надо было отправить таракашек на разведку. Хотя что бы это изменило? Увидел бы руины?

Похоже от той части посада, что приняла на себя весь удар не осталось камня на камне.

Теперь надо что-то думать с жильем.

— Но ты не переживай, — заметив, как я хмурюсь, сказала Ника. — Дядюшка Ника сказал, что мы можем жить у него столько, сколько захотим. Тут такой огромный дом. Места на всех хватит.

Вот уж действительно, кто на моей стороне, так это Крупский.

— А вот и Никон, — заулыбалась Ника. — Никон! Нико-он! Иди сюда!

За разговором я не заметил, как мы обогнули здание. Там был небольшой с фонтаном и детской площадкой, на которой резвились дети.

Увидев меня, Никон расплылся в улыбке и, как и сестра, побежал ко мне, широко расставив руки в разные стороны.

Я подхватил малыша на руку и прижал к себе.

— Как же я скучал, — ласково произнес я. — Как ты, здоровяк?

— Намальна, — картавя сказал Никон. — Де ти бил?

Он отпрянул, сурово посмотрев на меня.

— Занимался кое-каким делами, — поджал губы я. Ему ведь необязательно все рассказывать, верно?

— А ти насёл маму и папу?

— Нет, маленький, пока не нашел, — сказал я и тут же пожалел, увидев, как насупился брат. — Но обязательно найду. Не переживай, — поспешил успокоить его я.

Давать ложные обещания не в моих правилах. Но он еще слишком мал, чтобы такое понять. Ребенку многое не объяснишь.

— Ларюшка! Пришел-таки!

Я обернулся. Эльза Павловна Крупская собственной персоной. Стояла и улыбалась мне белоснежной улыбкой.

— Ваше благородие, — кивнул я.

— Что с твоей рукой? Неужто эти драконщики тебя так? Что они делали? Пытали? Ух, доложу я Никите Сергеевичу. Пускай Георгий Осипович их приструнит уже. Да — помогли. Но это же не дает им право дитё унижать.

За своей тирадой она и слова мне не давала вставить. Слишком была зла.

— Да все в порядке, Эльза Пална, — отмахнулся я здоровой рукой. — Сам виноват. До свадьбы заживет. Спасибо лекарям — подлатали меня.

— Нет, я все-таки скажу! — не унималась женщина. — Пусть знают. А ты бери брата с сестрой и пойдемте я вас накормлю. Шурка! Нинка! А ну живо за стол!

Атмосфера в доме был в целом теплая и дружелюбная. Не смотря на свой чин, Эльза Павловна не ставила себя выше других и даже с прислугой обращалась вежливо. Тем не менее, это не мешало спускать всех собак на двоих своих детей.

Наигравшись и наболтавшись с братом и сестрой, я попросил у хозяйки дома место для отдыха.

Во-первых, действительно сильно устал, и мягкая кровать мне была просто необходима. А во-вторых, хотел проверить свой дар в медитации. Нужно было опять все привести в гармонию.

Мне выделили небольшую комнату с кроватью. И дали время для уединения.

Я быстро привел свой внутренний мир в гармонию и разложил всех подчиненных по полочкам. Слотов для новых существ было еще крайне мало. Но, как я уже говорил, чем больше их заполняешь, тем больше их становится. Не сразу, со временем.

Так, что там с моей мини-армией?

В большинстве своем слоняются без дела, кроме двух отрядов таракашек, которые ищут отца и мать.

Если люди после атаки на посад стали пропадать, значит, тут два варианта — либо дело рук гриммеров, что более вероятно, либо кого-то из посадских. Не исключено, что где-то есть подвал, в котором спрятались уцелевшая группка людей. А если его хорошенько завалило, то и выбраться они оттуда не могут.

Но Ника сказала, что все завалы почти разобраны. Значит вероятность этого крайне мала. Плюнув на все, я отправил всю свою армию тараканов и мошек на поиски такого места.

Не смотря на свои небольшие размеры, тараканы не везде могли пробраться. Некоторые места были просто непроходимы. Им приходилось тратить много времени, чтобы найти обходные пути, многие из которых упирались в тупик.

А мошки имели очень скудный спектр интеллекта. Я сильно сомневался, что они вообще понимают хоть что-то, о чем я им говорю. Вот долететь из точки «а» в точку «б» для них не проблема. А так, скорее имитацией бурной деятельности занимаются.

Все сложнее, чем я думал. Времени на такие поиски уйдет очень много.

Второй вариант, что это дело рук гриммеров и вовсе был для меня безнадежным. Неважно утаскивали они людей к себе (а такие случаи я знал, хоть и мало, но они были), или истребляли своих жертв в прах (такое тоже было). Факт остается фактом.

Тогда мои поиски тщетны.

Но ведь не напрасны. Пока остается надежда, нужно действовать.

Теперь нужно просканировать местность. Вдруг кто-то новый появился в радиусе моего дара.

Набрав еще пару десятков таракашек, я тут же пустил их в дело.

Десяток крыс тоже тут же пополнил мой арсенал. Усадьба Крупских была богата на пять из них. Причем самых жирных.

Так, кошки собаки тоже идем сюда. По две каждого вида — отлично. На территории усадьбы я еще чувствовал конюшню, но там уже нужно мое присутствие. Да и не вижу смысла забивать слоты конями. Если только чтобы были, но это всегда успеется.

А вот это интересно.

Степной орел случайно пролетавший над усадьбой, тут же оказался в моих сетях. Существо некрупное, но очень мощное и грозное. Да и поддержка с воздуха бывает иногда просто необходима.

Я подозвал его к себе и уже через десять секунд орел сидел на подоконнике в моей комнате. Хлопая глазами, с интересом смотрел на меня.

— Что же ты мне раньше не попался дружище? — спросил я, подходя к нему и теребя макушку рукой. — Все. Теперь ты навсегда мой. Поздравляю с присоединением к нашей дружной банде. Назову тебя — Жорик. Жорик — хороший. Скажи: «Жорик — хороший».

Жаль я не мог в него вселиться. Сильно бы упростило мою задачу. Нужно уже что-то с этим делать. Каждый раз, когда я привожу к гармонии свой дар, то не нахожу нужной способности у себя. Пусто! Просто пусто. Может с появлением большего количества слотов дар будет раскрываться? Проверить хочется и колется.

Да и в округе нет столько фауны, чтобы забить их. Но если способность к вселению так и не проявит себя, придется идти в лес, ловить насекомых, жаб, змей и прочую нечисть. Если повезет набреду на медведя.

В прошлой жизни у меня была армия гризли. Очень сложно управляются, но где наша не пропадала.

А ведь с медведем могут трудности возникнуть. Вспоминая с каким трудом мне давалось управлять табуном коров. Да и Рамон вообще не хотел мне подчиняться.

Рано мне в лес. Пока дар сбоит, и я не понимаю как его стабилизировать, нужно повременить с вылазкой.

Отпустив Жорика следить за домом погонщиков и обо всех необычных случаях докладывать мне, я вернулся на кровать.

Так-с теперь надо понять, что делать дальше.

— Спишь что ли? — в дверной проем просунулась голова Никиты Сергеевича Крупского.

— Никак нет, ваше благородие, — улыбнулся я, вставая, чтобы его поприветствовать.

Он первый протянул мне руку, которую я с удовольствием пожал.

— Ну вот и закончились твои страдания, — усмехнулся он. — Я понимаю, ты много натерпелся. Но расценивай это как что-то, что укрепляет твой дух и силу воли. Говорить легко, но ты поверь от твоего отношения к событиям тоже многое зависит. Так что не раскисай. Ты же сын бронника. Вы куёте сталь! В ваших венах течет металл.

— Да я вроде бы и не раскисал, — пожал здоровым плечом я.

— Что с рукой? — заинтересованно спросил Крупский.

— Неудачно упал, — не моргнув глазом соврал я.

— Да ладно, брось, — засмеялся Никита Серегеевич. — Командир погонщиков нам с Георгием Осиповичем все рассказал. Хороший он мужик все-таки. Не чета его капитану. Так ратовал за тебя, что я чуть скупую слезу не проронил. Говорит, хотел тебя в погонщики взять.

— Угу, только я возрастом не вышел.

— Вышел, — засмеялся Крупский. — Точнее даже сильно вышел. Перерос можно сказать. Но все что ни делается, все к лучшему. Чем вот теперь думаешь заниматься?

Почему я от любого вопроса жду подвох? Даже когда человек, который ко мне со всей душой, мне его задает, я все равно напрягаюсь. Как будто отовсюду исходит опасность.

— Для начала хотел найти мать с отцом, — сказал я. — Ну и нам нужно какое-то жилье. Ника сказала, что наш дом разрушен.

— О-о, — протянул Крупский. — Насчет жилья не переживай. Можете оставаться у нас сколько хотите. Места много — на всех хватит.

— Но… — хотел было поспорить я.

— Возражения не принимаются, — твердо сказал Крупский. — Это приказ. Насчет Семена и его жены, тоже не переживай. Не твоя это забота. Понимаю, что как сын ты рвешься найти своих родителей. Ника тоже такая. Упрямая, у-ух… сил никаких на нее нет. Рвалась помогать нашему гарнизону. Но вы все еще дети…

— Я…

— Да, ты уже взрослый по годам, но все равно ребенок в душе. Согласись у моих людей больше сил и возможностей найти пропавших.

Ну с этим я бы, конечно, поспорил. Но он ведь не поймет.

— А вот что тебе действительно нужно, так это покровительство нашего князя. И он как раз хочет тебя видеть.

— Что-о? — нахмурился я.

Ну Ратибор! Сдержал свое слово, конечно. За это ему низкий поклон. Только вот работа на князя не входила в мои планы.

— Да. И он уже ждет тебя у себя. Я, собственно, за тобой и приехал. Так что собирайся, поехали.

Cамостоятельно сидя на коне (!) я с одной стороны радовался, что не приходится делить транспорт с кем-то еще. А с другой ругался про себя на всех.

Ну сколько можно меня таскать сюда? То одни, то другие. Нет, я, конечно, благодарен Ратибору за его старания. И все же.

В замок мы въехали друг за другом, по дороге ловя на себе озадаченные взгляды городской стражи и простого люда.

Все это время я набивал слоты попадавшимися мне представителями фауны. Попадалась одна мелочь, но пусть будет.

Крупский повел меня совершенно другим путем и так оказалось, что эту часть замка я еще не видел. Она разительно отличалась от темных коридоров, которыми меня водили ранее.

Обширные светлые комнаты с множеством окон и дверей, из которых нет-нет да и выглядывала симпатичная служанка.

— Пришли, — констатировал Никита Сергеевич, мотнув головой на массивные дверь из красного дерева. — Князь устал. Атака на посад вымотала его. Плюс Ратибор сильно на него давил. Он настаивал, чтобы решить вопрос с тобой как можно скорее, до их отлёта. А князья, знаешь ли, не любят, когда на них давят. Поэтому будь добр, не добавляй ему головной боли.

Вот уж чего в мои планы не входило, так именно этого. Кажется, не только меня достала вся эта суета вокруг моей персоны.

— Так точно, ваше благородие, — вслух сказал я.

— Отлично. Заходим.

Он распахнул дверь и подтолкнул меня вперед.

Я попал в большой овальный кабинет, в центре которого стоял стол из дуба, за которым и восседал князь. В углу сидел Ратибор, сложив ногу на ногу и попыхивая трубкой.

— Юный Броневой, — поднял на меня суровые брови князь Засекин. — Мы стали часто видеться с тобой.

Да он поэт!

— Меня только радуют подобные встречи, ваше сиятельство, — с улыбкой произнес я, пытаясь вызвать в нем положительные эмоции.

— Не могу похвастаться тем же, — тут же парировал он. — У меня есть масса других дел, но некоторые считают, что твоя персона важнее, — сказав это он выглянул из-за меня, чтобы одарить хмурым взглядом Ратибора.

Тот и глазом не моргнул. Только выпустил в потолок густую струю дыма. Командир погонщиков был чертовски уверен в себе. Но я никак не мог понять, почему он имеет такое влияние на самого князя. Если был граф или барон какой, а тут князь!

— Я не буду долго ходить вокруг да около, — сказал князь. — У меня и времени на это нет. Крепость осталась без бронника. В это непростое время мы не можем себе такого позволить. Пока ищут твоего отца я бы хотел предложить тебе, занять его место. Ремесло ты должен знать на отлично.

Какое щедрое предложение. Могли бы и так его передать, с посыльным.

— Но мастерская разрушена, — попытался возразить я.

— Мы ее построим заново. В пределах крепости. Причем довольно быстро, — четко парировал князь. — Мне доложили, что склад с броней у твоего отца полностью разрушен. А это значит, что крепость осталась без запасов брони. Такого мы себе позволить не можем.

А еще говорили, что хотят взять меня ко двору. Нет, такой расклад меня не устраивает. Ни чинов, ни званий. Куй железо, как отец, и ничего особо не имей. Сейчас, когда броня в дефиците заказов, конечно, будет уйма и денег соответственно тоже. Но это надо безвылазно стоять у печи. В мирное время эта броня никому не упала, поэтому, собственно, мы и жили практически впроголодь, а люди князя ходили в новеньких, не видавших меча или когтей, доспехах.

— При всем моем уважении, ваше сиятельство, но я пас, — сказал я. — Еще во времена работы с отцом мне это занятие не приносило удовольствие. Да и моя броня не идет ни в какое сравнение с его. Не под то руки заточены.

Князь не мигая смотрел на меня, скривив губы.

— Ты что с ума сошел? — зашипел мне в ухо Никита Сергеевич. — Я же просил! Принимай предложение, быстро.

— Я же говорил, ваше сиятельство, что так будет, — подал голос Ратибор. Он встал и отложил трубку в сторону. — Не те задачи ему даете. Размаха нет. Давайте придумаем, что-нибудь другое, а? Бронника я тебе с Урала пришлю или из Москвы, уж там их бездельников пруд пруди.

— А влияния-то хватит? — с усмешкой спросил Георгий Осипович.

— Поверь мне, дорогой князь, — приподняв одну бровь сказал командир погонщиков. — У меня его много.

Я же говорю — он слишком уверен в собственных силах и власти. Серьезная организация этот корпус погонщиков. Если уж даже обычный командир подразделения так может вести себя с князем.

— Ну и что ты предлагаешь? — спросил Засекин.

— Настоящему воину — работу по плечу. Ко двору его и на воинскую службу, — уверенно произнес Ратибор.

— Возьмешь, парня? — князь перевел свой взгляд на Крупского.

— С руками и ногами, — засиял Никита Сергеевич.

Это уже лучше, конечно. Но все равно не особо мое. Дисциплина, дедовщина, постоянные тренировки и обходы. Да и расти до барона слишком долго. Полжизни в солдатне провести — так себе перспективка.

— А нет должности, связанной с животными какими-нибудь? Конюшня там или еще что? — неожиданно для всех спросил я.

Ратибор и Крупский вытаращились на меня. Я видел, как Крупский одними губами произнес, матерное слово в мой адрес.

— Хм, на конюшне только если сранье убирать, эти пройдохи почему-то быстро спиваются и постоянно требуются новые, — задумчиво произнес князь. — Но ведь этот не даст тебя уборщиком поставить, — он мотнул головой в сторону Ратибора. — В коровнике бабы нужны одни. Из мужиков там полный комплект. На псарню разве что. Там Старый Мерин что-то плохо слышит последнее время. Решено! Хочешь с животными — идешь на псарню под начало Старого Мерина. Это мое последнее предложение, — многозначительно предупредил князь.

Сказать, что Ратибор и Крупский стояли в шоке, значит ничего не сказать. Эх, господа. Знали бы вы как мне повезло. Именно на это я и рассчитывал.

— Я с удовольствием принимаю ваше предложение, ваше сиятельство, — с улыбкой сказал я.

— Прекрасно. Я прикажу окольничему, чтобы все устроил, — поспешил князь закончить все дела со мной. Видимо, чтобы не слышать больше ни чьих возражений. — Все свободны! — назидательно сказал он.

— Я расстроен, парень, — проговорил Ратибор, когда мы вышли.

— Ларион, ты что там устроил? — накинулся на меня Крупский. — Ладно бронник, хотя уже и за это мне захотелось тебе затрещину влепить. Но гарнизон! Гарнизон же тебе предложили! Под мое начало. Катался бы как сыр в масле.

— Вот я тоже больше был за военную специальность, — кивнул Ратибор. — С твоими-то навыками. Да способностей сколько.

Ну просто приемные отцы какие-то. Так радеют за мое будущее. Больше, чем я сам. И все-то они лучше меня знают.

— Простите, господа, — с улыбкой сказал я. — Но это ближе мне к сердцу. Не мог же я себе в этом отказать, раз выдалась такая возможность. Не каждый день тебе князь выбор предлагает.

— Да уж, — только и покачал головой Ратибор.

А Крупский как-то обреченно вздохнул.

Не оправдал ваших ожиданий? Что ж бывает. Но вы даже себе представить не можете, какую армию я только что приобрёл. Настоящий клондайк. При этом я смогу быть более-менее свободным.

Долго сокрушаясь, Ратибор и Крупский оставили меня в коридоре ждать окольничего. Никита Сергеевич сказал, что такие дела быстро воплощаются в жизнь.

В самом деле, не прошло и десяти минут, как по коридору промчался моложавый энергичный дяденька. Он вихрем залетел в покои князя и уже буквально через минуту вышел.

— Ты — Броневой? — заискивающе спросил он.

— Так точно, — кивнул я.

— Василий Геннадьевич Смольянинов, окольничий его светлости князя Засекина, — представился мужчина. — Приказано доставить тебя до псарни. Удивительные почести, конечно. Но так тому и быть. Следуй за мной.

И, развернувшись на каблуках, он вихрем понесся по коридору. Я едва за ним поспевал.

Псарня находилась за пределами замка. Но примыкала к нему одной стеной, и ее односкатная крыша соответственно выходила будто бы из нее.

Вот тут моя сила просто всколыхнулась и начала бурлить, как готовая похлебка на огне. Кого я только не чувствовал. Кони, быки, коровы, боровы, курицы, собаки, хищные птицы и так далее, и так далее. Просто настоящий рай для заклинателя.

Похоже, что всех животных крепости собрали одном месте, но в разных помещениях. Их было столько, что я сначала не смог их сосчитать.

Нужно тщательно все просканировать и отобрать только самых необходимых.

— Что за сопляк? — фыркнул средних лет дяденька, едва мы появились на пороге. Да он не хило так набрался к концу рабочего дня. Я отсюда запах перегара чуял.

Старый Мерин качался на стуле, сложив ноги на шаткий стол, и потягивал бражку из толстой кружки. И выглядел совершенно не старым, что никак не вязалось с его прозвищем. Да, он сильно опух от пьянки и это прибавляло ему лет. Но не более того. Обыкновенный алкаш.

— Твой новый помощник — юный Броневой.

— В жопу себе его засунь! — прорычал Старый Мерин. — Мне нужны помощники. Сам справляюсь. А гавно вон ребятня убирает. У меня все под контролем.

— Не сомневаюсь в этом, но это приказ его сиятельства, — и бровью не повел Смольянинов.

— Да драл я ваше сиятельство… — прорычал Старый Мерин.

— Придержи язык, Лыков, — оборвал его окольничий. — А не то прикажу плетями отходить.

— Хрена у тебя получится. Князь мне должен, понял? — заржал Старый Мерин. — Узнает, что ты меня отходил, так тебя самого отходит. Так что сам язык держи за зубами. Сказал, мне не нужен помощник, значит, не нужен.

— Не собираюсь с тобой припираться, — едва заметно покачал головой Смольянинов. — Это приказ князя и точка. Пацан будет здесь работать. С тобой или без тебя, — сказав это, он повернулся ко мне. — Спать будешь здесь же, если у тебя нет другого варианта, — холодно сказал он. — Все необходимое есть в комнатах наверху. Этот… господин, — он сверкнул глазами в Старого Мерина. — Введет тебя в курс дела. Надеюсь, вы с ним поладите. Он нормальный… Когда трезвый.

Ну и не с такими кадрами приходилось сталкиваться. Выпивка до добра не доводит. Но я знал, как с этим бороться.

— Желаю вам счастливо оставаться, — сказал Смольянинов и, опять развернувшись на каблуках, унесся дальше выполнять поручения князя.

— Ну и? Че стоишь? — завопил Старый Мерин. — Проходи располагайся. А ну заткнитесь там, шавки ссаные! — прикрикнул он на разлаявшихся собак. — А то отхожу вас плетью, будете знать. Так кто ты такой? — повторил свой вопрос.

Старый Мерин, кряхтя, поднялся. Одним глотком осушил все, что оставалось в кружке и, шаткой походкой, направился ко мне.

— Или ты глухой? Может оплеуха заставит тебя развязать язык? — икая и, то и дело спотыкаясь, он шел ко мне. Медленно. — Зачем тебя ко мне поставили? Чтобы подсидеть меня? Сместить с нагретого места? Хрен у них че выйдет. Я все их планы на три шага вперед знаю. Повешу тебя на поводке и дело с концом. Скажу, что сам повесился. Не выдержал местной вони. Че молчишь?

Он подошел ко мне и заискивающе посмотрел. Глаза его смотрели в разные стороны и никак не могли сконцентрироваться. Он сильно перебрал с брагой и едва стоял на ногах.

— Дай-ка я проверю есть ли у тебя язык!

Его исхудавшие пальцы стали тянуться ко мне.

Не в моих правилах драться с пьяными, ибо не ведают они, что творят. Но тут человек сам просит. Разве я могу отказать ему в этом?

Одним движений я схватил его указательный палец и вывернул наружу. Хрящи захрустели.

— А-а-а! Сука! Ты че делаешь, щенок безродный? — заорал он.

Надо же. Как будто даже протрезвел. Глаза сразу начали гореть, да и фокус в них наладился. Какое действенное лекарство.

— Сбавь тон, пьянчуга! — рявкнул на него я. — Еще раз ткнешь в меня пальцем, сломаю все, что плохо торчит.

— Ах ты, паскуда шелудивая, — завопил он.

И снова бросился в атаку. Ну как бросился… Просто наклонился всем телом в мою сторону и ноги сами его понесли.

Пришлось развернуть его, схватить за шею и мягким удушающим выключить сознание. Ну ломать же ему остальные пальцы, в конце концов. Проспится, тогда поговорим. Может даже извинюсь.

Псы тем временем заходились лаем. Вот теперь, когда больше мне никто не мешает, я мог полностью посвятить себя им.

Первым дело облизнул каждого даром и успокоил. Потом забрал каждого в свою коллекцию, и чтобы связь была непрерываемой прошелся по каждому из вольеров и дотронулся до каждого.

Тридцать три. Все — охотничьи гончие. Князь часто выезжал с ними на охоту. Это дело он сильно любил и собак своих ценил. Непонятно только почему ухаживал за ними такой невнятный, даже дерзкий старик. Но тут похоже их какие-то личные дела уже. Раз Старый Мерин орал про какой-то долг.

Также на псарне держали трех соколов и одного беркута. Последний был огромен. Величественно сидел на толстой ветке в просторной комнате за решеткой.

Надо ли говорить, что птицы были тут же привязаны ко мне? Самой прочной связью, какой только можно.

На псарне тут же воцарилась тишина.

Фух. Можно выдохнуть. Моя обновленная армия заполнила почти все свободные слоты. Мне бы еще одного дракона, чтобы бестиарий был забит под завязку. И тогда можно было медитировать для его расширения.

Но это было пока неисполнимо. Драконы меня к себе не подпускают. Но никого другого такого размера я найти не смогу. Если только буйвол какой. Или правда на медведя идти?

Надо думать. С драконом может получиться, если как-то добраться до погонщиков и под любым предлогом отправиться в амбар.

Хм. Это может получиться. И я даже знаю через кого буду действовать.

Мой взгляд скользнул по псарне и наткнулся на тело Старого Мерина. Поднять что ли этого оголтелого или пусть лежит?

Я уже было направился к нему и даже ухватился за правую руку, как поступило срочное сообщение от одного из таракашек.

Они что-то нашли под завалами. Я определил его местоположение. Оно было совсем рядом от того места, где я в последний раз видел отца.

Оставив Старого Мерина лежать на полу, я бросился на зов.

Как же неудобно передвигаться на своих двоих. Нужно срочно добыть лошадь в личное пользование. Но пока имеем то, что имеем.

Теряясь в догадках о том, что же там нашло тарканьё, я несся по улицам и проулкам крепости. Неизвестность подгоняла меня. Сколько я ни пытался добиться от таракана что же он там нашел, ничего не получилось.

Какой-то тупенький попался. Почему одни могут мне слово в слово диалог передать, а этот не может сообщить элементарных вещей?

В принципе оставалось недолго. Выбежав в посад, я пронесся по паре улиц вниз и оказался у нужного места.

Это был старый покосившийся от взрывов дом. В него прилетело несколько снарядов гриммеров, но несмотря на это он выстоял и не обрушился как все остальные. Только стекла вылетели. Вот умели же раньше строить.

У подъезда я увидел того самого несмышлёного таракана, который сидел на холщевом мешке и задрав длинные усы смотрел на меня.

— Ну и где твоя находка? — спросил я у него.

Он тут же закивал головой, забегал на месте и даже один раз подпрыгнул, всем своим видом показывая, что он на ней и сидит.

Я стряхнул его на землю и поднял мешок. Внутри находились вяленая рыба, солонина и хлеб. Это же тот самый скарб, который собирала мать для нашего побега.

Причем я точно помню, как его несли определенное время, а потом он исчез из моего поля зрения. За всеми этими сражениями я и не заметил его исчезновения.

Но он лежит здесь, а отца мы оставили за два дома отсюда.

— Молодец, — кивнул я таракану. — Хорошая работа.

Тот радостно запрыгал на одном месте.

— Это пока все искали отца под развалинами ты по запаху нашел наши вещи? — догадался я. — Хвалю. Очень изобретательно.

Таракашек еще выше запрыгал на месте и закружился.

А я еще думал, что он самый тупой. Оказалось, что парень — не промах. Пометил его в своей коллекции. Мало ли вдруг еще пригодится.

Только что все это мне дает. Я осмотрел все возле мешка и ничего не обнаружил. Да если бы что-то и было, это уже давно затоптали. Странно еще, что мешок не сперли.

Пользуюсь случаем, я решил сам дойти до того места, где последний раз видел отца. Благо идти было недалеко.

Но и там ничего не было. Люди и ветра стерли малейший намек на его прибывание там. Ни следов, ничего.

Если мешок отдали отцу, пока я не видел, то он прошел по этой улице. Дорога вела к крепости, а значит направление правильное.

Озадаченный я вернулся к подъезду дома, по пути детально обследуя все орлиным зрением. И снова пусто. Не было ничего за что бы мог зацепиться взгляд.

Хотя, стоп.

На наличнике двери виднелся едва заметный отпечаток крови в форме ладони. Она высохла и потускнела, но в орлином зрении я видел ее достаточно отчетливо.

Только вот принадлежать она могла кому угодно.

Для очистки совести я зашел в дом, благо он был пуст. Жители еще не все вернулись в посад, многих пока содержали в крепости.

Но и тут я ничего не нашел. И все-таки что-то в этом есть.

Нужно более детально осмотреть это место. Направив часть армии таракашек сюда, я приказал им все тщательно обследовать. Ну а вдруг.

Я чувствовал, что отец был где-то рядом. Привязанность тела реципиента к нему была очень высока и сильно передавалась мне, заставляя все время переживать из этого.

В мрачных мыслях я отправил обратно на псарню. Но было бы глупо искать его самому, имея под рукой армию шпионов, которые могут пробраться в любую щель.

Да и люди Крупского не сидят без дела. Надеюсь. Давно я их не видел.

Кстати, про Крупского. Нет никакого желания возвращаться к нему, потому что без нравоучений про мой неправильный выбор не обойтись.

Но там сестра и брат, которые и так сильно напуганы. Им просто необходимо мое внимание, а значит и выбора как такого нет.

Остается только надеяться, что командир городской стражи будет более лоялен.

Ну и ночевать на псарне с этим алкашом мне тоже особо не улыбалось.

Как ни странно в доме Крупских меня приняли довольно тепло. Никита Сергеевич ходил хмурый и тяжело на меня смотрел, но тему эту не поднимал.

Эльза Павловна был весьма мила и добродушна. А Ника с Никоном были вне себя от счастья. Значит, оно все-таки того стоило. Ну а косые взгляды старого вояки можно и перетерпеть.

На следующее утро я отправился на псарню. Старый Мерин уже проснулся и таскал воду для своих подопечных в двух объемных вёдрах.

— Явился, — фыркнул он, как только я переступил порог.

— Прибыл по месту несения службы, — не моргнув глазом ответил я.

Видок у него был, конечно, неважный. Весь помятый, опухший. Сломанный палец был криво-косо перебинтован.

— Не прибыл, а опоздал, — сурово произнес Старый Мерин, ставя ведра на пол. — Я уж думал мне почудилось спьяну, ан нет.

— Да, придется смириться с моим присутствием, — кивнул я. — Теперь работаем вместе.

— Хрена с два мы работаем, — выплюнул слова Старый Мерин. — Это видел? — он показал мне сломанный палец. — Знаешь, как болит?

— Представляю, — сочувственно произнес я. — Так не бинтуют. Тебе к лекарю надо. Видишь, как мастерски сделано, — я кивнул в сторону перебинтованной руки.

— Слушай сюда, пацан! — рявкнул он. — Ты теперь мне должен, понял? Я вчера был не в себе, но поверь мне и моему опыту. Я таких как ты ломал, ломаю и буду ломать, понял? И ручка твоя забинтованная это только малая часть того, что ты получишь.

П-ха! Похоже мужик считает, что это он меня так отделал. Сколько самоуверенности в дряхлом теле.

— Значит не хочешь по-хорошему, — вздохнул я.

— Ты пасть свою захлопни и слушай…

Договорить он не успел. Я звонко свистнул, перебив его речь, а через секунду за его спиной раздался цокот когтей и свирепый рык.

Десять гончих перемахнули через ограды своих вольеров и теперь стояли в полуметре от него.

Старый Мерин с открытым ртом повернул голову назад. Собаки рычали на него оскалив зубы, в любой момент готовые бросится в атаку по моему приказу.

Свистеть, конечно, было необязательно. Но надо же как-то ему показать, что ими управляю именно я. А то уж совсем странно будет.

— Ты что-то говорил? — с усмешкой спросил я. — Перебил тебя, но больше этой гнилой речи сил не было слушать.

— Найда! Пятнаха! Тощая! Вы чего? — растерянно разведя руки, вопрошал Старый Мерин. — Я же вас еще кутятами из соски кормил! Ну-ка назад! — неожиданно замахнулся он. — Отхожу плетьми, плешивые! Чтобы знали свое место!

Гончие только сильнее зарычали и сделали небольшой шаг вперед.

— Не советую, — громко и сурово произнес я.

Старый Мерин с поднятой в замахе рукой обернулся ко мне.

— А? — скривился он в вопросе. — Это ты что ли?

— Я что ли, — язвительно повторил за ним. — И если ты не успокоишься, то упокой господь твою душу.

— Да как же так? Как же ты их? За одну ночь? Ты ворожей что ли? — заикаясь, сыпал он вопросами.

— Нет. Просто умею найти подход к каждому, — с небольшой усмешкой сказал я. — Успокойся и сядь, — здесь уже сменил тон на приказной.

На мое удивление, Старый Мерин развернулся и растерянно пошел к столу у стены, возле которого стоял стул. Он, кряхтя, уселся на него, опершись ладонями на ноги.

— Это что ж такое творится-то, — словно заговорённый он смотрел в одну точку. — Я же их… А они… да я…

— Так-то лучше, — удовлетворенно кивнул я, приказывая собаками успокоиться и сесть.

Те безропотно подчинились, что привело Старого Мерина в еще больший ужас.

— Точно ворожей, — лепетал он.

— Слушай сюда, мужик, — подошел я к нему и посмотрел сверху вниз. — Я тебе зла не желаю. Но если ты и дальше продолжишь вести себя таким… неподобающим образом. Мне придется принять меры и поверь они тебе не понравятся. Лучше нам найти общий язык. На дружбу я не претендую — это уж сам решай. А сейчас у тебя есть два варианта — либо ты покидаешь псарню навсегда и больше никогда здесь не появляешься…

— Но я же… — попытался он что-то сказать.

— Молчать! — рявкнул я. — Слушай, что говорят. Либо остаешься здесь, но теперь подчиняешься мне. Во всём. Третьего не дано. Это мой ультиматум. Будешь ерепениться, то сломанным пальцем не отделаешься. Как ты там мне вчера говорил? Повешу на поводке и скажу, что так и висело. Думай.

Мужик притих на мгновение. Все сказанное точно повергло его в шок.

— Кто ты такой? — скривившись спросил он.

— Сын бронника — Ларион Семенович, — кивнул я. — Вот и познакомились. Не скажу, что мне очень приятно.

— Да как ты смеешь со мной так разговаривать, сопля зеленая⁈ — взревел Старый Мерин, взвиваясь на ноги.

Зря, я начал этот разговор с его похмелья. Но он же по-другому не успокоиться.

— Ну ладно, — пожал плечами я. — Я попытался. Ваш выход, пёсики, — махнув рукой и присвистнув, я пошел в обратную от него сторону.

А стая гончих тут же, угрожающе рыча, двинулась на Старого Мерина. Лая и клацая зубами они неминуемо приближались к нему.

— Стойте-стойте! — тут же завопил он. — Я согласен-согласен!

Невменяемый какой-то. И правда, что ли избавиться от него. Семь пятниц на неделе.

— М? — через плечо посмотрел на него. — На что согласен?

— Идти мне некуда — псарня вся моя жизнь, — залепетал старый Мерин. — Здесь останусь, буду делать все что ты говоришь. Только убери их. Пожалуйста-а-а! А-а!

Он сорвался на крик, потому что зубы одной из собак клацнули прямо возле пальцев его руки. Инстинктивно одернув руки, Старый Мерин взвизгнул, как маленькая девочка.

Даже жалко стало его в этот момент.

— Так-то лучше, — кивнул я. — Теперь будешь делать все, что я тебе говорю. Пёсики, назад. Хватит с этого старика страхов на сегодня. Еще обделается в штаны и даже не постирает. Ты сделал правильный выбор, Старый Мерин. Теперь не подведи меня. И это… извини за палец.

С этого момента, старика будто бы подменили. Он ушел в свою коморку, и вернулся минут через десять. Посвежевший, умытый, причесанный и уже в других штанах. Ну тут уж я ничего не поделаю — возраст все-таки.

Оставив его кормить подопечных, я отправился дальше по своим делам.

Нужно было во что бы то ни стало заполнить самый большой слот в бестиарии. Так моя армия расшириться минимум в два раза, а это не слабое такое усиление.

Дракон Джарека мне не подчинился, но были же остальные восемь. И с ними следовало как минимум попытать удачу. Тем более, что погонщики скоро улетают, а значит мне нужно спешить.

Ну не получится, так не получится. Буду думать, что делать дальше.

Проходя мимо площади, я вновь услышал глашатая, который стоял на ступеньках у входа в замок, собрав вокруг себя кучку людей.

— Молитесь! — взывал он. — Ибо вернуться они. Каждый из вас в опасности! Не возвращайтесь в посад. Ваши дома разрушены и их нет смысла восстанавливать. Бронированные твари вернуться! Они будут еще больше! Еще кровожаднее. Никто не сможет с ними справиться! Даже драконщики. У вас есть только один выход — молитесь! Ваш бог — Симарыг спасет вас…

— Тьфу ересь несет какую-то, — плюнул под ноги возмущенный дед в шапке набекрень. — Как он спасет-то? Он ж токма посевы охраняет. А тут бесы…

— У него много обличий, — тут же сориентировался глашатай. — Люди много раз видели его личине огромного голубого гепарда! Вот он-то и сможет справится с бесами. Вы должны только верить…

Так, ясно.

Дальше слушать было уже неинтересно. Все эти байки про богов, как я их люблю. Людям обязательно нужно во что-то верить и истово служить.

Пройдя по главной улице и я свернул направо. Внизу, где улица расходилось на двое меня поджидала необычная картина.

Пятеро молодых людей и одна девушка приятной внешности облепили кружком белокурого парня чуть младше меня.

Я не помнил его имени, но точно знал, что он живет на окраине посада у Волги в семье рыбака. Возможно один из детей, а может просто помогал по хозяйству.

Но сейчас он сидел на земле, хлюпая разбитым носом и вытирая алые капли крови рукавом.

— Что, простолюдинское отродье, не ожидал? — высокомерно спрашивал один из аристократов. Долговязый и нескладный, но тщательно причесанный и в дорогой одежде. — Не хотел об тебя руки марать, но такие как ты должны жить за стеной, а не спать рядом с благородными.

— Да ты воняешь! — кричал второй чуть ниже его. Такой же холёный.

— А куда мне еще деться? — обиженно произнес парень. По-моему, его звали Гришка. — Мой дом разрушили гриммеры. Мне негде спать. Да и есть нечего.

— Не смей называть их по имени, чернь! — завизжал третий. О-о, а у этого по ходу не все дома. Так истерит. — Их нельзя упоминать всуе, тупая твоя башка! Они идут на зов. Идут!

Вот это истеричка!

— Тише, Парфён, тише, — успокоил его долговязый. — Мы просто сейчас преподадим этому балбесу урок. Чтобы на всю жизнь запомнил эти правила и никогда больше не появлялся на наших улицах. Вставай! Я не бью лежачих первый раз.

Толпа зловеще загототала. Все кроме девушки и одного парня, что стоял ко мне спиной.

— Может не надо, Альберт! — взмолилась девушка. Она наконец повернулась ко мне, и я наконец смог рассмотреть за густыми черными волосами ее утонченный, красивый профиль. — Он уже все понял. Ему достаточно.

— Нет, Алиса, — отрезал Альберт. — Таких нужно учить кулаком.

Тем временем Гришка поднялся. Гришка? Точно Гришка? Пусть будет Гришка пока я не узнаю, как его зовут.

— Ух какая нечестная драка! — воскликнул я. Все тут же обернулись. — Пятеро на одного. А давайте немного уравновесим стороны.

— Иди куда шел, парень! — крикнул Альберт.

— Да, вали отсюда, пока мы с тебя шкуру не спустили! — заверещал истеричка. — Можем ведь и с тебя начать!

— Так начните, — усмехнулся я. — Я тоже из посада. Значит, меня тоже нужно за стену гнать. Правда я не воняю, — демонстративно понюхал подмышку. — Но думаю вас это не смутит. Вся чернь же должна жить за стеной.

— Ах ты, вонь нужниковая! — проджолжал истерить истеричка. — Ща я тебя научу знать уважать!

Он ринулся ко мне неестественно выпятив кулаки вперед.

Шаг в сторону. Уворот. Его руки пролетели за меня. Я схватился за них, потянул наверх и подсек его ноги своей левой.

Знать, комично зависнув в воздухе на секунду, рухнула прямо в грязь. Его голова затылком макнулась в объемную кучу свежего лошадиного навоза.

Эх жаль что не лицом.

— А-а-а! Это дерьмо! — заверещал истеричка, ощупав свой затылок и осмотрев после этого свои пальцы.

— Лучше не вставай, — приподняв брови, посоветовал я.

А на меня уже бежало трое аристократов. Я резко выпрямился.

Одного тут же отрпавил в нокаут правым хуком. Второй пытался прыгнуть на меня двумя ногами, но я увернулся и он пролетел мимо упав на истеричку сверху.

Третий решил, что он самый умный, и достал из ножен фамильный меч, который тут же был выбит у него из рук, мыском моего сапога. Я схватил его за руку, одновременно с этим разворачиваясь и перекинул его через бедро в ту же кучу малу, что лежала возле моих ног.

Куча застонала от боли.

Четвертый, который оказался долговязым, остановился и встал в боевую стойку. Сражаться в рукопашную с ним не было желания.

Я направил рой комаров прямо на него и приказал им нещадно кусать его во все места, особенно уделяя внимание гениталиям.

— Ах ты черт! — тут же зашлепал он себя ладонями по щекам. — Ах ты че-ерт! — его ладони сместились ниже по телу. — Сука-а-а! — завопил он, нещадно лупя себя по паху.

— А говорил еще что от нас воняет, — цыкнул я. — Вон смотри как мухи на вонь собрались.

Негоже комаров мухами называть, конечно. Но думаю, они меня простят.

— А-а-а-а! — кричал долговязый.

— Валим-валим, — вторил ему третий, помогая встать второму и истеричке.

— Я весь в гавне! — выл сам истеричка. — Теперь я зашкваренный!

Кучка аристократов сбежала, сверкая пятками. Я для успокоения души завербовал еще с полсотни комаров и направил их вслед за ними, приказав нещадно атаковать. Пускай развлекаются.

Возле Гришки меня поджидал пятый аристократ и девушка Алиса.

Я подошел ближе, только тут поняв кто передо мной.

Пётр Ржевский, собственной персоны. Не думал, что он запятнает себя в подобном. Он, кажется, тоже узнал меня, но виду особо не подавал.

Я подошел к ним вплотную, сурово сведя брови на переносице.

— Ну, что? Драться будем? — спросил я.

*Пётр Ржевский*

— Не надо драться за меня, — шмыгнув носом, сказал Гришка. — Я и сам могу постоять за себя.

Ну конечно можешь! Когда их количество сократилось до одного дрища и девчонки.

— Какая драка? — возмутилась Алиса, подходя ближе к Гришке. — Вон из носа кровь хлещет. К целителю тебе надо.

— А я и не собирался нападать, — помотал головой Петр Ржевский.

— Не думал, что спасал парня, который издевается над людьми, — резонно заметил я. — Знал бы, там бы оставил.

— Ты все неправильно понял, Ларион Броневой, — поджал губы Ржевский. — Мы с Алисой пытались их остановить.

— Правда-правда, — затараторила Алиса. Ух, вблизи ее голубые глаза выглядели как два глубоких озера. — Петенька хотел их вразумить. Но они и слушать не хотели. И мои слова им, как с гуся вода.

Петенька… Какая милота. Встречаются они что ли?

— Точно? — сурово посмотрел я на Ржевского. Он теперь еще больше стал мне не нравится. Занял такую прекрасную девушку.

— Да, друг. Эти двое их останавливали. Не будь так суров, — улыбнулся Гришка.

Он подошел ко мне и протянул худую ручонку.

— Меня зовут Гриша, — еще шире улыбнулся он.

О! Все-таки Гришка. Не подводит память меня.

— Ларион, — ответил я, пожимая ее.

— Спасибо, что спас, — закивал он, насколько мог крепко сжимая мою ладонь. — И вам большое спасибо, ребят. Вы мне так помогли. Я бы и сам справился, — немного замялся он. Похоже не хотел прослыть слабаком перед красивой девушкой. — Но их пятеро, понимаешь? А я один. Тут все как-то быстро закрутилось. Ну и я схлопотал.

— Все понимаю, Гриша, — я хлопнул его по плечу. — Тебе действительно к лекарю надо. Ты бы не затягивал с этим.

— Ага. Еще раз спасибо.

И с этой блаженной улыбкой, он убежал.

— Ты меня каждый раз удивляешь, — загадочно смотрел на меня Ржевский. — То гриммер, теперь эта шайка. Просто герой. Я рассказывал про тебя отцу. Он очень хочет с тобой познакомиться и отблагодарить за спасение сына.

— Так это тот самый? — ахнула Алиса, открыв рот и быстро залопав глазами. — Спаси-и-ибо тебе, — она кинулась мне на шею.

Сквозь ткань свободной блузы, я почувствовал, как две упругие груди, вжались в меня.

Четвертый размер. Не меньше.

Но что все это значит?

— Мы все так тебе благодарны, что ты спас Петеньку! — говорила Алиса, не желая меня отпускать. — Ты такой молодец. Не знаю, что бы мы без тебя делали. А ведь говорили ему триста раз, чтобы он не ходил один к Волге гулять по ночам. Не слушает ведь. Никого и никогда не слушает.

— Там луна красивая, — попытался оправдаться Ржевский. — И я был не один, а с охраной. Но их как-то быстро перебили.

— Ясно. Понятно. Пожалуйста-пожалуйста, — отрывисто говорил я.

Приятно, конечно, когда красивая девушка к тебе вот так прилипает, но ведь неудобно. Ни самому обнять, ни за грудь ухватиться. Да и стоять так как-то неловко.

— Мы так надеялись, что ты выживешь. Я молилась этому день и ночь, а потом… — говорила Алиса.

Дальше я не слушал. Степной орел Жорик забил тревогу, сообщая мне о том, что я в опасности.

Вскоре, я услышал лязг доспехов. А потом и топот ног.

— Вот они!

Я развернулся всем телом, прямо с висящей на мне Алисой.

Истеричка-аристократ рукой указывал на нас. В тот же момент из-за угла выбежал десяток людей в доспехах. Городская стража, собственной персоной.

Высокие, статные, с шлемами на головах и копьями в руках. Лучше бы так на нападение гриммеров прибегали.

— Ах ты, паскуда! — воскликнул Ржевский. — Ларион, бежим!

Я ничего не успел сообразить, как он потянул меня за руку куда-то в подворотню.

Мы втроем неслись по каким-то переулкам и дворам, забежали в подъезд, где поднялись на крышу и уже бежали по ним.

Погони давно уже не было, о чем мне в тот же момент сообщили мой верный телохранитель. Я специально не стал никого останавливать. Было интересно к чему все это приведет. Но когда мы помчались по крышам, точно также, как пару дней назад сбегали от гриммеров, я понял, что достаточно.

— Стоп, — остановился я. — Уже никто не гонится, успокойтесь.

Ржевский и Алиса согнулись пополам, тяжело дыша.

— Ты не понимаешь, — задыхаюсь проговорил Пётр. — Нам нельзя попадаться городской страже. Отец будет вне себя от бешенства. Это такой удар по репутации. Он сильно этим дорожит. Я лучше потом с ним поговорю и всё объясню. Но не тогда, когда он достает нас всех из каталажки.

— Да, — никак не могла отдышаться Алиса. — Папенька очень зол в гневе. Слышать ничего не хочет. Упёртый слишком.

— Папенька? — переспросил я.

— Ну да, — невозмутимо ответила Алиса.

— Он у вас общий что ли? — аккуратно спросил я.

— Конечно, — кивнула Алиса.

— Мы брат и сестра, — тут же отозвался Ржевский. — Разве не похожи?

Шатенка Алиса и брюнет Пётр. У одного тупой впалый подбородок, у другой он заостренный. Даже носами различаются, утонченный аристократский и крупный утолщенный.

Безумно похожи. Просто одно лицо. Не отличить.

— Да, я просто больше в мать уродилась, — засмеялась Алиса. — А он в папу. И все время ищет сходство, хотя его так ноль.

Хм, тогда это в корне меняет дело. Алиса очень даже ничего себе. Красивая девушка.

— Понятно-понятно, — нараспев протянул я. — Так, если мы уже оторвались, то я бы хотел откланяться. У меня еще масса дел на сегодня.

— Как? Уже? — удивилась Алиса. Даже как будто немного расстроилась.

— Подожди, — остановил меня Пётр. — А как же отец? Я хотел тебя с ним познакомить. Он часто тебя вспоминает. Даже отправлял людей на твои поиски.

Интересно как бы они меня нашли? Внешность-то никто не знает. Занимательная семейка.

— Весьма польщен, но у меня есть еще дела сегодня.

— Да подожди, — говорил Ржевский. — Мы на часок всего. Чай попьем и все.

— А ты уверен, что твой отец готов меня принять прямо сейчас? — задал резонный вопрос я.

Ржевский задумался.

— Вообще-то он днем сильно занят, — ответила за него Алиса. — Но для тебя он найдет время.

— Нет уж, — категорично отозвался я. — Давайте вы все уточните, все ему расскажите и уже потом как-нибудь. А то получается, как-то нескладно. Не люблю так.

— Ну-у-у… — жалобно скривилась Алиса.

— Ничего не поделаешь, — пожал плечами я. — Всех вам благ.

— Подожди, — снова остановил меня Ржевский. — Где тебя искать-то хоть?

— На псарне! — коротко ответил я. Помахал им рукой и быстро скрылся из виду.

Вот не хватало мне прямо сейчас еще благородных чаепитий. Как-нибудь потом. Интересно, конечно, как будет благодарить меня граф Ржевский. И приятно, кстати, тоже.

Но ни на что более, чем обычное «спасибо» я не рассчитывал. Ну руку может еще пожмет, если соизволит. А так — пустая трата времени.

У меня есть дела поважнее, и так слишком сильно задержался с этими драками.

А мне нужен дракон!

Но погонщиков я нигде не нашел. Был и в их доме, и в амбаре. Никого.

Даже драконов не было. Похоже они где-то летали, может на каком-то задании. Что ж сегодня похоже не судьба.

Уже вечером, за обеденным столом у Крупских, Никита Сергеевич неожиданно заговорил.

— Сегодня избили четырех аристократов, — сказал он, как ни в чем не бывало.

— Да ты что? — ахнула Эльза Павловна. — Посадские что ли? Я говорила, что там не самый благонадежный народ живет. Когда же это уже закончится.

— Не посадские, а посадский, — сказал он. — Один парень, среднего роста, — он смерил меня взглядом. — Очень похожий на одного молодого человека.

Это не укралось от взглядов, сидящих за столом, и они дружно посмотрели в мою сторону. Я как ни в чем ни бывало, ковырялся в свиной рульке, пытаясь отделить мясо от кости.

— Извалял всех в грязи, — продолжал Крупский. — Разбил одному нос. Да так сильно, что целители час возились, чтобы его восстановить до первозданного вида.

— Боже, — ахала Эльза Павловна. — Боже. Боже мой!

— Все в красных синяках и каких-то укусах.

— Боже!

— Их отцы рвут и мечут, чтобы найти обидчика.

— Боже мой!

Я наколол на вилку кусок свиной мякоти.

— Никита Сергеевич, — сказал я задумчиво. — Позвольте спросить, что грозит этому обидчику?

Крупский самодовольно посмотрел на меня, как будто только этого и ожидал. Но я специально подыграл ему.

— Вообще, они настаивали на высшей мере наказания — казни…

— Да что ж они с ума все посходили? — возмутилась Эльза Павловна.

— Но, разумеется, им никто этого не позволит. Остановились на плетях, — отозвался он. — Все четверо отходят по очереди и дело с концом. Причем прилюдно, на главной площади. Чтобы неповадно было.

— А никому не приходила мысль, что благородные сами виноваты?

— Приходила, — удовлетворительно кивнул Никита Сергеевич, отправляя в рот кусок свинины. — Только кому до этого дело есть? Кто он и кто они. Парень был бы не прав, даже если бы просто косо посмотрел на них.

— Никита Сергеевич, вам не кажется, что это несправедливо? — спросил я.

— Это вообще не правилам! — подала голос Ника. — Если они сами до него докапывались, то поделом получили. Я бы им еще больше накостыляла! Грязной одёжкой не отделались бы!

— Так-то оно так, — кивнул Никита Сергеевич. — Только ничего не поделаешь. Благородные есть благородные. Простолюдинам их трогать нельзя. Ни-ког-да, — на последнем слове он пристально посмотрел на меня. — Ничего не хочешь мне сказать?

— Кто? Я? — изобразил непонимание я.

— Ты-ты, — кивнул Никита Сергеевич. — А кто же еще?

— Понятия не имею, о чем вы говорите, — включил дурачка я. — С чего бы вдруг мне таким заниматься?

— А кто еще? — возмутился Никита Сергеевич. — Из всех простолюдинов только ты у нас отличаешься выдающимися способностями. Что аж за тебя командир погонщиков лично к князю ходит договариваться.

— Да, но в посаде жило много бравых ребят, — ответил я. — Там парни работают руками, и силы у них явно больше, чем у местных холёных аристократов. Так что это мог быть кто угодно.

— Право тебе, свет мой, Никита Сергеевич, — ласково сказала Эльза Павловна. — Не сердись. Ну какой из Ларюшечки боец.

— Знаю я какой из него боец, — фыркнул Никита Сергеевич. — Сильно наслышан.

Он еще долго пыхтел по этому поводу, так что я постарался как можно быстрее умять рульку и ретироваться в комнату.

Теперь еще нужно остерегаться аристократов и их прихвостней. Час от часу не легче.

На следующий день я, проверив, что на псарне все в порядке, отправился за драконом.

Разумеется, в дом погонщиков соваться смысла не было, поэтому я пошел прямиком к амбару.

Еще издали я понял, что там никого нет. Слишком пустынным казался загон со скотом — одни только коровы.

Но так даже лучше. Надо подождать пока они вернуться, может даже спрятаться где-нибудь. Пускай все уляжется, и я там тихонечко все как следует обследую. Побуду с драконами так сказать, поизучаю их силу в спокойной обстановке.

Моим планам не суждено было сбыться. Как только я открыл ворота амбара, как тут же увидел Клима, который что-то колдовал над своим седлом.

— А, малой, — радушно улыбнулся он, подняв голову. — Какими судьбами? Решил проститься перед отъездом? Понимаю. Это дело хорошее. Только нет никого. Только я и Фирозан. Остальные в небе.

Как я люблю людей, которые за тебя все придумали и сами ответили на свои вопросы. Просто обожаю. И придумывать ничего не надо.

— Хотел увидеть Ратибора, — кивнул я в ответ. — Так и не сказал ему «спасибо» за все, что он для меня сделал.

— Да он вроде и не сделал ничего, — усмехнулся Клим, выкручивая клещами застежку на седле. — Ты ж вроде на псарню попал. И при том сам этого захотел. Странный выбор на мой взгляд. В жизни бы туда не пошел. Это ж псы. Вечно снуют туда-сюда, лают, воют. Фу! Ну выбор есть выбор. Мне ль не знать, что для каждого человека место свое отведено.

Классный диалог у нас. Можно и не общаться совсем.

— А я вот всегда любил пёсиков, — улыбнулся я. — Мне в принципе любые существа нравятся.

Клим посмотрел на меня исподлобья и прищурился.

— Особенно драконы, да? — усмехнулся он.

И как же это он догадался? Прямо как будто был специально на эту мысль наведен.

— Именно, — продолжил изображать из себя дурачка я. — Они такие величественные и мощные. Силы в них немеряно.

— Это да, — прокряхтел Клим, засовывая ремень в застежку и удовлетворительно хлопая ладонь по седлу. — Так-то лучше, — с довольным лицом протянул он. — А то расстегивалась на ходу, сил никаких не было. Того и гляди слечу. А от этих послужников толку никакого нет. Десять раз говорил «сделайте» и только все перекручивали, а оно как расстегивалось, так и расстегивается. Все приходится делать самому. Ну что с них взять с безруких?

— Это да, — повторил за ним я.

Клим с большим удовольствием поднял массивное седло, а потом доброжелательно посмотрел не меня.

— Ну что? Пойдем поставим его на Фирозанчика моего? — подмигнул он мне. — Покажу тебе дракончика напоследок. Раз уж ты так любишь живность всякую. Хоть порадую тебя как-то. А то на этой псарне еще долго ничего такого не увидишь.

А мне только этого и надо было. И чего мы с этим Климом спорили раньше? Классный мужик. Понимает меня без слов. Можно вообще не говорить.

Я спокойно пошел следом за ним.

Фирозан умиротворенно спал в тени амбара. Ржавого цвета, с раскидистыми крыльями, которые были сложены на спине.

Его ноздри широко раздувались при каждом вдохе. Но как только он почувствовал наше появление, так сразу открыл глаза.

— Тише-тише! Свои. Хэла яма! — махнул на него рукой Клим.

Фирозан неодобрительно смотрел на меня, словно сканировал своим зрением.

Я чувствовал его целиком. Всю его мощь и силу. Но ментально он мне никак не подчинялся. Он словно был за невидимой ширмой, через которую я не мог пробраться своим даром.

Что ж надеюсь прикосновение все исправит. С Гестией же это сработало. При том что она самая сильная из них.

А вот с Рамоном — нет. Даже тронуть себя не дал. Но тот вообще неадекватный. Точь-в-точь как его хозяин.

Клим похлопал Фирозана по шее, успокаивая его, забрался к нему на спину и начал приспосабливать седло каким-то хитроумным креплением.

Дракона его похлопывания совсем не успокоили. Он все так же широко раздувал ноздри, только теперь гораздо чаще и куда громче, всем своим видом показывая, как ему неприятна моя компания.

— Вот так и живем, малой, — говорил Клим пока занимался делом. — Погонщик, дракон и небо — неотрывно связаны. Куда мы, туда и они. И нам без них никак. Знаешь, как меня ломает, когда хоть день не пролечу на своем маленьком. Ух. А драконы? Они же тоже тоскуют. Мы давеча дня три с Фириком не виделись. Так они меня при встрече на землю повалил, да облизал всего. Противные у них слюни. Хрен отмоешься потом. А воня-я-ют просто жуть. Аж глаза режет.

Говори-говори. Отвлекайся. Ты все правильно делаешь. Хороший ты мужик, Клим.

А я тем временем, бочком-бочком, в полшага приближался к Фирозану сбоку в надежде на то, что тот отвернется. Мне же нужна всего лишь секунда. Даже туловища не нужно. Хватит пальца или хвоста.

Но дракон не сводил с меня глаз. И я никак не мог успокоить его своим даром. Как ни пытался. Направляя всю энергию в его сознание, все что только мог.

Попытки были тщетны.

И почему с Гестией так сразу получилось? Там же даже делать ничего не пришлось. Связь как будто сама наладилось. А тут…

— Ты дотронуться до него что ли хочешь? — спросил Клим.

Он тоже все это время смотрел на меня краем глаза, но до него мне дела никакого не было. Он же не сможет меня огнем испепелить в случае чего.

— До Рамона не получилось, — пожал плечом я.

— Ты же знаешь, что дракон не подпускает чужого, — назидательно сказал Клим. — Я хоть и сказал ему, что ты свой, но он видишь как, все равно чует что-то неладное. Драконы они своенравные очень. Кого-то пускают к себе, кого-то нет. Я вот тоже до Рамона дотронуться не могу. Хоть и погонщик. Казалось бы. А Гестию не дается Джареку. Тут уж ничего не поделаешь. Ладно, попробуй. Вдруг получится. Я попытаюсь его усмирить. Но коли че — не серчай. Подпалит тебя Фирик, как пузырь из леща.

Так себе перспективка, конечно. То есть в этом плане он даже сделать ничего не сможет.

Что ж будем надеяться на лучшее. Другого ничего не остается.

Я протянул руку к задней лапе Фирозана, пока Клим гладил его по шее и что-то приговаривал на тириксанге.

Чешуя дракона была холодной и немного склизкой. Да! Мне удалось до него дотронуться. Фирозан только едва слышно зарычал.

Только вот за этим ничего не последовало. Абсолютный ноль!

Я его даже чувствовал только едва. Да что такое происходит с моим даром? Почему я не могу подчинить себе всех драконов? И что за случайность вышла с Гестией?

Бред какой-то.

— Прикольно правда? — сказал Клим. — Холодные они. А внутри горячие. Ха-ха-ха! Даже слишком! Ха-ха-ха! — сам пошутил и тут же сам посмеялся он. — Вот завтра на охоте будет горячо. Драконов с собой, конечно, не повезем. Но поразвлекаемся на славу.

— Что? Какая охота?

— А ты не в курсе? — удивился Клим. — Князь завтра хочет закатить охоту в знак благодарности за спасение. Мы же улетаем послезавтра. А там понимаешь будет дичь и море адреналина. Я думал ты знаешь. Ты же на псарне обитаешь. Должен знать.

Вот это новости! Старый Мерин, зараза такая, не сказал мне об этом.

*Фирозан*

Поболтав еще немного сам с собой, Клим улетел. Даже прокатиться не предложил. Сказал, что Фирозанчику срочно нужно размять крылья.

Ну а мне только того и надо было. Я пулей понесся обратно на псарню.

— Ты почему мне про охоту ничего сегодня не сказал? Забыл? — накинулся я на Старого Мерина.

— А нахрена? — даже подпрыгнул от удивления тот. — Это ж князь будет охотиться, а не ты.

Готов был сломать ему второй палец в этот момент. Может хоть так уму разуму научиться.

— А собак готовить к охоте не нужно? — заорал я. — Князь же без них не охотится.

— Так я ж готовлю их уже, — невозмутимо ответил Старый Мерин, показывая на поводок. — Или ты думаешь их причесывать надо?

Сука!

Точно палец сломаю. А то и два, сейчас договорится.

Ладно, попробуем по-другому. Я выпрямился, сделал суровое выражение лица и хмуро посмотрел на него.

— Об этом надо было сразу доложить мне, — строго сказал я. — Заходил же сегодня сюда. Ты сказал, что все в порядке и ничего необычного не произошло. Но то, что князь завтра охотиться собирается, ты посчитал нужным не упоминать.

Он подвис слегка, переваривая сказанное мной.

— Слушай, чего ты так завелся? — возмутился Старый Мерин. — У нас все натасканные, кроме Кальки, Пятнистого и Белоухи. Я ими занимался все лето. Ща еще раз свожу их в лесок для уверенности и всех дел. В остальном все как обычно пройдет. Не первый раз на охоту хожу.

— Дело не в собаках, а в тебе, — сурово произнес я. — О таких вещах я должен знать сразу. Если еще раз подобное повториться, будешь неделю гавно за собаками убирать, вместо ребятни. Понял?

Тут Старого Мерина переклинило. Сначала он побагровел, потом позеленел, а следом побледнел, все это время изображая искривленные гримасы на своем лице.

Не нравилось ему подобное отношение к себе.

— Понятно? Я спрашиваю, — назидательно повторил я.

— Понятно-понятно, — пробурчал Старый Мерин. Он развернулся и, склонив голову, поплелся к вольерам. — Сопля зеленая, — фыркнул он себе под нос.

Сказал тихо, но от меня ничего не скроешь.

— Я все слышу! — громко и назидательно сказал я.

В подтверждении своих слов, приказал лаять на него всем собакам в вольерах.

Они как с цепи сорвались. Кидались на клетки и лаяли почем свет стоит, оголяя зубы и брызжа слюной. Старый Мерин в испуге отпрянул.

— Ох ты ж дьявол. Черт бы вас побрал, шавки ссаные! — испуганно залепетал он, при этом не забыв подозрительно покоситься на меня.

Я молча развернулся и ушел. Пускай боится, с него не убудет.

Меня терзала одна мысль, которую нужно было срочно проверить. Пока я был посадским мальчиком, вход в замок мне был заказан по определению. Не смотри, что сын бронника — стражи еще издали преграждали путь.

Но сейчас, как рабочий псарни, я мог найти массу причин, чтобы туда зайти. Плюс с князем какой-никакой контакт был налажен. Так что я надеялся не на удачу, а на здравый смысл.

Как и ожидалось, стража преградила мне путь.

— Куда прешь, мелочь? — заискивающе спросил один из них.

— Старый Мерин послал к князю, — не моргнув, ответил я. — Завтра охота, а у него есть парочка вопросов.

Они недоверчиво посмотрели на меня, но все-таки пропустили.

Путь мой лежал в библиотеку. Она была не очень обширная, но определенная информация по драконам там имелась, это я знал точно.

Заведовал библиотекой старый магистр Боярышников. С ним у меня с самого начала не сложилось. Да и не думаю, что не смотря на наши распри, он бы меня пустил.

Значит будем действовать хитростью.

Отправив десяток таракашек вперед себя на разведку, я приказал местному коту, показать мне дорогу. Жирный черный кот, с удовольствием побежал впереди меня, тряся свисающими боками.

Так, теперь главное не нарваться ни на кого знакомого. Но с этим делом помогали справиться таракашки.

В один момент, они меня вовремя предупредили о приближающимся Крупском. Благодаря чему я успел спрятаться за красной портьерой.

Обожаю свою армию.

Таракашки из библиотеки рапортовали, что там никого нет, кроме восьми пауков и кучи мелкой живности. Мелочь меня не интересовала, а вот пауков я забрал себе, когда они оказались в зоне досягаемости дара.

При этом сразу решив оставить их там и наблюдать. Мало ли когда мне они понадобятся. Да и свои уши с глазами в тылу врага не помешают.

Надо бы еще таких князю закинуть. Буду в курсе всего, что происходит в крепости.

Сказано — сделано.

Благо кабинет князя находился неподалеку, я тут же просканировал его и завербовал себе всю полезную живность.

Дальнейший путь в библиотеку обошелся без приключений.

Дверь оказалась не заперта, что жутко меня порадовало. Пришлось бы искать, каких-нибудь крыс, чтобы помогли отпереть или что-нибудь еще. А так, все складывалось само собой.

Библиотека оказалось кабинетом Боярышникова по совместительству. В центре красовался массивный стол из дуба. Вокруг него расположились различные мензурки и склянки, а по стенам стояли высокие шкафы, набитые книгами.

Кроме книг меня ничего не интересовало, поэтому я направился прямиком к ним.

Дав задание таракашкам искать все, что связано с драконами, я принялся методично проходить вдоль полок разглядывая названия книг.

У меня, конечно, были сомнения насчет их способностей к чтению, но чем черт не шутит. На практике оказывается, что они умеют удивлять.

Проведя около десяти минут поисков, я все же наткнулся на здоровенный древний талмуд, под названием — «Драконы. История, виды и размножение». От таракашек, как и ожидалось, толку никакого не было.

Я немедленно его открыл, сел на пол и, прислонившись спиной к полкам с книгами, принялся читать.

Из него следовало, что всего есть девять видов драконов от сильного к слабому: лазурный, рубиновый, изумрудный, сапфировый, аметистовый, ржавый, черный, бирюзовый и дымчатый.

При этом, при скрещивании разных цветов, получался совершенно рандомный вид дракона. Поэтому селекционеры старались не спаривать бирюзовых и дымчатых между собой. Поддерживался лишь необходимый для продолжения цвета минимум. Ибо кто знает, как ни могли мутировать в дальнейшем.

Размножение происходило путем откладывания яиц и все такое прочее.

Это мне было не особо интересно.

Пожалуй, из всего прочитанного имела пользу только информация про силу драконов. Так хоть теперь понятно, почему изумрудную Гестию все боялись — она стояла выше остальных по рангу.

А вот черный Рамон Джарека, не особо силен, зато имеет крутой нрав и практически никого к себе не подпускает.

Об этом, кстати, тоже был написано. Ржавые драконы оказались самые дружелюбные. Все остальные в большинстве случаев не подпускали к себе людей.

В книге это связывалось с прошлым опытом, который сложился у драконов еще с момента их приручения. Мол, слишком жестко их одомашнивали, вот и отложилось.

Также имелась информация про их неотрывную магическую связь с погонщиком, которая была практически нерушимой. История знала случаи, когда драконы умирали сами следом за своими хозяевами.

Во дела!

Но как я ни старался, то не мог найти информацию о том, имеют ли драконы, какую-то ментальную предрасположенность к приручению.

Всех их можно было приручить. Только особым отрядом инициации и строго лицам до шестнадцати лет. Позднее ум человека замутнялся и не был таким податливым.

При этом возраст самого дракона, особого значения не имел. Были отдельные случаи, когда не удавалось, но это считалось скорее исключением из правил. Тогда просто меняли дракона на другого, а этот отходил новому погонщику и приручался уже спокойно.

Никакой полезной инфы! Абсолютный ноль!

Значит, мне так и придется метаться в догадках, пока я не пойму почему именно с одним драконом получилось, а с остальными нет.

Может еще есть книги. Я захлопнул книгу и резко встал.

— Ёп твою мать! — услышал я испуганный возглас сзади.

Сука!

Аж сам подпрыгнул от неожиданности. Обернувшись, я увидел верховного магистра Боярышникова собственной персоной.

Он, сгорбившись, сидел за своим столом и смотрел на меня через плечо.

— Напугал меня, шельма проклятая! — заорал верховный магистр. — Ты кто такой? Как ты сюда попал? Ах, я тебя, кажется, знаю, — он прищурился. — Ты же тот самый черный маг, который якобы прошел проверку драконом! Что тебе тут нужно? Ищешь новые заклинания для своих черных делишек?

Ну вот что за люди, а? И слова вставить не дают.

— Простите, папаша, — начал изображать из себя простачка я. — Дверью ошибся. Шел к князю, а тут резко в туалет приспичило.

— Ты что, дверь верховного магистра с нужниковой дверью перепутал? — распалялся Боярышников. Он встал и уже пальцем показывал на меня. — Да ты совсем оборзел? Да я тебя щас!

Неловко размахнувшись, он кинул в меня слабенький заряд молний, от которого я быстро увернулся. Сгусток энергии угодил в шкаф с книгами за моей спиной, оставляя на нем черное выжженое пятно.

Зараза! Боевой старикан какой.

— Побойтесь бога, папаша! — возмутился я. — Я еще не знаю всех ходов здесь.

— Нехрен тебе тут делать вообще! — кричал Боярышников. — Дверь мне еще взломал. А еще думаю — «че открыто?»! А тут шельма засела! Книги мои читает!

Потому что ты ее сам закрыть забыл, подкова старая!

Верховный магистр кидал в меня заряд за зарядом, но делал это так медленно, что уворачиваться от них не составляло труда. Я пробежал вдоль шкафов, максимально приблизившись к входной двери.

На четвертом заряде, магистр устал и, запыхавшись, оперся на колени.

— Что такое, папаша? Вам плохо? — с максимально возможным на тот момент сочувствием спросил я.

— Я тебе сейчас покажу «папашу»! А ну иди сюда!

Боярышников выпрямился и уже замахнулся для удара, но в этот же момент я послал ему в нос, пролетавшую мимо муху.

Вот так! Это должно тебя усмирить на какое-то время.

Верховный магистр замер, широко раскрыв глаза и пытаясь сделать вдох. А потом резко схватился за нос и начал громко кашлять, а следом чихать.

Воспользовавшись моментом, я прошмыгнул в дверь и был таков. Надеюсь, это не дойдет до князя, хоть и вероятность этого крайне мала.

Что ж будем решать проблемы по мере их поступления.

Больше в замке делать было нечего, и я благополучно вышел наружу.

На следующий день пришлось вставать ни свет ни заря, чтобы подготовиться к охоте. Делегация, как мне любезно доложил Старый Мерин, выдвигалась ровно в восемь, и мы должны были их постоянно сопровождать.

Сначала я забрёл к лекарям, чтобы сняли с меня повязку. Рука уже полностью зажила и отлично функционировала. А дальше отправился к месту сбора.

Кареты, телеги и просто лошади — народу было много.

Сам князь со своей супругой и двумя детьми. Их свита. Огромное количество городское стражи. А еще весь свет дворянского общества Самарской крепости.

Все с женами и детьми, среди которых я узнал ту самую четверку, напавшую на Гришку. Час от часу не легче.

Они тоже меня сразу увидели и, перешептываясь, указывали в мою сторону. Хорошо хоть к папашам сразу не побежали. Похоже, что решили сами разобраться на этот раз.

Ну пусть. Пожелаем их удачи.

Я особо не переживал по этому поводу. Только вот с ними совсем не расслабишься. Хотя в присутствии князя расслабляться и так некогда.

К тому же у меня были большие планы на эту охоту. Раз уж так удачно совпало, я все-таки надеялся повстречать там медведя или хотя бы лося, чтобы забить свой бестиарий полностью.

С драконами не получается, так мы пойдем другим путем. Возможно, когда я перейду на новый уровень, то и дар как-то раскроется наконец.

Погонщиков не было. Видимо, они прибудут на этот праздник жизни своим ходом. Не могу их в этом винить. На драконах все же быстрее, чем на лошадях.

Ехали долго. По жаре. Колонна двигалась медленно и все устали. Мы с Мерином еще плелись в самом ее конце, так что приходилось глотать пыль от впереди идущих.

Наконец, кто-то спереди крикнул «стой» и мы все затормозили. В самой лесной глуши у неширокой речки. Так могли и дети искупаться, и барышни ножки помочить, пока мужики занимаются охотой.

Пока все располагались, я приказал Старому Мерину напоить собак, а сам отправился на разведку в гущу леса.

Дар, естественно, тут же забурлил, но толку от этого было мало. Поблизости не было никого стоящего. Только зайцы, лисы да утки.

Была еще надежда на хищных птиц, но я как будто до них не доставал. Чувствовал, а к себе поймать не мог.

Вот уж невезение. Даже посочувствовал немного охотникам. Крупной дичи им сегодня не видать. Даже кабанов нет.

— Ну че, голытьба? Землю жрать будешь?

Я обернулся.

Четыре наглые хари, с самодовольными усмешками, смотрели на меня блестящими глазами. Они-то думали, что загнали меня в угол. Как же они ошибались.

— Вам мало что ли было? — приподнял бровь я. — За добавкой пришли?

— Ты ответишь за свою дерзость! — выплюнул истеричка. У него, как, впрочем, и остальных, уже прошли красные припухлости от укусов, но еще остались расчесанные рытвины. Эти отметины уже никогда не пройдут.

В прошлой жизни я частенько помечал так своих врагов. Со временем они забываются, а так — особая примета на лице. Сразу видно, что перед тобой стоит не очень хороший человек.

— Да ты иди папаше еще пожалуйся, — усмехнулся я. — Вы же можете только толпой нападать и за папочек своих потом прятаться. Привыкли, что всё сходит с рук. Но только не со мной.

— Ты скажи спасибо, что мы прямо сейчас тебя своим отцам не сдали, — усмехнулся самый здоровый из них Альберт. — Они были очень недовольны, что их дорогих сынишек, так унизили. Объявили награду за твою голову, между прочим.

Вот это поворот. И давно это, интересно? И почему Крупский мне об этом ничего не сказал?

— Круто-о-о, — картинно протянул я. — И сколько?

— До хрена! — выкрикнул истеричка. — Ты таких денег в жизни не видел. Полляма!

— Ды-а, не видел. Гы! — одновременно заржали двое их подпевал.

Эти похоже отличались особым умом. Хорошие наследнички у дворян, ничего не скажешь.

Вдруг резко стало темно. Я инстинктивно поднял голову наверх.

Драконы. Штук пять не меньше.

Погонщики прибыли, значит.

— Хер с ним, Альберт, — сказал один из подпевал. — Пойдем драконов посмотрим, а то я их вживую никогда не видел.

— Да нахер этих драконов, — не унимался истеричка. — Давайте его сначала помнем. Все равно они не денутся никуда.

— Подожди, Влад, — одернул его Альберт. — Глеб, прав. Драконы могут сразу улететь, а вот этот точно никуда от нас не денется. Правильно говорю, голытьба? Тебе ведь нужно какашки собачьи убирать. А пока они здесь, какашек будет много и у него всегда будет работа. Так что пойдем. Попозже проучим его.

— Тебе повезло, сука! — выплюнул Влад-истеричка.

Все четверо с самодовольными рожами развернулись и пошли к лагерю.

Ну хоть отстали. Желания их бить не было совершенно никакого. Их только трогаешь, они сразу жаловаться бегут.

Полмиллиона рублей — это приличная сумма денег. Можно прикупить неплохой домик. Значит, охотников за моей головой будет предостаточно.

Особенно после сегодняшнего, когда они узнали, что я работаю на псарне. Надо как-то сделать, чтобы они отстали от меня. Сами сказали папашам убрать эту награду.

И у меня на этот счет родился план. Он требовал небольшой подготовки, зато был очень действенным.

Вернувшись в лагерь, я тут же увидел двух драконов на полянке — Фирозана и Гестию. Странно, а в небе было пятеро. Гестия, заметив меня, тут же преданно посмотрела и открыла зубастую пасть. Ну хоть хвостом не завиляла. Хотя, приятно.

Погонщиков рядом не наблюдалось, а вот облепивших драконов детей было предостаточно. Все стояли на расстоянии трех шагов, но я видел, как каждому не терпелось дотронуться до чешуйчатой кожи.

Сами драконы особой радости от этого не испытывали, но и не рычали как на меня. Возможно, в силу возраста.

Среди детей я увидел Нику.

Что за чёрт?

А вот и Никон. Крупский там совсем из ума вышел?

Поодаль стоял и сам Никита Сергеевич. Он держался рядом с Эльзой Павловной и смотрел, на восторженных детей.

— Никита Сергеевич, а зачем вы привели их сюда? — со спины зашел я.

Чета Крупских обернулась.

— А что такого? — усмехнулся Никита Сергеевич. — Не мог же я их оставить одних дома. А так пускай с Шуркой, Нинкой и другими детьми побегают. Они уже мне как родные стали.

— Право тебе, Ларюшечка, не кипятись, — увидев, как я багровею, запела Эльза Павловна. — Они под нашим полным контролем. Можешь спокойно заниматься своими делами. Уж лучше с нами, чем дома с прислугой.

— Хорошо же вы за ними смотрите, — прорычал я, кивнув в сторону детей и срываясь с места. — Ника, стой.

Сестра с вытянутой рукой и криком «Да я их знаю! Знаю!», выбежала из строя детей, быстро сокращая расстояние до Фирозана.

Я не успел.

Ее маленькая ручка коснулась чешуи дракона, в тот момент, когда я прорывался сквозь толпу детей.

— Ника, отойди от него! — закричал я.

Фирозан повернул голову и зло посмотрел на девочку, широко раскрывая пасть.

У меня не было возможности добраться до них. Краем глаза я видел, что к нам во весь опор спешили Ратибор и его погонщики.

Давор, которого оставили следить за драконами, находился ближе к Гестии. И вряд ли он бы смог усмирить Фирозана.

Оставалось только одно.

«Гестия! — мысленно приказал я. — Останови Фирозана!»

В ту же секунду изумрудный дракон поднял голову вверх и раскатисто заревел, широко расставив крылья в разные стороны.

Фирозан, во рту которого уже загоралось алое пламя, испуганно прихлопнул пасть. Прикрыв глаза, он с явным недовольством выпустил струю густого белого дыма, которым тут же заволокло Нику.

К этому моменту, я уже успел подбежать к девочке. Подхватив ее на руки, первым делом крепко прижал к себе, а потом отошел на безопасное расстояние.

Толпа, наблюдавшая за всем происходящим, ликующе закричала.

— Опять вы? — недовольно воскликнул Ратибор, подоспевший к нам. — Сколько можно попадать в неприятности? Куда не плюнь, всюду вы! А ты, Давор, какого черт не следишь? Ясно ведь приказал тебе.

— Фирозан! — грозно кричал Клим. — Нельзя рычать на людей! Ух, я тебе!

— Да ладно, здоровяк, — подключилась к разговору Соня. — Девочка сама виновата. Ты разве не знаешь, что нельзя трогать драконов?

Ника отрицательно помотала головой.

— Я же уже трогала, — как ни в чем не бывало сказала она. Как будто и не испугалась совсем. — Вот её. И ничего не было. А почему нельзя?

— Брат вон объяснит, — буркнул Ратибор. — Идите давайте. И больше так не делайте. Где этот князь? — недовольно спросил он у своих подчиненных. — Устроил тут забаву для детей. Говорил, же что ничем хорошим это не закончится.

Он еще долго сокрушался, пока уходил, уводя за собой драконов.

А на меня даже не посмотрел. Похоже еще злился, что не я не оправдал его ожиданий. Обидчивый какой.

Драконов расположили на другом берегу реки и велели любоваться ими исключительно издалека. Как я выяснил потом, это была личная просьба князя. Мол, тому сильно хотелось, чтобы его люди посмотрели на этих диковинных существ. Ну а Ратибор, с большим скрипом согласился на такую авантюру. Что было весьма удивительно, учитывая, насколько это было опасно.

Уж не знаю как именно князь его уговорил и какие подарки обещал.

Все более или менее успокоилось. Дети перестали обращать внимание на драконов, погружаясь в собственные игры. Погонщики лениво отдыхали в тени раскидистого дуба, что-то увлеченно при этом обсуждая. Аристократы изображали из себя высший свет этого общества.

В общем и целом, мне было безразлично их поведение. А вот их взрослых детей следовало брать в оборот. А то они от меня не отстанут.

Кстати, что-то давненько я их не видел.

И князя не видно. По приезду он скрылся в роскошном, построенном заранее, шатре и больше не появлялся. Только временами местная знать заходила туда, но надолго не задерживалась.

Старый Мерин сказал, что пора выпускать собак размяться. Князь обычно начинал охоту в полдень и очень любил, когда к этому времени, гончие сами загоняли какого-нибудь зайца. Считал это хорошей приметой.

Хм. Хочет зайца? Он его получит.

Старый Мерин открыл клетки, но, обычно разъяренные псы даже с места не сдвинулись. Все как один лупили глаза на меня.

Я мысленно сказал им расслабиться и вести себя как обычно.

— Ну что уставились? — лукаво спросил их я. — А ну-ка за работу! — и тут же негромко свистнул.

Гончие сорвались с места и бросились в рассыпную. Просканировав местность, я обнаружил неподалеку небольших размеров русака.

Естественно, он сразу оказался в моей коллекции и был направлен прямиком в зубы гончих, благо из-за его малых размеров, трогать его не нужно было. Итак, готов пойти на верную смерть.

Собак я отправил ему навстречу. Это будет для них легкая добыча. Се ля ви.

— Жди, — хлопнул я по плечу Старого Мерина. — Скоро собачки тебе кого-нибудь принесут. Только смотри не трогай его. Я сам князю отнесу, обрадую его.

Мужик активно закивал.

Сам я отправился обратно в гущу леса. Во-первых, нужно было все снова просканировать. Вдруг кто-то полезный появился на горизонте. А во-вторых, я чувствовал там гадюку в кустах, но из-за аристократских детей не успел ее к себе забрать.

И да мне повезло. На полянке я обнаружил ее ровно на том же месте. Похоже он выползла, чтобы погреться на солнышке и так и уснула. С чем я ее и поздравляю. Отправляйся в бестиарий, ленивая жопа.

— Вот теперь нам никто не помешает! — услышал я уже знакомый голос. Из-за деревьев вышла четверка наглых рож.

— Вот вы-то мне и нужны, — обрадовался я, чем неслабо так удивил своих оппонентов.

— А ты смерти ищешь? — первым пришел в себя Влад-истеричка. — Считай ты ее уже нашел, понял? Тебе хана, понял? К тебе есть еще кое у кого вопросы.

После этой фразы из-за деревьев вышло еще парней десять примерно нашего возраста. Несколько из них были достаточно крупными.

Похоже испуганные аристократы не на драконов ходили смотреть, а за подмогой. Поняли, что я и сейчас так просто им не сдамся.

Они б еще городскую стражу привели, честное слово.

— Понял-понял, — улыбнувшись сказал я.

Но они моей радости не разделяли. Все смотрели исподлобья, и только Влад-истеричка ядовито улыбался.

— У тебя есть два варианта, — начал говорить Альберт. — Либо ты встаешь на колени и целуешь всем сапоги, а после каждый проводит тебе по удару. Либо можешь попробовать с нами справиться. Но тогда ударов будет больше, учти.

Да ты до сих пор боишься!

— А не слишком ли это честно? — усмехнулся я. — Посмотрите на себя. Пришли толпой, чтобы одолеть одного. Мне кажется или от этого ужасно воняет страхом.

— Че-е-е? — насупился Влад-истеричка. — Да я тебя сам разделаю, понял?

— Так давай, — махнул ему рукой. — Подходи первым. Сразимся один на один. Хотя подожди. Ты же не можешь. Ведь ты боишься до усрачки. Да и нечестно это будет. Тебя одного я с завязанными глазами одной левой сломаю и даже не поморщусь.

Влад-истеричка нервно затряс верхней губой. Непонятно было, то ли от страха, то ли от отвращения. Хотя могут быть сразу оба варианта.

— Он выбрал второй вариант, Алик, — выплюнул Влад-истеричка. — Давайте, парни, бьем его!

— Согласен, — кивнул Альберт. — Готовься к боли.

Только после слов своего лидера вся толпа угрожающе начала двигаться в мою сторону.

Интересно почему мне не страшно.

Пожалуй, на этот раз одними комарами вы не отделаетесь.

Я призвал гадюку, чтобы приползла и встал на пути этой группы ко мне. А потом, поднявшись на хвосте на манер кобры, зло зашипела.

— Змея! Тих-тих-тих, — зашипел один из бравой дружины.

— Стойте, парни, стойте.

— Смотри укусит.

— А смотрит как.

Да они все в штаны наделали уже.

Я приказал гадюке зашипеть еще громче и сделать пару холостых атакующих выпадов.

— Ой, мама! — двое, что шли позади всех, побежали обратно в лес.

Альберт и Влад-истеричка явно побледнели и не сводили взгляда со змеи.

— Вы чего замерли-то? — усмехнулся я. — Идите сюда. Ее ведь и обойти можно. Или ссыте?

— Ничо мы не ссым, понял? — выплюнул Влад-истеричка. А у самого на лбу испарина уже выступила.

Я приказал змее подползти поближе.

— Э-эй! — заорал Альберт, сделав два шага назад.

Остальные последовали его примеру. А шестеро вообще сбежали. Остались похоже только самые верные ему последователи.

— Ох парни, — картинно выдохнул я. — Ну не везет так не везет. В другой раз тогда разберемся, да? Когда вы в себя придете.

— Да я… — начало было Влад-истеричка.

— Да ты не позорился бы вообще. Это моя змея. Еще раз ко мне сунетесь получите каждый по такой же в кровать! И поверьте, они появятся в самый неожиданный момент. Понятно вам?

— Убери ее! Убери ее, а!

— Зачем? Я, пожалуй, наоборот ее поближе к вам придвину. Фас, дружок!

Змея вытаращила глаза и с еще более громким шипением поползла в их сторону.

Вот тут-то пятки и засверкали. Они бежали еще быстрее, чем в прошлый раз. Так быстро, как никогда в жизни до этого не делали.

Теперь будут знать. Пошлю-ка к ним еще рой пчел. Пускай навсегда запомнят этот день. А то как-то легко отделались. Так хоть веселее им будет.

Отделался на этот раз. Но что-то мне подсказывает, что я еще с ними увижусь. По любому подкупят кого-нибудь чтобы меня убить или покалечить. Слишком обидчивые и злопамятные.

Я вернулся к Старому Мерину и нашей телеге.

Собаки уже вернулись и мирно лежали на полянке.

— Очень смешно, — проворчал Старый Мерин.

— Чего опять? — спросил я. — Где заяц?

— Вон лежит, — указал он обрубком пальца мертвую тушку. — Эти шавки не подпустили меня к нему. Мол, тебе только можно его брать. Совсем оборзели! Ты че с ними сделал такое? Они ж раньше меня слушались все. А теперь?.. — сокрушался он. — Эх! Просто непруха какая-то.

— Это все мое обаяние и харизма, — улыбнулся я, потерев ладошки.

Быстро подойдя к собакам, я спокойно взял тушку зайца и направился к шатру князя.

На входе как обычно стояла стража с алебардами.

— Стоять, — перегородили они мне путь.

— Я к князю, — не моргнув, ответил им, показывая тушку зайца. — Тут вот знак добрый,

Они оценивающе посмотрели на меня, а потом на мою добычу, и только после этого пустили.

Внутри князь тихо разговаривал с каким-то высоким статным мужчиной. Они держали в руках по кубком с вином и время от времени прихлёбывали.

— … И в Саратове, и в Казани, и в Оренбурге, — вкрадчиво говорил мужчина. — Их видят везде.

— Может им просто кажется? — сурово спросил князь Засекин.

— Простой люд может себе и напридумывать всякого, — помотал головой мужчина. — Но их видели проверенные люди — дворяне. Таким можно доверять, они зря наговаривать не будут. Нам нужно готовиться! Поговорите с погонщиками, пускай задержатся еще ненадолго. Я чувствую, что будет еще одно нападение.

— Ты давай со своими чувствами поаккуратнее, Гордей Степанович, — нахмурился князь. — На них одних далеко не уедешь.

— Знаете, Григорий Осипович, — как будто обиделся мужчина. — Мое чутье меня обычно не подводит. Помните сколько раз…

— Кхм-кхм, — покашлял в ладошку.

Дальше слушать смысла не было. Да и странно это будет выглядеть.

Оба мужчины обернулись.

— Юный Броневой? — нахмурился князь. — Чего тебе? Кто тебя пустил?

— Стража, — пожал плечом я. — Тут вот, — поднял руку с зажатой в ней тушкой зайца. — Старый Мерин говорит, что это — добрый знак.

— А-а-а, — засиял князь. Он отставил кубок с вином на стол и подошёл ко мне. — Старый Мерин! Вот пьянчуга! Редко же он меня балует таким подарком, — говорил он, забирая у меня из рук зайца. — Значит охота удастся, Гордей Степанович. Смотри! — он потряс тушей в воздухе. — Надо немедленно начинать.

— Это не Старый Мерин, а я, ваше сиятельство, — произнес я.

— Ты?

— Ну да, — пожал я плечом. — Псы меня слушают и интуиция хорошая. Вот и загнали.

— Молодец какой! — ликовал князь. — С первого раза. Так ты у нас получается охотник что ли?

— Что-то типа того, — кивнул я.

— А кого ты сможешь мне притащить? — с прищуром посмотрел на меня князь.

— Да кого скажете, ваше сиятельство, — усмехнулся я.

— Ну ты уж словами-то совсем не разбрасывайся, — хмыкнул в ответ князь. — Но такие люди нам нужны. Сможешь меня удивить сегодня и я найду дело тебе по плечу.

Даже интересно стало.

— А что за дело? — осторожно спросил я.

— Узнаешь, — хитро улыбнулся князь. — А теперь иди. Начинать скоро будем. Иди-иди давай.

Ничего не оставалось делать, кроме как выйти из шатра. И чем вот я могу удивить князя?

Но раз он так восторгался моими способностями в охоте, логично предположить, что он хочет какой-то удивительной дичи.

Что ж, будет ему дичь.

И о чем они говорили с этим мужиком? Неужели гриммеры начали появляться в разных областях?

В свое время они часто практиковали такую тактику в моем мире. Бросали разведотряды перед нападением. Странно, что здесь не поступили также, а атаковали с наскока.

Такое возможно, только если у них здесь был свой связной.

В рукопашный бой бросают только берсерков. Тупых, злых и беспощадных. А вот над ними уже стоят командиры, которые активно пользуются всеми премудростями стратегии.

Да, у них тоже есть своя иерархия. Мне нужно добраться до самого главного. Того от кого исходят основные приказы. Только тогда я смогу остановить колонизацию миров.

Но вернемся к текущей ситуации. Если не было разведотрядов, значит кто-то сливает информацию.

Хитрые твари весьма умело вербуют в свои ряды алчных простаков.

Существует еще вероятность, что их разведка была просто не обнаружена. Но она крайне мала. Таких тварей сложно скрыть. Кто-нибудь бы обязательно с ними столкнулся в лесу или у речки. Все-таки не медведь или волк.

Вот только кто бы это мог быть? В крепости кто-то явно ведет двойную игру против князя.

Придется найти это предателя.

Затрубил рог, возвещавший о начале охоты.

Ладно, этим займусь по возвращении. Сейчас нужно думать о насущном.

Наказав Старому Мерину провести охоту и приказав собакам во всем его слушаться и докладывать мне, если почувствуют что-то странное, я снова отправился вглубь леса, не забыв взять с собой лук и стрелы.

Была там одна птичка, которая точно могла поразить князя.

Можно было, конечно, и оленя притащить. Да только этим его не удивишь. Олень и олень. В такую тушу не промахнешься.

То ли дело бекас. Его траектория полета совершенно непредсказуема и невозможно предугадать в какую сторону он полетит в следующую секунду.

Среди охотников он считается элитным трофеем, а значит будет моей целью на ближайшее.

Я активизировал свой дар и отправился в гущу лесу. Два часа пустого хождения начинали выводить меня из себя.

Да, мне удалось хорошо пополнить свой бестиарий змеями, хищными птицами и прочим полезным зверьем. Но нужный мне бекас, как сквозь землю провалился. Хотя еще с утра я его хорошо чувствовал, только не придал этому значения. Зря.

Где-то вдалеке я чувствовал вепря и, судя по его метанию, князь с дружиной погонщиков, все-таки набрели на след и решили охотиться на него.

Только мне от этого легче не было. Сколько можно за ним гоняться? Может все-таки оленя. С полчаса назад я уже поймал одного себе на всякий случай.

Но судьба оказалась милостива ко мне. Спустя еще час, я все-таки набрел на ауру, которую так хотел себе заполучить.

С приручением проблем никаких не возникло. Как только я почувствовал бекаса, сразу подозвал к себе, а когда он подлетел и сел мне на руки, одним движением свернул ему шею.

Миссия выполнена. Теперь можно было возвращаться обратно. Только стрелу ему воткну для правдоподобности.

В лагере царило торжество. Оказалось, что погонщики при участии князя загнали-таки вепря и теперь праздновали это событие.

Мясники уже разделывали тушу, а князь, в окружении Ратибора и его команды, сидели у костра.

Григорий Осипович сидел на стуле с высокой спинкой, попивая вино из кубка. Улыбка не сползала с его лица. Да и погонщики пребывали в отличном расположении духа. Остальная аристократия сбилась в кучки, что-то между собой обсуждая.

— Юный Броневой! — воскликнул князь при моем появлении. — Ты приносишь мне удачу! А ну-ка подойди сюда. Я же говорил, что охота удастся. И вот! Заяц — это всегда добрый знак. Подойди, налей себе выпить.

— Спасибо, ваше сиятельство, я не пью, — сказал я в ответ. — У меня для вас подарок. Вот, — я вытащил из мешка мертвую птицу и показал ему.

— Да, ладно⁈ — вытаращил глаза князь. — Бекас? Но как?

Я подошел ближе и отдал добычу его светлости. Мне кажется, у него рот не закрывался от удивления.

— Ну Броневой, — удовлетворительно покачал головой князь. — Ну молодец! Удивил так удивил!

— А я говорил тебе, что он не так прост, как кажется, — усмехнулся Ратибор. — Пацан еще может показать себя.

— Да-а-а, вот уж не думал… Да именно его не хватает в моей коллекции, — распалялся комплиментами князь.

Приятно было слушать его похвалу, но мой дар как будто сошел с ума.

Он начал бурлить так, что меня начала пробирать мелкая дрожь. Кто-то большой и злой стремительно приближался к полянке.

Я не мог понять кто это, а он уже был в пятидесяти метрах от меня. Он двигался слишком быстро!

*Соня*

Это мог быть только… гриммер!

Я сфокусировался, чтобы понять откуда идет сигнал. Пришлось задействовать всю свою силу. И вот он.

Тридцать метров.

Его траектория была хаотична. Путь петлял из стороны в сторону, но конечная цель стала очевидной — князь!

Двадцать метров.

Вглядываясь в чащу леса я приложил не мало усилий, чтобы его разглядеть. Пришлось включить орлиное зрение, тогда изображение приобрело очертания.

Вот. Он!

Десять метров!

Передвигается на четырех лапах, сконцентрировав свой взгляд на князе. Он был не похож на тех, что напали на посад. Невысокий и худой. Такие были у гриммеров одиночками-ассасинами.

Пять метров.

Стража стояла далеко от князя и точно бы не успела к нему. Я схватил его за плечи.

— Ты чего, Броневой? — нахмурился он.

— Простите ваша светлость! — только и успел сказать я.

Навалившись всем тело, я повалил князя на спину.

И вовремя!

В тот же самый момент, над нами пролетела туша гриммера с выставленными вперед когтями.

— Да ты что творишь? Ты хоть понимаешь, что ты наделал? — барахтался князь подо мной. Он еще не понял, что произошло. — Думаешь за твои подношения тебе все можно теперь? Да я тебя к столбу привяжу и лично высеку!

Я быстро поднялся на ноги и обернулся.

Толпа погонщиков окружили тварь. Взяли ее в плотное кольцо, обнажив ксалантиры. Гриммер замер, быстро переводя свой взгляд с одного на другого.

Князь затих, увидев, что происходит.

— Простите, ваша светлость, — не отрываясь от картины, сказал я. — Но в противном случае, я бы не успел.

Князь молчал, приоткрыв рот.

— Берём живым? — грозно спросил Клим, выставив вперед ксалантир в напряженной руке.

— Нет, — отрезал Ратибор.

Гриммер кидался вперед, пытаясь прорваться через плотное кольцо погонщиков. Но они не давали ему выскочить. Он медлил с атакой, понимал, что это может кончиться для него фатально.

Погонщики тоже не спешили действовать. Значит, знают как выигрышней всего сражаться с этими тварями. Еще из прошлой жизни я знаю, что лучше подождать, пока он сам нападет и брать их на контратаке. Но это работало только один на один, либо с численным преимуществом союзников, как сейчас.

— Клим, номер пять! — выкрикнул Джарек, когда поймал на себе взгляд гриммера.

— Принял, — едва успел ответить тот.

Джарек сделал короткий выпад изображая атаку ксалантиром. И вот оно — ответная атака гриммера не заставила себя ждать. Ловко уклонившись от удара, он двинулся вперед всем корпусом, резко выбрасывая вперед руку.

Джарек был готов к этом. Он присел, ловко уклоняясь от удара, а в этот момент к гриммеру со спины подлетел Клим.

Длинным и широким ксалантиром, с головой дракона на крестовине эфеса, он размашисто рубанул тварь.

Лезвие как по маслу прошло сквозь тело гриммера, разрезав его пополам. И правду говорят про это оружие. Мне надо срочно его раздобыть.

Две половинки твари рухнули на песок. Из них разливалась густая серебристая кровь. Он сам еще какое-то время дышал, издавая тихий, протяжный звук «и-и-и», выпуская из легких последние крохи воздуха.

Погонщики подошли ближе к мертвому телу, задумчиво его осматривая.

*Гриммер-ассасин*

— Ассасин, — тихо констатировал Давор.

— Угу, — угрюмо ответил Ратибор.

— Хотел убить князя, — со значением сказал Джарек.

— Угу, — задумчиво повторил Ратибор.

— Ратибор? — позвала его Соня, как будто пытаясь вернуть в реальность.

— Да? — он поднял на нее свои глаза. — Да! Прочесать местность. Джа и Клим, вы охраняете князя, остальные отправляются на поиски. Ассасины не ходят по одиночке. Елисей и Соня, возьмите драконов — контролируйте ситуацию с неба. Всех драконов расставить по периметру, охранять.

— Броневой, — окликнул меня князь, не отрывая взгляд от тела гриммера и подавая мне руку. — Помоги мне встать.

Я схватил его ладонь и потянул на себя.

— Ты спас мне жизнь, — сказал он, отряхиваясь от песка.

— Батюшка, мил человек, што ш делается такое-та-а-а! — его прислуга, как будто пришла в себя и тут же подскочила к нему, чтобы привести в порядке запачканную одежду. — Князь, ясно солнышко, как же так.

Григорий Осипович, наконец, посмотрел на меня.

— Теперь и я рад, что мы слишком часто с тобой встречаемся, — сказал он.

Смотри-ка, помнит.

— Всегда к вашим услугам, — улыбнулся я, сделав короткий поклон головой.

— Просто герой, — цыкнул Ратибор, проходя мимо. — Жаль, что такой старый. Пошли! Поможешь с поисками, — сказал он мне. — Ваша светлость, нужно сворачивать охоту. Здесь становится небезопасно. Велите своим людям собираться. Мы прочешем округу, не исключено что где-то поблизости обитают еще твари. Они могут такой переполох устроить — мало не покажется.

Григорий Осипович кивнул и отправился раздавать указания. Я же, пошел следом за Ратибором в гущу леса.

Вряд ли мы что-то найдем. Кроме этого гриммера, я никого больше не чувствовал. Значит, это была одиночная вылазка. При этом тщательно спланированная.

А значит и в этот раз кто-то навёл их. Слишком дерзко и опасно. Но когда существует вероятность снять верхушку власти, гриммеры обычно идут на это, но рисковать большим количеством своих сил не будут.

Думаю, что Ратибор это понимал и больше перестраховывался, чем действительно опасался атаки.

— Как ты его увидел? — спросил Ратибор, пока мы шли, вглядываясь в чащу леса.

— Такую тушу сложно не заметить, — пожал плечом я.

— И все же? Никто из нас его не видел. И поверь наш глаз сильно натренированнее твоего.

Ну это очень спорное утверждение. Ты же судишь по возрасту, но не смотришь вглубь.

— У меня хорошая реакция, — вслух сказал я. — Часто замечаю то, что другие не видят.

— Слушай, если он князю бекаса принес, — усмехнулся идущий рядом Давор. — То тут и не поспоришь. Лично я уже перестал удивляться, когда юный Броневой, что-нибудь новое нам преподнесет.

Мы шли втроем. Остальные погонщики разбрелись по разным направлениям.

— Что верно, то верно, — отвечал ему Ратибор. — Вот что. Мы заберем тебя с собой. Нечего тебе здесь делать. Пускай не погонщиком, но кем-нибудь другим ты нам очень пригодишься на хребте. А здесь делать нечего. Придумал тоже — псам жопу подтирать.

А вот это уже хорошие новости. Ратибор все никак не может уняться и привлечь меня в свой стан. Пускай так и будет, я не против. Чем ближе я к драконам и гриммерам, тем ближе к своей цели.

Надо только подумать, как переместить свою армию на Урал. Радиус влияния еще не настолько велик, чтобы управлять существами за тысячу километров. Если бы он развит у меня как в прошлом мире, тогда еще можно было подумать. Но сейчас, когда бестиарий практически забит до отказа, очень не хочется все терять и начинать заново. Неизвестно еще к каким последствиям это приведет.

— Надеюсь, что молчание — это знак согласия, — Ратибор вывел меня из задумчивости хлопком по спине.

— Я «за» всеми руками и ногами, — улыбнулся я в ответ.

— Ты делаешь правильный выбор парень, — улыбнулся мне Давор, также хлопая по спине.

О! Вы даже не представляете насколько.

Я шел улыбаясь, пока резко не остановился. В глубине леса мелькнула тень.

— Что там? — указал я в ту сторону.

— Я ничего не вижу.

— Я тоже.

Ратибор с Давором пристально смотрели в направлении, в котором я показывал.

Да теперь и я уже ничего не видел. Хотя стоп.

— Да вон же.

Тень мелькнула еще раз, убегая в обратную от нас сторону. На гриммера непохоже, потому что я ничего не чувствовал, хотя радиуса хватало. Да и животное я никакое не чувствовал. Значит это был человек.

Не дожидаясь никого, я ускорил шаг. Тень, как будто тоже начала двигаться быстрее.

Мне пришлось перейти на бег, чтобы хоть как-то за ней поспеть.

— Что он там увидел? — раздался голос Давора.

— Да хрен его знает. Гриммеры не убегают, — отвечал ему Ратибор.

Я слышал их пыхтение у себя за спиной, но даже и не думал оборачиваться. Взгляд был прикован к убегающей тени. Пришлось включить максимальную скорость и подключить орлов к нашей погоне.

Птицы с высоты своего полета могли быстрее нагнать его и атаковать. Только вот пока были слишком далеко.

Похоже он уставал, потому что расстояние между нами сильно сократилось. Я мог разглядеть его холщовую мантию с капюшоном. Такую я уже видел на верховном магистре Боярышникове. Но это точно был не он. Слишком быстро двигался для старика.

Или все-таки все возможно?

За невысоким перевалом была полянка с бурно текущей речкой. И вот когда я выбежал на нее, то потерял тень из виду.

Просто как сквозь землю провалился.

— Что это было? — спросил у меня запыхавшийся Давор, когда все же добежал до меня.

— Не знаю, — коротко ответил я.

— Парень, ты с ума сошел? — злобно пыхтел Ратибор. — В моем возрасте такие забеги уже не устраивают.

— Это был очень подозрительный тип, — попытался оправдаться я. — В мантии с капюшоном. Я не разглядел лица.

— И где он теперь? — спросил Ратибор.

— Исчез, — пожал плечами я.

— А может тебе привиделось, а? — насмешливо спросил Давор.

Конечно, привиделось. Я же сумасшедший.

— Нет, — отрезал я. — Мы нашли кого-то, кто очень не хотел, чтобы его обнаружили. И то, что он убегал, лишний раз доказывает мою правоту.

— Я никого не видел, — смерил меня взглядом Ратибор.

— Я тоже, — кивнул ему Давор.

Да они просто сговорились. Мы еще стояли какое-то время окидывая взглядом полянку с речкой. Орлы рапортовали мне, что тоже никого не наблюдали.

Все это было очень странно.

— Ладно пойдем. Мы уже тут точно никого не обнаружим, — махнул рукой Ратибор. — Это точно не гриммер. А на остальных мне плевать.

Пока мы шли обратно, я собрал всех новых представителей своего бестиария, приказав заниматься поисками человека в капюшоне. Пчелы, ежи и землеройки — все, кто имел хороший нюх — были отправлены искать следы.

Остальным же, особенно птицам, было велено искать этого типа с помощью зрения.

Ну и оставалось надеяться, что они хоть что-нибудь найдут.

Вернувшись в лагерь, мы обнаружили, что все уже собраны и готовы к отправке. Я сел на свою телегу рядом со Старым Мерином и караван, под конвоем погонщиков драконов отправился в путь.

Развалившись на козлах и закинув руки за голову, я всю дорогу наблюдал, как десяток драконов парил в небе над нами. Порой они спускались так низко, что своими крыльями обдавали нас ветром.

— Ты спишь, Ларион Броневой? — спросил меня мелодичный женский голос.

Я повернул голову. Прекрасная Алиса Ржевская ехала верхом на коне рядом с нашей телегой.

— Нет, — улыбнулся я ей в ответ. — А ты почему не в карете с родителями?

— Не люблю, — поморщила носик она. — Меня там укачивает. К тому же на коне веселее, правда?

Она была одета в белую блузу, из которой торчали две аппетитные груди в виде дынек, и коричневые обтягивающие штаны, которые слишком аппетитно облепляли ее попку. И куда только мать смотрит? А отец?

— Конечно, правда, — улыбнувшись кивнул я. — Если бы ты ехала в карете мы бы не могли насладиться твоей красотой.

— О-о, это точно! — прокряхтел Старый Мерин, шмыгая ртом и подбирая свои слюни.

— Тихо, — шикнул я на него.

Алиса громко засмеялась.

— Какие странные у вас отношения, — сказала она.

— Это не более странно, чем то, что благородная девушка едет верхом в конце колонны, — сказал я.

— Зато здесь я могу найти приятное общество, — лукаво улыбнулась она. — Чего очень не хватает впереди колонны.

А вот это уже приятно.

— Я не видел тебя на охоте, — прищурившись сказал я.

— Да, мы с братом весь день развлекали местную знать, — снова поморщилась она. — Нужно было ходить и со всеми разговаривать. Терпеть этого не могу.

— Пётр здесь?

— Конечно. Едет в карете с отцом и матерью.

— Странно, что и его я тоже не видел.

— Видимо, был сильно занят спасением князя, — усмехнулась Алиса.

— Ты видела?

— Конечно. Все видели. А потом еще долго обсуждали. Ты стал главной темой этой охоты. Просто центр внимания. Даже появление гриммера столько не обсуждали.

— Вот оно как, — крякнул я, задумавшись.

За своими проблемами, я и не увидел, что вся знать на меня пялилась. Ну а куда им еще деваться? Такой переполох был.

Значит, я теперь у всех на виду. Это хорошо и одновременно не очень.

— Да, и отец был снова в восторге, — сказала Алиса. — Говорит, что нам всем тебя бог послал, не иначе. И я, честно говоря, склонна с ним согласиться.

Она лукаво улыбалась, покусывая губы.

— Наверное, — усмехнулся я. — Никогда не задумывался об этом.

За таким разговором мы доехали до крепости. Алиса кокетничала, а я наслаждался ее обществом. Приятная во всех смыслах девушка.

Особенно она радовала тем, что не была избалованной дочерью своих родителей. Еще и активно практиковала разные виды спорта, включая борьбу. Боевая подруга прям. Повезло Ржевскому с сестрой.

Доехав до ее дома, мы распрощались. Она обещала непременно навестить меня на псарне. Конечно, где она и где псарня. Даже звучит смешно. Но ей виднее.

Вечером меня ждал теплый ужин у Крупских.

— Князь хочет, чтобы ты завтра пришел к нему, — сказал Никита Сергеевич, как только мы сели за стол.

— Вот как? — удивился я.

Слуги расставляли тарелки с едой на уже накрытый стол.

— Да, — кивнул Никита Сергеевич. — Сегодня он очень устал. Охота, нападение — все-таки большой стресс. А завтра в самый раз. Я уверен, что он будет склонять тебя на службу при дворе. Григорий Осипович очень честный человек и таких вещей не забывает.

— Это вряд ли у него получится, — помотал головой я.

— Это почему еще? — нахмурился Никита Сергеевич. — Неужели так нравится на своей псарне?

— Никита Сергеевич, свет мой, — пропела Эльза Павловна. — Не сердись так, морщинки будут потом.

— А я и не сержусь.

— Вы меня неправильно поняли, — попытался исправить ситуацию я. Неохота было слышать его фырчание от слова «совсем». — Ратибор предложил мне поехать с ними. Сказал, что такие люди нужны на хребте больше, чем здесь.

— А ты? — хмуро сказал он.

— Согласился, конечно, — аккуратно сказал я. — Такую возможность грех упускать.

— То есть ты добровольно подписал себе смертный приговор, правильно я понимаю? — еще сильнее нахмурился Никита Сергеевич. — Ты знаешь какой процент выживания на хребте у молодых пацанов вроде тебя? Тридцать! Каждый третий только выживает, остальные гибнут. И это я говорю про одаренных, не то, что обычного парня вроде тебя.

Вот тебе «здрасьте, приехали». Он что, за меня переживает?

— А что лучше отсиживаться здесь? — спросил я. — Гриммеры уже в Самаре. Сегодняшний день тому подтверждение. Если мы их не сдержим на Урале, и этой крепости не будет. Ничего не будет. Совсем.

Никита Сергеевич молчал, грозно глядя на меня и сжимая в руке вилку с такой силой, что казалось она вот-вот согнется под его натиском.

— А я тоже хочу на Урал! — подала вдруг голос Ника. — Сражаться с гриммерами на драконе!

— Право тебе, детка, — заворковала Эльза Павловна. — Что ты такое говоришь? Таким юным созданиям нечего делать на хребте. Особенно девочкам. И я согласна с Никитой Сергеевичем. Тебе следует отказаться от этой идеи, Ларион. Подумай о своих сестре и брате.

— А что он должен сидеть сложа руки? — возмущенно сказала Ника. — Гриммеры разрушили посад! Наш дом! Отняли наших родителей. Всё, что мы так любили! Я хочу им отомстить! И поеду с братом, если из-за меня он вынужден будет остаться. И Никона возьму с собой.

— Ника! — попыталась приструнить её Эльза Павловна.

— Что Ника? Ну что Ника? — распалялась сестра. — Я уже взрослая. И способна сама позаботиться о брате. А Ларик пускай сражается с этому тварями. Я вырасту и присоединюсь к нему. Вместе мы истребим их всех! До единого!

Никита Сергеевич сидел красный, как варёный рак. Эльза Павловна, наоборот, сильно побледнела. Вот уж не думал, что такие решения вызовут подобную реакцию.

Но в одном я с ними был согласен — Нике нечего делать на хребте. У нее боевой нрав, но это слишком опасно.

— Ника, тише. Я…

Договорить я не успел.

*БА-А-АХ*

Взрыв эхом разнесся по дому. Не так громко, как в посаде, но все же очень ощутимо.

Опять?

*Алиса Ржевская*

— Живо в подвал! — рявкнул Никита Сергеевич.

Дважды повторять не нужно было. Эльза Павловна схватила Шурку и Никона в охапку и побежала к двери, ведущей вниз.

Испуганная Ника, втянув голову в плечи, следовала за ними, взяв за руку старшую дочь Крупских — Нинку.

Поднялась суета, слуги и остальные обитатели дома, подняв визг, бросились за своей хозяйкой.

Я же вскочил и бросился к двери на выход. Следом за мной бежал командир городской стражи Крупский.

Вечернее небо озарял яркий желтый свет от взрывов. Я перевел свой взгляд на стену крепости. Магический барьер сотрясался под ударами огненных шаров.

— Ларион! — строго сказал за моей спиной Никита Сергеевич. — Быстро иди в дом! — он оседлал своего коня. — И не вздумай никуда оттуда выйти. Приеду — проверю. Но, пошла!

С трудом справляясь, с испуганным животным, Крупский ускакал. Побежал к князю, куда ж еще.

А я и не думал возвращаться в дом. Делать мне там было нечего. Я прямо чувствовал, как нужен сейчас людям, которые будут защищать крепость.

Выбежав за калитку, я оказался на улице, где царил полнейший хаос. Люди бежали к своим домам, не разбирая ничего на своем пути. А взрывы все гремели и гремели.

Нужно подняться на стену, тогда будет ясна картина. Погонщики где-то рядом, они точно будут отражать эту атаку, больше никто не сможет.

Плюс ко всему надо помочь людям добраться из посада в крепость. А там точно такие были — люди активно восстанавливали свои дома.

Но сначала, я замер.

Гестия была за тридцать километров от крепости. Что она делала так далеко — непонятно. Я приказал ей немедленно возвращаться в крепость, сообщив об очередном нападении на посад. Она послушалась.

Остается только надеется, что остальные драконы с ней и последуют следом.

Сконцентрировавшись на своем даре, я определил его максимальный радиус действия.

Черт, на всю крепость не хватает. На посад так тем более. Ладно. Я успокоил всех животных, до кого мог дотянуться. Добавил им хладнокровия и бесстрашия. Особое внимание уделил коням — они запросто могут сбросить с себя наездника, если сильно испугаются.

Это самое малое, что я мог сделать на данный момент.

Подозвав первую попавшуюся лошадь, я поскакал к стене. Ближайший подъем на нее был у северной башни, дальше нужно было пройтись по стене, чтобы добраться до места атаки.

Остановив коня у лестницы, я приказал ему бежать в посад и помогать людям добираться до ворот крепости, а сам поднялся наверх.

Никуда идти не пришлось. С башни было прекрасно видно, что нападение гриммеров снова сосредоточено у главных ворот крепости. Там же на барбакане стоял князь в окружении огромного количества лучников и своей свиты, среди которых был Крупский. Похоже он перехватил их по дороге.

Вглядываясь в темноту «орлиным зрением», я видел всё, что происходит в округе.

Рукопашных единиц гриммеров было на этот раз мало. Основная масса атакующих, были артиллерийские единицы с вылезающими из спины жерлами, из которых они и запускали огненные шары по крепости.

Кучками по десять-пятнадцать штук, они были рассредоточены дугой вокруг посада. Траектория выстрела по прямой обеспечивала точное поражение магического барьера прямо над главными воротами крепости.

И таких кучек было около двадцати.

Стратегия гриммеров, как всегда, была на высоте. Не совсем понятно только, почему они в первую атаку на посад не применили такую тактику. Скорее всего просто не ожидали столь быстрой переправки драконов сюда.

И вот в них-то сейчас снова все упрётся. Их артиллерийские орудия бьют слишком медленно, от таких ударов дракон легко может увернуться, а значит снова сожжет всех.

Странно, что они до сих пор не появились.

Магический барьер показывал себя с лучшей стороны, достойно выдерживая все удары огненных шаров. Но если гриммеры с таким упорством по нему лупили, то значит видели в этом смысл.

Барьер скоро падет, в этом у меня не было сомнений. Вопрос только — когда?

Радиуса дара теперь мне хватало на весь посад. А значит не нужно его распылять на нетронутые зоны крепости.

Я немного освободил свой бестиарий и захватил всех животных что были в посаде. Более мелким, от которых не было толку, приказал бежать в крепость, а не отсиживаться по подворотням.

Более крупным, типа лошадей, приказал также успокоиться и вывозить людей из посада. При этом, чтобы непременно возвращались обратно за новыми нуждающимися.

Да, будет выглядеть странно, и кто-то сочтет это чудом. Но зато поможет людям, и никто не подумает на меня.

Это самое малое, что я могу сделать в этой ситуации.

Черт! Где же Гестия? Почему так долго?

Я снова связался с ней.

«Лечу, хозяин! Две минуты», — раздалось у меня в голове.

«О! Так ты разговариваешь? А чего раньше молчала?» — ответил я ей.

«Не хотела!» — тут же отозвалась она.

Надо же, какие мы. С гонором. Ладно-ладно. Я и не хотел требовать от нее безропотного подчинения.

Мало ли. Дракон-то в моей коллекции только один, а дар сбоит, как только может. Еще не дай бог хвостом махнет и улетит от меня. Непонятно же отчего это все зависит.

«А теперь почему ответила?» — спросил я.

«Ой все, мне некогда!» — фыркнула она.

Ц! Женщины!

Они появились из облаков. Десять драконов и десять погонщиков на них. Вот тут и началось светопреставление.

Драконы пикировали вниз с разных сторон, клином залетая на расстояние атаки, и выпускали широкие столбы огня в артиллерию гриммеров.

Взрывы у барьера стихли. Твари разворачивали свои орудия, направляя их в сторону появившейся угрозы.

Теперь погонщикам пришлось несладко. Нужно было планировать свои атаки, маневрируя между летящими на них залпами огня.

Все смешалось. Только алый свет озарял все вокруг, ослепляя мой взгляд. И грохот от орудия разрезал тишину.

Честно говоря, я был удивлен подготовкой погонщиков и их драконов. Настолько опытные воины, что даже в таком бою умудрялись показывать высший пилотаж.

Методично, отряд за отрядом, они уничтожали батальон гриммеров.

Вот Джарек пикировал вниз, навстречу огненному шару, и казалось, что вот-вот они столкнуться, но погонщик в последний момент уводил дракона в сторону, закручиваясь в крутом пике, и давал залп огня по отряду.

Такую тактику применяли и другие погонщики.

Кони доложили мне, что больше в посаде людей нет. Они увели всех, кто был в зоне их досягаемости. Заходить вглубь они отказывались напрочь. Считали такую вылазку слишком опасной для их жизни.

Вот что значит неполноценный дар. Без прикосновения ты не можешь отдавать смертельно опасные приказы.

Что ж, хотя бы так.

Тут произошла неожиданность, от которой я даже вздрогнул.

Демигар, дракон Сони, не смог вовремя сложить крыло во время очередного уворота от залпа огня. Удар был такой силы, что оно порвалось в самом центре, прямо под костью.

Я видел, как Соня теряет управление. Она что-то истошно кричала, но я совершенно не слышал что именно. Дракон пытался выровнять свою траекторию и спикировать.

Еще один залп ударил ему прямо в живот. Соню выбросило из стремян и подбросило в воздухе.

Они падали. Падали отдельно, каждый пытаясь дотянуться друг до друга.

«Гестия!» — мысленно завопил я. — «Срочно спасай!»

Ратибор матерился.

Его дракон перестал слушаться и, сложив крылья вдоль тела, стремглав устремился вниз.

Скорости были слишком высоки, а земля уже приближалась. Соня барахтала руками и ногами, неистово крутясь в воздухе вокруг своей оси. Похоже она была ранена.

Ситуацию усложняли выстрелы гриммером. Если бы не они, Гестия могла быстрее набрать скорость, а так ей пришлось уклониться от трех.

Мне оставалось только надеяться, что один из выстрелов не угадит прямо в Соню, ибо четыре раза они пролетали от нее в опасной близости.

Практически в последний момент, Гестия ускорилась и у самой земли, схватила девушку в задние лапы. Быстро поднимаясь ввысь, она полетела ко мне.

Демигар, тяжелой тушей, рухнул на крышу одного из домов посада. Уже лежа, он пару раз поднял голову, а потом без сил опустил ее вниз.

Неужели умер?

Гулко хлопая крыльями, Гестия положила рядом со мной бессознательное тело Сони, а сама приземлилась рядом.

— Что за непослушная бестия! — орал Ратибор на дракона. — Броневой! Опять ты? Позаботься о девушке. Вперед, Гестия! А энак’х!

Гестия сначала вопросительно посмотрела на меня, но я тут же приказал ей отправляться обратно в бой. Взмахнув крыльями, она быстро взлетела ввысь.

Я просканировал тело Сони. Никаких повреждений не было, только сильно опаленная огнем одежда. Скорее всего просто потеряла сознание.

Легонько похлопав ее по щекам, я приоткрыл веки ее глаз. Соня резко распахнула их. Ее молниеносная реакция не заставила себя ждать. Резкий удар левой, от которого я едва успел увернуться.

Вот тебе и награда, которая чуть не нашла своего героя.

— Э-эй! — возмущенно протянул я. — Совсем что ли? Я вообще-то тебе тут жизнь спасаю!

— Не надо меня трогать, Броневой, — ощетинилась она. — Где мой дракон?

Я горько прикрыл глаза и мотнул головой в сторону посада. Соня поднялась на ноги.

— Только не это! — воскликнула она. — Зараза!

— Стой! Куда ты?

— За своим драконом, — она развернулась и пошла к лестнице. Я едва успел ее остановить.

— С ума сошла? — воскликнул я, хватая ее за руку. — Там тебя спалят. Ты ему сейчас ничем не поможешь.

Соня как-то обреченно выдохнула, опустив плечи. Казалось, вот-вот она заплачет, но девушка стойко держалась.

Тем временем отражение атаки на крепость заканчивалось. Оставались последние два отряда артиллерии, которые слаженными силами погонщиков были быстро уничтожены.

Уже буквально через пять минут, все десять погонщиков были на стене.

Ратибор слез с дракона первым и подошел к Соне.

— Ты как? — заботливо спросил он. — Цела?

— Жива, но не цела, — мрачно ответила девушка. — Что с Демигаром? Ты его видел?

— Видел, — кивнул Ратибор. — Он дышит, но глаза закрыты. Это плохо.

— Знаю, — опустила голову Соня.

— Все будет хорошо, — попытался успокоить ее Ратибор. — Бери Елисея и летите к нему. Джа, мы с тобой идем к князю, — он выпрямился, начав раздавать приказы. — Остальные — добейте оставшихся гриммеров, если таковые имеются, а потом патрулируйте воздух. Мы не можем себе позволить этой атаке повториться. Итак, опоздали на нее. За дело! Броневой, ты еще тут? Почему как что-то случается с нами, так ты тут как тут? Почему не спрятался?

Ага, я пятьдесят человек увел в укрытие, не меньше. Не спрятался…

— А вдруг вам бы понадобилась моя помощь, — ответил я.

Погонщики, не смотря на только что закончившуюся битву, дружно заржали.

— Да уж, куда мы без тебя! — сказал Давор.

— Эх если бы не ты, — гоготал Клим.

Ратибор только вяло улыбнулся, а Джарек и этим меня не порадовал.

— Всё, мы справились, — по-доброму сказал Ратибор. — Можешь быть спокоен и иди к семье, пока есть такая возможность.

Дружно проводив меня, они отправились каждый выполнять свой приказ. А мне только того и надо было.

Сначала я решил проверить как там Ника и Никона. А потом, убедившись, что всё в порядке отправился ближе к замку.

— Семигар пришёл! Семигар уже здесь! — как обычно выл на ступенях лестницы местный глашатай. — Он обрушил на нас огненный дождь! Он хотел смыть наши грехи, а драконщики ему помешали. Бойтесь их, ибо когда придет Семигар, нам уже ничего не поможет!

Вот же неугомонный.

В сам замок я заходить не стал, чтобы лишний раз не привлекать к себе внимания. Расположившись недалеко, чтобы иметь лучшую связь со своими подданными, я подключился к паучкам, которых до этого оставил следить за кабинетом князя.

Ратибор с Джареком уже был внутри. Они стояли перед князем, который ходил из угла в угол в своем кабинете. Василий Геннадьевич, его окольничий, тихо сидел в уголочке, мирно наблюдая за происходящим

— Где вы были? Почему так долго? — негодовал князь.

— Прочесывали местность. Нужно было проверить одну теорию, — отвечал Ратибор.

— Это еще какую?

— Нападение на тебя, ваша светлость, было сегодня тщательно спланированным актом, — говорил Ратибор. — Эти твари не ходят по одиночке, только организованной группой. Но мы никак не можем найти следов. Мое предположение заключалось в том, что они находились где-то недалеко от той поляны, где вы сегодня охотились. Я ошибался. Это был отвлекающий маневр. Считаю, что нас специально выманили туда, чтобы совершить очередную атаку на замок.

Князь сел в одно из своих кресел.

— Меня предупреждали, что на крепость готовится атака, только я не верил, — говорил он. — Мы даже поговорить с вами об этом не успели и вот опять. Хорошо, что вы вовремя прибыли и успели ее остановить.

— Это да, — кивнул Ратибор. — Если бы не мой дракон, боюсь представить, что бы произошло. Это она панику подняла и повела всех за собой. Совершенно меня не слушалась сегодня. То полетит неизвестно куда, то вниз Соньку броситься спасать. Не узнаю ее прям. Но это так, лирика. Много людей погибло?

— Не знаю еще, — мрачно сказал князь, прикрыв лицо ладонями. — Гораздо меньше, чем в первую атаку. Там и в принципе сейчас мало кто живет, плюс многие успели заехать на лошадях. Терпимо в общем. Но все равно это боль каждого, наша общая боль. Люди напуганы и разобщены.

— Ты сможешь их воссоединить, я верю, — сказал Ратибор и тут же помрачнел. — Тебе придется очень тяжело. Не сочувствую тебе, прямо скажу. Готовься к худшему. Будут еще атаки. Не знаю, чем им так приглянулся твой город, но просто так они тебя уже не оставят.

— Ты хотел сказать «нас»? Нас не оставят? — поправил его князь.

Ратибор угрюмо покачал головой.

— Мы получили сегодня сообщение, что наш отряд нужен на хребте немедленно, — подал голос Джарек. — Твари усилили свой натиск. Их количество удвоилось, а на некоторых фронтах утроилось. Если раньше линия фронта была достаточно стабильна, то теперь она рушится. Первый круг обороны был сломлен вчера. Погибло много людей, которых и так катастрофически не хватает. Мы не можем больше защищать одну единственную крепость.

Князь бледнел на глазах. Опустив руки и понурив голову, он переводил свой взгляд с Ратибора на Джарека.

— Как не можете? — ахнул Василий Геннадьевич. — Мы же все тут пропадем

— Мне жаль, Григорий Осипович, — развел руками Ратибор. — Но завтра мы улетаем. Я постараюсь к тебе кого-нибудь прислать. Но большой помощи от этого не жди. Максимум группка одаренных и оружие. Я думаю, наши маги смогут создать портал, чтобы передать вам сюда хотя бы доспехи и ксалантиры. Оденешь своих витязей, они смогут хоть как-то противостоять в рукопашную. Там, конечно, нужна своя подготовка, но они у тебя бравые ребята, я видел.

Князь молчал.

— Вы же понимаете, что это ничего не решит, — после долгой паузы сказал он. — Я видел, как сегодня содрогался барьер. Его не хватит надолго. Точно такая же атака как сегодня, и он выстоит максимум неделю, а то и гораздо меньше. Не удивлюсь если они стянут сюда еще большие силы, когда узнают, что вы улетели и нам нечем ответить.

— Попроси помощи у соседних крепостей, — подал идею Ратибор.

— Да, Саратов или Казань быстро переправят сюда свои войска, — резонно подметил Джарек.

— И что толку? — сокрушался князь. — Кормить гриммеров пушечным мясом? Витязи не выстоят против этих тварей. Я знаю, я сам видел. Человек ничего не может им противопоставить.

— Смотря какой человек, — усмехнулся Ратибор. — Видал я одного пацана, который справился с двумя и даже глазом не моргнул.

— Кто именно? Броневой? — с надеждой спросил князь.

— Именно, — кивнул Ратибор. — Так что у тебя есть все шансы и витязей обучить. Мы потренировали их немного перед отлетом. Недолго. Всего пару дней. Но это уже кое-что. По крайней мере слабые точки они знают. Так что не вешай нос, Григорий Осипович.

— Так подожди, — вдруг встал на ноги князь Засекин. — А что с драконом, которого ранили? Я видел, что один из них пал в бою. Ты там еще девчонку подхватил.

Ратибор почесал затылок, поджав губы.

— Да, с этим большая проблема, — сказал он.

— Все будет зависеть от тяжести ранения, — снова встрял Джарек. — Если не сильное, то наши люди смогут его подлатать и он сможет полететь. Сам или с помощью других драконов. А если там, что-то серьезное, то придется оставить его тут. Транспортировать пятитонного дракона мы никак не сможем.

— Все так, — подтвердил Ратибор. — Оставим, и пришлем сюда драконьих целителей. И будем надеяться, что Демигара смогут выходить. Драконы у нас в большом дефиците.

— Что ж это хорошо, — кивнул князь. — Один дракон лучше, чем ничего.

— Не знаю, чем он тебе сможет быть полезен, — усмехнулся Ратибор. — Но рад, что смог тебя хоть немного обнадежить. А теперь немного разочарую. Опять.

Князь Засекин вопросительно уставился на него, слегка приоткрыв рот. Похоже он уже был готов ко всему.

— Я заберу Броневого с собой, — продолжил Ратибор. — В погонщики он не годится, но с его навыками мы сможем его пристроить. Он уже дал нам положительный ответ.

Кожа князя от белого цвета перешла к красному.

— Это уже чересчур. Нет, погонщик, — твердо сказал Григорий Осипович. — Броневой — мой человек. Я тебе его не отдам. Никуда он с вами не полетит. Это мое слово. Точка!

Не, ну какого все время кто-то мне портит всю малину? Нормально же все складывалось, нет надо было князю влезть.

Ратибор еще молодец такой. На кой черт он напомнил князю, что я с гриммерами справлялся? Ясен пень, он теперь от меня не отстанет, когда оказался в таком положении.

С другой стороны, ситуация сложная. Даже не знаю, где бы я хотел оказаться больше в данный момент — здесь или на хребте.

Улететь одному, означало оставить Нику и Никона в Самаре. А шансы на выживание у них здесь будут крайне малы. Гриммеры точно не остановятся на этом.

Да и людей здесь жалко.

А чем я могу им помочь?

Я сжал кулаки и стиснул зубы.

Да чем угодно! Сделаю все, что в моих силах, чтобы спасти этот город. У меня есть силы, дар и больной дракон. Вот и будем думать, что с этим сделать.

Оружие и доспехи будут, а значит наши шансы на победу увеличатся кратно. Витязи — лучшие воины крепости. Если дать им инструмент сражения с гриммерами, то можно и о победе говорить.

Вопрос только какую вылазку на этот раз предпримут эти твари. Мощь атаки будет только увеличиваться. Не знаю их предел по перемещению сюда, но он явно растет. Перебрасывать бОльшие силы у них стало получаться лучше. Это было видно по сегодняшней артиллерии.

Дальше слушать князя и Ратибора смысла не было, поэтому я отправился в дом Крупских.

Сестра и брат были напуганы. Как в целом и все домочадцы. Я как мог их успокоил, но это мало помогло. Все решили ждать возвращения Никиты Сергеевича.

Пускай, раз им так проще.

Заперевшись у себя в комнате, я перебрал свой бестиарий вернув всё в исходное состояние. С таким набором существ мне было куда комфортнее. Ну нахрена мне столько коней?

На следующий день, как обычно заглянув на псарню, я пошел прямиком к погонщикам. Нового они мне ничего сказать не смогут, но мне остро требовалось понять, что с Демигаром и какое в итоге решение они примут по нему.

— А, Броневой, — усмехнулся Ратибор, пакуя свои вещи в мешок. — У меня для тебя плохие новости.

Я застал его в доме, где царила спокойная суета. Погонщики народ военный, поэтому сильно организованный. С шутками и прибаутками, они собирались в дальнюю дорогу.

— Не берете меня, да? — я попытался изобразить разочарование.

— Пока, нет, — Ратибор посмотрел на меня исподлобья. — Князь сказал, что ты нужнее сейчас здесь. Нужнее ему — понимаешь? И в целом, я с ним в этом согласен. На хребте сейчас тяжело, поэтому нам приходиться улетать. В более спокойное время, я бы так ни за что не поступил. Но там все очень печально поверь.

— Верю, — кивнул я.

— Молодец, — усмехнулся он. — И обрати внимание, что князь делает на тебе акцент. Старайся держаться к нему поближе, а не делать дебильных поступков вроде работы на псарне. И тогда ты быстро поднимешься. Я уверен.

Ага. Если бы не работа на псарне, я бы никак не попал на охоту и не спас бы вашего князя. Вы многого не видите, товарищ Ратибор.

— Постараюсь, — снов кивнул я ему в ответ. — А что с Демигаром? Он жив?

— Живой, бедолага, — с горечью сказал Ратибор. — Но досталось ему сильно. Крепко ударило о крышу. Мы пришлем сюда лекарей. Кстати, Соня остается здесь с ним.

— Вот как? — я приподнял брови от удивления.

— Да, — кивнул Ратибор. — Куда погонщик без своего дракона, верно? Да и на хребте без него делать особо нечего, если ты не одаренный. Так что пускай лучше здесь побудет. Ты уж составь ей компанию, не бросай красивую девушку одну, — подмигнул он мне.

О, за это можете не переживать. Только сомневаюсь, что у нас будет время на праздные разговоры.

— Будут же новые атаки на посад, — намекнул я ему.

— Будут, — тяжко вздохнул Ратибор. — Причем в ближайшее время. Но мы вас не бросим, — снова подмигнул он мне. — Пришлем подмогу. А как только закончим все дела на хребте, сразу обратно к вам.

Вот даже как? То есть он планирует вернуться. Это уже хорошо. Только когда? Перспектива может оказаться гораздо дальше, чем он думает. Вряд ли они так быстро остановят такое обширное наступление.

— Ты главное не унывай и не лезь особо на рожон, — со значением посмотрел на меня Ратибор. — А то я тебя знаю — как какая проблема, так ты тут как тут. Но и таланты свои особо не прячь. Чует моё сердце, ты еще пригодишься князю.

Я поблагодарил его и на этой ноте мы расстались. Попрощавшись со всеми погонщиками, я вышел из их дома. С Джареком только не удалось, но он, как мне сказали, заперся в своей комнате. А я и не расстроился.

Сони тоже не было видно. Скорее всего поправляет свое здоровье у лекарей. Да и прощаться с ней необязательно — еще увидимся.

Картина стала более-менее ясной.

«Гестия» — мысленно позвал я дракона.

Молчание. Что за фифа такая!

«Гестия, ответь»

Тишина. Я проверил ее местонахождение. Дракон лежал в районе амбара, отдыхая перед дальней дорогой.

«Ответь, я сказал. Это приказ!»

«Чего тебе, хозяин?» — раздался ленивый голос у меня в голове.

Вот только угрозы и работают. По-хорошему понимать мы не хотим.

«Сколько времени понадобиться, чтобы долететь с хребта сюда?» — спросил я.

«Не считала. Часов пять-шесть» — после небольших раздумий ответил дракон.

«Отлично! Наша связь может ослабнуть из-за расстояния. Но ты все равно останешься в моем подчинении, это ясно?»

«Ты меня бросаешь?» — с явно возмущением спросила Гестия.

«Нет. Но я не могу оставить тебя с собой. Ты нужна на хребте. Если твари прорвут оборону, то всем нам придется плохо. Так что выбора у меня нет. Но ты меня там не забывай», — сказал я.

«Это будет непросто», — лукаво ответила она.

Флиртует что ли? То игнор, то флирт. Ведет себя, как типичная женщина. Ох уж…

«Я отправлю с тобой десяток пассажиров. Мне нужны глаза и уши на хребте. Они маленькие, ты совсем их не заметишь»

«Пускай держатся крепче», — фыркнула Гестия.

После этой фразы, я не мог добиться от нее ответа, как ни пытался. Обиделась что ли? Ну ничего, отойдет. У нее выбора просто нет.

Я отправил к ней пару крыс, десяток паучков и тридцать таракашек, сильно сомневаясь, что хоть кто-нибудь из них доберется до хребта живым. Маленькая армия спряталась между складок чешуи в разных местах, но все равно это очень ненадежно. Дракон постоянно в движении, плюс скорость. Эх, какая-то суицидальная миссия.

Да и к связи на расстоянии у меня большие вопросы. Дар слабел если вассал находился слишком далеко. В прошлом мире такого не было, а здесь это сильно ощущалось. Тоненькие нити точно должны были остаться. Насовсем из моего подчинения они выйти не могли, но и свободы чувствовали гораздо больше.

Что ж будем посмотреть.

На отлёт погонщиков собралась по меньшей мере половина крепости. Мужики смотрели с сожалением, бабы плакали, дети ничего не понимали и носились, как угорелые крича изо всех сил «Драконы! Драконы!». Хорошо, что они так мало понимали пока.

Все остальные отдавали себе отчет, что от них сейчас улетают единственные защитники, а в том, что гриммеры совершат новую атаку, ни у одного здравомыслящего человека сомнений не было.

Только князь и все приближенные дворяне, не удостоили отлёт погонщиков своим визитом, чем сильно расстраивали Ратибора. А может ему просто было горько улетать отсюда, понимая, что они оставляют всех на верную смерть.

Крепко же обиделся на него Григорий Осипович. Хотя, его тоже можно понять. Одни сражаются за большое дело, а что делать тем, на кого просто не хватает времени и ресурсов? Война — это кровь и слёзы. Тут уж ничего не поделаешь.

Люди несли погонщиком хлеб в дорогу, мясо и другие сувениры. Каждый кто что мог. Многие молили их остаться, чем заставляли только ниже склонять и так понурые головы погонщиков.

Только Джарек держался прямо, не смотря ни на кого. Этого ничего не прошибает. Человек-кодекс.

Они улетели. Размашисто развернув крылья, одновременно стартанули в небо. Люди еще долго смотрели вдаль, все еще надеясь, что они развернуться и останутся с ними, на их защите. Надежды не оправдались.

Среди толпы я увидел Соню. Она стояла в стороне от всех, сложив руки на пышной груди. Смотрела с грустью за улетающими друзьями. Горько наверно расставаться после стольких лет дружбы, но и верного товарища-дракона, она оставить не могла.

— Привет, — улыбнулся я, подойдя к ней.

— Привет, Лари, — кивнула девушка.

— Не видел, чтобы ты прощалась с погонщиками, — сказал я.

— Зачем? Мы попрощались еще дома, — спокойно ответила Соня. — Долгие проводы, лишние слёзы, как говорят.

— Как ты? — с заботой спросил я.

— Потихоньку прихожу в себя, — ответила она. — Лекари меня подлатали. Стало более-менее хорошо.

— Рад, что ты в порядке, — кивнул я. — А как Демигар?

Она пристально на меня посмотрела, а потом протяжно выдохнула.

— Пойдем, — махнула она рукой и не дожидаясь моего ответа отправилась внутрь амбара. Там, заняв четыре стойла, лежал аметистовый дракон с закрытыми глазами. Он тяжело дышал и временами вздрагивал, как будто его тело пробивала судорога.

Соня подошла к нему ближе и ласково погладила по широкой морде.

— Видишь? — спросила она. — У него закрыты глаза. Для дракона это очень плохой знак. Они редко закрывают глаза. В основном, только когда спят. Так они восстанавливаются. Значит сейчас он изо всех сил пытается регенерировать свое тело. Но судя по масштабу повреждений у него самого это не получится.

— Сильно ударился об землю?

— Очень, — вздохнула Соня. — Похоже поврежден позвоночник. Без особых лекарей драконов здесь не обойтись. Ратибор отправил послание на хребет. Только что толку? Здесь счёт идёт не на часы, а на минуты. Пока оно дойдет, пока одаренные откроют портал. Мне остается только надеяться.

Я молча смотрел на поникшую девушку. Она всегда была такая боевая и веселая, а тут на ней совершенно не было лица. Бледная и напуганная.

— Не знаю, что сказать, кроме как — не переживай, — сказал я. — Но это вряд ли поможет. Даже представить не могу, какие слова могут облегчить твою боль. Здесь остается только верить. Верить, что все будет хорошо и Демигар поправиться.

Соня посмотрела на меня, не прекращая ласково водить ладонью по дракону.

— Погладь его, — вдруг сказала она. — Ему сейчас нужна любая поддержка.

Я не особо в это верил, но раз ей так будет легче, то почему нет?

Пожав плечом, я подошел ближе к дракону и положил свою ладонь рядом с Сониной.

Меня словно током прошибло. Мурашки побежали от макушки до кончиков пальцев ног. Я чувствовал дракона всего. Целиком!

Приручил!

Очуметь! Как это работает? И почему именно сейчас и именно с ним? Все зависит от силы дракона?

Черт! Да это же все меняет. Прости, Сонь, но этот дракон теперь мой. Вот так просто и неожиданно для меня.

А Демигар толком и не отреагировал на приручение. Только в очередной раз содрогнулся и шумно выдохнул.

Я попытался с ним соединиться и поговорить, как с Гестией, но все попытки оказались тщетны.

Ладно. Скорее всего он еще слишком слаб. Теперь главное, чтобы не умер. Мне нужны драконы! Как можно больше.

— Ну как? — спросила Соня.

Я хотел пошутить на радостях, но вовремя себя одернул.

— Холодный, — только и ответил я.

— И приятный, да? — закивала Соня. — Мне нравится какие они наощупь. Иногда такие склизкие, что просто жуть. А иногда вот такие — мягкие и холодные.

— Приятный, — подтвердил я. — Слушай мне надо идти — много дел. Верю, что все наладится и Демигар выживет. По крайней мере я сделаю все возможное.

Соня вяло улыбнулась и лукаво посмотрела на меня.

— От тебя, Ларион Броневой, — сказала она. — Можно все, что угодно ожидать. Так что теперь мне намного спокойнее.

Непонятно было с сарказмом она это сказала или нет. Ну да ладно.

Попрощавшись, я поспешил обратно в замок. Мне срочно нужно было проверить свой бестиарий, привести его в порядок и расширить. А для этого требовалось спокойное уединенное место, где меня часов пять никто не будет трогать.

— Стой, где стоишь, сученыш! — мерзкий голос сорвал мои планы.

Я сначала даже не понял, что это обращаются ко мне, но когда из подворотни выскочили трое человек, все встало на свои места.

Мелкий коренастый мужичок с худым лицом, а за ним два амбала ростом не ниже двух метров и бицепсами размером с среднюю голову.

— У нас к тебе есть пара вопросов, — обнажил беззубую улыбку мужичок.

— Сколько времени не знаю, — резко ответил я. — Дорогу не покажу, потому что не местный. Денег нет. Я на все вопросы ответил?

— Да он у нас юморист, я погляжу, — слащаво улыбался мужичок. Ну и противная улыбка у него. Прикрывался бы хоть. Хотя, о чем я? Каких манер от такого персонажа можно ждать. — Расскажи-ка нам еще пару шутеек, может поржем вместе. Или можем тебя в узел завязать и посмеяться над этим. Что скажешь?

Вот неохота с ними драться в рукопашную. Совсем.

— Вы нормальные вообще парни? — со значением посмотрел я на них. — Город скоро будет в осаде, наша последняя надежда только что улетела. А вы вместо того, чтобы делать хоть что-то для его защиты, носитесь по улицам и вышибаете мелочь у слабых. Вот завтра нападут гриммеры, разрушат барьер и ворвутся в крепость. Что делать будете? Или не видели, как они голыми руками рвут людей на части?

— Да нам-то что? — отмахнулся мужичок. — Нам платят мы и вышибаем. И не мелочь, а всю дурь из слишком дерзкой черни. Дворяне не прощают обид.

Ах вот оно что! Это не залетные, а посланные моими любимыми оборзевшими рожами аристократами. В принципе, я ожидал чего-то подобного.

— Погоди, щербатый. Пацан дело говорит, — один из амбалов, отпихнув мужичка в сторону, сделал шаг вперед.

Щербатый? Да уж, прозвище под стать. Только щербинка половину рта занимает.

— Ты слишком осведомлен я смотрю об этом, — сказал амбал. — Когда будет новая атака?

— В ближайшие дни, будь уверен, — кивнул я. — И она будет куда сильнее предыдущих. Вряд ли мы сможем их остановить без погонщиков.

— Ты хочешь сказать, что городу кирдык? — подал голос второй амбал.

— Скорее всего, — кивнул я.

— А че тогда бароны не бегут? Первые же побежали бы. Им че жизнь не дорога? — усмехнулся Щербатый. — Врёт он все парни. У нас такие связи в высших кругах, мы бы знали, что на нас надвигается жопа. Давайте, крутите его в бараний рог и в трактир пойдем. Жрать охота.

Амбалы угрожающе дернулись вперед

— А ты не думал, дурья твоя, башка, что они просто не знают об этом? — задал я вопрос Щербатому. — Если князь им обо всем расскажет, то они точно побегут. А люди нужны крепости. Кто еще будет сражаться?

— Бароны значит не знают, а он знает, — захохотал Щербатый. — Смотри какой ушлый нам тут попался. Всё, хватит с меня этой чуши.

— Да подожди ты, — одернул его первый амбал. — Я и без князя понимаю, что это еще не конец.

— Короче, слушайте сюда, — заговорческим тоном начал я. — Вы, конечно, можете меня избить, если у вас это получится. А это у вас не получится — сразу говорю. Либо я могу вас научить сражаться с тварями. Когда начнется нападение у вас хоть какой-то шанс появится тогда.

— А тебе откуда знать? — грозно спросил второй амбал, сложив руки на груди.

— Я их уже убивал, — резонно ответил я.

— Да ну? — вытаращил на меня глаза Щербатый. Впрочем, амбалы были удивлены не меньше.

— Ну да, — кивнул я. — Был с семьей в посаде во врем атаки. И пока мы бежали к стене, четверых я завалил. Так что кое-что умею.

— Врать ты умеешь, — все еще с трудом верил мне Щербатый.

— Доказывать, я ничего не собираюсь, — махнул рукой я. — Можете не верить и остаться в неведении, а можете проверить и только после этого пытаться крутить меня в бараний. Вам может показаться, что в обоих случаях вы выигрываете, но умный человек сначала проверит.

Все трое молча смотрели на меня. Мне казалось, что я даже слышу, как шевелятся их немногочисленные извилины.

— Ой да хрен с ним, — махнул рукой Щербатый. — Получим деньги и свалим из города. За тебя полагается хорошая награда, сученыш. Давайте парни, крутите его.

Второй амбал дернулся вперед, схватив за плечо Щербатого.

Я на всякий случай напрягся, заняв более удобное положение для контратаки.

— Ага, а если они нам по дороге попадутся? — весомо спросил второй амбал, сжимая плечо Щербатого. — Ты-то как обычно в кустах отсидишься, а нам их метелить. Но скорее всего они нас просто порвут. Я видел этих тварей в деле. Так что, если хотим жить, надо послушать этого пацана. Вдруг что-то дельное подскажет. Да, Рупь?

— Ты прав, Копь, — ответил ему первый амбал. — Неспроста на него высокородные охоту открыли. Ладно бы один обиженный был, а тут целая толпа. Значит, умеет насолить этим дядям, которых я лично терпеть не могу.

— И я тоже, — поддержал его Копь.

— Да, я-то всегда вас в этом поддержу, — закивал Щербатый. — Токмо вот от этого желудок полнее не будет.

— Завязывай, — рявкнул на него Рупь. — Только о брюхе своем и думаешь. А скоро может и набивать нечего будет. Вырвут тебе твари его.

Щербатый побледнел и неестественно застучал зубами.

— Ладно вам, ладно. Что ты хочешь предложить пацан? — спросил он у меня.

Вот это другой разговор. А то сверну, скручу… Цивилизованный подход он всегда выигрывает.

— Вот что мужики, — начал я. — Сейчас у меня времени нет. А завтра приходите ко мне, я вам все расскажу. Знаете, где я обитаю?

— Ну начинается-я-я, — протянул Щербатый. — Завтра! Потом через неделю! А потом и вовсе окажется — забыл.

Но Рупь схватил его за второй плечо и крепко сжал. Так сильно, что тот аж пискнул.

— Знаем. На псарне, — сурово сказал Рупь. — И если ты нас обманешь, то из-под земли тебя достанем.

— Охотно верю, — улыбнулся я. — Но это не в моих интересах. Так что жду вас завтра на псарне, ровно в полдень.

И оставив остолбеневшую троицу обдумывать произошедшее, я поспешил ретироваться.

Пускай подумают, тут есть над чем. У меня на них были большие планы. Свои люди в крепости никогда не помешают. В прошлой жизни я ведь не только животных приручал. Еще и активно склонял на свою сторону сподвижников и не слабо в этом преуспел.

Сейчас будет также. Пусть парни они не самые благонадежные, но в этом как их минус, так и плюс.

Мой путь лежал в дом Крупских. Стараясь не попадаться никому на глаза, чтобы не вызывать лишних вопросов, я тайком пробрался в свою комнату и заперся изнутри.

Здесь мне никто не помешает. Сев в позе лотоса на кровать, я окунулся в свой внутренний мир. За пять часов усиленной медитации, я смог расширить бестиарий в два раза и усилить свои способности.

Радиус действия дара увеличился в разы. Приручение более крупных животных точно должно было стать проще. Собакам и кошкам теперь не требовалось мое прикосновение. И самое главное, я наконец смог вселяться в животных.

Только вот кроме звука ничего больше не было. По-прежнему не мог ни видеть, ни управлять ими. Это удручало, но не настолько чтобы сильно расстраиваться. Со временем и это вернется.

Теперь я мог заграбастать в свои сети тысячу существ. И все слоты увеличились более-менее пропорционально, только слот под огромных животных увеличился с двух до трех.

Вот здесь даже не знаю радоваться или нет. С одной стороны, я смогу перейти на новый уровень, приручив дополнительно лишь одного дракона. С другой один это как-то маловато. Да и в целом выглядело странно — почему все увеличились нормально, а этот только на один?

Но и драконы не сыпятся на меня с неба. Так что будем радоваться тому, что есть. Лишь бы потом опять какой-нибудь подводный камень не вылез из-за этого.

В общем и целом, я был доволен. Осталось проверить свои способности в деле. Вдруг что-то еще вылезет, чего я сразу не понял.

За ужином Никита Сергеевич сообщил мне, что с утра я должен в обязательном порядке посетить князя. Якобы он меня сильно ждет по какому-то сверхважному делу.

Я примерно представлял зачем он меня зовет. А вообще и сам хотел бы с ним побеседовать. Так что на следующий день, привычно зайдя сначала на псарню, отправился прямиком к князю в кабинет.

— Юный Броневой, — улыбнулся он при виде меня. — Проходи, садись.

— Ваше сиятельство, — учтиво кивнул я князю.

Я зашел и сел на ближайшее к нему кресло. Окольничего что-то не видать. Носится наверно по замку.

О, а вот и мои паучки. Сидят себе смирно на потолке по углам. Что-то паутину свою сильно раскинули. Так давайте-ка особо хоромы свои не расстраивайте. А то нарветесь на особо рьяную горничную, привлечете ее внимание, а мне потом придется новых засылать.

— Разговор у нас с тобой будет коротким, но приятным, — оповестил меня князь Засекин. — Ты, наверное, сердишься на меня?

— За что? — попытался разыграть удивление я.

— Ну как, — начал князь. — Ты так любишь животных, а я не пустил тебя с погонщиками на хребет. Юношеский максимализм должен поднять бунт.

Да, только я давно уже не юноша. А тело не считается. Так только лучше.

— Да нет, — помотал головой я. — Да, я сначала хотел с ними улететь. Это был бы подарок судьбы. Но последняя атака на крепость все изменила. Как я могу бросить здесь своих сестру и брата? Да и всех жителей в целом? Я же здесь родился. Знаю много местных. И стены эти уже как родные. Будет очень жаль, если их разрушат какие-то твари.

Князь посмотрел на меня с уважением.

— А ты уже мыслишь, как совсем взрослый человек, — с восхищением сказал он. — Это похвально. Такие люди нам нужны. Я таких весьма и весьма уважаю. Поэтому, не буду ходить вокруг да около, за твои выдающиеся заслуги и мою личную благодарность, я хочу подарить тебе титул дворянина.

Вот как! А этого я совсем не ожидал. Думал просто спасибо скажет, да руку поможет. Ну может безделушку какую подарит. А тут… я стану благородным. О, это очень хорошо.

Жаль только, что продлится может недолго.

— Понимаю, это шок для тебя, — заулыбался князь. — Вон как рот широко раскрыл. Но такова моя воля. Не могу же я просто так оставить на улице парня, который спас мне жизнь. Люди меня не поймут. Сочтут неблагодарным. Но князь Засекин никогда не забывает дел и поступков. Да, ты, конечно, будешь не барон, да и земель своих у тебя не будет. Но это только пока. Будешь служить при дворе и все у тебя появится.

— А что будет с псарней? — разыграл дурачка я. — Я там только порядок навел. Старый Мерин третий день трезвый ходит.

— Ох ты ж, — вздохнул князь. — Всё эта псарня тебе покоя не дает. Можешь оставить ее в своем ведении, налаживать работу и руководить, так сказать. Но основное занятие у тебя будет другим.

— Эт каким? — прищурившись, спросил я.

— В замке много дел, поверь, — улыбнулся князь. — Я найду чем тебя занять. Канцелярские дела никто не отменял.

— Спасибо, ваше сиятельство, — засиял я.

Не сказать, что это вот сейчас был то, что мне необходимо. Но и расстраивать князя у меня в планах не было. Два раза отказывать, это же не в какие ворота. Буду верить, что сильно грузить меня не будут.

К тому же новая атака гриммеров не заставит себя ждать. И моя служба из канцелярской перерастет в военную. Там он у всех в военную перерастет.

А дворянский титул — это очень даже неплохо. Откроет какие-нибудь закрытые двери. Да и в замке смогу появляться при необходимости и ни у кого вопросов не возникнет.

— Рад, что в этот раз ты оказался более сговорчивым, — засмеялся князь. — Мое терпение не безгранично, да и благодарность не резиновая. Не люблю, когда разбрасываются моей добротой.

Вот-вот. Об этом я и говорю. Пнул бы меня под сраку Григорий Осипович со своими хотелками.

— Да, что вы, ваше сиятельство, — учтиво улыбнулся я. — Я вам премного благодарен.

— Молодец, — кивнул князь. — Грамоту подготовят уже сегодня. Так что можешь начинать хвастаться друзьям.

Были бы они еще.

Расшаркавшись перед князем, я поспешно откланялся, пообещав непременно найти окольничего, который должен был нагрузить меня работой.

Ну вот это как раз подождет. Пойду-ка я проверю как там Демигар. Благо время до полудня оставалось предостаточно.

Как и ожидалось, в амбаре меня встретила Соня. Но она была не одна. Три человека в длинных черных мантиях, что-то колдовали возле дракона.

— Привет, Лари, — воскликнула Соня, как только я вошел. — Как я рада тебя видеть!

Я не успел ничего ответить, как она подбежала и повисла у меня на шее, прижавшись к груди своим четвертым размером.

Ох, какая же она у нее упругая. А соски торчат, так и просятся наружу выпрыгнуть.

— Привет, — только и сказал ей я.

— Лекари прибыли, — радостно оповестила она меня. — Они успели вовремя. Говорят, что травмы Демигара не столько серьезны, как они думали. Регенерировать он их не может, но они сами справятся. Нужно только время.

— Ох, ты себе не представляешь, как я рад, — сообщил я.

А сам в этот момент проверял связь с драконом. Она не нарушилась, но он по-прежнему не отвечал на мои посылы. Хм, а состояние у него улучшилось. Похоже лекари отлично знают своё дело. За такой короткий промежуток, такой хороший результат.

— Здесь нам делать нечего. Пойдем, — и схватив меня за руку, она потащила меня вон из амбара.

— Куда мы едем? — спросил я, когда мы уже скакали на одном коне в сторону крепости.

Ее задница снова уперлась мне в пах. Именно из-за этого момента я и не стал говорить, что у меня теперь тоже есть лошадь. Которую, кстати, я мог себе позволить, не вызывая ни у кого подозрений.

— Узнаешь, — загадочно произнесла Соня.

Мы приехали в бывший дом погонщиков. Как оказалось Соня осталась в нем жить, только пустила к себе беженцев из посада, аргументировав это ненадобностью такого количества комнат.

Что ж это благородно и разумно.

В основном там жили женщины и дети. Пока мы поднимались в ее комнату, мужчин я не наблюдал.

— Вот, — она протянула мне продолговатый предмет замотанный в тряпку. — Забыла тебе вчера отдать, ты так быстро убежал. Это Джарек передал тебе. Сказал, что он теперь тебе больше пригодиться

Я размотал тряпку и вытащил на свет меч отца. Там же был и мой старый кинжал. За всеми этими событиями, я совершенно про них забыл. Да и с вернувшимся даром, они мне были не особо нужны.

Сразу нахлынули воспоминания и ностальгия. Я и про отца с матерью забыл, пока происходила эта череда событий. Ника с Никоном регулярно о них напоминали. Особенно второй, но я как-то не придавал этому значения.

А сейчас… стало грустно.

С другой стороны, что я мог сделать? Моя мини-армия прочесала все что только можно и, кроме тех странных следов да холщевого мешка с едой, ничего больше не нашли.

Люди Крупского тоже бросили поиски. Все завалы разобрали, а их так и не нашли. Подвалы, подворотни и прочие укрытия оказались также пусты. Можно было обнадежить себя отсутствием тел, но и это особой веры не внушало.

Но тело реципиента никак не хотело успокаиваться. Оно буквально болело в этот момент. Такая сильная привязанность к родителям у него была.

И это невозможно не понять. Они ведь не могли исчезнуть без следа. Значит мы все плохо ищем. Очень плохо.

— Ты чего завис? — потеребила меня за плечо Соня.

— Да так, — отмахнулся я. — Что-то воспоминания нахлынули.

— Не унывай, — подбодрила меня Соня. — Ведь это еще не все. Смотри, что передал тебе Ратибор.

Из какого-то сундука она достала точно такой же сверток и протянула мне. Это еще что?

Я забрал сверток из ее рук и принялся разворачивать, тщательно замотанную, бархатистую ткань.

Если это, то что я думаю, то ущипните меня немедленно, потому что я отказываюсь верить.

— Ксалантир? — обалдело спросил я.

— Именно, — обнажила белозубую улыбку Соня. — Ну же, достань его. Посмотри какой он красивый.

Я вытащил массивный меч из ножен. Широкое лезвие, шикарная сталь. На крестовине эфеса голова дракона, точь-в-точь как у погонщиков.

— Я не знаю откуда у Ратибора этот меч, — сказала Соня. — Но кроме тебя, он таких подарков никому не делал. Разве что на посвящение, но там не считается — там всем дают. Ратибор сказал, что князь может и не дать тебе оружия, пересланного с хребта. А это не порядок. Такой воин должен ходить с ксалантиром.

— О-хре-неть, — качал я головой. — А чего он сам не вручил?

— Не знаю, — отмахнулась Соня. — Я тоже спросила, он пробормотал только что-то о том, что ему некогда и все такое. Отмазался короче. Знаю я его, не любит он такие вещи. Это внешне он весь из себя суровый и боевой. А сам такой сентиментальный, что аж придушить иногда хочется. Столько битв прошел, а иногда и слезу пустить может. Вы ж наверно не видели, а он когда улетал у него глаза на мокром месте были. Добрый он очень.

Очень. Просто невероятно добрый. И этот ксалантир будет мне, как нельзя кстати. Еще бы броньку раздобыть, чтобы совсем голым на бой не выходить и тогда… Это все меняет.

— Ну ты хоть доволен? — нарушила повисшее молчание Соня, пока я разглядывал меч.

— Еще как, — приподнял брови я.

— Вот и отлично, — воскликнула она. — А то по лицу так и не скажешь. Люблю дарить подарки. И с Демигаром надежда появилась. Какой прекрасный день!

Она снова повисла у остолбеневшего меня на шее, уперев свою грудь. Теплая. Я бы даже сказала горячая. Эта дамочка напрашивается прям.

А время уже неуклонно близилось к полудню. Мне пришлось силой отлеплять от себя Соню и объяснять ей, обиженной, что уже пора бежать по делам.

И ведь надулась же. Не узнаю ее просто. Или может изначально плохо знал. Кто этих женщин разберет.

Гестия тоже вон ни слова не проронила, хотя таракашки уже давно отрапортовали, что они благополучно долетели. Причем практически без потерь. Крысы только отвалились по пути.

Повесив меч отца на пояс, а ксалантир за спину, я отправился обратно на псарню. Ровно в полдень в двери зашли трое.

— Фу, как воняет, — поморщил нос Щербатый.

— Вы кто такие, говнюки? — тут же среагировал Старый Мерин. — Это территория князя! Пошли вон отсюда, пока я собак не спустил.

— Спокойно, Мерин, — остановил я назревавший конфликт. — Это ко мне. Проходите, господа. Вот сюда.

Я провел их в одно из помещений, где раньше также размещались вольеры. Только теперь оно пустовало — князь сократил количество псов.

Амбалы проследовали за мной, смерив уничтожающим взглядом Старого Мерина, но тот даже бровью не повёл. Эх и дерзкий, товарищ.

— Значит так, — начал я, пока они не успели заговорить. — Условия следующие.

— Что?

— Какие условия?

— Ты нам условия ставить будешь еще?

— Тихо! — рявкнул я. — У меня к вам предложение взаимовыгодного сотрудничества. Если вы понимаете, что это значит.

— Знаем, — огрызнулся Рупь. Или Копь? Путаю их пока. Слишком одинаковы на лицо.

— Отлично, — похвалил я его. — Продолжим. Я вам сейчас показываю, как можно справиться с гриммерами. А вы взамен, забываете ваши прошлое и все грязные делишки, которыми вы занимались и поступаете в мое полное распоряжение.

— Это с какого такого хера? — ощетинился Щербатый, снова обнажив свой беззубый рот.

— Я не договорил, — цыкнул я на него. — Я тут внезапно стал дворянином с утра и теперь остро нуждаюсь в своих людях. Ну и жалование естественно полагается.

— Ты?

— Дворянином?

— За дураков нас держишь, пацан с псарни?

Все трое в голос заржали.

— Понимаю, верится, конечно, с трудом, НО! — сказал я. — Со мной ваши шансы на выживание будут значительно выше, нежели без меня.

— Понятно все, — отмахнулся Щербатый. — Пацан нас на понт берет. Копь, Рупь, крутите его короче. Всю дурь из него выбьем и пожрем. Настоящие дворяне нам точно заплатят.

— Стоять! — рявкнул я, останавливая дернувшихся в мою сторону амбалов.

Одним движением я ловко вытащил ксалантир из-за спины и уткнул его острием в землю. Лучи солнца заиграли на голове дракона на эфесе.

— Знаете, что это? — спросил я у остолбеневшей троицы.

— Оружие погонщиков, — открыв рот, пролетепал Щербатый.

— Откуда оно у тебя?

— Стащил что ли?

— Вам лишь бы стащить, — цыкнул я. — Подарили. И у вас могут быть такие же. А они разрезают тварей пополам, между прочим. Я не врал, когда говорил, что ваши шансы на выживание со мной вырастут кратно. Так что рекомендую все-таки не драть горло, а крепко подумать со мной вы или нет.

Повисла тягостная тишина. Было слышно, как они скрипят извилинами, непрерывно переглядываясь.

— Я долго буду ждать? — нетерпеливо спросил я.

Ответить они не успели.

Звуки взрыва сотрясли воздух. Новое наступление гриммеров на крепость началось…

— Быстро за мной! — скомандовал я, убирая ксалантир в ножны.

— Э!

— Куда?

— Всюду кидалово!

Но я их уже не слушал. Пойдут — хорошо, а нет — так это их дело. Рявкнув на Мерина, чтобы прятался, я выскочил на улицу, где тут же подозвал к себе первую попавшуюся лошадь и забрался на нее.

Нужно было срочно помочь людям выбраться из посада. Теперь, когда у меня был ксалантир, я чувствовал себя гораздо увереннее.

Да и сил стало больше, и положение обязывало. Я единственный в этой крепости, кто имел большой опыт сражения с этими тварями.

По дороге к северным воротам, я снова успокоил всех животных в зоне досягаемости дара. Радиуса теперь хватало на всю крепость. Кони снова поехали забирать людей из посада. А всему остальному бестиарию приказал бежать в крепость, либо любое ближайшее безопасное место.

Удары по барьеру наносились плотной очередью. На этот раз гриммеры прислали большее число артиллерии.

Ворота были еще не закрыты, но городская стража стояла уже наготове. Все ждали, пока как можно больше людей вернутся в крепость.

— Стой! Куда⁈ Оголтелый! — крикнул мне один из стражников, когда я проскакал мимо него на всех парах.

Люди рьяно рвались в свое единственное убежище, не разбирая дороги. Я чуть не затоптал двоих, но в последний момент ловко успевал увести лошадь в сторону.

На этот раз гриммеры прислали куда больше пехоты. Я слышал протяжный крик «и-и-и!» со всех сторон, возвещавший об их атаках.

Но они были достаточно далеко. Лошадь скакала во весь опор, удаляясь от крепости и пробираясь все сильнее вглубь посада.

Рано или поздно я с ними встречусь.

А вот и первая группка. Три твари неминуемо приближали к толпе людей.

Я пришпорил лошадь, приказав ей двигаться с максимальной скоростью.

— Но! Пошла! — орал я во всё горло, хоть это и было лишним.

На ходу, достав ксалантир из-за спины, я одним движением разрубил бежавшего на меня гриммера, не снижая при этом скорости.

Двое других затормозили. Я остановил лошадь, развернув ее в движении. Дальше последовала бы атака в прыжке, но я это предвидел.

Пронесся мимо второго, рубанул ему по черепу, разворачивая лошадь и по обратной амплитуде продолжил движение меча, разрезая второму лицо от подбородка до основания черепа.

Ксалантир проходил сквозь них, как по маслу. Просто великолепное оружие. Будь у нас такое в прошлой жизни, может мы бы и не проиграли.

— Хера! — услышал я.

— Видал че творит?

— Угу.

Повернув голову, я увидел двух амбалов на грузовых лошадях. На скаковых такие туши не посадишь — факт. Щербатого возле них видно не было. Трусливая жопа!

— Оружие есть? — спросил я, пытаясь перекричать звуки взрывов и нарезая лошадью круги возле них.

Рупь выхватил из ножен длиннющий меч-кладенец, а Копь достал с ремня тяжелую булаву. Ну или наоборот. Всё еще не разберу кто из них кто. Да и неважно.

— Эту погремушку выкинь, — кивнул я на булаву. — Ей будешь мясо на обед отбивать. Есть что-то острое?

Тот достал из сапога длинный кортик.

— Ц! А этим только в зубах ковырять, — выругался я. — На, — достал из ножен меч отца и бросил ему. Тот ловко его поймал налету одной рукой. — Только вернешь потом, понял? Он мне дорог.

Рупь активно закивал. Или Копь?

— Увидите тварь — бейте ей в рот, нос, глаза или подмышку, — кричал я. — Первыми не нападайте — только контратаки. С большими группами не связывайтесь — лучше убегать и истреблять по одиночке. Все понятно?

Теперь активно кивали уже оба. Они хотели пришпорить лошадей, но я их остановил.

— С ума сошли? — кричал я. — Не ищите приключений сами, помогайте людям вернуться в крепость. Вступать в бой только если твари сами на вас нападут или защищать людей. За дело!

Они рьяно бросились обратно к крепости, исполнять поручение. Хорошие из них помощники выйдут. Вот умею я разглядеть потенциал.

А из крепости ко мне уже спешила дружина витязей. Все на конях и в полном обмундировании. Доспехи, шлемы, копья — всё как положено. Только вот не поможет им это. Хотя, если Ратибор их хоть немного и научил, может шансы и есть.

В любом случае, им остро требовалась амуниция с хребта. Особенно ксалантиры.

Я не стал дожидаться их. Решил действовать на опережение. Чем больше гриммеров я истреблю, тем меньше пострадает витязей и простых людей. Поэтому, пришпорив лошадь я вновь бросился вглубь посада.

Чем дальше я ехал, тем больше тварей попадалось мне на пути. Один за другим они выскакивали из подворотни, а то просто толпой бежали навстречу прямо посередине улицы.

Ксалантир работал без остановки. Боевой опыт позволял управлять таким оружием на ура. Уклонился — тычок в бок, пригнулся — рубанул снизу, увернулся — наотмашь разрезал тело пополам.

Сложнее было с группами больше трех. Приходилось останавливаться, спешиваться и сражаться. В этом деле мне хорошо помогали пчелы, осы и шмели.

Я призывал рой за роем и направлял их в нос и рот гриммеров. Один укус, они чувствовали слабо, два-три тоже особо не помогали. Но когда таких укусов набегал не один десяток, их тела начинали терять контроль.

Слишком сильный дискомфорт отвлекал их от драки. Я умело пользовался моментом, разрубая каждого пытающегося отчихнуть из себя моих верных подданных.

А артиллерия все продолжала стрелять. Интересно сколько на этот раз они прислали?

После очередной стычки, витязи-таки нагнали меня.

— Ты кто такой, парень? — спросил длинноволосый шатен с густой бородой.

— Ларион Броневой, — ответил я, залезая на коня. — И не парень, а «ваше благородие»

— Прошу прощения, ваше благородие, — поправил шатен. — Но вы оставляете нас без работы. Мы наткнулись только на пятерых живых и кучу трупов по дороге.

— Ничего, всем достанется, — отмахнулся я. — Все люди зашли в посад? Я встречаю их всё меньше, а тварей всё больше.

— Не можем знать, ваше благородие, — ответил все тот же шатен.

— Ладно, сам посмотрю, — кивнул я. — Лучше вам держаться ближе к крепости, чтобы вовремя убраться если что.

— Никак не можем, — возразил шатен. — Нам приказано добраться до амбара и охранять там дракона.

Демигар! Вот это я молодец! Забыл про самого главного своего подданого и основное оружие. Какого хрена он вообще делает в амбаре? Князь же знал, что будет новая атака на крепость. Надеюсь, у него будет какое-то внятное объяснение этому.

— Тогда…

Я не успел договорить. Два гриммера выскочили на меня, словно из ниоткуда.

Первый атаковал в прыжке. Я подловил его, отклонившись назад и пропоров острием меча брюхо, но не рассчитал силы и рухнул на брусчатку. Второй тут же воспользовался моментом и напрыгнул на меня сверху. Я перекатился по земле и, быстро поднимаясь на ноги, снизу вверх махнул ему мечом по морде, рассекая челюсть от уха до уха.

Серебристая кровь обрызгала сияющие доспехи витязей. Их лица надо было видеть в тот момент. Полные удивления и страха, они таращили на меня свои глаза, приоткрыв рот.

Я не стал ничего говорить или как-то красоваться. Просто взобрался на лошадь и во весь опор поскакал к амбару.

Искренняя надежда, что все жители успели вернуться в крепость, не покидала меня. Продвигаться дальше в посад становилось опасно. Группы гриммеров становились все больше, а непосредственно возле их расположения находились самые большие скопления. Так что сейчас дракон был намного важнее и достижимее.

На войне всегда приходится, чем-то жертвовать. Даже если так подумать, если бы я сразу вспомнил о драконе, то все равно сначала позаботился бы о людях и только потом о нем.

Да, он грозное оружие. Но человеческие жизни в моменте важнее. Тем более когда я мог сделать максимум для этого.

Практически без боя я добрался до амбара. Убил всего пятерых по дороге. Витязи следовали за мной, я понимал это по топоту копыт их лошадей.

Как я и ожидал, возле амбара было тихо и спокойно. Похоже гриммеры не знали, что здесь находится раненый дракон. Кто бы ни был их информатором в крепости, он не слишком хорошо выполняет свою работу и это на руку.

Только вот неизвестно сколько времени пройдет, прежде чем твари поймут, что их главная, хоть и раненная опасность, находится здесь? И как его в таком состояние транспортировать в крепость?

— Началось, да? — спросил меня один из лекарей, как только я вошел.

Он похоже ходил из угла в угол, потому что я застал посреди амбара замершим. Остальные двое не отходили от дракона.

— Да, — коротко ответил я.

— Ужас! Ужас! Как я этого не люблю, а! — причитал он. — Сколько раз говорил, что ненужно меня отправлять в горячие точки! Что плохо сражаюсь и не выношу вида этой сраной серебристой крови.

— Уймись, Виталь, — рыкнул на него один из тех, что стоял возле Демигара. — По сравнению с хребтом, здесь не горячая точка, а отпуск с нюансами.

— С нюансами, — фыркнул Виталя. — Ты хоть слышишь себя со стороны, Кондрат? Да на хребте мы сидим в укрепленном госпитале, окруженном магией. Нас постоянно охраняют одаренные. А здесь что? Да мы застряли посреди поля в сраном сарае. Нас уже ничто не спасет.

— Если бы ты не трындел, а лечил Демигара, все прошло бы гораздо быстрее, — возразил ему третий. — Как только он очнется, у тебя сразу появится гораздо больше шансов на выживание.

— Пф, — фыркнул Виталя. — Ага, а кто им управлять будет, Тихон? Его погонщица свинтила сразу, как только мы прибыли. Переложила ответственность. Ненавижу баб с драконами. Ни у плиты не стоят, ни драконом толком управлять не умеют. Для них это просто игрушка, которая огнем еще стреляет. А что весело же! И почему я не удивлен, что именно у бабы пострадал дракон? Никто мне подскажет, а?

Он окинул всех безумным взглядом, который остановил на мне. Похоже, что страх совершенно доконал его и он уже не управлял собой.

Я незамедлительно наотмашь врезал ему оплеуху тыльной стороной ладони. Кондрат откинулся назад и согнулся пополам, держась за щеку.

— А ну пошел быстро к дракону и делай всё, чтобы его вылечить как можно скорее! — рявкнул я на него.

И плевать, что видел его второй раз в жизни. Терпеть не могу истеричек.

— Ты кто такой, пацан? — с презрением спросил у меня Виталя.

— Тот кто врежет тебе еще раз, если ты немедленно не займешься делом, — рыкнул я на него. Ну если не понимает человек. А мне некогда было его уговаривать.

Кондрат нехотя, но поплелся к Демигару и встал рядом со своими коллегами.

Я призвал орлов и приказал им курсировать в округе. Мне необходимы были дозорные, которые могут возвестить о том, что к нам приближаются гриммеры. На всякий случай еще приказал всему бестиарию быть начеку, если они что-то заметят.

В этот момент в амбар зашла дружина витязей во главе с шатеном.

— Занять позиции, — командовал он. — Пятеро на улице со стороны дороги! Трое у дальних ворот! Остальным оставаться внутри и ждать нападения. Ваше благородие, будут какие-то дополнительные приказы? — спросил он у меня.

Ага. Уйдите и не мешайте. Вы только под ногами путаться будете. Хотя, если вас направить в правильное русло, то возможно вы сможете пригодиться.

— Зайдите все внутрь, — приказал я. — Не надо ставить дозор. Твоих людей может зацепить случайно выпущенным снарядом.

— Но мы так пропустим нападение, — возразил мне шатен.

— Не пропустим, будь уверен, — сказал я спокойно.

Шатен смотрел на меня с недоверием, но похоже, что я уже имел хороший авторитет в его глазах, поэтому он приказал своим людям вернуться.

От нападения стены амбара совершенно не спасут, но так они хотя бы маячить на улице не будут. И наводчики артиллерии не выберут их своей первоначальной целью.

— Не зацепит их снарядом, ваше благородие, — сказал Тихон. Этот умный, этот сразу понял расстановку сил. — Вокруг амбара магический барьер. Так что мы в какой-никакой, а безопасности.

Вон даже как. Это все меняет. Наши шансы растут на глазах.

В амбар ворвалась Соня с растрёпанными волосами. В полной амуниции погонщиков — доспехе и шлеме.

— Фу-ух, — выдохнула она. — Успела! Думала не прорвусь к вам, — в ее руке был зажат меч, с которого обильно капала серебристая кровь. Вот тебе и баба-погонщица, место которой у плиты. — Слава богу они до вас не добрались еще. Как Демигар?

Я прошел по дракону «орлиным зрением». Его раны затягивались на глазах, но попытки установить с ним связь не увенчались успехом. Демигар по-прежнему мне не отвечал.

— Идет на поправку, — отозвался Кондрат. — Если бы некоторые еще принимали активный процесс в его лечении, а не слонялись туда-сюда, дело двигалось бы гораздо быстрее.

— Ой, заткнись, — шикнул на него Виталя. — Лечишь — лечи молча. А то тоже отвлекаешься.

Взгляд Сони блуждал по амбару, окидывая нас всех, и остановился естественно на мне.

— А ты как тут? — удивилась она.

— Да вот, — показал я окровавленный ксалантир. — Опробовал свой подарок. Классная вещь!

— Ты не перестаешь меня удивлять, Лари, — растерянно помотала головой Соня. — И первым делом отправился к моему дракону?

— Для защиты, — уточнил я.

— Это понятно. И приятно, — с благодарностью смотрела она на меня.

Я улыбнулся, поджав губы.

— Ты мне лучше скажи, кто поставил здесь барьер? — спросил я. — В замке только малолетки на это способны и старик магистр.

— Джа, конечно, — ответила Соня. — Он не сильный одаренный, но кое-что умеет и часто нас выручает в этом плане. Но не надейся, что этот барьер тебе сильно поможет. Таких ударов, какие летят по крепости, он выдержит максимум три, ну может пять. Джа об этом сразу предупредил. Наша безопасность очень относительная.

— Мы должны подумать, как переправить Демигара в крепость, — задумчиво произнес я.

— Никак, — отрезала Соня. — Его четыре дракона еле-еле тащили. У нас таких возможностей нет. Разве что портал. Но кто б его еще создал таким большим.

— Малолетки, либо старик магистр, — задумчиво проговорил я. — Чем руководствовался князь, когда его сюда определял — непонятно.

— Ой, я тоже была недовольна, — возмущенно произнесла Соня. — Ясно же было, что атака повторится. Как я поняла, никто не думал, что она будет такой скорой. Ратибор рассчитывал на два-три дня перерыва. Князь вообще успокаивал себя тем, что третья атака будет, как и вторая — через неделю. Ну и в целом в крепости места нет. Застройка плотная, помещений такого размера нет. А людей в ней сейчас чересчур много.

— Есть же крыши, — резонно заметил я.

— В таком состоянии дракону противопоказан солнечный свет, — отозвался Тихон. Подслушивает, зараза такая. — Они же пещерные животные. Свет в принципе не очень любят.

— Да, крыша сразу отпала как вариант, — угрюмо произнесла Соня.

— Ясно, — кивнул я. — А что там с оружием, про которое говорил Ратибор? Ксалантиры витязям перешлют?

На этих словах шатен удивленно посмотрел на меня. В его глазах как будто мелькнула надежда. Понимаю его. Мне тоже хотелось разрезать гриммеров пополам, а не ломать мечи об их толстую шкуру.

— Они думают, как это сделать, — ответила Соня. — Хотели передать вместе с лекарями, но что-то там не получилось.

— Все у них получилось, — отозвался Виталя. — Просто мы немного с собой взяли. Своих вещей навалом, еще эти тащить.

— А чего вы сразу тогда не сказали? — удивилась Соня.

— Хорошо, что мы вообще сюда попали, — отозвался Кондрат. — Портал открылся в чаще леса, мы шли минут тридцать по густому лесу, хорошо хоть тропа была хорошая и пошли в нужную сторону. Дико устали. А когда дракона увидели, так вообще обо всем позабыли. Слишком плох он был, нужно было срочно действовать.

— Вы совсем что ли? — накинулась на них Соня. — Тоже мне целители. Такие быстрее сгубят, чем вылечат.

— Наше дело не воевать, — пожал плечом Виталя.

— Но сохранять жизни-то вы обязаны! — кричала Соня.

— Так стоп, — остановил я всех. — Где оружие?

— Вон в наших вещах лежит, — отозвался Тихон. — Мы их как бросили, так они и валяются. Некогда нам.

Я подошел к тому месту, на которое он указывал. В котомках действительно лежали мечи, только их было мало. На витязей, что были здесь их хватит, но, чтобы вооружить армию и нормально противостоять — нет. А брони и вовсе не было…

Внезапно меня пробила дрожь. Один из орлов сообщил, что к нам приближаются твари. Много тварей. Очень много тварей!

— Витязи! Быстро разбирайте ксалантиры! — скомандовал я, бросая к их ногам мешок с оружием. — Закрыть задние ворота, готовиться к нападению! На нас движется орда!

— Что? — воскликнул Соня. — Как ты узнал?

Витязи быстро разобрали каждый по мечу.

— Сколько еще потребуется времени? — спросил я у лекарей, оставив ее вопрос без внимания.

— Без понятия, — пожал плечом Тихон. — Час, два, три. С драконами всё очень непредсказуемо. Никогда невозможно заранее спрогнозировать.

— Да, — подтвердил Кондрат. — Заживляешь одну часть, как следом может вылезти другая, потом третья. Это же не люди. Далеко не люди.

— Ясно, — махнул я на них рукой. — Делайте все возможное и держите меня в курсе. Никто не отвлекается, — на этих словах я со значением посмотрел на Виталю, но тот сделал вид, что этого не заметил. — Если кто-то вздумает бежать от испуга, я его лично догоню и привяжу к дракону.

— Что нам тут до смерти стоять что ли? — тихо пробурчал Виталя.

— Никто не умрет, — тут же отозвался я. — Нас много и теперь у нас есть оружие. Мы вас защитим.

— Охотно верю, — также пробурчал Виталя.

Я не стал ему ничего отвечать. Мне было все равно верит он или нет. Времени переубеждать не было.

Орлы оповестили меня о том, что гриммеры активно к нам приближаются и вот-вот будут здесь. Как они вообще узнали, что дракон остался в амбаре?

— Ваше благородие, может просто закроем чем-нибудь дракона и спрячемся? — спросил меня шатен.

Его глаза бегали от страха. Вот, что значит, человек, который и войны толком не видел. Сытое время на закалило его в боях. Только сильно расслабило. Но очевидно, он был храбр, раз стоял здесь, а не прятался в замке. Не зря же его послали. Опыта только не хватает. Ну ничего — наберется.

— С ними это не сработает, — отрезал я.

— Да, они свирепы. Но не настолько глупы. Плюс нюх очень обострен, а отсюда сильно пахнет драконом, — подтвердила Соня, при этом с подозрением посмотрев на меня — мол, откуда я-то знаю.

— Может они по запаху и вычислили? — задумчиво спросил я.

— Не исключено, — кивнула Соня. — Откуда-то же они узнали, что Демигар здесь.

Я задумался на некоторое время, но из этого состояния меня вывели орлы. Они вопили, что гриммеры буквально стоят у нас на пороге.

— Сгруппироваться, — скомандовал я. — Встать по обе стороны от ворот. Самим не атаковать! Только ловить на контратаках.

— Это мы знаем, — кивнул шатен. — Погонщики нас научили.

— Великолепно, — похвалил я. — Значит, вы знаете, как сражаться. Как твоё имя, солдат?

— Алексей, ваше благородие, — тут же отозвался шатен.

— Вот что, Лёха, — сказал я. — Наша основная задача — защитить дракона. Он наша главная надежда. Только ему по силам отразить эту атаку на крепость. Прямо скажу — у нас мало шансов выйти отсюда живыми. Но если мы не останемся здесь, то ваших родных уже ничего не спасёт. Скажите мне, вы готовы стоять здесь до последнего? — окинул я всех витязей взглядом. — Готовы защитить свои семьи и дома? Готовы положить на это все свои силы?

Они молчали, тупо уставившись на меня. Никто из них не был готов умирать.

— Да-а-а! — внезапно закричал Алексей.

— Да-а-а-а! — дружно подхватили остальные витязи.

— Тогда вперед! Защитим Демигара — защитим крепость! — заорал я.

Всей гурьбой мы бросились к основным воротам в амбар.

В ту же секунду в нее ворвались гриммеры.

Их было так много, что даже мне захотелось замедлиться, но я не стал, потому что за мной бежали витязи. Такой финт внушил бы им больше страха.

Первого я подловил в прыжке, одним движением отрубив голову. Второго пронзил мечом насквозь. От третьего пришлось уклоняться вправо, где тут же промелькнула когтистая лапа четвертого. Выставив вперед меч, я с разворота убил обоих, широким ударом.

Твари текли в амбар тонкой струйкой, прорываясь сквозь маленькую дверь на массивных воротах. Вежливостью они никогда не отличались, а вот на тупость были горазды. До них нескоро еще дойдет, что можно выбить их и массово броситься в атаку.

Это нас и спасало. Пока их поток был не слишком велик, витязи лихо отбивались. Получалось у них неплохо. В настоящих боях никто из них до этого не был, но с таким оружием им хватало базовой подготовки и личных качеств — храбрости, как основной.

Соня тоже участвовала в драке. Краем глаза я видел, как она ловко отбивается сразу от троих, по очереди проткнув каждого. Сражалась весьма грациозно, я бы даже сказал — изящно. И в тоже время, это не мешало ей быть очень быстрой и ловкой.

Я начинал уставать. Мы перебили не меньше пятидесяти и уже стояли на трупах, а их поток всё не кончался и не кончался.

Орлы сообщали, что все большие силы стягивались к амбару. Они поняли, что здесь что-то важное, поэтому направили пехоту сюда.

С пехотой придут командиры, а они быстро сообразят, что ворота поддадутся атаке. И тогда всё, нам крышка.

Витязи тоже не так резво дрались, как сначала. Четверо из них погибло. Многие были ранены. Я удивлен, что они в принципе продержались так долго.

И тем не менее, с основной своей задачей мы справлялись. Ни один гриммер не смог добраться до лекарей и дракона.

Не останавливаясь ни на секунду, я проверил как там Демигар. Дракон все еще не отвечал на мои посылы. Но я чувствовал, как он становится все более податливым. Значит дело шло на поправку.

Гриммеров действительно стало больше. Они стали все чаще появляться в дверном проеме. Плотность потока сильно выросла.

Я снова призвал своих маленьких крылатых воинов. Их оставалось не так много, как мне хотелось. После защиты людей в посаде я исчерпал практически весь свой ресурс. А новых ульев в радиусе дара не наблюдалось.

Но они хорошо нам помогли. Рой насекомых спас жизни, как минимум двум витязем, на которых вот-вот должны были обрушиться удары.

Я судорожно перебирал свой бестиарий, чтобы найти еще хоть кого-то кто мог нам помочь.

*ХРЯ-Я-ЯСЬ*

Что-то огромное ударило в ворота.

Ну вот и приехали. Кто-то из тварей додумался, что их можно снести.

*ХРЯ-Я-ЯСЬ*

Очередной удар, после которого полетели щепки в разные стороны. Ворота еще держались, но в них зияли огромные дыры от лап.

Нужно было срочно что-то предпринимать.

— Демигар, просыпайся! Ты нам нужен! — вопила Соня, отбиваясь от гриммеров направо и налево.

Она тоже поняла, что ворота — это единственное, что сохраняет наши жизни.

Только вот дракона криком не поднимешь. Но я заметил, как напряглись лекари и начали действовать еще более активно. Поняли, что запахло совсем жаренным, а то раньше было непонятно.

Я пытался растолкать даром дракона, но все тщетно. Оставив это дело, я просканировал ближайшую окрестность на предмет новых существ.

Никого кто бы мог помочь. Только стадо коров, быков и свиней на поле за амбаром. Воины их них так себе. Но они могли внести изрядную смуту в ряды гриммеров.

Я освободил для них место и немедленно приручил всех. Триста голов разных видов, станут для нас живым щитом, как только ворота падут.

Или не дожидаться этого?

*ХРЯ-Я-Я-Я-ЯСЬ*

Поздно! Одна створка ворот не выдержала удара и слетела с петель, повиснув на не до конца сломавшемся засове.

«В атаку!» — мысленно приказал я стаду.

Гриммеры уже начали появляться в образовавшейся дыре. Мы отбили первую волну, ценой жизни еще двух витязей, как все услышали гулкий топот, а потом атака на время прекратилась.

Черно-белые, рыже-белые — разные пятна мелькали в двери. Стадо сметало все на своем пути. Они были не такой легкой добычей для гриммеров в силу своего веса и числа. Многие просто сгинули под копытами. Кому-то попали в глаз, кому-то в рот или уши.

Беспощадные копыта, как я и планировал сместили акцент атаки с нас на них. Пока гриммеры занимаются ими, мы могли взять небольшую передышку.

— Что это было? — задыхаясь, спросила Соня.

— Коровы, — пожал плечом я.

— Но как? — удивлялась она.

— Может испугались? — предположил Алексей.

— Обычно бегут от источника страха, а не к нему, — резонно заметила Соня.

— Что там с драконом? — спросил я у лекарей.

— Ему лучше, — отозвался Кондрат.

По его надувшейся вене на лбу и поту на лице, я понял, что к ним лучше не приставать с вопросами. Делают и так все, что в их силах.

— Мы не выстоим. Нужно что-то предпринять, — произнес Алексей.

Тем временем в образовавшемся проеме начали появляться первые гриммеры.

— Нам нужен дракон, — сказала Соня. — Пока он не очнется, мы ничего не сможем.

Она резко рубанула первую тварь, что подбежала к ней. Я разделался с еще одной, коротким ударом в живот. Похоже количество моих коровок стало сильно сокращаться.

— Либо как-то его перенести, — сказал я. — Лёх, у тебя есть варианты как это сделать?

Алексей был занят очередным гриммером, который яростно скакал вокруг него. Размашистый удар ксалантиром проломил череп.

— На телеге разве что, — усмехнулся он.

— Пять тонн? Ты шутишь? — возмутилась Соня, отрубая очередному гриммеру руку. Потом вторую, а затем распоров ему брюхо.

Бравая девчонка.

— Если тут нет магов, о которых мы не знаем, то нам не о чем разговаривать, — сказал я. — Либо он приходит в себя, либо портал. Других вариантов нет.

— Вот именно, — подтвердила Соня.

А гриммеры все прибывали и прибывали. Они лезли в брешь в воротах и в дверь. И их становилось всё больше. Битва продолжилась.

Витязи были на последнем издыхании. Повидавшая войну Соня тоже устала, да я был близок к этому.

Но мы сражались до последнего, чтобы защитить дракона.

Я снова просканировал его в надежде, что хоть что-то изменилось И о чудо, он мне поддался. Силы в нем было еще мало, но под натиском моего дара, я попытался вытащить его сознание и привести в чувства.

Первая попытка не увенчалась успехом, он был еще слишком слаб. Тогда я повторил свои манипуляции с его сознанием.

Тварей становилось все больше. Соня сражалась сразу с тремя. Алексей взял на себя четверых, но ему едва хватало сил чтобы с ними сладить. Из отряда витязей осталось всего пять человек.

Нас было катастрофически мало.

Первый гриммер прорвался сквозь оборону и побежал в сторону дракона. Вот-вот он должен был напасть на Кондрата, как ему в спину прилетел нож, метко брошенный.

Нож прилетел точно промеж лопаток, отчего гриммер тут же рухнул на землю. Похоже он был изготовлен из той же стали, что и ксалантир, иначе как бы он так легко разрезал толстую шкуру твари.

Хм-м-м, я тоже такой хочу.

Тем временем, я продолжал давить на дракона даром и доставать наружу.

— Демигар! Просыпайся же! Просыпайся! — от безысходности кричала Соня.

Давление на нас было слишком велико. Гриммеры все прибывали и прибывали. Последний витязь пал. Остался только их командир Алексей.

Уже и сил ни у кого не осталось. А толпа гриммеров вокруг каждого из нас только росла.

Я не успел уклониться от одного из многочисленных ударов лапой, которые сыпались со всех сторон. Когти пропороли мне по ребрам. Острая боль пронзила все тело, сконцентрировавшись в месте ранения. Я едва сдержал крик.

Резким ударом отрубил атаковавшую меня руку, а следом и пронзил насквозь своего обидчика. Но на этом дело не закончилось. Когти царапали мне руки, плечи и живот. Я уже практически не успевал отбиваться от ударов.

Соне и Алексею тоже доставалось неслабо. У девушки под глазом была разорвана кожа и оттуда шла кровь. Удивительно, что глаз не задело. Алексей потерял ухо, а незащищенные доспехами руки были сплошь испещрены шрамами.

Давай же! Ну давай! Дава-а-ай! Изо всех сил давил я на дракона.

Хлоп!

И я вылетел как пробка. И стало так легко, и не нужно было никуда давить.

Гриммеры в одночасье все замерли, прекратив свои атаки. Я обернулся. За нашими спинами на четырех лапах возвышался Демигар.

— Демик, ты вернулся! — радостно закричала Соня, одаривая очередного гриммера ксалантиром по голове.

Твари дернулись было, чтобы атаковать снова, но Демигар раскрыл свою широкую пасть, поливая всех их струей огнем поверх наших голов.

Они плавились, жарились и истошно кричали «и-и-и!». Нам оставалось добить тех, что были ближе всего, до которых пламя дракона не доставало.

В одночасье стало тихо. Только гора трупов высилась перед нами и легкий белый дымок шел от обугленных скрученных тел тварей.

Я связался с орлами. Те тут же рапортовали, что гриммеров больше нет. Те, что были все уничтожены и новой волны на нас не движется.

— Демичек, мой дорогой! — кинулась обнимать дракона Соня. Не смотря на все ранения, она не потеряла своего энтузиазма.

Демигар был суров. Он хмурил свой взгляд, осматривая всех нас и гордо держал голову.

Я попытался связаться с ним, но, как и когда-то Гестия, он мне не ответил. Приказы также не действовали. Он был приручен, но не подчинялся моим приказам.

Ни одному!

Час от часу не легче. Ну что опять-то не так?

— Нам нужно уходить, — устало сказал я. — Сможешь расчистить нам путь на драконе? — спросил я у Сони.

— Да! — тут же ответила та.

— Нет, — следом за ней произнес Кондрат. — Демигар еще слишком слаб для полетов. Я вообще удивлен что он очнулся. Как будто что-то толкнуло его. До полного исцеления еще очень далеко.

— Ну значит, добежит, — развел руками я. — Нам нужно во что бы то ни стало переправить его в крепость, и это возможно только своим ходом.

— Добежит, будь уверен, — сказала Соня, без сил забираясь на дракона.

Я подошел к Алексею, который не особо разделял нашего воодушевления. С понурой головой он стоял, отвернувшись от всех, и окидывал взглядом своих товарищей. Возле отрезанного уха виднелась запекшаяся струйка крови

— Они храбро сражались, — положил я руку ему на плечо. — Но силы нас превосходили. Это чудо, что мы сами выжили.

Алексей кивнул, но ничего не сказал.

— Так и будем стоять? — воскликнул Виталя. — Лично я не собираюсь ждать пока сюда прибежит еще больше тварей.

Так и хотелось ответить ему, что он может идти сам на все четыре стороны. Но во-первых, это было бы не справедливо, он все-таки помог вылечить Демигара. А во-вторых, он еще точно нам пригодится в будущем.

— Собирайте оружие и в путь, — скомандовал я.

Погрузив ксалантиры и скарб целителей на дракона, мы, с трудом пробравшись по трупам тварей, наконец, вышли наружу.

Атака не крепость всё продолжались. Залпы артиллерии без устали били по барьеру.

Соня на драконе двинулась вперед. Демигар был слаб. Это было заметно по его шаткой походке. С трудом перебирая лапами он шел вперед, как будто не разбирая дороги, и только по чётким указаниям Сони, понимал куда идти.

— Далеко, — покачал головой Тихон, увидев путь до крепости.

— Пешком да, на лошади — нет, — отозвался Кондрат.

— Да где ее взять-то эту лошадь? — возмутился Тихон.

— Вы, как хотите, а я пошел. Пешком или на лошади — мне плевать, — Виталя с этими словами двинулся следом за драконом.

Мы тоже начали свое движение, хоть сил и не было так много.

Я просканировал местность и нашел четырех лошадей, которые не успели забежать в замок. Нас было пятеро, но ничего. Виталя с кем-нибудь вдвоем поедет.

Тут же подозвав их к себе, я приказал орлам разведать путь до крепости, который нам предстоит. В целом все было спокойно. Небольшие группки в три-пять тварей, особой угрозы не представляли, даже если бы напали.

В этот момент появились лошади. Они выскочили с полей.

— Кони! Ловите их! — закричал Виталя.

— Ого! Вот это удача! — радовался Кондрат.

— То коровы, то кони. Как такое вообще возможно? — удивлялся Тихон.

Сев на лошадей мы двинулись вслед за драконом. На Алексее по-прежнему не было лица, и он не проронил ни слова.

Путь до крепости был относительно спокойным. Изредка появлявшихся твари, испепелял своим пламенем Демигар. До тех пор, пока Соня не запретила ему этого делать, сказав, что ему нужно беречь силы.

Я с этим согласился и подскакал к ним поближе, чтобы брать на себя атаки гриммеров, если они будут.

Но больше ничего не было. Посад пустовал, что не могло меня не радовать. Даже трупов людей особо видно не было.

Подойдя к стене крепости, дракон остановился.

— Демигар, ты чего? — спросила его Соня. — Пойдем, нам нельзя останавливаться.

Мы все внимательно смотрели на него.

А Демигар поднял голову, смерив взглядом расстояние до края, а потом, неожиданно для всех, с трудом оттолкнувшись от земли, взмахнул крылья. Ему хватило трех махов, чтобы долететь до верха и приземлиться на широкой стене.

Мы потеряли его из виду.

— Что ж, — пожал плечами Виталя. — Тоже вариант. Жаль мы так не можем.

— Ага, — кивнул я. — Так поехали к воротам.

— Стойте! — раздался крик сверху.

Мы одновременно подняли головы. На самом краю стены маячила Соня.

— Демигар снова закрыл глаза, — жалобно пропищала она.

— Стой там и никуда не уходи! — крикнул я ей. — Быстро в замок, — приказал я своим спутникам.

Но сказать было проще, чем сделать. Эта часть стены не подвергалась атакам. Дальше пошло сложнее.

Снаряды летели один за другим, разбиваясь об барьер. Но артиллерия тварей еще не до конца пристрелялась. Большинство ударов прилетали в цель, но были и те, которые попадали в дома, дороги и просто стену.

Мы пришпорили коней, прорываясь под градом огня. Мне пришлось прикладывать свой дар, чтобы их успокаивать. В противном случае они с ума сходили от грохота.

Шквал не стихал ни на секунду. Да сколько они притащили сюда артиллерии-то? Просто какое-то невероятное количество, учитывая, что время перезарядки у артиллерийского гриммера секунд тридцать как минимум.

Очередной снаряд был неудачно выпущен, и вместо барьера ударил прямо в здание рядом. Крышу снесло моментально. Черепица посыпалась сверху вниз и рухнула прямо перед нами. Но кони под моим контролем и глазом не пошевелили.

В обычной ситуации лошадь встала бы на дыбы, скидывая своего наездника. Эти неслись вперед к своей цели.

Я сильно переживал, что такой вот неудачно брошенный снаряд может и в нас попасть. Вот бы и закончилась история Лариона Броневого.

Но пробираться втихую было еще опаснее при этом никак не минимизируя риск. К тому же Демигару снова требовалось лечение и как можно скорее. Он похоже истратил все свои силы на подъем.

Я снова его чувствовал довольно хорошо. А это, как оказалось, плохо. Значит, дракон погрузился обратно, откуда я его только вытащил.

Несмотря ни на что, мы добрались до северных ворот целыми. Что лично я счел невероятным везением. Однако створки были закрыты.

— Открывайте, черт бы вас побрал! — долбил в них Алексей.

Он немного воспрял, когда увидел ворота. И был невероятно зол.

Небольшое окошко открылось в двери на воротах.

— Кто такой? — высунулось оттуда усатое лицо.

— Сержант Алексей Мезенцев из восьмой бригады витязей, — рыкнул тот в ответ.

Дверь тут же распахнулась, приглашая нас войти, что мы и сделали незамедлительно.

Я сильно торопился, подгоняя лекарей, и не обращал внимание на пытавшуюся что-то мне сказать стражу. Прямо на конях мы летели по улицам крепости и затормозили только на самой стене.

У дракона уже собралась дружина из воинов. Даже сам князь присутствовал. Все расступились, завидев нас. Лекари тут же бросились к Демигару — проверять его состояние.

— Хорош, стервец. Знал, что ты справишься! Ни на минуту не сомневался, — князь пошел ко мне, протянув костлявые руки вперед.

Я уже успел испытать неловкость и протянул руку вперед, чтобы ответить на рукопожатие. Но так и застыл в одной позе.

Князь прошел мимо. А у меня глаза на лоб полезли, и я обернулся. За моей спиной стоял сержант Мезенцев, который понуро принимал похвалу князя и с неохотой тряс его руку.

Вот те и раз.

— Защитил дракона! Просто невероятный вояка. Повысим тебя до капитана, будешь возглавлять собственное войско…

— Не я! — оборвал князя Мезенцев. — Он.

Князь в недоумении посмотрел на меня, потом снова на сержанта. В его взгляде стоял немой вопрос.

— Что не ты? Что он? Ничего не понимаю, — помотал головой князь Засекин.

— Он спас дракона, — хмуро сказал сержант Мезенцев. — И, если бы не его благородие, я бы здесь с вами не стоял. Да и дракона бы не было в живых. Я лишь выполнял его приказы. Так что всю эту похвалу, стоит адресовать ему. Он ее хотя бы достоин. А я нет. Я потерял весь свой отряд.

Князь все это время смотрел на меня, забыв захлопнуть рот.

— Ты? — наконец, удивленно произнес он. — Юный Броневой снов отличился?

Ой ну что уж там. Вгоняет меня в краску.

— Это правда, ваше сиятельство, — подала голос Соня. — Лари действовал очень смело.

Князь восхищенно смотрел на меня. Да что там, вся его дружина и пара присутствующих аристократов, тоже не скрывали своего восторга.

Ох, как я не люблю внимание.

— Ваше сиятельство, я лишь выполнял свой долг, — учтиво произнес я. — А сейчас нам нужно позаботиться о драконе.

— И даже в такую секунду думаешь о других больше, чем о себе, — произнес князь Засекин, подходя ко мне и крепко пожимая руку. — Это дорогого стоит. Ты прав, почести раздадим позже. Что там у нас? Как дракон?

Последний вопрос он адресовал лекарям, сделав от меня несколько шагов.

— Снова в отрубе, — ответил Тихон. — Мы не успели его стабилизировать. После такого марш-броска он откатился в состояние двухчасовой давности. Но теперь и вытащить его будет сложнее — полученные раны снова открылись.

— Прикажите своим людям сделать здесь что-то вроде шатра, чтобы защитить дракона от прямых солнечных лучей, — сказал Кондрат. — Сейчас вечер и все не так критично. Но завтра будет пекло. Это сильно усложнит нашу работу.

Вот и выход с драконом на крыше. Почему сразу так не сделали? Чем думал князь, оставляя Демигара в амбаре?

Очень много вопросов на которые у меня не было ответов.

Я снова почувствовал Демигара. Интересно, блин. То есть, когда он в отключке я спокойно устанавливал с ним связь, но как только дракон приходит в себя, меня сразу вышибает. При этом он не исчезает из слота, значит остается прирученным. Ну как так-то? А управлять им как тогда?

Ладно, позже будем разбираться. Я прошелся по дракону сканером и понял, что Тихон прав. Мы вернулись к тому состоянию дракона, что было часа два назад.

Это ведь может быть и из-за того, что я вмешался. Так резко вытащив Демигара в сознание, я мог там что-то повредить, или какие-то части не успели до конца регенерироваться. Такой вариант не следует исключить. Все-таки я сам очень мало знаю о драконах, да и они никогда до этого не сталкивались с моим даром.

Надо быть аккуратнее впредь. Но тогда ситуация обязывала. Нужно было действовать немедля. Если бы Демигар не пришел в себя, мы бы точно не выжили, ибо число гриммеров просто зашкаливало.

— Сделаем, — твердо ответил князь. — Вы трое ступайте к лекарям, а потом я жду вас у себя, — бросил он нам.

— Ваше сиятельство, у нас есть ксалантиры, — подал голос я.

— Что? Откуда? — удивился тот.

— Ратибор оказывается передал, — ответил за меня Соня. — Я ввела вас в заблуждение, потому что и меня в него ввели мои прибывшие товарищи. Прошу меня простить, ваше сиятельство. Оружие есть. Оно лежит на драконе.

— Еще одна хорошая новость. Казаков, забери мечи, — приказал он.

— Есть, — вышел из рядов дружины долговязый мужчина.

В этот момент, к князю подошел один аристократов и что-то зашептал ему на ухо. Я не видел его лица, потому что он все время стоял ко мне спиной. Но по странным ощущениям, мне показалось, что уже видел его до этого.

— Хорошо, — кивнул князь. — Всё равно, выполняйте приказ, — снова скомандовал нам он.

И это было к лучшему мои раны жутко ныли. Я боялся, что занес туда какую-то инфекцию, что могло быть весьма и весьма чревато. Поэтому не стал с ним спорить, помощь нам троим была необходима.

По дороге мы не проронили ни слова. И Соня, и Алексей были какие-то понурые. Я не стал им ничего говорить, потому что и сам чувствовал себя неважно.

В госпитале царила суета. Не все люди успели вовремя сбежать из посада целыми. Было много раненных. Тем не менее, по приказу князя, нам быстро оказали необходимую помощь.

После манипуляций целителей я тут же стал чувствовать себя гораздо лучше. Меня еще и успокоили, что заражения никакого нет, так что хоть в пляс пускайся. Только рановато пока.

Наказав в обязательном порядке прийти ночевать обратно в госпиталь, меня отпустили. Уж не знаю, что конкретно они там собирались делать. Какие-то профилактические процедуры, которые улучшили бы мое состояние. Я спорить не стал, пообещав обязательно прийти.

Плохо от этого точно не будет, а вот если улучшится, то хорошо.

На улице меня уже ждала Соня.

— Сильно тебя подрали, — сочувственно посмотрела она на мое перебинтованное туловище. — Я сначала не поняла, не придала значению. Ты же знаешь, там всё было в крови. И одна рано может кровоточить, а тут все тело.

— Брось, — отмахнулся я. — Тебе тоже досталось, — я указал на повязку у нее под глазом.

— Это мелочи, — вздохнула Соня. — Тебе срочно нужны доспехи. Ты, конечно, просто невероятно дерешься, но они защитят тебя от случайно пропущенных атак.

— Знаю, — кивнул я. — И обязательно достану.

— В этом я не сомневаюсь, — усмехнулась Соня. — От тебя что угодно можно ожидать. Я бы отдала тебе свои, но боюсь они будут маловаты.

— Знай, что даже если бы они были в пору, я бы все равно их не принял, — ответил я. — Такое прекрасное личико должно быть хорошо защищено.

— Ты мне льстишь, Лари, — покраснела Соня. — Ну что, пошли к князю? — тут же попыталась она сменить тему.

— Нет, давай дождемся витязя, — остановил ее я.

— Что ж, тоже верно, — кивнула Соня. — Он заслуживает того, чтобы всем троим явиться к князю.

Алексей не заставил себя ждать. Он вышел из госпиталя через минуту. Взбодрившийся, но так и не повеселевший. С него сняли изорванные доспехи и шлем. Так он стал выглядеть куда меньше, чем казался до этого.

Соня пыталась развлечь его разговором, но тот все время отвечал односложно. Я не стал его донимать. Прекрасно понимал его боль.

В свое время я потерял не мало своих людей, с которыми сражался бок о бок. Прекрасных, верных товарищей, с которыми мы стояли спина к спине. Но это война.

А Алексею это надо просто пережить. Он быстро поймет, что ничего не поделаешь и воевать нужно дальше.

Пока мы шли к замку, я связался с паучками в кабинете князя. Странно, но его там не было. А еще звал к себе.

Тогда я пустил шпионов по замку, которые быстро его нашли в зале для совещаний. В этом самом зале надо мной вершили суд в первый день появления в замке.

Князь был там не один. Присутствовали все главнокомандующие, верховный магистр, глава местного прихода и еще множество дворян, чьих фамилий я не знал.

Похоже, что они держали военный совет. Странно было бы заявиться к ним сейчас, но раз уж князь просил, то кто мы такие, чтобы спорить?

Мы втроем зашли в замок. Соня пошла к кабинету князя, но я ее остановил и направил к нужному залу.

Панкрат, как всегда охранявший эту комнату, учтиво отошел в сторону при виде нас.

— Вот и они! — воскликнул князь, как только мы вошли. — Проходите, садитесь.

В центре стоял длинный массивный стол, вокруг которого расположились все присутствующие. Во главе, разумеется, сидел князь, а по правую и левую руку от него, расположились командир городской стражи Крупский и верховный магистр Боярышников, соответственно.

— Вот, господа, эти молодые люди помогут нам решить сложившуюся проблему, — провозгласил князь. — Юная девушка, София Вележева, представитель корпуса погонщиков. Она как никто другой знает гриммеров, потому что не раз с ними сражалась. Витязь — Алексей Мезенцев, сержант нашей дружины. Не раз показывал себя с наилучшей стороны, а сейчас и вовсе защитил дракона, нашу единственную надежду, ценой жизни всех своих людей. Ну многие из вас его и так знают. Третий молодой человек — Ларион Броневой, сын крепостного бронника. О нем вы тоже не раз слышали. Человек, который спас жизнь, вашего светлейшего князя и, как многие утверждают, сыгравший ключевую роль в защите дракона. Эти трое молодых людей несомненно герои нашего сложнейшего времени.

Все присутствующие не сводили с нас глаз. Было неловко, даже скорее неприятно. Я чувствовал себя словно дрессированный медведь, которого привели в город всем на потеху.

— Вы уверены, что мы можем обсуждать нашу стратегию и тактику именно в таком составе, ваше сиятельство? — подал голос один из дворян.

Хм-м, где-то я его видел. Очень похож на одного из оборзевших рож, которые устроили на меня охоту. Главный у них самый был. Прям одно лицо. Альберт, кажется…

— А я смотрю вы сильно разбираетесь в тварях, что напали на нас, барон Крекшин, — сурово посмотрел на него князь Засекин. — Может я о вас что-то не знаю? Тогда расскажите мне. Вдруг вы сразили мечом уже сотню гриммеров, а мы тут все и не в курсе.

— Я не хотел поставить ваши слова под сомнение, ваше сиятельство, — попытался исправить положение барон Крекшин.

— Но поставили, — резко перебил его князь.

— Я всего лишь хотел намекнуть, что опасаюсь обсуждать военные секреты с простолюдинами, — значительно посмотрел на него барон.

— А здесь таковых и не имеется, — оборвал его князь. — Мезенцев давно при дворе в чине сержанта. Служит верой и правдой. Софья — служит в элитном подразделении нашей Империи. А Броневой, не раз показавший себя с наилучшей стороны, был одарен лично мною дворянским титулом еще с утра. Так что у всех вас недолжно возникать сомнений по поводу моих решений, — он окинул присутствующих взглядом.

Барон Крекшин поёжился и сильнее вжался в спинку стула, на котором сидел.

— Ближе к делу, господа, — разрядил обстановку Никита Сергеевич Крупский. — Враг бомбит наши стены. Вопрос только времени, когда барьер падет. В нашем распоряжении полтысячи бравых витязей, триста дружинников городской стражи, один дракон и… двадцать пять ксалантиров.

Присутствующие зашушукались. Новость о том, что у них есть дракон и оружие погонщиков их сильно воодушевила.

— Вы рано ликуете, — продолжил Крупский. — Этого катастрофически недостаточно. Дракон без сознания и очень слаб. Ксалантиров мало. Враг просто задавит нас числом, как только барьер падет.

— Что если подпитывать барьер постоянно? — подал голос мужчина, в котором я узнал профиль дворянина со стены. Кажется, и до этого я его видел. На охоте в шатре у князя. Гордей Степанович, кажется.

— Это интересно как? — фыркнул барон Крекшин. — Все одаренные на хребте.

— Но у нас же есть подопечные, его благородия Боярышникова, — резонно заметил Гордей Степанович. — Мы можем использовать их. Там человек двадцать же не меньше. Хоть какая-то подпитка будет.

— Это невозможно! — вскочил на ноги верховный магистр Боярышников. — Что горстка учеников способна напитать? Крохи!

— Подожди, Сидор, — одернул его князь. — Барон Ржевский дает вам идею и хорошую пищу для размышлений. Расскажи-ка мне — почему это невозможно?

Барон Ржевский? Ого. Так получается — это отец Петра и Алисы. Вот так встреча. Хороший мужик получается. По крайней мере, производит такое впечатление.

— Ваше сиятельство, — начал верховный магистр. — Ну куда этим детям до барьера? Они магией-то еще пользоваться не умеют. Слишком малы.

— Там же есть и пятнадцатилетние, — резонно заметил барон Ржевский. — Уж этих-то вы смогли научить? Им через год на хребет отправляться. Или вы-таки делаете из наших детей пушечное мясо, которые не могут никоим образом помочь в этой войне.

— Нет, ну почему, — замялся верховный магистр. — Эти как раз в состоянии. Но таких у меня всего трое. Что они могут сделать?

— Нам сейчас любая помощь может пригодиться, — отрезал князь Засекин. — Ты и сам еще не до конца одряхлел. Тоже способен еще творить магию.

— Да право вам, ваше сиятельство, что я могу? — всплеснул руками верховный магистр.

Швыряться молниями, например. Это у тебя хорошо выходит. Могу всем рассказать.

— Много чего, я уверен, — кивнул князь. — Хорошая идея, Гордей Степанович. Магистр Боярышников берет всех своих учеников и идет напитывать барьер. Так мы сможем продержаться дольше.

— Прошу прощения, что встреваю, — подала голос Соня. В тот же момент все посмотрели на нее. Она сконфузилась. — Только это очень опасно. Барьер нужно напитывать именно в том месте, по которому приходятся удары. Я не раз это видела на хребте. Там у него самое слабое место. Вам нужно будет поставить детей в самое пекло, и тогда…

— Когда барьер порвется, по ним прилетит, — закончил за нее Гордей Степанович.

— Это опасно, — подтвердил князь. — А мы сможем как-нибудь защитить детей?

— Как? Как вы защитите детей от прямого попадания огненного шара? — взревел магистр Боярышников.

— Тише, Сидор, — поднял руку князь, успокаивая его. — Нам нужно рассмотреть все варианты. У кого-то есть идеи, а не пустые бравады?

— Я думаю, сам магистр должен нам дать решение, — вступил один из аристократов с тонкими усиками и пенсне. Имени его я не знал. — Только он должен понимать на каком расстояние они могут стоять, и какая преграда должна быть. В конце концов, мы можем поставить одаренных снизу у стены.

— Вот! — воскликнул князь. — Здравое предложение. Что скажешь, Сидор?

— Не знаю, — отмахнулся верховный магистр. — Нужно проверять.

— Извините, что снова встреваю… — начала Соня.

— Не извиняйся, — перебил ее князь. — Говори все что думаешь и знаешь. У нас совет, а не бал.

— Хорошо, спасибо, — кивнула Соня. — Даже на хребте, сильнейшие одаренные напитывают барьер, непосредственно перед ним.

— То есть выбора у нас нет, — задумчиво проговорил Гордей Степанович.

— Я считаю это безрассудством, — закричал толстый дворянин с густой бородой. — Мы отправим детей на верную смерть!..

— Вот и я о чем, — вставил свои пять копеек верховный магистр Боярышников.

— Что может сделать горстка слабых одаренных? — продолжал кричать бородатый. — На пять минут продлить жизнь барьеру? Оно того не стоит! Нет разницы, когда начнется полномасштабное нападение: сейчас или через полчаса. Нам всем крышка. И нам нужно обдумывать план побега, а не защиты. Так больше вероятности, что все выживут.

— Всех мы вывести не сможем, — отрезал князь. — На это уйдут не часы, а даже дни. К тому же будет большая давка. Так еще хуже.

— Пусть не все, а только избранные, — сказал отец Альберта. — Зачем благородным погибать вместе с чернью? Дворян в замке немного, мы точно не создадим давку.

Ох, и гаденький он. Сын-то в него пошел.

Князь презрительно посмотрел на него. Но его взгляды разделили не все, было видно, что часть присутствующих на стороне отца Альберта. Никому не хотелось погибать.

— То есть ты хочешь бросить крепость и людей в ней, чтобы спасти свою шкуру? — взревел князь. — А как же клятва, которую ты давал — верой и правдой служить двору? Помнится мне именно на таких условиях ты получил свой титул, барон Голышев.

Отец Альберта с отвращением отвернулся от пристального взгляда князя.

— Я давал клятву служить двору, а не умирать за него, — фыркнул барон Голышев.

— Да как ты смеешь⁈ — взревел князь

— Я вам так скажу, — снова подала голос Соня. — Гриммеры только этого и ждут. Они специально бьют только в одно место, рассчитывая, что вы начнете выводить людей через черный ход. Будьте уверены, там уже сидит войско, которое растерзает всех на выходе.

— В таком случае и о подмоге речи быть не может, — задумчиво потирая большой палец указательным, произнес Гордей Степанович. — Ее разобьют еще до того, как она успеет к нам попасть. Вы же связывались с другими губерниями, ваше сиятельство?

— Да, — мрачно произнес князь. — Никто не ответил.

— Они накапливают силы, что им дело до нас, — резонно заметил дворянин с пенсне. — Понимают, что гриммеры займутся ими, когда разделаются с нами. Мы бы тоже так поступили.

Князь на это ничего не ответил. Но было видно, что дворянин прав.

— Послушайте, — сказал я. Все взгляды тут же были устремлены на меня. Как ж я не люблю внимание, черт. — Барьер ведь не сразу разобьется, так? Давайте питать его до критического момента, а когда поймем, что он настал спустим детей вниз.

— Да кто ж это поймет-то? — фыркнул верховный Боярышников. Сразу было видно, что он с таким никогда не сталкивался.

— А вот ты и поймешь, — сказал князь. — Ты же будешь со своими учениками, верно? Не бросишь их в трудную минуту. К тому же из них из всех ты самый опытный и сильный. Помощь твоего дара будет неоценима…

Верховный магистр раскрыл рот, пытаясь сделать глоток воздуха. Потом схватился за сердце и начал закатывать глаза.

— Ой, — поморщился князь. — Не устраивай мне сцен. Кто-нибудь дайте ему воды, а то он сейчас переиграет и у него реальный приступ случится. У тебя нет выбора, Сидор. Или я скажу Панкрату, чтобы он тебя немедленно казнил, либо ты идешь на стену со своими учениками.

Верховный магистр моментально выпрямился и сел. Отпив воды из поданного соседом стакана, он начал теребить концы пояса своей мантии.

— Как прикажете, ваше сиятельство, — пробормотал он.

Вот это актерище. Хорошо, что князь знает его как облупленного.

— Другое дело, — кивнул Георгий Осипович. — Не бойся, может барьер и не разрушится. Нам нужно продержать его лишь до того момента, как окрепнет дракон. Тут некоторые не видели разницы между пятью минутами и получасом. Так вот, я вам скажу, что разница колоссальная. Когда дракон придет в себя, перевес будет уже на нашей стороне. Да мы не сможем сразу с наскоку сжигать их артиллерию, но если воспользоваться нашим преимуществом и методично истреблять отдельные группки, то мы сможем даже победить, я думаю. Правильно все говорю, Софья? Ты же справишься?

Девушка покраснела и потупила глаза.

— Это будет сложно, — поджав губы, мотнула головой она. — Я одна в бой еще не вступала.

— Но ведь воевала, — резонно заметил князь.

— Если заходить с флангом и истреблять по паре тройке артиллерий, то так ты истребишь всех. Одну за другой, — поддакнул командир городской стражи Крупский.

Вот значит, что они решили. Положить всю ответственность за крепость на плечи хрупкой девушке и ее боевому дракону. Что ж, у них нет другого выбора.

— Я постараюсь, конечно, но не уверена, что у меня получится, — сказала Соня, не поднимая глаз.

Князь хотел что-то сказать, но тут вступил сержант Мезенцев.

— Давайте сделаем вылазку, — сказал он.

Все тут же замолчали и посмотрели на него.

— Что? — спросил он. — Я просто предлагаю. Ксалантиры у нас есть. Отберем лучших воинов и попробуем пробиться к артиллерии. Они же этого не ждут. Будем действовать на упреждение. Всё равно если барьер падет нам уже ничего не поможет.

Все молчали.

— Хм, а это может сработать, — произнес наконец Гордей Степанович. — Только мы можем лишиться оружия, если вас истребят. А это все-таки преимущество.

— Всегда можно сбежать, — пожал плечом сержант Мезенцев. — Там мы будем на открытой местности, а не в амбаре. Ну и двадцать мечей в замкнутом пространстве большой погоды не сделают. Вы бы видели какие толпы на нас летели.

В этом он был прав. Вообще я сильно поддерживал его план.

— Двадцать пять мечей, — поправил его князь.

— Это не имеет значения, — снова пожал плечом сержант Мезенцев.

— Двадцать шесть! — сказал я, подняв руку. — Я согласен с Алексеем. Мы должны попробовать. Их артиллерия сильно разобщена, так что мы сможем истреблять ее по одиночке. А с пехотой в условиях города не должно возникнуть проблем.

— Что скажете, ваше сиятельство? — повернулся к князю Гордей Степанович. — План хорош своей дерзостью. Мне такое нравится.

— Это лучше, чем сидеть и ждать пока нас истребят, — кивнул князь. — Так и сделаем.

— Только это, — замялся сержант Мезенцев. — Я бы хотел, чтобы эту вылазку возглавил его благородие Броневой. Видели бы как он крушил этих тварей…

— Нет, — отрезал князь. — Хорошо крушить, не значит хорошо управлять. Капитан Казаков, — рявкнул он. Из-за стола встал коренастый мужчина с черными длинными волосами и бородкой. Он был облачен в доспехи. — Вы возглавите эту операцию. Отберите лучших людей и раздайте им оружие. Броневой пойдет с вами.

— Так уж и быть — двадцать семь, — воскликнула Соня, встав на ноги. — Я тоже пойду. Ксалантир у меня есть.

— Нет, — отрезал князь. — Ты нужна здесь. Когда дракон очнется мы тут же будем планировать атаку. Можешь отдать свой ксалантир кому-нибудь из дружины.

— Он не передается, — насупилась Соня.

— Ну пускай так, — вздохнул князь. — Двадцать шесть человек более чем достаточно для такой вылазки. Вот, — он встал со своего места. — Это уже похоже на план. Я думаю, всем всё понятно. Выполнять. Совет окончен. Все свободны. Верховный магистр и капитан Казаков остаются для уточнения детали. Никита Сергеевич, ты тоже задержись.

Присутствующие, изумленные столь стремительным завершением разговора, стали разбредаться, перешептываясь друг с другом.

Я вышел на улицу вместе с Соней. Мезенцев куда-то испарился. Вот так и жди его после этого.

— Мне надо вернуться в лазарет, — сообщила она.

— Мне тоже, — кивнул я.

По дороге мы старались не говорить о завтрашнем дне. Она специально обходила эту тему стороной, а я и не настаивал. Нужно было отвлечься, чтобы после собрать все мысли в кучу и решить, как действовать дальше.

В лазарете меня отмыли в большом чане с горячей водой, снова перевязали, а потом отвели в специальную комнату, которая наполнена специально заряженным воздухом, способствующий заживлению ран, восстановлению сил и поднятию боевого духа.

Неплохо, конечно. Если все это было правдой. Завтра проверим на какой уровень поднимется боевой дух. Лекари странный народ. Как отмочат что-нибудь.

Я завалился на койку, укрывшись пледом. Первым делом проверил своих подопечных все ли были на месте. Это уже было какой-то привычкой перед сном. Как будто боялся их всех снова потерять, как это было при переселении души в новое тело.

Но все оказалось в порядке. Я отправил орлов проверить позиции противника. Как же неудобно не видеть их позиции. Просто невероятно.

Сосчитать количество они просто не могли, поэтому я приказал им просто называть каждого которого видели по очереди.

Я насчитал больше ста штук артиллерийских гриммеров. Теперь понятно почему они так рьяно обстреливают барьер. Нашей группке придется тяжело, хоть и с ксалантирами. Их наверняка будет охранять пехота.

В комнату зашла Соня, обернутая в банное полотенце.

— Ты тоже здесь? — удивилась она.

Я поднял голову и кивнул. Ох, как же она соблазнительно выглядела в этом полотенце.

— Вот у вас здесь нравы, — вздохнула она. — Мальчика с девочкой селят. Неужели нельзя раздельно?

— Может просто комната такая одна? — усмехнулся я. — Хорошо хоть больше никого здесь нет. Странно, что Мезенцев не появился.

— Да, я его давно не видела, — подтвердила Соня. — Отвернись, я переоденусь.

Вот блин, и тут не свезло. Я отвернулся к стене и натянул на голову плед. Эх, что за жизнь-то такая. Одна война сплошная, никаких удовольствий. Надо это каким-то образом менять.

В тот же момент, я почувствовал, как плед приподнялся и следом к моей спине прижалось горячее женское тело.

— Я тут подумала, — томно прошептала Соня мне на ухо. Ее дыхание обжигало. — Ты завтра отправишься в бой. Это будет очень опасно.

Ее грудь прижалась ко мне еще сильней, я чувствовал торчащие соски.

— Не опаснее того, что было сегодня, — усмехнулся я, резко развернувшись на койке.

Соня прильнула ко мне голым телом и, положив голову на грудь, начала водить пальцем круги по ней.

— Но ты ведь можешь не вернуться, и мы больше никогда не увидимся, — прошептала она. — Это наша последняя ночь.

Она подняла голову, посмотрев мне в глаза.

— Давай запомним ее, — прошептала она и, прикрыв глаза, прикоснулась своими сладкими губами к моим.

На следующий день мой боевой дух был поднят на невероятную высоту. Да и ночью он поднималась три раза подряд. Я не мог не оценить все прелести этой волшебной комнаты и на выходе сердечно благодарил всех лекарей, что определили меня туда. Они были правы, когда говорили, что воздух там был особенный, заряженный — он искрил всю ночь.

В итоге я поспал не больше трех часов. Оставив Соню одну отдыхать, я покинул лазарет. Но как выяснилось это было весьма вовремя. По барьеру продолжали лупить огненные снаряды, создавая невероятный грохот, но на стене уже вовсю шли приготовления к предстоящей защите.

Рабочие возводили деревянную лестницу прямо посередине ворот. На самой стене сооружали нечто вроде укрытия из дерева и камней.

Выглядело все максимально странно. И если лестницу я еще мог понять — все-таки по ней можно было оперативно спуститься, когда они поймут, что барьеру приходит не минуемый конец. То сооружение из камней в моей голове никак не укладывалось. Оно никак бы им не помогло в случае внезапного прорыва.

Видимо, это был очередной бред от верховного магистра. Только его воспаленный мозг мог придумать подобное условие. Ну а князю ничего не оставалось, кроме как пойти на это.

Первые одаренные уже стояли на стене и питали барьер своей силой. Зрелище было жалкое. Один долговязый парень — самый старший из них, четверо чуть поменьше и с десяток совсем маленьких.

Они держались за руки и питали барьер. Хотя вернее было бы сказать, что самый старший забирал энергию у младших и направлял ее в нужное русло.

Одаренных было гораздо больше пятнадцати. Похоже, что они разделились на группы, чтобы было время на отдых. Все-таки силы не безграничные и требуется время для их восстановления.

Интересно в какой группе будет сам Боярышников. Князь упорно хотел отправить его на стену. Я бы посмотрел на такое зрелище.

Но сейчас нужно было проверить Демигара. К Казакову я всегда успею, а мимо меня эта братия точно не пройдет. Мои шпионы были повсюду.

Кстати, надо бы отправить паучков и таракашек на его поиски. Пускай проверят, где он. Так я и поступил.

Поднявшись на стену, я тут же увидел всё ту же картину — трое лекарей столпились вокруг дракона и без устали манипулировали. Только теперь они делали под наскоро сооруженным шатром.

По их изнеможденным лицам я понял, что они не спали всю ночь. Моё нескончаемое уважение.

— Ну как он? — спросил я, подойдя к ним.

— Плохо, ваше благородие, — ответил Тихон. — Мы всю ночь пытались его достать. Разрушения пошли по позвоночнику. Мы же говорили, что ему нельзя летать в таком состоянии. Теперь я даже не берусь предположить, когда он сможет прийти в себя.

— Солнце уже встает, — говорил Кондрат. — Когда оно достигнет зенита станет еще сложнее. Клетки будут слабее регенерировать. Мы попросили сделать нам хоть какие-то стены, но у его сиятельства, похоже есть дела поважнее.

— Какие дела могут быть важнее дракона? — нахмурился я.

— Не могу знать, ваше благородие, — пожал плечами Кондрат.

— Да забил он нас, вот и все, — как всегда был пессимистичен Виталя. — Небось пакует вещички уже. Жену и детей по сундукам прячет, чтобы вывезти из замка. Ссыкло благородное! Даже не поднялся сюда больше ни разу.

— Тих-тих, Виталя, — пробормотал Тихон. — Поаккуратнее с выражениями. Вдруг стража ему доложит, — он мотнул головой в сторону стражников, охранявших их.

— А че я такого сказал? Правду? Че «тих-тих»? — ерепенился Виталя. — Мы тут его последнюю надежду пытаемся с того света достать, можно сказать невозможное делаем втроем, а ему плевать. Ты же прекрасно знаешь, что для такой работы нужно как минимум пятеро.

— Так, стоп, — шикнул на них я. — Если князя здесь не было, то кому вы сказали о стенах для шатра?

— Как кому? — удивился Кондрат. — Рабочим, конечно.

— Так. И что они вам ответили?

— Да ничего не ответили, — развел руками Кондрат. — Башкой помотали и ушли.

Понятно все. Кинули их рабочие. Подумали, что эта лишняя работа, на которую приказа не было. А если приказа не было, то какой смысл ее выполнять. Типичные работяги.

Надо найти их и навешать люлей. Хотя лучше просто князю сообщить, пускай сам за все отдувается.

— Вот ты где! Я повсюду тебя ищу, — раздался девчачий голос.

Я обернулся. На вершине лестницы стояла растрепанная Ника. Она тяжело дышала, согнувшись пополам и уперев ладони в колени.

— Что такое? — нахмурился я. — Зачем ты меня ищешь?

— Беда, братик! Беда пришла! — заревела Ника.

Я подлетел к ней и схватил руками за плечи.

— Что случилось? — обеспокоенно спросил я.

— Никон… Никон… он… — ревела Ника. Из ее глаз крупными каплями стекали слезы. — Его… з-забрали. Забрали на стену понимаешь?

— Что? — полезли глаза у меня на лоб. — Зачем?

— Он ве-вечером… поднял ложку не к-касаясь, — хлюпала носом Ника. — И дя-дюшка Ник… он…

— Так успокойся, — легонько потряс я ее за плечи. — Соберись. Сделай глубокий вдох. Вот так…А теперь выдох. Во-от умничка. Расскажи мне — что произошло? Как это не касаясь?

Ника вроде бы пришла в себя. Взгляд ее стал гораздо яснее.

— У него похоже открылся дар, — чуть всхлипывая сказала она. — Дядюшка Ник так сказал, когда за ужином Никон поднял ложку. Его отвели к какому-то старику и тот все подтвердил. А так как крепость сейчас нуждается в одаренных его отправят на стену. Тетя Эльза плакала, говорила, что это плохо. Он там может погибнуть, братик, понимаешь? Погибнуть!

Это как раз я понимал лучше всех остальных. Только зачем нужен был двухлетний мальчик на стене? Использовать его как источник? Не думаю, что его дар так сильно развился. Старик магистр совсем сошел с ума раз идет на такое. Скорее страх толкает его на необдуманные поступки.

Крупский тоже хорош! Сам лично сдал моего брата в лапы магистра. Хотя, он человек придворный, поступает сугубо по закону. За не сдачу одаренного грозит смертная казнь. Законы тут для вех равны, даже командира городской стражи никто бы не пожалел.

— Успокойся, я все понял!

— Мне так страшно, Лари! — сестра обняла меня руками, прижав голову к груди. Я сжал ее в своих объятьях. Бинты на моем теле стали моментально мокрыми от ее слез. — Я не нахожу себе места. Очень страшно. Вдруг он там тоже умрет.

— Что значит тоже? Никто не умрет, — говорил я, стискивая ее. — Я разберусь с этим. И если что, защищу Никона любой ценой. Как и тебя.

— Обещаешь? — подняла на меня глаза Ника.

— Обещаю. А теперь беги обратно к Крупским и спрячься, — сказал я ей, высвобождая из своих объятий. — И ни при каких условиях не поднимай ложку взглядом, даже если сильно захочется.

Сестра не улыбнулась на мою шутку. Лишь угрюмо поплелась в сторону дома Крупских.

А я немедля побежал в замок. Нужно было разобраться с этим долбанным стариком. С другой стороны — что я мог сделать? Крепости действительно отчаянно нуждалась защита. Иначе мы все здесь умрем. Гриммеры не пощадят никого. И если Никон сыграет ключевую роль в ее защите, я буду сильно удивлен. Но такой вариант развития не стоит исключать.

По дороге к замку, я столкнулся нос к носу с капитаном Казаковым. За ним следом шли двадцать четыре лучших витязя замка. Все в сияющих доспехах и с ксалантирами на поясах.

— Тебя не учили вовремя приходить на построение, Броневой? — рявкнул он на меня.

— А кто мне сказал, что оно будет? — удивленно посмотрел я на него.

— Тоже мне солдат, — фыркнул капитан Казаков. — Мы выдвигаемся, а на тебе еще даже доспеха нет. У тебя пять минут, чтобы одеться и вернуться к нам.

— Э, а где всех одевают?

Витязи в смятении зашушукались.

— В казарме! Где же еще⁈ — заорал на меня капитан Казаков. — Пять минут у тебя. Ждем у главных ворот, если опоздаешь, то выдвигаемся без такого бравого воина, который «всех победит».

Они прошли мимо меня лязгая доспехами. Среди лиц я увидел сержанта Мезенцева, который бросил на меня извиняющийся взгляд. Видимо за поведение его капитана.

Ну вот и зачем он наплел про меня ему? Или это был князь? Неважно. В том, что капитан заимел на меня зуб, не было ничего хорошего.

Но теперь я стоял на распутье. Нужно было разобраться с магистром — может я хоть как-то смог бы повлиять на него или на князя. С другой стороны — эта дерзкая вылазка капитана Казакова, которая могла переломить ход всего сражения.

Да что ж такое-то а!

Время шло, а ноги сами несли меня в казарму. Душой я болел за брата, но умом понимал, насколько важно то, чем я сейчас буду заниматься.

Пойду в бой, но при этом подстрахуюсь.

Пока на меня надевали доспехи прислужники, я приказал таракашкам найти Никона. Он находился в келье одаренных с остальными детьми и плакал. Сердце сжималось. Естественно, нельзя было отлучать такого маленького ребенка из знакомой обстановки в неизвестную среду.

Над ним суетилась какая-то пышная женщина, которая пыталась его развеселить. Похоже он обслуживала всех одаренных детей и вот теперь все ее внимание было направлено на моего брата. Это успокаивало.

Я приказал одному из своих беркутов следить за братом. Остальным было велено сменять первого, если тот устанет. Таким образом я обеспечил хоть какой-то надзор и защиту для него.

Тоже самое сделал с Никой, только над ней поставил орлов. На всякий случай.

Прошло уже явно больше пяти минут. Я сильно опаздывал. Но уже на подходе к крепости, я увидел, как дружина капитана меня всё еще ждет, сидя на конях.

— Бросил меня! — послышался возмущенный девичий голос.

Я повернул голову. У одного из домов, скрестив руки на упругой груди, стояла Соня. Она смотрела на меня исподлобья.

— Прости, — сказал я. — Я сильно тороплюсь.

Она тут же изменила выражение лица на обеспокоенное.

— Уже? — спросила она. — А как же… Ладно, все понятно с тобой…

Соня подошла ко мне ближе, приподнялась на цыпочки и поцеловала в губы. Я ответил на поцелуй.

— Присмотри за моим братом, прошу тебя, — сказал я ей. — Его забирают на стену, как одаренного. Если найдешь мою сестру Нику, она тебе все расскажет. Она живет в доме Крупских. Присмотри за ними, прошу.

Говорил я, удаляясь от нее. Замерев на одном месте, Соня кивнула, не сказав больше ни слова.

— Мы тут его ждем, а он с бабами лобызается! — накинулся на меня капитан Казаков, пока я забирался на свободную лошадь.

— Да ладно вам, капитан, — бросил ему один из витязей. — Это дело нужное. Тем более драконщица. Я завидую.

Я оглядел их всех. Почему-то у меня появилось стойкое ощущение, что это именно витязи не дали уйти капитану ровно через пять минут.

И они были правы. В такой вылазке каждый меч был на счету. А особенно мой.

— Может быть уже пойдем? Я и так задержался, — пристально посмотрел я на капитана. Вот чего я не собирался делать, так это исполнять субординацию. Этот сопляк еще под стол пешком ходил, когда я крушил тварей направо и налево.

У капитана задергалась верхняя губа, но он ничего не сказал. Только развернулся и на лошади сделал два шага в сторону ворот.

— Отряд! Стройся! — заорал он. — Открыть ворота!

Пока ворота открывались, я видел, как тряслись от страха витязи. Все были бравыми воинами, но они ни разу не бывали в настоящем бою. Особенно с гриммерами. Только двое из них стояли ровно, с гордо поднятой головой — капитан Казаков и сержант Мезенцев.

Я успокоил всех лошадей, на которых мы ехали, и предал им уверенности. Жаль, что на людей мой дар не распространялся. Сейчас было бы очень полезно.

— В атаку! — крикнул капитан Казаков, указав своим мечом вперед, и первым бросился вон из крепости.

Остальные, с криками и улюлюканьями, поскакали за ним. Траектория их движения была заведомо неверна. Крайняя группа артиллерии гриммеров, располагалась гораздо левее заданного курса. Мы рисковали попасть в самое пекло.

Неужели никто из них не додумался пустить отряд для разведки. Или все слишком боялись. Я пришпорил лошадь и поравнялся с капитаном.

— Почему мы скачем этим путем? — спросил я его.

— Не твоего ума дела, — гаркнул он на меня, сосредоточенно глядя вперед.

— Так мы нарвемся на три артиллерии сразу, — в тон ему ответил я. — У нас не будет шансов их победить. Каждую арту охраняют отряды пехоты. И их плотность будет увеличиваться по мере приближения. Нас просто разобьют.

— Со стены видно, что крайняя артиллерия стоит на север-востоке посада, — чуть сбавив тон, ответил Казаков. — Мы туда и направляемся.

Вон он что. Не стали пускать разведотряды, побоялись. Просто посмотрели со стены откуда по ним палят. Что ж это безопасно, но не разумно. Сразу видно, что военного опыта у всех, включая князя, — ноль. Их арта могла просто не стрелять, в тот момент, когда они смотрели.

— Крайняя артиллерия на севере, — твердо сказал я ему. — Ты ведешь своих людей на убой.

— Послушай, пацан… — начал он.

— Нет, ты послушай меня, — оборвал я его. — Если мы поедем этой дорогой, все твои люди умрут. И будешь ты ходить, как сержант Мезенцев, с потерянным взглядом. А я не знаю, смогу ли вытащить вас обоих на этот раз, потому что в прошлый, в амбаре, в дело вмешался дракон. Нам нужно повернуть левее и скакать туда. Максимум, чем ты рискуешь, это потерей времени. Если на севере их не окажется, нам придется проехать пару лишних кварталов, но зато добраться целыми.

Казаков задумался. Но я-то знал, что прав. Орлы вчера показали весь расклад, поэтому уверенность меня не покидала.

После недолгих размышлений, капитан Казаков свернул. Вот теперь мы двигались в правильном направлении.

Перемещаясь между разрушенными домами, мы неслись по широким улицам посада. Скоро должны были появится гриммеры. Первый круг обороны их артиллерии. Обычная пехота, но для неподготовленного витязя они несли большую опасность.

Первая группка появилась из-за домов. Бросилась на витязя, что скакал по правому флангу.

Я к тому моменту уже успел переместиться в центр колонны. Здесь было и самое безопасное место и обзор открывался лучше.

— Осторожно, справа! — крикнул я.

В последний момент, витязь увел лошадь левее и две когтистые лапы пронеслись мимо него. Но уже следующий гриммер готовился к прыжку на него.

Ближайший к ним витязь достал свой ксалантир и рубанул сверху вниз по массивной голове. Череп твари разломился надвое.

Второго и третьего убил я, вильнув лошадью и подъехав к ним ближе.

Это только начало. Тварей будет всё больше.

— Отряд! Достать ксалантиры! — зычно крикнул я. Спорю на что угодно, Казаков сейчас сильно бесился. Ну и что. Зато его воины будут целее.

Мелкие группки попадались все чаще. Мы давали им бой — в движении гриммеры действовали хуже. Им было довольно тяжело догнать и атаковать скачущую лошадь. Это играло нам на руку.

Истребив групп шесть по дороге, мы-таки потеряли одного бойца. На него гриммер спрыгнул с крыши и впился длинными зубами в шею. Я не успел ничего сделать, хоть и ехал прямо позади них.

Оставалось только подскакать ближе и отрубить гриммеру голову. Витязь на тот момент был уже мертв. Я забрал его ксалантир, засунув в ножны за спину. Пусть будет.

Останавливаться и подбирать тело, никто и не подумал. Вернее сказать, скорее всего подумали, но не стали этого делать. Сейчас мы были в глубоком тылу, в стане врага.

Внезапно, капитан Казаков остановил лошадь, подняв правую руку вверх. Все затормозили, а я подскакал к нему поближе.

Он, кстати, весьма хорошо повел себя в бою. Убил пятерых и спас двоих своих людей. Хороший воин.

— Впереди, — кивнул капитан, указывая подбородком вдаль.

Их было штук сто. Плотным строем они стояли между домами, кто-то сидел в окнах и на крышах зданий.

Вот и началось самое веселье. Мы добрались до второго круга обороны артиллерии.

— Они нас заметили, — констатировал я.

— Вижу, — кивнул капитан Казаков.

— Нужно спешиться и дать бой, — сказал я.

Тем временем первые пехотинцы уже направились в нашу сторону.

— Нет, — поморщился капитан Казаков. — Мы проскачем сквозь них. Как нож по маслу разрежем их ряды.

— На крышах эти гады не просто так сидят, — обратил я его внимание. — Как только мы проскачем мимо, они спрыгнут вниз. Плюс их плотность слишком высока. Первых двоих-троих ты убьешь, но четвертый успеет запрыгнуть на тебя.

— Пеший бой не менее опасен. А на конях они нас догнать не смогут.

— Ну как знаешь, — махнул я на него рукой.

Я слез с лошади, приказав ей гулять неподалеку, достал второй ксалантир и с двумя мечами, пошел навстречу движемся на меня троим гриммерам.

— Стой, солдат! — орал мне в спину капитан. — Выполнять приказ!

Я не обращал на него внимания.

Первый гриммер решил исполнить лобовую атаку и прыгнул прямо на меня. Я уклонился в сторону, в прыжке отрубая ему обе лапы.

Тут уже подоспел второй, проводя мне хук слева. Я присел и ударил ему мечами по ногам.

Третий гриммер атаковал сзади, но я откатился в сторону, а пока поднимаясь провел махнул мечами снизу вверх разрезая ему торс от живота до плеч.

Они взвыли от боли, но не оставили своих попыток для атак, которые так и не увенчались успехом.

Я добил всех троих в одно движений, просто прыгнув вперед и в полете разрезая им шеи.

Все произошло молниеносно.

Не успев отряхнуть кровь с мечей, я пошел дальше, потому что все больше гриммеров начало двигать в мою сторону.

Но после драки в амбаре мне уже ничего не было страшно. Их было много, но с двумя ксалантирами я был вдвойне опасней.

Уже приготовившись к атаке, я не ожидал появления витязей. Но они все ворвались в драку, с криком «Ур-ра!». Чем они тогда радовались, я так и не понял.

Я рубил тварей направо и налево. Многих разрубал пополам, но с большинством такие финты не удавались. Приходилось уклоняться, уворачиваться и отскакивать от ударов их лап.

Они были гораздо грознее и опаснее, чем те, что атаковали нас в амбаре.

Витязи тоже показывали себя с лучшей стороны. Не смотря на отсутствие опыта, они храбро сражались, с лихвой компенсируя свои недостатки храбростью и боевой подготовкой.

Из двадцати четырех оставшихся витязей погибло лишь двое, что я счел хорошим счетом. И тем не менее, наши ряды редели. Дальше будет только сложнее, плюс будет сказываться усталость.

Мы вырезали всех до единого, заплатив при этом не малую цену. Четверо были ранены. Несмертельно, но очень неприятно. Их боевые способности теперь стали гораздо ниже и они стали первыми претендентами на жертву.

— А-а-а, сука! Как же больно! — кричал один из витязей, пока товарищи тащили его тело к стене дома.

— Тишь-тишь, потерпи, — приговаривал капитан Казаков.

Витязю откусили половину кисти, их которой хлыстала кровь, плюс в груди его доспеха зияла огромная колотая рана.

Товарищи прислонили раненого к стене и начали снимать с него доспех, чтобы перебинтовать.

— Я умру, да? Я умру? Я точно умру, мне крышка! — почти плакал витязь. — Не от кровопотери, так от заражения.

— Отставить, Куприн! — рявкнул на него капитан Казаков. — Никто не умрет пока я не прикажу.

Ага, скажи это тем троим, которых мы потеряли.

— Сил нет терпеть! Как же больно, — стонал Куприн.

Кто-то из витязей обработал и перебинтовал его рану. Остальным троим раненным тоже оказывалась помощь.

— Нужно отправить их обратно в крепость, — сказал я. — Они нам ничем уже не помогут, а погибнут точно.

— Знаю, — мрачно ответил капитан Казаков.

Он лишился уже троих. Отправить еще четверых обратно в крепость, означало сильно уменьшить свои шансы на победу.

— Капитан, — подошел к нам сержант Мезенцев. — Мы сделаем все, что в наших силах. Не нужно им погибать зря.

— Да, но если мы не уничтожим артиллерию, то получается вся эта вылазку была напрасной.

— Даже если уничтожим хотя бы одну, это уже будет хорошо, — сказал я, прекрасно понимая, что сейчас отсеялись самые слабые. Но и дальше станет только сложнее.

— Одна нам ничего не даст, — отрезал капитан. — Нам нужна только победа.

— Бежать — не позорно, помните? — напомнил ему сержант Мезенцев. — По крайней мере, мы попытались что-то сделать.

Капитану такая перспектива явно не нравилась.

— Наша цель не перебить всю арту гриммеров, а замедлить разрушение барьера, — сказал я. — Нам нужно лишь дождаться, когда очнется дракон. Мы при всем желании такой группой не вырежем всех гриммеров в округе. Как и малыши на стене, которые питают барьер. У них точно не хватит сил это сделать. Все мы только оттягиваем время. Поэтому движемся дальше. Раненные пускай отправляются в крепость. Они все равно уже ничем не помогут в бою.

После того как я указал правильное направление, капитан Казаков относился ко мне более лояльно. Совсем чуть-чуть, но этого хватило чтобы прислушаться к моим словам.

Геройству тут не было место.

Витязи помогли забраться своим раненным товарищам на лошадей и отправили их обратно в крепость. Капитан Казаков приказал им забрать мертвые тела своих товарищей — двоих с поля боя и одного по пути.

Дальнейшее движение мы продолжили пешком. Судя по приближающемуся грохоту, артиллерия гриммеров была все ближе и ближе.

Истребив еще один плотный отряд тварей и потеряв одного бойца мы наконец-то пришли к своей цели.

Такого даже я не ожидал увидеть. За все это время артиллерия гриммеров изрядно эволюционировала.

Перед нами стоял огромный гриммер на четырех лапах, размером с двухэтажный дом. Из его спины выростало широкое жерло, которое стреляло огненными шарами ростом с человека. Гриммер был неповоротлив, угрюм, зол и чрезвычайно опасен.

— Как нам его убить? — таращился на него сержант Мезенцев.

— Не знаю, — стиснув зубы отвечал капитан Казаков.

Дело еще осложняло наличие обычной пехоты гриммеров под ногами у артиллерийской твари.

— Нужно возвращаться назад, — сокрушался один из витязей.

— Эту громадину нам ни за что не прибить, — поддакивал ему второй.

— Отставить разговоры! — рявкнул на них капитан Казаков.

Вообще я был с ними согласен. Что толку от нашего крохотного отряда, против такой громадины. Чертовы орлы не смогли нормально передать ее размер. Надо срочно увеличивать свой дар, чтобы вселяться в животных. Хрен бы я пошел в атаку, зная такой нюанс.

— Что думаете, капитан? — спросил сержант Мезенцев.

— Не знаю, — поморщился капитан Казаков. — Может у нашего эксперта есть какое-то мнение? — с ядовитой усмешкой посмотрел он на меня.

Мнение, конечно, было. Только вот ты к нему не прислушаешься. Всё мое нутро говорило о том, что нужно бежать. Однако долг и ответственность перед людьми в крепости, кричали об обратном.

— Раз уж мы здесь, то надо пробовать, — наконец, сказал я. — Только нужно выработать план.

— Угу, — кивнул капитан Казаков. — Их же так много может быть.

— Что? — не понял я.

— Ничего, — отрезал капитан Казаков. — Отряд! Слушай мою команду! Всем седлать лошадей!

Я не понимал, что происходит, а этот… нехороший человек не собирался мне ничего объяснять. Витязи быстро оседлали лошадей, которые благодаря моему дару всё время были где-то неподалеку.

Когда последний витязь был на лошади. Капитан стал кружить на своей перед своими людьми.

— Сейчас или никогда! — орал он. — Мы все выполним свой долг до конца! Бейте пехоту, но наша основная цель — артиллерия! В атаку!

Ой дура-ак!

И все витязи тут же бросились вперед, вслед за своим командиром. Все мои попытки их остановить оказались тщетными. Они неслись вперёд, как угорелые.

Черт бы вас побрал.

Пришлось пришпорить своего коня и приказать ему двигаться с максимальной скоростью, а их коней притормозить. Смысла разворачивать их не было, пехота гриммеров уже увидела нас, и пустилась в атаку.

Лошади скакали в форме клина, во главе которого, разумеется, был капитан Казаков. Он первый залетел в гущу гриммеров.

С наскока взять эту толпу не получилось. Мы закопались в атаке. Удары летели налево и направо, разрубая тварей на части. Но в такой ситуации кони только мешали.

— Спешится! Быстро! — заорал я.

Не у всех это получилось — они были зажаты тварями со всех сторон. Те, кто смогли, теперь действовали гораздо увереннее. Я как мог защищал тех, что был еще на конях, среди которых был и капитан Казаков.

— Нам надо заняться артой! — прокричал сержант Мезенцев, оказавшись возле меня.

Он разрезал очередного гриммера пополам и, едва увернувшись от удара ногой, отрубил ее, а потом вонзил клинок в раненное тело.

— Ага, — ответил я, разрезая тварь на две части от паха до макушки. — А еще спасти твоего капитана.

— Вижу, — буркнул сержант Мезенцев. Он похоже был тоже не рад спонтанной атаке. — Я этим займусь, ваше благородие. Вы сможете уничтожить арту? У вас вроде был какой-то план.

Я махнул рукой с мечом, но он проскользил по воздуху. Шустрик какой попался. От меня не уйдешь. Сделал выпад вперед, на ходу уклоняясь от удара, и колющим ударом проткнул сердце гриммера.

— Пока не перебьем всех к арте не подобраться, — отвечал я ему.

— У нас мало времени, — кричал сержант Мезенцев. — Арта разворачивается. Похоже эта хрень нас увидела. Она ведь и затоптать может.

— А, зараза! — крикнул я, двумя мечами крест-накрест отрубая гриммеру голову и отпинывая от себя тело.

Капитан Казаков пал на моих глазах. На него набросилось сразу трое с разных сторон. Из-за неповоротливости лошади он не успел вовремя уклониться от удара.

— Нет! — ахнул сержант Мезенцев.

Мы вдвоем бросились к капитану, прорубая себе дорогу.

Я добрался первым. Первый гриммер отвалился от капитана после того, как я отрубил ему руки и вонзил ксалантир в спину. Второму я распорол бок. Оба свалились на землю.

Третьим занялся сержант Мезенцев, достаточно быстро с ним расправившись.

К нам уже спешили другие витязи. Дело упрощало, что гриммеров стало гораздо меньше. И пока часть людей сдерживали натиск, остальные могли помочь своему капитану.

Казаков был еще жив. Из его рта вытекала кровь, и он не мог сказать ни слова. Глаза бешено бегали из стороны в сторону.

— Капитан!

— Капитан! — бормотали витязи, стаскивая с его с лошади.

Я не стал останавливаться. Капитан сейчас был в надежных руках своих товарищей.

Забравшись на лошадь, я рубанул подобравшихся к нам гриммеров, а затем резко стартанул с места.

Последний круг обороны артиллерии был практически разбит. Сам гигантский гриммер, прекратив огонь, неповоротливо разворачивался в нашу сторону.

— Но! Пошла! Быстрее! — орал я лошади, которая и так неслась на максимальной скорости.

Я отчаянно пытался успеть, пока гигант не развернется окончательно. Сомнений в том, что он после этого пойдет топтать витязей не было никаких.

Тогда под его своеобразную атаку попадут и собственные силы. Но на этот счет твари никогда не переживали.

Я опоздал. Громадина развернулась слишком стремительно. Она уже двинулась вперед, когда я подлетел к ней.

Едва уклонившись от огромной стопы, я проскакал мимо. Проехал немного дальше, чтобы развернуть лошадь и на полном ходу напасть на тварь с тыла.

Слава богу, что у нее были слишком короткие и толстые ноги. Я проехал между ними, прямо под пузом твари, которая уже двигалась к витязям.

Расставив обе руки широко, я прошелся двумя мечами под каждой подколенной ямкой сначала задних лап, а потом и передних, проскакав далеко вперед.

Гриммер как подкошенный рухнул на землю. Он зарылся огромной злой мордой в песок. Я в очередной раз развернул коня, подлетел к твари и, запрыгнув на массивную башку, вонзил в нее оба меча.

Из ноздрей повалил густой белый дым. Жерло, из которого эта тварь стреляла, плавно затухало.

Витязи возликовали. Они уже добили остатки пехоты и теперь радостно кричали.

— Что у нас? — спросил я, подойдя к ним.

— Капитан мертв, — тут же ответил сержант Мезенцев.

Я окинул взглядом изрядно поредевшую группку витязей. Из двадцати пяти человек, что выехали из крепости утром, осталось всего девять. Четверо из которых были тяжело ранены. Да и остальные сильно устали.

— Собирайте тела и ксалантиры, — сказал я. — Отправляемся обратно.

Путь назад оказался практически свободным. Нам попались лишь три группы гриммеров, которые мы быстро устранили.

В крепости нас встречали с немым страхом. От бравой группы витязей осталась горстка израненных мужчин. Такая картина не внушала надежды. При этом большинство людей уже не вздрагивало от взрывов по барьеру. Только с грустью смотрели на своих воинов.

Да и интенсивность обстрелов, если и снизилась, то незаметно. Получается миссия наша оказалась провальной. Но кто ж знал, что артиллерия окажется такой огромной.

Если бы у меня были глаза, эх…

А так… Столько людей погибло. Но мне хочется верить, что эта вылазка была не напрасной.

Я отказался от осмотра лекарями, при этом отправив туда всех витязей. Снял доспех и первым делом помчался на стену.

Одаренные дети продолжали напитывать барьер. Никона среди них не было. Беркуты сообщили, что он так и не выходил из замка. А пауки докладывали, что он все в той же келье, все с той же пышной теткой.

Фух. Ну хоть так.

Поспешив к дракону, я столкнулся по дороге с Никой и Соней. Сестра тут же бросились мне на шею.

— Живой! — плакала Ника.

Соня ничего не сказала. Она и хотела было подойти, но видимо постеснялась девочки.

— Мы были уверены, что ты вернешься, — кивнул девушка. — Как все прошло?

Я не хотел расстраивать их обеих. Особенно Нику, которая и так была переполнена эмоциями.

— Не так хорошо, как мы планировали, — уклончиво ответил я.

— Так и не добрались до арты?

— Добрались, — кивнул я. — Даже одну уничтожили. Но многих потеряли.

— Одна это уже кое-что, — задумчиво произнесла Соня. — Они теперь могут начать передислокацию, а это замедлит обстрел.

— Зачем? — удивился я.

— Не знаю, но такие случаи бывали, — пожала плечами девушка.

— Ларюшка! Ларичек! Дорогой мой, — лепетала Ника, крепче сжимая меня в объятьях.

Я прижал сестру к себе сильнее.

— Мы убили крайнего, — сказал я. — Так что не думаю, что из-за этого им потребуется менять свои позиции. Лучше скажи как там Демигар?

— А мы как раз идем к нему, — ответила Соня. — Ты я так понимаю тоже. Поэтому пойдем.

По дороге я расспросил их о том, как они встретились. Оказалось, что Соня почти сразу нашла Нику и, пользуясь суетой в доме Крупских, они вместе сбежали.

Представляю как бесится там Никита Сергеевич, но жалко мне его совсем не было.

Демигар лежал все в том же положении. Стен у шатра так и не было. Черт, я совсем про них забыл. Некогда было совершенно.

У дракона стоял только Тихон. Виталя и Кондрат ели кем-то принесенную похлебку.

— Вы прям к нам как на работу, — усмехнулся Виталя. — Она-то понятно, — кивнул он в сторону Сони. — Это ее дракон. А вы, ваше благородие, какими судьбами?

— А я смотрю тебя жизнь-то ничему не учит, — сурово посмотрел я на него. — Могу освежить в твоей памяти вежливость.

— Мы народ простой, ваше благородие, — фыркнул Виталя. — На хребте аристократов нет, потому мы особо не привыкшие.

— Уймись, — пихнул его в бок Кондрат.

— Угу, — мрачно произнес я. — Как Демигар?

— Вот-вот придет в себя, — ответил за всех Тихон. — Мы славно постарались.

— Верю.

Соня подошла к своему дракону, взяв с собой Нику, и начала ласково гладить ему бок. Я установил связь с Демигаром.

Он, как и в прошлый раз мне поддался. Он действительно чувствовал себя лучше и находился- где-то на поверхности своего сознания. Я попробовал на него легонько надавить, подтолкнуть его к свету и…

Демигар открыл глаза, похлопал ими, а потом медленно поднял голову. Тихон в шоке отпрянул от него, а Соня тут же бросилась обнимать своего дракона.

Меня же, как и в прошлый раз выбило из связи с ним. И сколько я не пытался, установить заново не получалось. Чертовщина какая-то.

При этом он был ДО СИХ ПОР В СЛОТЕ!

Как только дракон приходит в сознание все сразу рушится. Я не могу пока управлять более сильными? Это тоже странно. Гестия — самая сильная из них.

Возможно дело в характере и природной предрасположенности. Хотя назвать характер Гестии «легким», я бы не решился.

— Демигар! Я так переживала за тебя, — по щеке Сони прокатилась одинокая слеза.

Дракон повернул положил на нее свою голову, в знак признательности. Ника тем временем отошла от него подальше и встала рядом со мной.

— Так, только мы еще не закончили! — воскликнул Виталя, вскочив на ноги.

— Да, ему еще нужно восстановиться, — подтвердил Тихон.

— Мы проделаем еще пару манипуляций для закрепления эффекта, — подал голос Кондрат.

— Ой, да делайте, что хотите, — махнула на них рукой Соня, ласково поглаживая Демигара по щеке.

Да она похоже его искренне любит. А мне немного обидно. Что это? Ревность?

— Боюсь князь с вами не согласится, — задумчиво произнес я.

— Тогда ему пока не нужно об этом знать, — дерзко воскликнул Виталя.

Да что ж за человек-то такой. Каждым словом меня выводит из себя.

— Ваше благородие, вы уж не говорите ему пока, — затараторил тут же Тихон. — Барьер пока держится, а нам нужно не так уж много времени, чтобы все успеть.

В их словах был резон. Но в то же время, чем быстрее Соня начнет истреблять артиллерию, тем больше шансов у барьера выстоять.

— Сколько времени вам нужно? — спросил я.

— Час, может два, — ответил Кондрат. — Тут как пойдет. Позвоночник — сложная штука.

— Я не дам дракона, пока он полностью не восстановиться, — скрестив руки на груди и нахмурившись сказала Соня. — Это опасно. И для него, и для меня.

— Время пока есть, — успокоил я ее. — Но его очень мало.

— Лари! Смотри! — воскликнула Ника, показывая в сторону замка.

Я проследил за ее указательным пальцем. По улице шла целая делегация. Князь со своей свитой, верховный магистр в окружении детей, среди которых был и Никон, и командир городской стражи Крупский.

— Будьте здесь, — сказал я всем, а в первую очередь Нике.

Нужно было спешить, они уже приближались к северным воротам. Я запрыгнул на лошадь и поскакал.

С таким составом делегация продвигалась достаточно медленно, дети сильно тормозили ее. И все равно, мне удалось их только когда они поднимались по лестнице.

— Ваше сиятельство! — окликнул я князя.

Стража тут же преградила мне дорогу, а князь, уже поднявшись на один пролет, обернулся.

— А, юный Броневой, — улыбнулся он. — Мне уже доложили о ваших успехах.

Интересно, кто бы это мог быть? И какие там к черту успехи?

— Ваше сиятельство, среди детей мой брат, — сказал я. — Ему нельзя на стену, он слишком мал.

— Магистр утверждает, что сейчас любая капля силы может сыграть свою роль, — сурово произнес князь.

— Он ошибается, — покачал головой я.

— В этой ситуации, я склонен ему верить. В его словах есть логика. Сейчас любые средства хороши. И ты прекрасно об этом знаешь. Иначе бы не пошел с моими людьми на верную смерть.

Во мне кипели чувства. Я очень сильно не хотел, чтобы Никон оказался в опасности на стене. Барьер в любой момент мог рухнуть. Но я же сам предложил их всех увести в самый последний момент. Если бы я тогда знал…

— Понимаю, — кивнул я. — Дайте его хотя бы успокоить. Он сильно напуган.

— А я понимаю твои чувства, — согласился князь. — Поэтому пойдем. Пустите его.

Я проскочил вперед мимо стражи, а затем и мимо князя. Бежал вперед, распихивая свиту на своем пути.

Наконец, добравшись до мальчика, я схватил его на руки и крепко прижал к себе. У него были красные глаза, а все тело пробивала мелкая дрожь.

— Лали, — прошептал он. Его голос осип от плача.

— Не бойся, малыш, я с тобой, — прошептал ему в ответ я.

— Забели меня отсюда, — жалобно протянул Никон.

Я проглотил тугой комок в горле.

— Не могу, — хриплым голосом сказал я.

— Патиму⁈ — закричал Никон.

— Подожди, успокойся, — тут же поспешил сказать я. — Я буду рядом с тобой и никому не дам тебя в обиду.

— Дазе этёму злёбному деду? — Никон покосился на магистра Боярышникова.

Ох, не его тебе нужно бояться, мальчик. Не его.

— От него в первую очередь, — прорычал я.

Верховный магистр слышал весь наш разговор и, тихо брызжа слюной, что-то бормотал.

Я поставил Никона на пол.

— Падазди не ухади! — закричал мальчик.

— Я никуда не ухожу, — сказал я. — Видишь? Буду стоять здесь и наблюдать за тобой. Вот тут в сторонке. А ты делай все, что тебе говорят.

Никон всхлипнул, вытер слезу и кивнул. Его поставили в один ряд с остальными одаренными. Здесь было двое подростков и около двадцати детей. Самому старшему было едва ли пятнадцать лет. А таких как Никон и не было вовсе.

Магистр Боярышников приказал всем взять за руки, схвати при этом самого старшего правой ладонью. Из левой он в тот же момент пустил струю синей энергии в барьер.

Напитка началась.

— Гриммеры! — завопил кто-то из стражи.

Я тут же подбежал к краю стены и посмотрел вниз.

Сотни. Нет их были тысячи. Откуда их столько? Они были везде — на крышах зданий, на деревьях, посреди улицы. Заполонили своими синими тушами все пространство.

Это могло означать только одно — враг готовится к полномасштабному наступлению и стягивает к крепости все свои силы.

Как будто и частота обстрелов увеличилась. Я смотрел, как содрогается барьер и не верил своим глазам.

Он трясся все сильнее и сильнее, пока по нему не пошли маленькие, едва заметные трещинки.

Барьер начинал рушиться!

*Друзья! Близится завершении книги. Подписывайтесь на меня, чтобы не пропустить выход второго тома!*

— Ваще сиятельство! Барьер рушится! — закричал кто-то из свиты князя.

Георгий Осипович подошел ближе к стене, чтобы рассмотреть происходящее.

— Держаться! Держать! Сидор, слышишь меня? Питай барьер до последнего! — кричал князь. — Где этот чертов дракон? Быстро доложить мне о его состоянии.

— Есть, — отдал честь один его людей и убежал.

— Вася! — продолжал орать князь. — Приведи всех одаренных. Пускай помогают.

Окольничий кивнул и быстро побежал вниз.

— Они сильно устали, ваше сиятельство, — поклонился один из его людей.

— Лучше быть вымотанным, чем мертвым! — орал князь. — Мы должны во что бы то ни стало удержать этот чертов барьер. ТЫ! — он вдруг посмотрел на меня.

Я аж опешил от такого обращения, но виду подавать не стал.

— Мастер всех удивлять! — кричал он на меня. — Есть идеи, как сохранить барьер?

Видимо, он совсем отчаялся, раз обратился ко мне за таким советом.

— Они знают, что барьер рухнет. Готовятся к атаке.

— Это я и без тебя знаю, — отмахнулся князь.

— Им не перелезть через стену, только врываться через главные ворота. Их артиллерия должна стихнуть, чтобы не зацепить своих же. Мы можем встретить их у главных ворот небольшой группой. Но надолго нас не хватит.

Князь посмотрел на меня с уважением.

— Вам нужно продержаться лишь до того момента, как очнется дракон, — проговорил он. — И вашей группы будет недостаточно. Мы пустим туда всех наших людей.

— При всем уважении, ваше сиятельство, — сказал я. — Но это только лишние потери. Все, у кого нет ксалантиров обречены на смерть. Да и с ними тоже нет никакой гарантии.

Очередной удар артиллерии оставил на барьере отпечаток из трещин. Князь вздрогнул, отпрянув в сторону.

— Что ты предлагаешь?

— Нужно увести людей с улиц. Максимально скрыть всех в замке. Пускай дружина как раз этим и займется.

— В замке все не поместятся, ты же понимаешь, — сказал князь.

— Это ваши люди, — со значением посмотрел я на него. — Вам и решать, что с ними делать. А моя задача переубивать как можно больше монстров, чтобы вы все успели. Дайте мне только людей.

Еще удар. Барьер содрогнулся так, что мне показалось, что он вот-вот лопнет.

Но нет, он уверенно держал удары, но уже фактически весь был в трещинах.

Окольничий привел других одаренных, которые тут же присоединились к основной группе. Количество трещин на барьере замедлило свой рост.

— Ваше сиятельство, вам пора в укрытие, — хмуро позвал князя окольничий.

— Нет, Вася, я остаюсь здесь, — твердо ответил Георгий Осипович. — Собери еще одну дружину по количеству ксалантиров и отправь сюда к стене. Отбери лучших бойцов и экипируй. И Броневому тоже нужен доспех.

— Будет сделано, ваше сиятельство.

Окольничий, учтиво кивнув, удалился.

Новый взрыв добавил трещин барьеру.

— Ой, все! — опустил руку магистр Боярышников. Подпитка барьера тут же прекратилась. — Больше не могу. Устал.

— Ты что совсем из ума выжил, пень старый? — накинулся на него князь. — А ну быстро вернулся в строй!

— Не могу! — тяжело дышал магистр. — Калинин, замени меня.

Молодой парень, на вид самый старший из детей, встал на место магистра, и, взяв за руку детей, продолжил напитывать барьер.

Количество появляющихся трещин сразу же уменьшилось.

Верховный магистр, схватившись за сердце и сгорбившись, побежал в сторону лестницы.

— Схватить его! Схватить немедленно! — орал князь.

Стража моментально скрутила магистра.

— Я тебе покажу, как сцены устраивать. Предатель ссаный! Поставить его силой в ряд и пускай питает барьер до последнего вздоха или я все равно его казню! — кричал князь.

Вскоре вернулся окольничий с комплектом новенькой брони. Одной из тех, что делал мой отец, но которая так и не побывала в бою. Пока…

— Дружина готова, — рапортовал Василий Геннадиевич князю. — Стоят и ждут внизу у ворот.

Князь отвлекся от своей тирады на магистра.

— Все двадцать пять? — спросил он.

— Так точно, ваше сиятельство, — кивнул окольничий.

— А те витязи, что участвовали в вылазке? — спросил я, надевая доспех.

— Я не стал их трогать, они все ранены.

— Жаль, конечно, у них опыт, — посетовал я.

Но с этим мы ничего поделать не могли.

*БА-А-АХ*

Взрыв с огромной силой сотряс барьер. Помимо всех уже имеющихся на нем трещин, по нему побежала сетка мельчайших трещинок.

Ему приходил конец.

— Пора уходить! — воскликнул я.

— Нет! Стоять! — заорал князь. — Стоять до последнего. Мы выстоим. Где этот чертов дракон?

Но человек, который отправил за ним так больше и не появлялся. Спорю на что угодно это были проделки Сони и лекарей.

— Неважно, где дракон, ваше сиятельство! — сказал окольничий. — Нужно уходить. Барьер вот-вот рухнет.

*БА-А-А-АХ*

Трещин стало еще больше, а барьер начал осыпать сверху вниз. Отдельные части буквально падали сверху.

— Уходим! — крикнул я.

И, не обращая внимания, на возгласы князя выхватил Никона из толпы детей.

— Это предательство! Стоять! Я вас всех казню! — кричал князь. Похоже он обезумел.

— Все за мной! — крикнул я детям, держа Никона на руках и схватив ближайшего к себе.

Они к стояли так и побежали за мной строем.

— Броневой! Остановись! Задержать его!

Стража хотела преградить мне путь, но я распихал их в стороны с криком «Убью!». Они особо и не сопротивлялись. Сами понимали, что пора убираться отсюда.

Я спустил всех детей вниз. За мной неслась стража, а следом князь со своей свитой. Магистра Боярышникова вели под руки двое стражников, казалось, что он потерял сознание.

Мы спустились вниз как раз вовремя. Барьер окончательно рухнул и огненные снаряды полетели за стену в жилые здания.

На улицах поднялась паника. Люди кричали и бежали к замку. Огненные взрывы попадали буквально во все — в дома, в крыши, в улицы, в людей.

Но внезапно они резко прекратились.

Стало тихо. Невыносимо тихо.

Я уже и забыл, что бывает так тихо. Привык к тому, что где-то постоянно, что-то грохочет.

*БУ-У-УХ*

Что?

*БУ-У-УХ*

Глухой мощный стук.

*БУ-У-УХ*

Я медленно развернулся. Ворота крепости содрогались от мощных ударов.

*БУ-У-УХ*

— Немедленно уходите все отсюда! — заорал я.

Князь стоял белый, как полотно, и смотрел на ворота. Его за руки увел окольничий и кто-то из свиты.

Ко мне подошел командир стражи Крупский. Не говоря ни слова, он забрал у меня Никона. В его глазах я видел боль и смятение.

Этого было достаточно. Будем считать, что извинился. Хоть и безмолвно.

Люди в спешке убегали от ворот, пока в них появились все новые и новые дыры.

Я подошел к трясущимся от страха витязям. Совсем молодые. Гораздо моложе тех, что участвовали в вылазке.

— Кто главный? — спросил я.

Все посмотрели на меня.

— Нам сказали, что вы, — откликнулся один из витязей.

— Вот как, — удивился я. — Это кто же?

— Ва…

Закончить он не успел. Створка ворот с грохот слетела с петель и, в образовавшемся проеме, показались мерзкие головы гриммеров.

— Занять оборону! — взревел я. — Встаем полу кругом и на даем тварям пройти.

И сам первый бросился в атаку.

Огромная тварь неслась от меня. Я уклонился от ее когтей справа, чиркнул мечом, отрезая руку по локоть. Присел, слегка согнув колени, и полоснул мечом по ногам.

Тварь упала. Я добил ее, воткнув меч в сердце.

Следом бежала еще троица. Мощный удар слева, справа, сверху. Я успевал уклониться, на обратном движении отсекая то одну конечность то другую. Только когти свистели над моей головой.

Вжух.

Мимо что-то просвистело. Я оглянулся. Сам не заметил, как со спины на меня чуть не напал гриммер. Нужно быть внимательнее. Усталость сказывается. Я начинаю терять бдительность.

Витязи дрались смело. Они смогли взять себя в руки, перебороть свой страх и давать хороший отпор тварям. А те, кто не смог, погибли в первые же секунда. Таких было трое.

Неплохое начало.

Но дальше оказалось хуже. С каждой новой волной погибало все больше витязей. Одному откусили голову, второго порвали на части, третьего проткнули когтями. И так далее, и так далее.

Я уже с трудом сдерживал натиск и видел большие бреши в нашей обороне. Штук десять гриммеров точно проскочили внутрь крепости и теперь наводили ужас на жителей. Оставалось только надеяться, что городская стража справится.

Вжух.

Снова что-то просвистело за спиной. Я обернулся и увидел двух амбалов в непонятных доспехах, которые с интересом разглядывали по ксалантиру у себя в руках. Возле их ног лежал гриммер. Спасли, получается?

— А хорошее оружие, — произнес Рупь. Или Копь?

— Даже очень, — подтвердил Копь.

— Ага, — кивнул я, отбиваясь от очередной атаки. — Я ж вам обещал — вот, берите пользуйтесь.

— Спасибо, — только и успел буркнуть один из них.

Тут же бросившись в бой, они довольно лихо орудовали мечами. Гораздо лучше, чем витязи.

Эх, надо было их сразу на вылазку брать. Может все лучше бы обошлось. Жаль раньше мне не попались. А тут сами пришли. Совесть взыграла?

Но появились они как раз вовремя. От витязей осталась только маленькая горстка из восьми человек. И ты были уже на последнем издыхании.

Амбалы хорошо выровняли наши шансы. Крушить гриммеров у них получалось просто отлично.

К сожалению, это продлилось недолго.

Новая волна тварей была такой огромной, что мы едва успевали отбиваться. Еще трое витязей полегло. Мне проткнули плечо когтем. Да так сильно, что левая рука перестала функционировать, а гриммера с меня снимал Рупь. Или Копь…

Все больше и больше тварей просачивались вниз крепости. Я сильно устал и пропускал все больше ударов. Не существенных, но достаточно неприятных.

Амбалы тоже были уже ранены. Одному из них когтем порвали рот и все лицо его был в крови. Второму сильно исполосовали доспех. У обоих все руки были в кровоточащих шрамах.

Внезапный рёв разорвал пространство. Поднялся ветер. Громадная тень заволокла небо.

Я поднял голову. Над ним, широко расправив крылья пролетел Демигар.

Широкой полосой пламени он провел снаружи, прямо возле ворот крепости. Меня обдало жаром огня. Но он был таким приятным.

Гриммеры бросились в рассыпную.

Поток остановился. Мы с амбалами и оставшимися восемью витязями добили остатки гримеров, которые пробрались за пределы ворот.

Демигар развернулся в воздухе и сделал еще один заход, испепеляя все на своем пути. Затем приземлился на стену и стал сверху вниз поливать всех огнем.

Сверху на нем сидела Соня. Я только сейчас ее заметил. Она направляла дракона в нужное русло.

Я попытался снова связаться с драконом, но у меня как обычно ничего не получилось. А и ладно! Сейчас Соня им управляет.

Причем весьма успешно. Да и горазда эффективнее, чем наша уставшая группа.

Атака была отбита. Крепость выстояла. Нужно было добить всех тварей, которые разбежались по крепости и теперь наводили ужас на горожан.

Это я поручил двум амбалам и витязям. Они все хоть и устали, но на лошадях должны были достаточно быстро с этим справиться.

Наконец, поток огня прекратился. Взмахнув крыльями, Демигар взлетел, а потом приземлился прямо передо мной.

— Я вовремя? — с надеждой спросила Соня, спрыгивая с дракона.

— Очень, — кивнул я.

Девушка бросилась меня обнимать, обвив своими тонкими руками мой израненный торс.

— Я так боялась не успеть, — прошептала она. — А эти все твердили что нужно ждать! Нужно ждать! Но ты же понимаешь, что без этого Демигару пришлось бы плохо, правда?

— Я все понимаю, не переживай, — погладил я ее по белокурой голове.

— Правда? — повторила она, подняв на меня свои голубые глаза.

— Правда, — кивнул я.

Девушка встала на цыпочки и дотянулась до моих губ. Соленые… от пота и слез. Хотя мои наверно были такими же.

— Теперь, нужно добить их всех, — сказал я, отпрянув.

— Да, — кивнула Соня.

— Возьмешь меня с собой? — спросил я.

— Ты мне ничем не сможешь помочь, — угрюмо помотала головой девушка. — Одной правда удобнее. А ты нужен здесь.

Мне ничего не оставалось делать, кроме как признать ее правоту. Я отпускал ее одну в стан врага скрепя сердце.

Соня резво забралась на дракона.

— Жди меня, я скоро, — лукаво улыбнулась она. — Су шэла! — она дернула Демигара за поводья.

Дракон расправил огромные крылья и взмахнул ими.

*ВУ-У-У-У-ХДЫЩ*

Над нашими головами пролетел гигантский огненый шар.

Я задрал голову наверх. Соня остановила Демигара, не давая ему подниматься за пределы стены.

Врыв. Удар пришелся в одну стен замка.

Новый удар. Еще. Еще! И еще один!

Шары летели один за другим. Раздавались все новые взрывы. Крыши начинали гореть.

Я пулей бросился наверх стены. Соня опустила Демигара на землю и устремилась следом за мной. Поднявшись, мы оба замерли.

Гриммеры, поняв, что их пехоте пришлось отойти, возобновили удары артиллерией. На этот раз они снизили интенсивность, но и этого вполне бы хватило, чтобы разрушить всею крепость.

Под таким обстрелом Демигар точно бы не смог взлететь.

— О черт! — воскликнула Соня.

— Демигар не сможет взлететь, — выдохнул я.

— Сможет, — бойко отозвалась Соня. — Я проберусь на нем пешком и вдали от ударов смогу расправить крылья.

— Опасно, — констатировал я.

— Не опаснее чем сидеть здесь и просто ждать.

— Пока ты туда доберешься, замок сгорит. Они решили его уничтожить. Нужно уводить людей, всех кого сможем! Иначе…

Я не смог продолжить, потому что все тело пробила дрожь. Что? Не может быть.

«Скучал по мне?» — раздался в голове мелодичный знакомый голос.

Гестия!

Я перевел свой взгляд с Сони на артиллерию и увидел огонь! Много огня.

Драконы.

Они пикировали вниз, один за другим методично разрушая артиллерию гриммеров. Сжигая их дотла.

— Смотри! — указал я Соне за спину.

Девушка развернулась и ахнула.

— Погонщики, — тихо произнесла она. — Я должна помочь им.

Она сорвалась с места и бросилась вниз. Я пытался ее догнать, но у меня ничего не вышло. Она вскочила на дракона и выбежала на нем за ворота.

Я выбежал следом.

Демигара прыжками скакал вперед, уходя в сторону, где артиллерия звучала меньше, а потом в два хлопка крыльев взлетел ввысь.

Повезло, что погонщики уже успели истребить южный расчет артиллерии. Интенсивность обстрелов там снизилась практически до нуля и Демигара смог беспрепятственно подняться в небо.

Мне не оставалось ничего кроме как вернуться обратно на стену.

Я с большим удовольствием наблюдал, как горят гриммеры. Соня была уже далеко. Она практически долетела до своих, а через какое-то время и сама вступила в бой.

Неугомонная девчонка.

Артиллерия вовсе перестала бить по замку и переключилась на погонщиков. Теперь им пришлось гораздо сложнее. Нужно было уклоняться от ударов. Из-за этого скорость истребления снизилась.

Лавируя между летящими шарами, драконы все чаще уходили от атаки, чтобы случайно не попасть под удар.

Внезапно, возле одной из артиллерий, помимо одного большого шара, появилась очередь из маленьких и очень быстрых.

Она прошлась прямо по одному дракону. Из-за высокой скорости обстрела погонщик не успел увести его в сторону. Снаряды прошили тело человека, отчего тот откинувшись назад вылетел из и полетел вниз, кружась в воздухе.

Никто не успел его подхватить.

Человек рухнул вниз, а его дракон просто пролетел дальше.

Черт!

Все новые и новые очереди из мелких шаров обстреливали драконов. От такого было практически невозможно уклониться.

Драконы остановили свою атаку. Они развернулись и полетели к крепости. Артиллерия тоже стихла. Но не думаю, что надолго. Скорее просто разворачивали свои орудия.

Гестия села прямо передо мной на стене. Верхом на ней сидел красный и злой Ратибор. Все его доспехи были в черной копоти.

— Черт бы их побрал! Сраные огнеметчики! — орал он, слезая с дракона. — Броневой! Опять ты?

Драконы один за другим приземлялись на стене рядом с Гестией. Перед мной появлялись все знакомые лица — Джарек, Клим, Давор и остальная братия. Вот и Соня приземлилась рядом с ними. Все они спешивались и подходили ко мне, образовывая кружок. Последним на стену сел дракон без наездника.

— Елисей! — воскликнула девушка. — Он мертв? Я видела, как он упал.

— Конечно, мертв! — рычал Ратибор. — Его изрешетило снарядами. Даже если он выжил после такого, то от падения точно умер. Пусть земля ему будет пухом.

— Нам нужно поменять стратегию, — сказал Клим, подходя к Ратибору.

— Маневр номер три, — предложил Джарек.

— Слишком опасно и безрассудно, — отрезал Ратибор.

— Тогда восьмой, — подал голос Давор.

— Нет, для этого нужны все десять, а Елисей покинул наши ряды.

Пока они спорили, я перевел взгляд на одинокого дракона. Почему-то я чувствовал его лучше остальных. Ну, не считая Гестии, конечно.

Связь с ним установилась мгновенно.

«Аврора!» — прозвучало у меня в голове.

Снова девочка. Неужели…

Я подошел к дракону, пока на меня никто не смотрел и протянул к нему руку. Прикосновение состоялось. Гладкая, холодная чешуя, была очень мягкой на ощупь.

Да, девочка, теперь ты моя. Пустующий огромный слот тут же заполнился новым существом. При этом связь с ней никак не сбоила. А была такой же стойкой, как и с Гестией.

Похоже мне удается приручать только драконов-девочек.

— Чтобы спасти крепость, нам нужен план! — орал Ратибор. — А без десятого нам никак не справиться. В какой не плюнь везде нужен полный комплект драконов. Понимаете, вы это или нет? Я не буду вами рисковать. С появлением огнеметчиков мы стали бессильны. Это вам ясно? Все!

— И что мы будем делать? — сокрушалась Соня. — Просто стоять и ждать пока в нас снаряд прилетит?

— Да, Ратибор, — подтвердил Клим. — Нужно действовать. Можем и вдевятером попробовать.

— Нет, будем действовать полным составом, — понизив голос, задумчиво сказал Ратибор. — Он будет десятым.

Я понял, что что-то произошло по нависшей тишине. Пришлось обернуться и посмотреть в их сторону.

О, черт все девять погонщиков стоят и смотрят, как я наглаживаю по подбородку Аврору.