Тринадцать лет назад

Поместье "Соттель", южное Приграничье королевства людей

Ирмина (Мина) ид Й’орн

— Прибыли, госпожа ид Й’орн. — я проснулась от толчка и с трудом открыла глаза. Мотор нашего транспорта заглох, погрузив окружающее пространство в сонную тишину.

— Мина, подъем! — рявкнул мне на ухо Тимос и для верности стукнул мохнатой лапой по плечу. — Наконец-то мы на месте. А то я уже весь хвост себе отсидел.

— Не ворчи. — зевнула, окончательно фокусируя взгляд на сверкнувших в полумраке салона наемного магокарта желтых глазах своего мангута. — Лучше подпитай меня немножко, иначе я отсюда просто не вылезу.

— Что, тошнит? Ноги отекли? Живот ноет? — засыпал мой пушистый компаньон меня вопросами.

— Все сразу. — призналась нехотя, кладя обе ладони на выпирающий под платьем живот.

— Ох, бедовая моя. — сразу смягчился Тим и прижался ко мне пушистым боком, передавая свой запас скопленной за время нашего долгого путешествия магии. Я ощутила, как в мое тело тонкой струйкой вливается его сила, разжигая мой изнуренный беременностью источник. В голове сразу прояснилось, а затекшие от долгого путешествия ноги перестали гудеть.

Если бы не Тим, даже не знаю, как бы я справилась со своим состоянием. Мои малыши требовали очень много магии, так как один из них явно унаследовал свой дар от отца, что на мне, имеющей магию противоположной направленности, отражалось не самым лучшим образом. Я быстро уставала, а сил лечить себя у меня иногда просто не оставалось.

Я с удовольствием потянулась, хрустнула шеей и выглянула в окно. В окружающей нас предрассветной темноте виднелась лишь кованая ограда высоких черных ворот и очертания высоких деревьев, закрывающих вид на громадину мрачного и давно заброшенного дома. В верхней части ворот красовалась явно сделанная много лет назад потертая изящная надпись “Поместье Соттель”.

— Здравствуй, новый дом, — прошептала я, сделала глубокий вдох и рывком распахнула дверцу, поежившись от влетевшего в салон порыва по-утреннему прохладного воздуха.

Охая и переваливаясь с ноги на ногу, вылезла наружу и медленно двинулась в сторону железного ограждения. Озябшими пальцами достала из-за пазухи висевший на шее магический ключ и приложила его к выемке на каменном столбике у ворот. Решетка загорелась белыми искрами и приглашающе распахнулись, открывая вид на укатанную дорогу, ведущую между двумя ровными рядами деревьев куда-то в темноту.

Тимос сразу развил бурную деятельность, выпрыгнув на улицу и раздавая водителю команды, чтобы тот проехал вперед, а затем снял с крыши магокарта наш багаж.

Я же прислонила ладонь к ограде и мысленно поприветствовала новое место своего обитания. Место, где, надеюсь, я обязательно исполню нашу с мужем давнюю мечту. Потом проследила, как снова оживший и гудящий транспорт беспрепятственно пересекает магический периметр и катится по дороге к имению, подпрыгивая на кочках.

— Охраночку бы обновить, — задумчиво проговорил Тимос, обвивая пушистым хвостом мои распухшие лодыжки. — и с дорогой нужно что-то делать.

— Запиши. — попросила я.

Зверь достал из маленькой сумочки, висящей у него на пушистом пузе, блокнот и грифель и зашуршал лапами, карябая там своим почти нечитаемым почерком первые пункты огромного списка наших ближайших дел.

— Готово! — отозвался мой помощник. — Хранителя сейчас будем выпускать?

— А что затягивать? — пожала я плечами и сняла с пальца крупный перстень с черным овальным обсидианом. Сосредоточилась и направила в него магический импульс, активируя вместилище родового духа ид Й’орн.

Хранитель явно не хотел вылезать из своего надежного укрытия, но все же соизволил стечь под мои ноги сизым дымом.

— Здесь теперь все твое. — произнесла я на древнем магическом языке. — Служи и охраняй во славу нашего рода.

Дым разросся, расширился, пополз по земле, окутал деревья, решетку ворот и воздух над домом, заискрил, радостно заворчал, наполняя все вокруг своей особенной магией.

— Ты не передумала? Будешь организовывать здесь школу?

— Не передумала. — произнесла я. — Алойз хотел для нас именно этого. Мы ведь надеялись, что когда он вернется из экспедиции…

Я вздохнула и снова прижала руки к животу. Мысли о муже мгновенно отозвались тупой болью в груди. Нет, мне нельзя сейчас переживать, иначе моя магия совсем иссякнет, а малыши…

— Мина, — Тимос обнял меня за ногу. — ну что же ты, девочка, не истязай себя понапрасну. Я знаю, как тебе сейчас тяжело, но нужно жить дальше. Ради себя, ради детей, ради вашей с Алойзом мечты, которая совсем скоро станет реальностью, посмотри, вот это все… — он поднял лапу и обвел ей окружающее пространство — скоро наполнится жизнью, твоими первыми учениками и их наставниками. Ты обещала мне быть сильной и не сомневаться в том, что у нас все получится. Ты уже здесь, это все теперь твое, а впереди столько дел, что…

— Я знаю, Тим. — я резким движением стерла слезинку, скатившуюся с уголка глаза, и постаралась улыбнуться. — Пойдем смотреть, где тут что находится. Вроде бы слуги должны прибыть завтра?

— Госпожа Шу, ее дочери и зятья прибудут завтра, — подтвердил зверь. — а господин Вульс приедет через три дня и, возможно, привезет с собой сына. Сад он обещал взять на себя, а вот с ремонтом еще одни руки не будут лишними.

— Я помню. — кивнула я и присела на корточки. Заглянула в морду своего помощника, а потом улыбнулась и протянула к нему руки, прижимая пушистое тельце к себе. — Спасибо тебе, Тим. Ты даже не представляешь, как много ты для меня делаешь.

— Я же твой фамильяр. — фыркнул Тим растроганно. — Это моя обязанность оберегать тебя и этих двоих карапузов, которые совсем скоро увидят этот мир. И вообще, ты уже подумала над названием для школы?

— Хм… — я с трудом поднялась, придерживая свой внушительных размеров живот рукой, и оглянулась на ограду. Кованые буквы, несмотря на их откровенно непрезентабельный и потрепанный вид, намертво приковывали мой взгляд. — Давай пока остановимся на: “Школа для нетипичных одаренных “Соттель”.

Настоящее время

Поместье "Соттель", южное Приграничье королевства людей

Ирмина (Мина) ид Й’орн

— Госпожа директор! Могу я войти?

Я оторвалась от лежащей на столе сметы по ремонту алхимической лаборатории (третьему за два года!) и посмотрела на дверь, в которую в данный момент настойчиво стучали.

Если Бьянка не воспользовалась переговорником, а решила ворваться в мой кабинет лично, значит, произошло что-то из ряда вон выходящее.

— Входи! — крикнула я, откидываясь на спинку кресла.

Моя помощница резко раскрыла двери и вихрем влетела ко мне, а затем быстрым движением положила пухлый конверт на столешницу так, словно он жег ей пальцы.

— Что здесь? — я поморщилась и посмотрела на надломленную печать Комитета по контролю за магией. Если они снова собираются прислать проверяющего, четвертого, между прочим, за этот год, то я точно за себя не ручаюсь. Знаю, конечно, откуда у этого всего растут руки, ноги и другие конечности (привет, дорогие свекры!), Но пока ничего сделать с этим беспределом не могу. Жаловалась уже, да. И что же сделали в ответ на эту жалобу? Правильно! Прислали в "Соты" очередного проверяющего, представляете?

— Прошение на предоставление места новой ученице. — отрапортовала демоница, поправляя прическу. Черные спирали локонов обрамляли ее миловидное лицо, а средних размеров чуть загнутые кверху рога выглядывали из прически, делая ее облик более суровым и хищным.

— Мы уже закончили набор на этот год. — сообщила я. — Мест в жилом крыле больше нет. И почему запрос сделан через комитет?

— Так у девочки нет опекунов. — сообщила Бьянка, так же стремительно и бесшумно, как умеют делать только демоны, перемещаясь к буфету и доставая из него две чашки и вазочку с засахаренными фруктами. Моя помощница строго следила за наличием сладостей в моем кабинете, потому что после набегов моих драгоценных отпрысков, все, содержащее хоть каплю сахара, исчезало отсюда с какой-то совершенно немыслимой скоростью.

Пока я читала послание, продираясь через кучи канцеляризмов и витиеватых совестных прелюдий, Бьянка успела сварить нам напиток на портативной печке и разлить его по чашкам, сунув одну из них мне прямо под нос.

— Хм… — я, не отрывая взгляда от бумаги, отпила кофе, а потом откинулась на спинку кресла и перевела взгляд на вазу, расположенную на столике для гостей. Нужно бы подпитать стоящие там цветы, пока они окончательно не пожухли. Не забыть бы. Где же там Тимос со своим блокнотом? Я же просила его хоть ненадолго вспоминать, что он не нянька и не компаньон для шалостей для Вирии и Дария, а все-таки мой фамильяр.

Бьянка расположилась напротив меня, наблюдая прищуренными черными глазами за сменой эмоций на моем лице. Она не торопила меня и нисколько не мешала вдумчиво прочитать все несколько раз и попытаться уложить написанное в своей голове. Хотя я видела, что девушке не терпится узнать, что я думаю по поводу этого, будь оно неладно, послания.

— Что думаете делать, госпожа? — все же решилась прервать молчание демоница.

— Придется брать, — вздохнула я. — потому что комитет очень жирно намекнул, что в ином случае они все же пришлют к нам очередного проверяющего.

— Совсем у них совести нет! — Бьянка громко отхлебнула кофе и нахмурилась. От негодования в ее раскосых темных глазах заплясали яркие оранжевые огоньки. — И ведь знают же, что школа находится на самообеспечении, под покровительством вашего рода, и не требует в связи с этим ничего у королевского казначейства. Только проверяющими и можно нас пугать!

Я улыбнулась, с удовлетворением отмечая, как демоница искренне негодует о методах, применяемых Комитетом в достижении своих целей, совершенно естественно говоря "нас" вместо "вас".

А ведь когда-то у меня с этой непростой девушкой, одной из первых учениц моей школы, была настоящая война за авторитет. Бьянка попала к нам из другой школы для одаренных, из которой ее благополучно исключили за вредный характер и чрезмерную мстительность по отношению к обидчикам, коими с таким неспокойным нравом девушка обзаводилась быстрее, чем друзьями. Родители Бьянки считали "Соты" ее последним шансом и не чаяли, что демоница не только, пусть и не сразу, но включится в жизнь школы, да еще и найдет себе здесь после выпуска место работы в качестве моей помощницы. Ох, и намучились мы когда-то с Бьянкой. Тимос даже предлагал кардинальные методы для работы с этой проблемной адепткой и грозился как-нибудь ее покусать. Но наши наставники все же нашли к девушке правильный подход, а результат их совместной работы я сейчас вижу перед собой, и он очень мне нравится.

— У них нет выхода, Бьянка, — отозвалась я. — девочка — иномирянка из технического мира Земля. Попала к нам по ошибке через блуждающий остаточный портал. Комитет как обычно просто не знает, куда ее еще можно пристроить, ведь вернуть обратно в тот мир девочку уже нельзя, так как у нее обнаружился дар. А у нас, как выразились господа из Комитета, ведь "индивидуальный подход даже к самым проблемным одаренным".

— Что делать с комнатой? — сразу включилась в обсуждение секретарь.

— Вызови ко мне госпожу Латрис. Будем думать, куда можно пристроить… — я снова опустила взгляд на письмо, пытаясь без ошибок прочитать и запомнить чуждое нашему миру имя. — Ирину Германовну Кущину. Как думаешь, что из этого личное имя, а что — имя рода?

— Ну-у-у… — протянула демоница. — Если вспомнить Канга Су, он же вроде бы тоже иномирец оттуда же, с Земли, то "Ирина" — имя, "Германовна" — имя рода. А вот "Кущина" тогда что?

Я дернула плечами.

— Вызови мне адепта Су. — попросила я. — К сожалению, у нас слишком мало сведений об их мире, а ударить в грязь лицом уже при знакомстве как-то не очень хочется. Девочка и так натерпелась, а ей необходимо время для адаптации.

Ох, и не знала я еще тогда, какой "сюрприз" преподнёс мне в лице этой новой ученицы мой "любимый" Комитет.

Тринадцать лет назад

Имение семьи ид Хорн, столица королевства людей Зейрас

— Я не буду продавать поместье своей семьи, госпожа ид Хорн. — я скрестила руки на груди, исподлобья глядя на свою свекровь. Тим примостился на моем плече и, чувствуя неприкрытую агрессию со стороны другого человека, тихо шипел не хуже гадюки.

Хотя змеей в этой комнате я бы все же назвала кое-кого другого.

— Да как ты не понимаешь, Ирмина, скоро нам придется съехать отсюда, потому что кредиторы долго ждать не будут! — заверещала эта женщина так, что у меня еще сильнее заболела голова.

— И почему же я должна за счет своего наследства решать проблему того, что ваш супруг совершенно не думает о последствиях своих поступков, садясь за карточный стол?

— Потому что так бы сделал Алойз, будь он сейчас жив! — это был настолько грубый прием манипуляции именем моего супруга, которым Мерва ид Хорн воспользовалась абсолютно не заботясь о чьих-то чувствах, что я даже задохнулась от негодования. Да, она тоже горевала о потерянном в результате трагедии сыне и носила траур, хотя иногда мне казалось, что больше мою свекровь беспокоит то, что Алойз теперь не сможет помогать семье финансово, а не факт его гибели в принципе, как бы чудовищно это ни звучало.

— Но его с нами больше нет! — мой голос сорвался, в горле стало сухо, а рот наполнился неприятной горечью. Я метнула взгляд в сторону столика с графином, стоящего около кресла, но мое тело казалось сейчас настолько неповоротливым и задеревеневшим, а живот тянуло так нестерпимо, что сил подняться и добыть себе воды просто не нашлось. Мой зверь уловил мое желание безо всяких слов, поэтому спрыгнул с плеча и пододвинул ко мне графин и стакан, чтобы было удобно налить воду не вставая. Мерва скривилась, так как Тимоса она совершенно не жаловала, считая, что магам древних родов иметь фамильяров позорно, не по статусу. Так и называла моего мангута “это животное”, что для Тима, имеющего собственный разум, чувства и магию, всегда было очень обидно, даже оскорбительно и больно. Но заботиться о чувствах других живых существ Мерва ид Хорн, полагаю, просто не умела. Сейчас она в который раз это наглядно демонстрировала.

— Если ты вдруг решилась пойти на ту дурость, о которой говорил мне сын, то предупреждаю тебя, что мы…

— Да, я по-прежнему планирую открыть в СВОЕМ поместье школу для одаренных. Мы мечтали об этом с Алойзом вместе, но теперь мне придется справляться самой, потому что помощи от вас я с самого начала не ждала. Я хочу сделать это ради наших детей и в память о любимом муже! Неужели вы хотите заставить меня лишить ваших внуков наследия моего рода? Ведь о наследии со своей стороны ваш супруг, проигрывая состояние рода ид Хорн, совершенно не задумывается!

— Еще нужно доказать, что твои дети достойны быть частью рода ид Хорн. — изрекла эта… гхм… женщина.

Я натурально закаменела, услышав какие-то сомнения в том, что дети, которых я ношу под сердцем и ради которых терплю двойную магическую нагрузку, наши с мужемдолгожданные дети, между прочим, якобы могут быть Мерве ид Хорн неродными. Да что она вообще несет? Совсем уже разума лишилась?

— Вы действительно сейчас хотите мне сказать, что сомневаетесь в отцовстве Алойза? — спросила я сиплым шепотом. — Скажите, что мне это просто послышалось.

— Я требую магическую проверку на отцовство! — припечатала свекровь.

— То есть вы не верите ни сыну, который ни в чем не сомневался, ни мне, которая совершенно уверена в том, от какого именно мужчины зачаты ее дети, и готовы подвернуть мое здоровье и дар, а также магию и жизнь моих детей огромному риску ради того, чтобы непонятно что и кому доказать? В отместку за то, что я не хочу продавать единственное принадлежащее только мне имущество, на которое вы имеете свои планы? Да у вас что, совсем сердца нет? Это ВАШИ внуки. Один из них явно унаследовал дар Алойза, и вы, как родственница и маг, прекрасно должны это чувствовать!

— Ты, как маг-созидатель, можешь придать магии нужный флер. — сразу нашлась Мерва с ответом.

— Наверное, могу, — согласилась я. — Но для чего мне это? Ради чего? Ради вашего состояния, которого такими темпами вы скоро лишитесь? Ради статуса вашего рода? Но мой род не менее древний, знатный и уважаемый, пусть и почти погасший, так зачем тогда?

Ответа на мои вопросы конечно же не последовало.

— Или мы продаем твое имение, или ты делаешь проверку! Иначе детей в свой род мы с супругом не введем!

— Знаете, — ох, как я разозлилась. Чувствовала, как все внутри начинает закипать, а кровь стучит в висках. Даже нашла в себе силы подняться, немного, впрочем, качнувшись от слабости в сторону. Разумеется, свекровь сделала вид, что ничего не заметила. Наверняка, даже если бы я упала, Мерва просто бы перешагнула через меня, и все. — Я никогда не стремилась вступить в ваш род, и Алойз меня в моем желании поддержал. Так что, раз вы так настаиваете, мои дети, — я сунула под нос Мерве руку с перстнем рода, в котором покоился его Хранитель. — Будут ид Й’орн, как и я. А от вас мне вообще ничего не нужно. Я сегодня же покину этот дом.

— Я все равно не дам открыть тебе школу, Ирмина! Ты ведь знаешь, какие у меня связи в Комитете…

— Я иногда думаю, что Алойз словно знал заранее, что грядет, — я сокрушенно тряхнула головой. — Поэтому позаботился обо всем еще до того, как уехать в экспедицию. Разрешение на открытие школы от Комитета по контролю за магией у меня уже есть. Так что вы… просто не захлебнитесь своим ядом и не дайте вашему мужу окончательно все разорить. А когда вы станете старой и одинокой и вспомните наконец-то о внуках, которых решили не принимать по собственной глупости, пытаясь меня наказать, боюсь, станет слишком поздно признать те ошибки, которые вы сейчас совершаете. Прощайте! Тим, — обратилась с мангуту, так и сидящему на столике возле графина. — Собирай наши вещи. Мы сегодня же навсегда покидаем этот “гостеприимный” дом семьи ид Хорн, которая не считает нас своей частью.

Одиннадцать лет назад

Поместье "Соттель", южное Приграничье королевства людей

Ирмина (Мина) ид Й’орн

— Ну что же буду делать без вас, госпожа Шу? — мы с моей пожилой экономкой сидели на лавочке в саду, наблюдая, как неподалеку от нас Тимос играет с моими детьми, двухлетними Вирой и Дарием на траве. — Где же я найду такого преданного делу человека, как вы? Тем более, сейчас, когда до прибытия первых адептов осталось всего несколько седмиц?

— Мне очень жаль, госпожа Ирмина, но я вынуждена уехать к дочери прямо сегодня. Ей очень нужна помощь с малышами, а кроме меня, ей некому помочь, вы же сами знаете.

— Знаю, — с тяжелым вздохом кивнула я. — я что-нибудь придумаю, так что ни о чем не беспокойтесь. Езжайте.

Старшая из трех дочерей моей экономки, Норы Шу, недавно родила, причем сразу тройню. Они с мужем, оборотнем по расе, жили в поселении зверолюдов в другой части королевства, на севере, у границы с землями гномов. Поначалу молодые рассчитывали справиться с детьми своими силами, однако, переоценили собственные возможности и слезно просили мою экономку приехать на подмогу.

Средняя и младшая дочери семейства Шу, переехавшие вместе с матерью следом за мной из столицы, по-прежнему оставались служить в поместье “Соттель”, но заменить на посту госпожу Шу, они, к сожалению, не могли. Опыта не хватало. Если бы экономка знала заранее о том, как повернется ситуация, наверное, она бы как-то их подучила или натаскала. Но о том, что ей придется так не вовремя покинуть “Соты”, мы узнали совершенно неожиданно только пару дней назад. Конечно же, я не имела права держать госпожу Шу здесь, хотя и не представляла даже, как теперь найду кого-то настолько же подходящего на роль экономки, а по совместительству коменданта жилого крыла будущей школы. Второй Норы Шу ведь просто в природе не существует.

На то, чтобы привести старое поместье рода ид Й’орн в нормальное состояние и открыть там, наконец-то, школу для одаренных “Соты” мне потребовалось чуть более двух лет.

Госпожа Шу и ее семья, прибывшие из нашего с мужем дома в Зейрасе, столице людского королевства, где мы работали и жили до гибели Алойза и моего приезда сюда, в земли моих предков — в южное Приграничье, очень помогли мне на первых порах, взяв на себя решение всех хозяйственных вопросов.

О, сколько всего нам пришлось сделать, чтобы превратить это место не просто в дом, а в дом пригодный для жизни и обучения множества существ одновременно. Благо род ид Йорн, когда-то большой и благополучный, строил “Соттель” на века и по всем канонам тех давних лет, когда даже для малочисленных семей по статусу необходимо было отгрохать целый дворец со множеством коридоров, гостевых комнат и гостиных, несколькими столовыми, большим и малым бальными залами и, что обязательно для любого уважающего себя магического семейства, несколькими лабораториями, библиотеками и невероятных размеров подвалом для хранения припасов и проведения всяческих магических экспериментов.

Теперь правое гостевое крыло поместья были превращено в жилые комнаты для учеников и преподавателей, а левое — в учебные классы с новенькими еще пахнущими лаком и деревом партами. Малый бальный зал мы переделали в лекционную аудиторию, большой бальный зал переоборудовали в столовую, с рядами лавок и столов для адептов и подиумом с местами для преподавателей. Пришлось знатно раскошелиться и заказать артефакт, используемый в местах приема пищи в других учебных учреждениях, который переносил подносы с уже готовыми наборами блюд из кухни и ставил прямо перед посетителями столовой, как только они занимали за столом свое место.

Библиотеки были соединены в одну большую, которую мне пришлось дополнить еще не одной сотней новых книг. В поместье был проведен водопровод и канализация, построены новые душевые, организованы общие кабинеты отдыха и для учащихся, и для преподавателей. Я оборудовала все комнаты новыми артефактами отопления и вентиляции, хотя камины убирать все же не стала, чтобы холодными зимами мы могли погреться и у естественного огня.

Пожалуй, единственным местом в доме, которого почти не коснулся ремонт, являлась огромная кухня. Несмотря на то что печи на магических камнях здесь были старенькие, они работали исправно, стоило их только подзарядить.

Это помещение сразу облюбовала нанятая экономкой повариха, госпожа Тута Гут, гоблинша по расе, обладающая малым даром, которого как раз хватало на простейшие бытовые магические действия, вроде самостоятельной подпитки печей, уборки, шинковки продуктов или мытья посуды.

С Тутой госпожа Шу познакомилась, представьте себе, по пути сюда, прямо на станции проката общественных магокартов, причем совершенно случайно. Я считала кухарку одним из самых ценных кадровых приобретений школы, особенно после званного ужина в честь дня открытых дверей, который мы проводили в начале лета для будущих учеников и их родителей. Тогда госпожа Гут прекрасно справлялась и с приготовлением больших объемов еды, поэтому я даже не сомневалась, что после открытия школы проблем с обеспечением столовой трехразовым питанием у нас точно не будет.

Господин Вульс, старший садовник и заведующий хозяйственными постройками вне дома, привел в порядок сад и полуразрушенные оранжереи моей прабабки. Они вместе с сыном возродили и старый огород, на котором, как и в оранжереях, посадили в основном растения, необходимые для приготовления различных зелий и эликсиров.

Сажать на огороде овощи или заводить собственный скот мы не стали, наладив регулярную поставку продуктов из ближайшего к поместью “Соттель” села под названием Белое, которое раньше формально относилось к землям рода ид Йорн и платило моим предкам налоги, но потом, после земельной реформы несколько десятилетий назад, приобрело статус “свободного”. Несмотря на это, местные жители все равно с удовольствием привозили нам на продажу и мясо, и крупы, и овощи, и молочные продукты по тому списку, который отправляла с приходящим в поместье ежедневно мальчишкой-посыльным наша госпожа повариха.

Настоящее время

Поместье "Соттель", южное Приграничье королевства людей

Ирмина (Мина) ид Й’орн

В столовой было довольно пусто. Адепты прием пищи уже закончили и разошлись по учебным кабинетам.

За учительским столом обнаружилась только госпожа Стелла Тод, наш нектомаг и алхимик, которая, по своему обыкновению, одновременно и ела, и читала какой-то древний магический трактат в черной кожаной обложке.

— Я уже заказала на кухне твою порцию, Ирмина, — Стелла, не отрываясь от книги, пододвинула мне поднос с едой и щелчком пальцев сняла с обеда заклинание сохранения свежести и температуры. — думала, ты со всеми этими делами и вовсе забудешь поесть. Что, Комитет снова подкинул нам проблему?

— Тара всем уже пожаловалась? — хмыкнула, хватая вилку и с нетерпением накалывая на нее кусочек вареной морковки.

— Ну да. Прибежала сюда вся взмыленная и, по-моему, в перьях в волосах. Говорит, наша гарпия от раздражения обернулась и не захотела менять ипостась, услышав про соседку.

— Раз моя помощь не потребовалась, значит, им с Элайной все же удалось договориться, — отозвалась, обрадованная тем, что проблема с заселением иномирянки вроде как решена. — как твои ученики и подопечные, Стелла? Есть что-то, с чем необходима помощь?

— Все хорошо, обо мне не беспокойся. — произнесла женщина, наконец-то отрываясь от книги и с теплой улыбкой заглядывая мне в лицо.

Как и большинство наставников, госпожа Тод попала в “Соты” практически случайно. Ее посватал мне научный руководитель Алойза, один из тех немногих уважаемых и опытных магов в столице, кто поддерживал нашу с мужем затею с самого начала, еще на стадии оформления идеи открытия школы.

Сам господин Бартлет переезжать в Южное приграничье не захотел: был слишком стар, чтобы что-то так кардинально менять в своей жизни. Однако именно он подкинул мне кандидатуру Стеллы, своей бывшей ученицы, которая давно хотела уехать из Зейраса в какое-нибудь тихое и уединенное местечко на окраине королевства, чтобы спокойно заниматься магической наукой, а не отбиваться от толпы настойчивых ухажеров. Настоящее родовое имя Стеллы звучало как “ид Этас”, то есть по крови она относилась к высшему сословию королевства, что очень ее тяготило, так как подразумевало договорной брак, на котором очень настаивали ее родители и от которого женщина желала куда-нибудь сбежать. Именно поэтому ее со школой контракт был заключен сразу на пятнадцать лет и магически заверен так, чтобы разорвать его почти не представлялось возможным в одностороннем порядке. Стелла сама попросила пойти на этот шаг, чтобы от нее просто отстали.

Поначалу госпожа Тод казалась мне холодной, надменной и отстранённой, несмотря на довольно яркую, я бы сказала роковую внешность — большие темные глаза, длинные угольного цвета волосы и пухлые алые губы. А любовь к черным нарядам делала ее природную красоту еще выразительнее, заставляя всех мужчин вокруг, даже юных адептов, сворачивать головы Стелле вслед и замирать перед ней, как мышь перед змеей.

На деле все оказалось совсем не так.

Как преподавателю некромагии, Стелле Тод просто цены не было: в меру строгая, въедливая, в идеале знающая свой предмет и свое направление магии и что радовало особенно, любящая детей и действительно неравнодушная к их судьбе. А еще мягкая и понимающая, когда это необходимо.

Помимо наставницы по некромагии, господин Бартлет в свое время нашел для меня и учителя по артефакторике, пожилого демона, своего давнего друга. К сожалению, этим летом господин Гойлерис вынужден был нас покинуть и вернуться в родное королевство. В связи с этим я спешно искала нового наставника и очень надеялась, что господин Рашу, вышедший на меня сам через Комитет, подойдет “Сотам” в качестве нового наставника.

— Как дела у Дария? — уточнила я.

Мой сын унаследовал от Алойза дар некромагии, поэтому относился к подопечным Стеллы. Вирия же унаследовала мой дар, являлась магом-созидателем, поэтому я курировала ее обучение лично.

— Прекрасно, — отозвалась госпожа Тод. — твой сын обязательно станет хорошим магом, Ирмина, даже не сомневайся. Я обещаю, что сделаю все для того, чтобы он сдал квалификационный экзамен.

— Я рада, — улыбнулась я. — надеюсь, сын больше не надумает вызвать какого-нибудь еще духа так, чтобы нам невозможно было его потом упокоить. Второго домашнего призрака “Сотам” не выдержать. И одного за глаза хватает.

— Ты же знаешь, что Норман сам не захотел покидать “Соттель”, — хихикнула Стелла. — тем более у школы все равно не было своего духа, кроме Хранителя рода. А твой мальчик нас им обеспечил. Жаль, что маги твоего рода проводили ритуалы, снимающие привязку с миром живых после ухода за грань. Можно бы было с ними о чем-нибудь пообщаться.

— Стелла! — закатила я глаза.

— Ох, прости, милая. Понимаю, что снова увидеть близких даже в бестелесной форме для тебя будет слишком тяжело. Не держи на меня обид, ладно? Ты же знаешь, что такова уж моя профессиональная деформация. Мне бы лишь бы пообщаться с кем-нибудь с изнанки.

Я приняла ее ответ и на самом деле не особо на нее обижалась. Стелла еще в первый год здесь предлагала вызвать душу какого-нибудь из моих предков, но нам этого сделать так и не удалось, к сожалению или к счастью. Да и увидеть родителей, которые ушли из моей жизни так рано… Даже не знаю, смогла бы я вообще это спокойно вынести.

— Предупреди, пожалуйста, Нормана, чтобы не надумал пугать новенькую адептку. — попросила я, переходя на другую, менее щекотливую тему.

— Как скажешь, госпожа директор. — кивнула с улыбкой Стелла и снова уткнулась в свой фолиант.

Визуализация. Стелла Тод, некромаг и алхимик

— Почему вы выбрали "Соты”, господин Рашу? Насколько я слышала, вам предлагали место в столичной королевской школе для одаренных, но вы отказались от этого поистине щедрого предложения в пользу нашего скромного заведения на задворках королевства.

Я с любопытством рассматривала фея средних лет, расслабленно сидящего сейчас напротив меня в кабинете. Как и все представители его расы, Авир Рашу был невысок, строен и изящен.

В его голубых с фиолетовыми прядями волосах сверкали серебряные нити, а яркие выразительные голубые глаза сияли, точно драгоценные камни.

Фей одарил меня светлой искренней улыбкой, в ответ на которую мои губы тоже приподнялись. Да, существа его расы обладали многими талантами, в числе которых имелся так называемый “флер очарования”.

— Я наслышан о вашей школе, госпожа ид Й’орн. Вы берете к себе самых… нестандартных учеников, которых все остальные учебные заведения для одаренных считают… хм… проблемными или необучаемыми. Это правда, что в этом году к вам поступил даже кто-то из гномьего княжества?

— Это так. — кивнула я, невольно поморщившись.

Ох, четверо юношей гномов — это одна из моих новых проблем, которая, судя по рассказанному сегодня Кангом, увеличивается в своих масштабах каждый следующий день.

Как и иномиряне, новые адепты соседнего с нами гномьего княжества появились в "Сотах" по инициативе Комитета по контролю за магией. Людское королевство надумало укрепить отношения с гномами, чтобы увеличить обороты торговли между нашими странами, и такой обмен молодыми магами был сделан как раз в качестве жеста дружбы и поддержки добрососедских связей.

Правда, к гномам почему-то поехали юноши и девушки из столичной магической школы, а вот гостей из их княжества запихнули к нам, обосновав это опять же тем, что у нас найдется подход даже к таким нестандартным ученикам.

Магия гномов — поисковый дар, довольно специфична для наших магов, поэтому, думаю, и возиться с ними в других школах никто особого желания не имел. А о наших желаниях, разумеется, не спрашивали, просто всучили этих детей, не забыв при этом напомнить, чтобы мы, цитирую, “не опозорили честь нашего королевства и, не дай Творец, не довели ситуацию до каких-то жалоб со стороны гномов”.

Повезло, что один из наших наставников и мой заместитель по внеклассной работе, господин Закари Или, какое-то время перед началом своего обучения в столице обитал у гномов, хорошо говорил на их языке, разбирался в особенностях их дара и имел кое-какие представления о культуре и менталитете подгорного народа. Ему и пришлось и взять на себя более основательное кураторство над этими адептами, хотя Закари и так в этом году курировал одаренных первого курса. Кому бы еще было по силам заслужить авторитет у гномов, как не магу-разрушителю с боевым опытом и оборотню-пантере?

— Это правда, что они почти не говорят на нашем языке? — заинтересовался господин Рашу.

— Правда, — подтвердила я. — то есть людскому языку этих юношей, конечно, обучали, так как это было одним из моих условий перед принятием адептов в “Соты”. Но наверное, вы в курсе того, что гномы — довольно закрытая, очень своеобразная и, будем откровенны, сложно обучаемая и негибкая к жизни вне своих общин раса. Поэтому юные гномы пока не наладили никакого взаимодействия (кроме вымогательства, да) с другими детьми, а между собой все равно общаются на своем языке, который другие ученики совершенно не понимают. То есть их все устраивает и так, а мы вынуждены искать какие-то подходы и пути, чтобы как-то внедрить этих непростых юношей в жизнь школы, да еще и исключить возникновение каких-либо неприятных ситуаций.

— Прекрасно понимаю, о чем вы говорите, госпожа директор, — отозвался фей. — если это хоть сколько-нибудь вас утешит, я немного говорю по-гномьи и смогу тоже подключиться к индивидуальной работе с этими учениками. Насколько я знаю, артефакторика довольно близка гномьей расе, все же их механизмы и изобретения даже без магии очень ценятся далеко за пределами их собственного княжества.

— Вы правы, — с благодарностью кивнула я. — поэтому буду очень вам признательна, если вы иногда побудете у наставника Или, так сказать, на подхвате. Потому что нам кровь из носу нужно сделать так, чтобы из этих адептов вышел хоть какой-то толк за эти четыре года. Я тоже немного говорю по-гномьи и частично знакома с их порядками, потому что была у подгорного народа в гостях несколько раз во время учебы в аспирантуре, сопровождая супруга в экспедициях. Именно поэтому я осознаю, насколько большую проблему подкинул нам Комитет с этими адептами. У гномов ценится прежде всего сила. Кто сильнее их физически, тот и прав. Магия для них вторична и важна только в том случае, если даст противнику фору в плане некого физического превосходства. Только тогда гномы будут считать этих существ за равных. Применение магии в школе адептами, как вы знаете, строго ограничено артефактами и браслетами, а поединки любого рода и вовсе запрещены до совершеннолетия, так что доказать свое превосходство по силе могут не все адепты, что уже создает нам проблемы с первогодками.

Деталей полученной от Канга Су информации о том, что юные гномы фактически сколотили банду и теперь третируют других учащихся послабее, я фею пока не озвучивала. Решила для начала обсудить вопрос с Закари и продумать стратегию дальнейшего взаимодействия с проблемными гостями из гномьего княжества. К сожалению, открыто наказывать их за проделки — не наш вариант. Потому что тут замешан политический аспект, чтоб магам из Комитета пусто было.

Мы с господином Рашу обменялись понимающими взглядами и немного помолчали.

— Я был знаком с вашим супругом, Алойзом ид Хорном, — неожиданно огорошил меня своим признанием господин Рашу. — встречался с ним пару раз на конференциях по развитию магической науки. Выражаю вам свои соболезнования, пусть и очень запоздало. Ваш супруг был прекрасным магом и удивительным человеком. Очень даль, что с ним случилась такая ужасная трагедия.

Поместье "Соттель", южное Приграничье королевства людей

Ирина Кущина

— Почему так долго?

Хрипловатый голос моей сопровождающей вырвал меня из дремы. Ой-ей, неужели мы уже на месте? Я что, заснула? Ну вот, а так хотелось посмотреть окрестности.

— Ждем, пока ворота пропустят, госпожа маг. — отозвался наш водитель.

Я скосила взгляд на сидящую напротив меня женщину, госпожу Зулун, которую я про себя окрестила “Вороной” за крючковатый нос, жуткие черные глаза, каркающий голос и закрытое темное платье с рукавами-крыльями, а затем потянулась и осторожно выглянула в окно машины. Ну как, машины. Магокарта, как здесь называли этот транспорт, который функционирует не на топливе, а на магии, а выглядит как раритетный “Кадиллак” из фильма.

“Ну где там этот ваш хваленый Хогвартс?” — пробубнила про себя, рассматривая огромные черные ворота и деревья за ними — “поскорее бы вы меня туда уже доставили”.

Хихикнула своим мыслям и покачала головой. Слышал бы меня кто-нибудь из моих друзей, подумал бы, что я точно на солнышке перегрелась, съела какой-нибудь нехороший гриб или нанюхалась краски.

Вздохнула. Не увижу я больше ни сестру Машку, ни подругу Лизку, ни одноклассников, ни дядю с тетей. Хотя по последним я скучать точно не буду. Короче говоря, НИКОГО из своих знакомых и близких я больше никогда не увижу. Меня с самого первого дня после попадания в этот мир предупредили, что дорога домой для меня теперь закрыта.

Ворота открылись сами собой, пропуская нас на территорию школы. Интересно, это магия или просто дистанционное управление? Скоро узнаем.

Магокарт загудел и поехал вперед по широкой укатанной дороге между двумя рядами высоких деревьев.

Я сжала и разжала кулаки, нервно поправляя платье на коленях. Да уж, стоило один раз надеть это дурацкое платье, взятое у Машки напрокат, вместо привычных джинс и худи, и вот тебе, “здравствуй новый мир”. Так и знала, что мое первое в жизни свидание закончится плохо. Прямо пятой точкой чувствовала, даже идти туда не хотела. А Лизка, коза такая, меня уговорила. Неужели она тоже знала про тот спор? Неужели помогала Никитке Лыкову выставить меня на посмешище перед всем классом? Ну я ей…

Ах, нет. Не смогу я теперь не разобраться ни в чем, ни навалять обидчикам. Надеюсь, Машка хотя бы додумается рассказать о случившемся со мной ребятам из моей секции, чтобы они надавали Лыкову люлей. В то, что двоюродная сестра ни при чем, я верю. Она единственная в своей семье, кто относится ко мне нормально, а не как к источнику проблем и лишнему рту. Ха, только вот пособие мое, как сироте, дядя с тетей, несмотря на все свои претензии и жалобы, разбазаривают только так.

Уже совсем скоро меня из рук в руки передадут представителям школы магии, в которой мне предстоит жить и учиться следующие четыре года. Что меня здесь ждет?

— Почему вы не надели платье, которое я вам принесла, Ирина? — обратилась ко мне Ворона.

Я вздрогнула и подняла голову, поправляя очки на переносице. Наверное, не стоит говорить ей, что та серая тряпка, которую она мне вручила, вряд ли подходит для кого-то, кроме огородного пугала, да?

— Мое платье нравится мне больше, госпожа Зулун. — произнесла, стараясь не смотреть женщине в глаза. Ох, поскорее бы она уже доставила меня куда нужно и уехала. Эта дама меня откровенно пугала, поэтому при ней я вела себя тише воды, ниже травы и старалась вообще все время смотреть в пол. Неужели все маги в этом мире такие жуткие?

Из тех местных магов, с которыми я уже успела столкнуться за эти четыре дня пребывания в мире Дей, откровенно говоря, никто не вызвал у меня положительного отклика. Все какие-то то отталкивающие, то противные, то просто слишком высокомерные, задирающие носы кверху и говорящие со мной через зубы. Преподы в этой школе тоже такие?

Ворона цыкнула и покачала головой. Сарафан, в котором я сюда попала, она считала слишком открытым и неприличным, хотя на него и была накинута моя любимая, связаная еще мамой кофта.

— Надеюсь, в школе “Соттель” вам привьют хорошие манеры, — скрипуче отозвалась моя сопровождающая. — хотя я в этом и не уверена. Скорее будут потакать вашему… гхм… невежеству.

Госпожа Зулун так сильно скривилась, словно эта школа — это какое-то неприятное место, о котором ей даже говорить не хочется. С чего бы это? В какую дыру этого мира меня хотят запихнуть, чтобы поскорее решить “проблему”, то есть пристроить меня, иномирянку, хоть куда-нибудь, чтобы глаза не мозолила?

Да-да, я ведь не дурочка. Прекрасно поняла уже, что мое попадание в этот мир — ошибка, возникшая по вине какого-то нерадивого местного мага, который случайно забыл деактивировать свой портал. То, что я тут лишняя, ненужная, а вовсе не какая-нибудь “призванная и единственная”, как пишут в книгах моего любимого жанра, мне прекрасно показали с самого начала, даже не говоря об этом прямо.

“Лишняя. Ненужная. Чужая”. Я горько вздохнула. Неужели и в этом мире все будет так же, как дома?

Машина… то есть магокарт остановился напротив большого светлого здания, перед которым журчал и переливался всеми цветами радуги внушительных размеров фонтан. Ух ты, прямо как будто в усадьбу богатого семейства из какого-нибудь романа попала.

Вообще, мир Дей, ну или, по крайней мере, королевство людей, куда я угодила, напоминал смесь сразу нескольких эпох моего родного мира. Здесь общество делилось на обычных людей и аристократов, дамы носили в основном длинные платья, не было многоэтажек, самолетов, интернета и телефонов. Зато в мире Дей были машины, поезда и дирижабли, аналоги многих современных бытовых приборов, разумеется, с магической начинкой, а не работающих от электричества. Об этом мне рассказала одна милая служанка, которая помогала мне обустроиться в комнате гостевого дома при Комитете магии, где я провела те несколько дней после попадания, пока задаваки-маги решали мою дальнейшую судьбу.

Через окно можно было разглядеть целую делегацию из пяти человек, точнее существ, ведь здесь, как мне объяснили, живут не только люди. Я даже видела в комитете магии, куда меня привели после того, как нашли в лесу неподалеку от местной столицы, целого демона с большими черными рогами. Да-да, зуб даю, что это точно был не человек.

Поместье "Соттель", южное Приграничье королевства людей

Ирмина (Мина) ид Й’орн

Я с любопытством рассматривала новую ученицу, сидящую напротив меня в кабинете, пытаясь составить о ней собственное впечатление. Из той информации, которую выслали мне маги из Комитета, для личного дела можно было взять разве что общие характеристики.

Ирина Германовна Кущина. Четырнадцать лет. Мир Земля. Страна Россия. Сирота. С восьми лет воспитывалась в семье своих родственников по отцовской линии. Направление дара не определено.

В то, что девочка тихая, молчаливая, недалекая и нелюдимая я не верила. В то, что она плохо шла на контакт — тоже. Это скорее дописали “до кучи”, потому что я была уверена, что вряд ли кто-то из магов хотя бы пытался нормально пообщаться с иномирянкой.

Ирина Кущина оказалась симпатичной: длинные золотистые волосы, живые ясные серые глаза, темные брови вразлет, длинные ресницы, высокий лоб, открытое лицо с тонкими чертами, робкая улыбка на губах “бантиком”. Ох, чувствую, наши юноши не оставят такую милую девушку без внимания. Главное, чтобы не напирали со своими ухаживаниями и не отвлекали от учебы. Хотя… Гостья из мира Земля не похожа на кокетку или легкомысленную особу.

Даже то, что Ирина предпочла оставить наряд своего мира, а не те жуткие платья, завалявшиеся на складах комитета явно с прошлого века, которые наверняка предлагала ей Эльма Зулун, никогда не вызывающая у меня хоть каплю приятия помощница главы портального отделения Комитета, которую подрядили в сопровождающие нашей гостье из другого мира, тоже говорит о наличии в новой ученице стойкого характера, смелости и умения настоять на своем.

Я немного рассказала адептке Кущиной о школе, дала краткую выжимку из правил, которые в развернутом виде передала ей в виде брошюры. Уточнила также про то, что ей рассказали в комитете, и поморщилась от подтверждения своих догадок — иномирянке о мире Дей не рассказали ровным счетом ничего. Не дали даже книг, о которых, по словам Ирины, она очень просила, признаваясь, что любит читать, хотя и предпочитает в основном приключенческие романы о сказочных мирах.

Радовало, что при переходе в наш мир девочка получила способность понимать язык людей нашего мира, а также читать и писать на нем, как на своем родном. Так что в этом плане с обучением проблем возникнуть не должно. Я также расспросила гостью с Земли о том, что она изучала дополнительно в родном мире, помимо общих дисциплин, большинство из которых, у нас, увы, не котировались. Благо знала уже на примере Канга, как и чему обучаются большинство детей на Земле. Многое совпадало: история, география, математика, литература, языки, искусство, науки, физическая культура. Жаль только, что большая часть этих знаний с нашим миром не имели ничего общего, пусть и говорили о всестороннем развитии детей-иномирян.

Обстоятельный и честный рассказ Ирины, манера речи, уверенный взгляд убедили — девочка образована для своих лет, неглупа, довольно общительна, открыта новым знаниям и в меру любопытна.

Еще я расспросила про ее увлечения. Выслушав ответ, хмыкнула и заулыбалась. А девица ой какая непростая!

Мы сняли ее сдерживающий магию браслет, проверили силу дара на артефакте. Как и ожидалось, направление магии пока оставалось загадкой, но в этом ничего удивительного не было, так как с ее источником пока никакой работы не проводилось: его не раскачивали и не пробуждали до конца.

Но я почему-то чувствовала, что нужно бы предупредить наставника Закари Или, что, возможно, вскоре у него появится еще одна подопечная. Ну не могла девочка выбрать такое не девичье внешкольное занятие просто так!

Если говорить откровенно, новая подопечная мне понравилась. Несмотря на все непростые обстоятельства попадания в этот мир, она держалась в меру уверенно и относительно спокойно. Немного стеснялась и пока не до конца мне доверяла, но не просилась домой, не плакала, ничего от меня не требовала. В общем, вела себя с достоинством, свойственным и не всякому юному отпрыску из высокородной семьи.

— А что за украшение у вас на лице? — уточнила я, указывая на странную конструкцию, похожую на окуляры артефакторов, только более изящную и с тонкими стеклами.

Девочка удивленно уставилась на меня, а потом привычным для себя, полагаю, движением, указательным пальцем сдвинула странные окуляры на переносице.

— Это очки, — сообщила Ирина. — их носят в моем мире те, у кого проблемы со зрением.

— Ваша медицина такие проблемы не устраняет? — в свою очередь удивилась я.

Адепт Су на занятии как-то рассказывал, что лекари в его мире хорошо продвинулись в области лечения разных болезней и не имея магии. То, что наши маги-лекари исправляли магическими эликсирами и заклинаниями, на Земле лечили специальными искусственно созданными веществами, приборами и другими медицинскими манипуляциями. В мире Дей тоже были лекари без магии и знахари. Но они в основном брались только за какие-то мелкие травмы или легкие недомогания, используя разные природные средства.

Травами и другими препаратами естественного происхождения на Земле тоже лечили. На родине адепта Су под названием “Китай”, например, данное направление так называемой “народной медицины” было чрезвычайно развито с древних времен и пользовалось популярностью среди местного населения до сих пор. Как и странные методики, от описания которых у меня волосы на голове шевелились. Истыкать тело иголками, стимулируя какие-то особенные точки… Жутко даже представить, не правда ли? Канг уверял, что это не больно, но мне в подобное очень слабо верилось, честно говоря.

— Лечит, — согласилась моя собеседница, нахмуриваясь. — и меня тоже можно было вылечить специальной операцией на глазах. Но у моих опекунов денег на это не нашлось.

— А комитет, чьей официальной подопечной вы являетесь теперь, вашим медицинским обследованием, видимо, не занялся. — пробубнила я.

— Меня проверяли только на такой штуковине. — кивнула Ирина на лежащий на столе артефакт-проявитель.

Поместье "Соттель", южное Приграничье королевства людей

Ирина Кущина

— Красиво тут у вас. — оглянулась я по сторонам.

После обеда и моего разговора с директором школы мы с Кангом и Кульмой вышли на улицу из учебной части школы, чтобы пройти в жилое крыло, также расположенное в поместье, но имеющее для удобства и создания ощущения некой… уединенности отдельный вход сбоку, где меня должна была ждать госпожа Латрис.

Сейчас мы как раз шли по уложенной мелкой разноцветной галькой дорожке через фруктовый сад, заполненный ровными рядами плодовых деревьев, с веток которых свисали средних размеров красные яблоки и миниатюрные груши, ухоженными зелеными кустами, небольшими лужайками с сочной, изумрудной, аккуратно подстриженной травой и огороженными милыми деревянными заборчиками клумбами, пестрящими неизвестными мне цветами разных форм и оттенков и увенчанные крошечными табличками с, наверное, их названиями.

— У нас, — поправил меня Канг. — теперь это и твой дом.

— Ну да. — согласилась я с улыбкой.

Настроение мое стремительно близилось к отметке “замеч

ТА

ательно”. Я предвкушала новые знакомства и открытия, радовалась окружающей утонченной, удивительной и продуманной красоте поместья и со скоростью губки впитывала в себя все увиденное и услышанное, даже на некоторое время задвинув куда-то подальше невеселые мысли о своем “попаданстве” и невозможности вернуться домой, к обычной жизни в привычном, с малых лет знакомом окружении.

Поместье "Соттель", южное Приграничье королевства людей

Ирмина (Мина) ид Й’орн

Первым, что я почувствовала, зайдя в алхимическую лабораторию, в которой сейчас проводился ремонт в связи с неудачным экспериментом адептов четвертого курса, был стойкий запах…гхм… вчерашних алкогольных возлияний, который смог перебить даже волну свежего воздуха, идущую от сильфы.

Гоблины вообще являются любителями “заложить за воротник”, а после этого побуянить и подраться на досуге. Но до сих пор никто из них не выходил работать в таком непотребном виде и с соответствующим ароматом.

Тара стояла посередине помещения, еще немного пахнущего красителями для стен и освобожденного от лишней мебели, сверля недобрым взглядом огромного, на две головы ее выше, мужика, с лысой как коленка головой, зеленоватой кожей и большими оттопыренными ушами. Белые волосы сильфы от негодования не просто развивались на ветру, а стояли почти торчком, а прозрачные крылья за спиной были воинственно распахнуты в разные стороны. Со стороны эта картина выглядела довольно комично, если бы не взгляд госпожи Латрис, под которым, умей сильфа испепелять на месте, гоблин-строитель бы уже обратился кучкой пепла.

— Что здесь происходит? — недобро сузила я глаза, сложив руки на груди. — где господин Зрох, ваш прораб?

— Эта… ик… начальник того… вчера…все… мы…тута…ик… — прогрохотал, икая, гоблин, явно тушуясь от взглядов двух недобро настроенных по отношению к нему маленьких женщин.

— Госпожа директор, вы посмотрите, что эти деятели сделали? — взвилась моя экономка, зачем-то подпрыгивая на месте. — они тут пол покатый положили, безрукие! Да такой, что у меня даже ноги съезжают. Вы, уважаемый, что, хотите, чтобы наши дети расшиблись, да еще и опасные вещества себе на головы вылили, да? Чтобы нашу школу Комитет враз прикрыл за несоблюдение норм безопасности в оборудованных для магических экспериментов помещениях? У вас от яблочной наливки совсем разум через уши вытек, раз вы тут такое сотворили?

Захотелось схватиться за голову и то ли плакать, то ли хохотать.

— Ну, может чутка есть горка и чо? — попробовал защититься строитель.

— Где господин Зрох? — повторила я громко.

— Да загуляла у них половина бригады вчера на ярмарке в Эране с бригадиром во главе, — устало махнула рукой сильфа. — а эти двое самые крепкие и стойкие, сегодня, видимо, все и доделали с пьяных глаз. Ух, зла на вас не хватает. — потрясла Тара своим маленьким, размером с палец стоящего перед ней мужика, кулачком.

“Вот же… гоблины”.

— А при чем тут оплата, раз полы испорчены? — удивилась я.

— В смете указан ремонт пола, так они его и сделали. Я пытаюсь донести, что такую работу мы не примем, а он говорит, что только с главой школы будет общаться, и уж она-то работу точно примет и остаток им выплатит на всю бригаду.

— Вы сейчас же переделаете полы, — четко, почти по слогам выговорила я. — оставшуюся оплату мы передадим только бригадиру, причем трезвому. А будете возмущаться — потребуем обратно аванс в качестве неустойки за испорченный пол и переведенные зря материалы.

Гоблины переглянулись и потоптались на месте. Судя по их взглядам, переделывать они ничего не планировали, а хотели просто по-тихому сбежать, пусть даже без оплаты, но зато с задатком за ремонтные работы. Причем не думали даже о том, что охранки их из школы без моего ведома просто не выпустят.

Вот что наливка с нормальными гоблинами делает, а? В прошлые разы у меня с этой бригадой таких проблем вообще не возникало, а тут на тебе…

— Норман! — произнесла я раздраженно, щелкнув по кольцу на пальце.

Случайно вызванного в прошлом году моим сыном призрака пришлось привязать к Хранителю и поместью, потому что он не захотел уходить в загробный мир и был намерен остаться в “Соттель” навсегда. Норман в прошлом был магом, поэтому упокоить его насильно мы просто не смогли, пришлось соглашаться на его условия. Из всех духов Дарий умудрился призвать именно этого, самого вредного, наглого, упертого, да еще и подкованного в некроритуалах. Кто-то из моих предков когда-то выиграл у Нормана в карты родовой медальон, хранящийся уже несколько веков в нашей крошечной сокровищнице. Вот эта вещица и притянула духа вместо того, что вызывал сын в попытке пообщаться с кем-нибудь из рода ид Й’орн.

Прошло не более нескольких ударов сердца, как прямо из ближайшей стены медленно выплыл полупрозрачный, слегка светящейся молодой мужчина в костюме позапрошлого века, завитыми локонами на голове по моде того времени и маленькими подкрученными усиками под призрачным носом. В помещении сразу стало зябко и прохладно, а стекла на окнах покрылись легкой изморосью.

— Звали, госпожа? — лениво проговорил он, осматривая пространство и останавливая свой пробирающий до нутра взгляд на строителях. Те охнули и очень громко сглотнули.

— Назначаешься ответственным за этих двоих, — кивнула на гоблинов. — проследи, чтобы полы были идеально ровными. Отчитаешься мне, когда строители тут закончат.

— Всенепременно, — оскалился призрак. — очень люблю, когда полы ровные, а вы, господа?

— Гхе… гха… — раздалось придушенное со стороны гоблинов. — может, не надо? Мы эта…. сами тут… — вопрос от одного из них уже ко мне, и глаза такие честные-честные, хоть и красные после вчерашних алкогольных развлечений.

Я цыкнула языком, немного сжала пальцы и выпустила в мужиков простейшее заклинание полного отрезвления. Гоблины застыли, покачнулись, помотали головами. Их глаза приняли нормальный цвет, лица посвежели, а аромат вчерашней настойки сразу же пропал из комнаты.

— Приступайте! — приказала так уверенно и грозно, что строители встали по стойке “смирно”. — До вечера пусть справятся. Стелла уже спрашивала, когда она сможет вернуться к занятиям в этом кабинете. — это уже сообщила Норману.

— Для моей музы сделаю все что угодно! — взгляд призрака стал мягче, а пронизанный загробным холодом голос приобрел мурлычущие нотки. Да, наш школьный дух еще с момента попытки его упокоения влюблен в наставницу по некромагии, поэтому действительно был готов для нее горы свернуть.

Поместье "Соттель", южное Приграничье королевства людей

Ирина Кущина

— … потом он предложил после кафе пойти в “Рощу”, есть у нас в районе такое место с прудиком и беседкой, куда обычно пары прогуляться ходят. Знаешь, я сначала не хотела идти, но он так пронзительно на меня смотрел, что сердце в итоге дрогнуло. В общем, пришли мы туда, когда уже темнеть начало. Сели на лавочку, а разговор как-то не клеится. Без группы поддержки в виде друзей Никиткина смелость сразу куда-то подевалась. Да и перестал этот товарищ мне уже казаться таким симпатичным и милым, как до этого. Обычный избалованный и не очень умный хвастун из небедной семьи, вот и все. Я не Лизка или Элька Жданова, чтобы его "крашем" или "няшкой" называть.

Он какие-то шутки глупые “с бородой” мне рассказывать начал, мемы старые и видосы с пранками глупыми показывать, хихикать как дурачок.

Я его спросила: "Ты спортом каким-нибудь увлекаешься?"

А он мне: "Спорт — это для тех, у кого мозгов нет!". И ведь знает прекрасно, что я в секцию при Доме культуры хожу и учиться хорошо успеваю. Да и вообще сейчас на фитнес или в качалку кто только не ходит, чтобы тело в тонусе держать. Машка, сестра моя, вот тоже спорт не любит и меня не понимает. Так она на танцы и растяжку пошла по моему совету и довольна теперь как слон.

Я ему: "Ну а книги читаешь какие-нибудь?".

Он: "Книги читать немодно. Это для задр…". В общем, для заучек всяких и ботаников, вроде меня, судя по всему.

Нет, ну ты представляешь?

В общем, я решила: “Еще пять минут посижу и домой рвану”.

Хорошо, что до дома было недалеко, два квартала всего. Только я рот открыла, чтобы попрощаться, этот му… чудак навалился на меня и попытался за грудь ухватить, а еще с поцелуями полез. Я настолько обалдела, что даже растерялась. И вместо того, чтобы его огреть хорошенько для профилактики, просто подскочила так резко, что мой телефон из руки выпал и улетел под лавочку. Слышу, шуршит кто-то в кустах. А потом присмотрелась, а там Лешка Баранов, друг Лыкова, на видео наше “свидание” снимает.

Я ему: “Какого ты тут забыл?”.

А он: “Ирка-киборг, ты завтра звездой нашего школьного канала в “телеге” станешь. А Лыков спор выиграет, что тебя за грудь потрогал и поцеловал. Это правда, что ты лифчик не носишь? Никитос, че там, уже выяснил, есть лифак или нет?”.

Гадость какая, да?

И только я собралась за ним рвануть, чтобы телефон этот чертов конфисковать, как со всех сторон другие ребята заржали. Кажется, почти все наши одноклассники там были, по крайней мере, из мальчиков точно. Кто-то Никитке кричал, чтобы тоже меня поснимал, уже поближе. Даже послышалось, что это голос Лизки, единственной моей подружки из класса, которая меня на это свидание и уговаривала.

И, знаешь, Элайна, так обидно стало за себя. Так мерзко и гадко. Словно меня в помойку головой опустили. Я решила, что не буду доставлять им еще больше удовольствия и веселья, если сейчас начну на них кидаться или кричать, поэтому просто побежала куда глаза глядят, а очнулась почему-то в лесу, причем уже этого мира, где меня местный егерь подобрал и в вашу столицу порталом отправил. Вот такая история.

Я пододвинула соседке оставшуюся печенюшку, а она, качая головой и сверкая глазами от моего путанного и эмоционального рассказа, подлила мне в чашку кипятка.

— Вот гмых пещерный! — грозно пророкотала девушка. Голосок для ее хрупкого (в человеческом виде) телосложения у Элайны оказался ого-го какой. Словно раскат грома. Таким на лету ворон сшибать можно!

— Да, гад еще тот! — согласилась я.

— Только я не поняла многое из твоего рассказа, — опустила большие бледно-голубые глазки соседка. — что такое “телефон”, "фитнес", "лифчик", “кафе”, “мэм”, “видео”, “пранки” и почему ты — какой-то “кириборг”? Как можно стать звездой, если она на небе? А еще, почему ты станешь "звездой" в катании на телеге? В вашем мире это какое-то развлечение?

— Я тебе сейчас все расскажу. — улыбнулась я, радуясь, что Элайна оказалась очень даже неплохой девчонкой, пусть и со своими “птичьими” сюрпризами и немного стеснительной и зажатой, что ли. Ну ничего. Проведу я с ней воспитательную работу, сделаю из нее человека (хи-хи), и все точно будет тип-топ.

Но обо всем по порядку.

В общем, после того, как она схватила печенье, запихнула в рот и слопала почти не жуя, зажмуриваясь от удовольствия (вот что печенька животворящая с птицедевами делает, да?), мы некоторое время сидели в тишине, не решаясь что-либо сказать друг другу. Соседка отходила от моего повергшего ее в шок поведения, я — от ее жуткого вида, только позже осознав, что почему-то совершенно не испугалась представшего передо мной чудовища, которым девица на несколько минут стала, чтобы, наверное, я заорала, испугалась и перехотела делить с ней одно жилое пространство на двоих. А вот и не угадала! Это она еще сестру мою Машку с утра с несмытым с вечера боевым раскрасом после школьной дискотеки не видела. Вот где ужас и “изыди нечисть проклятущая”.

В итоге девушка сдалась первой, поведав, что она гарпия, а то, что я увидела — это ее вторая ипостась. То есть Элайна тоже как бы оборотень, только не “зверолюд”, а “птицелюд”. Ну… Я в этом ничего плохого или страшного не видела, с учетом количества нелюдей на один квадратный метр этой школы. Привыкну со временем. В человеческом виде-то она выглядит довольно безобидно, даже хиленькой какой-то. Удивительно, как такое маленькое тельце может становиться такой мощной громадиной.

Судя по отсутствию какой-либо моей реакции на ее заявление о своей расе, соседка окончательно успокоилась и даже несмело мне улыбнулась. Я заверила, что на то, кто она такая, мне совершенно наплевать. Ну гарпия и гарпия. У меня к существам ее вида каких-то предрассудков нет (я просто не видела их ни разу до этого и ничегошеньки о них пока не знаю, но не суть).

После этого разговор пошел бодрее. Элайна расспрашивала меня о том, что я уже успела увидеть и узнать. Показала комнату, мои полки для книг и вещей в шкафу. А также ящик, где всегда лежит сменное постельное белье и свежий комплект полотенец, и отсек, куда следует класть грязные вещи и белье для очистки (там встроена специальная магическая штуковина, заменяющий стирку). Рассказала еще, что порядок в комнатах следует поддерживать самостоятельно, в смысле вещи класть на свои места и подметать при необходимости (вполне стандартным веником, припрятанным за шкафом), а все остальное вроде мытья полов, протирания пыли и чистоты окон или штор обеспечивает специальный артефакт. Вот, магия и в хозяйстве тут тоже помогает. Ну не чудо ли?

Два месяца спустя

Поместье "Соттель", южное Приграничье королевства людей

— Очень хорошо, адепт ид Йорн. Можете деактивировать печать. — наставница Стелла Тод удовлетворенно кивнула, наблюдая, как Дарий направляет силу на некропечать на груди “Учебного пособия номер пять”, а проще говоря, покойника, отданного школе на опыты.

“Учебное пособие” испустило невнятный хрип, лишь отдаленно похожий на звук, который может издавать живой человек, и плавно опустилось обратно на лабораторный стол, закрывая покрытые белесой мутной пленкой мёртвые глаза.

Наставница изящно взмахнула рукой, погружая объект ученических опытов в стазисное состояние и тем самым сохраняя его внешний вид таким, будто покойник ушел за грань только вчера.

Дарий ид Йорн стер со лба капли пота и встряхнул руками, сбросив на пол несколько ярко-красных остаточных искр от заклинания.

— Итак, мои скелетики, есть ли у кого-то замечания или комментарии по проведенному адептом ид Йорн ритуалу временного воскрешения? — промурлыкала школьная некроледи, окинув учащихся цепким взглядом темных глаз.

Адепты переглянулись и дружно замотали головами. Кто-то посмотрел на сына госпожи директора с нескрываемой завистью и тяжело вздохнул. Отрицать, что ритуал был проведен безукоризненно, никто не решился. Тем более, к Дарию ид Йорн наставница Тод всегда относилась даже более требовательно, чем ко всем остальным адептам, присутствующим на факультативе по некромагии, так что говорить о каких-то преференциях или особом отношении было глупо и бессмысленно. Парень действительно оказался чрезвычайно усердным и талантливым.

Судя по ласковому обращению к своим ученикам (“скелетиками” некроледи называла их в исключительных случаях) и мечтательной улыбке на подчеркнутых темно-вишневой помадой губах, сегодня у Стеллы Тод наблюдалось удивительно игривое и легкое настроение. Школьники считали, что дело в новой броши-артефакте в виде чёрного цветка морозника, приколотой к вороту ее неизменно темного закрытого платья. Некоторые особо одаренные адепты даже уловили в украшении отголоски магии нового наставника по артефакторике, господина Рашу. Девочки расстроенно поникли, понимая, что новый объект для воздыхания уже выбрал себе соответствующую и статусу, и возрасту даму сердца и очень настойчиво взялся за ее завоевание. А то, что наставница Тод носит его дар на платье, ясно свидетельствовало, что она подобный знак внимания очень даже принимает и без стеснения демонстрирует окружающим.

Сплетен и разговоров среди учащихся или работников школы все равно было не избежать. Романтические истории, происходящие на виду у всех в закрытом школьном мирке, никогда не удавалось скрыть надолго. Они являлись своего рода спектаклем, за которым, за неимением большого выбора других развлечений, с любопытством наблюдали все: как юные адепты, так и взрослые работники “Соттель” и преподаватели.

Похоже, наставники по некромагии и артефакторике не боялись подобных пересудов, здраво рассудив, что обитатели “Сот” все равно узнают об их отношениях или намеке на что-то похожее. За их медленным сближением действительно наблюдала вся школа, а кто-то из предприимчивых старшекурсников даже делал ставки, как быстро сдастся Стелла Тод под напором красавца-фея.

Конечно же, подобно любым взрослым людям, да еще и преподавателям, они не демонстрировали ничего открыто, как это делали обычно подростки, но школьники ведь все равно не глухие и не слепые…

— В таком случае на сегодня практическое занятие окончено. — произнесла наставница. Ее голос утонул в грохоте магического гонга, знаменующего начало большой обеденной перемены.

Адепты радостно загомонили, обмениваясь впечатлениями от урока, и дружной толпой высыпали на лестницу, ведущую из школьного подвала на первый этаж учебного крыла “Сот”.

Вира поджидала брата на площадке у лестницы, опершись на стену. У нее, в отличие от Дария, в этот день перед переменой занятий не было, так что девочка предпочитала провести это свободное время в библиотеке в компании вездесущего Нормана или Тимоса, если он был свободен от поручений мамы или занятий, а потом идти вместе со своим близнецом в столовую.

— Как все прошло? — Вирия ид Йорн незаметно сунула в руки брата серебряную фляжку (подарок матери на именины) с восстанавливающим эликсиром.

Ребята перестраховались, полагая, что Стелла Тод по просьбе мамы наверняка проводила над Дарием диагностику по выявлению несанкционированных призывов, поэтому пришлось задействовать заклинание сокрытия, найденное в одной из старинных родовых книг. Неприятным открытием стало то, что заклинание с огромной скоростью сжигало магическую силу, поэтому Дарию приходилось постоянно прикладываться к эликсиру восстановления резерва, сваренному Вирой про запас на одном из недавних практикумов по алхимии.

— Ты была права. Она меня проверяла, — произнес брат тихо, оглядываясь по сторонам и прикладываясь к фляжке. — Прямо во время ритуала воскрешения. Заклинание сокрытия пока работает, но я не знаю, насколько его еще хватит.

Близнецы дождались, когда поток учащихся иссякнет, а последний одноклассник скроется в конце коридора, и нырнули в темный уголок у центральной лестницы, где их точно никто не мог подслушать.

— Мы его почти нашли, — произнесла Вира. — осталось закупорить всего треть зеркал, и можно будет забыть обо всем, как о страшном сне.

— Если он использует только зеркала, а не другие отражающие поверхности. Если так, все будет куда хуже. Мама вчера общалась с Хранителем в ритуальном зале, — поморщился Дарий. — Пока нашу зеркальную пакость никто уловить не может, хотя я слышал, что мощность охранок усилили, а наставник Рашу начал готовить фейские определители посторонних сущностей. Но если эта неведомая тварюга украдет что-то более ценное, чем заколку, монетку или другую безделушку, тогда поиски станут серьезнее. Я слышал, что о кражах уже начали шептаться другие ученики. Если кто-то из школьников сообщит о происходящем родителям, сюда пришлют ловцов из Комитета, они точно почувствуют на сущности след моего призыва.

Поместье "Соттель", южное Приграничье королевства людей

Ирмина (Мина) ид Й’орн

— …хотела бы отдельно поблагодарить наставников Или, Рашу и Неро за индивидуальную работу с адептами из гномьего княжества, — проговорила я, окидывая внимательным взглядом коллектив своих преподавателей. — Насколько я понимаю, наши проблемные учащиеся стали вести себя несколько сдержаннее, в том числе благодаря вашему контролю и надзору, дополнительным занятиям, факультативам, а также усиленной специально для них физической нагрузке.

Мы с наставниками собрались в большой гостиной преподавательской половины жилого крыла “Соттель” на традиционный вечерний учительский совет для подведения итогов второго по счету учебного месяца.

Я с уважением посмотрела на как обычно спокойного и сосредоточенного оборотня, мягко улыбающегося фея и серьёзного боевого мага. При взгляде на последнего сердце почему-то застучало сильнее, а дыхание сбилось. Пришлось признать, что на присутствие Алекса Неро я реагирую так остро почти всегда. Он чем-то упорно привлекает мое внимание, хоть я и стараюсь гасить в себе приступы подобного странного, слишком личного интереса. Ох, Мина, неспроста это все…

— А еще потому, что учащиеся старших курсов взяли первогодок под свою защиту, — хмыкнула Тара Латрис. — Правда, это принесло нам дополнительные проблемы, но хотя бы поумерило пыл юных гномов.

— Хотел бы я сделать больше, — тихо произнес фей, удрученно качая головой. — Жаль, что вы не желаете, чтобы я подключил свои старые связи и донес до Его Величества о том, что творит Комитет за его спиной, поощряя поведение присланных ими гномьих адептов. То, как маги Комитета отреагировали на ваши сообщения касательно возникшей ситуации — просто уму непостижимо!

— Я благодарна вам за заботу и поддержку, наставник Рашу, — кивнула я фею с вымученной улыбкой. — Но если мы в обход Комитета заявим Его Величеству и его советникам, что не справляемся с поставленной нам задачей, важной для закрепления торговых соглашений с княжеством гномов, репутация школы и наших методов преподавания наверняка подвергнутся сомнениям. Комитет, я даже не сомневаюсь, как-то выкрутится, а вот для "Соттель” все может закончиться не так радужно… Но я учту ваше предложение и воспользуюсь им в самом крайнем случае.

Немного обжившись и погрузившись в школьную жизнь, господин Рашу, разумеется, успел разобраться и в хитросплетениях моих отношений с Комитетом по контролю за магией, сделав для себя, полагаю, довольно неприятные выводы. Да, кто-то из магов Комитета точно грязно играл против “Соттель” или против меня лично, постоянно вставляя палки нам в колеса. Потому что порой мне казалось, что ситуация с гномами являлась ловко спланированным ходом, чтобы создать школе дополнительные трудности, прикрываясь политикой, а затем обвинить нас в нарушении договоренностей, непрофессионализме, саботаже налаживающихся с княжеством гномов отношений и Творец еще знает в чем.

Я не считала себя параноиком, но иногда приходила к мысли, что кто-то упорно желает сделать так, чтобы “Соттель” закрыли или, по меньшей мере, проверили с помощью королевских магов-дознавателей, что напрочь испортило бы нам репутацию, даже несмотря на доказанную эффективность обучения, успехи наших воспитанников и выпускников, победы в магических конкурсах, гранты, изобретения и исследования. И дело может быть даже не в том, что я применяю в школе нетрадиционные методы обучения, с первого курса уделяя больше внимания практической части работы с магией, а не теории, а также принимаю учеников любых рас и любого уровня силы, нарушаю какие-то каноны или правила и тем самым раздражаю магов старой закалки, а в чем-то совершенно ином. В чем же? Это дело рук только Мервы ид Хорн или кого-то еще? Кому еще выгодно сделать так, чтобы школа “Соттель” прекратила свое существование или опозорилась?

Авир Рашу удивительно быстро влился в наш коллектив, очаровав как адептов, так и коллег, чему я, как директор и руководитель, была несказанно рада. Как я и предполагала, обаятельный, деликатный и дружелюбный фей не оставил равнодушной даже Стеллу Тод, которая, как сама некроледи как-то признавалась мне в приватной беседе за бокалом фруктового вина, после всех событий в столице зареклась вообще думать о поиске постоянного спутника жизни, а тем более мужа, но, похоже, прониклась обаянием Авира Рашу и все же передумала. И вот теперь вся школа с интересом наблюдала за тем, как наставники по артефакторике и некромагии постепенно сближаются друг с другом, находясь пока на конфетно-букетной стадии, о чем ненавязчиво намекала новая брошь Стеллы в виде черного цветка морозника, которую она последние дни не снимала и осторожно поглаживала кончиками пальцев, думая, что этого никто не замечает.

Разумеется, мои коллеги не выставляли свои отношения напоказ, держа при посторонних положенную дистанцию. Но шила, как говорят, в мешке все равно не утаишь.

Как директор и руководитель, я против романа наставников ничего не имела и совершенно не считала подобное событие непедагогичным или подающим плохой пример для юных адептов. Когда-то я взяла в штат семейную пару и ни разу об этом не пожалела, ведь личные отношения нисколько не мешали Закари Или и Таре Латрис выполнять возложенные на них обязанности и являться профессионалами своего дела.

Кстати говоря, перед заключением с сильфой и оборотнем постоянных трудовых контрактов после успешного прохождения ими испытательного срока я изучила все возможные законы об образовании и организации школ и не нашла там указаний на запрет отношений между преподавателями. Тут предъявить Комитету мне было совершенно нечего, пусть они хоть головы о стену расшибут.

А вот за романы с несовершеннолетними адептами наставников или работников школы могли покарать очень строго, но я за соблюдение этого правила была абсолютно спокойна. Адептки постарше, само собой, строили глазки и тихо вздыхали и по фею, и по школьному лекарю, и даже по господину Неро (факт наличия поклонниц у последнего вызывал у меня легкий укол раздражения), но дальше этого девочки бы точно никогда не пошли, не говоря уже о самих наставниках.

Поместье "Соттель", южное Приграничье королевства людей

Ирмина (Мина) ид Й’орн

— Надеюсь, домашнее задание выполнили все, и повторять заклинание активации роста нам перед практикой не нужно?

Я обвела взглядом адептов третьего курса и поморщилась от влажного душного воздуха, наполняющего школьную оранжерею.

Все ученики почти одновременно кивнули, не отрывая взглядов от молодых ростков вьючки песчаной, которую им сейчас предстояло вырастить.

Маги-созидатели сидели на небольших лавочках на равном расстоянии друг от друга. Напротив каждого из них был расположен небольшой клочок земли с заранее пророщенным для практического занятия растением.

— Отлично. Разминаемся, — скомандовала громко, наблюдая, как адепты послушно, с хрустом гнут пальцы в разные стороны, а затем соединяют в соответствующий знак и подносят ближе к росткам. — Итак, три… два… один… Начали! “Кресико”! — прошептала почти неслышно активационное заклинание на древнем языке.

Маг моего уровня мог вообще обойтись только мысленной командой, даже не используя пасс и ничего не проговаривая вслух, но я должна была показать своим подопечным весь процесс работы с заклинанием роста, в том числе используя техники магического вспоможения, необходимые для равномерной отдачи силы. Источники юных одаренных еще недостаточно окрепли и оформились, чтобы заставлять их испускать дар в пространство без каких-то страховочных магических костылей.

Кончики моих пальцев нагрелись. Из ладони полился бледный зеленый свет, ровным лучом уходящий прямо в землю.

Крошечный зеленый росток напротив меня приподнял листики кверху, словно развернулся всей своей сущностью к невидимому свету, а потом начал медленно подниматься ввысь, набухая новыми листиками.

— Контролируем поток, — дала указание, успевая и растить свою вьючку и следить за работой подопечных. — Адепт ид Вирас, ваша вьючка скоро просто рассыпется от такого напора, держите себя в руках. Адептка Шивир, сосредоточьтесь, ваш росток наклонился в сторону и полез вбок. Направляйте… Еще немного… Да-да, хорошо. Отпускайте.

Я оглядела полученные растения с крепкими стеблями и резными листиками. Кое-кто особо одаренный даже умудрился довести вьючку до стадии цветения. Почти все мои ученики справились с задачей успешно. Даже Арманду ид Вирасу удалось не убить свой росток чрезмерным выплеском магии. Работа с растениями требовала максимальной сосредоточенности, терпения и четкой дозировки сил. Переборщишь — убьешь корень, недодашь — нарушишь заложенные природой естественные процессы развития и роста растения. Вьючка не самый капризный для магического выращивания представитель местной флоры, но и не самый простой в этом плане. Но для третьего курса в начале учебного года, когда адептов уже распределили группам исходя из направления дара, как раз подойдет. В следующий раз попробуем на чем-то более интересном и сложном.

Подняла глаза и нахмурилась. У входа в оранжерею стояла бледная Тара Латрис, а рядом с ней не менее бледный Эйрих, сын садовника и привратник поместья, а также его жена, старшая горничная Соня Шу. Та-а-ак…

Неужто опять что-то случилось? И почему не “птичка”, а личное явление сразу троих работников школы по мою душу? Все настолько серьёзно?

— На сегодня все! — проговорила я, оглядывая довольных проделанной работой адептов. — Прошу собрать листы и цветки выращенной вами вьючки для алхимической лаборатории. Насколько я помню, в ближайшее время она вам пригодится для эликсира восстановления физических сил. Емкости для сбора вам предоставит господин Вульс, — кивнула появившемуся из дальнего конца оранжереи старшему садовнику. — После этого можете быть свободны. На дом параграф шесть “Магии растений” и параграф восемь "Особенностей работы с лекарственными травами для магов-созидателей". Помимо этого, прошу каждого найти в библиотеке данные по представителям флоры нашего мира, иммунным к сегодняшнему заклинанию роста. Каждый ищет те, что произрастают в знакомой им местности или родных странах. На практикуме будем делиться опытом, а также узнаем, как можно обойти подобный магический иммунитет и почему он возникает.

Я одарила учеников теплой улыбкой, поднялась с маленькой лавочки, встряхнула руками и зашагала на выход из оранжереи, чувствуя, что новости меня ждут не самые приятные.

— Как такое могло произойти? — не сдержав эмоций рявкнула я, дергая охранки, расположенные по периметру крошечного школьного Храма Творца.

Каждое уважающее себя высокородное семейство имело на территории своего поместья собственный Храм, под которым обычно располагалась родовая усыпальница. Это позволяло возносить молитвы нашему божеству, не выезжая за пределы своего дома.

По моему решению двери Храма Творца рода ид Й'орн при “Соттель” были всегда открыты для любого обитателя школы без исключения. По заветам Творца его благодать распространялась даже на представителей иных рас или верований. Наше божество было одинаково лояльно ко всем созданиям этого мира, и ничего особенного, кроме ожидаемых “не воруй”, “не навреди” и “почитай своих родителей”, от верующих не требовало. Даже стандартных молитв не существовало. Все обращались к Творцу так, как умели и желали.

Разумеется, в основном сюда ходили люди и представители малых народов людского королевства, так как существа других рас (феи, гномы, демоны, змеелюды) имели собственные верования, не требующие какого-то конкретного ритуального места, вроде нашего Храма.

Жителей королевства, по моему мнению, нельзя было назвать чересчур набожными, наверное, из-за почти полного отсутствия каких-то четких ритуалов и правил, которые, согласно заветам Творца, необходимо было обязательно соблюдать. Даже Храмы никогда не строились по единому образцу, а жрецы Творца никогда не вмешивались в жизнь жителей королевства или в политику и никому ничего не навязывали. Празднества вроде свадеб или прощаний с умершими могли проводиться как в Храме, так и вне его. Браки заключались либо магически, если это касалось одаренных, либо фиксировались в городском Совете для всех остальных с использованием браслетов-артефактов, при желании и финансовой возможности.

Поместье "Соттель", южное Приграничье королевства людей

Ирина Кущина

— Таким образом, если вы по какой-то причине оказались ночью в глухом лесу и встретили волкодлака, что будет первым, что вы сделаете?

Маленький енот в милом кожаном жилете со множеством карманов и крошечной сумкой с ремешком, опоясывающей его тело поперек, застыл на учительском столе и обвел сощуренным взглядом учащихся первого курса.

— Адепт Кхазадсон? — вперил наставник острый взгляд маленьких желтых глаз в одного из гномов.

— Гвихор харгри юб тутук, урбу крухугврир! — прогудел юноша, показывая руками что-то, напоминающее сворачивание шеи.

“Сам ты “юб тутук!” — подумала я с раздражением.

Наставник Тимос цыкнул и закатил глаза, а потом в какую-то долю секунды очутился прямо на столе названного адепта, пытливо заглядывая в лицо молодого скалящегося гнома. Улыбка на губах парня как-то сразу завяла, а взгляд стал уже не таким самодовольным.

— Во-первых, адепт Кхазадсон, как уже неоднократно озвучивалось вам и вашим друзьям, прошу давать ответы на человеческом языке. Во-вторых, если вы забыли мое имя, не стоит именовать меня “наставник зверь”.

Оставшиеся гномы некрасиво заржали. Я сжала кулаки, вскипая до предела. Гады, как вы мне надоели! Ненавижу таких самоуверенных товарищей, с какого-то перепугу считающих себя выше и привилегированнее других. Даже наши одноклассники-люди с фамилией с "ид", то есть высокородные, не ведут себя так отвратительно.

Сидящая рядом со мной Элайна издала звук, похожий на недовольный птичий клекот. На ее голове появилось несколько белых, торчащих в разные стороны перьев, а на лежащей на столе маленькой ладошке вместо ногтей я увидела загнутые книзу белые когти.

Наставник по введению в мир фамильяров и магических существ, являющейся по совместительству магическим компаньоном госпожи директора, с совершенно ничего не выражающей мордочкой, просто махнул лапкой, заставляя всех гномов замолкнуть и замереть, удивленно вращая глазами.

— Надеюсь, это поможет вам вспомнить язык, на котором проводится данный урок, — сообщил наставник Тимос спокойно. — А раз не можете воздержаться от столь глупых и неприличных реакций, вам стоит помолчать до конца лекции и обдумать свое поведение. Возможно, у вас накопилось чересчур много энергии, и мне стоит попросить наставника Неро усилить вашу нагрузку на его занятиях.

Кто-то на заднем ряду тихо хихикнул. О да, на то, как наш физрук гонял гномов, любо-дорого было посмотреть! Особенно на их красные морды после кросса и полосы препятствий.

— Насколько я понял, Уве предложил свернуть волкодлаку шею, — произнес Эльдар ид Лори, сын какого-то чиновника из торговой гильдии, имеющего прямые контакты с гномами. Именно поэтому мальчик хорошо воспринимал на слух язык подгорного народа, на который упорно переходили гномы, будто специально издеваясь над большинством не понимающих их “тутуки” и “гвихоры” одноклассников и некоторыми наставниками.

Меня страшно бесило, что иногда гномы собирались кучкой, смеялись, болтая на своем языке, и кидали недобрые взгляды на окружающих. Подобное поведение все больше напоминало мне кое-то увиденное в моем мире. Вот прямо приходили в голову определенные параллели…

Вот я с фамильяром госпожи ид Й’орн так шутить бы не стала. Во-первых, мангут прекрасно понимал по-гномьи и вообще, казалось бы, знал столько информации не только о своем предмете, но и вообще обо всем на свете, что иногда хотелось открыть рот от восторга, слушая его лекции. А во-вторых, наставник Тимос был как раз из тех преподавателей, кто совершенно не терпит непослушания и тупости, и реагируя на вот такие попытки испортить его занятие мгновенно. Несмотря на весь свой умильный вид, зверь, внешне напоминающий енота, учителем был строгим и дотошным.

— И что вы думаете о таком решении проблемы, адепт ид Лори? — усмехнулся наставник. — Вы, я надеюсь, в отличие от адепта Кхазадсона, ознакомились с необходимой главой учебника?

— Я бы предпочел делать ноги, наставник Тимос, — со смешком отозвался Эльдар. — Хотя бы потому что волкодлаки всегда передвигаются стаями, и даже если ты успеешь зацепить и устранить одного, со спины на тебя нападет еще парочка.

— А если они уже вас окружили? — мангут удовлетворенно кивнул и перевел взгляд на соседа Эльдара. — Адепт Шивари?

— Брошу им в глаза светлячок, наставник, — произнес Киран Шивари, мальчик-змеелюд, с которым я хотела познакомиться еще в свой первый школьный день при посещении библиотеки, но не успела. Вот его в моем мире точно бы назвали “ботаником” или “заучкой”, как, наверное, теперь уже и меня. Мы с Кираном, можно даже сказать, конкурировали в классе за первенство в категории “ботан среди первогодок”. Змеелюд, кажется, нисколько на меня, как на конкурентку, за это не обижался, наоборот, общался со мной чаще, чем с другими одноклассниками, хоть и в основном только по учебным вопросам. — Глаза волкодлаков не переносят солнечного света, поэтому даже легкая вспышка способна их ослепить. Правда, очень ненадолго. После этого необходимо окружить себя огненным кольцом, желательно немагического свойства, или, если в том лесу есть подобная возможность, попытаться залезть на какое-нибудь дерево, отправить в небо определяющее местоположение заклинание поярче или “птичку” кому-то из знакомых, и дождаться прихода егерей и воинов или при опустошенном резерве просидеть там хотя бы утра, пока стая не уйдет в свое убежище. По меньшей мере нам стоит сделать только так, пока мы не сможем физически противостоять этому виду магической нечисти, используя посеребренный клинок или стрелы с заговоренным наконечником.

Голос паренька слегка дрожал от волнения. Киран был чрезвычайно умным и усердным, но стеснительным и, возможно, еще более неуверенным в себе, чем моя соседка. Хотя она за эти месяцы заметно подтянула навыки коммуникации, а наставник Неро помог ей найти уверенность в своих силах хотя бы в ипостаси гарпии.

Поместье "Соттель", южное Приграничье королевства людей

Ирмина (Мина) ид Й’орн

Я проснулась от надрывного кашля, доносящегося из смежной с моей спальней детской. Рывком подскочила с кровати, обгоняя поднявшегося со своего лежбища с напуганной мордочкой Тимоса, и стрелой ворвалась в соседнее помещение.

Вира сидела у постели Дария и трогала его лоб. Сын был бледен, исходил по'том и метался по подушке, снова и снова заходясь в приступах жуткого кашля.

— У него жар. — произнесла дочь. Я кивнула, потрогав лоб сына и обнаружив, что он действительно горячий, как печка. — Вчера брат чувствовал слабость, и я немного его подлечила, бросив заклинание исцеления и дав эликсир физического восстановления. Сегодня, видимо, Дару почему-то стало хуже. Но я все правильно делала, мам! Как ты меня учила.

— Почему не сказала об этом мне или Тимосу? — спросила я строго.

— Но ваше собрание…

— Ты же знаешь, что ради вас и вашего здоровья я смогла бы уйти даже с королевской аудиенции, Вира. — расстроенно покачала я головой.

Про аудиенцию у Его Величества, кстати, я упомянула не просто так. Алойз, например, узнав, что мне стало плохо на первых неделях беременности, буквально сбежал домой с приема в резиденции короля.

И знаете, как на это отреагировал наш монарх? Похвалил мужа за подобный шаг и заверил, что семья — самое ценное, что может быть у человека, и ее нужно беречь, даже рискуя навлечь на себя королевский гнев!

Так вот, я бы ради детей пошла на то же самое, даже не думая о последствиях!

— Я не подумала. — пробубнила дочь еще слышно.

Я обратила внимание, что, разговаривая со мной, Вирия отводит взгляд, словно чувствуя какую-то вину за происходящее.

Хм…

Пришлось спешно активировать диагностирующее заклинание, чтобы определить причину недуга Дария. Если это просто переохлаждение или легочная лихорадка, то не страшно. Запущу процесс самоисцеления и попрошу наставника Шушура принести парочку своих свежих эликсиров.

Мое диагностическое заклинание вернулось ко мне, не обнаружив ровным счетом ничего. Что это еще за новости?

— Тим, иди встреть Ильяша Шушура, пожалуйста, — обратилась к фамильяру. Тот понятливо кивнул и метнулся в сторону коридора. Я схватила с прикроватной тумбочки листок и грифель и набросала школьному лекарю “птичку” с просьбой срочно прибыть в мои личные комнаты.

— В чем может быть дело? — пробормотала себе под нос, пробуя на этот раз провести диагностику источника сына. И каково же было мое удивление, когда я заметила у него опустошение почти наполовину!

— Вы вчера практиковались? — спросила у Виры. Подозрение в том, что творится что-то дурное, и мои дети погрязли в этом по самые уши, почти разрывало мне сердце.

Дочь помотала головой.

— Твой брат пуст так, будто совершал призывы и воскрешения всю ночь без перерыва! Его дар не успевает восстанавливаться, отсюда и такое стремительное течение болезни. Ты ничего не хочешь мне рассказать?

— Мам, я… мы… — у Виры затряслись губы, а глаза наполнились слезами.

— Так, где наш пациент? — прозвучал из гостиной строгий голос змеелюда.

Наставник Шушур выглядел бодро, хотя по криво застегнутой сорочке можно было понять, что моя “птичка” вытащила школьного лекаря прямо из постели.

— Нет реакции на диагностическое заклинание, — пояснила я, наблюдая, как Ильяш ставит свой саквояж на пол и садится на постель подле сына. — Вира говорит, что жар начался вчера вечером, но она убрала его "исцеляющим" низкого уровня. Когда я проверяла спящих детей после нашего совета, лоб сына был сухим и прохладным. Также есть опустошение резерва наполовину. Причину этого я как раз пытаюсь выяснить у того, кто точно знает, в чем дело. — мотнула головой в сторону Виры, которая явно вот-вот готова была расплакаться.

Наставник Шушур поднял на меня удивлённый взгляд и рассеянно кивнул. Затем соединил пальцы в вспомогательный знак и тихо зашептал усиленную формулу диагностического заклинания высшего уровня.

— Заклинание сокрытия. — прозвучали голоса дочери и Ильяша одновременно.

— Что? — не поняла я.

— В вашем роду наверняка были некромаги, госпожа директор, — начал пояснять школьный лекарь. Я тем временем неотрывно смотрела на бледную дочь, которая не смела даже поднять на меня глаза. — И наверняка имеется родовое заклинание сокрытия проведенных некропрактик. Маги старой школы из высокородных боялись происков конкурентов и частенько прибегали к подобным хитростям.

— Не исключаю возможности наличия подобного в родовых книгах ид Й'орн. Некромаги у нас с детьми в предках точно были, — согласилась я. — Но как это связано с состоянием моего сына?

— Напрямую, — произнес змеелюд. — Отторжение вашей “диагностики” возникло как раз из-за наложенного на господина Дария заклинания сокрытия. Это побочный эффект, если это можно так назвать: сокрытие не только от диагностики, способной выявить отпечаток искомого некроритуала, но и невозможность проведения лечебной проверки организма. Туда же можно отнести и опустошение резерва, которое происходит постоянно, пока заклинание не истончится, независимо от того, использует ли ваш сын дар или нет. Тогда объяснимо и такое стремительное течение болезни, которая, полагаю, является обычной простудой. В другой ситуации Дарий отделался бы легким недомоганием, но его источник постоянно опустошается, что делает сопротивляемость организма к недугу слабее. Странно, что этого не случилось раньше, ведь заклинание сокрытия было применено не вчера, а как минимум несколько месяцев назад.

— Я давала ему восстановитель магии… — подала дрожащий голос дочь.

Она выглядела так жалко, что сразу захотелось заключить ее в объятья и успокоить. Но я не могла позволить себе подобное, потому что Вирия должна была понять, к чему в итоге привели ее с братом действия, а также их общие беспечность, недальновидность и глупость.

— Я попрошу Стеллу назначить тебе индивидуальный зачет по алхимии за первый курс, Вира! — отозвалась я строго и сухо. — Ведь при изучении эликсира восстановления магии вас должны были предупредить, что его постоянный прием со временем приносит больше вреда, чем пользы. Магия не может долго возобновляться искусственно, особенно у юных одаренных с нестабильным источником. Дарий мог выгореть, ты это понимаешь?

Поместье "Соттель", южное Приграничье королевства людей

Ирмина (Мина) ид Й’орн

Проведав сына, пожелав Вирии “доброй ночи” и поцеловав обоих детей перед сном, я оставила Тимоса следить за обстановкой в наших комнатах, накинула на плечи пальто и вышла в сад, зачем-то сунув в карман полученное сегодня вечером из столицы письмо.

К вечеру Дарию стало значительно лучше. Он пришел в себя, принял выписанные наставником Шушуром эликсиры, поел приготовленный для него Тутой бульон, попросил у меня хриплым голосом прощения за все свои проделки и их с сестрой самодеятельность и ложь, пряча красные от слез глаза, наполненные виной и стыдом, и завалился спать под новым исцеляющим заклинанием.

Я заглядывала к Дару несколько раз в перерывах между своими занятиями и другими многочисленными школьными делами, контролируя его состояние и радуясь тому, что лечение Ильяша дало свои плоды, магия медленно, но верно наполняет источник сына, а его тело восстанавливается и выздоравливает.

Пришлось приложить немало усилий, чтобы найти заклинание сокрытия, которое дети каким-то непостижимым образом откопали в одной из родовых книг, а также ключ-инактиватор к нему. Несмотря на то что я некромагом не являлась, заклинание на крови рода далось мне легко, так что сын был довольно быстро избавлен он сжигающей его магию проблемы.

Дочь сегодня уговорила меня оставить ее присматривать за братом. Так как никаких практикумов в ее расписании занятий не значилось, я разрешила ей это, при условии, что пока Дарий будет спать, она повторит всю информацию по приготовлению и использованию восстанавливающего магию эликсира, который самостоятельно готовила и давала брату в последние месяцы.

Стелла качала головой и винила себя за то, что не задалась вопросом, почему Вирия проводит в алхимической лаборатории так много времени и для чего ей слишком часто нужны ингредиенты именно для этого эликсира.

Дочь тяготела к алхимии и с разрешения наставницы Тод практиковалась в школьной лаборатории самостоятельно, изучая и совершенствуя новые, в том числе родовые рецепты, пригодные для ее текущего магического уровня.

Установленные в лаборатории артефакты не позволяли Вире варить что-то опасное, но ведь эликсир магического восстановления — как раз то средство, приготовление которого изучают и практикуют еще на первом году обучения. Кто же знал, что дочь варит его в таком количестве именно для брата…

То, как фатально могла закончиться подобная оплошность, я донесла до Виры четко, не сглаживая острых углов.

Эликсир, кстати, оказался очень хорошо сваренным. Стелла Тод на занятиях по алхимии всегда хвалила Виру за старательность и сообразительность, только вот в этот раз таланты детей, их усилия, знания и желание самостоятельно решить возникшую по их вине проблему, явно сослужили моим отпрыскам плохую и опасную службу.

Я шла по дорожке освещённого магическими светильниками сада и рассуждала о том, в чем именно ошиблась.

Что же я сделала не так, раз все дошло до такой критической точки и буквально вынудило детей признаться в содеянном, когда отпираться и юлить стало уже слишком поздно из-за болезни Дария и сделанных мной и наставником Шушуром неприятных открытий.

Разве я уделяла своим чадам мало времени? Разве не старалась быть им другом и стать как раз тем человеком, к которому они в первую очередь должны были обратиться за помощью?

Да, я растила детей самостоятельными. Зная их пытливый ум, склонность не пасовать перед трудностями и рассудительность, позволяла набивать персональные шишки, не тряслась над ними, как наседка, наставляя и направляя их исключительно мягко и ненавязчиво. Я никогда на них не давила, не навязывала им свое мнение, не наказывала за любую мелочь, объясняя и проводя доверительные беседы, поощряя их делать собсвенный выбор, а также своими силами находить решения каких-то задач и нести ответственность как друг за друга, так и за последствия своих поступков.

Вирия уверила меня, что они хотели сделать как лучше. Что стремились не нагружать меня своими проблемами, зная, сколько ответственности и сложностей и так лежит на моих плечах.

Дети прекрасно понимали и видели, что руководить "Сотами” непросто. Осознавали, что их выходка может усугубить положение школы, если об их самодеятельности станет кому-то известно. Они боялись подвергнуть всех нас лишним рискам, поэтому предпочли постараться сделать так, чтобы результат их ошибки был устранен без огласки, без моей помощи, чтобы потом сделать вид, что ничего не было.

Чем они руководствовались, принимая подобное решение? Могла ли я как-то повлиять на то, чтобы ситуация сложилась в ином ключе?

О, Творец, я не знаю. Я просто не знаю, как было бы правильно.

В любом случае, думаю, подобная встряска, несмотря на неприятные последствия, стала и мне, и детям хорошим уроком на будущее. Вирия и Дарий осознали свою ошибку и признали вину. И больше столь безрассудно действовать никогда не станут.

Если бы они пришли ко мне сразу, нам удалось бы избежать и кражи “Источника Творца”, и болезни сына в такой тяжелой форме, и ранящих меня недоверия и подозрений, и страхов детей, давления и мук совести, которые они все это время испытывали.

Ох…

Но что уж теперь думать о возможных вариантах развития событий, если все уже произошло…

Пребывая в тревожных раздумьях, я не заметила, как уже дошла до учебного тренировочного полигона, расположенного в противоположной от Храма Творца стороне окружающей дом территории.

Там еще во время переоборудования поместья в школу был расчищен специальный участок и под полосу препятствий, и под занятия магов-разрушителей, который мы с наставниками впоследствии опоясали цепочкой из сдерживающих артефактов.

Сейчас здесь было тихо и пусто. На поместье опустились по-осеннему густые и мрачные сумерки. Пахло прелой листвой, шуршащей под ногами, и влажной землей.

Поместье "Соттель", южное Приграничье королевства людей

Ирина Кущина

Первые месяцы обучения пролетели для меня со скоростью света. Я привыкла и к четкому распорядку дня, и к большой загруженности, и к куче нелюдей вокруг, и к магии, прочно вошедшей в мою повседневность, и даже к тому, что к вечеру практически каждый день валилась с ног от усталости.

Занятий было много, и не только магического толка. История, география, языки нечеловеческих рас (фейский, демонский, гномий, змеелюдный), этикет, расоведение, введение в мир фамильяров, экономика, право, литература, физическая культура, анатомия. Магическими дисциплинами наш первый курс в первый учебный семестр не особо нагружали, давая только основы магической науки, где нас учили управлять даром и “расшатывать” его до своего максимума, а также постепенно добавив в наше расписание факультативы у наставников всех направлений, где нас обучали простейшим заклинаниям, доступным каждому одаренному независимо от вида дара.

Я впитывала в себя новые знания и умения жадно, с огромным энтузиазмом и интересом. Не боялась задавать вопросы, не думала смущаться оттого, что не знаю каких-то простых вещей, известных жителям этого мира чуть ли не с рождения. Мое невежество воспринимали без насмешек или издевательств. Атмосферу в школе (не считая поведения гномов) в принципе можно было назвать здоровой и дружелюбной.

Здесь я по какой-то до сих пор неясной мне причине чувствовала себя гораздо увереннее и спокойнее, чем в родном мире. Наверное, потому, что перестала быть отщепенкой, которую не понимали, сиротой и приживалкой, которая не вписывалась в общество гимназии, в которой я училась. Перестала быть “Иркой-киборгом” со странными хобби и интересами, отношение к которым ярко продемонстрировал на нашем “свидании” Никитка Лыков.

Со временем интерес к моей персоне среди адептов “Соттель” угас, а мое поведение больше не являлось предметом обсуждений или тихих осуждений. Короче говоря, к моему присутствию просто привыкли, воспринимая его как часть школьной жизни наравне с другими ее составляющими.

Иногда, когда это приходилось к слову, другие учащиеся и даже наставники просили меня рассказать о каких-то реалиях моего мира или провести какие-то параллели между нашими мирами. Я делилась знаниями, воспоминаниями и собственным практическим опытом жизни в другом мире с удовольствием, уже понимая, что именно такие рассказы более всего располагают других школьников ко мне.

В этом жители Земли и жители мира Дей были схожи: и мы, и они тянулись ко всему странному, необычному и выбивающемуся из привычных рамок их реалий и картины мира, и к информации о явлениях, которые стали им с моей помощью доступны.

Я выбивалась из их мировосприятия, ломала их рамки и шаблоны и беззастенчиво этим пользовалась, пока этот мир не изменил меня, не поглотил целиком и не обтесал, как того же Канга Су. Вот он уже и разумом, и телом, и душой целиком принадлежал скорее этому миру, лишь частично оставив за собой некоторые земные особенности, фразы и привычки.

А мои фильмы с планшета, который вернул к жизни Сури, вообще произвели настоящий фурор среди тех, с кем я общалась и подружилась.

Иномирянин из технического мира Лексанил все же умудрился починить мой нежно любимый старенький “сяо”. Причем за свою помощь парень ничего не попросил, признаваясь, что очень скучает по технологиям своего мира, чем-то отдаленно похожим на земные, и был рад прикоснуться к чему-то почти родному и привычному хотя бы так.

Сури попытался объяснить мне, как ему удалось провернуть подобный ремонт, но я, честно говоря, не поняла даже половины из его рассказа. Уяснила только то, что он использовал смесь знаний и умений, полученных в обоих мирах: и родном, и этом. В любом случае теперь планшет заряжался от артефакта, похожего на небольшую коробочку, прикрепленную к гнезду для питания, и я могла магически подпитывать эту штуковину даже самостоятельно.

Элайна восторженно пищала, когда “сяо” включился, а я торжественно открыла и продемонстрировала соседке сначала фото, коих, к сожалению, было не особенно много (большинство осталось в потерянном телефоне), а потом с гордостью и трепетом запустила фильмы, радуясь, что не успела удалить их, чтобы освободить немного памяти.

В итоге первый же выходной после возвращения мне планшета мы провели за просмотром историй о “мальчике, который выжил” (жаль, что у меня было сохранено на “сяо” лишь первых два фильма), боевике про гонки и романтической комедии. Ожидаемо последний продукт земного кинематографа понравился Элайне больше всего. Как и соседкам-вампиршам из соседней комнаты, которые были приглашены на импровизированный кино-девичник. Ох, девочки все же такие девочки, в каком бы мире они ни жили.

С того самого первого ужина в стенах школы нелюдимые, необычные и странноватые представительницы вампирского клана Моран почему-то единодушно приняли меня и Элайну со мной за компанию в свой круг.

Они приходили к нам по вечерам делать уроки или пить чай или приглашали нас с соседкой в свою большую сдвоенную комнату, мрачную, как склеп или как пристанище кучки готов. Да, вампиркам разрешили сделать в комнате небольшой “апгрейд”, чтобы им было комфортней обживаться в чужих стенах, поэтому их комната и стала темной и погруженной в полумрак круглые сутки.

Ильтура и ее “сестры” (все вампиры клана Моран, да и других кланов сородичей наших соседок, расположенных в нескольких частях людского королевства, называли всех, кроме собственных родителей, “братьями” и “сестрами”, хотя на самом деле таковыми являлись далеко не всегда) не боялись солнечного света, но вечера и ночи все равно считали своим любимым временем суток, а в интерьере предпочли темные оттенки просто потому, что у вампиров с детства была тяга ко всему темному (некромаги с предрасположенностью к магии крови как-никак).

И да, девчонки не ночевали в гробах, не боялись кола, крестов и чеснока. Ночью спали так же, как все остальные адепты школы, просто ложились чуточку позже и не нуждались в многочасовом сне, как люди или оборотни и гарпии.

Поместье "Соттель", южное Приграничье королевства людей

Ирмина (Мина) ид Й’орн

— Как она? — уточнила я у Ильяша Шушура, в компании Алекса Неро и Закари Или переступившего порог моего кабинета.

Вопрос касался, естественно, иномирянки Ирины Кущиной, у которой неожиданно для нас всех и ожидаемо в той ситуации, в которой она вынужденно оказалась, произошел самопроизвольный магический всплеск. Случилось это из-за того, что девушка поймала гномов “на горячем”, когда они в очередной раз задирали одного из ее одноклассников, змеелюда Кирана Шивари.

О том, что иномирянка ведет себя с гостями из подгорного княжества довольно дерзко и откровенно насмехается над ними, явно нарываясь на открытый конфликт, наставники меня уже предупреждали.

Я знала, что адепта Кущина — девушка бойкая, непростая и своенравная. Успев узнать ее немного лучше за эти несколько месяцев, я понимала, что она, исходя из особенностей своего характера, рано или поздно просто не сможет пройти мимо творящейся на ее глазах и касающейся близких ей существ несправедливости. А еще то, что эта ученица действительно может дать гномам в том числе физический отпор. Именно так вчера после обеда и случилось.

Конечно, я не думала, что все произойдет настолько феерично, на виду практически у половины школы, но…

Девочка явно умеет удивить.

Тогда в нашем самом первом разговоре Ирина рассказала, что дома, на Земле, она несколько лет посещала некий “кружок” смешанных единоборств. Насколько я поняла, это что-то вроде комплекса рукопашных боевых тренировок, состоящего из разных принятых в ее мире техник.

На занятиях физического развития, проводимых Алексом Неро, первогодки пока такому не обучаются, так как основы рукопашного боя будут даваться им лишь начиная со второго курса. Так что и преимуществ своих Ирина открыто не имела возможности продемонстрировать, что, впрочем, не помешало ей отработать свои приемы на гномах, явно доведших обычно спокойную, открытую, смешливую и жизнерадостную девушку до предела.

Да, Алекс Неро предрекал такой исход. Точнее, он считал, что рано или поздно иномирянка схлестнется с гномами уже по-настоящему, лицом к лицу, как бы мы ни старались этого избежать. Правда, наставник по физической подготовке и боевой магии надеялся, что подобное произойдет под его присмотром или во время соревнований, и не будет сопровождаться всплеском магии, определившей, наконец, направление дара Ирины.

Как я и подозревала, Ирина Кущина была чистым магом-разрушителем боевого направления. Это для женщин нашего мира огромная редкость, так как магия такого толка традиционно считается прерогативой одаренных мужчин.

Ирина в который раз сломала все шаблоны и рамки, в который раз перевернула все с ног на голову, как проделывала это за время своего пребывания в школе уже неоднократно, пусть и не в таких масштабах.

Что же, работа Алексу Неро предстоит немалая. По его лицу вижу, что он чуть ли не подпрыгивает от восторга (если к этому суровому мужчине вообще применимо такое описание), чтобы начать обучение своей новой подопечной.

— Отдыхает в своей комнате. Элайна Зук обещала за ней присмотреть. — отозвался школьный лекарь, по моему кивку занимая кресло для посетителей напротив меня. Алекс и Закари разместились за столиком для гостей.

Бьянка так стремительно, как умеет только она одна, поставила перед каждым из нас по чашке крепкого кофе и выпечку. Да, разговор предстоит долгий.

— Как наши адепты из княжества гномов? — поинтересовалась я с не скрываемым любопытством. Знала уже, конечно, что гномов Ильяшу даже лечить почти не пришлось. Юношей прилично приложило магическим всплеском, но помимо поруганной чести они не отделались больше ничем серьёзным.

Я уже была в курсе того, что гномы напали на Ирину первыми. Да, она вывела из себя намеренно, но охранный артефакт зафиксировал именно физическую агрессию с их стороны в первую очередь.

Четверо гномов напали на адептку, да еще и иномирянку! Вот это “подарок” для Комитета, разве нет? И кто теперь скажет, что это “просто дети”, которые “просто баловались”, потому что у них такой горячий нрав?

— Отправлены по своим комнатам, но… — начал Ильяш, загадочно улыбаясь.

— Но затем вернулись в женскую часть крыла и пытались попасть в комнату Ирины, как сообщила Тара, то есть госпожа Латрис — подал голос Закари. — Мне пришлось нестись туда на всех порах, чтобы понять, для чего им это нужно. Сначала мы решили, что юноши жаждут отомстить, и были готовы даже изолировать адептов для дальнейших разбирательств, но они били себя кулаками в грудь и…

— …кричали “Гдух. Где гдух?” — качая головой и наслаждаясь рассказом, закончил Алекс Неро. Репетировали они, что ли?

— "Гдух" — это “главный”. — припомнила я гномий.

— Вожак, — согласился Закари — да, наши представители подгорного народа пришли к своему вожаку, который победил их в честном поединке. И неважно, что адептка Ирина Кущина успела треснуть кулаком, точнее, локтем лишь одного из юношей, а всех остальных раскидала магией. Она дралась с ними на равных, она соответствует их статусу и превосходит их по силе. Она их одноклассница, пусть даже девочка, так что все правила соблюдены…

— Думаю, особенно их впечатлил победный клич гномов, который она выкрикнула перед тем, как шарахнула их своим всплеском дара. Я уже успел к тому времени прибыть на место и видел все своими глазами — добавил Алекс Неро.

— Не уверена, что адептка Кущина знает такие тонкости гномьего языка, — покачала я головой. — Наверное, это все же что-то из ее мира.

— Она точно кричала “Гурар!”, что на языке подгорного народа означает “Обнажить топоры!”, — не согласился со мной наставник Неро.

Я лишь пожала на это плечами. Ответ мы узнаем не раньше, чем Ирина придет в себя и сможет поведать свою версию событий.

— То есть гномы удачно и надежно пристроены? — сделала я вывод. — Нужно объяснить иномирянке, что теперь она, независимо от своего на то желания, стала предводителем гномов. Господин Неро, как будущий наставник адептки Кущиной прошу взять этот вопрос на себя. Наставник Или, как куратор первогодок также, пожалуйста, проконтролируйте ваших подопечных. К сожалению, у Ирины не остается выбора, так как теперь, похоже, гномы будут слушаться ее больше всех остальных.

Поместье "Соттель", южное Приграничье королевства людей

Ирина Кущина

— Что, я теперь “звезда” в местной школьной “телеге”? — было первым, что я произнесла, очнувшись из забытья.

К счастью или к сожалению, я помнила все прекрасно: Киран, гномы, драка, бух-вжух, и я уже почти позорно свалилась на пол, раскидав, правда, до этого “юб тутуков” силой мысли, точнее, магией, неожиданно выплеснувшейся в пространство под воздействием внешних факторов, как и говорили мне наставники. “Пинок”, подстегнувший мой дар, однако, вышел знатным и эффектным, нечего сказать.

Теперь я маг с выявленным направлением, да? А каким? Ух, вот теперь заживем! Это ж я, получается, и фамильяра теперь могу призвать? Круто!

В этот момент я почувствовала себя так, словно горы свернуть готова. Даже слабость и небольшая ломота в теле и последствия моей выходки, которые наверняка скоро меня настигнут, отошли на задний план.

Гарпия хрипло хихикнула и подскочила ко мне, сграбастав в объятья.

— Ох, пусти, задушишь! — засмеялась и обняла в ее ответ.

Ее беспокойство обо мне и забота, то тепло, с которым Элайна прижимала меня к себе, приносили мне искреннюю и чистую радость и согревали сердце.

Особенно когда все это было направлено в мою сторону от той самой Элайны Зук, которая в первый мой день в "Соттель" старалась наглым образом вытурить меня из нашей комнаты и пыталась напугать своей пернатой сущностью. А в конце дня чуть не расплакалась оттого, что я закрыла ее собой от школьного призрака.

Теперь эта маленькая и хрупкая девочка с монстром в виде птицы внутри нее стала мне по-настоящему важным и близким существом. И главное, я могу с уверенностью назвать ее моим другом.

Как и вампирок клана Моран. Как и Кирана.

Киран…

— А как Киран? — спросила, когда обнимашки закончились, и Элайна от меня отцепилась.

— Недавно только ушел. Сидел тут вчера весь день, почти до ночи, пока госпожа Латрис его за шкирку не выкинула. В обед пришел снова и чуть не уснул, поэтому я его попросила уйти. Он очень за тебя испугался, Ира. А еще ему стыдно, что из-за него ты…

— Я начистила кое-кому наглую морду и нисколько об этом не жалею — сообщила уверенно, принимая от Элайны стакан с какой-то зеленой гадостью. Принюхалась. Пахнет мятой и чем-то сладким. Что же, раз нужно выпить, чтобы чувствовать себя лучше — буду пить. — Они там хоть живы? Гномы-то?

— Живы и здоровы. Наставник Шушур их подлечил. Правда Брайли убирать свою ссадину отказался, и… В общем, это типа знак отличия, которым он теперь гордится. Ну-у-у… Сама все увидишь.

— Не поняла? — помотала я головой, с трудом переваривая услышанное. — Чем там гордиться, если девочка ему наваляла? У него мозги после профилактической затрещины поехали, что ли?

— Там другое… — нервно хохотнула гарпия своим фирменным басом. — Наставник Неро тебе все расскажет. Я как раз отправила ему “птичку”, что ты пришла в себя. Или тебе нужно еще немного времени, чтобы отдохнуть и полежать?

— Если нужно, я, естественно, с ним поговорю. А давно я тут вот так без сознания была? День?

— Со вчерашнего дня. Но при всплеске это нормально. Твой был спонтанным, сильным, вызванным накалом эмоций, как пояснил лекарь. Твой источник уже восстановился. Максимум — будешь чувствовать легкое недомогание в первые дни. То, что ты сейчас выпила — это восстанавливающий эликсир общего действия. А так ты почти здорова.

— Спасибо за заботу, Элайна, — улыбнулась я растроганно. — Так что там насчет “телеги” и “звезды”? Сильно я накосячила?

Разумеется, к этому времени я уже объяснила гарпии все тонкости земного жаргона, и она прекрасно поняла, что я имею в виду.

— Ну-у-у… Все знают, как и все случилось. — кивнула Элайна. — Но никто тебя не осуждает за то, что ты заступилась за Кирана. Наоборот, сегодня в столовой через Ильтуру тебе передавали пожелания скорейшего выздоровления, благодарности и вообще хвалили за смелость. И почти никто не удивился тому, что все случилось так и именно с тобой. Знают уже, что от тебя можно ожидать чего угодно.

— Наставники бушуют? Меня ждет штраф или что похуже?

— Вас ждет кое-что иного плана, адептка Кущина, — раздался голос физрука, успевшего каким-то невероятным образом открыть дверь в нашу комнату и, видимо, что-то подслушать. — Итак, адепты, давайте, не стесняйтесь, заходите.

Я обалдело наблюдала, как следом за наставником в помещение гуськом, понурив плечи, просачиваются мои вчерашние противники всей своей гномьей “бандой”.

Брейли больше не скалился, а стоял молча, опустив глаза в пол. На его лице был заметен синяк, что свидетельствовало о том, что я била хорошо, со всей широтой своей русской души, так сказать. Остальные его товарищи тоже застыли.

Так, что тут вообще происходит?

Гости из подгорного княжества почти синхронно приложили кулаки к груди и начали ими в эту самую грудь колотить, приговаривая: “Ирина гдух. Ирина гдух.”

Это что еще за представление? Это они так раскаиваются в содеянном или что? Гномов наказали, и они пришли виниться?

Мы с Элайной переглянулись. Гарпия явно знала больше о происходящем, чем я, и странную гамму эмоций на ее лице, состоящую из восторга и жалости, я, признаться честно, вообще никак не могла объяснить.

— Ответьте им, пожалуйста, “Тур гдух”. — понимая мою растерянность, попросил наставник.

— Тур гдух. — послушно повторила я, зачем-то тоже стукнув себя по груди.

— Отлично. Запомните эту фразу на будущее. Можете теперь смело командовать своим отрядом. — шорикровал меня физрук.

— Вы о чем вообще, наставник? — практически пропищала я.

— Попросите их о чем-нибудь, и проверим нашу теорию. — раздалось в ответ.

Я откровенно не улавливала сути происходящего, но опять же послушалась более опытного человека.

— Так, ребята, я устала. Давайте мы с вами завтра пообщаемся, хорошо? Идите, позанимайтесь, что ли, в библиотеке. Кажется, в там вообще обычно не бываете. Попросите у артефакта: “Простые бытовые заклинания для начинающих”.

Поместье "Соттель", южное Приграничье королевства людей

Ирмина (Мина) ид Й’орн

— Он точно придет, говорю вам! — Норман завис перед большим зеркалом в резной золоченой раме, расположенным между двумя гигантских размеров стеллажами школьной библиотеки. Бабушка как-то говорила мне, что на то самое место его повесил ее прадед, который, по слухам, просто обожал любоваться на себя при каждом удобном случае.

К этому моменту мы надёжно запечатали все зеркала в школе, кроме библиотечного. К счастью, не пришлось делать индивидуальные ритуалы над каждой отражающей поверхностью, так как Стелла обнаружила в своих личных фолиантах одно хитрое заклинание, похожее на то, что использовали мои дети, только во много раз сильнее.

К тому же я попросила Хранителя помочь госпоже Тод в этом деле, надежно закрыв лазейки в зеркальную “изнанку”, по которым перемещалась наша неуловимая сущность. Вроде как все прошло успешно.

Естественно существовал риск, что способности существа прогрессируют, и оно может использовать для перемещения и воду, как это было сделано в Храме. Но мы предпочли для начала пообщаться с ним лично, чтобы определить, что нам делать дальше.

— Ты наверняка предупредил своего Баки о том, что подслушал в моем кабинете, ведь так? — хмыкнула Стелла Тод, сидя в библиотечном кресле и со скучающим видом рассматривая свои заостренные ярко-алые ногти.

Закари Или и господин Неро стояли в разных частях комнаты, готовые подключиться к общению с “Баки”, если что-то пойдет не так, в любой момент.

— Я просто сказал, что вы хотите с ним поговорить! Нельзя, чтобы вы его вот так, без предупреждения запечатали! Он мне вообще кое-что должен! — раздраженно произнес призрак, обдавая нас волной леденящего холода. Зеркало покрылось инеем, а я передернула плечами.

— Ты не говорил, что вы играли на что-то ценное, — заинтересовалась я. — Да и что ценное может быть у тебя? Так ты все-таки не знал про воровство или водишь нас за нос, м-м-м?

Призрак явно занервничал, потому что его полупрозрачный силуэт то затухал, то вспыхивал снова, меняя очертания. Магические светильники на столах и роскошная хрустальная люстра на потолке замигали, периодически погружая библиотеку в зловещий полумрак.

— Я… — неуверенно начал Норман, затравленно глядя на некромага — Стеллочка, милая, ты ведь не будешь….

Еще во время вчерашнего разговора с призраком раздраженная госпожа Тод всердцах, помимо прочего, пообещала, что хоть развеять Нормана она и не в силах, так как его сущность слишком закреплена на нашу реальность, но вполне в состоянии лишить школьного духа визуальной оболочки и голоса, если он что-то все же недоговорил или от нас утаил.

То есть фактически сделать Нормана совершенно незаметным для всех обитателей школы, ограничив его возможности общаться, взаимодействовать с предметами и хоть немного чувствовать себя живым.

Для призрака, привыкшего вести достаточно активную социальную жизнь, лучшего наказания и представить было сложно.

При жизни Норман ид Ярин, гуляка, кутила, ловелас, довольно посредственный одаренный с некродаром и единственный наследник остатков состояния прогоревшего на финансовых махинациях рода, которые бессовестно транжирил на женщин, выпивку и азартные игры, очень любил жизнь во всех ее проявлениях. Мужчина умер в очень молодом для одаренных возрасте, случайно попав под колеса почтового дилижанса (в ту пору магокарты еще не изобрели). Именно поэтому Норман вцепился в возможность обрести хотя бы призрачное тело и был не намерен покидать эту реальность после случайного вызова его духа, сделанного моим сыном.

Угроза из уст Стеллы тогда звучала скорее как акт устрашения.

Сейчас же было видно, что некроледи начинает постепенно и планомерно закипать, понимая, что так трепетно относящийся к ее персоне дух, врал напропалую до последнего.

Вот на что он вообще надеялся?

— Ну да, да, Баки приносил кое-какие вещи, когда мы стали играть не на интерес, а на что-то более существенное. Я ставил на кон информацию, рассказывая Баки всякие истории, а приятель притаскивал какие-то заколки, булавки и всякую прочую сверкающую ерунду. Только вот он-то почти всегда выигрывал, так что его “богатства” так и остались при нем. Я даже пожалел, что вообще научил его играть! Лишь в последний раз я все же выиграл у него… гхм… твою пряжку с туфельки, о моя несравненная госпожа! Я узнал ее с первого взгляда, ибо не раз любовался твоими ножками. Баки обещал отдать мне ее при следующей встрече. — Норман изобразил скорбное лицо и обратил свой пылающий взор на Стеллу. Вот… артист! — Я так хотел получить хоть небольшой сувенир напоминающий мне о тебе на память, что потерял сон и покой! Ведь все остальные свои вещи ты от моего прикосновения, к сожалению, зачаровываешь.

Закари и Алекс, услышав это, почти одновременно закашлялись, пытаясь скрыть смех. Госпожа Тод хищно сузила глаза

— Ты — гад и наглец, Норман! Какие ножки? Какой сон и покой? То есть ты все же знал о кражах и молчал! Я точно сотворю с тобой что-то очень нехорошее. Я… — взвилась Стелла, окончательно выходя из себя.

— Смотрите! — прервал бушующую наставницу по некромагии Алекс Неро, кивая на зеркало, поверхность которого пошла рябью, превращая зеркальную гладь в бурлящую серебряную воду.

Я затаила дыхание, неотрывно следя за тем, как из колыхающейся волнами зеркальной “воды” появляется сначала одна маленькая и покрытая длинной черной шерстью лапа, а затем и вторая. Существо действительно было лохматым и мелким, наверное, даже меньше Тимоса по размеру.

Секунда, две, три…

И на пол буквально выкатывается темный меховой шарик, из которого на нас смотрели большие выпуклые глаза.

Честно говоря, я ожидала всякого, но появившаяся из зеркала тварь оказалась… милой. Странноватой, несуразной и… совершенно безобидной на вид.

— Баки тут. — пискнуло это существо. — Всем приветы!

Поместье "Соттель", южное Приграничье королевства людей

Ирина Кущина

Мое утреннее появление на завтраке на следующий день стало по-настоящему эпичным.

Я пришла туда в сопровождении гномов, которые, как верные рыцари, следовали за мной чуть ли не по пятам.

Когда мы с Элайной и девочками Моран вышли из женского крыла, Брейли, Гвед, Эйтри и Тигви уже подпирали стену в ожидании моей персоны.

Увидев меня, они приложили свои кулаки к груди и синхронно забасили: “Доброе утро, гдух Ирина!”

Представляете, какие метаморфозы? Да я сама в полном шоке!

— Тур гдух! — отозвалась я, повторив их жест и чувствуя себя немного глупо и странно. — Меня ждете? Ну пойдемте, что ли…

По моей просьбе гарпия вчера метнулась в библиотеку и взяла книги по гномам: география их княжества, история, словарь гномьего языка и прочие справочники.

Потому что к своей новой роли, в которую я случайно влипла, я планировала подойти с полной ответственностью.

Врага, то есть, моих новых подопечных, нужно знать в лицо!

В итоге выяснилось, что ”гдух” на языке подгорного народа действительно означает “вождь” или “глава”, а “тур гдух” — это что-то вроде фразы “Вождь здесь”. Это так глава гномьей общины приветствует всех остальных.

Встреченные адепты оборачивались, рассматривая нашу странную композицию: иномирянка-человек, гарпия, пять вампирок и четыре гнома в самом конце этой процессии.

— Теперь всегда так будет? — тихо спросила у меня Элайна, оглядываясь на юношей из подгорного княжества, идущих по двое, словно солдаты на параде, и вообще не смотрящих по сторонам.

Складывалось впечатление, что их зомбировали или превратили в роботов, потому что на месте прежних “ют тутуков” теперь были какие-то совершенно другие существа. И это было… Да стремно это было, по-простому говоря!

— Я не знаю — пожала я плечами — я проведу с ними беседу на эту тему и попрошу не преследовать меня все время, потому что иначе скоро озверею от их постоянного присутствия рядом.

— Не нужно звереть! — гарпия посмотрела на меня с откровенным испугом.

— Ой, да это выражение такое! — хихикнула я, преступая порог столовой.

Ой, ну прямо дежавю какое-то.

Снова все взгляды школьников резко направились в мою сторону.

Захотелось приложить руку к груди и раскланяться в разные стороны, мол: “Здравствуйте-здравствуйте! Благодарю за внимание!”.

Но я, разумеется, сдержалась.

— Ребята, давайте вы позавтракаете где-нибудь вон там. И, вообще, все время будете принимать пищу где-нибудь отдельно от меня, хорошо?

— Хорошо. — послушно кивнул Брейли.

— И если я увижу, что вы отбираете еду у других… — понизила я голос.

— Мы больше не будем, гдух Ирина! — повинились парни.

О, чудо, им действительно, похоже, было стыдно за все, что они делали!

Тогда зачем они тогда они так гадко себя вели все это время? Свободными от вожака себя почувствовали, или как?

Юноши потопали за свой стол, а мы же с девочками отправились на облюбованные места.

— Как ты их… — восхищенно произнесла Элайна — неужели теперь и правда все это прекратится?

— Я очень на это надеюсь, девочки — вздохнула я.

— Клан Моран тебя во всем поддержит, Ирина — подала голос Ильтура, как обычно озвучив мнение всех пятерых вампирок.

— Спасибо, — улыбнулась я, рассматривая возникший на столе поднос с завтраком. Каша с ягодами, булочки, вареное яйцо…. м-м-м, вкуснота какая! — А что у нас…

— Привет, можно? — раздался тихий голос Кирана.

Я подняла на него глаза и почему-то, сама даже не знаю, по какой точно причине, смутилась.

Вчера он так и не зашел меня проведать, наверное, был занят. Да и я, закопавшись в книги про гномов, просидела до поздней ночи, ни о чем другом не думая.

— Садись. — радостно кивнула я парню. Между нами словно чувствовалась какая-то неловкость, хотя ничего особенного не произошло.

Ну, заступилась я за него, и что с того? Он нуждался в защите и помощи, он мой друг, так что…

— Я хотел поблагодарить… — начал змеелюд, опустив глаза.

— Я ничего особенного не сделала. И ты поступил бы так же, если бы меня кто-то обидел, разве нет? — оборвала я его.

— Из-за меня ты…

— Друзей нужно защищать, Кир. Вот и все, — пожала я плечами. — Тем более что благодаря всему произошедшему теперь наши гномы под моим присмотром. Я теперь их вожак, гдух то есть! — шутливо выпятила я грудь и стукнула по ней кулаком.

— Я видел, — хохотнул Киран. — Они теперь всегда будут вот так ходить с тобой вместе?

— Надеюсь, что нет, — проворчала я. — Пока я….вырабатываю стратегию дальнейшего общения с ними. Но уверена в том, что как раньше уже точно не будет. Зато тот выброс магии разбудил мой дар окончательно. Теперь я маг-разрушитель, представляешь?

— Это замечательно, Ирина — искренне улыбнулся змеелюд, который, как многие представители его народа, являлся магом-созидателем с лечебным направлением дара.

— И я надеюсь, ты поможешь мне с изучением моих новых способностей, правда? — продолжила, стараясь сгладить и убрать без следа эту неловкость и какое-то неправильное напряжение, висящее между мной и Кираном, окончательно. Расшевелить паренька, который, похоже, опять закрывается на фоне той ситуации.

— Конечно. — с энтузиазмом произнес Киран. Наконец-то его взгляд полупрозрачных “змеиных” глаз немного потеплел, а затаенная тревога оттуда начала исчезать.

— И еще… — решила я добить его окончательно в каком-то порыве непонятно каких чувств. — Мы идем с тобой на бал… то есть, на праздник проводов осени. Вместе.

И сделала такое лицо, будто не сказала ничего особенного.

Устала уже ждать, пока он все же пригласит меня снова. А тут как раз подвернулся подходящий случай.

— Конечно. — снова согласился Киран, явно пребывая в своих мыслях.

Поместье "Соттель", южное Приграничье королевства людей

Ирмина (Мина) ид Й’орн

На подъездной дорожке показался комитетский, сверкающий черными глянцевыми боками магокарт последней модели.

"А хорошо живут чиновники из Комитета, раз могут себе позволить такую роскошь.” — хмыкнула про себя, стоя напротив центрального входа в школу, у фонтана, где традиционно встречала всех пребывающих в “Соттель” гостей.

По одну руку от меня расположились Тара и Закари, как мои заместители по хозяйству и учебной части. По другую застыл Алекс Неро, внимательно следящий за приближением к нам магокарта с проверяющим из Комитета.

Мы ждали его завтра, но гость, не предупреждая, приехал раньше, и я узнала о его прибытии от Хранителя, охранок на ограде, а затем и нашего привратника Эйриха.

Хорошо, что была не занята и успела оперативно собрать коллег и спуститься к парадному входу в школу для встречи.

Это очередная попытка на чем-то нас подловить или обнаружить то, чего нет?

Я сделала глубокий вдох и натянула на лицо доброжелательную улыбку.

Что же, надеюсь, все пройдет без каких-либо сложностей или проблем.

Водительская дверь магокарта медленно открылась, являя нашему взору сначала ногу в до блеска начищенном ботинке, а затем и всю фигуру проверяющего целиком.

Безукоризненно скроенный сюртук из дорогой ткани, брюки с идеальными стрелками, белоснежная рубашка, в руках — небольшой саквояж из змеиной кожи…

Маги из Комитета, не спорю, получают прилично, но тут все как-то уж совсем чрезмерно роскошно…

Я не знала имени очередного чиновника, который должен был посетить школу с проверкой. Комитет по контролю за магией никогда не раскрывает личности тех, кого присылает с подобными поручениями, чтобы невозможно было договориться с ними напрямую заранее или уговорить их быть снисходительнее во время своей проверки.

За эти годы проверяющие постоянно менялись, и никогда к нам не приезжал один и тот же маг. Были въедливые и дотошные, готовые прокопаться к любой мелочи. Мне приходилось дословно цитировать им какие-то выдержки из законов, чтобы доказать свою правоту. Были и равнодушные, которые не горели желанием найти какие-то нарушения, ничем толком не интересовались и пребывали к нам просто “для галочки”.

Интересно, а от этого что ожидать?

Традиционно выполнять подобную работу шли довольно слабенькие по уровню маги из не высокородных людей. Обычно они выглядели невзрачно и подчеркнуто строго, поэтому франтоватость этого конкретного гостя меня несколько обескуражила… Хм…

— Добро пожаловать в “Соттель”, — бодро произнесла я, рассматривая шатена средних лет, совершенно невзрачного вида. Если его одежда приковывала взгляд, то вот лицо очень быстро стиралось из памяти. Даже странно… — Мы ждали вас только завтра.

На лацкане сюртука проверяющего поблескивал артефакт, выдаваемый только работникам Комитета. Ошибки быть не могло, это тот самый гость, которого мы ждали… завтра.

Хорошо, что ни у меня, ни у Тары, Закари и Алекса сегодня не было никаких важных занятиях, которые нельзя было перенести или заменить чем-то другим.

Я могла бы встретить гостя и одна, но обычно чиновники хотели лицезреть целую делегацию из встречающих, как я уже выяснила на практике. Госпожа Латрис и наставник Или были на подобных встречах почти всегда, а вот господин Неро вызвался сам, чтобы зачем-то взглянуть на комитетского мага поближе.

— Благодарю, госпожа ид Й'орн. — мужчина удостоил меня лишь легким кивком, хотя по правилам этикета должен был поклониться мне, как высокородной и главе рода, чуть ниже, чем сразу высказал свое неуважение.

Не то, чтобы я когда-то уделяла подобное внимание подобным тонкостям, но что-то в облике проверяющего, в его взгляде, в движениях мне совершенно не нравилось.

Да, приезжающие с проверкой чиновники вряд ли вообще могут вызвать у кого-то восторг. Только здесь было что-то иное, какое-то нехорошее предчувствие, назойливо зудящее на самой кромке разума и оседающее неприятным комком под ребрами.

— Пришлось поторопиться. Мы, знаете ли, не обязаны уведомлять вас о каждом своем шаге, — продолжил мужчина, недобро сверкнув глазами. — Мое имя Ливей Нейрис. Это все, что вам нужно обо мне знать. Ваши коллеги в представлении не нуждаются, не будем тратить на это время. Дополнительное сопровождение мне также не требуется. Достаточно только вас.

Тару, Закари и Алекса мужчина даже не удостоил взглядом, продолжая изучающе смотреть только на меня.

А вот и новая странность. Ну ладно, спорить не буду, если у данного господина к своим проверкам совершенно иной подход.

Да уж, вот это персонаж! И веет от него… чем-то темным и опасным.

Я бросила быстрый взгляд на Алекса Неро, и он, кажется, тоже задался теми же, что и я, вопросами, а затем незаметным движением коснулась родового кольца, посылая Хранителю мысленный посыл усилить надзор и защиту дома и, по возможности, всех его обитателей.

Еще вчера я спустилась в родовой ритуальный зал и довольно много времени провела у камня, пытаясь донести до своего родового духа, чтобы он не дурил, не капризничал, а отслеживал любую магию, которая будет исходить от комитетского чиновника.

“Закрыт.” — пришел тут же ответ от родового духа.

“То есть “закрыт”?” — не поняла я.

Мой Хранитель рода, что, не может хотя бы сказать, несет ли этот чиновник для нас зло или нет. Как так?

“Слишком сильный маг.” — отозвался Хранитель.

Я пыталась всеми силами скрыть удивление и тревогу от полученной информации.

Закрыт.

Сильный маг.

Кого же Комитет прислал нам в этот раз и с какой целью?

— Очень приятно, господин Нейрис, — отозвалась я сухо и совершенно неискренне. — Желаете пройти в мой кабинет, отдохнуть с дороги в гостевой комнате и отобедать в столовой или что-то еще? С чего бы вы хотели начать вашу проверку?

— Я не голоден, ночевать у вас не останусь. Думаю, я вообще не задержусь в вашем заведении надолго. — на крошечное мгновение я четко уловила в его глазах огонек раздражения.

Хозяин роскошного кабинета задумчиво уставился на танцующие в камине язычки пламени, сделал глоток из бокала, а затем неожиданно со всего маху швырнул его в огонь.

У него ничего не получилось! Ведь план был просто безукоризненным! Столько разных вариантов, столько возможностей, но…

“Хитрая девка все же эта Ирмина ид Й’орн.” — подумал он с раздражением. — “Выпустила Хранителя своего рода на вольный выпас, и этот гад каким-то образом умудрился заблокировать мне ментальные возможности. Этого-то факта я и не учел, зная, что легко могу справиться с любыми охранками. Только зря время на эту поездку потратил”.

Не ничего, скоро госпожа ид Йорн со своими детишками прибудет в столицу, где уже не будет под защитой кучки ее прихлебателей, Хранителей и защищенного артефактами дома.

И вот тогда, тогда-то…

“Око истины” точно где-то там, в поместье “Соттель”. Мужчина это чувствовал. Что же, если его последний ментальный “сюрприз”, который ему все же удалось оставить в школе, не выгорит, придется принимать более жесткие меры.

Иса Рид, ученица первого курса школы для одаренных “Соттель” сидела на своей постели и жевала орехи в сахарной глазури.

Ее соседка уже давно видела десятый сон, а Иса все не спалось. Она сидела в тишине и думала о странном, незнакомом и немного пугающем мужчине, который сегодня в присутствии госпожи директора начал задавать ей вопросы про школу.

Девочка честно сказала, что учиться здесь ей очень нравится, чувствуя при этом почему-то, что тому мужчине до ее ответов не было никакого дела. Обидно. Зачем он тогда вообще ее о чем-то спрашивал?

Иса неожиданно вспомнила, что не повесила свой форменный жакет в шкаф. Если оставит его до завтра на стуле, ее соседка наверняка опять начнет ворчать, увидев беспорядок.

Девочка поднялась, схватила жакет и на цыпочках зашагала к шкафу.

Неожиданно она нащупала какой-то предмет в кармане. Иса не помнила, чтобы клала туда хоть что-то.

В кармане жакета обнаружился небольшой камушек на тонкой цепочке. Украшение? Откуда? Это что, Эльдар ил Лори оставил ей тайный подарок в честь того, что она согласилась идти с ним на праздник проводов осени?

Ух ты!

Иса, забыв обо всех предосторожностях, даже о том, что Авир Рашу неоднократно предупреждал адептов на своем факультативе по артефакторике о том, что трогать вещи сомнительного происхождения, особенно украшения, может быть крайне опасно, подпрыгнула от восторга и сразу же нацепила кулон себе на шею.

Голова почему-то закружилась. Захотелось спать. Девочка с трудом дошла до постели и рухнула на нее, мгновенно погружаясь в сон.

Наутро о том, откуда о неё появился этот странный кулон, Иса Рид совершенно не помнила. А спросившей об этом соседке почему-то сказала, что украшение девочке подарили родители.

Тара Латрис раздражённо уставилась на огромного гоблина-строителя, одного из тех двоих, что тогда испортили во время последнего ремонта алхимической лаборатории.

Разумеется, под присмотром Нормана гоблины были вынуждены переделать все то, что натворили с пьяных глаз. Но школа честно рассчиталась со строительной бригадой, правда, как и говорила Ирмина, только тогда, когда совершенно трезвый прораб пришел с повинной и клялся, что не виноват, что его “демоны попутали”.

— Я не понимаю, с чего бы тебе приходить сюда снова. Ремонт, пусть и со скрипом, вы доделали. Остаток монет получили, не забывая ругать меня, госпожу директора и школу на чем свет стоит. Ну, чего мнешься?

— Эта… дело есть. Не просто так, само собой… — огромных размеров лысый великан стыдливо отвел глаза, комкая в руках шапку.

— Дело? — удивилась Тара. — Какое, интересно мне знать? И “не просто так”, то есть не бесплатно, разумеется?

— Видал я кое-че, когда полы мы в той лабраторке вскрыли. Может, важно знать об этом директорке вашей будет, госпожа, — пробубнил гоблин. — Мне много не надо, так… На погулять немножко, али может Туты вашей наливочки бутыль, да и все.

— Важная информация, говоришь? — задумчиво протянула сильфа. — А почему ты сразу обо всем не рассказал?

— Дак страшилище ваше напужало меня до колик. Боязно было. До сих пор тот смех жуткий снится, да глазищи прозрачные! — горе-строителя передернуло.

— Что же, ладно. Вот, держи. — экономка поместья “Соттель” полезла в ящик комода и достала оттуда большую бутылку домашней яблочной наливки.

Стеклянная тара с громким стуком была водружена на стол. Судя по тому, как радостно заблестели глаза гоблина, можно было не сомневаться, что он выложит все, что знает.

— Рычажок там был. Под полом, справа, в углу. Махонький, — строитель облизнулся, наверняка уже предвкушая, как опробует напиток в деле. — Магией меня шибанул. Больно. — пожаловался он, потирая ладонь.

— Рычажок? — повторила Тара. Гоблин кивнул. — В подполе под лабораторией? — мужчина снова кивнул, не отрывая взгляда от вожделенной бутылки.

— Своими глазами видал! — заверил ее строитель.

— Показать сможешь? — прищурилась сильфа. После этого можешь забирать свою наливку, да и монет отсыплю тебе, заслужил.

Лысый великан радостно закивал и рванул из кабинета сильфы. Тара последовала за ним, на ходу отправляя “птичку” Ирмине. Последние дни госпожа директор ходила мрачнее тучи из-за новостей по поводу ненастоящего проверяющего. Может, хоть такая находка немного поднимет ей настроение?

Рычажок-артефакт может значить только одно: где-то там, под лабораторией расположен либо еще один, ранее неизвестный тайный ход, либо… какое-то иное скрытое ранее помещение. Интересно, какое? И почему его не нашли раньше?

— Ха, ты проиграл, мой лохматый приятель! — довольно оскалился Норман. — Давай, доставай свою сверкашку!

Баки вздохнул и вытянул из своего личного, скрытого магией “схрона” сверкающую пряжку с женской туфельки и положил ее перед школьным призраком.