Камита пришла в деревню, и на входе её встретил Солибел. Он тащил телегу полную сена, увидев Камиту, он остановился так резко, что в него врезалась телега и осыпала сеном.

— Камита?! Мы думали что ты сбежала с этим магом. — Солибел стряхнул с себя

— Я проводила его до руин, чтобы его не сожрал тигр.

— Ты пропала на неделю! Старейшина уже похоронил тебя!

Услышав это, Камита, побежала домой. Распахнув дверь, она увидела старика на обычном месте. Он медленно покачивался в своём кресле. Появившаяся дочь не вызвала у него ни удивления, ни радости. Он просто поднял на неё взгляд. И тихо произнёс её имя.

— Папа? — Спросила Камита. — Что с тобой?

— Ничего, дочка… Я просто устал… Очень… Я уже побоялся что ты сбежала с магом. Где он?

— Дух из руин отправил его домой. А я… Я…

— Не надо, Камитаниель, я вижу это в твоих сверкающих глазах. — Старик тяжело поднялся, громко скрипнуло кресло, ещё громче скрипнули его колени. — Я вижу что ты собралась уходить, мы говорили об этом ещё до того как ты повстречала мага. Сейчас всё лишь укоренилось. — Старик зашёл в старый чулан и стал копаться в вещах, добыл сундук и разобрал его до самого дна.

— Подумать только. — Сказал он, достав что-то с сундука. — С тех самых пор так и не изменилось, когда слышишь это одно, но когда видишь своими глазами… — Он вышел наружу держа перед собой, на вытянутых руках платье зелёного цвета. Оно имело необычный крой и завершалось капюшоном.

— Что это? — Удивилась Камита.

— Это то, что маги называют, женской магической робой. Она уже много поколений передаётся в нашей семье.

— Так это реликвия?! Они…

— Они есть у многих. — Старик опустил взгляд. — Во времена магической войны их раздали всем, для защиты. Она не истлевает, почти не изнашивается. Но мы не стали носить её потому что…

— У нас была вечная одежда, которую мы не носили?! Вместо этого мы ходили… — Она посмотрела на свою одежду, сделанную из теребятника, вытканного на грубом, деревенском, ткацком станке, сшитую паучьей нитью при помощи деревянной иглы.

— Ты не понимаешь. — Сказал старик тихо. — Мы до последнего думали что вокруг идёт война. Эти балахоны… Они… Символ того что мы рекруты. — Камита задумчиво смотрела на одежду. Слушать отца было тяжело, он говорил с большими паузами.

— И они смогут принять меня если я приду в такой одежде? — Спросила Камита.

— Ты видела как одет маг? — Старик залез в сундук и вытащил оттуда ещё один элемент одежды. Это была роба, точно такая же как была на Альбертли. Только эта была зелёной. — Будь ты моим сыном, я бы отдал тебе это. Я уверен, что если на нём то-же что мы носили много лет назад, значит если ты выйдешь в этом, тебя примут. В отличии от нашей привычной одежды.

Шабаш прошёл отлично, и маги вновь вернулись к работе над исследованиями. Альбертли поначалу погряз в бумагах, надо было вывести сотни формул и доказательств. Но в рабочий ритм они так и не вошли.

- “Альбертли окончательно поехал головой.” — С грустью подумал Плутон, видя, как его друг, с блаженной улыбкой надевает ботинки бури и несётся наружу. Несколько секунд и подняв в воздух редкий, колючий снежок, маг унёсся вдаль, на своих ботинках бури. Плутон с грустью посмотрел ему вслед и улыбнулся.

Плутон был рад за своего друга, о постепенно в его сердце на начало закрадываться беспокойство. Он знал, что такое любовь, он знал, что такое период зарождения отношений. Но в такие периоды, влюблённые не кричат во сне. В последний день Альбертли кричал особенно громко. Плутон будил его, но Альбертли только отмахивался “кошмар”.

- “Кошмары… Кошмары не снятся каждую ночь”. — Хмуро продолжал думать зверомаг, покачиваясь на краю большого аквариума.

Это был тот самый аквариум с жидкой магией, но зверомаг внёс в него большие изменения. Покрыв дно мелким песком из твёрдой магии и речного песка, он рассадил на дне грибы семейства флихтаканус. Да, именно рассадил. Оказавшись на благодатной почве, грибочек начал рассыпаться спорами. Мелкие грибочки укоренялись в грунте и начали регулировать её уровень, разрастаясь в разные стороны они быстро заполнили аквариум мелкими грибочками и прекратили рост.

Он храбро взялся за исследование этой темы, радостно потирая лапы, ожидая массового потока денег от продажи магам этих бесценных грибочков. Но грибок оказался хитрее, и первая же телега с мечтами потеряла все колёса, подпрыгнув на кочке реальности. Гриб оказался на редкость привередливым, и как только грибочек отлучили от его родителя, он сразу завял и распался в труху.

Со слезами на глазах, за прошедшие два месяца Плутон один за другим терял эти драгоценные грибочки. Вместе с грибочками рассыпались его мечты о алюминиевых горах. Но вместе с тем пополнялся его журнал исследований.

- “Ну хоть что-нибудь!!” — Ругался Плутон.

— А ничего! — Отвечал ему грибок, обрывая все попытки размножить себя.

Но научный метод, на то и научный. Закономерность была выявлена, и закономерность показала. Грибок, размножаясь, создаёт грибы-сателиты, они помогают основному грибу, но полностью не самостоятельны. И Плутон не был бы Плутоном, если бы не получил хоть пару мастер-грибов.

Грибы были посажены в две мелких капсулы. Одну взял себе Альбертли, изготовив для грибка из стекла специальный сосуд, стал носить его на поясе, на цепочке. Второй взял себе Плутон и повесил сосуд на шею, зацепив за ошейник. Ошейник ему не нравился, но он успокаивал себя что это его отличает от кошек, ни одна кошка в здравом уме не будет носить ошейник.

Занятый исследовательской работой над флихтаканусом, Плутон совсем потерял контроль над ситуацией. Альбертли всё меньше работал и всё больше времени проводил на свиданиях. Он был с Анникой почти весь день… А ночь его мучили кошмары.

Зверомаг отошёл от аквариума и сел в кресло, по-человечески вытянув лапы. Аквариум стоял на рабочем столе. Как и прочая мебель в доме Саронских, он имел резные углы, с двойным скосом. Но, как и многая мебель он уже сильно устал, даже чары неразрушимости не делали мебель совсем не ломаемой. На поверхности появилось много отметин. Дерево хрустело при нагрузке и прогибалось. Но мебель выглядела красиво! Альбертли не хотел с ней расставаться, но придётся, оно было слишком ветхим. Мебель просила пощады и скорой смерти, страшно скрипя при каждом использовании. Маги уже посчитали, на это уйдут все их сбережения.

Минимальный набор новой мебели, включал в себя четыре рабочих стола, десять стульев, обеденный стол, маленький стол, одну кровать… книжные полки, два книжных шкафа. Мебель выглядела достаточно хорошо, но рассыпалась. К сожалению, магическое излучение было беспощадно. Хоть всё вокруг, до последнего стакана, имело защиту от него, она не была абсолютной. Будь она таковой, дома, мебель и одежда, никогда бы не изнашивались. Поэтому среди магов так ценилась одежда как у Альбертли.

И Альбертли не хотел менять мебель. Казалось бы, почему? В ней не было никакой ценности, это просто древняя мебель, сделанная хорошо, со вкусом. Они могли заказать точно такую, один в один, но новую, с такой-же защитой и она прослужит не меньше.

Но каждый раз Альбертли вцеплялся в эти выщербленные столы и с хрустом прогибающиеся столешницы. Прошлое путешествие что-то очень сильно поменяло в друге зверомага, и Плутон пока не понимал, что. Саронский намного сильнее привязался к своему роду.

Плутон целый день провозился с аквариумом, пытаясь найти среди выводка ещё хоть один “альфафлихтаканус”.

Наконец хлопнула дверь, вернулся Альбертли, с блаженной улыбкой пошёл наверх. Не сказав ни привет, ни спросив как прошёл день. Он запустил шляпой через всю комнату, и та упала рядом со столом. Саронский, не изменяя своей кривой, словно вымученной улыбки, пошёл дальше на верх.

— Эй! Альб! Ты не хочешь поработать? — Недовольно крикнул ему вслед Плутон. — Если ты не закончишь свой доклад до конца этого месяца, тебе откажут в… — В ответ лишь хлопнула дверь спальни. — …финансировании проекта. Да что такое-то?!

- “Альб?” — Попытался достучаться Плутон телепатически. Но вместо отклика разума его друга, он услышал громкий и резкий звон, словно он ударил в гонг.

Зверомаг сел и попытался прийти в себя. В ушах пищало.

— Какого Гуррона? — Плутон посмотрел в окно, было темно, но спать ещё явно рано. Типичный “Сова”, никогда не ложился так рано. И тут Плутон почувствовал аномальное, болезненное тепло.

Нюхая воздух и идя на горячие потоки, разносимые сквозняком Плутон дошёл до шляпы. Любимая шляпа-котелок его друга, своеобразная на вид, непривычная и редкая. Сделанная из прессованной шерсти, покрашенная соком угольного гриба делавшим её крайне практичной, но немного твёрдой.

Портной сделавший её, на славу позаботился о безопасности: Руны, вытканные медной нитью, сетка поглощающая магическое излучение, и металлические руны-пуговицы, дарующие носящему защиту от телепатического воздействия. Но совершенно забыл о красоте. Она была просто надета на “деревянную голову” — лекало, пока ещё была мягкой шерстью и покрыта соком угольного гриба. А потом по этому-же лекалу и вносились металлические части. В конце, пока краска не высохла, он загнул край в трубочку по всему периметру. В результате получился котелок, вот уже несколько тысяч лет не теряющий своей формы.

Руны, защищающие разум, просто раскалились до красна, они нагревали шляпу, но сок угольного гриба сделал её жаростойкой. “Как Альбертли мог таскать у себя на голове раскалённый металл?” — Зверомага волновало мало, если руны нагрелись, значит на разум его друга была атака и нешуточная. Не факт даже что они спасли его разум от нападения.

Он взлетел по лестнице, ворвался в спальню и увидел лежащего Альбертли. Маг вытянулся в кровати поперёк упёршись ногами в стену, он лёг даже не раздеваясь, чего никогда себе не позволял. Плутон запрыгнул на кровать и посмотрел на него. Осторожно проведя по голове, он раздвинул волосы и осмотрел место которое касалось рун. Следов ожога не было.

— Альб! Очнись! Что с тобой происходит? — Уже в который раз спросил маг.

— Ммммм… нф… я… ага… — Невнятно пробубнил потомок рода Саронских.

И зверомаг не смог ничего добиться от друга в таком состоянии. Он бессильно запрыгнул на свою кровать и вздохнул. Ему не хотелось подозревать Аннику ни в чём плохом. Это была очень активная и милая ведьмочка, такой он запомнил её по академии. Но она явно пыталась вмешаться в разум его друга, и он не мог этого допустить. Самым простым способом решения вопроса, было проследить за другом, но Плутон, в отличии от своего друга, летать не мог.

Зверомаг ждал Альбертли чтобы поужинать. Но такое состояние его друга выбило химика из колеи и лишило аппетита. На кухне стоял котёл с отменным рагу из козлятины, вяло булькающий по инерции. Поверхность горячего блюда уже успела подёрнутся плёнкой… Но нет, даже мысли о сладких кубиках атрихота, булькающих в вперемешку с кусочками мяса, не вызвали у зверомага чувства голода.

Плутон заснул как сидел. Чтобы проснутся от криков Альбертли, на кого или на что кричал молодой маг, Плутон не разобрал. Но он сделал то что подобает настоящему другу. Он резко, ударил Альбертли в бок телекинезом, как был, не вставая.

Альбертли сразу проснулся и поднялся на кровати, посмотрел вокруг испуганным взглядом. И вновь лёг.

С утра, проснувшись, Плутон с разбегу сиганул со своей кровати и наступил Альбертли на грудь.

— Так, дружище, сколько это будет продолжаться? — Зло спросил Зверомаг глядя в глаза своему другу.

— Ты о чём? — Испугавшись такого “доброго утра” вымолвил Альбертли, просыпаясь.

— Сколько я, буду просыпаться от твоих ночных воплей, чудило?

— Я что? Виноват, что мне кошмары снятся?

— Они снятся тебе каждую ночь, уже неделю как. Это началось после…

— С Анникой я уже месяц встречаюсь. — Пожал плечами Альбертли. В слабом утреннем свете его лицо смотрелось очень удивлённым.

— Вы там ничего особого не едите из зелий, а? Как проходит ваш день?

— Ну, мы встречаемся в условленном месте. Телепортируем куда-нибудь. Например, в Кыхтанкау, гуляем, болтаем, заходим в кафе, иногда снимаем комнату в гостинице…

— А дальше? — Продолжал настаивать Плутон.

— Тебе прямо со всеми подробностями? — Криво ухмыльнулся Альбертли. — Ты знаешь, не помню… Постой, ты меня к моей девушке ревнуешь?

— Ты с темы не съезжай… — Начал Плутон, но осёкся, что он сейчас хотел услышать? — Нет, не ревную, я беспокоюсь за тебя и за свой сон. Надоело подпрыгивать среди ночи. Может тебе успокоительного дать?

— Может быть… Что там на завтрак? Я есть ужасно хочу, булочка со вчерашней прогулки растворилась полностью. — Альбертли встал и потянулся. — Ох и ливень вчера шёл в Кыхтанкау!

— Второй день подряд? — Небрежно спросил Плутон, поднимая перед собой стакан с прикроватного столика и отпивая по-человечески.

— Второй? — Альбертли растерянно заморгал, глядя на своё отражение в зеркале.

— Я позавчера был в Кыхтанкау и весь промок. Вчера тоже дождь шёл? — Спросил Плутон

— Э… Хм… Да. — Сказал Альбертли задумчиво и пошёл вниз, в туалет.

Друзья вошли на кухню и Альбертли заглянув под крышку котла усмехнулся.

— Не помню, чтобы я вчера готовил. Это ты делал рагу?

— Да, сейчас моя трёхдневка готовки была! Сегодня твоя очередь.

— Разве? Ну… хорошо… Хорошо, что ты приготовил так много! Сегодня я опять иду на свидание допоздна. — Улыбнулся Альбертли.

— Эй! А ты не хочешь работой заняться? — Плутон был зол.

— У меня ещё полтора месяца, успею. — Отмахнулся Альбертли.

— У тебя меньше месяца, отчёт уже горит. Не наглей, сдавать в последний день — дурной тон.

— Но я договорился… — Восклицание Альбертли было таким неожиданным и обиженным, что Плутон наливавший себе рагу едва не пролил мимо.

— Ты зачем договаривался, если знал, что тебя ждёт работа?

— Я думал… — Прервался маг и стал смотреть в стену, вспоминая о чём же он думал. Плутон спрыгнул со стола и побежал к шляпе Альбертли, которая, как и прежде валялась на полу возле столика.

Посмотрев на своего задумавшегося друга, Плутон начал собираться с духом.

- “Ну всё, давай, это единственный выход! Не время себя жалеть!” — Зверомаг бросил взгляд на зеркало, висящее напротив столика, на свои шикарные усы. От одной мысли о задуманном из его глаз покатились слёзы. — “Ну, ради тебя братец!” — Плутон одним решительным движением выдернул левый вибрасс1.

От боли, зверомаг на секунду ослеп и оглох. В ушах зазвенело. Он посмотрел на свой сверхчувствительный ус и сунул его в шляпу, в подворот. Каждое касание его уса, он ощущал. Магические усы не теряли связи с владельцем ещё некоторое время. Этим активно пользовались в интригах среди важных особ живого леса.

Когда он пришёл в себя окончательно, вылез из под стола и бросил на малый столик шляпу. Альбертли уже сидел за обеденным столом и с аппетитом поглощал рагу.

— Ты чего там сидел? — Удивился маг.

— Нельзя? Говоришь, допоздна будешь? — Спросил Плутон, тоном, скрывающим боль. Но из краев глаз ещё катились слёзы.

— Ну… Не знаю, как обычно… — Потеряно протянул Альбертли.

— Ладно. Позже с тобой поговорим. — Бросил Плутон как ни в чём не бывало. Его собственный голос резал слух и отдавался эхом через ус в шляпе. Он был не особо чувствительный к звукам и сильно искажал голоса. Но позволял чуять магию со всеми тонкостями.

— Ух, ладно, я пойду. — Сказал Альбертли, утирая губы платком. — Я ещё плохо ориентируюсь в полёте. В прошлый раз заблудился, у нас свидание возле постоялого двора на перекрёстке. — Альбертли наклонился за шляпой и опёрся на малый столик. Тот истошно заскрипел и не выдержав веса мага, сломал ножку. Учёный покатился по полу, но быстро восстановил равновесие.

— Вот зараза! — Ругнулся он, магической комбинацией возвращая ножку на место. Ножка то вернулась, но материал по-прежнему оставался хрупким. — Я ушёл!

Маг хлопнул дверью. А Плутон напряжённо стал вслушиваться что чувствует его ус. Параллельно он принялся за работу с флихтаканусом и варку успокоительного.

1 Кошачий ус по-научному

Камита не стала идти к охотничьей деревеньке. Эльфы знали про её существование, видели и искренне считали её военным аванпостом. Сложно было подумать иначе, при взгляде со стороны, мощные деревянные стены, башни и десятки людей на стенах, с самострелами наготове не могло ассоциироваться ни с чем коме острога.

Камита сразу пошла на юго-юго-запад. В другую, смутно известную им деревеньку — Черногорье.

Путь по чернолесью занял неделю. Для каких-нибудь охотников это был бы целый поход, но она была уроженцем этого леса. Даже в незнакомых местах шла быстро и легко, зверьё её не трогало… Тем более «настоящее» чернолесье закончилось когда она перебралась через реку. Чем ближе она шла к деревне, тем меньше чернолесье походило само на себя и становилось обычным лесом. Сюда эльфы забредали редко, зверья здесь намного меньше чем в остальном лесу.

Вскоре начались первые признаки деревни. Оставленный тут и там мусор, вскоре она вышла на огромное поле, засаженное озимым бататом. Перейдя через защитный лес, она увидела неподалёку деревню. Камита скрылась в кустах и стала быстро переодеваться из привычной одежды, в платье которое дал ей отец. Она торопилась и это заняло много времени, платье одевалось не так просто как казалось. Одна возня с корсажем заняла минут десять.

Из лесу вышла уже не чумазая дикарка, а молодая, чумазая селянка в древнем платье. Однако она побоялась заходить сразу в деревню. Зашла в небольшую таверну на окраине. Вместо военных, она увидела много полупустых грузовых телег, которые разъезжались в разные стороны. Утро, таверна была полна народу, но это не шумная гулянка, а подготовка к дальней дороге, обсуждения предстоящих долгих путешествий.

— Здравствуйте. — Сказала она тихо, подойдя к служанке. — Я ищу Альбертли Саронского. — Женщина пожала плечами и показала на тавернщика стоящего на стойке. Комита подошла к нему. — Я ищу Альбертли Саронского, вы не знаете такого?

— Кого? Мага с далёкого юга? — Усмехнулся тавернщик. Он осмотрел её с ног до головы и снова усмехнулся. — Не знаю зачем он тебе нужен, но догадываюсь. Боюсь, искать его придётся у него дома.

— А где он живёт? — Спросила Камита, наивно хлопая глазами. Вместо ответа, хозяин таверны шлёпнул на стойку старый «магический вестник». Но подумав что такая простушка может не уметь читать, с пафосом произнёс.

— На далёком юге, возле деревни Сырая, стоит башня Саронских, где обитает открыватель жидкой магии… — Начал он.

— Спасибо, я тогда пойду туда. — Быстро сказала Камита.

— Что-что? — Тавернщик перестал улыбаться и снова осмотрел одежду Камиты. С удивлением подметив что она босая. — Постой, ты собираешься пешком туда идти?

— Да. — Камита продолжала хлопать глазами, не понимая что в этом такого.

— Это же очень далеко, путь туда займёт у тебя несколько месяцев, впереди зима… Купи хотя-бы обувь!

— А? — Камита посмотрела на ноги, словно впервые увидев их. — Моя обувь стёрлась, новую сплету.

— У тебя нет денег?! — Спросил тавернщик, правильно определив причину заминки. Чем дольше он беседовал с Камитой, тем больше странностей подмечал.

— Нету.

— Подожди, я сейчас. — Он вышел в подсобку и где-то порылся. Вышел он с парой добротных, тёплых башмаков. — На ярмарке дочке новые купил, а эти выбросить жалко, хорошие ещё. Примерь, тебе должно быть в пору, вы похожего роста. А добраться до башни тебе лучше с торговцами.

Он покрутил головой, и нашёл толпу торговцев, которые сосредоточенно жевали. Это были неприветливые, мрачные мужчины.

— Эй, ребята, вы на запад? — Спросил он, навалившись на стол. На него воззрилось два десятка злых глаз.

— Да, нам в Свант-Бурсон. — После заминки ответил один из торговцев.

— Подберёте девчонку-попутку?

Торговцы переглянулись.

— Кто такая? Откуда? Куда едет?

— Ей нужно в деревню Сырая. — Ответил тавернщик, уклонившись от первых двух вопросов.

— Та что на реке Хват? — Уточнил торговец.

— Нет, та что на севере, ей нужно к магу древнего рода Саронскому. — Тавернщик подмигнул, но его подмигивание не вызвало никакого отклика у торговцев.

— Мы не повезём её туда. Максимум на что она может рассчитывать, это довезти её до поворота на Сырую. А дальше сама. — Торгаш оценивающе осмотрел Камиту, которая опиралась на стойку. — Странная она какая-то. — Добавил тихо. — Зачем она едет к магу мне безразлично, мне важно кто она такая.

— Слушай, я не знаю кто она такая! Я знаю что это девочка, того же возраста что и моя дочь и что она нуждается в помощи. Её явно как-то задел маг, и ей нужна помощь.

— Девкка-то явно не простая, не деревенская простушка. Вон как двигается. Да ещё и босиком, я не слышал как она ходит.

— Тш, Наргун, посмотри на её уши… — Прошептал другой торговец из их группы. Сказано было тихо, но услышали все. Все дружно уставились на уши, едва заметные через волосы. После этого начался тихий перегляд между ними. Тавернщик тоже наконец обратил внимание на уши.

— Так, легенды не врали… — Тихо прошептал один из тавернщиков.

— Успокойтесь, мало-ли что могло произойти у деревенской девчонки с ушами, отморозить могла.

— Ага, слишком сильно дёргали на день рождения. — Мрачно пошутил главный. — Ладно, мы отвезём эту эльфийку до поворота и не будем задавать слишком много вопросов.

Плутон внимательно нюхал толчёные травы, прежде чем добавить их. При помощи уса он слышал, как Альбертли воркует с Анникой. Ему и правда был не интересен этот разговор. Он стоял на краю алхимической печки, сосредоточенный на варке.

Печка в лаборатории была очень старой, чугунной, беспламенной. Огонь горел внутри, и его можно было быстро погасить, закрыв специальную задвижку. Окрашенная в чёрный и с белыми полосами, она не грела нигде кроме верха и отлично вписывалась в интерьер лаборатории.

Понемногу разговоры рядом с усом стихали, звуки становились дребезжащими и колючими. Ус высыхал и костенел.

Внезапно всё изменилось, Плутон почувствовал нечто странное рядом со своим усом. Голоса резко стихли, рядом с усом он ощутил присутствие враждебной магии. Она клубилась рядом и ослепляла чутьё его уса, проникала в разум Альбертли. Прошло несколько секунд и ус выгорел. Это был так-же больно, как если бы ус сгорел и на его морде. С одной лишь существенной разницей, вся боль была именно от ощущений. Как от громкого звука, или ослепляющего света, но от магии.

Зверомаг потряс головой, ещё ослеплённый информацией с его уса. Успокоительное в котле перед ним тем временем закипело, алхимик погасил под ним огонь и спрыгнул с алхимической печи.

Он ушёл в гостиную и сел на диван, взяв с собой продолжающий кипеть котёл алхимик поставил его на обеденный стол и бросил черпак рядом. Чтобы не забыть разлить по порциям.

Ему надо было поразмыслить над тем что он почувствовал… Ус явно впитал частицу магического удара или магическую волну. В общем, нечто что несло в себе уникальный признак мага. Но почувствовать его сейчас Плутон не мог.

Сам того не заметив, зверомаг надышался ароматными испарениями сваренного им снотворного и раздумывая о том, что с его другом… задремал. Сказалась нервная обстановка и то что ночью Альбертли будил его каждые пару часов своими воплями.

Проснулся Плутон только от звука шумного питья жидкости и слов “м-м-м, какой вкусный чай”. Открыв глаза, он вскочил с дивана. Альбертли налил снотворного из котла в кружку и пил его жадными глотками.

— Стой! Не пей! Это не чай! — Крикнул он опешившему Альбертли. Но маг уже блаженно покачнулся, улыбнулся, сделал несколько шагов и повалился мешком на стул стоящий рядом, стул не ожидавший такого отношения хрустнул и развалился.

— На твой вес надо всего… десять капель… — Плутон закатил глаза и посмотрел на уснувшего друга. Это магическое зелье было не опасным, отравится им нельзя. Он хорошо знал рассеянность молодого учёного в некоторых вопросах и не делал действительно сильных препаратов. По крайней мере никогда не относился к ним так легкомысленно.

— А вот не буду тебя тащить наверх! Где упал там и спи! Нечего пить зелья без спросу. — Сказал зверомаг, убедившись, что развалившийся стул не навредил магу и не торчит у него из спины.

Он хоть и сердился на своего друга, его спокойствие могло сыграть на руку. Он мог наконец снять слепок магического воздействия со своего бедного уса. Сняв шляпу, он достал из неё ус и стал изучать.

Магический отпечаток остался чётким. Сигнатура его, показалась Плутону набором рун, длинным, объёмным. Попытавшись сконцентрироваться на ней, Плутон снял с книжной полки книгу «Магический Род — Древний род! Особое издание. Знания сейчас и знания потом». Снимая, он задел стоящую рядом книгу “Простирая пути: Ехимстиф Саронский”, та упала на пол и раскрылась.

Книга “Древний род”, содержала в себе справочник магических аур. Очень важная вещь в условиях магических войн. Это нечто сборника отпечатка пальцев, но по магическим следам. Такой справочник полагалось регулярно отвозить в академию и обновлять, это право было закреплено за всеми справочниками пожизненно. Будь это только справочники, или просто книга содержащая справочник. Старые страницы можно было убрать и вклеить новые, что обычно и делали. Этот справочник не обновляли пару лет. И он содержал в себе информацию только о видных деятелях магии и потомках древних родов, остальные маги в ней были просто перечислены.

Зверомаг перенёс зафиксированный образ на страницы и те стали быстро перелистываться. Пока не открылись на одной.

Сакстон Гумбольдт

Непрямой потомок рода Гумбольдтов (получил звание потомка рода по акту № 9, кодекса древних родов, пункт 8, «Реставрация древнего рода». Отец: Янтилий Гумбольдт. Мать: Кадасора (не маг).

Горделив, самооуверен, средне-высокие умственные способности.

Обитает в поместье рода Гумбольдтов. Замечен в научной работе.

Стандартные магические способности. Средний уровень.

Оттиск ауры традиционный, при использовании магии свечение усиливается по бокам и волнами расходится от головы.

Сухощав. Рост 169 сантиметров, вес 76 килограмм, силён физически. Предпочитает робу своего рода.

Камита ехала на телеге вместе с торговцами в караване. Караван представлял собой три полупустые телеги, гружёные всякими товарами которые торговцы накупили для себя.

Путь был неблизким и они ей не нравились. Хмурые, бородатые, вооружённые самострелами, они смотрели по сторонам и держали оружие наготове. Но с ней они обходительны.

Дни тянулись за днями, постепенно лица торговцев стали мягче. Они убрали оружие и расслабились. Да и окружение становилось только красивее, Камита не верила своим глазам. Деревья были те-же, широта тоже, но они становились всё красивее и красивее по мере приближения к западу.

И что главное подметила Камита, этот мир не был похож на мир который погружён в войну, скорее, он напоминал мир погружённый в дурман. Она это ощущала, и слабо поддавалась воздействию этого дурмана, продолжая видеть со стороны всё что происходит.

Однако, видя что караванщики стали куда спокойнее и начали спокойно беседовать друг с другом, вместо того чтобы перекидываться командами, она решила влезть в их беседу.

— А каким богам здесь поклоняются? — Спросила она.

— Что делают? — Удивлённо спросил торговец сидящий рядом с ней.

— Она про религию. — Сказал сосед напротив.

— Я не знаю. — Ответил торговец. — Эй! Наргун! Что у нас там с богами?! — Весело крикнул он.

— Ни богов! Ни господ!! Хахаха — Со смехом ответил главный караванщик. Ему в тон засмеялись остальные.

— Говорят, некоторые поклоняются Адрин. — Попыталась тихо вставить свой медный грош Камита, но её перебил торговец напротив.

— Говорят, далеко на юге, в деревнях отщепенцев-отшельников поклоняются Минарде.

— А ещё они коров ублажают, чтобы больше молока давала. — Толкнул его, его сосед.

— Не, девочка. — Перебил их подколки сосед Камиты. — Если некий бог и существует, ему явно не нужны наши поклоны.

С утра, Плутон проснулся позже Альбертли. Молодой маг встал рано, с первыми лучами светила и немедленно пошёл вниз, весело напевая под нос мелодию. Причину хорошего настроения он не мог понять. Хотя просто мощное успокоительное позволило выспаться.

Совершив утренний ритуал, он не нашёл ничего съестного. Смутно он помнил, что вчера был какой-то чай. Но и чая он не нашёл, только чугунный котелок лежал в сторонке.

Когда Плутон к нему присоединился, Альбертли уже заканчивал готовить завтрак.

— Привет! Что вчера произошло? — Спросил Альбертли раскладывая еду.

— Доброе утро. Я в очередной раз убедился, что ты плох в алхимии. — Оскалился Плутон. — Ты выпил целый стакан снотворного зелья.

Маг сдвинул шляпу на бок, почесал затылок и поставил на стол тарелки.

— Ты знаком с Сакстоном Гумбольдтом? — Решил сменить тему Плутон.

— С этим ублюдком? Нет, но мы же встречали его в академии. Ты разве не помнишь? — Удивился Плутон.

— Я не помню. — Зверомаг только пожал плечами.

— Потомок древнего рода. Невысокий, противный такой. Его только вчера из деревни забрали и одежду нормальную дали, а он уже зазнался. Вот, — Альбертли напряг голову и передал телепатический портрет Плутону. Плутон сразу его вспомнил.

— Как думаешь, у него есть мотив тебя нелюбить? — С прищуром спросил Плутон.

— С чего? Он наоборот пытался наладить контакт со всеми потомками древних родов. Со мной пытался здороваться, к Канкане Цуверг пытался клеится, наивный. — Ухмыльнулся Альбертли.

— На прямоту, возможно он пытался взять тебя под контроль. Тебя и Аннику. Или через… — Плутон не закончил, он заметил, как из взгляда Альбертли уходит разум, он медленно начал краснеть. Глаза стали глупыми и недобрыми.

— Не трогай Аннику. Плутон, мы с тобой уже говорили на эту тему…

— Я про Сакстона! Это он мог вредить тебе и Аннике. — Мигом сменил тему Плутон. Ты и сегодня собираешься на свидание?

— Нет. — Альбертли помотал головой.

— Славно, зато я собираюсь в город. — И что странно, зверомаг почти не соврал.

— Хорошо.

— Постарайся заняться делом! — Плутон открыл шкафчик с медикаментами и со стуком поставил на стол пузырёк. — Вот тебе зелье для улучшения памяти и защиты от влияния на разум. Прими его, вдруг поможет. А мне пора.

Плутон надел свой ошейник, куча металлизированных отверстий позволила надеть с собой не только капсулу с флихтаканусом. Рядом Плутон повесил стальной равносторонний крест с широкими сторонами. Простой защитный амулет из прошлого. Плутон посмотрел на мешочек с деньгами, который иногда цеплял к ошейнику, и решил их не брать.

Зверомаг вышел на улицу и телепортировал. Полактос быстро ушёл из-под ног, но не спешил возвращаться. Он выбрал себе другую цель, он пошёл на прорыв самой ткани мира. Учёного потянуло назад и вниз, Полактос не хотел отпускать своего жителя. Силы быстро стали покидать путешественника, но он зачерпнул сил из флихтакануса и последним рывком покинул Полактос, оказавшись в мраке междумирья. Несколько минут дрейфа впустоте, вдали показалась крошечная светлая точка. Она стала быстро расти, притягивая своим голубоватым блеском.

И в конце концов, из мрака его выбросило в ослепительно яркий мир. Раньше, чем глаза привыкли к свету, его уши наполнила мелодия. А нос буквально залило запахами.

В отличии от ничем не пахнущего Полалактоса, тут запах имел решающее значение.

Плутон оказался на ветке-переулке. На углу сидел убогий, плешивый зверолюд и играл на флейте, глядя на полупустую улицу. Подушечки лап сноровисто скользили по флейте, закрывая отверстия и заставляя инструмент извлекать периливы.

— Эй, добрый человек. Кто ваш король? — В первую очередь решил осведомиться зверомаг, чтобы понять не промахнулся ли он в расчётах.

— Наш король, Мичар третий, Мутный, давно почил. Смута во дворце, нами правит только граф Мурза, мяуфер1 — Нищий был слеп. Оказалось, он не был плешив, крупный ожог покрывал большую часть тела и пламя забрало глаза музыканта. От чего тот щурился в направлении Плутона, мутными, сожжёными глазами. Едва ли видящими свет.

Плутон осмотрел улицу. Одна из крайних ветвей города-дерева была не многолюдна. В воздухе витал запах графа Мурзы, смешанный с парфюмом. Но этот запах успешно перебивался запахом курятника, стоящего рядом. Улица была недогружена, судя по указателю веса стоящего рядом с дорогой. Значит все на работах.

— А почему ты играешь здесь? Ведь тут никого нет. И где твоя чаша для подаяний?

— Я давно играю для себя мяуфер. Не обращайте внимания на убогого, я стал рабом своей музыки с тех пор как ослеп. Мне не важно, услышат ли её, я играю для себя, ведь слух, это единственное что не пострадало в ужасном пожаре. — Зверолюд отвернулся от Плутона и продолжил играть.

Зверолюди жили на ветвях гигантских деревьев. Тут они строили дома, рождались и умирали. Выращивали пищу и лишь изредка спускались на поляны. Но только в самые ясные дни. Земля в Живолесье была крайне опасна.

Плутону, чтобы пройти тысячи километров на Полактосе, надо было пройти всего пару километров здесь. И вновь телепортировать. Но важно не перепутать сторону света.

Вначале ему было немного непривычно идти, ветки постоянно качались под лапами. Но вестибулярный аппарат очень быстро приспособился, и маг перестал идти зигзагом.

Плутон шагал по дорожке рядом с дорогой для цепоходов2. Редкие прохожие косились на него с удивлением.

Дома были небольшой высоты, около метра и чуть выше — стандартный размер домов зверолюдов. Многие зверолюды срезая путь шли прямо по крышам. После Полактоса, это выглядело немного непривычно.

Вскоре он дошёл до края ветки, улица продолжалась, но соседняя ветка была ещё менее нагружена, и дорога поднялась перед этой сантиметров на десять, подняв выравнивающие мостки. Перед мостками стояла повозка с запряжённым цепоходом и зверолюдом на ней. Зверолюд белого окраса не переставал ругаться на птицу, на нём был алый плащ, а на передних лапах были надеты варежки с выкидными когтями.

Цепоход жалобно кричал “Криу кри-и-и-иу”, взирая на поднятый мосток. В конце концов у его погончищика не выдержали нервы. Он спрыгнул с телеги, выпустил длинные медные когти и кольнув птицу в бок чтобы обратить её внимание, приставил когти к шее, покрытой разноцветными перьями.

— Ты что уродина? В бульон захотела? А ну! Кончай упрямится и тащи эту поганую телегу!! — Грубо прохрипел он в ухо умной птице.

— Крриу… — Печально выдал цепоход и начал трепыхаться, сначала залез он, сам, потом стал рывками затаскивать телегу. В крытой тележке виднелись доспехи и прочее снаряжение, поднимаясь по мосткам оно не переставало греметь. Грохот стоял словно взорвался склад кастрюль.

— Вот, то-то же! — Сказал зверолюд и уже хотел обернутся. Как вдруг на Плутона налетел серый прохожий и вытолкнул его в проулок.

— Брат! Стрелованый! Что ты здесь стоишь то? Айда ко мне! — Нарочито громко крикнул серый, увлекая Плутона подальше от улицы. Резко сменив свой голос на взволнованный шёпот, он продолжил. — Ты что это братец делаешь? Без документа, на глазах у стражника, жить надоело?!

— Вы кто?! Какой документ? — Попытался оттолкнуть проходимца зверомаг.

— Ты не местный? Шпион? — Хватка зверолюда стала как будто даже крепче.

— Да какой шпион. Я с Полактоса, маг я.

— Маг?? Оттуда? А… Вот это да… Я Синькин… И я твой брат, я помогу тебе.

— Брат? Почему вы решили, что вы мой брат? — Плутон с недоверием посмотрел на Синькина. — А потом опустил взгляд на его грудь и сразу всё понял. Посмотрев на свою грудь, чуть приосанился.

— Ты стрелованый. Все кто носит на груди такое пятно, могут проследить свой род от княгини Стрелочки. Нас не очень много и все мы в какой-то мере братья. Нельзя таким разбрасываться!

— Почему ты говоришь о княжьем роде, так, в прошедшем лице? Что с кланом Стрелочки? — Синькин с грустью опустил взгляд и посмотрел вниз. Плутон всё понял.

— А ты точно маг? — Плутон прищурил глаз и лапы Синькина оторвались от настила.

— Ладно, ладно, верю… Но со стражниками так лучше не шутить, у них есть достаточно аргументов против магов. Давай я введу тебя в курс дела. — Замахал лапами зверолюд. — Все должны носить документ. — Он хлопнул лапой по деревянной табличке на ошейнике. — Имя, окрас, дата рождения и царапины от когтей графа Мурзы. Без этого тебя схватят и допросят, как шпиона.

— Я тут транзитом, мне пройти то, пару километров надо. До соседнего дерева, какой документ? — Плутон показал лапой на виднеющееся вдали, раскидистое… дерево? Он не знал как называется порода этих деревьев.

— Соседнего? Там правит княжна Снежинка. Тебе ещё и границу пересекать? Ну ты вообще… А, впрочем, есть путь по не отросшим веткам. — Сказал Синькин.

— Границу? Откуда тут границы? Что с королевством?

— Ты давно Живолесье был? — Спросил Синькин.

— Был… сорок лет назад. Тогда тут было единое королевство. — С грустью ответил Плутон.

— Сейчас у нас смута. — Синькин отогнул ветку. — Мичар Мутный потерял всех прямых потомков перед смертью. Говорят, его отравили. Сыновья пропали на охоте… Королевство моментально разорвали на княжества и графства. Сестра короля, Княгиня Белобровка, потеряла свою власть, одна надежда только на её дочь — принцессу пушинку, которая имеет больше королевской крови. Бывшая гвардия короля Мичара уже присягнула принцессе Пушинке, при регентстве Белобровки. Но большая часть князей отказывается, идут торги, но без небольшой войны не обойдётся. Сама Белобровка живёт в большом особняке на территории князя.

Плутон с сомнением посмотрел на чёрный проход открывшийся в листве.

— Ты не удивляйся что я так добр к тебе. Тут никто не любит графа Мурзу и его прихвостней, все скучают по Мичару, при нём королевство процветало. На моём месте каждый второй бы поступил также. А тем более что ты мой брат! Ступай.

Зверомаг пошёл вниз, на нижнем ярусе ветки было темно. Сквозь щели падали лучи светила. Прямо над головой ходили цепоходы и ездили телеги.

— Этими путями часто пользуются?

— Постоянно. Тут весь цвет криминала живёт, стража сюда не спускается. Только если рейды надо проводить. Иногда тут бывают гвардейцы Пушинки, они-же агенты.

— Что за агенты? — Глаза Плутона наконец начали хорошо видеть в сумраке нижнего яруса. Ему было мало интересна местная политика, он ненавидел живой лес и его обитателей всей душой.

— Фанатики, бойцы, верные Пушинке до ломоты в клыках. Покрывают когти ядом, затачивают клыки до игольной остроты. С такими лучше не сталкиваться. — Синькин ухмыльнулся, улыбка Плутону не понравилась.

Плутона удивило что даже в таком тёмном, неуютном месте. Живёт так много народу. На нижнем ярусе постоянно пахло сыростью, туалетами, сюда задувал холодный ветер снизу. И постоянно виднелась пропасть, она глядела вверх флуоресцентными грибами и сотнями пар горящих глаз. Это жуткие твари, скрывающиеся во мраке, были не прочь полакомится сидящими наверху зверолюдами. Но мимо них то и дело пробегали Звероюды, не самой маргинальной внешности.

— Стой! Стой! Тихо! — Шепнул Синькин. Спереди был стык двух веток. Никаких настилов тут не было и быть не могло. Перегруженая ветка опустилась и перекрыла проход.

— Сюда. — Он махнул лапой. — Ох, хоть бы не надумали обоз перевозить. — Проводник с ужасом посмотрел наверх и спустился в щель под тоннелем. — Теперь за мной.

Плутон пролез следом и понял страх Синькина, теперь не было ничего, ни домов, ни кладовых ни стен тоннеля. Они шли по веткам, прямо над бескрайней пропастью. А над ними была ветка с улицей, которая при нагрузке скинет их вниз, в пропасть.

— А вот зверомаги нынче, вымирающий вид. — Синькин осторожно перебрался с молодой ветки на ствол покрепче.

— Вымирающий? На Полактосе нас много, — Плутон удивился.

— Вот видимо все вы на Полактос и ушли, а кто не ушёл — тех извели графья.

— Как они смогли?

— Маги последние годы активно с ними сотрудничали. В итоге их больше никто и не видел… Осторожно! — Синькин вцепился зубами в соскользнувшего с ветки Плутона, ухватившись зубами за лапу, он втянул его наверх. Зубы у него были страшно острыми.

— Упадёшь, цепляйся когтями за кору. Не вздумай лететь вниз, высоко и слопают, мяукнуть не успеешь. — предупредил Синькин.

— Я знаю.

Кора… Если это можно было назвать корой. Нечто напоминающее кость и столь же гладкое. Плутон с трудом пробирался по ветвям, надеясь, что ему не придётся цепляться за неё.

Путешествие занимало много времени, предстояло пройти всего два километра, но учитывая что эти два километра надо пройти по хлипким веткам — путешествие затянулось. Но больше всего, в его голове не укладывалось то, что произошло в этом мире. Его брат оказался словоохотлив до политики и Плутон был бы не против ещё послушать, хотя он откровенно запутался. В конце-концов, именно это место — его родной мир, не Полактос. Но Синькин от чего-то замолчал, словно понял что уже наговорил лишнего.

— А чем ты занимаешься? — Решил разбавить тишину зверомаг.

— Я? Да так, мелкие поручения выполняю в этих тоннелях. Они для меня как родные. — Отмахнулся зверолюд.

— Бандитов не боишься? Или кто тут у вас из криминала?

— Бандитов? Боятся надо тех, кто внизу, а бандиты что сделают? Я с собой ничего не ношу кроме документов. Побьют? Ради шутки? Ну уж нет… Если ты не королевский прихвостень и не носишь на себе килограммы дорогих вещей, ходить можно без опаски.

— Даже не побьют? — Удивился Плутон.

— А если я их? — Парировал Синькин.

Плутон промолчал. Самый сложный этап пути закончился. Им больше не угрожала огромная, скрипящая ветвь. Они остановились возле толстого ствола, скрипящая ветвь была над ними.

-

1 Господин

2 Цепоходы — Большие птицы, с мускулистыми ногами и крупными когтями. Используемые зверолюдьми как вьючные животные. Достаточно умные.

Путешествие по нижним ярусам подходило к концу, здесь в переплетении ветвей, накрытых верхним, царил вечный мрак. Над головой скрипели доски, слышались отрывки звуков обычной, городской жизни. Живущие над ними наверняка и не подозревали что у них под ногами может кто-то быть и подслушивать и даже подсматривать.

Они вышли на небольшую, голую ветку, с которой открывался вид на соседнее дерево.

— Вон, смотри, там княжество снежинки. Тебе надо пересечь вон-тот блокпост. — Синькин указал лапой на мост, закрытый низкими воротами. Там две толстые ветви деревьев проходили рядом, мост представлял дощатый настил, скрепивший эти две ветки. В начале четки и в конце стояли стены и ворота. Смотрелись весьма кустарно, сделанными наспех из остатков разрушенных домов.

— Не стоит тут стоять долго. — Сказал Синькин и показал на очередную ветвь. Следующий проход был уже куда безопаснее, они прошли по ветке до соседнего ствола. При этом пришлось раздвинуть мелкие ветки и буквально продраться через царапучую проволоку.

— Вот, твой выход. Этот ствол ведёт прямо к мосту. Как поднимешься, воспользуешься одним из своих фокусов чтобы незаметно перебраться на ту сторону. Вам вроде надо видеть место куда телепортируешься, чтобы телепортироваться, верно? А с этого места как раз открывается вид на соседнее графство.

— Ну, ладно, спасибо что проводил Синькин. Если бы не ты, мне бы пришлось прорываться с боем. — Плутон обхватил ствол дерева и полез наверх.

— Постой, если я вдруг окажусь в твоих краях, я смогу тебя найти? — В глазах Синькина блеснул интерес.

— Без проблем. Крайний юг, деревня Сырая, башня мага. Или найди клуб Сантьялуса. Там всегда подскажут где меня найти, это такое место где собираются зверолюды и зверомаги.

— Сантьялуса… Учту. Береги себя, стрелованый. — Синькин хлопнул его лапой по холке.

Плутон принялся карабкаться по стволу. Этот подъём показался ему вечностью. Лапы от такой нагрузки ныли и выворачивались. А костяная кора скользила под когтями, периодически срываясь и заставляя его сползать вниз.

Вот, показалась ветка, с которой должен был открываться шикарный вид на мост. Плутон уцепился в мягкую кору ветки и подтянулся. Подтянулся и убедился, вид открывался самый лучший! Это было нечто вроде наблюдательного поста стражи и тут сидело пятеро стражников с арбалетами. Им хватило трёх секунд чтобы от недоумения, перейти к ярости, не увидев на шее Плутона документов.

Они развернулись и моментально разрядили в него оружие. Магический барьер раскидал болты в разные стороны, а зверомаг в ужасе сиганул с ветки прямо на мост. Только болезненно упав на лапы, он понял, какая это ошибка. Он оказался прямо на нейтральной территории, между двух ворот. И с обоих сторон на него наставили с пару десятков арбалетов.

Единственный выход, телепортировать! Плутон заметался, понимая что в него уже целятся. Панически осмотрев округу, он выбрал место для телепортации и превратившись в серый дым и полетел через границу. Короткодистанционная телепортация безжалостно тянула из него силы. И собравшись в единое тело на месте, он покачнулся и завалился на бок. В живолесье было мало магов и как работает такая вещь стражники понимали смутно. У него была пара минут чтобы отдышаться. Теперь ему надо пробежать буквально метров сто, для возврата на Полактос.

По центральной ветке, бряцая стальными перчатками промчалась толпа стражников. А в воздухе разливался тинькающий звук тревоги. Стражник отгибал длинный, сухой сук и отпускал, тот бил в гонг… Оглашая все окрестности гудением.

Плутон принялся внимать, где находится. Место телепортации находилось близко, он чувствовал это. И тут рядом раздался вопль.

— Подавитель включён! Держите его!

Почти сразу на Плутона из засады напрыгнул стражник в белом плаще. Зверомаг попытался отбросить его, но чары не сработали. Плутон без магии был ужасным бойцом. Пара взмахов лапой были приняты на медную перчатку и без промедления последовал ответ.

От удара медной перчаткой по голове, перед глазами разлетелись звёзды.

Звёздам срочно пришлось покинуть уже ставшее привычным место, когда на него вылили кувшин воды. Плутону на лапы надели большие колодки, и поставили его на площади. Пред ним важно расхаживал статный зверолюд с венцом на голове, крепящимся к основанию ушей. Рыжий окрас и шрам во всю морду неожиданно удачно гармонировали на его физиономии.

— Так… Кто ты такой, что посмел нарушить границу великого княжества, княгини Снежинки?

— Меня зовут Плутон… — Зверомаг не видел смысла врать.

— Плохо тебя готовили, Плутон. Так нагло границу ещё никто не пытался пересечь, без документов, среди бела дня, на глазах у всех. — Он покачал головой.

— Я не шпион! Меня никто не готовил! Я с Полактоса! Я тут всего час как нахожусь!! — Продолжал надрываться зверомаг.

— О! — Старший стражник поднял лапу вверх и усмехнулся. — Сам признался. Ты первый о шпионах сказал. — Не сходя с места, он врезал ему с разворота медной перчаткой. Удар не сильный, но в ушах зазвенело.

— Даже дереву понятно, что ты не шпион! — Неожиданно признался стражник. — Шпионов которые ТАК топорно проникают, должны сбрасывать вниз ещё на подходе к шпионский школе.

По толпе стражи пронёсся гогот. Плутон покрутил головой, он не понимал что именно тут происходит. Создавалось впечатление что вокруг него собрались чисто поглумиться

— Та-а-ак, ну если ты маг. К тебе такой вопрос, ты кристальным шаром пользоваться умеешь? — Плутон против воли скривился.

Кристальный шар — одно из самых ужасных изобретений магов. Сколь полезное, столь и безумное. Оно позволяло смотреть в любую точку мира, где была магия! Но, это в теории. На практике: у магии глаз нет! При изучении шара, необходимо понять, как именно магия ощущает окружающее пространство. А как может ощущать пространство, облако вещества? Но и это лишь начало! Предстояло понять, как заставить магию передать то что ощущает в виде понятных образов на кристальный шар. После этого надо сформировать из этого что-то похожее на изображение, а не серую пену. После как-то выбрать место на которое смотришь через кристалл… На всё это освоение маги тратили века! Не существовало ни одной книги которая может обучить использованию кристального шара. Во всём Полактосе не существовало ни одного мага, овладевшего кристальным шаром полностью. Те кто утверждал что "овладел" могли лишь вызывать в нём образы и куда-то смотреть. Так, один из магов, утверждавших что добился больших успехов, действительно видел в шаре чёткое изображение какой-то местности, вроде поляны в лесу, потратил полтора года чтобы найти это место. Зачем? Смех ситуации в том, что как не старался, он не смог увидеть другое. Кристалл показывал либо белую пену, либо эту поляну.

Гримаса боли, с лица зверомага не укрылась от стражника. Он видимо понимал какие проблемы вызывает изучение кристаллов у магов.

— Вижу, ты знаешь что это такое. Ну, раз кристаллом пользоваться не умеешь, глаза тебе не нужны… — Прошептал он.

— Но… ваше высочество… Княжна Снежка. Сюда нельзя, тут опасный преступник! — Послышались голоса из-за спины.

— А ну расступитесь! Я приказываю! — Послышался властный, визгливый голос.

Командир стражи зло поднял глаза вверх и открыл пасть, скорчив страдальческую морду. В кругу стражников образовалась брешь и в неё прошла зверолюдка. На белоснежной шерсти виднелись чёрные пятна, на голове полуобруч-диадема, на спине висел плащ и волокся по полу.

— Здравствуйте, княжна Снежка. Простите, вам нечего здесь делать. Идите обратно в палаты. — Сказал командир, отворачиваясь от Плутона. Голос был сух и твёрд, как кора местных деревьев.

— В палатах скучно. — Сморщила носик княжна, села и обмахнулась веером прицепленным к её лапе.

— Зато безопасно. Ребята, уведите её, прошу. Нечего молодой княжне тут делать, это опасный маг которого мы подозреваем в связях с соседним королевством.

— А ну лапы прочь! Я совершеннолетняя, пусть моя мать ещё правит, но я тоже могу приказывать вам всем! — Княжна мигом сменила кокетливое выражение лица на злое.

— Всем кроме меня. — Откликнулся капитан стражи. — Я Мишут второй, подчиняюсь только верховной княгине Снежинке.

— Я не позволю страже уволочь меня как простолюдинку!! — Надрывалась Снежка. — Стоит мне пожаловаться матери и вас снимут, Мишут. — Стражники которые уже начали теснить княжну, замерли и растерянно забегали глазами.

Старший стражник зашипел от ярости и бессилия. Зашипел так что Плутон почувствовал запах свежего мяса, которое он ел на обед. Он был достаточно умным командиром чтобы понимать состояние своих бойцов. Сейчас они между молотом и наковальней, между его приказом и приказом тупой пигалицы.

— Снимут, как-же, скорее тебя в темницу запрут. — Проворчал он под нос, чтобы Снежка не услышала. — Эй! А где твои телохранители? — Воскликнул он недовольно.

— Я приказала им отойти! — Вздёрнула носик княжна.

— Ты не можешь приказывать своим телохранителям, за твою безопасность они отвечают перед Снежинкой! Вы где, оболтусы?! — Заорал Мишут. Перед Снежкой мигом появилась четвёрка зверолюдов, закованная в броню.

— Если с шерсти снежки упадёт хоть волосок, мы вместе отправимся вниз, вы поняли? — Рявкнул Мишут.

— Готовы умереть за княжну! — Грянули телохранители как один и ударили себя лапой в грудь.

— Так, возвращаемся к тебе Полактеанец. Я слышал, что, если мага ослепить, он не сможет телепортировать. — Начал Мишут, важно прохаживаясь перед ним.

— Это где ты такой бред слы… — Начал Плутон, но вновь получил в челюсть.

— Видел эту кису? — Прошептал Мишут и указал лапой на телохранителей. За спинами, которых мелко подпрыгивала на задних лапах молодая княжна. — Так вот, ты можешь остаться рядом с ней, при дворе графини Снежинки. Есть, пить и служить им… но без возможности видеть своими глазами и размножаться.

Плутон серьёзно задумался. Это был выход… крайне неприятный. Но он может телепортировать и без зрения и помочь своему другу. А ещё есть шанс что при очередной смерти повреждённые органы отрастут.

— Либо я просто отрублю тебе лапы и скину вниз. — Закончил монолог Мишут.

А вот такой исход был неприятен, когда Плутона начнут есть звери с поверхности, его возможности перерождения быстро кончатся. Значит оставался один выход.

— Можешь не отвечать! В темницу его. — Махнул лапой старший. Плутона в колодках закинули на спину четверо стражников и понесли к стволу. Он посмотрел назад и увидел что следом за ним стояла телега.

Мишут прошёл сквозь толпу и ткнул в бок цепохода. Телега, в которую был запряжена птица, имела на себе громоздкую конструкцию. Больше она напоминала три кастрюли друг в друге. Две из них разнонаправленно вращались. И именно к этой “кастрюле” прижался Мишут.

— Эй. Я согласен на первый вариант. — Ответил Плутон. Княжна хихикнула из-за спин телохранителей.

Процессия чуть затормозила.

— Ну? Что встали олухи? Я же сказал в темницу! — Старший стражник даже голову не повернул.

Понимая что сейчас его жизнь в опасности, Плутон отбросил в сторону этикет и начал анализировать его эмоции. Он ещё не понял как работал подавитель магии, телекинез и телепатию тот глушил отлично, но, к удивлению своему, все мысли и эмоции читались по самому поведению. Мишут держал хвост торчком, ровно, как и положено по этикету. Задирать хвост словно уличные коты считалось вульгарностью. Но хвост был напряжён, словно палка и медленно подёргивался. А телом, стражник прижимался к артефакту. Да и другие стражники с беспокойством косились на Плутона. Стараясь быть как можно ближе к "кастрюлям".

- “Да они же побаиваются меня!” — Заметил зверомаг. Они знали, что учёный может мигом их всех расшвырять. Но вот княжна наоборот, семенила следом и аж подпрыгивала, стремясь чтобы Плутон обратил на неё внимание. Плутон не обольщался, Снежка была типичной избалованной девчонкой благородных кровей, падкой до "плохих парней".

Плутону не верилось, что всё может так закончится. Живолесье стало слишком ужасным местом. Они шли по узкой улице, рядом, как казалось с пропастью. И тут оттуда выскочил знакомый серый силуэт. Он ударил командира стражи в бок и ловко забросил его внутрь артефакта.

“Кастрюли”, с “ручками” вращались как оказалось с большим усилием и Мишута моментально затянуло, он истошно заорал от злости, увяз в механизме, но особо не пострадал. Синькин встал в полный рост и выпустил когти странного, зелёного цвета. Будто вихрь он начал крутится, нанося рваные удары. Когда «кастрюли» заклинило, магия сразу вернулась. Плутон быстро сломал телекинезом колодки на лапах и почувствовал, что его достаточно далеко унесли от места телепортации. Разбросав стражников которые его тащили, он встал на лапы и помчался прочь, к месту которое его так манило, разбрасывая стражников по пути при помощи телекинеза.

Любопытная княжна подняла морду над спинами телохранителей и её белый мех моментально забрызгало кровью. Она завизжала и закрыла глаза лапами, а телохранители моментально уволокли её подальше с площади.

Мишут превозмог боль от затягивания в механизм заорал: — Олухи! Арбалеты! Маг убегает!!

Но Плутон уже прикрылся щитом и как мячик стал скакать среди толпы зевак, несясь к нужной точке и раскидывая телекинезом стражу. Казалось, они собрали всех воинов с княжества. Столь длинной была процессия. В Плутона со всех сторон полетели болты, он заметался. Запрыгнул на один из домиков и побежал по крыше зигзагом. Плутон оглянулся, стражники пёстрой, бряцающей рекой стекались к нему со всех сторон. Без магического усиления прыжка и в броне, они не были такими-же прыгучими как он, в том заключалось его преимущество.

С башни в его сторону повернулась небольшая баллиста, огромный снаряд ударился в крышу прямо рядом с ним, крыша рухнула. Плутон свалился в небольшой дом, типичное жилище зверолюда. Внутри тесно, как в коробке, пол устелен листьями. Возле небольшого окна — лежанка. Плутон несколько секунд переводил дыхание, потом применил чары и потолок встал на место. В него сразу послышался стук града болтов, он кинулся прочь из домика и стал петлять в многоярусных трущобах зверолюдей. К счастью было пусто, все собрались на площади чтобы поглазеть на него.

Зверомаг пробежал через трущобы наверх, прыгая по крышам, прикрытый ветвями и листьями ветки находящейся выше. Раздалось шуршание, сверху на него спрыгнула двоица, быстрых как молния бойцов в серых плащах. Плутон замер на секунду. На этих странных стражниках не было брони, они легко приближались.

— Эй, ребята, вы не похожи на обычную стражу. — Сказал Плутон пятясь назад. Он ощутил задней лапой что приблизился к краю крыши.

Один из бойцов взмахнул лапой, на ней была медная перчатка, покрытая чем-то зелёным. Пропустив пару ударов сердца, Плутон совладал с собой и применил магию, сметя ассасинов со своего пути! В два последних прыжка он вылетел на улицу, на ветку что была выше. Здесь уже встречались прохожие, они оглядывались, слушая звон тревоги и бряцанье доспехов. Плутон пробежал всего несколько метров, как стража его настигла. Однако он уже прибыл на место.

Ничем не примечательная точка, прямо на стене рядом с дорогой. Уже перед телепортацией он посмотрел на место где сражался Синькин, оно находилось на ветке ниже. Но от него не осталось и следа, он уже ушёл. Только лежащие вокруг этого места стражники, корчились в муках, прикрывая лапами жуткие раны от его когтей. Их кровь пузырилась от яда…

Использовав телепортацию, он почувствовал что мир вокруг рассыпался, оторвался от его лап и стремительно ушёл вниз. Плутон ощущал себя стрелой, летящей сквозь пустоту, а вдали виднелся огромный светящийся шар к которому он летел.

По мере продвижения по южному тракту в глубь Полактоса с торговцами продолжали происходить метамарфозы. Кроме того что они стали заметно добрее, они становились всё веселее, вдруг они стали тихо напевать… А на следующий день пути к пению подключились все без исключения.

Ближе к самому концу путешествия, самого утра, стоило каравану собрать палатки и продолжить путь. Как они достали из нехитрого скраба деревянные колокольчики. И начали играть, напевать, не прошло и часа. Как один из торговцев, сидевших в телеге вдруг встал и начал танцевать.

Танцевальная болезнь быстро была подхвачена остальными. И вот, уже все торговцы, кроме тех что вели телегу и играли на инструментах, начали свои пляски, прямо на ходу. Камита отодвинулась, чтобы не мешать и чтобы её не затоптали. Выл ветер, играли деревянные колокола и «дыни», а телеги ходили ходуном от плясок молодых и не очень мужчин и женщин.

— Почему вы танцуете?

— Дык, для согрева! — Сказал один из них. — Давай с нами!

Камита отрицательно помотала головой. Она уже начала бояться происходящего! Те люди с которыми она отправилась в путь, и эти торговцы были совершенно разными людьми!

На второй день, пляски поутихли. Но они продолжали играть музыку и напевать. К счастью, они доехали до поворота, где Камита и слезла с телеги. И не смотря на то, что за весь путь она едва-ли проронила десяток слов, с ней прощались словно с дочерью…

Вокруг лежал снег, путь до деревни Сырая, занял ещё целый день.

— Где я могу найти Альбертли Саронского? — Спросила она у первой попавшейся женщины.

— Он вон в той башне обитает. — Сказала женщина, ткнув пальцем. — Но сейчас его нет.

— А где он?

— А кто знает? Занят. Улетел куда-то. — Сказала та и ушла прочь.

Плутона выкинуло на Полактосе. Он был в ужасе. Сорок лет. Прошло всего сорок лет. Что стало с живолесьем? Он не смог сидеть и начал бегать по кругу. Меньше часа ему пришлось пробыть там, чтобы ему вынесли смертный приговор!

И либо зверомаг был слишком молод и многое не понимал, либо это место стало самым настоящим кошмаром. Мрак поднялся с поверхности на высоту деревьев и отравил их своей злобой, поселив в сердца обитателей жестокость.

Но долго раздумывать над ужасами он не смог, Плутону просто по-человечески стало холодно. Старик-зимовик сюда ещё не пришёл, но уже стоял на пороге, теребил свою бороду и её ледяные щетинки сыпались на землю. Возле деревни Сырой, его тяжёлая поступь давно обернулась белым покрывалом. На широте поместья Гумбольдтов ещё слышались шаги старушки-осени, несущей в мешке за спиной разноцветные листья.

Вдали, в небо тянулась струйка дыма. Несколько мужчин развели костёр прямо на повороте тракта.

Раньше в этом месте был прямой проезд, но тысячу лет назад в этом месте образовался огромный провал — «Киноваровые расщелины». Говорят, земля просто разверзлась и ушла вниз на глазах у людей. Обвал унёс с собой много телег и образовал глубокие овраги, не одну сотню метров вниз. Официальная информация сообщала что обвал произошёл по естественным причинам. Но многие утверждали что истинная причина — массивы шахт в земле, в которых Гумбольдты выращивали грибы для нужд текстильной промышленности.

Если стоять на краю, то казалось будто рваные края провала были забрызганы кровью. Киноварь была прямо тут, только руку протяни… Но все знали насколько ядовита ртуть и киновари побаивались, она не имела никакой ценности. Хоть провал и не представлял опасности, мимо него старались проехать побыстрее. А тут мужики стояли прямо на краю и смотрели.

— Как же, жутко, а. Словно не камни, а кровищей округу залили. — Сказал один, завороженно взирающий на провалы.

— Да, я же говорил, давай крюк сделаем. Это я и хотел показать. Камешки, а как жути наводят! — Сказал второй.

— Так может не камешки это? — Сказал третий, пожилой мужчина, его трясло от холода, хотя на нём была самая большая шуба.

— Как не камни? А что ещё? — Одновременно повернулись оба его спутника.

— То ж маги сделали. Может они тут толпы народу поубивали вот всё и залито кровякой! — Заявил он. — Заэтовали, кровь, в назидание, чтобы все видели на что они способны, так с тех пор и залито кровью-то. — Он отмахнулся от снежинки, медленно опускающейся ему на нос.

Ответом был истерический хохот.

— Яха, ну ты выдал! Ты свинью никогда не резал? Даже болотина кровавая и то за неделю сходит. А я ещё сопляком сюда ходил, тут всё таким было. — Сказал первый.

— Ну чего я выдал? Магия, хтож её знает, как работает. Может маги кровь и заэтовали. — Попытался оправдаться покрасневший мужик.

— Зачем магам делать это? — Влез в их разговор Плутон. Он решил, что в таком состоянии лезть к Гумбольдту не стоит, надо отвлечься. — Можно у вашего костра погреться?

— Так… это… Садитесь, господин маг. Кто в холода, в месте у костра откажет, тому зима ещё покажет! — Старая поговорка. — Миролюбиво сказал второй мужчина.

Они все были одеты в лёгкие меховые шубы с заплатками. Мужчин сильно смутило появление зверомага. Но они решили не высказаться по этому поводу. Сам зверомаг, к счастью, не вызвал у них какого-либо удивления.

— Не кровь это? Ну, не кровь так не кровь. — Сказал третий и отвернулся от костра.

На противоположной стороне провала, освещенный ярким, полуденным светом зимнего светила, стоял особняк.

— Вы знаете, что там за дом? — Зверомаг задумчиво указал лапой.

— Все знают, это особняк Гумбольдтов. — Сказал третий

— Только с хозяином лучше не общаться. Он ненормальный. — Добавил второй.

— Да? Ненормальный? — Вот эта информация была интересной для зверомага. Потому что эти мужчины явно жили в соседней деревне.

— Совсем. Живёт там со своим учеником. Людей сторонится, а если обратится к нему — смотрит злобно, словно мы его рабы. — Пожаловался второй. — То еду пытается отобрать! То заставить нас прибираться в его сарае! Тьфу! То ремонт задаром ему сделай. — Начал ворчать третий.

— И что-же? Делали ему ремонт? — Плутон понял что немного отвлёкся и успокоился, но хотелось ещё погреться.

— Шутить изволите, мил сударь зверомаг? — Спросил первый. — Кто в своём уме древний, магический дом чинить-то будет? Ты к нему доску прибьёшь, и он к тебе, гробовую. Вот есть у вас маги-строители, вот пущай они и разбираются с вашими домами.

— Ну, если я прав, то вскоре ему придётся съехать в менее удобный дом. — Плутон поправил ошейник на шее и наконец почувствовал, что выгнал из головы лишние мысли.

Плутон вновь телепортировал, теперь его лапы коснулись жухлой травы покрытой льдом. Вблизи, особняк имел все черты дома древнего рода, построенного в неспокойные времена. Высокие стены, отсутствие окон на первом этаже, яркие краски и резной орнамент. Дом давно стоял без ремонта, и краска местами облупилась что было непозволительным для любого потомка древнего дома! Покраска стоила дорого, но это вопрос имиджа. Кроме краски, второй и третий этаж явно были заброшены. Разбитые окна, покрытые слоями пыли, их никто не протирал со времён расцвета рода. В былые времена там жило до тридцати человек, без учёта прислуги! А сейчас их потомок не удосужился даже протереть окна!

Проникнуть внутрь дома древнего рода задача не из простых. Хотя бы потому что строили или укрепляли эти дома как раз во времена магической войны, когда недопущение врага внутрь было первостепенной задачей. Однако имелась одна уязвимость, охранная магия защищала от проникновения магов и людей, а не зверомагов… Почему-то она считала зверомагов кошками! А кошкам нельзя запрещать ходить где вздумается.

На втором этаже оказалось разбитое окно. Зверомаг вцепился когтями в декоративный столб и начал подниматься вверх. Вокруг него зло и напряжённо звенела защита дома. Любому магу, который попытался бы повторить такой трюк — уже не поздоровилось бы. Слушая неприятное искрение за спиной, от которого его окатывало магическим излучением, Плутон вновь размышлял над судьбой своего народа. Видимо, если защита древних домов не была рассчитана на зверомагов, значит они избежали судьбы стать участниками магической войны, в отличии от эльфов. И это удивляло! Ведь из зверомагов могли выйти отличные лазутчики и диверсанты. Возможно у Альбертли были ответы?

— Какой чудесный сегодня день. — Пропыхтел он, карабкаясь на парапет перед вторым этажом. И когда наконец взобрался наверх, выдохся.

— Я за десять лет лазал меньше, чем сегодня за день. Ну попадись мне Сакстон. Всю рожу на лоскуты порву если я не зря сюда лез. — Наконец он проворочался и пошёл дальше по парапету. Перед дырой в окне, Плутона остановило небольшое золотистое возмущение. Оно скопилось в виде светящейся чешуи и всем своим видом пыталась показать что мимо него мышь не проскочит! Плутон не был мышью и прошёл сквозь него без всякого сопротивления.

Зверомаг отлично знал планировку древних домов, она была логичной и легко читающейся, потому дойдя до отверстия в грязном окне он внимательно прислушался, не услышал присутствия человека рядом, прицелился и сиганул в отверстие. Ожидая оказаться на втором этаже, но сразу за окном его ждал коридор, без пола! Пол давно сгнил и обрушился, но текущему потомку рода Гумбольдтов было безразлично. Он просто убрал обломки и продолжил жить как ни в чём не бывало. С окна второго этажа зверомаг пролетел сразу на первый и больно приземлился на лапы. Удар смягчил очень пыльный ковёр в коридоре. Его после обрушения потолка явно не спешили чистить.

Перекатившись, зверомаг кинулся под ближайший шкаф и там уже принялся прочищать нос и глаза. Не сказать, что от этого стало лучше, даже хуже. Когда естественные выделения носа и глаз вымыли остатки пыли, его чуть не свалил с ног резкий запах. Аромат краски которой красили одежду так въелся в стены за века, что всё поместье продолжало им вонять.

Зверомаг посмотрел на потолок и то что он увидел ему не понравилось. Потолок, теперь уже второго этажа прогнулся под собственным весом и собирался последовать примеру потолка первого. Вероятность что он рухнет прямо сейчас была мизерной, но находится в коридоре было неуютно.

К счастью особняк строил не сумасшедший любитель лабиринтов, а очень практичный маг совершенно без фантазии. Оно состояло просто из трёх коридоров друг над другом и лестницами на концах и в центре.

Тихо, словно вор, Плутон пошёл по коридору. Над головой изредка появлялись магические возмущения. Дому явно не нравилось проникновение, но что делать со зверомагом он не знал.

Сквозь выбитые двери виднелись комнаты с древним портняжным оборудованием. Станки для шитья, ткацкие станки, окрасочные, прялки под разные виды нити. Валялись бочки из-под краски и другой химии. Магические светильники не горели, в коридоре был мрак, разрушаемый лишь светом лившимся сквозь грязные окна в комнатах второго этажа.

На середине коридора послышался разговор. Общались два голоса, визгливый, но суровый и грубый, понурый.

— …Надо вести себя иначе Дарко! Тебя никто не станет уважать если ты будешь уступать каждой старой деревенской бабе. Ты маг, как ты мог просто уступить?! Слушай совета своего мастера, я всё обучение в академии вёл себя как нужно. — Вещал Гумбольдт. Плутон сразу узнал этот голос.

— Невнятно мычал в ответ на вопросы учителей и выпрашивал проходные оценки. — Подсказал себе под нос Плутон.

— Ну ма-астер, это же неправильно…

— А ну слушать меня! К людям надо относится грубее, они второй сорт, не чета даже тебе! Не говоря о том что ты мой представитель! Надо было оттолкнуть эту старуху в сторону и забрать всё даром!

— А если бы она ушиблась? Или умерла?

— Знала бы как себя вести с магами! Эти людишки не настолько хрупкие, пара синяков — не беда. А тебя бы стали…

— …считать самым большим засранцем в округе. Впрочем, уже. — Вновь пробубнил Плутон.

— …уважать и не осмеливались бы перечить. — Продолжал подвизгивать Сакстон. — Да что-такое-то? Оно будет бурлить или нет?

В конце коридора вместо двери висела тяжёлая штора. Судя по свету за ней, дальше было светлое помещение. А судя по эху — большое. Плутон задумался, стоит ли туда идти.

— Так я… это… Мне пойти и показать им всем? А? Мастер Сакстон.

Сакстон в ответ грязно выругался и плюнул, может даже в ученика.

— Сиди, помогай мне. Надо перезарядить эту диадему. Держи, сейчас должно начать впитываться. — Послышался грохот инструментов. — Слишком быстро не заливай.

Зверомаг заглянул за ближайшую занавеску в комнату и нашёл там пустую спальню, что странно, чистую. Так, он челноком следовал по коридору, натыкался то на кухню, то на пустые комнаты. Те комнаты которые вообще не использовались не имели даже занавесок. В конце коридора тоже висела занавеска, отделявшая коридор от зала. Но справа была последняя комната, которую Плутон не обследовал.

Заглянув в неё обнаружил что и эта комната тоже спальня. С единственной маленькой кроватью, несколькими столами и без одной стены. Из остатков стены торчали обломки арматуры и камни, но и тут Сакстон воспользовался универсальным средством решения проблемы, занавеской! Отделив её комнату от зала. Судя по всему, у него просто оставалось огромное количество ткани, перешедшее по наследству. И не самой дешёвой, тисненая шерсть. Зато чинить не было возможности, тут и там в ткани зияли проеденные дыры..

На кровати лежала девушка. Она была одновременно и такой какой Плутон её помнил с академии и не такой совершенно. Не накрывшись одеялом, она лежала на кровати прямо в платье. Оно было бордового цвета. Подкравшись, Плутон увидел что платье покрыто гербовым узором Гумбольдтов. Две скрещенные иглы с рукоятями.

— Какого?! — Зверомаг отбросив приличия запрыгнул прямо на стул, рядом с кроватью Анники и в ужасе отстранился. В бордовом платье он её даже не сразу узнал.

Анника не спала, она равнодушно смотрела в потолок. Длинные, каштановые волосы, растрёпано лежали на подушке. Карие глаза словно стеклянные, взгляд смотрел в потолок, тонкий нос и узкие губы, бледные и недвижимые. Лицо словно окаменело и только в одном из глаз медленно наворачивалась слезинка. Её голову венчала диадема с гербом Гумбольдтов. Рубин в центре пульсировал красным светом.

— Надо звать инквизицию! — Решил Плутон, но остановился. А что он им скажет? Колдунья в гостях у другого мага? Нужно было выяснить наверняка. — Анника! Очнись Анника. — Зашептал Плутон, сперва подёргав её руку лапой. А следом прыгнув на её грудь начал аккуратно бить по щекам. И снова никакой реакции, будь она в порядке, одним фактом сидения на себе она бы возмутилась! Но она вела себя словно кукла. — Анника! Ну же!

Плутон ощутил злую силу, которая сковывала её разум. Это была та-же сила что сожгла его ус. Он поводил усами из стороны в сторону. Ощущение было горячим, болезненным, и плотным настолько, что разум самого зверомага стал затуманиваться. Неизвестная сила исходила от диадемы на голове Анники. Плутон даже не думал о том чтобы так просто снять её, с подобными артефактами это могло пройти без последствий. Почти два века за чтением множества книг и изучением фокусов, в академии вопили о том чтобы он не касался диадемы. Прикрыв глаза, он перешёл на магическое зрение и ощутил вокруг диадемы столь высокую концентрацию силы, что она его ослепила!

Диадема не могла быть создана самим Сакстоном, это слишком тонкий и слишком могучий артефакт для вчерашнего выпускника академии. И Плутон растерялся, сюда надо позвать помощь. Инквизиторы точно разберутся в происходящем. А маги из академии сумеют опознать диадему и освободить Аннику. Но как теперь выбраться отсюда? Он не допрыгнет до разбитого окна второго этажа, а иной путь, по всей видимости лежал через тот зал, откуда слышались голоса.

За шторкой, совсем близко, ругался Сакстон. Плутон не обращал внимания на их склоки, пока там что-то громко не уронили на пол и потомок рода Гумбольтов не заявил.

— Достаточно! Иди смени диадему на заряжённую!

— Да, мастер…

Послышались тяжёлые шаги, шторка отогнулась и в неё просунулось лицо амбала в балахоне ученика. Он сжимал в руках диадему, один в один как та что была на голове Анники. Увидев Плутона, Дарко замер.

— Мастер Сакстон? У вас есть кот? — Закричал он обернувшись.

— Кот?! — послышался дикий вопль.

Следом за шторку всунулась низенькая, словно пришибленная голова Сакстона. С длинными и чёрными волосами, большие губы, вечно кривящиеся в недовольстве, большие уши и маленький, но ровный нос. Удивительно что в его сутулом профиле не узнали потомка древнего рода. Внешне он совсем не напоминал деревенского простачка. Особенно теперь, когда на нём была дорогая, тёмно-бордовая роба.

По лицу Сакстона пробежала гамма эмоций. — Это не кот! Это зверомаг! Друг Альбертли! Держи его!

Плутон одним махом свалил на обоих магов шторку и кинулся в зал за ними. Он не видел выхода, когда шёл по коридору и надеялся, что выход будет тут. Но нет.

Зал оказался старым цехом, все ткацкие станки из него вынесли и занесли немного мебели. У стенки стояла лаборатория, 1 в 1 похожая на лабораторию Альбертли. Обеденный стол, очаг. Сакстон жил в своём поместье словно бродяга поселившийся на руинах.

Наконец он отбросил в сторону штору и кинулся на Плутона. Метнув сразу две молнии. Маги сошлись в короткой дуэли, обменявшись ударами. Сакстон махнул рукой, и большая штора накрыла Плутона, взвившись вокруг него куполом.

Плутон наобум кинул сквозь штору пару молний в сторону Сакстона. Но тот закинул в ответ мощный огненный шар. Плутон понял, это в последний момент, когда сфера прожгла в ткани дыру и ударилась в пол у его ног.

Под занавесом бухнуло из прожжёной дыры вырвалась струя пламени. Гумбольдт замер, ожидая результата. Ткань взвилась вверх и полетела в него, а из-под неё оставляя за собой дымный трассер вырвался зверомаг. Он опрокинул стол и спрятался за ним.

— Это так ты встречаешь гостей?! — Крикнул Плутон.

Два рыжих луча с жужжанием проделали в столе дыры.

— Кошак вшивый! А ну не смей ломать мою фамильную мебель! — Крикнул Сакстон

— Это ты её ломаешь! — Крикнул Плутон и швырнул этим самым столом на голос.

Раздался грохот, стол разлетелся в щепки ударившись о барьер мага. Сакстон вскинул руки и выпустил в Плутона луч энтропии. Луч отразился от защиты и ударил в потолок. Люстра закачалась и щедро осыпала зал огарками свечей.

Плутон заметался под их градом, а Сакстон прикрыл голову. Но только он увидел, что Плутон растерян, вновь вскинул руки и осыпал зверомага градом морозных осколков. Они натолкнулись на стену пламени и только зверомаг перегруппировался, широко расставив лапы для контратаки. Как его схватил Дарко, схватил и получив сильный ожог, кинул зверомага в сторону лабораторного стола.

Плутон больно ударился о стенку над аквариумом, второй раз за день у него перед глазами рассыпались звёзды. А потом он плюхнуся в жидкую магию.

При первой же попытке вдохнуть, лёгкие заполнились эфирной субстанцией, не содержащей воздух. Жидкая магия не могланикак навредить, но она не пропускала воздух. Плутону и в мысли не могло прийти что в ней можно захлебнутся. Он хотел сопротивляться, но звон в голове не проходил. Перед глазами мерцала радуга и медленно темнело.

- “Я словно в страшном сне…”

Из стены с грохотом вылетели камни. Стены родового поместья содрогнулись, с потолка посыпалась пыль. Сакстон в ужасе посмотрел на брешь в стене и приготовился защищаться. Перед брешью из серой пыли собрался Альбертли. Он был в бешенстве.

В таком состоянии его невозможно было узнать. Добрый и трусоватый, он выгнул грудь колесом и согнул пальцы на руках, приготовившись складывать комбинации.

Сакстон, сгорбленный и лохматый, потерявший в пылу драки ленту держащую свои волосы, выровнялся и встал, напротив. В стену, за спиной Альбертли последовал очередной удар, выбивший из стены пару камней.

— Всё Сакстон, твоя афера закончена, скоро тут будут инквизиторы!

— Да пошёл ты! — Ругнулся потомок рода Гумбольдтов и хотел бежать, телепортировать, но не смог, посмотрев в глаза Альбертли. — Ты ведь не дашь мне просто уйти? Верно? — Спросил он зло оскалившись.

Альбертли метнул в него шаром с молниями. Сакстон поймал его рукой и шар взорвался, молнии ушли в пол. Засмеявшись он размахнулся и ударил в ответ, широкий луч попал в щит Альбертли и отлетел вверх.

Маги принялись обмениваться магическими ударами, Альбертли приближался в упор. Сакстон не бил ударами слабее семи рун, Альбертли с трудом блокировал. Но силы быстро покинули Сакстона, он посмотрел в сторону, желая зачерпнуть из своего аквариума жидкой магии, однако замер в удивлении.

Разозлённый Альбертли подошёл в упор, пробил защиту его робы и ударил в живот кулаком.

Потомок рода Гумбольдтов сложился пополам и одной рукой выставил барьер от очередного кулака Саронского. Альбертли создал пробивающие щит чары и ударил Сакстона в ухо…

С грохотом разлетелся аквариум с жидкой магией, Альбертли уже сложил комбинацию чтобы вырубить Сакстона но посмотрел туда. На лабораторном столе сидел огромный котообразный зверь, зло зарычав, он прыгнул и сбил с ног Дарко.

Дарко тем временем держал в руках, стул, которым он хотел ударить Альбертли, но теперь стул понадобился ему уже для защиты. Плутон всего второй раз за жизнь сумел перейти в боевую форму зверомагов и сам был в шоке от проснувшейся мощи. Трёхметровый зверь легко выбил из рук бедного ученика стул и как мышонка сбив его с ног, прижал к полу.

Сакстон пришёл в себя, держа руку Альбертли и резко согнулся, перебросив Саронского через себя. Альберли упал на плечо и перекатился от удара молнии, адреналин перекрыл боль. Телекенетическим ударом он отбросил от себя Сакстона и не опираясь на руки вскочил. Сакстон при падении ударился головой о ковёр, но тоже быстро поднялся не до конца придя в себя. Альбертли схватил его за грудь левой рукой и ударил под дых.

Сил для магического боя у него не осталось. Бой магов окончательно превратился в какую-то уличную драку.

Наконец, стена, пробиваемая осадным орудием инквизиции, рухнула и туда, отряхнув свой красный плащ, степенно вошёл старший офицер и несколько оперативников инквизиума.

Насмотревшись как один потомок древнего рода, выбивает пыль из другого в честном, кулачном поединке скомандовал:

— Саронский! Живолесный! Руки по швам! — Он не мог без улыбки смотреть на эту драку. Мальчишки, выросшие на улице и то, лучше дрались.

Альбертли подпрыгнул от окрика и отступил назад, отпустив бордовую робу. Оперативники немедленно скрутили Сакстона. Но подойдя к Плутону немного растерялись.

— Господин зверомаг, не могли бы вы принять более привычные размеры? — Офицера казалось ничего не могло смутить.

Плутон покорно убрал лапу с распластанного тела ученика и “сдулся”.

— Ну?! И где пленённая колдунья? — Громко крикнул он, так, что эхо прокатилось по всему трёхэтажному залу.

— Господин офицер, вот она! — Инквизитор указал на кровать. Тем временем в зал приходили всё новые и новые оперативники.

Нашедший Аннику офицер протянул руку к диадеме.

— Руки прочь! — Воскликнул командир. — Она проклята. — Он подозрительно сощурил взгляд, обернулся и поднял за грудки нагло ухмыляющегося Сакстона. — Ну? Как снять защитные чары?!

— Их могу снять только я, отпустите меня и отойдите. Любой, кто коснётся диадемы — станет пеплом. — Нагло сказал Сакстон. Командир отряда сложил руки на груди и нахмурился.

— Вам, Сакстон, предстоит усвоить много уроков, в самом ближайшем будущем. — Сухо сказал он.

— Угу, Пеплом… — Проворчал Альбертли, схватил метёлку и её черенком осторожно скинул с головы Анники артефакт подавляющий разум. Метёлка действительно рассыпалась, но камень в диадеме погас и драгоценный артефакт запрыгал по полу, гремя как жестяная тарелка.

Девушка глубоко вздохнула и поднялась, обведя всех собравшихся мутным взглядом.

— Гуррон… — Ругнулся Сакстон. Командир усмехнулся.

Анника, встала на ноги и покачнулась. Осмотрев свои руки, одежду, она нетвёрдым шагом подошла к Гумбольдту, которого по-прежнему держали инквизиторы. Альбертли неуверенно пошёл следом, его девушка словно не заметила. Несколько секунд смотрела на Гумбольдта и с размаху влепила ему пощёчину. Ближайший инквизитор хотел отстранить её, но Анника вздёрнула нос и сверху вниз посмотрела на Сакстона.

— Вы хотите сделать заявление, Госпожа Стэллос? — Спросил старший инквизитор, подняв бровь.

— Да! Этот негодяй… — Она указала на Сакстона. — …Подавил мою волю артефактом и пытался через меня узнать секреты Альбертли Саронского.

— Хм, ладно, я достаточно увидел и услышал, уведите. — Старший инквизитор сложил руки на груди и зло посмотрел на Гумбольдта. Оперативники принялись за работу, они начали собирать одежду, инструменты, расталкивать всё по мешочкам. Двое державших Сакстона телепортировали вместе с ним.

— Теперь к вам, господин Плутон. Вне зависимости от хода дела, вы виновны в проникновении на чужую территорию. Учитывая, что без вашего прямого вмешательства мы бы пару месяцев могли стоять у входа в особняк, я постараюсь ходатайствовать в вашу пользу.

— Я знаю законы. Разве нельзя это подвязать к праву на защиту друзей и близких, попавших в беду? — Спросил Альбертли.

— Можно, но это начинает работать только если они вас сами попросили. — Парировал инквизитор.

— Я же просила! — Вдруг влезла Анника. — Сны которые я насылала на Альбертли.

— Эм… — Растерялся Альбертли. Плутон тоже задумался. То, что Анника просила Альбертли о помощи, упомянуть надо было. Но то что она являлась ему во сне в виде жутой чёрной фигуры…

— Через сны? Первый раз слышу. — Удивился инквизитор. — Это как?

— Древний ритуал рода Стэллос. Входит в наше наследие и задокументирован, можете проверить. — Анника самодовольно улыбнулась, но тут обратила внимание на своё платье и улыбка сменилась удивлением.

— Я кажется знаю, — подсказал Альбертли. — Это видоизменённая магия созыва клана. Во время действия этой магии, окружающие обладатели магических способностей будут слышать зов. Её вроде со времён магических войн не использовали. А у Стэллос был свой, несколько изменённый алгоритм, — Альбертли припомнил подробности и покраснел.

— Суд разберётся. — Пожал плечами инквизитор и ушёл раздавать команды.

Анника уже скривив лицо смотрела на цвет платья, в ярком свете оно отливало розовым. — Где моё любимое фиолетовое платье?! Откуда это розовое убожество?! — Вещала она.

Пока Анника психовала из-за цвета одежды. Альбертли огляделся, оперативники — шустрые ребята, они кажется собирались разобрать дом на стройматериалы. Двое из инквизиторов уже ссорились, надо ли забирать кровать. Один из них сноровисто подобрал с пола носок и сунул в мешочек с надпиьсю: “Вещественное доказательство, может быть опасно”.

— Что? Носок тоже опасен? — Улыбнулся Альбертли.

Но инквизитор отогнул край своего плаща, и маг увидел, что у него этими мешочками забиты все карманы, но остались только с надписью “может быть опасно”.

Анника смирившись с цветом одежды, повисла на шее Альбертли.

— Альбертли, я… — Начала она.

— Кхгм… Альб, не хочешь мне ничего сказать? — Оборвал Аннику Плутон.

— Да… Анн, это Плутон, вы с ним не встречались. — Начал Альбертли, освободившись от объятий. — Но ты видела его. Он вытащил нас, он рисковал своей шкурой и полез сюда. Я очень ему благодарен и извиняюсь за то, что отказался его слушать… Ты этого хотел, чудовище волосатое?

— Сойдёт. Да, пришлось порисковать, но это место не самое опасное место из тех которые мне пришлось посетить. — Улыбнулся Плутон.

— Ты ещё где-то был? Влез куда-то?

— Да так, потом расскажу. — Отмахнулся зверомаг.

Инквизитор наконец решил куда отправлять вещдоки. И встал, уперев руки в бока, только он хотел начать, как раздался страшный грохот. Занавеска, которая скрывала коридор от большого зала сорвалась и из-за неё хлынули остатки пола третьего этажа.

Инквизиторы засуетились рядом с завалами, принялись перекликаться. К счастью никого не завалило, они ещё не успели зайти в ту часть поместья.

— Вот чума… Кажется дом не выдержал нашего тарана. Господа, Альбертли, Плутон. Можете быть свободны, вас вызовут повесткой. Анника, вам придётся пройти с нами в медблок академии.

Анника вновь бросилась на шею Альбертли и поцеловала его.

— Увидимся… — Сказала она. Старший инквизитор взял её за руку и вывел в пролом на улицу. Альбертли моргнул и их уже не было.

Когда начальник покинул площадку, инквизиторы сразу перестали имитировать бурную деятельность и замедлились раза в три.

— Ну и нам пора. Пошли, дружище. — Альбертли подставил плечо, Плутон запрыгнул на него. Они вышли в пролом, проделанный осадным орудием. Само орудие, напоминающее огромное ведро на боку уже унесли.

Как только маги оказались за пределами защиты дома, Плутон телепортировал их обоих из этого старого поместья. Отдых продлился недолго, старший инквизитор вновь появился и подошёл к оператору осадной машины, по-совместительству командиру штурмового взвода, который занимался разборкой устройства. Рядом околачивался и старался не показываться на глаза отряд штурмовиков.

— Какого Гуррона, Клейн? Что это было?

— Я не отдавал приказа на штурм. Может я и струсил, но всё указывает на то, что мои штурмовики могли лишиться жизни за секунды.

— Нет, это я понимаю. — Нежиданно ответил командир. — Я спрашиваю что это было такое?! Почему три вчерашних выпускника академии выдавали мощи больше, чем архимаги? Бой выглядел нелепо, но… откуда эта мощь?

— Я думаю это всё жидкая магия. — Сказал Клейн, показывая пальцем на разбитый аквариум. — Когда аквариум разбился, ингибитор чуть не расплавился. Оттуда они и черпали свою силу.

— Если шестирунные маги начнут швыряться фаерболами, мощнее чем архимаги, мне на этой работе больше делать нечего. — Покачал головой старший инквизитор. — Я доложу об этом Тайлону.

После того как Анника дала показания и прошла короткую терапию в больнице академии, она решила отправиться к Плутону, чтобы поблагодарить его лично. Она никогда не была у Альбертли, но как телепортировать в деревню Сырая она знала. Прежде чем отправиться в башню она решила прогуляться по деревушке.

Её не покидало лёгкое ощущение что вскоре эта деревушка станет её владениями, и она внутренне улыбалась этой мысли… Нет, на самом деле деревни не были собственностью магов, и не принадлежали древним родам. Но, по-факту, немножко…

От вдохновлённых мыслей о замужестве её отвлекла какая-то девчонка, которая широко раскрыв глаза, пялилась на неё, стоя на окраине рыночной площади. Тем самым сама привлекла внимание Анники своим внешним видом. Вид у девушки был растерянный, одежда — необычной, а внешность… Анника решительно направилась к ней.

— Эй, кто ты такая? Ты выглядишь будто спешила в школу и тебя сбил грузов…ой дилижанс, и вот ты в ином мире.

— Я… Никто, я просто, из деревни. — Акцент девушки накинул на неё ещё больше подозрений. — Мне нужно идти.

Странная девушка ловко извернулась и почти бегом побежала в переулок между деревенскими домиками. Анника прищурившись посмотрела ей вслед и вдруг широко улыбнулась. Это была не милая улыбочка, которую она обычно дарила Альбертли, это был хищный оскал Стеллос, учёной, врача!

Камита пробежала через переулок, глядя назад и влетела головой в Аннику. Та сумела поймать её голову в сантиметрах от своего живота.

— Стой, стой. Я наверное тебя напугала, извини. — Защебетала Анника сладким голосом. — Я потомок древнего рода, как ты уже наверное поняла. Но ты, ты же эльфийка, верно? Что ты делаешь здесь? — Камита победила робость и страх и вымолвила:

— Я пришла в эту деревню чтобы увидеть Альбертли Саронского!

— Зачем он тебе? — С подозрением сощурилась Анника. Червячок ревности зло укусил её где-то под солнечным сплетением.

— Я хочу, я хотела… присоединится к нему в его исследованиях. — Взгляд Анники начал её пугать. Вдруг Анника широко распахнула глаза и улыбнулась.

— Как хорошо! А я его девушка! Мы встречаемся, а ещё я учёный и очень хотела бы изучить тебя как следует! Эльфов на Полактосе не видели тысячи лет! Если ты будешь жить с нами то я смогу плотно заняться исследованиям! С твоей помощью я напишу сотни трактатов! Я буду показывать тебя на большом совете как представителя давно потерянного народа и… стой, куда ты? — От озвученных перспектив Камита кинулась наутёк. Анника звонко засмеялась ей в след…