Непрошеный Купидон иногда хуже татарина!

Диана Рымарь

«Я люблю тебя!» — хотелось прорычать Авику каждый раз, когда смотрел на жену лучшего друга.

Вот и сегодня, как только зашел в дом, увидел Аню, сразу во рту началось активное слюноотделение, а сердце забилось с утроенной силой.

Жаль, Ани не было в его далекие восемнадцать, тогда он стопроцентно откосил бы от армии с ее помощью: влегкую записали бы сердечником. А так оттрубил свое. Потом отслужил некоторое время в органах и теперь, в свои тридцать, трудился в службе безопасности.

— Привет, Авик, — сказала Аня с улыбкой, поправила свои пушистые светлые кудри и подставила щеку для поцелуя.

Он весь подобрался, аж задышал чаще в предвкушении самого приятного за весь вечер мига. Чуть приобнял дорогую Анечку, нарочито медленно прикоснулся губами к ее нежной, бархатной щеке.

И мир замер.

На короткую секунду, пока длился поцелуй, все остальное отошло на задний план, а потом и вовсе исчезло, растворилось, словно и не было. Губы привычно обожгло от прикосновения к коже любимой. В ноздри проник аромат ее апельсиновых духов, в голове зазвенел ее голосок.

— Проходи, пожалуйста, гости уже собрались, — проговорила Аня, отстраняясь.

Слишком быстро отстранилась — до обидного быстро. Он еще не насладился, и близко свою норму не добрал.

Когда Аня сделала шаг назад, Авик почувствовал себя так, будто его обокрали, а точнее конкретно так недодали ее внимания. Ведь понятно, что сейчас милая девушка отойдет от него, займется другими гостями. Его время с ней вышло.

Он насупил кустистые черные брови, стремясь скрыть досаду.

— Где твой муж? — спросил, пригладив коротко стриженную черную шевелюру.

Ее муж и по совместительству его лучший друг Тигран Мурадян появился в прихожей совершенно неожиданно.

— Привет, что стоишь на пороге? — спросил Тигран с широкой улыбкой, приобнял Аню и указал в сторону гостиной: — Проходи, проходи…

Авик прошел в дом и уже там вручил другу увесистую коробку в синей оберточной бумаге.

— Поздравляю с годовщиной!

— Ого, тяжелый! — усмехнулся Тигран. — Что там?

— Узнаешь… — протянул Авик с улыбкой.

— Спасибо, спасибо!

В коробке лежали медные шахматы ручной работы. Весили они более двенадцати килограммов, а красоты были такой, что Авик и сам с удовольствием в них играл бы каждый день.

Безумно дорогие, каждая фигурка практически на вес золота, даром что медная.

Все лучшее — друзьям, которых полюбил как родную семью. Аня — главная любовь его жизни, ее четырехлетняя дочь Лейла, крестным которой Авик стал. И Тигран. Лучший друг, начальник, который не раз и не два спасал ему жизнь. С кем трудился бок о бок уже несколько лет. Кого безмерно уважал.

Авик очень старался разлюбить Аню.

Что только не придумывал за последние пять лет. Месяцами не наведывался в гости, ездил в бесконечные командировки, работал до беспамятства. Изнурял себя в спортзале, соглашался на самые опасные задания. Но ничего не помогало.

Будь на месте Ани кто другой, может у него и получилось бы. Но ангела-то как разлюбишь?

Аня же внешне ангелом и была — стройная белокурая девушка с самыми голубыми на свете глазами. К тому же молода — на целых восемь лет младше. Сколько Авик себя помнил, всегда рисовал в голове именно такой образ идеальной женщины. А когда впервые увидел, аж глазам своим не поверил.

И черт бы с той внешностью. Мало ли на свете красивых девушек. Но Аня и в душе ангел. Нежная, ранимая, трогательная… Такая, как Авик всегда хотел.

Жаль, не видать Авику никогда такой женщины, как Аня.

Все почему? Рожей не вышел.

Тигран, тот да — симпатичный, высокий, широкоплечий. А Авик… Широкоплечий, да, мускулистый, но на этом плюсы заканчиваются. Ростом жалких метр семьдесят пять, зато еще в детстве отрастил знатный нос, гордость семьи Зурабян. Разве такая звезда, как Аня, посмотрит на него, как на мужчину? Да никогда!

И ладно бы Авик только рожей не подошел, ведь есть и другие способы влюбить в себя женщину. Но Аня любила своего Тиграна. Втиснуться в эту семью, разломать ее означало бы одно — сделать девчонку несчастной. А он никогда не хотел для Ани плохого. Поэтому любил Аню молча, издалека.

Если Ангелу хорошо с ее мужем, значит и его все устраивает. Не полезет он рушить семью, хотя самому уже давно хотелось лезть на стенку от желания украсть девчонку.

Когда Авик прошел в гостиную, там уже было полно народа.

Тигран во всеуслышание заявил:

— А теперь подарок для моей любви!

С этими словами исчез из комнаты, а потом появился с огромной коробкой, обернутой золотистой лентой. Поставил перед Аней на стол, указал на нее:

— Открывай, любимая.

Ангел вздрогнула, вопросительно посмотрела на мужа.

— Что тут? — спросила с опаской.

Авик ее опаску понял…

Еще бы не понять! Чуть больше года назад Тигран умудрился подарить жене на один из праздников тест ДНК их дочери, где значилось, что не он отец. Ох и бурное тогда у них началось выяснение отношений. Почти дошло до развода, но пара все-таки помирилась. Авик даже помог этому случиться, хоть и было безумно больно. А все потому, что лишний раз убедился в том, как сильно Ангел любила Тиграна.

— Не бойся, милая, — сразу принялся расшаркиваться перед женой Тигран, видно понял ее опасения. — Тебе точно понравится, я клянусь!

Аня выдохнула с облегчением, открыла крышку, а внутри оказалась белая норковая шубка.

— Пусть греет тебя, как ты греешь мое сердце, милая! — проговорил Тигран.

А потом Авик наблюдал, как друг целует жену. Наблюдал и зеленел от ревности, зависти, досады. И ничего с собой поделать не мог.

Ужин прошел как в тумане. Авик с кем-то здоровался, о чем-то беседовал, что-то ел. А губы до сих пор горели от невинного поцелуя в щеку, сердце ныло, до синяков настучавшись о грудную клетку, мозг твердил: «На кой черт ты себя мучаешь, придурок?»

Вечер шел своим чередом. После обильного ужина Аня, Лейла и несколько других женщин с детьми вышли танцевать.

Авик остался сидеть за столом, глаз не мог оторвать от своего Ангела, любовался ее плавными движениями, грацией.

Может, зря помогал Ане и Тиграну сойтись? Может, не стоило? Взял бы да хоть раз позаботился о себе, о своих чувствах. О, что это за счастье было бы — справить годовщину с Аней в объятиях.

Не заметил, как ближе к нему подсел Тигран, зато услышал его насмешливый голос:

— Дружище, если бы я тебя не знал, подумал бы, что ты влюблен в мою жену.

Авик замер, гадая — неужели все настолько очевидно? Ведь столько старался, скрывал.

«Да, я в нее влюблен! — зло зашипел он про себя. — Давно и бесповоротно. И что мы с этим будем делать?»

Когда почти все гости разошлись, а Тигран устроился играть в шахматы с Авиком, Аня принялась потихоньку убирать со стола.

— Анюта, тебе помочь с уборкой? — предложил Сашка, ее давний школьный друг, с которым она некоторое время назад возобновила связь.

— Конечно, — кивнула она.

Посуды-то было ого-го, и все ей одной.

— С чего такое рвение к чистоте? — решила она уточнить.

— О, есть очень интересная тема для разговора, — усмехнулся он.

Конечно, просто так секретничать с мужчиной Аня ни за что не стала бы. Будь он хоть десять раз ее школьный друг. С таким-то мужем, как Тигран, это было в принципе невозможно. Ей не разрешалось дружить с мужчинами, тем более такими привлекательными, как Сашка. Он, прямо как она, — блондин с голубыми глазами, к тому же с прекрасной фигурой.

Однако Сашка не по девочкам, и Тиграну это было великолепно известно. Поэтому с ним единственным Ане можно было общаться спокойно. Без страха вызвать ревность мужа.

В четыре руки они гораздо быстрее убрали со стола в гостиной. Аня загрузила посудомойку, предложила Саше:

— Чаю?

Тот радостно кивнул, в ожидании уселся за столом на кухне.

Аня схватила пузатый прозрачный чайник, насыпала туда несколько щедрых щепоток чая, залила чуть остывшим кипятком. Села рядом с другом.

Сашка уже чуть не подпрыгивал на месте от нетерпения.

— Ну выкладывай, что там у тебя, — проговорила она.

Друг многозначительно хмыкнул, поиграл бровями и спросил:

— Скажи-ка мне, Эн, где твои глаза?

— В смысле? — не поняла она.

— Я вот у вас на празднике впервые, а уже заметил, что у тебя среди гостей поклонник…

— Какой такой поклонник? — удивилась она.

— Друг твоего Минотавра глаз с тебя не сводит, ты разве не замечала?

— Авик? — удивилась Аня. — Да ты что? Глупости. Он просто очень вежливый, обходительный…

Сашка покачал головой и замогильным тоном произнес:

— Он тебе брак угробит. Вот увидишь…

— Ты что? Не говори так! — Аня сделала большие глаза. — С чего бы он гробил мой брак? Да и как? Между нами ничего нет…

— Так уж и нет? — Саша прищурил один глаз.

— Совсем нет! — развела руками Аня. — Ты, наверное, ошибся, неправильно понял, потому что я повода не давала и не замечала…

— Ха! Я тебе сейчас покажу, как я «ошибся»!

Саша достал из кармана телефон, стал показывать Ане видео.

Он снимал, как Аня танцевала с маленькой дочкой Лейлой и другими мамами с детьми. А потом заснял реакцию зрителей. Тигран смотрел на танец жены с дочкой с веселой улыбкой. Остальные и вовсе едва обращали внимание.

А вот Авик…

Авик наблюдал за Аней, как лев из укрытия. Будто собирался броситься вперед. Стремительно и резко, не давая добыче ни единого шанса улизнуть. Именно такая картина нарисовалась у Ани в голове, когда она увидела выражение его лица.

— Это еще ничего не доказывает, — махнула она рукой. — Может, он на кого другого смотрел…

— Ага, — хмыкнул Саша. — На кого, не подскажешь?

Аня еще раз прокрутила запись танца с гостями и детьми. С ней рядом крутились Аза и Зара.

При всем желании Аня не могла назвать этих женщин красивыми. Сильно располневшие, одна после вторых родов, вторая после третьих, они довольно неуклюже перебирали ногами и очень вряд ли могли вызвать интерес со стороны Авика. А значит…

— Тебе ли не знать, какой у тебя Минотавр ревнивец, — развел руками Саша. — Вон какую сцену закатил тебе на прошлую годовщину, помнишь? Вообще не знаю, как ты ему все простила… В общем, я бы на твоем месте решал проблему, и срочно!

У Ани вырвался нервный смешок.

— Ты простой такой. Как же я, по-твоему, должна решать проблему?

Сашка усмехнулся и посоветовал:

— Жену ему найди. Тогда и пялиться на тебя перестанет. И муж твой не заревнует.

— То есть как жену? — Левая бровь Ани поползла вверх. — Я тебе, по-твоему, кто? Великая вершительница судеб?

— Было бы желание, — очень по-женски махнул рукой Саша. — Найди ему какую-нибудь симпатичную подругу, а то чего он ходит неженатый? Вроде ничего такой, симпатичный…

— Не заглядывайся на него, он твоего интереса точно не разделит, стопроцентный гетеро, — покачала головой Аня.

— Ха, — Саша надменно скосил глаза в сторону. — Больно нужен мне этот стопроцентный гетеро. Я ж говорю — подругу ему найди. А то чего он ходит к вам один, конечно будет на тебя заглядываться, слюни пускать. Оно тебе надо драконить твоего Минотавра?

— Я и правда не пойму, с чего он все время один, — пожала плечами Аня.

Авик, на ее взгляд, был мужчина весьма достойный. Она хотела ему личного счастья и детей. К тому же он вполне себе симпатичный, настоящая находка для любой свободной девушки. Еще он состоятельный, с правильными жизненными понятиями.

— Есть у тебя на примете незамужняя подруга? — спросил Саша. — Хорошенькая какая-нибудь… Пригласила бы ее к себе, и Авика. Познакомила, всего дел.

— Незамужняя подруга? Хм-м-м… — задумалась она. — И какую подругу я ему должна предоставить? Откуда я знаю, кто может ему понравиться?

— К счастью, мы знаем его вкусы.

— И какие у него вкусы? — спросила Аня, насупив брови.

— В зеркало глянь и увидишь подходящую девчонку.

— Ты на меня намекаешь? — Аня закусила губу.

— Именно! Ты, дорогуша, в доску в его вкусе. Надо найти ему кого-то похожего. Маленькую блондинку, чтобы, как ты, кудрявая, костлявая…

— Я не костлявая, — Аня стукнула Сашу по руке. — Я очень даже с изгибами.

С этими словами она поправила ворот платья, облегающего довольно аппетитную грудь. Пусть размер невелик, зато форма красивая.

— Вот да, точно, — кивнул Саша. — С изгибами найди.

— Где же я ему такую найду? — развела руками Аня. — У меня и подруг-то…

Честно сказать, после брака она растеряла связь со всеми подругами, ведь уехала из родного городка еще в восемнадцать, вышла замуж. В свои двадцать три новыми подругами не обзавелась, потому что была слишком занята семей. Максимум — жены друзей мужа. Но они все замужем.

Тут вдруг обоим в головы пришло одно и то же имя, точнее прозвище:

— Незабудка! — проговорили они одновременно.

— А что? — развел руками Саша. — Классный вариант. Скромная такая, хорошая девчонка была в школе. Красивая пипец, на тебя похожая…

Аня кивнула:

— Точно! И волосы, и глаза, мы даже почти одного роста. Она чуточку ниже. Хотя куда уж ниже, я и так мелочь…

— Наш мачо с орлиным носом — не великан, ему же лучше, — подметил Саша.

Авик и вправду был не очень высок.

— Интересно, где она сейчас? — хмыкнула Аня.

— Чего легче, сейчас узнаем, — заверил ее Саша и с гордым видом сообщил: — У меня в друзьях весь наш класс.

И открыл соцсеть.

Очень скоро Аня с Сашей нашли страницу Незабудки, точнее Виктории Незабудкиной. В честь цветка ее прозвали из-за фамилии и необычно голубого цвета глаз.

Открыли детали и приуныли.

Мало того что место работы у нее значилось в Санкт-Петербурге, так она была еще и замужем.

— Облом, — протянула Аня разочарованно.

— Полный, — тяжело вздохнул Саша.

Но неожиданно аккаунт школьной подруги стал меняться.

Во-первых, семейное положение «замужем» сменилось на «все сложно», а потом и вовсе на «одинока и счастлива».

Во-вторых, свадебные фото, какими пестрел ее фотоальбом, начали исчезать.

— Интересно, что там у нее происходит? — задумчиво спросил Саша.

Ане тоже было очень даже интересно знать, что ж там с ней стряслось.

Тем злосчастным вечером Вика даже не догадывалась о том, что ждет ее дома.

Шла на негнущихся ногах, слишком уставшая на работе.

Желудок противно урчал, пока поднималась по лестнице многоэтажного дома. Лифт опять не работал. Этот засранец периодически ломался, причем в самые неподходящие моменты. Оно и неудивительно, учитывая, в каком доме они с мужем купили квартиру. Мягко говоря, не люкс, но на что хватило, то и купили.

Подрагивающими от усталости руками Вика отперла замок, зашла в прихожую.

Откинула с лица белокурую прядь волос, поставила сумочку на обувницу, стала разуваться. Неожиданно услышала из кухни чье-то хихиканье. Тонкое такое, противное. А следом гогот, который явно принадлежал ее мужу Владу.

Внутри у Вики все похолодело.

Она нервно сглотнула, пошла прямиком на кухню.

И обалдела от представшей перед ней картины.

Абсолютно голый муж и голая же девица сидели на ее кухне, ужинали как ни в чем не бывало.

Муж, здоровенный детина с чубом светлых волос, будто бы не заметил появления Вики. Он усиленно орудовал ложкой, его подруга, совершенно не стесняясь, подкладывала себе в тарелку салат. Викой приготовленный, между прочим!

Они ели ее продукты.

Вика без труда узнала контейнер с пловом, который вчера готовила до часу ночи, салат Цезарь, за продуктами для которого, ездила на днях.

Влад даже не потрудился заказать для себя и любовницы ужин. Правильно, зачем, когда есть приготовленная ею еда.

Жена-клуша и приготовит, и приберет. И денег на продукты заработает… Так он думал, что ли?

— Влад, ты совсем обалдел? — завизжала Вика, не узнавая собственный голос.

Он посмотрел на нее как ни в чем не бывало. Во взгляде так и читалось: «А че такого?»

Голая мадам с черными патлами и четвертым размером груди поспешила прикрыть срам Викиным кухонным полотенцем с гусями. Она подскочила с места со вскриком:

— Ой!

Влад же ничуть не смутился, посмотрел на Вику, как на существо, сильно мешающее ему наслаждаться вечером.

Ну еще бы, у Вики-то совсем не бидоны в лифчике, а так, в лучшем случае персики. И вообще, в сравнении с этой девицей Вика худовата, низковата, в общем не дотягивала.

Но это, черт подери, ее кухня.

— Вон пошли из моей кухни! — закричала она что было сил.

Голая девчонка аж подпрыгнула от ее крика. Но не муж, он и ухом не повел.

— Да не парься, — буркнул он любовнице.

Вальяжно встал, вытер салфеткой рот. Швырнул эту салфетку на тарелку, взял под локоть девчонку и увел.

Однако ушли они недалеко.

Вика вздрогнула, услышав, как хлопнула дверь в спальню.

Обалдело опустилась на стул и тут же вскочила, вспомнив, кто здесь совсем недавно сидел. Голый…

Обозрела беспорядок, который творился на кухне, и прикрыла рот ладонью. Это что? Она типа должна за ними еще и прибрать? После всего?!

Нет, она не будет!

В душе у Вики поднялась такая дикая злость, что она готова была задушить благоверного собственными руками.

Разум на какое-то время вышел погулять, уступив место истерике.

Вика метнулась в коридор, к двери спальни, которая была благоразумно заперта.

Принялась стучать в нее кулаком и голосить:

— Пошли вон из моего дома!

Однако никого своими криками не напугала.

Через минуту дверь открылась, и в коридоре показался муж. Слава богу, уже не голый, хотя трусы вряд ли считались достойным нарядом в данной ситуации.

— Пошел вон из моего дома и шалаву свою забери! — запыхтела Вика с горящим взглядом.

— Рот закрыла! — гаркнул он на нее. — Я сегодня с гостьей, а ты как-то это переживи. Будешь борзеть, я тебя сам выставлю, поняла?

С этими словами он резко потянулся к Вике, развернул ее на сто восемьдесят градусов и пихнул в спину.

Вика не упала только потому, что держалась на лютой, всепоглощающей ненависти.

Страшно подумать, в какое дерьмище превратилась ее жизнь, еще недавно казавшаяся сказочной.

А как все начиналось…

Конфетно-букетный период, от которого Вике прочно снесло кукушку. Все эти пикники на крыше дома, где Влад снимал квартиру. Прогулки по городу за ручку. Тонна лапши, которую он умело развесил на ее ушах.

Свадьба…

Пусть без гостей, но очень романтичная — в костюмах из театра, где Влад играл на тот момент.

Потом свадебное путешествие к морю, в коттедж его близкого друга. Романтичное приключение, полное жаркого секса, больших чувств, обещаний, надежд.

Но после, как водится, начались серые будни… И много удивительных открытий о собственном, на тот момент горячо любимом, супруге.

А впрочем, для того чтобы годно рассказать эту историю, нужно начать с истоков.

«Не потопаешь, не полопаешь», — все детство говорила Вике мама, вручая ведро и половую тряпку.

«Жизнь без труда — воровство», — внушала ей бабушка, заставляя полоть огород и собирать картошку, когда Вика приезжала к ней на лето.

«Без труда не выловишь и рыбку из пруда», — глаголал дедушка и требовал, чтобы Вика идеально смахивала пыль с многочисленных книг из его библиотеки. Это в моменты, когда ей так хотелось погулять с подружками.

В общем, с самого детства Вику воспитывали так, что если вдруг она на секундочку прекратит вкалывать, то в ту же секундочку помрет с голода, потому что… Ну вот просто потому.

Так воспитывали ее и пятерых братьев и сестер, которых умудрилась нарожать вне брака ее плодовитая мама.

Поэтому единственное, о чем Вика всю жизнь мечтала, — собственный угол, где она сможет спокойно жить, и никто не будет клевать ей мозг.

Голубая мечта о своей квартире, ремонте и спокойной жизни воодушевила Вику на подвиги. Вооружившись мудрыми поговорками родственников, она принялась за дело.

Поступила в Питерский вуз, что казалось ее родственникам почти нереальным достижением, и укатила из маленького южного городка в северную столицу России.

Вика не просто училась, а вкалывала на трех работах, для того чтобы отложить денег на первоначальный ипотечный взнос. Учась на факультете иностранных языков, она не гнушалась ничем. Писала контрольные, курсовые, ходила по репетиторствам, преподавала язык в вечерней школе, подрабатывала на выходных официанткой.

После того как Вика закончила университет, ее трудовая деятельность только расширилась. Где она только ни работала, как только ни старалась лишь бы добиться своего.

Денег почти не тратила — лишь минимум на еду и одежду, жила с девчонками в общежитии. Что угодно во имя экономии.

И наступило счастье. Пять лет каторжного труда окупились сторицей. Ей удалось накопить приличную сумму, такую, что хватило бы на первый взнос, даже кое-какой ремонт, мебель.

Тогда же Вика познакомилась с Владом.

Молодой перспективный актер, играющий в любительском театре, произвел на нее сильное впечатление. Холеный широкоплечий блондин мог свести с ума кого угодно, но предпочел скромную Вику, совсем не избалованную мужским вниманием.

Встретившись с Владом, она окунулась совсем в другой мир, полный чувств и неземных удовольствий.

Он показался ей идеальным. Кроме того, таким же трудягой, как и она, ведь, кроме игры в театре, преподавал актерское мастерство в колледже.

Влад очень поддерживал ее морально, говорил, какая она умница и как ученики ее обожают. Никогда не обижался, если из-за обилия работы ей приходилось переносить свидания.

Они поженились, взяли двушку в ипотеку, и…

Влада уволили из колледжа за вопиющее нарушение этики. Точнее, страшную подставу, как он утверждал. Ведь разве он мог в здравом уме распивать со студентами на кафедре горячительные напитки? Поклеп! И ни с какой женой декана он не зажигал, у него, вообще-то, своя жена есть, умница и красавица, а не та крокозябра, которая заведует бухгалтерией и выписывает премии.

То, с каким возмущением Влад ей об этом рассказывал, убедило наивную Вику — он ни при чем.

Вика подумала, что пришел ее черед морально поддержать мужа. И она поддерживала, рассказывала ему, какой он гениальный и что у него все обязательно получится. Поддерживала и материально, временно взяла на себя взносы по ипотеке, покупку продуктов, коммуналку и… еще больше учеников, чтобы все это оплачивать.

Скоро работы у Вики стало столько, что даже в выходные она частенько трудилась до поздней ночи, ездила по ученикам. Потихоньку морально выгорала, но продолжала верить, что Влад вот-вот как пойдет, как найдет крутую работу… Он же преподаватель от бога, талантливый актер.

Но…

Он даже не пытался.

На собеседования не ходил, лечил депрессию обильной едой, десятичасовым сном, игрой в приставку, которую, как потом выяснилось, купил с ее кредитки. И в театре он больше не выступал.

— Творческий кризис, — так он это прокомментировал.

«Диванодав!» — вердикт подруг был неумолим.

Вика отказывалась в это верить. Ведь ее Влад такой талантливый, умный. Он не может быть никаким диванодавом. Ему просто не везет с работой, вот и все…

Но однажды она пришла с работы пораньше, потому что дико заболел живот. И увидела, как ее благоверный, вместо того чтобы мотаться по собеседованиям, сидит и преспокойно рубится в танчики. А ведь еще сегодня утром, когда она просила его пропылесосить квартиру, раз он все равно дома, Влад ей заявил, что никак не сможет, потому что у него целых три собеседования в разных частях города и вообще каждый час расписан буквально по минутам.

Увидев сие безобразие, Вика даже забыла про больной живот, предъявила Владу, что он — трутень. И что ему срочно нужно искать работу, если он хочет продолжать с ней жить.

— А зачем? Чего тебе не хватает? — спросил Влад абсолютно серьезно. — У нас ведь все есть…

У них и вправду было все необходимое для жизни. Квартира, за которую она платила, холодильник, который она забивала продуктами, бытовая техника, за которую она еще частично выплачивала кредиты. Теперь даже игровая приставка — и та была.

Живи да радуйся, Вика. И паши дальше. Одна. Пока не сдохнешь.

Романтично до жути.

В ту же секунду Вика вспомнила вбитое с детства утверждение: «Не потопаешь, не полопаешь».

Влад не топал, а значит и лопать за ее счет тоже не будет.

Очень деликатная и совсем не конфликтная Вика поначалу опешила от его наглости, а потом резонно заметила:

— Но у нас все есть только потому, что я вкалываю как лошадь!

— А ты что хочешь, чтобы я тебя содержал? — возмутился Влад. — Не знал, что женился на меркантильной стерве… Тебе не стыдно?

Челюсть у Вики отвисла практически до пола.

К тому моменту работящая пчелка так устала трудиться за троих, что ей уже было все равно, насколько Влад талантлив, хорош в постели и какие макаронные изделия у него в запасе, чтобы развесить ей на уши.

Вика взорвалась и пригрозила:

— Либо ты находишь работу, либо мы разводимся.

А Влад сказал:

— Давай!

И начался ад.

— Я тебя уделаю… — злорадствовал будущий бывший муж.

Развод бы ладно, его можно пережить.

Но вот раздел имущества…

Как оказалось, все нажитое в браке добро, делится сугубо поровну. И первый же адвокат, к которому обратилась Вика, доподлинно все объяснил.

Оно, может, в каких-то случаях и справедливо, что нажитое делится напополам, но в их конкретном случае разве можно говорить о справедливости? Она работала, копила, собирала, во всем себе отказывала. И половина квартиры ему? За какие такие заслуги? За игру в танчики?

Однако дальше больше. На первом же заседании суда вылезла ситуация и того гаже. Оказывается, это не Вика заработала на первый взнос, а Влад получил наследство и все это вложил в ипотеку. Каким образом он достал соответствующие документы, Вика не имела ни малейшего понятия. А потом… Оказалось, что и платежи совершал тоже Влад! Правда, непонятно, каким местом. И семью содержал, и коммуналку платил. А нехорошая Вика все заработанное тратила на себя.

Вот где Влад проявил все свои таланты актера, чуть не рыдал на суде горючими слезами. И, как ни странно, ему верили!

Голубая мечта Вики, драгоценная квартира, за которую она старательно выплачивала ипотеку, могла уплыть у нее из-под носа.

Кроме того, квартиру без полного погашения ипотеки даже продать было нельзя.

А жить в ней вместе с Владом стало настоящим кошмаром.

Он прекратил скрывать то животное, которое жило внутри него. Вел себя с ней по-хамски, даже хуже, чем с соседкой по общежитию. Ел ее продукты, пользовался всеми благами, какие тут были, и мотал нервы.

Однако девку сюда Влад привел впервые…

И как бы Вика ни относилась к мужу после всего, в груди у нее екнуло, да неслабо.

Обида душила хуже удавки.

Это что же? Это ей еще и его девок терпеть?

Не-е-ет! Она не будет!

Дорогие, любимые, хотите посмотреть поближе, как выглядит наша рабочая пчелка, Вика?

Вот она:

Вот он наш суперсекси мачо Влад:

Ну и с Авиком вы уже знакомы, а кто не знаком, тот в скором времени познакомится получше:

И красивый арт для книги:

Как вам визуал?

Вика совершенно точно не будет терпеть соседство с мужем, который еще и любовниц таскает домой!

Но делать-то что?

Что делать?

Ей уже хотелось кричать от бессилия. И в этот самый момент она услышала из спальни скрип кровати, потом очень характерный девичий стон, а затем и вовсе довольный рык Влада.

— Они там что, сексом занимаются? — прошептала она онемевшими губами.

Так и застыла от шока в гостиной, неподалеку от двери в спальню.

Вика не имела ни малейшего понятия, что предпринять.

Она ведь даже ворваться туда не может, потому что Влад запер дверь. Она отчетливо слышала щелчок. А впрочем, надо ли ей вообще туда врываться?

Кто Влад такой, чтобы Вика из-за него устраивала истерики?

Говнюк, который не стоит ни одной ее слезинки.

Она его видеть не хочет! Слышать! Нюхать…

Так взяла бы поганую метлу и…

К сожалению, не изобрели такой метлы, с помощью которой можно избавиться от мужа.

Единственный вариант на данный момент — уйти самой.

Как соблазнительна была эта мысль — больше не видеть его наглую рожу ни утром, ни днем, ни вечером. Не лицезреть, как он передвигается по квартире, лежит на диване, смотрит купленный ею телевизор, предварительно разорив заполненный ею холодильник. Свинячит ей назло, нервы мотает, еще и девок теперь водит!

Вике нестерпимо захотелось оказаться от всего этого ужаса подальше. Просто взять, собрать вещи и…

И тут до нее кое-что дошло: может быть, он только того и ждет, чтобы она съехала.

Неужели он вправду не нашел другого места, где потрахаться? Причем, прежде чем начать, сидел и ждал ее голый с этой патлатой ведьмой. Очень по-театральному.

Нет уж, Вика не дура. Она прекрасно поняла, что шоу для нее.

Ну а что? Жена свалит из квартиры и продолжит за нее платить, ведь она не захочет, чтобы ее отобрал банк, правда? А Влад тут будет делать, что захочет, преспокойно жить.

Классный план.

И жену выселил, и жилплощадь не потерял, чтобы было где в танчики играть и куда девок водить. Гениально!

Но фигу с маслом она уйдет из собственной квартиры.

Она на нее заработала.

Не насосала. Не подарили. А ЗАРАБОТАЛА!

Вика сбросила с себя оцепенение, пошла в ванную, включила холодную воду и принялась горстями плескать на лицо.

Очень хотелось смыть с души всю ту грязь, которой Влад ее облил.

Вика какое-то время постояла там и вдруг услышала, как скрипнула дверь в спальню. В гостиной раздались шаги, послышалась возня и… Хлопнула входная дверь.

«Неужели ушли?» — обрадовалась было она.

Но снова услышала шум шагов — уже у двери в ванную.

Вика замерла, ожидая, что Влад зайдет, но он не зашел.

Она осторожно выглянула из комнаты и обнаружила, что муж стоит напротив двери в ванную, одетый в джинсы и только. Светит своим холеным, накачанным торсом и изучающе на нее смотрит.

— Понравилось? — спросил он, хищно осклабившись. — Могу устраивать тебе такое шоу каждый день, хочешь?

— Мечтаю, — процедила Вика и посмотрела на него с ненавистью.

— Ладно, выдыхай, — вдруг сказал он, с усмешкой поджав губы. — Я с ней не трахался, это просто было небольшое представление для тебя. Чтобы ты поняла, что с таким успехом скоро окончательно меня потеряешь…

От последней фразы Влада Вика выпала в осадок.

Она что-то пропустила? Она должна отчего-то бояться его потерять?

— Дурить прекращай, — продолжил Влад как ни в чем не бывало.

— В чем же моя дурость? — поинтересовалась Вика с ошалевшим видом.

— Забирай заявление о разводе, будем жить как раньше жили. Без скандалов, раздела имущества, адвокатов этих лютых… Мой вот бешеных бабок стоит, а твой?

— Ты нормальный вообще? Ты только что привел к нам в дом какую-то девку…

— Говорю ж, не трахался, — деловито сообщил он. — Демонстрировал, что может быть, если ты продолжишь со мной судиться, разводиться. Не ясно, что ли?

Его слова, может, и звучали бы хоть сколько-нибудь правдоподобно, если бы на шее не красовался свежий засос.

— Мне до лампочки, спал ты с ней или нет! — фыркнула Вика. — С чего ты вообще решил, что мне есть дело до того, с кем у тебя секс? Я тебя к себе не подпущу! Не после всего, не-е-ет…

— Да ладно, хорош заливать, — Влад нагло на нее посмотрел.

— А в чем мое заливание? — захлопала ресницами Вика. — Я ничем не дала понять, что…

— Ты даже статус «Замужем» и свадебные фото со свой страницы не удалила… Ты любишь меня, Вика! Лю-у-убишь!

Она захлопала ресницами, силясь понять, что за страницу в соцсети он имел в виду. Она так плотно и много работала, что ей было абсолютно не до соцсетей, причем уже давно.

— В общем, так, — продолжил Влад с апломбом. — Либо ты забираешь заявление о разводе, либо я устраиваю тебе такие шоу каждый день. Не дури и возвращайся ко мне, я, может, тогда даже на работу устроюсь. Миллионов не обещаю, но что-то будет. Я пошел к приятелю, а ты подумай над моим предложением. Вернусь завтра и жду твой положительный ответ.

С этими словами он вернулся в спальню, наконец по-человечески оделся и ушел.

Вика же аж вся тряслась от переизбытка эмоций и перспективы того, что он повторит свой сегодняшний подвиг.

Вон, оказывается, куда замахнулся! Хочет, чтобы она забрала заявление?

Перехочет!

Эгоист махровый!

Козел пупырчатый…

Вислоухий гад!

Едва за мужем захлопнулась дверь, Вика развила бурную деятельность. Позвонила в компанию, занимающуюся сменой замков, сделала срочный заказ. А пока мастер ехал, стала бегать по квартире, собирать вещи благоверного. Кое-как запихала их в сумки и выставила прямо на лестничную клетку.

Потому что нервы уже не выдерживают!

Дождалась мастера, попросила сменить замок на самый что ни на есть надежный.

Пока мастер старался над дверью, Вика залезла в телефон и отыскала тот самый профиль, где сохранилась видимость, что она все еще счастлива замужем. Сменила статус на «одинока и счастлива» и принялась с остервенением чистить аккаунт от свадебных фото.

Но даже после всех этих действий она не успокоилась.

Как раз оглядывала квартиру, придумывая, что бы такого еще сотворить? Были идеи вскипятить в кастрюле игровую приставку Влада.

И в этот момент ей прилетело сообщение от Ани Мурадян: «Вика, дорогая, сто лет не виделись, ты не собираешься в Краснодар по делам? Очень хочу пригласить тебя в гости».

Вика с трудом узнала в холеной блондинке свою школьную подругу.

Гости… друзья… Она все это давно забыла, поскольку из-за работы света белого не видела. Каждую копеечку берегла, собирала, никуда не ездила. И ради чего?

А не махнуть ли ей на все рукой и вправду не сорваться ли в гости?

«Вот прямо сейчас», — злорадно захихикала она про себя.

Конечно, когда Вика все это затевала, то понятия не имела, к чему приведут ее действия. А они привели…

А что такого?

Неужели Вика не заслужила отпуск?

Заслужила, причем давно… Ведь за последние годы отпуск у нее был целый один раз — свадебное путешествие, длившееся, по ощущениям, миг, за который она до сих пор расплачивалась.

Все, что в ее жизни было, так это работа, работа и еще раз работа.

Она заработала право на свой отпуск.

И деньги были.

Вика как раз недавно получила зарплату в одной из школ, где преподавала английский. Скоро должны были перевести из вечерней. Да и на репетиторствах подработала.

Когда прекращаешь содержать мужа, давать ему деньги на сигареты и прочее, покупать его любимую еду, в твоем кошельке откуда ни возьмись резко появляются свободные средства.

Поэтому Вика без проблем купила билет на самолет из Питера в Москву. Оттуда поедет на поезде до Краснодара. Чуток потерпеть — и она будет на месте, а Аня пригреет, недаром же зазывала в гости.

Впрочем, затея стала казаться ей глупой уже на этапе ожидания посадки в зале отлета.

Вика вдруг начала ерзать на неудобном сиденье.

«Рехнулась я, что ли? Через всю страну… Непонятно зачем!»

Но неожиданно ожил ее телефон.

Глубокая ночь, все вокруг спят, а мобильный только и знал, что вибрировать входящими сообщениями.

«Ты где?» — первое сообщение от мужа, которое она проигнорировала.

«Какого хера у меня не подходит ключ к двери?» — первое ругательство, которым он ее удостоил этой ночью.

Надо же. Не дождался утра, должно быть уже приперся домой, а там сюрприз-сюрприз.

«Ты рехнулась, Вика? Я же сейчас вызову участкового и…»

«Ты думаешь, я слесаря не найду, что ли?»

«Ты дура клиническая! Считаешь, я дверь не вскрою? Я, вообще-то, прописан в квартире!»

«Черт, Вика, я паспорт дома забыл!»

Вика принялась тихонько, но очень злорадно посмеиваться. Ей даже было все равно, что на нее поглядывали другие пассажиры.

Кульминация этого вечера.

Она открыла сумочку, достала паспорт Влада, погладила корешок. А потом взяла и с удовольствием разодрала в клочки, выкинула в мусорку, что стояла неподалеку.

Подло? Определенно. Но муж это заслужил.

Да, он забыл паспорт дома в спальне. А она хозяйственная, прихватила. Заодно взяла с собой все бумаги, какие только нашла, включая документы на квартиру. Так что даже если Влад вскроет квартиру, как он угрожал, доказать, что он там прописан, все равно не сможет. А соседи его недолюбливают, так что вряд ли помогут.

«Вика, это ты вытащила у меня из куртки паспорт?» — гласило новое сообщение, которое она также проигнорировала.

Дальше на телефон приходило много разного:

«Я все равно вскрою эту дверь!»

«Я тебя порву на британский флаг!»

И апофеоз:

«Вика скинь денег на слесаря, будь человеком…»

Да, да, работать забесплатно никто не любит, в том числе и слесари. Особенно ночью, особенно с такими хамами, как ее муж.

«ВИКА, ГДЕ МНЕ НОЧЕВАТЬ???» — кричал он на нее капслоком.

Как будто ее почему-то должны волновать его проблемы.

Потом пошли звонки.

Бесконечные.

Только телефон заканчивал вибрировать, как начинал снова…

Вика встала, оглядела немалочисленных пассажиров, ожидающих регистрации. Пошла в туалет, закрылась в кабинке. Достала телефон и вытащила оттуда сим-карту.

— У-у-упс…

Она со злорадным смешком разжала пальцы, выкидывая сим-карту в унитаз.

С большим удовольствием нажала на слив.

И не удержалась от злорадного смеха.

Фигу с маслом Влад теперь до нее дозвонится! Никто до нее не дозвонится, если она этого не захочет.

По приезде в Москву Вика купит новую сим-карту. Сообщит номер только тем контактам, которые нужны для работы. Благо все они сохранены в памяти ее гугл-аккаунта.

Но Влад, разумеется, не будет включен в список тех, кому она сообщит новый номер. Она ему свой номер больше никогда не сообщит.

Пусть помучается там один, без Вики в качестве главной и единственной фигуры, которая прикрывала его задницу.

Пусть наконец снимет корону и поймет, что мир не вокруг него вертится.

Обычно Авик заглядывал к Тиграну и Ане, не утруждая себя предварительным звонком.

Вот и сегодня перед визитом даже не подумал набрать номер друга, пошел наобум.

Потому что дома было настолько тошно, хоть вой. У всех друзей жены, дети, только у него шиш с маслом. Даже собаки и той не завел из-за слишком частых разъездов по работе.

Командировка отменилась, и впереди маячил одинокий вечер. Хотя какой вечер? На дворе день, солнце светит, птицы поют, коты и кошки гуляют парами. Сволочи.

Все ходят парами, только он один.

Авику до такой степени надоело одиночество, что он всерьез стал подумывать о договорном браке, какой ему не раз и не два предлагала мать. Но как жениться, если ты уже влюблен?

«Хоть одним глазком на нее посмотрю, может легче будет?» — подумалось ему.

Он подошел ко двору друзей, собрался было позвонить в звонок возле калитки.

Однако… Та оказалась открыта.

Со двора слышался рык Тиграна и оправдывающийся голос Ани.

Оправдывающийся.

В очередной раз!

Друзья ругались и совсем не редко.

Недаром, с тех пор как Тигран помирился с женой, чудом умудрившись избежать развода, Авик только и делал, что подъедал себя изнутри. Мучился вопросом, правильно ли поступил, что помог другу вернуть жену?

Может, не стоило им мириться?

Может, Авику следовало хоть один-единственный раз подумать в первую очередь о себе и своем счастье? Если в чем он в этой жизни и был уверен, так это в том, что стал бы идеальным мужем для Ани.

Авик сделал бы все, чтобы драгоценная Анечка, ангел его белокрылый, была счастлива двадцать четыре часа в сутки, семь дней в неделю.

Вот и теперь он стоял, слушал, как Тигран отчитывал жену, и скрежетал зубами.

Тигран тем временем продолжал рычать на Анну:

— Я сказал, это последний раз, когда ты ездила в фотостудию! Я запрещаю, слышишь, Аня? Я запрещаю…

— Но Тигран, я же тебе объясняла, что подписала договор, и…

— И пусть они подотрутся этим договором! — не унимался друг. — А на деньги плевать, они платят тебе копейки. Моя жена не будет работать за копейки и тем более она не будет моделью…

— Тигран, не тебе решать! — уже злилась Аня.

— Как это — не мне? — взвился он еще больше. — Если не мне, то кому? Я твой муж, и только я решаю…

Авик заскрипел зубами.

«Решальщик хренов!»

Девчонка, может, впервые попыталась себя как-то проявить, реализовать свой потенциал, а Тигран давай подрезать ей крылья.

Разве можно подрезать крылья ангелам? Это кощунство!

Конечно, Авику тоже вряд ли понравилось бы, узнай он, что его супруга снимается для рекламы, как это делала Аня. Но орать на нее посредине двора он точно не стал бы. Скорее уж взял бы за правило возить ее на фотосессии и, соответственно, забирать. Даже перестроил бы ради такого свое рабочее расписание.

А Тигран…

Поведение друга по отношению к жене бесило Авика до помутнения в глазах.

Но последней каплей стал рык Тиграна и прямая угроза:

— Я возьму и вот этими руками придушу…

Услышав это, Авик уже ничего не ждал.

С бешеными глазами и сжатыми кулаками он влетел во двор лучшего друга.

Зарычал ровно тем же тоном, что и Тигран секунду назад:

— Отошел от нее! Только пальцем ее тронь, и я тебя в бараний рог скручу, понял? Аня, он что, тебя бьет? Скажи мне правду!

Ангел застыла на месте с расширившимися до крайней степени глазами. Посмотрела на мужа, потом на Авика.

— Авик, ты чего? — с недоумением спросил Тигран.

— Я того, — ответил он с нажимом на последнее слово. — Ты совсем кукушкой поехал — жене убийством угрожать?

— Каким убийством? — свел брови вместе Тигран.

— Таким! — Авик еще крепче сжал кулаки. — Ты только что угрожал задушить…

— Так я не Аню имел в виду, — развел руками Тигран. — Я говорил про фотографа, прощелыгу. Он же глазами ее ел, аж слюна по подбородку текла. Я думал, там еще ему в рожу дам. И вообще, Авик, ты какого хрена влезаешь в мои разговоры с женой? Сам женись и потом умничай…

— А я женюсь! — прогудел Авик, меряя Тиграна взглядом. — Вот Аня с тобой, поганым ревнивцем, разведется, и я в тот же день поведу ее в загс!

Он в первую секунду даже не понял, что сказал. Наглым образом проболтался про самое сокровенное желание — жениться на Ане.

Оно нечаянно вылетело.

Аж сам ошалел от собственного высказывания.

Но назад не отступил.

Как стоял на дорожке у дома перед Тиграном и Аней, так и продолжил стоять. На друга не смотрел, только на его жену.

С огромным неудовольствием увидел, что у Ангела в глазах плескался лишь страх. И… Она как будто бы знала о его чувствах. Ни капли не удивилась.

— Я не понял, — голос Тиграна резко охрип. — Аня, у тебя что-то есть с Авиком?

— Не-е-ет! — протяжно пискнула она.

И как будто бы еще больше испугалась. Ее страшила такая перспектива?

— Иди домой, Аня, — проговорил Тигран обманчиво спокойным тоном.

По коже прошел холодок, а в кровь мгновенно взбрызнулся адреналин.

Авик великолепно знал, что такой тон друга — к беде.

Видимо, знала это и Аня, поскольку тут же убежала в дом и даже закрыла дверь.

— Ты обалдел — лезть к моей жене? — зарычал Тигран, уперев руки в бока. — Ты, мой лучший друг, да как ты вообще смеешь даже смотреть в ее сторону!

Наверное, Авик должен был сейчас как-то отшутиться, сгладить ситуацию. Может, тогда и не поругались бы насмерть. Но он до такой степени устал держать себя в рамках, что даже не стал пытаться что-то там сглаживать.

Двое мужчин стояли друг напротив друга и обменивались убийственными взглядами.

Авик отчеканил в ответ:

— Она с тобой только потому, что ты познакомился с ней раньше. Она честная… Не предает тебя, ведь когда-то обещала быть верной. Но если бы я ее встретил первый, то…

— Но ты не встретил! — Тигран ударил себе в грудь ладонью. — Я! Я на ней женился, она — моя женщина! Не смей даже приближаться…

— Мне надоело смотреть, как ты делаешь ее несчастной, — заявил Авик. — Ты разговариваешь с ней, как с прислугой, ты гнобишь ее, ты…

— То, как мы с ней общаемся, — наше личное дело и тебя никак не касается, — качнул головой Тигран. — Я люблю свою жену и веду себя с ней так, как считаю нужным…

— Ей достаточно будет пожить со мной неделю, чтобы понять, как оно бывает, когда на самом деле любят! — Авик уже совсем вышел из себя.

— Кто ж тебе ее даст хоть на неделю, хоть на день, хоть на час? Ты и на минуту к ней больше не приблизишься, я тебя близко не подпущу! — Тигран угрожающе надвинулся на противника.

— Я похож на того, кто будет спрашивать разрешение? — принял вызов Авик.

— Я не пойму, ты сейчас чего добиваешься? — хмурил лоб Тигран. — Чтобы я тебе по шее выписал, что ли? Я ж могу, даже не посмотрю на то, что мы с тобой друзья туеву хучу лет!

— А давай, попытайся, — Авик поманил его к себе.

Пропорции у них, конечно, несоразмерны.

Тигран — здоровенный мужчина, намного выше Авика и шире в плечах.

Но…

В силу особенностей телосложения Авику с детства пришлось учиться драться, чтобы не ходить с вечно разбитым носом. Ведь он рос мелким и задиристым, часто получал в школе от одноклассников. Он овладел самбо, чтобы уметь за себя постоять. Для самбиста преимущество противника в росте и весе — не проблема.

Авик не боялся драки, больше того, теперь откровенно нарывался.

Но Тигран махать кулаками все-таки не полез.

Он громко окликнул Ангела:

— Аня, выйди!

И она вышла.

Робко посмотрела на мужа, на Авика.

— Зачем ты ее позвал? — спросил Авик.

— Ань, ответь, ты знала, что Авик к тебе неравнодушен? — спросил Тигран с прищуром.

Она не ответила, просто кивнула, при этом опустив взгляд.

Авик же, наоборот, всмотрелся в ее лицо, пытаясь понять, что она обо всем этом думает. Ведь так устал от бесконечного ожидания не пойми чего. Безумно хотелось хоть какой-то определенности.

— Здесь и сейчас скажи, — гремел голос Тиграна. — Ты испытываешь к нему хоть что-то? Клянусь, приму твой любой ответ. Ну же, Аня?

У Авика внутри все ухнуло, когда понял — Ангел на него даже не смотрит.

Если бы хоть немного нравился, был важен, посмотрела бы, разве нет?

— Он — друг, ты — любовь! — сказала Аня мужу. — Зачем ты спрашиваешь, Тигран? Все и так знаешь…

Это было ожидаемо — такой ее ответ. Особенно если учесть ее реакцию на все.

Но…

Одно дело предполагать, другое — знать.

Оказывается, глубоко в душе Авик на что-то надеялся. Даже сам не отдавал себе в этом отчета. И теперь, услышав ее ответ, почувствовал резкую боль.

Тигран кивнул на слова жены. Словно добивая, смерил Авика разочарованным взглядом, сплюнул и сказал:

— Ты мне больше не друг и в мой дом тебе путь заказан. Завтра жду от тебя заявление на увольнение. Выход там…

Он указал на калитку, развернулся и зашагал в дом.

К Ане.

Авик остался один на один со своей болью и одиночеством.

С другой стороны, а как по-другому могло быть?

Неужели Авик вправду верил, что Аня как возьмет, как кинется ему на шею… Ага, где-нибудь в другой жизни.

Ангел любила своего мужа.

А он…

А он в этой истории третий лишний.

Который только что лишился лучших друзей.

Может, оно и правильно. Наблюдать их жизнью со стороны было уже попросту невыносимо.

Надо как-то смочь, как-то выдрать Ангела из своей груди. Она там быть не хочет, ей мил другой мужчина. Нужно строить свою жизнь, а не пускать слюни на чужую жену.

Авик горько вздохнул, развернулся, зашагал к выходу.

Уже почти вышел со двора, когда увидел у открытой калитки… Ангела?

Разве у ангелов бывают дублеры? Глупо даже предполагать такое. Но у Ани, кажется, был.

Перед Авиком стояла почти полная копия любимой женщины.

Тот же рост, цвет волос — светлый, как лучи солнца, что сейчас ласкают ее локоны. Даже цвет глаз и тот такой же — лазурнее цвета морской воды на Карибских островах. Аккуратная форма носа, правильно очерченные скулы. Губы пухлые, но определенно натуральные, наверняка очень нежные на ощупь. И фигура та же — стройная, с нужными изгибами.

— Э-э… вау… — тихо сказал он и продолжил громче: — Привет, кто такая?

Незнакомка его тихого «Вау», слава богу, не расслышала.

— Здравствуйте, вы муж Ани, да? Тигран? — спросила она и широко ему улыбнулась. — Я вот только с вокзала. Аня же предупредила вас, что я приеду, так?

Она не только выглядела похожей на Аню, но и звучала так же сладко.

Голос очень приятный, обволакивающий.

Не будь в его жизни Ани, Авик моментально сделал бы стойку, пригласил незнакомку куда-нибудь, подключил резервный запас очарования.

Впрочем, Ани в его жизни даже через пятьдесят лет не предвидится.

— Дело в том, что у меня села батарейка, — принялась оправдываться незнакомка. — А подзарядку я забыла дома… В общем, не успела предупредить, когда приеду. Хорошо, был адрес. Вы извините, что я так внезапно…

«Без предупреждения, значит?» — хмыкнул он про себя.

— Как вас зовут?

— Вика, — снова улыбнулась девушка. — Честно сказать, я очень устала с дороги и чуточку проголодалась…

— Ты замужем, Вика? — спросил Авик напрямую.

Потому что задолбали его уже эти безответные чувства.

— Д-д… Нет! — ответила она, чуть задрав нос. — Вы не Тигран, да?

Дошло до нее наконец.

— Не Тигран, — подтвердил Авик. — Уехали они, приглядываю за домом.

— Как уехали? — ее лицо разочарованно вытянулось.

— Срочно уехали, с родственниками проблемы. Но завтра вернутся. Я живу тут неподалеку, пойдем ко мне. Отдохнешь у меня, поешь, Ане позвоним… Наверное…

С этими словами он взял Вику под руку и увел.

А что? В этом доме вполне достаточно одного ангела. Второго он заберет себе, ему тоже надо.

Вика с трудом перевесила дорожную сумку на левое плечо, та уже изрядно натерла ей.

— Давай мне. — Незнакомец тут же перехватил ее поклажу и поспешил вперед.

Вика, чуть сгорбившись, последовала за ним, благо идти оказалось недалеко.

Странный тип в черной куртке и джинсах даже не удосужился спросить, хочет ли она идти к нему. Крепкий, плечистый, он был почти на полголовы выше ее, но опасным не выглядел. Промелькнуло у него во взгляде нечто такое… располагающее, что ли? Она не знала, как объяснить.

«А вдруг все-таки маньяк?» — крутилась в голове назойливая мысль, от которой по коже бежали мурашки.

Вот уж вляпалась в ситуацию.

Она бы, может, и ушла отсюда, но даже вызвать такси и то не могла. Телефон-то сел. Да и куда ехать — непонятно. Домой к себе малость далековато, всего-то через полстраны.

— Простите, — окликнула незнакомца она. — А зовут вас как?

Будто знание его имени позволит ей как-то себя защитить, вдруг что.

— Авик Зурабян, запоминай, — ответил он с усмешкой и открыл перед ней калитку.

«Авик Зурабян — язык можно сломать…» — пропыхтела она про себя.

И замерла, оглядев здоровенный двухэтажный дом современного дизайна — с плоской крышей, как показывали в фильмах. Вживую Вика таких домов еще не видела. И не имела ни малейшего понятия, сколько стоит купить такой. Она вот вкалывала день и ночь на скромную двушку, а тут…

Видно, она не там работала.

— Нравится? — усмехнулся Авик, проследив за ее взглядом.

— Очень красивый, — ничуть не кривя душой, сказала она. — Впечатляет. Вы получили его в наследство?

— Я строил его сам, — ответил Авик с гордым видом. — Кстати, можно на «ты». Пойдем?

— Кем же вы… ты работаешь? — не успокаивалась Вика.

— Главой отдела безопасности по удаленным объектам. Безопасник, если коротко.

— А-а… — протянула Вика.

Что угодно ожидала услышать, но не это. Думала, какой-нибудь бизнесмен, а тут блюститель мира и покоя. Неудивительно, что показался ей располагающим. Хотя в охране работают разные люди, ведь так?

— Проходи, располагайся.

Авик проводил ее в просторную светлую комнату, большая часть передней стены которой состояла из панорамного окна, выходящего в сад.

Вид завораживал.

Хотела бы Вика иметь вот такой сад, каждое утро спускаться сюда, пить кофе на веранде, наслаждаться свежим воздухом.

— Наверное, твоя жена в восторге от дома, — мечтательно проговорила Вика.

— Не женат, детей нет. — Авик будто бы заполнял данные какой-то анкеты.

«Как же так вышло, что не женат? — удивилась она про себя. — В чем подвох?»

— Слишком много ездил по командировкам, поэтому не обзавелся семьей, — хмыкнул он, отвечая на незаданный вопрос.

Положил ее сумку на диван и спросил:

— Что любишь есть?

— Ой, — махнула рукой Вика. — Необязательно меня кормить, беспокоиться, я сама могу…

— Простой же вопрос — что любишь? — Авика явно развеселила ее неловкость. — Мне же надо понимать, что заказывать.

— Цезарь, — пожала она плечами. — А можно у вас попросить зарядку?

С этими словами она достала из кармана куртки свой мобильный.

Авик взял его в руки, посмотрел разъем.

— Извини, такого нет, — пожал он плечами.

— Как же нет? Обычный ведь… — сказала она расстроенным донельзя голосом.

— У меня айфон, — заметил он как бы между прочим.

Ну да, ну да, владельцам таких домов не с китайскими дешевками ходить.

Видимо, хозяина дома впечатлила ее разом сникшая физиономия, потому что он почти сразу сказал:

— Не волнуйся, я сейчас закажу.

— Зарядку? — удивилась Вика.

— И зарядку в том числе, — заверил ее Авик. — Все будет, не волнуйся. Пойдем, пока что напою тебя кофе. Ты любишь кофе, Вика?

Кофе она любила. Мужчин, которые умеют решать вопросы, любила еще больше.

Вику отвели на кухню.

Пока Авик делал заказ, а потом колдовал над кофемашиной, по виду совершенно новой, Вика огляделась. Аж прикусила нижнюю губу от восхищения — так ей понравился светло-бежевый гарнитур. Сама бы такой выбрала, честное слово, будь у нее деньги на подобную мебель. Явно сделана на заказ и выкрашена специально под интерьер.

— Откуда ты взялась у дома Мурадянов? — спросил Авик, ставя на круглый деревянный стол две маленьких кружки, до краев наполненные ароматным напитком.

Вика села на мягкий стул, шумно вздохнула, вспоминая приключения последней пары дней. Начиная с того, как застукала голого мужа с девицей на собственной кухне, а потом прыгнула в самолет. После этого долгое ожидание на вокзале, поезд…

— Я приехала в Краснодар сменить обстановку, немного отдохнуть, — чуть наклонила голову вправо она.

— В отпуск, что ли? — нахмурил лоб Авик.

— Ага, что-то типа того. Можно я от тебя позвоню Ане?

Ее новый знакомый немного нахмурился, но быстро вернул добродушное выражение на лицо.

— Сейчас принесу телефон, — кивнул.

И ушел, оставив Вику одну.

«Сейчас как возьмет… как вернется с каким-нибудь ружьишком и скажет — идите-ка, мадам, в подвал, я вас там одену в черную кожу, распну на столе, или еще где, и отхлещу плеточкой… Ох и богатая же у меня фантазия!» — думала Вика.

Беспокойство никак не уходило, ведь она ровным счетом ничего не знала о человеке, который так подозрительно радушно пригласил ее к себе.

Зачем, спрашивается?

Ну вот зачем ему совершенно незнакомая блондинка, которая после долгой дороги похожа скорее на болонку, чем на человека. Он что, любитель болонок?

Пока Авик ходил за телефоном, Вика успела напридумывать себе разного, все из разряда фантастики.

А вдруг и вправду просто хотел помочь? Ведь она подруга Ани. А раз он был во дворе дома Мурадянов, значит точно их друг.

— Звони. — Авик протянул Вике мобильный. — Вот я уже нашел для тебя ее контакт. Но если трубку не возьмут, не удивляйся, там какая-то сложная ситуация… Ты же Анина подруга, так?

— Ага, Анина, — кивнула Вика.

— Вот с родственниками Тиграна проблемы, деталей не знаю, они очень быстро уехали.

— Ладно. — Вика взяла телефон.

Очень надеялась, что Аня возьмет трубку, как-то сориентирует ее по времени, когда вернется. Но подруга не то что трубку не взяла, вообще оказалась недоступна.

— Облом, — она вернула телефон Авику. — Ты хоть примерно знаешь, когда они поедут обратно? Просто мне, кроме Ани, и остановиться не у кого…

На это ее новый знакомый ответил широкой улыбкой:

— Ты можешь остаться здесь, это не проблема. Я думал, мы с тобой уже договорились об этом, разве нет?

О как, он решил, что договорились.

Видимо, лицо Вики слегка перекосило от его предложения, потому что он тут же пояснил:

— Ты никак меня не стеснишь, сама видишь — дом большой. Потом пойдешь к подруге. Думаю, ребята вернутся завтра, в крайнем случае послезавтра…

— Послезавтра? — чуть испуганно переспросила Вика.

По ходу дела, накрылся ее отпуск медным тазом.

«Надо же было им уехать именно сегодня! Не могли подождать денек или недельку?» — запричитала она про себя.

Но тут же отругала себя за эгоизм. Вдруг у людей горе, а тут она со своим отпуском и проблемами. Родственники — дело такое, с ними может случиться всякое.

Но ей-то что делать?

Вике так хотелось скрыться где-то хотя бы на несколько дней! От мужа, от работы, ото всех…

— Расскажи мне о себе, — попросил вдруг Авик и сел за стол напротив нее. — Кто ты, что из себя представляешь?

Вика автоматом стала отвечать, попивая вкуснейший кофе. Делать-то все равно нечего, а куда-то идти прямо сейчас, с разряженным телефоном, не было никакого смысла.

Сама не поняла, как выложила Авику приличную часть своей биографии. Где училась, сколько труда вложила в поступление, получение диплома, сколько работ сменила…

И дождалась совсем не той реакции, на какую рассчитывала.

— Замуж тебе надо, — отрезал он безапелляционно.

Ага, она уже сходила… Так сходила, что никак не может удрать из этого замужа без потерь.

О своем неудачном походе в загс она, разумеется, умолчала. Потому что в принципе не могла про это думать. Да и не хотелось ей почему-то признаваться Авику, что она все еще замужем, заодно слушать все, что он думает по этому поводу. У мужчин ведь своя философия на этот счет.

— И зачем бы мне надо замуж по-твоему? — стало ей любопытно.

— Женщина не должна так много работать. — Он свел свои кустистые черные брови у переносицы. — Для нее это должен делать ее муж.

Вика услышала это и невольно прыснула смехом.

«Ага, в основном…»

— Такого мужа у меня нет.

Причем не только у нее, но и ни у одной из ее знакомых.

Неожиданно она услышала от Авика:

— Я бы свою содержал. Только ей пришлось бы родить мне детей. Минимум двух, лучше трех, конечно. Ты как относишься к детям, Вика?

— Нормально отношусь… — Она немного растерялась от такого вопроса. — В смысле — никак… То есть… У меня их нет, в общем. Но в будущем надеюсь, что когда-нибудь будут. А можно узнать, зачем ты все это спрашиваешь?

Уж больно смахивал его список вопросов на заполнение какой-то конкретной анкеты.

— Ты симпатичная девушка, Вика, — пожал он плечами. — А я холостой. Как я тебе, кстати? Нравлюсь?

От последнего вопроса Вика выпала в осадок.

Интересно, такое понятие, как такт, Авику вообще знакомо? Похоже, что нет.

Хозяин дома тем временем продолжал расспросы:

— Как к сексу относишься?

«Ну все, мой отпуск официально закончен, пора домой», — решила она.

Авик внимательно всмотрелся в лицо Вики, намеренно выделил в вопросе слово «секс». И четко увидел, как расширились ее зрачки, а светлая, почти молочного цвета кожа окрасилась румянцем.

Краси-и-иво.

Честно сказать, такой реакции не ожидал.

Понимал, что смутит, но не до красных же щек.

— Так как ты относишься к сексу? — не без удовольствия повторил он вопрос.

Вика так и не ответила ему, ее спас звонок в дверь.

— Наверное, доставка, — вздохнул Авик.

Пошел на улицу забирать.

Пока шел, на лицо будто приклеили глупую улыбку.

Наконец-то девчонка что надо — пожалуй, он оставит ее себе. Он заслужил, у него давно никого нормального не было.

Конечно, так о людях не говорят — оставлю себе. Тем более о женщинах. Авик никогда не считал себя лучше других, разве что самую чуточку. Также он не считал женщин собственностью. Наоборот, он их уважал и очень даже обожал.

Особенно Аню.

Но раз Аня ему недоступна, и прямо об этом сказала, пора бы уже подыскать кого-то на замену. Хватит, и без того пять лет безответно любил. Даже с лучшим другом в итоге разругался вдрызг. Не надо было лезть в семью Мурадянов, и так было понятно, что ничего ему с Ангелом не светило.

Достаточно он любил Аню.

Всему есть предел.

Сегодняшняя стычка с Тиграном и откровенный разговор с Ангелом это наглядно показали.

А Вика, она…

Она подходящая на первый взгляд.

Умная, хваткая, если судить по тому, что самостоятельно поступила в Питер на бюджет, выжила там, устроилась на работу, обеспечивала себя. Это при условии, что родом она из маленького городка, того же, что и Авик. И в Питере у нее никого из родных.

Стойкая.

Кроме того, она скромная, ведь даже не хотела, чтобы Авик угощал ее едой. Какая девушка в наше время станет чувствовать себя неловко, если ее угощает мужчина? Очень и очень скромная, не привыкшая к ухаживаниям.

Не балованная.

И, кажется, она не шалава. Учитывая, как отреагировала на его провокационный вопрос.

Не девственница, конечно.

Он так думал, ведь ей, скорей всего, как и Ане, двадцать три, наверняка успела с кем-то…

Но это он как-то переживет.

А вот еще один одинокий год в этом проклятущем доме — вряд ли.

Он для кого его строил? Для себя, что ли? Нет, для себя тоже, конечно. Но в первую очередь он хотел завести здесь семью.

Надеялся, что все-таки встретит кого-то особенного и его накроет с головой, не хуже чем в тот раз, когда впервые встретил Аню.

Но… Молния дважды не ударила.

Никого особенного он до сегодняшнего дня не встретил. И если будет продолжать держать Аню в сердце, то не встретит.

Аня — ангел, небожительница, которая была и есть для него недостижима.

А Вика — земная.

Раз уж судьба свела их вот так окольными путями, так надо использовать шансы…

В общем, ему все понравилось. Решил брать нахрапом.

С этими мыслями он забрал у доставщика пакет с едой, а также коробку с подзарядкой для Вики. Сделал для себя пометку, что надо бы купить девушке новый телефон, а то прежний — совсем беда.

С этим нехитрым набором вернулся в дом, и…

Застал Вику в прихожей, надевающей куртку.

Ее дорожная сумка стояла рядом, хотя он лично отнес ее в гостиную на диван.

— Ты куда собралась?

— Я домой…

— Ты вроде в Питере живешь, — напомнил он, а то вдруг забыла. — Так что пойти домой для тебя будет как минимум проблематично.

— Это не ваше дело, Авик Зурабян, куда я пошла, — отрезала Вика.

— Ты обиделась, что ли? — дошло до него с запозданием. — Глупая, не надо обижаться. Да стой же, куда собралась? Я тебя не пущу!

С этими словами он попытался преградить ей дорогу.

Вика смерила его убийственным взглядом и припечатала намерениями:

— Тогда я позвоню в полицию.

— Откуда позвонишь? — усмехнулся Авик невесело. — У тебя же телефон разряжен, и зарядка вот только прибыла…

С этими словами он продемонстрировал ей небольшую коробку.

— Спасибо. — Вика цапнула коробку и направилась к выходу.

Вот и ведись после этого на ангелоподобных блондинок.

Не везло Авику с такими. Всю жизнь не везло, хотя очень нравились.

Вика убежала недалеко.

Очень кстати вспомнила, что, когда ехала к Ане на такси, увидела за три квартала от ее коттеджа отель.

Пошла от дома Авика пешком прямо туда, заселилась, благо свободные номера были.

Но стоили…

«Гулять так гулять!» — сказала она себе тогда.

В конце концов, имеет она право на один-единственный отпуск? Ну не готова Вика пока что ехать обратно на вокзал и снова окунаться в то дерьмище, из которого сбежала. Ей просто необходимо перезагрузиться.

Перезагрузиться, приободриться, как-то решить, как жить дальше.

Начала перезагрузку с душа.

Полчаса стояла под струями горячей воды, с огромным удовольствием смывала с себя грязь и неприятности этого дня. Мылила тело сладко пахнущим гелем, терла кожу до скрипа.

Как следует накупавшись, Вика завернулась в белый халат, который висел в ванной. Вышла в свой уютный одноместный номер.

Вещи разбирать не стала. Зачем? Она ведь тут ненадолго.

Достала подзарядку и мысленно поблагодарила Авика за то, что купил ее. Поставила мобильный на подзарядку. Подождала, пока аппарат немного подзарядится, и включила.

Вика покрутила телефон в руках, подумывая, не попробовать ли еще разок позвонить Ане.

В последний раз она писала подруге, когда была в аэропорту, еще до того, как утопила в унитазе свою старую сим-карту. А когда купила новую в Москве и попыталась сунуть ее в мобильный, обнаружила, что села батарейка. Зарядить не было возможности, а билет на поезд был уже куплен, поэтому поехала так.

У Ани нет ее нового номера, позвонить она ей никак не могла, поэтому неплохо бы связаться с подругой или по крайней мере написать.

С другой стороны, зачем беспокоить человека. Вдруг они там и вправду смертельно заняты или случилось что-то серьезное. Тогда Ане и ее мужу точно не до Вики.

В конце концов, Вика может позвонить Ане завтра. Наверное, так будет правильнее…

Не успела она додумать эту мысль, как ее телефон булькнул сообщением.

«Включилась, зараза!» — писал муж.

— Ка-а-ак?! — простонала Вика, глядя на свой мобильный.

Ну вот как у него получилось так быстро вычислить ее номер?

За первым сообщением последовало второе: «Блядуй себе на здоровье, я тут тоже поблядую… Квартиру, если что, вскрыл».

— Вот свинья!

«Хотя куда ты пойдешь? Кому ты нужна?» — гласило третье сообщение.

«Так, если только кто из милости тебя трахнет. И то вряд ли», — четвертое.

Затем пришло коронное пятое:

«Но ты ж не дашь, ты верная и фригидная…»

На этой славной ноте Вика заблокировала номер Влада.

Заблокировать-то заблокировала, но яд уже впрыснут в вены…

И пошло разрушение.

Вика подошла к зеркалу, которое висело здесь возле шкафа, и чуть не расплакалась.

Из зеркала на нее смотрела вполне симпатичная блондинка с большими голубыми глазами, пухлыми губами. Но самой себе Вика показалась ужасной уродиной, на которую и вправду вряд ли кто взглянет.

— Как я так вляпалась? — спросила она у себя. — Как повелась на него? Как умудрилась выйти за него замуж?

А потому что, собственно, больше никто замуж и не звал.

У Вики отношения с противоположным полом особенно не клеились. Вечно занятая, она почти не ходила на свидания. Может, еще оттого у нее при появлении Влада так прочно снесло кукушечку.

Никогда ее не звали ни в рестораны, ни в клубы… Ничего этого она не видела. Света белого не видела, хотя жила на нем целых двадцать три года.

Почему так? Неужели она не заслужила? Ухаживаний, развлечений, нормальных человеческих отношений…

Внезапно в дверь номера постучали.

Вика подумала — горничная или еще кто из персонала гостиницы.

Пошла открывать как есть, в халате, с мокрыми волосами.

Но в коридоре стояла никакая не горничная. Ее встретил Авик с огромным букетом красных роз.

Улыбнулся, оглядев ее с головы до ног.

— Дубль два. — С этими словами он протянул ей цветы.

Честно сказать, у Вики аж в зобу дыхание сперло — такие красивые оказались розы.

И так вовремя, чтобы хоть чуточку поднять настроение, а заодно и самооценку.

— Ты зачем сюда пришел? — удивилась она.

На автомате взяла букет, который оказался весьма тяжелым.

— Пригласить хочу, — улыбнулся Авик еще шире.

— Куда?

— Поехали, покажу тебе ночной город… — Он поиграл бровями.

— А как ты меня нашел? — задала она злободневный вопрос.

Как Авик ее нашел?

Ха!

Долго ли умеючи.

Он волне в состоянии сложить два и два. У Вики разряжен телефон, ей негде остановиться и знакомых, кроме Ани, никого… А неподалеку находится гостиница, хозяина которой он великолепно знал.

Позвонил, по дружбе спросил, не заселялась ли к ним красотка, похожая на жену Мурадяна.

Оказалось, заселялась.

Конечно, вместо гостиницы Вика могла снова пойти к Ане, но, видно, поверила в то, что подруга уехала. В этом плане Авику повезло.

В виде строжайшего исключения ему сообщили номер, в который она заселилась.

Авик приоделся поприличней — в бежевые брюки и черную рубашку, заказал букет и явился очаровывать Ангела номер два.

— Так как ты меня нашел? — морщила лоб красавица.

— Судьба привела, — пафосно ответил он и снова принялся играть бровями.

Тем более играть было чем, ибо брови у Авика были всем на зависть — черные, кустистые, словом весьма заметные.

— За букет спасибо, — ответила Вика кокетливо. — А надо-то тебе от меня что?

— На свидание позвать хочу. Пойдешь? — спросил он без обиняков.

Зачем скрывать свои желания? Тем более когда они из тебя так и прут.

Прямо на физическом уровне почувствовал, как тщательно Вика взвешивает его предложение.

Тут же понял — она хочет его послать.

— Ты мозгом не думай, — покачал головой.

И подметил, как увеличились ее глаза.

— Как это — мозгом не думать? — Вика откровенно удивилась.

— А вот так. К чертям этот мозг, пусть он сегодня и у тебя, и у меня отдохнет. Надо же когда-то отключать голову, так?

— Та-а-ак, — протянула она, закусив нижнюю губу.

— Сердцем решай, — попросил он. — Хочешь со мной прогуляться? Если так, то даже ни секунды не сомневайся, получишь удовольствие. Давай, надевай что-нибудь короткое и пошли по клубам. Сто лет там не был, давно мечтал проветриться. Составь компанию.

— По клубам? — закусила губу она, а потом выдала: — Есть проблема.

— Какая? — спросил он с прищуром.

— У меня нет ничего короткого…

— Это уж точно никакая не проблема, — хмыкнул Авик. — Сейчас поедем и подберем тебе что-то подходящее.

— Так уже скоро ночь, — развела руками Вика.

— Магазины работают до десяти, все успеем, — заверил он.

И они успели.

Вика быстренько высушила волосы, нанесла на лицо какой-никакой макияж, вместила себя в джинсы.

Потом мяукнуть не успела, как оказалась в машине Авика — высоченном белом прадике, таком красивом, что хотелось сфотографироваться на его фоне. Но она, конечно же, не стала просить Авика о таком.

Все, что случилось с Викой потом, она запомнила урывками.

Вот она крутится перед Авиком в коротком белом платье, которое нещадно облегает все ее недостатки…

Влад бы ее уже всяко раскритиковал: и за кривые ноги, и за торчащие ребра, попу, которая вроде бы худая, но не орех.

Но вот какое дело, Авик смотрел на нее в упор и, как ей казалось, никаких недостатков не видел.

— У тебя обалденная фигура, — выдал он с горящим взглядом.

Особенно задержал внимание на ее груди.

А там и смотреть, в общем-то, не на что, полуторный размер. Дульки, как говорил ее муж, но Авику, кажется, нравилось.

Вике отчего-то было невероятно приятно ловить на себе полные интереса взгляды Авика, пусть он совершенно чужой для нее мужчина. На нее никогда никто так не смотрел.

Даже грустить по поводу предстоящего развода расхотелось. Хотелось просто купаться во внимании Авика, и на этом все.

В конце концов, имеет она право хоть на один беззаботный вечер в жизни, так?

К платью ей принесли высокие белые сапожки и крохотную дизайнерскую сумочку.

Когда Вика попыталась спросить, сколько все это удовольствие строит, ей попросту не ответили.

А потом Авик и вправду повел ее гулять.

Они под ручку шли по Красной, центральной улице города, как он ей объяснил. По пути заходили в бары, которые им нравились.

В первом баре Авик заказал для нее голубой коктейль, при этом загадочно попросил:

— Давай заветное желание мне скажи, выполню.

— Ты джинн, что ли? — хихикнула Вика.

— А то! Профессиональный джинн Авик к твоим услугам!

— И часто ты так? — издала она новый смешок, хотя в этот раз он вышел грустным. — Джинном подрабатываешь? Девушек соблазняешь?

Авик помолчал, а потом ответил:

— Обычно такое не практикую, эксклюзив для тебя.

Что называется, думай что хочешь.

По всем показателям, должен бы врать, но глаза вроде как честные.

А потом ее неожиданный кавалер выдал новое признание:

— Честно, давно не знакомился вот так с наскока, не приглашал никуда. Заржавел малость. Ты говори, если что не так…

— Все так…

Вика ему улыбнулась.

Она и вправду впервые за последние недели почувствовала, что все в ее жизни так, как надо. Все не случайно вышло, и у вселенной на нее вправду какие-то особенные планы.

Во втором баре Вике достался желтый коктейль и рассказ Авика про планы на жизнь:

— Троих детей хочу. Осталась малость — найти, кто мне их родит. Ты хочешь детей, Вика?

Про детей с ней еще никто не заговаривал, даже муж.

— Дети — это очень серьезно… — заметила она. — Дети требуют столько времени, денег…

— И любви, дети требуют очень много любви, — кивнул он.

— И я… Я тоже требую много любви. Мне нужно, мне ее очень не хватает… — простонала ее душа.

— Ты заслуживаешь тонны любви, Вика, — сказал Авик с жаром.

В третьем баре Вике достался оранжевый коктейль и новый вопрос:

— Ты была на Мальдивах?

Ей стало смешно.

«Ага, только там и отдыхала…» — плевалось сарказмом ее внутреннее я.

— Не была, — покачала она головой.

— Я свою жену туда отвезу, на медовый месяц. Мотай на ус, Вика — я выгодный жених!

Следующим был клуб, где Вике достался розовый коктейль…

Она танцевала как сумасшедшая. С Авиком, возле Авика, для Авика…

До этого вечера Вика, казалось, даже не знала, что вообще умела танцевать, что ей дано чувствовать ритм. Не помешали даже высокие каблуки.

Последним был зеленый коктейль и…

Утро!

Вика натурально очнулась в постели, понятия не имея, как там оказалась.

А теперь вопрос на миллион долларов — что она в этой постели вчера творила?

Честно и откровенно, Вике было страшно заглядывать под одеяло. А ну как голая?

Заглянула и, к своему стыду, обнаружила, что…

Трусов нет. Совсем нет.

Вправду голая.

Нижнего белья не было даже рядом с кроватью. Куда подевалось? И куда делась остальная одежда?

Как же это надо было нажраться, чтобы не помнить, как с тебя эту одежду стаскивали…

В голове ожил голос мужа: «Фригидная, никому не дашь, трахнуть тебя можно только из милости».

Ха-ха три раза, дорогой муженек.

Совершенно она не фригидная, и совсем не из милости ее вчера…

Вспомнить бы еще, что вообще произошло.

Казалось, у нее болело все тело. Но это могло быть от безудержных танцев, или…

Ох и нашла она приключений на свои вторые девяносто. И гордостно за себя, и в то же время стыдно до жути. Ведь, что ни говори, Вика совсем не привыкла просыпаться в такой пикантной ситуации. У нее такое впервые в жизни.

Она выскользнула из постели, схватила лежавшее на кресле покрывало, завернулась в него, как в плед, и исчезла в ванной.

— Ух ты ж ка…

Ванная при спальне Авика оказалась настоящим произведением искусства. Светлая, просторная, размером чуть ли не с гостиную комнату, которая была у нее в квартире, она вмещала в себя джакузи приличных размеров, а также раковину, туалетный столик. И никаких тебе тут стиралок, сушилок и прочего, что простые смертные стремились вместить в небольшое пространство. Наверняка для таких дел в доме имелась отдельная комната.

— Красиво жить не запретишь, — хмыкнула Вика и подошла к раковине.

К своему удивлению, обнаружила рядом с краном розовую насадку для электрической зубной щетки. Это для нее, что ли? Авик побеспокоился? Спасибо ему за это.

Вика почистила зубы мятной зубной пастой. Приняла душ, замоталась в пушистое белое полотенце, которое нашлось тут на вешалке.

Вышла из ванной и чуть не заскочила обратно, потому что как раз в этот момент в комнату вошел Авик.

— Доброе утро, — протянула она, чувствуя дикую неловкость.

Авик выглядел бодрым и, в отличие от нее, был полностью одет. Красовался в джинсах и футболке. В руках он держал поднос с едой.

— Привет, красавица, вижу, проснулась.

С этими словами он поставил поднос на кровать.

— Не знал, что ты любишь, принес три варианта. Овсяная каша с клубникой, глазунья, тост с сыром.

От подноса вкусно пахло кофе и жареным хлебом.

Ее живот тут же заурчал, требуя выбрать все три варианта и попросить к ним десерт.

— Где ж ты все это взял? — удивилась она. — У тебя работает повар, что ли?

— Лучший повар во всем Краснодаре старается для тебя. Я — твой повар.

— Ты умеешь готовить? — удивилась Вика.

Никто и никогда не готовил ей завтраков. А ее драгоценный муженек и вовсе умел их только поглощать.

— Я давно живу один, — пожал плечами Авик. — Научился. Да и что тут уметь? Ерунда какая…

— Авик, — спросила Вика осторожно, — а где моя одежда?

— Ты не помнишь? — ответил он с усмешкой. — Ты в меня ею кидалась, прежде чем прыгнуть в мой бассейн.

Лучше бы он этого не говорил.

Если можно было ощутить более сильный стыд, чем она чувствовала ранее, то момент, несомненно, настал.

Вика готова была провалиться сквозь землю.

— К-как это я кидалась в тебя одеждой?

Авик снова развел руками, при этом довольной улыбки с лица не убрал.

— С огоньком кидалась. Озорно… — Он издал довольный смешок.

— Я не могла, — покачала головой Вика и прикрыла пылающее лицо руками.

— Да ладно, я все поймал, в стиралку сложил. Уже постиралось кстати, но еще не высохло. Придется тебе пока обойтись чем-нибудь.

Надо же, какой хозяйственный. Только теперь ей даже грязных вещей не достанется.

Вика плотнее закуталась в полотенце и почувствовала себя совсем неуютно.

— Хочешь, дам футболку? Тебе как платье будет, — предложил Авик.

Подошел к шкафу, достал длинную черную футболку без надписей, протянул ей.

Вика взяла, только хотела было стянуть полотенце, как вспомнила одну важную деталь. Она же без трусов! И без лифчика.

— Ты не мог бы отвернуться? — попросила она, красноречиво на него посмотрев.

— А надо? — поинтересовался он с наглой мордой.

Ну точно вчера обсмотрел ее во всех деталях.

— У нас вчера было, да? — решила она на всякий случай уточнить.

«И если было, то как это было?» — очень хотелось спросить. Но как бы она тогда выглядела в его глазах?

Однако Авик ответил совершенно не то, что Вика ожидала услышать:

— Я не хотел заниматься с тобой сексом в первый раз на пьяную голову.

Он сообщил ей это как само собой разумеющееся. Как будто вовсе не сомневался, что она согласится лечь с ним в постель потом, будучи абсолютно трезвой.

Он добавил:

— К тому же, если бы у нас было, ты бы это точно запомнила…

При этом так на нее посмотрел, что в животе у Вики томно заныло.

У Вики никогда такого не было, чтобы с таким радушием приглашали на кухню в абсолютно чужом доме, кормили завтраком. И это после того, как ночью она показала себя не с самой лучшей стороны. Проклятые коктейли…

Оказалось, угощение, что Авик принес ей в комнату, — лишь часть меню, которое он для нее подготовил.

Переодетая в его черную футболку, Вика с удовольствием лопала с Авиком за столом десерты самого разного вида. Особенно ей пришлись по вкусу круассаны с шоколадом. Маленькие, хрустящие, с нежной, божественно сладкой начинкой. А как пахли… Стопроцентно так пахнет в раю.

После завтрака Авик пригласил ее на террасу пить кофе и наслаждаться как никогда теплым весенним днем.

Вика жмурилась от удовольствия, вдыхая свежий кофейный аромат и рассматривая внутренний двор за его домом. Оказалось, у Авика тут целый мини-сад, сплошь усаженный вишней и черешней. Хоть оставайся у него на все лето и собирай урожай.

Вика откровенно наслаждалась таким спокойным и в то же время будоражащим воображение утром.

А еще они с Авиком говорили, говорили…

Здесь и сейчас Вика забыла, что она замужем, что у нее неприятности с квартирой и на носу раздел имущества, что муж, возможно, уже не раз осквернил их супружеское ложе со всякими там голыми девками.

Все те гадости как будто случились не с ней, а с той, прошлой Викой, которую постоянно преследовали неудачи.

Здесь и сейчас ей было хорошо.

И что из того, что она почти не знала мужчину, который сидел напротив.

У Авика тоже никогда такого не было.

Чтобы вот так просто общение нон-стоп…

Чтобы совместный вечер плавно перетек в ночь, а ночь в утро.

Чтобы задушевные посиделки прямо за завтраком.

Чтобы было так охуенно с девушкой, которую только вчера встретил.

И это даже без постели!

Потихоньку Авик стал замечать, какие Вика с Аней все-таки разные. Вроде бы внешне похожи, но Аня — состоявшаяся в браке пресыщенная кошка, а Вика…

Она даже улыбалась по-другому, как-то робко, с надеждой.

Авику казалось, что ей серьезно чего-то недодали в жизни и поэтому она ценит абсолютно все, что имеет. Во сто крат больше ценит, чем кто-либо другой.

Да, по всему выходило, что счастья этой девчонке в жизни перепало всего чуть.

И ему почему-то очень хотелось это восполнить для нее.

Хотелось быть для нее джинном, исполнять желания. И чтобы она всегда на него смотрела, как сейчас. С интересом и некой долей восхищения.

Ему нечасто доставались такие взгляды.

— Кста-а-ати, — протянула Вика. — Я не верю, что кидалась в тебя своим нижним бельем!

— Всерьез ничего не помнишь? — хмыкнул он.

Она-то, может, и не помнит, зато он никогда этого не забудет.

Воспоминание Вики, стягивающей с себя трусики, Авик скрупулезно записал на подкорку мозга. Мысленно поместил на лучшую полочку в отделе, отвечающем за память, и подписал не иначе как «Топчик».

— Не помню, — покачала она головой. — Потому что не было такого! Ну не могло быть! Зачем бы я кидалась в тебя одеждой у какого-то там бассейна? Мне что, так хотелось искупаться? Не верю!

— Что значит — у какого-то бассейна? — вскинул он подбородок. — Не надо оскорблять мой бассейн.

— Он у тебя такой обалденный? — сразу заинтересовалась она.

— Одна картинка стоит тысячи слов. Пойдем, покажу.

Он встал, взял Вику за руку. Мысленно заурчал от удовольствия из-за того, что руки она не отняла. И повел в банный комплекс, как он это называл.

Пристройка с бассейном и баней у него находились с другой стороны дома. Туда и повел свою неожиданно обретенную красоту.

Гордо показал ей сауну, предбанник, большой круглый бассейн.

— Нравится? — спросил с улыбкой.

Вика вот уже второй раз за последние сутки по достоинству оценила большое джакузи, выложенный голубой плиткой бассейн, заохала и сказала:

— Обалдеть, Авик, из твоего дома можно не уходить. Тут вообще все есть…

— Так не уходи, — пожал он плечами.

Сказал это полушутя-полусерьезно.

Но имел в виду именно то, что озвучил. И посмотрел на Вику соответствующе, чтобы поняла, что у него на уме.

— У меня на тебя серьезные планы, — добавил, буравя ее жадным взглядом.

И слегка подтолкнул Вику сзади к бассейну.

— Ты что, хочешь заставить меня купаться? — Вика отпрыгнула от него на пару шагов. — У меня купальника нет! У меня даже белья нет.

Вот оно — ключевое.

Что так его будоражило, пока находился с ней.

Завтракаешь с девчонкой, наслаждаешься общением, смотришь в глаза, любуешься улыбкой, показываешь свои владения…

И точно знаешь, что на ней нет трусиков.

— Зачем оно тебе нужно, это белье? — махнул он рукой. — Кто его вообще придумал.

— Ты прикалываешься сейчас? — охнула Вика.

И так возмущенно на него посмотрела, что Авик прыснул смехом. Ни дать ни взять оскорбленная невинность.

— Вчера ж купалась голой, и все было нормально. Сегодня что не так? — спросил он с полуулыбкой.

— Сегодня в моем организме нет зеленого коктейля… — развела руками Вика.

Авик снова усмехнулся.

— Да, вчера последний коктейль был явно лишним, — признал он. — Теперь я лично буду следить за тем, сколько чего ты пьешь. Пойдем, что ты так смущаешься?

Авик подошел к ней и очень по-хозяйски взял за талию. Подождал пару секунд, давая Вике шанс сбросить его руки, если не нравилось.

Но она не сбросила.

И шагу назад не сделала.

Осталась стоять к нему вплотную, смотрела в глаза.

Своим молчанием будто одобрение ему давала или на что-то решалась, он так и не понял.

Впрочем, когда он очутился к Вике настолько близко, мозг напрочь отказывался работать. Все, чего Авику хотелось, — плотного телесного контакта.

Присвоить девчонку окончательно. Попробовать ее на вкус, снова любоваться ее обалденным телом, наконец, взять.

Все должно быть так и никак иначе.

Авик никогда не целовал Аню, как мужчина целует женщину. Всегда ограничивался поцелуем в щеку, легким, как крыло бабочки, и таким же малозначимым. Для нее… Для него-то и это было много. А на большее в его мозгу стоял строжайший запрет.

Потому что жена друга.

А тут…

Вот она — живая нежная женщина, как две капли воды на Аню похожая. И никаких запретов, никаких угрызений совести.

Было бы кощунством не тронуть ее.

Может, Авик и сдержался бы, продолжил ухаживать, чтобы позже, когда отношения перейдут в другой статус, со смаком уложить Вику в койку. Но у него так давно никого не было…

И он пошел в атаку.

Крепко прижал Вику к себе и смял ее губы поцелуем.

Девчонка оказалась на редкость сладкая, податливая. Очевидно, что совершенно не ожидала такого натиска. Оттого отвечала искренне. Сначала робко, затем более щедро возвращала ласку губами. Провела ладонями по его груди, затем обвила его шею руками.

Авик затеял серьезную игру с ее губами. Досконально изучил ее рот языком. А потом решительно потянул полы ее футболки вверх.

— О-о… — простонала Вика ему в губы, когда он провел ладонями по ее бедрам.

На секунду остановился, поглаживая нежную кожу на талии, а потом потянул ткань ее футболки выше.

Секунда, и он стащил с Вики единственную одежду, которая на ней была.

— М-м… — Девчонка закусила губу и зачем-то прикрыла грудь руками.

Уставилась на Авика, как будто она — невинный ягненок.

— Иди в воду, — скомандовал он.

Развернул к себе спиной, снова чуть подтолкнул в сторону бассейна.

И Вика пошла.

Авику дорогого стоило просто оставаться на месте и смотреть, как она входила в воду.

Точеная фигура сзади показалась ему очень притягательной.

Упругие булочки, стройные ноги, плавные изгибы фигуры…

Не девчонка, сказка.

А как она изящно спускалась по ступенькам в воду…

К слову, ничуть не замерзла.

Впрочем, тут Авик схитрил. Воду в бассейне подогрел с утра пораньше, потому что предчувствовал такой исход дела, точнее очень на него надеялся. Температура двадцать девять градусов — точно парное молоко.

Авик принялся срывать с себя одежду.

Действовал так быстро, как только мог.

Футболка и джинсы полетели на пол, за ними трусы.

Чего стесняться, если девушка уже голая.

К тому же если чем в своей внешности Авик по-настоящему гордился, так это фигурой, которую нещадно шлифовал в спортзале. Мускулистой грудью, руками, спиной. На животе у него ни капли лишнего жира. Член, опять же, больше среднего, он измерял и читал статистику, и с потенцией все зашибись.

Авик шагнул в воду вслед за Викой.

Он дошел до того места, где она остановилась — там воды было ей по грудь.

Встал сзади, шумно задышал ей в макушку, разглядывая молочно-белую кожу плеч, сплошь покрытую мурашками.

Мурашки в его честь? Потому что он рядом?

Осознавать это было настолько приятно, что хотелось рычать довольным зверем.

Скорей всего, Вика понимала, чего он у нее сейчас попросит. Ведь взрослая девочка, так?

И тем не менее она застонала, когда он обхватил ее талию руками, слегка погладил.

Авик обнял ее правой рукой под грудью, а левой убрал с шеи волосы, принялся целовать. Чем дольше целовал, тем сильнее мутилось в голове. А внутри разгоралось жгучее желание.

Вика так и не обернулась к нему, чертова скромница. Ему пришлось самому ее поворачивать.

Но ведь если не хотела, оттолкнула бы его, так?

Авик млел от ее молчаливого согласия.

Стоял, возвышаясь над ней чуть ли не на полголовы, прижимал Вику к себе и балдел от нахлынувших чувств.

Он так давно не приводил сюда девушек…

А такая, как Вика, и вовсе здесь впервые.

В этой маленькой блондинке сосредоточено все, что ему так нравилось в женщинах. Невинный взгляд, пухлые губы, мягкая, среднего размера грудь, которую было так неимоверно приятно мять в ладони. И чувствительная к его поцелуям кожа.

Один бог знает, как Вика нравилась ему, как сильно он ее хотел.

Вдоволь насладившись поцелуями, Авик чуть приподнял ее и понес в воде к бортику. Прижал спиной к гладкому кафелю, потом упер руки в стенку бассейна по бокам от Вики и снова стал жадно ее целовать.

Авик не знал, сколько это длилось.

Время потеряло свою актуальность.

Законы мироздания на них не действовали. В этом конкретном бассейне центром вселенной для него стала она, девушка, которую так безумно желал. Казалось, отберите ее у него, и он с ума сойдет.

Авик исследовал руками ее всю: померял ладонями грудь, приласкал так, что ее соски торчали колом, гладил ее плоский животик, сжимал упругую попку. Потом подхватил ее под эту самую попку и приподнял на уровень своего роста.

Вика вскрикнула, когда Авик заставил ее раздвинуть ноги, устроился к ней вплотную.

Он упер головку члена ей в чуть припухшие, мягкие губки между ног и с довольным рыком протиснулся в нее.

Вика оказалась тесной, как девочка, но вполне к нему готовой.

Она выгнулась ему навстречу, позволила втиснуться в нее до конца. При этом слабо вскрикнула, будто быть до отказа заполненной мужским членом для нее оказалось непривычно.

Авику очень понравилась такая ее реакция.

Он в очередной раз смял ее губы поцелуем и, не прерывая контакта губ, стал нарочито медленно двигаться в ней.

Спешить не хотелось.

Он мечтал сполна прочувствовать каждую секунду контакта с желанной девушкой. Растягивал ее собой, заставлял извиваться и вслушивался в ее сбивчивые стоны.

По мере того как Авик увеличивал ритм толчков, в нем все нарастало удовольствие.

Он бы и кончил в нее с удовольствием.

Но…

Рановато им делать детей. А ведь все шло к тому.

С недовольным возгласом Авик все же вышел из нее. Не слушая ее удивленных вздохов, подхватил на руки, понес вон из бассейна.

Тут в предбаннике у него стоял диван, рядом с которым в тумбочке Авик хранил пачку ультратонких презервативов — на всякий пожарный случай.

Наконец-то пригодилось! Аллилуйя!

Авик уложил мокрую девчонку прям на диван, покрытый пушистым серым покрывалом.

Со скоростью звука достал резинку. Привычным движением натянул презерватив на член. Полностью готовый продолжать, направился к Вике.

Надо было видеть, каким взглядом она его наградила.

Жарким, томным! Вика вся раскраснелась, уже практически не стеснялась его, откровенно ждала, когда он продолжит.

И он продолжил…

Авик подмял ее под себя, устроился между ее ног и без всяких прелюдий снова заполнил ее собой.

Больше не медлил, брал ее резко, с нажимом. И очень скоро Вика застонала под ним в оргазменных судорогах. Он чувствовал, как она сокращалась внутри, как ей было хорошо.

В три мощных толчка достиг оргазма и сам. Но Вику из-под себя не выпустил.

Некоторое время они лежали так, плотно друг к другу прижатые. Авик целовал ее в щеку, с удовольствием вжимал в нее губы.

А потом Вика будто очнулась.

— Ты очень тяжелый, — тихо сказала она.

Наконец он вспомнил, что хорошо бы с девушки встать.

Поднялся, помог подняться и ей, повел в душ, который находился здесь же рядом с парилкой. Потом достал из шкафа в предбаннике два пушистых белых полотенца.

Одно накинул себе на бедра, в другое закутал Вику.

И тут она огорошила его вопросом:

— Все? Мне можно уже уходить?

Что называется, приплыли.

Авик почувствовал себя так, будто она плеснула ему в лицо ледяной воды.

— Зачем тебе уходить? — Он безумно расстроился.

Думал, ей тоже понравилось. Она ведь кончила с ним. Если девушке нравится, она не уходит после одного раза, так?

— Ну мы же уже того… — Вика пожала плечами.

— А у тебя это была главная цель? — Возмущению Авика не было предела. — Я думал, тебе со мной нравится…

— Не было у меня такой цели, Авик, — простонала она. — Просто у меня не очень богатый опыт с мужчинами, и я подумала… Я не знаю, что дальше обычно делают после такого. Вот и предположила…

«Предполагальщица фигова!» — ругнулся он про себя.

— Ерунду не неси, — сказал Авик строго. — Если бы мне нужен был от тебя только секс, трахнул бы еще вчера и отвез обратно в отель. Возможность была.

Вика посмотрела на него своими огромными, дико трогательными голубыми глазищами и ничего не ответила.

Авик решил идти до конца.

— Проведи свой отпуск со мной, пожалуйста, — попросил он. — А там посмотрим, как и что. Согласна?

Замер, ожидая ее реакции.

Вика закусила нижнюю губу, посмотрела на него исподлобья. Дождалась, пока он разведет руки в молчаливом призыве, подошла к нему, позволила себя обнять. А потом положила голову ему на плечо и тихо сказала:

— Да.

Авик с огромным удовольствием начал будить Вику поцелуями. Слишком долго лежать рядом с ней он попросту не мог.

Она так бесподобно и правильно смотрелась в его кровати — будто всегда тут спала.

Светлые волосы разметались по белой шелковой наволочке, молочно-белое плечико призывно выглядывало из-под одеяла. Прелесть, а не девушка. Ему давно такую надо было в дом. Давно! Жаль, что так долго не находилась.

Да, да, после зачетного купания в бассейне он ее никуда не отпустил. И на следующий день тоже.

Драгоценная блондиночка вот уже больше двух суток находилась в его доме.

Точнее, они много куда ходили вместе — и в ресторан, и в парк, и кататься по ночному городу. Он ведь должен был показать ей Краснодар. Но возвращались всегда к нему. Даже за вещами Вики они так и не заехали. Авик заказал для нее несколько новых платьев в том самом бутике, который ей так понравился.

Авик вообще никуда ее от себя не хотел отпускать.

Да и кто ж такую прелесть отпустит? Только самый последний кретин.

«Она дана мне в награду за то, что я был очень хорошим», — шутил он про себя.

А если серьезно, он подумывал предложить ей переехать к нему.

Рано, да.

Разве такое предлагают спустя три дня знакомства?

Но если Вика и могла теоретически предположить, что может вернуться обратно в свой Питер, то Авик — нет.

Он же тут взвоет в четырех стенах без нее.

И никакими командировками дело не поправишь уж точно.

К тому же с ней так безумно приятно нежничать…

Авик зарылся губами ей в макушку, вдохнул приятный до дрожи персиковый аромат волос. Специально заказал шампунь для Вики, да и не только, ведь девочкам нужно так много разного. Хотел, чтобы ей было у него комфортно.

— Ты почему не спишь? — тихонько спросила Вика и сонно ему улыбнулась.

Поспишь тут, как же.

Когда такая обалденная попка лежит рядом, тем более голая, стоит руку протянуть, и можно сжать.

Опять же грудь.

У Вики была обалденная грудь, Авику очень нравилось ее сжимать, перекатывать в пальцах соски, целовать. Ради такой груди он готов был на очень многое.

Вот и сейчас просунул руку под одеяло, нащупал упругий мячик.

Одновременно с этим прошелся губами по шее Вики. Заурчал от удовольствия, легко покусывая нежную кожу. Потерся эрегированным членом о ее круглую попку, чтобы она знала — он тоже голый.

Вика выгнулась, легко застонала.

Авик опустился рукой ниже, заставил ее немного прогнуться. Коснулся ее между ног, нежно погладил чуть припухшие мокрые губки. Требовательным движением придвинул Вику к себе боком, устроился сзади и направил головку члена ей между ног.

Скользнул внутрь и моментально оказался в тесном пространстве.

С упоением начал входить в нее, увеличивая темп.

Он двигался в ней поршнем, накачивая удовольствием и ее, и себя. Крепко держал Вику за талию, чтобы она никуда не сбежала, и продолжал ритмично в нее вбиваться.

Вика тихонько постанывала, хваталась за руку, которой он держал ее за талию, кусала губу.

Авику было так обалденно в ней, что хотелось рычать, как настоящему льву.

Он позволил Вике кончить, а потом за несколько резких вторжений достиг пика удовольствия и сам. Резко вышел и оросил семенем ее попку и спину. А потом и вовсе уложил Вику на живот и лег сверху, ловя отголоски наслаждения.

— Ты бесподобная в постели, — заявил Авик ей на ухо.

— Я же ничего не делала толком, — издала она смешок.

А некоторым и не нужно ничего делать в постели, чтобы мужчине было хорошо. Нужно просто в этой постели быть.

У Авика в жизни было достаточно женщин, которые пытались покорить его искусством любви. И горловые минеты ему делали, и другие выкрутасы показывали. Только вот его возбуждало другое.

Маленькая, красивая, скромная женщина, которая вся в твоей власти… Это заведет кого угодно.

— Я люблю быть инициатором, — признался он. — Доминирующей стороной.

— У тебя хорошо получается. — Вика снова издала смешок.

Потом кое-как выбралась из-под него и сбежала в душ, как она это обычно делала.

Авик улегся на спину, очень собой довольный.

Как же все вовремя!

Он — взрослый мужчина с домом и кое-какими сбережениями. Готовый к семье, детям, вдоль и поперек нагулявшийся. Ему было что ей предложить.

Ему даже на работу теперь не надо, а то ведь вечно был в разъездах. Он, считай, в неоплачиваемом отпуске. Позже что-нибудь обязательно придумает, может даже откроет свое дело. А сейчас… В кои-то веки есть время закрутить серьезный роман с продолжением. Насладиться жизнью. Пора уже!

Впрочем, именно в этот момент его телефон пропиликал сообщением от друга, а заодно и начальника.

Бывшего?

«За трудовой приходить собираешься? Ждет тебя», — писал Тигран.

Авик поднимался по ступенькам офисного здания с двойственным чувством.

Он убил на работу в фирме Тиграна не один год своей жизни, тут все было построено им и Тиграном изначально. Не будь Авика, может у Тиграна и бизнес не был бы таким успешным. Ведь безопасность — отнюдь не легкая сфера для деятельности. Тут зачастую рискуешь собственной шкурой в прямом и переносном смысле.

Авик всегда считал себя безопасником от бога, да и Тигран нередко его так называл.

И вот теперь настало время уйти из охранного агентства «Щит».

Авик шел в отдел кадров за трудовой книжкой, понурив голову. Как переменчив мир! А ведь не так давно друг хотел сделать его полноправным партнером.

Хотя друг ли?

Понятно, что Авик покусился на святое, но он же это святое, то бишь жену Тиграна, не раз защищал.

Так оно, наверное, и бывает, что расходятся у друзей пути-дороги.

Из-за женщин. Раз — и отрезало по живому.

Авика немного потряхивало, когда шагал по коридору конторы, здоровался с коллегами. Ведь вполне возможно — он здесь в последний раз. Никому ничего не сказал про свое увольнение и его причины, сразу свернул в кадровый отдел.

— Здравствуйте, Алевтина Викторовна, — протянул он, угрюмо оглядев тучную работницу кадрового. — Давайте бумагу, листок, буду писать заявление.

— Какое такое заявление? — удивилась она, поправив высокую прическу. — Авик Ваанович, вы что это удумали?

Авик притормозил у самого стола служащей, уставился на нее с удивлением, спросил:

— Тигран Артурович разве не предупреждал? Никаких указаний про мою трудовую не давал?

— Нет, — она нервно покачала головой. — Просил, как придете, к нему направить.

— А как попросил? — Авик прищурился. — Обычным тоном или…

— Вы лучше сходите, — посоветовала служащая. — А то вы же знаете Тиграна Артуровича. Рот откроет, полыхнет огнем и спалит нас всех к шутам…

Тиграна Артуровича Авик знал великолепно. Как и способность друга жечь напалмом все живое, когда он в плохом расположении духа.

С чего бы ему злиться?

Ангел осталась с ним, а Авик согласен уйти без скандала.

Все при своем.

Почти…

Тем не менее Авик не стал кривить лицо и строить из себя гордеца. Раз Тигран хочет поговорить, они поговорят. Авик — не тот человек, кто станет уходить от разговора.

И он пошел наверх.

В святая святых — кабинет генерального директора фирмы.

— Приветствую, Ануш, — поздоровался он с секретарем Тиграна.

Показательно постучал в распахнутую настежь дверь.

— Авик Ваанович, как хорошо, что вы пришли. — Молодая миловидная девушка ему улыбнулась. — Тигран Артурович про вас уже два раза спрашивал…

— У себя? — Авик ткнул пальцем в дверь кабинета Тиграна.

— У себя, — кивнула она.

И заторопилась к кофемашине, принялась расставлять на подносе угощение.

Зачем бы?

Авика тут кофе собираются поить, что ли?

И вправду, стоило Авику войти к Тиграну, как тот тут же затребовал две чашки кофе.

Ануш вплыла в кабинет с двумя крохотными чашками крепчайшей арабики, все как любил шеф и Авик. Поставила поднос, расставила угощения на столе перед боссом и спешно удалилась.

— Явился-таки, — хмыкнул Тигран, сидя на своем троне, а именно так выглядело его здоровенное черное кресло.

Авик устроился напротив друга, скрипнул стулом, откидываясь назад.

На манер Тиграна также посмотрел свысока.

— Позвал-таки… — ответил ему в тон. — Только зачем, непонятно. Я собирался написать заявление по собственному. Забрал бы трудовую и…

— Тебе так нужно увольняться? — С Тиграна слетела спесь. — К чему этот цирк, Авик?

— Какой такой цирк? — полюбопытствовал Авик. — Ты сам меня уволил на днях, сам велел явиться за трудовой, вот я и…

— Ты меня не знаешь, что ли? — заворчал Тигран, посматривая на Авика исподлобья. — Я вспыльчивый, но отходчивый. К тому же вспылил я по делу. Тебе бы понравилось, если бы я на твою жену…

Тигран сказал последнее и осекся.

— Извини, Авик, — тут же добавил.

Авик приподнял левую бровь.

— К чему извинения?

— Я не хотел проезжаться по больному, — сморщил лицо Тигран. — Ты ведь один, нет жены. Но я в любом случае не позволю тебе прикоснуться к моей Ане, я…

— Если бы я хотел прикоснуться к твоей Ане, — Авик невольно подался вперед, — то начал бы подбивать клинья давным-давно, Тигран, как до тебя не доходит! Я все эти годы ее не трогал потому, что она твоя жена. Относился со всем уважением к вам обоим, семью тебе помогал сохранить. И она осталась твоей женой, поэтому в будущем я также не стану ее трогать. У меня есть понятие о чести и дружбе.

— Вот как? — хмыкнул Тигран. — Тогда что это было позавчера?

— Позавчера ты на нее орал посреди двора! Я терпеть не могу, когда ты так с ней…

— Посмотри на меня, — тихо зарычал Тигран. — Я ее защитник, не ты! Я жизни не пожалею, если будет нужно, чтобы ее защитить от всего. И сам ей никогда ничего плохого не сделаю. Покричать могу, да, но это максимум. Тебе ли не знать?

Положа руку на сердце, Авик прекрасно знал, что Тигран Аню не обидит.

Но все же…

— Сдерживаться не пробовал? — хмыкнул Авик. — Тебе не помешало бы.

Видит бог, если что и действовало на Тиграна хуже, чем советы сдержать темперамент, то это разве что пинок по самому сокровенному.

— Заимей свою жену и сдерживайся сколько хочешь! — рявкнул он. — И умничай заодно. Ключевое услышь, Авик. Не мою Аню. СВОЮ!

— Не нужна мне твоя Аня, у меня своя Вика есть, — объявил Авик с достоинством. — Между прочим, самая красивая женщина на свете.

У Тиграна вытянулось лицо.

Он подался вперед, с любопытством спросил:

— Какая такая Вика? Врешь ты все, нет и не может быть женщины красивее моей Ани!

Авик усмехнулся, достал из кармана телефон, чуть полистал снимки в галерее, нашел нужный.

На фото была спящая в его постели Вика. Волосы разметались по белой наволочке, темно-коричневые ресницы половину щек закрыли, настолько длинные, губы сложены бантиком, а из-под одеяла торчало молочно-белое плечико.

Линия шеи какая нежная…

Лебедь.

Или лучше сказать — ангел.

— Божественное создание, — горделиво сообщил Авик. — Вся моя. Если все срастется как надо, через месяц буду делать предложение.

— Где ж ты ее взял такую? — удивился Тигран. — Еще недавно, значит, нервы мне трепал, а тут… Кстати, на Аньку мою похожа.

— Есть чутка, — пожал плечами Авик. — Но по характеру совсем другая.

— Вика, Вика… — Тигран повторил задумчиво. — Слушай, а это не Виктория Незабудкина? Подруга у Ани такая есть, должна была к нам приехать, но не приехала. Телефон отключен, родные не знают, где она, короче какой-то сюр. Пропала девка. Не ты ли ее спер, засранец? И никому не сказал!

На засранца Авик почему-то не обиделся. Произнесено было с юмором, да и, чего греха таить, поступил он не лучшим образом, когда наврал Вике про отъезд Ани. Считай, увел девчонку у друзей из-под носа.

«Что бы такое ответить…»

— Эм… — Авик отвел взгляд.

Кстати, то, что Вика отключила телефон, он тоже знал. Ей написывал какой-то придурок под гордым именем «Не брать трубку», а она очень из-за этого расстраивалась. Авик видел пару раз, как она читала эти сообщения, потом снова отключала телефон. Пытался спросить, что и как, но она уходила от ответа. Подумал — расскажет, когда захочет. А если это какой-то сталкер, так Авик ему руки ноги выдерет и в сталкеровскую жопу засунет.

— Ты украл подругу моей жены! — Тигран больше не спрашивал, утверждал.

— Украл, и что? — Авик даже не стал отпираться. — Возврату не подлежит.

На это Тигран лишь хмыкнул и спросил:

— Ты, может, расскажешь, что случилось?

Вежливо попросил, в кои-то веки не наседал.

Авик решил, что все-таки пора сдаваться с потрохами, и выложил другу все.

Как позвал Вику в гости, как предложил показать город, а она возьми да согласись…

— В общем, у нас отношения, — подвел итог Авик. — Все серьезно, думаю сегодня предложить ей переехать ко мне.

— Даже так? — Тигран довольно улыбнулся. — Так это же замечательно. Гора с плеч! Приглашаю вас с Викой в ресторан! Прямо сегодня приходите, заодно Аня повидается с подругой, убедится, что с ней все хорошо. Так сказать, закрепим мир.

— Между кем и кем? — хмыкнул Авик. — Это ты мне сказал держаться подальше, я в твою сторону ничего подобного не говорил…

Тигран снова подался вперед и с усмешкой произнес:

— Ты бы мне еще хлеще сказал, если бы я покусился на твое святое…

— Может быть, — кивнул Авик. — Извини меня за ту слабость, более не повторится.

— А ты меня за резкость извини, — сказал Тигран.

Все-таки друзья. До сих пор!

Авик с видимым удовольствием пожал руку Тиграна.

— Значит, мы с Аней ждем вас в «Сапфире» в девять, — кивнул Тигран.

Авик согласился, подметив про себя, что Тигран выбрал любимый ресторан жены.

Что ж, Вике тоже там должно понравиться. Европейская кухня, все по высшему разряду.

Дальше друзья принялись обсуждать рабочие моменты.

Честно сказать, Авику стало гораздо легче дышать, когда он понял, что увольняться больше нет надобности. Все же начинать семейную жизнь безработным — плохая примета.

Однако отпуск Авик у Тиграна все-таки выбил. Пара-тройка недель на ухаживания ему попросту необходима.

— Если уж встретил свою женщину, не упусти, — напутствовал его на прощание Тигран.

Авик определенно не собирался упускать своего Ангела. И в страшном сне такой возможности не видел.

После того, как вышел из офиса, Авик поехал прямиком в гостиницу, где Вика оставила вещи. За два дня они так и не сподобились сходить и забрать их. Но дольше держать за ней номер в гостинице Авик не видел никакого смысла. Может быть, предложи он Вике вчера забрать вещи, она бы еще поспорила, но после сегодняшнего точно не стала бы. После такого-то утра.

Поэтому Авик планировал вернуться домой с ее вещами и предложением остаться у него насовсем. Попробовать пожить вместе.

Не знал, какой длины у Вики отпуск, и знать не хотел. Потому что ни через неделю, ни через месяц он ее домой отпускать не собирался.

Подъехав к зданию небольшой гостиницы, Авик вышел из машины и направился прямиком к хозяину. Проигнорировал приветствие девушки с ресепшен.

Хозяин гостиницы и по совместительству хороший приятель Авика, Ашот Микаян, оказался на месте. Приветствовал друга радужной улыбкой во все тридцать два зуба, пригласил в свой кабинет.

— Авик, дорогой, как поживаешь? С чем пожаловал?

Он решил не ходить вокруг да около, сразу начал с главного:

— Моя девушка оставила тут вещи, хочу забрать и заодно заплатить, что она там должна. Обратно в гостиницу она не вернется.

— А девушка сама где? — поинтересовался друг с удивленной миной.

— А девушка у меня, ей не до хождений по гостиницам, занята более приятными делами в моем доме.

— То есть, — Ашот немного закашлялся, — ты хочешь, чтобы я открыл для тебя номер постороннего человека, не твоей жены. Дал тебе собрать вещи и забрать с собой? Так? А что если…

— Нечего собирать, там неразобранный чемодан, и все, — сказал Авик с серьезным видом. — Ты что, мне не доверяешь, что ли? У тебя моих контактов нет, если что?

Друг скривил лицо. Ему эта идея явно не нравилась.

Авик продолжил его убеждать:

— Войди в положение, сюрприз ей хочу сделать, окончательно к себе переселить. Любовь у нас, понимаешь?

— А-а, понимаю, — важно кивнул хозяин гостиницы. — Ладно, если что, у меня и вправду есть твои контакты. Пойдем со мной на ресепшен, дадут тебе ключ.

Уже через несколько минут Авик оплатил счет Вики и теперь поднимался с новенькой картой-ключом на второй этаж, где располагался ее номер, — забрать вещи.

Не постучал, поскольку не ожидал, что в номере кто-то будет.

Однако, когда зашел, увидел на кровати, которая занимала добрую часть номера, здоровенного холеного блондина. Разлегся, гад, почти голый — на тело только полотенце наброшено.

— Ты кто такой? — удивился Авик. — Что ты делаешь в номере Виктории?

— Я, собственно, муж Виктории. А ты кто такой?

Муж Виктории.

— Муж?! — выплюнул Авик ошалело.

Его от полученной информации аж перекосило.

— Он самый, — гордо проговорил незнакомец.

И соскочил с кровати, быстро натянул шорты, что лежали на кресле неподалеку. По всему было видно — великолепно освоился в Викином номере.

Откуда он здесь? Как узнал, где остановилась Вика? Не иначе, женушка пригласила?

«Нет, это какой-то бред», — решил Авик.

Вика не могла такого сотворить. Ну не способна она спать с ним и вместе с этим ждать приезда мужа. Это ж каким стервозным характером надо для такого обладать? Но она совсем не похожа на стерву.

На ласковую голубку похожа.

Он моментально отмел от себя идею, что Вика может быть замужем. Слишком эта идея неудобоварима. Невыносимо даже на секунду представить, что его девушка может официально принадлежать кому-то другому. Тем более этому здоровенному блондину. Слишком уж они с ним разные, у девчонок не бывает такой перемены вкуса. Да и вообще, не может же он быть настолько невезучим, чтобы в который раз на одни и те же грабли. Влюбиться в замужнюю девчонку…

— Еще раз повторяю, я муж и я тут на законных основаниях, номер оформлен на мою жену, — самодовольно повел плечами блондин. — А ты кто, шибздик?..

Шибздик, значит.

— Пиздишь ты все про жену, — ругнулся Авик.

И до того ему надоело видеть самодовольную ухмылку блондина, что без объявления войны или какого-либо боевого клича Авик двинулся на придурка прямой наводкой. Двинулся с твердым намерением вышвырнуть его из номера. И плевать, чьим мужем он себя воображает.

— Ты чего? — только и успел вскрикнуть этот тип.

Не испугался даже. Наивный.

Впрочем, Авика поначалу мало кто боялся, ведь ростом невелик, а что чемпион по самбо, у него на лбу не написано. В этом одно из его преимуществ — никто не бежал от него сразу.

И блондин не сбежал.

По-бычьи выпятил грудь, уверенный в своем превосходстве. Очень удивился, когда Авик сделал резкий выпад, схватил его руку и сноровисто выкрутил.

— Че делаешь, придурок? — закричал он. — Отпусти!

Но Авик и не думал отпускать, собрался пинком под мягкое место вышвырнуть незваного гостя из номера.

Видимо, блондин сообразил, что его ждет, стал изо всей дури сопротивляться. А дури в нем оказалось много. Но Авик не из тех, с кем можно справиться исключительно мышечной массой. Он тут же перехватил кисть противника, взяв на излом. Услышал новый болезненный вопль и стал толкать противника к выходу.

— Знаешь, что я делаю с пиздоболами вроде тебя? — шипел он в спину блондина. — Я их по полу размазываю. Или ты предпочитаешь быть размазанным об стену? Так я запросто… Жена она ему, как же… Вика ни за что не вышла бы за такого козла.

— Я муж! Правда муж! У меня паспорт… Свидетельство о браке… — вопил блондин.

И отчаянно упирался.

Никак не хотел быть выпнутым за дверь.

— Какой паспорт? — взревел Авик. — Если это какой-то элитный прикол, чтобы пожить в чужом номере, я тебя кастрирую, сука…

— В сумке паспорт, — выл от боли блондин. — Сумка у кровати…

Авик цокнул языком, скривил лицо и пихнул противника в спину, отпуская.

Тот не удержал равновесия и рухнул на колени. Но быстро подскочил, ткнул рукой в сторону кровати:

— Т-там…

Авик шагнул к кровати и вправду увидел темно-синюю потертую с боков сумку. Сморщив нос, поднял, кинул на кровать.

— Доставай! — рявкнул блондину.

Тот быстро метнулся к сумке, сунул руку в боковой отдел и достал паспорт, обернутый в кожаную обложку с надписью «Питерский».

Открыл страницу с семейным положением и вправду увидел, что этот мудак женат. Год назад женился на некой Виктории Андреевне Незабудкиной.

Авик не знал, какое у Вики отчество, но фамилию она ему называла — Незабудкина, мать ее так. Он еще тогда подумал — какая говорящая фамилия, прямо под цвет ее глаз.

— Пиздец… — процедил Авик сквозь зубы.

Блондин весь приободрился, снова где-то нашел храбрость, стал возмущаться:

— Ну? Убедился? Нормальные люди сначала спрашивают, а потом руками машут. Рембо тоже мне… Че те надо от моей Вики вообще? Приперся тоже мне…

Приперся, да. Приперся и охренел.

— Твоя Вика сейчас у меня, — процедил Авик. — В курсе, да? Ушла от тебя жена, так что нечего тут понты колотить…

Он не знал, какой реакции ждал, но явно не той, что получил.

Блондин на секунду потерялся, а потом усмехнулся, довольный собой, и сказал:

— Я отпустил ее погулять, она у тебя с моего разрешения. Не говорила разве? Мы часто так с ней. Отпущу погулять, а она потом подробно рассказывает, с кем была и что делала. Во всех деталях… Это у нас с ней такая эротическая игра.

— Что за хрень ты несешь? — Авик представил себе это, и аж всего передернуло.

— Кому хрень, а кому острые ощущения. Перчинка в отношениях. Хороший левак укрепляет брак, знаешь такое выражение?

— Нет, не знаю! — запыхтел недовольством Авик.

— Вот знай. Вообще, это сейчас модно и распространено. Куколдинг называется, слышал о таком?

Авику захотелось срочно вымыть руки, которыми касался этого типа. Стало тошно дышать с ним одним воздухом.

Куколд, мать вашу.

Он бы расколошматил мудаку морду, но противно прикасаться. Швырнул паспорт на кровать и зашагал на выход.

Пока шел по коридору к лестнице, а потом спускался вниз, в голове все крутилось: «Куколдинг, слышал о таком?»

А он, сука, слышал.

Не дремучий, поди.

Куколдинг — это когда ты получаешь сексуальное удовольствие от измен жены. Больше того, эти типы, куколды, даже могут позволить своим женам зачать от любовников. Намеренно!

У Авика, воспитанного на традиционных ценностях, зубы сводило от подобной дикости. Он собственник до мозга костей, даже представить не мог, как можно по доброй воле разрешить жене сходить налево. Но и тем, с кем изменяют, он также никогда не хотел бы стать, потому что считал это все мерзким.

Совсем они охренели в этом своем Питере? Хотя при чем тут Питер, когда люди такое делают.

Неужели Вика может иметь отношение к такой грязи?

Знай он ее год, два, пять лет, он смог бы с уверенностью ответить на этот вопрос. Но он знает ее два дня. И за эти два дня они в постели творили такое…

Авик сам не помнил, как добрался до дома.

Криво припарковал машину, зашел в дом. Отметил краем сознания, что в воздухе витает запах печеного, но ни с чем это не связал. В тот момент все внешние раздражители для него были лишь фоном.

Прошел в гостиную, позвал:

— Вика!

И она пришла.

Одетая в его же футболку, а поверх нее фартук, который он держал на кухне на всякий случай, — черный, с нарисованным на нем перцем чили.

Наверное, надо с ней вежливо поговорить, объяснить, где сейчас был, что видел-слышал. Но Авик был решительно не способен ни на какой вежливый разговор.

— У тебя паспорт с собой? — спросил он.

— Да, в сумочке, — ответила она, удивленно вскинув бровь.

— Доставай, показывай, — потребовал он сразу.

— Зачем?

— Быстро! — строго цыкнул он.

И Вика поспешила выполнить его просьбу.

Убежала в спальню, где оставила сумочку с паспортом, прибежала обратно с коричневой книжицей в руках.

— Семейное положение открой, — попросил Авик с убийственным выражением лица.

Очень хотел увидеть там девственно чистый лист или, на худой конец, штамп о разводе. Но… Он моментально узрел в глазах Вики ту самую вину, которую так не хотел видеть.

Только тут сообразил, что до этого самого момента не верил блондину из номера Вики. Мало ли? Может, тезки и однофамильцы они с его женой. Мало ли на свете Незабудкиных Вик? А теперь…

Он не стал ждать, что она ему что-то там покажет, спросил:

— Когда собиралась сказать, что ты замужем? Хоть промелькнуло у тебя, что мужу изменять нехорошо?

— Я… — Вика заломила руки, принялась бубнить: — Знаю, что должна была сказать, но… Он тоже изменял мне, он голую любовницу к нам в дом…

Авик смерил ее таким убийственным взглядом, что она замолчала.

— Мне не интересно, в какие игры вы играете с мужем, — отрезал он строго. — Вали-ка ты к нему обратно, ждет ведь. Тем более что я с тобой уже натрахался…

От его грубых слов Вика вся сжалась, насупилась.

Ни слова в ответ не сказала.

И вправду ушла.

А Авик сделал для себя неутешительный вывод. Нет на этой грешной Земле других ангелов, кроме Ани. Ну не залетают они сюда. Особенно его в поле зрения.

Вика шла обратно в гостиницу на негнущихся ногах. Всерьез кое-как перебирала конечностями.

Тут еще, конечно, виноваты лодочки на шпильках, которые Авик ей купил пару дней назад. Они идеально подходили к белому платью и белому же пиджаку оверсайз, который он также ей купил. В клубе по пьяному делу в них даже удобно было танцевать. Но для пеших прогулок на трезвую, к тому же расстроенную донельзя голову они никак не подходили.

К слову, Авик приобрел для Вики не только этот белый клубный прикид, но и много чего еще. Это первое, что попалось ей под руку, когда в спешке собиралась от него обратно к себе. А больше она даже ничего не взяла. Пусть подавится оставшимися вещами или выбросит. Или подарит новой любовнице.

Ей без разницы.

Честное слово, лучше бы он вообще ничего ей не покупал, но отнесся по-человечески! А не вот так…

«Пошла вон, я с тобой уже натрахался…»

Да, она виновата. Вика с этим не спорила.

У нее была куча шансов рассказать ему про мужа. Авик ведь спрашивал.

Но она смолчала.

Почему?

Да потому что в мыслях он уже давно был бывшим, пусть официально еще не успели развестись. Кроме того, ей совсем не улыбалось рассказывать Авику, как паршиво муж к ней относился.

Это ведь стыдно — рассказывать своему мужчине о том, как об тебя вытирали ноги. А ты позволяла. Потому что дура. Потому что верила, что все может исправиться, наладиться каким-то магическим образом.

Что Авик подумал бы о ней, расскажи она, какой была ее семейная жизнь? Ничего хорошего…

Ведь если кто-то позволяет себе обращаться с тобой плохо, значит с тобой в принципе так можно.

А Вика решила, что с ней так больше нельзя.

Нельзя, и точка!

К тому же Авик так трогательно к ней отнесся, так непривычно бережно…

Ей хотелось оставаться для него особенной, необыкновенной, продолжать получать от него комплименты. Он ее буквально как ангела воспринимал, кому бы такое не понравилось?

Хотя должно было насторожить.

С чего вдруг она решила, что армянин, которого она встретила всего два дня назад, вдруг станет ее судьбой на веки вечные?

Глупость же!

Да, он отнесся к ней как к королеве. Но это же их фишка!

Вика родом из маленького южного городка, где таких, как Авик, пруд пруди. Красивых слов в уши нальют, в постель уложат, и ищи их потом свищи. У нее самой так не случалось, но подруги часто рассказывали о подобных ситуациях.

«Эй, красавица, куда идешь?»

«Эй, прекрасная дэвушка, дай номерок…»

«Куда пошла, малышка, твоей маме зять нэ нужен?»

Стоило только поставить ножку на вокзале родного городка, как она слышала подобные речи, ведь армяне обожают блондинок. Раньше никогда не воспринимала это всерьез, улыбалась уголками губ, и только. А вот с Авиком вышло по-другому.

Он будто загипнотизировал ее необычно цепким взглядом карих глаз, сладкими речами, манерой поведения.

Ни один мужчина не ухаживал за ней так, как Авик. И она поддалась…

Неужели вправду поверила, что у них с Авиком может получиться что-то серьезное?

Наивная идиотка, ничему ее жизнь не учит.

«Вали из моего дома, я с тобой уже натрахался…» — снова всплыли в сознании его слова.

Обидно до слез.

Их-то она и размазывала по щекам, когда поднималась по ступенькам гостиницы. Зашла на ресепшен, спросила, сколько должна за номер, ведь собиралась выезжать незамедлительно, и тут сюрприз — за нее заплатили! Кто?

— Мужчина тут приходил, поднялся в ваш номер, — пожала плечами служащая.

Вика обалдело уставилась на нее, спросила:

— А с каких это пор вы впускаете в жилые номера других посетителей? Да я на вас жалобу накатаю!

И бросилась на второй этаж узнавать, что ж там за дядька забрался в ее апартаменты.

Уже на входе в номер споткнулась о кроссовки сорок пятого размера.

Отлично знакомые белые кроссовки.

Еще бы ей их не знать, она их сама мыла мужу не раз и не два, потому что ну не мог он сам добиться нужной степени белизны. Впрочем, сейчас белые кроссовки были уже серыми, но не суть…

Вика прошла в номер и узрела лежащего на кровати мужа.

Она в прямом смысле приросла к полу, шокированная его присутствием.

Зато Влад шокирован не был. Он лежал на покрывале в одних трусах и поигрывал мышцами груди, глядя на нее.

— Пришла, родная? — Муж улыбался ей во все тридцать два зуба.

Вика ошалело смотрела на него и не верила своим глазам.

Как он тут очутился? Как так быстро добрался из Питера сюда? Как нашел, в какой гостинице она остановилась? Перебрал все гостиницы Краснодара, что ли?

А главное…

В этот момент ее взгляд все же упал на прикроватную тумбу, где лежал раскрытый документ, похожий на…

— А паспорт ты где взял? — округлила глаза она.

Ведь четко помнила, как рвала его в клочки всего несколько дней назад.

— Почему ты спросила про паспорт? — Влад изогнул бровь.

А потом до него дошло…

— Так это ты стащила мой паспорт в Питере? А я думал, проебал где-то… Да как у тебя только совести хватило еще и мой паспорт…

Он тут же сел на кровати, недовольно на нее посмотрел.

Вика не знала, что он собирался сделать.

Бочком-бочком приблизилась к тумбочке, благо комната была совсем небольшая, и схватила документ в кожаной обложке с надписью «Питерский».

— А ну, отдай! — Влад тут же взвился, вскочил с кровати.

Наверное, он скрутил бы ее или сделал что похуже. Но Вика была начеку. Она схватилась за страницу паспорта и прошипела:

— Но-но-но… Сейчас и этот порву!

— Стой! — Влад выставил вперед ладони. — Если ты паспорт порвешь, я как домой возвращаться должен? Меня ж на самолет не пустят. Не вздумай даже…

— Где паспорт взял? — повторила она вопрос. — Как сумел так быстро восстановить?

Муж приосанился, посмотрел на нее горделиво, сказал со значением:

— У меня такие знакомства… За мной такие бабы бегают… Я, если хочешь знать, только пальцем щелкну, и дочка прокурора со мной в загс пойдет. Влегкую! А ты носом крутишь!

Дочка прокурора… При чем тут это?

И тут у Вики неожиданно всплыло в памяти одно давнее событие. Как она, влюбленная дурочка, сидела в первом ряду на премьере новой пьесы, где Влад играл главную роль. Хлопала ему как одержимая, цветы на коленях держала. Потому что ну очень хотелось подарить.

Влад любил, когда ему дарили цветы на сцене.

И вот, когда представление закончилось, она вскочила, чтобы к нему подойти. Но ее опередила сидевшая рядом женщина лет сорока. Видная, с выдающейся во всех отношениях грудью. Она буквально отпихнула Вику, спеша презентовать Владу какой-то пакет.

Вика ошалело уставилась на нее, а Влад благосклонно принял презент и на Вику глянул взглядом из разряда: «Цыц, женщина».

Позже он объяснил ей, что это жена какого-то там известного прокурора, надо быть вежливой. А то вдруг что, связи всегда нужны.

В пакете оказался дорогущий коньяк, который Влад потом выпил с дружками.

Вика еще не раз видела ту женщину в театре. А позже одна из актрис рассказала ей, что Влад с ней спал.

Наивная влюбленная дурочка, Вика предъявила это Владу. Тогда он клялся ей, что тот роман в прошлом и что он больше не встречается с замужними женщинами, вообще ни с кем не встречается, только с ней.

Кажется, кто-то нарушил свой завет. Вполне возможно, что Влад приполз к бывшей любовнице с просьбой помочь с паспортом и отблагодарил ее по-свойски. А может и вовсе не прекращал с ней периодически спать.

— Мне любопытно, — сказала она. — Ты вправду такой бесстрашный, что ходишь в любовниках у жены прокурора? Он же тебя на ремни порежет, дурень…

В эту минуту она почувствовала удивительную вещь — у нее даже нигде не екнуло от осознания, что Влад ей, скорей всего, не раз изменил, когда она уехала, и до того тоже.

Не екнуло!

Вообще…

Тишина в душе.

По крайней мере, по поводу Влада, кажется, все что можно уже отболело. И это ли не прекрасно?

Интересно, что помогло? Авик?

А вот тут екнуло. Болезненно так…

— Беспокоишься за меня? — обрадовался Влад. — Викуль, ну серьезно, заканчивай свой бунт. Поехали домой, я все понял…

Вике стало любопытно:

— И что же ты понял?

— Что с тобой так нельзя, что с тобой ласково надо. Я зазвездился немножко, дошло уже. Теперь понты в сторону, буду помогать тебе, все дела. А то ты правда вкалываешь как лошадь, а я… Я все осознал, короче. Буду исправляться. Люблю тебя, хочу, чтобы ты вернулась и мы нормально жили. Как в первые месяцы, помнишь? Было же хорошо…

А оно и вправду было хорошо, но закончилось до обидного быстро. Поэтому хорошего в их браке Вика почти не помнила.

Влад развел руки в стороны, видимо ожидая, что Вика прыгнет в его объятия.

Наверное, по его сценарию жена тут же должна была ему все простить, но… Но если актер он неплохой, то сценарист из него явно неважный.

Вика даже не удостоила его ответом, снова чуть надорвала страницу паспорта. По номеру пронесся резкий звук разрываемой бумаги.

— Что делаешь, дура! — взвился Влад.

— Откуда взял деньги на поездку сюда? — спросила она. — У тебя же не было ни гроша!

— Есть у меня деньги, что я лох, по-твоему? Заработал, ясно тебе?

Заработал он, ага. Что-то Вике в это не верилось. Да и как он смог бы заработать?

— Мне сказали, что за гостиницу заплатил какой-то мужик, это ты? — спросила она, прищурив глаза. — И как ты меня нашел вообще?

— Пф-ф, не догадалась? — усмехнулся он. — Ты планшет с собой взяла, а там программулина, лично мной установленная, чтобы не потерять гаджет в случае чего… Сама же просила установить, не помнишь разве?

Вика не помнила. Она паршивенько разбиралась в технике и действительно в прошлом могла доверить такое Владу. В упор забыла. И про планшет забыла тоже — он так и лежал в ее неразобранном чемодане.

— А за гостиницу я заплатил, само собой. Мужик должен заботиться о своей женщине.

— Чего? — Вику в очередной раз за сегодня перекосило. — С каких это пор ты стал такой заботливый? И я повторяю вопрос, откуда ты взял деньги?

— Заработал, сказал же! — заявил он гордо. — На роль взяли. В фильме!

С этими словами он прошествовал к своей сумке, достал кошелек и вытащил оттуда приличную пачку пятитысячных купюр. Сунул их под нос Вике.

— На! Зарплата! Ты же этого хотела, так?

Вика хотела, да. Но не теперь.

— Влад, я рада, что тебя взяли на работу. Но ко мне-то ты зачем приперся? Я тебя звала, что ли?

— Викуль…

Он быстро убрал деньги в кошелек, примиряюще ей улыбнулся.

— Давай мириться, а? Я все понял, с тобой надо осторожно, ласково. Я перегнул палку, знаю. Не думал, что ты так отреагируешь с замками, отъездом… Я знаешь как волновался эти дни? У меня, считай, переоценка ценностей…

— Нет у тебя никаких ценностей! — С этими словами Вика вознамерилась-таки разорвать его паспорт.

Но Влад быстро его выхватил.

— Не надо вредительства, — попросил он почти нормально. — Мириться давай, от всего сердца прошу! Работать буду, нормально заживем. Баб водить больше не буду.

Вика усмехнулась.

Какое замечательное предложение. Самое обидное, предложи он ей помириться раньше, до того, как припер в дом ту голую девицу, возможно она и рассмотрела бы это предложение. Может быть, даже повелась бы на перспективу. В результате потратила бы еще пару лет на этого… Вика даже не знала, как его назвать.

— Я была с другим мужчиной все эти дни, — выдала она свое признание на-гора. — Мы спали вместе, понял? После этого тоже хочешь со мной мириться?

У Влада вытянулось лицо.

В глазах даже промелькнуло что-то наподобие боли. Он вправду умеет испытывать боль? Вот уж новость для Вики.

— Оба не без греха, — сказал он. — Поехали домой, Викуль…

Это, пожалуй, единственное, в чем Вика была с ним согласна.

С нее хватит отпуска, пора домой.

Из сказки в реальную жизнь, куда ее пихнули пинком под мягкое место.

После ухода Вики Авик с места не сдвинулся.

Увалился на диван в той же гостиной совершенно без сил.

В ушах до сих пор стоял звук хлопнувшей двери. Громкий, хлесткий…

Вот и все, на что Вика сподобилась, уходя.

Бахнуть гребаной дверью.

А сколько было на сегодня планов… В кино ее хотел сводить, целоваться с ней на последнем ряду. Потом на ужин в ресторан.

За руку держать, взглядом поедать, прижиматься к ней губами…

И почему у него всегда так в жизни? Только начнет строить что-то стоящее, и все заканчивается.

Почему он всегда таких выбирает? Чтобы уж точно недоступная женщина…

Всегда с разбегу на те же грабли. Какой-то дикий мазохизм.

Не успел он со смаком начать себя жалеть, как в кармане завибрировал телефон.

Авика тут же прошило идеей — Вика.

Аж встряхнуло всего от такой вероятности.

Достал мобильный и разочарованно вздохнул, увидев, что звонила мать.

Взял трубку.

— Авик, родной, как дела?

— Привет, мам.

Это все, что он успел сказать.

Из динамика телефона на него полился привычный поток информации:

— А у нас все хорошо, в магазине дела идут на лад, отец переделал витрины. Хотя это подвиг в его-то состоянии. Кстати, отец твой в последнее время немного захандрил, я ему новые снасти купила на рыбалку. Дядя Артур его повезет. Может, хоть проветрится, а то засиделся без выездов, ты же знаешь, как он природу любит. Ты бы почаще домой наведывался, навещал отца. Ты думаешь, ему сладко живется в инвалидном кресле?

И все в том же духе, и все по тому же месту.

Причем матери даже не надо было отвечать. Она в состоянии сама вести диалог, точнее в ее случае монолог.

Все про отца. Всегда. С самого детства Авика.

Потому что он занимал в ее жизни центральную позицию.

— Все хорошо у тебя, да? — продолжала тараторить мама.

— Мам, я…

— Ну я рада, что хорошо. Я вот только и звонила узнать, как ты. Все, мне пора, пока. Отцу ужин буду готовить…

На этом родительница отключилась.

А Авика взяло зло.

Зачем она звонила? Она что, узнала, как у него дела? Она хоть выслушала его?

Мать у Авика была очень любящая…

Вот только если кого и любила по-настоящему, так это своего мужа, который вот уже двадцать четыре года сидел в инвалидном кресле. Она всю жизнь заботилась о нем, посвятила ему всю себя. Наверное, поэтому и говорила только о нем. Любой разговор переводила на отца.

Ваан Зурабян, родитель Авика, попал в молодости под машину, сильно повредил позвоночник. Это его не сломило, но подкосило изрядно.

Оно понятно, что отцу нелегко. Что его надо навещать, что ему надо помогать…

Видит бог, Авик старался.

Навещал родителей примерно раз в месяц-два — ездил в родной город. И деньгами помогал, если было нужно. Хотя у родителей во владении был продуктовый магазин, с которого до сих пор кормились.

Вот только…

Можно же хотя бы иногда послушать, как у него дела, так?

У матери всегда отец на первом месте, а Авик мимоходом. Неважен.

Может быть, из-за матери у него с женщинами так? Сам того не желая, выбирал тех, кто похож на нее поведением?

Ведь если какая и нравилась, то Авик в ее жизни непременно был второстепенным персонажем.

Сколько себя помнил, влюблялся в недоступных, всеми силами старался занять в их жизнях первое место. Толку-то… Еще ни разу не получилось.

Аня тому прямое доказательство. И те, кто были до нее.

И…

Вика тоже. Будь она неладна.

Авик, наверное, какой-то неправильный. Что-то с ним не то еще в базовой прошивке, раз такое случается из раза в раз.

Ведь спросил же Вику изначально: «Замужем?» Ответила — нет. Даже на секунду не задумалась.

Телефон снова завибрировал. На этот раз пришло сообщение.

Авик быстро стал проверять, кто же пишет.

Втайне опять понадеялся — вдруг Вика? Ну вот вдруг…

Чисто теоретически могла и написать. Что-нибудь из разряда: «Прости дурочку. Забери меня!»

Он бы, конечно, не забрал, но, может, стало бы хоть чуточку легче дышать?

Однако новое сообщение пришло от Тиграна: «Не забыл про двойное свидание? Мы с Аней будем ждать вас в "Сапфире"».

— Бля-а-а… — протянул он.

Ведь сегодня утром пихал другу в лицо фото Вики в своей постели. Кем он теперь будет выглядеть в глазах Тиграна? Друг мог бы и сказать, что девушка замужем. Или не знал?

— Может, не идти? — проворчал он себе под нос.

Но тут же отказался от этой идеи. Нет уж, он пойдет. Лучше проведет вечер с друзьями, чем будет сходить с ума один дома. Так и взвыть недолго.

Заодно на Аню насмотрится. Плохо, что ли?

Коль уж не получилось найти ей замену…

Придя в ресторан, Авик совсем раскис.

Что за проклятый вечер? Куда ни глянь, всюду пары.

За столиком справа у молодых людей свидание. А через два столика двое празднуют годовщину, да так громко это делают, что уже хочется их прибить. Он ей подарок дарит, она ему тост говорит, причем такой слащавый, что у мужа наверняка слиплась задница.

Казалось, только Авик этим вечером пришел в ресторан один.

Уселся за зарезервированный на имя Мурадяна столик в самом центре, подпер лицо рукой и с усердием, достойным лучшего применения, разглядывал парочки за соседними столами.

Здесь и вправду, как в Ноевом ковчеге, каждой твари было по паре. Только он один.

Даже друзья и те запаздывали.

В ожидании Тиграна и Ани Авик принялся листать в телефоне фотографии и от тоски почти что впал в анабиоз.

Ведь на последней сотне снимков в его мобильном одна сплошная Вика. А именно сотню снимков он и сделал.

До чего красивая женщина!

Все Авику в ней нравилось: как изящно поворачивала голову, складывала губы в трубочку, когда хотела его поцеловать, как выглядела сзади, как выглядела спереди.

Зачем он столько ее фотографировал? Будто знал, что она у него ненадолго.

Будто чувствовал…

С экрана мобильного она смотрела на него живым, полным интереса взглядом. Ярко и искренне улыбалась.

А искренне ли?

Что ей вообще было от него надо? Секс? Подарки? Отдохнуть от мужа?

У Авика в голове вертелся миллион вопросов, но он был слишком горд, чтобы ей их задать.

— Привет, Авик, — вдруг раздалось над ухом.

Он поднял взгляд и увидел Тиграна с Аней.

Встал, пожал руку другу, потянулся к Ане, чтобы поцеловать в щеку. Жена друга, как всегда, шикарно выглядела в черном платье по фигуре и широко ему улыбалась.

Авик уже предвкушал балдеж, какой испытает, когда милая сердцу женщина прижмется губами к его щеке, и…

Как-то скомкано вышло. Не тот балдеж. Не концентрированный!

Обидно.

У него даже лицо стало кислее прежнего.

Он сел обратно на свое место, вымученно улыбнулся друзьям и уставился на Аню.

Вдруг поймал себя на мысли, что они с Викой абсолютно разные.

Да, конечно, с первого взгляда, если особенно не присматриваться, можно сказать — похожи, как близнецы. Но после того, как Авик провел с Викой сорок восемь часов практически не расставаясь, он мог с уверенностью сказать — вообще разные девушки.

У Вики цвет глаз ярче, насыщеннее. Изгиб бровей другой, они идут у нее будто волной, загибаются немного вверх. И губы у Вики сочнее, на сердечко похожи.

И вообще…

Объективно она красивее.

Он нашел кого-то красивее своего Ангела?!

«Я что, действительно в нее влюбился?» — прошило его неприятной догадкой.

Даже Аня ему теперь не заменит Вику. Хотя Аню он любил и боготворил целых пять лет.

А впрочем… Аню он издали боготворил, а с Викой все это время тело в тело…

Вообще другие отношения, даже сравнивать их нельзя.

— Я надеюсь, твоя барышня ушла в туалет, — хмыкнул Тигран. — И ты не потерял ее по дороге в ресторан.

— Где Вика, Авик? — спросила Аня.

Авика очень разозлило их единодушие. За Вику волнуются, а за него не надо, что ли?

— Тигран, — смерил он друга строгим взглядом. — Ты почему мне не сказал, что Вика замужем? Я бы, может, таким идиотом себя сегодня не чувствовал…

— Вика замужем? — Тигран свел брови у переносицы и грозно посмотрел на жену. — Ань, ты мне не говорила, что она замужем!

— Так она ведь разводится, — развела руками Аня.

У Авика после ее слов аж все внутри опустилось.

— Стоп, — он хлопнул ладонью по столу. — В смысле — разводится?

— Вика разводится со своим мужем, — пожимает плечами Аня. — Иначе зачем, ты думаешь, она сюда приехала.

— А зачем она приехала? — Авик впитывал каждое ее слово. — Можешь подробнее все, что знаешь, пожалуйста?

Он аж подался чуть вперед, чтобы ничего не пропустить.

Аня развела руками и принялась рассказывать:

— Много не знаю, но мы с Викой чуть попереписывались, прежде чем она заказала билеты до Краснодара. Я сразу смекнула, что у нее совсем попа с мужем, когда она начала рассказывать про голую любовницу у них на кухне. У нее благоверный — жлоб и лоботряс. А еще ему очень нравится жить за ее деньги… Вике это надоело, и она подала на развод. И тогда он начал ее третировать, мол полквартиры отсужу, будешь ипотеку платить, а я тебе дальше кровь пить… Все в таком духе.

Чем больше информации выдавала Аня, тем большим идиотом Авик себя чувствовал.

— А мне он вообще другое наплел, — сказал Авик. — Про куколдинг какой-то…

— Чего? — Аня скривилась. — Вика к такому уж точно не имеет никакого отношения, за это можешь не переживать. Так где она, Авик? Я так и не смогла до нее дозвониться…

Признаваться не хотелось, хоть язык себе откусывай. Но Авик все же сказал:

— Она говорила, что сменила номер, и… Я ее прогнал, короче.

— В смысле — прогнал? — возмутился Тигран. — За что?

— За то, что она оказалась замужем. Посчитал блядью…

— Нормальный ход, друг, — с перекошенным лицом начал Тигран. — Украсть девчонку, подругу моей жены, между прочим. Потом держать ее у себя в постели два дня без передыха, а в результате назвать блядью и прогнать. Во поступок! Ты не пробовал сначала думать, а потом делать?

Тигран показал ему большой палец.

— Авик, ты свинья! — Аня сжала кулачки.

Именно свиньей Авик себя и чувствовал.

Аня тем временем продолжала:

— Ей же нельзя обратно к мужу… А ну, срочно ее возвращай! Вот как хочешь…

Авик ничего ей не ответил.

Да и какой был в его ответе смысл?

В самом деле, зачем тратить слова, когда надо делать дела.

— Ребята, извините, я пошел, — сказал он, поднимаясь с места.

— Иди-иди, — прогудел ему вслед Тигран. — И чтоб без Вики не возвращался!

Авик спешно вернулся в машину, стал набирать номер Вики.

Но… Трубку никто не взял.

Вика ответила горьким сообщением: «Не звони мне больше». И, кажется, внесла его в блок.

— Шустрая какая, а! — разозлился он.

Но рук не опустил.

Завел машину и порулил в направлении дома.

Ехал не домой, разумеется. Все в ту же многострадальную гостиницу. Припарковался у самого входа, с гулко бьющимся сердцем поспешил внутрь.

И все ради чего?

Ради того, чтобы узнать, что она выехала?

Причем уехала еще днем. В компании с муженьком, если верить словам девушки с ресепшен.

Помирились?

Нет, Авик на это больше не поведется. Пусть Вика прямо ему в глаза скажет, хочет она оставаться с мужем или нет. А то ведь даже сказать ничего девчонке не дал.

Только для того, чтобы кому-то посмотреть в глаза, надо этого кого-то встретить. А Вика уехала. И не дозвонишься до нее.

Что делать?

Куда в такой ситуации могла деться Вика?

Хотя и тут понятно — поехала домой. Раз к Ане не вернулась, дорога у нее одна. Куда ей еще деваться, верно? Значит, надо попытаться перехватить ее на вокзале.

Только вот на какой вокзал ехать? Авто? ЖД? Или лучше сразу в аэропорт? В Питер из Краснодара можно добраться по-разному.

— Жесть какая! — ругнулся он сквозь зубы.

Краснодар — большой город. Одному ему Вику ни за что не выследить.

К тому же Вика вполне могла успеть покинуть город. Смысла искать, на чем и когда она уехала, он не видел. Тем более если пункт назначения понятен сразу.

«Ань, есть адрес Вики в Питере?» — спросил он, совсем уже отчаявшись.

Жена друга не стала его игнорировать, сразу прислала адрес.

Авик вбил его в навигатор, тот показал двадцать восемь часов и одиннадцать минут пути.

— Охренеть будет поездка… — проворчал он, заводя машину.

Впрочем, для бешеной собаки семь верст не крюк.

Это были адские два дня.

Поезд, бесконечное ожидание в зале отлета, самолет, пробки по всему городу, пока добиралась до дома.

Вика себя не помнила от усталости, когда заходила в родной подъезд.

Она прокляла все… И… всех.

В том числе собственного мужа, который ни на шаг от нее не отставал. Ведь ехали-то в одно место и, к сожалению, одним транспортом.

В любой очереди, куда бы Вика ни встала, Влад уже стоял прямо за ней, сидел рядом в транспорте и даже аэропорту. Никуда было от него не деться.

Мысленно Вика выругалась на него раз этак пятьсот-шестьсот, не меньше. Именно столько раз он ее взбесил за долгую дорогу домой.

Ладно бы просто сидел молча, но не-е-ет…

Влад говорил с ней не переставая.

— Вот и дома, Викуль, — он лучезарно ей улыбался. — Хорошо же, что вернулись, да? Я соскучился по нашему с тобой гнездышку. А ты? Ты скучала?

А она туда даже заходить не хотела.

Но…

Идти было больше некуда.

Правду люди говорят — ипотека скрепляет крепче брака…

Сцепив зубы, она пошла к лифту.

Влад шагал за ней буквально след в след.

И все продолжал продавливать Вику разговорами:

— Давно нам надо было помириться по-человечески…

Вика не знала, почему он решил, что они помирились. Она ни словом, ни делом ему этого не показывала. Наоборот, игнорировала его полностью.

Но Влад видел лишь то, что хотел видеть. А у нее попросту не было сил ругаться с ним в очередной раз.

— В мире оно ж лучше, чем все время на ножах, правда, Викуль? — продолжал он как ни в чем не бывало. — Ты, если согласишься, чтобы мы с тобой опять как прежде… Я же все для тебя сделаю, слышишь? На руках носить буду. Хочешь?

С этими словами он схватил Вику и попытался поднять.

Такого подвоха Вика не ожидала.

Она взвизгнула и совершенно бездумно засандалила ему по физиономии сумкой.

— Поставь меня, придурок! — закричала на него.

— Ты чего дерешься? — Влад явно обиделся.

Он потер лицо, насупился, прекратил излучать флюиды радости.

Но лишь на секунду…

Потому что очень скоро его опять укусила муха оптимизма, и он стал предлагать:

— Давай ребенка сделаем, а?

Вика воззрилась на него диким взглядом.

Еще одна ее болевая точка,

Вика очень хотела дочку.

Чтобы нежная маленькая девочка бегала по квартире, радовала ее, улыбалась. Чтобы косички ей заплетать, песенки петь, в пухлые щеки целовать. Не передать словами, как она об этом мечтала.

А теперь решите задачку…

Как может женщина позволить себе родить в браке, если она и есть добытчик? Еще ладно, если она работает дома. Но Вика-то дома не работала. Она делала основную зарплату на репетиторствах и преподавании в школе для взрослых. И кто бы стал кормить ее с ребенком? Влад? О, он бы так их накормил, что они через месяц протянули бы ноги.

В ответ на его замечательное предложение Вика издала истерический смешок.

— А что ты смеешься? — Влад оскорбился еще больше. — Я родить ребенка еще никому не предлагал, ты первая, если что. Оценила бы…

— Хватит! — Ее нервы наконец не выдержали. — Я прошу тебя, оставь меня в покое, я не хочу тебе никого рожать!

— А любовнику своему хотела рожать? — не унимался он. — Тому, с кем ты эти дни тусила…

Вика возвела глаза к потолку.

Воспоминание об Авике больно сдавило грудь.

Авику она бы родила, пожалуй. Аж бегом родила бы! И замуж бы пошла… Будь хоть половина из того, что он ей говорил, правдой. С превеликим удовольствием переехала бы к нему и жила в ус не дула.

Ей даже не надо было бы никаких завтраков в постель. Она сама с этим легко справилась бы. И с ужинами бы справилась, и с обедами, и вообще…

Если бы Авик вправду оказался тем любящим, светлым человеком, каким показался ей в те короткие дни, что они провели вместе.

Вот только то все были сказки.

Как говорится, оказалось показалось.

Попался на ее жизненном пути очередной козелус обыкновенус.

Не везло ей с мужчинами. Всю жизнь не везло… Но хоть отвлеклась от трагедии под названием брак.

Наконец подъехал лифт, и Вика вздохнула с облегчением.

А зря-а-а…

Потому что Влад снова присел ей на уши:

— Я, в отличие от того, с кем ты там была, никуда не делся. Ставлю тебя в приоритет. Я с тобой быть хочу, я на все готов…

Вика привычно отключилась.

За время путешествия уже научилась это делать. Ведь просить Влада замолчать или не нести чушь было попросту бесполезно.

Лишь подойдя к родной двери, Вика охнула от досады.

Замок-то другой! И ключа у нее нет.

— Что? Теперь Владик нужен, да? — хмыкнул муж. — Держи, так уж и быть.

И он вручил ей ключ.

— Если бы ты не вел себя как распоследняя свинья, я бы замок не меняла! — огрызнулась она на него.

— Да не бухти ты, все, забыли про тот случай.

С этими словами он зашел в квартиру.

Вика следом.

Разулась, вошла в гостиную, осмотрелась.

И в эту самую минуту поняла, откуда Влад взял деньги, которые так показательно продемонстрировал ей в гостинице…

— Серьезно? — закричала Вика на мужа.

И ткнула пальцем на тумбочку напротив дивана. Прямо над ней из стены одиноко торчал черный кронштейн, где еще недавно висел телевизор.

Восемь месяцев назад Вика совершила глупость. В то время она еще была наивна и слепа, совершенно не видела, за кого вышла замуж.

Ей очень хотелось сделать мужу на день рождения такой подарок, чтобы он по-настоящему порадовался.

Поэтому она пошла в магазин и купила в кредит телевизор с широкой диагональю.

Стоил двести тысяч.

У нее были накопления, она давно хотела купить телевизор, хоть и не такой большой и дорогой. Но это же мужу! Половину она отдала наличкой, на половину взяла кредит, который платила по сей день. Это помимо ипотеки. Лучше бы она на эти деньги гардероб себе поменяла.

— Что? — Он даже поначалу не понял, почему она на него кричала. — Я даже прибрался!

У Вики задергалось левое веко.

— Ага! Так прибрался, что аж половину вещей в квартире не хватает! Ты всерьез думал, я не замечу, что у нас исчез телевизор? Ты даже приставку свою гребаную продал, скотина такая! Она на мои деньги куплена! Ты не имел никакого морального права…

— Ты беспокоишься за телик? — Влад снова улыбнулся ей.

Только теперь его улыбка смотрелась так, будто его сзади стукнули чем-то тяжелым и это у него такой тик.

— Викуль, я ж сказал, деньги заработаю, вообще не вопрос. Вот сейчас съемки начнутся, фильм выйдет, мне заплатят, и… Да куплю я тебе новый телик лучше прежнего, что ты такие страшные глаза делаешь?

Вика смотрела на него и не верила — он вправду не понимал, что творил? Или это такая искусная актерская игра? Или это он ее за идиотку держит?

— Скоти-и-ина… — заверещала она.

— Слушай, вот не все мужики зарабатывают, знаешь ли. — Он покачал перед ее носом указательным пальцем. — Некоторые вон домохозяйничают, и ничего. И живут люди, знаешь ли! И обвинениями друг в друга не бросаются.

— Я не пойму, а ты когда-то домохозяйничал дома, что ли? Готовила я, стирала-убирала я. Да ты палец о палец не ударил, ты…

— Я на работу устроился! Скоро знаменитым актером буду!

— Кем ты устроился? — Вика сжала кулаки. — Моего имущества продавальщиком? Офигенная работа! А теперь вон пошел из моей квартиры, я тебя знать не хочу, понял?! Детей ему рожай, ага… Да я с тобой одним воздухом дышать не могу… Гад, сволочь…

В лице Влада что-то поменялось.

— Не вернешься ко мне, да? — хмыкнул он.

Уместил свою пятую точку на диван и уставился на Вику.

А той аж подпрыгнуть хотелось от нервного перенапряжения.

— Как догадался? — взвизгнула она. — Пусть с тобой черти живут, понял? Я не буду! Да я скорее позволю банку забрать эту квартиру, но тебе отсюда не достанется ни квадратного метра. Ты больше ничего не сможешь с меня поиметь, понял? Ни-че-го!

— Рот свой закрыла! — цыкнул он на нее злобно.

Вика невольно подалась назад.

А Влад продолжил:

— Ты думаешь, ты у меня первая такая?

Она непонимающе на него уставилась.

— Какая — такая? — зачем-то уточнила.

— Дура наивная, вот какая, — так же злобно хмыкнул он. — С тобой просто жить было прикольно, вот я и остался, замуж тебя позвал. И трахать тебя тоже было прикольно… Но раз ты ведешь себя как свинья, я тоже поведу себя с тобой по-свински.

— Куда уж дальше, боров Владик? — фыркнула Вика. — И так пробил дно…

— Всерьез думаешь, что дальше некуда? — С этими словами он встал с дивана. — Я сейчас для тебя проведу мастер-класс на тему, что можно сделать с девчонкой, которая напрашивается, чтобы ее поимели. И я не про секс.

— Только попробуй ко мне прикоснись! — пискнула она и забежала за стол. — Только попробуй мне что-то сделай, и я сразу позвоню в полицию!

— Ага, в основном, — хмыкнул он.

У Вики от его нахального взгляда все в груди похолодело.

Кажется, только теперь до нее окончательно дошло, что ее муж представлял из себя на самом деле.

Вику никогда раньше не били, не пытались изнасиловать, не держали в страхе за собственную безопасность.

Поэтому, когда Влад стал наступать, она поначалу не поверила, что он реально может сделать с ней что-то плохое.

Муж все-таки.

Они множество раз занимались любовью на этом самом диване, возле которого сейчас ругались. Она подавала ему еду на стол, который теперь одиноко стоял в углу.

А то, что Влад — законченная скотина, все же не делало его подонком, способным физически навредить женщине.

В общем, она его недооценила, не успела вовремя удрать.

Поэтому, когда Влад больно сдавливал ее плечо, она так испугалась, что даже забыла, что надо сопротивляться.

Влад действовал быстро.

Стащил с себя ремень и им же пристегнул Вику к стулу за талию. Да так хитро, что она не сумела быстро выкрутиться. За время, пока она пыталась как-то стащить с себя проклятущий ремень, он успел найти скотч и теперь старательно заматывал ее ноги, крепко приматывал жену к стулу.

— Ну че, будем еще выебываться? — спросил Влад, закончив работу.

Он грозно над ней навис со скотчем в руке.

Вике сделалось нехорошо.

От страха она чуть не хлопнулась в обморок. Ведь это ужасное чувство — быть привязанной. Кто хоть раз испытал его, поймет. Она в жизни не ощущала себя такой беспомощной, как в тот момент. К тому же поза оказалась на редкость неудобной — спинка стула больно врезалась в лопатки, а ноги были чересчур сильно передавлены скотчем.

Она ровным счетом ничего не могла сделать.

Ни-че-го!

— До этого момента я, считай, гладил тебя по головке.

— Отпусти… — застонала Вика жалобно.

— Ну. Уж. Нет.

Влад выжидательно на нее посмотрел, спросил почти ласково:

— Тебя когда-нибудь насиловали, Вик?

— Ты подонок! — закричала она, чувствуя, как с ресниц скатываются капельки слез.

Влад приосанился, смерил ее взглядом.

— Да не бойся ты, не буду я тебя насиловать. Сама дашь…

— Ничего я тебе не дам! — возмутилась она. — Я скорее сдохну, чем…

— Как скажешь, — пожал он плечами. — Тогда пойдем другим путем.

С этими словами Влад прошелся к дивану, взял сумочку Вики и достал оттуда ее телефон.

— Так-с… Пароль меняла, клуша?

— Меняла! — крикнула Вика с похолодевшим сердцем.

Но ведь не меняла она ничего. Понятия не имела, что Владу известен заветный набор цифр, который активирует ее гаджет.

Муж очень скоро обнаружил ее вранье.

— Брехушка.

Он попытался зайти в ее банковское приложение.

С лету ограбить решил.

— Какой код для входа в онлайн-банк? — спросил Влад как ни в чем не бывало.

— Да я лучше язык себе откушу, но тебе не скажу! — с пренебрежением бросила она.

— Скажешь, еще как. Повторять мне его будешь столько, сколько захочу. Или, клянусь вот этой квартирой, я положу тебя грудью на стол и поимею в задницу… Ну так что это будет? Жесткий секс или все-таки код?

Вика не знала, блефовал он или нет. Но проверять не было абсолютно никакого желания. Да и вряд ли ее жалкие накопления стоили таких вот проверок.

Ну заберет Влад те несчастные десятки тысяч, что лежали у нее на сберегательном счете, и что? Как она уже много раз убедилась, это не самое большое в мире горе.

И она продиктовала ему четыре заветные цифры.

— Ух ты, мелочишка на карманные расходы, — довольно ухмыльнулся Влад.

Видимо, сразу же перевел себе эти деньги.

Вика морально с ними попрощалась, услышала, как его телефон довольно пикнул сообщением.

Однако…

На этом все не кончилось.

— Викуль, тебе тут столько кредитов предлагают, — протянул Влад задумчиво. — Что ж не берешь, дурында? Деньги в семейный бюджет нам не помешают…

Вика слушала это и холодела от ужаса.

У каждого в этом мире своя мечта. У Вики, разумеется, тоже была.

Она надеялась, что наступит день, когда ей не придется платить никаких кредитов. Ни ипотеки, ни долгов по кредитке, ни чего-либо еще. И она сможет тратить свои кровно заработанные на себя.

Она всячески этот день приближала, стремясь расквитаться со всеми выплатами.

И новый кредит в ее планы никак не входил.

А то, что этот кредит возьмет себе Влад, ей и в страшном сне не снилось.

— Ты с ума сошел! Не нужно этого делать! — заверещала она.

— О, ты можешь меня остановить в любой момент, — заверил ее Влад. — Сделай мне минет, и я сразу верну тебе телефон…

Вику чуть не стошнило. У нее реально позеленело лицо и случился рвотный позыв.

Влад обиженно поморщился и сосредоточился на ее мобильном. А потом радостно ей сообщил:

— Викуль, у тебя же тут есть даже предодобренные предложения…

Ей и вправду предлагали много кредитных продуктов. Поскольку ее счет часто пополнялся и она исправно платила ипотеку. Для банков она была выгодным заемщиком и достойным доверия клиентом. До этого момента она, наивная душа, считала, что это хорошо.

— Влад, ты что делаешь, не надо! — взмолилась она.

— Минет… — хмыкнул он. — А потом поедем к моему нотариусу, будешь переписывать на меня квартиру. Может, после этого ты прекратишь строить из себя обиженную…

Вика выдохнула и стала жалобно просить:

— Влад, зачем тебе это? Что ты хочешь?

— Семью нормальную хочу, где жена не выебывается и на развод подавать из-за всякой херни не бежит…

— Извини меня, ладно? — сказала она и сама себе не поверила, но повторила с отчаянием в голосе: — Извини, слышишь?

— Слышу, да, — Влад разом подобрел. — Приятно, можешь еще раз двести повторить…

Вика понимала, он видит ее жалкие попытки выкрутиться из ужасных неприятностей. Но все же не могла не попробовать хотя бы просто потянуть время.

Поэтому продолжила:

— Прости, что наехала на тебя из-за телика, я ведь тебе его дарила…

— Во-о-от! — сказал он с нажимом. — Дошло до тебя, как до жирафа на десятые сутки. Не имела ты права ничего мне предъявлять.

Вика уставилась на него, пытаясь понять, прикалывается или вправду верит в собственные слова.

И тут Влад неожиданно выкрикнул:

— Наконец-то… Викуль, тебе кредит дали! Полтора ляма… Проценты, правда, конские, но это ж ничего, да?

— В-в смысле — кредит? — спросила она заикающимся голосом.

Мысленно прокляла все банковские приложения разом. Разве можно в два клика людям кредиты одобрять?

— Я же тут с тобой общаюсь, наладить диалог пытаюсь, а ты… — простонала она раненым зверем.

— А я могу делать два дела одновременно, — обрадовал ее Влад. — И пиздеть, и деньги зарабатывать. Вот зарплата пришла, сейчас выводить буду…

С этими словами он принялся водить пальцем по экрану ее мобильного.

— Вот черти! — вдруг воскликнул. — Прикинь, больше ляма за день перевести не дают… Гребаные перестраховщики. Ниче, Викуль, прорвемся. Двенадцати ночи дождемся, и тогда уж остальную часть.

— Верни мои деньги, козел! — закричала она и изо всех сил попыталась освободиться.

Стул опасно накренился. Вика закричала, но это, само собой, не помогло. Он с грохотом завалился на бок, Вика вместе с ним разумеется.

Она пребольно стукнула плечо, и бедро тоже.

— Что ж ты такая неуклюжая тетеха, — всполошился Влад. — Ни на секунду тебя без пригляда не оставь… Ну полежи, полежи, отдохни. А я пока приложения других банков установлю. Ты ж не против, да? Думаю, за два-три дня мы станем миллионерами…

От такой перспективы Вика похолодела.

Она никогда не расплатится с банками. Будет до конца жизни работать на эти кредиты, платить коллекторам. Во что превратится ее жизнь? Что Влад с ней сделал, подонок.

— Ты урод! — зашипела она, изрыгая из себя волны ненависти.

— Че врешь, смотри какой симпатичный. — Он указал рукой на собственное лицо.

Вот только теперь оно и вправду казалось Вике по-настоящему уродливым.

— Ненавижу! — кричала она.

— От ненависти до любви… — не унывал Влад.

Неожиданно по квартире разошелся трелью дверной звонок.

Влад кинул хитрый взгляд на Вику.

— Ждешь кого-нибудь, милая? — спросил, поигрывая бровями.

И продолжил ковыряться в ее телефоне.

Вот только звонящий оказался настойчивым малым. Очень настойчивым.

После того как он несколько раз позвонил, стал стучать, судя по звуку ногами.

— Сука, голову откручу, мое имущество портишь! — взвился Влад и поспешил в прихожую.

Вика услышала звук отпираемой двери…

Авик почти не спал эти двое суток.

Сразу по приезде в Питер заселился в отель неподалеку от адреса, что ему скинула Аня.

Наверное, надо было поспать, но…

Он выкупался, побрился, переоделся в чистые джинсы и рубашку, которые заказал по дороге в этот отель. И поспешил к Вике.

Потому что ну не мог он больше в этой безвестности.

И вдали от нее быть дольше тоже не мог. Его всего аж наизнанку выворачивало от желания оказаться рядом с Викой.

Подъехал к дому, прошел за жильцами в подъезд, поднялся на нужный этаж.

А вот квест попадания в квартиру выполнить все никак не получлаось.

Ему попросту не открывали.

Когда Авик преодолевал эти тысячи километров, никак не думал, что Вика, вообще-то, может попросту ему не открыть.

Ладно бы дома никого не было, но он слышал в квартире какую-то возню.

Расстроенный донельзя, он начал стучать в дверь ногой. Сделал так скорее от моральной усталости и бессилия, которые его накрыли.

Неожиданно это сработало.

В прихожей определенно послышались чьи-то шаги.

И вуаля — дверь открыли.

Но не Вика…

Высокий блондин, тот же самый, кому он крутил руки в отеле в Краснодаре, Влад Сташев, официальный супруг Вики.

— Тебе че тут надо, носатый? — рявкнул он.

Авик носатый, да. Нос в его семье — важное и неотъемлемое достояние. У каждого носителя фамилии Зурабян он был внушительный. Авик искренне надеялся, что хоть у дочек будет по-другому, но гарантий никаких… Гены.

— Тебе кто разрешил барабанить в дверь ногами, хоббит? — продолжал рычать на него Сташев.

Авика взяло зло. Что здесь делает этот упырь, если Аня сказала, что Вика разводится? Она что, продолжает с ним жить до сих пор?

Очень разозленный данным обстоятельством, Авик строго проговорил:

— Вику позови!

Полностью проигнорировал открытые оскорбления ее мужа.

Тем более что было бы кому оскорблять…

Пока Авик крутил баранку, стремясь оказаться в Питере как можно скорее, Тигран занялся подробным изучением жизни законного супруга Виктории Незабудкиной. И нарыл массу интересных деталей.

Даже за такой короткий срок.

Влад Сташев дважды чудом избежал тюрьмы, обвинялся в мошенничестве. И, кажется, жил за счет женщин с самого совершеннолетия. В анамнезе куча бывших любовниц. А кое-кто искал его по сей день за мошенничество с кредитами. Серьезных размахов дела, надо сказать. Кредиты на нехилые суммы.

Тиграну удалось переговорить по телефону с парочкой бывших любовниц Влада, и те рассказывали удивительные вещи, как он попросту их обобрал. Но сделал это так хитро, что и не предъявишь ничего, не поверят.

Авик одного не понимал, как же Вику так угораздило-то? Нормальная ж девчонка, умная, честная, работящая. Как могла выскочить за этого морального урода?

Если вдруг она решит не уходить от мужа к Авику, он с радостью поделится с ней всеми нарытыми данными. Да и если решит уходить, все равно поделится.

— Я сказал, Вику позови! — повторил Авик для проформы, а то, кажется, ее муж начал изображать глухого.

— Да щас, — рявкнул Сташев. — Вали отсюда, пока я полицию не позвал, и тебя за хулиганство…

И в этот момент из квартиры раздался громкий девичий визг:

— Помогите!

Авика аж всего повело от этого крика.

А Сташев как ни в чем не бывало ему улыбнулся и сказал:

— Мы с женой просто шалим. Ролевые игры у нас такие… Она — невинная жертва, я — грабитель. В общем, не до тебя нам, свали в туман!

С этими словами он попытался закрыть дверь.

Но…

Авик добирался сюда черти сколько времени. Он устал и очень сильно разозлился, что повлияло на него отнюдь не положительным образом.

Поэтому он резко дернул дверь на себя и сам себя пригласил зайти.

— Пошел на хер отсюда! — Сташев попытался его вытолкать.

А Авик решил, что с него хватит общаться с этим придурком.

Наверное, он мог бы использовать прошлый прием — заломить руку, завести Сташева в комнату. Поступить, так сказать, дипломатично.

Но…

Но вместо этого он сунул руку в карман, достал небольшой мешочек с монетами, который носил как раз для таких вот случаев. Крепко зажал самодельный утяжелитель в руке и сделал выпад правой снизу вверх.

Кулак попал противнику точнехонько в челюсть снизу.

Получилось эффектно.

Сташев клацнул зубами и повалился назад, громко ухнув. Хорошенько приложился об стену затылком, сполз на пол и затих.

Авик подошел к нему, проверил — так и есть, противник обезврежен.

— Вика! — закричал он во всю мощь своих легких.

И бросился в квартиру.

— Я тут… тут… — послышалось ее жалобное хныканье.

Авик даже сначала не понял, где она.

Обошел диван и только тогда увидел ее на полу, примотанную к стулу скотчем.

Знатно охренел.

Всякого ожидал от Сташева, но не такого.

В груди нехорошо екнуло.

— Солнышко мое…

Он бросился к ней, попытался размотать скотч, но тот прилип, кажется, намертво, потому что было намотано слишком много слоев. Авик заскрежетал зубами от злости.

— Ножницы у тебя есть? — спросил он, шаря взглядом по комнате.

— В тумбочке, в спальне, — простонала Вика.

Авик поспешил туда, но нашел только ее косметичку. Там и вправду были ножницы, но маникюрные.

— Вот же ж… — прошипел он.

И поспешил со своей добычей обратно к Вике, стал как мог быстро срезать скотч с ее корпуса.

— Авик, осторожно! — вдруг вскрикнула Вика.

Он обернулся и только тут увидел возле себя высокую фигуру Сташева, который собирался разбить об его голову стул.

Авик отскочил в сторону, поманил Влада на себя, чтобы тот, не дай бог, не задел своим стулом Вику, стал задирать его:

— Ну давай! Смелый со стулом, да?

Сташев зарычал, как раненый бык, и вправду бросился на Авика со стулом. Припер того к стенке, занес над головой свое грозное оружие. Уже было обрушил на противника, но…

Тут уж сказалась боевая выучка Авика.

Порой компактные габариты и невысокий рост — благо.

Авик резко отскочил в сторону, буквально поднырнул под локоть Сташева, и в результате муж Вики врезал стулом по стене, а не ему по голове.

Дерево жалобно затрещало, ломаясь. И вскоре в руках Сташева оказалась лишь спинка от многострадального стула. С ней он и попытался снова напасть на Авика, но упустил момент.

Авик воспользовался неловким поворотом противника, юркнул ему за спину и четко отработанным ударом врезал ему по правой почке.

— Сука! — Сташев взревел от боли, потом развернулся и попытался снова напасть на Авика.

Однако напоролся на его кулак.

Авик умудрился провернуть тот же финт с ударом в челюсть снизу. На старые дрожжи получилось наверняка еще больнее.

В результате Сташев снова повалился на спину.

Тут уж Авик не стал деликатничать. Как следует пнул пару раз под ребра деморализованного противника. Оглядел комнату в поисках того, чем бы его можно было связать. Неожиданно обнаружил в нескольких шагах валяющийся на полу ремень. Явно мужской. Похоже, что вещица как раз этого неудачника, хотя и непонятно, почему валялась рядом с Викой.

С ремнем наизготовку Авик поспешил к Сташеву, крепко стянул ему руки сзади. Стащил заодно и свой ремень и связал ему ноги.

Противник был упакован в кратчайшие сроки.

Пока Авик его паковал, Вика подобрала брошенные им ножницы, разрезала скотч, которым были скреплены ее ноги.

Она подскочила с места и амазонкой бросилась на лежащего на полу мужчину. Опустилась на пол и стала лупить его своими маленькими ладошками по плечу, груди, лицу, везде куда доставала.

— Тварь! Сволочь! Гад!

Авик посмотрел на все это дело, и скоро ему стало жаль ладони Вики. Ведь нежнейшая же кожа. Он подошел сзади, подхватил воинственную амазонку и оттащил. Кое-как поставил на ноги, попытался обнять.

— Ты не знаешь, что он сделал! — кричала Вика, извиваясь у него в руках. — Ты просто не представляешь… Он на меня кредит повесил, он издевался…

На этом Вика залилась слезами, да такими горючими, что Авику стало не по себе.

Он попытался ее успокоить, начал шептать:

— Ничего он тебе больше не сделает. Ничего, я обещаю…

— Где ты был, когда он надо мной издевался, обворовывал меня… Где ты был, Авик?!

— Теперь я тут. — Авик еще плотнее прижал Вику к себе. — Я больше никуда не денусь, обещаю. Если нужен тебе…

— Очень нужен! — сказала она с надрывом.

И снова залилась слезами.

Авик позволил ей выплакаться. С достоинством выдержал женскую истерику. Просто обнимал, гладил по голове, спине, шептал на ухо нежности. И потихоньку она затихла, повисла у него на шее, уткнувшись лицом в плечо.

— Тихо, моя хорошая, тихо, — Авик продолжал ее успокаивать. — Он больше ничего тебе не сделает.

Дождался, когда Вика придет в себя, и предложил:

— Давай полицию вызывать. У них к твоему мужу давно вопросы. Есть пара человек, которые активно ищут этого придурка примерно за то же самое, что он сделал тебе…

Не дождавшись от Вики вразумительного ответа, стал звонить в полицию сам.

Авик и Вика вышли из отделения полиции глубокой ночью.

Вику морозило даже несмотря на то, что Авик надел на нее свою толстовку.

Понимала — от нервов. Да и кто бы на ее месте не разнервничался?

Она жила как все.

Да был не слишком хороший муж, лентяй, денег не приносил…

Но разве мало таких семей в бескрайней России? К сожалению, их с избытком, когда дома муж только для галочки, а жена так занята работой, что даже этого не замечает.

Но чтобы такой оферюга в доме…

На допросе у следователя Вика чувствовала себя полнейшей идиоткой, которая понятия не имела, с кем жила.

Оказалось, этот говнюк спокойно проделывал махинации, будучи женатым на ней. Дурил голову девицам, обтяпывал делишки с кредитами. И начал все это много лет назад!

У полиции и к ней были вопросы — в самом ли деле она не знала, чем занимался муж? Действительно ли она сама оплачивала ипотеку? А он ну ни копейки ворованных денег в семью не тратил? А как такое может быть, чтобы жена как ломовая лошадь пахала? Вон у следователя все наоборот, и он в такую женскую самоотверженность совершенно не верит.

О, Вика подробно объяснила следователю свою ситуацию.

Показала ему все-все. Сколько налогов заплатила за время, пока была замужем за Владом. Ведь давно оформила самозанятость, у нее все было официально. Продемонстрировала перечисления от частных лиц, какие делали ее ученики, заодно и переводы в банк за ипотеку, которые она делала ежемесячно со своего дебетового счета.

Самое стыдное — следователь прозвонил некоторым из учеников Вики, чтобы подтвердить ее слова.

Вот уж где Вика краснела, как рак, когда объясняла ситуацию и просила подтвердить, что она простой преподаватель английского, а не вымогатель.

В общем, пережила она сегодня столько, что впечатлений хватит на несколько лет вперед.

По итогу полиция сняла все вопросы к ней из-за того, что Вика охотно сотрудничала.

Тут и Авик помог, конечно.

Он позвонил какому-то другу, тот позвонил своему другу… В общем, так пошло по цепочке, и вскоре связались со следователем, который так настырно допрашивал Вику.

В результате ее отпустили.

Даже подписку о невыезде не взяли.

А еще ей вернули миллион, который Влад у нее украл. Следователь по-тихому заставил его сделать перевод. Тот не ломался, сразу выполнил требуемое, поскольку очень надеялся, что жена заберет заявление за нападение и выступит в его защиту.

Но не тут-то было!

После всего Вика шла к машине Авика на негнущихся ногах. Наверное, если бы он ее не поддерживал, она и дойти не смогла бы самостоятельно.

Авик — настоящий джентльмен.

Он открыл ей дверь, помог сесть. Потом поил из термоса вкусным кофе, который непойми откуда у него взялся.

Вика невольно почувствовала себя свинкой Пеппой по отношению к Авику.

— Ты извини меня, — простонала она.

— За что, маленькая? — спросил он, внимательно ее разглядывая.

— Я тебя обвинила в квартире непонятно в чем… Предъявила за то, что ты был непонятно где, пока этот урод надо мной издевался. Но ты ведь даже не обязан был меня спасать. Вот совсем! Я просто от шока это все наговорила…

— Вообще-то претензии по адресу, — усмехнулся Авик. — Мне ни в коем случае не нужно было пускать тебя к мужу. Недоглядел, что он за человек. Извини. Более не повторится.

— Разве ты должен за это извиняться? — Вика издала нервный смешок. — Это я непонятно куда смотрела, когда замуж за него шла…

— Я вот тоже не пойму, — проговорил Авик угрюмо. — Как ты умудрилась за него выскочить? Такая умничка, и так вляпаться… Это ж талантом надо обладать, Вик.

— О, да, — тяжко вздохнула она.

Посидели, помолчали.

Друг на друга посмотрели.

Выпили по глоточку кофе из одного стаканчика.

А потом Вика задала кавалеру самый важный вопрос:

— Авик, а ты вообще зачем сюда приехал?

Он усмехнулся, посмотрел на нее с затаенной грустью.

— Украсть тебя…

— Куда? — спросила она в недоумении.

— Замуж.

«Чудесно, блин! — фыркнула Вика про себя. — То гонит, то едет через всю страну красть…»

— Авик, напоминаю, ты меня послал куда подальше. Не помнишь разве?

Он уставился на Вику долгим, нечитаемым взглядом. И ровным счетом ничего ей не ответил.

— Авик! — Вика вспыхнула возмущением. — Ты не помнишь, что произошло у тебя дома? Как ты паспорт мой стал проверять, как даже выслушать не захотел…

— Все я помню, — буркнул он, насупившись.

Медленно закрутил термос с кофе, убрал его в подстаканник между сиденьями, и посмотрел на Вику так, будто собрался съесть. Или ей это показалось?

Она скинула кроссовки, забралась на кожаное сиденье его автомобиля с ногами, устроилась поудобнее и стала откровенничать:

— Я понимаю, тоже была неправа. Ты ведь спрашивал, замужем ли я, а я ответила — нет. Но мне просто так не хотелось в первую же встречу вываливать перед тобой все грязное белье… Ведь брак у меня бракованный. Я не знала, как ты ко всему этому отнесешься, ведь мужчины любят в женщинах легкость. А потом было уже поздно признаваться, ты и слушать не захотел, послал меня.

— Да, я тебя послал, — кивнул Авик. — И это было звездец как неправильно с моей стороны. В свою защиту скажу лишь одно, я очень быстро осознал всю глубину собственной глупости и примчал к тебе разбираться в ситуации. Мириться, и вообще… Ты очень обижена на меня, да, Вика?

Она заглянула внутрь себя и… с удивлением обнаружила, что никакой обиды в душе не прячется. Ее обиды на Авика разом закончились, когда он разрезал скотч, которым замотал ее Влад.

— Я не обижаюсь на тебя, — покачала она головой. — Просто понять пытаюсь, с чего такие американские горки? Почему в один день ты меня посылаешь, в другой едешь за мной за тридевять земель. Какая муха тебя укусила? И когда она тебя кусала, когда ты посылал меня подальше или когда спасал? Какой ты настоящий?

— Я тебе сейчас все объясню, Вик, — он нежно взял ее за руку, поцеловал холодные пальцы.

Наверное, надо было отнять у него руку, но ей было так приятно ощущать его губы на коже, что она замерла, смакуя момент.

Авик продолжил:

— Дело в том, что в тот день я заехал в отель, где ты остановилась. Владелец той гостиницы — мой друг, поэтому я решил устроить сюрприз. Закрыл твой счет там, поднялся за твоим чемоданом, хотел привезти его тебе, а потом предложить съехаться. А там твой хорек белобрысый в номере…

— А-а… — протянула Вика.

Многое стало понятнее после объяснений Авика.

— Так это ты заплатил за номер? А он соврал, что его рук дело!

— Ха… — усмехнулся Авик. — Я даже не удивлен. В общем, твой муж наплел мне хрени, что он, видите ли, куколд, а ты типичная сексвайф… Ну а я на роль быка не подписывался.

— Чего?! — у Вики вытянулось лицо. — Это что за словечки непонятные?

Авик шумно вздохнул, сжал ее руку и спросил:

— Ты даже не в курсе, что это, верно? Я потом почему-то так и подумал. В общем куколды — мужья, которые отправляют своих жен блядовать. А быки — это те, кто их удовлетворяет. Потом жены возвращаются к мужьям, и типа все в порядке. Такая система.

— Я сильно отстала от жизни. Про такое даже не слышала, — сказала Вика с обалдевшим лицом.

— Ты чистая, светлая… — Авик снова принялся целовать ее пальцы. — Не похоже, что ты на такое способна. Но я это понял уже после того, как Аня меня просветила, что ты разводишься. Таким идиотом себя почувствовал… А ты уехала уже к тому времени. Я пытался купить билеты на ближайший рейс, а там все распродано на неделю вперед. Поэтому сел в машину и помчал в Питер.

— Я последний билет урвала, — развела руками Вика. — Чудом достался.

— Понятно, — сказал он и посмотрел на нее с затаенной болью в глазах. — Ты прости меня, пожалуйста, что я с тобой так поступил. Больше такой ошибки не допущу…

С этими словами Авик вдруг наклонился к ней и прижался губами к щеке.

Нежно так, будто не щеку живой девушки целовал, а касался губами крыла бабочки.

Отстранился, посмотрел ей в глаза и сказал:

— Вик, я тебе кое в чем признаться должен.

У нее внутри аж все замерло.

«Что? Еще признания?» — с опаской подумала она.

Но вслух сказала:

— Слушаю.

— Я очень долго был влюблен в одну девушку, — начал Авик свое признание. — Это была любовь без ответа… Больная любовь, которая выедала меня изнутри. И только повстречав тебя, я понял, что то и не любовь была вовсе, сплошное идеализирование. Я ведь и не знал ее как женщину, а как можно любить кого-то толком не знав. Зато я узнал тебя. И понял, что человека нужно принимать всяким, не только идеальным. И в горе, и в радости, так, кажется, говорят… Ты понимаешь меня?

— Честно, не очень, — покачала она головой.

— Нравишься ты мне до потери пульса, — вдруг заговорил он вкрадчиво. — И ты не идеальная в то же время. Зато живая, настоящая, временами принимаешь далеко не идеальные решения, можешь отчебучить… Ты со своим эмоциональным багажом. Но я ведь тоже ни разу не идеальный, вот даже близко не так. Если ты мне позволишь, я тебя с твоим багажом приму. И буду счастлив, если ты примешь мой.

— А у тебя большой багаж? — спросила Вика, тихонько усмехнувшись.

— Внушительный, — он улыбнулся ей в ответ. — Ты за каких-то несколько дней стала для меня совершенно особенным человеком. Не знаю, чувствуешь ли хоть что-то похожее ко мне…

А Вика чувствовала.

Точь-в-точь как Авик сказал — всего за несколько дней он совершенно точно стал для нее особенным.

Пусть пока что это лишь сильная симпатия, притяжение. Она не готова была сказать слово на букву «Л». Но это все при правильном отношении вполне могло перерасти в большое, светлое чувство.

Хотела ли Вика снова прыгнуть в омут с головой?

Она не знала, ведь очень больно обожглась в недавнем прошлом.

В то же время разве часто девушки встречают таких мужчин, как Авик?

В жизни Вики такое случилось лишь раз.

— Мы так внезапно познакомились с тобой, — сказала она тихонько.

— Аня тебя для меня пригласила, — сказал Авик, сжимая ее руку. — Девушку мне искала, призналась, когда рассказывала про твой развод.

— Это как, девушку для тебя? — удивилась Вика.

— А вот так, — пожал он плечами. — Аня решила побыть купидоном, и пригласила тебя. Знала, что ты мне понравишься, ведь ты мой типаж идеальной девушки. Так и случилось, ты понравилась мне слету… Но я вот что тебе скажу, ты гораздо больше, чем какой-то там типаж. Я узнать тебя хочу… Изучить всю-всю. Быть с тобой… Съехаться, семью завести со временем. Что ты на это скажешь, Вика?

— А знаешь, чего хочу я? — спросила она, прищурившись. — Чтобы надежно, чтобы не надо было искать двойного дна. Чтобы крепкие отношения, дети в перспективе… Ну, с детьми это я конечно загнула, это рано…

Авика ее разговоры о детях ничуть не напугали, наоборот, кажется, порадовали.

Он ответил с довольным выражением лица:

— Считаю, что такие вещи нужно обсуждать сразу, — сказал Авик, кажется, очень довольный ее желаниями. — Я тоже детей хочу в перспективе. В браке. От тебя.

Когда он это сказал, в Ане вдруг проснулось что-то животное. Очень приятное, сладкое. Предвкушение жизни с ним, что ли? Так и не объяснишь.

— Ты говоришь так, будто делаешь мне предложение, а это слишком рано, — затараторила она. — Я бы хотела постепенно развивать отношения. Сначала узнать друг друга лучше, пожить вместе, а там уж…

— То есть, ты дашь мне шанс? — спросил он с улыбкой. — Будешь со мной? Доверишься? Я очень хочу быть с тобой…

— И я хочу! — призналась Вика наконец. — У меня такого, как с тобой, никогда не было. Сейчас говорю с тобой, и вся в мурашках… Я так рада, что ты приехал, Авик!

Ей еще много чего хотелось сказать, но вдруг она ощутила себя в его объятиях. А рот он ей и вовсе заткнул… своими губами.

Вику от макушки до пят пронзило удовольствие, да такое острое, что захотелось стонать.

— Спасибо тебе за доверие, моя королева! — шептал он сквозь поцелуи. — А теперь пристегнись. Я тебя красть буду…

Ну вот как разговаривать с этим мужчиной? То признаниями сыплет, то рот ей губами закрывает, то украсть обещает.

— Ладно, кради, — согласилась Вика.

И вправду пристегнулась.

Ведь впереди обоих ждала долгая дорога в новую жизнь.