Переведено каналом КНИЖНЫЙ ШКАФ

ПРОЛОГ

ЛИЛА

Его присутствие ощущалось теплым позади меня, когда мы вошли в бар. Он был близко; очень, очень близко. Я чувствовала его. Я чувствовала его запах. Он был так близко, но в то же время так недосягаемо далеко. Опасное искушение повисло прямо передо мной.

Мне хотелось повернуться и обнять его, согреться в его тепле. Мы много раз обнимались и прижимались, но после Благотворительного Гала все изменилось.

Он был другим.

Почему-то между нами теперь была стена. Я не могла сломать ее или обойти. Это было утомительно и страшно – наблюдать за изменениями в нем, видеть его таким… холодным и отчужденным от меня. Иногда казалось, что он борется с чем-то в своей голове. Я молча ждала, когда он подойдет ко мне, чтобы рассказать о своих тревогах, чтобы найти способ его успокоить. Как всегда.

Вот только… мне начало казаться, что проблема во мне. Как будто он скрывался от меня.

Неделя в Париже. Это должно было быть весело и увлекательно. Приключение для нас. Первый день, а он уже пропал зря.

Я закусила нижнюю губу, пока мы шли дальше по полутемной комнате. Было не слишком многолюдно, но все здесь выглядели причудливо. В конце концов, это был один из знаменитых парижских отелей; сюда часто приезжали состоятельные и знатные люди.

— Я не думала, что в отеле будет собственный бар. Здорово. Мне это нравится.

— Это хорошо, — ответил он. В его голосе была грубость, но тон был механическим. Ни каких эмоций.

Что с тобой не так? Что я сделала?

Я остановилась, ожидая, что он наткнется на меня. Он этого не сделал. Вместо этого я почувствовала, как его рука скользнула по моей талии, когда он обвил ее вокруг меня. Наши тела мягко соприкоснулись, и я тихонько вздохнула. Его твердая как камень грудь была у моей спины, прижимаясь ко мне, и я чувствовала каждый его вздох. Его прикосновение было сладким, сладкой пыткой.

Пошел ты на хрен, за то, что заставил меня чувствовать себя так, за то, что соблазнил меня и оставил меня подвешенном состоянии и… за то, что заставил меня влюбиться в тебя…

— Сюда. — Его губы задержались возле моего уха, когда он прошептал слова. Он направил меня к барным стульям.

Мы сидели рядышком. Краем глаза я наблюдала за ним, пока он заказывал напитки. Его голос был ровным и скользил по моей коже, как шелк. Мягкий и нежный.

Погруженная в свои мысли, я не замечала мужчину, стоящего рядом со мной, пока его рука не коснулась моего плеча. Я повернулся влево, мой взгляд поймал незваного гостя. Да, нарушитель. Он мешал мне проводить с ним время.

Мэддокс Коултер – бальзам для моей души, но также и жгучая боль в груди. Он был сладким раем и проклятием моего существования.

— Помнишь меня? — с легкой ухмылкой спросил мужчина в костюме.

Да, я помню. Он был владельцем отеля. Мы встретили его, когда регистрировались вчера.

— Я увидел тебя через бар и сразу понял, что ты должна быть той красивой девушкой, с которой я познакомился прошлой ночью. — Его английский был идеальным, но с хриплым французским акцентом. Должна признать, это было сексуально. Мистер Френчмен встал между нашими стульями, разделяя Мэддокса и меня. Он закрыл вид на Мэддокса и меня. Мне. Не. Нравиться. Это.

— Спасибо, что помогли нам вчера, — ласково ответила я, скрывая раздражение.

Его изумрудные глаза сверкнули, а улыбка стала шире. Мистер Френчмен был типичным высоким, смуглым, с красивыми глазами. И на нем был дорогой костюм, который очень хорошо сидел.

— Мне было очень приятно.

Я кивнула, немного теряясь в том, что еще я могла сказать. Я не стеснялась и не боялась мужчин. Но этот был слишком близок, и, поскольку я не интересовался им, хотя он определенно мог быть в моем вкусе, учитывая тот факт, что все мое внимание было сосредоточено на ком-то другом, я не хотела продолжать этот разговор…

— Люсьен Микаэль. — Он протянул мне свою руку. Я вспомнила, что прошлой ночью он назвал нам свое имя, но я не сказала ему свое.

Я взяла его ладонь в свою, пожала ее.

— Можете звать меня Лила. Приятно познакомиться.

Вместо того, чтобы пожать мне руку, он перевернул ее и поднес к губам. Он поцеловал ее сзади, его губы задержались там на секунду дольше, чем нужно. Его глаза встретились с моими над нашими переплетенными руками.

— С удовольствием, ma belle.

О, Боже. Ага. Мистер Френч флиртовал.

Я оглядела Люсьена и увидела, что Мэддокс бездельничает на стуле, вытянув перед собой длинные ноги, с напитком в руке, и смотрит прямо на меня. Его лицо было невыразительным.

Люсьен повернулся к бармену и сказал ему что-то по-французски. Я не понимала слов, но быстро поняла, что он сказал, когда снова повернулся ко мне.

— Это за мой счет. Угощение для прекрасной дамы.

Я уже трясла головой.

— Ой. Вам не нужно было…

Его рука сжалась вокруг моей.

— Пожалуйста, позволь мне.

— Спасибо.

Люсьен открыл было рот, чтобы сказать что-то еще, но его прервал звонок телефона.

— Прости меня, дорогая.

Когда он отошел, я снова увидела Мэддокса. Наши взгляды встретились, и я перестала дышать. Его взгляд был темным, а челюсть была сжата так сильно, что я подумала, не сломается ли она под давлением. Я могла видеть тиканье в его острой челюсти, когда он стиснул зубы. Его лицо – я не знала, как его описать. Злость заставила его глаза казаться темнее, почти смертельно опасными. Тень нависла над его лицом, выражение его лица было почти угрожающим. В его взгляде было хищное чувство, когда он внимательно наблюдал за мной.

Он постоянно отталкивал меня, увеличивая расстояние между нами. Почему он так разозлился сейчас? Я не могла сказать. Я. Не. Могла. Думать. Особенно, когда он так смотрел на меня.

Мэддокс сводил с ума. Он притягивал и отталкивал; он любил и ненавидел. Я всегда думала, что понимаю его лучше, чем кто-либо другой. Но сейчас он чертовски смутила меня.

— Лила. — Я отвела взгляд от Мэддокса и посмотрела на Люсьена. Очевидно, он закончил со своим телефонным звонком и снова обратил внимание на меня. Прежде чем я успела отстраниться, он снова сжал мою руку в своей. — Если тебе что-нибудь понадобится, пока ты в Париже, пожалуйста, позвоните мне. Я мог бы показать тебе достопримечательности. Я знаю много красивых мест.

Он отпустил мою руку, и я перевернула ладонь, чтобы увидеть его визитную карточку. Ловкий трюк, мистер француз.

— Эмм, спасибо.

Люсьен наклонился и быстро целомудренно поцеловал меня в обе щеки, прежде чем отстраниться.

— До свидания, дорогая.

Я не видела, как он уходил. Все мое внимание было приковано к мужчине, сидящему рядом со мной. Он сделал большой глоток своего напитка.

— Ты ему нравишься, — сказал он, как только Люсьен оказался вне пределов слышимости.

— Ревнуешь? — я тут же выстрелила в ответ.

Ухмылка скользнула по его лицу, и он усмехнулся, его широкая грудь загрохотала вместе с ним.

— Он хочет тебя, Лила.

Мой желудок сжался, по коже побежали мурашки. Мое дыхание оставило свист. Его слова были произнесены опасно тихо, хотя резкость в его голосе не могла быть ошибочной.

— Откуда ты знаешь? — возразила я, рассерженная и растерянная. Он играл с моими чувствами, превращая мои эмоции в свою маленькую игру. Мэддокс сводил меня с ума, крутя меня, как маленькую игрушку.

Он хмыкнул, качая головой, а потом рассмеялся. Как будто он делился внутренней шуткой с самим собой.

— Я мужчина, как и он. Я знаю, о чем он думал, когда так смотрел на тебя.

— Может быть, он не думал о сексе. Может быть, он джентльмен. В отличие от тебя. — Я играла с огнем, я знала это. Я проверяла его, проверял нас.

— Я вызываю тебя, — прошептал он так тихо, что я чуть не пропустила. Мэддокс посмотрел на свой стакан, его пальцы сжались вокруг него. Даже в тусклом свете я могла видеть, как его костяшки пальцев начали белеть.

Он давал мне вызов сейчас?

Он не закончил свою фразу, и мне стало интересно, обдумывал ли он свой вызов. Челюсть Мэддокса скривилась от явного разочарования. На короткое мгновение я подумала, что, может быть, он не злится на меня. Может быть, он злился на себя. Он боролся с собой. Может проблема была не во мне?

Он залпом допил остаток своего напитка, а затем грохнул стакан о стойку, прежде чем повернуться на стуле ко мне лицом. Мэддокс встал и приблизился ко мне на шаг, пока мои колени не коснулись его сильных бедер. Он наклонился вперед, зажав меня между стойкой и своим телом. Наши взгляды встретились, и он облизал губы. Он очаровал меня на мгновение, пока чары безжалостно не разрушились.

— Переспи с ним.

Я отпрянула в шоке. Что? Нет, я, должно быть, ослышалась. Этого не может быть…

— Что? — прошептала я, у меня пересохло в горле, а язык внезапно отяжелел во рту.

Глаза Мэддокса впились в мои, глядя прямо в душу. Когда он снова заговорил, его глубокий голос с акцентом опасно танцевал на моей коже.

— Я вызываю тебя трахнуть его, Лайла.

Дрожь началась в моем сердце, а затем прокатилась по моему телу, как шторм. Не просто тихий шторм. На меня сразу обрушился цунами эмоций, безрассудный в своем нападении. Я погружался под темные волны, задыхаясь, а потом меня разрывало, так злобно, что во все стороны разлетались крошечные трещины моего сердца и трещины души. Я стиснула зубы, чтобы не сказать что-нибудь — что-нибудь, от чего станет еще хуже.

Мы совершили слишком много вызовов, чтобы просто сосчитать их на пальцах. Бесчисленное количество глупых подвигов за эти годы, но мы никогда не вызывли друг друга переспать с другими людьми. Правда, однажды я попросила его поцеловать девушку; они разобрались, но это было много лет назад. Но наши вызовы никогда не пересекали эту черту.

Секс... это никогда не обсуждалось. Мы никогда прямо не говорили об этом, потому что это было почти негласным правилом.

— Что за взгляд, Лила?

Мои глаза закрылись. Я отказывалась смотреть на него, смотреть в его прекрасные глаза и не видеть ничего, кроме кромешной тьмы. Он не смотрел на меня, как раньше. Свет в его глазах исчез.

Это испугало меня.

Это было больно.

Он уничтожал все остальное, что осталось от меня.

— Смотри. На. Меня.

Я не хотела. Я не хотела, чтобы он видел боль в моих глазах.

— Открой глаза, Лила, — сказал он своим богатым баритоном.

Я сделала, как мне приказали. Он теснился в моем личном пространстве, заставляя меня вдыхать его запах и ощущать тепло его тела.

— Ты серьезно? Или ты уже пьян? — тихо спросила я. Рядом с ним было трудно дышать.

— Я никогда не отказываюсь от вызова.

И я никогда не проигрываю. Он знал это. Мы оба были очень конкурентоспособны, и по сей день ни один из нас не отказался от вызова.

Мэддокс поднял руку и схватил меня за челюсть. Его пальцы нежно целовали мою кожу. Он улыбнулся, но это не соответствовало выражению его глаз.

— В чем дело? Ты не хочешь этого делать?

— Я не играю, чтобы проиграть.

Засранец.

Мэддокс наклонился ближе, его лицо было всего в дюйме от моего. Наши носы почти соприкасались. Мое сердце затрепетало, когда он откинул мою голову назад. Верни свой вызов. Верни свой вызов, Мэддокс. Не заставляй меня делать это.

Он обвил указательным пальцем прядь волос, выпавшую из моего пучка. Его мятное дыхание, смешанное с запахом алкоголя, коснулось моих губ. Я хотела умолять его глазами. Мэддокс слегка потянул меня за волосы, прежде чем заправить за ухо. Он двинулся, и мои глаза снова закрылись… ожидание … отчаянное дыхание застряло у меня в горле, моя грудь заболела, а желудок сжался.

Он прижался своей щекой к моей, и его губы задержались на моем ухе.

— Не разочаровывай меня, дорогая.

Мое тело содрогнулось, и я судорожно выдохнула. Он разорвал мое сердце и оставил истекать кровью. Он отстранился и посмотрел на меня сверху вниз.

Мэддокс издевался надо мной. Дразнил меня.

Он никогда не переставал быть придурком. Он просто спрятал это за сексуальной улыбкой и небрежным выражением лица.

Я думала, что он оставил свои идиотские издевки позади. Но нет, я ошиблась. Так чертовски ошибалась насчет него. На счет нас.

Друзья. Мы были друзьями.

Я подумала, может быть… он хотел большего. Больше меня. Больше нас, того, кем мы были или могли бы быть. Я была чертовски неправа.

Мэддокс Коултер по-прежнему оставался засранцем под красивой маской.

А я была глупой девчонкой, которая влюбилась в своего лучшего друга.