Девушка не заметила грузовики, которые следовали за ней буквально по пятам. Медленно сжимали её в тиски…

Когда она добралась до перекрестка, красный грузовик, подъехавший сбоку, сделал стремительный занос. Заставив её вздрогнуть от неожиданности.

Догадавшись, что жертва сейчас находится в замешательстве от происходящего. Второй грузовик, оставшийся сзади, ударил в её машину, «подтолкнув» вперёд. В то время как его товарищ попытался ударить в бок. Однако за секунду до столкновения у девушки включились инстинкты гонщика. Она взяла внезапный дрейф, уменьшив импульс удара.

Водитель красного грузовика явно планировал её убить: удар был нацелен прямо на водительское сиденье.

Только превосходные инстинкты помогли девушке избежать столкновения. Однако они не смогли полностью уберечь её от травм: из-за резкого рывка она сильно ударилась головой об руль.

В её смарт-часах на случай опасности была установлена удобная опция: нажать кнопку, чтобы послать сигнал тревоги брату.

В следующую секунду грузовик, который ранее взял дрейф снова ударил машину. Отправив в полёт: она дважды перевернулась, прежде чем рухнуть вниз на дорогу.

Всё это произошло в считанные секунды. Вот-вот отстегнется ремень безопасности…

Девушка запаниковала. И тут раскрылась спасительная подушка безопасности.

Дождавшись, когда грузовики скроются из виду, девушка выползла наружу из разбитой машины и потеряла сознание.

Анастасия

В последних числах августа у нас за полярным кругом обычно сыро и мрачно, да и листва с деревьев падает буквально за пару дней. А уж проблески яркого солнца теперь для нас, горожан северной столицы, становятся всё реже и реже. В такую погоду на душе как-то очень грустно…

Сердце чувствует приближение осени, а затем и зимы, которая в Заполярье длится дольше по сравнению с другими регионами — целых шесть месяцев.

А в моей жизни уже давно наступил холод. Он появился на том самом злополучном перекрестке, где и произошла автокатастрофа. Хотя нет, наверное, чуть раньше на пару часов…

Прошло пять лет, как погибли мои родители, а маленькая девочка Настя застыла во льдах бесчувственной куклой…

Тогда-то в моей душе и образовалась пустота. Чем только я не пыталась её заполнить, ничто не давало чувства насыщенности жизнью. Я ощущала себя роботом без эмоций.

Но в моей жизни было скорей всего только одно, что могло вернуть прежнюю Настю…

Это незримый образ будущего, того мужчины, которого, возможно, я видела в грёзах. Но уверенности я не чувствовала, а потому никого и ничего не искала. Да и того, что произошло в тот роковой день никто не изменит. Боль и страдания — всё, что мне осталось. А злость и обида стали моей защитой. Нынешняя Настя — лишь кукла, которая живет и дышит, вроде даже испытывает какие-то эмоции, но при этом никогда не плачет.

Праздники я и до этого особо не любила. Впрочем, за друзей всегда радовалась, но старалась меньше посещать увеселительные мероприятия. Зачем портить атмосферу своим постным лицом?

«Улыбаемся и машем», — это был девиз моей подруги, одноклассницы и по совместительству соседки, но, к большому сожалению, не мой.

Розалия беззаботна. И я не могу её в этом винить. Невозможно понять чужую боль, если никого не терял.

Отсутствие вакантных мест по специальности после выпуска вынудило меня остаться в кафе, где я подрабатывала во время учёбы. Мне это было интересно на определённом этапе жизни. Я многому там научилась. Но нужно было двигаться вперёд, только вот как это сделать — я не представляла.

Обращаться к брату, не позволяла гордость. Хоть я и консультировала Никиту по различным вопросам, и он предложил после окончания института прийти к нему в фирму, где меня ждало место одного из генеральных директоров. Но я решила для себя: лучше буду мыть полы, чем пойду к брату. А то назовут той, которая пользуется привилегиями, а я этого не хотела. Поэтому и решила, что всего буду добиваться сама…

Но в какой-то момент обязанности баристы стали дико раздражать. Люди бесили своими веселыми разговорами. Радостные лица пробуждали чёрную зависть.

Мне так не хватало родителей и тепла. Мои братья и сестра спасали меня от черствости, но не от одиночества. Не хотелось подпускать посторонних ближе, чем на метр.

А вот совсем недавно по рекомендации Розалии я устроилась в солидный холдинг. И уже проработала несколько месяцев.

Сегодня в нашей дочерней компании отмечался юбилей. Для этого снимались номера и ресторан в отеле. Приглашения я рассылала лично и в другие офисы, даже были приглашённые из Москвы и Питера. Когда я увидела в списке его имя, воспоминания нахлынули лавиной.

Школьные годы. Выпускной класс. Парень, постоянно проходящий мимо и не замечающий невзрачную отличницу. Девочка с огненными косами не могла и двух слов связать в его присутствии. А потом был тот злополучный перекресток…

Но вот что показалось странным: когда я посылала ему приглашение, нигде не нашла информации о его должности. Кем же он работает в холдинге? Захотелось открыть этот ящик Пандоры. В то же время идти на праздник? А уж прояснить данный вопрос желания почему-то не возникало.

К столь значимому событию женщины всех филиалов готовились с особой тщательностью. Каждая хотела выглядеть сногсшибательно. Всюду слышались перешептывания о нарядах. В какой-то степени я завидовала их беспечности. С другой стороны, понимала, что стоит вливаться в коллективв. Однако на этом корпоративе могла состояться встреча, которая вряд ли принесет мне что-то хорошее.

Страх путал сознание, но любопытство перевешивало чашу весов. Но ещё было то событие, что разделило нашу жизнь на до и после… Мы тогда были всего лишь детьми, но, сколько боли принес его поступок, как мне, так и моей семье!..

Девчонки — местные сплетницы, — без усталости трещали, как наседки. Всё-таки правильно мы с Розалией в шутку зовём их «курицами»…

В эту пятницу ещё был запланирован вечер воспоминаний, потому что это был день рождения моих родителей. Они родились в один день, но с разницей в три года — простое совпадение. Или ирония судьбы.

В голове крутился вопрос: как я всё успею? Маховик времени не помешал бы.

Свечи и вино ожидали своего часа. Парочка салатов стыла в холодильнике: мой самый любимый «Селедка под шубой» и мамин обожаемый «Мужской каприз».

Заблудившись в мыслях, посмотрела на часы в мобильном — 18:00.

— Вечер, — пробормотала я и продолжила стоять у панорамного окна. Любовалась сопками, заливом, закатом. Красота же! Я словно чувствовала дуновение ветра, запах водной глади…

— Я не поняла прикола, Настёна, — в мою комнату влетела соседка. — Ты чего еще не одета? У тебя только полтора часа на сборы.

Я обернулась и застыла. Взгляд подруги оценивающе скользнул по моему домашнему платью и стал очень хмурым.

— Только? А можно я никуда не пойду? — лениво задала вопрос и даже не сдвинулась с места.

Надеялась на то, что Роза скажет: «Конечно, Настёна, сиди дома, не заморачивайся».

— Что? Это как это не пойду? Значит, ты пропустишь событие десятилетия? — Роза скалилась во все тридцать два отбеленных зуба. И явно прятала что-то за спиной.

Но интерес не накрыл. Чего сейчас хотелось, так это спрятаться и не отсвечивать. Если я пойду с ней, то через каких-то сто двадцать минут увижу человека, который причинил мне столько боли. И как же мне вести себя? Впервые в жизни я боялась. Сарказм не спасет Настю от нового разочарования и боли.

— Тоже мне событие! — пыталась отвертеться, но больше внушала сама себе, пытаясь скрыть неготовность столкнуться с прошлым. — Все напьются. Будут танцевать, да и вести себя, как … Тьфу ты, муха с плесенью! Ну, что я пропущу? Очередной сабантуй? Блогерши выложат истории, запостятся. Вот и всё.

— Настёна я не об этом. Смотри внимательно сюда. Увидела повод? — Розалия демонстративно напрягла костяшки левой кисти перед моими глазами. На её пальце показательно блестело кольцо с бриллиантом.

— Это то, о чём я думаю? Значит, Кирилл сделал тебе предложение? — она кивнула. — Да моя ж ты прелесть! Поздравляю вас. Как я рада, — искренне обняла подругу, пытаясь скрыть наигранность чувств.

Я заменила приглушенные эмоции на показательную картинку счастья. Хотя в душе ничто не откликалось на чужую радость. Заледеневшее сердце пустоты.

— Ты будешь защищать меня от наших мегер, — требовательными движениями Каримова направила меня в свою спальню к шифоньеру, где завозилась в поисках подходящих туфель.

А к чему обувь, если нечего надеть?

— И что мы здесь ищем? Вторую пару для золушки? Розалия, у тебя сейчас круче есть защитник… Кирилл Данилович.

— Крыс для превращения. Ну, Настёна, деточка, пожалуйста, не тупи, а? — специально корчила дурочку… подруга.

А меня аж передергивало, когда меня кто-то называл «детка, малышка», позволяла только брату выражаться тошнотворным сленгом плейбоев.

— Да, ладно, наши с тобой бывшие одноклассницы у нас в шкафу поселились? Не знала, — с усмешкой произнесла я.

— Вечно ты со своим сарказмом. Вот тебе хрустальные туфли. Напяливай. Ничего не знаю, мы поедем втроем. — Хитрая морда состроила мину рыжего кота из «Шрека».

— Ого… — в задумчивости посмотрела на Розу, — Креативно. Мне нравится твой подход. Я, ты и туфли… Без платья?!… Как голый король?

— Достала уже! Всё есть. Только примерь. И не снимай до конца вечера.

— Платье или туфли? — не успела я произнести фразу, обувь полетела в мою сторону.

Удачно увернулась, конечно. Папа гордился бы моей реакцией, что развивал в процессе обучения самообороне. Уворачиваться от удара иногда полезнее, чем отражать его силу.

— Слушаюсь и повинуюсь, о, моя госпожа…

— Ещё слово, полетит что-то потяжелее. Подзатыльник!

Ладно, буду молчать, а то и правда Розалия могла это сделать.

— Бери всё и начинай сборы. Я жду! — подруга махнула головой и глазами направила к висящему на дверной ручке чехлу для одежды.

Расстегнув защитный замок, коснулась бархатной ткани. Осязание накрыла приятная волна наслаждения. Не задумываясь, надела врученный насильно подарок.

В зеркале напротив стояла симпатичная девушка в изящном коктейльном платье. Насыщенный красный цвет ускорил пульсацию крови в венах. В этом наряде я себе казалась идеальной куклой. Никогда в жизни не видела столь прекрасную версию себя. Я вздохнула, расправляя складки платья.

— Моя ж ты прелесть! — восхищение заиграло в голосе прослезившейся Розы.

— Когда же ты успела купить это алое чудо? — будь я более живой в проявлениях чувств, радостному визгу не было бы предела.

Лишь неоднозначная улыбка поселилась в уголках моих пухлых губ. Макияж пока не украшал бледное лицо. Впрочем, зная, Каримову… Наверняка скоро украсит.

— В торговом центре на витрине брендового магазина маячило. Сразу поняла, не моё. А тебе в самый раз: и фасон, и цвет, и длина выше колен. Сразишь наповал коллег-мужчин. Да и курочки от негодования закудахчут.

Кудесница встала рядом около зеркала. Её длинное в пол платье бирюзового цвета манило к морскому побережью, а не на этот чёртов корпоратив.

— Цену вопроса можно уточнить? — встала в позу, ожидая ответа.

— Не расплатишься, — усмехнулась хулиганка и показала язык. А я ей в ответ. Короче говоря, дурость нас связала.

Когда марафет был наведён, отправили заявку в приложении. Такси в современном мире — роскошь позволительная.

Я же всё никак не могла оторваться от зеркала. И у меня было предчувствие, что вечер будет хорошим.

Я была уверена: даже если и встретимся, он меня точно не узнает.

— Машина подъехала. Спускаемся. На вы-ы-ыход, — настойчивый тон Розалии сбивал с ног даже самых стойких.

Будь она «Титаником», мой внутренний айсберг остановил бы этот порыв на скорости лайнера… Только не сегодня. Неведомая сила влекла на всеобщее сборище ради одного «гостя».

Не напрягаясь от спешки, мы накинули утепленные пальто и вышли из дома. Под крышей подъезда бродил прохладный ветерок, легко пронизывающий нашу нежную кожу.

Стоя под навесом, мы наблюдали за переменами северной погоды во всей красе. Роза ёрзала от дискомфорта. Но меня, её спутницу, не волновали эти мелочи.

С аристократичной медлительностью я равнодушно вбирала северо-восточный воздух. Колкий дождь — меньшее, что могло причинить вред девочке с моим непробиваемым «покерфейсом».

— Задумчивость тебе не к лицу. Как и мне этот грёбанный чёрный плащ.

— Это пальто, Розалия. Фиоле-е-етово-фиолетово-черный, — пропела я, намекая подруге о том, из-за чего был куплен этот плащ.

— Настя, Ты…. Чудовище! А я и не заметила, что впопыхах надела твой подарок, — проговорила подруга, поправляя складки плаща.

— Вот что делает с человеком любовь. Он становится невнимательным.

— Настена, детка, а тебе говорили, что ты язва?

— Конечно, солнце! — подмигнула я Розе, — Как ты думаешь, а если он будет там? — перескочила я на другую тему, прям какой-то нетерпеж вселился в мою несчастную голову.

— Насть, а о ком речь? — недоумевающая физиономия подруги резко обрела краски.

— Роза, ты должна помнить. Есть лишь один вариант, — подруга знала меня с десятого класса, и секретов у нас друг от друга не было.

— Хмм, хорошо, я попытаюсь. Нет, способность ванговать под ливнем не ловит. Помехи. Колись-ка. — Плечо Розы с силой толкнуло мою спину, требовательно и жестко.

— Ну, здрасте, — Я опешила. — Забыла что-ли? Школа. Задние парты. Растрепанные косы ради привлечения внимания.

— Адам из Рая? Каким боком этот прЫнц в нашей провинциальной сказке заплутал? Слушай, но ведь он тогда уехал после вашей так и несостоявшейся свадьбы, — мысль о его божественном происхождении явно подтверждалась фактами из списка достижений молодого красавца.

Если он из Рая, то я — исчадие Ада…Хотя фамилия его не соответствует действительности…

— Приглашенный гость на корпоратив. Или сотрудник? Тайна, покрытая мраком. Когда заполняла приглашения, не нашла данных кроме его имени. Инкогнито, японский городовой.

— Да хоть чёрт лысый. Почему тебя это так волнует? Может это и не он? Мало с таким именем мужчин? Совпадение в трёх пунктах. Да и, Настя, сколько лет прошло, а ты всё ещё обижена на него? Влюблена? Хотя после того, что он натворил, я б ему ноги переломала…. Посмотри на себя! Красотка! Локти кусать будет любой мужчина.

— А адрес почты — искусный плагиат? Роза, я не знаю, что сейчас к нему испытываю. Но, честно говоря, не хочу встречаться прошлым.

Пока мы ехали к месту проведения корпоратива и вели разговор по душам, мне становилось спокойнее. Подруга всегда придавала мне уверенности. Водитель быстро домчал к пункту назначения, у нас даже осталось в запасе пятнадцать минут.

В вестибюле ресторана я подошла к зеркалу и стала прихорашиваться. Всё-таки девчачьи манеры не растеряла.

— Как же я правильно сделала, что купила это платье. Тебе очень идёт, — заверила меня подруга.

— Роза, я не заметила, но ты посмотри, грудь смотрится очень вызывающе, — руки потянулись поправить декольте.

— Настя! Это твоя самая главная изюминка! Отлипаем от зеркала и несём чистую красоту в массы, — Розалия меня буквально оторвала от создания скромности.

— Никакого пуш-апа, сами торчат. Действительно, достижение. Изюминки? Дыни! — я нереально стеснялась упругих форм и страшилась провоцировать общественность.

— От скромности мы точно не помрем. И? Чего стоим, кого ждем? — ехидно поинтересовалась Роза.

— Райского наслаждения, — с усмешкой подмигнула Каримовой.

— Настя, ты все попутала. За «Баунти» в ближайший супермаркет. А здесь фуршетное меню. Вот… Слышишь?

— Музыка нас связала? Натянуто, но слушать можно.

Наше присутствие озарило просторный зал в ту же секунду, как мы переступили порог фойе.

Диджей, стоявший на сцене, порадовал чёткой подборкой музыкального сопровождения, перебивающей гул сплетен.

— Любимый трек? О, я слышу матерные строчки подъехали? — подруга посмотрела на меня вопросительно.

Да уж, мой юмор иногда граничил с сарказмом. А Роза никак не могла к нему привыкнуть.

— Урчание голодного желудка! Хочу хлеба и зрелищ, — с нотками эгоцентризма произнесла моя «фурия».

— Пошли, тарталетки погрызешь, ненасытная, — усмехнулась я.

— Настя, я тебя ненадолго оставлю? — мгновенно и неожиданно спросила Роза.

Я с прищуром проследила за её взглядом. Она, конечно, увидела своего жениха, нашего босса, и рванула навстречу ненаглядному. Ох уж эта ванильная тема двух влюблённых!

— Иди, иди… Раз тебя заждались, — подтолкнула я подругу в сторону лучезарного женишка.

— Так, только не забудь, что твой столик рядом с нашим.

«Достойная пара», — подумала я и кивнула в знак согласия.

Кирилл шел навстречу Розе с букетом алых альстромерий. А я почувствовала, как влага непрошенных слёз скапливается в глазах. Но они все равно не прорвутся. Я это знала.

Прошла вдоль зала, глядя по сторонам. Здоровалась со знакомыми и незнакомыми людьми. Нарядные костюмы, платья…

Все были блестящие и броские. Лица людей смешались в одно. И ко мне вдруг пришло осознание: я чужая на этом празднике жизни.

От такого количества народа закружилась голова. Музыка будто набатом стучала в ушах. Диджей заводил толпу. Начались конкурсы. Мне всё это было неинтересно.

Испытывая большой дискомфорт, я посчитала, что необходимо найти место, где не будет столько шума.

За колонной подальше от всех я и спряталась. Мысли были в какой-то степени хаотичными: то одно, то другое…

Но в какой-то момент я поняла, что увидела Его. Значит, не ошиблась при заполнении пригласительных.

Внутри меня загорелся огонь, распространившийся по всему телу, а сердце стало заполошно биться в груди. А это происходило только в одном случае, когда Адам Раевский появлялся в поле моего зрения. Но все это было с той, прежней Настей. А сейчас я другая.

Но все равно как же он неотразим! Высокий, идеальный во всем. Блондин с коротко подстриженными волосами, по которым когда-то нестерпимо хотелось провести рукой.

Он не узнает же меня? Школьные годы остались позади, как и наш так и несостоявшийся брак. Прошлое, которое до сих пор причиняет мне невыносимую боль.

Роман

Мой взгляд остановился на девушке, и я постарался не упустить ни малейшей детали в привлекательной незнакомке.

Красотка стояла у колонны. М-м-м. Нимфа. Недоступная. Прекрасное видение.

— Интересно, — усмехнулся я про себя, неторопливо потягивая напиток.

Я не мог понять, почему же незнакомка вдруг меня заинтересовала. Я был искушен девушками, женщинами. Казалось, в незнакомке нет ничего необычного. И всё же что-то такое в ней было, что буквально притягивало мой взгляд.

Изысканна. Элегантна. Грациозна. Прелестна. Все в ней было прекрасно, от макияжа до платья, облегающего тело, словно перчатка ладонь.

Красота незнакомки была неброская, но при этом казалось, что она само совершенство. Её волнистые золотисто-медные волосы свободно лежали на плечах, точно россыпь драгоценностей, придавая ей сходство со сказочной феей.

Я решил приблизиться к девушке, чтобы познакомиться, но к красавице подошёл — вот же гад-то! — Адам Раевский, мой вице-президент.

— Здравствуй. Как ты прекрасна и обворожительна, Настенька. Не мог не восхититься. Сегодня ты своей красотой затмила всех вокруг. Кхм, заметил, что ты скучаешь в одиночестве, — Раевский поцеловал руку девушки.

От злости я заскрипел зубами. Одно порадовало меня: я узнал имя красотки. И оно мне понравилось.

— Ром, вот ты где? А я везде тебя ищу!

Я застонал от бессилия… Зря я вышел из своего укрытия. А ещё я ненавидел, когда мое имя сокращали до клички собаки. Это позволялось только моим родителям и очень близким людям.

— Ты бросил меня, — топнула от досады блондинка.

— Разве? Нет, Надя, возможно, мы просто потерялись в толпе гостей.

— Может, пойдём танцевать? — строила мне глазки девушка.

— Прости, но не сейчас, — я поспешил ретироваться от бывшей любовницы. — Константин, подождите, мне кое-что с вами необходимо обсудить!

Хорошо, что встретил своего айтишника. Я был благодарен. Кому? Мне было уже без разницы, кому возносить молитвы.

Анастасия

Адам? Не может такого быть! Я испытала в этот момент какое-то замешательство. Неужели не забыл меня и нашу несостоявшуюся свадьбу?

«Спокойствие, только спокойствие, Настя», — точно мантру, мысленно проговорила я.

У меня вспотели руки. Через силу я смогла произнести:

— Благодарю, Адам, вы очень любезны. На таких вечеринках я чувствую себя неловко. Непривычно я бы сказала. Да и в зале много гостей, вот и решила в тишине постоять, — вежливо улыбаясь, произнесла я, собравшись с мыслями.

— Какое совпадение, Настенька! Я чувствовал то же самое и решил, что постою в тишине. Но увидел тебя… Ты сегодня прям нимфа! Я не смог не подойти. Почему бы нам не найти тихое место, чтобы посидеть, пообщаться? Вспомнить молодость, так сказать.

— Адам, я… Не думаю… — мне казалось, что мне мешали здраво мыслить страх и в то же время какое чувство пограничное с недоверием, — Нам не стоит находить тихое место, как вы говорите.

— Настенька, детка, какие между нами вы? Мы ведь знакомы, и даже то, что было между нами, дает нам повод выпить. А ты мне выкаешь, — парень улыбнулся. Его голубые глаза смотрели на меня, и в них я видела блеск, который говорил, что он скорей всего ещё влюблён в меня, но меня это не радовало. Скорее даже наоборот, немного пугало. — Хорошо, а может все-таки пойдем тогда выйдем на улицу? — и галантно предложил мне свой локоть и накинул на плечи свой пиджак.

Я как будто не заметила протянутой руки. Поправила пиджак Адама. Вдохнула его аромат. Приятный запах, не более, который ничего мне не напомнил.

Прошла вдоль зала, в фойе. Вышла из здания.

Подняла голову и посмотрела на небо.

— Звезды очень яркие, это ведь редко у нас в городе такую красоту увидишь. Я очень скучаю по детству. Мы с родителями тогда жили в Карелии в поселке… И вот когда выйдешь на веранду, то можно было увидеть созвездия. Небо как на ладони. А тут редкость. — говорила я больше себе, чем Адаму.

— Настенька, я сожалею о твоей потере и сочувствую тебе. Но необходимо двигаться дальше. А у меня такое чувство, что ты погрузилась в свое горе и никого не пускаешь к себе. И я почему-то уверен, что меня ты винишь в этой потере.

Адам подошёл ко мне вплотную. Его руки обняли мою талию, а губы приблизились к моим. Он попытался меня поцеловать?

Я со всего размаха дала ему пощёчину, затем всунула в руки пиджак и забежала обратно в здание.

Я пробежала в зал, а в голове вертелся вопрос: откуда он знает о моих потерях? Погружённая в свои мысли, я споткнулась и натолкнулась на кого-то.

На него было приятно смотреть, а ещё ощущать хорошо сложенную фигуру. Руки сами по себе скользили по костюму. Внутри меня возник пожар, как и когда-то рядом с Адамом. Я боялась поднять глаза. И всё же мне пришлось это сделать.

Как только я подняла голову, меня тут же пленил взгляд жгучих, почти черных глаз.

— Извините, — пробормотала я и направилась к бару, с трудом отцепив руки от пиджака незнакомца.

— Девушке что-то налить? — спросил меня бармен за стойкой.

— Да, налейте, пожалуйста, что-нибудь покрепче.

— Два виски со льдом, — произнесли рядом со мной.

Я повернула голову на притягательный соблазнительный голос.

— Не возражаете, если я присоединюсь к вам? — это был тот мужчина, на которого я налетела. — Что же такого произошло у девушки, что она собирается пить виски?

— Не вашего ума дело, — грубо отшила я наглеца.

Взяла бокал со стойки и прошла к столикам. Села. Выпила залпом горькую жидкость, обжигая горло.

Алкоголь мгновенно затуманил сознание, и я почувствовала, что могу быть не стеснительной, а игривой Настей.

Мне захотелось шалить, душа требовала праздника, на котором я давно не была и ощущение которого уже давно было забыто.

Но ещё больше хотелось соблазнить этого красавчика, почувствовать на губах вкус его поцелуя.

«Что за мысли посетили мою голову? Остановись, Настя! — дала себе мысленный пинок. — Лезут же мысли бредовые…»

Мужчина сел напротив — его взгляд, направленный на меня, обжигал. По моему телу пробежали мурашки. Какой же он красавец! Чертовски сексуальный и соблазнительный.

Какое-то время он молчал, и я тоже ничего не говорила. Мы изучали друг друга. Возникла неловкая пауза. Мужчина потягивал напиток, а я в свою очередь смотрела на него.

— Зачем же так грубо? — через некоторое время насмешливо поинтересовался он, а я в ответ приподняла одну бровь, показывая, что его комментарии излишни. — Так какая же причина нашлась у такой красотки выпить что-то покрепче?

Улыбнулась. Он считает меня красивой?

Однако… Давно я не получала комплименты о своей внешности.

— Ну, не думаю, что незнакомым людям я должна говорить причины своих поступков, — ответила я кокетливо.

Вот откуда что взялось? Флиртовала напропалую с незнакомцем.

— Разрешите тогда представиться. Роман Михайлович.

— Очень приятно. Анастасия Валентиновна.

— Вы — само совершенство. И я понимаю Адама, что он нашел вас сегодня неотразимой.

— Вы шутите? И вы слышали наш разговор?

— Нисколько не шучу. Да, каюсь, подслушивал. Но, правда, вы затмили всех здешних женщин.

— Хотелось бы мне верить, — я опять улыбнулась, и на лице Романа засияла ответная улыбка.

Как же это было давно… Сколько же прошло лет с тех пор, когда я вот так искренне хотела улыбаться?

Мужчина, сидящий напротив, кажется, был тем, кто мог заставить меня почувствовать себя так же, как раньше. Хотя…

Да, было в какой-то степени неловко. Но при этом я ощущала то, что мы были с этим мужчиной на одной волне. С Адамом никогда такого не было.

Я была в него влюблена еще в школьные годы. Но потом его действия пять лет назад изменили все… былой любви больше не было, а то, что я испытывала к призрачному, прошлому Адаму походило скорее на пыль и мираж. Его поступок на нашей свадьбе разделил всё на прошлое и настоящее…

Роман

Когда я увидел захватывающую дух улыбку Насти, расцветшую на её вишневых губах. Я тут же захотел почувствовать их сладость. Убедиться, что они такие же сочные и нежные. Какими они кажутся на первый взгляд. И эта мысль заставила меня удивиться. Что эта женщина делает со мной? Я никогда в своей жизни не чувствовал ничего подобного, и только она одна — единственная, кто смогла пробудить страсть и желание.

Между нами воцарилось неловкое молчание. Мы смотрели друг на друга и, очевидно, никто не мог придумать, о чём поговорить.

Я подошел к официанту и потребовал:

— Бутылку виски.

Он подал мне просимое, и я вернулся за столик и разлил золотистую жидкость по бокалам.

— Анастасия, я и правда понимаю Адама. Он так же, как и я, сражен вашей красотой.

— Скажете тоже, Роман.

— Поверьте, Анастасия, это не лесть, я вами правда очарован. Ваша улыбка прекрасна, как и вы сами. Богиня, перед которой хочется упасть на колени.

— Роман, вы смущаете меня.

Я видел, что девушка расслабилась, напиток сделал её смелей. Мы с ней перестали вести светский разговор, пересели на уютный диван и болтали как давние друзья.

Анастасия

— Извините меня, Роман, — разговор наш прервался, так как на мой телефон пришло смс-сообщение.

— Что?! Да ты издеваешься! Да что ж вы за меня-то все думаете? — я не то что хотела ругаться, а вполне была готова кому-то и по голове настучать.

Я — личный помощник Розы? Нет, ну как ты могла так поступить?!! За подругу я, безусловно, счастлива. Но за себя, пожалуй, не очень. Меня совершенно не устраивало внезапное повышение.

Мне не нужны были деньги, которых, возможно, будет больше — они никогда не имели для меня значения. Я не понимала людей, которые ради денег и статуса готовы продать мать родную.

Ну уж нет! Я не буду работать с этими курицами. А уж как моя начальница-то «обрадуется». Её секретарь станет над ней начальником. Нет, нет и еще раз нет! Любоваться каждый день на чванливых и заносчивых людей? Это было выше моих сил!

— Проблемы, Анастасия? — спросил Роман.

— Даже не знаю… Роман, а если бы вы получили повышение, но не захотели работать на такой должности в окружении людей, от которых всегда тошнит? — поинтересовалась я, заставив мужчину приподнять бровь.

— Для меня лично это будет огромной проблемой, — признал он.

— И что бы вы сделали на моём месте?

— Скорее всего я ушёл бы с работы. Гордость помешает работать там, где мне не будет комфортно. Я ответил на твой вопрос?

Я кивнула и, как мне показалось, очень громко вздохнула.

— Я подумала так же, но мне не хочется бросать лучшую подругу. Боюсь, она посчитает, что я предаю нашу дружбу.

Поделиться с незнакомым мужчиной своими тайнами и страхами? Нет, зачем ему это надо слушать? Но присутствие Романа создавало странное ощущение близости и комфорта: мне казалось, что я знала его всю жизнь.

— Анастасия, дружба — это не что-то связанное одной комнатой. Разве можно сказать, что ты предаёшь дружбу тем, что вышла из здания, а твоя подруга осталась на месте? Настя, и в чём твоя вина? — Мужчина сосредоточено смотрел на меня. А я думала, что, возможно, он прав. Роман же продолжил: — Не бойся жить, Настя. Если ты испытываешь дискомфорт от чего-то, значит, ты должна менять это в своей жизни. Не надо зависеть от эгоизма твоих друзей.

Я посмотрела на него и кивнула:

— Вы правы. Да, это так, — и я улыбнулась.

Немного подавшись вперед, Роман наклонился ко мне и произнёс как можно тише, почти мне на ухо, обжигая кожу своим дыханием:

— Девочка, даже если ты думаешь, что предаешь свою подругу, то подумай вот ещё над чем: она ведь делает то же самое по отношению к тебе. В один прекрасный день твоя подруга покинет вашу квартиру. Она ведь собирается замуж? — под конец голос Романа стал ещё тише. А я сидела и смотрела на него опешившим взглядом. Мне стало неловко от того, сколько же я наговорила информации незнакомому мужчине, что он определил вот так легко меня и мою подругу.

— Да… да, вы снова правы, Роман.

— Настя, давай перестанем выкать. Выпьем с тобой на брудершафт?

— А давайте, — я поспешила исправиться: — Хорошо, давай.

У меня от переживаний и переизбытка эмоций закружилась голова. «Не надо было столько пить, да еще на голодный желудок» — подумала я.

— Настя, что с тобой?

— Всё хорошо. Немного повело, но теперь уже лучше. Роман, значит, ты думаешь, что я должна перейти на другую работу?

— Думаю, да.

— Разве это возможно? Где же мне найти другую работу? Экономисты и бухгалтера нужны во всех фирмах. Да я и так не по специальности работаю. И даже перейти в другой офис корпорации… это очень сложно.

— Анастасия, тебе не о чем беспокоиться. Ты можешь сказать подруге, что переходишь в другой офис, так как там работает, допустим, твой парень.

— Роман, вы насмешили меня. Моя Роза всёё знает обо мне. Какой парень?

— Не так моя красотка, не так. Ты насмешил. А почему бы не Адам? А может и я?

Я улыбнулась.

— Адам? Я честно не знала и не думала о нем, как о своем парне. Роман, ты не поверишь, наверное, но я надеялась, что он меня забыл…

— Вы знакомы?

В голосе мужчины я услышала нотки ревности, или мне показалось?

— Да, мы учились в одной школе. Даже больше того, Адам учился со мной в одном классе. А я … У него был, скажем так, его «гаремчик»… А мне тогда нервы пришлось лечить. Да и произошедшее после выпускного заставило меня ходить к психологу… — с горькой усмешкой не вполне связно из-за выпитого алкоголя произнесла я, — Да и я не видела его почти все эти годы…

Рассказывать о несостоявшихся отношениях между Адамом и мной я не хотела… Зачем об этом знать незнакомому мужчине, тем более я его вижу в первый раз, да и скорее всего в последний.

Роман

— Анастасия, ты можешь выбрать хоть меня, хоть любого другого мужчину. С твоей красотой это не будет сложно.

Флиртовал я с девушкой безбожно и сам это замечал, но ничего не мог с собой поделать — она меня зацепила. Любовь с первого взгляда? Увлечение? Я хотел найти ответ на этот вопрос, и поэтому в моей голове созрел план.

— Роман, вы льстите мне. Но я принимаю ваши слова за чистую монету, потому что вы делаете меня немного тщеславной, и мне хочется слушать ваши комплименты, — она подмигнула мне. — Но что же насчет работы? Где я ее найду?

— Настя, я могу помочь тебе.

— Кто же вы, Роман? Рокфеллер? Или сын президента?

— Настя, вы меня рассмешили. Берите выше! Я — ваша фея-крестная.

— Интересно, а чем вы докажите это?

— Анастасия, доказывать я бы ничего не хотел. У меня есть очень хороший знакомый, и он работает в компании, а что я могу, так это дать тебе его визитку.

— Хорошилов Дмитрий Константинович, директор ООО «Интеграл», телефон, почта, — прочитала она на врученном картонном прямоугольнике. — И что мне надо сделать, позвонить?

— Анастасия, для начала ты можешь написать на почту. Сама понимаешь, впереди несколько дней выходных. А секретарь, как я знаю, всегда может ответить. И тебе назначат встречу.

Моя рука непроизвольно коснулась её волос и закинула выбившуюся прядь за ухо. Мы посмотрели друг другу в лицо, и наши губы встретились.

Это был великолепный поцелуй, я никогда не испытывал такого сильного чувства раньше. Через несколько секунд, а может быть и минут — время словно остановилось, — я разорвал поцелуй и отодвинулся от нее ровно настолько, чтобы заглянуть ей в глаза.

— Девочка моя, ведь ты придешь в эту компанию? — спросил я, а она кивнула. — Подожди тут, Настя.

Я вышел из нашего укрытия, так как увидел, что меня искали. И почему-то был уверен, что это Раевский. Но это был не он, что меня несказанно обрадовало.

Когда я вернулся, Настя уже спала. Видимо, алкоголь окончательно сморил её. Я взял девушку на руки, точно принцессу, как, наверное, и подобает настоящему принцу, и отнес в номер, который был мной также забронирован на всякий случай. Мысленно я поблагодарил себя за предусмотрительность, не зря планирование — это мой конек.

Прежде чем уложить на кровать Настю и укрыть теплым одеялом, я провел пальцем по её губам, которые так и хотелось поцеловать. Но я сдержал этот порыв. Всё-таки какая она красивая, моя девочка… Так и хочется приласкать её гладкое молочное тело. Но нельзя.

— Что же ты со мной сделала… — прошептал я ей на ушко и ушел, но прежде написал записку.

Я не хотел расставаться с ней, но сейчас еще не время. То, как неумело, но пылко она целовалась со мной… Возможно, она была девственница?

Я решил, что сначала заставлю ее влюбиться в меня, и тогда сделаю ей предложение — она должна сказать «да» от всего сердца, а не просто из компромисса.

Зайдя в зал ресторана, я окинул взглядом гостей — ничего интересного. Заказал в свой пентхаус ужин и прошел к лифтам. Пока поднимался на верхние этажи, всё думал о Насте — она никак не шла у меня из головы.

Пройдя в номер, который был предоставлен мне как почётному гостю, я чертыхнулся: в кресле сидел никто иной, как Раевский, и потягивал из стакана тёмную жидкость. В другой его руке был телефон, и Адам что-то в нем сосредоточенно рассматривал.

Завидев меня или, возможно, почувствовав приближение, он слегка крутанулся на кресле, а я же скрипнул зубами.

— Что ты здесь делаешь? — спросил я.

— Пришел показать тебе кое-что!

Он повернул экран ко мне, и я увидел фото, на котором несу Настю в номер.

— И что дальше?

— Как ты посмел? Она моя!

— Адам?..

— Да, мой друг, я ее первый увидел! Ведь правда скажи Настенька действительно красива и, бесспорно, сексуальна. Так как ты относишься к конкуренции?

— Ты не посмеешь! Не смей даже думать о моей девушке!

— Твоя девушка? А сейчас я спрашиваю: а ты не слишком ли много хочешь?

— Адам, оставь Настю в покое. У тебя этих куколок пруд пруди, но Анастасия не такая, чтобы с ней играть.

— Тогда я скажу тебе так, мой друг: мы оба влипли.

Я ничего не ответил. Мне было впервой испытывать подобные чувства, и я сам удивлялся, как такое возможно. Что это, любовь?

Да, я хотел назвать Анастасию «своей девушкой» и, даже, не задумываясь, мог бы убить Адама. И даже если бы он погиб и у него было девять жизней, я закапывал бы его снова и снова.

Я чертовски ревновал, осознавая, что мы с Адамом сейчас разделяем одну и ту же страсть.

Похоже, эта женщина действительно проникла в мое сердце.

Анастасия

На следующее утро я проснулась с лёгкой головной болью и огляделась вокруг затуманенным взглядом. Я находилась в номере отеля? Странная ночь, да и утречко непонятное.

— Всё страньше и страньше, — повторила я слова Алисы из Зазеркалья.

Да, я была одета в то же самое вечернее платье, и кажется, сюда меня принёс мой красавчик. «Друг», как он потом себя назвал.

Роман оставил меня одну? И не воспользовался мной? Он просто джентльмен или что-то хотел мне этим показать?

Эта ночь была сюрреализмом, как романтический фильм. Я не могла быть такой: разговоры, выпивка и шутки… Настя, это сон? Не могу я такой быть в реальности! Или всё-таки что-то о себе не знаю?

Я схватилась за голову и застонала от боли. Настя, как ты могла так себя вести? Очень смутно я пыталась припоминать, что произошло ночью.

Так, Роман меня поцеловал, а это действительно было особенное чувство. Ох, и самый яркий момент вчерашнего дня. Оставшаяся часть вечера представлялась сплошным туманом с расплывчатыми образами.

Однако никто не мог меня винить. После того как мы разделили этот умопомрачительный поцелуй, мой разум пришел в беспорядок. И о чем я только думала?.. Нет, я вообще не могла думать ясно.

— Все-таки Роман единственный, кому удалось разрушить мои стены и выпустить настоящую меня наружу, — прошептала я и потянулась за сумочкой. — Ох ты ж, а он ведь говорил что-то о большом концерне, вроде «Интеграл». И дал мне визитку. Да где же ты? Нет, Настя надо меньше пить!

Я вывалила из сумочки все содержимое, потому что искомое не находилось, но стоило мне только сделать это, как взгляд привлекла визитка. Я еще раз прочитала фамилию директора. Телефон, почта.

— Он действительно помог мне. Но зачем ему это делать, если мы просто общались вместе? Неужели я … — мое сердце забилось быстрее, — Юху, Настя, ты, кажется, действительно получила шанс покинуть свою компанию!

Слова благодарности Роману так и вертелись на языке.

А теперь решаем вопрос. Красавчик придет в комнату или нет? И что мне теперь делать?

На кровати в ворохе моих вещей обнаружился свёрнутый пополам лист.

— Записка. Интересно. Пожалуй, прочитаю.

«Настя, не беспокойся ни о чем. Ты отключилась на диване. А так как в отеле есть свободные номера, я попросил знакомого администратора дать ключ и принес тебя сюда. Очень надеюсь, что мы с тобой теперь не потеряемся. Ты напишешь на почту компании «Интеграл», и мы будем часто видеться. Роман Д.»

— Благодарю тебя, Рома Д., моя фея-крестная. Ну, что ж, проверим, какая ты фея, добрая или не очень. Хотя как бы хотелось верить в лучшее! Плохого в моей жизни слишком много.

Стоя под душем, я чувствовала, что мое решение правильное и осмысленное, и что будет лучше, если я уволюсь из компании. С переходом на новое место работы моя жизнь точно станет другой.

— Сейчас же так и сделаю, напишу письмо в эту фирму.

С такими мыслями я надела халат и прошла в комнату. На телефоне зашла в почту и вбила нужный адрес. Написала текст и, поразмыслив над его содержанием некоторое время, пришла к выводу, что составлено оно правильно. И, да, сначала в «Интеграле» мне предстоит пройти собеседование. И если на отборе выберут меня, то сразу же подам заявление на увольнение.

Мне ответили буквально через минут пятнадцать. И назначили встречу.

Роман

Я вышел из номера и стоял в холле отеля. Спрятался так, чтобы остаться незамеченным, и наблюдал за дверью.

Увидел Анастасию. Вчерашнее платье выглядело на ней так же, как на вечере — умопомрачительно и сексуально.

Я смотрел на неё и чувствовал, что прикован к этой женщине, той, что потрясла моё сердце прошлой ночью.

Было видно, что Настя выискивала меня.

— Анастасия, детка, не разочаровывай меня, — пробормотал я себе под нос, думая о том, придет ли она на отбор или нет.

Я все еще продолжал провожать её взглядом, когда ко мне бесшумно подошел Адам.

— Ромыч, я с хорошими новостями: Настенька ответила на письмо. Наша девочка прислала нам согласие, желая договориться о встрече.

Как только я услышал это, губы изогнулись в улыбке.

— Хорошая утренняя новость. Адам, надо сделать так, чтобы Настя была в нашей компании. Несмотря ни на что, она должна быть выбрана.

— Не переживай, будет. Смотри, девочка, видно, ищет тебя. Я даже теперь ревную, бро. Она на тебя запала. Красотка.

Я этим нисколько не отличался от нее. Стоял и продолжал гадать, что она со мной сделала. Никогда в жизни я не чувствовал себя так комфортно и возбужденно, разговаривая с другим человеком… Особенно с женщиной.

Даже поцелуй, который мы разделили… Эта сладость все еще оставалась на губах, и я чувствовал, что хочу вновь попробовать эти сочные губы.

Тем временем, будто наши мысли синхронизировались, я увидел прекрасную, завораживающую картину: Настя, мечтательно улыбнувшись, провела тонкими пальцами по губам.

— Какое приятное зрелище. Что же ты снова делаешь со мной, девочка? Я хочу поцеловать тебя прямо здесь и сейчас, — пробормотал я себе под нос и неохотно поднялся обратно номер. Чем больше я смотрел на нее, тем больше хотелось встретиться с ней. Целовать ее.

— Ром, ты сделаешь ход или предоставишь инициативу мне? Только не вини меня потом, если она станет моей, — слова Адама вызвали во мне новый приступ ревности. — Она действительно неотразима. Такая красивая сексуальная, — мечтательно произнес он.

— Может, отвалишь, а? Завтра она приедет на собеседование, а ты чтоб уехал в Питер. Понятно? — строго приказал я.

Я не позволю сопернику приблизиться к своей девушке.

— Я не уеду. Ты забыл, что твоя добрая мамочка послала меня сюда работать вместе с тобой как твоего помощника, советника и вице-президента?

Я скрипнул зубами и сурово посмотрел на Адама, а тот продолжил:

— А завтра я буду тем, кто возьмет интервью у нашей девочки. Итак, это захватывающе, не правда ли?

— Не называй ее «наша девочка», — прошипел я. — И ты к ней не приблизишься. Иначе разговор наш будет другим.

— Может, надо позволить собеседование провести кому-то другому? А мы с тобой будем рядом в соседней комнате.

— Идея так себе.

— Ромыч, но ты ведь сам недавно говорил, что не надо, чтобы Настенька знала, что мы работаем в этой компании. А почему бы интервью не взять моей сестре?

— Подожди, а ты зачем Алану-то притащил с собой? Твоя сестра опять будет приставать приставать ко мне.

— Ромыч, представь, как будет весело… ха-ха-ха… Настенька ведь даже не знает, что ты — президент, а я — вице-президент. Но если ты хочешь, чтобы Настенька у нас работала, то нам необходимо притворяться, будто мы простые представители проекта. Ну, возможно не совсем простые, а скажем так с некоторыми привилегиями. Так что интервью всё-таки должна взять Алана, а нам нельзя светиться, — засмеялся Адам.

— Это будет гораздо сложнее, чем я думал, — проворчал я.

Анастасия

Наступило утро понедельника.

Выходные дни для меня были просто прекрасными до определенного момента.

Я ездила к брату за город, чтоб навестить мелких. День прошёл отлично. Мы с Ваней и Алей ходили в лес за грибами. Моя корзинка не была полной, потому что я ходила по лесу и больше размышляла, чем собирала. А, придя из леса, увидела, что Никита сидел с початой бутылкой водки. На столе перед ним лежал конверт и лист а 12.

Взяв его, я погрузилась в чтение и ужасом узнала, что дядя отсуживает у брата и у меня автосалон, все наши активы в компании «Мир вкусностей», и акции, которые принадлежит мелким, а также назначается опекуном малышни до их совершеннолетия. Но этого всего ему показалось мало! Помимо всего вышеперечисленного дядя пытался отобрать некоммерческий детский дом, который основала наша мама.

Обняв Ника, я разрыдалась. Мы ничего не говорили, просто молча сидели и пили. Крепкий напиток скользнул вниз по пищеводу в желудок, и мне даже показалось, что моментально проник в кровь, вызывая в моём мозгу бредовые мысли на тему того, как победить дядю в этой войне.

— Незабудка моя, — проговорил Никита, — Сестренка… Я что-то устал от нашего дяди. Хотелось бы, конечно, видеть его на том перекрёстке, где погибли наши родители. И очень часто в последнее время крутится у меня мысль, что всё произошедшее — его рук дело. Мы ведь будем бороться? Не оставим все так?

— Будем, братик. Дядя пожалеет, что на свет родился. Но к этому вопросу надо подходить трезво. Сам знаешь, месть — блюдо, которое подают холодным.

Незабудка… так меня называл только папа. И сейчас, услышав от брата это прозвище, я горько разрыдалась. Это простое, на первый взгляд малозначительное событие меня словно встряхнуло. И я поняла, что надо перестать быть, как инфузория. Надо бороться! Встать и ничего не бояться. А родственники точно пожалеют, что решили отобрать наследство наших родителей.

Ночью мне снились родители и тот момент…

Визг шин, автомобиль повело, столкновение, и мы несколько раз перевернулись, дверь отлетела, и я вылетела буквально вместе с ней.

Как мне сказали потом врачи, это и спасло мою жизнь. Я отделалась тогда незначительными травмами. Врачи говорили, что я родилась в рубашке.

После выписки из больницы я стала бояться темноты, и мне часто снились кошмары.

Конечно, эта ночь не была исключением. Я плохо спала. Мне казалось, что кто-то наблюдает за мной из темноты.

Роза часто смеялась над моими страхами и говорила, что это всего лишь мои галлюцинации.

Розалия позвонила мне днём в воскресенье и сказала, что переезжает к жениху. Предсказания Романа сбылись, и отныне я совсем одна в этой огромной квартире.

На понедельник я решила взять отгул, так как хотела попасть на собеседование в «Интеграл». Ровно в десять утра я вошла на второй этаж здания, где оно проходило.

Сегодня я была одета в черное платье выше колен в сочетании с клетчатым серо-черным блейзером. Может для кого-то я выгляжу слишком просто, но в то же время я знала, что в моем стиле был вкус. И это придавало мне мало-мальское спокойствие.

Я стремилась выглядеть на все сто процентов, поэтому надела черные десятисантиметровые каблуки — хотелось, чтобы окружающие оценили по достоинству мои длинные и стройные ноги. Почему-то именно сегодня я отчаянно желала стать центром внимания.

Хотя я ненавидела быть такой, но впервые согласилась со своим внутренним голосом, который говорил, что сегодня у меня нет выбора. А платье, блейзер, каблуки — это именно тот шанс увеличить положительный результат и обеспечить успешное прохождение собеседования.

Я отчаянно нуждалась в этой работе, потому что должна была оставить свою нынешнюю и двигаться дальше. Я ненавидела работать со всеми этими высокомерными людьми.

— Извините, я пришла на собеседование, а руководство не упомянуло этаж, на котором оно проводится. Не могли бы вы проводить меня? — вежливо спросила я у администратора.

Секретарь — скорей всего это была именно она, — вежливо кивнула мне и начала искать нужную информацию.

— Вы находитесь на правильном этаже, милочка. Поверните направо и, пожалуйста, подождите в третьем холле слева от вас, — ответила она.

Я вошла в огромный зал и потеряла дар речи от толпы, сидевшей внутри.

Большинство из этих людей очень напряжены, и только некоторые из них, — явно мажоры, — уверены в победе. Очевидно, что они надеются пройти в окно, хотя, да, зачем им двери? Они же лучшие… а мы так, сошки.

Беззвучно вздохнув, я села и задумалась о том, насколько высоки шансы, что выберут именно меня.

Я действительно больше не хотела работать в своей нынешней компании, но, кажется, что и сюда будет сложновато пробиться.

— Я слышал, что будут отобраны только шесть человек, — произнёс симпатичный мужчина, сидевший рядом со мной.

— А я слышала, что троих уже выбрали. Некоторые получили рекомендацию от своих влиятельных родителей и так попали в компанию. Они здесь только ради галочки. — шепнула неизвестная девушка симпатичному парню.

— Извините, что не представилась. Я — Анна, — назвалась крашенная блондинка.

— Я — Данил, — представился другой человек, протягивая руку для рукопожатия.

— Анастасия, — представилась я обоим, пожимая им руки.

Тогда я даже не догадывалась, что эти двое станут моими самыми хорошими друзьями в компании, всегда поддерживающими меня, что бы ни случилось.

Роман

Настя сегодня чертовски красива. Смотрел на неё, и мне казалось, что я почти не дышал. Адам, судя по всему, делал то же самое. Мы оба пристально смотрели в экран компьютера. И меня это раздражало. Бесило само присутствие стоящего рядом.

Да и его сестра, которую мы уговорили принять собеседование…

Я догадывался, что Алана в меня влюблена. Но отвечать на её чувства никогда не собирался.

Хорошо, что Настя не догадывалась о том, что всё это собеседование ни что иное, как подстава. И мы специально организовали это интервью, словно бы хотим сделать новый проект и нам нужна команда экономистов, чтобы все заработало как надо.

Те, кто сейчас в приемной — они уже работали в наших филиалах. Среди них только шесть человек — новенькие, которые подавали резюме. Мы их забраковали по тем или иным причинам.

Но сегодня специально для них организовали это бесплатное шоу. Да, штат компании полностью укомплектован. Но что не сделаешь ради любви! Даже придумаешь новый проект.

Но все же я не был уверен, появится ли Настя на собеседовании или нет. Если нет, то проведение такого долгого интервью стало бы пустой тратой времени.

Я облегчённо выдохнул, когда Настя вошла в зал.

— Черт возьми! Она такая сексуальная. Боже, посмотри на её стройные ноги и тонкую талию! — ухмылялся Адам, заставляя свирепо взглянуть на него и только потом вернуть взгляд на экран компьютера.

Я не мог отрицать его правоту: Настя сегодня очень сексуальна и очаровательна в этом платье. Мне хотелось встретиться с ней и обнять. А ещё лучше просто сорвать это платье, как ненужную тряпку.

Я снова хотел испить вкус её губ. Почувствовать тепло тела, трепещущего подо мной, когда я буду пить ее соки.

Как же я был сейчас возбужден! Это выводило меня из себя. Мысленно я себя успокаивал, что всему свое время. И придет тот день, когда Настя будет со мной. И подо мной.

— Вы что и правда оба на неё запали? — недоверчиво спросила Алана. — Мальчики, а вы не боитесь, что можете поссориться? И Настя выберет не вас, а кого-то третьего?

— Ты всё ещё здесь?! Ты же обещала, что примешь у всех интервью, — я строго посмотрел на Алану и велел: — Иди уже.

Она выбежала из комнаты с папкой в руке.

— Что же нам теперь делать, друг мой? Я не хочу, чтобы наша влюбленность в одну и ту же женщину мешала нашей дружбе.

— Адам, не поверишь, но я тоже не хочу, чтобы любовь к Насте разрушила нашу дружбу. Ты знаешь, от Насти я услышал, что твой гарем в школе насмехался над ней.

— Не было такого, ты чего? Во всяком случае, я не замечал… Да и Настенька всегда такой тихой мышкой была…

Адам на мгновение задумался, а затем его лицо озарила мысль:

— Придумал! Давай заключим пари? Кого выберет Настенька, с тем она и останется.

— Не уверен, что это хорошая идея. Эта девушка… Я просто не могу выкинуть её из головы. С того дня, как я встретил её, мои мысли вращаются только вокруг неё. А сердце… — я тяжело вздохнул, — Она — само совершенство и, наверное, единственный человек, которому я по-настоящему открылся всего за пару минут разговора.

— Но всё-таки, Ромыч… Вдруг наша девочка выберет меня?

— Ну да, ну да… Мечтай! Мы оба будем завоевывать её. И победит тот, кому Настя отдаст свое сердце. Согласен?

— По рукам, бро…

Анастасия

Девушка, которая вошла в зал, где мы сидели, буквально излучала собой властность.

В ней чувствовалась уверенность даже несмотря на то, что она была немного полненькой.

Впрочем, изъяны фигуры прекрасно скрадывал идеально сидящий на ней костюм, а высокие каблуки добавляли несколько сантиметров роста.

Мне эта девушка показалась смутно знакомой. А потом она посмотрела на меня и наши взгляды встретились.

Её взгляд мне совершенно не понравился. В нём было намешано много всего, мне даже показалось, что промелькнула зависть. Однако я не совсем уверена — девушка тут же опустила глаза и прошла в кабинет.

— Проходим по одному, вас будут вызывать согласно списку, — произнесла она перед тем, как скрыться за дверью.

Возможно, она заменяет Дмитрия Хорошилова? Впрочем, возможно, директор уже сидит в кабинете для интервью.

— Все страньше и страньше. Что ж ты, фея-крестная, не предупредила меня, к чему готовиться? — пробормотала я, глядя на закрытую дверь.

Собеседование началось. Многие почти мгновенно выходили из кабинета с расстроенными лицами.

Но я честно не особо и волновалась, ведь не должно быть ничего сложного в бухучете и экономике, они ведь во всех организациях одинаковые. Следовательно и вопросы будут задавать стандартные.

Впрочем, мне в принципе было некогда волноваться о собеседовании: все мысли в моей голове были заняты Романом. Я раз за разом мысленно возвращалась к нашей короткой встрече. Тепло, которое я чувствовала тогда, переполняло меня и сейчас. Что это было? Любовь?

Адам? Этот парень, который сидел напротив меня вызывал во мне уже не любовь…

Моя любовь была сожжена на алтаре на котором он изменил мне. Впрочем, с его стороны я наблюдала скорей всего нечто сродни одержимости, а не любви. И он тот кто разбередил раны нанесенные им самим.

Я невольно искала Романа взглядом. Возможно же, что он придёт?

Видимо, я сильно задумалась, потому что пропустила вопрос Анны, а когда она второй раз повторила, её слова ввели меня в ещё больший ступор.

— Ты кого-то ищешь?

— Да вроде нет. Просто наблюдаю.

Я встала и решила немного пройтись, но что-то внезапно меня остановило — то тепло, которое я чувствовала, когда прикасалась к Роману.

Мужчина, стоящий по другую сторону стеклянной двери, смотрел на меня с улыбкой и нежностью в глазах. Мне казалось, мы долго смотрели друг на друга.

Мгновение растянулось… и я первая отвернулась.

— Теперь я понимаю, почему ты так рассеяна. Ты ждала, когда придет твой парень? — поинтересовалась Анна, когда я присела обратно к ней на софу.

У меня, казалось, вспыхнули щеки, а при слове «парень» я невольно улыбнулась, так приятно было думать об этом.

— Анастасия Валентиновна Юрьева, проходите, ваша очередь.

Я решительно встала и посмотрела в ту сторону, где только что стоял Роман. Но за стеклянными дверями никого уже не было.

— Возможно, мне показалось… Так, сначала новая работа, а фея-крестная пусть подождет, — с этими словами я направилась в кабинет, где меня должны были допрашивать о моих знаниях и умениях.

А ведь образ Романа за дверями наполнил мое сердце теплом и радостью. Все мое внутреннее напряжение окончательно исчезло, возникла уверенность: все будет хорошо, и у меня точно получится сменить работу.

— Здравствуйте, Анастасия Валентиновна, — произнесла девушка, сидящая напротив меня. — Позвольте представиться, меня зовут Алана Руслановна.

Я кивнула и улыбнулась. Взглянула пристально на рыжую девушку, и мне опять пришла мысль, что она кого-то мне смутно напоминает. А ведь и правда… Адама!

Почему в моей голове возникло подобное сравнение, я не понимала. Растерянно огляделась по сторонам, осматривая кабинет словно в поисках подсказки. Стены, стол, стулья…

Я собралась с мыслями и вернулась к разговору.

— Здравствуйте, — чуть заторможено отозвалась я.

— Дмитрий Константинович, — сухо произнес сидевший рядом с Аланой мужчина. Борода и усы придавали ему строгость, а глаза из-под сдвинутых бровей смотрели на меня очень пристально.

Интервьюеры начали по очереди задавать вопросы. Какие-то мне не нравились, а на какие-то я честно отвечала.

— В прошлой компании я работала не по специальности. А когда узнала, что вам требуются экономисты, решила, что это мой шанс работать по призванию.

— Но возможно вам придется выезжать в командировки. У вас есть дети? Муж? — спросила Алана Руслановна.

— Ни детей, ни мужа. — даже не задумываясь, слишком быстро ответила я.

— Это нас радует. Тогда перейдем к профессиональным вопросам, — предложил Дмитрий Константинович.

Интервью прошло хорошо, и примерно через полчаса я вышла из кабинета. Почему-то я была уверена, что моя личная фея-крестная меня не подвела, и благодаря Роману я вольюсь в очень дружную компанию.

Алана Руслановна, — большинство вопросов мне задавала именно она, — в действительности оказалась классной и вполне дружелюбной.

Даже суровый директор Хорошилов в конце интервью выглядел уже не таким уж и сердитым.

Всё-таки я бы очень хотела работать в этой компании. А то, что здесь работает Роман, было дополнительным бонусом.

— Как все прошло? — поинтересовалась Анна, как только я вышла из кабинета.

— Всё отлично. Удачи тебе, — пожелала я в ответ.

— Спасибо, тогда я пошла.

— О чём хоть вопросы задавали? — поинтересовался Данил, присевший на место Анны, как только та ушла.

— Стандартные, как и у всех.

— Ладно, я следующий, нас еще пять человек, а затем будут опубликованы результаты. — произнёс Данил.

— Я поняла, — кивнула парню.

— В зависимости от оценок, полученных в ходе интервью, будет выбрана шестёрка самых лучших, — усмехнулся он.

— Это радует. Или нет? — проговорила я себе.

Буду ли я в шестерке? Спокойствие, Настя, только спокойствие.

Я не удержалась и снова огляделась. Хотелось сейчас же увидеть Романа, сказать ему, что я — молодец.

Всё-таки, как бы мне ни хотелось работать здесь, я была куда больше счастлива от осознания того, что смогу видеть чаще моего фея-крестного.

Те чувства, которые я сейчас испытывала к Роману. Для меня это было подобно тому, что я испытывала к Адаму когда-то. Но в то же время моя первая школьная любовь ощущалась несколько иначе… И меня это сильно пугало.

А что если снова будет больно? Я ведь тогда пережила достаточно, и потребовались годы, чтобы раны на сердце зарубцевались. От этих воспоминаний мне стало внезапно холодно, и дрожь прошла по телу.

— Данил, я пойду выпью кофе, а то что-то нервишки зашалили.

Если не ошибаюсь, то кафетерий я видела на первом этаже.

Я заказала себе крепкий капучино и села за самый дальний и пустой столик.

Только собралась сделать глоток кофе, как услышала голос, похожий на Адама.

— Могу ли я присоединиться к тебе, Настенька? Если, конечно, ты ничего не имеешь против.

Я подняла голову. Хорошо знакомый блондин сел напротив меня, и в его глазах я видела огонь неприкрытой страсти.

— Адам? Неожиданно неприятная встреча. А ты разве тут работаешь? — на этот раз смело заговорила я с ним.

Меня это очень удивило. Прежняя Настя уж точно бы промолчала. Возможно, я себе придумала любовь тогда? Неужели сказочным принцем, который расколдует принцессу Анастасию, будет не этот рыцарь, который сел напротив меня в кафе?

Пока я мысленно переговаривалась с собой, Адам взял меня за руку и поцеловал ладонь. Но я ничего не ощутила. Ни одного намека на былые чувства … Адам Раевский, похоже, и правда не мой принц.

— Кафе это люблю просто. А тут увидел, что ты скучаешь. Думаю, дай присоединюсь.

Адаму принесли его заказ. Пока я пила свой кофе, а парень ел свой ланч, я оглядывалась по сторонам и искала глазами Романа.

— Настенька, ты кого-то ждешь? — как будто небрежно спросил Адам, продолжая неторопливо есть.

Я вздрогнула, потому что меня бесило, когда меня назвали Настенька, но кивнула головой.

— Да, жду одного человека, который мне помог, когда я очень нуждалась в этом, — мстительно заявила я, вспоминая все гадости, что творились в школе. И продолжила искать взглядом Романа.

Он — тот, кто нарушил мои границы и поцеловал меня, а потом исчез, оставив лишь короткую записку. Как он вообще посмел меня поцеловать?

Но то чувство от соприкосновения наших языков… Как бы я хотела продолжения. Это для меня было новым, это было как взрыв эмоций. Хотелось вновь ощутить это восхитительное чувство…

Вообще ощущения вспоминались смутно, а то яркое чувство я и вовсе практически не запомнила — всё было как в тумане из-за алкоголя. Насколько было бы прекрасно прикасаться к телу этого мужчины на трезвую голову?

Чувствовать его руки не в волосах, а на других частях тела. Мои щёки вспыхнули стыдливым румянцем, как только я поняла, насколько пошлыми были мои мысли.

— А это случаем не я? — глубокий и чарующий голос раздался у меня за спиной, и я мгновенно замерла.

Это… Роман?

Он словно восход солнца в полярную ночь — настоящее чудо. Только так я сейчас могла воспринимать неожиданное — и крайне желанное, — появление этого мужчины.

Роман

Увидев Настю, сидевшую за столом с Адамом, я буквально заскрипел зубами. Но радовало, что друг просто ест, причём молча — на него это совершенно не похоже. Между ним и Настей словно стояла невидимая стена.

Когда я услышал её слова о том, что ей помогли, ощутил, как мое сердце буквально готово вырваться наружу.

Настя была сегодня так хороша, что единственное, что мне хотелось сейчас сделать — занести ее в мою спальню и любить. Да так, чтобы мы улетели с девочкой к «звездам». Я подозревал, что буду первым. И поэтому хотелось сделать все правильно.

Но это позже. А сейчас хотелось хотя бы провести рукой по волосам, растормошив замысловатую прическу.

На кончиках пальцев я словно ощущал сильный зуд, настолько не терпелось провести по ее длинной шее. Небольшая часть молочной кожи, доступная взгляду, вызывала в моих руках дикое желание спустить платье с плеч и скользнуть по изгибам ее тела.

Я представил Настю, лежащую на шелковых простынях, и мои губы, целующие все её тело.

Желание обладать Настей и не делить её ни с кем затопило сознание. Она принадлежала мне! И вид Адама, который сейчас смотрит на неё, как нашкодивший кот, вызывал во мне дикое чувство собственничества.

Нет никакого Адама, она — моя. Настя принадлежала только мне! Я могу дать ей всё, что она пожелает!

Что это за чувство? Не похоть и не страсть, нет, с ними я был хорошо знаком. Неужели всё-таки любовь? Впрочем, ещё слишком рано судить о чувствах, но я точно ощущаю глубокую связь между нами.

В то время как мое собственное сердце находилось в безумном состоянии, я хотел улыбаться, потому что Настя приняла меня. И в то время как мое мужское самолюбие радостно кричало, что моя девочка уж точно моя, сам я себя чувствовал немного идиотом.

— Ты говорила сейчас обо мне, Настя? — спросил я, садясь слева от нее.

Во взгляде девушки, направленном на меня, я видел отражение собственных чувств.

Значит, я не единственный, кто чувствует себя так странно.

— Или вы забыли, кто я, Анастасия? — подразнил её.

Девушка мне хитро, я бы даже сказала дразняще, улыбнулась, а в её глазах появилась игривость.

— Как же я могу забыть человека, который украл поцелуй у пьяной девушки, — подыграла она мне.

И я не смог сдержать ответной улыбки. Я ведь даже подумать не мог, что Настя будет флиртовать в ответ.

— Итак, моя дорогая, я рад, что ты серьезно отнеслась к моему совету и всё-таки пришла на собеседование. Молодец.

Я специально произнес эти слова таким голосом, словно ко мне они не имели никакого отношения.

— Надеюсь, меня выберут, — проговорила Настя.

— Будем надеяться на лучшее, дорогая. Для меня будет честью работать с тобой, — произнёс я и посмотрел на молчаливого Адама, который, судя по виду, явно хотел произнести какую-то гадость, но сдержался.

— А уж как бы я хотел, чтоб Настя работала в нашей компании, — заявил Адам и с громким стуком бросил вилку на тарелку. Я поморщился, но проигнорировал друга. Моим вниманием владела лишь прекрасная нимфа, сидевшая рядом.

Адам

Увидев Настю в кафе, обрадовался: сейчас я с ней объяснюсь и признаюсь, что не виноват в катастрофе, произошедшей с её родителями. И то, что наша свадьба не состоялась, это не моя вина. Всё было подстроено. И не я целовался с той куклой. Она меня соблазняла. А ведь мне почему-то стыдно признаться Ромычу, что я уже однажды профукал шанс быть с Настенькой.

Как же девочка была красива в тот августовский вечер в платье из тафты, а сейчас, повзрослев, стала ещё прекрасней.

Так что я смело подсел к ней за столик.

Но она глазами искала Романа. А я вспоминал ту милую, большеглазую девчонку с двумя косами… Да, я всегда знал, что Настенька в меня влюблена, и вел себя как придурок. Боялся всегда к ней подойти. Хотя, наверное, я уже опоздал. Упустил свой шанс. Он был у подростка, но не у взрослого Адама. Она влюблена в Ромыча? Мне уйти? Но смогу ли? Она ведь в самом деле мне дорога была тогда, да и сейчас тоже.

Да, я в школе встречался с одноклассницей, а точнее, спал с ней. Но как же ее имя? Светлана? Жанна? Совершенно не помню. Зато помню, как-то услышал, как она пыталась задирать Настеньку. А что же сделал я?.. Конечно, я остановил ту … как же ее звали? Ни одну женщину не помню, ни одного имени.

Да и на свадьбе с Настенькой я как придурок вел себя. Напился и нес какую то чушь. А потом эта Жанна ко мне пристала… или Светлана… Да честно пофиг, как там звали ту, которая ноги раздвинула. Короче, я облажался, как полный кретин.

С пятнадцати лет за мной бегали девушки, и к выпускному я был буквально пресыщен их вниманием. Но к такой, как Настенька, разве я мог подкатить? Разумеется, нет. Был уверен на сто процентов, что она меня пошлет. Детка была для меня недосягаемой звездой. А когда родители захотели, чтоб мы с Настенькой поженились, я был счастлив. А сейчас видимо шанс уже упущен. Но ничего, я еще буду бороться, чтоб девочка снова выбрала меня.

Настенька, прекрасная Настя, солнце среди туч, радуга после дождя. Она невинна и чиста. Я боялся даже подойти к ней и просто заговорить. И судя по всему, не сильно изменился с того времени. Во всяком случае, в данный момент чувствую себя как малолетка в пубертатный период.

На верхнем этаже мы с Ромой смотрели на экраны видеонаблюдения.

— Ром, а ты как думаешь, надо ли новых друзей Настеньке выбирать? — поинтересовался я.

— Думаю, что да, — ответил он, а затем без перехода вдруг заявил: — Адам, послушай, а давай ты сейчас отвалишь от Насти.

— Нет, друг, не отойду. Настенька — моя.

— С какого она твоя? — вскипел он.

Я ударил первым. Роман, естественно, тут же ответил. Мы дрались, мебель летела во все стороны, и я не заметил, как в кабинет забежала Алана.

— Вы чего шумите, придурки? А ну, разошлись! — и она нас растащила буквально по углам.

Я сидел на полу и потирал разбитую губу. На языке чувствовался стальной вкус крови — это отрезвляет.

— А ты чего сюда припёрлась? — поинтересовался я у сестры.

Роман молчал и вопросительно, как и я, смотрел на Алану.

— Вас не спросила. Драку-то зачем устроили? — уперев руки в бока, спросила сестренка важным голосом.

— Не твоё дело. Так что прибежала? — копировал я её интонацию.

— Спросить хотела: берем Настю, Данила и Анну, или вам кто-то еще понравился?

— Берем тех троих, не глядя, — усмехнулся я, — И ещё трое на твоё усмотрение.

— Да тут штат тогда переполнен будет. Хватит и троих. А вот троих придется взять, за них просили, — сестра поморщилась.

Алана внимательно посмотрела на Романа и требовательно заявила, протянув ему руку:

— Руку давай.

— Сам встану, — Рома решительно выпрямился, проигнорировав услужливо протянутую ладонь.

— Сестра, лучше ты бы мне руку предложила, — ворчливо заметил я.

— Обойдёшься, — фыркнула та.

— Роман, послушай, — Алана подошла к другу, отошедшему к единственному уцелевшему столу, и мягко провела ладонью по его спине. А я наблюдал за её неуклюжим флиртом.

— Да, — коротко бросил Ромыч, не отрывая взгляда от какой-то папки, при этом его пальцы нервно постукивали по столу, выдавая своего владельца с головой.

— Роман, а ты не боишься, что Данил может заполучить твою девушку? Парень — молодец, действительно хорошо показал себя на собеседовании. У него врожденные управленческие навыки, и он будет хорошим выбором для компании. — заметила Алана.

— Но мы не можем дисквалифицировать его только потому, что он близок с Настенькой, — добавил я, вставая, и при этом не отрывал взгляда от Ромыча, ожидая его ответ.

Мы оба с Романом собственники. Я понимал друга. Но сдаваться ни сейчас, ни потом не собирался. Завоевать Настю стало для меня делом чести. И как говорится, да победит сильнейший. Ухмыльнулся. Это будет весело…

— Что бы кто ни думал, а парня надо брать. — неохотно признал Ромыч.

— Я попрошу секретаря обнародовать результаты, — кивнула Алана и пошла обратно.

Анастасия

Когда я последний раз так вела себя? Слишком уж часто теряю самообладание, когда Роман или Адам находились рядом со мной.

Та Настя никогда не могла так вести себя. Неужели это я смеялась? И Раевский, который сидел рядом, не был помехой моему общению с Ромой. Так на меня влияет Роман? Что же он делает со мной? Я была удивлена, что вот так просто с кем-то флиртовала. Та Анастасия, которая училась в школе с Адамом, всегда была стеснительным, немногословным человеком. Кто же эта смелая девушка, легко и раскованно общающаяся с мужчинами? Видимо, мой двойник, иначе и быть не может.

После небольшого, но приятного обеда в прекрасной компании мне пришлось попрощаться с мужчинами.

— Вы меня извините, но мне, наверное, пора идти?

— Да, Настя, — хором отозвались Адам и Роман.

Я встала и вернулась в зал, чтобы дождаться оглашения результатов интервью.

— Где ты была? — слегка обеспокоенно спросила меня Анна.

— Кофе выпить ходила. Как прошло твое собеседование? — поинтересовалась я.

— Все нормально. Алану Руслановну мне было трудно впечатлить. Кстати, мне показалось, что она обладает большим авторитетом, чем Хорошилов, — поделилась Анна своими мыслями.

Данил, только что вышедший из комнаты, вытер воображаемый пот и сел рядом со мной.

— Алана Руслановна чертовски крута, приударил бы за ней, — прокомментировал парень. — Но она точно профессионал и вопросы все задавала по делу. Думал, не отвечу. Надеюсь, что все-таки справился.

Слушая своих новых друзей, я невольно нахмурилась. Алана была очень мила и непринужденна со мной во время интервью. Но почему эти оба чувствовали себя по-другому?

— Странно, но Алана была добра ко мне, — пробормотала я.

— Надеюсь, меня выберут. Мне очень нужна эта работа! От этого зависит благополучие моей семьи — они на меня рассчитывают, — произнес Данил, и тревога исказила его лицо.

Очевидно, что семья парня изо всех сил старается свести концы с концами — я почувствовала к нему жалость. Ведь если бы не Никита, мы сами с Ваней и Алей не смогли бы выжить в этом мире. Мелким назначили бы опекуном дядю — маминого брата. Брр… Я поморщилась, вспомнив, как он радовался тому, что мои родители погибли и он подаст на наше опекунство.

Мне тогда только через несколько месяцев должно было исполниться восемнадцать, так что мы все должны были проживать в его доме. Никите было уже двадцать пять. У него был дом и автосалон — дело, которое осталось от нашего папы. И он смог опередить дядю и забрать нас под опеку.

Доказал в суде, что у него мы не будем ни в чем нуждаться. Правда ради нашего счастья ему пришлось пожертвовать собственной семейной жизнью: его жена Людмила не приняла нас. Просто в один день собрала свои вещи и со словами «как вы меня все достали» свалила в закат за лучшей жизнью.

— Тебя выберут. Ты сделал все, что мог, — произнесла я и неловко похлопала его по плечу.

— Не переживай, ты будешь принят. — подбодрила его также и Анна.

Роман

— Знаешь, Адам, я верю, что наши чувства с Настей взаимны, и я готов столкнуться с небольшим соперничеством. Более того, я уверен, что мы с Настей будем вместе, — уверенно заявил я.

— Ромыч, я вряд ли отвалю от Настеньки. Ты же понимаешь, бро, что мы — соперники?

— Адам, у тебя никаких дел нет? — я многозначительно взглянул на него. — Так и будешь торчать тут?

— Понял я, понял. Пойду тебе отчет делать. Но так просто ты от меня не отделаешься. Я воевать собираюсь.

— Настя — не переходное знамя, и уж точно она не приз для победителя.

— Мы еще посмотрим. — и Адам вышел из кабинета.

Я же продолжил наблюдение. Знал уже результаты, и они меня радовали. После короткого совещания мы с Адамом и Аланой решили, что избранными будет шестёрка, а остальные получат письма об успешном прохождении собеседования.

Но тут, наверное, ни для кого не было секретом, что три места — это фальшивки. Их уже заняла троица богатеньких дамочек, которые пользуются поддержкой акционеров и членов совета директоров

А вот три оставшихся места надо было отдать именно тем, кто будет работать с Настей над проектом: они должны быть ей в первую очередь друзьями и помощниками. И не тормозить работу.

Я сконцентрировал своё внимание на мониторе. Все соискатели были напряжены, а Настя по-прежнему искала меня глазами. Меня радовал этот факт.

Поскольку я хотел, чтобы наша команда состояла из профессионалов, а также не желал, чтобы личная жизнь влияла на эффективность компании, пришлось отдать одно место Данилу — у него были прекрасные результаты, так что он это честно заслужил. Правда, меня немного беспокоило, — и, чего греха таить, вызывало лёгкую зависть, — то, как он быстро сблизился с Настей. Впрочем, это не имело большого значения. Потому что главный мой соперник — Адам. И сейчас я пытался активно придумать, под каким предлогом отправить его в Питер.

В конце концов, это я поцеловал Настю, и мы разделили несколько счастливых моментов, которые, как я думаю, запечатлелись в её сердце. И тот спор, на который подбивал меня Адам, уже не имел никакого значения.

Так что, принимая все это во внимание, я не чувствовал в Даниле конкурента. А вот друга, возможно, придется брать в расчет… Позвоню, пожалуй, матери, поговорю с ней о том, чтобы отправить Адама в главный филиал.

Анастасия

— Боги, я никогда не чувствовал себя так беспокойно — у меня даже волосы дыбом встают, — пожаловался Данил, непрерывно постукивая ногами по деревянному полу.

— И у меня мурашки по коже, — призналась Анна, проводя ладонями по рукам.

Тем временем я никак не могла взять в толк, что же я чувствовала. Одно я понимала точно: я не смогу уже работать на прежнем месте. Нет, мне нравится работать со своей лучшей подругой, но быть ее личным секретарем и постоянно общаться со всеми этими светскими львицами в узком кругу… Это точно не моё!

Когда огласили результаты, я сначала не удивилась. Первые три места, как и ожидалось, получили три богатые дамочки. А вот распределение трёх оставшихся мест вызвало у меня изумление и радость. Первое досталось Данилу. Второе место закрепили за Анной, а третье — за мной.

Те, чьи имена не были названы, вздохнули, и на их лицах ясно читались недовольство и печаль. Однако поделать ничего было нельзя, и они медленно двинулись к выходу.

Алана Руслановна объявила:

— Имена, которые были произнесены и прошли в отборе, прошу вас пройти за мной.

После чего нас вместе с тремя мажорками она проводила на третий этаж, где нам выдали временные пропуска для входа в здание.

Я смотрела на Данила: он был так взволнован, что не смог удержаться и обнял нас с Анной. А мы, улыбаясь, охотно ответили с двух сторон на объятия. И я, и Анна — мы обе были искренне рады, что парень получил эту работу.

Его семья будет счастлива…

Когда мы поднялись на следующий этаж, нас приветствовал сам Хорошилов.

— Вашу группу возглавляют представители из главного филиала. Всего наилучшего, и не подведите нас, — произнес заместитель генерального директора. — А теперь, пожалуйста, поднимитесь на восьмой этаж. Ваш руководитель проекта и отдел кадров ждут, чтобы кратко ввести вас в суть дела, — добавил он, прежде чем вернуться в свой кабинет.

На лифте мы достигли упомянутого этажа, и как только вошли в конференц-зал, я была совершенно потрясена.

В кресле руководителя проекта сидел не кто иной, как Роман. Что он тут делает? Как это возможно?

— Роман, — пробормотала я себе под нос так, что никто не слышал.

Я не ожидала, что мужчина возглавит этот проект! Я, то думала, что он сотрудник этой компании, но никак не руководитель проекта, над которым мне предстоит работать.

Роман подмигнул мне, и я потеряла дар речи. Ух ты! Флиртует, как только увидел! Неожиданно.

Потрясающе, Настя. На празднике ты флиртовала не просто с менеджером компании, а похоже с кем-то, кто приближен к генеральному директору.

Я ничего не могла с собой поделать, только закатила глаза и отвернулась, чувствуя, как мои щеки стали пунцовыми. Роман Михайлович потрясающе красив. Я чувствовала трепет внутри и летела к этому мужчине, как мотылёк на огонь.

— Он горячий, правда? — прошептала одна из богатеньких девушек своей подруге.

— Хм… так и есть! Но я его ни разу не видела в нашем круге, ни на одном из наших раутов, — прошептала та в ответ.

— Он может и не приходить на наши различные мероприятия, — произнесла первая девушка.

— Да. А может, он и есть тот самый генеральный или его отец — член правления в этой компании, — предположила третья девушка.

— Да какая разница. Он чертовски, чертовски сексуален, — мечтательно прошептала первая.

— Я хочу увидеть пресс под его рубашкой, — сказала вторая, облизывая губы.

— Завоевать его кто-то из нас наверняка сможет. Упустить такого мужчину лично я себе не позволю, — ответила третья девушка.

Тем временем я, которая все слышала, не могла не закатить глаза.

Не слишком ли они открыты в своих намерениях?

Хотя сама я думала точно так же.

Когда Роман снял свой блейзер, его накаченное тело отчётливо проступило сквозь тонкую ткань рубашки, и почти всё можно было увидеть — настоящее сексуальное шоу. Я буквально не могла оторвать взгляда от его великолепного пресса.

Тем временем Алана Руслановна, стоящая на пороге, нарочно громко кашлянула, выводя всех из транса.

Я видела, что она наблюдала за этими тремя чересчур разговорчивыми девушками и прекрасно слышала, что они говорили о Романе

— Вы все справились с собеседованием, — сообщила Алана Руслановна, а затем, посмотрев на мажорок, усмехнулась. — Надеюсь, Роман Михайлович представится сам, — добавила она, направляясь к свободному креслу рядом с Романом.

Другие кивнули, и Алана улыбнулась.

— Простите опоздал, — в комнату влетел Адам.

— О, какой горячий блондинчик… Прелесть. Я с ним первая замучу. И никто чтоб мне не мешал. Слышали? — девушки кивнули. Видимо, та, что говорила, обладала среди них большим авторитетом.

Я смотрела на Адама. Неужели и он работает тут? Обманули оба?

Роман

— Теперь вы будете работать с нами, а я буду одним из главных руководителей, курирующих этот проект, — произнес Адам, садясь рядом со мной и сестрой.

Я резко повернул голову и посмотрел на друга: наши глаза встретились, и я ухмыльнулся.

— Предполагалось, что ты будешь просто формальным представителем. Не исполнителем! — произнес я очень тихо, чтоб никто не слышал.

— Ха… Я знаю, чувак. Но ведь я тоже руководитель, не так ли? — ответил Адам так же тихо.

— Но ведь мы так не договаривались, — упрекнул я его.

— Черт возьми! Я знаю это, бро. Но почему ты всегда должен быть боссом? Позволь и мне поиграть! И я должен выиграть наш спор.

— С чего бы это?! — спросил я Адама. — И запомни: я с тобой не спорил. Ты первый начал.

— Ну, не каждый раз же тебе побеждать? Даже если я и начал, ничего это не меняет. А теперь позволь мне польстить нашей девочке.

— Нашей? — я стиснул зубы.

— Ага, — Адам вальяжно сел на стул, ухмыльнувшись.

И мы оба стали наблюдать за Настей.

Другие так же, как и моя девочка, были заняты подписанием и изучением контракта. Моя. Не отдам ее Адаму. Пусть хоть что делает.

Алана встала и приблизилась к нашим будущим сотрудникам, при этом немного загородив Настю. Я заметил, что она больше наблюдала за богатенькими папиными дочками. Я решил сделать то же самое. Внутренне даже посмеялся.

Блондинка, брюнетка и еще одна блондинка. Друг у друга, если можно так сказать, списывали ответы. Молодцы. Надо будет подумать над тем, как всё организовать так, чтобы к проекту они не прикасались. Посадить их в какой-нибудь кабинет, пусть там занимаются маникюром, педикюром и всякой девчачьей лабудой.

— Всего вам хорошего, — дружелюбно выпроводила Алана будущих сотрудников.

— Завтра ровно в десять часов на том же этаже, — распорядился я, и все закивали головами.

— Анастасия Юрьева, задержитесь, пожалуйста, — опередил меня Адам.

Но я быстрее друга подошел к Насте и вручил ей свою визитку.

— Настя, вот мой личный номер. Не стесняйся звонить, если тебе понадобится помощь, — прошептал я ей. — Я понимаю, что ты должна уволиться с работы в твоей предыдущей компании. Так что, если тебе понадобится помощь, я к твоим услугам, — добавил я.

— Настенька, а если ты хочешь, то можешь прямо завтра на работу не выходить, ведь тебе надо уволиться, уладить свои дела… И даже если нужно будет отработать, знай, это место твоё и ждет только тебя, — заметил Адам, улыбаясь.

— Спасибо, — поблагодарила нас Настя с искренней улыбкой на губах.

Анастасия

День, как световой, так и рабочий, приближался к завершению.

Решение о том, что мне надо менять работу, было принято. На совете все мои тараканы согласились, что не надо откладывать на завтра то, что можно сделать сегодня. Так что я попрощалась с Данилом и Анной и заказала такси.

Всю дорогу до своего предыдущего места работы я придумывала, как построить разговор с подругой. Я размышляла об Адаме. А может, выслушать его? Возможно, то, что произошло на свадьбе, было мной неправильно понято? И зря я тогда сбежала, а родители тогда сели в ту машину, что и я. Может, это я виновата в их смерти. Но ведь кто-то подрезал шланг на тормозах. Получается, виноват всё-таки кто-то третий…

В то же время мне хотелось узнать и Романа. Я влюбилась в мужчину. Хотела его прикосновений. И я видела ответное желание в глазах Романа. Я хотела разобраться в своих чувствах. А для этого мне надо работать в этой компании. Только вот положенные две недели отработки при увольнении никто не отменял.

Поэтому мне срочно нужно было что-то такое придумать, чтобы меня уволили без отработки. Но в голову не приходила ни одна толковая мысль.

Я позвонила Розе. Но судя по коротким гудкам, подруга сбросила вызов. А я только что вспомнила, что Розалия уже не является обычной сотрудницей в этой компании.

Моя лучшая подруга, соседка по квартире, Роза… Она сейчас невеста генерального директора этой же компании, а также один из заместителей директора. А я должна быть у нее первым помощником. Но вместо этого увольняюсь. Да, ситуация весьма щекотливая. Остаётся только надеяться, что всё пройдёт гладко и я смогу уволиться без скандала и ненужной драмы.

Когда я вошла в здание, секретарь Верочка вежливо приветствовала меня. Я в ответ кивнула и улыбнулась.

Позже я отправилась в отдел кадров с намерением оставить написанное заявление об уходе, но меня поймала Роза.

— Кто-то в последние несколько дней ведет себя очень непривычно, — усмехнулась она, вырвав лист у меня из рук. — Что это такое? Посмотрим. Заявление об уходе? Серьезно? Настя, какая же ты заботливая… Такой замечательный подарок приготовила для подруги на свадьбу, — с сарказмом произнесла Розалия.

Было очевидно, что мое решение задело её. Она обиженно смотрела на меня.

Именно этого я хотела меньше всего — причинить боль Розе.

— Роза… — начала было я, но подруга перебила меня.

— Ты даже не предупредила меня о том, что собираешься менять компанию. В то время как я предупреждала тебя, что перееду к Киру. А когда я пришла сегодня днем, тебя не было нигде. Я звонила тебе на телефон, когда узнала, что ты взяла выходной, но так-то было обидно, что ты не спросила меня, — с раздражением проговорила Розалия. — И ведь это я убедила Кира, что ты должна получить повышение… — с ноткой грусти добавила она. — Хотя мы больше не будем соседями, я решила, что мы можем проводить время вместе, по крайней мере, на работе. Но так случилось… — Розалия быстро вытерла слезу и отвернулась.

— Я буду на связи с тобой, Роза. Я просто больше не хочу оставаться в этой компании. Я не хотела причинять тебе боль, — голос мой был подавлен и полон вины.

Я осторожно обняла подругу и облегчённо вздохнула, когда она ответила на объятия. От ее слез мой блейзер мгновенно намок, но я не обратила на это внимание. Мне хотелось успокоить подругу. А она жалобно спросила:

— Но почему? Почему ты так настойчиво не хочешь продолжать работать в этой компании?

— Роза, я не хочу и не могу больше работать здесь. И быть «подай и принеси». Да и у тебя я по сути буду делать то же самое. Но ты не забывай, что я закончила университет и являюсь дипломированным экономистом. И в новой компании меня берут по специальности.

Пока я говорила, мои мысли обратились к Роману. Вечер, проведённый с ним, показал мне звёздную дорогу.

Он и звезды… возможно, это и есть мой счастливый талисман.

Как же меня тянет к нему. Я даже боюсь этих чувств.

— Что же мне теперь делать? — Розалия вздохнула.

В этот самый момент зазвонил мой мобильный, и незнакомая мелодия заставила подругу резко замолчать, потому что это был совсем не тот звук, что она слышала совсем недавно.

— А? Это не мой рингтон. Кто решил так пошутить? — удивилась я.

Роза по привычке заглянула в мой мобильник, как часто делала это раньше.

— Кто это?

Надеюсь, она не смогла понять, что я удивлена этому странному контакту в своём телефоне. С другой стороны, этот нежданный звонок — как раз то, что могло спасти меня от неловкой ситуации.

Я решила воспользоваться удачей. Ну, а что, Настя, недаром же пропадать таланту!

Я прижала телефон к сердцу и, застенчиво взглянув на подругу, сказала:

— Извини, Роза, это звонит мой парень.

— Парень? Адам? Вы что теперь вместе? Ты его простила? Вы объяснялись? И ты о таком молчала? Настя! — вскрикнула Розалия.

— Роза без комментариев

— Вы переспали?

— Роза, о таком неуместно говорить. Давай ты сейчас ещё всем в офисе об этом прокричишь.

Звонок продолжался.

Может, мне найти какое-нибудь уединенное место, чтобы поговорить со своим таинственным, странным любимым? Не то чтобы я боялась этого или заботилась об этом … просто не хотела, чтоб лучшая подруга о чем-то начала подозревать.

— Детка, — раздался голос с другой стороны, достаточно громкий, чтобы Роза услышала единственное произнесённое слово.

Я узнала этот голос и вздохнула с облегчением. Это был Роман.

Значит, он сохранил свой номер в моём телефоне. Но когда успел-то, конспиратор? Неважно, главное, он спас меня от крайне болезненного разговора с подругой — это всё, что мне сейчас нужно.

Поскольку «я» сохранила номер как «любимый», то ничего не оставалось, как обращаться к Роману точно так же, так что я, сияя улыбкой, ответила:

— Привет, любимый.

— Я жду тебя, детка. У нас будет прекрасное свидание, — голос Романа зазвучал хрипло и крайне соблазнительно.

— Свидание? — переспросила я, но тут же скрыла свое замешательство. — Да…. да, это очень мило с твоей стороны, любимый… А я думала, ты забыл, — усмехнулась.

Но голос мужчины заставил меня покраснеть. Он был таким мужественным и чарующим, что мотыльки щекотали живот.

— Любимая, я никогда не упущу такой возможности. Приходи скорее, милая… Я жду тебя.

— Да, мой милый. Я скоро выхожу. Десять минут, — ответила я достаточно громко, чтобы услышала Роза.

Я находила все это странным, но решила подумать об этом позже. А пока нужно получить разрешение на увольнение и сбежать из компании.

— Розалия, я поговорю с тобой позже и отвечу на все вопросы, которые у тебя есть. А пока мне надо спешить, меня ждут.

Вздохнув с облегчением, я побежала к лифту… но услышала, как Роза крикнула:

— Значит, все-таки Адам?

Знала бы ты, что это не так. Но я уже спускалась в лифте. И чувствовала огромное счастье, переполняющее меня.

Внизу я уже собралась взять такси, но заметила, что меня ждет Роман. Он опирается на свой «не очень дорогой Форд». И все еще одет как с иголочки и очарователен, как всегда. Увидев его, я чуть не подпрыгнула от радости.

— Настя, детка, поторопись, — проговорил Роман.

Я собиралась обойти авто с другой стороны, чтобы сесть, но за спиной раздался стук каблуков.

— Настя, что за… — услышала я окрик Розы.

Я поскользнулась. Но меня прижали к себе такие невероятно теплые руки. И затем Роман поцеловал меня. Нежно. Чувственно.

Роман

Когда Настя буквально упала в мои объятия и прикусила нижнюю губу, я завелся не на шутку.

Девочка моя, что ж ты делаешь со мной? Неожиданно захотелось её поцеловать. Поглощать стоны. Пить изо всех сил её желания.

Я чувствовал, что только мне можно так делать. Со всеми этими мыслями, проносящимися в моей голове, мое воображение разгулялось до того, что пульс участился. И я потерял контроль над собой, резко притянул девушку ближе к себе и начал целовать до головокружения.

Поначалу Настя, которая была отвлечена появлением, очевидно, своей подруги, не могла расслабиться, но вскоре так же, как и я, утратила способность ясно мыслить — наши вздохи и стоны стали одним целым.

Настя закрыла глаза и отвечала на поцелуй со страстью. Я наблюдал за ней, и мой мозг медленно, но верно уходил в пах. Я ничего не мог соображать, целовал чувственно, страстно. Поглощая ее дыхание.

Мы оба не замечали, что происходило вокруг. Даже если небеса рухнут, мы не обратим на это внимание.

Страсть поглотила меня настолько, что я неожиданно для себя понял, что такого не испытывал ни с одной из женщин. Наши тела, как и души, находились сейчас близко друг к другу. Мы словно два потерявшихся путника в пустыне, нашедших источник воды.

Мы тяжело дышали, соприкасаясь лбами и словно становились одним целым. Одно дыхание на двоих.

Я первым отстранился и погладил Настю по щекам.

Закрытые глаза и её радостная улыбка заставили меня почувствовать себя самым счастливым человеком на свете.

Я неохотно отпустил Настю из своих объятий.

— Анастасия, полагаю, что я и сегодня твой спаситель, — произнёс я. — Нас видела твоя подруга?

Настя кивнула.

— Да, Роза видела, как мы целуемся.

Я хотел сейчас назвать ее милой, солнышком, малышкой… все ласковые слова, которые дали бы ей почувствовать мою любовь. Мне казалось крайне важным, чтобы девочка знала насколько чисты и искренни мои намерения по отношению к ней.

«Скажу обязательно ей об этом» — решил я для себя. Но пока только по телефону. А при личных встречах понемногу буду ее приучать к себе. Влюблять.

Моя золотая девочка. Моя малышка любимая. Я очень боялся напугать её своим напором, поэтому твёрдо решил, что все должно происходить очень медленно и неторопливо.

Я смотрел на свою девочку: она покраснела, щёчки стали пунцовыми, но при этом она улыбалась.

— Благодарю тебя, Роман, что спас меня снова. Я у тебя в долгу, — произнесла Настя.

«Хм…..посмотрим, что можно сделать с этим “я у тебя в долгу”».

— Анастасия, давай я тебя подвезу? Вроде как у нас свидание, — предложил я, улыбаясь.

— Да… да, конечно, — с небольшой заминкой ответила моя красавица.

Я открыл дверцу машины, а девочка села на пассажирское кресло.

— Благодарю, — повторила Настя, когда я включил зажигание. — Если бы не ты, я наверняка оказалась бы в неловком положении перед Розой.

— Я просто немного помог вам, Анастасия Валентиновна. Пожалуйста, не благодарите меня, — ответил я, безбожно флиртуя с ней.

Настя надула губки, посмотрев на меня. Это было так смешно. А она вдруг резко притянула меня ближе к себе, используя мой галстук в качестве своеобразного поводка.

— Роман, я немного не понимаю, а что только что было? Разве наш поцелуй, — даже не один, а два, — не дают нам право называть себя по крайней мере друзьями? Мы ведь разделили такой интимный момент на двоих, а ты до сих пор в формальности играешь. Надо уже покончить со всеми этими «фамилия, имя, отчество», — попросила Настя, хотя это было скорее утверждением.

— Оказывается ты не мышка-милашка, а очень хитрая, маленькая и озорная девочка. Хулиганите, Анастасия свет Валентиновна? — игриво поинтересовался я, когда девочка отпустила мой галстук.

Хмыкнула.

А я мысленно отметил, что моя женщина полна сюрпризов. В ней скрыта огромная страсть. Какая же моя малышка темпераментная… И она все это в себе скрывала до сих пор. Да я самый счастливый мужчина на свете! Это я избавляю мою девочку от оков стеснительности, а не Адам. Поморщился внутри. Надо все-таки с другом поговорить. И отправить его в Питер.

Как здорово, что этот праздник соединил нас с Настей. Я был рад, что наконец-то влюбился.

Анастасия

Осознав, что только что сделала, я почувствовала, как краска заливает лицо. Проклиная себя за импульсивный поступок, который совершила, я отвела глаза, внезапно заинтересовавшись пустынной парковкой.

Я уже запуталась в причине такого беспорядка в мыслях. Не понимала, почему мое сердце берет контроль над разумом, затеняя самоконтроль и сознание рядом с этим мужчиной.

В стекле машины я видела Романа, почему-то смотревшего на меня и улыбающегося.

— Анастасия Валентиновна, вы только что признали, что должны мне. Так, быть может, обсудим, что же нам с этим делать? — спросил он насмешливым тоном.

Я надула губы и посмотрела на него.

— Роман Михайлович, — копируя его интонации, проговорила я, — Полагаю, так как мы уже являемся друзьями, то мы с вами и ничего не должны друг другу.

— Конечно, Анастасия. Но долг был получен еще до того, как мы стали друзьями. Ты мне должна была еще до того, как призналась в нашей дружбе, дернув меня за галстук, — поддразнил он меня, озорно подмигнув.

Мое сердце затрепетало, когда Роман флиртовал со мной.

К Адаму может и не было никогда любви, а то, что сейчас испытывала, это боль, разочарование. Но я хотела разобраться также в чувствах своих к Роману. Поэтому лишний раз убедилась, что правильно поступаю, меняя компанию.

Закатив глаза, я спросила:

— Итак, Роман Михайлович, что вы хотите, чтоб я сделала с этим как вы сказали «долгом»? — девочка показала жест-кавычки.

— Пригласи меня на свидание, Настя, — произнёс Рома.

— Что? Не понимаю. Роман, но ведь это ты недавно меня пригласил на свидание. Я ослышалась?

— Настя, ты не ослышалась. Пригласи меня на ужин… Это будет наше первое свидание в качестве «друзей», — произнёс он, нажимая на слово «друзья».

Прекрасно, ведь ужин в хорошем ресторане станет для нас шагом навстречу друг другу.

— Конечно, Роман Михайлович, — подыграла я мужчине. — Куда же мы поедем?

— На ваш выбор, Анастасия. Я очень привередлив в еде, но ты, возможно, сможешь удовлетворить, дорогая, мои пожелания, — произнёс он.

— О, да неужели? Я готова потратить любую сумму. Ну же, будь джентльменом и перестань есть мои мозги, — попросила я, явно наслаждаясь шуткой.

— Простите, Анастасия Валентиновна, но я вегетарианец и не имею такой привычки есть чьи-то мозги, — пошутил он, но я не рассмеялась. — Дурацкая шутка, да? — спросил меня Роман, проводя рукой по моим волосам.

Я кивнула.

— Неважно. Просто скажи, какой ресторан выбираем? В любом случае за рулем сидишь ты, конечно, выбор ресторана зависит от тебя.

— Прекрасная мысль, что я, как рулевой, буду и дальше твоим навигатором! — заявил мужчина, улыбаясь, и тронулся с места.

— Настя, у меня есть идея, немного отличающаяся от того плана, который ты нарисовала. Хочу, чтоб мы сходили с тобой в супермаркет и купили продуктов. Поддерживаешь мою идею? — спросил он.

Наши мысли совпадали. Я тоже думала, что было бы идеальнее приготовить самой, чем есть в пафосных ресторанах. Почему бы не сделать романтический ужин с вином, мороженым и просмотром фильма?

— Конечно, но только если потом ты подбросишь меня до моей квартиры.

— Возьми такси, — ухмыльнулся Роман.

— Я бы предпочла бесплатный вариант, — ответила я, заставив его рассмеяться.

Он протянул руку к моему лицу, но вместо того, чтобы прикоснуться ко мне, дотронулся до подголовника и вытер его рукой.

Я не поняла его внезапного поступка, но мне было все равно. Какой-то сегодня Роман странный, но всё равно такой милый.

Адам

От самого офиса я следил за Романом. Видел, как он подъехал на работу к Насте.

— Что же ты придумал, Роман Михайлович? — пробормотал я.

Настя выбежала из здания и буквально упала в объятия Ромыча. Он целовал ее так, как будто имел все права. Я сам хотел пить эти уста. На вечеринке прекрасная нимфа дала мне от ворот поворот. Ее поцелуи срывает Роман, но не я. А я, как придурок, смотрю на них и меня это бесит.

Когда я увидел, как Рома нежно погладил Настю по щеке, а она в ответ прильнула к его ладони, я взбесился. Даже не так, я матерился. Стукнул по рулю. Поступок друга вывел меня из себя.

«Ух… Я ведь гораздо лучше него! Да, Роман и сексуален, и богат, да и его мать и отец могущественней, чем вся моя семья… Но почему же Настенька выбрала его, когда есть я? Ну, косякнул когда-то, так что мне теперь и шанс не давать, Настенька?», — думал я, продолжая следовать за ними.

Из своей машины я видел, как они разговаривают и смеются. Когда машина остановилась на светофоре, я увидел взгляд Ромы на Настеньку — он был полон любви и нежности.

Анастасия выглядела не такой зажатой, более расслабленной, что ли. Я даже в какой-то степени завидовал другу, что он смог открыть такую Настеньку. Как же я хотел, чтобы и со мной она была такой же, а не той стеснительной мышкой, которую я знал прежде.

— Почему он, Настенька? Почему не я? Я смогу доказать тебе, что я изменился.

Я кипел от ярости, наблюдая за неизвестным мне Романом. Я никогда его таким не видел. Это было не похоже совсем на моего друга. Но я понимал его. Настенька зацепила его, но ведь меня-то раньше! Почему же мы с Ромычем стали соперниками? Я обязан завоевать, Настеньку снова. Не Ромыч должен быть с ней, а я.

Анастасия

Мы подъехали на парковку супермаркета. Рома помог мне выйти из машины. Его безупречные манеры мне очень нравилась.

— Какой твой любимый напиток, Настя? Неужели виски? — намекая на мой выбор на вечере.

— Роман Михайлович, как я понимаю, вы предлагаете, чтобы я купила крепкий напиток, а вы опять воспользуетесь моментом и поцелуете подвыпившую девушку.

— И в мыслях такого не было, — надул губы Рома, копируя недавний мой жест, когда мы сидели в машине — это заставило меня вновь рассмеяться.

Подшучивая друг над другом, мы завершили выбор покупок — я купила всё, что хотела приготовить уже на завтра.

А так же я вспомнила, что могу сейчас запечь курицу. Но не стала ее покупать — в холодильнике она уже есть.

Время было уже позднее, а день был очень длинный. И мне хотелось сейчас почему-то одного: прийти домой и расслабиться в ванне с бокалом белого вина. Но в то же время те минуты, которые мы проводили с Романом, для меня были драгоценны. Ужин на двоих в моей квартире… Сегодня? А как же работа? Но я ничего не стала спрашивать: я чувствовала себя комфортно с этим мужчиной. Во мне разгоралось тепло от его прикосновений, а мое сердце плавилось. Мне хотелось большего. И я мысленно готовилась к тому, что, возможно, сегодня мы разделим с Романом постель.

«Пошлячка ты, Настя», — мысленно ругала себя я и пыталась сосредоточиться на выборе продуктов.

Я наблюдала за Ромой — его реплики насчет того или иного товара меня смешили. И я вдруг поняла, что этот мужчина не так уж и прост. По нему видно, что он никогда не ходил за продуктами. Видимо это делал какой-нибудь шеф-повар в его доме, но никак не он сам.

— Роман Михайлович, а почему вы мне не сказали, что являетесь директором фирмы?

— Настя, брось, я ведь такой же исполнитель проекта, как и ты, а вот Адам да, он-то как раз и есть большой босс.

— Прям важнее чем ты?

— Ну, есть и выше него, — с каким-то намеком произнёс мужчина. — Но непосредственно Адам — наблюдатель, а вот генеральный директор пока что в тени. Но ты с ним обязательно пообщаешься. Могу сказать, что в какой-то мере ты знакома с ним.

— Порадовали, Роман Михайлович.

Рома, когда ходил со мной по магазину, покупал только готовые салаты и готовую же продукцию из рыбы и мяса. Он ведь покупал эти продукты для себя. Ведь так, да? Правда расплатился на кассе, как за мои продукты, так и за свои.

Мы загрузили все в машину и поехали. Я забыла сказать свой адрес, и для меня стало неожиданностью, когда Роман остановился прямо перед моим домом.

— Роман Михайлович? — прошептала я, вопросительно глядя на него. — Откуда?..

— Настя, но разве не ты просила меня отвезти тебя домой? Я последовал твоему желанию. И, дорогая Настя, теперь ты снова у меня в долгу, — произнёс мужчина, посмеиваясь.

— Да, это так. Но как насчет ужина? Ты ведь говорил о том, чтобы я пригласила тебя на свидание, верно? — уточнила я, слегка смутившись.

— Конечно. Но не сейчас, Настя. Может быть, позже, — произнёс он, шокируя меня. — В любом случае, мы будем работать под одной крышей и над одним проектом. У нас будет много времени, — и подмигнул мне.

— Это мило с твоей стороны, — пробормотала я.

— Настя, я не хочу чтоб завтра в первый свой день ты пришла невыспавшаяся, — сообщил он, а когда я медленно подняла бровь в немом вопросе, добавил: — Но я тебе одно могу сказать как твоя фея-крестная: на работу свою прежнюю можешь не выходить. Твое заявление уже подписано.

В моих мыслях билась сейчас одна лишь мысль: «Как подписано?». Ничего не понимаю, но продолжила слушать, что говорит мне Роман.

— Так что теперь тебе надо выспаться. День был долгим. И представь: пока ты приготовишь ужин, пока мы поедим — пройдёт много времени. И даже если мы сейчас пойдем в ресторан… потеряем еще больше времени.

— Вы необычайно добры ко мне, Роман Михайлович! Но как вам удалось сделать, чтобы у меня не было и дня отработки?

— Анастасия, это неважно. Завтра твой первый день на работе в «Интеграле». Я не хотел, чтобы пострадал твой режим сна. Настя, мы с тобой проведём вечер вместе. Возможно, в ресторане, возможно, это будет вечер в моем доме, но это будет тот день, когда ничего нас обоих не будет отвлекать, — улыбнулся он.

И мое сердце, конечно, растаяло. Не все задумываются о таких мелочах.

Роман — идеальный мужчина. Это было мило. Это было что-то такое нереальное. Я раньше думала, что таких, как Рома, не существует.

— Благодарю. Еще раз спасибо за помощь, — произнесла я, готовясь выходить из машины. Но меня остановило предложение, произнесённое мужчиной.

— Настя, но от кофе я бы не отказался. Я ведь очень помог тебе и крайне устал. Мне нужен кофеин! — игриво произнёс он.

Не понимаю я этого непостоянство в мужчине. Он хочет, чтоб я пригласила его в дом? Не слишком ли быстро?

— Конечно. Но не вини меня за плохой кофе. Я плохо готовлю, — пошутила я после небольшого раздумья.

Роман вышел из машины, улыбаясь, подошел с моей стороны двери, открыл ее и подал мне руку. От его нежного прикосновения я растаяла, словно мороженое.

Рома с заднего сиденья захватил пакеты и последовал за мной к подъезду. Со стороны это выглядело так, будто мы обычная пара, которая сделала покупки, а затем вернулась в свое маленькое семейное гнездышко.

И тут у меня внезапно проскользнула неожиданная мысль. Как же он, скажите на милость, позвонил мне в нужное время, когда я была в затруднительном положении перед Розой?

— Роман Михайлович, а откуда ты знаешь, где я живу? — повторила я вопрос, заданный совсем недавно. — И как ты догадался, что должен стать моим спасителем перед Розой? Насколько я помню, я тебе об этом не рассказывала.

Роман

Я понял, что прокололся, и попытался придумать подходящее объяснение.

Подумав несколько секунд, я посмотрел на Настю.

— Глупышка ты моя, ты записала свой адрес в анкете, когда пришла на собеседование. Забыла? — сказал я дразнящим голосом. — А вот с подругой… я, скажем так, подумал, что тебе точно нужна будет моя помощь.

Моя девочка прищурилась.

— Да, но как же ты узнал адрес? — через некоторое время спросила Настя.

— Ну, у меня есть много друзей в компании. Я всегда читаю данные коллег, чтобы лучше понять их.

— Но ведь прошло совсем немного времени, как мы прошли собеседование, а ты уже изучил данные каждого? Неужели ты помнишь адреса всех, кто сегодня прошел собеседование? — продолжила допытываться она.

Глядя в ее глаза, я ощущал себя будто в трансе. Мое дыхание на мгновение задержалось, а время вокруг нас словно замерло.

— Роман? — позвала меня моя красавица. — И когда ты записал свой номер в мой телефон?

Я не нашёлся, что ответить, а в это время мои руки словно стали жить отдельной жизнью — правая поднялась и коснулся волос моей девочки, лежащих на левой стороне лица.

Тело малышки замерло. В её глазах плескались те же чувства, что испытывал и я. Эти бездонные глаза держали меня в плену, и никто: ни я, ни Настя, — не могл отвести взгляд.

Это был тот самый момент, когда наши тела говорили вместо нас, выражая любовь.

Лифт достиг нужного этажа, и дверь открылась со слабым звуком. Но этого было достаточно, чтобы вывести нас из транса.

Настя отвела глаза, а я убрал руку.

Неловкая ситуация, но такой сладкий и искренний момент.

Мы подошли к квартире, Настя тихо открыла дверь и уже собиралась войти, когда я взял ее за руку, заставляя обернуться.

— Настя. Ты особенная… особенная для меня. Я не знаю, как объяснить тебе, как я себя чувствую, когда держу тебя в своих объятиях. Ничего плохого не думай. Но, да, я взял твои данные у Аланы и запомнил их, — признался я с улыбкой на губах. — А то, что набрал тебя… Просто захотел услышать твой голос.

— А как же вы объясните тогда, Роман Михайлович, то, как вы записаны в моём телефоне? Мммм?

— Настя, так ты пригласишь меня в дом? — спросил я, пытаясь отвлечь мою девочку.

Я видел и чувствовал, как её сердце стало биться неровно, а в глазах были видны слёзы, грозящие в любую секунды хлынуть нескончаемым потоком.

Настя быстро отвела глаза и осторожно вытерла слезу. Она поджала губы и кивнула, одарив меня улыбкой.

Когда мы вошли в её просторную квартиру, я с любопытством огляделся.

В отличие от других девушек, которые любят светлые тона, дом Насти выглядел похожим на склеп.

Да. В основном темные цвета.

— Твой дом, скажем так, не похож на… — я не мог подобрать слов, чтоб выразить свои мысли.

— Угу, мрачно, тускло, говори, как видишь! — улыбнулась Настя, а в ее глазах появилась печаль. — Розалия пыталась, как могла, изменить эту обстановку, но у нее ничего не вышло. Хм… Роман, пожалуйста, устраивайся поудобнее. Я в ванну ненадолго, а потом приготовлю кофе для нас обоих, — произнесла Настя и быстро убежала в душевую комнату.

Я усмехнулся, подойдя к огромному окну от пола до потолка.

Достал мобильник и позвонил своему помощнику из службы безопасности.

— Адам следил за мной? — спросил я.

— Да, Роман Михайлович. Я думал, вы заметили, что Адам Русланович следовал за вами вплоть до квартиры, но потом уехал, — ответил начальник службы безопасности.

Я помолчал, гадая, что же теперь намерен предпринять мой друг.

— Хорошо. Я позвоню ему сам. Или может…

— Что-нибудь еще, Роман Михайлович?

— Ничего. Вы проверили прошлое Анастасии Валентиновны, как я и просил? — поинтересовался я, оглядываясь по сторонам и проверяя, не вышла ли Настя из ванной.

— К утру, а возможно и раньше, все будет у вас на столе.

Дело не в том, что я хотел проверить Анастасию. Я просто хочу знать, что случилось такого у девочки, что она ненавидит мажоров. Отчего предпочитает быть одна? И что за трагедия произошла в ее жизни.

— Скучал? — Настя вошла в комнату в повседневном платье. Оно очень ей шло, так же, как и строгий костюм.

— Есть немного, — признался я.

— Роман, ты какой кофе предпочитаешь? Со сливками? Капучино? Американо? — спросила меня Настя, улыбаясь.

Неловкой ситуации, возникшей немного раньше, как будто никогда и не было.

— На твой вкус. Услышав о твоих кулинарных способностях, я решил быть с тобой помягче, — усмехнулся я.

— Полегче со мной или с собой? — спросила моя девочка, насмешливо приподняв бровь.

Я ничего не ответил, встал и направился на кухню следом за ней.

— Если хочешь, я могу сам сварить хороший кофе. Для нас обоих, — предложил я.

Настя рассмеялась и покачала головой.

— Я пошутила. На самом деле я хорошо готовлю, — сообщила она. — Я готовлю лет с пятнадцати. Пришлось. Может, когда-нибудь и расскажу тебе, но не сейчас это точно, — добавила она, согрев молоко.

— Я — гурман, — парировал я. — И я проголодался. Вот, смотри, я взял еду, — вытащил из пакета готовые блюда.

Девочка закатила глаза.

Но прежде чем Настя успела мне ответить, у меня зазвонил телефон.

— Извини, — из кармана достал айфон и ответил на звонок.

— Алана, что случилось? — спросил я и нахмурился. Новости были не очень хорошие. Повернувшись обратно к Насте, я наблюдал за ней и чувствовал, как мой взгляд смягчается, а раздражение отступает. Она была такой домашней, расслабленной…

Девочка резала салат и напевала мотив известной песни. Как же я хотел наплевать на проблемы Адама. Это его проблемы, а не мои! Зачем следил за мной? Чего добился этим? Теперь разгребай всё это.

— Настя, мне надо идти.

Я подошел к своей девушке и вновь поцеловал её. Она ответила на поцелуй, и я с неохотой оторвался от сладости ее вишневых губ. Девочка моя. Я влюбился в тебя, как пацан. Не отдам никому. Ты — моя!

Анастасия

— Да. Хорошо, понял, — ответил он и повернулся ко мне,

Я не обращала внимания на разговор Романа и то, что ему звонила Алана Руслановна. Возможно, произошло что-то неординарное.

Я, занимаясь нарезкой овощей, напевала прицепившийся мотивчик.

— Настя, я должен уйти, — произнёс Роман, — Кое-что произошло, — добавил он.

— Ох… Что-то серьезное? — я взглянула в его глаза и буквально потерялась в них. А ещё поняла, что разочарована тем фактом, что Роману приходится уйти. — Увидимся завтра, — улыбнулась я ему.

— Доброй ночи тебе, Настя, береги себя, — произнёс Рома. И поцеловал меня.

— И тебе сладких сновидений, — ответила я, провожая мужчину до двери.

… Включила музыку на колонке. Подпевала популярные мелодии из динамика. Убрала со стола контейнеры с готовой едой, которые он оставил.

— Заботливый у меня мужчина.

Большой неожиданностью стал тот факт, что входная дверь скрипнула и стала открываться — меня это заставило насторожиться. Взяв со стола нож, которым недавно нарезала овощи, я тихонько прошла в гостиную. Но увидев, кто этот человек, вздохнула с облегчением.

— Роза, ну зачем так пугать-то?

— Странная ты, Настя. Чем это я тебя напугала? И ты чего такая взбудораженная?

Она сняла свои дорогие туфли на высоких каблуках, поставила на тумбу сумку.

— Солнце неожиданно вошло на нашем небосклоне? Что ты здесь делаешь? — я зашла на кухню и положила нож на подставку.

— Настена, ты меня выгоняешь? Неужели мне не разрешается побыть у тебя в гостях? — спросила Роза, надувшись.

Я, конечно, понимала, почему подруга здесь. Любопытство ее замучило.

— Конечно, ты можешь. Я просто удивлена, — произнесла, обнимая подругу.

— Все же нормально? Да? — улыбнулась Розалия и села на диван, увлекая меня за собой.

— Да, все хорошо. — подтвердила я.

— Значит, вы вместе с Адамом? Я не разглядела его, когда он так увлечённо тебя целовал, — подруга озорно изогнула брови.

— Про кого ты, солнце? — невинно спросила я.

— Ах ты, маленькое чудовище… Я спрашиваю о твоем парне! Я видела его спину, и она была великолепна. — Взвизгнула Розалия.

Подруга как всегда искренняя: она счастлива за меня и, конечно же, полна любопытства.

Но ведь парня-то у меня нет. Что ей сказать, я не понимала.

— Роза… — я собралась оправдываться, но неожиданно мобильный зазвонил.

Как вовремя!

— Похоже, твой парень не может с тобой наговориться, — пошутила подруга.

И я опять задалась вопросом, как точно опять Роман определил подходящее время для звонка.

Это заставило меня вспомнить свой вопрос на миллион, который заключался в том, как он узнал, что происходит в офисе, когда позвонил мне ранее вечером. И как же он определил, что должен позвонить именно сейчас, когда пришла Роза.

Но все-таки я себя пыталась убедить, что это просто совпадение. Но если это всего лишь совпадение, то почему он так интимно обращался ко мне? И все же, когда он установил свой номер, который сохранил как «любимый», да ещё и с рингтоном известного поп-певца?

Было что-то подозрительное в этих событиях. Я решила завтра снова спросить Романа об этом.

— Настя, ты чего не отвечаешь? А может включишь динамик, — взволнованно произнесла Розалия.

Я невольно нахмурилась.

— Не сейчас, — сказала я, но упрямая подруга отрицательно покачала головой, мило надув губки.

— Ты так отстранена…. Мы ведь были так близки раньше, а? Что с тобой не так? — не удержалась от вопроса Роза.

Она часто разговаривала со своим женихом Кириллом в моем присутствии. Да подруга вообще никогда не держала разговоры в секрете от меня.

Я принимала и понимала её. Но ведь Роза думает, что мой парень — Адам. Почему-то я боялась рассказывать о Роме.

Мне казалось, что данный факт стоит скрывать, плотно запечатать в сердце.

Более того, если Роза узнает правду, она будет чувствовать себя преданной, а это будет разрывать мое сердце, и наша дружба может рухнуть, а я никак не готова к подобному.

За последние несколько лет мне и так хватило. Сердце достигло точки невозврата: потеря дедушки, родителей… А если мы с Розой поссоримся? Как мне это вынести?

— Настя? Ты как? — позвала меня Роза, возвращая в реальный мир.

И когда я увидела обиженное выражение на лице подруги… мое сердце сжалось.

Истина может открыться в любой момент. Чем дольше я буду медлить, тем больше причиню вреда Розе.

Итак, я решила сказать правду, поэтому уверенно ответила на звонок.

Роман

Разобравшись с проблемами Адама, который попал в аварию, я вернулся домой и решил позвонить Насте, чтобы извиниться за свою грубость.

Я искренне жалел, что не попробовал приготовленный ею собственноручно «вкусный» кофе.

Я уже знал, что Настя готовит хороший кофе, она работала в кафе, когда начала свою карьеру после окончания университета.

И я так же выяснил, что она является внучкой бывшего председателя горсовета.

Мне предоставили все о семье Насти. Занимательное чтиво. Но прежде чем углубиться в эту тему, я всё же решил позвонить своей девушке, что и сделал.

— Нас… — я собирался позвать ее по имени.

— Любимый! — назвала меня Настя довольно интимно, не дав договорить.

Между строк я словно услышал намек, что она сейчас не одна, скорей всего с ней подруга. И звонок идет по громкой связи — ясность ее голоса была слегка нарушена из-за внешнего шума, и одна из возможностей может заключаться в том, что она держала вызов на громкоговорителе.

— Детка, мне очень жаль, что я не остался, но у меня правда возникли некоторые проблемы и мне пришлось покинуть тебя. — выдохнул я, легко подыгрывая ей. — В следующий раз, когда у нас будет «свидание дома», я сам приготовлю еду для нас обоих. Это будут все твои любимые итальянские рецепты, и я даже принесу твое обожаемое карамельное мороженое, кексы и пончики. Обещаю, это будет идеальное свидание.

Анастасия

Не слишком ли нагло ведет себя этот мужчина? Не то чтобы мне это не нравилось… на самом деле, я чувствовала себя немного тронутой. Этот человек слишком совершенен, и он так добр… я наблюдала за подругой.

Розалия широко раскрыла рот.

На то, чтобы узнать, что я — гурман с пристрастием к определённой еде, подруге потребовался год. А Роман запомнил за один поход в магазин. Невероятно! Он действительно балует меня.

— Настена, детка, ты еще здесь? — спросил Рома.

Я словно вышла из транса, когда он снова позвал меня по имени.

— Все в порядке, любимый. Я понимаю, как ты занят… — сказала я. — Кроме того, у нас будет много времени. Мы можем просто пойти пообедать завтра во время перерыва.

— Как скажешь, детка. Ты уже съела свой ужин?

— Еще нет, но ты ведь не забрал свои пакеты с едой.

— Детка, ничего страшного. Принеси что-нибудь из того, что я купил, завтра в офис. Мы пообедаем вместе.

— Я больше не могу. Пожалуйста, выключи громкоговоритель, — прошептала Роза, — От вашей мимишности меня прям тошнит.

— Милый, хорошо, я завтра принесу еду, что ты оставил. А насчёт нашего свидания… я знаю, что тебе понравится: приготовленная мной твоя любимая паста с сыром будет самым желанным блюдом на нашем столе.

Я прошла на кухню и вздохнула с облегчением.

Роман словно чувствует меня и знает, когда меня нужно спасать. И я снова у него в долгу!

Выключила динамик, чтоб Роза не подслушивала наш разговор.

— Спасибо, Роман Михайлович, — прошептала я.

— Все в порядке, Настя. Тебе на самом деле повезло, что я опять позвонил в нужное время, — пошутил он.

— Да, я снова у тебя в долгу, Роман, — признала я

— Давай завтра пообедаем, как ты и сказала, — игриво предложил он.

— Вряд ли меня кто-то поймёт, если я принесу для тебя контейнеры с едой, — сказала я. — Что если кто-то увидит их и подумает что-то странное? Я не хочу рисковать, потому что это все еще мои первые дни в новом офисе.

— Настя, не переживай. Ты ведь можешь и не приносить еду. Я просто пошутил. Мы можем пойти в кафе на соседней улице.

— Хорошо, — согласилась я, а затем добавила: — Роман, приготовься, так как завтра тебе придется ответить на все мои вопросы, понял?

— Да что вы такое говорите, дорогая Анастасия Валентиновна, — съехидничал он, заставив меня громко рассмеяться.

С тех пор, как познакомилась с ним, я, определённо, стала очень много смеяться.

На следующее утро я проснулась в обычное время и быстро собралась. Надела белую блузку и черную юбку. Мой образ завершили двадцатисантиметровые каблуки. Завязав волосы в хвост и сделав незамысловатый пучок, я вышла из квартиры, но остановилась на пороге.

На лестничной площадке у двери стояли два больших букета. Я забрала их в квартиру, поставила на тумбу с зеркалом и принялась с интересом рассматривать.

Один — незабудки, второй из конфет разного вида.

Шоколадный букет мог подарить только любимый брат Никита — это его фишка. Когда он уезжает в командировку, то всегда присылает мне такие букеты как сигнал того, что мне надо будет забрать младших к себе, чтобы до них не дотянул свои руки дядя.

Дед оказался очень предусмотрительным и не оставил тому ничего, кроме его же долгов.

К обоим букетам прилагались сопроводительные карточки с указанием имени отправителя.

В корзинке с конфетами была записка:

«Незабудка, я не смог до тебя дозвониться. Надо срочно уехать по поставкам для магазина. Детей отправил в школу. Сами приедут к тебе вечером. Буду через три дня. Позвоню. Целую, Ник».

А Роман прислал букет из незабудок и, читая его записку, я невольно вспомнила… Его глаза, смотревшие на меня. Плескающаяся в них страсть, любовь.

«Поздравляю с первым рабочим днем в фирме «Интеграл», желаю приобрести на новом месте новых друзей. И конечно не забывать «старых». Роман».

Идеальный мужчина, который приходил ко мне на помощь. И как же он внимательно относился к любой мелочи, касающейся меня! И откуда он только узнал, что мои самые любимые цветы — незабудки?

Его слова всплыли в моем сознание. Ведь это Роман первый обо мне, серой мышке, сказал, что я — особенная. Теперь я это на самом деле почувствовала.

Мы встречались с этим мужчиной всего несколько дней, а за это короткое время он действительно многое узнал обо мне, начиная моей любимой едой и заканчивая моими любимыми цветами.

Вопрос в том, особенный ли он для меня? Вдыхая аромат цветов, я спрашивала себя об этом и, конечно, поняла, что, да, Роман дорог мне. На самом деле он был первым человеком, который заставил меня почувствовать тепло после стольких лет, проведенных в качестве этакой ледяной статуи.

Съев цветок из шоколада, который мне прислал брат, я накинула плащ и вышла из дома. Направилась на остановку. Автобус пришел по расписанию. И до новой работы я добралась относительно быстро, ведь она находилась не так далеко от моего дома.

Вошла на первый этаж — меня уже ждали на ресепшене новые друзья.

— Привет, — поприветствовала я теперь уже коллег Данила и Анну.

— Привет. Настя, ты опаздываешь.

— Нас уже ждут в конференц-зале, и, похоже, разговор будет серьёзный, — произнёс Данил, когда мы вошли в лифт.

— Понятно, — пробормотала я.

Друзья мои загадочно на меня смотрели. А я в этот момент думала о «свидании», на которое была приглашена Романом.

Не то чтобы я не хотела идти, но я немного беспокоилась, что другие увидят нас и подумают что-то странное.

В конце концов, мне не нравится быть в центре внимания.

Роман

Мы с Аланой сидели в кабинете для переговоров.

— О!! Ты чего такой серьёзный? Переживаешь, что тебе придётся вести совещание вместо Адама? — усмехнулась она.

— Заткнись, Алана, — проворчал я.

— Не переживай, дорогой, вместо тебя я проведу заседание, — продолжала она поддразнивать меня.

— Алана, лучше бы ты молчала, — раздражённо прошипел я.

— Дорогой, ну не переживай, я ведь не специально расстроила ваш романтик. Если уж кого винить, так это Адама. Но он в больнице лежит. А мне вот отдуваться за дорогого братца.

Все заняли свои места, а я, как только увидел Настю, ошеломлённо замер.

Как моя девочка может выглядеть такой красивой и сексуальной в каждом наряде, который носит?!!

Я видел ее в вечернем платье, повседневной и офисной одежде. И моя детка всегда выглядела абсолютно сногсшибательно и просто великолепно.

Мне не понравилось, что рядом с Настей сел Данил. Я ревновал.

Моя девочка посмотрела на меня и улыбнулась. Ее глаза блестели, и она казалась такой счастливой…

«Нет, может быть, это мое воображение», — подумал я.

На мой телефон пришло смс.

«Я получила твой букет. Спасибо за удачу», — написала мне Настя.

«Я счастлив, что тебе понравилось», — ответил я.

Я был очень рад, что на этот раз она проявила инициативу. Что-то в ней изменилось, но я не мог понять, что именно.

«Девочка моя, так как насчет обеда? Мое предложение в силе», — написал я.

Вчера, после того как я закончил наш разговор, начал сомневаться, будет ли свидание за обедом достаточно подходящим для неё.

Поразмыслив, я решил спросить Настю, действительно ли ей это удобно или нет.

«Думаю, мы можем пообедать», — послала она мне ответное сообщение.

Я не смог сдержать улыбки.

Анастасия

— Боже мой!! Его улыбка разобьет мне сердце… ААА. Он выглядит слишком сексуально, и я хочу его, — проговорила блондинка из компании богатеньких мажорок.

— Я тоже. Но посмотри на его улыбку. Он прям ходячий тестостерон! — прокомментировала ее подруга-брюнетка. — Только вот другого босса не видно. Если честно, блондинчик намного красивее.

Другая блондинка покачала головой.

— Неужели вы обе не видите? Роман Михайлович, несомненно, влюблен. До сих пор он излучал эту властную и непреклонную ауру… А уж настроение у него было явно скверное. Но как только на его телефон пришло сообщение, посмотрите на его глаза — они смягчились, а холодное выражение лица сменилось радостью и любовью. Это наверняка его девушка написала ему сообщение, — поделилась она своей точкой зрения.

Тем временем я сидела рядом с ней и слышала все, о чем они говорили. Я не смогла удержаться и слегка наклонила голову, чтобы взглянуть на Романа.

Он действительно улыбается и кажется таким довольным.

И я не такая дура, чтобы не понимать, что творится у него в голове. То, как он видит меня, обращается… Однозначно я для него что-то да значу.

Я чувствовала себя слишком растерянной и была пока не в состоянии принять свои чувства к Роману и дать им однозначную оценку — время ещё не пришло.

Улыбнувшись про себя, я покачала головой. Вскоре встреча началась.

Поскольку проект находился в стадии разработки, совещание было больше похоже на ознакомительную беседу. Каждый представился и рассказал, в какой области имеет опыт.

Я снова была загипнотизирована Романом. Именно он вел собрание в течение двух часов подряд. И я поняла, что кого-то не хватает за столом. Адама.

Алана Руслановна время от времени задавала нам вопросы, параллельно немного рассказывая о проекте.

Главным образом говорил Роман, очень умело расставляя акценты, демонстрируя высокие навыки ведения переговоров и презентаций.

Я не могла не задаться вопросом, действительно ли Роман Михайлович простой менеджер проекта или гораздо больше. Он назвал Адама боссом. Допустим. Но кто же тогда ты, Роман Михайлович? У меня возникли смутные сомнения насчет истинности его слов.

Я вспоминала наши встречи, заострив внимание на его поведении, чересчур властном в некоторые моменты для простого менеджера. И опять задалась вопросом: что же, Роман Михайлович, вы скрываете? Может все-таки вы гораздо больше, чем просто менеджер проекта?

Собрание было завершено, и нам сказали идти в отведенные для нас кабинеты.

— О, Настя, безумно рад, что мы вместе будем работать, — радостно заявил Данил, увидев меня, когда я зашла в 156 кабинет.

— Значит, нам вместе придется разгребать завалы, — пошутила я, усаживаясь в кресло.

— Наш руководитель проекта строг, не так ли? — спросил Данил.

Не зная, что ответить, я просто промолчала.

Ведь тот мужчина, что был в кабинете для переговоров, очень отличался от милого, веселого и игривого Романа, которого я знала в личной жизни и который во всём мне помогал. Сегодня же я увидела другую его сторону: строгую, властную и непреклонную.

Этот Роман был воплощением профессионализма, что не могло меня не восхищать.

Однако теперь у меня возник закономерный вопрос: где же потерялся Адам Русланович? Тут меня осенило. Алана Руслановна — его сестра! Я вспомнила, где её видела. Школа. Немного пухленькая, тихая девочка, сидевшая на подоконнике с книгой в руках. И почему я сразу ее не узнала?

— Настя? Почему ты не слушаешь меня? — спросил Данил, посмеиваясь.

Он наклонился ко мне так близко, что смог прошептать на ухо:

— Неужели и ты влюбилась в нашего менеджера проекта, как и все остальные девушки? Ну же, ты можешь сказать мне, мои губы запечатаны, — поддразнил он.

Я невольно покраснела, ведь в этот момент вспомнила, как мы с Романом целовались. Он был тем, кто отнес меня в номер после вечеринки и уложил в постель, когда я напилась. Мы даже флиртовали друг с другом много раз!

По телефону я называла его милым, любимым, а он меня — малышом, деткой… да и много всяких глупых прозвищ.

Дело — дрянь! Права Роза, мы невероятно слащавые.

А ещё эти страстные, умопомрачительные поцелуи, возносившие меня на небеса…

— Настя, ты похожа на невесту, которой только что сказали, что будет ее первая брачная ночь. На фоне рыжих волос ты выглядишь красным помидором, — ехидно заметил Данил и резко замолчал, когда я шутливо-возмущённо шлепнула его по руке.

— Замолчи, Данил! Как тебе не стыдно вгонять девушку в краску?

До вчерашнего дня я была крайне застенчивой, но после встречи с Романом стала чувствовать себя совершенно по-другому.

— Э, подруга, ну ведь я правду сказал, ты покраснела, — Данил передразнивал меня и дальше, я взяла свою сумочку и начала шлепать его по руке, которая мирно лежала на подлокотнике.

— Кхе-кхе, кхе-кхе, — покашлял кто-то от двери.

Роман

Я видел, как Настя разговаривает с Данилом, но никогда не думал, что буду так ревновать! Это была не та ревность, что я испытывал к другу. Нет, нет…

Адама вывести на эмоции, чтоб он разбил машину, было очень легко. Теперь он лежит на больничной койке. Я дал ему почувствовать ревность и действительно наслаждался этим.

Но кто бы мог подумать, что сам вскоре окажусь в такой же ситуации.

— Анастасия Валентиновна, Данил Сергеевич, вы находитесь в офисе. Сосредоточьтесь на работе, а не на личных делах, — строго произнес я.

Они остолбенели.

Больше, чем гнев, в моем голосе звучала ревность. Да, именно так, я ревновал.

— Мы сожалеем, Роман Михайлович. Мы просто решили немного познакомиться друг с другом, — торопливо проговорил Данил.

— Со стороны это так не казалось, — заметил я, многозначительно приподняв бровь.

— Мы приступим к работе прямо сейчас, Роман Михайлович, — заверила моя девочка.

Её официальный тон мне очень не понравился. У меня сразу возникло острое желание поцеловать эти сладкие губы, чтоб они не звали меня по имени отчеству.

Но я был беспомощен! По крайней мере, сейчас. Однако я даже не сомневался, что скоро смогу заставить Настю называть меня «дорогой».

Я вздохнул про себя, но принял твердое решение. Напустив на себя равнодушный и отчужденный вид, я смотрел на их виноватые лица.

— Роман Михайлович, а не подскажете, где Адам Русланович? У меня к нему возникли вопросы, — произнесла Настя.

— Вас не должно это беспокоить, Анастасия Валентиновна.

Пока у меня от ревности не потемнело в глазах, я решил ретироваться и, если так можно сказать, трусливо сбежал от разговора.

Анастасия

На часах моего смартфона было двенадцать, когда пришло смс от Романа:

«Жду тебя на стоянке в своей машине.»

«Через пять минут буду», — незамедлительно отправила я ответ.

А через несколько секунд присовокупила улыбающийся смайлик и обращение к Роману по имени отчеству.

«Не торопись, маленькая моя», — был мне ответ.

Как только я увидела, как он обращается ко мне, мои щеки снова вспыхнули. Невольно вспомнила, как я притянула его к себе, используя его галстук.

Почему-то казалось, что прошло уже много дней, хотя это случилось только вчера.

— Настя, почему ты покраснела? Неужели Данил что-то сделал? — спросила вошедшая только что в кабинет Анна.

— Не виноват я, — поспешно заверил Данил.

И я тоже отрицательно покачала головой.

— Так подозрительно, — поддразнила она. — Хорошо, ну, не хотите — и не говорите. Лично я умираю с голоду. Может, мы пойдем в кафе, которое на первом этаже?

Она потерла живот и поджала губы.

Анна такая живая и настолько энергичная и разговорчивая… Она напоминала мне Розалию. И мне нравилось общение с этой девушкой.

— Я согласен, — заявил Данил, вставая.

Я невольно прикусила язык. Мы недавно подружились, как же мне ответить им нет? А ведь меня уже ждет внизу Роман.

— Ребята, простите, но я уже обещала кое-кому сходить с ним на обед. Но завтра я непременно присоединюсь к вам, — пообещала я.

— Все в порядке, Настя. А как насчет похода в клуб сегодня вечером? Раз уж у нас такая хорошая работа и горячий руководитель проекта, мы должны веселиться, — заявила Анна.

— Только не приглашай самого руководителя, — попросил Данил.

Я рассмеялась… но ведь мелкие у меня ночуют, так что сегодня точно не получится. Но возможно мы с друзьями и сходим в клуб.

— Я бы с огромной радостью. Думаю, что, да, мы сможем с вами сходить в паб. А сейчас я пойду обедать…

Они оба кивнули, и я вышла из кабинета. Я была уверена: обретение новых друзей и привыкание к этой новой среде, а так же знакомство с Романом постепенно помогут мне двигаться вперед.

Я чувствовала, что благодаря Роману Михайловичу смогу изменить себя в лучшую сторону. Но открываться перед коллегами не входило в мои планы.

Роман

Настя быстро забралась на пассажирское сиденье, и я завел мотор. Как только моя девочка пристегнулась, мы уехали.

Я выехал с парковки и заметил, как Настя сразу же расслабилась. Очевидно, она не хотела, чтобы кто-то в компании знал о наших отношениях. И хотя я придерживался абсолютно другой точки зрения, мне пришлось засунуть свои «хочу» далеко и надолго — её желания были важней.

— Как твой первый день, Настя? Понравилось? — спросил я у неё.

— Все в порядке, но мой непосредственный босс очень строгий, что даже не позволяет нам с коллегами поболтать друг с другом несколько минут, — сказала она, сдерживая улыбку.

— Ваш босс — тиран и деспот? — я моментально включился в предложенную игру. — Твой босс очень строгий? Я слышал о нем! Он такая заноза в заднице, правда?

— Роман Михайлович, а вы случайно не слышали о такой штуке как раздвоение личности? — внезапно спросила Настя.

— Да, а что? — ответил я только для того, чтобы понять, к чему это приведет.

— Ничего, но вы слишком непонятно себя ведете, Роман Михайлович.

— Анастасия, у меня нет раздвоения. Но ты заставляешь меня становиться другим человеком.

Посмотрел на Настю. Она удивлённо моргнула.

Мы остановились на парковке у ресторана моей матери. Правда, технически, это мой собственный ресторан, но это не так важно.

— Вот мы и приехали. Пошли. А то мы опаздываем, а ведь у нас зарезервирован столик, — сказал я, торопливо выходя из машины. И причем не забыл открыть дверь и для Насти.

Как только моя девочка вышла, я взял ее за руку и тут же поймал вопросительный взгляд детки.

— Анастасия, прости, что взял тебя за руку.

— Роман, я не понимаю тебя. Что происходит? Ты не извинился передо мной, когда поцеловал меня дважды, но извинился, когда вот так держишь меня за руку. Это забавно, — заметила она.

— Мне жаль, что я не могу поцеловать тебя, а могу только держать за руку. Просил тебя извинить за это, — усмехнулся я.

И еще до того, как я осознал, что произношу свои мысли вслух, эти слова сорвались с языка.

— Ха!! Вот кто бы говорил. — заявила Настя, в полном замешательстве глядя на меня и широко улыбаясь..

— А-ах… Детка… нет, не могу. Что ты со мной делаешь?

Я прижал к себе Настю и поцеловал. Как давно я этого хотел! Моя сладкая малышка…

Анастасия

Роман со мной флиртует, а я иногда и не знаю, как отвечать. Но ведь это я была первой, кто начал флиртовать с ним… И вот почему же у меня мысли такие грязные? Вчера он приходил в мои сны, а сегодня этот мужчина озвучивает мои желания. Это был всего лишь поцелуй, а мое тело просило большего, — мысленно выругалась я. Отчасти это моя ошибка.

— Анастасия, а ты покраснела.

— Угу… — кхе-кхе… — я откашлялась, стараясь не думать о своем сне и одновременно пытаясь отстраниться от Романа.

— Подожди немного, — попросил мужчина немного хрипло.

Сначала я ничего не поняла. Но почувствовала. Я прикоснулась к Роману. Вдыхала его парфюм. Да и он какое-то время не отпускал меня: гладил спину, прижимал к себе, целовал мои волосы. А я чувствовала себя мороженым, которое медленно плавится на солнце…

Мы прошли в зал, и я заметила подругу Никиты, которая разговаривала по телефону.

— Полина! — я не смогла сдержать удивленного возгласа.

Что же она делает здесь сейчас? Ведь она уезжала к матери в другой город. Почему брат не сказал, что его девушка уже вернулась? Малые к ней могли бы приехать.

— Настёна? — слишком наигранно и как бы удивленно произнесла Поля.

— Что ты здесь делаешь? — спросила я. — Тебя вроде не было в городе. Ник в курсе, что ты уже вернулась?

— Я просто к отцу приехала, он должен скоро подойти. Ну, ты же знаешь, что родители мои в разводе. А я между ними постоянно как третейский судья, — слишком уж торопливо принялась объяснять она. — И да, Никита не в курсе. Не предупредила, что приеду.

Ладно, поверю ей на слово, — подумала я.

— Ты, смотрю, не одна? Твой парень? — спросила меня Поля.

При этом она выглядела так, как будто уже знала ответ.

— Да, друг. Но он мне как…

— Брат?? — она пыталась закончить мою фразу.

— Нет, Полин. Это не так.

И тут же я поняла ответ.

Мне действительно нравились его поцелуи. Я могла бы сказать, что я влюблена Романа. Даже больше, чем влюблена.

Сны о нем, непроизвольное кокетство, румянец тому доказательства!!

И я восхищаюсь его добрым сердцем и чистыми намерениями помочь. Он — мой спаситель, который спас меня от самой себя.

Но все-таки я еще не уверена, что это больше, чем увлечение.

— И кто же он? — переспросила Полина меня.

— Мужчина, которому я верю и которому доверяю. Возможно, я не знаю его много лет, как знаю своих близких друзей или брата, но я знаю, что он уважает мои решения в жизни в отличие от тех, кому я привыкла доверять больше, чем себе, — заявила я. — Думаю, тебе пора идти, Полин, смотрю дядя Дима звонит. — сказала я.

— Черт!!! — прошипела Полина.

И я поняла, что Никита послал Полину за мной следить.

Роман

Брат! Вот ведь, как же мне захотелось придушить эту женщину в короткой юбке. Как она может делать такие поспешные выводы!!!

Неужели она не видит моих глаз, в которых светится любовь к Насте?

Мне не терпелось услышать ответ своей девушки. А что, если она скажет «да»? Я скорей всего прямо тут и умру от разбитого сердца.

Друг значит… Всё же лучше, чем брат. Но мне бы всё-таки хотелось, чтобы Настя сказала любимый. Мечтатель!

Ведь она совершенно не знает меня. Я сам себе поставил планки, поэтому и должен соответствовать. Сказал, что начну Настю в себя влюблять, значит, разбейся, Рома, но сделай.

Я смотрел на Настю, когда мы садились за зарезервированный столик.

Его маленькая мышка… всё-таки хитрая у него девушка. И эта версия нравилась ему больше, чем милая и невинная Настя.

Лицо моей милой только что было мрачным, а через некоторое время она вернулась к нормальной жизни. Улыбнулась пусть через силу, но всё же сделала это, а я же внутри себя чувствовал, что у меня сносит от неё крышу.

— Роман, ничего страшного, у каждого из нас есть свое прошлое, — произнесла она.

Я кивнул. Теперь я начал подозревать, что Настя — это не просто внучка, у которой при советах были высокопоставленные родители. Но и друзья однозначно ее были и есть высокопоставленными. Надо будет внимательно прочитать о ее дяде. Походу этот мужчина тот еще вершитель судеб. И в жизни Насти он пытается явно не помогать, а, скорей всего, натворить тех ещё дел.

По тому, как только что Настя разговаривала с этой девушкой в короткой юбке, — Полина, кажется? — я был ошеломлён. Невозможно таким тоном разговаривать с подругой брата. Да и кроме того, эта коротко стриженная блондинка, она и не была похожа на обычную девушку.

Все в ней кричало, что она богата. Аксессуары на ней были надеты на миллионы даже не рублей, а евро.

— Тебе не нравится эта девушка? — спросил я, удивляясь реакции Насти.

Она отрицательно покачала головой.

— Роман, поверь, Полина мне как сестра, которая ведет себя иногда по отношению ко мне немного покровительственно. Но… — она поджала губы. — Оставим это. Я не хочу об этом говорить.

Я уловил боль в её голосе.

— Эй, все в порядке. Настя, тебе не нужно объяснять или заставлять себя делать то, что тебе не нравится. Но не забывай, что «близкий друг» здесь для тебя, — сказал, подчеркнув слова о друге.

Настя усмехнулась и покачала головой, но я видел её насквозь. Она притворяется, что с ней все в порядке, но при этом все еще думает о боли своих потерь. В моей жизни тоже подобное было. Поэтому я мог понять её.

— Анастасия, я появился в твоей жизни совсем недавно. Я не знаю, что случилось в твоём прошлом и не буду спрашивать тебя о нём, — сделал небольшую паузу, чтобы она прониклась сказанным, а потом продолжил: — Просто помни, что, когда ты со мной, можешь забыть обо всем и прожить этот момент так счастливо и беззаботно, как того заслуживаешь, — и осторожно сжал её руку в знак поддержки.

Моя девочка не жаловалась, но улыбнулась, позволив мне погладить себя по ладони.

— Я не могу видеть тебя такой, — признался я, целуя тыльную сторону ее руки.

— Спасибо, Роман. Ты действительно… — ее голос дрожал, а глаза наполнились слезами.

— Ш-ш-ш… не плачь, детка. Ты заслуживаешь счастья, — мягко сказал я, — Иди сюда, моя… — выдохнул, но не закончил, хотя очень хотел назвать её ласковым словом, и протянул руку. Настя подчинилась, я посадил её на свои колени.

И обнял…. А моя детка улыбнулась и прильнула ко мне.

Это было так хорошо.

— Ты больше, чем друг, — прошептала мне моя девочка.

Как только я услышал это, моё сердце чуть не остановилось.

— Что ты только что сказала? — повернул лицо Насти к себе и спросил, глядя ей прямо в глаза.

Анастасия

— Роман. Я хочу сказать, что ты для меня больше, чем друг.

Произнесла, а сама почувствовала, будто прыгнула с обрыва. Да-да он — тот мужчина, с которым мне комфортно. И я уже не вспоминала Адама.

Наконец-то я смогла признаться в этом самой себе.

Я ничего не хотела скрывать. Более того, этот мужчина вряд ли предаст, и я не испытаю того, что было с Адамом. Роман точно не будет играть с моими чувствами, как Адам в школе и позже, на банкете… Напился, прошел в приватную комнату, а там я его застала с какой-то девицей уж очень легкого поведения. Я не помню, что тогда сделала. Вроде даже кричала, а Адам оскорблял меня. Это был самый ужасный день свадьбы, который завершился автокатастрофой, в которой погибли мои родители, побежавшие за мной.

Роману же я доверяла. Он был очень внимателен ко мне. И разве мужчина будет так вести себя, если ему женщина безразлична?

Улыбка слегка тронула его губы, глаза блеснули.

— Я как никогда счастлив, Анастасия.

И я, сама того не осознавая, тоже улыбнулась.

— Заставляешь говорить то, о чем я никому и никогда не говорила.

— Настя? — мужчина задавал мне вопрос. — Если я не просто близкий друг, тогда кто же я? — спросил хриплым голосом, однако слова прозвучали крайне нежно и сладко.

Моё сердце дрогнуло, глаза увлажнились.

— Мне ещё сложно разобраться в своих чувствах. И я не хотела бы давать тебе ложную надежду. Ты меня должен понять, я немного запуталась.

— Да, Настя, я понимаю. У каждого из нас были отношения. В школе ты была влюблена в Адама? — я кивнула, и он продолжил: — Но, как я понимаю, он предал твое доверие. Ты всё ещё его любишь?

— Роман, не думаю, что сейчас время и место говорить о моей любви или нелюбви к Адаму. Может, та детская влюблённость нанесла моей душе больше ран, чем я могу тебе сказать…

— Понимаю. Я, как и ты, дорогая Настя, испытал в прошлом, скажем так, предательство, и у меня тоже было много ран, которые мне нанесли. Но поверь, ты — первая женщина, к которой я испытываю столь сильные чувства, и они сбивают меня с толку.

— Мне жаль. У нас обоих было много всего, в том числе и душевные раны, но мы наверное сможем преодолеть всё.

— Да, сможем. Всё ведь прошло. Мои затянулись. А ты, Настя, скоро поймёшь, что я никогда не причиню тебе боли! Не переживай, я подожду.

— Роман, ты самый лучший мужчина, — заявила я, вытирая слезы. — Я не хотела, чтобы мне причинили боль снова. Это не значит, что я тебе не верю, но последние события в моей жизни сделали меня такой.

Нас прервал официант.

— Вы уже определились с выбором? — уточнил он.

— Да, мне пасту с морепродуктами и салат, — заказала я первая, пребывая в растерянности от своих чувств и мыслей.

— Наши вкусы немного схожи, — улыбнулся мне мой спутник и добавил, обращаясь к официанту: — А мне, пожалуйста, пасту Карбонара и принеси еще сок … — перевёл взгляд на меня и спросил: — Какой ты будешь, Настя?

— Мне апельсиновый фреш.

— И мне тоже.

Когда официант отошел от нашего стола, я подняла глаза на Романа.

— Все в порядке. Я все понимаю. Я не знал, что твое прошлое настолько болезненно, но и мое тоже несладкое, — произнёс с легкой горечью и одновременно облегчением.

— Да, у нас у каждого свои есть, скажем так … — не договорила. Меня перебил Рома.

— Прости, Настя. Но я не хотел вскрывать твои раны. Да и о своих не хотел говорить. Я никогда не буду поднимать этот вопрос, пока ты сама не захочешь мне рассказать. Я обещаю, что ты никогда не пожалеешь, что выбрала меня, а не Адама. Но помни сейчас одно: я не тороплю тебя, — сказал он, беря меня за руку и прижимая к своей щеке.

Я улыбнулась. Сердце растаяло, как мое любимое мороженое.

Почему же он чувствует себя виноватым? Я ничего не сделала.

— Я хочу попробовать. Ты этого стоишь, — прошептала я.

Роман

Я почти забыл, как дышать, когда услышал, что произнесла моя девочка.

Прежде чем поцеловать тыльную сторону ее ладони, перевернул и подул вначале, а потом спросил.

— Настя, это означает, что ты не против наших свиданий? — я был так взволнован, как маленький ребенок.

Моя детка рассмеялась и кивнула головой.

— Но гарантий не даю? — полувопросительно произнесла Настя немного грустным голосом.

— Для меня этого достаточно. В эти дни я смогу показать тебе, как много ты для меня значишь, — заверил я.

— Я рада, что ты такой хороший, — прошептала она.

Какая же ты соблазнительная, девочка моя. Глядя на Настю с близкого расстояния, я чувствовал себя как ребёнок, которому дали сладкое…

— Попробуй, это очень вкусно, — и протянул моей девочке кусок мяса с карбонары.

— Хорошо. — Настя взяла протянутое мной блюдо с вилки. — Да, вкусно.

— Анастасия? — произнес я. — Давай проведем время вместе, это будет наше свидание. И мы узнаем друг друга. Но если ты мне скажешь, что пока не готова к этому, я не буду тебя принуждать.

Моя девочка кивнула, при этом не сводя с меня внимательного взгляда.

— Поверь, я намерен провести с тобой остаток своей жизни. И я все сделаю, чтобы ни одной слезинки не было в твоих глазах. Отныне если ты и будешь плакать, то только от счастья! — пообещал я от всего сердца. А затем добавил: — А теперь давай насладимся обедом. Уже почти час, и нам пора возвращаться на работу.

— У нас ведь мало времени! Я не хочу опаздывать, — разволновалась Настя.

Я понял, что она вспомнила о начале заседания, — до которого, к слову, осталось что-то около тридцати или сорока минут. Настя вместе с Данилом должна была подготовить отчет, который я им поручил. Да ещё и напугал, что главный директор его обязательно проверит как раз на этом заседании.

Я рассмеялся.

— Не волнуйся, у тебя не будет встречи с твоим строгим и самым главным боссом. По крайней мере, сегодня, — заверил я её.

Настя закатила глаза.

Я-то знал, что я — тот самый генеральный директор. А моя девочка — нет.

— Роман, а твой-то босс не будет возражать, если ты опоздаешь? Ведь тебе нужно будет отдать наши отчеты, — поинтересовалась она.

— Нужно. Но ты не переживай. Все хорошо. Он простит. Ведь он поймёт, что я сегодня обедаю с самой лучшей девушкой.

— Роман, ты вгоняешь меня в краску. И да, я хотела спросить, а у вас, начальников проектов, разве не бывает каких-то совещаний и встреч?

— Бывает, Настя, но сегодня, я думаю, дела подождут.

Мы приступили к обеду. Улыбались, ели. Моя девочка окончательно расслабилась.

Для меня нет ничего важнее, чем Настя. Я понимал, что влюблён настолько, что готов хоть звезду снять с неба для моей любимой. Мы поехали обратно. А когда подъехали к офису, Настя первая потянулась ко мне. Я был ошеломлен. Моя девочка… Ее сладкие губы дарили мне восторг. Счастье.

Она оторвалась от меня и быстро выбежала из машины. Я был рад, что моя девочка проявила инициативу. Она уже пытается мне доверять. Поднимаясь на лифте до своего этажа, я улыбался. Если бы меня кто-то сейчас увидел, то подумал бы обо мне неизвестно что.

Роман

Рабочий день был завершен. Пора возвращаться домой, я попросил мою девочку подождать меня на парковке.

— Прости, Настя, я опоздал, — извинился, как только подошел к ней, слегка обнял и взял за руку.

Красотка моя. Нимфа. Ни одна женщина никогда не была так привлекательна для меня.

— Нет. Я только что пришла, — произнесла моя детка, прижимаясь ко мне.

— Пойдем, я подброшу тебя до дома, — предложил я ей.

Мы припарковались. Открыл дверь для Насти. Из багажника достал сумку.

— Роман?!! — Потрясенно воскликнула она. — Я что-то не поняла?

— Да, да — ответил я невинно, — Настя, я забыл упомянуть? — детка посмотрела на меня и кивнула. — Я переехал в твой двор, а точнее дом, — ответил я, посмеиваясь, — Эти дома недалеко от нашего офиса, — попытался оправдаться.

— Но почему я чувствую, что у моего дорогого начальника есть другие скрытые мотивы? — подразнила меня малышка.

И ведь знает же, что мне не нравится, когда она называет меня начальником, но при этом все равно так делает.

— Честно говоря, я подумывал давно о том, чтобы переехать. А тут как раз предложили вариант в твоем доме. Ну, и я подумал, что буду тебя привозить, отвозить. Да и проще ведь в гости к другу ходить за сахаром, — подмигнул я Насте.

— Ну да, конечно, за сахаром, — она закатила глаза.

— Настя, ну вот почему ты мне не веришь? Давно искал варианты, такие, чтобы было близко до работы добираться. Я ведь жил у брата. Но стеснять его уже не хотелось.

Я предпочёл умолчать, что брат — это Адам.

— Роман Михайлович, а ты все равно что-то не договариваешь.

— С чего ты это взяла? Я предпочитаю жить один, поэтому решил сменить дом и случайно наткнулся на пустующую квартиру в том же доме, что и твоя. А поскольку ты живешь здесь, я без всяких дальнейших раздумий переехал.

— Вот так и чувствую подвох, — произнесла Настя. Я поправил прядь ее волос.

Сумка с моими вещами валялась на асфальте. Но я этого не замечал. Вокруг ничего не существовало. Мы были только вдвоем. Она и я. Смотрели друг на друга. Химия буквально разлилась вокруг нас, не давая отвести глаз. Мы словно стали единым целым. Вместе. Навсегда.

И в то же время я понимал: что бы я сейчас ни сказал моей девочке, это должно звучать так, чтобы она поверила, будто мои слова являются стопроцентной правдой.

Хотя у меня есть некоторые скрытые мотивы, но Насте рано пока о них знать, только главную причину. Моя девочка — та самая причина, по которой я и переехал жить в этот дом. Но больше меня радовало, что квартира находилась на той же площадке, что и Настина, правда окна моей выходили во двор.

Кроме того, есть еще одна причина, по которой я решил переехать из своего предыдущего места жительства: Адам и Алана жили со мной под одной крышей. И та квартира принадлежала в первую очередь им, а не мне.

Делить Настю и ее внимание с Адамом не входило в мои планы. К тому же, там нам не удалось бы уединиться. И как же наши отношения могут в таких условиях стать более серьезными??

Анастасия

Я кивнула головой. Он говорил искренне, но в воздухе вокруг него витала какая-то тайна, однако я не придавала этому особого значения.

«У каждого свои недостатки, — ответила я себе мысленно цитатой из известного фильма. — Зачем лезть к мужчине в душу, когда надо будет — расскажет. А сейчас я должна ему поверить. Он ведь не только добр ко мне. Ещё он тот, благодаря кому я смогу преодолеть свои страхи и идти вперед».

— Постараюсь поверить, это звучит достаточно правдоподобно, — усмехнулась. — Я пойду, да?

Прежде чем войти в лифт, мужчина с нежностью взял меня за запястье.

— Анастасия, ты ведь позволишь проводить тебя до квартиры, как и подобает благородному человеку? — спросил он игриво.

Улыбнулась, а в сердце образовалось тепло от его слов. Захотелось опять шалить. Что же со мной делает этот мужчина?

Теперь я его девушка!!?

От этих слов у меня по спине побежали мурашки.

Мне очень хотелось рискнуть. Но был страх.

— Хорошо, — с улыбкой согласилась я.

Вместе сели в лифт и поднялись на этаж.

Роман проводил до двери и ласково улыбнулся.

Теперь я прислонилась к двери, и он поймал меня в ловушку своими руками.

Эта близость заставила меня покраснеть. Но я наслаждалась его теплом и мужским ароматом. Это было так приятно и уютно.

— Мой прощальный поцелуй? — мило уточнил он.

Мое сердце растаяло. Я встала на цыпочки и чмокнула его в щеку.

— Ну вот, — сказала, намеренно поддразнивая его.

— Не так, я хочу, чтобы ты поцеловала меня в губы, — попросил он.

— Вы неожиданно становитесь требовательным, Роман Михайлович, — усмехнулась и поцеловала его в губы.

— Я просто не могу контролировать себя, когда ты рядом, — сказал он и улыбнулся, прежде чем погладить меня по щеке.

Искуситель перехватил инициативу. Мой вздох. Наш общий стон. Растворение друг в друге.

Между нами словно было состязание: наши языки боролись за власть, но меня не хватило надолго, и Роман, победив, принялся ласкать меня. Яростно так, до головокружения, до лучистых мушек перед глазами.

Открыла глаза и посмотрела на него. У меня было такое чувство, что полетели искры.

И ко мне вдруг пришло осознание: к Адаму нет той же страсти и огня.

— Настя, разреши тебя пригласить в ресторан, мы немного посидим и поговорим, это и будет наше первое свидание, — подмигнул мне Роман.

— Рома, мы договорились с Данилом и Анной недолго посидеть в новом пабе. Ты не против?

— Хорошо, у нас будет много еще вечеров вместе. Но прошу тебя, как будешь готова, позвони мне на сотовый, пожалуйста.

Анастасия

Я кивнула, зашла в квартиру. Обнаружила, что обычного бардака не было, который появлялся каждый раз, когда в мою квартиру врывались два урагана: Аля и Ваня. Это порадовало, но в то же время насторожило.

На ходу снимала верхнюю одежду. Да, я обычно педант, каждой вещи должно быть место. Но сегодня во мне словно кипела буря из эмоций и чувств. Бросила на диван пальто. Сняла пиджак. Достала из сумки телефон. Повертела его в руках. День был сегодня чересчур насыщенный…

«Да, все-таки надо набрать старшего брата», — решила я и отыскала его контакт в телефоне.

— Привет, братик, — произнесла я после того, как этот нехороший человек взял трубку. — Никит, а ты ничего не хочешь объяснить своей сестре?

— Что от меня желает услышать моя незабудка? — начал мой клоун.

— Никита Валентинович, будь так любезен, перестань вести себя как ребёнок, — чуть ли не прошипела я в трубку, даже не знала, что так могу.

— Крошка, я не понимаю, о чем ты? — еще больше распалялся этот шут гороховый.

— Кто сегодня подослал Полину в кафе? И где мелкие?

— Радость моя, я ж не знал, с кем у тебя встреча. И поверь, если бы это был Адам, то я сам бы лично ему ноги переломал. Мне ведь надо было все проверить. А мелкие дома. Полина забрала их со школы.

— Ник, ну ты, ты… это … слов нет на тебя. Вот что мне за брат попался? — топнула ногой, но ковер заглушил звук.

— Крошка моя, самый лучший. А сейчас прости, должен откланяться, ибо меня ждут великие дела.

— Клоун, — но скорей всего брат не слышал, потому что в трубке раздались гудки.

Я прошла на кухню. Достала с полки любимую кружку с принтом «Незабудка», которая была подарена моим дорогим братом.

Налив себе горячий кофе, я отправилась выбирать платье.

У меня никогда не было большого шкафа с сотнями и сотнями дизайнерских платьев. Зато у меня есть вкус в отличии от моей двоюродной сестры Татьяны Зориной. Да, мои платья сильно отличались от её дизайнерских, но это были удобные и модные платья, которые я научилась шить сама по выкройкам мамы.

Надев красное платье до колен и без рукавов, я сохранила простой, но привлекательный макияж.

Подошла к зеркалу, усмехнувшись, процитировала классика:

— Во всех ты, душенька, нарядах хороша.

Я не носила много аксессуаров, только браслет, подаренный родителями на пятнадцатилетие, и кольцо, которое подарила бабушка. Много украшений не любила, мне казалось, что те, кто носит много бижутерии, выглядят как елка.

Роман

Я стоял перед дверью Насти буквально через пять минут после ее звонка.

Почему-то чувствовал себя нерешительным подростком, засунув одну руку в карман, в то время как второй осторожно постучал в дверь.

— Потрясающе выглядишь, как всегда, — произнёс я, сглотнув, как только она открыла мне дверь.

Настя жестом пригласила меня войти.

— Спасибо, Красавчик, — флиртовала моя девочка.

— Анастасия, я вот что хотел сделать… Подарить тебе вот это, — проговорил и разжал кулак: на ладони лежала золотая подвеска в виде сердца на тонкой цепочке. — Она ничего по сути не меняет. Но ты украла мое сердце.

— Роман, нет, — сказала Настя, пытаясь отодвинуть мою руку, — Еще рано мне принимать такие подарки.

Мое мнение отличалось от Настиного, ведь в этом нет ничего особенного.

— Анастасия, эту подвеску я купил уже давно в надежде подарить той девушке, с которой у меня будет все серьезно, — рассказал я. — И безмерно рад, что тогда не отдал подарок той недостойной женщине.

— Роман Михайлович. Мы с вами не в таких отношениях, чтоб вы дарили мне подарки.

— Настя, детка, для меня наши отношения именно такие. Серьёзно. Навсегда. Я влюбился в тебя. И мне очень хочется, чтобы мы были вместе.

— Роман, но ведь на работе могут узнать о нас с тобой?

— Меня не волнует мнение других. Важна только ты. И я ни от кого не хочу скрывать, что ты мне нравишься.

— Но…

Настя не договорила.

Я прикоснулся к её сладким губам. И целовал, да так, что мое сердце стучало в унисон с Настиным. Моя девочка любимая. Конечно, у моего поступка был определённая, не вполне благородная, цель. Я был уверен: как только Адам увидит эту подвеску на Насте, то отступит от моей девушки.

Настя повернулась ко мне спиной, а у меня пересохло в горле, как только увидел ее безупречную шею.

Захотелось поцеловать затылок, зарыться лицом в изгиб шеи и вдохнуть ее неповторимый аромат. Сглотнув слюну, собрался с мыслями и сделал глубокий вдох, прежде чем надеть цепочку на неё.

— Вот, готово, — сообщил я, однако сразу же пожалел, что заговорил. Голос с отчётливой хрипотцой выдал меня с головой.

Настя так сексуальна, а в моем мозгу сейчас были такие пошлые мысли…

«Контролируй себя, — повторял я мысленно, как мантру. — «Не вздумай рассказать ей о своих извращенных желаниях».

Однако выдержка изменила мне: я развернул к себе Настю и снова поцеловал. Детка отвечала мне со страстью. Наши языки сплелись в причудливом танце, и пришло осознание: Настя — моя и только моя.

— Жаль, что мы сегодня с тобой не пойдём на свидание, — посетовал я, пытаясь успокоить своё бешено стучащее сердце.

— Да, мне ведь нужно знакомиться с коллегами, так что мы посидим в пабе подольше.

— Настя, самое главное, чтобы на работу ты завтра вышла вовремя. Но все-таки раскроешь секрет, что же поменяло твои планы?

— Помнишь в обед мы видели Полину в ресторане?

— Как же, конечно помню, — поморщился, вспоминая, как назвала меня эта женщина.

— Мой брат встречается с ней, она хоть и живет в другом городе, но приезжает часто. Здесь ее родители. Ну, и ты знаешь, что у нас с братом есть ещё младшие брат и сестра.

Я кивнул.

— Так вот, Полина забрала со школы мелких. Хотя Ник сказал, что они сегодня приедут ко мне ночевать.

— Тогда пойдем, Настя, а то мой контроль трещит по швам. Провожу до такси.

Моя рука непроизвольно потянулась к медальону.

Анастасия

Я закрыла глаза, расслабляясь в его объятиях. В такого, как Роман, реально можно влюбиться. Он как глоток чистого воздуха. Я была уверена: именно с ним смогу стать той прежней Настей.

Роман проводил меня до такси. Пока я ехала в бар, мысленно вела с собой диалог.

Адам — первая любовь, со вкусом горечи, полыни. И Роман, от которого мое сердце билось чаще… Кажется, выбор должен быть очевиден. Но почему-то не для меня. Я боялась втягивать Романа в свою жизнь, ведь пакости моих родственников никто не отменял.

Зашла в паб, увидела за дальним столиком Анну и Данила. Подошла к ним. Между нами сразу же завязался лёгкий, непринуждённый разговор, и я расслабилась. Выпила немного сидра.

— Еда слишком вкусная, — Анна с удовлетворением потерла животик.

— Ты можешь заказать сколько угодно, — сказал Данил, поглаживая её по голове.

Я невольно закатила глаза.

— Ребята, почему я чувствую, что вы здесь на свидании, а я — третий лишний? — пошутила я.

Данил покраснел и хмыкнул. Анна же с любопытством на нас смотрела. И ничего не комментировала.

— Боже!! Нет, все не так. Настя, ты о чем?

— Но ты покраснел, — подразнила я Данила, — Твои щеки такие красные, как помидор, — я напомнила ему случай сегодняшнего дня.

— Настя ты украла мою реплику. Ведь я первый ее произнес! А… я понял, это месть? — Данил закатил глаза.

Но внезапно в нашу идиллию вмешались. Я услышала надменный голос.

— Смотрите, кто тут!! — проговорила подруга моей двоюродной сестры, кажется, ее зовут Мария, — Наша бедняжка теперь ужинает не в забегаловках. Она может позволить себе престижные заведения.

— Принесла же их нелегкая. — простонала я.

Анна взяла меня за руку, прошептала:

— Ты их знаешь?

Я кивнула.

— Татьян, твоя сестра, похоже, нашла себе папочку и решительно хочет соответствовать твоему статусу, — заявила подруга моей сестры, усмехаясь.

Я подумала: «Завидуйте молча, господа. У Вас ничего нет против меня. Поэтому проходим мимо».

Татьяна Зорина — моя двоюродная сестра, — избалованная стерва, которую дядя и тетя обожают и бесконечно балуют. Она упрямая и высокомерная. Ее гордость не знает границ.

— Может быть, это и правда, Мари, — Таня засмеялась, соглашаясь с подругой.

Я прекрасно осведомлена обо всем, что происходит в её жизни. А вот она о моей — нет. Она не знала, что приставленный к ней недавно детектив рассказал о ее похождениях. Что сестричка, что ее подружка любили сплетничать, врать и обманывать. А ещё подставлять меня в детстве. Я как будто вернулась в то прошлое, когда эти двое выставляли в плохом свете меня перед дядей Геной, отцом Татьяны.

В отличии от меня, Таня свою ложь могла подать так, что когда я говорила правду, то в нее не верили.

Мне очень трудно было терпеть семью моего дяди. Их тараканы не соответствовали моим. И я бы могла просто их игнорировать. Но дядя и Татьяна совершили самую серьезную ошибку: они нацелились на то, что очень дорого брату и мне. Автосервис Никиты и дом, в котором сейчас живут Аля и Ваня, а также детский дом нашей матери — ничего из этого они не получат. Я буду бороться до конца.

— Мадам, а вы не могли бы заткнуться, иначе вам придется столкнуться с последствиями, — сердито усмехнулся Данил.

Татьяна издевательски хихикнула.

— Так он точно твой папочка, Настасья? — спросила она.

— Нет, я думаю, что он — жиголо, которого твоя сестра привела, чтобы показать тебе: даже она может привлекать мужчин, — насмешливо возразила Мария.

И они обе засмеялись.

Я не обращала внимания на их злобные реплики, а мирно сидела и потягивала яблочный сидр.

— Настя, только скажи, чтобы я позаботился об этой суке, и все будет улажено, — прошептал Данил, — Они вылетят из заведения, как пробка из бутылки.

Я усмехнулась и покачала головой.

— Они этого не заслуживают, — сказала я. — Оставь, Дань. — потянула его за руку, когда мой рыцарь попытался встать.

Татьяна кипела от гнева, и губы её дрожали. Я видела. Но меня не задевало.

— Закрой свой чертов рот, Настасья. Не понимаю, почему тебе так везет. Ты всегда получаешь самое лучшее, хотя и не заслуживаешь этого, — зло выплюнула она.

— Девушка, вас манерам не учила мама? — поинтересовалась Анна у неё.

Тане нужны зрители, слушатели. И ей неважно, сколько людей, главное достать меня. Так что лучший выход — просто молчать, это я знала наверняка.

Лицо Татьяны стало буквально зеленое и, увидев, что я безразлична к ее подколкам, она решила наговорить еще больше гадостей.

— Не думай о себе слишком много, сука. Ты мизинца не стоишь Адама! Да, да, что так смотришь? Мой отец и его отец заключили договор… Папенька хочет подписать его от твоего имени.

На этот раз я совершенно удивлена. О чем говорит она?

— Что ты только что сказала? — спросила я.

— Настя? — позвал меня Данил.

— Позже, подожди, сначала кое-что спрошу у сестрички.

— Только не говори мне, что ты ничего об этом не знаешь, сука!!! Отец Адама пришел к моим родителям просить твоей руки.

— Настя, какой Адам? — спросила меня Анна. — Наш директор проекта?

Я кивнула.

— Мой отец дал слово, что вы с ним поженитесь. Но это я должна быть на твоем месте! — взвизгнула Татьяна, ее глаза покраснели от гнева, а кулаки сжались.

— Настя? — произнёс Данил.

Я старалась сдержать слезы. Без меня меня женили? С ума сошел дядя? Это больше всего раздражает. Что же надумал Адам и его отец? Им было мало того, что произошло? Из-за той свадьбы мне пришлось несколько месяцев с психологом работать…

Татьяна еще раз взглянула на меня и ушла.

— Эта высокомерная сука твоя кузина?? — уточнила Анна.

Я вновь кивнула, на этот раз обречённо.

— Пошли отсюда, Настя. Я знаю, что она испортила тебе настроение, но тебе не надо обращать на неё внимание. Одно твое слово, и никто из них никогда не приблизится к тебе, — успокоил меня Данил.

— Настя, Даня прав, пойдём отсюда.

Я вздохнула, но в очередной раз коротко кивнула в знак согласия.

— Данил, Аня, подождите меня. Я просто передам привет через мою любимую кузину дяде и тете, и сразу же вернусь, — сказала я с озорной улыбкой.

Я подошла к кабинке, в которой Татьяна устраивала вечеринку для своих друзей.

Как только Таня увидела меня, сразу наградила высокомерным взглядом.

— Хочешь, чтобы я оплатила твой счет? — спросила она неохотно.

— Нет, дорогая, я не такая, чтоб полагаться на других. Татьяна, ты можешь просто сказать дяде, что я приду завтра на обед?

— А зачем мне об этом говорить? — удивилась она.

— Может, я хочу поговорить о подготовке к моей свадьбе? Подожди, только не говори мне, что ты не будешь праздновать, — насмешливо ответила я.

— Ты!! — Таня скривилась, кипя от гнева.

— Встретимся завтра, Танюша. А до тех пор желаю спокойно провести время, — сказала я и ушла.

Роман

— Роман, мой отец хочет женить Адама, — убито проговорила Алана в трубке.

— И на ком? — спросил настороженно, уже догадываясь, каким будет ответ.

— Он узнал, что твоя Анастасия владеет акциями торговой сети «Мир вкусностей».

Отец Адама Руслан задумал пакость. Это напрягало.

Раздавшийся звонок в дверь прервал наш разговор и мои размышления.

Я открыл дверь. Передо мной стояла Анастасия. Я увидел, как её щёки покраснели..

И тут я понял, что стою перед ней в одних спортивных штанах, а мои волосы торчат в разные стороны после тренировки. Настя же была напугана. Даже не так, девочка была крайне взволнована.

— Что случилось, детка? Ты пришла очень рано. Твои друзья оставили тебя одну? — спросил я и обнял её.

— Ничего не случилось. — ответила она.

— Девочка моя, ты врёшь! Рассказывай. — Я повел её к дивану. — Настя, подожди, я принесу воды из кухни.

Сходил. Принес. Сел рядом с моей сладкой девочкой. Подал ей стакан, а она залпом выпила.

Смотрел на неё, а она на меня. Настя выглядела как напуганный кролик. И, кажется, я знал причину этого, но хотел, наверное, услышать это от неё самой. Что-то вроде: «Дорогой Роман, случилось в моей жизни, то, к чему я была не готова. Сестра и двоюродный брат оказалась сволочью. Дядя всё решил за меня».

Однако также я боялся узнать, что и мой друг, которого я считал братом и с которым делился всем, оказался меркантильным мерзавцем. И это не отменяет тот факт, что за Адама решил все отец. На войне ведь даже подлость хороша?

А ведь я спорить на Настю не собирался. Я хотел быть честным по отношению к ней, хотя, возможно, это плохо получилось.

— Может быть, ты меня всё-таки спросишь, что у меня произошло? — спросила Настя.

— Девочка моя, — усмехнулся я. — Я же сказал, что не буду тебя ни к чему принуждать.

— Хорошо. Я поняла. Ну, тогда слушай, что расскажу. Так вот, — она помолчала какое-то время, пытаясь собраться с мыслями, — Отец Адама договорился с моим дядей о нашей будущей свадьбе. И то, что в дальнейшем будет происходить, мне совершенно не нравится.

При этом, говоря всё это, она пристально смотрела на меня и улыбалась.

— Интересный расклад, просто прекрасный, — я поднял бровь и почесал переносицу. — Но почему ты выглядишь счастливой? — спросил, надувшись.

— Ты выглядишь таким ревнивым, — поддразнила меня она. — И ты так мило выглядишь, — добавила моя детка.

— Раз улыбаешься, значит, у тебя есть план, как справиться с твоей семьей, — догадался я.

— Да, — кивнула она, а затем добавила: — И мне может понадобиться твоя помощь.

Я усмехнулся.

— Как скажешь, подруга моя. Уточни только, пожалуйста, в чём именно?

Мои руки чесались от желания провести пальцами по её гладким и шелковистым волосам. Но я сдержался: не хотелось отвлекаться, когда моя возлюбленная говорит что-то серьезное.

— Ты слепо веришь в меня, — сказала моя девочка.

Наши лица были всего в нескольких сантиметрах друг от друга, а взгляды встретились.

Я ухмыльнулся и придвинулся ещё ближе. Не для того, чтобы поцеловать, а чтобы шептать ей на ухо. И мне потребовалась вся моя выдержка, чтобы не укусить ее за розовую мочку.

— Я подозреваю, что вы испытываете меня, Анастасия Валентиновна, — сказал я.

Мои руки медленно коснулись ее волос, и я провел пальцами по прядям, прижавшись лбом к ее лбу.

Почувствовал, как детка едва не задохнулась от столь интимного жеста.

— Так какая же помощь тебе нужна, дорогая «подружка», — спросил я.

— Хм. Все, что мне нужно — это завтрашний выходной. Мой строгий босс не возражает? — спросила, невольно прикусив нижнюю губу.

Возникло огромное желание кусать и сосать эти сочные губы.

Снова сглотнув, вздохнул.

— Значит, моя дорогая «подружка» играет со своим боссом?? Какой интересный способ просить выходной, — я рассмеялся, заставив детку надуться. — И что теперь может сделать ее босс? После того, как строгий начальник увидел такое милое выражение на лице своей подруги, как же он может не поддаться? — поддразнил я. — Но у босса есть одно требование, — добавил, наслаждаясь ситуацией.

— Что это будет? Мой начальник слишком требователен, — кокетничала Настя.

— Он хочет, чтобы ты была осторожна, детка, вот и все.

Анастасия

Следующее утро…

Кто-то постучал в мою дверь. Но ведь я взяла выходной и до обеда еще много времени…

Между тем я еще толком не проснулась, но на автомате пошла открывать дверь, мысленно возмущаясь, кому же не спится в такой час…

Одетая в свой черный и чрезвычайно тонкий пеньюар в сочетании с черными шортами, я связала свои волосы в беспорядочный пучок.

— Доброе утро, — произнесла я пребывая еще во сне открывая дверь, тому кто за дверью...

— Настя, детка, проснись, — позвал меня Роман.

Я моргнула, медленно выходя из своего сна.

Но ведь правда какой-то идиот постучал в дверь и разбудил меня как раз в то время, когда мы с Романом выбирали имена для своих близнецов.

И как только я поняла, что это не кто иной, как Роман, весь сон исчез, и я покраснела. Поцелуй Романа разбудил спящую красавицу.

— Доброе утро, Настя, — поздоровался он и чмокнул меня в щеку.

— Доброе утро, Роман Михайлович, — поздоровалась я, чувствуя, как пылает в смущении лицо, и прильнула к теплым объятиям мужчины.

Они более уютны, чем мой чрезвычайно мягкий матрас.

— Я просто пришёл спросить, может, тебе нужна помощь? То, что я слышал о твоём дяде… Настя, — Роман сделал паузу, — скажем так, я бы не хотел, чтобы ты одна пошла к нему, — обеспокоенно закончил он.

— Я справлюсь с ними, Роман Михайлович. Не беспокойся об этом, — произнесла я, а мои губы изогнулись в улыбке.

Я не хотела, чтобы семья моей матери унижала Рому. Я знаю, какими отвратительными могут быть эти люди — Адам с его группой поддержки просто отдыхает.

— Позвони мне, если тебе понадобится помощь, хорошо? — попросил Роман, целуя меня в щёку.

Анастасия

Через три часа.

Я сидела на диване в огромной гостиной брата моей мамы Геннадия Эдуардовича Зорина.

Перед мной сидят дядя, тетя Галина, трое их детей: Тимофей, Татьяна и младший сын Тимур — и бабушка.

Да уж, то еще высшее общество, которое я очень хотела избегать. Жила без них и их покровительства, так бы и дальше было. Нет же моему дяде мало того, что он хочет ограбить нас с братом. Теперь ещё придумал эту дурацкую свадьбу. Не помнит чем закончилась прошлая? Конечно, помнит. Знает. Но ему нужно мое унижение, моя боль. Хочет моих страданий и слез. Не дождёшься, дорогой дядя Гена.

По виду моих родственников очевидно: они счастливы, что я согласилась на этот брак.

Но они ещё не знают, что все будет совершенно противоположно тому, о чем они думали.

— Кого мы ждем? Давайте начнем наш обед, я проголодалась, — намеренно грубо произнесла я. — Вы же пригласили меня, дядюшка Геночка, не на светскую беседу?

Геннадий Эдуардович свирепо посмотрел на меня, но я даже не вздрогнула. И глазом не моргнула, продолжая пристально смотреть на него. Не ожидал такого от мышки Насти. А теперь всё, дорогой дядечка, вы уже почти разбудили меня ту, прежнюю. Пусть я в школе и была отличница, скромная девочка. Но в своей семье я всегда знала, что у меня есть поддержка. И была всегда озорной, бойкой. Да, потом на пять лет я стала той самой мышкой, которая была в школе. Однако это время прошло. Как говорится, не будите лихо, пока оно тихо.

Наконец, пораженный внезапной переменой в моем поведении, дядюшка отвел глаза.

Тем временем тетя Галина, добрая по натуре женщина, посмотрела на меня и виновато улыбнулась.

Я даже её немного пожалела. Она хорошая женщина, но очень простая и слишком наивная. А мой дядя и его дети от первой жены, Таня и Тим, всегда подавляли её.

После смерти своей первой жены дядя Гена женился на Гале — она была единственной наследницей в семье, так что он выбрал её только ради денег, а после свадьбы отобрал у нее все богатство.

Оставшись без выбора, тетя Галина живет только для своего сына Тимура — он самый младший из детей дяди и для меня самый дорогой.

Одна из причин, почему мы с братом не уничтожили эту семью, заключается в том, что это повлияло бы на бедную Галю и невинного Тимура.

— Дорогая сестра, мы, конечно, ждем вашего жениха. Он должен скоро прийти, пока мы обсуждаем подготовку к свадьбе, — сказал Тимофей.

Все, что братцу нужно — это деньги и власть. И он — тот, кто более всего презираем мной во всей этой семье.

— Прошу прощения, Тимофей. О каком женихе ты говоришь? До сих пор я не помолвлена ни с кем, — спросила я невинным голосом.

Таня закатила глаза.

Бабушка посмотрела на меня в упор с укором.

— Внучка, я не понимаю, почему ты против помолвки. Ведь парень из хорошей семьи.

— Бабуля, я тебя очень люблю. Но ты не понимаешь, что все это не так, как кажется. Тебя не просветили, кто мой жених?

— Девочка моя, ну, что ты так против того, чтобы Геночка позаботилась о тебе? Он обо всех хочет позаботиться.

О себе он хочет позаботиться. Во-первых, отобрать все активы моих родителей в концернах. Во-вторых, развалить детский дом. В-третьих, воспитать моих мелким такими же, как его старшие дети… Но я не позволю!

Все эти мысли пронеслись в моей голове. Хотела произнести их вслух, но не сделала этого… А как хотелось. Однако я напомнила себе, что месть — это блюдо, которое подают холодным. Поэтому отключаем эмоции, дорогая. Молчим и слушаем.

Дядя на меня посмотрел и пытался как будто убить взглядом.

— Ладно, позволь мне перефразировать это предложение для тебя, сестричка. Скоро у тебя будет жених, — сказала Татьяна, усмехнувшись.

— О!! Да ладно? Напомните мне, пожалуйста, дорогие родственнички, а когда же я приводила своего парня? Как так получилось, что у меня вдруг появился жених из ниоткуда? — спросила я, посмеиваясь.

Дядя свирепо посмотрел на меня. Стукнул о стол рукой и разбил стоявшую рядом вазу с цветами.

— Заткнись, девчонка! Что ты о себе думаешь, а? — крикнул он. — Своим непослушанием ты оскорбляешь нашу семью. Ты — позор моей сестры. Не говоря уже о твоем отце, который воспитание получил в детдоме, — усмехнулся дядя.

Тетя вздрогнула, и бабушка тоже. Но я молчала, уговаривая себя держаться, что Геннадий ни говорил.

Я встала и подошла к нему.

— Не все блестки золотые. Бывает так, что встречается и подделка. Ты знаешь об этом, дядя? — спросила я.

Обернувшись, я столкнулась с Таней, которая пристально уставилась на меня и при этом ухмылялась.

— Кстати, я забыла поздравить тебя, сестрёнка, когда мы встретились вчера в пабе, где ты давала вечеринку своим друзьям, — Сказала я.

Как только бабушка услышала это, она нахмурилась.

— Откуда у тебя, Татьяна, такая сумма, чтобы устраивать вечеринку в ресторане? — произнесла задумчиво бабушка.

— Я слышала, что у тебя есть теперь вход в «Магистраль»? — спросила я Таню.

И как только сестра услышала это, краска сошла с её лица.

«Магистраль» — это название отеля, в котором она всегда встречается со своим папиком. Когда я сказала это, другие, возможно, не поняли скрытого смысла, но Таня, безусловно, его уловила.

Дядя стукнул кулаком по столу.

— ХВАТИТ порочить мою дочь… Дело не в ней. Это все из-за тебя!! Прекрати свои драмы и выйди замуж за Адама Раевского. Это самое меньшее, что ты можешь сделать для своей семьи, — закричал он.

Я не дрогнула и посмотрела на дядю со злобой.

— Самое малое, что я могу сделать для семьи? Ты серьезно, дядя!! Что ты сделал для меня, что я должна отплатить за твою доброту?? Самое меньшее, что я могу для тебя сделать, — это дать тебе пощечину. — усмехнулась я. Довели. Я сжимала руки, чтоб не подойти к дяде и не ударить его. Но я понимала, что этим ничего не добиться. Поэтому улыбаемся и машем, применяя девиз из небезызвестного мультфильма.

— Анастасия!! — крикнул Геннадий. — Как ты разговариваешь с нами?

— Пожалуйста, дядя, не пытайся запугать меня. Ты слишком много навязывал мне своё мнение, но теперь это не сработает, — прикрикнула я его.

Дядя был совершенно ошеломлен моей внезапной вспышкой гнева.

Он, видимо, считал, что я буду молчать. Добра он хочет, как же… Я знаю об их попытках отобрать имущество наших родителей. Но, видимо, дядюшка это не брал в расчёт. Самое главное, что он всегда хотел — это деньги и власть, как и его старшие детки.

Теперь он лишился дара речи, как и его сын и дочь. Они смотрели на меня, как будто пытались разорвать на части…

И прежде чем кто-то успел что-то сказать, двери открылись и вошли Адам и его отец.

Адам немного прихрамывал. Жалость — вот что я испытала к нему. Но потом я остановила себя…

Так, Настена, вспоминаем свадьбу, прекращаем жалеть Раевского.

В руках Адама я увидела букет роз и ключ от нового Ferrari.

Я заметила, что парень и мужчина нахмурилися, так как они увидели разбитое стекло на полу.

— Дорогая Настенька, позволь подарить тебе это кольцо. И сделать предложение руки и сердца, — произнёс Адам.

А затем подошел ко мне ближе.

— Угу, и снова здравствуйте, Адам Русланович, а вы ведь уже дарили мне колечко на свадьбу? Это оно, то самое? — поинтересовалась, невинно хлопая глазками.

Сейчас я чувствовала, что оказалась в ловушке. Неужели Адам забыл, чем завершилась наша так и несостоявшийся свадьба?

— То же самое кольцо, Настенька? Моей королеве, только самое лучшее.

— Анастасия, надеюсь, ты помнишь меня. Я — Руслан Борисович.

— Не очень приятное продолжение знакомства.

— Отчего же, дорогая? Мой сын сейчас, как и я, желает, чтобы ты вошла в нашу семью, и я хотел бы поддержать его и сделать от лица Адама предложение руки и сердца.

— Позвольте уточнить, Руслан Борисович, а зачем вам оно надо? Одного раза недостаточно было? Зачем повторять ошибки прошлого?

— Анастасия, как ты разговариваешь! — воскликнул дядя.

— Ненавижу розы. У меня аллергия на них. Вы забыли, а хотя оно вам надо, запоминать такие мелочи. Когда я чувствую их запах, постоянно чихаю, у меня краснеет нос и слезятся глаза.

— Ты очень наглая девчонка, что тогда была, что сейчас, — произнёс Руслан Борисович.

— Но вот кто бы говорил, — отозвалась я тихо, а затем добавила уже громче, с усмешкой: — Благодарю вас за столь прекрасную и лестную характеристику.

— Всем девушкам нравятся розы, и ты не являешься исключением. И это все пустяк, — сердито заявил отец Адама.

— Пустяки, Руслан Борисович?? Что если моя аллергия смертельна?? А что если я умру? Назовете ли тогда это маленьким пустяком?! — сердито спросила я.

— Настенька, ты преувеличиваешь эту проблему, — примирительно проговорил Адам.

— Хм, Адам Русланович, ваше недоверие мне очень не нравится, — произнесла я, а после обратилась к его отцу. — Не считайте меня наивной и глупой, Руслан Борисович, — обратилась я к мужчине. — Зачем вам обоим необходима эта свадьба? Неужели вам настолько не хватает денег? Или вы заключили какую-то сделку с моим дядей?

— Анастасия, как ты смеешь такое говорить? — спросил дядя с гневом.

Тетя, бабушка и все остальные родственники сидели и молчали.

Руслан Борисович, если бы мог шипеть, как змея, то так бы и сделал. Его глаза, как и глаза дяди, горели гневом.

— Настенька, детка. Ты не права. — Произнёс Адам. — Я очень хочу, чтобы ты стала моей женой. Я боялся, что ты скажешь мне «нет». Поэтому попросил для поддержки прийти отца.

— Хм. Итак, вы хотите сказать, что намеренно сделали шаг за моей спиной. Скорее всего, вы оба не знали, как сильно я не люблю свою семью, — проговорила я. — Нет, ну вы же умные, как вы могли этого не знать? Кроме того вы, правда, думали, что семья заставит меня выйти замуж за тебя, Адам?

Мой голос стал на октаву выше, хотя я и не любила громко говорить.

— Нет, дорогая будущая невестушка, — вместо Адама заговорил его отец. — В моих мыслях ничего такого не было. Я сделал это не для того, чтобы заставить тебя. Адаму не нужны активы или твое наследство.

— Тогда зачем вам надо это? Не просто так ведь вы это делаете? Я понимаю, что тогда, в мои восемнадцать лет, вы могли надавить на глупую мышку Настю, и она бы все сделала, так как, вы велите. Но поверьте, той Анастасии больше нет.

— А если я хочу наследника? И чтобы он был из хорошей семьи, — заявил Руслан Борисович.

— Адам, ведь ты сам можешь за себя говорить и не ставить ни меня, ни себя в столь неловкое и унизительное положение. Зачем? Я не понимаю. Почему меня было не спросить наедине? А для начала объяснить тот факт, что ты изменил мне на свадьбе, из-за чего я убежала с банкета. Возможно, если бы мои родители не последовали за мной, то не было бы той катастрофы. Возможно, я погибла бы одна. А может навсегда осталась бы калекой.

— Да, я мог бы сам за себя говорить, но я очень надеялся, что ты послушаешь голос разума и согласишься с предложением.

— Что я отвечу сразу согласием? Не вспомню ничего и всё забуду? А как же завоевать принцессу? Что же, дубинкой по голове ударишь и в пещеру затащить? Мы не в Средневековье живём! И прощать тебя я не собираюсь. Слишком уж больно.

— Настенька, детка, ты преувеличиваешь. Я очень хочу, чтобы ты стала моей женой.

— Все-таки вы заключили сделку, которую хотите провернуть с моим дядей…

Я взяла бархатную коробочку у Адама и открыла ее.

— Платиновое кольцо с редким зеленым бриллиантом и гравировкой, дорогое и такое красивое, — прокомментировала я. — Да, вижу, та самая семейная реликвия.

— Бриллиант, который достоин, чтобы его носила только королева, — с пафосом произнёс Адам.

— Но вы же знаете, Адам Русланович. — пристально посмотрела сначала на его отца, потом на парня. — Не имеет значения, насколько дорогой подарок. Единственное, что важно, Адам, это то, что ты должен уважать выбор самой девушки. Каким бы ни был подарок, он будет бесценен для девушки, если между ней и дарителем есть искренняя любовь, — заявила я.

— О чем ты, невестушка? Ведь я, как и мой сын, хочу, чтоб ты была счастлива. А то, что было, то было… И вспоминать не о чем, — проговорил Руслан Борисович.

— Да я сейчас поняла, что ты меня, что тогда, что сейчас просто использовал. Адам Русланович, поверь, та кукла Настенька сломалась на том перекрёстке. И то, что ты сейчас видишь, это оболочка, которая дышит, но не живет. — сказала я и сунула обратно в руки парню коробочку с кольцом, полностью проигнорировав слова его отца.

— Настенька, прости меня пожалуйста. Я не хотел чтобы ты …, — Адам взял коробочку, а в его глазах я видела сожаление. И, честно говоря, меня это порадовало.

Подсознательно я прикоснулась к цепочке, которую мне подарил Роман на днях, и тут же на моем лице расцвела улыбка.

— А насчет машины, которую ты, Адам, привез, чтобы показать, как сильно ты жаждешь, чтоб я ответила согласием… Подкуп не прокатит. Лучше держать это при себе, потому что всякий раз, когда я буду видеть вещи, связанные с тобой, все, что я буду чувствовать это разочарование.

— Я всегда восхищался тобой, ты — та самая женщина, которую я давно хотел назвать своей женой. Ты — мечта, которую я не желал упускать.

— Но ты это сделал, Адам. Как же я теперь разочарована в тебе… — я замолчала, сделав небольшую паузу, прежде чем снова заговорить. — Возможно, я и была твоей мечтой. Но свою сказку ты потерял… Извини, Адам, но долго и счастливо не получится. Не в этой жизни, — сказав это, внутри себя я почувствовала освобождение. — До свидания, Адам Русланович. Руслан Борисович, — и уже собралась уходить, когда Адам схватил меня за запястье. Его глаза горели виной и сожалением, но также гневом.

— Ты недостойна, чтобы я взял тебя в жены, тебе уготовано быть лишь любовницей. — прошипел он.

— Адам Русланович, поверь, мне плевать на твои слова. Раевский, выполни последнюю мою просьбу: не заставляй меня испытывать к тебе еще и отвращение и ненависть, — попросила я, и он тут же отпустил меня.

После общения с Адамом и семьей дяди я поехала в детский дом. Здесь всюду до сих пор чувствовалась рука мамы…

Сад, теплицы, крытый бассейн. Большое здание.

Я почти весь вечер провела с детьми, как с младшими, так и со старшими, мы разговаривали, смеялись. Дети иногда, перебивая друг друга, рассказывали о своих успехах и неприятных моментах.

Мы играли в монополию. Мне нравилось проводить время в детском доме. Здесь всегда было спокойно.

Директором детского дома мы с братом попросили стать заслуженного учителя Петра Романовича Жданова. Это был уже пожилой мужчина. Седая борода, волосы, добрые глаза.

В детском доме его все уважали, как ученики, так и учителя. Он был, как говорят, из старой гвардии. Мужчина, обладавший умом и правильно ведущий все хозяйство в детском доме.

Каждый класс имел свой участок, на котором они сажали рассаду… Так же в школе было правило: кто не работает, тот не ест. Были классы музыкальные, а также кройки и шитья. Девочки и мальчики учились всему, что могло пригодиться им в жизни.

А чуть позже я прошла в спортзал, где мы обычно тренировались в боевых искусствах с братом…

По спортзалу носилась, как фурия, чтобы истощить себя до предела и выпустить гнев, вызванный Адамом и семьей дяди Геночки.

Позже я доехала на такси до своего дома — к тому времени уже почти стемнело.

Поговорила с Романом по телефону десять минут, а затем приняла горячий душ, прежде чем лечь спать.

Сквозь сон услышала, что кто-то стучит в мою дверь, выругалась и неохотно открыла дверь. Неожиданно.

Адам, пьяный в стельку, с силой ворвался в комнату и крепко сжал моё запястье. Он притянул меня ближе к себе, и от запаха парня я тут же сморщила нос от отвращения. От него разило алкоголем. Да твою ж дивизию!

— Адам, тебе лучше уйти, немедленно!! Убери руки от меня, — пыталась убрать руки парня от себя, но он вцепился в меня, как клещ.

Да чтоб тебя! Я легко могла сбить его с ног или вышвырнуть за дверь, но просто не хотела демонстрировать свою физическую силу. Это, очевидно, покажет, что я обучена бою.

Сейчас мне было очень жаль парня. А ещё я подумала: если Никита узнает, что Адам так ведет себя со мной, сделает из него отбивную.

— Настенька, девочка моя, — я поморщилась от слащавости голоса Адама. — Поверь, я самый подходящий человек для тебя, и ты не найдешь другого мужчину, который заботился бы о тебе так же сильно, как я, — сказал он, и его слова были неясны из-за чрезмерного употребления крепкого напитка.

— Адам, ты переходишь все границы. Я предупреждаю тебя сейчас сама и не бла… — я остановилась, когда услышали третий голос в доме.

— Детка, кто это? — раздался сонный голос из моей спальни.

Перед нами стоял Роман, без рубашки и в ночных штанах. Его волосы были растрепаны, и он выглядел слишком сонным, как будто только что встал с постели.

Как он попал внутрь?? Скорей всего через балконную дверь моей спальни.

«Как он может быть таким красивым?» — подумала я, не сводя глаз с его идеально очерченного лица и хорошо проработанного пресса.

Адам

Как только я увидел, кто это, то заскрипел зубами.

Как же бесит меня Роман. И что он делает в спальне Насти? Это то, о чем я подумал? Он специально меня отправил в больничку. А сам в это время с Настенькой закрутил роман.

Детка меня всегда любила, так почему же она так упорно отказывается от своего счастья в моем лице? И даже если я накосячил на свадьбе с какой-то случайной девкой, что с того? Брат смотрит на меня чуть ли не с ненавистью. Для меня это так странно…

Мысли путаются.

Я должен быть у Насти первым. Она — моя, и точка.

На Романе только брюки и ничего больше, а Настенька в халате. Под ним, возможно, ничего и не было.

И что он делает в доме куколки, да еще в полночь?? Как это понять?

Их наряд неуместен, как будто они только что занимались любовью и спали голыми. Я жутко ревновал.

Я почувствовал, как у меня сжалось сердце.

Слишком очевидно, что пока я был в больнице и уговаривал отца на сделку, у них завязались настоящие отношения. Очень интимные отношения. Меня можно списать? И походу Роман знает, что мы с отцом сделали. Алана проговорилась.

Я видел, как Роман смотрел на меня. По его виду было видно, что ему хотелось задушить меня до смерти или бросить на съедение акулам.

Я не заметил, как Роман сделал несколько шагов и встал передо мной.

Настенька послала воздушный поцелуй Роману, а я заскрипел зубами от злости.

Роман

Я чувствовал, что Настя пытается мне сказать, чтоб я не навредил Адаму и вообще не предпринимал никаких крайних действий.

Я же чувствовал себя этаким Ангелом мщения. Адам, который был мне как брат, оказался подлецом, как и его отец. Яблоко от яблони все-таки не далеко падает.

Я постарался наиболее мягко отдернуть руку Адама от запястья Насти, чтобы не навредить ей.

И после того, как Настя освободилась из объятий Адама, я пнул бывшего друга прямо в живот.

Я — опытный боец. Так что с той силой, которую я использовал, у Адама не было ни единого шанса устоять.

Он рухнул на пол и застонал от боли.

— Ты в порядке, детка? — только после этого я подошёл к Насте, крепко обнимая ее.

Анастасия приподнялась на цыпочки, уткнувшись лицом в изгиб моей шеи, и я не мог удержаться, чтобы не обнять ее.

— Ты всегда появляешься из воздуха… У тебя есть сверхспособности, мистер друг, как у мистера Пропера из рекламы? — прошептала она мне в шею.

Я усмехнулся и погладил ее по волосам. Я держал ее в своих объятиях: одной рукой обнимал за талию, а другой прижимал к себе.

В квартиру вбежала Алана, увидела нас с Настей в такой интимной обстановке и лежащего на полу, стонущего брата. Она оценила все правильно. Подмигнул ей, сказав тихо:

— Уведи Адама, пока он не получил от меня ещё больше.

Алана кивнула и потащила своего пьяного брата из дома. Все произошло буквально за две-три минуты, пока Настя продолжала наслаждаться моими объятиями.

Если бы она только видела молчаливый разговор между Аланой и мной, то у нее могли бы возникнуть совсем не те мысли.

Но, к счастью или нет, она его упустила. Настя обернулась и увидела, как Алана и два охранника, которых та успела вызвать, утаскивают Адама, ещё и умудрявшегося ворчать на сестру.

— Когда успела приехать Алана Руслановна? — спросила Настя, осторожно закрывая дверь.

— Когда ты растворилась в моих объятиях, детка, — поддразнил я её, задержав взгляд на ладном теле, прикрытом одним лишь халатом.

Она такая пьянящая и сексуальная, что я невольно почувствовал, как мой член напрягается.

Настя же сразу покраснела, как только услышала мой бесстыдный комментарий.

— Но как же так, Роман, почему ты всегда появляешься, когда я в беде? — спросила она, отодвигаясь чуть дальше от меня, чтобы заглянуть в глаза.

Я усмехнулся и взял ее лицо в ладони.

Анастасия

— Я должен защитить свою девушку, — мягко произнес он, мгновенно тронув мое сердце.

— Каким образом? — спросила я, прижимаясь к его шершавым большим ладоням. Я не могла отрицать, что влюбляюсь в него все больше и больше.

— Я подозревал, что просто так Адам не отстанет от тебя. И у меня есть друзья, которые, скажем так, следят за ним. Я получил сообщение от друга, который мне сказал, что пьяный Адам поднимается к тебе, и вот я здесь, — сказал он, целуя меня в щеку. — Я ведь не опоздал, правда, дорогая? — спросил Роман, поцеловав меня в лоб, прежде чем прижаться лбом к моему лбу.

Я не могла не чувствовать волнения, когда услышала его обеспокоенный голос. Это сказало мне достаточно о том, как много я для него значила.

— Очень даже вовремя, Роман Михайлович, — заверила я и обхватила его лицо ладонями, прежде чем крепко поцеловать.

Это был первый глубокий и самый долгий наш поцелуй. Губы наслаждались этим ощущением, а языки сплетались друг с другом. Возникло пьянящее ощущение, будто мы попробовали эликсир из источника жизни.

Роман не забыл попробовать каждый уголок моего рта, взяв под контроль умопомрачительный, но такой яростный и неистовый поцелуй.

Мы были заняты поцелуями и покусыванием, Роман не мог удержать свою руку от движения по всему моему телу. Да и я была не лучше! Исследовала его подтянутый пресс и погладила крепкую грудь, прежде чем положить руки ему на плечи.

Наши ноги каким-то образом перенесли нас в спальню и еще до того, как я успела заметить, мы уже лежали на кровати и страстно целовались, в то время как наши руки неумолимо двигались по телам.

Я чувствовала, что мои губы, распухшие от его поцелуев, двинулись к шее, к груди.

Роман

Детка застонала, разжигая во мне еще больше огня. Мои руки чесались снять халат и поклоняться телу своей возлюбленной.

Тем не менее я сдерживал нарастающие волны похоти и не позволял себе идти дальше.

Я не хотел переходить определенные границы, пока не удостоверюсь в чувствах Настя — она должна ответить мне взаимностью, прежде чем мы перейдём к следующему этапу отношений.

Я неохотно отодвинулся и встал, заставив Настю посмотреть на меня с недоумением. Она чувствовала, что я хочу её, и знала, насколько горячими были наши поцелуи и к чему они могли сейчас привести.

Я использовал свое самообладание, чтобы не позволить себе перейти к более интимным отношениям.

Глядя на девушку, которая растерянно смотрела на меня, я улыбнулся.

— Не сейчас, Настя. Я должен признать, ты так соблазнительна и сексуальна, что мне безумно сильно хочется поглотить тебя, но не сейчас. Я не хочу, чтобы ты сожалела о том, что произошло между нами. Так что я не стану переходить эту черту, пока ты не почувствуешь то же самое ко мне, — сказал я.

— Но… я не понимаю.

— Я не хочу, чтобы ты чувствовала себя вынужденной или делала что-то в пылу страсти, а потом жалела об этом. Я просто не могу видеть тебя грустной или расстроенной. — Я сделал небольшую паузу, а затем, усмехнувшись, добавил: — Думаю, мне нужен холодный душ.

Когда я собрался уходить, Настя слегка дернула меня за запястье, чтобы привлечь мое внимание.

— Я просто хочу сказать, что влюбляюсь в тебя, Роман. Спасибо, что пришел в мою жизнь, — сказала она.

Настя села на кровати и затянула пояс.

— Ты никогда не причинишь мне вреда, Роман. В это я верю всем сердцем, — она улыбнулась, и я увидел любовь, которая расцвела в ее глазах.

Но я чувствовал себя скорее виноватым, чем счастливым.

Ей будет очень больно узнать, что мы с Адамом затеяли спор за её спиной, а я ещё и обманывал ее, говоря, что не являюсь генеральным директором.

Теперь я боялся признаться Насте в обмане, ведь это разобьет ей сердце. И всё же надеялся, что Настя любит меня, заботится обо мне и доверяет… Поэтому, когда правда раскроется, не будет делать поспешных выводов и позволит мне объясниться.

У меня есть план, который сохранит нашу любовь и ее доверие ко мне. И я должен осуществить его как можно скорее.

— Что случилось, Роман? Ты выглядишь обеспокоенным. Это из-за меня? — спросила Настя, хихикая.

— Нет, дорогая. Но, скажем так, все сложно. Так что тебе, детка, лучше одеться. А то мой контроль трещит по швам.

Ее халат слишком откровенен, и она выглядит такой восхитительной и раскрасневшейся после поцелуев. Конечно, я буду беспокоиться о своем младшем брате.

— Тогда позволь мне одеться, — сказала она и уже собиралась встать, когда я нежно взял свою девушку за запястье и усадил на край кровати.

Опустился на колени так, чтобы наши глаза оказались на одном уровне.

— Настя, я хочу тебе кое-что сказать. — Я уже собирался продолжить, когда у неё зазвонил мобильный.

Анастасия

Я, пребывающая в шоке из-за внезапной перемены в Романе, вздрогнула, как только мелодия зазвучала в тишине комнате.

Это был Никита. Рингтон все звонил не переставал. Я уже приготовилась сбросить вызов, однако Роман, вздохнув, велел:

— Давай, ответь на звонок.

Я покачала головой.

— Ты хотел что-то сказать, верно? Звонок может подождать.

— Уже почти полночь, Настя. Человек, который набрал тебя, возможно, очень беспокоится о тебе. Не заставляй его ждать, — заметил Роман

— Хорошо, — я улыбнулась и обхватила его лицо ладонями. — Если хочешь, можешь воспользоваться ванной, — разрешила я, вспомнив его предыдущие слова. Он ведь хотел холодный душ, хе-хе.

— Так ты приглашаешь меня остаться с тобой на ночь? — уточнил Роман, приподняв бровь.

— Может быть, — подмигнула я мужчине и встала, чтобы взять мобильный и ответить на звонок, но тут же отстранилась, когда Роман крепко поцеловал меня в губы.

— Тогда я остаюсь здесь. Кто знает, что будет дальше. А если все же Адам решит вернуться и обнаружит, что меня не было в твоей постели? — спросил он, поддразнивая меня.

— Правдоподобное оправдание. Но я справлюсь, — усмехнулась я и взяла телефон, прежде чем выйти на балкон.

— Никит, со мной все в порядке, — раздраженно сказала я, как только ответила на видеозвонок.

— Ты выглядишь такой счастливой, сестренка. Видимо, придурку досталось. Да и походу у тебя намечается сногсшибательная ночь с Романом? Я помешал? — он поддразнил меня.

— Никита! — Крикнула я смущённым голосом. — Полина уже всё рассказала, да?

— Ну, почему сразу Полина… У меня везде глаза и уши есть, особенно когда дело касается моей Незабудки, — уклончиво ответил брат, а затем спросил: — Ты счастлива, Настена?

— Кажется, я влюбляюсь, Ник — ответила я, мечтательно улыбаясь. — На этот раз это правильный человек, — добавила я, скользя пальцами по цепочке, которую Рома мне подарил.

— Все, чего я хочу, это твое счастье, детка. Будь осторожна, Незабудка.

Роман

Утро, но еще рано просыпаться, и моя девочка все еще крепко спит, обхватив меня руками и ногами.

Однако я уже давно проснулся. Более уместно сказать, что я вообще не спал.

Первую половину ночи я все еще мучился угрызениями совести из-за того, что не мог признаться Насте в содеянном. Оставшуюся часть ночи провел, изо всех сил стараясь не потерять самоконтроль, который уже начал пробиваться сквозь тонкий лед.

Что же я мог сделать?!

Хотя детка одета в свою милую пижаму с мороженым, ее голова лежит на моей груди, и пьянящий запах ее волос постоянно доносится до меня, каждый раз бросая вызов моему самообладанию.

Руки Насти покоятся на моем животе, время от времени лаская пресс. И всякий раз, когда она делала это, я почти чувствовал, как мое сердце выскакивает из груди.

Она на него очень, очень сильно действует.

В результате этого непроизвольного соблазна со стороны Насти, я полностью проснулся, нежно лаская ее волосы и щеки.

Хотя мои пальцы заняты любовью к ее прекрасному лицу, мысли сосредоточены на кое-чём другом.

Я вышел из оцепенения только тогда, когда мой телефон завибрировал на соседнем столике.

Это время, чтобы начать утренние тренировки, и я не мог пропустить их. В квартире меня ожидала Алана: каждое утро она приходила в спортзал тренироваться со мной. Я не мог заставлять её ждать.

Я неохотно убрал голову Насти со своей груди и осторожно положил на подушку. Оторвавшись от нее, я написал ей короткое сообщение и тихо вышел из её квартиры и прошёл до своей.

У меня была гимнастическая арена рядом с гостиной, и к тому времени, когда я появился в своем спортивном костюме, Алана уже закончила поднимать тяжести.

— Как прошла твоя ночь с Настей? — Спросила она, даже не обернувшись. — Учитывая твое опоздание, полагаю, ты еще не признался Насте, что вы держали спор с моим братцем? А также не признался, что ты и есть генеральный директор фирмы? Дорогой, а еще, наверное, надо сказать ей, что наши родители нас собираются поженить? Лично я бы очень хотела, чтоб мы поженились, — добавила она.

— Не могу признаться я в этом Насте. И не хочу, чтоб ты, дорогая моя Алана, питала ложные надежды насчет меня, — ответил я, поднимая гантели.

— Ладно, ладно, но когда ты собираешься ей сказать? В этой жизни или в следующей?? — насмешливо спросила она.

Как только я услышал ее саркастический вопрос, то заскрипел зубами.

— Заткнись, Алана. И вообще, тебя не учили чувству такта? — мой голос звучал строго и сердито.

Я вроде бы решаю признаться, однако, как только вижу обожаемое лицо Насти и её невинные глаза, все мужество покидает меня, как воздух разорванный воздушный шар.

Это случилось не один раз, а уже трижды.

— Почему я должна молчать?? — возмутилась Алана. — Если ты продолжишь скрывать подобные вещи, то Настя может рано или поздно узнать правду, но не от тебя, а от кого-то другого.

— Ты думаешь, я этого не знаю, Алана?! Однако здесь мы должны принять во внимание еще одну вещь, — сказал я, прекращая тренировку и усаживаясь на ближайший диван.

Алана последовала за мной и села рядом.

— Ты можешь поделиться со мной всем, Ром. Ведь я на твоей стороне. И мне также обидно, что Адам пошёл на поводу отца. Я хоть и влюблена в тебя, но это скорей всего влюблённость в образ парня, который в детстве спасал меня от соседских мальчишек и защищал меня. А может и нет?

Я усмехнулся.

— Знаю, знаю, Алана, — поддразнил я, прежде чем вернуться к своему серьезному настроению.

— Давай представим, что я признался Насте, что я не просто ведущий проекта и начальник над ним, а генеральный директор. И что у нас с Адамом на нее был спор. На который я, к слову, не хотел вестись. Изменит ли это что-нибудь? — Спросил я у Аланы.

— Возможно.

— Я хочу сказать, что мы знаем, что Настя боится, что у нее будет человек, который имеет высокие связи и у него также будет активная социальная жизнь. И именно по этой причине я должен сделать вид, что я не генеральный, а такой же исполнитель проекта, как она, всего лишь на ступеньку выше. Теперь, если я просто пойду и признаюсь, это что-нибудь изменит? — Рассуждал я.

— У Насти ее страхи сильнее любви к тебе? Она может бросить тебя? Дорогой, это чудесно, тогда у меня появится шанс стать твоей женой, — произнесла Алана.

— Даже не думай, Алана. Если между нами и что-то было когда-то, это ничего не значит сейчас. Ты меня не любишь! Да и я тебя. Настю и только ее я люблю. И я не хочу быть причиной ее боли!! — подавленно проговорил я.

— Ну, ладно дорогой, знаю. Но попытаться то стоило. — произнесла Алана и показала мне язык.

Вот ведь чертовка. Алана конечно хорошая девушка, но не моя.

Я прилег на диван, положив голову на колени Аланы. В конце концов, мы лучшие друзья детства и привыкли делиться своими проблемами и искать утешение друг у друга. Даже если у наших родителей были другие на нас планы. Это ничего не меняет. Я был почему-то уверен, что Алана, так же как и я, не хочет этой свадьбы.

— Итак, Ром, что ты собираешься делать? Какие у тебя планы? — спросила Алана, играя с моими волосами.

— Не переживай за меня, Алана. Мне просто нужно о многом подумать.

Меня начало клонить в сон, потому что я не спал всю прошлую ночь.

— Тогда делай то, что надумал.

— Алан, я думаю, что у Насти может оказаться скелетов в шкафу даже больше, чем у меня. Недавно видел одну ее подругу, которая всеми своими брюликами так и кричит, что богата. Там есть что-то подозрительное, и я должен это выяснить, — Произнёс я, и мои глаза медленно закрылись.

Анастасия

— Роман, ты забыл … — я хотела что-то сказать, но, увидев Алану и Романа, остановилась.

Роман Михайлович спит у Аланы Руслановны на коленях, и она гладит его волосы?

Вот это да. Неожиданно. Неприятно. Это… это что? Не хочу думать о плохом. Надеюсь, что они мне объяснят, что и почему. Вывод однажды я уже сделала на той свадьбе. Но там очевидно было. Адам ту девушку именно драл, как кошку, а та кричала “ещё”… Тьфу!

Повторение прошлого? Я моргнула.

Не из-за их положения, а из-за Аланы, которая находится в доме Романа.

Почему?

Я не ожидала увидеть такую картину. Сладкая парочка твикс? Вот так они оба сейчас выглядели. Но…

Может мне не стоить судить так быстро? Ведь сколько раз Никита спал у меня на коленях. Потому что всякий раз, когда брат чувствует себя подавленным или напряженным, то делится этим со мной, просто спит у меня на коленях, вот так же, как это сейчас делает Рома.

Это могут быть отношения лучших друзей или брата и сестры? Возможно?

Кроме того, еще слишком рано судить, просто видя их в таком положении.

— Привет, — неловко поздоровалась Алана со мной.

— Угу… Здрасьте, — ответила я с той же неловкостью. «Забор мой покрасьте», — мысленно добавила я, а после через паузу продолжила: — Ну, Роману Михайловичу позвонили, а он случайно забыл свой телефон в моей квартире, — объяснила я, нарушая тишину, которая воцарилась в комнате.

С этими словами я подошла к Алане и протянула ей мобильник.

— О, это звонил его старший брат, — сказала Алана, посмотрев на экран.

Поскольку я не знакома с его семьей да и в принципе не знала, кто этот человек, то просто пожала плечами.

— Тогда я пойду, — неловко проговорила я.

Мне срочно нужно было уйти поразмышлять на своей территории и понять, каковы отношения между Аланой и Ромой. Возможно, друзья детства? Ключевое слово возможно! И вообще, Настя, Роман тебе ничего не обещал. Ведь так? Так тебе ли судить их?

— Разве у тебя нет ко мне каких-то вопросов, Анастасия? — спросила меня Алана, усмехаясь, когда я уже собралась выйти из комнаты.

— У меня есть… — я собиралась продолжить, но телефон Романа начал звонить снова, и это заставило Рому проснуться, вздрогнув.

Роман

— Настя? — я удивленно вскрикнул, а затем посмотрел на Алану и на наше положение.

— Роман, твой брат Миша звонил. Перезвони ему, может быть, что-то важное. И почему бы тебе не пойти и не ответить на этот звонок? — Сказала Алана.

Став очень занятым другими делами, мой брат передал должность генерального директора мне. И он точно не станет беспокоить меня по пустякам.

— А пока я поговорю с Настей, — добавила Алана, посмеиваясь.

Я кивнул.

— Алана, будь хорошей девочкой, не говори обо мне ничего, что может навредить тебе или мне? — Попросил я её шёпотом.

— Попробую.

Встав, я обнял Настю и чмокнул в лоб.

— Я приготовлю твой любимый кофе после того, как поговорю по телефону, хорошо? — пообещал я, нежно поглаживая по спине свою девушку.

Она улыбнулась. Я не считаю, что Настя неправильно поймет то, что мы с Аланой сейчас лежали на диване. Во всяком случае, я очень надеюсь, что она не подумает ничего плохое.

— Рома, а как насчет моего любимого кофе? — спросила Алана, надув губы уточкой.

— У вас обоих очень похожие вкусы, — заметил я, все еще обнимая свою Настю. — Детка, если услышишь от Аланы что-то плохое, не делай скоропалительных выводов, а переспроси меня. Договорились?

Настя кивнула.

Я пошел в свою комнату поговорить с братом.

Анастасия

— Алана Руслановна. Ну, вообще-то, я действительно не ожидала увидеть вас здесь, — призналась я

— Анастасия, какие между нами имена и отчества? Всё-таки мы знакомы со школы. Да и мой брат влюблён в тебя. Роман же — мой лучший друг детства и партнер по тренировкам. Мы тренируемся вместе в основном по вечерам. Но, как помнишь, из-за произошедшего вчера тренировка отменилась, — сказала Алана, — Когда-то и Адам сопровождал нас, но мы перестали заниматься все вместе.

— Да, я догадалась, что вы с Адамом брат и сестра. Помню, вчера ты приходила. Алана, ты, наверное, знаешь, что вчера твой отец и Адам сделали предложение мне. Но почему же тогда ты не присутствовала на том вечере?

— Вот так отличились… Отец и братец приходили делать тебе предложение? На каком вечере? Я что-то не знаю? Мои сведения, скажем так, отличаются, — тихо произнесла Алана.

— Не поделишься? — попросила я.

— Не думаю, что тебе будет это интересно, Анастасия. Кстати, а чего ты так спокойно отреагировала на то, что мы с Романом обнимались? Ты его совсем не ревнуешь, что ли? — удивилась Алана.

Я поджала губы. Роман никогда не говорил мне, что они все втроём с Адамом и Аланой были друзьями детства и хорошо знали друг друга. Мы даже никогда не поднимали эту тему!!

— Роман ничего не говорил о нас? — спросила Алана.

Я кивнула, а затем поспешно уточнила:

— О вас? Ты о чем?

— Настя, ну не переживай только. Папочка наш тот ещё мошенник, он, скажем так, решил позаботиться и о своей дочери тоже, — сказала Алана. — И знаешь …

— По-моему, я поняла, о чем ты.

— И да, знаешь, почему мой братец хочет, чтоб ты стала его женой? — я покачала головой, и Алана торжественно объявила: — Они поспорили на тебя. Мой брат и Роман.

Мой мобильник выскользнул из пальцев и упал на пол, как только эти слова достигли моих ушей.

Я чувствовала себя просто отвратительно. Сердце мое было разбито.

Подняв с пола телефон, Алана передала его мне, а я все еще пребывала в шоке.

— Неприятный пассаж. Но я думаю, что переживу это.

Я отвернулась, решив уйти.

Мои глаза увлажнились, и я почувствовала, как по щеке медленно скатилась слеза.

«Почему это всегда происходит со мной? — подумала я. — Мало того, что Адам сотворил несколько лет назад, так теперь ещё и Роман на меня поспорил?»

В этот момент я поняла одну вещь: я уже влюблена в Романа. Нет, не так. Я люблю его всем сердцем и душой.

— Настя, подожди! — крикнула Алана, схватив меня за запястье. — Я не хотела, чтоб ты знала об этом, прости, что эти слова слетели с моих губ. И это наши родители решили связать узами брака нас с Романом. Мы не покупали кольца и не делали ничего подобного. Это просто словесное соглашение между членами нашей семьи. Да, и Адам, я думаю, в тебя влюблён.

— А как же спор между Адамом и Романом? Мне неинтересно знать о вашей помолвке. Лучше подробно расскажи о споре, — попросила я её.

— Там не о чем рассказывать — покачала головой Алана.

— Хорошо, тогда расскажи о помолвке.

— А что говорить? Родители решили на совете объединить капиталы и выгодно женить Адама и Романа. Но я не очень то и хочу, чтобы Роман женился на мне. Не так скажем… Но есть одно противоречие я влюблена в него с детства. И как всякая женщина я бы хотела выйти за него замуж.

— Могу пожелать вам обоим только счастья. Но вот чего твоему брат неймется, я не понимаю… — проговорила я.

— А что непонятного, Настя? Адам увидел тебя и у него взыграли былые чувства!

— О чем ты, какие ещё чувства? Разве твой брат меня любил? Не смеши меня! Разве ты не знаешь, чем завершилась наша так и несостоявшаяся свадьба?

— Какая? Когда? Настя, даже если она и была, то, поверь, Адам тебя всегда любил. Да и папочка мой тот еще прохиндей, узнал, что у тебя родственники богатые, поэтому решил выгодно продать сына. Да и Адам ведь не против тебя. Но все же какая свадьба?

— Помнишь может, что мои родители погибли в автокатастрофе?

Алана кивнула, а затем недоверчиво уточнила:

— И ты хочешь сказать, что вы поженились в тот день?

Я кивнула.

— Да, и женаты мы были сутки. Адам переспал с какой-то неизвестной в вип-комнате, и я его застала с ней. Но почему ты не была на свадьбе?

— За границу отправилась с подругами. Но не мне судить Адама. Однако одно знаю точно: Роман в тебя влюблён, как и мой брат.

— Хорошо, я поняла тебя, Алана. Но я лучше пойду.

И да, у нас с Романом действительно любовь с первого взгляда. Но то, что он поддался на провокацию Адама, меня слишком напрягает. Как и то, что Алана и Роман собирались пожениться.

— Подожди, выслушай меня еще, пожалуйста. Хотя мой брат и козлина, но в первую очередь он мой брат. И я сочувствую как Роману, так и Адаму. И всем хочу счастья.

Мне показалось, что Алана едва слышно добавила: «Так же, как и себе», — но я не была в этом точно уверена. Однако одно знала точно: у каждой семьи своя сложная ситуация. Мне это было известно лучше, чем кому-либо другому.

— Я понимаю, — заверила я Алану и улыбнулась. — Тебе не о чем беспокоиться.

— Спасибо, Настя. Рада, что ты не закатила истерику и адекватно приняла то, о чем я тебе рассказала.

Я усмехнулась, дотрагиваясь до цепочки на шее, которую подарил мне Роман. Адекватно, конечно же… Просто я не собираюсь рубить с плеча и верить Алане на слово. Сначала узнаю все у Романа.

Роман

Я услышал, что хлопнула входная дверь.

— Настя? Настя! — крикнул я, а затем повернулся к Алане и требовательно спросил: — Что ты ей сказала?

— Правду…

— Зачем? Я бы сам признался.

— Вряд ли ты бы это сделал, — покачала она головой.

Я понимал, что она права. Но мне надо было объяснить все Насте, так что я выбежал на площадку следом за ней.

— Роман Михайлович, — перешла на официальный тон Настя.

— Позволь тебе все объяснить.

— Не о чем нам говорить! Мне надо все обдумать.

— Знаю я, как ты сейчас себе надумаешь не пойми что.

— Роман Михайлович, идите пейте свой кофе. Встретимся в офисе.

Я зашел обратно в квартиру. Прошел на кухню и стал готовить кофе. Нарезал бутерброды, пока кофе варился.

В моей голове творился сейчас полный хаос, я и не слышал, как Алана зашла на кухню.

— Рома, ну ты же знаешь, что я должна была сказать, что вы с моим братом спорили на Настю.

— Ты только об этом рассказала? А о том, что я — директор всех филиалов?

— Нет, Роман Михайлович, об этом я умолчала.

Хорошо. Но если я узнаю, что Алана меня обманывает, вряд ли она останется моей подругой.

Мы допили кофе. Алана чмокнула меня в щёку.

— Благодарю за вкусный кофе, встретимся в офисе, дорогой.

Закрыв за ней дверь, я пошел собираться на работу. Когда завязывал галстук, подумал, что надо бы позвонить Насте. Зайти за ней и отвезти ее на работу. Но моя девочка не отвечала. Меня это беспокоило.

Надев пальто и закрыв дверь в свою квартиру, я постучал к Насте. Но мне никто не ответил. Возможно, она уже ушла на работу. Что ж, хорошо, значит, встретимся в офисе. Там с ней и объяснюсь.

Анастасия

Вскоре я добралась до офиса, как и каждый день. Анна и Данил ждали меня у входа.

— Настя, что-то случилось? Ты немного грустная, — заметила Анна, как только мы поднялись на лифте на свой этаж.

— Вчера тебя не было на работе, и я предположил, что что-то произошло, — пояснил Данил.

— Данил прав, такое ощущение, что вчера было много событий, о которых ты вряд ли нам рассказала… — сказала Анна

— Вы оба правы. Но я не хотела бы обсуждать свою личную жизнь, — заявила я.

— Настя, но, правда, может, все-таки поделишься? — продолжила настаивать Анна.

— Аня, вряд ли в моей жизни есть что-то интереснее твоей или даже той же офисной, — проговорила я.

— Аня, ты очень бесстыжая, ну как ты могла? Вогнала в краску нашего прекрасного цветочка, — пожурил её Данил.

Я закатила глаза.

— Эй, это кто сказал, что я бесстыжая!! Я ведь не встречаюсь с нашим чрезмерно строгим боссом, Лордом совершенство, — сказала Анна, шлепнув Данила по руке.

Они стали назвать Романа Михайловича Лордом совершенство после разговора трех «принцесс»…

— Вчера видно здесь была буря? — спросила я, а Данил одновременно со мной возмутился:

— Ты флиртовала с нашим боссом??

— Черт возьми!! Зачем мне это нужно? У меня нет желания умереть, ты же знаешь! Но одна из богатых девчонок пыталась флиртовать, и наш Лорд вышвырнул ее из нашей команды. Так что я думаю, сегодня может появиться новый сотрудник, — сказала Анна.

Я очень удивилась, но решила дослушать её, прежде чем составить своё мнение о происходящем…

— Этот новый сотрудник-особенный человек. У нее очень высокая рекомендация, и директор отдела кадров сразу же пригласил ее в компанию, — объяснила Анна.

Да уж, вот так поворот. Над тем, что произошло сегодня утром, я решила подумать завтра… но я понимала, что неизбежно мне придется столкнуться с Романом. Мы непременно должны были объясниться.

Выйдя из лифта, мы с друзьями направились в конференц-зал.

Я остановилась и нахмурилась.

Какого черта здесь делает моя двоюродная сестра!??

— Это же твоя сестра, да?? — спросила Анна.

— Она что и есть та самая новая сотрудница, черт бы ее побрал?!! — выругался Данил.

Мои глаза сверкнули злобой, когда я увидела Татьяну…

— Татьяна Геннадьевна, вы, очевидно, что-то задумали?

Походу это называется: «Я уничтожу ваше счастье», — подумала я.

— Ребята, она наш новый член команды. После того, как Алина была отстранена руководством, высокопоставленные чиновники рекомендовали Татьяну Геннадьевну Зорину нашему руководителю команды, — представил ее всем один из членов команды.

— Вы и есть Зорина? — удивленно спросил кто-то.

— Да, — ответила Татьяна. При этом ее голос был максимально милый и дружелюбный. Если бы только кто-нибудь видел, как она вела себя в ресторане раньше. Они не стали бы судить ее как «ангела, спустившегося с небес».

— Если вы действительно член семьи Зориных, то почему вы здесь? Разве у Геннадия Петровича нет своей компании? — удивился кто-то.

— Я бы так и сделала. Но мой отец хотел, чтобы я строила свою карьеру самостоятельно, — сказала Таня, используя свою коронную фишку «я такая же, как все».

«Чушь собачья!!!» — подумала я.

— Хах! Она пытается показать себя прям во всех смыслах хорошей и достойной фамилии Зориных? Ну и сука, — вздрогнул Данил.

— Подожди… Что?! Ты-дочь Геннадия Петровича? Разве это не значит, что ты — гордость семьи? — спросила одна из богатеньких, блондинистая подружка той, которую уволили.

Татьяна с улыбкой кивнула.

Однако меня эти бесполезные похвалы беспокоили меньше всего. Потому что я знаю, что неправильно, а что правильно.

Было очевидно: некоторые люди в команде хотели лизать ноги Татьяны только для того, чтобы выслужиться перед ней.

Походу веселье начинается!!

Роман

Как только я поднялся на верхний этаж, обнаружил, что в кабинете за столом для переговоров меня ждали Михаил и наш с ним отец.

Обсуждение насущных вопросов и проблем на заводах и фабриках отвлекли меня от того, что мне надо бы выяснить отношения с Настей.

Ближе к обеду я смог выдохнуть свободно. Отец и брат ушли, а я просматривал отчет, который мне скинул на почту начальник службы безопасности.

В нем сообщалось, что в компанию заползла змея — никто иная, как Татьяна Зорина. Достойная дочь своего отца. Я понимал, что мне надо оградить от очень многого мою девочку, в том числе и от этой так называемой кузины. Но для начала было необходимо, чтобы Настя меня выслушала. Мне надо многое ей объяснить.

Тем более я не хуже других осведомлен о темной стороне делового мира и знаю реальность того, как функционирует крупная компания. Слишком много работников пытаются пролезть в окно, когда есть двери!

Я должен что-то с этим сделать. Это теперь моя компания.

Но что мне теперь делать??

В любом случае, я бы не очень-то и беспокоился о Насте, поскольку осознаю, что моя женщина сильная и сможет постоять за себя.

Да! Да, это так.

Настоящая причина моего беспокойства в том, что я больше беспокоился о спокойствии Насти.

— ТЧ! Тот, кто посмел рекомендовать эту тварь, действительно будет мертв! — мрачно пробормотал я.

Если эта бесстыжая особа потревожит мою драгоценную девочку, то ей очень несладко придётся…

Она будет иметь дело со мной. А я ни за что не позволю обижать мою Настю.

В принципе, я мог бы выгнать эту Татьяну Зорину, но мне хочется унизить её и полностью уничтожить.

А еще меня беспокоил Адам, который за моей спиной затеял нечестную игру. И еще один вопрос: что же именно рассказала Алана моей девочке, что та так бурно отреагировала?

— Роман Михайлович, к вам Никита Валентинович Морозов, он уже здесь, — вежливо сообщила секретарь.

И это вывело меня из задумчивости.

В дверь вошел высокий и красивый мужчина. Идеально очерченное лицо, отчужденный взгляд, что делал его похожим на потомков викингов.

Генеральный директор компании-конкурента, а также новый инвестор важного проекта, которым в настоящее время занимается моя компания.

Мы часто пересекались друг с другом. И каждый раз, когда это происходило, столкновения между ними становились чем-то похожи на соревнования.

Никита инвестировал в наш проект очень даже хорошую сумму. И нас: брата, меня и отца, — это поставило, скажем так, в тупик.

Зачем? Что на уме у Никиты Морозова?

Он молча смотрел на меня, а я на него. Эти переглядывания затянулись, пауза тоже.

— Доброго утра вам, Роман Михайлович. Как поживаете?

— И вам доброго утра, Никита Валентинович. Оставим любезности, присаживайтесь. Какова цель вашего визита ко мне?

— Роман Михайлович, я думаю, что вы знаете причину моего к вам визита.

Мой взгляд упал на простое кольцо на безымянном пальце Никиты.

«Хм, похоже, он уже помолвлен. А как же тогда я? Когда же мне представится случай надеть кольцо на безымянный палец моей Насти?» — подумал я

Мне нужно кольцо, чтобы сделать предложение моей малышке. И я хотел сделать это как можно скорее, чтобы ни одна муха не жужжала вокруг нее, как тот же Адам.

Она заслуживает самого лучшего, но я прекрасно понимаю, что она отдает предпочтение сентиментальным вещам, а не дорогим.

Я хотел, чтобы для Насти это было что-то особенное!! Чтобы она хранила кольцо, как символ нашей любви.

— Никита Валентинович, да, я, скорее всего, догадываюсь, по какой причине вы инвестировались в наш проект. Но мне бы хотелось это услышать от вас самого.

— Да. Конечно, конечно, — ответил мне брат Насти. — Я слышал, что вы руководите главным проектом… Раз уж так вышло. И у нас с вами совпадают интересы скажем так… Ну, вы понимаете…

Я слышал угрозы в голосе Никиты. Но я был рассеян, все мои мысли вертелись вокруг того, что случилось утром.

Моя девочка, которая после разговора с Аланой сбежала…

— Никита Валентинович, позвольте спросить: что заставило вас заинтересоваться проектом, над которым работает моя компания? Я имею в виду, что наши компании являются конкурирующими, — сказал я.

Я намереваясь завершить эту скучную встречу как можно скорее. Я хотел объясниться со своей девушкой, черт возьми!!

— Кто сказал, что наши компании-настоящие конкуренты, дорогой друг? — спросил Никита, — Если быть точным, мы не соперники, Роман Михайлович… У меня просто было личное соперничество с твоим старшим братом, вот и все. Поскольку он больше не является генеральным директором, я решил инвестировать в этот проект и снова развивать нашу дружбу, — объяснил он.

— Итак, вы говорите, что очень заинтересованы в этом проекте, ни больше, ни меньше. Может, вы озвучите другую причину вашей инвестиции? — предложил я, подозрительно прищурившись.

— Заинтересовался этим проектом? Как и ты, я присоединился к нему ради моей младшей сестры Незабудки… Насти. И ты знаешь об этом не хуже меня. Так давай не будем терять время на любезности… Могу ли я встретиться с членами твоей команды и руководителем проекта? Я хочу оценить их возможности, — заявил Никита. — Я должен убедиться, что мои инвестиции находятся в надежных руках…

Я счел это разумным и кивнул.

— Через несколько минут у нас состоится совещание, чтобы обсудить основные цели проекта. Если Никита Валентинович будет свободен в течение следующих двух часов, то я буду рад показать наш проект и его наработки.

Как же я хотел бы увидеть свою Настю. Как же мне понравилось, с какой теплотой Никита назвал её. Незабудка… Да, эта девушка точно такая. Рыжая, с синими глазами, точно незабудками.

— Я совершенно свободен, Роман Михайлович, — заверил Никита. — Но можно уточнение? Почему вы употребили слово «мы» раньше? Вы один принимаетесь за этот проект?

— Да, Никита Валентинович, я лично занимаюсь этим проектом. Я — главный его руководитель, — признался я, посылая всем сообщения с просьбой собраться в специально отведенном конференц-зале.

Анастасия

Приглашение от руководства собраться на экстренное совещание в конференц-зале пришло на мой компьютер, и я, как и все остальные, поспешила туда. Все участники проекта быстро расселись по местам и стали ждать.

Каждый из нас должен был выступить с презентацией в этот день (разумеется, за исключением Татьяны, которая была новенькая и задание ещё не получила).

Когда все расселись, во главе стола осталось только два стула. Поскольку стол имеет форму полукруга, два человека могут занять место во главе стола.

Вскоре в комнату вошли Никита и Роман.

От увиденного я потеряла дар речи. У меня чуть челюсть не отвисла!

«Никита, да мать моя женщина!!!» — подумала я, сжав кулаки и прищурившись.

— Позвольте мне с удовольствием представить вам генерального директора компании «Коммерсант» Никиту Валентиновича Морозова, — представила его всем Алана.

— Он является одним из наших основных инвесторов, и он здесь, чтобы посмотреть на прогресс проекта, — добавил Роман.

Братец как всегда меня защищает. Конечно, он узнал, что я стала работать в этой компании. Да еще эта стерва-сестренка пробралась в офис. Весело, весело, ну что ж, посмотрим, что будет дальше.

Сестра привыкла, как и ее отец, всех унижать и уничтожать. Мне придется нелегко, но ничего страшного, я и не из такого дерьма вылезала.

Но прежде, конечно, мне необходимо поговорить со своим парнем. Ну что ж, мистер фей, ты задолжал мне объяснения.

— Давайте начнем нашу встречу с презентации нашего нового сотрудника. Татьяна Геннадьевна Зорина, представьте вашу презентацию, — объявил Роман, заставив Татьяну чуть не поперхнуться водой, которую она пила.

Сестра сердито посмотрела на Романа, метнув в него взгляд, который не сулил ему явно ничего хорошего.

— Но я новичок в этом проекте, — сказала Татьяна.

— Я прекрасно это понимаю, Татьяна Геннадьевна, но я слышал от менеджера по персоналу, что вы очень хорошо осведомлены об этом проекте. И именно по этой причине я согласился позволить вам присоединиться к нему, — строго проговорил Роман.

Внезапно вся краска отхлынула от лица Татьяны.

Я, как и все в зале, наблюдала, как Татьяну унижают. То, что она хотела сделать со мной, сейчас происходило с ней самой.

— Кто? Я? — заикаясь, сказала она. — Д… д а… да с… с … конечно, конечно, я осведомлена. Просто у меня сейчас нет презентации, — оправдывалась Татьяна.

— Но, учитывая, насколько вы осведомлены, не могли бы вы просто дать нам краткое объяснение, Татьяна Геннадьевна? У вас же есть презентация, которая была подготовлена сотрудником, который занимал ваше место раньше? — спросил Роман.

— Но… как бы… — Татьяна продолжила заикаться, явно будучи не в силах придумать оправдание.

— Это и есть главная причина, по которой я не поощряю рекомендованных кандидатов, таких как вы, присоединиться к моему проекту. Но люди в отделе кадров так высоко отзывались о вас, — усмехнулся он, а затем добавил издевательски: — Они сказали, что вы знаете все об этом проекте. Интересно, сколько вы заплатили этим людям за то, чтобы получить это место? Каковы ваши скрытые мотивы, Татьяна Геннадьевна?

Попкорна мне тащите! Происходящее здесь и сейчас меня даже радовало. Не то, что Татьяну унижали, вовсе нет. А то, что она наконец-то получала по заслугам.

— Более того, ещё вчера вечером я отправила вам презентацию, которая была подготовлена предыдущим сотрудником. И я даже упомянула, что она понадобится вам на встрече этим утром, — сказала Алана.

Ну что ж, сестрёнка, отвечай за свои прошлые поступки. Только, видимо, ничему ее жизнь не учит.

— Если вы хоть немного заинтересованы в этом проекте, вы бы подготовились к встрече, Татьяна. Как вы это объясните? — Спросил Роман, укоризненно покачав головой.

— К вашему сведению, я не терплю такого безответственного поведения от своих сотрудников! Так что не вздумайте разочаровывать меня здесь. Это не ваша компания и поблажек вам не будет, не забывайте об этом, — продолжил он сердитым голосом.

Татьяна, чьи глаза уже горели от слез, сердито посмотрела на Романа.

— Я — дочь Геннадия Николаевича Зорина. Кто ты такой, чтобы отчитывать меня? — возмутилась она.

— Прошу прощения? — проговорил Роман, глядя на Татьяну.

Я же не знала, плакать мне или смеяться.

Не только попкорна бы сейчас, но и колу — веселое кино продолжается. Но больше всего меня заинтересовала эта коварная сторона Романа. Мой герой-защитник. Раньше эту роль играл исключительно брат, теперь же это делает ещё и Роман.

Он такой горячий и сексуальный, что мне захотелось его поцеловать. Но для начала, конечно, ему надо все мне объяснить. И про спор между ним и Адамом, а также что это за помолвка с Аланой. Но пока я продолжала наблюдать представление. Становилось все смешнее…

— Я сказала, что я — дочь Геннадия Николаевича Зорина!! — повторила Татьяна, на этот раз ее голос был ясным и громким.

— Да, конечно, я слышал это. Я не глухой! — ответил Роман. — Если вы — его дочь, что с того? Что мне делать, а? Дать вам все необходимое и обращаться как с принцессой? — мой мужчина усмехнулся.

Лицо Татьяны потемнело от гнева.

— Это не корпорация вашего отца, чтобы нянчиться с вами и обучать с нуля. Вы здесь всего лишь простой служащий, — сказал Роман, точно задев ее гордость.

— Но если я захочу, то могу заставить тебя потерять работу, — с вызовом бросила Татьяна ему в лицо.

Роман

«Не верится, что Зорина — кузина моей милой, скромной и доброй девочки. Хотя у них одна кровь, между ними огромная пропасть, как между углем и алмазом!!» — подумал я

— Если вы на это способны, Татьяна Геннадьевна, то вперед. Почему бы вам не сделать меня безработным? Так почему же вы все еще здесь? Чего ждёте? Хм? — бросил вызов я в ответ.

Я — генеральный директор, черт возьми!! Если я щелкну пальцами, то не говорите, что не смогу заставить Зориных не то что замолчать сейчас, а и вовсе обанкротиться.

— Роман Михайлович, извините, что перебиваю, но давайте не будем ссориться из-за такой простой вещи. Это просто разрушит командный дух, который мы сумели создать за эти дни. Так что, пожалуйста, дайте ей второй шанс, — попросила моя Настя.

Я был согласен с моей девочкой. Врагу не надо показывать, что война им уже проиграна. Нет, дорогуша, все только начинается. А мне эта игра нравится.

— Поскольку сейчас время обеда, почему бы нам не начать презентацию после перерыва? Татьяна Геннадьевна как раз успеет подготовиться, и мы сможем начать презентации, начиная с нее, — предложила Настя.

Все одобрительно закивали в ответ.

— Тогда ладно. У вас есть последний шанс, Зорина — сказал я с презрительным выражением лица.

«Если бы не желание любимой девушки, я бы уже давно растоптал эту тварь и размазал по стенке», — подумал я.

С другой стороны, теперь я могу встретиться со своей девушкой и все объяснить ей.

Собрание было прервано, и все разошлись по своим кабинетам, прежде чем отправиться в кафетерий на обеденный перерыв.

— Давай встретимся, — пришло мне сообщение на сотовый.

Я отправил ей ответ:

— Давай встретимся в моем офисе. Нам надо объясниться.

— Что за спор вы устроили против меня с Адамом? — первым делом спросила Настя, как только мы оказались наедине.

— Я не устраивал. Адам решил это сделать. Настя, я не хотел этого.

— Я люблю тебя, Роман. А то, что было между мной и Адамом? Это была боль, которую я не хочу больше испытывать. Но тот факт, что вы спорили, это некрасиво.

— Повтори, что ты сказала!?

— Повторять не буду. А покажу.

Походу моя девочка смогла отпустить все свои страхи. Признаться как себе, так и мне. А главное не напридумывала себе ничего лишнего. И та сцена с с Аланой… Думаю, моя умная девочка поняла, что мы как брат и сестра.

— Что же ты делаешь со мной, любимая? И я люблю тебя, Настя. Очень люблю.

— А ты знаешь, что был на конференции безумно сексуальным и горячим? — игриво спросила Настя.

— Да что ты говоришь, моя любимая? — я продолжил целовать ее шею. — Я узнал, что Зорина — твоя двоюродная сестра, и она совершенно не похожа на тебя. Так что я затеял весь этот спектакль, чтобы проучить её, — признался я, прижавшись лбом к ее лбу.

— Тебе не следовало этого делать, Рома. Тем не менее это было весело. Но обещай мне, что ты личную жизнь не принесешь в профессиональную. Оно того не стоит. Я не хочу, чтобы сестричка и дядя навредили тебе, — попросила она, снова целуя меня….

Я растворился в моей девочке, так что не ожидал от нее второго вопроса.

— А поясни еще пожалуйста, мой любимый, как же твоя помолвка с Аланой?

Вот так-так …. Значит, Алана рассказала совсем не ту правду…

— И когда же должно состояться столь значимое событие? — поинтересовался я. — Можно уточнить, кто сказал тебе об этом?

— Алана сегодня утром. — ответила Настя.

— То, что сказала Алана, это неправда, конечно. Продолжим?

Настя

После разговора с Романом с выяснением отношений я решила пойти умыться. Освежить макияж так сказать. Я ведь девушка, или где?

Меня очень порадовало, что Алана не выходит замуж за Романа. Спор, конечно, это обидно. Но, зная Адама, я понимала, что он сделал это специально, чтобы нас с Романом поссорить.

Мой брат ждал меня в коридоре недалеко от ресепшена.

Как только я заметила Никиту, на губах сама собой расцвела счастливая улыбка.

— Брат! — крикнула я, быстро подбежала к нему и обняла.

Я очень скучала по нему, ведь прошло уже несколько недель с тех пор, как я в последний раз видела его лицом к лицу. Наши переписки и общение по телефону это, конечно, мило, но очень мало.

Брат обнял меня в ответ. Счастливо рассмеявшись, он подхватил меня на руки и на короткое мгновение закружил.

Никита делал это с тех пор, как мы были детьми, так что ни один из нас не чувствовал себя неловко. Хотя я уже взрослая, но все еще похожа на маленькую девочку, которая скучает по брату, когда его слишком долго нет рядом.

— Я скучал по тебе, сестренка, — голос Никиты был полон эмоций, когда он поцеловал меня в лоб.

— Я тоже по тебе скучала, — ответила я, всхлипнув, не в силах сдержать эмоций, всегда бьющие через край после долгой разлуки.

— Ты стала худой, на видео этого незаметно, — заметил Никита, внимательно оглядывая меня сверху донизу. — Если ты влюблена, то должна есть больше. Иначе откуда ты возьмешь энергию, чтобы сделать деток? — поддразнил он меня, за что я сильно ущипнула его за талию. — Больно, Незабудка! — надулся Никита, потирая пострадавшее место, а затем добавил задумчиво. — Думаю, мне нужно предупредить Романа на этот счёт.

— Значит, он тебе нравится? — уточнила я, успокаивающе обняв брата.

— Неплохо. Твой выбор в этом году лучше, чем в прошлом, — сарказм и шутки Никиты были под стать моим, правда я до его сотого уровня, конечно, ещё не дотягивала. — Незабудка, я могу не убивать его за то, что он отнял тебя у меня.

Я закатила глаза.

— Я серьезно, шутник, — сказала, изображая гнев.

Никита усмехнулся

— Да, он мне понравился, сестренка. Скажи только, ты действительно любишь его?

Я улыбнулась и быстро кивнула.

— Да, всем сердцем, братишка, — заверила я.

— Ну, ладно. Ты должна идти, пришло время встречи. Я очень хочу унизить эту тварь, Зорина, слишком много о себе возомнила, — сказал Никита, взглянув на часы.

— Будь осторожнее, пожалуйста. — попросила я брата, а он лишь кивнул в ответ, обнял меня и прошёл в конференц-зал.

Я же собралась уже войти в дамскую комнату, когда заметила, что Анна стоит около двери и пристально смотрит на меня…

— Ань? У меня что-то с макияжем? — смущенно спросила я и торопливо подошла к зеркалу, чтобы проверить.

Анна покачала головой, безмолвно заверяя, что все в порядке.

— Ты знаешь Никиту Морозова? — спросила она.

— Ну, да, знаю. Он — мой брат, — ответила я, не собираясь больше лгать.

— О! Какие у тебя знакомства. Но почему тогда ты не работаешь у него?

— Ну, причины есть. Только не говори об этом никому, даже Данилу.

Вместе с Анной мы проследовали в конференц-зал.

Встреча началась снова. На этот раз с презентации от Татьяны. Только вот она ожидаемо всё испортила.

Зорина никогда не работала в компании, которая занималась технической стороной дела. Более того, учитывая ее IQ ниже среднего, она, конечно, не смогла понять презентацию.

Это привело к тому, что она часто заикалась, путалась в словах и терминах, и, в конце концов, с треском провалилась.

Все смотрели на неё с презрением. Это должна была быть очень важная встреча для каждого из присутствующих, однако моя нехорошая сестрёнка все испортила.

Даже Никита выглядел так, будто разочарован командой. Роман был так зол, что снова отругал Татьяну на глазах у всех.

На этот раз никто из сотрудников не пришел ей на помощь. Это было похоже на то, будто все разом ополчились на нее.

Сестричка не могла не чувствовать себя крайне униженной, как будто кто-то схватил ее за горло и начал душить.

Конференция завершилась, и все прошли к себе.

Таня заметила меня одну в кабинете, она поспешно вошла ко мне и закрыла за собой дверь. Зная её избалованный характер и высокомерие, я действительно ждала, когда Татьяна придет ко мне.

— Ты посмела унизить меня сегодня, тварь!! Что ты думаешь о себе, а?! Приблуда! — возмущённо воскликнула Таня, едва закрыв за собой дверь.

— Хм… неужели? До сих пор я не помню, чтобы унижала тебя, Татьян. С первых дней, как я пришла с родителями в ваш дом, это делаешь только ты, — я небрежно пожала плечами, продолжая убирать со стола.

— Как ты смеешь? — зашипела сестра.

— Это ты вошла в зал заседаний, ничего не зная о проекте. Ты всегда винишь меня в своих ошибках, Таня. Но сегодня, кажется, ты расстроена больше, чем когда-либо. Это потому, что ты была унижена перед моим братом? — спросила я, наконец-то выйдя из-за компьютерного стола.

Лицо Татьяны от гнева стало черным, как сгоревший горшок. Я же взяла свою сумочку и встала, прежде чем подойти к ней.

— Ты так волновалась, потому что тебя унизили перед Никитой. Но, Таня, что будет, если мой брат узнает, что у тебя роман с одним из его директоров?? Мне очень жаль тебя, кузина, — прошептала я ей на ухо, голос был полон насмешки и сарказма. Татьяна застыла.

Настя

Мы поехали домой вместе с Романом, однако сразу разошлись по своим квартирам.

— Я должна тебе ужин, помнишь?? — спросила я, когда мы вышли из машины.

Роман усмехнулся.

— Да, конечно, я это помню. Только вот ты должна мне гораздо больше, чем один ужин, моя дорогая, — поддразнил он меня, взяв за руку и поцеловав тыльную сторону ладони.

Я невольно закатила глаза, глядя на него.

Этот мужчина передо мной становился совершенно другим человеком, когда речь заходила о таких милых темах. Как же он очарователен, когда вот так смотрит, аж хочется всего зацеловать!

Но в своей должности он подобен самому дьяволу.

Обвив руками его шею, я прошептала ему на ухо:

— Почему бы мне сегодня не приготовить ужин для нас обоих?

— Это стало бы лучшим ужином в моей жизни, дорогая Настя, — ответил Роман, нежно обхватив мои щеки.

Я улыбнулась и на мгновение закрыла глаза, наслаждаясь его теплым и нежным прикосновением. Я становилась все более зависимой от этого.

Я без ума от него. Мои чувства с каждым днём становятся всё сильней, я жажду Роман и его прикосновений.

— Просто приходи около 9 вечера, хорошо? — сказала я и поцеловала его в губы, прежде чем он успел ответить.

Войдя к себе в квартиру и сняв пальто, я села на диван и стала думать о том, что произошло сегодня днем. Однако быстро вспомнила, что у нас сегодня с Романом назначен ужин. Поэтому я решительно прошла в комнату, переоделась в удобную одежду, а затем отправилась на кухню и стала готовить романтический ужин…

Около 8 вечера….

Я, одетая в топ и шорты, сражалась со своей посудой… Я уже собиралась добавить воды в тесто и осторожно замесила его, но тут раздался звонок в дверь, заставивший нахмурить брови.

— Кто бы это мог быть? — спросила я, нерешительно открывая дверь.

То, что я увидела — это большой букет разноцветных роз, вид которых заставил меня мгновенно нахмуриться.

Сзади стоял человек, но я не могла видеть его лица из-за букета, который загораживал мне обзор.

Это Адам??

Я в замешательстве уставилась на это полное безобразие и подумала, что сейчас начну чихать. Но этого не произошло.

— Привет, подружка, — поздоровался Роман, отодвигая букет в сторону.

Мой взгляд был по-прежнему прикован к букету.

Роман рассмеялся:

— Не волнуйся, дорогая. Это не розы, а шоколадные конфеты, отлитые в форме роз. У каждой розы здесь свой аромат, и я должен сказать, что все они необычайно вкусные, — объяснил он, а затем со смешком добавил: — Я просто хотел немного подразнить тебя розами.

Я надула губы и выхватила шоколадный букет.

— Это для меня, тебе нельзя есть, — произнесла я, изображая гнев…

Роман

— Как хочет детка, — ответил я, тепло рассмеявшись.

Она сейчас такая милая, ведет себя как ребенок.

Но когда я оглядел ее сверху донизу, глаза мгновенно потемнели и вспыхнули, горло пересохло, а внутренний голос кричал, чтобы я поглотил ее полностью.

Она выглядит слишком сексуально и восхитительно.

Кто хочет шоколад?? Я уверен, Настя вкуснее любой сладости на свете.

Как я могу контролировать себя, когда она выглядит так горячо?

Одетая в черный тонкий топ и шорты, ее тонкая талия и идеальный пупок выставлены на всеобщее обозрение, чтобы я мог пожирать всю ее глазами.

Но мое внимание привлекла красивая родинка на правой стороне талии. Это как драгоценный камень, украшающий ее, чтобы выглядеть ещё более соблазнительной.

Если бы мне позволили, я бы целовал эту родинку снова и снова, пока не насыщусь. Хотя что за глупости? Этого не произойдёт никогда!!

Я уверен, что эта родинка останется моей любимицей на всю жизнь.

— Иди сюда, — поторопил я Настю и раскрыл для неё свои объятия.

С нежной улыбкой детка сразу же обняла меня и уютно устроилась в кольце моих рук. Однако она смутилась, почувствовав на себе мой горячий взгляд.

Анастасия

Я знала, что выгляжу соблазнительно в его глазах. Роза всегда говорила, что укороченные топы подходят мне лучше всего.

Кроме того, во время готовки я допустила глупую ошибку и в результате на меня посыпалась мука. Мне удалось стереть её с лица и сменить блузку, но я забыла о своей шее и талии.

Я думала о том, чтобы привести себя в порядок перед приходом Романа… Однако он пришел на час раньше, и это не оставило времени на уборку.

Между тем, конечно же, он не преминул заметить крошечные белые крупинки на моей шее. Однако, судя по взгляду Романа, это небольшое недоразумение ничуть не портило меня — этот взгляд весьма красноречиво говорил о том, что бы мужчина хотел сейчас сделать со мной.

Не в силах больше сдерживаться, он набросился на мою шею, покусывал и облизывал меня, а я почувствовала, что впервые в жизни мне поставили засос. Язык и губы Романа умело и чувственно действовали на мою кожу, посылая меня на небеса, а затем обратно спуская на землю всякий раз, когда он останавливался.

Я почувствовала, как мое тело онемело от возбуждения, а сердце начало биться неровно. Я потеряла всю свою силу, когда он продолжал атаковать шею и плечи снова и снова, периодически поднимаясь выше, завладевая губами или покрывая поцелуями лицо.

Я дошла до точки и не смогла удержаться: обхватила его руками за шею и насладилась тем удовольствием, которое он мне доставляет.

Роман

Не знаю, сколько времени прошло, прежде чем я наконец перестал покрывать поцелуями эту восхитительную кожу. Моя красотка. Незабудка.

Когда я увидел ее в таком соблазнительном виде, то действительно потерял всю свою рациональность и самообладание.

Я не мог сдержать слово, что не переступлю черту, пока она не ответит взаимностью и не признается в любви.

Я вздохнул и неохотно отстранился от детки. К этому времени ее лицо было ярко-красным, а мои засосы на ее шее кричали, что Настя моя и только моя.

Я чувствовал, что постепенно теряю контроль над собой и с таким трудом сдерживаемая похоть вот-вот вырвется наружу. Пришлось приложить усилие и потратить некоторое время на то, чтобы вернуться в нормальное состояние, после чего я снова посмотрел на свою девочку.

— Пойдем, я помогу тебе готовить, Настя. — проговорил я, прижимаясь лбом к ее лбу.

— Нет, я же сказала, что буду готовить для тебя! — тут же возразила она, при этом ее руки продолжали ласкать мои щеки.

— Давай поделимся работой, дорогая. Совершенно очевидно, что ты не умеешь готовить десерты, — поддразнил я её, стирая с ее талии полоску муки. Я, конечно же, не забыл провести рукой по пупку, заставив ее затаить дыхание.

— Хорошо, заходи, — согласилась Настя, взяв меня за руку, которая лежала у нее на талии, и повела в кухню.

Когда я увидел, во что превратилась кухня, не смог удержаться от смеха, настолько бедственно всё выглядело, словно торнадо прошёл по помещени.

— Не смейтесь. Роман Михайлович, — моя красотка надула губы.

Я попытался сдержать смех, но мне это не удалось — выражение её лица было просто уморительно.

Настя так мило выглядит, когда дуется…

«Не волнуйся, детка, после того, как мы съедемся, я буду готовить для тебя», — подумал я, с любовью глядя на Настю, которая была занята нарезанием лука для салата.

Я помог любимой перенести посуду на столик рядом с балконом.

Пейзаж за окном был таким прекрасным и безмятежным, что мы решили поужинать в гостиной. Луна освещала тёмное небо, а за окном открывался потрясающий вид на ночной город. Чтобы добавить ещё больше романтичности нашему ужину, я зажег свечи на столе и включил тихую, нежную мелодию на магнитоле.

Анастасия

Я не смогла сдержать улыбки. Смотрела, как Роман переносит салаты в зал, и представила, как здорово будет нам жить вместе.

— Ты идешь? — спросил он, ставя тарелки на маленький столик, рассчитанный на двоих….

— Одну секунду, — попросила я и поспешила в свою комнату, чтобы завязать волосы.

Мы ужинали и вели неспешный разговор, и я чувствовала себя необычайно комфортно и уютно. По-домашнему. Это было великолепное свидание.

После вкусного ужина мы с Романом вместе вымыли посуду и наконец устроились на диване в гостиной.

— И что мы теперь собираемся делать? — спросил Роман, взглянув на настенные часы. Без четверти десять — уходить или спать еще рано.

— Тебе решать, — ответила я, лениво опираясь на его плечо.

— Кино было бы идеально для нашего первого свидания, — заметил Роман. — Я знаю, какой фильм лучше посмотреть, учитывая, что мы с тобой на одной волне, — прошептал он, а затем спросил: — Настя ты знаешь французский?

Я на мгновение растерялась, потому что сама подумывала включить какой-нибудь музыкальный фильм. Например, «Шербурские зонтики».

— Я не специалист, но знаю, как произносить простые фразы. Но я тоже люблю французское кино, — призналась я.

— Тогда мы будем смотреть именно французское кино, — усмехнулся он, прежде чем вставить принесенный с собой флешку. И да, разумеется, Роман включил именно «Шербурские зонтики», словно прочитал мои мысли.

Мы свернулись калачиком на диване и, завернувшись в теплое одеяло, смотрели фильм. Правда лишь первые несколько минут. А потом между нами словно пробежала искра. Наши глаза все еще смотрели на экран, а руки, ноги и губы словно зажили своей жизнью, и мы с головой погрузились в поцелуй.

Я наслаждалась горячей страстью и каждым прикосновением этого мужчины. Для меня это был настоящий рай.

Роман

Я был на седьмом небе от счастья, когда почувствовал, что Настя охотно отвечает на мои поцелуи и ласки. Это значит, что она не против того, чтобы сблизиться со мной, верно?

Я достаточно хорошо изучил Настю… Она не подпустит к себе мужчину только ради физического удовольствия. Для нее любовь и уважение были важнее всего остального.

А это значит, что она влюблена в меня. Но я знал: придется немного подождать, чтобы перейти к следующему этапу.

Анастасия

Видно, что Роман любит меня и уважает мои чувства и решения.

«Я скоро признаюсь тебе, Роман, очень скоро. Просто потерпи еще немного», — подумала, глядя на тяжело дышащего мужчину.

— Настя, будет лучше, если ты переоденешься в пижаму. Иначе я не знаю, что могу сделать, — сказал он, тяжело дыша.

Сердце мое растаяло, как масло, и я захотела бросить ему вызов: «Кто просил тебя остановиться?» — но знала, что это еще больше осложнит его положение.

Я просто не могла соблазнить его, пока он изо всех сил пытается сдержать данное мне обещание.

Как и подобает понимающей девушке, я кивнула головой и быстро пошла переодеваться.

Роман облегчённо вздохнул и пошел в комнату для гостей, чтобы принять холодный душ.

Я чуть не покраснела, увидев обнаженного по пояс мужчину, одетого лишь в чёрные ночные брюки и щеголяющего обнажённым торсом.

Теперь настала моя очередь взять себя в руки и притвориться, что я не извращенка. Но мысли постоянно обращались к чему-то соблазнительному и грязному.

Позже мы вместе легли в постель, и, как и в прошлую ночь, Роман остался до самого утра. Мы только обнимались и, к сожалению, больше ничего.

Пусть первое наше свидание не было проведено в роскошном дорогом отеле, оно всё равно было самым лучшим.

На следующее утро…

Я проснулась раньше Романа. Когда открыла глаза, первое, что увидела, было его лицо….

Его руки крепко обхватили мою талию, а наши ноги переплелись. Если бы не моя пижама, положение наше было бы достаточно интимным, чтобы у кого-то постороннего создалось впечатление, что мы уже что-то сделали…

Легкая улыбка расцвела на моем лице, и я не смогла удержаться, чтобы не поцеловать Романа в лоб, нежно расчесывая волосы, мечтая просыпаться так каждое утро.

— Ты даже не представляешь, как сильно я в тебя влюбилась, Роман. Теперь я даже не могу думать о своей жизни без тебя, — прошептала, все еще погруженная в свои мысли.

Даже я не могла поверить, что позволила мужчине приблизиться к себе так близко после того, как меня предали и обманули.

«Возможно, это и есть настоящая любовь, о которой брат говорил всякий раз, когда упоминал о себе и Полине,» — подумала я, а затем попыталась аккуратно освободиться от Романа, который обвился вокруг меня, как виноградная лоза.

Перед тем, как отправиться готовить завтрак для нас обоих, я на цыпочках прошла в ванную, чтобы освежиться, и осторожно закрыла за собой дверь.

Роман

Вчера мне потребовалось чертовски много самообладания, чтобы не сорвать с нее платье и не проглотить ее. Мы были так близко… так близко, чтобы сделать это, но обещание, данное Насте, заставило меня остановиться.

Закрывая дверь, она пропустила момент, когда я открыл глаза и мои губы изогнулись в счастливой улыбке.

В этот момент мне показалось, что в жизни произошел счастливый поворот.

Я проснулся почти час назад, но мне не хотелось будить свою спящую красавицу. Поэтому я просто свернулся калачиком и устроился поудобнее, продолжая наслаждаться ее теплом и ароматом.

Но кто бы мог подумать, что она признается мне, думая, что я сплю!! Этого я никак не ожидал!!

Когда мягкие, тонкие пальцы Насти пробежались по волосам, я почувствовал, как мое сердце забилось быстрей… И все же притворился спящим.

Я никогда не думал, что столь простое действие может быть таким интимным. Моя любимая действительно знает, как свести меня с ума.

Я был уже на седьмом небе, когда она начала баловать меня своими нежными касаниями. Но когда Настя призналась в своих чувствах, я почувствовал себя самым счастливым человеком во всей галактике.

«Тебе лучше поскорее открыто признаться мне, любовь моя. Иначе я сойду с ума от возбуждения», — подумал я.

Я продолжил притворяться, что все еще сплю, даже после того, как Настя пошла освежиться.

Я хотел, чтобы Настя разбудила меня. Ну, честно говоря, я действительно с нетерпением ждал, чтобы узнать, каково это, быть разбуженным единственной женщиной, которую любишь.

Тем временем Настя вышла из ванной в халате. А я почувствовал, как у меня пересохло в горле, когда ее запах коснулся моего носа. От нее исходил восхитительный клубнично-шоколадный аромат, и я осознал, что самообладание начинает таять буквально на глазах от этого пьянящего запаха.

«Проклятье!» — выругался я про себя.

Я так старался не открывать глаза, борясь с соблазном посмотреть на нее. Но желание взяло верх, и я украдкой, точно вор, взглянул на Настю из-под опущенных ресниц. То, что я увидел, заставило меня тут же пожалеть об этом. Ее халат был очень тонким, немного капель воды с влажных волос капали на ткань, и в результате этого он стал почти прозрачным.

Настя намеренно испытывает мое самообладание на прочность?

Анастасия

Я сразу заметила, что Роман уже не спит и тайком подглядывает за мной, и решила немного поозорничать.

«Значит, он хочет, чтобы я его разбудила. Хм?» — подумала я и, нарочно не обращая на него внимания, направилась к своему шкафу.

Роман надул губы, глядя на мою удаляющуюся фигуру. Я видела это, но никак не показала. Просто прошла на кухню и стала готовить завтрак. И только после того, как закончила готовить, пошла будить Романа, который, как оказалось, пока ждал меня, умудрился заснуть по-настоящему.

Я ласково улыбнулась ему, чмокнула в губы и уже собралась отойти, когда Роман резко притянул меня к себе, причём с такой силой, что я не удержала равновесие и рухнула прямо на него.

На лице мужчины расцвела широкая, самодовольная ухмылка от уха до уха.

— Роман!! — закричала я в шоке, балансируя на нем.

Он усмехнулся и перевернул меня, оказавшись сверху.

— Доброе утро, моя Незабудка — сказал он и поцеловал меня в лоб.

Я улыбнулась и обвила руками его шею.

— И тебе доброе утро, мой любимый, — радостно поприветствовала я его.

Пожалуй, я могу привыкнуть к подобным приветствиям.

— Знаешь, Настя, сегодня утром мне приснился чудесный сон. В моем сне ты делала мне предложение, пока я спал. — сказал он, уткнувшись лицом в мою шею, слегка покусывая ее.

Лицо мое покраснело, но я быстро взяла себя в руки и безразличным голосом ответила:

— Хм… хороший сон. Оригинально, ничего не скажешь.

Роман усмехнулся.

— Детка, я слышал, что утренние сны должны сбываться, — прошептал он мне в шею…

Поцеловал с такой нежностью и теплотой мои губы…. И я опять таяла, как мороженое.

Какое прекрасное и чудесное утро… Теперь я ждала, что и день будет прекрасным. Тем более что у меня много чего было запланировано.

Я добралась до детского дома. Я тратила большую часть своей зарплаты на покупку вещей для детей, и поскольку один из моих подопечных сегодня празднует свой день рождения, я заказала праздничный торт.

Когда я приехала, Никита уже ждал меня внутри. Он тоже накупил много вещей для всех детей и отдельно — подарок для маленькой именинницы.

Увидев, что я выхожу из машины, Никита подошел ко мне и помог с сумками.

— Ты опоздала, Незабудка, — поддразнил он меня. — Устала после долгой ночи, или как?

Я игриво шлепнула его по руке.

— Мы еще не такие кролики, как вы с Полиной, и пока не дошли до этой стадии отношений.

— Так что же, мой будущий шурин — человек старой закалки? — удивился Никита, а я в ответ лишь кивнула. — Но ты не волнуйся. Он станет главным кроликом после того, как оставит свое безбрачие. Такие, как он, самые опасные после того, как войдут во вкус. — продолжил Никита дразнить меня, заставляя меня стыдливо прикрыть глаза ладонью.

«Вот любит он меня дразнить!! Только вот насчёт Романа, скорее всего, он говорит правду, — подумала Настя. — Я ведь видела голод в глазах Романа каждый раз, когда мы оказывались в интимной обстановке».

Позже Никита и я вошли внутрь здания. Со стороны никто бы даже не подумал, что это приют для сирот, скорее уж пансионат для одарённых детей. У них были отдельные помещения для занятий, игр и отдыха. Когда дети вырастут, смогут выбрать ту область, в которой хотели бы дальше развиваться и строить карьеру. В зависимости от интересов, у каждого был разработан индивидуальный ежедневный график, учитывающий потребности ребёнка.

Если кто-то хочет заниматься спортом, то в основном проводит свое свободное время на открытых площадках.

Кто-то хочет стать исследователем, для них есть неплохие лаборатории, где они под присмотром преподавателей уже сейчас могут заниматься научной деятельностью.

Когда этим детям исполнится восемнадцать, они, точно птенцы, расправят крылья и вылетят из гнезда, чтобы жить своей собственной счастливой жизнью.

Этому приюту столько же лет, сколько и мне — мама основала его вскоре после моего рождения. Помимо нескольких зданий, на территории приюта имеется озеро, сад с множеством видов деревьев и даже небольшой огород. Всё это, если продать, будет стоить не один миллион.

И именно поэтому Зорины так непреклонны, пытаясь отнять его у нас.

Я проводила время с маленькими детьми, а потом зашла в тренировочный центр вместе с Никитой. Многие дети, особенно недавно прибывшие, только начали обучение, и я провела остаток своего времени с Никитой и директором этого заведения Петром Валерьевичем, помогая им тренироваться.

Проводя время с детьми, я чувствовала себя необычайно счастливой, однако всё равно не могла остаться здесь на весь день. Поэтому, в какой-то момент взглянув на настенные часы, повернулась к Никите и сообщила:

— А теперь я пойду. Мы с Романом решили совершить небольшое путешествие по Карелии.

— О!! Свидание? — тут же поддразнил Никита

— Не обращай внимания на своего придурка-братца… Иди и наслаждайся, дорогая, — радостно воскликнул Петр Валерьевич.

Но мало кто из них знал, что меня ждет.

Получив разрешение, я поспешно завела машину и поехала в сторону города, наполовину сосредоточившись на телефоне.

Я пыталась связаться с Романом, но его телефон был всё время занят.

— Дорогой, да почему же ты не отвечаешь, неужели не видно, кто звонит? — спросила я, пытаясь найти номер Аланы.

Поскольку я не думала о том, что на меня могут напасть, то не заметила тяжелый грузовик, следовавший за мной.

А он между тем постепенно увеличивал свою скорость.

Тем временем на перекрестке, прямо перед входом в тоннель, ко мне вплотную подъехал еще один грузовик.

Когда я добралась до перекрестка, грузовик, подъехавший с другой стороны, сделал стремительный занос, заставив меня внезапно вздрогнуть.

Затем, поняв, что сейчас самое подходящее время и я нахожусь в замешательстве, грузовик, следовавший за мной сзади, нанёс стремительный удар.

Роман

Я разговаривал по второй линии, когда мне позвонила Настя. Так как это был очень важный звонок, я не смог ответить сразу. Звонок длился более получаса, и когда я завершил его, то понял, что детка должна была уже приехать домой, однако её всё ещё не было.

«Наверное, она решила остаться в приюте?» — подумал я и набрал ее номер, однако в ответ услышал, как автоматический голос говорит: «Абонент вне зоны действия сети».

Я нахмурился и сразу же позвонил одному из своих друзей, попросив его проверить номер Насти. Друг-хакер не подвёл и довольно быстро выяснил, что телефон дезактивирован, скорее всего, по причине того, что его попросту разбили.

Получив эту информацию, я не мог не запаниковать.

Вскоре служба безопасности мне сообщила, что Настя попала в аварию и сейчас находится в больнице, доставленная туда скорой помощью.

Я почувствовал, как от волнения и страха немеют ноги. Но я все равно доеду до больницы. Не буду вызывать водителя, а доеду сам.

Я гнал, как сумасшедший. Наверное, все штрафы будут сегодня моими. Но оно того стоило.

Оставив машину на стоянке, я поспешно направился на ресепшен, где меня направили в палату.

Выйдя из лифта на этаже, я ошеломлённо замер, не в силах понять, что здесь происходит.

«Я мог войти не на тот этаж? Здесь все выглядит как кто-то уж слишком необычно… прямо вип-зона какая-то» — подумал я и уже собрался уходить.

Однако я остановился, и лицо мое омрачилось, когда я увидел знакомую фигуру, спешащую внутрь.

Это же Полина. Женщина, с которой Настя познакомила меня недавно в ресторане.

— Подруга Насти? Что она здесь делает? Значит ли это, что я попал на нужный этаж? — недоумевал я.

Прежде чем я успел подумать, что делать, ноги непроизвольно последовали за Полиной, чуть ли не бегом спешившей куда-то по коридору.

Сейчас я хотел только одного-увидеть свою девушку.

Спешащая Полина не заметила меня и сразу же вошла в холл, где Никита беспокойно расхаживал взад и вперед.

На одном из диванов сидел Иван Иванович Певзнер, известный в городе нейрохирург…

Увидев меня, Никита кивнул мне в знак приветствия и сказал:

— Проходи к ней, только недолго.

В больничной палате я снова застыл, увидев Настю в таком состоянии.

Все моё тело дрожало от гнева, а кровь кипела от желания убить людей, которые сделали это с моей Незабудкой.

Настя неподвижно лежала на кровати, лоб ее был забинтован, а прекрасное лицо — бледно, точно больничная простыня. На фоне бледных щёк крохотные царапины смотрелись жуткими кровавыми ранами. Также я заметил синяки на обеих руках и мелкие порезы, покрывающие ладони и пальцы.

Мне было очень больно видеть Настю такой.

Эти раны и синяки в конечном итоге исчезнут. В крайнем случае, всегда можно нанять пластического хирурга.

На самом деле, только получив информацию об аварии, я напредставлял себе жутких картин и ожидал, что состояние Насти будет намного хуже. Однако ей повезло, она не только каким-то чудом спаслась, но и пострадала не очень серьёзно.

Однако и это её состояние причиняло мне невыносимую душевную боль.

Я осторожно сел на стул рядом с кроватью и поцеловал тыльную сторону ладони своей любимой девочки.

— Я не оставлю тех людей, которые сделали это с тобой, детка, — пообещал я ей, и слеза скатилась с левого глаза.

Я погладил её по лицу и осторожно убрал выбившиеся пряди волос за ухо. Поцеловал в забинтованный лоб, а затем взял правую руку моей Незабудки и прижал ладонью к своей щеке.

Черт возьми!! Я становлюсь таким эмоциональным…

Я никогда не плакал и никогда не испытывал таких эмоций с тех пор, как умерла моя бабушка. Я поклялся себе, что останусь сильным, несмотря ни на что.

Однако эта клятва просто рассыпалась прахом, стоило мне увидеть Настю в таком состоянии.

Может быть, потому, что я никогда никого так не любил, как свою дорогую бабулю. А Настя оказалась первым человеком, которому удалось растопить лёд в моём сердце.

Поэтому вполне естественно, что я плакал. И был безмерно благодарен судьбе, что никто не видел меня таким.

Я продолжал оставаться в таком положении бог знает сколько времени. Казалось, прошла целая вечность, прежде чем Никита осторожно постучал в дверь.

— Роман, врачи хотят сделать кое-какие незначительные анализы. Они ждут снаружи. — сказал он низким голосом.

Я кивнул и встал. Несколько секунд смотрел на свою Незабудку и вздохнул. Я не хочу оставлять ее. Всё, что мне нужно — это остаться с ней.

Я наклонился и поцеловал Настю в лоб, прежде чем неохотно покинуть палату. Как только я вышел, Никита, Полина и несколько врачей вошли внутрь.

И если присутствие Никиты не вызывало вопросов, то вот Полина — совсем другое дело. Почему она идет внутрь, если она не врач?

Роман

— Полина на самом деле терапевт, она раньше работала в «Клиник-групп», — Объяснил мне Никита, выйдя вместе со мной из палаты. — В общем, Полина оставила свою карьеру врача и стала моей помощницей. Но она все еще практикует и всякий раз, когда помощь нужна мне или моим родственникам, подсказывает и помогает.

— В досье, которое мне собрали на Настю, как я понимаю, нет даже одной трети информации о том, кто же такая на самом деле моя Незабудка!

— Друг, ты сам догадался, или подсказал кто? — усмехнулся Никита. — Есть так много вещей о Настене, которые ты еще не знаешь, особенно о ее прошлом. Может быть, я и не расскажу всего о сестре, но в общих чертах обрисовать положение дел могу…

Я перебил Никиту прежде, чем он закончил фразу.

— Неважно, кем она была в прошлом, она все еще та Настя, которую я знаю и люблю. Так что даже не думай, что я передумаю. — Уверенно заявил я.

Никита поднял бровь и спросил:

— А что если это что-то опасное для жизни? Я хочу предупредить тебя, прежде чем вручить тебе свою сестру. Если ты захочешь полностью войти в жизнь Незабудки, дело может даже дойти до того, что тебя попытаются убить.

Я изобразил серьезное выражение лица, такое же как и у Морозова, и ответил:

— Друг, ты думаешь, я боюсь опасностей? Я уже прошел через это и не отступлю, даже если мне придется столкнуться с этим снова, — я подал руку Никите для рукопожатия, и тот с готовностью принял её. — Так что не думай обо мне как о трусе. Я люблю Настю всем сердцем, и меня не назовут мужчиной, если я не смогу защитить свою женщину.

Никита одобрительно кивнул.

— Тогда я должен рассказать тебе, какой была жизнь Настены, — сказал он.

— Рассказывай.

— Вряд ли Настя расскажет тебе о наших врагах. Моя сестра все еще думает, что ты — исполнитель проекта, и не хочет рисковать твоей жизнью. — объяснил Никита.

— Я собирался признаться ей завтра. И даже подумывал о том, чтобы отказаться от должности генерального директора ради Насти, если её не устроит моё высокое положение.

Никита широко раскрыл глаза от удивления.

— Завтра, ну, да. А ты не думал, Роман, что завтра не наступит никогда? — спросил он меня. Ты все еще обдумываешь эту идею?

— Да, конечно. Как я уже сказал, что бы я ни узнал сегодня, это ничего не изменит, а просто откроет мне жизнь Насти и покажет, как сильно она нуждается в моей защите, — сказал я, бросив взгляд на больничную палату моей любимой Незабудки.

— Как думаешь, я мог бы настоять на том, чтобы ты не покидал пост генерального директора? — поинтересовался Никита.

— Но Настя?… — я уже собирался высказать свою точку зрения, когда Никита перебил меня.

— Она обладает очень острым умом. Ты даже не представляешь, что она сделала, когда ей было семнадцать лет. Как она провернула сделки по железной дороге так, чтобы акции остались в нашей семье и лишь какая-то часть принадлежала уже государству. Незабудка — гений, но не в махинациях, а именно в правильном русле. Она ведет дела так, что ты удивишься, как я когда-то. Я до сих пор иногда спрашиваю ее совета. Она по-прежнему является крупнейшим акционером многих наших корпораций. Кроме того, у нее до сих пор есть много активов, которые приносят ей деньги.

Я согласно кивнул. Девочка моя полна сюрпризов.

— Позволь мне облегчить тебе задачу. Хотя я не могу рассказать тебе все о ее жизни, по крайней мере, я могу дать тебе некоторые ограниченные сведения, — заявил Никита и наклонился ближе ко мне.

— На той дороге в автокатастрофе якобы погибла и Настена — в глазах врагов она мертва. Тем не менее есть вероятность, что они могут узнать о ней, если она часто будет появляться в свете. Но это еще не все. Мне придется сделать так, чтоб Незабудку на время забыли… Сам понимаешь, это будет непросто… Необходимо организовать всё так, чтобы она жила далеко от всяких тусовок.

— Я все прекрасно понимаю.

— И если сейчас наши враги узнают, что Настена не погибла в катастрофе… Боюсь, что она будет в опасности. Незабудка уже пережила много сердечных болей и травм, и ей определенно нужна мирная и свободная от стрессов жизнь, чтобы вернуться в нормальное состояние. Никаких тусовок с богатыми людьми, посещения крупных мероприятий и становления светской львицей посредством брака с богачом — всё это определённо подвергнет её жизнь опасности.

Я решил для себя, что моя Незабудка не будет встречается с той жизнью и тяжело вздохнул.

Как только человек познает вкус власти, он становится зависимым от нее и жаждет большего. Иногда это может заставить его делать страшные вещи. А если ее враги узнали о моей девочке такое, что могло бы им дать дополнительную власть над ней? Да я порешу их всех. Расчленю.

Я был зол как никогда.

Так что, возможно, именно по этой причине она не хочет, чтобы ее спутником жизни был кто-то, кто уже богат, ведь он имеет власть и деньги, а она по просто боится, что ее снова ждет боль.

— Я понял. Но я могу отказаться от должности генерального директора и оставаться незаметным, как и она, и тем самым защитить ее от того, чтобы ее заметили. Более того, я могу показать ей, что для меня нет ничего важнее нее. Это положит конец ее неуверенности в себе. Разве это не беспроигрышная ситуация? — Спросил я

— Ты тоже правильно мыслишь, Роман. Я этого не отрицаю и, честно говоря, очень благодарен судьбе за то, что Незабудка встретила кого-то вроде тебя. Однако ты просто думаешь о ее счастье, а я анализирую общую картину. Я думаю о том, как защитить ее.

— Я понимаю, Никита.

— Ни хрена ты не понимаешь, потому что не знаешь, какой силой обладают ее враги. Она не может прятаться вечно. И как только они узнают, что она жива, у нас даже не будет времени убежать. Поэтому, когда они совершат внезапную атаку, Насте понадобится вся возможная поддержка. Поэтому для нее будет лучше, если ты останешься генеральным директором.

— Хорошо, я понял.

— Более того, ты заслуживаешь этого места больше, чем твой брат Михаил. Это не то, чем можно просто пожертвовать. И если ты действительно хочешь защитить Настену, просто держи ваши отношения в секрете, пока проблемы не решатся, — сказал Никита.

— Я подумаю об этом, Никита. Спасибо, — ответил я и дружелюбно толкнул плечом Морозова, как часто раньше делал с Адамом.

Кстати про Адама…

— Никита, кое о чём я всё же хотел бы знать относительно прошлого нашей Незабудки.

— О чем?

— Про неё и Адама.

— Ты не в курсе, что они должны были пожениться? Их свадьба была чуть ли не самым громким событием в городе. Все сливки приехали тогда…

— Но я ничего не знал, их свадьба прошла мимо меня. А я ведь был близко знаком с семьей Адама и Аланы…

— Ну, видимо, тебя решили не приглашать. Не знаю я, Роман, всех подробностей. Ну, так вот, на вечере Настена увидела, как Адам переспал с какой-то шалавой. Незабудка убежала, родители, естественно, последовали за ней. А потом случилась авария. Настя спаслась тогда лишь чудом.

— Но почему тогда об этом Алана не знала?

— Она не присутствовала на том вечере, в больнице вроде лежала. А может нет? Не знаю я их тайны мадридского двора. В любом случае, несмотря на то, что Адам всегда был очень близок с сестрой, ему не хватило смелости признаться ей в причине отмены свадьбы.

— Я совершенно не удивлен, Адам всегда был трусом. Даже в детстве.

Роман

Настену выписали через несколько дней. И мы, как и планировалось ранее, поехали к Белому морю и с удовольствием проводили время друг с другом.

После того как Настя с величайшей осторожностью приняла ванну, я настоял на том, чтобы помочь ей нанести лекарство на ушибы.

Хотя детка немного застенчива, она не могла отказаться, ведь у нее есть несколько синяков на спине, да и плечо не восстановилось достаточно, чтобы она могла дотянуться.

Я начал наносить крем, стараясь, чтобы мои прикосновения были нежными и теплыми, и девочка начала привыкать ко мне. Я очень боялся, что причиню ей боль, если отвлекусь хоть на мгновение. А отвлечься очень хотелось, настолько она была соблазнительна — так и хотелось её съесть. Но ничего не оставалось, как ждать подходящего момента. Хотя мы и стали достаточно близки, я желал, чтобы первый раз Насти был красивым и запоминающимся. И не хотел, чтобы она пожалела о том, что отдала мне свою девственность.

Позже я сменил ей повязку на лбу и сделал массаж лодыжки, чтобы облегчить боль, вызванную растяжением связок.

— Дорогой, ты так профессионально меняешь повязки и делаешь массаж… — поддразнила меня Настя, пока я заставлял ее делать упражнения для лодыжек.

Я усмехнулся и начал ласкать ее ногу, которая теперь покоилась у меня на коленях, Настя вздрогнула от щекотки, а затем забавно надулась, пытаясь не смеяться.

Я весело рассмеялся, когда увидел ее надутое лицо, ущипнул ее за щеку и поцеловал в лоб.

— Моя мать научила меня всему. А ещё, будучи подростком, я проходил обучение в летнем лагере, — объяснил я.

После мы сидели на диване, обнимая друг друга.

Я представил картину, что мы с Настей живем вместе: она печет мое любимое печенье и варит суп на электрической плите.

В данный момент наш ужин был уже приготовлен — я привез его из ресторана. Но завтра мы с Настей непременно приготовим завтрак и обед вместе.

Позже мы закончили свой ужин во внутреннем дворике с видом на озеро. Это было так умиротворяюще, что вскоре детка начала зевать.

Я усмехнулся и отнес ее обратно на кровать, но прежде чем уложить, поправил подушку под ее головой и ногой.

Устроив Настю достаточно удобно, я накрыл ее белым меховым одеялом.

— Милая, я сейчас пойду по видеосвязи пообщаюсь по работе. Скорее всего это займет много времени. Так что не жди меня и спи. Пусть тебе приснится что-нибудь хорошее.

Я отправился во внутренний дворик и позвонил по видеосвязи Данилу, который теперь отвечал за посещение деловых встреч и заботу о многих других насущных вещах.

Сегодня Данил поведал мне, что под концерн стали копать, да никто иной, как дядя Насти.

Это было фактически объявление войны. Только вот прежде чем начинать эту войну, мне необходимо было разобраться с одним крайне важным вопросом. Так что, пока разговаривал с Данилом, я твёрдо решил признаться Насте, что являюсь генеральным директором «Интеграла». Только вот духу сообщить об этом лично у меня точно не хватит — слишком боялся её реакции. Поэтому ограничился смс.

По крайней мере, у неё будет время всё хорошенько обдумать, прежде чем мы встретимся лицом к лицу, и я услышу свой приговор.

Анастасия

Моргнув, я огляделась по сторонам и наконец сосредоточила взгляд на Романе.

— Ты вернулся, — сказала я и обняла его.

Он замер. Видимо, не ожидал, что я буду вести себя так, как будто все нормально.

Возможно, Роман думал, что я на него рассержусь.

Да, я получила его письмо, в котором он мне признался, что он мой любимый мужчина и есть генеральный директор концерна.

Однако то, чему Роман стал свидетелем, было полностью противоположно тому, что он ожидал.

Я невольно обняла его и поцеловала в лоб.

Да, я узнала правду… но также я знала, что не должна принимать решения без надлежащего общения. Я не сомневалась, что со мной Рома будет честным и не поступит так, как Адам. Да, он солгал мне, но наверняка у него для этого были веские причины.

Каким-то чудом мне удалось заставить себя не воспринимать это как предательство с его стороны, а попытаться понять.

— Тебе пришло мое сообщение? — осторожно спросил любимый.

— Хм, — коротко ответила я, но губы мои были плотно сжаты.

Я хотела, чтобы мой мужчина заговорил и выплеснул весь страх, который испытывает из-за своей тайны.

— Детка, разве… разве ты не узнала… я признался… Ты же видела, что я тебе написал? — Рома изо всех сил старался скрыть свой страх, но у него ничего не вышло.

— О том, что я прочитала в твоем смс? То, что ты Роман Михайлович и есть генеральный директор корпорации «Интеграл-Е»? Это то, о чем ты хотел спросить меня?

— Да… Да… Я дума…

Он уже готов закончить свою фразу, но я перебила его, когда мне стало невыносимо видеть его в таком состоянии.

Да, я не стану лгать, что не была разочарована и расстроена, когда узнала. Но, хорошенько подумав, поняла, что он сделал это ненамеренно.

Он послал мне сообщение и дал достаточно времени, чтобы подумать обо всем, принимая во внимание все «за» и «против».

Если бы Роман рассказал мне правду лично, все могло бы быть немного иначе. Я могла бы отреагировать намного острее и обидеть его — это было вполне естественно для любого человека в стрессовой ситуации: под влиянием момента и негативных чувств мы утрачиваем способность мыслить разумно. Вот почему случаются ссоры, за которыми следуют сожаления и разбитое сердце.

Но теперь, когда Роман дал мне достаточно времени подумать, я совершенно спокойна и уверена в том, что он не такой, как Адам … Пусть Роман и обманул меня, но не предал.

Мы разорвали наши объятия…

Любимый посмотрел на меня тяжелым взглядом, в его глазах я увидела боль. Он сожалел о своём обмане.

— Ну, да. Я узнала об этом, Адам и ты написали сообщения почти одновременно, — произнесла я и замерла в ожидании его следующего вопроса.

— И ты не сердишься на меня? — Спросил Роман в замешательстве, заметив спокойствие в моих глазах.

— А должна ли? — в свою очередь спросила я, обхватив ладонями его лицо и глядя прямо в глаза.

Роман

Вот оно! Я больше не мог контролировать свои эмоции, и плотина, которую я построил, чтобы скрыть их, рухнула в мгновение ока, и я стал обычным мужчиной, которому нужны любовь и утешение от любимой женщины.

Я порывисто обнял Настю, и теперь мы оба стояли на коленях на полу, тесно прижавшись друг к другу.

— Когда я увидел тебя на корпоративе, буквально потерял голову и начал вдохновенно лгать, даже не думая о последствиях. Всё, что меня волновало: как будет хорошо заполучить себе такую замечательную и интересную женщину, как ты.

— Любимый, — Настя лишь крепче обняла меня, я же продолжил говорить.

— Так вот, недолго думая, я сразу же предложил тебе прийти в «Интеграл» на собеседование. Но, милая моя, комиссия самостоятельно приняла решение взять тебя в компанию. А я всего лишь попросил Алану обратить на тебя особое внимание.

— Рома, я всё понимаю и ни в чём тебя не виню.

— Это ещё не всё, — покачал я головой. — Что касается Адама и нашего с ним спора. Мне совершенно не понравилось, как он пытался снова тебя завоевать. Но я вмешался не потому, что хотел на его фоне выглядеть хорошим парнем, а просто чтобы помочь тебе. Потому что уже тогда был уверен, что это правильно. А потом я узнал, что вы с ним чуть не поженились, и это меня несказанно удивило. Каждый раз, когда я видел вас вместе, вы оба были так спокойны, словно незнакомцы, между которыми нет тягостного прошлого.

— Конечно, я была спокойна. Ведь всё это давно прошло. Правда, я помню, что упомянула, как в школе натерпелась издевательств от Адама, точнее, от его гарема. А о том, что мы чуть с ним не поженились, мне просто не хотелось говорить.

— К слову, я никогда не собирался преследовать тебя, — продолжил я свою оправдательную речь. — Я не планировал заставлять тебя вступать со мной в отношения. Личность свою я скрыл по глупости, а потом признаваться было уже поздно, да и не знал я, как правильно об этом рассказать.

— Я видела, что у тебя есть тайны, — заверила меня Настя. — Но я боялась рассказать о своих, поэтому делала вид, что не замечаю твою скрытность. В общем, скажем так, мы квиты.

— Тогда, в ресторане, на нашем первом свидании, после того как ты решила дать мне шанс, я пытался признаться во всём, — начав свою исповедь, я уже не мог остановиться, пока не выскажу всё, что накопилось в душе. — Но твоя подруга Полина все испортила своим появлением. А меня одолели сомнения. Я задался вопросом: почему ты ненавидишь богатых людей, когда у тебя есть кто-то из этого круга в качестве лучшего друга? Я не мог рисковать, не зная всей истории. В конце концов, ты — единственная любовь в моей жизни. И я не мог тебя потерять.

— Да, Полина та еще штучка, — хихикнула Настя. — Она умеет подать себя так, что ты невольно начинаешь восхищаться ею.

Я кивнул и продолжил:

— Проведя небольшое исследование твоей семьи, я узнал о Зориных и решил, что они — та причина, по которой ты не любишь богатых людей. И поскольку сам я нисколько на них не похож, то решил, что ты не отвергнешь меня сразу, поэтому попытался признаться за ужином у тебя дома, но так и не смог набраться смелости. А на следующий день Алана нас рассорила… Я испугался, что ты больше не заговоришь со мной. А потом я узнал о вашем детском дом и о твоих проблемах, связанных с ним, и понял, что простое признание ничего не изменит и я должен придумать какое-то другое решение.

— Да, мы оба ошибок натворили…

— Когда мы общались с Никитой, я сказал ему, что откажусь от должности генерального директора, если тебя не устраивает мое положение. Мне это казалось прекрасным решением, поэтому я собрал всю свою уверенность и приготовился признаться тебе после нашего разговора в моем кабинете. Однако звезды были не на нашей стороне, и ты попала в аварию.

— Я тоже виновата. Мне стоило раньше тебе рассказать о том, что дядя пытался уничтожить меня. Как мы предполагаем с Никитой, перерезанный шланг у тормозов на машине — это его рук дело.

— Это вполне возможно. К слову, именно Никита рассказал мне о твоём совместном прошлом с Адамом и причине вашего расставания. И мне стало еще страшнее, когда я начал сравнивать ложь, которую я говорил тебе, с тем, что сделал Адам в прошлом. Я почувствовал, что мы очень похожи, и мне стали сниться кошмары о том, что я могу потерять тебя. Но всё равно после того, как ты очнулась, я хотел во всём признаться, однако, принимая во внимание твою травму головы, решил отложить этот разговор до твоего выздоровления.

— Повторюсь, у каждого из нас были свои тайны.

— Настя, я должен признаться в ещё одном скелете в моем шкафу. Только не осуждай меня, детка. Когда-то я думал, что влюблен в прекрасную девушку, чистого, светлого ангела. Её звали Светлана. Мы собирались пожениться. Я купил для нее вот этот кулон, который ты сейчас носишь. Но я ей его не подарил и даже не показывал, потому что узнал, что она наркозависима. Родители положили ее в больницу, где она до сих пор и находится.

Анастасия

Я внимательно слушала, слегка улыбаясь. Видно, я не ошиблась в своем возлюбленном. Он не обманул меня, как это сделал Адам.

Роман увидел боль, которая мелькнула и испарилась в моих глазах. Поджал губы, взял меня за руку и поцеловал тыльную сторону ладони, прежде чем крепко прижать ее к своему лицу.

— Я знаю, что был неправ, когда подошел к тебе в первый раз, детка. Но я не мог себя контролировать, поверь мне. Я так сильно люблю тебя, что мой разум и сердце часто пребывали в смятении.

— Я тоже с тобой сама не своя. Хотя, знаешь, у меня, наверное, частичная амнезия. И то, что ты сейчас говорил, это всё было как бы не со мной, а с кем-то другим. Другой Настей.

— Прости меня, прости меня, малышка. Я знаю, что не заслуживаю такой девушки, как ты, но, пожалуйста….. — он умолял, и его глаза наполнились слезами.

Роман взял мою руку и положил себе на грудь прямо над сердцем.

— Ты простишь меня? — повторил он, когда слеза скатилась по его лицу и упала на запястье.

Мгновение, и я тоже разрыдалась.

Я провела пальцами по его волосам, придвинулась ближе и обняла Романа за талию. Его уши лежали на моей груди, и он мог слышать тяжелое биение моего сердца.

— Не за что прощать, любимый. Потому что ты не совершил никакого большого греха. Для всех нас естественно лгать, и это известный факт, что мы склонны потакать своим эгоистичным желаниям. Никто не совершенен. Тем более что тогда ты даже не знал, через что я прошла прежде. Поэтому я не могу винить тебя за то, что ты так поступил.

— Детка, ты самое лучшее, что случилось в моей жизни.

— И я понимаю, сколько мужества нужно, чтобы признаться в чем-то, что может разлучить тебя с твоим счастьем. Я не заслуживаю права злиться на тебя и критиковать, ведь сама делаю то же самое. Честно говоря, ты очень смелый, что решился на признание. Как бы я ни старалась, я не смогу этого сделать — у меня есть секреты гораздо серьезнее, чем твои. Но я люблю тебя, дорогой. А это значит, что не оставлю тебя. Когда ты готов даже рисковать жизнью ради меня, как я могу не пойти на такую простую жертву ради тебя и не изменить своим убеждениям? Я знаю, Ник предупреждал тебя, что может случиться, если ты войдешь в мою жизнь, но ты без колебаний оставался рядом со мной все эти дни, — эмоционально проговорила я, обнимая его, и слезы текли по моему лицу.

— Незабудка, это чудо, что ты вошла в мою жизнь. Я не достоин такой девушки, как ты.

— А как я могла заполучить такого мужчину, как ты? И как ты мог подумать, что я оставлю лучшее благословение, которое дал мне Бог? Никогда, — сказала, плача и улыбаясь одновременно.

Он вытер мои слезы и поцеловал в глаза.

— Я тоже люблю тебя, и это значит, что я готов сделать для тебя все. И я ничем не пожертвовал. Даже если бы и пожертвовал, это полностью стоит такой замечательной и понимающей женщины, как ты, — твёрдо сказал Роман, целуя моё лицо. — И нет необходимости рисковать чем-либо ради наших отношений. Я обещаю, что встану между тобой и твоими врагами, чтобы защитить. И я не позволю никому раскрыть твои секреты. С тобой ничего не случится, обещаю.

Я благодарно кивнула, и наши заплаканные глаза встретились, когда мы пристально смотрели друг на друга. Непостижимые эмоции и неизмеримая любовь переполняли нас. В этот момент наши сердца и души идеально синхронизировались, губы столкнулись друг с другом, и мы слились в яростном и страстном поцелуе.

— Ты навещаешь её? — спросила я, как только мы завершили чувственный танец наших губ.

Ответить Роман не успел, так как кто-то постучал в дверь.

Адам

После того, как я отправил Насте сделанные фотографии, я был в полном восторге. Кто молодец, я молодец. Сейчас они ссорятся.

А я приду и утешу Настеньку. Фото, где Светлана и Роман целовались. Его девушка, которая сейчас проходит лечение в больнице для душевнобольных и они расстались из-за ее пристрастности к запрещенным препаратам …

И также я написал Настеньке, что Роман генеральный директор…

Я не мог удержаться, чтобы не наблюдать за разворачивающейся драмой.

Дорогая ты очень доверяла ему и пренебрегала мной, как будто я был отбросом по сравнению с ним. Но я очень любил тебя и никогда не видел другой женщины так, как смотрел на тебя. Однако ты предпочла мне друга. Пусть он был мне братом, но ты нас разделила…

Только ты виновата. Тебе нет прощения детка. Ты бросила меня на свадьбе. И это ты сама виновата, что твои родители погибли, а ты осталась на этой земле. Собственными руками можно сказать что ты их убила. Подумал я ухмыльнулся.

Не дожидаясь в мотеле их возвращения, взял мотоцикл и помчался к хижине, где сейчас они остановились.

Зная о телохранителях, присматривающих за Настенькой, я держался на безопасном расстоянии и ждал, когда Роман войдет в хижину.

Прошло пять минут, и вскоре миновало полчаса. Однако никто из них не выходил из домика.

Когда пара расстается, разве не естественно ожидать, что хотя бы один из них покинет это место? Однако в данном случае этого не произошло, что заставило мою тревогу подняться выше.

Роман что-то сделал с Настенькой … задался вопросом я. Не в силах больше сдерживать себя, поспешно подошел к хижине и постучал в дверь.

Роман

Серия поспешных стуков встревожила нас, так что я не успел ответить на вопрос Насти. Я уже знал, что это Адам — мои люди сообщили мне, когда я возвращался в хижину, что он пробрался на территорию.

Я не видел никакой серьезной угрозы со стороны этого высокомерного дурака, поэтому приказал своим людям не предпринимать каких-либо действий против Адама, если тот, конечно, не подойдет к хижине во время моего отсутствия. Но поскольку я сейчас находился с Настей, мои телохранители отступили, позволяя нам уединиться и тем самым освобождая ему путь к нам.

— Хм… Я пойду и проверю, кто это, — сказала Настя, осторожно вставая.

От меня не укрылось, что она испытывала боль — та тенью легла на лицо моей девочки.

— Я принесу компрессионную повязку для твоей лодыжки. Подожди минутку, — попросил я и заставил Настю сесть, а сам быстро прошел в спальню.

Но неутихающий стук начал раздражать Настю, и она, не удержавшись, всё же пошла открывать дверь.

Я выглянул из спальни… И, естественно, обнаружил на пороге Адама Раевского собственной персоной.

Адам

— Что ты здесь делаешь? — насмешливо спросила Настенька.

Я внимательно рассматривал её. Опухшие глаза, красный нос и бледное лицо. Кто же это сделал с тобой, детка?

Медленно мой взгляд опустился на ее тело. Тонкий свитер и хлопковые шорты. Зрелище, на которое стоит посмотреть! Я почувствовал, как мой рот наполнился слюной, а в паху медленно начало нарастать возбуждение.

Однако слишком очевидно, что Настя сильно плакала. А заметив следы укусов на ее нежных губах, я не мог не предположить, что Роман принуждал ее к близости.

Она выглядит такой соблазнительной… Я бы тоже на его месте так поступил. Трудно устоять перед такой красоткой, особенно когда она одета столь вызывающе.

«Роман уже сделал это с ней! Жаль, что она не выбрала меня. Но ничего страшного, все равно она будет моей», — подумал я, а вслух проговорил:

— Я же говорил тебе, Настенька. Я просил тебя дать мне шанс. Но ты пошла к нему, как будто он величайший в мире джентльмен. Но видишь, что произошло? — Я ухмыльнулся и даже выдержал небольшую паузу, чтобы дать ей возможность ответить, когда же она промолчала, продолжил: — Теперь тебя ждут одни сплошные страдания. Но не стоит беспокоиться, детка. Ты еще можешь уйти от него, пока он не довел тебя до безумия своей любовью и не бросил в психушку.

— Ты что-то напутал, Адам. О чем ты вообще? Тебя манерам не учили?

— Видишь, какой беспомощной ты стала из-за того, что доверилась не тому человеку? Последствия у этого будут крайне неблагоприятными. Но не волнуйся, дорогая, я всегда рядом с тобой. Все, что тебе нужно сделать, это извиниться передо мной, поклонившись мне в ноги. И я подумаю о том, чтобы снова взять тебя в свой проект и в свою постель в качестве любовницы. — заявил я, высокомерно глядя на нее.

Анастасия.

Я была в плохом настроении из-за его слов. Нет, я была не просто сердита, мой гнев за считанные секунды достиг пика, и я дала Адаму звонкую пощечину.

— О чем, ты говорил? — с ядовитой насмешкой спросила я. — Ты не тот человек, которому стоит доверять. Самая главная моя ошибка — довериться тебе несколько лет назад. Ты оказался предателем. Так что посмей ещё хоть слово плохое сказать о Романе или заявить, что хочешь, чтобы я была твоей любовницей, и ты увидишь конец своих гипотетических долго и счастливо, — пригрозила я, внушая ему всепоглощающий страх.

— Настенька… ты не права. Я не то хотел сказать…

— Ты ничтожен, Адам. Твое чертово появление не только нарушило мой чудесный отдых с Романом, но и испортило мне настроение, заставив слушать, как какой-то идиот сквернословит обо мне. И, да, я никогда не винила тебя в смерти моих родителей. Мы оба были глупыми подростками… Но ты так и остался им, эгоистичный, самовлюблённый идиот, который думает только о себе, — вспылила я.

Адам

Я почувствовал, как моя щека запылала от боли, а когда рефлекторно коснулся её, то, казалось, даже ощутил след, оставленный ладонью Насти. Горячо…

Как она посмела поднять на меня руку?!!

— Разве ты не видела фотографии, которые я тебе прислал? — спросил я, будучи больше не в силах выносить подобное отношение к себе.

У нее хватило наглости унизить меня дважды! Эта девка совсем потеряла стыд. Это она, самовлюблённая идиотка, не понимает своего счастья в моём лице.

— О каких гребаных фотографиях ты говоришь? А? — раздраженно спросила Настя.

Но скорей всего Настенька больше злится из-за того, что мы с Романом спорили на нее, чем из-за того, что я попросил ее стать любовницей.

Роман, только что вернувшийся в гостиную, обнял Настю сзади, защищая от меня, и поцеловал ее манящую шею. А ведь это должен делать я!

Роман провел пальцами по ее обнаженной руке, протягивая телефон.

Настенька мгновенно обмякла в объятиях Романа, мило улыбаясь ему. А я чуть ли не заскрежетал зубами…

— Дорогой, ты такой красивый тут на фото.

Я почувствовал себя так, словно опять получил затрещину, причём даже более сильную, чем предыдущая, настолько огорошили меня нежные слова Настеньки, предназначенные Роману.

«Наверняка она ничего не знает о фотографиях и потому не понимает, насколько он лжив и лицемерен, — подумал я. — А значит, у меня еще есть надежда удовлетворить свое самолюбие. Я смогу их рассорить!»

Тем временем Настенька смотрела на фотографии.

— Светлана выглядит такой жалкой. Надеюсь, она скоро поправится, — сказала она Роману глядя на него и совершенно не обращая внимания на меня.

Она знала о них?!! Знала, что Светлана лежит в больнице и кем приходится Роману?

Какое заклинание Роман применил к Насте, что она так безоглядно влюбилась в него?

«Нет, скорее всего, Роман просто солгал о причине состояния Светланы», — подумал я, и тут же озвучил эту мысль вслух.

— Настенька, он солгал тебе. Он — причина ужасного положения Светланы. А ещё он не просто менеджер проекта, как ты думала. Он и есть генеральный директор корпорации «Интеграл — E». А я, как ты знаешь, её вице-президент.

— Я знаю, кто он, Адам!. И, да, я помню, что ты представился обычным руководителем, типо ты — «босс», — сделала воздушные кавычки Настенька на последнем слове. — И это не твое дело, является ли он причиной бедственного положения Светланы или нет.

Я стиснул зубы и закричал:

— Настенька, разве тебе нравилось, что я был выше тебя по положению? А Роман еще выше, его отец — заместитель губернатора.

Настенька в ответ лишь закатила глаза, чем окончательно вывела меня из себя.

— Это просто смешно. Разве ты отклонила мое предложение не только из-за этого? — спросил я.

— Адам, ты бы за собой следил и за своими поступками. И тебе лучше послушать меня и убраться отсюда. Иначе я попрошу своих людей, чтобы они силой выставили тебя отсюда, — пригрозил Роман.

— Чтобы ты мог использовать Настеньку и бросить ее потом? — спросил я, а затем перевёл взгляд на девушку. — Настенька, ты будешь страдать. Быть девушкой генерального директора очень нелегко. Ты с этим не справишься.

— О? С каких пор ты начал заботиться обо мне?

— Настенька, ты не понимаешь. Когда я сказал, что ты не можешь с этим справиться, я именно это имел в виду. Ты просто не сможешь, поняла?

Анастасия

Адам произносили все эти отвратительные слова тем же тоном, что и раньше, когда делал мне непристойные предложения. Как же он жалок и смешон…

Роман слишком опекал меня, когда скрывал свою власть генерального директора. Но теперь все изменилось. Я уверена, Роман без колебаний вызовет Адама на, скажем так, поединок чести. И выкинет его как из круга своих друзей, так и из вице-президентов корпорации. Уверена, Роман слышал, как Адам предложил мне стать его любовницей, а не женой.

— Да?! Как ты сказал? Она не может с этим справиться? Ты уверен? — раздался голос от двери.

Мы с Романом обменялись растерянными взглядами, прежде чем переключить свое внимание на новое действующее лицо.

В ту же секунду из ночных теней на свет вышел Никита, и на его губах плясала улыбка.

Я закатила глаза. Всё это время мне было интересно, почему брат так долго не навещает меня. И вот он, точно прочитав мои мысли, оказался здесь.

Адам

Я был ошеломлён. Никита Морозов здесь!

Известный генеральный директор корпорации «Мир Вкусностей» и владелец, так сказать, заводов, самолётов и пароходов.

Что он здесь делает?

Теперь не один, а целых два дьявола стояли передо мной. И я совершенно не понимал, что здесь происходит.

— Ты можешь справиться с этим, Настена? — дразняще спросил Никита, не обращая внимания на меня и подойдя к Настеньке, чтобы нежно обнять ее.

Я ничего не понимал. Почему Морозов так тепло обращается к Настеньке? Они тут точно все сговорились! И это мне совершенно не нравилось.

Роман

Я по-детски закатил глаза.

Прошло всего несколько дней, а он уже здесь! Когда мы с Настей поженимся, Никита может даже неожиданно появиться во время медового месяца. Кто знает? И ведь аргумент, что он переживает за сестру, будет главным.

Он также может стать причиной, по которой мы даже не сможем поработать над созданием детей!!

— Что ты такое говоришь, Ник? Конечно, моя малышка справится. В конце концов, она терпела своего слишком заботливого брата-гендиректора, и нет ничего страшного в том, чтобы полюбить такого заботливого и нежного парня-гендиректора, — произнёс я, целуя свою Незабудку.

Полина, которая вскоре появилась вслед за своим парнем, поспешила извиниться за него:

— Прости Роман, я пыталась помешать этому чрезмерно заботливому брату испортить тебе отпуск, но не смогла. Ты же знаешь, какой он.

Адам

Я не мог не смотреть на этих четверых и пребывал в шоке. По тому, как они говорили, чувствовалось, что они очень хорошо знают друг друга. Я ничего не понимал. Когда же они успели так сдружиться? Мне то самому приходилось много усилий приложить, чтоб Роман стал мне как брат. И теперь, видимо, я потерял всё: и девушку, и брата.

— Что… что ты только что сказала? — дрогнувшим голосом спросил я Полину.

— Конечно, Настена справится с этим. Она ведь сестра генерального директора и, вообще-то, сама когда-то была генеральным директором. — объяснила она, прежде чем коротко обнять Настю и Романа.

Вот и все.

Я буквально физически почувствовал, как замкнуло нейроны в моём мозгу, и я уже не мог отличить, что является воображением, а что — правдой. Да, я был знаком с семьей Насти. Но никогда не знал, что Никита Морозов — её брат. И уж тем более понятия не имел, что она когда-то была генеральным директором.

Мне казалось, что я попал в какую-то совершенно новую вселенную, и чувствовал, что вот-вот сойду с ума.

Я упал на колени, чувствуя себя ошеломленным. Кажется, даже рассудок могу потерять от шока. Ведь один из главных аспектов, который понравился в Настеньке — это её простота и невинность. Она — прекрасная нимфа. Та, что предназначена только для меня. Да, именно для меня. Ну, да, я в прошлом накосячил, но я был молод! А Настеньке надо было меня простить. Но она убежала с собственной свадьбы и всё пошло наперекосяк.

Ладно, плевать на то, что произошло тогда, это ничего не меняет. Но сейчас, когда мы встретились спустя несколько лет, Настенька должна была понять и простить. Девочка осталась все такой же неискушенной, настоящее совершенство… А теперь оказывается, что она знает о мире богатых и знаменитых и их методах взбираться на самых верх.

Я думал, что смогу сам взять верх над ней. Я хотел жениться на Настеньке, потому что она мне во всех смыслах подходила. Я был уверен, что смогу её перевоспитать! А она выбрала Романа… Забавно, она считает меня высокомерным эгоистом, хотя её обожаемый Роман, да и Морозов тоже, точно такие же.

Настенька же — прекрасная роза, она — самое лучшее, что я видел в девушках. Да, я когда-то профукал её. Но ведь мы любили друг друга! И это я должен сейчас быть с ней. Она — моя, и только моя. Однако…

Теперь я всего лишь плинтус под ногами этих двух генеральных директоров … Хотя я тоже пытался строить из себя босса перед всеми коллегами, но Роман был круче. Он-то президент компании, да ещё и генеральный директор. И это он сейчас обнимает Настеньку. А я оказался за бортом. Меня выкинули на обочину, так, что ли? Да кем он себя возомнил?

Я чувствовал себя полностью побежденным и больше не мог видеть Настеньку… Теперь она лишилась ауры королевы, которая заставляла меня чувствовать себя слугой.

Вот почему я так сильно пострадал. Всё, о чем я думал, просто перевернулось…. Я — никто, меня переиграли. Я не победил в споре с Романом… А после произошедшего он наверняка выставит меня вон из своей компании.

Моя карьера закончена. Видя, как защищают Настю эти два генеральных директора, я понял, что они сделают со мной.

Только теперь я до конца осознал, насколько беспомощен.

Я начал хвататься за голову из-за невыносимой боли. Однако никому не было до меня никакого дела.

Роман

Я пожалел Адама, которого считал лучшим другом и практически братом. Зная его отца, я понимал, что Адаму пришлось нелегко. Ему надо было соответствовать канонам требовательного родителя, быть изворотливым, казаться хорошим.

Впрочем, Адам мог бы и не идти на поводу амбиций своего отца. Но бывший увы, друг — труслив, всегда таким был. Да и Алана, как оказалось, была такой же, как брат. Она пришла ко мне, когда Настя лежала в больнице, и предложила себя, заявив, что всегда любила меня. И она хотела, чтобы мы поженились. Ведь она меня любит. И хочет от меня детей.

Хорошо, что Настя не слышала нашего с ней разговора. Было больно потерять друзей детства. Это сильно ранило меня.

Сейчас, видя бедственное положение Адама, я больше не мог задавать вопросы. Я дал знак своим людям увести его, а сам последовал за Настей, Полиной и Никитой.

Избавившись от Адама, мы, наконец, расположились в гостиной.

Анастасия

— Итак, братик, что ты здесь делаешь? — спросила я, усаживаясь на диван вместе с Романом, который уже держал в руках повязку, ожидая, пока я устроюсь.

Но Никита не ответил. Он наблюдал за мной и Романом.

В его глазах я видела, что брат злится, ведь я не звонила ему каждый день. Его взгляд так и кричал: “Заведя себе парня, забыла о родном брате!!!”

В его понимании, я должна была звонить ему каждый день и отчитываться о своём самочувствии. Никита всегда переживал обо мне, считая маленькой девочкой. И раньше я ему это охотно позволяла. Однако время, проведенное с Романом, сильно изменило меня. Ему действительно удалось вернуть ту Настю, какой я была до гибели родителей.

— Настен, ты ведь не против вспомнить наш с тобой уговор?

— Никита, ты про тот, что если в моей жизни появится человек, с которым я стану близка, мы с Полиной будем соревноваться в стрельбе из лука?

Никита кивнул.

— Я тоже настаиваю на соблюдении этого уговора! И только не говори, что растеряла все навыки из-за отсутствия практики. — поддержала Полина Никиту, мило надув губки.

— Детка, возможно, Незабудка просто не хотела проигрывать своим бывшим ученикам. Ведь ты стала настоящим профессионалом, — заметил Никита, намеренно бросая вызов моим навыкам

Я, возможно, и изменилась, но не потеряла свою соревновательную натуру и точно не буду отказываться от брошенного мне вызова. Я никогда не отступлю!!

В конце концов, я та, что заставляла многих грозных людей дрожать от одного только моего взгляда. В конце концов, это у меня в крови…

— Действительно? — после паузы вопросительно приподняла я бровь. — Тогда я в деле. Но хочу, чтобы и ты, Ник, тоже участвовал.

Я видела, как у брата и невестки глаза стали размером с блюдца.

Они не думали, что я поддамся на их провокацию, да ещё и брошу им встречный вызов?

Никита и Полина обменялись шокированными взглядами, а затем снова посмотрели на меня, в то время как я взирала на них с непроницаемым лицом.

Честно говоря, мое сердце бешено колотилось от волнения, и я не могла до конца поверить собственным словам. Я просто взяла и стала той прежней Настей?

После того случая я не прикасалась к оружию, даже к луку. А ведь стрельбы из него является любимым видом спорта как моим, так и нашего покойного отца…

Это заставило меня вспомнить родителей, потерявших свою жизнь из-за моего собственного безрассудства. И спустя столь долгое время я почувствовала, что душевная боль немного утихла.

— Если таков приказ, крошка, мы так и сделаем! Но давай начистоту: что будет призом для победителя? — спросил Ник.

В прежние времена я любила делать ставки на всё подряд: на свою любимую спортивную машину, свой любимый лук или что-то в этом роде.

Раньше я была смелой, дерзкой и энергичной. Одним словом безрассудной. Но только в кругу семьи.

— Если я проиграю, то однажды стану рабом победителя, — тут же предложил Никита.

— А если я проиграю, то позволю вам воспользоваться моей программой наблюдения, — гордо заявила Полина

Ведь она не просто личный секретарь Никиты, но еще и врач и хакер, и, как и он, является экспертом сразу в нескольких областях.

— Полина, мы находимся не в детском доме, и мне не нужно пользоваться программным обеспечением, чтобы тайком выбраться на улицу за выпивкой. Мы, в конце концов, уже взрослые! — Никита выглядел невозмутимым, что рассмешило нас.

— Хватит дразнить меня, солнце. Хорошо, меняю ставку: сможете просить меня о любой помощи в будущем. Но победа всё равно будет за мной! — заявила Поля и показала ему язык.

— Какова твоя ставка, Незабудка? — спросил Никита, проигнорировав откровенное ребячество своей будущей жены.

— Хм… Когда-нибудь я позволю тебе использовать против меня … Алю и Ваню. Они помогут вам во всем, что вам нужно. — Сказала я, подмигнув им обоим.

Как только Никита и Полина услышали это, они потрясенно раскрыли рты и уставились на меня.

Эта Настя слишком походила на прежнюю… Я видела блеск в глазах брата и невестки.

— Что случилось? — Усмехнувшись, спросила я, находясь в очень хорошем настроении после ночи с Романом.

Романтический ужин и французский фильм вкупе со страстной ночью и сладким завтраком увеличили мое счастье втрое и каким-то образом заставили меня выйти за границы, которые я сама для себя нарисовала.

Так что на этот раз я решила отпустить свою сдержанность.

— О, да, детка, мы в деле!!!! — воскликнул Никита.

— Точно так. И да победит сильнейший, — подмигнула Никите Полина.

Геннадий Зорин, когда узнал о том, что сделали его ни на что негодные дети, был в ярости. Хотя, как он думал, у Насти нет мощной поддержки, чтобы ответить им.

В расчёт Никиту Морозова он не брал. Ведь для того, чтобы доказать причастность его детей к аварии, нужно иметь связи в органах власти. Зорин полагал, что ни у его сестры, ни у её мужа, ни уж тем более у их детей быть не могло. Независимо от этого шестое чувство предупреждало Геннадия, что на него вот-вот налетит ураган, который может поглотить всю его семью.

— Папа, успокойся. Настасья просто ничтожество, потерявшее своих родителей. Кто будет рисковать своей жизнью, собирая доказательства нашей причастности к этому делу? — продолжая спокойно обедать, безрассудно заговорил его сын.

— Не втягивай меня, Тимур. И не рассуждай так, мол, ее некому будет поддержать. Вы с сестрой когда-нибудь задумывались, почему Настя так успешно управляет детским домом? Не забывай о её старшем брате! Ты слишком рано списываешь его со счетов. Неужели вы с сестрой так глупы? — разозлился Зорин. — Вы думаете, что у Насти нет поддержки? Упустил я вас… Теперь мне расхлебывать кашу, что вы заварили. Зачем вы вообще подстроили эту катастрофу? Теперь Морозов начнет копать под нас и узнает, что вы и я причастны.

— Ой, да ладно тебе, папа!! Кто такой этот Морозов? Эта тварь уже давно мертва. Я не слышала о ней уже два дня, и никто в «Интеграле» не знает об этом нападении. Как будто этого никогда и не было. — заявила Таня, продолжая красить ногти.

Геннадий, заметивший безответственность своих детей, не удержался и беспомощно хлопнул себя по лбу, подумав: «Да что за идиоты у меня выросли?»

— Итак, ты говоришь, что Настя растворилась в воздухе после аварии? Даже на работе неизвестно, где она?! — спросил Зорин свою дочь, свирепо глядя на нее.

— Угу, — подтвердила Таня невозмутимо.

— Идиоты!! — зло взревел Геннадий, отчего оба его отпрыска испуганно вздрогнули. — Что вы о себе думаете?! Это может стать серьезным делом. Полицейские объявят ее без вести пропавшей и могут обвинить в этом нас. Вы когда-нибудь думали о нашем престиже?? Что подумают о нашей семье?!

— Об этом можешь не беспокоиться, у нас ведь есть твой старый друг Борис Николаевич, он и помогает нам в этом деле. Очень понимающий мент, надо признать, — усмехнулся Тимур.

— Борис?!! — с отвращением выплюнул Геннадий это имя. — Вы оба мало того, что глупцы, так теперь еще и должны этому продажному полковнику, который за деньги и власть легко сдаст вас обоих с потрохами… Он никогда никому не помог бы бесплатно. Я уверен, что он пытается использовать вас в качестве козлов отпущения. И теперь я не могу не задаться вопросом, кто будет для нас большей проблемой, Анастасия или Борис? — произнес Геннадий встревоженным голосом.

Лоб у него был мокрый от пота, ноги задрожали, и он плюхнулся на диван.

Тимур закатил глаза, посмотрел на отца и его вспотевшее лицо, ухмыльнулся. Вышел в другую комнату и позвонил Борису Николаевичу.

Через несколько минут, войдя в комнату, Тимур уселся рядом с отцом на диване и проговорил:

— Борис Николаевич навел справки о местонахождении Настасьи и выяснил, что она была госпитализирована в городскую больницу, но вскоре умерла от потери крови. — сказал он, и на его лице расцвела улыбка.

Но они не знали, что Настя очень скоро вернется, и с этой самой секунды начнется их падение, и все, о чем беспокоится Геннадий Зорин, сбудется.

Через несколько месяцев наступил тот самый крах семьи Зориных. Их компанию, которая за долги пошла с молотка, выкупили.

За столом в кабинете концерна «Зорин и ко» сидели Геннадий, Татьяна и Тимур и негромко переговаривались, пытаясь угадать новое имя владельца их компании.

— Здравствуйте, какие-то вы грустные, родственнички. Что голову повесили? — раздался знакомый голос от двери.

— Анастасия? — хором воскликнули все трое.

— Разве ты не умерла от потери крови? — опешил Геннадий.

— Не дождетесь, дядя. Вот, пришла посмотреть на свое новое приобретение.

— Как это, новое приобретение? Ты о чем говоришь, тварь? Совсем с ума сбрендила? — проговорила шипящим голосом Татьяна.

— Отчего же, дорогая сестричка? По мне, так это вы с ума сошли. Дядя Гена, будьте добры, освободите место генерального директора, соберите ваши вещи и выйдите вон отсюда.

— Я никуда не уйду, моя компания выкуплена незаконно, и ты не имеешь на неё никаких прав!.

— Отлично, дядя Гена, — Настя присела за стол напротив Геннадия Зорина. Помолчала некоторое время, а потом продолжила, — Вы хотели пустить меня по миру, но сами разрушили все…

— Родственнички мои дорогие, ну, вы разве не слышали, что вам сказала моя сестра? — раздался от двери ещё один голос, на этот раз мужской. — Отныне эта компания ее, и она имеет право сделать с ней всё, что захочет. Поэтому на выход. И всем счастья-здоровья.

Молчание дяди, брата, сестры — это было как песня для Насти. Бумеранг судьбы не дремлет.

Незабудка теперь обрела свое счастье с Романом. Все враги семьи Юрьевых-Морозовых повержены. И каждому воздалось по заслугам.