Сильнейший некромант королевства, глава Управления по борьбе с преступностью – человек, которого боятся до ужаса. После смерти родителей он взял меня под опеку и сейчас решил выдать замуж. Выставить на торги, как племенную кобылу!
Думает, я легко сдамся? Не дождётся! Терять горячо любимую свободу я не собираюсь. К тому же, я должна отомстить убийце своих родных. Зря он считает, что я не помню, кто это сделал. Ненавижу тебя, Уильям Блеквуд!
Но... возможно, всё совсем не так, как кажется, и я всю жизнь заблуждалась на его счёт?
В тексте есть: адекватный герой, тайны прошлого, магический детектив, взросление героини, настоящий мужчина
Ограничение: 18+
АСЕНИЯ.
– Ася, просыпайся! – разбудил испуганный шёпот мамы.
Распахнув глаза, недоумённо оглядела склонившуюся надо мной женщину, силуэт и светлые волосы которой едва различила в тусклом лунном свете. В коридоре что-то брякнуло, мама вздрогнула и торопливо оглянувшись, зашептала:
– Вставай, милая, тебе нужно спрятаться!
Не понимая что происходит, я послушно поднялась с кровати. Несколько секунд и уже сижу в шкафу, а мамуля, сдёрнув с вешалки вещи, набросила их на меня, скрывая от глаз того, кто мог бы заглянуть в не слишком надёжное укрытие.
– Что бы ни случилось и что бы ты ни услышала, не выходи отсюда! – приказала родственница, перед тем как закрыть дверцу.
Торопливые шаги и всё стихло. Ненадолго, буквально через пару минут давящую тишину разрезал громкий женский крик. Закрыв рот ладошкой, чтобы не закричать следом, я заревела, словно почувствовав – произошло что-то страшное, непоправимое. Мне лишь девять лет и я ещё не знаю, что такое горечь утраты, тем не менее, именно она захлёстывает с головой.
Прятаться, когда в отчем доме происходит что-то непонятное, необъяснимое, становится всё тяжелей, и я нерешительно выбираюсь из шкафа. Выскальзываю в коридор и, дрожа от страха, иду к лестнице на первый этаж, потому что оттуда падает свет и слышно какое-то копошение.
Присев, выглянула между балясинами перил и снова заткнула рот ладонью. Тела родителей, лежащие сломанными куклами, оплетает чёрный туман. Нет, тьма, идущая от человека, возвышающегося над ними, широко расставив ноги. Осознание, что родителей больше нет, отдаётся жгучей болью в сердце. Не удержавшись, я всхлипнула.
Мужчина резко обернулся, вскидывая глаза на верх лестницы. Абсолютно чёрные, без белков, и это пугает до ужаса. Теперь мне страшно уже за свою жизнь!
Падаю на попу и отползаю, пока жуткий тип меня не заметил. Стараясь двигаться бесшумно, добралась до своей спальни и забилась под кровать. Меня трясло и слёзы текли рекой, кажется, я выпала из реальности, не слыша, что происходит вокруг. Поэтому возникшее прямо передо мной усыпанное веснушками лицо молодого парня стало неожиданностью, и я всё-таки завизжала.
Он отшатнулся. Правда, пришёл в себя быстро и, несмотря на отчаянное сопротивление, выволок меня наружу. Перехватив поперёк живота тощее тельце, уверенным шагом направился в холл. Сбежал по лестнице и, грубо встряхнув, поставил на ноги.
– Сэр, похоже, у нас тут свидетель.
Открыв ранее зажмуренные глаза, осмотрелась. Просторное, залитое светом помещение было заполнено людьми в форме представителей власти, они что-то громко обсуждали, но их слова мой мозг воспринимать отказывался. Едва ли не в предобморочном состоянии я смотрела на «сэра», того самого, что совсем недавно застала над телами родителей.
– Нет, не хочу к нему! Пожалуйста, не надо! – закричала и резко села, жадно хватая воздух ртом.
– Аська, ты чего? Опять кошмар приснился? – спросила Фаиза, присев на мою кровать и приглаживая растрепавшиеся ото сна волосы.
Рыжая соседка по комнате была единственной моей подругой. Характер у меня слишком взрывной, не могу ни с кем ужиться. А Фая наоборот тихая, мягкая, ведомая, вот и сдружились. Она не оспаривает моё лидерство, а я защищаю её от нападок других девиц.
– Если бы это был только сон, – выдохнула, вытирая со лба выступившие бисеринки пота.
– Опять заведёшь старую песню? Мой опекун чудовище, монстр, притворяющийся человеком. Брось, Ась, это уже не смешно. Герцог Уильям Блеквут – уважаемый лорд, чуть ли не правая рука короля. В конце концов, глава Управления по борьбе с преступностью не может быть убийцей!
– Фая, иногда твоя наивность жутко раздражает, – буркнула я, дёрнув плечиком. – Я это видела, понимаешь?!
– Не знаю, что ты видела, но поняла как-то неправильно. Глупость какая-то! Он убил твоих родных, но при этом взял опеку над тобой. Зачем? Из-за того, что ты свидетель, способный его утопить? Бред! Твоё слово против его – ничто! Логичней было бы отдать тебя в приют, сейчас бы ты уже либо побиралась на улице, либо работала в борделе. Если бы вообще выжила, – настаивала подруга на своём.
Этот разговор далеко не первый, но переубедить меня у неё не получается. Я всё видела своими глазами!
С той страшной ночи, перевернувшей мою жизнь, прошло одиннадцать лет, с герцогом Блеквудом виделась я нечасто. Едва рассвело, он привёз меня сюда, в самый дорогой и престижный пансион благородных девиц, и навещал не больше двух раз в год. И то потому, что нервы у директрисы сдавали и она вызывала опекуна меня усмирить. Чаще боялась. Его в принципе все боялись, встреча с Уильямом – не то, о чём мечтают. Угрюмый, мрачный, пугающим одним лишь взглядом. Я тоже тряслась от ужаса, но старалась этого не показывать – характер не тот. Вот только кошмары-воспоминания каждый раз преследовали перед тем, как мне предстояло столкнуться с ним нос к носу.
Может, не стоило устраивать забастовку и бесить мисс Веллир? Так бы ещё его месяц не видела. К сожалению, не дольше. Мне исполнится двадцать, а мой день рождения он ещё ни разу не пропустил. И подарки дарит дорогие. А я отдаю их Фае, мне подачки от этого чудовища не нужны!
Хотя... Ладно, я к нему немного несправедлива, боятся его не все! Уильям обладает действительно потрясающей внешностью, приводящей в восторг наивных дурочек вроде Фаизы, ну и других девчонок из пансиона. Его визит в наше заведение – целое событие!
Дурёхи стараются привлечь внимание мужчины всеми доступными способами. «Нечаянно» сталкиваются в дверях, как бы случайно поскальзываются, падая прямо в руки чудовища. Последние потом долго и со вкусом пересказывают, как крепко и страстно прижимали их к груди. А я сразу вспоминаю бездушную маску вместо лица, на котором не отражаются эмоции, и в то, что этот каменный истукан способен на страсть, не верю.
– Ась, а познакомь меня с герцогом, а? Пожалуйста! – вывел из задумчивости голос подруги.
– Нет! Поверь, это для твоего же блага! – ответила, поворачиваясь к стене и натягивая одеяло на голову, показывая, что разговор окончен.
Горестно вздохнув, Фая поплелась на свою кровать. Глупая, не понимает, что знакомство с монстром не принесёт ничего хорошего.
2
УИЛЬЯМ.
Мягко качнувшись, карета остановилась возле высоких кованых ворот. Сквозь приоткрытые шторы расслабленно наблюдая, как двое плечистых молодцев их распахивают, я ухмыльнулся. Охрана пансиона всегда была на высоте. Ещё бы, столько юных девиц в одном месте! Защита им просто необходима.
А после того как я пристроил сюда Асению, могу с уверенностью утверждать: через границу незамеченным пройти легче, чем попасть на территорию пансиона. Помимо того что я лично отбирал каждого стражника, ещё и уйму магических барьеров установил. Сам, естественно, безопасность своей подопечной я не доверю никому.
Я вовсе не так благороден, как может показаться. Подобрал несчастную сиротку – герой! В какой-то мере мне действительно было жаль ту щуплую испуганную девчонку, но главным мотивом такого решения стало другое: в этой хорошенькой головке хранится бесценная информация. К сожалению, я так и не смог её извлечь, и надежды, что Ася вспомнит события той безумной ночи, уже не осталось.
Как бы там ни было, я не жалел, что взял опеку над девчонкой. Она мне нравилась своим упёртым характером, было бы чертовски обидно, если бы его сломали в приюте для сирот. Я привык к тому, что в глазах собеседников отражается страх, ну или слепое обожание не обременённых мозгом барышень, это потом, повзрослев, они понимали, что я на самом деле собой представляю, и тоже начинали дрожать от ужаса при встрече.
Асения другая. В её взгляде светился вызов, это цепляло. Самое забавное – она тоже боялась, но далеко не так, как остальные. Мне кажется, на подсознательном уровне она понимает, что я её не обижу, вот и ведёт себя настолько дерзко. Интересно, что она в этот раз натворила?
Мы уже проходили обритую налысо нянечку, посмевшую поставить на горох её соседку по комнате; подожжённую теплицу, в которой Асю месяц заставляли отбывать наказание; призванного из-за грани рыцаря тьмы, едва не обезглавившего охранника, покусившегося на честь одной из девочек. Кстати, напрасно его остановили. Пришлось мне потом заканчивать то, что он начал. Ладно, тут моя вина – недосмотрел, когда нанимал подонка. Но Асения в тот раз меня поразила до глубины души. Женщины не умеют пользоваться магией, их никто этому и не учит. А уж поработать с тьмой... Как ей это удалось?!
В общем, моя подопечная полна сюрпризов. Уверен, и сегодня она меня удивит.
Карета, проехав по подъездной аллее, затормозила у крыльца трёхэтажного особняка из серого, местами потемневшего до черноты камня. Не дожидаясь помощи кучера, я выпрыгнул из экипажа, поднял глаза на окна, в которых торчали любопытные мордашки девушек, и с трудом подавил желание досадливо скривиться. Признаться честно, их приступы падучести, причём прямо в мои руки, изрядно надоели. Правда, сегодня поблизости никого не наблюдалось, встречала меня лишь директриса, одиноко стоя на обшарпанном от времени крыльце, увитом плющом.
Неизменное серое платье до пят сидело на даме, как седло на корове. Мисс Веллир это не смущало, она всегда носила ту же форму, что и её воспитанницы, разве что белый воротничок был из более дорогого кружева, чем у девочек.
Приблизившись к даме, уже сто пятьдесят лет занимающей пост директора пансиона, я молча вперил в неё выжидающий взгляд. Занервничав, она привычно отвела глаза, светящиеся неподдельным страхом. Знает, что я не люблю, когда меня дёргают, и нагоняй она получит больше Асении, но всё равно вызвала. Видать, довела девчонка.
– Добрый день, герцог Блеквуд, – присела мисс Веллир в идеальном реверансе.
– Давайте ближе к делу! – бросил я раздражённо и прошёл мимо.
Засеменив следом, она торопливо забормотала:
– Герцог, поймите меня правильно, вы, безусловно, уважаемый человек, и ваши заслуги перед родиной неоспоримы...
– Безумно рад, что вы оценили, но не тратьте моё время на расшаркивания, оно у меня бесценно.
– Да-да, конечно... Я терпела, как могла, но... боюсь, мы больше не можем оставить Асению в нашем заведении. Её поведение переходит все мыслимые и немыслимые границы!
За разговором мы добрались до кабинета мисс Веллир. Бесцеремонно толкнув дверь, я не спрашивая разрешения расположился за её рабочим столом. Теперь директриса стояла передо мной как нашкодившая ученица, неловко переминаясь с ноги на ногу.
– А конкретней? В чём проблема?
– Сейчас сами всё увидите! – сообщила она, направившись к двери.
Не к той, через которую мы вошли – она для посетителей. Воспитанницы же попадают в кабинет из крыла со спальнями.
– Асения, зайди!
При виде подопечной я потерял дар речи. Неимоверным усилием воли сохранив бесстрастное выражение лица, скользил взглядом по волосам, окрашенным во все цвета радуги, белой вполне приличной блузке и синему галстуку. Всё, на этом приличное заканчивалось, ибо тряпку под цвет галстука, едва прикрывающую самое сокровенное, юбкой назвать язык не поворачивается! А ножки-то потрясающие! Длинные, стройные, с тонкими щиколотками... Довершали образ туфли на высоком каблуке.
– Что не так? – спросил я невозмутимо, приводя мисс Веллир в шок и вызвав на личике Аси едва заметную улыбку.
– У нас не бордель, герцог Блеквуд! Хотя, думаю, и там не одеваются настолько фривольно!
– О, там всё намного запущенней! Поверьте мне на слово! Но если что, я могу провести для вас экскурсию по злачным местам...
– Что вы себе позволяете?!
– Это я у вас хочу спросить! Вы только что назвали мою подопечную девушкой лёгкого поведения, оскорбляя не только её, но и меня. Это раз! А два – я доверил вам ребёнка, маленького, чистого и невинного. И если из него выросла развратная дамочка, место которой в доме мужских утех, кто в этом виноват?
Говорил я спокойно, вкрадчиво, не повышая голоса, но на женщину это произвело неизгладимое впечатление. Побледнев, она растерянно захлопала ресницами, неосознанно отступая на шаг.
– Но...
– Довольно! Покиньте кабинет, мне нужно поговорить с Асенией!
Облегчённо выдохнув, дама стрелой вылетела в коридор, но дверь за собой прикрыла бесшумно.
Стоило остаться нам вдвоём, Ася вздёрнула подбородок, посмотрев на меня с вызовом. В общем, как обычно.
– Присядь, – кивнул я на кресло, стоящее напротив.
Снял пиджак и, протянув девчонке, приказал:
– Прикройся!
Взяв его в руки, она брезгливо поморщилась. Ну, тут тоже без изменений. Если она думает, что меня такое отношение задевает – ошибается. Скорее веселит.
Встряхнув пиджак, девушка послушно положила его на колени, пряча очаровательные ножки от моего взгляда.
3
АСЕНИЯ.
Я вызывающе смотрела на Уильяма, а у самой сердце сжималось и ладошки вспотели от страха. Но ему об этом знать ни к чему.
Справедливости ради должна сказать, он никогда на меня не кричал, так... немного отчитывал. При этом в разговоре с мисс Веллир всегда принимал мою сторону. Защитник, что б его! Только в благородные намерения я не верю!
Вальяжно откинувшись на спинку кресла, герцог подхватил перьевую ручку и постучал ею по столешнице, не сводя с меня цепкого взгляда чёрных глаз, в которых и зрачка-то не видно. Красив, зараза, до неприличия. Тёмные, словно самая непроглядная ночь, волосы, небрежно рассыпавшиеся по плечам, слегка вились. Брови с надменным надломом, ровный нос, высокие скулы, чётко очерченные губы искривлены в презрительной ухмылке. Высокая подтянутая фигура с развитой мускулатурой, которую белая рубашка только подчёркивает.
Насколько я знаю, Уильяму сорок восемь, но ему и тридцати-то не дашь, что с его резервом магии неудивительно. Продолжительность жизни и старение мужчин напрямую зависят от магических сил. При таком раскладе внешность опекуна ещё лет двести не изменится.
С женщинами всё намного сложнее. Изначально магией они одарены не меньше, а иногда и больше, но во время брачного обряда передают её мужчине. Поэтому брак – лишь сделка. А брачный сезон напоминает торги за племенную кобылу. Чем сильнее девушка, тем больше желающих заполучить её в жёны. Любовь в нашем мире не в цене.
И всё бы ничего, да только передав весь магический резерв супругу, женщины живут намного меньше. Так некоторые лорды и по шесть жён схоронить успевают, при этом изрядно продлив жизнь себе-любимым.
Уильям женат ни разу не был, но ему ещё долго об этом можно не задумываться, самого природа одарила излишне щедро.
– Итак, рассказывай, в чём причина протеста?
– Однокурсницу за накрашенные ногти в карцер на неделю посадили, – призналась я, поморщившись от досады.
– Карцер? – вопросительно выгнулась одна смоляная бровь.
– Есть тут комната для наказаний. Голые стены, ни одного окна, из мебели только кровать. Так же на время заточения провинившихся переводят на хлеб и воду. Обычно закрывают на сутки, но в этот раз девушка осмелилась перечить.
– И сколько раз ты там побывала? – нахмурился герцог.
– Я? Ни разу! – хмыкнула, вызвав его усмешку.
Мы оба прекрасно понимали, что исключительно благодаря ему. Страх перед великим и ужасным не давал проучить набившую оскомину Аську как следует.
– Ясно. Откуда у тебя деньги на наряд и краску?
– Собирали всем миром.
– Отомстить хотели все, но духу хватило только у тебя? Похвально. Это я тебе, а не о трусливых барышнях. И всё же есть одно но! Мне надоели твои выходки, Асения. Да и мисс Веллир права – оставлять тебя здесь я больше не вижу смысла. Через месяц тебе исполнится двадцать, к тому времени ты выйдешь замуж!
– Что?!
Честно говоря, я не ожидала от него такой подставы и рассчитывала отделаться очередной лекцией. От удивления и злости даже страх перед опекуном отступил.
– Ася, я пошёл навстречу, когда тебе исполнилось восемнадцать, хотя именно в этом возрасте девушек обычно выводят в свет. Пожалел в девятнадцать. Прости, больше тянуть нельзя. В двадцать один ты выйдешь из-под моей опеки и с вероятностью сто процентов испоганишь свою жизнь. Поэтому я сам проконтролирую выбор жениха, чтобы передать тебя в руки порядочного, заботливого мужчины.
– Или того, кто больше заплатит? – протянула я ехидно.
– В этом аспекте тоже есть свои плюсы. Если жених способен отдать большую сумму за невесту, значит, он в состоянии оплатить все её прихоти и после свадьбы, – невозмутимо пожал плечами Уильям.
– Было бы желание? Но проще сослать её в какую-нибудь глушь и в своё удовольствие бегать по любовницам! – выкрикнула, вскакивая на ноги, не обратив внимания на упавший пиджак.
– Тебя эта участь не постигнет. Во-первых, как я и сказал, отдам только достойному мужчине. А во-вторых, и после буду приглядывать за тобой. Ася, я не позволю тебя обижать, – произнёс он, не сводя глаз с моих ног.
– На каком основании? После свадьбы я стану собственностью мужа. Ни родственники, ни тем более опекун не имеют права вмешиваться в семейную жизнь.
– Никогда не спрашивал на что-либо разрешения и не собираюсь начинать. Я и этот кабинет занимать не имею права, но почему-то его хозяйка сейчас торчит за дверью. Ась, я всегда держу свои обещания и никто не в состоянии меня остановить!
– Я не позволю тебе выставить меня на торги как какую-то кобылу! И выйду замуж только... только по любви! Да! Буду ждать своего принца на белом коне!
– До старости ждать придётся.
– Почему это?
– Конь сдох, принц идёт пешком! Асения, эта перепалка бессмысленна, если я сказал, что своё двадцатилетие ты встретишь замужней женщиной – так и будет! Сезон начнётся через три дня, так что иди собирать вещи, мы уезжаем. Тебя ещё в надлежащий вид привести надо, – покосился он на мои разноцветные волосы.
– И где я буду жить до свадьбы? – прищурилась я подозрительно.
– В моём столичном особняке, естественно.
Опа! Похоже, горячо ненавидимый опекун кое о чём забыл! Кто возьмёт в жёны девушку, проживавшую под одной крышей с холостым мужчиной? Правильно – никто! Всем же порядочную подавай, а мне надо-то один год продержаться, потом сама смогу распоряжаться своей судьбой.
Та-ак, компаньонку Уильям вряд ли успел найти. Судя по всему, мысль о моём замужестве пришла в дурную голову только что.
Сплетни о поруганной чести мне на руку, замуж-то я не собираюсь. Причём не только сейчас – вообще! Что за удовольствие подпитать мужа своей магией и через пятьдесят-шестьдесят лет уйти на тот свет? Я так-то хочу прожить длинную и насыщенную жизнь, научиться самой управлять магией... И к чёрту семью и детей!
Облегчённо выдохнув, улыбнулась, отчего брови опекуна изумлённо взлетели вверх.
– Хорошо, я быстро.
– Не торопись, и смени наряд, ещё не хватало в таком виде на людях показываться.
Покладисто кивнув, я устремилась в свою комнату. В груди разгорался азарт. Держись, герцог Блеквуд! Отдать меня замуж не получится, а вот нервы я тебе потреплю знатно. Неужели ты и правда думал, что убийство моих родителей сойдёт тебе с рук? Ещё не знаю как, но я обязательно отомщу!
4
УИЛЬЯМ.
Последние сутки выдались напряжёнными: днём бумажная волокита, к вечеру вышел на след уже в печёнках сидящего маньяка, потом полночи гонялся за ним по городу. Успешно. Но домой заскочил лишь принять душ и переодеться перед поездкой в пансион. На сон времени не осталось.
Кто-то скажет, что в мои обязанности не входит оперативная работа, знай сиди себе в удобном кресле дорого обставленного кабинета. Только характер не тот, я от скуки сдохну! Да и казнить на месте без суда и следствия имею право только я. Поэтому поимкой особо опасных преступников проще заниматься самому, чтобы позже какой-нибудь ушлый адвокат не смог их отмазать.
Усталость давала о себе знать, сам не заметил, как задремал, расслабившись от покачивания кареты. К тому же Асения, забившись в угол, сидела так тихо, словно в экипаже я один. Стоило Асе пошевелиться, слух сразу уловил тихий шелест, выдёргивая из сна. Виду не показал. Лишь когда щеки коснулось тёплое дыхание, открыл глаза, встречаясь взглядом с непоседливой подопечной. Склонившись, едва не соприкасаясь своим носом с моим, она пристально меня изучала.
– Что случилось? – спросил, изрядно заинтригованный её поведением.
– Проверить хотела, проснёшься или нет? – ответила она невозмутимо, и не подумав отстраниться.
– Зачем?
– Ну... Интересно же, получится ли воткнуть заколку в глаз великого и ужасного, пока он спит?..
– И не жалко?
– Тебя?
– Заколку! Даже до лица донести не успеешь, как от неё только пепел останется. От твоей ручки, кстати, тоже! – произнёс, ухмыльнувшись, и, решив пошутить, выпустил немного магии.
Соскользнув с моих пальцев, тьма мягко коснулась румяной щёчки девушки. Такой реакции подопечной на невинную шалость я не ожидал!
Вздрогнув, она отшатнулась, тёмно-синие глаза округлились от ужаса… Отползая в противоположный угол кареты, Асения прижала ладонь к губам, останавливая собственный крик.
Вся расслабленность слетела с меня, будто её и не было. Резко выпрямился и подался вперёд, пытаясь поймать испуганную девушку. Сделал только хуже: её затрясло, по лицу потоком хлынули слёзы, а на меня она смотрела как на исчадие ада. Этот её взгляд я помню ещё с первой нашей встречи, после она всегда вела себя со мной сдержанно и отстранёно.
– Ася, это всего лишь шутка. Поверь, я отлично контролирую свою магию, она не причинит тебе вреда, – пробормотал я растерянно, когда понял, что трогать её сейчас плохая идея – девчонка того и гляди сорвётся на визг.
Но и смотреть на её панику равнодушно выше моих сил. Осторожно придвинулся ближе и шёпотом позвал:
– Асения, я не хотел тебя пугать, прости. Запомни, я никогда не сделаю тебе больно, не обижу. Можно взять тебя за руку?
Разрешения ждать не стал, подхватывая дрожащую ладошку. Замерев всем телом, Ася настороженно следила за каждым моим движением, но руку не отняла. Посчитав это хорошим знаком, придвинулся ещё ближе и потянул её на себя, привлекая к груди и обнимая за плечи. Словно каменная статуя! Кажется, девушка даже не дышала.
– Аська, ну ты чего? Ты же меня презираешь и ненавидишь, но не боишься, забыла? Где та несгибаемая девочка, что одиннадцать лет доводила весь персонал пансиона до нервного тика? – шептал я в разноцветную макушку, ласково гладя напряжённую спину, слегка покачиваясь.
Лишь минут пять спустя Асения всхлипнула и расслабилась, утыкаясь лбом в моё плечо.
– Ненавижу. И презираю. Не боюсь, – прозвучало так тихо, что я едва расслышал.
– Отлично, я рад, что в наших отношениях ничего не меняется. Люблю стабильность! – заверил, улыбнувшись. – Расскажешь, что тебя так испугало?
Она никогда мне не лгала, разве что иногда недоговаривала. Вот и сейчас, тяжело вздохнув, ответила:
– Вспомнила ту ночь.
Настала моя очередь напрягаться.
– Что именно? – спросил, глядя на покачивающуюся кисточку шторки.
– Ничего особенного. Твоя магия напомнила, как было страшно и темно под кроватью.
Отстранившись, она отвернулась к окну. Стиснув кулаки, последовал её примеру, переводя взгляд на стоящие вдоль дороги дома. Каждый раз, когда всплывает эта тема, я себя сидящим на краю жерла вулкана чувствую. Рванёт или нет? В смысле – вспомнит или всё окончательно стёрлось из её памяти?
– Мы въезжаем в столицу, – сказал отстранённо.
– Я вижу.
Это всё. До конца пути мы не проронили ни слова.
Карета остановилась. Я выпрыгнул на выложенную мраморной плиткой площадку и подал руку подопечной. Помощь Ася приняла нехотя, и то, скорее всего, потому, что этого требовали правила, которые ей едва ли не на подкорку головного мозга записала преподаватель этикета.
Встав рядом со мной, она вскинула голову, изучая четырёхэтажный особняк, забавно приоткрыв рот от удивления. Дом, что достался мне от предыдущего герцога Блеквуда, действительно потрясал своим видом. По сути это был маленький замок, с башенками и стрельчатыми окнами. Отец обожал выставлять напоказ свой достаток и часто перегибал палку, скатываясь к безвкусице. Главное дорого-богато!
Замок среди обычных двухэтажных особняков в центре города казался вычурным исполином. С этим я как-то смирился, а вот внутреннюю отделку и мебель после вступления в наследство сменил полностью.
– Знаю, выглядит не очень, но всё не так плохо, как кажется, – успокоил я девчонку, разглядывая сидящего на крыше каменного грифона.
– Ты не прав, мне нравится! Здорово, необычно и подходит тебе. Сразу представляется, что внутри живёт чудовище, ожидающее, когда красавица расколдует его своим поцелуем, – ответила Ася не без сарказма.
– Кое-что не состыкуется. Красавица у меня есть, а вот проклятие не снимается, я по-прежнему монстр, – отбил я весело.
– В каком смысле есть красавица? Ты ведь не женат!
Вот ведь, дьявольщина! Я как-то не подумал о том, что не стоит объяснять юной леди, насколько поцелуи и свадьба не зависят друг от друга. И сейчас судорожно соображал, как выкрутиться.
Но мои мучения изначально были напрасны. Эвилину в шкафу не спрячешь и представлять её как-то надо...
Входная дверь распахнулась. На крыльцо вышла Эви, сразу же сбегая по ступенькам и обвивая мою шею руками. Обняв её за талию, покосился на Асению, изумлённо хлопающую ресницами.
5
АСЕНИЯ.
Глядя на девушку, прижимающуюся к груди Уильяма, я оторопела. Он что, меня в одном доме со своей любовницей поселить решил? Понятно, здоровый молодой мужчина и всё такое... Сам факт наличия у опекуна дамы сердца не смущал, просто... Это насколько он плюёт на мнение общественности, если проживает с ней под одной крышей?
Обычно мужчины не афишируют подобные отношения. Да и для женщин это неприемлемо! Как её ещё не заклевали в обществе снобов, помешанных на правилах приличия?
Девушка, кстати, очень красивая, элегантная. Завитые локоны, тщательно собранные у висков, свободно падают на спину, создавая впечатление небрежности, только женщины знают, насколько тяжело даётся такая ложная естественность. Идеальные черты лица, пухлые губы и огромные серые глаза, невероятный цвет которых подчёркивает тёмно-синее платье с открытыми плечами, туго затянутым корсетом и пышной юбкой в пол. Ну и баснословно дорогие украшения в виде бриллиантовой диадемы и тяжёлых серёжек с теми же камнями – куда ж без них!
Смотрела дамочка на меня с нескрываемым любопытством. Что удивительно, неприязни на её личике я не заметила. Если бы мой возлюбленный пришёл домой с непонятной девицей, я бы так добродушно себя не вела.
– Познакомься, Асения, это твоя наставница и камеристка графиня Кёрн, – представил Уильям наконец-то отстранившуюся от него красотку.
– Я так и поняла, вопрос: чему она меня научит? Премудростям правильного поведения в постели с мужчиной? Или как побыстрей схоронить мужа? Титул графини на дороге не валяется, чтобы его получить – надо свадебку сыграть. Вы ведь вдова? – поинтересовалась я, мило улыбнувшись.
– Ася! – рявкнул опекун, впервые повышая на меня голос. – Я многое тебе прощаю, готов и дальше идти на уступки, но я не позволю оскорблять Эвилину! Соплячка ещё, чтобы кого бы то ни было осуждать!
Побледневшая, уже отступившая на шаг девушка, вдруг вскинула на меня взгляд и положила ладошку на предплечье Уильяма, останавливая.
– Не надо. Асения права, я действительно вдова и твоя любовница, какие бы обстоятельства к этому ни привели. Не стоит на неё кричать.
Я растерялась. Защиты от Эвилины я точно не ждала, да и не заслужила после тех оскорблений, что на неё вывалила. Но... чёрт, я же не знала, что она неправильная любовница! Они же должны быть стервами и охотницами за деньгами. Во всех книгах так написано!
Мужчина молчал, не сводя с меня осуждающего взгляда. Ладно, уговорил, мне стыдно! Доволен?
– Простите меня, графиня. Я не должна была этого говорить и делать какие-то выводы, не узнав вас получше, – пробормотала я, краснея.
Ну ещё бы, извиняться я не умею: раньше этого не требовалось. Считала, что априори всегда права. А сейчас чувствовала себя так, будто пнула беззащитного щенка, а он потом меня в щёку лизнул.
– Всё нормально, Ася, надеюсь, мы с тобой подружимся, всё-таки придётся очень много времени проводить вместе, – подарили мне робкую улыбку.
Всё, хватит с меня этих соплей, я и так лимит вежливости на год истратила!
– А кормить здесь будут? Умираю от голода. Говорят, бурчание в животе – неприлично. Так что, если сейчас же не поем, я буду вести себя крайне вызывающе! – заявила, на всякий случай невинно похлопав ресничками.
Уильям усмехнулся и покачал головой, заметив:
– Потрясающая наглость!
– Неправда! Я на девяносто семь процентов милая и скромная девушка, но ох уж эти оставшиеся три процента!
– Придётся их искоренять! Сначала прими душ после дороги и приведи себя в порядок, а потом уже обед. Покормим тебя, так и быть, а то ты ещё нас покусаешь!
– Как скажешь, папочка! – не сдержала я ехидства. – Так где моя комната?
– Я провожу! – встрепенулась графиня.
Итак, выделили мне не комнату, а целые апартаменты, состоящие из светлой гостиной, огромной спальни, ванной и совершенно пустой гардеробной. Оглядев внушительных размеров помещение с множеством полочек и вешалок, поморщилась. Думаю, два моих форменных платья будут тут смотреться просто шикарно! Ладно, ещё несколько комплектов нижнего белья и три пары чулок, но они картину не исправят!
Заметив мою реакцию, Эвилина рассмеялась, поражая тем, как мелодично звучит её смех. Похоже, у неё вообще нет недостатков, даже завидно.
– Не беспокойся, после обеда прибудет швея и мы закажем тебе целый гардероб. А ученические платья выкинем. Если хочешь, можем сжечь, я представляю, как они тебе надоели за одиннадцать лет.
– Я смотрю, герцог Блеквуд много обо мне рассказывал? – отметила я её осведомлённость.
– Не поверишь, но я узнала о твоём существовании лишь сегодня утром. Перед тем как поехал за тобой, он сообщил, что привезёт свою подопечную и попросил подготовить комнаты, обеспечить подходящими статусу нарядами, ну а после сопровождать на балы и прочие мероприятия. Пыталась ему объяснить, что я не лучшая кандидатура для последнего, но Уил и слышать ничего не хочет.
– Переживаешь из-за положения любовницы? Сильно обижают?
– Терпимо, – ответила девушка, отводя взгляд.
Ясно, врёт и светские сплетницы как только не полощут её имя. Скорее всего, и в глаза своё «фи» высказывать не стесняются. И что-то я сильно сомневаюсь в способности графини постоять за себя. Мне ответить и то не смогла. Она всё больше напоминает мне Фаизу, та тоже всегда терялась, если кто-то говорил о ней гадости. Чтобы не усугублять, я сменила тему.
– А что значит подходящими статусу нарядами? Я лишь дочь торговца, богатого, конечно, но титула у него не было.
На такую реакцию я не рассчитывала. Да что там, Эвилина повела себя, мягко говоря, странно. Сначала растерянно зависла, а потом хихикнула.
– А, поняла! Шутка! Ладно, ты тут располагайся, а как управишься – спускайся в обеденный зал, на всё про всё у тебя полчаса.
Не успела я ответить, графиня выскользнула за дверь. Зато я ничегошеньки не поняла! Что значит шутка? Я серьёзна как никогда и отлично знаю, что не принадлежу к дворянскому сословию...
Желудок забурчал, да так громко, что можно считать меня абсолютно неприличной. Так, надо бы поторопиться, а то, не разочаровав герцога Блеквуда, и правда накинусь на них с Эвилиной с намерением откусить пару кусочков.
6
АСЕНИЯ.
Спускаясь на первый этаж, я гадала: с чего бы начать свою подрывную деятельность? Самое логичное – попытаться разрушить отношения опекуна с любовницей. Судя по тому, как Уильям разозлился, заступаясь за неё, девушка ему дорога. Но... это низко! Эвилина ни в чём передо мной не виновата и мстить герцогу, причиняя ей боль, я не буду.
Может, попробовать выбесить его своим поведением и хамством? Ну так, пока прощупываю почву и ищу слабые места герцога.
Тут я кое-что осознала. Даже споткнулась и застыла на месте. Я больше не боюсь Уильяма! И, как это ни странно, вылечил меня он сам. Забавно. Тот, кто породил кошмар, преследовавший меня одиннадцать лет, тот его и убил.
Там, в карете, произошло что-то, не поддающееся объяснению. Узрев тьму, я словно перенеслась в самую страшную ночь в своей жизни. Действительность и воспоминания смешались, я смотрела на мужчину и видела чёрные без белков глаза, которые когда-то испугали меня чуть ли не до сумасшествия. Но успокаивающий шёпот привёл в чувство. До мозга как сквозь вязкий туман доходили слова герцога Блеквуда. Он обещал, что никогда меня не обидит, и я ему верила!
А его объятия приносили умиротворение. Вдыхая запах терпкого парфюма, невероятно подходящего именно этому мужчине, я вдруг ощутила себя в безопасности. Пришла мысль, что вот тут моё место, здесь можно спрятаться от всех невзгод...
Тьфу, бред какой! Спрятаться в объятьях чудовища, от которого и нужно бежать в первую очередь!
И, тем не менее, страх, что раньше сковывал меня в присутствии Уильяма, отступил. Это хорошо, значит, можно начинать свою подрывную деятельность! Попробуем потрепать герцогу нервы? Тогда вперёд!
Опекун и Эвилина нашлись в столовой. Они уже сидели за столом, но к обеду ещё не приступили, видимо, ожидая меня. Немного удивило, что Эви сидит по левую руку от герцога, а место хозяйки замка пустует. Странно, конечно, но пусть сами разбираются в своих отношениях. Зато для меня это прекрасная возможность позлить Уильяма.
Мужчина попытался встать, чтобы отодвинуть для меня стул, но я, сделав вид что не заметила, подскочила к столу и плюхнулась справа от него. Изумление от моей наглости проступило на лицах и опекуна, и Эвилины. Но я же ничего не вижу!
С энтузиазмом оглядела выставленные на столе блюда и потянулась к куропатке, руками отрывая ножку. С жадностью вонзила в неё зубы, посмотрела на вытянувшуюся физиономию Уильяма и, едва не растеряв содержимое рта, прочавкала:
– Что?
– Ничего. Просто мне раньше не доводилось сидеть за одним столом с поросёнком. Тем более с таким разноцветным, – ответил он, усмехнувшись, и, взяв вилку, заметил: – Ася, эта выходка выглядит по-детски. Я прекрасно осведомлён, что с манерами у тебя полный порядок, не зря же бешеные деньги столько лет в пансион вкладывал. И вывести меня из себя столь нелепым поступком не получится. Что касается места моей жены... Сиди на здоровье, оно всё равно всегда будет свободно.
Н-да... позлила, называется, только самой теперь стыдно. Так, стоп! Это он сейчас прямо в глаза Эви заявил, что никогда на ней не женится?! И, что уж совсем приводит в шок, она к этому отнеслась совершенно спокойно. Абсолютно никакой реакции!
С усилием проглотив сочное мясо, я подхватила салфетку, вытерла руки и промокнула губы. Ну хорошо, этот раунд за тобой, но бой ещё только начался!
– Ты прав, это не самый умный мой поступок. Тогда перейдём к светской беседе?
– Хочешь что-то спросить?
– Да. Многоуважаемый сутенёр, расскажите, что меня ждёт в ближайшие дни?
Вот! Это совсем другое дело! Отправивший в рот дольку помидора герцог закашлялся и схватил бокал с водой, делая пару больших глотков.
– Как ты меня назвала? – выдавил он сипло, когда дар речи вернулся.
– А что? Разве не так называется мужчина, торгующий женским телом? Прошу заметить, невинным женским телом – за него больше платят!
Чёрные глаза полыхнули яростью, а Эвилина стремительно опустила голову, пряча улыбку.
– Хорошо, раз ты так относишься к замужеству, дело твоё. Только хочу кое-что пояснить. Называя меня сутенёром, ты как бы говоришь, что являешься... девушкой лёгкого поведения. Тебя это устраивает?
– Не смущает, не беспокойся о моей самооценке.
– Ась, нормального общения у нас не получится?
– Нет, естественно. Ты меня продаёшь!
– Отлично! Тогда слушай расписание торгов! Сегодня заказываешь гардероб, завтра прибудут... понятия не имею, как их зовут. Те, что из разноцветного поросёнка леди сделают. А послезавтра утром мы поедем проверять твой резерв магии и её направленность. В пятницу бал дебютанток, дальнейшее зависит от него.
До этого момента где-то в глубине души ещё теплилась надежда, что он передумает отдавать меня замуж. Сейчас отчётливо поняла: герцог настроен более чем решительно. И камеристка у меня есть, хоть и с подмоченной репутацией. Все же понимают, что спит герцог с ней, значит, меня подозревать в порочной связи с опекуном не будут. Надо изобретать какой-то план, чтобы выкрутиться из этой ситуации. Легко сказать, пока в голове ни единой идеи!
Дожевала салат и куропатку. И молча встала из-за стола.
– Ты куда? – встрепенулся Уильям.
– К себе. И до послезавтра прошу меня не тревожить, еду присылайте в мои апартаменты. Как выяснилось, меня ждут очень насыщенные дни, не до вас, господин опекун.
Гордо удалившись из обеденного зала, добралась до выделенных комнат, мечтая отдохнуть, но уже через пять минут в гостиную ворвалась Эвилина, сообщив, что модистка приехала. Оперативно всё у них. Лишь бы побыстрее избавиться от бедной Аськи!
Закрутилось! Выбирать фасоны платьев, ткани, все эти кружева и бантики оказалось очень увлекательно. И невероятно утомительно! Я не взревела только потому, что обзавелась несколькими ошеломительными презентами в виде комплекта нижнего белья, тончайших невесомых чулок, шёлковой ночной рубашки и пеньюара, а также платья, которое подогнали по моей фигуре, пока мы обсуждали заказ.
Такой красоты у меня никогда не было, в том плане, что в девять лет подобные вещи не носят, а после я видела лишь форму воспитанниц пансиона. Поэтому сейчас никак не могла перестать трогать подол, разравнивая складки и наслаждаясь тем, как скользит гладкая ткань под ладонью. Эви улыбалась, наблюдая за моей реакцией.
После того как отправили модистку с помощницами восвояси, как и планировали, занялись сожжением моих старых нарядов, сидя на мягком ковре и бросая их в камин.
– Как проверяют магию? – спросила я, кидая в огонь очередную тряпку.
– Ничего страшного. Капнешь каплю крови на специальный артефакт и всё. Он покажет, какой магией ты обладаешь и каков процент твоего резерва.
– А как он это покажет?
– Не знаю, – ответила компаньонка, грустно улыбнувшись.
– Как это? Ты же была замужем, получается, всё это проходила, – заинтересованно пододвинулась я ближе.
– Проходила, только магии во мне не нашли.
Ого, тогда я вообще ничего не понимаю, как же тогда она замуж умудрилась выйти? Спрашивать неудобно, но и любопытство разбирает сверх меры. Хорошо, что Эвелина сама разоткровенничалась...
– Мне отказали в участии в бале дебютанток, как ты понимаешь, таким как я там делать нечего, на бракованную девушку никто не позарится, тут ни титул отца не поможет, ни его деньги. Сколько я тогда слёз пролила, страшно вспомнить. А потом... Престарелый сосед, проигравшийся в пух и прах, предложил отцу сделку. Папенька выплачивает его долги, а граф Кёрн возьмёт его ущербную доченьку в жёны. Знаешь, уж лучше быть одной, чем так, но моего мнения не спрашивали. Грешно так говорить, но хорошо, что долго мучиться не пришлось. Супруг снова начал играть, а через десять месяцев его кредиторы так прижали, что он руки на себя наложил.
– Отношения у вас были не очень, да?
– Да не было их, разве что супружеский долг раз в пару недель отдавать приходилось. И то, мне кажется, потому что муженьку любовницу искать было лень, а на дома терпимости денег не хватало.
Глядя на печальную улыбку девушки, я сжала её ладонь, пытаясь поддержать. Нелегко ей пришлось. У меня хотя бы выбор будет, да и такому моральному уроду Уильям не отдаст. Он обещал!
Ой, подождите-ка! Похоже, у меня возникла идея!
– Эви, а ты не дашь мне пару капель своей крови?
Ну а что? Это же выход! Герцог сам сказал, что абы кого мне не подсунет, а на девушку без магии нормальные кандидаты в мужья и не взглянут.
Эвилина растерялась, но проблем с мозгами у неё, видимо, нет: быстро сообразила, что я задумала.
– Неужели ты настолько не хочешь замуж, что готова на такой риск?
– Риск? Считаешь, Уильям может сбагрить меня какому-нибудь подонку, ещё и доплатив, чтобы забрали? – нахмурилась я озадаченно.
– Да нет же, он никогда так не поступит. Я о другом. Что будет, если тебя поймают на мошенничестве?
– Ничего. У меня связи в Управлении по борьбе с преступностью, причём на самой верхушке! – усмехнулась я самодовольно.
– Вот эта самая верхушка тебе и всыплет по первое число! – буркнула Эви.
Не испугала! Путь уж лучше отшлёпает, только замуж не выдаёт.
7
УИЛЬЯМ.
Асения, как и обещала, два дня не выходила из своих апартаментов. И меня это почему-то жутко злило. Пару раз ловил себя на мысли, а не зайти ли мне к ней самому? Разумеется, не зашёл: к чему навязываться, если тебя не хотят видеть? Самое странное, что я-то её видеть хотел!
И как это объяснить не знаю. Раньше мы встречались два раза в год, редко три и меня всё устраивало. Что же изменилось?
С Эвилиной тоже всё непросто. В первую же ночь, как привёз подопечную домой, я осознал, что не могу заняться сексом с собственной любовницей. Мозг сверлит мысль, что Ася может услышать. Бред, конечно, стены толстые и наши комнаты расположены в разных концах коридора, но... не думать об этом не получается. Эви, естественно, дуется, не понимая, почему я игнорирую её заигрывания, а я и объяснить своё поведение не в состоянии. Даже себе.
– Готов? – раздался голос Эвилины.
Развернувшись, вскинул взгляд на лестницу, на верхней площадке которой стояла улыбающаяся графиня, и кивнул.
– Тогда встречайте, герцог, нашу красавицу!
К Эви присоединилась Асения и... кажется, я потерял дар речи. От разноцветного поросёнка не осталось и следа, сейчас передо мной стояла фея. Тёмно-синие глаза подчёркнуты искусным макияжем, отчего их цвет казался насыщенней, глубже. Раньше разноцветные волосы отвлекали от лица, и я только теперь рассмотрел высокие скулы, аккуратный носик и пухлые губы. Часть пшеничных локонов падала на правое плечо, оставшееся обнажённым, как и тонкие ключицы. Корсет приподнимал грудь... Тьма, у неё есть грудь! Аппетитная такая, с алебастровой кожей. Наверняка шелковистой на ощупь.
– Ну, как тебе преображение? – спросила графиня, взяв Асю под руку. – Признавайся, кто из нас красивее?
Кто красивее сказать невозможно: они обе потрясающие, но абсолютно разные. Эви более пышная в нужных местах, женственная, а Асения... Хрупкая, немного угловатая, от неё веет невинностью. Словно ангел! Ещё и платье белого цвета…
Выбрать, кто красивее, нереально, но я почему-то не могу отвести глаз от Аси, зачарованно скользя взглядом по её фигуре, изящному изгибу шеи, острому подбородку, губам. И это, чёрт возьми, неправильно! Вот о ком о ком, а об Аське я точно не имею права думать с сексуальным подтекстом. Она моя воспитанница, на этом всё. Точка!
– Девочки, вы обе очаровательны! Как представлю, что поведу на бал таких нимф – сам себе завидую! – ответил, старательно натягивая на лицо улыбку.
Получилась кривая ухмылка, но да ладно, сойдёт, главное, что вообще заговорить смог. До того как открыл рот, сомневался, что получится.
– Ася, нам пора.
Огонёк в синих глазах мгновенно потух. Девушка кивнула, сделала перу шагов и остановилась, резко оборачиваясь.
– А ты с нами не едешь? – с надеждой посмотрела она на Эви.
– Нет. Меня не пустят. Можно только будущим дебютанткам и их отцам. В твоём случае – опекуну.
Понятливо кивнув, Асения продолжила путь, нервно теребя расшитую серебристым бисером крохотную сумочку. Приблизившись ко мне, положила ладошку на подставленный локоть и помахала графине ручкой, получив в ответ воздушный поцелуй.
У крыльца уже стояла карета. Помог разместиться Асе и забрался в транспорт сам, хлопнув по стенке, приказывая кучеру отправляться в путь.
– Может, хоть поздороваешься? – поинтересовался я хмуро.
Игнорирование моей персоны раздражало. Хотелось удостоиться хоть мимолётного взгляда. Будто понимая это, она демонстративно отвернулась к окну, изучая улицу, по которой мы проезжали.
– Ась, ну это детский лепет какой-то. Обидеться из-за того, что я беспокоюсь о твоей дальнейшей судьбе и пытаюсь её устроить наилучшим образом.
– А что, по-твоему, наилучший образ? Быть бесправной приживалкой при муже, рожать детей и вышивать крестиком?
– А по-твоему? О чём мечтаешь ты? Любовь?
– Свобода!
– В нашем мире это невозможно. Женщина может быть свободной, только если муж ей разрешит. Я говорю не о том, что сошлёт с глаз долой, а позволит встать рядом с ним, сочтёт равной. Одинокой женщине не выжить, ты ведь и сама это знаешь.
– А ты встречал такие семьи?
Солгать, чтобы успокоить? Не выход, я всегда ценил, что она честна со мной, отвечать ей за это ложью – низко.
– Нет.
– Вот и я о том же.
В экипаже повисла угнетающая тишина. Я уже говорил, что буду присматривать за ней, не верит – её дело, повторяться не собираюсь. Упёртость Аси бесит. Не в рабство же её отправляют?! К тому же я собираюсь с ней советоваться по поводу женихов, и если мужчина совсем не понравится – прислушаюсь, палкой под венец не погоню.
К зданию Магсовета подъехали оба злые. Ладно хоть при посторонних подопечная вела себя как истинная леди. И помощь приняла, когда выходила из кареты, и на мой локоть опиралась, пока поднимались по высоким ступеням и брели по извилистым коридорам.
Возле кабинета проверки магического резерва собралась уйма народа. Завтра уже открытие сезона, сегодня последний шанс на него попасть. Без справки о направленности магии и её потенциале девушек к нему просто не допустят. Поэтому все напряжены, смотрят друг на друга с ненавистью, причём как девушки, так и их законные представители. Первые до чёртиков хотят сочетаться узами брака, а вторые – получить сумму покрупней за своих дочек или сестёр. Да вот беда, дотянули до последнего, и маг-проверяющий уйдёт ровно в положенный срок, как закончится его рабочий день. Не успели – ваши проблемы!
Чего я ёрничаю, если нахожусь в том же положении? Не дождётесь, ещё я в очереди не стоял!
Уверенно прошествовал к двери, разрезая расступающуюся перед нами толпу. Некоторые пытались возмутиться произволу, но, увидев кому собирались перечить, постыдно отступали. Лишь одна не очень умная барышня высказалась, но отец у неё оказался более сообразительный – быстро заткнул дурёхе рот и спрятал её за свою спину.
Толкнув дверь, вошёл в просторный, практически пустой зал, увлекая Асю следом. Посредине стоял стол с измерителем магии, рядом счастливая девушка, видимо, очень удачно прошедшая проверку. Её родственник тоже сиял как медный таз, скорее всего уже прикидывал, какую сумму сможет выручить. Никогда не понимал отношения к девушке, как к товару. Тем более, когда её продаёт собственный отец.
Нет, я, конечно, тоже затребую за Асю кругленькую сумму, но Асении и отдам, и не только эти деньги... Зависеть от финансов мужа она точно не будет.
– Занято! Я ещё не закончил! – рявкнул седой маг-проверяющий.
– Мне плевать! – сообщил я спокойно, вынуждая того резко обернуться.
– Герцог Блеквуд, простите, не узнал. Богатым будете! – промямлил он, заметно побледнев.
Ася при этом усмехнулась и поморщилась. Опять приняла на свой счёт. Конечно, я ж без её брака по миру пойду!
– Спасибо, мне и так на жизнь хватает.
– О, не сомневаюсь! Проходите, а вас я попрошу покинуть кабинет, за справкой зайдёте позже, – бесцеремонно выставил дядечка за дверь вяло сопротивляющуюся девушку на пару с её родственником.
8
АСЕНИЯ.
Я нервничала так, что сумочка в руках подрагивала и пальцы на ней сжимались до побелевших костяшек. Уильям прошёл к столу, увлекая следом и меня. С любопытством осмотрела артефакт. Ничего особенного, просто шестиконечная звезда из прозрачного, чуть голубоватого камня с выемкой посередине.
– По одному лучу на каждую направленность магии: стихии воды, воздуха, огня и земли, а также целительная магия и некромантия, – пояснил опекун, заметив мой интерес.
– А как он показывает резерв?
– От того, насколько заполнился луч, высчитывается процент. Сейчас сама всё увидишь.
Ну, это вряд ли. Нужно только пузырёк с кровью Эвилины незаметно из сумочки достать.
Проверяющий тем временем заполнил какой-то бланк. Пробежав ещё раз глазами по строчкам, чтобы удостовериться, всё ли верно записал, он протянул бумагу герцогу. Тот тоже сначала перечитал и лишь потом поставил подпись, соглашаясь проводить надо мной опыты. Может, я и утрирую, но чувствовала себя сейчас именно подопытной крысой. То есть кроликом – белым, пушистым, безумно красивым, а злые дяди меня обижать собираются!
– Итак, милая леди, мы с его светлостью отойдём на безопасное расстояние, а вы проколите пальчик вот этой иголкой, и капните в углубление свою кровь, – протянул проверяющий инструмент.
Игла выглядела внушительно. Сантиметров пятнадцать в длину, с тонким остриём и искусно отлитой мордой дракона на другом конце. Можно было бы даже испугаться, но я иголочкой по назначению пользоваться не собираюсь. В голове набатом билась фраза: «Мы сейчас отойдём...» Это же превосходный шанс воплотить свой безумный план в жизнь! Остаётся надеяться, что встанут мужчины за моей спиной.
– Что значит на безопасное расстояние? И чем мне это грозит? – спросила, чтобы не молчать.
– У проверяемых бывают неконтролируемые выбросы магии. Сами себе вы не навредите, а вот нас можете зацепить.
Похоже, боги сегодня были на моей стороне. Уильям с дядечкой действительно встали так, что с их ракурса не разглядеть, чем заняты мои руки. Дождавшись, когда их накроет светящийся жёлтым купол, я облегчённо выдохнула, демонстративно взяла иглу и отвернулась, поспешно расстёгивая сумочку.
На кровь, сцеженную из пальца перед самым нашим выходом из моих апартаментов, Эви не поскупилась. В прозрачной склянке плескалось грамм тридцать, не меньше! Шустро плеснув её в углубление, я убрала флакон обратно в сумку, пряча в складках подкладки.
Ожидаемо ничего не произошло. Ну как... ожидаемо мной, не мужчинами!
– Я всё! – сообщила, поворачиваясь к ним лицом.
– Боюсь, герцог Блекуд... Ваша подопечная магически не одарена... – промямлил вмиг побледневший проверяющий, пятясь от Уильяма в сторону двери.
А тот зло прищурился, в два шага преодолел разделяющее нас расстояние и, нависнув надо мной, с высоты своего немалого роста потребовал:
– Палец покажи!
– Тебе который? – состроила я из себя полную дурочку.
– На котором ранка от прокола иглой.
– Нет! – заявила возмущённо и сунула указательный палец в рот, вроде как я тут смертельно ранена и бьющую фонтаном кровь останавливаю, как могу.
Только изверга-опекуна это не остановило. Ухватив за запястье, он отнял руку от моего лица, соответственно, выдернув палец, осмотрел его, и... взяв со стола иголку, безжалостно вонзил её в подушечку пальца. Я только ойкнуть успела, а заветная капля уже отправилась в полёт. Прямо в центр звезды.
Просторный зал наполнило яркое сияние, вынуждая зажмуриться, и только потом, с опаской приоткрыть один глаз. Встретилась со злым взглядом герцога, открыла и второй глаз, гордо расправив плечи.
– Ты забыла, милая, что я осведомлён о вызове рыцаря тьмы? Сегодняшняя выходка по глупости затмила всё, что было прежде. Ты понимаешь, что за сокрытие своего дара реальный срок предусмотрен?!
– Но ты же бы меня не отдал! – заявила, нахально улыбнувшись.
А что ещё остаётся, раз с треском провалилась? Наглость и очаровательная улыбка мне в помощь!
– Глазам своим не верю, это ж самое настоящее чудо! – послышалось восторженное бормотание проверяющего.
Наши с Уильямом брови одновременно удивлённо взлетели вверх, и мы с опекуном наконец соизволили посмотреть на артефакт.
Лучи звезды раскрасились в красный, синий, зелёный, коричневый, жёлтый и чёрный цвета, каждый из которых поражал насыщенностью, а ещё артефакт сиял.
– И что это означает? – спросила, попой чуя подставу вселенной.
– Маг-универсал, со стопроцентным резервом каждого вида магии, – глухо произнёс герцог Блеквуд.
– Нет-нет-нет! – замотал головой дядечка, поднимая на него горящий фанатичным блеском взгляд. – Видите это сияние и его плотность? Резерв превышает шкалу измерителя, а значит, точно его установить не удастся. Навскидку... процентов сто двадцать-сто тридцать. И это каждая из шести магий! Девушка просто бриллиант! Уверен, отбоя от желающих на ней жениться не будет. В справке, разумеется, я только сто процентов укажу, но и этого хватит, чтобы ради неё все холостяки передрались. Да что там, тут и войну разжечь не жалко.
– Как это? Зачем? – прошептала я растерянно, непроизвольно делая шаг назад.
– Ну как же, барышня? Магии не смешиваются. К примеру, маг огня не примет магию воды и земли; некроманту не влить магию целителя, точнее некроманту вообще никакую магию, кроме тьмы не влить, а женщины с подобным даром не рождаются. Не суть, я о другом. Мужчинам тщательно приходится подбирать жён, чтобы их магии совпадали. А вы универсальны, подходите абсолютно всем, да ещё и сильны сверх меры. Брак с вами лет на четыреста жизнь продлит, не меньше! И опять же некроманты...
– Достаточно! Это всё можно найти в книгах, если интересно – библиотека в твоём распоряжении, – оборвал лекцию опекун. – Подписывайте справку, мы уходим!
Я бы это назвала по-другому – мы убегаем! Уильям так стремительно шагал по коридорам, спеша покинуть здание Магсовета, что я едва успевала переставлять ноги, чувствую, ещё чуть-чуть и начну задыхаться от такой скорости.
Только вышли на крыльцо, как к ступеням подъехала карета с гербом рода Блеквуд. Галантность герцогу и тут отказала – распахнув дверцу, вместо того чтобы подать руку, он обхватил меня за талию, поднимая и буквально запихивая в экипаж.
9
АСЕНИЯ.
Честно говоря, поведение Уильяма здорово пугало. Как правило, напоминающий безэмоциональную статую герцог был непривычно возбуждён. Глядя в окно, он о чём-то сосредоточенно думал, при этом его губы иногда подрагивали, словно он ведёт диалог сам с собой и лишь чудом не произносит слова вслух.
А ещё глаза! В них пылали ярость и ненависть. Кто мне скажет, что происходит?! Нервничать из-за результатов проверки должна я, никак не он!
– Почему ты не дал договорить о некромантах? – закинула я удочку, впрочем, не надеясь на ответ.
Зря. Переведя на меня невидящий взгляд, Уильям моргнул, хоть немного приходя в себя и, поморщившись от досады, пояснил:
– Ничего сверхъестественного он бы не сказал, сама должна уже была сделать выводы из этой лекции. Женщин, обладающих тьмой, не существует, а другая магия нам не подходит. Соответственно, ради магии некроманты не женятся – смысла нет. В этом плане ты бесценна – единственная, кто может составить пару последователю магии смерти.
– То есть продлить жизнь, – хмыкнула я понятливо.
– Всё верно, Асенька. Я олух! Почему у меня не хватило ума проверить твою магию ещё одиннадцать лет назад?! Многое бы сразу встало на свои места. Я столько лет искал мотив, а, оказывается, это всё из-за тебя! Ты всему виной!
Вздрогнув, я вжалась в спинку, пытаясь отстраниться от невменяемого опекуна как можно дальше. Сообразив что напугал, Уильям потёр лицо ладонями, и когда вновь посмотрел на меня, уже не напоминал свихнувшегося маньяка.
– Прости, всё, я в норме. И я неправильно выразился – ты всему причина, и вины твоей здесь точно нет!
– О чём ты? – поинтересовалась настороженно.
– Сейчас это уже не важно. Но лучше бы я не настаивал на проверке, теперь скрыть твою уникальность не получится. Уверен, не успела захлопнуться за нами дверь, как полетел отчёт с ошеломляющей новостью. Сначала главе Магсовета, а после и королю. Не бойся, Аська, прорвёмся!
– Вот именно, что напрасно! Сделал бы вид, что не в курсе о подмене крови и не было бы никаких проблем, – буркнула я обиженно, потерев саднящую подушечку пальца.
– Не говори глупости, рано или поздно то, что ты обладаешь магией, всплыло бы, и тогда наказания не избежать. Сначала перелили бы твой резерв какому-нибудь уроду, способному отвалить за него баснословную сумму. А без брачного ритуала процедура эта жутко неприятная. При заключении брака муж берёт почти всю боль на себя, здесь же придётся терпеть самой. Ну а после – казематы. Не уверен, что я смог бы помочь. Ты этого хочешь?
– Я и без тебя всё это знаю, не надо разговаривать со мной, как с умственно отсталой! Я уже не маленькая!
– Только внешне, а вот поступки – сплошное ребячество. Ась, пора взрослеть, я, конечно, рядом и прикрою, но и своя голова на плечах должна быть.
На это я лишь фыркнула, раздражённо передёрнув упомянутыми плечами. А опекун ухмыльнулся и продолжил давить, причём в этот раз его аргументы были куда весомей...
– Скажи, дорогая, когда затевала аферу с кровью, ты подумала об Эви? Действительно считаешь, что я спущу ей пособничество в опасной авантюре?
Я вздрогнула, поднимая на него взгляд. Сердце сковал липкий страх, замедляющий его бег.
– Нет, прошу, не наказывай Эви, она тут ни при чём!
– Придётся. Ты ещё совсем глупышка, не видевшая жизни, а она – взрослая женщина, осознанно подвергшая опасности твою свободу.
– Эвилина не хотела, клянусь! Я два дня ей проходу не давала. Да у Эви другого выхода не осталось!
– Выход есть всегда. Хотела, чтобы ты от неё отстала? Рассказала бы мне и всего делов. Но она предпочла пойти у тебя на поводу!
– Уильям, пожалуйста!
– Разговор окончен!
Похоже, мы никогда не найдём общий язык. Снова между нами давящая тишина и волны гнева, направленные друг на друга. Герцог строит из себя заботливого правильного папочку, только мне эта игра без надобности. Я жить хочу! Пусть порой совершая ошибки, но сама, без чьих-либо подсказок и тотального контроля!
Из кареты я вылетела стрелой, забыв, что являюсь леди, и оставляя Уильяма в экипаже. Ненадолго. Я только пересекла холл и дошла до лестницы, как он окликнул:
– Асения, подожди.
Остановилась и, посмотрев на него, вопросительно выгнула бровь.
– Спустишься сегодня к ужину?
– Зачем? Мне кажется, мы и так мило пообщались, к чему усугублять?
– Если ты пообещаешь присутствовать на трапезах, я не буду наказывать Эви.
– На всех?
– Да. Завтрак, обед и ужин.
– Хорошо, я буду! – буркнула и наконец сбежала в свои комнаты.
Эвилина обнаружилась в моей гостиной. Сидя в кресле, она нервно грызла ноготь на указательном пальце. Безупречный маникюр уже приказал долго жить, но Эви этого будто и не замечала вовсе. При моём появлении девушка вскочила на ноги и вперила в меня выжидающий взгляд.
– Провал, нас разоблачили. Завтра я стану главным трофеем в брачной охоте! – доложила я, горько усмехнувшись.
– Муж – это хорошо, – предприняла она попытку успокоить несчастную Аську.
– Ага, поэтому ты на похоронах своего едва в пляс не пошла? – огрызнулась и только потом спохватилась: – Прости, Эвилиночка, я дура и язык у меня без костей!
– Ничего, я понимаю, что ты расстроена и обидела не намеренно.
– За себя не переживай, его светлость заверил, что не накажет.
– Да я и не беспокоилась по этому поводу... Что дальше будешь делать? Может, уже смиришься, а? – послышались в голосе камеристки умоляющие нотки.
– Ни за что! Завтрашний бал дебютанток запомнят надолго! И потенциальные женихи, и светские сплетницы, и герцог Блеквуд. Я буду не я, если сдамся! – произнесла с предвкушающей улыбкой.
– Кто скажет, почему мне так страшно? – прохныкала Эви, оценив мой оскал.
Сама боюсь, а куда деваться? Кто не рискует, тот выходит замуж и становится кормом для недостойных такой жертвы моральных уродов!
10
АСЕНИЯ.
Спускаться к ужину не хотелось, но Эви действительно жаль, поэтому пришлось. Сегодня я решила обойтись без концертов. Спокойно подождала, когда Уильям отодвинет для меня стул, грациозно села и, тщательно расправив, постелила салфетку на колени. Опекун одобрительно хмыкнул, не подозревая, что я лишь усыпляю его бдительность перед предстоящим балом.
Ужинали молча. Я строила невозмутимую мордашку, Эви хмурилась, с сосредоточенным видом ковыряясь вилкой в своей тарелке, а герцог косился в мою сторону, явно горя желанием что-то сказать, но отчего-то этого не делал.
– Ася, расстроилась после проверки? – всё же не выдержал мужчина.
– А сам-то как думаешь? Чувствую себя куском сырого мяса, который собираются бросить стае бешеных собак.
– На самом деле немногие решатся сделать тебе предложение, пугаться раньше времени не стоит, – успокоил он меня, ядовито ухмыльнувшись.
– И что же остановит основную часть?
– Герцог Блеквуд в качестве родственника, – с улыбкой пояснила Эвилина.
– О том, что великого и ужасного не слишком желают лицезреть в своём доме, я как-то не подумала, – хихикнула я несдержанно.
– Давай подниму тебе настроение? – предложил Уильям.
– Каким образом?
Надо признать, заинтриговал. Я считала, что ему безразлично, что я чувствую, и проявления заботы не ожидала.
– Выполню любое желание. Кроме отказа от замужества, разумеется.
– Хм, – на мгновение закусив губу, набираясь решимости, выпалила: – Научи пользоваться магией?
Услышав мою просьбу, герцог завис, внимательно изучая зажатую в руке вилку. После перевёл на меня недоумённый взгляд и спросил:
– Какой в этом смысл? Ты же знаешь, что скоро её лишишься.
Кивнула и, скрывая разочарование, опустила голову. Глаза защипало от непролитых слёз. Это несправедливо, отбирать что-то без спроса, тем более мне самой магия нужна и я не хочу её терять!
Уильям продолжал меня разглядывать, и вдруг предложил:
– А вот навыки самообороны тебе могут пригодиться. Думаю, красивой девушке необходимо уметь постоять за себя. Научить?
В душе вспыхнуло предвкушение и непередаваемый восторг. Он ещё спрашивает? Конечно, научить! Только... неужели он серьёзно? Девушка умеющая драться – нонсенс.
Я недоверчиво посмотрела на опекуна, боясь, что он сейчас заявит: «Я пошутил». Будто поняв, о чём я думаю, в наш разговор вмешалась Эви...
– Уил, ты в своём уме? Зачем эти дикие замашки леди?
– А почему нет, если леди не желает вышивать крестиком? Асения слишком энергичная, надо же ей как-то выпускать пар, без вреда для себя и окружающих! – ответил он невозмутимо.
– Хочу! – практически выкрикнула, заметив что Эвилина снова открыла рот.
Не позволю я ей лишить меня развлечения, отговорив герцога. Обещал – пусть выполняет!
– Тогда жду тебя на рассвете в холле, – улыбнулся он моему энтузиазму. – Оденься попроще, чтобы платье не сковывало движений.
А-а-а! Я едва не подпрыгнула от радости. С трудом удержалась. Спокойно отодвинула тарелку, поднялась и чопорно произнесла:
– Я сыта, прошу меня извинить!
Покинув столовую, всё же сорвалась на бег. Влетев в свою спальню, сразу прошла в гардеробную. Удручённо оглядела пышные платья, понимая, что нет у меня ничего попроще. Но отчаиваться рано!
Дёрнула шнурок, вызывая горничную. Молоденькая девушка в тёмно-синем платье и белом переднике скользнула в комнату пару минут спустя, поражая своей скоростью. Арнела в принципе была очень расторопной, мы познакомились ещё в первый день моего пребывания в особняке, и служанка понравилась мне сразу.
– Мне нужны брюки, мужская рубашка и ботинки, – озадачила я её запросом.
– Эм... Леди, боюсь, я не знаю, как вам помочь, – пробормотала она растерянно.
– А мне кажется, знаешь. Герцог ведь когда-то был подростком, значит, в доме должны остаться его старые вещи.
– Возможно, на чердаке... – протянула Арнела задумчиво. – Я поищу и, если удастся что-то найти, приведу в порядок. Вам срочно?
– К шести утра.
– Успею. А его светлость разрешил вам надевать столь экстравагантный наряд?
– Да!
И я не лгу! Он же сам сказал, нужно что-то удобное! Лично я считаю – удобней не придумать!
Вечером никто меня не беспокоил, Эви и та не зашла. Ну и ладно, легла спать пораньше. Во-первых, чтобы поскорее наступило завтра, а во-вторых, дабы встретить утро выспавшейся и полной сил.
Горничная не подвела. Когда я, совершив утренний моцион, вышла из душа, на кровати лежали чёрные брюки и белая рубашка, а на полу стояли высокие ботинки на толстой подошве. Уильям это всё носил лет в четырнадцать, наверное, если учесть, какие габариты у него сейчас. А на меня одежда села, как влитая. Разве что попу плотно обтянула, всё-таки эта часть тела у мальчиков и взрослых барышень изрядно различается.
Мои волосы Арнела заплела в косу и, мудрёно скрутив, заколола так, что они совсем не мешались. Осмотрев себя в зеркале, я осталась довольна увиденным и выпорхнула в коридор.
Как и обещал, опекун уже ждал у подножия лестницы. При моём появлении он впал в ступор, скользя взглядом по непривычному для девушки наряду. Я минуты три ждала, пока Уильям оклемается и уже начала беспокоиться, а очухается ли вообще, когда он заговорил.
– Ты где это взяла? – поинтересовался герцог хрипло.
Отметила, что злости в голосе не слышно, и расслабленно выдохнула.
– На чердаке, это твои вещи, если не узнал. Только не кричи. В моём гардеробе лишь платья для выхода в свет, а в них будет некомфортно!
– Боги, если решу обзавестись потомством, пожалуйста, пошлите мне сына, вторую такую егозу я не переживу!
– А ещё свою кровиночку продавать жалко, – заметила я ехидно, глядя на то, как он мученически закатил глаза. – Папа всегда говорил, что я выйду замуж, только если сама захочу. Но одна сволочь лишила меня семьи и нормальной жизни.
Уильям напрягся, виновато на меня посмотрев.
– Он бы не смог выполнить данное обещание, тут от отцов ничего не зависит. Хорошо, оставайся в этом, только плащ мой накинь и шляпу, чтобы, пока едем по городу, в тебе девушку не опознали.
– Едем по городу?
– Я тренируюсь на свежем воздухе. Не важно, какого рода тренировка – магическая или физическая. Когда ещё подчинял тьму, в черте города делать это было опасно. Для окружающих. Вот я и выезжал за его пределы. Сейчас, конечно, уже без надобности, но привычка сохранилась.
– Ясно. Правда, есть проблема. Я не умею ездить верхом, – призналась я с тяжёлым вздохом.
– В каком смысле? В программу обучения в пансионе входит верховая езда.
– Ага, при этом единственной лошади уже прогулы на кладбище ставили, и с места её было не сдвинуть.
– Надо бы потрясти мисс Веллир и поинтересоваться, куда уходят наши деньги, – произнёс герцог, опасно ухмыльнувшись.
– Всё, да? Теперь ты меня не возьмёшь? – я едва не заревела от разочарования.
Глядя на мою скуксившуюся мордашку, он улыбнулся.
– Я же уже пообещал. Со мной поедешь.
С ним? На одном коне? А точно ли мне нужна эта тренировка?
11
АСЕНИЯ.
Надо было сразу отказаться! Жеребец герцога отличался невиданной мощью. Прокатиться на таком – одно удовольствие. Если бы не его хозяин, прижимающийся к моей спине. Закаменев всем телом, я и вздохнуть боялась, находясь в кольце его рук. Близость Уильяма почему-то смущала.
Его прикосновения и дыхание, опаляющее висок, волновали, вызывая неясный трепет внизу живота. Приятный, но с ним я не хотела этого чувствовать. Только не с ним!
– Ась, расслабься, иначе бёдра натрёшь и спина потом болеть будет.
– Переживу, – огрызнулась и всё-таки попыталась последовать совету.
Задержав дыхание, откинулась на твёрдую мужскую грудь, отчего по телу прокатилась волна дрожи, повергая меня в растерянность. Не понимаю, что со мной происходит, разве я не должна испытывать отвращение? Блеквуд убийца, чудовище, а мне в его объятьях так хорошо и правильно, что это пугает.
– Асения, почему ты такая упёртая? Я стараюсь найти общий язык, иду на уступки, а ты лишь вредничаешь ещё сильней.
Ой, а ты действительно не догадываешься? На что рассчитывал-то? Что девушка, которую ты сделал сиротой, перед тобой на цыпочках плясать станет? Вслух я, естественно, этого не сказала.
– Характер такой. Не переживай, тебе недолго терпеть осталось, продашь подороже и заживёшь в своё удовольствие.
– Когда-нибудь ты доведёшь меня до хорошей трёпки!
– Будешь бить женщину?
– Нет, пороть ребёнка. А потом в угол поставлю.
Город был уже далеко позади и, пообещав страшную расправу, Уильям натянул поводья, останавливая коня и сразу же спрыгивая. Не спрашивая согласия, обхватил талию руками, снимая меня со спины жеребца, и опустил на землю.
– Плащ и шляпу лучше снять.
Не став спорить, разделась и присоединилась к отошедшему в сторону мужчине. Что интересно, скакуна он и не подумал привязать, теперь тот мирно жевал травку.
– Не убежит? – спросила, озадаченно нахмурившись.
Остаться в лесу вдвоём с опекуном, за несколько километров от города – то ещё удовольствие, и в мои планы оно не входило.
– В отличие от тебя, он послушный! Встань напротив и попробуй меня ударить. Силы не жалей, ты же хочешь разбить мне нос?
Ишь, какой проницательный! Зло прищурившись, сжала кулаки, выставив их перед лицом... Герцог загнулся от хохота. Эй, так нечестно, я же тут тебе навалять пытаюсь!
– Прости, но это слишком впечатляющее зрелище. И скажу сразу, так у тебя ничего не выйдет! Смотри. Локти выше, левую руку ближе к себе, правое плечо чуть вперёд. Сожми кулак и бей резким прямым выпадом. Буквально выкидывая кулак. Ударяй сюда! – указал он на свою ладонь.
Ещё никогда я не подчинялась с такой готовностью, удары на несчастную ладонь сыпались один за другим, а Уильям каждый раз командовал:
– Локоть выше! Резче! Рука прямая! Сильнее, или каши мало ела?
Я уже изрядно вспотела, когда тренер, уходя от атаки, неожиданно сжал моё запястье, крутанул меня на месте и прижал спиной к своей груди.
– Молодец, Ася, быстро учишься, нос теперь точно сможешь разбить. Кому-нибудь, не мне. Это я на будущее предупреждаю, не стоит напрасно тратить силы, – прошептал он, щекоча дыханием висок.
Было в этом что-то интимное, выбивающее землю из-под ног. Смутившись, я оттолкнула руки, оплетающие мою талию, и, сделав шаг вперёд, развернулась к мужчине лицом.
– Всё на сегодня?
– С физическими нагрузками – да. Тебе ещё на балу вечером танцевать. Как насчёт урока верховой езды?
Поняв, что возвращение домой откладывается, я активно закивала. Уильям дождался, когда я удобно устроюсь в седле, и, подхватив поводья, пошёл рядом, контролируя каждый шаг скакуна.
– Бёдра! Ты же не истукан! Приподнимайся, немного подпрыгивая.
Сама не заметила, как вскоре поводья перекочевали в мои руки, и теперь я уже без посторонней помощи нарезала круги по поляне. Ощущение свободы пьянило, настроение стремительно ползло вверх, а улыбка никак не сходила с лица. Не удержавшись, издала победный клич, сопровождавшийся громким смехом герцога.
– Достаточно! – прервал опекун всё веселье. – Слезай, аистёнок, отдохнёшь немного, и поедем домой.
То ли я так дёрнула поводья, то ли и жеребец вместе со мной остолбенел от подобного обращения, но он замер, будто налетев на стену. Уильям же совершенно невозмутимо стянул меня вниз.
– Что? – поинтересовался он, заметив, как я на него смотрю.
– Почему аистёнок? – выдавила я не без усилий.
– К имени подходит. Ну и... тебя же мне аист принёс.
– Хорошо, что не в капусте нашёл, боюсь представить, как бы ты тогда меня назвал...
Пожав плечами, он лишь улыбнулся и… улёгся на траву, закинув руки за голову и прикрыв глаза. Мне оставалось только сесть рядом. Вид отсюда открывался потрясающий. Ровные поля, далеко впереди бескрайний лес, тянущийся до самого горизонта. И всё это великолепие залито солнечным светом. Любуйся – не хочу!
Но... мой взгляд почему-то раз за разом возвращался к мужчине. К растрёпанным смоляным волосам, расслабленному лицу с правильными чертами. Пиджак Уильям снял сразу как приехали, и сейчас ничто не мешало рассмотреть не скрытую полурасстёгнутой рубашкой грудь. Загорелую, с чётким рельефом мышц.
В очередной раз признаю, что этот гад непозволительно хорош. Ошеломительный пейзаж герцогу явно проигрывает, ибо им я действительно залюбовалась. Даже пропустила момент, когда Уильям открыл глаза. Заметив, что и он изучает меня из-под опущенных ресниц, чудом не покраснела, словно меня застукали на чём-то крайне неприличном.
– Мы возвращаться будем, нет? Мне ещё к торгам готовиться. Гриву причесать, чепрак* побогаче выбрать и бантик на хвост привязать нужно.
– Ну пойдём, кобылка ты моя своенравная! – хмыкнул он на мой язвительный выпад.
Поднявшись, Уильям галантно протянул руку, помогая и мне встать на ноги.
–––––––––––––––––––––––––––––––––––––––––––––––––––––––––––––––––
* Чепрак – суконное покрывало, которое надевается под седло и предназначено для защиты спины лошади и комфорта
12
АСЕНИЯ.
– Уил меня убьёт! Расчленит и раскидает куски по всей столице! – простонала Эвилина, обессиленно опускаясь в кресло, не сводя с меня потрясённого взгляда.
Поправила так шокировавшее её платье и улыбнулась. Если уж на неё мой наряд произвёл неизгладимое впечатление, что будет на балу? Уже предвкушаю реакцию чопорной публики.
– Скажи, что ни о чём не догадывалась и перед тем, как показаться тебе на глаза, я надела плащ, – отмахнулась я от камеристки.
– Ась, ты понимаешь, кому мне лгать предлагаешь? Когда-нибудь задумывалась, почему его так боятся? Он глава Управления по борьбе с преступностью и должность свою не за красивые глазки получил. Чтобы ты понимала, если дело попало к нему в руки – преступнику не жить, он их даже в Управление не привозит, казнит на месте и всё! Считаешь, легко такому навешать лапшу на уши?– Ой, не надо меня запугивать, я и так в курсе, что Блеквуд маньяк, но тебе он ничего не сделает.
– Мне бы твою уверенность.
Ответа эта реплика не требовала. Я молча повернулась к зеркалу, зачарованно разглядывая получившийся образ.
Нежно-голубое платье на тонких бретельках плотно обтягивало грудь и талию, не оставляя сомнений, что корсета под ним нет. Подол без обязательного вороха подъюбников волной ниспадал до самого пола. Несмотря на то что верхний слой полупрозрачный, а нижний из лёгкого шёлка, наряд был вполне приличным. Пока я стояла на месте. Но стоило сделать шаг, становились видны разрезы, демонстрирующие какие у меня красивые ножки. Если что, это сарказм, а не самолюбование!
Волосы горничная убрала в высокую причёску, открывающую шею. Кстати, Арнела, пока помогала мне одеваться, лишь стреляла в меня озорным взглядом, и не пытаясь остановить бесчинства. Мне определённо с ней повезло!
– Арнела, подай плащ, не хочу, чтобы Уильям увидел сюрприз раньше времени. Этот зануда всё веселье испортит.
Хихикнув, горничная выполнила приказ. Даже сама набросила скрывающий всё тело плащ мне на плечи и завязала шнурки.
Опекун ждал в холле, нетерпеливо постукивая плоской обтянутой бордовым бархатом коробочкой по бедру. Узрев меня, он нахмурился, но не спросил, с чего вдруг я так закуталась. На Эви же посмотрел совершенно равнодушно, ни тебе восхищения во взгляде, ни мало-мальского комплимента. Чурбан бесчувственный! И как она его терпит?
Справедливости ради, скажу, что Эвилина отнеслась к этому спокойно, из чего я сделала вывод: девушка привыкла к столь пренебрежительному отношению и для них это норма.
– Ася, это тебе, – протянул Блеквуд коробочку.
Ясно, что там украшения, но подарков от него я принимать не желала. Уже было сказала это вслух, как он вдруг дополнил:
– Они принадлежали твоей матери. Я подумал, ты почувствуешь себя уверенней, если с тобой будет хотя бы частичка её.
Боги! Какой лицемер! Не знаю, чего я сейчас больше хочу: разрыдаться, прижимая к груди бесценные сокровища, или же расцарапать гаду лицо. Впрочем, военные действия пока решила отложить, а Уильям, не выдержав моего молчания, сам открыл крышку и достал изящное колье с сапфирами в тонкой золотой оправе.
Сообразила, что он собирается собственноручно застегнуть его на моей шее, и сердце совершило кульбит, с силой ударяясь о рёбра. Мне ведь плащ снять придётся, да? Эви изрядно побледнела, я же, надеясь на помощь всех ангелов-хранителей вместе взятых, развязала шнурки, лишь слегка спуская с плеч тяжёлый материал.
К счастью, на большем опекун настаивать не стал. Правда, через пару секунд я осознала, что боялась вовсе не того. Лёгкие, почти невесомые прикосновения к моей коже будто током ударили, и я чудом не вздрогнула. Пока герцог возился с застёжкой, опаляя затылок тёплым дыханием, я не дышала вовсе, наслаждаясь искрами, разлетающимися в каждую клеточку тела, принося невероятное удовольствие. Разумеется, твердила про себя, что мне это вовсе не нравится, но… Сама не верила. Уильям действует на меня как-то неправильно, может, это какое-то колдовство? Ведь я точно знаю, что не могу на него реагировать подобным образом!
Наконец застёжка щёлкнула, я сразу же отстранилась, поспешно возвращая плащ на место.
– Дальше я справлюсь! – буркнула, подхватив из положенной на журнальный столик коробочки серьги.
Вставляла их в уши уже на ходу, практически сбегая из особняка. Или от опекуна? Жаль, от себя не сбежишь...
Забравшись в карету, забилась в угол и всю дорогу не отводила взгляда от окна, не слушая, о чём щебечет камеристка. Впрочем, обращалась она не ко мне, а к своему любовнику. Он что-то односложно ей отвечал, словно тоже пребывает в раздумьях.
Не знаю, как Уильям, а я костерила себя на чём свет стоит, ну и про него не забыла, естественно! Тоже наградив парочкой проклятий.
Бал дебютанток проходил ни много ни мало – в королевском дворце! Когда мы приехали, площадь перед ним уже была заполнена каретами. Экипаж остановился возле высокого крыльца из розового мрамора. Первым вышел герцог, потом Эви, и лишь после я, опираясь на руку опекуна.
Дворец не впечатлил, честно говоря, я ожидала большего изящества и помпезности. Но нет! Обычный пятиэтажный особняк с башнями и колоннами. Родовое гнездо Блеквудов и то поинтересней будет, хоть и размером поменьше.
Высокие двустворчатые двери распахнуты и по обеим сторонам стоят напоминающие пингвинов лакеи, кланяющиеся каждому входящему. И как у них голова не кружится?
Исполняющая обязанности камеристки Эвилина должна была идти на шаг позади меня, невзирая на статус графини. А я вышагивала рядом с законным представителем, положив руку на его локоть. Затормозили только возле закрытых дверей в бальную залу. Лакеи их распахнули, церемониймейстер зычно объявил о приходе герцога Блеквуда с подопечной, и вот тут я скинула плащ, отдав его мгновенно подскочившему слуге.
Уильяма, кажется, парализовало! Смотрел на меня широко распахнутыми глазами, не в силах моргнуть. Хорошо, что меня это умение не покинуло. Не обращая внимания на отразившиеся в чёрных омутах шок, неверие и что-то, неподдающееся определению, невинно похлопала ресничками, демонстративно отставив правую ногу вперёд.
– Так мы идём? Нас уже пригласили!
Очнулся и, гневно прищурившись, прошипел:
– Пойдём, раз тебе нравится выставлять себя на посмешище.
– Я не заметила, чтобы ты смеялся.
– Зато остальные знатно развлекутся за твой счёт!
Высказавшись, он шагнул на ковровую дорожку, ведущую прямо к трону с восседающим на нём королём. Монарху на вид можно дать лет сорок, но я прилежно училась и знаю, что правит он уже больше пяти столетий. За это время Антидор Марино сменил... Внимание! Шестнадцать жён! Понятно, что нужны они ему были исключительно как доноры магии. К слову, далеко не со всеми королевский брак закончился смертью супруги: больше половины венценосный козёл сослал в монастырь, вроде как за то, что они наследника ему родить не в состоянии.
И это чистая правда. Вероятно, боги наказали правителя за жадность и детей ему не послали, потому единственный претендент на престол – племянник монарха Квентин. Но не думаю, что тёпленькое место скоро освободится. Антидор лишь в прошлом году пополнил свой резерв, сочетавшись узами брака в очередной раз. Ну, хоть он на меня претендовать не сможет, уже хорошо!
Остановившись возле трона, герцог учтиво склонил голову, а я растерялась, осознав что присесть в реверансе не могу. Иначе выставлю все свои прелести напоказ. Оглядев меня с головы до ног, правитель брезгливо поморщился, но когда Уильям на него посмотрел, уже приветливо улыбался. Ух ты! Похоже, и он боится моего великого и ужасного опекуна! По крайней мере, высказываться о неподобающем поведении его воспитанницы не стал. Или не решился?
– Герцог Блеквуд, не представите ли свою очаровательную спутницу?
– Асения моя подопечная, на этом балу она присутствует в качестве дебютантки.
– Уверен, отбоя от женихов у такой красавицы не будет!
Ага, сказал, а у самого на мерзкой морде написано, что никто на меня не позарится.
– Не сомневаюсь! – ответил Уильям невозмутимо. – Позвольте откланяться, ваше величество!
Конечно же, нам позволили, но я опять распинаться перед монархом не стала, да и опекун в этот раз последовал моему примеру – молча сопроводил меня к выстроившимся возле окна девушкам и присоединился к остальным гостям.
Стоять вот так под пристальным вниманием толпы абсолютно незнакомых людей было жутко неловко. Казалось, изучающие, оценивающие взгляды, ощупывая лицо и фигуру, оставляют грязные следы. Я одна считаю унизительным демонстрировать себя как товар? Другие девушки, хоть и заметно смущались, явно были не против!
– Объявляется первый танец дебютанток! Посмотрим, кто уже пленил сердца наших кавалеров? – зычно произнёс церемониймейстер.
В нашу сторону сразу потянулась вереница мужчин. Девушки одна за другой попадали в крепкие объятия... Угадайте, кого обошли вниманием? Да! Вскоре Аська в развратном наряде осталась в гордом одиночестве.
Теперь под шепотки и смешки сплетниц до меня дошло, какую глупость я совершила. Когда озвучат мой резерв магии, от желающих на мне жениться всё равно не отвертеться. Зато сейчас я стала посмешищем. От стыда и нервного напряжения тело била крупная дрожь. Чтобы не видеть издёвку и злорадство в глазах присутствующих, опустила голову.
Чёрт, Аська, сглупила, терпи, только не вздумай зареветь на потеху высокомерной публике!
Неожиданно в поле зрения возникли начищенные чёрные ботинки. Недоверчиво скользнула взглядом по брюкам, смокингу, обтянувшему широкие плечи и, остановившись на лице Уильяма, растерянно моргнула.
– Дама позволит пригласить её на танец?
– А тебе можно? – просила я робко.
– Почему нет? Я так-то завидный холостяк! – подмигнул он, протягивая мне руку.
Вкладывая пальцы в тёплую ладонь, я испытывала такую благодарность к герцогу, что не описать словами. Впервые задумавшись о том, что Уильям всегда встаёт на мою сторону, как бы я ни старалась напакостить и разозлить его.
13
УИЛЬЯМ.
По мне этого не скажешь, но очередная безумная выходка Аськи привела в бешенство. Захотелось, словно дикий орк, закинуть паразитку на плечо и унести в своё логово. Чтобы... отходить по попке!
Ну как можно быть настолько дурной? Надеется, что на такой распущенной девушке никто не женится? Хрен там! Услышат о её резерве и в очередь выстроятся. Вот только уважения от мужа потом ждать не стоит: выкачает магию, засунет в какую-нибудь дыру и забудет о её существовании.
Но глазеть на излишне открытое декольте и стройные ножки озабоченным кобелям это не мешало. Из-за чего я злился ещё сильнее. Даже старики слюни распустили, что уж говорить о молодых мужчинах? Слух уловил, как стоящего рядом дряхлого ловеласа одёрнула супруга, вынуждая того отвернуться, и я ощутил острое желание повыкалывать глаза всем присутствующим на балу представителям мужского пола.
Зато, как бы ни хотелось, пригласить Асению на танец уважаемые лорды посчитали ниже своего достоинства. Уроды! Глядя на сжавшуюся девушку, напоминающую брошенного птенчика, я испытал целую гамму чувств, главным из которых стало стремление защитить и успокоить своего аистёнка.
Сам не заметил, как пересёк зал, вставая перед ней и протягивая руку. В тёмно-синих глазах Аси стояли слёзы, но она мужественно боролась с ними, не позволяя пролиться. Гордая, смелая и это восхищало! Ещё бы научилась думать перед тем, как что-нибудь выкинуть, цены бы ей не было!
Ася скользнула в мои объятия. Сжав узкую ладошку, положил вторую руку на поясницу девушки, сквозь тонкую ткань платья ощущая жар нежного тела. С трудом удержался и не привлёк аистёнка ближе.
– Спасибо, – прошептала подопечная чуть слышно, посмотрев на меня с благодарностью.
Неужели дождался? Впервые за одиннадцать лет она оценила мою заботу! Отметить этот день в календаре как великий праздник, что ли?
– Не за что. Давай лучше думать, как исправить твой наряд!
– Есть идеи? У меня ни одной!
– Вот бы они когда ты глупости изобретаешь кончились, а не сейчас!
Нахохлилась, обиженно выпятив губку. Улыбнулся и сжалился над непоседой.
– Открой мне доступ к твоей магии. Тьма направлена на разрушение и я не смогу залатать ею разрезы. Но, если наши магии будут связаны, смогу воспользоваться твоей.
– А ты раньше так уже делал?
– Нет, естественно. Я же объяснял: другая магия некромантам не подходит, а проворачивать подобное с магом смерти с моим резервом бессмысленно. К тому же не готов я к такому интиму с мужчиной, – подмигнул я хихикнувшей Аське. – Ты – другое дело. Соединив нашу тьму, я получу доступ и к остальным видам магии.
– Всё так запутанно... Что мне нужно сделать?
– Прикрой глаза и попробуй почувствовать меня, мою тьму. Не сопротивляйся, когда она потянется к тебе, впусти.
Сам не ожидал, что всё пройдёт так гладко и быстро. Наша связь ощущалась как нечто само собой разумеющееся. Будто сошлись две половинки одного целого. Хоть я и некромант, общие заклинания знаю отлично. Во времена учёбы в академии не понимал, зачем нас заставляют зубрить то, чем никогда не получится воспользоваться. И вот, пригодилось...
Раз уж сейчас я командую парадом, не только убрал с платья провокационные разрезы, но и дополнил его рукавами. Уменьшить декольте тоже не забыл. Нечего сверкать соблазнительной грудью.
Разорвал на удивление крепкую связь с Асенией и едва не рассмеялся, наблюдая как она крутит головой, поражённо разглядывая собственные плечи, прикрытые тонким материалом.
– Я бы тоже хотела так уметь. Но пока только небольшие дырки заштопать могу, волосы высушить, заклинание очистки получается... В общем, мелочь всякая.
Я напрягся и, подозрительно прищурившись, спросил:
– И кто тебя учил, позволь поинтересоваться?
– Сама. Одногруппница с каникул учебники брата привозила, вот я и их и осваивала понемногу. Теплицу спалила, как раз пытаясь создать огненный файербол. Не специально, как все подумали.
– А почему одногруппница тебя так баловала?
– Я ей кольцо, что ты мне на восемнадцатилетие подарил, отдала в качестве оплаты! – сообщила девчонка и, сообразив что сболтнула лишнего, испуганно закусила нижнюю губу.
В груди неприятно кольнуло. Я ведь ей от чистого сердца подарки делал. Лично выбирал, в то время как презенты для Эви поручал покупать секретарю. Пигалица неблагодарная!
– А остальные подарки где?
– Тоже раздала. Все до единого! – ответила Асения с вызовом, гордо вздёрнув подбородок.
Разочарование, вот что я сейчас испытывал. В данный момент даже смотреть на паразитку не хотелось. Я всё ей прощал, но это уже перебор. Такое пренебрежение – удар под дых. К счастью, музыка закончилась и, проводив Асю обратно, вернулся к Эвилине. Не обращая внимания на то, как ошеломлённо на меня взирают присутствующие. Эви, кстати, тоже.Встал рядом и, не выдержав затянувшегося молчания, буркнул:
– Что?
– Ты же не танцуешь! За три года я так и не удостоилась этой чести.
– Я просто помог, любовь к танцам так и не проснулась. Эви, не выклёвывай мне мозг, пожалуйста. Ты же в курсе, как это меня раздражает.
– В курсе. Прости. Конечно, Ася твоя племянница и ты обязан был её поддержать.
Ну да, ну да. Племянница. Главное, чтобы все как можно дольше в это верили.
– Сейчас начнут представлять девушек, рассказывая о резерве и направленности их магии, начнут с сильнейшей. То есть с Асении. Боюсь, после этого вокруг тебя весь бал будут увиваться мужчины, желающие сочетаться узами брака, – хихикнула графиня.
– Лишь бы ко мне не сватались, остальное я переживу, – прошептал на ухо любовнице и сжал её ладонь в своей.
От ничтожно крохотного проявления внимания она расплылась в счастливой улыбке. Довёл, совсем забросил её в последние дни. Можно сказать и парой слов не перекинулись. Эви устраивала меня во всём. Добрая, ласковая, не скандальная, неприхотливая и понимающая... Но почему-то я всё чаще начал ловить себя на мысли, что это всё не то и мне чего-то не хватает. Понять бы ещё, чего?
14
АСЕНИЯ.
После танца и разговора с Уильямом в чувствах настоящий хаос. Его прикосновения, обжигающие сквозь тонкую ткань платья, понравились, даже слишком. Наверное, поэтому я открылась, опустив защитный барьер. Позволила опекуну управлять своей магией и чересчур разоткровенничалась.
Первое принесло странную эйфорию. Я-то считала, что магия смерти холодная, пугающая, но... Нет. Тьма Блеквуда грела, словно ласкаясь ко мне. Это приносило умиротворение и в то же время волновало.
А вот второе... Увидев, как закаменело лицо герцога после моего признания, что раздала все его подарки, я испытала чувство вины. Не понимаю, с чего бы? Это чудовище лишило меня семьи и заслуживает исключительно ненависти. Так почему же так жжёт в груди и нестерпимо хочется извиниться?
Подняла глаза на Уильяма. Он и не смотрел в мою сторону, о чём-то разговаривая с Эви, удерживая её ладонь в своей, и улыбался. Не так, как при общении со мной, сейчас его улыбка казалась натянутой... А может, я лишь хочу в это верить?
– Дамы и господа, позвольте представить наших дебютанток и рассказать о них пару слов, чтобы познакомиться с красавицами ближе, – отвлёк от душевных терзаний церемониймейстер.
О, да! Уверена, представляя дебютанток, рассказывать будут исключительно о магической силе, остальное попросту никому не интересно. Да и красавицами можно назвать далеко не всех, но это же не важно при выборе супруги! Пусть она хоть на бегемота в юбке будет похожа, главное резерв побольше и направленность магии подходящая.
– Итак, настоящий бриллиант этого сезона! Подопечная герцога Блеквуда – Асения! Маг-универсал, обладающий стопроцентным резервом всех видов магии! Прошу девушку подойти ко мне, дабы мы смогли ею полюбоваться.
Тьфу! Это уже не просто торги, а аукцион эксклюзивных экспонатов! Того и гляди озвучат сумму и начнут отсчёт. Но делать нечего, под удивлённые и взволнованные шепотки я подошла к плюгавому дядечке и, повернувшись к залу, присела в реверансе. Спасибо Уильяму, теперь я в состоянии вести себя как благовоспитанная леди.
Немного удивило, что мою фамилию не сообщили. Впрочем, как потом выяснилось, всех девушек представляли только по именам. А вот о фамилиях и титулах их законных представителей не забывали.
Ну точно аукцион! Благодарим за предоставленный лот того-то, того-то! Сволочи! И что ужасно бесит – абсолютно все, в том числе и «лоты» считают это в порядке вещей. Может, если бы я жила с родителями, тоже плыла бы по течению и относилась к браку нормально. Но оставшись сиротой, я поняла, что один на один с этим миром, и начала бороться. Всегда и со всеми. С жестоким отношением воспитателей, с несправедливыми наказаниями, с запретом на магию для женщин... В общем, в отличие от моих сверстниц включила мозги и увидела все несовершенства привычных устоев.
А что может быть хорошего в королевстве, где глава Управления по борьбе с преступностью безнаказанно убивает людей, а потом их дочь отдают ему же на воспитание? Пусть лично меня Уильям не обижал, он ещё одиннадцать лет назад стал для меня врагом номер один, и то, что сейчас моя ненависть к нему и жажда мести начала угасать, выбивает из колеи.
Ещё не представили и половины дебютанток, а возле Блеквуда уже столпилось с десяток мужчин, что-то ему объяснявших и окидывавших друг друга гневными взглядами. Уильям молчал, следя за происходящим с ироничной ухмылкой. Ну, хоть не кричит на весь зал «Стоп, продано!» – уже хорошо.
Вместо этого он склонился к уху Эвилины. Камеристка понятливо кивнула и пошла ко мне. Ожидая её приближения, я нервно закусила губу.
– Уил просит тебя подойти, – шепнула Эви, ободряюще улыбнувшись.
Меня затрясло. Неужели он определился с выбором? Нет, пожалуйста, Уильям, я не готова! Ноги не слушались, и я с трудом их переставляла, пересекая зал. Встала рядом с опекуном и застыла ледяной статуей. Изобразить приветливую (да хоть какую-нибудь!) улыбку уже не получилось.
– Прошу внимания, господа! – оборвал герцог агрессивно спорящих лордов. – Хочу представить вам Асению и сообщить, что именно её мнение станет решающим при выборе супруга. Так что распинаться и лебезить передо мной не надо: не понравитесь ей – и я ничем не смогу вам помочь!
– Так не делается, лорд Блеквуд! – выразил своё недовольство упитанный дядечка с бородавкой на шее.
Его возмущение понятно: с такой-то внешностью он явно окажется в пролёте, это тебе не выложить побольше денег, тут стараться надо, хотя бы ухаживаниями покорять.
Стоп! Не о том думаю. Уильям правда это сказал? Он предоставляет право выбора мне?!
– А мне без разницы, как делается! Свои условия я озвучил. Стоит ли бороться за внимание девушки – решать вам.
Забавно, но после его слов настойчивые кавалеры начали расходиться, кидая на меня заинтересованные взгляды. Рядом остался только один мужчина. Весьма привлекательный, не уступающий моему опекуну ни ростом, ни развитостью мускулатуры. Короткие светлые волосы, голубые глаза, в которых пляшут смешинки. Нос с небольшой горбинкой, пухлые губы и ямочка на подбородке. В общем, он вызывал симпатию, сразу располагая к себе.
– Я готов не просто бороться, сражаться! Даже могу вызвать на бой страшное чудище, охраняющее принцессу, – заявил он, улыбнувшись.
– Это ты на меня намекаешь? – вопросительно выгнул бровь опекун.
– Разумеется, на кого ж ещё? Так представишь друга красавице?
– Ася, этот наглый тип – Квентин Марино, мы вместе учились в Академии магии и с тех пор никак не получается от него отделаться.
Квентин Марино?! Племянник короля?! Так, мужик мне резко разонравился. Во-первых, он в состоянии перебить любую сумму, предложенную остальными претендентами на мой суповой набор. В смысле руку и сердце. А во-вторых, является другом Блеквуда. Где гарантия, что тот не забудет все обещания и не пойдёт на уступки приятелю?
– Рад знакомству! – заверил блондин, приникая губами к тыльной стороне моей ладони.
А я абсолютно точно – нет! Клянусь!
– Ох, да вы принц! Тот самый, у которого белый конь сдох? А мы вас так быстро не ждали. Как добрались? – поинтересовалась, невинно похлопав ресницами.
Квентин тоже похлопал, только растерянно, а Уильям кашлянул в кулак, явно сдерживая смех. Похоже, в этот раз моя выходка его не разозлила.
15
АСЕНИЯ.
В жизни так не уставала! Танец за танцем, а поток настойчивых ухажёров казался неиссякаемым. Хорошо ещё, по правилам два раза с одним и тем же мужчиной танцевать нельзя – это расценивается как намёк, что выбор сделан.
Очередной вальс завершился, молодой человек, чьё имя я и запомнить не пыталась, подвёл меня к Уильяму и растворился в толпе. Опекун этого будто не заметил, увлёкшись разговором с Квентином. С вселенской скорбью посмотрела на диванчик, мечтая хоть на пять минут вытянуть горящие огнём ноги. Но на сегодня отдых, похоже, так и останется мечтой.
Обратив внимание на то, что я наконец осталась одна, принц оживился и, отделавшись от Блеквуда встал передо мной, галантно склоняя голову.
– Прекрасная леди позволит похитить её на танец?
Вот, говорила же – он мне не нравится! Почему бы не подумать, что девушка измучена и вместо плясок предложить ей бокал сока, а также присесть?!
– Разве леди может отказать прекрасному принцу? – улыбнулась я кокетливо, представляя, как вонзаю каблук в ступню его высочества.
Разумеется, делать подобную глупость я не буду, но помечтать-то мне никто не запретит!
Музыка, как назло заиграла тягуче-медленная, чем Квентин не преминул воспользоваться, притягивая меня несколько ближе, чем допускается приличиями. И ведь не оттолкнёшь нахала, чтобы не вызвать ненужных сплетен. И так сегодня отличилась, к чему усугублять?
– Вы напряжены, Асения, расслабьтесь, я вас не обижу!
Уже обидел, мучаешь мои ножки, гад ненаблюдательный.
– Не сомневаюсь, просто я немного устала.
– Непросто перенести резко обрушившуюся популярность? Но это же легко исправить!
– И каким образом?
– Принять моё предложение руки и сердца. После этого никто не посмеет вас побеспокоить своими ухаживаниями. А я стану примерным мужем, могу гарантировать!
– Обещаете, что не сошлёте меня в монастырь по примеру дядюшки? – не сдержала я ехидства.
– Поговорим в более уединённой обстановке? Прогуляемся по саду? – неожиданно позвал принц и, не дожидаясь согласия, потянул меня к стеклянной двустворчатой двери.
Идея подышать свежим воздухом посетила не только его. То тут, то там на выложенных розовым мрамором дорожках встречались парочки. Везде горели фонари, отлично освещая идеально постриженные кусты, а прохладном вечернем воздухе витали умопомрачительные ароматы цветов.
Я поёжилась, Марино тут же снял пиджак, накинув его на мои плечи.
– Спасибо, – искренне поблагодарила, стягивая лацканы и закутываясь в тёплый кокон.
– Не за что, я просто стараюсь показать, какой внимательный и заботливый! – подмигнул блондин, очаровательно улыбнувшись. – Итак, вернёмся к нашему разговору. Асения, вы не совсем правильно понимаете происходящее. Уильям ведь говорил, что мы вместе учились, неужели вы не сделали выводов?
– Вы некромант! – осенило меня.
– Именно. Соответственно, найти подходящую супругу для меня задача практически невыполнимая. И тут вы – как дар небес. Поверьте, моя благодарность за ваше согласие будет поистине высокой. Обещаю не оставлять до конца дней, не изменять. К тому же, сделать вас королевой.
– Заманчивые перспективы, только вы забыли уточнить – до конца моих дней. Сами-то вы ещё несколько сотен лет останетесь молодым и красивым, – ответила, чувствуя, как во рту разливается горечь.
Это потребительское отношение его и правда не смущает, он даже не пытается скрыть, что ему нужна лишь моя магия. Хоть бы для приличия изобразил влюблённость!
– Ну да, и что? Свой резерв вам всё равно предстоит отдать будущему супругу, а я предлагаю действительно отличные условия. Большего никто не сможет вам дать!
– Я вас услышала. Простите, ваше высочество, мой ответ – нет!
Конечно, я догадывалась, что мой отказ ему не понравится, но такой реакции не ожидала. Резко ухватив повыше локтя, Квентин развернул меня к себе. Оплёл талию руками и, практически вжимая в свою грудь, опаляя дыханием лицо, с яростью прошипел:
– Глупо! Ты всё равно станешь моей, я не идиот, чтобы выпустить из рук удачу. Я в состоянии отдать за тебя настолько внушительную сумму, что остальным и не снилось!
– Уильям меня не продаст, он обещал, что я сама выберу мужа! – выкрикнула испуганно.
До меня только сейчас дошло, что стоим мы в дальнем углу сада, сюда и свет фонарей почти не доходит, а значит, на помощь рассчитывать не стоит. На что способен разозлившийся мужчина, которому наверняка с детства ни в чём не отказывали, и представить-то страшно.
– Блеквуд благороден до мозга костей, но лично я не уверен, что он не дрогнет, когда ему пообещают казну небольшого королевства. Ещё и пару уездов подарят.
– Я столько не стою, – прошептала, чувствуя, как задрожали колени.
У меня тоже такой уверенности не было. От столь щедрого вознаграждения лишь полный придурок отмахнётся, а Уильям на него совсем не походил.
– Мне виднее! – произнёс мужчина с опасной ухмылкой.
Сжав руки сильнее, причиняя боль, он вдруг склонился и приник своими губами к моим. Я ни разу не целовалась и не хочу, чтобы первый опыт стал таким. Грубым, бесцеремонным и с мужчиной, не вызывающим симпатии.
Стиснув челюсти, не позволив скользнуть противному языку в рот, с силой вонзила каблук в начищенный ботинок. Принц вздрогнул, непроизвольно выпуская меня из объятий. А мне только этого и надо было!
Локти выше, левую руку ближе к себе, правое плечо чуть вперёд. Сжать кулак и резкий прямой выпад! Нос Марино хрустнул и из него потоком хлынула кровь. Мысленно поблагодарив опекуна за уроки, я подобрала юбки и бросилась наутёк.
В какой стороне дворец я не в курсе, но и тормозить плохая идея, поэтому улепётывала куда глаза глядят. Раздающийся за спиной тяжёлый топот отлично подгонял. Уткнувшись в кованую ограду, побежала вдоль, вскоре обнаружив распахнутые настежь ворота. Вылетев в них, огляделась.
Площадь, заполненная каретами, перед центральным входом во дворец. Но, судя по приближающемуся сопению, добраться до крыльца я не успею, а кучера и лакеи в разборки господ вмешиваться не будут. Тем более если узнают единственного наследника престола.
Не долго думая рванула к ближайшему экипажу и, открыв закреплённый на запятках ящик для багажа, упала внутрь, опуская за собой крышку, напряжённо прислушиваясь.
Кто-то потоптался рядом... Даже догадываюсь, кто именно! Но быстро ушёл! Облегчённо выдохнула, на всякий случай полежала ещё несколько минут, и только решила выбраться, как снова послышались шаги. Несколько секунд и карета, качнувшись, сдвинулась с места. Эй! Мы так не договаривались, выпустите меня отсюда!
16
УИЛЬЯМ.
Вечер проходил спокойно. Разве что на Асю уже без жалости не взглянешь. Девчонка вымоталась, и это было заметно издалека, а женихи всё приглашали на танец. Скажи она, что не хочет, я бы тотчас вмешался, но подопечная с натянутой улыбкой раз за разом соглашалась.
Пока она скользила в вальсе с другими, я относился к происходящему нормально, а вот танец с Квентином разозлил. Он прижимал Асению слишком близко, а девушка отчего-то не сопротивлялась, и не подумав указать ему на недопустимость подобного поведения. А меня всё отчётливее душило желание съездить приятелю по холёной физиономии. Ася моя воспитанница, а не какая-нибудь расфуфыренная кукла, с ней так обращаться нельзя! Я не разрешаю!
– Что-то случилось? – привлекла моё внимание Эви, вынуждая отвести взгляд от танцующей парочки.
– Нет, всё нормально.
– Уил, я слишком хорошо тебя знаю. Ты злишься, причём очень сильно. Так в чём дело?
– Марино излишне распускает руки, тебе не кажется? – прошипел, вновь поворачиваясь к залу.
И тут ждал сюрприз. Ни Аси, ни Квентина на паркете не было!
– Что за? – взревел мгновенно.
– Успокойся! – Эвилина положила ладошку на мой локоть. – Вышли прогуляться, в этом нет ничего страшного. Кстати, я видела, как они танцевали, и не нашла ничего такого, из-за чего можно прийти в ярость. Принц не переходил черту и вёл себя вполне прилично. Уил, ты же сам настаивал на замужестве Асении, так позволь ей познакомиться с кавалерами поближе. Должна же она как-то сделать выбор!
– А я что, мешаю? – буркнул, ещё сильнее нахмурившись. – Ты уверена, что юной девушке допустимо проводить время с мужчиной наедине?
– Ты словно курица наседка. Ну поцелуются разок, в чём проблема?
– Как поцелуются?! Зачем?!
– Вот уж не думала, что придётся это объяснять мужчине, который в первый же вечер знакомства меня в постель уложил, – хихикнула графиня.
А мне совсем не до смеха стало. Стремительно развернувшись, направился в сад. Если Марино хотя бы попытался прикоснуться к Аське, я ему все конечности переломаю, невзирая на титул и нашу дружбу. Не такую уж и близкую, к слову! Не расстроюсь, если он после этого со мной общаться перестанет.
Прошёл по одной дорожке, по другой... Парочка как сквозь землю провалилась. Точнее парочек-то пруд пруди, а нужной нет! От злости глаза красной пеленой застилало, как представлю аистёнка в объятиях принца – и бешенство накрывает не по-детски.
Не зная, куда они могли податься, вернулся в бальную залу, надеясь, что и эти двое уже объявились. Зря, ни одной, ни второго всё ещё не было. Зато нарисовался кое-кто другой! Ко мне подскочил взволнованный заместитель. Геральд не относился к дворянскому роду и его присутствие во дворце говорило только об одном: стряслось что-то из ряда вон, требующее моего вмешательства.
– Уил, у нас опять выброс запрещённой магии!
Вот же задница тролля! Только этого мне и не хватало для полного счастья! Третий раз за полгода. Всё бы ничего, только придурок, которого мы никак не можем вычислить, магичит на кладбищах, где из-за всплеска огромного количества магии крови пробуждаются мёртвые. Сотни, а то и больше скелетов и свежих умертвий выпускать за кладбищенскую ограду не стоит – потом устанешь вылавливать их по всей столице. А они ещё попутно пополнят свои ряды, нападая на мирных граждан.
Угадаете, кто обладает достаточной силой некроманта, чтобы их упокоить? Причём так, что больше не встанут? Правильно, герцог Блеквуд!
– Где на этот раз? – спросил, рыская взглядом по залу.
– Кладбище возле храма бога Хаоса.
– Твою ж...
– Знаю. Там свежих захоронений полно, к тому же обладающих магией.
Ну да, именно там находят последнее пристанище солдаты, павшие на поле брани. А они умирают с магически не истощённым резервом. Чувствую, ждёт меня горячая ночка.
Наконец заметив Эвилину, бросил заму:
– Понял, на сегодня свободен, я разберусь.
Пересёк бальную залу и, склонившись к уху любовницы, прошептал:
– Мне надо отлучиться по работе, найди Асению и возвращайтесь домой. Карету я заберу, наймёшь извозчика.
Понятливо кивнув, графиня устремилась в сад, а я покинул дворец. На ходу назвав кучеру адрес, запрыгнул в экипаж, тут же сорвавшийся с места. Не вовремя-то как всё! Мало того что предстоит бой с полчищем обладающих магией трупов, так ещё за Аську переживай. Вот куда она ускакала с проклятым Квентином? Нет у меня к нему доверия, всё-таки я прекрасно осведомлён о его похождениях на любовном фронте. Тот ещё дамский угодник! Вскружить голову неопытной девчонке для него пара пустяков.
Показалось, в заднюю стену кареты кто-то постучал. Проигнорировал, но стук повторился, потом ещё раз и ещё. Да что за чёрт?!
Уже хотел приказать остановить карету, как она затормозила сама, замирая возле ворот храма бога Хаоса. Выпрыгнув на брусчатку, обошёл экипаж и, подняв крышку ящика для багажа, выдал поток нецензурной брани.
– Вот чему вы учите приличную барышню, герцог Блеквуд? – укоризненно покачала головой Асения, с удобством расположившаяся на дне огромного сундука.
– Если барышня сейчас же не объяснит, что она здесь делает, я всыплю ей так, что она забудет всё только что услышанное, – заверил я с угрозой.
Подхватил подопечную под мышки и, выдернув, поставил рядом с собой. С трудом сохранив равновесие, она поправила подол платья, состроила невинную мордашку и сообщила:
– Увидела, как дорогой опекун нагло сбегает с бала, и просто не смогла его отпустить без присмотра. Сам подумай, куда ты без меня? Пропадёшь ведь!
– Нисколько не сомневаюсь, что моя защита была твоей главной, а точнее единственной целью, когда ты лезла в багажник.
– Вот именно! – Аська гордо распрямила плечи.
– Асения!!!
– Ну прости, бес попутал!
– А ты бы его не слушала!
Со стороны кладбища донеслись жуткие завывания. На воспитание вредной пигалицы времени нет! И отправить её с кучером домой не могу: сам же изведусь, гадая как она добралась. В общем, сейчас, как это ни парадоксально, учитывая куда я собираюсь лезть, самое безопасное для неё место – за моей спиной.
– Ладно, паразитка, пойдёшь со мной, и не смей высовываться. Чтобы постоянно была рядом, ясно?
– Да, командир! Клянусь, я паинька!
17
АСЕНИЯ.
Похоже, мне нереально везёт! В темноте и спешке герб на карете, разумеется, не рассмотрела, кто бы мог подумать, что угожу в экипаж Блеквуда? Даже представлять не хочу, как отреагировал бы кто другой на его месте, обнаружив неучтённого пассажира. А Уильям ничего, держится. Может, он уже привык к моим выходкам?
Рассказывать опекуну, как на самом деле оказалась в ящике, я не собираюсь. Тогда ведь придётся сознаваться, что я кронпринцу нос разбила. Не думаю, что он за это по головке погладит. Да и говорить о том, сколько за брак со мной предложили заплатить, нет ни малейшего желания. Вдруг герцог меня сам в багажник запихает и Квентину отвезёт, передав из рук в руки?
– А мы куда? – поинтересовалась, семеня за мужчиной.
– На кладбище! – бросил он, не оборачиваясь.
– Зачем?!
Странновато как-то – сбежать с бала, чтобы погулять среди надгробий. Хотя... кто его знает, может, он там, в тишине и спокойствии потрёпанные мной нервишки восстанавливает?
– Всплеск запрещённой магии поднял умертвий и скелеты, надо упокоить.
А ну да, чего это я? Обычное же дело! Он издевается?!
– А почему нам?
– Не нам, а мне! Тебя залезать в багажник моей кареты никто не просил. Хочешь отправлю домой?
– Нет, я с тобой! Сказала же: ты без меня пропадёшь!
– И как я раньше справлялся? – протянул герцог ехидно.
– Это у тебя Аси не было, вот и мучился. Я бы даже сказала – страдал!
Уильям споткнулся, посмотрев на меня как на чудо света. Подарила ему милую улыбку, паинька же!
Забавно, но зная, что придётся столкнуться с мертвяками, я совершенно не боялась. Перед балом и то больше нервничала. Из чего делаем вывод: женихи хуже умертвий и оживших скелетов вместе взятых!
Пройдя по подъездной дорожке храма, Уильям свернул вправо, обходя здание. Сначала могилки встречались редко, а нежити вообще не наблюдалось. Но стоило обогнуть храм, картинка изменилась. Кладбище оказалось совсем не маленьким. И буквально кишело мертвяками. Полуразложившиеся трупы в ещё приличной на вид военной форме и скелеты в лохмотьях с белеющими сквозь дыры костями оплетало зелёное сияние. Это нагоняло жути.
– Почему они светятся? – спросила я шёпотом.
– Магия. Если человек умирает с нерастраченным резервом, рано или поздно мы можем получить магически одарённую нежить, – ответил герцог, окидывая изучающим взглядом противников.
– Они ею и пользоваться могут?
– Без заклинаний – как ты понимаешь, с произношением у этого контингента не очень. Но щит выставить и сформировать файербол в состоянии. Так, Ася, постарайся постоянно находиться за моей спиной. Скорее всего, и побегать придётся, ты не отставай, договорились?
– Мог бы и не просить, я и так ни на шаг от тебя не отойду. Отношения у нас, конечно, не самые тёплые, но ты мне нравишься больше трупаков!
– И где только слов таких понахваталась, – проворчал опекун, хмуро покосившись в мою стороу.
– Я очень способная, ловлю всё на лету!
– Ясно, к конюхам тебя лучше не подпускать.
– И к герцогам, обнаружившим в багажном ящике очаровательную девушку, не стоит... Ой, всё, молчу! – оценила я обещающий кровавую расправу взгляд, которым меня наградили.
Решительно выйдя из тени, привлекая к себе внимание нежити, Уильям выпустил тьму, потоком сорвавшуюся с его рук. Клубясь по земле, она мгновенно превращала в тлен мертвяков. Магия смерти наступала волнами, с каждым разом поднимающимися всё выше и накрывая больше противников герцога. Сам он спокойно шёл вперёд, а я чуть ли не бежала следом, боясь отстать, и восхищалась мощью его магии.
Я бы назвала это – страшно красиво. Тьма зачаровывала, перекатываясь клубами, в которых играли красные всполохи, но при этом наводила ужас, демонстрируя на что способна. Выставленные щиты и летящие в нас файерболы она сметала, будто и не было их вовсе.
Мы преодолели чуть ли не половину кладбища, приближаясь к высокому, похожему на небольшой храм склепу, когда Уильям резко затормозил.
– Что за хрень? – произнёс он растерянно.
Выглянув из-за надёжного плеча, увидела, что его магия заметно ослабла. Теперь её хватало на волны две от силы, и то не слишком впечатляющих.
– Что происходит? – выдохнула я испуганно, заметив, как оживилась нечисть, наступая на нас сплочёнными рядами.
– Мою магию что-то вытягивает. Причём быстро и в непомерных количествах, на бой почти не остаётся, – ответил опекун, бросив на меня обеспокоенный взгляд.
– Я правильно понимаю, что-то поглощает тьму и здесь она бессильна? – пробормотала, чувствуя как по спине пробежался холодок.
– Всё верно. Прости, аистёнок, зря я взял тебя с собой...
– Герцог Блеквуд, только не говорите, что вы помирать собрались!
– Нет, конечно, сейчас что-нибудь придумаю! – судя по голосу, он улыбался.
– А я уже! – сообщила и, обняв его за талию, всем телом прильнула к широкой мужской спине.
Закрыла глаза и как на балу попыталась настроиться на магию опекуна. Получилось практически мгновенно. Что интересно, я даже связала наши силы сама. Уильям напрягся, но отказываться от подарка не стал. Слуха коснулся оглушающий рёв и нестерпимо завоняло палёной плотью.
Приподнялась на цыпочках, вновь высовывая любопытный нос из-за плеча герцога. Ого! Я тоже так хочу! И, похоже, могу, если научат...
Из раскрытых ладоней Блеквуда били струи пламени, метров на пятьсот вперёд, а среди засуетившихся в панике скелетов гуляло настоящее торнадо. Пусть не слишком большое, но затягивало в себя живые трупики оно отлично, сразу же перемалывая едва ли не в песок.
На всё про всё не ушло и десяти минут. Как только последний мертвяк пал смертью храбрых (оказывается, и такое может быть, хоть и звучит дико), герцог отпрянул, разрывая нашу связь.
Развернувшись и грозно сведя брови на переносице, он рыкнул:
– Ты совсем с ума сошла? А если бы я случайно весь твой резерв израсходовал? Ты понимаешь, дурёха, что без специального ритуала, оставшись без магии, умерла бы? Ещё раз выкинешь нечто подобное...
– И что ты мне сделаешь? – спросила я холодно, чувствуя, как в груди разливается обида.
Я же не только для себя, но и для него старалась, а он... Сволочь неблагодарная!
– Никогда не задавай мне этот вопрос, он меня провоцирует продемонстрировать свои возможности!
– А ты мне не угрожай, меня это тоже провоцирует!
Резко втянув воздух, успокаиваясь, Уильям вдруг произнёс:
– На самом деле, спасибо, аистёнок. Я бы и сам справился, но провозился бы намного дольше, а сейчас у нас есть время поймать того, кто решил мной подкрепиться! Идём?Ладно, с неблагодарным я погорячилась, и сволочь, так и быть, возьму обратно. Меня же на дело берут, за такое я всё прощу!
Состроив надменную мордашку, благосклонно кивнула. Улыбнувшись, Блеквуд сразу взял меня за руку и потянул к склепу, являющемуся главной достопримечательностью этого кладбища.
18
УИЛЬЯМ.
С поглощением всплеска магии я столкнулся впервые. Тьму тянули не из моего тела, а забирали уже после того, как я ею воспользовался. И что за падальщик у нас завёлся? И главное, я никак не пойму, зачем она нужна? Одно дело, когда забирают резерв целиком, как бы перенося его ядро, а тут... Такая магия всё равно не приживётся, утечёт, как песок сквозь пальцы.
К тому же завладеть мужской магией в принципе невозможно. Если перекачать её другому человеку, не важно какого пола, произойдёт отторжение. Так какого чёрта это сейчас было?!
Двери склепа оказались не запертты, что настораживало. Приоткрыл одну створку и в нос сразу ударил запах свежей смерти, уж некромант её ни с чем не перепутает. Как и вонь запрещённой не только в нашем королевстве, но и во всём мире магии крови.
Магия крови вызывает мутацию и её адепты, как правило, сходят с ума. Только это почему-то не останавливает тех, кто всё же решил с ней связаться. Подобных психов в тюрьме полно. Из протоколов допросов я сделал вывод, что поначалу они считают: от пары ритуалов ничего не случится! А после увязают и сами не замечают, как постепенно теряют человеческий облик.
– Ася, постой здесь, не ходи за мной, – обратился к подопечной.
Не знаю, что там внутри, но ей этого лучше не видеть.
Склеп был устроен довольно своеобразно: сначала попадаешь в длинный коридор, в нём по обе стороны пустые дверные проёмы с уходящими вниз лестницами, и ещё один – впереди, он ведёт в основной зал. И именно оттуда падает пляшущий на стенах неровный свет. На всякий случай сплёл парализующее заклинание и, удерживая его на кончиках пальцев, бесшумно прошёл по тёмному коридору.
Заглянув в проём, увидел каменный саркофаг с прямой, потрескавшейся от времени плитой сверху. На ней – кровью начерченная пентаграмма с горящими чёрными толстыми свечами на углах. На полу какая-то куча, не поддающаяся определению из-за сумрака. Осторожно приблизившись, склонился и не сдержал крепкое словечко.
– Что и требовалось доказать! Я же говорила, что ты меня намного лучше конюхов обучаешь! – раздалось прямо над ухом.
Вздрогнув от неожиданности, выпрямился и резко обернулся, встречаясь взглядом с Аськой, состроившей своё любимое выражение лица – я сама невинность!
– Я тебе где сказал стоять?! – поинтересовался, срываясь на рык.
– Там страшно и холодно. На мне лишь тонкое платье, если ты не заметил.
– И ты решила погреться в сыром подвале? Твоя логика меня пугает, точнее её отсутствие! – проворчал я, снимая смокинг и накидывая на хрупкие плечи девушки.
Закутавшись в него, едва не утонув, она начала подворачивать рукава.
– Ась, этот смокинг стоит как небольшой магазинчик, так с ним обращаться – вандализм в чистом виде.
– Не прибедняйтесь, герцог Блеквуд, уверена, он у вас не единственный. В крайнем случае, когда меня продашь – новый купишь!
– За что боги наградили меня тобой?! – произнёс я с отчаянием.
– Ну ты чего, забыл что ли? Сам себя мной наградил, нечего теперь ответственность за свою дурость на богов перекладывать.
Посмотрев на нравоучительно поднятый вверх пальчик, я всё-таки рассмеялся. Эта непоседа когда-нибудь меня до нервного тика доведёт, но то, что мне нравится наше общение, отрицать бессмысленно.
– И что там у тебя? – вытянула Асения шею, пытаясь заглянуть мне за спину.
– Зажги световой пульсар и увидишь, ты же умеешь!
Бил наугад, посчитав, что во «всякую мелочь», которой она самостоятельно обучалась, столь простенькое заклинание должно входить. Так и есть! Пожав плечами, она запустила под потолок искрящийся шар, моментально осветивший усыпальницу.
Тушу телёнка с перерезанным горлом я уже успел рассмотреть, и сейчас следил за реакцией подопечной. Нормальная девушка уже давно бы убежала, останавливая рвотные позывы, а то и вовсе упала бы в обморок, но... Это же Аська!
– Ого! И зачем его так? – поинтересовалась она, обходя животное по кругу. – Есть догадки, что здесь произошло?
Прищурился, оглядел девушку с ног до головы и, остановившись на горящих любопытством синих глазах, подумал: а почему бы и не рассказать? Сегодня мы напарники, и она здорово мне помогла.
– Это третий кровавый ритуал за последние полгода. Все происходили на кладбищах, идентичные пентаграммы, – махнул я рукой на крышку саркофага. – Только жертвы разные. Сначала была курица, потом собака, а сегодня вот телёнок. Я всё гадал, почему кладбище? Зачем поднимать полчища умертвий и привлекать к себе внимание, а сегодня понял! Специально, чтобы прибыл некромант, дабы их упокоить. Ради тьмы всё и затевалось, скорее всего, и первые два раза мою магию поглощали, но жертвы были маленькие, крови немного, вот я этого и не почувствовал.
– Но чем меньше твоей тьмы неизвестный крал, тем быстрее она заканчивалась, поэтому и жертвы с каждым разом крупнее! Похоже, он входит во вкус, раз самого Блеквуда перестал бояться и начал наглеть, – задумчиво протянула Ася.
– Ещё бы понять, на что ему тьма не первой свежести. По сути, я ею уже пользовался и толку от неё немного.
– Ну-у... Допустим, долголетия от неё ждать не стоит, но если таким всплеском подпитать свой резерв, внешнюю молодость на пару недель он вернуть может. Наверное. Как считаешь? – подняла девчонка на меня вопросительный взгляд.
А я не считаю, я потрясён до глубины души! Как тебе это в голову-то пришло? Мы всем управлением месяц бы мозг ломали. Я говорил, что у Аськи логики нет? Есть, просто она женская, и мужчине её понять не дано!
– Если это некромант и впитывал тьму не напрямую, а сначала залил её в артефакт, чтобы потом понемногу пользоваться... Вполне! Аська, ты гений!
– Я тебе помогла?
– Очень!
– Тогда забери обратно слова, что мною тебя наказали и признай – я лучшее, что было в твоей жизни!
– Признаю, ты совершенство! – заверил, поднимая ладони, вызвав на лице девушки довольную улыбку.
В коридоре что-то брякнуло. Асения испуганно вздрогнула, а я сорвался с места, бросаясь в погоню за преступником.
Подумать только, он всё это время был здесь, прятался под самым носом! И теперь, кажется, знает больше, чем мне бы хотелось. Не только о том, что я теперь в курсе, как и зачем меня использовали, но и о моей самой большой слабости. Со светлыми волосами и тёмно-синими, как штормовое море, глазами.
19
УИЛЬЯМ.
Выскочив из склепа, огляделся, пытаясь понять, куда побежал преступник. Бесполезно! Ночь и высокие надгробия, за которыми легко спрятаться, не позволили этого сделать. Перешёл на магическое зрение. Как я и думал, тоже безрезультатно. Он знал с кем связывается и использовал зелье, маскирующее ауру, попутно стирая магический след.
Можно было бы попытаться найти этого умника, но не оставлять же Асению без присмотра. От бессилия стиснул кулаки и вернулся в пропахшее плесенью помещение. Подопечную нашёл не там, где оставил, а в соседнем зале. Она с интересом изучала стены, исписанные замысловатыми символами.
– Что это за каракули? – спросила она, проведя пальчиком по выбитому в камне слову.
– Легенда о боге Хаоса.
– Расскажешь?
– Это сложно, Ась. Данный язык уже давно мёртв, и надписи перевели, как смогли, частично, а местами не очень точно, – посмотрел на жалобно-невинное личико, тут же состроенное воспитанницей, сдался: – Ну, хорошо! Считается, что эта гробница принадлежит великому воину и древнему правителю нашего мира. За небывалую магическую мощь его прозвали богом Хаоса, то есть повелителем силы, не поддающейся контролю.
– А какой магией он обладал?
– Изначально лишь тьмой, но благодаря жене смог получить доступ и к остальным видам магии. Отсюда и пошла традиция забирать магический резерв у девушек. Первые последователи бога Хаоса надеялись стать такими же сильными, как и он сам, но ничего не вышло, зато добавлялись годы жизни, что тоже неплохо, вот так и повелось.
– Но если он был некромантом, то при поглощении другой магии, даже такой, как моя – всё равно бы остался некромантом, только с большим резервом.
– Я же говорил, что письмена переведены не точно, возможно, и в переводе самого ритуала допущена ошибка.
– Ясно. Подожди, значит в этом саркофаге – бог Хаоса? – повернулась она к каменному ящику.
– Нет. Согласно легенде, он покоится в том зале, где придурок жертвоприношение делал, а здесь и в соседнем – его верные соратники.
– А вдруг жертвоприношение как-то связано с легендой?
– Не думаю. Тогда бы они все проводились здесь, а не на разных кладбищах. Скорее всего, сегодня выбрали именно этот склеп, потому что вокруг много захоронений воинов, соответственно, чтобы упокоить тысячу-другую магически одарённых умертвий, понадобится огромный выброс тьмы, и можно украсть её побольше.
– Согласна. Моя первая версия звучит правдоподобней. Тот, кто творит эту дичь – идиот, он не способен на гениальные злодейства.
– Откуда такой вывод? – заинтересованно выгнул я бровь.
– Ну как же? Были бы у него мозги, в доноры выбрал бы кого-нибудь другого, а не ужасного герцога Блеквуда. Уверена, ты быстро выйдешь на его след.
– Ты стала моей поклонницей?
– Ни в коем случае! Просто реально смотрю на вещи. Ты умён, силён, безжалостен – опасная смесь!
Мой хохот, эхом отражаясь от стен, разлетелся по всему склепу. Пожалуй, такой оценки своих способностей от Аськи я не ожидал. И что самое удивительное, она нисколько не заблуждается на мой счёт, приписывая романтические бредни. Знает, что убийство для меня норма и рука не дрогнет, если понадобится свернуть кому-нибудь шею. Вопрос: откуда?
– Поехали домой, сыщица, хватит на сегодня приключений! – потянул я на выход зябко кутающуюся в мой смокинг девушку.
– Поехали, я чертовски устала, если честно, – пробормотала она и зевнула, прикрывая рот ладошкой.
– Надо думать, с раннего утра на ногах. Тренировка, подготовка к балу, сотня танцев с женихами, потом сражение с нечистью, ещё и в расследовании поучаствовала. И где ты только берёшь столько сил?
– Ты от меня не отстал и делал всё то же самое!
– Не сочиняй! С женихами я не отплясывал, слава богу! – выдохнул я возмущённо, отчего Асения мелодично рассмеялась.
За разговором добрались до ожидающей нас у ворот кареты. Помог подопечной сесть, разместился сам и достал из потайного ящика папку с чистыми листами бумаги. Прихватив перьевую ручку и артефакт связи, черкнул несколько строк.
– Что ты делаешь? – спросила Ася, следя за мной из-под опущенных ресниц, с удобством пристроившись в углу экипажа.
– Нужно отправить приказ в управление, чтобы в склепе прибрались и закрыли его как следует, – ответил, складывая листок вчетверо и убирая в плоскую шкатулку, размером не больше Аськиной ладошки.
Артефакт мгновенно пикнул, оповещая об отправке письма, и я откинул его в сторону. Новомодное чудо-изобретение, никак не могу привыкнуть носить его с собой. Так бы Геральду не пришлось ехать за мной во дворец.
– Вот и всё! – сообщил, посмотрев на Асению. – Вернёмся к разговору о женихах? Где вы с Квентином пропадали?
– Да так, прогулялись по саду, – произнесла она вяло и прикрыла глаза.
– И как тебе принц?
Напряжённо замер, стискивая кулаки и вглядываясь в расслабленное личико.
Едва заметно поморщившись, она прошептала:
– Не понравился. Не отдавай меня ему, пожалуйста!
– Как скажешь, – произнёс равнодушно, скрыв облегчённый вздох и подавив довольную улыбку.
Можно было не стараться – Ася уже спала. Карету качнуло и девушка начала заваливаться на бок. Я бросился вперёд и подхватил аистёнка, не позволив упасть. Пересев на другое сиденье, привлёк девушку к себе, она тут же обвила мою талию руками и, устроившись поудобней, засопела.
Глядя на белобрысую макушку и чувствуя жар нежного тела, жмущегося к моей груди, я тяжело сглотнул ставшую вдруг вязкой слюну. Не удержался и зарылся носом в шелковистые волосы, глубоко втягивая сладкий аромат.
Не проснулась Асения и когда карета остановилась возле крыльца родового гнезда Блеквудов. Подхватив её на руки, с трудом выбрался из экипажа и направился к двери. Приблизиться не успел, как та распахнулась и на крыльцо выбежала взволнованная Эвилина.
– О боже, что с ней? – спросила графиня, с ужасом взирая на Аську.
– Спит, паразитка. Дверь придержи.
Выполнив просьбу, Эви прошипела:
– Ну, я ей завтра устрою! Я с ног сбилась, обрыскав весь дворец и сад, только недавно вернулась, и то потому, что все разъезжаться стали и меня попросту выставили. А она! Кстати, где она была?
– Со мной. Эви, прикажи горничной Аси зайти в её комнаты, чтобы переодеть госпожу, и иди спать сама. Устала, наверное?
– Не настолько... – начала она игриво.
– А я настолько. Иди, милая, – оборвал, не позволив договорить.
Поднявшись на второй этаж, толкнул ногой дверь в апартаменты воспитанницы, пересёк гостиную, спальню и осторожно опустил свою ношу на кровать. Хотел выпрямиться, но девчонка крепко вцепилась в мою рубашку. Присел на корточки, аккуратно разжал тонкие пальчики и, задержав их в своей руке, провёл подушечкой большого пальца по румяной щёчке. Очертил контур алых губ, зачарованно наслаждаясь их упругостью. Я был уже на волосок от того, чтобы попробовать, какие они на вкус, но само провидение не дало мне совершить подобную глупость – в соседней комнате послышались лёгкие шаги горничной.
Резко отпрянув, я поспешил покинуть спальню Асении.
20
АСЕНИЯ.
Просыпаться не хотелось совершенно. После вчерашней физической нагрузки, непривычной для моего тела, ныла каждая мышца. А так лежишь под одеялом, не шевелишься и чувствуешь себя вполне терпимо.
Только приставучей Эвилине этого, похоже, не объяснить! Она уже минут пятнадцать вышагивает возле моей кровати и читает нудную лекцию о том, что я повела себя недопустимо, сбежав с бала и не поставив её в известность. Конечно же, поведала, как до утра меня разыскивала и чуть с ума не сошла от беспокойства.
Подумаешь! Я вообще в это время с нечистью воевала, пыталась поймать самого настоящего преступника и участвовала в расследовании. Ну да, всё вышеперечисленное делал Уильям, а я мешалась под ногами, но это детали! А камеристка всего лишь по дворцу и саду погуляла. И нет, мне не стыдно!
– Ты собираешься вставать? – сдёрнула с моей головы одеяло Эви, закончив нравоучения.
– Нет! – вернула я его обратно.
– Придётся! – Теперь несчастное одеяло улетело на пол, лишив меня укрытия. – Время уже к обеду подходит, Уил просил тебя не трогать, и я держалась как могла, но дальше тянуть некуда. Через два часа мы должны быть на пикнике, а ты не только не одета – даже не завтракала!
– Какой ещё пикник? – села я, поморщившись от боли в ногах и пояснице.
– Обязательный. Там дебютантки и кавалеры смогут пообщаться в неформальной обстановке.
– То есть мало мне танцев, так я с ними ещё и разговаривать должна?!
– Да. Прогуливаясь по берегу озера, – сообщила Эви ехидно. – Собирайся, через сорок минут ждём тебя в столовой.
Проводив взглядом камеристку, показала закрывшейся за ней двери язык и сползла с кровати. В спальню влетела горничная. Оценив как я, морщась и охая, вразвалку пробираюсь в ванную, она рассмеялась и, подхватив меня под локоток, поволокла мыться. Причём даже не в душе, а горячей ванне, при этом Арнела профессионально размяла мои многострадальные ножки и спину. В общем, в спальню я вернулась, чувствуя себя полноценным человеком.
За оставшиеся от выделенного времени двадцать минут служанка успела нарядить меня в тёмно-зелёную амазонку, украшенную золотой вышивкой, убрать волосы в изящную причёску и закрепить на макушке небольшую шляпку. Из макияжа – только светлая помада.
В столовой как всегда галантный Блеквуд отодвинул мне стул, а вот Эви, видимо, пребывала в дурном расположении духа.
– Асения, головной убор за столом недопустим! – заметила она раздражённо.
– Знаю, но на переодевания времени нет, придётся вам потерпеть, – ответила, тоже начиная злиться.
– Отстань от неё, в кругу семьи пусть делает что хочет, – неожиданно вступился за подопечную герцог.
Сегодня я старалась на него не смотреть. Ещё вчера ночью внезапно осознала, что мне нравится проводить время с Уильямом. Дело не только в том, что приключения кипятили кровь. С опекуном интересно всё! Тренировки, перепалки, даже танец с ним отличался от остальных. От прикосновений других мужчин по телу не разлетались искры и не было волнительного трепета внизу живота.
Несправедливо, что меня привлекает тот, к кому я не должна испытывать чувств! Между нами стоит слишком многое. Убийство Блеквудом моих родных... Сейчас, узнав его поближе, я начала понимать – возможно, у него были на то основания, но всё равно не могу простить. Эвилина... У них с Уильямом давние и крепкие отношения, я не имею права их рушить. Да и с чего взяла, что получится? Для него я лишь подопечная, которую он усиленно рвётся выдать замуж.
– Как я попала в свою спальню? – спросила, ни к кому конкретно не обращаясь, разглядывая кусок мяса в тарелке.
– Ты уснула в карете, я отнёс в кровать. Вымоталась так, что и не проснулась, – ответил опекун.
Его голос прозвучал равнодушно, а у меня поджилки задрожали, стоило представить, как он несёт меня на руках. Пересекает холл, поднимается по лестнице и укладывает в постель... Всё, хватит! Надо держаться от Блеквуда как можно дальше. Может, действительно, стоит присмотреться к женихам? Вдруг и правда кто-нибудь понравится, чем чёрт не шутит?
– Нам пора выезжать, если не хотим опоздать, – позвала Эви, будто услышав мои мысли.
Кивнув, я промокнула губы салфеткой и послушно встала, первой выходя из столовой. Дойдя до кареты, обернулась. Уильям и Эвилина спускались с крыльца, трогательно держась за руки. Она что-то ему рассказывала, а он, чуть склонив голову, заинтересованно слушал, слегка ухмыляясь. Красивая пара. Но почему же у меня от этой картины так жжёт в груди?
Отвернулась и, воспользовавшись помощью лакея, скользнула в экипаж, сразу забиваясь в угол. Всю дорогу любовалась открывавшимися из окна видами, практически отрешившись от происходящего в карете. Чтобы не слушать беседу опекуна и камеристки, не смотреть на них и не анализировать свои чувства. Сама себе напоминаю страуса, спрятавшего голову в песок, но так проще и боль в сердце почти не заметна.
Экипаж выехал за город и покатил по просёлочной дороге. До озера добрались минут через двадцать. Чуть в стороне от лодочного причала уже стояло множество карет, заслоняя обзор. Людей не видно по этой же причине. Хотя это я преувеличила, так как один человек всё-таки был. Квентин Марино вальяжно прогуливался у спуска к воде, то и дело посматривая на дорогу, словно кого-то ожидая.
Гадать, кого именно не пришлось: как только он заметил наш транспорт, оживился и, заложив руки за спину, терпеливо ожидал приближения экипажа, украшенного гербом рода Блеквудов, не сводя с него внимательного взгляда. И не успела карета остановиться, сам распахнул дверцу, протягивая мне руку, чтобы помочь выйти.
Отказываться не стала. Я же уже решила присмотреться к кандидатам в мужья, а принц очень неплохая партия. И условия он озвучил более чем приемлемые, я бы даже сказала, щедрые, для наших диких традиций. Не изменять пообещал, что само по себе подкупает. То, что вчера без спроса поцеловать пытался... можно списать на страсть. Если бы мужчина мне нравился, вряд ли такое поведение вызвало бы протест.
– Асения, я всю ночь не спал, вспоминая наш танец, разговор и прогулку по саду, – произнёс принц, проникновенно заглядывая в мои глаза и прижимаясь губами к тыльной стороне ладони.
– Не могу ответить взаимностью, на сон не жалуюсь, – улыбнулась я нахально и, заметив пробежавшую по лицу мужчины тень, сжалилась, добавив: – Но всё в ваших руках, сегодня у вас есть шанс отличиться и покорить моё сердце.
– Я буду стараться! – заверил Квентин совершенно серьёзно.
Идиллию нарушил Уильям, окинув нас хмурым взглядом, он заявил:
– Ася, чтобы всегда была у меня на виду! Никаких прогулок наедине с мужчинами, ясно?
– Как скажете, дорогой опекун.
Вообще-то, после вчерашнего я и сама не рискну оставаться с Квентином один на один, герцог может не беспокоиться понапрасну. И всё же его забота приятна.
21
АСЕНИЯ.
Вдоль берега живописного озера стояли скамейки, но дамы и господа предпочли расположиться на пледах. Как выяснилось, и Эвилина не забыла прихватить корзинку с плотно закупоренной бутылкой компота, булочками с изюмом и стёганое одеяло. Уильям выбрал более тихое местечко недалеко от причала с покачивающимися на воде лодочками.
Графиня собственноручно расстелила плед, на котором тут же с удобством расположился Блеквуд, вытягиваясь во весь рост и опираясь на локоть. Эви пристроилась рядом и чинно расправила подол платья. Я к ним присоединяться не хотела.
Словно это поняв, Квентин предложил составить ему компанию. Я и ответить не успела, как из ближайших кустов выскочил слуга, организовывая место отдыха рядом с герцогом и моей камеристкой.
Что интересно, остальные справлялись сами, видимо, решив хоть на природе забыть о своём статусе. Только принц выделился, взяв с собой лакея. Мне сей факт не понравился. Не любит марать белые рученьки, значит... Надеюсь, хоть одевается самостоятельно? Я не спорю, камердинеры у знатных господ не редкость, но, к примеру, у Уильяма его нет, опекун прекрасно справляется без посторонней помощи.
– Присаживайся, Асенька, – обратился ко мне Квентин, указав на плед, заставленный фарфоровыми блюдами с пирогами, конфетами и фруктами.
– Асения! – одёрнула я принца. – Ася я только для близких.
Не сводивший взгляда с водной глади герцог улыбнулся. Подслушивает, зараза! Ну да, для Уильяма-то я вообще аистёнок, причём я ни разу его не поправила. Если честно, мне по душе это прозвище.
– Понял, отложим до свадьбы! – тотчас пошёл на попятную Марино.
Если она состоится. Пока, ваше высочество, по баллам вы в минусах. Но я промолчала, осторожно присаживаясь на уголок одеяла. Заинтересованно осмотрелась. Вырвавшиеся на природу аристократы уже вовсю развлекались. Несколько парочек катались на лодках, другие просто прогуливались по берегу, а моё внимание приковала натянутая между деревьями сетка, возле которой активно собирались молодые люди.
– Это что? – спросила, махнув в ту сторону рукой.
– Новомодная игра, не помню как называется. Суть заключается в том, чтобы при помощи специального приспособления бить по мячу, перекидывая его друг другу...
– Теннис, – оборвал бубнение Квентина Блеквуд. – Ракеткой отбиваешь мяч сопернику, не дав коснуться земли. Откуда взялась эта игра не знаю, но сейчас все на ней помешаны. И ставки делают заоблачные.
– Дикость это, а не игра! Скачут, как молодые козлики и всё, нет бы делом заняться! – раздался ворчливый женский голос позади.
Обернувшись, обнаружила, что ещё совсем недавно пустая поляна забита отдыхающими. Сидящая рядом старушка в смешной шляпе недовольно поджимала губы, из чего я сделала вывод, что реплика принадлежала ей.
– Что плохого в том, чтобы развлечься? – взыграл мой бунтарский характер.
– Вот именно, только бы развлекались! Куда катится этот мир?!
Понятно, спокойно посидеть не получится. Поднявшись и отряхнув амазонку, я пошла к сетке. Любопытно ведь, что это за зверь такой «теннис».
Спустя полчаса изучения осознала, что всё довольно просто, правила незамысловатые, но мужики какие-то вялые. Пару раз хотелось стукнуть одного увальня ракеткой по голове, ибо раздражал он своей медлительностью жутко.
Партия закончилась и начали набирать игроков для следующей. Ну не смогла я устоять, не смогла! Уверенно протиснувшись через толпу, подошла к лысоватому дядечке, выкрикивавшему «Что же вы, неужели все боятся? Подходим, участвуем, не стесняемся!»
На меня он, естественно, и не взглянул, а когда я заговорила, посмотрел, так, будто с ним чайник поздоровался.
– Я хочу сыграть!
– Эм, барышня, это не женское занятие! – решил он отмахнуться.
– Потому что вы так решили?
– Леди, игра идёт пара на пару, даже если я соглашусь, никто не встанет с вами в одну команду, – ухмыльнулся дядечка снисходительно.
Бросив взгляд на мужчин, по их надменным физиономиям поняла: противный толстяк прав. Эти снобы с девушкой играть не станут. Но сдаваться я не собираюсь! Развернувшись на пятках, направилась к своей компании.
– Мне нужна ваша помощь, – обратилась к принцу. – Будьте моим напарником, пожалуйста!
– Асения, это плохая идея, леди не пристало прыгать с клюшкой, – ответил венценосный гад, отводя глаза.
– С ракеткой! – поправила я его раздражённо. – Я советов у вас не просила, только помощи.
– Нет, я не буду участвовать в этом балагане! – заявил он твёрдо.
– А я буду! – неожиданно произнёс Уильям, поднимаясь на ноги.
Оценив, как ошарашенно я на него смотрю, он выгнул бровь и поинтересовался:
– Что-то не так? Тебе же нужен был напарник?
– Да, но... Я не думала, что ты согласишься...
– Не мямли, аистёнок, пойдём, покажем пижонам на что способны нежные барышни! Ну и мрачные герцоги заодно.
Расплывшись в радостной улыбке, вложила пальчики в протянутую ладонь опекуна. Вот пусть теперь попробуют отказать! До жути хочу увидеть, как дядечка заявит ужасному герцогу Блеквуду, что девушки участвовать в их игре не могут.
Полюбоваться на это зрелище не получилось. Нас не только приняли, но подвинули в очереди тех, кто должен был играть эту партию, пропуская вперёд. Ещё бы! Уильяму не просто возразить боялись, дышали в его присутствии с опаской. А на вставших напротив соперников вообще без жалости не взглянешь – оба побледнели слегка.
И тем не менее сдаваться без боя они не собирались. Если учесть, что я впервые держала ракетку в руках, поначалу получалось у меня не очень, и это чертовски злило, как и смешки зевак. А ярость, особенно обращённая на саму себя, здорово мотивирует стараться изо всех сил, чтобы доказать – ты можешь!
Вскоре игра пошла как по маслу. Соперники то и дело не успевали отбить подачу, и мы победили с разгромным счётом. Не знаю, справилась бы я без Уильяма?.. Вряд ли! Он идеальный для меня напарник, казалось, мы без слов понимаем друг друга и действуем, как одно целое.
Оповестили о завершении сета и, не дожидаясь оглашения результатов, я откинула ракетку в сторону, с визгом бросаясь к герцогу. Обхватив повыше колен, он поднял меня на руки и закружил. Положив руки на его плечи, я заливисто смеялась, пока… мы не встретились взглядами.
Всё веселье сразу куда-то пропало. Задержав дыхание, я смотрела в чёрные глаза и тонула в них, как в самом глубоком омуте. И спасаться желания нет, а сердце бьётся так громко, что закладывает уши. Все окружающее звуки пропали, создавая ощущение, что во всём мире мы остались только вдвоём.
Уильям очнулся первым. Бережно опустив меня на землю, он улыбнулся и, щёлкнув растерянную воспитанницу по носу, произнёс:
– Отличная игра. Ты умница, аистёнок!
Ага, похвалил папа дочку. А я... похоже, совсем не такого отношения от него хочу.
22
УИЛЬЯМ.
Знаю, неправильно желать собственную воспитанницу, но ничего не могу с собой поделать. Выпускать Асению из объятий с каждым разом всё сложней. А то, как она сейчас на меня смотрела, окрыляло. Я не сопливый юнец и в состоянии распознать, когда нравлюсь девушке, как мужчина.
Вроде и пользоваться этим не собираюсь, а довольную улыбку стереть с лица не получается. Вернувшись к Эвилине, отметил отсутствие принца и вытянулся на пледе, закладывая руки за голову. Из-под опущенных ресниц изучая присевшую на соседнее одеяло Асю, задумчиво жующую яблоко.
– Никогда не видела тебя таким счастливым, – произнесла Эви, не сводя глаз с искрящейся на солнце водной глади.
– Любуйся! – ответил спокойно, так и не перестав улыбаться.
Резко повернувшись ко мне, она хотела что-то сказать, но её настрой сбил внезапно объявившийся принц, на ходу пересчитывающий внушительную пачку купюр.
– Ты что, поставил на нашу победу? – быстро сообразил я, где он так разбогател.
– Почему бы не воспользоваться шансом пополнить свой кошелёк? – пожал плечами Квентин.
– Ты же в меня не верил! Заявил, что это не женское дело! – возмущённо выдохнула Аська, вскакивая на ноги.
– Зато я знаю, что Уил никогда и ни в чём не проигрывает. А то, что и племянница герцога Блеквуда обладает таким же везением, оказалось приятным сюрпризом!
– Племянница? – протянула Асения растерянно, переводя на меня непонимающий взгляд.
Чёрт! Кто этого пижона за язык-то тянул? Расслабленность с меня тут же слетела. Сел, глядя на аистёнка настороженно и про себя умоляя: «Только молчи! Дома устроишь разборки, не здесь!»
Но это же Аська – фонтан страстей и ни капли благоразумия!
– Какая я тебе племянница?! – заорала она чуть ли не на всю округу, привлекая к себе внимание отдыхающих. – Я Асения Делон и к роду Блеквудов не имею никакого отношения! Зачем ты это сделал?! А! Поняла! Состояние моего отца уже прибрал к рукам, вот и сменил мне фамилию, чтобы я не могла претендовать на собственное наследство?
Вот дурная-то! Абсурдное обвинение я пропустил мимо ушей, сейчас больше волновало другое: слишком много свидетелей, а значит, тайна, которую я хранил одиннадцать лет, теперь достояние общественности. Уже завтра каждой шавке будет известно, что дочь Делона жива!
Секунда и я стою возле Аськи. Обхватив одной рукой за талию, крепко прижимая к себе, другой затыкая ей рот, с яростью прошипел:
– Да замолчи ты уже, идиотка! Ты можешь хоть иногда думать, прежде чем что-то говорить?!
Вывернувшись, она попыталась меня укусить. Отдёрнул руку и закинул девчонку на плечо. Не обращая внимания на активное сопротивление и удары кулачков, обрушившиеся на спину, а также на шокированных происходящим зевак, бросил:
– Эви, мы уезжаем!
Уверенный в том, что любовница послушается, не дожидаясь её ответа направился к карете. Едва затолкал брыкающуюся подопечную в экипаж, как к нам подбежала Эвилина, поспешно забираясь в транспорт.
Стоило, зло хлопнув дверцей, к ним присоединиться, карета тотчас сорвалась с места.
– Что за концерт ты устроила?! Серьёзно считаешь, что мне нужны твои деньги? По сравнению с моим состоянием они лишь капля в море! Я и выкуп за невесту тебе отдам и всё наследство, которое не только сохранил, но и приумножил. Аська, я лишь пытался тебя защитить, но благодаря дурацкой истерике ты сама себя подставила! И знаешь какой наилучший способ тебе теперь выжить?
– Какой? – прошептала она чуть слышно, испуганно отодвигаясь от меня подальше.
– Как можно скорее выйти замуж и избавиться от магии. Пока она в тебе, ты слишком желанный трофей, а чтобы её забрать, вовсе не обязательно сочетаться узами брака. Куда проще тебя убить! Племянницу Блеквуда трогать опасно, родовая связь может призвать его на помощь, а никому не нужной сиротке Асении Делон перерезать горло – раз плюнуть!
– Я... не подумала об этом. Прости...
– А думать вообще не твоё! Я давал тебе время выбрать будущего мужа, но ты сама всё испортила. Три дня! Именно через столько жду от тебя решения, кто достоин твоей руки и сердца, иначе приму его сам.
– Уильям, это жестоко, – пробубнила девчонка затравленно.
– Это называется отвечать за свои слова и поступки. Пойми, тянуть с брачным ритуалом больше нельзя. Если хочешь жить, конечно. Я не могу постоянно быть рядом, и так на работе отпуск взял, но он не вечный.
В синих глазах блеснули слёзы, пряча их, Асения отвернулась к окну. У самого на душе паршиво, хочется её успокоить, прижать к груди, поцеловать в макушку и заверить, что всё будет хорошо. Только сам в этом не уверен! Существует ещё один вариант обезопасить Аську, но и он предполагает замужество. Пусть на более приемлемых для неё условиях, но... Нет, это бред!
До самого особняка нарушить напряжённую тишину так никто и не решился. Ася усердно боролась со слезами, не позволяя им пролиться, в очередной раз восхищая своей выдержкой.
Эви, нервно теребя кружевные перчатки, не отводила взгляда от окна. А я старался взять под контроль бурлившую ярость. Получалось не очень, желание что-нибудь разнести в мелкие щепки не отпускало. Оставалось только бессильно сжимать и разжимать кулаки.
Карета затормозила возле крыльца, и впервые забыв о галантности, я покинул экипаж, оставляя девушек на лакея. Ворвавшись в свои апартаменты, сразу направился в ванную. Разделся, бросая вещи на пол. Включив душ, встал под упругие, ледяные струи, пытаясь хоть немного утихомирить душивший гнев.
После засел в кабинете, расположенном в смежной с моей личной гостиной комнате. Зарывшись с головой в бумаги, о времени забыл напрочь, но до конца успокоиться так и не вышло. Сам себе напоминал вулкан на грани извержения: стоит лишь задеть – рванёт.
И рвануло! Да так, что вся устоявшаяся жизнь, перевернулась с ног на голову. Ещё бы понять, к лучшему или нет?
23
УИЛЬЯМ.
В дверь тихо постучали. Сначала бросил взгляд на окно, отмечая сгустившиеся сумерки, и лишь потом перевёл его на скользнувшую в кабинет Эвилину. Сегодня любовница расстаралась, нарядившись в полупрозрачный пеньюар нежно-розового цвета, через него отчётливо были видны крохотные трусики и обнажённая грудь.
С трудом подавил желание раздосадованно поморщиться. Наверное, надо уже что-то с этим решать. С тех пор как в доме появилась Асения, к Эви я так и не прикасался. Даже не поцеловал по-человечески ни разу, только в щёчку. Понимаю, что она не заслуживает подобного отношения, но ничего не могу с собой поделать – на сексуальные игры не тянет. С ней не тянет. Сам не заметил, как все мысли заняла подопечная. Вот кого я был бы не прочь увидеть в своей постели! Раскрасневшуюся от удовольствия, с затуманенным от возбуждения взглядом...
Но она для меня лишь мечта. А Эвилина доступна, каждую ночь она наведывается в мою спальню, наряжаясь во всё более развратные наряды, но... больше не привлекает!
– Заработался? – спросила девушка, обходя стол, и, прижавшись к спинке кресла, обвила мою шею руками.
– Есть немного.
– Я могу помочь расслабиться, – шепнула она, опаляя ухо дыханием и втягивая мочку в рот.Дёрнулся, освобождаясь из объятий.
– Не нужно, как-нибудь в другой раз.
– Уил, что происходит? За три года, что мы вместе, не прошло ни одной ночи без любовных утех, если ты ночевал дома, разумеется. А за последнюю неделю и пальцем ко мне не прикоснулся.
Я ведь говорил! Не стоило меня сейчас трогать. Кипевшая в душе злость всё-таки выплеснулась, а так как думал я сейчас совсем о другом... Получилось, что получилось.
– Ася, хватит насиловать мой мозг! Мне сейчас и так нелегко, ещё ты подливаешь масла в огонь!
Отпрянув, Эвилина нервно стиснула ворот тонкого халатика, запахивая его плотнее. Сделав шаг к окну, она отвернулась и, обняв себя за плечи, тихо произнесла:
– Значит, всё-таки Ася. Я догадывалась, и о том, что она тебе не племянница тоже, но... Глупая надежда, что мне лишь показалось, не хотела умирать. Самое противное чувство. Когда знаешь, что всё кончено – больно, но со временем ты это принимаешь и свыкаешься. А надежда не позволяет переболеть, разрушая изнутри.
Я молчал, машинально вертя в руках перьевую ручку. А что мне ей сказать? Нечего, и оправдываться смысла нет. Я увяз в чувствах к аистёнку, как оса в меду, и вряд ли смогу выбраться. Эви хорошая, добрая, нежная, но я никогда не испытывал к ней ничего подобного. С ней мне было комфортно, не более.
– Уильям, я благодарна тебе за всё, ты появился, когда я мечтала умереть, буквально вернув жажду жизни. Я люблю тебя и, скорее всего, уже не получится вырвать эту любовь из сердца. Но навязывать её тебе я не стану – уеду, сегодня же.
– Вернёшься в свой особняк?
– Сейчас да, а утром переберусь в загородное имение графа Кёрна. Если не буду тебя видеть – быстрее отпущу. Пообещай мне кое-что? – стремительно обернувшись, она посмотрела мне в глаза.
– Попробую...
– Не обижай её. Асения чудесная девушка, не пытайся её перевоспитать, превращая в чопорную леди, иначе сам пожалеешь об этом. С правильной, благопристойной женой ты загнёшься от скуки.
– Не говори глупости, семейная жизнь не для меня.
– Не будь идиотом! Отдашь Асю другому – и локти себе сгрызёшь. Это с такой, как я, ты бы не смог построить семью, а с ней... Совсем другое дело. Асения словно создана для тебя, она пылает сама и вынуждает тебя гореть вместе с ней. До её появления я не видела твоей улыбки, с ней же ты смеёшься и наслаждаешься жизнью. В общем-то, я уверена, ты примешь верное решение, и искренне желаю вам счастья! Ах, да! Прости, но если ты и дальше собираешься играть в опекуна, пытающегося пристроить воспитанницу в надёжные руки, камеристку для неё придётся искать другую. Я не держу зла, но видеть вас вместе выше моих сил. Прощай, дорогой!
С невероятной скоростью метнувшись к двери, Эви выскочила в коридор.
На душе противно скребли кошки. Она не заслужила всего этого! Если бы Эвилина как нормальная брошенная любовница полила Асению грязью и попыталась расцарапать мне лицо, было бы намного легче. Только графиня Кёрн всегда была слишком благородна для такого поведения. И излишне добра к окружающим.
АСЕНИЯ.
Произошедшее на природе и головомойка, устроенная Блеквудом, меня просто раздавили. Он впервые разговаривал со мной в таком тоне. Я бы даже сказала орал. Самое ужасное, я его понимаю. Как и то, что в этот раз совершила нереальную глупость.
В карете я ещё держалась, а стоило оказаться в своих апартаментах – разрыдалась. От осознания, что максимум через неделю Уильям отдаст меня замуж и от ужасающей мысли «Он прав!», безысходность накатывала волнами.
Так будет лучше для всех. Я сохраню жизнь, герцог избавится от сумасбродной подопечной и они с Эвилиной заживут, как прежде.
Слёзы лились нескончаемым потоком, пока я не уснула, полностью вымотавшись. Открыла глаза, когда комната уже погрузилась в полумрак. Глаза и губы после истерики распухли, нос заложило и ужасно хотелось пить. С трудом встав с кровати, обнаружила, что графин в гостиной пуст. Что-то горничная сегодня расслабилась: мало того, что не пришла помочь мне переодеться, так и за этим не уследила.
Звонить в колокольчик, вызывая Арнелу, не стала – что я, не в состоянии сама за собой поухаживать? Прихватив графин, пошла в столовую. Ёмкость с вожделенной жидкостью обнаружила в центре длинного обеденного стола. Сначала налила в стакан, быстро его опустошив, а после, поменяв графинчики, побрела обратно.
Поднявшись на второй этаж, услышала чьи-то шаги и прижалась к стене, пытаясь слиться с обстановкой. Зачем? Я и сама ответить не смогу. Тут-то я и увидела опасливо оглядывающуюся Эвилину в ужасно неприличном наряде. Придерживая полы халата, чтобы ещё больше не светить своими прелестями, она добежала до двери в апартаменты Уильяма и, не постучав, проскользнула внутрь.
Записав Эви в подруги я, наверное, не до конца понимала их отношения с Блеквудом. Для меня слово «любовница» носило номинальный характер, и только сейчас до меня дошёл весь его смысл. Перед глазами отчётливо встала картинка: Уильям, страстно целующий Эвилину и ласкающий её обнажённое тело.
Все внутренности стянуло в один тугой узел, причиняющий нестерпимую боль. Даже сделать вдох оказалось не по силам – горло словно обручем сдавило. Графин выпал из рук, пробка отскочила и вода выплеснулась на ковровую дорожку. Не обратив на это внимания, я прижала руки к шее и наконец наполнила лёгкие воздухом, выдыхая его вместе с рыданиями.
Боль, отчаяние, ревность захлестнули с мощностью цунами, то, что я испытывала днём, показалось несущественной мелочью. Сорвавшись с места, влетела в свои апартаменты, рухнула на кровать, утыкаясь лицом в подушку, и взвыла, как раненый зверь.
24
АСЕНИЯ.
Умом понимаю, что не имею права ревновать: Эвилина с Уильямом уже давно вместе, это я лишняя в их жизни. Только сердце всё равно обливается кровью, и грудную клетку разрывает от боли. Почему? Ведь ещё несколько дней назад я искренне ненавидела опекуна! А сейчас те ужасающие воспоминания потускнели, и чувства к Блеквуду я испытываю совсем другие. Получается, я предала собственных родителей?
Так увлеклась своим горем и душевными метаниями, что не услышала чужих шагов. На голову опустилась чья-то ладонь. От неожиданности я подскочила, садясь на колени, и испуганно прижала руку к груди.
На краю кровати примостилась Эви. Недоумённо оглядела камеристку, отмечая что на ней дорожное платье, шляпка и кружевные перчатки. Вместо того чтобы подумать, куда это она на ночь глядя собралась, я задалась иным вопросом... Получается, у них с Уильямом ничего сегодня не было? Корсет, платье со шнуровкой, причёска – на всё это уйдёт минут сорок, не меньше. Значит, в апартаментах герцога Эвелина пробыла совсем недолго. Я, конечно, несведуща в любовных делах, но мне кажется, они должны занимать больше времени.
Тиски, сдавливающие сердце, разжались, и я лишь усилием воли подавила облегчённый вздох.
– Ты что, всё ещё рыдаешь из-за нагоняя от Уила? Успокойся, он перебесится и найдёт выход из ситуации, вот увидишь! – улыбнулась графиня.
Стало стыдно. Она ко мне со всей душой, а я слюни на её мужчину распустила. Опустив глаза, кивнула, соглашаясь сама не знаю с чем, главное, чтобы Эви не догадалась об истинной причине слёз.
– Ася, я зашла попрощаться.
– Ты куда-то уезжаешь? – вскинулась я тут же.
– Возвращаюсь к себе.
– А как же Уильям?
– Мы расстались, Ась. В принципе, это был лишь вопрос времени, мы оба знали, что не подходим друг другу.
– Подожди, он что, тебя обидел, да?
Пусть Эви говорит, что хочет, но я же видела – она действительно любит Блеквуда, а вот о нём этого не скажешь. Вряд ли он вообще способен на столь сильное чувство. Значит, в разрыве виноват опекун! От возмущения я даже забыла, что совсем недавно едва на стену не лезла от ревности – проснулась женская солидарность!
– Нет, милая, просто всё сложилось так, как должно быть. Асения, запомни, Уильям самый благородный мужчина на свете, если и обидит, то ненамеренно. Постарайся в такие моменты быть к нему снисходительней.
– Мы с тобой ещё увидимся?
– Разумеется, жизнь длинная, обязательно встретимся.
– А на мою свадьбу придёшь?
Вздрогнув, графиня отвела взгляд и отрицательно покачала головой.
– Прости, но я не смогу. Пока, Асенька, будь счастлива!
На прощание сжав мою ладонь, Эвилина ушла, а я от растерянности так и не нашлась, что ей сказать. Как же так? Ещё днём они были вместе и вдруг раз, и всё! Так без веской причины не бывает. И причина точно не в Эви!
Я сползла с кровати, вышла из спальни, добрела до покоев опекуна и, набравшись решимости, постучала. В ответ тишина. Осторожно приоткрыла дверь, заглянув внутрь. Уильяма увидела сразу. Точнее, его силуэт на фоне окна, так как гостиную освещали только пляшущие в камине языки пламени.
Блеквуд стоял ко мне спиной, сложив руки на груди. Несмело сделала шаг...
– Чего тебе? – холодно спросил опекун.
– Зачем ты прогнал Эви? Она хорошая, а ты повёл себя недостойно!
Обернувшись, он мрачно усмехнулся, что в неверном свете камина выглядело жутковато.
– Ты так считаешь? Может, мне стоило на ней жениться?
Предложение мне не понравилось, и в груди опять противно заныло. Но я постаралась не обращать на это внимания. Я не имею права на чувства к Уильяму, и закрыли тему!
– Почему бы и нет? Она стала бы замечательной супругой, а девушку с подходящей магией ты всё равно вряд ли найдёшь.
Стремительно рванув вперёд, он впился в мои плечи пальцами и встряхнул, как тряпичную куклу, с яростью зашипев в испуганное лицо:
– Никогда не смей совать свой нос в чужие отношения! То, что произошло между мной и Эви, это только наше с ней дело, тебя не касается! И не тебе указывать, на ком мне жениться!
– Я лишь хотела как лучше…
– А с чего ты взяла, что можешь решать, как для меня лучше? Вдруг я хочу вот так?!
Как-то отреагировать я не успела – Уильям резко притянул меня к себе и накрыл губы сминающим поцелуем. Обхватив руками моё лицо, не позволяя отвернуться, проник языком в рот. По телу мгновенно прошли разряды тока. Я дёрнулась, упираясь ладонями в широкую грудь, пытаясь оттолкнуть от себя мужчину. В этот момент он провёл кончиком языка по моему нёбу, на удивление нежно лаская. Уже занесённая нога, целящаяся каблуком в ступню герцога, плавно опустилась обратно, ладони пропутешествовали вверх, ложась на его затылок, и я прильнула к Блеквуду, прижимаясь к нему, как к единственно надёжной опоре.
Он скользнул руками по моей спине, спустился к ягодицам и, надавив, притиснул мои бёдра к своим. Ощутив нечто твёрдое, упирающееся в низ живота, испытала двойственные ощущения. С одной стороны, это взволновало, усиливая возбуждение, посылая табун мурашек по коже, а с другой – напугало до икоты. Оказаться во власти пылающего яростью мужчины чертовски страшно.
С трудом оторвавшись от Уильяма, чуть слышно выдохнула:
– Отпусти!
Он отскочил от меня как ошпаренный, ошеломлённо вглядываясь в моё лицо. Наверное, я выглядела испуганной. Не из-за поцелуя, а от собственной реакции на него. С тем скудным опытом, что состоялся у меня с принцем, не сравнить. В венах словно потоки лавы бурлили, бросая в жар. И губы горели огнём. Прижала к ним дрожащие пальцы, не сводя с Блеквуда широко распахнутых глаз.
– Иди к себе, – произнёс он, тяжело сглотнув.
Вздрогнув, очнулась и стремглав рванула к двери. Уже взялась за ручку, как за спиной раздался грохот. Обернулась. Уильям стоял, опустив голову, упираясь в стену ладонями, между которыми чернела дыра в штукатурке.
Вылетела в коридор и, прикрыв дверь, обессилено прижалась к ней спиной. Вот помирила опекуна с Эви, так помирила! И, по-моему, я не сильно расстроилась, что миссия провалилась. Теперь в моих чувствах совсем кавардак, и как с ним разобраться, я не имею ни малейшего представления. Точно могу сказать лишь одно – я и не подозревала, что поцелуи приносят столько удовольствия!
25
АСЕНИЯ.
Хоть немного поспать удалось лишь под утро. Стоило закрыть глаза, и я снова возвращалась в гостиную Блеквуда и в его объятия. Губы, щёки, всё тело горело огнём… Я уж не говорю о том, что в воображении пошла куда дальше поцелуев.
Не совсем ведь невежа в этом вопросе. Девочки в пансионе привозили с каникул запрещённые дамские романы, которые мы по очереди читали ночами при свете фонарика, накрывшись с головой одеялом.
Если раньше откровенные истории о несуществующих графах и служанках всех мастей заставляли смущённо краснеть и глупо хихикать, то сейчас, отчётливо представляя на их месте себя и Уильяма, я готова была со стыда сгореть. А разбушевавшаяся фантазия, как назло, не желала успокаиваться.
– Готово! Пора на завтрак, – сообщила горничная, отходя на шаг и удовлетворённо рассматривая моё отражение в зеркале.
Сердце, пропустив удар, забилось быстрее. Можно я не пойду? Впервые в жизни я готова объявить голодовку, только бы не встречаться с герцогом. В голове роилась уйма вопросов. Как я посмотрю ему в глаза? Что скажу? Как вообще вести себя с ним после случившегося?
– Госпожа? – вывел из оцепенения голос Арнелы.
– Да-да, всё хорошо, – ответила невпопад и выскользнула в коридор.
Спустившись на первый этаж, на пару секунд задержалась возле двери в столовую. Набираясь смелости, глубоко вздохнула и всё же шагнула внутрь. Сидящий за столом герцог при моём появлении вскочил с места и пристально вгляделся в лицо. Я же напротив, старалась на него не смотреть, заинтересованно изучая пол под ногами.
– Ася, я... – прочистив горло, начал Уильям.
Слушать его извинения было выше моих сил. Безмятежно улыбнулась и, не позволив опекуну договорить, заверила:
– Всё нормально, ваша светлость. Я понимаю, вы пребывали в расстроенных чувствах и не вполне себя контролировали. Забудем? Считайте, что ничего не было!
Просверлив меня взглядом, он кивнул, зло бросив:
– Забудем!
И чего, спрашивается, бесится? Я его от утомительных оправданий избавила, а он ещё и недоволен!
Не дожидаясь, когда мне пододвинут стул, села за стол и положила в тарелку овощной салат. Уильям тоже присел, но он остановил своё внимание на ажурных блинчиках, которые в данный момент строгал мелкой соломкой, даже не подумав попробовать.
– Какие у нас планы на сегодня? – поинтересовалась невозмутимо, хотя от разочарования хотелось рыдать.
Если честно, в глубине души я надеялась, что он не согласится, или хоть как-то опровергнет мои слова. Мол, нет, аистёнок, моё настроение тут ни при чём, я действительно хотел тебя поцеловать и ничего забывать не собираюсь! Зря размечталась, Асенька!
– Я связался с одной уважаемой леди, она согласилась стать твоей камеристкой. Баронесса прибудет после обеда, она и составит твой распорядок на ближайшие дни. Как ты понимаешь, я не слишком разбираюсь, какие мероприятия дебютанткам нужно обязательно посещать, а какие можно проигнорировать.
– Решил представить мне очередную любовницу? – как ни старалась, скрыть ехидство не получилось – встрепенувшаяся ревность не позволила.
– Когда у баронессы Лилиот в последний раз был любовник, я пешком под стол ходил. Боюсь, я не готов к таким экспериментам, – ответил герцог, откидываясь на спинку кресла, и наградил меня насмешливой ухмылкой.
А чего это он так скалится? Я же себя не выдала, да?
– Ясно, – буркнула хмуро.
– А до обеда... Тебя ещё интересуют тренировки?
Вот теперь и моё настроение поползло вверх. Конечно, интересуют! Вдруг опять от какого-нибудь озабоченного кобеля отбиваться придётся? Да тот же принц вряд ли ожидает от меня новых приёмов, а тут раз! Сюрприз!
– Я решила, что это ты передумал со мной возиться.
– Просто дал тебе вчера выспаться после ночных приключений. Так что? Продолжим?
– Разумеется!
– Тогда через полчаса в тренировочном зале, попросишь горничную – она тебя проводит.
Меня поражает его способность всё предусматривать и держать под контролем. О том, что я ещё плохо знаю особняк и понятия не имею куда идти, и то не забыл. Я в свою очередь помнила о другом...
– Ты же предпочитаешь заниматься за городом?
– Придётся пожертвовать своими привычками. После твоего вчерашнего представления будет неразумно тащить тебя в лес. Разумеется, я рядом, но мало ли? Лучше подстраховаться.
Да уж, усложнила собственную жизнь я знатно. Три дня на выбор жениха, быстрая подготовка к свадьбе, а до этого знаменательного события, меня, похоже, и из дома-то выпускать будут лишь по необходимости.
Впрочем, расстраиваться рано: в огромном особняке Блеквуда тоже найдётся немало интересных занятий, раз уж тут даже тренировочный зал имеется.
Я рассчитывала найти комнату с целой выставкой разнообразного оружия, а обнаружила просторное помещение, сплошь застеленное матами и с абсолютно голыми стенами. В принципе это логично, герцог же здесь нечастый гость, к чему заморачиваться с обстановкой?
Сегодня Уильям решил погонять меня по полной. Как только, переодевшись в мужские брюки и рубашку, я к нему присоединилась, отправил разминаться, потом заставил отрабатывать удар, изученный в прошлый раз, а после мы осваивали бросок противника через голову – в случае нападения со спины.
С трудом представлялось, что я смогу выполнить этот приём, но и пасовать перед трудностями не в моих правилах. Два часа бесплодных попыток и издёвок опекуна и, разозлившись, я таки перекинула эту тушу через себя. Правда, и сама не устояла на ногах, рухнув следом, приземляясь коленом в живот Уильяма. Думаете, он загнулся от боли? Ни черта! Это я чуть колено не отбила, а он лишь поморщился.
– У тебя там каменная плита? – простонала, сидя на мате и потирая пострадавшую часть организма.
– Тренированный пресс. Так бывает, когда старательно превращаешь своё тело в оружие, если учесть тьму – массового поражения!
– Зачем так над собой издеваться?
– Работа специфическая, а преступники далеко не безобидные ромашки, нужно быть готовым ко всему.
Блеквуд расслабленно лежал на спине, изучая потолок. Скользнула по нему внимательным взглядом, в этот раз оценивая бугры мышц с точки зрения вложенных в них сил и упёртости. Страшно представить, сколько он измывался над собственным телом!
Полурасстёгнутая рубашка немного съехала, демонстрируя часть плеча с чёрными линиями, похожими на фрагмент какого-то рисунка.
– Что это? – ткнула я пальчиком в замысловатый завиток.
– Незавидная участь некромантов. Каждый освоенный навык отражается татуировкой. Чем выше способности последователя магии смерти, тем их больше.
– То есть, у тебя их много?
– Даже слишком, – скривился опекун раздосадованно.
– Они тебе не нравятся?
– Когда твоя кожа расписана, как стены в трущобах, мало приятного.
Повисла напряжённая тишина. Кусая губу, я боролась со своим любопытством, а оно, зараза, побеждало...
– Покажешь?
Ну вот! Я позорно проиграла!
26
АСЕНИЯ.
Уильям перевёл на меня изумлённый взгляд и задумался, решая выполнить просьбу или нет. Ему жалко, что ли? Ну, посмотрю одним глазком, от него же не убудет!
Видимо, Блеквуд пришёл к тому же выводу, встал и начал снимать рубашку. Пока он неторопливо расстёгивал пуговицы, я едва губу до крови не прикусила от нетерпения.
Наконец белая тряпка упала на маты, а герцог повернулся ко мне спиной. Медленно поднялась и подошла к нему ближе, зачарованно изучая чёрные линии татуировок, полностью покрывающие руки от запястья до самых плеч и спускающиеся от затылка до пояса брюк. В основном это были замысловатые завитки и руны, причём абсолютно мне незнакомые. Но встречались и рисунки. К примеру, на правом бицепсе цвела чёрная роза, левое предплечье обвивала колючая проволока, а обе лопатки украшали крылья, как у ворона.
Вот они-то меня и зацепили больше всего. Не удержавшись, осторожно прикоснулась искусно прорисованным перьям... Уильям вздрогнул, атласная кожа под моими пальцами покрылась мурашками. Меня это не остановило. Очертила контур крыла, провела подушечкой указательного пальца вдоль позвоночника, изучая странные символы. Переключила внимание на розу и, обойдя опекуна, встала перед ним.
На груди татуировок не было, кубики пресса они тоже не задели, лишь из-под брючного ремня выглядывали языки пламени, извиваясь по косым мышцам живота. Трогать их я не рискнула, хоть и безумно хотелось. И, конечно, заинтересовала спрятанная под брюками основная часть изображения. Эх, вот чего мне никогда не увидеть...
Подняла глаза и замерла, встречаясь с взглядом герцога. Его привычка смотреть на меня из-под полуопущенных ресниц, скрывающих отражающиеся в чёрных омутах чувства, ужасно раздражала и волновала одновременно.
– Очень красиво, – прошептала внезапно севшим голосом.
Уильям слегка нахмурился.
– Тебе правда нравится?
Оказывается, не только у меня проблемы со связками: его голос звучал непривычно хрипло.
– Я бы не стала лгать.
Промолчав, Блеквуд вдруг обхватил пальцами моё запястье, практически невесомо погладив его внутреннюю сторону и скользнув ниже, сжал ладошку, осторожно потянув меня к себе. Между нами и так не больше тридцати сантиметров, лишь крохотный шажок – и я окажусь в объятиях Уильяма, почувствую жар его тела...
В дверь постучали. Испуганно отпрянув от опекуна, отступила на пару шагов и посмотрела на вошедшего в тренировочный зал дворецкого. Ещё не старый мужчина, с чуть посеребренными сединой висками, казалось, не испытывал вообще никаких эмоций: что бы ни творилось вокруг, его лицо напоминало гипсовую маску. Вот и теперь он никак не отреагировал на то, что застал нас в пикантном положении, ни один мускул на лице не дрогнул.
– Прибыла баронесса Лилиот, сэр! Леди ожидает вас в малой гостиной.
Отчётливо поняла: хоть я её ещё ни разу не видела, старуха уже меня раздражает. Кто знает, чем бы сейчас всё закончилось, если бы не она?
– Прикажи подать туда чай с пирожными и передай баронессе, что я скоро подойду, – холодно бросил герцог.
Не задавая лишних вопросов, вышколенный до зубовного скрежета слуга нас покинул, а Блеквуд переключился на меня.
– Аистёнок, делай что хочешь, но через пятнадцать минут ты должна быть в малой гостиной, при этом выглядеть, как самая благовоспитанная леди на свете. Договорились? Прошу, не подведи меня.
Ну и как ослушаться, когда тебя так мило просят? Разумеется, я кивнула, уже зная, что сделаю всё возможное, чтобы герцогу не было стыдно за свою подопечную.
– Тогда беги! – отправили меня восвояси.
Арнела суетилась, как заведённая, чтобы успеть в отведённый срок сменить мой фривольный наряд на изысканное платье. Да и я не стояла столбом, усердно помогая горничной. В общем, к малой гостиной я прибежала даже на две минуты раньше положенного. Остановилась перед дверью, выравнивая сбившееся дыхание и, расправив складки подола, постучала в дубовую дверь.
– Входи, Асения, – прозвучал голос опекуна, и я скользнула внутрь, состроив бесстрастное выражение лица.
Виконтесса оказалась стройной ухоженной дамой. Про таких говорят «женщина без возраста». Выглядела она лет на сорок пять, но я уверена, так было и десять годков назад, и спустя ещё пару десятков лет будет так же!
Лицо с искусным макияжем, высокая причёска с как бы нечаянно выбившимся у виска локоном, струящимся вдоль шеи. Тёмно-бордовое платье, отделанное белым кружевом, баснословной цены драгоценности. Сжимая двумя пальчиками ручку чашечки из тончайшего фарфора, она так придирчиво меня изучала, что захотелось спрятаться, желательно километрах в шести от леди Лилиот.
Вместо этого я присела в отточенном до совершенства реверансе.
– Познакомься, Ильма, моя подопечная, а теперь и твоя – Асения.
– Красивая девушка, к тому же с такими магическими данными... Не успеем глазом моргнуть, как погуляем на свадьбе. Ты прекрасно знаешь, что я уже давно не вывожу девушек в свет, но отказать тебе выше моих сил. Ну и о девушке я наслышана, за два дня так встряхнуть светское общество, что только о ней и говорят, способна не каждая. Я заинтригована.
– Надеюсь, обсуждают, насколько я невежественна, распущена и совершенно не подхожу на роль жены? – не удержалась я от комментария.
Простите, ваша светлость, но дамочка меня спровоцировала!
– Отчего же? Напротив, несмотря на эксцентричное поведение, многие мужчины желают связать свою жизнь с вами.
– Откуда вам это известно? – спросила я настороженно.
– Я профессионал в своём деле. Как только дала согласие пристроить вас в надёжные руки, оповестила местных сплетниц, что буду представлять интересы мисс Делон, а они мгновенно разнесли новость по округе. Не поверите, но последние полтора часа мой связующий артефакт почти не замолкает. Уже более тридцати весьма заманчивых предложений поступило.
Деятельность виконтессы начала раздражать. Будто ей медаль дадут, если она побыстрей сбагрит меня какому-нибудь толстосуму.
– Что-то я не пойму, вы камеристка или сваха?
– Одно другому не мешает, – невозмутимо ответила Ильма, поставив чашечку на журнальный столик. – Сегодня нас ждёт насыщенный день. Всех троих. Пока мы с Асенией занимаемся подготовкой к вечернему балу, что состоится в резиденции принца, вас, герцог Блеквуд, ждёт общение с претендентами на руку и сердце подопечной. Познакомитесь с молодыми людьми, приглядитесь, выслушаете их предложения, глядишь, к вечеру мы уже определимся, кто наиболее достоин заполучить такое сокровище.
– Я обещал оставить право выбора за Асей, – нахмурился Уильям.
– Слышала об этом и считаю невероятной глупостью. Ну кого может выбрать несмышлёная девчонка? Впрочем, спор не имеет смысла, я уже назначила время встреч, взяла на себя такую смелость. К слову, первый кандидат в мужья прибудет через полчаса, так что мы с Асенией удаляемся, а вам желаем терпения и благоразумия.
Вряд ли великого и ужасного когда-нибудь так прикладывали. От подобной наглости он и слов подобрать не мог для ответа. Впрочем, я тоже пребывала в шоке и даже не сопротивлялась, когда виконтесса, подхватив под локоток, выволокла меня в коридор.
27
УИЛЬЯМ.
Да уж, жизнь у меня в последнее время бьёт ключом. Того и гляди с инфарктом слягу, хоть с моим резервом тьмы это считается невозможным. Но что по сравнению с Аськой законы природы?
Ладно, я несправедлив, дело не только в ней – всё перевернулось с ног на голову!
Не скажу, что разрыв с Эви дался легко, за те годы, что мы были вместе, она стала для меня не просто любовницей – другом! И то, как всё повернулось, оставило неприятный осадок в душе. Я ощущал себя последней скотиной.
И, видимо, из-за раздрая в чувствах сорвался, накинувшись на аистёнка с поцелуями. Она, как наваждение для меня – манящая, желанная, но я должен был устоять! Обязан! Не вышло...
Потом всю ночь не спал, вспоминая нежное дрожащее тело в своих руках, неповторимый сладкий вкус упругих губ... И полный ужаса взгляд, которым после Ася на меня смотрела.
Похоже, напугал малышку до чёртиков. И, тем не менее, из головы не выходили слова, сказанные Эвилиной на прощание. Создать семью с Асенией... Когда речь заходит о ней, идея жениться уже не кажется такой нелепой, как раньше. Собственно, почему я решил, что брак не для меня? Потому что таких настырных, гордых, взбалмошных непосед раньше не встречал!
Эви права, с другой я свихнусь от скуки. Представляю: возвращаюсь каждый вечер домой, супруга меня ожидает, украшая вышитыми шёлком монограммами очередную дюжину носовых платков, и с идеально выверенной улыбкой интересуется, как прошёл мой день. А после – унылый вечер за чтением у камина, так как поговорить нам просто не о чем! Всё, челюсти сводит, будто пару килограмм лимонов съел!
А аистёнок – это фонтан страстей, с ней никогда не знаешь, что ждёт тебя в следующую минуту. К примеру, сегодня. Я был готов ко всему – к упрёкам, обвинениям в домогательствах, даже к слезам, но и предположить не мог, что она заявит «Забудем, считай, что ничего не было!» Вот какая ещё девушка до этого додумается? Тем более что я не хочу забывать. Было! И мне это очень понравилось. А ей? Вроде бы Ася отвечала, но она права, я себя не контролировал и вполне мог принять желаемое за действительное.
Опять же, произошедшее в тренировочном зале говорит об обратном. Уверен, не зайди дворецкий, мы бы вновь поцеловались и девушка не стала бы возражать. Так какого беса я сейчас сижу и рассматриваю череду озабоченных придурков?
– Мой ответ – нет! – сообщил очередному ухажёру, сулившему мне несметные богатства.
Он молча поднялся с кресла для посетителей и направился на выход, а через минуту его место занял другой мудак, убеждённый что деньги решают всё. И когда уже поймут – Асения не продаётся!
Да и как таким доверить своё сокровище? Этот косой, тот в прыщах, третий бабник, четвёртый игрок, пятый... Слишком идеален, а это подозрительно! Так что тоже нет!
Я сбился со счёта, со сколькими уже пообщался, но пока ни один не вызвал желания хотя бы задуматься о возможном согласии. Хоть убейте меня – эти индюки Аси не достойны. Я бы им даже смотреть в её сторону запретил!
– Нет! – отослал я восвояси графа Рендала.
Скользкий тип. Денег куры не клюют, в порочащих связях замечен не был, к картам не прикасался, алкоголем не злоупотребляет, внешностью боги не обделили... В общем, доверия он мне не внушает: обычно за идеальным фасадом скрывается такая мерзость, что кровь в жилах стынет. Даже у такого маньяка, как я!
Наконец дверь закрылась за последним получившим отказ женихом, и я облегчённо выдохнул, переводя взгляд на напольные часы. Шесть! Бал через два часа, а я ещё и не начинал собираться! Запинай стадо сусликов этих кавалеров!
Ужин пришлось пропустить, времени осталось только чтобы переодеться и на дорогу. Безусловно, у Марино есть особняк в столице, но приёмы он проводит в резиденции за городом. Опаздывать на бал к самому наследнику престола – дурной тон, придётся поторопиться.
Приведя себя в надлежащий вид, сбежал по лестнице, сразу же схлопотав выговор от баронессы.
– Герцог Блеквуд, непозволительно заставлять дам вас ждать!
Чёртова старуха, а ничего, что это ты науськала на меня отару баранов, которых я с трудом разогнал?!
Хотел было сказать какую-нибудь грубость, чтобы поставить её на место, но тут взгляд упал на Аську и я лишился дара речи.
До чего же она потрясающая, глаз не отвести! В отличие от Эви, усердно придававшей образу Асении невинности, Ильма выбрала для неё амплуа роковой красотки. Макияж более агрессивный, но аистёнку невероятно идёт. Платье ярко-красного цвета с открытыми плечами и чёрные кружевные перчатки до локтей. Внимание привлекла маска на серебристой палочке, которую воспитанница крутила в руках.
– Что это? – спросил, указав на неё глазами.
– Маскарад, ваша светлость! Так я и думала, что вы об этом не в курсе. Я позаботилась о вас, не благодарите! – надменно ответила камеристка, всучив и мне сей предмет.
Осмотрев маску с шёлковыми тесёмками, закрывающую лишь глаза, я поморщился. В принципе не переношу великосветские приёмы и терплю их сейчас только ради аистёнка, так ещё и в клоунаде участвовать придётся!
– Спасибо! – выдавил через силу.
– Не за что, со мной не пропадёте! – заявила баронесса и, гордо расправив плечи, первой выплыла на крыльцо.
– Глазам своим не верю, великого и ужасного отчитали, а он это молча проглотил! – хихикнула подопечная, положив руку на подставленный ей локоть.
– Ну... Зато мы с ней не пропадём! – ответил, пародируя интонации Ильмы.
– Уильям, ведите себя подобающе статусу, герцогу не пристало насмехаться над уважаемыми дамами, это не достойно джентльмена! – произнесла Аська в том же тоне, видимо, переиначив все упрёки, выслушанные за день.
Дружно рассмеявшись, направились догонять баронессу, к слову, саму нарушившую правила! Это она должна за нами идти, никак не наоборот. Только сказать ей об этом мы вряд ли решимся. Уж больно впечатляющий у неё взгляд, какой-то гипнотический. Впрочем, змеям это присуще.
28
АСЕНИЯ.
Резиденция принца впечатлила. Размерами она мало отличалась от дворца, но, не в пример ему, выглядела более изысканно: белые стены, витражные окна, множество миниатюрных башенок с синей кровлей. Должна признать, вкус у Квентина имелся.
Хоть мы и торопились, не жалея лошадей, всё равно опоздали. Судя по доносившейся из окон музыке, бал уже в разгаре, и официальную часть мы благополучно пропустили. Я нисколько не расстроилась по этому поводу, Уильям тоже.
– Может, это и к лучшему, – поддержала нас баронесса. – Уил, маску надень.
Интересная она дама. К герцогу обращается то на ты, то на вы, видимо, в зависимости от настроения.
Блеквуд нахмурился, покрутив маску в руках.
– Давай помогу завязать, – сжалилась я над опекуном.
Сразу всучив её мне, Уильям повернулся спиной. Пришлось привстать на цыпочки, но управилась я быстро.
– Ну как? Сильно на идиота смахиваю? – спросил мужчина, раздражённо поправив маску.
Совсем нет. Скорее стал более загадочным и притягательным. Вслух я, естественно, этого не произнесла. Сделав вид, что придирчиво его изучаю, протянула:
– Если только чуть-чуть...
– Не слушай эту взбалмошную особу, была бы я моложе лет на тридцать – весь вечер не отходила бы от такого красавчика! – испортила мне всю игру Ильма. – Пойдёмте уже!
– Ты преувеличиваешь, лет десяти было бы достаточно! – с улыбкой подмигнул герцог зардевшейся виконтессе.
Кобель, даже флиртом со старухами не гнушается! В общем, настроение моё резко испортилось. Фыркнув, всё-таки положила ладонь на предложенный локоть, хоть и не хотелось этого делать. Правила приличия, будь они неладны!
Впрочем, мучилась я недолго: как только мы вошли в бальную залу, рядом возник Марино. Он караулил нас, что ли?
– Асения, вы сегодня затмили своей красотой саму луну, о других дамах и говорить нечего! – сообщил принц, целуя мою руку. – Позволите украсть ваш первый танец?
А почему бы и нет? Мило улыбнувшись, кивнула и мгновенно оказалась в объятиях Квентина, закружившего меня по залу. Танцевать с принцем легко, он двигается раскованно, уверено ведя партнёршу, но с ним нет тех разлетающихся по телу искр, как с Уильямом. Вот ведь гад, словно под кожу проник! Я и прижимаясь к другому мужчине думаю только о герцоге, неосознанно ища его взглядом.
Обнаружился опекун у фуршетного стола. Лениво попивая виски, он не сводил глаз с нашей парочки. Осознав, что ему не нравится повышенное внимание Марино ко мне, я переключилась на Квентина, натянув на лицо кокетливую улыбку.
– У вас красивый дом, я бы сказала, настоящий дворец.
– Я влюбился в него, как только увидел. Жаль, хозяйки этому великолепию не хватает, но надеюсь, ненадолго.
– Опять будете пытаться купить мою магию? В этот раз соблазняя замком?
– Ваша магия мне нужна, Асения, но она уже не главное. Вы похитили моё сердце и я впервые в жизни готов сказать, что влюблён!
– Вот как? И чем же я вас покорила?
– Скажем, раньше девушки нос мне не разбивали. Вы особенная, живая, энергичная и совершенно не похожи на остальных представительниц своего пола. Такую хочется завоевать, покорить...
– Прогнуть под себя! – закончила я пламенную речь вместо принца.
– Не передёргивайте, я вовсе не это имел в виду.
Ну да, так я тебе и поверила! К сожалению, мотивы Марино слишком очевидны и меня абсолютно не устраивают. Стоило бы присмотреться к другим претендентам на мои руку и... магию. Только смысл, если сердце никого не интересует?
Танец закончился, вместо того чтобы сопроводить к опекуну и камеристке, Квентин увлёк меня к столу. Вручив бокал с шампанским, второй взял себе и предложил:
– Заключим перемирие? Забудем, что произошло на открытии сезона и начнём всё с чистого листа?
– Давайте попробуем, – не стала я сразу рушить его планы.
– Тогда на брудершафт?
– Это как?
– Вот так! – перекинул он мою руку через свой локоть и сделал глоток из бокала.
Хихикнув, тоже отпила из своего.
– Вот, теперь, чтобы окончательно скрепить наш союз, мы должны поцеловаться!
– Ваше высочество, у вас нос зажил? – буркнула, мгновенно став серьёзной, отступая от мужчины на пару шагов.
– Я не настаиваю на немедленном исполнении. Будем считать, что поцелуй за вами! – примирительно заявил нахал и исчез в толпе.
Заскучать я не успела: рядом тут же возник очередной кавалер, приглашая на танец. Как и в первый вечер, я не успевала отдышаться, вереница мужчин никак не заканчивалась, и их лица в моей памяти слились в одно размытое пятно.
Поняв, что ещё чуть-чуть и я взвою, улучшив момент, сбежала из зала, отправившись на поиски дамской комнаты. Впрочем, это оказалось не сложно. Обнаружила искомое в конце первого же коридора, куда я завернула. Включив холодную воду, намочила ладони и осторожно, чтобы не испортить макияж, прижала их к горящим щекам. Немного полегчало.
Осмотрелась по сторонам. В углу стоял небольшой диванчик с резными ножками. Обрадовалась я ему, как родному, присев и скинув туфли, размяла пальцами ступню, едва не застонав от наслаждения. Не люблю балы, домой хочу!
Дверь открылась бесшумно, лишь краем глаза я уловила какое-то движение, вскакивая и поворачиваясь к ней лицом. Марино. С опасной ухмылкой он повернул ключ в замочной скважине и убрал его в карман пиджака.
– Что вы делаете? – прошептала, пятясь от надвигающегося на меня принца.
– Ну как же, Асенька, мы ведь уже выяснили, что вы задолжали мне поцелуй, а долги надо отдавать!
– Только прикоснись ко мне, я закричу, а я умею это делать очень и очень громко! – предупредила, упираясь спиной в стену.
– Это даже не смешно, неужели ты считаешь, что в таком доме я не побеспокоился о звукоизоляции? Никто тебя не услышит, малышка. Ну же, Ася, перестань вредничать, я ж не насильник, ты тоже этого хочешь!
– Вот вообще не хочу! – заявила, встав в защитную стойку, выставляя кулаки перед собой.
От этой картины Квентин рассмеялся.
– Второй раз ударить меня не выйдет: теперь я знаю, чего от тебя ждать.
Стремительно метнувшись вперёд, он обхватил мои запястья, заводя руки за спину, и навалился на меня всей тушей, притискивая к стене. Похоже, пора паниковать, ибо я полностью обездвижена и нахожусь во власти озабоченного придурка. В заверения, что он не насильник, я ни на йоту не поверила!
29
УИЛЬЯМ.
Сегодня, наблюдая как Ася кружится в танце с другими, я бесился. Хотелось переломать руки всем, кто посмел к ней прикоснуться. Особенно раздражал Марино. Не выпуская принца из виду, заметил, что и оставив Асению, он не сводил с неё глаз, и его горящий лихорадочным блеском взгляд мне откровенно не нравился.
Похоже, дело уже не только в магии, девчонка его зацепила, пробудив мужской интерес, а это нехорошо. Принцу не отказывают, он привык, что все его желания мгновенно исполняются, а значит, Аська в опасности. Квентин не безобидный сопляк, он не позволит собой вертеть.
Уловил момент, когда подопечная сбежала из зала, и принц едва ли не сразу отправился следом. Что ж, он сам выбрал эту участь, я не дам ему прикоснуться к моему аистёнку. Кажется, я наконец-то признал, что Ася моя, и я готов за неё бороться!
Решительно вышел из зала, переключаясь на магическое зрение. В собственном доме Марино ничего не опасался и замаскировать свою ауру не пришло ему в голову. Идя по чёткому следу, свернул в небольшой коридор, добрался до двери, за которой он терялся и дёрнул ручку. Закрыто. Но меня-то это не остановит!
Сформировав файербол, запустил в замочную скважину, выбивая замок к чёртовой матери, и ударом ноги распахнул дверь, с грохотом брякнувшую о стену. Зажимающий девушку в углу принц отскочил, вперив в меня изумлённый взгляд. Воспользовавшись тем, что её больше не держат, Асения рванула вперёд. Мгновение, и талию обхватили тонкие руки, а аистёнок, дрожа, прижалась ко мне всем телом, пряча лицо на груди.
– Блеквуд, ты совсем берега попутал? Забыл, кто перед тобой? Я же тебя уничтожу!
– А по-моему, берега попутал ты. И именно ты забыл, кому решил угрожать. Рычагов давления на меня нет ни у тебя, ни у твоего дядюшки. А за то, что посмел прикоснуться к Аське, я...
– Ну и? Что ты мне сделаешь?
– Да чёрт! Сколько можно говорить, что эта фраза меня провоцирует? – буркнул себе под нос и, отцепив от себя подопечную, вытолкнул её в коридор, закрыв дверь, сразу блокируя магией.
Повернувшись к побледневшему Марино, усмехнулся.
– А вот теперь, я покажу, на что способен...
Спустя пять минут вышел из дамской комнаты и, не позволив Асении в неё заглянуть, взял аистёнка за руку, увлекая на выход. Она не сопротивлялась, покорно идя рядом. Пока, случайно запнувшись, не вскрикнула от боли. Посмотрев на её ступни, обнаружил, что на них лишь тонкие чулки, туфель нет. Спрашивать, где она умудрилась потерять обувь, не стал. Молча подхватив девушку на руки, покинул не слишком гостеприимный замок.
Карета с моим родовым гербом уже ожидала возле крыльца, как и стоящая рядом баронесса. Как Ильма поняла, что нам пора сваливать, я не в курсе, но сейчас был благодарен ей за сообразительность и помощь.
Пока экипаж ехал по городу, нарушить повисшую тишину так никто и не решился. Да и после того, как вошли в холл особняка, камеристка лишь бросила:
– Я к себе, стара уже для таких приключений.
Проводив её взглядом, Асения посмотрела на меня и всё-таки задала мучающий её вопрос:
– Что с принцем?
– Тебя беспокоит его участь?
– Представь себе! Он хотя бы жив?
– Я не такой монстр, как ты думаешь. Не убиваю людей без веской на то причины.
– А я бы поспорила... Ты не ответил! – подбоченившись, заявила она упрямо.
– За что ты так ненавидишь меня, Ась? Я не понимаю, чем заслужил такое отношение. Тем, что взял под опеку сиротку, не позволив обобрать её до нитки и сдать в приют? Я ни разу не упрекнул тебя за все дикие выходки, что ты творила, пока училась. Защищал от нападок мисс Веллир, только благодаря мне она не превратила твою жизнь в ад. Пытаясь обезопасить, прятал в пансионе, из которого сделал в неприступную крепость. А в ответ что? – поинтересовался я устало и сам же ответил: – Мой опекун чудовище и монстр!
– А на что ты рассчитывал? Думаешь, я не помню, кто именно сделал меня сиротой? – неожиданно перешла она на крик. – О, ты бы этого хотел, недаром в первый год таскал меня по целителям, ковырявшимся в моём мозге, только стереть ту ночь им не удалось! Строишь из себя благодетеля, забыв, что собственными руками лишил меня семьи. Я знаю, что это ты их убил, слышишь? Знаю!
– Я что сделал?! – кажется, у меня шок. – Ты ненормальная? Я и пальцем к ним не прикасался!
– Естественно, зачем это тебе, когда можно убивать тьмой? Не надо отрицать, я всё видела!
Вот теперь до меня дошло, о чём она. Оправдываться, доказывая свою непричастность к убийству? Нет, не буду. Раз Ася в этом уверена, пусть так и остаётся. Но кое-что я всё-таки скажу!
– Ты – дура! Я из кожи вон лез ради тебя, твоей защиты. Неужели ты правда думаешь, что я бы так относился к тебе, если бы был виновен в том, что ты мне приписываешь? Если так... Дело твоё! Забудь обо мне и обо всём, что между нами было. Тебе нужен принц? Хорошо, я дам согласие на ваш брак, живите долго и счастливо! – развернувшись на пятках, выскочил на крыльцо.
Экипаж ещё не успел отъехать. На ходу приказал растерявшемуся кучеру отвезти меня в ближайший кабак и, распахнув дверцу, запрыгнул в карету.
Разрываясь между влечением к Аське и мыслью, что не имею на него права, я и представить не мог, что она считает меня подонком, беспринципным убийцей. Я не ангел и грехов за моими плечами немало, но это... бред! Кем надо быть, чтобы прихлопнув родителей взять их дочь на воспитание?
Обидно до чёртиков. Словно в благодарность за заботу Аська мне нож в спину воткнула. А я ведь влюбился в мелкую пигалицу так, что дышать больно. Но принц, едва не изнасиловавший её в туалете, оказался благороднее меня! Пусть так, катись всё в бездну, надоело! Я ещё на их свадьбе погуляю, правда, не скоро. Боюсь, в ближайшие две-три недели жених из Марино никакой!
30
АСЕНИЯ.
Блеквуд прав: я дура! Зачем я наговорила ему всей этой чуши? Сама ведь понимаю, что не права. Уже дошло, что Уильям не такой, каким я его считала. Нет бы нормально спросить у опекуна о той ночи, он бы ответил, не стал ничего от меня скрывать. Но Аська в своём репертуаре – предпочла закатить скандал!
В основном в моём срыве виноват принц, тот стресс, что я испытала в дамской комнате. До сих пор трясёт от воспоминания его рук на моём теле, влажных губ, скользящих по шее, так как я уворачивалась и по-человечески поцеловать себя не позволила. Фу, мерзость!
И кто пришёл мне на помощь? Как всегда, герцог Блеквуд! Он всегда рядом, когда мне нужен, а я повела себя как неблагодарная дрянь, обвинив Уильяма во всех смертных грехах. Вот куда он сбежал?
Арнела помогла мне раздеться, вытащить шпильки из волос, и я сразу отправила её отдыхать. Ванну я предпочитаю принимать сама: в пансионе-то подобных услуг не предоставляли, привыкла. Забравшись в горячую пенную воду, обняла колени, притягивая их к груди, и шмыгнула носом. Глаза нещадно щипало от непролитых слёз, а в голове крутились слова, брошенные опекуном на прощание.
В панический ужас приводило вовсе не обещание дать согласие на брак с принцем, а фраза «Забудь обо мне и обо всём, что между нами было!» Я не хочу забывать! Наоборот, считаю, что было слишком мало и я хочу намного больше! Пора признать: я влюбилась в Уильяма! Нет, не так! Я безумно его люблю!
Вот только нужна ли ему такая идиотка? И простит ли он меня когда-нибудь? Если не попробую извиниться – не узнаю!
Приняв решение, выбралась из ванны и, закутавшись в полотенце, прошла в гардеробную. Эви, заказывая мне наряды, расстаралась – на полках не наблюдалось ни одного простого халата. Пришлось остановить свой выбор на шёлковой ночной сорочке кремового цвета, на тонких бретельках, зато из непросвечивающего материала и струящейся почти до пят. В комплект к ней шёл пеньюар той же длины. Вот он уже отличался прозрачностью и кружевными вставками.
Высушив и расчесав волосы, оставив их распущенными, придирчиво оглядела себя в зеркале. В целом вроде вполне прилично. Кивнув собственному отражению, глубоко вздохнула и покинула свои апартаменты.
Сначала постучала в покои герцога, не дождавшись ответа, подёргала дверь и, убедившись в том, что она закрыта, спустилась на первый этаж. Особняк уже погрузился в темноту, слуги легли спать и лишь хозяевам не спится. То, что Уильям ещё не вернулся, лично у меня не вызывало сомнений, будто чувствовала – в доме его нет.
Твёрдо решив его дождаться, я пристроилась на диванчике в холле. Сквозь незашторенное окно любуясь полной луной и россыпью звёзд, сама не заметила, как задремала.
Разбудил жуткий грохот. Подскочив, села и прижала ладонь к груди, успокаивая громко бьющееся сердце. Не сразу поняв, где нахожусь, огляделась и обнаружила изрядно покачивающийся мужской силуэт. Опираясь рукой о стены и подвернувшуюся мебель, Блеквуд проигнорировал лестницу, сворачивая в правый коридор. Похоже, пробирается в кабинет, предназначенный для встреч с посетителями. Работать-то он предпочитает в том, что находится в его личных апартаментах.
Ясно, пьян в стельку! Закусив губу, я пригорюнилась. Разговор придётся отложить, но и уйти к себе, не проверив, как он там, я не смогу. Посидев ещё несколько минут, набираясь смелости, сходила в столовую, прихватила графин с водой и стакан и направилась на поиски герцога.
Дверь за собой Уильям не закрыл, а ночник всё-таки включил. Теперь рассеянный свет приглашающе падал на пол коридора. Приблизившись, осторожно заглянула в кабинет. Опекун спал, вытянувшись на кожаном диване, достаточной длины, чтобы мужчина расположился на нём без дискомфорта.
Скользнув внутрь, плотно прикрыла дверь, поставила на стол свою ношу и... подойдя к дивану, опустилась перед ним на колени. Витающий в воздухе запах коньяка не смущал, и я залюбовалась расслабленным лицом возлюбленного. Хмурая складка между бровей разгладилась, смоляные волосы растрёпаны, густые ресницы отбрасывают тень... Такой милый!
Протянув руку, убрала непослушные пряди со лба, провела подушечками пальцев по колючей щеке. Уильям никак не отреагировал. Не удержавшись, склонилась и приникла к его губам своими.
Талию тут же обхватили сильные руки, потянув вверх. Я лишь охнуть от неожиданности успела, а уже лежу на груди Блеквуда. Встретившись с замутненным алкоголем взглядом, замерла, ожидая, что мужчина будет делать дальше.
Он улыбнулся и прошептал:
– Асенька! Маленький мой аистёнок!
От такого обращения у меня цветы в душе расцвели. По телу прокатилась дрожь, стягивая мышцы живота сладким спазмом. По спине скользнула широкая ладонь, обжигая сквозь тонкую ткань моего фривольного наряда. Огладив левую ягодицу и легонько сжав, Уильям резко перевернулся, опрокидывая меня на диван и накрывая мощным телом.
В мгновение ока губы попали в жаркий плен. Но я же приличная девушка! Вот исключительно ради приличия, пару раз дёрнулась, пытаясь оттолкнуть мужчину, и со спокойной совестью, а также с чувством выполненного долга обвила крепкую шею руками. Притянув возлюбленного ближе, приоткрыла рот, впуская его язык, сразу сплетаясь с ним в безумном танце.
Ноги сами собой оплели мужскую талию, позволяя прижаться самым сокровенным к восхитительной твёрдости, доказывающей, как сильно Уильям меня хочет. И это кипятит кровь, отключая инстинкт самосохранения, а вкус коньяка на требовательных губах только обостряет ощущения. Сейчас я точно знала: разрешу герцогу делать со своим телом всё, что пожелает. Я просто не в силах отказаться от его ласк.
Проведя носом по моей щеке, Уил перешёл к шее, кончиком языка выписывая на тонкой коже пылающие узоры, целуя и слегка прикусывая. Когда развязался пояс пеньюара я не поняла, почувствовала только, как невесомый материал соскользнул с плеч. А следом отправились и лямки рубашки, обнажая грудь.
Блеквуд отстранился, окидывая её восхищённым взглядом.
– Аистёнок, это самый прекрасный сон на свете, не хочу просыпаться! – сообщил он перед тем, как лизнуть напряжённую горошину.
Чёрт с ним, пусть будет сон! Главное не останавливайся!
31
АСЕНИЯ.
Уильям неторопливо, наслаждаясь каждым мгновением, играл с моими сосками, по очереди их кусая и посасывая. А подол моей рубашки тем временем неумолимо полз вверх, сминаемый нетерпеливыми руками, пока горячая ладонь не опустилась на обнажённое бедро. От её прикосновения по телу словно маленькие острые иглы разлетелись, проникая в кровь и вонзаясь в позвоночник. Вздрогнула от захлестнувшей волны блаженства и сильнее прогнулась в пояснице, прижимаясь к Блеквуду ещё плотней.
Кусая губы, я потиралась горящим огнём местечком о напряжённый орган, утопая в пучине всё возрастающего возбуждения и острого удовольствия.
Стон сам вырвался из груди, когда Уил мягко прихватил зубами кожу на рёбрах. Мои пальцы, зарывшиеся во вьющиеся на затылке пряди, сжались, возможно, причиняя мужчине боль, но он лишь удовлетворённо рыкнул.
Спускаясь всё ниже, Уильям потянул кружевные трусики. Стащив и отбросив их в сторону, он выпрямился, встал на колени и окинул меня жадным взглядом, останавливаясь на самом сокровенном. Наверное, я должна была попытаться смущённо прикрыться, но мне нравилось, как он смотрел. Словно ничего прекрасней и желанней в своей жизни не видел. Даже тьма, начавшая наполнять глаза, скрывая белок, не пугала, а лишь усиливала возбуждение.
Большой, мощный, опасный, но со мной такой нежный и ласковый, что хочется раствориться в этом мужчине без остатка. Отдать ему всю себя.
Приглашающе развела согнутые в коленях ноги шире. Тяжело сглотнув, Уил облизнул губы, и провёл подушечками пальцев по влажным складочкам, осторожно их раздвигая. Почти невесомое прикосновение к напряжённому клитору обожгло. Всхлипнув, заёрзала, сама пытаясь усилить нажим доставляющих непередаваемые ощущения пальцев.
Руку герцог сразу же убрал, с интересом наблюдая за моей реакцией. Я уже была близка к тому, чтобы обозвать его садистом и извращенцем, когда он довольно ухмыльнулся.
– Непоседливый, нетерпеливый аистёнок... – протянул Уил с предвкушением.
Склонился и пропутешествовал губами от колена до...
Уверенное круговое движение языком, и меня словно ударом молнии прошибло. Вскрикнув, судорожно вцепилась в широкое запястье, безжалостно вонзая в него ногти. Мужчину это только раззадорило.
На тонкие лепестки обрушился шквал поцелуев. Я не успевала перевести дыхание между волнами удовольствия, с каждым разом становившимися всё мощнее и разрушительней. Жадно хватая воздух ртом, совершенно выпала из реальности.
Подведя к самой черте бездны, за которой ждёт неземное блаженство, Блеквуд накрыл меня своим телом, остервенело впиваясь в губы, и заскользил обнажённым членом по влажным от желания складкам, всей длиной потираясь о пульсирующий клитор.
Внутри меня словно лопнула натянутая струна, и перед зажмуренными глазами вспыхнул красочный фейерверк. Жалобно пискнув, я задрожала и прикусила нижнюю губу Уила. Он зарычал, и между нашими телами разлилась горячая жидкость, намочив так и не снятую ночную сорочку, сбившуюся где-то на талии.
Глядя в потолок, я поглаживала широкую спину герцога, уткнувшегося лбом в холодную кожу дивана над моим плечом, и пыталась понять: что это было?!
Почему он не взял меня, я ведь абсолютно не против? И вообще, во сне можно всё, так что же его остановило?
Не подозревающий о моих душевных терзаниях Уильям, расслабленно выдохнув, перелёг на диван, развернув меня спиной к себе, притискивая ягодицами к стратегически важному органу и, легко чмокнув в плечо, мирно засопел в макушку.
Уснул! А ничего, что я тут маленько в шоке?! Ни стыда ни совести у некоторых, а утром ведь действительно решит, что ему всё приснилось! Бредовая ситуация, и к чему она приведёт – я не в курсе.
Осторожно сдвинула тяжёлую руку и села. Вернула бретельки поруганной рубашки на место, встала и огляделась в поиске остальных вещей. Пожёванный пеньюар обнаружился на диване, пришлось приложить немало усилий, чтобы выдернуть его из-под герцога. А вот трусики пропали без вести! Ну и чёрт с ними!
Поглядев на Уильяма, пришла к выводу, что так его оставлять нельзя. Крепко зажмурившись, потянулась к ширинке, пряча то, что не должно так бесцеремонно выглядывать. А с закрытыми глазами это непросто. Многострадальная сорочка перепачкана мужским семенем и нижнее бельё куда-то сбежало, но я всё ещё девственница, а значит – девушка стеснительная и скромная! Такие члены спящих мужчин не изучают! Даже если очень хочется...
Поцеловала возлюбленного в колючую щёку, выключила ночник и со спокойной душой покинула кабинет.
Добраться до своих апартаментов без приключений не удалось: в коридоре второго этажа, когда до заветной двери оставалось рукой подать, я столкнулась с виконтессой Лилиот. Вот куда она попёрлась среди ночи?!
Окинув придирчивым взглядом мои растрёпанные волосы, помятый пеньюар, полы которого я нервно запахнула плотней, Ильма ехидно спросила:
– Не спится, милая?
– А-а-а... Да... Воды в покоях не оказалось, пришлось спускаться в столовую, чтобы попить, – промямлила я, опуская голову.
Хорошо, что в полутьме коридора не видно, как пылают мои щёки!
– Ну-ну, я так и подумала. У меня та же беда, что-то слуги в этом доме нерасторопные. Спокойной ночи, деточка!
– Спокойной ночи! – буркнула в ответ и сбежала.
Влетев в собственную гостиную, закрыла дверь и, привалившись к ней спиной, выдохнула обречённый стон. Похоже, завтра я сгорю со стыда! Дважды! Сначала при встрече с камеристкой, а после с опекуном. Второе страшнее. Интересно, он вообще вспомнит о том, что между нами было? И если вспомнит, не примет ли это за эротический сон?
Ладно, утро вечера мудренее, будем решать проблемы по мере их поступления. На сегодня и так слишком много впечатлений, чувствую себя выжатым лимоном! Спать, Асенька, шагом марш!
32
УИЛЬЯМ.
С трудом разлепил веки и тут же зажмурился: в глаза, вызывая нестерпимую резь, ударил яркий солнечный свет. Чтобы предпринять вторую попытку, пришлось собрать всю силу воли в кулак. С неимоверным усилием сел и поморщился от жуткой боли. Голова просто раскалывалась, а во рту помойка в пустыне. Вот на кой чёрт я вчера напился?
А, с Аськой прощался, мысленно отдавая её принцу. Придурок. Ну психанул немного, чего так горячиться-то? Всё равно ж никуда я её не отпущу.
Взгляд зацепился за стоящий на столе графин с живительной влагой. Не знаю, кто такой заботливый, но он точно ангел! Я редко бываю в этом кабинете, соответственно, обычно воду слуги здесь не оставляют.
Не слишком уверенно поднялся, взял графин и, проигнорировав стакан, приник к горлышку. Делая большие жадные глотки, практически опустошил тару и глубоко вздохнул. Кажется, немного полегчало. Жаль, ненадолго: насыщенный день только начался!
Дверь за спиной с грохотом распахнулась, и на весь кабинет раздался громогласный вопль:
– Уильям, ты охренел?!
Неторопливо прошёл обратно к дивану, сел, откинулся на спинку и наконец посмотрел на разъярённого короля.
– В чём это выражается? – поинтересовался я хрипло.
– А ты не догадываешься? Представляешь, вчера кто-то напал на наследного принца, сломав ему челюсть, обе руки и правую ногу. Её в двух местах. Ах, да! Я ещё о трёх треснувших рёбрах забыл! Ты случайно не в курсе, кто бы это мог быть?
– Ну... Он меня спровоцировал.
– Каким образом?
– Спросил «Что ты мне сделаешь?»
– И?
– Я сделал всё что смог! Убить-то его ты бы мне не разрешил, – ответил я невозмутимо.
– Уил, ты забываешься! Квентин – кронпринц... – начал было поучительную речь монарх.
– Брось, мы оба знаем, что королём ему не стать. Твой племянничек некромант, а значит, продлить жизнь женитьбой в отличие от тебя у него не выйдет. Ты его ещё не на одну сотню лет переживёшь.
Антидор сдулся, но заткнуть его не так-то просто.
– Ты понимаешь, что парня всю ночь целители латали? За нападение на члена королевской семьи...
– Что? – вновь оборвал я его. – Прикажешь меня казнить? Я всю твою стражу ещё на подходе к моему особняку положу. Закроешь в застенках? Если тебе не жаль тюрьму – попробуй. Я за десять минут от неё камня на камне не оставлю! Тебе нечем на меня давить, все угрозы лишь пустышка. Я подчиняюсь вам, ваше величество, только по собственной воле. Не захочу – не заставишь!
– Твоя вседозволенность пугает. Да, ты мне не по зубам, но обязательно это демонстрировать? Зачем так жестоко с Кветином? Ну потискал он девчонку, и что? Не она первая, не она последняя!
Всё, разозлил! Резко поднявшись на ноги, шагнул к королю и угрожающе прошипел:
– Асения не все! Она моя! Подопечная. Мне что, нужно было этому индюку зад поцеловать за то, что он её едва не изнасиловал? Хрен дождётесь! Надо будет – я и из тебя отбивную сделаю. Хотите жить, ваше величество, не смейте высказываться в таком тоне об Асе. И кобеля своего на цепь посадите, а то в следующий раз я его кастрирую!
Я наступал, побледневший монарх пятился, затравленно бегая глазами по кабинету.
– Если ты решил оставить её себе, зачем было выставлять на брачные торги? Тем более что товар уже испортил! – огрызнулся Антидор чуть слышно.
– В каком смысле? – нахмурился я недоумённо.
– О том, что ты расстался с графиней Кёрн, уже весь свет гудит. Получается, в твоём доме, не считая слуг, проживают всего две женщины, и я не думаю, что это принадлежит баронессе! Фасончик, может, и её, но вряд ли ты позарился на старуху, – ткнул он пальцем куда-то мне за спину.
Стремительно обернулся и застыл, ошеломлённо глядя на крохотные кружевные трусики, белым флагом висящие на углу резной рамы с портретом моего отца. Перед глазами замелькали картинки прошедшей ночи. К сожалению, нечёткие и разрозненные. Как Аська оказалась в моих объятиях, я не помню. А вот что она пыталась меня оттолкнуть – очень даже. И то, что считал всё сном, но, несмотря на это, не перешёл черту, запомнилось отлично.
Дьявол! Она ж меня ненавидит теперь ещё больше! Вытащил из загребущих ручонок Марино, чтобы тут же самому...
Так, мне срочно нужно её увидеть. Попытаться как-то объясниться! Ага, и как ты себе это представляешь?
«Аистёнок, извини, что едва не взял тебя против воли, просто я уже на стену от желания лез, вот напился и сорвался. Бывает! Сделаем вид, что ничего не было? Опыт-то у нас имеется!»
Чувствую себя кретином, насильником и скотиной в одном лице. Получится ли теперь вымолить прощение?
– Что замолчал, нечего сказать? – напомнил о своём присутствии король.
– Я уже всё сказал, держитесь вместе с племянником подальше от меня и Асении. Тебе пора, пока стража весь мой газон не вытоптала.
– Когда ты научишься вести себя согласно правилам приличия? Я твой король, ты априори обязан меня уважать.
– Я не разбил тебе нос за то, что ворвался с утра в мой кабинет, не позволив дворецкому доложить о своём визите. Считай, лимит по уважению на этот год я выполнил! И ещё я трижды спасал твою шкуру от заговорщиков. Это считается?
Бросив на меня злой взгляд, Антидор молча вышел в коридор. Я его понимаю: бессилие бесит, особенно, когда ты больше пяти сотен лет являешься первым лицом королевства, а поставить зарвавшегося сопляка на место не можешь. Но сейчас мне точно не до монарха и его ущемлённого самолюбия.
Сдёрнув с портрета трусики и смяв их в кулаке, направился в столовую. У меня от страха и стресса похмелье и то прошло. По крайней мере о головной боли забыл напрочь!
Асения и Ильма уже сидели за столом. При моём появлении подопечная уткнулась в тарелку, пряча глаза. Баронесса, напротив, внимательно осмотрела меня. Убрав за спину руку с кружевным лоскутком, тоже поглядел вниз. Брюки мятые, рубашка выглядит не лучше, ещё и расстёгнута до солнечного сплетения, на голове наверняка бардак, но об этом остаётся только догадываться. Вот тебе и герцог!
Но баронесса Лилиот – кремень! Промокнув губы салфеткой и отложив её в сторону, она встала.
– Доброе утро, ваша светлость. Уильям, что-то я сегодня неважно себя чувствую, присмотришь за Асей сам?
– Да... Да, конечно! – выдавил я улыбку, взяв себя в руки.
Такое поведение – нонсенс для камеристки и для Ильмы в частности. Что эта змея задумала?!
33
АСЕНИЯ.
Мы с Уильямом остались наедине, и в столовой повисла угнетающая тишина. Несмело подняла взгляд. Герцог в волнении зарылся пятернёй в волосы, откидывая их со лба, тяжело вздохнул и наконец заговорил. Если это можно так назвать.
– Ася... Я... Мы... Принц...
– Где? – спросила, не скрывая язвительных ноток в голосе, и заинтересованно заглянула под стол.
– В лазарете! – рявкнул Блеквуд. – Мне и так нелегко, можешь не издеваться?
– Я внимательно тебя слушаю.
– То, что случилось ночью...
Он замолчал, а я испугалась откровенного разговора и решила всё отрицать. Вдруг получится скрыть свои посягательства на герцогское тело? Как ни крути, это я начала его домогаться, а признаться в подобном поведении стыдно.
– А что случилось? Лично я прекрасно выспалась!
– Не лги! Не думаю, что это принадлежит Ильме!
Прямо передо мной на стол опустились злосчастные трусики. Правильно, Уил же привык общаться с преступниками, вот и начал допрос с предъявления улик. А я отлично умею делать невинное выражение лица и увиливать от ответственности. Мисс Веллир подтвердит, она одиннадцать лет на это любовалась!
– Почему нет? Баронесса следит за своей внешностью и вполне может носить такое бельё!
– Согласен, но это не её!
– Принца?
– А он-то тут при чём? – опешил опекун.
– Откуда я знаю? Ты первый о нём вспомнил, вот я и подумала, что Марино под подозрением.
– Асения!!! – стремительно шагнув вперёд, герцог опёрся руками на стол и, склонив голову, попросил: – Посмотри, у меня нет дырки в черепе?
– Чего?! – ошеломлённо захлопала я ресницами.
– Ну должно же быть дупло, через которое ты мой мозг выклёвываешь! Я с тобой скоро свихнусь! Совершенно невыносимый характер!
– У меня нормальный характер, это у тебя психика слабая! Так ты поведаешь, каким образом принц связан с этими трусами?
Блеквуд как-то резко растерял весь запал, плечи поникли… Опустив голову ещё ниже, он убитым голосом произнёс:
– Я хотел сказать... То, что был пьян в стельку, меня не оправдывает, но я не совершил непоправимого. Ты всё ещё невинна и если тебе правда нравится Квентин...
Слушать и дальше этот бред оказалось выше моих сил! Вскочив на ноги, с угрозой прошипела:
– Герцог Блеквуд, а вас когда-нибудь женщины били? Или сейчас состоится ваш первый опыт?
Он вкинул на меня взгляд, в котором отчётливо сквозила вина. Я словно на стену налетела. Обессилено опустившись на стул, прошептала:
– Ты винишь себя за то, что между нами было.
– Разумеется. Это... нехорошо!
– А мне очень даже понравилось! А если серьёзно… Наверное, ты прав, мне не стоило к тебе приходить и лезть с поцелуями. Понимаю, у тебя только что состоялся болезненный разрыв с Эви и тебе не до новых отношений, тем более со мной. Я твоя головная боль, вечно доставляю неприятности и, скорее всего, навсегда останусь для тебя глупой маленькой воспитанницей. Прости, больше этого не повторится! – не удержалась и под конец речи по-детски шмыгнула носом.
– Аистёнок...
– Сэр, ваш связующий артефакт! – появился на пороге дворецкий.
Уже потянувшаяся ко мне рука Уильяма остановилась на полпути и сжалась в кулак. Глубоко вздохнув, герцог раздражённо бросил:
– Давай сюда!
Открыв шкатулку, он достал сложенный вчетверо лист бумаги, пробежавшись глазами по строчкам и, выругавшись, безжалостно его смял. Несколько долгих секунд Блеквуд молча сверлил меня задумчивым взглядом.
– Мне надо уехать по работе.
Вопросительно посмотрела на опекуна, как бы интересуясь, с чего вдруг он начал передо мной отчитываться?
– Хочешь составить мне компанию? – предложил герцог неожиданно и, заметив как я воодушевилась, дополнил: – Предупреждаю сразу, это убийство – не слишком приятное зрелище. Придётся подождать меня в карете.
Убийство?! Тогда тем более хочу! И отсиживаться в стороне не собираюсь, но последнее ему лучше не говорить. Пусть будет сюрпризом!
– Я с тобой! – заявила уверенно, вставая со стула.
– Тогда пятнадцать минут на сборы, а то я своим внешним видом всех подчинённых распугаю.
Дождавшись согласного кивка, он ушёл. Я же, прежде чем отправиться за плащом и шляпкой, попросила служанку собрать корзинку с перекусом и сразу погрузить её в экипаж. Уильям так и не позавтракал, а кто ещё о нём позаботится, если не я?
Ровно в назначенный срок мы встретились в коридоре. Не говоря ни слова, опекун подставил мне локоть, опёрлась на него и мы чинно спустились в холл. Карета, запряжённая двумя чёрными рысаками, нетерпеливо гарцующими на месте, уже стояла возле крыльца.
Герцог сам открыл дверцу и помог мне сесть, занимая сиденье напротив. Экипаж, качнувшись, тронулся. Если я рассчитывала, что разговор, состоявшийся в столовой, окончен, у Уильяма были совсем другие планы...
– Значит, это ты ко мне пришла и первой полезла с поцелуями тоже ты?
– Ты для этого взял меня с собой? Чтобы поиздеваться?
– И да, и нет. Я действительно хочу обсудить прошлую ночь, но по другой причине.
– По какой?
Подавшись вперёд, он схватил меня за запястья и дёрнул на себя. Пискнуть не успела, как приземлилась попой на надёжные колени. Обняв, крепко прижимая к своей груди, Блеквуд признался:
– Наконец разобраться с нашими отношениями. Аистёнок, ты не так всё поняла, решив что не нужна мне. Очень нужна! Просто я не слишком отчётливо помню эту ночь и... подумал, что всё произошло без твоего согласия.
Я и так сидела, как палку проглотила, а после его слов и подавно напряглась всем телом, изумлённо посмотрев в чёрные глаза.
– Ты бы не смог так со мной поступить! – произнесла, искренне в это веря.
– Но ты пыталась меня оттолкнуть!
– Естественно! Я же приличная девушка, почему я должна была сразу сдаваться? Небольшое сопротивление в подобной ситуации просто необходимо! Тут главное не переборщить и не спугнуть мужчину, а то можно остаться без ласк!
Заметив как ошеломлённо вытянулось лицо возлюбленного, рассмеялась и, обвив руками его шею, уткнулась в неё лбом.
– Надо всё-таки проверить череп на наличие лишних отверстий! – проворчал Блеквуд.
И, тем не менее, кольцо его рук сжалось, сильней притискивая меня к жаркому телу, а к виску с непередаваемой нежностью приникли губы.
34
АСЕНИЯ.
Мы долго молчали, наслаждаясь объятиями. Я сопела в шею Уильяма, а он ласково гладил меня по спине, пробуждая волнительные мурашки. Герцог первым нарушил умиротворённую тишину.
– Ася, то, что произошло одиннадцать лет назад...
– Т-ш-ш, – выпрямившись, прижала я палец к его губам. – Прежде чем ты продолжишь, я хочу сказать: то, что я вчера тебе наговорила... В общем, я так не думаю. Раньше – да! Но познакомившись с тобой ближе, поняла, что ты не такой, каким я тебя считала. Я верю, что ты не убивал моих родных. Я в принципе тебе верю! Прости за те жестокие слова, я не должна была этого говорить.
Чёрные глаза засветились теплом и нежностью. Мягко очертив подушечкой большого пальца мою скулу, Уильям практически невесомо поцеловал меня в губы. Я даже потянуться навстречу не успела, как он отстранился.
– Спасибо, аистёнок. Для меня твоё доверие очень много значит. Я расскажу тебе всё в подробностях, только не сейчас. Разговор предстоит долгий и сложный, а мы уже почти приехали и времени на него нет.
– Я подожду. А кого убили? Кого-то важного, раз тебя из отпуска выдернули? – проснулось во мне любопытство.
– Моего заместителя. Его тело нашли в уже знакомом тебе склепе и что он там делал, я понятия не имею. Я же ещё три дня назад приказал там всё запечатать, чтобы мышь не проскользнула. Правда, именно Геральд и должен был это сделать, соответственно, сам он мог ходить туда и обратно без помех, – ответил мужчина, задумчиво посмотрев в окно, неосознанно гладя моё бедро.
Пожалуй, такой способ размышлений мне нравится, пусть думает как можно дольше!
– А он давно там? Ну, может, его ещё три дня назад и убили?
– Я пока сам не знаю подробностей. Ничего, разберёмся!
При солнечном свете храм бога Хаоса, виднеющийся за ажурными воротами, не казался таким мрачным и пугающим, как в прошлый раз, когда я тут побывала. К тому же сегодня здесь было намного оживлённей. Экипажи с открытым верхом, выстроившиеся вдоль улицы, люди в форме служителей закона, с трудом сдерживающие толпу зевак.
Наша карета остановилась прямо посреди дороги. Легко чмокнув в кончик носа, Блеквуд пересадил меня на сиденье и, приказав его ждать, выпрыгнул на брусчатку. Наивный он у меня!
Стоило герцогу пропасть из виду, я последовала его примеру. Кучер удивился, узрев, как леди без посторонней помощи выбралась из транспорта, но промолчал. А я, гордо расправив плечи, направилась к одетому в форму мужчине, охраняющему вход на территорию храма.
При моём приближении он растерялся, переводя взгляд с моего хмурого лица на карету, из которой я появилась. Бедолага не знал, как поступить: ведь я приехала с ужасающим начальством и непонятно, зачем меня привезли.
– Мисс, вам сюда нельзя, – протянул он неуверенно.
– Вы так считаете? А давайте спросим герцога Блеквуда, вдруг его мнение не совпадает с вашим? – заявила я с наглой усмешкой.
На мужика было жалко смотреть. Переминаясь с ноги на ногу, он никак не мог решить: пропустить нахальную барышню или отправить восвояси? Пришлось выручать:
– Я сама спрошу, если вы не возражаете!
И проскользнула мимо опешившего стража. Дальше всё складывалось намного легче. Мельтешащие туда-сюда сотрудники Управления по борьбе с преступностью на меня, можно сказать, внимания не обращали, логически рассудив, что раз леди гуляет по месту преступления – ей позволено это делать! Тут главное состроить невозмутимую мордашку и всё! Ни у кого не возникает вопросов. Почти.
Возле входа в склеп меня всё же остановили. Тут уже стояли два стражника, попытавшихся мне объяснить, что дамам здесь не место.
– Вот как? А я бы на вашем месте доложила Уильяму, что вы не пропускаете вызванного им эксперта.
Бред чистой воды: женщина на государственной службе – нонсенс! Но то, как уверенно я назвала Блеквуда по имени, вынудило их расступиться. Хоть сомнение и сквозило во взглядах, перечить доблестная охрана не решилась.
Внутри знакомого коридора было так же холодно и сыро, как и в прошлый раз. Передёрнув плечами от прокатившегося по позвоночнику озноба, я прошла вперёд. Вокруг стояла гробовая тишина. Похоже, кроме Уильяма в склепе никого нет. С опаской озираясь по сторонам, добралась до первого зала, заметила, что оттуда падает свет, и свернула, спускаясь по ступеням.
Именно тут я изучала надписи на стенах, а Уил рассказывал легенду о боге Хаоса. В этот раз обстановка изменилась. На полу кровью начерчена какая-то схема, а прямо на ней лежит тело мужчины. Вся инсталляция окружена чёрными, наполовину оплавившимися и в данный момент не горящими свечами. Внимание привлекли схемы поменьше, нарисованные на всех четырёх стенах. Я нахмурилась. Несмотря на наличие трупа, печать на полу не пугала, а вот эти вызывали непонятный страх: казалось, что они вибрируют, сдерживая какую-то энергию. Весьма мощную энергию!
Блеквуд же этого словно не ощущал. Присев на корточки, он невозмутимо изучал то, что осталось от его зама. Вдруг подумалось, что если рисунки соединить линиями, Уил находится ровно в том месте, где они пересекаются. Сердце ёкнуло от накрывшего с головой безотчётного ужаса.
Рисунки вдруг вспыхнули красным, синим, зелёным и коричневым цветами – символизирующими четыре стихии. А в центре, получается, некромантия? То есть самый сильный её носитель – герцог Блеквуд!
Испуганно вскрикнув, я рванула вперёд, и тут раздался оглушительный взрыв. Время словно замедлило свой бег, я успела разглядеть, как любимый, вскочив, выставил щит, но тьма, вместо того чтобы оберегать хозяина, потоком хлынула в пол. Взрывная волна отколола кусок камня от крышки саркофага, и он врезался Уилу в плечо, сбивая с ног, меня же откинуло к стене.
Не знаю, откуда во мне взялись силы. Видимо, адреналин, вскипятивший кровь, сыграл свою роль, но поморщившись от боли в спине, разлёживаться я не стала: поднявшись с пола, кинулась к мужчине, накрывая раненого своим телом.
В эту же секунду произошло сразу два события. Уильям, обняв за талию, перевернулся, подминая меня под себя, и бахнул второй взрыв, от которого с потолка посыпались внушительные обломки камня.
35
АСЕНИЯ.
Лёжа на полу, я ошеломлённо смотрела в злющие глаза Блеквуда, понимая, что второй взрыв нас почему-то не зацепил. Моргнула и перевела взгляд поверх головы возлюбленного. Нас накрывал радужный пузырь, от которого камни отскакивали, будто он резиновый.
– Никогда так не делай! Не смей рисковать своей жизнью! Даже ради меня! – рыкнул Уильям.
– Что это? – спросила, указывая на нашу защиту, не обратив внимания на его слова.
– Непроизвольный выброс магии одной неугомонной пигалицы! Ты от страха щит установила, – проворчал мужчина в ответ и неожиданно накрыл мои губы поцелуем.
Упёрлась ладошками в мускулистую грудь, отталкивая его от себя, останавливая этот беспредел. Отстранившись, Уильям вопросительно выгнул бровь.
– Ты против поцелуев или как порядочная девушка сопротивляешься?
– В этот раз против! Я понимаю, смерть это не просто часть твоей жизни, но и питание твоей магии. Но я целоваться рядом с трупом не привыкла. Вот уйдём отсюда, тогда... можно подумать о подобном времяпрепровождении.
Улыбнувшись, он встал и протянул мне руку, помогая подняться. Осмотрелись. Оценив, во что превратилась комната, Уильям скрипнул зубами, сдерживая ругательства, а я досадливо скривилась, изучая усыпанный булыжниками пол.
– Хана уликам, да?
– Не выражайтесь, юная леди! В принципе, их и так было немного. Но кое-какие выводы я сделал.
– Мужика убили, чтобы опять пробудить мёртвых? Тогда почему этого не сделали? И этих рисунков на стенах в прошлый раз не было...
– Каких рисунков? – нахмурился Уил.
– Которые взорвались! – пояснила я тоном строгой учительницы.
Задумчиво посмотрев на стены, герцог попросил:
– Можешь показать, где именно они были?
– Ты их не видел?! – наконец-то дошло до сообразительной Асеньки.
Блеквуд отрицательно покачал головой. Я, осторожно ступая по камням, обошла помещение по периметру, уверенно тыча пальцем в стены.
– Сейчас их уже нет, а так... На печати какие-то похожи с рунами, написанными по кругу. Судя по цветам, которыми они вспыхнули перед взрывом, вот тут наполненная магией огня, там воздуха, на той стене – воды, ну и земли, конечно.
– А на месте их пересечения – некромант, то есть я!
Вот! Мы и мыслим одинаково!
– Ещё бы знать, что в них написано и для чего всё это нужно? – протянул Уильям.
– Тебя устранить? – предположила я.
– Вряд ли. Скорее мою магию использовали для активации, чтобы устроить сам взрыв. Видишь ли, этот инцидент и поднятие нежити в прошлые разы не связаны. Почти.
– Как это?
– Тогда развлекался сам Геральд. Его руки испачканы кровью животного, предположительно свиньи, а под схемой, на которой он лежит, затёртая знакомая пентаграмма. Похоже, мой зам вновь хотел оживить мертвяков, но наткнулся здесь на кого-то более страшного и опасного. Его убили, постарались убрать следы того, чем он тут занимался, даже от поросёнка избавились. А из самого сделали приманку для меня, начертив совершенно другие печати.
– Для их активации нужен был мощный источник тьмы, – кивнула я понятливо.
– Очень мощный. Взрыв должен был быть намного сильнее, но накрыв меня щитом, ты отрезала печати от магии смерти, вот они и сработали лишь частично и далеко не так, как планировалось.
Я, может, наивная, взбалмошная, но не дура! От липкого страха меня замутило, и ноги подкосились. Уильям бросился ко мне и, не дав осесть на пол, крепко прижал к себе.
– Ну чего ты, аистёнок? – прошептал он ласково.
– Если бы я не вмешалась, эти проклятые печати высосали бы твою магию досуха! Осталась бы в карете, как ты приказал, и обратно тебя бы не дождалась... – пробормотала, всхлипнув, мёртвой хваткой вцепляясь в его торс.
– Этого не случилось, всё позади.
– Почему ты так спокоен?! – сорвалась я на крик, ударив любимого кулаком в грудь. – Уже два урода пытались паразитировать на твоей магии, и если Геральд занимался по сути безобидной ерундой, второй едва тебя не убил!
– Смыл переживать из-за того, что не произошло? У меня для этого теперь ты есть.
– Не смешно, Уил! – буркнула, вновь его обнимая.
– Ты впервые меня так назвала. Оно того стоило.
Подняв голову, встретилась с герцогом взглядом и заверила:
– Если и дальше будешь вести себя так беспечно, буду обращаться к тебе «Ваша светлость» и никак иначе!
– Жестокая! – рассмеялся мужчина и поцеловал меня в лоб.
Отстранившись, отошла на шаг. Пытаясь взять под контроль разбушевавшиеся чувства и прогнать накатывающую волнами панику, начала вслух рассуждать:
– Получается, перед нами стоят два вопроса: какую цель преследовал подрывник и зачем Геральд воровал твою магию? Он некромант?
– Нет, маг-универсал, не такой сильный, как ты, но всё же. Две стихии и некромантия, резерв сорок восемь процентов. То есть ему, чтобы продлить жизнь или молодость, чужая тьма ни к чему. Мог жениться на девушке, обладающей магией воздуха или воды. Выходит, накопители он делал не для себя, – ответил Блеквуд.
– Работал за деньги или выполнял чей-то приказ?
– Скорее всего, второе. Я и подходящего некроманта знаю, чьего распоряжения Геральд бы не ослушался – духу бы не хватило. Гадёныш против меня пошёл, а это говорит о многом.
– Квентин Марино, – произнесла, устало потерев висок.
Я не спрашивала – утверждала. Чей приказ, как не принца заставит переступить через страх перед Блеквудом? Разве что короля, но ему это без надобности. Уильям промолчал, что подтвердило мою догадку лучше любых слов.
– Он настолько слаб, что уже начал стареть?
– Резерв кронпринца тщательно скрывается, вот только... Мы вместе учились, и я своими глазами видел его возможности. Очень и очень скромные возможности. Если мы всё правильно поняли, и он действительно пошёл на то, чтобы, словно падальщик продлевать внешнюю молодость моей использованной тьмой... Квентин от тебя не отстанет! Ты его единственный шанс на долгую жизнь и прежнюю внешность.
– А сейчас ещё и посредник, добывавший для него омолаживающие артефакты, мёртв. Чёрт, этот придурок действительно может подкинуть проблем. Как долго он пробудет в лазарете? – посмотрела я на довольно улыбающегося герцога.
– Пару недель. Не бойся, для тебя он не опасен. Я не позволю тебе навредить. Меня больше беспокоит подрывник. Тут и заклинание мощное, к тому же мне неизвестное, и непонятные мотивы.
Тяжело вздохнув, обвела полуразрушенную комнату взглядом и наткнулась на ранее незамеченную нами деталь. Я не знаю, что это за маг и откуда он знает такие заклинания, но, кажется, поняла, зачем он организовал взрыв!
36
АСЕНИЯ.
Пройдя к каменному ящику, провела ладонью по исписанной рунами крышке, задумчиво скидывая мелкие камушки на пол.
– Уил, а эти саркофаги когда-нибудь открывали?
– Пытались и не раз, но на них какая-то мудрёная защита стоит. В общем, так ничего и не вышло.
– До сегодняшнего дня, – дополнила и повернулась, ловя недоумённый взгляд герцога.
Состроив самую умную мордашку на свете, молча указала пальчиком на угол крышки, точнее на его отсутствие. Именно этот осколок и сбил Блеквуда с ног, отлетев первым. Теперь в некогда цельном саркофаге зияла чёрная дыра, вызывая смешанные чувства. Было страшно и одновременно жутко интересно – а что внутри? Понятно, что древний скелет, но... Может, так называемого соратника с какими-то мощными артефактами или драгоценностями на вечный покой отправили?
Бережно отодвинув меня в сторону, герцог прищурился. Глаза наполнились тьмой и он начал обходить гроб по кругу, скрупулёзно его изучая. Остановился, побарабанил пальцами по холодному камню и, вернув глазам привычный вид, поднял их на меня.
– Ты права, аистёнок, магические охранки снесло взрывом. Теперь это обычный гроб, а не священное захоронение. Интересно только, почему вскрыть хотели именно его, а не тот, что стоит в центральном зале? Логичней же возжелать заглянуть в саркофаг бога Хаоса...
– Посмотрим, что там? – похлопала я ресницами, сложив руки в молитвенном жесте.
– Ась, а хочешь, я тебе парюру подарю на пять предметов? С аметистами и баснословной стоимости?
– Зачем? – нахмурилась я непонимающе.
– Так я и думал! Трупы тебе нравятся больше! – весело улыбнулся Уильям.
– Пф-ф! Не трупы, а загадки! Так что? Посмотрим?
– Ну давай, куда тебя девать, раз подарки ты предпочитаешь довольно-таки специфические! Отойди, пожалуйста, я крышку сдвину.
– Герцог Блеквуд, не надо переиначивать мои слова, а то у тебя хватит ума мне на день рождения подарить украшенный бантиком гроб с покойником внутри, – проворчала, выполняя его просьбу.
– Зато будет не так обидно, когда ты его подружке передаришь! – отбил он ехидно, упираясь руками в явно тяжеленную плиту.
Н-да... Надо будет потом ещё и за это извиниться...
– Уил, может, стражников позовём, зачем самому надрываться? Кстати, а почему они не прибежали после взрыва?
– Приказ такой, что бы ни случилось – не мешать мне работать и не лезть под руку.
– Ну вообще замечательно! И как теперь тебя из дома выпускать? Может, ты тут раненый кровью истекаешь, а у них приказ?! Я ведь не послушалась и пришла на помощь, от этих же никакого толку!
– Аистёнок, тут всё просто – их я не хочу! Поэтому в случае чего не по попке отшлёпаю, а шею сверну!
Щёки зажгло от смущения. На такое откровенное признание я не рассчитывала. Приятно! И внизу живота бабочки запорхали, щекоча невесомыми крыльями. Оценив мою реакцию на свои слова, Блеквуд подмигнул и расплылся в довольной улыбке.
В этот момент крышка таки сдалась под напором герцога, поворачиваясь градусов на шестьдесят. Романтический настрой сразу развеялся, прогоняемый любопытством.
Приблизившись, на всякий случай зажгла осветительный шар и, удерживая его в руке, заглянула в ящик... Первым пришло разочарование: несметных сокровищ, а уж тем более артефактов не наблюдалось. Только изящное колье с изумрудами, серьги и диадема из того же комплекта. В них магии не было ни капли. И только потом до меня дошло...
– Уильям, это женщина!
– Причём магически одарённая, даже спустя несколько столетий чувствуется остаточный след магии, – протянул возлюбленный, с каким-то восхищением глядя на высохшую мумию.
Серьёзно! Я едва не приревновала! Но природная любознательность этого сделать не позволила.
– Получается, она умерла не своей смертью? Иначе резерв был бы истощён.
– Видимых повреждений нет, я бы предположил яд, но сейчас сложно точно установить, от чего она скончалась. Так-то отравить мага такой силы нереально, она должна была почувствовать, что её пытаются убить.
– Интересно, кто она? Женщина, у которой не отняли магию... Может, она не хотела замуж и выпила яд сама?
– Вряд ли, не думаю, что это молодая взбалмошная особа – с таким-то резервом. Его не один десяток лет развивали.
– Так говоришь, будто перед тобой совершенство! Ещё женись на ней! – обиделась я на «взбалмошную», явно же камень в мой огород.
Посмотрев на меня, как на неразумное дитя, Уильям ухмыльнулся и сообщил:
– А это мысль, она хоть глупостей не говорит. Ася, эта находка уникальна, мы с тобой присутствуем при историческом событии, естественно, это волнительно. И столько вопросов, догадок в голове, а это моя слабость, недаром же выбрал такую профессию. И ты такая же, просто сейчас вредничаешь.
Честно говоря, я его почти не слушала, зачарованно глядя на уголок книги в кожаном переплёте, торчащий из-под копны тусклых мёртвых волос. От азарта даже подушечки пальцев закололо. Протянув руку, осторожно попыталась выпутать находку из длинных прядей и... случайно прихватила её вместе с внушительным клоком волос, легко отделившимся от черепа.
– Асения!!! – взревел тут же опекун.
– Ой, да ладно. Ей уже тысячу лет как всё равно, если не больше, – вяло отмахнулась я, изучая добытый фолиант.
– С ней учёные должны работать, а ты испортила внешний вид. Книгу, кстати, верни на место, она тоже историческая ценность!
А вот это уже перебор! С чего вдруг я должна отдавать свою прелесть?
– И не подумаю, кто нашёл – того и тапки! – заявила, попятившись к выходу.
– Отдай! – наступал Блеквуд.
– Нет!
Не придумав ничего лучше, оттопырила лиф и затолкала книгу между платьем и корсетом. С трудом, конечно, оно ж узкое, но я справилась и гордо вздёрнув подбородок посмотрела на обескураженного моей выходкой возлюбленного.
– Асенька, она ж старая совсем, рассыплется.
– Ай-яй-яй, ваша светлость! Как нехорошо врать доверчивым воспитанницам! На книге заклинание стазиса стоит, и вы, как безумно сильный маг, не могли этого не заметить. Уил, миленький, не забирай её у меня, пожалуйста. А я любое твоё желание исполню! – закончила я заискивающе.
– Любое? – сверкнули его глаза предвкушением.
– Клянусь!
– Тогда всю неделю ты молчишь! Вообще ни слова!
Нет, ну это слишком жестоко, я же лопну!
– А давай ты другое любое желание загадаешь? – и ресничками так хлоп-хлоп.
Расхохотавшись, мужчина в один шаг оказался рядом и, притиснув меня к себе, чмокнул в нос.
– Ты потрясающая, аистёнок! Ладно, оставь себе, но с одним условием. Никому не говори, где ты нашла этот раритет, а то у нас могут возникнуть проблемы.
И всё-таки он у меня самый лучший! Кивнула и, привстав на цыпочки, обвила шею любимого руками, приникая губами к его щеке, благодаря за... пособничество в краже!
37
УИЛЬЯМ.
Наконец выбравшись из склепа, крепко держа Асению за руку, не мог не отметить, с каким облегчением выдохнули стражники на входе. По-хорошему отчитать бы их как следует за то, что пропустили Аську на место преступления, но с другой стороны, если бы не она – ещё неизвестно, чем бы всё закончилось.
Не думаю, что мне действительно угрожала смертельная опасность, но покалечить вполне могло. Ладно, пусть пока живут!
Проследил за тем, чтобы убрали тело Геральда, и лично запечатал склеп. Теперь в него точно никто не проникнет без моего ведома. О том, что саркофаг вскрыт, позже сообщу, сначала нужно найти дельного учёного, который со всей серьёзностью отнесётся к находке, а не энтузиаста, способного всё угробить.
На всякий случай установил несколько ловушек вокруг склепа и со спокойной душой покинул территорию храма бога Хаоса, увлекая аистёнка следом. Хотел отправить девчонку домой, но она упёрлась, как настоящий баран, а ей сопротивляться я почему-то не могу. Увижу широко распахнутые невинные глазки и всё – из меня можно верёвки вить. Что она и делает, беззастенчиво пользуясь моей слабостью. Пришлось брать вредину с собой в Управление.
Пока я писал отчёт, общался с экспертами и разбирался с накопившимися за время отпуска документами, Аська, пристроившись на диванчике в зоне отдыха, листала незаконно присвоенную книгу.
Изредка бросая взгляды на хмурое, раздосадованное личико, едва заметно ухмылялся, но молчал, ожидая когда она сама признает фиаско и попросит помощи. Продержалась Асения больше часа. Всё-таки отложила книгу в сторону и, скрестив руки на груди, посмотрела на меня со злостью.
– Что случилось, солнышко? – поинтересовался я невинно.
– Ты знал, что я не смогу её прочитать! – буркнула она с обидой.
– Разумеется, странно, что ты об этом не подумала, видела ведь, что стены исписаны незнакомыми тебе рунами.
– И что? Всё, да? Скажешь отдай учёным и не майся?
– А ты хочешь маяться?
– Да! Я только поняла, что это личный дневник. Тут даты и краткие записи под ними. Ещё какие-то рисунки встречаются, но без пояснений совершенно непонятные. Наверное, тут описана жизнь той женщины... Представляешь, мы могли бы сами узнать, кто она, а если отдадим книгу, возможно, нам и не расскажут!
Под конец речи в синих глазах мелькнули слёзы разочарования. Вот что эта пигалица со мной делает? Совершенно не могу видеть её такой!
– Иди ко мне.
– Зачем? – прищурилась Аська подозрительно.
– Если ты меня поцелуешь, расскажу кое-что интересное...
Дожил, герцог Блеквуд, ласку шантажом вымогаешь! А куда деваться, если влюбился в упёртую и своенравную девушку? Её ещё приручать и приручать, если вообще получится...
Асения встала и с опаской приблизилась, отводя смущённый взгляд. Потянув её за руку, усадил на колени и провёл ладонью по напряжённой спине. Где так она бойкая, а как целоваться позвали – совсем растерялась, с каждым мгновением краснея всё сильней.
– Я жду! – поторопил притихшую девушку.
– А давай ты сам меня поцелуешь? У тебя это лучше получается.
– С чего вдруг?
– Это же логично – у меня опыта кот наплакал, ты да принц-извращенец. Но с ним это и поцелуем назвать нельзя, я же сопротивлялась. А второй раз вообще к губам прикоснуться не позволила! – заявила она возмущённо.
Что-то противно заскрежетало. В принципе я знаю, что именно – мои ногти, прошедшиеся по подлокотнику кожаного кресла. Ася вздрогнула, пристально вглядываясь в моё лицо. Сам знаю, что в данный момент глаза наполняются тьмой, теряя белок, и пугать любимую не хочу, а взять разбушевавшуюся злость под контроль не получается.
– Уил? – прошептала Асения тихо, прижав ладошки к моим щекам.
– Когда был первый раз? – выдавил через силу. – Только не лги!
– Я и не собиралась. На первом балу. Но ты не переживай, я ему нос разбила и убежала, а потом спряталась в твоей карете.
– Почему сразу мне не рассказала? Я бы ему ещё тогда руки и ноги переломал!
– Уильям, я в то время тебя почти не знала, а принц сказал, что за меня тебе кучу денег заплатит, ещё и пару уездов в личное пользование отдаст. Я элементарно испугалась. Не злись.
Мои губы опалило робкое прикосновение. Юркий язычок проник в глубину моего рта, лаская так неуверенно, несмело, что это заводило со скоростью света. Притиснув стройную фигурку к своей груди, перехватил инициативу, сам впиваясь в приоткрытые губки и властно врываясь в сладкий ротик языком. Всхлипнув, девушка выгнулась и, обвив мою шею руками, зарылась пальцами в волосы, мягко царапнув затылок. По позвоночнику прокатилась дрожь, а в штанах мгновенно стало тесно. Дёрнувшись, мужской орган упёрся в упругую попку. Вместо того чтобы испугаться, Ася на нём поёрзала, вырывая утробное рычание из моей груди.
Очертив ладонью тонкий стан, прошёлся по спине и погрузил пятерню высокую причёску, безжалостно её руша и наслаждаясь мягкостью длинных прядей, шёлком скользивших между пальцами.
– Уи-ил… – Полувздох-полустон, от которого меня тряхнуло, как от разряда тока.
Разорвав сводящий с ума поцелуй, резко поднялся на ноги. Донёс Асению до дивана, положил и... вернулся на своё рабочее место. Откинувшись на спинку кресла и с силой стиснув подлокотники, прикрыл глаза.
– Герцог Блеквуд, и что это сейчас было?! – гневно поинтересовалась Аська.
– Попытка не обесчестить тебя на столе кабинета главы Управления с преступностью. И пока не ясно, увенчается ли она успехом, так что помалкивай, егоза, дай мне время успокоиться.
И что вы думаете? Она сдавленно хихикнула! Покосился на подопечную из-под опущенных ресниц, натыкаясь на совершенно бесстрастное выражение лица уже чинно сидевшей девушки, делающей вид, что мне её веселье померещилось.
– А ты отвлекись. Обещал же мне кое-что рассказать, давай, я вся во внимании.
– Я связался с институтом исторических исследований. Сегодня вечером в мой особняк привезут справочник с древними рунами. Переводить дневник будешь сама, но учти, там не все закорючки расшифрованы, придётся поломать голову, чтобы разобраться с текстом.
– Уильям, ты лучший! – взвизгнула Аська, радостно вскакивая на ноги и хлопая в ладоши. – Хочешь я тебя поцелую?
Она издевается?! Судя по искоркам смеха в глазах – да!
– Не подходи ко мне, ичадие ада! – ответил, слегка улыбнувшись.
38
УИЛЬЯМ.
Домой мы вернулись поздним вечером. Аська ещё в моём кабинете зевала, смущённо прикрываясь ладошкой, а в карете и вовсе уснула. Правда, как только экипаж остановился, она встрепенулась и нести её в кровать не пришлось.
Встретивший нас дворецкий сообщил, что баронесса два часа назад поужинала и закрылась в своих комнатах. А мы поели в ресторации, расположенной напротив Управления, поэтому не сговариваясь направились к лестнице. Проводив аистёнка, пожелал спокойной ночи и, чмокнув румяную щёчку, ушёл к себе.
Помылся, надел халат на голое тело и, вытянувшись на кровати, закинул руки за голову. Сна ни в одном глазу. На небе уже зажглись звёзды и грустная луна заглядывала в спальню, освещая её тусклым светом. Изучая размытую тень, отбрасываемую на потолок покачивающимися ветвями тополя, росшего за окном, я никак не мог выкинуть из головы Асению. Точнее образы прошлой ночи, наконец всплывшие в памяти.
Казалось, я и сейчас ощущаю под ладонями шелковистую кожу и сладкий вкус возбуждения любимой на своих губах. Ну и как тут уснёшь, если от желания скоро дым из ушей пойдёт? И не только из них!
А аистёнок рядом, несколько шагов по коридору – и я смогу сжать её в объятиях, зарыться носом в волосы, глубоко вдыхая их запах...
Может, и впрямь стоит пойти? Просто поспим в одной постели, я даже приставать не буду!
– Сам-то себе веришь? Приставать он не будет! – буркнул в ответ на собственные мысли.
Но эти самые мысли уже так прочно засели в голове, что их не прогнать! Да в бездну всё! К Аське хочу!
Решительно поднялся, пересёк спальню, гостиную и возле двери всё же затормозил. Сомневался не больше пары секунд перед тем, как покинуть комнату и... ошеломлённо замереть, глядя как Асения осторожно, чтобы не шуметь, прикрывает дверь в свои покои.
Гадать, куда девушка собралась, не пришлось, так как она сразу повернулась лицом ко мне, а в этой стороне коридора находятся только апартаменты хозяина особняка и его супруги (последние, по понятным причинам, пустуют).
Заметив меня, аистёнок тоже застыла. Наверное, со стороны мы двух идиотов напоминали. Стоим, так и не отпустив дверные ручки, и молча сверлим друг друга взглядами. Я откровенно любовался точёной фигуркой, отлично просматривающейся сквозь тонкую ткань пеньюара, а что во мне нашла Ася... я понятия не имею.
Не знаю, сколько ещё мы бы изображали истуканов, если бы не случай. В оглушающей тишине послышался скрежет ключа в замочной скважине. Асения вздрогнула, выходя из оцепенения, и, сообразив что нас вот-вот застукает Ильма, потащившаяся куда-то средь ночи, рванула ко мне. Подбежав, упёрлась обеими руками в грудь, буквально вталкивая в мою гостиную. Закрыв дверь, прижалась к ней спиной и облегчённо выдохнула.
Лично мне плевать было на баронессу Лилиот, на обстоятельства, благодаря которым мы, чуть ли не голыми, оказались в одной комнате, главное, что это произошло!
Аська подняла на меня глаза и всё! Я пропал!
Всего один один шаг, и я навис над ней, бесцеремонно вклиниваясь коленом между ног и накрывая чуть подрагивающие губы поцелуем. Жадно терзая их, я изучал жаркую глубину языком, самым кончиком прикасаясь к нежному нёбу и вызывая на танец острый язычок любимой.
Ася скользнула ладошками по моей груди вверх и обняла за шею. Выгнувшись в попытке прильнуть ко мне ещё плотнее, она неосознанно потёрлась нежным местечком о моё колено, выдыхая стон наслаждения прямо мне в губы.
Моя сладкая, невинная, совсем неопытная девочка, но такая страстная, что закипает мозг. И вновь я пьян, но в этот раз от неё! По-другому с маленьким аистёнком быть не может!
Выпустив пухлые губы из плена, приник к шее, целуя и слегка прикусывая тонкую кожу. Асения откинула голову, пеньюар упал на пол.
Проведя языком по быстро пульсирующей яремной венке, я подхватил тонкую лямку сорочки зубами, стягивая её с хрупкого плечика. Всхлипнув, Аська вцепилась в мои волосы, болезненно их оттягивая, распаляя меня ещё сильнее. Хотя казалось больше некуда!
Вторая лямка соскользнула к локтю и ночная рубашка упорхнула догонять пеньюар. Развязав пояс собственного халата, отправил его следом и, огладив ладонями упругие ягодицы, вздёрнул Асю вверх. Судорожно обхватив мою талию ногами, она потёрлась намокшими трусиками о напряжённый член. От такого приветствия он дёрнулся и теперь застонал уже я.
Шагнул к столу, одним движением смахнул стоявшую на нём вазу и, под звон разлетающегося на куски фарфора, усадил любимую, сразу переключаясь на белеющую в темноте грудь. Девушка извивалась и хныкала в моих объятиях, то вонзая ногти в плечи, то теребя волосы на затылке.
Притиснул её к себе плотнее, ещё несколько шагов и ещё один стол – точная копия первого. Чёрт, почему спальня так далеко?
Обхватив лицо, Асения приникла к моим губам, жарко целуя. Последний рывок, и мы таки добрались до кровати!
Уронив девушку на прохладные простыни, накрыл её собой, пристраиваясь между разведённых ног. Толкнулся, упираясь каменным органом в кружевные трусики. А я уже забыл об их существовании! Выпрямился, сев на колени, и безжалостно разорвал ненужную тряпку.
Подтянув аистёнка ближе, прижался головкой к влажному входу. Я проникал в неё медленно, буквально по миллиметру раздвигая тугие стеночки, с трудом сдерживая себя, и сжимал выступающие тазовые косточки, не позволяя Асе отстраниться. Она не сводила с меня широко распахнутых глаз, в которых светился восторг, смешанный со страхом.
– Не бойся, Асенька, я аккуратно, – прошептал успокаивающе.
Остановиться сейчас я бы ни за что не смог. С тех пор как забрал Асю из пансиона, слишком часто об этом мечтал, представлял, но... реальность превзошла все мечты. Она такая горячая и узкая, что я едва не рычу от пробивающего разрядами тока удовольствия.
Упираясь в преграду, качнулся, слегка подаваясь назад и вновь возвращаясь, заполняя аистёнка собой. Вздрогнув, Ася вскрикнула, смяла простыню в кулачках, и по правому виску скатилась одинокая слезинка. Замер, поглаживая бархатистый животик, давая ей время привыкнуть, а у самого сердце рвётся на части от осознания, что причинил ей боль. Возбуждение и то немного отступило.
Ася не первая девственница в моей жизни, но тогда я почему-то не переживал по этому поводу. Ну больно, но ненадолго же! А каждая секунда её боли ощущается вечностью.
Прикусив губу, любимая покрутила бёдрами, осторожно толкнулся, внимательно следя за её реакцией. Задрожала и, раздвинув ноги шире, прогнулась навстречу.
И тут я сорвался! Ася сначала отвечала робко и неуверенно, но быстро вошла во вкус. Ловя каждое движение, шептала моё имя, умоляя не останавливаться. Будя во мне какие-то животные, собственнические инстинкты. А в голове набатом стучало: «Моя!»
Чувствуя неумолимо приближающуюся разрядку, накрыл девушку своим телом, вжимая её в матрас, и впился поцелуем в припухшие губы. Аська обвила мою талию ногами и мы синхронно содрогнулись от ошеломительного оргазма.
39
АСЕНИЯ.
Прижатая к боку расслабленно вытянувшегося Уильяма, я покрывала осторожными поцелуями его плечо. Всё-таки обломок саркофага не слабо его зацепил, даже плотно переплетённые линии татуировок не смогли скрыть внушительный синяк. И ведь мужчина ничем не показал, что испытывает боль.
А сейчас он следил за мной – как всегда, из-под полуопущенных ресниц – и едва заметно улыбался.
– Что? – буркнула, прервав увлекательное занятие.
– Не думал, что ты такая ласковая. Обычно вредная, упёртая и пакостная. А оказывается, за этой бравадой скрывается одинокий котёнок, соскучившийся по человеческому теплу и мурлыкающий от каждого прикосновения.
Отвернувшись от Блеквуда, прошептала:
– Что тебя удивляет? Я одиннадцать лет была одна. Совсем никому не нужная.
Снова опрокинув на спину, прижимая своим телом к матрасу, Уил мягко поцеловал меня в губы.
– Неправда. У тебя есть я! И ты всегда была мне нужна, единственная на всём свете. Я знал, что не одинок, у меня есть маленький аистёнок, который пропадёт без моей защиты.
– А как же Эви?
– Тут другое, Ась...
Он скатился с меня, притиснул одной рукой к себе и, положив вторую под голову, уставился в потолок. Я уж думала, больше не дождусь ни слова, но Уил заговорил:
– Как любому нормальному мужику, мне нужна сексуальная разрядка. А Эвилина отлично справлялась с поставленной задачей, к тому же не выносила мне мозг и с ней можно было поговорить. В общем, она меня устраивала – на этом всё! А ты... к тебе я относился как к шкодливому ребёнку. До тех самых пор, пока ты свои стройные ножки не продемонстрировала, вот тогда и зацепило. Не знаю, как объяснить... Меня корёжило от того, что хочу девочку, которую считал единственным родным человеком. И что ты уже взрослая признать было сложно. Я сопротивлялся влечению к тебе, но, как видишь, ничего не вышло. Эви и та быстрее поняла, что эту борьбу с самим собой я проиграю.
Так вот в чём причина её ухода, а я-то гадала!.. В груди разрослось противное чувство вины. Эвилина приняла меня с распростёртыми объятиями, а я ей нож в спину вонзила.
– Получается, она ушла из-за меня, – пробормотала, садясь и пряча от Уильяма взгляд.
Не позволил. Тоже сел и, подцепив мой подбородок пальцами, вынудил посмотреть ему в глаза.
– Нет, Ася. Она ушла из-за меня. Ты виновата лишь в том, что выросла самой восхитительной девушкой на свете, в которую невозможно не влюбиться. Я не устоял, а Эви, поняв это, просто не стала унижаться, навязывая мне свои чувства. Так иногда случается.
Я правильно его услышала, или принимаю желаемое за действительное?!
– Ты что сделал? – спросила, нервно комкая в руках одеяло.
– Влюбился в маленького нежного аистёнка! Я люблю тебя, Ась. Ты выйдешь за меня замуж?
Уже было запевшие в душе соловьи скончались в диких муках. Зачем он так?! Я ведь доверилась Уилу, а он... Это предательство!
Отстранившись, встала с кровати, оглядевшись, из одежды обнаружила лишь небрежно брошенные на кресло брюки и рубашку герцога. Вот её-то я и умыкнула. Надела и подойдя к окну, зябко обняла себя за плечи.
– Почему мы не можем просто жить вместе? – поинтересовалась я глухо.
– Это неправильно.
– С Эвилиной тебя такие мелочи не смущали.
– Я не собирался создавать с ней семью! Ась, что я потом скажу своим детям, когда они спросят, почему я не взял их мать в жёны, вместо того чтобы сделать любовницей?
Мужской голос прозвучал прямо над моей макушкой. Вздрогнув от неожиданности, сильнее сжала собственные плечи.
Семья... Пожалуй, я согласна на сына и дочь, безумно похожих на герцога Блеквуда, но не могу заплатить за них такую цену!
По талии скользнули нежные руки, привлекая меня к широкой груди. Легко чмокнув в висок, Уильям прижался к нему колючей щекой.
– Аська, ты на самом деле считаешь, что я отниму у тебя магию? Своими руками заберу годы жизни? Я без тебя смысл существования потеряю, аистёнок. Мне проще тебе свою тьму отдать, чем представить, что ты когда-нибудь умрёшь, оставив меня одного на этом свете.
Резко обернувшись, вскинула на возлюбленного недоверчивый взгляд. Он тепло улыбался. А я... в шоке!
– Но как? Это же часть брачного ритуала и всё такое...
– О том, что мы обязаны в точности его соблюдать, в законодательстве нет ни слова. Так же там не упоминается, что мужчина не имеет права отказаться принимать в дар магию своей невесты.
– И ты сделаешь это ради меня? Пойдёшь против привычных устоев? Тебя же осудят, на каждом углу будут кости перемывать! – произнесла я взволнованно.
– Видал я их мнение в глубокой... эм... яме! Зато у меня будет самая крутая жена! Маг-универсал с заоблачным резервом, в совершенстве владеющий всеми видами магии. Лично обучу! Приёмы самообороны и обращения с оружием тоже освоим. Чтобы не только носы всяким уродам разбивать могла, но и руки переломать, дабы их не тянули куда не следует.
– А как же твои слова, что мне надо избавиться от магии, иначе меня убьют?
– А ещё я сказал, что племянницу Блеквуда вряд ли бы тронули, испугавшись что родовая магия может его призвать. Но это не факт, а вот на защиту жены точно выдернет, где бы я ни был. Ну и плюс мощный родовой артефакт, коим является обручальное кольцо. Оно само по себе способно уничтожить любого, кто посягнёт на жизнь и здоровье его владелицы! – пояснили мне, подмигнув и поцеловав в кончик носа.
– Ты всё просчитал... – прошептала я ошеломлённо.
– Разумеется. Ты ведь не думаешь, что я бы поволок тебя в постель, если бы твёрдо не решил жениться? А безопасность супруги для меня первоочередная задача! Так ты согласишься выйти за меня замуж? Учти, откажешься – я к Ильме посватаюсь!
Рассмеявшись, привстала на цыпочки, обвивая шею мужчины руками, и со всей нежностью, на какую только способна, приникла к его губам.
– Согласна, шантажист. И ещё... Я люблю тебя, герцог Блеквуд, мой самый потрясающий опекун!
И уже мои губы попали в сладкий плен.
Уил подхватил меня на руки и шагнул к кровати. Уронив на смятые простыни, накрывая своим телом, он прошептал:
– Брачный договор надо скрепить поцелуем между ножек!
– Это обязательно? – спросила чуть слышно, чувствуя, как мышцы живота от предвкушения стягиваются в тугой узел.
– Да! Я сделал больно, мне и жалеть!
Решила не напоминать, что являюсь носительницей целительной магии, и она уже подлатала свою неугомонную хозяйку. Вдруг жалеть передумают, а я уже настроилась...
40
АСЕНИЯ.
Разбудили меня нежные поцелуи. Не открывая глаз, потянулась, прогибаясь в пояснице, и расплылась в счастливой улыбке. А после расслабилась, сделав вид, что вновь уплыла в царство сновидений.
– Пора вставать, хитрюга! – рассмеялся Уил.
Приподняла ресницы и, обнаружив, что комнату заливает красноватый свет едва начавшего всходить солнца, снова зажмурилась.
– Я ещё ночью поняла, что ты извращенец, но не до такой же степени! Будить в невероятную рань измученного ребёнка слишком жестоко, – проворчала, поворачиваясь к любимому попой.
Зря я это сделала! К ягодицам тут же прижалось кое-что твёрдое и внушительное, доказывающее, что таки да! Герцог Блеквуд – ненасытный извращенец!
– Аистёнок, через полчаса весь дом проснётся, включая баронессу. Если камеристка не обнаружит тебя в твоей комнате, сегодняшняя ночь станет единственной, когда мы были близки.
– Почему?
– Она меня кастрирует!
Рассмеявшись, упала на спину и обвила руками шею нависшего надо мной мужчины, притягивая к себе и целуя в губы. От язвительного замечания удержаться всё же не смогла...
– Ночной кошмар жителей всего королевства испугался немощной старушки?
– Не стоит недооценивать эту хитрую и изворотливую змею. Поэтому, если я тебя не разочаровал и ты хочешь повторения, вставай, провожу до твоих апартаментов.
– Я ведь уже говорила, что ты шантажист! – буркнула, демонстративно надув губки, и села на край кровати.
Разумеется, принести мои вещи, оставшиеся в гостиной, Уил и не подумал. Вроде бы и неловко идти на поиски обнажённой, под пристальным вниманием чёрных глаз, а с другой стороны, смущаться после того что между нами было – глупо! Герцог уже всё рассмотрел в подробностях, а ещё на ощупь изучил и на вкус попробовал.
Собрав мужество в кулак, встала и, гордо расправив плечи, продефилировала до двери в соседнюю комнату. За спиной раздался мученический стон. Хихикнув, ускорилась, буквально вылетая в гостиную. Затормозила, изумлённо изучая осколки вазы, разбитую статуэтку и просто валяющиеся на полу безделушки.
Эм-м, нормально мы так вчера до спальни добирались! Ладно хоть мебель целая!
Подхватив сорочку и пеньюар, быстро оделась. Блеквуд появился как раз в тот момент, когда я завязывала поясок. Вот тут я и впала в ступор.
Видимо, вспомнив что его халат тоже здесь, Уильям по моему примеру отправился за ним голым. Ночью было как-то не до того, а сейчас я могла лицезреть герцога во всей красе! Зрелище, должна признать, впечатляющее! Помнится, я жаловалась, что мне никогда не узнать, как начинается рисунок, выглядывающий из-под брючного ремня... И вот, стою, любуюсь!
Начиная от лодыжки, по всей правой ноге извивались замысловато переплетённые линии, они огибали изображение двух скрещенных изогнутых мечей, расположенное на бедре, и уходили вверх. Да, до самых рёбер! Левая раскрашена лишь до колена. Если учесть, что татуировки появляются после того, как освоен новый навык... Похоже, любимому ещё есть куда расти.
– Ась? Ты чего застыла? – спросил он напряжённо.
– Ты дьявольски прекрасен! – выдохнула я в восхищении. – Когда-нибудь я всё-всё это великолепие расцелую! Если бы ты не боялся кастрации, могла бы и сейчас, но... Не провожай меня!
Послав ошарашенному мужчине воздушный поцелуй, выпорхнула в коридор, бегом устремляясь к своим покоям. Добравшись до спальни, расправила кровать и нырнула под одеяло. Только успела перевести дыхание, как в дверь постучали и в комнату вошла горничная.
– Вы уже не спите, госпожа Асения?
– Да, что-то рано выспалась. Приготовь мне ванну.
Удивлённо вскинув брови, Арнела кивнула и молча пошла исполнять приказ. Обычно-то я ограничиваюсь душем, а тут...
Улыбнулась. Ну не объяснять же ей, что некоторые личности укатали бедную Асеньку, и теперь тело ноет, требуя замочить его в горячей солёной воде с ароматной пенной шапкой. От воспоминаний – как именно меня укатывали – мышцы между ног дёрнулись, сладостно сжимаясь, а в животе вспорхнула стайка бабочек. М-м-м, кажется, я окончательно пропала. Влюбилась в Блеквуда по самую макушку!
Помимо ванны измученный физическими нагрузками организм буквально кричал, чтобы его покормили. И это не аллегория! Желудок так сердито урчал, что сооружающая мне причёску горничная тихонько посмеивалась. Разумеется, задерживаться в своих покоях я не стала. Как только Арнела привела меня в надлежащий вид, поспешила в столовую, чуть не врезавшись в решившего за мной зайти Уильяма.
Поймав в объятия, меня тут же поцеловали. Правда, украдкой, пока нас не застукали, и лишь после мы спустились вниз, усердно строя серьёзные лица. Но это нас не спасло!
– Герцог Блеквуд, я не понимаю, зачем вы меня пригласили, если я практически не вижу свою подопечную! Я даже план предстоящих мероприятий обсудить не могу – не с кем! – накинулась на Уила баронесса, едва мы переступили порог столовой.
Что интересно, о том, что сама вчера передала меня ему лично в руки, она напрочь забыла!
– Это ни к чему. Асения больше не участвует в сезоне, мы определились с кандидатурой жениха, – спокойно ответил опекун, отодвигая для меня стул.
Лицо Ильмы изумлённо вытянулось. Пока герцог занимал своё место, она растерянно хлопала ресницами. Лишь когда он взял в руки вилку, еле слышно пробормотала:
– Как же это? Разве не ты...
– Я! Именно я женюсь на Асе!
– Фух! – расслабленно выдохнула камеристка. – Напугал, я уж думала, мой план провалился!
Теперь мы с Уилом вперили в неё ошеломлённые взгляды.
– Какой ещё план? – первым пришёл в себя мужчина.
– Выдать Асению замуж, разумеется. За тебя. Ну что ты так смотришь? Я как услышала, что ужасный герцог Блеквуд впервые отплясывал на балу, сразу поняла, что тут дело нечисто. То, что ты попросил меня о помощи, стало подарком судьбы – мне представился шанс выполнить обещание, данное твоей матери.
– Это какое?
– Проследить, чтобы ты не остался холостяком, насмотревшись на своих родителей, – невозмутимо пожала плечами интриганка. – Надо-то было всего лишь показать тебе желающих взять девочку в жёны, заставив с ними пообщаться и осознать, что ты не готов её отпустить. Потом прикрыть глаза на излишне настойчивое внимание принца, позволив ему проявить скотский характер...
– Ты что, специально подставила Аську?! – взревел возлюбленный.
– Не кричи! Я видела, что ты следишь за ней, так что ничем не рисковала. Всё было под контролем!
– Это всё?
– Не совсем. После бала оставила вас наедине, чтобы вы могли разобраться в отношениях. Закрыла глаза на ночное посещение Асенией твоего кабинета и сказалась больной, дабы вы провели день вместе. Теперь всё!
– А сегодня ночью? – вкрадчиво напомнил Уил о так вовремя заскрежетавшем ключе.
– Я просто хотела пить! Слуги опять не соизволили наполнить графин, – выдохнула Ильма возмущённо.
Её лицо выражало такую вселенскую обиду (как же, добропорядочную благородную леди заподозрили невесть в чём!), что и дурак бы понял – врёт! А Блеквуд дураком не был! Гневно бросив скомканную салфетку на стол, он резко поднялся и сообщил:
– Я сыт! Асения, зайди после завтрака в мой кабинет на первом этаже. Нужно обсудить брачный договор.
Молча проводив его взглядами, мы с баронессой переглянулись и заливисто расхохотались.
41
АСЕНИЯ.
Войдя в кабинет, Уильяма я не заметила, зато диван, на котором домогалась опекуна, сразу привлёк внимание, и щёки мгновенно залил жаркий румянец. К спине прижалось сильное тело, а ухо опалил хриплый шёпот:
– Этот диван теперь станет реликвией нашей семьи. Ни за что не выкину, даже когда он начнёт разваливаться от старости.
Рассмеялась, разворачиваясь в родных объятиях.
– Не думала, что ты такой сентиментальный.
– Обычно нет, но когда дело касается моего аистёнка, порой сам себя не узнаю. А теперь к делу!
Уил меня отпустил и, шагнув к столу, подхватил документ, протягивая его мне.
– Брачный договор. Если кратко: жених обязуется не претендовать на магию невесты, защищать, обеспечивать и не ограничивать свободу. В разумных пределах. Всё состояние твоих родителей переходит в твоё полное распоряжение, с ним ты вольна делать что пожелаешь.
– А что для жениха?
– Тут сложнее. Его нужно любить, уважать и слушаться.
– У тебя очень скромные запросы, – улыбнулась я искренне.
– Ну, если честно, кое-какая выгода всё же есть. Я себе за тебя выкуп платить не стал.
– В каком смысле? Так-то ты эти деньги мне обещал отдать! – возмутилась, с трудом сдерживая смех.
– Не будь такой мелочной! – заявил возлюбленный, тоже сверкая весельем во взгляде.
– Мелочной?! Принц за меня два уезда предлагал и казну небольшого королевства. По-твоему это мелочи?
– Значит, жадиной!
Меня поймали и понесли к... семейной реликвии. Уильям сел, пристроил меня на своих коленях и… прикусил ключицу, крепко сжимая руки на талии. Расхохотавшись, обхватила его щёки ладонями, отстраняясь и заглядывая в лицо.
– И всё же я требую плату!
– Хм, и чего же ты хочешь?
– Информацию.
– Собственно, за этим я тебя и позвал, договор уже так... заодно. Я обещал тебе рассказать о событиях одиннадцатилетней давности.
– А давай начнём с другого? Баронесса была знакома с твоей матерью? Почему она ей что-то обещала и... С чего герцогиня Блеквуд решила, что её сын может остаться холостяком?
Меня действительно интересовали эти вопросы, но главная причина того, что задала их так поспешно, была в другом. Я просто боялась предстоящего разговора: до дрожи страшно возвращаться в ту ночь, когда мы с Уилом познакомились. Я всё ещё помню, каким он предстал передо мной тогда. В клубах чёрного тумана, с залитыми тьмой глазами и с по-хищному заострившимися чертами. Сейчас я понимаю, в тот момент он был в бешенстве! И вряд ли мне понравится знание о том, что именно его привело в такое состояние.
– Хорошо. Можно и с этого. Ильма – лучшая подруга моей матери, они выросли вместе и для меня она как тётя, поэтому и обратился к ней за помощью. Они обе не участвовали в сезоне дебютанток. Мама не обладала магией, а баронесса настолько слабый воздушник, что её не допустили. Да и в будущем к ней так никто и не посватался.
– Получается, Ильма магически одарена, поэтому так молодо выглядит?
– Да. Как это ни странно, её пустышку-подругу взяли в жёны, а баронессу – нет. Отец родился некромантом, ему всё равно было не найти подходящую невесту, вот и остановил свой выбор на никому не нужной девушке. Зато к ней прилагалось весьма существенное приданное. На тот момент папеньке уже исполнилось триста семьдесят лет и выглядел он на все восемьдесят. Как ты понимаешь, любовью там и не пахло. Молоденькой девчонке даром не нужен сморщенный старик, а отец в принципе любил исключительно себя. Брак он заключил только из-за наследника.
Я появился на свет через год, а ещё через девять лет родилась сестрёнка. Я обожал Ванду, чего не скажешь о родителях. Мы оба их не особо интересовали. Мать в вечной депрессии, папеньке вообще плевать на всё, что происходит вокруг. А дочь стала его разочарованием – магией она пошла в деда по материнской линии. Весьма посредственный маг огня.
Как и следовало ожидать, едва сестрёнке исполнилось восемнадцать, герцог Блеквуд выставил её на брачные торги. Как я тогда злился, ты не представляешь, да сделать ничего не мог. Глава рода принял решение, остальные должны подчиниться. Правда, Ванде повезло: в мужья ей достался приличный молодой человек. Я бы даже сказал, что он её любил...
– Но выкачать из неё магию не отказался! – выдохнула я сердито.
– Нет. Все так делают, и он не исключение. Родители умерли один за другим год спустя, оба по естественным причинам. А ещё через год Ванда родила дочку.
– Твоя племянница... Получается, она на самом деле существует?
– Ась, вот сейчас, прошу, не перебивай! В общем, вроде всё нормализовалось, я стал герцогом и занял кресло главы Управления по борьбе с преступностью. С работой справлялся на отлично – ни одного проваленного дела. И тут по столице прокатилась серия убийств. Очень страшных и жестоких. Подчистую вырезали всю семью, не жалея детей. Мы никак не могли понять, что связывает погибшие семьи, по какому принципу их отбирают. Только после третьего инцидента до меня дошло: девочки девяти лет. Больше того, они и родились в один день в одном и том же лазарете. И тут я испытал настоящий ужас! Всего в списке было пять имён, включая мою племянницу. Разумеется, я тут же рванул в дом сестры и её мужа, чтобы обнаружить – родных у меня больше нет.
Голос любимого прозвучал глухо. Он зарылся пятернёй в волосы и, откинув голову на спинку дивана, прикрыл глаза. Его лицо выражало столько боли, что у меня самой сердце противно сжалось. В одночасье остаться одному на всём белом свете, видеть изуродованные тела близких... Уж кто-кто, а я знаю, каково это. А Уильяму вдвойне сложней – он винит себя за то, что не смог защитить собственную семью.
Слова тут бессмысленны, ими не успокоить боль. Я молча обвила шею любимого руками, прижимаясь всем телом, и нежно поцеловала в висок. Глубоко вздохнув, он прочистил горло и продолжил рассказ:
– На поиски пятой девочки ушла неделя. Во-первых, купец Делон забрал жену и дочь из лазарета практически сразу после родов, не соизволив оформить выписку, а во-вторых, на следующий день покинул столицу. За девять лет они сменили множество городов, и всё же вернулись в Версан. Узнав адрес нового места жительства, я даже на время не посмотрел, тут же поехал навестить семейство Делон. Ночью.
Я опоздал, Ась. Опоздал, но успел. Родители уже были мертвы, а вот до главной цели нападения – девочки Асении – не добрались. Я только спину мужчины в чёрном плаще и разглядел – убийца сбежал при помощи портального амулета. Нащупать куда именно он перенёсся, не получилось. Оставалось только попробовать считать с мёртвых тел последнее, что они видели перед смертью. Именно это ты и запомнила – как я проводил допрос.
42
АСЕНИЯ.
Шмыгнув носом, я проглотила вставший в горле ком, не позволив себе разрыдаться. Я обвиняла Уила в ужасном преступлении, а на самом деле он всегда был моим ангелом-хранителем. Если бы не герцог Блеквуд, Аська уже давно была бы мертва. Да и после не бросил на произвол судьбы. Не просто пристроил в пансион, а защищал, оберегал, дарил подарки, а я... Дрянь неблагодарная.
– Что касается целителей, по которым я потом тебя возил. Они пытались восстановить тебе память, а не стереть, как ты заявила. Считать информацию с твоих родителей не вышло – они не видели лица нападавшего, а вот ты... Остаточный след ауры показал, что на лестнице ты просидела не меньше получаса, получается, ты видела убийцу. Видела вообще всё, что там произошло, но для детской психики это оказалось слишком сильным потрясением, и мозг предпочёл заблокировать пугающие знания. К сожалению, целители так и не смогли их извлечь.
– А преступник? Так и ушёл от наказания? – выдавила я сипло.
– Да, аистёнок. То дело так и осталось единственным проколом за всю мою карьеру. Ослеплённый жаждой мести я практически землю рыл, но этот изверг оказался слишком умён, он не оставил никаких зацепок. Только ты, но свидетель из тебя не получился. Как бы то ни было, рисковать тобой я не мог. Обложил пансион охраной и распространил слух, что моя племянница выжила в той бойне, именно её я прячу и стерегу как зеницу ока. По сути, убийце она не нужна, он уже понял, что девочка не обладает той магией, на которую он охотился. Ты пропала на долгих одиннадцать лет...
– А потом сама идиотка объявила во всеуслышание, что никакая я тебе не племянница, а Асения Делон.
– Заметь, это твоё мнение! – грустно усмехнулся Уил.
– А чего уже тут отрицать, если идиотка? И что теперь?
– Не знаю. Если он ещё жив, то обязательно попытается закончить начатое. Либо, элементарно, попробует устранить свидетеля. Поэтому нам лучше побыстрей пожениться, чтобы обеспечить тебя охраной обручального кольца и защитой моего рода.
– Уильям, а почему она не призвала тебя, когда убивали сестру и племянницу?
– Ты невнимательна. Я же сказал, Ванда маг огня. Соответственно, она вышла замуж за огневика и дочь у них родилась с огненной магией. К тьме рода Блеквудов они не имели никакого отношения.
В дверь постучали, я вихрем слетела с колен Уильяма и отбежала к окну. Хмыкнув, возлюбленный разрешил дворецкому войти.
– Сэр, к вам лорд Азей Бардо.
Уил на пару секунд задумался, явно вспоминая, кто это. Лицо герцога осенила догадка и он кивнул.
– Проводи в малую гостиную, мы сейчас подойдём.
Исполнительный слуга тут же нас покинул, а я перевела на жениха вопросительный взгляд.
– Учёный, с которым я вчера связывался по поводу справочника с древними рунами. Понятия не имею, зачем он явился. Пойдём узнаем?
– Мне можно присутствовать при разговоре?
– Тебе же расшифровывать дневник, думаю, знакомство с главным экспертом по истории бога Хаоса пойдет на пользу, – ответил он невозмутимо, поднимаясь с дивана.
Учёный оказался весьма импозантным мужчиной, с высокой жилистой фигурой, обтянутой серым костюмом-тройкой. Умные, горящие азартом карие глаза, седые коротко остриженные волосы и стеснительная улыбка. На вид не больше пятидесяти, но кто знает, какой магией он обладает? Возможно, дядечке пара сотен лет, если не больше.
– Герцог Блеквуд, – шагнул он навстречу, протягивая руку для пожатия, – простите, что ворвался к вам вот так без приглашения. Понимаете, за всю мою карьеру никто не пытался ознакомиться со справочником, естественно, ваша просьба разбудила моё непомерное любопытство. Вот я и решил доставить книгу лично, а заодно узнать, чем вызван ваш интерес.
– Присаживайтесь, профессор Бардо! – указал Уил на кресло, а сам занял диванчик с обивкой из светлой парчи, естественно, только после меня.
– Азей, мне так привычней, – вставил мужчина.
– Азей, я слышал, вы являетесь ведущим специалистом именно в истории бога Хаоса. А также отлично разбираетесь в древних рунах, – Блеквуд не спрашивал, прозвучало как констатация факта.
– Если без ложной скромности, всё так. И я лично расшифровал три руны. К сожалению текстов сохранилось немного, и определить, что означают оставшиеся шесть, не представляется возможным.
Ну не знаю, у меня целая книга с текстом имеется... Только я вам её не покажу!
– Дело в том, что вчера случилось нечто невероятное. Один из саркофагов был вскрыт, я подумал, что вы могли бы заняться его изучением.
Герцогу Блеквуду змеем-искусителем бы подрабатывать! У дядечки глаза вспыхнули, как у ребёнка, которому конфетку пообещали, и пальцы начали заметно подрагивать от нетерпения. Уил же довольно усмехнулся.
Пока мужчины обсуждали вчерашнюю находку, я умыкнула лежащий на журнальном столике справочник. Итак, расшифровано тридцать четыре руны, осталось, как и озвучил профессор, шесть. Проблема заключалась в том, что смысл одного символа мог полностью меняться в зависимости от того, какой стоит с ним рядом. Пожалуй, в самом склепе и правда слишком мало текста, а вот с моей прелестью можно попробовать разгадать оставшиеся руны. И это будет прорыв в науке! Только справлюсь ли я одна? Или всё-таки попросить помощи у профессионала?
Задумчиво оглядела учёного. Явно фанат своего дела, а раз так, он точно не откажется и будет благодарен за то, что ему просто посмотреть дневник таинственной женщины позволили. А если в нём амбиции взыграют и от потребует отдать ему книгу? Тогда он может подкинуть проблем и мне, и Уильяму, который прикрыл моё мародёрство.
Вот так доверять первому встречному опасно. Пожалуй, я ещё присмотрюсь к Азею, а пока попробую заняться дешифровкой самостоятельно.
43
УИЛЬЯМ.
Невесомые поцелуи, словно бабочки, порхающие по лопаткам, медленно вытягивали из сна. Шевелиться желания не было, так бы и лежал, наслаждаясь нежными ласками Аськи. Но для меня это непозволительная роскошь.
После убийства зама пришлось выйти на работу. Это к лучшему, потому что последнюю неделю в особняке творился настоящий дурдом! Баронесса готовилась к свадьбе! Да-да, именно Ильма – мы с Асенией трусливо скрывались от излишне деятельной дамы. Я в собственном кабинете в Управлении по борьбе с преступностью, любимая – в склепе бога Хаоса.
Она всерьёз взялась за перевод древнего дневника. Поначалу одна билась над замысловатыми рунами, а потом всё же сдалась, подключив Азея. Тот только обрадовался свалившейся на голову работёнке, но и изучение саркофага и его хозяйки оставить не мог. Вот и заседали они с моей неугомонной невестой в склепе с утра и до ночи.
Самому приходилось их разгонять. Точнее, по пути с работы забирать Асю и бесцеремонно выставлять за ворота кладбища профессора, сразу возвращая установленную мной же защиту на гробницу.
На удивление аистёнок сдружилась с добродушным, немного рассеянным стариком. Хотя чего я удивляюсь? Оба не от мира сего!
Поцелуи стали более долгими, чувственными, вдоль позвоночника пропутешествовала ладошка, слегка царапая и пробуждая дрожь во всём теле. Мышцы живота тут же закаменели, и нежная ладонь скользнула уже по ним, спускаясь ниже и обхватывая готовый на подвиги орган. Проходясь по стволу туда-обратно и повторяя движения.
Я тихо застонал. Аська лизнула кожу между лопаток и прошептала:
– Обожаю, когда ты такой.
– Какой? – выдавил хрипло, толкаясь в её сжатые в кольцо пальчики.
– Большой, сильный и полностью в моей власти. За каждый подобный стон готова душу дьяволу продать!
Я уже давно со всем потрохами принадлежу ей. И не важно, ласкает она меня в данный момент или мы вновь ссоримся. Но Асе это показывать не стоит – совсем на шею сядет!
– Уверена? А мне кажется, ты не совсем осознаёшь, кто из нас жертва, а кто охотник! – ответил и, перевернувшись на спину, обхватил её за талию, пристраивая на своей груди.
Аистёнок потянулась ко мне поцелуем. Остановил, прижимая палец к пухлым губкам.
– Я не буду тебя целовать! – заметив удивление, исказившее её лицо, пояснил: – Ты наказана. Завела – исправляй!
Затеянная игра во властного господина Аську воодушевила. Тёмно-синие глаза почти почернели от охватившего девушку возбуждения. Потеревшись влажными лепестками о мгновенно дёрнувшийся член, она скромно потупилась и прошептала:
– Чего изволите, мой лорд? Я выполню все ваши желания.
Чёртова актриса! У меня от этой картины столько желаний, что я не знаю, какое хочу осуществить в первую очередь!
– Повернись ко мне попкой!
Удивилась, но приказ выполнила. Сейчас девушка не играла, судя по немного скованным движениям – действительно смущалась. Усмехнулся, провёл ладонями вдоль изящной спинки, огладил талию и смял упругие ягодицы.
– Приподнимись и сядь на него. Сама.
Послушно обхватив подрагивающую плоть, Ася направила её в лоно. Слишком медленно. Стиснул выступающие тазовые косточки, потянув на себя, и толкнулся, врываясь в жаркую глубину. Плотно прижавшись ягодицами к моим бёдрам, Асения приглушённо всхлипнула и ощутимо царапнула кожу чуть выше колена. Пришлось крепко сцепить челюсти, чтобы не зарычать, как дикий зверь.
– А теперь продемонстрируй, насколько хорошо освоила верховую езду! – сам поражён, что всё ещё способен разговаривать.
И... Бездна! Я отличный учитель! Аська скакала, рвано дыша и издавая хриплые стоны, а я любовался как член, почти выскальзывая, входит в неё до упора.
В какой момент намотал её волосы на кулак – сам не понял. Мягко потянул. Откинув голову, девушка вскрикнула и содрогнулась всем телом. Шелковистые стеночки запульсировали, вынуждая и меня с рычанием присоединиться к любимой.
Расслабившись, Аська вытянулась прямо на мне, прижимаясь лопатками к груди и поставив согнутые ноги на мои колени.
– Я прощена и заслужила поцелуй, мой господин? – пробормотала она, изучая потолок.
Улыбнувшись, погладил всё ещё дрожащий животик и чмокнул белобрысую макушку.
– Куда прикажете, моя... хитрая паразитка?
– Ну-у... раз паразитка... требую поцелуй в ту часть тела, которой вы любовались. В обе ягодицы!
– Обязательно, но вечером, потому что на этом мы не остановимся, а мне на работу пора.
– Да и меня профессор ждёт. Он боится один находиться в склепе. Правда, скромно называет это «робею»!
– Как успехи с дневником?
– Неплохо. Мы смогли расшифровать ещё два символа. Но понять текст всё ещё сложно. Слишком сумбурно получается из-за того, что некоторые слова не разобрать и их приходится упустить. Поняли только, что дамочка действительно была излишне магически одарена, и это ей нравилось. Похоже, в те времена магию у женщин не отбирали, по крайней мере, она этого не опасалась. Наоборот, мечтала учиться и стать могущественным магом.
– Возможно. В письменах на стенах склепа тоже упоминалось, что бог Хаоса первым провёл этот ритуал.
– Да, Азей упоминал. Он вообще готов обсуждать тему бога Хаоса без перерыва на обед и сон, – хихикнула Аська, сползая с меня и садясь рядом. – Встаём? Кстати, за мной сегодня не заезжай, я рано домой вернусь. Надо явиться на примерку свадебного платья, иначе баронесса мне голову откусит.
Глядя на то, какое обречённое выражение лица она состроила, расхохотался.
– Разумеется, тебе смешно! Тебя-то она с подготовкой к свадьбе не дёргает, а я не успею зазеваться, как уже перебираю какие-то буклеты с образцами тканей для салфеток и скатертей, оформлением ритуальной арки или букетами невесты. Это хорошо ещё, что ты от помолвки наотрез отказался, – обиженно надулась любимая.
– Потерпи, аистёнок. Осталось лишь четыре дня. И всё! Свадьба позади, а ты навеки моя!
– А ты мой! – мигом сменилась обида на воинственность.
– Твой, куда я от тебя денусь! Ты к себе или примем душ вместе? Поверь, я тру спинку лучше Арнелы.
– В этом я нисколько не сомневаюсь, но тогда мы точно везде опоздаем. Оставим процедуру омовения друг друга на брачную ночь. Всё, я убежала!
Вскочив с кровати, она набросила мою рубашку и выпорхнула из комнаты. Проводив взглядом свою непоседу, сыто потянулся. Кажется, я до неприличия счастлив! Схожу с ума от аистёнка. Мне нравится в ней всё, даже то, что количество моих рубашек в гардеробе редеет, а кружевных сорочек и пеньюаров, напротив, растёт. Приходя вечером в своей одежде, утром Аська неизменно надевает мою.
Прежние любовницы так себя не вели. Той же Эви и в голову бы не пришло заменить своё изысканное бельё на мужскую рубашку. Да и без косметики я её ни разу не видел. Она никогда не засыпала со мной в одной постели – после близости возвращалась к себе, чтобы утром не предстать перед любовником растрёпанной и помятой.
Аську такие мелочи не смущали. А меня безумно заводило то, как невинно она выглядит, едва открыв сонные глаза.
В общем, вляпался герцог Блеквуд по самое не горюй! И радуется этому, словно мальчишка!
44
УИЛЬЯМ.
Сидя в собственном рабочем кресле, сверлил хмурым взглядом следователя, занимающегося делом об убийстве моего заместителя. Видя моё недовольство, он нервно ёрзал, но говорил при этом уверенно, не отводя глаз.
– У Геральда действительно за последние полгода изрядно вырос доход. В банке сообщили, что за указанный период времени он ежемесячно пополнял счёт на кругленькие суммы. Деньги приносил лично, поэтому от кого он их получал отследить нереально.
– Свидетели?
– Дворецкий показал, что хозяин иногда поздним вечером принимал таинственного гостя.
– Почему таинственного?
– В такие дни слуг отпускали раньше, любопытному дедуле показалось это странным и однажды он, вместо того чтобы пойти спать, решил выяснить причину такого поведения. Дворецкий подумал, что хозяин завёл роман с замужней дамой и тут можно нагреться, занявшись шантажом легкомысленной леди. Но явился мужчина. Из своего укрытия рассмотреть посетителя как следует старик не мог. Лишь то, что гость был высок, широкоплеч и шляпу натянул слишком низко, скрывая лицо в тени.
– Это всё? – усомнился я в такой невнимательности слуги.
– Не совсем, – самодовольно усмехнулся подчинённый. – Ещё перстень с крупным шестиугольным рубином на левом мизинце углядел.
Хлопнув по столешнице ладонями, я удовлетворённо откинулся на спинку кресла. Обрадовавшись, что угодил начальству, следователь расслабленно выдохнул и тут же сник.
– Мы ничего не сможем ему предъявить. Допустим, нароем неопровержимые доказательства причастности принца к кровавым ритуалам на кладбищах и что? Король замнёт это дело, – произнёс собеседник, не скрывая разочарования.
– Нет, это сделаешь ты. Закроешь, списав всё на несчастный случай. Мол, покатился Геральд по наклонной дорожке связавшись с кровавой магией, что-то напортачил по неопытности и сам себя угробил! – заявил я, с интересом следя за реакцией на подобный приказ.
А посмотреть было на что: изумление, негодование и разочарование во мне и моей честности. Пришлось пояснять.
– Ты прав, официальным путём мы ничего не добьёмся, так к чему нам висяк? А в том, что Марино понесёт заслуженное наказание, даже не сомневайся. У меня есть свои способы воздействия на монарха. Он сам исполнит приговор, который я вынесу его племяннику.
Облегчённо выдохнув, следователь кивнул. И вернулся к докладу:
– Что касается взрыва... По всему выходит, что в склепе поработал маг-универсал, причём невероятной силы. Магии в печати влито немало и, несмотря на то, что они напитаны разными стихиями, остаточный след ауры не оставляет сомнений, что эта магия едина. В базе данных до такой степени одарённых нет.
– Я знаю о существовании лишь одного мага, у которого хватило бы сил провернуть такое.
Точнее одну. Но! Во-первых, Аське это ни к чему, а во-вторых, она не смогла бы провести настолько сложный ритуал по причине неопытности.
При этой мысли подсознание что-то царапнуло...
– Может, это он? – с надеждой спросил собеседник, так не вовремя переключив внимание на себя.
– Исключено! – отмахнулся я раздражённо и, кажется, сцапал ускользающую догадку за хвост. – Помнишь то дело с маньяком, что семьи вырезал одиннадцать лет назад?
– Разумеется, но там же некромант поработал, при чём он тут?
– Да, некромант... Причём не намного слабее меня, а таких не существует. Так же, как и универсалов с такой силой, что организовал взрыв. Одно лишь это связывает эти два дела. Но есть ещё кое-что! Печати, которые описала... эксперт, уж больно похожи на те, что чертил на местах преступлений тот маньяк, – протянул я, задумчиво побарабанив ногтями о подлокотник.
– Считаете, он вернулся?
– Вполне вероятно. Я ждал, что он вскоре проявит себя, правда не так. Предполагал, что вновь попытается убить последнюю девчонку из списка, а не побежит разносить древние склепы.
– Выходит, события тех дней как-то связаны с богом Хаоса? – нахмурился подчинённый.
– С ним ли? Саркофаг вскрыли другой! Чёрт, одни вопросы, на которые я не нахожу ответов...
– Как бы там ни было, я считаю, что вам не стоит оставлять невесту без присмотра, по крайней мере, до свадьбы.
Я подозрительно прищурился. Заметив это, собеседник стушевался и, опуская взгляд, пояснил:
– Вся столица гудит о том, что вы женитесь на той самой, чудом выжившей девочке, я не мог этого не знать – профессия обязывает. А она ведь ещё и свидетелем убийства своих родителей является, то есть единственной, кто видел лицо маньяка. После свадьбы ему до мисс Делон не добраться, да и магии в ней уже не будет. Логично предположить, что он должен попытаться её устранить до брачного ритуала.
Я и предположил. Охрана из двух отличных боевиков незаметно следует за Аськой по пятам с тех самых пор, как она начала покидать особняк без меня. Оставляя без присмотра только на ночь. А там оберегал я, почти не выпуская из объятий.
И всё же сердце кольнуло от нехорошего предчувствия. Возможно, я просто себя накрутил, но...
– Свободен. Я на сегодня тоже всё, – объявил, решительно поднимаясь на ноги.
Бросил взгляд на часы. Почти пять. Асения наверняка уже дома, примерку свадебного платья она бы ни за что не пропустила. Отлично, проведём тихий вечер вместе, а то и пообщаться толком не успеваем. Тренировки и те временно отменили.
Карета неспешно ехала по городу. А куда торопиться? Середина первого месяца осени, последние тёплые деньки, сады уже раскрасились в жёлто-красный и проглядывающие через поредевшие кроны особняки выглядели торжественно-нарядными. В это время многим хочется задержаться на улице подольше. Не мне. Я нервничал, подстрекаемый желанием быстрее увидеть Аську.
Экипаж покинул, лишь только он остановился. Взбежал по ступеням, и не успел протянуть руку к двери, как она распахнулась, а дворецкий учтиво поклонился.
– Где Асения и Ильма? – спросил, входя в холл, стягивая перчатки и небрежно бросая их на тонкую кружевную салфетку на тумбе.
Давненько я не видел эмоций на лице вышколенного до зубовного скрежета слуги, но сейчас оно выражало растерянность.
– Баронесса с портнихами в комнате леди Делон, а сама она ещё не вернулась. Я подумал, что девушка с вами, раз вы так рано приехали.
Хм, странно. Аистёнок обещала быть вовремя, не только Ильме, но и мне, а значит... Да ни черта это не значит! Но забившиеся в ускоренном темпе и застучавшее где-то в висках сердце уже не остановить.
Развернувшись на пятках, вылетел на крыльцо, распахнул дверцу ещё не отъехавшей кареты и, вскочив на подножку, рявкнул:
– Гони к храму бога Хаоса!
Кучер со мной уже огонь и воду прошёл, что от него требуется понимает без лишних слов. Я даже сесть не успел, а экипаж сорвался с места, да так стремительно, что я, пошатнувшись, плюхнулся на сиденье, ощутимо ударившись затылком о заднюю стенку.
45
АСЕНИЯ.
Размахивая листами бумаги, на которые выписывали слова из дневника, пытаясь расшифровать оставшиеся руны, мы с профессором спорили чуть ли не до хрипоты. Сегодня, когда непонятных закорючек осталось лишь четыре, за дело мы взялись с большим азартом. И не зря: прошло всего два часа, как ещё один символ поддался.
Вместо того чтобы порадоваться победе, мы буквально вцепились в очередной. Вот на нём-то и застряли, убив куда больше времени.
– Если предположить, что это «арх», выходит, что она возненавидела мужчину с первого взгляда! – насупившись, указал Азей на саркофаг, имея в виду его владелицу.
– А если «дик» – влюбилась! Мне эта версия больше нравится! – не желала я отступать.
– Ох уж мне эти романтичные барышни, готовящиеся к свадьбе. Одна любовь на уме!
– Не одна, а много, очень много любви! – буркнула я ехидно и, тяжело вздохнув, пошла на мировую: – Хорошо, давайте посмотрим другое слово с этой руной, в ином контексте будет понятней.
Задумчиво пожевав губу, дедуля кивнул. Взяв чистые листы и перьевые ручки, мы склонились над дневником. Несмотря на то, что Азей в склепе вроде как изучением мумии занимается, она напрочь была нами позабыта. Вряд ли дама обиделась, по примерным подсчётам профессора, ей уже полторы тысячи лет как всё равно.
Страшно представить – пятнадцать столетий! А она неплохо сохранилась, если не считать моего вандализма с вырыванием волос.
Устав стоять, Азей присел на собственноручно принесённый складной стульчик, а я осталась черкать прямо на крышке гроба, раскидав по нему письменные принадлежности. Увлеклась, выпустив помощника из виду.
Вернул в реальность приглушённый вскрик. Вскинула глаза, чтобы узреть, как добродушный старик, с которым мы действительно сдружились за последние дни, заваливается набок. Только после того, как он упал на пыльный пол, разглядела струящуюся по правой стороне лица кровь.
Испуганно прижала ладонь к губам, но не сделала и шагу, переводя взгляд на мужика, ударившего Азея по темечку камнем. Где-то я его уже видела, причём совсем недавно. Дрожащий свет свечей, меняющий черты до неузнаваемости, не позволил сразу вспомнить, где именно.
Немного сгорбленный старик с седыми волосами и тёмными глазами. Какого именно они цвета в полутьме не разглядеть. Ещё несколько лет назад дядечка наверняка был высоким и широкоплечим, но время его не пощадило. Обратила внимание на то, что скрюченные с распухшими фалангами пальцы подрагивают, и перед мысленным взором отчётливо встала картинка, как эти самые пальцы протягивают мне длинную ужасающую иглу.
Вздрогнув, снова посмотрела на искажённое язвительно-насмешливой гримасой лицо, и недоверчиво распахнула ресницы. Ну, разумеется, я не узнала его сразу: в первую нашу встречу он казался совершенно безобидным.
Маг-проверяющий, который трясся перед Блеквудом, словно осиновый лист, в данный момент вёл себя совершенно иначе. От него исходили волны агрессии, уверенности в себе и злой, тяжёлый взгляд он не прятал.
Голову прострелила дикая боль. Сжав виски ладонями, зажмурилась, мгновенно переносясь на одиннадцать лет назад.
Я сижу на лестнице родного дома, в просвет между балясинами глядя на то, как страшный человек в чёрном плаще с низко надвинутым на лоб капюшоном убивает моих родных.
Они ему были не нужны, просто мешали! Нелепые, бессмысленные жертвы. Первым погиб отец. Удерживая в руке огненный пульсар, он шёл к двери, чтобы проверить, что за шум среди ночи. Тенью выросшего за спиной убийцу папа не заметил...
Следом мама, со слезами бросившаяся к мёртвому мужу. Она даже добежать не успела. Я закричала. Мужчина вскинул голову, встречаясь со мной взглядом, и предвкушающе усмехнулся, небрежно скидывая капюшон.
В этот момент в дверь громко и уверенно постучали. Поддавшись, она сама медленно отворилась, ибо преступник, войдя в дом, не соизволил закрыть её на замок. В холл скользнул оплетённый клубами тьмы герцог Блеквуд, пугающий меня не меньше, чем убийца, моментально исчезнувший в портале...
Глубоко дыша, останавливая рвотные позывы и головокружение, с трудом разлепила потяжелевшие веки, чувствуя, как по щекам катятся слёзы. Зачем я это вспомнила? Не хочу! Я только-только избавилась от ночных кошмаров.
– Узнала-таки? Удивлён, что не сделала этого во время проверки магического резерва. Испугался я тогда знатно, думал, сейчас ткнёшь в меня пальцем и заявишь, что это я порешил твоих родственников. Правда, я был уверен, что ты племянница Блеквуда: она ведь тоже меня видела, а ушёл я, не убедившись мертва она или нет. Вот и поверил россказням, что девчонка выжила. Только когда артефакт показал, что ты маг-универсал, дошло, кого герцог прятал на самом деле.
– И зачем всё это?
– Девочка, ты романов начиталась? Исповеди злодея, во время которой примчится герой и спасёт тебя, не будет! Тем более, герой у нас имеется и связываться с ним нет никакого желания. Я, конечно, побеспокоился о защите от тьмы Блеквуда, но к чему рисковать?
– Говорят, риск – дело благородное! – заметила я, осторожно попятившись, лихорадочно соображая, как выбраться живой из сложившейся ситуации.
– Но неблагодарное! Я и так уже один раз пощекотал нервы герцогу. До последнего надеялся, что его семью трогать не придётся, понимал ведь, что их смерть он ни за что не спустит. Сколько бы лет ни прошло – будет мстить. Но три девчонки оказались пустышками, а ты из посредственной семейки, даже не относящейся к дворянству. Логичней предположить, что именно племянница Блеквуда обладает так необходимой мне магией. Вот я и сглупил...
Нет, это не исповедь – мне заговаривали зубы, подбираясь ближе, и отступать уже некуда. За спиной холодная каменная стена, впереди сумасшедший маньяк. И спешащей на помощь охраны почему-то не наблюдается. Я не настолько наивна, чтобы поверить, что Уил отпускает меня гулять по кладбищу без присмотра. Так где они? Неужели мертвы? И участь профессора пугает, отсюда не разглядеть, насколько рана серьёзна и дышит ли он ещё...
46
АСЕНИЯ.
Ну почему я так и не обучилась хотя бы азам самообороны? Щит и то выставить не в состоянии. Когда испугалась за Уильяма, он появился сам собой, а вот за свою жизнь, похоже, я переживаю намного меньше – охранный контур вставать передо мной не желал, как бы я его ни уговаривала.
Заметив, что в руке маньяка начал разрастаться чёрный с жёлтыми всполохами шар, пискнула:
– А давайте всё же поговорим, хорошо ведь общались?
– Не хочу! – заявил маньяк и файербол полетел в прямо в мою сторону...
С шипением разбиваясь о невесть откуда взявшуюся стену, сотканную из клубов тьмы. Я удивлена была не меньше дядечки. Полагаю, и лицо у меня точно так же вытянулось – смешно и нелепо.
– Жаль, а я бы послушал откровения сумасшедшего... – раздался ленивый голос Уильяма.
Мы как по команде перевели взгляд на дверной проём, в котором, привалившись плечом к каменной кладке, стоял герцог Блеквуд. В этот раз чувства мы с магом-проверяющим испытали разные: он напрягся, а я облегчённо выдохнула и расплылась в радостной улыбке.
– Я не сумасшедший! – сердито буркнул маньяк.
– Не убедительно. Они все так думают! Но нормальный человек не пойдёт от нечего делать вырезать целые семьи. С особой жестокостью!
– У меня были на то причины.
– Вот я и говорю, что послушал бы о них.
Пока внимание жаждущего моей смерти придурка переключилось, я начала от него отходить, осторожно двигаясь вдоль стенки, плотно прижимаясь к ней спиной. Уил вроде на меня даже не смотрел, но, оттолкнувшись от своей опоры, пошёл навстречу. Медленно, чтобы не спровоцировать маньяка на необдуманные действия. Ну и, конечно, заговаривал ему зубы.
– К примеру, мне очень любопытно, как ты узнал о рождении девочки с уникальной магией? Откуда такая сила некроманта и что за маг-универсал поработал над взрывом в этом склепе? И с какого бока во всём этом замешан бог Хаоса?
– Забавно, что ты так и не узнал магию собственной невесты, которой были напитаны печати, вскрывшие саркофаг.
Чего?! Я затормозила, растерянно захлопав ресницами. Что он несёт? Если бы я устроила здесь ловушку, наверное, запомнила бы это!
Уильям явно посообразительней меня. На мгновение нахмурившись, он вдруг понимающе хмыкнул.
– Так вот откуда у тебя столько тьмы. Амулеты, которые ты напитываешь силой тех, кто проходит проверку резерва.
– Догадливый. Жаль, что магию двух человек в один накопитель залить нельзя, а по-настоящему сильные маги встречаются редко. Асения в этом плане просто сокровище. Одного кристалла хватило, чтобы до упора напитать четыре печати. Признайся, тебя тогда неслабо приложило? Как бы я хотел на это посмотреть! Ещё на балу дебютанток, когда у девочки платье после вашего танца видоизменилось, сообразил, что сама она этого сделать не могла: вряд ли её кто-то обучал. Но и некромант, способный лишь на разрушение, самостоятельно не справился бы. А значит, вы соединяли свои резервы. Вот тут-то и пришла в голову мысль, что твоя тьма с уже знакомой ей магией воевать не станет. Я давно мечтал вскрыть саркофаг, да подходящей магии не нашёл, и тут такая возможность!
– Почему именно этот саркофаг, а не бога Хаоса? Это же логичней.
– Не совсем. Не задумывался, почему письмена только в этой комнате? Должна же быть причина? Мой прапрадед был одним из тех учёных, что перевели ритуал, сохранившийся лишь на этих стенах. И только он не удовлетворился результатом. Да, мы начали получать от жён силу, но, по сути, кроме долголетия она ничего не даёт. При том, что бог Хаоса стал тем, кем он был, только после брачного ритуала. Прапрадед всю жизнь посвятил разгадке этой тайны, но все считали, что у него просто крыша поехала. Потомки, кстати, тоже. Мне было пятнадцать, когда в руки попали его дневники с отчётами об исследованиях, и я увлёкся!
То, что бог Хаоса изначально всего лишь некромант, пусть и с запредельным резервом тьмы, знают все, а какой магией обладала его жена, что выкачав её он встал на одну ступень с богами? По теории прадеда, девушка была мощнейшим универсалом, объединявшим в себе все виды магии. Отсюда подобный результат. Так же он предположил, что именно супруга древнего правителя похоронена в соседней с ним комнате, раз тут и описан брачный ритуал.
– А третий кто? – спросил Уил, наконец закрывая меня своей спиной.
Я тут же к ней прильнула, оплетая талию любимого руками и утыкаясь лбом между лопаток. Почему Блеквуд медлит и до сих пор не прибил сумасшедшего, я понимала – хочет удовлетворить своё любопытство. Но, судя по тому, как напряжено его тело, было ещё что-то. Думается, дядечка не так-то прост и Уильям в отличие от меня это чувствует.
Ничего, мы же вместе, а вдвоём мы мощь! Такая, что мне самой страшно... В попытке поддержать возлюбленного я начала сплетать наши магии. Так... на всякий случай! Да и слова маньяка, что он побеспокоился о защите от тьмы Блеквуда, я помнила.
– Нет никаких упоминаний о том, кто лежит в соседнем зале. Разве это важно? Главное, что у меня появилась цель в жизни – стать вторым богом Хаоса. Я некромант...
– Весьма посредственный! – незамедлительно вставил Уил.
– Зато я придумал, как добывать магию из других! Кристаллы-накопители у одного престарелого артефактора заказал, он и в звезде для проверки резерва незаметную нишу сделал, куда их вставлять. Правда, старика убить потом пришлось, но как выяснилось, нужно было ещё раньше – он умудрился несколько штук принцу продать! Ладно хоть объяснить, как правильно ими пользоваться, не додумался и для кого их смастерил – умолчал.
Марино, поразмыслив, что кому как не магу-проверяющему знать, каким образом наполнить кристаллы, сам пришёл ко мне за советом. Разумеется, я ему лапшу на уши навешал о том, что нужен специальный обряд, во время которого необходим сильный выброс магии. Мол, вот его-то накопитель и впитает. Нет, это не совсем ложь...
– Я знаю. Так тоже можно, но эта магия уже использованная и толку от неё немного. Максимум внешнюю молодость ненадолго вернёт. То ли дело те кристаллы, что маги напрямую, к тому же добровольно, напитывали своей силой! – понятливо кивнул Уил. – Но и они не смогут продлить тебе жизнь. Мужская магия в другом мужчине не приживётся, а некроманток не существует.
– Это да. Но можно использовать одноразовые амулеты. Например, если сейчас я активирую сразу десять штук – даже тебе со мной не справиться!
– Где ж ты десять настолько могущественных некромантов взял?
– Рождаются иногда... Я их сотню лет копил, – дядечка любовно погладил висящие на шее кулоны.
Их было больше десяти и, судя по цвету камней, не только с тьмой, присутствовали заряженные стихиями.
– Сотню? Поди-ка среди них имеется и наполненный моей магией?
47
АСЕНИЯ.
После вопроса Уильяма я выглянула из-за его плеча. Лицо дядечки исказилось от злости и досады.
– Твоя магия – яд в чистом виде! – выплюнул он с яростью.
Я бы с ним поспорила – меня-то она не трогает. Наоборот, в данный момент, струясь по моим венам, обдаёт теплом и дарит успокоение.
– Значит, кристаллом с моей тьмой ты уже успел воспользоваться. Напрасно, сейчас она могла бы тебе пригодиться.
– Чёрта с два! Когда в первый раз пытался вскрыть саркофаг, я пробовал наполнить ею печать...
– Не получилось? – спросил Уил насмешливо.
– Если бы только это! Меня так приложило, что я сутки в этом склепе в отключке пролежал, ещё и лет сто жизни выгорело. После того случая меня и скрючило.
– Сочувствую, – вовсю развлекался возлюбленный.
Я тоже, не удержавшись, злорадно хихикнула. Заработала гневный взгляд от маньяка и вновь спряталась за надёжной спиной.
– Ты так и не поведал, как узнал о рождении девочки с уникальной магией?
– Отчасти благодаря принцу. Он, когда наведывался, поинтересовался, возможно ли отследить появление на свет достаточно сильного некроманта, твою-то тьму он поначалу боялся красть. Это потом совсем прижало, вот и рискнул. И то не сам, а недотёпу Геральда нанял.
Но его вопрос натолкнул меня на дельную мысль... При рождении одарённого человека непроизвольно происходит всплеск его магической энергии. Вот я и установил в подвале лазарета точную копию проверяющего резерв артефакта. Разумеется, без крови показания не столь точные, но примерные выводы сделать можно. Периодически связь с артефактом вибрировала, сообщая, что родился ребёнок с большим магическим резервом, но... в основном это были стихийники. Откровенно говоря, я уже потерял надежду на успешный исход своей затеи и на очередной призыв отреагировал не сразу.
Представь моё удивление, когда я обнаружил, что все концы звезды наполнены магией. Маг-универсал, даже по примерным подсчётам с невероятнейшим резервом! А если учесть, что изначально звезду настроил лишь на девочек...
– Почему сразу не ринулся убивать? Зачем ждал девять лет?
– Ну... Во-первых, дал время резерву как следует развиться и подрасти, а во-вторых, пока собирал информацию по семьям девочек, изучал их образ жизни. Только просчитался. Асению из-за не слишком благородного происхождения практически выпустил из виду. Не подумал, что именно она обладательница уникальной магии. А после того как меня твоей тьмой шандарахнуло, решил что тянуть больше некуда. Ну и с великим герцогом Блеквудом после знакомства с его силами встречаться опасался, поэтому начал с других девочек, хотя был практически уверен, что мне нужна твоя племянница.
Тело возлюбленного закаменело, я ощутила, что на пару секунд он задержал дыхание, борясь с нахлынувшими чувствами. Тем не менее, голос его прозвучал ровно:
– Не нужно тебе было всё это затевать. Тем более трогать мою семью, бог Хаоса из тебя всё равно бы не получился – личного резерва маловато, а смерти теперь не избежать. Ещё скажи спасибо, что Аська здесь, иначе я бы живьём из тебя кишки выпотрошил и на саркофаг намотал.
– Чёрт уже с ним, с этим богом. Асения могла бы знатно продлить мне жизнь. Риск оправдан. Что касается смерти... Я не сдамся, у меня есть шанс выйти отсюда живым. И он очень высок!
Хлынувшая в нас потоком тьма врезалась в щит, выставленный Уильямом, и, пусть изрядно истончила его, пробить не смогла. А дальше в ход пошли файерболы, наполненные разными стихиями. Амулеты на шее сумасшедшего маньяка мигали, как гирлянда. Щит Блеквуда угрожающе трещал, грозясь вот-вот лопнуть, словно мыльный пузырь, но его хозяин почему-то бездействовал.
Сжавшись в своём укрытии, подсматривая за происходящим лишь одним глазом, я начала переливать свою магию в возлюбленного. Почувствовав это, он раздражённо дёрнул плечом, но отвлекаться на то, чтобы отругать невесту за своеволие и безрассудство, сейчас не время. Придётся тебе, милый, потерпеть! Я усилила поток вливаемых сил.
Видимо, это стало последней каплей, окончательно выведшей Уильяма из себя. Склеп осветила яркая вспышка, играющая всеми цветами радуги. Я даже за своё зрение испугалась, но всё равно не зажмурилась, хоть от рези в глазах выступили слёзы. Я просто не могла упустить ни мгновения – должна увидеть, как скотина, сделавшая меня сиротой, скончается в диких муках!
Дядечка отлетел к стене, неплохо так об неё приложившись, и медленно сполз на пол. Растерянно, моргая, явно потерявшись в пространстве, он сидел такой нелепый, беззащитный, со стекающим по виску ручейком крови... Жалость во мне он сам убил ещё одиннадцать лет назад!
– Любимый, умоляю, прикончи эту мразь! – прошептала на ухо Уила, сама себе напоминая змея-искусителя.
Моя просьба была излишней: герцог и так не отпустил бы убийцу своих родных живым. Освободившись от моих объятий, он подошёл к поверженному врагу и, обхватив за шею, вздёрнул вверх. Одной рукой придавливая к стене, второй он раз за разом наносил мощные удары по сморщенному как печёное яблоко лицу, превращая его в кровавое месиво.
В данный момент даже я к нему приближаться не рискнула – Блеквуд выплёскивал боль, терзавшую его долгих одиннадцать лет. Прижав ладошку к губам, я с ужасом смотрела на Уильяма и не узнавала в этом монстре своего ласкового возлюбленного, стойко терпевшего все мои сумасбродные выходки. Мне кажется, умер маньяк, перевернувший наши жизни с ног на голову, гораздо раньше, чем Уил откинул его в сторону и хладнокровно констатировал:
– Сдох!
Очнувшись, будто выходя из транса, жених резко обернулся, посмотрев на меня с тревогой.
– Я... напугал тебя, аистёнок?
И столько напряжения, искренней тревоги в голосе, что я робко улыбнулась, делая шаг к своему мужчине. Стараясь не смотреть на окровавленную руку, обняла за талию и, спрятав лицо на широкой груди, тихо призналась:
– Совсем чуть-чуть. Если бы могла, я и сама бы не отказалась сделать из него отбивную... Ой, Азей!
Вспомнив о профессоре, я дёрнулась, но Уильям не отпустил, притиснув к себе ещё плотнее. Вскинула удивлённый взгляд. Поймав его, герцог отрицательно покачал головой.
– Нет... – выдохнула едва слышно и, закусив губу, разрыдалась.
Вспомнилось, как милый старичок в моменты особой задумчивости рассеяно дёргал себя за короткую чёлку, как забавно одним пальцем поправлял постоянно сползающие на кончик носа очки. Смущённую улыбку и горящие азартом глаза...
– Это я во всём виновата! Если бы могла управлять магией, сама бы справилась с маньяком и исцелила...
– Нет, Ася, – перебил Уил, погладив меня по голове. – Он умер сразу, тут любая магия бессильна! Запомни: во всём виноват поехавший крышей придурок, никак не ты!
Понимаю, но на сердце всё равно тяжело. Если бы не охота на мою магию, столько людей сейчас были бы живы и здоровы! Профессор, родители, целых четыре семьи, включая сестру и племянницу герцога Блеквуда, Геральд, неизвестный артефактор... И это только те, о ком мы знаем!
48
УИЛЬЯМ.
О том, что чувствую сейчас сам, я старался не думать – отодвинул все душевные терзания на потом. Пока для этого не время и не место. Скоро подчинённые должны прибыть. Их я вызвал сразу, как обнаружил тела Аськиной доблестной охраны. Жалко парней, отличные ребята были и работники ответственные. Захотелось оживить сумасшедшего некроманта и грохнуть ещё раз.
Помотав головой, сосредоточился на рыдающей Аське, ласково погладив по спине чудом не запачканной в крови рукой. Вспомнив, в каком виде пребываю, прочитал заклинание очистки, благо остатки магии аистёнка ещё гуляли по венам. Обычно такие чары мне не доступны. Все кладбища в черте столицы одним махом поднять – это да! А пятнышко с пиджака убрать – увы!
– Ась, не плачь. Хочешь, я поговорю с Азеем? Вот увидишь, он тоже скажет, что ни в чём тебя не винит.
– А ты можешь? – подняла она на меня глаза, светящиеся надеждой.
– Запросто! Отойди.
Любимая поспешно отбежала в сторону и нервно сцепила руки в замок, прижимая к груди. Откровенно говоря, пообщаться с мёртвым профессором не тянуло, тем более мы на кладбище, кишащем неупокоенными душами, ну и четыре свежие смерти изрядно изменили магический фон. Сейчас грань между живыми и мёртвыми была настолько тонка, что казалось, я чувствую, как в невидимую стену бьются твари загробного мира, пытаясь вырваться на свободу.
Но ради спокойствия Аськи я готов на всё! Прикрыл глаза, расслабляясь. Вошёл в транс и выпустил тьму. Сознание разделилось. Часть осталась в неподвижно стоящем посреди склепа теле, а часть...
Я шёл по выжженной потрескавшейся земле. Не обращая внимания на пролетающие мимо белёсые сгустки. Души умерших не больше часа назад, ещё не понимающих что произошло и куда им податься дальше. В основном совсем тусклые, едва заметные – старики, прожившие отмеренный им срок до конца. Встречались яркие, словно солнечные зайчики – ушедшие раньше времени и не по воле богов. И чёрные, отравленные злобой и ненавистью. Убийцы. Что их всех ждёт дальше? Я не знаю! В курсе лишь, что надолго они здесь не задерживаются.
Оглядываясь по сторонам, Азея я так и не нашёл. Скорее всего, любознательный старик сразу обнаружил выход из чистилища. И тут я увидел её! Впервые за всю практику, я смотрел не на бесформенное облако, а на вполне обычную девушку. Ну ладно, почти обычную! Она слегка просвечивала.
Удивлённо скользнул глазами по одеянию, больше похожему на простыню, светлым слегка вьющимся волосам и остановился на тёмно-синих глазах. Красивая. Неуловимо похожая на моего аистёнка. Разве что с печатью умиротворения и спокойствия на лице. У Аськи-то явно шило в одном месте!
– Запиши! – прошелестела незнакомка чуть слышно.
– Что? – нахмурился я непонимающе.
– Пиши. Пиши. Пиши...
Сам не понял, откуда у меня в руках возникли блокнот и грифельный карандаш.
– Пишу! – рявкнул, останавливая барышню, повторяющую одно и то же слово.
– Дик. Оз. Гар. И запомни: это не дар, а ответственность!
Едва она это произнесла, меня практически выкинуло из чистилища. Миг и я вновь в склепе, держу блокнот и смотрю на непонятное послание, записанное моей рукой. Раньше во время походов за грань, тело не двигалось.
– Откуда это? – хрипло спросил у Асении, тряхнув письменными принадлежностями.
– Ты начал что-то искать, ну и я впихнула тебе в руки первое попавшееся. А что там? – вытянула она шею, с любопытством заглядывая в блокнот.
– Не знаю...
Но Ася меня уже не слушала. Вырвав лист бумаги, она с горящими глазами немного недоверчиво изучала странную запись.
– Уи-ил... Это же неразгаданные руны! Тебе профессор их сказал, да?
Растерянно посмотрел на невесту, медленно перевёл взгляд на саркофаг.
– Нет. Похоже, она! О-хре-неть... Кажется, у меня шок! Откуда она взялась в чистилище спустя полторы тысячи лет?!
– Тот мир мы будем изучать после смерти, пока и тут много интересного, – невозмутимо выдала невеста, пряча сложенный вчетверо листок в декольте. – А Азей?
– Не нашёл.
Слава богам, дальше отвечать на вопросы неугомонного аистёнка не пришлось. Раздался громкий топот и в комнату вбежали стражи порядка, воинственно удерживающие готовые к атаке файерболы.
В этот раз задерживаться на месте преступления я не стал. Коротко пересказал всё произошедшее следователю. Выдал распоряжения и, пообещав завтра составить подробный отчёт, потянул Асю на выход. Она всё это время, забившись в угол, увлечённо черкала в древнем дневнике, переводя его на современный язык. Да уж... О том, что книга – историческая ценность, придётся забыть. После Аськи от неё ничего не останется! Своего занятия она не прервала и в карете, пока мы добирались до дома.
Впрочем, пусть черкает, главное, она отрешилась от того, что случилось. Смерть профессора её потрясла и мозг включил защитную реакцию. Опять. Я уже видел такое одиннадцать лет назад. Когда на следующий день после убийства её родителей, навестив девчонку в пансионе, нашёл её рисующей цветы. Тогда я поразился подобному поведению, но целитель объяснил, что это такая особенность организма.
Мне бы так! Я совершенно опустошён. Думал, что свершившаяся месть за родных принесёт успокоение, но... В груди выжженная степь. Черно, холодно и невероятно уныло. Вместо сегодняшнего вечера перед глазами мелькали образы Ванды и племяшки. Словно они прощались со мной, теперь уходя уже окончательно. Или я их наконец-то отпустил.
После ужина так к себе и не поднялся. Остался сидеть за столом, отстранённо наблюдая, как столовую покинули Ильма и Ася, после настороженно косящаяся на меня служанка убрала грязную посуду и протёрла столешницу. Дворецкий молча поставил передо мной бутылку виски и, наполнив золотистой жидкостью стакан, удалился, погасив свет.
Невидящим взглядом сверля так и не тронутый напиток, я выпал из реальности. Сколько прошло времени и то сказать не могу – я провёл его в прошлом.
Вернулся только, когда шею оплели руки, а к виску приникли нежные губы.
– Вот ты где, а я тебя искала, – прошептала Ася.
Бросив взгляд на часы, показывающие начало четвёртого, хмыкнул.
– Либо у меня слишком большой особняк, либо ты не очень-то и старалась.
Бесцеремонно отодвинув не пригодившееся сегодня спиртное, она села на обеденный стол и скользнув пальчиками правой ножки по моей груди, животу, мягко нажала на... то, что сразу же начало наливаться тяжестью от провокационной ласки.
– Прости, увлеклась немного, но потом сразу же рванула к самому любимому и желанному мужчине на свете.
Залюбовался своей красавицей. Ниспадающие до талии волосы, пеньюар, не скрывающий соблазнительное тело, соскользнувший с левого плеча...
Подтянул к себе стол вместе с охнувшей невестой и, обняв за талию, уткнулся лбом в её живот. В волосы тут же зарылись тонкие пальцы, слегка массируя и поглаживая. Вдохнул ставший родным запах глубже и расслабился.
– Судьба – странная штука. Отняв семью, она подарила мне тебя. Не знаю, как бы я жил, если бы не встретил своего аистёнка, – пробубнил куда-то в шёлковую ткань.
– Менее насыщенно и интересно! – заявила Аська самодовольно.
Что-то меня это напрягло. Вскинул взгляд на мордашку, невинно хлопающую ресничками, и подозрительно прищурился.
– Я так понимаю, интересно мне станет прямо сейчас?
– Ты очень и очень умный!
– Та-ак! И в чём заключается веселье?
– Мы едем в склеп!
– Чего?!
Вряд ли она могла сказать что-то, удивившее меня сильней! Я ж всегда мечтал средь ночи в склеп прогуляться. В котором, между прочим, лишь несколько часов назад четырёх человек убили. И одного их них – я сам!
49
УИЛЬЯМ.
Похоже, доводить меня до нервного тика – Аськино призвание и цель жизни!
– Ты шутишь? – спросил я с надеждой.
– Нет.
– Какого чёрта мы там забыли в четвёртом часу ночи?!
– Не, чертей мы брать не будем, только руны на стенах почитаем и всё, – сообщила невеста, мило улыбнувшись.
– Ась, у тебя целый дневник есть, может, ты его почитаешь?
– В том-то и дело – его я уже прочла. Узнала столько всего... Поехали на кладбище, а? По дороге я тебе много интересного расскажу. Сидя на коленях и обнимая за шею, иногда даже целовать буду. В темноте покачивающейся кареты...
– Знаешь ты, чем меня подкупить.
– Чудодейственными поцелуями?
– Осознанием того, что если откажусь, ты одна туда поедешь! Иди собирайся, жестокая. Тебе не только меня не жаль, но и горничную.
– Я вас обоих через три дня отблагодарю! – усмехнулась Аська самодовольно.
– Заинтриговала. Каким образом?
– Ну как же, первый день семейной жизни... Сутки из кровати выбираться не буду, соответственно, у Арнелы выходной, а как ты воспользуешься таким подарком – решать только тебе!
– Не понял, а ты чего ещё не одета? – воодушевился я тут же.
Рассмеявшись, Асения умчалась. Пожалуй, мне тоже надо освежиться и переодеться. Поднявшись, покинул столовую следом за невестой.
Кучер смотрел на нас исподлобья, но, разумеется, молчал. Ничего, потерпит: подарок от Аськи и на него распространяется. Куда ж я поеду, если в моей кровати новоиспечённая супруга лежит? Вот! Значит, и у бедолаги, которого мы наглым образом выдернули из постели, выходной намечается.
– Рассказывай! – потребовал, сев в экипаж и дождавшись, когда Ася устроится у меня на коленях.
– В общем, я смогла прочитать дневник, и... он полностью меняет всё наше представление об истории. И объясняет, почему древний язык был утерян. Слушай настоящую сказку и не перебивай!
В те времена женщины имели равные права с мужчинами и магию никто у них не отнимал. Наоборот – во время брачного ритуала резервы жениха и невесты сливались в единый. Таким образом они оба черпали силы из одного источника. Это давало и долголетие, и увеличение сил. Как мужу, так и жене. Единственное, что схоже с нашим обрядом: сливались только идентичные магии. И если один обладал двумя стихиями, а другой одной, лишняя стихия терялась.
Мадера, хозяйка дневника, родилась универсалом, точно таким же, как я. Понимая, что после свадьбы потеряет большую часть сил, замуж она не рвалась. Хотела стать великим магом, помогающим окружающим. Даже предпочтение из всех своих магий отдала целительству, именно его развивая в первую очередь. Она, кстати, принцессой, была. Правда, совсем малюсенького королевства. Их тогда существовало невероятное множество.
Но у судьбы, как всегда, свои планы. Жил в те времена некромант невероятной силы, заняв трон, доставшийся от почившего отца, и устав защищать своё королевство от всех кому не лень, решил сам завоевать соседей, создать единое государство.
Тирон успешно шёл вперёд, стремительно увеличивая территорию. Слава о нём, его неуязвимости гремела на весь мир. Его боялись до ужаса, казалось, ничто не сможет остановить некроманта и его армию.
Но однажды победа принесла ему поражение. Он влюбился в дочь короля очередной захваченной страны. Но Мадера не ответила на чувства мужчины, назвав того монстром. Поверженный король, чтобы спасти собственную жизнь, продал Тирону родную дочь. И, невзирая на отчаянное сопротивление, тот забрал девушку в свой дворец. Он долго добивался её благосклонности, и она даже влюбилась, но тайно. Об этом секрете знал лишь дневник, который я сегодня читала. К слову, она и в интиме ему не отказывала, только в браке.
– Любите вы, девочки, наш мозг насиловать, – проворчал я беззлобно.
Ася хитро улыбнулась и мягко поцеловала меня в губы.
– Зато мы потом с лихвой благодарим вас за терпение! Вот и Мадера однажды сдалась – согласилась выйти замуж, но при одном условии. Тирон должен был прекратить военные действия. На тот момент ему принадлежали две третьих всего мира. Он с лёгкостью согласился.
Во время совершенно обычного, привычного всем свадебного обряда случилось неожиданное: Тирон смог принять все виды магии Мадеры. Целительство и то не упустил, несмотря на заоблачный резерв тьмы, которая в принципе не переносит светлую магию. Силы как мужчины, так и женщины возросли многократно. Чтоб ты понимал, они прожили почти три тысячи лет! И умерли всё такими же молодыми и прекрасными.
– Ясно, что именно Тирон – бог Хаоса, а общался я сегодня с Мадерой. Но как они, такие крутые, позволили себя убить?
– А вот тут начинается самая страшная и печальная часть истории. Прожили-то они долго, а вот с детьми не задалось. Лишь один-единственный сын. И тот аж через две тысячи триста лет после свадьбы родился. Некромант, достаточно сильный, но до отца не дотянул. В жёны взял девушку, обладающую двумя стихиями, но... Видимо, из-за того что тьма в ней отсутствовала, он не вобрал в себя и частички её силы. При таком раскладе ясно, что он начал стареть и выглядел уже старше своих родителей. Это угнетало и Тирона, и Мадеру, но как найти выход они не знали.
Совсем отчаявшись, сынуля напал на бога Хаоса. Вроде как, если провести какой-то ритуал, то можно впитать магию, которая освобождается в момент смерти своего носителя. Тот просто не ожидал такого предательства. Выпил поданное любимым отпрыском снотворное, спящего его и прирезали. И ритуал на удивление сработал. Только принять подобный подарочек сынуля не смог. Магия Тирона его сожгла дотла.
– Что-то мне это напоминает, – протянул я задумчиво.
– Вот именно! Я тоже вспомнила, что крупица твоих сил сделала с нашим маньяком. Поэтому я пришла к выводу, что твоя тьма идентична магии Тирона. Заметь, тьмой других некромантов наш дядечка пользовался, а на твоей зубы обломал.
– Не выражайся!
– Я ещё и не начинала! В общем, смерти мужа и сына Мадеру подкосили. Судя по тому, что она писала в дневнике, именно кончину Тирона она не могла принять. Нет, страдания по сыну тоже были, но немного. А после её совсем перемкнуло. Мужа и сына похоронила в одном склепе, но в разных комнатах, и, чтобы самой не выбирать, на чьей она стороне, приказала сделать ей отдельный зал. Выгнала невестку с двумя детьми на все четыре стороны, лишив не только титула, но и имени, запретив его произносить. Таким образом, настоящие наследники королевства пропали без вести.
А повелительница пошла вразнос! Все упоминания о брачном ритуале с её подачи были уничтожены, а за его использование ввели смертную казнь. Алфавит заменили, а на старый наложили запрет. Все книги, тетради, маленькие записки сжигали. Вот так и получилось, что прежние руны до нас не дошли. Подсказать, зачем она это сделала?
– Чтобы история никогда не повторилась. Она уничтожала не сам язык, а записанный на нём брачный ритуал. Не будет его – не будет нового бога Хаоса. Но сделала только хуже. Горе-учёные перевели послание из склепа как могли и женщины стали товаром, не имеющим собственного мнения и прав. А зачем она вообще приказала выбить ритуал на стенах своей гробницы?
– А там не совсем он. Шифровка. А ключ к ней на страницах дневника. Там настолько слова и руны перепутаны, что без него перевести невозможно.
– И ты намереваешься его перевести? Зачем?
– Сам не понимаешь? – всплеснула Асения руками. – Ты носитель магии Тирона, я – Мадеры, и у нас свадьба через три дня!
Кажется, я недавно говорил, что доводить меня до нервного тика – Аськино призвание и цель жизни? У меня дар речи пропал. Сидел и тупо смотрел на неё, не в силах выдавить хоть слово.
– Уил? – позвала она настороженно.
Прочистив горло, с трудом прохрипел:
– Зачем?
– Просто чтобы было! У тебя работа опасная, а так... надёжней!
– Ася, а ты осознаёшь, что если я не смогу вобрать твою магию, основную часть сил ты потеряешь? Останется лишь тьма.
– Связанная с твоей и увеличенная в несколько раз! Мне этого хватит. К тому же я магический неуч – не умею пользоваться ни стихиями, ни целительной силой. Разницы даже не замечу!
– Ну что ж... Давай попробуем. Но если не сможешь расшифровать каракули за три дня – мы не станем рисковать!
Аська просияла в довольной улыбке, а я... Знал, что сможет. Теперь стали понятны слова Мадеры «Это не дар, а ответственность!» Наверное, наша судьба где-то уже написана, и мёртвые знают о ней куда больше, чем мы сами. Остаётся только принять эту ответственность и достойно с ней справиться.
– Кстати, а как умерла Мадера?
– Я не сказала? Убедившись, что уничтожила саму память о ритуале, она выпила яд. Так и не смогла жить без своего Тирона. Интересно, а что стало с их потомками? Настоящими наследниками нашего королевства?
Думается, одна наследница сейчас ёрзает на моих коленях. Недаром они с Мадерой настолько похожи. Но Аське это знать ни к чему, а то она со своим непомерным энтузиазмом государственный переворот организует!
50
ДВА ГОДА СПУСТЯ.
АСЕНИЯ.
Оживлённую в обеденный час улицу перекрыли стражи порядка, отправляя кареты в объезд. Кучера раздражённо кривились, ругались матом, но послушно разворачивали лошадей. За отцеплением, не пускающим зевак на место преступления, мужчины в форме суетились словно муравьи.
Из особняка вышли два человека в ярко-жёлтых хлопчатобумажных брючных костюмах. Покраснев от натуги, мужики удерживали носилки, прикрытые простынёй, из-под которой свешивалась рука с внушительного размера ладонью.
Прижав руки к объёмному животу, защищая его от случайных толчков окружающих, я ринулась вперёд. Молоденький парень из отцепления пытался меня остановить, но увидев слёзы, катящиеся по щекам, непроизвольно отступил.
– Милый, на кого ж ты нас оставил?! – взвыла я, кидаясь к носилкам и хватаясь за безжизненно повисшую руку, сразу запуская в неё целительную магию.
– Леди, вам нельзя сюда, – оттеснил меня невесть откуда взявшийся страж правопорядка.
– Но как же? – спросила растерянно, провожая взглядом носилки. – Вы не понимаете! Он же наш кормилец! Защищал, оберегал, а вы мне даже попрощаться не даёте. Мой мальчик, так и не познакомится с отцом...
Всхлипнула, погладив собственный разросшийся живот. Судя по смягчившемуся выражению лица, мужчина проникся, но всё равно буркнул:
– Не положено!
– У вас всё по протоколу, а то, что мы без Лиона пропадём...
– Стоп! Какой Лион? Это граф Парнас Бенетт!
– Какой ещё Парнас?! Это мой Лион, умерший от остановки сердца, – пошла я в наступление.
– Да нет же! Граф найден мёртвым сегодня в девять утра. Труп обнаружила горничная. Предположительно, сэр Беннет был отравлен, смерть наступила часов девять назад...
– Остаточные следы ауры, не принадлежащие графу, членам семьи и слугам, не зафиксированы? – поинтересовалась я деловито, достав из сумочки блокнот и карандаш.
Увидев мою подготовленность, мужчина подозрительно прищурился. Поняв, что прокололась, я охнула, погладив животик. Служивый придержал меня под локоток. Возможно, он бы сжалился и поделился информацией, но...
– Что здесь происходит?! – раздалось за спиной угрожающее рычание.
Услышав голос герцога Блеквуда, я зажмурилась, так и не рискнув повернуться к нему лицом.
– Простите сэр, тут леди что-то напутала и утверждает, что погибший – её возлюбленный Лион, а не граф Бенетт.
– Не обращайте внимания, это местная сумасшедшая. Но руки от блаженной я бы на вашем месте убрал!
Мой локоток стремительно перекочевал в ладонь главы Управления по борьбе с преступностью. С силой стиснув челюсти, Уильям направился к особняку убиенного, таща меня за собой. Поначалу я усердно перебирала ногами, но вскоре мне это надоело и, страдальчески пискнув, я прижала ладонь к животу. На супруга словно ушат холодной воды вылили.
– Что такое, аистёнок, где-то болит? – спросил он с беспокойством, резко остановившись и привлекая меня к своей груди.
– Всё нормально... Так что там с Бенеттом? Горничную, что его нашла, допросили?
– Аська!!! Какого чёрта, а?! Тебе рожать через месяц, а ты лезешь куда не просят. Ты должна сейчас сидеть и пинетки вязать!
– Я достаточно обеспечена. Не считая денег мужа, если что.
– И?
– В моей комнате сидят аж пять женщин и усердно вяжут пинетки без моей помощи. Вашему наследнику столько не износить, герцог Блеквуд!
– Ася…
– Ох!
– Что, маленькая?
И на мой живот опустилась мужская рука. Сын или дочь – я не в курсе кто там у меня прячется, но внимание папули оценили, приветственно пнув его в ладонь. Всё! Пропал великий и ужасный! Глядя на расползающуюся по лицу любимого счастливую улыбку, с трудом сдержала смешок.
– Мы за тебя переживаем и хотим помочь, только и всего! А ты орёшь...
– Ну-ну, а ничего, что я после нашей свадьбы самый сильный маг королевства?
– Зато целительной магии в тебе нет. А она очень нужна при расследовании убийств!
И это правда! Так уж вышло, что во время брачного ритуала целительную магию тьма герцога отвергла. Но она не пропала, как должна была, а осталась в нашем общем резерве. Только пользоваться ею могу лишь я. Взамен я не могу управлять тьмой. Что интересно, подняться на должный уровень ни той, ни другой магии это не помешало, и без ложной скромности могу сказать, что как целитель я самая крутая в королевстве. Правда, это тщательно скрывается...
Вообще, наша свадьба встряхнула заплесневелые устои, но не на такой результат я рассчитывала. Возможность не отбирать, а соединять свою магию с магией невесты, не просто продлевая жизнь, а усиливая способности, вызвала небывалый ажиотаж. Холостые, естественно, воодушевились, а вот несвободные мужчины... Количество убийств выросло в несколько раз. Мужчины стремились избавиться от жён, из которых выкачали всё что можно. Такие перспективы впереди, так к чему старый балласт?
Под давлением герцога Блеквуда король ввёл смертную казнь за убийство супругов. Причём этот закон действует в обе стороны. Жёнам избавляться от опостылевших мужей столь кардинальным способом тоже нельзя. Появилась альтернатива – развод!
Король в принципе пляшет под дудку Уила, и сложно сказать, кто на самом деле управляет королевством. Слишком уж монарх боится моего мужа. Пусть без целительной силы, но от бога Хаоса отличается он сейчас немногим. Возможно, и сильнее его. Тьма-то целиком в распоряжении Уильяма. А это его родная стихия, которую он может и умеет развивать.
Татуировки на любимом мной теле множатся с невероятной скоростью, уже накладываясь одна на другую, стирая предыдущий рисунок. Нетронутыми остались только лицо, кисти рук и ступни. Меня это не пугает, обожаю очерчивать кончиком языка каждую линию. Это же всё моё!
Отвлеклась!
Ах, да! Король! Он боится до такой степени, что без возражений лишил племянника титула, сослав к чёрту на кулички, и Марино мы уже два года не видели.
– И что же ты обнаружила? Успела ведь прикоснуться к телу? – спросил Уил, возвращая меня в реальность.
– Ещё бы час и ничего обнаружить нельзя было бы. От него идут три нити жизненной энергии. Две в особняк и одна в пристройку для слуг.
– Хочешь сказать...
– Двое законных детей и один бастард. Судя по тому, насколько тонка последняя нить, ребёнок ещё не родился. Да и срок беременности должен быть маленький.
– Почему ты решила, что это именно та самая горничная?
– Логика! Подала отравленное вино и ушла к себе. А утром, во-первых, надо убедиться, что мужик выпил яд, во-вторых, проверить, не осталось ли улик. Дальше лишь один выход – поднять панику и вызвать законников самой. Всё равно по отпечатку ауры узнают, что недавно была рядом с телом. Вопрос – почему промолчала – возникнет сам собой...
– Спасибо, Аистёнок, разберёмся, а сейчас быстро домой под крыло к Ильме! И больше чтобы никогда на месте преступления не появлялась, иначе наручниками к кровати пристёгивать начну!
– Да ладно! Ты только обещаешь, я уже устала ждать! – послав воздушный поцелуй опешившему мужу, сбежала.
Жизнь у нас, конечно, весёлая. Особенно у него! А что поделать, если Аськин энтузиазм неискореним? Придётся терпеть – у нас ещё не одна тысяча лет впереди, а пока... Только начало!
Но это уже совсем другая история!